Zhai Zhu, Pig Nerd. Сказания о Пастухе Богов

Сказания о Пастухе Богов

Автор: Zhai Zhu, Pig Nerd

Наставление предков Великих Руин говорит, что когда на улице ночь, нельзя выходить на улицу. Старики-инвалиды, живущие в деревне Цань Лао, нашли младенца на берегу огромной реки. Дав ему имя Цинь Му, они вырастили его, преодолевая большие трудности.Однажды, когда ночное небо накрыло Великие Руины, Цинь Му вышел из дома…— Будь злодеем на ветру весны, — сказал ему слепой. Таким было начало пути Цинь Му к плохому герою!

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe100

Глава 1. Не Выходи на Улицу в Темноту

“Когда темно нельзя выходить на улицу”

Об этом знали все поколения жителей деревни Цань Лао, деревни в которой живут только старики и инвалиды. Неизвестно, когда появилось такое правило, но это действительно так и не подлежит сомнению.

Бабушка Сы, живущая в этой деревне, увидела закат солнца за высокими горами и ей стало очень тревожно на душе. По мере того как солнце спускалось всё ниже и ниже и последний лучик света исчез в горах, не стало ни единого звука ни на небе, ни на земле. Темнота шла с запада на восток и, медленно затапливая всё вокруг, съедала по пути горы, реки и деревья и наконец пришла в деревню Цань Лао.

На окраинах деревни расположены четыре древние каменные статуи, находящиеся в разных, противоположных друг другу, границах деревни и даже бабушка Сы не знает кому те поставлены и когда их здесь оставили.

Ночь уже пришла и эти статуи, излучая слабый свет, освещали деревню. Бабушка Сы и старики этой деревни вздохнули с облегчением. Сумерки становились всё более глубокими, но благодаря этому свету в деревне было безопасно.

Бабушка Сы навострила уши и немного погодя, спросила:

— Ты слышал плач младенца?

Рядом с ней находился старик Ма, который отрицательно покачал головой и произнёс:

— Этого не может быть, я ничего не слышал… А, да, и правда плач младенца.

Плач шёл из темноты, из места, которое не было защищено светом каменных статуй. И все жители этой деревни, кроме глухого, слышали его. В этот момент старики обменивались растерянными взглядами, ведь деревня Цань Лао находится в безлюдной глуши, откуда здесь может взяться ребёнок?

— Я пойду осмотрюсь, — пробормотала бабушка Сы.

Она с волнением подбежала к статуе. Старик Ма очень быстро догнал её и произнёс:

— Сы, ты на старости с ума сошла что ли? Сейчас уже темно, если ты выйдешь из деревни, то обязательно умрёшь!

— Я возьму статую с собой, она разгонит тьму и не даст мне умереть.

Она попыталась взвалить статую на свою дряхлую, старую спину, но из-за того, что она была горбатой, не могла нормально её удержать. Старик Ма покачал головой и произнёс:

— Я пойду с тобой и потащу эту статую.

Со стороны подошёл ковыляющий на одну ногу старик и обратился к нему:

— Старый Ма у тебя всего лишь одна рука, ты не сможешь долго нести статую, позволь сделать это мне.

Старик Ма прищурился:

— Ты полумёртвый хромой с единственно оставшейся ногой и то сломанной, разве ты можешь нормально ходить? Хотя у меня и одна рука, зато очень сильная.

Старик Ма схватил статую одной рукой, она показалась ему намного тяжелее, чем он мог представить.

— Старая Сы… пойдём уже, — тяжело прокряхтел старик Ма.

— Не называй меня старой! Хромой, немой и остальные… в деревне осталось только три скульптуры, будьте осторожны, — предупредила жителей бабушка Сы.

****

Старик Ма и старуха Сы покинули деревню. Идя по тропинке они заметили вокруг себя что-то странное и в то же время пугающее, но свет от статуи не давал этому приблизиться к ним. Они шли к месту откуда издавался плач и в конце концов пришли к большой реке. Звук шел с её стороны. Слабый свет от статуи освещал не очень далеко, но им ничего не оставалось, кроме как пытаться определить место от которого доносился плач. Пройдя вверх по реке несколько десятков шагов, звук плача стал звучать совсем близко. Рука у старика Ма была уже на пределе, но тут Сы увидела свет, исходящий из застрявшей на берегу реки небольшой корзины, которая и была источником плача.

— Здесь и правда есть ребёнок!

Бабушка Сы приблизилась к корзине и попыталась поднять её. В тот же момент она заметила две абсолютно белые, от долгого нахождения в воде, женские руки, держащие корзину с огромной силой у берега… Она попросту не могла поднять корзину.

— Не беспокойся, теперь ребёнок в безопасности, — прошептала бабушка Сы женщине под водой.

Мёртвое женское тело, словно услышав её слова, медленно отпустило корзину и постепенно погрузилось на дно реки, оставив за собой только небольшие речные волны.

Бабушка Сы взяла корзину, в которой находилась свернутая пелёнка с младенцем. В корзине была небольшая яшмовая подвеска, излучающая слабый свет, схожий на свет от статуи с той лишь разницей, что подвеска могла защитить только младенца.

— Это мальчик.

Путники вернулись в деревню и все старые, немощные и покалеченные тут же столпились вокруг них.

Бабушка Сы слегка развернула пелёнки и довольно улыбнувшись, обнажая редкие ряды почерневших зубов, произнесла:

— Наконец-то в нашей деревне появился нормальный, здоровый человек.

Одноногий хромой очень удивился:

— Ты собралась кормить его? Мы еле как можем прокормить сами себя. Нам лучше отдать его куда-нибудь…

Бабушка Сы рассердилась:

— Я нашла этого ребёнка, почему я должна отдавать его неизвестно кому?

Остальные жители не смели больше перечить Сы. В этот момент на каталке привезли старейшину деревни, не имеющего ни одной конечности, тем не менее уважаемого человека даже бабушкой Сы.

— Раз уж ты собралась кормить его, то для начала придумай имя и поищи в корзине, может быть там есть что-то указывающее на его происхождение.

Бабушка обыскала корзину и не нашла ничего, кроме надписи на подвеске — “Цинь”.

— У подвески очень хорошее качество, должно быть он из богатой семьи, — заметила Сы.

— Значит фамилия у него Цинь, а имя пусть будет Му, как подрастёт станет пастухом, вот и будет добывать себе на пропитание, — отрезал старейшина деревни.

Цинь Му… Бабушка Сы смотрела на ребёнка и он, нисколько не боясь её, даже немного улыбнулся.

****

На берегу реки юноша-пастух лежал на спине коровы и играл на флейте, на вид ему было лет одиннадцать или двенадцать, очень красивый, со светящейся подвеской на шее.

Этот юноша был тем самым младенцем по имени Цинь Му, найденным бабушкой Сы одиннадцать лет назад. Много лет назад бабушка Сы нашла непонятно где корову, и после этого он пил её молоко каждый день. Но даже так всё это время старикам в деревне было очень сложно кормить и ухаживать за ним… Тем не менее теперь он подрос.

Деревенские старики несмотря на свои угрюмые недобрые лица очень хорошо относились к Цинь Му. Бабушка Сы была портнихой. Она шила ему одежду и по будням учила своему ремеслу. Также он изучал врачевание и как правильно приготовить лекарства у местного целителя деревни. Затем он тренировал свои ноги вместе с хромым стариком, а следуя за слепым учился по слуху определять, что вокруг и где он находится. В то время, когда проводил время с безруким-безногим деревенским старейшиной занимался дыхательными упражнениями. Время незаметно проходило…

После того как Цинь Му вырос бабушка Сы хотела продать корову, но мальчик сильно привязался к животному, и она разрешила оставить её. Поэтому сейчас юноша должен часто пасти её.

Ему нравилось пасти на берегу реки, где он наблюдал за горами и облаками.

— Цинь Му, Цинь Му, помоги мне, — вдруг корова открыла рот и заговорила на человеческом языке.

Цинь Му испугался и немедля спрыгнул с неё.

На глазах коровы проступили слезы:

— Цинь Му, ты пил моё молоко с самого раннего детства, поэтому частично я могу считаться твоей матерью… так что помоги мне.

— Как я могу тебе помочь?

Корова продолжила:

— У тебя есть серп на талии, срежь ей всю мою кожу.

Мальчик засомневался.

— Ты забыл, что я кормила тебя? Ты не хочешь помочь матери?

Наконец решившись, Цинь Му очень осторожно снимал кожу с коровы… Странно, но, когда он начал снимать её, внутри коровы не было ни крови, ни костей и мяса.

Из коровы показалась женщина лет тридцати с распущенными волосами. Несмотря на то что её ноги всё ещё были внутри коровы и обёрнуты в коровью кожу, она выхватила серп у ошеломлённого Цинь Му и уже собственноручно закончила дело, освобождая свои ноги, после чего тут же приставила его к горлу юноши:

— Маленький уродец, из-за тебя я превратилась в корову, из-за тебя я каждый день в течение одиннадцати лет ем траву и кормлю тебя! Ох! Бедная я была превращена ведьмой в корову, чтобы кормить тебя, вместо того, чтобы заботиться о своём ребёнке! Сегодня я наконец-то смогла разорвать сковывающие меня кандалы и… и для начала я убью тебя, а затем и всех в этой деревне!!!

Цинь Му не понимал о чём она говорит, он был очень напуган и его мысли путались.

Замахнувшись серпом, для смертельного удара, обезумевшая женщина вдруг почувствовала холод, исходящий откуда-то снизу. Рефлекторно опустив глаза, она увидела торчащий из её живота наконечник большого ножа.

— Му’эр, твой дедушка целитель хочет, чтобы ты вернулся домой за лекарствами, — мёртвое тело упало и за ним стоял хромой старик с большим окровавленным ножом.

— Хромой дедушка… — Цинь Му обмякши уселся на землю и паническими глазами посмотрел на кожу коровы и тело женщины, не осознавая, что произошло.

— Вернись в деревню, — улыбнулся хромой старик, хлопая по плечу мальца.

Цинь Му пошёл в деревню и оглянувшись увидел, как его хромой дедушка выбросил тело женщины и кожу коровы в большую реку. Увиденное настолько шокировало его, что он даже не понял, как вернулся домой.

****

Бабушка Сы хмурилась:

— Я разве не говорила тебе, что, когда темно нужно сидеть дома?

Уже наступила ночь, а Цинь Му собрался сходить к реке посмотреть, что осталось от кожи коровы и от тела женщины, но бабушка вовремя это заметила.

— Бабуль почему, когда нет солнца, то обязательно нельзя выходить наружу? — спросил Цинь Му.

— В наших краях, когда на улице темно, есть что-то страшное в темноте, а статуи в нашей деревне защищают нас. Поэтому нам нельзя покидать деревню ночью, — объяснила бабушка Сы.

— В других деревнях есть такие же статуи?

Старуха Сы кивнула, но при этом она выглядела очень странно и смотрела в окно на улицу:

— Хромому пора вернуться… Не надо было ему выходить, у него ведь только одна нога…

— Бабуль, сегодня случилось что-то странное…

Цинь Му мучали вопросы, поэтому он рассказал всё, что случилось сегодняшним днём.

— Ты про женщину? Я уже знаю об этом. Хромой всё правильно сделал. Когда тебе было четыре года, тебе уже не нужно было молоко, я хотела продать корову, но ты пожалел её, поэтому произошло это. Я уже говорила, что если долго пить её молоко, то ты привяжешься к ней.

Цинь Му покраснел:

— Бабушка Сы, сегодня хромой дедушка убил эту женщину.

— Хорошо, что убил, — рассмеялась Сы, — одиннадцать лет назад следовало убить её. Если бы ты не хотел молока, разве она смогла дожить до сегодняшнего дня?

Цинь Му так ничего и не понял.

Бабушка Сы одарила его долгим взглядом и наконец продолжила:

— Эта женщина была женой Лорда города — Пограничный Дракон, который находится в тысяче километров от нас. Лорд этого города развратлив, постоянно распутничает и похищает девиц из уважаемых семей, а его жена невероятно ревнива. Каждый раз, когда Лорд Пограничного Дракона осквернял невинную деву, его жена посылала своих людей, чтобы избить ту до смерти. Изначально я пришла в город, чтобы просто убить её, но, когда увидела, что она только что родила ребёнка, которому было всего три месяца и она всё ещё даёт ему молоко, я превратила её в корову. Но я не думала, что ей удастся избавиться от печати и в итоге она сможет говорить, превратиться обратно в человека и даже почти навредить тебе.

Цинь Му очень удивился:

— Бабуль, как ты превратила человека в корову?

Бабушка Сы засмеялась:

— Ты хочешь научиться? Я могу научить тебя… О! Хромой вернулся!

Хромой держал в одной руке трость, а в другой тушу зверя и костылял к ним. В это время темнота очень быстро приближалась к деревне. Бабушка Сы закричала ему:

— Хромой! Иди быстрее!

«Зачем торопиться?» — медленно подходя к деревне думал хромой. Темнота подошла к деревне в тот момент, когда хромой перешагнул её границы. На спине у него был ещё живой тигр. Его хвост в тот момент остался в темноте, и тигр болезненно зарычал. На месте хвоста осталась лишь кость, мех и кожа полностью исчезли. Больше ничего не осталось…

Цинь Му любопытно смотрел в темноту, но там ничего не было видно.

«Что там в темноте» — думал он про себя.

Глава 2. Кровь Четырёх Духов

Бабушка Сы вела Цинь Му за руку, будучи очень рада идти вместе с ним по деревне.

— Не смотри туда, иди быстрее, сегодня важный день для тебя! Старейшина и старый Ма, выходите! — рассмеявшись проговорила Сы.

В это время в деревне ярким пламенем горел костёр. Старейшину вынесли из дома, и он серьёзным тоном спросил:

— Вы нашли четырёх духов?

— Нашли.

Однорукий старик Ма притащил огромную, нефритово-зелёную змею, длинной около десяти метров. От неё воняло сырой кровью, но при этом она была всё ещё жива. Он схватил её примерно в двадцати сантиметрах ниже головы, в районе сердца, из-за чего та не могла пошевелиться.

Немой же кузнец держал рядом с собой огромную птицу, которая была больше его собственного роста. Её крылья и лапы были связаны. Птица пыталась разорвать путы тугой верёвки. Из-за тяжёлой борьбы по её оперению вспыхивали огненные блики, а громкий, яростный клич, заставлял сердца людей биться чаще от страха.

Слепой в свою очередь принёс гигантскую черепаху, размером больше письменного стола. Никому не было известно сколько ей лет, по виду она была очень старой, а её панцирь переливался золотисто-желтоватыми цветами. Свои конечности она полностью втянула под панцирь, время от времени украдкой высовывая одну лапу. Цинь Му заметил, что, когда она высовывала свою лапу, из-под неё шёл водяной пар и казалось будто она способна умчаться прямо на нём.

Только рыболовный крючок, на который её поймал слепой, не давал ей никакой возможности сбежать.

— Зелёный Дракон, Белый Тигр, Красная Птица и Чёрная Черепаха: хоть достать кровь этих четырёх духов и нет никакой возможности, но с помощью крови Драконьей Зелёной Змеи, Железно-Костяного Тигра, Огненной Птицы и Золотой Черепахи можно обработкой получить исходную кровь в достаточном количестве.

Старейшина дробно кивнул мяснику на что тот растянувшись в улыбке засмеялся. Опираясь на две руки, он подошёл. Это был настоящий здоровяк, у которого осталась лишь верхняя часть тела, а нижнюю до пояса отрубили, оставив ровную рану.

Поставив четыре чана перед змеёй, тигром, птицей и черепахой, мясник одним ударом ножа испустил кровь диких зверей, которая быстро истощилась.

— Целитель! — крикнул старейшина.

Целитель выдвинулся. У него не было лица, казалось, что кто-то сильно изрезал всю кожу его лица… Изуродованные рассечениями губы особенно бросались в глаза, а нос был и вовсе отрезан. Это был самый уродливый старик в деревне, несмотря на это, Цинь Му считал его самым добрым из всех.

Подойдя, он вытащил четыре необычных красных листа, в каждом из которых находились белые яйца неизвестных насекомых. Он положил по листу в каждый чан, после чего, из яиц вылупились маленькие личинки и принялись всасывать кровь.

Чем больше они всасывали, тем становились крупнее и больше. В конце концов они опустошили всю кровь и в горшках остались только толстые, больших размеров, черви.

Потом целитель положил в каждый кувшин что-то похожее на соль — белое и рассыпчатое. Съев это, большие и толстые черви очень быстро уменьшились. Цинь Му от удивления невольно цокнул языком.

Спустя некоторое время целитель достал червяков, каждый из которых был размером с ладонь человека. Далее он вынул четыре фарфоровых чашки. Затем схватил и с силой сдавил издающего жалостный писк червяка, из живота которого потекла кровь подобная цвету драгоценного янтаря. Целитель повторил всё это с остальными тремя червями. Закончив, он поставил четыре чашки перед Цинь Му и качая головой, сказал:

— Всё же эти звери не настоящие четыре духа, поэтому их духовной крови так мало.

— Му’эр, в теле каждого человека есть семь великих сокровищ, первое это Духовный Эмбрион, второе Пять Элементов, третье Шесть Направлений, четвёртое Семь Звёзд, пятое Небожитель, шестое Жизнь и Смерть и седьмое это Божественный Мост. Сразу после рождения они запечатаны внутри тебя и являются твоим природным богатством. В итоге их стали называть — “Семь Великих Божественных Сокровищ”, — властным тоном проговорил старейшина, освещаемый огнём от костра. — Семь Великих Божественных Сокровищ запечатаны внутри тебя и воину нужно самому открывать их. У каждого из них есть свой барьер, называемый “Стеной” — Стена Духовного Эмбриона, Стена Пяти Элементов, Стена Шести Направлений, Стена Семи Звёзд, Стена Небожителя, Стена Жизни и Смерти, Стена Божественного Моста, и чтобы добраться до сокровища, необходимо сломать её. Процесс этот называется “Разрушение Стены”.

Однорукий дедушка Ма погладил Цинь Му по голове, засмеявшись:

— Если ты не сможешь пробить даже первую стену, то у тебя никогда не будет никакой силы, и ты не сможешь совершенствоваться. Некоторые люди благословлены небесами и их Стена Духовного Эмбриона уже разрушена с рождения, естественным образом вскрывая их Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Такое особое телосложение называется — “Духовным Телом” и их владельцы невероятно талантливы… Они могут совершенствоваться в два раза быстрее обычного человека.

— У каждого Духовного Эмбриона есть четыре атрибута, что в свою очередь означает что есть четыре типа Духовных Тел: Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красной Птицы и Чёрной Черепахи. Если ты хочешь проверить к какому именно относишься ты, то тебе нужно выпить их кровь.

Целитель заметил:

— Если у тебя Духовное Тело Зелёного Дракона, то выпив его кровь, ты пробудишь его Ци. Например, как старый Ма.

Однорукий дедушка Ма оголил торс и повернувшись к мальцу спиной резко и яростно крикнул.

Цинь Му увидел на спине дедушки Ма Ци зелёного цвета, клубящуюся словно туман по всему протяжению его позвоночника. Этот цвет постепенно образовал форму дракона, одна когтистая лапа этого дракона лежала на его единственной руке, а две другие находились на ногах.

— Так выглядит Духовное Тело Зелёного Дракона.

Дедушка Ма оделся:

— А старая Сы у нас обладательница тела Белого Тигра.

Бабушка Сы недовольно посмотрела на Ма:

— Я не буду снимать одежду и не дам вам, старые хрычи, воспользоваться ситуацией. Моё Духовное Тело — Белый Тигр. Я с помощью своей Ци покажу его сущность и дам Цинь Му хорошенько полюбоваться.

Её миниатюрное горбатое тело встряхнулось и за ней послышался рык. Можно было даже разглядеть слабый дымчатый фантом огромных хищных глаз Белого Тигра.

— Все в этой деревне имеют своё собственное Духовное Тело. Раньше мы очень гордились этим, но сейчас мы все стали кучкой старых калек… — Сы улыбнулась и продолжила, — и не можем тебе предложить многого. Здесь четыре чашки и кровь в них является ключом к пробуждению твоего Духовного Тела. Например, выпив кровь Белого Тигра ты пробудишь в своём Духовном Эмбрионе Ци Белого Тигра. Всё точно также с кровью остальных зверей.

— А теперь пей.

Старейшина, бабушка Сы и все остальные старики деревни в ожидании смотрели на Цинь Му.

Цинь Му очень волновался, хотя он много времени провёл с целителем и повидал много разных странных вещей, но в этот раз всё было намного страннее.

Он взял фарфоровую чашку, кровь в ней была очень горячая. Это была чашка с кровью Красной Птицы. Выпив её, он почувствовал сильный жар в горле, который опускался всё ниже и ниже и расходился по рукам и ногам. Ему казалось, что его кровь начала кипеть. Через некоторое время это чувство исчезло.

Старейшина обратился к немому кузнецу:

— Его дух — Красная Птица?

Кузнец безмолвно покачал головой.

— Цинь Му, продолжай, — сказал старейшина.

Цинь Му сразу взял вторую чашку, с кровью Белого Тигра. Она была очень горькой, словно жидкий чугун, и он почувствовал сильное болезненное покалывание в горле, но и оно вскоре исчезло.

— Не тигр, — бабушка Сы слегка разочарованно покачала головой.

— Третья чашка, — произнёс старейшина.

Цинь Му взял третью чашку, которая была наполнена кровью Зелёного Дракона, добытая после переработки огромной зелёной змеи. Осушив её, он почувствовал распирание мышц и бурление крови, как будто все его внутренности пытались выйти наружу. Через несколько мгновений и это ощущение исчезло.

Старик Ма тоже был разочарован и покачал головой:

— Он не дракон.

— Тогда его Духовное Тело обязательно должно содержать атрибут Чёрной Черепахи, — неожиданно засмеялся целитель, лицо которого в этот момент выглядело уродливее обычного.

Цинь Му выпил последнюю чашку. Его тело стало очень легким, как будто он оказался в воде, но и это чувство опять исчезло.

— Он не черепаха… — печально покачала головой целитель.

Все жители деревни вокруг костра молчали. Через некоторое время мясник нарушил тишину:

— Похоже, что он просто обычный человек.

Вдруг в уголках глаз бабушки Сы проступили слёзы:

— Мы уже совсем старые, к тому же ещё калеки, и… и когда мы все умрём… Му’эр не сможет выжить…

Цинь Му взял её за руку:

— Бабуль, не плачь, здесь все хорошие и добрые люди. Никто не умрёт…

— Хорошие люди? Ха-ха… — старик Ма рассмеялся. — Нас изгнали в эту глушь и нам было очень сложно дожить до этих дней. Здесь очень опасное место. Без нашей защиты, Му’эру будет сложно выжить здесь. Мы должны помочь ему покинуть Великие Руины… и найти более безопасное место…

Мясник равнодушно ответил:

— Если мы попытаемся его вывести отсюда, то враги могут обнаружить нас, и мы все умрём… И его тоже убьют.

В деревне Цань Лао опять воцарилось молчание.

Вдруг старейшина сказал:

— Хорошо.

Бабушка Сы рассеяно спросила:

— Что хорошо?

Старейшина улыбнулся:

— Я про его телосложение. Хороший саженец.

Мясник и остальные жители ничего не поняли, поэтому он объяснил:

— Я думаю у Му’эра особое очень редкое телосложение. В его теле все духи странным образом смешались. Если я не ошибаюсь, то оно называется — “Тело Тирана”.

— Тело Тирана? — сомнительно спросила бабушка Сы, она и все жители деревни многое знали и повидали в этой жизни, но никогда не слышали о том, что такое возможно.

— Да, Тело Тирана, — старейшина улыбался. — Обычной кровью очень трудно пробудить это телосложение… В идеале нужна кровь настоящих четырёх великих духовных зверей. В Великих Руинах её невозможно найти, но их потомков нетрудно. Поэтому вы должны продолжить ловить зверей, получать их кровь и перерабатывать её. Если он выпьет больше крови, его Тело Тирана естественным образом пробудится.

Старейшину уважал каждый, поэтому все обрадовались, и бабушка Сы тут же произнесла:

— Завтра я с хромым буду ловить тигра. Му’эр, пораньше ложись спать и отдыхай, завтра тебе придётся выпить ещё больше крови.

После все разошлись, а немой кузнец и целитель внесли старейшину в дом. Когда кузнец ушёл, целитель заговорил:

— Тело Тирана же не существует.

Старейшина утвердительно кивнул:

— Мне пришлось их обмануть… Иначе нам было бы очень трудно выжить…

Целитель испугался. Жители этой деревни пришли из разных мест. Их всех объединяет изгнание и большая ненависть. До этого времени они дожили в большей части благодаря этому ребёнку…

Именно приход Цинь Му в их жизнь избавил их от большинства негативных эмоций и болезненных воспоминаний. Они вместе вырастили его и видели его самым близким человеком для себя… Он поддержал слабые души всех жителей деревни Цань Лао.

Если бы старики узнали о том, что он обычный человек и не сможет выжить здесь самостоятельно, тогда они бы потеряли всякую разумность и неизвестно что стали бы делать.

Целитель равнодушно заметил:

— Но ты не можешь скрывать это всю жизнь. Мы все рано или поздно умрём и тогда останется только один Цинь Му.

— Поэтому никогда не говори ему о том, что никогда не существовало никакого Тела Тирана! — сказал старейшина. — Пусть он верит, что он единственный в своём роде.

Замеревший ошеломлённый целитель пристально смотрел на старейшину, лицо которого при слабом свете выглядело в некотором роде харизматичным.

Старейшина продолжил говорить:

— Я хочу увидеть, чего добьётся человек с непоколебимой верой! Возможно ли что он сможет как-то выделиться и превзойти других… Превзойти всё что мы знаем и знали о духах и телосложениях? Если он будет непоколебимо верить, может быть он на самом деле приобретёт Тело Тирана!..

Целитель спросил:

— Обычный человек приобретёт Тело Тирана?

Старейшина уверенно кивнул:

— Только если он будет искренне верить в это, то есть шанс, что его смертное тело перевоплотится!

Глава 3. Божественные Искусства

К целителю пришла одна мысль:

— Нужно давать ему пить как можно больше духовной крови… Если понадобиться утопить его в ней! Даже если его Духовное Тело не пробудится его физическое тело с каждым разом будет становиться всё сильнее… И в итоге станет гораздо сильнее любого Духовного Тела!

— Он даже сможет убить дракона одним ударом, — старейшина улыбался. — Подобное наверняка напугает этих ублюдков за пределами Великих Руин.

Они радостно посмотрели друг на друга и через несколько мгновений целитель закрыл двери и ушёл.

****

На второй день жители деревни поймали ещё несколько змей, тигров, птиц и черепах. Имея цель, все они были готовы тяжело трудиться.

Однако целитель, несмотря на сказанные вчера слова, мысленно сердился: «Если позволить ему выпить слишком много крови, он может умереть от перенасыщения».

Немой кузнец растянулся в улыбке, так как он в одиночку поймал и принёс с собой аж две Огненные Птицы. Когда он довольно расхохотался, можно было увидеть, что в его рту нет языка.

— Му’эр справится, — уверенно проговорила бабушка Сы.

Сжимая личинок для получения крови, целитель молча окинул недовольным взглядом всех присутствующих. На этот раз духовной крови было намного больше, но Цинь Му выпил её всю, после чего даже немного вздулся. Ему казалось, что его тело было переполнено и он вот-вот взорвётся. Старики сильно испугались, видя, как изменился паренёк.

Целитель вынул несколько полых серебряных игл и уколол ими спину и темя Цинь Му. Из каждого кончика иглы они ясно увидели струи выходящего воздуха красного, синего и пурпурного цветов. Когда воздух полностью вышел, целитель извлек иглы, и снова кинул недовольный взгляд на стариков:

— Медленно, постепенно нужно! А вы пытаетесь насильно его накормить, словно он какой-то ненасытный обжора! Так и умереть не долго! Прямо сейчас у него перенасыщение энергией, так что у вас, старичьё, появилась работёнка. Чтобы помочь ему “переварить” духовную кровь… мясник, будешь тренировать его владению ножей, старый Ма, потренируй его ударам кулака, а ты хромой, займись его ногами.

— Му’эр пойдём тренироваться на ножах!

Мясник с помощью своих двух рук оттолкнулся и запрыгнул на соседнюю кучу дерева, из-за чего его половина тела стала высотой почти с Цинь Му.

Мясник взял в руки два ножа для забивания свиней, но они были не совсем обычные. Нормальные ножи для убоя свиней имели изогнутые, в форме полумесяца, лезвия и были не длиннее тридцати сантиметров. Но ножи мясника отличались, форма была примерно та же, но они были намного больше. В длину они достигали практически метра. Обратное ребро было очень толстым, а кромка лезвия невероятно тонкой и острой, мерцая опасным, мрачным, холодным блеском. Когда мясник держал ножи бок о бок, они напоминали арочный дверной проём.

Хотя у Цинь Му был только один нож для забивания свиней, но размером тот был точно таким же, как парочка в руках мясника. Нож был чрезвычайно тяжёлым. Он весил более десяти килограмм. В прошлом Цинь Му еле как мог поднять такой нож двумя руками, но сейчас, выпив столько духовной крови, его сила увеличивалась не по дням, а по часам. Даже держа его в одной руке он не чувствовал, что это слишком тяжело.

Цинь Му обратился к мяснику:

— Дедушка мясник, будь осторожнее!

Цинь Му с ножом в одной руке ринулся к мяснику на деревянной куче, а тот лишь хохотал. Хотя у него и была только половина тела, казалось, что он ничего не боится.

“Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!”

Сближаясь с мясником, Цинь Му делал множественные взмахи ножом. Нож двигался всё быстрее и быстрее, создавая резкий звук свиста ветра.

— Медленно, медленно! Ты слишком медленный! — мясник кричал изо всей силы, в то время как его парные ножи стали столь же стремительны как дождь в ливень. Его ножи сталкивались с ножом Цинь Му, создавая шум, подобный яростной буре в дремучем лесу. — Быстрее, твой нож может двигаться быстрее! Скорость — это суть приёма “Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города”. Нож должен быть столь же быстр, как буря ночью, охватывающая все города! Покажи мне ещё больше скорости!

Ножи стали двигаться быстрее. Блики от них были похожи на трёх сражающихся серебряных драконов, танцующих вокруг трухлявой, деревянной кучи. Со временем вой ветра становился лишь сильнее и можно было даже увидеть вращающуюся энергию лезвия.

Чи! Чи! Чи…

Всякий раз, когда энергия лезвия касались земли, на ней появлялись глубокие разрезы.

Это были разрезы от их лезвий.

— Прекрасно! Как минимум настолько быстро! Чем быстрее твой нож, тем мощнее его энергия лезвия. Твой нож должен стать подобно горящему огню в аду — возгораться и сжигать всё и всех!

Выглядя словно сумасшедший, мясник продолжил махать ножами, образовывая целый вихрь движений. Скорость была настолько высока, что в глазах Цинь Му зарябило.

Старик кричал:

— Горит! Горит! Пусть твои ножи, горят! Пусть твоя энергия горит! Пусть твоя душа горит! Как только твои ножи поглотит пламя, это будет значить, что ты завершил божественное искусство!

Донг! Ззззз!

Цинь Му смотрел на ужасающие движения ножей мясника, в результате трения которых об воздух вспыхивало пламя. Пара ножей словно два извивающихся дракона пышущих огнём танцевали то тут, то там, наращивая свою мощь и импульс, как вдруг… драконы сорвались с места и полетели к Цинь Му. Эти драконы летели к нему и ему некуда было бежать и нечем было отбиваться. Но всё так же внезапно драконы взмыли вверх, красочно рассекая тёмное ночное небо деревни Цань Лао.

Цинь Му ошеломлённо уставился в небо. Мастерство мясника было слишком пугающим.

В это время к деревенскому небу со всех сторон подступила клокочущая темнота, пожирая каждую частичку огненных драконов и энергию лезвия, которая их сформировала. Темнота была словно живая, гневаясь на мясника и на его действия, и ведя себя так, как если бы собиралась поглотить всю деревню целиком.

Но вдруг четыре скульптуры стали ярче, вынуждая темноту отступить.

— Чёртово небо! — недовольно заметил мясник.

Всё ещё находясь на деревянной куче и держа в своих руках огромные ножи, мясник посмотрел на небо и словно сумасшедший закричал:

— Рано или поздно я растерзаю эту темноту и пойду по пути убоя! Этому старику отрезали половину тела, но голова то ещё на месте! Даже не имея ног я всё равно буду убивать, я…

«Дедушка мясник опять безумствует, но его ножи были действительно очень быстры. Интересно, как долго мне придётся тренироваться, чтобы стать столь же быстрым как он и превратить мои навыки боя на ножах в божественное искусство?»

Цинь Му с восхищением посмотрел на обезумевшего мясника, затем он положил нож и пошёл искать однорукого дедушку Ма.

****

— Если ножи мясника должны создавать пламя для достижения уровня божественного искусства, то мои кулачные движения должны вызвать звук грома, прежде чем их можно начать считать божественным искусством! — дедушка Ма выглядел очень серьезно, когда сильно сжал кулак своей единственной руки, сопровождаемый резкими, прерывистыми звуками потрескивания костяшек, и хладнокровно продолжил. — Му’эр, только когда ты сможешь удерживать в своих руках молнию, твои удары кулаком можно будет считать едва приемлемыми. Ножи мясника действительно очень быстрые, в то время как мой кулак взрывается с непреодолимой силой, превосходящей пределы скорости звука и сбрасывающей воздушные оковы! Одной руки достаточно для занятия боевыми искусствами! Одна рука может стать тысячью рук! Одной руки хватит, чтобы метать молнии и сотрясать землю раскатами грома!

Взрыв! Взрыв!..

Когда дедушка Ма начал ударять перед собой кулаком, звуки были сродни оглушающему грохотанию грома, наслаивающиеся эхом друг на друга.

Взрыв! Взрыв! Взрыв!..

Цинь Му не мог понять, как быстро тот выстреливал своим кулаком. Ему казалось, что у него целая тысяча рук, а не одна. Кулак дедушки Ма ударял всё быстрее и быстрее. Казалось, словно “тысячи рук” начали удерживать разряды молний.

Ззз! Ззз! Чи! Чи! Чи…

Каждый удар сопровождался щебетанием сверкающих молний и раскатами грома!

— Этот приём называется — “Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды”! До тех пор, пока твои кулаки быстрее скорости звука, тебе покорится гром. Каждый удар кулаком, каждый шлепок ладонью этого божественного искусства способен уничтожить тело и душу противника, лишая возможности когда-либо переродиться! — дедушка Ма остановил кулак и продолжил томным голосом. — Используя Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды, что я показал тебе, бей в мою сторону так, чтобы начали слышаться раскаты грома, а на руках заискрились молнии.

Цинь Му сосредоточился. Сегодня то чему его учили дедушка мясник и дедушка Ма отличалось от того, чему учили раньше. Когда он в последний раз тренировался с ними, они учили его самым обычным навыкам владения ножом и техникам кулачного боя. Но сегодня он услышал от них кое-что новое и это…

Божественное Искусство!

Цинь Му подошёл к дедушке Ма и начал быстро двигать кулаком, пытаясь скопировать Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды. Несмотря на то, что у дедушки Ма только одна рука, но он без труда защищал себя от его потуг.

Мясник хоть и выглядел сумасшедшим, но он контролировал себя и Цинь Му не получил ни одного ранения в ходе тренировки. Однако дедушка Ма беспощадно работал своей единственной рукой. Несмотря на то, что удар кулаком старика не был чересчур тяжёлым, тем не менее, вскоре, лицо Цинь Му стало выглядеть сильно опухшим, а из носа текла кровь.

Только когда Цинь Му больше не мог сражаться, дедушка Ма дал ему отдохнуть.

****

— Ноги — это ветер, земля и источник твоей силы.

Одноногий хромой опирался на палку. Несмотря на то, что у него осталась только одна нога, он был тем, кто учил Цинь Му как правильно пользоваться ногами.

Раньше он считал его самым обычным стариком в деревне, его искренняя и простая улыбка внушала доверие, но после случившегося возле большой реки… когда он с таким же простодушным хохотом зарезал вылезшую из коровы женщину… Цинь Му уже не был так уверен в этом.

Смех и улыбка этого хромого очень коварны, когда он смеётся невозможно понять, это искренний или наигранный смех.

Улыбнувшись в сторону Цинь Му, хромой продолжил:

— Му’эр, мясник всегда хвастается своим ножом, старик Ма кулаком, но настоящее божественное искусство — в ногах. Когда нож и кулак не смогут убить врага, что нужно делать? Конечно убегать! Выжить прежде всего! Жизнь состоит не только в мечтах о великом, но в простом житейском выживании! Вот почему настоящая победа — выжить! Только если ты достаточно быстро бегаешь, ты сможешь взбегать по стенам, бежать по воде и даже взмыть в небо! Тогда огонь, воздух и всё остальное станет для тебя как ровная и устойчивая земля! Когда ты бежишь достаточно быстро даже звук остаётся за твоей спиной, ведь ты быстрее него и только в этом случае можно считать, что ты достиг начального уровня божественного искусства своих ног.

— Му’эр, подойди, надень эти стальные утяжелители.

Глава 4. Техника Создания Небесного Дьявола

Цинь Му видел на что способны дедушки мясник, Ма и хромой, он боготворил их и одновременно пребывал в недоумении: «У хромого дедушки очень сильная нога, на ней он может даже лететь по небу. Кто же тогда отрезал его вторую ногу? У дедушки Ма очень сильный удар кулака, кто же тогда отрезал его вторую руку? В руках дедушки мясника два ножа становятся опаснейшим оружием, кто же тогда отрезал половину его тела?»

После тренировок ног с хромым кровь потомков четырёх духов больше не переполняла его. Полностью усвоившись она даже в некоторой степен сделала его тело сильнее, из-за чего он стал чувствовать себя намного лучше. Разве что он смертельно устал и хотел прилечь прямо на месте и заснуть.

Но это было только начало его страданий.

Почти каждый день жители деревни ловили злобных зверей и Цинь Му приходилось пить их очищенную кровь. Полностью насытившись ею, он начинал свои адские тренировки и не заканчивал их, пока не достигал предела своей выносливости.

Кроме тренировок у дедушки Ма, мясника и хромого, ему ещё приходилось учиться у немого кузнеца его ремеслу, у глухого учиться рисовать, у слепого по слуху определять где он находится, что происходит вокруг и с закрытыми глазами тренироваться сражаться с посохом.

Всякий раз, когда он окончательно выбивался из сил, его вызывал старейшина деревни и они занимались дыхательными упражнениями. Старейшина сказал ему, что эти упражнения называются дыхательной техникой “Трёх Эликсиров Тела Тирана” и они необходимы для пробуждения самого “Тела Тирана”.

Несмотря на то, что Цинь Му не ощущал никакого невероятного эффекта от этой, так называемой, техники, но она по крайней мере снимали его усталость, и поупражнявшись в ней он чувствовал себя очень бодро. Поэтому он считал эту дыхательную технику действительно удивительной.

— Старейшина, это ведь самая обычная дыхательная техника “Даоинь”, верно? — спросил целитель после ухода Цинь Му.

— Да, это она, — сказал старейшина и затем продолжил, — у каждого из Четырёх Великих Духовных Тел есть свои собственные уникальные техники для тренировок. Духовное Тело Зелёного Дракона использует Ци Зелёного Дракона для самосовершенствования. Тело Белого Тигра Ци Белого Тигра и так далее… Однако тело Цинь Му не содержит ни одного из этих четырёх основных атрибутов жизненной Ци. Так как он никогда не будет таким как мы и не сможет совершенствоваться, полагаясь на какие-либо наши техники, я учу его самой простой дыхательной техника. Даже самые обычные люди могут изучить технику Даоинь и использовать её для самосовершенствования… Ведь это единственная техника, которая не требует для тренировки никаких атрибутов Ци.

— Но ведь техника Даоинь слишком простая и распространённая. Те воины, что практикуют её, мало чего добиваются в жизни в сравнении с другими, — заметил озадаченный целитель.

— Раньше я думал точно также, — произнёс старейшина, но затем сразу же продолжил, с слегка странным выражением лица, — но теперь мне кажется, что мы сильно недооценивали технику Даоинь. Му’эр с самого детства тренировался в ней со мной и к текущему моменту его жизненная Ци стала чрезвычайно грозной. Однако… единственный способ, которым возможно продемонстрировать всю свою имеющуюся мощь — это наличие у жизненной Ци атрибута.

— Насколько мощная? — дрогнувшим голосом спросил целитель.

— Если бы его жизненная Ци была того же атрибута, что и твоя жизненная Ци Красной Птицы, тогда сила Цинь Му была бы равна половине силы твоего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, — ответил старейшина.

Слова старейшины повергли целителя в шок.

— Я уже сломал свою стену Небожителя и разбудил Божественное Сокровище Небожителя! — воскликнул он. — Я потратил годы на полное пробуждение своих: “Духовного Эмбриона”, “Пяти Элементов” и “Шести Направлений”! Половина силы моего “Духовного Эмбриона” эквивалентна полной пиковой силе “Духовного Эмбриона” практикующего боевые искусства и имеющие только его! Чтобы текущая сила Цинь Му была на одном и том же уровне с практикующим боевые искусства на уровне Духовного Эмбриона… и это без пробуждения своего собственного Духовного Эмбриона… Тогда если ему удастся пробудить своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, разве он не будет в несколько раз сильнее самого себя, если бы он имел один из атрибутов Четырёх Великих Духовных Тел? И это всё ещё благодаря технике Даоинь?

Старейшина тоже сомневался:

— Техника Даоинь действительно таинственная. Хотя это простая дыхательная техника, основание, которое она закладывает, прочно за пределами всего мыслимого и немыслимого. Му’эр практикует её всего десять лет. И этот срок крайне короткий. Когда он впервые начал практиковаться в ней, результаты были далеко не такими хорошими, как сейчас, но недавно я заметил, что его сила начала расти не по дням, а по часам. Его рост, особенно пугающий в дни, когда он пьёт кровь четырёх духов! Если бы техника Даоинь не была настолько распространённой и общедоступной, я бы подумал, что она божественная…

Лица обоих стариков выглядели странно.

Целитель выдохнул и покачал головой:

— Это мало что меняет… У его жизненной Ци нет атрибута. Он не может высвободить много силы. Как ты думаешь, насколько далеко он сможет зайти, практикуя лишь Даоинь?

Старейшина покачал головой:

— Я тоже не знаю.

Целитель кивнул в понимании.

Техника Даоинь была самой что ни есть базовой, которую дети обычно использовали для заложения своих основ. Как только ребёнку исполняется десять лет, эта основа становится достаточно прочна и развита, чтобы противостоять воздействию духовной крови. После того, как ребёнок узнаёт свой тип духовного тела, им больше нет нужды практиковаться, используя технику Даоинь.

Как только человек сломает свою первую стену, появляется целое множество гораздо лучших техник для практики и нужда в Даоинь отпадает.

Что касается обычных людей, которые ежедневно тренируются, используя технику Даоинь… У них попросту нет возможности ежедневно пить духовную кровь, как это делает Цинь Му.

Только могущественные и влиятельные семьи могли бы позволить себе такую роскошь, но никто из них не станет тратить столько ресурсов на обычного наследника. Ни одна семья не поступит также как старики деревни Цань Лао.

Старейшина деревни никогда не слышал о том, чтобы кто-то практиковал технику Даоинь до раскрытия её максимального потенциала, не говоря уже о том уровне, на котором сейчас находится Цинь Му. Поэтому чего может достичь малец дальше он тоже не знал.

Однако вскоре случилось то, что в итоге больше всего шокировало целителя и старейшину деревни… В течение нескольких дней совершенствование Цинь Му становилось всё глубже и могущественней. Предположительно самая распространённая техника Даоинь вызвала необычайные изменения в его теле, которые сделали основание мальчика невероятно прочным и стабильным!

Всего через месяц он мог за один раз выпить в несколько раз больше крови, чем раньше, а плотность его жизненной Ци стала такой, что была сравнима с Ци обычного воина уровня пробуждённого Божественного Сокровища Духовного Эмбриона!

Однако несмотря на то, что его жизненная Ци была настолько плотной, у неё по-прежнему не было атрибута, что не позволяло ему проявить её полноценную мощь, а значит и эффективно применять на практике.

Тем не менее повышение плотности жизненной Ци всё же дало ему некоторые преимущества! Он стал намного выносливее, гораздо легче переносил побои на тренировках и гораздо быстрее восстанавливался. В конце концов всё свелось к тому, что когда он тренировался, то мог встретиться с каждым из своих учителей практически в своём пиковом состоянии. Тренировка на ножах с дедушкой мясником, кулачные бои с дедушкой Ма, тренировка ног с одноногим хромым дедушкой, тренировка ориентации в пространстве и бою с посохом с завязанными глазами со слепым дедушкой и под конец завершал свою серию тренировок с немым дедушкой кузнецом, работая с металлом пятидесятикилограммовым молотом. И даже несмотря на подобную интенсивную тренировку он должен был практиковаться в дыхательной технике “Трёх Эликсиров Тела Тирана”, чтобы быстро восстанавливать свои силы.

Чудодейственный эффект от дыхательной техники “Трёх Эликсиров Тела Тирана” в очередной раз шокировал старейшину деревни. В итоге тот заставил целителя тайно проверить физическое состояние Цинь Му на наличие скрытых травм, вызванных переутомлением на тренировках.

— Я не обнаружил никаких скрытых травм, вызванных переутомлением или истощением. Даже наоборот… Из-за того, что его жизненная Ци стала настолько плотной, она уже начала развивать его телосложение, — со странным выражением лица отчитался целитель после проверки.

Старейшина не знал, что сказать. За свою жизнь он многое повидал, но никогда не видел подобного, ведь Цинь Му самый обычный человек и практикует самую обычную дыхательную технику.

— Му’эр, сегодня ты с бабушкой будешь учиться шить одежду, не нужно тренировать удары кулаком, — бабушка Сы окликнула Цинь Му.

Горбатая старуха несла в руках корзину с иглами и нитками. Когда маленькие шаги увели её за пределы деревни, Цинь Му бросился вперёд и догнав, выхватил у неё корзину и спросил:

— Зачем мы уходим, бабуль, разве обычно мы не учимся в деревне?

— Сегодня мы будем шить одежду не в деревне, настоящую одежду, — ответила бабушка Сы и затем продолжила. — На днях старый Ма, хромой и остальные многому тебя научили, я не хочу отставать от них, поэтому сегодня научу тебя на что действительно способны такие портные, как я.

«На что действительно способны портные? Разве портной не шьёт одежду?» — думал Цинь Му, удаляясь вместе с бабушкой от деревни к реке.

Они шли вдоль реки по направлению от её устья к низовью. Несмотря на свой горб, Сы шла очень быстро. Цинь Му приходилось использовать недавно выученную у хромого технику движения ног, только чтобы поспевать за ней. После дюжины километров они дошли до области с травянистыми холмами у подножья горы. Примерно в двухстах шагах от них паслись олени.

Бабушка Сы достала из корзины маленькую иглу, которая была воткнута в шар из ниток и затем резко дёрнула рукой в направлении оленей. Игла словно исчезла, но уже в следующее мгновение один из оленей упал, а остальные от страха бросились убегать.

Они подошли к упавшему оленю. Он был ещё жив. Между бровями у него торчала игла, которая каким-то образом мешала ему двигаться.

— Му’эр, смотри, эта игла поразила его “Душу Неба”, — сказала бабушка Сы, чтобы Цинь Му запомнил где находится Душа Неба, затем взяла другую иглу и вонзила её в копчик. — Здесь его “Душа Земли”, — после чего третей иглой пронзила пупок, — а это его “Душа Жизни”. Три главных души уже пронзены, но помимо них есть ещё семь духов. Первый это — “Собачий Труп”, находится на макушке.

Она взяла пятую иглу и ещё раз вонзила между бровей:

— Второй дух называется “Скрытой Стрелой”, он тоже находится между бровей. Обрати внимание, его легко перепутать с Душой Неба. В одном случае игла должна войти очень глубоко, а в другом на небольшую глубину.

— Третий, “Инь Воробей”, находится в кадыке, проверь сам, там есть брешь треугольной формы, именно её нужно поразить иглой.

— Четвёртый, “Хватающий Вор”, находится в районе солнечного сплетения, там ещё есть ямочка.

— Пятый дух, “Противоядие”, также в пупке, не перепутай с Душой Жизни.

— Шестой, “Очистка от Грязи”, вон там, — бабушка Сы указала на промежность, — Из этого места выходят мерзкие вещи.

— И последний, седьмой дух, “Вонючее Лёгкое”, расположенный в легких, в которых циркулирует свежий и затхлый воздух.

Бабушка Сы поразила три души и семь духов оленя, продолжая говорить:

— Связывание трёх душ и семи духов это ключевой, самый главный шаг для шитья правильной одежды. Му’эр ты всё понял? Если понял, то мы начнём шить одежду.

Цинь Му не понимал причем тут одежда, но он всё запомнил и сказал:

— Да, я всё понял.

Бабушка Сы достала из корзины ножницы и начала резать с губ оленя, в итоге сняв всю шкуру. Странно, но при этом не вытекло ни единой капли крови.

— Только что я привязала душу оленя к его шкуре, перенеся в неё всю его кровь, энергию и дух. Хотя тело оленя умерло, но сам он всё ещё жив в своей шкуре. Однако нужно ещё кое-что сделать, чтобы процесс действительно считался завершённым и получить надлежащую одежду. Му’эр, внимательно смотри и запоминай куда я укажу!

Бабушка Сы подбросила шкуру, во время её полёта она очень быстро пальцем, как иглой, указывала на шкуру. За время её падения она триста шестнадцать раз указала на неё. Казалось, что каждый раз из её пальца в шкуру переходила жизненная Ци.

Приземлившись, шкура не упала не землю плашмя, а вместо этого встала на свои четыре копыта, словно живой олень! Она покачивала головой и махала хвостом отгоняя насекомых, глядя со стороны даже и не скажешь, что это на самом деле только шкура, а не настоящий олень!

Цинь Му глупо уставился…

Видя это, бабушка Сы вдруг усмехнулась и со сноровкой одев на него шкуру сказала:

— Вот это настоящая одежда портного.

Цинь Му сразу же почувствовал, как шкура становилась всё теснее и теснее, давая ощущение того, что она стала частью его тела, в итоге заставляя упасть на четвереньки.

Он почувствовал, что действительно стал оленем! Он даже ощутил, что у него есть хвост!

Бабушка Сы взяла зеркало из корзины и направила его на Цинь Му. Он увидел, что действительно превратился в оленя!

Он хотел было что-то сказать, но единственное что из него вырвалось это оленье блеяние.

Как вдруг… из ниоткуда раздался громкий голос:

— Техника Создания Небесного Дьявола! Какое колдовство! Я никак не ожидал, что встречу здесь, в этом безлюдном месте Великих Руин, выжившего небесного дьявола, который учит своего младшего дьявольского ублюдка такой зловещей технике!

Глава 5. Пять Старейшин Реки Ли

Голос подкреплённый сильной Ци отражался эхом по всей близлежащей области. Несмотря на то, что голос исходил откуда-то издалека, казалось, что он был совсем рядом, оглушая барабанные перепонки Цинь Му.

Слепой научил Цинь Му находить источник звука, благодаря чему тот с лёгкостью определил, что голос исходит от отвесной скалы. Приглядевшись в ту сторону, он увидел несколько фигур, стоящих на вершине горы в примерно трёх километрах от него. Цинь Му не мог рассмотреть их лица, но понимал, что они однозначно необычные люди, так как один из них смог спроецировать свой голос к ним с такого расстояния.

Бабушка Сы взяла корзину и улыбнулась:

— Дьяволы, какие дьяволы? Я не дьявол, а просто обычный человек, живущий у реки. И этот олень тоже обычный. Я вырастила его…

— Му, беги!

Настойчивость в голосе бабушки Сы испугала Цинь Му. Он хотел что-то сказать, но не мог. Волнуясь за безопасность своей бабушки, у него не было желания оставлять её одну.

— Обычный человек? Ты спроецировала свой голос точно к нам настолько отчётливо с такого расстояния и подкрепила его такой мощной Ци… Разве обычная старуха способна на такое? — властно проговорил старик и затем гневно продолжил. — Мы, “Пять Старейшин Реки Ли”, никоим образом не можем ошибиться в опознании техники — “Создание Небесного Дьявола”! Снимать шкуру, чтобы сделать одежду — навык по превращению… Ты всё ещё хочешь оправдаться, после того как мы своими глазами увидели такую зловещую технику?

— Этот приём может превратить человека в корову или барана и потом его можно продать на рынке для убоя. Разве вы не этим занимаетесь? — яростно крикнул другой старик. — Многих предков нашей праведной секты вы превратили в скот и заставляли до самой смерти пастись на лугах! После того как мы увидел всё что ты сейчас сделала, ты не обманешь нас!

— Олень тоже живое существо. Но ты использовала его кожу и душу, чтобы создать такую злую вещь… — молвил печальным голосом третий старик. — Только одному богу известно сколько ещё невинных жизней ты отнимешь, если мы не убьем тебя сегодня…

Бабушка Сы развернулась и вытащила иглу, которая торчал между бровей “Цинь Му”, мягко говоря:

— Эти старики не смогут убить меня, но если ты останешься рядом со мной, то я буду отвлекаться на твою защиту, поэтому беги в деревню.

Цинь Му перестал сомневаться, развернулся и побежал вдоль реки обратно. Сначала он думал, что, будучи в теле оленя, не сможет нормально двигаться, но как только побежал, понял, что ошибался. Вместо неловкости он ощущал словно всегда был оленем и бежал быстрее, чем когда-либо прежде.

Наконец, он осознал, что стал настоящим оленем!

— Маленький дьявол, ты всё ещё надеешься убежать? Если мы позволим это тебе, то быть беде. “Пять Учеников Реки Ли”, пришло время для вашей тренировки. Ваша цель этот убегающий олень. Убейте и принесите мне его голову!

— Поняли! — хором ответили молодые парни и девушка.

В то же мгновение со скалы спрыгнули пять фигур и побежали по ней вниз. Быстро, словно набирающие скорость лошади, они мгновенно оказались практически у самого подножья скалы, где раскинулся глубокий водоём, который образовался от падающего со скалы водопада и сливался с рекой. Однако вместо того, чтобы плюхнуться прямо в воду, все пятеро слегка коснулись её и затем тут же побежали прямо по поверхности воды, гонясь за Цинь Му.

Бабушка Сы сильно забеспокоилась:

— У них Духовные Тела! И уровни их Духовных Эмбрионов определённо не слабы. Му медленнее… Они обязательно догонят его…

Как только Сы собралась остановить их, четыре фигуры рассекли небо, приземлившись вокруг неё. Только один человек остался на вершине горы. Он стоял там с горделивой осанкой, явно не собираясь спускаться в ближайшее время.

— Что Пять Старейшин Реки Ли забыли в Великих Руинах? — четыре старика окружали Сы, но та только ухмылялась. — Учитывая насколько опасны Великие Руины, разве вы не боитесь потерять здесь свои маленькие жизни?

Один из окруживших, чернобородый старик, равнодушно ответил:

— Говорят в Великих Руинах прячется много злых сил… Демоны и дьяволы, которые не могут выжить снаружи нашли здесь своё прибежище, поэтому мы, пять старейшин, привели сюда своих учеников, чтобы укротить их.

— Кто здесь злые силы ещё неизвестно… и кто кого ещё укротит, — отметила ухмыляющаяся Сы, держа в одной руке корзину, а в другой ножницы. — Давненько я не разминала свои старые кости. К счастью для меня, я ещё не растеряла все свои способности. Может быть вы, пять старпёров, хотите, чтобы я сделала из вас одежду?

— Как ты смеешь быть таким высокомерным, демон? Ты вообще квалифицирован быть высокомерным перед нами? — хором закричали четверо из пяти старейшин, тут же начав двигаться и обрушив свои сокрушительные удары на старушку Сы.

В тот же момент убегающего в деревню Цинь Му ослепили вспышки молний. Чистые, белоснежные разряды молний осветили всё вокруг, купая всю гору и предгорье в свете несколько раз ярче, чем солнце.

Цинь Му на миг оглянулся, но смог разглядеть только ветряные вихри, образовавшиеся в месте, где раньше стояла бабушка Сы. Внезапно шторм сорвал землю, поднял камни и даже валуны которые весили тонны, разбрасывая их с огромной скоростью в разные стороны.

— Бабушка будет в порядке… — подбадривал себя Цинь Му, несмотря на сжавшееся в ужасе сердце.

Внезапно со стороны реки послышался звук от хлюпающих по воде шагов. Он оглянулся и увидел молодых парня и девушку, бегущих за ним по воде!

Скорость, с которой их ноги двигались вверх-вниз, была чрезвычайно высокой, намного выше чем у Цинь Му. Прежде чем вода успевала продавиться под их ступнями, они уже исчезали с того места как порыв ветра!

«Эта парочка уже достигла уровня ходьбы по волнам. Хромой дедушка сказал мне, что пока я ещё не достиг такого уровня. Они намного сильнее, чем я!»

Двое преследователей вскоре догнали и даже немного перегнали Цинь Му, продолжая бежать посреди реки. Как вдруг, они резко изменили направление и побежали по диагонали к берегу, явно планируя перехватить его спереди.

Цинь Му оглянулся и увидел позади ещё одного человека, в то время как слева, среди горных хребтов, время от времени по верхушкам деревьев прыгали ещё двое. Тем не менее они не могли продолжать в таком же духе слишком долго, поэтому спускались на землю, чтобы перевести дух.

Но даже так они были слишком быстры!

«Я не могу позволить им остановить меня! Мне нужно оторваться от них и добраться до деревни. Я должен рассказать всё дедушке Ма и остальным и тогда бабушка Сы будет спасена!» — со скрежетом зубов Цинь Му развернулся и побежал в сторону леса.

Если он продолжит бежать вдоль реки, то его определённо поймают. Двое, что бежали по реке, были слишком быстрыми, в то время как двое в лесу были самыми медленными… Таким образом побег через лес был его единственным вариантом.

— Маленький дьявол, тебе не сбежать! Ты и этот убитый олень той дьявольской старухой не уйдёте!

Когда Цинь Му вбежал в лес, один за тех, кто преследовал его через лес, ринулся вперёд на перехват. Однако он всё же слегка опоздал и Цинь Му в форме оленя смог проскочить мимо него.

— Не волнуйтесь, он не скроется!

Парень и девушка, преследовавшие его по реке, были абсолютно спокойны. Девушка мягко усмехнулась, резко увеличивая свою скорость, прыгая по верхушкам крон деревьев, словно летела. С другой стороны, парень спокойно раздавал команды трём оставшимся.

Цинь Му очень старался, но не мог сбросить их с хвоста. К тому же он был вынужден убегать всё дальше и дальше от деревни Цань Лао, уходя вглубь Великих Руин.

Прожив в этой деревне столько лет, он никогда не заходил так далеко от дома. Максимум на пять-шесть километров. Забегая всё дальше, окружающая среда становилась для него всё более незнакомой… Через некоторое время местность стала совсем дикой, без каких-либо тропинок и узнаваемых мест.

Во время бега Цинь Му вдруг увидел перед собой поле с цветущими персиковыми деревьями и большое стадо оленей. Он тут же смешался с ними.

Вьюх…

Сладкий запах прокатился по окрестностям, когда девушка приземлилась на землю с развевающимися на ветру рукавами. Взглянув на стадо оленей, она недовольно нахмурилась.

— Старшая сестра, где это дьявольское отродье? — спросил один из подбежавших юношей возраста Цинь Му.

Девушка надула губы и указала на стадо пасущихся оленей:

— Там.

— Тогда убьём их всех!

Подростки бросились в стадо оленей, размахивая мечами и ножами, беспощадно убивая животных. Несмотря на то, что олени убегали достаточно быстро, они всё ещё были медленнее своих убийц.

Все пятеро обладали Духовными Телами и были достаточно сильными практиками боевых искусств. Олени убегали в разные стороны, но в итоге их ждала лишь смерть. За короткий период времени почти все олени были вырезаны.

— Разве вы не говорили, что олени тоже живые существа? — вдруг раздался вопрос. — Бабушка убила только одного оленя, а вы вырезали целое стадо. Почему вы утверждаете, что именно мы следуем по дьявольскому пути?

— Он там!

У девушки сузились зрачки, когда она зафиксировала взгляд на Цинь Му и достала свой длинный меч. Ци Белого Тигра распространилась от её руки к клинку и тот засиял ярким золотым светом. Меч внезапно вылетел из её руки и выстрелил в его сторону.

Цинь Му скривился, пытаясь увернуться от меча. Он быстро бегал, поворачивая в разные стороны, но меч продолжал преследовать его.

«Что это за техника? Это божественное искусство? — панически думал Цинь Му. — Нет, не похоже. Дедушка мясник сказал, что только когда ты достигнешь наивысшей точки в своём боевом пути, можно проявить божественное искусство. А у этой девушки далеко не такая сила как у мясника…»

Когда меч практически поразил его, Цинь Му в форме оленя резко пригнулся, прислоняясь к земле и меч пролетел прямо над ним. Хотя он едва уклонился от атаки, но при этом заметил тоненькую нить, крепящуюся к рукояти меча. Один конец нити крепился к рукояти меча, а другой находился в руке девушки…

Эта нить была невероятно тонкой, как шёлковая прядь, поэтому её было крайне трудно заметить.

Глава 6. Умри, Кроха!

«Может ли она управлять мечом этой нитью? Но учитывая насколько та тонкая, как она может изменять траекторию полёта меча?..» — прежде чем Цинь Му смог продолжить мысль, он вдруг сорвался с места. Мгновение спустя там пролетел меч и затем воткнулся с глухим звуком в находящееся чуть дальше дерево.

Меч был словно живой, всячески пытаясь вырваться из тисков ствола дерева, но тем не менее не мог. Вскоре девушка подбежала к мечу и схватив за рукоять с раздражением вытащила его:

— Моя жизненная Ци Белого Тигра всё ещё недостаточно сильна, чтобы контролировать мой меч в настоящем сражении…

— Младшая сестра Цин, уже удивительно только то, что ты смогла образовать из своей жизненной Ци эту нить и контролировать ею свой меч во время битвы, — парень, который бежал рядом с ней по реке, подошёл и нежно заговорил. — Тебе не хватает не силы и уровня совершенствования, а опыта и времени для практики. Наши мастера привели нас в Великие Руины как раз для того, чтобы мы смогли потренироваться и избавиться от слабостей. В течение всей нашей жизни нас волновал лишь уровень нашего совершенствования, поэтому нам не хватает настоящего боевого опыта. Этот маленький дьявол отлично подойдёт для боевой практики. Ты обязательно отточишь своё мастерство управления меча Ци.

Остальные трое юношей догнали парочку и один из них улыбнувшись сказал:

— Маленький дьявол превратился в оленя. Поскольку олени довольно проворные животные, он смог уклониться от летающего меча старшей сестры.

Девушка воодушевилась их поддержкой и продолжив направлять меч в сторону Цинь Му, произнесла:

— Старший брат Цюй, не помогай мне, я хочу убить его своими силами и отточить контроль над своим мечом.

Старший брат Цюй был тем молодым парнем, что бежал вместе с ней рука об руку по реке. Он кивнул на её слова и произнёс:

— Младшая сестра, тогда иди. Братья, давайте просто полюбуемся как наша сестра Цин убьёт его.

В сердце Цинь Му чувствовал недоумение, одновременно изо всех сил пытаясь увернуться.

«Контролировать меч Ци? Не может же быть, что нить в руках девушки это её жизненная Ци, а не просто какая-то нить? Жизненную Ци можно использовать таким образом для управления мечом? Смогу ли я повторить?»

Когда Цинь Му тренировался на ножах с дедушкой мясником, тот только учил его как правильно использовать руки. Мясник никогда не учил его контролировать нож только с использованием своей жизненной Ци. Поэтому Цинь Му был совершенно невежественен в этом вопросе.

Он видел, как воинственная девушка управляет мечом с помощью своей жизненной Ци и думал… А может ли Ци управлять чем-то другим?

Однако у него попросту не было времени продолжать размышлять над этим. Ведь эта Цин продолжала атаковать, направлять свой меч в его сторону. Не говоря уже о том, что из-за того, что бабушка Сы превратила его в оленя, он чувствовал некоторое неудобство в конечностях. Даже его жизненная Ци стала намного более вялой и не реагировала на команды как следует.

Чиии…

Меч пролетел над спиной Цинь Му, из-за чего тот почувствовал, как холодный пот проступил на его спине, за которым сразу же последовало болезненное чувство жжения. Было очевидно, что Цин таки удалось его ранить в последней атаке.

«Это плохо! Хотя олень и бегает быстро, но он всё ещё не так ловок, как кто-то с настоящим духовным телом. Если меня опять ранят, то мне будет трудно убежать в форме оленя…» — закончив эту мысль, Цинь Му сразу же почувствовал, как его рот начал неконтролируемо разрываться.

Если быть точнее, разрывался не его собственный рот, а оленья шкура начала отделяться от его тела, начиная с рта оленя. Цинь Му сразу вспомнил тот момент, когда бабушка Сы извлекла иглу из места между его бровей. Это была та самая игла, что поразила точку Души Неба!

Вскоре его голова отделилась от шкуры оленя.

Меч прорезал воздух, прокладывая свой путь к Цинь Му, желая отнять его жизнь.

Цинь Му прыгнул со всей силой, которую смог собрать в своих ногах и в итоге окончательно освободился от оленьей кожи, упав в нескольких метрах впереди от неё, после чего тут же вскочил и ринулся вперёд.

Позади него контролируемый Цин меч разрезал оленью шкуру на куски. Её движения были лёгкими, как падающий осенний лист и столь же быстрыми, как удар молнии. Преследуя Цинь Му, она по всей видимости, таки улучшила свои навыки во владении мечом.

Освобождение от оленьей шкуры заняло у Цинь Му несколько мгновений, но даже этого времени хватило, чтобы один из юношей спрыгнул с дерева и приземлившись прямо перед ним преградил путь для побега.

Они оба оказались всего в десяти метрах друг от друга. Из-за такого короткого расстояния уже в следующий миг они неизбежно встретятся в лобовом столкновении друг с другом!

Цинь Му не успевал изменить направление, поэтому не думая подсознательно использовал технику ног, которой его обучил хромой дедушка. Двигаясь вперёд он словно споткнулся, но уже в следующий миг упёрся своими руками в землю вместо ног. Его ноги, поднимающиеся к верху, скручиваясь вывернулись вместе с остальной частью тела, увеличивая свою импульсную скорость, пока не стали походить на настоящий закручивающийся ветряной вихрь. Подобно вращающейся мельнице он бросился к юноше перед ним!

Юноша, что был примерно на несколько лет старше, надменно ухмыльнулся.

Он поднял обе руки, чтобы выставить блок. От его рук начало исходить мрачно-зелёное свечение, после чего на его коже стали появляться драконьи чешуйки.

— Рука Зелёного Дракона! — взревел юноша.

В следующий миг ноги Цинь Му столкнулись с руками юноши. Раздался двойной металлический лязг и прежде чем надменная ухмылка успела сойти с лица парня, он приглушённо застонал и потерял равновесие, но тем не менее устоял на своих двоих.

Натиск Цинь Му заставил его отступить!

Рукава его одежды были разорваны в клочья, а остатки падающей ткани развевались вокруг, словно танцующие на ветру бумажные бабочки. Образ драконьих когтей можно было увидеть на коже обеих рук. Когти обхватывали его руки в довольно реалистичной манере.

Тем не менее обе его руки покраснели и опухли, после того как он столкнулся лоб в лоб с ногами Цинь Му.

— Ты спрятал железные утяжелители на ногах? — воскликнул юноша то ли от ярости, то ли от удивления.

Руки у парня тряслись от боли, как вдруг его взгляд приземлился на ноги Цинь Му:

— Даже твои ботинки сделаны из железа?

Цинь Му вскочил на ноги и побежал прочь.

Тем не менее слова этого парня напомнили ему, что обе его ноги без преуменьшения закованы в железо.

Поскольку Цинь Му учился техникам ног, хромой требовал от него, чтобы он круглые сутки носил на своих ногах утяжелители. Он даже заставил его пообещать никогда их не снимать.

Поскольку хромой постоянно следил за его прогрессом и видел, что его тело со временем становилось гораздо крепче и сильнее, он постоянно увеличивал вес утяжелителей. А недавно даже попросил немого кузнеца выковать пару железных ботинок, чтобы ещё больше увеличить вес.

Хотя пара железных ботинок весила всего около пяти килограмм, но на каждой из его ног было также по одному десятикилограммовому железному утяжелителю. Если суммировать весь вес, то к его ногам было прицеплено двадцать пять килограмм лишнего веса!

Хромой сказал, что он может снять их только тогда, когда перестанет чувствовать их вес. Цинь Му только недавно привык к ним, поэтому, когда он отчаянно убегал, то попросту забыл, что к его ногам прикреплён такой большой вес.

Однако если он попытается избавиться от утяжелителей, то его обязательно окружат, поймают и убьют. Поэтому сейчас он не мог себе позволить остановиться.

“Топтание Горы Сумеру!”

Как только Цинь Му побежал, он тут же собрал всю свою силу в правой ноге и применил навык — Топтание Горы Сумеру. Толстая подошва его железного сапога раскрошилась как обычная грязь, разрывая весь сапог на летящие осколки. В то же время его икроножные мышцы резко сократились и затем набухли, срывая сковывающие ногу утяжелители и выстреливая ими в деревья, словно те были какими-то острыми стрелами!

Затем Цинь Му точно также шагнул другой ногой, полностью освобождаясь от лишнего веса.

Вьюх!..

Подпрыгнув, Цинь Му почувствовал себя очень лёгким! Он с невероятной простотой запрыгнул на одну из самых верхних веток дерева, что сильно испугало его.

Будучи босым, вес Цинь Му только немного прогнул ветку.

Снизу появились вспышки света, выстреливающие вверх. Посмотрев вниз, Цинь Му увидел острые наконечники дюжины мечей!

С тех пор как эта девка Цин начала пытаться убить его, она с каждой минутой становилась всё сильнее и искусней. Она не контролировала дюжину мечей, нет… Она создала иллюзии дюжины мечей лишь одним!

Цинь Му вдруг вспомнил слова хромого: «Не думай о том, сможет ли точка опоры выдержать твой вес. Пока ты достаточно быстр, даже вода станет для тебя твёрдой землёй. Трава… воздух… для тебя всё станет твёрдой землёй!»

Оттолкнувшись кончиками пальцев, Цинь Му прыгнул вперёд. Вспышки меча затопили небо, измельчая верхушку кроны огромного дерева, на которой он ещё миг назад стоял.

Два парня подпрыгнули и приземлились на верхушках своих деревьев как раз вовремя, чтобы увидеть, как Цинь Му шагает по кончикам крон деревьев, словно невесомый порыв ветра. Они могли лишь глупо уставиться, изумляясь его изяществом и скоростью.

— Как он так быстро передвигается? — спросил один из них. — Этот парень явно моложе нас, но его совершенствование кажется… кажется немного выше нашего…

В этот момент старший брат Цюй исчез как дым после порыва ветра и начал преследовать Цинь Му с ещё большей скоростью.

— Как и ожидалось от старшего брата Цюя! Он намного сильнее чем мы, развив свой Духовный Эмбрион до пика, — оба парня вздохнули от восхищения. — Раз старший брат Цюй погнался за ним, у этого дьяволёныша больше нет шанса на побег.

В этот момент в лесу появилась тёмная тень.

Большая лохматая ладонь, размером с тканный коврик, врезалась в Цюя во время его полёта.

Цюй закружился как волчок и, отлетев назад, упал на землю, ещё какое-то время кубарем катясь по ней, пока в конце концов не остановился и не кашлянул кровью во время своей попытки встать.

— Не ходите туда! Там демоническая обезьяна! Там территория демонической обезьяны!

Остальные четверо немедленно остановились.

Когда тень показалась среди деревьев, они увидели, что это была огромная чёрная горилла. Её глаза были тёмно-красными, а из рта торчали острые клыки.

Начав ударять в свою грудь как в военный барабан, она взревела:

— УМРИ! КРОХА!

Цинь Му бежал впереди всех, поэтому он был первым, кого ударила демоническая обезьяна. В текущий момент он неподвижно лежал у её ног и все присутствующие не могли сказать, жив он или мёртв.

Пристально глядя на валяющегося паренька Цин пробормотала:

— Один удар ладони этой демонической обезьяны тяжело ранил старшего брата Цюя, и этот малец получил точно такой же удар… Он уже должен быть мёртв… верно?..

Не успев закончить говорить, она удивлённо подпрыгнула. Цинь Му, лежавший на земле перед демонической обезьяной, слегка наклонил голову, чтобы выяснить как обстоят дела.

— Он не умер? — недоверчиво произнесла она.

Чернильно-чёрная демоническая обезьяна несколько раз угрожающе взревела и затем затихла, когда поняла, что никто из присутствующих не посмеет шагнуть вперёд. Затем она он опустила морду, чтобы взглянуть на Цинь Му. Она протянула лапу и двумя пальцами перевернув его, спросила:

— Кроха умер?

Увидев широко раскрытые, застывшие и залитые кровью глаза Цинь Му, собственно, как и всё его лицо, и даже торчащий язык, ей стало очевидно, что тот был мертвее мёртвого!

Самодовольно фыркнув, демоническая обезьяна отбросила тело Цинь Му в сторону, затем уселась и начала сощипывать листья с соседнего дерева и есть их.

«Несмотря на то, что эта обезьяна выглядит такой свирепой, на самом деле она травоядный зверь», — думая об этом Цинь Му продолжал делать вид, что он мёртв, но в то же время незаметно отползал на локтях в сторону.

Внезапно обезьяна повернула голову, чтобы посмотреть на “труп” Цинь Му, который тут же замер и стал неподвижным, как и полагается быть трупу.

Затем она протянула руку к, как она считала, трупу, и потрогав пальцем обнаружила, что тело Цинь Му уже стало ледяным и окоченевшим.

— Кроха умер, — с ещё большим самодовольством проговорила обезьяна, затем отвернулась и полностью сосредоточилась на поедании листьев.

Наблюдая за всем этим издалека, Цин больше не могла терпеть и спросила:

— Эй, здоровяк! Разве тебе не кажется странным, что… труп этого крохи… стал таким холодным и окоченевшим так быстро?

Словно поняв её, демоническая обезьяна понимающе шлёпнула себя по голове и тут же обернулась. Однако “труп” крохи к этому моменту уже вскочил и начал что есть мочи убегать на своих, вполне живых, двоих.

Глава 7. Стена Духовного Эмбриона

Демоническая обезьяна разразилась яростью и погналась за Цинь Му. Однако через несколько шагов она поняла, что уступает ему в скорости из-за своих габаритов. Такое унижение разгневало обезьяну. Она начала с корнями вырывать деревья одно за другим, провела рукой по стволу одного из них, избавляясь от ветвей, прежде чем бросить его, как огромное копьё.

— Умри, кроха!

Голый ствол пролетел по воздуху с удивительной скоростью, явно неся в себе чрезвычайную силу. Однако бросок обезьяны не был точным, поэтому дерево упало в нескольких метрах от Цинь Му.

Демоническая обезьяна стала ещё более злой и хотела бросить другое “копьё”, но Цинь Му уже успел убежать вдаль. У неё больше не было жертвы, на которую можно было бы излить свой гнев, поэтому всё, что она могла сделать, это несколько раз ударить себя в грудь.

Старший брат Цюй тихо позвал других юношей:

— Совершенствование этого дьявольского выродка, безусловно, уступает нашему, поэтому его раны должны быть хуже моих. Он не сможет далеко уйти.

Поднявшись на ноги, он хмыкнул, когда сильная боль пронзила его грудь. Он боялся, что несколько его рёбер были сломаны ударом демонической обезьяны. Однако, если Цинь Му смог выдержать такой удар, то он тоже сможет…

Он просто не ожидал, что тот окажется таким сильным.

Совершенствование Цинь Му определённо не было слабым. Отсутствие атрибутов жизненной Ци было единственной причиной, по которой он не мог продемонстрировать всем всё на что способен.

Несмотря на свой юный возраст, если сравнить их совершенствование, Цинь Му, конечно, был не слабее, чем любой из них… В том числе и так называемого старшего брата Цюя!

Взяв обход вокруг территории демонической обезьяны, юноши в конце концов снова нашли след Цинь Му. Как и сказал Цюй, Цинь Му тоже был тяжело ранен, из-за чего его скорость снизилась достаточно, чтобы они смогли его догнать.

Однако, продолжая преследовать Цинь Му, они обнаружили, что его скорость постепенно возрастала, как будто его травмы больше не были проблемой.

— У этого дьяволёныша должно быть чудесное лекарство!

Сердце всех четырёх юношей замерли. Старший брат Цюй принял лекарство, которое дала ему секта, но оно явно было не столь эффективно по сравнению с лекарством Цинь Му. Увидев, с каким темпом увеличивалась его скорость, они поняли, что его раны исцелялись со скоростью, видимой невооруженным глазом.

Такое лекарство заставляло их глаза и сердца гореть от жадности.

«Лекарство в нашей секте не высшего качества. Если нам удастся поймать это дьявольское отродье и выпытать у него рецепт этого чудодейственного лекарства, наши мастера определённо будут рады и хорошо нас вознаградят!»

Однако, вопреки тому, что они думали, Цинь Му не принимал никаких лекарств. Вместо этого он, на бегу, всего лишь делал вдох и выдох, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой его обучил старейшина деревни… И которая на самом деле была самой обычной техникой Даоинь.

Практикуясь в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана, пока он бежал, чтобы спастись, Цинь Му сделал новое открытие. Он понял, что его жизненная Ци стала более активной во время бега. Скорость её циркуляции также стала намного выше!

Это отличалось от того, чему его учили. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой старейшина деревни учил Цинь Му, всегда требовала, чтобы он спокойно медитировал и контролировал своё дыхание. Цинь Му научился подпитывать и направлять свою жизненную Ци, используя её для поддержки своего тела.

В течение последних десяти лет тренировок, Цинь Му беспрекословно следовал инструкциям деревенского старейшины по технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Теперь, однако, он обнаружил, что совершенствование становится намного эффективнее, если использовать технику во время бега.

Цинь Му рванул вперёд с предельно возможной для него скоростью, и циркуляция техники Трёх Эликсиров Тела Тирана стала опять быстрее, развивая и улучшая его врождённую скорость и строение тела!

Кроме того, волна за волной его жизненная Ци протекала через внутренние органы, конечности, кости и даже сухожилия между мышцами и костями Цинь Му, очищая их снова и снова.

Повреждённые органы и сломанные кости Цинь Му, которые пострадали от удара демонической обезьяны, восстанавливались с каждой очищающей волной жизненной Ци.

Старший брат Цюй и другие думали, что он полагается на высококачественное лекарство… Они никогда бы не поверили, что тот будет просто полагаться на ненадежную технику Даоинь.

Цинь Му в процессе заметил, что его жизненная Ци не может достичь определённой части его тела — области прямо между его бровей.

Между его бровями было пространство шириной пальца.

Жизненная Ци не могла войти в это место. Хотя его Ци могла пройти под его скальпом и протечь по его черепу, очищая и укрепляя их, она останавливалась каждый раз, когда достигала центра его лба. Казалось, там была невидимая стена, которая блокировала поток жизненной Ци.

Всякий раз, когда он направлял свою Ци на штурм этой стены, происходило нечто странное.

Цинь Му слышал загадочный голос.

Этот голос звучал так, словно исходил с облаков, с высоты девяти небес. Это звучало мелодично и божественно, как голос бога, передающего небесный указ.

Каждый раз, когда этот голос звучал, жизненная Ци Цинь Му отступала как неконтролируемый поток, избегая пространства между его бровями.

— Может ли это быть Стеной Духовного Эмбриона? — удивлённо проговорил вслух Цинь Му.

Цинь Му был в смятении. Старейшина и другие жители деревни Цань Лао рассказывали ему о Стенах и Разрушении Стен. Стены были тем, что запечатывало сокровища в теле воина, в то время как Разрушение Стены должно было сломать печать и освободить это скрытое сокровище.

Тем не менее, они не сказали ему, какой частью тела была Стена Духовного Эмбриона, или как разрушить Стену Духовного Эмбриона.

Цинь Му не знал, что не старейшина деревни и другие не хотели рассказывать ему об этом… На самом деле во всём мире не существовало никаких конкретных методов для разрушения Стены Духовного Эмбриона.

Человек с обычным человеческим телом и человек с духовным телом находились на двух совершенно разных уровнях.

Человек с духовным телом рождается с уже “вскрытой” Стеной Духовного Эмбриона, из-за чего считается классом выше всех остальных. Стена Духовного Эмбриона обычных людей, наоборот, закрыта, оттесняя их в более низкий класс. Люди с духовными телами всегда были необщительны, отчуждены и редко заботились о потребностях простых людей.

Хотя боевые практики всё-таки появлялись из числа обычных людей, старейшина деревни и другие никогда не слышали о том, чтобы кто-либо из них разрушил Стену Духовного Эмбриона. В результате они не знали, как нормальному человеку это сделать.

Пока жизненная Ци бросалась на невидимую стену в центре его бровей, Цинь Му продолжал свой безумный побег. Каждый раз, когда таинственный голос раздавался, его жизненная Ци автоматически отскакивала от “стены”. Несмотря на то, что он пока не смог прорваться сквозь стену, Цинь Му был терпелив и считал, что в конечном итоге он добьётся успеха.

Он не планировал делиться своим открытием касаемо Трёх Эликсиров Тела Тирана со стариками деревни. Он решил, что удивит их после того, как прорвётся сквозь Стену Духовного Эмбриона.

Было сложно сказать, будет ли это сюрпризом для них… или скорее шоком.

Пока Цюй и четверо других подростков преследовали Цинь Му, они со временем становились более тревожными. Маленький дьявол впереди них не только оправился от травм — он становился всё быстрее и быстрее!

Это было ужасно. Это означало, что, даже во время побега за свою жизнь, совершенствование Цинь Му всё равно увеличивалось!

Хоть увеличение его скорости было медленным и постепенным, оно всё равно пугало!

Совершенствование имело набор правил, которым все и каждый должны были подчинятся. Даже когда кто-то преуспевал в прорыве, любой прогресс в его совершенствовании достигался медленно, со временем, а не спонтанно. Каждый человек должен был тренироваться в течение нескольких дней или даже месяцев, чтобы добиться хоть какого-то улучшения совершенствования.

Несмотря на эти универсальные правила, прямо сейчас, они отчетливо ощущали, как совершенствование этого маленького дьявола постоянно усиливается. И это испугало их!

К счастью, Цинь Му первоначально уступал им. Несмотря на то, что его совершенствование в настоящее время постоянно улучшалось, они по-прежнему имели перед ним преимущество.

Однако догнать его было нелегко. Поскольку Цинь Му пострадал от рук демонической обезьяны, он стал гораздо осторожнее и избегал территорий необычные зверей.

Всякий раз, когда целитель брал с собой Цинь Му собирать травы, он говорил ему, что необычные звери очень умны. У каждого из них была своя собственная территория, и они оставляют знаки, помечающие её. Это могли быть такие вещи как дерево с поврежденной корой, зарытые в землю кости, черепа животных на деревянных колах или следы мочи. Если кто-нибудь замечал такой знак, он мог попросту избежать встречи.

Перед тем как Цинь Му столкнулся с демонической обезьяной, след гигантского кулака обозначил начало её территории. И он случайно бросился на эту территорию, так как пропустил его. Поскольку теперь Цинь Му был более осторожным, он не повторил бы такой ошибки.

Но хоть он не мог случайно вторгнуться на чужую территорию, многие звери сами покидали её пределы в поисках пищи, делая Великие Руины очень опасными.

Цинь Му в конце концов пришёл к болоту, где встретил двух необычных зверей, бьющихся за территорию. Звери, сражающиеся друг с другом, были Снеговым Кондором с гребнем петуха и змеиной шеей и Ядовитый Болотный Драконий Питон. Первый, паря в воздухе, создавал штормовые ветры взмахами крыльев. Второй извивался в болоте внизу, вызывая опустошение и разрушение своим длинным телом.

Прежде чем Цинь Му смог войти в болото, бушующий ураган, вызванный двумя гигантскими существами, снёс его. Приземлившись, он встретился лицом к лицу со стадом испуганных зубров, которое почти растоптало его до смерти.

«Я всё дальше и дальше отхожу от деревни…» — сердце Цинь Му практически остановилось, когда он это понял.

Пять человек позади него неумолимо гнались, не позволяя ему вернуться в деревню. Однако было кое-что, что пугал ещё больше… — солнце скоро сядет!

Цинь Му и бабушка Сы покинули деревню сразу после полудня. Теперь, солнце начинало садиться… и скоро придёт темнота. Если он не сможет вернуться в деревню до того, как это произойдёт, ему будет грозить большая опасность!

— Небо темнеет, старший брат Цюй!

На некотором расстоянии позади от Цинь Му, старший брат Цюй и его спутники также заметили заходящее солнце.

Подростки, от которых оторвался Цинь Му, выглядели нервными.

— Учитель сказал, что Великие Руины прокляты… Когда небо темнеет, они становятся запретной местностью. Нам нужно вернуться в деревню, где есть защита каменных статуй! В противном случае… единственный исход — смерть!

Старший брат Цюй покачал головой:

— Слишком поздно возвращаться назад. Мы отошли настолько далеко, что не сможем вернуться в деревню до наступления темноты. Тьма опасна для дьявольского отродья точно также, как и для нас. Всё, что нам остаётся, это посмотреть где скроется этот дьяволёныш!

Глава 8. Бабушкина кожа

«Бабуля однажды сказала — если я потеряюсь в Великих Руинах и не смогу вернуться в деревню до наступления темноты, то я не должен паниковать, — спокойно думал Цинь Му. — В Великих Руинах есть довольно много статуй, памятников и прочих древних реликвий, некоторые из которых могут помочь мне спастись. Есть два основных требования: статуя должна быть похожа на те, которые есть в деревне, и вокруг должно быть много зверей. Большинство из них очень умны, они знают где прятаться от темноты…»

В Великих Руинах действительно немало памятников. Ранее Цинь Му пробежал мимо многих старых заброшенных деревень и городищ, но у него не было времени проверить есть ли там каменные статуи.

Внезапно весь мир стал пугающе тихим… Таким тихим, что мог лишить человека рассудка.

Солнце уже достигло горизонта и была видна только его половина.

После затяжной тишины раздался звук хлопающих крыльев. Подняв голову к небу, Цинь Му увидел огромную стаю гигантских птиц, заслонивших собой всё небо. Затем задрожала земля и деревья в лесу вокруг него начали падать. Он сразу же заметил странных зверей, которые один за другим выкарабкиваются из-под земли, из выкопанных ими нор и затем тут же срываются с места, отчаянно убегая.

Послышался звук хлюпающей воды. Цинь Му повернул голову и увидел несколько двухметровых алых рыб, выпрыгнувших из воды и использовавших плавники для бега по земле, словно те были ногами!

Мысли Цинь Му были спутаны: «Разве рыба всё ещё будет считаться рыбой, если начнёт бегать по суше?»

«Все они бегут в одном направлении. А значит там я определённо смогу спрятаться от темноты!» — как только подобная мысль промелькнула в голове Цинь Му, он тут воодушевился и побежал вместе с остальными.

Небо становилось всё темнее и темнее. Мрак подобно неостановимой волне подступал к ним издалека, спускаясь с гор и двигаясь по земле, затапливая собой всё вокруг. Хотя это не впервые, когда он видел наступление темноты, тем не менее он всё же почувствовал себя потрясённым.

Тьма уже наступала на пятки Цинь Му и толпам разнообразных зверей, отчего все рванули вперёд с ещё больше скоростью.

Цинь Му на мгновение заколебался… Действительно ли впереди было безопасное место, в котором он мог укрыться от темноты? Если нет, разве его не ждёт неминуемая смерть?

«Тьма быстро приближается. Даже если я сейчас изменю направление, то наверняка не смогу найти другое безопасное место. Я попросту не смогу опередить темноту, — сжимая зубы Цинь Му изо всех сил бежал. — Бежать за зверями не такая уж плохая идея!»

****

В пяти километрах от реки, возле которой находилась деревня Цинь Лао, сражались бабушка Сы и пять стариков. Сначала только четверо стариков сражались с ней, но они так и не смогли по-быстрому расправиться с ней, поэтому сейчас к ним присоединился их глава, Ци Яньбин. Вместе они сформировали собой боевое построение — “Пятиэлементная Изгоняющая Дьявола Триграмма”, тем самым значительно увеличив свой натиск.

До этого момента бабушка Сы могла лишь изо всех сил отбиваться от атак четырёх стариков, однако её сила вдруг возросла на целый порядок, после того, как Ци Яньбин присоединился к сражению. Даже полагаясь на их построение они не могли коснуться старухи.

Только тогда пять стариков с разочарованием осознали, что она специально притворялась слабой, чтобы собрать их всех вместе и убить, не дав никому из них сбежать.

Ступни бабушки Сы мерцали светом, в то время как она сама передвигалась с невероятной ловкостью, словно неуловимый фантом. Серебряные иглы из её корзины были как живые, в мгновение ока покрыв ранами так называемых Пятерых Старейшин Реки Ли. Нити, которые были заправлены в иглы, теперь проходили сквозь них… связывая души и тела стариков, и не давая им пошевелиться.

Старуха Сы хитро улыбалась, подходя к ним с ножницами:

— Я уже давно не работала с человеческой кожей… Интересно, сохранила ли я ещё свои былые навыки…

Как только Сы подошла к Ци Яньбину, тот вдруг открыл свой рот, из которого в её сторону выстрелил серебряная продолговатая пилюля.

В тот момент, когда пилюля вошла в контакт с воздухом, она начала резко увеличиваться в размерах, мгновенно становясь в сотни раз больше и превращаясь в сферу из десяти тысяч наичистейших световых мечей!

Это внезапное изменение заставило бабушку Сы тут же отступить. Её тело начало двигаться в невероятно странной манере, как если бы стало таким же мягким и гибким как у дождевого червя. Извиваясь в воздухе, она прикладывала все свои силы, чтобы уклониться от вспышек мечей. Так же она выбросила из своих рук ножницы, которые затем подобно двум серебряным драконам летали вокруг разрезая и рассекая угрожающие её жизни мечи.

Однако её всё же застигли врасплох. Один из световых мечей смог поразить её в спину. Она была горбуном, поэтому там находилось её слепое пятно.

Вскоре световые мечи, которые ещё миг назад заполняли собой всё вокруг, исчезли, засыпав несколько акров земли вокруг. Серебряный шарик, из которого появились все эти световые мечи, вернулся к своему первоначальном маленькому размеру и потресканный упал на землю.

Сы тоже приземлилась на землю и хмурясь вытащила торчащий из спины меч.

— Ты смогла увернуться, — прохрипел Ци Яньбин, лидер пяти старейшин и с нескрываемым отчаянием в глазах закричал. — Шесть тысяч восемьсот сорок два меча было спрятано в этой пилюле! Но… даже с такого близкого расстояния… ты всё же смогла уклониться от них! Ты без сомнения не обычная фигура среди дьяволов… Тем не менее, такой старухи как ты не было замечено среди их числа! Так кто ты?..

Задав последний вопрос, он взглянул на рану её горбатой спины, но не увидел ни капли вытекающей крови. Под солнечным светом можно было рассмотреть, что внутри была пустота.

Ци Яньбин ужаснулся:

— Это не твоя настоящая внешность. Ты в коже другого человека…

— Ты повредил мою кожу, — нахмурившись произнесла Сы. Голос, покинувший её уста, звучал не как у старухи. Нет… наоборот, он звучал мягко и даже сладко. Услышавший этот голос однозначно решил бы, что владельцем была молодая дама в самом расцвете лет, а не кто-то с одной ногой в могиле.

— Ах… кажется есть утечка воздуха, — пробормотала Сы, прижимая руку к своему горлу. Она тут же вытащила из корзины иглу и нить, и заштопала свою спину. Её голос стал таким же, как и раньше.

На Ци Яньбине не было лица, он словно увидел призрака.

— Я слышал этот голос раньше… — пробубнил тот дрожащим голосом и затем воскликнул. — Я знаю кто ты! Ты та женщина… Небесного Дьявольского Культа Ми…

Когда Ци Яньбин начал говорить, выражение лица бабушки Сы слегка изменилось. Она потянула за нить, стягивая их всех вместе, и, прежде чем тот смог закончить своё предложение, Пять Старейшин Реки Ли были разрезаны на куски. Их окровавленные остатки с хлюпающими звуками ударялись о землю.

Странно, но после этого нить не была запятнана кровью. Затем, словно была живой, скрутилась обратно в шар и самостоятельно вернулась в корзину.

Бабушка Сы насмешливо фыркнула и затем жутко захихикала:

— Чёртов одноногий, как долго ты там уже стоишь?

Недалеко от неё ковылял опирающийся на костыль хромой.

— Дорогая сестрёнка, я только что пришёл. Я ничего не видел и не слышал.

Бабушка Сы посмотрела на него и затем ухмыльнулась:

— Пока ты ничего не слышал, всё прекрасно. Давай вернёмся в деревню.

Вместо того, чтобы сразу же согласия и вернуться, хромой колебался.

— На протяжении всей своей жизни мастер секты Небесного Дьявольского Культа, Ли Тяньсин, считался мудрой и могущественной личностью. Несмотря на это… в поздние годы своей жизни он допустил очень глупую ошибку — влюбившись в прелестную “демонессу” младшего поколения. Даже будучи уже женатым он решил жениться на молодой красавице, шокировав этим весь Небесный Дьявольский Культ, — спокойно говорил хромой, словно читал какую-то книгу по истории. — Однако в первую брачную ночь, новая жена Ли Тяньсина убила его и украла Дьявольскую Библию Небесного Дьявольского Культа. Все старейшины культа прекратили свои тренировки за закрытыми дверями и ринулись преследовать её, но ей всё же удалось сбежать.

— Такое и правда случилось? — невинно спросила Сы.

— Даже по сегодняшний день её никто не смог найти, — ответил хромой.

— Когда-то давно, в ещё старые добрые времена, эта старуха услышала историю о человеке, который натренировал свои ноги до невероятного уровня, из-за чего все вокруг называли их божественными. Никто во всём мире не мог сравниться в скорости с тем человеком, — говорила бабушка Сы, иногда довольно посмеиваясь. — И со временем этот человек понял, что может использовать свою божественную скорость для воровства. Он практически сразу втянулся в это и стал зависим… И даже величал себя Богом Воров, непревзойдённым и неуловимым. Поскольку он не был непревзойдённым богом и тем не менее называл себя им, это раздражало тех, кто действительно был им. И как если бы было предопределено богами, когда человек отправился в Империю Вечного Мира, чтобы украсть Диск Императора, он был обнаружен Имперским Наставником. Хотя в бою он потерял свою ногу, тот человек таки смог убежать от Имперского Наставника, заодно прихватив с собой Диск Императора и исчезнув без следа. Даже несмотря на свою репутацию человека номер один под богами, Имперский Наставник так и не смог найти и поймать Бога Воров. На самом деле… у него наверняка до сих пор есть при себе одна из ног того вора, которая только и ждёт возвращения к своему настоящему владельцу.

Оба уставились друг на друга, хитро посмеиваясь.

— Сы, мы все инвалиды из одной деревни, — произнёс хромой с ещё более широкой улыбкой. — У каждого из нас есть свои секреты, и мы договорились не спрашивать друг у друга о своём прошлом.

— Отныне я тоже глухой и немой, — поклялся он, — и не скажу ни слова.

Бабушка Сы ещё раз фыркнула и зашагала в сторону деревни.

— Это Му’эр рассказал тебе что случилось и попросил прийти помочь мне?

Хромой покачал головой:

— Ты и пять этих стариков так сильно шумели. Каждый из нас мог ощутить остаточные волны от сражения, поэтому старейшина деревни отправил меня проверить как у тебя дела.

Выражение бабушки Сы резко изменилось, и она с тревогой спросила:

— Му’эр уже вернулся в деревню?

— Нет и я не видел его по дороге сюда…

— Это плохо!

Оба тут же помчались обратно в деревню Цань Лао. Ещё до того, как они добрались туда, солнце уже практически зашло за горизонт, давая волю буйной темноте. Она поднималась всё выше и выше, и как огромное чудовище проглатывала всё вокруг!

После возвращения Сы оббежала всю деревню, в поисках Цинь Му.

— Му’эр ещё не вернулся? — в отчаянии спросила она, как в следующий миг темнота полностью проглотила деревню.

— Не беспокойся ты так, Сы, — сидя на носилках, которую принесли хромой и целитель, старейшина остановил бабушку Сы, которая уже схватила скульптуру и собиралась пойти искать Цинь Му. Он успокаивающе продолжил. — Мы научили его всему, что ему нужно знать. Если он хорошо усвоил всё, то обязательно выживет. Сейчас уже темно, поэтому нам нет смысла выходить.

Слова старейшины успокоили бабушку Сы, ведь она понимала, что тот говорит правду. Тьма уже покрыла собой все Великие Руины. Если Цинь Му до сих пор жив, то в её помощи нет нужды… Он однозначно сможет выжить ночью. Но если же он умер, тогда в её действиях нет никакого смысла.

— У него ещё есть та нефритовая подвеска…

Хотя она и вспомнила о подвеске, но понимала, что у неё ограниченный диапазон действия, предназначенный только для защиты младенца. После того как он вырос, защитного свечения было достаточно только чтобы покрыть его грудь.

— Му’эр, будь умницей… — прошептала бабушка Сы.

Глава 9. Скелеты женщин

Убегая со стадом странных зверей, Цинь Му заметил, что впереди них земля начинает идти под уклоном, в итоге переходя в долину. Древние строения были разбросаны по всему городищу: постройка похожая на дворец, огромная площадь и даже величественные сооружения невероятной высоты.

«Впереди действительно расположено древнее городище!»

В самом начале этих распадающихся руин стояли высокие ворота, которые и являлись входом в долину. Мраморные колонны составляли основную часть этих ворот, на каждой из которых были высечены драконы, которые обвивали их к самому верху.

Стадо странных зверей бежало к воротам, чтобы попасть в долину с руинами.

Цинь Му случайно взглянул вверх и его волосы встали дыбом. Тьма текла в сторону долины, как волна чернил!

«Она уже здесь!» — мысленно воскликнул он, видя, как тьма практически поглотила ворота, ведущие к руинам!

Разнообразные звери, бегущие рядом с Цинь Му, словно чувствуя надвигающуюся опасность, впадали в бешенство. Они бросались к воротам с ещё большим свирепством и импульсом, чем раньше… Они толкались и затаптывали до смерти других, более небрежных зверей.

Теперь определённо было не время, чтобы быть спокойным и аккуратным. Если сейчас, до прихода темноты, он не доберётся до руин, то обязательно умрёт!

Цинь Му рванул вперёд напролом, в итоге схватившись за хвост огромного бегемота. Совершенно не подозревая что человек решил прокатиться на нём, бегемот бежал вперёд словно величественная чёрная гора, расталкивая или затаптывая любого зверя, вставшего у него на пути. Некоторые звери, которые были оставлены бегемотом позади, тоже ускорялись и прыгали вперёд, чтобы схватиться за его хвост, позволяя тому доставить их прямо к руинам.

Держась за хвост бегемота, Цинь Му посмотрел вниз и увидел, что все те странные звери, которые были по своей природе обычно жестокими и свирепыми в течение дня, теперь дрожали от страха. Чтобы выжить они были готовы даже ухватиться за хвост бегемота. Повернув голову назад, Цинь Му заметил Цюя и остальных четверых. Пятеро изо всех сил преследовали бегемота, чтобы попасть в руины.

За мгновение до того, как тьма охватила ворота, бегемот прорвался сквозь них, бросившись как порыв ветра вглубь руин.

В тот же самый момент пять учеников “Реки Ли” тоже пробежали через ворота. Тем не менее, из пяти только трое смогли благополучно добраться до того, как пришла тьма. Старший брат Цюй, старшая сестра Цин и ещё один юноша спаслись, но двое оставшихся не успели. Одному удалось протолкнуть через ворота лишь руку, а другой проскользнул только передней частью своего тела — задняя же половина была принята тьмой.

Когда старший брат Цюй прошёл через ворота, он тут же попытался помочь двум своим младшим братьям.

Увидев торчащую руку, он схватил её и с силой потянул на себя. Но из темноты на него вывалился лишь ужасающий белый скелет. Он упал на землю даже не успев помочь второму.

У всех выживших от страха волосы встали дыбом. Передняя половина тела второго брата была по-прежнему покрыта плотью и кровью, но всё остальное… Всё остальное словно было обглодано до костей кем-то во тьме.

— Почему эта тьма существует!? — закричала старшая сестра Цин. — Что скрывается в ней!?

Старший брат Цюй изо всех сил старался держать себя в руках, но ему не удалось скрыть дрожащее дыхание.

— Человеческая жизнь гаснет так же легко, как свеча. Два наших младших брата были отважными храбрецами. Они умерли, пытаясь покарать дьявола, — тяжёлым тоном проговорил он. — Это дьявольское отродье специально вошло в руины в самый последний момент, чтобы использовать тьму как свой нож, для нашего убийства.

— Он скрывается где-то в этих руинах. И пока нас окружает тьма, ему не удастся сбежать, — проговорил выживший юноша. Когда он продолжил, в его голосе можно было услышать нескрываемую ярость, возникшую из-за смерти его братьев соучеников. — Найдём его! Мы отомстим за наших младших братьев, разорвав это дьявольское отродье на тысячи кусков!

— Он там! — воскликнула старшая сестра Цин, увидев, как Цинь Му спрыгивает с хвоста бегемота. — Маленький дьявол ты всё ещё надеешься сбежать после того как из-за тебя умерли два моих младших брата?

Её обвинения взбесили Цинь Му, и он праведно ответил:

— Вы были теми, кто преследовал меня без какой-либо на то причины. Как я могу быть виноват в их смерти, когда это именно вы решили неумолимо преследовать меня до самого наступления темноты? Я никого из вас не провоцировал, но вы желали отнять мою жизнь. Разве я не тот, кто здесь на самом деле невиновен?

Цин стиснув зубы процедила:

— Как ты смеешь пытаться спорить со мной, ты, дья…

— Сама ты дьявол! — не дав даже договорить, разозлившись выпалил Цинь Му. — Я со своей бабушкой убил только одного оленя, чтобы сделать для себя одежду. А вы… вы вырезали целое стадо, но всё ещё смеете говорить, что в этой ситуации дьяволы именно мы?

«Он что и правда думает, что нам есть дело до его болтовни и доводов?..» — подумал Цюй с помрачневшим лицом и шагнув вперёд проговорил. — Маленький дьявол искусен в разжигании сомнений в наших сердцах. Нам не нужно тратить время на разговоры с ним… Нам нужно просто убить его! — после того, как он договорил, троица приготовилась атаковать.

Однако, как только они сделали это, по руинам пронеслось низкое, басистое рычание. Они огляделись, чтобы понять откуда оно исходит и то что они увидели, повергло их сердца в шок. Среди руин собрались сотни тысяч разнообразных зверей, каждый из которых был достаточно сильным, чтобы удерживать свою собственную территорию. И прямо сейчас каждый зверь злобно смотрел на трёх выживших учеников, со зловещим мерцанием в глазах.

Поняв, что что-то не ладно, старший брат Цюй слегка отступил назад. Восприняв это как отказ от намечающегося боя, окружающие звери успокоились.

Цинь Му наблюдал за происходящим с благоговением. В течение дня все эти звери Великих Руин сражаются за территорию и охотятся. Однако, когда наступает ночь, они сосуществуют в гармонии друг с другом. Это было действительно странное зрелище.

«Могли ли эти странные звери установить правило, запрещающее всякие конфликты в этом месте?» — когда эта мысль промелькнула в голове Цинь Му, он глуповато моргнул глазами. Многие звери, которые сейчас здесь присутствовали, были природными врагами, но в этих руинах они не нападали друг на друга, подтверждая его гипотезу. Старики деревни Цань Лао всегда говорили ему, что звери довольно умные существа. Учитывая тот факт, что демоническая обезьяна, что он встретил ранее, могла говорить, постоянно произнося: “кроха”, “умер”, “кроха”, “умер”, вероятность того, что они могли создать такое правило, довольно высока.

Старший брат Цюй пришёл точно к такому же выводу, что и Цинь Му и выпустив облегчённый вздох, прошептал:

— Пока мы не можем его убить… Но как только солнце взойдёт, ему конец!

Цин и другой парень одобрительно кивнули.

Цинь Му осмотрелся и увидел, что руины были чрезвычайно просторными, как настоящий город в долине. Среди руин везде находились звери… За исключением разве что площади.

Сотни человеческих скелетов заполонили площадь. Все они были одеты в роскошные одежды, а то, как они умерли, было настоящей загадкой.

Однако, когда Цинь Му приблизился к площади, он смог кое-что понять.

«Все они были женщинами».

Женщины сидели, скрестив ноги, в определённом порядке, когда они умерли. Всего было пятнадцать рядов скелетов и в каждом ряду было по пятнадцать скелетов. Казалось, что они были посреди медитации, когда нагрянуло бедствие, убив их так быстро, что они даже не успели подумать о побеге, оставляя после себя лишь мёртвые кости.

Подойдя к площади, Цинь Му тщательно осмотрелся и обнаружил, что немного впереди первого ряда сидел скелет, что явно означало, что у них был лидер.

Все скелеты, включая лидера, были повёрнуты в одном направлении, а именно к высоким воротам вдали.

— Старший брат, смотри, — произнесла Цин с сияющими глазами, указывая на скелеты на площади. — В руках скелетов сокровища! У каждого есть по одному!

Цюй посмотрел и его сердце учащённо забилось. Каждый скелет обладал своим драгоценным артефактом: мечи, метёлки, нефритовые кулоны, бесценные вазы и всевозможные виды другого вооружения.

Сокровища ярко блестели, как будто были только что изготовлены. Очевидно, что каждый из них являлся уникальным в своём роде!

Среди всех артефактов самым привлекательным была жемчужина, плавающая чуть выше ладони скелета-лидера. Внутри неё казалось закручивался клубящийся туман.

Площадь оказалась огромным складом сокровищ!

— Если мы сможем заполучить эти сокровища… — учащённо дыша прошептала Цин.

Даже все сокровища Пяти Старейшин Реки Ли не могут сравниться с малой долей расположенных на этой площади!

Если бы троица смогла заполучить их, то они могли бы основать свою собственную секту, если захотят!

Глаза Цюя блеснули, и он рассмеялся:

— Небеса благоволят нам! Пятый младший брат, собери и принеси сюда эти драгоценные артефакты.

Юноша сделал, как ему было сказано и поднялся на площадь. Однако, как только его ноги коснулись площади, он увидел, как волоски метёлки мягко покачнулись. Они внезапно начали медленно расти и удлиняться, в то время как одна из прядей двинулась к нему, словно живая.

Прядь волос напоминала чрезвычайно тонкую духовную змею, когда она подняла свой кончик, чтобы изучить юношу.

— Старший брат Цюй… — голос парня дрожал, когда он окликнул своего старшего, не осмеливаясь отвести голову.

— Владельцы этих артефактов мертвы, — серьёзно произнёс Цюй. — Не волнуйся, пятый младший бр…

До того, как Цюй смог договорить, прядь волос выстрелила вперёд как молния и проникла в глаза его пятого младшего брата. Другие нити тоже прилетели и начали копошиться в глазницах парня.

Юноша открыл рот, чтобы закричать, но не смог издать и звука.

Цинь Му находился поблизости и наблюдал, как тело молодого парня на глазах покрылось морщинами и через мгновение превратилось в высушенный труп.

Пряди волос не остановились на достигнутом и продолжили обматываться вокруг юноши. Достаточно скоро даже кожа и кости трупа растаяли, оставив после себя только одежду и обувь.

Глава 10. Вторжение Темноты

П.П: Администрация Рулета собирается прикрыть мой перевод, так как кто-то из их команды первый застолбил проект, поэтому не знаю сколько ещё смогу публиковаться, но если всё же случиться худшее, то я собираюсь выкладывать перевод в своей ВК группе переводчика — https://vk.com/club123098211

Поэтому, как сказал один актёр — милости прошу, к нашему шала… ну, эм, не буду заканчивать мысль, знающие люди поняли.))

Капли пота скатывались по лбу старшего брата Цюй, когда он прохрипел:

— Неудивительно, что никто не взял эти драгоценные артефакты. Младшая сестра Цин, у них есть свой разум! Они нанесут вред любому, кому не принадлежат!

Мурашки побежали по коже младшей сестры Цин, и она начала кивать головой в понимании.

— Эти артефакты всегда были здесь! — Цинь Му прокричал холодно. — Никто не взял их, даже странные звери, что явно говорит об их опасности! Вы уже это знали, но всё равно отправили своего младшего брата проверять. С таким злым сердцем как ваше, вы здесь на самом деле дьяволы!

— Дьявол снова пытается вызвать в нас сомнения! — с выражением печали на лице покачал головой Цюй. — Что ты знаешь о моих отношениях с младшим братом? Ты всегда будешь оставаться маленьким дьяволом. Ты считаешь моё сердце похожим на своё, поэтому, конечно, ты думаешь, что я такой же злой, как ты. Я не собираюсь с тобой спорить. Когда наступит завтра, я отправлю тебя туда, где тебе и место.

Цинь Му нахмурился.

Цюй действительно был предательским и безжалостным. Если он смог пожертвовать жизнью своего младшего брата, то он определённо не позволит Цинь Му оставить эти руины живым.

К сожалению, он был слишком сильным противником. Цинь Му не смог бы победить его, не говоря уже о том, что старшая сестра Цин также представляла высокую опасность.

Внезапно дрожь прокатилась по земле и руинам. Странные разнообразные звери начали выть, отступая на позиции, которые они заняли по всей местности. Все они смотрели на ворота в передней части руин, их выражения были полны беспокойства и страха.

«Чего это звери боятся?»

В тот момент, когда он задал себе этот вопрос, невероятно плотная тьма внезапно нахлынула на ворота, как потоп!

Цинь Му отшатнулся в шоке. Однако он понял, что что-то вроде невидимого барьера закрывало ворота, блокируя темноту. Тьма отчаянно стучала по барьеру, пытаясь прорваться!

Барьер извивался и искажался под ударами тьмы, но ей так и не удалось его разрушить. Тьма искажалась барьером, иногда напоминая острые когти, иногда клубы дыма или бесчисленные острые шипы. Она постоянно находилась в движении.

Затем, внезапно, неутомимое биение темноты о барьер остановилось. Воцарилась тишина. Через некоторое время барьер, который был изогнут и искажен… растянулся.

Тьма надавила на барьер так, что он обрёл очертание лица. Оно было чрезвычайно огромным, его лоб достигал неба, а подбородок прижимался к земле.

Все странные звери в руинах припали к земле. Избегая малейшего движения, они не смели смотреть в лицо темноте.

У лица было три чернильно-чёрных глаза. Посмотрев в них, холод пробежался по телу Цинь Му, как будто темнота высосала его душу!

Слова внезапно хлынули от лица тьмы.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е… — сказало оно на незнакомом языке своим глубоким, вибрирующим голосом.

Голос вибрировал, звуча так, будто несколько голосов были смешаны вместе. Необычная сила исходила от голоса, заставляя землю в руинах трястись. Трещины и другие признаки распада на дворцах и колоннах, разбросанных по всей долине, становились всё больше и больше, в результате чего, многие из них рухнули.

Когда обломки начали падать с дрожащих ворот, стало очевидно, что они долго не выдержат.

Однако в этот самый момент площадь разразилась ярким светом. Сияющая жемчужина над рукой скелета-лидера, начала излучать всё более яркий свет.

Заметив свет, сияющий сзади, Цинь Му сразу же обернулся и увидел, как жемчужина поднимается в небо. Свет, который исходил от неё, имел целое разнообразие интенсивных, насыщенных цветов… которые затем накрыли собой сотни скелетов. Каждый скелет, на который попадал свет, внезапно оживал.

Цинь Му уставился на зрелище.

Для него скелеты, залитые светом, больше не выглядели как скелеты…

Они выглядели красивыми, из настоящей плоти и крови девицами с розовыми губами и яркой, сияющей одеждой!

Эти девицы сидели на площади, где раньше были их скелеты. Их лидер, которая тоже являлась женщиной, держалась за сияющую жемчужину, которая теперь медленно поднималась в воздух.

Как и лицо темноты, девицы начали скандировать на странном, непонятном языке.

— И По Сю По Са Нань Цзюнь Хэ Си, Гуань Мин Дуань Цзин У Сы Цзян Ю… — их голоса тихонько звенели в унисон.

Голос тьмы постепенно становился всё громче, усиливая тем самым толчки по всей долине. Когда тьма вокруг руин начала вторгаться со всех сторон, голоса девиц стали отчётливее и мощнее. Сияющая жемчужина, парящая в воздухе, начала выпускать одна за одной волны света, которые сияли в темноте, рассеивая её, как дым.

Голос тьмы и объединенные голоса девушек напоминали богов и дьяволов, участвующих в словесной дуэли, каждая сторона поочерёдно одерживала верх, а затем теряла его. В то же время, темнота и свет столкнулись друг с другом в противостоянии!

Это невообразимое сражение переполнило разум Цинь Му. Несмотря на то, что он жил в Великих Руинах, он впервые увидел такое необыкновенное зрелище.

— Этот голос… — прошептал он, и ошеломляющее осознание нахлынуло на него.

Голос девиц напоминал ему голос бога, который он слышал, когда пытался сломать Стену Духовного Эмбриона. У обоих была та же присущая им благодать. Он мог смутно ощущать, что хотя слова двух голосов были разными, но они давали примерно одинаковое, общее чувство.

Всякий раз, когда он пытался сломать Стену Духовного Эмбриона своей жизненной Ци, то слышал нечёткий, божественный голос, торжественно отражающийся от девяти небес и выше. Каждый раз, когда раздавался голос, его жизненная Ци неудержимо отступала от Стены Духовного Эмбриона, неспособная её разрушить.

В этот момент два голоса всё ещё были в разгаре их жаркого сражения. Оба были сильны по-своему, и никто не мог одержать верх надолго.

Голос дьявола, который резонировал из темноты, был сильным и страшным, в то время как коллективный голос девиц был божественным, мелодичным и настойчивым. Каждый раз, когда казалось, будто голос дьявола собрался навсегда закрепить своё преимущество, девицам удавалось противостоять этому, сопротивляясь его песнопению.

С другой стороны, голос дьявола всегда возвращался, после потери преимущества, затаиваясь, а затем извергаясь, как дикий, величественный поток.

Оба голоса были уникальны по-своему.

Цинь Му погрузился в их непрекращающуюся борьбу, слушая коллективный голос девиц, когда в голову внезапно пришла идея.

«Голос дьявола сражается с божественным голосом. Этот божественный голос очень похож на тот, который удерживает меня от разрушения стены… может быть, я могу использовать голос дьявола, чтобы противостоять этому голосу!?»

Цинь Му был абсолютно уверен, что это хорошая идея, из-за чего со временем становился всё больше и больше взволнован!

Если ему удастся запомнить слова, которые произносит дьявол, то он сможет сказать их в тот момент, когда голос бога раздастся в его голове. Это позволит противостоять голосу с “девяти небес”, и поможет его жизненной Ци разрушить Стену Духовного Эмбриона!

В том случае, если он сможет сломать свою Стену Духовного Эмбриона… то со своим Телом Тирана и техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, ему не нужно будет бояться старшего брата Цюй и старшей сестры Цин!

Однако, как только его мысли зашли так далеко, он внезапно застыл, как будто на него вылили ведро с ледяной водой.

Если голос в его голове был голосом бога с девяти небес, и он использует слова, произнесённые голосом дьявола, чтобы противостоять ему… Не значит ли это, что он был дьяволом, который был запечатан богами?

Может быть, старший брат Цюй и все остальные были правы всё это время? Был ли он действительно дьяволом?

«Н-нет!» — Цинь Му покачал головой. Если бы он был дьяволом, разве его Тело Тирана не было бы дьявольским?

Если это так, почему все в деревне называют его Телом Тирана? Не будет ли более точным название “Тело Дьявола”?

«Какая разница, если моё тело — Тело Дьявола или Тело Тирана? Для начала, мне нужно сломать Стену Духовного Эмбриона!»

С чёткой идеей в голове, Цинь Му приступил к работе. Он начал с совершенного заучивания слогов слов, которые произносил голос в темноте, а также тона и манеры, в которых он говорил.

Как только Цинь Му стал уверен, что всё запомнил, он использовал Три Эликсира Тела Тирана, чтобы его жизненная Ци начала циркулировать. Когда он направил её к своей Стене Духовного Эмбриона, прямо между его бровями, он проскандировал неведомые слова дьявольского голоса!

Глава 11. Разрушение Стены

Если бы бабушка Сы и старейшина деревни находились сейчас с Цинь Му, они определённо отругали бы его за то, что он маялся такой дурью и подвергал себя опасности.

В конце концов, голос бога отличался от коллективного голоса девиц в руинах. Бабушка Сы и старейшина считали бы ошибкой использовать песнопение дьявола, чтобы противостоять голосу бога и разрушить стену. Если бы голос бога отреагировал на песнопение голоса дьявола неожиданным образом, в конечном результате Цинь Му мог бы просто-напросто погибнуть.

Вполне возможно, что даже его душа была бы уничтожена!

Тем не менее, ни один из них не мог сейчас донести о подобной опасности Цинь Му, поэтому он не знал о риске.

Как только тот выучил древнее песнопение дьявола, он попробовал его использовать.

Когда его жизненная Ци достигла пространства посреди бровей, голос бога с девяти небес прозвучал как обычно, отбрасывая её. Цинь Му проговорил песнопение дьявола, и оба голоса сразу начали сражаться друг с другом.

Цинь Му воспользовался возможностью сильнее подтолкнуть свою жизненную Ци и заставить её разбить Стену Духовного Эмбриона. Тем не менее, голосу бога всегда удавалось подавить его дьявольское песнопение, тем самым отталкивая его жизненную Ци.

Несмотря на многочисленные неудачи, Цинь Му отказывался разочаровываться и продолжал направлять энергию к “стене”. После сотен неудач его жизненная Ци, наконец, сумел протаранить Стену Духовного Эмбриона.

Однако… она не сломалась. Стена Духовного Эмбриона всё ещё стояла.

«Я не могу использовать всю свою жизненную Ци, когда этот голос так отвлекает меня… — Цинь Му подумал про себя, в какой-то мере понимая, что произошло. — Из-за этого стена не сломалась».

Выяснив проблему, Цинь Му продолжил попытки сломать стену. Спустя множество неудач, он, наконец, сумел вновь ударить по Стене Духовного Эмбриона.

Как и в первый раз, стена не рухнула.

Вскоре после этого ему удалось ударить в третий раз, затем в четвёртый раз, а затем и в пятый раз…

К счастью, изучая медицину и обрабатывая травы у целителя, Цинь Му выработал почти бесконечное терпение. Обработка трав проверяет терпение, знание, зрение и ловкость. Среди этих черт терпение было самым важным. Если человек не был терпеливым, он никогда не смог бы придумать эффективное лекарство.

После бесчисленных неудач, Цинь Му наконец услышал потрескивающий звук, исходящий от места между его бровей.

Этот звук звучал как нежная, небесная мелодия. Несмотря на то, что Цинь Му обладал сильной волей, он не мог не взволноваться.

Трещина в форме молнии появилась на Стене Духовного Эмбриона.

Стена Духовного Эмбриона была невидимой, поэтому её можно было только почувствовать, но не увидеть.

В тот момент, когда появилась трещина, луч света в виде молнии засиял от его лба.

Когда это случилось, у Цинь Му возникло чудное чувство.

Если человек закрывает глаза, он погружается в абсолютную тьму. Он не увидит пространство между его бровями, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона или Стену Духовного Эмбриона…

Но если жизненная Ци создаёт трещину в Стене Духовного Эмбриона, боевые практики видят, как луч света в форме молнии исходит из темноты. Как только это происходит, они начинают видеть свою Стену Духовного Эмбриона.

Цинь Му не только видел свою Стену Духовного Эмбриона, он даже мог видеть Божественное Сокровище Духовного Эмбриона через зубчатую трещину.

Оно излучало интенсивный, яркий свет. Этот сверкающий свет и насыщенная жизненная Ци пробивались сквозь трещину и сливались с жизненной Ци за пределами стены.

Жизненная Ци по ту сторону стены была намного чище и сильнее, чем та, что Цинь Му смог взрастить в себе за всё это время. Однако они были похожи, так как обе не имели никаких атрибутов.

Цинь Му твёрдо верил, что жизненная Ци, которую он развивал, исходила от его Тела Тирана… Поэтому он прекрасно понимал то, что она лишена атрибутов.

Помимо жизненной Ци, что-то более мистическое скрывалось внутри Божественного Сокровища Духовного Эмбриона. Однако, поскольку на стене была только зубчатая трещина, он не мог видеть, что ещё лежит внутри.

Сердце Цинь Му остановилось, когда трещина в форме молнии начала закрываться. Стена Духовного Эмбриона, по-видимому, была не такой простой, как он думал. Хотя большую часть времени она имела отчетливую форму, бесформенная энергия, из которой она состояла, была похожа на липкий клей… В результате стена могла восстанавливать себя всякий раз, когда её повреждали.

Никто не смог бы сломать Стену Духовного Эмбриона, не уничтожая её полностью за один раз!

«Моя жизненная Ци всё ещё недостаточно сильна, но чем больше трещин я сделаю в стене, тем сильнее она станет! В конечном итоге она станет достаточно мощной, чтобы полностью сломать Стену Духовного Эмбриона!»

Как только Цинь Му закончил поднимать свой дух, петушье кукареканье прервало его размышления. Звук заставил его сердце дрогнуть, от чего он быстро открыл глаза.

Среди разнообразных зверей вокруг Цинь Му было несколько Голошеих Петухов. Будучи ростом с обычного человека, каждый из них был ненормально большим и пугающим. Их перья были великолепны, но не росли на шее. Это были именно те птицы, которые только что верещали.

Пробудившись от своего транса, Цинь Му пробормотал в осознании:

— Уже почти утро.

В восточном небе начали появляться неуловимые лучи света, сигнализирующие, что рассвет скоро прорвёт себе путь. Было слишком поздно снова пытаться разрушить Стену Духовного Эмбриона.

Хорошо, что он наконец понял, как разрушать “Стены”. Если ему повезёт избежать поимки Цюй и Цин, то у него появится достаточно времени, чтобы разрушить их.

Несмотря на то, что ему удалось сделать всего лишь трещину на Стене Духовного Эмбриона, совершенствование Цинь Му взлетело до такой степени, что он был уверен, что сможет убежать!

— Уже почти утро, — серьёзно проговорил старший брат Цюй.

— Трое наших младших братьев умерли из-за этого маленького дьяволёныша, — холодно ответила младшая сестра Цин. — Их души на небесах не смогут успокоиться, если мы позволим ему скрыться.

Цинь Му встал и потянулся, делая вид, что не слышит их.

Девицы на площади продолжали свою ожесточенную борьбу с темнотой, застрявшую в тупике, пока свет и тьма сталкивались друг с другом раз за разом.

Немного погодя снова раздалось кукареканье петуха. Голос тьмы стал чрезвычайно громким и разборчивым, словно говоря, что она стала нетерпеливой. Также раздался коллективный голос девиц, что привело к ошеломительному столкновению между светом и тьмой.

Петух прокукарекал в третий раз и первые лучи солнечного света внезапно пронзили темноту на востоке, освещая собой горные вершины неподалеку.

Солнечный свет настиг вездесущую тьму, заставляя её немедленно отступать, как морской отлив. Тьма отступила так же быстро, как и прибыла, скрываясь за горизонтом всё более быстрыми темпами.

Когда рассветные солнечные лучи коснулись долины, люминесцентная жемчужина начала постепенно спускаться вниз. Прежде чем солнечный свет достиг руин, её радужный свет втянулся обратно к площади.

Когда разноцветный свет исчез, девицы снова стали неподвижно сидящими скелетами.

Казалось, что ожесточённая битва, которая длилась всю ночь, была просто сказочным сном.

Ранее Цинь Му уже слышал, как деревенские жители рассказывали о странных вещах, которые происходили в Великих Руинах и о том, насколько они были чудовищными и возмутительными. Однако, увидеть всё это собственными глазами было определённо более ошеломляющим, чем просто слушать истории.

Всякий раз, когда наступала ночь, тьма вторгалась. Лицо тьмы формировалось и воспевало своим загадочным дьявольским голосом. Скелеты в этих руинах каждую ночь превращались в девиц, начиная борьбу между светом и тьмой. Все эти странные события выходили за рамки понимания обычных людей…

Однако тайны, которые прятались за этими событиями просто ждали, когда люди раскроют их.

Как только стадо разнообразных зверей подбрело к воротам, чтобы покинуть руины, Цинь Му тут же спрятался между ними. У “мирных зверей” было неписаное правило, запрещающее конфликт в руинах, но они, скорее всего, снова станут чрезвычайно опасными, как только окажутся снаружи.

Находясь с другой стороны стада, Цюй взглянул на свою младшую сестру Цин, после чего оба тоже влились в стадо, медленно направляясь к Цинь Му.

Стадо продолжало организованно покидать руины, как вдруг, меч внезапно и в то же время тихо выстрелил в спину Цинь Му. Тот быстро уклонился от удара, в результате чего драгоценный меч почти задел ближайшего зверя.

Неизвестный зверь раздраженно взревел.

— Младшая сестра, не используй свой меч, — воскликнул её старший брат Цюй. — Если мы продолжим раздражать этих зверей, то мы, просто-напросто, умрём здесь!

Его предупреждение заставило Цин спрятать свой меч и запрыгнуть на спину одного из странных зверей. Прыгая от одного зверя к другому, она быстро подобралась к Цинь Му.

Цинь Му завидовал способности Цин превращать свою Ци в нить и использовать её, чтобы контролировать свой меч с десятков метров. Хотя эта способность не была столь же удивительной, как божественное искусство мясника, тем не менее, он нашел её впечатляющей.

Шаги Цин были легкими и изящными, в то время как её платье развевалось в воздухе, подобно розовому лотосу. Из-под этого лотоса её ноги, будто настоящие лезвия, делали удары в сторону Цинь Му.

Техника ударов ногой, которую она использовала, была острой и точной. Каждый из её ударов казался огромным молотом, покрытым шипами, и заставлял окружение гудеть и колыхаться.

Такая техника может легко разрушить огромный камень и даже пробить железную стену!

Глаза Цинь Му оживились, когда он столкнулся с сильными вихревыми ударами Цин.

Думая о своих тренировках, он вспомнил, как одноногий как-то рассказывал ему, что техника ног — “Небесный Расхититель”, никогда не проигрывала ни одной другой!

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 12. Несравненные Боевые Техники

Белая утончённая ножка взблеснула из-под розового платья, столкнувшись с мускулистой ногой, одетой в короткие штанины из шкуры зверя.

Хотя изящные ноги Цин выглядели длинными и гибкими, они содержали в себе удивительную мощь, напоминая острый нож с силой топора. Ноги Цинь Му, с другой стороны, выглядели грубыми и мускулистыми, но тем не менее удары, наносимые ими, были изящными и легкими, будто за ними не стояло никакой силы.

Бам! Бам! Бам!

Их ноги столкнулись в серии взрывов. Обе ноги Цин мгновенно получили огромное количество ударов. Скорость ног Цинь Му была слишком высока, чтобы она успевала реагировать!

В тот момент, когда внезапно вспыхнула серия невероятных ударов Цинь Му, удивительное мастерство её ног стало бесполезным. Сила быстро покинула её ноги, как будто ноги Цинь Му поглотили её.

— Вот дерьмо!..

Поскольку Цинь Му продолжал пинать Цин, её болящие ноги начали цепенеть. Его удары настигали её талию, грудь и горло, как шторм, ударяющий о банановые деревья.

После натиска ударов Цинь Му развернулся в воздухе, скрутив своё тело так, чтобы сделать удар сзади. Этот удар отличался от боевой техники ног, которую он использовал до этого момента. Его предыдущие удары жертвовали силой в пользу скорости, тогда как удар, который он в настоящее время готовился продемонстрировать, содержал поразительное количество сил.

Пах!

Цинь Му по инерции раскрутил спину, ударив Цин в лицо. Её нос вжался в лицо, из рта повылетали непонятные осколки, а её подбородок был разбит.

Цин полетела в руины, как выпущенная стрела из лука!

Этот результат доказал то, во что верил Цинь Му.

Техника Божественных Ног Небесного Расхитителя была лучшей!

Цинь Му не посмел объявить её лучшей в мире, но она определённо была лучшей в деревне.

Несмотря на то, что боевой навык ног Цин казался хитрым и властным, Цинь Му тяжело ранил её, прежде чем она смогла даже коснуться его!

Более того, он даже не использовал жизненную Ци, полагаясь исключительно на силу своего тела. Цин, однако, направляла свою жизненную Ци в ноги, чтобы увеличить их поражающую мощь и скорость. Несмотря на это, она была покалечена в первом же обмене ударами!

В тот момент, когда Цинь Му отбил атаку Цин, он почувствовал, что его волосы встали дыбом. В его сердце вспыхнуло очень острое чувство опасности. Не успев развернуться, он бросился вперёд.

Старший брат Цюй бесшумно появился за Цинь Му собираясь нанести смертельный удар! Его атака должна была легко достичь Цинь Му, но он не ожидал, что тот будет настолько хорошо ощущать своё окружение!

Перепрыгивая с одного зверя на другого, они метались вокруг. Цюй двигался исключительно быстро, на ходу выбрасывая отчаянные удары в сторону Цинь Му, целясь в его сердце. В свою очередь Цинь Му не жалел сил в бегстве и размахивал обеими руками, чтобы блокировать атаки.

Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды!

Цюй не мог не удивиться. Несмотря на то, что Цинь Му повернулся к нему спиной, тот по-прежнему мог блокировать атаки, как будто у него выросло несколько дополнительных рук. Цюй никогда не слышал о подобной технике!

Хотя техника Тысячерукого Будды Цинь Му была не такой развитой, как у старого Ма, чьи удары сопровождались раскатами грома и потрескиванием молний, она всё равно была плавной, как ветер, и такой же быстрой, как молния. Даже когда он бежал по спинам зверей и был повёрнут к Цюй спиной, его защита была невероятно устойчивой, не позволяя врагу получить хоть малейшее преимущество.

Кланг!..

Темя Цинь Му онемело от внезапного звона металла. Он сразу же взглянул на свою руку и увидел кровь, текущую от места, где был ранен острым мечом.

Цинь Му скатился по спине зверя, на котором он был, и пробежал под его животом. Цюй тоже побежал за ним. Его руки были пусты, но вокруг него летал серебряный меч.

Зрачки Цинь Му сузились. Контроль над мечом старшего брата Цюй был намного лучше, чем у его младшей сестры Цин. Она контролировала свой меч и заставляла его летать в нескольких метрах от неё, атакуя врагов издалека, в то время как Цюй держал свой меч на расстоянии не больше метра.

Это было ужасно и действительно опасно.

Использование подобного контроля над мечом в ближнем бою может легко привести к тому, что по небрежности владелец травмирует самого себя. Для подобного требовались исключительные навыки, а также это означало, что умения контролирующего были достаточно грозными, чтобы гарантировать абсолютную уверенность в своей безопасности.

Без точной манипуляции жизненной Ци, никто не посмел бы использовать свой меч таким образом!

«Дедушка мясник и другие никогда не говорили мне, как использовать мою жизненную Ци, а старейшина деревни никогда не рассказывал мне, как использовать Ци Тела Тирана, — подумал Цинь Му. — В таком случае я так и продолжу находиться в невыгодном положении».

Ступня Цинь Му внезапно подсекла деревянную ветку, которую стадо зверей отломало от дерева, отправляя её прямо себе в руки. Это была ветка ивы около двух метров в длину и примерно такого же диаметра, как длина большого пальца.

Схватив ветку, Цинь Му быстро двинулся. Его взгляд сконцентрировался на лезвии меча, совершенно не обращая внимания на руки Цюй.

Цинь Му направил свою жизненную Ци в ветвь ивы, позволяя ей подняться по древку. Однако, когда его жизненная Ци прошла сорок сантиметров вверх по ветке, он потерял с ней связь.

Сорок сантиметров было явно недостаточно. Борьба с летающим мечом с оружием такой длины была слишком опасной.

Старший брат Цюй бросился вперёд, его драгоценный меч кружил вокруг него. Казалось, что невидимый фехтовальщик держит этот меч, колет, взмахивает, взмывает и режет в Цинь Му чрезвычайно запутанными способами.

Чи! Чи! Чи! Чи!..

Всего лишь несколько ударов, и ветвь ивы в руке Цинь Му была уменьшена до сорока сантиметров. Когда меч снова ударил по ветке, он прозвенел, как будто ударил о сталь.

Облегчение нахлынуло на Цинь Му в тот момент, когда он увидел, что ивовая ветка наполненная его жизненной Ци действительно может блокировать меч. Следя за лезвием меча, сорокасантиметровая палка стала его ножом для забивания свиней. Он использовал её, чтобы применить технику владения ножом, которому его учил мясник!

Ночная Битва По Ту Сторону Бурного Города!

Освободив свой разум от чего-либо другого, Цинь Му бросил все свои силы на использование этой техники!

Быстрее, быстрее, быстрее!

Мясник называл свою технику ножа — “Забой Свиней”. Суть этого умения можно описать одним словом: быстрее!

Быстрее, чем мерцающий свет и быстрее, чем мимолётные тени. Так быстро, что к тому моменту, когда использующий умение поднимет руку, голова свиньи должна уже слететь с её плеч!

Сосредоточив своё сердце и ум на ноже, Цинь Му размахивал веткой ивы в безрассудном отчаянии. И он, и Цюй бросились под бегущих зверей… Металл зазвенел о металл, когда они встретились. Огромные ноги некоторых гигантских зверей напоминали столбы, падающие с неба и содрогающие землю. Малейшая беспечность со стороны любого из них привела бы к тому, что его раздавит в кляксу!

Каждый шаг сражающихся казался хаотичным и беспорядочным, но на самом деле, они следовали таинственному ритму. Всякий раз, когда зверь мог на них наступить, они успевали уклониться от ноги.

Когда они сражались, Цюй всё больше расстраивался и поражался сложившийся ситуацией.

Маленький дьявол избивал его!

Ветвь ивы в руке Цинь Му была всего около сорока сантиметров в длину.

Разве это не была лишь небольшая деревянная палка?

В то время как его меч был длиной около ста восьмидесяти сантиметров. Технике управления мечом, которой он создавал нить из своей жизненной Ци, используя её для направления своего меча, научили его Пять Старейшин Реки Ли. Пять Старейшин Реки Ли были могущественными людьми, которые сломали свои Стены Небожителя и разбудили их Божественные Сокровища Небожителя. Только одно это говорило о сложности техники меча, которой они учили.

Помимо техники управления мечом, Цюй также использовал технику кулачного боя, созданную Пятью Старейшинами Реки Ли, которая называлась Искусством Реки Ли. Этот кулачный навык направлял жизненную Ци обеих рук, заставляя её вздыматься, как волны великой реки, беспощадно разбивающей берег.

Он не изучил её до уровня “божественного искусства”, но её сила всё равно была огромной. С её помощью разрушение валуна или измельчение скал в пыль было детской игрой.

Тем не менее, против короткой ветки маленького дьявола эти две великие техники были недостаточно эффективны. Деревянная палка постоянно пробивала его защиту, нанося удары по всему телу.

Шишки украшали голову старшего брата Цюй и синяки покрывали его тело.

Как он не мог быть расстроен?

Однако, даже сильнее чем его расстройство, был его ужас.

Если бы вместо деревянной палки в руке Цинь Му был нож…

Цюй не посмел представить себе последствия!

Всё это было слишком страшно. Голова этого подростка даже не доходила до его груди. Ему было всего одиннадцать или двенадцать лет! Даже если бы он начал совершенствоваться в утробе своей матери, он не должен был бы достигнуть такого неприличного уровня мастерства в своих пугающих приёмах.

(п.п.: уже сам запутался в возрасте, то ему 11, то он жил в деревне 13 лет, то ему опять 11, может он просто выглядит на 11?)

«Совершенствование его жизненной Ци… — заметив слабость Цинь Му, Цюй успокоился и начал думать про себя. — Его навыки могут быть чрезвычайно отполированы, но его совершенствование слишком слабо. На самом деле проблема в том, что он не обладает духовным телом. Скорее всего он обычный человек…»

В конце концов он пришел к важному выводу.

Цинь Му был обычным человеком. Он не обладал духовным телом и не пробудил своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Вероятно, он совершенствовался с помощью базовых техник, таких как Даоинь, позволившая ему достигнуть определённого уровня жизненной Ци.

Однако жизненная Ци, которую развивал обычный человек, не имела никаких атрибутов, тем самым, не позволяя ему продемонстрировать наибольшую силу. Это стало причиной того, что наступательные техники Цинь Му, хотя и были лучше, чем у Цюя, не представляли большой угрозы. Не было никакой дополнительной силы поддерживающей их.

«Навык ножа, который использует это дьявольское отродье, скорее всего является божественным искусством, он просто недостаточно натренировал его, чтобы полностью использовать его силу, — подумал Цюй. — Если бы я мог овладеть этим божественным искусством…»

Боевой дух старшего брата Цюй поднялся. Хотя Цинь Му не мог использовать навык ножа в полной мере, он, с другой стороны, всё-таки мог показать часть его силы. Если бы вместо палки в его руках был настоящий нож, это было бы страшно!

Он знал, что навык ножа Цинь Му был боевой техникой.

Божественные искусства боевых техник и техник управления мечом были разными. Техники управления мечом освобождали руки мастера, заставляя меч летать и убивать людей самостоятельно, а также делали меч проворнее. В таком случае руки мастера могли атаковать вместе с мечом, создавая более разнообразный стиль боя.

Боевые техники были совершенно другими.

Боевая техника следовала самым примитивным путём, требующим, чтобы обе руки человека контролировали своё оружие, позволяя их жизненной Ци пропитывать оружие, увеличивая силу атак и усиливая их божественное искусство!

Несколько сотен лет назад, когда обе техники существовали бок о бок, практикующие, которые совершенствовали боевые техники и практикующие, которые совершенствовали техники управления мечом, постоянно пытались выяснить, кто же из них лучше.

Однажды, гениальный наследник семейной школы управления мечом, внезапно появился из ниоткуда и начал убивать самых сильных мастеров, совершенствующих боевые техники. Почти все они были убиты, покалечены, или бежали.

Этот гений был не кто иной, как человек номер один под богами! Тот, кого Империя Вечного Мира нарекла Имперским Наставником!

Мало кто продолжил практиковать боевые техники. Спустя много поколений без достойного преемника, самые высшие божественные искусства боевых техник были потеряны. Только второсортные боевые техники дожили до наших дней.

Тем не менее, настоящая боевая техника высшего уровня по-прежнему была чрезвычайно мощной, и старший брат Цюй твёрдо верил, что техника, продемонстрирована Цинь Му, была именно такой!

«Мне определённо нужно овладеть этой боевой техникой! — про себя воскликнул Цюй. — Как только приструню его, я любой ценой заставлю его раскрыть метод совершенствования этой боевой техники!»

Короткая ветка Цинь Му отчаянно продолжала целиться в Цюй, который делал всё возможное, чтобы избегать ударов. Однако ему не удавалось их всех блокировать, поэтому он пропустил сотни попаданий за короткое время.

Цюй снова начал падать духом, пока его лицо ставало всё более опухшим, и боль, раздирающая его тело, усиливалась. Чем больше он разочаровался, тем слабее ставали его боевые способности, из-за чего деревянная палка попадала по нему всё чаще и чаще.

Это была всего лишь небольшая деревянная палка, без всякой угрожающей жизни пробивной мощи. Однако, в сочетании с силой Цинь Му и продолжающимися ударами, урон, который он получал, начал накапливаться. Тело старшего брата Цюй в конечном счёте получило значительное количество травм от этой палки… Травм, что неуклонно накапливались и усугублялись.

«Он забьёт меня до смерти!» — нахлынувшее понимание заставило кровь в жилах старшего брата Цюй застыть.

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 13. Забитый до смерти

Цюй в конце концов осознал: «В таком темпе этой маленькой деревянной палкой он забьёт меня до смерти!»

Он искренне захотел, чтобы Цинь Му использовал нож вместо неё. Чёрт, да хотя бы даже тупой!

Короткая палка обладала очень слабой силой, но пропустив от неё столько ударов, его лицо распухло, как у свиньи. Даже его глаза стали двумя прорезями, ухудшая его видение.

Чёрные и зелёные синяки украшали его кожу, а некоторые из его мускулов превратились в кашу от такой “порки”. Даже его суставы получили бесплатный “уход” от Цинь Му.

Он намеренно целился в связки и сухожилия, а не в кости. Если они разрывались, любое небольшое движение вызывало мучительную боль.

Быть избитым до смерти ужасно, ведь жертва не умирала мгновенно, а её боль и страх увеличивался постепенно в процессе избиения.

Стадо зверей, которые пробегали у них над головами, уже давно скрылось за пределами ворот.

Силы Цинь Му также исчерпались. Он понятия не имел, как долго он размахивал своим “ножом”, но знал, что уже не может продолжать. К тому же, ему постоянно приходилось уворачиваться от меча Цюя и избегать копыт и когтей гигантских зверей, между которыми проходила их битва. Его ноги опухли и онемели от усталости.

Несмотря на то, что уроки мясника часто сопровождались приступами безумия, тот понимал, что Цинь Му имеет свои пределы и никогда не позволял тренировкам так его изнурять.

У Цинь Му практически исчерпались все силы, чтобы продолжать размахивать “ножом”. Он мог полагаться только на силу своего духа, чтобы довести дело до конца…

Он знал, что до тех пор, пока у Цюя оставалось хоть малейшее количество жизненной Ци, его жизнь под угрозой!

Всё, что он мог сделать — это продолжать избиение!

Плюх!

Цюй упал на землю, не в силах выдерживать избиение, а затем и его меч с лязгом ударился о поверхность земли.

Цинь Му выбросил свою деревянную палку и схватил меч, но не смог поднять его. Его руки были слишком истощены.

Вместо этого, он подался телом вперёд и пнул рукоятку меча, наконечник которого медленно повернулся в сторону Цюя, который, едва понимая где находится, старался изо всех сил уползти прочь.

Но он не мог. Вместо его связок и сухожилий было настоящее месиво. Он не мог даже задействовать мышцы.

Парализованный Цюй мог только наблюдать, как Цинь Му изо всех сил пытался развернуть меч и сделать удар по его шее.

Царапая землю и переворачивая по пути грязь, меч медленно двигался в сторону своего бывшего владельца, Цюя, пока наконец-то, после последнего пинка, не прошел сквозь его шею.

Кровь текла, накапливаясь возле раны, в то время как он изо всех сил пытался дышать, хрипя сквозь кровь, пробивающуюся из его горла.

Цинь Му наконец вздохнул с облегчением. Его конечности онемели, и он упал на землю. Никогда ещё он не был так измотан.

Лежа рядом с трупом он почувствовал отвращение, поэтому попытался отползти. Его тело отказалось слушаться, поэтому спустя несколько безрезультатных потуг ему пришлось сдаться.

Это был не первый раз, когда Цинь Му видел труп. Женщина, скрытая в теле коровы и младшие братья Цюя, также умерли на его глазах.

Однажды бабушка Сы взяла его в соседнюю деревню, где должна была принять роды. Помимо работы портным, она также была акушеркой, помогая местным женщинам рожать.

Однако, по прибытии они увидели, что деревня превратилась в кладбище. Независимо от того, мужчина это или женщина, ребёнок или старик, все, включая будущую мать, были мертвы.

В то время Цинь Му покинули все мысли, его разум опустел… Он будто дрейфовал по небу, паря над деревней и совершая резню. Чуть позже бабушка Сы пробудила его от транса, сказав, что ужасная сцена испугала его до смерти, заставив его душу покинуть тело, поэтому ей пришлось её словить и запихнуть обратно.

Бабушка не сказала ему, кто убил всех в деревне, зато сказала ему, что такие ситуации были чрезвычайно распространены в Великих Руинах. Поэтому она дала ему строгий наказ — “никогда не оставляй своим врагам шансов”.

Из-за убийства Цюя, Цинь Му чувствовал себя неприятно. Но он понимал, что это закон Великих Руин. Здесь сильные охотились на слабых. Прожив в Великих Руинах с юного возраста, он уже привык к стычкам между странными зверями. Для него труп Цюя не отличался от трупа обычного животного.

Пока Цинь Му лежал, пытаясь не привлекать внимания, внезапно послышались приближающиеся шаги. Он изо всех сил попытался повернуть голову к звуку и определить, что его вызывает.

К его полному потрясению, он увидел Цин. Её лицо было опухшим до неузнаваемости и напоминало свинью. Шаг за шагом она прихрамывала к нему, используя свой меч как костыль.

Цинь Му попытался встать, но его конечности были опухшими и онемевшими от боли. Он мог только ждать там, тихо практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Его жизненная Ци медленно пришла в движение, мягко вздымаясь и направляясь ко всем его болящим мышцам. Везде, где она проходила, боль уменьшалась, а его чувства обострялись, после того как жжение исчезало.

Цин продолжала хромать к нему шаг за шагом. После боя с Цинь Му её ноги были покалечены. Её лицо также получило бесчисленные удары, последний из которых был самым безжалостным.

Цинь Му вложил все силы в этот удар ногой, сравнимый с свирепым ударом хвоста дракона, уничтожая все её изящные черты. В текущей опухшей форме её лицо выглядело раздутым, как лапша, которую оставили на ночь.

Все её зубы вылетели, а кровь и слюна капали из угла рта и брызгали на землю.

Её руки, однако, были удивительно прекрасны, когда они схватили рукоять меча таким образом, который чётко выражал её ненависть и желание разорвать Цинь Му на тысячу кусков, отчего тот прикладывал все свои силы, чтобы ускорить практику техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Он хотел, как можно быстрее восстановить свои силы, но интенсивный бой выжал из него просто-напросто слишком много сил.

Только разрушив Стену Духовного Эмбриона и пробудив своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, Цинь Му можно будет считать истинным боевым практиком. Избиение и убийство такого боевого практика, как Цюя, несмотря на то, что он сам не был им, уже можно рассматривать как великое достижение.

Однако это конец.

У него больше не было сил продолжать сражение с Цин.

Наконец добравшись до Цинь Му, она попыталась что-то сказать, но её рот и горло были настолько опухшими, что она могла издавать только булькающие звуки.

Цин в разочаровании подняла свой меч и взмахнула, безжалостно ударяя им по Цинь Му, как вдруг… она внезапно застыла, её меч не мог опуститься ниже, словно он встретил на своём пути невидимый барьер.

— Какая милая маленькая леди… этой бабушке очень нравится любоваться тобой.

Пожилая женщина появилась в поле их видимости, направляясь к ним с корзиной под рукой. Ужас вспыхнул в глазах Цин, отчего она дрогнула и неосознанно начала отступать от Цинь Му подальше.

Однако, прежде чем она смогла далеко отойти, из-за неё раздался голос:

— Му’эр… Ты действительно использовал эту крошечную палку, чтобы поиграть с моей техникой ножа — “Забой Свиней” и потратил целых пять тысяч четыреста семьдесят шесть ударов, прежде чем, наконец, всё же смог сбить с ног обессиленного мальца… Но в итоге всё же убив маленького ублюдка мечом, а не палкой!?

Нехотя повернув голову, Цин увидела людей с гротескным внешним видом. Среди них были: слепой с тростью, одноногий, вообще без четырёх конечностей, мускулистый здоровяк, которому не хватало нижней половины тела…

Один из наиболее “целых”, носил мускулистого здоровяка в большой бамбуковой корзине на своей спине, в то время как остальные держали носилки с человеком без конечностей.

Все они выглядели крайне жалко. Единственный кто казался относительно нормальным, был мужчина средних лет с бамбуковой корзиной… Однако его лицо было невероятно сильно изуродовано, словно он был одет в чужую кожу, что придавало ему самый зловещий и пугающий вид среди всех присутствующих.

Говорившим был мускулистый здоровяк без нижней половины тела. Ярость застилала его внушающее страх лицо, когда он впивался взглядом в Цинь Му и издалека орал:

— Похоже ты всё ещё плохо подготовлен! Если бы твои навыки владения ножом были достаточно отточены, то тебе даже не понадобилась бы палка или даже нож! Ты бы смог убить его голыми руками!

— Бабушка Сы… дедушка мясник… дедушка целитель… — прохрипел Цинь Му с облегчённым вздохом. — Вы… вы все здесь?

— Мы вырастили тебя проливая наш пот, слезы и кровь! Конечно мы волновались за тебя! — произнесла хихикающая бабушка Сы. — И поскольку это была твоя первая ночь вдали от дома, и ты к тому же провёл её с незнакомой женщиной, мы были просто обязаны взглянуть.

Цинь Му быстро заморгал глазами и спросил:

— Как долго вы все здесь?

— Мы были здесь с момента, когда ты начал сражаться с тем парнем под животами зверей, — фыркнул мясник, — как ещё я мог узнать, что ты использовал в общей сложности пять тысяч четыреста семьдесят шесть ударов?

Лицо Цинь Му помрачнело… Старые хрычи явно прибыли сюда почти сразу, но всё же позволили ему сражаться в бою не на жизнь, а на смерть и почти дали потерять здесь свою жизнь.

И только после он понял, почему звери не нападали на него или Цюя…

Мясник запугал их.

— Люди из-за пределов деревни говорили, что бабушка и все остальные дедушки плохие. Неужели это правда? — про себя подумал Цинь Му.

— Но… я всё же думаю, что они хорошие люди, — заверял он себя. — Должно быть они смотрели издалека, так как считали, что я смогу победить этого Цюя.

— Тело Тирана намного превосходит обычное Духовное Тело, — произнёс улыбающийся в никуда слепой, опираясь на трость. — Каждый из нас крайне разочарован, что ты оказался в таком жалком состоянии.

— Дедушка слепой, я здесь, — осторожно кашлянул Цинь Му.

— Я знаю, где ты, — ответил с улыбкой слепой и повернулся в его сторону. — Ты победил этого мальца с помощью палки, а это значит, что я хорошо обучил тебя. Но не зазнаваясь из-за того, что у тебя есть Тело Тирана. Для тебя естественно быть сильнее него. С сегодняшнего дня твои тренировки станут более интенсивными! И не корч на лице эту горькую мину…

— Почему ты так доволен собой, слепой? — холодно произнёс мясник. — Он явно использовал мою технику владения ножом! И зачем ты так много наговорил, обращаясь к трупу?

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 14. Очистка тела жизненной Ци

— Что мы будем делать с этой девушкой? — с трудом встав, Цинь Му тут же посмотрел на Цин.

— Может быть… — глаза бабушки Сы лукаво замерцали, когда она подумала об одном варианте. Она толкнула плечом обессиленного Цинь Му, едва не сбив того с ног и озорно продолжила. — Почему бы ей не стать твоей невестой? Ох… ты был таким милым, когда был малышом, но сейчас, повзрослев, уже не настолько милый. Однако с этой милой леди ты сможешь заделать ещё одного миленького малыша. Ребёнок определённо родится очень симпатичным… ах, у этой бабушки настоящая слабость к детям…

Цинь Му взглянула на Цин, чье лицо походило на морду свиньи:

— Бабуль, я думаю… лучше не надо…

— В таком случае, умри.

Пфу!..

Незаметно для всех присутствующих за Цин появился невинно улыбающийся хромой и ударил её в сердце.

— Хромой дедушка… зачем ты убил её? — заикаясь спросил Цинь Му.

Хромой вытащил нож и с небольшим замешательством в улыбке проговорил:

— Ты же сказал, что не хотел её, поэтому очевидно же, что её нужно было убить.

Цинь Му почувствовал обиду, но не потому, что он хотел завести ребёнка с Цин. В конце концов он сам был всего лишь ребёнком одиннадцати-двенадцати лет… Но он изо дня в день видел лица только этих старых монстров, а люди из соседних деревень были не многим лучше. Он очень редко встречал кого-то того же возраста, что и он сам.

Даже не имея друзей сверстников, он всё ещё имел сердце ребёнка.

— Пойдём домой, — скомандовал старейшина деревни, повернув голову, чтобы посмотреть на руины в долине.

— Каждый из нас частично калека, поэтому тебя никто не понесёт. Тебе придётся вернуться обратно самостоятельно, — целитель улыбнулся Цинь Му и затем продолжил. — Такие дела! Но мы приготовили кровь четырёх духов. Поскольку вчера тебя не было дома, у меня до сих пор имеется с собой порция.

Цинь Му кивнул, беря из рук целителя четыре фарфоровые чашки с кровью. Осушив их, он начал активно расхаживать туда-сюда, параллельно практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы наиболее эффективно усвоить силу из крови. В процессе он также рассказал всем о всех странностях, произошедших в руинах.

Спокойное выражение бабушки Сы дрогнуло:

— Дьяволы и боги? Огромное лицо из темноты и напевающие скелеты девушек? Как интересно…

Остальные жители также нашли рассказ Цинь Му интересным, но никто из них не высказал какое-либо мнение.

В итоге Цинь Му не удержался от вопроса:

— Бабушка, неужели тебе не любопытна история руин?

Целитель вздохнул:

— Царство богов, процветавшее в далёком прошлом… давно кануло в лету. Теперь ты говоришь нам, что кости богов бесновались всю ночь. Может они всё ещё отказываются умирать?

Глухой уставился на губы целителя и затем ответил:

— Какая разница чего они хотят, ведя своё существование после смерти? Они ведь умерли и всё тут. Поэтому какой смысл в знании истории этого места? Это ведь всё равно не оживит их.

— … ты точно глухой, — подозрительно спросил целитель, глядя на уши глухого. Его уши были выкованы из белоснежного железа, заменяя те, что у него когда-то были из плоти и крови… Они даже закупоривали его ушные каналы.

Глухой тут же сорвал свои “металлические уши”, обнажая десятисантиметровые железные штыри, торчащие из ушей. Они были вставлены глубоко внутрь, чтобы удерживать металлические уши снаружи.

— Воткни эти штыри в свои уши! — холодно ответил глухой. — Тогда и узнаешь, действительно ли я глухой!

Целить натянуто улыбнулся, решив промолчать.

Затем глухой опять нацепил свои металлические уши на торчащие из ушных каналов штыри, поворачиваясь к немому и говоря:

— В последнее время эти уши стали какими-то неудобными. Я хочу, чтобы ты их немного подправил.

Немой кузнец кивнул в ответ.

Это старичьё лишило Цинь Му дара речи. Он попросту не понимал, как они могут быть заинтересованы в съемных ушах глухого больше, чем в руинах.

— Му’эр, Великие Руины таят в себе слишком много секретов, — улыбаясь произнесла бабушка Сы. — Помимо царства богов в этой долине сокрыто множество других тайн. Если ты будешь постоянно думать про них, то у тебя не останется времени на полезные вещи.

По пути обратно в деревню Цань Лао, старейшина со всей серьёзность давал наставления:

— Раз уж ты смог сражаться против меча этого мальца обычной палкой, то очевидно, что твои удары не были слабыми. Пережив такой опыт, ты сильно прогрессировал.

— Почему я не могу контролировать вещи, так же, как они? — расстроенно спросил Цинь Му. — Моя жизненная Ци смогла заполнить ивовую палку лишь на сорок сантиметров.

Он начал завидовать тем, кто мог контролировать свой меч используя жизненную Ци, в то время как он сам не мог.

Целитель беспомощно покачал головой. Жизненная Ци обычных людей не имеет атрибутов, именно поэтому они не могут практиковать подобные техники манипуляции с её применением.

Будучи обычным человеком Цинь Му сражался простой сорокасантиметровой палкой с таким боевым практиком владеющим драгоценным мечом, как Цюй и в итоге победил… Это было невероятное достижение!

— Ни твоё Тело Тирана, ни твоё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона всё ещё не пробудились, так что тебе не стоит пока забивать голову подобными вещами, — спокойно ответил старейшина деревни. — Ты смог победить опытного практика боевых искусств уровня Духовного Эмбриона, когда сам ещё им не являешься. Знаешь о чём это говорит? Я отвечу тебе. Когда твоё Тело Тирана пробудится, ты будешь на целый порядок сильнее, чем все остальные воины.

Бабушка Сы и остальные тоже гордились достижениями Цинь Му. Цюй был пиковым практиком боевых искусств уровня Духовного Эмбриона… Он даже мог использовать свою Ци, чтобы мастерски управлять мечом в полушаге от своего тела, что говорило только об одном — он был в полушаге от уровня Пяти Элементов.

Избив его до смерти маленькой деревянной палкой, Цинь Му подтвердил своими действиями, что старейшина деревни не лгал о Теле Тирана, о котором они раньше никогда слыхом не слыхивали!

Уголки губ целителя дрогнули, когда он подумал про себя: «Правда о том, что у Му’эра лишь обычное телосложение рано или поздно всплывёт. Когда придёт время, я не представляю, какая будет реакция у этих стариков. Они даже могут поставить на уши весь мир. Однако… всё же странно, что он смог одолеть пикового практика боевых искусств с помощью лишь обычной палки. Может у него и правда что-то наподобие Тела Тирана? Или это просто эффект от приёма духовной крови?

Даже учитывая весь свой внушительный багаж знаний, этот вопрос оставался для целителя тайной.

Выпитая кровь четырёх духов заставила жизненную Ци внутри Цинь Му активно циркулировать, из-за чего его воспалённые мышцы начали оправляться и возвращаться к своему нормальному состоянию, а его кровь текла более плавно и устойчиво. С течением времени его жизненная Ци начала циркулировать с ещё большей скоростью чем раньше и так как усталость медленно отступала, его шаги подсознательно ускорились.

На лицах старика Ма, хромого и других калек читалось удивление, но они всё так же молча продолжали следовать за Цинь Му.

Ранее Цинь Му обнаружил, что практика дыхательной техники Трёх Эликсиров Тела Тирана во время бега помогала увеличить скорость его совершенствования. А если ещё учесть кровь четырёх духов его совершенствование возрастало семимильными шагами, отчего он позабыл обо всём вокруг и решил побежать.

Он быстро позабыл о своих ноющих мышцах, от чего его скорость продолжала увеличиваться. Его жизненная Ци циркулировала по всему телу с возрастающей скоростью, пронизывая собой плоть, кости, волосы и даже ногти.

Ускорившись до предела, Цинь Му превзошел свой прошлый максимум скорости. Однако он не замечал этого, лишь только чувствовал себя всё более и более расслабленным, когда выкладывался во время бега на полную.

По его телу проступили мутные капли пота, вперемешку с какой-то чернотой и белыми жировыми катышками.

Вот только… Цинь Му не ощутил совершенно никаких изменений, происходящих в его теле.

Целитель и старейшина иногда украдкой обменивались изумлёнными взглядами.

— Старик Ма, когда твоя жизненная Ци начала очищать твоё тело? — спросил целитель.

— Когда я был на вершине области Духовного Эмбриона, — со всей серьёзностью заговорил Ма, — во время тренировок кулаков я внезапно смог проявить своё первое божественное искусство — “Кулачное Искусство Очистки Тела”. Моя жизненная Ци походила на лазурных драконов, обвивающих мои руки.

Целитель перевёл взгляд на хромого, который тут же ответил:

— Я тоже находился на вершине области Духовного Эмбриона. В тот день, когда это случилось, я пытался догнать ветер. Я хотел пройтись по небу, наступая на неуловимые края порывов ветра, как вдруг случилось чудо — моя жизненная Ци начала очищать тело. Свища, словно сам ветер, она вылетала из каждой поры моей кожи. Я сильно разволновался и… Чуть не помер, когда, потеряв концентрацию, упал с неба.

— У меня всё примерно так же, — вздохнул целитель. — Я пытался очистить тело используя своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона как печь, а мою жизненную Ци, как травы. В итоге я познал чудо очистки тела жизненной Ци, когда та крестила моё тело, подобно огню. А Цинь Му всё ещё даже не сломал свою первую стену, но уже начал очищать тело.

(П.П.: Какое пафосное старичьё то =))

— Тело Тирана определённо властное, — рассмеялся хромой. — Мы, владельцы обычных Духовных Тел, не можем не завидовать.

Целитель решил промолчать, когда бежал с странным выражением лица.

Тело Тирана?

Если бы у Цинь Му действительно было Тело Тирана, он бы не был так поражен.

Хромой и Ма объясняли все эти вещи себе тем, что Цинь Му имел Тело Тирана, но он то знал правду! Их ученик перещеголял практиков с Духовными Телами, начав очистку своего тела так рано с совершенно обычным телосложением!

Целитель, грозный практик боевых искусств, несмотря на все свои знания и опыт, не мог не цепенеть от шока, осознавая правду.

— Му’эр ещё даже не пробудил своё Тело Тирана, но как только это произойдёт, он сможет использовать свою Ци Тела Тирана, чтобы управлять вещами с расстояния, хе-хе! — взволновано прокряхтела Сы. — Имперский Наставник Империи Вечного Мира даже в подмётки бы не годился нашему малышу, если бы он был одного с ним возраста, верно?

Сердце целителя дрогнуло, и он невольно перевёл взгляд на старейшину деревни.

Однако старейшина молчал.

Тела Тирана не существовало, следовательно, и не было никакой Ци Тела Тирана. А жизненная Ци обычного человека никогда не сможет контролировать вещи с расстояния, и когда Цинь Му обнаружит это, ложь раскроется.

Тем не менее до этого момента Цинь Му придётся “пробудить” своё “Тело Тирана”, что значит, что ему придётся разрушить свою Стену Духовного Эмбриона.

Но как обычному человеку разрушить “Стену”?

Старейшина деревни слегка хмурился…

Окажет ли питьё крови четырёх духов хоть какое-то влияние на Цинь Му? Как долго он сможет скрывать правду ото всех?

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 15. Хождение по воде

Цинь Му бежал, как ветер, его жизненная Ци становилась всё сильнее и сильнее. Впрочем, независимо от того, сколько километров он пробегал, старики деревни Цань Лао могли соответствовать его шагу. Даже слепой мог идти в ногу со всеми, как будто он неуклонно двигался по ровной земле.

Как только Цинь Му вошел в лес, перед ним появился чёрный силуэт и проревел:

— Умри, кроха!..

Это была демоническая обезьяна! Увидев Цинь Му, она выдала яростный рёв, встречая “кроху”, снова вторгшегося на её территорию.

Однорукий Ма бросил взгляд на освирепевшего зверя…

Этот взгляд был лишен эмоций. Он испугал громадного зверя, заставив его почувствовать, как близко он сейчас от смерти. В результате тот забыл о своём высокомерии и агрессии, в беге покидая свою территорию.

Цинь Му продолжал бежать направляясь домой, его жизненная Ци циркулировала и кипела, пока он спокойно проделывал остаток пути. Только по прибытию в деревню он очнулся от транса, наконец-то обнаружив, что был с ног до головы в какой-то мерзости. Он даже не заметил, как именно появился толстый слой, состоящий из засохшей крови и жира.

— Му’эр, иди к реке и умойся, — сказала бабушка Сы. — Слепой, иди с ним, чтобы монстры с реки не схватили его.

Слепой, облокотившись на бамбуковую трость, проследовал за Цинь Му к реке. Малец мгновенно разделся и прыгнул в воду, чтобы смыть нечистоты.

Слепой осторожно постучал по поверхности реки своей бамбуковой тростью, отпугивая огромную зелёную рыбу, которая кралась к Цинь Му. Она тут же выпрыгнула из воды и плеснула в нескольких метрах. Эта рыба была около шести метров в длину, а её усы напоминали восемь двухметровых щупалец.

Помывшись, Цинь Му посмотрел на волны реки. В его груди разразилась храбрость, перерастающая в настоящую бурю эмоций.

Его жизненная Ци беспокойно вздымалась, поднимаясь к горлу, пока он не издал громкий гортанный крик. Казалось, будто он открыл таинственную сокровищницу богов!

Крик разлетелся по горам и лесу, заставляя поверхность реки дрожать.

Продолжая издавать громогласный крик Цинь Му поднялся из-под воды и затем вдруг сорвался с места, побежав огромными шагами по её поверхности!

При каждом шаге сила его ног сливалась с жизненной Ци, струящейся по его ногам, создавая внезапный всплеск силы. Всякий раз, когда его ноги касались поверхности реки, вода взрывалась во всех направлениях!

Прежде чем потревоженная вода успевала упасть обратно в реку, Цинь Му оказывался за много метров, продолжая бегать по воде.

Плюх! Плюх! Плюх!..

В воздухе раздался резкий звук стучащих о воду ног Цинь Му. Вскоре он пробежал по реке полтора километра.

Цинь Му чувствовал себя так же свободно, как птица, всё сильнее вскрикивая от восторга. Радость от бега исходила из самых глубин сердца. Его длинные и беззаботные шаги носили его по всей реке. Звук был таким словно небесная музыка исполняемая бессмертными спускалась с неба, сопровождаемая мелодичными криками дракона и феникса.

Скорость Цинь Му поражала. За короткое время он уже успел пробежать от одного берега реки к другому. Нежный ветер подул по её волнистой поверхности, а он уже начал бежать в обратную сторону.

Слепой приподнялся со своей бамбуковой тростью, когда ветер пронесся над ним от реки, взъерошив его белые волосы. Слушая крики Цинь Му, он нежно улыбнулся и кивнул головой.

— Пока обезьяна вопит то с одной стороны реки то с другой, холодный ветер заморозит её промежность! — громко проговорил он. — Тебе не холодно бегать по реке с неприкрытым задом, Му’эр?

Цинь Му с всплеском упал в воду и удивлённые крик эхом отозвался от центра реки.

Через мгновение юноша выплыл на берег и смущённо вышел из воды, вытирая тело, чтобы можно было снова надеть одежду.

Момент прозрения заставил его отвлечься от самого себя и полностью забыть, что он голый, когда бегал по реке. Тем не менее, поскольку одежды на нём не было, это было действительно прохладно и освежающе.

«Хорошо, что слепой дедушка не может видеть…» — подумал он про себя.

Цинь Му оделся и поспешно поправил рубашку, но как только он поднял глаза, то увидел перед собой в лесу стоящих старого Ма, немого и остальных жителей деревни. Пришла даже бабушка Сы и старейшина деревни, которого принесли на носилках.

Лицо Цинь Му страшно покраснело.

— Б-бабуля! К-когда вы все сюда пришли? — спросил он, заикаясь.

Бабушка Сы рассмеялась и сказала:

— Му’эр, все мы видели твою задницу бесчисленное количество раз, поэтому тебе нечего смущаться. Мы услышали твои радостные крики и пришли посмотреть.

— Иди сюда, Му’эр, — сказал старейшина деревни, слегка кашляя. — Тебя преследовали пять практиков области Духовного Эмбриона. Возможно, они смогли нанести тебе травмы, которые трудно заметить. Пусть целитель тебя осмотрит.

Цинь Му подошёл вперёд и позволил целителю провести тщательный осмотр его тела.

Закончив, целитель покачал головой и сказал:

— Нет серьёзных проблем. Все его раны поверхностны.

Старейшина деревни затем провёл собственное обследование, в итоге согласившись, что с Цинь Му всё хорошо и он может уйти. Мясник тут же оттащил мальца, чтобы тот тренировался искусству боя на ножах.

Не удовлетворенный тем, что Цинь Му понадобилось более пяти тысяч ударов, чтобы победить Цюя, мясник решил подвергнуть его безжалостной тренировке.

Наблюдая за неистово двигающимся ножом Цинь Му, целитель подошёл к носилкам деревенского старейшины.

— Ты что-нибудь узнал? — спросил он.

— Скорость, с которой развивается его жизненная Ци, растёт необычайно быстро! — воскликнул старейшина, ничего не скрывая. — Разница между вчерашним и сегодняшним днём показывает, что его прогресс выходит за рамки моего воображения. Его недавний крик мог быть сделан только в случае резонанса его горла с жизненной Ци. Он даже обладал характеристиками бога и дьявола. Даже практик области Духовного Эмбриона не сможет достичь резонанса бога и дьявола, не говоря уже о том, что Цинь Му ещё не сломал свою Стену Духовного Эмбриона! Если бы мы были обычными людьми, как он, нам понадобилось бы двадцать лет, чтобы развить свою жизненную Ци до такого уровня.

Крики, которые Цинь Му неконтролируемо издавал, когда бежал через реку, были результатом резонанса его горла с жизненной Ци. В то же время, он непреднамеренно добавлял нотки дьявольского голоса, который он услышал в развалинах.

Удивительно, но пока он запоминал голос дьявола, он также смог разобрать коллективный голос девиц, который чётко отложился у него в памяти.

В результате этого, некоторые особенности голоса бога были также неосознанно задействованы в его крике.

Когда другие услышали крики Цинь Му, они посчитали их обычными, потому что не могли услышать глубины за ними. Однако, поскольку старейшина деревни смог ясно всё разобрать, это определённо имело не малое значение.

— Резонанс бога и дьявола !?— целитель подпрыгнул в шоке. — Как он достиг такого? Получить эффект двадцати лет совершенствования за ночь? Это слишком пугающе… Могла ли кровь четырёх духов вызвать это?

Старейшина деревни покачал головой:

— Несмотря на то, что кровь четырёх духов может улучшить строение его тела и жизненную Ци, такой результат невозможен.

Целитель глубоко задумался, а затем ответил:

— Может быть у Му’эр действительно дар? Может у него были прекрасные задатки для совершенствования с самого рождения?

— Почему с таким даром у него тело обычного человека? — старейшина деревни нахмурился. — Гений от природы был бы рождён с Духовным Телом. Более того, резонанс бога и дьявола… Какой гений смог бы повторить такое?

— Этот резонанс… Это хорошо, или плохо? — спросил целитель.

— Понятия не имею, — ответил старейшина деревни. — Я слышал в его криках как резонанс бога, так и дьявола. Эти голоса сражались друг с другом. Я не уверен, хорошо это или плохо.

Целитель вздрогнул, но всё же спросил:

— В таком случае, откуда эти голоса взялись?

— Я не знаю!

У обоих мужчин начала болеть голова. Это был первый раз за долгое время, когда у них болела голова от того, что они не могли понять чего-то.

С того времени, когда они подобрали Цинь Му из реки, количество непонятных вещей постоянно увеличивалось.

Вскоре спустилась ночь, и деревня Цань Лао вновь была окутана тьмой. В деревянном доме бабушка Сы спала в своей комнате, а Цинь Му в своей.

Посреди ночи в голове бессознательного Цинь Му раздался мрачный голос. Мелодичный голос прозвучал в ответ. Это были голоса бога и дьявола. Они начали сражаться друг с другом, а их крики становились громче и громче.

Резонанс голосов бога и дьявола медленно перерастал в бой между светом и тьмой. В своём уме Цинь Му внезапно превратился в бесформенную душу, плывущую в небе над этим столкновением, безучастно глядящей вниз.

Битва между тьмой и светом проходила в месте, сильно напоминающем те руины, где он впервые увидел подобное зрелище. Однако это место было гораздо более просторным и величественным. Тьма напоминала щупальца, постоянно пронизывающие свет, в то время как свет вспыхивал в коротких очередях, вытирая тьму.

Спустя несколько мгновений Цинь Му, наконец, смог ясно разглядеть, из чего состояла тьма и свет. Тьма на самом деле была бесконечными волнами бесов.

Дьявольский голос был не одним голосом, а воинственным криком миллиардов бесов!

Также было и со светом. На самом деле он был морем богов, одетых в золотую броню, кричащих в готовности сражаться с бесами!

Цинь Му “стоял” высоко над противоборствующими сторонами, из-за чего все боги и бесы казались крошечными точками. Он думал, что это была битва тьмы и света, потому что находился слишком далеко, чтобы разглядеть детали.

Теперь, когда он мог видеть, что происходит на самом деле, шок и ужас переполнили его!

Цинь Му внезапно открыл глаза, его тело было залито потом. Он понял, что громкие голоса богов и дьяволов переполнили его разум, угрожая расколоть голову на две части.

Тем не менее именно в этот момент нефритовая подвеска, которую он носил на груди, медленно поднялась в воздух, подлетела к месту между его бровями и мягко туда прислонилась. Нежное, успокаивающее чувство возникло в голове Цинь Му, и голоса исчезли.

Цинь Му внезапно сел, глубоко дыша, его сердце переполнялось растерянностью. Он понятия не имел, что произошло.

Спустя несколько мгновений он покинул дом и пошёл через деревню, сравнивая свою нефритовую подвеску с призрачным сиянием каменных статуй.

Тьма окутала всё за пределами деревни, поэтому нефритовая подвеска сияла точно таким же эфирным светом. Цинь Му в оцепенении смотрел на подвеску, а в его глазах отражался мерцающий свет. Казалось, он не мог их оторвать.

Скрываясь от него, бабушка Сы подошла сзади и увидела эту мрачную картину.

«Даже несмотря на то, что мы, жители этой деревни, вырастили его, — подумала она про себя с болью в сердце. — Ему придётся уйти…»

Затем, внезапно, её глаза наполнились решительностью.

«Внешний мир намного опаснее Великих Руин! Он недостаточно силён! Ещё рано!»

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 16. Девочка в Храме

Яркие глаза смотрели на нефритовую подвеску. Несмотря на то, что Цинь Му было всего около двенадцати лет, он уже многое понимал.

Однажды, когда он отправился с бабушкой Сы помогать при родах, в отличие от того трагического результата, всё прошло гладко. Вид любящей семьи согрел его сердце.

Это заставило Цинь Му спросить, как он родился и где были его родители. Однако бабушка Сы не смогла ответить ему. Она всего лишь сказала, что его вытащили из реки, вместе с этой нефритовой подвеской.

Поэтому Цинь Му дорожил ею. Он надеялся, что однажды та поможет ему найти своих родителей и спросить их, почему они его покинули.

Спустя некоторое время, Цинь Му одел подвеску обратно на шею, где та обычно находилась. Его выражение было спокойным, пока этот случай оседал глубоко в его сердце. Бабушка Сы, которая держалась на расстоянии, вернулась домой перед его приходом.

На следующий день старый Ма, слепой, одноногий хромой и глухой продолжили охотиться, добывая кровь четырёх духов для Цинь Му. Эти четверо человек, по сути, истребили всех зверей в радиусе нескольких сотен километров, из-за чего им приходилось путешествовать ещё дальше, чтобы раздобыть кровь для обработки.

Старейшина деревни не мог самостоятельно передвигаться, целителю постоянно приходилось собирать травы, мясник всегда вёл себя озлобленно и время от времени сходил с ума, а глухого интересовала только каллиграфия и картины.

Поэтому бабушка Сы была единственным человеком, который мог составлять компанию Цинь Му, пока он совершенствовался.

Однако Сы также не всегда была в деревне. Как портной и акушер, она имела много дел в соседних деревнях.

Одним ранним утром бабушка Сы покинула деревню, целитель отправился собирать травы, а мясник и глухой перенесли старейшину к входу в деревню и разошлись по своим делам. Один — затачивать ножи, другой — рисовать.

Преодолев скуку, Цинь Му отправился на берег реки. С тех пор, как его корова превратилась в женщину, и одноногому пришлось её зарезать, его обязанности резко сократились.

Стоя у реки он глубоко вдохнул, от чего его грудь вздулась от воздуха. Затем он направил к груди свою жизненную Ци, и та медленно вернулась к нормальному размеру…

Но он ещё не выдохнул. Вместо этого он использовал свою жизненную Ци для поддержки своих лёгких, делая их чрезвычайно крепкими. Затем он сжал воздух в легких, уменьшая его объём в десять раз.

Цинь Му продолжал вдыхать, но его грудь всё ещё не расправлялась. Достигнув своего предела, он тут же бросился вперёд, как стрела, выпущенная из лука!

Он бежал по реке, как ураган, вызывая на воде две волны, которые расходились перпендикулярно его направлению.

Внезапно над водой реки сверкнул металл. На бегу, Цинь Му вынул свой нож для убоя свиней. Он мерцал в воздухе, вспыхивая, как дракон, плывущий в воздухе.

Это был навык ножа мясника — “Забой Свиней”! Как и его создатель, этот навык казался озлобленным и обладал дикой, властной аурой, которая отказывалась поклоняться небесам и земле. Нож сиял, взмахивая взад-вперёд, готовый сокрушить всё на своём пути.

Неожиданно, проблеск металла исчез, Цинь Му вернул нож для убоя свиней на своё обычное место, в ножны на спине.

Переходя к кулачному мастерству старого Ма, он направил свою жизненную Ци в руки. Сжав ладонь в кулак Цинь Му стал напоминать реку Янцзы пересекающую плато, мчась по небу и врываясь в море, подобно нескончаемому потоку воды.

Восемь Громовых Ударов Первой Формы — Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

Делая удар за ударом, в фантазии Цинь Му появлялась сцена бушующей реки, впадающей в штормовые волны огромного моря. Картина, подобная этой, возникла и в его кулачном мастерстве.

Однако, как только он это сделал, его кулак внезапно раскрылся прямо посреди удара, от чего его пальцы и ладонь задрожали. Воздух перед его ладонью быстро сжался, затем взорвался, вызывая волны на поверхности реки.

«Этого недостаточно, — на бегу подумал Цинь Му, — я всё ещё не могу создать гром ладонью».

Разочарование давило на Цинь Му. Самый низкий уровень Восьми Громовых Ударов старого Ма требовал от практикующего создание громоподобного звука ладонью. Каждый удар должен греметь, обладая удивительной силой, которая способна пленить душу человека.

Только тогда он смог бы постичь божественное искусство, которое можно развить до степени, позволяющей контролировать гром и молнию своими руками… Степени, до которой тот даже не приблизился.

Продолжая бежать, Цинь Му схватил бамбуковый посох, привязанный к его спине.

Нанося колющие удары в пустоту вокруг себя, он не использовал обычный навык владения посохом. Умение, которое он изучал, было на самом деле навыком копья. Его бамбуковый посох напоминал огромное копьё, которое взбивало воду реки, как бушующий дракон. Каждый взмах, каждый укол, каждый щелчок и толчок сопровождался всплеском воды.

Как только Цинь Му стал доволен результатом, он заменил свой бамбуковый посох на огромный железный молот. Затем он совершил серию ударов чтобы продемонстрировать навык молота, которому его обучил кузнец. Этот навык был простым и грубым, но он обладал несколькими тоннами силы. Каждый удар был чрезвычайно тяжелым, что вкупе с движением Цинь Му, использовало две крайности боевых способностей!

После бега и длительной практики каждого из своих навыков, Цинь Му, наконец, почувствовал, что его жизненная Ци начала течь медленнее. Он ощущал истощение в теле от почти иссякших сил.

Оглядевшись вокруг, Цинь Му обнаружил, что ушел на десятки миль вниз по течению, что было довольно далеко от родной деревни.

«Я действительно забежал так далеко, даже не заметив?» — подумал он.

Цинь Му продолжал осматриваться, пока не заметил остров посреди реки. Бурная вода омывала его со всех сторон. Зрелище заинтересовало его, и он тут же бросился к нему.

Несколько мгновений спустя добравшись до суши, Цинь Му ступил на остров.

Этот остров был не очень большим. Из-за своего положения он напоминал небольшой холм, заросший растительностью, около тысячи метров в диаметре и около ста тридцати метров высотой.

В густом лесе, покрывающем остров, был слышен только звук воды. Глубоко внутри этого леса, недалеко от Цинь Му, находился полуразрушенный древний храм.

Прогуливаясь по лесу в сторону храма, Цинь Му увидел, что здание лежало в руинах и повсюду свисала паутина. Оно явно было необитаемым в течение длительного периода времени. Тем не менее, оно всё равно могло послужить хорошим местом для отдыха.

Цинь Му остановился перед храмом. Одна из дверей, служившая входом, рухнула, показав слабый свет исходящий изнутри. Он увидел, что в храме возвышается статуя Будды, покрытая позолоченными листьями, излучающими сияние.

Однако, поскольку никто не был здесь в течение очень долгого времени, большая часть позолоты на листьях облезла, открывая под собой медную эмаль. Странный, волнистый текст был нанесён на эту эмаль. Он выглядел так, будто был написан детьми.

Гигантские толстые цепи обматывали тело Будды, словно сдерживая его на месте. Проведя по ним взглядом, Цинь Му увидел, что они простираются от храма, вплоть до края острова, где погружаются глубоко в бушующую реку.

«Как странно… Почему эта гигантская статуя связанна цепями? — Цинь Му подумал про себя. — Слепой дедушка как-то сказал, что перед входом в храм нужно совершать некий ритуал с зажжением благовоний. Поскольку у меня их нет, отдохну ка я снаружи».

Цинь Му прочистил горло и поклонившись отдал дань уважения:

— Этот скромный человек живёт в деревне Цань Лао, расположенной недалеко от реки. Я наткнулся на Ваш храм и хотел бы отдохнуть здесь некоторое время. Если я встревожил хозяина этой земли, я искренне извиняюсь.

Он заколебался, прежде чем продолжить чтение молитвы, которой его научил слепой.

— С малого возраста у меня слабые почки и хрупкое тело. Мой изначальный Ян уже давно рассеялось. Если здесь присутствует богиня-сестра, пожалуйста, не причиняй мне вреда.

(П.П.: изначальный Ян — мужское начало, типа импотент уже xD)

Слепой был старым и опытным скитальцем, поэтому Цинь Му твёрдо верил его словам. У него однозначно не должно возникнуть проблем, если он прочитает молитву точно так же, как учил слепой.

Закончив свою молитву, Цинь Му сел на каменные ступени. Он снял с ног железные ботинки и веса с икр, затем начал восстанавливать силы, используя свою дыхательную технику.

На нём были одеты железные сапоги и веса в течение всего времени, что он бежал по реке. Этот комплект был доработан немым кузнецом, и весил гораздо больше, чем предыдущий.

Внезапно из-за Цинь Му раздался нежный смех.

— Ты сказал что-то довольно интересное, — прозвучал девичий голос. — Хм… Думаю, я не стану тебя есть. Решено!

Цинь Му сразу обернулся, чтобы посмотреть, кто говорил.

На ладони Будды, смеясь над ним, сидела маленькая девочка, которая выглядела приблизительно его возраста. Она была босой и носила простое платье. Её волосы были сплетены в три косички. Две тонкие свисали перед её грудью, а третья, более толстая, лежала на спине.

Её босые ноги свисали с руки Будды, активно покачиваясь взад-вперёд. Золотые браслеты на её лодыжках звенели от каждого движения, дополняя её смех и заставляя его звучать красиво, будто солнечный свет ранней весною.

Цинь Му быстро поднялся и сказал:

— Как мне обращаться к богине-сестре?..

— Какая богиня-сестра? — девушка спрыгнула с руки Будды и широко улыбнулась, обнажив свои маленькие клыки. — Меня зовут Сянь Цин’эр, и я живу поблизости. Я никогда не встречала здесь той, о ком ты говоришь. А как тебя зовут?

Увидев красивую улыбку девушки, Цинь Му почувствовал, что она не может быть плохой и вздохнул с облегчением.

— Меня зовут Цинь Му, что значит — “мальчик, пасущий коров”. Цинь — моя фамилия. Старики в деревне всегда посылали мне пасти коров.

— Действительно? — Сянь Цин’эр подошла к двери храма и открыла её, чтобы рассмотреть его поближе. Затем она оглянулась и хихикнула. — А где же тогда твоя корова?

Цинь Му на мгновение заколебался, прежде чем сказать:

— Она превратилась в женщину, так что её больше нет.

— Такие интересные вещи до сих пор случаются? — Сянь Цин’эр спросила с изумлением, взволновавшись. — Как это случилось? Можешь ли ты трансформироваться?

Цинь Му покачал головой:

— Я пока не могу, но моя бабушка может.

— Я думала ты знаешь! — Сянь Цин’эр разочарованно ответила. — Что ещё интересного ты видел? Быстро! Заходи и рассказывай мне всё о них!

Только начав поднимать ногу, чтобы переступить порог храма, взгляд Цинь Му прошел мимо Сянь Цин’эр и упал на кучку белых костей, торчащих из-за статуи Будды. В его сердце внезапно возникло плохое предчувствие, его нога остановилась в воздухе, и он нерешительно сказал:

— Слепой дедушка велел мне всегда поджигать благовония и молиться Будде, прежде чем входить в храм. У меня нет благовоний, так что лучше я останусь здесь.

— Просто зайди! — Сянь Цин’эр сладко улыбнулась.

— Я думаю мне лучше остаться снаружи, — Цинь Му моргнул глазами и отвёл ногу назад, одарив девочку улыбкой, которая выглядела намного искренней, чем те, которые постоянно показывал хромой. — Почему бы тебе не выйти? Тогда я смогу рассказать тебе ещё много интересных и забавных историй.

Взгляд Сянь Цин’эр слегка колебался, когда она закусила губу и хихикнула:

— Я знаю о некоторых постыдных вещах, которые могут делать между собой только мальчик и девочка. Войди и я научу тебя им.

По сравнению с её ярким, невинным, девичьим поведением, которое было ранее, сейчас… Сейчас её сладкое, обаятельное дыхание выглядело невероятно соблазнительно.

Лицо Цинь Му покраснело, но он тут же сделал небольшой успокаивающий вдох.

— С малого возраста у меня слабые почки и… — упрямо проговорил он.

— Войди! Сейчас же! — с губ маленькой девочки сорвался грубый, гортанный рёв.

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 17. Разрушение Стены Духовного Эмбриона

Лицо Сянь Цин’эр перекосило от гнева, став выглядеть чрезвычайно отвратительно. Её миниатюрная девичья фигура начала вздуваться и напухать, в то время как из нижней части тела доносились скрежещущие звуки. Костяные лапы пронзили её платье изнутри, простираясь по полу подобно сколопендре.

Разрывая кожу её спины, изнутри тела вырвались костяные пластины, придав ей странный, неестественный изгиб. Из её рук вырвались костяные лапы с чрезвычайно острыми когтями вместо пальцев!

Костяные отростки, похожие на оленьи рога, торчали из затылка, а лицо искажалось в гримасе, внушающей невыразимый ужас.

Её тело удлинилось и стало толще, в итоге начав напоминать собой гигантскую костяную сколопендру!

— Войди! Сейчас же! — проревела она голосом, похожим на стенающие вопли бесчисленного числа женщин.

Цинь Му удивлённо уставился на костяную сколопендру, но всё же отрицательно покачал головой и сказал:

— Нет.

Чудовище пронзительно взревело. Двинувшись по кругу его бесчисленные лапы застучали по полу храма, после чего оно тут же нырнуло в сторону входа. Тем не менее после каждой попытки это приводило только к тряске всего острова и громыхающей вибрации цепей, обёрнутых вокруг статуи.

Цинь Му сразу же кинул взгляд на цепи, тянущиеся к реке. Они простирались от самого берега к храму, в итоге оборачиваясь вокруг гигантской золотой статуи Будды и в конце концов крепясь к телу чудовища.

Цепи были прикованы к золотым кандалам, что “украшали” тело чудовища. Каждый раз, когда тот пытался нырнуть в проход ведущий в храм, цепи оттягивали его обратно.

Неважно как яростно монстр обнажал свои клыки и размахивал когтями, он не мог ступить и на полшага из храма.

Посреди всего этого хаоса Цинь Му совершенно спокойно сидел напротив храма и практиковал Три Эликсира Тела Тирана, чтобы восстановить свои силы.

Через некоторое время сумятица позади него улеглась. Не сумев вырваться из оков цепей, монстр повернулся в сторону золотого Будды и взревел:

— Ты чёртовый лысый монах! Ты тот, кто держит меня здесь! Ты пытаешься заморить меня голодом до смерти? У этого пацана даже нет с собой благовоний, так почему бы тебе не позволить мне съесть его?

Монстр в расстройстве налетел на статую Будды, разбросав по храму бесчисленные непогребённые белые кости, что были за ней. Несмотря на всё это, статуя оставалась неподвижной.

Цинь Му молча бросил взгляд за спину, затем резко шокировано развернулся. Каждая кость была человеческой! Было невозможно определить сколько людей умерло в этом полуразрушенном храме.

Достаточно скоро монстр в храме успокоился, собрал все кости и вновь спрятал их позади золотой статуи Будды. Затем он подполз к входу в храм, жадно уставившись налитыми кровью глазами на Цинь Му.

— Лысый монах, мясо пришло прямо к нашему порогу, ты понимаешь? Мясо у нас на пороге… — бормотал монстр, глядя на затылок Цинь Му с капающей из пасти слюной.

Спустя некоторое время он снова трансформировался в форму маленькой девочки Сянь Цин’эр. Ремешок платья, словно случайно, соскользнул с её тоненького плеча.

— Малыш, подойди. Давай пошалим! — хихикнула она.

У Цинь Му была сильная воля, поэтому он был глух и нем к её соблазнению. Когда его силы и жизненная Ци окончательно восстановились, он почувствовал, что сегодняшняя практика принесла хорошие плоды, ведь его совершенствование значительно возросло.

Сердце Цинь Му слегка сжалось при мысли, что он может собрать свою жизненную Ци и, используя песнопение дьявола, попытаться вновь разрушить Стену Духовного Эмбриона.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

В момент, когда жизненная Ци Цинь Му начала мчаться к его Стене Духовного Эмбриона, изнутри древнего храма вырвалось глухое рокотание. Лучи кровавого света пробегали по странным отметинам на медной эмали позолоченных листьев Будды. Эти лучи покрывали листья, вынуждая их засиять ярким золотым светом!

Буууууум!..

В разгар сильнейших вибраций золотая статуя Будды, покрытая позолоченными листьями, открыла глаза, излучая гнетущую ауру. В ушах Цинь Му тут же прогремел величественный крик:

— Еретический путь дьяволов! Как ты смеешь быть таким наглым передо мной, воспевая дьявольское заклинание! Ты действительно недисциплинирован и непослушен! Я воспользуюсь заклинанием будды, чтобы усмирить тебя!

Выражение разочарования на лице девушки-монстра сменилось на крайнее недоверие. Золотой Будда схватился за цепи и потянул беспомощного монстра к себе.

Бхум!

Монстр упал на колени перед статуей. Не способный двигаться, он начал пресмыкаться перед лицом внушительного давления Будды.

Золотая статуя открыла рот и произнесла ряд неизвестных слов, напоминающих повторяющуюся буддийскую мантру:

— Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум!..

Услышав голос Будды, монстр почувствовал, что невидимая сила сокрушает его душу, заставляя стенать от боли.

Вне храма заклинание Будды сдуло Цинь Му прочь, от чего тот запаниковал. Однако именно в этот момент его жизненная Ци достигла Стены Духовного Эмбриона, заставив зазвучать голос бога, повторяющего своё заклинание.

Голос бога и голос Будды охватили Цинь Му в одно и то же время, громко резонируя в столкновении друг с другом, что значительно снизило давление на самого Цинь Му.

«Шанс!» — подумал он.

Мгновенно среагировав, Цинь Му начал повторять дьявольское песнопение.

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е! Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е!..

Голос Будды доносился из храма с возрастающей громкостью:

— Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум! Ом ма́ни па́дме хум!..

В то же время голос бога с девяти небес, исходивший из лба Цинь Му, также увеличивал громкость:

— Гуань Мин Дуань Цзин У Сы Цзянь Ю! Тянь Ши Дуй Си Вэй Лин Ну!

Когда три голоса смешались, сила, мешающая его жизненной Ци нанести удар по Стене Духовного Эмбриона, внезапно, исчезла!

Пользуясь случаем Цинь Му на полную задействовал дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, собирая всю свою жизненную Ци и направляя её к Стене Духовного Эмбриона!

Вьюх!..

Подобно огромным волнам воды бушующей реки, тяжелыми валами обрушивающиеся о берег, у Стены Духовного Эмбриона произошло масштабное столкновение. Она развалилась с рокочущим грохотом, в то время как его жизненная Ци тут же величественно затопила Божественное Сокровище Духовного Эмбриона.

Сразу же после этого свирепая жизненная Ци хлынула из Духовного Эмбриона, мгновенно распространяясь по всему его телу. Вздымающаяся Ци даже пропитала его волосы, вынудив каждый волосок на коже тела встать дыбом!

Стена Духовного Эмбриона полностью снесена!

Стена уничтожена! Успех!

Такой внезапный результат ошарашил Цинь Му. Он перестал читать дьявольское песнопение. Голос бога неожиданно исчез и без противника буддийский голос от статуи золотого Будды внутри храма тоже перестал звучать. Статуя вернулась к своему обычному, неподвижному состоянию… Разве что монстр теперь не бодрствовал, а неподвижно валялся возле неё, из-за чего было непонятно жив он или помер.

Невидимая стена на лбу между бровями Цинь Му, которая всё это время мешала ему пробудить своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, окончательно пала. Теперь ни что не мешало ему видеть его!

«Мне действительно удалось сломать “Стену”?» — думая об этом Цинь Му не мог сдержать волнения в своём сердце, издав радостный клич стоя перед храмом.

Он выпил неизмеримое количество крови четырёх духов, которая, вплоть до сего дня, совершенно не помогала ему пробудить Тело Тирана. Но теперь… Ему таки удалось разрушить стену во время противостояние трёх голосов. От этого в его маленькой груди вздымалось чувство выполненного долга.

Через некоторое время Цинь Му окончательно успокоился и подумал про себя: «Стена Духовного Эмбриона… Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Поскольку это божественное сокровище, боги, должно быть, оставили мне что-то ценное…»

Закрыв глаза, Цинь Му увидел сверкающие золотые лучи, исходящие из места между его бровями. Когда его сознание осторожно вошло в таинственную “божественную сокровищницу”, он увидел, что Божественное Сокровище Духовного Эмбриона в действительно являлось причудливым пространством, наполненным сверкающими золотыми лучами… Словно он попал в несравненно древний рай.

Духовный Эмбрион напоминал волшебную землю, состоящую из моря света. Когда сознание Цинь Му углубилось в так называемую “божественную сокровищницу”, свет подпитывал его, от чего тот чувствовал себя невероятно комфортно.

Однако, несмотря на то, что его сознание блуждало по всему этому морю золотого света в течение довольно длительного периода времени, он так ничего и не обнаружил.

«Разве это не мой Духовный Эмбрион? Почему же тогда здесь ничего нет? Неужели сами боги отобрали мои сокровища?»

Цинь Му испытывал путаницу в сердце. Теперь, когда он добрался до своего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, где находилось само сокровище?

Затем, словно из ниоткуда, в его поле зрения появилась возвышающаяся каменная статуя. Она изолированно стояла посреди моря света.

«Почему в моём Духовном Эмбрионе находится каменная статуя? Неужели она и есть моё божественное сокровище?»

Такое внезапное развитие событий смутило Цинь Му. Только когда его сознание пропорхало вокруг каменной статуи, осматривая её, он заметил странность. Он ошибочно подумал, что статуя сделана из камня, когда на самом деле это не так.

“Каменная статуя” действительно выглядела так, словно была высечена из камня, но это было не так. Текстура статуи напоминала нефрит, но это так же не было он. Сверкая статуя казалась полупрозрачной, излучая мягкую ауру.

Наиболее загадочным в статуе было то, что она имела невероятное сходство с ним.

Только она напоминала Цинь Му, когда тот ещё был малышом в возрасте примерно трёх лет!

«В моём Духовном Эмбриона находится скульптура меня самого? Неужели боги знали, как я выглядел и в итоге высекли статую меня, затем спрятав её в моём Божественном Сокровище Духовного Эмбриона?» — эта мысль поразила Цинь Му.

Затем, когда его сознание слегка коснулось статуи, он потерял контроль над ним.

Его сознание вошло в статую!

П.П.: Название главы — Разрушение Стены Духовного Эмбриона

Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 18. Ужасный ребёнок

В глазах Цинь Му внезапно потемнело, но сразу после он восстановил контроль над своим разумом и обнаружил, что находится внутри статуи!

«Что произошло?» — подумал он про себя.

Цинь Му открыл свои “глаза” и попытался осмотреться, чтобы понять, что он может сделать в данный момент. Затем он попытался повернуть голову и обнаружил, что она у него была.

Он посмотрел вниз и заметил, что его разум слился со статуей, и что конечности статуи были его конечностями!

Разум человека должен был быть бесформенным, но разум Цинь Му обрёл осязаемую оболочку. Это всё было невероятно странным!

Цинь Му чувствовал, что эта статуя была своего рода духом. Она казалась энергией или душой, но не была ни тем, ни другим. Он не мог объяснить своих ощущений.

— Божественное Сокровище Духовного Эмбриона… Божественное Сокровище Духовного Эмбриона… Может эта статуя и является моим “духовным эмбрионом” и пробудится только если я объединю с ней свой разум? Может в этом и есть предназначение Божественного Сокровища Духовного Эмбриона?

Поняв это, Цинь Му моргнул глазами своего духовного эмбриона.

Из семи великих божественных сокровищ человеческого тела, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона было самым первым. В большинстве случаев, оно было запечатанным. Поскольку обычные люди не могли вскрыть его, они, естественно, не были способны пробудить свой духовный эмбрион.

С другой стороны, Божественное Сокровище Духовного Эмбриона людей с Духовными Телами открыто с рождения. В результате им нужно только немного соответствующей духовной крови, чтобы направить свой разум к духовному эмбриону, пробуждая его.

Это означало, что разум человека мог находиться внутри духовного эмбриона.

Возможно, боги не наделяли людей духовными эмбрионами… Возможно, они специально запечатали их.

Размышляя, Цинь Му внезапно почувствовал, как поток его жизненной Ци из-за пределов Божественного Сокровища Духовного Эмбриона вошёл в море света. Его крошечный духовный эмбрион поглощал брызги Ци, которые вызвали у Цинь Му очень успокаивающее чувство входя и выходя из носа.

С каждым вздохом духовного эмбриона, его жизненная Ци ставала намного чище!

Кроме того, Цинь Му понял, что его духовный эмбрион также поглощает золотой свет из моря вокруг. Когда свет попадал внутрь его тела вместе с Ци, они смешивались. Однако Цинь Му не знал, какой это давало эффект.

Он попытался заставить подняться свой духовный эмбрион, но быстро обнаружил, что детское тело совершенно не могло двигаться, не то что стоять.

«Как мне управлять своим “эмбрионом”? Хм… Я должен вернуться в деревню, чтобы спросить у старейшины, бабули Сы и остальных».

Посреди размышлений разум Цинь Му внезапно вернулся в его физическое тело, и он открыл глаза.

Изнутри храма донёсся сильный кашель. Монстр, притворяющийся девушкой, ещё не умер. Он стоял на коленях перед статуей Будды, выкашливая огромные сгустки крови.

Посмотрев на него, Цинь Му вошел в храм.

Увидев того внутри храма, монстр невероятно удивился, и даже попытался встать.

Идя ему на встречу, Цинь Му начал произносить заклинание дьявола:

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

— Как ты смеешь продолжать дерзить, злая тварь!

Кожа девушки-монстра начала сползать, когда она услышала, как золотой Будда за ней вновь пришел в движение. Из него исходили золотые лучи и цепи вокруг начали трещать, заставляя монстра снова пресмыкаться на полу!

— Ом ма́ни па́дме хум! — голос Будды прозвенел, из-за чего монстр начал плеваться кровью и припадать к земле.

Затем Цинь Му прекратил произносить слова дьявола, золотой Будда ещё раз произнёс своё заклинание и замолчал. Чудовище у подножия статуи тяжело дышало, и как только оно собиралось встать, Цинь Му снова начал повторять заклинание дьявола. Монстр в ужасе вскрикнул и тут же попытался спрятаться за статуей Будды. Однако он не ожидал, что Цинь Му перестанет говорить, произнеся только два первых слова.

— Ты дьявол!.. — прокричал монстр хриплым голосом, приподнимая голову, чтобы посмотреть в глаза Цинь Му. — Ты дьявол! Ты самый подлый, злой дьявол!

Цинь Му не отреагировал на оскорбления монстра и медленно пошел вперёд к статуе Будды. Немного помолчав, он всё же решил следовать совету слепого, который был опытным скитальцем, и отдал своё уважение.

— С малого возраста у меня слабые почки и хрупкое тело. Мой изначальный Ян уже давно рассеялся…

Когда девочка-монстр услышала сказанное, она закашляла кровью и засмеялась с выпученными в недоумении глазами:

— Малыш, ты говоришь статуе Будды, что у тебя слабые почки и хрупкое тело? Она тебе не поможет!

Цинь Му равнодушно посмотрел на монстра:

— Ци Кэ До, Са Мо…

Статуя Будды вздрогнула и прокричала:

— Злая тварь!

— Прекрати петь! — смертельно перепугавшись вскричал монстр и тут же, сменив тон, начал умолять о пощаде. — Прошу тебя, перестань петь!

Цинь Му перестал повторять слова дьявола, но золотой Будда закончил первую часть своего заклинания, в результате чего чудовище снова побледнело.

Цинь Му обошел храм. Хотя он не смог найти ничего ценного, гора костей за статуей Будды шокировала его. Бесчисленные люди, очевидно, погибли в этом заброшенном храме от рук монстра.

— То, что ты прячешь кости жертв за статуей Будды, делает её соучастником убийств. Она помогает тебе скрыть доказательства и обмануть больше людей, — произнёс Цинь Му и затем покачал головой в неодобрении. — Если я использую силу статуи Будды, чтобы уничтожить тебя, это станет её достижением. Поэтому я так не сделаю. Итак, демон, где все твои сокровища?

— Откуда у меня должны взяться сокровища? — спросило чудовище, дрожа от страха. — Этот лысый монах забрал у меня всё, когда поймал.

— Ци Ке До… — начал Цинь Му.

— Прекрати петь!

Девушка-монстр улыбнулась в попытке угодить Цинь Му.

— Я управляла этим местом в течение нескольких лет, и мне всё-таки удалось награбить немного интересных вещей, пытаясь себя прокормить. Ладно. Я отдам их тебе.

Едва сумев подняться с пола, она из последних сил полезла к потолку. Осторожно нажав на его определённую часть, она убрала нужную панель и открыла тайник.

Предметы, спрятанные в этом тайнике, грохнулись на пол. В основном это было оружие и доспехи. Кроме этого, была одежда, большинство из которой было женским нижним бельем. Однако, учитывая материал, с которого она была пошита, это были вещи, которые могли позволить себе только богатые люди.

— Это всё, что у меня осталось, — монстр улыбнулся.

Цинь Му нахмурился.

— Это всё? У тебя нет ничего вроде духовных пилюль или магических лекарств?

— Если бы я нашла духовные пилюли или магические лекарства, я бы уже давно их съела, — монстр расслабленно растянулся, костяные пластины сколопендры потрескивали внутри её женского тела. — Я пленена здесь так долго, что начала есть всё подряд. Как я могла оставить духовные пилюли или магические лекарства, которые намного вкуснее, чем люди? Не стоит недооценивать это оружие. Всё это — вещи, называемые Духовным Оружием, которое можно найти только в Божественном Сокровище Шести Направлений. Они называются Духовным Оружием, так как создаются жизненной Ци с самого рождения и обладают великой силой.

Скептически восприняв слова девочки-монстра, Цинь Му выбрал из кучи оружия нож в форме гусиного крыла. Этот нож был очень тяжелым, даже по сравнению с ножом для убоя свиней мясника. Хотя его нож для убоя свиней был намного больше обычного ножа, весил он значительно меньше.

Нож в форме гусиного крыла был намного длиннее ножа для убоя свиней, в то время как последний был шире и толще.

Взяв в руку нож для убоя свиней, Цинь Му взмахнул ими и ударил ножи друг о друга с мягким звоном. Нож для убоя свиней спокойно разрезал лезвие ножа в форме гусиного крыла, верхняя половина которого упала на пол храма.

Пустыми глазами монстр смотрел на нож для убоя свиней в руке парня.

Очень сильно разочаровавшись, Цинь Му отбросил в сторону нож в форме гусиного крыла.

— К-кто сделал этот нож? — удивилось чудовище. — Легким касанием сломать Духовное Оружие, выращенное жизненной Ци сильного мастера… Твой нож определённо не был выкован обычным человеком.

Цинь Му изучал лезвие своего ножа для убоя свиней, вдыхая лёгкими исходящий от него холодный воздух. Немой кузнец выковал этот нож специально для него. Немой был очень известным кузнецом в Великих Руинах. Всё, что он делал, продавалось как горячие пирожки. Люди из других деревень часто приходили к нему и просили выковать для них скобы, мотыги и железные плуги.

— Этот нож не сделан из обычного металла! — воскликнула девушка-монстр, с пеной у рта. Она хотела подойти ближе, чтобы лучше всё рассмотреть, но боялась, что Цинь Му повторит заклинание дьявола снова, поэтому просто крикнула. — Попытайся прикоснуться к ножу! Исходит ли от него холодный воздух? Возможно, он сделан из Зимнего Хрустального Железа!

— От него действительно веет холодным воздухом, — удивлённо кивнул головой Цинь Му.

— Зачем кому-то использовать Зимнее Хрустальное Железо для создания такого примитивного ножа? — воскликнула девушка-монстр. — Кто-то с таким превосходным навыком ковки действительно создал нож, похожий на тесак мясника? Какая пустая трата таланта и материалов!

Цинь Му взглянул на нож для убоя свиней, затем снова привязал его к спине. Он начал собирать всё оружие и сокровища, вытаскивая их из полуразрушенного храма и размещая перед входом.

— Зачем тебе моя добыча, если у тебя уже есть такое хорошее оружие? — сердито крикнула девушка-монстр.

— Бабушка сказала мне, что я всегда должен проносить домой то, что забираю силой, — Цинь Му обернулся и улыбнулся простой улыбкой. — Я завоевал все эти вещи своими силами, поэтому я определённо должен принести их домой.

Это разгневало монстра настолько, что он захотел умереть. Однако он боялся вступать в конфликт с Цинь Му и мог только наблюдать, как мальчик уносил все сокровища, которые он так долго собирал.

Цинь Му вдруг взглянул на монстра и спросил:

— У тебя есть что-то вроде мешка?

— Нет!

— Хорошо, — Цинь Му отвернулся и вышел из храма.

Монстр осторожно вышел из большого зала и подошел к входу в храм. Он увидел, как Цинь Му рубит бамбуковые деревья неподалёку. Через некоторое время он смастерил из нарубленного бамбука импровизированный плот. Положив на него всю свою добычу, он оттолкнулся от острова и достал палку, чтобы маневрировать вверх по течению.

— Кто воспитал такого ужасного ребёнка? — завопил монстр, наконец, впадая в ярость. — Куда катится этот мир? Он даже осмелился спросить у меня о мешке, чтобы унести всё с собой! Он так меня бесит, что я хочу умереть!

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 19. Пробуждение Тела Тирана

— Оазис в сотнях километрах вниз по течению?

Цинь Му вернулся в деревню Цань Лао, положил на землю бамбуковую корзину полную разного оружия и тут же свалился с ног. Подойдя поглазеть жители деревни были удивлены и полны вопросов.

Цинь Му рассказал им о пережитом опыте, из-за чего лицо слепого слегка изменилось в цвете, и он тут же закричал:

— Храм на оазисе сдерживает зверя территориального уровня, который является очень сильным демоном с талантом к превращениям. Зверь зовёт себя — женщина У. Ты побывал в том храме и как-то стащил все её сокровища?

Бабушка Сы также воскликнула:

— Та женщина У!? Однажды я проходила мимо того полуразрушенного храма и избила её, потому что увидела, что она съела слишком много людей. В конце концов она спряталась за статуей Будды. Будда был странным и хотел подчинить меня… Поэтому мне не удалось избить её до смерти. Было что-то очень странное в той статуе…

— Я тоже встречал её раньше. Она очень сильный великий демон, который может потягаться в силе с могущественным практиком области Семи Звёзд, — проговорил хромой и затем спросил. — Му’эр, как ты смог ускользнуть из лап У после того как спёр у неё столько вещей?

Цинь Му понял, что так больше продолжать нельзя, решив рассказать о своём секрете, связанном с дьявольским языком, что он узнал во время своего нахождения в руинах долины. Он сразу же объяснил всё и как использовал голоса бога, дьявола и Будды, чтобы полностью подчинить ту женщину У.

Старики деревни впали в ступор, услышав историю Цинь Му. Только через некоторое время старик Ма наконец сделал глубокий выдох и заговорил:

— Молодой и многообещающий, молодой и многообещающий!

Хромой, глухой и остальные ритмично кивали головами и неутомимо восхищались, тыча к верху большими пальцами.

У, великий демон, обладающий силой могущественного практика уровня Семи Звёзд… фактически, шантажом, ограбил Цинь Му. У всех на языке крутилось нечто вроде — “Молодой и многообещающий! Наши учения не прошли зазря! Он не подвёл наши ожидания! Так вот это каково себя чувствовать, когда ученик начинает наступать учителю на пятки!”

Немой поднял парочку оружий, несколько раз взмахнул ими, после чего последовало неудовлетворительное покачивание головой. Он показал несколько знаков руками, мол, качество этого духовного оружия не такое уж хорошее.

— Завтра я наведаюсь в город — Пограничный Дракон и продам всё это духовное оружие. Пока я там, смогу закупиться специями, рулонами ткани и прекрасным вином, — бабушка Сы улыбнулась, — и пришло время продать мой скот.

Цинь Му приободрился. Город Пограничный Дракон?

Он с младенчества рос и взрослел в деревне Цань Лао и только недавно ему разрешили путешествовать неподалёку. А что же до города Пограничный Дракон? Он только слышал о нём из рассказов, но никогда не был там!

— Мы не можем взять тебя с собой, ты всё ещё слишком молод, — покачала головой Сы.

Цинь Му расстроился и на мгновение проявил нерешительность, прежде чем собрать свою храбрость в кулак, чтобы признаться:

— Бабушка Сы, дедушка Ма, есть кое-что, что я хотел бы рассказать…

— … моё Тело Тирана, пробудилось.

Окружающие вновь умолкли.

На этот раз все пришли в себя немного быстрее и тут же взорвались в радостном шуме и гаме. Старик Ма, хромой, слепой, бабушка Сы вовсю праздновали, только глухой неуверенно… в непонимании озирался. Он в этот момент не смотрел на мальца, поэтому не мог знать, что тот сказал и в итоге был смущён поведением стариков, что внезапно словно обезумели. Только когда Цинь Му ему повторил, тот всё понял и разразился раскатистым смехом!

Слепой громко воскликнул:

— Старейшина! Целитель! Быстро сюда! Тело Тирана пробудилось!

Мясник был настолько взволнован, что стал одичало вопить к небесам:

— Старейшина, целитель, Тело Тирана, наконец-то, пробудилось!

Когда Цинь Му вернулся в деревню, старейшина деревни сидел перед своим домом, а целитель, сидя рядом с ним, наливал ему чушку только что заваренного чая. Так как у старейшины не было конечностей, целитель должен был подносить чашку прямо к его губам.

Они часто распивали чай вместе в расслабленной и изысканной манере, словно дворяне, живущие в удовлетворённости и достатке.

В то время, когда деревенский старейшина был посреди глотка, он услышал крики слепого и остальных, от чего чай тут же прыснул у него прямо из ноздрей, глаз и рта. Особенно живописно выстрелили две струйки чая из глаз, выпрыснув на довольно большую высоту.

(П.П.: Не спрашивайте меня как можно прыснуть чаем из глаз, я даже сверил с китом… Видать у культиваторов столько сил, что можно выдавить жидкость из будь какой щели! xD)

Хрусть.

Чайная чашка в руке целителя разлетелась на множество мелких осколков, проливая остатки чая прямо на выпученное лицо деревенского старейшины. Они недоверчивыми и шокированными глазами уставились друг на друга, в то время как их рты бессознательно раскрылись.

— Те… Тело Тирана… пробудилось? — опомнившись начал заикаться целитель.

Старейшина деревни по всей видимости до сих пор не смог прийти в себя, продолжая глупо пялиться.

Хромой приковылял и, улыбаясь, энергично закивал головой:

— Верно, Тело Тирана пробудилось! Я только что проверил и увидел, что его жизненная Ци стала в три раза плотнее и чище, чем утром! Кроме того, посреди его бровей есть странные колебания, а все мы знаем, что при пробуждении духовного эмбриона, тот сливается с сознанием практикующего! Это знак того, что духовный эмбрион мальца пробудился!

Цинь Му подошел и увидел, как рот целителя открылся ещё шире, словно он затолкал внутрь два утиных яйца. С другой стороны, из-под век старейшины всё еще текла жидкость, хоть и не под прошлым напором, от чего парень тут же задался вопросом: «Старейшина деревни и дедушка целитель, как и ожидалось, удивлены… Но разве они не слишком сильно удивлены?»

Целитель всё же сумел закрыть рот и сразу же быстро спросил:

— Му’эр, твоё Тело Тирана действительно пробудилось?

Цинь Му кивнул головой, отвечая:

— Я случайно его пробудил.

Целитель почти задохнулся, пробормотав:

— Он случайно его пробудил…

— Нет сомнений в том, что у Му’эра, действительно Тело Тирана. Как я мог ошибиться со своими обширными знаниями? То, что он пробудил Тело Тирана, естественно!.. — наигранно, словно мудрец, усмехнулся старейшина деревни, который наконец пришел в себя.

— Кхм, кхм, кхм… — чтобы скрыть неловкость целитель, у которого всё ещё было чрезвычайно странное выражение лица, прокашлялся и затем наставнически, гораздо убедительнее чем старейшина, продолжил. — Замечательно что твоё Тело Тирана пробудилось! Однако, Му’эр, ты не должен быть высокомерным, ты только-только пробудил его. Ты понимаешь?

Цинь Му кивнул.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Слушай своего дедушку целителя. Путь развития Тела Тирана чрезвычайно труден, поэтому ты не должен сдаваться.

— Целитель, я немного устал, пожалуйста, занеси меня домой.

Целитель сразу же занёс старейшину обратно в дом. Деревенский целитель изо всех сил старался говорить, как можно тише:

— Старейшина, может у Му’эра и правда Тело Тирана?

— Конечно же нет! — решительно опроверг старейшина.

— Тогда как же ему удалось прорваться?..

— Откуда мне знать?

Двое стариков снова обменялись тревожными взглядами, не зная, как всё объяснить Цинь Му. Через какое-то время целитель задал давно мучающий его вопрос:

— Мог ли человек с обычным смертным телом разрушить Стену Духовного Эмбриона?

— Со смертным телом разрушить “Стену”? Я никогда не слышал об этом раньше… Цинь Му будет первым, — проговорил старейшина деревни, и затем вдруг улыбнулся, продолжив. — Он, возможно, действительно заполучил “Тело Тирана”… И теперь ему предстоит пойти дальше по совершенно новой, непроторенной дороге боевых искусств! Разве изначально это не было нашей целью?

Целитель в ответ довольно улыбнулся:

— Смертное тело стало Телом Тирана… Му’эр уже пробудил своё смертное тело и теперь стоит в начале пути к Телу Тирана. Я словно уже вижу, как он убивает драконов с одного удара!

Старейшина с улыбкой кивнул головой:

— Верно. Мы наверняка не можем сказать, но с его духом и волей, ему удастся пойти дальше чем нам.

Два старых лиса заговорчески засмеялись, после чего целитель схватил старейшину и они вместе покинули дом.

Старейшина деревни кашлянул, подзывая мальца. Он хотел спросить, как тот пробудил свой эмбрион. Цинь Му рассказал всё, вплоть до момента, как он воспользовался шансом во время противостояния голосов бога, дьявола и Будды, направляя свою жизненную Ци, чтобы разрушить Стену Духовного Эмбриона.

С опустевшим взглядом старейшина пробормотал:

— Существует даже такой способ?..

Он не мог удержаться от печально вздоха. Способ Цинь Му это то, чему другие люди не могли подражать. Чтобы иметь мужество использовать противостояние голосов бога, дьявола и Будды… Проявить инициативу и изучить язык дьявола… Использовать голос дьявола, чтобы завязать борьбу с голосом бога, в итоге вызвав такую случайную возможность!

Подобный поступок был крайне безрассуден! Человек решившийся на такое попросту не знает, как пишется слово “смерть”!

Даже если другие попытаются повторить, то скорее всего, попросту умрут от мощи голосов бога, дьявола и Будды, прежде чем даже успеют дотронуться до своей Стены Духовного Эмбриона.

Может многие и не знали насколько это было опасно, но он был очень хорошо осведомлён. Была ли сила богов и дьяволов тем, что мог возжелать смертный? Для смертного желание обладать подобной силой это дорога в никуда, а если точнее, то к смерти!

Тем не менее Цинь Му непостижимым образом преуспел, в определённой мере озадачивая старейшину.

Однако старейшина не знал, что одной ночью Цинь Му был практически убит противостоянием между голосами бога и дьявола. Ему повезло, что нефритовая подвеска на его шее защитила его жизнь. Именно поэтому он не умер.

Старейшина с особой тщательностью проверил насколько продвинулся Цинь Му в своём совершенствовании, в итоге в очередной раз показав изумлённое выражение лица, прежде чем успел его скрыть. Ему оставалось только похвалить своего ученика:

— Му’эр, приложи все силы в совершенствовании и не разочаруй нас. Теперь, когда ты пробудил Тело Тирана, ты стал истинным практиком боевых искусств и повзрослел.

Цинь Му торжественно кивнул.

Через некоторое время небо заволокло тьмой и в деревне разожгли костёр. Старик Ма и остальные начали готовить барбекю из странных зверей, которых они поймали в честь прорыва своего ученика. Бабушка Сы подбежала на своих маленьких ножках и, потащив Цинь Му ко всем, сказала:

— Старейшина деревни, целитель, подходите, отпразднуем!

— Идите вперёд, мы вас догоним, — ответил старейшина.

После того как старейшина деревни увидел, что бабушка Сы и Цинь Му ушли, он тихо произнёс:

— Целитель, жизненная Ци Му’эра чрезвычайно плотная. Среди всех боевых практиков области Духовного Эмбриона, которых я повидал на своём веку, его совершенствование самое грозное.

Целитель посмотрел на толпу, празднующую вокруг костра и тихо спросил:

— Насколько плотная?

— Моё совершенствование, когда я был в области Духовного Эмбриона было примерно таким же, или, может быть даже, слабее, чем у него, — ответил старейшина и затем небрежно продолжил. — И когда я сравнил, то имел в виду время, когда был на пике области Духовного Эмбриона, тогда как он только ступил в область Духовного Эмбриона… Со временем его совершенствование только продолжить возрастать.

Тело целителя дрогнуло, и он недоверчиво уставился на старейшину, выкрикнув:

— Сейчас он на одном уровне с тобой, когда ты был на пике своей области Духовного Эмбриона? Ты же понимаешь, кто ты? Как ему удалось…

— Тем не менее, ему удалось.

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 20. Человекоподобный Духовный Эмбрион

Старейшина деревни со спокойным выражением лица улыбнулся:

— Ещё до пробуждения духовного эмбриона его совершенствование жизненной Ци было сильнее, чем у подавляющего большинства тех, кто уже практиковал боевые искусства находясь в области Духовного Эмбриона… И даже плотнее моего, когда я тоже находился на этом уровне. Пробудив его, он стал только сильнее. Стремясь сделать всё возможное в течение всех этих лет и с бесчисленным количеством крови четырёх духов, которой мы его подпитывали, вполне разумно добиться таких успехов.

Целитель всё ещё пребывал в шоке, бормоча:

— Тем не менее плотнее чем у тебя, ты же был…

— Я не более чем престарелый инвалид, — прервал его старейшина и затем улыбнулся. — В наши дни ты не можешь использовать меня для измерения подрастающего поколения. Сейчас единственное что меня заботит, так это как помочь Му’эру проявить всю мощь его жизненной Ци, ведь она по-прежнему не имеет никаких атрибутов. Пойдём, не стоит заставлять всех ждать.

Сердце целителя слегка вздрогнуло. Единственная причина, по которой жизненная Ци могла проявить свою истинную мощь, это наличие у неё атрибута. Не имея его, для Цинь Му вполне естественно не быть способным проявить всю свою силу…

Что с того, что он пробудил свой духовный эмбрион и имел гораздо более плотное совершенствование, чем нормальные практики? Все эти успехи омрачает неспособность продемонстрировать его полную мощь.

Когда два старика оказались у костра, глухой снял свои железные уши и омыл в вине, прежде чем нацепить их обратно. Затем он плеснул немного вина в костёр, от чего огонь сразу же освирепел и улыбаясь спросил:

— Старейшина, мы только что провели тест. И хотя Цинь Му пробудил своё Тело Тирана, но он всё ещё не может проявить жизненную Ци своего уникального телосложения. У Вас самые обширные познания и Вы определённо знаете, как проявить жизненную Ци его Тела Тирана, верно?

Целить отчётливо почувствовал, как голова старика рядом с ним начала напухать.

Старейшина поднял голову и беспомощным взглядом посмотрел на целителя, что сидел рядом с ним, на что тот тут же отвернулся и взглянув на старого Ма, поднял тост.

— Гхм, Тело Тирана Му’эра сильное или нет? — задал вопрос старейшина деревни.

Прочитав по губам, глухой тут же начал нахваливать:

— Сильное! Его жизненная Ци чрезвычайно цепкая и её трудно рассеять.

Другие чувствовали то же самое и в согласии кивали головами. Когда Цинь Му столкнулся с одним из Пяти Учеников Реки Ли — старшим братом Цюем, они уже подметили всю необычайность его жизненной Ци. Когда малец ввёл свою жизненную Ци в обычную ивовую палку, меч-сокровище Цюя не могло даже поцарапать её, что говорило о том, что жизненная Ци Цинь Му была исключительно цепкой и устойчивой.

Старейшина задал ещё один вопрос:

— Его жизненная Ци плотная или нет?

— Пугающе плотная! Когда я был в той же области развития, что и он, моя жизненная Ци даже рядом не стояла с его! — выпалил глухой. Все остальные молча с ним согласились. Жизненная Ци Цинь Му была слишком плотной… плотной до абсурда. Взять хотя бы пробуждение его духовного эмбриона… Он словно совершенствовался в течение десятилетий.

Старейшина постепенно развивал мысль, продолжая спрашивать:

— Поскольку его жизненная Ци настолько цепкая и плотная, почему же он тогда не может продемонстрировать её полную мощь?

На этот раз глухой не продолжил отвечать в том же духе, а со шлепком ударил по своему бедру, воскликнув:

— А ведь верно! Почему так, старейшина?

Старейшина чуть не подавился воздухом от его ответа, почувствовав словно глухой дал ему два смачных удара под дых. К счастью, немой, что сидел рядом с ним, оживился и начал энергично жестикулировать и туда-сюда ходить с беспрерывным мычанием.

— Немой прав! — до глухого наконец дошло, и он понимающе продолжил. — Жизненная Ци Му’эра не может проявить свою полную мощь как раз из-за своей цепкости и плотности. Это значит, что проблема не в его Ци Тела Тирана… А в нас! Наши техники не подходят ему!

Старейшина ощутил, словно с его плеч был снят вес целой горы и как только он уже было хотел облегчённо вздохнуть, глухой задал очередной вопрос:

— Но тут есть проблемка. Как нам тогда помочь ему раскрыть на полную потенциал жизненной Ци Тела Тирана? Каждый из нас невежественен в этом вопросе, поэтому, если учесть всю широту и глубину Ваших знаний, старейшина, какой Вы дадите нам совет?

Старейшина деревни всеми фибрами души возжелал, чтобы у него отросли руки, и он смог ими придушить противного старика. Однако он действительно кое-что знал относительно причин, по которым Цинь Му не мог проявить полную мощь своей жизненной Ци.

Жизненные Ци Четырёх Великих Духовных Тел имели свои собственные уникальные свойства. Например, жизненная Ци Белого Тигра имела свойство элемента золота и была способна наделить оружие большой наступательной мощью и прочность. Ци Белого Тигра также можно превратить в острые, как бритва, когти, чтобы разорвать защиту своего противника или превратить в щит, чтобы заблокировать вражескую атаку.

Жизненная Ци Зелёного Дракона обладала свойствами молний — благодаря чему можно было управлять молниями и силой исцеления.

Жизненная Ци Красной Птицы обладала свойствами элемента огня, который был свирепым и властным. У целителя и немного кузнеца были именно такие Духовные Тела. Опираясь на огонь, целитель обрабатывал духовные лекарства, а кузнец металл.

(П.П.: В четвёртой главе говорилось что у целителя атрибут Зелёного Дракона, но видать автор решил поменять это, так что и там подредактирую)

И наконец, жизненная Ци Чёрной Черепахи. Она была особо хороша в защите и контроле воды. Когда кто-то демонстрировал подобную Ци, то в ней замечались свойства присущие воде.

Однако жизненная Ци Цинь Му не обладала ни одним из этих свойств, поэтому она не могла продемонстрировать всю свою силу. Несмотря на грозность своего совершенствования, сила, которой он обладал, не соответствовала ему.

Хотя старейшина и знал корень проблемы, но это не означало, что он знал, как её решить.

— Му’эр, как выглядит твой духовный эмбрион? — спросил старейшина.

Цинь Му описал странный духовный эмбрион, что находился в его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, тем самым ошеломив всех вокруг костра…

Они впервые в своей жизни слышали о чём-то, вроде человекоподобного эмбриона.

Цинь Му озадачено спросил:

— Бабушка, дедушка Ма, разве ваши эмбрионы не выглядят также как вы в детстве?

Бабушка Сы покачала головой и вздохнула:

— Нет… Оно и понятно, у тебя Тело Тирана. Даже твой духовный эмбрион отличается от нашего… Как завидно то. Мой духовный эмбрион Белого Тигра выглядит как маленький Белый Тигр.

— А мой как Зелёный Дракон, — произнёс Ма.

После чего заговорил глухой:

— Мой как Чёрная Черепаха.

Немой начал жестикулировать, отчего стало понятно, что его эмбрион выглядел как Красная Птица.

Старейшина деревни закрыл глаза и погрузился глубоко в свои мысли. Практики боевых искусств с одним из Четырёх Великих Духовных Тел с рождения одарены соответствующими Божественными Сокровищами Духовного Эмбриона. Даже если между ними и существуют различия, то лишь небольшие… Но одно неизменно, вид духовного эмбриона обязательно соотноситься к одной из основных четырёх категорий.

Например, некоторые духовные эмбрионы не выглядели как исконные: Белый Тигр, Зелёный Дракон, Красная Птица или Чёрная Черепаха, но они по-прежнему обязательно относились к одному из них.

Как раз поэтому у жизненной Ци Четырёх Великих Духовных Тел было только четыре различных атрибута.

В то время как духовный эмбрион Цинь Му был форме человека, не содержа в себе один из четырёх атрибутов. Именно поэтому его было так трудно пробудить, не говоря уже о том, как продемонстрировать всю мощь его жизненной Ци.

Глубоко задумавшись старейшина пытался найти способ, при помощи которого можно активировать силу жизненной Ци “Тела Тирана”, но даже со своими исключительными знаниями он всё ещё не мог решить эту проблему.

Увидев выражение лица старейшины, бабушка Сы внезапно кое-что поняла и засмеялась:

— Старейшина деревни знал, что у Му’эра Тело Тирана, но не знает метода его совершенствования.

Лицо старейшины слегка покраснело, но он всё же кивнул головой.

Каждый житель деревни разочаровался, в то время как слепой пробормотал:

— У Вас, старейшина, самые обширные знания среди всех нас… Но даже Вы не знаете метода совершенствования Тела Тирана… Разве это не значит, что мы впустую растрачиваем талант Му’эра?

Все вокруг костра замолчали.

Мясник внезапно воскликнул:

— Техника развития Тела Тирана была создана человеком, верно?

Все с недоумением на него посмотрели.

Мясник усмехнулся:

— Если техника развития Тела Тирана была создана человеком, почему мы не можем воссоздать её сами? И даже если мы не сможем, Му’эр сможет! Я никогда не сдавался и в итоге создал свой навык ножа — “Забой Свиней”. Если вы все так напуганы новым вызовом, то я презираю вас. Му’эр, не вынуждай меня начать презирать и тебя!

Цинь Му страстно кивнул от прилива адреналина и крикнул:

— Дедушка мясник, тебе не о чём волноваться! Я не разочарую!

Мясник громко рассмеялся и смачно похлопал его по плечу. Остальные тоже начали смеяться, отчего гнетущая атмосфера рассеялась.

Глядя на происходящее старейшина деревни не удержался от радостного хохота. Вопрос, терзавший его сердце, разрешился сам собой.

«Солгав о Теле Тирана Му’эра я хотел, чтобы это старичье приобрело мотивацию жить. Изо дня в день я бился головой о кирпичную стену, пытаясь скрыть ложь и даже не заметил, что они все уже и так предельно мотивированы, а я так и продолжаю надрывать свои мозги».

С разрешившимися проблемами старейшина ощутил себя свободно как умственно, так и физически. Появление Цинь Му дало силы жить дальше старикам деревни Цань Лао, а также побудило продолжить самосовершенствоваться!

Старейшина деревни давно не был так счастлив и расслаблен, поэтому не мог перестать широко улыбаться. Глядя на него, целитель слегка улыбнулся.

— Я думаю, что нам определённо нужно подтолкнуть Тело Тирана к его пределам, чтобы оно смогло задействовать свою жизненную Ци на полную мощь, — под освещением костра лицо мясника выглядело в несколько раз более зловещим. — Если человек хотя бы немного не безумен, то ему не выжить. Тело Тирана сильнее Духовного Тела и его жизненная Ци определённо тоже сильнее. Условия для полного проявления его мощи, конечно же, должны быть намного строже. Вот почему ему нужно достичь своих пределов, чтобы выудить из себя полную мощь!

Хромой кивнул головой:

— Железные сапоги Му’эра нужно сделать толще и увеличить количество железных весов! И конечно же заставить бегать ещё быстрее!

Слепой постучал по бамбуковой трости и сказал:

— Его совершенствование до сегодняшнего дня шло слишком расслабленными темпами, нам нужно поднять интенсивность тренировок, чтобы выудить из него весь потенциал.

— Верно, но чтобы выудить весь его потенциал, нам тоже придётся хорошенько потрудиться, — подключился к беседе старик Ма.

Немой мыча показал несколько ручных знаков.

Цинь Му почувствовал тепло на душе, но одновременно у него было, неизвестно почему, плохое предчувствие… Он был тронут тем, как серьёзно все решили отнестись к его тренировкам, но почему каждый из них добавил в своих предложениях слово “выудить”? Что бы это значило?

Целитель прищурился и присоединился к дискуссии:

— Внешнее подпитывание! Мы продолжим его подпитывать! Будем подпитывать его до тех пор, пока его жизненная Ци не сможет продемонстрировать всю свою мощь! В наших Великих Руинах ещё довольно много редких зверей и уникальных трав, которых я могу использовать для приготовления духовных пилюль и чудо-лекарств. У моего травяного сада за пределами деревни есть множество различных духовных трав, которых достаточно, чтобы подпитывать его до такой степени, что даже его кожа начнёт выделять духовную жидкость, когда ущипнёшь!

— Целитель, похоже ты решил действительно не скупиться! — все хохотали.

П.П: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 21. Сила лекарств

Возле деревни находился огромным травяной сад с растущими внутри духовными травами, которые целитель нашёл в Великих Руинах. Сельские жители часто поглядывали на них, поэтому целитель начал разводить опасных комах, чтобы никто не осмеливался войти внутрь.

Люди в Великих Руинах встречались редко, поэтому здесь росло много ценных, редких и уникальных духовных трав. Многие годы целитель собирал их, пересаживая в свой сад. Обычно он редко использовал свои духовные травы, но, наконец, решил использовать их все на Цинь Му!

Важно знать, что у целителя были высокие требования, он собирал только самые ценные духовные травы. Любая из них, если выставить на продажу, сразу наделала бы много шуму… Поэтому он действительно пошёл на всё, не скупясь и ничего не припрятывая!

По мере того как костёр медленно гаснул, жители деревни возвращались в свои дома, чтобы отдохнуть. Цинь Му также вернулся в свою комнату и вскоре провалился в глубокий сон. Бабушка Сы накрыла его одеялом и глядя на спящее лицо молодого мальчика раскрыла любящую улыбку.

«Мой Му’эр… Независимо от того, есть у тебя Тело Тирана, или нет, ты всегда будешь ребёнком, которого я воспитала… И я никому не позволю причинить тебе боль!»

Она была достаточно мудрой и смогла многое понять из поведения старейшины деревни и целителя во время празднования… Просто не захотела их разоблачать.

Затопав своими крошечными ножками, Сы вернулась в свою комнату, чтобы тоже отдохнуть.

На следующий день, слепой, держа в руке свою бамбуковую трость, взволнованно ворвался в дом и прокричал:

— Му’эр, быстро вставай. Уже утро, целитель…

— Я всё ещё не встала с постели! Ты что, пришёл подглядывать?!

Услышав громкий удар, Цинь Му открыл свои сонные глаза и увидел, как слепой вылетел из комнаты его бабушки.

— Слепой дедушка восхитителен! — воскликнул Цинь Му, видя, как слепой всё ещё держась за свою трость и при этом сидя в позе лотоса со скрещенными ногами, пролетает по небу с невинным лицом.

В итоге он пронёсся по небу дугой и приземлился где-то за деревней.

Цинь Му проснулся и начал мыться перед завтраком с бабушкой Сы. После перекуса, всполоснув грязные миски и ложки, он увидел, как слепой энергично бежит с края деревни, крича:

— Проклятая старуха, какой беспощадный удар! Я еле смог найти путь назад! Му, быстро иди сюда, целитель сделал для тебя эликсир!

У бабушки Сы было злобное выражение лица, когда она одарила слепого суровым взглядом, прежде чем встать и неуверенно уйти:

— Я поеду в город Пограничный Дракон, чтобы кое-что купить. Слепой, я оставлю Му’эра под твою опеку на несколько дней. Если я вернусь и увижу, что он потерял хоть один волосок, ты за это ответишь! Старый Ма, старый Ма, коровья упряжка готова? Одноногий, бамбуковый плот надёжно привязан?

Цинь Му немедленно последовал за слепым в лабораторию целителя. Он почувствовал сильный запах лекарств ещё до того, как вошёл внутрь. Затем он увидел огромный котёл, висевший в воздухе, вокруг которого летали несколько алых птичек. Между перьями птиц яростно вспыхивало пламя, нагревающее котёл до красного каления, в то время как изнутри слышался звук кипения.

— Му’эр, это твоё лекарство.

Увидев, что Цинь Му прибыл, целитель достал последний ингредиент, которым оказался кусок зелёного листа и бросил его в огромный котёл. Как только лист коснулся лекарственного снадобья, пузырящаяся жидкость сразу же начала становиться чрезвычайно густой.

Целитель толкнул котёл и тот начал быстро вращаться. После этого из него начал исходить грохот, и полный котёл лекарства фактически стал половиной котла белых лекарственных пилюль. Котёл продолжал вращаться и пилюли начали сталкиваться друг с другом с звонким металлическим звяканьем.

После взмаха руки целителя, алые птицы вылетели из окна и исчезли.

Когда котёл достиг пола, Цинь Му не знал, что ему думать.

— Дедушка целитель, сегодня я должен съесть столько пилюль?

— Если ты съешь их все, то умрёшь, — спокойно говорил целитель. — Лекарственные пилюли в этом котле изготовлены из множества высококачественных духовных трав. Несмотря на то, что это всего лишь низкоуровневые пилюли “Усиления Живучести”, одна такая соответствует сотне от других целителей. В день ты можешь съесть только одну-две, не более.

Цинь Му был настроен скептически. Целитель постоянно скармливал ему какие-то странные и непонятные снадобья, но каждый раз это было огромной чашей чего-то заполненного до краёв… А теперь ему нужно было съесть только одну пилюлю. Насколько вообще сильной может быть лекарственная энергия в этой пилюле?

Слепой тоже был настроен скептически, говоря:

— Мошенники снаружи говорят точно также — одна из моих пилюль эквивалентна сотне пилюль других, бла-бла, бла-бла. Действительно ли твои лекарственные пилюли настолько эффективные? Но я должен признать, что пахнут они отменно.

Целитель злорадно рассмеялся:

— Почему бы тебе не попробовать опустошить весь котёл?

— Му’эр, давай-ка проглоти сразу пригоршню! Мм? — начал подначивать слепой.

Однако Цинь Му совершенно не купился на подобную провокацию, в итоге взяв и проглотив только одну духовную пилюлю.

Войдя в желудок, Цинь Му сразу почувствовал — что-то не так. Он ощутил словно тысячи огненных, водяных, золотых и древесных драконов опрокинули в его живот реки и моря. Его тело время от времени становилось то высоким, то коротким, то жирным, то худощавым. Иногда он чувствовал такой холод, что на его коже образовывалась корка льда, в то время как в других случаях так горячо, что его одежда начинала дымиться. Порой его одежда из звериных шкур словно оживала, с безумной скоростью отращивая шерсть, а уже в следующий миг окрашивалась слоем металлического цвета… И даже его собственная кожа становилась твёрдой, как если бы состояла полностью из металла!

И хуже всего становилось, когда всё это многообразие симптомов вспыхивало практически одновременно, заставляя Цинь Му испытывать невообразимую боль.

Тихо промычав, он тут же применил дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы переработать и усвоить лекарственную энергию своей жизненной Ци!

Выражение лица слепого изменилось до неузнаваемости, когда он закричал:

— Целитель, твоя пилюля Усиления Живучести похоже всё же отличается от обычной!

— Верно. Нормальная пилюля “Усиления Живучести” может быть только одного из четырёх видов: Огненной Живучести, Водной Живучести, Золотой Живучести и Древесной Живучести, — зловеще улыбался целитель. — Такая пилюля воздействует на один из четырёх атрибутов жизненной Ци Четырёх Великих Духовных Тел, чтобы питать жизненную Ци владельца Духовного Тела с определённым атрибутом. Но у Цинь Му Тело Тирана и у него нет атрибутов. Поэтому я придумал компромиссное решение, которое вылилось в метод переработки духовных трав со всеми четырьмя атрибутами в пилюлю Усиления Живучести, содержащую в себе все четыре атрибута. Может быть полагаясь на неё Му’эр таки сможет пробудить истинную силу жизненной Ци Тела Тирана. И кстати, только его жизненная Ци может поглотить такой вид пилюли. Если бы ты сейчас съел весь котёл, ну… хе-хе-хе…

Слепой неконтролируемо задрожал… А что если бы его попутал бес, и он таки слопал все эти пилюли? Тогда конфликт между четырьмя различными атрибутами жизненной Ци, вероятней всего, рассеял бы его силу на двадцать-тридцать процентов. Конечно это произошло бы только в случае, если бы он съел весь котел этих пилюль Усиления Живучести. Одна такая совершенно не повредила бы ему.

— Целитель, так ты создал лекарство или яд? — пробормотал слепой.

Внезапно Цинь Му громко закричал, после чего тут же вскочил и безумно побежал, в мгновение ока исчезая.

— Четыре атрибута конфликтуют друг с другом. С Му’эром точно будет всё хорошо? — не мог не взволноваться слепой.

— Не нужно беспокоиться, он переваривает лекарственную энергию, — уверенно ответил целитель, но в то же время внутри испытывал смешанные чувства. В конце концов он впервые пытался улучшить пилюли Усиления Живучести, а также это была первая попытка их создания… А так как Цинь Му был первым попробовавшим её, целитель не знал, сколько действительно лекарственной энергии в пилюле, какие та имеет побочные эффекты, и имеет ли вообще и умрёт ли съевший её человек.

Конечно же он ни за что не скажет такого в слух, иначе старуха Сы собственноручно погасит огни его маленькой жизни.

А тем временем далеко в лесу раздался вопль Цинь Му, наряду с хрустом и видом падающих верхушек деревьев.

Углы век целителя дрогнули, когда он произнёс:

— Всё будет хорошо, не волнуйся. Ты слышишь? Он такой энергичный и оживлённый!

— Молодняк полон энергии, — вздохнул слепой.

Цинь Му бежал через лес. Его кулаки и ноги двигались быстро как молнии, когда он пинал и ударял по деревьям. Огромное дерево двух обхватов взрослого мужчины могло выдержать только два-три его удара, прежде чем раскалывалось пополам!

Невыносимо…

Слишком невыносимо!

Лекарственная энергия пилюли целителя была просто слишком сильной. Несмотря на то, что во время бега он задействовал дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он всё ещё не мог справиться с её переработкой… чувствуя, что его тело вот-вот взорвётся. Единственное что он мог сделать, чтобы выплеснуть избыточную лекарственную энергию, так это применять боевые искусства, которым его научили хромой и Ма!

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его крошечный человекоподобный духовный эмбрион тоже лихорадочно выполнял дыхательные упражнения, чтобы очистить и поглотить внезапно нахлынувшую жизненную Ци. Этот крошечный “Цинь Му” устал настолько, что тоже запыхался.

— Умри! Кроха!

Когда разъярённая демоническая обезьяна появилась среди леса и свирепо взревела, внезапно всё вокруг задрожало. Кулаки, размером с небольшие горы, безжалостно сближались с мальцом, который в данный момент уничтожал лес!

Так получилось, что лекарственная энергия ударила Цинь Му в голову и тот снова невольно вошёл на территорию демонической обезьяны. Увидев, что надоедливый “кроха” опять вторгся на её территорию, та впала в ярость и напала на своего врага без всяких объяснений.

Цинь Му внезапно поднял голову, прищурившись полностью покрасневшими глазами. Лечебная энергия в его теле яростно вспыхнула, заставив жизненную Ци литься через край. Затем он прыгнул вперёд и ударил своим кулаком по кулаку демонической обезьяны!

Бууумм…

С оглушительно прогремевшим взрывом Цинь Му отбросило назад. Во время полёта он столкнулся и переломил несколько деревьев.

Демоническая обезьяна взволнованно подпрыгнула, подняв свою лапу, чтобы втоптать только что плюхнувшегося на землю Цинь Му. Громадная и толстая нога была похожа на большой смолянисто-чёрный столб, обрушивающийся вниз!

Цинь Му тут же взревел, нанося бесчисленные удары по чрезвычайно толстой ноге демонической обезьяны в местах соединения мышц и сухожилий. Обезьяна сразу почувствовала, что сила покинула её ногу, поэтому она тут же попыталась нанести ещё один удар с неба.

Цинь Му поднял руки в блоке, однако был вынужден вновь отступить.

Сражаясь в ближнем бою с пареньком, удары и пинки обезьяны образовали настоящий свистящий шторм. После одного из ударов, Цинь Му словно обезумел, начав сражаться с этим странным зверем непосредственно лоб в лоб. Даже находясь в явно невыгодном положении он не проявлял ни малейшей толики страха.

Демоническая обезьяна разъярилась ещё сильнее, в итоге тоже обезумев. Каждый удар кулаком и пинок в сторону Цинь Му становился всё тяжелее и увесистей.

Один маленький человек и одна большая обезьяна… Везде где они проходили деревья обрушивались как подкошенная трава, а камни разлетаясь во все стороны словно стрелы.

Внезапно Цинь Му подпрыгнул к небу, от чего на миг даже показалось, что он взлетел и затем начал бежать по руке демонической обезьяны, в итоге оказавшись возле её морды.

Тысячерукий Будда!

Две его руки выглядели так, будто стали сотнями рук, оставляя после себя лишь остаточные изображения! Несколько сотен ударов приземлилось прямо на мягкий, приплюснутый нос обезьяны.

Та взревела от боли, в итоге упав на спину, но также успев нанести безжалостный удар ладонью по Цинь Му. Затем она тут же перевернулась, чтобы подняться на лапы и посмотреть вперёд, показывая сильно кровоточащий нос.

Увидев что после удара её ладони Цинь Му был погребён в скале, демоническая обезьяна не удержалась от удовлетворённого бормотания:

— Кроха, умер.

Внезапно кроха, что был погребён в скале, дёрнулся и начал отталкиваться руками, проделывая себе путь наружу из кратера.

Выбравшись, тот обезумевши тут же ринулся к обезьяне.

Демоническая обезьяна шокировано вскочила, начав колотить себя по груди и с рёвом прыгнув в сторону Цинь Му:

— Умри! Кроха!

П.П.: cкажем так, я солидарен с теми, кто сравнил нашего ГГ с Кеничи, единственное что, там мастера хотя бы знали меру, а не ставили смертельно опасные эксперименты на своём ученике. Не будь эта новелла азиатской, я бы всерьез начал опасаться за жизнь ГГ. (Моё уважение Джорджу Мартину) хD

Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 22. Секрет Каменных Статуй

В долине под скалой издавались тяжёлые звуки ударов, заставляя деревья колыхаться. Птицы в горах взмахивали крыльями и улетали, не осмеливаясь оставаться рядом.

С огромным валуном в руках демоническая обезьяна прыгнула вперёд, бросая его в сторону Цинь Му.

Тот ловко увернулся от него, и когда обезьяна увидела, что промахнулась, то подняла другой валун, собираясь бросить снова. Однако Цинь Му прыгнул на камень и опять ударил ладонью в нос обезьяны.

Восемь Громовых Ударов Третьей Формы — Буря Девяти Драконов!

В его ладони накопилось девять слоёв силы. Первый слой силы, вырвавшийся из центра ладони, был похож на удар разъярённого дракона, откинув обезьяну назад. Затем плечи и бёдра Цинь Му сжались. Всеми своими мышцами он направил силу, протекающую через всё тело, в центр ладони. С вторым всплеском силы голова демонический обезьяны была впечатана в землю, раскалывая камни под ней.

Мышцы под кожей Цинь Му были похожи на извивающегося дракона. С третьим взрывом силы Бури Девяти Драконов, расколотые камни начали превращаться в пыль.

Его мускулы сильно пульсировали пока четвёртая сила высвобождалась, зарывая голову демонической обезьяны наполовину в землю.

Пятая сила Бури Девяти Драконов взорвалась и от земли начал исходить глубокий гул, так как голова обезьяны была полностью зарыта!

Шестая сила была словно удар шести драконов, однако, как только она начала вырываться, обезьяна вовремя отреагировала и её кулак, размером с маленькую гору, ударил Цинь Му со стороны, отшвыривая, словно муху!

Цинь Му с грохотом приземлился на землю. С трудом вытащив голову из земли, обезьяна несколько раз встряхнулась, чтобы очистить свою густую шерсть от осколков.

Неподалёку, Цинь Му перевернулся и, словно ветер, снова бросился к обезьяне. Испуганная и расстроенная демоническая обезьяна на мгновение задумалась, после чего сразу же запрыгнула на скалу, присела на корточки и замахала рукой:

— Кроха, нет.

Длинными шагами Цинь Му рванул вверх по обрывистому утёсу, при этом продолжая атаковать демоническую обезьяну, из-за чего та вновь впала в ярость.

Человек и обезьяна продолжали прыгать по утёсу, сражаться и бросать валуны в случайных направлениях.

Много времени спустя лекарственная энергия от пилюли постепенно иссякла. Демоническая обезьяна также была настолько измучена, что не могла сделать больше ни шагу. Они оба задыхались.

Через пять минут Цинь Му отдышался и сел, чтобы заняться дыхательными упражнениями. Он был в восторге, когда обнаружил значительное усиление своей жизненной Ци за такое короткое время. Она стала более цепкой и могла беспрепятственно достичь любой точки его тела.

Его тело также было покрыто большим количеством нечистот, которые скорее всего выделились из-за активного боя с демонической обезьяной, заставившего лекарственную энергию, что укрепляла его жизненную Ци, также очистить тело, избавив от большего количества примесей.

Цинь Му щёлкнул пальцами, от чего прозвучал пронзительный звук словно стрела пробивающаяся сквозь воздух.

Демоническая обезьяна испугалась и сразу же приняла оборонительную позицию.

Цинь Му с удовольствием потянулся всем телом, но тут же ощутил боль в мышцах и покачал головой:

— Давай больше не будем драться.

Обезьяна поняла его слова и облегчённо вздохнула. Она протянула ладонь и вырвала огромное дерево шириной с руку. Сорвав с него кучу листьев, она медленно начала их жевать, после чего положила дерево перед Цинь Му и низким приглушённым голосом сказала:

— Ешь, кроха.

Цинь Му сорвал ярко-красный фрукт и очистил его от кожуры. Сладость и освежающий вкус увлажнили его горло.

Демоническая обезьяна посмотрела на него с презрением, возмущаясь тем, как он мало ест. Затем она сильно стукнула себя в грудь:

— Еда! Сила!

Лицо Цинь Му, избитое демонической обезьяной, было покрыто синяками. Терпя сильную боль, он встал, выполнил Восемь Громовых Ударов, и тоже хлопнул себя по груди:

— Тренировка! Сила!

Демоническая обезьяна закатила глаза и, продолжая жевать, презрительно ответила:

— Верю, призрак.

После того, как Цинь Му отдохнул, он спрыгнул со скалы и пробегая по её отвесной стене, крикнул:

— Бой, завтра!

Мерцая глазами, демоническая обезьяна дождалась, пока Цинь Му не окажется далеко, прежде чем вскочить на ноги и начать повторять его движения. Несмотря на то, что её Восемь Громовых Ударов были очень грубыми, они всё равно обладали необычайной силой… На самом деле они в некоторой степени напоминали настоящую технику, в частности в звуках ветра и молнии.

Обезьяна была ошеломлена и стала выглядеть очень счастливой. Она продолжила ударять, пока весь горный утёс не заполнился звуками ветра и затем прокричала:

— Сильный! Сильный! Сильный!

Когда Цинь Му вернулся в деревню, встревоженный целитель подошёл к нему, чтобы проверить его тело и намазать лицо какими-то мазями, после чего спросил:

— Есть ли какие-то необычные симптомы?

Цинь Му кивнул головой из-за чего целитель встревожился ещё сильнее.

— Духовные пилюли дедушки целителя действительно эффективны. Моя жизненная Ци стала ещё сильнее, — ответил Цинь Му.

Целитель наконец вздохнул с облегчением и улыбнулся.

— Эти духовные пилюли действительно полезны для Тела Тирана. Если ты от них не помер, значит мой подход правильный. Держи этот котёл с пилюлями, а я пока пойду подумаю над другими рецептами! — договорив, он взволнованно ушёл.

Слепой приподнялся, опираясь на свою бамбуковую трость, и улыбнулся:

— Ты устал, Му’эр? Если да, я могу научить тебя первоклассной технике глаз.

Цинь Му неловко кашлянул и ответил:

— Слепой дедушка, я здесь. Там туалет.

Слепой развернулся и уставился на мясника, который загорал на жерновах.

— Я долго обдумывал это. Поскольку твоё Тело Тирана не имеет никаких атрибутов, ты не можешь практиковать мои техники. Однако эта техника глаз не требует жизненной Ци с атрибутом, поэтому она тебе идеально подойдёт. Пойдём со мной, моя техника называется — “Пробуждение Глаз Девяти Небес”.

У Цинь Му разболелась голова. Он всегда знал, что слепой не слишком надёжный, впрочем, он заставил себя проследовать за ним.

Парень был ужасно сбит с толку, когда слепой сказал, что хочет научить его навыку — “Пробуждение Глаз Девяти Небес”, но вместо тренировки привёл изучать каменные статуи на краю деревни.

Они сидели вдвоём перед каменной статуей, расположенной в восточном углу. Даже с пустыми глазницами слепой смотрел на статую так, будто он мог что-то увидеть.

Цинь Му знал, что все в деревне очень странные, даже каменные статуи на углах были странными. В деревне Цань Лао вообще не было никого нормального.

Четыре статуи, хоть и были невысокими, оказались чрезвычайно тяжёлыми. Настолько тяжёлыми, что Цинь Му не мог их даже колыхнуть.

Его сила стала огромной, особенно после того, как он выпил столько крови четырёх духов. Жизненная Ци очистила его тело и костный мозг, значительно улучшив его физические способности. Однако, Цинь Му всё ещё не мог сдвинуть статую ни на сантиметр.

В раннем детстве он часто пытался вскарабкаться на статуи, однако, бабушка Сы и другие всегда снимали его, приказывая с уважением относиться к ним. На Новый Год и другие праздники, жители деревни приносили к статуям жертвоприношения и зажигали несколько палочек благовоний, молясь им для благословения жителей деревни и всего мира. Эти четыре статуи не были скульптурами каких-то конкретных людей, у них были только человеческие силуэты. У южной каменной статуи была голова птицы, а сама она сидела на каменном столбе. Руки статуя держала на коленях, а на спине имела два крыла, вывернутых так, будто она была готова улететь.

На севере деревни каменная статуя изображала старика с панцирем черепахи и батогом из конского хвоста в руке. Хвост был выполнен в форме огромной белоснежной змеи, выходящей из ручки батога. Белая змея обмоталась вокруг тела старика, а её взгляд был направлен вдаль.

На западной стороне деревни каменная статуя была скульптурой женщины, одетой в корону из плюшевых перьев и с тигром, сидящим возле её ног.

Женская скульптура тоже была очень странной. Третий глаз был изображён между её бровей. Внутри него находилось птичье гнездо с тремя маленькими птичками.

Четвёртая статуя, возле которой сейчас стоял Цинь Му, имела тело человека и голову дракона. На её спине была закреплена бамбуковая корзина с несколькими травами внутри.

Слепой попросил его внимательно присмотреться к каменной статуе. Однако, Цинь Му уже сотни раз видел статую и даже позволял себе наглость вылезая на неё. Он действительно не знал, что в ней искать.

— Му’эр, можешь поднять эту каменную статую? — спросил слепой, увидев, что Цинь Му растерялся.

— Не могу.

Цинь Му покачал головой. Каменная статуя была слишком тяжёлой, настолько, что она, казалось, была сделана и не из камня вовсе. Обычный камень размером с человека мог весить не больше нескольких тонн, и, с теперешней силой Цинь Му, он мог бы легко его передвинуть. Но ни одна из четырёх статуй не поддавалась его усилиям.

Затем слепой продолжил:

— Знаешь почему каменные статуи настолько тяжелы?

Цинь Му снова покачал головой:

— Не знаю.

— Каменная статуя на самом деле не тяжёлая, совсем нет, — выражение лица слепого оставалось спокойным. — Камень, из которого сделана статуя, не тяжёлый. Тяжело то, что с него вылеплено.

Цинь Му был озадачен. Разве статуя не оставалась камнем, даже после того как ей придали форму?

Слепой продолжил:

— Например, когда ты изучаешь каллиграфию и живопись у глухого, твои картины и писания — это куча дерьма, которая ничего не стоит. Однако картины и труды глухого продаются за десятки тысяч таэлей золота! Они сделаны из такой же бумаги и чернил, почему же тогда стоят больше?

Цинь Му постепенно начал понимать, о чём говорил слепой, но картины глухого действительно имели необычайную привлекательность, поэтому были намного лучше, чем его.

Слепой поднял свою бамбуковую трость и указал на статую:

— Если бы эти каменные статуи были вылеплены обычным человеком, то были бы совсем не тяжёлыми. Однако, поскольку человек, который их вылепил, имел необычное происхождение, а изображают эти скульптуры очень пугающих существ, вес этих каменных статуй не определяется обычной логикой. Поднять такую статую — то же самое, что…

Выражение лица слепого стало слегка обезумевшим, когда он продолжил:

— Это то же самое, что поднять бога!

П.П.: Охо, сегодня ночью мой перевод скрыли и это был не я, плохой знак однако, но я всё же смог открыть, на долго ли это?

Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 23. Осквернение Бога

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Поднять каменную статую это то же самое, что поднять бога?

Слепой равнодушно продолжил:

— Нести бога чрезвычайно тяжело. В ту ночь, когда твоя бабушка и остальные хотели спасти тебя, старый Ма был тем, кто нёс каменную статую и привёл бабушку Сы к берегу реки. Идти было не так уж далеко, но старый Ма почти рухнул от истощения сил.

На спине Цинь Му проступили мурашки. Деревенские каменные статуи были настолько тяжёлыми?

Кем же тогда был их создатель?

Какие боги были изображены на каменных статуях? Почему они стали такими тяжёлыми, после того как их вылепили?

Возненавидят ли его боги за то, что когда он был ещё ребёнком куролесил, испражняясь на них?

— Не волнуйся, бог, который создал эти скульптуры, давно мёртв. Му’эр, причина по которой я заставил тебя наблюдать за статуями — это тренировка глаз. Я хочу, чтобы ты видел не просто обычные каменные статуи, а образ богов, созданный богом! — голос слепого был настолько громким, что его могли услышать даже глухие, из-за чего в барабанных перепонках Цинь Му зазвенело. Слепой повернулся лицом к бамбуковой корзине, что была на каменной статуе и продолжил кричать. — Му’эр, то, что открывает навык —“Пробуждение Глаз Девяти Небес” — это твои глаза бога и, поскольку они так называются, ты, очевидно, должен начать видеть бога! Используй свои глаза, чтобы увидеть бога, его мощь, благодать, ауру, внешний вид и дух!

Сердце и разум Цинь Му пульсировали: «Видеть бога? Видеть бога в каменной статуе?»

— Позволь своей жизненной Ци войти в глаза и открыть первые небеса своего собственного невежества!

Бамбуковая трость слепого мягко постучала в районе сердца Цинь Му, на этот раз необычайно точно. Он сразу же почувствовал, как его жизненная Ци начала беспрерывно циркулировать и рванула к его собственными глазам!

Совершенствование глаз было чрезвычайно опасным. Несмотря на то, что жизненная Ци Цинь Му начала очищать от нечистот и жиров его тело, глаза всё ещё были самой сложной частью для тренировки. Их можно даже классифицировать как запретную зону, так как при малейшей ошибке существует риск ослепнуть!

Цинь Му однажды спросил старейшину деревни, как тренировать глаза. Тот мало что рассказал, но сделал акцент на том, что ему не стоит торопиться с этим делом.

Однако слепой вместо этого подтолкнул его жизненную Ци к глазам с неистовым и властным импульсом, противоречащем всякому здравому смыслу!

Цинь Му ощутил пронзительную боль в глазах, когда его Ци всеподавляюще бросилась к ним. Его совершенствование жизненной Ци было чрезвычайно плотным, а слепой сжал её своим совершенствованием ужасающего уровня ещё больше.

Насколько велики могут быть глаза?

Однако в этот момент Цинь Му почувствовал, что его глаза стали чрезвычайно обширными, будто небо!

Его жизненная Ци была словно огромный, длинный дракон, проникая в его глаза, которые были такими же необъятными, как небо. Затем его жизненная Ци необузданно рванула вперёд, брызнув в небо подобно колонне, поддерживающей небеса и землю. Распространившись по всему небу, Ци сформировала повсюду странный прожилковатый узор, переплетающийся словно сеть. Это был похоже на небесную сеть, застилающую всё небо.

Пронизывающая боль внезапно исчезла, сменившись чрезвычайно приятным ощущением, которого он раньше никогда не испытывал.

— Му’эр, запомни изображённое в небе. Это первые небеса “Пробуждения Глаз Девяти Небес” — “Небесный Узор Большой Медведицы”, — голос слепого звучал возвышенно, словно спускался с неприступных небес.

Цинь Му сразу же попытался запомнить то, что видел. С его жизненной Ци, направляемой слепым и отображающимся в глазах Узором Большой Медведицы, он мог чётко видеть путь, структуру и его детали.

Однако Узор Большой Медведицы был слишком сложным, поэтому потребовалось некоторое время, чтобы хоть что-то запомнить.

Слепой направлял свою жизненную Ци снова и снова, вплоть до полного истощения жизненной Ци Цинь Му. И только тогда он отвёл свою трость от груди парня.

— Сколько ты запомнил? — спросил слепой.

— Шестьдесят-семьдесят процентов.

Слепой показал радостное выражение лица, сказав:

— Запомнить столько не так просто. Теперь восстанавливай свою жизненную Ци.

Цинь Му начал бегать, практикуя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы ускорить восстановление своей жизненной Ци. Когда он вернулся в своё пиковое состояние, слепой продолжил:

— Воспроизведи Узор Большой Медведицы, которому я только что обучил тебя и попробуй ещё раз посмотреть на каменную статую, чтобы увидеть, что изменилось.

Цинь Му тут же привёл в движение свою Ци, направляя к глазам, чтобы воссоздать ею Узор Большой Медведицы. Несмотря на то, что он смог запомнить только около шестидесяти-семидесяти процентов узора от полного завершения, он всё же вновь почувствовал комфортное ощущение, когда его жизненная Ци распространилась по глазам.

Подняв голову, чтобы посмотреть на каменную статую старца с драконьей головой, его разум не мог не пошатнуться. Каменная статуя, что ещё миг назад была в его взоре совершенно обычной, стала сияющей и красочной.

Казалось, каменная статуя ожила и стала непоколебимым богом!

Он видел, как та испускала сказочный свет… Свет, каждый лучик которого, подчёркивал величие и недосягаемость статуи!

Разум и дух Цинь Му тут же пострадали от давления статуи!

В его глазах статуя больше не состояла из камня, а была живым, дышащим богом!

Дух, внешность, аура и мощь бога, всё одновременно обрушилось на его дух, а затем и на тело, подавляя его… Он просто не мог сопротивляться желанию встать на колени.

— Продолжай смотреть, не закрывай глаза и не преклоняй колени, — холодно говорил слепой. — Помнишь, как ты мочился на неё или как вскарабкивался представляя, что она пони и ты её оседлал, чтобы покататься, когда был ещё совсем ребёнком? Если ты сделал такое тогда, почему же повзрослев хочешь встать на колени? Му’эр, Пробуждение Глаз Девяти Небес пробуждает не только твои глаза, но и твой дух, чтобы ты мог выстоять против всех могущественных и злых мира сего!

— Могучесть практика боевых искусств основывается не столько на силе его движений, сколько на сильном духе! Если твой дух уступит кучке полуразрушенных камней, то независимо от того насколько ты силён, ты будешь считаться полнейшим неудачником!

Слепой постучал бамбуковой тростью по земле и крикнул:

— Если ты пойдёшь против воли каменной статуи и выдержишь её давление, твой дух станет сильнее! Если хочешь стать сильнее, чем прежде, ты обязан укрепить свой дух, чтобы бы быть богом для самого себя, ничего не страшась!

Капли пота скатывались по лбу Цинь Му, старающемуся изо всех сил противостоять мысли о том, что он должен опуститься на колени. Давление, которое исходило от каменной статуи было слишком сильным… ему было просто невозможно противиться.

Слепой сказал ему, что бояться нечего, но разве он мог?

После пробуждения его глаз всё изменилось.

Когда его глаза ещё не были “открыты”, каменные статуи были просто обычными статуями… В детстве он даже мог без зазрения совести помочился под них или забравшись нагадить на головы. Однако, когда он “открыл” глаза, каменная статуя была похожа на бога, и любые действия, даже если просто смотреть не неё, считались богохульством.

Слепой сказал:

— Легко уничтожить бога в храме, но трудно уничтожить бога в своём сердце. Знаешь ли ты, кто сказал эти слова?

Дух Цинь Му всё ещё был запуган каменной статуей, из-за чего он не мог ответить.

— Тот, кто сказал такие бунтарские слова, является текущим Имперским Наставником Империи Вечного Мира… Человек, которого считают человеком номер один под богами!

С внушающим благоговение присутствием, слепой крикнул:

— Му’эр, живущие в твоём сердце боги чужие, а значит ложные. Только уничтожив их, ты сможешь построить свою собственную статую бога! Даже если перед тобой окажется истинный бог, ты не должен вставать на колени, не говоря уже о каменной статуе!

Слепой воткнул в землю бамбуковую трость и приспустил штаны, громко рассмеявшись:

— Ты не должен вставать на колени, ты должен помочиться на неё!

— Помочиться? — Цинь Му безучастно уставился. — Помочиться на бога?

Слепой кивнул, глядя на статую и расхохотался:

— Верно! Помочись на неё! Когда ты был совсем мал, ты обмочил её не менее ста раз, так чего сейчас стесняться?

Цинь Му стиснул зубы и приспустил штаны. Через миг статую окропила тёплая “амбросия”.

Эта процедура не особо подействовала. Статуя бога в глазах Цинь Му всё так же осталась божественной и наполненной давлением, однако чувство, что давило на его дух, вынуждая встать на колени, полностью исчезло.

Старик и молодой “посмотрели” друг на друга и радостно рассмеялись.

Старейшина деревни находился у выхода из деревни и загорал, когда услышал их смех. Повернув голову, чтобы взглянуть, он не мог удержаться об беспомощного покачивания головой: «Слепой действительно легкомысленный гений… использовать такой метод, чтобы разрушить бога в сердце Цинь Му и укрепить его дух. Если бы на его месте был кто-то другой, то маловероятно бы додумался до такого странного метода. Му’эр, без сомнения, чрезвычайно смелый, раз решился помочиться вместе с ним. Заставив мальца помочиться на каменную статую, он не только помог тому сломать бога в его сердце, но и в своём, “бога”, который отнял у него глаза… Бог Копья вернулся.

Он знал, почему слепой поступил так.

Бамбуковая трость в руках слепого была не тростью, а копьём.

Когда слепой пришёл в деревню Цань Лао он был тяжело ранен и пребывал в жалком состоянии, словно нищий, извалявшийся в грязи.

Однако шаги, а также бамбуковая трость в его руке были крайне устойчивы…

Как только слепой вошёл в деревню, старейшина почувствовал будто вокруг того кружились свирепые драконы. В его глазах он был сродни столпу, поддерживающему небеса.

Единственный человек в мире, обладающий такими навыками копья и непоколебимым духом, может быть только тем, кого величают Богом Копья!

Однако самым могущественным в Боге Копья было не его копье, а его глаза. У него были глаза бога, благодаря которым он мог видеть все слабости движений врагов.

И теперь, слепой передал глаза бога Цинь Му.

Сначала ты должен натренировать свои глаза, чтобы затем натренировать копье, но прежде чем тренировать свои глаза, ты должен натренировать своё сердце!

Глаза слепого являлись глазами бога. Чем сильнее глаза, тем больше истины они могли видеть, чем больше истины они могли видеть, тем больше осознаёшь, насколько это ужасающе.

П.П.: Группа перевода — https://vk.com/club123098211, на случай удаления с рулета.

Глава 24. Уничтожение бога в сердце

П.П.: Админы дали отмашку, можем вдвоём публиковаться по отдельности. Так что поехали дальше.

Все живые существа мира были не такими простыми, какими казались на первый взгляд. То, что обычные люди видели своим невооружённым глазом, и то, что видели практики своими пробуждёнными глазами, было двумя совершенно разными мирами!

Каменные статуи в деревне не выглядели слишком необычно, но практикующие с пробуждёнными глазами могли видеть богов в них. Эти люди также видели богов и дьяволов во многих заброшенных местах, разбросанных по Великим Руинам. Что касается Будды в полуразрушенном храме, пока обычные люди видели в нём простую статую, практики с пробуждёнными глазами видели несравненно-великого Будду, внушающего ужас!

Если бы у этих практиков не было сильного духа, они бы умерли или сошли с ума от увиденного.

Поэтому, перед тем как научить Цинь Му тренировать глаза, слепой научил его развивать свой дух, разрушая образ бога в его сердце, чтобы больше не чувствовать перед ним страха. Только в этом случае он мог достичь успеха.

Как говорится в буддизме, если в вашем сердце есть Будда, вам самим трудно стать Буддой.

Наставник Империи Вечного Мира также сказал: легко уничтожить бога в храме, но трудно уничтожить бога в сердце. Эти два высказывания пользовались той же логикой, что и слепой, мочащийся на каменную статую.

Первые два метода требовали медленного усиления духа для постепенного уничтожения бога и будды в своём сердце. Метод слепого был простым, грубым и несколько экстремальным, однако он был эффективным.

Когда старейшина деревни впервые увидел слепого, атмосфера вокруг него была такой, будто повсюду летали бушующие драконы. Однако он был сломлен с того момента, когда оба его глаза были выколоты.

И вот, Бог Копья вернулся.

Всё это было вызвано Цинь Му. С тех пор, как в деревне появился этот здоровый маленький мальчик, их обида постепенно проходила. Чтобы научить Цинь Му Пробуждению Глаз Девяти Небес, слепому пришлось сначала разбудить свои “глаза бога”. Однако, поскольку его глаза бога были выколоты, ему оставалось использовать только глаза своего разума.

Когда слепой передавал своё мастерство Цинь Му, старейшина почувствовал пробуждение его глаз бога, которые были на самом деле глазами бога его разума!

Не имея глаз, он использовал свой разум в качестве замены!

Старейшина деревни медленно закрыл глаза и расслаблено лежа под солнцем, подумал: «Глаза разума бога превзойдут глаза бога, и Бог Копья превзойдёт предыдущего Бога Копья. Слепой, когда ты однажды выйдешь из Великих Руин, твои враги содрогнутся от страха…»

После того, как Цинь Му закончил мочиться, мурашки пробежали по его спине. Он почувствовал, что его тело и разум полностью освободились от беспокойства.

Каменная статуя больше не могла оказать никакого давления на его дух. Ещё раз взглянув на неё, Цинь Му увидел много вещей, которых не замечал раньше. Казалось, что раньше его глаза были покрыты вуалью, не позволяя увидеть чёткую картину. В то время как теперь, вуаль была снята, и ему были показаны истинные цвета мира.

Он с жадностью взглянул на цвета вокруг него. Красота, которую он никогда не обнаруживал раньше, заставляла его так волноваться, что он хотел плакать.

Подойдя к другим каменным статуям в деревне, его дух снова был потрясён. Они были похожи на каменную статую старика с драконьей головой, одаряя сильными божественными лучами и необыкновенным шармом, обладающим священной аурой!

Тем не менее, он мог нормально смотреть на них, так как каменные статуи больше не могли повлиять на его дух.

Простое совершенствование первых небес Пробуждения Глаз Девяти Небес заставило его обезуметь от радости. Какие ещё пейзажи увидят его глаза после того, как поднимутся в уровне ещё на несколько небес?

Цинь Му достал медное зеркало и взглянул на своё отражение. Его глаза в зеркале отличались от обычных из-за кольца, появившегося глубоко внутри его зрачка. На кольце были странные метки, похожие на пересечение молнии.

Кольцо постепенно стало прозрачным и исчезло.

Цинь Му закрыл глаза и направил свою жизненную Ци, чтобы тщательно построить “Небесный Узор Большой Медведицы”, после чего вновь открыл их. Затем он увидел, что в его глазах снова появилось кольцо.

Это кольцо было проекцией небес.

«Если мне удастся развить “Пробуждение Глаз Девяти Небес” до своего предела, внутри глаз должны появиться девять колец, перекрывающих друг друга будто десять зрачков, сложенных вместе», — подумал про себя Цинь Му.

Слепой продолжал объяснять ему как закончить Небесный Узор Большой Медведицы, и через некоторое время Цинь Му окончательно овладел техникой.

— Му’эр, ты закончил отдыхать? — мясник “спрыгнул” с нижнего жернова и вытащил свои ножи для убоя свиней. — Если ты закончил, пришло время тренировки на ножах!

Цинь Му поблагодарил слепого и бросился к мяснику, вытащив свой нож для убоя свиней.

Вскоре после этого старый Ма и одноногий вернулись с охоты и сразу же забрали Цинь Му, чтобы обучать своим навыкам. Он освободился только когда больше не мог стоять на ногах от истощения.

Вечером Цинь Му отправился к немому учиться навыкам кузнечного дела. Кузнец сказал пару слов на языке жестов и издал какие-то непонятные звуки, в ответ на что Цинь Му задумчиво кивнул…

То, что объяснял немой, было техникой совершенствования. Он сказал, что совершенствование подобно кузнечному делу: нужно помнить о различных функциях слабого и сильного пламени. Помимо функций огня, кузнец должен знать, как правильно охлаждать металл. Если окунуть его в холодную воду, он станет намного твёрже.

Мудрость и грубая сила, устойчивость и гибкость, дракон и тигр — это всё противоположные силы дополняющие друг друга.

Чем больше Цинь Му размышлял над этим, тем сильнее соглашался с немым. Он восхищался им за такие слова, ведь они позволят ему избежать многих ошибок в будущем.

В процессе ковки, немой научил его наблюдать за огнём. Смотря на огонь в печи, он сделал несколько действий.

Глаза Цинь Му загорелись, повторяя то, чему учил кузнец: наблюдать за огнём, одновременно циркулируя жизненную Ци. Пока он выполнял Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, его жизненная Ци была похожа на маленькую печь, спрятанную в груди и направляющую жар ко всем точкам его тела.

У Цинь Му возникло приятное чувство, будто его жизненная Ци горела.

В то же время в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его духовный эмбрион поглощал энергию из моря света, делая дыхательные упражнения. Его духовный эмбрион также начал постепенно меняться, когда жизненная Ци, которую он выдыхал, горела вокруг него, будто купая его в печи.

Цинь Му был поражён. Тело его духовного эмбриона также начало очищаться. Наблюдая за огнем в печи, духовный эмбрион неожиданно начал мистическим образом трансформироваться.

Немой был настолько же изумлен, когда любопытно смерил взглядом Цинь Му. К обеду парень начал чувствовать, что огненная мощь, которую мог выдержать его духовный эмбрион, уже достигла предела и сразу же перестал наблюдать за огнем.

— Ах ах!

Кузнец показал два жеста и окунул раскалённую до красного каления железную заготовку в воду. Когда та зашипела и выпустила белую дымку, немой показал ещё пару жестов.

Глаза Цинь Му мерцали, когда он вгляделся в ведро с водой с глубокой задумчивостью.

Шум текущей воды едва заметно доносился от его груди. Вместе с журчанием потока его жизненная Ци вливалась в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, на самом деле превращаясь в тонкий ручей. Когда она вступила в контакт с духовным эмбрионом, произошло нечто волшебное. Его жизненная Ци начала закалять “статую”!

Он наслаждался, пока его духовный эмбрион закалялся огнём и водой!

На следующее утро Цинь Му проснулся, переполненный жизнью. Кипя энергией, он использовал технику, которую его научил совершенствовать немой, и она действительно оказалась потрясающе эффективной!

«Пойду-ка я найду демоническую обезьяну, чтобы подраться снова!»

В приподнятом настроении Цинь Му съел пилюлю Усиления Живучести и был вынужден поспешить из деревни, чтобы освободить лекарственную энергию. Тем временем, обезьяна уже не могла дождаться его прихода, лёжа под скалой.

— Падай, кроха!

Демоническая обезьяна практиковала Восемь Громовых Ударов, которым её обучил Цинь Му, и значительно увеличила свою силу.

Увидев, как тот мчится к ней, она сразу же выплюнула изо рта ветку и приняла боевую стойку, хохотнув:

— Падай, земля!

Цинь Му бросился вперёд, и демоническая обезьяна, будто движущаяся гора, сбивающая всё по пути, побежала навстречу. Столкнувшись лицом к лицу с парнем, она неожиданно исполнила Весенний Гром на Одиноком Восточном Море. С усиливающимся пронзительным звуком ветра, её техника сильным порывом сдула все окружающие деревья!

Глаза Цинь Му заискрились и издался громкий рёв. Он тоже начал исполнять Весенний Гром на Одиноком Восточном Море, двигаясь навстречу противнику!

Бууум!

Раздался глухой взрыв и силой удара их отбросило в разные стороны. Когда демоническая обезьяна приземлилась на землю, она сразу же бросилась вперёд, огромными кулаками пробивая воздух перед собой, в результате чего тот начал вибрировать. Атака продолжалась, и повсюду послышалось оглушающее гудение.

Цинь Му был поражён, демоническая обезьяна действительно выучила технику Тысячерукого Будды!

Тысячерукий Будда, который использовала обезьяна, по-прежнему был далёк от идеала из-за недостатка практики, и демоническая обезьяна не овладела тонкостями этого движения, но она успела изучить основу техники. В сочетании с её страшной силой, в её исполнении Тысячерукий Будда выглядел ещё эффективнее, чем у Цинь Му!

Сложно поверить в то, насколько сильным было тело демонической обезьяны. А после совершенствования в технике Восьми Громовых Ударов, оно стало ещё сильнее. Каждый взмах нёс ужасающую энергию.

Так как вчера Цинь Му значительно улучшил своё совершенствование и силу, он верил, что без проблем сможет избить обезьяну до полусмерти, особенно после того, как принял пилюлю Усиления Живучести. Но он совершенно не ожидал, что у него может не оказаться никакого преимущества, из-за чего растерялся!

П.П.: Риннеган говорите? Я представляю их по пафосней, с прожилками полумолнии-полусвета, а не просто чёрными полосками.))

Глава 25. Второе пробуждение

Человек и обезьяна начали очередной остервенелый бой на выносливость.

Вскоре руки Цинь Му начали побаливать и неметь из-за лобового противостояния атакам демонической обезьяны.

Ещё немного погодя его лицо опухло от множества ссадин и синяков, оставленных кулаками обезьяны. Однако та не пользовалась возникающими возможностями убить парня, а вместо этого продолжала сражаться, подавляя часть своих сил.

— Еда, сила!

Демоническая обезьяна выбросила руку в очередном ударе, от которого образовался поток ветра, фактически содержащий в себе девять волн силы. Этот приём действительно был Восьмью Громовыми Ударами Третьей Формы — Буря Девяти Драконов. И конечно же во время сражения обезьяна не забывала ворчать о том, что, чтобы быть таким же сильным, он должен есть больше.

«Глаза Небес, пробудитесь!»

Жизненная Ци Цинь Му хлынула к его глазам, формируя первые небеса Пробуждения Глаз Девяти Небес — Небесный Узор Большой Медведицы. Казалось, что в его глазах появился ещё один слой мистического зрачка.

Пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му внезапно почувствовал, что всё в мире становится предельно ясным, имея смысл и упорядоченность. Сближающийся с ним удар кулака демонической обезьяны стал выглядеть в его глазах по-особому… даже от непривычки чудно.

Он мог разглядеть на кулаке обезьяны каждую волосинку, покачивающуюся от трения с воздухом и даже, как каждое сухожилие и мышца сокращаются под кожей, а также движущиеся внутри потоки силы!

Техника Пробуждения Глаз Девяти Небес, которую передал ему слепой, позволила его глазам увидеть саму суть происходящего и конечно же он теперь отчётливо осознавал какова была разница в силе между ним и его противником!.. Но самое главное, как управлять своими сильными сторонами, о которых он раньше даже не задумывался!

В тот же миг, перед тем как его кулак столкнулся с кулаком огромной обезьяны, его пять пальцев расслабились и затем тут же начали распрямляться, прорывая воздух своими кончиками с пронзительным свистом, словно кто-то спустил тетиву с сильно натянутого лука!

Восемь Громовых Ударов Второй Формы — Громовые Пальцы Играющего на Пипе.

П.П.: Пипа — это такой музыкальный инструмент, напоминающий нашу балалайку, только музыка посерьёзней https://www.youtube.com/watch?v=o8WrU9tH8N8.

Старый Ма разбирался не только в кулачных техниках, но и в техниках пальцев. Например, Громовые Пальцы Играющего на Пипе — это одно из лучших умений в своей категории, связанной с использованием пальцев в бою. Когда первый палец Цинь Му соприкоснулся с кулаком демонической обезьяны, та тут же поняла, что вся ударная мощь в её кулаке растворилась…

Со вторым коснувшимся пальцем парня обезьяна ощутила неистовую вибрацию, исходящую от сухожилий лапы!..

После столкновения с третьим пальцем обезьяна ощутила также дрожь в мышцах, от чего невольно запаниковала…

Четвёртый палец парня щёлкнул по кулаку демонической обезьяны, неконтролируемо отбрасывая всю лапу к верху и открывая незащищённую грудь…

Наконец и пятый палец Цинь Му нашёл свою цель, но сталкиваясь уже с грудью огромного зверя. Демоническая обезьяна почувствовала словно в неё врезался табун из сотни диких быков, обитающий в Великих Руинах и тут же отлетела назад!

Цинь Му молча уставился. Не слишком ли сильное Пробуждение Глаз Девяти Небес, которому его научил слепой? Ведь сейчас поистине сильной была не его атака, а глаза. Используя Глаза Небес он с лёгкостью подмечал все изменения движущихся потоков силы обезьяны, в итоге обнаружив слабость в её ударе и первым касанием пальца ударяя прямо по ней, нивелировал всю ту поразительную мощь, стоящую за кулаком!

Вььююх~~

В момент задумчивости демоническая обезьяна успела подняться и ударить его. Затем она подпрыгнула к небу и сжав кулаки беспощадно обрушила их на Цинь Му сверху вниз. Земля содрогнулась, образовывая глубокую яму в месте куда приземлилось тело мальца.

Демоническая обезьяна с громким взрывом приземлилась на землю и замахнулась в сторону ямы. Но прежде чем кулак успел добраться до границ углубления, Цинь Му щёлкнул пальцем по её кулаку.

В следующий миг гигантское мохнатое тело, словно невесомое, взлетело к небу. Цинь Му тут же выскочил из ямы, быстро сблизившись с всё ещё находящейся в воздухе обезьяной.

Буря Девяти Драконов!

Бум, бум, бум!..

Прогремела серия взрывов после чего огромное тело обезьяны полетело к земле словно падающая звезда, в итоге разломив спиной на части несколько деревьев, которым не повезло расти на её пути.

Через некоторое время Цинь Му и демоническая обезьяна вновь добрались до вершины утёса. Жадно глотая воздух, они лежали на спинах полностью обессиленные и не способные продолжить сражаться.

Несмотря на могучесть Глаз Небес, они потребляли настолько много жизненной Ци, что даже Цинь Му не мог позволить себе такого расточительства и это с его невероятно плотным совершенствованием.

Немного отдохнув демоническая обезьяна села и подняв большой палец затыкала в свою сторону:

— Я, старший!

— Я, старший. Ты, младший, — качая головой запротестовал севший Цинь Му.

— Я, сильный! — разъярилась обезьяна, подняв кулак и показав на нём ссадины и рассечения.

— Я, сильнее! — Цинь Му растопырил один из своих пальцев и взмахнул им в сторону лохматого здоровяка, беспощадно впечатывая в землю.

Демоническая обезьяна кувыркнулась в сторону, опять начав сражаться. Тем не менее это продлилось не долго… Чуть погодя они вновь попадали на спины, чтобы отдышаться.

Восстановив силы Цинь Му сразу встал. Демоническая обезьяна приподнявшись присела и уставилась на парня, который стоя на вершине утёса начал демонстрировать Восемь Громовых Ударов.

Он только однажды показал обезьяне парочку движений, но та умудрилась понять основы, хоть и с грубоватым исполнением. Теперь же Цинь Му решил показать Восемь Громовых Ударов чрезвычайно детально, уделяя особое внимание всем тонкостям и сложным моментам техники. Он хотел разжевать ей саму суть техники, которая заключалась в проявлении наибольшей силы в движениях.

Демоническая обезьяна училась очень быстро, сумев всего за несколько часов полностью освоить Восемь Громовых Ударов. Сердце Цинь Му сжалось от страха при мысли, что если он продолжит её тренировать, сможет ли он вообще всё ещё сражаться на равных с этим гигантом.

«Этот здоровяк похоже тоже гений боевых искусств. Неужели все странные звери такие умные? Могут ли они тоже совершенствоваться?»

Цинь Му задумался и сев начал обучать обезьяну своей дыхательной технике Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Демоническая обезьяна подражала ему, пытаясь научиться правильно дышать. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана на самом деле была самой простой дыхательной техникой Даоинь, поэтому способ её использования тоже был очень прост, требуя лишь перемещения жизненной Ци в определённом направлении.

Немного погодя демоническая обезьяна в основном овладела техникой Даоинь, ритмично дыша. Отчасти это было благодаря её темпераменту… Будучи травоядной у неё была спокойная натура и незатуманенный ум, что как раз таки и способствовало такому быстрому овладению техникой Даоинь.

«Здоровяк и правда настоящий гений боевых искусств».

Увидев насколько быстро обезьяна овладела техникой Даоинь, Цинь Му не мог удержаться от искреннего восхищённого восклицания:

— Упорно тренируйся, здоровяк. Я навещу тебя завтра, — договорив, он спрыгнул с утёса и побежал обратно в деревню.

Демоническая обезьяна села и наблюдая за ним прошептала:

— Кроха…

Следующие несколько дней Цинь Му постоянно приходил поспарринговаться с демонической обезьяной, после которого последняя приносила ему какие-то фрукты. А он в свою очередь показывал ей как правильно совершенствоваться и даже учил технике Божественных Ног Небесного Расхитителя одноногого.

Демоническая обезьяна с самого начала была хороша в кулачных навыках, что не скажешь о ногах. Однако после изучения Божественных Ног Небесного Расхитителя, движения её ног стали очень хитрыми и непредсказуемыми, ставя Цинь Му в невыгодное положение при малейшем проявлении неосторожности.

Сила Цинь Му увеличивалась стремительными темпами, но прогресс обезьяны был ничуть не хуже. Вскоре она добилась некоторых успехов даже в совершенствовании жизненной Ци. Во время спаррингов если Цинь Му не использовал свои Глаза Небес, то не мог одержать верх над ней и даже больше… Оказывался в невыгодном положении!

Одним вечером после битвы с демонической обезьяной Цинь Му как обычно пришёл к немому в кузницу для помощи, а также наблюдению за огнём как он его учил.

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его жизненная Ци была похожа на огонь, постоянно закаляющий миниатюрный духовный эмбрион. Вроде всё шло как обычно, как вдруг, его духовный эмбрион в пространстве божественного сокровища начал притягивать и безумно поглощать золотое море, состоящее из золотых лучей света.

Цинь Му растерялся и совершенно не понимал, что происходит.

Немой не мог видеть, что происходит в духовном эмбрионе Цинь Му, поэтому он, само собой разумеется, не знал, что внутри тела его ученика происходит что-то мистическое.

Поглощая всё больше и больше золотых лучей, словно только начав набирать обороты, маленькая фигура духовного эмбриона Цинь Му вдруг резко застыла. Духовный эмбрион даже перестал вдыхать и выдыхать, утопая в тишине.

Цинь Му пытался заставить его пошевелиться, но безрезультатно.

«Неужели мой эмбрион помер?» — парню было немного неловко. Но спустя немного времени его духовный эмбрион, словно очнувшись ото сна, медленно пришёл в себя.

Цинь Му с облегчением вздохнул и вернулся к созерцанию огня. В тот же момент он ощутил, что его жизненная Ци стала чрезвычайно горячей и обжигающей. Всякий раз, когда его духовный эмбрион выдыхал жизненную Ци, та продолжала гореть даже после того как вытекала из таинственного пространства — Божественного Сокровища Духовного Эмбриона.

Цинь Му шокировано вскочил, тут же прекратив созерцание огня. Однако было слишком поздно и его одежда резко воспламенилась!

Немой, который стоял рядом с ним, сразу же поднял огромный чан с водой и, перевернув, накрыл им парня, погасив огонь.

Подняв чан Цинь Му стал походить на утопленную крысу.

Немой был обескуражен, но всё же проверил мальца на наличие ожогов на теле. Закончив он тут же отбросил в сторону свой молот и железный прут, умчавшись прямо к старейшине деревни. Оказавшись на месте он активно жестикулируя описал всё, что произошло.

Старейшина был поражён и сразу же попросил глухого и немного вынести его наружу:

— Му’эр, попробуй снова посмотреть на огонь как учили!

Цинь Му не знал почему старейшина был столь серьёзен, но не стал уточнять, а сразу же начал созерцать огонь. В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона его жизненная Ци вновь превратилась в пылающую печь, окутывая его духовный эмбрион.

После этого из его тела вырвалась тёплая волна, мгновенно повысив температуру тела!

Глаза старейшины деревни азартно заблестели, и он начал направлять Цинь Му:

— Му’эр, сосредоточья и успокой свой разум. Подними свою ладонь и взмахни ею словно ножом. Покажи мне хороший удар!

Глядя на огонь печи Цинь Му успокоил разум и избавился от лишних мыслей. Его жизненная Ци естественным образом пришла в движение, когда он взмахнул рукой, словно та была ножом.

Вьюх~~

И его ладонь действительно загорелась, рубанув подобно пылающему огнём мечу!

Глава 26. Толщиной с руку

Все, кто находился в мастерской кузнеца, глупо уставились.

В жизненной Ци Тела Тирана Цинь Му появился атрибут. Больше того, это был атрибут огня, который явно принадлежал жизненной Ци Красной Птицы.

Глухой собирался закричать от радости, но старейшина деревни прервал его:

— Глухой, успокойся. Му’эр, сосредоточь свой ум на наблюдении за водой, не думай ни о чём другом.

Сделав, как ему сказали, Цинь Му наблюдал за водой, и его жизненная Ци превратилась в поток капель, впадающий в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона и закаляя его. Тесная мастерская вскоре была переполнена всеми жителями деревни, которые прибежали, услышав новость. Старый Ма, одноногий, мясник, целитель и слепой втиснулись, чтобы взглянуть на Цинь Му, который как раз наблюдал за водой. Никто из них не мог осмелиться издать даже малейший звук.

Прозвучал голос старейшины:

— Помнишь навык копья, которому тебя учил слепой? Представь, будто у тебя в руках есть копьё, и попробуй нанести удар!

Цинь Му свёл руки и ударил, словно водя кончиком копья в воздухе. В тот момент, когда его пустые руки попробовали нанести удар, жизненная Ци превратилась в белоснежный пар и бросилась вперёд, формируя копьё. В то же время послышался звук капающей воды, и поток пара, напоминающий водяного дракона, закружился от толчков.

— Успех, успех…

Старый Ма воскликнул со слезами счастья:

— Он, наконец, преуспел. Годы нашей напряжённой работы не напрасны… Му’эр, ты вырос!

Ему оставалось только неловко отвернуться, чтобы вытереть слёзы своей единственной рукой.

Одноногий искренне улыбнулся и пробормотал:

— Наш Цинь Му, наконец, может выжить в Великих Руинах… Чёрт возьми, старый Ма, ты можешь сдержать слёзы? Из-за тебя мне тоже хочется плакать. Если бы старуха Сы не ушла в город за покупками, она бы сейчас ревела сильнее всех!

— Зачем нам плакать? — глаза целителя покраснели, и он улыбнулся. — Мы должны смеяться! Когда мы умрём от старости, Цинь Му всё равно сможет выжить. Это отличная новость, и мы можем только радоваться!

— Ты прав, действительно прав! — глухой рассмеялся. — Целитель, хоть я тебя и недолюбливаю, твои слова попали мне в самое сердце!

Дрожащий смех резонировал от крошечной мастерской кузнеца и раздавался в небесах. Поглядев на этих взволнованных стариков, Цинь Му почувствовал, как теплота проходит по всему его телу.

Все эти люди с неполноценными телами и имеющие полно других недостатков, хоть иногда и казались сумасшедшими, но всё равно были его семьёй, его самыми близкими и родными!

— Зачем вы, стариканы, закрылись там и смеётесь как умалишённые? — внезапно откуда-то снаружи донёсся голос бабушки Сы, после чего она тоже жутко рассмеялась.

Цинь Му удивился и повеселел. Бабушка Сы наконец вернулась из города Пограничный Дракон!

Одноногий сразу же поделился с ней радостным происшествием. Её глаза покраснели, и она улыбнулась:

— Хорошо, хорошо. Му’эр наконец вырос… Это великолепно…

Вспоминая все те трудности, через которые она прошла за последние одиннадцать лет, не смогла сдержать слёзы. Маленькая старуха присела, вытирая глаза:

— Когда мы умрём, Цинь Му сможет выжить… Не трогайте меня, мне что-то в глаз попало …

Старейшина деревни незаметно вздохнул с облегчением. Тучи, которые сгущались в его голове, рассеялись, когда в жизненной Ци Цинь Му появились атрибуты. Теперь, когда парень может высвободить свою полную мощь, и его тело действительно оказалось Телом Тирана, кризис в деревне миновал.

Однако даже с его обширными знаниями, он не мог не быть озадачен. Как атрибуты могли так спонтанно появиться в жизненной Ци Цинь Му?

Ещё более странным было то, что Цинь Му обладал сразу двумя атрибутами — огнём и водой!

Все считали, что Духовное Тело может обладать только одним атрибутом, и ни в коем случае двумя!

Цинь Му, бесспорно, был всего лишь обычным человеком и всё-таки имел два разных атрибута. Кроме того, это были огонь и вода, стихии, которые не могут сосуществовать, что было ещё более странным.

«Когда обычные люди пробуждают свой духовный эмбрион, у них появляются два атрибута? — старейшина не мог сдержать недоумения. — Чему такому обучил его немой, что его жизненная Ци смогла приобрести атрибуты воды и огня? Сработало бы это в случае с любым другим обычным человеком?»

Он знал, что деревенские жители перепробовали уже все средства, чтобы помочь Цинь Му высвободить всю свою мощь с помощью жизненной Ци. Целитель использовал лекарственные добавки. Одноногий, мясник и Ма подвергали его энергичным тренировкам. Слепой без колебаний поделился своими глазами бога. Глухой прокладывал путь через рисование и каллиграфию. Однако никто понятия не имел, какими методами пользовался немой.

Он даже не подозревал, что немой будет тем, кто сможет пробудить в Цинь Му жизненную Ци Тела Тирана.

У старейшины деревни не было и малейшей догадки о том, кем кузнец был на самом деле. Он знал только, что немой указал Цинь Му наблюдать за огнём и водой. Как именно это занятие пробудило атрибуты жизненной Ци парня, всё ещё было для него загадкой.

Немой был самым немногословным человеком в деревне, и всегда держал свои таланты в тайне. Наиболее легкомысленным был слепой. Мясник был нахальнее всех, а самым услужливым был старый Ма, потому что всегда обладал хладным рассудком. Одноногий выглядел полным энтузиазма, но на самом деле был страшно коварным. Самым приземлённым был целитель. Горбатая бабушка Сы всегда, казалось, была полна энергии, а жителем без каких-либо желаний был отрешённый глухой.

Что касается немого кузнеца, старейшина знал о нём совсем немного. Ему было известно только то, что немому кто-то отрезал язык и он хорошо разбирался в инструментах. Обычно соседние деревни заказывали у него такие предметы, как кулинарные ножи, плуги и сельскохозяйственные мотыги.

Исходя из того, насколько эффективно он смог помочь Цинь Му пробудить свою силу, старейшина сделал вывод, что тот был единственным человеком в деревне, кто соответствовал его знаниям и совершенствованию.

— Му’эр, ты можешь создать из своей Ци нить? — взволновано спросила бабушка Сы.

Цинь Му попытался сформировать нить и в следующий момент его жизненная Ци покинула тело, становясь толщиной с руку и излучая яркое пламя.

Огромная и толстая “нить” из жизненной Ци подхватила нож для убоя свиней и взмахнула вперёд. Деревянный пень, толстый, как бочка, мгновенно раскололся под воздействием поразительной силы!

Все жители деревни потеряли дар речи, увидев такую толстую нить жизненной Ци.

Это правда, что нить из Ци Цинь Му была наделена страшной силой, однако, так как она состоит из жизненной Ци то должна быть тонкой и экономной. Такая нить будет значительно более гибкой и непредсказуемой, позволяя выполнять очень хитрые движения, которые просто невозможно выполнить рукой.

Поэтому, “нить”, которую создал Цинь Му, нельзя было считать настоящей нитью Ци. Ей больше подходило название “рука из жизненной Ци”.

Из-за того, что его “нить” была очень толстой, она также потребляла громадное количество сил.

Одноногий почесал голову:

— Я считаю, что иметь “руку из жизненной Ци” не так уж плохо, это всё равно что иметь три руки. В бою она может стать очень полезной.

Никто не знал, плакать или смеяться. Бабушка Сы покачала головой:

— Нить из жизненной Ци более проворна, в то время как “рука” слишком толстая. Её гибкость и манёвренность уступают нити Ци. Му’эр, тебе нужно как можно скорее освоить технику создания нормальной нити из жизненной Ци.

Цинь Му кивнул.

Только когда он наблюдал за огнём, огненный атрибут проявлялся в его жизненной Ци, превращая её в Ци Красной Птицы. Если огня поблизости не было, его жизненная Ци оставалась обычной.

Наблюдать за огнём и одновременно создавая нить из жизненной Ци всё ещё оставалось трудной задачей для Цинь Му.

Старейшина деревни и остальные хмурились, замечая неладное. Если Цинь Му мог активировать атрибуты своей жизненной Ци только наблюдая за определёнными стихиями, то в разгар битвы у него будет риск оказаться в очень неприятном положении!

Разве посреди боя враг позволит тебе поглазеть на огонь или воду?

Сначала им показалось, что Тело Тирана Цинь Му было очень сильным, владея сразу двумя атрибутами. Однако, заметив такой недостаток, их уверенность начала исчезать.

— Мм гхм! — немой мыча показал несколько жестов, широко улыбаясь.

Глухой его понял и тоже улыбнулся:

— Немой прав, Му’эр только усвоил основы. Дело мастера боится. Если он продолжит практиковаться, ему обязательно удастся овладеть техникой!

Наличие атрибутов огня и воды в его жизненной Ци было эквивалентно пробуждению духовных тел Чёрной Черепахи и Красной Птицы. Когда Цинь Му наблюдал за огнём, он приобретал тело Красной Птицы, а когда смотрел на воду — Чёрной Черепахи.

В деревне Цинь Му использовал свою толстую “руку из жизненной Ци” для совершенствования навыка ножа — Забой Свиней. Когда нож для убоя свиней взмахивал, он время от времени едва не разрезал Цинь Му на две части. Каждый раз, когда становилось крайне опасно, слепой отбивал нож своим посохом, спасая парня от самоубийства.

Создание нити из жизненной Ци и использование её для контроля над мечом требовало постепенного и осторожного совершенствования. Такую технику боя было очень опасно использовать, и только самые талантливые и трудолюбивые могли овладеть ей на приемлемом уровне.

Забой Свиней мясника принадлежал к фракции “боевых техник”. Несмотря на то, что мясник использовал некоторые приёмы с фракции “техник управления мечом”, и мог манипулировать своим ножом без рук, разница между его навыками боевых техник и навыками техник управления мечом всё равно оставалась огромной. Использование Забоя Свиней для тренировки техники управления мечом было чрезвычайно рискованной идеей.

Движения мясника были слишком сумасшедшим и опасным. Когда он дичал могло случиться что угодно, он мог даже изрезать себя в ничто.

К слову, Восемь Громовых Ударов, которые передал ему старый Ма, принадлежали исключительно к фракции боевых техник и их было невозможно использовать для тренировки техник, которые подразумевали использование Ци для контроля над “мечом”.

Техника Создания Небесного Дьявола, которой пользовалась старуха Сы, классифицировалась как заклинания. Навык ног одноногого, навык посоха слепого, каллиграфия и живопись глухого, методы лечения целителя и навыки обработки металла немого, очевидно, ещё хуже подходили для тренировки дистанционного контроля над мечом.

Поэтому, единственным способом совершенствования этой техники был единственно доступный Цинь Му безумный навык — Забой Свиней.

****

У входа в деревню старейшина лениво раскинулся на солнце. Целитель стоял рядом с ним, когда оглянулся на Цинь Му, который изо всех сил пытался совершенствовать Ци, чтобы контролировать меч, и вдруг сказал:

— Слепой передал Му’эру глаза бога, мясник передал ему навыки ножа. Также парень выучил навык ног одноногого и каллиграфию с живописью глухого… Что насчёт Вас, старейшина?

Старейшина деревни повернул голову, чтобы посмотреть на него.

У целителя был агрессивный тон:

— Каждый из нас хорош в чём-то одном, но никто здесь не имеет достаточных знаний в области контроля над мечом. У Вас больше опыта чем у любого из нас, а Ваши навыки намного сильнее. Почему Вы не хотите обучать его? Что касается контроля над мечом с помощью Ци, мне интересно, есть ли в мире кто-нибудь, кто разбирается в этом лучше Вас?

Лицо старейшины деревни стало угрюмым, когда он посмотрел вниз на свои отсутствующие конечности и тихо сказал:

— Я хотел бы его обучить, но эта ответственность слишком велика для Му’эра. Когда у меня ещё были конечности, я не смог с ней справиться. В противном случае, мне бы не пришлось прятаться в Великих Руинах… Ты знаешь, как я их потерял?

Целитель покачал головой.

— Это раны от меча.

Старейшина деревни поднял голову и сказал в оцепенении:

— Мои конечности были отрублены мечом. Любой, кому передадутся мои навыки, должен будет взять на себя и мою ответственность. Ту, с которой не смог справиться я, не говоря уже о молодом Цинь Му.

Глава 27. Техника Духовного Эмбриона

Вьюх!..

В лесу за пределами деревни Цань Лао Цинь Му нанёс сокрушительный удар ладонью, из которой вырвалась жизненная Ци и подобно пламенному дракону начала скручиваться и извиваться вокруг него. Воздух перед ним сразу же стал невероятно сухим, словно был крещён огнём!

Его ноги постоянно двигались во время непрерывного шквала ударов. Воздух становился всё суше и суше, словно над огромной жёлтой пустыней зависли десять чрезвычайно сильно палящих солнц!

Сейчас он исполнял кулачный навык старого Ма: Восемь Громовых Ударов Четвёртой Формы — Куа-фу в Погоне за Солнцем.

П.П.: кому интересно кто такой Куа-фу сюда https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1%83%D0%B0-%D1%84%D1%83

Внезапно шаги Цинь Му сменили ритм, также изменяя движения. Его движения и формы были похожи на реку, вливающуюся в море, а жизненная Ци сменила свой огненный атрибут на водный. На его руке скручивался водный дракон, состоящий из пара и даже его движения резонировали со звуком вздымающихся волн пульсирующей воды, протекающими вокруг него.

Его шаг снова сменили ритм в то время как руки схватили пустоту и в пару появились очертания копья будто опрокидывающего моря и реки, подобно бесконечно длинному дракону.

В течение последних дней он всегда находился в деревне, используя Ци для манипуляции движения меча, а также сосредоточившись на наращивании своей жизненной Ци. Тем не менее он всё же перво-наперво должен был понаблюдать за огнём, прежде чем ему удавалось наделить свою жизненную Ци огненным атрибутом и при помощи неё управлять мечом.

Продолжая практиковаться время необходимое для наблюдения за огнём становилось всё короче. И теперь ему даже не нужно было наблюдать за печью, а только представить в уме огонь печи, и его жизненная Ци тут же начинала пылать.

Тем не менее навык мясника — Забой Свиней, был из фракции боевых техник, поэтому Цинь Му не очень хорошо получалось использовать его для тренировки управления мечом при помощи Ци.

С другой стороны, практика Восьми Громовых Ударов старого Ма и навыков копья слепого приносила ему обильный урожай, позволяя быстро прогрессировать в них.

И сегодня, когда он выполнил Восемь Громовых Ударов Четвёртой Формы — Куа-фу в Погоне за Солнцем, то стал походить на гигантского бегуна с взрывающимся от ударов ладоней воздухом. Это была мощь его жизненной Ци!

Разумеется, огненный атрибут жизненной Ци Красной Птицы не мог полностью раскрыть всю мощь атакующих техник старого Ма. Наиболее подходящим типом жизненной Ци для Восьми Громовых Ударов старого Ма была по-прежнему жизненная Ци Зелёного Дракона.

Напротив, водный атрибут жизненной Ци Чёрной Черепахи мог в полной мере продемонстрировать всю мощь навыков копья слепого.

Через некоторое время Цинь Му остановился и проглотил две пилюли Усиления Живучести, чтобы как можно быстрее восстановить истощившуюся жизненную Ци. Затем он задумался над тем, чего же ему не хватало, когда он начинал использовать свою жизненную Ци.

Изначально лишь одна пилюля Усиления Живучести невероятно перенасыщала его, вынуждая задействовать свою Ци на полную, для разрядки, но после того как его духовный эмбрион “проснулся”, даже потребление двух таких пилюль не было слишком большим количеством и конечно же не давало чувства сверхперенасыщения.

«Интересно, демоническая обезьяна может съесть такую пилюлю Усиления Живучести? Хотя скорее всего нет. Дедушка целитель как-то сказал мне, что в этих пилюлях есть четыре различных атрибута, поэтому они по сути ядовиты для всех, у кого нет Тела Тирана. Может я когда-нибудь смогу изготовить котёл пилюль Усиления Живучести специально для демонической обезьяны…»

Сердце Цинь Му дрогнуло, когда он вспомнил о спаррингах с обезьяной. В последние дни он не встречался с ней и, как следствие, не знал до какой степени этот странный зверь развил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Он вскочил и быстро побежал в сторону территории демонической обезьяны. В конце концов он был лишь подростком без друзей в этой глуши, кроме стариков в деревне. Не видевшись с ней в течение нескольких дней на него нахлынуло чувство лёгкого беспокойства.

Цинь Му достаточно быстро добрался до горной долины, в которой обитала та обезьяна. Внезапно в лесу появилась маленькая гора, которая оказалась ничем иным, как телом демонической обезьяны. Она стала выглядеть ещё более величественной, но увидев Цинь Му, тут же сильно обрадовалась, начав колотить себя по груди, показывая тому что он должен запрыгнуть ей на плечо.

Цинь Му так и сделал, после чего та рванула вглубь долины.

Это был первый раз, когда он вошёл в место обитания демонической обезьяны. Везде паслись дикие олени и лошади. Можно было увидеть даже глупеньких ланей и косуль. Во внутренних районах находился древний пережиток прошлого и первое что бросилось в глаза это практически полностью разрушенные временем стены.

Обезьяна жила в древнем полуразрушенном дворце, перед которым возвышалась потресканная каменная статуя получеловека-полузверя. Цинь Му открыл Глаза Небес и испытал шок.

Каменная статуя была похожа на каменные статуи в деревне Цань Лао. Через видение Глаз Небес благодать каменной статуи перед ним давала ощущение как от неукротимого бога зверей, источая злое пламя, вздымающееся к небу!

Демоническая обезьяна полагалась именно на эту статую, чтобы противостоять ночной тьме и защитить свою жизнь.

«Такая необыкновенная благодать… Может ли быть, что эта статуя вылеплена богом для бога?»

Цинь Му спрыгнул с плеча обезьяны и к нему тут же подошла глупенькая косуля, нюхая край рубашки и пытаясь пожевать.

Демоническая обезьяна осторожно схватила косулю и поставила в сторонке. Затем она махнула рукой, мол, иди за мной.

Она была правителем этой долины, а также её защитником, она опекала живущих в ней животных, но при этом вела себя жестоко с чужаками.

Цинь Му последовал за обезьяной в рушащийся дворец, при этом слегка нахмурившись. Везде чувствовался запах множества диких зверей, должно быть с наступлением ночи они сбегаются сюда, чтобы спастись от тьмы.

— Смотри, кроха! — демоническая обезьяна указала на стену.

Цинь Му поднял голову, взглянув на украшающие стену древние росписи. В некоторых местах они пестрили яркими отшелушивающимися цветами, в то время как другие были практически выцветшими. И только несколько из них можно было считать целыми.

На этих настенных росписях был изображён человек, совершенствующий Ци, а стрелки нарисованные внутри тела показывали потоки жизненной Ци.

Бросив на них несколько взглядов, сердце Цинь Му сжалось. Он увидел пути, по которым должна циркулировать жизненная Ци техники “Трёх Эликсиров Тела Тирана”!

Демоническая обезьяна некоторое время практиковала эту дыхательную технику и поняла, что она похожа на инструкции с росписей, в итоге решив привести его сюда!

Однако, Цинь Му быстро обнаружил некоторые различия. Первая роспись действительно показывала, как правильно практиковать дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, тогда как вторая уже немного отличалась. Несмотря на то, что она всё ещё базировалась на технике Трёх Эликсиров, но была несколько сложнее.

Направление циркуляции Ци на второй росписи проходило через место, где располагалось Божественное Сокровище Духовного Эмбриона — в точке между бровей!

После того, как жизненная Ци входила в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, дальше шла третья роспись. Она показывала направление движения Ци внутри и вместо того, чтобы вдыхать и выдыхать её непосредственно своим духовным эмбрионом, нужно было сформировать жизненной Ци мистический узор под ногами духовного эмбриона.

Узор, который принимала Ци, был чрезвычайно сложным и замысловатым. Даже ещё сложнее, чем Небесный Узор Большой Медведицы. Цинь Му внимательно изучил его, запоминая наизусть и затем использовал свою собственную жизненную Ци, чтобы сформировать нужный узор под ногами своего эмбриона.

Закончив формирование, его тело бесконтрольно задрожало. Он тут же ощутил странную связь между ним и своим духовным эмбрионом!

Когда он дышал его духовный эмбрион тоже дышал. Когда он двигался эмбрион двигался точно так же и когда он применял дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана тот тоже её применял!

Цинь Му испытал шок, но практически сразу же пришёл в себя и сильно обрадовался: «Разве это не значит, что теперь я могу совершенствоваться в два раза быстрее?»

Тем не менее он сразу же обнаружил, что, выполняя Три Эликсира Тела Тирана, духовный эмбрион не помогал увеличить совершенствование его жизненной Ци, а вместо этого оттачивал его.

Во время того как жизненная Ци циркулировала по узору, сформированному под ногами его духовного эмбриона, последний поглощал золотые лучи моря света, которые в итоге входили внутрь него. Со временем он выбился из сил, но после слияния с золотыми лучами его жизненная Ци стала ещё более цепкой и чистой.

В прошлом его духовный эмбрион тоже поглощал золотые лучи, но не так быстро, как сейчас, когда он полагался на сложный узор из жизненной Ци под ногами, что изучил с третьей росписи.

«Неужели это следующий уровень техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, предназначенный специально для духовного эмбриона?» — сердце Цинь Му учащённо заколотилось. Старейшина деревни сказал ему, что он не знал больше техник предназначенных для Тела Тирана… И он никак не ожидал, что найдёт здесь технику Тела Тирана для области Духовного Эмбриона!

Он посмотрел на четвёртую роспись и слегка нахмурился… ведь она была наполовину испорчена. То, что там нарисовано должно быть техникой для области Пяти Элементов.

На росписи виднелись царапины зверей, что, очевидно, говорило о том, что те были испорчены живущими здесь животными или ночующими дикими зверями.

Пятая роспись тоже была очень сильно повреждена, в то время как больше половины шестой словно вообще не существовало. Следующие росписи были в ещё более плачевном состоянии… На них было невозможно что-либо разобрать.

«С учётом того, насколько этот дворец повреждён, уже хорошо, что стены находятся хоть в таком состоянии… Кто знает сколько времени они ещё протянут», — мысленно вздохнул Цинь Му. Продержаться до сих пор уже было чем-то невероятным. Он запомнил вторую роспись и третью, и молча воспроизвёл в уме, в конце концов успокоившись.

Несмотря на то, что настенные росписи во дворце были практически стёрты, те что уцелели хотя бы дали возможность понять, как тренировать следующий уровень Тела Тирана!

На стенах дворца осталось мало росписей. Помимо техники Трёх Эликсиров Тела Тирана была ещё одна настенная роспись, которая выглядела более полной чем первая.

На ней была изображена карта. Присмотревшись к ней, Цинь Му обнаружил местонахождение реки Вздымающейся, от чего его сердце вновь сделало в груди неконтролируемый кульбит: «Неужели это карта Великих Руин?»

Следуя взглядом вдоль берега реки, он, наконец, нашёл местоположение деревни Цань Лао.

«Э-э, почему здесь дракон?»

Взглянув на несколько десятков километров вверх по течении реки от деревни Цань Лао, он на самом деле увидел нарисованного дракона, который не мог не сбить с толку.

«Король Драконов Вздымающейся Реки!» — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Он понятия не имел, что означают эти четыре слова.

И на карте были пометки ещё многих странных мест. Например, в десяти километрах к востоку от деревни Цань Лао, рядом с колодцем, были написаны другие четыре слова, а именно — “Король Драконов Колодца Небес”.

Был ещё один колодец, над которым писалось — “Король Драконов Океанических Глаз”.

А в отдалённом месте на карте Великих Руин он увидел нарисованный корабль, на котором было расположено солнце. Рядом с ним были написаны два слова — “Корабль Солнца”. Недалеко от Корабля Солнца было место под названием — “Колодец Солнца”. Ещё был Корабль Луны, но он находился очень далеко от Корабля Солнца, тем не менее недалеко от него точно также было странное место, помеченное словами — “Колодец Луны”.

Цинь Му пробегался взглядом по карте, но так и не смог найти древний храм посреди реки, который подавлял ту женщину У. Он также не смог найти город Пограничный Дракон, который находился в нескольких сотнях километрах вниз по течению.

«Эта карта… Неужели она описывает места до произошедшей в Великих Руинах катастрофы?»

Когда взгляд Цинь Му блуждал в поиске чего-то ещё, вдруг, выражение его лица изменилось, ведь он нашёл место с руинами, где он скрывался от темноты. Однако на карте то место не было обозначено как руины, а называлось — Перевал Богини!

«Это действительно карта до катастрофы в Великих Руинах!»

Глава 28. Тень на стене

Цинь Му задумался. Карта Великих Руин до катастрофы была очень полезной находкой, поскольку на ней было изображено большинство древних развалин. Если бы он отправился на охоту и не смог вовремя вернуться домой, то с помощью этой карты смог бы добраться к ближайшим руинам и переждать там вторжение темноты.

«С этой картой я смогу избежать многих опасностей».

Он запомнил карту наизусть и нашёл долину, в которой находился. На карте она обозначалась как “Дворец Подавления Рока”.

«Дворец Подавления Рока? Рок подразумевает беду, то есть катастрофу».

Изучая живопись и каллиграфию у глухого, он приобрёл множество знаний, даже если его нельзя было считать истинным учёным.

— Если Дворец Подавления Рока был местом для предотвращения катастрофы, то какую катастрофу он должен был предотвратить? — Цинь Му пробормотал про себя.

Оглянувшись вокруг, он понял, что демоническая обезьяна уже ушла из дворца без его ведома. Должно быть, она не хотела его отвлекать, оставаясь неподалёку.

«Здоровяк хорошо соображает», — подумал он.

Выйдя из дворца Цинь Му подозвал обезьяну и спросил:

— Здоровяк, есть ещё какие-нибудь интересные места неподалёку?

Демоническая обезьяна почесала голову, подумала, и бросилась в боковой зал Дворца Подавления Рока. Цинь Му быстро догнал её, а глупенькая косуля побежала следом.

— Вот! — войдя в боковой зал указала пальцем обезьяна. Посмотрев туда, куда она указывала, Цинь Му увидел белую стену, на которой была нарисована маленькая человеческая тень размером с большой палец.

Цинь Му пристально посмотрел на стену и не увидел на ней ничего другого, кроме этого рисунка.

Глупая косуля двинулся вперёд и понюхал человеческую тень на стене. Как только она собралась лизнуть стену из неё внезапно вырвалась рука, схватила за шею и затащила внутрь!

Цинь Му подпрыгнул от шока, в то время как демоническая обезьяна в ярости начала бить себя кулаками в грудь и реветь на стену, однако она не решалась подойти.

На стене, рядом с крошечной человеческой тенью, появилось чёткое изображение косули. Цинь Му заметил, что человек начал медленно двигаться, открывая рот. Он открывался всё шире и шире, когда, наконец, рот заполненный огромными как гвозди зубами, не закрылся на бедной косуле.

Цинь Му был ошеломлён. После того, как человеческая тень доела косулю, она внезапно начала идти к ним навстречу огромными шагами!

Цинь Му видел, что хоть тень на стене и не могла выбраться наружу, она постоянно приближалась к ним, увеличиваясь в размерах. Однако, даже достигнув роста обычного человека, она продолжила идти.

За короткое время, всё ещё оставаясь на стене, тень увеличилась настолько, что уже не помещалась на стене. Тень головы с широко открытым ртом была на потолке, а руки раскрылись, покрывая две прилегающих по бокам стены.

— Кроха, беги! — демоническая обезьяна схватила Цинь Му и отпрыгнула, чтобы не быть схваченной тенью на стене.

Из стены вырвался сердитый, непрерывно дрожащий рёв, наполняя воздух дымом и пылью. Затем чёрная тень распространилась по стенам зала, в мгновение ока окутывая его полностью!

Тень пыталась вырваться наружу, но как бы ни старалась не могла этого сделать.

«Это демон?»

Цинь Му остановился, моргнув глазами, и повернулся, чтобы рискнуть:

— Ци Кэ До, Са Мо Е, Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е, Ци Кэ До Бо Жэ Са Мо Е…

Тень, терзающая боковой зал, резко затихла. Оконные рамы внутри внезапно открылись, будто два угольно-чёрных глаза. Цинь Му почувствовал на себе страшный взгляд, и у него по спине побежали мурашки.

Вдруг огромная дверь бокового зала закрылась сама по себе, но потом снова открылась. Когда она открывалась и закрывалась, раздался хриплый голос:

— Заклинание Великой Свободы. Ты потомок моей расы? Как жалко. Твоё заклинание даже не было передано дословно. Неужели моя раса скатилась до такого уровня?

Цинь Му спросил:

— Знает ли старший настоящее Заклинание Великой Свободы?

— Конечно!

Дверь открылась-закрылась, и раздался высокомерный голос:

— Высшая сила сокрыта внутри принадлежащего моей расе Заклинания Великой Свободы. Оно было наделено силой великой свободы и было той вещью, которая создала мир! Как оно могло опуститься до такого плачевного состояния в твоих руках? В нём нет даже капли могущества! Скажи пусть твоя обезьяна уйдёт, и я научу тебя настоящему заклинанию!

Цинь Му посмотрел на демоническую обезьяну, на что та отрицательно покачала головой и глухим голосом предупредила:

— Призрак, настоящий!

— Этот старший принадлежит к той же расе, что и я, и не причинит мне вреда. Выйди на улицу и подожди немного, — успокоил её Цинь Му.

Демоническая обезьяна не могла сразу решиться, поэтому Цинь Му проявил инициативу и вытолкнул её на улицу.

Дверь бокового зала снова открылась и закрылась с дьявольским голосом:

— Заклинание — это волшебная техника. Ты изучил только его слова, а не силу, скрытую внутри. Тебе также неизвестно как использовать внутренние качества заклинания. Этот метод называется Мудрой Великой Свободы, самым сильным и важным искусством нашей расы! Моя сила запечатана внутри этого огромного зала, потому её не хватит надолго, так что будь внимателен… Я покажу тебе только один раз, и то, сколько ты запомнишь, зависит исключительно от тебя самого.

П.П.: Мудра — ритуальное расположение кистей рук и жестов, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D1%83%D0%B4%D1%80%D0%B0

Чёрная тень на стенах комнаты начала уменьшаться и стала размером с Цинь Му. Циркулирующие линии начали появляться внутри тени, показывая движение жизненной Ци.

Дьявольский голос объяснил:

— Существует четыре метода мудры из Мудры Великой Свободы: Мудра Могущественной Силы Бога-Дьявола, Мудра Дьявольской Свободы, Мудра Огромной Мудрости, а последний метод мудры объединяет первые три вместе, формируя Мудру Великой Дьявольской Свободы! Сейчас я покажу тебе первую — Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола! Твой голос должен нести звук дьявола, для того чтобы раскрыть полную силу, Ци Кэ До!

Цинь Му не отрывая глаз смотрел на чёрную фигуру на стене бокового зала, запоминая алгоритм выполнения этой техники. Жизненная Ци внутри его тела циркулировала, следуя пути показанному тенью.

— Ци Кэ До!

Голос дьявола вырвался из его рта и Цинь Му сразу почувствовал, как его тело высвободило ужасную силу. Эта огромная сила заставила его пальцы сформировать необычную мудру и неконтролируемо ударить вперёд.

Бум!

Приглушённый звук раздался, когда ладонь Цинь Му впервые исполнила громовой удар, к которому он так долго стремился, гром в ладони!

Глаза Цинь Му опустели. Он не мог понять, как ему это удалось.

Мудра Могущественной Силы Бога-Дьявола, которой его научила человеческая тень на стене, была исключительно мощной. С точки зрения частоты ударов, её нельзя было сравнить с Восьми Громовыми Ударами старого Ма, но она значительно превзошла эту технику в плане силы.

Тем не менее, удар Мудрой Могущественной Силы Бога-Дьявола чрезвычайно сильно истощил его жизненную Ци. Он потреблял в несколько раз больше Ци, чем Восемь Громовых Ударов!

Тень на стене извивалась, казалось, будто что-то тянет её внутрь. Когда она вернула себе контроль над залом, задыхаясь, проговорила:

— Сила этого зала слишком высокая, она постоянно меня подавляет. У меня мало времени. Взгляни хорошо. Это вторая мудра, Мудра Дьявольской Свободы! Са Мо Е!

На стене, поток Ци внутри тени изменился. Из-за темноты внутри комнаты, его тяжело было разглядеть на расстоянии.

Цинь Му вскочил и незаметно для себя сделал шаг вперёд, наконец, сумев ясно увидеть изменения в циркуляции жизненной Ци.

— Са Мо Е!

Он тихо произнёс голосом дьявола и направил свою жизненную Ци. Мгновенно, огромная сила снова вырвалась из его тела, заставляя принять новую позу.

Его лицо неконтролируемо улыбнулось, палец сделал жест, напоминающий срывание цветка, и нанёс удар.

Сила этой мудры была не такой огромной, и она, казалось, была совсем неэффективной. Однако Цинь Му почувствовал, что её эффект был очень похож на мудру в Восьми Громовых Ударах.

Восемь Громовых Ударов Пятой Формы — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе.

Это движение, которое ему передал старый Ма, не было слишком хорошим кулачным ударом, но его суть была в нападении на душу мастера божественных искусств!

Секрет Луча Солнца, Очищающего Душу Ян в Небе был в кулаке, который словно сиял на небе, карая душу противника солнечными лучами и молниями!

Мудра Дьявольской Свободы, которую ему показала тень из стены, тоже казалась слабой на первый взгляд, так как была направлена на очищение души, а не травмирование физического тела противника. В этом она была очень похожей на технику старого Ма.

Единственная разница между ними заключалась в том, что Ма использовал солнце и гром, чтобы разрушить душу противника, в то время как Мудра Дьявольской Свободы использовала мудру, чтобы нарисовать душу противника на ладони, позволяя уничтожить её дистанционно, что было очень подло и эффективно, забирая у противника возможность защититься.

У любого был шанс уклониться или защитится от обычного удара, в то время как Мудра Дьявольской Свободы не предоставляла такой возможности.

Цинь Му был растерян. Мудра тени на стене была похожа на умение старого Ма. У обоих из них явно было одинаковое назначение, однако принципы работы были совершенно разными. Первая техника следовала обычным путём, в то время как другая шла в обход всего общепринятого.

Решить какая из них лучше было не в силах Цинь Му. Он мог только сказать, что у каждой из них были свои сильные стороны.

Восемь Громовых Ударов старого Ма были более подходящими для лобовой атаки врагов и раздавливания их за счёт жестоких кулачных ударов, в то время как Мудра Великой Свободы была создана для внезапного убийства врагов, застигая их врасплох.

Человеческая тень на стене уменьшилась ещё сильнее, казалось, что она больше не может противостоять Дворцу Подавления Рока. Пытаясь успокоить своё дыхание, тень продолжила:

— Смотри внимательно, это третья мудра, Мудра Великой Мудрости…

Тень на стене стала размытой и нечёткой, и Цинь Му подсознательно сделал еще два шага вперёд. Собираясь войти внутрь комнаты, он внезапно остановился. Вместо этого он решил использовать навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, которому его научил слепой, и в его глазах появился ещё один зрачок. Несмотря на то, что тень на стене была тусклой, его глаза видели всё совершенно ясно.

— Тебе хорошо видно, пока ты снаружи? — спросила тень со стены.

Глава 29. Маленький обманщик, большой обманщик

Цинь Му почтительно ответил:

— Не волнуйтесь, старший. Младший перед вами тренируется молодыми. Мои почки сильны, а мой изначальный Ян полон, как никогда. Моё зрение невероятно хорошее, поэтому я могу видеть во тьме так же хорошо, как днём.

Тень на стене колебалась, но не стала продолжать настаивать на своём, продолжив демонстрировать невиданную циркуляцию жизненной Ци.

Третьей мудрой была Мудра Огромной Мудрости. Её повторить было намного сложнее. Циркуляция жизненной Ци в чёрной тени также становилась всё быстрее и быстрее, и, даже несмотря на открытые Глаз Небес, Цинь Му не удавалось полностью увидеть путь, по котором течёт жизненная Ци, отчего у него аж за зудело от желания войти в боковой зал.

Цинь Му мгновение колебался, прежде чем всё же шагнуть одной ногой в боковой зал, пока его другая нога оставалась снаружи. В результате ему таки удалось едва уловить путь циркуляции жизненной Ци.

Он изо всех сил пытался запомнить, но тень на стене вскоре перестала показывать Мудру Огромной Мудрости. Затем Цинь Му попробовал повторить и, несмотря на то, что у него кое-как получилось, чего-то всё же не хватало…

Ему не удалось полностью вспомнить путь течения Ци Мудры Огромной Мудрости.

— Это четвёртая мудра — Мудра Великой Дьявольской Свободы, которая также является самой могучей из всех, так как силы трёх прошлых едины с ней.

Тень на стене словно полностью обессилила, становясь всё меньше и меньше. Её голос становился всё мягче и тише:

— Однако эта мудра немного сложнее, поэтому я боюсь, что ты не сможешь всё хорошо рассмотреть.

— Не волнуйтесь, старший, — Цинь Му искренне улыбнулся. — Младший перед вами тренируется молодыми. Мои почки сильны, а мой изначальный Ян полон, как никогда. Моё зрение невероятно хорошее и я могу видеть во тьме так же хорошо, как днём. Поэтому продолжайте.

Тень на стене замолчала. Затем вздохнув она ответила постоянно слабеющим голосом:

— Но я больше не могу продолжать. Зайди внутрь и ты увидишь, что в четырёх углах зала заколочены четыре бронзовых гвоздя. Тебе всего-то и нужно, что вытащить их. Из-за того, что они заколочены в мою спину я не могу перевести дыхания… Но, если ты вытащишь их я смогу отдышаться и обучить тебя полной мудре.

Тень продолжила мягко уговаривать:

— Ты не смог полностью освоить третью мудру… Мудра Огромной Мудрости чрезвычайно сложна, с мощью себе под стать. Не узнав мудру полностью, ты не сможешь продемонстрировать её полную силу… и это ещё не всё, самая сильная мудра по-прежнему четвёртая — Мудра Великой Дьявольской Свободы!.. Как только ты вырвешь гвозди…

— Старший… Я думаю, что это мой предел, — Цинь Му огорчённо покачал головой, отводя левую ногу обратно. — Слишком сложно… И мне стыдно признаться, но я на самом деле глуповат, поэтому не хочу тратить Ваши оставшиеся силы и в итоге разочаровывать провалом… эх…

Тень на стене дрогнула, тут же попытавшись искусить парня:

— Я могу показать тебе ещё раз, тебе нужно только вытащить гвозди…

Цинь Му стал выглядеть ещё виноватей, покачивая головой:

— Старший, разве не Вы сказали, что у Вас хватит сил показать лишь раз? И если ради меня Вы покажете ещё раз, разве не стану я виновником того, что старший нарушит своё уважаемое слово? Более того… я сожалею, что мне пришлось разочаровать старшего своей глупостью.

— Нет, ты очень умный, — голос из тени стал ещё более мягким, как у дружелюбного старца, инструктирующего младшее поколение. — Ты смог освоить Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола и Мудру Дьявольской Свободы взглянув лишь раз. Ты даже частично понял Мудру Огромной Мудрости, не недооценивай свои способности!.. Они великолепны, и ты определённо сможешь понять Мудру Огромной Мудрости если взглянешь на неё ещё хоть раз. Интеллект, талант, у тебя всё есть, поэтому ты мне нравишься и поэтому ничего страшного если я нарушу своё слово и покажу тебе во второй ра…

Вдруг, голос резко затих, прежде чем стать ледяным и величественным:

— Ты обманул меня из-за моих техник?

Цинь Му изобразил шок на лице:

— Старший, почему Вы так говорите?

— Ты обманул меня из-за моих техник! — тень на стене освирепела, начав постоянно увеличиваться, в итоге вновь поглотив собой весь боковой зал и затем озлобленно закричав. — Как ты посмел обмануть меня!? Маленький ублюдок, я с добрыми намерениями учил тебя, а ты в благодарность солгал мне!

Стоя снаружи зала Цинь Му слушал гневные крики дьявольской тени и под конец покачал головой:

— Старший, а ты шутник. Разве не ты попытался обмануть меня первым, когда просил освободить?

Дверь бокового зала широко распахнулась. Окна словно глаза, а дверь словно рот… это выглядело зловеще и в то же время пугающе, когда он вальяжным тоном проговорил:

— Ты знал?

— Мы оба изначально были представителями разных рас, но старший так очевидно солгал, сказав, что у нас одна и та же раса. Затем ты попытался заманить меня внутрь, используя Мудру Огромной Мудрости. Не мог чётко показать? А как же, конечно. На самом деле я думаю ты преследовал две конкретные цели… — Цинь Му натянул на лицо фирменную искреннюю улыбку одноногого. — Первая — заманить меня внутрь зала и заставить подойти как можно ближе к стене, чтобы схватить и контролируя заставить вытащить бронзовые гвозди по углам зала. Или вторая — сыграть на моём желании заполучить Мудру Огромной Мудрости, чтобы я по своей воле вырвал те гвозди. Но если бы я вырвал их, первым способом или вторым, не важно, и освободил, то ты бы съел меня точно так же как ту глупую косулю. Однако… — выражение лица Цинь Му стало ещё более искренним и невинным. — Я не глупая косуля, поэтому подыграл твоей лжи и выудил у тебя две с половиной мудры.

Весь зал начал безостановочно дрожать, после чего со стороны двери прогремел сотрясающий землю вой:

— Сукин сын! Я убью тебя! Как только я освобожусь, я буду пытать тебя пока ты сам не взмолишься о смерти!

Невинный пастушок из деревни Цань Лао повернулся, чтобы уйти и скривив губы пробормотал:

— Одноногий дедушка с самого моего рождения столько раз проворачивал со мной подобные трюки. Моё бедное детство, эх… Даже конфеты, которые покупала мне бабуля, были им бесчисленное количество раз обманом вытянуты. И ты думал меня так просто обмануть…

— Я убью твоего одноногого дедушку! — ярость тени ничуть не уменьшилась.

Цинь Му повернулась и совершенно серьёзно предупредил:

— Даже не пытайся. Он будет обманывать тебя пока не потеряешь даже свои теневые трусы.

Тень на стене внезапно успокоилась, став настолько тихой, что это даже казалось неестественно странным, но чуть погодя она прошептала мягким голосом:

— Ты только что сказал, что мы не из одной и той же расы? Хе-хе, ты слишком наивен, маленькое отродье… Как это ты и я не из одной расы… хе-хе-хе мой юный и маленький новорождённый дьяволёнок…

В Цинь Му всё похолодело, когда он подумал о голосе бога с девяти небес, что появился при разрушении первой “Стены”. Затем он подумал о том, как использовал голос дьявола, чтобы противостоять голосу бога. А когда связал всё это со сказанным тенью, натолкнулся на некоторое неприятные выводы.

Он тут же покачал головой, пытаясь отогнать беспорядочные мысли в своей голове, прежде чем продолжить уходить.

— Хе-хе, ты такой же, как я, такой же, такой же… — позади него тень на стене чудаковато гоготала.

Цинь Му нахмурился, когда вышел из Дворца Подавления Рока.

Демоническая обезьяна тут же подошла к нему, при этом бросив косой взгляд в сторону бокового зала. Когда она увидела, что тень уменьшилась, забиваясь в угол зала, она серьёзно проговорила:

— Видел? Призрак!

Цинь Му кивнул головой, испытывая сложные чувства:

— Великие Руины слишком опасны. Если такие честные люди как мы не научимся хитрить, то будем тут же обмануты и от нас не останется даже кусочка.

Демоническая обезьяна взглянула на него со странно перекошенным ртом:

— Доверчивый, призрак.

Лицо Цинь Му слегка покраснело, и он тут же запротестовал:

— Эй, я не обманщик, это всё вина моего тяжёлого детства, я был просто вынужден стать сообразительным. Однако я боюсь за тебя, кто знает, когда этот дворец полностью обрушится, поэтому тебе не стоит здесь оставаться на долго. Если он рухнет этот старый дьявол определённо изольёт свой гнев на тебе.

Демоническая обезьяна покачала головой и молча посмотрела на диких животных вокруг.

В Великих Руинах осталось не так много мест, где можно было спрятаться. Их либо захватили люди, либо другие странные звери. Если обезьяна попытается увести отсюда всех этих зверей, то она опасалась, что не сможет найти новое место для безопасного проживания и они все обязательно умрут от нашествия темноты.

Цинь Му тоже не мог придумать чего-то дельного, поскольку деревня Цань Лао была слишком маленькой и попросту не могла вместить так много животных.

— Пойдём, кроха.

Демоническая обезьяна шла куда-то вперёд, а Цинь Му следовал за ней. В итоге она привела его к основанию утёса с отпечатком лапы на отвесной стене и посмотрела предвкушающим взглядом.

Отпечаток был оставлен демонической обезьяной. Её лапа была чрезвычайно огромной, поэтому отпечаток лапы на утёсе вышел довольно глубоким.

Он говорил о начале территории этой обезьяны. Как только другие странные звери видели его, то сразу же понимали, чья это была территория и шли в обход.

Если другие странные звери хотели захватить это место, то они входили внутрь и бросали вызов. И если бы демоническая обезьяна потерпела поражение в битве, то её отпечаток бы уничтожили, заменяя новым.

— Ты, отметь, — с ожиданием проговорила демоническая обезьяна.

Цинь Му был озадачен, не понимая смысла сказанного.

Обезьяна схватила его за руку и приложила её рядом со своим отпечатком лапы, сказав:

— Отметь.

Цинь Му наконец понял, что она от него хотела и был тронут. С тяжёлым ударом по скале рядом с отпечатком лапы обезьяны появился отпечаток его руки.

Демоническая обезьяна удовлетворённо улыбнулась и указала на долину, приглушённо сказав:

— Моя, твоя.

Тёплое чувство в сердце Цинь Му вылилось в звуки смеха, от чего обезьяна тоже расхохоталась.

В этот момент откуда-то сверху раздался голос:

— Мастер, внизу есть люди.

Цинь Му сразу же поднял голову и увидел, как по воздуху летит бумажная лодка, длинной около двадцати метров. На лодке было много свободного места, так как внутри стояло всего несколько мужчин и женщин, облачённых в зелёные одежды.

После этого он увидел ещё нечто ещё более странное: несколько бумажных журавлей хлопая крыльями кружили вокруг другой бумажной лодки. На бумажных журавлях стояло несколько странных мужчин и женщин, и у каждого из них на спине был закреплён длинный меч.

На второй лодке находился только один человек и некоторое количество товаров, которых Цинь Му не смог ясно разглядеть.

Бумажная лодка остановилась посреди воздуха, после чего сидевший там старец сказал:

— Цянь Цю, спроси дорогу.

— Понял, — уважительно ответил молодой мужчина на бумажном журавле, затем посмотрел вниз и спросил. — Юноша, знаешь ли ты дорогу к деревне Цань Лао?

Цинь Му растерялся, не задумываясь указав в сторону деревни.

Молодой мужчина вёл себя галантно и вежливо, поклонившись, чтобы выразить свою благодарность. Затем с журавля упал золотой слиток, после чего тот продолжил кружить вокруг корабля, улетая вдаль.

Цинь Му с недоумением поднял золотой слиток: «Зачем им идти к моей деревне? Может они торговцы, проходящие мимо? Однако если они торговцы, то разве они не должны направляться к Пограничному Дракону?»

Глава 30. В Поисках Мести

Цинь Му оставил золотой слиток себе, и сказал:

— Сосредоточься на совершенствовании, здоровяк, я приду к тебе завтра. И никогда не заходи в боковой зал дворца, живущий там дьявол очень хитрый!

Демоническая обезьяна кивнула.

Цинь Му тут же отправился обратно в деревню и вскоре уже был на её окраинах. Он издалека увидел две бумажные лодки, стоявшие на якоре в небе у ворот. Бумажные журавли приземлились под деревьями за деревней, но ни на них, ни в лодках, никого не было. Должно быть, все вошли внутрь.

Когда Цинь Му вошёл в деревню он увидел старца, который находясь на лодке тогда отдал распоряжение уточнить у него дорогу, сидящего лицом к лицу со старейшиной деревни, и разговаривающего с ним:

— Я слышал, что бабушка Сы из Вашей деревни выдающаяся ремесленница, поэтому мы пришли попросить её сшить нам одежду.

Старейшина деревни спросил:

— Могу ли я рискнуть спросить, какой вид и размер одежды она должна для вас изготовить?

Старец ответил:

— Мне нужно, чтобы она пошила погребальную одежду, в общей сложности девять комплектов. Что касается размеров, мы хотим, чтобы они совпадали с размерами всех жителей этой деревни. Кроме того, я слышал, что плотничные изделия старика Ма также неплохие, поэтому я хотел бы попросить его сделать девять гробов. Что касается длины, пусть она тоже соответствует росту каждого жителя этой деревни.

Внезапно старец увидел, как пришёл Цинь Му и сделал удивлённое лицо:

— Извините, я немного ошибся. Мне понадобится десять погребальных костюмов и десять гробов. Цянь Цю, вытащи оплату.

Человек по имени Цянь Цю вышел вперёд и помахал рукой. Одна из бумажных лодок приплыла из-за пределов деревни и приземлилась рядом со старейшиной деревни. Цинь Му сразу увидел, что на лодке на самом деле находилось множество не предвещающих ничего хорошего вещей, таких как бумажные грамоты, слитки, свечи, белый похоронный флаг и тому подобное.

Старец приказал остановить лодку в деревне и сказал:

— Это оплата за десять погребальных костюмов и гробов. Могу ли я спросить, смогут ли бабушка Сы и старик Ма закончить работу сегодня? Говоря откровенно, я хочу использовать их как можно скорее.

Одноногий, кузнец, целитель, до этого времени были заняты своими делами, но внезапно затихли. Бабушка Сы поклонилась и улыбнулась:

— Десять похорон сегодня? Вы действительно спешите, дорогой клиент.

Старый Ма подошёл и холодно сказал:

— Я быстро работаю, поэтому гробы будут готовы сегодня. Соизволит ли старый господин немного подождать?

Старец улыбнулся:

— Я признаю, что сильно вас подгоняю, но я уверен, что меня окружают талантливые люди, которые успеют сделать всё быстро, правда?

Бабушка Сы взглянула на слитки и свечи и холодно улыбнулась:

— Если Вы спешите одеть костюмы, я могу сделать их прямо сейчас. По стечению обстоятельств, я как раз недавно купила несколько совершенно новых рулонов ткани.

Старец приподнялся со стула:

— Спасибо за понимание, бабушка.

Бабушка Сы подошла к своему дому, чтобы достать несколько рулонов ткани. Со взмахом её руки они развернулись в воздухе, и к ним самостоятельно подлетела пара ножниц. В громком сопровождении их клацанья за короткое время одежа начала принимать соответствующую форму.

Затем серебряные иглы вылетели из корзины с привязанной к их концам ниткой. После того, как они немного полетали в небе, погребальная одежда была готова.

В то же время, старый Ма подошёл к огромным ивам и выпустил из своих пальцев зелёную Ци, которая окружила деревья, издавая звуки как от трения пилы. Вскоре после этого из огромных стволов деревьев были выпилены несколько белых гробов.

Деревянные гробы вылетели и приземлились посреди деревни.

Также сделала и одежда бабушки Сы. С мягкими взмахами её рук, погребальные костюмы один за другим приземлились на гробы.

Старый Ма сделал несколько шагов вперёд и холодно сказал:

— Вы принесли довольно много денег, поэтому я изготовил ещё два гроба в подарок, всего двенадцать гробов, по одному для каждого из вас. И все они сделаны под ваши размеры, так что не будут слишком длинными или короткими, если вы все в них ляжете! Довольны ли вы моим мастерством, старый господин?

Бабушка Сы улыбнулась:

— Я также сделала два дополнительных комплекта погребальной одежды, которые определённо подойдут!

Старец усмехнулся:

— Доволен, я определённо доволен.

Цинь Му чувствовал, что атмосфера становится всё более и более своеобразной. Он подсчитал и понял, что людей в зелёной одежде вместе со старцем было ровно двенадцать!

Целитель подошёл со зловещим выражением, и всё же его голос был очень нежным:

— Судя по акценту старого господина, Вы не местный. Кажется, что это акцент с южной границы, я прав?

Старец ответил с приятной улыбкой:

— Правильно, мы с южной границы, возле которой находится река Ли.

Одноногий подошёл, его лицо сияло от улыбки:

— Я слышал, что там, неподалёку от реки Ли, расположена большая секта, называемая сектой Реки Ли, и в её рядах есть много почётных мастеров. Я также слышал, что лидера секты Реки Ли зовут Му Бэйфэн. Его божественное искусство достигло совершенства и по слухам, он может остановить речной поток одним взмахом руки.

Старец сразу ответил:

— Я польщён, я не достоин такой похвалы. Да, я действительно Му Бэйфэн, наша секта Реки Ли — просто небольшая группа единомышленников, которая всего лишь пытается заработать на жизнь. У меня есть пять младших братьев, которых все уважают и называют Пятью Старейшинами Реки Ли.

Сердце Цинь Му пульсировало, и выражение его лица слегка изменилось. Пять Старейшин Реки Ли разве не были теми, кого убила бабушка Сы?

Может быть, Му Бэйфэн привёл сюда своих людей, чтобы отомстить за них?

Он специально заказал десять гробов и десять погребальных костюмов, которые были явно рассчитаны на всех жителей Цань Лао. Убив жителей деревни, они оденут их в костюмы и поместят в гробы, и сразу похоронят, после чего сожгут слитки и запалят свечи в качестве приношения.

Бумажные лодки и журавли также были подготовлены для трупов жителей деревни!

Му Бэйфэн покрутил нефритовое кольцо на своём большом пальце и спокойно сказал:

— Два года назад императорская семья выдала приказ, который нам лично принёс Имперский Наставник. Когда он добрался до нашей секты Реки Ли, он сел, чтобы поговорить со мной о пути боевых искусств. За считанные минуты ему удалось меня переубедить, и я добровольно принял имперский приказ, поблагодарив императора за его милость. Я обязан императору и Имперскому Наставнику за то, что они поверили в меня, даровав звание губернатора префектуры Пяти Ростков, которое соответствует чиновнику второго ранга. Затем Имперский Наставник наградил Пять Старейшин Реки Ли званиями вице-губернаторов, нижестоящими чиновниками третьего ранга. Однако мы всё-таки бродяги, хоть и имеем официальные позиции, нам всё равно нравится путешествовать.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под империю. Имея человека, первого после богов по силе, в качестве помощника императора, империя становится всё сильнее, из-за чего многие секты решают к ней присоединиться. Это позволяет ученикам из разных сект вступать в армию и завоёвывать новые территории. Брат Му когда-то имел свободу и власть, но, став чиновником, обязан соблюдать закон императорской семьи. Понятно, почем ты к этому не привык.

Му Бэйфэн ответил:

— Поэтому мои младшие братья взяли передышку и пошли в поход, взяв с собой в Великие Руины Пятерых Учеников Реки Ли. Это были ученики, которых приняли к себе мои братья. Каждый из них был талантлив по-своему, и они пошли сюда, чтобы отточить свои боевые навыки.

Слепой подошёл со своей бамбуковой тростью и сказал:

— Пять Старейшин Реки Ли пришли в Великие Руины для тренировки, и даже привели своих учеников? Великие Руины — очень опасное место, я боюсь, они могли попасть в беду.

Му Бэйфэн вздохнул:

— Верно. Великие Руины слишком опасны, и в них полно ужасных людей. От них не было ни слуху, ни духу вот уже два месяца, и после такого длительного отсутствия, я понял, что что-то пошло не так. В итоге я пошёл их искать, и, по воле случая, нашёл место где мои пять младших братьев умерли. Из ран на их костях я понял, что настолько ужасное убийство мог совершить только мастер секты Небесного Дьявола с маленьким ростом, приблизительно как у бабушки Сы.

Он покачал головой и продолжил:

— Вскоре после этого я добрался до долины, в которой нашёл место погибели их учеников. Их трупы были изуродованы дикими зверями. Какая ужасная смерть… Судя по ранам на трупах, тот, кто их убил, должен быть молодым практиком, вроде того вашего маленького брата. Я услышал, что в вашей деревни есть портной и плотник, поэтому я пришёл купить гробы и погребальные костюмы для людей, которые убили моих младших братьев и их учеников. Осталось только их одеть и положить внутрь.

Его лицо приобрело слегка заносчивый вид:

— Я, возможно, чиновник, но я привык к воле. Я не люблю закидонов имперской семьи, поэтому давайте разрешим этот вопрос в бою. Я пришёл, чтобы отомстить за своих младших братьев и их учеников. Цянь Цю.

Проговорив имя, старец внезапно перестал говорить и закрыл рот.

Позади него появился молодой практик и посмотрел на Цинь Му. Это был человек, отблагодаривший его золотым слитком за помощь.

— Мой младший брат Цюй умер от навыка ножа, который был исполнен простой палкой. Младший брат, я вижу настоящий нож у тебя за спиной. Ты не против достать его и продемонстрировать мне свой навык?

Цинь Му колебался и поглядывал на бабушку Сы, старейшину и остальных.

Бабушка Сы не смогла сдержаться и заговорила:

— Му’эр, южная граница имеет дикие обычаи. Их способы ведения дел беспощадны, и они никогда не проявляют милосердия. Если он попросил тебя достать свой нож, ты должен просто сделать…

— Заткнись! — старейшина предупредительно прокричал, прерывая речь бабушки Сы, потом спокойно продолжил. — Они пришли сюда, соблюдая правила мира боевых искусств, и не использовали силу Имперской Семьи или Наставника, чтобы забрать у нас возможность схитрить. Не нарушай правил. Никому нельзя помогать Цинь Му.

Своим внушающим страх взглядом старейшина деревни посмотрел на Цинь Му и холодно сказал:

— Цинь Му, гробы и погребальная одежда находятся прямо там, если ты мягкосердечный, один из гробов будет твоим! Умрёт либо он, либо ты! Он уже бросил тебе вызов на дуэль, так почему ты уставился и стоишь?

Глава 31. Навыки Меча Реки Ли

Сердце Цинь Му неистово застучало, когда он снимал нож для убоя свиней со своей спины. Для него подобное было впервые.

С момента возвращения в деревню, каждое совершённое действие и сказанное слово этого старца, Му Бэйфэна, оказывало на него невиданное давление.

Сражение между ним и Цюй было навязано ему… У него просто-напросто не было выбора, кроме как отбиваться. Однако возникшая ситуация была нова для него, тем самым пугая.

«Чего же я боюсь? Я ведь даже мочился на каменные статуи в деревне! И видел таких чудовищ как женщина У с острова и дьявол Дворца Подавления Рока. Если даже тогда я не струсил, то почему боюсь сейчас? Если говорить о силе этого старикана Му, то она уж точно не выше чем у богов и дьяволов!» — думая в таком ключе Цинь Му взял себя в руки, туша пламя паники в своём сердце. Он огляделся и слегка нахмурился. В деревне не было особо просторно, включая его в ней словно деревянные кучи стояло двадцать два человека. Места, в которых все стояли, были случайными, то тут, то там, заполоняя всю деревню.

Старейшина деревни откинулся на носилках, со стоящим рядом с ним целителем. Мясник расположился на деревянной куче, а старый Ма опирался на другую. Бабушка Сы стояла, держа под локтем корзину, а глухой с кисточкой в руке, с которой всё ещё капали чернила, в то время как хромой стоял на своей единственной ноге опираясь на костыль.

Люди, которых привёл Му Бэйфэн, тоже обратили особое внимание на их расположение. Места где они стояли были очень необычными, усложняя быстрое перемещение по деревне, не говоря уже бое.

Такая ситуация требовала предельной точности при использовании Ци для управления мечом!

Если же проявить небрежность меч собьётся с траектории, столкнувшись с другими людьми. Навыки ножа Цинь Му относились к фракции боевых техник и именно поэтому он, практикуя навык ножа мясника — Забой Свиней, не мог достичь такого контроля и точности.

— Прямо здесь? — спросил Цинь Му.

— Да, сразимся прямо здесь! — кивнул головой Цянь Цю.

Цинь Му сразу же вложил свой нож для убоя свиней в ножны, показывая голые кулаки.

Видя, как паренёк перед ним прячет свой нож, веки Цянь Цю дрогнули. Он никак не ожидал, что тот решит сразиться с ним голыми руками.

Прежде чем Му Бэйфэн привёл их сюда, они дотошно исследовали руины в долине. Исходя из состояния найденных останков костей Цюя, он сделал вывод, что тот умер от навыка ножа противника.

В то время, чтобы одолеть Цюя, Цинь Му орудовал деревянной палкой, используя её как замену ножу. Поэтому на его костях можно было заметить различные микротрещины от интенсивного избиения.

Полагаясь на немного информации тут, ещё чуть-чуть там, он смог понять, что навык ножа Цинь Му был крайне запутанным и непредсказуемым. Кроме того, скорость его шагов также была невероятной, потому что по-другому невозможно объяснить то, как ему удалось атаковать Цюя практически со всех сторон!

Благодаря своим экстраординарным способностям, а также являясь в мире одним из признанных экспертов, Му Бэйфэн, полагаясь на подсказки, оставленные самим Цинь Му, смог определить, что тот использовал боевые техники.

Фракция боевых техник специализировалась на ведении ближнего боя и практически не имела опыта в использовании Ци для управления мечом.

С тех пор Му Бэйфэн определил способ, полагаясь на который будет проще всего расправиться с Цинь Му. Войдя в деревню, места, которые каждый из них занял, были разными, но преследуя одну и ту же цель — сформировать боевое построение Водяного Дракона Реки Ли. Боевое построение девяти “глаз” было сформировано намеренно, с Му Бэйфэном стоящим на позиции головы дракона.

Цянь Цю и остальные были экспертами секты Реки Ли и для того, чтобы воспрепятствовать получению преимущества от их комбинированного боевого построения — Водяного Дракона Реки Ли, жителям деревни Цань Лао нужно было заблокировать эти самые “глаза”. Старейшина деревни и целитель заблокировали глаза дракона, слепой его сердце, одноногий, бабушка Сы, старый Ма и мясник стояли на суставах конечностей построения, в то время как кузнец подавлял тело дракона, а глухой хвост.

Это и привело к нынешней ситуации в деревне. Из-за того, что все стояли там, где стояли, было очень трудно быстро перемещаться и использовать Ци для управления мечом, если конечно человека не был в этом невероятно опытен.

Очевидно, Цинь Му не был таким человеком.

А его ученик, Цянь Цю, как раз именно такой человек.

Несмотря на то, что Цянь Цю всё ещё был практиком области Духовного Эмбриона, он являлся очень даже компетентным в использовании Ци для различного рода дистанционных манипуляций. Его нить жизненной Ци была сформирована просто идеально, вне всяких похвал и была способна на очень многое. Он как-то использовал её, чтобы контролировать кисть и нарисовать традиционную картину красивой женщины с расстояния ста метров. Каждая прядь волос женщины на картине была чётко прорисована, без всякой беспорядочности и неточности.

Если бы Цинь Му использовал нож, чтобы сразиться с ним, то практически наверняка бы проиграл.

Цянь Цю совершенно не ожидал такого поворота событий, когда Цинь Му вложил свой нож обратно в ножны и решил драться голыми руками. Однако, как не крути, голые руки определённо должны уступать мечу-сокровищу. Кроме того, меч, которым он сейчас владел, не был обычным… Это был духовный меч, взращённый и рождённый в Божественном Сокровище Шести Направлений практика божественных искусств.

В остроте, долговечности, силе или духовности, духовный меч намного превосходил любое нормальное оружие.

— Прошу, старший брат, — поклонился Цинь Му.

— Прошу, младший брат, — выказал своё уважение Цянь Цю в ответ, в то время как его меч-сокровище начал “напевать”.

В тот момент, когда Цинь Му поднял ногу, меч-сокровище Цянь Цю вылетел из мешка. Контролируемый меч рванул в сторону парня с угрожающе холодной аурой.

Нить жизненной Ци Цянь Цю была настолько тонкой, что её было практически невозможно разглядеть невооружённым глазом. С нежной вибрацией на Цинь Му обрушился шквал ослепительных молниеносных ударов с разных хитрых направлений!

Натренировать свою Ци для управления мечом до такого уровня было довольно ценным достижением для любого практика боевых искусств!

Шаги Цинь Му были чрезвычайно проворны и быстры, когда он словно слился с людьми, стоящими вокруг, маневрируя между ними. Однако скорость меча Цянь Цю была выше. Можно было лишь безмолвно наблюдать за его изысканным навыком меча. Меч совершенно не представлял угрозы для стоящих неподвижно людей, однако каждое его движение было смертельно опасным для Цинь Му.

Цинь Му просто не мог уклониться от меча света, даже выполни он навык ног одноногого — Небесный Расхититель. Здесь было просто-напросто слишком много препятствий. Каждый стоящий вокруг человек ограничивал его скорость, не давая показать всё, на что он способен в этом аспекте!

Вьюх!..

Цинь Му представил в своём уме огонь, и его жизненная Ци внезапно стала чрезвычайно свирепой и даже был чуть-чуть слышен рёв дракона. На его руке проявился нечёткий образ пламенного дракона, который, казалось, обвивался вокруг его рук.

Пламенный дракон выглядел размыто. Иногда его голова сливалась с кулаком парня, а уже в другой момент когти с ладонью, постоянства не было.

Когда меч света приблизился к Цинь Му, тот поприветствовал его ударом.

В тот миг, когда его кулак уже должен был столкнуться с мечом, его пять пальцев внезапно раскрылись, взорвав ладонью воздух и толкнув кончик меча, который шёл на него!

Цзынь цзынь цзынь цзынь цзынь!..

Пять пальцев Цинь Му вырвались вперёд и один за другим столкнулись с настоящим мечом. Каждый щелчок сопровождался громким взрывом и скрежетанием, словно огромный молот беспощадно колотил меч.

Когда он щёлкнул пятым пальцем, духовный меч отбросило, в то же время разрывая жизненную Ци Цянь Цю.

Цинь Му вновь ускорился, смешиваясь с толпой и очень быстро сближаясь с Цянь Цю, у которого в данный момент было ошеломлённое выражение лица, однако в тот же миг прозвучал звук звона от вибрации другого меча, вылетевшего из мешочка и тут же рванувшего вперёд.

Цинь Му был поражён и сразу же отступил. Затем вылетел третий духовой меч, а затем четвёртый, пятый, шестой, седьмой…

Более десяти духовых мечей дрейфовали вместе в линии длинной около двадцати метров, соединяемые жизненной Ци Цянь Цю от рукояти к кончику меча и от меча к мечу. Мечи были похожи на живого серебряного дракона, кувыркающегося в небе, а также вспенивающего воды реки Ли.

Навыки Меча Реки Ли!

Лучшие навыки меча в южной границе.

Первый меч Цянь Цю был чрезвычайно проворным, поворачиваясь вокруг во всех направлениях. Мечи что находились сразу за ним двигались точно также, проходя через толпу совершенно никого не задевая. Но то что видел Цинь Му, было только кончиком первого меча, он не мог видеть остальных.

В его сердце появилось непреодолимое чувство надвигающейся опасности. То, что он не мог видеть, означало неизвестность, которая в свою очередь означала, что он не сможет уклониться от этой атаки, так как не сможет даже от части спрогнозировать куда ударят остальные мечи.

Навыки Меча Реки Ли были действительно коварными!

В этот момент первый духовой меч задрожал и сорвался в сторону Цинь Му, ослепляя его.

Затем с места сорвался второй духовный меч, нацелившийся на шею Цинь Му, находясь под контролем отдельной нити жизненной Ци.

Глава 32. Встреча с Богом Копья

Волосы Цинь Му встали дыбом, и он мгновенно среагировал, чтобы остановить духовный меч, что вызвало страшную боль в схватившей его ладони.

— Му!.. — бабушка Сы не могла не выкрикнуть, однако прервалась на полуслове, когда увидела строгий взгляд старейшины деревни.

Когда Цинь Му схватил духовный меч, тот изо всех сил пытался выбраться, вызывая ещё больше повреждений, превратив ладонь в кровавое месиво. Только плотная жизненная Ци, сконцентрированная в руке, не давала мечу её отрезать.

Однако в следующее мгновение третий духовный меч вышел из формирования, а затем четвёртый и пятый!

Глаза Цянь Цю забегали. Победа была у него в руках. Поймать меч уже было огромным достижением для Цинь Му, учитывая его возраст. Однако у него всего две руки, разве он сможет поймать ими все мечи?

Внезапно зрачки Цянь Цю сузились. Цинь Му быстро похватал все духовые мечи, будто у него действительно выросли десять дополнительных рук!

Прежде чем мечи смогли порезать парня, он словил их все за ручку.

Восемь Громовых Ударов Восьмой Формы — Тысячерукий Будда!

Выражение лица Цянь Цю спонтанно изменилось. Он дёрнул за нити из жизненной Ци и мечи в руках Цинь Му начали сильно вибрировать, пытаясь выбраться. В то же время остальные мечи летели прямо в его глаза и горло!

Цинь Му немедленно схватил ручки пяти мечей. Осталось ещё семь мечей, которые мчались прямо на него. Мечи гудели, пока крутились в воздухе будто волчки, намереваясь просверлить большую дыру в его мозгу!

Бабушка Сы не могла смотреть на страдания своего внука. Внезапно Цинь Му издал громкий рёв, и толстая жизненная Ци вырвалась из его тела и сделала косой удар ножом для убоя свиней.

Бдзинь!..

Семь мечей были мгновенно разрезаны, тут же попадав на землю!

— Такая толстая нить из жизненной Ци!

Цянь Цю был поражён. Удар Цинь Му был неожиданным, поэтому от него нельзя было увернуться. Его нить была невероятно толстой, а сила удара ножом была просто за гранью понимания.

К тому же, нож для убоя свиней был чрезвычайно острым, даже более острым и цепким, чем духовное оружие.

С такой силой, как у Цинь Му, в сочетании с остротой ножа для убоя свиней, разрубить семь мечей Цянь Цю было слишком простой задачей!

Прежде чем Цянь Цю смог восстановиться от шока, вызванного увиденным, Цинь Му внезапно повернул запястьем и бросил в его сторону пять мечей, полетевших по воздуху с огромной скоростью

Цянь Цю, однако, спокойно улыбнулся и поднял руку, направляя нить жизненной Ци к духовным мечам. В то же время ещё несколько мечей вылетели у него из-за спины.

Его мешочек с мечами не выглядел большим и не мог уместить много мечей, но, на удивление Цинь Му, мечи продолжали вылетать из него один за другим.

К ужасному разочарованию Цянь Цю, как только нити Ци прикоснулись к мечам, пугающе сильная жизненная Ци Цинь Му на самом деле была спрятана внутри тех мечей, и внезапно вырвалась наружу, разрушив нити.

У Цянь Цю также была довольно быстрая реакция, и он мгновенно использовал духовые мечи, которые как раз вылетели из мешочка, чтобы защититься от приближающейся атаки.

В то же время Цинь Му бросился вперёд, и Цянь Цю сразу сделал жест рукой. Ещё один духовный меч выстрелил в сторону Цинь Му!

Из уст Цинь Му раздался странный голос. Звук был очень коротким, но содержал неописуемый характер. Странный и зловещий звук сопровождал мудру, которая ударила в Цянь Цю на расстоянии нескольких метров.

— Са Мо Е!

Цянь Цю почувствовал лёгкий ветерок от движения Цинь Му, не содержащий никакой силы. Как только он сконцентрировался на защите от летящих мечей, его душа внезапно вылетела из тела, засосанная ладонью Цинь Му, отчего он перепугался до смерти.

Пух! Пух! Пух! Пух! Пух!

Один за другим прозвучали пять хлопков, когда пять духовных мечей, предназначенных для защиты, пронзили его тело после того, как он потерял контроль над ними. Пять духовных мечей подняли его тело в небо.

Бам!..

Столб, на котором висел флаг лавки мясника, задрожал, когда на него приземлилось безжизненное тело Цянь Цю.

Ладонь Цинь Му всё ещё кровоточила, когда он со всей силы сжал её, брызгаясь кровью и сокрушая душу Цянь Цю.

Мудра Дьявольской Свободы идеально подходит для извлечения душ.

Цинь Му повернул голову, широко улыбаясь:

— Бабуль, я победил!

Бабушка Сы наконец успокоилась, но затем взорвалась:

— Маленький негодяй, зачем ты порезал руки? Я изобью тебя до смерти! Не вытирай кровь о тело! Если новая одежда запачкается и пятна не отстираются, то тебе конец!

Взгляд старейшины деревни упал на Му Бэйфэна, который сидел перед ним, и он проговорил:

— Брат Му, Ваш ученик проиграл. Вы не хотите его снять, поместить в гроб и одеть в погребальный костюм?

Му Бэйфэн поднял взгляд и посмотрел на труп Цянь Цю, висящий на столбе. Он покачал головой и ответил:

— Я верну его труп домой и похороню надлежащим образом. Хочу признать, что Ваш ученик имеет очень высокое совершенствование, но он использовал дьявольский голос, который принадлежит к дьявольским техникам. Я презираю такие гадкие методы.

Он имел в виду технику, убившую Цянь Цю — Мудра Дьявольской Свободы. Несмотря на то, что он никогда раньше не встречал такой мудры, голос, который вырвался из уст Цинь Му, был явно голосом дьявола, поэтому его приём был безусловно дьявольской техникой.

Он видел, что совершенствование Цинь Му было намного плотнее, чем у Цянь Цю. Однако Цинь Му, похоже, не успел обрести достаточно жизненного и боевого опыта, чтобы полностью освободить свои сильные стороны.

Использование техники дьявола для победы было для него лишь дешёвым трюком, поэтому он презирал парня.

Взгляд старейшины деревни бегал. Он также понятия не имел, откуда Цинь Му знает технику дьявола, которой сумел вытащить душу из своего противника, чтобы убить его.

Единственным человеком, который шёл по настоящему пути дьявола, была бабушка Сы. Возможно это она передала такое умение Цинь Му?

Старейшина тихо сказал:

— Му’эр, вытаскивать чью-то душу — табу. Постарайся не использовать таких приёмов в будущем.

Цинь Му энергично закивал головой.

Старейшина деревни посмотрел на Му Бэйфэна и сказал:

— Осталось ещё одиннадцать гробов.

Брови Му Бэйфэна опустились, и он ответил:

— Поскольку гробы и погребальная одежда уже готовы, мы, естественно, должны их использовать.

Старейшина деревни пригласил:

— С вашего позволения.

Му Бэйфэн поднялся:

— Пожалуйста.

Боевое построение Водяного Дракона Реки Ли активировалось с громким взрывом, и десять мастеров позади Му Бэйфэна бросились вперёд, окутываясь властной аурой и связывая её в одной линии с ним.

Вьюх!..

Речная вода вздымалась, рассеивая пар в воздухе. В крошечной деревне Цань Лао из ниоткуда появилась длинная река, волны которой закрывали небо!

Этот поток воды был точной копией реки Ли на южной границе!

Му Бэйфэн и десять мастеров секты Реки Ли стояли на самом верху реки. Бесчисленные мечи можно было увидеть в воде, плавающих как крошечные серебряные рыбы.

Секта Реки Ли была известна своим мастерством меча, которое можно было по праву считать лучшим на южной границе. Когда десять мастеров секты Реки Ли вместе со своим лидером Му Бэйфэном формируют Водяного Дракона Секты Реки Ли, количество летающих мечей, которых они используют, просто невообразимо!

Когда бабушка Сы билась с “Пятью Старейшинами Реки Ли”, главный из них, Ци Яньбин, спрятал в своей серебряной пилюле меча шесть тысяч восемьсот сорок два меча, что было ужасающей цифрой.

Теперь количество мечей в боевом построении Водяного Дракона Секты Реки Ли было в десять раз больше, чем количество мечей, которых Ци Яньбин держал в своей пилюле меча!

Десятки тысяч летающих мечей образовали в воде тело серебряного дракона. Многочисленные мечи сверкали вокруг дракона, собираясь опустошить всё вокруг!

Это был первый раз, когда Цинь Му видел такое страшное формирование из мечей. Он даже не смог бы представить подобного раньше!

Если мечи пойдут в действие, то, вероятно, уничтожат всю деревню!

Старейшина деревни оставался на своих носилках. Его лицо не показывало ни малейшего удивления, когда он тихо произносил:

— Слепой.

Слепой поднял голову, как будто он смотрел внутрь Водяного Дракона Секты Реки Ли. Однако, с пустыми глазницами, как он мог что-нибудь видеть?

Бесчисленные мечи раздавали резкий визг, будто свирепствующий дракон. Они прорывались сквозь воздух, и давили на деревню будто землетрясение!

Слепой поднял свою бамбуковую трость одной рукой, указывая на бесчисленные блики мечей, и медленно пропел:

— Своим умением убийства драконов, я уничтожу сегодня Р…

Бдзинь.

Чёткий звенящий звук заглушил визг мечей. Серебряный дракон в воздухе, который, казалось, мог уничтожить всё, внезапно застыл. Часть мечей резко полетела вниз, застревая в земле.

Слепой осторожно приподнял свою бамбуковую трость, и река Ли, созданная противником, подлетела в воздух, после чего развалилась. Река Ли не смогла сохранить свою форму, и превратилась в огромные капли воды, падающие вниз.

Слепой продолжал монотонно петь, идя по воде. Его ботинки не касались поверхности воды, а бамбуковая трость в руке указывала в разных направлениях. После простого тыка, между бровями одного из мастеров секты Реки Ли произошёл взрыв, и трость проколола его голову.

Другой противник поднял руку, чтобы заблокировать трость, но она пробила ладонь и вошла глубоко в грудь.

Слепой шёл от начала до конца реки. Позади него один за другим с неба падали трупы, когда он, наконец, не встретился лицом к лицу с Му Бэйфэном. Пока их силуэты переплетались, Цинь Му не смог посчитать, сколько атак они предприняли, и сколько божественных искусств они использовали.

Му Бэйфэн приземлился на землю и сделал два шага вперёд.

Между тем, слепой как раз договаривал слова “Реку Ли” из своей песни.

— Я знаю, кто ты, слепой. Я бы никогда не догадался, что ты спрячешься здесь и никогда бы не ожидал, что у тебя будет такая сила после того, как ты потерял глаза.

Договорив, Му Бэйфэн внезапно побледнел лицом, и сел перед старейшиной, мягким голосом умоляя:

— Мы, Река Ли, используем реку, чтобы заработать на жизнь. У нас принято отдавать мёртвых воде, а не хоронить в земле. Я могу получить Ваше обещание?

Старейшина деревни кивнул головой:

— Не волнуйся, река прямо за деревней.

— Я могу умереть спокойно, после того, как встретил Бога Копья!

Старик скончался, улыбнувшись на последнем вздохе.

Подойдя к нему сзади, Цинь Му вскочил в шоке, когда увидел огромную дыру в затылке Му Бэйфэна.

П.П.: Ох, ребятки, плиз, не ставьте плохих оценок бусинке за Пастуха, теперь я виноват оказывается, а если хотите влепить за перевод оценку, то хотя бы прочитайте, и не только первую главу, там не много. И да, если интересно моё мнение, перевод ухудшился в последних главах, мягко говоря))

Глава 33. Пилюля Меча

По деревне было довольно сложно передвигаться из-за небольшого потопа, валяющихся повсюду мечей и разбросанных вокруг трупов, которые пробуждали чуждые жуткие чувства.

Старейшина деревни огляделся и нахмурился:

— Одноногий, приведи в порядок их тела и положи в гробы. Негоже дать им сгнить в лесу, нужно сплавить вниз по течению реки. Кроме того, сожги для них бумажные лодки, журавли и прочие подношения.

Одноногий ковыляя пошёл вперёд и невинно посмеиваясь зыркнул на слепого:

— Шебутной старикашка, всё также читаешь свои стишки? Правда они, как и прежде, дерьмовые.

Слепой освирепел, от чего его усы взмыли вверх под напором дыхания:

— Да что ты вообще понимаешь!? Ты даже читать не умеешь!

Бабушка Сы, словно не замечая перебранки, вклинилась с советом:

— Одноногий, не забудь отложить ценные вещички при упаковке тел и даже не думай затолкать их в гробы вместе с трупами. Если у нас не будет ничего ценного на продажу, то не видать нам в ближайшее время приправ и прочих вкусностей!

— Хорошо!

В Великих Руинах наиболее ценными вещами считались не драгоценности, а приправы и ткани для пошива, ведь тут их было просто невозможно найти. Единственное место где всем этим можно закупиться это город Пограничный Дракон. Местные продавали там разного рода сокровища или добытые шкуры зверей, чтобы закупиться вещами первой необходимости или сразу обменивали на то, что нужно.

“Соль ценнее даже золота” — негласный девиз всех жителей Великих Руин.

Каждый раз, когда бабушка Сы отправлялась в Пограничный Дракон, то брала с собой телегу с сокровищами и немного домашнего скота, чтобы затем обменять их на несколько приправ.

Целитель вышел вперёд и прежде чем перевязать, намазал руки Цинь Му какими-то мазями, в процессе покачав головой, говоря:

— Твоя жизненная Ци пока ещё недостаточно сильна, чтобы ловить подобные мечи голыми руками. В следующий раз не действуй так опрометчиво.

Цинь Му почувствовал, как ладони утонули в приятной прохладе, полностью снимая боль и сказал:

— У меня слишком мало опыта в контроле меча Ци и я всё ещё не могу быть столь же проворным, как тот парень из секты Реки Ли. Я чувствую, что в моём теле есть сила, но при этом не могу её проявить.

— И не удивительно. Техника управления мечом мясника слишком плоха, поэтому он не походит для роли учителя в этом аспекте.

— Хотя есть один человек, который настоящий эксперт в техниках управления мечом, но как жаль, что он не хочет учить тебя, — усмехнулся целитель.

Выражение лица старейшины помрачнело, и он злобно гаркнул:

— Целитель, здесь слишком много воды. Занеси меня домой!

Целитель улыбнулся:

— В таком случае Вам придётся подождать, старейшина. Я освобожусь только когда закончу перевязку рук Цинь Му.

После того, как дедушка целитель закончил с перевязкой ран, Цинь Му увидел немого дедушку кузнеца, который поднял меч с земли и мягко взмахнул им. В тот же миг тысячи мечей взмыли, сталкиваясь с мечом в его руке и тут же исчезая, сливаясь.

Цинь Му не смог сдержать вздох удивления и сразу же решил тоже попробовать. Он поднял меч и слегка взмахнул им, но ничего не произошло.

Немой широко улыбнулся и что-то промычал. Затем начал тереть меч, что держал в руке, от чего тот начал быстро уменьшаться. Чем больше он тёр его, тем меньше тот становился. Через несколько мгновений меч стал выглядеть как маленькая серебряная продолговатая пилюля размером с большой палец.

Цинь Му перевёл взгляд на меч в своей руке и немного подумав, тоже стал тереть его, чтобы проверить станет ли он маленькой серебряной пилюлькой. Целитель, видя, чем они занимаются, тут же закричал:

— Не три его! Я ведь только что перевязал твои раны! Немой, перестань дразнить парня, иначе я отравлю тебя!

Немой не мог сдержать смех, но всё же выхватил меч из рук Цинь Му, взамен всучив ему в них серебряную пилюлю.

Щёлк.

Цинь Му услышал щелчок от плеч, после чего тут же свалился на землю от веса серебряной пилюли. Немой вздрогнул, ударив себя по лбу, ведь он забыл, что внутри неё находились тысячи мечей. Насколько тяжёлой должна быть пилюля, имея вес тысяч мечей?

Из-за того, что Цинь Му не был готов, естественно, что такой вес вывихнул его плечи и повалил на землю.

Как только немой собирался уже всё исправить и вправить плечи Цинь Му, внезапно появилась бабушка Сы и прогнала его из деревни бог знает куда. С неба доносились крики, удаляясь всё дальше и дальше от деревни.

Немного погодя бабушка Сы вернулась и вправив плечи, с мрачным выражением лица гневно проворчала:

— Те, кто не могут говорить, всегда самые озорные. В их арсенале столько пакостных трюков! Му’эр, эти мечи являются мечами матери и детей. Среди тысяч мечей есть один меч-мать, в то время как все остальные мечи-дети. Тем не менее эта пилюля меча секты Реки Ли чрезвычайно тяжёлая, ты пока не можешь поднять её.

Она подняла меч и слегка взмахнула им, точно так же как немой. В тот же миг тысячи мечей взлетели и слились с мечом-матерью.

Бабушка Сы улыбнулась и продолжила:

— Чтобы уменьшить меч до размера пилюли, не обязательно его тереть. Немой просто дразнил тебя. Тебе нужно только сделать свою жизненную Ци совместимой с мечом-матерью, и он уменьшится. Используя этот способ, ты можешь точно также выпустить из меча-матери мечи-дети.

Цинь Му смерил взглядом пилюлю меча и в замешательстве невинно моргнул:

— Бабуль, в твоей комнате довольно много таких серебряных пилюлек!

— У меня? — бабушка смущённо моргнула.

— У тебя!

Цинь Му вспомнил, что видел подобные серебряные пилюли в комнате бабушки Сы, и не мало. Некоторые валялись под кроватью, некоторые в новой непоношенной обуви, даже были разбросаны по углам комнаты.

Когда он был ещё совсем ребёнком, то игрался ими в марблс, слегка ударяя о пол.

П.П.: Есть такая игра, Марбл — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%B1%D0%BB_(%D0%B8%D0%B3%D1%80%D1%83%D1%88%D0%BA%D0%B0)

Он даже видел, как бабушка Сы использовала эти серебряные пилюли подкармливая кур, чтобы те хорошо росли. По крайней мере на тот момент он думал именно так!

Теперь он ощутил страх, вспоминая об этом. Ведь если бы серебряные пилюли разразились тысячами мечей внутри старой курицы, это было бы неприглядное зрелище.

К счастью, такого не произошло.

Взгляд бабушки Сы мерцал:

— Если ты смог их поднять, когда был ещё ребёнком, тогда они, само собой разумеется, обычные серебряные пилюли, а не пилюли мечей.

Цинь Му не до конца поверил ей и продолжил:

— Я также видел огромный сундук в мастерской немого дедушки, который был доверху забит такими серебряными пилюлями.

Бабушка Сы ещё более невинно моргнула, чем Цинь Му и ухмыльнулась:

— Неужели ты думаешь, что немой настолько богат?

Цинь Му потерял дар речи, услышав её слова. Немой действительно не выглядел особо богатым человеком, мягко говоря. Он явно был тем, кто кое-как выживал, занимаясь кузнечным делом.

Бабушка улыбнулась:

— Не забивай себе голову подобными вещами. Мы совершенно обычные деревенские старики, к тому же инвалиды. Мы так бедны, что прикладываем все силы, чтобы кое-как сводить концы с концами. Если ты подозреваешь, что сундук немного доверху забит драгоценными пилюлями мечей, то с таким же успехом можно подозревать, что котёл с водой в том углу тоже сокровище!

Цинь Му посмотрел на котёл, о котором она говорила. Котёл был поставлен под крышу мастерской, чтобы собирать дождевую воду, однако, была одна странность — он никогда не видел, чтобы тот был заполнен до краёв. Независимо от силы дождя, котёл всегда был полон только наполовину!

Кроме того, вода в котле точно также и никогда не заканчивалась, и тем более не случалось такого, чтобы он был полностью пуст. Немой во время своих работ зачерпывал одно ведро за другим, но вода в котле оставалась на прежнем уровне!

Бабушка Сы увидел сомнение в глазах внука и почувствовала, что её пример и правда был не совсем удачным и тут же поправила себя:

— Или что те побитые горшки за дверью дома целителя тоже сокровища?

Цинь Му перевёл взгляд на побитые горшки. В них росли неизвестные травы, а также находились некоторые маленькие насекомые, такие как пауки, шелкопряды и сороконожки.

Когда деревню затопило в них тоже попала вода, из-за чего наружу выползло несколько жуков, начав сражаться прямо на горшке. Внезапно рассвирепел чёрный паук и его тело воспламенилось. Затем паук увеличился до размера стола и начал плеваться огнём на других маленьких жучков. Среди пламени у нескольких шелкопрядов выросли тридцатисантиметровые крылья. Они вылетели из зоны поражения и впились зубами в тело паука.

Целитель высунул голову и холодно фыркнул, застав насекомых уменьшиться к своим обычным маленьким размерам и спокойно вернуться в горшки.

Сомнения Цинь Му всё нарастали, когда бабушка Сы через силу улыбнулась и пробубнила:

— Всё это совершенно нормальные явления… в этом нет ничего необычного…

Цинь Му продолжил давить:

— Бабуль, могут ли люди снаружи летать, как слепой дедушка?

Бабушка Сы уверенно кивнула головой:

— Все люди снаружи могут летать.

Цинь Му продолжил:

— Снаружи у всех людей тоже Духовные Тела, как у дедушек нашей деревни?

— Да! У всех Духовные Тела!

— А сила? Они тоже такие же сильные как мои дедушки?

— Очень сильные! В противном случае бабушке и остальным не нужно было бы скрываться здесь! Не забивай себе голову мыслями о мире за пределами Великих Руин, лучше думай, как не потерять свою жизнь! Люди снаружи гораздо безжалостней, чем слепой!

****

Цинь Му скептически отнёсся к словам бабушки. Если люди за пределами Великих Руин были такими же невероятными, как она сказала, то разве они не всемогущи?

Рядом с рекой одноногий привёл тела в порядок и положил в гробы. Забив деревянные клинья, чтобы закрепить крышки, он столкнул гробы в реку, позволив той унести их вниз по течению.

Из-за быстрого течения и скалистых рифов, у гробов возникнут трудные времена при спуске по течению. Где-нибудь посреди реки они скорее всего разобьются и трупы пойдут на корм рыбам.

— Секту Реки Ли можно стирать с карты южной границы, — одноногий смотрел на гробы, уплывающие всё дальше и бормотал. — Лидер секты мёртв, мастера секты мертвы. Такой секте будет трудно выжить…

— Сейчас меня не это беспокоит, — старый Ма покачал головой, вглядываясь вдаль. — Меня беспокоит человек номер один под богами. Му Бэйфэн был губернатором префектуры Пяти Ростков, завербованный лично Имперским Наставником Империи Вечного Мира… Не встревожит ли его смерть пяти старейшин и главы секты?..

Одноногий беспомощно покачал головой, подтверждая его догадку:

— Он определённо будет встревожен! Но он не посмеет ступить в Великие Руины!

Старый Ма посмотрел ему в глаза:

— Не забывай, что, хотя Имперский Наставник Вечного Мира не может ничего делать в Великих Руинах собственноручно, но за его спиной стоит вся Империя Вечного Мира! Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под Империю! Мог ли такой колосс не посматривать в сторону Великих Руин? На место, где нашли свой покой бесчисленные сокровища!

Глава 34. Храм Бабушки

Сердце одноногого слегка вздрогнуло.

Могут ли Имперский Наставник и Империя Вечного Мира осмелиться войти в такое странное и страшное место, как Великие Руины?

Однако, в словах старого Ма была доля правды, Империя Вечного Мира действительно была сектой, замаскированной под империю!

Империя Вечного Мира была построена на боевых искусствах, и власть осуществлялась с их помощью. У чиновников было девять рангов и восемнадцать классов. От высшего первого ранга Имперского Наставника к нижнему девятому рангу дворянина, все ранги базировались по уровню боевых искусств. В стороне были только мастера сект, лидеры кланов и культов.

Что касается солдат империи, все они были практиками боевых искусств, и были хороши в бою. Они могли как атаковать города и завоёвывать внешние территории, так и подавлять восстания внутри страны. Они определённо были силой, с которой нужно считаться.

Когда секта маскирует себя под империю и использует империалистические методы для управления своими территориями, все ресурсы будут скапливаться в одних руках, а все секты, мастера боевых искусств и мастера божественных искусств, которые сдались империи, будут действовать под её управлением. Таким образом, насколько сильной и ужасающей может стать империя?

В последние годы Империя Вечного Мира продолжала всё больше и больше расширять свои территории. Они аннексировали секты, подобные секте Реки Ли и небольшие соседние страны.

На сегодняшний день, территория Империи Вечного Мира достигла границ Великих Руин, где её расширение остановилось на неопределённое время.

Тем, что остановило империю, была странная тьма, покрывающая Великие Руины. Каждый раз, когда наступала ночь, странная тьма вторгалась, и тот, кто находился в темноте, умирал. Из-за такой опасности, империя не осмеливалась продвигаться внутрь местности.

Кроме того, тьма не была единственной опасностью Великих Руин. Здесь также водилось огромное количество опасных зверей и происходили странные явления, из-за которых даже ясный день казался зловещим. Если Имперский Наставник и Империя Вечного Мира захотят переместить свои войска в Великие Руины, это будет стоить им огромных усилий.

Однако опасность Великих Руин была недостаточной, чтобы полностью отпугнуть Имперского Наставника. Одноногий хорошо знал этого человека и его характер, ведь это он отрубил ему ногу.

Не было ничего достаточно ужасающего, что могло бы отпугнуть его и не было опасности, которая могла бы остановить его на пути!

Он обязательно войдёт в Великие Руины!

Возможно, его взгляд уже лежит на их пустынных, коварных и загадочных землях!

****

Деревня вскоре возобновила своё спокойствие. Земля быстро всосала воду, оставшуюся от реки Ли. На следующий день яркое солнце полностью высушило почву, отчего она стала очень твёрдой.

На этот раз, Цинь Му получил мешочек с мечами, принадлежавший ученику секты Реки Ли Цянь Цю. Он был около ста восьмидесяти сантиметров длиной и не был слишком большим. Мешочек был сделан из кожи небольшого крокодила и имел пояс, чтобы закрепить его вокруг талии. В нём также были два ремня, чтобы можно было носить на спине.

Направляя жизненную Ци в мешочек, рот крокодила открывался и выплёвывал ножны с торчащей из них рукоятью меча.

Когда мастеру боевых искусств удавалось создать нить из Ци и обмотать её вокруг рукояти, меч можно было вытащить и управлять им с помощью неё.

После того, как первый меч был обнажён, в ножнах появлялась вторая рукоять меча. Если мастер доставал и его, появлялась третья. Отсюда и название — “мешочек с мечами”.

Секта Реки Ли была сектой меча южной границы. Они использовали уникальный способ ковки мечей. Меч-мать был внутри мешочка, и он не мог использоваться, поскольку был слит с кожей крокодила.

Все мечи, вытащенные из мешочка с мечами, были мечами-детьми. Цинь Му попробовал, и смог вытащить двадцать восемь мечей-детей. Всего было тридцать пять мечей, если считать те семь, которые он разрезал.

На счёт того, как секта Реки Ли сумела скрыть тридцать пять мечей в мешочке, у него не было никаких догадок.

Двадцать восемь мечей были не слишком большим грузом для Цинь Му. К его телу крепились огромные железные веса, которые были обвязаны даже вокруг груди и талии. В сочетании с железными сапогами на ногах они весили более пятидесяти килограммов, что было приблизительно равно весу мешочка.

Цинь Му рассматривал ношение мешочка как вид тренировки, избавляющей его от железных весов и облегчая его движение. Однако он не мог использовать Ци для манипуляции мечом. Поскольку искусство владения мечом Реки Ли было чрезвычайно сложным. Его техники контроля над мечом ещё не достигли нужного уровня.

«Если бы я только смог изучить искусство владения мечом реки Ли», —беззвучно вздохнул Цинь Му. Техники меча реки Ли были очень запутанными, особенно техника создания цепи из мечей, которая была великолепна вне сравнения. Старый Ма, мясник, одноногий, целитель и слепой не знали ничего о навыках управления мечом. У немого был сундук серебряных пилюль, и у бабушки Сы тоже было что-то подобное. Если эти пилюли были мечами, то эти старики должны были обладать навыками меча.

Однако, когда Цинь Му просил бабушку Сы обучить его, она отказалась. Немой тоже махнул рукой, будто чего-то боялся, но всё же потом тайно сказал ему с помощью знаков: “не проси никого учить тебя навыкам меча сейчас, так как кое-кто намного лучше будет учить тебя в будущем. Если ты научишься сейчас, этот человек откажется тебя учить”.

Цинь Му понятия не имел, кто этот человек, поэтому он мог только запастись терпением.

Он всё ещё не полностью научился циркулировать жизненную Ци, к примеру, он не мог правильно исполнить кулачную технику старого Ма, так как при ударе не был способен полностью распространить её по телу.

Циркуляция жизненной Ци по всему телу может поднять возможности тела до его максимального потенциала, и значительно увеличить силу, ловкость и реакцию!

После того, как Восемь Громовых Ударов совершенствовались до “правильного” уровня, каждый удар ладони или кулака выдавал звук и силу грома. Пока Цинь Му мог полагаться только на Мудру Силы Бога-Дьявола, чтобы сделать удар, сопровождающийся громом, но не на технику Восьми Громовых Ударов.

Если ему удастся достичь нужного уровня, то в будущем он сможет ловить мечи таких противников, как Цянь Цю, без риска получить травмы ладони.

— Тебе не хватает настоящего боевого опыта, — старый Ма подошёл к Цинь Му и тихо заговорил. — Твоё совершенствование намного выше, чем у того ученика секты Реки Ли. Твои навыки кулака, ножа, посоха, сильнее его навыка меча. Однако, ты был скован в движениях, поэтому и не смог использовать эти навыки правильно.

Цинь Му несколько раз кивнул. Он тоже заметил, что навыки меча Цянь Цю были слишком замысловатыми, а техники непредсказуемыми… Ему едва хватило реакции, чтобы словить меч рукой.

Сейчас Цянь Цю казался не таким сильным, каким выглядел изначально. Разрубив семь его мечей одним ударом, и вытащив из него душу Мудрой Дьявольской Свободы, Цинь Му доказал, что совершенствование его жизненной Ци было намного сильнее, чем у противника.

Старый Ма продолжил:

— Без опыта в настоящем бою тебе будет трудно показать всю свою силу. Именно поэтому Пять Старейшин Реки Ли привели своих учеников тренироваться в Великих Руинах. Нельзя стать настоящим мастером, если неторопливо совершенствоваться в уединении, поэтому…

Лицо Цинь Му приобрело заинтригованный вид. Он уже давно ждал, когда старый Ма и бабушка Сы разрешат ему пойти охотиться в одиночку, и вот, наконец-то показалась возможность!

— Поэтому я, твоя бабуля Сы, слепой и остальные, после долгих обсуждений, приняли решение, — торжественно продолжал Ма, — разрешить тебе пойти с нами на храмовую ярмарку!

— Пойти на храмовую ярмарку? — выпалил Цинь Му не скрывая разочарования и затем пробормотал. — Мне всё ещё нельзя пойти на охоту?

Старый Ма улыбнулся и погладил по его маленькому плечу:

— Сходить на ярмарку — тоже испытание. Если ты его пройдёшь, то сможешь отправиться на охоту в одиночку, так что сделай всё, что в твоих силах!

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Храмовая ярмарка была огромным сборищем в соседней деревне. Когда-то он слышал, как бабушка Сы говорила, что храмовая ярмарка проводилась в первый и пятнадцатый день лунного месяца. Туда съедутся люди со всех соседних деревень в радиусе ста пятидесяти километров, привозя с собой различные товары для торговли.

Всякий раз, когда день проведения ярмарки наступал, старый Ма, мясник, слепой, немой, бабушка Сы и целитель отправлялись в “Храм Бабушки”, который находился в десяти километрах отсюда. Тем не менее, они никогда не позволяли Цинь Му присутствовать на ярмарке в Храме Бабушки и заставляли его оставаться дома, чтобы присматривать за старейшиной деревни и одноногим.

Ситуация одноногого была даже хуже, чем у Цинь Му. Бабуля Сы говорила, что у него воровская рука и запрещала посещать храмовую ярмарку, поскольку боялась, что он обчистит весь храм.

Говоря откровенно, Цинь Му с намного большим энтузиазмом пошёл бы охотиться, нежели на храмовую ярмарку.

До ярмарки оставалось ещё два дня, поэтому Цинь Му продолжал тренироваться и иногда заходил во Дворец Подавления Рока, чтобы сразиться с демонической обезьяной. Когда у него было свободное время, он помогал в лаборатории целителя и учился создавать пилюли Усиления Живучести. Целитель даже призвал несколько огненных птиц, которые прилетали через окно, чтобы помочь варить лекарства.

Однажды, когда Цинь Му испортил более десятка духовных лекарств, лицо целителя начало зеленеть от злости. К счастью, он всё-таки смог создать целый котёл пилюль, что немного улучшило моральное состояние старика.

Цинь Му немедленно взял свои пилюли, которые, теоретически, могли усилить жизненную Ци Зелёного Дракона, и побежал во Дворец Подавления Рока. Целитель хотел напомнить ему, что нужно проверить, безопасно ли использовать такие пилюли Усиления Живучести, но, немного подумав, он решил промолчать.

«В прошлый раз я тоже забыл проверить, безопасны ли пилюли Усиления Живучести…, — целитель подумал про себя. — Та демоническая обезьяна — настоящая громадина, она не умрёт, если съест их… Всё должно быть хорошо… Пусть ест. Однако пилюли, которые сделал Му’эр, размером почти с кулак, демоническая обезьяна действительно не помрёт от них?

Глава 35. Храмовая ярмарка

— Еда, сила!

В долине, во Дворце Подавления Рока Цинь Му вытащил духовную пилюлю Усиления Живучести, которую он состряпал. Тряся пилюлей размером с кулак перед обезьяной, он сказал:

— Сила, усилить!

Демоническая обезьяна почесала голову и взяла пилюлю. После поедания лекарства никакой реакции не последовало, что повергло обезьяну в недоумение.

— Сила?..

Как вдруг, демоническая обезьяна внезапно обезумела, её волосы по всему телу начали неконтролируемо расти. Семя дерева, упавшее в волосы головы демонической обезьяны, начало вырастать, под стимуляцией от пилюли Усиления Живучести, и быстро превратилось в древо с двумя стволами.

Тело обезьяны также дико развивалось: мышцы распухали, кости становились шире, все эти изменения заставляли её выть от боли. Мигом позже обезьяна начала крушить всё вокруг себя. Цинь Му хотел остановить её, но тут же был вбит в землю, следующий удар по земле подбросил его в воздух, где он словил ещё один удар.

После потребления пилюли Усиления Живучести, которую сделал Цинь Му, тело обезьяны увеличилось, и она стала гораздо сильнее. Сила, полученная от огромной пилюли, ошеломляла парня своей эффективностью, которая не имела себе равных.

Цинь Му был вынужден придать своей жизненной Ци атрибут огня. После распространения кипящей жизненной Ци по всему телу, на его спине проявился образ огромного дракона. Четыре конечности дракона полностью совпадали с его руками и ногами, даже когти дракона совпадали с его пальцами.

Пятикогтевый огненного дракона!

Огненный атрибут жизненной Ци классифицировался, как Ци Красной Птицы, однако у Цинь Му не было Духовного Эмбриона Красной Птицы, а был человекообразный эмбрион. Образ дракона проявился не из-за его жизненной Ци, а из-за техники Восьми Громовых Ударов, которую передал ему старый Ма.

Циркуляция жизненной Ци описанная в технике старого Ма была чрезвычайно таинственной, её путь циркуляции формировал образ дракона, который распространялся по всему телу. Если бы Восемь Громовых Ударов были выполнены Ма, имевшим Духовное Тело Зелёного Дракона, его жизненная Ци с атрибутами дерева и молнии превратила бы образ дракона в зелёный цвет с переплетающимися молниями.

Однако, поскольку Цинь Му ещё не научился использовать Ци Зелёного Дракона, а мог использовать только Ци Красной Птицы, вокруг его дракона клубились огненные облака.

Только из-за выполнения Восьми Громовых Ударов, на его теле появились облака огня. Как только он прекратит выполнение техники, своеобразный образ обесцветится и исчезнет.

Такая циркуляция жизненной Ци увеличила силы Цинь Му на целый порядок, и он, наконец-то, смог противостоять демонической обезьяне. Однако, поскольку обезьяна помутилась рассудком, все её атаки стали нелогичными и порой совершенно непредсказуемыми, и даже если возникала угроза получения серьёзной травмы, она всё равно продолжала одичало кидаться на Цинь Му. Когда боевые действия прекратились, они оба, покрытые синяками, неподвижно лежали на земле и тяжело дышали.

Двойной ствол дерева на голове обезьяны уже давно стал таким же толстым как бочонок с водой, на дереве также росли большие красные плоды. Дерево перестало расти, сразу же, как только лекарственная сила пилюли Усиления Живучести истощилась.

Как оказалось, у пилюли Усиления Живучести была одна проблема. Лекарственная сила была слишком мощной и суровой, а не мягкой и нежной, какой должна быть. Демоническая обезьяна пережила воздействие этого лекарства только благодаря свой врождённой прочности тела. Любой другой практик Духовного Эмбриона, вероятно, умер бы от взрыва тела.

Теперь, когда лекарственная сила истощилась, тело обезьяны уменьшалось, но она всё равно стала выше и сильней, чем прежде. Из-за чего Цинь Му почувствовал, что у его пилюли Усиления Живучести были некоторые проблемы.

Однако, если учесть то, в каком физическом состоянии сейчас пребывает обезьяна, проблема не должна быть слишком большой. Если это вообще можно назвать проблемой, а не преимуществом.

Цинь Му сорвал плод с фруктового дерева на голове обезьяны, очистил его и съел. Плод был сладким и освежающим, с намёком на лечебный аромат.

Демоническая обезьяна села и сорвала дерево со своей головы, корни которого сползали по её морде. Вырвав дерево, обезьяна схватила горсть листьев и фруктов, чтобы не спеша съест их.

Цинь Му передал оставшиеся пилюли Усиления Живучести и предупредил обезьяну:

— Ты можешь съедать только одну пилюли за раз, никогда не ешь больше. Кроме того, если хочешь сражений, иди на территории других странных зверей, чтобы не опасаться, что в бою ненароком уничтожишь Дворец Подавления Рока.

Глаза обезьяны заискрились от предвкушения, она кивала головой, одновременно держа оставшиеся пилюли Усиления Живучести.

Пилюли Усиления Живучести, которые сделал Цинь Му, были слишком большими. Например, пилюли, сделанные целителем, были размером с большой палец, в то время как его пилюли вышли размером с кулак из-за его неопытности. Следовательно, в принесённой им партии, было всего 20 пилюль.

Цинь Му ушёл, чувствуя облегчение. Демоническая обезьяна выждала, пока Цинь Му не скрылся из поля видимости, а затем сразу же взяла необычайно большую пилюлю Усиления Живучести и быстро бросилась на ближайшую территорию странного зверя в поисках мести.

Странный зверь по соседству был её заклятым врагом. Раньше он часто вторгался на территорию демонической обезьяны, чтобы набить желудок местными дикими зверями. Однако в последнее время зверь перестал вторгаться на её территорию, потому что несколько раз был избит ею, а также увидел второй отпечаток руки Цинь Му, что говорило о том, что на этой земле появился второй хозяин.

Ворвавшись на вражескую территорию, обезьяна съела пилюлю и бросилась на своего противника, пока тот ревел на неё.

****

Через два дня наконец-то настал день храмовой ярмарки. Бабушка Сы принесла несколько рулонов ткани, старый Ма притащил новые предметы мебели, которые он изготовил, целитель нёс свою корзину с лекарствами, а мясник загрузил странного зверя на телегу, которого вчера поймал одноногий. Мясник займётся разделкой мяса, в то время как одноногий будет вести дела за кассой, чётко разделяя их рабочие обязанности.

Немой принёс инструменты для печи и кузнечного дела, а глухой свою кисть, чернила и бумагу. Позвав Цинь Му все забрались на телегу, с запряжённой в неё коровой и поехали в “Храм Бабушки”.

Коровья телега была набита предметами, поэтому постоянно шаталась на пути к храму. У Цинь Му было плохое настроение, пока он вёл телегу. Раньше, когда он был младше, поездка в Храм Бабушки была бы увлекательна для него, но теперь, когда у него появилось больше знаний и опыта, храмовая ярмарка перестала казаться такой интересной, какой казалась раньше.

Шло время, и они достигли Храма Бабушки. Цинь Му был потрясён… Храмовая ярмарка оказалась куда более шумной, чем он представлял. В руинах вокруг храма на четыре километра в длину растянулся базар, с повсюду разбросанными торговыми прилавками и кабинками. То там, то тут сновали люди, формируя шумную базарную атмосферу.

Эти люди съехались сюда не только из деревень в радиусе пяти километров, а и из всех деревень в радиусе ста пятидесяти километров. Здесь собралось больше половины всех жителей!

«На карте во Дворце Подавления Рока это место называлось Дворцом Сириуса, а не Храмом Бабушки», — Цинь Му шокировало то, что это место переименовали в Храм Бабушки.

П.П.: Сириус — ярчайшая звезда ночного неба, https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%B8%D1%80%D0%B8%D1%83%D1%81

Когда коровья повозка въехала на базар, Цинь Му увидел множество редких и странных предметов, которые красовались на полках маленьких прилавков, а также людей, лепящих на палочки всякие сладости, готовящих различную еду или даже циркачей, дышащих огнём. Были и те, кто продавал зверей, руды, драгоценности и даже своих дочерей и многое другое.

— Моя дочь и я из деревни Коровьей Семьи, мы остановились здесь. Нам не нужны титулы или деньги. Просто моя дочь достигла брачного возраста и у неё нет никого на уме. Поэтому я бы хотела найти зятя через соревнования боевых искусств, чьи познания в них были бы выдающимися и…

Цинь Му увидел оживление впереди и остановил корову, чтобы посмотреть. Оказалось, что множество людей искали суженых своим дочерям и сыновьям через соревнования по боевым искусствам. Мужчины и женщины яростно сражались на арене. Немного понаблюдав Цинь Му быстро потерял интерес к происходящему и продолжил путь вперёд. Со временем он понял, что в Храме Бабушки немало подобных арен.

Аренами были платформы из грязи и на них дрались юноши из разных деревень, все они были молодыми практиками. Конечно были и староватые седые мужчины, которые прыгали на арену для участия, но их быстро сбрасывали под улюлюканье и освистывание толпы.

— В некоторых деревнях мало мужчин, поэтому матери ищут зятьёв посредством подобных боевых соревнований, чтобы тот жил вместе с ними. Собственно поэтому их и придумали, — бабушка Сы предупредила Цинь Му. — Стать зятем значит жить с ними, поэтому ты не можешь подняться на арену!

Цинь Му кивнул, но его руки так и чесались в ожидании битвы. Слепой рассмеялся:

— Всё в порядке, даже если Цинь Му поднимется на арену. Как только он победит всех на аренах, и затем женится на нескольких десятках девушек…

Бабушка зыркнула на него и слепой тут же заткнулся.

У жителей деревни Цань Лао было постоянное место для своих торговых лавок в Храме Бабушки. Незадолго до того, как коровья повозка доехала до этих прилавков, Цинь Му помог мяснику развернуть его мясную лавку, после помог старому Ма сгрузить его мебель, затем он доехал до прилавков и помог немому разместить его кузнечную печь, бабушке Сы установить её портняжный рабочий стол, а также помог глухому подготовить чернила и повесить его стихи.

После завершения всех приготовлений, Цинь Му увидел, что слепой сидит перед столом со знаменем свисающем с его бамбуковой палки. На этом знамени было написано несколько слов — “Шесть сломанных и сплошных линий восьми гадательных триграмм, избегай бедствий предсказаниями”.

Цинь Му подумал про себя: «Слепой дедушка знает, как предсказывать судьбу?».

Целитель также поставил свой столик сбоку, в то время как мясник уже нарезал тушу странного зверя, вывешивая его мясо. Когда деревенские старики начали трезвонить на всю округу о своём деле, то стали походить на обычных людей.

— Му’эр там сбоку пустая арена, повесь эти несколько слов.

Парой быстрых взмахов глухой написал несколько слов для Цинь Му и сказал:

— После того, как повесишь это, поднимись на арену и просто стой там. Это твоё занятие на сегодня. Если ты простоишь до заката, то мы будем считать, что ты прошёл тест.

Цинь Му посмотрел на свиток и прочитал: “Непревзойдённый, разделяющий реку и сметающий все восемьсот деревень в Великих Руинах!”. Был ещё один свиток, который гласил: “Номер один в области Духовного Эмбриона”.

Цинь Му бросил взгляд на арену и увидел два столба, которые ярко блестели. Посреди столбов были дощечки, на которые он и должен был повесить эти свитки.

— Глухой дедушка, ты хочешь, чтобы меня избили до смерти? — обратился Цинь Му к глухому.

В этот момент он увидел, как стоящий рядом слепой вынул ещё один свиток, на котором было написано: “Попытай удачу, ставка без изменений”.

Похоже этот старикан пытался на нём заработать себе состояние…

Между тем, бабушка Сы уже сделала ставку в игорную кассу слепого, целитель взволнованно приготовил свои лекарства, ожидая травмированных практиков, старый Ма начал делать костыли и носилки, в то время как мясник продавал “драгоценную кровь водяного дракона”, которая была божественным лекарством для укрепления тела!

Как оказалось, не он один…

Лицо Цинь Му помрачнело. Эти коварные стариканы были слишком хороши в своём деле.

— Глухой, напиши ещё одно примечание, что только практики области Духовного Эмбриона могут подняться, — сказала бабушка Сы и затем подумала: «Что произойдёт, если практик божественных искусств запрыгнет на арену и изобьёт Му’эра до смерти?».

Глава 36. Монастырь Великого Громового Удара

— Му’эр, храмовая ярмарка отличное место для расширения своего кругозора, — старый Ма смастерил пару костылей и облокотил на мебель, продолжив. — В Великих Руинах много деревень, в некоторых из которых живут настоящие мастера, которые больше не могут бродить по внешнему миру. Их вынудили осесть в Великих Руинах, вместе со своими учениками. Только во время храмовой ярмарки здесь собираются все эти люди и только тут ты сможешь увидеть великое разнообразие различных техник и навыков со всего мира!

Цинь Му одолевали сомнения, пока думал про себя: «Мне не хватает боевого опыта, из-за чего моё совершенствование не может вылиться в настоящее боевое мастерство. Неужели поэтому дедушка Ма хочет, чтобы я воспользовался возникшей возможностью и провёл спарринги с практиками из различных сект?

Старый Ма показал удовлетворённое выражение лица, мол, да, ты всё верно понял.

— Но как же те костыли?.. — недоумевал Цинь Му. — И почему слепой дедушка открыл лавку для приёма ставок? Кроме того, тот странный зверь, что дедушка мясник продаёт, явно не “водный дракон”, но он всё равно горлопанит на всю улицу, что продаёт драгоценную кровь водного дракона. Мм? И дедушка целитель заранее приготовил все эти лекарства для залечивания травм совершенно случайно?

Старик несколько раз неловко кашлянул, говоря:

— Это всё дела взрослых, а ты ещё ребёнок, так что не задавай столько лишних вопросов. Чего же ты ждёшь?

— Но… — было начал Цинь Му

— Никаких но, — оборвал на полуслове Ма.

Цинь Му мог лишь подняться на арену и повесить свитки со словами, что написал глухой, на столбы по краям от арены.

Вскоре к арене начало стекаться множество деревенских жителей. Кипящая какофония возмущённых голосов заставила Цинь Му ещё больше увериться, что слова глухого были мягко говоря неуместными, но он всё равно был шокирован количеством людей, которых они привлекли.

— Непревзойдённый, разделяющий реку и сметающий все восемьсот деревень в Великих Руинах! Какое смелое заявление! Тебе только около одиннадцати-двенадцати лет отроду, и даже начни ты практиковаться ещё в утробе матери, твоё совершенствование всё равно будет так себе! — прогремел праведный голос. — Заявляя такое ты пытаешься бросить вызов всем деревням Великих Руин? А кишка не тонка?

Лицо Цинь Му покраснело от смущения, но придя в себя он бросил сердитый взгляд на слепого… Ведь голос был очень знакомым, можно даже было сказать, что кричал именно он!

В праведном голосе слепого было что-то завораживающее, когда он продолжил:

— Разве в Великих Руинах нет настоящих мужчин? Неужели мы позволим этому мальчишке вести себя настолько высокомерно? Как каждый из вас может быть до сих пор таким безучастным после такого заявления этого молокососа? Где непоколебимый дух настоящих мужчин Великих Руин?

Как только слепой замолчал, словно был брошен камень в воды спокойного пруда. Около дюжины юношей тут же запрыгнули на арену, встав лицом к лицу с позеленевшим от злости Цинь Му.

— Однако мужчины Великих Руин не должны смотреть на него свысока, — голос слепого прозвучал подобно колокольному звону в ушах каждого присутствующего. — Поскольку арена его, мы должны следовать правилам. Он явно хочет сражаться один на один, а не с целой толпой, поэтому давайте принимать вызов по очереди. А поскольку у этого юнца очевидно совершенствование области Духовного Эмбриона, то те, кто принимают вызов, тоже должны быть на том же уровне, чтобы не запятнать репутацию всех деревень.

Когда его голос затих, около дюжины юношей спустились вниз, оставляя позади на арене лишь одного.

Цинь Му с облегчением вздохнул и сказал:

— Как я могу обращаться к старшему брату…

— Мы что сюда трепаться пришли? Если ты хочешь сражаться, то так и быть! — юноша внезапно упал на четвереньки, в тот же миг его тело запульсировало мощной жизненной Ци. На его спине появились тигровые полосы, а на ладонях и ногах острые когти, состоящие из Ци и делающими юношу похожим на настоящего свирепого тигра!

Внезапно прыгнув, он бросился на Цинь Му со скоростью едва заметной тени!

Цинь Му вдруг почувствовал, словно на него накинулся чрезвычайно дикий странный зверь. Со свирепым ветром, обдувающим его лицо, можно было услышать нечто похожее на рёв тигра. Такая подавляющая аура как раз и была тем, чего ему не хватало и что можно было приобрести только во время сражения не на жизнь, а на смерть!

«Практики боевых искусств в других деревнях действительно обладают своими особенностями!»

Образ дракона появился на спине Цинь Му, сплетаясь со всеми конечностями. Его шаги были подобно впадающей в море реке и звучащим как гром волнам, используя водяной атрибут жизненной Ци Чёрной Черепахи, чтобы исполнить первую форму Восьми Громовых Ударов. Хотя он всё ещё не был способен создавать ладонями гром, ему всё же удалось воссоздать величие реки, неукротимо впадающей в море!

В тот момент, когда они сошлись в лобовом столкновении, Цинь Му использовал удар первой формы дедушки Ма, чтобы остановить наступление юноши. Мощь водного атрибута жизненной Ци Чёрной Черепахи хлынула вперёд, сформировав на кулаке драконью голову, яростно устремившуюся ко врагу!

Юноша был шокирован неукротимой силой атаки Цинь Му, которая разодрала его жизненную Ци в клочья и отправила в обратный полёт…

Но за миг до того, как юношу отшвырнуло, ему таки удалось ударить ногами в сторону груди противника. Острота его ног была сопоставима с остротой когтей тигра, разрывая рубашку Цинь Му и почти вспарывая живот!

Цинь Му второпях отвёл одну ногу чуть назад и вбок, чтобы не упасть и найти точку опоры, в то время как другой нанёс молниеносный прямой удар. От удара противник рассёк воздух словно пушечное ядро, впечатываясь в грязь в метре от арены.

Парень перевернулся, чтобы нормально встать, но от его ноги внезапно послышался отчётливый звук “хрусть”. Стало очевидно, что его нога была сломана ударом Цинь Му.

Тут же прозвучал классический базарный возглас целителя:

— Превосходное лекарство, которое поможет срастить ваши кости всего за один день и позволит уже на следующее утро отправиться на охоту!

Старый Ма тоже интонационно выкрикнул:

— Очень прочная пара костылей из дерева “Драконьих Глаз”! Пока вы лечитесь они станут отличной заменой вашей ноге! Даю гарантию, когда вы поправитесь, то вам не захочется с ними расставаться!

Слепой звонким голосом подхватил:

— Если вы не уверены в своей сегодняшней удаче, то приходите ко мне и вместе мы изменим вашу судьбу!

— Несколько двустиший на удачу! В любые времена обеспечит вашему семейному очагу мир и процветание!!! — попытался перекричать остальных глухой.

Лицо Цинь Му помрачнело, когда он наконец принял устойчивую позу. Только мгновение назад он оказался в такой опасной ситуации, а это старичье только думает, как повыгодней впарить свои товары!

«Пусть веселятся за чужой счёт пока могут! Однако дедушка Ма и остальные кое в чём правы, мне катастрофично не хватает смертельно опасного боевого опыта. У парня, с которым я только что сразился, совершенствование не было выше моего, но ему почти удалось вспороть мой живот, отлетая назад… практически превратив поражение в победу! — Цинь Му глубоко вздохнул, после чего его глаза опасно замерцали. — Я слишком неопытен в этом аспекте и храмовая ярмарка мой редкий шанс исправить этот недостаток через сражения с практиками из других деревень. Я просто обязан впитать их боевой опыт! Поэтому не уступлю эту арену никому до самого конца!

Всё больше и больше народу скапливалось подле арены, гомоня и мельтеша. Увидев бой, каждый присутствующий понял, что у Цинь Му невероятно плотное совершенствование, но не хватало опыта.

Чтобы выжить в Великих Руинах население деревни должно состоять в основном из практиков боевых искусств или даже божественных искусств. Великие Руины были просто на просто слишком опасны. Все жители деревень почитали храбрых, владеющих боевыми навыками и свирепых в бою.

Вскоре на арену запрыгнул ещё один человек, которым оказалась девушка с уникальным видом жизненной Ци Чёрной Черепахи, чьи атаки при этом были совершенно безжалостными.

В момент, когда они сошлись в бою, её Ци стала походить на огромную змею, обмотавшись вокруг обеих ног Цинь Му и сковав его, после чего девушка скользнула по его телу словно змея, чтобы нанести смертельный удар.

Её жизненная Ци стала очень странной, когда приняла форму огромной змеи, чтобы обвиться вокруг Цинь Му. Такую жизненную Ци нельзя было соотнести с жизненной Ци Чёрной Черепахи, а лишь с её частью.

Черепахи и змеи являлись ответвлением родословной Чёрной Черепахи, однако духовный эмбрион этой девушки должен быть в форме змеи, а не черепахи, родословная которой ближе к истинной Чёрной Черепахе, поэтому движения её тела и были такими странными и необычными.

П.П.: вроде во второй главе из змеи извлекли кровь дракона, может быть просто некоторые змеи ближе к драконам, а другие к черепахам, например, водные? Немного непонятно.

Вдруг за спиной Цинь Му словно выросла тысяча рук, наслаивающихся друг на друга, когда он использовал технику Тысячерукого Будды, чтобы защититься от странного нападения девушки. Поэтому даже несмотря на всю необычность движений своего тела, она потеряла сознание, получив несколько сотен ударов всего за несколько мгновений.

Старый Ма успешно продал носилки.

Цинь Му столкнулся с такой необычной техникой тела впервые, поэтому получил некоторые травмы, но к счастью поверхностные.

Со временем, сражения на арене только набирали оборот. Также было много тех, кто отправлялся к лавке предсказаний слепого, чтобы узнать на кого стоит делать ставку. В Великих Руинах не было какой-то определённой валюты, поэтому в ходу был бартер товарами. Если кто-то решит, что вещь того стоит, начнётся торговля. Точно так же дело обстояло и со ставками. Любые украшения, руды, нефриты, домашний скот можно было использовать в качестве ставки.

За слепым уже образовалась целая куча всякой всячины и даже чудной живности. Например, за ним стояла многоцветная пернатая курица высотой с человека. Внутри её клюва росли острые как бритва зубы и когда она взмахивала своими широкими крыльями, рассеивая в разные стороны песок подобно дождю стрел, выглядела весьма грозно и устрашающе.

Это была курица-дракон, а не обычная старая курица. Она родилась на свет после совокупления дракона и курицы. Несмотря на то, что крови дракона в её теле было не так уж и много, яйца, которые она несла, считались настоящими сокровищами.

— В следующем матче этот бедный монах хочет сделать ставку на победу своего ученика.

Вдруг послышались благочестивые песнопения буддийских мантр, когда старый монах протискивался через толпу направляясь прямо к лавке гаданий. Подойдя он поставил на стол прилавка свой посох, который вдавил своим весом его ножки глубоко в землю. Старый монах сел напротив слепого и скрестил руки:

— Это моя ставка! Кто осмелится заключить пари с этим бедным монахом?

— Монастырь Великого Громового Удара? — грозно спросил слепой.

— Монастырь Великого Громового Удара, — ответил старый монах.

— Ма, всё в порядке? — слепой обратился к старому Ма, оглянувшись на него.

Старый Ма отложил костыль, что держал в руке, и сел перед старым монахом. Старый монах поднял голову и невозмутимо взглянул на Ма:

— Младший брат.

Старый Ма точно так же невозмутимо ответил:

— Старший брат.

— Ты передал божественные искусства нашего Монастыря Великого Громового Удара чужаку, тем самым нарушив его правила, — белая бровь старого монаха слегка опустилась, когда он тихо продолжил. — В прошлом ты оторвал свою руку и отправил её в монастырь с посланием, что вернул нам божественные искусства нашего Монастыря Великого Громового Удара. Твоя рука всё ещё находится в Пагоде Тысячерукого Будды. Но сейчас ты передал божественные искусства нашего монастыря этому подростку… Разве ты не противоречишь самому себе?

Глава 37. Так громко, что даже глухой услышал

Старый Ма напряжённо дышал, будучи неспособным оставаться спокойным, и холодным голосом проговорил:

— Я оторвал себе руку и отправил её в Монастырь Великого Громового Удара, вернув им их божественные искусства. Так почему монастырь продолжил охотиться за мной, разрушая мою семью? Если монастырь всё ещё хочет моей смерти, почему мне нельзя делиться его божественными искусствами?

Старый монах покачал головой:

— Младший брат, рука не содержит в себе божественных искусств.

Старый Ма тихо рассмеялся:

— Божественные искусства, которые я практикую, не были созданы Монастырём Великого Громового Удара. Неужели ты утверждаешь, что другие искусства, которые мне известны, также принадлежат монастырю? Возможно я когда-то и происходил из Монастыря Великого Громового Удара, но своими кулаками я проложил путь оттуда. В то время, никто из вас уже не решался пробовать меня остановить. Вы выждали, когда у меня появится жена и сын, а потом пришли за мной… Я был готов пожертвовать рукой, чтобы защитить свою семью, и вернуть вам ваши монастырские искусства!

Его лицо помрачнело:

— Но что случилось потом? Все вы всё равно продолжили охотиться за мной и уничтожили мою семью!

Монах свёл брови:

— Правила остаются правилами, их нельзя изменить. Примитивный мир смертных сбил тебя с пути истинного совершенствования. Младший брат, мы никогда не жаждали твоей смерти, мы хотели вытащить тебя из бездны мирских страданий и вернуть в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы ты продолжил совершенствование и достиг Нирваны посредством усилий и проницательности. В таком случае, место Жулая было бы твоим. Если ты согласишься вернуться со мной, старик определённо будет рад. Его место всё ещё может стать твоим!

П.П.: Жулай или Татхагата одно из именований Будды Гаутамы или просто Будды, кому интересно подробности тут https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%85%D0%B0%D0%B3%D0%B0%D1%82%D0%B0

— Вернуться? — старый Ма был ошеломлён. — Убийствами я пробил себе путь наружу. Если я и захочу вернуться, то пойду той же дорогой!

Лицо старого монаха побледнело, и он вздохнул:

— Жулай будет очень разочарован. Юнец на арене — твой ученик? Ты научил его искусству Восьми Громовых Ударов, но не показал технику совершенствования Монастыря Великого Громового Удара — Махаяна Сутру Жулая.

П.П.: Махаяна — одно из направлений буддизма https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B0%D1%85%D0%B0%D1%8F%D0%BD%D0%B0

Посмотрев на Цинь Му, сражающегося на арене с каким-то молодым парнем, он твердил:

— Махаяна Сутра Жулая — это техника покорения дьяволов. Не практикуя её, независимо от того, насколько сильны будут его Восемь Громовых Ударов, его мастерство будет просто впечатляющим внешне, но бесполезным внутри. Сегодня я привёл своего ученика, подойди и встреть старшего дядю, Мин Синь!

Из-за его спины выступил долговязый молодой монах с буддийской молитвенной бусиной на руке, и сложив ладони вместе, поклонился:

— Старший дядя.

Белые брови старого монаха взмыли вверх, когда он продолжил:

— Мин Синь тоже практик области Духовного Эмбриона. С моим монашеским посохом в качестве ставки, согласится ли младший брат принять моё пари?

Бабушка Сы подняла брови и собралась что-то сказать, когда старый Ма со спокойным лицом ответил:

— Все правила и дисциплина монахов — дерьмо собачье. Я принимаю твою ставку. Будет ли моя голова соответствовать твоему посоху?

Старый монах кивнул головой и ответил:

— Они стоят примерно одинаково.

Слепой, бабушка Сы и целительна нахмурились, собираясь переубедить старого Ма. Но тот был решительным:

— Если Му’эр проиграет, ты вернёшь мою голову обратно в Монастырь Великого Громового Удара, и отдашь её Жулаю. Если Му’эр победит, ты оставишь здесь свой монашеский посох, и уйдёшь отсюда настолько далеко, насколько возможно.

— Отлично, — старый монах посмотрел на Мин Синя и сказал ему. — Сегодня, я, твой учитель, собираюсь отобрать божественные искусства Монастыря Великого Громового Удара у предателя. Если ты выиграешь, это будет твоей заслугой.

Мин Синь кивнул и направился к арене.

На арене молодой парень, который сражался против Цинь Му, был экспертом навыка меча и шёл путём схожим с братом Цюем из Пяти Учеников Реки Ли. Его меч-сокровище не отдалялся от него больше чем на метр, однако, разница была в том, что длина этого меча не превышала двадцати сантиметров. Он больше напоминал маленький кинжал, из-за чего был намного более опасным!

Маленький меч всегда вылетал из неожиданных мест, к примеру, из подмышек или между ног. Иногда он даже прятался в одежду соперника и выстреливал из рукавов, когда Цинь Му подходил слишком близко.

С техникой управления мечом такого высокого уровня, он был никак не слабее, чем ученик секты Реки Ли, Цянь Цю и был намного сильнее, чем старший брат Цюй.

Кроме того, этот парень достиг приличного уровня в боевых техниках. Его навыки ударов ладонью были очень сложными, и он стоял на земле крепко, будто гора. Когда сила вырывалась из его ладони, на руке проступали вены в виде гор.

Однако исход боя был предопределён. Из-за огромной силы Цинь Му, и его ловкой работы ногами, уже при первом столкновении противник ощутил своё невыгодное положение: плотная жизненная Ци Цинь Му буквально раздавила его Ци!

Цинь Му выполнил Бурю Девяти Драконов и, хотя разразились только три слоя силы, сердце его противника было поражено до самых глубин, и каким восхитительным не было бы его мастерство меча, плачевный результат неизбежен.

Цинь Му беспорядочно бегал, будто тысячи змей, хаотично ползающих в траве. Внезапно он бежал на восток, а уже в следующий миг на запад, иногда вперед, а иногда и назад, забирая у противника возможность предвидеть его атаку.

В следующее мгновение парень почувствовал боль внутри тела, и отлетел от удара противника. Когда он приземлился на землю, то некоторое время ошарашенно пролежал, прежде чем встать и поклониться Цинь Му, стоящему на арене, выразив благодарность:

— Спасибо, маленький брат, за то, что пощадил мою жизнь.

Хотя ладонь Цинь Му надавила на его рёбра с огромной силой, удар не был слишком жёстким, поэтому внутренние органы не разрушились. В противном случае, своей силой тот мог бы запросто его убить!

— Хочет ли младший брат немного отдохнуть? — Мин Синь, который спокойно ждал возле арены, спросил сразу после того, как Цинь Му победил молодого парня.

Взгляд Цинь Му упал на него. Монах был очень молод и был одет в белую буддистскую одежду, на которой не было ни единственной пылинки. Он сам, и даже ботинки на его ногах были абсолютно чистыми. Несмотря на то, что его волосы были сбриты, он всё ещё выглядел довольно красивым, и у людей возникало хорошее впечатление, когда они смотрели на него.

Как только Цинь Му собрался ответить, что никакой отдых ему не нужен, раздался громкий голос бабушки Сы:

— Отдохни! Тебе определённо нужно отдохнуть!

Цинь Му не понимал почему бабушка Сы сказала подобное, но он прислушался к её словам, и сел отдохнуть, стараясь вернуть себя в нормальное состояние. Его Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была очень эффективной во время бега, поэтому, хоть он уже успел сразиться более чем с десятком противников, его жизненная Ци не сильно истощилась и всё ещё была на максимальном уровне, хотя само тело уже немного устало.

Бабушка Сы подала Цинь Му чашку с водой, и прошептала на ухо:

— Му’эр, ты должен любой ценой победить этого парня, ты слышишь, любой! Твой дедушка Ма заключил пари, и поставил свою собственную жизнь на твою победу!

Сердце Цинь Му вздрогнуло, и он сразу же посмотрел на своего дедушку Ма. У того было безразличное выражение лица, когда его голос прозвучал:

— Му’эр, непревзойдённое Тело Тирана никогда не проиграет! Я верю в тебя.

Несмотря на слова старого Ма, Цинь Му начинал паниковать…

Вся деревня была его семьей, но дедушка Ма и бабушка Сы были для него ближе всех. Именно Ма своей одной рукой нёс каменную статую по следам бабушки Сы, чтобы вытащить его из реки, тем самым спасая жизнь!

Если он проиграет, не будет ли смерть дедушки его виной?

В этот момент целитель тоже нахмурился. Старый Ма считал, что Цинь Му имел непревзойдённое Тело Тирана, поэтому доверял ему, но ведь на самом деле тело паренька было совсем обычным!

Теперь он начал сожалеть, что помог старейшине деревни прикрывать свою наглую ложь. Если бы он сказал правду раньше, старик Ма не поставил бы сейчас на кон свою жизнь из-за слепой веры в Цинь Му!

Внезапно взгляд целителя стал угрожающим:

— Если Му’эр проиграет, нам придётся убить этих лысых старика и юнца. Мы не можем позволить старому Ма так бессмысленно умереть!

На арене Цинь Му пытался совладать со своими эмоциями, но когда от битвы зависит жизнь твоего родственника, разве возможно полностью успокоиться?

Немой подал несколько жестов, когда слепой приподнялся, опираясь на свою трость, и поспешно сказал:

— Не нужно напоминать ему. Эта храмовая ярмарка — испытание. Как только всё закончится, он станет взрослым. Если он не пройдёт его, то так и останется маленьким ребёнком.

Спустя мгновение Цинь Му медленно поднялся и посмотрел на долговязого молодого монаха, стоящего перед ним:

— Монах, живёт ли Будда в твоём сердце?

Мин Синь сложил ладони и торжественно ответил:

— Будда всегда в моем сердце.

Хмм!..

Цинь Му мрачно вздохнул. Его жизненная Ци стала властной и активной. Яростный и неконтролируемый дух охватил его маленькое тело.

— Нет!

Он сделал шаг вперёд, и дух, исходящий из его тела, вызвал у смотрящих чувство восторга, будто они смотрели на возвышающегося бога. Его голос стал настолько громким, что даже глухой услышал:

— Нет ни Бога, ни Будды, ни Дьявола в моём сердце! Я САМ ЕСТЬ И БОГ, И БУДДА, И ДЬЯВОЛ!!!

Как только он сказал это, старый монах, сидящий напротив Ма, показал изумлённое выражение лица и повернул голову, чтобы посмотреть на Цинь Му!

Глава 38. Махаяна Сутра Жулая

Молодой монах Мин Синь взбесился, когда услышал слова Цинь Му и гневно крикнул на него:

— Неверный! Как ты смеешь оскорблять Будду!

На сердце у Цинь Му стало спокойно, улыбаясь с глазами переполняемыми невероятной уверенностью… Ведь он осознал, каким бы сильным ни был этот монах, и какой бы техникой он не владел, его склад ума уже предопределил исход боя.

Старый монах, сидящий перед старым Ма, колебался. То, что сказал Цинь Му, казалось дикой дерзостью, поскольку он оскорбил не только Будду, но также Бога и Дьявола. Однако в его ушах это не прозвучало мятежно, а как великая мудрость.

Только без Будды в сердце можно стать Буддой.

Когда в вашем сердце есть Будда, вы никогда не сможете стать Буддой.

Только без Дьявола в сердце можно стать Дьяволом.

Когда в вашем сердце есть Дьявол, вы никогда не сможете стать Дьяволом.

Разум Мин Синя ещё не был достаточно развитым, чтобы он мог понять смысл этих слов, но старый монах мог…

Он понял истинное значение этих слов только когда достиг области Небожителя, однако, несмотря на то, что теперь совершенствовался в области Жизни и Смерти, он всё ещё не смог сокрушить Будду в своём сердце. Чем дальше он продвигался в совершенствовании, тем лучше понимал силу Бога и Дьявола и насколько примечательным был Жулай.

Сказать было намного легче, чем сделать…

Поэтому странно, что подобные глубокомысленные слова сорвались с уст ещё совсем юнца и ещё более странно, что этот юнец уверенно твердил, что сокрушил Бога и Будду в своём сердце!

Цинь Му был слишком молод и определённо не мог уловить истинную суть, которая лежала в основе этого предложения. Поскольку он не мог вступить с ней в контакт, то как мог сокрушить Бога и Будду в своём сердце?

Чтобы сокрушить Бога и Будду в глубине своего сердца нужно достичь просветления через долгие годы совершенствования и практики, иначе глубоко в сердце Будда так и останется Буддой, и Бог по-прежнему останется Богом.

«В любом случае, ему неизвестна техника Монастыря Великого Громового Удара, и каким бы сильным он ни был, ему не хватит сил победить Мин Синя».

Старый монах опустил голову и, казалось, успокоился, прекратив думать о возможном исходе поединка.

На арене долговязый Мин Синь излучал лёгкий золотой свет, заставляя окружающих думать, что он превратился в божественного, величественного, великого Будду. Всё это сильно давило на их дух!

Под ареной собралась огромная толпа людей из разных деревень, которая пришла поглазеть на хорошую драку и заодно поднять суматоху, однако, как только тело монаха начало сиять, голоса мгновенно затихли…

Их рты синхронно позакрывались, словно их оглушило громоподобным возгласом!

Это была буддистская техника совершенствования, Махаяна Сутра Жулая.

Эта техника совершенствования отличалась от техник, используемых другими сектами. Путь, лежащий в её основе, вёл снаружи внутрь. Снаружи означало пространство за границами тела, тела, которое таким образом становилось абсолютным. Сердце, которое тоже становилось абсолютным, находилось внутри. В буддизме они так и назывались — Абсолютное Тело и Абсолютное Сердце.

Несмотря на то, что Мин Синь пока достиг лишь стадии Абсолютного Тела, и не имел Абсолютного Сердца, как только он превратился в подобие Будды, все вокруг были поражены!

Бабушка Сы и остальные начали терять самообладание. Мин Синь ещё не успел атаковать, а его вид уже говорил о силе достаточно грозной, чтобы деморализовать Цинь Му.

Если подумать, то кто осмелился бы напасть на Будду?

Цинь Му осмелится!

Его тело и сердце стали едиными, а затем и сердце с разумом, разум с кулаками и ногами, кулаки и ноги с Ци и наконец Ци с телом. Всё это стало одним целым, замыкая цикл, и даже его духовный эмбрион двигался в такт с телом, после чего он тут же исполнил Бурю Девяти Драконов!

Ноги Цинь Му стали Божественными Ногами Небесного Расхитителя, которые достались ему от одноногого, позволяя развить поразительную скорость. Мин Синь ещё не успел моргнуть, когда Цинь Му уже появился прямо перед ним словно из ниоткуда, нанося наимощнейший удар по груди.

Удар Бури Девяти Драконов скрывал в себе девять слоёв силы. Первый слой напоминал пламенного дракона, покинувшего кулак Цинь Му и влетающего прямо в грудь Мин Синя, в результате чего раздался громкий хлопок.

Золотое сияние тела Мин Синя внезапно стало более ярким, и раздался звон, будто был нанесён удар по огромному колоколу.

Когда действие первого слоя силы закончилось, разразился второй слой силы Цинь Му, которым был Вихрь Драконов-близнецов… Два дракона извивались вокруг друг друга, пробираясь к груди Мин Синя.

Динь!..

Две стремящиеся друг к другу силы разразились почти одновременно, вызывая очередной оглушающий звон колокола!

После этого освободилась третья волна силы Бури Девяти Драконов — Крушение Скалы Трёх Драконов, за которой последовали Коготь Четырёх Драконов, Дьявольская Резня Пяти Драконов, Реинкарнация Шести Драконов и Семь Драконов, Взбивающих Моря.

Когда один за другим разразились семь слоёв силы и звон прозвучал в седьмой раз, золотое сияние, окутывающее тело Мин Синя, стало тусклым… заставляя лысого монаха отступить на шаг назад.

Восьмой слой силы, Сила Восьми Небесных Дракона, вырвался, и Мин Синь был вынужден отступить снова. Девятый слой силы Цинь Му, Буря Девяти Драконов, вспыхнул последним, и золотое сияние вокруг тела Мин Синя исчезло.

Цинь Му был поражен. Даже демоническая обезьяна не могла выдержать всей силы Бури Девяти Драконов. Сражаясь с ней, ему каждый раз приходилось останавливаться на шестом или седьмом слое силы, чтобы случайно не нанести ей слишком сильных травм. Тем не менее, Мин Синь даже не пытался уклониться и просто заблокировал все девять слоёв силы.

Прислушавшись к совету бабушки Сы, он совершенно не сдерживался, жалея противника, а атаковал изо всех сил. Он даже задействовал силу своего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, но всё, что он смог сделать… просто оттолкнуть Мин Синя на несколько шагов назад.

— Тебе неизвестна настоящая техника Восьми Громовых Ударов.

Мин Синь начал двигаться, и жизненная Ци под его ступнями взорвалась. С огромной скоростью он поднял ладонь, и по округе разлетелся звук грома, а когда он нанёс удар можно было услышать громкий рёв дракона!

Буум!..

До того, как получить удар, Цинь Му увидел, как жизненная Ци вокруг ладони Мин Синя приняла форму зелёного дракона. Несмотря на то, что он был нечётким, дракон выглядел угрожающим и чрезвычайно свирепым!

Первый слой силы Бури Девяти Драконов действительно принял форму из его жизненной Ци. Это доказало, что его жизненная Ци также была очень плотной, а главное, её атрибут идеально подходил для совершенствования техники Восьми Громовых Ударов. Это было тем, чем как раз не мог похвастаться Цинь Му!

Цинь Му принял удар и почувствовал, что первый слой силы был необычайно мощным. Однако, прежде чем закончилось его воздействие, второй слой, Вихрь Драконов-близнецов, уже начал высвобождаться. Два дракона, созданные из жизненной Ци, закручивались и поворачивались, заламывая руки Цинь Му. Мгновенно за ним последовал третий слой силы, направленный прямо в его руки!

Кровь брызнула из рук Цинь Му, в то время как его ноги потеряли устойчивость во время попытки отступить. Камни разлетались во все стороны, когда он колотил ногами по арене.

Когда четверо драконов Ци набросились на Цинь Му, он прорычал, и его жизненная Ци направилась в глаза, тут же пробудив Глаза Небес. Жизненная Ци в его руках превратилась в длинное копьё и пронзила четырёх драконов, впиваясь в ладонь Мин Синя и рассеивая его жизненную Ци до того, как он успел начать исполнять Дьявольскую Резню Пяти Драконов.

При столкновении двух противоборствующих сил, копьё из жизненной Ци Цинь Му также было уничтожено.

Он поднял брови и посмотрел на ладонь Мин Синя. По ней текла капля крови, так как копьё смогло проткнуть кожу.

Что же до самого Цинь Му, его руки были сильно искалечены, что говорило о том, что его раны были намного серьёзнее, чем у молодого монаха.

Цинь Му глубоко вдохнул, после чего его жизненная Ци внезапно начала пылать, и он тут же бросился к Мин Синю.

Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

На этот раз он решил использовать атрибут огня вместо воды. Казалось, будто река огня течёт с небес, впадая в море и пытаясь его поджечь!

Мин Синь не продемонстрировал никаких эмоций, спокойно поднимая руку, чтобы принять удар. Его глаза были предельно ясны:

— Без метода совершенствования все твои техники ненастоящие, и только выглядят впечатляюще.

Мин Синь также использовал Весенний Гром на Одиноком Восточном Море, и гром раздался из его ладоней, заставив сердца окружающих вздрогнуть.

Огненная оболочка Цинь Му мгновенно развеялась!

В тот же момент Цинь Му поднял обе руки, окутывая их пламенем, и используя в качестве ножей начал рассекать в направлении молодого монаха!

Навык ножа Забой Свиней — Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Это был чрезвычайно безумный ход, так как было сложно высвободить полную мощь навыка ножа мясника, сохраняя контроль над своими действиями и хладный рассудок. Техника вызывала величественный восход солнца, сопровождающийся тысячами слоёв волн, перекрывающих друг друга. А несоизмеримая мощь ножа должна была резать и уничтожать любую силу, вставшую на его пути!

Вьюх! Вьюх! Свишь! Свишь!..

Тысячи волн, как и тысячи ударов ножа, перекрывали друг друга. Не было ничего, чего они не могли бы срубить, ничего, чего не могли бы разрушить!

Выражение лица Мин Синя слегка изменилось, но Цинь Му не расслаблялся. Он видел, что тот начал использовать восьмую форму Восьми Громовых Ударов — Тысячерукий Будда!

Ладонь монаха встречала удары Цинь Му, будто Будда с тысячами рук блокировал его тысячу ножей!

Сердце Цинь Му тихо вздрогнуло. Его руки не были настоящими ножами, а защита Мина Синя была чрезвычайно сильной, поэтому было трудно отрубить ему руки.

— Тогда я буду рубить быстрее! Быстрее и быстрее! Так быстро, что в конце концов он не успеет отбить мой удар! Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Цинь Му был похож на обезумевшего дьявола, продолжая одичало резать. В его голове была только одна мысль: быстрее, быстрее, быстрее, так быстро, чтобы он мог обезглавить Будду!

— В этом мире нет свиньи, которую нельзя зарезать навыком ножа Забой Свиней! — озверело кричал Цинь Му, так как его жизненная Ци выходила из-под контроля.

Динь! Динь! Динь!..

Мин Синь использовал технику Тысячерукого Будды, чтобы блокировать удары, но, внезапно он пропустил руку-нож Цинь Му, которая попала ему по горлу. Огромный образ колокола, защищающий его тело, прозвенел. Вскоре ещё один удар пришёлся ему по горлу, и колокол прозвенел снова.

Третий, четвёртый, пятый и шестой удар попал в Мин Синя!

“Ножи” Цинь Му становились всё быстрее и быстрее, и каждый раз били в одно и то же место — горло!

— Старший брат, я изучал те же навыки, что и ты, поэтому мы очень хорошо знаем друг друга. В твоём Тысячеруком Будде есть недостаток, — сидя перед старым монахом, старый Ма спокойно говорил, — и похоже, что ты передал своему ученику не только технику, но и этот самый недостаток.

Глава 39. Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе

Белые брови старого монаха дёрнулись, когда он понял, что имел в виду его брат. Во времена своей молодости он уснул на одном из занятий старшего Жулая, на котором тот рассказывал об одном уникальном аспекте Тысячерукого Будды.

Буддизм — понимание Судьбы…

В итоге судьба проскользнула сквозь пальцы старого монаха, не позволяя спросить о сути этой техники у Жулая. Он мог только попросить своих старших и младших братьев помочь ему овладеть Тысячеруким Буддой, но, в конце концов, получившийся результат нельзя было сравнить с истинными учениями Жулая.

У Тысячерукого Будды старого монаха действительно был непостижимый изъян, который он тоже заметил, но как бы не пытался исправить, не мог… и даже больше, с каждой попыткой, с каждым годом, изъян становился всё заметнее.

Чтобы решить проблему нужно выяснить её исток. Тысячерукий Будда был чрезвычайно сложным и требовал одновременной работы всех чувств. Количество его вариаций было слишком большим для подсчёта, и любая, даже самая маленькая ошибка или недочёт, никогда не могла возникнуть только по какой-то конкретной причине, а из-за нескольких или даже десятков причин, которые, как может оказаться в будущем, никак не были связаны с настоящей проблемой.

Старый монах начал поиск причины этого недостатка ещё с юности и до сих пор так и не нашёл. В итоге изъян в его Тысячеруком Будде, само собой разумеется, передался Мин Синю, ведь тот был его учеником.

Изъян был совершенно незначительным, так как его можно было обнаружить только при попытке заблокировать чрезвычайно быстрые атаки противника и проявлялся лишь тогда, когда его руки проходили в области на десять сантиметров ниже горла, делая его жизненную Ци немного слабоватой для защиты.

Из-за слабости Ци в руках, при блокировке высокоскоростных атак, скорость их поднятия была немного медленнее, чем нужно, проявляя в районе горла изъян. У старого монаха чрезвычайно высокое совершенствование, поэтому не каждый мог воспользоваться его слабостью, но ситуация Мин Синя отличалась.

Что же до совершенствования, у Цинь Му оно было выше, чем у Мин Синя, а руки-ножи необычайно быстрыми. За время нескольких вдохов он уже нанёс почти сотню ударов по горлу молодого монаха!

После шестьдесят восьмого разреза золотое сияние вокруг тела Мин Синя полностью померкло, исчезая. Несмотря на то, что он попытался собрать свою жизненную Ци, чтобы снова воздвигнуть вокруг себя образ огромного золотого колокола для защиты, рука-нож Цинь Му уже скользнула по его горлу!

Кровь хлынула из горла молодого монаха, окрашивая его белоснежно-белую буддийскую одежду в багрово-красные цвета.

Старый монах вздохнул:

— Глупое дитя, если твой Тысячерукий Будда не может заблокировать ножи противника, разве не очевидно, что нужно переключиться на другую технику?

На Мин Синя внезапно снизошло понимание. Пытаясь парировать руки-ножи противника, он не осознавал, что если продолжит защищаться в таком же духе, то будет получать лишь побои. Однако выиграй он совсем немного времени защищаясь колоколом от “ножей” Цинь Му, у него появится шанс перевернуть исход боя и одолеть противника.

Именно из-за безумия Цинь Му, запугавшего его, он совершенно позабыл, в чём действительно хорош!

Спустя мгновение его движения изменились, сжимая ладонь в кулак с пульсирующим воздухом. Его кулак стал походить на огромное, чрезвычайно ослепительное, золотое солнце!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе!

В этот момент зазвучали мелодичные буддийские песнопения, на самом деле исходящие из его мудры. Затем от его ладони раздалось грохотание грома, которого было более чем достаточно, чтобы очищать души!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе молодого монаха был в несколько раз мощнее того, что мог продемонстрировать Цинь Му.

Получив удар от подобного движения, в разуме Цинь Му воцарилась путаница… Его три души одновременно пошатнулись, а все семь духов впали в ужас.

Пух! Пух! Пух!..

Цинь Му поднял палец и мгновенно нанёс серию тычков по лбу, копчику, пупку, голове, горлу, сердцу, промежности и лёгким, блокируя на своих местах три души и семь духов!

Техника Создания Небесного Дьявола!

Бабушка Сы передала ему эту технику, предназначенную для связывания душ и духов, и запирания сущности и крови, чтобы изготовить одежду-кожу… И теперь он использовал её, чтобы связать собственные души и духи, не позволяя тем быть очищенными атакой Мин Синя!

— Са Мо Е!

Прозвучал напористый голос дьявола, в то время как Цинь Му сделал хватательный жест рукой, словно срывал цветок. Вытолкнув свою ладонь вперёд, атакуя Мудрой Дьявольской Свободы, он вынудил душу Мин Синя пошатнуться, почти вырывая её из его тела. Однако в тот же миг Цинь Му внезапно изменил свою атаку, переходя от техники дьявола, к буддийской технике — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе Мин Синя должен был трансформировать его кулак в солнце: используя громовой удар для уничтожения души, а золотое сияние для её очистки. В то время как Луч Солнца, Очищающий Душу Ян Цинь Му трансформировал его кулак в солнце, пылающее жизненной Ци Красной Птицы, жар которой мог плавить сталь и даже скалы.

Цинь Му разжал кулак и воздух перед его ладонью тут же взорвался, нанося свирепый удар по лицу противника, повреждая душу.

Между Лучом Солнца, Очищающим Душу Ян в Небе старого Ма и старого монаха была некоторая разница. Очевидно, что монах следовал подлинным монастырским традициям, в то время как Ма постоянно совершенствовался, сосредоточившись на увеличении мощи.

Цинь Му не мог проявить всю мощь этого движения только потому, что у него не было Махаяна Сутры Жулая.

В момент, когда душа Мин Синя дрогнула от удара и чуть было не покинула его тело, вновь прогремело голос:

— Са Мо Е!

Цинь Му вновь изменил движение, показав хватательный жест, словно срывая цветок, Мудры Дьявольской Свободы. Бабушка Сы, старый монах и все остальные были поражены тем, с какой лёгкостью и плавностью Цинь Му чередовал дьявольские и буддийские техники.

Было общеизвестно, что Будда и Дьявол пребывают в конфликте. Чрезвычайно сложно использовать техники Будды, когда за ним следуют техники Дьявола и наоборот. На деле попросту невозможно добиться продемонстрированной Цинь Му гладкости и лёгкости.

— Всё благодаря жизненной Ци Тела Тирана, — бормоча улыбался глухой.

Услышав это, сердце бабушки Сы слегка вздрогнуло: «Глухой прав, только безатрибутная жизненная Ци Тела Тирана способна беспрепятственно чередовать техники Будды и Дьявола! У Му’эра действительно Тело Тирана! Старейшина деревни был совершенно точно прав!

Старый монах внезапно встал и начал бормотать буддийские мантры. Мудра Дьявольской Свободы Цинь Му мгновенно потеряла свою силу и в то же время нечто невидимое отделило его от Мин Синя.

Мин Синь хотел собраться с духом и продолжить сражаться с Цинь Му, но тьма заволокла его взор, а тело невольно закачалось. Он потерял слишком много крови из раны на горле, которое было практически рассечено на две части.

— Я проиграл, — старый монах посмотрел на старого Ма, подзывая своего ученика. — Младший брат, возможно сегодня я и проиграл, но это только сегодня. Мин Синь, мы слишком долго бродили по свету, неплохо бы посеять хорошую карму, найдя где-нибудь неподалёку деревню и поселившись в ней.

Горло Мин Синя все ещё кровоточило, когда он слегка шатаясь подошёл к старому монаху, который тут же помог ему с перевязкой и нанесением лекарственных мазей.

— Младший брат, посох монаха можно потерять, ведь его можно сделать снова, но голова может быть потеряна лишь единожды. Как только ты проиграешь, то потеряешь всё. Кроме того… маленький благодетель, практикуя техники Дьявола ты ступаешь на вероломный путь крови и смертей. Остерегайся погружения в пучины ада, следуя пути Дьявола есть риск лишиться шанса на перерождение и не иметь возможности вернуться назад! — договорив он схватил Мин Синя и не подняв с земли ни единой пылинки, улетел.

Цинь Му спрыгнул с арены, провожая старого монаха и его ученика взглядом. Старый Ма выглядел серьезным, очевидно беспокоясь о словах старого монаха.

— Дедушка Ма, бабуль, если у них появится возможность, они попытаются убить нас?

Бабушка Сы холодно рассмеялась:

— Подавление демонов и дьяволов — это то, чем зарабатывают себя на хлеб эти лысые, поэтому если им удастся улучить возможность, наш конец будет не лучше, чем у женщины У! Что касается старого Ма…

Сы беспомощно покачала головой… Передав навыки Восьми Громовых Ударов старый Ма нарушил табу Монастыря Великого Громового Удара!

Цинь Му с недоумением спросил:

— Тогда почему бы нам просто не убить их и не избавиться от появления возможных неприятностей в будущем? Зачем нам ждать, когда беда сама постучит нам в дверь?

Глаза бабушки Сы засияли в одобрении:

— У нашего Му’эрчика наконец-то проявляется характер под стать Телу Тирана! Целитель, немой, слепой, почему бы нам просто не заткнуть навеки вечные старого бродягу и его ученика?

Хотя старый монах отлетел на приличное расстояние, но он всё же смог расслышать сказанное и подсознательно ускорился, улетая вместе с Мин Синем и выбрасывая всякие мысли о подселении неподалёку от деревни Цань Лао.

Бабушка Сы и остальные не стали преследовать их, продолжив заниматься своими делами.

Глухой внезапно протяжно вздохнул:

— Великие Руины становятся всё более и более ненадёжными. Любые демоны и чудовища могут войти сюда и навести шороху.

Слепой кивнул головой, соглашаясь:

— Нам, честным людям, всё никак не дают покоя. Старый Ма, прятаться не всегда выход. Если наступит день, когда ты захочешь прогуляться до Монастыря Великого Громового Удара, не забудь позвать наши старые кости с собой.

Старый Ма был тронут, но внешне никак не показал этого, поднимая посох монаха:

— Я своими руками убоем проложил себе путь из монастыря, поэтому если решу вернуться, то пойду по тому же пути и без чьей-либо помощи. Му’эр ты победил, а значит этот посох твой.

Цинь Му взял монашеский посох, который как оказалось был не таким тяжёлым, как он изначально думал. Монах явно придавил стол рукой, чтобы пустить пыль в глаза. Посох в его руке казался довольно лёгким, от чего он в недоумении спросил:

— Неужели этот монашеский посох невероятно ценный? Почему дедушка Ма использовал свою голову в качестве ставки?

— Ценный? Нет, он не очень ценный.

Бабушка проверила посох и усмехнулась:

— Ты ведь слышал о городе Пограничный Дракон? Так вот, этот посох стоит примерно столько же, сколько этот город.

Глава 40. Кромка порыва ветра

Глаза Цинь Му широко распахнулись. Простой монашеский посох стоит столько же, сколько весь город Пограничный Дракон?

— Этот монашеский посох называется Кхаккхара, имея на наконечнике четыре ответвления, секции и двенадцать колец. Он был сделан Жулаем из Монастыря Великого Громового Удара. Им можно хорошенько поколотить кого-то, и да, он стоит столько же, сколько город Пограничный Дракон, — сделал небольшое введение старый Ма и продолжил. — Однако этот монашеский посох лучше всего использовать для совершенствования. Когда ты держишься за него, любой порыв желания или эмоции вызовет звон колец. Когда кольца звенят, все отвлекающие мысли в твоём разуме исчезают, таким образом, этот посох настоящее сокровище, избавляющее от дьявола в сердце. Двенадцать колец разрушают двенадцать видов отвлечений, а следовательно, и двенадцать дьяволов внутри. Когда в твоём сердце появятся дьяволы, кольца будут звенеть и обращать их в прах. У посоха есть четыре секции, которые в свою очередь должны воздерживать от плотских желаний, помогать практиковать четыре благородные истины, развивать равенство и достигать дзэн. С помощью этого посоха совершенствование будет идти в два раза быстрее.

П.П.: Кхаккхара немного о посохе https://en.wikipedia.org/wiki/Khakkhara

Глаза бабушки Сы тут же пылко засияли, глядя на монашеский посох в руке Цинь Му:

— Му’эр, передай бабушке на минутку этот посох. В глубине сердца бабушки живёт плохой дьявол, который уже основательно надоел ей!

Цинь Му протянул посох Кхаккхару бабушке Сы и с нескрываемым любопытством спросил:

— Бабуль, какой дьявол живёт в твоём сердце?

— Один старый хрыч, — посетовала Сы и нахмурилась. — Что бы я не делала, этот старикан не умирает. Я убила его более тысячи раз, но он как-то умудряется выживать и продолжает сеять в моей душе хаос! Если этот монашеский посох поможет мне испепелить его, я, наконец, обрету мир и покой.

Цинь Му так и не понял, что это за старый дьявол такой, а бабушка Сы не стала уточнять. Когда посох оказался в её руках, все его двенадцать колец начали яростно звенеть, создавая оглушительный звук.

От старухи Сы разразился импульс дьявольского начала, когда она начала вести себя ужасающе, даже жутко. Это поведение, похоже, было не её… Сейчас она походила на совершенно другого человека!

Волосы Цинь Му встали дыбом. Внутри бабушки Сы обитал ещё кто-то!

Старый Ма, слепой, одноногий, целитель и немой тоже ощутили, как их волосы встали дыбом. Они немедленно сделали шаг назад, поскольку возникшая ужасающая атмосфера заставила их почувствовать угрозу!

Спустя некоторое время бабушка Сы разочарованно вернула посох Цинь Му, говоря:

— Эта палка ничего не смогла сделать моему престарелому дьяволу. Чёрт возьми! Почему я не могу убить его!

Цинь Му взял монашеский посох и попытался закрепить его на спине, рядом с бамбуковым посохом, однако это заняло слишком много времени и стало неудобно передвигаться, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как продолжить держать посох в руке.

— Ты не монах, поэтому брось посох в коровью телегу, — сказал старый Ма и затем продолжил. — Ты успешно прошёл сегодняшнее испытание храмовой ярмарки, поэтому тебе нет нужды продолжать сражаться. Победа над учеником Монастыря Великого Громового Удара это великое достижение. Однако Мин Синь не является учеником Жулая, поэтому его способности всё ещё далеки от того, кого тот обучает лично. Ты понимаешь?

Цинь Му сразу же бросил чрезвычайно ценный монашеский посох на телегу и с любопытством спросил:

— Насколько силён ученик Жулая?

Старый Ма равнодушно ответил:

— В прошлом я был учеником Жулая. Когда ты сможешь одолеть меня, твоё телосложение можно будет считать истинными Телом Тирана.

Сердце Цинь Му содрогнулось. Старый Ма во время ежедневных тренировок использовал только совершенствование своей области Духовного Эмбриона, но даже так удары старика всегда находили свою цель.

Нужно иметь в виду, что у Ма осталась только одна рука. Будь у него их две, насколько силён он был бы тогда?

Цинь Му понимал, что ему по-прежнему предстоит пройти очень долгий, длинный путь.

Храмовая ярмарка возле Храма Бабушки должна продлиться в течение двух дней, поэтому, когда время начало близиться к ночи, люди сворачивали свои лавки и входили внутрь. Храма Бабушки был крайне обширным, а опека каменных статуй делала его безопасным пристанищем от вторжения тьмы.

Цинь Му вёл коровью телегу к храму с поднятой к небу головой, глядя как лучи заходящего солнца омывали собой весь Дворец Сириуса.

Войдя в Храм Бабушки, он наконец понял почему Дворец Сириуса начали называть по-другому. Внутри главного зала храма находилась статуя доброжелательной старушки, которой все поклонялись.

Доброжелательная старушка была похожа на любую другую старушку, что жили в окрестных деревнях, с едва заметным лукавством во взгляде. Скульптура была очень реалистичной, выглядя словно живая.

Цинь Му даже чувствовал, что она чем-то похожа на бабушку Сы, поэтому какое-то время всматривался в черты лица. Тем не менее, когда он использовал Глаза Небес, то от испуга даже немного подпрыгнул…

Доброжелательная старушка словно была объята властным пламенем, вздымающимся до небес. Исходящее от неё божественное сияние образовывало собой чрезвычайно огромного возвышающегося волка, воющего к небу, как если бы тот собирался проглотить его!

Рядом с главным залом также располагались: лицевой зал, два боковых зала и пустой сад, который занимал собой обширную территорию. В саду даже был пруд, правда высохший, из-за чего на его дне можно было увидеть несколько костей.

Цинь Му подошёл поближе, чтобы всё как следует разглядеть и понял, что это, вероятней всего, были рыбьи кости. Однако рыба была огромной, длинной около двадцати метров, и то, что было странно, что у костей на самом деле было нечто присущее дракону!

Целитель окликнул его и достал какие-то мази, чтобы обработать ими раны, в то время как немой и слепой, сидя рядом, жарили яйцо, которое курица-дракон отложила немного раньше с громким, самодовольным кудахтаньем.

В Храме Бабушки другие деревенские жители тоже разводили огонь, чтобы приготовить себе что-нибудь на ужин. Как только солнце сядет, а перекус будет закончен, все начнут готовиться ко сну.

В этот момент в храм вбежал паникующий молодой мужчина и крича прохрипел:

— Акушерка! Здесь есть акушерка? Моя жена собирается родить!

Все в храме уставились на него, не издавая ни звука.

Бабушка Сы встала и дрожа ответила:

— Эта старуха довольно опытна, так как время от времени принимает роды. Ваша жена может попридержать мальца? На небе почти стемнело. Если она сможет продержаться до рассвета, то я смогу пом…

Молодой мужчина встал на колени и отбил несколько поклонов, умоляя:

— Она больше не может ждать! Я прошу Вас, спасите мою жену и ребёнка! Моя жена находится в трудном положении! Местная деревенская акушерка не может достать моего ребёнка!

Бабушка Сы встревоженно посмотрела на заходящее солнце.

— Пожалуйста, помогите мне! Умоляю! — молодой мужчина кланяясь ударил головой об пол несколько раз, от чего тот закровоточил, продолжая кричать. — Моя жена в течение последних нескольких лет пыталась родить, но на свет появлялись только мертворождённые! Если этот ребёнок тоже умрёт, моя родословная будет прервана!

— Все мертворождённые? — была поражена Сы.

Молодой мужчина многократно кивнул головой, на что бабушка Сы не могла не спросить подозрительно:

— Если у неё такие осложнения при родах, то ребёнок определённо не должен рождаться мёртвым. Что-то странное творится. Твоя деревня далеко отсюда?

— Недалеко! Всего в десяти километрах от Храма Бабушки!

Сы бросила взгляд на заходящее солнце и облегчённо вздохнула:

— Десять километров? Значит ты из расположенного неподалёку Поместья Чжан. Мы сможем добраться туда до наступления темноты. Слепой, Му’эр, следуйте за мной, там творится что-то подозрительное.

Цинь Му был удивлён. Бабушка Сы обычно вела себя очень капризно, поэтому он не ожидал от неё проявления такой инициативности и добросердечности.

Молодой мужчина поднялся на ноги и бросился в направлении Поместья Чжан. Он был практиком боевых искусств и мог бежать с приличной скоростью, а так как боялся вернуться домой слишком поздно, повернул голову, чтобы посмотреть поспевают ли остальные за ним… Но остальные поспевали, старуха, слепой, даже одиннадцатилетний пацан шёл с ним в ногу.

— Ты слишком медленный, — сказал престарелый туман слепой. — Му’эр, понеси его, нужно успеть до захода солнца.

Цинь Му в тот же миг рванул вперёд и бесцеремонно схватил мужчину, предупредив:

— На моей спине есть нож, так что осторожней там, не порежься.

— Отпусти, неся меня твоя скорос… — тут же выпалил мужчина, но прежде чем смог договорить, в его ушах послышался протяжный вой ветра. Цинь Му взмыл над лесом и рванул по верхушкам деревьев!

Мужчина впал в ступор, а свист ветра со временем становился лишь громче и пронзительней, ведь юноша, который его нёс, только набирал скорость, из-за чего в голову лезли всякие мысли: «Как этот братец тренировался? Он сильнее меня!»

Во время своего забега у Цинь Му возникло чувство, что он смог наступить на ветер, от чего подумал про себя: «Одноногий дедушка как-то сказал, что очистил своё тело находясь в области Духовного Эмбриона и ступая по кромкам порывов ветра. Если бы я смог найти кромку порыва ветра, то смог бы прогуляться по ветру? Однако, что же вообще такое — кромка порыва ветра?

Во время бега у него не было времени на размышления о подобных вещах. Мужчина на его спине всё ещё беспокоился, что бабушка Сы и слепой не смогут поспевать, как вдруг увидел, что оба старца просто сидели чуть позади, скрестив ноги. Ели приглядеться под ними можно было разглядеть вихри ветра, сформированные быстрой работой ног Цинь Му, и они двигались ничуть не медленнее них!

«Что за техника тела такая?», — мужчина был ошеломлён.

Солнце наконец-то уступало своё место тьме, роящейся с запада на восток и проглатывающей всё на своём пути.

Благодаря скорости Цинь Му уже вскоре можно было рассмотреть Поместье Чжан. Увидев поместье, парень тут же бросился к нему, желая добраться туда до того, как его догонит тьма!

Вьюх!..

Несмотря на резкую остановку, сильный ветер позади него продолжал вихриться. Бабушка Сы и слепой всё ещё сидели на ветру и даже смогли проплыть на несколько метров вперёд, прежде чем вытянуть ноги и непринуждённо коснуться ими земли.

Цинь Му на некоторое время просто застыл, глупо уставившись в одну точку, после чего на него снизошло озарение: «Кромка порыва ветра, так вот что такое кромка порыва ветра!»

Глава 41. Нажатие ножа

Во время бега Цинь Му создавал сильный ветер, а бабушка Сы и слепой садились на его кромку, чтобы передвигаться.

Кромка ветра была похожей на гребень волны. Волны создаются колебанием воды, в свою очередь кромка ветра, созданная Цинь Му, брала своё начало от колебания воздуха.

Молодой мужчина тут же соскочил со спины юноши, и потащил трёх человек в свой дом, подгоняя:

— Быстрее, быстрее!

Цинь Му отложил мысли о кромке ветра на потом и вошёл во двор поместья, чтобы осмотреться. Эта деревня была намного больше, нежели Цань Лао, и была домом для ста с лишним семей. Впрочем, дома здесь были такими же грубыми и незамысловатыми.

Во дворе росло огромное дерево, закрывающее половину дома своей кроной. Рожающая женщина находилась внутри этого самого дома.

Деревенская женщина высунула голову из комнаты и закричала:

— У неё отошли воды, быстро принесите ведро с горячей водой! О, это же великая акушерка из Цань Лао, отлично! Теперь и мать, и ребёнок будут в хороших руках.

Бабушка Сы огляделась и сразу поняла, что происходит:

— Му’эр, пробуди глаза и посмотри, нет ли поблизости чего-нибудь подозрительного. Если найдёшь — разберись с этим, а я пока приму роды. Слепой, постарайся никого на себя не натравить, пока я буду занята делом.

«Глаза Небес, пробудитесь!» — Цинь Му открыл Глаза Небес и прошёлся взглядом по окрестностям. Вдруг его взгляд остановился на густой кроне дерева, от чего кровь в его венах застыла, и он еле удержался, чтобы не вскрикнуть.

Казалось, что на дереве была одна чрезвычайно толстая ветка, но присмотревшись, Цинь Му понял, что на самом деле это толстая, как бочка, змея!

Огромная змея пряталась в кроне дерева, а половина её тела находилась внутри ствола. В нескольких местах на стволе виднелись огромные узлы, которые на самом деле были частями змеи, вываливающими наружу!

Исходя из толщины её тела, он понял, что никогда раньше не встречал такой длинной змеи. Другая половина её тела, вероятно, была захоронена в почве вместе с корнями дерева. Эта змея была больше, чем Зелёная Драконья Змея, которую поймал старый Ма и остальные!

Всё дерево, включая крону, излучало густой чёрный газ, который окружал дом!

В этот момент огромная змея высунула свой алый язык и наклонила голову в сторону комнаты, где находилась женщина. Цинь Му не знал, что она собирается делать!

Парень боялся, что его Глаза Небес ошибаются, поэтому перестал использовать их, чтобы посмотреть обычным взглядом. Дерево стало выглядеть совсем обычно, и никакой змеи на нём не было. Однако, когда он снова разбудил Глаза Небес, огромная змея всё так же сворачивалась вокруг дерева, собираясь съесть душу ребёнка, как только тот родится.

Не трудно было догадаться, что именно эта змея ела души детей, которые бедная женщина рожала в течение последних нескольких лет!

Ярость вспыхнула в его сердце, и он серьёзным тоном спросил:

— Слепой дедушка…

Слепой, стоящий неподалёку, неторопливо ответил:

— Бабушка сказала, чтобы ты разбирался с неприятностями самостоятельно, если такие возникнут, так что делай то, что должен. Это будет твоей первой охотой. Однако, поторопись, ребёнок вот-вот появится на свет.

Цинь Му собрался с мыслями и пошёл к стволу дерева, едва заметно вдохнув и выдохнув.

Его жизненная Ци пришла в движение и, из-за ярости в сердце, стала неисчерпаемой, циркулируя всё быстрее и быстрее!

Когда жизненная Ци в теле парня вспыхнула, его ярость неистово заполыхала!

Уууу!..

Внезапно нож для убоя свиней откликнулся на его жизненную Ци и с гулом вылетел из-за спины, поднимаясь над головой.

Поднимая руки, чтобы схватить нож, его жизненная Ци неистово хлынула внутрь ножа для убоя свиней, после чего Цинь Му взмахнул…

Взмахнул ножом что было сил!

Высвобождая всю свою жизненную Ци и ярость в одном ударе!

Вжух!..

От ножа для убоя свиней раздался резкий свист, когда тот разрывал собой воздух в поисках цели, в итоге обрушившись на ствол дерева!

Бдзпум!

Прозвучал ужасно громкий звук от вонзившегося в ствол дерева ножа Цинь Му, наполовину разрубившего тело змеи, которая пряталась внутри. Кожа и плоть змеи оказались очень твёрдыми, поэтому даже нож для убоя свиней, оружие, которое было изготовлено немым и превосходило обычное духовное оружие, не смог разрезать огромную змею надвое!

Положив руку на обух своего ножа, он использовал навык ног одноногого.

Одноногий однажды сказал, что ноги — это ветер, земля и источник всей силы!

Упёршись ногами в землю, он изо всех сил надавил на обух ножа одной рукой, пока второй крепко удерживал рукоять, от чего земля под его ногами начала проседать!

Раздался скрежещущий звук. Огромная змея разделилась на две части вместе с деревом!

Цинь Му крепко встал на ноги и отвёл ножом для убоя свиней в сторону. Кровь продолжала капать с лезвия, в то время как мышцы на спине парня от перенапряжения неконтролируемо сокращались.

Кккрррр!..

Возвышающееся дерево наклонилось и, рухнув, разрушилось, поднимая во дворе облако пыли… как вдруг, оно внезапно ожило!

Огромная змея, рассечённая напополам, оказалась ещё живой. Верхняя половина её тела, дико извиваясь, раздробила ствол дерева, в котором была спрятана, стреляя корой во всех направлениях. Некоторые из осколков даже застряли в стене!

Летящие с огромной силой куски дерева и коры казались более опасными, чем копья!

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Со взмахом нож взблеснул в руке Цинь Му. Его предыдущая атака была чрезвычайно тяжёлой, в то время как теперь он наоборот использовал очень быструю технику!

Навык ножа для убоя свиней мясника имел только один секрет — “быстро, быстрее, ещё быстрее”.

Бдзинь! Бдзинь! Бдзинь! Бдзинь!..

Яростные взмахи ножом резали во всех направлениях, противостоя бесчисленным осколкам коры и щепок дерева, отчего руки Цинь Му начали болеть.

Способности змеи превосходили его, однако она была сосредоточена на роженице, поскольку хотела высосать душу из ребёнка сразу после того, как тот появится на свет.

Когда дети рождаются, их пуповины связаны с плацентами матерей, а их небесные души ещё не полностью сформированы. Но как только они покидают тело матери, формирование души заканчивается. Пока ребёнок в утробе, его душа не полная, поэтому огромная змея хотела вырвать душу в тот момент, когда роды закончатся.

Неизвестно, как она пробралась в деревню и так надёжно спряталась, умудряясь незаметно совершенствоваться. Она скрывалась в этом дереве в течение последних нескольких лет, и съела несколько душ младенцев, чтобы повысить уровень своего совершенствования. Змея думала, что всё пройдёт гладко, как и раньше, и не обратила внимания на Цинь Му, позволив ему разрезать себя на две части.

Впрочем, хотя змея и была разрезана напополам, убить её окончательно было нелегко.

Огромная змея разразилась яростью от осознания того, что её тело разорвали на две части, и что жить ей осталось наверняка не долго. Поэтому она сразу же отреагировала, открыв свои огромные челюсти и начав клацать ими в направлении Цинь Му!

Сильные порывы ветра яростно дули в лицо юноши, от чего оно дрожало и колыхалось, он даже не мог нормально открыть глаза.

Нож в руке Цинь Му метнулся вперёд, будто бушующий шторм, однако навстречу ему двигалась сила невообразимой мощи, с глухим болезненным стоном отбросив назад. Под сопровождение громкого треска, в стене двора появилась большая дыра в форме человека!

Прежде чем Цинь Му смог подняться на ноги, он увидел, как ворота двора сдуло, будто те были сделаны из бумаги. Огромная змея пробилась сквозь них и поползла прямо к парню, излучая кровожадную ауру. Её свирепые челюсти и длинные зубы испугали Цинь Му, поэтому он не осмелился столкнутся с огромной змеёй, бросив умоляющий взгляд на слепого.

Далеко позади змеи, слепой спокойно стоял и, казалось, не обращал никакого внимания на происходящее.

Сердце Цинь Му вздрогнуло: «Может быть слепой дедушка верит, что я в силах справиться со змеёй? Если он действительно так думает, значит мне это под силу! Глаза Небес, пробудитесь!»

Его жизненная Ци энергично циркулировала, входя в глаза и формируя в них слой завораживающих узоров, складывающихся в сложной формы зрачок.

Когда он разбудил Глаза Небес, то сразу почувствовал, что мир перед ним перестроился. Тусклая деревня, покошенные дома, змея, мчащаяся на него, всё стало в несколько раз яснее. Он мог с лёгкостью заметить каждое действие, сделанное змеёй.

Изменив движения своих ног, Цинь Му увернулся от змеиного выпада буквально на сантиметр, затем ударил ножом для убоя свиней прямо по её глазам.

Парень подпрыгнул, и выпад огромной змеи снова пролетел на несколько сантиметров ниже цели.

Его глаза чрезвычайно чётко видели каждое движение ползающего гада. Следя за сокращениями мышц под её кожей и направлениями потоков силы, он мог с лёгкостью предвидеть следующий ход противника и, соответственно, увернуться от него.

Всё это происходило рефлекторно. Цинь Му не нужно было просчитывать все движения в голове.

Глаза Небес — первое небо навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес, позволяли не просто увидеть сквозь “фасад дома”, но и значительно усилить чувства и ускорить реакцию!

Из-за распоротого ножом Цинь Му левого глаза, змея зашипела от боли и немедленно помчалась на встречу к противнику, который как раз приземлился на землю. Вскоре после этого, в её правом глазу также потемнело, так как он тоже был разрезан на части ударом ножа.

Гигантская змея внезапно успокоилась и перестала двигаться. Цинь Му тоже стоял, не издавая ни звука. Человек и змея находились всего в нескольких метрах друг от друга.

На деревенских тротуарах неподалёку несколько местных жителей вышли посмотреть, что происходит, и были ошарашены, увидев двенадцатилетнего мальчика, сражающегося против огромной змеи.

Ночь уже успела накрыть маленькую деревню. Свет от старых ламп тускло горел сквозь окна, едва освещая тротуары.

Почти все затаили дыхание и боялись издать хоть малейший звук.

Все, кроме маленькой девочки, которая вдруг закричала от страха.

Огромная змея мгновенно сорвалась с места и поползла в её сторону. Открыв громадную, вселяющую ужас, пасть, она набросилась на семью из трёх человек, которые были слишком перепуганы, чтобы что-нибудь сделать.

Глава 42. Тень в ночи

Как только змея рванула, Цинь Му прыгнул за ней. Крутясь с ножом для убоя свиней как смерч, он врубился в самое тонкое место между её головой и телом.

Навык ножа Забой Свиней — Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Это движение мясника должно обладать величием солнца, восходящего вместе с тысячей накатывающихся друг на друга волн, используя непревзойдённую силу ножа для разрубания и разрушения любой силы, стоящей на пути!

«Я должен обезглавить её! — все мысли Цинь Му поглотило одно единственное слово: рубить, рубить, рубить, рубить, рубить!»

Чии… вжух!..

Кровь змеи разбрызгалась повсюду, в то время как её треугольная голова, такая же широкая, как обеденный стол, была отделена от тела, но всё равно продолжала лететь к деревенской семье.

Змея даже не подозревала, что её голова уже была отрублена.

Глядя на огромную летящую голову змеи, которая во что бы то ни стало собиралась добраться до бедной семьи, Цинь Му прыгнул и обрушился вместе с ударом ноги на пасть змеи, тем самым закрывая её.

Вместе с Цинь Му, стоящим сверху, голова рухнула прямо перед испуганным деревенскими жителями.

Трое ошеломлённо уставились на мальца перед ними.

Цинь Му наклонился и ослепительно улыбнулся маленькой девочке:

— Всё в порядке, малышка.

Внезапно раздался громкий плач ребёнка. Из частично разрушенного дома выбежала женщина и улыбаясь огласила:

— Мои поздравления! И мать, и ребёнок полностью в порядке.

Цинь Му немедленно убрал нож в чехол из коровьей кожи и рванул обратно во двор. Мальчик взволнованно подбежал к дому, в то время как бабушка Сы вышла, чтобы помыть руки и бросила взгляд на счастливую парочку позади.

— Ты доволен, Му’эр? — улыбнулась бабушка Сы.

Цинь Му посмотрел на любящую семью и мягко кивнул головой. Его рука неосознанно потянулась к шее, чтобы дотронуться до нефритового кулона.

Бабушка Сы посмотрела на его руку и горько вздохнула в мыслях.

Слепой шагнул вперёд и зевнул:

— Вопрос улажен, так что нам пора готовиться ко сну. Бабуль, у них не так много свободного места, как думаешь, может мы их подвинем…

Бабушка обернулась и угрожающе зыркнула на слепого. Тот почувствовал мороз, бегущий по всему телу. Он тут же повернулся, воткнул свою бамбуковую трость в землю и сказал в пустоту:

— В наши дни, даже слепые должны ожесточать свои сердца. Как печально, что добрые люди совсем уже выродились. Пойду посплю на улице…

— Бабуль, почему местные жители всё это время не замечали этой змеи? — недоумевал Цинь Му, смотря, как деревенские стаскивают хвост змеи с дерева.

Он с детства жил в деревне Цань Лао, всё жители которой были инвалидами. Даже бабушка Сы — она была горбуном. Однако, эти старики были способны пойти на всё ради него.

В этой деревне все жители были в основном обычными людьми. Несмотря на то, что в деревне жили практики, но их совершенствование было не так высоко, поэтому у них были лишь подозрения насчёт этой змеи.

— В Великих Руинах, лишь одна деревня Цань Лао, — бабушка Сы подавленно смотрела на людей. — Большинство живущих здесь — обычные люди, которые упустили свой шанс сбежать из Великих Руин во время катастрофы. Также тут много тех, кто не смог продолжить жить во внешнем мире и был вынужден бежать сюда, дабы скрыться от налогов помещиков, обрекая себя на борьбу за выживание здесь.

— Внешний мир? — удивлённо моргнул Цинь Му

— Внешний мир намного опасней Великих Руин! — процедила бабушка, и продолжила ровным холодным голосом. — Иначе твоей бабушке и остальным не пришлось бы прятаться здесь, в Великих Руинах! Перестань постоянно думать о путешествии во внешний мир!

Цинь Му почесал голову, не понимая, почему его, обычно добрая и приветливая, бабуля неожиданно разозлилась.

Бабушка Сы понизила голос и прошептала:

— С этой змеёй что-то не так. Странные звери обычно не могут зайти в деревню, но эта огромная змея пряталась на территории поместья в течение многих лет. Боюсь она была оставлена кем-то преднамеренно… Этот метод разведения… Кажется этот метод является методом разведения дьявольского культа. Хе-хе, что-то интересное может произойти сегодняшней ночью…

Змею специально оставили расти здесь, чтобы навредить жителям деревни?

Сердце Цинь Му похолодело. Кто, настолько гнилой душой, мог сотворить такое?

Змея точно съела души нескольких новорождённых. Зачем нужно было скармливать ей всех этих младенцев?

— Му’эр, что-то таинственное может случиться с тобой этой ночью, ни в коем случае не двигайся и не издавай звуков, если увидишь что-то выходящее за рамки твоего понимания. Утром вся правда выйдет наружу.

Бабушка Сы усмехнулась, обнажив гнилые кусочки зубов, оставшихся во рту:

— Он использовал змею, чтобы высасывать жизненную силу и души младенцев, прежде чем поглощать сущность змеи, дабы укрепить свою собственную небесную душу и вернуть жизненную силу. Он должно быть совершенствуется подобным образом множество лет и обладает поразительными способностями. Подобный метод совершенствования определённо стал бы причиной того, что его воспринимали бы за дьявола и подвергли гонениям среди людей во внешнем мире… Поэтому он был вынужден скрываться и сеять хаос здесь, в Великих Руинах. Му’эр, ты не сможешь справиться с ним, просто наблюдай за шоу.

Цинь Му кивнул, чувствуя растущее напряжение внутри.

Счастливая семья довольно долго была на эмоциях, они плакали и смеялись, прежде чем вспомнили о своих гостях. Они обустроили комнаты для бубшки Сы и Цинь Му, чтобы те хорошенько отдохнули. Пара отдала в их распоряжение гостиную и спальную комнаты. Цинь Му чувствовал, что подобное неправильно и неуместно, но бабушка Сы не отказалась от комнат и строго наказала своему внуку спать в зале, а сама ушла в спальную.

Вскоре все заснули. Какое-то время Цинь Му пытался не заснуть, но усталость сделала своё дело, постепенно его веки опустились и закрылись.

Посреди ночи, когда всё было тихо и спокойно, Цинь Му внезапно вздрогнул и быстро открыл глаза, мгновением позже он понял, что не может пошевелиться!

Дверь в комнату для гостей заскрипела, и сквозь открывшуюся дверную щель полился свет. На земле появилась длинная тень.

Цинь Му открыл рот, чтобы позвать бабушку Сы, но не смог издать ни единого звука!

Тень на земле дрогнула и начала двигаться, поднимаясь на стену. Оказавшись на стене она исказилась и показала острые зубы и когти, что сделало царящую вокруг обстановку более угрожающей и пугающей.

Холодные капли пота стекали по лбу Цинь Му, тень медленно поползла по потолку, прежде чем зависнуть и взглянуть прямо на него.

Цинь Му уставился прямо на тень, широко открыв глаза. Перед ним была реальная тень, висящая над ним. Она была ровной, но невероятно гибкой, постоянно меняя свои формы, словно практикуясь в навыке смены форм!

Однако это просто тень. Как тень может свободно двигаться в пространстве без владельца? Где её хозяин?

Вуууш…

Порыв ветра ворвался в комнату через дверную щель и принёс с собой небольшой треугольный стяг, который был схвачен тенью, тут же взмахнувшей им в сторону Цинь Му.

В этот момент дверь спальни заскрипела и приоткрылась, давая пролететь маленькой серебряной бусине. Она была похожа на серебряные пилюли, которые хранились у бабушки Сы дома. Бусина остановилась прямо между бровями Цинь Му и начала крутиться на месте сохраняя своё изначальное положение, не издавая ни звука. Мечи размером с волос, которые почти невозможно было заметить, постоянно вылетали из серебряной бусины.

Чёрная тень сделала круговое движение белым стягом, и он самостоятельно поплыл по комнате. Этот стяг был быстр, как молния, он сразу неоднократно атаковал Цинь Му, лежащего на кровати. В тот же миг бусина тоже двинулась навстречу стягу и бесшумно столкнулась с ним, блокируя все его атаки.

Независимо от того, сколько раз эти два странных объекта сталкивались, не раздавалось никаких звуков, ничто не было уничтожено во время этих столкновений, стояла звенящая тишина и относительное спокойствие.

Через некоторое время тень затряслась и выплюнула кровь из своего рта. Белый стяг рванул вон, а чёрная тень в это время уже вышла из дому, растворяясь, как вода.

Серебряная бусина перестала вращаться и вернулась обратно во внутреннюю комнату.

Только теперь Цинь Му почувствовал, что снова может двигаться и начал жадно глотать воздух. То, что произошло, выходило за рамки его понимания, всё это казалось просто жутким сном, но пятна крови на полу подтверждали, что всё произошедшее было реальностью.

Вне дома не было никаких звуков, за исключением слабого звона от удара по гонгу. Ночной сторож, объявлял, что сейчас ночь, чтобы жители не проснулись рано и не были поглощены тьмой за пределами деревни.

Ночной сторож трижды ударил гонг и придержал его, дабы избежать лишних звуков, затем пошёл домой. Когда он добрался до своего дома, то увидел слепого, идущего мимо и мирно постукивающего бамбуковой тростью перед собой.

— Старый брат, найди место, чтобы отдохнуть! — ночной сторож быстро подошёл и остановил слепого, а затем сказал с улыбкой на губах. — Уже так поздно, будь осторожен, не выходи за пределы деревни, дабы не быть съеденным монстрами!

Слепой улыбнулся и дважды постучал своей тростью по тени сторожа.

— Спасибо за предупреждение, — поблагодарив, слепой постукивая своей тростью по земле медленно ушёл.

Поп поп!..

Неожиданно две сквозные дыры появились на груди мужчины, он пошатнулся и его тело рухнуло на землю.

— Насколько же твоё копьё быстро, раз оно смогло прервать моё заклинание! Кхе… Кх… Я знаю кто ты. Может сейчас ты и слепой, но ты стал ещё опасней, чем раньше…

Ночной сторож в последний раз вздохнул и его глаза заволокла пелена смерти.

Маленький белый треугольный стяг медленно опустился сверху и закрыл его лицо.

Глава 43. Демон, спешащий домой

На следующий день Цинь Му проснулся от гвалта на улице и пошёл разузнать что же случилось. Чуть позже он узнал, что напугало жителей деревни. Оказывается, что ночью умер сторож.

Вчера все были напуганы огромной змеёй, обитавшей на дереве, которое Цинь Му благополучно расколол пополам. После случившегося народ никак не ожидал, что той же ночью сторож умрёт такой ужасной смертью. События, происходящие в деревне, заставляли местных паниковать.

Вчерашняя пара принесла тарелку с уложенной на ней красной материей. На ткани лежали какие-то подарки:

— Акушерка, младший брат, наша семья бедна, и нам нечего вам предложить, но вы должны принять хотя бы это.

Цинь Му уже собирался отказаться от подарков, но слепой прервал его, не дав сказать и слова:

— Прими эти подарки, Му’эр. Не заставляй их чувствовать, будто они что-то тебе должны.

Цинь Му должным образом принял немногочисленные подарки и попрощался с парой. Мужчина произнёс с улыбкой:

— Младший брат, с такими исключительными способностями ты определённо станешь драконом или фениксом среди людей!

— Что такого в этих драконах, или фениксах? — произнесла бабушка Сы. — Печень дракона и желчный пузырь феникса — это просто деликатесы на обеденном столе. Не надо становиться драконом или фениксом. Стань тем, кто будет пожирать их.

Потерявшая дар речи пара переглянулась, в то время как Сы махнула на них рукой:

— Возвращаемся. Му’эр, слепой, мы идём обратно на храмовую ярмарку.

Цинь Му быстро догнал бабушку Сы и с нескрываемым любопытством спросил:

— Бабусь, что произошло прошлой ночью? Сторож был тем, кто использовал дьявольский метод разведения? Как он умер? Что это была за серебряная пилюлька, летавшая над моим лбом ночью? Разве ты не говорила, что люди в нашей деревне обычные? Почему же мне кажется, будто это не так, и они совсем не такие, как жители других деревень?

— Откуда у тебя столько вопросов? — голова бабушки Сы уже начинала побаливать, и она умоляюще посмотрела в сторону слепого. Слепой хихикал пока шёл вперёд, пока не врезался головой в дерево, после чего свалился в обморок.

Старуха Сы подошла и попинала лицо слепого ногой, но тот так и не очнулся.

Цинь Му закинул слепого на спину и с мольбой посмотрел на бабушку Сы. Старуха тут же вытащила иглу из корзины и воткнула её в задницу слепого. Даже когда кровь начала активно течь, он не очнулся.

Чувствуя всю безысходность положения, Сы моргнула и наконец сказала:

— Ночной сторож действительно оказался экспертом пути дьявола, он специально растил змею. Его способности были совсем неплохи. Он использовал технику Иллюзорной Тени — это одно из могущественных божественных искусств секты Небесного Дьявольского Культа. Я же использовала технику Убийства Тени, чтобы ранить его тень, дабы повредить реальное тело. Однако из-за дьявола в моём сердце я однажды пообещала кое-кому, что никогда не буду сильно вредить ученикам Небесного Дьявольского Культа, поэтому я могла лишь заставить его отступить. Тем, кто убил его, была не я, а слепой.

Цинь Му удивлённо моргнул и снова спросил:

— Тогда, чем была та серебряная пилюлька, летавшая над моим лбом? Была ли это пилюля меча? Бабуль ты сведуща в техниках меча?

Бабушка уставилась на Цинь Му, а тот в свою очередь на неё. Они оба смотрели друг на друга, пока их глаза не начали болеть. Заскрежетав зубами, старуха воткнула очередную иглу в задницу слепого, но тот всё ещё никак не реагировал.

— Серебряная пилюля? Гхм… Ты имел в виду это?

Бабушка Сы подняла ладонь, а на ней лежала серебряная пилюлька. Цинь Му тут же кивнул:

— Бабуль, научи меня технике меча!

Бабушка Сы вздохнула:

— Не то чтобы я не хотела тебя научить… Я не могу. Возможно, техника моего меча одна из величайших техник, но всё равно не лучшая. Если ты выучишь мою технику, то один человек не захочет тебя обучить, поэтому я не буду учить тебя своей технике, даже если от этого будет зависеть моя жизнь…

Цинь Му разочарованно вздохнул, но его дух вновь воспрял:

— Лучшая техника меча в мире? Он из нашей деревни?

— Прекрати гадать, — бабушка Сы решила предупредить его. — Если ты его попросишь, то он тем более не научит тебя. Только когда придёт в гармонию с самим собой, он научит тебя! Ты выучил уже множество сверхмощных искусств, но по-прежнему не овладел ни одним из них по-настоящему. Однажды, наступит день, когда ты сможешь победить всех стариков в деревне, тогда и только тогда ты должен будешь думать о тренировке техник своего меча! Даже если в итоге он так и не захочет тебя учить, мы его заставим!

Слепой зевнул и произнёс спокойным голосом:

— Он самый мудрый и знающий, а также обладает наиплотнейшим совершенствованием. Он стал куда более ужасающим за эти несколько лет, даже все вместе мы бы не смогли избить его.

— Ты наконец-то решил очнуться? — бабушка Сы сильно разозлилась и воткнула ещё одну иглу ему в булку задней точки.

Слепой слез со спины Цинь Му и опёрся на свою бамбуковую трость:

— Некоторые вещи ты можешь объяснить лучше, чем я. Но я объясню, как убил ночного сторожа. Его техника Иллюзорной Тени была очень сильна, настолько, что он мог перемещаться между своим истинным телом и его тенью… На самом деле, на тот момент его истинным телом была тень. Если бы кто-то захотел атаковать физическое тело, он был бы убит его тенью. Поэтому, когда он хотел убить меня, я дважды ударил тень на земле своей бамбуковой тростью, чтобы убить его.

Цинь Му подумал, а потом продолжил задавать вопросы:

— А зачем он выращивал змею, которая поглощает жизненную силу и душу для совершенствования?

Слепой обратился к бабушке Сы:

— Бабка, ты более сведуща в дьявольских техниках, поэтому лучше объяснишь.

— Эта была техника Поднебесной Свободы. — объяснила бабушка Сы. — Эту технику используют практики Небесного Дьявольского Культа, чтобы пробиться с Поднебесной стадии на Небесную. Однако я не знаю, где он получил эту неполную технику… Он действительно использовал нерождённых младенцев для совершенствования. Может быть истинная техника Поднебесной Свободы и является дьявольской, но она честна. Практикующие её никогда бы не опустились до такого презренного метода. Истинная техника использует энергию неба и земли, сущность солнца и луны, чтобы человек мог совершенствоваться, — её лицо выглядело очень обеспокоенным, пока она бормотала что-то себе под нос. — Чтобы человек из Небесного Дьявольского Культа был так близок… Похоже в Великих Руинах больше не будет покоя. Эти ребята обычно появляются, как рой пчёл…

Спустя какое-то время, три человека вернулись в Храм Бабушки и продолжили вести дела на храмовой ярмарке. Когда время близилось к вечеру, люди из разных деревень начали разъезжаться по домам. Цинь Му тоже погнал коровью телегу обратно в деревню Цань Лао.

— Му’эр, теперь ты можешь отправиться на охоту самостоятельно, — неожиданно заявил старый Ма, залезая в телегу, его тело скакало вверх-вниз из-за ям на дороге. — Ты вырос…

Цинь Му почувствовал тепло в своём сердце и улыбнувшись отвернулся. На губах пастушеского мальчишки играла улыбка, сияющая, как утреннее солнце.

— Однако ты должен охотиться лишь на обычных странных зверей, ни в коем случае не бросай вызов территориальному странному зверю. — воскликнула бабушка Сы. — И ты будешь каждый вечер пасти коров, а также должен заставлять их кушать как можно больше травы.

Лицо пастушка сразу же помрачнело, а две крепкие коровы, тянущие обоз, взвыли в своих мыслях. Слезы выступили на их глазах, из-за чего они выглядели очень обиженно.

Увидев, что произошло, Цинь Му подозрительно спросил:

— Бабусь… Эти две коровы тоже?

— Попробуй угадать, — хохотнула старая бабка.

Цинь Му даже не хотел об этом думать.

Внезапно подул ветер, и юноша, наслаждаясь им, неожиданно сделал шаг вперёд и выпрыгнул из телеги, дабы преследовать порыв ветра. Он хотел догнать ветер, нет, даже больше, он хотел побежать по этому порыву, чтобы оказаться в небе!

Его скорость была невероятно высока, когда он прыгнул в лес и побежал по верхушкам деревьев. Он бежал быстрее и быстрее, пока, наконец, не догнал кромку порыва ветра и не начал прыгать по небу. Несмотря на то, что под его ногами не было опоры, странная сила подталкивала его вверх.

Мальчик был очень взволнован, продолжая непрерывно бежать по ветру, путешествуя в небе.

Несколько человек в коровьей телеге подняли свои глаза к небу, и слепой спокойно спросил:

— Он упадёт?

Целитель словно схватил охапку воздуха и понюхал, а затем рассмеялся:

— Он упадёт. Это демонический ветер, созданный демоном, который мчится домой. Когда он обнаружит Цинь Му, то определённо остановится. Кто будет ловить его?

Бег Цинь Му ускорялся вместе с ветром, что привело к тому, что он пробежал несколько километров, не замечая ничего вокруг. Каково же было его удивление, когда он заметил снежно белую лису, сидящую на огромном банановом листе с подогнутыми задними лапами и с выпрямленными передними.

Он ошалело уставился на лисицу, а та в свою очередь изумлённо пялилась на него.

Человек и лиса закричали в унисон, как вдруг, Цинь Му почувствовал, что ветер успокоился, и он, размахивая во все стороны руками и ногами, начал падать. Тем временем лиса всё ещё визжала от испуга, сидя на банановом листе, и показывала на него своей передней лапой.

— Дерьмо!

Ноги Цинь Му мгновенно сменили ритм движения, в попытке выполнить навык ног одноногого — Небесный Расхититель: «Пока я бегу достаточно быстро, то могу бегать даже по небу…»

Однако сейчас он осознал, что недостаточно быстр. Он просто не мог подняться в воздух и продолжал падать к земле!

Цинь Му опустил взгляд и его душа ушла в пятки. Ниже него раскинулись скалистые хребты, без единого дерева в округе. Куда не глянь, острые как бритва скалы, и если он упадёт на одну из них, то скорее всего тут же и помрёт!

В этот момент лиса опомнилась и перестав визжать, мгновенно полетела. Цинь Му почувствовал струю воздуха под своими ногами и понял, что вновь обрёл опору. Его ноги начали быстро двигаться, дабы нивелировать скорость его падения, и перед самым приземлением на землю ему удалось подпрыгнуть вверх, отталкиваясь от кромки порыва ветра, продолжив парить.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Затем он увидел, что лиса уже подлетает к нему, сидя на своём чудном банановом листе и что странно… от неё пахло алкоголем. Взглянув на него, она внезапно заговорила на человеческом языке сладким пьяным голосом:

— Что ты делаешь? Зачем ты следовал по моему ветру?

Цинь Му впал в ступор и не задумываясь ответил:

— Я пытался узнать, можно ли догнать порыв ветра, чтобы путешествовать вместе с ним. Я не знал, что это твой ветер. Ты можешь летать? И так хорошо говорить?

— Я могу использовать заклинание, чтобы управлять ветром и путешествовать по нему, — пояснила белая лиса. — Я только что вернулась с банкета и сейчас мчусь домой, пока окончательно не стемнело. Я сейчас же ухожу и не собираюсь провожать тебя. Мы ещё встретимся, если на то, будет воля судьбы! — как только лиса произнесла эти слова, она устремилась в небо, оставляя за собой небольшую бурю.

П.П.: невозможно понять какой пол, ни из англа, ни из кита, но учтём мои фантазии и оставим женский, а там дальше видно будет

Цинь Му чувствовал, как энергия ветра ослабевает, и немедленно начал спускаться с неба. Деревня Цань Лао была недалеко отсюда. Ступив на твёрдую землю, он поднял голову в направлении улетевшей лисы, но она уже бесследно исчезла.

«Возвращается с банкета? — он был полон вопросов. — Откуда эта лиса знает заклинания, а также почему принимает участие в банкетах? Когда я встречусь с ней в следующий раз, то определённо спрошу об этом. Определённо…»

****

Два дня спустя, пара монахов, один молодой, а другой старый, с ног до головы покрытые пылью, прибыли в Поместье Чжан. Когда они вошли, старый монах спросил:

— Есть ли кто-нибудь, кто желает поделиться чашей с водой? Мы, монахи, всегда в пути и слабы желудком, поэтому нуждаемся в чаше с тёплой водой.

Жители деревни налили две чаши воды, для старшего и для младшего, монахи поблагодарили народ за проявленную доброту, после чего старший добродушно улыбнулся и спросил:

— Мы, учитель и ученик, долго блуждали по миру и знаем некоторые заклинания. Я чувствую демоническую ауру в вашей деревне, вам нужна помощь в избавлении от демона?

Житель деревни улыбнулся:

— Демон уже изгнан. Это была огромная змея, живущая в кроне дерева. Она была убита мальчиком из соседней деревни!

Старый монах изумился:

— Тогда почему я до сих пор чувствую демоническую ауру? Кто-нибудь неожиданно умирал в вашей деревне в последнее время?

Глава 44. Патриарх Небесного Дьявольского Культа

Деревенские жители Поместья Чжан столпились вокруг, в то время как один из них выкрикнул:

— Недавно умер ночной сторож!

Старый монах задумался и, немного погодя, спросил:

— Тело сторожа похоронили?.. Он, скорее всего, и есть демон, тело которого со временем может превратиться в зомби.

Столпившиеся деревенские шокировано подскочили и немедленно отвели двух путников к могиле сторожа:

— Мы похоронили его только вчера, почтенные…

Старый монах указал пальцем вперёд, и земля могилы разошлась в разные стороны. Из образовавшейся ямы поднялся наспех сколоченный гроб, зависнув посреди воздуха перед всеми присутствующими.

Поп, поп, поп…

Колышки, крепящие крышку гроба, тут же один за другим повыскакивали, от чего та поднялась и отлетела в сторону. После того как гроб упал обратно в яму, тело ночного сторожа продолжило парить в воздухе, с закрытым белым стягом лицом.

Взяв белый стяг для осмотра, старый и молодой монахи переглянулись, едва заметно кивнув друг другу. Старый монах произнёс какое-то заклинание и указал пальцем на тело сторожа, от чего оно мгновенно взорвалось, обращаясь в пепел.

Жители деревни сразу же начали благодарить их, предлагая в качестве награды золото и серебро. Молодой монах тут же помахал рукой в знак отказа, на что старый монах поучительно молвил:

— Если бы мы ничего не сделали, то и награды бы не заслужили, но сделав достойное дело, никогда не отказывайся от благодарности. Так что прими.

Только после этого молодой монах принял подарки, а старый монах спросил:

— Где живёт тот юноша, который убил огромную змею? С ним был ещё кто-то?

— Он из деревни Цань Лао, с ним были слепой и местная акушерка Сы. Пройдя вверх по течению реки двадцать километров, почтенные найдут деревню, в которой они живут.

Старый монах поблагодарил местных и покинул Поместье Чжан, отправившись вверх по течению реки.

Пройдя несколько километров, старый монах вздохнул:

Смерть — это как погашенная лампа… и лампу Мастера Чертогов Мо, который притворялся ночным сторожем, погасили. Он пошёл по неверному пути, практикуя технику Поднебесной Свободы и используя младенцев для своего совершенствования. Да, его смерть была заслуженной, но он всё же был мастером чертогов нашего священного культа. Его убил и в теле и душе тот, кого, кажется, нарекли Богом Копья, а это значит, что до того, как Мастер Чертогов Мо встретил Бога Копья, он также повстречал её… Нашу Владычицу Культа.

Молодой монах молча слушал, в то время как старый монах продолжал:

— Владычица Культа всегда была таинственной и неуловимой. После того как она скрылась в Великих Руинах, мастера нашего священного культа безрезультатно искали её. Поэтому то, что с ней именно здесь столкнулся Мастер Чертогов Мо, за пределами моих ожиданий. Патриарх, всё же не зря мы потратили столько времени обыскивая это место.

Молодой монах открыла рот и с его уст сорвался очень древний, и в то же время властный, голос:

— После того как Владычица Культа убила Владыку Культа и украла Великие Небесные Дьявольские Рукописи — святую Библию и в то же время учения нашего культа, она исчезла на сорок лет… Но сорок лет спустя, мы, наконец, нашли её.

На следующее утро в деревне Цань Лао. После завтрака целитель привёл старейшину ко входу в деревню, чтобы почаевать, но даже не успев начать они вдруг услышали, как где-то в деревне довольно закудахтала курица-дракон.

— Курица снеслась, Му’эр, сходи забери яйцо из курятника.

Бабушка Сы поспешила вперёд, чтобы самой забрать яйцо, но Цинь Му уже вошёл в курятник. Тем не менее, совсем немного времени спустя, он выскочил, с поклёванным до крови лицом и преследуемый курицей-драконом.

Курица-дракон была чрезвычайно свирепой и могла плеваться огненной змеёй длиной в несколько метров. Её перья были такими же острыми, как лезвия ножей, а когти могли вспарывать металл, словно тот был какой-то грязью. После всего нескольких обменов ходами с курицей, Цинь Му осознал, что совсем ей не противник и сбежал.

— Му’эр, ты даже не можешь приструнить курицу? — мясник увидел, как курица-дракон гоняет Цинь Му по всей деревне, будто кот мышку, и взревел от смеха.

Воспользовавшись ситуацией бабушка Сы улучила возможность умыкнуть яйцо. Спустя некоторое время, так и не поймав Цинь Му, курица-дракон высокомерно, словно особа королевских кровей, зашагала к своему курятнику, только чтобы в итоге обнаружить, что яйцо пропало. Впав в ярость, она снова погналась за пареньком, чтобы устроить тому хорошенькую взбучку.

После устроенного шороху, Цинь Му наконец смог поднять свой боевой дух и избавиться от депрессии, ведь ему всё-таки удалось одержать верх в сражении с курицей-драконом. Закрепив на спине нож для убоя свиней в чехле, привязав огромный железный молот, посох Кхаккхару и набив карманы пилюлями Усиления Живучести, он вышел из деревни переполняемый энтузиазмом и рвением.

Цинь Му впервые отправлялся на охоту в одиночку, ох, как же долго он этого ждал. Тем не менее из-за того, что его заклевала какая-то курица, настроение было немного подпорчено.

Выйдя из деревни, он увидел юношу и старика, которые шли к деревне, выглядя как два блуждающих святоши.

Юноша и старик подошли к воротам деревни и поклонившись пьющим чай старейшине и целителю, спросили:

— Можем ли мы попросить угостить нас чашечкой чая?

Старейшина деревни поднял брови, ответив:

— Как мы можем пренебречь путниками, проделавшими такой долгий путь, чтобы проведать нас?

Целитель налил две чашки чая для юноши и старика, которые в это время присели. Юноша сел напротив старейшины деревни, а старик сбоку.

— Змею зарезал этот юнец? — улыбаясь спросил старик, глядя на Цинь Му.

Цинь Му собирался ответить, но старейшина деревни не дал, сказав:

— Му’эр, это тебя не касается. Займись своими делами.

Цинь Му кивнул и пошёл в сторону леса. После того как он ушёл достаточно далеко, юноша, сидящий напротив старейшины, открыл рот и заговорил чрезвычайно древним голосом:

— Мы ведь встречались раньше, я прав?

— Верно, встречались, — кивнул головой старейшина деревни.

— Мало кто всё ещё жив из нашего поколения, и я очень рад, что смог встретиться с Вами, — улыбнулся юноша.

— Взаимно, — чёрство ответил старейшина.

— Я здесь, чтобы встретиться с вашей бабушкой Сы. Место Владыки нашего культа пустует на протяжении сорока лет. Она должна объясниться перед нами, — всё также улыбался юноша.

— Тот, кто входит в эту деревню, больше не имеет ничего общего с внешним миром, — покачал головой старейшина деревни.

Веко юноши слегка дрогнуло:

— Тогда я не буду входить. Не могли бы Вы спросить у неё вместо меня? У меня накопилось не мало вопросов, которые я хочу задать ей.

— Она ушла, — снова покачал головой старейшина.

Старик, сидящий рядом, практически потерял терпение и уже было собирался что-то сказать, когда юноша поднял руку, чтобы остановить его, говоря:

— Мы ждали сорок лет, спешить некуда. Старший Надзиратель, так как Владычицы Культа здесь нет, собери сильных рабочих для постройки деревни. Мы остановимся здесь на ночь.

Старик поклонился, и его дьявольская Ци взмыла к небу, формируя гигантское слово — “Указ”.

Юноша неспеша наслаждался своим чаем. Через два часа старики-инвалиды Цань Лао прекратили заниматься своими делами и вышли из деревни, подняв головы, чтобы посмотреть, что происходит.

По лесу шло шестнадцать огромных, невероятно мускулистых, великанов, расталкивающих и ломающих все деревья на своём пути. Они шли в группах по четверо, каждая из которых отвечала за переноску одной каменной статуи. Всего их было четыре. Шагая и пыхтя, камни, холмы, поваленные деревья под их ногами сплющивались, словно обычная грязь!

Лица шестнадцати гигантов были красным от перенапряжения, что говорило о запредельном весе статуй. Даже такие сильные рабочие, как они, еле как справлялись с поставленной задачей.

Великаны аккуратно разместили четыре статуи на северном, южном, восточном и западном направлениях рядом с деревней Цань Лао.

Немного времени спустя проплыл корабль с несколькими палубами и причалил у берега реки. С корабля спустилось около сотни плотников, которые тут же начали вырубать деревья рядом с Цань Лао и сколачивать из них дома. Спустя всего час в деревне было построено множество деревянных домов, со всеми видам разнообразной, необходимой мебели внутри. Затем плотники поднялись на корабль и спустили на берег сундуки с золотом, серебром, столовыми приборами и прочей домашней утварью, необходимой для дальнейшего комфортного проживания, после чего вернулись на корабль и, отчалив, уплыли.

Затем прибыл ещё один корабль, с палубы которого спустились художники и занялись росписями домов, мебели и прочего. Закончив со всеми своими делами, они тоже отбыли.

Чуть позже причалил корабль с каменщиками. Они начали извлекать каменные породы с соседней горы, в итоге изготовляя из них плитки для тротуара и даже высекая какие-то статуи. Когда дело было сделано, и они удалились.

Спустя какое-то время второпях прибыл рослый, крепко сложенный, мужчина, с слегка загнутыми кверху усами, который был с ног до головы в пыли, и тут же поклонился:

— Патриарх! Старший брат Надзиратель.

— Левый Хранитель, деревня готова. Выбери себе комнату, — ответил старик.

Рослый мужчина с крючковатыми усами вошёл в недавно построенный, рядом с деревней Цань Лао, деревянный дом и не издавая ни звука поселился в одной из комнат.

Спустя некоторое время прибыла старуха в потрёпанной одежде. Уважительно поклонившись юноше и старику, она пошла обустраиваться в одной из комнат.

Несколько мгновений спустя со стороны реки можно было увидеть рыбака, плывущего на лодке, сплетённой из множества листьев. Пришвартовавшись у берега реки, он вошёл в деревню, со своей рыболовецкой сеткой для рыбы и удочкой, и поселился в ней.

В деревню начало стекаться всё больше странных людей. Некоторые были богачами, в то время как другие купцами, третьи выглядели как учёные мужи и учителя, можно было увидеть даже проституток. В деревне поселилось множество людей всех видов профессий.

Взгляд старого Ма потяжелел, когда он вполголоса произнёс:

— В секте Небесного Дьявольского Культа есть триста шестьдесят профессий, которые образовали собой триста шестьдесят чертогов и соответственно мастеров чертогов. Все они таинственные личности, разбросанные и скрывающиеся по всему миру. Кто бы мог подумать, что все триста шестьдесят мастеров чертогов в течение последних сорока лет переселились в Великие Руины, чтобы искать Владычицу Культа. Боюсь они никуда не уйдут, пустив здесь корни!

Улыбка на лице одноногого засияла ещё ярче, когда он рассмеялся:

— Где же наша бабуля Сы? Все эти люди ищут её!

Глухой ответил:

— Я видел, как она превратилась в косулю и тайком улизнула из деревни… И это случилось ещё до того, как ушёл малец. Скорее всего она сильно беспокоилась об его охоте, поэтому и поступила так. Боюсь, что она до сих пор не в курсе, что Дьявольский Культ нашёл её, поселившись у нашего порога. Почти все самые важные члены культа теперь живут у нас под боком!

Цинь Му отправился вглубь леса и гор. Через некоторое время мимо пробежала косуля, озираясь вокруг, словно ища кого-то, но не в силах найти. Косуля растерялась, как вдруг, с дерева спрыгнул юноша и улыбнулся:

— Бабуль, я должен охотиться один, может вернёшься домой? Поверь, я могу позаботиться о себе.

Косуля, взбесившись, гаркнула:

— Маленький негодник! Будь острожен и не умудрись ненароком умереть!

После чего косуля вильнула хвостом и убежала.

Цинь Му продолжил бежать вперёд и вскоре увидел покрытого густой шерстью мамонта, пьющего воду из пруда:

— Бабуль, я действительно могу позаботиться о себе. Тебе не нужно присматривать за мной.

Мамонт озверел и тяжело затоптал в сторону Цинь Му, на что тот привёл в движение свою жизненную Ци, вытащив свой нож для убоя свиней, и тяжёлым, убийственным тоном, взревел:

— Ну раз ты не моя бабуля, тогда сдохни!

Мамонт сразу же обернулся и дал дёру, ругаясь на человеческом языке:

— Негодник! Ты что… и правда собирался прирезать свою собственную бабушку? Когда вернёшься в деревню приготовь свою задницу для хорошей порки!

Цинь Му беспомощно покачал головой и пошёл дальше. Пройдя около трёх километров, он обречённо поднял голову к небу, умоляюще простонав:

— Бабуль, я правда-правда справлюсь… не нужно за мной присматривать…

Огромная птица непонимающе взглянула на него, продолжив кружить по окрестностям.

Цинь Му покачал головой и схватил несколько камней, подбросив в небо. Камни подлетели вверх на разную высоту, позволяя парню использовать их в качестве лестницы, чтобы прыгать вверх. Через несколько мгновений он оказался рядом с птицей.

— Ладно, ладно, я больше не буду за тобой следить! — вдруг заговорила огромная птица. Договорив, она хлопнула крыльями и улетела.

Цинь Му врезался о поверхность с глухим, гулким ударом, от чего его ноги глубоко погрузились в рыхлую землю. Подняв голову, он увидел, что птица в небе бесследно исчезла.

— Бабуля, даю гарантию, всё равно продолжит втихаря следить за мной…

Цинь Му оглянулся вокруг себя. Не обнаружив ничего подозрительного и необычного, он прошёл ещё на несколько километров вперёд, упёршись в водопад с красивыми природными видами вокруг. Рядом с водопадом находилась соломенная хижина с накренившейся слегка набок и погружённой наполовину под землю каменной статуей.

Через дырку в крыше хижины валил дым, что говорило о том, что здесь явно кто-то живёт.

«Кто-то живёт здесь, в такой глуши? Может быть это какой-то пожилой мастер, скрывающийся в уединении?» — как только его мысли дошли до этого момента, он увидел, как из соломенной хижины неторопливо вышла белая лиса, схватившая бамбуковую трубку, прежде чем вернуться обратно внутрь.

Глава 45. Дворец Дракона Вздымающейся Реки

Цинь Му подошёл и увидел белую лису, которая держала бамбуковую трубку и вздувала свои щёки, наполняя печь воздухом.

Парень тихо кашлянул и сказал:

— Есть ли кто-нибудь дома?

Белая лиса в хижине подпрыгнула от испуга и тут же спрятала бамбуковую трубку, прокричав старческим голосом:

— Кто посмел шуметь и беспокоить мой покой? Я — древний демон, и я сожгу тебя дотла…

Цинь Му рассмеялся, и белая лиса подняла мордочку, чтобы посмотреть в окно. Увидев на улице до боли знакомого юнца, она вздохнула с облегчением, и её голос опять стал сладким, как раньше:

— Ты тот молодой человек, который недавно позаимствовал у меня ветер? Я была немного пьяна после банкета, поэтому извини мне мою грубость. Не стой на улице, заходи.

Парень вошёл в соломенную хижину и осмотрелся. Он был поражён тем, что дом оказался довольно опрятным. В нём даже была кровать, бочка для риса, предметы мебели, шторы и туалетный столик.

Белая лиса стояла прямо, как человек, и сделала реверанс к Цинь Му:

— Это моё скромное жилище. Пожалуйста, извини за такую бедную обстановку.

Цинь Му поздоровался в ответ и любопытно спросил:

— Ты готовишь?

— Вчера я была на приёме у моих сестёр, и немного перебрала с выпивкой. Когда я проснулась, у меня ужасно болела голова, поэтому я готовлю суп, чтобы протрезветь. Пожалуйста садись, молодой мастер, — ответила белая лиса.

Парень с трудом скрыл своё удивление. Белая лиса была намного умнее, чем демоническая обезьяна. Она даже могла сварить себе суп. Единственной проблемой было то, что она была пьяницей, каждый день напиваясь.

Увидев книжную полку сбоку, он подошёл, чтобы взглянуть на лежащие на ней древние книги. Он снял одну книгу, речь в которой шла о навыках дыхательных упражнений. В книге также были какие-то заклинания, но они были недописанные.

«Молодой мастер умеет читать?»

Белая лиса закончила готовить свой суп и взглянула на Цинь Му, пребывающего в восторге от книг. Приятно удивляясь, она спросила:

— Я не понимаю написанного в книгах, и чтобы совершенствоваться, мне приходится просто разглядывать картинки. Если молодой мастер понимает текст, может он мне почитает?

— Почему бы и нет? — Цинь Му сел, и белая лиса завертела хвостом, обдувая миску супа на столе, за которым сидела, с горящими от восторга глазами.

Открыв первую страницу, парень начал читать:

— Направьте Ци на свою Гору Квадратного Сантиметра, стимулируйте своё ядро жизненной Ци, переместите Тигра на дно вашего сердца, всколыхните Зимнее Море Ци…

Белая лиса пила свой суп и внимательно слушала, когда вдруг спросила:

— Где находится Гора Квадратного Сантиметра?

— Гора Квадратного Сантиметра находится посреди твоих бровей, — объяснил Цинь Му, — в этом месте лежит Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. Направить жизненную Ци в Гору Квадратного Сантиметра значит сконцентрировать её между бровей. Однако, как только твоя жизненная Ци приблизится к тому месту, прозвучит голос бога c девяти небес, и она хлынет обратно.

Белая лиса попробовала повторить, но чуть погодя покачала головой:

— Я не слышу никакого голоса бога.

Цинь Му нахмурился. Раньше, каждый раз, когда он направлял свою Ци к месту между бровями, голос звучал, отрезая ей путь. Он думал, что белая лиса столкнётся с той же проблемой, однако, оказалось, что это не так.

«Возможно, строение Божественного Сокровища Духовного Эмбриона отличается у человека и лисы?»

Парень решил оставить сложные размышления и продолжил читать, параллельно объясняя древние тексты белой лисе…

Спустя некоторое время, они сумели полностью изучить эту книгу. Описанный в ней метод совершенствования имел свои уникальности, однако был несовместим с его Телом Тирана, так что Цинь Му даже не думал, что когда-нибудь сможет использовать полученную информацию.

Белая лиса была очень умной и с полуслова улавливала написанное в книге. Она улыбнулась и сказала:

— Раньше я совершенствовалась, используя иллюстрации из книги, и думала, что всё выучила. Оказывается, что я многое делала неправильно. Спасибо, молодой мастер, за то, что указал мне на ошибки. Меня зовут Ху Лин’эр. Могу я узнать твоё имя?

— Меня зовут Цинь Му, я пастух с фамилией Цинь, и я совсем не мастер, — улыбнулся Цинь Му. — Я живу здесь, неподалёку. Кстати, откуда у тебя эти древние книги?

Ху Лин’эр отхлебнула немного супа и почувствовала себя намного лучше:

— В тридцати километрах к западу отсюда находятся старые развалины. Однажды я поздно возвращалась домой и решила спрятаться в них от темноты. Там я случайно открыла тайную комнату, внутри которой лежали эти книги. Ещё там была бутылка с эликсиром, выпив который я внезапно стала умной и обрела свой собственный разум. Мне показалось, что книги были ценными, поэтому я притащила их сюда. Однако, поскольку я не умею читать, мне пришлось просто рассматривать нарисованные картинки. Все известные мне заклинания я выучила именно таким образом.

— Тридцать километров к западу? — Цинь Му удивился и предположил. — Может быть это был Дворец Дракона Вздымающейся Реки?

Глаза Ху Лин’эр оживились:

— Внутри на самом деле было полно скульптур драконов, однако, это очень опасное место. Там пряталось что-то подозрительное и странное, поэтому я не осмелилась осмотреться получше. Я просто взяла несколько книг и убежала оттуда.

— Не могла бы ты привести меня туда? — тут же спросил парень.

— Дворец очень опасен, и в нём нельзя беззаботно блуждать. Как только я подошла к двери, я так испугалась… — отвечала маленькая лиса, как вдруг, замолчала, скорее всего от смущения, что до смерти испугалась.

— Разве ты не хочешь заглянуть во дворец дракона? Возможно, нам даже повезёт увидеть настоящего короля драконов! — взволновался Цинь Му.

— Не хочу, — Ху Лин’эр некоторое время выждала, после чего её глаза лукаво моргнули. — Если молодой мастер согласится приходить ко мне, чтобы почитать книги, я покажу ему дорогу. Однако, я не пойду внутрь.

П.П.: в этом абзаце автор наконец сделал сноску на пол, да и имя по-женски звучит, так что возрадуемся, товарищи-единомышленники!

— По рукам! — Цинь Му улыбнулся и протянул руку. Ху Лин’эр некоторое время колебалась, прежде чем поднять свою пушистую лапу, чтобы ударить ей по ладони мальчика. Затем она допила свой суп, и парень с лисой покинули соломенную хижину, отправившись на запад.

— В честь чего проводился банкет, на котором ты была? — спросил Цинь Му, вспомнив о том дне.

— Это был банкет, проводимый Великим Королём Демонов, на который были приглашены старшие демоны со всей округи. Получив древние книги во Дворце Дракона Вздымающейся Реки, я сильно увеличила свои знания и стала довольно известным старшим демоном в здешних землях. Тем не менее, хотя у меня и есть такое почётное звание, я все ещё не могу ровняться с грубой силой остальных демонов и являюсь самой слабой из них.

Ху Лин’эр подпрыгнула на банановый лист, исполнив своё заклинание по поднятию демонического ветра. Поднявшись в воздух, она улыбнулась, продолжив говорить:

— Великий Король Демонов очень долго совершенствовался и уже сформировал своё человеческое тело. В радиусе двух тысяч километров, любой старший демон исполняет его приказы, будь он хоть территориальным странным зверем или кем-либо ещё, неважно.

Демонский ветер подул на банановый лист, отправляя белую лису в небо. Цинь Му вскочил и побежал за ней на запад, стараясь не упасть с кромки ветра.

В этот момент в километре от хижины растерянно вертел головой огромный зверь таоте:

— С учётом прошедшего времени, Цинь Му должен был добраться где-то досюда. На этот раз я превратилась в странного зверя, поэтому он меня точно не узнает… Странно, куда же делся этот маленький негодник? Мм… Демонский ветер лисы! Негодник был похищен лисицей на своей первой же охоте!

П.П.: немного о таоте — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D0%BE%D1%82%D0%B5

Над рекой, в пятидесяти километрах от деревни Цань Лао, трехметровый банановый лист уносился порывами ветра. На листе сидела лиса, а сбоку от неё бежал юноша. Это были Ху Лин’эр и Цинь Му.

— Несмотря на мою магическую силу, я не способна летать самостоятельно, а могу лишь поднять демонический ветер, и заставить банановый лист парить на нём. Думаю, что если попробовала бы бежать на ветру, как ты, то упала бы… А вот и дворец дракона!

Ху Лин’эр ослабила свой демонический ветер, медленно опуская юношу и банановый лист. Через некоторое время человек и лиса приземлились на землю. Цинь Му огляделся и увидел, как Вздымающаяся Река пенилась вокруг огромной горы. Лазурная вода обтекала зелёную гору, а мелодичное щебетание птиц разносилось по долинам. Обезьяны прыгали с дерева на дерево, а в воде плавали огромные рыбы и речные звери. Всё вокруг казалось мирным и безмятежным.

Белая лиса прыгнула, как будто взлетая, и Цинь Му быстро поспешил за ней. Ху Лин’эр двигалась в направлении горы, вокруг которой текла река. Цинь Му не мог не озадачится. Неужели дворец дракона построен не возле реки, а на горе?

Через некоторое время они поднялись на вершину. Здешние руины действительно указывали на то, что это был храм короля драконов. Перед ним возвышался тридцатиметровый камень, сдерживающий поток воды, который всем своим видом напоминал огромную каменную плиту. Под ней находилась скульптура гигантской каменной черепахи, держащая плиту на своём тела, чей рот был открыт, будто она пыталась перевести дыхание от усталости.

Храм короля драконов был опустошён и имел обветшалые стены. Королевский дворец также успел рухнуть. Осмотревшись, Цинь Му не нашёл в нём никаких статуй, способных защитить от наступления тьмы.

Пока он озадачивался этой проблемой, Ху Лин’эр успела бесследно исчезнуть, как вдруг прозвучал её голос:

— Иди сюда, быстрее!

Цинь Му посмотрел в сторону, с которой раздался голос, и увидел, как белая лиса сидела во рту черепахи и махала ему лапой. Каменная черепаха была огромной, взрослый человек мог спокойно стоять внутри неё. Парень немедленно подошёл и последовал за бегущей впереди лисой, в конце концов добравшись до лестничного пролёта, ведущего вглубь.

Изначально перед лестницей стояла каменная дверь. Цинь Му не знал, когда она рухнула, открывая доступ к самой лестнице.

Он продолжал бежать за лисой. По мере их углубления внутрь горы, лестница ставала всё шире и шире. Скалистые стены вокруг неё были липкими, и поросшими светящимся мхом. Повсюду летали какие-то странные существа, напоминающие одуванчики. У них было несколько тоненьких щупалец, свисающих донизу, медленно взмахивая которыми, существа умудрялись летать.

Белая лиса подпрыгнула, чтобы словить зубами и съесть одного из них. Затем она продолжила прыгать и пожирать бедных одуванчиков, из-за чего даже Цинь Му захотелось их попробовать.

Глава 46. Дракон!

Цинь Му протянул руку, схватив одного и осторожно укусил. У него был столь пряный аромат, что превосходил ароматы самых крепких напитков мясника. В животе парня возникло жгучее чувство, из-за чего его жизненная Ци стала ненормально подвижной.

Циркулируя Ци, Цинь Му ощущал струящуюся лекарственную силу, как бы невероятно это не звучало, схожую с пилюлей Усиления Живучести, которая была предназначена для наращивания и усиления его жизненной Ци. Однако, эффект был не столь очевидным, как от пилюли целителя.

— Это растения или животные? — Цинь Му схватил ещё несколько и, присмотревшись повнимательнее, увидел, что у этих существ не было глаз, нормальных конечностей или каких-либо отверстий. Им нужно было использовать свои усики-пушинки, чтобы поглощать питательные вещества из мха, поэтому с его багажом знаний попросту невозможно определить растения это или всё же животные.

Цинь Му попробовал только одного, в то время как Ху Лин’эр уплетала за обе щеки в своё удовольствие.

Чем глубже они спускались, тем прохладнее и сырее становился воздух. Потеряв счёт пройденному расстоянию, они вдруг услышали звук от бегущего ручейка воды. Проследовав за ним, совсем рядом находился водоём, в котором плавали огромные безглазые рыбы, мерцающие флуоресцентным свечением. Если они решат продолжить путь, то им нужно будет, пересекая водоём, добраться до противоположно берега.

— Каждая из этих громадин до ужаса свирепа… Они очень сильные и бросаются на всё, что издаёт звук! — прошептала Ху Лин’эр. — Я брошу камешек, чтобы отвлечь рыб, а нам в это время нужно будет подловить момент и проскользнуть! — закончив рассказывать план Цинь Му, лиса схватила лапой камень и бросила.

Когда камень врезался в стену, все огромные безглазые рыбины выскочили из воды, начав быстро махать плавниками и хвостами, которые, словно пропеллеры, доставили их к стене, где те начали барахтаться!

— Сейчас!.. — скомандовала Ху Лин’эр, и они рванули на противоположный берег водоёма. Пока они на всех парах бежали, Цинь Му услышал хрустящий звук и не смог удержаться от поворота головы, чтобы поглазеть. Он увидел, как странная рыба столкнулась со стеной, образовав в ней своей огромной пастью несколько впадин!

Исключительно твёрдые горные породы в их жевалах были похожи на растопленное масло. Если бы на месте скал оказался человек, то картина была бы ужасающе неприглядной!

Когда человек и лиса добрались до другого берега, несколько странных рыб услышали звуки шагов и, дёрнув плавниками, бросились в их направлении!

— За мной, молодой мастер! — Ху Лин’эр тут же бросилась в находящийся рядом проход, в то время как Цинь Му, не раздумывая, последовал за ней. Проход не был широким, поэтому странные рыбины не могли в нём летать, из-за чего им, чтобы продолжить погоню за парочкой, пришлось начать бежать на своих плавниках, используя те вместо ног!

— Как их можно до сих пор считать рыбами? — сердце Цинь Му учащённо забилось, когда он пытался не отставать от Ху Лин’эр. Со временем они смогли оторваться, поэтому огромным рыбинам не оставалось ничего другого, кроме как вернуться обратно в водоём.

Цинь Му облегчённо вздохнул. Проход постепенно расширялся и вскоре они вбежали в продолговатую, формы рупора, пещеру. Оказавшись внутри, парень увидел, как под его ногами волнисто колыхался узорчатый свет. Он невольно задрал голову кверху, шокировано застыв…

Над его головой протекала клокочущая вода, в которой он видел плавающие косяки маленьких рыб, громадную рыбу размером с корабль, ещё какого-то непонятного речного зверея и даже огромную золотую черепаху.

Громадная рыба взволновалась, увидев юношу и маленькую лису, тут же открыв свою свирепую пасть, чтобы наброситься на них. Однако, спустя мгновение, она врезалась в невидимую водную стену, отскочив от неё в обратном направлении.

Огромная рыба в недоумении потрясла мордой и затем уплыла.

— Вздымающаяся Река… Дно Вздымающейся Реки! — выражение лица Цинь Му было довольно странным. — Вздымающаяся Река прямо над нами, но вода не протекает внутрь…

Взглянув вперёд, у парня от неожиданности сжалось сердце. Перед ним тянулось вперёд два ряда гигантских колонн в форме драконов, каждая из которых уходила ввысь на десятки метров. Верхушки колонн касались реки, словно подпирая её, а пол у их основания был вымощен из белого мрамора, уходящего во все стороны на сотни метров. Между двумя рядами колонн, удерживающих собой воду и не допускающих её стекания вниз, возвышалось множество дворцов.

Однако, многие из них уже доживали свой последний век, будучи практически разрушенными. Должно было произойти что-то из ряда вон, чтобы это место превратилось в руины.

Ху Лин’эр прыгала, пока не остановилась перед руинами одного из дворцов. Цинь Му подошёл и увидел на стене дворца яркую роспись, которая была наполовину стёрта. На картине изображался старый предводитель драконов, приглашающий своих гостей на банкет, которыми были разнообразные существа, например, старик с панцирем черепахи, женщина со змеиным хвостом, монах, который на удивление был обычным человеком.

Кхрр.

Рухнул столб, чуть не раздавив Цинь Му и маленькую лису.

Ху Лин’эр вошла в просторный зал, от которого тоже практически ничего не осталось, произнеся:

— Именно здесь я нашла те древние книги.

Цинь Му подошёл и увидел в полуразрушенном зале тайную каменную камеру, встроенную в стену. Каменная дверь камеры уже развалились, что позволило Ху Лин’эр её найти. Внутри было пусто, так как вещи, что там когда-то хранились, вероятно, уже были забраны ею.

— Если ты пройдёшь дальше, то может случиться что-то очень опасное! — Ху Лин’эр указала на возвышающийся дверной проём и нервно продолжила. — Т-там очень страшно!

Цинь Му посмотрел через дверной проём, едва различая находящийся внутри дворец, который, как ни странно, находился в сносном состоянии и ещё не рухнул. Тем не менее была одна странность, внутри клубился густой туман, не давая ему возможности хорошо разглядеть что там. Цинь Му ощущал словно дворец дрейфовал в тумане, будучи слабо различимым для взора.

— Внутри живёт кто-то о-очень ужас-сающ-щий… — голос Ху Лин’эр дрожал, когда она говорила. — Как только ты п-подойдёшь к двери, т-ты почувствуешь е-его ауру… Т-твоя голова сразу закружится, и ты уп-падёшь и-и не сможешь встать…

П.П.: кто читал гарри потного наверно уже провёл параллель между лисой и домовым добби, по характеру.))

Цинь Му пошёл вперёд, а Ху Лин’эр, собрав всю свою смелость в кулак, осторожно последовала за ним. Дойдя до дверного проёма, парень ощутил, как в его лицо ударила чрезвычайно сильная, зловещая аура… из-за чего он невольно задрожал от страха. Половина неба была ясной, в то время как другую заволокли тёмные тучи, в которых скрывался гигантский зверь, смотрящий на него!

Божественная и возвышенная сила, нетерпящая неподчинения, исходила от дикого, зловещего зверя. Он как раз и был той великой опасностью, о которой постоянно лепетала Ху Лин’эр!

Цинь Му сделал глубокий вздох, успокоившись и стабилизировав свой дух.

«Глаза Небес, пробудитесь!» — жизненная Ци рванула к его глазам, формируя дополнительный слой зрачков, которыми он взглянул на густой туман за дверью.

Рядом с ним, животом к полу, валялось обмякшее маленькое тельце лисы. Она с большим трудом медленно ползла в обратном от двери направлении.

Цинь Му схватил белую лису и приподнял, на что та залепетала:

— Н-не поднимай м-меня, моё с-сердце бьётся т-так часто, ч-что я сейчас ум-мру…

— Ты не умрёшь, всё, что находится в этом дворце дракона, уже давно мертво, — рассмеялся Цинь Му. — Угадай, что я увидел?

Ху Лин’эр не ответила, продолжив перебирать лапками в воздухе. Её хвост постоянно вилял в разные стороны, словно она пыталась отползти подальше, не желая здесь задерживаться даже на лишнее мгновение.

Цинь Му рассмеялся и выкрикнул:

— Я видел Короля Драконов Вздымающейся Реки!

— Ааааххх… — протяжно вдохнув воздух, словно в ужасе, маленькая белая лисичка закатила глаза и упала в обморок. Её конечности были жёсткими и выпрямленными. Цинь Му какое-то время подождал и затем увидел, как лиса украдкой открыла один из глаз, чтобы осмотреться, и не смог удержаться от подтрунивания. — Король Драконов Вздымающейся Реки!

Конечности Ху Лин’эр затвердели ещё сильнее, когда она снова закатила глаза и тяжело закрыла веки, будто падая в обморок.

П.П.: она как, притворяющийся мёртвым, опоссум хД

— Король Драконов Вздымающей Реки мёртв, — Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. — Кто знает, как давно он уже умер. Остались только его кости… Которые, собственно, я и рассмотрел в тумане.

— Он точно мёртв? — спросила тут же открывшая глаза Ху Лин’эр, на что Цинь Му кивнул головой, сказав. — Теперь то ты успокоишься? Пойдёшь со мной?

Ху Лин’эр не задумываясь отрицательно замахала головой. Цинь Му ничего не мог поделать и, беспомощно покачав головой, оставил её в покое. Однако, увидев, как белая лиса так и продолжила ползти на пузе по полу, он не удержался, и снова поднял её, усадив на своё плечо. Когда белая лиса вновь оказалась прямо возле двери, от нервозности и страха, её шерсть встала дыбом, а когти крепко сомкнулись на плече. Глазами полными ужаса она смотрела вперёд, не смея хотя как-то пошевелиться.

Когда Цинь Му вошёл в туман, Ху Лин’эр схватилась ещё крепче, а её пушистый хвост напрягся так, что на его кончик можно было повесить железную наковальню и он всё равно не согнётся.

Спустя столько лет густой туман даже не собирался рассеиваться. Однако, была одна странность… Гуляя в тумане Цинь Му совершенно не чувствовал в нём влажности, но при этом видел, как капли воды, неподвижно и молчаливо, парили в нём.

Затем он увидел множество нефритовых осколков, кусков сломанного духовного оружия, даже костей и все они точно также парили в воздухе, словно не имели ни капли веса. Когда Цинь Му ещё не вошёл сюда, то смог разглядеть только кости дракона, но не видел всего остального.

Здесь должно быть произошла ожесточённая битва, даже скелеты и духовное оружие мастеров были расколоты и разбиты на части! Что именно здесь произошло? И когда? До катастрофы Великих Руин или после?

Цинь Му внезапно почувствовал острую боль в районе макушки. Виновницей оказалась Ху Лин’эр, которая так перепугалась пролетавшего мимо черепа, что запрыгнула ему на голову и крепко вцепилась в кожу и волосы. Её тело не переставало дрожать от страха, от чего немного дрожала и голова самого парня.

— Дракон! — белая лиса закричала, сползая с головы Цинь Му на спину и хватаясь за неё. Со стороны он стал выглядеть так, будто на его спине был пышный меховой рюкзак.

Глава 47. Третий

Прямо перед ними огромный дракон обвивался вокруг величественного дворца и, держа свою огромную голову практически под потолком зала, смотрел прямо на них.

Это был скелет дракона, чья плоть уже исчезла, оставляя позади только кости. Одни лишь его зубы были размером с Цинь Му.

Несмотря на то, что гигантский дракон был мёртв, его могущество и особенности всё ещё бросались в глаза. Должно быть, когда это существо было живым, то обладало необычайной силой.

Цинь Му пробудил Глаза Небес, чтобы осмотреться, и сразу почувствовал, словно скелет дракона ожил. Его божественное свечение пробивало небеса, а сам он извивался в воздухе, как змея. Гигант был явно мёртв, но его поведение и характер создавали впечатление, будто он всё ещё продолжал жить!

— Король Драконов Вздымающейся Реки, настоящий дракон… — Цинь Му посмотрел на огромного дракона, и его сердце дрогнуло. Он подумал о навыке кулака, которому учил его Ма, Восемь Громовых Ударов — Буря Девяти Драконов. Жизненная Ци Бури Девяти Драконов разделялась на девять слоёв силы. Первым слоем был Рывок Яростного Дракона, вторым — Вихрь Драконов-близнецов. С каждым слоем добавлялась новая сила дракона!

Тренируя свои кулаки со старым Ма, он много раз выполнял эту технику, но так и не смог понять её сути. Своим недавним прыжком в совершенствовании он сумел поднять силу Бури Девяти Драконов, однако, сражаясь с Мин Синем, всё ещё оказался в невыгодном положении.

Частичной причиной этого могло быть то, что он не практиковал Махаяну Сутру Жулая из Монастыря Великого Громового Удара, но всё же главной проблемой было то, что его девять драконов только выглядели как драконы, но при этом не владели их истинной силой.

Выглядеть как дракон не значить быть драконом. Внешний вид может быть правильным, но не нести в себе никакой силы. В таком случае, дракон разрушится от лёгкого прикосновения.

Если бы сила в его кулаках принадлежала настоящим драконам, то даже без Махаяны Сутры Жулая, его Буря Девяти Драконов смогла бы стать настоящей!

Всё потому, что Буря Девяти Драконов имитировала удары настоящих драконов. Существа, созданные техникой, тоже должны иметь силу настоящих драконов, способную контролировать настоящую бурю. Внутри неё, божественные драконы уничтожали своих врагов. Если ему удастся уловить их сущность, то не понадобится изучать Махаяну Сутру!

«Буря девяти драконов, буря девяти драконов…» — рассматривая скелет дракона, Цинь Му подсознательно шёл вперёд. Его глаза видели перед собой только скелет гиганта, изучая его форму, структуру костей, силу и изящество… Он даже пытался постичь ауру и дух дракона.

Всё глубже и глубже парень погружался в транс, изучая дракона. Двигаясь вперёд, он начал делать странные движения своими руками и телом, подсознательно имитируя повадки настоящего дракона.

Его жизненная Ци также бессознательно плавала по телу, подобно настоящему дракону, совершенствуя каждый его уголок снова и снова.

В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, его миниатюрный духовный эмбрион подражал всем движениям настоящего тела, точно также вдыхая и выдыхая жизненную Ци. Как вдруг, произошло что-то волшебное… Жизненная Ци, которую выдохнул эмбрион, не попала в тело Цинь Му, как обычно, а превратилась в маленького дракончика, плавающего вокруг. Количество выдохнутой Ци увеличивалось, и вскоре дракончик, летающий вокруг эмбриона, вырос до размеров взрослого человека.

Ху Лин’эр первоначально сильно испугалась, но со временем страх в её сердце поутих, и она успокоилась. Однако, в процессе изучения скелета дракона, Цинь Му полностью забыл о ней.

Спустя некоторое время животик Ху Лин’эр начал предательски урчать, и она осторожно спустилась со спины Цинь Му. Двигаясь на цыпочках, лисичка покинула подводный дворец. Она так поступила конечно же не из-за того, что опасалась помешать юноше тренироваться, а скорее, чтобы не разбудить скелет мёртвого дракона шумом.

Через час белая лиса вернулась во дворец, неся на спине мешок. Внутри были те самые странные создания, напоминающие одуванчики.

Ху Лин’эр, сопротивляясь поглощающему её сердце страху перед драконом, вошла в туман, где находился Цинь Му. Она взобралась на плечо мальчика и начала набивать его рот существами с мешка.

Как будто ничего не замечая, Цинь Му просто ел всё, что попадало ему в рот.

Лиса скормила ему более двадцати странных существ, прежде чем полакомиться ими самой.

Цинь Му не подавал никаких признаков сознания, и продолжал двигаться вперёд, не сводя глаз со скелета дракона. Иногда он даже вскарабкивался на него и ходил по его огромных костях.

Тем временем, зелёный дракон кружился вокруг его духовного эмбриона, иногда разбрасывая искры молний. Однако, Цинь Му был слишком сосредоточен на изучении костей и не замечал происходящего.

Прошло два дня. Цинь Му ел, пил, мочился, срал и спал здесь. Он уже начал солидно так вонять, но всё ещё не вернулся в сознание.

П.П.: ой, ну я даже не знаю, неужто в штаны? Хотя вполне возможно, он же позабыл обо всём.

Ху Лин’эр была очень терпеливой и всё время заботилась о парне. Когда он испытывал жажду, приносила ему воду в банановом листе. Когда он был голоден, она шла ловить странных существ. Для этого она должна была пройти мимо водоёма и быть предельно осторожной, чтобы не погибнуть от зубов странных рыб. К счастью для неё, она была довольно умной и умудрялась избежать такого исхода.

И, конечно, когда Цинь Му “очищал свои кишки”, она оставляла его наедине.

На третий день. Ху Лин’эр снова набирала воду, когда вдруг услышала изумленный голос Цинь Му:

— Почему я такой грязный?

Ху Лин’эр была поражена и удивлена, взволновано отвечая:

— Было бы странно, если бы ты остался чистым, после того как провёл здесь три дня!

— Прошло три дня? — Цинь Му испугался и закричал — Это плохо! Старики в деревне определённо начали беспокоиться, из-за того, что я ещё не вернулся! Быстро, возвращаемся!

Внезапно он остановился на полушаге и тяжёлым тоном произнёс:

— Если я вернусь сейчас, то меня ждёт хорошая взбучка, и не видать мне охоты в ближайшем времени, как своих ушей. Поскольку я пока на свободе, почему бы мне не осмотреть дворец и не разведать, какие ещё сокровища здесь залежались?

Переполняемый энтузиазмом, он вошёл в подводный дворец дракона. Ху Лин’эр последовала за ним в большой, величественный зал, но с её трусливостью, она не осмеливалась блуждать наедине, и вечно крутилась у ног Цинь Му.

Зал был также окутан туманом, который был ещё плотнее, чем снаружи, поэтому увидеть что-нибудь на расстоянии было попросту невозможно.

— Странно, откуда этот туман берётся? — Цинь Му был сбит с толку. Туман казался необычным, и даже Глаза Неба не могли видеть сквозь него. Чем сильнее они углублялись в зал, тем плотнее становился туман, и тем хуже была видимость. Ху Лин’эр стала ещё больше бояться и даже прикусила зубами штаны Цинь Му, чтобы случайно не потеряться.

В этот момент они услышали странный голос. Он был нежным, безмятежным, но вызывал чувство печали. Словно кто-то пел в тумане грустную песню на неизвестном языке.

Язык был древним, загадочным и непонятным. Таким же древним, как и язык бога и дьявола.

Слушая песню, Цинь Му коснулся лица и понял, что неосознанно заплакал.

Эта песня заставила его почувствовать, будто в тумане плавает женщина, кричащая о своей трагедии.

Неожиданно, кольца на монашеском посохе начали громко звенеть.

«Дедушка Ма как-то сказал, что посох Кхаккхара способен устранять нечистые и злые помыслы. Когда сердце сбивается с пути, кольца начинают звенеть. Всякая нечистая и злая мысль вызовет короткий звон. Но сейчас кольца звенят без остановки. Неужели у меня так много плохих мыслей?»

Посмотрев вниз, Цинь Му еле сдержал смех. Оказалось, что Ху Лин’эр дрожала, крепко держа его за ногу, а её хвост обвивался вокруг посоха. С его сердцем всё было в порядке, это мысли лисы заставили кольца Кхаккхары звенеть.

— Лин’эр, отодвинь свой хвост, — сказал Цинь Му.

Ху Лин’эр послушалась, продолжая трястись от страха.

Цинь Му нахмурился. Хотя хвост лисы уже не касался посоха, но звон не прекратился.

— Может быть здесь находится третий человек помимо меня и Ху Лин’эр? Может ли он быть источником злых мыслей? Возможно это поющая женщина?

Звон Кхаккхары раздавался всё сильнее и сильнее. Стало ясно, что здесь определённо был третий человек со слишком нечистыми и злыми помыслами. Именно они заставляли посох беспрерывно звенеть!

Песня, словно эхо, вторя доносилось со всех сторон, становясь всё более и более печальной.

Цинь Му посмотрел вниз и по его спине пробежали мурашки. В тумане он увидел, как костлявая рука тянулась к монашескому посоху, но прежде чем та коснулась его Кхаккхары, тихонько отступила назад, как будто была ударена лёгким разрядом молнии.

Цинь Му схватил Кхаккхару руками и огляделся с подёргивающимися уголками глаз. Из темноты со всех сторон к нему начали двигаться костяные ладони, отступая только тогда, когда оказывались слишком близко к монашескому посоху.

Нежная песня в тумане начала звучать отчётливее, словно певица стояла у него прямо под ухом.

«Что прячется в тумане?» — сердце юноши замерло, в то время как Ху Лин’эр успела залезть в его штанину, проползти вверх и, наконец, спрятаться под рубашкой, обмотав талию. Только её пушистая голова слегка торчала, пока она, дрожащая, оглядывалась вокруг.

Зрелище было слишком шокирующим, и даже Цинь Му начинал волноваться. Однако, прислушавшись к успокаивающему звону колец, он вернул самообладание.

Парень собрался с мыслями. Столько рук определённо не могли принадлежать одному человеку.

— Неважно, что происходит, сейчас они отступят!

Жизненная Ци Цинь Му вздрогнула и направилась в Кхаккхару. Подняв посох монаха вверх и тяжело стукнув им о землю, раздался громкий звон и яркий свет засиял во все стороны. В то же время фигура Будды появилось за спиной парня. Паря в воздухе скрестив ноги, фигура проговорила на санскрите:

— Я услышал! — голос Будды вибрировал. — С незапамятных времён все существа снова и снова переживали смерть и возрождение, так как не могли постичь чистого понимания, обретая бессмертный истинный разум. Вместо этого, их мышление искажалось, и они обрекались идти по кругу снова, снова, снова и снова!..

Глава 48. Душа Дракона

Омммммм!..

Вокруг головы Будды, которая находилась позади Цинь Му, вращалось колесо света, озаряющее всё и вся. Даже необычный туман очистился его аурой. Услышав непрекращающееся цоканье и пощёлкивание, парень осмотрелся вокруг и увидел ссохшиеся трупы, которые один за другим, непрерывным потоком, падали по воздуху сверху, заполоняя собой весь пол!

Помимо ссохшихся трупов можно было увидеть также скелетов, без какой-либо плоти на костях. Тем не менее, скелеты были одеты в мешковатую одежду, похожую на дворцовые наряды.

Туман вокруг него исчез, мгновенно давая всё как следует рассмотреть. Однако, песня по-прежнему продолжала звучать, но теперь казалось, что её источник находился дальше… Хотя она и осталась всё такой же скорбно-мелодичной.

Цинь Му развеял свою жизненную Ци, из-за чего образ Будды за его спиной начал медленно меркнуть, пока полностью не исчез.

«Почему в этом зале так много мёртвых тел? К тому же они не похожи на обычных людей…» — Цинь Му попытался подсчитать количество трупов, но почти сразу же нахмурился, их здесь было слишком много, не говоря уже о том, что они не разлагались… И это было самым пугающим! Тело Короля Драконов Вздымающейся Реки, которое нашло свой покой снаружи, уже давно разложилось, оставляя позади себя лишь скелет. Тогда каким вообще образом смогли сохраниться трупы в зале?

«Скорее всего эти тела оказались здесь уже после произошедшей в Великих Руинах катастрофы. Они, также как я и Ху Лин’эр, нашли проход, ведущий ко Дворцу Дракона Вздымающейся Реки и в итоге вошли в этот зал», — уголки век Цинь Му дрогнули, когда он вгляделся вдаль… Там, в глубинах огромного зала, всё ещё клубился густой туман.

«Что там в тумане, убившее стольких людей и превратившее их в это!?» — волосы на затылке Цинь Му встали дыбом, покрепче хватаясь за свой монашеский посох. Кхаккхара несомненно был сокровищем, ценой с целый город. Он просто подпитал посох своей жизненной Ци и тот высвободил такую удивительную мощь…

Именно бабушка Сы посоветовала ему взять с собой этот посох, не говоря уже о особом внимании, проявленном к его безопасности. Достаточно только вспомнить сколько шкур зверей она примерила, незаметно следя, чтобы с ним ничего плохого не случилось.

«Из-за моего долгого отсутствия бабуля, скорее всего, сильно беспокоится обо мне … — Цинь Му ощутил лёгкий укол вины. Однако, оглядевшись, его дух тут же воспрял. — Источник этого таинственного тумана, а также основная здешняя опасность, должно быть находится где-то внутри этого обширного зала! Но что именно убило практиков, пришедших сюда с целью исследования руин?»

В этот момент туман в глубинах зала ринулся в его направлении, в итоге коснувшись его ступней и быстро продолжив подниматься вверх. Когда ссохшиеся трупы, валяющиеся на полу, начали контактировать с туманом, они стали медленно двигаться и чудно подниматься на ноги.

Туман вздымался всё выше и выше, пока полностью не поглотил собой Цинь Му. Трупы, находящиеся в нём, начали взлетать, паря в воздухе. Со временем туман становился только плотнее, отчего было сложно что-либо рассмотреть даже перед своим носом, не говоря уже о трупах.

— Кто ты, призрак, строящий козни против меня? Кхаккхара! — Цинь Му зашагал вперёд, схватив монашеский посох покрепче. Пройдя несколько десятков метров, песня стала звучать отчётливей, словно он приблизился к источнику, поэтому он тут же поднял свой посох Кхаккхару вверх, чтобы затем обрушить его концом на пол. Аура Будды и яркий свет хлынули во все стороны, сопровождаемые звучанием буддистских мантр. За его спиной вновь образовался величественный образ Будды, источающий яркий свет и умиротворяющую ауру, отгоняющий туман и заставляющий трупы снова бессильно падать на землю.

— Маленький монах… — по залу разнёсся леденящий кости шёпот, однако на этом всё. Пареньку и маленькой лисе даже показалось, что им это всего лишь послышалось.

Цинь Му наконец разглядел источник тумана. Он выходил из ледяной нароста.

Подойдя, чтобы получше всё рассмотреть, Цинь Му увидел тихо и мирно лежащего молодого дракона, из груди которого торчал обломанный меч, пронзающий его сердце.

Посреди огромного зала между колоннами в форме драконов туда-сюда медленно дрейфовал по воздуху огромный зелёный дракон. Однако… у него словно не было физического тела, так как иногда он проходил прямо сквозь колонны.

Песня исходила от зелёного дракона, взгляд которого никогда не отрывался от тела молодого дракона, что был закован в лёд.

Его взгляд был полон нежности, привязанности и, конечно же, печали из-за разбитого сердца, возникшей от невозможности проводить время со своим дитя… Те же эмоции пробуждала и песня.

Это была душа дракона…

Душа дракона…

Возможно это Король Драконов Вздымающейся реки, однако, скорее всего это его спутница по жизни, а значит и мать замороженного драконьего малыша.

Она, должно быть, столкнулась с нагрянувшей в Великие Руины катастрофой, в результате которой её ребёнку нанесли смертельную рану мечом. Но любовь матери не знает границ, поэтому она заморозила его перед своей смертью, не давая умереть, в то время как её душа и по сей день блуждает по этому залу, охраняя своё драгоценное дитя и напевая детские мелодии расы драконов, в надежде что они однажды пробудят его.

— Маленький монах, сюда! — внезапно вновь раздался голос, но громче, и Цинь Му повернул голову к месту, откуда тот доносился. Помимо таинственного блока льда с молодым драконом, он увидел, что в зале находится ещё один такой же. Второй блок льда был скрыт прямо за первым ледяным блоком с драконом, соединяясь с ним.

Внутри него был запечатан белобровый старец в фиолетовых одеждах, которые выглядели довольно официозно. Со спины у него свисала пышная мантия, с вышитыми на ней девятью орнаментами. К его поясу крепились золотые и нефритовые подвески, а также меч. На голове у него красовалась императорская корона с девятью торчащими ответвлениями, а поза, в которой ему не повезло застыть, выглядела словно он пытался что-то схватить.

Одна из его рук держала чёрное знамя, в то время как другая была погружена глубоко в соседний блок льда и хваталась за зелёную сферу, размером с яйцо.

Он не знал, чем была зелёная сфера, но внутри неё можно было разглядеть маленького свёрнутого зелёного дракончика.

«Именно эта сфера заморозила старика?» — Цинь Му с любопытством моргнул глазами и подошёл поближе, чтобы более детально осмотреть замёрзшего во льду старца. В итоге паренёк заметил одну странность… Когда он туда-сюда ходил вокруг блока льда, глаза старца тоже двигались, следя за ним!

«Голос действительно его!» — Цинь Му немного испугался, повернув голову в стороны ссохшихся трупов на полу, и тут же подумал об одной правдоподобной возможности.

Закованный в лёд старец, должно быть, нашёл этот дворец самым первым и когда он увидел спрятанную во льду сферу, то попытался забрать её, в итоге замёрзнув на месте. А чтобы выжить внутри льда в течение столь длительного периода времени и не умереть, вполне возможно ему пришлось полагаться на знамя, которое он держал в руке. Вероятно, оно даже способно высасывать чужую сущность и кровь, передавая их владельцу для подпитки своей собственной жизни… Этот многое объясняло, включая мумифицированные трупы на полу!

Хотя если учесть то, что он был закован в лёд неизвестно сколько времени, количество оставшихся у него сил не могло быть слишком большим. Кроме того, взяв с собой монашеский посох Кхаккхару, Цинь Му смог избежать пагубного воздействия чёрного знамени и спасти свою жизнь.

— Значит это всё-таки Кхаккхара одного из старых монахов Монастыря Великого Громового Удара. Неудивительно, что тебе удалось защититься от специфической силы этого тумана, — старец во льду не мог открывать рот, но, тем не менее, мог проецировать голос благодаря вибрации связок в своём горле. — Ты, как я погляжу, не монах Монастыря Великого Громового Удара, тогда как же тебе удалось заполучить посох старого монаха?

Младший перед Вами победил его ученика и выиграл посох, — ничего не утаивая ответил Цинь Му.

— Выиграл? — гортанно рассмеялся старец. — Разве не получается, что тот старый монах настоящий неудачник? Сколько тебе лет?

— Этой осенью мне исполнится двенадцать лет, — ответил Цинь Му.

— Двенадцать лет, и ты смог победить ученика старого монаха, неплохо-неплохо, — похвалил старец в фиолетовых одеждах.

Цинь Му невинно моргнул глазами, спрашивая:

— Почему старший заморожен?

Старец вновь засмеялся, говоря:

— Конечно же за этим стоит долгая история, уходящая далеко в прошлое, когда я ещ… Эй! Не уходи! Вернись!

Цинь Му остановился и, будто пребывая в дилемме, нерешительно сказал:

— Старший, я спешу домой. У меня нет времени слушать истории.

Старец неловко “кхымкнул” и продолжил:

— Если вкратце, то я привёл в Великие Руины своих учеников для тренировки и случайно наткнулся на это место. Увидев здесь так много ссохшихся мертвецов, я сразу понял, что эта драконья сфера убивает всех входящих. Она поглощает их сущность и кровь, превращая в высохшие трупы. Эту сферу разместили здесь специально для того, чтобы продлевать жизнь детёнышу дракона! Как истинный практик боевых искусств, я не мог потворствовать такому и попытался запечатать драконью сферу, чтобы та не смогла больше никому навредить. Однако, я просчитался. Я просто не ожидал, что эта драконья сфера окажется сферой бога драконов, поэтому я не справился и даже был закован в лёд! Никто из моих учеников не выжил. Их сущность и кровь были поглощены этой сферой, чтобы помочь продлить жизнь юного дракона!

Ху Лин’эр, которая всё это время прятался в районе груди Цинь Му, высунула свою мордочку, прошептав:

— Молодой мастер, ты веришь его истории?

Цинь Му колебался. Его предположение полностью противоречило рассказу старца, чья история вертелась вокруг того, что именно мать маленького дракона использовала драконью сферу, чтобы вредить людям, поглощая их сущность и кровь, для спасения своего детёныша, таким образом продлевая тому жизнь. Более того, старец выставлял себя праведником, которого пленила драконья сфера…

В то время как предположение Цинь Му заключалось в том, что старец был закован в лёд при попытке украсть сферу и, чтобы продлить свою жизнь, он использовал злые искусства, при помощи которых поглотил сущность и кровь находящихся здесь практиков.

Цинь Му понимал, что, как его предположение, так и история старца могли быть правдой. Вопрос лишь в том, какой из сценариев истинный?

Цинь Му огляделся и увидел, что туман вновь дрейфует в его сторону, на что он тут же ударил о пол своим монашеским посохом Кхаккхарой!

— Я услышал! — образ Будды снова появился позади него, заговорив вибрирующим голосом. — С незапамятных времён все существа снова и снова переживали смерть и возрождение, так как не могли постичь чистого понимания, обретая бессмертный истинный разум. Вместо этого, их мышление искажалось, и они обрекались идти по кругу снова, снова, снова и снова…

— Буддизм Монастыря Великого Громового Удара — это что-то с чем-то, — с восхищением сказал старец во льду.

— Как я могу обращаться к старшему? — рассеяв туман, спросил Цинь Му.

Старец тут же ответил:

— Меня зовут Гу Линуань, я наставник наследного принца Империи Вечного Мира и младший чиновник первого ранга. Если сможешь спасти меня, я обещаю одарить тебя несметными богатствами, когда мы вернёмся обратно в империю!

Глава 49. Эликсир Сердца

Цинь Му задумался… Мастер секты Реки Ли, Му Бэйфэн, был лишь младшим чиновником второго ранга, в то время как Гу Линуань младший чиновник первого ранга, он определённо должен быть куда сильнее!

— То, что сказал старший — правда, — проговорил Цинь Му.

— С чего ты взял, что сказанное им правда? — недоумевала Ху Лин’эр.

— Этот туман создаёт душа дракона, — Цинь Му указал на дрейфовавшую в воздухе душу. Где бы она не проплывала, туман становился гуще, а трупы, лежавшие на полу, начинали подниматься в воздух и медленно плыть к ним, словно чувствуя их запах.

— Туман заставил высушенные трупы войти в состояние между жизнью и смертью. Душа использует этот метод для защиты её сына, а также для защиты великого зала, — проанализировал Цинь Му.

Ху Лин’эр тоже уловила суть происходящего. Когда туман рассеивался мертвецы падали на землю, но как только он окутывал их, трупы вновь оживали и пытались атаковать любого, кто был поблизости.

Покойники напоминали стражей, охраняющих великий зал от людей, посягающих на драконью сферу, а также следили, чтобы никто не нарушил “исцеление” молодого дракона.

Источником всех высушенных трупов вокруг, как объяснил старец, была драконья сфера, которая поглощала всю кровь и сущность, вторгнувшихся во дворец практиков, чтобы продлить жизнь юного дракона.

Цинь Му забеспокоился:

— Старший Гу, я всем сердцем желаю Вам помочь, но с моими ничтожными силами младшего, я боюсь, что мало смогу сделать.

Гу Линуань усмехнулся:

— Конечно тебе не хватит сил растопить этот мистический лёд, но кое-что ты можешь сделать. Пока ты будешь следовать моим указаниям, тебе удастся освободить меня! Когда я окажусь на свободе ты получишь всё, что захочешь!

В его голосе была нотка высокомерия, которая явно показывала, что позиция наставника наследного принца была чрезвычайно высока.

— Может меня и поймали, заковав в чёртов лёд, но высокий уровень моего совершенствования никуда не делся, этот холод всё ещё не способен заморозить меня до смерти, — продолжал говорить Гу Линуань. — Я использую остатки своей силы, чтобы вытащить меч из льда. Ты возьмёшь его и убьёшь душу матери дракона! Сделав это, драконья сфера больше не сможет меня сдерживать! Сразу после освобождения я даже награжу тебя ею!

Цинь Му был шокирован идеей старца, вскочив и закричав:

— Убить душу матери дракона? Старший, младший только-только достиг области Духовного Эмбриона, моя сила слишком ничтожна. Разве я смогу убить её?

Гу Линуань холодно засмеялся:

— Естественно, что ты не можешь, но с моим мечом это не будет большой проблемой! Мой меч — не обычное оружие, в отличии от того хлама, что торчит у тебя из-за спины. Этот меч — меч первого ранга Императорской Семьи! Его выковали лучшие кузнецы из наиценнейших сокровищ, которые смогла собрать Империя Вечного Мира. В общей сложности есть всего шестнадцать таких мечей, по одному на каждого из шестнадцати чиновников первого ранга. Каждый меч имеет своё имя и этот называется — Младший Защитник!

— А что Вы скажете на счёт посоха в моей руке? — неуверенно спросил Цинь Му, на что Гу Линуань, усмехнувшись, ответил. — Он действительно неплох, Монастырь Великого Громового Удара, без преуменьшения, огромная секта, каких мало в этом мире. Однако, что значит оружие, сделанное силами секты, в сравнении с оружием, сделанным силой целой империи? В Империи Вечного Мира существует примерно две-три секты, подобных Монастырю Великого Громового Удара.

Сердце Цинь Му пропустило такт, но всё же он был немного озадачен:

— Если у старшего есть такое сокровище, почему Вы не убили душу матери дракона?

Гу Линуань некоторое время молчал, прежде чем ответить:

— Изначально я не подумал об опасности, я просто хотел уничтожить драконью сферу, чтобы избавить будущие поколения от скрытой угрозы. Однако, из-за своей неосторожности я попал в ловушку и затем понял, что не могу выбраться изо льда. Было уже слишком поздно!

— Будучи запечатанным я мог использовать лишь свою жизненную Ци, чтобы не замерзнуть от мистического льда. Даже если я сейчас попытаюсь использовать свой меч, то просто не смогу этого сделать, я слишком слаб. Знаешь, как долго я здесь? — Гу Линуань тяжело вздохнул. — Прошло две сотни лет! Я был запечатан в течение двухсот лет! Мне было чрезвычайно сложно выжить до сих пор!

Цинь Му сочувствовал старику, находящемуся в таком ужасном положении:

— Если бы я застыл во льду на двести лет, я бы сошёл с ума. Вы очень выдающийся человек, раз смогли продержаться так долго.

Гу Линуань снова вздохнул:

— К счастью, ты здесь. Я использую оставшуюся жизненную Ци, чтобы вытащить изо льда моего Младшего Защитника. Убей им душу матери дракона и освободи меня!

Цинь Му кивнул, говоря:

— Младший сделает всё возможное!

Гу Линуань собрал оставшуюся жизненную Ци и начал двигать меч на своей талии, это был очень долгий процесс… Через два часа на поверхности льда едва показалась только рукоять меча.

Спустя некоторое время вылезла вся рукоять, однако большая часть меча всё ещё находилась в плену льда.

Старец выглядел очень истощённым, еле-еле прохрипев:

— Моей жизненного Ци почти не осталось. Скорее, убей душу матери дракона!

Из тела Цинь Му материализовалась “нить” жизненной Ци толщиной с руку взрослого человека, которая быстро подлетела к мечу и схватила его за рукоять. С режущим уши звуком меч Младший Защитник вышел изо льда, начав ярко сиять.

Глаза Цинь Му и Ху Лин’эр заболели от света, который будто резал их глаза. Только немного погодя их глаза привыкли и снова смогли нормально видеть.

— Что ты делаешь?.. — Гу Линуань не знал, смеяться ему или плакать, когда увидел толстенную жизненную Ци Цинь Му, которая, удерживая его Младшего Защитника, безуспешно преследовала и пыталась нанести удар душе дракона. — Что ты делаешь? Кто вообще использует меч, как ты? Кто тебя учил техникам управления мечом? Кто учил тебя навыкам меча?

Цинь Му остановился и честно ответил:

— Я не знаю техник управления мечом и не знаю никаких навыков.

Гу Линуань чуть не задохнулся от гнева, а его голова начала побаливать. Он сердито спросил:

— Тогда объясни мне кое-что… Зачем ты носишь на себе “мешочек с мечами”, если не умеешь пользоваться ими?

Цинь Му смущенно ответил:

— Просто мешочек с мечами очень тяжёлый, поэтому я ношу его для тренировки своего тела…

Старика чуть не вырвало кровью и это несмотря на лёд. Глядя на подобное неумелое обращение с мечом ему больше всего на свете захотелось выбраться изо льда и самому сделать всю работу.

— Хорошо, я передам тебе техники управления мечом с помощью Ци и обучу тебя некоторым навыкам, — подавляя гнев он продолжал. — Как только ты научишься, то сможешь убить душу матери дракона.

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Я не буду учиться…

Гу Линуань впал в ярость. Не будь он закован в лёд, то выскочил бы и избил этого маленького негодяя до полусмерти.

— Бабуля сказала мне, что кое-кто обязательно научит меня лучшим навыкам меча в мире, но если я выучу другие, то он не станет меня обучать.

Гу Линуань успокоился и громко рассмеялся:

— Лучшие навыки меча? Ты знаешь, что лучшим навыкам меча в мире можно обучиться только лишь в Империи Вечного Мира? Имперский Наставник собрал все навыки меча в мире и созвал всех сильнейших гроссмейстеров меча в мире, чтобы они делились друг с другом мудростью и создавали лучшие навыки. Разве эти навыки не превзойдут навыки, созданные патриархами так называемых сект меча? Эти секты в основном просто следуют традициям и идут по стопам своих предков, пользуясь давно устаревшими путями. Они думают, что непобедимы, но в действительности они лишь пережитки прошлого!

Цинь Му молча слушал, понимая, что всё сказанное старшим Гу логично. Он никак не мог опровергнуть его слова.

Из-за инцидента с сектой Реки Ли, у него не было хорошего впечатления об Имперском Наставнике, но он всё равно был поражён его духом и настойчивостью.

Насколько смелым нужно быть, чтобы игнорировать традиции и разнообразность сект, позволяя гроссмейстерам меча со всего мира объединять их мысли, чтобы создать новые навыки… Трудно не восхищаться такой личностью.

— Я всё равно не буду учиться, — отрицательно покачал головой Цинь Му.

Гу Линуань захотелось собственноручно разломать лёд, чтобы выбраться и надавать этому непослушному пацану по заднице. После всего, что он ему предложил, малец действительно заслужил побои за то, что не хотел учиться.

Спустя некоторое время старец внезапно улыбнулся:

— Хорошо, я не буду учить тебя навыкам меча, а научу технике управления мечом. Техника управления — не навык, поэтому не помешает тебе узнать навыки меча от того другого человека.

Цинь Му колебался, но всё же неохотно кивнул.

— Похоже ты всё же не совсем упрямый мул и знаешь, что хорошо для тебя. Эта техника управления мечом называется “Секреты Эликсира Сердца”. Она учит только контролю меча, но не навыкам.

Дух Гу Линуаня дрожал, когда он произнёс:

— Что такое Эликсир Сердца? Эликсир чист, как безупречный нефрит и духовная пилюля Девяти Трансформаций, создавая совершенное и чистое сердце без какой-либо примеси. Эта техника управления мечом требует от практикующего чистого, невинного сердца и тогда меч будет следовать зову сердца, не способный ослушаться твоих желаний! Вся ущербность техник управления мечом исходит от старых традиций! Первый шаг в практике Эликсира Сердца: “Сердце, как огонь, печь в даньтьяне, используй огонь сердца, чтобы развить истинную энергию. Печь, как поле, а огонь, как семена! Преследуй Бога Солнца в течение десяти восходов солнца, используй священный огонь пылающих солнц, чтобы сжигать безраздельно…”

Цинь Му тотчас же начал запоминать. Техника управления мечом — Секреты Эликсира Сердца, была таинственной и праведной. Даже если бы у него был исходный текст пения, без объяснений мастера, он не смог бы постичь её сути, и, соответственно, не смог бы её практиковать.

Гу Линуань проговорил технику Секреты Эликсира Сердца несколько раз, а также разъяснил ему весь глубокий смысл, таящийся за ней. Когда Цинь Му слушал, его сердце скакало вверх-вниз, как бешеное, словно духовная обезьяна, которую дёргают за уши и растягивают щёки.

Спустя некоторое время Гу Линуань в очередной раз закончил объяснять Секреты Эликсира Сердца:

— Прежде чем перейти к контролю меча, займись практикой техники. Это займет дней десять, если ты туповат, и пару, если сообразительный, затем ты сможешь использовать свою Ци для управления моим Младшим Защитником, чтобы убить им душу матери дракона! Маленькая лиса у тебя на груди тоже может попробовать извлечь пользу, получив возможность изучить лучшую технику по контролю меча в мире.

Глава 50. Маленькая Лиса-демон

Цинь Му, чувствуя благодарность, уважительно сложил руки и поклонился до земли:

— Старший, спасибо за Ваши учения. Младший навсегда выгравирует их в своём сердце.

Гу Линуань улыбнулся:

— Если ты действительно благодарен, тогда как можно быстрее усвой всё, чему я тебя обучил, и убей душу матери дракона! Если у тебя возникнут какие-либо вопросы, не стесняйся спрашивать.

Цинь Му тут же применил Секреты Эликсира Сердца, которые требуют, чтобы даньтянь практика боевых искусств стал словно участок поля, а огонь подобно плугу. Десять солнц взойдут на небе над даньтянем, становясь “дождём”, питающим источники огня и превращая даньтянь в печь, которая запылает неистовым священным пламенем!

Только после того, как Цинь Му достигнет малого успеха в освоении эликсира сердца, можно будет сказать, что он еле-еле коснулся самых основ… И лишь тогда меч станет будто ручным, а также единым с сердцем и мыслями.

Сказать было легче, чем сделать. Питать источники огня, чтобы они стали священным пламенем, было не так просто, как казалось на первый взгляд, не говоря уже о совершенствовании эликсира сердца в целом. Поэтому тот был разделён на девять трансформаций. Однако, надо иметь в виду, что если Цинь Му удастся успешно закончить практику только первой трансформации эликсира сердца, он, используя свою Ци для управления мечом, уже превзойдёт все свои прошлые успехи в этом аспекте! И без сомнения сможет настигнуть душу матери дракона!

— Мм, у тебя необычайно прочная основа! — поразился Гу Линуань. Прошло всего ничего времени, а Цинь Му уже вспахал свой участок поля, то бишь даньтянь, и посадил в нём “семена” источников огня. Десять солнц тоже поднялись один за другим, начав, подобно питательному дождю, взращивать их…

Что говорило только об одном, совершенствование Цинь Му было невероятно плотным. Окажись на его месте любой другой практик, у него возникли бы некоторые затруднения уже на этапе посадки семян источников огня, не говоря о стадии восхода десяти солнц. Только потребляя духовные пилюли и чудотворческие лекарственные добавки, для поддержки жизненной Ци на должном уровне, можно посадить достаточное количество источников огня в такой быстрой и агрессивной манере.

Цинь Му же в подобном не нуждался, заполнив свой даньтянь семенами источников огня за раз. Кроме того, после этого у него всё ещё осталось достаточно много жизненной Ци, чтобы форсировать восход десяти солнц, озаривших его даньтянь. Для практиков области Духовного Эмбриона иметь подобный уровень совершенствования очень необычно!

«Такая ужасающая скорость совершенствования… А я ещё что-то говорил про десять дней, ему даже двух не понадобится. Всего за один день он сможет достичь первой трансформации Секретов Эликсира Сердца и дракону конец! А я наконец-то обрету заветную свободу! — думал Гу Линуань, но уже в следующий миг в его взгляде промелькнула неуверенность. — Такой выдающийся молодой гений. Я действительно не хочу убивать его таким образом… — старец с сожалением вздохнул про себя. — Однако, Великие Руины — это заброшенные богами земли. Не говоря уже о людях, здесь даже жуки в чём-то повинны и заслуживают смерти. Кроме того, я голоден. Я не ел ничего уже лет пятьдесят…

Цинь Му достиг первой трансформации ещё быстрее, чем предполагал Гу Линуань. Тьма отступила, давая первым лучам утреннего солнца украсить небо, которые каждый миг становились только ярче, в итоге пронзая глубокие воды Вздымающейся Реки и озаряя собой подводный дворец дракона.

Цинь Му встал, а в его голове промелькнула мысль. Его жизненная Ци, что была свёрнута вокруг Младшего Защитника, внезапно пронзила туман с резким свистящим звуком, летая туда-сюда также быстро, как молния!

Фи Фьюх Си…

Меч издавал колющий уши свит, когда Цинь Му ловко управлялся с ним, в мгновение ока ударяя сто раз и ослепляя глаза…

Несмотря на то, что он не знал ни одного навыка меча, самый простой его удар мечом был уже намного внушительней, чем у Цянь Цю, ученика секты Реки Ли, которая сделала себе имя как секта пути меча!

Секреты Эликсира Сердца действительно экстраординарны!

Цинь Му в очередной раз выразил свою благодарность, искренне поклонившись старцу:

— Старший, спасибо что поделились со мной своим опытом. Младший будет помнить старшего до тех пор, пока его сердце бьётся.

Гу Линуань сердечно рассмеялся:

— Ты очень талантлив, раз смог за такой короткий срок понять и завершить первую трансформацию эликсира сердца. Однако, твоя маленькая лиса не настолько быстра. Ну ладно. Примени на практике то, чему я тебя обучил и убей мать дракона!

У Гу Линуаня было приподнятое настроение. Когда на кону стоит свобода, даже такой великий мастер боевых искусств как он, не мог удержать волнения и думать о чём-либо ещё!

«Мальчуган спасёт меня, а с его пугающим талантом, мне даже немного не хочется убив…»

В этот момент Цинь Му развернулся… и ушёл. Растворяясь в тумане за пределами дворца, он, конечно же, прихватил с собой меч — Младший Защитник.

Гу Линуань безучастно уставился в одну точку, не понимая, что сейчас произошло. Парень уже вышел из зала дворца, в то время как Ху Лин’эр не смела от него отставать ни на шаг.

— Для тебя же будет лучше вернуться!!! — Гу Линуань яростно взревел. — Ты нарушил своё обещание, негодник! Я поделился с тобой опытом, приёмами, хитростями практики, и даже отдал свой меч! Почему же ты не убил мать дракона!?

Из-за пределов дворца доносился постоянно удаляющийся юношеский голос:

— Старший, даже если мать дракона действительно использовала драконью сферу, чтобы убивать входящих сюда практиков, сфера должна превращать их в ссохшиеся трупы. Но во дворце дракона есть множество мертвецов, предположительно, не погибших от неё… Поскольку их тела не выглядят ссохшимися, а вообще лишены какой-либо плоти. Голые скелеты, ну Вы поняли…

— Негодяй, когда ты понял это!? — поражённо воскликнул Гу Линуань.

— Как только вошёл во дворец.

Гу Линуань стиснул зубы, холодно процедив:

— Тебе действительно только двенадцать? Как двенадцатилетний мальчишка мог подметить все эти детали? И полагаясь на них понять, что здесь действительно произошло? Не говоря уже о том, чтобы играючи обвести меня вокруг пальца! Как?..

— Младшему исполнится двенадцать осенью. А пока мне только одиннадцать… — голос Цинь Му становился тише, тише и тише, пока вовсе не пропал.

Громоподобная вульгарная ругань извергалась со стороны дворца дракона, попадая в невинные уши парня и лисы.

Ху Лин’эр высунула мордочку из-под одежды Цинь Му в районе груди, спросив:

— Молодой мастер, как ты понял, что у него злые намерения?

Цинь Му объяснил:

— Помнишь момент, когда мы только вошли внутрь? Мы тогда заметили множество скелетов среди ссохшийся трупов, упавших на пол после того как я разогнал туман монашеским посохом.

Ху Лин’эр кивнула головой. Она заметила, что те скелеты были одеты в мешковатые формальные одежды, прежде чем их засыпало гораздо большим количеством ссохшиеся трупов.

— Скелеты были одеты слишком официозно, словно придворные дворяне, — продолжал Цинь Му. — Старик сказал, что привёл в Великие Руины много учеников для тренировки, в итоге случайно обнаружив этот подводный дворец дракона. Если бы их убила драконья сфера, то они должны были стать ссохшимися трупами, а не скелетами. Но если их убила не сфера, тогда кто?

На Ху Лин’эр внезапно снизошло осознание, тут же выпалив:

— Его рука держала странное чёрное знамя! Во время запечатывания во льду, старик, скорее всего, использовал его, чтобы убить своих учеников. Когда драконья сфера начала сковывать его мистическим льдом, не оставляя шанса на побег, он осознал, что скорее всего ему придётся здесь застрять на очень долгий период времени. Я думаю среди имперских чиновников интриги и даже открытые конфликты — обычное дело. Да, они его ученики, но также они чиновники Империи Вечного Мира, в сердце которых нет места отношениям мастер-ученик. Люди с таким мышлением даже могут не сообщить Императорской Семье, что он в беде и его нужно спасти. В конце концов пустующее место наставника наследного принца полезно всем.

Цинь Му кивнул головой:

— А поскольку маловероятно, что Императорская Семья его спасёт, возможны всего два действия: сдаться или рискнуть, поглотив сущность и кровь своих учеников, чтобы не умереть от голода, если он вдруг застрянет здесь слишком надолго. Но его метод отличался от метода матери дракона с драконьей сферой, будучи более своеобразным. Полагаясь на него, он поглотил даже плоть, оставляя позади только скелеты. Ты помнишь, как мой посох постоянно звенел, когда мы вошли туда?

Ху Лин’эр начала припоминать. Она тогда цеплялась за штаны парня и сильно дрожала. В итоге Цинь Му попросил её отодвинуть свой хвост.

— Сначала я подумал, что это мысли ссохшихся трупов так повлияли на Кхаккхару, заставляя не унимаясь звенеть, в конце концов мертвецы даже двигались, словно живые. Однако у трупов не было самосознания, только какие-то непонятные рефлексы, поэтому чуть позже я решил, что злые мысли были у души матери дракона. Тем не менее потом случилось нечто странное. Когда я подошёл к старику Гу, мой монашеский посох наконец-то перестал звенеть, что натолкнуло меня на мысль, что грязные помыслы были не у матери дракона, а именно у старика, — Цинь Му продолжил. — Мой Кхаккхара перестал звенеть только потому, что старик перестал думать, как бы навредить нам. Из-за защиты посоха он не мог поглотить нашу жизненную силу, поэтому придумал новый план, следуя которому мы должны были помочь ему освободиться!

Ху Лин’эр остолбенела. Только спустя какое-то время маленькая лиса, заикаясь, проговорила:

— М-молодой м-мастер, а… тебе д-действительно только дв-венадцать?

— Двенадцать будет только осенью, — искренне улыбнулся Цинь Му.

— Ты наверно тоже демон лиса, ведь так? — Ху Лин’эр взволновалась. — Только скорее всего не лиса, а лис, который, как и я, стал умным. Очень, очень умным!

Цинь Му начал ворчать:

— Ты понятия не имеешь, насколько трудным было моё детство! С малых лет меня постоянно дурила и использовала в своих целях целая свора стариков. Например, перед тем как отправиться на свою первую охоту, бабуля использовала меня как отвлекающий манёвр, чтобы стащить яйцо из курятника. В курятнике живёт курица-дракон, в сражении против которой у меня было мало шансов на победу! И после того, как эта курица почти всё утро гоняла меня по всей деревне и даже нормально так поклевала, бабуля воспользовалась возможностью прокрасться в курятник и умыкнуть яйцо!

****

Чуть погодя они благополучно перебрались через водоём, покидая храм короля драконов.

Ху Лин’эр подняла демонический ветер своим заклинанием, в то время как Цинь Му начал бежать по нему. Через некоторое время парочка вернулась к соломенной хижине перед водопадом. Парень тут же попрощался, желая, как можно быстрее вернуться в деревню, на что Ху Лин’эр улыбнулась, говоря:

— Зачем так спешить? Только глянь насколько ты грязный и как от тебя воняет. Возле моего водопада есть водоём, в котором можно искупаться или даже принять “душ”, а я тем временем выстираю и высушу твою одежду. Разве носить чистую одежду не приятнее? Кроме того, у меня ещё есть несколько вопросов, касающихся совершенствования.

Цинь Му на мгновение заколебался, но как только решил ответить ей, услышал леденящий душу смех бабушки Сы, доносящийся изнутри соломенной хижины:

— Душ? Совершенствование? Ты хочешь украсть инь, чтобы подпитать ян или украсть ян, чтобы подпитать инь?

— Бабуля? — изумился Цинь Му. — Что ты здесь делаешь?

Глава 51. Владычица Культа

— Что я здесь делаю? — бабушка Сы вышла из соломенной хижины, переполняемая эмоциями. — Я вырастила тебя проливая пот и кровь, а ты сбежал с лисицей, не сказав ни слова и оставив свою бабушку на самоте… И ты ещё смеешь спрашивать, что я здесь делаю? Теперь, когда ты вырос, тебе нужна лиса больше, чем бабушка! Маленькая лисичка, как ты хочешь умереть?

Цинь Му сразу улыбнулся:

— Бабуль, ты ошибаешься. Я случайно встретил Ху Лин’эр и услышал от неё о Дворце Дракона Вздымающейся Реки, поэтому мы пошли взглянуть на него. Изучая настоящего дракона, я забыл о всём на свете, и в результате застрял внутри на два дня.

— Тебя не было не два дня, а четыре! Э-э, ты сказал, что изучал настоящего дракона? — с подозрением спросила бабушка Сы. — Маленькая лисица не питала себя твоей жизненной Ци?

Ху Лин’эр смущённо посмотрела в сторону и спряталась за Цинь Му, поскольку была немного напугана.

— Бабуль, взгляни! — улыбаясь, Цинь Му привёл в движения свою Ци, после чего прозвучал гулкий, раскатистый рёв дракона. Его жизненная Ци хлынула наружу во все стороны, приняв форму огромного дракона, извивающегося вокруг тела. В тот же миг, как Цинь Му двинулся вперёд в ударе, два когтя дракона слились с его руками и прозвучал громкий грохот, сопровождающийся раскатами грома…

Гром снова и снова вторил эхом по долине, пока юноша продолжал делать один удар за другим.

— Жизненная Ци Зелёного Дракона! — бабушка Сы была невероятно удивлена. Она знала, что старый Ма не передавал парню Махаяну Сутру Жулая… А без подходящей для Восьми Громовых Ударов техники, даже несмотря на невероятно плотную жизненную Ци Цинь Му, каких-либо существенных достижений ждать не следует.

Однако, пареньку на самом деле удалось издать звук грома! Имея кулаки, вызывающие гром, осталось только добиться разрядов молнии!

Надо иметь в виду, что без соответствующей техники совершенствования достичь такого эффекта в области Духовного Эмбриона было почти невозможно!

И это был не самый важный момент. Парень использовал жизненную Ци Зелёного Дракона!

Зелёный дракон, свернувшийся вокруг тела Цинь Му, был создан из жизненной Ци Зелёного Дракона, которая принадлежала к Духовному Телу Зелёного Дракона!

Это был третий атрибут, обретённый Телом Тирана Цинь Му!

Наблюдая за водой и огнём, жизненная Ци Тела Тирана получила атрибуты воды и огня, которые соответствовали Чёрной Черепахе и Красной Птице, а теперь к ним добавился атрибут молнии Зелёного Дракона!

«Может быть это как раз мой Му’эрчик умудрился обмануть лисичку, питаясь её жизненной Ци для повышения своего совершенствования? Это бы многое объяснило! Я никогда не учила его таким дьявольским техникам… И что именно значит, что он увидел настоящего дракона?» — была озадачена бабушка Сы.

Цинь Му вернулся к своему изначальному состоянию, и зелёный дракон, окруживший его, втянулся в тело. С головы до хвоста дракон выглядел чётко и реалистично, будто настоящее божество.

Парень был поражён и восторжен не меньше старушки, даже он сам не ожидал, что сможет ударить громом!

Когда молодой монах, Мин Синь, исполнял Восемь Громовых Ударов, Цинь Му испытывал безграничную зависть, даже несмотря на то, что тоже мог ударить громом, правда только полагаясь на Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола и при этом тратя на удар гораздо больше энергии.

Потребление Ци у Восьми Громовых Ударов было намного меньше, а вкупе с практикой техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, те почти не истощали его запасов энергии во время битвы.

Возможность нанести удар с громом означала, что он снова сделал огромный скачок в силе!

Когда он в подробностях описал всё, что с ним произошло во дворце дракона, бабушка Сы была очарована его историей. Услышав, что Цинь Му наткнулся на скелеты, одетые в формальные одежды, и высохшие трупы, её взгляд мерцал пониманием, когда она сказала:

— Что-то должно быть не так, если там были трупы, умершие двумя разными способами. Тебе нужно было быть на чеку, когда вошёл внутрь.

Когда Цинь Му рассказывал о молодом драконе и Гу Линуане, замороженном в мистическом льду с помощью драконьей сферы, бабушка Сы хлопнула ладонями и улыбнулась:

— Старик Гу слишком подозрительный, скелеты в формальной одежде должно быть были убиты и “съедены” именно им! Все чиновники злые и жадные. Как ты смог его обмануть?

Ху Лин’эр была впечатлена. Старушка перед ней даже не видела произошедшего, но сумела прийти к тому же выводу, что и Цинь Му, полагаясь лишь на рассказ. Возможно она тоже была лисой-демоном, получившей разум?

Цинь Му рассказал, как он узнал Секреты Эликсира Сердца и достал меч Младший Защитник.

Бабушка Сы взяла меч, чтобы осмотреть его, и восхищённо воскликнула:

— Этот меч действительно один из самых редких сокровищ в мире. Империя Вечного Мира создала шестнадцать мечей первого ранга, среди которых были Младший Защитник, Старший Защитник, Младший Учитель, Старший Учитель, Младший Наставник, Старший Наставник, Мечи Трёх Министров, Белая Лошадь, Герцог, Наследственный Принц, Принц-Командир, Великий Маршал, Сыкун и Небесные Стратагемы, которые достались чиновникам соответственного ранга, например, меч Небесные Стратагемы достался Великому Генералу Небесных Стратагем. Несмотря на то, что Младший Защитник не так хорош, как меч высшего первого ранга, его более чем достаточно для использования другими сектами в качестве наследственной реликвии.

П.П.: Сыкун — управитель общественных работ (дин. Чжоу)

— Настолько ценный? — в шоке вскочил Цинь Му. — А если сравнить его ценность с Кхаккхарой?

— Примерно одинаковая. Монашеский посох Кхаккхара благословлён Жулаем, а Младший Защитник — это чиновничий меч первого ранга, наделённый чрезвычайной мощью и, по сути, олицетворяющий состоятельность Империи Вечного Мира, — ответила бабушка Сы.

— Старик сказал мне, что мастерство владения мечом Империи Вечного Мира самое лучше, но я отказался учиться и вместо этого обучился только технике управления мечом — Секреты Эликсира Сердца. Я правильно поступил? — спросил Цинь Му.

— Конечно правильно, хотя если бы за твоё обучение взялся Имперский Наставник, то это было бы не далеко от истины. Тем не мене, Гу Линуань в свои лучшие годы шёл по моему дьявольскому пути, поэтому его мастерство меча не дотягивает до стандарта Имперского Наставника Империи Вечного Мира. Ты уже должен был понять неоспоримую истину — каким бы великим мастерство меча ни было, если учитель плох, то ты в беде. Вспомни хотя бы монаха Мин Синя, которого одолел. Он, как и ты, практиковал Восемь Громовых Ударов, но из-за некомпетентности своего мастера, у него была слабость в районе горла, — наставнически проговорила Сы, а затем многозначительно и с добротой, продолжила. — Поэтому если хочешь учиться мастерству меча, то должен выбрать лучшего мастера из возможных. Мастера недоучки определённо не подойдут.

Цинь Му немного ошалел… В конце концов Гу Линуань был младшим чиновником первого ранга, а также младшим защитником наследного принца, и такая личность тоже попадает под категорию его бабушки — “недоучка”?

— Маленькая лисичка, можешь расслабиться, я не собираюсь тебя убивать, — бабушка Сы улыбнулась. — Му’эр, пойдём домой. Деревенское старичьё наверняка волнуется. Ты так долго отсутствовал, что они могут всерьёз решить, что ты уже упокоился с миром в животе какого-то странного зверя. Но твоя бабуля умная, поэтому я быстро поняла, что тебя умыкнула лиса, поэтому я ждала у её дома. Ах да, маленькая лиса, эта бабушка пролистала все твои древние книги и оставила в них несколько полезных заметок. Так что изучи их внимательно, чтобы не сбиться с пути во время своего совершенствования.

Ху Лин’эр смутившись опустила голову и прошептала:

— Я не умею читать…

Бабушка Сы поражённо застыла, но уже в следующий миг рассмеялась:

— Какая честная лиса-демон. Ну раз ты не наложила свои лапы на моего Му’эра и даже помогла ему… Хорошо! Бабушка не станет тебе больше лгать. Заметки по совершенствованию, что я тебе оставила, не совсем правильные. Если начать практиковаться по ним, то твоя Ци начнёт течь в обратном направлении, и ты болезненно умрёшь. Так что не смей пудрить мозги моему малышу!

Ху Лин’эр в страхе содрогнулась, думая: «Ууу… Молодой мастер Му был прав. Старики его деревни настоящие мастера обмана и подлога. Все они старые лисы, которые обрели разум!

****

Через какое-то время они добрались до деревни Цань Лао.

Цинь Му испытал настоящий шок. Когда вообще возле его деревни появился сосед?

Очевидно, что вторая деревня была построена совсем недавно и, к тому же, размером она сильно превосходила Цань Лао. Не говоря уже о роскошном внешнем виде и чувстве величия, которое возникало при созерцании.

Стены домов в Цань Лао или, если выразиться точнее, хижин, были построены из обычной глины, а вместо нормальной крыши использовалась солома, которая при дожде постоянно протекала, от чего Цинь Му частенько приходилось ставить в доме всякие чаши и тазики, чтобы не поплыть. По сравнению с внезапно появившейся рядом деревней… деревня Цань Лао выглядела убого.

Выражение лица бабушки Сы помрачнело, когда она молча повела Цинь Му вперёд.

Новая деревня была построена вплотную к их и прямо сейчас из её домов начало выходить множество странных людей, вставая на обочине дороги. Среди них были старые, молодые, мужчины, женщины.

Каждый раз, когда бабушка Сы проходила мимо человека, тот склонялся и почтительно приветствовал — “Владычица”.

Даже старцы с серо-белыми волосами должны были почтительно поклониться, приветствуя свою Владычицу с чрезвычайно скромным выражением лица и тоном.

Настроение бабушки Сы скатилось ниже некуда. Не сказав ни слова, она схватила руку Цинь Му и повела к Цань Лао. Парень пребывал в шоке. Услышав несколько сотен раз слово “Владычица”, он попросту не понимал, что происходит.

Возле входа в деревню целитель и старейшина деревни распивали чай. Перед ними сидел юноша, который тоже медленно наслаждался чаем, со стоящим за спиной старцем.

— Владычица, — поклонился старец.

Юноша поднял голову, но когда он задал вопрос, его голос звучал невероятно древне:

— Юю, ты не собираешься поприветствовать своего Патриарха?

Бабушки Сы застыла, остановившись на полушаге, после чего слегка поклонилась:

— Приветствую, Патриарх.

Старший Надзиратель посмотрел на Цинь Му и улыбнулся так широко, что его глаза превратились в щёлки:

— Владычица, это твой сын?

Бабушка Сы зыркнула на старца, резко возразив:

— Перестань пороть чушь или я разорву твой рот. Я подобрала Му’эра, он не мой сын!

Старший Надзиратель понимающе промычал, от чего бабушка Сы всеми фибрами своей души захотела его избить. Но в тот же миг вмешался Целитель, улыбнувшись:

— Бабушка, наши друзья из Небесного Дьявольского Культа гостят возле нас уже несколько дней, и они отказались уйти, пока не повидаются с тобой.

Бабушка Сы помрачнела ещё сильнее:

— Му’эр, иди домой.

— Ты тоже, бабушка, — равнодушно проговорил старейшина деревни, от чего Сы сильно нахмурилась, и сразу же продолжил. — Став частью нашей деревни старых инвалидов, ты так же стала одной из нас. А значит и все твои проблемы — наши проблемы.

Юноша перед ними пригубил свой чай и слегка улыбнулся:

— Брат, ты как всегда агрессивный. Это дело касается только наших Владыки Культа, Владычицы Культа и святой Библии. Даже если деревня Цань Лао хочет вмешаться в этот вопрос, я сомневаюсь, что сможет.

Глава 52. Ушёл по хорошей цене

Старейшина деревни приподнял брови, говоря:

— Если нам и Небесному Дьявольскому Культу в итоге придётся сражаться не на жизнь, а на смерть… Боюсь вы потерь не оберётесь. Я ведь прав? Тогда зачем нам нужно оказывать давление друг на друга и быть не дипломатичными? Если из-за нас, старых инвалидов, значительно сократятся силы культа, я уверен, что Имперский Наставник только порадуется и уж точно не упустит такой возможности, в итоге покорив Небесный Дьявольский Культ. Как Вы считаете?

Юноша-патриарх кивнул:

— Имперский Наставник Вечного Мира действительно ждёт хорошей возможности, чтобы завладеть нашим культом, заставив присягнуть на верность Императорской Семье. Однако, после того как святая библия нашего священного культа пропала, а священный Владыка Культа был убит, чем мы отличаемся от уже истреблённого культа? Брат, если будешь упрямиться, я боюсь, что маленькая деревня, которую ты защищаешь, столкнётся со всей оставшейся мощью нашего священного культа. Развернуть флаги!

— Да, Патриарх, — поклонился Старший Надзиратель, стоящий рядом с юношей, и продублировал приказ. — Развернуть флаги!

Все триста шестьдесят мастеров чертогов вытащили огромные флагштоки и начали разворачивать флаги, танцующие на ветру.

Глядя вперёд Цинь Му видел, как триста шестьдесят флагов, разворачиваясь, становились всё шире и шире. Когда они перестали увеличиваться, размер каждого флага был равен площади примерно семисот квадратных метров.

— Убрать флаги, — скомандовал юноша.

— Убрать флаги, — продублировал Старший Надзиратель.

Огромные флаги начинались сворачиваться. По мере уменьшения Цинь Му увидел, как на их месте появлялись десятки тысяч практиков божественных искусств. Каждый из них выглядел грозно, стоя прямо, как непоколебимое копьё. Когда они стояли не издавая и звука от них веяло чувством железной дисциплины!

Старейшина деревни вздохнул:

— Флаг Перемещения Небесного Дьявольского Культа, определённо, оправдывает своё имя. Всего лишь развернув и свернув флаги, десятки тысяч несравненных воинов попали прямо в Великие Руины. Неудивительно почему Имперский Наставник хочет прибрать к своим рукам Небесный Дьявольский Культ. Если он получит доступ к божественным искусствам вашего культа, армия Империи Вечного Мира получит мгновенный доступ к любой точке в мире и покорит все страны!

Юноша-патриарх вздохнул:

— Без Владыки Культа наша священная организация нынче словно ломкий осенний лист. В течение последних сорока лет наш культ сталкивается всё с более и более опасными ситуациями. Я считаю, что Имперский Наставник Вечного Мира скоро сделает свой ход и возьмёт наш культ под полный контроль. Я и ты, одинаковы. Мы оба состарились и наши дни на исходе. Теперь я могу лишь надеяться, что нам удастся выбрать нового выдающего Владыку Культа.

Глаза старейшины мерцали любопытством, когда он спросил:

— И поэтому Владычица Культа, в свою брачную ночь убившая прошлого Владыку Культа, ваш лучший кандидат?

Юноша-патриарх с горькой улыбкой кивнул:

— Брат, ты ведь знаешь, как трудно найти выдающегося и мудрого Владыку Культа. Хотя у нашего культа много последователей, но не многие из них подходят на роль Владыки. Не говоря уже о том, чтобы быть под стать Владычице. У нас просто-напросто не было иного выхода, поэтому нам пришлось искать Владычицу Культа, чтобы попросить её вернуться и взять на себя роль Владыки Культа.

У старейшины деревни разболелась голова, когда он посмотрел на бабушку Сы и сказал:

— Я слышал, что именно Владычица Культа убила вашего Владыку Культа, Ли Тяньсина, так почему вы хотите, чтобы она заняла его место, вместо того, чтобы отомстить? Разве убийство вашего Владыки — это не великий позор для культа?

Глаза юноши-патриарха оживились, когда он улыбнулся, говоря:

— Брат, ты кажется забыл, что наш культ идёт по дьявольскому пути и наши действия оценивать обычной логикой это как-то… Если вкратце, поскольку новый Владыка убил старого Владыку, для нас это означает лишь то, что новый более способный. Поэтому мы, разумеется, должны его поддержать!

Старейшина, а также Цинь Му и целитель, которые стояли рядом, скорчили странные мины. У Небесного Дьявольского Культа действительно есть такое правило?

— Сы, есть такое правило? — тут же спросил целитель, на что бабушка Сы кивнула головой и тот не смог удержаться от очередного вопроса. — Если существует такое правило, тогда почему ты не осталась в культе? Почему после убийства старого Владыки Культа не заняла его место?

Бабушка Сы озлоблено выпалила:

— Его убийство — мой позор! Мне было стыдно оставаться в культе и уж тем более занимать место Владыки! К тому же, останься я там, дьявол в моём сердце стал бы сильнее.

Целитель по-прежнему многого не понимал. Например, Небесный Дьявольский Культ потратил целых сорок лет, чтобы найти врага, убившего их Владыку Культа, только чтобы затем сделать из него следующего Владыку Культа… Такое попросту не поддавалась логике. Ещё труднее было понять, зачем Сы нужно было всё это время скрывать от них.

Старейшина слегка улыбнулся, обращаясь к юноше-патриарху:

— Если она не хочет идти с тобой, то я не позволю её насильно увести.

Юноша-патриарх нахмурился:

— Я вернусь обратно только с Владычицей Культа и Великими Небесными Дьявольскими Рукописями.

Оба лидера упрямо уставились друг на друга.

Старейшина деревни поднял свою чайную чашку и, глядя на гостя, сказал:

— Если гости не хотят уходить по своей воле, я думаю, мне придётся истребить их. У Небесного Дьявольского Культа слишком много людей, поэтому я не стану делать для них гробы. Людей нашего поколения со временем и правда становится только меньше. Это действительно печально…

Юноша-патриарх поднял свою чайную чашку и осушил, прежде чем подобраться, вставая со стула:

— Я тоже так считаю, разве что в твоей деревне намного меньше людей, поэтому я всё же смогу похоронить их в гробах.

— Стойте! — вмешалась бабушка Сы, тут же улыбнувшись и продолжив. — Старейшина, целитель, вернитесь не на долго в деревню. Я должна переговорить с Патриархом! Если что-то пойдёт не так, то смертельной битвы нам не избежать, но если всё сложится хорошо, то разве это будет не лучший исход?

Старейшина деревни бросил взгляд на бабушку Сы, на что та снова улыбнулась, говоря:

— Не волнуйтесь, в худшем случае они просто похитят меня.

Старейшина деревни дробно кивнул головой:

— Целитель, Му’эр, мы уходим.

Бабушка Сы ждала, пока они не скрылись из виду, прежде чем сесть перед юношей-патриархом и отдать приказ:

— Надзиратель, уйди.

— Да, моя Владычица, — Старший Надзиратель поклонился и медленно отошёл.

Своими ясными глазами бабушка Сы пристально смотрела на юношу-патриарха, когда тот вздохнул, заговорив:

— Именно ты была святыней нашего культа. Никто из твоего поколения не мог сравниться с твоими несравненными способностями. Когда Ли Тяньсин хотел жениться на тебе, я возражал.

— Но не остановил, — ухмыльнулась Сы. — Ли Тяньсин — мой мастер и то, что он, будучи им, решил взять меня, свою ученицу, в жёны, противоречит нашей этике отношений между людьми. Наш священный культ утверждает, что мы святые, тогда почему же мы отбрасываем этику человеческих отношений?

Юноша-патриарх нахмурился:

— Когда Ли Тяньсин решил взять тебя в ученики, я понимал, что это скорее всего ошибка. Я боялся, что чем больше времени вы проведёте вместе, тем сильнее он будет очарован тобой, вплоть до потери всякого здравого смысла. И, как я и предполагал, он был очарован тобой настолько сильно, что бросил свою старую жену, которая была замужем за ним в течение нескольких сотен лет, только чтобы жениться на тебе.

Бабушка Сы, проскрежетав зубами, ухмыльнулась:

— Если ты знал, что он будет очарован мной, то почему позволил ему взять меня в ученики? Именно ты должен был быть тем, кто возьмёт меня в свои ученики, Патриарх! Если бы я стала твоим учеником, подобного бы никогда не случилось!

— Я боялся, что со временем тоже буду очарован, — юноша-патриарх с горечью улыбнулся. — При нашей первой встрече тебе было всего тринадцать лет, но даже так… моё сердце на миг учащённо забилось. Тогда я и понял, что не могу взять тебя в качестве своего ученика. Я был уже стар и не хотел, чтобы славная репутация всей моей жизни, нашла свой конец в твоих руках. Меня бы презирал каждый, узнай, что мастер полюбил своего ученика, — он вздохнул и продолжил. — При виде твоей настоящей внешности, редко когда кто-то может держать себя в руках, не говоря уже о том, чтобы попросту не влюбиться. И чем дольше люди проводят с тобой времени, тем безрассудней становятся.

Бабушка Сы продолжала скрипеть зубами, спросив с двусмысленной улыбкой, играющей на губах:

— Ну раз дела обстоят именно так, почему ты всё ещё хочешь, чтобы я стала Владыкой? Разве ты не боишься, что в итоге я погублю наш священный культ?

Юноша-патриарх ответил:

— Ты лучший кандидат. Я конечно же понимаю, что ты, будучи роковой женщиной, определённо перевернёшь с ног на голову наш священный культ, когда станешь Владыкой Культа. Но ты должна кое-что знать. В течение последних сорока лет, пока мы искали тебя, мы также нашли несколько молодых людей с выдающимися талантами, но даже при этом, им далеко до тебя… и им всё ещё чего-то не хватает, чтобы стать Владыкой Культа.

Патриарх в очередной раз вздохнул, подавленно продолжив:

— Хотя бы раз увидев лучшее, ты всегда будешь чувствовать, что чего-то не хватает, глядя на других.

— Я не вернусь, — бабушка Сы ухмыльнулась, — но могу вернуть вам Владыку Культа, который придёт вместе с нашей наследственной святой библией — Великими Небесными Дьявольскими Рукописями.

Выражение юноши-патриарха дрогнуло, когда он переспросил:

— Вернёшь нам Владыку Культа? Что ты подразумеваешь под этим?

****

Внутри деревни Цань Лао. Цинь Му, старейшина, целитель и остальные пристально следили за каждым движением бабушки Сы и Патриарха Дьявольского Культа. Для них было большой неожиданность, что со стороны их беседа казалась довольно приятной. Тем не менее им не оставалось ничего другого, кроме как искренне удивляться, видя, как те болтая о чём-то смеются.

Во время их разговора бабушка Сы вдруг оглянулась в сторону деревни, после неё то же самое проделал Патриарх Дьявольского Культа, но затем улыбнулся и, повернувшись к собеседнице, что-то сказал ей.

Через некоторое время бабушка Сы маленькими шажками вернулась в деревню и улыбнувшись сказала:

— Дело сделано.

«Дело сделано?»

У каждого присутствующего было странное выражение лица.

На лице одноногого сверкала его фирменная невинная улыбка, когда он слегка подозрительным тоном спросил:

— Ну и когда мы начнём сражаться?

— Не нужно сражаться, — сказала бабушка Сы, но затем продолжила, несколько раз непроизвольно моргнув. — Однако они ещё немного побудут здесь и уйдут только через несколько дней.

Все посерьёзнели. Что планирует Небесный Дьявольский Культ, раз собирается уйти лишь через несколько дней?

Бабушка Сы ухмыльнулась, продолжив:

— Старый Ма, Му’эр сказал мне, что его жизненная Ци Тела Тирана приобрела атрибут Зелёного Дракона. Думаю, тебе пора проверить насколько он стал сильнее.

— Тело Тирана может имитировать жизненную Ци Зелёного Дракона? — старый Ма был приятно удивлён. — Му’эр, быстро за мной! Мы проведём спарринг!

Цинь Му тут же последовал за своим дедушкой Ма.

Наблюдая за сражающийся в сторонке парочкой, целитель подошёл к бабушке Сы и прошептал:

— Сы, ты что, продала Му’эра?

Бабушка Сы несколько раз невинно моргнула, но при этом с серьёзным выражением лица ответила:

— Что ты такое говоришь? Как я могла продать моего Му’эра?

— За сколько ты продала его? — сразу же полюбопытствовал одноногий, проковылявший вперёд.

— Молодой Владыка Дьявольского Культа, — бабушка Сы тяжело вздохнула. — Для начала они дадут ему только этот титул, а я в свою очередь должна буду передать им наследственную дьявольскую библию культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Но перед этим они хотят самолично убедиться насколько он хорош. Если же со временем их будет всё удовлетворять, то он станет священным Владыкой Культа официально. Ушёл по хорошей цене, правда?

Глаза одноногого жадно загорелись, а дыхание стало обрывистым, когда он залепетал:

— Т-такая хорошая с-сделка? Старая Сы, п-почему ты для начала не спросила м-меня? Я тоже согласен быть проданным!

Бабушка Сы улыбнулась:

— Ну это легко устроить. Если ты хочешь стать священным Владыкой Небесного Дьявольского Культа, тебе всего-то и нужно, что прогуляться по соседней деревне, встретившись с каждым из трёхсот шестидесяти Мастеров Чертогов, Двенадцатью Старшими Защитниками, Правым и Левым Хранителями, Четырьмя Великими Небесными Королями, Восьмью Великими Надзирателями и Патриархом Небесного Дьявольского Культа.

Лицо одноногого стало мертвецки бледным, когда он фальцетом проскрипел:

— Чтобы Му’эру стать молодым Владыкой, ему что, тоже нужно будет сразиться по раунду со всеми в соседней деревне?

Бабушка Сы беспомощно вздохнула:

— Они сначала хотят проверить товар. Если не проверить товар, то как его можно так легко продвинуть до молодого Владыки Небесного Дьявольского Культа?

Глава 53. Демонстрация силы

— Так получается ты хочешь передать наследственную библию своего культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи, Му’эру? — спросил одноногий.

Бабушка Сы слегка кивнула головной, отвечая:

— В определённом смысле малыш превзошёл меня. Техника создания Небесного Дьявола — это одно из божественных искусств, описанных в библии. Я использовала эту технику, чтобы делать из шкур “одежду”, поэтому она в какой-то степени злая. Тем не менее, мне никогда не приходило в голову использовать её подобным образом, противостоя Восьми Громовым Ударам пятой формы — Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе. Но Му’эр додумался до такого…

— Он идеально подобрал время и рассчитал силы, когда использовал технику создания Небесного Дьявола, связывающую с собой свои души и духи, чтобы противостоять Лучу Солнца, Очищающему Душу Ян в Небе, — кивнул целитель.

— Поэтому, если он овладеет Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, то, вероятней всего, прославит библию, придумав новые способы использования хорошо известного старого, — удовлетворённо улыбнулась бабушка Сы.

Немой несколько раз хрюкнул и промычал, показывая знаки руками, на что глухой отрицательно покачал головой, отвечая:

— Не нужно ему рассказывать, а то станет скучно наблюдать.

Кучка стариков-инвалидов заговорчески смеялись и кивали друг другу в согласии, стоя в тени.

По деревне Цань Лао вдруг прокатились громовые раскаты. Фигуры юноши и старика столкнулись, используя друг против друга один и тот же приём — Буря Девяти Драконов.

Ббуууум!..

Когда кулаки Цинь Му и старого Ма сошлись в лобовом столкновении, прозвучал громоподобный взрыв, заложивший всем уши. С болезненным стоном парень сделал несколько шагов назад, вжавшись в себя словно сворачивающийся божественный дракон. Со стороны могло показаться, что он отступал, но на самом деле лишь накапливал силы в ногах.

Попятившись всего на несколько шагов, Цинь Му собрал в ногах столько силы, что их практически разрывало. В тот же миг он рванул к старику, будто неистовый дракон, вырывающийся на свободу из бездны вечного заточения!

— Вот засранец! Он даже посмел изменить ритм работы ног моего Небесного Расхитителя, которому я его обучил! — удивлённо воскликнул одноногий, отчётливо рассмотрев мудрёную работу ног Цинь Му.

Парень двигался подобно сворачивающемуся в себя змееподобному дракону, чтобы собрать силу и импульс для выпада. Казалось, что он просто отступал назад, но на самом деле он отступал, только чтобы потом рвануть вперёд… от чего выглядел ненормально зловещим.

Работа ног навыка — Небесный Расхититель, выглядела невероятно изящной, тем не менее одноногий использовал её лишь для воровства, не обращая никакого внимания на поднятие силы. Укради, убей и сразу же сваливай — вот неизменный жизненный девиз одноногого, лобовое нападение попросту не было сильной стороной Небесного Расхитителя.

Цинь Му слегка изменил работу своих ног, подсознательно включив в неё дух божественного дракона, делая движения своего тела импульсными и взрывным, подобно выпадам змееподобного дракона.

Пах Пах Пах!..

Множество звуков ударов наложились друг на друга. Странно, но со стороны было видно, как Цинь Му и старый Ма обменялись только одним ударом, в то время как прозвучало сорок пять громких хлопков.

Цинь Му отлетел назад. В воздухе он извивался телом как движущийся дракон, полностью избавившись от силы атаки старого Ма, и затем стабильно приземлившись на своих двоих.

— Старый Ма всё ещё старый Ма, — восхищённо воскликнул одноногий.

— Му’эр, ты понял суть этого движения? — спросил Ма.

Цинь Му с испуганным выражением лица прокричал:

— Силы наших кулаков совершенно разные! Силы сорока пяти драконов моего кулака были однотипными, так как драконы были одного вида! В то время как силы сорока пяти драконов твоего кулака были разнообразными, так как, в твоём случае божественные драконы, были разными!

— Хорошо, что ты понял это, — у старого Ма было удовлетворённое выражение лица. — В Монастыре Великого Громового Удара есть сто горельефных скульптур, называемых — Портреты Ста Драконов. “Портреты” были вылеплены первым поколением Жулая после созерцания сотни видов разнообразных драконов, чтобы следующие поколения могли практиковаться в силе кулака Бури Девяти Драконов. Во время своих тренировок я не видел настоящего дракона, а лишь горельефные скульптуры. Буря Девяти Драконов наделена силами сорока пяти различных драконов, которые вытекают из сорока пяти “портретов” драконов. Тем не менее, в монастыре есть сотня “портретов” различных драконов. Понимаешь к чему я веду?

П.П.: кому любопытно касательно горельефа как вида искусства https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%B5%D1%84

Сердце Цинь Му сжалось от осознания, и он выкрикнул:

— Каждый раз, когда применяется Буря Девяти Драконов, силы дракона в кулаке будут отличаться от прошлых!

Старый Ма кивнул головой:

— Буря Девяти Драконов может и кажется простым ударом, но на самом деле скрывает в себе бесчисленные возможные вариации. Однако, эти вариации сокрыты в силе, которая накапливается в кулаке, поэтому люди не могут заранее определить, чего им ждать. Му’эр, взгляни!

Старый Ма своей оставшейся рукой нанёс удар, за которым последовал рокот грома. Драконоподобная жизненная Ци подобно бушующему приливу хлынула во все стороны, сформировав образ свирепого дракона, что ворвался в мирную лагуну и начал пожирать людей! Рывок Яростного Дракона!

Затем появились образы двух драконов, которые тут же вырвались из кулака и начали свой вращающийся, вокруг друг друга, танец. Когда тела двух огромных драконов переплетались, казалось они могут пробурить себе дорогу куда угодно! Вихрь Драконов-близнецов!

Прогремели раскатистые рёвы трёх драконов и уже в следующих миг их можно было рассмотреть. Всё трое были по своей сути квинтэссенцией властолюбивости и жестокости, когда они, полагаясь на свои силы, уничтожали чужие монументы и сокрушали скалы! Крушение Скалы Трёх Драконов!

Затем последовали Коготь Четырёх Драконов, Дьявольская Резня Пяти Драконов, Реинкарнация Шести Драконов, Семь Драконов, Взбивающих Моря, Сила Восьми Небесных Дракона и Буря Девяти Драконов.

Старый Ма по сути наделил свой кулак сорока пятью драконоподобными силами, и каждая из них была реалистичной и живой, словно настоящий дракон.

Старик направил всю мощь своего удара к небу, от чего над Цань Лао появились сорок пять зелёных драконов, рванувших вдаль с оглушительным грохотом грома и потрескиваниями молний.

Цинь Му поднял голову к небу и увидел рассеивающееся облако.

Облако ещё не успело исчезнуть, как вдруг, с неба упала голова. Она немного прокатилась и остановилась прямо рядом с ногами Цинь Му. Увидев подобное зрелище, парень от неожиданности подскочил. Зачем вообще какому-то монаху прятаться в облаке?

«Может быть какой-то демон убил монаха и, пролетая над облаком, сбросил голову»? — догадки Цинь Му прервало несколько глухих ударов. Подняв глаза, он увидел валяющиеся руки и ноги, а также упавшее за пределы деревни тело.

«Определённо не демон! — сердце Цинь Му пропустило такт. — Монах действительно зачем-то прятался в облаке!»

Немой, глухой, мясник и остальные уже привыкли к подобным странностям, поэтому не обратили никакого внимания.

Старый Ма даже не взглянул на убитого монаха. Он повернул голову, чтобы вызывающе зыркнуть в глаза Патриарха Дьявольского Культа, словно говоря — вот настолько невероятно моё мастерство!

Это была неприкрытая демонстрация силы Патриарху Дьявольского Культа и запугивание всех прочих практиков Небесного Дьявольского Культа!

В соседней деревне юноша-патриарх слегка переменился в лице:

— Божественное искусство Монастыря Великого Громового Удара действительно шокирует, но, если сравнивать со стариком Жулаем, ему по-прежнему не хватает опыта. Кажется, я знаю, кто этот однорукий. Он ученик, который отрёкся от Монастыря Великого Громового Удара, Ма Ваншэнь, Почтенный Ма. Проложив путь из монастыря, полагаясь на свои кулаки, он сделал себе имя. Встретить его здесь — это неожиданность. Мы не можем недооценивать эту маленькую деревню.

Старший Надзиратель посмотрел на остатки расчленённого тела, что упали с неба, и сказал:

— Ма Ваншэнь убил монаха Монастыря Великого Громового Удара. Это странно… Что монах вообще забыл здесь?

Юноша-патриарх улыбнулся:

— Он, я полагаю, просто следил за Ма Ваншэнем. Да и какая разница зачем? Жулай уже стар и не станет покидать своей горы. Куда любопытнее кулачные навыки юнца. Их уровень довольно высок. Он явно не изучал Махаяну Сутру Жулая, но при этом может продемонстрировать всю мощь Восьми Громовых Ударов…

Старый Ма отвёл свой взгляд и продолжил давать наставления:

— Му’эр, глядя на мой удар, что ты понял?

Цинь Му всерьёз задумался над вопросом. Мало того, что формы и размеры сорока пяти зелёных драконов разнились от одного к другому, так ещё и сами виды драконов были уникальными. Как такое могло не шокировать?

Старый Ма внезапно повторил Бурю Девяти Драконов. Сорок пять разнообразных зелёных драконов взмыли в небо, поднимая штормовой ветер, сопровождаемый громом и молниями…

Старик наносил один удар за другим, постоянно наращивая количество драконов в небе. Немного погодя танцующих на ветру драконов стало столько, что они заполнили собой всё в радиусе пятидесяти километров!

Зелёные драконы сформировали внушающее трепет построение… Их тела переплетались друг с другом, образуя гигантское кольцо, которым и был дракон. Голова дракона высунулась наружу, и он оглушающе взревел!

Рёв десяти тысяч драконов сотряс небеса и землю!

Здесь уже не шла речь о тонкостях и изучении Бури Девяти Драконов, а была неприкрытая демонстрация силы… Демонстрация силы Великим Руинам, демонстрация силы Небесному Дьявольскому Культу и демонстрация силы всем, у кого есть злые помыслы в отношении деревни Цань Лао!

Цинь Му ошалело уставился, в то время как деревенские старики восхищённо кивали головами. Последователи Небесного Дьявольского Культа из соседней деревни имели разные выражения лиц, но во всех читалось восхищение и даже некое преклонение. Юноша-патриарх проинструктировал стоящих рядом последователей:

— Если в будущем кто-то из вас встретит Ма Ваншэня, ведите себя любезнее.

— Разве наш культ должен бояться такой маленькой деревни? — прошептал Старший Надзиратель.

— Бояться? Не преувеличивай, — слегка улыбнулся юноша-патриарх. — Все они изувеченные калеки, чьи способности уже не те, что были раньше. Тем не менее среди них есть двое одного со мной уровня. Один из них тот, у кого нет конечностей, а другой кузнец. Остальные же немногим сильнее наших Двенадцати Старших Защитников и Четырёх Великих Небесных Королей. Боюсь, Её Святейшество — это слабость каждого из них. Взгляните на мясника, у которого осталась лишь половина тела. Если бы ты увидел его раньше, то остался бы под большим впечатлением, потому что его титул — “Небесный Нож”!

Сердце Старшего Надзирателя учащённо забилось, когда он с недоверием взглянула на мясника, бормоча:

— Небесный Нож? Разве он не умер?

— До меня тоже доходили слухи, что он умер, — заговорил один из двенадцати защитников. — Я слышал, что он сошёл с ума, направив свой нож на небеса и проложив себе путь к ним резнёй. Кто-то даже видел в небесах силуэты богов, а этот псих с ножом наголо взял и пробился к ним. А ещё говорят, что в то время небеса заволокло тёмными грозовыми тучами, из которых время от времени пробивались огни ножей. Однако, вскоре после случившегося с неба упал труп Небесного Ножа. Если этот мясник действительно тот самый Небесный Нож, то как ему тогда удалось выжить?

Юноша-патриарх ответил:

— Будучи подобным существом… Даже желая смерти, добиться её трудно.

Старший Надзиратель озадаченно спросил:

— Патриарх, почему Вы согласились с предложением Владычицы Культа сделать из мальца молодого Владыку? Я не вижу в его силе ничего впечатляющего.

— Сила юнца действительно не такая уж выдающаяся, да и зелен он ещё. Но кто по-твоему все эти люди, вокруг него? — лицо юноши-патриарха словно озарилось. — Каждый человек вокруг него чрезвычайно страшен. Они могучие существа, у которых есть свои уникальные таланты! А юноша — это их ребёнок и они передадут ему всё, что узнали за свою жизнь. Кроме того, я лично обучу его всему, что есть в наших Великих Небесных Дьявольских Рукописях, хе-хе, и если ему таки удастся стать священным Владыкой нашего культа, то это принесёт только прибыль и никаких потерь!

Старший Надзиратель восхищённо вздохнул, спрашивая:

— Блестяще, Патриарх. Но почему Вы тогда хотите испытать его?

На что юноша-патриарх задал свой вопрос:

— А что если он полный кретин? Конечно же нужно протестировать его. Сообщи всем мастерам чертогов, что в бою с ним они должны ограничить себя совершенствованием области Духовного Эмбриона! Завтра мы должны как следует принять гостя!

Глава 54. Триста шестьдесят домов

Стоя посреди деревни старый Ма отвёл кулак и спросил Цинь Му:

— Ты понял то, что я тебе показал?

— Понял! — ответил Цинь Му. — Каждому виду дракона принадлежит свой уникальный тип силы и изменив порядок их использования, можно повлиять на эффект от удара. Имея в арсенале кулака сотни разных сил зелёных драконов, Буря Девяти Драконов обретает бесчисленное количество вариаций. Если кому-нибудь удастся парировать мой первый удар, второй удар нужно будет отбивать, используя другой способ. И даже если я ударю сто или тысячу раз, сила каждого удара будет уникальной!

Старый Ма неожиданно улыбнулся:

— Раньше твоё Тело Тирана не имело никаких атрибутов, из-за чего ты не мог использовать Махаяну Сутру Жулая. Кроме того, я пообещал Монастырю Великого Громового Удара, что никому не раскрою секрет этой техники. Хотя у тебя и появился атрибут Зелёного Дракона, я всё равно не могу обучить тебя ей. Однако, так как ты сумел полностью понять настоящее искусство кулачного боя, у тебя исчезла потребность в этой технике. Ты уже обрёл силу, грацию, форму, ауру и дух дракона. И несмотря на то, что ты не видел Портреты Ста Драконов, рано или поздно всё равно сможешь понять их секрет. С техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, сила твоих Восьми Громовых Ударов ничем не поступится Махаяне Сутре Жулая!

Цинь Му ощутил прилив восторга. Старый Ма имел холодное сердце и редко хвалил других, поэтому парню было очень приятно услышать хорошие слова в свою сторону. Кроме того, слова старика дали ему веру в себя и вдохновили на новые идеи. Если сила дракона была ключевым моментом Бури Девяти Драконов, то как работает первая форма — Весенний Гром на Одиноком Восточном Море?

Мог ли он понять суть этой техники, наблюдая за колебаниями большой реки, вливающейся в море, и слушая гул весеннего грома?

И были ли Громовые Пальцы Играющего на Пипе, связаны с музыкальным искусством?

Также была Куа-фу в Погоне за Солнцем и Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе.

Для них существовал свой способ понимания!

Чем больше он думал о подобном, тем сильнее завораживался этой идеей. Парень не мог дождаться, чтобы немедленно покинуть деревню, бродить по миру, наблюдать чудеса и рассматривать таинственные явления природы!

— Не забудь, тебе завтра нужно встать как можно раньше и пойти в соседнюю деревню, чтобы выразить своё почтение её жителям, — напомнила ему бабушка Сы.

Цинь Му недоумевал:

— Бабуль, жители той деревни принадлежат к Небесному Дьявольскому Культу. Почему они называют тебя Владычицей? Почему они хотят, чтобы ты возглавила их? Почему они собираются тебя убить, если ты не послушаешься?

Бабушка Сы улыбаясь погладила его голову:

— Скоро ты всё узнаешь.

****

На следующее утро. Позавтракав и умывшись, Цинь Му отправился забрать яйцо, снова ощутив на себе ярость курицы-дракона. Размахивая крыльями вверх и вниз, она использовал свои острые как меч перья и дышала огнём, пытаясь зарубить вора. Обвитый зелёным драконом, Цинь Му использовал Громовые Пальцы Играющего на Пипе, чтобы заблокировать перья-мечи.

— Му’эр, перестань сражаться с ней и иди поприветствуй соседей, — сказала бабушка Сы, подойдя и отогнав курицу-дракона.

Цинь Му сразу последовал за ней. Курица, оставшаяся сзади, снова попыталась напасть на парня, но её отпугнул зловещий взгляд бабушки Сы.

Старушка привела его в соседнюю деревню, где их поприветствовал подошедший Старший Надзиратель. Измерив парня взглядом, он повернулся к Сы:

— Владычица Культа, всё подготовлено должным образом. Молодой Владыка просто должен по одному разу зайти в каждую из триста шестидесяти комнат, и всё.

— Пройти все триста шестьдесят комнат с первой попытки? Разве это не слишком много? — с недоверием моргнула бабушка Сы.

— Если мальчик не сможет пройти все триста шестьдесят комнат сразу, мне придётся попросить Владычицу Культа вернуться с нами, — улыбнулся Старший Надзиратель.

— Ему можно будет отдохнуть? — скрежеща зубами спросила бабушка Сы.

— Естественно. В комнатах есть еда и напитки, а также кровати, лекарства, духовные пилюли и всё, что ему понадобится.

Бабушка Сы посмотрела на Цинь Му и тяжёлым тоном дала несколько наставлений:

— Му’эр, посети каждую из комнат. Не забудь называть всех, кого встретишь, братьями и сёстрами. Не нужно называть их старшими.

Цинь Му кивнул и улыбаясь направился к первому дому:

— Триста шестьдесят комнат! Мне интересно, сколько времени понадобится, чтобы навестить их всех? Бабуль, я пошёл.

Бабушка Сы посмотрела ему вслед и вдруг спросила:

— Му’эр, ты знаешь, что тебя ждёт внутри?

Цинь Му повернулся и улыбнулся ещё шире:

— Я знаю, но я не позволю им отнять мою бабулю.

Поворачиваясь, чтобы уйти, старушка почувствовала тепло в своём сердце. Когда она достала этого ребёнка из реки, то не ожидала, что настанет день, когда тот поможет ей нести её бремя.

Цинь Му вошёл на первый этаж первого дома и увидел, что комната была довольно широкой. Внутри сидел мужчина с жёлтым лицом. Оно было таким жёлтым, что казалось, словно тот только что съел жёлчный пузырь. У мужчины была козлиная бородка, а в руке он держал счёты, что делало его похожим на ведущего учёт бухгалтера.

— Старший брат, — перво-наперво Цинь Му отдал дань уважения, после чего снял своё оружие и поставил возле двери. — С твоего позволения, старший брат.

Бухгалтер с изумлением взглянул на одиннадцатилетнего мальчика и спросил:

— Ты знаешь для чего ты здесь? Неужели Владычица Культа рассказала тебе?

Цинь Му потянулся с хлынувшей наружу жизненная Ци, после чего невинно улыбнулся, отвечая:

— Бабуле не нужно было мне ничего объяснять. Я сам всё понимаю!

Сила вырвалась у него из-под ног, и всего лишь через один шаг он стоял прямо перед лицом счетовода. С раскатом грома извергающимся из ладони, Ци парня стала чрезвычайно агрессивной, будто огонь!

— Разве я не должен боем проложить себе путь с первой по триста шестидесятую комнату?

Бухгалтер тут же поднял руку, чтобы заблокировать удар, и почувствовал, как гигантская сила сбивает его с ног, отправляя в неконтролируемый полёт. Пробив деревянную стену и вылетев во двор, он смог стабилизироваться только через несколько десятков метров.

Он был одновременно удивлён и рассержен, когда смотрел сквозь отверстие в стене, видя, как юный мальчик идёт к двери, берёт своё оружие, и отправляется в следующую комнату.

«Почему я обижаюсь на ребёнка?»

Бухгалтера рассмешил его собственный гнев, и он громко закричал, обращаясь к другим в деревянных зданиях:

— Остальные, будьте настороже. Паренёк очень силён. Его жизненная Ци области Духовного Эмбриона чрезвычайно плотная, по крайней мере в два раза плотнее моей. Будьте бдительны, а то облажаетесь!

— Плотнее твоей в два раза? — раздался изумлённый женский голос. — Подобное совершенствование под стать молодому Владыке. Однако мне интересно, какие у него заклинания.

Цинь Му подошёл к следующему дому и открыл дверь. В комнате находился учёный, покачивающий головой. Он был в восторге от книги, которую держал в руке.

Цинь Му поздоровался:

— Старший брат.

Учёный настороженно улыбнулся:

— Ты собираешься отвлечь меня своим приветствием? Я не дам тебе такой возможн…

— Ци Ке До!

Бууум!..

Погремел раскат грома, и земля неистово задрожала. Осколки заполонили собой всё вокруг, в то время как учёный, летя задом наперёд, пробивался через лес своей собственной спиной и в конце концов впечатался в возвышающееся дерево.

Учёный приземлился на землю и громко предупредил:

— Будьте осторожны, этот дьяволёнок имеет мощные способности и владеет заклинаниями дьявола, которые даже более непредсказуемы, чем заклинания нашего священного культа.

Бууум!..

Как только предупредительный голос затих, из деревянного здания вылетел престарелый частный репетитор и упал на каменный столб, не в силах сдержать свой гнев:

— Дерьмо! Ты меня обманул! Я собирался защитится от дьявольского заклинания, а он использовал технику Монастыря Великого Громового Удара, чтобы атаковать мою душу! Не позволяйте ему себя обмануть! Он использует Восемь Громовых Ударов!

— Бред сивой кобылы! — из четвёртого дома раздался сердитый женский голос. — Старый Се, ты меня запутал! Он использовал технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать мои три души и семь духов! Не смей убегать после того, как обмацал меня с ног до головы и опозорил, мелкий пакостник!

Когда Цинь Му вышел из четвёртой комнаты, его лицо было слегка красным. Техника создания Небесного Дьявола предполагала касания таких непростых мест как пупок, грудь и промежность. Эти три места являлись интимными точками женщин, поэтому Цинь Му было непросто завершить приём. Движения были очень непристойными, особенно неловко ему было касаться промежности.

«Я слишком молод, чтобы всё это понимать», — сказал сам к себе деревенский мальчик-пастушок, невинно моргая глазами.

В пятой комнате мужчина, тощий, как мешок с костями, посмотрел на Цинь Му, который как раз вошёл, и ухмыльнулся:

— Независимо от того, какие дьявольские техники ты используешь, можешь даже не думать о том, чтобы выйти из этой комнаты. Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы!

Направляясь к пареньку, он начал глубоко вдыхать, в то же время издавая странное хрипение. Звук становился со временем всё громче и начал на самом деле напоминать кваканье жаб!

Цинь Му был поражён. Тощее тело мастера чертогов культа постепенно распухало. Изначально его кожа была похожа на мешок с костями, но теперь, с каждым литром воздуха, она медленно раздувалась, превращаясь в крепкие мышцы!

Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы шла путём демонического превращения, имитируя настоящую Побеждающую Квакающую Золотую Жабу! Эта жаба была уникальным видом странных зверей. Обычно она была размером с умывальник, но когда надувалась воздухом, её тело увеличивалось в сотни раз, и она даже могла одним укусом проглотить свирепого тигра или льва.

После того, как мужчина исполнил эту странную технику, его жизненная Ци стала плотнее, а сила будто не знала конца. Такое улучшение всё же не выглядело таким устрашающим, как сама жаба, но всё равно было значительным!

Когда мастер чертогов культа глубоко вдохнул, Цинь Му тоже начал всасывать воздух. В отличии от техники Побеждающей Квакающей Золотой Жабы, его грудь не начала вздуваться, и размеры остались изначальными. Однако, вдох паренька был не менее ужасающим. Он всосал в себя почти весь воздух в комнате, от чего она начала заполняться воздухом снаружи. От подобных действий внутри деревянного дома сформировался лёгкий бриз, из-за которого даже окна тряслись!

Когда мастер чертогов наконец затаил дыхание, его жизненная Ци стала чрезвычайно плотной. Всё его тело было вздуто мышцами, которые чем-то напоминали камни, и так сильно растягивали рубашку, что казалось она в любой момент может порваться!

Его тело также постепенно увеличивалось, достигая практически четырёх метров в высоту и делая похожим на небольшого великана!

Размеры тела Цинь Му, напротив, остались неизменными.

— Техника Побеждающей Квакающей Золотой Жабы имеет огромную силу, и сотрёт тебя в порошок одним ударом! Ква…

Мастер чертогов поднял кроваво-красную ладонь, размером с пальмовый веер, и замахнулся, залив всю комнату светом тёмно-красных тонов. Под гнётом удара, нацеленного на юношу, воздух практически взорвался.

Цинь Му в свою очередь тоже нанёс удар. Большой и маленький кулаки столкнулись друг с другом, а здание мгновенно начало неистово трясти.

Мастер чертогов пошатнулся, сделав шаг назад. Мышцы на его руке извивались, как будто внутрь, прямо под кожу, пробрался дракон и быстро двигался к сердцу!

Выражение его лица изменилось, но он быстро среагировал и тут же поднял вторую руку, чтобы ударить по первой, разрывая дракона пополам.

Со следующим шагом назад рука мастера чертогов снова начала странно извиваться, и казалось, что под его кожей корчилось уже два дракона, из-за чего он был вынужден снова быстро рубануть по ним!

Сделав свой четвертый шаг назад, стена позади него рухнула, а с пятым шагом он оказался за пределами дома…

Мастер чертогов сделал ещё четыре шага назад и прижался спиной к огромному дереву, которое внезапно завибрировало. Ствол дерева был мгновенно превращён в подобие стружки, а крона рухнула.

Деревянные опилки всё ещё летали в воздухе, когда из спины великана вылетело девять драконов, контролирующих бурю, сопровождаемую громом, ярким светом, и яростным рыком драконов.

Ему попросту не удалось перехватить девятый слой силы Бури Девяти Драконов.

Глава 55. Лучший в мире навык меча

— Я Мастер Чертога Дождя нашего священного культа, поэтому люди прозвали меня Приносящей Дождь. Насколько ты хорош в заклинаниях?

Цинь Му вошёл в следующую комнату. Внутри находилась женщина со странными татуировками на лице и красующимся на голове боевым венцом из перьев. В руке она держала посох из кости хвоста неизвестного зверя, у которого было ровно двадцать четыре сустава, соответствующие двадцати четырём солнечным сезонам.

П.П.: https://en.wikipedia.org/wiki/Solar_term — кому интересно что за сезоны такие.

— Мы будем состязаться в этой комнате используя наши заклинания! — улыбнулась женщина.

— Я не знаю заклинаний. Разве практик области Духовного Эмбриона может изучить заклинания? — покачал головой Цинь Му.

— А почему должен не мочь? Жизненная Ци — это магическая сила, при помощи которой можно создать заклинание, конечно если знать как. Владычица считается лучшей заклинательницей нашего культа. Разве она тебя не научила ничему? Я начала бродить по миру, когда всё ещё находилась в области Духовного Эмбриона, помогая обычным людям вызывать дожди. При каждой засухе простолюдины приглашали меня помочь им, называя ведьмой. Однако, со временем моё совершенствование усилилось, а вместе с ним возросла и моя репутация, от чего меня стали называть просто — Приносящая Дождь. Я благодарна Владыке Культа за то, что поверил в меня и сделал Мастером Чертога Дождя. Тем не менее, я по-прежнему уступаю Владычице. Потому она и стала Владычицей Культа, а я нет, — улыбнулась женщина.

Цинь Му не понимал, что он должен делать:

— Тогда… Как мне сражаться заклинаниями?

Мастер Чертога Дождя от беспомощности положила ладонь на свой покачивающийся лоб, тяжело вздохнув:

— Почему ты ничего не знаешь? Школы заклинаний и боевых техник веками противостояли друг другу. Раньше люди, практикующие заклинания, и боевые техники всегда сражались друг с другом, называя ересью противоположную сторону и пытаясь искоренить. Тем не менее, теперь наступило время, когда все могут сосуществовать в гармонии. Но окажись ты в прошлом и заикнись вслух, что практикуешь боевые техники, тебя бы нарезали на лоскутки уже в следующий миг! Боевое мастерство заклинателей намного мощнее, чем ты можешь себе представить!

— Техники контроля меча считаются заклинаниями? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Нет, они не считаются ими, — Приносящая Дождь покачала головой. — В прошлом техники контроля меча относились к боевым техникам. Однако, позже практики пути контроля меча стали утверждать, что именно их путь истинный, а люди, практикующие заклинания и боевые техники идут неортодоксальным путём, поэтому их нужно искоренить. Именно поэтому Имперский Наставник Вечного Мира провёл конференцию, на которой бросил вызов каждому сильнейшему практику боевых техник, при этом сильно покалечив. Разве Владычица тебе не рассказывала об этом?

Цинь Му нахмурился:

— К чему эта постоянная грызня? Разве боевые техники, мастерство меча и заклинания не являются все божественными искусствами? Разве не лучше будет собрать преимущества каждого направления воедино?

Мастер Чертога Дождя на миг застыла, не зная смеяться ей или плакать:

— У человека ограниченная энергия. Откуда у тебя возьмётся время на одновременное развитие всех трёх стилей до должного уровня? Можно потратить всю свою жизнь, приложив титанические умственные усилия на изучение одного стиля, и даже тогда не достичь в нём пика. Поскольку люди практикуются в разных вещах, это естественно, что между ними возникнет конкуренция за звание лучшего, поэтому мирно сосуществовать друг с другом практически невозможно.

Цинь Му воспрял духом, тут же спросив:

— Старшая сестра, не покажешь мне несколько заклинаний? Я никогда раньше не видел их!

Приносящая Дождь подняла свою стройную белую ручку, указав пальцем вниз. По комнате прошла пульсация и мгновенно начал образовываться туман, а затем и вовсе зацокал дождь.

Цинь Му внимательно наблюдал. Он видел, как капли дождя падали на пол, затем скользя по стенам поднимались вверх, только чтобы вновь упасть… Начиная бесконечный круговорот.

Приносящая Дождь взмахнула рукой и капли дождя, как по команде, тут же вытянулись в полосы, подобно струнам музыкального инструмента. Растопырив пальцы на руках, она начала играть на водяных струнах, затапливая комнату звенящими музыкальными отголосками, которые в тот же миг превратили дождь в дракона, рванувшего к Цинь Му!

Но парень не запаниковал, он просто протянул руку и схватился водного дракона за слабое место, разрывая на множество брызг.

Мастер Чертога Дождя удивилась, но играть не перестала, напротив, её пальцы затанцевали на музыкальных струнных ещё юрче чем раньше, тут же превращая дождь в острое оружие, которое со всех направлений на безумной скорости ринулось к мальчику. Температура воздуха понижалась быстрыми темпами, практически мгновенно превратив всю воду в лёд и сделав оружие ещё более коварным!

Цинь Му нанёс десять ритмичных ударов каждым из своих пальцев, разрушая летевшее в него оружие:

— Значит вот как выглядят заклинания… Старшая сестра, а это можно считать заклинанием?

Его ладони внезапно объяло пылающее пламя, превращая руки в ножи, которыми он начал наносить скоростной град ударов, просто-напросто сдувая Приносящую Дождь прочь.

Женщина плюхнулась во дворе, после чего сразу же послышался её сердитый, но при этом испуганный возглас:

— Ты еретик фракции боевых техник! Использовать боевые техники как заклинания это…

Пройдя в соседнюю комнату, Цинь Му увидел крепко сложенного мужчину с короткой бородой, сидящего на коленях в позе сейдза. Сбоку от мужчины лежал прямоугольный футляр для меча с бронзовой пряжкой, прочно закреплённой вокруг него.

П.П.: сейдза это японский стиль сидения на коленях https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%8D%D0%B9%D0%B4%D0%B7%D0%B0

— Я Мастер Чертога Меча, — мужчина не поднялся, оставаясь сидеть в позе сейдза, когда продолжил. — У тебя есть мешочек с мечами, а значит ты должен знать некоторые навыки меча, поэтому сегодня, чтобы выявить победителя, мы будем сражаться ими.

— Я никогда не изучал навыки меча, — покачал головой Цинь Му.

Мастер Чертога Меча удивлённо поднял голову:

— Если ты никогда не изучал навыки меча, то зачем носишь мешочек? Разве Владычица не научила тебя каким-нибудь навыкам меча?

Цинь Му покачал головой, отвечая:

— Бабуля сказала, что в деревне есть человек с лучшим в мире навыком меча и поэтому она не может меня научить своим, так как из-за этого тот человек может никогда не начать меня учить.

— Лучший в мире навык меча? — Мастер Чертога Меча глупо уставился в одну точку широко выпученными глазами, но уже в следующий миг в них промелькнула острая, как кончик меча, агрессия, пронзающая сердце Цинь Му. Бородатый мужчина холодно засмеялся. — Кто смеет быть столь высокомерным? Сходи научись у него! Я хочу посмотреть, что этот так называемый “лучший в мире навык меча” сможет сделать против нашего священного культа!

Цинь Му невинно моргнул глазами, отвечая:

— Я также знаю множество других навыков, например, Восемь Громовых Ударов, Небесный Расхититель, Убой Свиней, навык копья, живопись, навыки молота…

Мастер Чертога Меча ласково погладил футляр для меча и затем холодно потребовал:

— Я хочу видеть только лучший в мире навык меча! Всё остальное — чушь собачья!

Цинь Му мог лишь беспомощно выйти из деревянного здания и вернуться в Цань Лао. Когда он объяснил бабушке Сы, что случилось, та сердито проворчала:

— Мастер Чертога Меча негибкая скотина! Да и ты хорош! Просто используй свой нож и нарежь его на лоскуты!

— Такая битва будет несправедливой, — пробормотал Цинь Му.

Бабушка Сы схватила его за руку и повела к выходу из деревни. У выхода сидели распивающие чай старейшина, целитель и напротив них юноша-патриарх. Троица выглядела настоящими знатоками этого действа. Куда там до них обычным дворянам!

— Старейшина, Мастер Чертога Меча упёрся как баран, желая сразиться с Цинь Му только в навыке меча, — лицо бабушки Сы ненормально сияло. — Почему бы тебе не научить его кое-чему?

Старейшина нахмурился и покачал головой:

— Ты от меня слишком многого ждёшь. За такое короткое время даже моё руководство мало чем поможет. В конце концов, кто знает сколько лет Мастер Чертога Меча постигал навыки меча. Думаешь он настолько плох? Ну научу я Му’эра твоему кое-чему? А что дальше? Думаешь он, полагаясь на эти знания, сможет победить опытного Мастера Чертога Меча? Чего ж ты его сразу не отправила бежать к звездам?

После сказанного Цинь Му не мог не догадаться, что происходит, но решил не вмешиваться, продолжив с любопытством слушать.

— Но ведь у Му’эра Тело Тирана, ведь так? — бабушка Сы невинно моргнула глазами, разыгрывая непонимание.

«Тело Тирана…» — края век старейшины начали подёргиваться. Он уже начал сожалеть, что сморозил такую глупость.

В конце концов именно он выдумал пресловутое Тело Тирана, и настаивал, что у Цинь Му именно оно. То, что юноша смог пробудить свой духовный эмбрион, уже оказалось за гранью его ожиданий и он понимал, что у всего есть предел. У Геркулеса и то были проще испытания, а Цинь Му же немного погодя нужно будет сразиться с выдающимся мастером меча Дьявольского Культа…

Бабушка Сы подкинула ему эту задачку и отвертеться от неё было ой как сложно.

Старейшина деревни что-то бормотал про себя, прежде чем сказать:

— Му’эр, расскажи мне о Секретах Эликсира Сердца, которые ты узнал от Гу Линуаня.

Цинь Му сразу же продекламировал их, после чего даже старейшина деревни не смог удержаться от восхищённого кивка:

— Имперский Наставник Вечного Мира действительно сотворил чудо, собрав всех мастеров меча мира в одном месте. Техника управления меча — Секреты Эликсира Сердца, действительно оригинальна.

Сидящий напротив юноша-патриарх тоже восхищённо вздохнул:

— Имперский Наставник Вечного Мира — гений, спору нет.

Старейшина продолжил:

— А теперь расскажи мне как Гу Линуань объяснял тебе Секреты Эликсира Сердца.

Цинь Му слово в слово повторил все объяснения старика, после чего старейшина деревни ненадолго замолчал, но уже вскоре улыбнулся:

— Гу Линуань эгоистично скрыл кое-что от тебя.

Старейшина указал на ошибки в предыдущих объяснениях, после чего Цинь Му тут же использовал свою жизненную Ци для контроля меча, чтобы попытаться на практике исправить их. Вскоре парень остался под большим впечатлением, обнаружив, что теперь ему гораздо проще контролировать меч и не только, скорость тоже возросла.

Глаза юноши-патриарха озарились, когда он улыбнулся:

— Гу Линуань не скрывал ничего. Просто его понимание было не столь глубоким, как у тебя, брат. Услышав лишь раз ты смог полностью понять всю глубину Секретов Эликсира Сердца, тогда как тот, кто практиковал их всю свою жизнь, всё ещё имел искажённое понимание.

— Спасибо за похвалу, брат, — старейшина деревни посмотрел на Цинь Му и твёрдым тоном проговорил. — Я не стану учить тебя навыку меча, но одному движению научу и это колющий удар.

— Колющий удар? — пробормотал застывший от удивления Цинь Му. Разве нанести колющий удар не плёвое дело, умея как следует контролировать меч жизненной Ци? Зачем такому учиться специально?

— Уколоть мечом не так-то просто, как ты наверно уже успел подумать. Даже не зная навыков меча, если ты овладеешь этим колющим движением, не многие мастера пути меча области Духовного Эмбриона смогут с тобой совладать. И когда я сказал “не многие”, то имел в виду весь мир, — наставнически проговорил старейшина и затем продолжил. — Попробуй своей Ци взять под контроль обычный меч и кольнуть им тот столб возле мясной лавки.

Цинь Му применил Секреты Эликсира Сердца и его жизненная Ци, столь же толстая, как рука взрослого мужчины, выхватила меч из мешочка с мечами, направив того в столб деревенской мясной лавки.

Пам…

Меч прошил столб практически насквозь, обнажая с другой стороны свой кончик… Деревенский мальчик-пастушок непонимающе повернулся, чтобы посмотреть безрукого-безногого старика, от чего тому захотелось провалиться сквозь землю. Но старейшина не мог показать своё смущение внешне, поэтому с непроницаемым лицом кашлянул и продолжил:

— А теперь попробуй проколоть тот валун.

Жизненная Ци Цинь Му покрепче обернулась вокруг застрявшего меча-сокровища, со скрежетом вытащив его, и уже в следующий миг меч вонзился в валун возле старейшины, словно тот был маслом. Пастушок снова обернулся и невинно-непонимающим взглядом посмотрел на старейшину, выражения лица которого попросту застыло… Время шло, а ни один его лицевой мускул так и не дрогнул.

Юноша-патриарх испытывал противоречивые чувства, он одновременно был ошеломлён и ему хотелось смеяться, тем не менее смех он тактично подавил, чтобы не показаться невежливым.

«Я и забыл, что жизненная Ци сорванца чрезвычайно плотная. Хотя его мастерство меча полное дерьмо, но с поддержкой чрезвычайно плотной Ци… Сила удара увеличилась экспоненциально», — немного придя в себя, старейшина деревни попытался несколько раз кашлянуть, прикрывая чувство неловкости, и затем непроницаемо продолжил:

— А теперь повтори то же самое своим ножом для убоя свиней.

Прозвучали звуки хруста вперемешку с лязганьем, тем не менее на этот раз, полагаясь на нож для убоя свиней, Цинь Му не удалось проколоть валун.

«Фух… Мне повезло, что ему не удалось проколоть его, иначе даже не знаю, как бы я выкручивался…» — старейшина мысленно облегчённо вздохнул и затем начал терпеливо, как ни в чём не бывало, объяснять:

— Что ты почувствовал, когда атаковал?

Цинь Му тщательно обдумал вопрос и чуть погодя его глаза озарились пониманием:

— Я почувствовал, что моя жизненная Ци недостаточно мощная. Используя Ци для контроля меча мне казалось, что на кончике ножа она текла вяло. Всё моё тело распирало от силы, но при этом меня не покидало ощущение, что я пытаюсь атаковать своими волосами, а вовсе не ножом. Нить жизненной Ци была слишком хлипкой и не способной справиться со всей моей силой.

Глава 56. Колющий удар

У юноши-патриарха было странное выражение лица. Рука из жизненной Ци, которой орудовал Цинь Му, называлась нитью?

Видел ли он когда-нибудь такую толстую нить из жизненной Ци?

Видел ли он когда-нибудь такую мощную нить из жизненной Ци?

И как вообще понимать “Я почувствовал, что моя жизненная Ци недостаточно мощная”? Он никогда раньше не видел такой плотной Ци у практиков области Духовного Эмбриона!

Юнец из деревни, где живут одни старики и инвалиды, смог проколоть деревянный столб толщиной с бочку одним ударом! Он также с первой попытки пробил насквозь пятиметровый валун! Сила, содержащаяся в его нити из жизненной Ци, превосходила любую подобную у известных ему мастеров меча области Духовного Эмбриона!

Старейшина деревни улыбнулся и дал парню совет:

— Ты прав, так как всё ещё не освоил самого простого приёма мечом — колющего удара. Представь, если бы тебе удалось вложить в него всю свою силу и высвободить всю мощь своего тела?

Цинь Му с трудом в это поверил и покачал головой:

— Использовать жизненную Ци для манипуляции мечом значит использовать нить. Однако, моя нить слишком мягкая. Как она может передать всю мою силу?

— Она может, — старейшина деревни неторопливо продолжил. — Воспринимай меч как часть своего тела, такую же как рука. Теперь подними руку и представь, что держишь в ней меч. Держи свой средний и указательный палец на лезвии, пырни рукой вперёд, и меч последует за ней!

«Воспринимать меч как часть тела?» — Цинь Му растерялся. Нить из Ци толщиной с руку снова схватила меч-сокровище. Держа пустоту правой рукой, его большой палец тянулся к безымянному и мизинцу, а средний и указательный пальцы выпрямились, будто ложась на лезвие меча.

Цинь Му уколол мечом перед собой и услышал визг. Его жизненная Ци заставила меч-сокровище нанести удар, раскалывая воздух и издавая резкий свист!

Он был удивлён и восторжен. Ещё несколько минут назад, пытаясь манипулировать мечом с помощью нити, ему удавалось использовать не более десяти процентов своей силы. Теперь он ощутил, что мощь удара увеличилась в несколько раз!

Юноша-патриарх улыбнулся:

— Это называется Секретами Сжатия Меча — вводной формой совершенствования меча. Только что ты смог проколоть горный валун, не используя никаких секретных приёмов. Кажется, что твоё совершенствование намного плотнее, чем моё в твоём возрасте!

Старейшина деревни потряс головой:

— Этого всё ещё недостаточно. Одними Секретами Сжатия Меча нельзя победить мастеров, совершенствующих своё искусство меча на протяжении десятков лет. Му’эр, освободи свою Ци из ладони и попробуй снова.

Цинь Му сделал как ему посоветовали и обвил свою руку и меч-сокровище жизненной Ци. Закручивая её, он повторил колющий удар.

Свишь!..

Его меч пырнул вперёд и поднял вихрь, сопровождающийся свистом и визжанием острого лезвия внутри!

Глаза юноши-патриарха дрогнули… Он сразу почувствовал, что сила удара Цинь Му увеличилась ещё на десять процентов. Такое усиление было громадным, учитывая, что оно случилось после единственного совета старого калеки!

Старейшина деревни крикнул:

— Нить из жизненной Ци не должна обвиваться вокруг меча, её нужно укоренить внутри него. Меч — часть твоего тела, так же как и жизненная Ци. Попробуй снова!

Ци Цинь Му погрузилась внутрь острого меча и слилась с ним воедино, после чего парень сразу же почувствовал, будто у него выросла третья рука.

С новым ударом он мгновенно заметил, что его сила похожа на поток, ищущий прорехи, чтобы вытечь. От семидесяти до восьмидесяти процентов его силы удалось передать, взмахнув мечом снова!

В деревне поднялся ветер, когда куча древесины, на которую постоянно взбирался мясник, разделилась напополам!

Цинь Му глупо уставился. Его меч даже не дотронулся до дерева! Куча разрушилась от одного ветра, поднятого мечом!

Юноша-патриарх воскликнул в восхищении. Всего лишь несколько слов от старого калеки смогли раскрыть потенциал юнца. У него действительно были чрезвычайно высокие познания в мастерстве меча.

— Этого всё равно недостаточно, — старейшина деревни продолжил. — Ты ещё не смог полностью освободить свою силу. Возможно, твоя мощь и передалась в меч, но как насчёт силы твоего духовного эмбриона? Где она? Духовный эмбрион также должен держать меч! Ударь снова!

Цинь Му собрался с мыслями. В его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, статуя повторила его движения и пырнула пальцами вперёд!

— Этого недостаточно! Где Секреты Эликсира Сердца? Секреты Эликсира Сердца не только требуют, чтобы ты совершенствовал свой эликсир сердца, но и наполнял им меч! Сейчас же наполни им свой меч!

— Всё равно недостаточно, повтори! Наполни свой меч эликсиром сердца, это самый важный момент техники!

— Земля под ногами — источник силы. Используй технику ног, которой тебя обучил одноногий, чтобы использовать силу земли!

— Что делают твои глаза? Где Глаза Небес, которыми тебя наделил слепой? Твой меч тоже должен видеть!

— Удары, которым тебя обучил старый Ма, наделяют твои мышцы силой драконов. Кроме того, ты уже успел рассмотреть настоящего дракона. Так почему твой меч не владеет аурой дракона и разрушающей силой ударов Ма?

****

Цинь Му повторял колющий удар снова и снова, в то время как ожидания старейшины деревни ставали всё выше и выше. Сначала он заставил его учиться контролировать свою собственную силу, потом силу жизненной Ци, духовного эмбриона, и добавил ко всему этому навык ног одноногого и кулаков старого Ма, значительно увеличивая сложность удара.

За очень короткое время он ударил сотни раз подряд, однако старейшина оставался неудовлетворенным и заставлял его продолжать практиковаться.

Бабушка Сы, одноногий и остальные смотрели на Цинь Му, который тренировался с мечом и выглядели, мягко говоря, шокированными. Каждый раз, когда меч ударял, раздавался короткий свист и визг, за которым следовал сильный порыв ветра, разлетающийся в обе стороны. В этот момент, флаги на лавках мясника, целителя и кузнеца, разворачивались в обратную сторону.

С каждым ударом на земле появлялся след. Это были разрезы от сильного потока ветра!

Бабушка Сы была в недоумении, бормоча себе под нос:

— За несколько минут старейшина смог превратить Цинь Му в эксперта навыка меча. Это просто сли…

Старейшина деревни покачал головой:

— Я не учил его навыку меча. Я просто помог ему собрать свои силы вместе, сложить воедино всё, чему вы его обучили. Теперь ему известны элементарные принципы колющего удара, и впереди у парня ещё долгий путь, чтобы полностью овладеть этим приёмом. Больше того, кроме колющего удара, есть ещё рубящий, режущий, парирование, блок, отвод, перехват и много других. Только овладев всеми основными движениями, он будет достаточно способным, чтобы начать изучать навыки меча. Му’эр попытайся проткнуть нож для убоя свиней.

Услышав эти слова, Цинь Му бросил свой нож для убоя свиней в воздух и, контролируя свой меч с помощью Ци, нанёс молниеносный удар!

Бдзинь!..

Острый меч встретился с ножом для убоя свиней и прорезал сквозь Зимнее Хрустальное Железо, будто сквозь масло.

Нож для убоя свиней упал на землю вместе с мечом Цинь Му. Когда парень, с глупым взглядом и выражением лица, пошёл посмотреть на результат, то понятия не имел, что сможет добиться такого большого улучшения за короткое время.

Колющий удар, самое базовое движение меча, на самом деле может иметь ужасную силу!

Сердце старейшины деревни вздрогнуло. Он тоже не ожидал, что Цинь Му сумеет так быстро освоить удар, но дело было сделано, поэтому произнёс:

— Му’эр, теперь ты можешь встретиться с Мастером Чертога Меча.

— Погоди! — юноша-патриарх, сидящий перед ним, поспешно поднял руку, и из леса прилетело дерево. Вытащив палец, он высек из него деревянный меч, длиной около метра и передал Цинь Му. — Используй в битве этот меч, и не смей рубить настоящим!

Цинь Му взял деревянный меч и посмотрел на бабушку Сы, которая была вынуждена объяснить:

— Мастер Чертога Меча запечатал свои другие божественные сокровища и будет использовать только Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. С твоим совершенствованием области Духовного Эмбриона, ещё чего доброго пришьёшь его ненароком.

Цинь Му задумался на мгновение и оставил свой мешочек с мечами и меч Младший Защитник у входа в деревню. С деревянным мечом на спине, он вернулся в бревенчатый дом, чтобы встретить Мастера Чертога Меча.

Тот всё ещё сидел в своей прежней позе, держа руку на футляре для меча. Буровя Цинь Му взглядом, он спросил:

— Ты вернулся после уроков от лучшего мастера меча в мире? Используй то, чему он тебя обучил, и сразись со мной! Я хотел бы посмотреть, кто может быть настолько высокомерным, чтобы называть свой навык меча лучшим в мире!

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Я не изучил ни одного навыка меча. Старейшина показал мне только одно движение.

Мастер Чертога Меча нахмурился и холодно сказал:

— Я дам тебе больше времени, иди учиться снова. Навестишь меня, как только узнаешь навык меча!

Цинь Му неловко ответил:

— Патриарх вашего Небесного Дьявольского Культа попросил меня прийти к тебе с деревянным мечом, чтобы я ненароком… Эм… Как там выразилась бабуля?.. А!.. Чтобы я ненароком тебя не пришил.

— Возмутительно!

Мастер Чертога Меча выдохнул, и комнату поглотила язвительная атмосфера. Повсюду раздавался металлический звон, будто тысячи мечей сталкивались друг с другом.

Раздался странный запах, заставляющий глаза слезиться. Это был смрад ржавчины и крови смешавшихся вместе. Кто знает… смерть скольких людей и других существ создала такой воздух!

Футляр для его меча раскрылся сам по себе, показывая все мечи-сокровища, хранящиеся внутри. Мечи радостно вылетели наружу, издавая громкий гул.

Владелец разделял те же эмоции, что и его мечи. Когда он был счастлив, его мечи были счастливы. Когда злился, его мечи тоже злились. Когда он хотел полетать, его мечи могли поднять его в воздух, а если он хотел убить, его мечи убивали.

Он был Мастером Чертога Меча, Маньяком Меча.

Теперь он хотел убивать, поэтому его мечи мгновенно вылетели из футляра, заполняя всю комнату бликами металла!

Не задумываясь, Цинь Му использовал свою Ци, контролируя оружие, и уколол вперёд, используя Секреты Сжатия Меча!

Сверкающие мечи направились навстречу мечу Цинь Му, и, с мягким звоном, разлетелись на маленькие осколки!

Пам!

Мастер Чертога Меча пробил стену за своей спиной и, в мгновение ока, врезался в деревянное здание напротив. Из его груди торчал деревянный меч.

Цинь Му подпрыгнул от шока и быстро вытащил свой меч, чтобы осмотреть его. Он вздохнул с облегчением, когда увидел лишь немного крови на кончике меча, понимая, что ему не удалось пронзить тело бородатого мужчины.

Напротив, тело Маньяка Меча начало медленно скользить вниз по стене. Падая всё быстрее и быстрее, он громко стукнул задницей о землю. Его глаза выглядели безжизненными, и казалось, что он всё ещё пребывает в оцепенении.

— Ты в порядке? — Цинь Му махнул ему рукой.

Бородатый Мастер Чертога Меча дёргано покачал головой в оцепенении. Его тело не очень сильно пострадало, но дух был раздавлен.

Глава 57. Мастер Чертога Соблазнения

С высоко поднятой головой Цинь Му вошёл в следующую комнату. Внутри находилась сексапильная женщина, смотрящая на Мастера Чертога Меча внизу. Услышав шаги, она тут же обернулась и соблазнительно сказала:

— Мастерство меча молодого Владыки выше любых похвал. Ты даже умудрился ранить Мастера Чертога Меча. Я поражена, однако моё тело более хрупкое и ранимое, чем у Маньяка Меча, так что надеюсь ты обойдёшься со мной по нежнее.

Цинь Му невинно моргнул глазами:

— Мне всего одиннадцать лет, и только осенью исполнится двенадцать. Я не совсем понимаю, о чём ты говоришь.

Выражение лица женщины вдруг застыло, но затем она рассмеялась:

— Я думала, что ты такой же, как эти вонючие мужланы, поэтому решила соблазнить тебя, однако забыла, что ты ещё совсем маленький и не в курсе дел между мальчиками и девушками. Я — Мастер Чертога Соблазнения нашего священного культа. Обычно мы живём в местах, где люди постоянно развлекаются, поэтому привыкли к светским беседам. Изначально я собиралась использовать своё искусство соблазнения, но как видишь оказалась в дураках. Я поражена тем, что молодой Владыка смог победить стольких мастеров чертогов в таком юном возрасте, однако, мы не станем соревноваться в навыках меча или кулака. Я хочу проверить навыки твоего тела.

Она достала свой футляр для румян и осторожно открыла его, развеивая успокаивающий сладкий аромат:

— Это мой любимый кардамонный румянец. Мы с тобой покрасим пальцы, и посоревнуемся в движениях тел. Нужно будет дотронуться до лица друг друга, и тот, у кого будет меньше отпечатков, победит. Идёт?

Цинь Му кивнул и ласково улыбнулся:

— Хорошо. Будь ко мне снисходительна, старшая сестра.

— Подлиза! — Мастер Чертога Соблазнения разразилась смехом и смерила мальца высокомерным взглядом. Она окрасила все свои пальцы румянами, после чего передала футляр Цинь Му, чтобы тот сделал тоже самое.

Женщина внезапно двинулась, и её тело стало напоминать скользящую змею. Её жизненная Ци превратилась в змеиный хвост, обвиваясь вокруг ног парня.

Цинь Му молча уставился, ведь он видел такие движения раньше. Это случилось, когда он находился возле Храма Бабушки, где сразился с молодой девушкой, использующей идентичную технику. Жизненная Ци той девушки превратила её в огромную змею, после чего она точно также попыталась обвить его тело, пока не была избита Тысячеруким Буддой.

«Возможно, та девушка была ученицей Мастера Чертога Соблазнения?»

Оттолкнувшись ногами от земли, Цинь Му удалось избежать обездвиживающего тело выпада женщины-змеи. Та лишь нежно засмеялась и поползла вверх по стене. Её змеиный хвост обвился вокруг колонны внутри комнаты, давая возможность атаковать Цинь Му сложной техникой пальцев.

Руки женщины напоминали духовых змей, способных свободно извиваться, собственно, как и пальцы. Однако, не это больше всего удивило парня, а то, что пальцы могли растягиваться и сжиматься по её желанию. Даже её руки могли так делать!

Цинь Му вскоре увидел ещё более интересную картину. Тело Мастера Чертога Соблазнения также могло удлиняться и сужаться, словно в нём не было ни единой кости! Женщина-змея свисала с потолка комнаты, будто питон!

Движения и ритм ног Цинь Му постоянно менялись. Пока он скользил туда-сюда по полу, будто дракон, противница спокойно ползала по потолку. Свисая вниз головой, она не прекращала атаковать.

Жизненная Ци парня неожиданно вырвалась наружу, обретая форму зелёного дракона, и обвиваясь вокруг его тела. Дракон высунул свои когти, впиваясь ими в деревянные стены. Используя свою технику тела, Цинь Му теперь мог спокойно перемещаться по стенам и потолку. Пожертвовав своей защитой в пользу нападения, он исполнил Тысячерукого Будду, начав неистово атаковать Мастера Чертога Соблазнения.

В не слишком большой комнате, две фигуры двигались так же быстро, как ветер и молния. Не видя разницы между полом, стенами и потолком, они передвигались плавно, будто по ровной земле. Дракон и змея свирепо сражались, странно извиваясь, словно танцуя, как вдруг…

Пальцы парня коснулись женщины-змеи, оставляя на лице четыре пятна и вынуждая покраснеть. Затем, его ладонь внезапно раскрылась, и из неё разразился раскат грома, сбивая противницу с толку.

Когда женщина пришла в себя, всё её лицо уже было заляпано следами отпечатков пальцев.

— Это конец, хватит! — Мастер Чертога Соблазнения сползла с потолка и помахала рукой. — Хватит. Я проиграла. Ты размазал весь мой макияж. Техника твоего тела слишком странная, даже твои шаги странные. Я не могу двигаться в твоём темпе, не говоря уже о том, чтобы обвить тебя хвостом.

Цинь Му тоже спустился и улыбнулся:

— Спасибо, что позволила мне победить, старшая сестра.

Увидев красные губы и белые зубы мальчика, Мастер Чертога Соблазнения не удержалась и чмокнула его в щёку, после чего улыбаясь сказала:

— Позволь мне оставить на тебе эти две пометки, чтобы моё поражение не казалось слишком глупым.

Щёки Цинь Му покраснели, а сердце начало неконтролируемо колотиться, когда он в ступоре покидал комнату.

Мастер Чертога Соблазнения хихикнула:

— Знай я, что тебя можно одолеть таким вот простым способом, то поцеловала бы намного раньше. Если тебе понадобится помощь, просто найди бордель, и скажи девочкам, что хочешь встретиться с Фу Цинюнь, и ты сможешь найти меня!

Цинь Му стоял перед дверью следующей комнаты, успокаивая свои мысли. Стерев с лица следы помады, юноша вошёл внутрь, думая про себя: «Теперь я понимаю, почему слепой дедушка сказал мне, что все женщины — это замаскированные демоны. Один поцелуй, и моё сердце чуть не высосало наружу»

В соседней комнате находилась женщина-мясник, с лицом ещё более безумным, чем у мясника с Цань Лао. Она размахивала своим ножом для убоя свиней, держа во рту кость в качестве зубочистки.

Как только парень вошёл в комнату, женщина взмахнула ножом и сорвалась со своего места в его сторону. Поднимая в тесной комнате грозные порывы ветра, каждый взмах ножа был настолько безжалостным, что казалось может не задумываясь вспороть ему живот!

Цинь Му мгновенно вытащил свой нож, чтобы заблокировать удар.

Динь! Динь! Динь!..

Звуки, похожие на стук бисера, падающего на нефритовую тарелку, заполнили комнату!

Затем они перепрыгнули через друг друга, и развернулись назад. Два ножа в руках женщины повернулись на сто восемьдесят градусов, когда та схватила их обратным хватом. В её глазах читалось волнение, когда она с уважением воскликнула:

— Отличные навыки ножа!

Цинь Му тоже держал свой нож обратным хватом, когда осторожно проговорил:

— Старшая сестра, мы держим ножи обратным хватом, а это значит, что наши следующие удары должны стать смертельными. У ножей нет сердца, так что я предлагаю их отложить, и использовать руки как оружие, делая всё возможное, чтобы не переусердствовать.

Женщина-мясник отбросила свои ножи для убоя свиней, которые застряли в стене, и улыбнулась:

— Ты прав, если кто-нибудь держит нож обратным хватом, значит он собирается убить. А если я убью тебя, Владычица Культа разозлится и однозначно убьёт меня. Так что давай драться голыми руками!

Жизненная Ци Цинь Му закружилась, хватая нож для убоя свиней и пряча за спину, затем он встряхнул руками, сконцентрировав её поверх ладоней и превратив в пламенные ножи!

Руки женщины-мясника задрожали, и вокруг них появились края лезвий. Это была жизненная Ци Белого Тигра, главным достоинством которой являлась несравненная острота. Размахивая руками сквозь воздух, женщина направилась в сторону Цинь Му:

— Молодой Владыка, твои огненные ножи ставят тебя в невыгодное положение. Они никогда не сравнятся с остротой жизненной Ци Белого Тигра!

Взгляд Цинь Му опасно мерцал. Движущееся пламя медленно растекалось, распространяясь по его рукам, будто он держал свой нож обратным хватом.

Забой Свиней Третьей Формы — Запретное Поднятие Ножа!

Две размытые фигуры словно слились воедино, в то время как их ноги непрерывно двигались. Ножи были так близко друг к другу, что не нужно было использовать глаза, чтобы оценить ситуацию. Ощущая силу, исходящую от тела противника, можно было легко определить его следующее движение и предпринять нужное действие, атакуя или защищаясь.

Ключевыми моментами в обратном хвате были сохранение короткой дистанции, минимизирование амплитуды взмаха, увеличение скорости ножа и использование хитрых углов для удара!

Подобный способ ведения боя считался самым агрессивным и сложным, среди всех боевых техник. Независимо от того, будет ли твой противник из фракции заклинателей или фракции мастерства меча, если эксперт боевых техник подбирался так близко, смерть неминуема!

Все шестьсот сорок мускулов в теле Цинь Му непрерывно сокращались, предоставляя максимально возможную силу для борьбы на коротком расстоянии!

Прошло совсем чуть-чуть времени, а он и женщина-мясник начали обильно потеть. Постоянно использовать столько мышц, рассчитывать траекторию ударов противника, чтобы защититься против хитрых атак, и при этом пытаясь ударить самому, потребовало от них ужасного количества усилий!

Внезапно, своей рукой-ножом, Цинь Му пробился сквозь защиту противника, разрезая засаленный фартук на груди женщины!

Женщина сделала шаг назад и рассеяла свою жизненную Ци Белого Тигра. Она сняла разрезанный напополам фартук, бросила его в сторону, и радостно сказала:

— Я проиграла, а ты победил. Твои навыки ножа совсем неплохи. Если тебе не удастся пройти через все триста шестьдесят комнат, ты всегда можешь прийти ко мне и зарезать несколько свиней, чтобы заработать на жизнь.

Пухленькая старшая сестра вызвала у Цинь Му благоприятное впечатление, и он улыбнулся:

— Я могу готовить лекарства, так что мне не обязательно убивать свиней для заработка. Также я могу работать доктором, помогая людям.

Женщина-мясник выплюнула кость изо рта и ухмыльнулась:

— Доктором? Если твой пациент умрёт в процессе лечения, ты будешь обязан выплачивать его семье компенсацию до тех пор, пока не обнищаешь! Тебе лучше убивать свиней. Это стабильная работа. Если ты будешь делать это со мной, я позабочусь, чтобы ты хорошо питался и жил.

От подобного разговора виски Цинь Му начали болезненно пульсировать. Уходя из комнаты, он промычал себе под нос:

— Увидим, увидим. Я пока молодой ещё…

— Молодой Владыка, — женщина подняла руки, вытащила два ножа для убоя свиней из стены, и остановила парня на полпути, серьёзным тоном говоря. — Когда ты встретишь Владычицу Культа, передай ей, что я, Би Яо, сильно по ней скучаю и не забыла о доброте, которой она меня одарила.

Цинь Му кивнул.

Би Яо спустилась по лестнице и вышла во двор деревни, где услышала внезапный треск. Подняв голову, чтобы осмотреться, она увидела, как стена деревянного дома взорвалась, и из неё вылетел Мастер Чертога Ловли Змей, приземляясь головой на каменный тротуар и разбивая его.

Когда она пошла, чтобы вытащить бедолагу из земли, раздался новый взрыв, и ещё один человек вылетел из разбитой стены, размахивая конечностями и ударяясь лицом о здание напротив.

Бам!..

Прозвучал ещё один громкий вибрирующий звук, когда Мастер Чертога Божественности вылетел из разрушенной стены. Прежде чем он успел приземлиться, со стороны верхнего этажа здания донёсся дьявольский голос:

— Бо Жэ Бо Жэ Са Мо Е!

Сильные толчки прошлись по окрестностям, когда Мастер Чертога Бродящего Торговца полетел следом.

Вытаскивая Мастера Чертога Ловли Змей, Би Яо посмотрела вверх и пробормотала:

— Разминка молодого Владыки Му закончилась, и кажется он начинает входить в ритм.

Глава 58. Молодой Владыка Культа

Людей во дворе становилось всё больше и больше. Любой внешности, размера и профессии. Тем не менее, между всеми ними было кое-что общее… Все они смотрели на, теперь уже совершенно ветхое, здание, которое подобно сыру усеивалось человекоподобными дырами.

Немного погодя из деревянного здания вылетел избитый Мастер Чертога Дерева, после чего оно полностью обрушилось.

Среди разрухи можно было разглядеть зелёного дракона, вращающегося вокруг тела юноши и разбрасывающее падающие на него деревянные обломки в разные стороны. Выбравшись из-под завалов, юноша недолго думая направился ко второму зданию.

Пах Пах Пах!..

Деревянное здание заходило ходуном, а иногда даже могло показаться, что подпрыгивало, хотя, как такое возможно? Казалось, что в нём бесчинствовал огромный дикий зверь. Со временем здание стало выглядеть не лучше первого, в то время как размытые фигуры всё продолжали, одна за другой, вылетать сквозь стены.

Цинь Му не прекращал развиваться, перенимая боевой опыт от своих противников — мастеров чертогов. Победы шли одна за другой!

Кррррпубум!..

Второе здание рухнуло, подняв облако пыли, в то время как Цинь Му, как ни в чём небывало, пошёл к третьему.

****

Наступила ночь. В деревне культа возвышалось множество столбов с чашеподобными углублениями на верхушках, заполненными горящим маслом. Вокруг было довольно светло, могло даже показаться, что на улицах деревни слегка вечереет, тем не менее, снаружи без сомнения находилась смолянисто чёрная тьма. Когда свет распространялся за пределы деревни и касался черноты, она его безвозвратно поглощала. Внутри и снаружи были совершенно разные миры.

Посреди освещаемой яркими огнями деревни стояло свыше трёхсот мастеров чертогов Небесного Дьявольского Культа. Каждый из них пристально следил за последним уцелевшим зданием.

Всего было девять деревянных зданий, в каждом из которых жило по сорок мастеров, охраняющих свои комнаты. К текущему моменту Цинь Му уже добрался до девятого здания, собираясь подняться на самый верхний этаж.

— Молодой Владыка Му не отдыхал целый день и ночь, ведь так?

— Да… Начал сражаться ещё утром. Кроме перерыва на обед и ужин он ни на что не отвлекался, и похоже до сих пор не закончил, — тихо ответила Мастер Чертога Соблазнения.

— Почти утро и он уже взобрался на самый верх девятого здания. Вам не кажется, что его жизненная Ци слишком обильная? Со стороны всё выглядит так, словно он почти не потратил её, я молчу про физическую выносливость. Слишком пугающе! Тем не менее, на последнем этаже живут действительно крепкие орешки, — проговорил Мастер Чертога Полёта.

На верхнем этаже деревянного здания жили четыре мастера, являющиеся великими краеугольными камнями всех трёхсот шестидесяти мастеров чертогов. Зелёный Дракон, Красная Птица, Белый Тигр и Чёрная Черепаха —четыре чертога соответствующие Четырём Великим Духовным Телам, поэтому мастера для них отбирались с особой тщательностью и каждый избранный, без сомнения, являлся выдающимся талантом.

Среди всех трёхсот шестидесяти чертогов конкретно эти четыре обладали самой высокой боевой мощью. Мастера других чертогов конечно же не были заурядными личностями, ведь у каждого были свои таланты и уникальная профессия, тем не менее эти четыре чертога отвечали только за чистое боевое мастерство.

Если вспомнить всю историю существования культа, то можно смело сказать, что большинство Старших Защитников Культа вышло из рядов как раз этих четырёх чертогов, а иногда, среди них, появлялся даже Владыка Культа!

Комната, в которую вошёл Цинь Му, принадлежала Мастеру Чертога Белого Тигра. Жизненная Ци Белого Тигра специализировалась на остроте и нерушимости.

В прошлом, когда Владыка, Ли Тяньсин, был трагично убит в свою брачную ночь, а Владычица бесследно исчезла, прихватив с собой святую библию, Четыре Великих Мастера Чертогов тренировались лично Патриархом, чтобы занять место Владыки Культа. Тем не менее, Патриарх не ждал, что тем удастся развить организацию до новых высот, а лишь надеялся, что культ сможет избежать поглощения Империей Вечного Мира.

Хотя в итоге Четыре Великих Мастера Чертогов не оправдали самых смелых ожиданий Патриарха, каждый из них всё же солидно прибавил в силе.

Мастер Чертога Белого Тигра запечатала почти все свои божественные сокровища, оставив открытым только Духовный Эмбрион. Но даже так она всё ещё являлась грозным врагом, подобного которому Цинь Му раньше никогда не встречал!

Женщина создала из своей жизненной Ци чрезвычайно плотную нить. Тем не менее, она не практиковала никаких техник, целью которых является использование Ци для манипуляции мечом… Ведь её Ци сама по себе заменяла меч.

Увидеть нить жизненной Ци Мастера Чертога Белого Тигра было практически невозможно. Когда Цинь Му вошёл в комнату, она уже обвила своей Ци, которая распространялась от каждого из десяти пальцев, всю комнату, не обойдя стороной даже углы, что сильно мешало ему передвигаться.

Её чрезвычайно гибкое тело, способное свободно перемещаться по помещению, пленило сердца, подобно самым искусным дьяволицам Великих Руин. Пространство вокруг кончиков её пальцев постоянно искажалось волнами жизненной Ци, в итоге принимающих формы мечей и обстреливающих Цинь Му со всех направлений. Могло даже показаться, что её когти и есть мечи, но чрезвычайно пластичные, так как их длинна и изгибы свободно контролировались.

Двигаясь, как кошка, в такой маленькой комнате проворности ей было не занимать. Пол, стены, потолок… казалось ей всё равно! Для неё они были словно ровная земля!

Битва оказалась очень утомительной. Цинь Му использовал свой нож для убоя свиней, чтобы рассекать тонкие нити жизненной Ци в комнате, но как выяснилось каждая из них была чрезвычайно прочной и устойчивой к внешним воздействиям. Кроме того, Мастер Чертога Белого Тигра никогда не прекращала создание новых нитей своими надёжными и проворными руками, тем самым успешно защищаясь от парня…

Однако, больше всего проблем доставлял полёт. Конечно, это был не настоящий полёт, а всего лишь использование нитей Ци как опору для постоянных прыжков, но со стороны казалось, что она действительно летает!

Используя нить жизненной Ци в качестве замены гибкому мечу, техника ведения боя женщины была крайне необычной и непредсказуемой. “Мечи” могли изогнуться до восемнадцати раз подряд, что говорило о её незаурядных навыках!

Цинь Му не удалось избежать нескольких ранений, ведь ему требовалось следить не только за уже принявшей форму мечей Ци, но ещё и за не трансформировавшимися нитями Ци, что сильно утомляло. Если навыки ножа мясника ему хоть как-то помогали справляться со сложившейся ситуацией, то кулачные навыки старого Ма и навыки ног одноногого были практически бесполезны. Из-за множества препятствий он попросту не мог их использовать, в итоге оказываясь в невыгодном положении.

После очередного колющего удара, управляемый жизненной Ци деревянный меч наконец-то смог поразить грудь Мастера Чертога Белого Тигра, правда при этом расколовшись на две части её Ци. Женщину мгновенно пригвоздило к деревянной стене, но уже в следующий миг та разрушилась, отправляя её за пределы здания.

Цинь Му сменил оружие обратно на нож и расчистил комнату от нитей Ци, прежде чем начать отдыхать и перевязывать раны.

Усевшись, чтобы хотя бы немного быстрее восстановиться, он также нашёл время на перекус, в конце концов еду в комнате оставляли как раз с этой целью. Потратив некоторое время на отдых, его тело уже не так сильно болело, а выносливость чуть-чуть восстановилась. Оторвав от пола несколько досок, он вырезал ножом из них деревянные мечи, после чего закрепил на спине и отправился в следующую комнату.

Цинь Му уже одолел триста пятьдесят семь охраняющих комнаты мастеров. Ещё три победы, и он добьётся желаемого.

Его выносливость и сила воли были на пределе, а жужжащий в голове шум чем-то напоминал галдение тысяч людей.

Ещё никогда он не был так измотан и если бы не знал, что стоит на кону, то просто упал бы на пол и уснул. Даже его духовный эмбрион не выглядел таким же активным, как раньше… ему явно не хватало жизненной силы.

На текущий момент его поддерживала уже далеко не сила воли, а вбитые на подсознательном уровне инстинкты, сражаться, сражаться и ещё раз сражаться, в то время как в голове крутилась только одна мысль — “я не позволю им отнять у меня вырастившую меня бабулю”. Да, жизнь ему подарили родители, но от смерти спасла именно бабушка Сы. Не говоря уже об усилиях, которые она приложила, чтобы вырастить его. Бабушка Сы была для него самым близким человеком, родственником и матерью!

В соседней комнате находился Мастер Чертога Зелёного Дракона. Когда он увидел в каком состоянии пребывал Цинь Му, еле как шаркая ногами в его направлении, то нахмурился:

— Молодой Владыка Му, ты плохо выглядишь, не нужно так спешить. В конце концов, я не против, чтобы ты взял перерыв и отд…

Прежде чем он успел закончить мысль, Цинь Му поднял руку и нанёс колющий удар в его сторону. Деревянный меч в тот же миг впился в тело Мастера Чертога Зелёного Дракона и попросту сдул того!

Пребывая всё в таком же полубессознательном состоянии, Цинь Му обернулся и чисто рефлекторно медленно зашаркал ногами в сторону следующей комнаты.

Бам!..

Деревянную стену соседней комнаты разорвало на части, после чего можно было увидеть блокирующего меч Цинь Му черепашьим щитом Мастера Чертога Чёрной Черепахи. Однако, тот просто не ожидал, что его тоже сдует! В мече была сокрыта воистину пугающая сила!

Цинь Му медленно вышел из этой комнаты и тяжёлыми шагами направился к следующей комнате.

— Молодой Владыка Му, я действительно могу подождать. Отдох…

Бам!..

Цинь Му кольнул вперёд, отправляя в полёт Мастер Чертога Красной Птицы.

«Всё?» — мысли Цинь Му путались, когда последние крупицы сил покинули его тело, подкашивая ноги и роняя на пол. Откуда-то издалека до него донеслось самодовольное кудахтанье курицы-дракон. Если она вела себя подобным образом, значит снесла яйцо.

Однако, юноша был слишком сильно измучен, и практически сразу провалившись в глубокий сон. Его духовный эмбрион какое-то время фанатично поглощал золотой свет моря божественного сокровища, но в конце концов тоже уснул.

Цинь Му понятия не имел, как долго проспал, но когда проснулся перед его глазами всё плыло. Тем не менее, ему всё же удалось разглядеть очертания стоящих рядом старейшины деревни и целителя, а также отголоски их диалога, но голоса казались такими далёкими и неясными:

— Не так…я уж эт… и пробле…а просто он переут…омился…

Цинь Му вновь уснул.

Парень несколько раз просыпался и всегда видел, как возле него кто-то находился. Иногда это была бабушка Сы, а иногда Патриарх Небесного Дьявольского Культа. Каждый раз он пытался что-то сказать, но ему не хватало сил, и он вновь засыпал.

Когда Цинь Му в очередной раз проснулся, то неожиданно ощутил, как всё его тело ноет от боли, но при этом распирает от энергии. Раны на его теле практически зажили, оставляя позади маленькие рубцы, видимо целитель хорошенько обработал их мазями.

Юноша сел и огляделся. К своему удивлению он всё ещё находился в комнате Мастера Чертога Красной Птицы. Обстановка была тихой и умиротворённой.

«Мой духовный эмбрион опять уснул», — обследовав всё своё тело, Цинь Му понял, что, помимо спящего духовного эмбриона, не было никаких проблем. Подавив ноющую по всему телу боль, он попытался встать. Оказавшись возле лестницы, парень начал медленно спускаться вниз. Каждое движение и каждый шаг сопровождали жуткие мышечные боли.

С большим трудом добравшись до первого этажа и затем выйдя из деревянного здания, он поднял глаза и увиденное повергло его в шок!

Деревня ломилась от находящихся внутри неё людей. Причём большинство из них парень узнал. В толпе он разглядел всех мастеров чертогов.

Тем не менее, кроме мастеров чертогов встречались и незнакомые лица. Внутри деревни были перекачанные, десятиметрового роста, рабочие, беловолосые старцы, мрачные Левый и Правый Хранители, Четыре Великих Небесных Короля и Восемь Великих Надзирателей.

Некоторые стояли, в то время как другие сидели, но у всех них было кое-что общее, они молча, не издавая ни звука, чего-то ожидали.

Заметив вышедшего из здания Цинь Му, все сидящие повставали, а уже стоящие просто повернулись, и с серьёзным выражением взглянули на молодого парня.

Юноша-патриарх дьявольского культа стоял у входа в деревню вместе со старейшиной, целителем, старым Ма и остальными. Среди толпы также стояла и бабушка Сы, смотрящая на внука со сложным выражением лица.

Внезапно поклонились четыре старца и их хоровой голос пронзил облака:

— Четыре Великих Небесных Короля священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

Цинь Му глупо уставился вперёд, не зная, как ему следует поступить. Тем не менее его мысли прервал очередной выкрик:

— Левый и Правый Хранители священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

— Восемь Великих Надзирателей священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

— Двенадцать Старших Защитников священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!

Эхо голосов резонировало и накладывалось одно на другое, пока не прогремел оглушительный рёв трёхсот шестидесяти мастеров чертогов:

— Триста шестьдесят мастеров чертогов священного культа отдают дань уважения Молодому Владыке Культа!!!

Разве Цинь Му мог раньше наблюдать за подобным зрелищем? Поэтому он разволновался и невольно умоляюще взглянул на старейшину, бабушку Сы и остальных. Однако те даже не шелохнулись, они просто стояли и смотрели.

Мальчику-пастушку деревни Цань Лао не оставалось ничего другого, кроме как взять себя в руки. Он медленно поднял обе руки и уверенным монотонным тоном, произнёс:

— Вы все можете подняться.

— Спасибо, Молодой Владыка Культа!

Глава 59. Третье пробуждение

Все жители Цань Лао собрались на входе в деревню. Старейшина, старый Ма, глухой, слепой и остальные смотрели, с радостным трепетом в их сердцах, на проходившую рядом церемонию посвящения. Кто бы мог подумать, что самый могущественный культ пути дьявола, Небесный Дьявольский Культ, будет встречать своего будущего Владыку в такой глуши? Владыку, которому даже не исполнилось двенадцати лет?

Смотря на происходящее, они чувствовали будто становятся свидетелями рождения новой легенды. Казалось, что даже лучи солнца начали переливаться всеми цветами радуги.

Глаза бабушки Сы наполнились слезами, и она всхлипнула:

— Он собирается покинуть нас…

— Это же хорошо, Сы, — целитель тепло улыбнулся. — В один прекрасный день все птенцы вырастают. Они покидают свои гнёзда и улетают, чтобы повидать весь мир, противостоять ветру и волнам, встретиться с опасностями внешнего мира и преодолеть их. Мы, старики, не должны пытаться удержать его здесь до конца своих дней.

У слепого было безмятежное выражение лица, когда он спокойно произнёс:

— Его легенда начнётся, как только он покинет нашу деревню и сделает первый шаг во внешний мир.

Улыбаясь, немой что-то показал на языке жестов, что вызвало смех глухого:

— Ты прав, будущее Му’эра точно будет интересней нашего.

****

Берег Вздымающейся Реки.

Несколько величественных и роскошных кораблей приплыли и остановились у берега. Жители недавно построенной деревни Небесного Дьявола постепенно начали покидать её. Одни улетали, другие же садились на корабли и уплывали. Некоторые даже превращались в странных зверей и уходили в леса, а кто-то перевоплощался в пламя или в воду, чтобы унестись прочь отсюда.

Цинь Му был ошеломлён разнообразием уникальных способностей других людей. Возможно, он и победил этих людей в области Духовного Эмбриона, но у него не было таких же таинственных и редких способностей.

— До свидания, молодой Владыка! — помахала ему одна женщина, прежде чем превратиться в лужицу и упасть в реку.

Цинь Му помахал ей в ответ. Он не знал, кто их этих людей был хорошим, а кто плохим. Единственное, что он знал, так это то, что стал молодым Владыкой их культа. Встретит ли он этих людей в будущем, когда покинет Великие Руины?

— Наш священный культ сорок лет назад начал поиски Владычицы Культа в Великих Руинах, и сейчас все наши старания окупились. Брат, Владычица, вы должны знать, за сорок лет культ никак не развивался, а также у нас не было Владыки, который бы следил за ситуацией в целом. Без нашей прочной основы наш священный культ находился бы в огромной опасности уже сегодня.

Юноша-патриарх встал и, прежде чем уйти, попрощался со старейшиной и бабушкой Сы:

— Теперь, когда молодой Владыка был выбран, пыл некоторых людей поутихнет, но, к сожалению, ненадолго. Имперский Наставник давно положил глаз на наш священный культ, он хочет подчинить нас и заставить работать на него. Пока я всё ещё жив, можно на несколько лет отложить эту проблему на задний план. Но как только молодой Владыка вырастет, он должен покинуть Великие Руины и присоединиться к Небесному Дьявольскому Культу официально.

Старейшина перевёл свой взгляд на бабушку Сы, а та в свою очередь кивнула и сказала:

— Не волнуйся, Патриарх. Поскольку я убила прошлого Владыку Культа, я же и подарю тебе нового. Он придёт в священный культ, как только вырастет, и тогда он возьмёт на себя бразды правления, прямо как ты хочешь.

Юноша-патриарх позвал Старшего Надзирателя, отдал поклон всем присутствующим, а затем обернулся и ушёл. Подойдя к реке, юноша и старик, одетые в грубые тканевые одеяния и соломенные башмаки, пошли прямо по реке, медленно покидая деревню.

Слепой, держа свою бамбуковую трость, громко запел, и раскатистый голос пронёсся меж двумя берегами реки:

— Одна рубаха, одна шляпа, одна маленькая лодка, одна нить и маленький крючок, одна счастливая песня вместе с бутылкой вина, один человек рыбачащий в весеннем ручье! Патриарх Дьявольского Культа, ты и я уже постарели, не знаю будет ли возможность, но давай встретимся ещё раз! Прощай!

Патриарх остановился и, повернувшись, помахал рукой.

— Прощайте все! Ха-ха! — выкрикнул он и вдруг тоже запел. — Восемь сотен стариков бездельничают дома, переполняемые амбициями, которым не суждено сбыться… Они поднимутся на небеса после смерти, но вода рек продолжит течь, а облака на небе продолжат летать…

— Как и ожидалось от Патриарха Дьявольского Культа. Он равнодушен к жизни и смерти. Понимая, что его жизнь завершена он смотрит с улыбкой на изменения, которые произойдут после его смерти, — восхищался слепой.

— Он мудрец. Ты тоже недалёк от такого взгляда на жизнь, слепой, — проговорил старейшина деревни.

— А также он слишком легкомыслен, — засмеялся глухой. — Слепой только знает, как бездумно читать стихи, но сам ничего не смыслит в них. Его стихи не подходят ни ситуации, ни пейзажу. С другой стороны, стихотворение Патриарха соответствует, как ситуации, так и пейзажу, во время прочтения он не теряет ни капельки его героической ауры.

Слепой неожиданно запнулся:

— Т-ты сам ничего не понимаешь в стихах, только и можешь критиковать!

Все громко засмеялись.

На губах Цинь Му застыла тёплая улыбка, пока он смотрел на всех этих весёлых стариков. Может они и инвалиды, но их дух чрезвычайно силён и здоров.

«Моя родня…»

Внезапно парень почувствовал могучую силу, вытекающую меж бровей, от чего его сердце учащённо забилось. Он сразу же взглянул на своё Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, и на несколько секунд оцепенело застыл, прежде чем всё-таки взволнованно воскликнуть:

— Мой Духовный Эмбрион снова пробудился!

Его Духовный Эмбрион пробудился уже в третий раз. В первый раз это произошло, когда его сознание слилось с эмбрионом, во-второй раз пробуждение произошло, когда он наблюдал за огнём и водой в кузнице…

На этот раз это случилось после боёв во всех трёхсот шестидесяти комнатах. Изнурительные сражения подтолкнули миниатюрный эмбрион Цинь Му поглотить почти весь золотой свет в области Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, после чего тот погрузился в сон…

Однако, на этот раз сон продлился немного дольше, и он только-только проснулся!

Какое же очередное изменение произошло с ним?

— Снова пробудился?

У всех присутствующих были причудливые выражения лиц, когда Цинь Му объявил о пробуждении своего духовного эмбриона. Старейшина деревни, целитель, старый Ма… Выражение их лиц становилось всё страннее и страннее. Духовный эмбрион других людей пробуждался лишь единожды, так почему эмбрион мальчика продолжал засыпать и пробуждаться раз за разом?

— Духовные Тела тоже пробуждаются три раза? — спросил Цинь Му.

Все вокруг переглянулись и покачали головами, прежде чем обратить свои взоры на старейшину деревни.

Голова старейшины разболелась, пока он мысленно недовольно ворчал. Было бы нормально, если эмбрион Цинь Му пробудился лишь единожды, но тот продолжал погружаться в сон и пробуждаться раз за разом. Для старейшины это была непостижимая тайна.

— Всё из-за Тела Тирана, — старейшина неловко кашлянул и обвинил во всём Тело Тирана, прикрывая свой недостаток знаний. — Как вы сами не догадались? Он же использует дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана! Что значит трёх эликсиров? Первое пробуждение означало первый эликсир, второе второй, а третье третий эликсир! Теперь, когда духовный эмбрион пробудился в третий раз, это значит, что парень достиг малого успеха в технике. Не зазнавайся, Му’эр!

Цинь Му тут же кивнул:

— Я однозначно не зазнаюсь.

Целитель хитро улыбнулся:

— А что, если духовный эмбрион пробудится в четвёртый раз? Будет ли это четвёртым эликсиром?

Старейшина знатно разъярился от полученных унижений, ему хотелось наброситься на последнего и хорошенько вмазать меж его рёбер.

Однако, целитель был прав. Что если духовный эмбрион мальчика пробудится в четвёртый раз?

Как тогда он будет выкручиваться?

— Кхм… Кхм… Му’эр, что ты чувствуешь после третьего пробуждения? Какие различия? — старейшина поспешил сменить тему разговора.

Цинь Му тщательно осмотрел своё пространство Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, но так и не ощутил никаких различий. Единственное изменение было в том, что его море золотого света сильно уменьшилось, по сравнению с тем, каким было прежде.

Море золотого света стало очень тонким, и казалось, что оно больше не может восполнять себя самостоятельно. Каждый кусочек, поглощённый духовным эмбрионом, означал, что море становилось всё меньше.

Цинь Му выпустил свою жизненную Ци, и духовный эмбрион повторил за ним. Порою вокруг его тела вился Зелёный Дракон, в другие моменты он был защищён Чёрной Черепахой, а иногда на его спине вырастали крылья. Его жизненная Ци подчинялась его воле! Ему больше не нужно было смотреть на воду или огонь, чтобы сменить атрибут!

Старики переглянулись, не понимая произошедших изменений.

— Отлично, — старейшина деревни тяжело вздохнул и продолжил. — Третье пробуждение позволяет Телу Тирана менять атрибуты по желанию владельца. В битвах это даст много преимуществ, ведь вариативность его действий значительно возрастёт, это одно из чудес Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Все кивнули, поверив объяснению. Целитель опять хотел что-то сказать, но его остановил суровый взгляд старейшины. Поэтому ему пришлось сохранить внешнее спокойствие, но мысленно он довольно злословил: «Я посмотрю, как ты будешь выкручиваться, когда духовный эмбрион пробудится в четвёртый раз!»

****

— Газ выходит из носа, как дым, очищая твоё тело и разум, создаёт сферический мир, который также пуст, как стекло…

Под водопадом долины Нефритового Облака раздался молодой голос, который доносился из соломенной хижины. Заглянув в окна, можно было увидеть четырнадцати-пятнадцатилетнего юношу, ходящего взад-вперед и при этом читающего книгу, а также белоснежную лисицу, которая неотрывно смотрела на парня.

Юношей был Цинь Му, а лисицей — Ху Лин’эр, великий демон долины Нефритового Облака.

Чуть позже дыхание лисы изменилось, оно стало протяжнее, а также появились две струйки белого газа, удивительно похожих на дым, которые то и дело входили и выходили, когда та дышала.

Её жизненная Ци стала обильней и плотней, достигая совершенно нового уровня. Она даже выглядела как дым, из-за чего можно было легко рассмотреть.

Прошло два года и восемь месяцев со встречи с Небесным Дьявольским Культом. Минула зима и жизнь начала возвращаться в недавно холодные края, тем не менее, в воздухе по-прежнему стоял морозный весенний холод. Поверхность Вздымающейся Реки всё ещё полностью не растаяла, поэтому вниз по течению постоянно плыли большие куски льда.

Изгибы реки забивались льдом. Чем больше его там скапливалось, тем объёмней становилась плотина изо льда. В итоге образовалось озеро. Со временем уровень воды будет только расти и потом, когда “дамба” не сможет сдерживать воду, произойдёт наводнение, которое утопит бесчисленное количество людей и странных зверей, живущих вниз по реке.

Последние несколько дней, слепой, одноногий, бабушка Сы и остальные пошли вниз по реке искать плотину, поэтому никого не было в деревне. Из-за этого Цинь Му ушёл на поиски Ху Лин’эр, а затем начал объяснять писания.

Спустя два года парень вырос на столько, что мог посоперничать в росте со слепым, но он всё ещё был короче целителя, который был действительно высоким.

Внезапно шелест и грохот донёсся со стороны леса. Цинь Му закрыл и отложил книгу. Лиса тоже обратила внимание на шум. Когда они выглянули из окна, то увидели огромного зверя тридцати метров в высоту, бегущего к их хижине!

Тело громадного зверя покрывали костяные пластины. Во время его бега стоял ошеломляющий грохот. У зверя была голова дракона с хоботом и ноги слона. Это был слонодракон, гибрид, рождённый от дракона и слона. На спине слонодракона сидела демоническая обезьяна. Она была большой и крепко сбитой, а в руках у неё находился монашеский посох с двенадцатью золотыми кольцами. Слонодракон нёсся прямо на соломенную хижину.

Ху Лин’эр сразу же заслонила Цинь Му. Она открыла рот, глубоко вдохнула, а затем с силой выдохнула.

Вуууш…

Сильный порыв ветра понёсся прямо к слонодракону. Хвост лисицы двинулся, от чего и без того сильный порыв ветра стал ещё более ужасающим. Изначально это был вихрь, но теперь вихрь превратился в настоящий смерч, который подхватил слонодракона и сидящую на нём обезьяну в небо.

Демоническая обезьяна спрыгнула со спины своего “ездового” зверя и покрепче схватила посох, который неожиданно начал увеличиваться в размерах, он становился всё больше и больше!

— Кхаккхара! — взревела обезьяна и рухнула на землю, словно маленькая гора! Обе руки крепко держали посох и вонзили его глубоко в землю. Заклятие лисицы было разорванно, от чего смерч тут же развеялся во все стороны.

Демоническая обезьяна вытащила посох и, словно взлетев, прыгнула вверх. Она занесла посох за спину, чтобы размазать Ху Лин’эр. Однако, раздался лишь громкий звук, так как рука Цинь Му заблокировала удар, летящий в лису.

В этот момент Ху Лин’эр отпрыгнула и создала своим дыханием несколько трёхметровых изогнутых лезвий. Затем шесть или семь изогнутых лезвий устремились по воздуху со скоростью звука, однако эта атака предназначалась не демонической обезьяне, а Цинь Му!

Глава 60. Генерал Цинь и Седьмой Молодой Мастер

Казалось, что Цинь Му ожидал атаки всё это время, поймав монашеский посох одной рукой и, силой подняв демоническую обезьяну в воздух, он сокрушил её ударом об землю. Пять пальцев его второй руки в одно мгновение щёлкнули, издавая звук шести взрывов, и в тот же миг все изогнутые мечи, созданные из Ци Ху Лин’эр, разлетелись вдребезги.

Аааф!

Слонодракон внезапно перенаправил всю силу в ноги. Взяв преимущество от пространства, освобождённого обезьяной, Ху Лин’эр, склонив голову, бросилась в сторону Цинь Му, сильным ударом заставляя того отлететь прочь!

В тот момент, когда слонодракон столкнулся с Цинь Му, его хобот внезапно вырос в несколько раз, обвился вокруг парня, который в это время всё ещё находился в воздухе, и потянул назад, перед тем как снова подняться в воздух и беспощадно ударить парнем о землю.

Слонодракон ещё раз поднял его в воздух и приготовился повторить сокрушительный удар, но в последний момент Цинь Му внезапно сменил технику своих ног и пнул хобот слона так, что тот отлетел в сторону. За этим последовала ещё сотня сокрушительных ударов по морде слона, отправляя его в длительный полёт.

— Кроха, вниз!

Зелёный дракон свернулся вокруг величественного тела демонической обезьяны и прихлопнул Цинь Му, который как раз отправил слонодракона в полёт. С рёвом её толстая и крепкая нога поднялась и нещадно наступила на парня!

Навык Небесного Расхитителя — Топтание Горы Сумеру!

Цинь Му, распластавшийся на земле от столкновения с ногой, перевернулся и моментально поднял вверх одну ногу, в то время как остальное его тело лежало параллельно земле. Его вторая нога затем встретилась лицом к лицу с огромными ступнями демонической обезьяны.

Он всегда использовал навык Топтание Горы Сумеру, однако, в спешке ему пришлось изменить движение, поэтому исполнение было непривычным, тем не менее сила удара осталась поразительной!

Обезьяна простонала и отступила на пару шагов назад. Затем она схватила хвост слонодракона и швырнула зверя в Цинь Му. В то же время хвост Ху Лин’эр, издав жуткий свист, рассёк воздух и швырнул несколько вращающихся как волчки изогнутых мечей в сторону юноши!

Внезапно в небе раздались звуки взрыва. Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, когда он мгновенно уклонился от атак Ху Лин’эр и демонической обезьяны. Глядя на источник звука, парень увидел, как сотня мужчин и женщин в доспехах прыгали сквозь лес вверх по течению Вздымающейся Реки.

Некоторые из них заметили бой и решили остановиться, чтобы посмотреть. Один из мужчин увидел Цинь Му, демоническую обезьяну и белую лису и с изумлением произнес:

— Охотник?

— Не отвлекайся, мы должны двигаться!

Какой-то другой человек с напором прошептал:

— Корабль почти здесь! Мы должны занять реку до его прибытия!

— Разве это приемлемо? Нет ничего хорошего в разлетающихся о нас вестях.

— Много мастеров прячутся в уединении в Великих Руинах. Не причиняйте больше неприятностей, чем необходимо. Давайте двигаться, их корабль очень быстр, и если мы его пропустим, будет слишком поздно сожалеть!

Ветер поднял людей, и они быстро исчезли в лесу.

Цинь Му был озадачен происходящим:

— Эти люди не похожи на людей из Великих Руин. Похоже на то, что они несутся вверх по течению, чтобы устроить засаду. Один из них хотел даже заставить нас замолчать, так что не похожи они на хороших ребят… Лин’эр, здоровяк, видите, честные люди, такие как мы, всегда оказываются в невыгодном положении, нас всегда пытаются заткнуть.

Маленькая белая лиса сразу же кивнула головой в полном одобрении, в то время как демоническая обезьяна покривилась:

— Веришь? Привидения!

Цинь Му только собрался что-то сказать, но тут, внезапно, прибежал слонодракон и ударом снёс его в сторону.

Обезьяна впала в ярость и начала жестоко избивать зверя:

— Отдыхаем, понятно?

Слонодракон захныкал от побоев. Цинь Му тоже хотел преподать ему пару уроков, но увидев то, как сильно тому досталось от обезьяны, успокоился.

Слонодракон был странным зверем, жившим по соседству с долиной Дворца Подавления Рока. У него также была своя территория, и с телом, полным силы, он был действительно необычным созданием. Слонодракон и демоническая обезьяна никогда не могли найти общий язык и часто дрались. Слонодракон когда-то частенько заглядывал на территории обезьяны, для того чтобы утащить диких зверей, но после того, как Цинь Му стал хозяином долины Дворца Подавления Рока, и научил демоническую обезьяну совершенствоваться, тот перестал быть ей ровней.

Демоническая обезьяна частенько искала возможности отомстить, и иногда жестоко его избивала. Когда слонодракон больше не мог терпеть, он решил сдаться и стать её ездовым зверем. Вместе они выглядели довольно впечатляюще и устрашающе…

Однако, слонодракон был немного глупее демонической обезьяны и маленькой лисы.

Взгляд Цинь Му вспыхнул, и он в мгновение ока выскочил на вершину горного хребта, с которого стекал водопад. Между отвесными скалами хребта нёсся поток Вздымающейся Реки, вперемешку с ледяными глыбами. Льдин, плывущих по её поверхности, было ещё довольно много, поэтому в это время года корабли по ней не ходили.

Тем не менее в этот момент Цинь Му увидел корабль, выныривающий прямо со дна реки. Неожиданно, он с громким треском проломил лёд и быстро стал на воду. Парню было сложно оторвать глаза от корабля, идущего с огромной скоростью вверх по течению практически замёрзшей реки.

Демоническая обезьяна, Ху Лин’эр и слонодракон тоже поднялись и сели рядом с ним. Обезьяна общипала сосну и отдала немного сосновых ветвей маленькой лисе.

Ху Лин’эр потрясла головой, на что обезьяна возмутилась:

— Ешь! Сильный!

Ху Лин’эр улыбнулась и ответила:

— Я такое не ем.

Демоническая обезьяна поднесла ветки с зеленью к лицу слонодракона и произнесла:

— Ешь! Сильный!

Слонодракон тоже отказался, после чего обезьяна тут же прижала его морду к земле и нанесла несколько свирепых ударов:

— Ешь!

Глаза слонодракона заслезились, и он молча начал давиться ветками, тем самым успокоив обезьяну, которая присела, чтобы медленно расправиться со своей долей. Ху Лин’эр не смогла сдержать язык за зубами:

— Эй, здоровяк, а знаешь ли ты, что слонодракон не травоядный? Он предпочитает мясо так как ему более свойственна природа дракона, а не слона.

Слонодракон почувствовал поддержку и сразу же кивнул своей драконьей мордой, на что обезьяна лишь ухмыльнулась:

— Травоядный — сильный! Я травоядный! Я сильный!

Слёзы слонодракона щедро лились, пока он продолжать силой запихивать в себя сосновые ветки с зеленью.

Корабль подошёл ближе, и Цинь Му разглядел на его борту офицеров с солдатами, каждый из которых был одет в сияющий доспех. Так же на нём находился имперский навес, под которым величественно восседал молодой генерал.

На широкой палубе находилось несколько картин, а также художники, которые, стоя возле странных, трёхметровых в высоту, бронзовых зеркал, что-то рисовали.

На корабле также были одетые как пастухи солдаты, открывающие железные клетки и выпускающие сидящих в них золотых орлов на волю.

Втайне пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му увидел картины зелёных холмов и чистых вод, которые постоянно менялись, отражаясь на бронзовых зеркалах.

Внезапно раздавшийся звук орлиных криков заставил Цинь Му направить взор вверх. Он увидел золотого орла, парящего в небе над ним.

Цинь Му мгновенно понял, что происходит: «Картины в бронзовых зеркалах показывают им то, что видят золотые орлы! Что это за волшебство такое? Оно как-то проецирует взгляд орла в картинку на зеркале… Точно! Художники рисуют топографическую карту Великих Руин вокруг реки!»

Отпуская золотых орлов высоко в небо для того, чтобы разглядеть топографию мест, окружающих реку, художники могут делать зарисовки с картин, отображаемых на бронзовых зеркалах. Таким образом, путешествуя вверх по течению, они смогут запечатлеть на бумаге всю топографию вокруг реки.

«Кто эти люди? Зачем им топографическая карта вокруг Вздымающейся Реки? Для чего они её используют?» — озадаченно заморгал Цинь Му.

В этот момент один из солдат быстро вошёл под навес, опустился на одно колено, и отсалютовал:

— Генерал Цинь, кто-то шпионит за нами с того берега реки!

Молодой генерал приподнял брови и повернул голову прямо в сторону Цинь Му. Сердце парня вздрогнуло, когда взгляд генерала встретился с его собственным. Они были как два невероятно ярких, почти ослепляющих, луча света… Цинь Му не видел ничего кроме света.

Ху Лин’эр и демоническая обезьяна в изумлении воскликнули и прикрыли глаза руками, один только слонодракон так увлёкся поеданием сосновых листьев, что ничего не заметил.

— Это просто обычные селяне на берегу реки, — генерал Цинь закрыл свои глаза, решив немного вздремнуть. — Они не представляют никакой опасности, поскольку ни один из них не смог справиться с моим взглядом, нет смысла морочить голову.

— Да, генерал! — солдат на секунду засомневался, но всё же решил продолжить. — Генерал, семь месяцев назад, исполняя императорский приказ, мы отыскали и захватили дом Янь Чжэна, руководящего Доской Обрядов. Янь Чжэн, будучи из секты меча Хуа Цин, и часто заступаясь за мелкие секты, всегда имел честную репутацию среди всех слоёв населения, отчего его положение в обществе было довольно высоким. Генерал захватил дом Янь Чжэн, а его самого бросил в тюрьму, собираясь затем, следуя императорскому приказу, казнить… Наше путешествие может оказаться не таким уж гладким, если отёсывающиеся на свободе лакеи Янь Чжэна дотянутся до нас.

Генерал Цинь холодно улыбнулся:

— Обыск и конфискация его дома проводилась по императорскому приказу, собственно, так же, как и казнь. Как всё это связанно со мной? Янь Чжэн зазнался от славы и фактически обвинил Имперского Наставника в мятеже, желая, чтобы император немедленно казнил последнего. Как же это нелепо! Заимев совсем чуть-чуть репутации и славы, он вознамерился вбить клин между императором и Имперским Наставником… Он заслуживает смерти только из-за своих нечистых намерений, кто ещё должен быть убит если не он?

Генерал потёр свой лоб и вздохнул:

— Император хотел, чтобы я захватил дом Янь Чжэна и казнил, потому что я ученик Имперского Наставника, а также для того, чтобы продвинуть меня. К тому же, я должен был довести до общественности недвусмысленную мысль, что император безоговорочно доверяет Имперскому Наставнику, а все те чиновники двора, у которых есть предательские мыслишки, должны выбросить их из головы! Как жаль, что некоторые люди не смогли ясно увидеть текущую политику и понять стоящий за ней смысл, тем самым отправив себя на смерть.

Солдат продолжил:

— Но нам могут встретиться люди, желающие прославиться. Они вполне могут устроить нам засаду…

Генерал Цинь махнул рукой и равнодушно сказал:

— Ну тогда я просто приманю собой всех оставшихся на свободе лакеев Янь Чжэна и одним махом захвачу этих бунтовщиков.

Встав, он подошёл к носовой части корабля и посмотрел на бурлящую внизу реку, несущую своим течением лёд. Глядя на горный хребет, он равнодушно продолжил:

— Имперский Наставник приказал мне войти в Великие Руины и нарисовать для империи топографическую карту Вздымающейся Реки, чтобы затем включить Великие Руины в её территорию. Этим бунтовщикам не только не хватает понимания о том насколько тяжела работа Имперского Наставника, так они ещё и убить меня вздумали? Разве не достойны смерти те, кто пытается сеять хаос в Империи Вечного Мира?

В этот момент молодой мастер вышел из кабины корабля. Толстым он не был, но на лице была заметна небольшая прослойка жира. На его лбу красовалась красная точка, а рука держала раскладной веер.

— Я даже не знаю смеяться мне или плакать, думая о том факте, что такой человек носит титул честного и верного чиновника! Таких “верных” нужно истреблять! — рассмеялся молодой мастер.

Генерал Цинь сразу же обернулся и поздоровался:

— Седьмой молодой мастер.

Седьмой молодой мастер поднял голову и посмотрел на гору. Тени Цинь Му и демонической обезьяны спадали вниз и накрывали собой парусник.

— Генерал Цинь, я слышал, что аборигены в Великих Руинах — это люди, отвергнутые богами, прав ли я? — спросил седьмой мастер.

Глава 61. Ледяной прилив

— Ты не совсем прав, — генерал Цинь улыбнулся. — У нас нет возможности исследовать происхождение Великих Руин. Однако раньше, когда только основали Империю Вечного Мира, мы получили предсказание. В нём говорилось, что Великие Руины являлись землёй, отвергнутой богами, и все живущие в них люди должны остаться там навсегда. Если же кто-то сбегал, он должен быть убит на месте при любых обстоятельствах. Исходя из того, что я слышал, многие другие страны также получили подобные предсказания. Однако здесь живут не только аборигены Великих Руин, но и ужасные люди, которым больше негде было укрыться. Подозреваю, что эти люди даже опаснее отвергнутых!

Седьмой молодой мастер с любопытством спросил:

— Я видел торговцев, которые въезжали в Великие Руины на пограничном посту, почему Империя Вечного Мира продолжает вести торговлю с отвергнутыми людьми Великих Руин?

— Молодой мастер, возможно, не знает этого, но даже если Великие Руины бесплодны, их природные ресурсы многочисленны. Здесь есть бесчисленные редкие материалы, драгоценные сокровища и ценные звери, которых можно обменять на бесполезные предметы, такие как приправы. Почему мы должны быть против подобного? — сказал генерал Цинь и продолжил. — Сложно представить сколько прибыли нам принесло за столько лет наше сотрудничество. Использование этих денег для военных нужд позволяет нашей Империи Вечного Мира иметь хорошо обученную и могущественную армию, которая намного превосходит другие страны.

Седьмой молодой мастер снова спросил:

— Что если существуют отвергнутые, которые пытаются перебраться через границу, разве это не может плохо закончится?

— В своё время, вместе с предсказанием мы получили ещё несколько сокровищ. Они называются Смотровыми Зеркалами и висят на вершинах гор, у границ Империи Вечного Мира. Если к зеркалам приближались отвергнутые, они начинали ярко светить, выдавая нарушителей. Имперский Наставник думал, что жители руин могут иметь особенное происхождение, но, проверив их тела, обнаружил, что они обычные люди, — генерал Цинь улыбнулся. — Бесчисленное количество беженцев было схвачено на этих перевалах. Большинство из них были немедленно казнены, а других отправляли на рудники. Выжить один или два года в таком месте считалось везением.

Корабль начал постепенно отплывать. Стоя у обрыва, Цинь Му с восхищением произнёс:

— Этот человек очень сильный. Его взгляд невероятно мощный, не странно что он стал генералом в таком юном возрасте! Он пытается создать топографическую карту Вздымающейся Реки, неужели Империя Вечного Мира собирается направить свои войска в Великие Руины?

Парень был слегка озадачен. Великие Руины являлись бесплодной землёй, где на каждом углу подстерегала опасность. К тому же, после захода солнца здесь наступало вторжение темноты. Вводить войска в Великие Руины казалось не самой лучшей идеей Империи.

Если армия Империи Вечного Мира будет слишком маленькой, её не хватит даже чтобы набить брюха странных зверей. Если же она будет слишком большой, ей будет негде прятаться от темноты.

Эти факторы делали Великие Руины невероятно опасным местом, именно поэтому никто не мог ими управлять…

Даже Империя Вечного Мира.

И если бы она попыталась вторгнуться, её поражение не заставило бы себя ждать!

Внезапно Цинь Му что-то вспомнил и сразу же приказал:

— Здоровяк, немедленно возвращайся во Дворец Подавления Рока и уничтожь карту Великих Руин!

Демоническая обезьяна поднялась и ловко оседлала слонодракона, который, издав рёв, бросился вперёд.

«Поскольку Империя Вечного Мира начинает рисовать топографическую карту Волнующейся Реки, такая находка как карта Великих Руин им бы точно не помешала» — Цинь Му размышлял со слегка беспокойным выражением лица.

Карту было жаль уничтожать, но, в любом случае, она и так навсегда останется в памяти парня.

Вскоре после всего произошедшего, речная вода стала постепенно алеть. Цинь Му замер, наблюдая, как вода стаёт всё краснее и краснее!

— Молодой мастер, в реке трупы! — встревоженно закричала Ху Лин’эр.

Цинь Му тоже увидел тела, но ничего не сказал. Смотря вверх по течению, он видел всё больше и больше трупов, плывущих вниз. Под водой виднелись огромные рыбы и прочие речные звери, которые взбивали воду, пытаясь съесть как можно больше свежего мяса, в процессе создавая довольно сильную суматоху.

Пробудив свои Глаза Небес, Цинь Му раглядел лица, колыхающиеся по поверхности воды, что заставило всё его тело вздрогнуть. Трупами оказались незнакомцы, которые недавно собирались устроить засаду возле долины Нефритового Облака.

Вода бурлила, в то время как её цвет становился ещё кровавее. Даже плавающий лёд практически полностью окрасился в красное.

Из сотни трупов не вытекло бы столько крови!

Вздымающаяся Река очень широкая, почти пять километров от одного берега к другому. С её быстрым течением, кровь ста человек не смогла бы окрасить воду в такой яркий оттенок.

Лицо Цинь Му застыло, когда он увидел огромную волну трупов. Их были тысячи, и, смешавшись с кусками льда, они выглядели будто ледяной прилив, спускающийся по течению!

Эти люди были сильными практиками, которые собирались устроить засаду на генерала. Их было огромное количество, и они разделились по группам, собираясь занять позиции для засады. Но генерал убил их всех!

Наступающий ледяной прилив из трупов означал, что все эти люди умерли в одно и то же время!

Они все умерли практически одновременно от руки генерала и других мастеров, находящихся на корабле!

Цинь Му медленно собирался с мыслями. Впервые он видел такое пугающее зрелище. Произошедшее было ужаснее резни в деревне, где он с бабушкой должны были принять роды.

Тогда парень был невероятно напуган, но с ним находилась бабушка Сы, которой удалось успокоить его. Теперь, даже несмотря на то, что он стал сильным мастером боевых искусств, его сердце почти выпрыгивало из груди от такого зрелища.

Слишком жестоко.

Если молодой генерал Империи Вечного Мира оказался таким мощным и безжалостным, то насколько сильно пострадали бы здешние дикие земли, если бы бронированная кавалерия Империи Вечного Мира вторглась в Великие Руины?

Цинь Му потряс головой, отгоняя беспокойство. Повернувшись к Ху Лин’эр, он сказал:

— Не выходи в следующие несколько дней на пьянки, также скажи своим сёстрам, чтобы хорошо себя вели и сидели дома.

Ху Лин’эр моментально кивнула головой.

Она может быть и демон, но увиденное испугало её до мурашек.

— Лин’эр, сначала вернись и найди своих сестёр, а я на всякий случай пойду вниз по течению и проверю, чтобы эти трупы не перекрыли реку!

Закончив говорить, Цинь Му спрыгнул вниз, сбегая по стене скалы и добираясь до поверхности реки. Затем он ступил на воду и ушёл.

Двигаясь вниз по реке, трупы собирали за собой весь лёд, плавающий на поверхности. Цинь Му быстро догнал волну трупов со льдом и увидел, что она постоянно растёт. Куски льда сталкивались друг с другом, издавая хрустящий звук и перемалывая трупы в кашу.

Преодолев пять километров вниз по течению, плывущий лёд уже образовал настоящую ледяную гору, обвешанную мёртвыми телами…

Из-за потока глыб льда, ледяная гора становилась всё тяжелее и выше. Даже вода не могла преодолеть такое препятствие, отчего её уровень, позади медленно курсирующей горы изо льда, постоянно поднимался.

Цинь Му нахмурился. Сейчас река была прямой, но как только она доберётся к оазису, на котором живёт женщина У, поток свернёт. Если лёд не сможет там пройти, он застрянет и сформирует озеро. Речная вода и плавающий лёд со временем накопятся и смогут подняться в высоту до трёхсот метров!

Когда ледяная волна не сможет больше выдерживать давление, она разрушится. Огромный потоп снесёт и проглотит всё на своём пути, вне зависимости от того, человек это или зверь, все будут унесены потопом!

Много деревень были построены на берегу реки, из-за удобности передвижения. Если потоп прорвётся, будет сложно подсчитать потери от уничтоженных деревень и их населения.

«Бабушка Сы и остальные скорее всего всё ещё заняты своими делами ниже по течению. Они не знают, что скоро здесь сформируется озеро. В деревне остался старейшина, и ему трудно перемещаться. Кто тогда сможет помочь мне решить проблему с “дамбой”?»

Цинь Му напряжённо думал. Издавая скрежет, ледяная гора проплыла мимо деревни Цань Лао. Силы парня было попросту недостаточно, чтобы решить проблему в одиночку.

Возле входа в деревню сидел старейшина и, широко открыв глаза, наблюдал за тем, как Цинь Му и ледяная волна проплывали мимо. Он потряс головой и улыбнулся:

— Этот простофиля опять натворил дел…

Из-за блокады, созданной горой льда, уровень воды почти поднялся ему до пояса. В этот момент Ци старейшины направилась к месту, где должны были начинаться его ноги, и превратилась в пару новых конечностей. Сделав несколько шагов прямо в воздух, он уселся, наблюдая за Цинь Му.

Ноги старейшины были сформированными его жизненной Ци и ничем не отличались от обычных ног. Если бы его жизненная Ци иссякла, от ног тоже бы ничего не осталось.

«Я понял. Я должен найти Женщину У!» — глаза Цинь Му загорелись и в тот же момент он начал ускоряться. Сделав несколько шагов по поверхности реки, он взобрался на ледяную гору и со всей силы прыгнул вперёд, оставив кучу льда позади себя.

Бежав со скоростью штормового ветра, парень настиг оазис посреди реки в считанные мгновения.

Оазис походил на одинокий остров, на которым располагался храм, в свою очередь в котором был заточён старый монстр по имени женщина У.

Цинь Му добрался до оазиса и сразу же бросился на лестницу, ведущую в храм.

Внутри храма сидела маленькая девочка, с заплетёнными в три косички волосами, качающая от скуки ногами. Она поджидала новую жертву, которая прошла бы сквозь дверь храма. Увидев Цинь Му, ворвавшегося внутрь её тюрьмы, глаза девочки налились кровью от ярости, вызванной встречей со старым врагом. Маленькая девочка тут же спрыгнула с руки Будды и спряталась за статуей, с ненавистью выглядывая на Цинь Му.

— Женщина У, я не причиню тебя вреда! — Цинь Му быстро объяснял. — Ледяная волна почти здесь, мне нужна твоя помощь, для того чтобы её разрушить!

Маленькая девочка без особого интереса вышла из-за статуи Будды и снова запрыгнула на его руку:

— Не интересно. Ледяной прилив случается каждый год, и не попадает в это место из-за защиты Будды.

Взгляд Цинь Му упал на цепи:

— Я могу уничтожить их и освободить тебя!

Глаза женщины У загорелись, но почти сразу же потускнели:

— Возможно твой старейшина и смог бы меня освободить… но уж точно не ты.

Жизненная Ци Цинь Му выплеснулась наружу в момент, когда он схватил меч Младший Защитник и рубанул по цепи.

Дзинь!

Громкий звук резонировал от стен, в то время как одна из цепей, обёрнутых вокруг статуи, получила глубокую трещину. К разочарованию парня, эта трещина словно живая почти сразу же затянулась.

Без каких-либо слов он снова разбудил свою Ци и начал наносить рубящие удары.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Послышалась серия отчётливых звуков звона и вскоре цепь была успешно разбита Цинь Му.

Женщина У ошеломлённо уставился. Изумление и восторг пробудились в её сердце. Однако медный Будда внезапно открыл глаза и прокричал своим громовым голосом:

— Злое создание! Как ты посмел отвлекать меня от моей религиозной практики и сводить на нет мои достижения?

Глава 62. Сведение достижений на нет

— Отвлекать тебя от религиозной практики и сводить на нет достижения? — ухмыляясь, Цинь Му разрубил ещё несколько цепей. — Ты всего лишь медная статуя Будды, какие у тебя могут быть достижения? Удержание женщины У? Или наблюдение за тем, как она пожирает людей у тебя под носом? Если когда-то твои деяния и можно было назвать великими, то сейчас ты своими же действиями попросту все растратил!

Тело великого Будды задрожало и следы крови на его медной коже начали излучать слабый свет. Покрытый золотыми листьями, он начал светиться солнечными огнями и приглушённо заговорил:

— Ты хотя бы представляешь себе, сколько людей будет съедено, и деревень разрушено, если ты освободишь это существо?

— Всё что я знаю это то, что за твоей спиной лежит бесчисленное количество костей, которые она спрятала. Ты был попросту использован для совершения злодеяний, и при том полностью игнорировал происходящее, — Цинь Му разрубил ещё одну цепь, и снова ухмыльнулся. — Ледяная волна настигает храм несколько раз в год. Ты хоть что-нибудь сделал, чтобы её предотвратить? Вот решишь проблему со льдом, тогда и поговорим о деяниях, а пока что ты попросту сидишь в храме и сторожишь монстра. И судя по этой горе костей, у тебя это не очень хорошо получается. Если сможешь разрушить лёд, угрожающий невинным людям внизу реки, то, быть может, наконец-то получишь хорошую славу!

Статуя Будды засияла золотым огнём, а её руки начали двигаться будто живые. Женщина У не смогла сдержать тревогу:

— Этот злой Будда — старый лысый осёл! Он собирается очистить меня до смерти!

Цинь Му в мгновение ока оказался снаружи храма, и использовал свой меч Младший Защитник, чтобы разрубить цепи за стеной.

— Грехи всех живых должны быть смыты потопом, только так они избавятся от зла. Они пожнут то, что сами посеяли.

Буум!

Храм охватила сильная дрожь и в следующий момент Цинь Му увидел, как Будда встал и, проломив своей головой стену, громоподобно взревел:

— Ты, злое создание, как ты смеешь перечь учениям великого Будды! Такое упрямое и злобное существо никогда не сможет найти просветление!

Цепи, приковывающие великого Будду и женщину У, вдруг ожили и засвистели в воздухе, быстро направляясь в сторону Цинь Му.

— Своими буддистскими учениями ты просто пытаешься получить выгоду от спасения других, а не помочь им! Лицемер! — выкрикнул Цинь Му и отпрыгнул, увернувшись от столкновения с цепью. Своим мечом он ударил по ней и, разрубив, продолжил. — Надо было её убить, как только захватил, тогда это можно было бы назвать достойным деянием. Но всё, что ты сделал, это захватил демона под свой контроль и разрешил поедать невинных людей. Почему? Да потому, что поедание людей — это величайший грех, а чем больше грехов она накопит, тем мощнее будет чудо её очищения, и тем чище станет твоя карма. Грехи женщины У против людей, которых она съела, должны быть на твоей совести!

Дзинь!

Меч Младший Защитник столкнулся с цепью и под воздействием вышедшей из неё силы, отскочил в сторону.

Цинь Му крякнул и отступил, избегая цепей, которые были похожи на двух черных питонов. Потом он снова ухмыльнулся:

— Вокруг нас потоп, а ты сидишь здесь, и не только отказываешься помогать, но ещё и мешаешь мне! О каких заслугах может быть речь? Вот что я скажу — в моей деревне есть много пожилых стариков, которые каждый год помогают разбивать лёд, спасая простых людей и зверей! Спасая бесчисленные жизни! Если Буддой можно стать только благодаря заслугам, то каждый из них уже должен быть Великим Золотым Буддой, не то что ты, кусок меди!

— Это смешно!

Медный Будда был чрезвычайно огромен, и подняв одну ногу он вышел из заброшенного храма, попутно разрушив несколько стен. Держа ладони вместе и издавая страшный скрежет цепей, Будда отбросил парня в сторону.

Цинь Му чувствовал, как трепещут его кости, когда подлетел в воздух, чтобы уклониться от летящей в него цепи.

Наступив на цепь, он пробежался вдоль неё и перенаправил свою Ци в удар мечом, чтобы разрубить последнюю цепь, сдерживающую женщину У.

Цепи были похожи на неестественно толстых питонов, извивающихся в воздухе, атакуя и ослепляя Цинь Му и не давая завершить задуманное.

Медный Будда был явно сделан из меди, но, тем не менее, оставался невообразимо проворным.

Раньше медный Будда не мог отличить Цинь Му от женщины У. Но, когда парень использовал свой дьявольский голос, тот мгновенно реагировал и произносил буддистское мантры, предназначенные для очищения женщины У. Теперь Цинь Му пытался освободить У, и медный Будда изменил свою тактику, атакуя исключительно цепями.

Толстые цепи летели в Цинь Му со всех сторон, поэтому ему пришлось оттолкнуться от одной из них, чтобы увернуться.

Сила медного Будды медленно возрастала. Вибрации, исходящие от трущихся друг о друга цепей, мешали Цинь Му держать равновесие. Его ноги немели, и ему ставало труднее контролировать меч Младший Защитник.

Медный Будда был невероятно силён, и даже казалось, будто его мощь была бесконечной, продолжая неумолимо расти.

Бабушка Сы и одноногий когда-то говорили о этом Будде, и упоминали, что с ним происходит что-то странное. Однажды бабушка Сы решила избавиться от женщины У, но медный Будда смог её остановить.

Бабушка Сы, естественно, была невероятно сильной, но даже это не помогло ей избавиться от У. Это значило, что когда Будда достигнет вершины своей силы, остановить его будет невозможной задачей для Цинь Му.

И теперь, его сила всё росла и росла.

Даже не достигнув своего полного потенциала, Будда стал слишком сильным противником для Цинь Му.

Внезапно, раздался звук, от которого задрожала земля. Огромная ледяная волна наконец-то настигла оазис. Ледяная гора уже достигла в высоту нескольких десятков метров и, будучи под влиянием силы бурного течения, с треском врезалась в остров, оказываясь прямо за спиной Цинь Му.

Парня окутала тень. Обернувшись, он увидел огромную гору из кусков льда, которые, ударяясь друг о друга, поднимались на вершину, чтобы за тем скатиться обратно в воду. Их место тут же занимали новые куски, затем скатываясь следом.

Ледяной прилив уничтожал всё на своём пути. Куски трупов, разбитых льдом, уже невозможно было опознать. Единственное что осталось, это огромная ледяная гора, идущая вперёд и уничтожающая всё своей массой.

Медный Будда, казалось, тоже заметил опасность и решил отвлечься от Цинь Му. Он протянул руки в сторону ползущей ледяной горы в попытке оттолкнуть ее назад.

Пух!..

Вокруг оазиса образовался огромный золотой колокол, состоящий из лучей света.

Бам!..

Многочисленные куски льда падали на золотой колокол и, разбиваясь на части, издавали громкий треск. Каждый кусок льда, столкнувшийся с колоколом, формировал волну золотого цвета, разлетающуюся во все стороны. Со стороны Цинь Му это казалось великолепным и блистательным зрелищем.

Вскоре, ледяная гора полностью обрушилась на оазис, издавая оглушающий грохот. Сквозь него слышались громкие колокольные звоны!

Противостояние силы природы против буддистского божественного искусства медного Будды было потрясающем. Даже оазис качался от вибраций и, казалось, был готов погрузиться в воду в любой момент.

Ледяная волна была заблокирована оазисом и золотым колоколом, из-за чего начала расти всё выше и выше. Она свободно продвигалась по сторонам острова, но посередине лёд начинал скапливаться. Вскоре, лёд начал переваливать через колокол!

Бдзинь!

Железные цепи затряслись и полетели в сторону Цинь Му. У Будды оказалось ещё достаточно свободной энергии, чтобы контролировать железные цепи, которые спонтанно передумали оставлять парня в покое.

В то же время, со звонким металлическим звуком, медный Будда начал лупить по стенам золотого колокола своими ладонями, усиливая его мощь.

Цепи, обмотанные вокруг его тела, непрерывно атаковали Цинь Му. Одна из них зацепила женщину У, пребывавшую в форме маленькой девочки Сянь Цин’эр, и жестоко протянула её лицом по земле. Вид у создания был довольно жалкий.

Цинь Му ступил на цепь и сразу же почувствовал, что сила медного Будды значительно уменьшилась, он уже не представлял собой такой большой опасности. Используя возможность, он взмахнул мечом, наконец разрубив последнюю цепь, сдерживающую женщину У.

У была ошеломлена, она вознесла руки к небу и посмотрела на золотые петли вокруг своих запястий, из которых свисали две разрушенных цепи.

К золотым петлям, вокруг лодыжек её ног, тоже крепились разрушенные цепи.

— Прекращай мечтать и двигай отсюда! — прокричал Цинь Му в прыжке.

Женщина У громко рассмеялась и её тело внезапно начало деформироваться. Кожа Сянь Цин’эр слетела с неё и перед глазами Цинь Му возник истинный облик демона, весь покрытый костями. Танцуя сотней своих ног в воздухе, она прокричала:

— Ну же, маленький братец, прыгай на меня, и я унесу тебя отсюда!

Цинь Му приземлился на неё. Покрытое костями тело великого демона, звеня волокущимися цепями, направлялось к задней части оазиса. Её ноги двигались с невероятной скоростью и вскоре взмели в воздух. С огромной скоростью она помчалась к стене золотого колокола!

— Злое существо! Ты моя добыча, и всё же думаешь сбежать?

Медный Будда обернулся и схватил рукой пустоту. Золотые цепи на петлях У вздрогнули и начали тянуть её назад. Тем временем, цепи на теле Будды сами по себе взлетели и помчались на встречу демону, пытаясь воссоединиться с недостающими частями самих себя.

Кровь женщины У застыла. Она упала под силой, тянущей её назад. Воздействие цепей на её ногах увеличивалось, и неумолимо тянуло обратно к медному Будде.

Упёршись всеми своими бесчисленными конечностями, она пыталась отползти вперёд, но ничего не могла противопоставить силе великого Будды.

Цинь Му хотел было использовать свою жизненную Ци, чтобы мечом отрубить петли на конечностях женщины У, но в этот момент невероятно прекрасный луч света разломал золотой колокол пополам и вошёл прямо между глаз медного Будды.

Будда взвыл и прикрыл глаза огромной ладонью. Женщина У внезапно почувствовала лёгкость в ногах и моментально принялась бежать. Ей понадобилось всего несколько шагов, чтобы подняться в воздух и покинуть площадь, окутанную золотым колоколом, исчезая на поверхности реки.

Позади Цинь Му медный Будда продолжал выть. Внезапно золотой колокол рухнул и ледяная гора, подобно небесному потопу, последовала за ним вниз, похоронив собой оазис. Древний храм был разрушен, а оазис был сплющен льдом!

— Мы с тобой ведь никогда не лезли в дела друг друга…

Медный Будда был в ярости. Но до того, как он успел договорить, ледяная гора унесла его на дно реки вместе с оазисом!

Глава 63. X, Л, H

Маленькая вспышка рассекла воздух и спряталась в волосах старейшины деревни. Старейшина не обратил на это внимание и, прямо по воздуху, будто по лестнице, спустился вниз, направившись в сторону деревни Цань Лао.

В пятидесяти километрах ниже по течению река брала поворот, чтобы пройти мимо горы. Здесь и застряла ледяная волна. Лёд накапливался до тех пор, пока полностью не перекрыл реку.

— Женщина У, стой!

Стоногая, покрытая белой костью, женщина потащила Цинь Му в воздух, скользя с чрезвычайной скоростью, будто дракон. Услышав слова парня, она приземлилась на левой стороне оврага и громко засмеялась:

— Зачем мне тебя слушать, маленький мошенник?

Цинь Му встал на ноги и с недоумением уставился:

— Ты должна помочь мне уничтожить лёд, потому что я спас тебя.

Извиваясь всем телом, женщина У превратилась обратно в Сянь Цин’эр. Тряся цепями, свисающими с её конечностей, она танцевала и прыгала вокруг парня. Затем она высунула голову из-за его спины и хохотнула:

— Я должна отплатить тебе за спасение? А не забыл ли ты, как относился ко мне раньше? Старый лысый осёл почти убил меня. А ещё ты отобрал все сокровища, которые я собирала долгие годы. Да за такое я должна тебя съесть, не иначе!

— Но ты не осмелишься, — улыбнулся Цинь Му.

Шея женщины У внезапно выросла на несколько метров. Обвив ей Цинь Му, и посмотрев ему прямо в глаза, она спросила:

— Я не осмелюсь? Больше нет старого лысого осла, который смог бы мне помешать.

— Я живу в деревне Цань Лао вместе с девятью стариками, каждый из которых может запросто убить тебя, — Цинь Му улыбнулся и продолжил. — Они найдут тебя и убьют вне зависимости от того, во что ты превратишь своё лицо или как далеко убежишь, эти люди заставят тебя пожалеть о том, что ты появилась на свет.

По спине женщины У пробежали мурашки, она превратилась обратно в милую девочку и вновь запрыгала вокруг Цинь Му позвякивая цепями.

— Я действительно боюсь этих твоих стариков, но это не обязывает меня тебе помогать. Лысый осёл был прав, теперь, когда ты меня освободил, я снова могу совершать зло и пожирать людей. Зачем мне вообще помогать тебе их спасать? До свиданья…

Она обернулась и, звеня цепями, начала уходить.

Цинь Му вдруг сказал:

— Женщина У, буддистские проводи гласят, “отложи нож мясника и немедленно станешь Буддой”. Но это предложение слишком поверхностно, оно не проводит границу между добром и злом. Если ты поможешь мне разобраться с той чёртовой “дамбой”, тем самым спасая сотни жизней ниже по течению, тебе это принесёт больше положительной кармы, чем что либо, что когда-либо сделал тот Будда.

Женщина У остановилась, и с любопытством повернула голову.

Цинь Му продолжил:

— Помощь по спасению людей сделает твою карму в сотни раз чище, чем карма того ничтожного Будды, что стерёг тебя! Будет ли у него после такого сила опять завладеть тобой, если вы ещё раз встретитесь?

Женщина У наклонила голову в строну и, немного подумав, рассмеялась:

— Ты в чём-то прав, ну раз так, то я помогу тебе. Хе-хе, старый лысый осёл притворялся праведником, удерживая меня из-за того, что я съела слишком много людей. А ещё он сказал, что собирается смыть мои грехи речной водой. Я говорила ему, что ела людей потому, что была голодна, а не потому, что они были хорошими или плохими. Я запросто могу есть и человеческую еду: рис, курицу и овощи. Если достаточно голодна, естественно.

Она посмотрела вниз на заблокированную реку и продолжила:

— Я не чувствовала ничего к людям, которых ела, для меня они были всего лишь пищей. Ты не чувствуешь ничего к рису или овощам, так ведь? Лысый говорил, что я неправильно рассуждаю, и всё время подавлял меня. Он был силён, поэтому я решила есть людей в его храме, не давая ему заполучать хорошей кармы. Однако, когда моя хорошая карма превысит его, мы посмотрим кто кого будет подавлять. Хмм, в реке слишком много льда, если бы моё духовное оружие было при мне, я смогла бы разбить его. Однако, всё моё оружие было конфисковано лысиком…

Вжуух!..

Цинь Му взял контроль над мечом Младший Защитник и отрубил им кусок льда, блокирующий овраг под ними:

— У, помоги мне!

— Это тот меч, что разрубил цепи? — с озарившимися глазами женщина У приняла свою истинную форму. С помощью одного плавного прыжка вся сотня её ног оказалась на нижней скале. Цинь Му прыгнул вниз и приземлился на её спину. Затем костяная многоножка взлетела в воздух и отнесла его к ледяной дамбе.

— Рубим! — закричав, Цинь Му рубанул мечом по льду. В тот же миг женщина У дыханием выплюнула облако страшной демонической Ци, которая неистово ворвалась внутрь меча.

Меч Младший Защитник внезапно вырос в длину на триста метров и устремился в сторону ледяной блокады!

Гора льда всё ещё росла, пополняясь новыми глыбами, принесёнными течением. Если лёд продолжит накапливаться, жителей обоих берегов Вздымающейся Реки настигнет катастрофа!

Меч Младший Защитник просвистел, оставляя за лезвием два следа в виде огромных стен из воздуха, заметных даже невооружённым глазом. Трёхсотметровый меч с треском приземлился на ледяную дамбу полностью рассекая её поверхность, будто та состояла не изо льда, а из масла.

— Всё плохо! — гримаса на лице женщины У изменилась, и как только она собралась взлететь, ледяной берег рухнул под давлением бурной речной воды. Цинь Му увидел, как с горы на них направляются многочисленные глыбы льда, сдвигаемые натиском воды.

Судя по всему, потопа было не избежать…

Но до того, как ледяной берег успел их зацепить, огромный ураган отшвырнул парочку в небо.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!..

Многочисленные ледяные осколки внезапно разлетелись в случайных направлениях. Лицо Цинь Му онемело от боли, когда один из них попал ему в щёку.

Его жизненная Ци была плотной и невероятно эффективной в защите. Он не почувствовал бы такой боли даже от удара бушующей демонической обезьяны, однако этот невероятно быстрый ледяной осколок смог его ранить. Можно только представлять, какую опасность может нести разрушающаяся дамба. Женщина У подхватила парня и рванула вперёд, уклоняясь от ледяных осколков и бурлящей воды. Сразу после этого бушующий ураган вместе с ледяными осколками и огромной волной врезались в тело монстра и парня, отправляя их в полёт!

Плюх! Плюх!

Два глухих удара раздались от утёса, в который влетели Цинь Му и женщина У. Своей силой удар заставил их, без преуменьшения, слиться со стеной утёса. Один из них распластался в форме буквы “Х”, а другая в форме “Н”.

Раздался пронзительный визг меча. Цинь Му по звуку определил, что меч направляется прямо в его сторону!

Он быстро поднял ноги и увидел меч Младший Защитник, воткнутый прямо в том месте, где должны были находиться его бёдра.

— Фух! — Цинь Му с облегчением вздохнул и перевёл ноги в форму буквы “Л”. Меч был всего в нескольких сантиметрах от его тела.

Великий демон в стороне от него зашелся в хохоте. Цинь Му тоже не смог сдержать смеха. Хохот человека и демона звучал всё громче и громче, распространяясь эхом по всему оврагу.

Речная вода под ними вздымалась. Судя по всему, кризис был успешно разрешён этим своеобразным дуэтом.

Чуть погодя, Цинь Му и женщина У, трансформировавшаяся в девочку Сянь Цин’эр, сидели на скале откинув руки назад, умиротворённо глядя на голубое небо с белыми облаками. В их сердцах воцарилось спокойствие.

— Кто он, тот медный Будда? — спросил Цинь Му.

— Он из Монастыря Малого Громового Удара, странное создание, достигшее просветления, иными словами — демон, такой же, как и я.

Женщина У перевела свой взгляд на золотые петли, которые всё ещё находились на её ногах:

— Говорят, что патриарх-основатель этого монастыря в своё время был ярым буддистом, решив стать учеником Монастыря Великого Громового Удара. Однако, в один момент он предал свой монастырь и создал новый — Монастырь Малого Громового Удара, даровав самому себе титул Малого Жулая. Я слышала, что Жулай Великого Монастыря изгнал его в Великие Руины, вместе со всем Малым Монастырём… так они тут и оказались. Пришедшее поколение, правящее Монастырём Малого Громового Удара, было демонами, такими же, как и я, они называли себя Малыми Жулаями. Тот, что удерживал меня был Малым Жулаем этого поколения. Разрезав цепи и освободив меня, ты нашёл на свою голову кучу проблем, хе-хе!

— Монастырь Малого Громового Удара? Малые Жулаи? — Цинь Му было сложно найти слова. — Монастырь Малого Громового Удара находится в Великих Руинах?

— Ну конечно же. Монахов-демонов не так уж и трудно встретить. Они чрезвычайно противные и в любом случае захотят отомстить, уже не говоря об этих Малых Жулаях, — хихикнула У.

Внезапно откуда-то раздался сердитый крик:

— Будучи человеком, ты вступил в союз с демоном. И сегодня мы, мастера и ученики, изгоним вас всех!

Цинь Му оглянулся и увидел несколько даосов, подходящих сзади. Среди них были молодые парни и девушки, наряду со старейшиной. Он сохранял спокойствие, в то время как у молодежи на лицах явно прорисовывалось возбуждение. Очевидно, они были сильными практиками, пришедшими в Великие Руины из внешнего мира ради приключений.

— Уважаемые даосы, этот демон и я только что разрешили кризис, уничтожив ледяную дамбу, тем самым спасая жизни тысяч людей, проживающих внизу по течению, — Цинь Му поднялся и заявил. — Этот демон спас много жизней, и он не…

— Молчать, отвергнутый! — даосский старейшина закричал с силой, внушающей благоговение. — Ты заслуживаешь смерти за то, что вступил в сговор с демоном и помог ему совершить зло! Сегодня мы избавимся от вас обоих. Ученики, примите боевое построение и изгоните демонов!

— Я голодна, — маленькая девочка рядом с Цинь Му облизала свои красные губы. — Некоторые люди хуже демонов.

Без особого интереса Цинь Му спрыгнул со скалы, после чего раздался его голос:

— У, я освобождаю тебя, ты свободна!

Приземлившись на реку, он пошёл по волнам.

С вершины оврага было слышно крики, там, женщина У, приняв свою истинную форму, начала настоящую резню. Через некоторое время, демон набил себе брюхо и исчез в облаках.

— Пастушок, если судьба будет к нам добра, мы встретимся снова… — послышался голос женщины У, когда демон в облаке догнал Цинь Му, прежде чем бесследно исчезнуть где-то вдали.

Глава 64. Трость способная перевернуть горы и высушить реки

Весенняя река постепенно нагревалась. Прошло уже более десяти дней с тех пор, как Цинь Му и женщина У проломили ледяную дамбу, угрожающую деревням. Вместе с поющими птицами, ивы на берегу реки восстановили свой весенний оттенок. Ледяной прилив осел, а воздух наполнился ароматами цветов.

В самом сердце реки внезапно остановился Цинь Му, однако он не погрузился под воду, а остался стоять на её поверхности, в то время как вода под его ногами расходилась красивой рябью.

Он использовал Ци Чёрной Черепахи, чтобы изменить структуру воды и стоять на ней, будто это твёрдая поверхность…

К текущему моменту он использовал эту технику на интуитивном уровне.

Чиии!..

Звук меча, рассёкшего воздух, пронзил пространство. Используя пальцы правой руки, Цинь Му пытался контролировать меч Младший Защитник, заставляя его подняться верх, рубануть горизонтально, а затем сверху вниз. Меч был словно продолжением его тела, и он с лёгкостью исполнял все базовые удары.

За всё прошедшее время он основательно выучил базовые приёмы мечом у деревенского старейшины. Помимо колющего удара, он так же изучил рубящий и кручёный удары, парирование, удар рукоятью, отвлекающие движения и другие.

Тем не менее, старейшина не научил его ни одному из навыков меча, а только заставлял целыми днями практиковать базовые движения.

На той стороне реки, тем временем, держа в руке свою трость, неподвижно стоял слепой. Он был похож на статую.

После прощания с женщиной У, Цинь Му вернулся в деревню, где рассказал односельчанам о том, что освободил опасного демона. Когда он начал разговор о Монастыре Малого Громового Удара, старики решили запретить ему покидать деревню. Он мог выйти только при условии, что кто-то его сопровождал.

Звук ветряных завываний на реке становился всё громче. Каждый раз, когда Цинь Му взмахивал мечом, он поднимал волны и ветер. Даже базовые движения, которым научил парня старейшина, приобретали удивительную силу в его руках!

С каждой тренировкой, ветер и волны становились всё больше и внушительнее. Теперь его колющий удар создавал на поверхности воды разрез глубиной в три метра и длиной в тридцать. Из-за этого, все рыбы и прочие речные звери старались держаться подальше.

После очередного резкого взмаха речная вода взмыла в небо и ливнем спустилась обратно. Затем последовал рубящий удар, и вода превратилась в дракона, который бросился вперёд.

Несмотря на то, что это были всего лишь базовые движения, требующие использование Ци для манипуляции мечом, их сила в руках Цинь Му становилась ужасающей.

В течение последних двух лет он довёл каждое из этих базовых движений практически до совершенства, и мог в любое время дня и ночи исполнить их с закрытыми глазами. Однако, старейшина всё ещё не давал ему более сложных уроков. Внезапно, глаза слепого дрогнули, и он вскрикнул:

— Му’эр, хватит, приближается корабль.

Цинь Му спрятал меч Младший Защитник в мешочек с мечами, находящиеся у него на спине, и поднял голову. Увиденное его немного удивило. Это был именно тот корабль, который рисовал топографическую карту Вздымающейся Реки.

Судя по тому, что он плыл вниз по течению, карта должна быть уже готова.

Сделав всего несколько шагов, он ушёл с пути корабля.

Корабль быстро разрезал волны и вскоре оказался прямо перед ними. Из корабля послышалось восхищённое восклицание:

— Умение неподвижно стоять на поверхности реки? Какое интересное мастерство, наверняка жизненная Ци этого мальца невероятно плотная.

Цинь Му посмотрел на источник звука и увидел генерала Циня, уставившегося на него вместе с каким-то юношей, который держал в руках складной веер и светил детским жирком на подбородке.

«Таинственный лёд из дворца дракона!» — сердце Цинь Му замерло, когда он увидел огромный кусок льда. Внутри него находилась драконья сфера, которую держала чья-то рука!

Это всё, что он мог увидеть, так как как ледяная глыба была закрыта бортом корабля. Однако, даже несмотря на это, Цинь Му знал откуда взялся таинственный лёд, вместе со странной рукой.

Очевидно, когда генерал и его люди составляли карту Вздымающейся Реки, они обнаружили в её глубинах драконий дворец, внутри которого они нашли Гу Линуаня и молодого дракона, запечатанных той самой сферой.

Молодой дракон должен всё ещё находиться внутри глыбы. Скорее всего, генерал не трогал душу матери дракона, чтобы таинственный лёд случайно не растаял.

Их целью должен быть молодой дракон внутри, а если таинственный лёд растает, то дракон умрёт. Должно быть, они хотят доставить лёд в Империю Вечного Мира и заставить мастеров вылечить молодого дракона… Именно поэтому у них и не было особого желания вытаскивать Гу Линуаня.

— Это ведь тот парень, что стоял на вершине горы вместе с демонической обезьяной, — изумился молодой толстяк и затем неохотно выдавил. — Не думал, что его Ци может быть настолько сильнее и плотнее моей.

Внезапно изо льда раздался голос Гу Линуаня:

— Я чувствую свой меч Младший Защитник! Генерал Цинь, прошу, остановите корабль, мой меч здесь, вместе с подонком, что обманом забрал его у меня!

Корабль резко остановился и взгляд генерала Циня приземлился на Цинь Му:

— Ты украл меч из рук младшего защитника наследного принца?

Цинь Му беззаботно ответил:

— Он хотел меня сожрать, так что я забрал его меч. Если тебе удалось вытащить бедолагу из дворца дракона, может ты также в силах вытащить ножны от его меча из льда, и передать их мне? Мне недостает их до полного комплекта.

Взгляд генерала Цинь Фэйюэ вспыхнул:

— Тебе? Это меч Императорской Семьи, ты не можешь быть его владельцем, пожалуйста, верни меч Младший Защитник.

Цинь Му изумлённо потряс головой:

— Зачем мне его возвращать, я ведь честно его украл!

Молодой толстяк, к которому обращались как седьмой молодой мастер, расхохотался:

— А паренёк-то очень интересно говорит.

Генерал Цинь Фэйюэ холодно фыркнул и равнодушно проговорил:

— Ты хоть понимаешь, насколько серьёзными преступлением считается обман представителя Императорской Семьи и кража имущества, принадлежащего короне?

— В Великих Руинах нет никакой Императорской Семьи. Кто может судить меня в месте, где нет закона? — с недоумением спросил Цинь Му.

— Такая дерзость может означать только то, что тебе есть на кого положиться.

Цинь Фэйюэ бросил взгляд на берег и его зрачки тут же сузились. Затем он тяжёлым, мрачным тоном проговорил:

— Младший Цинь Фэйюэ, ученик Имперского Наставника Вечного Мира, генерал четвёртого высшего ранга верности и боевого искусства Империи Вечного Мира. Могу ли я узнать, как обращаться к старшему, стоящему на берегу?

Слепой спёрся на бамбуковую трость и усмехнулся:

— Просто слепой, как меня ещё называть? Обычный престарелый инвалид.

Выражение лица генерала помрачнело, когда тот краем глаза увидел деревню Цань Лао, но затем он улыбнулся:

— Три года назад Му Бэйфэн, глава префектуры Пяти Ростков Империи Вечного Мира, повёл мастеров секты меча Реки Ли в Великие Руины в поисках мести. Совсем скоро их тела нашли ниже по течению. Я лично осматривал тела Му Бэйфэна и его людей, и оказалось, что они были заколоты копьём. Однако, убийца использовал не обычное копьё, а бамбуковую трость. Старший, Вы тоже используете бамбуковую трость?

Держа трость в руке, слепой проговорил:

— Что ещё использовать слепому человеку, как не бамбуковую трость? Эту палицу я использую как средство навигации. Уж лучше стукнуть камень палкой, чем мизинцем.

Генерал Цинь Фэйюэ уловил скрытый смысл слов старика, и полностью подтвердил свою догадку. Он ухмыльнулся:

— Старший, Му Бэйфэн умер где-то неподалеку, не так ли? Видели ли Вы что-нибудь, когда это произошло?

Слепой мрачно ответил:

— Что может увидеть слепой? Ты должно быть шутишь, генерал. Имя Му Бэйфэн я и вправду где-то слышал. Неужели он пал от злых рук? Это ужасная новость… Пока обезьяны кричат с одного берега к другому, в сердца их наследников вселяется скорбь. Как душераздирающе, как печально!

Он поднял свою бамбуковую трость и слегка стукнул ней по воде.

Внезапно, река ужасающе содрогнулась, и на её поверхности образовались огромные волны. Волны высотой в тридцать метров поднимались с обеих берегов реки и закрывали собой небосвод. От неспокойных вод раскачался даже корабль, из-за чего многие солдаты, находящиеся на борту, потеряли равновесие.

Воды реки разошлись в разные стороны, раскрывая взору гигантскую чёрно-зелёную спину речного чудовища, напоминающую небольшой остров посреди реки.

Вздымающаяся Река задрожала и неожиданно подбросила гигантского монстра вверх, после чего он громко плюхнулся обратно в воду.

Цинь Му сразу увидел, что гигантский зверь закован в цепи, которые тянулись к носу корабля и крепились там. Это объясняло удивительную скорость судна, ведь всё это время его тащил за собой огромный зверь.

Странным было то, что хоть вся поверхность реки ужасно дрожала, клочок воды под ногами у Цинь Му оставался неподвижным. Седьмой молодой мастер схватился за борт корабля, чтобы не свалиться в воду и, неудержавшись, заорал:

— Старший, Вы, вероятно, имеете в виду: “Пока Му Бэйфэн умирал, не имея шанса на месть, в сердца его наследников вселялась скорбь!”.

Цинь Му не мог не вмешаться:

— Молодой мастер, старик говорит не о Му Бэйфэне, а о вас, имея в виду, что своим криком вы напоминаете обезьян, умеющих только шуметь. Он хочет донести, что ваша смерть вызовет много печали, так как вы умрёте, не получив того, что хотите. И если вы действительно собираетесь докопаться до правды, то так оно и случится. Слепой дедушка на самом деле очень умный!

Лицо слепого озарилось гордостью, когда улыбнулся:

— Му’эр знает меня лучше кого-либо другого. Если бы здесь был одноногий или глухой, они бы сразу высмеяли меня за пустословие.

Глаза генерала дрогнули. Слепой был намного сильнее чем казалось. Повезло, что он только дотронулся к поверхности воды, если бы он по ней ударил, вся река взлетела бы в воздух!

Гу Линуань, который всё ещё был един с таинственным льдом, решил держать язык за зубами. Он, очевидно, сразу осознал мощь слепого, увидев эффект от простого прикосновения тростью. Гу знал, что со слепым лучше не шутить, и если он всё ещё будет пытаться вернуть себе меч, то, вероятно, умрёт.

— Мы оставим меч Младший Защитник здесь. Отправляемся! — Цинь Фэйюэ отдал команду и солдат, державший огромный рог, изо всей силы в него подул. Раздавшийся звук был невероятно глубоким и протяжным. Огромный речной зверь, едва услышав сигнал, всем телом потянул цепь. Вода посреди реки внезапно приподнялась, приняв форму горы, возвышаясь над речной поверхностью. Зверь с невероятной скоростью бросился вниз по течению, таща за собой корабль.

Седьмой молодой мастер высунул свою голову из-за толпы прислуг, окруживших его, и с любопытством спросил:

— Генерал Цинь, разве Вы не хотели расспросить слепого об обстоятельствах смерти Му Бэйфэна? Почему мы уплыли до того, как услышали ответ?

— Я получил свой ответ, — генерал Цинь ухмыльнулся. — Му Бэйфэн умер от руки слепца, которого мы только что видели. Великолепный Бог Копья превратился в слепого старикашку и теперь живёт в той крошечной деревне. Какие ещё ужасные силы могут прятаться в уединении там вместе с ним? Одному мне с ними точно не справиться, я хочу вызвать подкрепление, — его броня задрожала, а в глазах разожглась искра, будто от столкновения меча с копьём. — Всё, что находится под небесным сводом, принадлежит монарху. От границы к границе, каждый человек является его подданным. Великие Руины — земля, принадлежащая Императорской Семье, это ни в коем случае не беззаконные территории. Му Бэйфэн — официальный представитель Императорской Семьи, как мы можем допустить его смерть от рук дикарей? Деревню необходимо уничтожить, это покажет настоящую мощь империи и Имперского Наставника. Пускай ярость нашего императора безжалостно спустится на Великие Руины!

— Как впечатляюще.

От внезапно раздавшегося голоса по спине генерала Циня пробежали мурашки. Осторожно повернув голову, он увидел одноногого человека, опирающегося на борт его корабля и ехидно улыбающегося.

Глаза Цинь Фэйюэ моргнули, и теперь этот человек стоял с ним спиной к спине. Он не мог понять, как одноногий смог в мгновение оказаться за его спиной!

Лоб Цинь Фэйюэ покрылся потом. Его ладонь уже лежала на рукоятке меча, но он не смел шевелится.

— А Имперский Наставник хоть знает о ваших больших амбициях? — спросил одноногий, затем наклонился и, увидев топографическую карту Вздымающейся Реки, засмеялся:

— Имперский Наставник собирается перебросить армию в Великие Руины полагаясь на эту ничтожную карту, нарисованную тобой? Хе-хе, а этот маленький дракон так жалок, разве нет? Мм? Гу, что случилось с твоей кислой мордой? Я тут собираюсь забрать твои ножны. И знамя у тебя тоже неплохое, пожалуй, и его захвачу… Хм, юный брат, а этот камушек неплохо выглядит… Ва! Ва! Так ты оказывается у нас девушка! Как не повезло мне…

Цинь Фэйюэ внезапно увидел возможность для атаки, он невероятно быстро повернулся и выхватил меч, но одноногий уже исчез вместе с добычей.

Смех одноногого раздался в нескольких милях выше по течению:

— Возвращайтесь, и передайте Имперскому Наставнику, чтобы тщательно хранил мою ногу, я лично за ней вернусь!

Глава 65. Аромат Пионового Дерева

— Дерьмо, моя печать генерала четвёртого ранга! — выражение лица Цинь Фэйюэ резко изменилось после того, как он обыскал свои карманы. Печати четвёртого ранга не было, от чего у него на лбу проступил холодный пот!

Потеря печати считалась серьёзным проступком. Однако, поскольку он являлся учеником Имперского Наставника, то, пока что, ему не о чем было беспокоиться. Намного больше его испугало то, что одноногий смог, каким-то образом, незаметно украсть у него официальную генеральскую печать. Что если бы он решил не красть печать, а просто вонзить нож в спину…

Одна мысль об этом заставляла его неконтролируемо дрожать.

Седьмой молодой мастер покраснел от смущения, обнял свою грудь, и приказал дворцовым служанкам никого к “нему” не подпускать.

Когда одноногий воровал у “него” какое-какие драгоценности и заодно стащил “его” нижнее бельё, он обнаружил, что молодой мастер на самом деле девушка.

П.П.: ой немагу, воровская рука такая шустрая, что работает быстрее мозга, и одноногий понимает, что именно украл только постфактум.))

Одноногий считал, что женщин нельзя мацать, когда воруешь. У Цинь Фэйюэ появился шанс на него напасть именно тогда, когда старик на мгновение растерялся от небольшого открытия, тем не менее, ему всё равно удалось ускользнуть.

«Этот калека тот самый вор, что однажды пробрался в императорский дворец и стащил Диск Императора! Небесный Расхититель!»

Цинь Фэйюэ смог перебороть шок. Увидев, что с седьмым молодым мастером всё в порядке, он с облегчением выдохнул:

— М… молодой мастер должно быть ужасно испугался. Всё из-за моего бессилия…

Гу Линуань, находившийся всё это время в таинственном льду, был ещё более шокирован. Одноногому таки удалось стащить у него ножны меча Младшего Защитника!

Даже чёрное знамя, находившееся в его другой руке, исчезло вместе с тенью старика!

Будучи запечатанным внутри глыбы льда, Гу прекрасно понимал насколько тот был холодным и прочным. Даже такой великий мастер, как он, был полностью заморожен и лишён возможности двигаться. Однажды ему пришлось потратить почти всю свою Ци, чтобы просто выдавить свой меч изо льда.

Однако, одноногий попросту проигнорировал таинственный лёд и, не спеша, коснулся его. Его руки были похожи на руки призрака, которые с лёгкостью стащили знамя и ножны меча из таинственного льда.

— Лорд Гу, этот одноногий однажды отважился пробраться в императорский дворец и войти в сокровищницу империи, которую охраняло огромное количество могучих практиков. В сокровищнице было много ловушек, но ни одна из них не сработала. Он украл Диск Императора, и никто не смог его остановить, — мрачно проговорил Цинь Фэйюэ и затем продолжил. — К счастью Имперский Наставник перехватил вора на полпути и смог отрубить одну из его божественных ног, но даже это не смогло удержать его… Одноногий всё равно бесследно исчез с Диском Императора.

Гу Линуань впал в ступор. Только через некоторое время он спросил:

— Ему удалось бесследно исчезнуть несмотря на то, что у него осталась всего лишь одна нога? Так у него руки божественные или всё же ноги?

Внезапно раздавшийся рёв огромного зверя ошеломил Цинь Фэйюэ. Он немедленно бросился к голове корабля. Взглянув вниз, его зрачки от увиденного в ужасе сжались. Огромная сеть блокировала реку перед кораблём на несколько километров!

Гигантский зверь, тянущий корабль, столкнулся с паутиной и никак не мог освободиться. Река разошлась, и показался огромный паук, который притянул к себе запутавшегося в паутине гигантского зверя и затем жадно погрузил свои клыки в его тело.

Даже когда все находящиеся на борту солдаты использовали жизненную Ци для манипуляции мечом и применили свои наисильнейшие божественные искусства, они не смогли остановить огромного паука… тот отказывался отступать. Они не смогли даже поцарапать его паутину! Всего через несколько мгновений, от огромного зверя, тянущего корабль, осталась всего лишь кожа да кости, паук полностью высосал его внутренности.

Тело Цинь Фэйюэ задрожало. Даже рука, ухватившаяся за его меч-сокровище, тряслась от ужаса. Он хотел изрубить огромного паука до смерти, но не смел даже пошевелиться.

Он увидел на берегу целителя, одетого в зелёное и держащего под локтем корзину с травами. Выглядел старик абсолютно обычно, но черты лица искажались почти до неузнаваемости, что придавало ему зловещий вид. Целитель взмахнул рукой, и огромный паук в реке начал убирать паутину. Закончив он прыгнул на нитку и, постепенно уменьшаясь в размере, пополз к старику. Вскоре он и вовсе превратился в маленькую точку, исчезнувшую в корзине целителя.

Корабль снова начал плыть вниз по течению. Генерал Цинь Фэйюэ внезапно услышал голос возле правого уха, который прошептал ему:

— Скажи Имперскому Наставнику, чтобы он даже не думал о Великих Руинах, вы ведь не хотите нас, престарелых, разозлить…

Погружённый в таинственный лёд Гу Линуань проговорил дрожащим голосом:

— Эт-то Я-ядовитый К-король…

Цинь Фэйюэ подавил трепет в своём сердце и сконцентрировался:

— Солдаты, слушай мою команду! Поднимайте вёсла и паруса! Мы немедленно возвращаемся в Империю Вечного Мира!

Проплыв милю вниз по течению, один из солдат внезапно закричал:

— Генерал Цинь, на реке стоит человек!

Цинь Фэйюэ сжал зубы:

— Что за демон посмел встать на пути у моего корабля? Они все и правда думают, что меня так легко запугать? Убейте ег…

Прервавшись на полуслове, он вдруг заметил, что у человека, находящегося на реке, на самом деле нет нижней половины тела.

Твёрдо стоя на рифе, человек сжимал в руках два огромных странных ножа.

Внезапно свет, исходящий от одного из ножей, разорвал небо и тряханул пространство вокруг. Цинь Фэйюэ посмотрел вверх и увидел, что удар ножа разрубил облако пополам, заставляя его части лететь в разные стороны!

В этот момент свет рванул вниз, чтобы рубануть по кораблю.

Ввуууш!..

Вода Вздымающейся Реки разошлась в разные стороны, тем самым разделив реку на две.

— Божественное Сокровище Семи Звёзд, проснись! — яростно взревел Цинь Фэйюэ. Божественные сокровища в его теле пооткрывались одно за другим, в результате чего его ужасающе мощная жизненная Ци выплеснула двух огромных драконов, которые схватили корабль по обе стороны и перебросили на триста метров в сторону!

Свет ножа лишь вскользь задел бок корабля, продолжая раскалывать реку, которая успокоилась только после того, как свет вернулся обратно к странному человеку на реке.

— Хе-хе, сражаться с учеником Имперского Наставника не очень-то и весело. Вот если бы он сам явил мне свой лик…

Странный человек спрятал свои ножи и, направив Ци в руки, прыгнул в небо, бесследно исчезая.

Цинь Фэйюэ еле сдержал ноги от дрожи, закричав:

— С-стабилизир-руйте к-кораб-бль, сей… же!

Его голос дрожал, от чего даже он сам не мог отчётливо себя слышать. Он присел, чтобы успокоиться, однако в голове творился настоящий бардак.

Гу Линуань был ещё больше напуган, чем его предательски дрожащий голос:

— Н-небесный Нож! Э-э-т-то Н-небесный Нож, который од-днажды п-поднял свои н-ножи против н-небес и б-был убит р-рукой бога, ок-казывается он в-всё ещё ж-жив…

Цинь Фэйюэ не мог успокоиться:

— Зачем стольким старым могущественным демонам жить в ничем непримечательной деревеньке Великих Руин? Бог Копья, Небесный Нож, Ядовитый Король… Какие же безжалостные существа, помимо них, обитают в той деревне…

Он бросил взгляд на карту Великих Руин. К его облегчению та всё ещё была целой и невредимой, и находилась на борту корабля. Они не уничтожили карту Вздымающейся Реки.

«Что-то тут не так!» — внезапно понял он. Те старые монстры не уничтожили топографическую карту реки не потому, что не смогли, а потому, что она попросту этого не стоила. Они полагали, что даже с помощью этой карты, Имперский Наставник всё равно не посмеет войти в Великие Руины!

— Почему им не убить нас? — спросил переодетый в мальчика седьмой молодой мастер.

— Они не посчитали нас достойными смерти от их рук, — Цинь Фэйюэ грубо ответил. — Они не думали, что мы достойны смерти потому, что наши навыки слишком слабы…

Его сердце съёжилось. Будучи учеником Имперского Наставника, он всегда был высокого мнения о себе, а его репутация среди всех слоёв общества была не менее высока. Он не ожидал, что всего за одно путешествие в Великие Руины, ему не повезёт встретиться со столькими могущественными существами. Тщеславие, постоянно греющее его душу раньше, вдруг бесследно испарилось.

Встретившись со слепым, в нём всё ещё горело высокомерие. Несмотря на то, что слепой его потряс, в его характере по-прежнему были видны черты возвышенного и упорного человека. Однако, после встреч с неуловимым одноногим, зловещим целителем, и диким мясником, его возвышенный и упорный характер был сломлен и всем что осталось в сердце был страх.

«Никто не остановит Имперского Наставника! Ничто не испугает Имперского Наставника!» — Цинь Фэйюэ подумал о своём учителе, Имперском Наставнике Вечного Мира, и его беспокойство утихло.

— Если старикашки Великих Руин хотят быть богомолами, пытающимися остановить колесницу, их ждёт поистине ужасная смерть! — с застывшим взглядом пробормотал генерал Цинь.

Корабль продолжал плыть по течению, как вдруг, взгляд Цинь Фэйюэ приковало кое-что, что находилось прямо перед ним. Раньше здесь находился древний храм и островной оазис… Но сейчас, не то что храм, весь оазис исчез, не оставив и следа!

Он ранее предполагал, что в древнем храме может таится что-то странное, но решил не заглядывать. Однако, всё же отметил его на карте. Он не мог и подумать, что когда будет возвращаться, храм к тому времени уже исчезнет.

— Глаза! Пробудитесь! — издал низкий крик Цинь Фэйюэ и из его глаз вырвался свет. Он опустил свой взор на воду и оцепенел. Оазис всё ещё находился там, но был сплющен какой-то большой силой и вместе с древним храмом, как оказалось, погрузился под воду!

«Великие Руины…» — он собрался с мыслями и приказал солдатам задействовать на полную свою жизненную Ци, чтобы грести вёслами, в итоге очень быстро покидая это место.

Вскоре после того, как они отплыли, река разошлась в разные стороны, образовывая водяную расщелину, из которой вышел обвешанный цепями медный Будда. Несмотря на то, что Будда был чрезвычайно тяжёлым, он стоял на поверхности воды словно совсем ничего не весил.

— Старые монстры деревни Цань Лао на самом деле невероятно сильны, с ними нелегко будет справиться… — медный Будда посмотрел в сторону деревни, прежде чем направить свои силы в ноги и рвануть в сторону берега, в итоге продолжив бежать вдаль.

— Кража моей кармы! Я этого так не оставлю! Однако, поскольку Империя Вечного Мира тоже хочет вторгнуться в Великие Руины, то я подожду и разрешу им драться друг с другом. Когда они будут находиться на грани жизни и смерти, мой монастырь начнёт пожинать свои плоды!

В деревне Цань Лао Цинь Му встретился с одноногим и тот бросил ему что-то. Парень поймал объект, поняв, что держит в руках ножны для меча Младший Защитник.

Цинь Му был ошеломлён и хотел спросить у одноногого, откуда он это взял, но тот быстро сунул ему в руки ещё кое-что.

Цинь Му посмотрел на вещь. Это было одеяние молочно-белого цвета, с вышитым на нём пионовым деревом. Оно было длиной в одну стопу и с него, как ленты, свисали тканевые полоски… а ещё вещица имела очень приятный аромат.

— Дедушка, что это? — озадаченно спросил Цинь Му.

Улыбка на лице одноногого застыла, и он обиженно проговорил:

— Полотенце… Чтобы пот вытирать. Вот почему мне всегда такое в руки лезет. Одно касание к этой вещи гарантирует тебе три года неудач…

Глава 66. Поклонение Речным Богам

Цинь Му был немного озадачен. Почему касание к полотенцу должно принести три года неудач?

Само “полотенце” для вытирания пота было мягким и имело гладкую текстуру. У него был приятный натуральный аромат, что как раз и делало его идеальным инструментом для вытирания пота. Оно, видимо, было сделано из уникального вида шёлка, довольно дорогого на вид. В Великих Руинах такое качество не часто встретишь.

Цинь Му спрятал полотенце у себя на груди и начал рассматривать новенькие ножны своего меча, которыми остался очень доволен.

Верхняя половина ножен была золотого цвета, украшена драгоценными камнями и жемчугом. В устье ножен был вырезан рыбий дракон с открытым ртом. На месте его рта находилось отверстие, в которое и засовывался меч-сокровище.

Нижняя часть ножен была покрашена в серебряно-серый цвет, на ней не было ни украшений, ни узоров. Конец ножен имел форму хвоста рыбьего дракона и также был золотым.

Дзинь!

Спрятав меч в ножны, Цинь Му направил в них свою Ци, и меч Младший Защитник снова показал себя. В процессе, огромный рыбий дракон выпрыгнул из ножен, и, пролетая над головой парня, высунул меч изо рта…

Цинь Му протянул руку вверх и ухватился за меч, ощутив неописуемое удовольствие: «Эти ножны действительно очень хорошие. Они до сих пор вызывают появление рыбьего дракона!»

Он решил спрятать меч обратно в ножны, и рыбий дракон сразу же проглотил Младшего Защитника, в итоге исчезнувшего внутри.

Цинь Му был очень счастлив и опять направил Ци в ножны для меча. Рыбий дракон вновь появился и выплюнула меч ему в руку. Он вытащил меч, а потом снова вставил обратно в ножны, заставив рыбьего дракона спрятаться внутри.

Он ещё долго игрался с мечом, пока слепой, с явной ноткой раздражения в голосе, не проговорил:

— Му’эр, хватит играть. Твоя бабушка вернулась и привела скот, который ты должен выпасти. Завтра мы повезём этих коров на продажу в город Пограничный Дракон.

Цинь Му кивнул в знак согласия и немедленно вернулся в деревню. Затем он повёл новых коров на пастбище, задаваясь вопросом: «Бабушка ведь совсем недавно продала весь деревенский скот, как у неё появилось ещё шесть коров? Откуда они взялись?!»

Выходя из деревни, он увидел, как деревенский старейшина, слепой и целитель, сбившись в кучу, о чём-то разговаривают. Одноногий сидел сбоку и разбирал чёрное знамя. Ткань он отдал старому Ма, в качестве новых занавесок для его лавки, а палицу отдал бабушке Сы, чтобы она ею выгоняла цыплят.

На следующий день, Цинь Му приготовил коровью тележку в путь.

— Му’эр, в этот раз ты можешь пойти с нами в город, — улыбнулась бабушка Сы.

Цинь Му был очень поражён и поощрён. Он сразу же взял меч Младший Защитник, нож для убоя свиней, бамбуковую трость, железный молот и прыгнул на коровью тележку. Слепой спокойно подошёл сзади и сел рядом с бабушкой Сы.

Тележка была наполнена “арматурой”, изготовленной немым. Также в ней находились звериные шкуры и меха, которые одноногий, старый Ма и Цинь Му добыли на охоте… а ещё возле них валялись два козла, со связанными копытами.

Три коровы, которыми запрягли телегу, были очень сильными и большими. Ещё три плелись позади, привязанные к телеге.

Юноша ударил кнутом и три большие, жёлтые коровы, невинно моргнув глазами, отправились в путь.

В город Цинь Му путешествовал впервые, поэтому попросту не мог не волноваться. Он был так взволнован, что чувствовал, будто летает в облаках. На невинные взгляды жёлтых коров и горных козлов ему было уже совершенно наплевать.

Город Пограничный Дракон находился довольно далеко от деревни Цань Лао, дорога занимала приблизительно пятьсот километров, поэтому такая поездка считалась серьёзным событием. К тому же, Великие Руины являлись изолированным местом, и по их дорогам было очень трудно путешествовать. Сначала нужно было проделать долгий водный путь, затем пройти много километров пешком, прежде чем добраться до ворот города.

Цинь Му направил телегу в сторону реки и увидел, что одноногий на берегу собирает большой бамбуковый плот. Парень осторожно перегнал коров на плот, а одноногий отпустил швартовую верёвку. Бамбуковый плот поплыл вместе с рекой, постепенно увеличивая свою скорость.

После того, как они проплыли около пятнадцати километров вниз по течению, слепой осторожно коснулся речной поверхности своей тростью, и плот мгновенно взял курс к берегу.

Цинь Му не понял зачем тот это сделал и, подняв голову, чтобы осмотреть берег, сразу же понял, что они плывут к месту неподалёку от Храма Бабушки, где возле воды уже собралось множество людей из близлежащих деревень. Большинство из них приехали конными или коровьими повозками.

Вздымающаяся Река была опасной, так как у неё имелось множество участков с быстрыми течениями, а в водных глубинах водились разные речные монстры и огромные свирепые рыбы. Из-за этого все жители деревень, как правило, отправлялись в город в один и тот же день. Чем больше присутствовало людей, тем легче им было присматривать друг за другом.

Куча бамбуковых плотов уже пришвартовались к берегу, ещё больше продолжали плыть по реке, их были десятки, а то и сотни.

Слепой достал несколько палочек благовоний, зажёг их против ветра, и воткнул в землю на берегу. Жители других деревень поступили точно также. Дым от палочек благовоний наполнял воздух и, вместе с нежным ветерком, клубился над рекой.

Внезапно кто-то чётко и громко запел. К нему присоединился ещё кто-то, а затем всё больше и больше голосов начали участвовать во всеобщем хоре. Люди пели песни, восхваляя речных богов:

— С тобой прошёл я Девять Рек, я чуял запах роз и волны преграждали мне мой путь…

— Мы плыли в водной колеснице с навесом из лотосового листа, а два дракона по бокам тянули нас вперёд…

— Я поднимаюсь на Куньлунь, моё сердце взволновано и растерянно…

— Начался закат, но мне слишком грустно, чтобы возвращаться домой, я слишком сильно тоскую по тем далёким берегам…

Совсем скоро, песню подхватили остальные, и древняя мелодия раздалась на речном берегу. Мелодичные и героические голоса людей заставляли Цинь Му почувствовать неописуемый восторг и гордость.

Вдруг, поверхность воды разошлась, и неизвестные гигантские звери показали свои головы, высунув их из воды.

Зверей было огромное количество. У каждого была зелёная спина и четыре большие перепонки, заменяющие плавники. Головы их были похожи на рыбьи, за исключением длинных носов, формой напоминающих копьё.

Постепенно поднимающиеся головы начали напоминать крошечные холмы. Их носы приблизились к берегу и каждый из них сделал глубокий вдох, улавливая запах благовоний. Палочки благовоний быстро горели на берегу, наполняя дымом ноздри огромных зверей.

Чудища позакрывали глаза и начали выпускать большие кольца дыма, показывая, как сильно они наслаждаются процессом.

Жители деревень воспользовались моментом и загнали своих коров на спины зверей. Увидев это, Цинь Му немедленно погнал свою телегу на спину одного из них. Бабушка Сы взяла огромный кусок мяса и бросила в воду. Громадный зверь с жадностью слопал мясо и, хлопнув своими четырьмя плавниками, понёсся вниз по течению вместе с телегой.

Позади них, остальные звери издавали длинные стоны, которые, казалось, аккомпанировали мелодии селян.

— Эти странные звери встречаются только на Вздымающейся Реке, их называют Речные Перевозчики, — сказала бабушка Сы и продолжила. — Речные Перевозчики — это боги реки, живущие в сердцах местных. Они обожают запах благовоний и говядину. Но больше всего они любят слушать песни, восхваляющие их. Люди, живущие возле берегов реки, приманивают их, сжигая немного благовоний. Если накормить их говядиной, они с радостью перевезут нас вниз по реке. Однако, если перевозчик устанет, ему нужно будет бросить ещё мяса, иначе он попросту сбросит нас в реку.

Цинь Му с удивлением цокнул языком.

Речные Перевозчики двигались с невероятной скоростью. К тому же, они плыли вниз по течению, разбивая волны с ветерком, несущимся им на встречу. Они были даже быстрее лошадей, скачущих по суше.

Сделав некоторые подсчёты, Цинь Му определил, что с такой скоростью, они доберутся до границы горда Пограничный Дракон ещё до наступления темноты!

Плывя по Вздымающейся Реке, Речные Перевозчики издавали звуки, которые резонировали от гор по обе стороны. На лицах пассажиров сияло солнце, а речная поверхность блестела золотой рябью.

Цинь Му посмотрел вдаль и, внезапно, почувствовал, как его тело и разум начинают расширятся, будто золотые реки, зелёные горы, и голубое небо одновременно поселились в его груди.

Эта земля была волшебной, на ней жили удивительные люди и магические речные звери. Несмотря на то, что земли здесь были бесплодные, реки дикие, а люди казались намного злее тех, что живут за пределами Великих Руин, для Цинь Му все эти места были родиной!

Вечером, когда солнце начало садиться, Цинь Му увидел на берегу реки различные небольшие причалы. Речные Перевозчики сильно сбавили скорость и медленно направились к ним.

Бабушка Сы поднялась, и на её лице засияла улыбка:

— Мы почти добрались до города. Му’эр, спусти телегу на берег и быстро отправляемся к городу.

Цинь Му выехал телегой на берег, таща на верёвке позади себя трёх коров. Оглянувшись, он увидел, как остальные люди в спешке швартовались и выводили своих коней и коров на сушу, все они двигались в одном направлении.

Коровья повозка проехала ещё полтора километра и поднялась на небольшой склон. Впереди шёл резкий наклон и Цинь Му спрыгнул с повозки, начав управлять коровой вручную, чтобы повозка не соскользнула и не полетела вниз. Однако, его сердце внезапно вздрогнуло, когда он молча уставился на зрелище, открывшееся его глазам.

Под этим склоном находилась огромная дорога, ведущая в, казалось бы, простой, но захватывающий город. На четырёх углах города стояли огромные каменные колонны, каждая из которых имела около ста метров ширины и четыреста пятидесяти метров высоты. Вокруг колон извивались огромные божественные золотые драконы, вылепленные и инкрустированные золотыми листьями. Своим блестящим мерцанием они завораживали и приманивали взор!

Башня городских ворот также была построена в форме головы дракона. Сами ворота имели форму драконьей пасти, а башни возле них напоминали два драконьих рога, зрелище было поистине злобным и захватывающим.

Город Пограничный Дракон.

Одно из немногих процветающих мест в Великих Руинах.

Великим Руинам не хватало ресурсов. Приправы, например, были драгоценным товаром, который можно было достать только во внешнем мире, куда далеко не каждый мог попасть. Только богатые города, как этот, имели возможность принимать путешествующих торговцев, которые и продавали всякую всячину местным жителям. В то же время, они брали драгоценности, которые могли предложить обитатели Великих Руин, и затем везли их на продажу во внешний мир.

— Колонны божественных драконов здесь намного больше, чем каменные статуи в нашей деревне, — с искренним восхищением Цинь Му воскликнул. — Если бы мы смогли украсть хотя бы одну такую, и поместить на входе в деревню, зрелище было бы впечатляющим!

Бабушка Сы закатила глаза:

— Если бы мы могли её украсть, я бы уже давно это сделала. Для такой работы тебе придётся припрячь всех стариков нашей деревни. Двигайся быстрее, мы должны попасть в город до наступления тьмы, а на небе уже начинает смеркаться!

Цинь Му ударил хлыстом, и повозка загремела, тряся колесами по битой дороге. Всё в этом городе интриговало его, и он не мог перестать крутить головой по сторонам.

В городе был, казалось бы, бесконечный поток коней и повозок. Люди находились на каждом углу, впервые он видел столько народу в одном месте.

Кроме того, на крышах зданий стояли толпы прекрасных девушек, машущих ему, чтобы он поднялся и поиграл с ними.

— Люди в этом городе и вправду очень приветливые, — Цинь Му взволнованно помахал девушкам и крикнул. — Я приду к вам, как только продам свой товар!

Слепой не знал плакать или смеяться:

— Му’эр, девушки наверху не те, кем кажутся. На самом деле играть с тобой им не интересно. Как только ты поднимешься, они сдерут с тебя кожу и высосут твой костный мозг!

Цинь Му подпрыгнул от удивления:

— Не те, кем кажутся? Дедушка, как по мне так они все выглядят абсолютно обычно. Может они демоны как женщина У? Она как-то сказала, что хочет сыграть со мной в какую-то запретную игру, но я конечно же отказался.

Глава 67. Город, Который Никогда не Спит

Слепой не знал, как объяснить всё Цинь Му, поэтому просто громко рассмеялся:

— А ещё этот город называют — “Драконий Город, Который Никогда не Спит”. Ночью яркие фонари освещают здешние улицы. Каждый день сюда прибывают люди из всех деревень в радиусе тысячи километров, чтобы поторговать. Му’эр, Сы, я собираюсь вас оставить. Старуха у тебя есть деньги на карманные расходы?

С помощью своей бамбуковой трости, слепой поддерживал себя в вертикальном положении, когда, улыбаясь, протянул правую руку.

Тем не менее, бабушка Сы притворилась, что не заметила этого.

Слепой протянул руки, чтобы снять несколько звериных шкур с повозки и улыбнулся:

— Му’эр, одолжи мне две свои шкуры, я отдам тебе с верхом, когда выиграю деньги в азартных играх!

Цинь Му улыбнулся:

— Бери конечно же, нет необходимости возвращать.

— Не отдавай их ему! — бабушка Сы сердито заругалась. — Этот старый пердун бежит в игорный дом каждый раз, когда мы приезжаем в город!.. И каждый раз он играет до состояния банкротства! За эти шкурки можно купить достаточно много приправ. Лучше уж сделаем так, чем позволим ему выбросить шкуры на ветер! И то, если их на ветер бросить, хоть улетят красиво!

Слепой в одно мгновение закинул шкуры себе на шею и исчез в толпе.

Бабушка Сы затопотала ногами от злости. Цинь Му с недоумением спросил:

— Бабушка, а что такое игорный дом?

Бабушка Сы впала в ярость:

— Сначала ты хотел поиграть с девушками, которые пошли не той дорогой, а сейчас ты ещё и в азартные игры играть собрался? Му’эр, ты учишься плохим вещам!

Цинь Му был озадачен:

— Не сердись, бабушка, если ты не хочешь, я не буду с ними играть. Я как раз хотел спросить, есть ли здесь бордель? Мастер Чертога Соблазнения из Небесного Дьявольского Культа сказала, что я смогу найти её в месте, где есть бордель.

Бабушка Сы уставилась на него и насмешливо усмехнулась:

— Теперь тебе ещё и дешёвый бордель подавай? Держался бы ты подальше от этой кокетливой лисицы, Фу Цинюнь.

Цинь Му сбился с толку. Он думал, что бордели использовались, чтобы искать людей, с каких пор они стали “дешёвыми”? Да и вообще, что такое “дешёвый бордель”?

— В этом городе столько правил, то нельзя, сё нельзя, вообще ничего нельзя — проворчал юноша.

Молодой парень и старуха медленно привезли воз с коровами на рынок. Здесь сновало огромное количество людей, и каждый что-то продавал или покупал. Можно было увидеть людей из самых разных рас, одетых в странные мантии и одёжки, ослепляющие глаза Цинь Му.

Бабушка Сы довольно быстро продала “арматуру” и звериные кожи, и накупила самых разных приправ. Продавец, у которого она покупала приправы, говорил со странным акцентом и утверждал, что он из Империи Вечного Мира.

Несмотря на то, что бабушка Сы была женщиной, вела она себя нелепо и поэтому не очень хорошо умела торговаться. Она задёшево продала “железки” немого и даже за звериные шкуры не смогла много выторговать. Однако, кое-какие торговцы имели некоторую совесть, им казалось, что они обманывают старуху и мальчика, поэтому один из них протянул Сы лишний кошель, в котором, как позже выяснилось, была сотня драконьих монет.

Драконьи монеты являлись валютой города Пограничный Дракон. На каждой из них изображалась драконья колонна, похожая на те, что стоят по углам города. Монеты были отчеканены с помощью особой техники, из-за которой их невозможно было подделать.

Затем они продали коров и козлов. Животные, казалось, знали, что за судьба их ждёт, и жалостно кусали одежду Цинь Му, отказываясь уходить.

Цинь Му на секунду засомневался, но бабушка Сы прошептала ему на ухо:

— Все они плохиши.

Цинь Му подпрыгнул от шока. Эти коровы и козлы были людьми, до того как Сы превратила их в животных, используя технику Создания Небесного Дьявола.

— Они просто кучка бандитов, — голос бабушки Сы был мягким, как шёлк. — Помнишь, как мы покинули деревню, чтобы принять роды? Когда мы прибыли на место то увидели, что все жители были убиты. Последние несколько лет я искала бандитов, виновных в этом, но поймать их мне получилось всего несколько дней назад.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он отдёрнул рубашку и позволил торговцам оттащить скот. Им светила либо скотобойня, либо жаркое поле. Ему всё ещё казалось, что так поступать неправильно, но он не осмеливался сказать бабушке, что она неправа.

Такими были Великие Руины. Сильные унижают и подавляют слабых. То, что сделала Сы было, возможно, радикальным, но всё же лучше, чем сидеть со сложенными руками.

Цинь Му даже был немного тронут. Инцидент, что оказал огромное влияние на его психику, случился более десяти лет назад. Он и подумать не мог, что бабушка до сих пор хотела отомстить за трагическую смерть жителей той деревни.

Они купили несколько рулонов полотна, пару бутылок хорошего вина, и отнесли всё в корчму, в которой остановились на ночь. Бабушка Сы, увидев магазин, в котором продавали румяна и пудру, внезапно остановилась.

П.П.: корчма — https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D0%BE%D1%80%D1%87%D0%BC%D0%B0

— Хорошие вещички, только такая изысканная пудра, как эта, может соответствовать исключительной красоте бабушки, — старуха была вне себя от счастья, от чего её глаза загорелись. Сказанное ею заставило группу девиц неподалёку неконтролируемо захихикать.

Бабушка притворилась, будто не слышит их смеха, и накупила кучу косметики, потратив почти все оставшиеся деньги. Её начала грызть совесть, когда она посмотрела на Цинь Му, который уверенно шагал рядом и тащил все её большие и маленькие коробочки. Она взяла мешочек с монетами и высыпала последнюю оставшуюся парню в карман. Затем она мягко сказала:

—Му’эр, иди-ка купи себе что-нибудь хорошенькое. Всё что хочешь. Но сначала помоги мне дотащить косметику до корчмы.

Цинь Му дотащил груз до места назначения, где их радушно встретил хозяин, сообщив, что их комнаты уже готовы.

Парень подозрительно поглядел на хозяина корчмы и его сердце тихо вздрогнуло. Хозяин ему подмигнул и тихо проговорил:

— Подданный отдаёт своё почтение молодому Владыке Культа.

«Триста шестьдесят Чертогов Небесного Дьявольского Культа успели окунуть свои руки во все существующие профессии. Подумать только, они даже открыли корчму в городе Пограничный Дракон», — задумался Цинь Му. Собравшись с мыслями, он вошёл внутрь.

После того, как Цинь Му положил всё, что они купили, на место, бабушка Сы немедленно прогнала его:

— Мы редко куда-либо выбираемся, так что ты должен пойти и развлечься. Трать свои деньги с умом.

Цинь Му взял свою драконью монету и ушёл. Ночной город был очарователен, сотни фонарей освещали улицы, по которым бродили торговцы, желающие подороже продать всякое добро. Дороги были заполнены людьми, напоминая море качающихся голов.

— Мы с дочкой прибыли из деревни Коровьей Семьи, чтобы ненадолго здесь остановиться. Нам не нужны ни титулы, ни деньги. Дело в том, что моя дочь достигла брачного возраста, но ей до сих пор никто не пришёлся по вкусу. Поэтому я бы хотела найти зятя через соревнования боевых искусств, чьи познания в них были бы выдающимися и…

Цинь Му услышал этот голос и остановился. Посмотрев на арену, он не знал, смеяться ему или плакать. Там было так много людей, что даже поход сквозь толпу казался ему опасным делом.

«Отец и дочь из деревни Коровьей Семьи прибыли сюда, чтобы через соревнование найти достойного мужчину. Последний раз они искали зятя три года назад в Храме Бабушки. Неужели они до сих пор никого не нашли? И что я могу купить за одну драконью монету?» — задумался Цинь Му, как вдруг, услышал чей-то крик:

— Продажа бесценного сокровища всего за три медные монеты!

Он посмотрел в сторону источника звука и увидел, как толпа людей на аллее расставляет довольно странные предметы. Это были сломанные кирпичи и куски строительной плитки.

«Каким образом этот мусор стал бесценным сокровищем? И почему древние сокровища продаются так дёшево?», — Цинь Му втайне пробудил свои Глаза Небес и присмотрелся. Не удержавшись, он потряс головой в разочаровании. Это были всего-навсего поломанные кирпичи и плитка. Большинство из них были привезены прямиком из Великих Руин. В них не было ни капли духовной энергии, настоящим магическим артефактам этот мусор и в подмётки не годится. Некоторые люди даже в подарок такое не примут, а они ещё и денег за это хотят?

Тем не менее, на улицах всё ещё толпилось множество людей, похожих на практиков боевых искусств. Они разбирали горы предметов в надежде найти среди них что-нибудь действительно ценное.

Цинь Му продолжал присматриваться, как вдруг, его сердце слегка дрогнуло. Он нашёл парочку достойных вещиц. В нескольких лавках он увидел осколки древнего оружия, которые сумели приманить его взгляд. Кусочки оружия излучали слабый свет, должно быть это обломки духовного оружия и имеют какую-то ценность.

Он сделал шаг вперёд, чтобы расспросить, но не смог выдавить и слова. Обломок духовного оружия стоил несколько десятков драконьих монет.

— Это ведь обман, верно?

Цинь Му оглянулся и увидел лавку, где на козьей шкуре лежало несколько десятков глиняных горшков. Большинство из них были разбиты. Некоторые потрескались возле углов, а у некоторых и вовсе не хватало крышек.

Однако, смотря на них Глазами Небес, он увидел невероятно сильное свечение. Оно намного превосходило свечение разбитого оружия, которое он видел ранее. Свечение было даже сильнее чем у целых мечей, которые торговец тоже продавал.

— Сколько стоят твои горшки? — спросил Цинь Му, сделав пару шагов в сторону лавки.

— Три медяка за штуку, — ответил владелец.

Цинь Му вытащил из кармана свою драконью монету и смущённо проговорил:

— У меня есть только одна монета, продашь мне всё, что у тебя есть?

Владелец лавки удивился и немедленно выхватил монету из рук Цинь Му, затем он быстро упаковал горшки и, улыбаясь, протянул их новому владельцу:

— Держи, теперь они все твои!

— Глупый мальчишка… — владельцы лавок по сторонам тихо рассмеялись. — Малец даже не знает, что одна драконья монета стоит тысячу медных.

Продавец крепко ухватился за драконью монету:

— Братишка, ты ведь знаешь, слово назад не вернуть!

Цинь Му, узнав ценность драконьей монеты, улыбнулся:

— Поскольку мы с тобой уже заключили сделку, я не собираюсь её отменять. Тем более я думаю, что эти горшки стоят намного больше одной драконьей монеты.

Владелец с облегчением выдохнул и уже собирался уходить, но внезапно в толпе прозвучал хриплый голос:

— Погодите-ка! Сколько стоят эти горшки, парень?

Цинь Му поднял голову, и увидел, как к нему подходят несколько мужчин в богатой одежде. Среди них был молодой парень в одеянии, которое выглядело даже лучше, чем одеяния его спутников. Он с интересом взглянул на козью шкуру.

— Практики божественных искусств? — воскликнул владелец лавки.

— Ты тот пухленький седьмой мастер, с корабля Империи Вечного Мира! — также воскликнул Цинь Му.

— Пухленький седьмой мастер? — парень на секунду замер, но сразу же узнал Цинь Му. Немного смутившись, он проговорил. — Кого ты назвал пухленьким седьмым мастером?

Пухляк совсем не интересовал Цинь Му, а вот люди позади него… Они были необычные людьми, чьи тела полностью окутывала Ци. Вокруг одного из них извивался зелёный дракон. Голова дракона возвышалась над его собственной, и пристально осматривала округу своими яркими глазами.

Этот человек, очевидно, имел Духовное Тело Зелёного Дракона, и уже пробудил своё Божественное Сокровище Шести Направлений. Будучи практиком божественных искусств, его жизненную Ци было видно невооружённым глазом.

Несмотря на то, что жизненная Ци Цинь Му была чрезвычайно плотной, и тоже могла обретать форму, это случалось исключительно во время битвы. Её можно было увидеть только в случае, когда она становилась очень сильной и смешивалась с кровью.

У практиков божественных искусств же всё было по-другому. Они могли заставить свою Ци показать свою настоящую форму в любой момент. Божественное искусство может быть скрыто внутри Ци, и использовано мгновенно, как только появлялась нужда заблокировать вражескую атаку!

Цинь Му как-то слышал, как бабушка Сы говорила, что в области Духовного Эмбриона практик может использовать только обычные боевые искусства. Только после достижения области Пяти Элементов практика можно было считать старшим мастером, хорошо понимающим изменения пяти элементов, которые улучшают боевые техники, заклятия и другие приёмы, помогая постепенно продвигаться к пониманию божественных искусств…

И только когда практик сломает стену Божественного Сокровища Шести Направлений, он сможет использовать божественные искусства.

Несмотря на то, что город был не таким уж маленьким, и в нём находилось много практиков божественных искусств, заставить нескольких из них следовать за собой было впечатляющим достижением.

— Я готов продать вам горшки, — Цинь Му подумал и назвал цену. — Сто драконьих монет за каждый.

Сначала ему показалось, что он немного перегнул палку, но седьмой молодой мастер тепло улыбнулся и кивнул:

— Достаточно дёшево, договорились. В твоей козьей шкуре находиться тридцать шесть горшков, вместе они стоят три тысячи шестьсот драконьих монет. Высший чиновник Дин, разберитесь с оплатой.

Человек позади него поклонился и ответил:

— Понял.

Он сделал пару шагов вперёд и протянул мешок с деньгами Цинь Му.

Владельцы лавок и посетители были в шоке, а их дыхание замерло. Человек, продавший Цинь Му горшки, закатил глаза и почти упал в обморок. Он напряжённо пялился на горшки, но не смел их украсть.

Глава 68. Бой на алее

Несмотря на то, что драконьи монеты не были большими, три тысячи шестьсот таких вместе весили больше пяти килограмм и считались не малой суммой. Цинь Му повесил мешочек с монетами на рукоять ножа для убоя свиней и негромко заявил:

— А пухленький седьмой мастер довольно щедр.

Взор седьмого молодого мастера запылал, когда он увидел нож за спиной у Цинь Му:

— Если тебе интересно, за твой нож я готов заплатить даже больше!

— Мой нож намного ценнее горшков, он не продаётся, — потряс головой Цинь Му.

— Что верно, то верно, один только материал, из которого он сделан, стоит дороже горшков, — молодой мастер протянул горшки человеку, стоявшему позади него, и улыбнулся. — Эти горшки были созданы практиками божественных искусств области Шести Направлений. Всего существует тридцать шесть духовных оружий, которые вместе называются Тридцатью Шестью Небесными Звёздными Горшками. Они способны создавать боевое построение Великий Кувшин Изгнания Дьявола. Даже несмотря на то, что большинство из них разбиты, они по-прежнему содержат свою прежнюю силу. Мне они совсем не нужны, но, думаю, продав их детям имперских дворян, я смогу заработать небольшое состояние. Я видел Тридцать Шесть Небесных Горшков раньше, поэтому смог их опознать. У тебя и самого неплохой глаз, может ты тоже их раньше встречал?

Один из его последователей кашлянул:

— Седьмой молодой мастер, дворянину опасно находиться на улице в такую позднюю пору.

Молодой мастер разозлился:

— Вам не кажется, что вы слишком назойливые? Нет большей радости чем игра на улице…

Ещё немного побурчав, он потряс головой и ушёл.

Цинь Му знал, что этот молодой мастер был на стороне генерала Циня. Сам же Цинь Фэйюэ относился к нему крайне уважительно, следовательно, его социальный статус был очень высоким. Было естественно, что его последователи так пеклись о вопросе безопасности.

Как только Цинь Му собрался уходить, владелец лавки, что продал ему горшки, внезапно прыгнул и, уцепившись за ногу, заорал:

— Не смей уходить! Мои горшки стоят намного больше трёх тысяч драконьих монет, а ты собрался купить их всего одной? Тебе придётся компенсировать мне их стоимость! — сказав это, он потянулся к кошельку на спине парня.

Цинь Му нахмурился, как вдруг, его волосы встали дыбом. Он почувствовал опасность! С аллеи к нему с необычной скоростью кто-то мчался. Подтянув рукава, незнакомец достал странное оружие. Оно выглядело будто два изогнутых ножа, склеенных друг с другом, и казалось необычайно острым.

Ладонь человека повернулась вниз, однако оружие не упало. Внезапно, нож завертелся и стремительно рванул, целясь в шею Цинь Му!

Цинь Му перенаправил свою Ци в ноги и быстро отскочил. Владелец лавки попытался выхватить кошель, но парень уже находился в нескольких метрах от него.

Мерцая железом, незнакомец держался вблизи Цинь Му, будто тень. Странный нож в его руке летал вверх-вниз. Цинь Му мимолётно присмотрелся, и увидел нить Ци, прикреплённую к оружию противника. По бокам ножа торчали два изогнутых лезвия. Рукоять находилась между ними, и к ней крепилась нить Ци.

«Использовать нить Ци для контроля над ножом? Он практик боевых искусств!»

Обращение с ножом у незнакомца было очень своеобразным. Используя странную технику ног, он скользил по земле, будто угорь. Выбрав навык ножа как свою специализацию, противник оказался очень опасным в условиях узкой аллеи. Свет из снежно-белого ножа летел сверху вниз по дуге, и его сила была совсем не маленькой.

В то же время, Цинь Му увидел, как другие люди, находящиеся неподалёку, один за другим начали подходить ближе.

То, что его кошель пробуждал жадность в сердцах, не вызывало никаких сомнений.

Сума свыше трёх тысяч драконьих монет была очень весомой. Её явно хватало для того, чтобы пробудить в людях готовность убивать.

«Я должен быстрее с этим покончить!», — думая в таком ключе, Цинь Му резко остановился и перенаправил свою жизненную Ци в кулаки.

Ноги Цинь Му двигались в унисон с Ци, которая стремительно направилась в его руки и заполнила их до кончиков пальцев. Парень сжал ладонь в кулак, и когда тот практически столкнулся с ножом, его пальцы со щелчком распрямились, будто выпущенные из тугого лука стрелы, в итоге попадая прямо по лезвию странного ножа!

Восемь Громовых Ударов Второй Формы — Громовые Пальцы Играющего на Пипе!

Дзинь!..

Он щёлкнул первым пальцем и от силы удара раздался пронзительный свист, отправляя вращающийся нож в полёт. Со щелчком второго пальца, нить Ци противника была разорвана в клочья. Третий удар пальца Цинь Му заставил нападающего громко болезненно взвыть, от образовавшейся огромной сквозной дыры в ладони.

В каждом пальце Цинь Му содержалась невероятно плотная Ци. Несмотря на то, что он не мог использовать силу жизненной Ци Белого Тигра, плотности его Ци, в комбинации с необычайной физической силой, хватило, чтобы тремя пальцами прервать атаку напавшего незнакомца. Прервав его удар, он сжал ладонь обратно в кулак и ударил врага в грудь.

Тело практика согнулось от силы удара и отлетело в сторону.

Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

Цинь Му сосредоточил все свои силы в ногах и бросился на практика, который всё ещё находился в воздухе. В его глазах виднелся страх, ведь он находился в воздухе и был явно не в состоянии защищаться.

В этот момент двое практиков боевых искусств по сторонам аллеи увидели Цинь Му, бросившегося на врага, и их глаза опасно вспыхнули. Без всяких объяснений они направились в сторону парня!

Бам!

Бам! Бам!

До того, как бедолаги успели начать свои атаки, они увидели, как кулак Цинь Му очень быстро вырастает в размерах. Казалось, будто освирепевший земляной дракон ударил им прямо по лицам. Их головы откинулись назад и влетели прямиком в стену, застряв там. Всё остальное, ниже шеи, осталось болтыхаться в воздухе, а от силы столкновения по стене пошла паутина трещин!

Практик, который лежал на тротуаре после атаки в грудь, принял на себя ещё один сокрушительный удар, который был гораздо свирепее предыдущего, заставив его отлететь в сторону с ещё большей скоростью.

На аллее мелькнула тень и прогремели несколько звуков удара. Седьмой молодой мастер и его последователи уже находились в дальней стороне аллеи, когда до них донеслись звуки битвы. Обернувшись, на их лицах можно было чётко прочитать искреннее удивление.

Словив третий удар, практик долетел прямо до седьмого молодого мастера. Находящиеся рядом с ним мастера божественных искусств нахмурились и потянулись к оружию, но тут молодой мастер улыбнулся:

— В этом нет нужды, игнорируйте его.

Они отошли в сторону, позволяя бедолаге пройти, но в следующий миг увидели, что Цинь Му уже стоял прямо за его спиной. Удары парня были сумасшедшими, сильными, и точными, как настоящая молния. Последний удар отправил практика в полёт, который, как и полагается, закончился внутри стены на противоположной стороне аллеи.

Задница бедолаги проломила стену, и его тело надёжно в ней застряло. Но ему не на что было жаловаться, так-как повезло гораздо больше, чем остальным…

Позади Цинь Му, более десятка практиков светили своими задницами или передами, с застрявшими глубоко в стене головами. Их конечности хаотично болтыхались, но бедолаги не могли выбраться.

— Впечатляющие способности! — восторженно воскликнули несколько мастеров уровня божественных искусств.

— Молодой мастер, этот человек бежал, будто огромная волна, способная расколоть небо. Он использует очень мощную боевую технику. Если его удары и пинки смогут преодолеть свои ограничения, то станут божественным искусством, — прошептал один из них.

— То, что он использовал, называется боевой техникой? — радостно переспросил седьмой молодой мастер.

— Да, это боевая техника наивысочайшего уровня! — уверенно поддакнул последователь.

Молодой мастер слегка кивнул головой:

— Я слышал историю тех времён. Имперский Наставник поставил школу боевых техник вне закона и уничтожил большинство мастеров, которые их изучали. С тех пор их нельзя считать божественными искусствами, и они воспринимаются всеми как ересь. Многие неверные сбежали в Великие Руины, возможно этот парень — ученик одного из них…

Ещё один последователь прошептал:

— Город Пограничный Дракон — это не Империя Вечного Мира. Среди здешних людей много отчаявшихся злодеев, избежавших “виселицы”, и для которых не существует пути назад. Мы должно быть предельно осторожными. За спиной этого парня наверняка стоит парочка выживших из тех времён. Молодой мастер, давайте быстрее вернёмся к генералу.

Цинь Му не стал безжалостно убивать напавших на него практиков, использовав только половину своей силы. Однако, вид свисающих со стен тел всё равно был ужасающим. Хотя в его понимание подобное еле как дотягивало до разминки. Тренируясь со старым Ма и остальными деревенскими, или спаррингуясь за пределами деревни с демонической обезьяной и Ху Лин’эр, он всегда использовал свою полную силу.

«Опасно носить в кармане такое количество драконьих монет, почему бы мне не прикупить чего-нибудь и не отдать остальные деньги бабуле, когда я вернусь в корчму?»

Парень особо не заморачивался случившимся. Планируя пошить новую одежду для старого Ма, старейшины и остальных, он решил прикупить ещё шёлка, приказав работникам отнести ткань в корчму. Побродив какое-то время и купив парочку интересных, на его взгляд, вещей, в качестве подарка старикам, Цинь Му вернулся в корчму. Однако, оказавшись на месте, он понял, что бабушки в комнате нет, она ушла, ничего ему не сказав.

Слепой также исчез без следа.

«Раз я здесь нечасто, у меня есть хорошая возможность оглядеться вокруг и увидеть что-нибудь новое».

Цинь Му взял сотню драконьих монет, надёжно спрятав остальное, и пошёл гулять. Ночью город был особо суетливым и выглядел захватывающе. Здесь проводились соревнования боевых искусств, турниры на арене, театральные представления, можно было увидеть танцующих львов и многое другое.

Он неосознанно вошёл в самое сердце города. Здания здесь были ещё прекраснее… Огромное количество домов и сооружений сохранилось со времён, когда тьма ещё не вторглась в Великие Руины. Особенно бросались в глаза местные необыкновенные храмы и святилища.

Цинь Му пробудил свои Глаза Небес и, цокая языком, оглядел здания вокруг. Статуи богов, которые казались большинству людей обычными каменными скульптурами, излучали необычайно яркое сияние!

Цинь Му изучал одну статую за другой и совершенно не боялся проявления богов. Но даже так, он относился к ним уважительно, при этом восхищаясь превосходными навыками того, кто их создал.

Город Пограничный Дракон был построен на огромных руинах. Каменные статуи в этом городе были когда-то давно возвышенными древними богами и демонами. Оценив качество скульптур, Цинь Му был поражён естественностью работы богов, выглядящей в его глазах как настоящее божественное искусство.

— Похоже на то, что лишь осмотрев эти статуи можно изучить множество техник, — в восхищении воскликнул Цинь Му, и его голос услышал какой-то мужчина средних лет, проходящий мимо.

— Сельский паренёк, не хочешь заработать немного деньжат? Я могу тебе предложить отличную сделку. Городской Лорд ищет людей, желающих драться на арене в его усадьбе, за победу дают сотню драконьих монет!

Цинь Му отрицательно потряс головой.

Мужчина средних лет пошёл искать дальше и совсем скоро нашёл паренька, который ему не отказал.

«Бой в доме Лорда? Что Лорд задумал?» — был озадачен Цинь Му.

В этот момент он услышал громкий смех:

— С тех пор, как умер Владыка Небесного Дьявольского Культа, Ли Тяньсин, исчезнувшая без следа Владычица Культа стала самой неуловимой личностью. Я даже и подумать не мог, что она решит навестить мой город! Владычица пришла с далёких земель, и её присутствие приносит свет в моё скромное жилище!

Голос его был невероятно громким, что свидетельствовало о высоком уровне его совершенствования. Уши Цинь Му зазвенели от вибрации, а несколько прохожих упало в обморок.

— Владычица Культа? Разве это не бабуля? — остолбенел Цинь Му.

— Городской Лорд слишком скромен, — прозвучал невероятно приятный и несравненно соблазнительный голос.

Когда Цинь Му услышал этот голос, у него пересохло в горле, чувствуя будто сотни маленьких дьяволов выпрыгнули из его сердца и начали свои пляски.

Множество людей на улице бросились в пляс, будто были крайне пьяны. Они громко и звонко смеялись, а на их извращённых лицах проявились одичалые выражения.

Только спустя некоторое время горожане пришли в себя, и начали оглядываться друг на друга, совершенно не понимая, что только что произошло…

Глава 69. Элегантная и изящная

Потоки исключительно красивых разнообразных небесных цветов спускались с неба, посреди которых находилась прекрасная женщина, ступающая по ним своими утончёнными ногами. Лепестки цветов падали и тут же засыхали, издавая звонкое щебетание. Примерно в тот же момент один из лепестков пролетал прямо перед Цинь Му…

Парень протянул руку, но лепесток сразу растаял, словно снежинка под тёплыми солнечными лучами. Он не мог не подумать: «Создан из жизненной Ци?»

Разглядев внешность удивительно прекрасной женщины, Цинь Му мысленно ахнул, а сердце неконтролируемо ускорило своё биение.

Обучаясь живописи и каллиграфии у глухого, парень знал, что техника и манера нанесения мазков старика не знала себе равных, будучи способной отобразить всю глубину и красоту мира. Однако, даже учитывая все навыки кисти глухого, он боялся, что у того попросту не хватит способностей передать на холст всю ту стать и очарование красавицы…

Глядя на неё, Цинь Му наконец понял, что значит истинная несравненная красота. Древний поэтический очерк, однажды зачитанный ему глухим, подсознательно всплыл в его памяти.

Её манера держать себя и движения были столь же неясными, как свет луны, изо всех сил пробивающийся через туманные облака, и столь же беспокойно-непредсказуемыми, как снег, кружащийся на ветру.

Словами было невозможно выразить почему она так завораживала… Казалось, что её тело идеально балансировало между упитанностью и хрупкой утончённостью, которые были под стать не высокому и в то же время не низкому росту. Её плечи словно вырезал гроссмейстер-скульптор, а ивовая талия выглядела так, как если бы ту туго перетянули белыми поясами. Её шею и ключицу ничего не прикрывало, от чего можно было отчётливо рассмотреть бледную аристократическую водянистую кожу, незапятнанную косметическими мазями и макияжем. Местами её пышные волосы были уложены кольцами и приподняты, но также свободно струились. Длинные брови изящно изгибались, красные губы мерцали, оттеняя свет, белые зубы практически ослепляли, в оживлённых глазах читалось некое двусмыслие, от чего было невозможно понять о чём она думала, а на щеках играли едва заметные ямочки от полуулыбки. Её внешность была умопомрачительно очаровательной, поведение тихим, а поза скромной. С её нежным сердцем и гибким умом, каждое сказанное слово только придавали ей изящности и загадки.

Несмотря на то, что её одежда выглядела немного странноватой, так-как такую мало кто носил, лицо и фигура гармонировали с любым местом, где бы та не находилась. Тело неземной красавицы окутывали мягкие, шуршащие на ветру, шелка, а уши украшали яшмовые и нефритовые серьги в форме цветков. Золотые и нефритовые шпильки украшали голову, удерживая уложенные кольцами волосы, а бусы из белоснежного жемчуга заставляли тело сиять. Делая шаг за шагом в каком-то подобие комнатных тапочек, предназначенных для блуждания по всему свету, позади неё тянулась белоснежная кисея, напоминающая утренний туман.

Казалось, что только тот древний поэтический очерк мог описать её внешность и стать.

Женщина была слишком красивой для смертного создания… Такую красоту попросту невозможно нарисовать при помощи кисти, не говоря уже о том, чтобы отобразить её притягательную суть.

Неужели она действительно бабушка Сы?

«Может быть бабушка убила настолько красивую женщину, чтобы носить её кожу?» — когда Цинь Му подумал о чём-то плохом, его тут же пробило на дрожь.

— Эй ты! Пастух! — внезапно из-за спины Цинь Му раздался девичий голос. Он мгновенно обернулся, чтобы взглянуть, однако никого не обнаружил, но затем додумался поднять голову, где увидел сидящую на карнизах храма девушку. Её платье доставало до лодыжек, кожа которых выглядела изысканной и безупречно белой…

Её ноги почти доставали головы парня, а пальцы игриво теребились, когда она покачивала ими. Девушка прищурилась, от чего её глаза стали походить на полумесяцы, и сказала:

— Да ты, пастух. Поднимайся. Отсюда всё видно гораздо лучше.

Цинь Му запрыгнул на карнизы храма. Сев рядом с девушкой, он сразу же почувствовал знакомый аромат, исходящий от её тела, из-за чего впал в замешательство.

Две красивые пряди волос были аккуратно уложены на её щеках, делая лицо очень похожим на семя подсолнуха. Её яркие глаза и белые зубы образовывали полумесяцы, когда она улыбалась. Хихикнув, она спросила:

— Я пухлая?

Цинь Му кивнул головой и честно ответил:

— Ну… расчесав свои волосы по бокам, лицо и правда выглядит худее, но если ты откинешь их всех назад, то всё равно будешь выглядеть пухлой.

Девушка раздражённо пнула его ногой. Её обувь была снята и поставлена сбоку. Продолжая качать босыми ногами, она сердито проворчала:

— Моё лицо пухлое от природы, я не могу ничего с этим поделать!

Облокотившись руками сзади, парочка беззаботно болтала своими ногами свесив их с карнизов. Цинь Му пребывал в замешательстве, так как его никак не покидало ощущение, что девушка рядом с ним выглядела очень знакомо. Особенно её аромат… Он казался ещё более знакомым.

Перед ними возвышалась усадьба Лорда города. Ворота усадьбы внезапно распахнулись и через них с помпой вышла сотня, впечатляюще выглядящих, человек. Окружающая каждого из них аура была исключительно могучей. Все они являлись самыми авторитетными практиками города Пограничный Дракон на уровне божественных искусств!

Ведущий их мужчина был высоким и крепко сложенным. С тигроподобными глазами и медвежьей талией, его тяжёлые шаги внушали страх в сердца слабых духом, а пышные усы, как наэлектризованные, торчали в разные стороны. Да, он не выглядел особо красивым, но был очень мужественным.

За его спиной сформировался образ восьмирукого бога, держащего в каждой из своих рук уникальное оружие. Должно быть, это явление произошло из-за незаурядности его жизненной Ци.

— После того, как Вы, Владычица Небесного Дьявольского Культа, украли библию — Великие Небесные Дьявольские Рукописи, у своего же культа, и сбежали от погони своих священных старейшин и Патриарха… Вы вошли в Великие Руины и бесследно исчезли, — Лорд Пограничного Дракона от души рассмеялся. — Я день и ночь беспокоился о безопасности владычицы и никогда бы не подумал, что Вы всё ещё целы и невредимы. Я наконец-то могу вздохнуть с облегчением. Думаю, Вы, владычица, основательно изучили Великие Небесные Дьявольские Рукописи, после того как отправились в уединение на целых сорок лет. И теперь, когда наконец показали себя, должно быть больше не боитесь старейшин и патриарха своего культа, я ведь прав?

Владычица Небесного Дьявольского Культа весело беседовала с Лордом Пограничного Дракона, словно они были старыми добрыми друзьями.

Лорд Пограничного Дракона не посмел приблизиться к ней и пригласил:

— Владычица, так уж совпало, что в моей скромной обители прямо сейчас проводится банкет, чтобы развлечь моего почтенного гостя. Я услышал о прибытии владычицы и для меня было честью повстречаться с Вами. Но также я не могу допустить, чтобы мой почтенный гость слишком долго ждал… Так почему бы владычице не пойти вместе со мной в мой скромный дом, где мы сможем все вместе пообщаться?

Красавица чарующе рассмеялась:

— Ничего страшного. Мне даже стало любопытно, кто же этот почтенный гость городского Лорда. Заранее прошу прощение за беспокойство.

— Владычица, не шутите так, какое ещё беспокойство. Пожалуйста, заходите!

— Лорд Пограничного Дракона, Фу Юньди, продемонстрировал свою технику Восьмиликого Небесного Бога, — прошептала девушка, сидящая рядом с Цинь Му. — Говорят, он успешно разрушил свою стену Божественного Сокровища Жизни и Смерти, и теперь является одним из редчайших мастеров Великих Руин!

Цинь Му посмотрел на городского Лорда Фу Юньди. Техника Восьмиликого Небесного Бога казалась действительно необычайной. Используя её, он мог полагаться на восемь лиц бога, чтобы видеть всё вокруг себя. Цинь Му не удержался от восхищённого восклицания:

— Действительно мощная техника.

— Пастух, ты тоже очень силён. Какую технику используешь для совершенствования? — с неподдельным интересом спросила девушка.

— Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, — ответил Цинь Му и затем спросил. — Меня зовут Цинь Му, а тебя?

Девушка откинула волосы, заправив их за ухо, и затем улыбнулась:

— Меня зовут Юйсю.

Юйсю, элегантная и изящная? — спросил Цинь Му.

— Откуда ты знаешь, что моя фамилия Лин? — удивилась девушка.

П.П.: 钟灵毓 秀 — переводится как элегантный(ая) и изящный(ая), в частности 毓 秀 по транскрипции палладия звучит как Юйсю, а 钟灵, синоним изящности, который Цинь Му ненароком выпалил, содержит иероглиф 灵, читаемый как Лин, вот она и удивилась, что он как бы мог иметь ввиду её фамилию, а не только стоящее за ним значение. Грубо говоря она услышала это так: “Юйсю, Лин Юйсю?”

— Лин Юйсю? Красивое имя, — Цинь Му похвалил и продолжил. — Будь ты чуть-чуть худее, то это имя действительно бы тебе идеально подходило.

Лин Юйсю ещё раз обижено пнула его, прежде чем надеть ботинки и спрыгнуть вниз.

— Я тебя игнорирую! — она приземлилась на землю и сделала два шага вперёд, прежде чем оглянуться назад. — Почему ты не последовал за мной?

— Я думал ты сказала, что игнорируешь меня… Зачем мне тогда следовать за тобой? — смутился Цинь Му.

— Узколобый! — Лин Юйсю помахала ему рукой, чтобы он подошёл, и хихикнул. — Я знаю, как войти в усадьбу городского Лорда. Сейчас внутри очень шумно, поэтому мы можем повеселиться! Разве тебе не хочется посмотреть, чем заняты все эти большие шишки Великих Руин?

Цинь Му стало слегка любопытно. Он тоже спрыгнул с карнизов храма, быстро догнав её, и с любопытством спросил:

— Как ты собираешься войти в усадьбу?

— Это же очевидно! Мы войдём через парадный вход с гордо поднятой головой! — Лин Юйсю уверенно зашагала к воротам усадьбы городского Лорда. Проход охраняли четыре практика божественных искусств. Тем не менее, когда парочка проходила мимо стражников, те ничего не сказали им, давая свободно войти внутрь.

Цинь Му был поражён и невольно прошептал:

— Сестра, ты что, дочь Лорда Пограничного Дракона?

— Пусть мечтает! — Лин Юйсю варварски сплюнула. — У моего отца больше влияния, чем у него! Я могу входить и выходить из этой усадьбы, когда пожелаю. Впереди расположена вилла Подавления Реки, в которой Фу Юньди развлекает своих гостей.

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел довольно большое озеро, с прозрачно-голубоватой водной рябью. На дне озера покоились огромные, размером с корзину, жемчужины, источающие мягкий свет, танцующий по поверхности воды. Также можно было увидеть множество служанок, неподвижно стоящих по всей протяжённости берега и держащих в руках фонари, освещающие всё озеро усадьбы.

Вилла Подавления Реки была построена на склоне находящейся рядом с озером горы, и чем-то напоминала усевшегося гуся. Если смотреть на здание издалека, благодаря ослепительному интерьеру, чувствовался дух богатства и роскоши. Лорд Пограничного Дракона настолько разошёлся, что приказал отделать всю виллу золотыми листьями. Одним словом — экстравагантно!

Посреди комнаты виллы грациозно танцевали несколько женщин, чьи рукава развевались от ловких движений, вместе с их ароматными юбками. Танцуя в такт ритму барабанов и под ласкающую слух музыку струнных инструментов, зрелище было действительно завораживающим.

Посреди озера находилась плоская квадратная платформа, трёхсотметровой шириной и длинной, в то время как снизу её поддерживала невероятно толстая колонна, уходящая вглубь озера. В небе над центром озера парило несколько мрачных фонарей, тем не менее, света от них было столько, что казалось там стоял день.

Прямо сейчас от платформы доносились звуки взрывов, так как на ней сражались два молодых парня. Цинь Му остановился и его лицо приняло удивлённое выражение. Оба парня были очень сильными и обладали незаурядными способностями.

Одним из них был тот, кого приманил мужчина средних лет сотней драконьих монет, чтобы сразиться с кем-то на арене. У него было Духовное Тело Белого Тигра, а жизненная Ци находилась в золотомедной области, из-за чего от его тела исходило два цвета, ярко золотой и тёмно-коричневый, словно древняя медь.

Когда противник ударял по телу парня, слышалось громкое лязганье, чем-то напоминающее лязгающие звуки от движений медного Будды из храма. Да что уж лязганье, даже можно было увидеть отскакивающие искры!

Используя жизненную Ци Белого Тигра, чтобы закалить тело до такой степени, считалось блестящим достижением. Неудивительно, что ему хватило смелости войти в усадьбу городского Лорда, чтобы сразиться на арене.

Его противник тоже был молод, примерно возраста Цинь Му. Даже несмотря на то, что парню было от силы пятнадцать лет, атаковал он пугающе безжалостно и свирепо. Он использовал восемь мечей, каждый из которых держала отдельная “рука”.

Руки конечно же не были настоящими, а состояли из жизненной Ци, полагаясь на которую он мог контролировать одновременно восемь мечей.

— Техника Восьмиликого Небесного Бога? — едва слышно прошептал Цинь Му.

Техника Восьмиликого Небесного Бога, что использовал юноша, отличалась от того, что продемонстрировал Лорд Пограничного Дракона, Фу Юньди.

Лорд развил её до уровня, на котором за его спиной формировался практически осязаемый фантом бога.

Техника в исполнении юноши же явно не дотягивала до подобного, тем не менее было очевидно, что корни общие.

— Он сын Фу Юньди по имени Тинюэ. Но даже так он жалкая личность. Хотя может быть это из-за того, что с самого младенчества у него не было матери, и воспитывался только Фу Юньди… — ответила Лин Юйсю.

Свишь!..

Два меча Фу Тинюэ ударили по носу противника. Затем сделали коварный круговой кульбит и, вращаясь, как волчки, устремились к глазам юноши с которым он сражался.

Жизненная Ци Белого Тигра оппонента была чрезвычайно могучей, а тело подобно стали. Тем не менее, всегда найдётся слабость, юноша не успел закалить свои глаза, и результатом стал душераздирающий вопль от ослепления. Фу Тинюэ не стал сразу убивать противника, а остановился, начав медленно калечить уже слепого юношу, отрезая по пальцу с извращённо-возбуждённым выражением лица.

Цинь Му нахмурился, повернув голову к Лин Юйсю:

— Жалкая личность без матери?

Лин Юйсю шокировано вскочила, тут же потянув парня за руку к вилле Подавления Реки, и улыбнулась:

— Я проголодалась, пойдём перехватим чего-нибудь вкусненького! Я ведь тоже здесь гость, поэтому не думаю, что сильно побеспокою остальных…

Глава 70. Демоны и монстры

Держась за руку девушки, Цинь Му ощутил мягкость и гладкость её рук, от чего его сердце на миг пропустило удар. Тем не менее, из-за жестокого поведения Фу Тинюэ, он не мог отделаться от чувства дискомфорта.

Повернувшись, чтобы ещё раз взглянуть на плоскую платформу посреди озера, Цинь Му увидел, как Фу Тинюэ продолжал увечить своего противника, не ограничившись отсечением десяти пальцев. Прямо сейчас он пытался отрезать запястье бедняги, возбуждаясь хлеще дикого зверя.

«Фу Тинюэ сумасшедший! Даже неприятно осознавать, что он со мной кое-как связан…», — подумал про себя Цинь Му. В прошлом, когда бабушка Сы подобрала у берега реки младенца, её обуял страх, что он не выживет, умерев совсем маленьким, поэтому она проникла в город Пограничный Дракон и похитила жену городского Лорда, которая недавно родила. Затем старуха превратила её в дойную корову, чтобы та кормила Цинь Му молоком, помогая преодолеть младенцу самый сложный этап своей жизни и спасая от возможной преждевременной смерти…

И ребёнком, которого родила жена городского Лорда, скорее всего являлся именно Фу Тинюэ.

Цинь Му вырос, питаясь молоком его матери, что и было их связью. Он повернул голову и понял — молодому парню на боевой платформе не выжить. За сто драконьих монет он согласился войти в усадьбу городского Лорда, чтобы сразиться на арене… Да, у него были некоторые способности, раз уж посмел войти сюда, однако, в итоге его ждала неожиданная смерть.

Вилла Подавления Реки утопала в песнях и танцах, в то время как Цинь Му, не особо думая, следовал внутрь за Лин Юйсю. Глядя на танцовщиц, кружащихся по залу, он слышал отчётливые звуки струнного звона, когда их пальцы скользили по воздуху, словно по музыкальным инструментам. Звуки, конечно же, издавались их Ци. Все присутствующие либо кивали головами, либо топали ногами в ритм мелодии.

Цинь Му удивлённо цокнул языком, видя, насколько изящно порхают танцовщицы, используя свою жизненную Ци, для создания настолько прекрасной мелодичной музыки.

Внутри здания находилось множество небольших столиков, расставленных по бокам, за которыми сидели выпивающие люди. Некоторые наслаждались музыкой и танцами, в то время как другие наблюдали за сражением на плоской арене посреди озера.

Ситуация на арене была крайне плачевной. Юношу с медной кожей и железными костями замучили до неузнаваемости. Однако, никто из присутствующих внутри виллы не остановил виновника.

Лин Юйсю утащила Цинь Му прямо к небольшим столика и, само собой разумеется, села, не обращая ни на кого ровным счётом никакого внимания.

Все, кто развлекались внутри виллы Подавления Реки, являлись сильными и крайне грозными практиками мира сего. Видя двух подростков, они удивлялись, но не более, не говоря уже том, чтобы хоть что-то спросить у них.

В их понимании эта нефритовая парочка наверняка была на попечение какого-нибудь мастера, гостящего на вилле, и разрешившего им присоединиться к веселью, чтобы расширить свой кругозор.

На небольшом столике находились бесценные, уникальные фрукты и деликатесы. Например, крайне роскошно приготовленные странные звери. Их мясо было свежим и невероятно нежным, от чего пальцы Цинь Му двигались против его же воли.

Прибыв в город, бабушка Сы сразу же потащила его продавать скот и прочие товары. Поэтому во рту парня с самого утра не было ни росинки, из-за чего он хорошенько проголодался.

Цинь Му с горящими глазами распробовал всю еду, что находилась перед ним. Он чувствовал, что никто не сможет оторвать его внимание от поедания деликатесов, пока его язык тает в удовольствии. С другой стороны, Лин Юйсю, которая сказала, что очень голодна, проглотила лишь несколько кусочков, и отложила палочки для еды в сторону, начав с большим интересом наблюдать за пареньком.

Рядом с небольшим столиком, за которым сидел Цинь Му, сидела Владычица Культа, чья красота потрясла весь город. Она тоже с интересом наблюдала за парнем и юной девушкой рядом с ним.

«Так она бабуля Сы, или всё же нет? Слишком уж красивая», — подумал про себя Цинь Му.

Кроме неё, ещё кое-кто время от времени поглядывал на него. Почувствовав на себе чужой взгляд, Цинь Му поднял голову и слегка удивился. Человек, буровящий его взглядом, был одет в доспехи, очевидно не собираясь снимать их даже во время банкета. Он был ни кем иным, как молодым генералом Цинь Фэйюэ, с которым ему дважды “не повезло” встретиться на реке.

«Цинь Фэйюэ тоже здесь? Он не вернулся в Империю Вечного Мира?» — хотя Цинь Му был удивлён, он не перестал поглощать лежащую перед ним еду.

— Этот маленький генерал смотрит на тебя, он тебя знает? — усмехнулась Лин Юйсю.

Цинь Му проглотил еду и немного подумал, прежде чем ответить:

— Мы встречались. Дважды. В то время рядом с ним ошивался какой-то жиртрест, зовущий себя седьмым молодым мастером. Интересно, куда же он подевался?

Лин Юйсю разозлилась и довольно сильно ущипнула его руку.

Цинь Му не понимал, почему эта девушка ни с того ни с сего так разозлилась на него, думая: «Она странная. Генерал недоросль тоже довольно странный. Когда девка ущипнула меня, он чуть не вскочил… Хмм… это же меня ущипнули, а не его, тогда почему он почувствовал боль?..

Внезапно заговорил один старец:

— Городской Лорд, снаружи Ваш сын? Великолепные навыки. Я слышал, что самый сильный практик боевых искусств, среди всего молодого поколения города Пограничный Дракон, именно молодой мастер Тинюэ. Теперь, увидев его собственными глазами, я могу сказать, что он действительно впечатляющий.

Фу Юньди улыбнулся:

— Ты слишком нахваливаешь его, старейшина Бай Шань. Мой сын лишь научился парочке грубых приёмов, и просто валяет дурака.

Старейшина Бай Шань оживился, ответив:

— Неправда это. Я слышал, что молодой мастер Тинюэ — лучший среди всех в радиусе пятисот километров. Например, в прошлом году он сразился с триста пятьдесят двумя практиками, пришедшими со всех уголков, и убил каждого из них. Не выжил никто. С таким боевым мастерством в таком юном возрасте, молодой мастер Тинюэ, определённо, впечатляющ.

Цинь Му поднял брови, продолжив сосредоточенно есть.

Фу Юньди тут же улыбнулся:

— Мой сын убил отвергнутых людей Великих Руин. Если бы против него сражался кто-то извне, ему определённо пришлось бы постараться.

Старейшина Бай Шань улыбнулся:

— Среди отвергнутых не мало сильных практиков. Навыки молодого мастера Тинюэ действительно впечатляют.

Закончив говорить, он с восхищением вздохнул, из-за чего Фу Юньди улыбнулся.

— Мой сын честный человек и никогда не заставлял других сражаться с ним. Он обещал отвергнутым людям Великих Руин деньги, если те переживут бой с ним на арене. Как говорится: люди умирают за богатство, а птицы за еду. Отвергнутые постоянно бросали вызов моему сыну, разбрасываясь своими жизнями. Кстати говоря, сотня драконьих монет моего сына всё ещё не потрачена. Он действительно знает, как наслаждаться жизнью, — договорив, Фу Юньди громко рассмеялся. Все вокруг последовали его примеру, начав смеяться вместе с ним.

В этот момент один чернолицый старик внезапно прекратил улыбаться и, заговорив своим гулким голосом, заглушил даже хохот толпы:

— Владычица, после стольких лет изучения Великих Небесных Дьявольских Рукописей, я уверен, что сегодня Вы расширите наши горизонты, я прав?

Худощавый чернолицый старик, находившийся напротив Цинь Му, выглядел довольно измождённо. Сидя на своём месте, подобно сгоревшему углю, в его глазах практически невозможно было разглядеть искру жизни. Однако, голос старика был чрезвычайно громким.

Сразу после сказанного, взгляды всех собравшихся на вилле сосредоточились на Владычице Культа, от которой так и веяло очарованием. Тишина…

Цинь Му тут же отложил свои палочки из слоновой кости и закрыл рот. Тем не менее, ему пришлось пережевать то, что он успел в него затолкать.

Проглотив еду, Цинь Му на мгновение заколебаться, но природа взяла своё, и он опять взял палочки для еды, чтобы схватить ещё один кусок мяса лёгочной рыбы и быстро затолкать в рот.

Старик, похожий на чёрный уголь, разгневался и сердито зыркнул на Цинь Му:

— Прекрати есть!

Владычица Культа, сидящая рядом с Цинь Му, рассмеялась:

— Так это почтенный Хэй. Зачем так злиться, почтенный Хэй? Городской Лорд пригласил нас поесть, так почему ему нельзя этого делать? Я права, городской Лорд?

Фу Юньди кашлянул и улыбнулся:

— Торжественная встреча — это также банкет, цель которого состоит в том, чтобы познакомить гостей с деликатесами моего города Пограничный Дракон. Естественно, гости, не просто могут, они должны насладиться всеми яствами.

Владычица слегка рассмеялась, взяв ярко-красный плод и положив его в рот. Затем она неторопливо протёрла свои стройные, лилейно-белые пальцы, и с интересом посмотрела на паренька, всё ещё поедающего еду.

Лин Юйсю была крайне удивлена. Она действительно не ожидала, что после произошедшего Цинь Му сможет проглотить хоть кусок.

Вскоре Цинь Му практически наелся и тут к нему пришла мысль. Он сразу же достал свёрток маслянистой бумаги, в котором раньше находился сухой паёк, и положил на него несколько нежных, вкусных блюд, тщательно завернув.

Почтенный Хэй, похожий на чёрный уголь, не мог сдержаться:

— Маленький ублюдок, ты уже не можешь есть и всё же хочешь забрать остальное с собой?

Цинь Му смущённо ответил:

— Моя бабушка, слепой дедушка и я только сегодня прибыли в город. В течение всего нашего пути сюда, мы не ели ничего, кроме сухого пайка. Но еда здесь действительно восхитительная, и поскольку у моей бабушки и слепого дедушки зубы ни к чёрту, я хочу угостить их, — договорив, Цинь Му снова посмотрел на Владычицу Культа, думая: «Так она моя бабуля Сы или нет? Владычица же, но так сложно поверить. Минутку… Разве запах от этого румяна не точно такой же, как у купленного бабулей Сы?»

В глубине глаз Владычицы промелькнуло мерцание нежности. Она казалась тронутой, когда улыбнулась:

— Ты настоящий сыновий мальчик, ты мне нравишься всё больше и больше.

Все в здании выглядели так, словно услышали хорошую шутку, и с жалостью поглядывали на Цинь Му, думая: «Владычица известна своей демонической сущностью! И то, что её больше всего раздражает — это так называемое сыновье благочестие! Маленького ублюдка ждёт действительно жалкая смерть!»

Почтенный Хэй ждал, пока Цинь Му не закончит упаковывать еду, прежде чем холодно спросить:

— Заполнил?

— Наполовину, — честно ответил Цинь Му.

Почтенный Хэй гневно фыркнул. Когда воздух выскользнул из его носа, содрогнулось каждое из ста окон виллы Подавления Реки.

Цинь Му был впечатлён и восхищённо воскликнул:

— Совершенствование старшего энергично, мне такого не повторить.

Вены на лбу Хэя дёрнулись, пытаясь подвить свой гнев. Он молча ждал, пока Цинь Му, наконец, не закончил есть. Владычица Культа, которая неизменно улыбалась на протяжении всего этого мероприятия, отложила свои палочки из слоновой кости, тоже прекращая есть.

Почтенный Хэй выдохнул каким-то странным мутным воздухом и холодно проговорил:

— Теперь все сыты? Мы наконец можем поговорить о делах?

Сияющие взгляды всех присутствующих в здании приковались к Владычице.

Одна её улыбка могла очаровать сотню существ, заставив глаза всех в здании засиять ещё ярче, чем раньше:

— Почтенный Хэй, даже если я дам тебе Великие Небесные Дьявольские Рукописи, неужели ты думаешь, что сможешь покинуть город Пограничный Дракон живым? Я боюсь, что городской Лорд будет первым, кто заберёт твою жизнь. Кроме того… я сомневаюсь, что и остальные позволят тебе покинуть Великие Руины целым и невредимым.

Почтенный Хэй встал, и жизненная Ци за его спиной стала чрезвычайно чёрной, образуя собой свирепого четырёхрукого небесного демона!

Использовать жизненную Ци на таком высоком уровне и даже сформировать ею проявление бога демона… Его техника была ни в коем случае не слабее, чем техника Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди!

Почтенный Хэй пристально посмотрел на всех присутствующих и холодно проговорил:

— Если святая библия Небесного Дьявольского Культа окажется в моих руках, она будет моя. Тот, кто осмелится отнять её, должен бояться только одного, что тут же умрёт от моей руки!

Все в здании улыбались, но при этом молчали.

Владычица хихикнула:

— Здесь присутствуют благородные гости из Империи Вечного Мира и великие мастера, которые прячутся в Великих Руинах, скольких из них ты сможешь убить? А тот молодой генерал, должно быть, из Империи Вечного Мира, я права? — говоря она посмотрела на Цинь Фэйюэ и улыбнулась. — Я слышала, что Имперский Наставник — это человек номер один под богами, поэтому его ученики определённо не должны быть обычными.

Цинь Фэйюэ слегка поклонился:

— Этого маленького генерала зовут Цинь Фэйюэ. Мой учитель действительно Имперский Наставник Вечного Мира. Однако, я здесь не из-за Владычицы Культа и тем более не из-за Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Владычица может быть самой красивой женщиной в мире, а рукописи могут помочь стать богом, но Имперскому Наставнику до них дела нет.

Его тон звучал естественно-высокомерно. Он хотел показать, что Имперский Наставник, будучи человеком номер один под богами, мало заботится о каких-либо техниках, даже если это священная книга дьявольского культа, которая могла помочь человеку стать богом!

Вдруг раздался глумливый голос:

— Это Великие Руины, а не Империя Вечного Мира, кому какое дело до того, что думает Имперский Наставник?

В Цинь Фэйюэ вспыхнуло убийственное намерение, когда он посмотрел на источник голоса. Человек, который сказал это, сидел прямо напротив него. Его телосложение было грубым и крупным, а пышная кучерявая борода торчала во все стороны. Его рубаха была наполовину расстёгнута, когда он продолжал спокойно сидеть. Одной рукой он хватался за еду, а второй потирал грязный живот. Через несколько таких терков, ему даже удалось скомкать целый чёрный грязевой шар, который он затем, словно случайно, отбросил в сторону.

Цинь Фэйюэ нахмурился и с отвращением подумал: «Нецивилизованные аборигены Великих Руин… действительно разочаровывают. Зачем я вообще обращаю внимание на животных? Когда придёт великая армия Имперского Наставника, все демоны или монстры подчинятся ему».

Затем он снова взглянул на девушку рядом с Цинь Му и почувствовал, словно сидит на самых острых в мире иголках: «Почему седьмая принцесса общается с пацаном из деревни Цань Лао? Она даже заигрывающе ущипнула его! А ведь со стороны всё выглядит так, словно они довольно близки! Если об этом пойдёт молва, репутации Императорской Семьи конец…»

Глава 71. Позвольте мне убить кое-кого

Цинь Фэйюэ взял себя в руки и спокойно обратился к почтенному Хэю:

— Имперского Наставника не интересуют Великие Небесные Дьявольские Рукописи.

Хэй пронзительно глянул на Цинь Фэйюэ и усмехнулся:

— Как любопытно… Может тогда сам генерал Цинь заинтересован в этих рукописях?

Сердце молодого генерала дрогнуло, понимая, что чтобы он не сказал, ему не удастся избавиться от подозрений этого порочного демона.

Старец рядом с Цинь Фэйюэ вскинул брови и заговорил:

— Я уже стар, мне не долго осталось, поэтому напоследок я хотел бы взглянуть на Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которые, по слухам, могут превратить человека и в бога, и в дьявола. Владычица Культа, почтенный Хэй, могу ли я посмотреть?

— Хорошо, без проблем.

Владычица Культа обвела всех вокруг своим обворожительным взглядом и улыбнулась:

— Кто-нибудь ещё хочет взглянуть на Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Желтолицая женщина, сидящая неподалёку от Фу Юньди, улыбнулась:

— Если Владычица Культа позволит, я бы тоже хотела взглянуть на эту божественную, но в тоже время дьявольскую библию.

Владычица перевела взгляд на Фу Юньди:

— А что насчёт городского Лорда?

Фу Юньди искренне рассмеялся:

— Владычица, не обижайтесь. Я не строю никаких планов на счёт Великих Небесных Дьявольских Рукописей, а лишь хочу посмотреть на так называемую непостижимую технику, которая может превратить человека и в бога, и в дьявола, а также укрепить наши собственные техники. У меня нет никаких плохих намерений по отношению к Вам, лишь ласковые чувства и желание защитить. Этот порочный Небесный Дьявольский Культ так долго преследовал Владычицу, что должно быть Вы уже испытываете некую беспомощность. Я также готов разделить Вашу тяжёлую ношу, и решить некоторые Ваши проблемы.

Цинь Му удивлённо моргнул и посмотрел на сильных практиков. Каждый на вилле Подавления Реки был заинтересован в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, но именно из-за этого никто не осмеливался действовать, ведь никто не хотел ставить себя в опасное положение.

Если бы кто-нибудь украл рукописи, он бы ничего не добился, а лишь стал мишенью, на которую нацелится каждый из присутствующих.

Владычица Культа увидела выражения лиц окружающих и рассмеялась. Она раскрыла ладони, и на её тонких белоснежных ручках появилась нефритовая шкатулка:

— Внутри неё хранятся Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Талисманы снаружи — это печати предыдущих Владык Культа.

Атмосфера вокруг стала очень серьёзной. Цинь Му почувствовал, как на него навалилась ужасная, тираническая аура. Лин Юйсю издала тихий стон. Аура была нацелена не на них, а на Владычицу Культа. Однако, поскольку двое подростков сидели так близко к ней, Цинь Му и Лин Юйсю тоже оказались под давлением ауры.

Владычица не обратила никакого внимания на происходящее, а просто открыла шкатулку из нефрита. Казалось, что заиграла какая-то мелодия, когда тонкая нить показалась из нефритового ларца. Она вела себя словно духовная змея, медленно поднимаясь в воздух.

— Это действительно Великие Небесные Дьявольские Рукописи!

Почтенный Хэй постучал тростью и решительно сказал:

— Владычица, пожалуйста, спрячьте их!

На лице Цинь Му застыло причудливое выражение, когда он вытянул шею и заглянул в нефритовую шкатулку. В нём нарастало непередаваемо-странное чувство… Ведь внутри вроде как находились не Великие Небесные Дьявольские Рукописи, а просто клубок ниток. Бабушка частенько носила его с собой!

Цинь Му очень хорошо помнил этот клубок, который бабушка Сы часто клала в корзинку, вместе с воткнутой в него нефритовой спицей. Когда он был ещё совсем маленьким, она всегда держала клубок в корзине, когда шила одежду. Однажды, ему очень сильно приспичило в туалет, да так, что удержаться уже не мог, и конечно же он испражнился прямо внутрь корзины, искупав так называемые Великие Небесные Дьявольские Рукописи в своём дерьме.

«Она действительно бабуля! — юноша не знал, плакать ему или смеяться. — Мне было интересно, почему бабуля ушла из корчмы, а оказывается она пошла снимать стресс через веселье…»

Владычица Культа не обратила внимания на слова почтенного Хэя, нить поднималась всё выше и выше. Внезапно нить начала становиться толще, она расширялась, пока не стала такой же толстой, как бочка воды, выражение лица каждого человека изменилось. Они увидели, что это была не просто нить, а удивительные письмена, образованные бесчисленным количеством букв.

Буквы закручивались по спирали, образуя огромное количество слоёв, сжатых до крайности. Из-за бесчисленного множества слоёв, сжатых и наложенных друг на друга, письмена и выглядели как нить, а не огромное скопление букв.

Это была легендарная библия Небесного Дьявольского Культа — Великие Небесные Дьявольские Рукописи.

— Теперь все верят, что рукописи в моих руках не подделка?

Бесчисленные строки букв начали сжиматься, медленно превращаясь обратно в нитку, и та, как ловкая духовная змейка, юркнула обратно в нефритовый ларец.

Владычица Культа закрыла шкатулку и запечатала её с помощью талисманов предыдущих Владык Культа. Затем она рассмеялась:

— Однако хорошенько подумайте, ведь тот, кто внимательно прочтёт легендарную дьявольскую библию, станет врагом Небесного Дьявольского Культа. Меня не станут преследовать, но каждый из Вас умрёт сегодня же. Итак, кто хочет забрать шкатулку?

Лица присутствующих приобрели странное выражение. Каждый из них отчаянно хотел стать обладателем нефритовой шкатулки, но колебался… Она была прямо перед их носом, но никто не осмеливался забрать её!

Выражение лица Цинь Фэйюэ дрогнуло. Может другие и боятся Небесного Дьявольского Культа, но он-то, нет. Независимо от того, насколько силён культ, он не может быть сильнее Империи Вечного Мира. Однако, если он заберёт шкатулку, то станет ярко-красной мишенью, на которую нацелятся все вокруг, ему будет трудно выбраться живым даже из усадьбы городского Лорда.

У других людей были похожие мысли. Даже если Фу Юньди не смел действовать опрометчиво, они и подавно не решатся.

Владычица испытывала наслаждение, осматривая лица присутствующих. В этот момент Цинь Му беззаботно потянулся и встал:

— Я наелся! Сестра Юйсю, спасибо, что привела меня сюда, на этот прекрасный пир. Городской Лорд, я должен заплатить за еду?

Голос юноши нарушил напряжённую тишину и восстановил живую атмосферу во всём здании. Казалось, что он вызвал улыбку у всех окружающих. Этот пацан действительно из деревни, он никогда не видел внешний мир раньше. Он пришёл сюда, чтобы бесплатно поесть, но при этом спросил об оплате.

Фу Юньди неловко закашлял:

— Поскольку ты здесь, ты тоже наш почётный гость. Я пригласил всех присутствующих, поэтому не возьму ни единого медяка с младшего брата, пусть ты и не в списке приглашённых.

Цинь Му ослепительно улыбнулся:

— Даже если городской Лорд не хочет денег, я не могу не заплатить. Но у меня нет с собой денег, ста драконьих монет будет достаточно? Городской Лорд, пожалуйста, подождите. Позвольте мне убить кое-кого и выиграть денег, чтобы заплатить Вам.

Фу Юньди нахмурился. Цинь Му не дождался его ответа и спустился с виллы Подавления Реки. Он подошёл к озеру. Затем шагнул и пошёл прямо к платформе, при этом крикнув:

— Молодой мастер Тинюэ, я слышал, что отвергнутые люди могут заработать сто драконьих монет, сражаясь на этой арене. Я из Великих Руин, поэтому позволь мне испытать удачу.

Шаги Цинь Му были ни торопливыми, ни медленными, пока он поднимался на платформу и смотрел на стоящего там юношу.

На платформе всё ещё лежал парень, которого жестоко убил Фу Тинюэ. Всё вокруг было заляпано кровью. Прибежал раб, выкинул труп парня в воду и начал быстро смывать кровь.

В озере поднялись волны, огромная рыба всплыла на поверхность, чтобы сожрать труп.

Цинь Му твёрдо стоял и смотрел на юношу перед собой. Фу Тинюэ был того же возраста, что и он, но его взгляд был беспощаден, понятно, что он убил множество людей. Он уставился на Цинь Му, словно дикий зверь готовый наброситься на жертву.

Атмосфера на вилле Подавления Реки снова стала молчаливой. Все вокруг были сильными и мудрыми практиками, владеющими божественными искусствами, но они никак не ожидали, что Цинь Му выйдет сражаться против человека номер один в области Духовного Эмбриона, чтобы заработать сто драконьих монет для оплаты счёта за еду.

— У него кишка не тонка, — старейшина Бай Шань вздохнул. — Такие мужественные юноши не доживают до зрелости. Обычно они умирают в таком возрасте.

Фу Юньди улыбнулся:

— Поскольку ещё не решено, кто заберёт Великие Небесные Дьявольские Рукописи с собой, почему бы нам сначала не посмотреть, чем разрешится столь необычная ситуация. Когда всё закончится, мы решим, кто будет новым владельцем Великих Рукописей. Владычица, что Вы об этом думаете?

Владычица Культа улыбнулась:

— Я лишь хрупкая женщина, какое у меня может быть мнение?

Лин Юйсю тихо скрипнула зубами. Она уже встала и хотела позвать Цинь Му, но генерал Цинь кашлянул, предупреждая её не вмешиваться, поэтому девочка могла лишь беспомощно сесть обратно на стул.

Платформа на озере.

Мужчина средних лет подошёл с подносом. На подносе лежал мешочек с монетами. Фу Тинюэ бросил взгляд на мешочек и произнёс:

— В нём сто драконьих монет. Если ты выиграешь, то получишь их. Однако, в течение последних трёх лет многие пытались, но никто так и не смог забрать мешочек отсюда.

Цинь Му над чем-то задумался и спросил:

— Ты самый сильный практик области Духовного Эмбрион в этом городе?

Фу Тинюэ высокомерно улыбнулся и кивнул:

— Все знают, что я номер один. В радиусе пятисот километров я самый сильный практик боевых искусств! Я давно сбился со счёта скольких противников убил. Они были убиты лично мною, я не прибегал к помощи отцовского имени! До сих пор каждый умирал от моих рук, никто не смог уйти живым!

Цинь Му слегка кивнул головой:

— Какое твоё излюбленное оружие?

Фу Тинюэ медленно завёл руки за спину и улыбнулся:

— Ты можешь выбрать любое оружие. Я также выберу своё. Как только я захочу использовать его, я использую.

Сзииинь!..

Раздался отчётливый гул, когда Цинь Му достал свой нож для убоя свиней.

Метод, который он использовал, не формировал нить Ци, пользуясь ножом напрямую. Его жизненная Ци и нож имели взаимосвязь, они чувствовали друг друга, слово два притягивающиеся магнита!

Ци циркулировала всё быстрее и быстрее, становясь всё более безумной и кровожадной. Произошёл выброс адреналина, прямо как при убийстве гигантской змеи.

Чем злее он становился, тем более неистовой становилась его жизненная Ци. Взаимосвязь с ножом усилилась, а лезвие стало бритвенно-острым!

Лицо Цинь Му выражало полное спокойствие, но в его сердце вспыхнула сильная ярость!

Глава 72. Убийство сына, чтобы оплатить счёт

Безумие мясника словно передалось ему через нож для убоя свиней. Когда руки мясника касались ножа, за этим следовала неотвратимая безумная бойня… Казалось, нож обладал своими собственными эмоциями!

— Ты используешь нож? — рассмеялся Фу Тинюэ, увидев нож размером с разделочную доску. — Что у тебя за нож такой?

Цинь Му двинулся и нож внезапно вспыхнул ярким светом, как если бы произошёл мощный взрыв. Когда свет достиг противника, тот почувствовал будто попал в неспокойное море, с непредсказуемо движущимися волнами, что накатывались друг на друга и бросали его из стороны в сторону!

Тем не менее, руки усмехающегося Фу Тинюэ так и остались заведёнными за спину.

Раздались звонкие лязгающие звуки от многократного столкновения серебряного света с ножом для убоя свиней, которым оказался крайне маленький меч.

Длинна меча не превышала восьми сантиметров. Благодаря своей крошечности, меч летал подобно неуловимой молнии…

К мечу крепилась едва заметная нить жизненной Ци молодого мастера Тинюэ, заставляющая кроху кружить вокруг него, самым непредсказуемым образом появляясь и исчезая!

Как вдруг, появилось ещё семь крошечных мечей, которые успешно парировали молниеносные атаки Цинь Му ножом, не давая прорваться к цели.

Мечи Фу Тинюэ являлись духовным оружием, способным с лёгкостью менять свою форму. Восьмисантиметровые мечи было гораздо проще контролировать, из-за чего увеличивалась их подвижность и манёвренность, а оппоненту, соответственно, было намного сложнее блокировать!

Вливая Ци в крошечные мечи, он мог укрепить их и увеличить поражающую мощь!

Всего у него было восемь таких мечей, которыми он управлял, полагаясь на технику Восьмиликого Небесного Бога. Поскольку мечи появлялись и исчезали совершенно непредсказуемо, от них было попросту невозможно постоянно удачно защищаться. Его не за красивые глаза прозвали практиком номер один своего поколения в окрестных землях!

Опыт Фу Тинюэ строился на бесчисленных битвах и убийствах бесчисленного множества воинов. Обладая настолько кровожадной аурой, даже богам и дьяволам будет сложно подобраться к нему!

Однако, скоростные удары Цинь Му ножом с каждым взмахом становились тяжелее, а стоящая за ними мощь выше. Под давлением подобного шторма, крошечным мечам было всё сложнее защищаться.

Тинюэ смог одолеть стольких практиков боевых искусств Великих Руин поскольку его обучал технике управления мечом и чрезвычайно сложным навыкам лично отец, Лорд Пограничного Дракона.

Ему до сих пор удавалось защищаться от ножа Цинь Му лишь полагаясь на свои высокоуровневые навыки меча… Вот только сила этого самого ножа с каждым взмахом возрастала, пока не подобралась вплотную к пределу его защиты.

Всё это говорило о том, что плотность жизненной Ци противника была выше, чем у него. Ему удавалось блокировать выпады Цинь Му лишь потому, что последний не использовал свою Ци на полную… Но сейчас с каждым взмахом он задействовал всё больше Ци, в результате чего удары становились только сильнее!

Лицо молодого мастера Тинюэ краснело на глазах, словно через поры его кожи скоро начнёт просачиваться кровь. Мощь ножа Цинь Му была попросту слишком высока, солидно сократив пространство, в котором крошечные мечи могли свободно перемещаться.

Скорость движения их оружия и ног возрастала с каждым мигом. Кружась вокруг друг друга посреди платформы, их молниеносные атаки ослепляли глаза!

Внезапно Цинь Му приблизился вплотную к Фу Тинюэ.

Волосы на затылке шокированного Фу Тинюэ встали дыбом, когда он подумал: «Убийственное движение боевой техники?»

Он кое-что знал об этом. Если к тебе вплотную приблизился практик, совершенствующийся в боевых техниках, это значит только одно, он применит своё самое сильное убийственное движение!

«Дерьмо!» — находящийся на вилле Фу Юньди резко переменился в лице, и тут же прыгнул к платформе посреди озера.

В то же время каждый мускул тела Цинь Му неистово извивался, словно ядовитые змея и дракон, переплетающиеся друг с другом, накапливая в себе беспрецедентное количество силы. Пульсирующие мышцы и сухожилия Цинь Му помогали ему прочувствовать каждое движение и каждую унцию применяемой силы в теле противника!

Ни одно действие и реакция Фу Тинюэ не ускользнули от его внимания.

В глазах Цинь Му промелькнул холод, когда он применил свой убийственный навыка ножа.

Забой Свиней Третьей Формы — Запретное Поднятие Ножа!

Подняв нож под запрещённым углом, колесницы и лошади загромыхали. В одиночку входя во дворец с головой короля в руке!

Кончик ножа для убоя свиней слегка касался правого плеча, в то время как левая держала его обратным хватом за рукоять. Мускулы в теле Цинь Му сократились и нож начал своё движение по восходящей траектории, проскользнув в зазор между двумя крошечными мечами и продолжив свой путь начиная от промежности молодого мастера Тинюэ!

Простое поднятие ножа вспороло его живот, как при разделке свиньи.

Это был навык ножа мясника — Забой Свиней.

В тот же миг два крошечных меча почти вонзились в глаза Цинь Му, но их встретили щёлкнувшие кончики пальцев правой руки, с лёгкостью отбрасывая в сторону.

Буум!..

Прогремел оглушительный взрыл со стороны виллы Подавления Реки, что находилась за Цинь Му. Всё здание было расколото пополам неописуемой силой!

Рухнувшие в озеро обломки виллы подняли волны, хлынувшие к берегу. Вода погасила бесчисленные фонари в руках девушек и заставила некоторых из них от неожиданности изумлённо вскрикнуть.

Стоя посреди руин виллы, лицо Фу Юньди приняло зелёный окрас. Через стиснутые зубы из его рта просочилась струйка крови.

Только что он в спешке пытался спасти своего сына, но его перехватила Владычица Небесного Дьявольского Культа. У него даже не получилось покинуть пределы виллы и пришлось принять её атаку в лоб, при этом получив серьёзные ранения… Что ещё хуже, он не успел спасти своего сына!

Стоя перед ним, Владычица подняла руку, чтобы поправить волосы, и улыбнулась:

— Городской Лорд, как Вы могли вмешаться в битву младшего поколения? Разве Вы не знаете, что такое поведение против правил? К счастью, я успела вовремя среагировать, и уберегла Вас от такого непростительного промаха.

Уголки губ Фу Юньди дрогнули, пытаясь изо всех сил подавить подступающую к горлу кровь. Только проглотив её, ему удалось выдавить из себя кривую улыбку.

— Владычица права. Навыки моего сына уступали его… — уголки глаз Фу Юньди зловеще дрогнули. — Он заслужил смерть! Поддавшись эмоциям, я чуть было не выставил себя дураком.

Выпрямившись, Цинь Му сменил хват ножа на обычный:

— Мой нож называется — убой свиней.

Его пульсирующие мышцы постепенно успокоились, и он равнодушно продолжил:

— Молодой мастер Тинюэ, а ты не плох, раз смог ранить два моих пальца.

Кровавая прожилка появилась на животе Фу Тинюэ и начала тянуться вверх. Прожилка поднималась всё выше и выше, доходя до горла, носа и даже лба. Его грудь начала расползаться, пока две половинки тела не завалились в разные стороны, омывая арену кровью.

Цинь Му сделал несколько широких шагов, к стоящему в оцепенении мужчине средних лет, и схватил мешочек на подносе. С пепельным лицом полным ужаса мужчина внезапно ухватился за его руку и завопил:

— Ты убил молодого мастер Тиню…

Свишь…

Лёгким взмахом ножа Цинь Му снёс мужчине голову. Обернувшись, он резким движением встряхнул нож для убоя свиней, чтобы очистить от кровавых разводов, и вернул обратно в ножны, после чего зашагал обратно к разрушенной вилле Подавления Реки.

Позади него прозвучал “плюх”, когда труп мужчины средних лет упал в озеро, за которым последовали звуки хлюпающей воды от всплывающего рыбьего монстра, вцепившегося в труп.

Цинь Му ступил на воду и уже в следующий миг оказался возле разрушенной виллы, а затем и внутри. Он поднял голову, чтобы посмотреть на позеленевшего Фу Юньди, а также изумлённые лица всех вокруг. Юноша искренне улыбнулся и, вытянув руку с мешочком монет стоявшему перед ним Фу Юньди, произнёс:

— Городской Лорд, вот сто драконьих монет, моя оплата.

Уголки глаз Фу Юньди дрогнули, тем не менее он так и не протянул руку.

— Я не привык оставаться в должниках. Городской Лорд, съев Вашу еду, я стал Вашим должником, а такое никуда не годится, поэтому я должен заплатить Вам, даже если Вы, Лорд, не хотите принять мои деньги. Мы, отвергнутые люди Великих Руин, может и бедны, но у нас всё ещё есть гордость.

С лучезарной улыбкой Цинь Му отпустил мешочек с монетами. Когда тот упал на пол, драконьи монеты высыпались и разлетелись во все стороны. Некоторые даже докатились до озера, находя себе путь через трещины пола виллы.

— Теперь, когда я расплатился по счетам, мне пора возвращаться. Городской Лорд, все остальные, прошу меня извинить.

Отступив на пару шагов, он повернулся, чтобы уйти. Наступив на водную рябь, он от всего сердца расхохотался:

— Сидя за одни столом с героями и распивая вино, я убил сына, чтобы оплатить счёт! Восхитительно! Восхитительно!

Лин Юйсю моргнула своими ясными, прекрасными глазами, желая окликнуть его, но передумала. В конце концов, она была всего лишь гостем в усадьбе городского Лорда. Несмотря на свой статус важного гостя, это именно она провела парня в усадьбу. И теперь, когда Цинь Му перед всеми присутствующими убил сына городского Лорда, ей пойдёт не на пользу слишком много контактировать с ним у всех на виду.

Владычица всё ещё преграждала путь Фу Юньди, который не отрываясь пожирал взглядом Цинь Му. Затем она улыбнулась:

— Поскольку никто не смеет отнять у меня Великие Небесные Дьявольские Рукописи, я, пожалуй, оставлю их у себя! Всем пока-пока!

Договорив, её тело мелькнуло и исчезло.

— Уходит! — крикнул почтенный Хэй и бросился в погоню вместе с желтолицей женщиной, белобровым старцем и остальными гостями. Фу Юньди помедлил, подозвав практика божественных искусств и отдав приказ:

— Собери людей, чтобы выследить того пацана и убить! Отомстите за Юэ’эра! Также организуй людей, чтобы похоронить моего мальчика…

Закончив раздавать приказы, он тоже рванул в сторону, куда упорхнула Владычица. По сравнению с местью за сына, Великие Небесные Дьявольские Рукописи были куда важнее!

Лин Юйсю тихонько привстала, пытаясь незаметно ускользнуть из руин виллы, тем не менее, за ней тут же появилась надзирающая фигура Цинь Фэйюэ.

— Ваше Высочество, перестаньте дурачиться… — беспомощно глядя на юную мисс перед собой, проговорил Цинь Фэйюэ. — Армия Имперского Наставника на подходе.

Лин Юйсю разочарованно проворчала:

— На этот раз мне не удалось достаточно повеселиться…

Ласково взглянув на неё, Цинь Фэйюэ прошептал:

— Если седьмая принцесса так сильно восхищается этим мальчиком, когда Великие Руины станут частью Империи Вечного Мира, Вы можете просто вызвать его во дворец и даровать титул евнуха. Таким образом, он частенько сможет сопровождать седьмую процессу.

П.П.: Хотел бы выразить отдельную благодарность тем, кто ежедневно посещает страничку Пастуха даже без цели почитать, это очень нам помогает с попаданием в месячный ТОП, ну и в отдалённой перспективе в топ 15… а может и не в отдалённой, у нас тут довольно активная аудитория ))

Глава 73. Убийство на увешанной улице

Ночка в Пограничном Драконе обещала быть оживлённой.

«За мной кто-то следит», — Цинь Му почувствовал слежку сразу после того, как покинул усадьбу городского Лорда. Практики божественных искусств усадьбы даже не потрудились хоть как-то себя скрыть. Они, наверное, считали, что нет нужды прятаться от взгляда слабого практика боевых искусств и поэтому следили за ним в открытую.

В это время по улице города шествовала колея из увешанных разнообразными гирляндами повозок. Городские купцы украсили свои повозки гирляндами, высота каждой из которых превышала десять метров. Повозки оформили в виде огромных странных зверей или даже богов и демонов. Наверху каждой из них изящно танцевали девушки. Танцовщицы были одеты в наряды каменных статуй из разных деревень. Гуляя по увешанной улице, Цинь Му казалось, что он попал в мир танцующих богов и демонов.

Шум на улице стоял невероятный, он исходил от людей, которые туда-сюда снуя толкались и протискивались. Стороны улицы украшались фонарями и огромными каменными столбами. На кончике каждого столба находилась широкая чаша, наполненная ослепительно горящим керосином.

Также здесь ходили странные люди на ходулях высотой свыше тридцати метров, длинна шага такого человека равнялась приблизительно двадцати метрам. Каждый из них держал в руках факел и бутылку с керосином. Выплевывая полный рот керосина в огонь факела, они создавали огненных змей длинной в несколько метров.

Несмотря на всю оживлённую шумность и захватывающую дыхание зрелищность, происходящее всё ещё сохраняло в себе дикость Великих Руин. Цинь Му сделал шаг в толпу, как вдруг небо над его головой стало невероятно ярким. Утончённые линии в непредсказуемой манере заполнили небо, летая и переплетаясь друг с другом. Внезапно линии раздулись в огромных серебряных драконов, которые плавно плыли в небе над увешанной улицей.

Серебряные драконы находились достаточно близко к земле и Цинь Му удалось разглядеть, что они были сформированы из огромного количества букв. Плывя в небе, драконы издавали громкие, глубокие и загадочные импульсные дьявольские звуки.

Бам, бам.

Неистовые вибрации выплеснулись наружу вместе с прекрасными лучами, пронзившими небо. Лучи ворвались во тьму над городом и были практически сразу ей поглощены, от них не осталось и следа. Даже чудовищные удары при касании с тьмой исчезли подобно глиняному быку в пучинах моря, совершенно бесследно.

Толпа, казалось, стала ещё оживлённее и громко заорала. Они даже не догадывались, что над ними сияли не фейерверки, а атаки сильных практиков. Людям повезло, что сила ударов была направленна в небо, иначе многие из них встретили бы здесь свою смерть.

Серебряные драконы двигались по кругу с огромной скоростью, как вдруг в лучах света появилось несколько ужасающих теней, похожих на богов и демонов. Это были Лорд города Пограничный Дракон, Фу Юньди, почтенный Хэй, желтолицая женщина и остальные. Они сошлись в схватке против друг друга высоко в небе.

Цинь Му быстро пробирался сквозь толпу, так как посчитал, что это место вряд ли можно считать безопасным. Что если один из серебряных драконов случайно направит удар в землю? Кровь полилась бы рекой и бесчисленной количество людей превратились бы в трупы!

Грохот грома прозвучал над городом, с огромной скоростью блуждая то там, то тут. Иногда звуки грома доносились с восточной стороны города, а в другое время с западной, они двигались туда-сюда со скоростью молнии.

Практики усадьбы городского Лорда всё никак не отставали. Даже нахождение в огромной, плотной толпе не помогало Цинь Му от них избавиться.

«Вечерок конечно вышел странным. Как не крути, а дел я умудрился натворить, убив сына городского Лорда. Я должен как можно быстрее покинуть это место вместе с бабулей и слепым дедушкой!» — думая в таком ключе, Цинь Му собирался ускорить шаг, но внезапно услышал позади себя рёв дракона. Практик божественных искусств с обвившимся вокруг тела зелёным драконом прыгнул в его сторону. Он был на расстоянии двадцати метров от него, но это не помешало дракону рвануть вперёд и почти придавить его!

Цинь Му собирался увернуться от атаки, но рулон белого шёлка, свисающий со стены здания на обочине улицы, вдруг обернулся вокруг шеи практика и одним рывком затащил его внутрь дома.

Внутри здания несколько юных девушек достали спрятанные в рукавах ножи и закололи практика несколькими десятками ударов в грудь. Цинь Му поднял голову и присмотрелся — это были те девушки, что приглашали его поиграть с ними, как только он попал в город. Продолжив идти прямо, вскоре он начал проходить мимо переулка. В переулке находился очередной практик уровня божественных искусств, лицо которого наполовину скрывала бамбуковая шляпа. При виде Цинь Му всё его тело вздрогнуло. Внезапно в переулке из ниоткуда появились возвышающиеся волны, похожие на огромных змей, которые хотели сожрать проходящего мимо парня своими огромными челюстями. Внутри огромных волн находились серебряные рыбы, которые предположительно являлись духовными оружиями.

В переулке также находилась кузня, в которой кузнецом был гигант высотой в двадцать метров. Он ковал длинный нож из тонкой и качественной стали. Ручка ножа была пятиметровой длинны, в то время как само лезвие достигало почти шестиметровой длинны. Гигант схватил огромный нож и воткнул его в стену переулка, подхватив колющим ударом тело практика в бамбуковой шляпе и пригвоздив к стене.

Гигантский кузнец вытащил нож из стены и вытер пятна крови с лезвия. Затем он погрузил клинок обратно в печь и снова взялся за ковку.

Цинь Му был ошеломлён и без единого слова продолжил идти вперёд. Он увидел множество теней, скачущих по крышам домов в унисон с барабанами и гонгами, звучавшими на увешанной улице. Это были практики божественных искусств из усадьбы городского Лорда, и они быстро сокращали дистанцию между собой и своей целью.

Один из практиков спрыгнул вниз, но, перед там как успел даже коснуться земли, из кошика заклинателя змей, сидевшего на обочине, появилась голова змеи, которая, за мгновение увеличив свой размер в несколько раз, одним укусом проглотила практика и, приняв первоначальную форму, тут же исчезла обратно в кошике.

Остальные практики спрыгнули на землю и затерялись в толпе. Один из них прошёл мимо винного магазина, в котором официант, приоткрыв рот, радостно наблюдал за огромными, светящимися повозками. Вдруг официант подхватил огромный винный кувшин и коснулся его кончиком головы проходящего мимо практика, кости и плоть которого в один момент растаяли и исчезли в кувшине, превратив его в красное вино.

Официант винного магазина поставил кувшин на прилавок и крепко запечатал его горлышко.

Ещё несколько практиков встретили в толпе пьяницу, который, извергнув ртом огненный шар, испепелил их. Некоторым просто перерезали глотки, а других затаскивали в обвешанные гирляндами повозки танцовщицы, бесследно исчезая.

Сердце Цинь Му смутилось от такой картины. С усадьбы городского Лорда за ним следовало множество практиков уровня божественных искусств, но все они, как один, беззвучно умерли в толпе.

«Что за люди мне помогают? Неужели это Небесный Дьявольский Культ? Может ли быть, что у культа такая огромная власть в городе?»

Он уже собирался войти в главную дверь корчмы, но, внезапно увидев слепого, остановился.

Возле корчмы находился игорный дом, в который подался развлекаться слепой. Прямо сейчас, двое мужчин, одетых в чёрное, вытаскивали его на улицу, в итоге бросив на землю.

Цинь Му немедленно подбежал к старику, но слепой уже поднялся самостоятельно. Он похлопал себя по заднице и, развернувшись в сторону игорного дома, крикнул:

— Моя бамбуковая трость!

Дверь игорного дома открылась и оттуда вылетела трость, попавшая прямиком в голову слепого.

Старик поднял свою палицу и улыбнулся:

— В этот раз мне не повезло. Обещаю, что в следующий раз вам не удастся словить меня на мухлеже! И я обязательно верну всё до копейки! Му’эр, ты ли это? К слову, сегодня я увидел кое-что весьма интересное, это была огромная курица, которая приоделась как вертихвостка и ушла куда-то веселиться. За ней ещё увлёкся маленький петушок, видимо тоже хотел развлечься.

Цинь Му словно не понимающе проговорил:

— Это ведь всего лишь две птицы, чего тут странного? Дедушка, давай вернёмся в корчму.

Войдя в дверь корчмы, они услышали удивлённый крик бабушки Сы. Цинь Му ворвался в номер и увидел, что та с изумлённым выражением лица вцепилась в мешочек с монетами.

Цинь Му на миг безучастно уставился, но после сразу подошёл к окну и открыл его. За окном в небе он увидел до сих пор дерущихся сильнейших местных практиков с серебряными драконами, сформированными из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Повернув голову, он увидел, что бабушка Сы всё ещё находилась в комнате, что сильно озадачивало.

«Хмм, а может ли быть такое, что Владычица Культа, с которой я встретился в усадьбе Лорда, совсем и не бабуля?»

Сердце Цинь Му озадачивалось всё больше и больше, когда он улыбнулся:

— Бабуль, ты что, только что вернулась? Я принёс немного еды для тебя и слепого дедушки.

Он достал свёрток засаленной бумаги и положил на стол, чтобы распаковать. Глаза бабушки Сы расплылись в приятном одобрении. Она дрожа присела на кровать и, улыбнувшись, проговорила:

— Му’эр ты мой мальчик. Ах да, что это за мешочек с монетами?

Цинь Му посмотрел ей в глаза и смутился. Взгляд бабушки очень сильно напомнил ей взгляд Владычицы. Даже запах её румян был тем же.

Однако, почему же тогда Великие Небесные Дьявольские Рукописи всё ещё были трансформированы в серебряных драконов?

Собравшись с мыслями, он рассказал бабушке о случившемся на аллее.

Услышав о произошедшем, Сы начала заикаться, а лицо приобрело странное выражение:

— Т-ты с одной драконьей монетой заработал более трёх тысяч? Если бы я знала, что у нас так много денег раньше, я могла бы себя немного побаловать и мне не пришлось бы искать место, в котором дают перекусить на халяву.

Цинь Му рассказал им о том, что встретил в усадьбе городского Лорда настоящую красавицу и добавил:

— Бабуль, я убил сына того Лорда, так что нам не стоит надолго задерживаться в городе, мы должны покинуть его немедленно!

Бабушка Сы вытащила из волос нефритовую шпильку и поманила рукой в сторону окна, из которого в комнату внезапно влетела тонкая нить. Эта нить сама по себе зацепилась за шпильку и за несколько секунд намоталась на неё, превратившись в увесистый клубок. Сы бросила клубок в корзину и улыбнулась:

— Я превратила жену Лорда города Пограничный Дракон в корову, а ты убил их сына. Да, однако не везёт развратнику… Тем не менее, его ещё ждёт череда неудач. Он совершил слишком много зла и уже скоро его накажет его же карма. Поскольку ты заработал эти драконьи монеты, оставь их себе, ты можешь приберечь их и использовать в будущем.

Снаружи послышался страшный, сотрясающий мир, вопль. Среди орущих был особенно слышен голос преподобного Хэя, который кричал:

— Владычица Культа сбежала!

— Быстро обыщите все уголки города, мы должны найти её как можно быстрее!

— Снаружи всё ещё темно, демоница не смогла бы покинуть город!

****

Слепой приклонился ухом к стене, чтобы лучше слышать суматоху на улице, и внезапно проговорил:

— Маленький генерал с фамилией Цинь всё ещё здесь и даже не собирается уходить. Он явно ждет Имперского Наставника, чтобы передать ему топографическую карту Вздымающейся Реки. Имперский Наставник Вечного Мира планирует направить свою армию в Великие Руины. Город Пограничный Дракон первый почувствует силу его удара. Поскольку маленький генерал остаётся в усадьбе городского Лорда, скорее всего Фу Юньди уже давно в сговоре с ним. Когда придёт время, этот город станет их оплотом для вторжения в Великие Руины. Он просто идеально для этого подходит. Город огромный и в нём можно вместить десятки тысяч солдат и лошадей.

Бабушка Сы засияла:

— Поэтому Фу Юньди должен умереть.

Слепой кивнул головой и проговорил:

— Он должен умереть. Му’эр убил его сына так что если парень покинет город, он наверняка сделает всё, чтобы его догнать и скорее всего преуспеет. Так тому и быть, сегодня он умрёт. Великие Руины — это не то место куда Имперский Наставник может ступить своей ногой… Ему лучше катиться обратно в свою империю.

Цинь Му посмотрел на слепого, а затем на бабушку Сы. Он даже не представлял себе, что они планируют.

С другой стороны, кое-что ему казалось немного странным. Бабушка Сы никогда не брала слепого с собой в город, но на этот раз взяла. Раньше он не особо задумывался на счёт этого, но теперь подобные мысли всё никак не прекращали вертеться у него в голове, наводя на мысль, что тут что-то не так.

Если слепой всё время находился в игорном доме и ни разу не покидал его, то откуда он знал о том, что случилось в усадьбе городского Лорда?

Или же слепой тоже там был?

— Ложись спать, Му’эр. Может быть бабушка завтра станет Лордом города Пограничный Дракон.

Цинь Му спал снаружи, а бабушка Сы во внутренней комнате. Засыпая, парень услышал взволнованное бабушкино шептание себе под нос:

— Я так взволнована, что ни за что не усну! Я не только принесу домой городские драконьи колонны, так ещё и весь город будет ходить завтра с фамилией Сы! Ох, какая же я плохая, мне точно не уснуть, хи хи хи хи…

П.П.: поздравляю, кому-то мы очень не нравимся и нас вытесняют дизлайками из недельного ТОПа, любовь не иначе. Ну не будем об этом, знаете, что мне нравится больше, чем просмотры? Конечно же за исключением дохода с будущих платных глав. Конечно же постоянно растущие закладки, поэтому если кто-то читает Пастуха и он не в закладках, можете порадовать! ))

Глава 74. Город Пограничный Дракон меняет владельца

Цинь Му удивлялся: «Почему бабуля не горбится как обычно? Она крайне взволнованно крутится на кровати…»

Проснувшись следующим утром, Цинь Му понял, что от бабушки Сы и след простыл, но завтрак всё же был приготовлен.

Юноша умылся и перекусил, после чего спустился вниз, чтобы отыскать бабушку и слепого. Выйдя во двор, он натолкнулся на обоих стариков, которые уже успели запрячь телегу, погрузив в неё приправы и ткани.

Единственное что озадачивало Цинь Му, что слепой запряг тащить телегу трёх быков. В то время как позади неё были привязаны ещё три.

Каждый бык смотрел на парня со страхом в глазах и с дрожью в копытах.

— Бабуль, разве мы вчера не продали всех парнокопытных? — спросил Цинь Му.

Старушка зевнула и, еле-еле душа в теле, пробормотала:

— Вчера вечером мне было трудно уснуть, поэтому твоя бабуля сходила купить ещё шестерых быков.

Цинь Му отнёсся к сказанному довольно скептически, особенно видя шестерых отрицательно качающих мордами крупных быков. Конечно же он не мог понять, что конкретно те пытались сказать, ведь они могли только мычать и качать головами.

Было ещё раннее утро, когда их телега заколесила в сторону выхода из города. По городским дорогами ехали разнообразные конные повозки, так как деревенские жители, вчера прибывшие в город для торговли, воспользовались ранним утром в надежде успеть вернуться домой засветло.

Цинь Му довёл телегу до причалов реки, воды которой уже бурлили и пенились. К текущему моменту здесь собралось множество деревенских, которые поклонялись речным богам призывая Речных Перевозчиков. Рядом с берегом длинноносые речные звери наслаждались благоуханием благовоний, выдыхая большие кольца дыма. Некоторые Речные Перевозчики уже дали себя оседлать возвращающимся из торговой поездки деревенским, что прибыли сюда с утра пораньше.

Слепой тоже достал палочки благовоний и воткнул их на берегу, чтобы приманить Речного Перевозчика. Успешно приманив огромного зверя, он начал подкармливать его мясом, чтобы Цинь Му благополучно загнал телегу на его спину. Чуть погодя зверь плавно развернулся и взял курс вверх по течению.

Река величественно текла с запада на восток. Направляясь к городу, они плыли вниз по течению, но теперь им приходилось плыть против речного потока, вода которого оказывала очень сильное сопротивление.

Однако, скорость с которой плыл Речной Перевозчик не снизилась. Если зверь продолжит стабильно продвигаться с той же скоростью, то Цинь Му нужно будет переночевать в Храме Бабушки и на следующее утро он сможет вернуться в деревню Цань Лао.

Потеряв счёт времени, они проплыли по реке двадцать пять километров. Щека бабушки Сы слегка дрогнула. Взяв свою корзину, она улыбнулась, говоря:

— Мне пора заняться делом. Слепой, Му’эр, вы двое должны продолжить плыть дальше.

— Береги себя, — предупредив, кивнул головой слепой.

Старушка подпрыгнула, словно растворившись прям перед глазами.

Цинь Му посмотрел вверх, где увидел стоящую посреди воздуха и не падающую бабушку Сы.

С другой стороны, слепой был привыкшим к подобному зрелищу, поэтому он, опираясь на трость, невозмутимо стоял и смотрел вперёд, обдуваемый порывами встречного ветра.

Вскоре Цинь Му увидел, как облако позади них внезапно приобрело кроваво-красный оттенок, сразу же после чего последовал омывающий Вздымающуюся Реку кровавый дождь, окрасивший её в алые тона.

«Что там произошло?» — как только он подумал об этом, с кровавого облака в реку упала голова.

По спине Цинь Му пробежались мурашки. Он отчётливо разглядел черты лица упавшей головы. Они принадлежали желтолицей женщине, которая присутствовала на банкете в усадьбе городского Лорда!

Цинь Му вновь задрал голову к небу. Что именно там могло произойти?

Дождь начался очень быстро, но не менее быстро прекратился. Словно кровавый ливень, окрасивший реку в алое, был лишь иллюзией. С течением речная вода вскоре вернула себе свой обычный, бирюзовый окрас.

Цинь Му смыл с себя кровавые разводы. Прождав какое-то время, он так и не увидел бабушку Сы. Тем не менее, слепой всё ещё сохранял спокойствие, на его лице нельзя было разглядеть даже толики беспокойства.

Именно в этот момент он внезапно ощутил, как его начала переполнять сила, заставляя сердце биться чаще. Исходя из низовья Вздымающейся Реки, она казалась могла покорить весь мир… Ужасающе немыслимая. Даже Речной Перевозчик под их ступнями забеспокоился, увеличив скорость, с которой плыл против течения.

Уши слепого внезапно дрогнули, и он тут же выкрикнул:

— Му’эр, прими более стабильную стойку и не умудрись свалиться в реку!

Цинь Му сразу же перенёс центр тяжести так, чтобы было проще удержаться на ногах. Казалось словно его ноги стали корнями векового дерева, вросшего в тело огромного речного зверя. Только сейчас он смог расслышать какой-то странный звук, доносившийся из-за спины, а когда повернул голову, чтобы взглянуть, тут же ошеломлённо замер.

Единственное на что он мог сейчас обращать внимание позади себя, это огромная река, уровень воды которой поднимался всё выше и выше, образовывая массивную волну. Река на самом деле начала течь в обратном направлении! От низовья вверх против течения!

К текущему моменту река уже образовала водный вал тридцатиметровой высоты. Белоснежные пенящиеся волны рокоча неумолимо настигали их!

Вода неистово расплёскивалась во все стороны, выходя из обоих берегов и поглощая собой густые леса. Ужасающие волны вздымались, пенились, бурлили и затем свирепо обрушивались одна на другую, словно соревнуясь друг с другом за первенство. Звук от подобного напоминал сотрясающий небеса и землю громовой раскат, вот только не один, а сотни и сотни наслаивающихся друг на друга!

Цинь Му почувствовал, как всё внутри него похолодело, когда увидел гигантскую водяную руку, которая проявила свою форму после того, как чрезмерно сильно бурлящие волны немного успокоились. Рука, чей размер был равен ширине самой реки, неутомимо проталкивала свою ладонь вперёд против течения!

Слепой оставался спокойным и собранным, как будто он не заметил критической ситуации за их спинами.

Огромная рука, состоящая из речной воды, вскоре оказалась на расстоянии всего трёхсот метров позади них и именно в этот момент она внезапно, словно обессилив, развалилась. Огромные объёмы воды расплескались по окрестностям. Волна, всё ещё стремящаяся вперёд против течения по инерции, подняла Речного Перевозчика на тридцатиметровую высоту, прежде чем снова опустить.

Цинь Му взял себя в руки и тут же схватил быка, чтобы тот не соскользнул в воду.

Слепой использовал свою бамбуковую трость, чтобы постучать по голове Речного Перевозчика, после чего огромный речной зверь развернулся и поплыл обратно вниз по течению:

— Му’эр, вернёмся в город.

В пятнадцати километрах вниз по течению, Лорд города Пограничный Дракон Фу Юньди, рухнул с неба и из-за жёсткого приземления сделал по воде ещё несколько шагов для стабилизации. Затем он два раза шагнул вперёд, прежде чем остановиться и оглядеться с помрачневшим лицом:

— Кто ты старший брат, разрушивший моё заклятие?

— Не старший брат, а старшая сестра, — бабушка Сы несла под своим локтем маленькую корзину и короткими, но в то же время быстрыми, шажочками ступала по реке. Её морщины словно ожили, когда она продолжила говорить. — Городской Лорд, ты не боишься навредить жителям Великих Руин учинив такой беспорядок на реке? Если бы ты завершил свою атаку, то деревенские жители в более чем пятидесяти километрах вокруг умерли бы от твои рук… Такой тяжёлый грех…

— Старая карга, ты вместе с тем отвергнутым? — холодно заговорил Фу Юньди. — Значит ты та, кто передала пацану высшее искусство боевых техник, на которые он полагался, чтобы убить моего сына? Мне нужно отомстить за его смерть! Если ты не отойдёшь с моего пути, то умрёшь!

Бабушка Сы вздохнула и вытащила из корзины клубок ниток, вполголоса проговорив:

— Городской Лорд, это Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которых ты так жаждешь… Но как жаль, что сегодня ты увидишь их в последний раз. В определённом смысле я оставлю тебе жизнь, но запечатаю всю твою суть в твоей же собственной человеческой коже. Когда я буду носить её, я возьму под свой контроль весь город Пограничный Дракон и как полагается встречу Имперского Наставника Вечного Мира…

Зрачки Фу Юньди сузились, поскольку клубок ниток знакомо завращался в руке старухи. Нить быстро расширилась над поверхностью реки и превратилась в обширную сеть, заключая в себе городского Лорда.

— Вчера ночью, когда умер твой сын, мне удалось совершить успешную внезапную атаку. Если бы ты знал своё место и сосредоточился на исцелении сразу же после получения ранения, у тебя сегодня может и был бы ещё шанс ускользнуть, — лицо бабушки Сы озарилось. — Однако, ты поддался своей чрезмерной жадности и начал преследовать меня, желая украсть легендарные рукописи, что сегодня и определит твой конец.

— Убьёшь меня? Ты? Сколько лет ты совершенствовалась?! Прекращай мечтать!

Тело Фу Юньди начало содрогаться от необузданно рвущейся наружу жизненной Ци. Его невероятно плотная Ци позади сформировала собой восьмирукого и восьмиглавого небесного бога, которого можно было даже принять за настоящего, так как он практически обрёл физическую форму!

В каждой из своих восьми рук небесный бог держал инструменты, которые почти стали чем-то физически осязаемым!

Будучи Лордом Пограничного Дракона, он, естественно, обладал необыкновенной техникой!

— Техника Восьмиликого Небесного Бога — действительно впечатляет, но она впечатляет и только, ей всё ещё далеко до достижения царства бога! — бабушка Сы усмехнулась, а её кожа внезапно начала обвисать, словно потеряла удерживающую костную структуру. Женщина в самом расцвете сил и молодости выбралась из кожи старухи. Ей оказалась не кто иная, как несравненно прекрасная Владычица Культа из усадьбы городского Лорда!

Она рванула вперёд и нити, сформированные из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, быстро затанцевали по округе. Фу Юньди взревел, нанося удар по прекрасному личику Владычицы, и затем усмехнулся:

— Сы Юю, тебе всего лишь чуть больше ста лет, ты и правда считаешь, что твоя магическая сила выше моей?

Буум!..

Обе их ладони столкнулись и “бабушку Сы” откинуло по воздуху в сторону.

— Думаешь сбежать? — Фу Юньди ринулся в небо, но вдруг почувствовал себя странно.

«Почему я ощущаю такую лёгкость?..»

Он опустил голову и увидел стоящего на реке человека без кожи, со всеми внутренностями и плотью, выставленными напоказ.

Глядя на себя, он непроизвольно взревел. Сам он стал человеческой кожей, а человек внизу был тем, у кого была снята кожа!

В момент, когда “бабушка Сы” нанесла удар своей ладонью по его, нить, трансформированная в Великие Небесные Дьявольские Рукописи, погрузилась в его тело и запечатала три души и семь духов за миг до того, как содрать кожу.

Затем “бабушку Сы” отбросило в обратном направлении по воздуху, но на самом деле она отлетела по своей воле. А когда нить натянулась, человеческая кожа Фу Юньди была отделена от его тела!

— Фу Юньди, ты так себе, — “бабушка Сы” подняла руку, чтобы схватить человеческую кожу и надеть её на себя. Её внешность и поведение стало один в один как у Фу Юньди.

Находящийся ниже безжизненный труп бывшего городского Лорда погрузился в воду и был сметён стремительным потоком реки.

Её тело рухнуло с неба, приземлившись на поверхности реки. Именно в этот момент подплыл Речной Перевозчик Цинь Му и слепого.

«Лорд города Пограничный Дракон?» — волосы на затылке Цинь Му встали дыбом, а от Младшего Защитника на его талии раздался чёткий звон, говорящий о готовности атаковать в любое время.

— Му’эр, я бабушка, — внезапно с уст Фу Юньди слетел голос бабушки Сы, который в следующий миг снова стал голосом городского Лорда. — Армия Империи Вечного Мира должна скоро прибыть, я права? Когда придут старейшина и остальные?

Слепой повернул голову и ответил:

— Совсем скоро они доберутся до города. На этот раз Имперский Наставник Вечного Мира ведёт себя по-настоящему агрессивно. Старая Сы, теперь, действуя как Фу Юньди, ты не можешь облажаться и выдать себя, иначе, если учесть способности Имперского Наставника, он может убить тебя одним движением. Можешь ли ты повторить технику Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди?

П.П.: поздравляю с рекордом лайков в главе, первый раз за 300 перевалило в 72 и 73.))

Глава 75. Собственность Цинь Му

Жизненная Ци бабушки Сы выплеснулась наружу, а вместе с ней позади тела городского Лорда показал свой лик небесный бог с восемью руками и восемью головами. Он выглядел в точности как техника Восьмиликого Небесного Бога Фу Юньди. Цинь Му пригляделся, но не смог найти ни одного различия.

— Великие Небесные Дьявольские Рукописи действительно впечатляют. Неудивительно, что эта техника могла помочь стать и богом, и дьяволом, — слепой воскликнул в восхищении. — Неужели это техника Создание Небесного Бога из рукописей?

Бабушка Сы кивнула головой, и голос Фу Юньди раздался из её рта:

— Рукописи делятся на небесные, земные, человеческие, божественные, призрачные, дьявольские и духовные писания. Это и вправду техника Создание Небесного Бога, она очень хороша для имитирования других техник.

Слепой на мгновение замолчал, после чего проговорил:

— Есть вещи, о которых я не должен говорить, но Му’эру уже четырнадцать лет, так что мне придётся. Му’эр теперь молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа и, рано или поздно, он будет должен покинуть Великие Руины. Когда ты планируешь передать ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Цинь Му был сбит с толку. За последние два года бабушка Сы даже не вспоминала о рукописях, не говоря уже о том, чтобы передать их ему.

Бабушка Сы вздохнула:

— Если бы я разрешила ему совершенствовать Великие Небесные Дьявольские Рукописи сейчас, это, скорее всего, вывернуло бы его мысли наизнанку. Дьявольская природа подобной техники слишком сильна.

Слепой кивнул головой. Великие Небесные Дьявольские Рукописи имели очень коварную природу, их почитали святой библией и техникой, которая могла бы превратить использующего её в бога или дьявола. Даже взрослые люди, с уже состоявшимися характерами, могут быть соблазнены тысячами дьявольских техник, что описаны в книжке.

К примеру, ночной сторож, совершенствующий технику Поднебесной Свободы, неправильно истолковал метод практики техники и использовал её для того, чтобы с помощью змея поглощать души новорождённых, что привело к его смерти от рук Сы и слепого.

— Вообще-то, если он сможет полностью постичь Великие Небесные Дьявольские Рукописи, совершенствование библии ничем не будем отличатся от совершенствования обычных техник, и никто от этого не пострадает. Однако, если он хоть немного неправильно её поймёт, есть огромный шанс, что нога его ступит на ложный путь. Хоть он в итоге и сможет пойти по нему дальше, становясь сильнее, — у бабушки Сы разболелась голова и она продолжила. — Более того, неправильная практика техники тоже наделит её чрезвычайно силой, сделав ещё более своеобразной. Однако, непоправимый изъян всё равно будет лежать в основе. Единственным плюсом является то, что её можно быстро совершенствовать, именно поэтому Небесный Дьявольский Культ носит именно такое название. Когда его только создали, он носил имя Небесного Святого Культа. Говорили, что он был создан небесными святыми, которые хотели просветить всех живых существ, передав и обучив их техникам. Однако, множество последователей культа начали неправильно совершенствоваться и техники стали преобразовываться во всё более демонические, поэтому его и переименовали на Небесный Дьявольский Культ. Хотя у Цинь Му всегда имелось своё собственное мнение, я боюсь, что он неправильно поймёт писания, если я их просто так отдам ему, — она в мгновение ока прыгнула в небо и направилась в город Пограничный Дракон. — Я вернусь в город и подготовлюсь ко встрече с армией Империи Вечного Мира! Пусть остальные также войдут в город и там осядут!

Вскоре Цинь Му и слепой вернулись обратно в город Пограничный Дракон. Днём город был не настолько суетлив, как ночью, но в нём всё ещё оставалось множество жителей из разных деревень.

Цинь Му и слепой отправились в ту самую корчму, где хозяин, являвшийся последователем Небесного Дьявольского Культа, уже приготовил для них комнаты.

Слепой не мог усесться от взволнованности:

— Му’эр, пошли со мной в игорный дом, и ты увидишь мир! Мы с тобой, дедушка и внук, обязательно преуспеем и сорвём большой куш!

Цинь Му вспомнил, как слепого под руки выбрасывали из игорного дома и потряс головой:

— Я не пойду.

Слепой пробормотал:

— Может быть, ты тогда подкинешь мне пару драконьих монет?

Цинь Му достал мешочек, в который слепой сразу же сунул руку, достал охапку монет и ушёл, радостно стуча бамбуковой тростью о пол. Парень не знал, смеяться ему или плакать. Слепой любил азартные игры, но он никогда не использовал свои способности, чтобы выиграть, а наоборот, полагался полностью на удачу.

Ещё молодым Цинь Му научился находить местоположение источника звука и мог бы с лёгкостью определить, где и на какую грань падает игральная кость. Слепой наверняка тоже так мог.

Более того, со своими Глазами Небес, он может с лёгкостью выиграть любое пари. Однако, он упёрто не хотел использовать свои способности и надеялся только на удачу, так что всё время проигрывал.

Цинь Му спустился по лестнице, и к нему с улыбкой подошел хозяин корчмы:

— Молодой Владыка Культа уже уходит? Нужен ли Вам подчинённый, чтобы помочь к подготовке?

Цинь Му потряс головой:

— В корчме есть уши, тебе не стоит обращаться ко мне “Молодой Владыка Культа”, просто называйте меня молодой мастер.

— Хорошо, молодой мастер.

Цинь Му немного подумал и проговорил:

— Кто владелец игорного дома напротив?

Владелец корчмы расплылся в улыбке и ответил:

— Игорный дом, конечно же является собственностью молодого мастера. Желает ли молодой мастер войти внутрь и оглядеться? Я немедленно направлю гонца к владельцу игорного дома, и он явится к Вам в любой момент…

— Моя собственность? —Цинь Му подпрыгнул от неожиданности и потряс головой. — В этом нет необходимости. Сколько объектов в городе принадлежат мне?

Владелец корчмы нерешительно пробормотал что-то и начал подсчитывать:

— Рынок, игорный дом, корчма, ресторан, бордель, антикварная лавка, бытовая лавка, медицинская лавка, мастерская кузнеца, оружейный магазин… Молодой мастер, во всём пограничном городе больше половины заведений находятся в Вашей собственности и больше половины людей Ваши верные слуги. Каждый в игорном доме и борделе, каждый продавец овощей и мяса, каждый кузнец и лавочник, продающий чай, каждый владелец оружейного магазина… Все эти люди без единого слова пожертвуют жизнью ради молодого мастера.

«Так вот почему столько людей помогли мне отбиться от преследования вчера ночью», — Цинь Му таращился в стену, широко открыв глаза и рот. Он почувствовал слабое головокружение и вскоре проговорил:

— Передайте владельцу игорного дома, чтобы слепой человек, с которым я пришёл, хотя бы иногда выигрывал. Давайте ему побеждать, но не слишком много. Пусть немного выигрывает и немного проигрывает, я хочу, чтобы он был счастлив.

— Понятно.

Владелец корчмы сделал шаг назад и ушёл исполнять просьбу.

Вскоре он пришёл с мужчиной средних лет, одетым в шёлковые одежды и соболиную шубу. Владелец корчмы почтительно поклонился:

— Это заправляющий игорного дома, Мастер Чертога Благовоний нашего культа, Хань.

Мастер Хань выглядел смущённо:

— Молодой мастер, проблема не в том, что подданный не хочет, чтобы слепой выигрывал, а в том, что Ваш друг публично мухлевал, не скрывая этого. Если бы он был не настолько явным жуликом, я бы попросту не обратил внимания.

Цинь Му смутился:

— Каким образом он мухлевал?

Мастер Хань ответил:

— Когда Ваш друг играл в домино, он попробовал всех отвлечь, тыкнув пальцем в окно и проорав, что там сидит божественная птица, а затем попытался у всех на глазах подменить фишку. Более того, фишки, находящиеся в собственности игорного дома — чёрные, а Ваш друг доставал из кармана и подкидывал на стол зелёные. Молодой мастер, у меня и правда связаны руки, могу ли я попросить Вас о том, чтобы Вы поручили мне дельце попроще?

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать. Он на момент замолчал, а потом проговорил:

— Дайте ему немного выиграть, затем, если он снова начнёт жульничать, то избейте его, но не слишком сильно.

— Подданный понял, — почтительно ответив, Мастер Хань развернулся, чтобы уйти, в то время как Цинь Му собрался с мыслями…

Почти вся собственность Пограничного Дракона теперь принадлежит ему? Более половины людей — его верные слуги?

Когда он успел стать таким богатым и могущественным человеком?

«Молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа действительно звучит ничего так. В сравнении с теми монетами, что я выиграл вчера, это намного круче».

Цинь Му чувствовал себя очень странно. Парень просто не понимал кто был городским Лордом, Фу Юньди или всё же он.

Более того, поскольку бабушка убила Фу Юньди, украв кожу, весь город Пограничный Дракон теперь стал его собственностью?

Он почувствовал себя нелепо и вышел из корчмы, чтобы прогуляться. Прошлой ночью он успел увидеть только древние храмы возле усадьбы городского Лорда. На этот раз, Цинь Му решил посетить городские драконьи колонны.

Границы города были очень большими, однако, этим древним каменным изваяниям удавалось сдерживать тьму, и они были невероятно прекрасны.

Цинь Му пробудил свои Глаза Небес, и, внимательно рассмотрев колонну перед собой, воскликнул в восхищении. Скульптура дракона, обвивающегося вокруг колонны, являлась драконьим богом и была невероятно огромной. Размер дракона был соизмерим с размером костей драконьего короля, которые он видел во Дворце Дракона Вздымающейся Реки.

Драконьи боги, каждый из которых имел приблизительно сто метров ширины, извивались вокруг каменных колонн. Сами колонны возвышались на пол километра в небо, подобная картина позволила парню осознать насколько огромными были драконы.

Цинь Му поднял голову и ему показалось, что скульптура драконьего бога на одной из колонн ожила. Несмотря на то, что драконы выглядели поистине свирепо, атмосфера вокруг них была божественной и величественной.

«На карте Великих Руин это место называлось не “Город Пограничный Дракон”, а “Звёздный Дворец Небесного Дракона”. Они были работой божественного существа, и, если бы мне удалось изучить ход линий на телах скульптур, это принесло бы много пользы моим умениям рисования и каллиграфии. Возможно, я даже смогу постичь технику божественной личности!»

Цинь Му взволновался и начал медленно рассматривать структуру линий на драконьих колоннах. Несмотря на то, что божественное существо, создавшее эти колонны, наверняка не хотело отобразить на них никаких своих техник, узоры скульптуры невольно несли метку его божественных искусств. Для обычного человека они покажутся просто рельефными скульптурами, но, поскольку Цинь Му изучал каллиграфию и живопись у глухого, он мог понять сокрытую внутри них сущность.

«На карте Великих Руин, приблизительно в ста километрах от Звёздного Дворца Небесного Дракона, находилось Звёздное Море. Если исходить из названия, дворец должен быть местом, где собирались Небесные Драконы. Это место поистине огромное, неужто здесь и вправду когда-то обитала драконья раса? Но даже если это так, вторжение темноты, к сожалению, уничтожило их», — думая в таком ключе, Цинь Му оглянулся и печально вздохнул.

Внезапно сверху раздался изумлённый крик:

— Эй, пастух, почему это ты всё ещё в городе?

Цинь Му услышал знакомый голос и поднял голову вверх. Он увидел маленькую торчащую голову девчонки, которая привела его в усадьбу городского Лорда, чтобы он бесплатно поел.

Лин Юйсю махнула рукой и прозвучал её звонкий голос:

— Ты сможешь сюда подняться?

Цинь Му посмотрел на высоту колонны и засомневался. Колонна была очень высокой, а ветра, по которому можно было бежать здесь почти не было. Единственным вариантом для него было вертикально взбежать по колонне.

Он мог взбежать по горной скале, высотой от ста до ста пятидесяти метров, но на высоту в пятьсот метров ему ещё ни разу не приходилось выбегать.

Цинь Му сделал несколько шагов назад и, собрав силу под ногами, бросился в сторону колонны. Всего за несколько шагов его скорость достигла максимума и он, будто мерцающий луч света, бросился вверх по колонне!

Его старт и скорость были ошеломляющими, за один рывок он выбежал на триста метров вверх по колонне!

«Дерьмо, я не достану до вершины…»

Цинь Му почувствовал, как всплеск силы достиг своего предела, и его скорость начала падать. Он всё ещё находился в десяти-пятнадцати метрах от верха колонны.

Из последних сил он рванул ещё на десять метров вверх. Его тело уже начинало двигаться в обратном направлении, когда с колонны юркнула вниз ленточка и схватила его за кисть. С нежным рывком, парня вытащили наверх.

Цинь Му сделал сальто в воздухе, и приземлился на вершине. Осмотревшись, он увидел, что наверху драконьей колонны находилась огромная, гладкая, каменная платформа, на южной стороне которой была высечена голова дракона.

Лин Юйсю сделала несколько шагов вперёд и, улыбаясь, отвязала от его руки ленту:

— Ты и вправду смог сюда выбежать. Рассказать секрет? Внутри каждой колонны есть лестница, по которой можно запросто подняться наверх.

Цинь Му посмотрел на её ленту и проговорил:

— А материал, из которого сшита твоя лента, довольно качественный.

— Конечно же, — Лин Юйсю была очень горда собой. — Она сплетена из Шёлка Пахучей Природы, такой обычно дарят императору. Поэтому он, само собой разумеется, лучшего качества. Вот понюхай, он очень приятно пахнет. Это аромат природы, и он никогда не иссякнет.

Цинь Му наклонил голову и принюхался, аромат, исходящий от ленты, и вправду был освежающе чистым, с нотками свежего природного воздуха, затем он улыбнулся:

— У меня тоже есть полотенце из Шёлка Пахучей Природы, я им пот вытираю.

Договорив, парень вытащил из-под рубахи в районе груди полотенчико…

Глава 76. Отряды Волков и Тигров

Цинь Му оценивающе потряс своим полотенцем для пота и довольно произнёс:

— Мне с самого начала показалось, что твой запах очень нежный и знакомый. Оказывается, мы используем одинаковую ткань.

Лин Юйсю посмотрела на “полотенце для пота” и её мгновенно бросило в жар, а к лицу прилила кровь, от чего оно неестественно покраснело. Она немедленно, со злостью и стыдом, выхватила “полотенце” из рук Цинь Му.

— Это моё! Откуда оно у тебя вообще? Ты осмелился использовать его как полотенце для вытирания пота!? Я тебя игнорирую! — яростно прокричав, девушка сердито топнула ножкой и, усевшись на драконью голову, положив подбородок на ладони, уставилась в даль.

— Это твоё полотенце для пота? —ошеломлённо переспросил Цинь Му.

— Это не полотенце для пота! — Лин Юйсю неуправляемо рассердилась. — Это ведь мои… мои… Я тебя игнорирую!

— Если это не полотенце для пота, то что тогда? — парень был озадачен. — Одноногий дедушка дал мне это полотенце и сказал, что его используют для вытирания пота. Я увидел, что качество было хорошим, поэтому решил носить с собой. Если оно твоё, я с радостью его верну. Зачем так злиться?

Лин Юйсю со злостью бросила на пол предмет женского нижнего белья:

— Даже если так, я его уже не хочу!

Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, подхватила женское бельишко, и вернула его обратно в руки парня:

— Если так им разбрасываться, люди обязательно подберут его, подумав, что это всего лишь полотенце для пота. Может лучше отдашь его мне? Я много потею, когда тренируюсь.

Лин Юйсю снова рассерженно воскликнула:

— Верни его мне!

Цинь Му озадачился ещё больше:

— Если ты собираешься его выбросить, зачем мне отдавать его тебе? Оставь полотенце мне, я хоть пользу с него имею…

Лин Юйсю вновь отобрала “полотенчико” и задумалась. Затем она достала свой носовой платок и передала юноше:

— Это предмет из гардероба девушки. Ты ведь парень, неужели тебе не стыдно его использовать? Давай-ка я тебе дам вот этот платок. Он тоже соткан из Шёлка Пахучей Природы. А ещё на нём есть моя вышивка, он хорошо подойдёт для вытирания пота.

Цинь Му посмотрел на платок, на котором крестиком была вышита кривая голова свиньи:

— Фу, какая гадкая вышивка.

Лин Юйсю разозлилась и засмущалась:

— Не хочешь, так верни его мне!

Цинь Му немедленно сунул платок в карман и присел возле девушки:

— Ты забрала моё полотенце для пота, поэтому ты должна была дать мне что-нибудь взамен. К тому же, моё старое полотенце было намного больше этого, так что я всё ещё в минусе.

Солнце стояло высоко в небе, а ранние весенние лучи были нежными и тёплыми. Парень прилёг, разглядывая плывущие в синеве облака.

Лин Юйсю моргнула глазами и спросила:

— Как ты думаешь, молодой седьмой мастер, которого ты называл жи… гхм… пухлым, хоть чуточку красив?

Цинь Му немного подумал и ответил:

— Он нормально выглядит, но у него слишком ярко выраженные женские черты, я бы даже сказал, что он больше похож на девушку, чем на парня.

Лин Юйсю невольно затеребила прядь волос, прикрывающую её грудь, и хихикнула:

— А я?

Цинь Му серьёзно на неё посмотрел и сказал:

— Несмотря на то, что у тебя тоже пухленькое личико, ты довольно мила.

Было видно, что ответ удовлетворил Лин Юйсю, и она с любопытством спросила:

— Почему ты не сбежал из города после того, как убил сына Фу Юньди, а наоборот — вернулся?

— У меня есть одно дело, — Цинь Му закрыл глаза и равнодушно проговорил. — Империя Вечного Мира собрала могучую армию и скоро прибудет сюда, я здесь чтобы их остановить.

Сердце Лин Юйсю слегка вздрогнуло. Её лицо приняло серьёзное выражение, проговорив:

— Ты ведь понимаешь, что это как пытаться разбить камень яйцом? Люди Империи Вечного Мира живут в мире и счастливо работают, каждая секта и каждый клан подчиняется законам Императорской Семьи, что держит всю нашу империю в мире и порядке. Внутри границ империи не существует войны, максимум мелкие конфликты. Как её можно сравнивать с Великими Руинами? Здесь вообще нет никакого порядка. У людей здесь нет возможности заработать, и они всё время друг друга убивают. Они живут, не зная когда будут есть в следующий раз. Я видела здесь бесчисленное количество людей, продающих своих сыновей и дочерей. Ситуация в Великих Руинах невообразимо жалкая. Армия Империи Вечного Мира состоит из праведных солдат. Следовательно, тебе стоит отбросить желание ей противостоять и поприветствовать приход Имперского Наставника Вечного Мира.

Цинь Му открыл глаза и пристально посмотрел в небо:

— Люди Великих Руин тоже не в восторге от жизни здесь. Я слышал, что нас называют людьми, отвергнутыми богами. Если мы покинем Великие Руины, нас тут же схватят на границе с Империей Вечного Мира. Некоторые будут казнены на месте. Некоторые станут рабами или отправятся на рудники, где не проживут больше нескольких лет, — сомкнув пальцы рук перед коленями он приподнялся. — Конечно, здешние люди хотят жить лучше, но в Империи Вечного Мира их смерть наступит даже быстрее, чем в Великих Руинах. Им намного лучше здесь, где есть хоть какие-то шансы на выживание. Всяко лучше, чем стать рабом или тут же умереть. Сестра Юйсю, император Империи Вечного Мира и Имперский Наставник не имеют здесь поддержки, тут есть только покинутая богами земля. Здесь живут отвергнутые люди, которые каждую ночь должны встречать вторжение темноты. Затем, когда наступает утро, им приходится идти на охоту, где на каждом шагу поджидает смерть. Но, по крайней мере, у них есть хоть малейшая возможность прокормить себя и детей. А если Империя Вечного Мира завоюет эти земли, им даже жить будет негде.

Лин Юйсю беспомощно уставилась. Она никогда не думала о таких вещах. Девочка всегда считала империю праведной и никогда не задумывалась насколько плохо живут местные.

Она не могла не спросить:

— А знаешь ли ты, что в бою с великой армией Империи Вечного Мира тебя ждёт только смерть? У тебя нет ни малейшего шанса выжить!

Цинь Му засиял улыбкой полной уверенности и, посмотрев на восток, браво проговорил:

— Нет! Императора и Имперского Наставника здесь настигнет неудача. Они столкнутся с непреодолимой стеной, и вся их армия будет искалечена! Они не знают, что их ждёт в таинственных землях, с которыми им придётся встретиться лицом к лицу! Непобедимая легенда Вечного Мира закончится здесь!

Линь Юйсю поднялась и сердито гаркнула:

— Ты упрям как бык! Зачем мне с тобой говорить, если ты всё равно умрёшь в этом городе?

Цинь Му тоже поднялся и пристально посмотрел ей прямо в глаза:

— Отвергнутые люди встретят в Империи Вечного Мира только смерть. Теперь, когда империя планирует вторгнуться сюда и превратить здешние земли в земли Вечного Мира, нет никаких сомнений, что все мы умрём. Если наша смерть неизбежна, то почему бы не попробовать, возможно, у нас появится шанс на выживание?..

Линь Юйсю растерялась от взгляда Цинь Му и спустилась с головы дракона вниз на платформу. Она полубоком повернулась к нему и проговорила через стиснутые зубы:

— Я из Империи Вечного Мира, и моей целью здесь является захват территорий Великих Руин. Это место должно стать частью империи.

Цинь Му кивнул головой.

Линь Юйсю продолжила:

— Я не могу предать Империю Вечного Мира, и каждый, противостоящий империи — мой враг.

Цинь Му снова кивнул и на этот раз ответил:

— Я отвергнутый и ни за что не предам Великие Руины.

Линь Юйсю повернулась и направилась в сторону лестницы, её тень исчезла, но изнутри каменной колонны послышался её голос:

— Если мы встретимся в бою, не жди от меня пощады!

Цинь Му посмотрел вдаль и увидел на расстоянии дым, который словно густой туман, покрывающий километры земли, двигался в сторону города, когда пробормотал себе под нос:

— Ты тоже.

В густом тумане, тысячи бегемотов прокладывали себе путь вперёд. У них имелись длинные клыки, а их тела напоминали небольшие горы. Спины зверей покрывала тяжёлая костяная броня, однако, их скорость была очень высокой. Когда они продвигались вперёд, костяные пластины их брони сталкивались друг с другом и издавали оглушающий грохот.

Позади бегемотов, покуда видел глаз, шагала огромная армия. Их огромные знамёна, трепещущие на ветру, создавали суровую атмосферу. Боевые колесницы в середине армии неслись вперёд, а в воздухе над ними плыли корабли.

В основном на кораблях перевозились только солдаты, тем не менее, посередине палубы находились десятки целителей, которые на износ напряжённо готовили зелья и лекарства. Также на борту находились мальчики на побегушках, постоянно закидывающие духовные пилюли и чудесные лекарства в огромную печь корабля.

Когда эти предметы залетали в печь, они мгновенно вырабатывали неистовую магическую силу, которая бросалась сквозь трубы к двум скульптурам “Зверей Взрыва” в кормовой части корабля. Мощный поток воздуха, выплеснутый скульптурами зверей, заставлял корабль парить в небе и лететь вперёд.

Огромная армия Империи Вечного Мира взяла курс на Великие Руины и пока только её авангард переступил границу. По ту сторону была собрана намного большая сила!

Вдали был заметен трепет знамени Имперского Наставника.

Цинь Му присмотрелся к наступающей армии и его сердце замерло. Каждый солдат в этой армии был практиком, прошедшим множество жестоких битв. Так называемые “Отряды Волков и Тигров” точно соответствовали названию!

Против такой великой армии город Пограничный Дракон казался ничтожным клочком старой бумажки, которую можно запросто разорвать!

— Империя Вечного Мира… — сдерживая шок в сердце пробормотал Цинь Му.

Старейшина как-то сказал, что Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под империю. Однако, Цинь Му казалось, что империя имела значительно больше власти, чем секта. Она была намного теснее сплочённой, и разрушительной силы у неё имелось в разы больше!

Когда секта становится строгой и структурированной организацией, состоящей из безупречных официальных систем и правильно воспитывающей новые поколения, насколько сильной она становится?

Всё, что остается секте после такого, это превратиться в империю!

Тем временем, бабушка Сы, находившаяся в коже Фу Юньди в усадьбе городского Лорда, сложила руки за спиной, и позади неё появился Восьмиликий Небесный Бог, сделав образ Фу Юньди дерзким и властным:

— Имперский Наставник наконец-то прибыл…

Перед входом в игорный дом стоял слепой. Он немного приподнялся, опираясь на трость, и повернул ухо, чтобы лучше расслышать звуки приближающейся армии.

Возле входа на рынок, мясник, у которого не хватало нижней части тела, точил свои ножи. В книжном магазине, находившемся на улице напротив, сидел глухой. С громоздко выглядящими железными ушами, он рисовал что-то огромной, трёхметровой кистью…

Глухой бешено рисовал, словно ополоумевший, и после того, как он закончил, Картина Громового Облака, размером в несколько метров, поднялась в небо и исчезла.

За несколько мгновений всё небо заволокло громовыми тучами, и бесчисленные молнии в сопровождении оглушающего треска посыпались на землю.

Глава 77. Наследный Принц Небесной Живописи

Стоя на драконьей колонне, Цинь Му поднял голову и увидел, что грозовые тучи становились шире и шире, а площадь их распространения возрастала. Зрелище напоминало огромный вихрь, вместе с которым вращались бесчисленные громовые разряды, раздающиеся внутри.

Тучи двигались к авангарду Империи Вечного Мира. Внезапно в землю ударила молния, от которой во все стороны рассеялись искры, будто золотые змеи, издающие громкий, сотрясающий землю, потрескивающий звук.

Разразились бесчисленные удары молний, которые, казалось, нашли свою цель. Когда они падали с неба, зрелище было таким, словно несколько плугов спустились с неба на великую армию Империи Вечного Мира!

Ззз! Пух! Ззз!

Многочисленные разряды сваливались на имперский авангард и, в одно мгновенье, шагающие там бегемоты были сожжены дотла. Когда молнии поражали зверей, у некоторых из них распарывались брюха, будто их разрезали острыми мечами.

Бегемоты вопили от боли и разбегались во все стороны. Часть из них даже побежала обратно в сторону границ империи, в паническом бегстве сбивая с ног и затаптывая многих солдат насмерть.

Раскаты грома и удары молний вскоре достигли рядов армии, сея хаос между солдатами и кавалерией. Неизвестно сколько солдат были поражены молнией и умерли на месте.

В корабль тоже попало несколько молний, от чего тот сразу же загорелся. Печи посреди борта взорвались, превратив целителей и мальчиков на побегушках в лаборатории в горящие факелы.

Свирепая и неуправляемая целебная энергия вырвалась из лаборатории и попала в главную печь. Огромная печь не смогла переработать страшное количество энергии вовремя и с треском взорвалась. Огромный корабль мгновенно распался на куски, исчезая в небе!

Главные печи некоторых кораблей были точно также разрушены, из-за чего последние не могли двигаться, начав медленно спускаться с неба и оставляя за собой вздымающийся шлейф из дыма. В итоге корабли обрушивались на землю, раздавливая бесчисленное количество солдат, не успевших отбежать.

Изначально, Империя Вечного Мира вызывала подавленную атмосферу в городе, но теперь её величие исчезло. Остался только хаос.

— Генерал Лу, эти грозовые облака странны. Они намеренно атакуют нашу армию! — прибежал разведчик со срочным докладом. Добравшись до центральной армии, он поклонился и сплеснул ладони. — Облака над нами имеют радиус пятидесяти километров, за ними — чистое небо!

Генерал Лу выглядел величественно и имел телосложение мускулистого быка. Едва уловимое сияние промелькнуло в его глазах, когда он серьёзным тоном отдал приказ:

— Пусть отряд Маркиза Ветра отправится и сдует грозовые облака!

— Понял! Передайте приказ генерала на сдувание грозовых облаков!

Позади него появились солдаты отряда, одетые в странную одежду, с огромными, размером с ребёнка, тыквенными бутылками на спине. Когда все солдаты открыли горлышка бутылок, в небо тут же взмыл чёрный ветер.

Солдаты отряда задействовали свою жизненную Ци и указали пальцами, заставляя чёрный ветер свистеть и разбухать, превращаясь в сильные порывы, тянущиеся к грозовым облакам на небе.

Однако прямо в этот момент, в городском книжном магазине, была почти готова вторая картина глухого. На ней изображались торнадо и бури. Со взмахом кисти Картина Бури Торнадо поднялась в небо и исчезла.

Как только отряд Маркиза Ветра начал создавать свои заклятия, контролируя чёрный ветер, чтобы сдуть грозовые облака, ситуация неожиданно изменилась. Из грозовых облаков начали сваливаться огромные торнадо, похожие на хвосты божественных драконов, поражая многочисленных солдат великой армии.

Не одно, а десятки торнадо устремились к чёрным ветрам отряда Маркиза Ветра, сплетаясь с ними воедино и в итоге увеличивая свою мощь. Сотни солдат взмывали в воздух, беспомощно барахтая конечностями.

Картина стала даже более ужасающей, когда солдат, сметённых в небо, начали ударять многочисленные разряды молний, сжигая их тела, как бумагу!

Не имело значения, являлись ли они практиками боевых искусств или мастерами божественных… Все едины против власти природы!

Ветер и молния разразились, и за ними последовал падающий с неба ливень, основательно намачивая армию Империи Вечного Мира. Когда молния ударяла по промокшим солдатам, она переходила на землю, пропитанную водой, увеличивая площадь поражения!

Тела многих солдат корчились и крючились, после чего ярко вспыхивали и превращались в пепел.

— Демоны и монстры, какая наглость! Отряд Чёрной Черепахи, поднимите свой щит! — генерал Лу впал в ярость и хлопнул руками. Его тело взмыло в небо, направившись к громовым облакам. Двигаясь туда-сюда, он уничтожал торнадо напрямую.

Шипящая и потрескивающая молния направился к нему, но за миг до того, как коснуться тела, её отклонило исходящее от брони сияние, не позволяя нанести вред.

Под ним, солдаты отряда Чёрной Черепахи закричали в унисон, и их жизненная Ци превратилась в огромные щиты, которые взмыли в воздух. Щиты из жизненной Ци висели на высоте тридцати метров над войсками, закрывая их от ливня.

Разряды молний также не могли пробить щиты Чёрной Черепахи, успокаивая сердца солдат. Военные офицеры различных отрядов немедленно вернули контроль над своими силами и, казнив всех дезертиров, перегруппировались.

В городе Пограничный Дракон, ещё одна огромная картина полетела в небо. Однако, в этот раз она называлась “Сто Демонов”.

Картина Сто Демонов медленно поднялась в небо и бесследно исчезла.

После того, как она исчезла, злобные на вид демонические боги спустились из грозовых облаков и окружили генерала Лу. Волосы генерала встали дыбом, когда он, защищаясь от атак, сражался на смерть, но в этот момент ещё одна огромная картина вылетела из города. Генерал Лу вгляделся в неё и замер от страха.

Это была Картина “Падающий Метеорит”, и на ней были изображены многочисленные метеориты, падающие с неба!

— Отступаем!

Как только раздался крик генерала, ситуация в небе внезапно изменилась. Огромные метеориты со сверкающими огнём хвостами начали сыпаться с неба, пробивая небеса и врезаясь в великую армию Империи Вечного Мира.

— Картины, которые могут защитить от миллиона могущественных солдат… Это заставляет меня вспомнить об одном человеке, — на границе между Империей Вечного Мира и Великими Руинами, на башне городских ворот стоял мужчина средних лет с длинными и стройными бровями. Позади него находились генералы. Мужчина средних лет был Имперским Наставником Империи Вечного Мира, и даже когда великая имперская армия оказалась в критической ситуации, он остался равнодушным и спокойно говорил. — Когда страна Небесной Живописи всё ещё существовала, Наследный Принц Небесной Живописи был непревзойдённым среди своего поколения и обладал несравненным талантом… Он был самым красивым человеком в своей стране, и, к тому же, самым сильным. Однако, он был слишком вовлечён в искусство живописи и каллиграфии. Однажды он сказал, что не заботится о мирских делах и интересуется только чтением святых книг. Когда страна Военного Волка вторглась и захотела поработить страну Небесной Живописи, последняя не смогла устоять перед агрессором. Между тем, Наследный Принц всё ещё был вовлечён в своё занятие. Когда он пришёл в себя, страна Военного Волка уже успела завоевать его земли и убить его людей. Его отец, Император Небесной Живописи, был убит, а его голову как раз несли на параде.

Позади него, генералы Империи Вечного Мира молча слушали и не открывали ртов. Меч на талии одного из них внезапно взмыл в воздух и, обратившись лучом света, устремился вдаль. Он направился прямо на сотню демонов в густых облаках!

— Тогда Наследный Принц Небесной Живописи сошёл с ума, — долгобровый Имперский Наставник глубокомысленно смотрел вперёд, продолжая. — Его двум ушам не хотелось слушать о мирских делах, которые привели к разрушению его страны, так для чего они нужны ему? Принц был импульсивным человеком, бросающимся из крайности в крайность, поэтому заорав на всю улицу, он отрезал себе уши и пронзил барабанные перепонки. После чего использовал кровь своих людей вместо красок, чтобы нарисовать картину ада. Он нарисовал восемнадцать уровней ада.

— Страна Небесной Живописи исчезла и стала бездной. Миллионы солдат страны Военного Волка упали в черноту и стали частью ада, где их поедают демонические боги. Некоторые сильные практики пытались сбежать, но были схвачены и замкнуты в аду навеки.

— Эта битва стала концом как для страны Небесной Живописи, так и для страны Военного Волка. Две державы пали, а Наследный Принц Небесной Живописи исчез. Я был на развалинах страны Небесной Живописи и спускался в черноту бездны. Прогуливаясь по восемнадцати уровням ада, я увидел Картину Восемнадцати Уровней Ада. Я проникся печалью и беспомощностью в сердце Наследного Принца, в то же время испытывая жалость к его таланту. Именно поэтому я попросил императора построить Павильон Святого Искусств. На самом деле, для звания Святого Искусств нет более подходящего человека, чем Наследный Принц Небесной Живописи. Я думал, что никогда в жизни не встречу его, и тем более не ожидал встретить здесь. Как жаль, что он стал врагом Вечного Мира.

Пока он говорил, громовые облака, молния, сто демонов, торнадо и бури исчезли, и с неба начали литься чернила.

Сцена заставила солдат Вечного Мира содрогнуться от страха. Ужасные силы, вызвавшие так много смертей, были на самом деле просто чернилами!

— Лорд, в городе находится заклинатель, сеющий хаос! — находясь в Пограничном Драконе, Цинь Фэйюэ увидел явления в небе и сразу же бросился к усадьбе городского Лорда. Он нашёл “бабушку Сы” и сообщил. — Заклинатель использует свои техники, чтобы остановить продвижение великой армии Империи Вечного Мира. Его сила впечатляющая и исходит из книжного магазина. Могу я попросить городского Лорда выйти и убить его?

Бабушка Сы с серьёзным выражением лица холодно произнесла:

— Заклинатель? Как он смеет создавать хаос на моей территории, вот мразь! Не волнуйся, маленький генерал Цинь, я сейчас же казню его! — договорив, “она” решительно бросилась к книжному магазину.

Цинь Фэйюэ немедленно последовал следом. Однако, к тому времени, когда они добрались до книжного магазина, в нём никого не осталось.

Глава 78. Корабль Солнца

Бабушка Сы нахмурилась и тут же громко приказала:

— Перекройте все выходы из города и найдите заклинателя! Переместите всех горожан на городскую площадь. Мне хочется взглянуть на того, кто посмел сотворить подобное у меня на глазах!

Практики божественных искусств усадьбы городского Лорда приняли приказ и немедленно отправились доставлять обычных горожан и торговцев на городскую площадь.

Цинь Фэйюэ тоже нахмурился. Он чувствовал некую неловкость из-за того, что не смог отыскать заклинателя.

— Не нужно беспокоиться, маленький генерал Цинь, это мой город и ни монстр, ни демон не сможет посеять здесь хаос, — бабушка Сы, пребывавшая в облике Фу Юньди, улыбнулась. — Теперь, когда мы соберём всех людей в одном месте, ни один заклинатель, независимо от своего мастерства, не сможет избежать моей хватки! Не стесняйтесь приглашать армию, в Великих Руинах множество людей, которым не помешает хорошая взбучка! Если подумать, я давно наслышан о величественном имени Имперского Наставника и искренне восхищаюсь им. Я уже не могу дождаться его прибытия, чтобы послушать мудрые наставления и учения!

Цинь Фэйюэ подавил тяжёлое чувство в своём сердце и слабо улыбнулся:

— Городской Лорд, пожалуйста не беспокойтесь. Имперский Наставник всегда справедливо раздаёт и награды, и наказания. Поскольку Вы оказали большое количество услуг Империи Вечного Мира, Вас, естественно, наградят титулом благородного и помогут достичь ослепительных успехов. В охране этого жуткого и холодного места больше не будет надобности.

Бабушка Сы громко засмеялась, по ней было видно, что она была чрезвычайно довольна. Внезапно она, со свирепой ноткой в голосе, проговорила:

— Действия заклинателя, сеющего хаос, за гранью моего понимания. Когда он будет пойман, я прикажу долго пытать его и после казни повесить его голову на входе в город, как предупреждение остальным! Могу ли я попросить генерала замолвить за меня словечко Имперскому Наставнику? Видите ли, заклинатель, сеющий хаос в городе, это не моих рук дело, так что…

Цинь Фэйюэ всё понял и улыбнулся:

— Расслабьтесь, городской Лорд. Я обязательно передам Имперскому Наставнику несколько хороших слов о Вашей персоне.

Бабушка Сы вздохнула и её взгляд колыхнулся, когда она вполголоса произнесла:

— Поправде говоря, после стольких лет управления этим местом у меня скопилось немалое количество разновидных сокровищ. Когда Имперский Наставник войдёт в город, почему бы вам не пройтись со мной и не взглянуть на некоторые из них… генерал свободен брать всё, что ему придётся по душе.

Сердце Цинь Фэйюэ вздрогнуло. В Великих Руинах сокровища находились повсюду, их хватало даже до вторжения тьмы. Во время управления городом, Фу Юньди однозначно наложил руки на множество из подобных странных и уникальных предметов. Если у него получится войти в сокровищницу, то он явно останется в выигрыше!

Стоя на вершине колонны, Цинь Му не мог оторвать впечатлённого взгляда от картин глухого, что превращались в божественные искусства. С молодости он учился у глухого каллиграфии и живописи, он также очень много читал. Несмотря на всё это, он впервые видел, как глухой показывал на что он действительно способен… Силы одного человека хватило, чтобы остановить сотни тысяч солдат армии Империи Вечного Мира! Зрелище было потрясающим!

Если в Империи Вечного Мира нет мастеров, способных разрушить подобные божественные искусства, вся их армия умрёт под гнётом атак одного, совершенно глухого, человека.

— Му’эр, ты что, стоишь на вершине столба? — внезапно внизу раздался голос мясника. Цинь Му склонил голову и увидел, как мясник с помощью своих ножей атакует колонну. Странным было то, что ни один из ножей даже к ней не прикоснулся.

Во время того, как мясник рубил ножами, его тело поднималось вверх, пока не приземлилось на вершине колонны.

— Зачем ты делаешь это, дедушка мясник? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Я хороню в колонне свои божественные искусства, чтобы когда прийдёт время, её уничтожить.

Мясник спрятал свои ножи для убоя свиней за спину и, с помощью рук, запрыгнул на драконью голову. Смотря на великую армию, наступающую на город, он проговорил:

— Когда армия Империи Вечного Мира войдёт в город, мои божественные искусства взорвутся во время глубокой ночи. Драконья колонна разлетится на маленькие кусочки, уничтоженная светом моих ножей.

Авангард Империи Вечного Мира, переживший атаку глухого, потерял множество солдат. К текущему моменту вторая дивизия войск присоединилась к авангарду и направилась прямиком в сторону города Пограничный Дракон.

Несмотря на то, что они пострадали от атак глухого, объединив свои силы их опасность лишь возросла.

Цинь Му подпрыгнул от шока и воскликнул:

— Дедушка мясник, ты хочешь использовать тьму, чтобы уничтожить великую армию Империи Вечного Мира?

Мясник кивнул головой и проговорил:

— Я уже похоронил свои искусства в трёх остальных колоннах, так что осталась только эта.

У Цинь Му по спине пробежали мурашки. Если ночью уничтожить драконьи колонны, армию Империи Вечного Мира ждёт катастрофическое бедствие.

Когда придёт время, неизвестно сколько людей погибнет во тьме от неестественных причин!

Цинь Му засомневался:

— Дедушка мясник, а как же люди в городе…

Мясник улыбнулся:

— Только что глухой использовал заклятие, чтобы атаковать имперскую армию, а бабушка Сы запечатала город и собрала всех на главной площади.

Цинь Му сразу успокоился. На городской площади располагалось множество древних храмов, в которых находились самые разнообразные каменные статуи… Они помогут людям защититься от вторжения тьмы.

Было очевидно, что бабушка Сы и глухой уже давно обговорили все детали плана. Когда драконьи колонны разрушатся, тьма заполнит улицы города. Городская площадь, окружённая храмами, будет безопасным местом. Поскольку все горожане уже там им ничего не грозит.

— Когда придёт ночь от армии Империи Вечного Мира не останется и следа. Единственными кому удастся сбежать будут Имперский Наставник и несколько сильных практиков. Именно в это время и произойдёт финальная битва, — мясник улыбался. — Так что старейшина деревни тоже прибудет.

Цинь Му сбился с толку. Что может сделать старейшина, у него ведь нет ни одной конечности.

Мясник был немного взволнован, и усмехнулся:

— Наконец-то мы увидим, как сильнейший меч противостоит сильнейшему мечу! Чёрт возьми, я уже не могу дождаться ночи… А это что ещё такое?

С застывшим выражением лица он уставился в даль. Будто увидев призрака, он закричал:

— Что, чёрт возьми, это такое?!

Цинь Му проследил за его взглядом и немного удивился. Всё, что он увидел, было чёрной точкой, кто знает почему мясник был так поражён. Точка находилась в стороне Звёздного Моря, которое находилось на расстоянии ста километров от города Пограничный Дракон.

— Бл*ть, Бл*ть… — мясник начал плевался ругательствами, как сапожник. Он внезапно взмыл в небо и, приземлившись, заорал. — Оставайся тут и не двигайся. Я пойду найду старейшину, целителя и остальных. После довольно длительного пребывания в Великих Руинах, я никогда подобного не видел… Бл*ть…

Цинь Му был сбит с толку. Впервые он увидел, как мясник потерял самообладание. Даже сходя с ума во время тренировок, он не ругался столько. В худшем случае он мог извергнуть пустую ругань в сторону неба.

Посмотрев на крошечную точку, юноша оцепенел… Ведь её размер солидно возрос.

Маленькая чёрная точка становилась всё больше и больше. Сначала она была похожа на дырочку шириной с иголку в клочке белой бумаги, а сейчас больше походила на чёрное пятно, которое всё сильнее “загрязняло” горизонт.

Внезапно, Цинь Му увидел мерцание нескольких фигур и понял, что возле него уже стоят бесстрашный деревенский старейшина, безликий целитель, немой и остальные.

Однако, слепого среди них не было. Его скорее всего оттащили на городскую площадь люди из игорного дома.

— Боже мой… — целитель ошеломлённо посмотрел на чёрную точку и пробормотал. — Этот корабль просто огромен… Легенды не врут, он и вправду существует!

Деревенский старейшина был шокирован, пробормотав:

— Почему корабль явился именно сейчас?

Немой был в оцепенении и всё, что он мог делать, это тупо пялиться.

Глухой тоже был ошеломлён.

— Бл*ть… — мясник продолжал плеваться ругательствами.

Цинь Му открыл свои Глаза Небес и попытался ближе рассмотреть чёрную точку, но ничего явного не увидел.

Чёрная точка постепенно вырастала в размерах. Она уже была похожа на большую чёрную тарелку, но всё ещё продолжала расти. Вскоре чёрная тарелка разрослась до трёхметрового размера, а затем и до двадцатиметрового…

Из-под земли почувствовались вибрации. Цинь Му ощутил, что его ноги немеют от силы вибраций, которые становились со временем лишь сильнее. Складывалось впечатление будто огромный монстр движется вперёд.

Парень почувствовал, как вокруг него нагревается воздух. Казалось, будто солнце собирается испепелить землю вокруг хоть покалеченной, но дружной компании. Однако, на улице стояла весенняя погода и до лета оставалось ещё два месяца.

Наконец-то Цинь Му увидел то, что видели остальные.

Со стороны Звёздного Моря приближался корабль.

В верхней части корабля находилась огромная чёрная сфера, которая продолжала разрастаться в размере.

Выражение лица Цинь Му исказилось, и он почувствовал, как его сердце пропустило несколько неспокойных ударов. Чуть погодя он мрачно выдохнул и, скрежеща зубами, пробормотал:

— Бл*ть…

Мясник вытаращился на него и гаркнул:

— Пизд*кам нельзя ругаться! Бл*ть, это что ещё такое явилось?

Приближающийся корабль был невероятных размеров, формируясь из высоких и величественных вулканов, которые выплевывали клубы дыма и огня в облака. В дыму виднелись вспыхивающие огни, а искры, созданные ими, озаряли дневное небо.

Форма вулканов была странной, у них не было пиков, тем не менее можно было рассмотреть захватывающие дыхание дворцы. Несмотря на то, что небо над кораблём заволокло дымом, дворцы сияли золотым светом и выглядели умопомрачительно.

Также там можно было увидеть огромные цепи, настолько толстые, что и десяткам человек не хватило бы длинны рук, чтобы обхватить одну из них. Все цепи были каким-то образом привязаны к чёрной сфере. Двигаясь в воздухе, цепи ударялись друг о друга и издавали невероятный грохот.

Даже тянущаяся чёрная сфера издавала звуки громыхания. Казалось, что сам воздух дрожит и искажается от её веса.

В этот момент корабль находился над Вздымающейся Рекой, заставляя её кипеть и высыхать от жары. Рыбьи монстры и речные чудища повыскакивали на берег и сбежали!

— Это ведь… — Цинь Му на секунду впал в ступор и затем заорал. — Корабль Солнца!

Глава 79. Пастухи Солнца Великих Руин

Старейшина деревни, целитель и все остальные с недоумением взглянули на парня.

— Му’эр, ты уже видел этот корабль? — с любопытством спросил целитель.

— Он был нарисован на топографической карте Великих Руин, — Цинь Му тоже был умственно и физически взволнован. Эта громадная штука, похожая на корабль, должна быть Кораблём Солнца, который он видел на карте во Дворце Подавления Рока.

Когда парень впервые увидел название “Корабль Солнца”, он впал в замешательство, так как не понимал, почему корабль так назывался. Однако, теперь он понял…

Корабль Солнца был кораблём, который тянет за собой солнце!

И солнцем оказалась та чёрная сфера, прикована к кораблю… Точнее погасшим солнцем.

Можно предположить, что до того, как тьма вторглась в Великие Руины, существовал Корабль Солнца, который таскал за собой пылающее солнце, путешествуя по землям Великих Руин.

Цинь Му потерял дар речи. Почему солнце, которое тянул Корабль Солнца, погасло?

Если Корабль Солнца тянул за собой солнце, чем тогда был Корабль Луны, который тоже был обозначен на карте? Неужели огромное судно, тянущее луну?

И где тогда место под названием “Колодец Солнца”? И “Колодец Луны”?

Бум! Бум!

Двигаясь в сторону города, невероятно огромный корабль внезапно отрастил ноги, размером с гору. Они формировались из магматических пород, и из трещин между камнями излучался яркий свет.

Свет исходил от магмы, которая была будто кровью Корабля Солнца.

Огромный корабль вырастил двадцать четыре ноги, в соответствии с двадцатью четырьмя солнечными циклами.

Хоть ноги корабля казались непропорционально толстыми, каждый шаг, который он делал, был три километра в длину.

Появление огромного объекта было невероятно шокирующим.

Глухой смотрел на немого, который в ответ нервно смотрел на него и активно жестикулировал. Глухой переводил:

— Это не настоящее солнце, а сокровище, которое создали люди предыдущих поколений, до прихода тьмы. Немой, я думаю, ты прав…

Огромный Корабль Солнца приближался к городу Пограничный Дракон, заставляя воздух становиться всё более и более сухим. Цинь Му поднял голову, но его взор не достал до вершины корабля… Тот попросту был слишком огромен!

Ослепительные дворцы бросились ему в глаза, и их размер казался абсолютно обычным. Однако, на таком большом расстоянии, они должны были выглядеть намного меньше. Парень мог только предположить, насколько огромными окажутся строения, если подобраться к ним вплотную. Стоя внутри, взрослый человек казался бы мурашкой.

— Место обитания расы богов, — старейшина деревни говорил в полголоса. — Я слышал, что их звали Пастухами Солнца, а их бог зовётся Хранителем Солнца.

«Пастухи Солнца?» — все были слишком ошеломлены для того, чтобы что-нибудь произнести. Из всех жителей деревни Цань Лао, старейшина провёл в Великих Руинах наибольшее количество времени. Он жил здесь уже несколько сотен лет и знал это место лучше всех. Очевидно, он уже слышал о Корабле Солнца и владел какой-то скрытой информацией.

— Интересно, есть ли потомки Пастухов Солнца на борту? Остался ли на корабле Хранитель Солнца? — пробормотал старик.

Корабль Солнца прошёл мимо города Пограничный Дракон и отправился к величественной армии из тысяч солдат Империи Вечного Мира. Зрелище было настолько грандиозным, что войска забыли о продвижении вперёд и глупо уставились на огромный объект…

Он был слишком страшным, слишком шокирующим.

Вьюх! БУМ!

Одна из ног корабля приземлилась, будто упавшая с неба гора, сокрушив бесчисленное количество солдат. Когда нога корабля снова поднялась, на поверхности земли появилось небольшое озеро.

— Спасайтесь!!!

Только теперь кто-то осознал происходящее и закричал, начиная бежать чтобы спастись. Солдаты позади ещё не отреагировали, поэтому люди начали толкаться и сталкиваться друг с другом. Когда люди, оставшиеся позади, наконец пришли в себя и начали разбегаться, было уже слишком поздно.

Огромный Корабль Солнца шёл вслед за армией Империи Вечного Мира, движущейся к своим границам, сокрушая бесчисленное количество солдат на своём пути. Независимо от того, сколько божественных искусств или летающих мечей офицеров пыталось его повредить, никто не мог даже встряхнуть настолько огромный корабль.

Два отряда армии были объединены вместе, поэтому количество солдат было неисчислимым. Даже если кто-то хотел убежать, он просто не мог проложить себе путь. Несмотря на то, что практики божественных искусств могли подниматься в воздух, ноги корабля с лёгкостью их сбивали, словно мух.

Огромный Корабль Солнца продолжал продвигаться вперёд и давить беспомощных солдат на своём пути. Генерал Лу попытался изо всех сил атаковать корабль, но его попытки напоминали муравья, пытающегося встряхнуть дерево — корабль никак не реагировал на его действия.

На границах империи вспыхнули лучи мечей, устремившись к величественному кораблю-горе. От столкновений во все стороны разлетались искры, но каменный гигант остался невредимым. Когда мечи-сокровища вернулись назад к своим владельцам, выражение лиц мастеров на границе сильно изменилось. Их мечи раскалились докрасна и начали таять!

Несколько тысяч мастеров божественных искусств подняли грозовые тучи с помощью заклятий, образовав бурю, которая начала, вращаясь подобно волчку, катиться в сторону корабля, однако, она испарилась, прежде чем подлететь к нему достаточно близко.

Погашенное солнце, которое тянул Корабль Солнца, всё равно было солнцем. Жар, который оно излучало, был просто слишком высоким.

У корабля имелось двенадцать пар ног, поэтому он мог передвигаться очень быстро и достаточно скоро достиг пограничной зоны. Воздух пронзили скрипящие звуки, когда каменный исполин медленно остановился. Затем, от медленно парящего возле самых границ Империи Вечного Мира чёрного солнца, последовало тяжёлое гудение, словно кто-то что-то монотонно бормотал.

Солдаты армии за пределами Великих Руин безучастно уставились вверх, глядя на поистине громадный объект прямо перед их носом. Несмотря на свою величественность, границы на фоне подобного в глазах солдат казались миниатюрными.

Лица некоторых офицеров от страха стали мертвецки бледными. Они едва ли могли стоять должным образом, что уж говорить об обычных рядовых солдатах… Последние были напуганы до смерти, вне зависимости от того, были ли они практиками уровня боевых искусств или божественных.

— Корабль Солнца создан существами ещё до вторжения тьмы. Как интересно, — Имперский Наставник Вечного Мира стоял на вершине здания и смотрел на каменного исполина. Величественный корабль заставлял сердца всех присутствующих трепетать, и даже он не смог остаться безучастным.

На вершине корабля и перед дворцами он увидел стоящие фигуры.

Подняв голову выше, он посмотрел на чёрное солнце…

Несмотря на то, что оно было таким же огромным, как настоящее солнце, менее шокирующе от этого выглядеть не стало. Можно только представлять, каким бы было зрелище, если бы солнце вновь запылало.

Солнце можно погасить, но, если имперская армия столкнётся с подобным огромным объектом, это будет сродни пытающемуся остановить боевую колесницу богомолу… Проще говоря, за гранью возможностей.

Чувствуя исходящую от Корабля Солнца божественную энергию, он думал: «Ещё есть выжившие небесные боги. Таинственные Великие Руины нельзя недооценивать…»

Имперский Наставник поднял руку и отдал приказ:

— Предайте мой приказ! Мы отступаем и никому не разрешается ступать в Великие Руины в течение следующих пятидесяти лет!

Сердца множества генералов за его спиной вздрогнули, тем не менее, они сразу же передали приказ.

Имперский Наставник поднял голову и, когда его взгляд приземлился на дворцы, он тихо проговорил:

— Корабль Солнца не может защищать Великие Руины вечно. Даже небесные боги смертны. Пастухи Солнца — всего лишь доживающая свой век раса. Пятьдесят лет спустя моя Империя Вечного Мира будет обладать могучей силой, достаточной, чтобы объединить все Великие Руины. Сейчас попросту не разумно противостоять им.

Он повернулся и зашагал по башне городских ворот. От города начали доноситься тревожные звуки гонга, которые использовались только тогда, когда нужно было остановить наступление войск. Когда солдаты, всё ещё находящиеся за пределами имперских границ, услышали гонг, для них исходящие от него звуки были сродни райской мелодии, освобождающей от бремени обязанностей… Они тут же сломя голову рванули назад, начав своё отступление.

Огромный Корабль Солнца, изменив направление, медленно зашаркал ногами в сторону города Пограничный Дракон.

Чуть погодя, практически вся выживавшая армия благополучно ретировалась обратно в Империю Верченого Мира, в то время как Корабль Солнца добрался до Пограничного Дракона.

Подняв голову, Цинь Му увидел величественный, пронзающий небеса, корабль, который тянул за собой чёрное солнце. Зрелище было незабываемым.

Корабль Солнца остановился, после чего каждая из его двадцати четырёх ног согнулась, словно присаживаясь.

У всех стоящих на вершине колонны были странные выражения лиц, помимо разве что целителя, его лицо во все времена выглядело странно. Корабль Солнца больше походил не на корабль, а на живое существо с двадцатью четырьмя ногами!

Находясь так близко к городу, волны жара окатили всё вокруг. Даже городские стены стали накаляться, словно собирались вот-вот расплавиться.

Исполин должно быть ждёт, когда великая армия Империи Вечного Мира закончит своё отступление.

— Интересно, на борту всё ещё есть Хранитель Солнца? — пробормотал Цинь Му.

— Есть, я чувствую ауру бога, — старейшина деревни заговорил с серьёзным выражением лица. — Имперский Наставник Вечного Мира оказался в щекотливой ситуации и в итоге был вынужден отступить, чтобы избежать поражения. В течение следующих десятков лет он навряд ли посмеет войти в Великие Руины. Мясник, убери свои ножи или драконьи колонны снесёт.

Мясник кивнул головой и взволнованно зыркнул на Корабль Солнца:

— Мы так долго готовились к этой битве, но Имперского Наставника отпугнул Хранитель Солнца. А ведь мы упустили такой хороший шанс расправиться с старым хрычом! Эй, а как вам такая идея, слетаем на корабль и смахнёмся с тем богом!?

Все скорчили беспомощные мины, покачивая головами. От этого психа только и жди дополнительных проблем. Если на борту всё ещё есть хотя бы один Хранитель Солнца, мясника ждёт только смерть, если тот попытается сразиться с ним полагаясь только на свою верхнюю половину тела.

Старейшина деревни и остальные спустились с драконьих колонн. Цинь Му продолжал нерешительным взглядом смотреть вверх. Он очень сильно хотел подняться на этот величественный корабль и посмотреть, что там да как.

«В какой именно эре было возможно построить такой огромный объект? Он даже может передвигаться и тянуть солнце?» — пока он думал в таком ключе, носовая часть Корабля Солнца внезапно наклонилась вниз.

Широко распахнув глаза, Цинь Му словно испустил дух. Примерно прикинув размеры носа корабля, он понял, что тот был почти таким же большим, как город Пограничный Дракон. Корабль наклонился вниз с такой лёгкостью, будто за ним не стояло ни грамма веса.

Только теперь парень смог разглядеть, что находилось на борту. Например настоящие горы и реки, травы и цветы. Величественные залы и палацы стояли на вершинах, походя на священные места, где обитают бессмертные. Там находилось много рослых людей, рост которых был настолько высок, что целитель, телосложение которого считалось статным, а рост высоким, по сравнению с ними показался бы ребёнком.

Цинь Му прикинул, что их рост начинался как минимум с тридцати метров, что было не далеко от рабочих великанов Небесного Дьявольского Культа.

Однако была одна странность, даже несмотря на то, что носовая часть корабля накренялась вниз, озеро на борту оставалось ровным и не выходило из своих берегов.

— Твой нефритовый кулон очень странный, от него исходит необыкновенная, божественная аура…

Глава 80. Хранитель Солнца

Отчётливый громкий голос донёсся из сердца корабля.

Нефритовый кулон, лежащий на груди у Цинь Му, нежно поднялся вверх, как будто его манило к Кораблю Солнца. Сердце парня дрогнуло, когда он понял, что прозвучавший голос исходил от огромной женщины-гиганта на борту, которая была в несколько раз выше, чем все прочие, и походила на небесную богиню.

Большая часть её ног, приблизительно до бёдер, погружалась в тело корабля. Тем не менее, она по-прежнему возвышалась примерно на триста метров. У неё было четыре руки. Каждая из рук держалась за огромную колонну. Вокруг каждой колонны наматывались цепи. Это были те самые цепи, что крепились к чёрному солнцу в небе!

Её тело окутывал огонь. Полыхающая огненная энергия заставляла парня чувствовать, что он горел, когда смотрел на неё…

Странно, но, когда Цинь Му разглядел черты её лица, она показалась ему маленькой девочкой, скорее всего даже младше его самого.

Однако, с таким огромным телом, как она могла быть маленькой девочкой?

Она казалась очень измученной и задыхающейся.

— Старшая узнала нефритовый кулон? — сердце Цинь Му вздрогнуло, немедленно сорвав кулон со своей шеи, после чего он увидел, как четыре руки девушки-гиганта опустились. Вскоре она уменьшилась в размере, превратившись в маленькую девочку, на голову ниже его самого.

— Старшая? — её голос прозвучал завораживающе мелодично, после чего она мило улыбнулась. Несколько раз тяжело вдохнув, словно из-за длинного забега, она продолжила. — Я не старшая…

Ей пришлось приложить много усилий, чтобы вытащить свои ноги из тела Корабля Солнца, который сам по себе был крайне странным. Её ноги действительно сливались с кораблём, пламя которого проникало внутрь них, играя роль кровеносных сосудов, от чего нужно было приложить не дюжие усилия, чтобы вытащить их.

Вытащив свои ноги, место, где они раньше находились, начало выравниваться. Две дыры медленно восстанавливались, будто срастались.

Попытавшись сделать несколько шагов, её ноги предательски задрожали, и она упала. Девочка сразу же использовала свои четыре руки, чтобы подняться, и смущённо спросила:

— Ты можешь подняться сюда?

Цинь Му посмотрел на остальных гигантов и самый старый из них кивнул:

— Разрешите ему подняться на борт.

Гигант в простой одежде подошёл к носу корабля и протянул руку. Его рука послужила мостом между драконьей колонной и Кораблём Солнца. Цинь Му, недолго сомневаясь, ступил на руку и прошёлся по ней вверх до самого корабля.

Ступив на борт, парень сильно удивился. Здесь было намного прохладнее, чем он ожидал. Первоначально он считал, что здесь будет жарко, как в каменной печи, и уж точно не ждал, что это место окажется таким приятно-освежающим.

— Му’эр, ты маленький засранец!

В городе Пограничный Дракон, старейшина деревни и остальные почувствовали аномалию на борту Корабля Солнца. Развернувшись, чтобы посмотреть, что произошло, они увидели, как Цинь Му уверенно шагает вверх по руке гиганта.

Целитель не смог сдержать улыбки:

— А у парня кишка не тонка, он посмел взобраться на корабль бога!

Мясник, явно намереваясь сделать что-то плохое и опасное, достал свои ножи для убоя свиней:

— Они дерзнули наложить руки на нашего малыша, прорубим же себе путь наверх!

Старейшина посмотрел на него и спокойно проговорил:

— У них нет плохих намерений, оставь Му’эра в покое. Мне кажется на борту корабля нет бога…

Цинь Му подошёл к маленькой девочке и Корабль Солнца вернул себе горизонтальное положение. Из-за того, что она длительное время не ходила, ей было трудно устоять на ногах даже чтобы просто поприветствовать гостя. Девочка смогла только сидя поклониться ему.

Цинь Му поздоровался в ответ и передал ей в руки нефритовый кулон. Маленькая девочка внимательно рассмотрела его и задумалась. Необычный и загадочный язык сорвался с её уст, когда она обращалась к старому гиганту позади себя.

Старый гигант скорчил изумлённое выражение лица и ответил ей что-то на том же языке.

«Язык богов!» — подумав об этом, Цинь Му был поражён. Они общались между собой на языке богов. Он и раньше его слышал, но не мог разобрать значение. Поэтому сейчас он не имел ни малейшего понятия, о чём они разговаривают.

Перекинувшись несколькими предложениями, девочка вернула кулон обратно в руки Цинь Му:

— Дедушка Патриарх сказал, что твой нефритовый кулон не божественный, не дьявольский и не буддистский. Раньше он уже видел подобные вещи и полагает, что кулон из деревни Беззаботная Великих Руин.

— Деревня Беззаботная? — сердце Цинь Му пропустило удар. — Где она находится?

Девочка снова спросила что-то у гиганта и он, немного поколебавшись, ответил ей на языке богов, после чего она покачала головой:

— Деревня Беззаботная очень странное место, которое появляется только тогда, когда тьма окутывает Великие Руины. Он тоже не знает, где она находится.

Цинь Му разочарованно вздохнул, но запомнил название деревни. Деревня Беззаботная могла оказаться местом его рождения, местом, где находятся его родители. Он должен был любой ценой найти его…

— А я неплохо справилась, правда? — усмехнулась маленькая девочка.

Цинь Му озадачился и спросил со странным выражением лица:

— Неужели это ты управляешь Кораблём Солнца? Тебе удалось прогнать армию Империи Вечного Мира!

Девочка очень собой гордилась:

— Не ожидал такого, да?

Цинь Му и правда такого не ожидал. Ей удалось перепугать не только Имперского Наставника Вечного Мира, но и деревенского старейшину, немого и остальных старых монстров. Враги подумали, что на борту корабля находится древний небесный бог, с которым им не совладать, и сбежали, поджав хвосты.

Им даже в голову не пришло, что Кораблём Солнца управляет такая маленькая девочка. Корабль, конечно же, сам по себе был невероятно шокирующим и мощным оружием… Поэтому ни капли не странно, что у всех сложилось ложное впечатление.

— Меня зовут Янь Цзинцзин, а тебя? — с любопытством спросила девочка.

— Цинь Му, — ответил юноша, после чего заколебался, прежде чем продолжить. — Я не знаю, “Цинь” моё имя или всё же фамилия, это слово было написано на моём нефритовом кулоне. Старейшина деревни решил, что Цинь фамилия, в итоге дав мне имя Му, что означает пастух. Каково значение твоего имени, Янь Цзинцзин?

— Оно означает множество огня и солнца, — Янь Цзинцзин попыталась подняться, но так как она давно не использовала свои ноги у неё это получилось с большим трудом. Цинь Му заметил, что мышцы на её ногах ссохлись, став до ужаса тонкими. К её костям цеплялась кожа, а между ними не было даже унции плоти.

Девочка была настолько истощена, что люди вокруг не могли не волноваться за неё.

— Когда я только родилась, то была похожа на солнце. Моя мать заживо сгорела от огней моего тела, поэтому дедушка Патриарх дал мне имя Янь Цзинцзин, — выражение лица Янь Цзинцзин приняло унылый оттенок. — Когда я выросла, дедушка Патриарх сказал, что у меня в венах течёт кровь Хранителя Солнца. Сила Хранителя позволяет мне быть принятой Кораблём Солнца, с помощью которого я путешествую по Великим Руинам. В моей расе я единственная, кто может управлять таким кораблем, так что я стала Хранителем Солнца сего поколения, — проговорив, она снова радостно улыбнулась. — Ты мальчик, пасущий коров, а я девочка, пасущая солнце. Когда я соединяюсь с кораблём, мои силы становятся подобны силам небесного бога. Поэтому мне и удалось отпугнуть плохих дядек. Я что, напугала и тебя?

— Да, — улыбнулся Цинь Му.

— Мне очень жаль. Я очень устала и поэтому остановилась здесь, чтобы немного отдохнуть, случайно тебя напугав… — опустила голову Янь Цзинцзин.

— Всё в порядке. Почему у тебя такие худые ноги? — удивлённо улыбнулся Цинь Му.

— Дедушка сказал, что солнце нашего клана Пастуха Солнца уже потухло. Поэтому, когда я контролирую Корабль Солнца, он с каждым мигом истощает меня, поглощая силы, от чего я становлюсь всё худее, — сказала Янь Цзинцзин и продолжила. — Когда моя сила полностью иссякнет, я сольюсь с этим кораблём, как и предыдущий Хранитель Солнца. Так умер мой отец… Если бы солнце снова воспламенилось, Корабль Солнца начал бы поглощать его силу и даже значительно преумножил мою собственную!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он посмотрел на чёрное солнце в небе и пробормотал:

— Нужно воспламенить солнце? Кто может быть на такое способен? Наверное, только настоящий небесный бог… Почему ты обязана охранять это место и быть Хранителем Солнца?

— Потому что это призвание всех последователей нашего клана. Хранитель Солнца — это духовный сан! Очень-очень давно, я и сама не знаю насколько давно… В любом случае, мы, Пастухи Солнца, были назначены Хранителями Солнца и должны управлять Кораблём Солнца, защищая Великие Руины. Этот долг передаётся из поколения в поколение. Что касается того, кто назначает нас Хранителями Солнца, я не имею ни малейшего понятия, возможно дедушка Патриарх знает.

Янь Цзинцзин выглядела очень радостной, казалось, ей давно не было с кем поиграть. Она присела поудобнее и завела беседу с Цинь Му, рассказывая ему о необычайных вещах, которые видела в странных землях, пока путешествовала.

Цинь Му оглянулся. Клан Пастуха Солнца состоял из гигантов, среди которых были молодые парни и девушки, с которыми Янь Цзинцзин могла бы поиграть. Однако, они слишком сильно почитали её и не смели даже близко подходить.

Кроме того, все эти люди были очень высокими и крепкими. Они были намного выше и сильнее Янь Цзинцзин. Она выглядела больше похожей на обычного человека, сильно отличаясь от них.

Цинь Му догадался, что, возможно у неё также есть кровь человеческой расы. Также её тело могло уменьшиться в размере из-за того, что корабль полностью истощил его.

Странным было то, что когда Янь Цзинцзин соединялась с кораблём, она становилась аномально высокой и крепкой, будто внушающая благоговение небесная богиня, что могло означать, что Цинь Му не совсем прав.

Конечно, он кое чего не знал, а именно, что последователи клана Пастуха Солнца на самом деле были обычного размера. Дело в том, что плотность божественной энергии в воздухе на борту корабля настолько высока, что, вместе с едой, они поглощают её в огромных количествах, от чего их тела становятся невероятно большими и крепкими.

Это происходило из-за той силы, которую Янь Цзинцзин передавала кораблю… Той энергии, что она поглощала из воздуха было недостаточно, чтобы компенсировать утраты сил, поглощённых кораблем. Поэтому она и не становилась высокой и крепкой, как остальные члены клана.

Когда девочка сливалась с Кораблём Солнца их силы объединялись, и она могла принять облик небесной богини.

— В будущем, если у меня будет достаточно сил, я помогу снова зажечь солнце и освобожу тебя! — заявил Цинь Му.

— Серьёзно? — глаза Янь Цзинцзин радостно заискрились, и она взволнованно пролепетала. — Я буду ждать этого дня! Наконец то я смогу ходить, как и все остальные!

Цинь Му кивнул головой и улыбнулся:

— Я однозначное найду способ снова зажечь это солнце.

В этот момент подошёл гигантский Патриарх и проговорил:

— Хранительница Солнца, армия Империи Вечного Мира полностью отступила.

Янь Цзинцзин с большим усилием поднялась и, мило улыбаясь, помахала Цинь Му рукой:

— Я должна уходить. Я пойду через Звёздное Море и выйду возле Колодца Солнца, если хочешь меня найти — приходи туда!

Цинь Му кивнул головой, в то время как девочка неуверенно пошла обратно к колоннам. С прикосновением руки к колонне, её тело внезапно расширилось, а ноги погрузли в борте корабля, соединившись с ним. Она ухватилась руками за три остальные колонны, и её тело загорелось ярким пламенем, сделав неприступной.

Гигантский Патриарх подошёл к Цинь Му и отправился с ним к носу корабля. Старый седой пастух солнца вполголоса печально проговорил:

— Хранительнице Солнца осталось жить совсем мало лет…

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он поднял голову, чтобы посмотреть на старика. Затем перевёл взгляд на величественную девушку-гиганта в пламени и увидел, как она ему улыбается.

— Если ты и вправду из деревни Беззаботной, то возможно когда-нибудь и найдёшь способ разжечь солнце. В конце концов… — гигант немного поколебался и решил не продолжать, переправив Цинь Му вниз. После чего огромный артефакт, созданный богами, начал медленно подниматься и идти в сторону Звёздного Моря.

По мере того, как садилось солнце, мерцающие лучи света падали на древний корабль, медленно уплывающий в даль. Чернота его солнца вскоре исчезла, и корабль совсем пропал из виду.

П.П.: оха, 73,74 перевалили за 400 лайков, наверно если бы не вспоминал и 300 не набрали, интересно есть ещё где-то на рулете главы с таким колличеством?

Глава 81. Царство Тьмы

Девочка расы пастухов солнца исчезла вместе с Кораблём Солнца. Вскоре спустилась тьма и поглотила все земли Великих Руин.

«Что имел ввиду Патриарх клана Пастуха Солнца?» — Цинь Му потерялся в своих мыслях, в то время как тьма объяла собой все незащищённые древними изваяниями места. С наступлением ночи драконьи колонны как обычно начали испускать свечение, вместе с расположенными то тут, то там храмами.

Нефритовый кулон на груди парня тоже начал мерцать. Если полагаться на слова членов старшего поколения клана Пастуха Солнца, он должен быть родом из деревни Беззаботной. Однако, на местных картах нет ни одной записи об этой загадочной деревне, словно такого места не существовало в Великих Руинах.

«Где именно находится деревня Беззаботная? Почему она появляется только тогда, когда спускается тьма?» — с беспокойными мыслями, Цинь Му безучастно уставился в пучины тьмы за городом. Его так и подмывало войти во тьму, чтобы найти загадочную деревню… Но даже если бы он мог безопасно путешествовать по Великим Руинам ночью, ему пришлось бы обойти невероятно обширные территории… Кто знает, где вообще находится деревня Беззаботная?

Не говоря уже о том, что он не представлял, как ему безопасно путешествовать через мистическую тьму?

Тьма была настолько опасна, что маленького нефритового кулона было отнюдь не достаточно, чтобы защитить его. С другой стороны, сокровища, наподобие каменных статуй, были слишком тяжёлыми. Ношение статуи было сродни ношению бога… Сейчас он попросту не мог сотворить такой подвиг.

«Интересно, мои родители сейчас находятся в деревне Беззаботной?» — решимость Цинь Му шагнуть вперёд гасла. Стоя на голове дракона колонны, он протянул руку вверх, будто пытаясь коснуться тьмы снаружи.

В дали, за пределами города, можно было разглядеть нечто, похожее на тоненькую мембрану, отделяющую свет от тьмы. На мембране проступил образ огромной руки, которая словно пыталась коснуться к его.

Цинь Му видел, как две руки неотвратимо приближаются друг к другу.

Из тьмы доносился шёпот, напоминающий многочисленные нежные голоса, убеждающие его войти во тьму и обнять её.

Шёпот становился всё громче и отчётливей, как если бы в его мозг проникали голоса, не переставая убеждать.

Взгляд Цинь Му затуманился, когда обе руки практически коснулись друг друга.

Тьма перед ним больше не казалась тьмой, а обширным миром, внутри которого он увидел туманный, как если бы смотрел на всё происходящее через водную гладь, образ женщины, которая пыталась дотянуться до него, чтобы коснуться его руки своей. Черты лица женщины расплывались… Несмотря на всё его желание разглядеть лицо, он не мог.

Нефритовый кулон на его груди медленно поднялся в воздух, будто пытаясь окунуться в мир тьмы.

— Му’эр, что ты делаешь? — из-за спины Цинь Му прозвучал сердитый, но в то же время испуганный голос глухого. Вздрогнув, парень очнулся от транса и тут же отдёрнул руку, покрывшись холодным потом.

Если бы он действительно коснулся руки во тьме, что бы тогда произошло? Каждый человек коснувшийся тьмы умер ужасной смертью, выглядя словно обглоданный монстрами. Его бы постигла та же участь?

Огромная рука во тьме тоже отступила, растворившись вместе с возникшим явлением.

Всё ещё рассеянному Цинь Му показалось, что он услышал донёсшийся из тьмы вздох, но глухой, судя по всему, ничего странного не заметил.

Глухой разразился праведным гневом и, оттолкнув его в сторону, дал словесный нагоняй:

— Во тьме обитают дьяволы, которые особенно хороши в очаровании людских сердец! Будь осторожен, чтобы тебя не затянуло внутрь!

«Дьяволы, которые очаровывают людские сердца? — только теперь Цинь Му ощутил запоздавший страх от произошедшего. Он спрятал свой кулон обратно под рубаху, словно пытаясь вместе с ним спрятать терзающие его мысли, и подумал про себя. — Придёт день, когда я смогу спокойно войти во тьму, чтобы найти её источник и деревню Беззаботную!»

Немного подумав, Цинь Му, повернувшись лицом к глухому, решил спросить:

— Глухой дедушка, что именно там было, во тьме? Почему я вдруг увидел в ней целый мир?

— Во тьме сокрыто Царство Тьмы, — сказал глухой и продолжил. — Старейшина деревни более сведущ в вопросах касающихся Царства Тьмы, так как он в своё время побывал в нём. Давай вернёмся в усадьбу городского Лорда, старейшина тоже там, вот и спросишь у него.

Сердце Цинь Му сжалось. Старейшина деревни побывал в мире тьмы? Он действительно настолько могучий, что выжил после того, как вошёл во тьму?

— Му’эр, ты действительно разглядел во тьме мир?

В усадьбе городского Лорда собрались все жители деревни Цань Лао. Бабушка Сы всё ещё носила кожу Фу Юньди. Целитель, немой, старый Ма, глухой, слепой, одноногий и мясник тоже находились здесь. Они выслушали историю Цинь Му начиная с того момента, как он поднялся на Корабль Солнца и заканчивая рукой во тьме.

Старейшина деревни не переставал удивляться:

— Я действительно побывал в мире тьмы. Когда я попал в Великие Руины, все мои надежды превратились в пыль, а сердце зачахло от нереализованных амбиций, и при всём при этом я не мог умереть…

Старейшина горько улыбнулся. Остальным старикам тоже не повезло испытать подобное чувство. У всех них хватило смелости устроить рандеву со смертью и всё же в итоге выжить. Всё потому, что на плечах каждого из них по-прежнему лежал груз ответственности, который нельзя было передать другим.

— В то время я находился на грани между жизнью и смертью, снова и снова пытаясь покончить с собой. Как-то раз я не устоял перед искушением дьяволов и вошёл во тьму, — старейшина предавался воспоминаниям с безмятежным выражением лица. — Я думал, что там-то уж точно помру, но, как оказалось, я был слишком силён… настолько силён, что тьма не могла убить меня быстро.

Услышь подобное кто-то из посторонних, то подумал бы что старейшина просто хвастается, но старики Цань Лао так не считали. После сказанного старейшиной о его силе, все просто молча согласились с ним, думая: «Он действительно слишком силён».

Насколько ужасна была тьма? Все живущие в деревне Цань Лао могли считаться одними из сильнейших мастеров мира сего, но кроме старейшины никто другой не осмелится заявить, что сможет войти во тьму и не умереть “быстро”.

Старейшина продолжал:

— Поддавшись импульсу и нырнув во тьму, я, умоляя о смерти, орал на монстров и дьяволов. Однако, именно в этот момент тьма, заволакивающая мои глаза, постепенно исчезла. Внутри я увидел целый мир. Хотя он и накладывался на Великие Руины, но был иным, странным миром, внезапно появившимся из тьмы…

Сердце каждого вздрогнуло, действительно ли существовал такой мир? Как он выглядел?

— Но даже после исчезновения тьмы, всё ещё было что-то похожее на туман, который окутал всё вокруг перед моими глазами и не давал видеть слишком далеко. Искажённые фигуры охладили мой разум, помогая заметить их, но я по-прежнему не мог отчётливо рассмотреть их. Все фигуры были невероятно сильны, даже сильнее меня. Они махали руками, словно пытаясь пригласить. Однако, вспомнив о своих незавершённых делах, я решил, что не могу там умереть и отступил назад, выйдя из тьмы, — голос старейшины стал серьёзнее. — Потом я опять пытался войти во тьму, чтобы найти тот мир, сокрытый во тьме, но не смог. Мир, который увидел Му’эр, должен быть тем же миром, что видел я. Мир во тьме я назвал “Царством Тьмы”, а мир, в котором живём мы “Царством Света”. Свет и тьма противостоят друг другу, чередуя отведённое им время. Днём безраздельно властвует Царство Света, а когда наступает ночь, то Царство Тьмы. Му’эр, Хранительница Солнца сказала тебе, что ты можешь быть родом из деревни Беззаботной, которая иногда появляется во тьме?

Цинь Му кивнул.

Все начали переглядываться, в то время как целитель улыбнулся и сказал:

— Му’эр, сначала сходи отдохнуть. Империя Вечного Мира только-только отступила. В Великих Руинах всё ещё есть люди нечистые на руку, которые смешались с честными людьми. У нас до самого утра будет слишком много дел.

Цинь Му понял и покинул усадьбу городского Лорда, возвращаясь в корчму, чтобы отдохнуть.

В усадьбе городского Лорда, старейшина деревни, целитель, одноногий, немой, бабушка Сы и остальные имели серьёзные выражения лиц. Через какое-то время одноногий усмехнулся:

— Ребёнок, которого мы воспитываем, возможно, родился в Царстве Тьмы, мире тьмы дьявола…

Железноухий глухой протяжно вздохнул:

— Мы должны были заподозрить это ещё тогда, когда он внезапно появился во тьме. Если бы ребёнок был из обычной семьи, он бы не смог выжить в такой ситуации, но Му’эр выжил. Что ты думаешь, немой?

Немой начал плясать, как петух на раскалённой сковороде, ахая, охая и жестикулируя, на что глухой ухмыльнулся:

— Не из нашей расы, сердце, конечно же, другое! Не говори за него!

— Глухой, не горячись, — целитель серьёзно проговорил. — Кулон Му’эра может как быть из деревни Беззаботной, так и не быть. К тому же, что с того, даже если он родом из деревни Беззаботной? В ней никто раньше не бывал, она может и не принадлежать Царству Тьмы и злу. Не говоря уже о том, что в Царстве Тьмы обитает не только дьявол. Кто вообще может точно знать, как Му’эр родился?

Бабушка Сы ухмыльнулась:

— Что с того, если Му’эр маленький дьявол из Царства Тьмы? Он наш ребёнок, которого мы, проливая пот и кровь, с трудом вырастили!

Одноногий сердито возразил:

— Сы, вот сейчас ты ведёшь себя неразумно…

— Неразумно? Проклятый одноногий, ты что думаешь убить Му’эра?

Спорящие возгласы стариков раздавались то здесь, то там, пока старый Ма, который всё это время молчал, внезапно не заговорил:

— Мы те, кто растил Му’эра. Мы также те, кто обучал его. Если мы дьяволы, то мы вырастим дьявола. Какими мы людьми являемся, того и вырастим.

Все заткнулись. Старый Ма всегда был немногословным, поэтому каждое сказанное им слово шло на вес золота.

— Старый Ма прав, — Ма был тем, кого одноногий уважал больше всех, поэтому после сказанного он сразу же кивнул головой и продолжил. — Я слишком распереживался. Глухой, а ты что думаешь?

Глухой посмотрел на немого, поскольку он с ним ладил лучше всего. Розово-красное лицо, словно поджаренное в печи, немного улыбнулось, и затем он несколько раз проахал и проохал, после чего глухой ответил ему:

— Я знаю, что ты не плохой человек, я также уверен, что и я не плохой. Если Цинь Му и станет дьяволом, мы должны винить остальных старых пердунов. Кроме меня с тобой, все прочие никуда не годятся!

Бабушка Сы рассердилась:

— Чёртов книжный червь, ты вообще знаешь как выглядят идущие по пути дьявола?

Глухой ухмыльнулся и, картинно сняв железные уши, отвернулся, словно говоря — я больше не обращаю на вас всех никакого внимания.

Наблюдая за перебранкой, голова старейшины деревни начала болеть, и он был вынужден вмешаться:

— Мы все из одной и той же деревни, поэтому, чем меньше будет сказано слов, тем лучше. Глухой, прицепи свои уши обратно, без них ты выглядишь действительно жутко, — глухой воткнул уши на место, после чего старейшина продолжил. — Я думаю попытаюсь отвести Му’эра в Царство Тьмы и посмотрю, есть ли там деревня Беззаботная.

Все застыли в шоке.

Старейшина улыбнулся:

— Не волнуйтесь вы так, когда я впервые попал в Царство Тьмы, это было четыреста лет назад. Вы думаете, что за столько времени я совсем не стал сильнее? Дайте мне немного времени на подготовку, после чего я прогуляюсь с Му’эром через тьму.

Глава 82. “Цинь” Цинь Му

На следующее утро Лин Юйсю пришла в корчму в поисках Цинь Му, чтобы попрощаться.

Девушка, как и раньше, использовала свои красивые волосы, чтобы спрятать края лица и заставить его выглядеть худее. Сидя рядом с Цинь Му, она заказала кружку зелёного чая и с ясным взглядом заговорила:

— Великие Руины — это место нищеты, оно не подходит для длительного пребывания. Мир, который ты здесь видишь — пустынное место. Только покинув его, ты смог бы ощутить обширность внешнего мира. Снаружи, заклятия и божественные искусства каждый день совершенствуются, а Имперский Наставник и император стоят у истоков нового поколения великих устремлений и способностей. Заклятия и божественные искусства Империи Вечного Мира в настоящее время переживают серьёзные изменения! У тебя есть воля и потенциал, поэтому я не хочу, чтобы ты задержался в таком отдалённом и пустынном месте. Хоть я и девушка, я всё равно хочу достичь больших успехов. Если ты готов уйти со мной, мы можем отправиться сегодня.

Цинь Му был в шоке от услышанного. Стоит ли ему пойти за ней в Империю Вечного Мира?

На самом деле он действительно хотел уйти из Великих Руин, чтобы взглянуть на внешний мир. Руины были слишком опасны и с его нынешними способностями было невозможно исследовать здешнюю местность по-настоящему. Даже старейшина деревни не смел полностью исследовать их.

Сейчас он нуждался в опыте.

Жители внешнего мира пришли в Великие Руины за опытом, в то время как Цинь Му хотел покинуть это место, чтобы набраться опыта. Приглашение Лин Юйсю казалось ему очень заманчивым.

Несмотря на то, что Имперский Наставник очень хотел занять земли Великих Руин и присоединить их к своей империи, Цинь Му не испытывал к нему никакой неприязни. Наоборот, он был высокого мнения о нём.

Имперский Наставник смог заполучить контроль над другими сектами и использует их для совместного создания самых сильных искусств, ускоряя развитие заклятий и божественных искусств. Такое мышление и талант вызывали восхищение Цинь Му.

Парень хотел выйти во внешний мир, встретить новые поколения, новые пиковые искусства, созданные таким безупречным умом.

— Где ты остановишься? — спросил Цинь Му.

— В столице, — ответила Лин Юйсю.

Парень задумался и улыбнулся:

— Я обязательно побываю в столице Империи Вечного Мира. Ты можешь вернуться туда первой, я найду тебя, когда приеду.

Лин Юйсю нахмурилась:

— Ты не отправишься со мной?

У Цинь Му разболелась голова:

— У моих наставников строгое правило: я должен пройти их испытания, прежде чем смогу уйти из дома. У меня девять наставников, следовательно, мне нужно пройти девять испытаний, прежде чем я смогу уйти, чтобы обрести новый опыт.

Лин Юйсю была поражена:

— Даже с твоими способностями, ты не в силах пройти испытания?

Она не могла поверить его словам. Одним взмахом ножа парень перед ней убил Фу Тинюэ, что было просто невероятно. Нельзя забывать, что Тинюэ был практиком боевых искусств номер один в городе Пограничный Дракон, и хоть этот титул не значил слишком много в пределах всей империи, способности Цинь Му в области Духовного Эмбриона считались поразительными. По её мнению, он без проблем мог бы войти в лучшую десятку всей Империи Вечного Мира.

С такими способностями Цинь Му не мог пройти испытания своих наставников?

— У моей семьи правила немного строже, — Цинь Му смущённо ответил. — Я должен пройти девять испытаний, прежде чем меня будут считать взрослым. Однако, я пока не сумел пройти даже одного.

— В таком случае я буду ждать тебя в столице. Помни, что на границе висят Смотровые Зеркала, охраняющие империю, так что будь осторожен.

Лин Юйсю встала и собиралась уйти, но внезапно остановилась, подозрительно улыбаясь:

— Я дала тебе платок, тебе не кажется, что ты должен дать мне что-нибудь взамен?

Цинь Му немедленно обшарил своё тело, но не смог найти ничего ценного, чтобы дать в подарок. На мгновение задумавшись, он снял свой большой железный молот и отдал девушке.

Лин Юйсю не знала, смеяться ей или плакать. Кусая свои красные губы, она спросила:

— Ты решил подарить девушке большой железный молот?

Цинь Му почесал голову и снял свой нож для убоя свиней, бамбуковую трость, кисть с чернилами, мешочек с драконьими монетами и пробормотал:

— Выбери что тебе нравится…

— Забудь, я возьму железный молот, — беспомощно проговорив и потащив железный молот из корчмы, у Лин Юйсю болезненно запульсировали виски. За дверью её ждали многочисленные практики божественных искусств. Генерал Цинь Фэйюэ сидел на лошади. Когда он увидел, как выходит Лин Юйсю, его взгляд упал на огромный молот в её руках. Хотя у него и возникли некоторые вопросы, он не стал спрашивать и мгновенно проговорил:

— Подготовка к отплытию закончена. Соизволит ли седьмой молодой… седьмая принцесса сесть на лошадь?

Лин Юйсю ловко запрыгнула на лошадь. Глядя на Цинь Му, ошеломленно стоящего в корчме, она подмигнула ему и высунула язык.

— Т… Ты… — глупо глазея заикался Цинь Му.

— Я пухлый седьмой молодой мастер, которого ты назвал жирт… ным! Пастух, встретимся в столице! — Линь Юйсю хихикнула, её голос звучал ясно и громко, как звон колокольчиков. Одной рукой она держалась за большой железный молот, а другой сжимала хлыст.

Цинь Му был ошеломлён, схватившись рукой за пахучий носовой платок и не в силах ничего сказать. Цинь Фэйюэ махнул рукой, и толпа мастеров божественных искусств Империи Вечного Мира быстро окружила Линь Юйсю. Затем генерал взглянул на корчму и вошёл внутрь, сев напротив юноши. Уставившись на парня острым взглядом, он спросил:

— Твоя фамилия Цинь?

Цинь Му собрался с мыслями и переборол шок от осознания того, что Линь Юйсю оказалась пухлым седьмым молодым мастером. Кивнув головой, он ответил:

— У генерала тоже фамилия Цинь. Я слышал, как другие люди называли тебя маленьким генералом Цинь.

— В этом огромном мире есть много людей с такой фамилией, — Цинь Фэйюэ налил себе чай и равнодушно продолжил, — у некоторых из них, из-за рождения в бедности, незавидная судьба, а у других величественная, так как последние рождаются в богатстве и чести. Фамилия Цинь ничего тебе не даёт. Хотя тебе и попалась такая фамилия, ты всё равно отвергнутый, обычный простолюдин Великих Руин. Маленький брат, тебе пора прекращать верить в сказки, ты недостоин с ней связываться, — договорив, он допил чашку чая, оставил на столе золотой слиток и обернулся, чтобы выйти из корчмы.

— Маленький генерал Цинь, я не понимаю, о чём ты говоришь, — беззаботно ответив, Цинь Му встал и тоже собрался выйти из корчмы. Владелец корчмы немедленно подошёл и, поклонившись, уважительно спросил:

— Молодой мастер уходит?

Цинь Фэйюэ удивился. Он думал, что хозяин обратится к нему, и не ожидал, что тот поклонится Цинь Му.

Юноша махнул рукой и осмотрелся по сторонам, разглядывая величественные зданиях огромного процветающего города Пограничный Дракон.

Город принадлежал ему!

Он зашагал в сторону усадьбы городского Лорда и, пройдя мимо игорного дома, ему поклонилась целая толпа людей:

— Молодой мастер!

Когда он проходил возле борделя, его хозяйка вывела девушек, чтобы те поклонились, приветствуя в унисон:

— Молодой мастер!

Проходя возле книжного магазина, цветочного рынка, овощного рынка, мясной лавки, таверны, антикварной лавки, лекарственной лавки, кузницы, магазина оружия, он встречал людей, выходивших на встречу и поклоняющихся:

— Молодой мастер!

— Молодой мастер!

— Молодой мастер!

Цинь Фэйюэ нахмурился. Он провожал взглядом Цинь Му, направлявшегося к усадьбе городского Лорда. Парень подошёл к воротам, которые сразу же широко распахнулись. Фу Юньди, с широкой и искренней улыбкой на губах, вышел лично его встретить, тут же приказав стражникам вокруг:

— Вы ослепли или что? Разве вы не собираетесь поприветствовать молодого мастера?

Мастера божественных искусств, охранявшие ворота, поклонились и громко прокричали:

— Молодой мастер!

— Начиная с сегодня Пограничный Дракон станет нашим домом! — Фу Юньди громко рассмеялся и завёл Цинь Му внутрь усадьбы.

Цинь Фэйюэ ужасно нахмурился. Он понятия не имел, что происходит и не представлял, почему городской Лорд вёл себя так приветливо с убийцей своего сына. Казалось, будто Цинь Му был его сыном, а не Фу Тинюэ…

Он не догадывался, как Цинь Му умудрился так сблизиться с богатым и могущественным Фу Юньди.

«Необузданный варвар может быть всего лишь королём на улицах, но никогда не посмеет ступить на земли имперского двора».

Генерал развернулся и пошёл из города, однако, перед самими воротами его тело внезапно вздрогнуло. Он понял, что именно происходит, и повернул голову назад, чтобы в неверии взглянуть на усадьбу городского Лорда, которая находилась в противоположном конце улицы.

«Техника Создания Небесного Дьявола! Владычица Культа! — Цинь Фэйюэ собрался с мыслями и постарался невозмутимо продолжить свой путь. — Фу Юньди уже умер, а его кожа осталась. Владелец города Пограничный Дракон изменился! Мастера божественных искусств, верные Фу Юньди, должно быть были заменены мастерами Небесного Дьявольского Культа. Весь город — люди Небесного Дьявольского Культа! К счастью, Имперский Наставник был остановлен огромным кораблём, иначе…»

Генерал неудержимо дрожал. Теперь, когда Владычица Культа носит кожу Фу Юньди, имперской армии стоит только войти в город, как она и её сообщники разрушат здешние драконьи колонны. Таким образом, армия Империи Вечного Мира будет мгновенно уничтожена, что значительно ослабит империю и, возможно, привело бы к её распаду!

Теперь, когда власть города изменилась, он перестал быть местом, где Империя Вечного Мира смогла бы начать своё вторжение в Великие Руины.

Пограничный Дракон теперь принадлежит Цинь. Возможно, это Цинь было такое же, как у него, но принадлежало оно Му!

Глава 83. Максимальное Вооружение

— Удивительно, я могу изучать божественные искусства благодаря этим статуям!

Последние несколько дней Цинь Му постоянно ошивался вокруг драконьих колонн и храмов города Пограничный Дракон. Он засыпал в храмах, или прямо на колоннах. А при пробуждении впадал в транс, осматривая и анализируя каждый бугорок удивительных скульптур.

Используя Глаза Небес, парень мог изучать изваяния. Он анализировал три неповторимые черты: уникальную ауру, уникальную форму и уникальный дух, а также размышлял над тремя состояниями скульптур: состоянием сущности, состоянием силы и состоянием интенсивности движения. В его глазах статуи не были обычными статуями, а сгустками разнообразных видов жизненной Ци, текущими в различных направлениях, которые обладали материальной формой и внутренним духом. Удивительная энергия могла концентрировать Ци в сущность, интенсивно циркулировать Ци, а также формировать из Ци силу.

Юноша уже стал практиком боевых искусств, но всё ещё толком не касался божественных. Однако, сейчас в его голову начали прокрадываться мысли о создании божественных искусств, следуя принципам использованных божественным существом при создании божественных статуй.

Пока Цинь Му созерцал скульптуру ступающей по реке богини, циркуляция жизненной Ци в его теле начала ускоряться. Со свистом Ци трансформировалась в поток воды, который хлынул из рук, подобно реке, сформировавшей огромные вспенившиеся волны, сносящие всё на своём пути. Каждый взмах ладоней сопровождался звуком обрушивающихся волн. Тело парня начало работать, как единое целое!

Сила заключённая в ладонях стремительно росла, как вдруг жизненная Ци забурлила с такой мощью, что породила бушующую реку, которая пронеслась на двадцать метров вперёд и врезалась в огромную скалу перед храмом, расколов её на куски!

Этот удар не был божественным искусством, он был похож на заклятие, но в тоже время и нет. Он напоминал боевую технику, но точно не был ей. Какое-то необъяснимое явление.

— Простите, — Цинь Му смиренно поклонился статуе богини, прежде чем покинуть храм и направиться в соседний.

В древнем храме стояла божественная скульптура человека с когтями тигра, идущего по двум драконам. Юноша сел напротив изваяния, чтобы осмотреть его и проанализировать.

По пришествию трёх-пяти однообразных дней, Цинь Му смог понять три уникальные черты и три состояния статуи. Его жизненная Ци невольно начала повторять формы и движения Ци скульптуры. Внезапно ослепительный свет начал исходить от тела юноши, каждое телодвижение сопровождалось звуком скрежета металла!

Фигура парня напоминала божественную статую. Неожиданно вокруг него появились семь ослепительных золотых дисков с чрезвычайно острыми, но тусклыми краями. Из центра же лился интенсивный золотистый свет.

Тело Цинь Му сорвалось с места, он использовал Секрет Сжатия Меча и диски двинулись следом. Чем интенсивней циркулировала жизненная Ци, тем ярче светился диск. Неожиданно юноша ткнул кончиком меча и из семи дисков вырвались тонкие лучи света, похожие на чрезвычайно тонкие мечи, сплетённые из золотых нитей.

Чи Чи Чи!..

Семь изящных золотых лучей промелькнули в воздухе и вонзились в место, куда указал меч.

Цинь Му опустил свою руку и увидел маленькие отверстия в земле.

«Кулак старого Ма всё ещё сильнее… Аа? Что-то не то… Когда моя Ци успела смениться на Ци Белого Тигра?» — как только он начал осознавать и обдумывать произошедшее, в его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона вдруг что-то вспыхнуло. Человекоподобный духовный эмбрион глубоко вздохнул и поглотил весь золотой свет, оставшийся в золотом море!

Цинь Му почувствовал пустоту меж его бровей, разум опустел, а голова закружилась. Когда он пришёл в себя, то увидел, что духовный эмбрион снова заснул.

— Стоп, разве старейшина не говорил, что три эликсира техники Трёх Эликсиров Тела Тирана символизируют тройное пробуждение эмбриона. Почему всё указывает на то, что мой духовный эмбрион собирается пробудиться в четвёртый раз?

Парень был немного сбит с толку. Со спящим эмбрион половина его совершенствования была заблокирована, поэтому пользоваться Глазами Небес стало трудновато. Юноша сразу покинул древний храм.

— Молодой Владыка, Вам пришло письмо от Патриарха.

Как только Цинь Му вышел из храма, он увидел старца в зелёном, стоящего снаружи в поклоне. Юноша не знал, сколько тот так стоит. Старец в зелёном быстро подошёл и достал письмо из рукава:

— Молодой Владыка Вы должны прочитать это лично.

«Патриарх написал письмо для меня?»

Цинь Му откинул мысли о четвёртом пробуждении духовного эмбриона на задний план. Увидев, что письмо передано и юноша собирается открыть его, старец отошёл.

“Молодому Владыке Культа.

Прошло уже три года с нашего прощания на Вздымающейся Реке. Когда человек стареет, он лучше понимает и больше знает о своей продолжительности жизни. Я уже стар и смотря на свой жизненный цикл, понимаю, что осталось мне лишь семь лет. Надеюсь, я снова смогу увидеться с молодым Владыкой Культа и лично засвидетельствовать твоё вознесение.”

Парень убрал письмо. Послание значило, что Патриарху недолго осталось, лишь семь лет, и он хочет встретиться с ним пока жив ещё раз, а также официально провозгласить Цинь Му Владыкой Культа.

«Лин Юйсю хочет, чтобы я нашёл её в столице Империи Вечного Мира, Патриарх Культа хочет увидеться со мной. Мне пора решить, остаться или уйти», — задумался Цинь Му. Хочет ли он покинуть Великие Руины, покинуть деревню Цань Лао, оставить семью, которая его взрастила?

Юноша подозвал старца в зелёном и сказал:

— Передайте Патриарху мой ответ. Через несколько дней я покину Великие Руины и направлюсь к нему.

Старец поклонился и ушёл.

Цинь Му задумался и пошёл к усадьбе городского Лорда. Уже вечерело, старейшина деревни и остальные собрались в усадьбе. Старики были одеты в новые одежды, которые парень лично сшил для них. Цинь Му купил много шёлка для своего первого шитья одежды. Вышло неплохо, только ткань была ярковата, из-за этого старики выглядели, словно богатые помещики, которые всегда одеваются ярко и красиво.

Так как Цинь Му сделал это от чистого сердца, старики были счастливы.

— Му’эр, старейшина закончил подготовку. Он готов провести тебя в Царство Тьмы для поисков места твоего рождения, — с улыбкой на лице целитель торжественно махнул рукой. — Вы выдвигаетесь сегодня вечером!

Сердце юноши пропустило такт, все его мысли спутались, он сильно колебался:

— Во тьме так много опасностей, дедушка старейшина…

— Не беспокойся, — старейшина тепло улыбнулся. — Мои старые кости всё ещё способны справиться с подобным. Му’эр скоро мы войдём во тьму, ты не должен отходить от меня далеко. Сы, дай ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи для защиты.

Бабушка Сы вытащила клубок ниток из корзинки и щёлкнула пальцами. Нить устремилось к Цинь Му и мгновенно сплелась в перчатку на его руке.

Парень обхватил свою руку и сильно удивился. Он не мог почувствовать перчатку на своей руке, будто её нет.

Старейшина снова произнёс:

— Одноногий, передай свой Диск Императора и позволь ему надеть его.

Одноногий снял с шеи нефритовый диск. Диск выполнял роль кулона, но не был им. Он был такой же большой, как ладонь взрослого. На артефакте были выгравированы странные писания, которые беспрерывно перетекали и видоизменялись.

Одноногий повесил диск на шею Цинь Му со страдальческим выражением лица:

— Му’эр, будь осторожным настолько, насколько это вообще возможно, ни в коем случае не потеряй его. Это то, что твой дедушка получил взамен своей ноги! Понимаешь, диск стоит, как одна моя нога!

— Не волнуйся, Диск Императора точно не пропадёт, — заверил старейшина и продолжил. — Му’эр снимай одежду.

Цинь Му не понял зачем, но снял рубаху, оголяя своё подтянутое тело.

— Снимай всё полностью, — кашлянул старейшина.

Бабушка Сы отвернулась, Цинь Му полностью разделся, но не снял перчатку на руке.

Целитель вытащил жирного червя и с болью в сердце произнёс:

— Это чаша драгоценной крови ядовитого дракона. Мне было не легко достать её…

Целитель надавил на жирного червя, и маленькая чаша постепенно заполнилась кровью.

Глухой подошёл и вытащил кисть. Погрузив её в кровь, он начал разрисовывать спину юноши. На рисунке была изображена одна из четырёх статуй, стоящих в деревне Цань Лао, скульптура старика с панцирем черепахи и змеёй, овившейся вокруг его тела.

Когда кровь дракона кончилась, глухой закончил рисовать огромную змею вокруг тела Цинь Му. Последний взмах кистью израсходовал последнюю каплю крови, на кисти не осталось не единого пятна.

— Му’эр, ты можешь одеться, — сказал старейшина и продолжил. — Немой.

Немой кузнец подался вперёд и его тело задрожало. Обжигающее пламя вырвалось из тела и приняло форму огромной печи. В пламени казалось скрывались и боги, и дьяволы.

Немой поднял руку и сильно толкнул воздух, заставив печь подлететь к парню.

Цинь Му не ощутил никакого жара, когда его тело соприкоснулось с удивительной печью. Печь начала уменьшаться, она становилась всё меньше и меньше, затем вошла в тело юноши.

Старейшина продолжал:

— Старый Ма.

Старик подошёл, и вдруг прогремел могущественный голос Будды. С ослепительно яркими солнечными лучами, из Ци сформировался величественный Будда, чью голову освещали тысячи лучей.

Жулай.

Будда шагнул вперёд и начал уменьшаться в размерах, прежде чем исчез меж бровей Цинь Му.

— Слепой, твоя очередь. — снова произнёс старейшина.

Слепой приподнял свою бамбуковую трость, постучал ей по сердцу Цинь Му и крикнул гортанным голосом:

— Глаза, пробудитесь!

Тело юноши начало неистово дрожать, он почувствовал, как бескрайнее количество жизненной Ци рвануло из его сердца к глазам. Спустя пару ударов сердца девять колец зрачков возникли в его глазах.

Глаза Небес. Зелёные Глаза Небес. Голубые Глаза Небес. Глаза Небес Киновари. Светлые Глаза Небес. Нефритовые Глаза Небес. Белые Глаза Небес. Фиолетовые Глаза Небес. Огненные Глаза Небес. Девять Глаз Небес Бога открылись один за другим!

Юноша мгновенно почувствовал, что мир в его глазах сначала был разобран слой за слоем, а затем воссоздан вновь. Казалось, что теперь его глаза способны видеть абсолютно всё.

Слепой, использовав своё совершенствование помог Цинь Му пробудить глаза. Несмотря на то, что парень не сделал это сам, небесные глаза бога не стали хуже от этого.

Мир, который видел Цинь Му кардинально отличался от того, что он обычно видел. Перед ним предстал мир через призму глаз бога!

Тело старейшины всплыло и зависло в метре над землёй. Он улыбнулся:

— Этого должно быть достаточно. Му’эр следуй за мной, мы войдём в Царство Тьмы.

Бабушка Сы приоткрыла рот, желая что-то сказать, но она не мешала им пройти:

— Му’эр, будь осторожен. Если встретишь какую-нибудь опасность, просто брось этого проклятого старика и беги обратно сам.

Сердце старейшины переполняла уверенность, когда они покидали город, и он громко рассмеялся:

— Сы, не волнуйся, я обязательно верну его целым и невредимым!

Глава 84. Странности во тьме

Стоя перед городскими воротами лицом к лицу с безбрежной тьмой, Цинь Му одолевало беспокойство. Визуально осязаемая чернота, которая при касании может убить любого, находилась прямо перед ним. Мягко пульсируя, как живое существо, тьма отталкивалась светом, что исходил от драконьих колонн и храмов на городской площади.

Юноша полный амбиций собирался ступить во тьму.

Бабушка Сы, старый Ма, одноногий и остальные, стоя прямо за Цинь Му, были озабочены больше него самого. Когда городские ворота заскрипели, их сердца словно кто-то сдавил гигантскими тисками.

Семь глухих толчков прозвучали из тела старейшины деревни. Могло показаться, что внутри него отворились семь драгоценных ворот, породивших крайне свирепую ауру. Подобно неземному божеству паря ко тьме, старик произнёс:

— Му’эр, пошли.

Цинь Му немедленно последовал за старейшиной. Пробудив свои Девять Глаз Небес Бога и взглянув на парящий впереди силуэт, парень испытал шок, ведь он увидел вместо хорошо знакомого ему старика, недосягаемого бога!

Прямо сейчас в его глазах старейшина выглядел богом с могучими конечностями, походя на богов, которых он раньше разглядывал в храмах. Единственное различие заключалось в том, что старейшина был живым богом, а боги храмов были лишь каменными изваяниями.

— Я знал, что не стоит недооценивать старика, — слепой прислонился к трости и вздохнул. — Он всё ещё намного сильнее нас!

Немой энергично закивал головой в полном согласии:

— Ах, ум, ум, угум!

— Немой прав, — уверенно заговорил глухой. — Только мы не знаем, как долго старик сможет продержаться. Если выдохнется, то они оба помрут.

Бабушка Сы тут же дважды сплюнула через плечо:

— Чур! Чур! Чтобы не сглазить! Удачи!

Находясь во тьме, нефритовый кулон на груди Цинь Му загорелся ярче, в то время как он сам старался не отставать от парящего впереди старейшины. Повернув голову назад, парень увидел посреди тьмы город, похожий на обитель ста богов. На городских стенах изображались огромные драконы, а внутри возвышались громадные боги, охраняющие этот участок земли от вторжения тьмы.

— Дедушка старейшина, — кое о чём вспомнив, Цинь Му проговорил. — Мой духовный эмбрион опять уснул.

Фигура старейшины деревни впереди споткнулась, а сияющее пламя вокруг тела почти погасло. Тем не менее, он тут же взял себя в руки и затем спросил:

— Му’эр, ты же никому больше этого не рассказывал?

В момент слабости разума, старейшина услышал доносящийся из тьмы голос дьявола. Казалось, дьяволы во тьме неуловимо перешёптывались друг с другом, пытаясь воспользоваться возможность, когда свет пламени померкнет, чтобы прорваться внутрь.

Цинь Му осторожно осмотрелся вокруг и покачал головой:

— У меня не было времени рассказать бабуле и остальным. Дедушка старейшина, разве ты не говорил, что каждое пробуждение равняется одному эликсиру техники Трёх Эликсиров Тела Тирана? Мой эмбрион пробуждался три раза, а значит мои три эликсира уже тоже пробуждены. Теперь, когда мой духовный эмбрион вновь уснул, получается у меня случится четвёртое пробуждение. Судя по всему, что-то пошло не так, когда я совершенствовался…

Старейшина деревни с облегчением выдохнул и улыбнулся:

— Всё хорошо. Три в технике “Трёх Эликсиров Тела Тирана” не подразумевают в себе непосредственно один, два, три или даже четыре. Путь порождает один, один порождает два, два порождает три, а три порождает всё остальное. Три в Тела Тирана — это “три порождает всё остальное”, поэтому существует возможность многократного пробуждения.

Цинь Му словно прозрел и с восхищением воскликнул:

— Старейшина действительно мудр!

Бусины пота скатывались со лба старика, когда он воскликнул про себя: «Я действительно сообразительный! После подобного объяснения, уже не важно сколько раз проснётся духовный эмбрион Цинь Му в будущем, теперь это будет легко объяснить. Подростка легко надурить, но тех пронырливых стариков… К счастью, они ещё не в курсе…

Однако, Цинь Му не думал, что у него случится пятое пробуждение, ведь весь свет золотого моря уже поглотился его человекоподобным духовным эмбрионом.

Тьма казалась невероятно вязкой и густой. По мере продвижения вглубь, она становилась лишь плотнее. Подобное зрелище отличалось от того, что видел раньше юноша. Тогда он протянул руку, и тьма исчезла, явив его взору Царство Тьмы, вместе с находящейся внутри женщиной, тянущей к нему в ответ свою руку…

Тем не менее, сейчас тьма становилась только насыщенней и темнее. Помимо мест, освещаемых огнями старейшины деревни, парень не мог ничего разглядеть.

Внезапно на границе света и тьмы с одной стороны всё заколыхалось, словно в то место врезался громадный монстр. Цинь Му сразу же сосредоточил свой взгляд на бурлящей зоне и его волосы встали дыбом. Он разглядел огромную тень, пытающуюся разорвать свет старейшины!

Свиишь…

Среди волос головы старика мелькнул свет меча, рванув во тьму. Тень исказилась и замерцала, будто призрак, пытающийся отступить во тьму и исчезнуть.

Свет меча отлетел назад, в то время как выражение лица старейшины стало серьёзным…

Капля крови плавно скользила по мечу, остановившись на его кончике. Цинь Му протянул руку, чтобы подхватить почти упавшую каплю, но старейшина тревожно окликнул его:

— Не трогай её!

Дзинь.

Капля крови приземлилась на землю и раздался звук, как от столкновения металла о камень. Затем вся растительность вокруг начала увядать и ссыхаться.

Они покинула район, пострадавший от воздействия капли крови дьявола, только пройдя триста метров. Увидев подобное, Цинь Му не смог сдержать в своём сердце чувство потрясения.

— Только что напавший на нас монстр тьмы был чрезвычайно силён, не слабее меня, — проговорил оглядывающийся по сторонам с крайне серьёзным выражением лица старейшина. Он едва успевал разглядывать снующие вокруг него тени, казалось, что повсюду скрывалось множество монстров. Держась на стороже, старик продолжил. — Это была капля крови бога дьявола. Если бы ты коснулся её, статуя бога, начертанная на тебе, испортилась бы и больше не смогла тебе помочь. Ты плыл вниз по течению реки, поэтому мы будем продвигаться вверх по течению.

Вскоре они добрались до одного из берегов Вздымающейся Реки. Старейшина деревни, паря в воздухе над водной гладью, продвигался вперёд, в то время как Цинь Му следовал за ним, ступая непосредственно по воде…

Оглядываясь вокруг, юноша всё ещё мог видеть постоянно переплетающиеся тени и слышать доносящиеся, казалось бы, со всех сторон шёпоты. Могло даже показаться, что дьяволы во тьме обсуждали, как будут есть их, от чего кровь стыла в жилах.

Однако, со старейшиной под боком, парень чувствовал себя в намного большей безопасности.

Старейшина произнёс:

— Мы пойдём к самому истоку Вздымающейся Реки. Нам нужно будет преодолеть около трёх тысяч километров, но твоя скорость слишком медленная, поэтому я понесу тебя.

Цинь Му внезапно почувствовал, как его тело засияло и стало столь же лёгким, как гусиное перо. Свет от огней вокруг старейшины внезапно ослепительно вспыхнул и его тело, купающееся в божественном свете, начало становиться всё более и более впечатляющим. Подобно исполину, способному поддерживать небеса и землю, он размашисто зашагал вверх по течению реки.

Цинь Му оцепенел от шока. Подобная скорость могла сравниться разве что со скоростью молнии. Всего за миг его оцепенения они пересекли “тысячи гор и рек”!

Если смотреть на старика невооружённым глазом, он выглядел совершенно обычным немощным калекой без рук и ног. Однако, если взглянуть на него используя Девять Глаз Небес Бога, то все конечности можно было отчётливо рассмотреть, они даже выглядели невероятно крепкими и мускулистыми, а сам старик казался величественным богом. Две отличающиеся друг от друга формы существовали в одно и тоже время.

«У старейшины деревни всё же есть конечности или нет?», — мысли парня спутались.

Пролетев множество километров и гор, река начала сужаться, что говорило о приближении к её истоку.

Во время своего путешествия, Цинь Му успел мельком увидеть многочисленное завораживающие виды. Например гигантов, возвышающихся вдоль прибрежной зоны и излучающих божественный свет, подобно факелам!

Ими оказались каменные статуи по обоим сторонам реки. Утром они выглядели, как обычные статуи, ночью как светящиеся, но с глазами богами, юноша словно попадал в иной мир!

Кроме деревень со статуями, с обоих берегов реки также встречались древние руины. Божественный свет превращал ночь в день, благодаря чему он мог разглядеть живых гигантов, движущихся в руинах!

— Там живут боги и дьяволы? — оцепенел Цинь Му.

Помимо движущихся в руинах гигантов, он увидел ещё кое-что более странное. Во тьме обитали громадные звери, которые появлялись только в легендах, охотясь за едой!

Божественные звери, такие же большие, как настоящие горы, сражались с монстрами, разрушали горы и раздирали землю. Вокруг тел зверей колыхался божественный свет, делая их похожими на пылающие огни во тьме!

Сегодня Великие Руины предстали перед его глазами в совершенно новом свете, походя на настоящий сказочный мир.

Когда бабушка Сы подобрала Цинь Му из воды, старики сделали вывод, что младенец и женщина в воде плыли вниз по течению. Теперь, добравшись до истока Вздымающейся Реки, если они так и не смогут найти деревню Беззаботную, то спокойно вернутся обратно.

Великие Руины являлись слишком обширными и опасными. Всего за одну ночь они физически не могли обыскать их всех.

Старейшина деревни вдруг резко остановился. Цинь Му сразу же поймал равновесие и собирался что-то сказать, но его волосы встали дыбом в неконтролируемо порыве. Он тут же сомкнул рот и даже перестал дышать.

Перед ними необъятная армия шагала вглубь Великих Руин. Её солдаты выглядели высокими и величественными, подобно ярко сияющим богам и дьяволам. Однако, их лица имели мертвецки бледный окрас, глаза не выражали никакой жизни, а из ртов торчали бивни. Несмотря на чрезвычайно ужасающую ауру, что исходила от них, эти боги и дьяволы явно были мертвы!

У некоторых из них отсутствовали руки, а у некоторых ноги, у одних имелась лишь половина головы, а у других в груди зияла огромная дыра. Оружия в их руках тоже были сильно повреждены.

Теперь великая армия, состоящая из трупов богов и дьяволов, спешила через лес, чтобы пересечь реку. В составе армии можно было также разглядеть древние бронзовые боевые колесницы, на чьих корпусах виднелось множество сколов и трещин, а развевающиеся на ветру флаги были полны дыр.

Вдалеке плыли бронзовые военные корабли. Они тоже выглядели крайне изношенными и потрёпанными временем. В борту виднелось множество отверстий, а на палубе переломанные мачты…

Цинь Му не смел дышать, даже древний как мир старик затаил дыхание, спокойно глядя на странную армию.

Когда армия трупов пересекла реку, юноша сделал жадный глоток воздуха, в то время как старейшина кинул на процессию мрачно мерцающий взгляд и сказал:

— Подойдём посмотрим поближе.

Они направились непосредственно к армии мертвецов.

Внезапно, со стороны фронта донёсся звук резни, за которым последовали внушающие трепет импульсы энергий. Старейшина привёл Цинь Му на пик горы и от увиденного оба застыли в шоке прямо на своих местах.

Куда не глянь можно было увидеть только неутомимо сражающихся истерзанных трупов богов и дьяволов. Их противниками тоже были трупы, которые обладали всеми видами оружия и испускали чрезвычайно интенсивное свечение, озаряющее всю долину и обращая ночь в день!

— Это древнее поле битвы богов и дьяволов! — старейшина слега изменился в лице и тут же подтянул Цинь Му к себе, серьёзно сказав. — Однажды мне довелось побывать на поле битвы богов и дьяволов. Там я оказался в настолько опасной ситуации, что практически погиб. Днём не было видно ни одного бога и дьявола… Но когда всё заволокло тьмой, трупы ожили и отправились войной на поле брани…

Цинь Му от шока не мог вымолвить даже слова. Насколько же непримиримо нужно ненавидеть друг друга, чтобы боги и дьяволы продолжали сражаться даже после своей смерти?

— Му’эр, будь осторожен. Сейчас мы в глубинах Великих Руин. Не ходи куда попало, — серьёзным командным тоном проговорил старейшина.

Глава 85. Одинокая лодка в море тумана

Продолжая подниматься по реке, до её истока оставалось примерно пятьдесят километров. Но странные вещи не прекращали происходить.

Цинь Му увидел впереди крайне завораживающие яркие огни, что сияли во тьме. Возле них располагалась деревня.

В деревне сидел старик, склеивающий из бумаги корабли. Каждый законченный корабль, словно обладая своим разумом, улетал и причаливал на берегу реки. Там находились промокшие до нитки мужчины и женщины, они забирались в корабли, которые затем плыли к клубящемуся в середине реки туману и бесследно исчезали.

— Они посланники смерти, — прошептал старейшина. — Они появляются ночью, чтобы ссылать умерших в реке людей. Не тревожь их…

«Посланники смерти?» — Цинь Му с любопытством взглянул на старика, лицо которого расплывалось, словно покрытое некой завесой, и не смог разглядеть его внешность.

Старик в деревне казалось почувствовал на себе взгляд и поднял голову, посмотрев на Цинь Му. Кровь в жилах юноши застыла, а душа заколебалась, будто пытаясь вырвать из тела. Однако, именно в этот момент от места между его бровями донёсся громкий голос Будды. Жулай оставленный старым Ма ярко вспыхнул и заблокировал пристальный взгляд старика.

— Живым дороги дальше нет, — по округе прокатился невозмутимый голос, затем старик опустил голову, продолжив склеивать бумажные корабли.

— Му’эр, не вмешивайся в дела загробного мира, — благоразумно посоветовал старейшина.

— Загробный мир… — в шоке пробормотал Цинь Му и затем спросил. — Мы явно находимся в Великих Руинах, а не в загробном мире, так почему дедушка ты говоришь такое?..

— В Великих Руинах много совершенно особенных мест, связанных с разными мирами. Эта маленькая деревня — место, связывающее загробный мир и наш мир, — ответил старейшина и продолжил. — И подобные места существуют не только в Великих Руинах, но и за их пределами. Когда ты попадёшь во внешний мир и встретишь такую деревню и старика, не вмешивайся в его дела. Если ты не спровоцируешь их, они не станут вредить обитателям мира живых. Однако, их осведомлённости можно только позавидовать, поэтому ты можешь задать им вопрос, — дал наставление старейшина и затем, повернувшись к старику в деревне, спросил. — Брат, позволь спросить, как попасть в деревню Беззаботную?

Старик поднял палец и указал на тьму:

— Ты не сможешь попасть в настоящую деревню Беззаботную.

Старейшина деревни уважительно поблагодарил и продолжил своё путешествие. Не известно как далеко они прошли, но нефритовый кулон на груди Цинь Му внезапно взлетел и начал указывать в конкретном направлении.

Сердце юноши затрепетало от удивления, и он воскликнул:

— Старейшина!

Старейшина деревни повернулся и, увидев, что происходит, слегка кивнул головой. Цинь Му снял с шеи кулон и, немного поколебавшись, всё же разжал кулак, отпустив его.

Кулон взмыл вверх, рванув куда-то вперёд. Старейшина сразу же повёл Цинь Му следом. Скорость кулона со временем становилась только выше, пока в конце концов не стала сравнима с падающей звездой, пронзающей тьму.

Цинь Му и старейшина быстро нагнали его, как вдруг услышали звук “хлюп”. Звук был похож на упавший в реку маленький камешек, когда кулон столкнулся с невидимой мембраной и создал волнистую рябь посреди воздуха.

Перед юношей и стариком казалось возник странный мир, который плавно раскрывал себя в ряби. Можно было разглядеть обширные земли с высокими горами, окутанные туманом. Земли были сокрыты глубоко во тьме и переплеталась с тьмой, которая в то же время была не совсем тьмой.

«Во тьме действительно есть другой мир! — старейшина с Цинь Му догнали кулон и парень, протянув руку, схватил его, не в силах собраться с мыслями. — Здесь находится деревня Беззаботная? Может и мои родители тоже тут?»

Нефритовый кулон всё ещё трепыхался в его руке, словно жаждал вернуться к себе на родину.

Цинь Му надел кулон на шею, собираясь использовать его как навигатор, прокладывающий путь, но старейшина сразу преградил ему путь и спокойно проговорил:

— Му’эр, так как мы уже здесь, в спешке нет нужды. Каждый наш шаг должен быть предельно осторожным. Внутри есть что-то странное…

Цинь Му успокоился, перед тем как шагнуть вперёд. Хотя здешний горных хребет выглядел красиво, его покрывал серый туман, от которого тот выглядел размыто…

Действительно ли здесь деревня Беззаботная? Разве посланник смерти не сказал, что они не смогут попасть в неё?

Серый туман впереди делал горы слабо различимыми для взора. Внезапно под ногами Цинь Му прозвучал хруст, за которым последовал голос:

— Ой, ты делаешь мне больно…

Цинь Му подскочил в шоке и тут же опустил глаза вниз. Под своей ступнёй он увидел шевелящуюся костлявую руку, после чего из тумана выскочил череп, уставившись на парня своими пустыми глазницами.

— Человек! — скелет пронзительной взревел, создавая в сером туманном мире отголоски эхо.

Цинь Му мгновенно сделал шаг назад и под его ногами опять что-то треснуло. Только теперь он увидел, что всю землю устилали бесчисленные скелеты. Неисчислимые кости валялись друг на друге и не известно насколько глубоко уходили!

Пробудив Девять Глаз Небес Бога и уставившись на горы, парень неконтролируемо задрожал.

Горы везде формировались из бесчисленного множества груд и куч костей, сокрытых туманом!

Волосы на затылке Цинь Му уже давно стояли дыбом, когда он, пятясь, наступал на одну кость за другой. Скелеты начали шевелиться и подниматься посреди расплывчатого серого тумана, за чем последовала какофония искажённых голосов:

— Ч-человек? Чел…к? Где? Чел-ловек где? Где человек?

— Как же давно здесь не появлялся человек! Что за человек смог сюда пробраться?

— У них есть плоть, а у нас нет… ну тогда нужно украсть. Украсть!

Глядя вдаль, старейшина деревни хмурился. Горы на расстоянии начали содрогаться, пока не приняли некую форму и не поднялись. Подобно монстрам, образованным из бессчётного количества белых костей, они зашагали. С каждым шагом “горы”, вокруг неё плясало множество скелетов, пытающихся подняться вверх, в итоге делая её всё больше и больше.

У этих костей всё ещё прослеживался след мощи богов и дьяволов, что явно означало, что они были костями настоящих богов и дьяволов!

Гомон голосов скелетов не прекращался. Они продолжали горлопанить, что собираются сожрать людей, которые сюда пробрались.

«Откуда здесь столько ссохшихся костей?» — даже старейшина мысленно занервничал.

Несколько маленьких скелетов, находящихся всего в метре от них, вырвались из серого тумана и ухватились за ногу Цинь Му, чтобы укусить. Парень тут же раздробил их ладонью, но уже в следующий миг к нему подобралось ещё больше. Ситуация была сродни огромной волне в безбрежном море во время шторма. Крайне пугающе!

Жизненная Ци старейшины вырвалась наружу и превратилась в свет меча, но вокруг было слишком много скелетов. Даже ему придётся повозиться, особенно с костями богов и дьяволов, образовавших горы.

Однако, в этот момент посреди лба Цинь Му расцвёл цветок света и следом за спиной проявился образ великого Будды, чтобы охранять. Бесчисленные скелеты мгновенно завопили и разбежались во всех направлениях.

Толпы скелетов, убегая, скучковались вместе, превратившись в убегающих гигантов. Некоторые из гигантов споткнулись, в итоге развалившись обратно на толпы небольших скелетов, которые тут же продолжили убегать и, опять скучковавшись, превратились в гигантов.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Образ великого Будды, оставленный посреди бровей, действительно перепугал этих странных скелетов. Теперь они даже не смели приблизиться.

Скелетные горы вдали тоже остановились, начав наблюдать. Увидев Будду за спиной юноши, они не смели приблизиться.

Пульсирующая волна серого тумана между горами напоминала настоящее море тумана. Внезапно вспыхнул свет и Цинь Му сосредоточил всё своё внимание на нём. Он слегка удивился, когда разглядел в нём маленькую лодку, сделанную из листа, и плывущую между двумя горами костей.

Маленькая беспарусная лодка из листа плавала в тумане. На одинокой мачте в носовой части висел фонарь, от которого исходило слабое свечение. В кормовой части лодки сидел лодочник, одетый в рваный плетёный плащ и бамбуковую шляпу, гребя вёслами. Под фонарём сидел человек, который тоже был одет в бамбуковую шляпу и его лицо было невозможно ясно рассмотреть.

Маленькая лодка быстро “подплыла” к ним и человек под фонарём встал. Обернувшись, он поклонился лодочнику и достал золотую монету.

Когда лодочник протянул руку, чтобы взять монету, Цинь Му сразу увидел, что у ладони лодочника нет плоти!

Под бамбуковой шляпой и плетённым плащом находился скелет!

Скелет, который грёб на лодке!

Человек под фонарём сошёл с лодки, и слега удивился, когда увидел юношу и старика. Он поклонился в приветствии, произнеся старческим голосом:

— Брат.

Цинь Му и старейшина поклонились в ответ, произнеся:

— Брат.

Человек взялся за уголок своей бамбуковой шляпы и зашагал прочь.

Старейшина вдруг окликнул:

— Брат, у тебя есть свободная минутка?

Человек остановился, и старейшина спросил:

— Есть ли у брата парочка лишних монет?

Человек хрипло рассмеялся:

— Не принеся денег вы планировали докучать призраку лодки?

Старейшина улыбнулся:

— Вот почему я хотел одолжить у брата.

Смех донёсся из-под бамбуковой шляпы:

— Старый Бог Меча, с тех пор как я в последний раз видел тебя, прошло некоторое время. Из нашего поколения мало кто выжил. Думаю это судьба, что мы встретились здесь. Так и быть, я дам тебе немного монет Фэнду.

П.П.: кое-что о Фэнду https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B8%D1%8E%D0%B9

Он протянул ладонь, над которой парило несколько золотых монет.

С серьёзным выражением лица, жизненная Ци старейшины приняла форму рук и ног. Он медленно протянул руку и схватил золотые монеты.

Когда обе руки коснулись друг друга, их тела покачнулись.

Человек под бамбуковой шляпой отвёл руку и повернулся, чтобы уйти, вздыхая:

— Ты старый, но ты всё ещё немного сильнее меня. Но хорошо, что я моложе и проживу чуть дольше тебя.

Старейшина провожал его взглядом, ответив:

— Ты сильнее, чем раньше, но ты не проживёшь дольше меня.

— Трудно сказать, — человек под бамбуковой шляпой прыгнул и исчез.

Старейшина раскрыл ладонь и четыре золотые монеты упали в руку Цинь Му. Руки и ноги, сформированные из его жизненно Ци, постепенно ослабевали, когда он произнёс:

— Му’эр, садимся на лодку.

Цинь Му беспокойно поднялся на борт маленькой лодки. Старейшина деревни последовал за ним, прислонившись к мачте. Лодочник в кормовой части скорректировал направление и, устойчиво и неторопливо, направил лодку к густому туману в глубины горы из скелетов.

Глава 86. Царство Живых Мертвецов

Цинь Му сидел под фонарём, с едва заметно сияющим перед грудью кулоном, который по-прежнему хотел вырваться и улететь вдаль, думая: «Здесь нет деревни Беззаботной? Тогда… где именно она находится?»

Маленькая лодка не спеша плыла вперёд, с не слишком низкой и не слишком высокой скоростью. Юноша заметил, что как только они взошли на борт, скелеты перестали обращать на них всякое внимание, будто перестали видеть.

Горы из скелетов вернулись к своему обычному внешнему виду, в то время как сами скелеты, казалось, вновь погрузились в молчаливо-безжизненное состояние.

Цинь Му беспомощно покачал головой, вспоминая все невообразимые встречи, что ему довелось пережить во время своего недолгого путешествия. Даже в своих самых смелых фантазиях он не мог представить подобного. Каждая встреча оказывалась более странной, чем предыдущая.

Монстры во тьме, посланники смерти в деревне у реки, мир в тумане, поездка на маленькой лодке, а также скелет лодочник… Всё это казалось таким непостижимым, но, тем не менее, случилось.

Кроме того, мир во тьме Великих Руин тоже не был таким простым, как думал старейшина деревни. Первоначально он считал, что существует только Царство Тьмы, но, судя по всему, только оно одно не могло полностью объяснить увиденное.

Царство Тьмы конечно же существовало, и также вполне возможно, что помимо него во тьме были и другие миры.

— Дедушка, кем был человек, что дал нам монеты Фэнду? — вполголоса спросил Цинь Му и посмотрел на лодочника.

— Старый друг, — с безразличным выражением лица проговорил старейшина. — Я уже очень давно его не видел и даже не слышал о нём никаких новостей, поэтому думал, что он мёртв. То, что он до сих пор жив, было для меня настоящим сюрпризом… Ведь выжить действительно впечатляющее достижение, с учётом того, что он одного поколения со мной.

Мысли юноши блуждали где-то далеко. Во времена молодости старейшины деревни должно быть родилось на свет множество героических личностей, словно звёзд на небосводе, каждая из которых сияла не тусклее самого старейшины.

Однако, жаль, но время никого не щадит. Даже если все они были несравненны в своём поколении, старость уже дышит в их спины и им осталось не много лет жизни.

— Даже если бы я знал, что он жив, не подумал бы, что он всё ещё так же непоседлив, бегая то там, то тут, и уж точно, что встречу его в подобном месте, — старик улыбнулся. — Ему учёба всегда давалась гораздо проще, чем мне, да и столкнулся он с большим количеством тайн. На самом деле мне даже завидно, что он живёт так свободно и расслабленно. Му’эр, ты можешь встретиться с ним в будущем, потому что у него нет какого-то конкретного места жительства, и он любит ошиваться везде, где веселье. Его зовут Лин Цзин. У него под левым глазом есть родинка, а на правой руке отсутствует безымянный палец, так как я его отрезал…

— Старейшина, куда нас доставит лодка? — оглядевшись, Цинь Му понял, что они уже далеко от входа в этот странный мир. Парень не знал, куда они направляются, и если продолжат плыть в том же духе, то не поймёт с какого направления прибыли.

Кроме того, кто знает, находились ли они всё ещё в Великих Руинах? Прямо сейчас они могут находится в мире, где не существует никаких Великих Руин!

Старейшина слегка нахмурился. Нефритовый кулон Цинь Му привёл их сюда, но он впервые оказался в подобной странной ситуации и в таком странном месте за всё время своего проживания в Великих Руинах. Тем не менее, поскольку кулон парня привёл их сюда, это место должно быть связанно с его происхождением.

Теперь, когда они не знали, где находятся, и не могли сойти с лодки, им оставалось только позволить странному лодочнику вести их к неизвестности.

— Му’эр, если бы мы с тобой не ушли, то я бы никогда не нашёл это место, — когда старик заговорил, туман перед ними стал менее плотным, раскрывая обширный пейзаж. Горы больше не были горами из скелетов, а рядом с морем тумана располагался деревянный причал, где могла пришвартоваться только лодка.

Маленькая лодка из листа подплывая плавно остановилась прямо у причала.

Цинь Му немедленно достал монету Фэнду, заплатив за переправу, но лодочник показал два белых костяных пальца. Он вытащил ещё одну монету, на что лодочник кивнул головой. Высадившись, они направились к земле. Юноша повернулся и увидел, как маленькая лодка и лодочник исчезли в пучинах тумана. Только блики от фонаря всё ещё были слабо различимы.

Нефритовый кулон на груди медленно взлетел, указывая в конкретном направлении.

«Странное место…» — думая в таком ключе, Цинь Му последовал за старейшиной. Почти сразу же они упёрлись в пограничный камень с начертанными на нём письменами.

— Царство Живых Мертвецов, живой стой, мёртвый иди, — оба путника были изумлены, когда Цинь Му прочитал слова на камне, после чего он нерешительно спросил. — Старейшина, мы действительно пойдём?

Старейшина посмотрел вдаль, где увидел слабо различимые образы деревень, и, улыбнувшись, сказал:

— Ну раз мы уже тут, то почему бы не сходить и не посмотреть, что впереди? Идём.

Они прошли мимо пограничного камня, как вдруг, Цинь Му изумлённо вскрикнул. Подняв обе руки, он увидел, что те стали ужасными костями мертвеца!

Парень сразу же задрал рубаху, только чтобы обнаружить, что его плоть там тоже полностью исчезла, обнажая белые кости!

Переведя взгляд на старейшину, он увидел перед собой парящего по воздуху скелета. Но кое-что было ещё более странным, у него быстрыми темпами отрастали руки и ноги!

Всё его тело состояло из белых костей, но у рук и ног была кровь, плоть и кожа! У старейшины ещё минуту назад явно не было рук и ног, так почему они внезапно начали расти?

— Царство Живых Мертвецов, Царство Живых Мертвецов… Му’эр, давай вернёмся, — вдруг сказал старейшина.

Цинь Му вернулся за пограничный камень. Осмотревшись, он увидел, как его кровь и плоть возвращаются, в то время как руки и ноги старейшины исчезают, а голова и грудь становятся нормальными.

— Понятно, не думал, что существует такой невероятный мир… — улыбнулся старейшина и вернулся в Царство Живых Мертвецов. — Пойдём осмотримся получше.

Цинь Му попытался подавить бешено бьющееся в груди сердце и последовал за стариком в невероятный мир. Старейшина приземлился выросшими ногами на землю и зашагал, но не пройдя и десяти метров остановился… Он посмотрел на свои руки и томно вздохнул, словно вспоминая о своих любимых потерянных конечностях.

Впереди раскинулся высокий горных хребет, под которым виднелось множество храмов, упорядоченно и плотно расположенных, подобно чешуе.

Ближе всего к ним находилась деревня. Практически дойдя до неё, оба путника услышали пение птиц и учуяли ароматы разнообразных цветов, навевающие спокойную атмосферу. Деревенские жители мирно сосуществовали. Счастливо работая, они выращивали скот и занимались прочими повседневными делами…

Когда старик и юноша подошли ко входу в деревню, они увидели прошедшую мимо них пухленькую свинью. Цинь Му и старейшина остановились у самого входа, так и на войдя внутрь, отчего несколько местных повернули к ним головы и окинули странным взглядом.

Через какое-то время к ним подошёл старец, чьё лицо, изборождённое морщинами, растянулось в улыбке, и спросил:

— Гости не из наших земель, я могу вам чем-то помочь?

Цинь Му и старейшина поклонились, после чего Цинь Му спросил:

— Сэр, я могу узнать у Вас, как добраться до деревни Беззаботной?

Старец поднял руку, указав на обратную сторону ближайшей горы, отвечая:

— После того, как пересечёте эти горы и пройдёте мимо ворот, вы увидите деревню Беззаботную.

— Большое спасибо.

— Пожалуйста.

Цинь Му и старейшина поднялись на гору. Когда парень повернул голову назад, то увидел, как деревенские жители всё ещё смотрят на них своеобразным странным взглядом.

— В их глазах мы мертвы, поэтому они смотрят на нас таким образом, — объяснил старейшина.

— Старейшина, есть нечто странное… Слепой дедушка помог мне открыть Девять Глаз Небес Бога, поэтому, даже не имея глаз, мне всё ещё удалось разглядеть нечто смутное… — отвернувшись, проговорил Цинь Му.

— Что ты видел? — спросив, остановился старейшина.

— От их тел исходила аура дьявола, — ответил Цинь Му

Старейшина на некоторое время погрузился в свои мысли, после чего объяснил:

— Царство Живых Мертвецов обладает правилом, которое меняет местами жизнь и смерть. Когда мы вошли сюда, то стали выглядеть как скелеты без всякой плоти, но сразу же как вышли, наша плоть моментально вернулась. Это значит, что наша плоть по-прежнему существует, только её извратили местные правила, поэтому мы не можем её увидеть и коснуться. Му’эр, поскольку у тебя всё ещё есть Девять Глаз Небес Бога, можешь ли ты задействовать их, полагаясь на свою жизненную Ци?

Цинь Му попытался почувствовать свои глаза. Затем он направил жизненную Ци к глазам и попытался пробудить Девять Глаз Небес Бога. Парень тут же почувствовал, что всё перед его глазами проясняется.

Он повернул голову назад, где увидел полностью изменившуюся деревню. Все в деревне больше не выглядели обычными людьми, а скелетами. Даже скот и пухлая свинья превратились в скелеты!

Скелеты местных отличались от людских, имея странную, отличную от обычной, форму.

Цинь Му описал то, что видел, на что старейшина нахмурился и задумался, прежде чем ответить:

— Небесная Дьявольская Орда.

«Небесная Дьявольская Орда?» — молча уставился Цинь Му.

— Небесная Дьявольская Орда — это раса дьявола. Название Небесного Дьявольского Культа тоже происходит от слов “Небеса” и “Дьявол”, но почти все члены твоего культа по-прежнему являются людьми. Однако, орда отличается. Легенда гласит, что Небесная Дьявольская Орда — это раса, пришедшая с неведомых земель и наделённая стальными нервами и волей, чтобы вторгаться на другие земли. Что касается того, откуда они пришли, никто не знает. Некоторые легенды гласят… — старейшина остановился, не закончив мысль. Взглянув куда-то вперёд, он проговорил. — Разве это может быть мир Небесного Дьявола? Не похоже и всё же… Нужно торопиться, если это действительно мир Небесного Дьявола, нам нужно как можно скорее уйти!

Минув несколько гор, они, наконец, подошли к воротам, о которых говорил старец в деревне.

Две горы играли роль столбов, а каменный мост верхней балки, формируя горные ворота, на стене которого было написано лишь одно слово, “Фэнду”.

Сердце Цинь Му со зловещим чувством подступило к горлу. Легенда гласит, что Фэнду являлись воротами ада, неужели там и правда ад?

Однако, старейшина не обратил на это внимания и прошёл мимо. Юноша сразу же последовал следом. Войдя и увидев, что находится перед ними, они удивились…

Города… Много городов… Насколько видели глаза, городам не было конца!

В самом центре квадратных городов располагались высокие, величественные святыни, храмы и дворцы, пронзающие облака.

За воротами Фэнду раскинулся огромный, безграничный и, конечно же, захватывающий мир!

«Это должна быть столица Фэнду», — подумав об этом, Цинь Му внезапно увидел разрушенный, образованный горами, корабль, от которого тянулись цепи, подобно бумажным змеям. Концы цепей крепились к серому сферическому телу…

Огромная сфера была полуразрушена.

Ею оказалась луна.

Глава 87. Ловушка

— Что здесь делает Корабль Луны? — пробормотал Цинь Му.

Это должен был быть Корабль Луны, так как он имел много сходств с Кораблём Солнца. Корабль рухнул и лежал плашмя между гор. Вокруг него повисла мёртвая тишина, и не было видно ни одной живой фигуры. Большая половина затухшей луны неподвижно зависла в небе над кораблём, находившимся в шестидесяти километрах от ближайшего города.

Направление, в котором пытался лететь нефритовый кулон, указывало прямо на корабль.

На географической карте Великих Руин находилось два корабля: Солнца и Луны. Цинь Му и старейшина уже видели Корабль Солнца, однако Луны они увидели впервые.

Корабль Луны не уступал размерами Кораблю Солнца. В то время как последний напоминал огромный вулкан с ногами, с извергающимися из вершин огнём и кипящей лавой, Корабль Луны был полностью серебристо— серым, ползая, будто трёхногая серебряная жаба. Если точнее, он напоминал жабу с кораблём на спине, ползущую среди гор.

Казалось, что Корабль Луны был жив, гора плавно поднималась и опускалась, будто дышала. Однако, корпус корабля уже был разрушен и находился в гораздо худшем состоянии, чем Корабль Солнца.

Корабль Солнца появился в Великих Руинах, а затем вернулся в Колодец Солнца, почему тогда Корабль Луны лежал в Царстве Живых Мертвецов, и не возвращался в Колодец Луны?

— Что имелось в виду под деревней Беззаботной? Фэнду или Корабль Луны? — пробормотал Цинь Му.

— Деревня Беззаботная… Что может быть беззаботным? Когда кто-то умирает, он, естественно, становится беззаботным. Может деревня Беззаботная это Царство Живых Мертвецов? — старейшина деревни сдерживал удивление в своём сердце. — Однако, под деревней Беззаботной может иметься в виду и Корабль Луны. Прорываясь сквозь тьму, люди, находящиеся на его борту, живут в мире, беззаботно и без проблем… Разве Хранительница Солнца не говорила, что деревня Беззаботная появляется только во тьме, и её местонахождение неизвестно? Это значит, что деревня постоянно перемещается, и если это так, то деревня Беззаботная может находится на появляющемся ночью и постоянно передвигающемся Корабле Луны. Ночь, деревня на борту корабля, постоянно в движении вместе с ним, не имеет фиксированного положения, Му’эр… — он сделал паузу, после которой сказал. — Это только моя догадка, однако, если она верна, ты можешь быть Пастухом Луны.

— Я Пастух Луны? — Цинь Му был немного изумлён, не понимая, что это значит.

— Если ты рождён в деревне Беззаботной, то являешься потомком Пастухов Луны, — старейшина деревни улыбнулся. — Разве ты не говорил, что встретил женщину, протянувшую тебе руку, чтобы сложить ладони вместе, когда стоял на вершине драконьей колонны города Пограничный Дракон? Я думаю, что эта женщина может быть твоей родственницей или даже твоей…

Он не договорил, но Цинь Му понял, что старик хотел сказать. Возможно, это была его мама!

Недавно, Корабль Луны, должно быть, притащил деревню Беззаботную на окраину города Пограничный Дракон. Корабль Солнца пришёл днём, а Луны — ночью. Эта женщина, вероятно, заметила Цинь Му и кулон на его шее, поэтому решила связаться с ним!

Однако, находясь в таком разрушенном и опустошённом состоянии, могли ли Пастухи Луны жить в этом месте?

Кроме того, почему Корабль Луны появился в Царстве Живых Мертвецов?

Внезапно из корабля раздалось мелодичное пение. Холодный и тоскливый голос напоминал пение матери, скучающей за своим давно утерянным ребёнком:

— Когда я ушла отсюда, ивы проливали слёзы.

Теперь я вернулась, и снег сгибает ветви.

Длинным, длинным был путь, тяжёлым, тяжёлым день.

Моё горе переливает через край, кто знает, кто знает…

Когда Цинь Му услышал песню, он почувствовал желание заплакать, вот только его плоть исчезла, и слёз тоже не было.

Песня с огромного корабля была еле слышна и казалась несколько одинокой и меланхоличной, а тоска по ребёнку наделила её оттенком мрачного темперамента.

Взглянув на Корабль Луны, парень увидел красивую женщину, стоящую на носу корабля, покрытому серым туманом, и глядящую на Цинь Му.

Их соскучившиеся взгляды, казалось, встречались в воздухе.

Цинь Му хотел закрыть глаза, но не мог. На мгновение он замолчал, затем обратился к старейшине:

— Дедушка, давай вернёмся.

Старейшина был немного ошеломлён и тихо спросил:

— Разве ты не хочешь её встретить?

Цинь Му покачал головой и отуплено проговорил:

— Она не моя родня, а это не деревня Беззаботная.

Сердце старейшины вздрогнуло:

— Что ты увидел своими Девятью Глазами Небес Бога?

Несмотря на то, что старик был могущественным, слепой всё ещё был сильнее его, когда речь шла о глазах. Теперь, когда слепой открыл Девять Глаз Небес Бога Цинь Му, парень мог видеть то, что он, возможно, не сможет видеть.

— То, что я вижу не женщина, а дьявольский бог, — взгляд Цинь Му упал на женщину на корабле, и существо, которое он видел, не было матерью, тоскующей о своём ребёнке, а злобным дьявольским богом с дискообразными костяными шипами, излучающими чёрную ауру, на спине!

Дьявольский бог тихонько пел и, казалось, пытался его приманить!

Это не была встреча родственников, а ловушка. С момента, когда кулон засиял на вершине городской драконьей колонны, всё было обманом, целью которого было заманить Цинь Му в это место!

«Господи! Даже я, бывалый старый странник, тоже почти попал в эту ловушку!» — старейшина глубоко вздохнул, его божественный свет ярко засиял, и он схватил Цинь Му, чтобы побыстрее отступить назад. В то же время, женщина на Корабле Луны внезапно взбесилась, бешено сорвавшись с носа корабля!

Женщина крутилась в воздухе как волчок, её тело становилось всё больше и больше. Её лицо также становилось всё более злобным, пока она, изо всех сил пыталась наконец избавиться от обтягивающей её кожи, раскрывая своё настоящее тело. Это был дьявольский бог, у которого было восемь длинных ног, две головы и пять хвостов!

Её ноги были человеческими руками, а её ступни были человеческими ладонями. Она быстро бросилась в воздух, начиная преследование!

— Падма Дале!

Перед старейшиной деревни расцвело несколько лотосов, заполнив небо и землю. Призрачные дьявольские будды сидели на лотосах, и все они подняли ладони и направили свои мудры в сторону старейшины!

Дьявольские будды были призраками, однако они, казалось, материализовались и обрели физическое тело. Каждое их движение отличалось от предыдущего, когда атаки посыпались на старика со всех сторон!

Будда считался святым, но этот дьявол смог вселить в него божественное дьявольское искусство. Можно сказать, что он предал священные писания и сбился с пути.

Выражение лица старейшины не изменилось и осталось спокойным. Из его пальца вырвался меч из света, пронзая лотос за лотосом. Меч из света был настолько быстрым, что Цинь Му не мог сконцентрировать на нём свой взгляд, и видел только снежно-белый свет, мерцающий среди лотосов и дьявольских будд.

В следующий момент лотосы разлетелись на куски, а головы дьявольских будд с треском взорвались, превратившись в дьявольскую Ци, разбрызгивающуюся во все стороны.

— Са Парамита!

Дьявол отпрыгнул, и как только раздался его голос, перед старейшиной деревни появился огромный, неистово вращающийся водоворот. Он напоминал монстра, у которого был рот, полный острых зубов, так как внутри летало множество острых, как бритвы, лезвий. В водовороте находился длинный радужный мост, который быстро тёк внутрь.

Старейшина и Цинь Му были мгновенно втянуты в водоворот. Радужный мост затащил двух человек во внутреннюю часть водоворота, и бесчисленные острые лезвия атаковали их со всех сторон, вращаясь в попытках их изрезать до смерти.

В конце водоворота было что-то похожее на рай, где пели птицы и росли пахучие цветы. Всё казалось очень мирным, но было очевидно, что именно там находилась самая опасная часть дьявольского творения!

— Му’эр, встань на мои волосы! — старейшина крикнул, и его волосы начали мгновенно разрастаться. Каждая прядь волос превратилась в огромный и толстый столб, стремящийся вдоль радужного моста к краю водоворота. Цинь Му запрыгнул на одну из прядей и остался на ней стоять. Он мог чувствовать, что волосы под ногами продолжают разбухать, становясь всё толще и длиннее, почти вырываясь наружу.

В то же время остальные волосы напоминали танец диких змей, ломая лезвия, летающие со всех сторон. Бесчисленные разрушенные лезвия падали в водоворот, где их раздавливало мощное течение.

Цинь Му поднял голову и возле вершины водоворота увидел огромное и злобное лицо дьявольского бога. Его глаза искрились, он широко раскрыл рот и ждал, пока старейшины в него упадёт.

Прямо в этот момент свободные пряди волос старейшины впились в рот дьявольского бога, и со всей силы потащили его внутрь водоворота.

— Му’эр, быстро иди к причалу и садись в лодку. Иди сейчас же!

Прядь волос мягко вытолкнула Цинь Му из водоворота, который затем с гулом закрылся. Старейшина и дьявольский бог исчезли.

Юноша начал падать с неба, ведь он находился на большом расстоянии от земли. Если он просто упадет вниз, то разобьётся на смерть!

Цинь Му поспешно вдохнул и со всей силы подул. Перед ним мгновенно возник ветер, и его ноги начали молниеносно двигаться, пытаясь зацепиться за кромку ветра, чтобы замедлить падение.

Юноша несколько раз вдохнул и подул, прежде чем наконец приземлился на землю. Он всё ещё находился в пределах “деревни Беззаботной”, которую покрывал серый туман, тем не менее, тьма сюда не вторгалась, поэтому он по-прежнему находился в безопасности.

Внезапно, над его головой появился огромный водоворот. Четыре толстых длинных руки вырвались наружу, пытаясь разорвать небо. Злобный дьявол высунул голову, стараясь вылезти из водоворота.

Однако, что-то, казалось, крепко схватило его за ноги, и он снова вернулся внутрь.

— Небесная Дьявольская Орда! — из водоворота раздался сердитый рёв. Когда дьявольский бог был затянут обратно, Цинь Му увидел чёрные точки, вырывающиеся из него.

— Му, быстро уходи! — голос старейшины вновь раздался из водоворота. — Иди вперёд, я догоню! Быстро, если дьявольский боги в городе услышат шум, тебе не удастся сбежать…

Водоворот исчез, и голос старейшины затих.

Чёрные точки в воздухе посыпались вниз, будто падающие звёзды, стряхивая землю при падении. Затем серый туман начал заполнять пространство, становясь всё гуще и гуще. Когда чёрные точки приземлились на землю, он был уже слишком густым для того, чтобы Цинь Му смог разглядеть что внутри.

Вскоре туман подобрался к парню, накрывая его с головой. Из серого тумана послышались тяжёлые шаги, которые падали на его сердце, будто огромные валуны.

Глава 88. Небесная Дьявольская Орда

«Дьявол затащил старейшину в водоворот, сможет ли он… — у Цинь Му в голове вертелись плохие мысли. Обернувшись, чтобы осмотреться, он увидел, что находится недалеко от ворот Фэнду. Туман ещё не полностью поглотил ворота, но, если продолжит расти, ему не удастся найти в нём дорогу. — Старейшина обладает очень сильными способностями, он определённо будет в порядке! Мне нужно немедленно уходить, а то я стану для него обузой!»

Топ, пум, тук.

Из клубящегося в воздухе серого тумана раздавались беспорядочные шаги. Некоторые слышались из-за его спины, а некоторые по сторонам. Также кто-то ходил прямо перед ним, блокируя путь к воротам.

Цинь Му собрался с мыслями и тут же бросился к воротам Фэнду. Он быстрыми темпами сокращал расстояние между собой и невероятно огромным воротам, когда, внезапно, со стороны раздался громкий рык и какая-то тень полетела ему навстречу.

Без всякого объяснения, Цинь Му выпрямил палец, управляющий мечом. Рыбий дракон меча Младший Защитник выпрыгнул, выплёвывая меч-сокровище, который разрезал серый туман и проколол тень с молниеносной скоростью!

Свишь!

С завыванием ветра меч потянул тень в сторону и со скрежещущим звуком пригвоздил к каменной колонне насмерть.

Цинь Му продолжал стремительно бежать вперёд. Пробегая мимо каменной колонны, его палец дёрнулся, и меч вернулся обратно в рот рыбьего дракона.

Труп тени скользнул по колонне, открывая его взору зловещего мутанта. У него были рыжая чешуя по всему телу и лягушачьи перепонки на руках и ногах.

Жизненная Ци мутанта ещё рассеивалась, извиваясь вокруг тела, будто огромная окровавленная змея. Цинь Му почувствовал запах рыбы, от которого у него вдруг началось головокружение. Он замер и понял, что это явно токсичное божественное искусство!

Затем он почувствовал, как рисунок, который глухой нарисовал на его спине кровью дракона, нагрелся и отравление мгновенно прошло.

«Практик божественных искусств? Я действительно убил практика божественных искусств?» — Цинь Му был ошеломлён и внезапно вспомнил, что, когда он использовал жизненную Ци для управления мечом, огромная печь, сокрытая в его груди, воспламенилась и мощь его Ци увеличилась в сотни раз!

Именно она внезапно усилила его Ци до такой степени, что ему удалось убить практика божественных искусств одним ударом меча!

Ещё более невероятным было то, что печь только на секунду усилила Ци Цинь Му. Отозвав свою Ци, та стала обычной, благодаря чему его тело не успело испытать слишком больших перегрузок.

Ситуация была сродни заполнению котла водой. Если котёл может вместить только три ведра воды, а влить в него десять, то семь выльются через край. Тем не менее, человеческое тело не было котлом и места, через которое можно избавиться от некого избытка, тоже не было, что, как правило, приводило к взрыву самого тела.

Дивная огромная печь немого кузнеца предоставила юноше в сотни раз больше жизненной Ци, чем мог произвести он, и затем сразу же втянула её обратно в себя, не повреждая тело.

Цинь Му бежал вперёд, быстро обдумывая только что произошедшее: «Получается, что даже с моим текущим совершенствованием я могу использовать божественные искусства? Но даже так, я всё ещё не могу сражаться наравне с Небесной Дьявольской Ордой».

Печь, которую немой погрузил в тело Цинь Му, обеспечивала его невероятно плотной жизненной Ци, о которой он даже не осмеливался мечтать. Раньше его кулачные навыки по-прежнему были обычными кулачными навыками, а навыки ножа обычными навыками ножа. Однако, теперь он почувствовал, что может использовать Ци печи в его теле, чтобы вывести свои кулачные навыки и навыки ножа на уровень божественных искусств!

Насколько мощными окажутся навыки, переданные ему старым Ма и мясником, когда он исполнит их на уровне божественных искусств?

Его шаги ускорялись, пока парень подсознательно не применил навык ног “Небесный Расхититель”, которому обучил его одноногий, и не затопил своё тело безграничным количеством жизненной Ци.

С очередным шагом Цинь Му, воздух перед ним пронзительно взвыл и сжался под ступнями, формируя штормовой ветер. Это был ветер, сформированный его собственными ногами.

Сделав первый шаг, он тут же почувствовал, что воздух стал плоским и твёрдым. В его глазах всё необъятное небо стало ровной землёй и местом, куда он мог ступить!

Скорость Цинь Му резко возросла, начав своё путешествие по небу. Всего за несколько шагов он вырвался из мрачного серого тумана, появившись в небе над ним, и бросился к горным воротам Фэнду.

Внезапно из серого тумана выскочила огромная фигура. Ею оказался пылающий огнём монстр, который выглядел так, словно состоял из лавы. Его удар был столь же тяжёлым, как падающая гора, когда он замахнулся в сторону убегающего на всех парах Цинь Му!

Парень поспешно увеличил скорость, прорываясь сквозь воздух, как вдруг нож для убоя свиней на его спине вылетел из ножен и приземлился рукоятью в его ладони!

Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Нож для убоя свиней славно блеснул, как если бы пылающее солнце прыгало по тысячам волн восточного моря.

Ззз кланг ззз…

Когда Цинь Му налетел на колосса, начали раздаваться непрерывный звуки столкновений. Но не прошло и нескольких вдохов времени, как он отскочил в сторону, вернув нож за спину, и побежал вдаль.

Пум, пух, бум, пум.

Падающие с неба камни обстреливали землю, пока не приземлилась огромная голова… Огромный лавовый гигант был сокрушён навыком ножа! Божественным искусством навыка ножа!

Лавовый гигант однозначно являлся могучим, обладающим неукротимой силой, практиком божественных искусств, однако, по сравнению с божественными искусствами навыков ножа мясника, он всё ещё был слабее!

Небо расколола молния и из серого тумана вышел красивый юноша, между пальцами рук и самими руками которого переплетались молнии. Сталкиваясь и щебеча, молниевые дуги образовали собой сеть и рванули в сторону Цинь Му!

«Эволюционировавшее из жизненной Ци Зелёного Дракона божественное искусство? Может ли оно быть сильнее божественного искусства навыка кулака старого Ма?» — думая об этом, Цинь Му взревел и ударил. Ци в его кулаке превратилась в драконов и сформировала сорок пять сил…

Восемь Громовых Ударов Третьей Формы — Буря Девяти Драконов!

Сорок пять зелёных драконов громко и властно взревели, проглатывая красивого юношу вместе с молниевыми дугами. Когда оба их кулака встретились, тело красивого юноши замерло и с громовым треском взорвалось, а его плоть и кровь приняли образ сорока пяти уже красных драконов!

«Я такой сильный?» — изумился Цинь Му. Он, конечно, видел Бурю Девяти Драконов в исполнении старого Ма, но тот был в конце концов старым Ма… То, что его атаки были невероятно мощными, было естественно. Однако, теперь, применив свои кулачные навыки на уровне божественного искусства, он понял, насколько действительно поразительной была мощь Восьми Громовых Ударов.

Тем не менее, Буря Девять Драконов слишком уж шумная, и определённо позволила Небесной Дьявольской Орде в густом тумане довольно точно определить его местоположение по звуку!

Цинь Му сразу же услышал звуки рассекающегося воздуха и его сердце чуть не остановилось. Судя по гудящим звукам, количество членов орды, посланных дьявольским богом, было слишком большим… Не находись он сейчас в довольно выгодном месте, то не смог бы защититься от них.

Неуклонно приближаясь к горным воротам Фэнду, перед ним внезапно всплыло чёрное облако дьявола и заблокировало видение. Вздохнув, он тут же остановился, и нырнул обратно в туман.

Из чёрного облака появилась огромная головка с кудрявыми усами. Озираясь по сторонам, из её глаз изрыгался огонь.

Чёрное облако начало быстро сжиматься, а вместе с ним и огромная голова. Когда облако сократилось до размера трёх метров, появилась уродливая женщина. Её рот был полон жёлтых зубов, похожих на торчащие во все стороны гвозди, а на спине кровавая тыквенная бутылка размером с рост человека. Как раз в неё через горлышко и погружалось чёрное облако дьявола.

Внезапно в небе появилась другая женщина, в итоге встав прямо на серый туман. У неё были красивые черты лица, белая гладкая кожа, фантастическая фигура, большие груди и худенькая талия. Однако, откуда-то из-за её спины торчал длинный и толстый хвост скорпиона, с покачивающимся на конце жалом.

Две женщины смотрели вниз, пытаясь найти Цинь Му, но не могли. Вдруг воздух рассекло острие меча и скользнуло по шее леди-скорпионши, не давая шанса даже среагировать.

Леди-скорпионша прижала руки к шее, пытаясь удержать голову на месте, но это было бесполезно, ведь её голова предательски соскользнула вниз.

Юноша исполнил рубящий удар, самое базовое движение мечом, которому его обучил старейшина деревни.

Уродливая женщина взвизгнула и позади её спины вновь появилось чёрное облако дьявола, со стоящим внутри гигантом. У гиганта была только верхняя половина тела, тем не менее, его кулаки походили на настоящие падающие горы, когда он нанёс ими беспощадный удар в сторону, где появился меч!

Буум!

Прозвучал глухой удар, за которым из серого тумана последовал стон. Глаза женщины озарились, после чего гигант в чёрном облаке продолжил свои атаки по этому месту!

Уродливая женщина улыбнулась, когда после сотни ударов увидела на кулаке гиганта размазанную кровь. Она спустилась в серый туман, коснувшись ступнями земли.

Её духовное оружие, кровавая тыквенная бутылка, было необычным. Гигант с только верхней половиной тела из бутылки образовывался техникой уровня божественных искусств, которую она совершенствовала. Подпитываясь от кровавой тыквенной бутылки, тело гиганта со временем было закалено, становясь подобно стали и обладая удивительной силой.

Уродливая женщина подошла к месту, в которое колотил гигант. Там она увидела разорванный на куски труп. Но выражение её лица резко изменилось, поняв, что трупом оказался не человек, а член её клана!

В этот момент её сердце ощутило холод, ведь меч Младший Защитник пронзил её со спины.

Находящийся позади неё Цинь Му молча извлёк меч и побежал, скрываясь в сером тумане. Под покровом густого тумана он задействовал Небесного Расхитителя одноногого. Подобные обстоятельства были идеальны для убийств из засады!

Пригнувшись, юноша крадучись направился к другим источникам звуков, используя свои меч или нож, чтобы убивать врага одним ударом!

Огромный серый туман постепенно становился всё плотнее и непрогляднее, что даже он, полагаясь на свои Девять Глаз Небес Бога, не мог видеть слишком далеко.

Внезапно перед Цинь Му заскользило чёрное щупальце, вынудив его неподвижно замереть, чтобы дать тому проскользнуть мимо.

Сс Чи Зз…

Послышались утончённые звуки, когда шёлковые пауки, плетя паутину, пролетали мимо него.

Пауки задрожали, словно кто-то наступил на шёлковую паутину и натянул, и заиграла мелодия, напоминающая игру на струнном инструменте.

Пауков со временем становилось только больше, пока они в итоге не облепили все окрестности вокруг парня, а множество щупалец в тумане взмывали в воздух, пытаясь прижать его.

Цинь Му нахмурился и спокойно направил свою Ци в белую перчатку. Из перчатки незаметно высунула свой кончик нить, точно так же, как тоненькая духовная змейка.

Тоненькая нить в абсолютной тишине впилась в шёлкового паука и вместе с ним медленно поползла по паутине к другому пауку, затем продырявила первого на сквозь и впилась во второго, продолжив раз за разом повторять это действие. Белая перчатка была Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, состоящими из бесчисленного множества скрученных письмен… Они могли легко изменять свою форму и размер по своему усмотрению, поэтому бабушка Сы сплела из этого сокровища перчатку, чтобы Цинь Му мог носить её на руке.

Контролируя Великие Небесные Дьявольские Рукописи, юноша отпускал всё дальше тоненькую нить под прикрытием шёлкового паука. Через некоторое время нить настолько разошлась, что покрывала только его пять пальцев.

П.П.: сегодня закладки пастуха перевалили за две тысячи, мелочь, а приятно!))

Глава 89. Меч против Дьявольской Орды

Жизненная Ци Цинь Му начала активно циркулировать, приняв форму нити и выхватив из ножен меч Младший Защитник. Полагаясь на направление сокращений мышц щупалец, он точно понял настоящее местонахождение их владельца. Сжав пальцы, как если бы что-то хватая, его левая рука метнулась вперёд, и в то же время со стороны меча начал доноситься протяжный гул. Меч мгновенно поразил серый туман и оттуда донёсся пронзительный визг. В этот момент паутина, словно от толчка, дрогнула, и к нему полетела женщина с восемью когтями на спине. Восемь, острых как бритва, когтей устремились в сторону юноши.

Пять пальцев на правой руке Цинь Му растопырились и свирепо сжались, отчего вся паутина вокруг взмыла в воздух, закутав леди с восемью когтями в кокон ещё на полпути к нему. Он использовал свою Ци, контролируя Великие Небесные Дьявольские Рукописи, и изрубил мечом леди с когтями на маленькие кусочки!

Юноша с облегчением выдохнул, в то время как тоненькая нить рукописей втянулась обратно в его перчатку, не оставив на себе даже капли крови.

«Какая раса у Небесной Дьявольской Орды? Они похожи на нас, людей, но всё же не люди. Они также похожи на демонов, но и ими они не являются. А ещё у орды есть сходство с жуками, но они явно не жуки. Так странно…» — думая в таком ключе, Цинь Му продолжил идти вперёд, бесшумно ступая по паутине. Полагаясь на навык ног одноногого, его тело становилось по-настоящему лёгким.

Меч Младший Защитник влетел обратно в рот рыбьего дракона позади юноши, тем не менее, он продолжал использовать свою Ци для поддержки ножен в форме рыбьего дракона, чтобы быть готовым к бою в любой момент.

Цинь Му осторожно подошёл к убитому мечом существу из орды, чтобы поближе рассмотреть тело. Оно имело восемь ног, которые больше походили на длинные щупальца. Зрелище было действительно пугающим.

«Такой густой туман мне явно не на руку, однако, орде он тоже не даёт преимуществ. Если они не смогут атаковать меня толпой, я, скорее всего, спасусь!» — когда мысли Цинь Му дошли до этого места, он остановился посреди тумана и замер, начав прислушиваться к окружению в попытке услышать хоть что-то… Прямо сейчас, всё вокруг него внезапно затихло, он не слышал ни единого звука.

Парень поднял камень и подбросил его. Когда камень упал, раздался звонкий, отчётливый звук. Кроме звука от столкновения о землю не было слышно совсем ничего. Немного подождав, он бросил второй камень, но результат остался неизменным.

«Видимо я перерезал всю орду поблизости. Я в безопасности…» — с облегчением вздохнул Цинь Му.

Внезапно по долине пронёсся сильный ветер, полностью сметая туман, что клубился в воздухе. Осмотревшись по сторонам, юноша почувствовал, как волосы на его затылке встали дыбом. Вокруг него всё ещё находилось несколько сотен практиков Небесной Дьявольской Орды…

Всё это время они неподвижно стояли в тумане и ждали пока Цинь Му сделает неверный шаг.

Парень явно не ожидал увидеть столько врагов вокруг себя! Он тут же прыгнул в небо и побежал по воздуху, в то время как сотни практиков Небесной Дьявольской Орды в унисон набросились на него.

Они были практиками божественных искусств, но если распределять по внешнему виду, то среди них было всего восемь различных типов. У некоторых из них была внешность мутанта с рыжей рыбьей чешуёй, такого Цинь Му уже раньше встречал и убил. Вторым типом были лавовые гиганты, третьим красивые юноши, а четвёртым уродливые женщины. Пятым типом были человекоподобные леди с хвостами скорпиона, шестым женщины с восемью когтями, а седьмым мутанты с восемью щупальцами. Последним, восьмым типом, были мутанты с двумя огромными змеями вместо рук.

Агрессивно настроенная толпа синхронно взмыла в небо, направив экзотические божественные искусства и странные части тела в сторону Цинь Му. С такой плотностью атак, у парня не было ни единого шанса защититься или уклониться. От осознанием своего бессилия, всё внутри него от ужаса похолодело…

Однако, в этот самый момент, из места посреди его бровей, вырвалась аура Будды, за которой появился и сам великий Будда.

— Ом Мани Падме Хум!

Будда сложил ладони вместе и его аура, в форме колец, разлетелась по округе. Неисчислимое количество разорванных конечностей разбросало по сторонам созданным Буддой ураганом, попросту стирая с лица земли остатки Небесной Дьявольской Орды.

Аура Будды постепенно утихла и его огромный образ растворился прямо перед глазами парня. Это был образ великого Будды, который старый Ма вложил меж его бровей. Он мог быть использован лишь единожды, в ситуации, когда над Цинь Му зависла невероятная, угрожающая жизни, опасность.

Юноша, на мгновение потеряв дар речи, выдохнул:

— Откуда взялся сдувший туман ветер? Если бы не он, орда бы не нашла меня.

Цинь Му наконец-то увидел источник ветра, он исходил от медленно поднимающегося Корабля Луны. Корабль был намного больше города Пограничный Дракон и сила, необходимая только для того, чтобы поднять его, создала сильный штормовой ветер, прогнавший туман.

«Кораблю Солнца для движения нужен Хранитель Солнца. Неужели на борту этого судна находится Хранитель Луны? Если там и вправду находится Хранитель Луны, то вместе с ним там также могут находиться члены моего клана…» — на мгновение Цинь Му засомневался, но затем он увидел огромный, как колонна, столб чёрного дыма, поднимающийся в воздух в ближайшем к кораблю городе. Было очевидно, что местные заметили здешнюю шумиху.

Отбросив лишние мысли, Цинь Му рванул в сторону ворот Фэнду, изо всех сил стараясь как можно быстрее оказаться по ту сторону гор. Без всяких сомнений он использовал Небесного Расхитителя одноногого, развив не поддающуюся обычной логике скорость, напоминая блики света и мелькание теней!

На борту Корабля Луны можно было заметить странное движение, означающее, что там кто-то есть. Однако, Цинь Му ничего не мог поделать, ведь прямо сейчас находился в крайне опасной ситуации.

Минув ещё несколько гор, он вновь увидел серое море тумана и уже было собирался пролететь над ним, как почувствовал откуда-то снизу всасывающую силу, что втянула воздух под его ступнями и заставила упасть с неба!

Бам!

Дым и пыль поднялись вокруг образовавшегося от столкновения Цинь Му с землёй небольшого кратера. Поднявшись, парень понял, что находится в деревне, в которую заходил, впервые сойдя на берег.

В этот момент, деревенские побросали все свои дела и с интересом уставились на скелет.

То, что заставило исчезнуть воздух под его ступнями, было кузнечным мехом и находилось в руках у человека похожего на кузнеца. Края ручек были обмотаны человеческой кожей, сформировавшей воздушный мешок, внутри которого находилась пружина, открывающая его после сжатия воздуха, в то время как роль сопла выполняла человеческая голова…

Человек, похожий на кузнеца, сжимал в руках две ручки. Именно он, с помощью своего ужасающего приспособления, высосал воздух из-под ног парня, заставив его бесконтрольно упасть.

Перед соломенной хижиной по соседству стояла пухленькая тётушка, нарезавшая начинку для вареников своими ножами, лезвия которых были измазаны в крови. Позади Цинь Му, мужчина, избивавший рисовые зёрна, остановился и достал толочь из ступы. На другом конце толочи находился огромный молот, с которого стекала кровь, а внутри ступы был не рис, а человеческая голова.

В задней части деревни портной нарезал ткани из человеческой кожи. Поднявшись, в одной его руке были ножницы, а в другой измерительная линейка.

Помощник в мастерской красителя достал из наполненного кровью котла человеческие кожи и начал их развешивать. Когда помощник увидел упавшего Цинь Му, он взял кожу, которую всё ещё держал в руке, под локоть, и вытер испачканные в крови руки о передник, свисавший на его груди.

Ребёнок, сидевший на корточках возле своего дома и что-то жевавший, выплюнул на землю начисто обглоданную кость человеческого пальца. Большая толстая свинья фыркнула, проходя мимо него с толстой белой рукой в пасти. Старец у выхода из деревни покуривал трубку, вырезанную из человеческой кости. Каждый клуб дыма, выходящий из его рта, формировал череп, который, издавая скорбные вопли, рассеивался в воздухе.

Всё больше и больше деревенских появлялись перед и позади Цинь Му, отрезая ему все возможные пути отступления. Рыбий дракон позади него выплюнул меч, в то время как левая рука уже держала обратным хватом нож.

Внезапно жизненная Ци в его теле пришла в движение и бросилась к рисунку, оставленному на нём глухим с помощью драконьей крови. В одно мгновение невероятная мощь наполнила его тело, даруя силу под стать дракону и заставляя чувствовать себя богом!

Несмотря на то, что он находился в форме скелета это было всего лишь обманом зрения. Его кожа и плоть всё ещё находились на своих местах, их просто нельзя было увидеть или коснуться. Когда старейшина деревни сказал ему открыть Девять Глаз Небес Бога, он понял в чём было дело.

В этот момент рисунок глухого на Цинь Му окончательно пробудился, давая ощущение несравненной мощи, затопившей его тело, и резонируя с его собственной бурлящей жизненной Ци. Переполнившая его тело Ци вырвалась наружу и сформировала образ огромного питона, извивающегося вокруг него!

Аура Цинь Му быстро разрасталась, а из-под ступней внезапно выстрелили два водяных столба, мгновенно превратившихся в огромную волну, внутри которой можно было увидеть очертания огромной Чёрной Черепахи.

Он был похож на пробудившегося от долгого сна бога, обладающего безграничной мощью и чувствовал, что способен изменять течения рек одним мановением руки!

«Проруби себе выход из деревни!» — в голове Цинь Му осталась всего одна мысль. Он должен был несмотря ни на что выбраться из проклятой деревни!

Сшш, сш, кхх.

Вокруг него от деревенских жителей раздались звуки раздирающейся человеческой кожи. Со страшным звуком разрывающаяся кожа раскрывала взору высокие и крепкие тела практиков Небесной Дьявольской Орды!

Дети, женщины и даже свинья изменили свой внешний вид, превратившись в практиков божественных искусств орды. Некоторые и них даже пробудили Божественное Сокровище Семи Звёзд!

Только старец остался возле выхода из деревни и продолжил покуривать трубку из человеческой кости, явно пока не собираясь изменять форму.

— Умрите! — Цинь Му заорал и бросился в сторону выхода.

В момент, когда он сделал первый шаг, орда двинулась с места и напала на него!

Обе руки Цинь Му крутанулись и из-под них хлынули гудящие волны воды, формирующие бурлящую реку. Широкая и могучая река была похожа на огромного питона, который, одним ударом, поглотил в себя всю кишащую вокруг Небесную Дьявольскую Орду. Одного незадачливого взмаха хвоста огромного питона хватило, чтобы разбить на мелкие куски дома во всей деревне… Удар был равен мощи потопа, вздымающегося до небес!

Цинь Му нанёс колющий удар пальцем и Младший Защитник погрузился в бурлящие воды реки, в которой всё ещё находились практики орды. Он выполнил все базовые удары, которым его обучил старейшина, почти без единой ошибки, вплотную приблизившись к их идеальному исполнению!

Огромная река в одно мгновение покраснела от крови и стала алой. Внутри реки плавали трупы практиков орды, которых он только что порубил на куски.

Под ногами Цинь Му поднялась огромная волна, в которой находилась Чёрная Черепаха, подхватившая его и волнистыми движениями понёсшая по реке к выходу из деревни. Когда река утекла вдаль, всем что осталось позади была ровная земля, с валяющимися то тут, то там трупами… Всю деревню с её жителями попросту смыло!

Глава 90. Убивающий демонов меч, что горизонтально лежит на коленях

Спокойное выражение лица старца, курившего возле выхода из деревни трубку из кости человека, наконец-то изменилось. Он развернулся и увидел поистине властно выглядящего Цинь Му, ехавшего на волнах, которые одна за другой обрушивались вниз и создавали небольшое землетрясение!

Поток, казалось, при достаточной скорости сможет разрушить и порубить всё на своём пути!

Происходящее было проявлением чуда жизненной Ци Чёрной Черепахи. Если скорость движения воды за одно мгновение достигнет ста пятидесяти метров в секунду, то та запросто срежет сталь. Если такая вода столкнётся с человеком, последнего моментально разрежет пополам… нет ничего такого, что она не сможет уничтожить.

Цинь Му ехал на гребне волны, бросаясь на старца со свирепым выражением лица!

Задействовав рисунок глухого из ценной драконьей крови вкупе с огромной печью, помещённой в его тело немым, парень чувствовал невероятную уверенность в себе. Ему казалось, что он может одолеть любого!

Всё ещё курящий трубку старец выпрямил свободную ладонь, встретив ею могучий речной вал. Река скользила вперёд, подобно огромному питону, пока всем потоком не обрушилась на врага и в итоге не превратилась в кучу больших луж, забрызгавших всё вокруг!

В тот же момент два пальца старца нежно схватили и остановили скользящий вперёд меч Младший Защитник!

— Ты уже нашёл деревню Беззаботную? — усмехнулся старец, который по-прежнему держал кончик меча. Но юноша не замедлялся даже на миг, его ладонь уже упёрлась в рукоять и надавали со всей силы, проталкивая лезвие меча дальше!

Мощь старца оказалась вне ожиданий Цинь Му. Однако, с помощью своих Девяти Глаз Небес Бога, он мог видеть изменение силы в его теле. Когда старец поднял ладонь, чтобы уничтожить речную волну и схватить меч, его сила достигла своего предела. А исходя из того, что тело парня было намного сильнее, у старика на защиту совсем не оставалось сил.

Драгоценная драконья кровь, поддерживаемая рисунком глухого, подняла физическую силу юноши до максимума, стоя наравне с его беспощадной магической мощью!

Когда меч скользнул вперёд, старец сразу же переменился в лице. Его пальцы не смогли удержать лезвие, проколовшее ладонь и устремившееся прямо к груди.

— Давай ка я тебя сейчас отправлю в деревню Беззаботную, старик!

Под ступнями ног Цинь Му произошёл взрыв силы, с неудержимым импульсом подталкивая меч к старцу. Тот всё это время сидел, но сейчас был вынужден привстать и упереться ногами в землю. Тем не менее, даже так ему не удалось защититься от подавляющей мощи противника, и его ноги проехались по земле, образовав две длинные борозды!

Клац!

Вторая рука старца покрепче сжала костяную курительную трубку и изо всех сил ударила ей по мечу. Рука Цинь Му онемела от вибраций, из-за которых тот немедленно отпустил рукоять и затем подхватил её Ци. Когда меч, контролируемый Ци, оказался на высоте шеи старика, парень, целясь в неё, нанёс горизонтальный дугообразный удар!

Форма Меча Волны!

Этому навыку Цинь Му научил старейшина и, несмотря на то что тот был всего-навсего простым колющим ударом с последующим волновым взмахом, его сила была невероятной.

Старец тут же увернулся, но меч, сделав полный оборот вокруг своей оси и начав рисовать своим кончиком вторую дугу к шее, вынудил его отступить!

Если он отступит ещё дальше, то упрётся в пограничный камень, служащий входом в Царство Живых Мертвецов.

В этот момент лужи воды вновь взмыли в воздух и, будто огромные питоны, начали сворачиваться вокруг старика. Костяная трубка внезапно вылетела из его руки, парируя взмах Младшего Защитника и одновременно выпуская густой дым из горлышка…

Дым превратился в нескольких визжащих черепов, нырнувших прямо в тело Цинь Му в попытке вырвать его душу. Однако, у них ничего не получилось, потому что тот запечатал свою душу техникой создания Небесного Дьявола.

Юноша сделал глубокий вдох после чего резко выдохнул, создавая необузданный штормовой ветер!

Вууууу!

Под гнётом его дыхания туман вместе с черепами полностью рассеялись. Несмотря на то, что он не изучал заклятия и божественные искусства ветра, его текущее совершенствование, усиленное глухим и немым, достигло невероятной мощи. Полагаясь на него, даже его дыхание могло превратиться в заклятие уровня божественного искусства.

Табачная трубка скрестилась с мечом, создав сноп искр в месте их соприкосновения. Искры мгновенно превратились в пылающую лаву, бросившуюся в лицо Цинь Му, который уклонился, сделав несколько замысловатых шаркающих шагов, и увеличил интенсивность своих атак.

Огромные водяные питоны обернулись вокруг старца, направив в него колющие удары бесчисленного числа водяных мечей. Его табачная трубка внезапно увеличилась в размере и, повернувшись горлышком вниз, засосала в себя всю воду. Однако, это также потушило огонь внутри неё.

Цинь Му, подобно неуловимому фантому, приблизился к старику и начал остервенело атаковать, как если бы стал Тысячеруким Буддой. Было трудно заметить, кулак он использовал или ладонь. Навык его кулака вдруг изменился, могло даже показаться, что в его руке светился нож, а если ещё учесть непредсказуемые шаги, это делало его атаки практически невозможными для парирования.

У старца не было иного выбора, кроме как продолжать отступать. По силе он превосходил противника, но движение ног, а также навык кулака и ножа Цинь Му были непредсказуемо странными. Не говоря уже о невероятно остром Младшем Защитнике, которого не смогла побороть даже его табачная трубка. Движения меча парня были очень простыми, но невероятно точными и эффективными… Они обладали высокой скоростью и достаточной силой, чтобы постоянно пробивать защиту трубки, пользуясь его слабостями!

Цинь Му был похож на мастера навыков меча, а использование таких простых и грубых ударов, словно тот не прикладывал никаких усилий, только подкрепило образ. Тем не менее, сами удары содержали в себе сумасшедшую силу, вынуждая его отступать.

Полагаясь на простейшие движения мечом, которым научил старейшина, и на Девять Глаз Небес Бога слепого, Цинь Му преуспевал в каждом ударе!

Старик сделал шаг назад и удивился, краешком глаза увидев пограничный камень.

Подняв нож и надавив вперёд, Цинь Му заставил старца отступить ещё на один шаг… шаг, который привёл к исчезновению его плоти, превращая в кучу белых костей. Затем он сам сделал шаг вперёд, выйдя из Царства Живых Мертвецов и мгновенно возвращая себе плоть.

Без единого слова старик развернулся и исчез в море тумана. Вернув себе плоть, Цинь Му обрёл новую силу в теле, а потерявший её противник, наоборот. С такой нехваткой силы единственное, что оставалось старику — побег.

Цинь Му с облегчением вздохнул. Противник оказался чрезвычайно сильным. Если бы они продолжили сражение и драгоценная драконья кровь потеряла свой эффект, его бы тут ждал лишь один исход — смерть.

Подойдя к пристани перед морем тумана, он осознал, что оно практически безгранично. Однако, где-то вдали виднелся едва заметный свет фонаря.

«Успеет ли старейшина?» — с тяжёлыми мыслями Цинь Му повернулся и увидел в Царстве Живых Мертвецов мрачные дьявольские облака, которые там просто кишели. Было очевидным, что сильные практики горда были призваны сюда для расследования. У них не займёт много времени, чтобы добраться до места, где он сейчас находится.

Юноша подождал ещё немного. Когда лодка, подсвечиваемая фонарём, причалила у пристани, старейшина всё ещё не прибыл.

Дьявольские облака сокращали дистанцию и если он не уйдёт сейчас, то не сможет уйти никогда.

Вынув монету Фэнду, Цинь Му хлопнул ею о столб у причала, оставляя на нём, и затем поднялся на борт маленькой лодки.

Лодочник в рваном плетёном плаще развернул лодку и поплыл в туман. Цинь Му стоял на носу, но не видел и следа старейшины, отчего в его сердце всё поникло.

Дьявольские облака заполонили деревню и вскоре добрались до пристани. Однако, лодка уже давно бесследно исчезла в тумане.

«Дедушка старейшина невероятно силён, он однозначно вернётся живым!» — Цинь Му утешил себя и сел под слегка качающийся фонарь. Он достал меч Младший Защитник из ножен и положил горизонтально на коленях, молча уставившись в клубящийся впереди туман. Сила рисунка глухого из драгоценной драконьей крови уже начинала угасать. Огромная печь постепенно тухла и уже практически полностью остыла.

Маленькая лодка неторопливо продвигалась всё дальше и дальше.

Внезапно туман под лодкой взмыл вверх, раскрывая взору Цинь Му бросающегося на него скелета в порванной одежде!

Цинь Му, казалось, давно ждал его атаки и в момент, когда череп скелета выскочил из моря тумана, меч Младший Защитник, до этого находившийся на его коленях, уже был поднят.

Форма Рассекающего Меча!

Цинь Му, сидя и глядя прямо перед собой, ударил горизонтальной дугой на сто восемьдесят градусов. Белый скелет в лохмотьях попытался заблокировать удар своей поспешно вытащенной табачной трубкой из человеческой кости, но рассекающий выпад был сделан слишком внезапно, не давая возможности вовремя защититься!

Младший Защитник отрубил череп скелету ещё до того, как тот успел поднять свою табачную трубку. Череп упал в пучины моря тумана, но его тело, как ни странно, всё ещё осталось стоять на борту. Скелет по-прежнему стоял в уклоняющейся позе, но силы в конечностях отсутствовали.

— Всё это время я видел тебя под лодкой и выжидал пока ты сделаешь свой ход, — бормоча, Цинь Му спрятал свой меч обратно в ножны. Узорчатые переплетения девяти небес в его глазах бога мало-помалу исчезали. Сила крови дракона в рисунке глухого также стремительно рассеивалась, когда он продолжал обращаться к обезглавленному скелету. — Я видел всё от момента, когда ты пробрался в туман и начал следить за лодкой. Я всего-навсего ждал момента, когда ты бросишься в мои руки, чтобы умереть.

Белый скелет внезапно потерял все силы и упал на пол, разлетевшись во все стороны.

Цинь Му посмотрел на трубку из человеческой кости и на миг заколебался, но затем сразу же выбросил её и остатки скелета за борт. Табачная трубка была драгоценным сокровищем, ведь она смогла заблокировать немалое количество ударов его меча-сокровища, принадлежа к очень высокой категории духовных оружий. Он не взял и выбросил её только потому, что она была сделана из человеческой кости.

— Дедушка старейшина, ты точно должен быть в безопасности… — бормоча самому себе, парень сел обратно под фонарь и положил меч на колени.

Маленькая лодка проплыла мимо гор из белых костей в направлении ко входу в это невероятное место.

В небе Царства Живых Мертвецов внезапно образовался водоворот. Он был разрублен пополам ослепительным светом меча старейшины, который, исходя из льющейся вниз крови, убоем прорезал себе путь наружу.

Водоворот кровавого цвета непрерывно разбрызгивал кровь. Казалось, будто само небо кровоточит.

Развернувшись, старейшина пошевелил своими десятью пальцами и из каждого из них вырвался световой меч… Мечи, подобно гвоздям, впились в водоворот, пытаясь запечатать его. Из почти закрывшегося водоворота всё ещё текла кровь, будто на другой стороне находится огромный монстр, яростно атакующий вход. Однако, световые мечи старейшины заблокировали ему все пути наружу.

Деревенский старейшина вздохнул с облегчением и немедленно направился в сторону ворот Фэнду. Он почти пролетел мимо горных ворот, но резко остановился, когда увидел странного мутанта с двумя крыльями и головой птицы. Мутант стоял на одной ноге, а вторую спрятал под перьями.

Глава 91. Хранитель Луны

— Фэнду запретная земля для живых, — скрипуче, с птичьими нотками, заговорил птицеголовый мутант, звуча крайне странно и совсем не так плавно, как могли выражаться люди. — Ты живой человек. Ты не должен был сюда приходить.

— Но я уже здесь, — улыбнулся старейшина, выглядевший крайне серьёзно ещё миг назад.

— Если хочешь уйти, тебе придётся заплатить цену, — проскрипел птицеголовый мутант.

— Какова цена? — полюбопытствовал старейшина.

— В Фэнду есть Король Ада, — говоря, глаза птицеголового мутанта уставились на собственный клюв. — Король Ада заметил тебя и восхищается тобой, поэтому у него есть требование. Если ты согласишься на него, то волен сегодня уйти.

— Что за требование? — вежливо спросил старейшина, тем не менее выражение его лица едва заметно дрогнуло.

— После смерти, ты станешь частью этого места, — проскрипел птицеголовый мутант.

Старейшина что-то нерешительно бормотал себе под нос, но вдруг улыбнулся:

— Царство Живых Мертвецов, Царство Мёртвых Живых. Если я умру и по-прежнему могу попасть сюда, то зачем отказываться? Быть живым снаружи, значит быть мёртвым тут, быть живым тут, значить быть мёртвым снаружи. Не так уж плохо продолжить жить здесь после смерти. Я согласен. Однако, могу ли я задать тебе несколько вопросов?

— Можешь, но я не обязательно отвечу, — склонил на бок голову ответивший птицеголовый мутант.

— Корабль Луны — это деревня Беззаботная? — слегка улыбнулся старейшина.

— Нет.

Удивившись, старейшина не сдержал выкрик:

— Если корабль не деревня Беззаботная, почему тогда он притягивает кулон Му’эра? Почему кулон привёл нас сюда? Почему Корабль Луны находится здесь?

Птицеголовый мутант нахмурился и его глазные яблоки опять уставились на свой клюв, было очевидно, что ему не понравилось, что старейшина задал столько вопросов, но он всё же проскрипел в ответ:

— Пастухи Луны на борту Корабля Луны все вымерли, их нет. Корабль Луны был отправлен сюда последним Хранителем Луны. На корабле находится мертвец, можешь спросить у него, может и ответит.

— Мертвец? Неужели Хранитель Луны? — был сбит с толку старейшина.

Птицеголовый мутант поднял ногу и, взъерошив ею перья на шее, нашёл золотого жучка, которого тут же съел, после чего нетерпеливо процедил:

— У тебя слишком много вопросов.

— Что с дьявольским богом, который напал на меня? Разве Фэнду не территория Небесной Дьявольской Орды? — продолжил спрашивать старейшина.

— Она тоже здесь обитает. Но это место принадлежит Королю Ада, а не Небесной Дьявольской Орде, — птицеголовый мутант закрыл глаза, используя свой клюв, чтобы покопаться в оперении. — В будущем ты тоже будешь здесь обитать, как и она, ведь Король Ада восхищается тобой.

Старейшина мрачно вздохнул. Первоначально он думал, что это мир дьявола и не ожидал, что ошибся. Судя по всему, дьявольский бог, которого он захватил, был лишь одним из многих обитателей Царства Живых Мертвецов.

— Где находится деревня Беззаботная? — снова спросил старейшина.

На этот раз птицеголовый мутант всё же потерял последние крупицы терпения и сорвался с места, чтобы улететь прочь, но напоследок проскрипел:

— У тебя слишком много вопросов. Я действительно ненавижу тебя. Не забывай про своё обещание. Когда умрёшь, я заберу тебя, главное не следуй за посланниками смерти!

Старейшина проводил его взглядом и посмотрел на Корабль Луны, который к текущему моменту уже поднялся и начал бесцельно тянуть луну.

— Меня ненавидят. Может быть я стал на старость лет слишком болтлив? — бубня себе под нос, старейшина деревни не знал смеяться ему или плакать и чуть погодя направился к Кораблю Луны. Тем временем дьявольский бог всё ещё пытался вырваться из водоворота в небе.

«Тот дьявольский бог использовал Корабль Луны, чтобы заманить Му’эра, поэтому должен знать парочку тайн о деревне Беззаботной. Жаль, что я могу только поймать его в ловушку, но не могу заставить сказать то, что он знает» — с такими мыслями старейшина взошёл на подпираемый жабой Корабль Луны.

Оглядевшись по сторонам, он увидел множество полуразрушенных дворцов с обветшалыми стенами, а также огромные оружия, многие из которых имели форму полной луны, и вещи напоминающие зеркала.

Здешние дворцы были исполинских размеров, предназначаясь явно не для обычных людей.

Проходя мимо огромного главного зала, старейшина остановился, чтобы осмотреть находящуюся у входа скульптуру. Ею оказалась трёхногая нефритовая жаба. Три ноги, тело человека и голова жабы. Такая комплекция делала скульптуру одновременно и полужабой и получеловеком.

— Си си си… — со стороны зала донеслось эхо странного хихиканья, за которым старейшина деревни услышал зловещий голос, напевающий детский мотив. — Греби, греби, греби на твоей лодке, тихо вниз по течению…

Старейшина некоторое время колебался, но затем проигнорировал голос, войдя в зал. В главном дворце творился сущий беспорядок: валяющаяся на полу кадильница, разбросанный по полу пепел от сгоревших благовоний, разбитые бронзовые воробьиные лампы, разорванные расписные ширмы и разрушенные нефритовые кровати… Судя по всему, здесь когда-то произошли крупные перемены.

Оглядевшись, он остановился у настенной живописи. На ней были запечатлены гиганты, одетые в белые одежды и пасущие в ночи луну на борту своего, точно такого же как они, гигантского корабля.

Вокруг корабля кружило множество сильных и свирепых дьяволов, но их всех отбрасывали гиганты используя луки, копья, мечи и даже ножи.

Когда наступал рассвет, тьма отступала, в то время как Корабль Луны возвращался в глубокую пропасть, которой должно быть был Колодец Луны.

Внимательно осмотревшись, старейшина понял, что у всех гигантов была красивая внешность, а меж бровей виднелся полумесяц.

«Кажется птицеголовый был прав. Му’эр действительно не Хранитель Луны. У него на лбу нет полумесяца» — думая о своём, старейшина прогуливался по главному залу, но так и не нашёл больше ничего интересного. Затем он подошёл к обмотанным цепями колоннам, что тянулись к небу и крепились к полумесяцу.

Корабль Луны двигался, поэтому разрушенная луна, рокоча, волоклась за ним, осыпая всё вокруг огромными огненными комьями из горных пород со своей поверхности. Луна была разрушена, отчего камни и валуны падали от малейшего движения, становясь метеорами. Некоторые метеоры не полностью сгорали и становились метеоритами, которые обрушивались на землю, образовывая в ней огромные кратеры, из-за чего рядом было довольно опасно находиться.

— Весело, весело, весело, весело, жизнь это лишь некая мечта! Си си хе хе си си ц ц… — поющий голос становился всё страннее.

Старейшина нахмурился и ещё раз огляделся по сторонам, но никого не увидел, что не давало ему покоя. Как вдруг он наконец заметил источник голоса. На земле между колоннами было лицо, огромное лицо.

Прямо сейчас лицо напевало свой детский мотив, делая его совсем не весёлым и детским, а жутким. Волосы лица торчали во все стороны, словно у запертого в зеркале сумасшедшего, но меж бровей можно было разглядеть полумесяц.

— Хранитель Луны клана Пастуха Луны… — вздохнул старейшина и затем присел, подняв камешек и выточив из него кулон, форма которого была идентична нефритовому кулону Цинь Му, спрашивая. — Хранитель Луны, ты видел такой кулон раньше?

— Жизнь это лишь некая мечта! — огромное лицо хихикнуло. — Мечта!

Старейшина нахмурился. Этот Хранитель Луны должно быть умер во время полного слияния с кораблём. Выложившись на полную, чтобы добраться Кораблём Луны до Царства Живых Мертвецов, он умер прямо в его корпусе. Даже возродившись в этом странном мире, корпуса корабля ему не покинуть, остаётся лишь существование в вечном заточении… Отчего он просто сошёл с ума…

Старейшина встал, собираясь уйти, когда лицо внезапно произнесло:

— Кулон из деревни Беззаботной?

Старейшина остановился на ступенях и резко повернулся:

— Ты знаешь, где находится деревня Беззаботная?

— Конечно знаю, — лицо на земле кажется восстановило часть рассудка, продолжив. — Мы, пастухи луны, из деревни Беззаботной. Даже жетон Хранителя Луны сделан в Беззаботной, даже Корабль Луны из Беззаботной… Верно, пастухи луны, пастухи луны! — лицо громко рассмеялось с катящимися по щекам слезами. — Мертвы, они все мертвы… Их трупы даже невозможно собрать вместе… Ха-ха, они мертвы! Я бегу, бегу, я пугаюсь, я бросаю их, ха-ха…

— Где деревня Беззаботная? — спросил старейшина

— Тихо вниз по течению…

Старейшина деревни вздохнул и ушёл, когда понял, что не сможет получить вразумительного ответа. Пройдя мимо пограничного камня, его конечности снова исчезли, и он мысленно взгрустнул, но затем увидел на деревянном столбе пристани золотую монету и усмехнулся: «А Му’эр действует с головой».

Выковыряв из столба едва заметно сияющую монету, старейшина помахал ею в сторону густого моря тумана. Вскоре к пристани подплыла маленькая лодка с фонарём и он поднялся на борт, встав прямо у неё на носу, после чего та начала свой путь через туман…

У этой таинственной земли есть множество неизвестных никому секретов и неразгаданных тайн. Если в будущем у него появится возможность, он обязательно придёт исследовать эти земли. Вот только интересно, это произойдёт до его смерти или после?

«Лин Цзин верен своей свободной и беззаботной жизни, бродя по всему свету, чтобы лицезреть всевозможные подобные невероятные места и события. Умерев, я ведь наконец-то буду освобождён от своего бремени? — в голове старейшины крутились всякие мысли. — После смерти, я смогу остаться только в этом Царстве Живых Мертвецов, лишаясь удовольствия и шанса исследовать неизведанные чудеса всего мира».

Маленькая лодка плыла к противоположной стороне моря тумана, пока старейшина не увидел изо всех сил бегающего туда-сюда подростка. Великие Небесные Дьявольские Рукописи уже были полностью в форме серебряной нити, нанизывая и рассекая преследующих его скелетов. Только теперь старейшина наконец-то смог вздохнуть с облегчением.

Увидев подплывающую маленькую лодку, Цинь Му тоже вздохнул с облегчением и про себя ликовал, ведь у него оставались только последние две козырные карты: Великие Небесные Дьявольские Рукописи и Диск Императора, полагаясь на которые он едва сдерживал атаки.

Внезапно странный мир за ними начал становиться размыто-смутным и послышалось громкое кукареканье петуха.

«Дерьмо! Рассвет!» — старейшина слегка изменился в лице и резко взмыл в воздух. Подхватив по пути Цинь Му, он на всех парах бросился наружу!

Когда парочка выбрался из этого невероятного мира, ноги парня сразу же коснулись речной поверхности Вздымающейся Реки, щекоча волнами пятки.

Они вернулись!

Обернувшись, старик и юноша увидел мир, который стал словно нарисованной туманом картиной. С порывом ветра и отступлением тьмы, она тут же исчезла из Великих Руин, а нефритовый кулон потерял все признаки активности. Могло показаться, что произошедшее и вовсе никогда не случалось…

Следующей ночью вход в этот таинственный мир снова появится, вот только никто не будет знать, где именно.

Глава 92. Сокрушитель испытаний

Юноша раскрыл ладонь, пытаясь нежно прикоснуться к воздуху… Он не мог найти и следа существования того мира.

Старейшина деревни, немного поколебавшись, всё же рассказал Цинь Му о своей встрече в Царстве Живых Мертвецов, на что последний уставился на него с широко распахнутыми удивлёнными глазами. Неужели у старейшины и правда была подобная встреча?

— В Царстве Живых Мертвецов есть Король Ада, так что оно не принадлежит небесным дьяволам, а также должно быть оставлено до отступления тьмы, ведь оно становится частью Великих Руин только во время её властвования, — старейшина анализировал. — Король Ада в Царстве Живых Мертвецов должен принадлежать к духовенству, так же как Хранители Солнца и Луны. Однако, деревни Беззаботной там нет, и я не смог добыть нужную информацию от птицеголового мутанта. Твой нефритовый кулон привёл нас в тот мир так как скорее всего его тянуло к Кораблю Луны, который происходит из деревни Беззаботной, — старик вздохнул. — Мир Великих Руин попросту слишком велик. Даже прожив в нём так долго, я и подумать не мог, что здесь существует столько уровней миров. И три уровня это как минимум!

Цинь Му кивнул головой. Великие Руины днём, Царство Тьмы ночью и Царство Живых Мертвецов, появляющееся только в Царстве Тьмы. Этой ночью в Великих Руинах они увидели три уровня миров. Эта информация не предназначена для ушей общественности, люди просто не поверят им.

На обратном пути они прошли мимо деревни, в которой встретились с посланниками смерти. Цинь Му остановился и посмотрел на остатки домов, облепленных паутиной. Было очевидным, что здесь уже давно никого не было…

Однако, не прошлой ночью. Ведь прошлой ночью здесь, держа в руке фонарь, расхаживал старик и склеивал бумажные корабли. Это было одной из мистических и страшных сторон Великих Руин, которую никто не понимал.

— А между Царством Живых Мертвецов и посланниками смерти есть какая-либо связь? — спросил Цинь Му.

Старейшина покачал головой:

— Я и сам без понятия. Однако, исходя из того, что я видел, посланники не принадлежат Царству Живых Мертвецов. Король Ада в нём, наверное, существует только в Великих Руинах. А вот посланников смерти и подобную деревню я уже видел во внешнем мире. Они — боги Загробного Мира…

Цинь Му почесал голову. Загробный Мир? Царство Живых Мертвецов? Посланники смерти? Это всё было настолько сложно, что ему казалось, что его голова сейчас лопнет.

— Деревня Беззаботная ещё более таинственная чем Царство Живых Мертвецов. Понадобится время, чтобы найти её, — спокойно говорил старейшина. — Му’эр, если ты хочешь узнать о своём происхождении, я боюсь, что тебе придётся подождать. Но не волнуйся, если Беззаботная находится в Великих Руинах, мы обязательно отыщем её.

Цинь Му кивнул головой:

— Когда я стану сильнее то узнаю обо всём самостоятельно. Старейшина, я…

Остановившись на полуслове, парень засомневался, но старейшина понял, что тот хотел сказать, и улыбнулся:

— Ты хочешь покинуть Великие Руины и тренироваться во внешнем мире?

С дрожью в сердце Цинь Му кивнул головой.

— Патриарх Дьявольского Культа отправил два письма: тебе и бабушке Сы. Я взглянул на последнее. Ему осталось жить всего семь лет, поэтому логично, что ты хочешь отправиться в Империю Вечного Мира и встретиться с ним, — проговорил старейшина и затем неторопливо продолжил. — Каждая птица рано или поздно покидает своё гнездо, чтобы расширить горизонты своего мировоззрения. Перед входом во тьму я обсудил это со всеми стариками, и они согласились.

Глаза Цинь Му загорелись, а старейшина продолжил:

— Они сказали, что если сможешь пройти их испытания, то разрешат тебе покинуть деревню в поисках нового опыта.

Цинь Му расстроился. Что бы ни случилось, ему всё равно придётся пройти испытания, чтобы покинуть деревню.

Старейшина деревни улыбнулся:

— Я твоё девятое испытание. Му’эр, как только ты пройдёшь девять испытаний, тебя можно будет считать взрослым и только тогда ты сможешь расправить крылья.

Лицо Цинь Му ещё сильнее помрачнело. Восемь испытаний от стариков и так были невероятно сложными, а испытание старейшины заставляло его чувствовать себя стоящим возле огромной, непроходимой горы. Как ему завершить их всех?

Внезапно Цинь Му почувствовал теплоту, идущую от места посреди его бровей и пропитывающую всё его тело. Расслабившись телом и успокоившись разумом, он почувствовал, как его жизненная Ци энергично циркулирует само по себе, отчего не смог сдержать изумлённого восклицания.

Выражение лица старейшины слегка изменилось, когда он почувствовал насколько была энергична Ци у паренька за его спиной. Ему даже на миг показалось будто посреди бровей Цинь Му было спрятано маленькое солнце!

— Му’эр, неужели твой духовный эмбрион проснулся? — спросил старейшина.

— Да, но не похоже, что в нём произошли какие-либо изменения… Просто моя Ци стала немного другой, — ответил Цинь Му.

Что касается придуманного старейшиной Тела Тирана, он, само собой разумеется, не мог сказать ничего путного о нём, поэтому просто утешил:

— Я никогда не видел четвёртого пробуждения духовного эмбриона. Однако, скорее всего нам не о чем беспокоиться. Хорошее ли изменение в твоей жизненной Ци? — Цинь Му несколько раз кивнул головой, и старейшина улыбнулся. — В таком случае всё отлично.

Деревня Цань Лао.

Тьма отступила и поднялось утреннее солнце. Шёл уже третий месяц весны, но утром всё ещё было холодновато. Цинь Му встал с первыми лучами солнца и вытащил из деревенского колодца ведро с водой, чтобы вылить его на себя и окончательно проснуться.

Его жизненная Ци приобрела атрибут Ци Красной Птицы и испарила воду на теле. Юноша был полон энергии.

— Му’эр, вылей-ка и на меня ведёрко, — мясник приподнялся на руках.

Цинь Му набрал ещё одно ведро воды и выплесну его на голову мяснику.

— Освежающе!

Тело мясника окружили огни, превратившие остатки воды в пар. Он взмахнул рукой и заставил свой нож для убоя свиней влететь в ладонь, быстро сбривая им бороду пока не рассеялся пар.

Старый Ма толчком распахнул дверь и, треща всеми костями тела, потянул свою ленивую спину. Зелёный дракон свернулся вокруг него, когда он одной рукой запечатал Божественные Сокровища Пяти Элементов, Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, оставляя открытым только Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, и затем прокричал:

— Чёртов одноногий, ты спишь?

— Нет, — ответил ковыляющий к двери одноногий, параллельно расчёсывая свои волосы маленьким гребешком. Он был красиво одет, выглядя вполне себе солидно, когда улыбнулся. — Сегодня большой день, так что мне пришлось встать пораньше. Глухой ещё спит?

— Что за шум? — отозвался глухой, занимающийся каллиграфией у себя в кабинете, в очередной раз обмакивая кисть в чернила. Он даже не поднял головы, на которой красовались два железных ушных протеза, воткнутых в ушные проходы.

Немой тем временем выбрасывал в свою печь всякий ширпотреб. Целитель на своём подоконнике кормил небольшую стайку огнедышащих птиц, одна из которых взлетела и приземлилась на подоконнике старейшины, начав клевать его окно. Голос старейшины раздался изнутри дома:

— Да проснулся уже я, знаю, знаю я.

Бабушка Сы готовила что-то на плите и выпаривала рис в деревянном ведре. Одноногий подбежал, чтобы приоткрыть крышку, но немедленно получил от старухи лопаткой. Посмотрев на него, она ругнулась:

— Куда спешишь? Руки и лицо помыл? Не забудь почистить зубы зубной настойкой.

Одноногий тут же зачерпнул немного воды, чтобы умыться. Затем он попросил у целителя немного специальной зубной настойки и почистил зубы деревянной щёткой. Бабушка Сы позвала Цинь Му и они быстренько расставили на столе блюда и рис. Старый Ма поправил стол и стулья, после чего все старики Цань Лао сели за стол. Цинь Му разложил на столе наборы из палочек для еды, тарелки и чарки для вина, затем поднял старейшину и посадил его на кресло, а после и сам присел…

Тем не менее, сидеть ему пришлось не долго, почти сразу же встав, чтобы налить вино каждому старику, конечно же не забывая про себя любимого. Бабушка Сы подняла свою чарку с вином с таким видом, словно сейчас расплачется.

— Почему ты плачешь в день торжества? Ты явно хочешь, чтобы он ушёл поднабраться опыта, но не можешь смотреть на то, как он уходит. Какие же женщины сентиментальные! — пожаловался мясник.

Старуха резко вскочила на ноги и уставилась на него волком. Затем она улыбнулась и проговорила:

— Сегодня у моего мальчика важный день, так что я не собираюсь опускаться до твоего уровня. Му’эр, остальные, давайте выпьем!

Каждый за столом залпом осушил свою чарку с вином, после чего Цинь Му, раболепски улыбаясь, налили всем ещё по одной, вполголоса осторожно проговаривая:

— Надеюсь вы будете со мной помягче.

Мясник ухмыльнулся:

— Не будь таким дерзким, негодник. Тебя, возможно, распластает по земле уже после первого испытания.

Глаза бабушки Сы снова покраснели:

— Му’эр, не забывай возвращаться, чтобы навестить нас после того, как покинешь деревню…

Мясник улыбнулся:

— Вас он может и побьёт, но не мен…

Бабушка Сы снова впала в ярость и, с помощью палочек для еды, вдавила разговорчивое лицо в миску с рисом, заорав:

— Ты слишком много болтаешь! У моего Му’эрчика Тело Тирана! Он будет избивать тебя пока ты не начнёшь рыдать и звать мамочку!

Боя ждать не пришлось, уже сейчас мясник, всхлипывая, начал звать мамочку и вымаливать прощение, параллельно пытаясь вырваться из хватки старушки.

После завтрака Цинь Му собрал столовые приборы и услышал голос старейшины:

— Все ли запечатали остатки своих божественных сокровищ?

Все молча кивнули.

— Тогда начнём.

Старый Ма вышел и равнодушно проговорил:

— Му’эр, я научил тебя навыку кулака так что тут тебе ничего не светит. Используй что-то другое, чему научился сам. Испытание будет считаться пройденным только если ты меня одолеешь.

Цинь Му поклонился и прогремел драконий рёв. Его жизненная Ци превратилась в Зелёного Дракона, обившегося вокруг тела, и он твёрдо проговорил:

— Я буду использовать навык кулака в поединке с дедушкой Ма!

Старый Ма улыбнулся:

— Какие амбиции! Однако, в таком случае у тебя нет шансов пройти первое испытание.

Они протянули руки и Цинь Му сделал первое движение. Со взрывом жизненной Ци он использовал Бурю Девяти Драконов в первом же своём ударе. Его грандиозная Ци вырвалась из удара, образовав в воздухе драконьи отметины.

Старый Ма тоже использовал Бурю Девяти Драконов, чтобы встретить атаку своего ученика:

— Пытаешься посоревноваться в трансформации наших драконьих си…

УУуу… БУММ!..

Ма резко переменился в лице. Ему показалось, что в него с оглушительным треском врезался многотонный бегемот, заставив отлететь назад и впечататься в кузницу немого. Сила от столкновения разнесла его спиной кузницу на куски и даже так полёт не прекратился.

Находясь в воздухе, старик инстинктивно использовал своё Божественное Сокровище Пяти Элементов, мощь которого с пугающим гулом хлынула наружу, и только после этого он, наконец-то, смог остановиться, стабилизировавшись. Однако, в этот момент рубашка на его спине разорвалась на сотни лоскутов, которые плавно приняли форму сорока пяти зелёных драконов, со штормовым ветром бросившихся дальше. Несколько вековых деревьев от ветра скрипуче зашептали, а их листья случайным образом раскидало по деревне.

Старый Ма развернул талию и с недоумением на лице приземлился на землю.

Одноногий в это время жевал свиное копытце, в итоге от шока случайно засунув его слишком глубоко, да так, что торчал только носок. Мясник точил свой нож, но точило с треском раскололось. Целитель и старейшина деревни пили чай и их чашки со звоном взорвались. Бамбуковая трость слепого треснула на бамбуковые полосы, а чернила глухого разлились по столу. Бабушка Сы искрошила целую стопку фарфоровых тарелок, что оказались у неё в руках, в то время как курица-дракон, кудахча, юркнула обратно в курятник, высунула когти и закрыла ими дверки внутрь…

Целитель посмотрел на старейшину и прошептал:

— Что случилось, когда вы двое прогулялись той ночью? Каким образом совершенствование Цинь Му так сильно возросло?

Старейшина деревни также пребывал в недоумении. Внезапно он пришёл к осознанию и прошептал в ответ:

— Его духовный эмбрион пробудился в четвёртый раз. Он сказал, что не почувствовал в нём каких-либо изменений, просто Ци стала немного другой…

Углы глаз целителя дрогнули, когда он пробормотал:

— Вот это вот “немного другой”?

— Откуда мне было знать, что немного другая Ци на самом деле увеличила свою мощь в несколько раз… — пробормотал старейшина.

П.П.: У нас есть глава рекордсменка, 80 — больше 500 лайков.))

Глава 93. Небесный Расхититель Подменивший Солнце

— Я проиграл, — мрачно вздохнул старый Ма, но уже в следующий миг удовлетворённо улыбнулся. — Грубая подавляющая сила может преодолеть всё. Му’эр, стоящая за твоими движениями мощь может компенсировать недостаток в технике их исполнения. Ты прошёл. Ах да, как тебе удалось за такой короткий период времени так сильно увеличить своё совершенствование? Даже мне не удалось подавить его…

Цинь Му с облегчением вздохнул и улыбнулся:

— На обратном пути домой мой духовный эмбр…

— Кхм, Гхм, ЭКХМ, — старейшина тут же несколько раз кашлянул, в итоге сбив паренька с мысли и вынудив полюбопытствовать. — Дедушка старейшина, что случилось?

— Твоё движение поразило меня, экхм, кхм, — старейшина кашлянул ещё два раза и, словно невзначай, спросил. — Ты прошёл первое испытание, так что там у нас со вторым?

Одноногий вытащил практически застрявшее в горле свиное копытце и, опираясь на костыль, заковылял вперёд, невинно улыбнувшись:

— Му’эр, чтобы пройти моё испытание тебе придётся полагаться на ноги, кулаки тут будут бесполезны. Подними голову к небу, видишь там облако?

Подняв голову, Цинь Му увидел медленно дрейфующее по небу белое облако. Лицо одноногого приняло ещё более невинное и тепло улыбающееся выражение, когда он продолжил:

— Мы будем соревноваться в силе наших ног и посмотрим кто доберётся до этого облака первым.

Цинь Му на мгновение поколебался, но всё же кивнул, на что одноногий всё также тепло улыбнулся:

— Нравятся мне такие молодые и прыткие ребятки как ты, поэтому даю небольшую фору, начинай первым.

Цинь Му в ответ точно также тепло улыбнулся:

— Я уважаю пожилых людей, так что начинай первым ты.

— Ты ещё так юн, так что вперёд, не упускай шанса.

— Твоё старое тело уже не то, что было прежде, и разве я похож на того, кто воспользуется ситуацией? Так что только после тебя.

У обоих на лице красовались лживые улыбки, вежливо подталкивая друг друга сделать первый ход. В конце концов мясник не сдержался и, подняв оба своих ножа, гаркнул:

— Прекращайте сюсюкаться! Это облако уже почти улетело! Старикан, если ты прямо сейчас не побежишь, я прирежу вас обоих!

Юноша и старик в тот же миг буквально взорвались энергией, образовав подобие смерча. Цинь Му сделал несколько молниеносных шагов, собрав под ногами порывистый ветер, и взмыл в небо, ступая по ветру как по ровной земле. Тем не мене, одноногий опередил его на шаг, вынуждая взмахнуть ладонями вниз, чтобы ветер под единственной ступнёй калеки притянуло к земле, лишая того опоры и приводя к комичному барахтанью в воздухе с последующим неловким падением.

Юноша не задумываясь рванул вперёд, пробегая мимо старика. Практически зацепившись за ветер, он уже было собрался выложиться на полную, как внезапно почувствовал на своих щиколотках некое давление, стянувшее их вместе и тут же приведшее к пыльному поцелую головы с землёй.

Одноногий довольно загоготал и, держа в свободной руке связывающий ноги кнут из Ци, шагнул своей единственной ногой прямо на задницу упавшему Цинь Му и со всей силы оттолкнулся.

П.П.: вот что значит действительно грязно играть))

Однако, прямо в этот момент Ци глотающего пыль парня с пугающим гулом хлынула наружу, разрывая сковывающий его “кнут” в клочья, в то же время хватаясь рукой за ногу старика и ударяя своей прямо по наглому морщинистому лицу. С хлопком парочка синхронно шлёпнулась на землю, подымая очередные клубы пыли.

Костыль одноногого коснулся земли, идеально выполнив навык ног Небесный Расхититель, чтобы атаковать лежачего Цинь Му… Но тот не просто решил позагорать на земле, а тоже наносил множество скоростных ударов, хоть и попадал всегда только по костылю. Спустя десятки столкновений, костыль, наконец, разлетелся на куски.

— Негодник! Кто научил тебя таким подлостям? — гневно выругался стоящий на одной ноге старик.

С силой оттолкнувшись руками от земли, Цинь Му вверх тормашками взмыл в небо, на что старикан лишь ухмыльнулся и, согнув в колене свою единственную ногу, тоже взмыл, но в момент подскока находящийся над ним сорванец сделал свой ход…

Ци Цинь Му приобрела атрибут Ци Чёрной Черепахи, формируя в воздухе водяные переплетения, в итоге превратившиеся в водяного дракона и набросившегося на старика.

— Трюкачество! — усмехнулся одноногий, в то время как с его рук сорвался ветер, сталкиваясь с водяным драконом и отклоняя с первоначальной траектории. Затем его Ци превратилась в полупрозрачную ногу. Имея теперь две ноги, он изо всех сил побежал, выглядя так, словно вот-вот обгонит паренька.

Всё ещё находясь вверх тормашками, нога Цинь Му откинулась в сторону, делая его похожим с усевшимся на лошадь жокеем. С силой вытолкнув перед собой ладони, он крутанулся, принимая нормальное положение — ноги внизу, голова вверху, и тут же рванул вдогонку за уже обогнавшим его стариком, а когда догнал, предательски ударил меж рёбер спины.

Туда-сюда носясь по небу, парочка подлецов всецело полагалась на навык своих ног. Каждое их последующее движение было презренней предыдущего, а от неутомимого мельтешения у зрителей внизу уже начинало рябить в глазах.

Руки одноногого внезапно двинулись подобно двум неуловимо-незаметным теням, что даже призраки бы позавидовали. Продемонстрированным движением был навык рук — Небесный Расхититель.

Прежде чем Цинь Му успел заметить выпад, он почувствовал, как его штаны сползли аж до лодыжек. Запутываясь и спотыкаясь, следом он ощутил пробежавший по спине холодок, и не удивительно, ведь его рубашка тоже была снята, да к тому же ещё и связывая узлом руки. Падая камнем вниз, парень второпях разорвал рубашку и натянул штаны, затем что есть мочи погнался за стариком, параллельно привязывая ремешком штаны и обиженно крича:

— Дедушка одноногий, ты не учил меня этому движению!

Одноногий громко расхохотался:

— Догонишь, научу!

Юноша ухмыльнулся и с ударом драконоподобная сила кулака бросилась к зловредному старику. Изумлённо воскликнув, последний поспешно сменил ритм шагов и, уклоняясь, отскочил в сторону.

Цинь Му сформировал из своей Ци нить толщиной с руку взрослого человека, которая подобно огромному змею заскользила к одноногому. Запутавшись в такой “нити” Ци, ему будет крайне трудно освободиться, поэтому старик снова увернулся, но к текущему моменту парень уже догнал его, вынудив неохотно выдавить из себя:

— Хорошо, я научу тебя.

Сближаясь друг с другом, на лицах парочки красовались широкие улыбки. Одноногий собирался исподтишка напасть, но Цинь Му внезапно запечатал свои три души и семь духов, прежде чем изо всех сил пнуть старого чудика, отправив на свидание с землёй.

Пах!

Одноногий впечатался в землю, создавая яму в форме человека. Затем он медленно выполз из неё и со слезами радости проговорил:

— Как и ожидалось от моего ученика, он не верит на слово так легко.

Цинь Му по-быстрому догнал летящее по небу облако, после чего, спускаясь по диагонали, вернулся. Пробежав ещё несколько шагов вперёд, он мягко коснулся поверхности земли и, наконец, остановился.

— Я обещал и сдержу своё слово. Когда ты пройдёшь девятое испытание, я научу тебя Руке Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, — улыбнулся одноногий.

Цинь Му был вне себя от радости.

— Му’эр, тебе нужно отдохнуть? — взмахнул ножом хищно улыбающийся мясник.

Парень не стал отказываться, кивнув и сев перевести дыхание. Он какое-то время отдыхал, попивая чай, чтобы расслабиться умом и телом, а когда встал, побежал домой переодеться. Наблюдая за его поведением, мясник с помрачневшим лицом едва слышно бормотал себе под нос:

— У засранца настолько плотное совершенствование, а он ещё решил отдохнуть? Я ведь предложил просто из вежливости… Почему бы сразу же не начать бой? Если бы он решил сразиться сразу, у меня по-прежнему был бы шанс…

Спустя некоторое время парень отправился к разрушенной кузнице, где взял ещё один нож для убоя свиней. Держа два ножа крест-накрест, он крикнул:

— Дедушка мясник, я отдохнул!

— Ты же всегда сражался одним ножом, почему тогда сейчас решил использовать два? — ухмыльнулся мясник.

Цинь Му одной рукой взял нож нормальным хватом, а другой обратным. Выражение лица мясника посерьёзнело, тоже сменяя левой рукой хват ножа на обратный, холодно оскалившись:

— Засранец, ты хочешь сойтись со мной в ближнем бою? Ты всё ещё слишком неопытен…

Целитель прокашлялся и напомнил:

— Мясник, у тебя же нет нижней половины тела. Если он приблизится вплотную, то проявится твоя самая большая слабость — недостаток в мускулатуре и, следовательно, подвижности.

Лицо мясника ещё больше помрачнело, обижено процедив:

— Он не сможет ко мне подобраться. Мои навыки ножа не позволят ему этого…

Старый Ма тоже решил кое о чём напомнить:

— Его жизненная Ци необычно плотная, как минимум в два, а скорее всего почти в три раза плотнее. Если твой нож столкнётся с его ножом в лобовую, то от подавляющей мощи его удара твой нож просто отбросит, собственно, как и тебя самого. Парня можно победить только полагаясь на превосходящий опыт и технику, а чтобы реализовать это с его текущим уровнем тебе понадобится нижняя половина тела, которой нет, так что…

— Тогда какой вообще смысл сражаться? — мясник рассвирепел и воткнул оба ножа в землю. — Му’эр, садись. Мы не будем сражаться на ножах, а прижмём ладони и прислушаемся к силе друг друга.

Цинь Му тоже воткнул свои ножи в землю и сел перед мясником. Используя свои руки как ножи, они прижались ладонями друг к другу и закрыли глаза. Ощущая течение силы в ладони оппонента, они следили за сокращением мышц в теле и циркуляцией жизненной Ци. Как только кто-то из них сможет ухватиться за течение силы другого, можно будет воспользоваться слабостью оппонента и одолеть одним взмахом ножа.

Таков был ключ к Забою Свиней Третьей Формы — Запретному Поднятию Ножа.

“Подняв нож под запрещённым углом, колесницы и лошади загромыхали. В одиночку входя во дворец с головой короля в руке!”

Смысл этого стихотворения в том, что ты входишь в неприступный дворец короля под аккомпанемент грохота подступающих где-то сзади колесниц, ведомых лошадьми, и многочисленного количества солдат, преграждающих путь впереди. Ты в одиночку с боем прорываешься во дворец и снимаешься с плеч голову короля…

Надменность у такого поступка практически недостижима для любых других поступков. В нём читалось безумие, презрение и пренебрежение ко всему.

Тем не менее, такое действие было наиболее родственно навыкам ножа мясника, которые требовали от практика невероятного контроля над собственной силой и крайнего понимая силы противника. Так и родилось на свет достигшее вершины божественное искусство приверженцев фракции боевых техник — ближнего боя!

С прикосновением ладоней, Цинь Му тут же ощутил сокращения мышц, циркуляцию Ци и течения силы как свои, так и противника. Он мгновенно понял, что Ци мясника сильно уступала его Ци, и в ту же долю секунды использовал свою руку как замену ножу для атаки.

Старик тоже не сидел без дела, он ощутил изменения в своей силе и заранее одной рукой выставил блок, в то время как другой попытался поразить слабое место юноши.

Мясник всё ещё превосходил Цинь Му в технике. И неважно была ли это реакция или же опыт. В подобных аспектах он намного опережал юного оппонента.

Однако, когда мясник попытался заблокировать “нож” Цинь Му, то понял, что что-то пошло не так, но было уже слишком поздно, ведь под воздействием руки-ножа своего ученика он неконтролируемо полетел в обратном направлении, в итоге покидая пределы деревни и врезаясь в лес.

Посмотрев вниз, Цинь Му увидел на своей новой рубашке рассечение от “ножа” мясника. Он оказался на волоске…

Тем не менее, его совершенствование было слишком могучим, поэтому даже несмотря на более слабое понимание навыка ножа, он одолел старика… одолел своим подавляющим совершенствованием.

— Я проиграл! — гаркнул выпрыгнувший из леса и приземлившийся в деревне мясник. Обеими руками упираясь в землю, он искренне продолжил. — Я проиграл! Целитель, глухой, вам не стоит даже пытаться. Ваше совершенствование, безусловно, уступает его!

Глухой усмехнулся:

— Кто сказал, что я собираюсь соревноваться для определения лучшего нашим совершенствованием и магической силой? Му’эр, я нарисовал двух драконов.

Фьюх

Взмахнув руками, он развернул два холста и повесил на столбах. На холстах были нарисованы чернилами два крайне реалистичных дракона, могло даже показаться, что они в любой момент покинут холст и взмоют в небо. Но была одна странность, у драконов отсутствовали глаза.

— Все эти годы я обучал тебя пути живописи и каллиграфии, который не похож на те глупые драки. В этом деле от человека требуется быть умным и понимающим, — проговорил глухой и, отложив кисть, серьёзно продолжил. — Используя божественное искусство я нарисовал двух драконов. И если дорисовать им глаза, они превратятся в настоящих драконов и улетят. Однако, полагаясь на совершенствование области Духовного Эмбриона невозможно просто поставить в месте глаз две кляксы и вдохнуть в драконов жизнь… С твоим текущим совершенствованием придётся полагаться только на способности в технике рисования. Используя родство душ, я научил тебя методу передачи своими мазками божественной души. Сейчас мы, соперничая в родстве душ, посмотрим, кто сможет вдохнуть мазками в двух драконов жизнь, заставив взлететь в небо!

Глава 94. Драконы на холсте и нарисованные мазками глаза

После слов глухого вся деревня воскликнула в восхищении, в то время как старейшина кивнул головой, с улыбкой говоря:

— Какое элегантное испытание, глухой явно выдающийся учитель. Использовать родство душ для дарования мазками божественной души, что подвластно лишь природе… Нет ничего интересней этого.

Цинь Му сделал несколько шагов вперёд и отдал честь глухому как наставнику. Выражение лица старика слегка изменилось, увиливая от ответа:

— У нас с тобой соревнование, так что мы больше не учитель и ученик. Теперь мы оба ученики, поэтому поприветствуем друг друга как равные. Только после окончания испытания я снова стану твоим учителем.

Цинь Му знал насколько сильно глухой ценил подобные мелочи, сразу же отдав тому честь как равному. Затем оба подняли по кисти, став лицом перед холстами.

Использование магической силы на уровне божественного искусства, чтобы нарисовать дракона, вдохнув в него жизнь, и вправду невероятное достижение. Однако, с нехваткой совершенствования, художнику будет под силу сотворить подвластное лишь природе только наделив своими мазками глаза дракона разумом… И здесь не обойтись без гениального художественного замысла.

Старик научил юношу рисованию, каллиграфии, чтению и письму. Несмотря на то, что можно сказать, что он научил его очень многому, оживлять рисунок ему придётся впервые.

Одним мазком, подкреплённым родством душ, даровать душу человеку или объекту на холсте было уроком, которому глухой пытался научить Цинь Му много-много раз, но всегда безрезультатно… Данное испытание будет для него настоящим вызовом.

Цинь Му сфокусировался на рисунке дракона перед собой. Дракон выглядел слишком реалистично, отчего глядя на него порой казалось, что тот медленно двигался, слегка меняя свою позу… Техника рисования глухого однозначно не знала себе равных. Даже без нарисованных глаз ему казалось, что дракон сейчас с рёвом взлетит в небо!

Держа в руке кисть, парень не осмеливался сделать мазок. Рисунок находился прямо перед ним, но как же ему дорисовать глаза?

Ему казалось, что не важно как он нарисует глаза и каким образом нанесёт мазки, его ждёт лишь провал, а не оживление нарисованного зверя.

— Му’эр, порви картину глухого и победишь! — бабушка Сы не смогла удержаться и пробормотала на ухо Цинь Му.

Глухой недовольно зыркнул на неё:

— Злой и неортодоксальный метод. Я научил Му’эра читать святые книги, так что он умён и свят в сердце. Он не сделает такой подлый ход как ты.

Старушка рассвирепела, но старейшина, натянуто улыбнувшись, вовремя вмешался:

— Сы, не мешай их состязанию. Испытание глухого очень изобретательное.

Бабушке Сы чудом удалось подавить свой гнев, в то время как Цинь Му всё ещё таращился на рисунок дракона перед собой. Деревни в его глазах больше не существовало, видя лишь парящий холст с рисунком, но несколько мгновений спустя холст тоже исчез, оставляя позади лишь нарисованного чернилами дракона.

В глазах юноши дракон иногда взмывал вверх, иногда падал камнем вниз, порой двигался вправо, а в другое время в лево. Иногда он летал по воздуху, иногда сворачивался спиралью на одном месте, а иногда ложился на землю и спокойно дремал. Дракон поднимал голову, качал хвостом, скользил, как и положено его виду, игрался с водой и изрыгал огонь с молниями. Это было очень странно для такого умного существа.

Цинь Му показалось, что он превратился в дракона на холсте, из-за чего его взор заволокло пеленой непроглядной черноты, ведь ему по-прежнему не хватало глаз. Он изо всех сил пытался вырваться из тьмы, но не мог распахнуть глаза. Как вдруг ему вспомнились драконьи колонны города Пограничный Дракон и драконьи кости из Дворца Дракона Вздымающейся Реки, затем он вспомнил статуи в деревне и касание божественного существа.

Статуя бога, которую создало божественное существо, также являлась видом искусства. Невероятные умения и глубокое изящество, запечатлённое внутри, казалось, даровали скульптурам душу, позволяя защищать Великие Руины.

Через некоторое время Цинь Му увидел во тьме проблеск луча света. Когда застилающая глаза пелена черноты полностью спала, в его глазах произошёл настоящий взрыв энергии. Затем он поднял кисть и плавным мазками дорисовал дракону глаза!

Дарование божественной души мазками родства душ!

Как только юноша опустил кисть, дракон перед ним немедленно ожил. Встряхнув мордой и качнув хвостом, он внезапно сошёл с холста и взмыл к небу, начав резвиться меж облаков. На холсте не осталось даже капли чернил!

Цинь Му молча уставился. У него действительно получилось!

У него получилось вдохнуть жизнь в рисунок дракона!

Дракон немного полетал по небу, пока вновь не обратился чернилами, окрашивая облака в чёрное.

Цинь Му тут же посмотрел на глухого и увидел, что тот уже помыл свою кисть и повесил её обратно на крючок. Он так и не нарисовал глаза дракону на своём холсте.

— Дедушка, ты что, позволил мне победить? — спросил словно что-то понявший Цинь Му, на что глухой лишь отрицательно покачал головой, ответив. — Я не позволял тебе победить. В твоём возрасте я о таком уровне и мечтать не смел. Суть моего испытания не в выигрыше или проигрыше. Задача учителя — передать ученику свои знания и помочь разрешить терзающие сомнения. Сейчас я учу тебя своему пути, так зачем мне переживать за выигрыш или проигрыш?

Целитель с восхищением воскликнул:

— Глухой, у тебя сердце учителя и я этим восхищаюсь. Му’эр, в моём испытании нам тоже не нужно сражаться, я хочу, чтобы ты приготовил некоторые лекарства. Ступай в травяной сад за деревней, собери там тридцать сильно ядовитых растений, и преврати их в лекарства лучшего качества. Когда закончишь, ты должен будешь съесть их, и если станешь хоть немного сильнее, то считай, что прошёл испытание, но если отравишься и помрёшь, тебе придётся остаться в деревне.

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать. Как он останется в деревне если умрёт от яда?

Задание целителя было очевидным. Чтобы превратить тридцать ядовитых растений в лекарства нужно иметь хорошие медицинские познания и что ещё более важно, опыт. Вид ингредиента, его количество, пропорции, к примеру: лист или корень, пыльцу или лепесток, кипятить или сушить, всему этому нужно долго учиться.

Также целитель не написал рецепт, позволяя ему самому решать, какие растения использовать и как с ними обходиться, чтобы яды в них, противостоя между собой, прошли полный круг и создали что-то, что расширит горизонты его лекарственных познаний.

Полагаясь на свои текущие знания, Цинь Му должен был решать, как поступать с растениями, куда их положить, резать на кусочки или избить в пыль, какая температура должна быть во время их кипячения и в течение какого количества времени.

Маленькая ошибка могла свести все старания на нет, а ошибка покрупнее вообще к отравлению ядовитой субстанцией.

Цинь Му стоял у входа в сад целителя, глядя на то, что в нём растёт. Немного побормотав что-то самому себе, он прикинул уровень ядовитости всех растений в саду и задумался над тем, как бы их между собой совместить, как выбрать основное растение и его заступников, уничтожить тигров и драконов, сбалансировать инь и ян.

Через некоторое время он всё же решился войти в сад, с особой тщательностью и осторожностью собирая травы.

Сорвав двадцать девятое ядовитое растение, Цинь Му заметил, как с него слетает пять мошек. Оторвав их головы и крылья, он решил использовать их в качестве тридцатого ядовитого ингредиента.

Цинь Му вернулся в деревню и, полагаясь на свою жизненную Ци, извлёк из корней некоторых растений избыточную лекарственную энергию. Другие из растений запарил в воде или зажарил, чтобы извлечь из них жидкость.

После длительной подготовки он принялся готовить лекарство.

Целитель стоял неподалеку и наблюдал за каждым его шагом, каждым методом и каждым использованием Ци, молча кивая головой.

Цинь Му использовал свою Ци, чтобы поднять в воздух огромный котёл. Бросив в него все тридцать ингредиентов, он не добавил ни капли воды, а использовал свою пугающе плотную безатрибутную Ци, чтобы питать травы и извлекать из них лекарственную энергию.

У целителя слегка изменилось выражение лица. Используемая парнем техник была единственной в своём роде. Даже такой гений медицины как он не сможет её повторить и причина проста — у его Ци есть конкретный атрибут, как и у каждого из растений. Если атрибуты Ци совпадут, тогда хорошо, но чаще всего будут отличаться, приводя к потере лекарственной ценности растений. А у Ци его ученика нет атрибутов, поэтому тот может свободно использовать её, чтобы извлекать лекарственную энергию.

Цинь Му сосредоточился ещё сильнее и его Ци разделилась на тридцать нитей, каждая из которых схватила отдельный ингредиент. В этот момент нить Ци поддерживающая огромный котёл приобрела атрибут Ци Красной Птицы и превратилась в полыхающий огонь, заставляя разнообразную лекарственную энергию внутри сливаться воедино.

Из его второй руки вырвалась Ци Чёрной Черепахи, формируя водяной пар, увлажнивший лекарственную энергию, замедливший процесс слияния трав и вымывший отходы из котла.

Через некоторое время Цинь Му закрутил котлом и оттуда послышались грохочущие звуки. Когда котёл остановился, внутри можно было увидеть всё ещё вращающиеся по дну кристально-чистые, будто бусины из овечье-белого нефрита, пилюли.

Цинь Му протянул руку и поднял духовную пилюлю.

— Целитель, это ведь не яд? — с тревогой спросила бабушка Сы.

— Ты узнаешь, когда Му’эр проглотит пилюлю, — улыбнулся целитель.

— Не беспокойся бабуля, пилюля не ядовитая… — Цинь Му открыл рот и забросил туда духовную пилюлю.

Бум!

Его волосы внезапно начали расти во все стороны, тем самым напугав старушку и всех остальных.

— Не дёргайтесь вы так, я просто неправильно сбалансировал одно из растений, повлияв на воду в моих почках, вот мои волосы немного и подросли… — тут же оправдался Цинь Му.

— Вот это вот немного? — сердито возразила бабушка Сы.

Волосы юноши продолжали расти, напоминая растущие вертикально бамбуковые побеги. За достаточно короткий период времени они успели вырасти на десять метров. Каждый волосок торчал прямо и несгибаемо.

Цинь Му почувствовав, что его голова стала тяжелее, ответил:

— Бабуль, главное преимущество этих духовных пилюль — лечение ранений. Они могут заставить атрофированную мускулатуру быстро восстановиться и исцелить порванные мышцы. Срастутся даже сломанные кости и сухожилия. Стимулирование почечной воды всего лишь незначительный побочный эффект…

Его волосы продолжали расти, всё сильнее надавливая на голову. Он уже почти не мог поддерживать головой свои длиннющие волосы, торчащие как от электрического разряда.

Целитель через сдерживаемый смех проговорил:

— Ты прошёл испытание. Мясник, помоги ему обрезать волосы. Если они вырастут ещё немного, его шея треснет от давления.

Мясник подошёл к Цинь Му и тремя взмахами срезал волосы.

Взгляды всех деревенских остановились на немом, который вытер тряпкой руки и достал из-под завалов кузницы свою печь. Вытащив два бруска Зимнего Железа и бросив их в печь, огонь в последней мгновенно погас, а на краях образовался слой инея.

С улыбкой на лице немой куда-то ушёл, мыча:

— Ах, ох, ах!

Глава 95. Меч

Волосы Цинь Му, достигнув талии, наконец перестали расти. Он достал повязку, чтобы связать их, и подошёл к печи с серьёзным выражением лица.

— Немой, ты что, умел выплавлять Эссенцию Зимнего Железа, ещё находясь в области Духовного Эмбриона? — нахмурившись спросила бабушка Сы, на что немой в ответ кивнул головой.

— Выродок! — сердито сплюнула старушка, а целитель, слепой и остальные, закивав головами в глубоком согласии, одновременно согласились. — Выродок. Немой, ты действительно выродок!

Немой гордился собой и ухмылялся от уха до уха.

Эссенция Зимнего Железа была лучше Зимнего Хрустального Железа, поскольку являлась самой сущностью, извлечённой из последнего. Зимнее Хрустальное Железо можно было расплавить огнём печи и выковать из него оружие, в то время как холодный воздух из Эссенции Зимнего Железа мог мгновенно погасить огонь печи, значительно усложняя процесс плавки.

Бросив два бруска Эссенции Зимнего Железа Цинь Му, немой явно ожидал, что тот расплавит их и изготовит оружие!

Если парень сможет это сделать, то пройдёт испытание.

Жизненная Ци Цинь Му начала циркулировать и превратилась в жизненную Ци Красной Птицы. С загоревшимся на ладони огнём, он положил одну руку в печь, а другой начал работать на кузнечном мехе, пытаясь разжечь уголь.

Однако, когда рука вошла в печь, он почувствовал подавляющий поток холодного воздуха, практически потушивший огонь на ладони. Даже Ци Красной Птицы, казалось, сейчас замёрзнет!

Немой был доволен собой и дал сигнал глухому, который затем переспросил:

— Ты имеешь в виду, что разжигание огня в печи это требующее высокого навыка испытание? И что здесь не нужна грубая сила, а чудо кузнечного искусства?

Немого просто светился от улыбки, как вдруг услышал вспыхнувшее в печи пламя. Цинь Му сумел насильно поджечь уголь внутри печи, используя яростную Ци Красной Птицы и подавляя холодный воздух, исходящий от Эссенции Зимнего Железа.

Глухой с сочувствием посмотрел на немого:

— Может тебе и не удавалось разжечь печь грубой силой из-за слишком слабого совершенствования в области Духовного Эмбриона… Однако, Му’эру грубой силы не занимать, думаю он зажжёт огонь без какого-либо навыка.

Немой сердито жестикулировал, на что глухой улыбнулся:

— Старый лис. Горящего угля в печи недостаточно для того, чтобы расплавить Эссенцию Зимнего Железа, а ты смотрю всё продумал.

Цинь Му зажёг огонь печи и немедленно задействовал свою Ци на полную, чтобы максимально усилить исходящий от него жар. Тем не менее, Эссенция Зимнего Железа попросту отказывалась плавиться, она даже не краснела от нагрева.

Юноша нахмурился. Внезапно он засунул обе руки в печь и схватил бруски Эссенции Зимнего Железа, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его духовный эмбрион словно озверел, когда Ци вокруг него стала походить на огромный огонь печи, подталкивая Ци Красной Птицы до предела своих возможностей!

Эссенции Зимнего Железа медленно краснели. Немного погодя, расплавленное железо всё же начало капать вниз.

Цинь Му позволял всё быстрее и быстрее “таящему” железу стекать в шлюз. Прошло не так уж и много времени, а бруски, сливаясь вместе, полностью расплавились.

Глухой посмотрел на ошарашенного немого:

— Так что ты собирался испытать?

Немой был разочарован. Изначально он намеривался проверить кузнечные навыки парня, а не уровень его совершенствования…

Чтобы расплавить Эссенцию Зимнего Железа, перво-наперво нужно воспламенить печь, однако её тепла недостаточно для плавки. Впрочем, если совершенствование мастера достаточно высокое, он всё-таки может использовать жизненную Ци Красной Птицы, чтобы расплавить железо.

По плану немого, Цинь Му должен был немного смягчить две Эссенции Зимнего Железа и неоднократно ударить по ним молотом, чтобы слить воедино, прежде чем выковать из них оружие. Тем не менее, он не ожидал, что Ци мальца окажется настолько бредово могучей, что буквально растопит две эссенции!

В итоге проверка навыков парня свелась к использованию им грубой силы, полностью пренебрегающей самими навыками. Кроме того, так было проще, а значит лучше, отчего немому не было к чему придраться.

Каждый взмах увесистого молота Цинь Му сопровождался звонким эхом и разлетающимися по сторонам искрам. Его удары подкреплялись яростной Ци Красной Птицы для смягчения железа и Ци Чернёной Черепахи для закалки через резкое остывание.

Спустя бесчисленное количество ударов, нож для убоя свиней, наконец, был выкован. Немой осмотрел его и неохотно дробно кивнул. Цинь Му прошёл его испытание.

Закончив нож, юноша проверил его остроту и остался доволен. Наконец у него появилось выкованное им оружие.

— Му’эр, прекращай играться с ножом, ты ещё не закончил моё испытание. На этот раз тебе придётся состязаться в чтении стихов, — улыбнулся слепой.

Лицо Цинь Му тут же побледнело, безвольно бормоча:

— Слепой дедушка, я определённо не смогу победить…

Глухой вырвал оба ушных протеза со звуком “поп”, словно говоря, слушать я этого не стану. В то время как лица старухи и остальных скорчились в презрении, хором гаркнув:

— Слепой, придумай что-то другое!

Старик почесал голову, но с учётом того, что запротестовали прям все, не мог отказать:

— Тогда будем состязаться на копьях. Сформируй копьё из Ци!

Слепой отбросил свою испорченную бамбуковую трость и раскрыл ладонь, над которой появилась его Ци Чёрной Черепахи, превратившаяся в журчащую воду, мгновенно принявшую форму копья водяного дракона.

Цинь Му привёл в движение свою Ци, формируя в ладони копьё огненного дракона. Оба сорвались с места, в то время как длинные копья в их руках завибрировали подобно ядовитым драконам, затаившимся во тьме непроглядной бездны и ожидающим своего часа, чтобы выскочить и нанести фатальный взмах.

Юноша и старик кружили вокруг друг друга в неутомимом танце, но их копья огненного и и водяного драконов так и не скрестились.

Цинь Му пробудил Глаза Небес, уставившись на слепого в попытке найти какую-либо слабость, но не мог. Старик может и был слеп, но не допускал ошибок.

«Раз не ошибается, тогда заставлю!» — подумал Цинь Му и, ещё немного побегав, внезапно яростно топнул, прожимая землю под своими ногами. От удара по земле пошли вибрации, из-за которых ноги слепого потеряли равновесие.

Вьюх…

Копье огненного дракона парня юркнуло к слепому старику, но тот почему-то лишь беззаботно улыбнулся. И не удивительно, ведь даже несмотря на то, что копьё водяного дракона старика начало своё движение позже, добралось до цели первым, нанося удар прямо в сторону груди оппонента.

На этот раз уже улыбнулся Цинь Му, когда перед его грудью появилась вода, сформировавшая заблокировавший копьё слепого водоворот. Копьё водяного дракона старика тут же разорвалось, в то время как он сам от взрыва отлетел назад. Длинное копьё в руках парня драматично вспыхнуло, превратившись в огненного дракона, уколовшего прямо в сторону груди слепого старика.

Слепой упал на землю, сделал перекат и затем пошатнувшись встал, тут же распечатав все свои божественные сокровища, восстановив равновесие и сердито крикнув:

— Ты жульничаешь! Ты используешь одновременно два типа жизненной Ци! Если судить с точки зрения навыков, ты уже проиграл! Но что ещё хуже, ты полагался на свою Ци Тела Тирана, чтобы задирать меня!

Цинь Му пробормотал:

— Слепой дедушка, ты хочешь изменить испытание и попробовать ещё?

Гнев слепого, подобно непредсказуемому порыву ветра, превратился в радость, говоря:

— Разве суть Тела Тирана не в том, чтобы задирать других? Это твоя сила, поэтому ты прошёл моё испытание. Сы, теперь твоя очередь.

Бабушка Сы сложным взглядом посмотрела на Цинь Му, который только что одержал победу, забормотав:

— Му’эр, для меня ты уже прошёл моё испытание… Когда ты с боем прорвался через триста шестьдесят комнат… Ты прошёл.

— Бабуля? — в лёгком смятении окликнул Цинь Му.

— Какой ребёнок однажды не покидает свой дом? — тихо говорила бабушка Сы. — Повзрослев, они всегда уходят. Я не могу удерживать тебя рядом с собой вечно. Те старые чудики уже позволили тебе пройти свои испытания и с моей стороны будет эгоистично поступить по-другому…

Неся под локтем свою корзину, старушка вернулась в свою комнату и захлопнула дверь.

От услышанного Цинь Му шокировано застыл. Старейшина прокашлялся, приводя его в чувство, и сказал:

— Му’эр, если ты пройдёшь моё испытание, то сможешь покинуть деревню Цань Лао, покинуть Великие Руины и отправиться во внешний мир для расширения кругозора, и чтобы поднабраться опыта.

Цинь Му обернулся и ответил:

— Дедушка старейшина, пожалуйста, дайте мне наставление.

Старейшина улыбнулся:

— Мы, старые чудики, научили тебя всему необходимому для выживания в этом мире. Старый Ма научил силе и достоинству. Мясник мужеству и бесстрашию. Глухой искусству и элегантности. Одноногий убегать, спасая свою жизнь, и хитрости. Слепой видеть сквозь несущественные фасады, докапываясь до самой сути вещей и истины. Целитель придумывать и готовить спасающие жизнь лекарства. Бабушка мудрости и доброте. Немой гибкости и спокойствию. Что касается меня, я научу тебя использованию своей совести в качестве линейки для измерения добра и зла, истины и лжи. Подними свой меч.

Цинь Му достал меч Младший Защитник и поднял его перед собой. Лезвие обратной части меча разделялось на две стороны и обе отражали его лицо.

— У меча есть четыре стороны. Сторона, которая смотрит прямо на тебя — твоё сердце. Также одна сторона добра, а другая сторона зла, — старейшина спокойно говорил. — Сторона, которая смотрит на твоего врага — является его совестью. Точно также одна сторона добра, а другая зла. Меч же — твоя линейка, используемая для измерения добра и зла, истины и лжи, как твоего врага, так и тебя. Навык меча используется для измерения добра и зла достойного противника, так и тебя. Я передам тебе первую форму моего навыка меча. Её освоение будет считаться твоим пропуском. Пропуском из деревни, пропуском во внешний мир.

Цинь Му взволновался. Старейшина наконец-то решил передать ему навык меча!

Сердца всех стариков вокруг пропустили удар, уставившись на старейшину своей деревни. Бабушка Сы тоже решила посмотреть, приоткрыв дверь своего дома.

Старейшина наконец-то собирался начать передавать Цинь Му навыки меча. По мнению чужаков происходящее может казаться незначительным и не стоящим внимания, но ни один местный не согласится с подобной точкой зрения. Нет. По их мнению, это было невероятно грандиозное событие!

Особенно для целителя, так как он лучше всех знал, какой глубокий смысл таился в навыке меча старейшины, который он прямо сейчас собирался передать Цинь Му.

Для старейшины передача своего навыка меча не было простым вопросом наследования, а большой ответственностью!

Обучившись этому навыку меча, юноше придётся взять на себя ответственность, с которой не смог совладать даже старейшина.

— Старейшина, думаешь он готов взвалить на себя это бремя? — прошептал целитель.

— То, что я не могу, не значит, что он тоже не может. Патриарх Культа стар и ему осталось жить не больше семи лет, что же до меня, я тоже стар и после его смерти проживу от силы ещё несколько лет. Пришло время передать моё наследие, — улыбнулся старейшина.

Собравшись с духом, он обратился к Цинь Му:

— Мой навык меча называется — “Рисунки Меча”, а его первая форма — “Меч, Ступающий по Горам и Рекам”.

Глава 96. Меч, Ступающий по Горам и Рекам

Жизненная Ци старейшины вырвалась наружу и превратилась в недостающие конечности. Он медленно встал с носилок и со взмахом руки меч Младший Защитник мгновенно вылетел из руки Цинь Му и приземлился в его.

Взгляд старика затуманился, будто он предался воспоминаниям прошлого.

Цзззн!

Загудел Младший Защитник и рассёк воздух. Со стороны казалось, что меч двигался очень медленно, исполняя ранее известные парню движения: резкий подъём, скользящий взмах, рубящих замах по вертикали, колющий выпад, парирующих взмах, толчок, ложный замах, взмах по дуге, перехват, рубящий замах по горизонтали и другие. Каждое используемое старейшиной движение было из разряда простейших, однако, скомбинировав их, в его исполнении демонстрировался совершенно новый способ использования меча.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам.

Ярко сияя под воздействием этого навыка, меч порой двигался плавно, а порой стремительно, формируя силуэт, похожий на величественные горы и стремительные реки. Сияющий меч и отбрасываемая им тень со временем взаправду превратились в огромные горы и бушующие реки, выглядя как нарисованная на холсте картина!

Даже первая форма навыка меча старейшины была невероятно сложной, обладая духом и могучестью, чтобы творить!

Шло время, а танец света и тени меча не прекращался. Пейзаж уже не выглядел как картина, а как настоящие осязаемые горы и реки!

Тем не менее, на этом всё не закончилось. Секреты, таящиеся в мече, непредсказуемо менялись, меняя форму самих гор, рек и облаков, как если бы проходили неисчислимые века времени, приводящие к смене ландшафта.

— С имперскими советниками стратагем в палатках и вооружёнными свирепыми генералами на границах! Хорошее время для войны. Возможно ли убить богов? — манипулируя мечом, старик запел с ноткой рвения и печали. — Скажи — Возможно!

— В тот день с треногой благовоний на высокой палке он будет шагать по горам и рекам со своим мечом. Весь город гулко пел, принимая пришедших поприветствовать богов.

Меч старейшины двигался достаточно медленно, чтобы Цинь Му смог как следует разглядеть путь навыка. Несмотря на всю медлительность исполнения навыка меча, его величие было в полной мере отображено, а самые мелкие детали соблюдены.

Юноша сосредоточился на запоминании. Навык меча старика, возможно, действительно был сложным… Но даже самый сложный навык, строящийся на базовых движениях, вне зависимости от его сложности, можно выучить. Нужно просто досконально знать эти самые базовые движения.

Старейшина продемонстрировал движение только раз, но Цинь Му уже его запомнил. Спросите как? Всё просто. Для этого он использовал обычные цифры. Например, колющий выпад был единицей, скользящий взмах двойкой, рубящий удар по вертикали тройкой и так далее.

Единственное что ему оставалось — запомнить порядок цифр, а стоящее за каждой из них движение, с учётом многолетних тренировок, ему уже никогда не забыть. Вот таким вот незамысловатым способом ему может покориться любой, даже самый сложный, навык меча… Но с небольшой оговоркой — он должен идеально знать все базовые движения.

Старейшина всё достаточно хорошо продумал. В течение последних двух-трёх лет он даже не показывал Цинь Му свои навыки меча, что уж говорить об обучении, заставляя ежедневно, до сорванных в кровь мозолей на ладонях, заучивать базовые движения. Тренируясь таким образом, парню со временем удалось раскрыть их максимальный потенциал и тем самым заложить несравненно прочный фундамент, полагаясь на который освоение навыка меча стало намного проще.

Цинь Му закрыл глаза и вспомнил порядок цифр, соответствующий навыку — Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Затем он заменил цифры на стоящие за ними движения и несколько раз мысленно повторил последовательность.

Спустя некоторое время, он использовал Ци, чтобы манипулировать Младшим Защитником и медленно выполнить навык меча, которой ему только что детально продемонстрировали.

Исполнение получилось чрезвычайно дёрганым, угловатым и неуклюжим. Цинь Му приходилось время от времени останавливаться, чтобы вспомнить порядок движений.

Тем не менее, попытавшись повторить навык во второй раз, у него получилось намного лучше. Хотя ему по-прежнему приходилось временами делать паузы, чтобы подумать.

В третий раз у него получилось выполнить каждое движение навыка плавно и без остановок. Но ему всё ещё не удавалось выполнить навык старейшины, который создавал им горы и реки, делая похожим на божественное искусство.

Цинь Му продолжал практиковаться, получая всё больший контроль над Мечом, Ступающим по Горам и Рекам.

Вскоре бабушка Сы приготовила обед и позвала его перекусить. Но даже за обеденным столом парень использовал Ци, чтобы держать свои палочки для еды и практиковать движения.

Когда наступила ночь, он попрактиковался ещё немного, а затем ушёл спать, продолжив практиковаться во сне…

Так продолжалось десять дней, по истечению которых Цинь Му наконец постиг основной момент в навыке — Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Смысл написанного в книге можно понять после сотни прочтений, то же самое верно и для навыков меча. Не говоря уже о том, что он сделал больше тысячи повторений изучаемого им навыка!

Цинь Му знал его как часть себя. В какой-то момент повторив навык в очередной раз, он почувствовал, как его жизненная Ци сливается с мечом, застилая глаза божественным светом. Под пляс света и тени клинка казалось словно на холсте начали прорисовываться контуры гор и рек.

Меч ловко юркнул обратно в рот рыбьего дракона, заставляя живописную картину, так и не сошедшую с “холста”, постепенно померкнуть.

Цинь Му удивлённо застыл, ведь ему в конце концов удалось исполнить этот навык меча.

— Му’эр, ты вырос, — улыбнулся старейшина и проговорил. — С сегодняшнего дня ты больше не ребёнок, теперь ты взрослый. Ты можешь уйти из деревни Цань Лао, Великих Руин и найти свой путь в мире.

Бабушка Сы опиралась на дверной проём. Когда она увидел рисующий картину меч, то её сердце дрогнуло.

— Му’эр, ты так вырос, — улыбнулась она.

Цинь Му пробыл в деревне ещё несколько дней и освоил навык одноногого — Рука Небесного Расхитителя, Подменившая Солнце.

Пришла пора покинуть деревню…

Бабушка Сы подготовила ему в дорогу багаж, собрав все его вещи в один огромный рюкзак. Множество из вещей, подготовленных ею, юноша считал ненужными. Также старушка превратила Великие Небесные Дьявольские Рукописи в белую перчатку и одела её ему на руку.

Распив на прощание вино, Цинь Му наконец-то отправился в путь, покидая Цань Лао. Но не пройдя слишком далеко, он оглянулся и увидел у входа в деревню всех девятерых стариков. Даже старейшина, материализовав ноги из Ци, стоял там.

Парень не сдержался и рванул обратно, чтобы по очереди разок обнять каждого из них. Затем он сделал два шага назад и трижды поклонился бабушке Сы, после чего развернулся и на этот раз не оборачиваясь зашагал прочь.

— Му’эр, помни, если противник слишком силён ты всегда можешь убежать! —заорал вдогонку одноногий.

— Ты должен быть сильным! Если тебя притесняют — давай сдачи и ни за что не сдавайся! — помахал рукой старый Ма.

— Не позорь нас, престарелых калек! Руби всех, кто станет на твоём пути! — поднял свои ножи мясник.

— Будь джентльменом!

— Если не можешь побить — отрави!

— Ха ха, ах ах, ох!

Цинь Му всё же повернул голову, но только чтобы ярко улыбнуться и на прощание помахать всем рукой.

Вскоре он добрался до долины Дворца Подавления Рока, где увидел совершенствующуюся демоническую обезьяну. Та занималась дыхательными упражнениями перед монашеским посохом, воткнутым в землю рядом с ней.

С неумолимо возрастающим совершенствованием, обезьяна постоянно крепчала телом и наращивала мощь. Практикуя навык кулака старого Ма и дыхательную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, переданные ей Цинь Му, обезьяна всё больше походила на демонического монаха, отрастившего по всему своему телу чёрные волосы.

Кулачный навык старого Ма и монашеский посох Кхаккхара брали своё начало в буддизме, и даже несмотря на то, что техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не была буддистской, это не умоляло её пригодности в качестве инструмента для наращивания совершенствования. С учётом всех этих факторов, демоническая обезьяна неосознанно начала создавать вокруг себя буддистскую ауру, словно становясь божественных хранителем буддистских заветов.

Цинь Му не мог не подумать: «Вот что значит настоящий демонический монах! Если бы я дал здоровяку монашескую рясу и бусины, размером с человеческую голову, в лапу, он бы действительно стал похож на божественного хранителя буддистских заветов!»

— Здоровяк, сегодня я собираюсь в далёкий путь… Я покидаю дом и вернусь не скоро, — всё ещё не отойдя от мыслей, восхищённо окликнул Цинь Му, пробудив обезьяну от медитации.

— Далеко? — обезьяна почесала затылок.

— Далеко, — кивнул Цинь Му.

Обезьяна снова почесала затылок и взглянула на стадо зверей в долине. Внезапно она зверино взревела. Слонодракон, охраняющий глубоко в долине стадо, быстро вскочил на лапы и, виляя хвостом, подбежал к ним с одним лишь желанием — выслужиться.

Без особых объяснений обезьяна прижала это живое подобие холма к земле и начала жестоко колошматить. Сильно потрёпанный слонодракон жалобно поскуливал, но не осмеливался дать сдачи.

— Охраняй! — демоническая обезьяна указала пальцем на стадо зверей в долине и крепко сжала кулак у него перед носом. Напрягая мышцы на руке, которые повыскакивали как осенние грибы под дождём и были сравнимы с огромными зонтами, она гаркнула. — Ешь! Умрёшь!

Чувствуя себя крайне обиженно, слонодракон распластался на земле и начал кивать мордой. Обезьяна выдернула из земли свой монашеский посох Кхаккхару и ударила им по груди:

— Я, идти.

— Далеко, — отрицательно потряс головой Цинь Му

— Я, большой. Ты, маленький, — обезьяна пальцем ткнула сначала на себя, а затем и на парня.

— Я, сильный. Ты, слабый, — опять отрицательно потряс головой Цинь Му.

Демоническая обезьяна впала в ярость и еле-еле выговорила:

— Г-говорить с т-тобой, о-очень… сложно!

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать, но был вынужден снова отрицательно потрясти головой:

— Я пойду на территорию людей. Она не настолько обширная как Великие Руины, но там множество злобных персон. Ты слишком сильно бросаешься в глаза из-за своего размера. Когда станешь достаточно сильным для превращения в человека, мы сможем исследовать мир вместе. Тем более слонодракон это дикий зверь и, после твоего исчезновения, пару дней он, возможно, и побудет хорошим, но вскоре сожрёт всех наших маленьких друзей, оставив в долине гору костей. Я молчу про его тупость. Неужели ты хочешь, чтобы он выпустил на волю старого дьявола, скрывающегося во Дворце Подавления Рока?

Обезьяна почувствовала беспомощность перед таким количеством аргументов и кивнула головой. У слонодракона на морде читалась неумело скрываемая обида… Поджимая хвост и грустно вытирая слёзы, он понял, что ему устроили внеочередной “массаж” без всякой на то причины.

Цинь Му помахал рукой и покинул долину Дворца Подавления Рока.

— Кроха! — демоническая обезьяна прыгнула на горную скалу и помахала своей огромной лапой. — Возвращайся, рано!

Юноша подошёл к водопаду долины Нефритового Облака и увидел лисичку, держащую в руках несколько книг и объясняющую картинки другим лисицам. В этот момент она говорила о чём-то очень интересном, завораживая своих ушастых слушателей.

Когда Ху Лин’эр заметила Цинь Му, то быстро отложила древние книги в сторону. Остальные лисицы-обольстительницы тоже поднялись и приветственно поклонились, в унисон звонко говоря:

— Приветствуем тебя, молодой мастер Му.

Цинь Му слегка склонился в приветствии в ответ и проговорил:

— Не нужно быть слишком вежливыми. Лин’эр, я здесь для того, чтобы попрощаться с тобой. Я собираюсь покинуть Великие Руины и отправиться в Империю Вечного Мира. Боюсь меня не будет от трёх до пяти месяцев.

Глаза белой лисички азартно заискрились, быстро юркнув в соломенную хижину. Упаковав все свои вещи в маленький рюкзак, она радостно выбежала во двор и защебетала:

— Сёстры, вы можете оставаться здесь и продолжать совершенствоваться, молодой мастер Му и я собираемся исследовать мир. В путь!

Рюкзак маленькой лисы был в сотню раз меньше рюкзака парня и выглядел очень изящно у неё на спине.

— Большая сестрица, ты что, опять пьяна? — насторожившись спросил лиса и продолжила. — Люди снаружи очень злые. Они готовы сдирать с нас кожу для того, чтобы делать одёжки.

— С молодым мастером Му рядом мне нечего бояться, — улыбнулась Ху Лин’эр.

— Лин’эр, это уже не игрушки, путешествие очень опасное. Оставайся тут и заботься о своих сёстрах, — виски Цинь Му начали болезненно пульсировать.

— Великий Король Демонов заставляет меня стать его женой, но он настоящий урод и не нравится мне, так что это хороший шанс избежать брака. Мои сёстры способны совершенствоваться и без моей помощи. Достаточно скоро они смогут выбросит свои звериные тела и запросто превращаться в людей, — улыбнулась Ху Лин’эр.

— Я не могу взять с собой ни демоническую обезьяну ни тебя, — потряс головой Цинь Му, на что Ху Лин’эр невинно моргнула, жалостливо говоря. — Но ведь здоровяк тупой, я ведь не такая глупая, как он, верно? Тем более тебе нужен кто-то, кто будет заботиться о твоей еде и жилье, верно? Я не хочу замуж за Великого Короля Демонов, неужели молодой мастер готов послать такую милую лисичку в логово тигра?

— Уговорила. Но ты должна безоговорочно меня слушать и не создавать проблем, — беспомощно проговорил юноша.

— Хорошо! — радостно воскликнула лиса.

Возле Вздымающейся Реки.

Цинь Му зажёг несколько палочек благовоний и запел песню поклонения речным богам. Совсем скоро Речной Перевозчик подплыл к ним и, хорошо поев, разрешил человеку и лисе забраться к себе на спину. Они плыли мимо зелёных холмов и уединённых долин, в которых слышалось пение птиц.

Цинь Му посмотрел в сторону берега реки, где неподалёку находилась деревня Цань Лао. Бабушка Сы всё ещё стояла на входе, маша ему рукой.

— Му’эр, не будь соблазнён чарами всяких лис… Негодяйка!

Маленькая белая лиса, стоявшая возле Цинь Му, высунула язык в сторону старухи.

В этот момент во Дворец Подавления Рока явился старый монах. На голове у него было несколько шаров плоти и ни единого волоска, а одет он был в жёлтую кашаю. Увидев, как демоническая обезьяна практикует Восемь Громовых Ударов, он невольно остановился и восхищённо воскликнул.

Обезьяна немедленно остановилась и заметила улыбающегося монаха, который заговорил:

— Ты идёшь по пути буддизма и твоё совершенствование очень хорошо. Проблема в том, что ты не получил истинных учений. Я готов передать тебе полную версию этой техники и если на то будет воля судьбы, ты освоишь её.

— Лысый, кто? — в недоумении спросила обезьяна.

— Ты имеешь ввиду меня? — старый монах выглядел дружелюбно, но когда продолжил торжественно улыбнулся. — Я стою во главе Монастыря Великого Громового Удара, также меня знают под именем Жулай. На самом деле я совсем не лысый. Можешь коснуться. Я переработал свои волосы в плоть.

Демоническая обезьяна протянула руку и в изумлении завопила:

— Лысый, волосы!

Старый монах улыбнулся:

— Ты практиковал удары моего кулака, держа в руках мой посох, на то была воля судьбы, не иначе. Раньше я думал, что мой посох оказался в руках у молодого парня поэтому прибыл сюда просветить его. Однако, похоже на то, что с ним моя судьба не пересекается, а пересекается с тобой. Пошли, позволь мне показать тебе Махаяну Сутру Жулая. Когда придёт час, ты отыщешь меня в Великом Монастыре Громового Удара.

Демоническая обезьяна, казалось, одновременно понимала всё и ничего.

Глава 97. Поющий в воде голос

Речной Перевозчик уже сплыл вниз по течению примерно на четыреста километров. На берегу реки Цинь Му увидел деревню, расположенную подле ветхого храма, в котором на горизонтальной плите с письменами сидела расчёсывающая свои три косички девочка.

Юноша удивился, немедленно заставив зверя подплыть к мелководью, и сошёл на берег, оставляя белую лисицу позади.

Войдя в деревню, Цинь Му увидел процветание и мирную жизнь сельчан. Несколько женщин преклонного возраста зажигали у храма благовония и клали у порога половину освежёванной свиньи в качестве подношений.

Парень подошёл к храму, после чего заметившая его девочка тут же прыгнула вниз, чтобы спрятаться.

— У, я видел тебя, зачем прячешься? — улыбнулся Цинь Му.

— А вот и не прячусь. Я ждала пока ты войдёшь в храм, зажжёшь благовония и скажешь как у тебя всё плохо с телом и почками, чтобы посмеяться! — вышла из храма улыбающаяся девочка.

От смущения парень даже немного растерялся. Оглядевшись, он понял, что храм был тщательно убран, не было видно даже пылинки. Подойдя к почитаемой местными жителями статуе богини, он увидел точную копию маленькой девочки Сянь Цин’эр, в которую превращалась женщина У.

Цинь Му обошёл статую и наконец успокоился, так-как за ней так и не нашёл никаких обглоданных костей. Выходя из храма, он с интересом спросил:

— Почему ты живёшь здесь?

Женщина У с гордостью воскликнула:

— Здесь я получаю положительную карму! Эта деревня находится под моей защитой, а её жители приносят мне подношения. Я помогаю им отгонять жестоких зверей и иногда приношу воду из реки, чтобы орошать земли. Если идёт слишком сильный дождь я помогаю им рассеять облака. Когда ветра нет я его приношу, а когда его слишком много, успокаиваю. Раньше я много скиталась и охотилась на людей, из-за этого меня и подавил тот лысый осёл. Теперь я стала своим собственным буддой в своём собственном храме. Мне приносят подношения и, вдобавок, я каждый день увеличиваю свою карму!

— Разве ты не ушла вверх по течению? Каким образом ты оказалась здесь? — улыбнулся Цинь Му.

— Ну… после уничтожения того ледяного затора, я бродила то тут, то там. В конце концов я встретила монахов Монастыря Малого Громового Удара и поцапалась с ними. Мне не удалось победить их, вот я и сбежала, в итоге спрятавшись тут. Пока я скрывалась в этом храме сюда часто захаживали бандиты, которых я съедала. Деревенские заметили меня и подумали, что я бессмертное существо, призванное храмом для их защиты. Они предлагают мне коров, ослов и даже благовония. От такого внимания мне стало так приятно, что я теперь иногда делаю для них всякие мелочи, — говоря, женщина У снова запрыгнула на горизонтальную храмовую плиту с письменами и закачала ногами. — Они всё лучше и лучше ко мне относились, так что я решила поселиться здесь.

Цинь Му громко засмеялся и, развернувшись, чтобы уйти, проговорил:

— Невольно совершив добрый поступок ты превратишься в будду.

Женщина У проводила его взглядом, тихо пробормотав:

— Я не хочу становиться монахом. Не хочу быть вегетарианкой…

Цинь Му вернулся на спину Речного Перевозчика, которые затем медленно покинул мелководье. Из-за спуска вниз по течению, скорость зверя постепенно возрастала. Оглянувшись на древний храм, в глазах парня отразилась маленькая девочка с покачивающимися на ветру косичками, принимающая подношения в виде благовоний и мяса от деревенских жителей.

На стремительной реке бушевали волны.

Добравшись до пристани возле Пограничного Дракона, они сошли на берег и затем прошли через городские ворота.

К текущему моменту город полностью принадлежал Небесному Дьявольскому Культу и несмотря на то, что бабушка Сы в последние дни не щеголяла перед всеми в коже Фу Юньди, проблем не возникло. В конце концов городской Лорд довольно часто совершенствовался в уединении.

Цинь Му зашёл в корчму и подозвал к себе хозяина:

— Благоверный мастер, могу ли я каким-то образом избежать Смотровых Зеркал и пробраться в Империю Вечного Мира?

Хозяин корчмы ответил:

— В Империю Вечного Мира есть два входа. Один лежит через Вечную Границу, а другой через Секретные Водяные Проходы. Оба этих места очень хорошо охраняемы и у входа над городскими воротам там висят Смотровые Зеркала. Любой отвергнутый Великих Руин будет мгновенно замечен зеркалами и убит на месте. Ну или схвачен и отправлен заниматься рабским трудом на рудниках до самой смерти. Проход через горы ещё более опасен. Империя Вечного Мира и Великие Руины соединены горным хребтом Разрушенный Богом. Тот настолько опасен, что даже птицы боятся пролетать мимо. На этом горном хребте империя спрятала в засадах мистические Жемчужные Арбалеты для защиты от толп отвергнутых. Если кто-то вздумает пересечь Разрушенный Богом, Жемчужные Арбалеты скосят их наповал.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— А есть ещё входы в Империю Вечного Мира?

Владелец корчмы улыбнулся:

— Никто об этом не знает, но у нашего священного культа есть собственный проход. Ещё до открытия свободного торгового пути, мы занимались контрабандой товаров. Чтобы провернуть подобное, были тайно уничтожены два Жемчужных Арбалета, располагавшихся на непримечательном горном перевале Разрушенного Богом, что позволило нам безопасно путешествовать между двумя территориями. Теперь, после открытия свободного торгового пути, горный перевал забросили и больше не использовали. Хотя сейчас если молодой Владыка желает попасть в Империю Вечного Мира, он может просто пройти через Секретные Водяные Проходы. Большинство стражников там — наши верные люди.

Выражение лица Цинь Му дрогнуло. Сила Небесного Дьявольского Культа была попросту слишком всеобъемлющей… Собственно, чего и стоило ожидать от наибольшей организации поклонения пути дьявола!

Взвесив все за и против, он отдал приказ:

— Подготовьте карту Империи Вечного Мира. Мне хотелось бы взглянуть на неё, чтобы лучше ознакомиться с её географией.

— Понял, — хозяин корчмы отступил, после чего Цинь Му и Ху Лин’эр поужинали, умылись и легли спать.

На следующий день хозяин корчмы принёс толстую стопку листов, на которых была нарисована карта всей Империи Вечного Мира, а также более детальные карты мелких областей и уездов.

— Кто приведёт меня к Секретным Водяным Проходам? — спросил Цинь Му, спрятав карты в свой сумку.

— Не переживайте, молодой Владыка. Ваш завтрак уже готов, могу ли я сперва пригласить Вас к столу? Когда Вы, молодой Владыка, доберётесь до берега реки, там Вас встретят люди нашего священного культа и проведут, — улыбнулся хозяин корчмы.

Цинь Му и Ху Лин’эр позавтракали и вышли на пристань, где увидели уже пришвартованный корабль, на носу которого стояла молодая леди в зелёных одеждах. Увидев подошедших, она вежливо поздоровалась:

— Здравствуйте, молодой Владыка. Могу ли я пригласить Вас подняться на борт?

— Отбрось формальности, — Цинь Му провёл Ху Лин’эр на корабль, после спросил у леди в зелёных одеждах. — Сможет ли сестра провести меня в город и скрыть от Смотровых Зеркал?

Молодая леди улыбнулась:

— Я однозначно не смогу ничего утаить от зеркал. Однако, я, Фэн Сююнь, являюсь высокопоставленным чиновником Секретных Водяных Проходов. Я из тех людей, кто проверяет входящих и выходящих из города. Так что запросто смогу провести молодого Владыку внутрь города, а также вывести за его пределы.

Цинь Му был поражён. Эта леди казалась ему совсем молодой, слишком молодой, чтобы быть высокопоставленным чиновником, охраняющим границы.

— Спасибо за услугу, сестра Фэн, — сразу же проговорил он.

Внезапно из-под борта корабля всплыл огромный зверь и потянул корабль вниз по течению. Проплыв довольно весомое расстояние, река расширилась, а туман стал намного гуще.

Скорость огромного зверя, вошедшего с кораблём в туман, значительно упала. Могло показаться, что он чем-то сильно обеспокоен… словно нечто под водой напугало его.

— Почему этот зверёк внезапно закатал истерику и отказывается тянуть корабль? — растерялась Фэн Сююнь.

— Молодой мастер, я почувствовала, как к нам что-то приближается, что-то очень холодное… — прошептала разнервничавшаяся Ху Лин’эр.

В этот момент Цинь Му вдруг ощутил, будто за ним кто-то наблюдает. Рыбий дракон взмыл над его спиной и выплюнул изо рта половину Младшего Защитника.

Фэн Сююнь с серьёзным выражением лица встала в защитную стойку прямо перед юношей. Внезапно запузырилась вода. Туман плотнел, а пузырьков становилось всё больше… Однако, кроме этого, больше не наблюдалось ничего странного.

Цинь Му собрался с мыслями. Река была слишком широкой, а густой туман не давал возможности понять, в какую сторону им стоит двигаться, чтобы избежать опасности. Маленькая лисица попыталась использовать заклятие, в попытке контролировать демонический ветер… Тем не менее, сила её ветра была довольно слабой и не смогла не то что разогнать, даже немного отогнать туман.

Фэн Сююнь достала веер и слегка взмахнула им, после чего тот резко увеличился в размерах, став примерно с рост человека. Молодая леди ухватилась за веер покрепче и изо всех сил взмахнула им. Поднялся штормовой ветер, намного превосходящий по мощи демонический ветер лисы, но даже его не хватило, чтобы прогнать белый туман.

Течение реки плавно несло корабль дальше. Огромный зверь, ранее тянувший корабль, спрятался в непроглядных водных пучинах, не смея высунуться наружу. Так и получилось, что течение реки было их единственным способом передвижения.

Фэн Сююнь сильно нервничала, как вдруг откуда-то из воды донёсся поющий голос… Голос был очень нежным, а песенка напоминала на те, что любящие матери обычно поют, чтобы убаюкать своих малышей. Каких-то конкретных слов в ней не было, только “мурлыкающий” мотив.

Цинь Му был ошеломлён. Напевающий голос показался ему невероятно знакомым: «Я уже слышал эту песню!»

Он встал на носу корабля и посмотрел вниз, где увидел длинноволосую женщину в белом, дрейфующую по течению вместе с кораблём.

Судно плыло вперёд, а напевающая в воде женщина следовала за ним как тень.

«Я действительно слышал эту песню раньше, но бабушка Сы однозначно не пела её мне на ночь…» — слушая поющий голос, Цинь Му всё больше погружался в него, казалось, что давно спрятанное воспоминание сейчас вырвется наружу.

Он внезапно спрыгнул с корабля и приземлился на поверхность воды. Фэн Сююнь протянула руку, чтобы перехватить его, но не успела. Ху Лин’эр тоже спрыгнула вниз и, увидев женщину в белом платье, почувствовала, как у неё всё внутри неконтролируемо похолодело. Но она последовала за парнем, прыгая и создавая своими маленькими лапками слабую волнистость.

— Помедленнее, молодой мастер! Мне страшно…

Поющий голос не затихал, но Цинь Му никак не удавалось догнать плывущую в воде женщину. Он слишком переволновался, но придя в себя уже было собрался вернуться на борт корабля, когда увидел, как нефритовый кулон у него на шее слегка приподнялся.

Цинь Му молча остановился и, словно потеряв душу, уставился на лицо женщины в воде. Женщина в воде тоже остановилась… Теперь уже казалось, что не он гнался за ней, а она за ним.

Батумп

Юнец из Цань Лао плюхнулся коленями на речную поверхность и протянул дрожащие ладони, пытаясь прикоснуться к лицу женщины. Слезы проступили в уголках его глаз и начали скатываться по щекам, прежде чем упасть в воду.

— Это ты? Ты та, кто принесла меня в деревню Цань Лао?..

Глава 98. Секретные Водяные Проходы

Его рука погрузилась в речную воду, но не смогла прикоснуться к лицу женщины.

— Почему ты всё ещё здесь? Ты хочешь защитить меня?.. — сквозь слёзы промычал Цинь Му, безрезультатно пытаясь дотянуться до женщины в воде. Он замер, и она замерла за ним. Однако, казалось, что между ними целый мир и они никогда не смогут коснуться друг друга.

— Ты из моей семьи?

— Что случилось?

— Зачем тебе нужно было убегать со мной? Убегать в деревню Цань Лао?

— Ты здесь чтобы снова меня увидеть?

Женщина в воде не отвечала на его вопросы и молча смотрела на юношу. Её глаза, казалось, переполняла нежная привязанность и удовлетворение.

Фэн Сююнь использовала магию, чтобы подплыть к ним ближе и собралась напасть на труп женщины в воде, но увидев, как Цинь Му, стоя на коленях, наклонился над ней, изумлённо застыла, не способная сдвинуться с места.

Труп женщины смотрел прямо на юнца из Цань Лао. Четырнадцать лет назад её отнесло именно до этого места. Течение здесь было очень слабым, став причиной того, что её не выкинуло на берег и не унесло дальше… Так она и пошла ко дну, оставаясь тут и по сей день.

Сильная привязанность заставила её остаться в воде и тихо ждать. Осознав, что здесь проплывает Цинь Му, её привязанность была пробуждена силой его нефритового кулона и побудила всплыть на поверхность, чтобы увидеть перевёрнутый образ юноши на корабле.

— Посмотри, я вырос, я выжил… — Цинь Му посмотрел на женщину в воде и сдержал слёзы. Он улыбнулся и нежно продолжил. — Можешь быть спокойна, я найду свою семью и родной город. Я узнаю о твоём прошлом и вечно буду помнить твоё имя…

Женщина, казалось, слегка улыбнулась, вновь погрузившись в непроглядные речные пучины, и исчезла.

Перед тем, как подняться, ещё некоторое время Цинь Му оцепенело простоял на коленях. Он почувствовал, что вырос, и уже больше не был таким невежественным мальчишкой, как прежде.

Цинь Му вернулся на корабль и заметил, что после исчезновения женщины белый туман над рекой постепенно рассеивался. Со временем река восстановила свою ясность, раскрывая взору громадный “проход”, возвышающийся над всей шириной Вздымающейся Реки. Проход был сформирован из бесчисленного количества кораблей, образовавших огромные казармы, способные уместить многотысячную армию воинов и их лошадей!

Гигантская цепь перекрывала собой всю реку и единственным способом попасть внутрь был узенький водный путь посередине. Здесь люди проплывали через так называемые Секретные Водяные Проходы и попадали на территорию Империи Вечного Мира.

— Молодой Владыка, мы на месте, — Фэн Сююнь направила огромного зверя в сторону водного пути и продолжила. — Смотровые Зеркала находятся в центре города, а здесь все люди мои, так что молодой Владыка может быть спокоен.

Оглядевшись, Цинь Му заметил войска Секретных Водяных Проходов. Среди них можно было даже увидеть лошадей, галопом скачущих от корабля к кораблю, между которыми почти не было прогалин. Соединяемые шипами, они походили на огромную, сложную конструкцию, нежели на обычные корабли.

Как только шипы отделялись от корабля, последний становился самостоятельным судном, готовым к отплытию в любой момент.

— Человек, создавший это место, наверняка обладает небесными навыками! — в восхищении воскликнул Цинь Му.

— Молодой Владыка, Секретные Водяные Проходы были спроектированы и сконструированы Мастером Чертога Ремесленников нашего культа, — взорвалась от смеха Фэн Сююнь.

Сердце Цинь Му ёкнуло, не сдержав ещё более восхищённого восклицания. Теперь он наконец понял, почему Имперский Наставник Вечного Мира должен был подчинить Небесный Дьявольский Культ… Сила культа, несомненно, значительно уступала силе армии Имперского Наставника, но у него было много верных последователей всех видов профессий. Триста шестьдесят профессий соответствовали триста шестидесяти чертогам, каждый из которых покровительствовал множеству людей соответствующих профессий, закладывая непоколебимый фундамент для целой организации.

Корабль добрался до города. Торговые суда, ожидая проверки, образовали длинную очередь на всей протяжённости водного пути, но Фэн Сююнь приказала направить свой корабль непосредственно к берегу, чтобы высадить Цинь Му.

Лисица тотчас же проследовала за ними и в несколько шагов запрыгнула в рюкзак юноши. Зарывшись в сумку, она высунула только мордочку, чтобы с интересом разглядывать всё вокруг.

— Молодой мастер, это ведь Смотровые Зеркала.

Цинь Му посмотрел в направлении, куда указывала Ху Лин’эр, и увидел огромный подвесной мост. Посередине моста ярко сияло зеркало, направленное в сторону плывущих по водному пути кораблей. Каждый корабль, проплывающий под зеркалом, непременно отражался в нём…

Торговые суда обязательно останавливались под мостом, после чего каждый член экипажа должен был пройти под зеркалом. Однако, Цинь Му уже сошёл на берег. Что ему теперь могли вообще сделать Смотровые Зеркала?

В городе через каждые десять шагов можно было наткнуться на патрульного. Их проверки были очень строгими. К счастью, парень шёл в сопровождении Фэн Сююнь, поэтому им удалось избежать лишних проблем.

Фэн Сююнь привела их в место сбора купцов и проговорила:

— Молодому Владыке придётся переночевать в городе. Завтра, после полной проверки и снятия блокады с водного пути, Секретные Водяные Проходы покинут многие торговцы. Молодой Владыка может присоединиться к каравану, — она на миг засомневалась, прежде чем продолжить. — В последнее время Империя Вечного Мира не является образцом мирных земель. Если молодой Владыка собирается отправиться путешествовать в одиночку, я посоветовала бы ему этого не делать. Лучше всего будет путешествовать вместе с караваном.

— Не особо хороший пример мирных земель? — изумился Цинь Му, на что молодая леди осторожно оглянулась по сторонам и прошептала ему на ухо. — В последнее время среди сильных практиков ходит слух, что Имперский Наставник Вечного Мира, при попытке вторгнуться в Великие Руины, понёс огромные потери. Это стало причиной того, что его попытались убить по пути назад. Имперский Наставник был очень тяжело ранен и почти погиб. Когда новость просочилась в массы, некоторые секты отказались соблюдать установленные Императорской Семьёй правила и воспользовались возможностью, чтобы посеять хаос. Некоторые отделились, некоторые использовали момент, чтобы захватить территории, в общем, многие восстали…

Чёлка молодой леди упала Цинь Му за шиворот и защекотала его. А уши от её дыхания аж за зудели.

Увидев, что уши юноши покраснели, Фэн Сююнь поняла, что находится слишком близко и сделала шаг назад.

Этот самый юноша в будущем станет священным Владыкой Культа. Разве она может позволить себе так беззаботно с ним обращаться?

— Есть ещё кое-что, — Фэн Сююнь собралась с мыслями и измерила Цинь Му взглядом. — Молодому Владыке придётся изменить свой наряд. Империя Вечного Мира не Великие Руины, там нет необходимости носить слишком прочные одежды.

Наряд Цинь Му был сшит из шкуры зверя. Бабушке Сы не нравилось, что он постоянно портил одежду во время тренировок, поэтому с самого детства она заставляла его носить звериные шкуры. Несмотря на то, что текущая одежда парня была сшита из звериной шкуры, она была необычайно деликатной и продуманной. Материалом же для неё послужила шкура достаточно странного зверя — Снежного Облачного Леопарда. На ней не было видно ни единого волоска шерсти, также она охлаждала летом и согревала зимой. Дизайн может и был неплох, но выглядела она крайне неприятно.

Освоив ремесло портного, Цинь Му использовал шкуру Снежного Облачного Леопарда, чтобы изготовить себе наряд. Всё, что было сейчас на нём он сделал своими руками. Одевайся он в нежные шелка, его одежда не протянула бы и одной тренировки со слепым или мясником.

— Знает ли сестра, где здесь можно купить хорошие ткани? — спросил Цинь Му.

Фэн Сююнь привела его к нужному магазину, после чего они вместе вошли, чтобы подобрать что-то стоящее. Немного походив по магазину, парень так и не смог выбрать ничего подходящего и подозвал хозяина:

— У вас есть такая ткань? — Цинь Му достал носовой платок, который ранее получил в подарок от Лин Юйсю.

Хозяин магазина тут же шокировано потряс головой, отвечая:

— Это же Шёлк Пахучей Природы. Его обычно дарят Императорской Семье. Откуда моему маленькому магазину взять такой дорогой и высококачественный товар?

— Благоверный мастер Цюй, поприветствуй молодого Владыку, — улыбнулась Фэн Сююнь.

Хозяин магазина шокировано вздрогнул и сразу же попытался поклониться Цинь Му, который вовремя приподнял его за руку, говоря:

— Это Секретные Водяные Проходы и здесь много чужих глаз и ушей, отбрось формальности.

Хозяин магазина тканей, Цюй, улыбнулся:

— Подчинённый не узнал молодого Владыку и пренебрёг Вами. Молодой Владыка, пожалуйста, подождите минутку, — он быстро вошёл в подсобку и вскоре вернулся с красивой тканью в руках. — Молодой Владыка, несмотря на то что Шёлк Пахучей Природы несомненно достоин внимания Императорской Семьи, есть ткани, стоящие с ним наравне. Этот рулон ткани сокровище моего магазина, его называют Шёлком Натурального Золота. Чертог Ядовитого Насекомого нашего священного культа особенно хорош, как следует из названия, в выведении ядовитых насекомых. Они изменяют Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов в Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов, которые крайне ядовиты. Когда Шестикрылый Шелкопряд вырастает, он начинает выплёвывать чрезвычайно прочные пряди натурального шёлка. Такую прядь невозможно проткнуть ни мечом, ни копьём, она устойчива к огню, воде и тысячам самых разнообразных ядов. Данный рулон был подарен мне благоверным Мастером Чертога Ядовитого Насекомого. Молодой Владыка, пожалуйста, приглянитесь.

Цинь Му нежно приласкал ткань и почувствовал, что та была чрезвычайно приятной на ощупь и при касании овевала слабым холодком. Если говорить о цвете, то он у неё был ярко-золотым, со слегка странной текстурой. Потянув за ткань одной рукой, парень убедился в её невероятной прочности и в восхищении спросил:

— Сколько она стоит?

— Я не смею принять деньги молодого Владыки. Примите этот подарок от меня и благоверного Мастера Чертога Ядовитого Насекомого! — тут же ответил трясущий головой Цюй.

— Ты не смеешь принять, но я должен расплатиться. Лин’эр, достань мешочек с монетами, — улыбнулся Цинь Му. Голова лисы, всё это время выглядывающая из сумки на его спине, как только услышала просьбу мгновенно исчезла внутри. Вскоре лиса достала мешочек с монетами и отдала его парню.

— Это драконьи монеты, их, скорее всего, нельзя использовать в Империи Вечного Мира. Забирай все себе, — проговорил юноша. Всё что оставалось Цюю это принять деньги и ответить. — Империя Вечного Мира использует монеты Великого Изобилия и да, они сильно отличаются от валюты Великих Руин. Молодой Владыка, в Вашем мешочке находится несколько тысяч монет, разрешите Вашему подчинённому обменять их на нужную Вам валюту. Монеты Великого Изобилия вне всяких сомнений пригодятся Вам в пути.

— Спасибо за помощь. Как мне разрезать Шёлк Натурального Золота? — кивнул и затем задумавшись спросил Цинь Му.

— Обычным духовным оружием такую ткань даже не поцарапаешь. Так получилось, что в моём маленьком магазине есть ножницы Зубы Дракона, которые, не без трудностей конечно, но смогут справиться с такой задачей. Молодой Владыка, пожалуйста, подождите, — улыбнулся Цюй и подошёл к передней части зала, где взял три палочки благовоний. Совсем рядом находилась небольшая святыня в виде маленького храма, в котором лежали ножницы.

Цюй выразил своё уважение к ножницам, осторожно поднял их и передал Цинь Му, говоря:

— Подчинённый должен предложить эти ножницы молодому Владыки в знак небольшой дани…

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать:

— Благоверный мастер, мне не нужны твои ножни… Ммм? Они и правда великолепны!

Юноша ошеломлённо переменился в лице. Прикоснувшись к ножницам ему показалось, что те сделаны из тёплого нефрита, будучи очень мягкими на ощупь и даже, казалось бы, слегка влажными. Когда его жизненная Ци проникла в них, он почувствовал будто они без каких-либо препятствий стали продолжением его тела. Кроме того, он почувствовал сокрытую внутри невероятную мощь, начинавшую постепенно пробуждаться и приходить в движение… Мощь была чрезвычайно страшной и свирепой!

Цинь Му попытался срезать уголки рулона и кусочки аномально прочной золотой ткани упали на пол прямо у его ног. Несмотря на то, что ножницы были слегка громоздкими, их острота не поддавалась сомнению.

— Поистине великолепные ножницы, — в очередной раз воскликнул Цинь Му.

Цюй поднёс иголку и нить, также сделанную из шёлка Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов.

Свииш!..

Цинь Му протянул руку и одновременно с хлынувшей наружу Ци подбросил весь рулон в воздух. Используя Ци, он манипулировать ножницами и резал свисающую ткань. Затем Ци вошла в иглу и нитку, которые тут же начали сшивать отрезанные куски.

Подобный навык завораживал взгляд и заставлял прохожих останавливаться, чтобы поглазеть.

Совсем скоро Цинь Му отложил ножницы, иглу и нитку, посмотрев на плавно приземлившийся на пол набор одежды. Первой частью было длинное парчовое пальто с узкими рукавами и хребтами в области пуговиц. Второй частью был пояс, третьей — парчовая рубашка, а четвёртой — штаны.

— Молодой Владыка может пройти во внутреннюю комнату, чтобы переодеться, — указывая дорогу, слегка поднял руку Цюй.

Цинь Му вошёл во внутреннюю комнату пока Цюй и Фэн ждали его снаружи. Фэн Сююнь нахмурилась и пробормотала:

— Зачем Владычица Культа научила молодого Владыку шитью? Зачем молодому Владыке учиться делать что-то подобное?

— Одежда, сделанная молодым Владыкой, уже достигла профессионального уровня… — ответил Цюй, на что Фэн Сююнь лишь ухмыльнулась. — А ты хорош в облизывании ботинок. Я просто презираю тебя. Ты только что отдал молодому Владыке невероятно ценную ткань, сотканную из шёлка тысячи Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов. Один лишь плевок пряди такого шелкопряда стоит мешка этих драконьих монет, а одежда, в которой теперь будет ходить молодой Владыка попросту бесценна…

Когда дверь во внутреннюю комнату открылась и оттуда вышел Цинь Му, глаза парочки загорелись. Люди, к текущему моменту столпившиеся в магазине тканей, подняли глаза и мысленно воскликнули: «Какой очаровательный юноша!»

Глава 99. Путь Святого

Идя вперёд, Цинь Му казался лихим красавцем. Текущий наряд крайне уместно смотрелся на нём, выглядя намного впечатляющее, нежели одежда из шкуры зверя. Не зря по белу свету гуляет поговорка, что одежда красит человека.

— У молодого Владыки превосходные навыки шитья… Как жаль, что не судьба Вам стать истинным портным, а так хотелось бы, — улыбнулся Цюй.

— Это всё бабуля. Я просто повторил то, что узнал от неё, — улыбнулся Цинь Му.

— Молодой Владыка, хотя одежда из такой ткани практически непроницаемая для клинков и копий, она не может блокировать иглообразное духовное оружие. Молодому Владыке нужно принять это к сведению, — улыбнулся Цюй. Цинь Му в ответ кивнул головой и поблагодарил за добрые намерения.

Цюй хлопнул в ладоши, тем самым подозвав совсем молодого помощника. Он тихо проинструктировал его, после чего помощник взял мешочек с монетами и передал Цинь Му.

— Молодой Владыка, хотя там не так уж много денег, примите их в качестве доброй воли от Вашего подчинённого, — улыбнулся Цюй.

Цинь Му достал из мешочка охапку монет, примерно около ста, и в ответ тоже улыбнулся:

— Я и так заполучил понравившееся мне сокровище твоего магазина, так что хватит. Остальное оставь себе.

— Румяна и пудра для красивой леди и меч-сокровище для героя. Ножницы Зубы Дракона всегда были почитаемы мною и крайне редко использовались. Поскольку у молодого Владыки настолько превосходные навыки шиться, почему бы Вам не взять их? — не сбавляя напор проговорил Цюй.

Цинь Му сразу же отказался, не оставляя хозяину магазина иного выбора, кроме как отступить, и, попрощавшись, ушёл.

Фэн Сююнь привела Цинь Му в корчму и дала очередной совет:

— Молодой Владыка, после завтрашнего открытия водного пути, караваны покинут Секретные Водяные Проходы. Вам действительно стоит присоединиться к одному из них, ведь нынче во внешнем мире на самом деле довольно неспокойно.

Цинь Му выразил свою благодарность, после чего молодая леди ушла. С наступлением ночи, лиса была вынуждена зажечь масляную лампу, в то время как у него появилось время для более внимательного изучения перчатки под тусклым, но всё же светом. Нить, словно духовная змейка, высунула свой кончик из перчатки и начала быстрыми темпами расширяться. Вскоре он уже мог различать сами письмена “рукописей”, начав более детальное их изучение.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи являлись писаниями способными превратить одного человека в бога, а другого в дьявола. Перед уходом из Цань Лао, бабушка Сы передала рукописи Цинь Му, но при этом не объяснила, как практиковать их, оставив всё на его собственное усмотрение и понимание.

«Бабуля говорила, что рукописи произошли от святого, который спустился в мир смертных, планируя техникой просветить всех живых существ. Но технику было слишком легко истолковать неправильно, поэтому их и нарекли Небесными Дьявольскими Рукописями, — подумал Цинь Му, после чего прочёл вводную часть. — Путь святого есть не что иное, как инструмент для повседневного использования во благо простых людей. Любое инакомыслие — ересь! Бесхитростное поведение, следование естественному пути развития — вот в чём истинный смысл этого пути».

Подобные строки навевали апатичные настроения. Цинь Му даже шокировано вздрогнул, ведь смысл данного высказывания заключался в том, что каждый принцип, независимо от того был ли это путь Бога, Дьявола или Будды, считался ересью если не использовался во благо простых людей!

Что есть праведный путь? Бесхитростное поведение, следование естественному пути развития.

С подобным жёстким вступлением, неудивительно что люди прозвали рукописи дьявольской библией!

Тем не менее, данные строки и были основной Небесного Дьявольского Культа. Триста шестьдесят чертогов и их мастеров олицетворяли столько же уникальных профессий, необходимых для существования, а иногда даже выживания простых людей. Многие из профессий повсеместно применялись в быту. Что же до используемых всеми чертогами божественных искусств, они тоже предназначались для ежедневного применения… Например, заклятие Мастера Чертога Дождя создавало дождь, решая проблемы простолюдинов с засухой.

Последний пример можно отнести к повседневным рабочим искусствам, а пути Бога и Будды к редким рабочим искусствам.

Если на чистоту, то Цинь Му считал подобное вступление вполне логичным, вот только принять его было не так-то просто.

В Великих Небесных Дьявольских Рукописях описывались тысячи разнообразных видов необыкновенных техник и всевозможных божественных искусств, о которых люди даже помыслить не смели, ослепляя глаза огорошенного Цинь Му.

Однако, он расплёл всю перчатку в нить и прочитал её “от корки до корки”, если вообще так можно выразиться. Со временем его брови всё сильнее стягивались к переносице от осознания, что в ней не было записано такой техники, которая смогла бы связать всё воедино!

К технике можно отнести не только саму технику, но и навык. Например, Три Эликсира Тела Тирана были техникой, будучи при этом проявлением внутренней силы. В то время как навыками были Убой Свиней, Небесных Расхититель, Восемь Громовых Ударов и прочие подобные.

По сути, навыки являлись воротами, пропускающими мощь техник. А чтобы проявить всю мощь навыков, последних должны поддерживать соответствующие техники. К примеру, Восемь Громовых Ударов, чтобы продемонстрировать свою полную мощь, требовали Махаяну Сутру Жулая.

В рукописях, конечно, описывалось довольно много навыков и техник, но не описывалось ни одной техники, которая могла бы стать универсальной для всех них. Только одного этого факта было достаточно, чтобы дьявольская библия была не достойна высказывания, что она способна превратить одного человека в бога, а другого в дьявола!

«Великие Небесные Дьявольские Рукописи неполные!» — не мог не подумать Цинь Му.

В них описывалось очень много техник и навыков уровня божественных искусств. Хотя их практика была крайне сложной, стоит заметить, что они по-прежнему были невероятно могучими сами по себе. Но даже несмотря на всю всеохватывающесть, на наличие тысяч видов техник и навыков, на наличие идеальной техники для каждого конкретного навыка… в рукописях не было записано такой техники, которая смогла бы связать всё воедино — контролировать все навыки. Собственно, поэтому Цинь Му и подумал, что было невозможно полноценно практиковаться и совершенствоваться по ним.

«Хотя разве возможно, чтобы рукописи были неполными? В конце концов они ведь рассматриваются как драгоценное сокровище моего культа. В подобном наследии просто обязана быть техника, способная объединить все техники и навыки уровня божественных искусств… В противном случае культ не стал бы так самоотверженно искать бабулю в течение целых сорока лет…» — с такими мыслями Цинь Му приободрился и вновь перечитал Великие Небесные Дьявольские Рукописи “от корки до корки”, но так и не смог уловить даже намёка на подтверждение своей теории. Затем он проверил их начиная с конца до начала, но по-прежнему остался с носом.

«Как именно разгадать секрет рукописей? Бабуля тоже наверняка не смогла найти в них этой всеохватывающей техники» — погрузился в мысли Цинь Му. Среди девяти стариков Цань Лао, у бабушки Сы был самый низкий уровень совершенствования. А всё потому, что она не смогла совместить различные виды техник рукописей во что-то единое, цельное. В итоге ей не оставалось ничего другого, кроме как совершенствоваться, полагаясь лишь на некоторые из техник, чтобы слишком сильно не распылять своё время и энергию…

Для человека было почти непосильным подвигом изучить и освоить все те тысячи техник и навыков за свою короткую жизнь.

«Может я смогу найти какую-нибудь подсказку в той нефритовой шкатулке, что запечатали Владыки прошлых поколений?» — подумав об этом, Цинь Му тут же порылся в сумке и нащупал в ней нефритовую шкатулку, которую положила бабушка Сы. Парень попытался открыть шкатулку, но её запечатывало множество талисманов. Когда Сы в своём истинном облике натворила делов в Пограничном Драконе, она упомянула, что талисманы являлись печатями Владык предыдущих поколений Небесного Дьявольского Культа.

Цинь Му ухватился за кончик одного из талисманов и осторожно потянул. К его удивлению, талисман легко соскользнул. Но взглянув на его обратную сторону, он безучастно уставился. Там было написано следующее: “это подделка, хи-хи”.

«А бабуля знает толк в веселье …» — беспомощно покачал головой Цинь Му и, содрав остальные талисманы, открыл шкатулку. Как оказалось, там было пусто.

«Без техники способной объединить всё, разве возможно эффективно практиковаться в рукописях? — от навалившихся проблем и тяжёлых мыслей, у него начали болезненно пульсировать виски. — У меня же есть техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, а раз так, тогда зачем мне вообще искать способ объединения рукописей? Разве я не могу просто продолжить совершенствоваться в технике Трёх Эликсиров?»

Подумав кое о чём, Цинь Му внезапно открыл рукописи, нашёл в них заклятие — “Секреты Движущегося Дождя” и достаточно быстро изучил на базовом уровне. Затем, распахнув окно, он посмотрел на темноту снаружи и на мгновение заколебался, прежде чем наконец осознал: «Это ведь уже не земли Великих Руин. Темнота снаружи совершенно обычная и по улицам бродят пешеходы. Так чего я боюсь?».

Расслабившись, Цинь Му выпрыгнул из окна. Вытянув руку и ухватившись за карнизы, он осторожно поднялся на крышу корчмы.

С порывом ветра из окна вылетела сидящая на подушке белая лиса. Полагаясь на демонический ветер, она вместе со своей подушкой взлетела на крышу и приземлилась рядом с парнем.

— Что это на небе? — внезапно завопила Ху Лин’эр, тыча мохнатым пальцем на украшающую чёрный небосвод луну.

— Луна, — Цинь Му поднял голову и, глядя томным взглядом, проговорил. — Наверное, луна. По крайней мере я так думаю. Она похожа на луну, которую я видел днём…

Юноша не был уверен. Будучи ещё совсем ребёнком, бабушка Сы указала пальцем на небо в место, где едва виднелась серебряная сфера. Затем она сказала ему, что это луна и что во внешнем мире она должна ярко сиять ночью. Хотя сколько себя помнил, он никогда не видел луну ночью… Ночью Великие Руины окутывает непроглядная тьма, закрывая собой всё небо… По этой же причине он не видел и звёзд.

Сейчас шёл шестнадцатый день пятого месяца года, поэтому небо украшала полная луна.

Омываемый лунным светом, Цинь Му применил недавно выученные Секреты Движущегося Дождя. Над корчмой сгустился туман и зацокали капли дождя. Махнув рукой, он заставил каждую каплю дождя и образовавшиеся струи замереть, словно остановилось время.

Удивлённо вздохнув, Ху Лин’эр вскочила и коснулась воды. Но всё закончилось тем, что она промокла и была вынуждена вернуться в комнату, чтобы подсушить свою шёрстку.

По-прежнему стоя на крыше, Цинь Му сменил технику и использовал свою жизненную Ци, чтобы вновь исполнить Секреты Движущегося Дождя. В тот же миг струи зазвучали прекрасной музыкой. Такую могли повторить лишь традиционные музыкальные инструменты.

Под звучание музыки дождь обратился острыми водяными лезвиями, которые рванули в сторону неба!

Лезвия пролетели вверх примерно на тридцать метров, прежде чем начать терять свою силу и возвращаться к состоянию струящейся воды!

Рядом располагалась торговая площадь и большинство находящихся здесь людей были обычными торговцами, поэтому маловероятно что кто-либо помешает ему практиковаться.

«Всё ещё плохо. Недостаточно плавно».

Сменив ритм шагов, Цинь Му словно заиграл на струнном инструменте, роль которого выполняли струи воды. В дожде перемешивались и сталкивались сотни разнообразных оружий, поднимая к небу убийственную аурой.

Вывалившись из окна корчмы, Ху Лин’эр тут же начала аплодировать своими пушистыми лапками!

Секреты Движущегося Дождя поддерживала своя собственная техника, отчего Цинь Му чувствовал, что ему будет трудно продемонстрировать всю её мощь, полагаясь на технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Конечно, сила его заклятия уже была достаточно впечатляющей, но всему виной его чрезвычайно плотное совершенствование. Если бы этот навык поддерживала подходящая техника, продемонстрированная сила определённо была бы намного выше!

Глава 100. Семь Писаний Создания

Цинь Му вернулся в свою комнату и продолжил изучать рукописи. К поздней ночи он уже базово освоил более дюжины заклятий. Однако, без подходящих техник можно было продемонстрировать только половину их мощи.

«Мне нужно найти универсальную технику, иначе будет крайне трудно задействовать весь потенциал рукописей», — очарованный содержанием письмен, он вдруг почувствовал в районе талии подогревающее его тепло, а после того как опустил голову, увидел спящую белую лисичку, уткнувшуюся мордочкой прямо в него.

Цинь Му тепло улыбнулся и осторожно переложил её на кровать, а под голову подложил подушку. Затем он вернулся к столу и продолжил изучать всё никак не поддающиеся письмена рукописей. Но спустя некоторое время уморило даже его, после чего он затушил лампу и, завалившись на кровать, беззаботно уснул.

На следующее утро пришла Фэн Сююнь и затем отвела Цинь Му к кораблю, дав последний напутственный совет:

— Молодой Владыка, я оставлю Вас здесь. Следуя течению реки, Вы окажетесь в Империи Вечного Мира. Молодой Владыка, будьте осторожны в пути и доберитесь до имперской столицы как можно раньше. Патриарх уже ожидает Вас.

Цинь Му кивнул и на прощание махнул рукой.

Находясь на возвышающейся причальной стене, солдат крутил лебёдку, медленно поднимая огромные железные врата перед флотом. Когда врата полностью поднялись, корабли начали постепенно проплывать через них, покидая Секретные Водяные Проходы и уходя дальше вниз по течению Вздымающейся.

Цинь Му и Ху Лин’эр стояли на носу корабля и с любопытством озирались. Чем дальше они продвигались, тем более непривычными и незнакомыми становились пейзажи берегов. Возле реки, в лесах и горах можно было разглядеть множество процветающих деревень, кардинально отличаясь от нищих деревень Великих Руин.

Со временем на реке виднелось всё больше кораблей. Большинство из них перевозили руды и прочие товары, проседая в воду практически по самую корму. По берегам порой встречались рудники, в которых на износ вкалывали рабы.

«Сколько среди них отвергнутых Великих Руин?» — отведя взгляд в сторону подумал Цинь Му.

Продвинувшись ещё на пятьдесят километров, практически у берегов реки раскинулись плавильные заводы. Огромные печи подкармливались рудами, что привозили постоянно прибывающие суда.

Проплывая мимо, Цинь Му увидел, как одна из печей изрыгнула десятиметровое пламя и нескольких стоящих рядом с ней практиков божественных искусств, нагнетающих воздух заклятиями, чтобы поднять температуру и интенсивность горения внутри. Также в глаза бросились практики использующие заклятия для контроля речной воды, с целью охлаждения чёрного железа и красной меди, и практики Ци Белого Тигра, использующие свои божественные искусства для нарезания уже застывших железа и меди на аккуратные кубики, чтобы облегчить их сбор и хранение… Подобное зрелище редко когда можно было увидеть в Великих Руинах.

— Богатство, ресурсы, люди… Империя Вечного Мира во всём превосходит Великие Руины, — восхищённо охнул Цинь Му.

Увидев немногое можно узнать многое. Обращая внимание на малейшие детали, новоиспечённые путешественники начали осознавать откуда берётся процветание и сила сей державы. Плавильные заводы находились рядом с рекой, делая непрекращающуюся доставку и отправку сырья по воде удобной и эффективной. Для примера данное сырьё можно было использовать для создания духовного оружия, для модернизации армейского вооружения и для много другого. Можно было легко себе представить, насколько велика и безгранична мощь Империи Вечного Мира.

«Фэн Сююнь упоминала про секты, которые восприняли поражение Имперского Наставника за слабость. Поэтому они восстали и на обратном пути после “разгрома” у границ Великих Руин даже попытались убить его, в итоге тяжело ранив, — размышлял Цинь Му. — Несмотря на то, что военная кампания Имперского Наставника не принесла никаких плодов, его армия потеряла не особо много сил и по-прежнему оставалась крайне грозной. Но как мог быть тяжело ранен человек номер один под богами, к тому же когда возле него ошивалось столько невероятно могучих практиков? Подозрительно всё это. Если те секты неправильно оценили положение дел, то им уже конец».

Торговое судно тянул огромный водный зверь, благодаря которому путешествие проходило на довольно высокой скорости и уже вечером они добрались до уезда Речная Плотина.

Уезд располагался вдоль реки и был в несколько раз больше города Пограничный Дракон. Взглянув Глазами Небес и так и не обнаружив хотя бы одной божественной статуи, Цинь Му не покидало ощущение некой неловкости, пока он вдруг не осознал кое-что и мысленно не высмеял себя: «Я думал, что до сих пор нахожусь в Великих Руинах…»

Проведя в Великих Руинах всю свою жизнь, он уже инстинктивно искал места, в которых ночью можно укрыться от тьмы, то есть места под защитой божественных статуй. За такой короткий срок ему было крайне трудно перебороть в себе эту привычку.

На подходе к порту, караван кораблей внезапно замедлился. Их продвижению мешали рыбацкие лодки. Рыбаки на них занимались кое чем довольно странным для их профессии, они использовали рыболовецкие крючки, чтобы вылавливать из воды мертвецов.

— Вот же ж не повезло, — покачал головой торговец.

Цинь Му с Ху Лин’эр вошли в город вместе с остальными. Оказавшись внутри, им сразу же бросились в глаза устилающие бока улиц гробы. Гробов было около четырёхсот или даже пятисот. Подобное зрелище шокировало парочку. Некоторые гробы всё ещё пустовали, а местные солдаты таскали и укладывали в них трупы. Другие же уже были заколочены. Местные сторонились гробов, стараясь находиться от них как можно дальше.

— Что здесь произошло? Почему погибло столько людей? — непонимающе пробормотал Цинь Му. В то время как торговец подошёл к одному из солдат и задал примерно тот же вопрос. Солдат ответил. — Трупы принесло течением реки. Мы тоже не знаем откуда они. Может быть вверх по течению произошло наводнение и утопило всех этих бедолаг, пока их не принесло до нашего уезда и не перехватила плотина. Судья сказал, что если трупы так и продолжат скапливаться, то быть чуме, поэтому приказал нам сколотить маломальские гробы и уложить их в них. Утром похороним.

— Так вот что произошло, — проговорил кто-то, после чего торговцы начали рассаживаться по повозкам и, избегая гробов, отправляться на поиски свободного номера в корчмах или даже более дорогих и респектабельных гостиницах. Цинь Му нашёл себе номерок в корчме, пообедал и вытащил глобальную карту Империи Вечного Мира для более внимательного изучения.

Уезд Речная Плотина располагался в центральной части Вечного Мира. Если отправиться на север, то примерно за десять дней он доберётся до столицы. Если на восток, то через полторы тысячи километров упрётся в море.

Небо теряло свои яркие краски, пока ночь не взяла своё. Цинь Му отложил карту в сторонку и выглянул в окно. Тьма здесь было не той, что у него на родине. В Империи Вечного Мира темнело постепенно и, если позволяла погода, ночью можно было увидеть свет звёзд и луны. В Великих Руинах же тьма начинала своё наступление с запада и практически мгновенно поглощала их… Не говоря уже о том, что во тьме невозможно было разглядеть даже самого тусклого лучика света.

Вытянув руку из окна, темнота так и не навредила Цинь Му, наталкивая его на всякие бесполезные мысли: «Что на самом деле произошло с Великими Руинами? Откуда происходит столь странное явление как вторжение тьмы?».

Покачав головой, юноша отогнал тяжёлые мысли и в очередной раз достал перчатку из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Насытив её своей Ци, появилась нить и тут же начала расширяться, пока не стала достаточно толстой, чтобы можно было на ней разобрать бесчисленные писания.

Цинь Му продолжил скрупулёзно изучать их. На этот раз он пытался осмыслить писания “Создания”. В рукописях упоминались различные виды Создания, техники создания Небесного Дьявола, Небесного Бога, Поднебесного, Короля Людей, Призрака, Духа и Земного Эона.

Среди них он уже изучал технику создания Небесного Дьявола, но бабушка Сы не научила его полной технике, передав только метод запечатывания душ и духов.

«Существует семь писаний техник создания и все они связаны с так называемым Созданием. Возможно ли что между ними существует некая связь?» — подумал Цинь Му и в подробностях разобрал одно писание за другим… Снятие кожи для того, чтобы сделать одежду, было лишь дополнительным путём использования техники создания Небесного Дьявола, а самой важной её частью было укрепление душ и духов. В свою очередь техника создания Небесного Бога была хороша в подражании техник других. Однако, изучив её внимательней, он почувствовал в ней выраженное непостоянство силы и формы, явно намекающее на то, что подражание техникам и божественным искусствам других было только поверхностным способом использования данной техники.

Техника создания Поднебесного затрагивала процессы старения, позволяя оставаться человеку внешне вечно молодым. Юно выглядящий Патриарх должно быть практиковал именно её. Техника Поднебесной Свободы культа была лишь ответвлением техники создания Поднебесного.

Техника Земного Эона помогала развивать живую душу. Техника Людского Короля совершенствоваться в пути короля. Техника Призрака затрагивала область связи с Загробным Миром. Техника Духа касалась трансформации… У каждого из семи писаний Создания были свои преимущества и сильные стороны, хотя и труднопонимаемые.

Цинь Му с головой поглотило чтение письмен. Он строил разнообразные невероятные теории до поздней ночи, пока всё же не пришёл в себя от осознания того, что слегка увлёкся.

Гробовую ночную тишину снаружи иногда прерывали удары гонгов уличных патрулей, как вдруг через окно ворвался холодный ветер. Огонь свечи заколыхался, оказавшись на грани затухания, но юноша успел поднять руки и прикрыть его. Внезапно со стороны улицы послышался слабый скрип, но тем не менее отчётливо слышимый в такую тихую ночь…

Испугавшись, Цинь Му рефлекторно погасил свечу рукой. Затем он бросился к окну и закрыл его створки, оставляя лишь маленькую щель для подсматривания.

Дёрнув пальцами, нить рукописей тут же сжалась и сплелась обратно в перчатку, столь же тонкую, как крыло цикады.

Взглянув через щель, Цинь Му увидел омываемую лунным светом улицу уезда Речная Плотина. Обе стороны улицы устилали прикрытые крышками гробы. По улице шёл ночной караульный и иногда слегка постукивал в свой гонг, как вдруг он остановился, словно увидел что-то подозрительное.

Скрип, скрип.

Под странный звук скрипа крышка одного из гробов отодвинулась наполовину, после чего лежавший в гробу мертвец уселся.

Донг!

Гонг до смерти испуганного караульного вывалился из его дрожащих рук и в тот же момент фигура мертвеца резко мелькнула. За мгновение оказавшись прямо перед караульным, мертвец взмахнул обеими руками и снёс голову с шеи бедолаги.

Сердце Цинь Му дрогнуло, после чего он начал слышать всё больше и больше подобным скрипов, сопровождаемых скатывающимися крышками гробов и садящимися мертвецами. В этот момент распахнулась дверь одного из зданий и на улицу вышли десятки даосов.

Во главе их группы шёл даос в жёлтом халате восьми божественных триграмм, даосской шапочкой на голове, метёлкой под локтем и обовью с узорами облаков. Шедшие позади него даосы были одеты в чёрные даосские халаты, а из-за их спин торчали рукояти мечей. Все в полной тишине шагали вперёд.

Из рукава даоса в жёлтом халате вылетел жёлтый бумажный талисман и рванул вдаль, формируя за собой хвост в виде длинного бумажного моста.

Мост простирался от начала этой улицы до самого ямэня судьи уезда Речная Плотина!

П.П. Ямэнь — по сути чиновничья резиденция https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%AF%D0%BC%D1%8D%D0%BD%D1%8C

Очнувшиеся мертвецы мгновенно повыскакивали из гробов, запрыгнули на мост из жёлтой бумаги и во весь опор побежали прямо к ямэню!

Присмотревшись, Цинь Му разглядел мчащихся к ямэню мертвецов. Затем из рукавов жёлтого халата даоса вылетело ещё несколько бумажных талисманов, образовавших собой бумажные мосты, однако, на этот раз те уходили в южном, восточном, северном и западном направлениях.

Стоявшие позади него даосы в чёрных халатах взмыли в небо и, разделившись на четыре группы, рванули по жёлтой бумаге к четырём воротам.

«Дерьмо!» — мысленно выругался Цинь Му со сделавшим настоящий кульбит сердцем. Быстро собрав всё разбросанные по комнате вещи, он разбудил лису и тут же предупредил:

— Молчи, мы сейчас же уходим, призови свой ветер!

Расплющив свои сонные глаза, Ху Лин’эр не понимала, что от неё хотят, как вдруг со стороны ямэня послышался сотрясший землю взрыв, за которым последовал изумлённый и гневный крик:

— Летающие зомби! Это летающие зомби! Вторгся Культ Бессмертного Трупа! Быстрее, защитите Лорда!

— Твой Лорд мёртв, а вот и его голова!

П.П.: с юбилейной сотой главой нас господа и дамы, что есть 1 350 000 символов, 172 000 слов, 575 страниц и столько же выпавших у меня седых волос, ну ладно, вру, просто выпавших, чёртовы гены, сего юмористического произведения! xD… И сразу опережая вопрос — нет, пока платных не будет, ибо время не позволяет переводить по две в день, но в ближайшее время постараюсь решить проблему.))

Глава 101. Культ Бессмертного Трупа

В ямэне раздался хмурый насмехающийся голос:

— Имперский Наставник давит на императора, заставляя его отдавать приказы сектам, из-за этого вы уже достаточно долго страдаете! Судья уезда Речная Плотина Гао Цзюйдэ во всём содействовал Имперскому Наставнику, добровольно будучи его глазами и ушами! Поэтому даже смерти недостаточно, чтобы искупить его преступления!

Цинь Му в корчме нахмурился: «Судью уезда так быстро убили? И угораздило же меня вляпаться в такую передрягу сразу после того, как я впервые покинул Великие Руины! Бабуля права, люди снаружи действительно свирепее, чем у нас. Наши люди намного проще. Если подумать, какое звание носил судья уезда Речная Плотина? Какие у него способности по сравнению с губернатором префектуры — чиновником второго нижнего ранга?»

Официальные должности Империи Вечного Мира состояли из девяти классов и восемнадцати рангов. Эти официальные звания даровались в зависимости от статуса и совершенствования. Владыки культов или лидеры сект имели чрезвычайно высокую силу, поэтому им даровались высокие звания, в то время как более слабые практики назначались на местные должности. Кроме того, некоторые мастера могли быть назначены на должность губернаторов различных областей или уездов.

Например, Му Бэйфэн из секты Меча Реки Ли был самым сильным практиком южной границы, поэтому его назначили в качестве губернатора префектуры нижнего второго ранга, что было чрезвычайно высокой должностью.

Ху Лин’эр пришла в себя и быстро исполнила своё заклятие. Демонический ветер закружился у окна и Цинь Му, взмахнув рукой, подбросил подушку в воздух. Её тут же подхватил ветер, а лисица не мешкая оседлала, с недоумением спросив:

— Молодой мастер, что с того, что в городе переворот? Они ведь не обезумеют настолько, чтобы поубивать всех мирных жителей. Нам не должно ничего грозить!

Цинь Му выпрыгнул из окна. Прежде чем приземлиться на землю, он успел наступить на кромку подувшего демонического ветра и побежал, как можно быстрее пытаясь убраться из города и на ходу объясняя:

— Мой меч — это Младший Защитник, оружие первого нижнего ранга, принадлежавшее высокопоставленному чиновнику Императорской Семьи. Если его обнаружат мятежники, нас обязательно убьют! Кроме того, мудрый человек не будет стоять у падающей стены. Мятежники определённо не позволят местным покинуть город, поэтому если мы останемся здесь, то окажемся в ловушке. Сколько горожан сможет выжить до прихода армии Империи Вечного Мира? Культ Бессмертного Трупа, как я понял, совершенствуется используя трупы.

Ху Лин’эр начала неконтролируемо дрожать. Последние слова Цинь Му были слишком ужасающими.

Члены этого культа совершенствуются используя трупы, то есть, если имперская армия придёт подавить восстание, горожане, с большей долей вероятности, будут превращены в летающих зомби независимо от их происхождения или статуса!

К текущему моменту уезд Речная Плотина уже погрузился в пучины беспорядков. Отовсюду слышались отголоски идущих боёв.

На этот раз враг пришёл подготовленным. Сначала они сбросили летающих зомби в воду, чтобы заблокировать плотину, а затем грамотно разделили свои силы при проникновении в город. Когда наступила ночь, Владыка Культа Бессмертного Трупа начал с атаки на ямэнь, перво-наперво убивая судью. Несмотря на то, что судья уезда тоже был чрезвычайно сильным мастером и владел могучими божественными искусствами, при такой атаке ему оставалось только попрощаться с жизнью…

В то же время другие мастера культа бросились к четырём городским воротам, чтобы перехватить и убить городских солдат, а их Владыка повёл остальных убивать оставшихся чиновников — заместителя судьи, военного офицера и секретаря уезда, оставляя солдат без лидеров.

Несмотря на то, что в уезде по-прежнему были мастера, им некому отдавать приказы и каждый из них увяз в своей собственной битве. С другой стороны, мятежники использовали жёлтые бумажные талисманы, выстраивая их в ряд и прокладывая пути ко всем уголкам города. Полагаясь на них, они могли оперативно помогать друг другу. С подобным преимуществом, Культ Бессмертного Трупа просто обязан выйти победителем из развернувшейся ночной резни!

— Владыка приказал перекрыть все выходы из города и не дать никому ускользнуть! — донёсся крик из центра города.

Цинь Му проявил дальновидность, попытавшись сбежать, как только запахло жареным. Поддерживаемые демоническим ветром, человек и лиса убегали на всех парах, но как только они практически пересекли границу уезда, услышали позади резкий визг меча. Юноша даже не обернулся, когда его рыбий дракон выплюнул меч, который, словно живой, тут же рубанул за спину!

Цзззн!

Послышался звон и летящий в спину Цинь Му меч сменил свою траекторию. После столкновения Младший Защитник совершенно не растерял импульса, проследовав вдоль нити вражеской Ци и вонзившись в грудь бежавшего по жёлтым бумажным талисманам человека в чёрном, в итоге пригвоздив того к флагштоку.

Слепой натаскивал паренька ориентироваться по звукам с самого детства, поэтому на данном уровне атаковать его из засады со спины было бесполезно. От его ушей даже не ускользнуло место, откуда начал свой полёт меч, а значит и место, где находился враг.

Поскольку человек попытался нанести безжалостный смертельный удар, Цинь Му прирезал его чисто рефлекторно… чтобы выжить он с самого детства воспитывал в себе такую привычку.

Демонический ветер вывел юношу и лису за пределы города, как вдруг до них донёсся крик:

— Старший брат Хэ Инь! Кто-то убежал из города и убил маленького младшего брата!

— Что!? — со стороны центральной части города донёсся изумлённый, но в то же время разъярённый крик. — Чем вы заняты? Как вы могли позволить маленькому младшему брату подвергнуть себя опасности? Как теперь мне объясниться перед Владыкой? Охраняйте город! Я лично убью его!

Цинь Му замедлил свой шаг, после чего демонический ветер рассеялся. Ху Лин’эр спрыгнула с всё ещё парящей в небе подушки, плюхнувшись прямо в рюкзак на спине парня и зарывшись в него как можно глубже.

«Маленький младший брат? Неужели я убил сына Владыки Культа Бессмертного Трупа? — приземлившись на землю, размышлял Цинь Му. — Он также может оказаться нормальным учеником… наверное…»

Демонский ветер белой лисы хоть и удобный, но не ровня скорости бега парня по суше. Кроме того, в небе сложно скрыться от чужих глаз, в то время как внизу, у земли, в качестве прикрытия можно использовать горы и леса, тем самым затруднив преследователям задачу по выслеживанию.

Неожиданно в небо взмыло пламя, мгновенно приняв форму огненной птицы и озарив своим белоснежным светом всё вокруг. Это было божественное искусство практика уровня божественных искусств.

Подняв голову, Цинь Му увидел пролетающую мимо него огненную птицу, за которой тянулась целая вереница из танцующих на ветру жёлтых бумажных талисманов. Талисманы имели прямоугольную форму и были размером со ступню взрослого мужчины, что позволяло легко передвигаться по ним.

«Глаза Небес!» — с одной лишь мыслью вокруг зрачков Цинь Му начали вращаться прожилковатые узоры Ци. Под взором Глаз Небес, он увидел в небе прыгающих по талисманам летающих зомби.

Вереница, словно обладая своим разумом, разделилась на два пути, которые затем разделились на четыре. Летающие зомби тоже разделились на четыре группы, выбрав различные направления. Таким образом они явно пытались расширить зону поиска. Следом за ними шёл молодой даос с закреплёнными на спине длинными мечевидными ножнами. Из его ножен постоянно вылетали жёлтые бумажные талисманы и раскладывались посреди неба. Этим даосом наверняка был упомянутый ранее Хэ Инь.

Путешествуя по небу, он шагал по жёлтым талисманам. После поднятия ноги талисман мгновенно возвращался обратно в ножны и в месте куда затем должна была ступить его нога из ножен тут же появлялся новый.

Талисманы постоянно возвращались в ножны тоже не без причины. У них был ограниченный запас Ци, а возвращаясь они пополняли его.

Хэ Инь шёл вперёд довольно медленно.

Цинь Му ощутил в своём сердце горечь. Перед ним был практик божественных искусств, который открыл своё Божественно Сокровище Шести Направлений. Как же ему будет трудно убежать!

Между областями Духовного Эмбриона и Шести Направлений была область Пяти Элементов вместе с её Божественным Сокровищем Пяти Элементов.

Последние три года он усердно совершенствовался и только недавно его духовный эмбрион наконец прошёл через своё четвёртое пробуждение. Да, его совершенствование уже достигло пика области Духовного Эмбриона… но ему всё ещё не удалось даже коснуться Божественного Сокровища Пяти Элементов.

Цинь Му и шагающего по небу даоса разделяли две полные области… два непреодолимых рва…

Если брать в учёт продемонстрированные Хэ Инем способности, то у него должно быть Духовное Тело Красной Птицы, тесно связанное с огненными божественными искусствами. В свою очередь медные мечевидные ножны за его спиной недвусмысленно намекали на то, что он практиковал навыки меча, которыми и контролировал постоянно появляющиеся из них жёлтые бумажные талисманы.

Талисманы методично возвращались и вылетали, поддерживая на себе несколько трупов, а также самого даоса, путешествующих по небу. Подобная демонстрация говорила о незаурядности навыков меча последнего.

Кроме того, сами талисманы наверняка выполняли роль не только опоры в небе. Каждый из них был исписан даосскими заклятиями киноварью и кровью, поэтому сила, стоящая за ними, определённо не была пустяковой!

«Если бы у меня всё ещё был отпечаток Жулая от дедушки Ма или Девять Глаз Небес Бога слепого дедушки, то я мог бы сойтись с ним в бою, но сейчас…» — пока Цинь Му блуждал где-то у себя в мыслях, один из летающих зомби внезапно наклонился, спустился вниз и тут же рванул в его сторону. Парень был вынужден начать спасаться бегством, но со временем ему на хвост садилось всё больше и больше представителей данного не совсем мёртвого вида.

Летающие зомби конечно же не могли летать, просто под их ногами постоянно появлялись поддерживающие жёлтые бумажные талисманы. Полагаясь на них, они могли ходить, бегать и даже сражаться в небе. Поэтому, собственно, их и прозвали “летающими”.

Когда летающие зомби приземлялись на землю, то начинали свою стремительную погоню, причём с такой скоростью, что позавидует любой практик уровня боевых искусств!

Ху Лин’эр высунул из рюкзака мордочку и взмахнула лапой, с которой сорвался демонический ветер. В ветре сформировались бесформенные лезвия, устремившиеся в сторону летающих зомби!

Кланг, дзн, ззнг, дззн…

Прозвучала череда столкновений, заставивших лисичку шокировано вздрогнуть. У летающих зомби оказались несравненно прочные тела, совершенно невосприимчивые к её заклятиям.

Цинь Му нахмурился. Тела зомби были не только прочнее чем у него, но и сильнее. Они сами по себе были практически эквивалентны духовному оружию в человеческой форме!

Быстро сориентировавшись, он применил Секреты Движущегося Дождя. В небе начали собираться облака и зацокал дождь.

— Лин’эр, помоги ветром! — выкрикнул Цинь Му. Лиса сразу же поняла, что тот задумал и сотворила заклятие. Затем он со взмахом руки крутанулся вокруг своей оси и капли дождя, обратившись водяными мечами, выстрелили в противоположную от его побега сторону. Заклятие штормового ветра и режущего дождя дополняли друг друга, экспоненциально повышая мощь направляющейся к бегущим зомби атаки.

В очередной раз раздались звенящие звуки множественных столкновений. Два объединённых заклятия значительно усилили друг друга, приводя к тому, что водяные мечи таки смогли прорезать несравненно прочную кожу летающих зомби. Пять неутомимо преследующих трупов превратились в подобия сит!

Летающие зомби, судя по всему, совершенно не чувствовали боли, так как продолжили своё остервенелое скоростное преследование. Они не оббегали появляющиеся на пути препятствия, нет, они бежали напролом, сокрушая их… И не важно были ли это деревья или валуны!

«Раз вас не убить, даже превратив в сита, тогда просто разорву на части!» — с такими мыслями Цинь Му начал безостановочно выполнять Секреты Движущегося Дождя, в то время как Ху Лин’эр подкрепляла их своим штормовым демоническим ветром. Состояние зомби всё ухудшалось, некоторые даже потеряли по конечности, как вдруг за их спинами появилась спустившаяся с неба огненная птица, выпаливая своим свирепым огнём всё в радиусе десятков метров и раздирая неукротимым жаром заклятия парочки!

Цинь Му и Ху Лин’эр закашлялись и побледнели. Когда их заклятия были сокрушены и произошёл откат собственной жизненной Ци, они на мгновение потеряли контроль над своей кровью и циркуляцией Ци.

— Вы посмели убить сына лидера нашего Культа Бессмертного Трупа! Вы что, смерти ищите?

Хэ Инь быстро спускался с неба вместе с остальными летающими зомби, одновременно атаковавшими Цинь Му. И в тот же момент пять истерзанных зомби на земле тоже рванули вперёд!

Глава 102. Практик Божественных Искусств

«Чёрт… он и правда оказался сыном лидера культа», — помрачнел лицом Цинь Му. Разве в мире случаются подобные совпадения? Сын лидера культа напал на него и что ещё хуже оказался настолько слаб, что помер после его единственного удара.

Культ Бессмертного Трупа определённо не даст ему выйти сухим из воды!

Прежде чем падающие с неба зомби приблизились к нему, в его нос ударил резкий рыбий запах. Судя по всему, их тёмно-зелёные ногти были ядовиты!

«Трупный яд!» — после первого же вдоха Цинь Му определил разновидность яда. С раннего детства он проводил больше всего времени с целителем, который передал ему не только теоретическую часть своих медицинских знаний, но и тренировал определять лекарства и яды по запаху.

Если ноготь, вымоченный в трупном яде, царапнет кожу, то в самом начале замедлится кровоток, затем произойдёт частичное окоченение мышц, заставляя пострадавшего чувствовать словно те стали столь же тяжёлыми и прочными как горные скалы, и под конец потеря сознания с последующим распадом духа!

Цинь Му бежал во весь опор, но скорость преследующих его летающих зомби была слишком высока, постепенно сокращая дистанцию между ними.

Жёлтые бумажные талисманы не переставая выстраивались в неком подобии дорожки, служа опорой для прыжков преследующих невезучий дуэт зомби!

Находящийся позади Хэ Инь взмахнул рукой и в небо сорвалась вторая огненная птица. Ещё до того, как пышущие огнём пернатые настигли юношу и лису, последние уже почувствовали своими затылками подступающий к ним жар. Зелень, растущая вокруг из почвы, ссыхалась на глазах, в итоге теряя всю свою влагу!

Молодой даос очевидно совершенствовался как в пути меча, так и в заклятиях. В прошлом подобное было редкостью, но благодаря смелым и решительным действиям Имперского Наставника, по разрушению закостенелых барьеров между различными классами, всё изменилось…

Даже злые организации наподобие Культа Бессмертного Трупа не упустили возможности воспользоваться произошедшими глобальными переменами себе на пользу, улучшив техники, а также придумав множество новых заклятий и навыков уровня божественных искусств.

«Нет… Не два, а три различных класса! Зомби сражаются как практики класса боевых техник!» — нахмурился Цинь Му и внезапно приложил все свои силы к толчку ногой, рванув вперёд подобно взмывшему в небо дракону. Но уже в следующий момент в место, где он находился ещё миг назад, спикировала огромная огненная птица. Неожиданно птица слегка вздулась и затем резко взорвалась, сформировав, быстро расширившийся до двадцати метров в поперечнике и свирепым толчком жара обласкавший спину парня, огненный шар!

Будучи подброшенным взрывом в воздух, позади себя Цинь Му увидел множество прорвавшихся через огненный заслон жёлтый бумажных талисманов с прыгающими по ним зомби!

Каждый летающий зомби был сильным практиком боевых искусств области Пяти Элементов, а их тела по прочности ничем не уступали духовному оружию. Единственное что радовало — это слишком примитивные движения, своими руками они могли только загребать, рассекать, разрывать и колоть. Однако, если оказаться в их окружении, то уже не спастись.

Зомби не только преследовали Цинь Му по земле, но и нападали с неба. Кроме того, Хэ Инь тоже не сидел без дела. Он постоянно атаковал своими божественными искусствами, ухудшая и без того тяжёлую ситуацию.

С резким визгом, извивающиеся талисманы на невероятной скорости рассекали воздух. Могло показаться, что молодой даос контролировал их мановением мысли, но на самом деле он использовал навык меча, ничем не уступающий навыку меча секты Реки Ли.

И что ещё важнее, из-за даосских заклятий, начертанных на жёлтых бумажных талисманах киноварью и кровью, Цинь Му не покидало очень плохое предчувствие… Талисманы явно не были обычными. И не только из-за содержащейся в них силы мечей. Именно начертанные заклятия должны быть их скрытой силой!

По-прежнему находясь в воздухе, Цинь Му инстинктивно использовал технику создания Небесного Дьявола, запечатав свои души и духи. Затем его Ци юркнула в рюкзак и выдернула из него Ху Лин’эр, с которой он проделал то же самое что и с собой.

Гневаясь и смущаясь, лисичка тут же спряталась где-то на дне рюкзака. Запечатывание душ и духов требовало касания некоторых интимных частей тела. В конце концов она была лисой, а не лисом, поэтому ей была присуща женская застенчивость.

У Цинь Му не было времени на беспокойство о подобных мелочах. Такую жёлтую бумагу использовали для изготовления ритуальных бумажных денег, сжигаемых на похоронах покойника, а значит начертанные на ней заклятия вполне вероятно воздействуют на души и духи. В общем, лишним не будет заранее запечатать их, тем самым защищаясь от потенциальной угрозы при неотвратимом нападении.

Вьюх… Жёлтые бумажные талисманы спускались с неба, а сразу следом по ним прыгали летающие зомби.

Талисманы мгновенно обогнали всё ещё падающего после взрыва Цинь Му с обоих сторон, позволяя зомби взять его в кольцо. Восемь обогнавших и пять истерзанных позади, даже практически снизу!

В то же миг между толпы зомби протиснулись жёлтые бумажные талисманы.

— Связать! — рявкнул Хэ Инь и один из талисманов объяло пламя. Однако, даосское заклятие, начертанное на нём киноварью и кровью, не исчезло… Оно взмыло в небо вместе с постоянно расширяющимся пламенем и озарило собой падающего парня.

Рыбий дракон, словно совершенно ничего не произошло, выпрыгнул из-за спины Цинь Му и выплюнул меч Младший Защитник. Толстенная жизненная Ци юнца из Цань Лао змеёй рванула вперёд, подхватила меч и рубанула им по горизонтали… Форма Горизонтально Рубящего Меча!

Клокочущая энергия меча с хлопком прорвала собой воздух и сняла голову одного из летающих зомби.

Хэ Инь, постоянно находящийся на отдалении, удивлённо замер, в то время как оставшаяся мощь талисмана продолжала вырываться наружу в попытке связать Цинь Му.

Его талисманы, как оказалось, действительно связывали души и духи людей, лишая последних способности к каким-либо движениям. Однако, судя по всему, на этот раз что-то пошло не так, ведь талисман попросту не подействовал. Как подобное могло не озадачивать?

Сила даосских заклятий на других талисманах тоже вспыхнула, подступая к парню как спереди, так и позади. Тем не менее, Цинь Му как ни в чём не бывало взмахнул пальцами, заставляя Младшего Защитника сменить Форму Горизонтально Рубящего Меча на Форму Стремительно Поднимающегося Меча и рассечь напополам другого зомби. Затем последовала Форма Скользящего Меча, заставившая меч скользнуть по кругу шеи третьего зомби.

Кончик меча сделал полный оборот вокруг своей оси и уже в следующий миг голова зомби покатилась по земле!

В мгновение ока восемь летающих зомби потеряли свои головы и обмякши рухнули на землю.

Меч Цинь Му был крайне быстрым. Чем проще движение, тем быстрее оно в исполнении. А с учётом его остроты у восьми зомби просто не было шансов… Меч скосил их так же легко как пшеницу в поле, не дав возможности даже приблизиться к парню!

Хэ Инь скорчил огорчённую мину. Летающие зомби были достаточно эффективны против практиков боевых техник и заклятий, но против манипулирующих мечом, таких как Цинь Му, всё усложнялось. Что уж говорить о том, когда враг владеет несравненно острым мечом… В таком случае тот становится настоящей немезидой для его зомби.

При создании своих летающих зомби он использовал “Землю Укрепляющую Трупы”, сделавшую их кожу пугающе прочной. Обычное духовное оружие не сможет даже поцарапать её. Кроме того, у зомби не было душ и духов, а значит атакующие их заклятия попросту бесполезны.

Горизонтальный взмах меча Цинь Му выглядел вполне обычным и незамысловатым, но раз даже его хватило, чтобы с плеч покатились головы, это означало только одно… что сам меч на порядок превосходил большинство сокровищ среди духовных оружий!

Хэ Инь поспешно остановился и отозвал пятерых искромсанных зомби, которые уже успели догнать и оказаться под практически упавшим парнем, одновременно посылая в него жёлтые бумажные талисманы из своих мечевидных ножен!

Цинь Му приземлился на землю и задом наперёд рванул в противоположную от Хэ Иня сторону. Чтобы настолько быстро, ничуть не медленнее чем обычно, бежать задом наперёд, он использовал навык ног одноногого — Небесный Расхититель.

Сссс…

Меч, ведомый Ци Цинь Му, со вспышкой рванул вперёд, пытаясь перехватить неумолимо приближающиеся талисманы.

Буум…

Младший Защитник коснулся жёлтого бумажного талисмана и прогремел взрыв, ударная волна которого привела к цепной реакции, взрывая заклятия на других талисманах. На миг разразилась громыхающая какофония, а затем… затем в грудь юноши, подобно тарану, врезалась воздушная волна, выбивая из его лёгких весь дух и отшвыривая словно тряпичную куклу!

Спустя десятки метров неконтролируемого полёта из рюкзака Цинь Му высунула свою мордочку Ху Лин’эр и сразу же исполнила поднявшее штормовой ветер заклятие, которому всё-таки удалось погасить импульс и помочь им остановиться.

Тем не менее, жизненную Ци, связывающую Цинь Му и меч, всё же разорвало взрывом… Младший Защитник скорбно просвистел и утонул где-то в непроглядной темноте.

Цинь Му приземлился на землю и сделал глубокий вдох, от которого тут же зашёлся в кашле. Несмотря на готовность, его лёгкие всё же повредило… Хотя такой исход по-другому как удачным не назовёшь, ведь если бы он не был одет в наряд из шёлка Шестикрылых Золотых Шелкопрядов Сотни Ядов, то попросту не пережил бы подобный взрыв.

«Он действительно выжил?»

Хэ Инь достал банку с пахнущей рыбой мазью, бросил её одному из своих летающих зомби и затем сразу же направился к Цинь Му. В жёлтых бумажных талисманах он спрятал свои огненные божественный искусства, которые могли не только резать противника, но и взрываться. И что пугало ещё больше, ранящий плоть взрыв как таковой не являлся главным источником опасности, а следующий за ним раскат грома!

Если кому-то не повезёт попасть под такой раскат, то его три души и семь духов пошатнутся, попытавшись вырваться из тела, где их уничтожит во взрыве!

Хэ Инь действительно не ожидал, что юноша на самом деле защитится от взрыва, а также от способных уничтожить души и духи громовых раскатов… Тем не менее, ну и что? Да, ему удалось отразить атаку и выжить, ну и что? Его чрезвычайно острый меч-сокровище был потерян, а полученным от взрыва ранениям не позавидуешь. Верно, выжить невозможно!

Вместо того, чтобы отступить, Цинь Му отвязал ножны и использовал свою Ци для манипуляции ими, как мечом, в попытке пронзить Хэ Иня, в то время как сам, подобно эфемерному призраку и неуловимым теням, мгновенно приблизился к нему.

Хэ Инь лишь ухмыльнулся, тут же разразившись клокочущей Ци, которая мгновением позже приняла форму набросившихся на юношу огненных птиц. И в то же время из его ножен вылетели ринувшиеся в атаку жёлтые бумажные талисманы!

Цинь Му бегал с максимально возможной скорость, как вдруг воскликнул и разжал пальцы в направлении Хэ Иня.

Форма Пронзающего Меча!

Ножны меча с резким свистом рванули к молодому даосу, на что тот лишь вновь ухмыльнулся, а из его собственных ножен вылетел жёлтый бумажный талисман и попытался принять выпад в лоб.

Хотя стоящую за выпадом Цинь Му мощь можно было назвать по-всякому, но никак не слабой, он всё же использовал в атаке тупой конец ножен с отверстием. Если не атаковать узкой стороной, то даже при успешном попадании, Хэ Иню не навредить… последнему было достаточно взорвать только одно даосское заклятие и атака ножнами парня потерпит сокрушительное фиаско!

Как вдруг отверстие ножен превратилось в открывшего свою огромную пасть рыбьего дракона и…

Невероятно испуганный Хэ Инь сразу услышал позади себя звук чего-то рассекающего воздух…

Меч Младший Защитник, который всё это время валялся где-то во мраке, со свистом пытался вернуться в ножны и по пути пронзить сердце даоса.

Хэ Инь мгновенно изогнулся, в попытке уклониться от меча и превратившихся в рыбьего дракона ножен. Однако, судьба мало кому даёт второй шанс…

Маленькая пушистая голова выскочила из рюкзака юноши и выплюнула на мгновение связавший даоса вихрь.

Наконец сбросив оковы вихря, Хэ Инь почувствовал холодок в районе плеча. Меч пронзил его насквозь, отправляясь кровавой стрелой в пасть рыбьего дракона!

Цинь Му, преуспев в своей атаке, хотел было сбежать, но его охватило пламя огненной птицы, в которое следом нырнули жёлтые бумажные талисманы.

Буум…

Паренька отбросило свирепым взрывом. С ног до головы залитый кровью, он прямо в полёте подхватил своей Ци меч и затем шлёпнулся где-то в гуще леса, после чего быстро вскочил и скрылся во тьме…

Глава 103. Иголки Умерщвляющие Даже Труп

Разъярённый даос собрался было пуститься в погоню, как вдруг в районе его плеча разразилась острая боль…

Когда Цинь Му призвал ножнами Младшего Защитника, плечо Хэ Иня прошило насквозь, образовав в нём огромную дыру, не из-за стоящей за мечом большой силы, а из-за невероятной остроты самого меча!

Терпя боль, присевший Хэ Инь достал несколько, как больших, так и маленьких, нефритовых бутылок. Сначала он использовал останавливающее кровотечение лекарство и только после лекарство, сращивающее переломы костей и рваную плоть. Но боль не пропала, даже наоборот, она стала практически невыносимой.

Тем временем немного позади один из уцелевших летающих зомби подковырнул из баночки лекарственную мазь и смазал ею шею другого летающего зомби, одного из тех, кому не повезло стать обезглавленным. Затем первый зомби поднял отрезанную голову второго зомби и поместил её обратно тому на шею.

Голова второго зомби покачнулась и несколько раз хрустнула, всё же зафиксировавшись на полагающемся ей месте. Вот только была одна проблемка, голову ему прилепили задом наперёд.

Первый зомби совершенно не обратил на это внимание и как ни в чём не бывало пошёл в сторону тела следующего, на этот раз разрубленного пополам. Смазав половинки рыбьей мазью, он соединил две части некогда единого целого.

Даже будучи обезглавленными или разрубленными пополам, летающие зомби попросту отказывались умирать. Достаточно было лишь смазать мазью потерянную конечность и прилепить, как та становилась не такой уж и потерянной. Вот такая вот незамысловатая процедура позволяла зомби вести вечно активный образ “жизни”. Как подобное зрелище могло, как минимум, не удивлять?

У культа, специализирующегося на создании трупов, определённо были свои уникальные трюки.

Внезапно послышалось протяжное воздушное гудение и уже в следующий миг возле молодого даоса стояли другие последователи Культа Бессмертного Трупа.

— Старший брат Хэ Инь, Вы ранены? Неужели отродье оказалось настолько сильно? — с беспокойством спросила одна из учениц.

— Нет… — сквозь стиснутые зубы процедил мрачный Хэ Инь и затем практически через силу выплюнул, — в лучшем случае область Пяти Элементов. Хотя нужно признать, его совершенствование достаточно неплохое, движения странные и непредсказуемые, а техники управления мечом с заклятиями и вовсе первоклассные. Ещё он владел возвращающимся при помощи ножен мечом-сокровищем… Тот был настолько острым, что рассекал моих зомби так же легко как бумагу! Я его сильно ранил! Он не мог далеко сбежать!

Услышав подобное от своего старшего, большинство последователей культа по-настоящему удивились.

— Поскольку он так хорош в техниках управления мечом и заклятиях, то наверняка недостаточно умел в боевых техниках. Давайте поймаем его и передадим в руки лидера культа, а что с ним будет дальше уже не наше дело, — опять проговорила ученица, после чего с порывом ветра в погоню сорвалось больше десяти последователей культа.

Хэ Инь встал и собрался было отправиться за группой, как вдруг перед ним практически материализовалась странная фигура. Разглядев лицо в тени, он испугался и сразу же уважительно поклонился:

— Старший дядя Цяо!

— Ты не только до сих пор не поймал мерзавца, убившего сына лидера, так ещё и умудрился получить от него ранение. Хэ Инь, ты действительно что-то с чем-то! — нахмурился Цяо.

— Старший дядя Цяо, лид… — со стыдом спорил Хэ Инь.

— Уже в курсе и да, он зол. Однако, он всё ещё занят стабилизацией ситуации и подавлением беспорядков в городе, — прервав молодого даоса, проговорил Цяо и затем продолжил. — Сейчас, когда Имперский Наставник Вечного Мира тяжело ранен, нет такого глупца, который бы не воспользовался хаосом и не вырезал клику его приспешников, тем самым исправляя несправедливость законов и решений имперского суда. У нашего культа наконец появилась возможность захватить Речную Плотину и подрезать “крылья” Имперского Наставника. Взяв под наш контроль и стабилизировав уезд, мы сможем одним махом перебить остатки местных прихлебателей Имперского Наставника! Лидер может и горюет, но знает как расставлять приоритеты.

Приняв к сведению, Хэ Инь тут же спросил:

— Могу ли я попросить у старшего дяди Цяо разрешения последовать за младшими братьями и сёстрами. Тот человек может и не стар, но его меч острее бритвы и может превращаться в рыбьего дракона…

Цяо как громом поразило:

— Острый меч, превращающийся в рыбьего дракона? Как он выглядел? В деталях!

Хэ Инь описал Младшего Защитника и прилагавшиеся к нему странные ножны, на что Цяо отреагировал потрясением и очередным громким криком:

— Это ведь меч-сокровище высокопоставленного чиновника Императорской Семьи! Одно из лучших сокровищ всего мира! Даже у нашего культа нет такого! Как вообще настолько важное сокровище могло оказаться у этого парня? Неужели он наследник одного из высокопоставленных чиновников Императорской Семьи? — вдруг его глаза блеснули, а лицо украсила довольная улыбка. — Небеса, должно быть, хотят, чтобы наш Культ Бессмертного Трупа процветал! И именно поэтому прислали нам меч-сокровище первого ранга! Я должен во что бы то ни стало отнять его! — договорив, он мгновенно исчез.

Нахмурившись, Хэ Инь подумал: «Меч-сокровище высокопоставленного чиновника? Настолько ценное оружие символизирует престиж и положение в Императорской Семье. Зачем подобной личности, практически правой руке Императорской Семьи, отдавать при жизни такое сокровище в руки наследника? Дядя Цяо однозначно погорячился… Мне стоит немедленно доложить обо всём лидеру!»

Собравшись с мыслями, молодой даос сразу же отправился в сторону города.

Цяо, следуя оставленным Цинь Му и учениками следам, вдруг нахмурился. Он наткнулся на тело, которым конечно же оказался ещё тёплый труп ученика культа.

Вокруг ещё совсем юной шеи виднелся кровавый разрез. Кроме разреза на теле трупа не было видно других ран, собственно, как и луж крови, а судя по ране, их должно быть достаточно, ведь рассекли шейную артерию.

Умерший ученик передвигался прыжками по жёлтым бумажным талисманам и был убит внезапным ударом сзади. Ему с такой скоростью вскрыли глотку, что он даже не успел оказать хоть какое-то сопротивление. А отсутствие крови рядом с телом наводило на дурные мысли.

Цяо нахмурился. Только дурак не догадался бы, что бедолага умер не здесь. Его просто сбросили тут. Кроме того, сбросили только тогда, когда в теле закончилась кровь.

Что это значит? А то, что юному убийце были нужны труп и кровь!

Ученик, скорее всего, прыгал по своим талисманам в поисках следов беглеца. В определённый момент позади него появился юноша и одним ударом перерезал горло. Затем тот юноша ухватился за труп, взял его под контроль, взял под контроль его ножны меча и заставил их выплёвывать прокладывающие путь талисманы…

И наконец, юноша, контролируя труп, будто тот был живым, бросился догонять остальных последователей Культа Бессмертного Трупа.

«Искусство управления трупом! — Цяо слегка изменился в лице. — Парень умеет управлять трупами! Ученики нашего культа в опасности! Но если подумать, у Императорской Семьи нет вослужении ни одного высокопоставленного чиновника с такими познаниями… Откуда он взялся? И кто научил его подобным навыкам?»

Стояла поздняя ночь, почти время смены третьего ночного дозора. Несмотря на то, что небо украшала луна, видимость была отвратной.

Цяо мог легко представить, как Цинь Му, прикрываясь покровом ночи, управляет трупом ученика его культа… Такая тактика однозначно поможет парню не выдать себя и подобраться как можно ближе к остальным. И даже заметь они неладное, скорее всего будет уже слишком поздно уворачиваться от меча!

В искусстве управления трупом были сведущи и другие злые, дьявольские культы. Однако, у каждого из них были свои уникальные навыки и техники. Что же до самого Культа Бессмертного Трупа, их можно считать организацией, достигшей выдающихся результатов на данной стезе, чего не скажешь об их отвратительной репутации.

Метод управления трупом Цинь Му был невероятным. Убив ученика культа и взяв под контроль, он заставил его выглядеть словно живым. Разве живой соученик вызовет у остальных подозрения? Подобный вид искусства управления трупом был крайне редок…

«Великий навык Управления Трупом Небесного Дьявольского Культа…» — с подобными мыслями Цяо продолжил расследование. Вскоре он нашёл второй труп, а затем третий и четвёртый… Увидев седьмой труп, уголки его глаз дрогнули. У седьмого трупа отсутствовала кожа, казалось будто её попросту содрали, но даже так возле останков не осталось ни единой капли крови.

Цяо сильно переменился в лице и мрачно прошипел:

— Техника создания Небесного Дьявола! Парень ученик Небесного Дьявольского Культа!

Теперь было уже невозможно опознать труп, а это означало, что паренёк мог притворяться любым из выживших преследователей!

Продолжая погоню, в глазах Цяо пылала жажда крови. Вскоре он встретил нескольких выживших последователей Культа Бессмертного Трупа, стоявших спина к спине и осторожно озирающихся вокруг. Увидев его, они все как один облегчённо вздохнули.

— Старший дядя Цяо… — окликнул один из учеников.

Цяо щёлкнул пальцами и несколько завораживающих иголок, столь же тонких как коровий волосок, вонзились меж бровей учеников!

Их взгляды тускнели, души и духи быстро распадались, а из ртов хлынула пузырящаяся белая пена.

Это было духовное оружие Цяо, которое он называл — “Иголки Умерщвляющие Даже Труп”. Если одна такая попадёт по человеку, то его души и духи распадутся, оставляя позади лишь безвольный ходячий труп. После подобного, даже величайшим богам и бессмертным не под силу вернуть к жизни!

— С-старший дядя Цяо, з-за что… — заикалась ученица.

Цяо быстро подбежал, проверил их тела и слегка нахмурился… Он не нашёл среди них чужака!

Если бы Цинь Му использовал на одном из учеников технику создания Небесного Дьявола, то на коже последнего остался бы красный шов… Но на телах им убитых, его не было!

А значит среди них не было и чужака!

«Дерьмо, я попался в его ловушку и убил не тех! — глаза Цяо дрогнули, когда он ещё раз взглянул на мёртвых учеников. — Если я просто брошу трупы здесь как есть, то лидер и остальные старики определённо что-то заподозрят. Пожалуй, будет лучше избавиться от них».

Подковырнув из-под ногтя какой-то порошок, он посыпал им валяющиеся вокруг трупы. Одежда, плоть, кровь и даже кости мертвецов мгновенно растаяли, оставляя позади лишь лужицы гноя.

Цяо с облегчением выдохнул и, прищурившись, воровато осмотрел окрестности, так и не найдя ни единого следа беглеца. Внезапно он задрожал всем телом и сквозь его даосские одежды провралось бесчисленное количество красных лучей, которыми оказались десятки тысяч трупных жуков.

Тусклая серебристая луна убегала на запад, в то время как с востока делало попытки подняться ослепительное золотистое солнце. Трупные жуки дребезжали своими крылышками и разлетались во всех направлениях, пока не заполонили собой всё небо… Они напоминали красных светлячков, блуждающих в лучах поднимающегося солнца.

«Меча-сокровища первого ранга высокопоставленного чиновника достаточно для использования в качестве наследного сокровища культа».

Цяо поднял голову и глядя на красные облака на востоке бормотал:

— Лидер уже достаточно просидел на троне, пора ему подвинуть свою жопу…

Великие Руины, деревня Цань Лао.

— Му’эр, присыпайся и иди кушать. Почему ты всё ещё спишь? — закончив фразу, бабушка Сы безучастно уставилась в стену…

Последние несколько дней старушка по привычке делала лишнюю порцию и звала парня кушать, всё время забывая, что тот уже ушёл из деревни.

Бабушка Сы вздохнула и в тихом одиночестве позавтракала, затем отодвинула в сторону тарелки и котелки, явно не собираясь сейчас их мыть, и потерялась в глубоком омуте своих мыслей…

Спустя некоторое время старушка резко вскочила, забежала к себе в комнату и начала упаковывать вещички, а когда закончила, взяла под локоть корзину и коротенькими шажками засеменила в сторону выхода из деревни.

Возле выхода сидели неторопливо чаевничающие персоны голубых кровей, то есть целитель и старейшина.

Сы не обратила на них никакого внимания. Держа под локтем корзину, она уверенно шла к выходу.

— Старая Сы, ты что, собралась покинуть деревню? Ничего не собираешься сказать? — неторопливо спросил старейшина.

П.П: постараюсь сегодня ещё одну, честно-честно.))

Глава 104. Прохвосты покидают деревню

— Кто покидает деревню? — спросила повернувшаяся и невинно улыбнувшаяся бабушка Сы.

— Я может и простак, но слыша песню понимаю стоящую за ней суть. В течение последних нескольких дней ты практически не спала, а когда ела на тебя было больно смотреть. Поэтому совершенно естественно, что ты больше не можешь оставаться здесь и отправляешься на поиски Му’эра, — улыбнулся старейшина.

— Ты такой проницательный. Да, я ухожу! Я больше не хочу здесь оставаться! — раздражённо процедила бабушка Сы, на что целитель прокашлялся и сказал. — Покинув деревню, кто поможет тебе подавить дьявола в сердце? Пока мы рядом, исконный дух Владыки Ли не смеет наглеть. Ты же знаешь, что ему нет равных на пути Дьявола. Перед своей смертью ему даже удалось превратиться в семя дьявола и посеяться в твоём сердце Дао. Полагаясь на такой способ, он выжил, а сейчас только и ждёт удобного случая ударить в спину. Если ты не сможешь одолеть его или хотя бы подавить, он уничтожит твой исконный дух и завладеет телом.

— Он не завладеет моим телом, — буровя старика взглядом, обижено пробурчала старушка.

— Потому что слишком сильно любит? — улыбнулся целитель. — Вот тут ты не права. Ведь он любит не тебя, а твою оболочку. Завладев твоим телом, он переродится в нём и станет тобою, после чего попросту полюбит себя. Он дьявол в твоём сердце, а ты дьявол в его сердце. Переродившись в твоём теле, он возьмёт верх над дьяволом в своём сердце. Владыка Ли использует тебя, чтобы укротить себя и стать богом.

Бабушка Сы вздрогнула и неожиданно улыбнулась:

— Целитель, сказав так много, может ты тогда поможешь мне избавиться от него?

Целитель затих. Исконный дух Ли Тяньсина уже был посеян в сердце Дао бабушки Сы и с учётом обстоятельств старый лекарь ничем не мог помочь. Ма со своими буддистскими навыками тоже пытался помочь, но всё было бестолку. Да что уж говорить, даже меч старейшины не смог изгнать дьявола…

Единственный кто способен изгнать дьявола из сердца Дао бабушки Сы — она сама, а остальные могли лишь помочь ей с подавлением.

— Я прожила здесь больше сорока лет, но какой прок мне продолжать оставаться если никто из вас не может изгнать эту занозу в заднице? — старушка прижала к себе корзину и не оборачиваясь зашагала прочь. — Я найду Му’эра. Вдруг он страдает от голода и холода или вообще его запугивают и притесняют. Не волнуйтесь. Если я почувствую, что не справляюсь со старым дьяволом Ли, то обязательно вернусь!

Старейшина и целитель могли только хмуриться.

Дойдя до берега Вздымающейся, бабушка Сы приманила Речного Перевозчика, села на него и начала сплавляться.

Проплыв около пятидесяти километров, она потрясённо уставилась на шагающего по водной глади слепого с тростью, но уже мгновением после помрачнела лицом, схватила старика за шиворот и усадила на зверя.

— Слепой, ты пытаешься меня остановить? — гневно гаркнула бабушка Сы.

— Ой, так это ты, старая Сы, сразу и не разглядел. Остановить? Я же просто гулял, — проговорил улыбающийся слепой, скосив взгляд в сторону.

— Хочешь сказать, что просто решил с утра пораньше пробежаться так далеко от дома? — скептически спросила бабушка Сы, на что слепой вздохнул. — Ты идёшь своей дорогой, а я своей. Зачем мне тебя останавливать? Ах да, старая Сы, так куда ты намылилась? Может нам по пути?

— Я направляюсь в Империю Вечного Мира. Подвезти? — ухмыльнулся бабушка Сы, лукаво моргая своими мутными глазами.

— Какое совпадение, мне тоже туда! — радостно захлопал в ладоши слепой.

Выпучив глаза, бабушка Сы уставилась на невинно выглядящего слепого, но уже в следующее мгновение с насмешкой обронила:

— И что ты забыл в Империи Вечного Мира?

Слепой равнодушно ответил:

— Я слеп, поэтому собираюсь найти того, кто вырвал мои глаза.

Сердце бабушки Сы пропустило удар, после чего она улыбнулась и сказала:

— Я думала ты беспокоишься за Му’эра вот и решил отправиться на его поиски в империю. Получается ты идёшь туда по своим личным делам.

— Он уже взрослый и способен справиться с любыми проблемами, — сказанные слепым слова пристыдил старушку, по крайней мере пока старик не продолжил. — Я не стану искать с ним встречи, всего лишь тайно присмотрю.

Внезапно в небе что-то промелькнуло. Бабушка Сы подняла голову, но это что-то уже бесследно исчезло, а уже в следующее мгновение на спину Речного Перевозчика шлёпнулась тень. Ею конечно же оказался одноногий, который прямо сейчас с недоверием уставился на двух стариков на спине зверя.

— Одноногий, знаешь, когда ты появляешься как призрак это пугает. Чем ты занят? — недовольно проворчал слепой.

— Решил прогуляться, — ответил одноногий и, оглядевшись вокруг, спросил. — Вы случайно не встречали старого Ма? Я не видел его ещё со вчера. Судя по всему, прошлой ночью он так и не вернулся.

— Старый Ма не вернулся? Он всегда возвращается в деревню вовремя, — удивилась бабушка Сы, а одноногий вздохнул и сказал. — Думаю он соскучился по Му’эру и отправился в Империю Вечного Мира. Я должен найти его. Меня мучает вопрос почему этот старикан исчез, не обмолвившись и словом… почему отказался от нашей многолетней дружбы? А ещё проверю как поживает моя нога…

— Ты не думаешь повидаться с Му’эром? — подколол слепой, на что одноногий с каменным лицом ответил. — Разве похоже, что я соскучился по нему? Этому не бывать! Он просто мелкий надоедливый вредитель, которого мы по ошибке подобрали младенцем. Я всегда хотел его куда-нибудь сплавить… Мм? Посмотрите! Разве там не мясник?.. Действительно, мясник!

Чуть погодя на спине речного зверя уже стояли четыре человека. Трое на ногах, а мясник, конечно, на руках. Пока опирающийся на свою бамбуковую трость слепой прислушивался, остальные трое молча переглянулись.

Бабушка Сы держала под локтем корзину. Одноногий облокотился на костыль и насвистывал какой-то мотивчик. Мясник, плюхнувшись обрубком на спину зверя, упёр руки в бока и по-генеральски озирался вокруг.

— Помимо нас четверых, старый Ма тоже сбежал. В деревне остались только старейшина, целитель, глухой и немой, — спустя какое-то время пробормотал слепой.

— Немой тоже, — хрюкнул мясник и продолжил. — Прежде чем целитель и старейшина проснулись, мне на глаза бросился убегающий с огромным сундуком на горбу немой. Я попытался поймать его, но не смог.

— В таком случае остались только старейшина, целитель и глухой, — удивлённо пробормотал слепой, не знающий смеяться ему или плакать.

— Мы совершенно не скучаем по Му’эру, просто так совпало, что у нас всех появились дела. Я например отправляюсь в императорский дворец проведать свою ногу, мало ли, а вдруг Имперский Наставник решит её замариновать, бросить на гриль и зажарить. Если он сделает из неё поджаренный окорок будет уже совсем не до шуток… Он способен на всё, — горько улыбнулся одноногий.

— Мне тоже нужно разобраться с одним делом. Я должен отомстить за глаза, — кивнул головой слепой.

— Будучи владычицей священного культа предыдущего поколения, я должна наблюдать за тем, как новый владыка приходит к власти, — не останавливаясь кивала улыбающаяся старушка.

Мясник обдумывал причину некоторое время, пока всё же не выдал хоть что-то отчасти правдоподобное:

— Мою нижнюю часть тела скорее всего отбросило в какую-нибудь канаву. Я отправился на её поиски. Если найду может смогу прилепить обратно.

Четверо стариков вздохнули с облегчением и хором сказали:

— Да, у нас и правда есть важные дела.

В Цань Лао. На выходе из деревни старейшина и целитель галантно распивали чай.

— Нас осталось только четверо, — через некоторое время проговорил целитель.

— Целитель, старый Ма ушёл ещё вчера, — сказав, старейшина отпил чай и затем продолжил. — У них по-прежнему слабая выдержка, вот и не смогли усидеть на месте. Не то что глухой, настоящий эрудит, образован, спокоен и держит се…

Повернув голову, старик не договорил и глупо уставился на проходящего мимо глухого с прикрытой платком бамбуковой корзиной в руке.

— Глухой, ты куда? — машинально спросил целитель, но глухой, казалось, не услышал и продолжил идти.

— Этот негодяй притворился что не услышал меня! — сердито гаркнул целитель.

— Теперь в деревне остались только мы вдвоём, — старейшина не знал смеяться ему или плакать, как вдруг спросил. — Так, когда уходишь ты?

— Я не посмею уйти, слишком уж много врагов нажил. Меня больше беспокоит то, какой переполох вызовут во внешнем мире убежавшие прохвосты. Они ведь… — поспешно покачал головой целитель.

— Это уже не наши проблемы, а их. Если хочешь уйти, уходи. Я останусь и присмотрю за деревней пока вы все не вернётесь, — не дав договорить, проговорил умиротворённо улыбнувшийся старейшина.

— Если я пойду, то вызову гораздо больше проблем, чем остальные. Среди всех нас моя репутация худшая, — покачал головой целитель.

— Ну да, иначе ты бы уже давно нас покинул, — с улыбкой ответил старейшина.

Они посмотрели друг на друга и громко захохотали.

На границах уезда Речная Плотина и уезда Солнечный Тигр.

Подняв голову, Цинь Му посмотрел на утреннее солнце. Внезапно из его рук вырвалась Ци Красной Птицы, сжигая ранее украденную одежду ученика культа. Что касается человеческой кожи, он избавился от неё во время побега…

Его всё ещё терзали сомнения касательно ношения человеческой кожи. Более того, он постоянно таскал на своей спине рюкзак с целой кучей вещей, а одеваясь в человеческую кожу, на его месте формировался горб, сводящий на нет всю маскировку.

«Интересно, что прячет у себя в горбу бабуля?» — курьёзные мысли пронеслись в голове Цинь Му. Раз при ношении кожи у него появлялся горб в районе рюкзака, то значит и у бабушки Сы должно быть там что-то спрятано. В конце концов она ведь не была настоящим горбуном. Как его могло не начать одолевать юношеское любопытство?

Убегая и сражаясь всю ночь напролёт, у Цинь Му попросту не было времени на отдых. Ху Лин’эр так вообще уснула где-то на дне рюкзака. Пронёсся порыв ветра, и он подпрыгнул, чтобы пробежаться по нему, однако, сделав всего несколько шагов, сразу же почувствовал насколько устал и опустился на землю, решив продолжить идти по земле.

Вдруг откуда-то сверху послышалось жужжание. Посмотрев в сторону источника звука, Цинь Му увидел несколько подлетающих к нему красных жуков. Жуки были какими-то странными, они не боялись его, кружа совсем рядышком.

«Трупные жуки! — уголки глаз парня дрогнули, затем он зевнул и подумал. — Я так устал, нужно найти место, где поспать».

Несколькими тычками пальцев Цинь Му разобрался с назойливыми жуками и немедленно побежал прочь. Как-то раз побывав в доме целителя, он увидел там подобных трупных жуков. Среди них были зелёного и чёрного цвета, но реже всего встречались красного…

И прямо сейчас ему встретились те самые редкие красные жуки!

Внезапно послышалось ещё больше жужжащих звуков.

Подняв голову, Цинь Му удивлённо замер, ведь увидел настоящее красное облако из таких жуков, явно настроенных по отношению к нему довольно агрессивно.

Облако опускалось всё ниже и ниже. Неожиданно некоторые из жуков направились в лес и зарылись в разнообразные земляные курганы. Курганы задрожали, затем из них выбрались скелеты и направились прямо к юноше.

В то время как большая часть других жуков начала погружаться в тела встретившихся на их пути ещё живых зверей, таких как волки и тигры. Глаза диких зверей краснели от ярости, после чего они срывались с места в сторону Цинь Му.

П.П.: омг, я сделал-таки вторую, завтра ещё вычитаю, но вроде норм…

Глава 105. Губернатор префектуры Личжоу

Мастер Культа Бессмертного Трупа! И даже сильнее, чем предыдущий преследователь, Хэ Инь. Он превосходи его, как минимум, на одну область!

Сердце Цинь Му упало в пятки. Трупные жуки, должно быть, были взращены мастером Культа Бессмертного Трупа. И, судя по всему, он мог контролировать целое облако насекомых с огромного расстояния, а также использовать их для обретения контроля над бесчисленными дикими зверями и покоящимися в курганах скелетами. Всё это явно говорило о том, насколько высоким было совершенствование практика!

Провернуть подобное намного сложнее, чем просто управлять летающими зомби.

Трупные жуки погружались в тела диких зверей и скелетов, заставляя их странно трансформироваться. Кости скелетов краснели, а тела зверей превращались в покрытые красной шерстью туши, после чего все как один начинали не щадя себя преследовать Цинь Му!

Такая тактика была в разы эффективнее, чем у Хэ Иня.

«Он не планирует меня убивать, а просто пытается не дать сбежать!» — Цинь Му использовал свою жизненную Ци, чтобы управлять мечом.

Форма Меча Волны… Младший Защитник раз за разом облетал парня по кругу.

Цинь Му бежал, а меч прорубал путь вперёд, безостановочно собирая причитающуюся ему жатву через кромсание туш дикий зверей и крушение костлявых!

Тем не менее, с каждой упавшей тушей зверя или скелетом, из последних вылетал трупный жук, после чего либо зарывался в землю, либо улетал вглубь леса, вскоре возвращаясь с новой оболочкой, пытающейся схватить юного беглеца!

Сердце Цинь Му колотилось как бешеное. Монстры, по-другому и не назовёшь, сильно замедляли его, а преследующий мастер наверняка мчался сюда во весь опор!

Ху Лин’эр таки проснулась от шума. Оценив ситуацию, она немедленно подняла демонический ветер. Сила ветра постоянно возрастала, пока не вызвала торнадо, сдувшее всех стоящих на пути диких зверей и скелетов.

Давление на парня значительно снизилось, а скорость, с которой он убегал, возросла, как вдруг красный трупный жук приземлился на рюкзак и попытался проникнуть в нос лисы.

Ху Лин’эр изумлённо взвизгнула и тут же вылезла из рюкзака, взобравшись на плечо Цинь Му.

Вскоре послышалось жужжание ещё большего числа жуков. Было очевидно, что мастер заметил контролирующую ветер лису, так как натравил на неё достаточно много жуков, пытающихся превратить её в красного зверя.

— Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе! — воскликнул Цинь Му, и жизненная Ци в его теле превратилась в ослепительное пламя, создавая мудру в небе. Ци Красной Птицы стала сияющим солнцем, сеющим повсюду яркие лучи. Трупные жуки странно запищали с пошедшим из их тел зелёным дымком, после чего безжизненно попадали на землю.

«Восемь Громовых Ударов сработали. Они могут уничтожать души и духи трупных жуков!» — удивился Цинь Му и на бегу ещё раз использовал Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе. На этот раз уже из некоторых туш зверей и скелетов пошёл зелёный дымок. Под воздействием лучей туши обмякши падали на землю, а скелеты разлетались костями.

Уцелевшие отреагировали на случившееся, поэтому вместо того, чтобы блокировать дорогу юноше, начали просто бежать следом. Кроме скелетов, конечно, те тоже держались на расстоянии, но при этом вырывали руками свои рёбра и бросали в парня!

Сотни рёбер свистели и кружились в воздухе. Рёбра летали по дуге, а в случае промаха, подобно бумерангам, возвращались в руки скелетов.

Голова Цинь Му начала болеть. Ему не оставалось ничего другого кроме как вновь использовать Форму Меча Волны, но на этот раз чтобы блокировать атакующие со всех сторон рёбра. Скорость его бега опять снизилась.

Последователи Культа Бессмертного Трупа атаковали слишком странными методам. Они использовали летающих зомби, жёлтые бумажные талисманы, трупных жуков, превращённых в красные туши зверей, и даже бросающихся собственными рёбрами скелетов. С какой стороны не посмотри, их методы были чрезвычайно причудливыми.

Внезапно Цинь Му увидел впереди поле, на котором трудились фермеры. Как раз было время сбора весеннего урожая, поэтому фермеры вставали рано утром и брались за работу.

— Бегите, быстро! — Цинь Му махнул рукой и крикнул. — Бегите, глупцы!

Фермеры подняли головы, чтобы взглянуть и не могли не испугаться. Куда не глянь, будто наводнение роились ужасающе выглядящие скелеты и красные туши зверей. Они тут же побросали серпы и побежали. Однако, куда им тягаться в скорости с парнем и бегущей за ним сворой монстров… у фермеров попросту не было шансов сбежать.

Цинь Му мгновенно изменил направление, чтобы избежать встречи с ними. Однако, рядом с полями располагался главный имперский тракт, по которому колесила конная упряжка с двумя скачущими на конях стражниками рядом.

— Что там за шум? — из упряжки донёсся женский голос, которому тут же ответил слегка склонившийся стражник. — Моя госпожа, я вижу настоящую орду скелетов, преследующих юношу в вышитой одежде. Юноша беспокоился, что скелеты столкнутся с фермерами в поле, поэтому сейчас он бежит в нашу сторону. Кроме скелетов я вижу странных зверей с покрасневшей шерстью. Они, судя по всему, пребывают под контролем трупных жуков и, если я прав, тут не обошлось без техники Культа Бессмертного Труппа из Сянси.

— Хоть современный мир и начинает жить мирно, в нём всегда будут появляться демоны и монстры, желающие посеять хаос, — мрачно проговорила женщина в упряжке и затем отдала приказ. — Стражник Ши, избавься от орды скелетов и красных зверей. И смотри, чтобы не пострадали миряне.

— Да, моя госпожа, — уважительно ответил стражник и не слезая с коня достал серебряную пилюлю меча. Щёлкнув пальцем, пилюля взлетела в небо и быстро закружилась. С каждым оборотом, из пилюли стремительно вылетал белоснежный меч.

Из-за невероятно быстрого вращения мечи сыпались будто дождь. Убегая, Цинь Му слышал скрежещущие звуки, с которыми скелеты позади него разлетались на куски и превращались в пыль, в то время как красношёрстные звери, если везло, теряли головы!

Орды зверей и скелетов были уничтожены в одно мгновение. Красные трупные жуки вылетели из скелетов и туш, но, прежде чем успевали улететь, их тоже уничтожали летящие мечи.

«Традиционный навык меча!» — немедленно остановился Цинь Му, рассматривая конную упряжку впереди. Навык меча, который использовал стражник, определённо был традиционным. Как он догадался? Всё просто, парень уже видел подобный навык в исполнении членов секты Меча Реки Ли.

Для сражения с врагами такой навык меча использовал огромное количество превращённых в маленькую пилюлю мечей. Также ими можно было создавать боевые построения.

Те, кто могли пользоваться пилюлями меча, конечно же были высокоуровневыми мастерами. Хотя бы потому что пилюля была невероятно тяжёлой, и чтобы так легко подбросить её в воздух, человек должен обладать чудовищной силой.

Стражник рядом с конной упряжкой был достаточно сильным для такого, так что женщина внутри должна быть довольно важной персоной.

Вдалеке. Цяо внезапно почувствовал, как в одно мгновение умерли все его трупные жуки, и был ошарашен. Он не решался продолжить погоню, просто стоя на верхушке дерева и всматриваясь вдаль.

«Конная упряжка губернатора префектуры Личжоу! — старик переменился в лице и развернулся. — Губернатор префектуры Личжоу — безжалостная женщина. Я определённо ей не ровня. Нужно срочно отступить!»

Цяо тут же подорвался с места и бесследно исчез.

Сидящий на коне стражник Ши повернулся к упряжке и отрапортовал:

— Моя госпожа, Культ Бессмертного Трупа отступил.

— Попроси того юношу подойти, — из кареты донёсся женский голос.

— Слушаюсь, — стражник Ши слез с коня и поклонился. — Юный герой, моя госпожа зовёт тебя к себе.

Цинь Му подошёл к конной упряжке. Занавеска экипажа отодвинулась, раскрывая профиль женского лица. Пассажиркой оказался настоящая розовощёкая красавица с алеющими пухлыми губками, как вдруг она повернулась и смерила его взглядом. Увидев яркую и опрятную одежду, она подумала, что он должно быть из богатой семьи и спросила:

— Откуда ты, юноша?

Не будучи ни смиренным, ни высокомерным, Цинь Му ответил ни раболепски, ни властным голосом:

— Я из уезда Речная Плотина.

— Это правда, что Речная Плотина уже пала и попала в руки Культа Бессмертного Трупа? — спросила женщина.

— Старшая сестра, без сомнений, очень умна, — кивнул головой восхищённо воскликнувший Цинь Му.

— Старшая сестра? Будучи губернатором префектуры Личжоу в течение стольких лет, так ко мне обратились впервые, — спокойно проговорила женщина, не зная смеяться ей или плакать, после чего подозвала стражника Ши и приказала. — Передай приказ уездам Солнечный Тигр и Беззаботный Мир подготовить свои войска к отправке в Речную Плотину.

Стражник Ши отсалютовал и немедленно ушёл.

— Культ Бессмертного Трупа из Сянси захватил Речную Плотину. И буду с тобой честна, скорее всего для местных жителей это ничем хорошим не закончится. Уже настоящее чудо, что хотя бы тебе удалось сбежать. Судя по твоей одежде, ты из богатой семьи. Какие у тебя планы? — спросила женщина, с жалостью глядя на юношу. Было очевидно, что после захвата Речной Плотины Культом Бессмертного Трупа, в городе не останется никого в живых. А так как он представился одним из тамошних местных жителем, его семье тоже не выжить. Собственно, поэтому она и спросила, есть ли у него какие-то планы.

Цинь Му на мгновение поколебался, прежде чем ответить:

— Я собираюсь отправиться в столицу.

Женщина кивнула головой и сказала:

— Ехать в столицу — хорошая идея. Наши войска вскоре отправятся в уезд Речная Плотина. В хаосе войны бандиты будут появляться повсюду, поэтому здесь опасно находиться. У тебя есть пропуск в столицу?

Цинь Му безучастно покачал головой.

Женщина нерешительно пробормотала что-то себе под нос и сказала:

— Я, Юйюань Чуюй, губернатор префектуры Личжоу. Во время моего правления в уезде Речная Плотина произошло вооружённое восстание, и это моя вина. Естественно, что у тебя нет пропуска в столицу, ведь тебе пришлось спасаться бегством. Полагаю, судья уезда также был убит в резне. Стражник Цю, подготовь инструменты для составления официального документа.

Стражник отдал честь и немедленно достал все нужные инструменты, передав их в упряжку. Подняв кисть, женщина красивым почерком написала на бумаге несколько предложений, после чего спросила:

— Как тебя зовут?

Цинь Му дал быстрый, не вызывающий подозрения, ответ. Юйюань Чуюй написала “гражданин префектуры Личжоу, Цинь Му” и поставила на бумаге официальную печать. Когда чернила высохли, она высунула теперь уже официальный документ из упряжки и приказала передать юноше.

— Это твоё разрешение на проезд через пропускной пункт. Также с его помощью ты можешь посетить все большие города по пути, и никто не доставит тебе никаких проблем, — спокойно произнесла задёрнувшая занавеску Юйюань Чуюй, после чего более тихо продолжила. — Не вспоминай о своей семье… уже не о ком вспоминать. Постарайся добраться до столицы как можно быстрее. Мой старший брат Юйюань Чуюнь занимает там официальную должность, когда попадёшь в город, скажи ему, что я тебя порекомендовала. Надеюсь, мы ещё увидимся.

— Спасибо, старшая сестра! — поклонился Цинь Му и зашагал по тракту.

«Бедный мальчик, разорённый и осиротевший в таком молодом возрасте. Боюсь, что он единственный выживший житель Речной Плотины…» — вздохнула Юйюань Чуюй.

«Старшая сестра Чуюй такая добрая, — думая в таком ключе, Цинь Му должным образом спрятал пропуск. — Теперь, в случае если меня остановят по пути в столицу, я могу сказать, что являюсь гражданином префектуры Личжоу. Никто и не догадается, что я из Великих Руин… уааа… ох, как же я устал после бессонной ночи и беготни, пожалуй переночую в уезде Солнечный Тигр».

П.П.: уже не ждали? Ха! Кстати, я не сдержался и оставил маленькую пасхалочку, а может и две, в переводе, но её заметит и поймёт не каждый. xD

Глава 106. Отравление

Цинь Му спал в одном из постоялых дворов уезда Солнечный Тигр. Внезапно послышался возглас, от которого он вздрогнул и проснулся.

— Я не знаю откуда взялись эти жуки. Они повсюду! Что я только не перепробовал чтобы вытравить их или на худой конец прогнать! Офицер, можете взглянуть на этого красного жука? Вдруг они опасные… — говорил хозяин постоялого двора.

Сердце парня замерло, но уже в следующее мгновение он второпях вскочил, разбудил маленькую лису и упаковал пожитки в рюкзак. Хозяин постоялого двора продолжал общаться с офицером внизу, вот только последний скорее всего был обычным практиком уровня боевых искусств и ничего не смыслил в жуках.

— В городе много таких жуков. Поскольку раньше их у нас не водилось, скорее всего они просто предвещают грядущую войну. Топчи и всё, — ответил офицер, словно в подтверждение вышесказанному.

— Я уже пробовал топтать, бесполезно! Да что уж, я и кипятком поливал и поджигал, но им всё побоку… Так и продолжают жужжать. Один жук вообще умудрился залетать в рот посетителю и тот даже проблевавшись не смог достать его… — сетовал хозяин постоялого двора.

Цинь Му оставил на столе одну монету Великого Изобилия и открыл оконные ставни, а Ху Лин’эр призывала заклятием демонический ветер. Выскочив на улицу, парень наступил на кромку ветра и побежал прочь с время от времени выглядывающей из-за спины белой мордочкой лисы.

Во время бега, парочке то тут то там бросались в глаза летающие красные жуки. Будет не преуменьшением сказать, что всё небо уезда Солнечный Тигр было усеяно ими будто звёздами в ночи…

Цинь Му приходилось частенько тыкать пальцем. За каждым таким тычком следовал раскат грома и замертво падающий трупный жук… Те умирали настолько быстро, что даже не успевали ничего осознать, не то что кого-то увидеть.

— Почему они настолько настырные? Прицепились к нам словно мстительные призраки. Мы ведь всего лишь убили сыны лидера культа… Зачем заходить так далеко? — недовольно бурчала Ху Лин’эр.

Цинь Му приземлился на землю и побежал. Впереди стоял продавец паровых булочек, у которого он на бегу выхватил сразу несколько подносов с лакомством и даже зацепил мизинцем пароварку. Продавец было собрался заорать “воры”, как в его ладонь приземлилась одна монета Великого Изобилия, вознося на седьмое небо от счастья.

Пробегая под городскими воротами, Цинь Му подбросил булочку и затем поймал ртом. Ху Лин’эр запрыгнула на его плечо и тоже решила перекусить, но коснувшись лапками булочки тут же взвизгнула, как оказалось, питательная виновница была очень и очень горячей. Прямо сейчас со стороны лисичка выглядела как неуклюжий жонглёр, то и дело перебрасывая булочку с одной лапы в другую. Чуть погодя она таки смогла выдержать лапками жар и недолго думая куснула, в итоге конечно же опять взвизгнув и затем высунув обожжённый язык.

Немного погодя человек с лисой прикончили все булочки, а спустя ещё какое-то время решили остановиться и осмотреться вокруг. Не заметив рядом ни одного красного трупного жука, они одновременно облегчённо вздохнули.

Ху Лин’эр юркнула на дно рюкзака, а когда появилась уже держала в лапках карту Империи Вечного Мира. Цинь Му взял карту, развернул и затем более внимательно осмотрел окрестности. Определив своё текущее местоположение, он сразу же побежал в направлении имперской столицы.

****

Будучи не способными найти юношу и лису, жуки постепенно разлетались из главного города уезда Солнечный Тигр. Относительно неподалёку от горда, на вершине горы Солнечное Плато, сидел Цяо и насупившись отзывал своих трупных жуков… Как вдруг краем глаза он заметил идущего однорукого старца, который проходя мимо него словно специально наступил на одного из трупных жуков и раздавил насмерть.

Цяо чуть было не начал сквернословить, когда внезапно осознал: «Мои трупные жуки несравненно прочные, а старикан с такой лёгкостью раздавил одного… Однозначно сильный мастер! Пожалуй, не стану нарываться, — наблюдая за удаляющимся старцем, он начал рассчитывать. — Поблизости никого нет и поскольку данное направление уже перекрыто мною, мелкое отродье может податься только на восток, запад или север, однако, мои жуки уже добрались до ближайших городов на западе и востоке, и там его точно нет. Значит север, да…»

Цяо тут же побежал на север и спустя всего несколько мгновений вновь увидел однорукого старца. Скосив взгляд на трепыхающийся ветром полый рукав медленно, но уверенно идущего старца, как оказалось тоже на север, он призвал к себе жуков, а когда их стало так много, что можно было сравнить с облаком, разве что красным, заставил поднять себя в воздух. Хотя, конечно, некоторые из жуков отделялись и разлетались по лесу в поисках возможных следов юноши.

Плюх, плюх.

Однорукий старец раздавил ещё двух трупных жуков, вынудив Цяо подавить очередную вспышку гнева и нахмуриться. Красное облако трупных жуков плавно спустилось к земле, но не до конца, зависнув на расстоянии примерно метра от земли и двух от старца.

— Уважаемый старший, эти трупные жуки взращены мною. Ничего страшного если Вы раздавили одного, но зачем было давить ещё двоих? — уважительно поклонился Цяо.

— Правда? Я думал, что это просто назойливая лесная мошкара, какой полно, вот и давил. Оказывается их вырастили Вы, тогда простите-простите, — ответил остановившийся однорукий старец.

— Незнающего нельзя винить. Старший, пожалуйста, впредь будьте остор… — улыбнулся было Цяо, но на полуслове…

Плюх.

Однорукий старец поднял ногу и раздавил насмерть очередного жука, заставляя выражение лица Цяо стать мрачнее грозовой тучи.

— Я ненарочной, ей богу… — сделал шаг назад однорукий старец и…

Плюх.

Ещё несколько трупных жуков превратились в мякоть из некой красной субстанции. Цяо зверино ухмыльнулся, после чего из леса вышли летающие зомби и окружили старца.

— Старший, Вы издеваетесь надо мной? Вы явно специально давите моих трупных жуков… Может быть Вы хотите оскорбить мой Культ Бессмертного Трупа? — с мрачной миной спросил он.

— Так Вы мастер Бессмертного Трупа. Вы неправильно поняли, Ваши жуки сами пролетали под моими ногами. Разве в таком случае Вы можете винить меня? — сразу же объяснился однорукий старец.

Не зная уровня совершенствования старого чудика, Цяо немного побаивался его, поэтому в очередной раз решил отступить и через силу процедил:

— Раз не специально, то забудем.

Развернувшись, чтобы уйти, он услышал очередной “плюх” и таки сорвался. Гнев взял власть над разумом, а страх превратился в мужество и с мановением его мысли летающий зомби набросились на старца!

Летающие зомби Цяо отличались от тех, что были у Хэ Иня. Последний был всего лишь только-только ворвавшимся в область Шести Направлений учеником культа с совсем зелёными божественными искусствами. В то время как первый относился к старшему поколению культа и уже давно прорвался в область Семи Звёзд, а его летающие зомби были закалены до уровня медных бронированных трупов с медными сухожилиями и железными костями. И, конечно же, каждый из таких трупов обладал воистину поразительной силой!

Кроме того, у Цяо было довольно много медных бронированных трупов и прямо сейчас все они одновременно набросились на противника. С учётом обстоятельств они однозначно должны были достать его!

Прежде чем летающие зомби даже смогли коснуться подола одежды старца, вспыхнула аура и прогремел голос Будды. Кровь в жилах Цяо буквально застыла от ощущения того, что перед ним стоит сам Будда. Он настолько сильно испугался за сохранность своей жизни, что на чистых инстинктах бухнулся на колени, ударил челом о землю и залепетал:

— Помилуй, о мудрейший!

Между тем, сияние ауры Будды окропило летающих зомби, заставив тех обессиленно попадать на землю и разорвать связь со своим хозяином. Однорукий старец провёл “обряд” просвещения, делая зомби не способными навредить в будущем вообще кому-либо.

— Встань, — посмотрел на него однорукий старец и зашагал прочь. — Люди ошибаются и в меру возможностей нужно находить в себе силы прощать. Я не стану тебя убивать, но хотел бы, чтобы ты чаще проявлял сострадание к людям и по возможности отпускал…

Цяо поднял голову, осмотрелся вокруг и облегчённо вздохнул, думая: «Пронесло! К счастью, я всегда отличался сообразительностью. Если быть обученным должным образом, любой навык может спасти жизнь, к примеру, когда нет никакого шанса на победу, нужно сразу же пасть ниц и молить о прощении, частенько работает, — вставая, он с болезненным выражением лица подумал. — Мои летающие зомби… Бесчисленные годы пролитого пота и крови пошли по ветру. Кто чёрт возьми этот старикан такой, раз смог с такой лёгкостью уничтожить их? Он даже не атаковал, просто разок вспыхнул аурой и мои любимые, драгоценные… Так, стоп! Нужно взять себя в руки! Я по-прежнему могу поймать того мелкого ублюдка и отнять его меч-сокровище первого ранга! Тогда всё окупится!»

Цинь Му мчался через лес, как вдруг резко остановился. Наклонившись, он выкорчевал кустик травы, из которого торчал цветок с тремя фиолетовыми лепестками.

— Молодой мастер Му, что это за цветок? — непонимающе спросила Ху Лин’эр.

— Трава Земного Начала. У неё есть запах, который не сможет унюхать как человек, так и зверь, — ответил Цинь Му, аккуратно оторвав маленький фиолетовые цветок и выбросив, но, тем не менее, сохранив листья и корневище. Он продолжал бродить по лесу и собирать кое-какие травы, некоторые из которых были довольно распространёнными и встречались повсеместно, пока вновь не заговорил. — Однако, запах Травы Земного Начала крайне благоухающ и заманчив для насекомых. Ещё в ней содержится яд, безопасный для людей, но невероятно токсичный для насекомых. Поэтому Траву Земного Начала ещё прозвали проклятьем ста жуков. А что до других собранных мною трав, у них только два предназначения: в сто раз приумножить запах и токсичность Травы Земного Начала».

Цинь Му на огромной скорость бежал вперёд. Его жизненная Ци хлынула наружу и зафиксировала несколько трав в воздухе. Используя Ци в качестве котла, он начал прямо на бегу готовить лекарство.

Из одной руки вырвалась Ци Красной Птицы, а из другой Ци Чёрной Черепахи. Ци Красной Птицы обратилась пламенем, начав обжиг трав, а Ци Чёрной Черепахи стала струйками воды, которые, увлажняя, предотвращали их полное сожжение.

Даже не успев пересечь половину горной седловины, Цинь Му уже закончил переработку лекарственной энергии трав. Он избавился от лекарственных отходов и свёл руки вместе, после чего в импровизированной ладонной “чашечке” заплескалась некая прозрачная жидкость.

Цинь Му осмотрелся вокруг и заметил неподалёку кристально чистый водный источник. Подойдя к нему, он умыл в нём руки, после чего собрался с силами и умчался прочь.

Немного погодя к этому месту стянулось необъятное красное облако. Само собой разумеется, облако состояло из красных трупных жуков Цяо.

Трупные жуки буквально по пятам следовали за Цинь Му, но перед тем, как практически догнать, они внезапно потеряли над собой контроль и полетели к водному источнику.

Цяо, контролирующий рой трупных жуков позади, бы поражён и тут же бросился вперёд. Глядя на настоящие барханы, разве что не из песка, а из мёртвых жуков, он почувствовал, как всё внутри него похолодело… Красные трупные жуки, с таким трудом взращённые, все до единого умерли!

Быть способным отравить за один раз такое количество трупных жуков… Это… Попросту не поддаётся логике… Только одна мысль о подобном заставляла Цяо дрожать от страха!

— Кроме того, есть кое-что ещё, — достаточно далеко отбежав, улыбающийся Цинь Му обратился к прячущейся в рюкзаке Ху Лин’эр. — Трупный жук тоже по-своему ядовит, причём очень! Приготовленный мною яд, конечно же, не опасен для людей, однако, если его съедят трупные жуки, тем самым смешав со своим, получится совершенно новый яд, по-настоящему ужасающий яд! Достаточно лишь слегка прикоснуться к нему, чтобы тело полностью парализовало и началось гниение плоти. Отравившись этим ядом тебе не останется ничего другого кроме как наблюдать за своим же разложением без возможности хоть что-либо предпринять!

— Молодой мастер, яд точно подействует на того сильного практика Культа Бессмертного Трупа? Его совершенствование на совершенно другом уровне! — пропищала вскочившая Ху Лин’эр.

— Всё будет зависеть от того, коснётся ли он своих жуков или нет, — вполголоса проговорил Цинь Му и, взглянув на небо, также тихо продолжил. — Яд достаточно скоро потеряет свои свойства. Под солнечными лучами он будет постоянно терять свою токсичность, но одно я могу сказать точно, если в ближайший час кто-то прикоснётся к нему, то однозначно умрёт!

Стоя посреди горной седловины, Цяо дрожал всем телом, но вдруг внезапно ухмыльнулся: «К счастью, у меня всё ещё есть достаточно трупных жуков для разведения, включая королеву трупных жуков…»

Внезапно из-под его кожи начали вылезать потерявшие всякий рассудок трупные жуки и лететь к водному источнику. Даже королева трупных жуков тоже выбралась и полетела. Старик воскликнул и сразу же попытался схватить королеву, но скорость последней была крайне высока, и уже через мгновение она выпила воды.

Цяо схватил королеву трупных жуков и уже было собрался облегчённо вздохнуть, как вдруг его тело окоченело. Кожа на ладони начала гнить и, расползаясь, обнажать плоть, которая в свою очередь тоже начала гнить и кусками спадать на землю, быстро превращаясь в нечто похожее на гной.

Прямо перед его глазами его же рука сгнила, а он даже боли не почувствовал.

Цяо хотел было отрубить руку, но его сознание словно отделилось, становясь не способным контролировать тело. Со скрежетом стиснув зубы, старик приложил все силы, чтобы поднять другую руку, но лишь потерял равновесие и рухнул на землю, а точнее устилающих её насекомых…

— Дедушка целитель был прав. Не можешь одолеть в бою, так отрави, — то ли печально, то ли с ностальгией вздохнул пастушок из деревни Цань Лао, деревни в которой живут только старики и инвалиды…

Глава 107. Сражаться против десятерых одной рукой

Через пять дней Цинь Му добрался до главного города уезда Речная Гробница, который со стороны казался более процветающим нежели ранее встреченные им по пути другие. Сам же город практически полностью раскинулся вдоль берегов реки Золотой, а центральная его часть даже над, поэтому Речную Гробницу местные зачастую называли Золотой Гробницей.

Стремительно текущие воды реки Золотой давали ощущение необъятности и горделивой неукротимости морских вод… Изначально город располагался на острове посреди реки, но время шло и всё больше караванов кораблей причаливало и отчаливало, делая город более богатым и, следовательно, процветающим. В итоге случилось перенаселение, вынудившее местные власти решиться на расширение границ города до берегов реки, а затем и вовсе продолжить дальнейшее строительство вдоль них.

В то время судьёй уезда Речная Гробница был ещё молодой, талантливый и даже на тот момент достаточно сильный сегодняшний Имперский Наставник Вечного Мира. Проявив управленческую хватку, не дюжие способности и смелость, он собрал бесчисленное множество мастеров-ремесленников и практиков божественных искусств, чтобы те изготовили и погрузились вглубь реки исполинские каменные колонны. Всего вышло три тысячи восемьсот колонн, каждая из которых имела по крайней мере трёхсотметровую длину, а после погружения на дно в определённом порядке возвышалась над речной гладью ровно на сто метров. Даже самые большие корабли не могли дотянуться мачтами и до середины высоты колонн, а самые бурные наводнения лишь окропляли брызгами вершины.

Затем по приказу Имперского Наставника мастера-ремесленники вместе с практиками божественных искусств изготовили огромный плиты, чтобы постелить их на колонны в качестве основы для города, а как в последствии получилось, конечно немного в другом смысле, и всего уезда Речная Гробница. После чего началось строительство самого города и спустя десять лет, пролитых пота и крови десяти тысяч работающих на износ практиков божественных искусств, наисложнейшая и наиамбициознейшая строительная задумка века воплотилась в жизнь… Рождая на свет речную жемчужину всей Империи Вечного Мира!

В плитах нового города местами встречались отверстия, через которых проходил солнечный свет, а во время дождей стекала вода. Также под городом располагались доки, облегчающие для судов движение, в то время как рядом с городом находились гавани, как большие, так и маленькие, в них корабли заплывали в основном только для загрузки или выгрузки товаров.

Город просто бурлил жизнью, а шуму могла позавидовать даже столица, может как раз поэтому у него было второе негласное название — малая столица. В прошлом учёные чиновники раскритиковали идею строительства нового города, обвиняя судью уезда Речная Гробница в заговоре с целью восстания и подкрепляя свои слова тем, что если подобный город будет построен, то тамошний судья сможет перекрыть драконью вену империи. Также заходила речь о том, что он построил голову дракона на реке Золотой с дурными намерениями. Дошло даже до прошения императора о казни…

Тем не менее, судья уезда Речная Гробница, словно на зло всем злопыхателям, успешно совершил сей захватывающий подвиг. Затем его вызвали в столицу. Все уже было подумали, что наглеца наконец казнят, но нет. А дальше последовали ещё более непредсказуемые события, ведь мало кто знал, что наследный принц Яньфэн, мастер стратагем и гений интриг, восхищается этим самым судьёй. И позже, после восхождения на императорский трон, Яньфэн уже в качестве императора всеми силами продвигал судью, пока не сделал из последнего Имперского Наставника всей Империи Вечного Мира.

Цинь Му услышал примерно такую же историю от рулевого, поэтому не мог судить насколько та правдива. Однако, способности Имперского Наставника и глаза мудрости Императора Яньфэна не могли не вызывать чувства восхищения.

На борту того же корабля путешествовали какие-то ученики уезда Речной Гробницы. Некоторые из них происходили из бедных семей, но большинство конечно же из богатых. Поспрашивав вокруг, Цинь Му узнал, что почти все они соученики одной и той же начальной школы-колледжа.

Для него практически всё происходящее было в новинку, удивляя и приводя в детский восторг. Но осторожненько расспросив про эту начальную школу-колледж, он понял, что к чему. Начальные школы-колледжи придумал Имперский Наставник и сделал известными на всю страну. Как-то раз он встретился с Императором Яньфэном и сказал: “Достигнув восьмилетнего возраста, будь то аристократ или простолюдин, ребёнок должен поступит в начальную школу, где обучится: Даоинь, этикету, манерам, обрядам, музыке, стрельбе из лука, грамотности и как правильно совершенствоваться, тем самым закладывая крепкие основы. Затем среди всех нужно отыскивать таланты и заниматься с ними под стать способностям, а те ученики, которые пробудят свои духовные эмбрионы должны быть выбраны для продолжения учёбы в колледже.

Имперский Наставник также сказал: “Когда ученикам исполнится пятнадцать лет, старший сын и наследник Сына Небес, так же как наследники герцогов, высокопоставленных чиновников, старших чиновников и имперских учёных будут посещать колледж вместе с талантами из простых людей. Вместе они обучатся божественным искусствам, навыкам меча, здравомыслию и управлению людьми. Тогда все ученики колледжа станут учениками Вашего Величества и не будет необходимости полагаться на секты, а опасность со стороны последних полностью себя исчерпает”.

Имперский Наставник подвёл итог: “Закончив своё обучение в колледже, каждый выпускник может попытаться поступить в Имперский Колледж. Ученики Имперского Колледжа будут изучать пути чиновников, генералов и даже управления всем миром. В конце концов четыре моря достигнут мира, а Ваше Величество получит долгожданный покой”.

Цинь Му с сожалением вздохнул. С настолько умным человеком разве вообще возможно, что страна не будет процветать?

Жизненно важная составляющая для существования всех сект была вытеснена начальными школами и колледжами Империи Вечного Мира. Поэтому совершенно неудивительно что секты восстают.

Находясь на покачивающемся от волн корабле, Цинь Му вытащил Математический Трактат, ранее купленный им в одном из городов Речной Гробницы. Внимательно изучая его, он записывал угольным карандашом на бумаге свои собственные способы расчёта.

— Брат Цинь, ты тоже отправился в столицу, чтобы попытаться сдать имперские экзамены? — внезапно спросил ученик пухлого телосложения, на что Цинь Му улыбнувшись кивнул и сказал. — Верно. Я отправился в столицу, чтобы испытать удачу, собственно, которая и определит моё будущее. Брат Вэй, так ты тоже хочешь сдать имперские экзамены?

— Сдать вступительный экзамен на отлично и поступить в Имперский Колледж для дальнейшего обучения — моя заветная мечта! — кивнув головой, ответил улыбающийся Вэй Юн.

— Брат Вэй, не так-то просто поступить в Имперский Колледж. Тебе исполнилось только четырнадцать, и ты всё ещё простой ученик. Так что даже не надейся поступить! — засмеялся другой ученик.

— Действительно ли ученики Имперского Колледжа настолько невероятны? Куда им до меня и брата Циня! — ухмыльнулся Вэй Юн.

Большинство учеников громко рассмеялись. Цинь Му тоже улыбнулся. Ученики на корабле отправились в столицу, чтобы сдать имперские экзамены, ведь каждый из них жаждал поступить в Имперский Колледж.

В колледже Речной Гробницы по большей части обучали самым основным, распространённым навыкам меча и заклятиям. Тогда как в столичном Имперском Колледже были собраны миллионы книг, в которых можно было найти всё, что душе угодно. Там были собраны почти все техники и божественные искусства сект империи. Не будет преуменьшением сказать, что это было высшее учебное учреждение всей Империи Вечного Мира!

Тем не менее, поступить в Имперский Колледж было крайне сложно, ведь за эту возможность яростно сражались ученики со всех колледжей страны. Что касается учеников начальной школы, они в основном отправлялись в столицу, чтобы поступить в местный обычный колледж. Даже упоминать не стоит насколько сложно им будет поступить в Имперский Колледж, подобное способны воплотить в жизнь разве что самые выдающиеся из них и конечно же каждый год последних не насчитывается и десятка.

Рулевой направил корабль к берегу. Цинь Му заметил, что на нём использовалась странная печь. В печи горело пламя, в которое время от времени забрасывали лекарственные камни, после чего из них высвобождалась духовная энергия, приводящая в движение шестерни сверху. Шестерни же в свою очередь соединялись с погружённым в воду лопастным колесом, которое, собственно, и заставляло корабль плыть вперёд. Рулевому оставалось только направлять судно в нужном направлении.

Цинь Му удивлённо цокнул языком. В Великих Руинах ему не доводилось видеть такие странные штуковины. Уже совсем скоро корабль причалил. Сойдя на берег вместе с остальными учениками, он решил последовать за ними и в итоге попал на рынок разношёрстных транспортных средств. Из-за разнообразия в выборе его просто распирало от любопытства. Можно было увидеть как сдающиеся в аренду, так и продающиеся: сухопутные пассажирские лодки, какое-то летающие транспортные средства, журавли и сухопутные драконы. Да что уж, даже были уже готовые к отбытию корабли. Над ними то и дело взлетали клубы дыма вперемешку с пламенными всполохами.

— Брат Цинь, сюда! — Вэй Юн стоял возле одного из таких кораблей и махал рукой, как вдруг опустился трап и на корабль поднялись некоторые ученики. Цинь Му подошёл к кораблю, поднял голову и с изумлённым выражением лица осмотрел. Вэй Юн познакомился с ним с самого начала, поэтому сразу же объяснил. — В сухопутных пассажирских лодках слишком сильно трясёт, летающие транспортные чересчур дорогие, журавлей с сухопутными драконами легко вывести из строя ветром и дождём, поэтому наиболее удобно брать корабль. Единственный минус — скорость немного медленная, но до отбора ещё есть время, так что корабль идеальный вариант.

— Сколь за всё? — мысленно согласившись, спросил Цинь Му.

— Ты одет лучше, чем я, но по-прежнему беспокоишься о деньгах? Сестричка лисичка, я купил тебе вино, — улыбнулся Вэй Юн и достал винную горлянку.

Приятно удивлённая Ху Лин’эр не могла не обрадоваться. Она совсем как человек встала, искренне поблагодарила и затем взяла винную горлянку.

Цинь Му подошёл к боцману и заплатил за проезд… Чтобы добраться от Речной Гробницы до имперской столицы нужно было заплатить десять монет Великого Изобилия. Ему не казалось, что цена слишком высока, как-никак он уже привык жить на широкую ногу, да и к тому же, если уж совсем по-честному, не имел ни малейшего понятия насколько ценна монета изобилия… Он лишь знал — если давать по одной такой за жильё и еду, то люди начинали улыбаться от уха до уха.

Два человека и одна лиса с удобством расположились на борту. Совсем скоро места на корабле закончились. Целители и мальчики на побегушках разожгли печь, а лекарственная энергия в ней начала превращаться в магическую силу в магическую силу, подпитывающую скульптуры бронзовых зверей на корме. Огромные рты зверей разразились пламенем и корабль начал плавно взлетать. Развернулись паруса, скорректировалось направление и корабль взял курс на север, оставляя позади Речную Гробницу…

На борту у каждого гостя был свой номер, да и про питание не стоило волноваться, оно было тут совершенно бесплатным. Оставалось только как-то скоротать несколько дней.

Цинь Му облокотился на перила корабля и уставился вниз. Со временем он поднимался всё выше, а главный город уезда Речная Гробница становился всё меньше и миниатюрнее. Хотя время от времени ему всё же бросались в глаза взлетающие из других городов разнообразные летающие транспортные средства, летающие звери и летающие корабли. В то время как на реке, словно муравьи на ветке, суетились корабли.

«Империя Вечного Мира — волшебное место, — мысленно восхитился Цинь Му. — Лин Юйсю говорила, что имперские навыки и божественные искусства очень быстро развиваются… И теперь я вижу, что это действительно так».

Только слепой бы не заметил, что в Империи Вечного Мира навыки и божественные искусства плотно переплетались с повседневной жизнью, не забывая подстраиваться под постепенно меняющиеся потребности обычных людей. Подомное до боли напоминало описанный в дьявольских рукописях путь святого… Суть пути святого заключалась в использовании своих сил для помощи простым людям. У Цинь Му даже внезапно возникла странная мыслишка: «А может ли Имперский Наставник быть из моего Небесного Дьявольского Культа?»

Учёные на палубе корабля практиковали свои боевых искусства и, надо признать, их совершенствование было вполне достойным. Однако, парня кое-что всё же озадачило, а именно, они все практиковались в однотипных заклятиях и навыках меча, что не могло не наводить на мысли: «Тренируясь в одинаковых навыках меча и заклятиях, разве противник не сможет с лёгкостью найти, а затем и воспользоваться твоей слабостью?»

По его мнению, практик должен закладывать прочную основу полагаясь именно на боевые искусства… хотя, конечно же, быть эрудированным тоже в своём роде основа. Если навык или заклятие становится слишком распространённым, то вместе с ним становятся известны и все слабости, а в бою насмерть такие знания могут закончиться плачевным исходом.

«Я могу сражаться одной рукой сразу с десятью подобными практиками боевых искусств», — мысленно посетовал Цинь Му и затем продолжил изучать Математический Трактат. В общей сложности трактат состоял из десяти книг, каждую из которых он уже прочёл, выписав на бумагу большинство самых важных расчётных формул.

С наступлением ночи Цинь Му вышел на палубу и поднял голову к звёздному небу, собираясь отточить астрологический аспект. Используя расчётные формулы трактата, он записал на бумаги свои вычисления.

Прошло четыре дня и корабль постепенно приближался к столице. Для большинства учеников это была первая поездка в столицу, отчего их лица просто светились от волнения. Многие из них даже облокачивались на перила и пытались разглядеть что же там внизу…

Как вдруг корабль сильно тряхнуло и накренило на бок. Некоторые ученики попросту не были готовы к такому повороту событий и вывалились за борт. Никто из них не совершенствовался в божественных искусствах со способностью к полёту, поэтому им не оставалось ничего другого кроме как издавать леденящий кров вопль. Поскольку корабль находился слишком высоко, пройдёт ещё некоторое-то время, прежде чем первых из них разобьётся об землю.

Цинь Му нахмурился. Обе его ноги были словно два воткнутых в палубу копья, когда он схватил пяьную Ху Лин’эр одной рукой и пьяного Вэй Юна другой, чтобы те тоже не свалились.

Прямо в этот момент из-за переделов корабля донёсся громкий смех, после которого появился невероятно огромный питон и, открыв свою пасть, впился в корму корабля.

Все на борту были ошарашены. Питон попросту раскрошил корму корабля, отчего стоявшие на ней ученики попадали вниз, а нескольким даже не повезло быть проглоченными!

На плоской голове огромного питона стоял элегантно выглядящий напудренный человек в цветочном халате. Однако, прямо сейчас он хищным взглядом окинул всех людей на борту.

П.П.: знаю-знаю, всё позже и позже, просто режим полетел в трарарары ))

Глава 108. Толпа из секты Наездников Дракона

Вьюх!

Толстое и прочное тело огромного питона закружилось, умудрившись обвиться вокруг нескольких палуб корабля. Полы этих палуб трещали от давления, а оцепеневшие ученики, стоявшие вокруг, глупо уставились. Даже члены экипажа растерялись от испуга.

— Брат Вэй Юн, ты умеешь летать? — вдруг спросил Цинь Му.

— Что? — переспросил ещё не опомнившийся Вэй Юн, а Цинь Му взмахнул руками и сбросил толстого коротышку с корабля.

— Нет, я не умею летаааать!!! — откуда-то снизу донёсся испуганный вопль Вэй Юна. Цинь Му спрыгнул с корабля вслед за ним, а напившаяся вусмерть Ху Лин’эр стала трезвой как стёклышко и в тот же миг использовала своё поднимающее демонический ветер заклятие.

Ступая по кромкам ветра, Цинь Му спустился вниз и протянул руку, чтобы схватить Вэй Юн, но последний ещё не сумел оправиться от шока и когда посмотрел вниз снова завопил.

— Прекрати кричать! — гаркнул Цинь Му и, выкладываясь на полную, продолжил отчаянно бежать. В небе, громадный корабль заскрипел и вниз начали сыпаться обломки, вынуждая его постоянно уворачивался от пролетающих со свистом огромных брёвен, балок и щепок.

Вэй Юн обернулся и скорчил унылую гримасу. Корабль был практически разодран на куски. Огромный питон свернулся где-то по середине корабля, затем стянул свои кольца и разорвал его на две части!

Ученикам не оставалось ничего другого кроме как прыгать. Среди путешественников присутствовала парочка практиков божественных искусств со способностями к полёту, они доставали свои духовные оружия и, контролируя их, улетали. Также среди практиков божественных искусств были и те, кто ни сном, ни духом ничего не знали о полёте, поэтому только барахтали конечностями, вопили и под конец разбивались об землю.

— Лун Цзяонань! Восстать удумал? — в гневе взревел боцман корабля, превратился в полыхающего огнём гиганта и напал своим властным божественным искусством на элегантно выглядящего человека. Однако, корабль попросту не выдержал противостояния двух мастеров подобного уровня, не говоря уже о том, что главную эликсирную комнату разрушил питон. Целители и мальчики на побегушках уже даже успели спрыгнуть…

Внезапно огромный питон изрыгнул облако ядовитого газа прямо в лицо боцману и огненный гигант сразу же погас, начав падать камнем.

— Нам конец… — лицо Вэй Юна стало мертвенно-бледным. — Секта Наездников Дракона восстала. Человек на том огромном черве — Лун Цзяонань, молодой мастер секты и всем известный отпетый злодей…

Цинь Му выкладывался на полную, ведь ему приходилось тащить на своём горбу толстяка. Под ними раскинулось предгорье, где можно было замести свои следы и не дать себя найти даже самым сильным практикам секты Наездников Дракона.

Через некоторое время горе-путешественники, наконец, благополучно приземлились на землю. Ху Лин’эр рассеяла своё заклятие и собиралась было что-то сказать, как вдруг услышала леденящий душу вопль, а затем треск веток или костей, ну или того и другого, сложно было сказать наверняка. Один из падающих учеников напоролся на густую крону дерева, после чего его буквально разорвало… мозги, кишки, печень и прочие ошмётки разбросало повсюду.

Пух! Совсем рядышком послышался глухой стук.

Пух, пух, пух!.. После чего ещё и ещё, могло даже показаться, что в предгорье засеменил дождь, а ученики всё не прекращали падать. Зрелище было действительно пугающим и каждого бедолагу ждала не менее пугающая участь!

Вэй Юн неконтролируемо подрагивал, а лицо настолько сильно побледнело, что можно было сравнить разве что с белой простынёй. Дрогнув ушами, Цинь Му тут же схватил толстяка и сорвался с места. Спустя буквально несколько мгновений на то место с треском рухнула половина корабля и сровняла с землёй небольшую лесную рощу. Треск деревьев, стреляющие, словно стрелы, щепки, поднятый земной дёрн с разлетающимися осколками щебня… Подобное не могло не напугать…

Огромная половина корабля проскользила ещё метров так триста, прежде чем, слегка дыхнув на затылок убегающего юноши, остановиться. Но Цинь Му не прекращал бежать и уже буквально через вдох времени услышал сотрясающий землю и небеса взрыв печи. Воздушная ударная волна накрыла двух человек и лису!

— Нужно убегать! Скоро сюда прибудут мастера из секты наездников и проверят выжил ли кто! — отпустив Вэй Юна, шепнул Цинь Му, ну по крайней мере так он себя слышал, ведь взрыв-глухота все дела, и побежал. Только-только оправившийся от шока толстяк тут же рванул следом.

— Что произойдёт если они найдут выживших? — на бегу спросил Вэй Юн.

— Жирный Вэй, а ты как думаешь? — скосив слегка пьяные глазки, саркастично передразнила Ху Лин’эр. Неизвестно когда и как, но было очевидно, что лисичка уже успела пригубить винцо.

— А секта Наездников Дракона дерзкая! Они действительно осмелились напасть на корабль с учениками! Да ещё и так близко от столицы! Оправившись от травм, Имперский Наставник определённо разберётся с ними! — с перепуганными глазами храбрился Вэй Юн.

— Ты действительно думаешь, что наставник травмирован? — спросил Цинь Му и, отрицательно покачав головой, продолжил. — Как по мне, он полностью здоров, а скормив всем подобную сказочку, пытается выманить из нор змей, которые противостоят ему и империи. Вот взгляни хотя бы на секту Наездников Дракона, разве они не показали своё настоящее лицо?

— Что ты имеешь в виду… Невозможно! Я слышал, что восстания произошли в более чем двадцати регионах! Пали сотни осаждённых городов и умерло бесчисленное множество простых людей! Также расплодилось множество разбойничьих банд. Разве мог Имперский Наставник потворствовать подобному? — закричал ошеломлённый Вэй Юн.

— Ты слышал о таком слове как тактика? Ничем не пожертвуй разве смог бы он выманить мятежников и предателей? Вот и “травмирован”. Потерпев сокрушительно поражение в Великих Руинах, на жизнь Имперского Наставника было совершено покушение, в результате которого он получил тяжёлые травмы и бла-бла-бла… Разве после такого кто-то будет считаться с его репутацией? Ведь он растерял почти все свои силы! Кто бы отказался от подобного шанса? — ответил Цинь Му и решительно продолжил. — Повторюсь, я считаю всё это закулисными играми наставника. Пока не покажутся все мятежники и предатели он определённо не станет ничего предпринимать.

— Но столькие умрут… — пробормотал Вэй Юн. Ему по-прежнему было тяжело принять такое положение дел.

— Тем не менее, таким ходом наставник устранит все таящиеся опасности. Ну разве я не прав? — Цинь Му посмотрел на Вэй Юна. Толстяк оказался довольно проворным малым и мог поспевать за ним, вот только его понимание ветра оставляло желать лучшего. Цинь Му продолжил. — Устранив таящиеся опасности, кто вообще ещё посмеет бросить вызов его власти? Кроме того, если у него получится разобраться со всеми врагами, кто ему возразит, если вдруг он решит сам подняться на трон?

Уставившись на Цинь Му как на монстра, вздрогнул Вэй Юн и пробурчал:

— Брат Цинь, мы примерно одного возраста, но ты уже думаешь о стольких интригах и заговорах? Лисичка, может твой молодой мастер на самом деле старый хитрый дух лиса, который развился до уровня, когда может превращаться в человека?

— Жирный Вэй, ты тоже заметил? Я уже довольно давно подозреваю, что мой молодой мастер на самом деле лис, которому повезло обрести разум, — слегка заплетаясь языком, взволновано пролепетала Ху Лин’эр.

— Не называй меня “жирный Вэй”. Семья Вэй Речной Гробницы — всеми уважаемая семья. Если тебя услышат посторонние, будет неловко, — грустно проговорил Вэй Юн.

— Тогда я буду называть тебя жирный Юн, — немного подумав, проговорила лисичка.

— Тогда уж лучше жирный Вэй, нет так сильно режет ухо, — чуть погодя, обречённым голосом ответил Вэй Юн.

П.П.: 卫 — Вэй, переводится как защитник, 墉 — Юн, переводится как город, крепость. Вот жирный защитник и звучит лучше, чем жирный город.))

— Брат Вэй, какое у тебя совершенствование? — вдруг спросил Цинь Му.

— Я разрушил свою стену Пяти Элементов и пробудил Божественное Сокровище Пяти Элементов. Однако, кажется моё совершенствование не на много лучше твоего … — смутился Вэй Юн и спросил. — А у тебя какое?

— Область Духовного Эмбриона, — ответил Цинь Му, затем привёл в движение свою жизненную Ци, вытащил нож для убоя свиней и продолжил. — Брат Вэй, на тебе два справа, а мои два слева!

Вэй Юн не понимающе взглянул на собеседника, как вдруг под аккомпанемент мелодичной игры на флейте из леса выскользнули четыре огромных змеи с красными коронами. Музыка была сродни очаровательной девице, играющей с зелёной змеёй в кустах, иногда быстрая, а иногда медленная, иногда резко брались высокие ноты, а иногда протяжно низкие.

Играющие на флейтах люди должно быть были учениками секты Наездников Дракона. Повернув голову к источнику звука, Цинь Му не смог там никого увидеть, а значит те ученики умело прятались.

Секта Наездников Дракона происходила из находящегося возле столицы уезда Великое Процветание. Выращивая змей, они зарабатывали на жизнь, а из-за способности выращивать огромных змей, назвали себя сектой Наездников Дракона.

Секта наездников была покорена Имперским Наставником и всегда знала своё место. Даже в армии среди множества странных зверей были огромные змеи, выращенные её учениками.

Флейты звучали звонко и мелодично, в то время как змеи скользили в такт музыке.

— Брат Цинь, может змеи и кажутся основным оружием наездников, но на самом деле это не так, оружие именно звук флейты, полагаясь на него они управля… — Вэй Юн было собирался рассказать Цинь Му о том, как сражаются ученики секты наездников, но тот уже рванул вперёд и ему не оставалось ничего другого кроме как побежать следом.

Внезапно звуки флейт стали импульсными, резкими, сжатыми и скоротечными. С резко возросшей скоростью, огромные змеи с красными коронами бросились к двум людям.

В момент, когда Цинь Му практически столкнулся с первой змеёй, мелькнул свет ножа и затем взорвался серебряным шаром!

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

За миг до смертельного броска огромной змеи, вокруг парня начал расширяться серебряный свет. Сначала свет устремился к голове змеи, затем проследовал вдоль тела и закончил своё недолго путешествие у самого кончика хвоста, а когда исчез, всем что осталось позади был огромный змеиный скелет, без какого-либо намёка на плоть и кровь.

В то же время, Ху Лин’эр создала ветровые лезвия-полумесяцы и попыталась ими рассечь другую огромную змею, однако, звук флейты заставил ту начать всасывать пастью воздух, затягивая вместе с ним и ветровые лезвия. Закончив, змея собралась было изрыгнуть ядовитый газ, но Цинь Му сжал пальцы и толкнул ими вперёд, заставляя Младшего Защитника вонзиться в её глаз, затем он дёрнул пальцами вверх и меч в тот же миг вырвался из её макушки!

Между тем, Вэй Юн, совершенствование которого было достаточно плотным, тоже не сидел без дела. Ловко маневрируя между деревьями с ножнами меча на спине, а по совместительству и духовным оружием, он управлял летающими мечами в попытке ранить огромных змей, но те конечно же уступали в остроте как Младшему Защитнику, так и ножу для убоя свиней Цинь Му.

Вэй Юн с особым проворством избегал атак двух змей, попутно оставляя на телах последних ранки от меча, но ему так и не представилось шанса нанести смертельный удар. Несмотря на плотное совершенствование, в бою его техники значительно уступали техникам Цинь Му, что не удивительно, ведь они происходили из школы. Он просто не умел убивать одним ударом…

Внезапно Ху Лин’эр юркнула в лес, исчезая подобно дымке на ветру. Цинь Му тоже рванул в лес, только немного в другую сторону. Вэй Юн тревожно вскрикнул, так как хотел последовать за ними, но его надёжно связали боем две змеи. Как вдруг звуки флейт резко прекратились, а без них и змеи перестали так активничать. Толстяк воспользовался возможностью и убил их, а затем тоже бросился в лес.

— Жирный Вэй, сюда! — вдруг послышался оклик лисички.

Вэй Юн немедленно прибежал на голос и увидел лису с Цинь Му. Они стояли рядом с тянущимся высоко к небу кровоточащим деревом, но была одна странность — рядом никого не было видно. Только присмотревшись он понял, что кровоточащее дерево и не дерево вовсе, а человек, просто очень хорошо замаскированный. Человек выглядел точь-в-точь как дерево и даже его лицо было разрисовано подобно зернистой коре. Тот выковырял в дереве под свой размер дыру и спрятался в ней. Если не присматриваться и не заметить.

— Он ученик секты Наездников Дракона! — говоря, сердце Вэй Юна горько сжалось. — Брат Цинь, их ученики обычно передвигаются группами!

— Что ты имеешь в… — посмотрев вглубь леса, Цинь Му слегка изменился в лице. Там раскинулось множество пышных зелёных деревьев, как вдруг из них, словно отделившись, вышло сто покрытых корой полен, ну или по крайней мере так поначалу показалось…

Зазвучали флейты и вдали леса заскользили огромные змеи. Те были повсюду, ползали по холмам, по долинам, по равнинам, а их красные короны напоминали цветы, слегка колеблющиеся на ветру…

Глава 109. Чёрные перья и красные гребни

Ученики секты Наездников Дракона стояли на отдалении, перекрывая пути отхода любому, кто проскользнёт через их “сети”. Змеи скользили буквально повсюду и от подобного зрелища волосы вставали дыбом.

— Куда смотрит столица? Столько демонов и монстров выползло из своих нор, а столичные стражники даже не шевелятся, — бормотал мертвенно-бледный Вэй Юн.

Вдруг со стороны столицы начал доноситься звук нарастающего гула или даже грохота, отчего на сердце у Цинь Му стало неспокойно. Тут же схватив и закинув Ху Лин’эр в рюкзак, он с напором прошептал:

— Отступаем!

Они успели отойти примерно на триста метров, как вдруг змеи пришли в движение и, словно обезумев, рванули в их сторону… Что же до учеников, они с паникой на лицах запрыгивали на огромные головы змей, скользящих с такой скоростью, что казалось и вовсе летели! Некоторые из змей проносились около невезучей троицы и набрасывались на них!

— Спина к спине! — воскликнул Цинь Му и Вэй Юн тут же повернулся. Недолго думая, толстяк снял ножны меча со спины, со всей силы ударил ими об землю, сложил два пальца рук в мечевидной форме и применил свои секреты меча. Его ножны открылись и появилось множество мечей, смотрящих своими кончиками вниз…

Мечи загудели и рассредоточиваясь обошли Вэй Юна и Цинь Му по кругу, после чего направили свои острия наружу и быстро завращались!

Цинь Му был поражён, данное движение Вэй Юна определённо не происходило из школы, ведь было намного сложнее по сравнению с преподаваемыми в ней ученикам навыками меча. Должно быть это был навык, передаваемый внутри семьи. Толстяк говорил, что его семья Вэй достаточно уважаемая семья Речной Гробницы и, судя по всему, действительно не хвастался.

Глядя на толкотню кишащих змей, Цинь Му разразился жизненной Ци. Спереди и позади него появились золотые кольца, из которых в сторону огромных змей начали выстреливать золотые световые мечи!

Данный навык юноша изучил в древних храмах Пограничного Дракона. Хотя несмотря на всю свою схожесть с божественным искусством, до последнего навык по-прежнему не дотягивал. Тем не менее, сила атаки световых мечей была достаточно высокой, поэтому, как только змеи получали ранения, то тут же отползали в сторону, в то время как ученики на них разрезались на куски даже не успевая нанести ответный удар.

Змеи и практики кажется даже не пытались целенаправленно нападать на них, а скорее впопыхах убегали. Но змей кишело слишком много, делая задачу по сдерживанию натиска очень хлопотной. Если хотя бы на мгновение дать слабину, хладнокровные гады попросту закатают всех троих в землю насмерть!

Вэй Юн протяжно взревел и его летающие мечи завращались с удвоенным темпом, пытаясь нарезать кишащих змей на лоскуты. Пламя танцевало, искры щебетали, а оторванные чешуйки змей разлетались во все стороны. Некоторых змей так сильно потрепало, что на их искромсанную плоть без жалости и не взглянешь…

Толстяк уже не мог выдерживать возросшего давления, как вдруг Цинь Му резко изменил движение. Положив ладонь одной руки на тыльную сторону ладони другой руки и вытолкнув вперёд, его жизненная Ци стала похожа на течение бушующей реки, в итоге столкнувшееся с огромными телами змей. Ху Лин’эр тоже не бездействовала, она призвала торнадо и пустила в дело. Но даже работая сообща, давление на двух человек и лису всё равно возрастало…

В этот момент внезапно послышалось приближающееся щебетание. Огромные птицы с чёрными перьями и красными гребнями приливной волной бежали по горе. Пернатые гиганты напоминали движущиеся холмы с несколькометровыми клювами. Казалось, что для них путешествие через лесные чащи и горные обрывы было сродни прогулке в кусты. Их острые когти рассекали скалы словно топлёное масло, а длинные клювы вонзались в огромных змей, после чего поднимали тех вверх и размахивали во всех направлениях!

На спине каждой птицы стояло пять-шесть солдат с колчанами на талии и длинными луками в руках. Они неутомимо, будто тренируясь, стреляли по ученикам секты Наездников Дракона, сбрасывая тех с голов змей и мгновенно превращая в осиные гнёзда!

Имея полные колчаны стрел, солдатам даже не нужно было извлекать стрелы из оставленных позади трупов. Весь процесс сводился к одному: достать стрелу, натянуть тетиву и поразить очередную мишень, поэтому они могли поддерживать солидную скорострельность.

Огромные птицы устроили себе настоящий пир из огромных змей с красными коронами, а вдоволь полакомившись просто разрывали на части когтями лап… Теплокровные пернатые преследовали хладнокровных ползучих пока практически не добрались до места, где за свою жизнь сражалась неудачливая троица.

— Кавалерия лука и стрелы! Столичные стражники! — восторженно воскликнул Вэй Юн.

Птичий набег вскоре добрался и до них, а когда несколько лучников увидели Цинь Му и Вэй Юна, то были поражены и сразу потянули поводья, чтобы притормозить.

— Здесь до сих пор есть выжившие ученики! Все, будьте осторожнее и не раздавите! — закричал один из солдат.

Свишшь, свишшь, свишшь! Огромные флаги с флагштоками вылетели из-за спин птиц и вонзились в землю перед парнями.

— Достойные способности! — некоторые из тех, кто успел увидеть навыки ладони юноши и меча толстого коротышки в действии, восхищённо воскликнули. — Суметь выжить в засаде секты Наездников Дракона действительно о многом говорит! У мелких есть некоторые способности!

Когда бегущие стаи птиц видели развевающиеся на ветру флаги, то немедленно огибали их со сторон, тем самым избегая и троицу.

Спустя некоторое время все пернатые и ползучие наконец оказались за их спинами. Вэй Юн вернул ножны обратно за спину, спрятал в них летающие мечи, плюхнулся на землю и под конец тяжело вздохнул. Цинь Му же, будучи гораздо опытнее в аспекте попадания в подобные передряги, лишь расслабленно вздохнул, мол, преодолел очередную рутину. Затем он огляделся и увидел вдали свирепо сражающихся исполинских зверей. К примеру, того самого питона, принадлежащего молодому мастеру секты Наездников Дракона, Лин Цзяонаню. Последний скорее всего напоролся на кавалерию лука и стрелы и разразилась битва. Питон походил на настоящего дракона, с властным импульсом скручивающегося и извивающегося меж вековых лесных деревьев.

Некоторое время спустя из столицы выдвинулось войско стражников меча. Когда пилюли меча взмывали в небо, их сияние озаряло даже дневное небо, а неисчислимое множество мечей поливали собой всю округу. Подобное сражение закончилось для секты наездников тяжёлыми потерями, вынуждая Лун Цзяонаня отозвать своего исполинского питона, погрузить на него множество змей поменьше и готовиться к отступлению. Когда почти все выжившие ученики тоже запрыгнули на тело змея, последний внезапно изрыгнул демоническое облако грома с молниями и, взмыв в небо, унёсся прочь. Стражники меча продолжили преследование, пока все не скрылись за горизонтом.

— Есть ли выжившие ученики? — из леса послышался вопрос.

— Да, мы встретили двоих!

— Только двое? — переспросил кто-то и на некоторое время притих, но затем опять спросил. — Откуда шёл корабль?

— Должно быть из уезда Речная Гробница, родного города Имперского Наставника…

— Дьявол! Секта Наездников Дракона атаковала корабль с учениками из Речной Гробницы явно с целью понижения авторитета Имперского Наставника. Мы тоже хороши… Не углядели. За мной, я хочу увидеть выживших.

****

Чуть погодя несколько огромных птиц уже стояли возле молодёжи. Высокопоставленный военный офицер, одетый в доспехи, спрыгнул со спины птицы и окинул взглядом Цинь Му и Вэй Юна.

— Ученики, вы случаем не знаете сколько всего было людей на борту? — спросил гулким командным голосом военный офицер.

— От трёхсот до пятисот человек, — ответил Цинь Му, но перед этим немного поколебался, ведь не знал точного числа.

«От трёхсот до пятисот…» — углы глаз военного офицера дрогнули.

— Генерал, среди учеников присутствовало не мало практиков уровня божественных искусств сведущих в полётах. Я лично видел, как они выпрыгивали за борт и улетали. Скорее всего они выжили, — сразу же проговорил Вэй Юн.

— Никто из них не выжил. Их всех сожрали летающие змеи секты наездников прямо во время полёта. Уцелели только вы двое… — покачал головой генерал.

Вэй Юн шокировано вздрогнул и уставился на Цинь Му. Если бы тот оказался не столь сообразительным и не выбросил его за борт, то так бы и помер на корабле. Затем он прыгнул следом за ним и путешествуя по ветру благополучно спустил на землю в лесную чащу, где они и спрятались от любопытных глаз. Всё это время ему не давал покоя вопрос, почему он не стал бежать дальше по воздуху, ведь так было бы быстрее… И что в итоге? Все решившие убегать по воздуху мертвы. Выжили лишь они двое!

— Брат Цинь, я обязан тебе жизнью! С сегодняшнего дня ты мой брат п…

— Жирный Вэй, разве ты обязан жизнью не родителям? — непонимающе перебила Ху Лин’эр.

— Как второму родителю! Второму! Блин… Лисичка, хватит озорничать. Я ведь собирался толкнуть такие важные и искренние слова… Но после того, как ты меня перебила, не могу никак вспомнить что вертелось на языке!

— Твоя фамилия Вэй? Из той самой семьи Вэй Речной Гробницы? — изумился генерал.

— Я действительно из семьи Вэй Речной Гробницы, — кивнул Вэй Юн.

— Так ты действительно член семьи герцога Вэй. Молодой мастер Вэй, герцог определённо обрадуется новостям, что с тобой всё в порядке. Фамилия этого младшего брата Цинь? Цинь столичной семьи Цинь? — вздохнул с облегчением генерал.

— Нет, моя фамилия не относится к столичной семье Цинь. Я из префектуры Личжоу, — покачал головой Цинь Му.

— Так ты из префектуры Личжоу. Понятно-понятно. Гм. Секты Наездников Дракона глубоко пустила свои корни в здешнем регионе, поэтому тут всё ещё могут ошиваться некоторые остатки их сил… Обоих учеников нужно как можно скорее сопроводить в столицу. Есть желающие? Живо сопроводить в столицу! — гаркнул генерал.

— Пусть поднимаются ко мне, — улыбнулся солдат, подошедший на огромной птице.

Цинь Му и Вэй Юн запрыгнули на птицу и только сейчас осознали насколько у той была широкая спина, там даже умудрились закрепить достаточно просторную палубу, чтобы было гораздо удобней стоять… Чернопёрая птица с красным гребнем рванула прямо в направлении столицы.

Генерал ещё раз облегчённо вздохнул и мысленно посетовал: «Герцог Вэй —высокопоставленный чиновник первого ранга Императорской Семьи. Как же мне повезло, что его родственник выжил, в противном случае моя должность была бы поставлена на карту… А у другого юноши фамилия Цинь и говорит, что не из столичных Циней? Он одет очень даже солидно, да и силы не занимать. Только поистине могущественные семьи могут взрастить такой саженец. Неужели в префектуре Личжоу завелась ещё одна семья Цинь?

Глава 110. Бордель и аллея Цветочная

Спустя час, чернопёрый бегун уже добрался до города. Посмотрев вперёд, сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Ещё совсем недавно его невероятно шокировал главный город Речной Гробницы, однако, столица впереди вызывала даже большее восхищение.

Город Речной Гробницы был построен на реке Золотой и находился на высоте ста метров над поверхностью воды, что обуславливало его завораживающий вид.

Столица, в свою очередь, находилась на вершинах горных хребтов, напоминающих огромных драконов. Город был настолько гигантским, что его построили не на одном горном хребте, а на девяти.

Девять горных хребтов выглядели будто девять драконов, ползающих по равнине. В месте, где эти драконы встречались головами и находился город.

Такое величественное строение сильно превосходило город Речной Гробницы, построенный на реке Золотой. Поэтому совершенно не странно, что Император Яньфэн не слишком серьёзно воспринимал слова о том, что какой-то городишко перекрывал драконью вену, из-за того, что был построен на подходе к голове дракона. Столица покорила сразу девять драконов, с чего бы ему переживать из-за построенного Имперским Наставником города, которому удалось перекрыть всего лишь одного дракона?

Хоть столица и была окружена защищающими её девятью драконами, в пятнадцати километрах от неё находились четыре казармы, каждая из которых была размером с город. А за десять километров от казарм, располагалось ещё восемь городков. И несмотря на то, что они считались городками, их с лёгкостью можно было бы посчитать настоящими городами.

Восемь городков были построены на берегу огромной реки, которая считалась второй по размеру рекой всей Империи Вечного Мира и называлась Мутной. Наземный и водный транспорт в этом месте был чрезвычайно удобным. Первой же по размеру рекой считалась Вздымающаяся, текущая из Великих Руин.

Несмотря на то, что река Мутная была второй по размеру, её называли истинной драконьей веной Империи Вечного Мира. В то время как река Золотая считалась драконьей веной лишь номинально, но даже так множество людей всех слоёв населения не были согласны с подобным заявлением.

Цинь Му всмотрелся вдаль. Столица, в которой столкнулись девять драконов, была окутана необычной атмосферой, которую и стоило бы ожидать от места, где правил миром Сын Небес.

— В горах скрыто ещё больше войск! — вскрикнул в изумлении Цинь Му, посмотрев на горный хребет Девяти Драконов и заметив слабые потоки жизненной Ци солдат.

Несколько солдат на спине птицы удивлённо взглянули на парня, в то время как один из них спросил:

— У младшего брата есть знакомые в армии? Откуда тебе известно, что в горах скрыты отряды войск?

Цинь Му не ответил, ведь он смог разглядеть величественную армию из тысяч людей и лошадей посреди хребта Девяти Драконов полагаясь на Глаза Небес. Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, который передался ему от слепого, позволял видеть Ци.

“Видеть Ци” — значит наблюдать за судьбой.

Размещение огромного количества войск в таком месте, как столица, было использованием Ци солдат для управления судьбой империи, подобное не могло спрятаться от глаз парня.

Прежде чем уйти, кавалерия лука и стрелы сопроводила подростков к городским воротам. Цинь Му и Вэй Юн предъявили свои пропуски, после чего вошли внутрь. Будучи городом под управлением Сына Небес, столица, естественно, процветала. Даже несмотря на то, что Цинь Му уже видел главный город Речной Гробницы, в итоге расширивший его горизонты, столица раскрывала взору абсолютно новый пейзаж.

Хотя в городе стоял шум и гам, не было видно торгашей, спорящих из-за каждой копейки. Да, город выглядел богато и роскошно, но в глаза бросалось что-то большее, в нём было культурное наследие.

Дома и здания имели собственную атмосферу, а техника, полагаясь на которую были высечены скульптуры львов по краях дороги, была очень изысканной. Рифмованные надписи на дверях домов богатых семей также казались довольно любопытными. В то время как все семьи в обязательном порядке в том или ином виде изображали на свои дверях Богов Дверей, от чего у парня возникало странное, но в то же время прекрасное чувство… будто те могут ожить, сойти с дверей и защитить дом от демонов и монстров.

Одна крошечная деталь свидетельствовала об общей тенденции. Взглянув на лист, можно определить, осень на улице, или весна. Цвет капли воды говорит о том, насколько синее море. Рассматривая окрестности, Цинь Му полностью осознал, насколько примечательной была империя.

Старейшина деревни и остальные говорили ему, что Империя Вечного Мира была сектой, замаскированной под страну. И только теперь он осознал, насколько сильной та была!

— У брата Цинь Му есть, где переночевать? — спросил Вэй Юн и не дожидаясь ответа пригласил. — Если нет, то не будет ничего страшного, если ты поживёшь в усадьбе герцога несколько дней, пока Имперский Колледж не откроет свои двери для сдачи экзаменов.

Цинь Му мгновение поколебался и покачал головой:

— У меня здесь есть несколько хороших друзей из моего старого города, я поживу у них. Брат Вэй Юн, давай здесь разделимся.

Вэй Юн решил не спорить и сказал:

— Когда обустроишься, можешь отправить кого-нибудь в усадьбу герцога с весточкой.

Цинь Му улыбнулся:

— Конечно. Ладно, брат Вэй Юн, где в этом городе бордель?

Выражение лица Вэй Юн странно изменилось:

— Я не знал, что брат Цинь такой изв… утончённый человек со своеобразными вкусами. Самый большой бордель города находится на аллее Цветочной. Иди до самого конца улицы Цветочного Феникса, затем сверни направо. Пройдя три улицы, ты увидишь аллею Цветочную. Лучший бордель на аллее называется “Павильон Слушания Дождя”. Эээм… не спрашивай откуда я знаю, я там никогда не был… Береги своё здоровье!

Цинь Му был озадачен. Что своеобразного в любви к борделям? И почему ему стоит беречь здоровье?

Парни разошлись по своим делам.

Цинь Му повёл Ху Лин’эр вперёд, в сторону улицы Цветочного Феникса.

****

«Это не похоже на бордель…»

На алее Цветочной, Цинь Му с растерянностью смотрел на здания по обе стороны дороги. Дома были малиново-красного цвета, а на их дверях свисали фонари.

— Младший брат, заходи поиграть! — какие-то девушки кричали ему с крыши дома.

— Молодой мастер Му, ты с ними знаком? — Ху Лин’эр была сбита с толку. — Они кричат с таким энтузиазмом!

— То же самое произошло, когда я был в городе Пограничный Дракон. Местные девушки также были чрезвычайно приветливы, отчего я даже почувствовал себя неловко.

Цинь Му шёл вперёд, рассматривая вывески по пути. Аллея Цветочная была очень длинной и имела множество поворотов и закоулков. По мере продвижения вглубь, шум вокруг понемногу затихал. Здешние девы были более сдержанными, они держали в руках пипы и сидели, прислонившись к окнам. Их лица были наполовину закрыты музыкальными инструментами, пока они мягко играли свои ясные и безмятежные мелодии.

Продолжая идти, они слышали тихую музыку, доносящуюся изнутри. Чтобы взглянуть, юноша открыл дверь и увидел развевающиеся вокруг лёгкие занавески, между которыми туда-сюда бегало несколько дев, пока остальные настраивали свои инструменты.

Развернувшись и зашагав дальше, Цинь Му увидел на верхних этажах девушек, репетировавших свои танцы и песни. Обаятельные и милые звуки смеха, будто яркий звон раздавались время от времени. Пройдя так далеко, он уже почти не встречал прохожих. Лишь иногда один или двое мужчин выходили из дворов. Они казались невероятно успешными, в то время как изящные женщины поправляли им одежду и очень неохотно провожали.

Тем не менее, увидев его, выходящие из дворов люди всегда прикрывали свои лица, как будто боялись быть узнанными.

Цинь Му был сбит с толку. Нет ничего постыдного в том, чтобы выйти из собственного дома, так почему они закрывают лица?

«Люди в городе действительно странные».

Парень прошёл достаточно далеко, когда увидел здание, на котором было написано “Павильон Слушания Дождя”. Дверь дома была плотно заперта, а двор казался огромным и очень тихим.

Цинь Му сделал шаг вперёд и постучал в дверь. Спустя мгновение, он услышал стук шагов и нежный женский голос:

— Я иду, иду.

Раздалось клацанье дверного замка и дверь приоткрылась. Девушка просунула голову сквозь щель и с любопытством спросила:

— Кого ты ищешь, гость?

— Я к Фу Цинюнь, — любезно произнёс Цинь Му.

— Могу ли я узнать, как зовут молодого мастера? Я сразу же ей сообщу, — улыбнувшись, девушка распахнула дверь.

— Можешь сказать ей, что моя фамилия Цинь.

Развернувшись и закрыв дверь, шаги девушки начали отдаляться. Вероятно, она ушла, чтобы сообщить хозяйке. Спустя некоторое время, дверь снова открылась и за ней показалось знакомое лицо, а именно Мастера Чертога Соблазнения, Фу Цинюнь. Увидев Цинь Му, она не могла сдержать удивления и радости:

— Молодой Владыка, наконец-то! Быстро, заходи внутрь! Сёстры, чего вы ждёте? Подавайте чай, молодой Владыка пришёл!

— Молодой Владыка здесь?

Невероятно мелодичные голоса девушек раздались изнутри. Звонкие голоса щебетали, будто чирикание мелких птичек на дереве, которое расцвело ранней весной. Синие, зелёные, красные и фиолетовые платья развевались перед лицом Цинь Му, пока девы из Павильона Слушания Дождя подходили здороваться, ослепляя ему глаза.

Каждая девушка имела свои отличительные черты. Некоторые были теплы, будто мягкий нефрит, другие были нежны и очаровательны, как огонь. Можно сказать, что они напоминали букет разных цветов, постепенно зачаровывающий глаза смотрящего.

— Уходите, все убирайтесь! Молодой Владыка только что прибыл после долгого и утомительного путешествия, не приставайте к нему! Почему никто не готовит чай? — сразу скомандовала Фу Цинюнь.

Девочки рассеялись, как стая бабочек. Некоторые пошли набрать воды из ручья, некоторые — мыть чашки, а другие разводили огонь. Атмосфера успокаивала Цинь Му и быстро расслабляла. Фу Цинюнь повела его в главную комнату, говоря:

— Девушкам не хватает дисциплины. Не вини их, молодой Владыка! Снаружи очень опасно. Война принесла суматоху и беспорядки, возможно, Вы встретили неприятности по пути сюда?

— У меня действительно возникли некоторые неприятности, но мне повезло преодолеть их без всяких последствий. Можешь передать наверх, чтобы Патриарху сообщили о моём прибытии, — сказал улыбнувшийся Цинь Му.

— Патриарх давно ждёт молодого Владыку. На самом деле, он уже приказал нам отправить Вас к нему, как только Вы появитесь, — улыбнулась Фу Цинюнь.

Какая-то девушка принесла чай, бросила несколько взглядов на юношу и захихикала.

Цинь Му улыбнулся в ответ и с недоумением спросил:

— Сестра Цинюнь, где я могу его найти?

Услышав, как Цинь Му назвал Фу Цинюнь сестрой, девушка снова хихикнула. Мастер чертога злостно зыркнула на неё и прогнала, после чего улыбнулась:

— В Имперском Колледже, конечно. Пей чай, молодой Владыка.

— В Имперском Колледже? — переспросил поражённый Цинь Му, совершенно позабыв про чай, который держал в руке. Разве Имперский Колледж не был местом, куда ученики идут за знаниями? Зачем ему нужно было идти туда, чтобы встретить Патриарха?

— Молодой Владыка ещё не догадался? — лукаво улыбнулась Фу Цинюнь и продолжила. — Патриарх — Великий Ректор Имперского Колледжа, чиновник нижнего третьего ранга. Он несёт ответственность за колледж, поэтому совершенно естественно, что ты встретишь его именно там. Хоть ученики колледжа и имеют честь называться учениками Сына Небес, на самом деле их учит Патриарх.

Сердце Цинь Му вздрогнуло. Все ученики Имперского Колледжа были учениками Патриарха?

Имперский Наставник Вечного Мира и Император Яньфэн действительно нашли в себе смелость назначить на такую высокую должность Патриарха Небесного Дьявольского Культа? Их не беспокоило то, что, влияя на юные неокрепшие умы, он станет слишком могущественным?

Фу Цинюнь, казалось, читала его мысли, и сказала:

— Человеческий мир кажется Патриарху игрой. Никто не знает его истинной личности. Для всех он добрый и уважаемый старик, мастер не от мира сего, чья репутация встряхивала этот мир задолго до того, как первый император взошёл на трон. Патриарх всегда был загадкой. Даже Имперский Наставник приходил к нему за советом и именно благодаря его воле он смог стать Великим Ректором Имперского Колледжа.

Глава 111. Небесные дьяволы, танцующие на воде

Цинь Му издал медленный, мрачный вздох. Новость была слишком поражающей для того, чтобы он мог достаточно быстро её переварить.

Несмотря на то, что Великий Ректор являлся чиновником нижнего третьего ранга, и такое звание не казалось слишком высоким, его положение было слишком важным. Имперский Колледж заведовал всеми техниками и божественными искусствами мира, выбирал и сохранял их на свитках… Не говоря уже о том, что также считался священной землей боевых и божественных искусств… местом верховного учения.

Более того, все чиновники Империи Вечного Мира проходили обучение в Имперском Колледже, следовательно, были учениками Патриарха. Между ним и студентами присутствовал дух товарищества, как между мастером и его последователями.

Хотя подобная должность была невысокой, но возможности, которые она предоставляла, были огромными!

А учитывая скрытность Патриарха, комбинация была действительно ужасающей.

— Раз уж молодой Владыка пришёл сюда, почему бы Вам не остаться у нас на некоторое время? Вы сможете посетить колледж в какой-нибудь другой день. К тому же, чтобы попасть внутрь, нужно пройти некоторые экзамены, — продолжила Фу Цинюнь.

— Какие экзамены? — озадаченно переспросил Цинь Му.

— Имперский Колледж — не то место, куда может войти любой желающий. Чтобы туда попасть, нужно быть имперским учеником, — улыбнулась Фу Цинюнь. — Патриарх, естественно, желает, чтобы молодой Владыка сначала стал имперским учеником. Экзамены для поступления начнутся совсем скоро. Вы будете проходить их вместе с учениками из других школ со всех уголков империи и только после успешного завершения сможете войти в колледж.

— Большое спасибо, сестра Цинюнь, — поблагодарив, Цинь Му с облегчением вздохнул, улыбнулся и продолжил. — У меня нет места для ночлега, поэтому я останусь тут на несколько дней.

— Ладно. Не подумайте, что я против того, чтобы Вы здесь жили, но хочу предупредить, что Вам придётся остерегаться местных девиц. У них огромные амбиции. Они все спят и видят себя в роли Владычицы Культа, — прошептала Фу Цинюнь.

— Такое на самом деле возможно? — пробормотал Цинь Му, с ярко покрасневшим лицом.

— Молодой Владыка, Вы не сможете справиться с их давлением, если будете таким наивным. Пойдём, я подготовлю Вам комнату, — усмехнулась Фу Цинюнь.

Комната, которая досталась парню, была очень элегантной. Однако, она была очевидно обустроена для женщины, даже одеяло было ароматным. Фу Цинюнь сразу предупредила:

— Это моя комната. Если она не устраивает молодого Владыку, могу подыскать другую.

— В этом нет необходимости, — Цинь Му бросил свою сумку на стол. Однако, Фу Цинюнь не собиралась уходить, оставаясь в комнате. Покусывая свои красные губы, она нежно спросила. — У молодого Владыки есть ещё какие-нибудь пожелания?

— Мне больше ничего не нужно, огромное спасибо, сестра Цинюнь, — как только парень договорил, его сумка зашевелилась и наружу выбралась белая лисичка с маленьким рюкзаком на спине.

— Неудивительно, он ведь притащил свою лису, — пробормотала себе под нос Фу Цинюнь, немедленно развернувшись и зашагав прочь.

— Лин’эр, ты пила, пока была в рюкзаке! — посетовал нахмурившийся Цинь Му, почувствовав запах выпивки от Ху Лин’эр.

— Нет! — взвизгнула пьянющая лиса, как вдруг начала икать, немедленно закрыла рот лапками, но всё равно икнула снова. Зверёк стоял на своих двух лапках и покачивался, пытаясь не упасть со стола.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Он достал из сумки пустую бутылку из-под вина, и сказал:

— Ты и дальше будешь отрицать? На протяжении последних нескольких дней я изучал Великие Небесные Дьявольские Рукописи и нашёл там подходящую для тебя технику. Она называется техникой создания Духа. Немного разобравшись в ней, я решил передать её тебе, а ты снова напилась.

Лиса, наконец, полетела со стола головой вниз. Цинь Му подхватил её и бросил на кровать. Зверёк сразу же обнял подушку и уснул. Парень тоже был измотан побегом от секты Наездников Дракона, поэтому провалился в сон, как только прилёг на кровать…

Когда наступила ночь, Цинь Му внезапно проснулся от сильного чувства голода. Увидев, что лиса до сих пор крепко спит, он не стал её будить, после чего достал из сумки зубную настойку с деревянной зубной щёткой и умылся. Выходя из комнаты, он увидел улыбающуюся красотку.

— Молодой Владыка проснулся. Сестра знала, что ты проголодаешься, поэтому уже накрыла стол и приказала мне ждать здесь, чтобы пригласить молодого Владыку на ужин, — сказала девушка.

Цинь Му поблагодарил её и проследовал в изысканную комнату. Бамбук возле окон, беседка, сад камней и окружённый деревьями водоём, заставляли это место выглядеть очень умиротворённым.

После того, как он сел за стол, несколько девушек вошли в комнату и принесли тарелки. За окном, дева, одетая в белое, держа в руках гуцинь, села в беседке и начала играть трогательную мелодию. Мгновением позже, ещё несколько девушек принесли пипы, длинную флейту и гучжэн, присоединяясь к выступлению.

Кушая и наслаждаясь мастерской игрой, Цинь Му расслабился и стал беззаботным. Взгляд юноши упал на десять пальцев играющей на гуцине девушки. Он подсознательно отложил свою миску и палочки для еды, после чего его пальцы, словно сами по себе, тоже начали играть. Чуть погодя, его взгляд перепрыгнул на тело девушки, играющей на пипе, пытаясь отследить движения её рук. А ещё чуть позже, он взглянул на пальцы девушки с флейтой, наслаждаясь её игрой.

«Громовые Пальцы Играющего на Пипе должны не только дёргать, а и щёлкать, сгибать, нажимать, ударять, щипать…» — думая в таком ключе, глаза юноши горели всё ярче и ярче. Навыки игры девушек из павильона захватывали его всё сильнее. Сравнивая их движения с практикуемой им техникой Восьми Громовых Ударов, складывалось ощущение, что его понимание навыка Громовых Пальцев Играющего на Пипе становилось со временем лишь глубже.

Глядя на играющих на инструментах девушек, у Цинь Му зародилась искра желания тоже попробовать, со временем воспламеняясь всё сильнее и сильнее. Единственное что сейчас его сдерживалось — нежелание показаться грубым.

Однако, желание играть постоянно усиливалось… Цинь Му был настолько увлечён игрой, что уже забыл о еде. Его десять пальцев имитировали игру на пипе, иногда переходили на гуцинь, иногда нажимали на флейту, или ударяли по гучжэну.

Девушки в беседке посмотрели на молодого человека за окном, и одна из них тихо прошептала:

— Сестра Юэ, молодой Владыка смотрит на тебя. Мне кажется, ты ему приглянулась!

Девушка смутилась и проигнорировала услышанное, как вдруг Цинь Му, наконец, потерял контроль над собой. Поднявшись с места, он широко зашагал, пока не проскользнул через окно и не оказался в беседке, затем без всяких объяснений протянул руку и вырвал пипу из рук сестры Юэ.

Музыкантшам в беседке показалось, что молодой Владыка начнёт грубить и возьмёт девушку силой. Но произошло то, чего никто не ожидал, тот просто отобрал у неё инструмент.

Цинь Му выглядел так, будто вошёл в какое-то удивительное состояние. Держа пипу в руках, он нежно провёл по струнам. Раздался звук грома, разрывающего небо, шокируя стоящих вокруг девушек!

Полностью потеряв контроль над собой от удовольствия, юноша перемещал свои десять пальцев вверх-вниз вдоль пипы. Раскаты грома казались его ушам мелодичной мелодией, перебивающей звуки флейты, гуциня и гучжэна.

Девушки тяжело работали над звучанием своей мелодии, а когда гром начал её заглушать, они быстро подстроились и начали играть торжественным стилем, в попытке подавить грохот, доносящийся от пипы Цинь Му.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Громовые удары внезапно изменились и стали ещё сильнее и звучнее, напоминая звон металла и камня, окутанный завораживающей, убийственной аурой. Странные звуки пипы снова заглушили музыку девушек, заставив их тревожно переглянуться.

Внезапно у музыкантов проснулся дух соперничества. Стукнув ладонью, одна из девиц перевернула стоявший на полу гуцинь вертикально и начала играть на нём, как на арфе. Её пальцы неистово двигались туда-сюда, ускоряя ритм настолько, что человеческие уши были не в силе различить отдельные ноты.

Флейтистка поднялась на ноги и начала подсознательно танцевать. С каждым шагом она, казалось, становилась более статной, а её мелодия звучала ярче. Сила её игры подняла в воздух цветы и закружила их в вихре, изо всех сил пытаясь заглушить странные звуки, доносящиеся из-под пальцев Цинь Му.

Стоящая сбоку девушка крепко обняла большой дажуань, после чего за её спиной появился свет, напоминающий северное сияние. Время от времени свет ласкал пол и в те короткие мгновения девушка подлетала в воздух, откуда раздавался звук, перебивающий раскаты грома.

Между тем, ещё одна из девиц выбежала из павильона. Через мгновение она притащила огромный янцинь и начала по нему ударять. Раздавшийся звук был чистым, яростным и имел достаточно энергии, чтобы обратиться божественным искусством. Он заставлял стоящих вокруг девушек играть в схожем тоне, объединяя усилия в попытках подавить музыку парня.

Когда выбежала следующая девушка, снаружи раздался громкий треск… и не удивительно, ведь та умудрилась разрушить дом, затаскивая внутрь огромные китайские колокола, состоящие из пятидесяти шести экземпляров различных размеров. Затем она взмахнула молотом, ударяя по “инструменту”, от чего тот громко зазвенел. Каждый из пятидесяти шести колоколов издал свой собственный тон, направленный в сторону юноши.

Цинь Му был вне себя от радости, обнимая пипу и громко смеясь. Тон, который этот инструмент мог издать, был сильно ограничен, однако, в его руках он стал словно целой армии. Казалось, будто вокруг раскинулось поле боя богов и дьяволов, густо покрытое тучами и молниями, и с могучими воинами, бьющимися на пределе своих сил!

Независимо от того, были ли это Восемь Громовых ударов, доставшиеся ему от старого Ма, навык меча старейшины, мастерство ног одноногого, техника ножа мясника или молота немого, Цинь Му мог без проблем объединить их со своей мелодией!

Тексты Великих Небесных Дьявольских Рукописей, которые говорили о силе звука, внезапно проникли в разум парня, подгоняя мелодию и делая её ауру ещё более убийственной. В то же время, голос бога, дьявола и будды, еле-еле слышались вперемешку со звуками пипы.

Внезапно, беседка стала не в силах справиться с мощью всех играющих, и разлетелась на куски. Цинь Му вместе с девушками полетел в водоём, но их жизненная Ци вырвалась наружу, позволяя стоять на поверхности воды.

Двигаясь по водоёму, девушки начали непрерывно кружиться вокруг парня, усиливая мощь своего звучания. В ответ, юноша поднял свою пипу вертикально в воздух и, используя жизненную Ци, начал неистово перебирать всеми пальцами, ускоряя звучание мелодии и блокируя звук, давящий со всех сторон.

Внезапно, струны пипы лопнули одна за другой и Цинь Му пришлось отбросить её в сторону. Музыкантши начали радоваться, но вскоре обнаружили тонкие струи, подымающиеся с поверхности водоёма, и постепенно превращающиеся в струны, окружившие парня… Тот больше не был ограничен размером пипы, а вода вокруг превратилась в новый инструмент, на котором можно было играть. Каждая нота, сыгранная на нём, раздавалась громким раскатом грома, от которого девушки вокруг еле удерживались на ногах.

— Что здесь за грохот? — подойдя поближе, Фу Цинюнь увидела, как девушки начали отступать назад, принимая поражение. Неожиданно, одна из них прыгнула обратно к Цинь Му и начала танцевать в такт его мелодии, забыв о всякой сдержанности и не боясь запачкать одежду… На лице женщины появилось изумлённое выражение, и она вернулась в дом, чтобы взять свою пипу.

— Молодой Владыка постигает божественное искусство! Отойдите, позвольте мне протянуть ему руку помощи! — пока она говорила, остальные девушки уже были поражены и попали под контроль музыки юноши. Они красиво пели и танцевали на воде, сея повсюду свои дьявольские улыбки.

Фу Цинюнь несколько раз качнула головой и со струн её пипы слетел звук, тут же подавивший мелодию струек воды Цинь Му. К девушкам вернулось сознание, и они поклонились перед мастером, после чего покинули водоём.

Глава 112. Стена Пяти Элементов

«Кажется, музыка молодого Владыки содержит в себе много разнообразных вещей!» — Фу Цинюнь нежно пощипывала струны, противостоя Цинь Му мягкой мелодией и изучая скрытые особенности музыки последнего… В ней таился одновременно голос Бога, Будды и Дьявола, что было очень странно, а от самого звука исходила убийственная аура, которая, казалось, олицетворяла карательный поход, спешащий начать резню.

В Великих Небесных Дьявольских Рукописях были тексты о техниках звука, однако, они были намного проще чем то, что демонстрировал парень. В его музыке слышались нотки техники под названием “Небесная Дьявольская Мелодия Радужного Облачения”, однако, та была лишь маленькой частью от общей картины.

Цинь Му очевидно погрузился в какое-то удивительное состояние и не мог освободиться. Скорее всего он осваивал что-то невероятно сложное, пытаясь соединить свои знания и приобретённый опыт воедино. Мастер чертога успокоилась, как только поняла его намерения.

Погрузиться в подобное состояние безумия невероятно сложно… хотя бы потому, что перво-наперво нужно было на очень высоком уровне овладеть техникой.

Достичь успеха мог только безумец и стать Буддой мог только безумец.

Фу Цинюнь крепко сжала пипу и мелодия, доносящаяся из-под её пальцев, начала ускорять свой темп. Она пыталась указать дорогу Цин Му и помочь его навыкам сблизиться друг с другом, чтобы завершить процесс слияния.

Девушки из борделя в своём музыкальном противостоянии не имели такого намерения, однако, они всё равно сильно помогли парню, ведь их сильное воинственное давление помогало ему быстро улучшать своё мастерство…

Фу Цинюнь же целенаправленно искала способ направить, поддержать и ускорить обучение Цинь Му. У неё были чрезвычайно высокие достижения в искусстве звука, намного выше, чем у любой здешней девушки. Под её руководством и давлением, юноша очень быстро совершенствовался.

Цинь Му использовал Небесную Дьявольскую Мелодию Радужного Облачения, позволяя Фу Цинюнь тоже выучить что-то новое. Да, в прошлом она уже изучала её, но не смогла постичь всех тонкостей и тайн. Но сейчас, направляя паренька, она в то же время училась у него, постигая ранее непонятные ей аспекты навыка.

Спустя некоторое время, Фу Цинюнь заметила, что Цинь Му начал сбрасывать оковы безумия. Их звуки начали совпадать друг с другом, и вскоре, мелодии, которые они играли, начали звучать в гармонии.

Однако, в этот момент толпа девушек вытащила во дворик огромный, высотой с человека, колокол, наверху которого сидела Ху Лин’эр и горлопанила:

— Бейте в колокол! Мы сможем сломать этот дьявольский голос!

Фу Цинюнь прекратила играть и не знала, смеяться ей или плакать, но уже вскоре выругалась:

— Вы хотите убить молодого Владыку? Прекратите дурачиться и отнесите колокол обратно!

Девушки разочаровано опустили головы и потащили инструмент в дом. Лиса тоже сильно расстроилась, но больше от того, что ей так и не удалось стукнуть в колокол.

Цинь Му пришёл в сознание и начал ошарашенно озираться. Только сейчас он осознал, какой бардак устроил, немедленно начав извиняться перед хозяйкой борделя.

— Мои малышки глуповаты, они чуть было по невнимательности не задержали Ваше, молодой Владыка, совершенствование. Не вините их, — улыбнулась Фу Цинюнь. — Вы провели всю ночь на ногах, но так и не притронулись к еде, а уже почти посветлело.

Цинь Му сразу же подозвал на перекус смутьянку Ху Лин’эр.

Закончив, юноша в парчовых одеждах отодвинул недоеденные блюда и собрал пустые тарелки, чтобы помыть. Когда это заметило несколько местных обитательниц, они поспешили вырвать из его рук тарелки.

— Как молодой Владыка может делать такую унизительную работу? Оставь, мы всё сделаем сами, — лепетали девушки.

— Если путешествия, со всеми своими сопутствующими тяготами, не считаются унизительными, то тогда как подобная работа может быть унизительной? Я уже помыл всё, вам не нужно пачкать руки, — улыбнулся Цинь Му.

— Какой у молодого Владыки уровень совершенствования? — вдруг спросила Фу Цинюнь. Цинь Му окутал свои ладони огнём, высушил руки от воды и ответил. — Я всё ещё нахожусь в области Духовного Эмбриона.

Хозяйка слегка нахмурилась, ведь область Духовного Эмбриона считалась довольно низкой, а сдать имперские экзамены было крайне сложно. Даже те, кого зачисляли в Имперский Колледж в качестве исключения, достигали как минимум области Пяти Элементов. Скорее всего, с одним только духовным эмбрионом экзамены попросту не сдать.

Изначально Фу Цинюнь предполагала, что Цинь Му уже достиг области Пяти Элементов. В конце концов, во время встречи три года назад у того уже был пробуждён духовный эмбрион. Разве она могла ожидать, что за всё пройденное время он совершенно не прогрессирует?

Но хозяйка не знала, что хоть парень и не перешёл на новый уровень, его совершенствование увеличилось в несколько раз. Более того, после четвёртого пробуждения духовного эмбриона, циркуляция его новой Ци значительно улучшилась, а её насыщенность не поддавалась логическому описанию, по крайней мере для практиков уровня боевых искусств.

— До начала учёбы в Имперском Колледже осталось два дня. В течение этого времени молодой Владыка должен приложить все свои усилия и разрушить стену, — хоть слова Фу Цинюнь и звучали оптимистично, она была сильно обеспокоена. Нельзя было вот так просто вынудить парня разрушить стену за два дня… Подобное задание даже можно было посчитать невозможным.

— Через два дня я обязательно разрушу стену, — закивал головой улыбающийся Цинь Му, а Фу Цинюнь попыталась выпроводить девушек и лису, говоря. — В течение следующих двух дней не приходите сюда и не отвлекайте молодого Владыку. Лисичка, тебе тоже нельзя здесь оставаться. Позволь молодому Владыке тренироваться столько, сколько душа пожелает.

Ху Лин’эр могла лишь уйти вместе с остальными. Однако, девушки предложили обучить лису навыкам соблазна, что немного улучшило её настроение.

Покидая Великие Руины, Цинь Му уже пытался прорваться в новую область и открыть своё Божественное Сокровище Пяти Элементов. К тому же, после изучения Великих Небесных Дьявольских Рукописей, у него появилось некоторое понимание процесса.

В рукописях описаны секреты пробуждения Божественного Сокровища Пяти Элементов. Текст гласит: “Забудь о форме и направь Ци в золотую жидкость, с философским спокойствием принимая любую судьбу. Забудь о форме и преврати её сначала в Ци, а затем в дух, чтобы пройти три прохода этого пути”.

“Красно-фиолетовый дворец — пышущая жаром лунная печь, духовный эмбрион — тихий алтарь знаний. Киноварь — кровь алого феникса, ртуть — кишки чёрной черепахи”.

“Считай, что золотой свинец — глиняный горшок, брось деревянную ртуть в грязь. Удивительный пруд возле моря Ци, а божественная комната в жёлтом дворце”.

П.П.: автор сего стиха-изречения, даос Бай Юйчань, а также учёный, талантливый художник, каллиграф и поэт, живший в период с 1194г. по 1227г. Автор пастуха наверно вдохновился и решил адаптировать его под новеллу.

Под золотой жидкостью подразумевалось море золотого света в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона. Но золотой свет внутри уже был израсходован, поэтому Цинь Му начал формировать Тихий Алтарь Знаний. Циркулируя свою жизненную Ци, он создал знак алтаря под статуей своего духовного эмбриона.

Теперь ему оставалось только сформировать алтарь, используя формации из Ци в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, а центром алтаря должен был стать сам духовный эмбрион.

Божественное Сокровище Пяти Элементов также называлось Божественным Сокровищем Пяти Фаз. Оно находилось между грудей, в том же месте, где и сердце. Именно поэтому сердце считалось красно-фиолетовым дворцом.

Киноварь и ртуть в Великих Небесных Дьявольских Рукописях всегда использовались метафорично. Под киноварью подразумевался огонь, под ртутью — вода, под свинцом — золото, деревянная ртуть была просто деревом, а глиняный горшок был землёй. Вместе они составляли пять элементов: Элемент Огня Марс, Элемент Воды Меркурий, Элемент Золота Венера, Элемент Дерева Юпитер и Элемент Земли Сатурн.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи говорили, что для открытия Божественного Сокровища Пяти Элементов, пять “звёзд” должны быть расположены в определённом порядке.

Это значило, что положение пяти звёзд в небе должно совпадать с положением пяти элементов в человеческом теле. Так как люди отличались телосложением, полом, и ростом, элементы у всех располагались по-разному.

Цинь Му нужна была помощь пяти небесных элементов, чтобы рассчитать положение элементов в своём теле и определить размещение звёзд. После этого он мог использовать свою жизненную Ци, чтобы разрушить стену.

Цинь Му достал из своего рюкзака толстую стопку бумаг, счёты и угольный карандаш. Сбоку от себя он положил десять книг Математического Трактата. Затем он разложил бумаги, которые были плотно исписаны различными расчётами. Используя базовые методы для вычисления позиций пяти звёзд на протяжении последних нескольких дней, он уже был близок к успеху. Счёты непрерывно стучали, а когда солнце успело зависнуть в зените, парень наконец-то встал с места и потянулся.

На первом листе бумаги было нарисовано сердце. Возле рисунка были бесчисленные вычисления, сбитые в единую кучу. Вокруг сердца, в форме пентаграммы проходили пять линий. Каждый уголок был отмечен своим атрибутом: огнём, водой, землёй, деревом и золотом.

Цинь Му использовал принципы взаимного созидания и разрушения, присущие пяти элементам, для расчета позиций звёзд. Он наконец смог вычислить точное положение своего фиолетово-красного дворца.

Юноша размял свои мышцы и начал медленно ходить. Пробудив свою жизненную Ци, он позволил ей яростно проноситься по телу. С каждым полным циклом, завершающимся проходом сквозь духовный эмбрион, Ци становилась только неистовей, в то время как он сам начал наращивать скорость ходьбы по комнате… и уже вскоре в ней поднялись настоящие порывы ветра. Усиливаясь с каждой секундой, ветер начал распахивать окна и двери, после чего парню пришлось выйти во двор, игнорируя людей вокруг и продолжая носиться по кругу.

Наконец, когда его жизненная Ци начала циркулировать с максимальной скоростью, духовный эмбрион, сидящий на алтаре знаний, поднялся с места. Статуя подняла руки вверх и из них протянулось десять нитей, подымающихся к верху Божественного Сокровища Духовного Эмбриона. Соединив руки вместе, пять пар нитей превратились в пять звёзд.

Звёзды соединились друг с другом потоком жизненной Ци, формируя пентаграмму, которая со временем начала излучать свет, заполняя сокровище лёгким гулом и открывая сосуды Понятия и Правителя. Продолжая сиять вдоль горла парня, свет и гул добрались прямо до его сердца, а жизненная Ци неконтролируемо бросилась вперёд, следуя по тропе из света, и в конце концов ударяя в то место, куда падал луч.

В ушах Цинь Му всё загрохотало, и на его сердце проявилась бесформенная стена. Поток Ци сразу же разбил её на кусочки, не оставляя и следа. Божественное сокровище было открыто!

Голос Бога раздался в голове Цинь Му, однако, ещё до того, как он успел повлиять на поток его жизненной Ци, Божественное Сокровище Пяти Элементов было пробуждено!

Парень наконец остановился. Подготовка в течение последних двух недель вылилась в единственном точном ударе. Сердце просто колотилось от восторга и удовлетворения!

— Почему молодой Владыка покинул свои покои и прекратил тренировку за закрытыми дверями? — нежно ворча подошла Фу Цинюнь.

Цинь Му открыл глаза. Его аура начала неостановимо увеличиваться, а совершенствование становилось всё насыщеннее и плотнее.

— Я разрушил стену, — улыбнувшись ответил парень.

Сердце хозяйки вздрогнуло, с недоверием уставившись на него.

— Ч-что молодой Владыка разрушил? — пробормотала она.

— Я сломал стену Божественного Сокровища Пяти Элементов, — не переставал улыбаться парень.

— Но я ведь совсем недавно вышла из твоей комнаты… — чувствуя лёгкое головокружение пробормотала Фу Цинюнь.

Глава 113. Божественный Врач

Фу Цинюнь по своему опыту знала, что для разрушения стены обычно необходимо больше одной попытки, а некоторым практикам так вообще могло понадобиться больше тысячи. Правильно вычислить позиции звёзд это одно, а вот разрушить стену уже совсем другое… Разрушение стены требовало постепенного воздействия на неё жизненной Ци, создающей трещину за трещиной и дыру за дырой. Под конец по стене наносится наисильнейшей удар волны Ци, который и должен привести к её безвозвратному разрушению.

Цинь Му же разрушил стену Пяти Элементов чуть ли не сразу после ухода Фу Цинюнь. Расскажи она подобное незнакомцу, тот может принять её за чокнутую.

«Если только…» — кое о чём подумав, сердце хозяйки борделя пропустило удар. Такое было возможно только если у юноши перед ней была аномально плотная Ци. Только так тот смог бы играючи разрушить стену с наскока.

— Молодой Владыка, давайте коснёмся ладонями и проверим чья Ци мощнее, — предложила Фу Цинюнь и видя озадаченное выражение лица Цинь Му тут же объяснила. — Я запечатаю все свои божественные сокровища кроме Духовного Эмбриона и Пяти Элементов. Мне всего лишь любопытно насколько сильно прогрессировал молодой Владыка в своём совершенствовании.

Юноша кивнул головой, своей ладонью коснулся ладони оппонентки и привёл в движение свою Ци. Женщина болезненно застонала, в ушах засвистел ветер, перед глазами всё размылось и замелькало… конечно же от стремительного полёта задом наперёд. В конце концов она пробила своей спиной несколько зданий и стен, пока одна из каменных преград всё же не смогла остановить её своими крепкими и обжигающими объятиями.

Покрытая грязью и пылью, Фу Цинюнь выкарабкалась из дыры стены, посмотрела вперёд и увидела, что находится примерно в ста тридцати метрах от Цинь Му. Между ними находилось несколько зданий и стен, в которых теперь красовались дыры человекоподобной формы. Глядя в них и видя на другом конце всего лишь подростка, её сердце болезненно замерло… Используя силу области Пяти Элементов, она всего-навсего столкнулась в обычном противостоянии Ци. Но кто мог знать, что между ними окажется настолько огромная разница? И как осознание данного факта могло не удручать её?

Да, её, Мастера Чертога Соблазнения, гордость и самолюбие пережили тяжёлый удар! Очень тяжёлый удар!

Тем не менее, вскоре Фу Цинюнь взяла контроль над разбушевавшимися эмоциями и успокоилась, думая про себя: «А чего я ожидала от молодого Владыки нашего священного культа? Вполне естественно, что у него столь аномальное совершенствование. Кроме того, он прошёл моё испытание и безжалостно победил ещё тогда, в деревне тех психов».

Цинь Му шагнул вперёд, но Фу Цинюнь тут же улыбнулась и сказала:

— Я в порядке, совершенствование молодого Владыки действительно чудовищно плотное, собственно, как и ожидалось. Патриарх и Владычица приняли верное решение. До начала имперских экзаменов ещё полтора дня, поэтому я настоятельно советую Вам освоиться с возможностями новой области.

Парень и сам понимал это. После прорыва в область Пяти Элементов и пробуждения второго божественного сокровища, в его теле произошли определённые изменения, которые ему ещё предстояло проверить.

Оглядевшись, Фу Цинюнь горько улыбнулась. С тех пор как в Павильон Слушанья Дождя заявился Цинь Му, происходило одно давящее на кошелёк бедствие за другим. Либо сам павильон страдал, либо здания вокруг… а ведь за всё придётся заплатить. Но уже в следующий миг она вновь приободрилась и подумала: «Ну он же молодой Владыка. Разве так и не должно быть? К счастью, он здесь не задержится и уже через два дня отправится в колледж. Эх… не завидую Патриарху и той главной боли, что ему придётся вытерпеть, но зато я смогу расслабиться…»

Спокойно возвращаясь в комнату, Цинь Му не знала, что хозяйка борделя уже поставила крест на имперских экзаменах, считая, что он обязательно устроит там настоящий бедлам и сорвёт их. Войдя внутрь и молча присев, его сознание скользнуло в пространство Божественного Сокровища Пяти Элементов. Внутри была непроглядная тьма, кроме разве что пяти сияющих где-то сверху звёзд.

«Божественного Сокровища Пяти Элементов и правда отличается от Божественного Сокровища Духовного Эмбриона», — мысленно удивился Цинь Му. Но кое-что омрачало успешный прорыв, а именно, что у него не было техники совершенствования для Божественного Сокровища Пяти Элементов и Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Несколько лет назад во Дворце Подавления Рока Цинь Му наткнулся на настенные росписи с человеком, совершенствующимся в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Правда дотянуть до сегодняшних дней смогли только две из них, третья же была частично повреждена. Попытавшись вспомнить третью, он начал припоминать что там действительно были звёзды, но кроме пяти звезд также изображались пять богов, каждый из которых не только выглядел уникально, но и по-особенному циркулировал Ци… Однако, как упоминалось ранее, более половины росписи было повреждено, а путь циркуляции Ци размылся течением времени.

Цинь Му успокоился и скользнул сознанием к холодному и одинокому небу, в попытке приблизиться к одной из звёзд. Но та то ли отлетала ровно на такое же расстояние, что он подлетал, то ли находилась так далеко, что было даже незаметно насколько он приближался. В общем, как бы он не пытался, расстояние оставалось неизменным… Нахмурившись, он попытался подлететь к другим звёздам, но те тоже “отлетали”.

«Что происходит?» — зашёл в тупик Цинь Му. Пытавшись подлететь, он хотел посмотреть были ли на звёздах пять богов с тех росписей, но теперь, даже не будучи в состоянии дотянуться до хотя бы одной звёзды, ему не оставалось ничего другого кроме как временно забросить свои потуги.

Оставшись сознанием в мистическом пространстве Божественного Сокровища Пяти Элементов, Цинь Му задействовал свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и в тот же миг произошла странная трансформация, а именно, оранжевая звезда внезапно задрожала, затем из неё хлынуло огненно-красное свечение и под конец его сознание загудело…

Цинь Му сразу же почувствовал, как его сознание затапливает пылающая словно огонь энергия. Та меняла саму структуру сознания, позволяя последнему получить физическое тело!

У ведомого пламенем сознания начали отрастать огненные ноги, а затем руки и даже голова. Немного погодя сознание полностью слилось со своеобразной энергией, превратившей его в странное существо с человеческой головой и телом быка!

Цинь Му буквально обалдел. Опустив голову, чтобы осмотреть себя, он увидел, что стал алым бычком, даже чувствовал болтающийся позади хвост. По всей своей длине тот был лысым и лишь на кончике виднелся меховой нарост. С одной лишь мыслью хвост качнулся и обжигающе хлестанул по огромным твёрдым ягодицам. Его ноги и руки стали ногами быка, а подошвы и ладони копытами. Бёдра же придавали чувство горной устойчивости и огненной взрывной мощи… Но на этом всё не прекратилось. Свечение, излучаемое звездой огненного элемента, по-прежнему усиливалось, пока не образовало под копытами двух огненных драконов с когтями-пиками и клыками-саблями!

Бог огня!

Сердце Цинь Му учащённо забилось. Он видел подобные скульптуры в божественных храмах Пограничного Дракона. Когда местные жители Великих Руин поклонялись им, то называли богами огня!

Тем не менее, энергия, исходящая от звезды элемента огня, не была сильной, а сформированное тело казалось достаточно призрачным.

«Пять Элементов… Хм… Прямо сейчас использую сокровище элемента огня? Тогда остальные…» — с одной лишь мыслью Цинь Му задрожала голубая звезда, затем вспыхнула и омыла голубым свечением его тело!

Между тем, задрожали ещё три разноцветные звезды, омывая его тело своим собственным светом… Цинь Му застонал и форма бога огня сразу же начала распадаться, а другие созидаться. Однако, у каждой звезды был уникальный атрибуты, что конечно же привело к противостоянию и взаимному подавлению. В итоге они столкнулись в его сознании и уничтожили друг друга!

Буум!

Раздался взрыв, буквально развеявший сознание Цинь Му внутри пространства Божественного Сокровища Пяти Элементов. В реальности же с померкнувшими глазами он упал в обморок…

Спустя какое-то время. Проснувшись на кровати, юноша увидел, как белая лисичка кладёт на его лоб тёплое влажное полотенце, а голова так сильно раскалывалась, что захотелось опять упасть в обморок. Возле кровати также стояло несколько девушек с чрезвычайно напряжёнными выражениями лиц.

— Похоже молодой Владыка пострадал от отката Ци. К счастью, Лин’эр вовремя заметила и позвала нас, — произнесла одна из них, после чего Фу Цинюнь и продолжила. — Молодой Владыка, лекарство уже почти готово. Однако, через два дня начнутся имперские экзамены и боюсь, что Вы не сможете на них присутствовать. Из-за отката Ци Вам потребуется более десяти дней на восстановление…

За дверью две девушки варили лекарственное снадобье, запах которого просачивался в комнату. Цинь Му из последних сил присел, чтобы принюхаться, и сказал:

— Я травмировал сознание, в итоге навредив духу. Вы правильно варите лекарство, но для моего случая ему не хватает аконита. Принесите два куста аконита… Я закончу лекарство сам.

Фу Цинюнь удивилась. Их молодой Владыка даже умел готовить лекарства?

Испытывая немалый скепсис, она всё же приказала девушке достать нужные травы. Подняв бледного юношу, она поняла, что его сознание было крайне хрупким, отчего ему каждое движение давалось с трудом, поэтому приказала принести печь с лекарством прямо сюда.

Цинь Му, вытерпев головную боль, использовал свою Ци, чтобы поднять лекарственную печь. Осторожно встряхнув, он плавно опустил печь на землю, однако, вода и травы внутри оказались подняты в воздух его Ци. Девушка, отправленная за нужными травами, вернулась и бросила их.

Техника его рук непредсказуемо менялась, но уже вскоре он смешал и объединил целебные свойства каждого лекарственного ингредиента, конечно же не забыв избавиться водой от ненужных отходов. Чуть погодя водяной пар полностью испарился, оставляя позади несколько красных пилюль.

Цинь Му взял пилюли и поглотил их лекарственную энергию. Головные боли отступили, но не до конца, время от времени всё же случались приступы.

— Завтра утром я приготовлю ещё одну порцию лекарств и полностью поправлюсь, — проговорил он.

Девочки в комнате сильно удивились. Техника приготовления лекарств юноши была чистой и простой, но также непредсказуемо меняющейся и завораживающей взгляд.

Откат Ци не такое уж тривиальное дело. Неужели это лекарство настолько эффективно, что способно помочь ему поправиться всего через полдня?

«Судя по всему, не имея подходящей техники я не смогу совершенствоваться в Божественном Сокровище Пяти Элементов и сделать его силу своей собственной», — подумал Цинь Му.

— Я поспешил и заставил сестёр поволноваться, — улыбнулся Цинь Му и встал.

— Молодой Владыка сведущ в медицине, есть ли у Вас знания в области гинекологии? — вдруг спросила одна из девушек.

— В области медицины есть мало чего я не знаю, — ответил Цинь Му.

— У меня небольшая боль в матке. Молодого Владыка, Вы знаете, в чём причина? — краснея спросила девушка.

Цинь Му проверила её пульс и улыбнулся:

— Ничего серьёзного, твоей внутренней Ци не хватает надлежащего ухода, от чего произошло переохлаждение матки. Я выпишу лекарство.

Девушка тут же поднесла бумагу, кисть и чернила, затем парень записал рецепт и сказал:

— Пилюля Согревания Лона. Её должно быть достаточно, чтобы подпитать твою внутреннюю Ци и уничтожить корень болезни.

Глаза оставшихся девушек в комнате опасно засияли. Девушка с гуцинем, с покрасневшим от смущения лицом, тихонько пропищала:

— Молодой Владыка, у меня тоже есть небольшая проблема…

— Молодой Владыка, осмотрите и меня!

— Молодой Владыка, с моими меридианами что-то не так…

****

Голова Фу Цинюнь начала буквально пухнуть, и она гаркнула:

— Молодой Владыка пострадал от отката Ци и всё ещё не восстановился. Все вы, прочь! Молодому Владыке нужен покой и отдых!

Цинь Му улыбнулся:

— Ничего страшного, после отката Ци я всё равно не могу тренироваться. А раз у сестёр столько проблем, разве я могу не помочь им? Мне и правда не сложно. К тому же, воспользовавшись кровом и едой сестры Цинюнь, мне будет неспокойно на душе если я не отплачу за заботу о доброту.

Девушки обрадовались и тут же выстроились в очередь. Юноша же ставил всем диагнозы и выписывал нужные лекарства. Девушка, ранее игравшая на пипе, увидела стоявшую в углу Фу Цинюнь и спросила:

— Сестра, почему ты не ушла?

Фу Цинюнь усмехнулась, вышла вперёд, казалось бы, неловко прижала к груди руки, прикусила губу и тихо произнесла:

— Молодой Владыка, моё совершенствование может и высоко, но и у моего тела есть некоторые проблемы. В течение последних нескольких месяцев я мучаюсь от красного драконьего дисбаланса. Иногда случается, а иногда нет…

Глава 114. Умри Немедленно

Цинь Му проверил её пульс и сказал:

— Четыре месяца назад у тебя закололо в боку во время тренировки, верно? С того момента у тебя возникла эта проблема.

Фу Цинюнь закивала головой:

— Да, однажды я почувствовала боль в боку. Я думала это пустяк и не брала в голову.

Незаметно упала ночь. В столице подняли декоративные фонари, залившие окрестности дневным светом. Улица цветов и аллея ив были популярными местами среди самых известных учёных города. Чиновники высоких рангов и дворяне также любили посещать эти места ночью. Аллея Цветочная была не просто местом для продажи тел. Красотки аллеи владели четырьмя искусствами, помимо основной профессии умели петь, танцевать и читать поэзию, что глубоко трогало сердца посетителей.

Однако, того вечера бордели пустовали, а все местные девы стояли в очереди, растянувшейся вдоль аллеи. Не осталось ни одной желающей обслуживать клиентов, а когда самые важные люди города спрашивали о своих любимых девушках, им отвечали:

— В Павильон Слушания Дождя пришёл божественный врач-гинеколог, все сестры пошли к нему на приём. Сегодня у них нет времени работать. Приходите завтра, молодые мастера.

— Божественный врач-гинеколог пришёл в аллею Цветочную? — неподалёку от аллеи из кареты вышел старик в гражданском и изумлённо сказал. — Расспроси местных о навыках этого божественного врача.

Через некоторое время слуга вернулся с отчётом:

— Старший мастер, дамы аллеи Цветочной твердят, что врач отличный, а его медицинские знания безграничны.

Старик нерешительно забормотал себе что-то под нос. Стоящий сбоку советчик тихонько проговорил:

— Должно быть, старший мастер думает о женщине в замке…

— Здесь много чужих ушей. Не говори лишнего, — проговорил старик и, вздохнув, продолжил. — Болезнь поразила эту женщину уже очень давно. Даже Имперский Лекарь был не в силах что-либо сделать, да что уж, тот даже не смог поставить диагноз. Наша единственная надежда — найти божественного врача, способного продлить ей жизнь, но, к сожалению, мы потеряли слишком много времени. К тому же, слова ещё ничего не доказывают. Вызови Имперского Лекаря Сяо, пусть он проверит навыки божественного врача из аллеи.

— Слушаюсь!

Вскоре прибыл Имперский Лекарь и, поклонившись, спросил:

— Старый Владыка, чем могу служить?

— Нет необходимости соблюдать формальности за границами Цветочной. В один из борделей прибыл божественный врач. Могу ли я попросить господина Сяо проверить его способности, и узнать, сможет ли он излечить даму в замке? — объяснил старик.

Волосы Сяо уже давно поседели, однако, его брови пестрили зелёным цветом, а глаза всегда были залиты кровью. Ухмыльнувшись, он сказал:

— Каким образом божественный врач оказался бы на аллее? Это всего лишь мошенник, жаждущий славы и обманывающий женщин и детей. С какой стати нам с ним встречаться?

Владыка нахмурился и сердце Имперского Лекаря начало выпрыгивать из груди, вынуждая сразу же поправиться:

— Старый Владыка, мне не нужно встречаться с ним лично. Достаточно увидеть рецепты, которые этот врач выписал.

Закончив, он вырвал рецепт из рук проходящей мимо женщины, которая как раз возвращалась с приёма. Сяо гадко ухмыльнулся, взглянув на бумажку:

— Посмотрите, Владыка. Травы в этом рецепте невероятно дешёвые. Как можно доверить лечение женщины из замка человеку с такими знаниями?

— Все травы, дорогие или дешёвые, равны. Они просто средства для спасения жизней. Женщины аллеи Цветочной не дворяне, денег у них не много, поэтому им доступны только такие лекарства. Лечить, используя дешёвые средства — настоящее мастерство. Мы пойдём к врачу, и ты испытаешь его знания.

Имперский Лекарь неохотно согласился и проследовал за стариком. Аллея была невероятно длинной, и сейчас её переполняли женщины из борделей, выстроенные в очередь к врачу. С огромным трудом старик с лекарем наконец втиснулись внутрь Павильона Слушания Дождя, где увидели красивого юношу в узорчатой одежде.

— Посмотрите на него, ему всего четырнадцать или пятнадцать лет, он скитался по свету, обворовывая людей. Я настоятельно советую Владыке отказаться от этой затеи. Обратите внимание на его пульс, он хоть и чёткий, но не совсем ровный. Это значит, что у парня откат Ци. Он не способен вылечить самого себя и лезет к здоровью других людей! — продолжал ухмыляться Сяо.

— Я сказал тебе идти, так иди, — спокойно ответил старик в гражданском.

Имперскому Лекарю оставалось только послушаться. Растолкав девушек по пути, Сяо уселся перед Цинь Му, протянул свою ладонь и оглушительно гаркнул:

— Скажи мне, чем я болен?

Юноша был в недоумении и приподнял свою голову, чтобы рассмотреть старика. Даже не проверяя пульс пациента, он ответил:

— Господин, у Вас серьёзные проблемы со здоровьем.

Сяо ухмыльнулся и вскочил с места:

— Мошенник! Как ты сме…

— Вы целитель, не так ли? — оборвав на полуслове, юноша продолжил. — От Вашего тела пахнет тысячами трав. Вы находились в окружении лекарств годами и буквально дышали ими. Более того, Вы часто прописывали себе лечебные ванны, а также принимали кучу духовных пилюль и чудесных лекарств собственного приготовления. Однако, господин, Вы явно достаточно неопытны в вопросе выведения ядов из препаратов. За это время, в Вашем теле собрались сотни видов вредных веществ, от чего брови позеленели, а глаза залились кровью. Это значит, что яд въелся глубоко в кожу и глаза. Слишком поздно пытаться Вас спасти. Нет ничего, чем я мог бы помочь, только король ада в силах сохранить Вашу жизнь.

Имперский Лекарь Сяо разгневался, злобно оскалился и спросил:

— Так сколько мне осталось жить, юный целитель?

Цинь Му немного пораздумал и ответил:

— Если бы не гнев, Вы бы прожили немного дольше. Но уже поздно, Ваше сердцебиение ускорилось и внутрь него попал яд, а если взять в учёт те вещества, что слились с Вашим телом, осмелюсь предположить, что жить Вам осталось десять…

— Ты хочешь сказать, что мне осталось жить десять дней? Что если я не умру за это время? — холодно проговорил ещё сильнее разозлившийся Сяо.

— Девять, восемь, семь… — продолжал Цинь Му.

Имперский Лекарь окончательно потерял над собой контроль. Его аура взорвалась, разрушая стол, за которым сидел юноша.

— Ты думаешь, я сейчас умру? Если этого не случиться, тогда умрёшь ты! — снова ухмыльнулся Сяо.

— Три, два, один.

Как только юноша сказал “один”, Имперский Лекарь ощутил колющую боль в груди, будто его сердце разорвалось на части, затем он потерял контроль над своей Ци, кожа по всему его телу начала буквально расходиться, а кровь полилась водопадом, окрашивая всё тело в красное. Под конец забившись в конвульсиях, Сяо превратился в кучку тлена…

— Я не в силах тебя спасти, — сказал Цинь Му, покачал головой, и продолжил. — Тебе не стоило злиться. Вот что случается, если принимать всякие лекарства, не умея правильно их готовить. Сестра Цинюнь, мне нужно сообщить властям о смерти?

На аллее Цветочной началась паника, даже старик в гражданском был шокирован и, тихо кивнув головой, покинул бордель.

Вскоре улица опустела, и паренёк прекратил приём пациентов. Почувствовав усталость, он пошёл в комнату, чтобы отдохнуть.

На следующий день Цинь Му занялся своим собственным лечением, желая устранить всякие негативные последствия отката Ци. Только закончив со своими делами он вновь начала принимать людей и уже вскоре вдоль аллеи выстроилась длинная очередь…

Фу Цинюнь начала неприметно волноваться, её заведение превратилось из борделя в больницу. Когда пришло время обеда, она не выдержала и с напором произнесла:

— Молодой Владыка, завтра день имперских экзаменов. Вы должны поберечь силы, чтобы справиться с ними!

— Ты права. Я продолжу лечить людей после того, как всё сдам, — кивнул головой Цинь Му.

— Молодой Владыка, Вы ведь не целитель! — тяжёлым тоном проговорила Фу Цинюнь. Она не знала, смеяться ей или плакать.

— Я не забавы ради занимаюсь лечением. Несмотря на то, что я хорошо подкован в теоретическом аспекте медицинских знаний, мне недостаёт практики. Принимая пациентов, я обретаю столь ценный практический опыт и расширяю свой кругозор. За те четырнадцать лет, что я провёл в Великих Руинах, дедушка целитель передал мне почти все свои медицинские знания, однако, у меня не было возможности использовать их на деле. Теперь же, менее чем за день, я проверил тысячи гипотез.

У хозяйки борделя начала болеть голова. Как молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа мог превратиться в бродячего врача, обслуживающего девушек из борделя?

****

Наконец, наступил день экзаменов Имперского Колледжа. Цинь Му покинул аллею Цветочную и направился в колледж, уточняя дорогу у встречных прохожих.

— Имперский Колледж находиться на вершине горы в центре города!

Приблизившись к воротам здания, парень посмотрел ввысь, восклицая от восхищения. Колледж был высшим учреждением империи и выглядел соответственно. Заведение было построено на нефритовой горе, которая изображала жемчужину во рту драконов, находящуюся в самом сердце горного хребта Девяти Драконов.

Девять драконов одновременно касались жемчужины. Подобное зрелище было поистине неописуемым…

Ци драконов концентрировалась в этом месте, определяя дух данного места. Именно из-за неё целая гора превратилась в нефрит.

На самой горе раскинулось множество дворцов, покрытых зелёной или красной черепицей. Неподалёку, несколько огромных кораблей свободно парили в воздухе, ожидая, пока на них натянут паруса.

Прямо сейчас, напротив горы собирались тысячи учеников, желающих поступить в Имперский Колледж. Более десяти чиновников заведующих регистрацией записывали информацию о поступающих.

Цинь Му встал в очередь. К тому времени, когда наступил его черёд регистрироваться, солнце успело подняться высоко в небо.

— Ученик из префектуры Личжоу, — сказал парень, достав свой пропуск в столицу.

— Нет, нет, он не из префектуры Личжоу!

Внезапно, толстый коротышка протиснулся к Цинь Му и улыбнулся:

— Он оттуда, откуда и я. Мы из Речной Гробницы. Господин регистратор, пишите Речная Гробница!

Регистратор поднял голову и ухмыльнулся:

— Я пишу в соответствии с местом, указанном в документе. Мы не в силах изменить процедуру.

Толстым коротышкой оказался Вэй Юн. Увидев, какое имя и происхождение приписали Цинь Му, он рассердился:

— Это ужасно, мы ведь были на одном корабле! Если бы ты был из Речной Гробницы, поступить в колледж было бы намного легче.

— Почему? — смутился Цинь Му.

Вэй Юн оглянулся и прошептал:

— Ты не слышал новости? Почти все ученики из Речной Гробницы погибли по пути сюда. Секта Наездников Дракона атаковала наш корабль, но этим всё не ограничилось, другие секты вели настоящую охоту на учеников, направляющихся на сдачу экзамена. В живых до столицы добралось лишь несколько. Говорят, что восставшие секты хотели таким образом подпортить репутацию Имперского Наставника, он ведь из Речной Гробницы…

— Из какой ты школы? На каком уровне? — спросил регистратор.

— Я учился на дому, так что у меня нет школы. Два дня назад я достиг области Пяти Элементов, — ответил Цинь Му.

— Только прорвался, а уже пришёл проходить имперские экзамены… — покачал головой регистратор.

Закончив регистрацию, парни прошли сквозь горные врата, за которыми в ожидании новых инструкций толпилось огромное количество учеников. Когда все желающие зарегистрировались, раздался громкий голос даосиста:

— Все мастера божественных искусств, поднимайтесь на гору. Остальные, ждите здесь.

Вскоре, у подножья горы остались только практики областей Духовного Эмбриона и Пяти Элементов. Всего здесь стояло около двух тысяч человек. Даосист средних лет повёл их в горы. Не успев отойти далеко, они наткнулись на отвесную скалу высотой около ста метров.

Парни не увидели на стене ступеней или канатов. Добраться к вершине можно было либо вылетев, либо взбежав. Также можно было выпрыгнуть, если кто-нибудь был на такое способен.

— Если вы не в силах подняться, можете идти домой, — холодным голосом декламировал стоящий возле утёса даосист.

— Разве это не слишком просто?

Какой-то ученик сделал пару шагов назад и сильно оттолкнулся ногами, разбегаясь по направлению к скале. Однако, как только стопа ученика коснулась отвесной стены, тот поскользнулся и по инерции с хлопком врезался в неё головой, оросив кровью.

Скала состояла полностью из нефрита. Даже кровь, упавшая на неё, быстро стекала вниз, не оставляя никаких следов.

Ученики у подножья утёса почувствовали дрожь в своих сердцах: «Так скользко!»

Глава 115. Демоническая природа

Утёс оказался настолько скользким, что на него было невозможно нормально наступать, что уж говорить о том, чтобы взбежать!

Мало кто из учеников изучал искусство полёта, а полагаться на прыжок, ну… скажем так, глупость не иначе. К тому же все присутствующие были в области Пяти Элементов или ещё хуже в области Духовного Эмбриона и полагаясь на данные уровни развития было невозможно обучиться божественным искусствам.

Одной этой отвесной скалы было достаточно, чтобы отсеять большинство учеников. Тем не менее, были и те, кто так или иначе могли летать, уже вскоре оказываясь на самом верху. Хотя таких было меньшинство. В основном ученики пытались взбежать, но их ждала суровая, твёрдая, скалистая реальность, в виде столкновения головы об камень, так что после попытки каждый такой умник, без исключения, валялся у скалистого основания.

Ученики, которые никогда не изучали искусство полёта, могли лишь хмуриться. Однако, скала возвышалась более чем на сто метров, кто вообще может быть настолько сильным, чтобы запрыгнуть на неё?

Как говорится — попытка не пытка, конечно же некоторые пробовали запрыгнуть, но силы от толчка не хватало даже для того, чтобы долететь до середины, после чего все они падали. Таких учеников сразу же дисквалифицировали и прогоняли с горы.

— Чего сложного то? — проворчал Вэй Юн и, ухмыльнувшись, вышел вперёд. — Вы все только и думали о том, чтобы взлететь, запрыгнуть или взбежать. Почему никто из вас не подумал о том, чтобы подтянуться?

Несмотря на свою пухлость, низкорослость и ненормально большие уши, мыслил Вэй Юн исключительно гибко. Уже в следующий миг, он превратил свою Ци в нити, подхватил ею появившиеся из ножен мечи, отправил их на вершину скалы, обвил ими какой-то скалистый нарост и потянул себя вверх. Продвигаясь медленно, постепенно, но верно, уже вскоре он оказался на самой вершине, откуда помахал рукой вниз и крикнул:

— Брат Цинь, повторишь?

— Нет, — лаконично ответив, Цинь Му согнулся в коленях так сильно, что практически распластался по земле, как вдруг его Ци взорвалась, а тело со свистом взмыло вверх. Ему действительно удалось подпрыгнуть на сто метров и с хлопком приземлиться прямо рядом с толстяком.

— Брат, ты совершенствуешься в боевых техниках? Точно же, ты ведь пользуешься ножом, причём искусно! — шокировано уставился Вэй Юн и чуть погодя посмотрел вниз… Там, у основания отвесной скалы, стояли сотни точно также шокированных учеников.

Даос средних лет кивнул головой и рядом с именем Цинь Му сделал пометку “боевой”, а напротив имени Вэй Юна написал “остроумный”.

Ученики внизу вдохновились способом толстяка, поступая либо точно также, либо придумывая свой способ использовать Ци, чтобы закрепиться и подняться. На вершину взбиралось всё больше и больше учеников, но Цинь Му и Вэй Юн не стали дожидаться всех и пошли дальше. Хотя гора состояла из нефрита, на ней всё же были холмы, водоёмы, водопады и зелёная растительность, здесь даже жили птицы и животные, добавляя пейзажу красоты и некой безмятежности. Обитатели местной фауны имели либо густое оперение, либо чешую, и такими они стали скорее всего из-за поглощения местной драконьей Ци.

— Ученики, пожалуйста, остановитесь!

Они попали в первый зал Имперского Колледжа. Зал оказался крайне большим, уходя во все стороны на триста метров. Внутри большого зала находилась не на много меньшая платформа, на которой могло легко уместиться несколько тысяч человек. Цинь Му огляделся и не заметил практиков божественных искусств, взошедших на гору первыми. Скорее всего у них были совершенно другие экзамены.

В самом начале зала стояло девяносто девять даосов, за каждым из которых виднелся парящий в воздухе бог. Последние конечно же формировались из их жизненной Ци. У богов была видна лишь верхняя половина тел, но даже так они казались достаточно грозными.

«Потрясающие!» — мысленно восхитился Цинь Му. У каждого из девяносто девяти однозначно были экстраординарные способности. Создать своей Ци форму… они, вероятно, стояли на пороге прорыва в область Небожителя. Что же до силы, та явно не уступала мастерам чертогов Великого Небесного Дьявольского Культа!

Собственно, что и ожидалось от Имперского Колледжа, прославившегося как место колыбели знаний всей Империи Вечного Мира!

Надо заметить, что каждый из даосов напротив всё же не дотягивал по силе до почившего Лорда города Пограничный Дракон. Фантом Восьмиликого Небесного Бога выглядел завершённее и реалистичнее, указывая на то, что даосы напротив были как минимум на уровень, а то и на два слабее Фу Юньди.

«Но почему их сформированные из Ци боги полностью одинаковые? — нахмурился Цинь Му. Если противник будет знать о слабостях техники, то разве не сможет с лёгкостью убить их?

«Таких даосов моя бабуля может одной рукой класть пачками!» — подумал про себя юнец.

Имперский Наставник популяризировал школу-колледж, однако, кое в чём просчитался, ведь он собственноручно сделал боевые и божественные искусства крайне однотипными. Такое положение дел натолкнуло Цинь Му на мысли о том, что у сект присутствовали некоторые сильные стороны… в конце концов, каждая секта учила только тому, в чём была хороша, делая практику мира боевых искусств достаточно разнообразной.

Конечно, влияние и вклад школы-колледжа нельзя было списывать со счетов. Такая образовательная система позволяла испытать себя бессчётному множеству людей, часть из которых обязательно раскрывала свои уникальные таланты. В то время как в секты всегда было сложно попасть, ведь таланты поступающих могли попросту не подходить по профилю. Теперь же, когда во всех уголках империи появились начальные школы и колледжи, бесчисленное множество людей смогло продемонстрировать свои способности.

Каждый их девяносто девяти даосов неподвижно стоял. Как вдруг боги взлетели из-за их спин и приземлились на круглых платформах, расположенных на небольшом отдалении от входа в зал. Затем один из даосов громко проговорил:

— Ученики со всего мира, поделитесь на группы по десять человек в каждой и поднимайтесь. Вы должны атаковать проявление бога на своей платформе самыми мощными движениями! Вы можете сражаться как вам угодно и ничего не утаивать, ведь совершенно не важно идёте вы по пути Бога, Дьявола или Будды. Разрешено всё! Проявления богов будут нападать на вас, пока на платформе из десяти человек не останется один. И только выстоявший пройдёт испытание.

Ученики в зале загомонили. Защищаться от нападений проявления бога и остаться последним стоящим на ногах из десяти… текущее испытание было гораздо сложнее предыдущего, которое, на минуточку, устранило добрую половину учащихся, а это устранит девяносто процентов!

Все нервно гомонили, пока делились на группы и направлялись на платформы. Вэй Юн сразу же отошёл от Цинь Му подальше, чтобы случайно не оказаться с ним в одной “лодке”.

Цинь Му запрыгнул на платформу и вскоре на неё поднялось ещё девятеро. Между тем, на остальных девяносто восьми платформах тоже собралось нужное количество учеников.

— Начали! — гаркнул даос. Эхо голоса ещё не стихло, а девяносто девять богов уже двинулись с места и накинулись на учеников!

Цинь Му двигался по кругу платформы подобно призраку, уворачиваясь от атак и сталкивая остальных экзаменуемых. Неудачливые ученики даже сообразить не успели что к чему, как оказались за пределами платформы!

Проявление бога, атаковавшее юношу ещё мгновение назад, внезапно замерло…

— Ты прошёл, — проговорил даос, в то время как остальные даосы смотрели с удивлёнными выражениями лиц. Цинь Му поклонился говорящему и сошёл с платформы, в то время даос мрачно прошептал остальным. — Юнец до глубины души развращён демонической природой. Другие ученики, противостоя атакам проявлений, пытаются работать сообща, а он… он избавился от всех собственноручно.

Вскоре послышались испуганные крики с других платформ. Многие последовали примеру Цинь Му и тоже атаковали учеников со своих платформ. Вскоре сотни людей оказались не у дел, а не многим позже завершилось и само испытание, оставляя позади около ста человек…

Все прошедшие имели область Пяти Элементов. Цинь Му нашёл взглядом Вэй Юна и увидел, что тот тоже благополучно прошёл. Совершенствование толстяка была действительно плотным, собственно, как и ожидалось от ученика из семьи Вэй Речной Гробницы.

Большинство экзаменаторов так и осталось стоять с удивлёнными выражениями лиц. Кто из них мог ожидать, что экзамен закончится вот так?

— Все прошедшие испытание ученики проходите дальше, остальных же попрошу покинуть гору, — скомандовал даос.

Цинь Му и другие зашагали по большому залу, однако, парень нутром чуял что на него пристально смотрят. Обернувшись, он увидел, как на него уставились все девяносто девять даосов. Непонимающе посмотрев на одежду, поправив её и не найдя ничего странного, паренёк невинно улыбнулся даосам и, развернувшись, пошёл дальше.

— Демон, истинный демон! — в унисон процедили даосы.

Лидер даосов быстрым росчерком дал оценку напротив имени Цинь Му и подбросил регистрационный бланк в воздух. Мимо промелькнул журавль и схватил клювом бумагу, после чего покинул зал и умчался в горы.

«Такое демоническое нутро в столь юном возрасте, будет лучше уничтожить его ещё в зародыше! Мы не должны позволить кому-либо испортить репутацию или навредить нашему Имперскому Колледжу! Надеюсь, следующие экзаменаторы исключат его!»

Цинь Му вместе с прочими учениками оказался посреди большого зала, но по-прежнему не видел ту группу практиков области Шести Направлений, что поднялась на гору первой. Каждый из них был на уровне божественных искусств, так что их экзамены должны отличаться.

Осмотревшись вокруг, на колоннах подпирающих зал юноша увидел фрески… сотни странных фресок.

— Что это за испытание такое? — озадачено пробурчал Цинь Му.

— Имперский Колледж ежегодно изменяет испытания. Поэтому заранее невозможно узнать, какие будут экзамены. Знай мы чего ждать, то разве было бы не слишком просто поступить сюда? — улыбнулся Вэй Юн.

Цинь Му кивнул головой, как вдруг его сердце слегка вздрогнуло. Фрески на колоннах оказались техниками путей циркуляции жизненной Ци!

И каждая следующая отличалась от предыдущей!

Осматривая одну за другой, парень испытал шок. Имперский Колледж вот так вот просто оставил здесь настолько важные знания? Разве такой поступок не слишком безрассудный? Разве они не боятся, что посторонние украдут их?

— Оставленные в этом зале пути циркуляции Ци незавершённые, — заговорил один из учеников рядом. — Все незавершённые. Я слышал, что для того, чтобы собрать столько незавершённых техник и оставить здесь, Великий Ректор обошёл весь мир.

Цинь Му вдруг заметил одну фреску, и его сердце буквально подступило к горлу. На ней изображался путь циркуляции Ци для техники Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Но почти сразу же юноша нахмурился, фреска была для области Шести Направлений, а не Пяти Элементов, в которой на данный момент он нуждался больше всего.

— Если Патриарх нашёл где-то технику Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений, то может знает и для других? Неважно как, но мне нужно стать учеником Имперского Колледжа и встретиться со стариком!

Глава 116. Сердце Младенца

Цинь Му тщательно изучил и запомнил пути циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений. Раньше, во Дворце Подавления Рока ему встречалась незаконченная роспись для области Пяти Элементов, и, с новой информацией, он был почти в силах представить её полную картину. Однако, дополнить незаконченную часть было всё-таки невозможно.

Если молодо выглядящий Патриарх знал о путях циркуляции техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений, ему, скорее всего, было что-то известно и для области Пяти Элементов. Даже неполная информация могла бы позволить Цинь Му окончательно всё прояснить.

На кону было совершенствование парня, поэтому он должен быть максимально усердным.

Внезапно, из задней части зала вышел монах, торжественно спрашивая:

— Где ученики из Речной Гробницы? Сделайте шаг вперёд. Вы не должны проходить это испытание.

Вэй Юн глупо уставился, и вышел вместе с двумя другими учениками. По дороге в внутренний зал, он повернул голову:

— Брат Цинь…

— Не шуметь! — скомандовал монах и продолжил. — Ученики из Речной Гробницы понесли огромные потери и не должны проходить следующие испытания. Остальные останутся здесь в ожидании продолжения.

Цинь Му был неописуемо удивлён. В Имперском Колледже был настоящий монах!

Увидев здесь так много даосов, парень подумал, что хоть колледж и назывался имперским, но был местом Даосизма. Он никак не ожидал встретить здесь монаха!

«Буддизм и Даосизм сосуществуют в Имперском Колледже! Интересно, что бы сказали в Великом Монастыре Громового Удара?» — в тот момент, когда эта мысль посетила Цинь Му, ещё один монах в жёлтой робе вышел из задней части зала. У него были высокие, длинные брови, парящие в воздухе, и журнал в руке. Оглянувшись, буддист успокоил учеников своим ярко-белоснежным взглядом, после чего заговорил:

— Это испытание проверит вашу природу.

Его голос прогремел, будто звон огромного колокола, встряхивая барабанные перепонки людей в зале и заставляя некоторых растеряться. Сев в позу лотоса, его брови опустились.

— Я буду повторять заклятия, хранящиеся в этих писаниях. Если вы окажетесь не в силах их выдержать — можете покинуть зал. Те, кого мои заклятия не подавят, смогут приступить к следующему испытанию, — сказал монах, сложил ладони вместе и начал вертеть чётки, повторяя заклятие не слишком быстро и не слишком медленно. — Будда сказал: Субхути, все Бодхисаттвы и Махасаттвы должны следующим образом подчинить свой разум: все живые существа, рождённые с яйца, матки, влаги или трансформации, с формой и без, умные, бездумные, или не умные и не бездумные, идут вслед за мной к нирване, чтобы окончательно умереть или реинкарнироваться. Хоть неизмеримое, необъятное и неограниченное число живых существ таким образом двигается к смерти или реинкарнации, правда в том, что живое существо не может за мной проследовать. Почему так…

Голос Будды вибрировал, а каждое слово казалось восхождением Жулая, нападающего на разум всех находящихся в зале учеников и атакующего их тела, Ци, и Божественные Сокровища!

Сверкающие образы Великих Будд Жулая начали появляться в их мыслях.

Вибрации становились всё сильнее и сильнее, достигая уровня, который было действительно тяжело выдерживать. Звуки заставляли кровь и Ци становиться нестабильными, отчего было ещё сложнее защищать свои божественные сокровища!

Стало несравнимо сложно защититься от мантры монаха. Разумы учеников были не в силах сопротивляться, будто их мысли были обнажены и все секреты внезапно обнаружились.

Наконец, один из участников не выдержал и выбежал из зала!

Он боялся, что его жизненная Ци разрушится и будда захватит божественные сокровища. Казалось, что мышцы, кожа, кости и волосы рассыпятся на части под давлением вибраций!

Почти сразу после первого выбежавшего, ещё несколько учеников поднялись и в спешке покинули испытание. Не успев добежать до выхода, они начали блевать, чувствуя, будто их органы вываливаются наружу.

Монах в жёлтой робе оставался неподвижным и продолжал чтение своих писаний. Буддистские заклятия грохотали и становились всё сильнее, со временем выматывая всё большее количество учеников и вынуждая тех выбегать из большого зала.

Незаметно, в помещении осталось чуть больше двадцати людей. Цинь Му сидел в самом центре, встряхиваясь от ударов голоса. Юноша, казалось, никак на него не реагировал, но на самом деле читал себе под нос дьявольские заклятия. Прямо сейчас он был в смертельной схватке с Буддой, и получал наслаждение, отбиваясь от постоянных атак.

Голос почти никак не влиял на Цинь Му и был не в состоянии вызвать беспокойство в его сознании. Как вдруг он начал использовать язык богов, который недавно узнал, ещё сильнее вовлекаясь в схватку с Буддой.

Спустя некоторое время, монах нахмурился и открыл глаза, чтобы взглянуть на юношу, который в это время спокойно сидел, разглядывая фрески на колоннах. Казалось, будто заклятия не имеют никакого эффекта, хотя к этому моменту осталось только десять человек, способных выдерживать давление.

«Странно. В оценке было ясно написано “демоническая природа”, и рекомендовалось присмотреться к нему. Но если бы его сердце было по-настоящему злым, разве смог бы он выдержать моё пение? — монах в жёлтой робе был озадачен, голос Будды, исходящий из его уст, начал замедляться. — Сейчас я не вижу в нём никакой демонической природы. Если я намеренно попытаюсь его изгнать, всем остальным участникам также придётся покинуть зал… и никто не пройдёт испытание».

— Вы все прошли, пройдите сквозь заднюю часть зала и приступайте к следующему испытанию, — остановив пение, сказал монах и встал.

Участники почувствовали, будто огромный валун свалился с их плеч. Незаметно для себя, за время испытания с них сошло семь потов, отчего их одежда полностью промокла. Только Цинь Му, казалось, ничего не заметил и не проронил ни капли пота.

Буддист снова смерил парня взглядом и достал журнал, делая новые отметки возле имён участников. Добравшись до Цинь Му, старик немного поколебался, прежде чем написать “Сердце Младенца, не тронутое внешним миром”.

Монах вышел из зала и подбросил журнал в небо. Журавль, парящий в воздухе, подлетел и схватил его своим клювом, после чего начал набирать высоту. Проведя его взглядом, старик вернулся обратно.

Птица пролетела полпути к вершине горы и приземлилась перед огромным залом, чтобы передать книжечку проходящему мимо мальчику. Ребёнок в спешке забежал внутрь и передал посылку даосу средних лет:

— Учитель Лин Юнь, журнал прибыл.

Мужчина открыл книгу и улыбнулся: «Каждый год, Имперский Колледж выделяет десять мест для выдающихся учеников из областей Духовного Эмбриона и Пяти Элементов. Интересно, какие таланты пришли к нам на этот раз?»

Он взглянул на бумагу и легко кивнул: «Осталось четырнадцать учеников, у каждого из которых неплохие оценки. Хоть в этом году было много беспорядков и участники не такие сильные, как раньше, здесь всё равно есть к кому присмотреться… Ээм?»

Он всмотрелся в имя “Цинь Му” со странным выражением лица. Перечитав информацию о парне несколько раз, он растерялся: «Что происходит с этим учеником? Почему они написали, что у него демоническая природа и порекомендовали за ним наблюдать, а затем отметили у него сердце младенца, не тронутое внешним миром? Кучка стариков, пишут что попало!»

— Учитель, троих учеников из Речной Гробницы уже зачислили. В этом испытании Вам придётся дисквалифицировать семерых участников. Более того, Генерал Небесных Стратагем сообщил, что его дочь примет участие в испытаниях, и он надеется, что учитель внимательно рассмотрит её кандидатуру. Также мы получили письмо из Поместья Имперского Офицера, один из его внуков хочет поступить в колледж. Ещё есть просьбы от Великого Генерала Белой Лошади и столичной семьи Цинь. Король Чжэньань тоже отправил нам письмо, он хочет… — сказал мальчик.

— Все хотят попасть в колледж, и у всех есть хорошие связи. Три места уже были отданы ученикам из Речной Гробницы, чтобы вернуть репутацию Имперскому Наставнику. Как я могу принять столько людей, если из десяти мест осталось только семь? Что там с этим Цинь Му? Он принадлежит к семье Цинь из столицы? — проворчал даосист, тяжело потирая виски.

— Семья Цинь сообщила, что их молодого мастера зовут Цинь Юй. Цинь Му не имеет к ней никакого отношения. Судя по его регистрационным данным, он из префектуры Личжоу, — покачал головой мальчик.

— В таком случае, я могу его дисквалифицировать. Парню не удастся пройти моё испытание. У кого ещё нет связей? — вдохнув с облегчением, сказал Лин Юнь.

— Есть братья Дин Шань и Дин Хэ, а также девушка по имени Сы Юньсян. У других есть связи, но не слишком влиятельные, к примеру родственник главы префектуры Воробьиная Гора, и двоюродная сестра судьи города Юй…

Даос Лин Юнь снова вздохнул и сказал:

— Чиновников второго и третьего ранга также нельзя оскорблять, но, учитывая обстоятельства, мне придётся это сделать.

Выйдя из задней части зала, Цинь Му поднял голову и увидел горную тропу. Более десятка учеников взбирались наверх, и вскоре дорога под их ногами начала расширятся. Вокруг показались водопады, которые, казалось, состояли из жидкого нефрита, ярко сияя под лучами солнца. Завораживающее зрелище заставило парня и остальных воскликнуть, восхищаясь святыми землями бессмертных.

— Старшая сестра, твоя фамилия “Сы”? — юноша посмотрел на молодую девушку возле себя и с интересом спросил. — Фамилия Сы довольно редкая, и у меня есть родственница, у которой такая же.

Большеглазую девушку звали Сы Юньсян. Её характер казался нежным и тихим. Не много людей имели такую фамилию, как у бабушки, и это был первый раз, когда Цинь Му встретил человека, который её носил. Парень не удержался и, бросив на девушку несколько взглядов, попытался завести разговор.

Сы Юньсян заметила его взгляд и застенчиво потупилась, полностью проигнорировав и продолжив идти вперёд.

«Такая застенчивая, это точно не бабушка в чужой коже… — думая про себя, Цинь Му вздохнул с облегчением. — Бабушка никогда не была застенчивой. К тому же, сейчас она в деревне Цань Лао и не собирается покидать Великие Руины, не говоря уже о путешествии в столицу. И если бы это была бабушка, она бы не использовала свою фамилию, это слишком подозрительно. А может, я слишком много думаю?»

Парень немного успокоился. Услышав имя Сы Юньсян, он что-то заподозрил и пошёл проверять.

Вскоре, все добрались до великого зала. Возле входа они увидели мальчика с журналом в руках. Он посмотрел на них и чётко сказал:

— Ученики, следующее испытание чрезвычайно строгое, и может привести к травмам или даже смерти. Есть кто-нибудь, желающий завершить своё участие?

Глава 117. Взмах Меча Небесной Медведицы

Стоя перед залом, никто из четырнадцати участников так и не отказался, на что мальчик улыбнулся и продолжил:

— Ну раз никто не хочет сдаться, мы начнём испытание. Учитель.

Даос Лин Юнь вышел из зала и, пробежавшись по всем присутствующим взглядом, улыбнулся:

— В самом начале испытывались ваши креативность мышления, основа совершенствования и природа. Сейчас же будет проверка силы. Раз вы, будучи учениками, смогли дойти досюда, значит у вас и так удивительная сила, но выберут только лучших из лучших, поэтому я, мастер зала Чистого Ян, лично проведу проверку.

Ученики переглянулись, в то время как один из них прошептал:

— Несправедливо…

С потяжелевшим взглядом, даос Лин Юнь усмехнулся:

— Конечно несправедливо. Каждый из вас закончил начальную школу или колледж, которые даже рядом не стоят с имперским. Кроме того, я заведую делами Имперского Колледжа и прочитал все хранящиеся в нём писания, даже будь я в той же области развития что и вы, то превзошёл бы вас всех на голову, поэтому побеждать вам меня не нужно, вы просто должны выдержать три моих удара. Выстояли — значит прошли, — закончив тираду, он тепло улыбнулся. — Я конечно же запечатаю своё совершенствование вплоть до области Пяти Элементов, так что не отчаивайтесь.

После его слов все ученики облегчённо вздохнули. Пока противник одной с ними области, чего им бояться? В конце концов, каждый из них считался выдающимся практиком боевых искусств своих школ или колледжей. Как они могли разувериться в своих силах? Не бывать такому!

Лин Юнь непринуждённо улыбнулся. Несмотря на то, что ученикам нужно было выдержать три его удара после подавления совершенствования до области Пяти Элементов, он по-прежнему может контролировать результат. С его то опытом, разве за три движения он не найдёт способа, как одолеть нескольких неоперившихся юнцов?

Как ни как он был заведующим делами Имперского Колледжа, что же до силы, конечно же, он не осмелится назвать себя непобедимым в одной и той же области, но факт остаётся фактом — мало кто под небом способен сравниться с его боевой мощью!

— Дин Шань, ты первый, — скомандовал даос, запечатывая своё совершенствование, и продолжил. — Мальчишка, подай деревянные мечи.

Ребёнок принёс пару мечеобразных ножен и воткнул в землю. Лин Юнь вытянул руку и из его пальца вынырнула тоненькая нить жизненной Ци. Коснувшись ею ножен и выхватив один деревянный меч, он сказал:

— В этих ножнах находится тридцать шесть деревянных мечей, подходящих для навыка меча Небесная Медведица. Можешь носить ножны на спине или как захочешь. Что же касается меня, я буду использовать один меч.

Ученик по имени Дин Шань подошёл, выдернул слегка вошедшие в землю ножны и закрепил их на спине. Повернувшись в сторону даоса Лин Юня и приветственно поклонившись, он достал из ножен все деревянные мечи и тут же применил навык меча Небесная Медведица.

Данный навык изучали все ученики школ и колледжей. Цинь Му уже видел его в исполнении учеников с борта корабля, ещё когда летел в столицу. В самом начале он от всего сердца восхитился, думая, что боевые искусства практиков империи действительно впечатляющие. Самый обычный практик, а уже владеет таким сложным навыком меча… Но потом, осознав, что им пользуются все и каждый, парень посчитал что сможет сразиться одной рукой сразу с десятью подобными практиками.

Дин Шань применил медведицу, заставляя тридцать шесть мечей летать по восходящим и нисходящим траекториям. Мощь, стоящая за каждым таким мечом, не была слабой. Однако, Цинь Му с первого взгляда понял, что паренёк определённо не сможет заблокировать три движения даоса напротив. Да что уж, даже одного не заблокирует!

Фьюю…

Используя нить Ци, Лин Юнь отправил меч в полёт по хитроумной траектории и уже через миг, миновав все мечи неопытного противника, поразил грудь Дин Шаня. Не выдержав удара, парень отлетел назад и врезался в землю, неспособный ещё какое-то время даже встать.

— У тебя хорошее совершенствование, — подняв голову, улыбнулся даос. Но от этих слов остальным участникам легче не стало, а сердца неконтролируемо ускорили свой бег. Мастерство меча Лин Юня уже достигло области трансформации, которую также нарекли совершенством. Под трансформацией понимается трансформирование в область, в которой возможно творить и созидать, в некоторых случаях даже целый мир… Достигнув области практик сбрасывает оковы, накладываемые навыками меча, и любое неосторожное движение может стать навыком меча.

Что ещё хуже, хотя Лин Юнь запечатал свои божественные сокровища, конечно, помимо Духовного Эмбриона и Пяти Элементов, его совершенствование по-прежнему было несравненно плотным, куда плотнее чем у Дин Шаня!

Слишком пугающе… Был ли среди них кто-то, способный блокировать целых три подобных движения?

— Дин Шань, оставь меч и спустись с горы. Цинь Юй, ты следующий, — прищурившись, произнёс Лин Юнь.

«Цинь Юй? — мысленно удивившись, Цинь Му взглянул на вышедшего вперёд юношу. Имея утончённые черты лица, тот был необычайно красив собой, а когда говорил, то без раболепия, но и без чванливости. Тем не менее, глядя на него, у Цинь Му возникло чувство дежавю, как вдруг промелькнула мысль. — Он похож Цинь Фэйюэ, маленький генерала Циня»

Цинь Юй вышел вперёд, закрепил ножны на спине и поклонился.

— Даже если ты из влиятельной семьи Цинь, я не стану сдерживаться на экзамене. Покажи мне всё на что способен, иначе вылетишь, так же как Дин Шань, — улыбнулся даос.

Цинь Юй утвердительно кивнул и вытащил меч со спины. Один меч оказался в руке, в то время как остальные тридцать пять в воздухе, однако, они не выстроились в построении Небесной Медведицы, а вместо этого проворно танцевали, словно плавающие в воде драконы. Юноша собрался использовать навык меча не из школы или колледжа.

Даже Лин Юнь раньше не видел подобного навыка, чувствуя, что деревянные мечи напротив играли роль плавающих драконов. Собравшись в одном месте, мечи сформировали одного огромного дракона, вобравшего в себя силы всех мечей!

Цинь Юй вскрикнул, и его жизненная Ци Белого Тигра забурлила, становясь несравненно взрывоопасной. Поскольку Ци буквально пропитала деревянные мечи, у тех появился золотой окрас. По невнимательности можно было даже подумать, что мечи и правда золотые!

Тридцать шесть деревянных мечей, превосходящих по всем параметрам железо и золото, атаковали даоса.

Лин Юнь мысленно восхитился: «Это однозначно не навык меча семьи Цинь. Скорее всего парню повезло натолкнуться на какое-то наследие и осмыслить. Даже если бы семья Цинь не отправляла письма, с просьбой помочь Цинь Юю во время поступления, парень и так достаточно силён, чтобы стать полноправным учеником Имперского Колледжа».

Цинь Юй шёл по пути школ боевых техник и техник управления мечом. Его навык меча напоминал плавающих драконов, будучи резким и взрывоопасным. Мечи взмыли вверх, подобно тридцати пяти миниатюрным драконам, время от времени сливаясь в танце по двое или трое. Со стороны могло показаться, что дракончики-мечи пытались объединиться вместе, чтобы стать особью больших размеров и более могучей… Между тем, деревянный меч в руке нельзя было списывать со счетов, тот порхал так ловко, как если бы был продолжением руки юного практика. Демонстрируемая боевая техника была по-настоящему выдающейся.

Стоя в стороне, Цинь Му почувствовал, как его сердце на миг ускорило свой бег: «Цинь Юй видел настоящего дракона! Верно же, Цинь Фэйюэ привёз из Великих Руин в Империю Вечного Мира закованного во льду детёныша Короля Драконов Вздымающейся Реки! Цинь Юй понял такой навык меча однозначно благодаря юному дракону… Неужели его спасли?»

В таинственном льду был закован не только молодой дракон с пронзённым сердцем, но и младший защитник наследного принца, чиновник нижнего первого ранга, Гу Линуань.

Владея подобными титулами, способности старика должны быть впечатляющими, а с учётом того, что Цинь Му обдурил его, украв Младшего Защитника и ножны, хотя ножны конечно стащил одноногий, отчего ни капли не легче, если они встретятся и старик узнает своего юного собеседника и “спасителя”, то определённо не отпустит…

На этот раз Цинь Му не стал брать с собой меч, оставив в Павильоне Слушания Дождя под охраной Фу Цинюнь. В конце концов, Младший Защитник, оружие первого нижнего ранга, ранее принадлежавшее высокопоставленному чиновнику Императорской Семьи. Даже отсутствуя в течение стольких лет, обязательно найдутся те, кто узнают его.

«Интересно, остался ли Гу Линуань младшим защитником наследного принца? Но даже если нет, старикан не тот, с кем я могу связываться. Мне нужно быстрее найти Патриарха!»

Цинь Юй и Лин Юнь провели впечатляющую битву. Жаль правда, что битва закончилась всего лишь после трёх движений, плавно перетекая из защиты в атаку. Спустя три движения, даос отвёл меч в сторону и, улыбнувшись, сказал:

— Ты прошёл.

Цинь Юй вздохнул с облегчением и вернул деревянные мечи обратно в ножны, прежде чем воткнуть их в землю. Цинь Му слегка нахмурился. Их битва хоть и выглядела захватывающей, но оставляла горькое послевкусие, словно даос не сражался изо всех сил.

Движения Цинь Юй действительно были очень сложными и мощными, вот только совершенствование не на много превосходило таковое у ранее вылетевшего Дин Шаня. Даос мог использовать своё плотное совершенствование и подавить юношу, но вместо этого решил использовать свой меч, чтобы напрямую противостоять тридцати шести мечам противника. Разве это не то же самое что использовать свою слабость в борьбе с преимуществом противника?

Совершенствование Цинь Му было пугающе плотным, к тому же слепой научил его Пробуждению Глаз Девяти Небес. Несмотря на то, что парень овладел лишь первым небом, его зрение было поразительным, помогая заметить данную деталь и наводя на мысль: «Здесь происходит что-то подозрительное…»

— Следующий Цинь Му, — улыбнулся Лин Юнь. Парень вышел вперёд, собираясь поднять меч, как вдруг даос задал вопрос. — Твоя фамилия тоже Цинь?

— Да, тоже Цинь, — подняв голову и кивнув, ответил Цинь Му.

— Жаль, что ты Цинь не из столичных Циней, — улыбнулся Лин Юнь.

Цинь Му поднял брови и не стал поднимать ножны меча. Затем он как-то непонятно улыбнулся и спросил:

— Учитель, в отличие от большинства я немного глуповат, поэтому хотел спросить, могу ли я воспользоваться сразу обоими ножнами?

— Конечно, мне нужен только один деревянный меч, — всё также улыбаясь, не особо задумываясь ответил Лин Юнь.

Цинь Му поднял вторые ножны и положил рядом. Его жизненная Ци вырвалась наружу и, приняв форму нити толщиной с руку, вытащила из ножен один деревянный меч.

— Как ты тренировался? Твой учитель разве не обучил тебя тому, как очистить свою Ци в нить Ци? — расхохотался даос.

— К сожалению я плохо обучаем. Учитель, прошу, — с искренней, совсем детской улыбкой отвели Цинь Му и вновь поклонился.

Даос Лин Юнь заложил руки за спину, в то время как его тоненькая, едва заметная нить Ци удерживала воздухе деревянный меч, и улыбнулся:

— Начинай первым.

Пальцы правой руки Цинь Му сжались вместе в форме меча. Когда его Ци внезапно хлынула наружу, он сделал шаг вперёд и правой рукой применил навык меча, за которым последовало едва уловимое движение вверх!

Чччииии!..

От режущего, свистящего звука рассекания воздуха, барабанные перепонки всех присутствующих чуть было не потекли кровью. Сердце Лин Юня упало в пятки, в спешке пытаясь выставить блок своим деревянным мечом… однако, меч так ничего и не заблокировал. Затем Цинь Му сделал взмах вверх и меч, словно живой, тоже рванул вверх.

Форма Стремительно Поднимающегося Меча!

Выражение лица Цинь Му от начала и до конца оставалось неизменным. С движением его пальцев вверх, даос тоже взлетел вверх. Только сейчас Лин Юнь смог осознать то, что произошло, видя, как его грудь поразил деревянный меч и отправил в полёт, но уже мгновение спустя он врезался в дверь великого зала и бесследно исчез.

Между тем, Цинь Му топнул ногой и ножны меча взлетели на метровую высоту. Пряжки обоих ножен лопнули, когда появился деревянный меч и с молниеносной скоростью выстрелили в сторону зала, а затем ещё и ещё.

Пух треск пух треск пух треск…

С внутренней стороны зала послышалась серия вонзающихся звуков мечей, то ли в плоть, то ли в дерево, непонятно. Семьдесят один меч, именно столько оставалось в двух ножнах и именно такое количество в ряд улетело в сторону двери зала. Как только один из мечей впивался в грудь Лин Юня, Цинь Му использовал всю свою силу, чтобы отправить следом очередной, который в свою очередь раскалывал предыдущий и попадал по мясистой цели в районе сердца. Так продолжалось пока не закончились все мечи. Когда мечи летели один за другим, практический нос к носу, у даоса даже не было времени перевести дыхание!

Глава 118. Император

Пум-пум…у ног Цинь Му упала пара опустевших ножен, прокатившись слегка в сторону. В то время как позади него стояла группа перепуганных учеников, безучастно уставившихся куда-то вдаль. Даже мальчик, называвший Лин Юня учителем, повернул шею за спину чуть ли не под неестественным углом, глядишь ещё чуть-чуть и, чего доброго, мог свернуть её. У всех остальных же, помимо глуповатых взглядов в сторону зала, отвисли челюсти, да так, что в рот можно было затолкать настоящее утиное, из тех, больших сортов, яйцо…

За залом Чистого Ян находился зал Высшего Учения. Последний своими размерами в разы превосходил первого. В свою очередь за залом Высшего Учения раскинулся длинный лестничный пролёт с девяносто девятью ступеньками. Если взобраться по ним на самый верх, уткнёшься в так называемый Святой Престол, на котором обычно восседал Великий Ректор Имперского Колледжа Империи Вечного Мира.

Тем не менее, прямо сейчас на Святом Престоле сидел не молодо выглядящий Патриарх Небесного Дьявольского Культа, по совместительству Великий Ректор, а мужчина средних лет в жёлтом халате и красующейся на голове короной. Патриарх же сидел слегка ниже этого мужчины, а ещё ниже, уже на ступеньках, стояли сотни гражданских и военных чиновников, а также экзаменаторы.

Под лестницей, посреди зала Высшего Учения, находились собравшиеся со всего мира ученики, в настоящее время пытаясь пройти испытание. Все они были практиками божественных искусств, которых куда-то увели в самом начале экзаменов. Как Цинь Му и предполагал, у них были совершенно иные испытания. Завершая одно чрезвычайно сложное испытание за другим, в конце концов они оказались здесь, посреди величественного зала. Пережив за такой короткий период времени столько испытаний, невзгод, и лишений, некоторые поднявшиеся сюда ученики вдруг падали в обморок. Спросите почему? Конечно же потому, что видели сидящего мужчину в жёлтом халате с короной на голове. Но даже с учётом сего смягчающего обстоятельства, настолько слабовольных, само собой разумеется, сразу дисквалифицировали и отправляли с горы прочь. Сидящим на Святом Престоле был Сын Небес Вечного Мира, Император Яньфэн.

Император Яньфэн лично присутствовал на финальных испытаниях Имперского Колледжа, что, кстати, не было чем-то из ряда вон. Чтобы поприветствовать собравшихся со всего мира ищущих знаний учеников, надо заметить, лучших из лучших, Яньфэн посещал каждый имперский экзамен. Данное мероприятие в своём роде знаменовало то, что каждый поступающий становился учеником Сына Небес, ведь Имперский Колледж, колледжи и начальные школы были оружием в его руках… оружием для противостояния укоренившимся сектам и прочим организациям такого рода. К тому же, как Император мог не присутствовать во время экзаменов в самое престижное учебное заведение всей Империи Вечного Мира — Имперский Колледж?

В данный момент под ступенями лестницы, посреди зала Высшего Учения, в яростной битве друг с другом сошлись те самые ученики уровня божественных искусств. Как вдруг все присутствующие услышали достаточно громкий звук столкновения чего-то с чем-то и, даже не успев сообразить, что к чему, увидели, как задняя дверь зала Чистого Ян, ведущая в зал Высшего Учения, разлетелась на куски… После чего через дыру промелькнула фигура и, спустя время, необходимое для того, чтобы парочку раз моргнуть, пересекла всё поле брани!

Следом за фигурой, словно по пятам, появлялись деревянные мечи. Они с молниеносной скоростью вонзались в летящую задом наперёд фигуру, отчего последняя постоянно ускорялась. Мечи свистели, в то время как звуки треска и глухих столкновений продолжали ласкать слух всех присутствующих. Когда в семьдесят первый раз послышался подобные треск и пух, фигура умудрилась долететь до лестничного пролёта, где и распласталась спиной на ступеньках.

Внизу, посреди зала Высшего Учения, стояла гробовая тишина. Ученики, что ещё мгновение назад остервенело сражались, будто от этого зависела их жизнь, безучастно уставились на валявшегося мужчину. Затихли не только ученики, такая же гробовая тишина повисла и над лестничным пролётом, где стояло множество чиновников разных рангов. Шокированы были, без преуменьшения, абсолютно все… Спустя какое-то время, Император Яньфэн улыбнулся и, не слишком медленно, не слишком быстро, молвил:

— Великий Ректор, похоже испытание учеников младших школ проходят в более оживлённом ключе, чем у учеников колледжей. Даже экзаменатор был избит вот так. Ох, мне уже не терпится взглянуть.

Молодо выглядящий Патриарх улыбнулся и проговорил:

— Если Ваше Величество желает, мы можем позвать учеников сюда, где они и завершат прохождение своих испытаний. Лин Юнь, чего лежишь, не встаёшь? Разве ситуация и так недостаточно неловкая?

Даос Лин Юнь испытывал такой стыд, что представить сложно. Поднявшись на ноги, он сразу же извинился перед Императором Яньфэном, но это выглядело слегка комично, ведь из его груди до сих пор торчал последний деревянный меч. Семьдесят один меч ударил в одно и тоже место, разорвав кожу, плоть, мышечные волокна и чуть было не дотянувшись до сердца!

Лин Юня спасло только то, что во время неконтролируемого полёта он таки успел распечатать все свои божественные сокровища и подавляющей мощью не дать деревяшкам добраться до сердца, в противном случае сегодня его жизнь могла оборваться. Но что ещё хуже, он опозорился перед всем Имперским Колледжем, высокопоставленными судьями, представителями других стран — иностранцами, входящими в гражданские и военные круги, и даже самим Императором…

— Даже с учётом твоего статуса экзаменатора, тебя умудрился до такого состояния избить ученик начальной школы… Кто это был? Позови его! Я хочу взглянуть на того, кто посмел поколотить высокопоставленного чиновника четвёртого ранга моего имперского двора, — улыбнулся Император Яньфэн.

Услышав подобное, Лин Юнь испытал ещё большую неловкость, если, конечно, мягко выразиться, однако следуя истинным ощущениям, сейчас побитый даос больше всего на свете хотел найти самую неприметную в мире дыру и спрятаться в ней, чтобы никто не обращал на него внимания.

Патриарх подозвал другого экзаменатора, дабы тот составил компанию Лин Юню, затем улыбнулся и сказал:

— Ваше Величество, Лин Юнь, должно быть, недооценил противника, что привело к поражению от рук обычного школьника. Однако, способности ученика нельзя списывать со счетов, ведь чтобы одолеть старшего с таким размахом… Даже мне теперь любопытно, кто этот гений.

Стоя перед залом Чистого Ян, Цинь Му вёл себя так, словно ничего удивительного не произошло. Повернув голову за спину, он увидел до сих пор не пришедших в себя учеников. Только девушка Сы Юньсян смотрела на него шокированными глазами, а когда заметила, что он тоже на неё смотрит, тут же потупилась взглядом к земле и начала застенчиво теребить края одежды.

«Она точно не бабуля!» — ещё более уверенно подумал Цинь Му.

Между тем появился Лин Юнь вместе с ещё одним экзаменатором.

— Учит… — собирался было что-то сказать мальчишка, как послышалась хлёсткая оплеуха, от которой бедный ребёнок упал и даже немного прокатился по земле.

— Старший брат, зачем срываться на маленьком ребёнке? — нахмурился другой экзаменатор, но мрачно выглядящий Лин Юнь не ответил, а когда взглянул на Цинь Му, то почувствовал приступ клокочущего в сердце гнева и гаркнул. — Ты, за мной!

— Все остальные, следуйте за мной. Экзамен в зале Чистого Ян временно приостанавливается, — посмотрев на остальных учеников, сказал другой экзаменатор.

Все оцепеневшие ученики наконец пришли в себя и догнали идущих, но чуть погодя, оказавшись в зале Высшего Учения, их сердца чуть было не повыпрыгивали из собственных тел. Никто из них не ожидал увидеть здесь столько людей, среди которых, забудем об учениках божественных искусств, были не только высокопоставленные должностные лица со всей Империи Вечного Мира, но и сам Император!

Цинь Му огляделся, но тут же проявил сдержанность и направил взгляд вниз. Вэй Юн тоже находился здесь, но не сдавал экзаменов, а когда увидел его, собирался поприветствовать, но вовремя одёрнулся и, словно случайно, почесал рукой ухо и щёку.

— Ученики, кто из вас умудрился сдуть моего подопечного? Шаг вперёд, — улыбнулся Император Яньфэн.

Цинь Му вышел вперёд, поднял голову, взглянул прямо на Императора и подумал: «Он Император Яньфэн, Император Империи Вечного Мира?»

Император Яньфэн выглядел совсем не так, как Цинь Му себе представлял. В его воображении тот должен был быть существом от которого веет мудростью и отрешённостью от всего земного, а также аурой небесного бога, внушающей трепет и страх… Однако, человек перед ним выглядел достаточно мягко и любезно, а одеждой ему служил обычный жёлтый халат, подвязанный красным поясом с золотыми и нефритовыми узорами. Лицо у него было немного пухлым, с достаточно широкой областью между бровей, горбинкой на носу, аккуратными усами и бородой.

Слегка пышные усы плавно переходили в менее пышную и короткую бороду, но такой фасон не выглядел слишком не эстетично, и кто-то однозначно следил за его лицевой растительностью, аккуратно подстригая и держа в презентабельном виде.

— Довольно молод. Иметь такие способности в настолько юном возрасте — это редкость. Так откуда ты? — улыбнулся Император Яньфэн, с любопытством разглядывая юношу.

Цинь Му поклонился и хотел было ответить “префектура Личжоу”, как вдруг передумал и признался:

— Я из Великих Руин.

Как только эхо слов затихло, из рядов чиновников вышел маленький генерал и поклонился:

— Ваше Величество, пожалуйста, прикажите мне схватить этого человека! Он отвергнутый из Великих Руин!

Все присутствующие начали перешёптываться и гомонить. Посмотрев в сторону говорящего, Цинь Му слегка забеспокоился, ведь там стоял Цинь Фэйюэ, тот самый маленький генерал Цинь. Они в некотором смысле были знакомы, так как несколько раз встречались и даже общались, поэтому генерал кое-что о нём знал… В этот момент старый министр рядом прошептал:

— Ваше Величество, малыш тот самый Божественный Врач, которого я совсем недавно нашёл в одном из борделей аллеи Цветочной.

— Божественный Врач из аллеи, такой молодой? — на мгновение изумился Император Яньфэн, но уже в следующий миг вновь улыбнулся. — Вернись на место, генерал Цинь. Он ведь уже сказал, что из Великих Руин, так зачем тебе так волноваться?

— Ваше Величество, у мальчика сомнительное происхождение и связь с Небесным Дьявольским Культом. Ваше Величество, пожалуйста, прислушайтесь! — возразил Цинь Фэйюэ, на что Император Яньфэн нахмурился и сказал. — Небесный Дьявольский Культ является культом под моим правлением, а их люди, мои люди. И теперь ты хочешь, чтобы я схватил моего подданного, тогда как прикажешь мне управлять Небесным Дьявольским Культом?

— Но… — всё ещё хотел поспорить Цинь Фэйюэ. Наконец Императора Яньфэн помрачнел лицом и властно махнул рукой. — Спускайся. Среди моих советников есть элитные представители из каждой секты и культа. И если говорить об их корнях, то у доброй половины они идут из организаций, следующих дьявольскому пути. Генерал Цинь, ты берёшь на себя слишком много!

Цинь Фэйюэ мог лишь отступить, в то время как Яньфэн перевёл взгляд на Цинь Му и улыбнулся:

— Любое место под небесами — имперская земля, а все проживающие на ней — слуги империи. Мои земли не ограничиваются лишь Вечным Миром, даже обитатели Великих Руин — мои люди. Ты ученик Небесного Дьявольского Культа?

— Верно, — поклонившись, ответил Цинь Му.

Император Яньфэн громко рассмеялся и, окинув взглядом всех присутствующих чиновников, громко рассмеялся и сказал:

— Небесный Дьявольский Культ всегда был столь неуловим, но теперь, даже их ученики в поисках знаний пытаются поступить в Имперский Колледж. Великий Ректор, это Ваша заслуга!

— Не шутите так, это удача Вашего Величества, — поклонился юно выглядящий Патриарх.

— Ваше Величество, но юнец может оказаться отвергнутым, — произнёс один из министров.

— Отвергнутый? — сказал с безразличным выражением лица Император Яньфэн, после чего неторопливо продолжил. — Даже если этих людей отвергли боги, это не значит, что так поступлю и я. Боги могут бросить на произвол судьбы любое живое существо, но не я. Когда подобные люди попадают на мою землю, они, в независимости от происхождения, становятся моими людьми, поэтому на моей земле не существует такого понятия как отвергнутый!

— Но Ваше Величество, в последнее время многие секты и культы начали сеять хаос… и я боюсь, что Небесный Дьявольский Культ тоже может сделать свой ход. Что если этот юнец их шпион?..

— Эта неблагодарная свора всегда стремилась припугнуть меня, — для Императора Яньфэна данная тема в последнее время была извечной головной болью, поэтому он лишь ухмылялся. — На первый взгляд кажется, что они восстают против Имперского Наставника, но на деле же восстают против меня! Единственное чего они хотят — подвинуть мою задницу с престола и усесться на него своими. Что есть принятие желаемого за действительное! В прошлом страна всегда зависела от сект и их решений, последние даже вмешивались в вопросы престолонаследия. Секты опирались на страну и простых людей, высасывая из них все соки, кровь и убивая любого неугодного им императора. Но так было в прошлом! Сейчас иное время! Сейчас сами секты могут зависеть только от страны! — поддавшись импульсу от собственных слов, Яньфэн встал. — Имперский Наставник и я настаиваем на переменах, частью которых является тот факт, что секты перестают по своему наитию контролировать жизни и смерти обычных людей или даже целых стран. И я добиваюсь не просто перемен, а настоящей революции, которая в корне изменит сам уклад жизни сект и нашей! Если секты не хотят идти в ногу со временем и меняться, то пусть ждут, когда я собственноручно их изменю! Ресурсы, которые контролируют секты, будут принадлежать империи! И пусть забудут об использовании рычагов давления на меня! Должны измениться не только секты, но и имперские суды. Если суды не изменят подход к решениям дел, то рано или поздно нас ждёт печальный конец! Вы все говорите, что у Имперского Наставника эксцентричный и революционный характер, но я скажу так, ему далеко до меня! Каждое действие и поступок Имперского Наставника соответствуют моим же намерениям! Восстать против Имперского Наставника, значит восстать против меня!

П.П.: шуточка-минуточка, но в данном случае политики, немного вспыльчивый император, однако. Ещё непонятно, вроде же отвергнутых казнили и порабощали по указке империи или я не прав? А тут такой разворот-поворот, или же он просто сейчас собрался менять укоренившееся положение дел? Хотя сама политика империи тоже реформаторская, так что вполне естественно, что правящая сторона легко принимает перемены.

Глава 119. Голову с Плеч

Все присутствующие в Имперском Колледже затихли. Никто не смел издать ни малейшего звука…

Тирада Императора, очевидно, базировалась на его субъективном мнении, и была просто попыткой переубедить министров. Он надеялся сплотить их сердца вместе со своим, чтобы работать как единое целое.

Через некоторое время Император Яньфэн улыбнулся и сел на своё место:

— Я потерял самообладание. Экзаменатор, поднеси журнал.

Даос Лин Юнь немедленно передал реестр имён, в то время как Яньфэн достал красную кисть и дописал несколько слов под именем Цинь Му.

— С этого момента, юноша ученик Сына Небес, — проговорив, Яньфэн закрыл книгу и вернул её даосу, затем взглянул на молодо выглядящего Патриарха и продолжил. — Великий Ректор, отбор учеников — Ваша ответственность. Однако, я взял дело в свои руки и выбрал вместо Вас. Что Вы скажете о моём решении?

— Ваше Величество — блестящий мастер, с огромным талантом и смелым взором. Вы стали бы настоящим богатством для Великих Руин.

— Подлизываетесь, Вы снова ко мне подлизываетесь. Ладно, пусть участники продолжат своё испытание, — громкой рассмеявшись, неоднозначно покачал головой Яньфэн.

Экзаменаторы Имперского Колледжа получили приказ и позволили ученикам продолжить соревнование. Среди учеников младших школ были те, кто ещё не проходил испытание, поэтому они приступили к его выполнению в зале Высшего Учения. За их тестирование по-прежнему отвечал Лин Юнь… и как бы сильно даос не хотел помочь наследникам высокопоставленных чиновников и дворян, он был беспомощен. В конце концов, все присутствующие здесь люди были сильными практиками с острым взором. Если он попытается кого-то обмануть, его сразу разоблачат!

Испытание продлилось до самого вечера. Некоторые участники ликовали, в то время как другие, особенно ученики колледжей, впали в уныние, ведь у них испытание было особенно сложным… Поступить в Имперский Колледж мог только один из ста!

Всего лишь пять мест осталось для выпускников младших школ. Те, у кого было высокое происхождение, оказывались более подготовлены и искусны, нежели дети из бедных семей, и из доступных мест только одно досталось Сы Юньсян, девушка сумела справиться с испытанием и стать полноправной ученицей колледжа. Остальные четыре счастливчика были из известных семей.

Дело не в том, что ученики из бедных семей меньше тренировались, они просто-напросто не имели доступа к нужным техникам.

Боевые искусства, заклятия и навыки меча, преподаваемые во всех начальных школах, были одинаковы, и независимо от того, насколько хорошо ребёнок ими владел, он был не в силах прорваться сквозь подобный барьер. Кроме изучения стандартных техник школ и колледжей, дети из богатых семей тренировали искусства, передаваемые по наследству внутри семей или даже сект. Именно поэтому количество учеников из бедных семей, которым удалось поступить в Имперский Колледж, было столь мало.

Увидев всё это собственными глазами, Цинь Му подумал: «Если ситуация с течением времени не изменится, у верхушки власти империи намертво закрепятся представители богатых семей и сект. Наследники бедных никогда не получат шанса изменить своё положение, и никогда не получат высокую должность. Таким образом, империя долго не протянет. Хотя император и стремиться к переменам, хватит ли ему для этого сил?»

В итоге, правители всегда будут правителями, а укоренившаяся иерархия закрепится и станет непоколебимой. Из-за этого у некоторых будет постоянно накапливаться власть и сила, пока они, наконец, не станут злокачественными опухолями на теле страны… Наступит тот день, когда бедные взбунтуются. Опухоли сделают всё, чтобы остановить хаос, что и станет предвестником конца для империи.

По окончанию испытания, соответственные уполномоченные лица выделили новое жильё всем тем, кто его прошёл. Каждый полноправный ученик Имперского Колледжа получил дом, находящийся в так называемой Резиденции Учеников, а также свой собственный двор с двумя входами и выходами. Обычно, юноши и девушки проводили здесь всё своё время, так как жильё было оборудовано всем необходимым. Даже уборкой, готовкой еды и стиркой одежды занимались личные слуги. В таких условиях можно было полностью сконцентрироваться на обучении, не отвлекаясь ни на что другое.

Люди с высокими статусами были в праве привести своих личных слуг. У Цинь Му же не было ничего подобного, но он не переживал из-за таких пустяков.

«Интересно, я тоже могу привести с собой Ху Лин’эр? Надо зайти за ней после того, как я устроюсь и встречусь с Патриархом»

Парень осмотрелся и обнаружил, что нефритовая гора, на которой раскинулся Имперский Колледж, оказалась намного больших размеров, чем казалось на первый взгляд. На горе возвышались другие горы, а внутри пещер были ответвления в другие пещеры. Кроме залов Чистого Ян, Лазурного Ян и Высшего Учения, здесь было более десятка других дворцовых залов и Этаж Небесных Записей.

Этаж Небесных Записей являлся местом, где хранились и обслуживались все книги данного учебного учреждения. Здесь, на бумаге, были запечатлены древние записи, полученные империей у сект. Записи находились под тщательной опекой секретарей, людей заведующих этим местом.

Цинь Му остановился и огляделся. Повсюду ходили какие-то люди, этаж буквально кипел жизнью. Большинство присутствующих были имперскими учениками, однако, здесь также можно было встретить отпрысков Императорской Семьи.

— Как, после такого длительного путешествия, чувствует себя молодой Владыка? — из-за спины Цинь Му раздался голос старика, и тот развернулся, чтобы поклониться в приветствии. — Патриарх.

Человеком, встретившим юношу, был Патриарх. Хоть он и выглядел молодым, его голос казался очень древним.

— Забудь о формальностях, — улыбнулся старик.

— По дороге сюда, я увидел суть Империи Вечного Мира. Должен признать, что она меня глубоко поразила. Моё сердце в смятении, — собравшись с мыслями, ответил Цинь Му.

Патриарха, казалось, заинтересовали такие слова, и он, задумчиво зашагав вперёд, спросил:

— Расскажи мне о том, что ты увидел.

Юноша последовал вслед за ним, продолжая:

— Попав в империю, я начал тщательно всё осматривать. У страны повсюду достаток, божественные искусства здесь используются в повседневной жизни каждого человека и развиваются с каждым днём. Тут вызывают дождь в случае засухи и разгоняют тучи, если наступает потоп. Огромные корабли летают в небе, суда путешествуют по суше, и даже лекарственные пилюли стали привычным атрибутом жизни простых людей, что не может не поражать. Возможно, страна сейчас в хаосе, но тот вскоре закончится, и империя станет ещё сильнее, чем прежде!

Патриарх привёл его к озеру на горе. Стоя рядом с озером под сенью нефритовой ивы, он с любопытством спросил:

— Как ты думаешь, чьё будущее более многообещающее, секты или страны? Судя по твоим словам, получается, секта никогда не сможет сравняться со страной, верно?

— Начальные школы, колледжи и Имперский Колледж, подтверждают, что Империя Вечного Мира — самая большая секта в мире. Остальные — всего лишь школы для неё, их суть заключается в поставке учеников. Что вообще они могут противопоставить целой империи?

Патриарх присел и поднял пару лежавших у берега удочек. Одну передал Цинь Му, а другую оставил себе, после чего забросил приманку в воду и улыбнулся:

— Однако, теперь у страны довольно нестабильное положение, многие секты воспользовались ситуацией и восстали. Искра может породить лесной пожар. Имперский Наставник получил тяжёлые травмы и как по мне, сейчас Империя Вечного Мира переживает тяжелейший кризис и может пасть в любой момент!

Цинь Му тоже забросил леску с приманкой, невольно посмеиваясь:

— Патриарх, Вы пытаетесь меня надуть? Имперский Наставник Вечного Мира всего лишь ослабил вожжи, чтобы прощупать текущую ситуацию. Думаю, таким ходом он хочет разобраться со всеми противоборствующими ему силами. Данную деталь понял я, а значит Патриарх и Вы, тоже.

Патриарх со спокойным выражением лица смотрел на озёрную водную гладь. Спустя некоторое время, он сказал:

— Наставник не ослаблял вожжи, чтобы прощупать текущую ситуацию. Ты ошибся в предположении, что он таким образом хотел ввести в заблуждение своих врагов. Имперский Наставник Вечного Мира действительно тяжело травмирован. Ты ведь не думаешь, что так просто обмануть все секты мира?

Цинь Му потрясённо воскликнул:

— Наставник собственноручно нанёс себе травмы?

Патриарх покачал головой:

— Конечно нет. Говорят трое старых монстров из моего поколения напали сообща и смогли серьёзно ранить. Я навещал его после возвращения в столицу, так что могу подтвердить — он действительно тяжело травмирован.

Цинь Му от услышанного застыл в шоке, ведь он всегда считал, что это всего лишь хитроумный ход. Убедив себя в логичности предположения, разве мог он рассмотреть вариант, в котором Имперского Наставника действительно ранили?

— Тем не менее, он решил рискнуть, воспользовавшись ситуацией, чтобы выманить смутьянов, — молодо выглядящий Патриарх говорил не слишком быстро, не слишком медленно. — Если все эти секты и правда думают, что таким образом смогут так просто избавиться от Имперского Наставника и оставить Империю Вечного Мира в руинах, то они глубоко заблуждаются. Молодой Владыка, что ты думаешь о наставнике?

— Герой среди мужчин, не закостенелых мнений, открытый для нового и невероятно талантливый, — с ноткой благоговения ответил Цинь Му, на что Патриарх слегка улыбнулся и сказал. — Когда я впервые встретился с ним, то тоже так думал. Я даже хотел взять его в качестве своего ученика, но уже тогда почувствовал, что с таким талантом он вскоре во многом меня превзойдёт и отказался от этой идеи. Империя Вечного Мира — секта над всеми сектами, школа над всеми школами и культ над всеми культами, её сила бесподобна, а сам Имперский Наставник наиредчайший талант. Тогда как ты думаешь, где наш культ сможет спокойно осесть и пустить свои корни? И что ещё важнее, как?

Сказанное таило в себе глубокий смысл. Начиная с того мгновения, когда старик поздоровался с Цинь Му, он уже начал испытывать и проверять его…

Сдача имперских экзаменов в Имперский Колледж и становление имперским учеником, были лишь первыми испытаниями, проверяющими грубую силу Цинь Му. Теперь же, старик прощупывал его на остроту ума и мудрость. Достаточно ли он мудр, чтобы встать во главе Небесного Дьявольского Культа и стать Владыкой?

Цинь Му некоторое время созерцал водную гладь, как вдруг сказал:

— Для нашего священного культа есть лишь два пути. Первый — превратить культ в страну. Пойдя по нему, наш священный культ должен будет убраться в далёкие края, как можно дальше от Империи Вечного Мира, ведь судьба последней становится всё более процветающей и стабильной. Со временем, после подавления внутренних конфликтов и междоусобиц, Имперский Наставник поведёт свои войска в бой против соседних государств, с целью расширения территорий. В самой империи у нас как у культа нет будущего, а не уйдя достаточно далеко, мы не сможем ей противостоять. Тем не менее, даже если мы покинем Империю Вечного Мира и уйдём достаточно далеко, я боюсь, что в течение десятков лет нашему культу будет тяжело встать на ноги.

Патриарх кивнул головой и сказал:

— Ты прав, первый путь очень тернист и труден. Основой нашего священного культа являются простые люди, а покинув Империю Вечного Мира, сама наша основа будет разрушена. Данный путь недостижим. Каков же второй?

— Второй путь, примкнуть… — Цинь Му продолжил. — Наш священный культ должен примкнуть к Империи Вечного Мира.

Патриарха слегка изменился в лице и холодно усмехнулся:

— Ты, будучи Владыкой Небесного Дьявольского Культа, хочешь уничтожить наш священный культ? Как ты смеешь! Да за такие слова тебе нужно снять голову с плеч!

Глава 120. Экзамен Патриарха

— Патриарх, разве у Вас не было таких же мыслей? — слегка растеряно спросил Цинь Му, после чего молодо выглядящий Патриарх на некоторое время замолчал и чуть погодя, вздохнув, ответил. — Да, были. Возвращаю тебе голову обратно на шею. Продолжай мысль…

— Я не мог не заметить, что путь, по которому Имперский Наставник ведёт Империю Вечного Мира в некотором роде соответствует учениям нашего священного культа — пути святого, суть которого всячески помогать простолюдинам в решении повседневных проблем и облечении тягот. Если наш священный культ станет частью Империи Вечного Мира, то мы не исчезнем, а лишь расширимся и укрепимся. Это, во-первых… — изрёк Цинь Му и, немного выждав, продолжил. — Начальные школы, колледжи и Имперский Колледж Имперского Наставника, конечно, не без изъяна. В ближайшей перспективе его не обнаружить, но по истечению двух-трёх сотен лет — встанет ребром.

— Какой же? — с лёгким любопытством во взгляде спросил Патриарх.

— Могу ли я узнать у Патриарха, какая часть учеников из бедных семей обучается в Имперском Колледже?

— Одна десятая от общего числа, — с едва заметной улыбкой протянул Патриарх, так как догадался о чём думал его юный собеседник.

— За последние годы, какая часть чиновников империи пришла из рядов выпускников Имперского Колледжа? — задал очередной вопрос Цинь Му.

— Около семидесяти двух из ста проходили обучение в колледже. Другие же, разное старичьё из сект и культов, а также те, кто полагался на свои силы, шаг за шагом поднимаясь по карьерной лестнице…

— Если моё предположение верно, то спустя двести лет каждый имперский чиновник пройдёт через обучение в Имперском Колледже, в котором, кстати говоря, больше не будут числиться ученики из неимущих слоёв населения, — проговорив, Цинь Му увидел, как его поплавок дёрнулся, но он не торопился подсекать и тянуть, а выжидал. — Спустя двести лет, дети из обычных семей так и будут проводить остаток жизни в бедности и нищете. Что, конечно же, станет причиной роста градуса недовольства у большинства граждан и в итоге выльется во взрыве агрессии и беспорядках. Богатые и влиятельные семьи воспользуются возможностью, чтобы свергнуть Императорскую Семью… вот тогда и настанет час для нашего священного культа править миром. С учётом накопленной за века мощи и власти, никто не будет нам ровней, и никто не сможет оказать достойное сопротивление.

Парень дёрнул удочку и выудил огромную рыбу. Однако, рыба оказалась не лыком шита и, приложив все свои силы, смогла оборвать леску, плюхнувшись обратно в воду и бесследно исчезнув.

— Ты хочешь восстать, но перед этим настолько сильно реструктуризировать наш священный культ? Голову с плеч! — холодно улыбнулся Патриарх.

— Не шутите так, Патриарх, — немного помолчав, ответил Цинь Му.

Молодо выглядящий старик потерял дар речи, а спустя несколько вдохов времени тоже поймал рыбу, вот только её размер оказался слегка… маловат. Может это вообще был малёк? Подняв свою удочку, он проговорил:

— Ну хорошо, допустим произойдёт всё так, как ты и распланировал. Как ты поступишь, когда наш священный культ спустя двести лет, уничтожив все самые влиятельные семьи, превратится во вторую Империю Вечного Мира? Ведь спустя ещё двести лет появятся другие могущественные семьи, которые однозначно попытаются свергнуть правление нашего священного культа. Что будешь делать, как будешь править?

— Откуда мне знать, что случиться через ещё двести лет. Патриарх, просветите меня, — проговорил Цинь Му, отчего старик невольно переломил пополам ивовое удилище и навредил рыбке. Только немного погодя он пришёл в себя и, встав, произнёс. — Даже я не могу спрогнозировать то, что произойдёт спустя двести лет. Раз молодой Владыка способен заглянуть так далеко в своём то возрасте, то уже квалифицирован, чтобы стать истинным Владыкой Культа. Ты прошёл моё испытание, хотя, надо признать, моё мышление отличается от твоего. Я думал о том, чтобы распространить учения нашего священного культа.

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, глядя на молодо выглядящего старика перед собой.

— Путь святого есть не что иное, как инструмент для повседневного использования во благо простых людей. Любое инакомыслие — ересь! Бесхитростное поведение, следование естественному пути развития — вот в чём истинный смысл данного пути. Когда Имперский Наставник только начинал свой подъём, я углядел его амбиции, а когда он спросил меня о пути, я процитировал ему это предложение из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. И то, что он сейчас делает, отображает саму суть данной строки, — неторопливо продолжил Патриарх. Сердце и разум Цинь Му поколебались, после чего он с благоговением поклонился. — Патриарх мудр и уже стал святым. Влияя из тени на умы правящей верхушки, Вы хотели превратить Империю Вечного Мира в наш священный культ. Если Империя Вечного Мира будет следовать пути святого, то станет Небесным Дьявольским Культом!

— Империя Вечного Мира и Имперский Наставник не могут постичь истинного пути святого, даже я не смог. Как ты и сказал, через двести лет вся власть и ресурсы окажутся в руках могущественных семей. Бедные станут ещё беднее, а богатые лишь обогатятся. Это не есть путь святого нашего Небесного Дьявольского Культа. Я хотел повлиять на наставника и всю империю в целом… однако, похоже, потерпел неудачу. Я стар, так что данная ответственность ляжет на твои плечи. Всё, чем я могу тебе помочь — ещё несколько лет управлять культом вместо тебя, — покачала головой Патриарх.

Старик держал в руке рыбку, а из-за спины выглядывали бамбуковые палки. Подойдя, Цинь Му увидел, как у того неизвестно откуда в руках оказался горшок, в который он добавил воды и под которым развёл огонь. Затем старик очистил это рыбье недоразумение от чешуи, выпотрошил и бросил в горшок. Да, вы всё правильно поняли, он реши сварить рыбку в самом священном месте для каждого гражданина Империи Вечного Мира… Глядя на закипающую воду, Патриарх достал некоторые приправы и, отсыпав в горшок, сказал:

— Через несколько месяцев я уйду с должности Великого Ректора. Я стар и хочу провести последние года своей жизни путешествуя по миру. Мне ещё в стольких местах предстоит побывать. Когда я уйду на покой, наш священный культ окажется в твоих руках, но перед этим, я проведу церемонию вознесения и лично увижу, как ты станешь истинным Владыкой нашего священного культа.

— Я же пока только в области Пяти Элементов. Не будет ли слишком тяжело убедить массы в правильности подобного решения? — немного обеспокоенно спросил Цинь Му.

Патриарх жестом пригласил Цинь Му присесть рядом и тот послушно сел, скрестив перед горшком ноги и вдохнув приятный запах рыбьего бульона.

— Наш священный культ сильно рассеян. Все триста шестьдесят мастеров чертогов разбросаны по миру, в то время как основной костяк последователей проживает на протяжении всех территорий Империи Вечного Мира. Даже старших защитников и небесных королей тяжело собрать в одном месте. Но ты станешь Владыкой культа, который не станет пачкать свои руки лишней ответственностью, по крайней мере поначалу. Если бы это было невозможно, разве я до сих пор был бы жив? Пока я жив, никто не посмеет тебя тронуть, даже Имперский Наставник Вечного Мира, — твёрдо и ровно проговорил Патриарх, отчего сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, вынуждая спешно спросить. — Имперский Наставник Вечного Мира уже пытался взять под контроль наш культ, ведь так?

— Конечно, но тебе не стоит об этом беспокоиться, — сказав, старик отпил немного бульона и, поняв, что тот ещё недостаточно горячий, подкинул ещё дров. — Тебе нужно иметь ввиду, что ты всё ещё молод и у тебя низкое совершенствование, поэтому он не будет воспринимать тебя всерьёз и даже посчитает, что тебя может легко контролировать. Если ему удастся постичь путь святого, то мы ничего не потеряем, позволив ему контролировать тебя и наш священный культ. Но ежели нет, тебе нужно будет его сместить…

Казалось, старик рассуждал о совершенно несущественных вопросах, однако, по факту, те затрагивали тему междуцарствия и настоящей смены власти между двумя правящими династиями!

Цинь Му пригубил немного бульона и восхитился его освежающим вкусом, как вдруг кое о чём вспомнил и сразу спросил:

— Патриарх, в Великих Небесных Дьявольских Рукописях случайно не отсутствует какая-то техника? Изучая рукописи в течение последний недель, я так и не нашёл в них техники, которая могла бы объединить все навыки.

Патриарх протянул руку и, словно схватив воздух, достал из бог знает откуда две пиалы и поварёшку. Передав поварёшку пареньку, последний начал разливать бульон… Только что Патриарх ухватился за воздух, но на самом деле использовал одно из заклятий, записанных в рукописях, под названием — “Перемещение Пяти Призраков”. Полагаясь на данное заклятие, можно было тайно воровать вещи.

— Технику Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей знает только Владыка культа… и передаётся она от Владыки к Владыке, — проговорив, Патриарх сделал смачный глоток бульона, вздохнул и продолжил. — Наш культ не может передать тебе технику Единства, ведь в ней практиковался только Владыка… Но, когда ты станешь следующим Владыкой культа, Ли Тяньсин передаст её тебе.

Цинь Му глупо уставился в одну точку. Разве Ли Тяньсин, бывший Владыка культа, не мёртв?

Тем не менее, Патриарх говорит так, словно Ли Тяньсин всё ещё жив.

Допив рыбий бульон, паренёк со временем находил его всё более и более вкусным и не мог не спросить:

— Патриарх, что это за рыба?

— Ци девяти драконов собиралась здесь и в итоге образовала это озеро. Обитающие в нём рыбы с самого рождения поглощают драконью Ци, поэтому их прозвали Карпами Девяти Драконов. У этих рыб в теле мало мяса и много твёрдых костей, поэтому их можно использовать только для варки в бульон, который, как ты любишь выражаться — кстати говоря, пальчики оближешь, — ответил Патриарх.

Цинь Му состроил вдумчивую физиономию, думая: «Патриарх таким образом хочет до меня донести мысль, чтобы я стал Карпом Девяти Драконов с телом полным твёрдых костей?»

Патриарх посмотрел на него и, словно понимая о чём тот думал, съязвил:

— Разве ты не слишком много думаешь? Что с тобой не так? Зачем ты хочешь стать рыбой? Ты что, хочешь, чтобы тебя сварили в супе? Я просто хотел в очередной раз насладиться данный рыбьим бульоном. Поэтому и привёл тебя сюда.

Цинь Му смутился. Казалось, старик действительно просто хотел выпить рыбьего бульона…

Молодо выглядящий старик и юноша сидели, наслаждаясь изысканным вкусом.

Цинь Му достал рыбью кость и начал карябать ею по земле, в попытке что-то изобразить. Со временем стало ясно, что он рисовал пути циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений, а закончив, спросил:

— Патриарх, я видел такую фреску в зале Лазурного Ян. Однако, там нет такой же для более ранней области, поэтому я хотел спросить, может Вы знаете что-то о других?

Патриарх внимательно посмотрел на юношу и удивлённо спросил:

— Для чего тебе нужны пути циркуляции Ци данной техники? Ты узнал её?

Цинь Му кивнул головой и сказал:

— Это пути циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Шести Направлений.

Патриарх взглянул на паренька со странным выражением лица и спросил:

— Даже я не знаю, что данную технику называют Тремя Эликсирами Тела Тирана Тела, так откуда узнал ты?

— Старейшина деревни рассказал, — ответил Цинь Му, отчего Патриарх на мгновение уставился на него, но почти сразу грустно вздохнул. — Тот старик по-прежнему мудрее меня. Даже я не смог распознать эту техники, не говоря уже об названии, а он смог… Насколько он вообще умён и мудр? Так получается она называется техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, старик действительно нажил много опыта и знаний. Я наткнулся на рисунок данной техники в древних руинах, кроме неё там были ещё несколько других. Я разглядел в них мириады чудес в виде разнообразных циркуляций Ци и, решив, что они крайне необычные, запомнил их. А спустя некоторое время оставил на колоннах зала Лазурного Ян. Но все техники в том зале неполные и она одна из них, — немного помолчав, он спросил. — Ты практикуешься в этой технике?

— Ещё с детства, — кивнул головой Цинь Му, на что Патриарх рассмеялся и сказал. — Честно говоря, ты должен практиковать технику Единства нашего священного культа, но у старика должна была быть веская причина, раз он заставил тебя практиковаться в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Даже с его необъятными познаниями, он не стал тебя обучать своей технике развития, но обучил этой. Раз так, это говорит только об одном, что данная техника даже лучше, чем его. У хороших техник часто имеются некоторые общие черты, тогда почему бы тебе не практиковаться сразу в обоих техниках? Думаю это только поможет твоему совершенствованию.

— У меня нет рисунка для техники Трёх Эликсиров Тела Тирана области Пяти Элементов. Поэтому я не могу продолжать совершенствоваться, — приняв к сведению слова старика, ответил Цинь Му.

Глава 121. Столица со своими бесконечными правилами…

Патриарх тоже достал рыбью кость и накарябал пути циркуляции Ци для области Пяти Элементов, увиденные им ранее в тех же древних руинах. Однако, так как рисунок оказался неполными, он сказал:

— Вот. Я не оставил фреску путей данной техники для Пяти Элементов в зале Лазурного Ян только потому, что рисунок не полный.

Сердце Цинь Му на миг замерло, после чего он сразу же накарябал неполные пути циркуляции Ци уже для области Пяти Элементов, увиденные им ранее во Дворце Подавления Рока. Сравнив рисунки, многие их незаконченные части дополняли друг друга!

Затем Цинь Му накарябал новый рисунок, которые оказался результатом совмещения двух неполных рисунков. Взглянув на него, он понял, что получившийся рисунок обрывался лишь в области левой плечевой ключицы!

Тем не менее, даже с таким недостатком, теперь парень мог полноценно практиковаться в технике Трёх Эликсирах Тела Тирана и наращивать своё совершенствование!

Задумавшись на какое-то время, Патриарх внимательно оценивал новый рисунок. Затем той же рыбьей костью что-то дочертил в области левого плеча.

— Я, положившись на своё понимание вещей, дорисовал для тебя недостающие пути циркуляции Ци. Но мои суждения могут быть ошибочными и определённо будут отличаться от оригинала. Поэтому в бою во время использования Ци у тебя появится слабость. Хотя, если способности твоего противника будут так себе, он даже не заметит её, но, если же у противника окажется намётанный глаз, я боюсь, что твоё левое плечо станет твоей роковой слабостью, — проговорил старик.

— Патриарх, насколько силён должен быть противник, чтобы углядеть эту слабость? — с замиранием в сердце тут же спросил Цинь Му.

— Области Небожителя или Жизни и Смерти, — немного поразмыслив, ответил Патриарх.

— Зачем мне провоцировать таких монстров? — улыбнулся Цинь Му и почувствовал, как камень упал с плеч.

— И не только. Среди подрастающего поколения тоже есть гении с хорошим зрением, во всех смыслах этого слова, даже несмотря на их низкие области развития, — монотонно говорил Патриарх. — Например такие индивидуумы учатся в Имперском Колледже. Не зазнавайся. Сейчас уже не те времена, когда можно было сотрясти весь мир полагаясь на одну-две техники. Если твой путь и божественные искусства не будут улучшаться в ногу со временем, а ты будешь постоянно полагаться на парочку коронных движений тех стариков, тогда… хе-хе… рано или поздно тебя убьют другие. Ты знаешь почему я стал Великим Ректором Имперского Колледжа? Я поступил так, дабы прочитать все учения этого мира и стать свидетелем зарождения новой эры, — во взгляде старике промелькнула нотка грусти, продолжив вполголоса. — Жаль, что я всё же не смогу её увидеть…

Несмотря на то, что Патриарх легко и спокойно относился к жизни и смерти, не сожалея о том, что его жизнь клонится к концу, он всё же испытывал чувство печали от неспособности собственными глазами засвидетельствовать рождение новой эры, начало которой сам же и заложил.

— Ничего страшного, если я не увижу, — старик приободрился и улыбнулся, — ведь увидишь ты. Молодой Владыка, никогда не прекращай двигаться вперёд, ты должен постоянно расширять кругозор своего видения и разума!

Цинь Му попрощался с молодо выглядящим Патриархом. Общения с ним оставило ему совершенно другое впечатление, по сравнению со стариками из деревни Цань Лао. Последние казались кучкой хороших старичков. Хотя они имели дьявольский стержень, но проведя с ними так много времени, юноша понял, что в целом старики добрые. Они обучали его тому, как должен вести себя мужчина и методом выживания.

Патриарх не учил Цинь Му подобному. Старик был более расчётлив и терпелив, что позволяло ему с высоты птичьего полёта взирать на весь мир.

Высота определяет дальность видимости…

Куры и воробьи летали низко, позволяя им видеть лишь курятники и гнёзда из веток и трав, поэтому они могли только ловить червей и клевать зёрна.

Орёл же, расправив крылья, мог видеть на тысячу километров. Земля в их пределах является его охотничьими раздольями.

Для того, чтобы стать во главе священного Небесного Дьявольского Культа, старик должен был иметь смелость видеть на тысячи километров.

Цинь Му не долго думал о подобном, ведь тяжёлые думы легко вытеснила радость от полученных путей циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана для области Пяти Элементов. Имея её на руках, он мог продолжить совершенствоваться, в противном случае так бы и застрял в текущей области.

Вернувшись в Резиденцию Учеников, он попытался распространить свою Ци согласно инструкциям новообретённой техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. На уровне Пяти Элементов её стало гораздо сложнее практиковать нежели раньше, ещё до и после прорыва к Духовному Эмбриону.

Цинь Му просмотрел все техники Великих Небесных Дьявольских Рукописей и несмотря на то, что среди них встречались по-настоящему таинственные примеры, все они мало чем напоминали технику Трёх Эликсиров для области Пяти Элементов.

Путь циркуляции Ци техники Трёх Эликсиров Пяти Элементов вобрали в себя все три уровня техник данного вида. В ней можно было проследить элементы самой простейшей техники — Даоинь, также те плавно совмещались с путями Ци Духовного Эмбриона, которые затем совмещались уже с новыми путями Ци Пяти Элементов. Понять всё это было достаточно тяжело.

Прямо сейчас Ци Цинь Му забурлила, распространяясь в соответствии с рисунком-инструкцией. Как вдруг его сознание отделилось, разделилось на пять частей, и, вместе с клокочущей Ци, вновь вошло в Божественное Сокровище Пяти Элементов.

Пять больших звёзд внутри пространства сокровища озаряли всё вокруг своим сиянием!

Тем не менее, на этот раз пять элементов не стали уничтожать друг друга. Внезапно, звезда со светом металлического оттенка начала подпитывать своим сиянием одно из сознаний. Со временем оно начало превращаться в бога металла, у которого были тигровые когти, белый, с лёгким металлическим оттенком, мех, змея, свисающая с левого уха, ноги-лапы, ступающие на двух драконов, и руки-лапы, держащие бронзовые боевой топор.

Цинь Му с особой осторожностью направлял поток своей Ци, позволяя металлическому богу постоянно поглощать звёздный свет соответствующего элемента. Звездный свет, являющийся звёздной силой, сформировал нечёткий силуэт бога.

Между тем, звёздный свет элемента дерева сливался со второй частичкой сознания, превращая в бога дерева, у которого были человеческая голова, птичье тело, а также птичьи ноги, ступающие на двух драконов и держащие ивовый хлыст.

Звёздный свет элемента воды сливался с третьей частичкой сознания, превращая в бога воды, у которого была человеческая голова с красной шевелюрой и овившееся вокруг трезубца змеиное тело.

Свет элемента огня сливался с четвёртой частичкой сознания, превращая в бога огня, у которого было человеческое лицо и тело зверя. Бог огня тоже наступал на двух драконов, в то время как в руках держал пылающую огнём тыквенную горлянку.

Звёздный свет элемента земли сливался с последней, пятой частичкой сознания, превращая в бога земли, у которого была голова человека, тело змеи, а за спиной образовался, точно такой же как и он сам, фантом дверей. На дверях даже были начертаны какие-то писания, но из-за того, что они выглядели слишком призрачно и нечётко, было невозможно прочесть.

Жизненный Ци слилась с проявлениями пяти богов. Но была одна странность, его Ци постепенно становилась звёздной силой, а последняя Ци. Такое положение дел не могло не озадачивать.

«Ци превращается в звёздную силу, а звёздная сила превращается в Ци? И что бы это значило?» — был сбит с толку Цинь Му и, тщательно исследовав себя, так и не понял изменилось ли в нём что-то. Однако, когда его Ци превратилась в звёздную силу, он едва-едва, но ощутил, как в звёздном небе взволновалась неописуемая, неведомого рода, мощь. А когда звёздная сила превратилась в Ци, он обнаружил, что его совершенствование на капельку возросло.

«Уже что-то», — с облечением вздохнул Цинь Му. Несмотря на то, что рисунок с путями циркуляции Ци для области Пяти Элементов был неполон, было уже хорошо, что он по-прежнему мог наращивать уровень своего совершенствования и не нажил себе никаких новых откатов Ци.

«У меня ещё есть немного свободного времени. Прежде чем Имперский Колледж начнёт проводить уроки, я должен вернуться в Павильон Слушания Дождя и забрать Ху Лин’эр. Кроме того, я также обещал продолжить наблюдение за пациентами аллеи Цветочной», — с такими мыслями Цинь Му покинул свою резиденцию, но тут же наткнулся на толпящихся учеников…

Он проживал в области, в которую не селили практиков божественных искусства, а лишь учеников уровней Духовного Эмбриона и Пяти Элементов. Прямо сейчас, перед началом учёбы, в колледж возвращалось множество поступивших в прошлых годах учеников, у каждого из которых было достаточно плотное совершенствование, но всё же никто из них не был в области Шести Направлений, таких сразу же переселяли в другое место.

Каждый год Имперский Колледж предоставлял десять мест для учеников начальных школ, которым в течение первых трёх-пяти лет было крайне трудно прорваться в область Шести Направлений. Поэтому имперские ученики, поступившие из начальных школ, не могли похвастаться своей многочисленностью.

Один из учеников подошёл к Цинь Му, окинул его оценивающим взглядом, после чего спросил:

— Младший брат, я слышал, что к нам заселился отвергнутый из Великих Руин. Ты случайно не знаешь, где он проживает?

— Старший брат, с какой целью ты его ищешь? — мысленно удивившись, спросил Цинь Му, на что негодующий ученики ответил. — Отвергнутые люди — отбросы, которые могут быть только рабами. Я никогда не ожидал, что Император Яньфэн позволит отвергнутому стать учеником нашего прославленного Имперского Колледжа. Одна мысль, что нам придётся жить с ним рядом, оскорбительна. Вот мы и решили найти его, чтобы сказать убираться отсюда подобру-поздорову. Если он останется здесь, разве наша репутация не смешается с грязью?

— О, понятно. Я видел куда он заходил, поэтому могу провести вас всех туда, — со слегка блеснувшим взглядом, ответил Цинь Му.

Около десятка учеников приятно удивились и, поклонившись, поблагодарили:

— Младший брат, извини что доставили тебе неудобства!

— Старшие братья, вы все слишком вежливы, — продолжил Цинь Му. — Я тоже из знаменитой семи, но мне придётся стать одноклассником отвергнутого. Фу. Мне так стыдно, что хочется вырыть яму и зарыться в неё. Ах да, моя фамилия Цинь.

— Цинь? — удивились ученики, в то время как один из них уважительно обратился. — Так брат из семьи Цинь. Столичная семья Цинь воистину великая. Да… быть одноклассником отвергнутого — настоящее оскорбление. У семи Цинь много бравых генералов, а сама семья преданная и праведная. Хотя я и поступил на два года раньше тебя, но не смею называться себя твоим старшим братом. Давай будем обращаться друг к другу просто — братья.

— Мой отец открыл месторождение полезных минералов на горе Тигриная Походка и забросил туда на каторжные работы несколько сотен отвергнутых, ранее купленных у границ. Каждый год на них умирают почти все, поэтому у нас нет выбора, кроме как продолжать покупать их. Я никак не ожидал, что буду учиться вместе с одним из них. Если мой отец узнает об этом, то определённо взорвётся в гневе и обвинит меня в том, что я якшаюсь с рабом, — засмеялся другой ученик.

— Я кое-что слышала об этом. Приняв отвергнутого в Имперский Колледж, таким способом Император Яньфэн решил насолить своим министрам. Кроме того, он до сих пор жаждет поглотить территории Великих Руин. А ещё открыто признал, что считает отвергнутых людей гражданами Империи Вечного Мира. Разве это не то же самое, что объявить Великие Руины землями Империи Вечного Мира? Только вот достопочтенный император недостаточно хорошо всё обдумал, ведь пренебрёг нашими, его истинных поданных, чувствами и мнением, — проговорила девушка.

Болтая по дороге с учениками, Цинь Му незаметно добрался до окраин Резиденции Учеников. Рядом находился только один уединённый дворик.

— Дорогие старшие братья, здесь живёт отвергнутый. Подождите минутку, — улыбнулся Цинь Му и подошёл, чтобы постучать в дверь калитки. Чуть погодя раздался скрип и на входе появился ученик пухловатой наружности. Увидев стоящего напротив Цинь Му, ученик был приятно удивлён и тут же улыбнулся. — Брат Цинь…

Цинь Му не дал договорить и нагло вошёл внутрь, протащив за собой пухлого ученика до середины дворика и бросив. Затем он вернулся, чтобы закрыть калитку дверным бруском, и с непроницаемым выражением лица спросил:

— Ах да… Дорогие старшие братья, в Имперском Колледже разрешены убийства?

Ученики перепугано переглянулись, в то время как один из них, неловко посмеиваясь, выдавил:

— Брат Цинь, мы ведь только хотим преподать урок отвергнутому и прогнать из колледжа. Разве убийство — это не чересчур? Если мы пойдём на убийство, то нас всех как минимум отчислят. На мой взгляд с него хватит и обычных избиений!

Цинь Му скорчил недовольную мину и подавленно проворчал:

— То нельзя, сё нельзя. В столице так много правил и ограничений. Я даже при желании не могу никого убить. Эх… Великие Руины… там мне бы никто и слова не сказал, даже если бы я убил больше десяти человек…

Глава 122. Непревзойдённый в Пяти Элементах

Когда Цинь Му договорил, ученики во дворе почувствовали, что здесь что-то не так… Как вдруг с неба пошёл дождь, а вместе с ним послышалась странная музыка. Дзинь, дзинь, дзинь. Казалось, будто величественный великан использовал небо и землю как гучжэн, а потоки дождя, как струны, безумно играя, не задумываясь о последствиях.

Тем не менее, музыкальная мелодия имела дивную магическую силу, способную украсть душу. В момент, когда ученики её услышали, их Ци рассеялась, а разум помутнел. Духовные эмбрионы всех присутствующих стали неповоротливыми, а пять элементов утратили своё чёткое положение. Им не оставалось ничего другого, кроме как начать танцевать в такт музыке.

Звук резонировал и становился сильнее. Шатко-валко, но все во дворе начали осознавать, что добром это не кончится, и уже было собирались силой вырваться из оков заклятия, как вдруг Цинь Му одной рукой молниеносно исполнил мудру и со всей силы ударил!

Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе!

Удар поднял в центре двора грохот, встряхнувший землю и перевернувший духи учеников с ног на голову. С подавленной волей и трясущимися душами, они были не в силах противостоять дьявольскому голосу и начали ещё более одичало громко смеяться и танцевать.

Внезапно, ритм музыки изменился… Бедолаги почувствовали себя так словно оказались на поле брани богов и дьяволов, утопая под копытами железных лошадей и потоками золотых копий, несущихся им навстречу. Картина казалась такой реалистичной, что они начали атаковать в ответ, поражая людей вокруг!

Удары, летящие в ответ, были неслабыми. Те же, у кого осталась хотя бы десятая часть разума и самосознания, пытались отбиться от атак. Как только они подымали руки для сопротивления, музыка брала верх над их сознанием и не позволяла защищаться!

Буум!

Ученики во дворе начали размахивать руками, и во все стороны полетели заклятия. Буквально за мгновение тела всех присутствующих залились кровью, заставив начать корчиться от боли, которая вернула их к сознанию. В то же время, Цинь Му, будто призрак, начал двигаться между ними, ударяя пальцами по каждому очнувшемуся бедолаге.

Громовые Пальцы Играющего на Пипе!

Парень со всей силы щёлкал, дёргал, нажимал и щипал в такт с музыкой. Распространяющаяся по округе и сеющая хаос мелодия, сопровождалась раскатами грома, вибрациями воздуха и стуками сокрушительных ударов.

Спустя некоторое время, только толстяк по-прежнему продолжал танцевать и смеяться посреди дворика… Цинь Му остановился, и ливень с музыкой затихли. Только после этого Вэй Юн вернул себя рассудок и осмотрелся. Увидев кучу следов во дворе и затоптанные клумбы, он резко изменился в лице и закричал:

— Брат Цинь, что случилось?

— Я позаимствовал твою землю, чтобы преподать урок нашим глупым старшим братикам, — невинно улыбнулся пастушок. — Твой дом стоит на окраине, поэтому никто не пришёл меня остановить.

Вэй Юн был слишком поражён, чтобы говорить, и тут же окинул взглядом стены своего дома, из которых торчали тела учеников. Их головы застряли в каменной кладке, в то время как они сами были не в силах пошевелиться.

— Брат, у тебя проблемы! Все они учатся в колледже уже несколько лет, к тому же, если они здесь, значит их семьи очень могущественны! Ты можешь представить последствия того, что ты их побил? — с неизменно ошарашенным выражением лица, сказал толстяк.

— Мне что, надо было ждать, пока они побьют меня? Тем более, они уже избиты, какой толк об этом говорить? — недоумевал Цинь Му.

— Хоть ты и привёл их ко мне в дом, у меня не будет проблем, так как я из известной семьи. А вот тебе так не повезёт. Боже мой, что же мы будем делать?.. — стуча ногой в нервном тике, проговорил Вэй Юн.

— Они хотели преподать мне урок, значит и сами были готовы поучиться, — отходя в сторону, ответил Цинь Му. Покинув пределы дворика, юноша увидел головы, торчащие с обратной стороны стены. Смотря прямо на них, он пошёл на встречу.

— Отвергнутый… — один из учеников очнулся и вяло заговорил. — Ты сумел нас обмануть, но, когда мы оправимся, ты труп…

— Если ты ещё раз меня так назовёшь, я буду избивать тебя при каждой нашей встрече, — с помрачневшим лицом, ответил Цинь Му.

— Отвергнутый…

Цинь Му вытащил сказавшего это из стены и притащил ко входу в свою резиденцию. Порывом своей Ци, он выпрямил бедолагу и использовал его тело как кисть, а кровь на голове, как краску… Написав два предложения и ещё одну строчку на перекладине двери, паренёк вбил побитого ученика в землю по шею, отчего тот от злости снова потерял сознание.

****

Остальные смутьяны начали один за другим приходить в себя и вытаскивать свои головы из стены. Они потеряли способность обороняться и потерпели поражение из-за того, что нападавший атаковал не их физические тела, а души. От такого было почти невозможно защититься.

Если бы Цинь Му метил в их плоть, у них было бы больше шансов. Бедолаги не слишком сильно уступали ему в совершенствовании, и имели численное превосходство. Даже в случае внезапной атаки, тот смог бы справиться максимум с двумя из них. Однако, техники, направленные на души и духи, были совсем другими…

Использование улучшенной техники Громовых Пальцев Играющего на Пипе позволяло напрямую контролировать душу и разум, а Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе подавлял все попытки освободиться, снова и снова отбирая контроль над духом. Таким образом, ученики были обречены застрять головой в стене, не имея возможности ударить в ответ.

— Старшие братья, я принадлежу к семье Вэй из Поместья Герцога. Я не связан с этим происшествием! — решил сразу же сообщить Вэй Юн.

Кучка учеников начали переглядываться, и один из них вздохнул:

— Мы были слишком безрассудны, позволив новичку нас обмануть и бросить лицом в грязь. Брат из семьи Вэй, пожалуйста, не говори другим о случившемся, сохрани наше достоинство.

— Можете не беспокоиться. Я умею держать язык за зубами и ничего не собираюсь рассказывать. Старшие братья, что вы собираетесь делать теперь?

— Возвращать наше достоинство, естественно.

У большинства учеников не было настроения оставаться, и они начали расходиться.

— Нужно подлечиться и обелить наши добрые имена…

— Сегодня он нас обманул, но завтра засранец получит по заслугам!

Спустя некоторое время…

— Брат Цинь становится всё сильнее. Если даже не брать во внимание то, что он избил даоса Лин Юня, эта атака была настолько сильной, что даже я, не будучи непосредственно целью, из-за небрежности, попал под её контроль. Однако, ему больше не удастся застать их врасплох, а уже завтра у него начнутся проблемы. В конце концов, эти парни пришли в колледж на несколько лет раньше нас и провели больше времени за тренировками. У них был доступ к Этажу Небесных Записей, содержащему все самые сильные техники сект и культов… — озадачено бормотал себе под нос Вэй Юн.

Проходя мимо двора Цинь Му, десяток учеников случайно заметили надпись кровью на его стене: “Непревзойдённый. Тот, кто снесёт столицу, выбросив всех имперских учеников”.

На перекладине двери была написана ещё пара слов: “Несравненный в пяти элементах”.

А перед дверью до сих пор находился парень, застрявший по шею в земле.

Лица учеников нахмурились. Они вытащили бедолагу из земли и сошлись во мнении:

— Оставим надпись здесь, а завтра поставим его на место…

****

Цинь Му сходил купить еды, чтобы утолить свой голод, и продолжил принимать пациентов в Павильоне Слушания Дождя. Он уже успел обрести некоторую известность в столице. Даже дворяне слышали новость о том, что совсем молодой божественный врач-гинеколог, справляющийся с самыми тяжелыми и безнадёжными случаями, поселился на аллее Цветочной.

Из-за хорошей репутации, некоторые мужчины тоже начали приходить к парню, и он с радостью всех принимал. Однако, было несколько больных, которым уже нельзя было помочь. Их болезнь была очень странной, и, казалось, не имела каких-либо явных причин, но заставляла с каждым днём терять вес. В конце концов, подобные больные начинали выглядеть так, будто от них осталась только кожа да кости. Всего таких людей было пять, и их всех принесли на носилках солдаты.

Цинь Му некоторое время осматривал людей, после чего сказал:

— Это шаманский яд. Принеси вы их пораньше, я, возможно, смог бы помочь. Однако, сейчас они все уже мертвы.

Солдат, стоявший ближе, яростно закричал:

— Ты, шарлатан, они ведь до сих пор дышат и живут, а ты говоришь, что они мертвы! Какая в твоих словах логика?

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Люди умерли, но их тела до сих пор живы. Этих солдат поразили шаманы из Империи Варварских Ди. Шаманский яд отличается от других видов, обычный яд выводит из строя нервную систему, в то время как шаманский атакует духи и души. Души этих бедолаг были отравлены, и они умерли около шести дней назад. А вот этот мёртв уже десять дней.

Глаза солдата покраснели, и он сказал:

— Мы пришли от самой границы, где сейчас идёт война. Там на них попал свет из зеркала варвара с рогами. После этого, они начали быстро худеть. Независимо от того, сколько они ели, процесс не останавливался. Даже духовные пилюли и магические лекарства не помогали. Полевой лекарь сказал, что не может ничего сделать, и, если больных оставить на границе, они умрут. Поэтому генерал разрешил нам отправить наших братьев сюда. Божественный врач, ты должен их спасти…

Цинь Му покачал головой:

— Их души уже мертвы, я не могу им помочь. Возвращайтесь.

Из глаз солдата потекли слёзы, после чего он позвал остальных солдат, чтобы унести своих мёртвых товарищей.

Вдруг, Цинь Му сказал им вдогонку:

— Солдат, давай я выпишу тебе рецепт. Если кого-нибудь снова отравят таким образом, ты сможешь спасти его жизнь.

Мужчина сразу же остановился, а юноша, достав кисть, начал выписывать рецепт и говорить:

— Это лекарство называется “Пилюля Жука, Очищающего Ян”. Она может отбить атаку духовных жуков шаманского яда.

Солдат удивился и обрадовался, как вдруг упал на колени и склонил голову перед ещё совсем юнцом. Цинь Му сразу же помог ему подняться:

— К чему это?

Солдат вытер слёзы и развернулся, чтобы уйти, в то время как Цинь Му отвёл взгляд, сел и продолжил лечить пациентов…

О таком яде ему когда-то рассказывал целитель, а отравление им происходило через шаманские заклятия. Великие шаманы, обычно, использовали ядовитых жуков для создания вещества, которое затем, вместе с духом жука, поглощали своей душой. После этого, для убийства не требовалось вводить яд в тело, достаточно было атаковать врага косвенно, что было невероятно странным способом.

Шаманский яд и заклятия были техниками, нацеленными на души противника. Они кардинально отличались от традиционных ядов и обычные способы противоядия были против них бессильны.

Яд взаимодействовал с душой… обычной логикой было попросту невозможно понять метод его использования. К примеру, отравить жертву можно было с помощью техники живописи — из бумаги вырезали форму человека, писали на ней имя и дату рождения, после чего прокалывали иглой. После укола, яд в душе шамана попадала в душу врага. Также использовались соломенные куклы, которые протыкали копьём или выстрелом из лука, через неделю после этого душа умирала. Шаманские яды и техники были действительно чрезвычайно странными.

Цинь Му принял ещё несколько пациентов, как вдруг к Павильону Слушания Дождя с неба спустился паланкин, из которого вышел старик в официальной одежде. Он лично подошёл к юноше и развёл руки в приветствии:

— Маленький божественный врач, помоги!

Парень был в недоумении. Судя по мантии чиновника второго высшего ранга, старик должен быть канцлером в имперских судах.

— Старый господин неплохо выглядит, зачем ему моя помощь?

— В моей семье серьёзно заболел человек. Бесчисленные врачи пытались помочь, но от них не было никакого проку. Однажды, я услышал о приезде в город божественного врача, вот и пришёл попросить о помощи, — ответил старик.

Возле него, внезапно, появилась Фу Цинюнь:

— Лорд Ян, давненько я Вас здесь не видела!

Лицо старика слегка покраснело, и он неловко кашлянул:

— Когда это я здесь был? Сестра Фу, я вижу Вас впервые, не шутите так. Маленький божественный врач, могу ли я пригласить тебя в свой паланкин, чтобы сейчас же отправиться в путь? Речь действительно идёт о спасении жизни!

Секунду поколебавшись, юноша залез внутрь, а старик тут же вошёл вслед за ним. Между тем, двое сильных мужчин подняли паланкин, подскочили и умчались к облакам.

Цинь Му поднял занавеску, чтобы выглянуть наружу, и увидел, как паланкин направляется к центру столицы. На подлёте к нему, можно было заметить зависшие посреди неба световые цветки лотоса, на которых стояли генералы в золотой броне, охраняющие данную часть городского неба… Их сила была воистину ужасающей.

Генералы не обратили внимания на паланкин, пропуская его в центр столицы. Цинь Му отпустил занавеску и повернулся к старику:

— Лорд Ян, Ваш больной кажется чрезвычайно важная личность.

Глава 123. Великолепен и славен словно песня

— Будь всё иначе, я бы не приглашал тебя, божественного врача, лично. Ученик Цинь, помнишь, как император не стал обращать внимание на то, что ты отвергнутый человек. Знаешь кто его надоумил? — спросил Лорд Ян, улыбаясь и поглаживая усы.

Цинь Му удивился, ведь когда Император Яньфэн произнёс ту горячую речь в Имперском Колледже и даже встал, он подумал, что тот пытается воспользоваться его личностью отвергнутого человека Великих Руин, чтобы сбить спесь со своих министров. Однако, со слов старика казалось, что только благодаря его усилиям всё произошло именно так, как произошло.

— Я хотел бы услышать подробности, — проговорил паренёк.

— После твоего признания, я сказал императору, что ты божественный врач, который может помочь вылечить того человека. Вот он и не стал разбираться в вопросе, как ты смог избежать Смотровых Зеркал и пробраться в Империю Вечного Мира, — слегка улыбаясь говорил Лорд Ян. — Если бы не это, ты действительно думаешь, что смог бы стать имперским учеником? Имперский ученик — чиновник восьмого ранга, разве такой статус может быть дарован обычному отвергнутому, к тому же неизвестно как пробравшемуся в нашу Империю Вечного Мира? Такое действие преступно и неуважительно к самим богам.

— Если мне не удастся вылечить этого человека, мою голову… — сказал было Цинь Му.

— с плеч… — всё также улыбаясь, закончил за него Лорд Ян.

У Цинь Му помрачнело лицо. Когда паланкин приземлился, слуги подняли входные занавески. Старик жестом пригласил юного собеседника выйти первым и тот, сделав глубокий вдох, вышел наружу.

— Этот человек чрезвычайно влиятельный, поэтому ты не можешь быть неучтивым, понимаешь? — выйдя следом, вполголоса наставлял Лорд Ян.

— Само собой разумеется я не буду наглеть, в конце концов, от этого зависит моя жизнь и Ваше будущее, — следуя за стариком, улыбнулся Цинь Му, на что Лорд Ян тоже улыбнулся и неторопливо продолжил. — Хорошо, что ты смышлёный. Мой внук тоже учится в колледже. Он поступил в него за два года до тебя. Если ты сможешь вылечить того человека, то я попрошу внука позаботиться о тебе. Знаешь, он достаточно талантлив и смог поступить в колледж будучи ещё в области Пяти Элементов.

Цинь Му состроил странное выражение лица: «Интересно, был ли его внук среди учеников, что я сегодня побил…»

Судя по всему, они оказались во внутреннем дворе Императорского Дворца, где должны были проживать императорские наложницы. Минуя одни дворцовые ворота за другими, юноша видел дворцовых служанок и бледнолицых безусых мужчин.

«Они евнухи?» — думал Цинь Му. Лорд Ян привёл его в самые дальние внутренние покои дворца, которые, несмотря на свою пышность и богатое убранство, казались слишком тихими и одинокими.

В данные момент в просторном зале покоев находилось около тридцати человек, большинство из которых были придворными служанками и евнухами. Но здесь также присутствовало несколько имперских лекарей, стоящих рядом с нефритовой кроватью, которую со всех сторон окутывала шёлковая вуаль, мешающая видеть, что внутри, однако, там, скорее всего, лежала женщина.

— Здесь тот самый божественный врач из аллеи Цветочной? — один из лекарей взглянул на Цинь Му и ухмыльнулся. — Лорд Ян, ты похоже умом тронулся, раз на самом деле посмел позвать сюда человека, который лечит бордельных девок, лечить матушку императора. Твоё поведение стало слишком дерзким.

— Имперский Лекарь Сяо сказал примерно то же самое, а затем сразу умер, — равнодушно парировал Лорд Ян и всё также равнодушно продолжил. — Верно, маленький брат Цинь, я забыл тебе сказать. Имперский Лекарь Сяо и все эти мужи перед тобой — лекари Имперского Колледжа зала Высшего Исцеления. Также они те, кто в будущем будут обучать тебя медицинским знаниям.

Цинь Му приветственно поклонился в сторону присутствующих имперских лекарей, на что последние лишь ухмыльнулись и не стали отвечать взаимностью.

— Такой молодой, а уже бродяжничает и дурит других. Ты должно быть всё ещё плох в мастерстве приготовления пилюль, верно? — гадко ухмыляясь, попытался поддеть Имперский Лекарь Цюй, на что Цинь Му ярко улыбнулся, выглядя невинным, не знающим бед, ребёнком, и ответил. — Учителя, Имперский Лекарь Сяо сказал примерно то же самое, а затем сразу умер.

Лица имперских лекарей стали мрачнее грозовых туч. В то время как Цинь Му подошёл к нефритовой кровати, присел на нефритовый стул и поздоровался:

— Матушка императора.

Рука вытянулась из-за вуали и обессилено упала на краю кровати. Юноша тут же проверил её пульс и сказал:

— У кого-нибудь из присутствующих здесь, есть серебряная игла?

Один из старших лекарей передал ему свои иглы, после чего он достал одну и уколол ею кончик пальца женщины.

— Тягчайшее преступление… — сквозь кашель прошептал Лорд Ян.

— Лорд Ян, мы разделим ответственность между собой, — проговорил Цинь Му, между тем, его жизненная Ци юркнула вперёд и подхватила чуть было не упавшую на простыню каплю крови. Поднеся каплю к глазам, он начал сосредоточенно её рассматривать.

— Откройтесь! — низко прорычал Цинь Му, пробудил свои Глаза Небес и продолжил смотреть на кровь. Как вдруг пальцы его одной руки, которые были плотно сжаты в кулак, растопырились, а капля крови мгновенно расширилась и стала походить на огромную ярко-красную сферу. Немного поколебавшись, он опять рыкнул. — Откройтесь!

В его глазах завращались бесчисленные таинственные узоры и приняли форму зрачков, тем самым создавая второе небо — Зелёные Глаза Небес!

Цинь Му чувствовал нехватку жизненной Ци и понимал, что долго так не продержится. Поэтому он повернул голову назад и спросил:

— Лорд Ян, Вы можете одолжить мне свою жизненную Ци?

Лорд Ян подошёл и его Ци хлынула наружу.

— Маленький божественный врач, ты уверен?.. — тихо спросил старик.

Цинь Му содрогался всем телом. Пока Ци Лорда Яна вливалась в его глаза, слои глаз бога начали пробуждаться один за другим, позволяя ему отчётливо рассмотреть кровь и все сокрытые внутри неё тайны, ибо ничто не могло ускользнуть от его взора. Слепой полностью передал ему навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, вот только его текущего совершенствования было недостаточно для того, чтобы открыть все девять небес, поэтому он одолжил мощь совершенствования Лорда Яна.

Из глаз Цинь Му вырвалось два луча божественного света длиной около тридцати сантиметров. Затем он резко отдёрнул шёлковую вуаль и удлинил лучи света, чтобы дотянуться ими до тела матери императора.

Женщина никак не ожидала, что юнец на самом деле осмелится отдёрнуть вуаль. Она сразу же перевела на него свой взгляд, который был сродни грому среди ясного неба и демонстрировал силу без толики гнева.

Они смотрели друг на друга пока божественный свет не начал рассеиваться, а когда полностью погас, Цинь Му сказал:

— Болезнь выдумана. Достопочтенная матушка императора отравлена.

Несмотря на то, что мать императора лежала на кровати без сил, а старость оставила свой заметный след на некогда молодом лице, всё ещё можно было увидеть, что когда-то в прошлом она была настоящим образом красоты, с редко встречающейся фигурой, всей Империи Вечного Мира.

— Моё тело слабеет день ото дня. Некоторые имперские лекари Имперского Отдела Врачевания утверждали, что я больна, в то время как другие настаивали на отравлении, но никто так и не пришёл к одному и тому же мнению. Ты уверен, что я отравлена? — закрыв глаза, спросила она.

— Яд, от которого Вы страдаете, называется Отравой Тысячи Вероятностей, — говорил Цинь Му. — Данный яд считается по-настоящему, если так, конечно, можно выразиться, экзотическим… ведь, чтобы его приготовить, нужно иметь на руках тысячи ядовитых, родственных друг другу, веществ. После того, как Отрава Тысячи Вероятностей будет приготовлена, её токсичность будет постоянно менять свои свойства, поэтому в мире не существует заранее придуманного антидота, способного обезвредить данный яд, в итоге его всегда нужно придумать в зависимости от сложившейся ситуации. Использовать обычные противоядия бессмысленно потому, что данный яд устроен так, что может самостоятельно изменять свойства своей токсичности, делая противодействие ему бесполезным. И что ещё хуже, чем больше раз пытаться избавиться от яда, тем токсичнее тот будет становиться, а муки пострадавшего станут воистину невыносимыми. Матушку императора уже давно отравили, но, к счастью, на Вашей стороне стоит крайне плотное совершенствование, и имперские лекари не пытались скармливать Вам много противоядий, а лишь давали духовные пилюли и прочие чудодейственные лекарственные добавки, цель которых состояла не в борьбе с ядом, а только в продлении жизни. В противном случае…

От шока мысли нескольких имперских лекарей путались, когда они молча переглядывались.

— Лекари, такой яд существует? — задыхаясь спросила матушка императора, на что Имперский Лекарь Юй поклонился и ответил. — Отвечая на Ваш вопрос, да, такой яд существует. Я слышал, что его придумал Безликий Король Ядов. Вот только никто никогда не видел его, поэтому…

— Вы не можете излечить? — вздохнула матушка императора. Имперские лекари стыдливо тупились в пол, ведь не могли дать положительный ответ. Затем взгляд женщины упал на Цинь Му и она, задыхаясь, спросила. — Как насчёт тебя, маленький божественный врач?

— У меня есть решение, — слегка улыбнулся Цинь Му. — Тем не менее, мне нужно знать точные рецепты лекарств, что Вы употребляли начиная с момента отравления. Конечно же, как можно скорее. Кроме того, мне нужны тысяча двадцать три придворные девицы, кисть, чернила, бумага и тысяча двадцать три дощечки.

— Подготовьте ему всё, — дробно кивнула вдова бывшего императора.

Вскоре были подготовлены кисть, чернила, бумага и дощечки. Каждая императорская наложница была занята поиском и сбором дворцовых служанок со всех дворов. Имперский Отдел Врачевания же изучал все медикаменты, что когда-либо употребляла после начала “болезни” вдовствующая императрица.

Цинь Му поднял кисть и на каждой дощечке начал записывать название одного ядовитого вещества с соответствующим порядковым номером. Закончить ему удалось только к полуночи. Между тем, за пределами дворцового зала горели яркие огни и освещали всё вокруг, включая более тысячи стоящих в тишине служанок.

Юноша приказал евнухам раздать дощечки служанкам. Спустя некоторое время каждая девица держала по дощечке с названием конкретного ядовитого вещества. Служанки беспрекословно следовали его указаниям, выстраиваясь в странном порядке. Для каждой из них было отведено специально место. В первое построение входила только одна служанка, стоя отдельно от всех остальных, второе построение состояло из двух служанок, третье из четырёх, четвёртой из восьми, затем уже шестнадцать служанок формировали собой странный узор, шестое построение включало в себя тридцать две, седьмое формировалось из шестидесяти четырёх, затем из ста двадцати восьми, двухсот пятидесяти шести и под конец пятисот двенадцати.

Когда дворцовые служанки заняли отведённые им места, Цинь Му начал просматривать рецепты лекарств, что принимала в последние годы вдовствующая императрица. Изучив первый рецепт, он называл номера и просил девушек, держащих дощечки с соответствующими номерами, изменить своё положение согласно его указаниям.

Построения из тысячи с лишним человек слегка изменилось, после чего Цинь Му изучил второй рецепт и опять провёл некоторые изменения. Так продолжалось от рецепта к рецепту.

Несколько имперских лекарей уставились на всё происходящее несравненно шокированными глазами. Старый седовласый лекарь заговорил дрожащим голосом:

— Никогда бы не подумал, что мне доведётся при жизни увидеть подобный метод… Теперь и умирать не обидно!

Ещё три имперских лекаря кивали головами, а один из них сказал:

— Мы смотрели на него свысока, а он смог распознать Отраву Тысячи Вероятностей и прямо на наших глазах использует настолько невероятный метод рассчёта того, каким образом изменился яд!

Лекари были глубоко тронуты. В самом начале Цинь Му выстроил девушек согласно ядовитым составляющим оригинальной формулы Отравы Тысячи Вероятностей, а затем начал изменять их положение, беря в учёт изменения структуры Отравы Тысячи Вероятностей из-за других лекарств.

Свыше тысячи служанок выстроили своими телами своеобразные огромные счёты и стали их счётными бусинками, в итоге помогая Цинь Му рассчитать во что на текущий момент превратилась Отрава Тысячи Вероятностей в теле матери императора.

Сама суть подобного подхода для имперских лекарей казалась блестящим решением, которой они не могли прекратить восхищаться.

Цинь Му делал соответствующие расчёты до самого рассвета, пока, наконец, всё же не закончил. Тем временем дворцовые служанки за ночь успели сильно измотаться. Парень взглянул на их конечные позиции и дощечки в руках, а также на построение ядов в целом, затем закрыл глаза и начал мысленно прикидывать… Некоторое время спустя он открыл глаза и, подняв кисть, написал рецепт на бумаге. Несколько лекарей подошли, чтобы взглянуть на него, и начали взволнованно кивать головами.

Лорд Ян тоже подошёл, чтобы посмотреть, но так ничего и не понял, поэтому был вынужден тихо спросить:

— Имперские лекари, как вам рецепт?

Имперский Лекарь Цюй посмотрел на Цинь Му глазами полными обожания и восхищённо воскликнул:

— Рецепт великолепен и славен словно песня! Маленький божественный врач использовал технику замещения, чтобы использовать яд для замены главного яда в сердцевине Отравы Тысячи Вероятностей. Взгляни сюда? Это он! Когда его заменить, токсичность других тысячи двадцати двух ядовитых составляющих нивелируется друг другом и яды потеряют свои свойства сами по себе! Великолепен, воистину великолепен!

Другой Имперский Лекарь Ю воскликнул:

— Имперский Лекарь Сяо не умер понапрасну, ведь он умер перед божественным врачом, он умер там, где и должен был умереть!

Лорд Ян дёрнулся головой, когда подумал про себя: «Все люди, посвятившие себя искусству исцеления — лунатики! Что в этом великолепного? Самое главное что противоядие эффективно, иначе моя официальная должность и голова мальца были бы потеряны!

Глава 124. Гениальная мысль

Группа имперских лекарей немедленно собрала травы, указанные в рецепте Цинь Му. Затем, с выражением предвкушения на лицах, они встали возле него, ожидая, когда он начнёт готовить противоядие.

Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, поднимая ингредиенты вверх. Он не помещал их в котёл, а обрабатывал прямо в воздухе, демонстрируя все свои техники обработки и вытяжки, не использовав в процессе и капли воды для варки. Извлекая лекарственную энергию из трав напрямую, он смешивал её с помощью Ци. Его пальцы двигались вверх-вниз, будто играя на музыкальном инструменте, отчего глаза старого седоволосого Имперского Лекаря Юя прослезились.

— Я рад, что хотя бы раз в жизни смог увидеть такую технику! — меланхолично сказал седовласый старик.

Цинь Му не думал ни о чём другом, кроме противоядия, и был слишком сконцентрирован, чтобы уловить слова окружающих. Услышь он такое, то, вероятно, попросту скривился бы лицом. Его техника обработки едва дотягивала до допустимого уровня, а в глазах дедушки целителя он и вовсе был всего лишь неотёсанным новичком.

Вскоре, духовное лекарство было готово, в то время как стоящие вокруг лекари восторгались словно малые дети.

— Маленький божественный врач, своей техникой рук ты создал пузырьки на воде, извлекая лекарственную энергию из трав, но зачем ты после этого обжёг их огнём? — спросил Имперский Лекарь Цюй

— Эти травы нуждаются в обработке обоими способами. А для того, чтобы выудить из них максимальное количество энергии, воду нужно использовать в первую очередь, — ответил Цинь Му, поставив свежую духовную пилюлю на нефритовую подставку. Техника рук, на которую лекарь Цюй полагался, чтобы манипулировать Ци и извлекать последней лекарственную энергию, сразу же изменилась, и он спросил. — Маленький божественный врач, я правильно повторяю?

— Ваша жизненная Ци циркулирует слишком резко. Ключ к моей техники не в движениях, а в её правильном использовании. Ци достигнет нужного состояния только если прогнать её по телу двенадцать раз, — взглянув, прокомментировал Цинь Му. Имперский лекарь будто прозрел и в горячке продолжил расспрашивать. — Я думал слишком поверхностно. А при обработке Зерна Пяти Удач ты использовал какую-то особенную технику?

Горстка лекарей окружила Цинь Му, с энтузиазмом обсуждая процесс. Вскоре, раздался низкий голос злющего Лорда Яна:

— Поговорите позже, матушка императора до сих пор больна!

Лекари наконец опомнились, в то время как один из них сказал:

— Маленький божественный врач, Её Величество в приоритете.

Согласившись, юноша добавил:

— Мне нужны тысяча двадцать три Трёхногие Синеглазые Лягушки.

Глаза имперских лекарей загорелись. Схватившись за животы, они от всего сердца смеялись от восхищения:

— Гениальная мысль, гениальная мысль! Быстро, купите лягушек!

Дворцовые служанки и евнухи немедленно отправились на рынок за покупкой. Спустя полдня, синеглазые животные были на месте. Они были размером с кулак и прыгали на трёх лапках.

Цинь Му приказал внести их в зал и заставил всех евнухов и служанок отойти подальше. Затем он подал матушке императора духовную пилюлю и предупредил:

— Когда главный яд в составе Отравы Тысячи Вероятностей будет замещён новым ингредиентом, остальные элементы вещества начнут рушиться и резко станут очень токсичными. Яды находились в Вашем теле слишком долго и слились с Ци, поэтому смогут обрести духовную форму. Синеглазые лягушки питаются ядами и поглотят их сразу, как только появится возможность, после чего Вы будете исцелены.

Женщина махнула рукой, давая понять, чтобы все отошли.

Лорд Ян, лекари и Цинь Му вышли из зала, после чего вдовствующая императрица приняла противоядие… Поначалу, она ничего не ощутила, как вдруг новый яд вырвался из пилюли, мгновенно заменяя главный яд Отравы Тысячи Вероятностей.

Мать императора начала блевать чёрной кровью, заляпывая ею свою нефритовую постель, простыни и вуаль. После этого, различные яды в её костях, плоти и даже коже начали распадаться. Вслед за заменой главного яда, тысяча двадцать два токсичных вещества вспыхнули. Взаимодействуя друг с другом, они заставив её корчиться от боли.

Как только началась цепная реакция, токсины слились с жизненной Ци. Матушка императора начала задыхаться, а её лицо почернело, будто сгнивая. Казалось, что она вот-вот и умрёт. Тысяча двадцать два яда полностью поглотили Ци и вместе с ней начали циркулировать по всему телу. Не имея контроля над своей Ци, женщина должна была умереть от отравления с минуты на минуту. В этот момент, из духовной пилюли вырвался поток лекарственной энергии, мгновенно попадая в каждый уголок её тела и даже внутрь божественных сокровищ. Вспышка буйной энергии резко вытолкнула всю её Ци наружу. Даже Ци божественных сокровищ вышла за границы тела!

Внутри зала раздался громкий хлопок. Несмотря на то, что вдова бывшего императора болела уже много лет и потеряла много сил, её совершенствование всё равно было очень высоким, отчего выплеснутая наружу Ци мгновенно превратилась в тысячу двадцать два ядовитых вещества, непрерывно летающих вокруг кровати. В результате, куча всяческих жуков, скорпионов, змей и мурашек заполонили комнату!

Ква, ква, ква.

Будто в ответ на взрыв, послышалось кваканье армии лягушек. Открывая рты и щёлкая языками, они начали ловить и поглощать всю заразу, созданную из Ци.

В считанные секунды, в зале дворца снова развиднелось. Осталась только одна синеглазая лягушка, не съевшая ядовитое вещество. Она запрыгнула на нефритовую кровать и поцеловала мать императора, всасывая в себя воздух, отчего последняя вновь начала неконтролируемо блевать кровью, вместе с которой вылетел ядовитый жук. Этот жук был ядом, который Цинь Му использовал чтобы начать реакцию.

Слопав последнего жука, лягушка спрыгнула с кровати. Женщина внезапно почувствовала свежесть на душе и лёгкость в теле. Она немедленно поднялась на ноги, не замечая и следа от недуга, мучавшего её последние несколько десятков лет, и невероятно возрадовалась.

— Входите!

Двери дворцового зала отворились, и толпа служанок и евнухов немедленно бросилась внутрь. Увидев заляпанные ядовитой кровью занавески и нефритовую кровать, они были потрясены. Не говоря уже об омрачающих атмосферу лягушках, прыгающих то тут, то там.

Цинь Му и группа имперских лекарей тоже поспешили в зал.

— Действительно божественный врач, — увидев парня, сказала женщина. — Поселите лягушек в Пруд Чистой Ряби, они сделали большое дело и заслуживают жить в таком месте.

Прислуга немедленно занялась исполнением приказа. Лорд Ян был поражён и счастлив, побежав в неизвестном направлении:

— Я сообщу Его Величеству!

Матушка императора пошла наружу, улыбнувшись Цинь Му:

— Божественный врач, давай поговорим на улице, здесь немного грязно.

Кивнув головой, юноша пошёл следом, и к нему решила присоединиться группа имперских лекарей. Посмотрев на солнечный свет, женщина прикрыла глаза и улыбнулась:

— Давненько я не выходила из дворца. Отраву Тысячи Вероятностей изобрёл Безликий Король Ядов, верно?

Имперский Лекарь Цюй кивнул головой, отвечая:

— Говорят, что этот человек исчез около двухсот лет назад. Не зная жалости, он отравил насмерть огромное количество мастеров и нажил ещё большее количество врагов, при этом никто не знал его внешности. Также говорят, что Маленький Король Ядов предал его и раскрыл миру его личность. Не имея возможности остаться в Империи Вечного Мира, Безликий Король Ядов изуродовал своё лицо и бесследно исчез.

— Я уже слышала эту историю, — кивнула головой мать императора. — Честно говоря, я видела Безликого Короля Ядов и даже некоторое время с ним встречалась. В то время он был по уши в меня влюблён, — имперские лекари не осмелились издать и звука, в то время как женщина продолжила нежным тоном. — Кто бы мог подумать, что известный на весь мир Жиголо Юй на самом деле был пресловутым Безликим Королём Ядов? Когда один из учеников раскрыл его настоящую сущность, сердца бог знает скольких дев в империи разбились. После смерти бывшего императора, я полюбила этого мужчину и завела с ним роман, а когда у него начались проблемы, я сказала, что могу помочь ему. Конечно, были и другие знатные особы, желающие его спасти. Хмпф… в конце концов, они не смогли его у меня увести, но и я не смогла увести его у них, так как он попросту исчез… Теперь судьба сыграла со мной злую шутку, странный яд, приковавший меня к постели на десятки лет, был создан моим любовником.

Лбы имперских лекарей обливались потом, старики чувствовали, что могут лишиться голов из-за того, что услышали такой секрет. Они начали сожалеть, что не ушли вместе с Лордом Яном.

Сердце Цинь Му нервно дрогнуло. Безликий Король Ядов… так знакомо звучало и наводило на некоторые мысли: «Это ведь не дедушка целитель, верно?»

— В таком случае, возможно Вы знаете, кто стоит за отравлением? — спросил юноша.

— Это однозначно не Жиголо Юй, — улыбнулась женщина. — Вероятно, это дело рук Фу Юаньцина — Маленького Короля Ядов. Я слышала, что он пригрелся под крылом Имперского Наставника, а покушение на мою жизнь было идеей последнего. Наставник уже давно жаждет моей смерти, ведь я не могу стоять в стороне, смотря на его деяния. А моя смерть развязала бы ему руки.

Лица лекарей поблекли, после чего они внезапно упали на колени, не смея подыматься, а матушка императора лишь улыбнулась:

— Имперский Наставник не боялся меня отравить, так чего же тогда бояться вам? Встаньте и говорите.

Дрожа всем телом, лекарь Цюй поднялся вместе с остальными, не посмев сказать и слова.

Женщина посмотрела на Цинь Му и задала неожиданный вопрос:

— Ты ученик Жиголо Юя, верно? Как он?

«Человек, о котором она говорит, действительно напоминает дедушку целителя. Навык вычисления Отравы Тысячи Вероятностей также достался мне от него. С таким глубоким пониманием этого вещества, он на самом деле должен быть его создателем», — поразмыслив, Цинь Му поклонился:

— Отвечая на Ваш вопрос, могу сказать, что у него всё отлично.

Вздохнув с облегчением, мать императора продолжила:

— Он прислал тебя мне на помощь? Он всё ещё про меня думает…

Цинь Му невинно моргнул глазами, чувствуя, что женщина немного перемудрила, но не осмелился говорить ей такую грубость.

Матушка императора чувствовала усталость, что не удивительно, ведь совсем недавно из её тела изгнали такой мощный яд. Она махнула рукой и сказала:

— Вы все должно быть устали, идите отдохните.

Цинь Му кивнул головой, и имперские лекари почувствовали, как у них упал камень с души. Они отправились вместе с юношей, однако, не успев отойти далеко, услышали звуки за спиной:

— С дороги!

Лекарь Цюй отодвинул парня в сторону, раскрывая взору идущего быстрым шагом Императора Яньфэна с отрядом имперских стражников позади. Также следом шло несколько слуг, несущих балдахин, и богато одетые женщины и мужчины. Вероятно, это были родственники императора, принцы и принцессы

— Пастушок! — из толпы донёсся чистый, удивлённый возглас, который показался Цинь Му знакомым. Он повернул голову и увидел в толпе прекрасную молодую девушку.

— Пастушок, это действительно ты! Зачем ты сюда приехал? — спросила девушка в восторге.

Глава 125. Старший брат — Маленький Король Ядов

Цинь Му был сбит с толку, ведь молодая девушка выглядела до боли знакомо, но он никак не мог её вспомнить.

— Пастушок, где ты остановился? Я найду тебя! — ведомая толпой, кричала и махала рукой девушка.

— Имперский Колледж! — махнув в ответ рукой, ответил Цинь Му, как вдруг его осенило: «Верно, Лин Юйсю! Почему она так изменилась?»

В их прошлую встречу она была примерно его роста, а сейчас на добрые десять сантиметров выше, да и стала куда красивее и подвижнее. Помахав ему рукой, он даже не сразу узнал её.

— Хорошо, что её личико до сих пор пухлое, — удовлетворённо проговорил Цинь Му. Имперский Лекарь Цюй и остальные уставились на него со странными выражениями лиц.

— Маленький божественный врач, если ты скажешь такое девушке, особенно принцессе, то не сносить тебе головы, — дал наставление самый старый и добрый Имперский Лекарь Юй.

— Почему? Когда мы в Великий Руинах делаем комплименты девушкам, то всегда говорим о том, какие у них крепкие тела и как с ними им будет легко рожать. Хотя принцесса Юйсю не слишком крепко сложена телом, но уже хорошо, что она немного пухленькая. При родах это пойдёт ей на пользу, — непонимающе ответил Цинь Му.

Такие слова действительно можно считать похвалой и комплиментом?

Несколько имперских лекарей переглянулись и понимающе промолчали, ведь подумали об одном и том же — парень безнадёжен… рано или поздно его изобьют до смерти.

— Маленький божественный врач, вернёмся в Имперский Колледж. Нашим престарелым костям слишком тяжело далась целая ночь на ногах, — сказал Имперский Лекарь Му.

Покинув дворец, Цинь Му разошёлся с лекарями и вернулся в аллею Цветочную. Там он перекусил, после чего попрощался с Фу Цинюнь и её юными подопечными, собрал все свои вещи и вместе с Ху Лин’эр отправился обратно в Имперский Колледж.

****

Имперский Колледж, Резиденция Учеников.

Юноша шёл в направлении своего дома с двориком, в то время как лисичка, с высунутой из рюкзака мордочкой, с любопытством озиралась вокруг.

Ещё на подходе Цинь Му заметил, что под стенами его внутреннего дворика сидело несколько групп учеников с мрачным выражением лиц, из-за спин которых торчали ножны мечей, а в руках каждый из них держал по мечу.

— Отвергнутый, разве уже не пора просыпаться? Или ты боишься нас? Если боишься, тогда выйди и сотри со стены эти слова! — глядя в сторону дворика, кричал, судя по всему, лидер.

— Терпение наша добродетель! Неужели ты так и собираешься продолжать прятаться внутри своего дома? Я хотел бы посмотреть, как долго ты там просидишь! — ухмыльнулся подпевала.

— Где твоя вчерашняя дерзость? Обманув и унизив нас вчера, ты зашёл слишком далеко! Почему же сейчас ты прячешься? Ты собираешься до старости просидеть там как черепаха?

— Мы не стёрли твои каракули, чтобы доказать всем, что те не более чем просто пустословие! Весь Имперский Колледж узнает, что ты всего лишь отвергнутый из варварских земель, а мы настоящие люди…

Цинь Му шёл вперёд, пока не прошёл мимо учеников, горлопанящих в сторону пустого дворика, мысленно недоумевая: «Когда это я прятался? О чём это они?»

Во взглядах всех учеников промелькнуло бессилие, а у некоторых даже пустота. Они ведь думали, что он всё это время прятался в своей резиденции из-за страха выйти. Откуда им было знать, что его вообще нет на месте? Пол суток! Добрых пол суток они надрывали свои глотки! А, как оказалось, зря…

— Лин’эр, приберись в комнате и застели кровать. Я сейчас вернусь, — войдя внутрь и сбросив все свои вещи, устало проговорил Цинь Му.

— Хорошо, — ответила лисичка и спросила. — Молодой мастер, что ты задумал?

— Малышня слишком шумная. Если я сейчас не изобью их, разве мне удастся уснуть? — не поворачиваясь ответил Цинь Му.

Ху Лин’эр контролировала ветер, чтобы убирать комнату, как вдруг её уши прижались от донёсшегося оглушительного взрыва. Выглянув из окна, она увидела взмывшего к небу ученика, который, пролетев дугой по баллистической траектории, упал головой вниз.

— Следующий, — послышался усталый голос Цинь Му.

Раскат грома сотряс ясное безоблачное небо. Лиса услышала резкий свист, судя по всему, от рассекания телом воздуха, но на этот раз не смогла никого разглядеть в небе, тем не менее, чуть погодя, она услышала донёсшийся откуда-то издалека звук глухого столкновения.

— Следующий, — вновь послышался сонный голос Цинь Му.

Затем раздался звук всплеска и, сразу же после, рокота волн, обрушившихся на берег, вперемешку с жалостливым вскриком и последующей тишиной.

— Следующий, — тишину нарушил неизменно сонный голос.

Ху Лин’эр быстренько прибралась, застелила кровать и достала вещи из рюкзака, думая: «Если я разберу вещи достаточно быстро, то по-прежнему успею посмотреть!»

Дрожь земли, раскаты грома, воздушные взрывы, водное хлюпанье, глухие стуки, жалостливый скулёж и, чуть погодя, протяжная тишина… Закончив с делами, белая лисичка выбежала во двор, где наткнулась на Цинь Му, идущего в дом сонной походкой.

— Молодой мастер, уже всё? — слегка разочаровалась Ху Лин’эр.

— Я спать, не шуми, — зевнув, кивнул головой Цинь Му. Ху Лин’эр кивнула мордочкой в ответ и ловко юркнула на улицу, где от увиденного шокировано застыла, а если бы на неё взглянул знакомый, то смог бы разглядеть лёгкий испуг. То тут, то там, валялись разбросанные тела учеников. Некоторые, явно везунчики, просто распластались на земле, другие же отсвечивали солнцем филейными частями, застряв головами в стенах, некоторые играли в Маугли среди крон деревьев, правда бессознательно, другие же валялись в канавах или декоративных прудах, в то время как остальные, будучи закопанными в землю, притворялись деревьями или подсолнухами, опять же бессознательно, но скорее всего они были насильственным образом просто вбиты глубоко в землю. И всё это безобразие торчало либо головой вперёд, либо всё ещё подёргивающимися ногами…

Ху Лин’эр высунула на манер собаки язычок и бросилась обыскивать тела учеников. Она снимала с них всё: нефритовые кулоны, кольца, браслеты, доставала духовные лекарства и так далее, после чего заносила в дом.

— Лин’эр, чем ты занята? — послышался сонный голос.

— Большой обезьян всегда говорил — победа, хватай, правило, — уверенно и праведно декламировала Ху Лин’эр.

Хрррррр… послышался храп, судя по всему, парень так и не услышал сказанную лисой мудрость. Ху Лин’эр не растерялась и вновь выбежала на улицу, чтобы на этот раз стащить ножны мечей, как вдруг, посреди её рутинного промысла, один из учеников очнулся и слабо ухватился за ножны.

Ху Лин’эр выстрелила воздушным вихрем, обласкавшим голову бедного ученика, которую в итоге залило кровью, но бедолага так и не потерял сознания. Лиса сотворила ещё несколько вихрей, от которых ученик вроде как всё же потерял сознание. С облегчением вздохнув, она выдернула из крепкой хватки рук ножны меча и зашагала в сторону внутреннего дворика. Пострадавший ученик тайком взглянул и, видя, что лисы уже нет рядом, наконец-то с облечением вздохнул.

— Ах, он опять очнулся! — удивлённо воскликнула Ху Лин’эр, увидев подглядывающего паренька. Затем загудело огромное торнадо, которое подняло большую, размером с маленькую гору, каменную глыбу, и тут же направило её к бедолаге, заставив последнего потерять сознание уже по-настоящему, правда от страха.

Ху Лин’эр отбросила глыбу в сторону и начала сновать туда-сюда, желая поочерёдно обнести абсолютно всех. Между делом, очнулся один из учеников на отдалении, а когда увидел лису, которая поочерёдно лишала нажитого добра всех присутствующих, попытался тайком ускользнуть. Вот только план провалился, ведь его заметила чуткая ушастая, тут же затащив во внутренний дворик. Послышался болезненный вскрик, за которым повисла гнетущая тишина, а чуть погодя порыв ветра выбросил обедневшее тело.

****

Особняк Имперского Наставника Вечного Мира.

Особняк был воистину грандиозным и величественным, но место, где совершенствовался наставник, выглядело очень простым — всего лишь огромный пустой зал, без каких-либо украшений и прочих предметов роскоши.

Тем не менее, если поднять голову вверх, взору открывалось захватывающее дух зрелище. Над залом не было крыши, раскрывая взору небо устилающее бесчисленное множество звёзд. Те казались такими доступными, будто можно было схватить рукой и стянуть с небосвода…

Сему виной было чудо. Чудо построения и заклятий.

На высоте тридцати тысяч метров над уровнем моря парило стеклянное плато, на котором несколько учеников Имперского Наставника управляли построением. Если говорить о размерах “стекляшки”, то её площадь равнялась шестидесяти шести гектарам. Стеклянное плато собирало звёздный свет, направляя через крышу непосредственно внутрь огромного зала.

Наставник собирал звёздный свет, чтобы совершенствоваться, благодаря чему последнее было крайне плотным и высоким.

Прямо сейчас вокруг Имперского Наставника витала измождённая аура, которую в настоящее время он и пытался восстановить. Неподалёку от него находился одетый во всё чёрное и придумывающий лекарства мужчина.

Внезапно в зал влетел красный жучок и приземлился прямо в раковине уха мужчины в чёрном. Лицо последнего выглядело крайне мерзко и даже пугающе, ведь оно было испещрено бородавками, гнойниками и прочими наростами. Мужчина постоянно кивал, словно мог понимать писки жучка, выглядя со стороны крайне странно и чудаковато.

— Имперский Наставник, появился мой младший брат, — проговорил мужчина в чёрном, которым был тот самый Фу Юаньцин, Маленький Король Ядов, ранее упомянутый вдовствующей императрицей. Мужчина продолжил. — Он изгнал из тела матушки императора Отраву Тысячи Вероятностей.

Имперский Наставник открыл глаза, выдохнул мутноватый воздух и озадаченно спросил:

— С чего ты взял, что он твой младший брат?

— Отрава Тысячи Вероятностей — результат работы всей жизни моего мастера и единственные, кто может изгнать её, либо я, либо он, — объясняя ровным тоном, бородавки на лице Фу Юаньцина словно ожили. — Мой маленький красный друг сказал, что яд изгнал юноша, поэтому это, очевидно, не мой мастер, а значит его новый ученик. Я думал, что старик уже давно помер, а оказался всё ещё жив и даже обучил младшего брата. Имперский Наставник, теперь, когда яд обезврежен, хотите ли Вы снова отравить матушку императора? Может каким-нибудь другим необычным ядом?

— Нет нужды, — потряс головой Имперский Наставник, а во взгляде Фу Юаньцина прочиталось искреннее непонимание.

— Между мной и матерью императора нет никаких личных обид. Всему виной её оппозиция. Не стоило ей противиться моим идеями политических реформ, ведь из-за этого Его Величество начал проявлять нерешительность. Поэтому я был вынужден отдать тебе подобный приказ, но убивать её я не собирался, а всего лишь сделал временно неспособной вмешиваться в политику Императорской Семьи. Без вмешательства с её стороны, Его Величество успокоился сердцем и душой, начав политические реформы. Теперь же моё влияние непоколебимо, а идею реформ поддерживает добрая половина людей всех слоёв общества, — уверенно проговорил Имперский Наставник и продолжил. — А те, кто противятся, прямо сейчас получили столь долгожданную возможность для восстания. Мой план уже даёт свои плоды, а с учётом устремлений масс, даже мать императора больше не сможет остановить меня.

— Вы говорите об устремлениях масс, а я говорю о благодарности и недовольстве. Ваши травмы практически исцелены, поэтому моё общество для Вас по большей части бесполезно, так что я собираюсь прогуляться. Появился мой младший брат, разве я могу не проведать его? Иначе какой из меня старший брат? — улыбнулся Фу Юаньцин.

— Будь настороже. Хоть мать императора и не сможет мне ничего сделать, но вот тебе… Тебя может и убить, — предупредил Имперский Наставник.

Фу Юаньцин на мгновение поколебался, а бородавки подобно червям заюлили, после чего он возмущённо проворчал:

— Это ведь Вы приказали мне отравить её, так зачем ей хотеть убивать меня, а не Вас? В чём моя вина?

— Ты забыл о предательстве своего мастера, а также том, что у неё был с ним роман? Она ведь не дура, поэтому наверняка догадалась и о том, кто за всем стоял и том, что изгнавший яд юноша твой младший брат и ты попытаешься с ним встретиться. Она определённо только и ждёт момента, когда ты заглотишь приманку, чтобы убить, тем самым отомстив за твоего мастера, а также за разлуку…

Виски Фу Юаньцина начали болезненно пульсировать. Он был вынужден отказаться от подобных мыслей.

Глава 126. Этикет

Когда Цинь Му проснулся, на улице уже был поздний вечер. Он вышел во двор набрать воды для умывания, но, выходя из комнаты, увидел более десятка ножен для мечей. Кроме них, на земле валялась кучка нефритовых подвесок, заколок, и других украшений. Не понимая, что происходит, юноша вдруг услышал со стороны улицы чей-то голос:

— Вы Бессмертная Лисица? Я пришёл выкупить предметы своей госпожи, взгляните…

Ху Лин’эр заговорила в ответ:

— Сума недостаточная. Ножны, браслет и заколка вашей госпожи — вещи невероятной ценности. Нужно больше монет.

«Что эта лиса делает?» — совсем растерялся Цинь Му. У него до сих пор было заспанное и не умытое лицо, поэтому он решил не выходить на улицу, отправившись за водой. В то же время, гость улыбнулся, извиняясь:

— Это все деньги, которые мне дала моя молодая госпожа, у меня нет ни монетой больше. Прояви милость, Бессмертная Лиса. Ножны принадлежат колледжу, а драгоценности передались госпоже от предков…

— Ну ладно, жди здесь, — ответила лиса и тут же распахнулась дверь, через которую она, подобно вихрю, вбежала внутрь с мешком в руках. Используя свой дьявольский ветер, она подняла ножны и несколько украшений, и восхищённо выбежала на улицу, отдавая всё слуге.

Мужчина очень обрадовался и отблагодарил лису, после чего покинул двор.

Цинь Му помыл лицо и начал чистить зубы деревянной щёткой. Только вернувшись обратно, лиса заметила парня.

— Молодой мастер проснулся? Молодой мастер, мы разбогатели! — сказав это, Хи Лин’эр открыла дверь в западную комнату, где на деревянном полу лежало более двадцати мешочков с деньгами. Она развязала один из них, и на землю посыпались монеты Великого Изобилия… От ошеломления юноша не знал, что сказать.

— Избитым ученикам было стыдно приходить за своими вещами, поэтому они присылали своих слуг, чтобы те выкупили утраченное. Мы получили огромную прибыль!

Сполоснув рот и мрачно вздохнув, парень покачал головой:

— Лин’эр, это плохой поступок. Я и так их дважды избил. Отбирать имущество после такого — это уже перебор. Теперь, когда они откупились, мне будет неудобно на душе опять их избивать…

Лиса высунула язык и, казалось, слегка расстроилась:

— Ты уже избивал их раньше? И не отобрал их имущества? Разве это не огромный убыток? Ты ведь знаешь законы Великих Руин лучше кого-либо другого! Ты ведь сам говорил, что отбирать вещи за счёт своих возможностей это не воровство!

Парень снова покачал головой:

— Ты отобрала их вещи и взяла с них деньги. Боюсь, что после этого мне будет сложно снова поднять на бедолаг руку. Ладно, мы действительно остались без денег, и эта прибыль нам на самом деле пригодиться. Но в следующий раз тебе нельзя отбирать вещи. Повторишь только когда у нас снова закончатся монеты. Таким образом, у нас всегда будет небольшая прибыль.

Кивнув головой в знак согласия, Ху Лин’эр сказала:

— Раз уж ты проснулся, давай я приготовлю что-нибудь покушать.

— Зачем нам готовить? У нас есть куча денег, можно пойти в город и отведать всё, чего душа захочет. Можешь выбрать себе любое блюдо.

Прихватив с собой мешочек с монетами, лиса и юноша взволнованно зашагали в сторону город. Ученики колледжа, увидев парочку на улице, мгновенно закрывали все окна и двери в своих домах, пытаясь избежать встречи.

Цинь Му задумался. Ученики сказали, что весь колледж знает о том, что он их избил, но ведь он никому не говорил о случившемся. Кто тогда раскрыл тайну?

****

Неподалёку от Резиденции Учеников находился Королевский Парк, в котором жили только одни принцы, принцессы и лорды из аристократичных семей. Имперский Наставник принял закон, по которому все дворянские дети поступали в колледж в пятнадцать лет, не проходя никаких испытаний. Однако, у дворян были свои причуды, они не хотели жить вместе с обычными учениками и имели отдельную резиденцию.

В это время, Вэй Юн громко смеялся в компании дворянских детей:

— Вы не знали, что наша Резиденция Учеников кипит происшествиями? Недавно, Цинь Му снова избил тех неудачников, и теперь они ещё ничтожнее. Только не говорите, что я вам рассказал…

— Этот парень из Великих Руин настолько силён? — заинтересованно спросил аристократ.

— Он неплох, — хвастался Вэй Юн, — его сила такая же, как и моя, просто движется он каким-то особенным образом. Кажется, что бедолаги из Резиденции Учеников слишком беспомощны.

— Парни из резиденции всегда были тщеславными и презрительными. Они думают, что проложили путь сюда своими собственными силами, и смотрят на нас свысока. Теперь они встретили свою судьбу, — засмеялся другой аристократ.

****

На выходе из Резиденции Учеников, Цинь Му увидел впереди какого-то юношу. Он был одет по-походному, таща на своей спине квадратный рюкзак, размером с взрослого человека. Из рюкзака торчало несколько видов оружия. Несмотря на свою одежду, он выглядел очень воинственно, а вокруг витала аура резни и бойни.

Наконец они встретились лицом к лицу. На Цинь Му подействовал его воинственный образ и заставил рефлекторно принять защитную позу. Под давлением вспышки Ци, незнакомец ответил тем же.

Несмотря на то, что путешественник имел такую странную ауру, вёл он себя совершенно нормально.

— Младший брат недавно к нам поступил? — в приветствии склонился юноша.

— Да, я поступил пару дней назад. Старший брат возвращается из похода? — склонившись в ответ, ответил Цинь Му.

— У меня каникулы, поэтому я использовал возможность и отправился на фронт, — улыбнулся юноша. — Меня зовут Чэнь Ваньюнь, так как ты новичок, можешь обращаться ко мне в случае нужды.

Цинь Му тоже представился, и парни разошлись своими дорогами. Они чувствовали напряжение, вызванное бурлением Ци в их жилах, отчего шли друг от друга длиннющими шагами.

«Новичок очень силён…» — подумал про себя Чэнь Ваньюнь, поворачивая голову, чтобы ещё раз взглянуть на Цинь Му.

— Старший брат вернулся!

Резиденция учеников ликовала. Бесчисленные ученики вышли из своих домов, чтобы поприветствовать Чэнь Ваньюня.

— Дамы и господа, мы не виделись всего лишь месяц, разве за такой срок возможно так по мне соскучиться? Э-эм, почему вы все избиты? Старшая сестра Цюй, даже ты пострадала? Что здесь происходит? — улыбнулся юноша.

Ученики Резиденции выглядели страшно униженными.

Старшая сестра, которую звали Цюй Тин, стыдливо объяснила:

— Старший брат, ты не представляешь, что произошло. Недавно к нам поступил отвергнутый человек из Великих Руин, обладающий огромной силой. Во время своих вступительных испытаний, он даже сумел ранить даоса Лин Юня с помощью деревянного меча, унизив его перед самим Императором Яньфэном. Из-за этого, последний позволил парню остаться в нашем Имперском Колледже. Нас возмутило такое решение, и мы пытались вынудить его покинуть это место. Как раб может быть нашим одноклассником?..

— Даос Лин Юнь чрезвычайно выдающийся мастер. Если этот юноша смог его ранить, его способности однозначно поразительны! Спровоцировав его, это естественно, что вы были избиты. Разве хоть кто-то из вас сумел бы потягаться с Лин Юнем? — ответил Чэнь Ваньюнь.

— Наша репутация смешана с грязью. В Империи Вечного Мира отвергнутые являются рабами, и к ним относятся как к скоту. Будучи одноклассниками со скотом, в глазах окружающих мы сами им становимся! Более того, имперские ученики — это чиновники восьмого ранга. Разве отвергнутый достоин такой чести? Более того, теперь он нас избил, дважды! — продолжила девушка.

— Вы все вместе собрались на него напасть, поэтому его решение избить вас очевидно. Парня не за что винить. Однако, с его стороны было неправильно избивать вас во второй раз. Ему нужно было оставить вас в покое.

Ученики внезапно стали выглядеть ещё более жалко и не говорили ни слова.

Увидев их лица, у Чэнь Ваньюнь возникли подозрения, и он спросил:

— Он вас не беспокоил. Вы сами пришли к нему во второй раз, потому что не смогли проиграть с честью, в результате получив ещё один урок, я прав?

— Это не личный конфликт, а борьба за репутацию Резиденции Учеников! Как житель Империи Вечного Мира может оказаться слабее варвара, рождённого за пределами цивилизации? Эта новость уже разошлась по всей горе! Этот парень сам всё рассказал, и теперь пути назад нет! К тому же, он нас ограбил и отобрал все ценности, вынудив нас их выкупать, чем только увеличил степень унижения! — тут же возразила Цюй Тин.

— Людей нужно щадить в ситуациях, где это возможно. Кажется, он всё-таки переборщил с мерами. Не переживайте, я с этим разберусь. Однако, вы всё же очень бестолковы. Позволить новичку вас так унизительно избить, неудачники! — внезапно лицо Чэнь Ваньюня помрачнело.

Ученики опустили головы, а Цюй Тин пробормотала:

— Если бы он нас не обманул, мы бы…

— Буквально несколько минут назад я встретил младшего брата по имени Цинь Му. Этот парень оказался невероятно примечательным. После пребывания на поле боя вокруг моего тела осталась аура резни, и он смог её обнаружить ещё до того, как я к нему подошёл. Его Ци настолько сильно вспыхнула, концентрируясь на мне, что я был вынужден принять оборонительную позицию, остановиться, поздороваться и представиться, чтобы уменьшить напряжение. Вот таким должен быть настоящий имперский ученик! — ухмыльнувшись, проговорил Чэнь Ваньюнь и тяжёлым тоном добавил. — Однажды я путешествовал с учителем Ба Шанем, и встретил мастера секты, называющей себя сектой Небесного Флага. В тот день, учитель Ба Шань и мастер Небесного Флага шли друг другу навстречу, как вдруг, внезапно, остановились, чтобы поздороваться, и только после этого смогли продолжить свой путь. Тогда я был неспособен понять произошедшее и только встретив этого Цинь Му, я ощутил то же самое, что и учитель при встрече с тем мастером.

— В мире боевых искусств, этикет встречи совсем не такой, как можно ожидать. В его глубине скрыта настоящая борьба. Не выходя наружу и не набираясь опыта, вы так и останетесь неспособны понять это чувство. Поражение станет вопросом времени, если такие важные битвы будут проходить мимо ваших глаз!

Ученики были окончательно раздавлены, а Цюй Тин, почти сквозь слёзы, сказала:

— Брат Чэнь, отвергнутого человека, который нас избил, зовут Цинь Му…

— Так это был он! — ошарашено воскликнул Чэнь Ваньюнь и, задумавшись, продолжил. — Тогда ничего удивительного… вы проиграли заслуженно. Ему не нужно было вас обманывать, чтобы одержать верх.

Внезапно раздался удивленный крик:

— Старшая сестра Цинхун вернулась!

Глава 127. Покажи своё оружие

Чэнь Ваньюнь обернулся и увидел, как в Резиденцию Учеников заходит молодая леди в опрятных зелёных одеждах. Красивые волосы девушки были смотаны в пучок и проколоты золотым мечом-шпилькой. Будучи одетой по-походному, она, сойдя с корабля, только что прибыла сюда с другой части страны. За ней шёл очень высокий и крепко сложенный мужчина. Его рост практически в два раза превышал рост среднестатистического человека, а тело так и распирало рельефными мышцами. Следуя по пятам за молодой леди, на его спине был закреплён явно чужой багаж — скорее всего спутницы.

Юэ Цинхун шагала вперёд, совершенно не обращая внимания на гигантскую “тень” позади и подошедших, чтобы поприветствовать её, учеников. Подходя к Чэнь Ваньюню, она пристально смотрела на него, а остановилась только тогда, когда между ними оставалось три метра. Крепко сложенный мужчина позади тоже остановился.

— Старший брат, — поприветствовала Юэ Цинхун.

— Младшая сестра Юэ. Где проходила обучение? Как всё прошло? — поприставав в ответ, спросил Чэнь Ваньюнь.

— Я только что вернулась с поля битвы со страной Волчьего Убежища. Я слышала, что старший брат тоже отправился обучаться на полях сражений? — улыбнулась Юэ Цинхун.

— Верно, я воевал против Империи Варварских Ди, где мне довелось сразиться с парочкой достойных противников. А ты стала сильнее, — кивнул Чэнь Ваньюнь.

— Ты тоже. Я беспокоилась, что так и не смогу тебя одолеть, но, к счастью, я покорила волчьего раба страны Волчьего Убежища. Волчий раб, выйди и поприветствуй старшего брата! — улыбнулась Юэ Цинхун.

Крепко сложенный мужчина позади неё свалил на землю тяжёлый багаж и внезапно протянул руки, чтобы схватить Чэнь Ваньюня!

Его аура была удивительно свирепой, подобно огню, а когда он сделал хватательное движение одной рукой, воздух под ней мгновенно иссох, даже могло показаться, что там начала летать песочная крошка. Все люди вокруг почувствовали, словно их лица обожгло пылающее солнце!

На обнажённом торсе волчьего раба проявился образ драконьего волка, вынуждая всех учеников задрожать от страха. Образ происходил от мутации одного из Четырёх Великих Духовных Тел, именованного Духовным Телом Драконьего Волка, который являлся тотемом страны Волчьего Убежища.

Чэнь Ваньюнь не дрогнул даже веком и поднял ладонь к огромной руке волчьего раба. Прозвучал гул, после которого одежда юноши затрепетала, а огромное тело раба слегка покачнулось.

— Ты не слаб, — прохрипел гигант, глядя на коротышку перед собой совершенно другим взглядом.

— Ты тоже, — Чэнь Ваньюнь улыбнулся. — Поскольку младшая сестра Юэ смогла подчинить себе волчьего раба, это значит, что твоя сила солидно возросла…

— Старшая сестра Юэ, старший брат Чэнь, вы двое опять друг другу льстите. Когда же вы станете вести себя скромнее и хладнокровнее. Например, как я? — внезапно прожурчал эфемерный, не запятнанный ничем земным, голос.

Вперёд вышел лысый юноша. В своей белой буддистской одежде он был похож на монаха, вот только на его голове не было никаких отметин.

— Младший брат Юнь Цюэ, — вежливо поздоровался Чэнь Ваньюнь.

Появившийся молодой монах должен был проповедовать монашеские учения, вот только его характер явно не был монашеским. Он был очень задиристым, неподатливым и жаждущим конкуренции, чем прямо сквозило в его, на первый взгляд кажущейся для незнакомца спокойной, речи:

— Я отправился к реке Ли, где произошло очередное восстание. После того, как секта Меча Реки Ли была уничтожена, другие секты того региона начали бунтовать и сеять хаос, поэтому мне пришлось последовать за армией, чтобы разобраться с беспорядками. В последние дни я поднабрался опыта, поэтому хотел бы получить советы с практическими наставлениями от старшего брата Чэня и старшей сестры Юэ.

— Мы начали сражаться и конкурировать друг с другом с самого поступления в колледж и, надо признать, ты, Юнь, и я всегда были немного слабее старшего брата нашей Резиденции Учеников. Однако, после моей практики, я боюсь, что в Резиденции Учеников больше не будет никакого старшего брата, будет только старшая сестра! — хищно блеснул взгляд Юэ Цинхун, на что Чэнь Ваньюнь равнодушно ответил. — Я убил несколько варваров на границе, и с тех пор моя сила стала намного более свирепой. Моё убийственное намерение слишком тяжёлое и пока практически не поддаётся контролю, поэтому я боюсь не сдержаться и ненароком убить вас во время нападения. Однако, в нашей Резиденции Учеников поселился беспощадный человек. Он лютый и жестокий. Большинство учеников были избиты им, поэтому, если кто-то из вас сможет одолеть его, я с готовностью и без сожалений сдам победителю свою позицию старшего брата!

— Без сожалений? — вспыхнул взгляд Юэ Цинхун.

— Разве я, Чэнь Ваньюнь, когда-либо брал сказанные слова назад? Новичка зовут Цинь Му. Он носит вышитую одежду, а на его плече может сидеть белая лиса, поэтому узнать его не составит труда. Я встретил новичка, во время его спуска с горы, так что уже вскоре он должен вернуться, — улыбаясь проговорил Чэнь Ваньюнь, после чего Юнь Цюэ сразу же подпрыгнул и умчался, громко смеясь. — Маленький монах пойдёт просветить новичка Цинь Му. Старшая сестра Юэ, не вмешивайся, я хочу ощутить то наслаждения, когда становишься старшим братом!

— Лысый бродяга каждый день строит из себя невесть что, словно какой-то монах-отшельник на полшага от нирваны, а ведёт себя так нетерпеливо и по-детски. Даже старший брат Чэнь посчитал, что с новичком будет тяжело сладить, что уж говорить о нём. Сестра Цюй, тебя и остальных избил тот Цинь Му? — ухмыльнувшись, Юэ Цинхун перевела взгляд с умчавшегося монаха на учеников, отчего Цюй и другие ученики смутились.

— Может расскажите мне, какие движения использовал этот Цинь Му? — с оживившимися глазами, спросила Юэ Цинхун. У неё была расчётливая личность, поэтому она не побрезговала спросить о том, какие движения использовал Цинь Му, чтобы одолеть их. Чуть погодя она была вынуждена серьёзно задуматься, бормоча. — Использует заклятия и навыки ладони, но не использует навыки меча. Должно быть в этом кроется его слабость, значит навыки меча…

— Старшая сестра, во время экзамена он использовал деревянный меч, чтобы одолеть даоса Лин Юня из зала Чистого Ян, — тут же поправила Цюй Тин.

— Лин Юнь проиграл? — Юэ Цинхун была поражена и тут же спросила. — Сколько движений ему потребовалось?

— Одно!

Сердце Юэ Цинхун на миг замерло, после чего она сказала:

— Одолеть Лин Юня в одной и той же области вполне возможно, даже я могу такое повторить… Но одолеть в один ход! Он также победил всех вас в один ход кулаками или заклятиями. Вполне возможно, новичок хорош во всех трёх направлениях. Неужели у него нет слабостей? Нет, у него определённо есть слабости! Во время моего пребывания на поле битвы страны Волчьего Убежища, я подмечала слабости даже у опытных старших, что уж говорить о ещё совсем молодом, только что поступившем, ученике. Я ведь могу воспользоваться возможностью и разведать ситуацию, наблюдая за его сражением с Юнь Цюэ. Нельзя терять ни мгновения.

Бросив свой багаж на произвол судьбы, девушка, вместе со своим волчьим рабом, умчалась прочь.

****

Цинь Му привёл Ху Лин’эр в высококлассный столичный ресторан и заказал целый стол деликатесов. Набивая брюхо до отвала, парень расщедрился, что бывало довольно редко, и купил маленькой лисьей морде кувшин прекрасного вина и даже немного отпил сам. Некоторое время спустя, оба их пуза просто лопались от переедания.

Ху Лин’эр была немного невменяема, когда контролировала свой демонический ветер, чтобы вернуться в Имперский Колледж вместе с Цинь Му. Напиваясь, лисичка всегда показывает своё истинное, совсем не галантное, “я”. Вот и сейчас она просто лежала на несущем её ветре, словно на морских волнах, задрав лапки кверху и, совершенно не моргая, пыталась разглядеть дорогу, вот только её пузо было настолько распухшим, что это было просто физически невозможно сделать. Поэтому полёт шёл чуть ли не в слепую…

Парень выпил только две небольшие чарки, поэтому не сильно опьянел, а если точнее, то вообще не опьянел. На обратном пути он постоянно осматривал культурно-исторические достопримечательности столицы. Столица была намного более процветающей нежели другие города, отчего людям, побывавшим здесь хотя бы раз, попросту не хотелось уходить.

Парочка пересекла горные врата, после чего Цинь Му сразу же помахал ладонью перед мордой Ху Лин’эр. Он заглянул в огромные, круглые и, конечно же, широко распахнутые лисьи глаза, но вот только из её пасти явно просвистывал храп. Как оказалось, перепив, она уснула прямо во время полёта, но каким-то образом всё же умудрилась контролировать свой демонический ветер, чтобы лететь вперёд. Судя по всему, такое “мастерство” достигалось только благодаря годам нажитого опыта.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Он снял Ху Лин’эр с подушки-ветра и закинул на свою шею. Лисье тельце обмякши улеглось и обвилось вокруг шеи. Её хвост свисал с груди, а тельце ещё немного повошкалось, чтобы подобрать позу для сна поудобнее, и опять успокоилось.

Фью фью фью, фью фю… слышалось ровное тоненькое сопение.

— С такой плохой терпимостью к выпивке, так любить прикладываться к бутылке… Мда, — пробурчав, Цинь Му беспомощно покачал головой и продолжил подыматься по горе. Лисичка спала мёртвым сном, чувствуя лишь то, как ей было удобно спать на шее паренька. Оказавшись подле вертикального утёса, он внезапно замедлился. Ху Лин’эр почувствовала, что шея, на которой она лежала, начала покалывать, поэтому она перевернулась, чтобы сменить позу, но колющее ощущение так и не исчезло. Сквозь сон, лисичка попыталась изменить положение ещё несколько раз, но никак не могла комфортно улечься. Казалось, Цинь Му превратился в дикобраза воплоти. Прищурившись заспанными глазами, она вяло потянулась лапками к шее и, коснувшись её, отчётливо почувствовала колкость.

«Может молодой мастер наконец решил показать свою истинную форму?» — по-прежнему до конца не проснулась белая лиса, в то время как парень остановился.

Только теперь Ху Лин’эр заметила, что кто-то стоит на вершине утёса перед Цинь Му. Длинная белая монашеская одежда развевалась на ветру, когда сам монах стоял на скале и мудрёно взирал на них.

— Цинь Му? — спросил монах в белом.

— Да, а ты? — кивнув головой, спросил Цинь Му.

Монах в белом поднял ладонь перед собой и с тёплой улыбкой проговорил эфемерным буддистским голосом:

— Ты вёл себя непослушно и жестоко, так что маленький монах пришёл сюда, чтобы просветить тебя и изгнать из тебя всё зло. Покажи своё оружие!

— Старший брат, ты ещё не назвал своё имя, — озадаченно проговорил Цинь Му.

Услышав фразу “старший брат”, жуткое волнение отобразилось на лице монаха в белом, а его образ праведного буддиста бесследно исчез, словно дым на ветру. Спрыгнув со скалы, монах начал падать камнем вниз, летя лысой головой к Цинь Му, чтобы напасть, и ярко улыбаясь:

— Как только я тебя просвещу, то ты, естественно, узнаешь моё имя!

Будучи всё ещё в воздухе, внезапно прогремел драконий рёв и слоновье гудение. Подняв голову, Цинь Му увидел невероятно ярко сияющий луч, в котором находился сидящий на белом слоне Будда, овитый драконом… И прямо сейчас тот обрушивался прямо на него!

Конечно же это было всего лишь проявление, созданное жизненной Ци монаха в белом, которая была намного плотнее, чем у любого другого ученика, и совершенно не уступала Ци даоса Лин Юня!

Продемонстрированная атака была смесью навыка кулака и заклятия. Заклятия обычно нацеливались на душу, в то время как сворачивающийся дракон со слоном скорее всего были навыком кулака и должны были поразить физическое тело.

Две атаки в одной. Подобное нападение монаха в белом совсем чуть-чуть недотягивало до уровня божественного искусства и недвусмысленно… да чего уж тут, оно буквально кричало — “мне нет равных”!

Цинь Му воспрял духом и почувствовал прилив адреналина.

Наконец ему придётся иметь дело с мастером!

С момента прибытия в столицу, все кого он встречал, были на уровне той же Цюй Тин. Даже экзаменатор Лин Юнь был опозорен одним взмахом его меча, тем самым не давая показать всё, на что он был способен.

Монах в белом, который отказался называть своё имя, явно был очень сильным. С учётом обстоятельств, как его боевой дух мог не воспрять?

Ступив на земли Империи Вечного Мира, он всегда пытался вести себя цивилизованно. Но если на чистоту, такое поведение невероятно утомительно! Он ведь до самых костей отвергнутый богами дикарь из Великих Руин! Будучи отвергнутым и брошенным богами, он был лютым и жестоким существом, которому не страшны пучины непроглядных рек, с обитающими там драконами, и, который способен подняться на самые высокие, неприступные горы с ножом наголо, чтобы прирезать какое-нибудь странное чудище!

Глава 128. Следы Облаков и Тени Воробьёв

Раскатисто смеясь, Цинь Му поставил Ху Лин’эр на землю, присел и, свирепо оттолкнувшись, подскочил с вытянутыми к небу руками, чтобы столкнуться с падающим Буддой на слоне и вьющимся вокруг драконом!

Восемь Громовых Ударов Шестой Формы — Кружащийся Гром Десяти Тысяч Будд!

Буум!

Пророкотал раскат грома, в то время как одна фигура пёрышком взмывала к небу, а другая якорем обрушивалась к земле. В глубине глаз Цинь Му промелькнули огоньки безумия, глядя на неумолимо приближающегося Юнь Цюэ, который, оказавшись практически у поверхности и увидев его удар, почувствовал, как по ушам, словно молотом по наковальне, застучали способные сковать душу и сердце раскаты грома.

Донг, донг, донг…

Мускулатура всего тела Цинь Му ритмично сокращалась, с каждым движением высвобождая максимум своей мощи и делая его поступь столь же тяжёлой, как у исполинского слона.

В момент, когда их удары нашли друг друга, монах переменился в лице от ощущения того, что его жизненная Ци была полностью подавлена, а затем и вовсе сметена, казалось бы, безграничной, жизненной Ци противника. Тут же сменив ритм своих шагов, он приложил все свои силы, чтобы отклонить в сторону мощь нахлынувшей атаки, однако, почувствовал всю тщетность своих потуг… все трюки, хитрости, уловки, непредсказуемые шаги, попытки сотворить заклятия — пресекались на корню, не оставляя ему другого выбора, кроме как использовать лишь свои кулаки для противостояния натиску противника.

— Мудра Лотосового Трона — Драгоценный Стебель Цветка Лотоса! Мудра Драгоценной Вазы! — взревел Юнь Цюэ, после чего вокруг него вспыхнуло яркое золотое свечение, под ногами появился трон из лотоса, а вокруг затанцевали письмена санскрита, в итоге принявшие форму драгоценной вазы, в которую он тут же не преминул спрятаться.

Цинь Му нанёс ещё один громовой удар и золотое свечение, успевшее принять форму колокола, лотосовый трон и ваза были тут же сметены.

К текущему моменту кожа на костяшках кулаков монаха лопнула и по ним заструилась кровь, разбрызгиваясь красными кляксами по белому халату. Пятна выглядели подобно расцветшим лепесткам сливы, однако, те вскоре исчезали. Судя по всему, халат был каким-то сокровищем, которое было сложно замарать и повредить.

Руки Юнь Цюэ обмякли, будучи не способными подняться, а шаги замедлились, отчего на него снизошло осознание того, что дела плохи. Но уже в следующий миг Цинь Му приложился кулаком по его лицу и отправил в полёт в сторону отвесной нефритовой скалы, в которую он врезался, соскользнул вниз и, под конец, потерял сознание.

«В Имперском Колледже по-прежнему есть стоящие противники, — возрадовался Цинь Му, почувствовав расслабленность как в теле, так и в душе. Его расстраивало только одно — бой уже закончился. — Первый встречный монах смог выдержать столько моих ударов. Патриарх был прав, здешние ученики впечатляющи. Мне нельзя смотреть свысока на жителей Империи Вечного Мира».

— Молодой мастер, ты уже закончил? — слегка расстроенно спросила Ху Лин’эр, только-только успевавшая поймать равновесие. Из-за того, что бой так быстро закончился, ей уже было не суждено насладиться отличным шоу, тем не менее, она не стала зацикливаться и тут же отправилась проверить бессознательного монаха на предмет наличия ценностей.

— Лысый нищеброд! — через мгновение сердито проворчала белая лисичка.

— Лин’эр, у него хорошая одежда, поэтому должна иметь некоторую ценность, — пытаясь подбодрить, проговорил Цинь Му.

— Лысый, безусловно, принесёт много денег, чтобы выкупить свои шмотки! Ах да, молодой мастер, как его зовут? — обрадовалась Ху Лин’эр, сняв халат, на котором не было ни пылинки, ни соринки, ни заплатки.

— Откуда мне знать? Я спросил, но ответа так и не получил. Думаю, он просто боялся за свою репутацию на случай поражения. А монах то оказался прозорливым, куда как не ему знать свои пределы? — покачал головой Цинь Му, запрыгнув на скалу и продолжив путь к Резиденции Учеников.

Неподалёку, Юэ Цинхун пыталась подавить волнение в своём сердце. Спустившись со скалы вместе со своим волчьим рабом, она взглянула на валяющегося у подножья скалы бессознательного Юнь Цюэ, у которого из одежды остались только заляпанные в крови короткие штаны. Штаны были не столь ценными, как монашеский халат и были выкроены из обычных тканей.

— Юнь Цюэ бесполезен… Он даже не смог продемонстрировать всё на что способен. Однако, Цинь Му действительно ужасно силён. Волчий раб, в сравнении с ним, насколько ты силён? — спросила Юэ Цинхун, на что глаза мужчины вспыхнули, и он заговорил на ломаном местном. — Я сила в навык магический нож. Идти убой нож бой, я мочь заставить ребёнок показать всю сила, но, выстоять не больше десять ударов. Я точно проиграть.

— Иди, — с оживившимися глазами, приказала Юэ Цинхун.

Волчий раб поклонился в повиновении. Его руки мелькнули за спину к ножнам и уже в следующий миг держали крест-накрест два изогнутых ножа. Внешне казалось, что у чёрных ножей не было никаких примесей, словно те были выкованы из самого чёрного металла на свете, а их длина составляла примерно три метра. Мужчина сорвался с места, постепенно ускоряя шаг, как вдруг разжал ладони, отпуская ножи, но уже в следующее мгновение появились нити Ци и подхватили их. Используя Ци, чтобы контролировать ножи, здоровяк бесшумно рубанул ими в сторону “ребёнка”!

За миг до соприкосновения с телом Цинь Му, два ножа разразились ярким светом. Один нож попытался подсечь сухожилия на ногах, в то время как другой рассечь в районе талии!

Тем не менее, казалось, будто у паренька были глаза на затылке. Внезапно извернувшись телом под странным углом, он стал напоминать гибкого угря, одной ногой пнув метивший в ноги нож, а другой тот, что метил в талию. Было тяжело поверить, что тело вообще способно изогнуться вот так. В итоге он отбросил верхний нож к небу, а нижний воткнул в поверхность нефритовой горы.

Волчий раб был поражён, видя то, как просто Цинь Му совладал с выпадом из засады и уже во всю сокращает между ними дистанцию. Ци здоровяка завибрировала и два ножа со свистом вновь ринулись в бой. Навыки ножа страны Волчьего Убежища исполнялись им действительно на мастерском уровне, но даже так, его ножам так и не удалось срезать даже пряди волос с головы парня, постоянно уклоняющегося в самый последний момент… Несмотря на кажущуюся заурядность в движениях, его навыки ножа нельзя было назвать обычным, ведь они предназначались для резни на поле брани и их единственной целью было как можно быстрее убить врага!

Тем не менее, как было сказано выше, даже полагаясь на такой смертельно опасный навык ножа, волчий раб не мог коснуться тела Цинь Му, но были и хорошие новости, последний тоже не мог сократить дистанцию. Даже больше, он был вынужден постоянно отступать.

Отступление юноши выглядело подобно скольжению зелёного дракона, отчего зрачки гиганта внезапно сжались, ведь тот, полагаясь на свой богатый боевой опыт, понял, что противник не отступал, а наращивал импульс, сворачиваясь подобно дракону!

Дракон мог быть длинным и не очень, он мог вытянуться или свернуться спиралью, а когда дракон всё же сворачивался, это говорит только об одном — он готов к выпаду.

Ещё совсем недавно волчий раб был свободным жителем страны Волчьего Убежища. Но во время последнего боя его смогла взять в плен юная Юэ Цинхун, и, согласно обычаям Волчьего Убежища, он должен был стать её рабом и верно служить. Что же до его способностей, то они не особо сильно уступали способностям девушки. К тому же, он практически жил на поле брани, постоянно умудряясь выживать в ситуациях на грани жизни и смерти, благодаря чему его боевому опыту можно было только позавидовать, и, прямо сейчас, наблюдая за мальцом, постоянно отступающим под подобным шквалом атак, он не мог отделаться от чувства надвигающейся смертельной опасности… Ему даже на мгновение показалось, что на него нацелился огромный беспощадный зверь!

Магические ножи волчьего раба ускорились, но Цинь Му уже нарастил достаточно импульса и тут же нанёс сопровождаемый протяжным рёвом дракона удар, который превзошёл все его пределы. Летающие ножи же, словно потеряв над собой контроль, рванули в сторону своего владельца!

Властный удар Цинь Му, превратившийся в свирепого дракона, вместе с магическими ножами рванули вперёд.

Волчий раб громко взревел одновременно с хлынувшей наружу Ци, которая тут же разорвала его рубаху и превратилась в силу, похожую на беспощадное кроваво-красное пустынное солнце. С проявившимся на теле образом драконьего волка, он остервенело вытолкнул обе ладони вперёд, высвобождая через них всю ту Ци, что успел скопить!

ПДумм!..

Могло показаться, что даже пространство вокруг задрожала, хотя, скорее всего, дрожали сами тела сражающихся, но уже в следующий миг волчьего раба отбросило назад. С двумя вонзившимися между рёбер чёрными ножами, его отбросило на тридцать метров, где он столкнулся со скалой и только после этого погасил импульс от атаки.

— Лин’эр, на этот раз нет нужды грабить. Оставь ему немного денег на лечение, — Цинь Му окликнул Ху Лин’эр, которая уже было собралась востребовать боевые трофеи, и покачал головой. — Он использовал ножи, поэтому мне пришлось ударить практически изо всех сил и серьёзно ранить. Ему придётся хорошенько потратиться, чтобы вылечиться.

— Жаль… те два ножа довольно хороши… — надула губки Ху Лин’эр.

— До моих им ещё далеко. Хотя, надо признать, его сила не плоха, намного выше, чем у того монаха, — покачав головой, ответил Цинь Му и зашагал прочь.

Дождавшись момента, когда Цинь Му скрылся из виду, Юэ Цинхун вышла из своего укрытия и подошла к волчьему рабу. Тот был буквально пригвождён чёрными ножами к скале и не мог двигаться, а из рта и ножевых ран на груди текла кровь.

— Госпожа, я… ошибиться, — волчий раб смущённо посмотрел вниз. — Я использовать десять… ход, он использовать три… быть… осторожно!.. — кряхтя, проговорил раб, после чего Юэ Цинхун вдруг почувствовала исходящее из-за спины тепло и её сердце содрогнулось в страхе. Прямо позади неё, прижавшись спиной к её спине, стоял человек! И она не имела ни малейшего понятия, когда он появился и, что важнее, кто он!

— Сестра, он твой раб? Ты приказала своему рабу напасть на меня, потому что считаешь, что я не решусь убить кого-либо на территории Имперского Колледжа? — в следующее мгновение Юэ Цинхун услышала спокойный, но в то же время тихий, голос Цинь Му. Они были очень близко друг от друга!

На лбу девушки проступили крупные градины пота, как вдруг она сорвалась с места в попытке отступить и разорвать между ними дистанцию, однако, юноша, словно тень, всё ещё прижимался к её спине.

— Разве сестра не должна объясниться? — чуть погодя, опять послышался голос.

От ужаса волосы на затылке Юэ Цинхун встали дыбом, вынуждая её попытаться ещё больше ускориться и делая похожей на неуловимый взору фантом. Её ноги двигались подобно следам облаков и теням воробьёв, но всё было тщетно, Цинь Му, как верная тень, по-прежнему находился за спиной!

Следы Облаков и Тени Воробьёв были лучшей божественной техникой передвижения, которую знала девушка. Несмотря на свою неспособность пока что использовать эту технику на уровне божественных искусств, она всё же могла беззаботно гулять среди облаков и проворно, как воробьи, летать подле земли. Однако, даже полагаясь на подобную технику, она не могла сбросить юношу с хвоста.

Внезапно Юэ Цинхун почувствовала своей спиной, как мышцы её “тени” начали извиваться, напоминая заползших под кожу змей. От ещё большего ужаса холодок пробежался по её позвоночнику, а на изящной и нежной коже проступили мурашки, думая: «Конечно же! Школа боевых техник!»

Решив сделать свой ход, Цинь Му перестал двигаться по стопам Юэ Цинхун и попытался развернуться. Но последняя вовремя сообразила к чему всё идёт и переняла эстафету, пытаясь ни в коем случае не разделиться спинами.

Юэ Цинхун понимала, что последователи школы боевых техник предпочитали применять свои убийственные техники с близкого расстояния. Поэтому если она сможет удержаться спины Цинь Му, то последнему будет труднее нанести фатальный удар.

Они полностью поменялись ролями, теперь девушка изо всех сил пыталась соответствовать движения парня, а если её задумка провалится, то голова определённо расстанется с телом!

Сблизиться вплотную с мастером школы боевых техник сродни смертельному приговору, но выбора не было!

Парочка, прижавшись спина к спине, двигалась на молниеносных скоростях. Со стороны они напоминали танцующую в горах Имперского Колледжа бабочку. Многие ученики отвлекались от своих дел и, глядя на них, постоянно ахали.

Цинь Му носил вышитую парчовую одежду, а Юэ Цинхун носила зелёную одежду. Каждый из них играл роль крыла бабочки. К тому же, из-за того, что они буквально прильнули друг к другу, люди легко терялись в диких и причудливых фантазиях.

— Парочка прелюбодеев! Средь бела дня… Хмпф, аж блевать хочется! — недовольно процедил один из учеников.

Внезапно прогремел взрыв, что не удивительно, ведь Цинь Му изо всех сил оттолкнулся и врезался спиной в одну из колонн зала Лазурного Ян.

— Лин’эр, мы уходим! — скомандовал Цинь Му. — Даже не думай о грабеже. Чтобы её обнести, тебе придётся помочь ей выкарабкаться из колонны, а она мастер боевых искусств сопоставимого со мной уровня.

Ху Лин’эр немедленно догнала, время от времени с неохотой озираясь за спину. Там ей раскрывался вид изящной женской спины, что же до лица, Цинь Му позаботился о том, чтобы оно утонуло, собственно, как и вся передняя сторона тела, в одной из колонн зала Лазурного Ян.

Глава 129. Бог Меча Скрытого Света

Ученики вокруг, а особенно тот, кто сказал о блёвке, были шокированы. Они совсем не ожидали, что молодые парень и девушка, которые так красиво танцевали вначале, внезапно станут так жестоки. К примеру, парень в вышитой парчовой одежде буквально вбил девушку в каменную колонну. Зрелище было настолько диким, что увидевшие его зеваки получили психологическую травму!

Вскоре, Чэнь Ваньюнь подошёл к колонне и хлопнул по ней своей ладонью. Камень неистово задрожал, после чего заточённая в нём Юэ Цинхун выпала, будто ударенная током. Прикрыв лицо руками, она немедленно ушла, прячась от любопытных глаз.

Из-за сильно побитого лица, девушка не осмеливалась попасться на глаза учеников. Она была в силах выбраться из колонны самостоятельно, однако, вокруг собрался круг зрителей, перед которыми ей было стыдно показаться. Ожидая, что толпа разбредётся, её ждало разочарование, ведь количество людей лишь увеличивалось.

Чэнь Ваньюнь подошёл к пригвождённому к скале волчьему рабу и вытащил оба магических ножа. Затем он спрыгнул с нефритовой отвесной скалы, снял свою рубаху и прикрыл ею валяющегося без сознания молодого монаха, но это действие заставило последнего очнуться.

Откинув рубаху, Юнь Цюэ посмотрел на свои запачканные в крови короткие штаны и сразу же понял — он, после своего поражения с последующей потерей сознания, был ограблен Цинь Му. Как ему при сложившихся обстоятельствах не ощущать смущения и стыда? Что уж говорить о том, что его монашеская одежда была крайне дорогой, намного дороже обычного духовного оружия. Ему пришлось продать практически все свои накопленные ценности, чтобы купить её, а теперь та был попросту украдена.

Некоторое время спустя. Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ, Юэ Цинхун и волчий раб собрались в одном месте.

— Младший брат, младшая сестра, что скажите о способностях Цинь Му? — улыбаясь, спросил Чэнь Ваньюнь, на что Юэ Цинхун холодно фыркнула. — Ты был не уверен, что сможешь одолеть его, поэтому позволил нам проверить воды? Старший брат, а не слишком ли ты подлый?

— На войне все средства хороши — это то, что я хорошенько уяснил во время своей практики посреди поля брани. Однако, данная мудрость не единственная, которую я там подчерпнул. Например, там я понял кое-что ещё, а именно, что, зная себя и своего врага, ты сможешь провести тысячу битв без поражений. Поэтому, видя побеждающего от битвы к битве врага без видимых проявлений слабости, я никогда не стану действовать безрассудно. Ваши способности мало чем уступают моим, но вы всё же не смогли его одолеть, а значит и мне пришлось бы крайне тяжко. У меня попросту не оставалось иного выбора, кроме как попытаться найти его слабость, ведь если проиграю даже я, тогда он станет старшим братом нашей Резиденции Учеников, а также нашим лицом, — равнодушно ответил Чэнь Ваньюнь.

— Старший брат, ты что-нибудь заметил? — удовлетворившись ответом, спросил Юнь Цюэ.

— Его заклятия, совершенствование, движения, понимание битв, техники и мышление — первоклассны! — с задором резюмировал Чэнь Ваньюнь и затем спокойно продолжил. — Он решил померяться силой с твоей ладонью, и это при том, что твоё совершенствование, благодаря буддистским техникам развития, невероятно плотное. Также все мы знаем, что отличительная черта буддистских божественных искусств — защита. Однако, под натиском его ладони всё было бесполезно, что говорит только об одном — его совершенствование выше твоего! Совершенствование волчьего раба тоже чрезвычайно плотное, а навыки убоя ножом прошли испытание времени на полях битв, тем не менее, ничего из вышесказанного рабу не помогло, а сам он был сокрушён в три движения. Опять же, как я уже говорил раньше, из всего этого можно сделать вывод, что его понимание битв и движения первоклассны! Младшая сестра Юэ, когда ты решила проверить раны своего раба, ему удалось подкрасться к тебе вплотную и тем самым лишить всякого шанса на победу. Дабы остаться относительно целой, тебе пришлось хорошенько поплясать в непосредственной близости от него, но ты всё равно угодила в ловушку.

Юэ Цинхун тут же вспомнила, как ей пришлось прижиматься к Цинь Му, и, слегка покраснев, холодно фыркнула.

— Используя свой чрезвычайно быстрый меч, он одолел даоса Лин Юня и опозорил перед всеми присутствующими на экзамене. Исходя из этого, я могу сделать вывод, что навыки меча его сильнейшая сторона. Кроме того, он одолел более десятка учеников, используя контролирующие сознание заклятие, поэтому он также достаточно сведущ и в них. У этого человека практически нет слабостей, — продолжил Чэнь Ваньюнь.

Молодые монах и девушка с каждым словом удивлялись всё больше и больше. Несмотря на то, что Юэ Цинхун тоже пыталась изучить Цинь Му, дабы, так сказать, “знать себя и своего врага”, но она по-прежнему недотягивала до уровня понимания ситуации Чэнь Ваньюня. В течение последних нескольких лет, тот удерживал статус старшего брата всех учеников уровня боевых искусств, а значит заслуживал свою репутацию.

— Как нам одолеть настолько совершенного человека? — пробормотал Юнь Цюэ, на что Чэнь Ваньюнь равнодушно ответил. — Данный вопрос касается репутаций нашей Резиденции Учеников, учеников Имперского Колледжа, а также учеников всей Империи Вечного Мира, поэтому мы не можем себе позволить провалиться! Он отвергнутый из Великих Руин! Если мы его не одолеем, ну, ха-ха, разве это не будет значить, что все ученики Империи Вечного Мира уступают одному отвергнутому? — с воспрявшим духом он медленно, но уверенно, продолжил. — У него нет слабостей ни в одной из вышеперечисленных областей, но я не прекращал ломать голову в попытках зацепиться хоть за что-то и… нашёл.

Сердца Юнь Цюэ и Юэ Цинхун пропустили удар, глядя на своего старшего. Между тем, Чэнь Ваньюнь слегка улыбнулся и сказал:

— Его слабость кроется в технике. Во время вашего сражения, едва заметная слабость проявила себя в его технике распространения жизненной Ци. Вот в каком направлении нужно копать. Чтобы вычислить точное местоположение его слабости, нам придётся понаблюдать за ним некоторое время.

— В течение последних лет, мы заслуженно уступали тебе. По сравнению с нами, ты всегда на шаг впереди, — наконец смирившись, вздохнула Юэ Цинхун, на что Чэнь Ваньюнь улыбнулся. — Без вас двоих мне бы не удалось поддерживать такую скорость всестороннего развития. Благодаря вашим попыткам меня превзойти, мне приходилось стараться изо всех сил, чтобы этого не допустить. Обнаружив точное местоположение его слабости, я сделаю свой ход, одолею его перед всеми учениками Имперского Колледжа и отстою славную репутацию учеников всей Империи Вечного Мира!

****

Беззаботно шагая по Резиденции Учеников, Цинь Му чувствовал на себе испуганные взгляды учеников. Было очевидно, что достаточно много людей стали свидетелями той сцены, как он впечатал Юэ Цинхун в колонну зала Лазурного Ян и пригвоздил к скале волчьего раба. Скорее всего, некоторые из них даже слышали новость о том, как он избил монаха Юнь Цюэ и бросил у подножья отвесной нефритовой скалы. Двое из трёх сильнейших практиков Резиденции Учеников были жестоко отделаны отвергнутым человеком из Великих Руин. Кроме Чэнь Ваньюня, кто ещё мог оказать достойное сопротивление Цинь Му?

Толкнув дверь, юноша вошёл в свой дом, в то время как голова белой лисички появилась над стеной и завопила:

— Кому-нибудь ещё нужны мечи? Если нет, то я собираюсь продать их в столице.

— Подожди! — тут же выкрикнул ученик. — Я хочу выкупить меч!

— И я! Пожалуйста, не продавай. Я буду экономить, а когда скоплю достаточно средств, обязательно выкуплю!

— Уважаемая лисичка, меня ежемесячно снабжают некоторой суммой денег, но сроки пока ещё не подошли. Может договоримся? Ты отдашь мне меч, а я заплачу, как только появятся деньги. Что скажешь?

— Хорошо, но тогда тебе придётся написать расписку о задолженности, которая будет иметь юридическую силу вплоть до погашения долговых обязательств…

Спустя какое-то время. Ху Лин’эр закончила со своими делами и, держа в лапке несколько долговых расписок, вбежала в дом, спрашивая:

— Молодой мастер, можешь проверить, правильно ли написаны расписки? Я не дружу с чтением.

— Не умея читать, ты осмелилась потребовать долговые расписки? Да, с расписками всё хорошо, не потеряй их, — проговорил Цинь Му, который, казалось бы, улыбался и в то же время нет. Ху Лин’эр же обрадовалась словно малое дитя и поспешно спрятала долговые расписки в дыре стены.

— До начала уроков Имперского Колледжа осталось два дня, поэтому я обучу тебя технике создания Духа, — окликнул Цинь Му. Белая лиса немедленно послушно села, а юноша начал объяснять, что да как. Среди писаний семи созданий, техника создания Духа стояла в самом конце списка, и в ней могли практиковаться как люди, так и демоны. К тому же, изучив Великие Небесные Дьявольские Рукописи, юноша пришёл к осознанию, что техника создания Духа лучше всего подходила для практики именно демонами.

Под чутким руководством глухого, Цинь Му прочёл много книг. Помимо обычного чтения, глухой также помогал ему постигать конфуцианские учения и докапываться до сути всевозможных труднопроизносимых древних стихов. Результатом всего этого стало то, что пареньку теперь намного легче понимать и постигать чужие писания.

Цинь Му изо всех сил старался упростить своё объяснение, тем самым облегчив лисичке задачу по постижению писания. Писания семи созданий считались высокоуровневыми техниками Великих Небесных Дьявольских Рукописей. А ведь последние, беря их в целом, ни много ни мало, могли помочь в становлении богом или дьяволом, а также считались святой библией Небесного Дьявольского Культа. И то, что в неё была включена техника создания Духа, уже говорило о многом.

Максимально упростив сложную технику, в течение следующих двух дней Цинь Му постарался передать её суть Ху Лин’эр… Спустя два дня, лиса таки постигла основы данной техники и тут же попыталась заняться своим духовным эмбрионом.

Первоначальной целью техники создания Духа было изменение духовного эмбриона. К примеру, если практик, обладающий Духовным Телом Чёрной Черепахи с Духовным Эмбрионом Чёрной Черепахи, будет практиковаться в технике создания Духа, то сможет изменить свой Духовный Эмбриона Чёрной Черепахи в Духовный Эмбрион Белого Тигра или же в любой другой. Менялся даже атрибут жизненный Ци. Поэтому совершенно не удивительно, что данная техника считалась высококлассной даже среди всех прочих в Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Разумеется, каждая техника, относящаяся к так называемым “писаниям семи созданий”, считалась воистину несравненной. В конце концов, на технике создания Духа мир клином не сошёлся…

Тем не менее, причина, по которой Цинь Му решил, что именно техника создания Духа больше всего подходит для демонов и странных зверей, таких как Ху Лин’эр и демоническая обезьяна, заключалась в том, что последние не имели ни эмбриона, ни божественных сокровищ.

Что из всего этого следует? А то, что раз у них их не было, значит они могли их создать!

И теперь, когда Ху Лин’эр начала практиковаться в технике создания Духа, она могла заполучить свой собственный духовный эмбрион и даже изменять его форму.

****

Начало занятий в Имперском Колледже. Цинь Му и другие недавно поступившие ученики следовали за управляющим на склад, чтобы получить причитающиеся им ножны для мечей, пилюли, наряды, печи, нефрит, кисти, чернила и дощечки. Также им причитались деньги, которые, если верить слухам, являлись ежемесячной зарплатой чиновника. Несмотря на то, что зарплата составляла всего дюжину монет, для простолюдинов данная сума была существенными деньгами.

Становясь учеником Имперского Колледжа, ты также становишься чиновником восьмого ранга, а значит имперский суд обязан выплачивать тебе зарплату.

Цинь Му получил свои вещи, после чего вошёл в зал Высшего Учения, в котором молодо выглядящий Патриарх толкал речь с целью мотивировать учеников прикладывать все свои силы в учёбе и совершенствовании.

Цинь Му отнёс все лишние вещи в свой дом и направился за другими новичками на лекцию в зале Скрытого Света. Неподалёку на занятия также шли некоторые особы голубых кровей. Оглядевшись по сторонам, он заметил знакомую молодую леди, которая, время от времени, бросала на него короткие взгляды. Однако, когда их взгляды встречались, она тут же отворачивалась.

— Седьмая сестра, что ты делаешь? — тихо спросил идущий рядом принц. Разве он мог промолчать, видя, как его сестра зыркает на какого-то парня? И да, юной леди оказалась Линь Юйсю собственной персоной.

Зал Скрытого Света. Мужчина, одетый в длинные чёрные одежды, опустился на колени и в горизонтальном положении положил перед собой меч. Им оказался мастер зала Скрытого Света. Мужчина окинул всех присутствующих взглядом, столь же острым, как меч, но дрогнул уголками глаз, когда его взгляд приземлился на Цинь Му, хотя уже в следующий миг он произнёс речь, которая была не слишком медленной и не слишком быстрой:

— Зал Скрытого Света — это зал Учения Меча. Что есть Скрытый Свет? Святой сказал: у меня есть три меча, вы можете выбрать любой из них, однако, ни один из низ не может убить. Первый называется “скрытый от света”, “скрытый от глаз”, “скрытый от использования”. Даже касаясь, вы ничего не почувствуете, проходя через объекты, не замечая объекты. Вот от чего происходит Скрытый Свет. Достигнув этой области, человек становится богом меча.

Цинь Му был поражён, мысленно пробормотав: «Этот мастер зала — Мастер Чертога Меча нашего священного культа…»

Мастер Чертога Меча был одет во всё черное, имел высокую подтянутую фигуру и выглядел крайне высокомерным. Но в недавнем прошлом, он не успел применить даже одного своего удара, как паренёк попросту смёл его своим ударом.

Надо признать, прямо сейчас Цинь Му немного запутался. Имперский Колледж считался священным местом всей Империи Вечного Мира, тогда как они умудрились завербовать к себе в учителя мастера чертога Небесного Дьявольского Культа?

Рассказав о происхождении зала Скрытого Света, Мастер Чертога Меча продолжил:

— Достигнув в мече области Скрытого Света, достигается превосходная область, высшая область, также известная как Дао меча. На сегодняшний день во всём мире данного шага достигли всего один-два человека, но всеобще известен только один и имя ему Бог Меча Скрытого Света. Я не так хорош, как он. Все вы ученики, собравшиеся со всех уголков страны, и каждый из вас должен поставить своей целью достижение данной области мастерства меча и ни в коем случае не расслабляться даже на день в течение всей своей жизни. Сегодня я обучу вас базовым движениям меча, а именно колющему удару, резкому подъёму, скользящему взмаху и волновому взмаху.

Ученики в зале были несравненно удивлены. Вместо того, чтобы преподавать таинственные и тяжело понимаемые движения меча, мастер зала Скрытого Света собрался обучать их базовым движениям. Раз их собрались обучать базовым движениям, зачем им тогда вообще нужно было поступать в Имперский Колледж?

Мастер Чертога Меча крайне серьёзно проговорил:

— Ни в коем случае не пренебрегайте базовыми навыками меча. Если ваши основы шатки, все те причудливые и сложные движения меча, которые вы узнаете в будущем, будут бесполезны. Три года назад я встретил ещё совсем ребёнка одиннадцати-двенадцати лет отроду, но у него были несравненно прочные основы. Затем я запечатал своё совершенствование вплоть до области Духовного Эмбриона — той области на которой и находился тот ребёнок, и сразился с ним, после чего тут же потерпел сокрушительное поражение… А ведь он сражался обычным деревянным мечом. Именно в тот день я осознал всю важность базовых движений меча.

В зале поднялся гомон, в то время как один из учеников пробормотал:

— Быть способным одолеть учителя обычным деревянным мечом, этот ребёнок бог меча?

Мастер Чертога Меча покачал головой:

— Пока нет, сейчас тому ребёнку не больше пятнадцати лет. В таком возрасте попросту невозможно добраться до области бога меча.

Глава 130. Убивающая сердце блокировка врат

Цинь Му слегка покраснел, ведь знал, что мечник говорил о нём. Судя по всему, Мастер Чертога Меча, пережив столь болезненный опыт, больше психологический, чем физический, основательно озаботился вопросом подтягивания своих основ — базовых движений меча. Проделав столь огромную и тяжёлую работу, теперь его навыки не должны быть настолько слабыми, а сила просто обязана была солидно возрасти. Скорее всего, парню больше не удастся избить мечника напротив одним ударом меча.

Мастер Чертога Меча обучал всех учеников основным движениям меча, в то время как Цинь Му слегка кивал. Совершенствуясь в течение последних лет, мечнику удалось постичь сама́дхи, то есть состояния, при котором исчезает сама идея собственной индивидуальности, но не сознания, и возникает единство воспринимающего и воспринимаемого, в основах навыков меча. Несмотря на наличие некоторые неточностей, подобный прогресс нельзя было сбрасывать со счетов и пренебрегать.

Когда урок закончился, Цинь Му собирался покинуть зал Скрытого Света, но Мастер Чертога Меча неожиданно окликнул:

— Цинь Му, задержись.

Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун и Юн Цюэ удивлённо застыли. Троица переглянулась, после чего покинула пределы зала. Лин Юйсю хотела подойти к нему, но, с учётом сложившейся ситуации, ей пришлось отказаться от этой идеи, выйдя из зала вместе со своей роднёй.

Все ученики ушли из зала Скрытого Света, оставляя позади только Мастера Чертога Меча и Цинь Му…

— Молодой Владыка, что Вы можете сказать о моём прогрессе в понимании навыков меча? — встав, серьёзно спросил мечник.

— Ты значительно улучшился, — честно ответил Цинь Му.

— А если сравнить с Вами? — пылко взглянул мечник, на что парень немного подумал и покачал головой. — Не хватает зрелости. Крепость твоих основ уступает моим. Кроме того, даже окажись твои основы такими же как у меня, тебе не справиться со мной в бою. Если говорить об одной и той же области совершенствования, моя значительно превосходит твою. К тому же, ты слишком сильно зациклился на мече, пренебрегая всем остальным, поэтому мне не противник… Конечно, если сойдёмся в бою в одной и той же области совершенствования. Однако, ты по-прежнему значительно прогрессировал.

Мастер Чертога Меча одарил ученика перед собой благодарным взглядом и на полном серьёзе спросил:

— Вот почему я хотел бы попросить молодого Владыку дать мне несколько наставлений. Только что я учил остальных, а теперь прошу молодого Владыку поучить меня!

— Хорошо, ты ведь как-никак мастер чертога нашего священного культа, дать тебе несколько наставлений будет не во вред. Навык меча не может быть навыком меча сам по себе. Техника тела, способ упражнений, навык кулака, духовный эмбрион, важны в одинаковой степени. В мече, которому ты только что обучал, до сих пор нет единства, — присев, спокойно ответил Цинь Му.

— Как добиться его? — спросил Мастер Чертога Меча, после чего Цинь Му продемонстрировал ему Форму Пронзающего Меча, которой его ранее обучил старейшина деревни. Мечник внезапно увидел свет и пробормотал. — Вот как нужно проявлять силу… Я был не прав, не прав… Теперь мне понятно почему меч, который я тренировал последние сто лет, такой несовершенный… Молодой Владыка, спасибо за наставления!

****

Между тем, за пределами зала Скрытого Света, Чэнь Ваньюнь и другие двое стояли с мрачными физиономиями.

— Обучая его навыку меча лично, мастер несправедлив! Его навыки меча уже не слабы, а если ещё свою лепту внесёт мастер зала Скрытого Света, разве у нас будет шанс на победу? — яростно процедила Юэ Цинхун.

— Вам не стоит беспокоиться. Если мы определим точное местоположение слабости в технике, то неважно, насколько великолепному навыку меча его обучит мастер — мне он не будет противником. Если мы всё сделаем правильно, я изобью его! — равнодушно проговорил Чэнь Ваньюнь.

— Как бы то ни было, но ты не можешь позволить себе расслабиться, — напомнил лысый монах Юнь Цюэ, на что Чэнь Ваньюнь кивнул головой и уверил. — Не волнуйтесь, он не единственный, кто постоянно становится сильнее. В последние дни мне уже приходится подавлять своё совершенствование, так как я чувствую, что приближаюсь к границе области Шести Направлений. Будучи на пике области Пяти Элементов и в своей лучшей форме, разве я могу проиграть? К тому же, обучая его навыкам меча, мастер зала Скрытого Света отнимает у него время и энергию, необходимые для наращивания совершенствования! Я желаю одолеть его в области Пяти Элементов, поэтому пожалею, если стану практиком божественных искусств.

Троица не могла знать, что все их догадки — чушь собачья. В зале Скрытого Света дела обстояли совершенно иначе, потому что именно Мастер Чертога Меча был в роле ученика, а Цинь Му наставлял, давая ему уроки в области навыков меча!

Если бы трио увидели это, то их глазные яблоки, с большей долей вероятности, попросту вывалились бы!

****

Мастер Чертога Меча многое понял в вопросе единства меча, как вдруг Цинь Му подумал кое о чём и сразу же спросил:

— Несмотря на невероятно прочные основы, мои успехи на поприще высокоуровневых навыков меча не впечатляют. Мастер Чертога Меча, не мог бы ты дать мне несколько наставлений. На уроке ты сказал, что у святого было три меча, но описал только первый — “Скрытый Свет”, не упоминая о двух других. Не расскажешь подробнее?

— Первый меч “Скрытый Свет”, второй меч “Отбрасывающий Тень” и третий меч “Всепоглощающая Ночь”, на самом деле они являются областями Дао меча. Данное изречение написано Имперским Наставником в его книге “Теория Меча”, оно также было названо Императором Яньфэном, как “Три Меча Сына Небес”. Вы попросили меня дать Вам наставления, но я не смею. Будущие достижения ученика в навыках меча определяются учителем. Я, конечно, могу обучить Вас, вот только считаю себя недостаточно квалифицированным, — ответил Мастер Чертога Меча.

Цинь Му понимал стоящий за этими словами смысл. Для обучения важно найти известного мастера. Поучительным примером может служить молодой монах Мин Синь Монастыря Великого Громового Удара. Его мастер не до конца понимал Восемь Громовых Ударов и имел слабость, поэтому Мин Синь перенял её у него. Та же логика и здесь. Если Мастер Чертога Меча не полностью понимает то, чему учит, то быть беде, ведь Цинь Му переймёт от него всё, включая слабости. Поэтому, если кто-то хочет обучиться тяжёлым высшим искусствам, жизненно необходим хороший учитель!

— Где я могу прочитать Теорию Меча? — немного поколебавшись, спросил Цинь Му.

— Этаж Небесных Записей, — ответил мечник и продолжил. — Молодой Владыка, Ваша именная табличка является Вашим пропуском туда. Поэтому Вы можете в любой момент посетить Этаж Небесных Записей.

Цинь Му воспрял духом. Ему ещё не довелось побывать в святая святых Имперского Колледжа — Этаже Небесных Записей. Там должны храниться коллекции всех сект и культов Империи Вечного Мира. Разве он мог не сходить туда?

— Молодой Владыка, Вы всё ещё не обедали, верно? — с редкой улыбкой, спросил Мастер Чертога Меча и затем пригласил. — Я тоже не обедал, так почему бы Вам не наведаться в мою скромную обитель? У меня по-прежнему есть несколько вопросов, которые я могу задать только Вам, молодой Владыка. Поедим и заодно поговорим.

— У меня дома осталась лиса… — неуверенно проговорил Цинь Му.

— Просто возьмите её с собой, — ответил мечник, после чего они покинули зал Скрытого Света и направились в Резиденцию Учеников, где застали практикующуюся в технике создания Духа Ху Лин’эр. Но когда пушистая морда услышала про халявный перекус, то тут же взволнованно подскочила и спросила. — А вино есть?

— Да, — ответил мечник, чем несказанно обрадовал лисичку, которая уже успела призвать свой демонический ветер.

Чуть погодя, мужчина, юноша и лиса пришли в резиденцию Мастера Чертога Меча. Место, где тот жил, выглядело очень просто обустроено. Тут точно так же, как у учеников был маленький дворик с двумя входами и выходами, за которым не следил ни один слуга.

Оглядевшись, Цинь Му понял, что здесь больше никого нет. Мастер Чертога Меча очень быстро разложил посуду, собственно и не удивительно, ведь он сам по себе был очень быстрым. Но было очевидно, что ему не впервой заниматься готовкой еды у себя дома.

— У тебя нет жены? — с недоумением спросил Цинь Му.

— Жена? — переспросил очень быстро готовящий еду мужчина средних лет. Используя свой истинный огонь, разве вообще возможно готовить еду медленно? Чуть погодя он уже раскидывал блюда по мискам. — Зачем мне жена? Одни проблемы.

Ху Лин’эр попробовала еду и в шоке воскликнула:

— Так вкусно! Твои кулинарные навыки невероятно хороши, намного лучше, чем у столичных шеф-поваров! Так почему ты не хочешь найти себе жену?

— Когда-то была. Я какое-то время встречался с одной женщиной из культа, но тогда я был ещё совсем молод и не разбирался в жизни, — вспоминая прошлое, покачивал головой Мастер Чертога Меча. — Через некоторое время я понял, что меч мне приносит куда больше радости, нежели жена. Вот я и подумал, так в чём тогда проблема? И мы расстались. Молодой Владыка, женщины, безусловно, к проблемам, поэтому не советую заводить. Они всегда хотят, чтобы ты проводил с ними как можно больше времени и осчастливливал, они частенько заигрывают с тобой и даже порой царапаются, особенно спину, ох… немного занесло, в общем, я к чему, мы должны сосредоточиться на совершенствовании и развитии навыков меча. Вот где истинная радость, а от женщин мало радости, поэтому Вы должны навсегда отказаться от них. Уж поверьте мне.

— Нельзя так говорить. К тому же, что плохого в женщинах? — посетовав, поражённо спросила Ху Лин’эр.

Мастер Чертога Меча ощерился, отчего могло показаться, что всю комнату заполонили острые как бритва мечи, а затем равнодушно проговорил:

— Ты ничего не смыслишь в том, что может принести истинную радость. Поэтому мне больше нечего тебе сказать.

Цинь Му невинно моргнул глазами. Область совершенствования Мастера Чертога Меча слишком высока для его текущего понимания.

Двое мужчин и лиса перекусили, после чего мечник задал парню ещё несколько вопросов и, замолчав, погрузился глубоко в свои мысли. Когда Цинь Му собирался попрощаться и уйти, Мастер Чертога Меча пришёл в себя и, встав, сказал:

— Молодой Владыка, не провожаю.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать, поэтому он просто помахал рукой на прощание и ушёл.

«У Мастера Чертога Меча странный характер, — беспомощно покачал головой парень. — Интересно, в кого он был влюблён? Я мог бы помочь им опять сойтись. Хотя, с учётом его странного характера, надолго ли?

Возвращаясь в Резиденцию Учеников, Цинь Му увидел множество спускающихся с горы учеников. И не только их, даже ученики Королевского Парка покидали свои резиденции и точно также спускались с горы. Не понимая, что к чему, он вдруг услышал знакомый голос:

— Брат Цинь, сюда!

Оглянувшись, Цинь Му нашёл взглядом идущего среди толпы Вэй Юна и направился к нему.

— Жирный Вэй, что происходит? — спросила Ху Лин’эр.

— Вы до сих пор не слышали новость? Говорят, что у подножья горы сидит даос, который заявил, что он из секты Дао. Он привёл с собой ученика и не даёт никому пройти, — криво улыбнулся Вэй Юн.

— Блокируют врата!? — поражённо воскликнул Цинь Му, на что Вэй Юн кивнул и сказал. — Они действительно блокируют врата! Секта Дао самая большая ортодоксальная секта в Империи Вечного Мира. Даос, что заблокировал врата, назвался Дань Янцзы, а юношу с ним говорят звать Даоцзы. Управляющая верхушка Имперского Колледжа уже спускалась переговорить с ними. Во время разговора Дань Янцзы сказал, что здесь не для того, чтобы чинить неприятности, а для взаимодействия. Он также сказал, что наслышан о пугающей репутации Имперского Колледжа, как лучшего учебного заведения в мире, вобравшего в себя таланты со всего мира. Поэтому он решил привести с собой Даоцзы, дабы мы смогли обменяться опытом и божественными искусствами.

Сердце Цинь Му вздрогнуло, после чего он тяжело выдохнул и медленно проговорил:

— Великолепная стратегия.

Вэй Юн озадачено моргнул.

— Они атакуют сердце, — взгляд Цинь Му посуровел. — На территории Империи Вечного Мира расположено множество сект, которые решили восстать и в открытую пойти войной против Имперского Наставника. Тем не менее, в столице по-прежнему царит мир и покой. Очевидно, что простые люди поддерживают текущую политику. Наставник попытался перекроить секты против их воли, когда основал Имперский Колледж и заявил, что все учащиеся в нём — ученики Сына Небес, следовательно, служат императору. Я слышал, как люди говорят, что Империя Вечного Мира — это секта, замаскированная под страну. Если заблокировавшего врата Даоцзы из секты Дао никто не сможет одолеть, тогда какая вообще польза от реформ Имперского Наставника?

Вэй Юн ошалело уставился на Цинь Му и пробормотал:

— Это не атака на сердце, это убийство сердца…

П.П.: немного больше ста человек задонатило, видя такую поддержку, я сегодня постараюсь выложиться на полную и выдать две, но уже по нормальной цене, кто хочет сэкономить, может взять более дешёвый абонемент. Всем кто поддержал, отдельное огромное спасибо!

Глава 131. Даоцзы из секты Дао

Убийство сердец лояльных властям людей!

Вэй Юн почувствовал, как по спине пробежался холодок. Империя Вечного Мира своими реформами затронула сам уклад жизни сект, культов, кланов и прочих подобных организаций, а также национализировала все их высшие наследия. После чего основала начальные школы, колледжи и Имперский Колледж в столице, тем самым подавляя их на своей территории.

Собрав столько ресурсов, если они по-прежнему не воспитали хороших учеников, а ещё хуже, если последние будут уступать ученикам сект, культов и кланов, то какой вообще смысл в реформах Имперского Наставника?

Даоцзы из секты Дао должен быть настоящим гением с чрезвычайно сильными способностями. В противном случае, разве секта Дао осмелилась бы отправить его сюда, чтобы в итоге опозориться?

Репутация Имперского Колледжа есть репутация Имперского Наставника и Императора Яньфэна. С учётом обстоятельств, будет тяжело сказать, смогут ли последние не дать запятнать свои добрые имена и славную репутацию.

— Имперский Колледж собрал таланты со всего мира. Разве этот Даоцзы из ничтожной секты Дао сможет соответствовать нам? — дрожа телом и при этом громко смеясь, храбрился Вэй Юн.

Цинь Му отрицательно покачал головой, когда подумал о тех техниках, в которых совершенствовались местные ученики… Вот почему он не был настроен так оптимистично даже на обычных словах. Хотя ученики Имперского Колледжа могли совершенствоваться в разнообразных техниках, их слабостью было отсутствие какой-то конкретной, что ещё важнее, мало кому известной, специализации. Ученики могли основательно постичь ту или иную направленность только под чутким руководством мастеров залов, но разве последние могли выделить всем столько времени для индивидуального обучения? Конечно же, нет. В то время как в тех же сектах, мастер брал ученика и вкладывал в него все свои силы, дабы передать тому все свои знания и нажитый за долгую жизнь опыт. В итоге в краткосрочной перспективе такой ученик получал преимущество перед своими собратьями из Имперского Колледжа Империи Вечного Мира.

Видя сложившееся положение дел — блокировку врат и вызов, Цинь Му понимал, что секта Дао пришла основательно подготовленной, а ученики Имперского Колледжа, скорее всего, так и останутся куковать на горе. Если имперские ученики не одолеют Даоцзы, то на этот раз уже все секты страны восстанут, для противостояния Имперскому Наставнику. С течением времени, Император Яньфэн станет менее популярным и непогрешимым в глазах народа, а с учётом давления со стороны абсолютно всех восставших сект, культов и кланов, ему придётся сместить Имперского Наставника!

Битва между Даоцзы и учениками Имперского Колледжа есть битва, что повлияет на общую ситуацию в мире, поэтому ею нельзя пренебрегать.

— Пойдём посмотрим, на что способен Даоцзы! — нервно сказал Вэй Юн.

Они спустились практически к основанию нефритовой горы, остановившись на вершине скалы. Неподалёку, вокруг горных врат, повсюду толпились ученики Имперского Колледжа. Их было действительно много. Резиденция Учеников могла ежегодно принимать только десять учеников, но данное правило не касалось благородных из Королевского Парка и практиков уровня божественных искусств.

Стоя на вершине скалы, Цинь Му посмотрел вниз и увидел двух даосов, как и ожидалось, сидящих перед горными вратами. Одним из них был старик в простом сером халате, от него прямо-таки веяло древностью, делая похожим на человека из иного поколения, могло даже показаться, что он пришёл из прошлого. Старик сидел достаточно расслаблено и отстранённо от всего мирского, словно не имея никакого отношения к миру сему. Обладая такой аурой, старый даос явно не был обычным человеком, а с чрезвычайно высоким положением в ортодоксальной секте номер один — секте Дао.

Подле старика спокойно и тихо сидел милый юноша в зелёных одеждах. Он держал под локтем согнутую метёлку с белым конским хвостом и красной рукояткой. Юноша, казалось бы, не замечал пристального внимания со стороны множества имперских учеников вокруг.

Цинь Му мысленно восхитился. Старик и юноша казались даосами, что закалили свои характеры и тела, превосходя пределы смертного мира.

Два даоса сидели посреди дороги перед горными вратами. Последние были достаточно широкими, а первые не занимали много места, вот только… если бы местные имперские ученики просто прошли мимо этих двух персон, то позор на их головы и головы их предков!

Блокировка врат не была обычным делом в мире боевых искусств. Так люди поступали только в отношении своих самых ненавистных врагов, дабы весь мир знал, кем были заблокированы врата. Такой поступок приравнивается к позорной пощечине, после которой секта теряет свой престиж и уважение ко всем их техникам…

Дойдя до такого шага, обычно не обходится без убийств.

Теперь, когда старик и юноша из секты Дао перегородили выход через врата, они, по сути, пытаются осквернить всю Империю Вечного Мира и дать позорную пощёчину Имперскому Наставнику, который до сих пор успешно и без устали проводил свои реформы!

Неподалёку от Цинь Му, принц в жёлтых одеждах мрачным тоном сказал:

— В прошлом, секта Дао была самой большой сектой, сравнимой даже с Небесным Дьявольским Культом. Однако, в последние несколько лет обе эти организации залегли на дно, и от них не было слышно никаких новостей. Но теперь, когда секта Дао дала о себе знать… Ситуация не пустяковая. Если Имперский Колледж не сможет одолеть эту парочку, то после их возвращения в секту Дао, последняя, с большей долей вероятности, восстанет. А с их влиянием…

Цинь Му посмотрел на принца и подумал: «У него необычайные знания и опыт».

Принц же, почувствовав на себе чужой взгляд, повернулся к нему, и удивлённо распахнул глаза. Недолго думая, он незаметно покинул компанию других принцев и протиснулся к нему.

— Пастушок… — у лица принца прослеживался детский жирок, когда он улыбнулся и тихо спросил. — Ты и правда прибыл в столицу, чтобы встретиться со мной?

Понимая, что “принц” выглядит знакомо, Цинь Му присмотрелся к “нему”, как вдруг воскликнул:

— Ты… жирный седьмой молодой мастер…

На него снизошло понимание. Разве “жирный седьмой молодой мастер” не перекрашенная Лин Юйсю?

“Принц” услышал, как к “нему” обратились и неконтролируемо рассвирепел. Взяв в руки огромный железный молот, “он” собирался обрушить его на дерзкого юнца!

— Ох, милая сестрица, я еле узнал тебя. Брат Вэй, знакомься, это седьмая принцесса Лин Юйсю. Сестра Юйсю, это Вэй Юн из Поместья Герцога, — мгновенно выкрутился Цинь Му.

Лин Юйсю сразу же расхотелось его убивать, поэтому она убрала свой огромный железный молот обратно, в то время как Вэй Юн шокировано думал: «Седьмая принцесса? Брать Цинь уже успел закрутить роман с седьмой принцессой? Разве её семья смирится с подобным? Айя… Головы покатятся… Я слышал, что седьмая принцесса обладает выдающимся талантом и знаниями, а также ей не занимать амбиций. Всё бы ничего, но почему её оружие выглядит так по-варварски?..

Цинь Му не знал о мыслях толстяка Вэй Юна. Его больше волновала девушка напротив. Окинув Лин Юйсю оценивающим взглядом, он обнаружил, что последняя то похорошела. Несмотря на ношение мужской одежды, от неё исходили процветающий героический дух и необыкновенное присутствие. Кроме того, даже нося мужскую одежду она не скрывала выпирающую женскую грудь и свою пухлость. Надо заметить, в Великих Руинах её грудь не была такой пышной…

Цинь Му также ощутил исходящий от её тела знакомый запах, источником которого должно быть был Шёлк Пахучей Природы, как вдруг заговорил:

— Сестра, с нашей последней встречи твоя внешность изменилась. Во дворце я чуть было не обознался.

— Как изменилась? — потупив взгляд, слегка застенчиво спросила Лин Юйсю, на что Цинь Му вытянул вперёд руку, жестом указал на её лицо и искренне ответил. — Ты стала намного выше, даже выше меня. Ты также похорошела и стала намного мускулистее, нежели раньше. Мышцы на лице и гру…

Впав в ярость, Лин Юйсю тут же сбросила беднягу со скалы пинком. Выглядя немного обижено и в то же время крайне невинно, Цинь Му в полёте пробурчал:

— Я же не сказал, что она толстая. Зачем так злиться?

— Молодой мастер, ты прав, она слишком неуравновешенная, не станем с ней водиться! — радуясь чужому несчастью, позлорадствовала Ху Лин’эр.

Шурх. Обе ноги Цинь Му коснулись земли с лёгкостью пёрышка, после чего он тут же задрал голову вверх. Ему хотелось вновь запрыгнуть на скалу, вот только его беспокоило то, что Лин Юйсю может попытаться опять сбросить его со скалы пинком.

Вэй Юн, ещё пару вдохов времени назад стоявший рядом с Цинь Му, неподвижно смотрел вперёд. Лин Юйсю со свирепым огоньком уставилась на него. Капли пота проступили на лбу толстяка, после чего тот добровольно спрыгнул с отвесной нефритовой скалы. Принцесса издала милый “хмпф” и тоже спрыгнула с обрыва.

Стоящий неподалёку принц нахмурился. Его жизненная Ци сформировала за головой огромную руку, которой он успел подхватить свою сестру.

— Седьмая сестра, не валяй дурака. Тебе нужно помнить о репутации нашей Императорской Семьи, — мягко ругал принц.

— Второй брат, человек, которого ты только что видел, тот самый божественный врач, вылечивший нашу бабушку. Я знаю его… — попыталась оправдаться Лин Юйсю. Но второй принц ответил с безразличным выражением лица. — Я знаю, так как слышал о нём от маленького генерала Циня. Также я слышал и то, что ты достаточно близко познакомилась с ним в Великих Руинах. Седьмая сестра, мы ведь дети Императора, поэтому не можем делать всё, что заблагорассудится. Так что не озорничай. Сейчас, когда весь мир пребывает в хаосе, нас ждёт испытание по преодолению великого бедствия. Если же мы не справимся, то вся наша империя окажется в руинах, а мы сами станем бродячими псами!

— Второй брат, как ты оцениваешь способности Даоцзы? — подскочив, шокировано спросила Лин Юйсю.

— Он ещё ничего не продемонстрировал, поэтому я не знаю, как его оценить, но раз секта Дао осмелилась перекрыть выход через ворота, то его способности определённо не самые обычные и тем более не слабые! — проговорил второй принц, затем перевёл взгляд на Цинь Му, который стоял у подножья скалы, и слегка нахмурился. — Седьмая сестра, тот кого зовут Цинь Му может и божественный врач текущего поколения, но он по-прежнему отвергнутый. Постарайся держаться от него подальше, в противном случае люди, невзирая на наш статус, будут смеяться над нашей императорской семьей.

Лин Юйсю нахмурилась.

Перед горными вратами. Молодо выглядящий Патриарх Великого Дьявольского Культа спустился с горы, встал перед юношей со стариком из секты Дао и приветственно поклонился. Молодой и старый даосы сразу же встали и поприветствовали в ответ.

— Дань Янцзы, с какой целью ты привёл с собой Даоцзы? — улыбнувшись, спросил Патриарх. Старый даос тоже улыбнулся, после чего ответил. — Брат, почему ты спрашиваешь меня об этом, как будто сам не знаешь ответа? Наш Мастер Дао секты Дао примерно одного с тобой возраста. Он сделал свой ход, потому что не хочет, чтобы все секты в мире стали вассалами Империи Вечного Мира. Поэтому я был вынужден действовать. Даоцзы будет блокировать ворота в течение лишь трёх дней. Если в течение этого времени кому-либо удастся одолеть его, то наша секта Дао не станет восставать. Если же в течение трёх дней никто не сможет справиться с ним, то у мира будет новый правитель.

— Секта Дао всегда была отделена от мира. Но теперь даже вы решили вмешаться? — вздохнул Патриарх, после чего Дань Янцзы опустил взгляд к своему сердцу и сказал. — Мастер Дао видит, как общая ситуация в мире бушует подобно штормовым волнам. Покорные будут процветать, а те, кто пойдут наперекор — сгинут. Наша секта Дао не стремится к расширению, наша цель состоит в ином, быть честными со своей совестью. Имперский Наставник хочет уничтожить все секты мира… Да будет так, но Мастер Дао хочет посмотреть, достойны ли такой чести начальные школы, колледжи, Имперский Колледж Имперского Наставника! Даоцзы ученик нашей секты Дао. Ресурсы, которые Имперский Колледж имеет, превосходят ресурсы секты Дао. И если с такими преимуществами его ученики по-прежнему будут уступать нашему Даоцзы из секты Дао, тогда миру не требуется живой Имперский Наставник со своими реформами. В таком случае у мира появится новый правитель.

— Я понимаю, — ответив, молодо выглядящий Патриарх повернулся, чтобы уйти, как вдруг по всей горе прокатился его древний голос. — Ученики Имперского Колледжа, слушай мою команду! Неважно насколько высок или низок уровень вашего совершенствования, каждый может спуститься с горы, дабы принять вызов!

Каждый человек на горе услышал его слова.

— Я сделаю это!

Через горные врата прошёл практик божественных искусств и подошёл к Даоцзы.

— Старший брат, — подойдя, поздоровался Даоцзы.

Вышедший практик божественных искусств был учеником, которые только несколько лет назад поступил в Имперский Колледж.

— Даоцзы, какое у тебя совершенствование? — спросил имперский ученик.

— Шесть Направлений, — размеренным тоном ответил Даоцзы.

— У меня тоже. Моя фамилия Цюй, а имя Пин. Сегодня я сражусь с тобой не из-за личной неприязни, а чтобы отстоять доброе имя Имперского Колледжа!

— Меня зовут Линь Сюань, старший брат, прошу, — ответил Даоцзы.

— Даоцзы Линь Сюань, прошу! — ответив, Цюй Пин блеснул глазами и резко двинулся с места. Но он не рванул вперёд, а наоборот, словно отплыл назад, при этом зажимая между пальцев пилюлю меча. Последняя внезапно вспыхнула, выстрелив к небу сияющей мечевидной Ци толщиной с колонну одного из залов. С первого взгляда было ясно, что колонна мечевидной Ци состояла из бесчисленных маленьких сияющих мечей, которые собирались вместе и яростно вращались вокруг своей оси!

Цюй Пин использовал колонну из мечей как меч, рубанув ею вниз. Везде, где та проходила, ветер от мечей величественно и протяжно завывал!

— Техники Империи Вечного Мира достигли подобного уровня? Данный высокоуровневый навык меча был выучен в Имперском Колледже? — наблюдая за происходящим, не мог не удивиться Цинь Му. С учётом всей неординарности его глаз, он понимал, что в увиденном им рубящем ударе таилась воистину невероятная мощь. Хотя взмах “мечом” Цюй Пина и казался внешне достаточно простым, но на самом деле за ним стоял пугающий контроль над жизненной Ци. Иначе как ему удалось бы сформировать из бесчисленного множества миниатюрных сверкающих мечей колонну меча таких размеров, к тому же так ловко управляться с ней. Контроль и ещё раз контроль! Одно это заставило Цинь Му признать свою некомпетентность и слабость перед сражающимся имперским учеником!

Данный навык меча, казалось, немного превосходил базовые движения меча, к которым относились колющий выпад, резкий подъём, рубящий взмах по горизонтали, рубящий взмах по вертикали, превращаясь в нечто иное… В навык, что уже не был базовым!

— Навык меча Великих Шести Направлений, — изумлённо воскликнул Вэй Юн, неотрывно наблюдая за всем пылким взглядом. — Это навык меча уровня божественных искусств Имперского Наставника. Навык, который могут изучать только практики божественных искусств!

«Навык меча Имперского Наставника Вечного Мира?» — мысленно вздрогнул Цинь Му. Неудивительно, что он почувствовал, что данный навык меча превосходит границу базовых движений меча. Откуда ему было знать, что его создал сам Имперский Наставник!?

Глава 132. Техника Высшей Донебесной Тайны

Перешагнуть за грань базовых навыков меча не так уж просто, а если не кривить душой, то практически невозможно.

Цинь Му хорошо понимал насколько сложно выполнить такую задачу. Неважно насколько сложными, гибкими, новаторскими являлись навыки меча, всех их можно было разбить на самые основные, базовые навыки меча. В их число входили: Форма Пронзающего Меча, Форма Поднимающегося Меча, Форма Стремительно Поднимающегося Меча, Форма Меча Волны, Форма Горизонтально Рубящего Меча, Форма Вертикально Рубящего Меча, Форма Толкающего Меча, Форма Меча с Ложным Замахом, Форма Парирующего Меча, Форма Режущего по Дуге Меча, Форма Скользящего Меча, Форма Подметающего Меча, Форма Перехватывающего Меча и Форма Подрезающего Вскользь Меча.

Неважно насколько удивительны те или иные навыки меча, все они есть не что иное, как комбинация вышеперечисленных форм меча. Вот только у Имперского Наставника Вечного Мира дела обстояли по-другому. Он изобрёл ещё несколько совершенно новых, среди уже существующих, базовых движений меча!

По-настоящему пугающее достижение!

Цинь Му не знал, сколько именно базовых навыков меча тот изобрёл, но даже если только один, то уже нужно “перекроить и заново собрать” все известные навыки меча. В противном случае, в глазах Имперского Наставника Вечного Мира они будут полны дыр и недостатков!

— Его уже можно назвать богом… — подавив волнение в сердце, едва слышно пробормотал Цинь Му.

Великие Шесть Направлений в исполнении Цюй Пина впечатляли и пробуждали чувство исконного трепета. Всеподавляющая сила и свирепая мощь, именно такие слова лучше всего описывали столь могучий навык!

Несколько практиков области Шести Направлений, которых Цинь Му повстречал в Великих Руинах, не так пугали, как Цюй Пин.

Да, все они были учениками Имперского Колледжа, но по сравнению с областью Пяти Элементов, область Шести Направлений — огромный скачок вперёд в развитии, как в качественном аспекте, так и в количественном. По-настоящему удивительный всесторонний рост!

Несмотря на то, что учеников Пяти Элементов нельзя было назвать слабыми, так как это было бы ложью, ведь они очень сильны, но их сила по-прежнему не выходила за грани разумных пределов. Не имея примера для сравнения, в глазах Цинь Му не было более сильного ученика Имперского Колледжа, чем Цюй Пин.

Тем не менее, практики божественных искусств колледжа, даже если они только-только прорвались к области Шести Направлений, были невообразимо сильны!

Область Шести Направлений — это трансформация чёртового целого мира.

Мысли Цинь Му прервало внезапное движение белого конского волоса метёлки Даоцзы Линь Сюаня. Переплетаясь друг с другом, волоски удлинялись, пока не нанесли внезапный удар по навыку меча Цюй Пина!

Навык меча Великих Шести Направлений имперского ученика не включал в себя старых базовых навыков меча. Молодой даос же заставил волоски своей метёлки принять форму меча, а когда применил “меч” по своему назначению, то в продемонстрированном им навыке меча чётко прослеживались всем хорошо известные базовые навыки меча.

Его навык меча не был столько впечатляющим и величественным, как навык меча Великих Шести Направлений, но Цинь Му подмечал в нём уникальные, отличные от прочих, особенности.

«Цюй Пин наверняка проиграет. Для победы Даоцзы нужно нанести всего лишь один удар», — подумал Цинь Му. Практикуясь во владении мечом со старейшиной деревни, он выучил только один высший навык меча — Меч, Ступающий по Горам и Рекам, остальные же навыки, что он знает — базовые. Но даже так его намётанный глаз уже превзошёл бесчисленное количество других профессионалов области высокоуровневых навыков меча.

Уколов в сторону Великих Шести Направлений Цюй Пина, движение меча Даоцзы Линь Сюаня выглядело достаточно просто, тем не менее, волоски его метёлки напоминали постоянно изменяющие траектории своего движения тоненькие мечи!

Изменения были слишком непредсказуемыми, кардинальными и, что ещё хуже, невероятно многочисленными!

Цинь Му пробудил Зелёные Глаза Небес, и его сердце пропустило удар. Каждый волос метёлки, а всего их была сотня, Даоцзы Линь Сюаня изменял свою форму и траекторию движения больше десяти раз за долю секунды, а это значит, что за секунду совершалась добрая тысяча изменений!

Невозможно парировать настолько часто и непредсказуемо меняющееся движение!

Между тем, в навыке меча Великих Шести Направлений было не так уж и много изменений. Да, его выполняли благодаря бесчисленному множеству маленьких светящихся мечей, но все они, приняв форму меча, вращались слоями по оси относительно своего ранее определённого центра. Наталкиваясь на волоски-мечи метёлки молодого даоса, они, безусловно, будут сметены.

Кроме того, Цинь Му заметил кое-что ещё, а именно, что основы Даоцзы Линь Сюаня были настолько прочными, что были практически под стать его. Успехи молодого даоса на поприще постижения основных навыков меча были самыми высокими среди всех практиков божественных искусств, что он когда-либо встречал. Несмотря на то, что сражающийся даос по-прежнему уступал ему, но не на много…

Даже если взять Мастера Чертога Меча, которого в этом аспекте подтянул Цинь Му, то тот уступает Даоцзы Линь Сюаню.

И самое главное, несмотря на то, что навык меча Цюй Пина включал в себя новые базовые движения меча Имперского Наставника, основы то были относительно шаткими. Поэтому неважно, что навык меча был невероятно сложным и высокоуровневым, проявить его полную силу без прочных основ не получится.

Донг дин дон динг донг… Зазвенели неисчислимые звуки металлических столкновений. Прямо сейчас, волоски буквально вонзились в колонну из сверкающих мечей. Мгновение спустя подавляющее большинство учеников увидело, как колонна распалась в небе, словно её и вовсе никогда не существовало. И только единицы смогли разглядеть все произошедшие в их навыках меча изменения, которые и стали причиной текущего результата.

Цюй Пин был ужален в грудь конским волосом метёлки и впечатан в горные врата позади. Последние завибрировали и сбросили с себя слой пыли.

Даоцзы Линь Сюань осторожно встряхнул свою метёлку, после чего её волосы начали уменьшаться и втягиваться. Когда метёлка вернула себе свой изначальный облик, молодой даос зажал её под локтем, затем сел на своё обычное место и направил слегка вниз свой спокойно-сдержанный взгляд.

Цюй Пин скользнул вниз по горным вратам, а на его груди и спине можно было разглядеть кровавые разводы от, очевидно, сквозных ран, нанесённых волосками. Но Даоцзы Линь Сюань не стал нападать совсем уж беспощадно, поэтому, когда волосы пронзили тело бедолаги, то избегали жизненно важных органов, тем самым спасая ему жизнь.

Несколько имперских лекарей из Имперского Отдела Врачевания сразу же бросились вперёд, скормив раненому несколько духовных пилюль. Затем они разорвали его рубаху и обработали мазями грудь со спиной, чтобы не дать крови убегать через сквозные раны.

«Силён!» — лишь одно слово крутилось в мыслях всех присутствующих учеников Имперского Колледжа, чувствуя словно их сердца придавило неподъёмным валуном. Среди учеников уровня божественных искусств, репутация Цюй Пина не была низка. Напротив, его высоко оценивали в Резиденции Божественных Искусств.

В Имперском Колледже проводили не только ежегодный вступительный оценочный экзамен, а ещё ежегодный оценочный для уже поступивших учеников, результаты которого и определяли рейтинг силы того или иного ученика. Такая система была введена для того, чтобы побуждать учеников стремиться к самосовершенствованию. Если взять рейтинговый список практиков божественных искусств, то Цюй Пин входил в сотню сильнейших учеников всего Имперского Колледжа.

Люди, кто входил в первую сотню, обладали примерно одинаковой силой. Цюй Пина одолели одним движением, что говорит об огромной разнице между его способностями и способностями молодого даосом из секты Дао.

Именно это и пугало больше всего…

— Все те, кто не смог разглядеть произошедших изменений во время противостояния навыков меча, лучше стойте на месте, — внезапно все присутствующие услышали голос второго принца.

Сказанное предложение было мучительным ударом по гордости и самооценке имперских учеников. Однако, многие из присутствующих мало что смогли подчерпнуть из битвы. В частности, в навыке меча Линь Сюаня. Как Даоцзы секты Дао, его навык меча хорошенько маскировали, казалось бы, совершенно хаотичные изменения конских волосков метёлки. Не будучи способными видеть сквозь изменения его навыка меча, ученики просто опозорятся, если сейчас выйдут на бой.

— Старший брат, ты смог разглядеть изменения в навыке меча Даоцзы? — тихо спроси Юнь Цюэ, который стоял рядом с Чэнь Ваньюнем. Юэ Цинхун тут же приблизилась, так как тоже хотела узнать мнение своего старшего. Чэнь Ваньюнь немного поколебался, после чего сказал. — Я использовал свои глаза неба, но так и не смог разглядеть все его движения…

— Старший брат, если ты выйдешь, чтобы сразиться, то этот маленький даосик обязательно запечатает своё Божественное Сокровище Шести Направлений. Его сила по большей части происходит от Божественного Сокровища Шести Направлений. Без него, он не сможет использовать столь сложные движения меча! — рассмеялась Юэ Цинхун.

— Я подожду, может мне удастся разглядеть какую-нибудь лазейку. Смотрите, мы стоим неподалёку от Цинь Му, давайте подойдём и спросим его мнения, — немного поколебавшись, проговорил покачивающий головой Чэнь Ваньюнь. Трио подошла к Цинь Му, в то время как Чэнь Ваньюнь спросил. — Младший брат Цинь, как думаешь, ты сможешь одолеть того Даоцзы из секты Дао?

— Хмм, если мы сойдёмся в бою у горных врат, при этом он запечатает своё Божественно Сокровище Шести Направлений, то шансы пятьдесят на пятьдесят, — на мгновение задумавшись, ответил Цинь Му.

Хвастун! — Юэ Цинхун ухмыльнулась. — Трепло! Если ты даёшь себе пятидесятипроцентный шанс на победу, то разве это не то же самое, что заявить о своей превосходящей силе по отношению к практику области Шести Направлений?

— Молодой мастер, это та девка, с которой ты танцевал спина к спине, а когда надоело, просто вмял в колонну. Я узнала её по лицу! — воскликнула Ху Лин’эр, указывая пушистым пальцем-коготком на девушку рядом. Лицо Юэ Цинхун покраснело от стыда. Лиса оказалась слишком подлой…

— А если бы ты сразился с ним не у горных врат? Как ты оцениваешь свои шансы тогда? — со вспыхнувшим взглядом спросил Чэнь Ваньюнь.

— Сто процентов. В битве не на жизнь, а на смерть, я задействую все свои самые подлые и недобросовестные ходы. Поэтому у него нет шансов на победу. Знаете, я ведь очень силён, — спокойно ответил Цинь Му.

Приподняв брови, сердце Чэнь Ваньюня сделало настоящий кульбит, после чего он сразу же начал мысленно заново рассчитывать свои шансы на победу, если когда-либо сойдётся с Цинь Му в битве за жизнь.

— Младший брат Цинь, тебе не кажется, что у тебя слишком надменный тон… — мудрёно улыбнулся Юнь Цюэ.

— Молодой мастер, это тот лысый, которого ты одолел одним ударом! — указывая пушистым пальцем-коготком на Юнь Цюэ, удивлённо вопила Ху Лин’эр. — Лысая башка, я узнала тебя! Твоя одежда у молодого мастера, так сколько ты готов заплатить, чтобы её выкупить?

Наставническая улыбка Юнь Цюэ застыла прямо на его физиономии, после чего он обиженным тоном ответил:

— Деньги для монаха — не более чем несущественные мирские блага. У меня сейчас нет их. Когда появятся, тогда и выкуплю…

— Сколько бы ты ни говорил, а останешься нищим монахом, — потеряв всякий интерес, бурчала Ху Лин’эр. — Тебе бы поторопиться, а то мой молодой мастер собирается заложить твоё шмотьё.

Сразу же после слов лисы, к горным врата подошёл другой практик божественных искусств. Человек обладал незаурядной внешностью и, что важнее, внушительной аурой. Он подошёл поприветствовать двух даосов, что блокировали врата, после чего сказал:

— Военный Офицер Вдохновляющей Мощи, Кунь Цзыюй. Могу ли я попросить Даоцзы удостоить меня нескольким урокам. У меня область Семи Звёзд, поэтому я запечатаю своё Божественное Сокровище Семи Звёзд.

— Старший брать Кунь, — встав, вернул приветствие Даоцзы.

— Военный Офицер Вдохновляющей Мощи, Кунь Цзыюй! Он вернулся с границ! — со мгновенно вспыхнувшими глазами, проговорил Чэнь Ваньюнь.

— Старший брат, кто он такой? — тут же спросил Вэй Юн, на что Чэнь Ваньюнь не ответил, но ответила стоящая рядом Юэ Цинхун. — Будучи имперскими учениками, все мы являемся чиновниками восьмого ранга, а Военный Офицер Вдохновляющей — чиновник шестого ранга. Старший брат Кунь получил свою позицию чиновника шестого ранга благодаря боевым подвигам на границах. Думаю, теперь ты можешь себе представить, насколько он силён! Во время последнего оценочного экзамена, он вошёл в десятку сильнейших учеников всего Имперского Колледжа!

— Те, кто способны продвинуться по карьерной лестнице через сражения на поле брани аж до чиновника шестого ранга, по-настоящему невероятны! — с глубоким восхищением проговорил Вэй Юн.

Цинь Му плохо разбирался в подобных вопросах, поэтому задал несколько дополнительных вопросов, на которые ему ответил уже Чэнь Ваньюнь:

— Каждый год в сопровождении дирекции имперские ученики должны покидать гору для прохождения практики. Большинство уходит к границам, в то время как другие отправляются в Великие Руины или Небесный Отдел Ремесленников. Если ученику удаётся хорошо выслужиться, то его продвигают по службе. В Имперском Колледже учатся много учеников, которые уже дослужились до чиновника шестого ранга, а некоторые даже до чиновника пятого ранга!

Цинь Му вздохнул в восхищении. Империя Вечного Мира заботится о своих чиновниках!

После того, как имперские ученики выпускаются из Имперского Колледжа, то их сразу же назначают на местные официальные должности или даже, куда более почитаемые, армейские.

Кунь Цзыюй обладал поразительной силой, поэтому, даже запечатав своё Божественное Сокровище Семи Звёзд, он превосходил в силе Цюй Пина. Его стиль боя строился на одновременном использовании заклятий и контроле меча, поэтому куда больше подходил для проведения сражений, чем у последнего. Сражаясь при помощи меча, его знания не ограничивались каким-то конкретным навыком, поэтому он мог ловко подстраиваться под часто, а ещё чаще быстро, меняющуюся ситуацию.

Наземное сражение Кунь Цзыюя и Даоцзы Линь Сюаня быстро перетекло в воздушное. Вспышки мечей мелькали то тут, то там, сопровождаемые аккомпанементом громовых раскатов и разрядов молний.

Когда молния поразила Линь Сюаня, Кунь Цзыюй перешёл в ближний бой. Судя по всему, он также совершенствовался в очень сильной боевой технике!

Развернувшая в небе битва ослепляла глаза всех присутствующих зрителей, как своим разнообразием, так и своим богатством на щекочущие нервы события. Равнодушным не остался никто!

— Старший брат, техника секты Дао явно необычная. Какое у неё происхождение? — нахмурившись, спросил Цинь Му у Чэнь Ваньюня. Но последний лишь отрицательно покачал головой только, как вдруг откуда-то из-за их спин раздался мрачный голос. — Классика секты Дао, техника Высшей Донебесной Тайны. Ортодоксальная высокоуровневая техника, которая известна не меньше, чем Великие Небесные Дьявольские Рукописи! Кунь Цзыюй, вероятно, проиграет…

Глава 133. Монархическая Техника Девяти Драконов

Цинь Му повернул голову назад и увидел, что принц, стоящий рядом с Лин Юйсю, внезапно оказался позади него. Он, судя по всему, был старшим братом девушки, и прямо сейчас смотрел на воздушную битву со спокойным выражением лица, напоминающим неподвижную водную гладь.

Принцесса также спустилась вниз по скале, встав за спиной второго принца.

В то мгновенье, когда Цинь Му повернул голову обратно, Кунь Цзыюй с грохотом свалился с неба на землю. Вступив в ближний бой с Даоцзы Линь Сюанем и столкнувшись с ним ладонями, его жизненная Ци разрушилась под давлением техники Высшей Донебесной Тайны. Его атака прервалась, а сам он начал падать камнем вниз…

Уголки глаз Чэнь Ваньюнь сжались, а сердце на миг замерло: «Мне не сравниться с ним, его боевое мастерство слишком высоко. Даже если он запечатает свои божественные сокровища и будет сражаться, используя только Пять Элементов, у меня всё равно не будет шансов на победу. Однако, чем дольше он сражается, тем больше у меня возможностей заметить его слабость. Нужно ещё понаблюдать».

Техника Высшей Донебесной Тайны…

Это был первый раз, когда Цинь Му встретил технику, способную сравниться с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Навык, используемый молодым даосом, был невероятно сильным. И хотя в области Пяти Элементов его совершенствование всё-таки уступало Цинь Му, но качество жизненной Ци поражало и значительно превосходило сверстников. Увидев чистоту этой Ци, Цинь Му не поверил своим глазам, из-за чего и поинтересовался её происхождением у Чэнь Ваньюня.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи считались артефактом, способным превратить человека в бога или дьявола. Если техника Высшей Донебесной Тайны секты Дао была под стать такой великой силе, то без сомнений была невероятной!

Секта Дао и Небесный Дьявольский Культ, праведники и дьяволы. Они были святыми основами праведного и дьявольского путей.

Вместе с Монастырём Великого Громового Удара они формировали собой три столпа самых сильный святых основ. Кроме них существовали мелкие фракции, которые практиковали свои собственные пути, но не имели такой выдающейся репутации и всего лишь время от времени показывались миру.

«Теперь, когда пришёл Даоцзы из секты Дао и заблокировал врата, сделает ли подобный ход Монастырь Великого Громового Удара, чтобы также безжалостно ударить по лицу Имперского Наставника?» — подумал про себя Цинь Му.

Второй принц глубоко вздохнул и пошёл к горным вратам.

— Второй брат, куда ты собрался? — немедленно спросила Лин Юйсю.

— Я тоже имперский ученик, и тоже дворянин, как я могу не сразиться? — говоря, глаза принца начали излучать яркое сияние. — Наша Семья Лин самостоятельно пробивала себе путь, дабы получить имперский трон, не надеясь, что граждане и военные офицеры просто так его нам отдадут!

Голос юноши был властным и громким, поэтому Цинь Му не смог удержаться от восхищённого вздоха. Перед ним стоял настоящий принц. Семья Лин действительно получила имперский трон и высокий статус не за красивые глазки.

— Имперский ученик Лин Юйшу приглашает Даоцзы на совместный урок!

Второй принц остановился перед Даоцзы Линь Сюанем и поклонился в приветствии.

— Даоцзы нуждается в перерыве, чтобы восстановить свою жизненную Ци? — подняв голову, спросил серьёзным тоном принц.

— Могу ли я попросить старшего брата Лина немного подождать? — кивнув головой, ответил молодой даос.

— На его месте я бы поступил так же! — хлопнув в ладони, воскликнул Цинь Му.

Услышав эти слова, Даоцзы Линь Сюань посмотрел в сторону источника звука и, встретив взгляд Цинь Му, ощутил, как его сердце сжалось. Невинно выглядящий юноша улыбнулся даосу, на что тот ответил тем же, кивнув головой. Затем Даоцзы обратился к старому даосу, сидящему сбоку:

— Старший дядя Дань Янцзы, я встретил очень сильного человека. У его глаз на два слоя зрачков больше, чем у обычного человека, и он, кажется, смог увидеть меня насквозь…

Выражение лица Дань Янцзы осталось неизменным:

— Пусть твоё сердце будет, как неподвижная вода. Оставайся равнодушным и не порть своего ритма. Имперский Наставник Вечного Мира считается человеком номер один под богами, поэтому у него, естественно, есть сильные последователи в Имперском Колледже.

Даоцзы продолжил восстанавливать своё состояние и силу. Выполняя технику Высшей Донебесной Тайны, его духовный эмбрион фактически вылетел через место меж бровей, зависнув перед ними в спокойной сидячей позе. Под эмбрионом можно было разглядеть загадочный алтарь… Статуя вдыхала и выдыхала, пока над ней не появились пять ореолов, всасывающих в себя энергию звёзд ночного неба!

Призраки пяти дьяволов и богов появились под ореолами, наводя ужас на зрителей. Это были иллюзии, напоминающие Божественное Сокровище Пяти Элементов.

Вслед за этим, шесть колёс окружили даоса, формируя иллюзию Божественного Сокровища Шести Направлений.

Цинь Му прищурился. Техника Высшей Донебесной Тайны в который раз поразила его воображение. Навыки Даоцзы отличались от всего увиденного им раньше, они были невероятно необычными и оригинальными. Степень их сложности ничем не уступала Технике Трёх Эликсиров Тела Тирана.

«Секта Дао, самая сильная секта праведного пути, действительно величественна!»

Закончив свой отдых, монах поднялся и поклонился второму принцу в качестве приветствия. Лин Юйшу вернул приветствие и поднялся. В этот момент, его жизненная Ци внезапно рванула вперёд, напоминая рёв драконов и тигров… Почти все на горе почувствовали мощь дракона, вырывающуюся из тела принца.

Второй принц двинулся, напоминая собой плывущего змея. Внезапно пальцы на его руке выровнялись и пять исключительно яростных драконов вырвались наружу, извиваясь по пути к молодом даосу!

Хватка Пяти Драконов!

Сжав руку в кулак, Лин Юйшу приказал драконам окутать Даоцзы Лин Сюаня. Их тела обвились вокруг юноши, удерживая последнего на месте, а пасти раскрылись, чтобы извергнуть чистое пламя!

Скорость принца была очень высокой, помогая ему оказаться прямо подле жертвы практически в тот же момент, когда та угодила в ловушку. Дрожанием руки создав меч из Ци, который обвивал ещё один дракон, он бросил его в сторону попавшего в ловушку Даоцзы!

Скованное пятью драконами и купающееся в их чистом пламени, тело молодого даоса внезапно начало излучать нефритовое сияние. Чистый огонь не наносил ему никакого вреда!

Когда принц Лин Юйшу бросил свой меч в цель, Даоцзы Линь Сюань взмахнул метёлкой, обвивая её волосками оружие противника. Приземлившись, принц продолжил атаку. Земля задрожала, и сквозь неё начали ломиться новые драконы, пытаясь атаковать даоса снизу!

Движением одной ладони, Даоцзы Линь Сюань разрушил ловушку и поднялся в небо. Конские волосы метёлки пронеслись, будто мечи, срубив головы огромных драконов, попутно уклоняясь от летящих снизу мечей из света.

«Школа заклятий!» — удивился Цинь Му. Серия атак второго принца базировалась на боевых приёмах школы заклятий, но, в то же время, была невероятно жестокой и сильной, напоминая навыки боевых техник, которые считались самыми острыми и эффективными.

Чтобы умудриться использовать заклятия таким мощным образом, принц должен быть по-настоящему очень талантливым. Цинь Му впервые увидел такой стиль боя!

— Сестра, техника твоей Императорской Семьи довольна сильна, — сказал он Лин Юйсю.

— Это правда. Мой второй брат изучает Монархическую Технику Девяти Драконов, которая ничем не уступает Высшей Донебесной Тайне секты Дао! У него даже есть официальная должность пятого ранга — Генерал Скитающейся Кавалерии! — гордо проговорила девушка.

Когда под ногами Лин Юйшу появились два дракона из Ци, он поднялся в воздух. Извиваясь своими телами, драконы полетели к Даоцзы. Этот приём был настолько эффектным, что все зрители с изумлением затаили дыхание.

Невероятные успехи принца объяснялись ещё тем, что Имперский Колледж был построен на месте, где пересекались вены девяти драконов, из-за чего их жизненная Ци была несравнимо густой. Кроме того, члены Императорской Семьи могли использовать Ци драконов для собственного развития. Имперский Колледж был святыми землями для всех людей, но для Лин Юйшу это место было по-особенному подходящим. Поглощая Ци драконов, он мог совершенствоваться в два раза быстрее!

Его жизненная Ци бурлила и, казалось, совсем не истощилась после использования такого количества разных техник. Это было главным достоинством Монархической Техники Десяти Драконов.

Недолго понаблюдав за происходящим, Цинь Му сказал:

— Сестра, твой брат проиграет.

Сердце Лин Юйсю легко вздрогнуло, и дуэль в воздухе внезапно закончилась. Второй принц Лин Юйшу пропустил контратаку Линь Сюаня, вслед за которой метёлка с волосами из конского хвоста вылетела из руки молодого даоса. Волосы на оружии начали неконтролируемо расширятся, превращаясь в летящие в сторону принца острые вращающиеся мечи. Последний достал своё оружие, чтобы отбиться от атаки, однако, мечей было попросту слишком много. Не успев даже моргнуть, он получил несколько серьёзных ран, будучи вынужденным приземлиться на землю и признать поражение.

Поражение Лин Юйшу шокировало всех учащихся Имперского Колледжа. В конце концов, тот был вторым принцем Императорской Семьи. Он был талантлив с рождения и, под тщательной опекой колледжа с семьёй, стал одним из самых выдающихся учеников Империи Вечного Мира.

Теперь, когда даже он был побеждён гостем, в Имперском Колледже не осталось почти никого способного сравниться с Линь Сюанем!

— Эй, пятьдесят на пятьдесят, ворота нашего колледжа до сих пор заблокированы, почему ты ничего не сделаешь? — посмотрев на паренька, спросила Юэ Цинхун.

— С чего бы это? — озадаченно спросил Цинь Му.

— Разве ты не говорил, что в бою с Даоцзы у тебя будет пятидесятипроцентный шанс на победу? — надменно фыркнув, попыталась съязвить Юэ Цинхун, на что Цинь Му покачал головой. — Я стал имперским учеником всего лишь несколько дней назад, и был только на одном занятии. Какой толк от моей победы, если я не выучил здесь ни единого боевого искусства? Это нельзя будет расценивать заслугой колледжа. Более того, я отвергнутый человек из Великих Руин. Вы все хотели меня прогнать отсюда, а теперь просите защитить колледж? Вы в своём уме?

Юэ Цинхун так рассердилась, что потеряла дар речи. Монах Юнь Цюэ тоже вступил в разговор:

— Но ты ведь ученик нашего колледжа! Теперь, когда мы в беде, как ты смеешь отказывать в помощи?

Цинь Му рассмеялся:

— После стольких лет, разве может в Имперском Колледже не быть гения, способного победить Даоцзы? Кроме того, ещё не прибыли ученики Имперского Наставника. Будучи человеком номер один после богов, он должен иметь нескольких достойных приемников. С такими людьми вокруг, зачем мне брать всё в свои руки?

Сердца стоящих вокруг людей вздрогнули, наполняясь надеждой. Наставник считался самым сильным из людей, и каждый из его учеников был невероятно выдающимся. Если они прибудут, возможно, кому-то из их числа удастся победить Даоцзы из секты Дао!

Лин Юйсю слегка нахмурилась и мягким голосом проговорила:

— Но ученики Имперского Наставника не считаются учениками Имперского Колледжа…

Пока они болтали, ещё кучка смельчаков пошли сразиться с гостем, но все они, без исключений, проиграли.

Несколько людей даже сговорились, чтобы сразиться с молодым даосом по очереди и максимально его истощить, не давая времени на отдых. Однако, такой подход был слишком подлым и вскоре вмешалась дирекция, остановив их.

После того, как Даоцзы Линь Сюань выиграл более десяти поединков, он повернул голову к своему наставнику и серьёзно сказал:

— Старший дядя, Имперский Колледж очень страшен.

Дань Янцзы кивнул и тихо сказал:

— Да, все эти ученики очень сильны. Когда они вырастут, их не сможет победить никакая секта.

Хоть в Имперском Колледже пока не нашлось никого способного победить молодого даоса, каждый из сразившихся учеников был по-своему силён, и считался первоклассным практиком в своей области… А самым страшным было то, что таких учеников было полным-полно!

Большие секты вроде Дао могли вырастить одного или двух выдающихся практиков, таких как Линь Сюань, и не имели большого количества таких мастеров, как Цюй Пин и Кунь Цзыюй. В то же время, в Имперском Колледже подобные люди были на каждом шагу. Это действительно ужасало!

Молодой даос прошёлся взглядом по оставшимся ученикам и снова обратил внимание на Цинь Му. Юноша, казалось, ощутил, что на него смотрят и повернулся, улыбаясь в знак признания. Линь Сюань улыбнулся в ответ, недоумевая:

— Не то, чтобы мне не хватало сильных противников, но почему этот парень не бросает мне вызов?

Глава 134. Приглашение Имперского Наставника

Вершина нефритовой горы. Зал Высшего Учения.

Дирекция, имперские канцлеры и секретари всего Имперского Колледжа сидели со мрачными выражениями лиц. В зал снова и снова вбегали люди с докладами. После каждого такого доклада, выражения сидящих становились всё безобразнее и непригляднее. Только молодо выглядящий Патриарх, а по совместительству Великий Ректор, восседавший на Святом Престоле, выглядел крайне спокойным. Казалось, словно последнего совершенно не беспокоила непрекращающаяся череда поражений…

Докладчики постоянно вбегали и рапортовали:

— Докладываю Великому Ректору, Даоцзы из секты Дао одолел второго принца!

— Даоцзы одолел Короля Южного Мира Цзю Иня!

— Даоцзы из секты Дао одолел Короля Западного Мира До До!

— Лин Шицзи из Поместья Небесных Стратагем потерпел поражение!

— Линь Цюхэ был ранен Даоцзы!

— Даоцзы од…

Спустя некоторое время, наконец, наступила тишина, что не удивительно с учётом того, что больше никто не вбегал с докладом, но от этого выражения всех присутствующих ещё больше помрачнели и поникли. Ведь, раз никто больше не докладывал, значит имперские ученики перестали бросать вызовы Даоцзы Линь Сюаню. Судя по всему, молодой даос, наконец, сбил всю спесь и высокомерие с учеников Имперского Колледжа. Прямо сейчас все могли только наблюдать, как парочка даосов блокировала врата.

— За всё время существования нашего Имперского Колледжа, из него выпустилось бесчисленное множество мастеров… Мастеров, которые сейчас являются непоколебимой основой нашей Империи Вечного Мира. Неужели среди учеников нет того, кто сможет сразиться с Даоцзы на равных? — хмурясь, спросил имперский канцлер.

— В течение последних лет мы смогли взрастить около пяти гениев, не уступающих в силе Даоцзы. Однако, они больше не являются учениками Имперского Колледжа, ведь уже выпустились, дабы занять официальные должностные позиции и продолжить служить Императорской Семье. Наш Имперский Колледж отличается от сект мира боевых искусств, ведь из последних не уходят. В то время как если ученик покидает наш колледж, то перестает быть учеником, — покачивая головой, проговорил член дирекции.

На такие слова все отреагировали одновременным тяжёлым вздохом, после которого слово взял даос Лин Юнь:

— Неужели мы вот так вот просто позволим этому Даоцзы заблокировать врата? Разве это не то же самое, что струсить?

Все молчали… Как вдруг монах Фа Цин из зала Лазурного Ян сказал:

— Нужно как можно быстрее уведомить об этом Имперского Наставника и попросить его послать сюда своих учеников. Один из них определённо одолеет Даоцзы.

— Старший монах, ученики Имперского Наставника не являются нашими имперскими учениками. Даже если они одолеют Даоцзы, разве секта Дао примет такой результат?

Прямо в этот момент на вершине нефритовой горы “бросил якорь” какой-то корабль. С него сразу же спустилось несколько человек, которые незамедлительно вошли в зал Высшего Учения, после чего их лидер, уважительно поклонившись, сказал:

— Уважаемые, все мы ученики Имперского Наставника. Наш учитель прослышал про ситуацию с Даоцзы из секты Дао, поэтому отправил нас решить проблему.

Все канцлеры, дирекция и секретари, которые находились в зале, начали переглядываться. Затем все, как по указке, повернулись к Патриарху, в то время как один из секретарей сказал:

— Великий Ректор, ученики Имперского Наставника не являются учениками нашего Имперского Колледжа. Тем не менее, решение о том, могут ли они представлять его, по-прежнему остаётся за Вами, Великий Ректор.

Бородатый канцлер Ба Шань внезапно хлопнул ладонью по столу в знак протеста и рявкнул:

— Бред! Какой толк от такой победы? Ученики Имперского Наставника, как бы это не было прискорбно, холились согласно старым традициям! К тому же, они обучались Имперским Наставником лично. Между ними и учениками, которых холят все те секты, нет ровным счётом никакой разницы! Если мы пойдём на такой шаг, то, рано или поздно, секта Дао об этом прознает, после чего обязательно восстанет! Восстав, её примеру уподобятся ортодоксальные организации всего мира! Когда случится худшее, кто-нибудь из нас возьмёт на себя ответственность за это преступление? Что? Никто не хочет?

— Канцлер, да, твои слова разумны, но как бы ты тогда поступил? — гневно возразил секретарь.

— Как? — канцлер Ба Шань громко рассмеялся и твёрдым голосом прокричал. — Любой мой поступок будет в разы адекватнее и лучше того, что можете предложить вы, секретари! Вы только и делаете, что следите за башней, полной паршивых книжонок, но при этом кичитесь перед всеми тем, что изучаете навыки и божественные искусства, хотя на самом деле всё это чушь собачья. Многого ли вы добились за все эти годы? Если вы, секретари, такие способные, то попробуйте найти способ противостояния технике Высшей Донебесной Тайны, чтобы наши ученики перестали позориться своей бесполезностью, когда другие блокируют врата!

— Разве мы не передавали вам все навыки и божественные искусства — плоды наших трудоёмких исследований? Разве дело не в том, что вы, дирекция и канцлеры, бесполезны? Вы ведь, получается, даже не можете нормально обучить учеников! — взбеленились все секретари, что сейчас находились в зале Высшего Учения.

— Хорошо сказано! Взять хотя бы зал Высшего Исцеления! Чем они там вообще маются? Каждый день только и делают, что обучают учеников сбору трав и созданию пилюль, отнимая время от действительно важных занятий. Их ученики часто отхаркиваются кровью или бродят повсюду с чёрными от отравлений мордами! И у них ещё хватает наглости получать зарплату?

Все имперские лекари зала Высшего Исцеления, которые, кстати говоря, относились к дирекции, как один буквально озверели с налитыми кровью глазами. Имперский Лекарь Ю был так зол, что аж дрожал всем телом, когда процедил сквозь зубы:

— Если бы наш зал Высшего Исцеления не помогал с лечением, то больше половины учеников умерли бы только от отравлений или откатов Ци. Секретари, вот кто по-настоящему бесполезен! Мы просили вас передать нам рецепты лекарств всех тех сект, но вы до сих пор не сделали это. Даже немочь матушки императора была излечена одним юношей. Почему бы вам всем просто не сдохнуть? Думаю, никто даже и не заметит!

— Ах ты старый ублюдок! Если кто и помрёт, то точно не я, а ты! Твой зал Высшего Исцеления не смог вылечить немочь матушки императора! За вас всю работу сделал ещё совсем юноша! Почему бы тебе не оторвать свои длинные брови и не повеситься на них?

В зале Высшего Учения поднялся гвалт ругани. С каждым вдохом времени ссоры становились всё громче, серьёзнее и остервенелее, а детали, которые во время них всплывали, даже заставили с тревогой переглядываться побледневших учеников Имперского Наставника.

Некоторое время спустя, канцлер Ба Шань неожиданно рассмеялся и сказал:

— Ну ладно, ладно, прекратим цапаться. Несмотря на то, что мы так и не пришли к консенсусу, разве последнее слово за нами? Великий Ректор, что думаете?

Все уставились на молодо выглядящего Патриарха, который прямо сейчас массажировал свой висок, тем самым явно намекая на разболевшуюся от их ссор голову.

— Факт остаётся фактом — ученики Имперского Наставника не являются имперскими учениками. Если они одолеют Даоцзы, то высок шанс восстания секты Дао. Дабы не погрузить нашу империю в пучины хаоса, мы не можем дать им веское основание для восстания. Поэтому нам нужно пригласить сюда Имперского Наставника, — проговорил Патриарх, чем ошеломил и сбил с толку всех присутствующих. Даже ученики наставника украдкой переглядывались с непонимающими выражениями лиц.

— Все из секты Дао крайне несговорчивы, — Патриарх встал и улыбнулся, — они могут поддаться только твёрдой, как сталь, логике. Обманами и хитростями их не пронять. Поэтому у нас не остаётся иного выбора, кроме как использовать настоящие мечи и копья. Имперский Наставник уже давненько не читал лекции в Имперском Колледже, ведь так? В прошлом он был достаточно частым гостем здесь, постоянно рассказывая о своём пути, навыках меча и божественных искусствах. У нас до сих пор числятся некоторые ученики, которых, по сути, можно считать наполовину его учениками, — проговорил Патриарх, затем повернулся к ученикам наставника и сказал. — Вернитесь обратно и пригласите Имперского Наставника сюда, чтобы он дал имперским ученикам несколько уроков.

Ученики изумлённо застыли, но уже в следующее мгновение благодарно поклонились. Затем они покинули пределы зала, поднялись на корабль и улетели…

— Великий Ректор, Вы хотите сказать, что, после уроков от Имперского Наставника, среди учеников Имперского Колледжа появится тот, кто сможет одолеть Даоцзы из секты Дао? — многозначительно улыбнувшись, спросил Ба Шань, на что Патриарх, спокойно улыбнувшись, кивнул в ответ. Ба Шань поднял три пальца и, перестав вести себя с напускной вежливостью, прокричал. — Три дня, у нас есть только три дня! Старик, ты что и правда веришь в то, что за три дня Имперский Наставник подтянет кого-то до уровня гения? Гения, способного одолеть Даоцзы?

— Я верю, — Патриарх улыбнулся. — Ба Шань, не стоит недооценивать способности Имперского Наставника. Как-никак, он человек номер один под богами. Его способности выходят за грани всего мыслимого и немыслимого нами. К тому же…

“Старик” прошёл к противоположной части зала Высшего Учения, посмотрел в сторону горных врат у основания горы и мысленно ухмыльнулся: «Маленький негодник и пальцем не пошевелит, если это не будет ему выгодно! Я думал, что он не сдержится, попытавшись определить кто из них лучше! Никогда бы не подумал, что у него такое самообладание и выдержка! Но это даже к лучшему, ведь ему удалось выторговать несколько уроков от Имперского Наставника! Конечно, не без моей помощи, ха-ха!»

****

Особняк Имперского Наставника Вечного Мира.

— Великий Ректор приглашает меня почитать лекции? — услышав сказанное, Имперский Наставник слегка удивился. — Что задумал этот старый лис? Зачислить вас в Имперский Колледж — вопрос нескольких печатей. Какой смысл мне идти туда?»

— Великий Ректор также сказал, что члены секты Дао признают только твёрдую, как сталь, логику, поэтому если они узнают, что мы Ваши ученики, то определённо не согласятся с таким результатом и восстанут, — продолжил отчитываться ученик.

— Все из секты Дао действительно крайне несговорчивы. В свои ранние годы мне довелось повстречаться с их Мастером Дао. Скажем так, человека с более дурным характером мне ещё не довелось видеть. Как можно так прямолинейно мыслить? Ладно, я спущусь. Позови сюда Маленького Короля Ядов, — говоря, слегка улыбался Имперский Наставник, а когда пришёл Фу Юаньцин, он протянул последнему кинжал и сказал. — Ты видел мою рану. Мне нужно, чтобы ты повторил её, при этом сделав более реалистичной.

Фу Юаньцин шокировано подпрыгнул. Но приказ есть приказ, поэтому, взяв в руки кинжал, он рассёк грудь, ни много ни мало, Имперского Наставника всей Империи Вечного Мира. После чего он использовал кровь в качестве краски, делая рану ещё более реалистичной.

— Сделай так, чтобы рана дурно пахла, — с хитро мерцающим взглядом, приказал Имперский Наставник.

Маленький Король Ядов обработал рану порошком, от которого разило неприятным запахом, но не чересчур.

— Немного духов, — приказал Имперский Наставник.

Фу Юаньцин мог только подчиниться, слегка замаскировав духами вонь. Наставник переоделся и, немного подумав, сказал человеку принести румяна и пудру. Затем он подозвал служанку и приказал той сделать так, чтобы его лицо выглядело немного болезненно.

— Как думаешь, теперь мы сможем не выдать себя перед “ушами и глазами” мятежников? — когда дело было сделано, улыбнувшись, спросил Имперский Наставник.

— Хотите сказать, что в Имперском Колледже есть мятежники? Тогда, чтобы выглядеть неуверенным в своих силах, лишним не будет привлечь для охраны нескольких мастеров, — улыбнулся Фу Юаньцин.

— Имперский Колледж не маленькое учебное заведение, поэтому я ни за что не поверю, что среди учеников не найдётся ни одного мятежника, — ответил Имперский Наставник. — Тем не менее, мы в столице. В здравом уме и доброй памяти здесь никто не посмеет совершить на меня покушение. Что касается Имперского Колледжа, там мастеров больше, чем во дворце. Пойдёшь со мной, я не хочу рисковать и давать вдовствующей императрице шанс убить тебя.

Фу Юаньцин вздохнул с облегчением. Меньше всего на свете он хотел остаться один и без защиты Имперского Наставника. Мало ли что могло случиться. Матушка императора могла попытаться воспользоваться возможностью, чтобы убить его.

****

Внезапно в Имперском Колледже раздался звонок, который прокатился по всей нефритовой горе.

Большинство имперских учеников, которые ошивались неподалёку от горных врат в ожидании момента, когда кто-то бросит вызов Даоцзы, услышали колокольный звон и начали подниматься на гору. Цинь Му уставился с озадаченными выражением лица, поэтому Лин Юйсю сразу же объяснила ему:

— Такой звон используется для созыва всех имперских учеников перед залом Высшего Учения. Скорее всего, Великому Ректору есть что сказать.

— Может из-за нашей неспособности одолеть Даоцзы, собираются закрыть Имперский Колледж? — с беспокойством проговорил Вэй Юн. Практически все идущие рядом ученики гневно зыркнули на толстяка, отчего тот от страха немедленно втянул голову в плечи и постарался выглядеть как можно незаметнее.

Поднявшись на гору, Цинь Му увидел огромную толпу учеников перед залом Высшего Учения. Собрались абсолютно все, от обычных простолюдинов до особ Императорской Семьи.

Немного погодя, когда подтянулись даже самые нерасторопливые, молодо выглядящий Патриарх улыбнулся и сказал:

— Имперский Наставник, окажите нам милость.

Глава 135. Форма Спирального Меча

Имперский Наставник Вечного Мира появился перед залом Высшего Учения, улыбаясь:

— Великий Ректор, Вы вынуждаете меня выйти за рамки своих полномочий.

Фу Юаньцин шёл следом за наставником, с хмурым видом осматриваясь по сторонам и думая про себя: «Кто из этих детишек мой младший брат?»

Когда Цинь Му обезвредил Отраву Тысячи Вероятностей, Младший Король Ядов увидел его лицо глазами жука. Однако сейчас в зале собралось слишком много народу, чтобы быстро найти нужного юношу.

Молодо выглядящий Патриарх улыбнулся в ответ:

— Изначально, ты заходил к нам время от времени в качестве учителя и проводил занятия с учениками. Хоть ты и не появлялся здесь уже несколько последних лет, у тебя всё ещё есть право преподавать. Приступай.

Имперский Наставник подошёл к краю платформы и окинул взглядом зал:

— Сложно отвергать невероятное гостеприимство Великого Ректора. Я проведу лекцию, и буду говорить исключительно о мастерстве меча на протяжении двух дней.

Канцлер Ба Шань тихо пробормотал:

— У нас ведь есть три дня!

Патриарх взглянул на него и сказал:

— Секта Дао собралась блокировать наши ворота на протяжении всего лишь трёх дней. Мы уже потеряли полдня, и, если лекция наставника будет идти больше двух дней, мы не успеем провести бой.

Канцлер Ба Шань сказал:

— Впервые за столько времени, Имперский Наставник появился в колледже и собрался провести лекцию. Однако, он не может говорить дольше чем два дня, как жаль… Это событие сравнимо с Жулаем, объясняющим святые писания в Монастыре Великого Громового Удара, Мастером секты Дао, передающим навыки последователям, или Владыкой Небесного Дьявольского Культа, читающим свои учения!

Имперский Наставник неторопливо спускался с платформы и расслаблено говорил:

— Что такое меч? Базируется ли его природа на какой-нибудь конкретной форме? Я с этим категорически не согласен. Некоторые говорят, что существуют тысячи ударов мечом, другие утверждают, что их четырнадцать: рубящий, вертикально рубящий, скользящий, стремительно поднимающийся, поднимающийся, волновой, пронзающий, толкающий, удар с ложным замахом, парирующий, режущий по дуге, подметающий, перехватывающий и подрезающий вскользь.

Мужчина спускался вниз, и большинство учеников начали чувствовать на себе давление. Им казалось, будто у них над головами повис невероятно острый меч, готовый разрезать их напополам в любую минуту. Их не покидало впечатление, будто нечто пыталось рассечь на части их тела, духовные эмбрионы, разум и души!

— Если у меча есть конкретные правила, как у него может быть какой-либо путь? Путь безграничен, он не может базироваться на четырнадцати движениях.

Имперский Наставник продолжал спускаться, и давление в зале росло всё сильнее и сильнее, хоть он и говорил спокойным голосом. Внезапно, его слова начали резать всем уши, будто невероятно острое лезвие:

— Разве меч не может быть звуком? Не может быть светом, цветом, жизненной Ци? Разве он не может быть взглядом?

Глаза наставника пробежались по лицам учеников, отчего большинство из них, не удержавшись, вытащили свои мечи, чтобы заблокировать удар, который нельзя было заблокировать. Осознав свою беспомощность, они начали обливаться холодным потом.

Имперский Наставник улыбнулся:

— Таким образом, разве до сих пор существует всего лишь четырнадцать базовых ударов мечом?

Мурашки пробежались по телу Цинь Му. Парень только сейчас понял, насколько сильным был мужчина напротив.

Старейшина деревни показал ему четырнадцать базовых движений меча, каждому из которых Цинь Му присвоил свой номер. После этого он был способен повторить любую технику, увидев её всего лишь раз и подобрав нужную комбинацию, считая это вершиной искусства владения мечом.

И вот теперь Имперский Наставник Вечного Мира проложил новый путь, взяв традиционные движения за основу и раздвинув границы навыков меча!

Кроме того, он умудрился создать новые базовые формы меча, отличающиеся от четырнадцати старых!

«Невероятно выдающееся достижение, не странно, почему его считают человеком номер один под богами», — в душе Цинь Му не переставал восклицать от изумления. Мышление наставника значительно опережало время. Возможно, было бы даже точнее сказать, что он и был той силой, которая толкала поколения, пути, навыки и божественные искусства вперёд, двигала людей в будущее!

— Поэтому, я создал ещё несколько базовых ударов на основе четырнадцати существующих. На протяжении следующих двух дней я буду вам их показывать, не поднимая никаких других тем.

Мужчина наконец остановился, а улыбка на его лице заменилась торжественным выражением:

— Но, прежде чем мы начнём, я хочу, чтобы вы забыли о форме вашего меча. Меч может быть светом, звуком, цветом или взглядом, поэтому не нуждается в какой-либо определённой конструкции. Он может быть длинным, и может быть коротким, твёрдым или мягким, может атаковать под любым углом. Если вам удастся забыть о форме меча, вы сможете постичь мою технику. Первое движение моего навыка меча — “Спираль”.

Кончик его пальца вздрогнул, и наружу немедленно вырвались сотни тонких нитей из жизненной Ци, напоминая мечи из света. Они превратились в колонну из мечей, и ткнули вперёд.

— Это — спираль!

Данное движение было одним из приёмов навыка меча Великих Шести Направлений, напоминающее колющий удар, вот только колонна из мечей была сформирована из бесчисленных мечей света, вращающихся вокруг друг друга. Эти мечи непрерывно двигались, изменяя своё положение!

Цинь Му уже видел подобное в исполнении Цюй Пина, однако, тогда последний исполнил не колющий удар, а вертикально рубящий.

Отличие между Формой Спирального Меча и Формой Меча Волны было в том, что при использовании меча волны сила прилагалась к рукояти, обвивая оружие в руке противника, в то время как спиральный меч накапливал силу для стремительной лобовой атаки на врага.

В исполнении Имперского Наставника, Форма Спирального Меча также отличалась от движения Цюй Пина. Каждый меч в его колонне постоянно трансформировался, в то время как мечи парня оставались неизменными, что привело победе Даоцзы в бою. Окажись в подобной ситуации наставник, он смог бы заблокировать метёлку молодого даоса…

Более того, исходя из наблюдений Цинь Му, колонна перед ним двигалась, как единое целое.

Она формировалась из бесчисленного количества мечей, каждый из которых был независим от других, однако, при ударе они вели себя будто единое лезвие. Если кто-нибудь хотел отразить такой удар, он был вынужден подавить силу столкновения с целой колонной. Только в таком случае можно было разрушить каждый отдельный меч построения.

Приём, которым Даоцзы отразил атаку Цюй Пина, оказался бы совершенно бесполезным против Имперского Наставника!

«Его база такая же стабильная, как моя, и значительно превосходит Линь Сюаня!» — был поражён Цинь Му. Как такое было возможно? Он был будто бог, спустившийся с небес!

Имперский Наставник тщательно объяснил ключ к извлечению максимальной силы из Формы Спирального Меча, не упуская самых мелких деталей. Из-за этого у Цинь Му возникло чувство, будто он берёт урок у старейшины деревни.

Движение, придуманное наставником, было продолжением базовых ударов мечом, которые Цинь Му уже успел освоить на высочайшем уровне. После обучения у старейшины, ему было совсем не сложно усвоить суть новой техники. Было достаточно и лёгкой подсказки, чтобы паренёк понял всё, что нужно сделать, из-за чего он слушал лекцию так, будто был пьян и одурманен.

Однако, Цинь Му был исключением. Остальные напряжённо раздумывали, слушая объяснения Имперского Наставника. Некоторые совсем разуверились, и просто пытались запомнить инструкции. Более старательные же, вертели свою ручку в воздухе с помощью нити из Ци, записывая каждое слово, чтобы обдумать материал позже.

Учеников, которые осознали услышанное, можно было пересчитать на пальцах. Остальные находились в полном замешательстве.

Имперский Наставник Вечного Мира закончил говорить о Форме Спирального Меча, и сказал:

— Ученики, теперь у вас есть одна попытка повторить движение.

Большинство членов дирекции, секретарей и канцлеров, слушая лекции с озадаченными выражениями лиц, не были настроены слишком оптимистично. Однако теперь, проводя взглядами по тысячам учеников в зале, они почувствовали, как появлялась надежда.

Причина, по которой Имперский Наставник попросил учеников исполнить движение, заключалась в том, чтобы узнать, есть ли среди присутствующих достойные кандидаты. Тех, кому удастся освоить достаточно материала в течении следующих двух дней обязательно отберут для боя с молодым даосом.

Перед залом Высшего Учения начался настоящий хаос. Ученики неуклюже пытались создать оружие из своей Ци и исполнить Форму Спирального Меча. Из-за недостатка контроля над Ци, некоторые “мечи” начали взрываться, почти травмируя стоящих вокруг людей и поднимая оглушающий грохот.

Более удачные практики умудрялись создать колонну мечей из Ци, однако, несмотря на все усилия, нити внутри отказывались вращаться по кругу, и просто замерли в воздухе.

В Имперском Колледже преподавался навык меча Великих Шести Направлений, поэтому много практиков божественных искусств были с ней знакомы. Её автором был, естественно, сам наставник, из-за чего исполнение этих учеников выглядело довольно правдоподобно.

Также были счастливчики, получившие когда-то совет от Имперского Наставника, после которого их навык меча поднялся на новый уровень. Хотя они и не постигли самадхи Формы Спирального Меча, их сила была немалой.

У самых талантливых учеников также наблюдались неплохие успехи. Несмотря на то, что они исполняли технику впервые, после урока они смогли частично углубиться в суть движения. Повторяя Форму Спирального Меча, трансформации их нитей Ци были, конечно, не идеальны, но становились лучше и лучше с каждым повторением.

Цинь Му тоже попытался исполнить технику наставника, после чего мгновенно нахмурился, глупо уставившись на свою “нить” толщиной с руку.

Нити других учеников были толщиной с волосок, следовательно, их колонны из мечей были созданы из невероятно маленьких элементов… В то же время, учитывая размеры нити Цинь Му, как он мог исполнить Форму Спирального Меча?

Насколько толстой стала бы такая колонна?

Юнец разочарованно покачал головой. Такое построение из Ци уже нельзя было назвать “колонной”. Ему намного лучше подошло бы слово “гора”!

Исполнять колющий удар горой из мечей Ци?

«Какой плотной бы ни была моя Ци, такое мне не под силу. Я не смогу исполнить навык таким образом».

Даже маленькая лисичка рядом с ним смогла довольно точно повторить технику наставника. Вэй Юн, Юнь Цюэ и остальные уже пытались заставить мечи внутри колонны вращаться, а прогресс Лин Юйсю и Чэнь Ваньюня был далеко впереди. Только Цинь Му неподвижно стоял, глупо всматриваясь в звёздное небо…

Спустя какое-то время, он снова создал свою нить из Ци толщиной с руку, подумав про себя: «Обычным путём ничего не выйдет. Но, возможно у меня получится разбить нить на части, используя Форму Спирального Меча?»

После этой мысли, Цинь Му пришёл в себя и начал напряжённо пытаться разделить свою нить с помощью техники Имперского Наставника.

Жизненная Ци парня была густой и невероятно чистой, из-за чего крепко держалась вместе, отказываясь разбиваться на части. Техника Секретов Эликсира Сердца позволила ему постоянно очищать Ци, сильно усложняя данную задачу.

Никто из деревенских не смел учить парня созданию правильной нити из Ци, так как все ждали, что это сделает старейшина. Однако, старик показал ему только четырнадцать базовых движений и одну технику меча, игнорируя все остальные элементы мастерства и позволяя его нити ещё сильнее срастись вместе.

Тем не менее, в этот раз на Цинь Му снизошло особое вдохновение, и он почувствовал, что неизбежно достигнет успеха и разделит свою руку из Ци на мелкие нити с помощью Формы Спирального Меча.

Техника Имперского Наставника оказалась по-настоящему выдающейся. Он быстро ею овладел, после чего на его лице появилось невероятно радостное выражение.

Перед залом Высшего Учения, молодо выглядящий Патриарх положил свой взгляд на Цинь Му и внезапно нахмурился:

— Почему этот негодник играется с палкой вместо того, чтобы учить технику меча?

Неподалёку, Чэнь Ваньюнь смотрел на Цинь Му, улыбаясь: «Возможно, этот парень силён, но у него слишком мало мозгов, чтобы понять технику так же быстро, как я!»

В этот момент, Цинь Му внезапно обезумел от радости, начав заливаться громким хохотом. Его голос прозвучал как гром, эхом разлетаясь по залу:

— Это случилось, это наконец-то случилось! Небеса не слепы, я смог создать нить из Ци!

Глава 136. Лунатизм

Тысячи учеников, дирекция, секретари и канцлеры, от удивления приподняв свои брови, замерли, после чего, все как один, повернули головы к источнику хохота.

— Что он там создал? — недоумевая, переспросил один из учеников.

— Вроде как, нить из жизненной Ци… Хотя, может, я ослышался? — ответил стоящий неподалёку ученик.

У всех секретарей, канцлеров и дирекции на лицах застыло комичное выражение, что не удивительно, ведь прямо сейчас их одолевала целая палитра эмоций, от которой хотелось одновременно заливаться детским хохотом и горькими слезами.

— Любопытный юноша. Нить из Ци — основа основ всех навыков меча. Не умея создавать нить, как он вообще умудрился поступить в Имперский Колледж? Дал взятку? Или как, мм? — рассмеявшись, проговорил канцлер Ба Шань.

— Канцлер Ба Шань, ты только недавно вернулся в колледж, поэтому не знаешь последних новостей, — с улыбкой на лице, начал объяснять кто-то из дирекции. — Мальца зовут Цинь Му, он отвергнутый человек из Великих Руин. Одолев даоса Лин Юня в бою, он был принят в качестве имперского ученика самим Императором Яньфэном. Кто мог сказать что-то против его поступления, когда своё слово сказал Сын Небес?

— Отвергнутый из Великих Руин? Одолел Лин Юня? Император принял в качестве имперского ученика? — канцлер Ба Шань перевёл взгляд на даоса и ухмыльнулся. — Лин Юнь, ты поддался ему? Берёшь взятки от императора?

Будучи ужасно опозоренными, даос Лин Юнь не мог не кипеть от гнева. Несколько дней назад тот юнец, полагаясь лишь на одну пару ножен мечей, вышвырнул его из зала Чистого Ян, в итоге опозорив перед императором, гражданскими и военными чиновниками, коллегами по работе и даже учениками…

Как ему смириться со случившимся? Поддался из-за взятки? Разве цена, которую ему пришлось заплатить за поражение, не слишком высока?

Тем не менее, Ба Шань был канцлером, а значит человеком со властью всего лишь немного меньшей, чем у Великого Ректора. Поэтому Лин Юню нужно было быть крайне осторожным со своими словами, чтобы ненароком не оскорбить этого человека. В итоге он поступил крайне мудро — натянуто улыбнулся и промолчал.

Канцлер Ба Шань был прославленным балаболом всего Имперского Колледжа, совершенно не умея держать язык за зубами и тактично общаться. Большинство грязных слухов и пересуд распространялись в стенах колледжа именно им. Вот почему за спиной его прозывали — “Балабол Ба”.

Если Лин Юнь ненароком поссориться с ним, то на следующий день даже клятые цыплята в курятнике будут знать о том неловком событии.

«Тот парень мой маленький младший брат! Что-то он совсем не впечатляет. Кажется, мой мастер потерял былую хватку, раз взял такого недалёкого и слабого ученика!» — тем временем, вдали удивлялся Фу Юаньцин.

«Упорно и тяжело совершенствуясь в течение почти восьми лет, я, наконец-то, создал настоящую нить жизненной Ци!» — не мог сдержать радости в сердце Цинь Му, глядя на ловко вьющуюся меж пальцев, перед ладонью и лицом тоненькую, не толще волоска, нить. Теперь его нить Ци была как у нормальных людей — едва видимой и утончённой, а не тем толстым, толщиной с руку, недоразумением.

Его нить Ци состояла из множества несравненно маленьких вращающихся в ней по спирали мечей Ци. Но, когда она перемещалась, то была настолько невероятно проворной, что никто, возможно никто, не мог заметить в ней какой-либо структуры.

«Интересно, как далеко я смогу ею дотянуться?» — воровато оглядываясь вокруг, думал Цинь Му, как вдруг шокировано вздрогнул, когда его взгляд упал на Имперского Наставника. Что не удивительно, ведь, прямо сейчас, тот смотрел на его руку, вокруг пальцев и ладони которой вилась нить Ци. Судя по всему, Имперский Наставник почувствовал на себе чужой взгляд, потому что слегка приподнял свой, в итоге встретившись с ним глазами.

— Как любопытно… — с полуулыбкой на лице, прошептал губами Имперский Наставник.

Цинь Му отвёл свой взгляд, отказываясь от сиюминутного порыва проверить новые силы. Здесь находилось слишком много людей, а значит и глаз …

Имперский Наставник выждал ещё некоторое время, прежде чем сказать:

— Хорошо, теперь я попытаюсь обучить вас второму новому базовому движению — Форме Плавающего Меча. Во время полёта, меч ничем не ограничен и не скован, то же самое верно и для формы меча. Вот почему меч может плавать, точно так же, как плавают дракон, змея, рыба, как парит феникс, как ступает по воздуху бессмертный. Раз всё именно так, тогда, скажите мне, почему мы должны настолько строго придерживаться основ в навыках меча наших предшественников?

Цинь Му почувствовал, как его дух воспрял. Второе базовое движение меча, которое постиг Имперский Наставник, тоже оказалось для всех слушающих сродни глотку свежего воздуха после целой ночи бега через горящий лес, расширяя их горизонты и изменяя видение. Всем показалось, что перед ними открылась некая, совершенно незримая, дверь, раскрывшая совершенно новый, куда более богаты и обширный, мир.

«Я поступил правильно, поступив в Имперский Колледж. Патриарх действительно мудр», — мысленно ликовал Цинь Му.

****

Перед горными вратами. Дань Янцзы поднял голову, устремив свой взгляд вверх, ко множеству усыпающих нефритовую гору дворцов и залов… всё дальше и дальше, казалось бы, в самые непроглядные закоулки и закутки. Гору устилала густая растительность, энергичной пышущая нефритовой Ци девяти драконов. Время от времени поднимался дующий в лицо старика ветер, что приносил вместе с собой отголоски плохо слышимой речи, одно-два слова, одно-два предложения… Но даже услышав только их, его переполняло чувство, словно всё встаёт на свои места, делая мир понятнее.

— Старший дядя Дань Янцзы, — немного поколебавшись, всё же заговорил Даоцзы Линь Сюань как-никак ветер один и тот же, поэтому ему тоже удалось кое-что разобрать. — Тот, кто даёт лекцию на вершине горы, Имперский Наставник Вечного Мира? Мне удалось расслышать всего несколько предложений, но даже их хватило, дабы я извлёк пользу. Вопреки ожиданиям, я почувствовал, что он…

— Высказывать своё мнение — правильно, — с улыбкой проговорил Дань Янцзы. Линь Сюань набрался смелости и продолжил. — Даже не будучи способным полностью разобрать сказанное им, я понял, что его навыки меча достигли по-настоящему невообразимой области. Несмотря на всю глубину понимания, преподаваемых в нашей секте Дао, навыков меча, его понимание превосходит наше. Ученик чувствует, что, возможно, Имперский Наставник действительно думает о развитии путей, навыков и божественных искусств… Но раз всё именно так, тогда зачем нам блокировать врата?

— Даоцзы, помимо слушания чьих-то слов, нужно также следить за своими делами, что тоже есть путь, путь жизни. Никто не оспаривает талант Имперского Наставника Вечного Мира. В прошлом, когда тот познакомился с нашим Мастером Дао, последний уже тогда понял, что из первого вырастет гений, что рождается раз в пятьсот лет, и, который может в будущем стать святым. Думаю, теперь ты понимаешь, как высоко его оценил наш Мастер Дао. Но, что произойдёт, если он не станет святым, а обратиться во зло воплоти? — улыбаясь, наставнически проговорил Дань Янцзы, тем самым ещё больше озадачивая Даоцзы, после чего тут же улыбнулся ещё шире и продолжил. — Полагаясь лишь на свою силу, он может продвигать вперёд пути, навыки и божественные искусства. Тем не менее, есть одно “но”, а именно, у него амбиции диких волков. Он желает подчинить все секты, не давая последним ни единого шанса на выживание. Это раз. А два, Имперский Наставник на самом деле использует учения Небесного Дьявольского Культа! А мы очень хорошо знаем, что Небесный Дьявольский Культ, используя учения ложного святого, идёт по такому же ложному пути, дьявольскому пути. Наставник сговорился с Небесным Дьявольским Культом, тем самым став врагом нашего истинного пути, праведного пути!

Со сжавшимся в ужасе сердцем, Линь Сюань проговорил:

— Добро и зло не может сосуществовать. Раз он связан с дьявольским путём, то, чем он талантливее, тем больше угрозы несёт!

Дань Янцзы удовлетворённо кивнул и продолжил:

— Он открыл начальные школы, колледжи и Имперский Колледж. Да, такая система имеет свои преимущества, но также не лишена недостатков. Мастер Дао начал твоё обучение во времена, когда ты был ещё совсем ребёнком, и обучает до сих пор. Может ли дирекция начальных школ, колледжей и Имперского Колледжа обладать сопоставимыми знаниями и способностями с нашим Мастером Дао? Открыв все эти образовательные учреждения, может показаться, что Имперский Наставник дал возможность родиться на свет как можно большему количеству мастеров… Опять же, да, всё так, но также он перекрыл пути для истинных гениев. Именно эта причина стала главным камнем преткновения, побудившим нашу секту Дао на противостояние, — помрачнев лицом, старый даос продолжил. — Пути, навыки и божественные искусства приходят в движение только благодаря потугам гениев, подобных Имперскому Наставнику. Обычно большинство людей проживают всю свою жизнь зная только то, как использовать и заучивать ранее известное, не имея никакой смелости и стремления открывать что-то новое. Имперский Наставник творит мир, концом которого станет трагическое вымирание гениев, из-за уничтоженных путей дли их роста! После популяризации данной образовательной системы, множество людей стали мастерами, достаточно примечательными мастерами. Но, как жаль, лишь на мимолётный период времени, за который они не добьются каких-либо мало-мальски значимых достижений по одной просто причине — эти мастера штампуются, словно лунообразные кексики одной формы и начинки. Кто из них может раскрыть в себе талант сопоставимый Даоцзы? Секты существуют не просто так, у нашего существования есть причина, а если Имперский Наставник не может разглядеть её, то наша секта Дао обещает, что станет его вечным врагом.

Даоцзы Линь Сюань, казалось бы, был просвещён, возжелав как можно скорее вступить в бой за правое дело.

— Ты можешь воспринимать Имперского Наставника как врага, но не позволяй себе пренебрегать его путями, навыками и божественными искусствами, дабы не допустить того, чтобы твоё мышление стало слишком поверхностным, а кругозор ограниченным, — улыбнулся Дань Янцзы.

****

Лекции Имперского Наставника Вечного Мира не прекращались в течение двух дней и ночей. Многие ученики попросту не выдержали нагрузки, начав засыпать прямо на ходу. Да что уж, были даже те, кто на самом деле уснул прямо у порога зала Высшего Учения, собственно, как и те, кто сдался и ушёл к себе домой немного отдохнуть.

Цинь Му, как и некоторые другие ученики с достаточно плотным совершенствованием, всё ещё упорствовал, внимательно слушая лекцию. Вот только он по-прежнему был в области Пяти Элементов, а так называемые “некоторые другие” были поголовно практиками шести направлений или выше.

Прямо сейчас, Имперский Наставник говорил о третьей базовой форме меча под названием “бур”. Последняя, как и её предшественницы, казалась крайне странной и непонятной. Её суть лежала в том, что практик использовал быстровращающийся наконечник меча, благодаря которому можно было с лёгкостью пронзать любые защитные навыки, наподобие того же алмазного тела. К тому же, если использовать сразу много мечей, тогда… Скажем так, когда множество бурящих мечей примут форму огромного бура, то на свете попросту не существует такой защиты, через которую тот не сможет прорваться! Вопрос стоит только во времени и запасе жизненной Ци!

На протяжении полных двух суток Имперский Наставник говорил лишь об этих трёх формах меча и ни о чём ином. Также он разрешал имперским ученикам задавать очень много вопросов, конечно, если только вопрос был связан с темой лекции, и, само собой разумеется, каждый такой вопрос был удостоен исчерпывающего ответа.

****

Когда время подошло к концу, Имперский Наставник встал и улыбнулся молодо выглядящему Патриарху:

— Дадим ученикам пол дня на отдых, после чего, мне придётся побеспокоить Великого Ректора, чтобы разобраться с возникшей проблемой.

— Имперский Наставник, с учётом твоего несравненного таланта, смог ли ты обнаружить достаточно перспективные саженцы? — улыбнулся Патриарх.

— Среди присутствующих не больше двух человек достойны тренироваться в моей технике меча. Великий Ректор, с Вашим видением, Вы уже должны были догадаться, кто они. Ах да, неужели Вы на полном серьёзе собираетесь уйти в отставку? — кивнув головой, ответил и затем поинтересовался Имперский Наставник.

— Мне уже не долго осталось. Какой смысл цепляться за власть? — кивнул головой Патриарх.

— Когда Вы вообще цеплялись за власть? Вам было достаточно лишь пожелать, и я бы тут же отказался от своей позиции Имперского Наставника! Просто Вы не желали! Вы практически мой мастер… Ваш уход опечалит меня. Терять единомышленников — тяжело… — с сожалением вздохнул Имперский Наставник.

— Не существует нескончаемых пиров. Пир начинается с нашим рождением и заканчивается с нашей смертью. Пришло время нашим путям разойтись, такова жизнь, — улыбнулся Патриарх, а Имперский Наставник взглянул на небо и пробормотал. — Действительно ли там живут бессмертные? Было бы прекрасно, если бы Вы смогли обрести бессмертие и собственными глазами, с высоты недосягаемых небес, лицезреть восход эпохи, начало которой мы и заложили…

Наставник беспомощно покачал головой и, немного погодя, поднялся на корабль, который медленно покинул переделы Имперского Колледжа.

****

Повара дворцовой кухни толкали тележки с едой к залу Высшего Учения. Оказавшись на месте, они позаботились о том, чтобы каждый ученик остался сытым. Затем Патриарх приказал всем ученикам вернуться во свои резиденции и хорошенько выспаться, пока вновь не прозвучит звон колокола.

Цинь Му решил отправиться отдохнуть к себе домой, но когда проходил мимо дворика Чэнь Ваньюня, то увидел, как тот усердно тренируется, явно не собираясь не то что спать, а даже отдыхать.

«Мне нужно брать пример со старшего брата Чэня…»

Полный мотивации, Цинь Му вернулся к себе в резиденцию и уложил крепко спящую маленькую лисичку. Затем он, задействовав свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, начал медленно ходить. Скорость его шагов постепенно возрастала, сознание погружалось в полубессознательное состояние, а процесс совершенствования даже не собирался прекращаться…

Некоторое время спустя Чэнь Ваньюнь услышал свист рассекаемого воздуха, а когда поднял голову, то через створки открытой двери лишь краешком глаза заметил промелькнувший мимо силуэт Цинь Му. Он тут же сорвался с места, чтобы догнать нарушителя спокойствия, в итоге обнаружив, что последний бежит с наполовину прикрытыми глазами и расфокусированными зрачками.

Цинь Му, своей скоростью вгоняя в краску даже самые матёрые четырёхлапые транспортные средства, во весь опор мчался по горе, чем не мог не шокировать Чэнь Ваньюня: «Лунатит?»

Глава 137. Молодой Владыка и Даоцзы

Состояние, в котором сейчас пребывал Цинь Му, действительно напоминало лунатизм. Но несмотря на то, что во время своего скоростного забега он находился во сне, подобное не мешало ему видеть всё вокруг и преодолевать даже самые сложные препятствия…

Чэнь Ваньюнь продолжал своё преследование, как вдруг удивлённо приоткрыл глаза, увидев, что Цинь Му умудрялся не только бежать, как будто за ним гонится целая свора ополоумевших от желания макак, но и отрабатывал свои навыки кулака и ног, поднимающие энергетические всполохи!

Время от времени Цинь Му обнажал свой нож для убоя свиней и, то тут, то там, появлялись практически видимые разрезы в пространстве… Хотя, скорее всего, такой эффект получался от чрезвычайно плотной Ци.

«Младший брат Цинь уже настолько силён, но по-прежнему трудится над собой в поте лица, тренируясь даже во сне… Хотя ему немного недостаёт таланта к пониманию, мне нужно брать с него пример в усердии!» — мотивированно воспылав, Чэнь Ваньюнь тут же вернулся во свою резиденцию, чтобы выложиться в своих тренировках на полную.

Тем не менее, на самом деле Цинь Му не совсем спал. Его состояние не являлось лунатизмом в чистом виде, а лишь уникальным способом совершенствования, что был возможен благодаря его технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Последняя во многом отличалась от классических техник, с которыми занималась современная молодёжь. Практикуясь во время бега, уровень его совершенствования возрастал семимильными шагами, в то время как мозг, благодаря так сказать “сну”, отдыхал, навыки кулака, ног, ножа и другие отрабатывались на чистой мышечной памяти.

Наращивая совершенствование, Цинь Му практически всегда полагался на данный способ. Но, прибыв в Империю Вечного Мира, ему пришлось принять обычаи и культуру последней, поэтому он больше не мог позволить себе совершенствоваться вот так…

По прошествии примерно четырёх часов такого “бега”, Цинь Му, наконец-то, пришёл в себя, чувствуя себя чрезвычайно свежо, как вдруг услышал позади знакомый голос:

— Хорошенько отдохнул?

— Патриарх, — тут же повернувшись, поприветствовал Цинь Му.

В настоящее время гора выглядела на удивление одинокой, заброшенной… даже канцлеры, дирекция и секретари отправились прикорнуть, ведь в течение последних двух дней тоже крайне внимательно слушали лекции Имперского Наставника. Даже сильнейшие, порой, нуждались в отдыхе.

— Как тебе его лекции? — улыбнувшись, спросил Патриарх, на что Цинь Му восхищённо воскликнул. — Имперский Наставник ¬— существо сродни небесным богам… Мне сложно оценить его как-то по-иному. Он думает о вещах, о которых обычные люди не смеют думать, он поступает так, как обычные люди не посмеют поступить. Если одним словом — бесподобен.

— Выслушав его лекции о навыках меча, как много ты смог понять? — спускаясь с горы, спросил Патриарх.

— Не смею сказать, что понял всё, но многое, и, что важнее, достаточно точно, — ответил Цинь Му и продолжил. — Учась мастерству меча у старейшины деревни, я думал, что уже добился глубокого понимания в данном вопросе… Никогда бы не подумал, что есть ещё что-то, чего я по-прежнему не знаю о базовых навыках меча.

— Поговорка о том, что нет конца учению, не точна, будет правильнее сказать, нет конца творению. Нельзя достичь многого в жизни, всего лишь учась чужому. Именно у творения нет конца. Ты всё ещё молод, поэтому должен усердно учиться всему тому, что сотворили другие. Но, когда твои знания станут достаточно обширными и всесторонними, ты должен будешь попытаться начать творить. Всегда учась, всегда ученик, однако, как только тебе удастся сотворить своё собственное движение, то ты станешь истинным мастером, — проговорил Патриарх.

Спустившись практически к основанию нефритовой горы, а именно, к краю стометровой отвесной нефритовой скалы, они увидели сидящих перед вратами даосов.

— Я пригласил Имперского Наставника провести лекцию и преподавать. И теперь, получив столько преимуществ спустя двое суток, ты до сих пор не собираешься ничего делать? — с полуулыбкой проговорил Патриарх.

— Приказ Патриарха — закон, — тяжело вздохнул Цинь Му, на что молодо выглядящий Патриарх коварно ухмыльнулся и зарядил по его тощей заднице смачный пинок, тем самым сбрасывая со скалы. — Засранец! Слишком уж складно поёшь! Они уже столько времени блокируют врата, а я до сих пор не вижу, чтобы ты хоть что-то предпринял! К тому же, не извлеки ты из текущей ситуации столько выгоды, то разве пошевелил бы хоть пальцем? Но даже получив такую выгоду, ты до сих пор бездействуешь?

Цинь Му приземлился на землю, потёр ягодицы и, немного прихрамывая, заковылял к горным вратам.

В данный момент около горных врат не было видно ни единого имперского ученика, что не удивительно, ведь все они либо спали, либо отдыхали, либо тренировались. Тем не менее, здесь по-прежнему находились два даоса, что спокойно сидели за горными вратами, а также странный зверь, что охранял врата. У зверя была голова дракона и тело цилиня, а сам он, будучи прикованным цепями к вратам, в полудрёме спокойно посапывал…

Заметив подходящего Цинь Му, Даоцзы Линь Сюань слегка вздрогнул в сердце, после чего посмотрел на Дань Янцзы и заговорил:

— Старший дядя…

Дань Янцзы слегка приоткрыл веки, посмотрел на Цинь Му и молвил:

— Имперский Наставник читал лекции ученикам с единственной целью, дабы помочь ему стать сильнее. Но тебе не о чем беспокоиться. Иди.

Понимающе кивнув, Линь Сюань встал. Их вспыхнувшие Ци пересеклись, после чего они приветственно поклонились друг другу.

— Имперский ученик Цинь Му приветствует Даоцзы Линь Сюаня. Область Пяти Элементов, — проговорил Цинь Му.

— Даоцзы Линь Сюань приветствует имперского ученика Цинь Му. Область Шести Направлений, но я запечатаю своё Божественное Сокровище Шести Направлений, — почтительно ответил Линь Сюань, после чего, как и обещал, понизил совершенствование на одну область.

— Желает ли Даоцзы сражаться с оружием? — спросил Цинь Му, вытащив из-за спины бамбуковую трость, затем нож для убоя свиней, железный молот, пока не дошёл до Младшего Защитника.

Линь Сюань собирался было что-то сказать, но его опередил Дань Янцзы:

— В оружии нет необходимости. Даоцзы, просто используй навыки и божественны искусства, дабы показать захватывающий ближний бой.

— Раз брат Цинь спросил, то, пожалуй, я не стану использовать оружие, — тут же ответил Линь Сюань, непонимающе отложив в сторону метёлку.

Дань Янцзы про себя облегчённо вздохнул, после чего отвёл пристальный взгляд от ножен меча Цинь Му. Если бы они использовали оружие, Линь Сюань оказался бы в крайне невыгодном положении. Несколькими вдохами раньше, разглядев внешний вид тех ножен, его сердце в ужасе сжалось, ведь на них изображался рот рыбьего дракона, делая как две капли воды похожими на меч высокопоставленного чиновника первого ранга.

Сойдись они в настоящем бою, метёлку Даоцзы рассекло бы пополам от одного касания мечом. Разве после такого в противостоянии будет смысл?

Улыбнувшись, в глазах Цинь Му появилось два слоя зрачков. Открыв Глаза Небес и, сразу же следом за ними, Зелёные Глаза Небес, земля под его ногами резко просела, а известняковые плитки потрескались и подлетели.

— Хааа! — выкрикнув с резким выдохом, Цинь Му нанёс кулаком яростный удар. Под воздушным давлением от удара, подлетевшие известняковые кусочки измельчились ещё больше, размер самых крупных не превышал горошинки, а самых мелких кунжута!

Неисчислимое количество осколков вместе с ударом кулака следовало к Даоцзы Линь Сюаню!

Роооаар!

Послышался драконий рёв, как вдруг сила от его удара слилась с осколками камней, превратившись в песчаного дракона, который рванул к молодому даосу, подобно настоящему божественному дракону!

Между тем, его шаги были настолько быстры, что делали ноги похожими на призрачные. Двигаясь со скоростью молнии, он шёл в ногу со своим навыком кулака, в итоге оказавшись с ним подле молодого даоса в одно и то же время!

Даоцзы сильно удивился, но уже в следующий миг его глаза резко изменились, один налился белым, а другой полностью почернел, после чего он поднял руку, чтобы исполнить мудру. Его ладонь, начавшая мерцать с нефритовым оттенком, стала походить на нефритовый штамп, который в свою очередь выглядел как гора. В нижней части штампа можно было разглядеть чрезвычайно чудные образы птиц и червей. Когда мудра столкнулась с истинным драконом, то вспыхнула простой, но древней аурой.

Мудра Переворачивающая Небеса!

Две несравненно мощные силы вырвались, став причиной рождения на свет чрезвычайно гулкого, низкого и протяжного взрыва. Звук был словно гром, который изо всех сил пытался вырваться за пределы грозовых облаков, но не мог. Даже цилинь с драконьей головой, находящийся подле горных врат, услышал приглушённый взрыв и поднял морду, чтобы осмотреться.

Ощутив, как Буря Девяти Драконов наткнулась на непреодолимую, простирающуюся до самых небес, стену, настроение Цинь Му тут же приподнялось: «Даоцзы что-то с чем-то! Он намного сильнее всех тех учеников, которых я встречал раньше!»

Буря Девяти Драконов внешне казалась крайне свирепой и ожесточённой, но в действительно была по-настоящему изысканным движением, краеугольным камнем которого были силы сорока пяти драконов, затаившиеся в центре ладони. Если кто-то получит удар такой ладони, силы сорока пяти драконов пройдут через бедолагу, нанося невероятно тяжёлые внутренние травмы.

Мудра Переворачивающая Небеса в исполнении Линь Сюаня сформировала собой непроницаемую защиту, в конечном счёте заблокировавшую силы сорока пяти драконов прямо перед ладонью. Вот насколько силён и невероятен был Даоцзы!

Между тем, все те бесчисленные известняковые и нефритовые осколки начали пролетать мимо Линь Сюаня. Взглянув на них Глазами Дао Инь-Ян и увидев в пространстве между ними едва заметные нити из жизненно Ци, молодой даос почувствовал, как его спину приласкал леденящий душу холодок… Нити из Ци были невероятно тоненькими, тем не менее, под взглядом Глаз Дао Инь-Ян, он увидел, что последние формировались из крошечных, гораздо меньше пылинки, мечей из Ци. Было очевидно, что вся вытекающая из крошечных осколков Ци, ранее была сокрыта в них.

Мудра Режущего Колеса!

С пришедшими в движение десятью пальцами, Линь Сюань направил одну ладонь вверх, а другую вниз, раздался гул, после чего появились образы двух колёс, одного над головой, а другого под ногами. Колёса состояли из особой конструкции Ци, формирующей собой зеркальные друг к другу построения.

В момент, когда построения Ци окутали даоса, крошечные осколки тут же обратились в уносящуюся ветром к небу пыль. Бесчисленное количество мечей из Ци, ранее скрывавшихся в осколках скалистых пород, в мгновение ока слились воедино, сформировав собой пышущего энергией и агрессией зелёного дракона!

Форма Спирального Меча!

Между двумя вращающимися в разных направлениях колёсами, мгновенно сформировалось бесчисленное количество крошечных мечей, которые приняли на себя свирепый натиск зелёного дракона. Мечи из Ци тут же начали трескаться, развеиваясь ветром во все стороны.

Сражаясь, юноши пытались определить сильнейшего не только в движениях меча, но и в мощи магических заклятий… Окажись здесь другие ученики Имперского Колледжа, то определённо были бы крайне удивлены, а может даже напуганы!

Прямо сейчас Цинь Му исполнил Форму Спирального Меча, которой его обучил Имперский Наставник. Но не стал превращать её в колонну меча, как учил последний, вместо этого он сделал так, чтобы бесчисленное количество спиральных мечей Ци превратились в зелёного дракона!

Даоцзы Линь Сюань тут же почувствовал давление, поскольку Ци Цинь Му начала подавлять его Ци. Его совершенствование было до ужаса плотным, но, как показала практика, совершенствование Цинь Му оказалось даже плотнее. Данный, как ни крути, но факт, был практически невозможен!

Техника Высшей Донебесной Тайны секты Дао была известна на весь мир своей доминирующей магической мощью. Если сравнивать её магическую мощь в одной и той же области, то во всём мире не найдётся такой секты, которая имела бы технику ей под стать. Даже та же Махаяна Сутра Жулая, которая также славилась своей магической мощью!

Тем не менее, прямо сейчас Линь Сюаню пришлось на своей собственной шкуре почувствовать, как магическая мощь Цинь Му превзошла ту же у него!

Почувствовав, что с мгновения на мгновение Мудра Режущего Колеса будет сокрушена, молодой даос применил другое движение. Несмотря на отсутствие метёлки, когда его руки взметнулись вперёд, а пальцы разжались, из них вырвалось бесчисленное количество нитей. Последние тут же приняли форму мечей из Ци и, вырвавшись наружу из колёс, попытались разорвать зелёного дракона на куски.

Между тем, ещё в тот миг, когда Линь Сюань только-только применил другое движение, Цинь Му, ранее находившийся за пределами колёс, уже оказался прямо перед ним…

Потянувшись руками вперёд, Цинь Му схватил неисчислимое количество пылинок. Затем его Ци вырвалась наружу, а пыль в руках превратилась в копьё, которое вонзилось во вращающиеся колёса.

Линь Сюань попытался использовать свою другую руку, чтобы защититься от огромного копья ещё одной Мудрой Переворачивающей Небеса, однако, услышав непрекращающиеся, накладывающиеся друг на друга, ветровые взрывы, он осознал, что так просто из текущей ситуации ему не выкрутиться.

Прямо сейчас Цинь Му использовал свои руки-ножи, чтобы исполнить ими Ночную Битву по ту Сторону Бурного Города, результатом которой стали истерзанные и разрезанные колёса.

Когда Мудра Режущего Колеса потерпела крах, Даоцзы Линь Сюань сразу же смекнул, что дело дрянь. Но этим всё и закончилось, ведь уже в следующий миг он почувствовал, как его грудь несколько раз обожгло, а ноги предательски оторвались от земли, лишая какой-либо опоры. Он был отправлен в полёт спиной вперёд…

Тем не менее, даже оказавшись в подобной ситуации, молодой даос оставался крайне спокойным, например, благодаря тому же полёту, у него появилось время чуть-чуть подумать и решить, что делать дальше.

Между тем, его нити мечей Ци сделали своё дело. Они проникли в зелёного дракона, после чего, вырвавшись с совершенно другой стороны, сделали из него решето. Однако, жизненная Ци, а точнее несравненно маленькие мечи Ци, из которых состоял дракон, отказались рассеиваться. Вместо этого они тут же собрались вместе и погрузились в землю.

«Беда!» — с такой мыслью Даоцзы развернул ладонь одной руки к земле и сделал ею мощный толчок вперёд. Из его ладони вырвались бесчисленные пряди нитей Ци и подняли его в воздух.

Используя пряди нитей Ци в качестве ног, даос, словно летя, мчался по воздуху. Под ним из-под земли вынырнул зелёный дракон, после чего опять погрузился в неё. Затем он опять вынырнул и погрузился… Каждый раз, когда зелёный дракон выныривал из-под земли, ноги Цинь Му, словно невзначай, приземлялись на его голову. Так он и преследовал, надо сказать, достаточно быстро преследовал, находящегося в воздухе Линь Сюаня.

Пальцы Цинь Му, один за другим, растопырились, создавая один раскат грома за другим. Между раскатами грома можно было расслышать тихую, еле слышимую, мелодию. Однако, услышав её, Даоцзы Линь Сюань переменился в лице: «Дерьмо, он перехватил инициативу. Я могу использовать только наследственный навык меча секты Дао!»

Глава 138. Возможно ли убить Богов?

Дань Янцзы поднялся, всматриваясь в битву между Линь Сюанем и Цинь Му. Что касается полу дракона полу цилиня, зверь, потеряв всякий интерес к происходящему, опять задремал.

«Даоцзы не сможет выдержать такое давление, он однозначно использует свою полную силу», — с изумлением в сердце подумал старый даос.

Атаки Цинь Му были слишком быстрыми и подавляющими. Взяв инициативу в свои руки, он не оставил противнику возможности передохнуть… Нанося удары без остановки, он не остановится, пока противник не сдастся или не умрёт!

Линь Сюаню не удавалось получить никаких преимуществ с помощью своей Ци, а все его движения мгновенно блокировались противником. Из-за запечатанного Божественного Сокровища Шести Направлений, он был не в силах использовать многие известные ему техники и приёмы, поэтому его последней надеждой был наследственный навык меча секты Дао… Только эта техника могла бы повлиять на ход боя и превратить неизбежное поражение в победу!

Вот только даже сам Дань Янцзы не был уверен в том, что молодой даос сможет использовать эту технику находясь в области Пяти Элементов.

Наследственный навык меча секты Дао имел очень высокие требования к качеству Ци, к тому же, потреблял энергию в огромных количествах. По его мнению, использование этой техники должно окончательно истощить запасы сил юноши… Как только эта мысль посетила старика, пряди нитей Ци в руке Даоцзы внезапно начали трансформироваться. Невероятным образом они растянулись в воздухе, приобретая белые и чёрные цвета. Вращаясь вокруг своей оси, построение начало напоминать парящий в небе символ Инь-Ян,

Наследный навык меча секты Дао, первая форма Четырнадцати Писаний Меча Дао — Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Ян!

Руки Линь Сюаня дрожали, когда чёрно-белая диаграмма полетела на врага!

Дань Янцзы вздохнул с облегчением, чувствуя гордость за ученика. Линь Сюань по праву получил звание Даоцзы — самого талантливого ученика секты Дао. Имея настолько высокий уровень совершенствования, он сумел исполнить наследный навык меча, находясь в области Пяти Элементов!

Важно отметить, что, хотя наследный навык меча и изучало огромное количество практикующих, лишь немногие из них умудрялись полностью исполнить движение. Ещё меньшим было число тех, кто достигал успеха всё ещё находясь в области Пяти Элементов. Потребление энергии у такой техники было огромным даже для мастеров области Шести Направлений, не говоря уже о учениках на уровень ниже. Более того, сложность техники предопределяла высочайшие требования к способностям и таланту практика. Среди них, главным было понимание алгебры…

Одни лишь Десять Математических Трактатов, будучи только начальным этапом обучения, становились непреодолимым препятствием для многих учеников. После них шли Вычисления Генерала Даяня и Нефритовое Зеркало Четырёх Неизвестных. Но Даоцзы Линь Сюань был самым, что ни на есть, незаурядным талантом среди всех одарённых математиков секты, достигнув невероятно высоких достижений в алгебре уже в юном возрасте. С такими задатками к основам, для него было намного проще постичь Четырнадцать Писаний Меча Дао.

Каждый том Четырнадцати Писаний Меча Дао был сложнее предыдущего, и, когда речь заходила о последнем из них, не было никого способного освоить столь сложный материал. Даже текущий Мастер секты Дао так и не смог постичь навык четырнадцатого меча.

Тем не менее, Мастер Дао возлагал большие надежды на Даоцзы, чувствуя, что однажды юноше покорится эта вершина.

Мастер Дао в прошлом одолжил Четырнадцать Писаний Меча Дао Имперскому Наставнику, после чего Меч Дао и Три Меча Сына Небес упоминались во время лекций последнего, что, естественно, было вызвано впечатлением от прочтения текстов секты.

Таким образом, несложно было представить насколько сильный удар собрался нанести Даоцзы Линь Сюань!

Чёрно-белая диаграмма опускалась всё ниже, ошеломляя Цинь Му своим величественным внешним видом. Навык меча, подавляющий всё вокруг, не был обычным навыком. Двойной удар инь и ян, борющихся между собой, излучал настолько огромную мощь, что сердце юноши трепетало в страхе от одного лишь взгляда в сторону опасности.

Пальцы Цинь Му щёлкнули, когда он, техникой Громовых Пальцев Играющего на Пипе, извлёк силу пяти раскатов грома, способных пробить любую стену. Однако, даже первоклассная техника вроде Восьми Громовых Ударов была беспомощна в борьбе с чёрно-белой диаграммой. Она была будто корова, вошедшая в морскую воду, неспособная поднять и малейшей волны.

Вьюх!

Зелёный дракон взмыл в небо из-под ног Цинь Му, рассыпаясь на тысячи сверкающих мечей, которые начали приземляться прямо в руку последнего, формируя огромный двуручный меч…

Цинь Му с серьёзным выражением лица посмотрел на чёрно-белый символ Инь-Ян, летящий ему навстречу. Мечом в своих руках, будто самым изысканном мазком художника, самым тяжёлым шагом путешественника, лучшей песней певца, он исполнил навык меча, которому его обучил старейшина деревни.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам.

Возможно ли убить богов?

Скажи — Возможно!

Из-под его меча вырвался луч света. Тьма и день, лёгкость и тяжесть, скорость и размеренность нашли свой идеальный баланс, и в то же мгновение, четырнадцать базовых движений меча превратились в широкие реки и горы в руках парня!

Четырнадцать Писаний Меча Дао были не обычным навыком меча, так же как и Рисунки Меча, переданные старейшиной!

Это был навык для убийства богов?

Возможно ли убить богов?

В сердцах людей, практикующих этот навык, не было места для Бога, Будды или Дьявола, у них было только неуважение к Богу, Будде, Дьяволу и огромная смелость, чтобы убивать их!

Уголки глаз Дань Янцзы вздрогнули, заставив старика взбудоражено подскочить на ноги. Между тем, полу дракон полу цилинь пробудился от своего сна и опять поднял морду, чтобы осмотреться!

Два разных навыка меча столкнулись в небе, заливая всё вокруг ярким светом. Чёрно-белая диаграмма рассыпалась под давлением расширяющихся гор и рек, в то время как тело Даоцзы Линь Сюаня мгновенно начало покрываться десятками порезов и заливаться кровью. Как вдруг, глаза последнего загорелись: «У него есть слабость!»

Заметив изменение в настроении противника, Цинь Му удивился. Взгляд Даоцзы упал на его левое плечо, место, где как раз и находилась слабость Техники Трёх Эликсиров Тела Тирана!

— Ци Кэ До! — Цинь Му поднял руку, дабы создать Мудру Могущественной Силы Бога-Дьявола!

С помощью данного приёма он пытался защитить своё левое плечо, в то время как в его другой руке начал появляться меч света, собирающийся проколоть Даоцзы!

Чиии!

Ударом, Линь Сюань проткнул мудру вместе с ладонью, кончиком меча достигая левого плеча Цинь Му. Узорчатая одежда юноши сдержала оружие, не позволяя ему войти в плоть, однако свет, сопровождающий атаку, нанёс повреждения, вызвавшие острую боль в плече последнего.

В то ж время, тело Даоцзы ужасно вздрогнуло и начало покачиваться. Десятки кровавых пятен мгновенно проступили на его одежде, а моментальная потеря сил заставила свалиться на землю.

Цинь Му рассеял свой меч из Ци и уважительно поклонился:

— Даоцзы, я победил.

Поверженный молодой даос изо всех сил пытался встать, но дыры в его теле до сих пор не переставали кровоточить. Дань Янцзы быстро подбежал, собираясь накормить юношу лекарствами, однако, последний поднял руку, остановив старика, и привёл свою одежду в порядок.

— Спасибо за учение, — вернув поклон, Даоцзы Линь Сюань всё же принял целебные пилюли. Не теряя времени, Дань Янцзы начал наносить мазь на раны ученика, чтобы остановить кровотечение… Закончив, оба даоса поднялись и поклонились Цинь Му. Получив кивок в ответ, они одели свои бамбуковые шляпы и, развернувшись, покинули Имперский Колледж.

После того, как Цинь Му убедился, что даосы отошли достаточно далеко, выражение его лица мгновенно изменилось. Тут же схватившись за левое плечо, он начал жадно глотать воздух.

«Ааайя, такая боль меня убьёт! Старик Дань Янцзы настоящий засранец, он даже не додумался дать мне своих лекарств!»

Когда Линь Сюань своим ударом достал до костей Цинь Му, на последнего накатила такая нестерпимая боль, что ею отдавало даже в душах и духах. Панически задыхаясь, юноша собрался было подняться на гору, как вдруг споткнулся и рефлекторно ухватился рукой за прикованного к воротам цилиня.

Цинь Му израсходовал слишком много жизненной Ци. Техника Меча, Ступающего по Горам и Рекам, была невероятно изнурительной, ослабив его до предела.

Цинь Му много раз проходил мимо горных врат, тем не менее, не замечал этого странного зверя раньше, считая его статуей цилиня или чем-то вроде того. Не ожидая, что зверь на самом деле окажется настолько мягким, он даже подпрыгнул от удивления.

Странный драконоподобный зверь поднял морду и некоторое время рассматривал гостя. Затем он высунул язык и начал зализывать раны последнего… Удивлённый юноша ощутил, как боль в левой части тела медленно проходит, заменяясь приятным холодком. Опустив голову, чтобы рассмотреть рану, он увидел, как разрезы от меча постепенно уменьшались. На коже краснелось более десятка следов от меча, но, прямо сейчас, все они медленно исцелялись.

«Это… слюна дракона? Или цилиня? Как бы то ни было, это хороший медицинский ингредиент!» — поразился Цинь Му и немедленно поднял свою ладонь, ощутив, как странный зверь сразу же её лизнул. Взглянув на сквозную дыру в руке, он увидел, как плоть, будто прорастающее растение, начала заполнять пустоту. Повреждения костей, казалось, также были излечены, а новый слой кожи спрятал все следы от полученной травмы.

— Старший брат, ты любишь кислые абрикосы? — присев на корточки, юноша подставил пустую нефритовую бутылку под рот цилиня и улыбнулся. — Это такой кислый вид, настолько кислый, что зубы вылетают. Тебе он нравится? А что насчёт жёлтых слив? Они такие же кислые, от одной мысли слюни идут… Тоже не любишь? Давай я покормлю тебя лимоном…

Странный зверь закатил глаза и продолжил молчать, полностью игнорируя надоедливого проныру. Из его пасти не вытекло даже капельки слюны.

— Что же ты тогда кушаешь? — спросил Цинь Му.

— На вершине горы живёт большая зелёная корова. Я уже давно положил на неё глаз, — внезапно заговорил зверь, продолжая неподвижно смотреть вдаль, — сможешь её притащить?

— Я обязательно подружусь с таким верным братом, как ты! Не волнуйся, я быстро всё организую! — улыбнувшись, стукнул себя в грудь Цинь Му. Цилинь был в восторге, едва успев сглотнуть обратно огромную каплю слюны, успевшую предательски выскользнуть из его пасти.

Юноше оставалось только подняться обратно на гору, думая про себя: «Кажется, единственный способ украсть у этого дракона его слюну — притащить ему зелёную корову. Я вроде-бы видел, как она когда-то жевала траву во дворе… Хмм, надо спросить Лин’эр. Она постоянно носится по округе и должна быть в курсе дел»

Пока Цинь Му поднимался на гору, в Резиденции Учеников и Королевском Парке один за другим начали просыпаться ученики, а некоторые уже даже спускались. Одна из групп, судя по всему, дворян, прошла мимо юноши, в то время как один из принцев проговорил:

— После урока Имперского Наставника, моя сила значительно возросла. Чувствую, будто смогу выдержать триста раундов в бою с этим Даоцзы!

Второй принц Лин Юйшу покачал головой:

— Шестой брат, не смей недооценивать врага. Я сражался с Линь Сюанем, поэтому уверен, что у него есть много навыков, которых он всё ещё не использовал. Тем не менее, Имперский Наставник действительно невероятно сильно нам помог. Три формы меча, показанные им, можно использовать вместе с уже известными мне движениями, значительно усиливая мой общий уровень владения оружием. Но даже так, я до сих пор не уверен, что смогу одолеть его в бою.

Лин Юйшу внезапно остановился и взглянул на проходящего мимо Цинь Му. Спустя некоторое время он нахмурился и отвёл взгляд в сторону.

— Что случилось, второй брат? — спросил шестой принц.

— Тот парень слишком близок с седьмой сестрой, — качая головой ответил Лин Юйшу. — На самом деле, Цинь Му хорош во всём, у него выдающиеся способности и он тот самый божественный врач, спасший матушку императора. Однако, он отвергнутый человек, поэтому нашей сестре не стоит с ним контактировать. Но давай не будем об этом, идём к Даоцзы!

Продолжая спускаться с горы, они услышали шум впереди, и немедленно поспешили навстречу, как вдруг кто-то прокричал:

— Даосы исчезли!

Лин Юйшу не мог совладать с собой. Протиснувшись сквозь толпу, чтобы собственными глазами увидеть, что происходит, он убедился, что Линь Сюань и Дань Янцзы на самом деле бесследно пропали.

— Возможно, они учуяли опасность и, чтобы избежать поражения, ушли? — пробормотал какой-то незнакомец.

Второй принц нахмурился и саркастично улыбнулся. Парочка даосов пришла для того, чтобы заблокировать врата и унизить колледж, с какой стати им признавать поражение таким позорным способом? Очевидно, что они ушли из-за того, что кто-то одолел Линь Сюаня в бою!

«Тот, кто одолел Даоцзы, находится среди нас и сумел прийти сюда немногим раньше остальных! — глаза Лин Юйшу загорелись, когда он всмотрелся в толпу. — Кто бы это мог быть? В Резиденции Божественных Искусств есть три-пять достойных практиков. У Маньяка Меча Сяо Иня, Безумного Демона Тянь Фэна, и Силача Юэ Цю впечатляющие способности и огромный талант. Также есть несколько людей из резиденции дворян. Седьмая сестра любит дурачиться и не слишком трудолюбива. Хоть её способности неплохи, она не прилагает достаточно усилий для развития. А ещё я забыл о Наследном Принце Минь Юэ… Что касается Резиденции Учеников, Чэнь Ваньюнь тоже неплох. Занимая место старшего брата так долго, он, вероятно, способен на подобное».

Глава 139. Зелёный бык в овощном саду

Дань Янцзы и Линь Сюань шли рядом, медленно отдаляясь от столицы. Преодолев пятьдесят километров, они достигли берега бурной реки, по поверхности которой им навстречу шагали два монаха, один старый, другой молодой. Остановившись прямо у берега, даосы поклонились путникам:

— Старшие братья.

Два монаха остановились прямо на воде и, сложив ладони вместе, похожим образом поприветствовали в ответ:

— Старшие братья.

Белые брови старого монаха низко опустились, после чего он спросил:

— Старшие братья идут из Имперского Колледжа? Вы смогли пробыть там полные три дня?

Дань Янцзы, отрицательно качая головой, ответил:

— Нет, не смогли.

Сердце монаха встревожились, став причиной дрожания его бровей: «Имперскому Колледжу действительно хватило сил, чтобы достойно встретить Даоцзы? Теперь черёд Фоцзы испытать свою силу. Интересно, как сложиться наша судьба?..»

Старый даос поклонился на прощание, и, получив аналогичный ответ от старого монаха, продолжил свой путь.

****

Уход Дань Янцзы и Линь Сюаня стал причиной того, что у всех людей Имперского Колледжа полегчало на душе, начиная от старших канцлеров и заканчивая недавно поступившими учениками. В то время как того, кто прогнал незваных гостей, так и не нашли.

Победа над Даоцзы была огромным достижением, поэтому тот факт, что мастер, получивший её, скрывал свою личность, был очень странным.

Весь колледж пытался угадать, кто это сделал. По самой популярной версии, какой-то принц поверг даоса и теперь намеренно скрывается, ведь среди потенциальных наследников трона существует заядлая конкуренция, а информация о возможностях и слабостях последнего могла быть использована при планировании покушения на его жизнь…

Другие верили, что героем был Маньяк Меча Сяо Инь. Последние был настолько помешан на искусстве меча, что не думал ни о чём другом, даже о славе…

Ещё одна догадка говорила, что старшие братья, закончившие колледж много лет назад, услышав о происшествии, пришли на помощь. Разобравшись с проблемой, они немедленно вернулись обратно на фронт. Многие из выпускников уже успели дослужиться до звания генерала и имели честь вести солдат в бой, так что такой противник был им под силу…

Ну а самые недогадливые считали, что ученики Имперского Наставника всё-таки решились поступить в колледж, временно становясь имперскими учениками, и одолели Линь Сюаня. Сразу после этого, они отчислились и вернулись ко своему учителю…

Среди учащихся ходило много разных версий…

Резиденция Учеников просто кипела активностью, когда юноши и девушки собрались во дворике Чэнь Ваньюня, оживлённо обсуждая последние события:

— Старший брат, целая гора пытается угадать, кто разобрался с тем даосом. Тем человеком случайно не был ты?

Парень зевнул, пытаясь побороть свою сонливость:

— Я тут не причём. Хоть мне бы хватило смелости вступиться за честь Имперского Колледжа, я слишком углубился во свои тренировки и случайно уснул. Если бы не ваш шум, я бы и до сих пор спал. Более того, у меня нет и малейшей догадки, кто бы это мог быть… Уааа…

Толпа, казалось, даже не собиралась обращать внимание на его слова, например, Цюй Тин скептически улыбнулась:

— Разве такое возможно, чтобы старший брат скромничал, отказываясь от славы и репутации?

Не зная, смеяться ему или плакать, Чэнь Ваньюнь ответил:

— Я не спал на протяжении двух дней, изучая три навыка меча, которые нам показал Имперский Наставник. В процессе я перенапряг свой мозг и повредил жизненную силу и дух. Как я смог бы одолеть Даоцзы, не будучи способным использовать даже восемьдесят процентов от своих возможностей? Тем более, если бы я действительно одолел даоса, с какой стати мне скрывать это?

Внезапно, сердце монаха Юнь Цюэ вздрогнуло, после чего он выдвинул предположение:

— Старший брат, это ведь не мог быть тот отвергнутый, верно?

Дух Юэ Цинхун тоже немного пошатнулся. Несмотря на то, что Цинь Му опозорил её, вбив в колонну, она всё равно восхищалась его способностями:

— Тот отвергнутый владеет непревзойдёнными умениями, каждое из которых невероятно сильное, будь то навыки меча, заклятия или боевые техники. Может, это действительно был он?

— По правде говоря, я видел, как он усердно тренировался вместо того, чтобы хорошенько выспаться. Именно это зрелище заставило меня пойти тренироваться самому, чтобы затем вступить в бой с Даоцзы. Цинь Му тренировался ещё дольше меня, так что он, скорее всего, до сих пор спит, и не воспользовался шансом сразиться с даосом, — покачал головой Чэнь Ваньюнь, после чего какой-то рассерженный ученик добавил. — Тот парень делает из старшего брата дурака! Он ведь поднял панику на лекции Имперского Наставника из-за того, что сумел создать нить из Ци. Если он не знает даже таких элементарных приёмов, то куда ему до Даоцзы?

Одобрительно кивая, ученики рассмеялись:

— Бедолага опозорился на весь зал Высшего Учения, что не может не тешить. Даже боль от нанесённых им ран, кажется, поутихла!

В этот момент, со стороны подножья горы послышался какой-то шум, после чего кто-то прокричал:

— К горе подошли старый и молодой монахи, после чего уселись прямо перед нашими горными вратами!

Ученики начали между собой переглядываться, в то время как глаза Чэнь Ваньюня загорелись:

— Даосы из секты Дао только ушли, а монахи из Монастыря Великого Громового Удара пришли на их место! Младший из них, вероятно, Фоцзы Великого Громового Удара! Мне не выпала честь сразиться с Даоцзы, поэтому на этот раз я определённо не должен упустить возможности испытать свои силы! Младшие братья и сёстры, дайте мне полдня, чтобы отдохнуть и восстановить свой дух.

Гости смиренно простились и ушли. Старший брат Резиденции Учеников лёг прямо в одежде и сразу уснул…

На следующий день, Чэнь Ваньюнь проснулся, чувствуя себя освежённым. Убрав дом и перекусив, он направился к подножью горы. За время его сна, Фоцзы Великого Громового Удара уже успел одолеть целую кучу мастеров Имперского Колледжа.

Фоцзы использовал Махаяну Сутру Жулая и Алмазное Неразрушимое Тело, к тому же отлично владел навыками Победоносной Борьбы пути Буддизма. С помощью заклятий, последний мог увеличивать свои размеры в несколько раз, обретая невиданную доселе силу. Вокруг его тела висела аура Будды, способная принимать формы огромных колокола или пагоды, используемых для подавления противников.

Вступив в бой с монахом, Чэнь Ваньюнь продержался двенадцать раундов, умудрившись пробить Алмазное Неразрушимое Тело с помощью Формы Бурящего Меча и травмировать противника. Однако, способности Фо Синя оказались слишком невероятными, поэтому, спустя некоторое время, он потерпел поражение.

Увидев на что способен Чэнь Ваньюнь, многие ученики Резиденции Божественных Искусств и Королевского Парка приподнялись. Все жители Резиденции Учеников находились в области Пяти Элементов, которая считалась относительно низкой областью совершенствования. Продержаться целых двенадцать раундов в бою с Фоцзы было невероятным достижением даже для практиков божественных искусств, поэтому юношу можно было уверенно отнести к десятке лучших учеников Имперского Колледжа.

Принцы и принцессы Королевского Парка немедленно окружили Чэнь Ваньюня, пытаясь с ним подружиться. Не принимая, но и не отвергая их слов, он пытался никого не обидеть, думая про себя: «Кажется, я неплохо себя показал. В противном случае, ко мне не было бы такого внимания. Интересно, как младший брат Цинь показал бы себя на моём месте? Сколько атак Фоцзы смог бы выдержать?»

****

— Зелёная корова? Мастер наверно говорит о зелёном быке…

В Имперском Колледже, Ху Лин’эр привела Цинь Му на обратную сторону горы, сообщив:

— За горой расположен овощной сад. Однажды, я гуляла, думая о том, чтобы достать где-то духовных грибов или бессмертный венчик. Проходя неподалёку, я увидела в саду несколько нужных мне растений, однако этот зверь их охранял и решил на меня наорать… Меня это страшно расстроило… Постоянно видеть и не быть способной съесть, настоящая мука…

Цинь Му поражённо пробормотал:

— В овощном саду? Скорее всего тот бык совершенно дикий. Разве кто-то додумался бы поселить подобного зверя в таком месте? А если он съест какое-нибудь очень ценное растение?

— Молодой мастер прав, а ты случайно не знаешь, почему цилинь перед вратами так хочет съесть того быка?

— Понятия не имею. Может быть бык каким-то образом случайно перешёл дорогу цилиню? Или, как мне кажется, цилинь недоволен тем, что рогатый ворует овощи из сада.

Добравшись до места назначения, они обнаружили, что здесь почти не было людей… За исключением пар, устраивающих свиданки, вокруг не было видно ни единого ученика.

Также на этой стороне горы стояло несколько резиденций, которые, по слухам, принадлежали членам дирекции, любящим уединение. Не считая подобных домов, единственным здешним строением был дом стража горы.

Неподалёку раскинулось несколько огородов и садов. Юноша и лисичка спускались с горы по скалистой тропинке, спустя некоторое время увидев дом с красной черепицей, возле которого находилось около трети гектара возделанной земли. Сад, в котором росли многочисленный растения, был огорожен… В то же время, огромный зелёный бык стоял посреди сада, жуя овощи и медленно отгоняя комаров своим хвостом. Хорошенько его разглядев, юноша начал неконтролируемо дрожать…

Зверь и правда оказался зелёного цвета, поэтому Цинь Му был уверен, что это единственное подобно существо на всей горе. Тело зверя, будучи покрытым толстыми и мощными жилами, имело величественный вид. Он стоял на двух ногах, опираясь спиной на колонну, будто человек. Его передние копыта, которые больше напоминали кератиновые ладони, держали огромный букет разнообразных растений. И прямо сейчас, совершенно ничего не подозревая, он медленно жевал свой завтрак.

Измерив размер быка взглядом, Цинь Му подсчитал, что тот превышал его рост в три раза. Кроме того, на теле быка не было ни капли лишнего жира, одни лишь выпирающие мышцы и нефритовая кожа, которая, кстати говоря, могла отражать свет, сверкая будто настоящие драгоценные камни, полированные в течение доброго десятка лет.

Самым страшным было то, что, когда бык вдыхал или выдыхал воздух, из его ноздрей показывались лучи белоснежного света. Более того, заметив драконью чешую на шее, он догадался, что зверь совершенствовался на вершине этой горы уже очень долгое время, отчего от постоянного воздействия Ци девяти драконов, его тело начало обретать драконьи признаки.

— Кто за мной следит? — внезапно заговорил человеческим голосом зелёный бык, после чего засунул горстку древесных пионий себе в рот. Втянув свет обратно в ноздри, его острый, будто лезвие, взгляд, упал на Цинь Му, после чего он начал идти к нему навстречу, оживлённо тряся мышцами.

— Разве он не обычный бык? Я пас коров и бычков ещё с детства… Разве у меня могут сейчас возникнуть какие-либо проблемы?.. Лин’эр, отступай первой. Если я прикажу бежать — немедленно беги! — мрачно вздохнув, обратился к лисичке юноша, на что последняя лишь кивнула мордочкой и мудро отступила. Протяжно вздохнув, Цинь Му с улыбкой на лице пошёл на встречу зелёному быку, говоря. — Братец Бык….

Видимо у зверя был не самый приятный характер, так как услышав такие слова, он немедленно побежал навстречу юноше, ревя:

— Негодяй с кривой улыбкой, ты плохой! Не смей называть меня своим братцем быком!

Ху Лин’эр быстро отступала на гору, как вдруг услышала оглушительный взрыв, сопровождающийся постоянным дрожанием земли. Мгновение спустя, она увидела размытый силуэт, который, будто ужаленный, изо всех сил рвал когти…

— Ху, беги! — прокричал Цинь Му.

Лисичка, тут же заработав лапками во всю, начала что есть мочи убегать, иногда озираясь за спину, чтобы проверить, как обстоят дела. Как раз после одной такой проверки, ей удалось разглядеть запухшие глаза и нос Цинь Му, что говорило только об одном, а именно, что за крайне короткий срок пастушок из деревни Цань Лао был избит в кашу зелёным быком.

«Молодой мастер всегда так блистал, избивая каждого встречного в Имперском Колледже. Каким образом он умудрился проиграть какому-то бычку?» — мысленно недоумевала лиса

За спинами бедолаг по-прежнему слышался громкий топот от шагов зверя, последний, судя по всему, не собирался так просто отпускать нарушителей его спокойствия и продолжал погоню.

Сравнявшись с напарницей, Цинь Му ловко подобрал её и закинул себе на плечо, продолжив изо всех сил улепётывать по горе…

Через некоторое время, зелёный бык, не будучи в состоянии догнать их, сдался, повернув обратно и по пути понося парочку на чём свет стоит. После того как он вернулась в сад, прозвучал сонный голос канцлера Ба Шаня:

— Что там за шум?

— Старый мастер, кто-то издевался над твоим бычком! — с заискивающей улыбкой, проговорил кланяющийся в сторону дворика зверь. — Более того, они пытались украсть овощи и травы старого мастера, поэтому мне пришлось за ними погнаться!

— Нечто подобное действительно произошло?

Глава 140. Чистка вока и мытьё чашек

Канцлер Ба Шань, одетый в серое пальто, вышел с бутылкой вина, которая была в половину человеческого роста. Он, приподняв голову, сделал несколько глотков вина, после чего смачно отрыгнул, бросил бутылку в сторону зелёного быка и спросил:

— Кто посмел воровать из моего сада?

Зелёный бык, сделав пару глотков вина, отрыгнул запахом похожим на смесь цветов с вином и сказал:

— Без понятия. Какой-то полоумный мальчуган с лисой.

Канцлер Ба Шань задумчиво проговорил:

— Кажется это был тот самый малец из Великих Руин. Как он посмел спровоцировать моего маленького бычка и воровать в моём саду? Насколько же он груб, не воспитан и нагл? Понятно… В таком случае ты должен оставаться здесь и приглядывать за моим садом, чтобы никто не посмел воровать снова.

****

Цинь Му вернулся на переднюю часть горы и, потрогав свои синяки, переменился в лице, думая: «Я не ровня тому быку в бою, поэтому мне нужно использовать какой-нибудь наркотик, чтобы вырубить его. Дедушка целитель всегда говорил, если не можешь победить в бою, так отрави. Мне просто нужно связать его копыта, чтобы он не представлял опасности… Аа? Патриарх?»

Перед ним стоял простецкий, сделанный из соломы, домик с двумя-тремя комнатушки. Соломенный домик находился неподалёку от реки с горой, что делало это место очень спокойным, тихим и уединённым.

Цинь Му смотрел, как молодо выглядящий Патриарх сидел у себя во дворике и мыл чашки, что означало, что тот недавно пообедал. Рядом с ним находился седовласый старик, который мыл свой горшок люфой.

Цинь Му уже видел этого старика раньше, ведь им оказался Старший Надзиратель Небесного Дьявольского Культа. Несмотря на то, что Патриарх был Великим Ректором Имперского Колледжа, человеком с высоким статусом и важной должностью, у него никогда не было прислуживающих ему служанок или слуг… С ним был лишь только Старший Надзиратель.

Патриарх и Старший Надзиратель заметили юношу с лисичкой, но не встали, чтобы подойти, продолжив заниматься мытьём посуды. Улыбнувшись, Старший Надзиратель спросил:

— Здесь живёт Патриарх. Молодой Владыка никогда не был здесь раньше?

Цинь Му, по-прежнему стоявший снаружи, покачал головой, после чего уважительно поклонился и вошёл внутрь. Старший Надзиратель поклонился в ответ, в то время как он подошёл к водоёму, чтобы помочь Патриарху с мытьём посуды, улыбнулся и спросил:

— Патриарх — уважаемый и великий ректор, но почему же Вы так скромно живёте?

Патриарх взял полотенце, вытер руки и ответил:

— Не привык я к роскоши и богатству. Старший Надзиратель раньше не жил здесь. Я позвал его к себе, потому что старею, вынуждая страдать вместо со мной.

Юноша с лисичкой посмотрели в сторону седовласого старика, но тот лишь улыбнулся и сказал:

— Я просто решил немного отдохнуть, а это место как раз пришлось мне по душе.

Патриарх улыбнулся и проговорил:

— Молодой Владыка, после твоего возвышения, я всё равно возьму Старшего Надзирателя с собой в путешествие на несколько лет. После моей смерти, ему будет немного проще собрать мои останки, а так как наш священный культ не оставляет трупов, то соберёт он мой прах. Когда придёт время, Старший Надзиратель вернёт мой прах обратно.

Цинь Му, чувствуя в сердце горечь, молчал…

Герой уже не так молод…

Даже если ты такой же сильный, как старейшина деревни или Патриарх — рождение, старение, болезни и смерть неизбежны. Вся их кровожадность и сильные сердца в конечном счёте разрушатся беспощадным временем, превращая их самих в покрытые жёлтой почвой трупы.

— Старый и молодой монах подошли к подножью горы, — посмотрев на паренька, проговорил Патриарх.

Кивнув головой, Цинь Му закончил с мытьём посуды и использовал жизненную Ци Красной Птицы, чтобы высушить руки. Старший Надзиратель, повесив помытый после готовки вок, принёс чайный набор, явно планируя заварить чай. Ху Лин’эр подбежала, чтобы помочь.

— Знаю. Я слышал, что из Монастыря Великого Громового Удара пришли монахи, поэтому решил спуститься, чтобы взглянуть на них, и узнал старого монаха. Как-то раз мне довелось повстречаться с ним в Великих Руинах. Я слышал, как дедушка Ма называл его старшим братом Цзин Мином или как-то так, — Цинь Му не был уверен, что запомнил имя правильно, но продолжил, — что же до молодого монаха, раньше я с ним не встречался, но он, практически наверняка, Фоцзы из Монастыря Великого Громового Удара.

Ху Лин’эр, будучи немного ниже чайного столика, силилась разлить всем чай. Старший Надзиратель тут же выхватил чайник из её пушистых лап и поставил его рядом с чашками, затем он поднял лисичку и усадил на стул.

— Давай лучше я, — с улыбкой сказал услужливый старик.

— Они блокируют горные врата нашего Имперского Колледжа, — продолжая смотреть на паренька, проговорил Патриарх.

— Да, уже где-то полдня. Я сбегал туда, чтобы понять из-за чего поднялся такой шум, поэтому могу сказать только одно — Фоцзы действительно способный. Махаяна Сутра Жулая, навыки Победоносной Борьбы, Алмазное Неразрушимое Тело, Ступа Жулая, Махаяна Мудра Нирваны, Мудра Восемнадцати Архатов, — на одном дыхании проговорил Цинь Му, как вдруг спросил. — Патриарх, неужели я ошибался на счёт Имперского Колледжа?

— В смысле ошибался? — недоумевающе переспросил Патриарх.

— Мы на самом деле так слабы? — озадаченно продолжал Цинь Му. — Почему нас постоянно избивают? Почему наши врата пытаются заблокировать каждый день? Я поступил сюда лишь несколько дней назад, но уже успел увидеть, как врата блокировались дважды. Если бы такое произошло в моих Великих Руинах, то мы бы давно схватили их и хорошенько поколотили.

— Я не об этом. Я имею в виду Фоцзы Фо Синя. Вместо того, чтобы ошиваться на обратной стороне горы, почему бы тебе не пойти и не встретиться с ним?

— Я ведь уже говорил, что ходил. Чем Вы слушали? Но потом решил сбегать на обратную сторону горы. У горных врат было так шумно, что у меня разболелась голова, — улыбаясь, ответил Цинь Му.

Патриарх впал в ярость, поэтому Старший Надзиратель незамедлительно налил ему чашку чая. Первый тут же осушил чашку и отложил в сторону, в то время как второй сразу же налили в неё ещё.

— Другие ученики Имперского Колледжа уже сразились с Фоцзы, так почему ты всё ещё здесь? — подавив свой гнев, процедил Патриарх.

— Я совсем недавно одолел Даоцзы, к тому же не без травм, — сетовал Цинь Му. — Даоцзы, продырявил мою руку, видите… А? Где же шрам? Ну не суть, по крайней мере я до сих пор чувствую, как в руке отдаёт ноющей болью, а значит у меня есть внутренние повреждения. Так как я уже сражался, пусть лысый делает то, что хочет… а мне нужно подлечиться. Хотя бы взгляните на моё, до сих пор опухшее, лицо! Если Вы даже не хотите заступиться за Вашего молодого Владыку, которого побил какой-то бык, то зачем мне заступаться за честь Имперского Колледжа?

— Патриарх, чай уже остыл, — прокашлявшись, сказал седовласый Старший Надзиратель.

— Он не мог остыть так быстро! — стукнув по столу, Патриарх, буровя взглядом паренька, ухмыльнулся. — И чего же ты хочешь? Чтобы я снова пригласил Имперского Наставника поделиться своим опытом? Я уже звал его, поэтому больше не стану! Кого мне ещё позвать? Может быть самого Императора Яньфэна?

— А Яньфэн действительно может прийти в Имперский Колледж и прочитать лекцию? — с подступившим от волнения к горлу сердцем, попытался прощупать почву Цинь Му.

Патриарх запрокинул голову, чтобы вновь осушить чашку с чаем… он даже проглотил чайные листья, только чтобы попытаться заглушить свой гнев, после чего саркастически рассмеялся:

— Забудь! Такое попросту невозможно! Император никогда не придёт в Имперский Колледж, чтобы дать лекцию! Воспользоваться ситуацией в беде разок — нормально! Но дважды? Я не настолько толстокожий!

— Патриарх, Даоцзы из секты Дао приходил заблокировать врата, теперь Фоцзы из Монастыря Великого Громового Удара пришёл сделать то же самое, поэтому я тут подумал, поскольку две из трёх самых больших организаций прибыли, должны ли и мы, Небесный Дьявольский Культ, также показать свой лик и заблокировать врата Имперского Колледжа? Я, как молодой Владыка нашего культа, должен буду взять на себя данное бремя и заблокировать врата Имперского Колледжа, дабы укрепить мощь нашего куль… — праведно лепетал Цинь Му.

Патриарх ударил по столу и внезапно подскочил, тем самым прерывая речь паренька.

— Патриарх, успокойтесь, успокойтесь! Молодой Владыка ещё дитя, не нужно на него злиться. Успокойтесь! — попытался утихомирить его Старший Надзиратель.

— Ты думаешь, что в Имперском Колледже нет никого, кто бы мог побить Фоцзы, кроме тебя? — пребывая чуть ли не в состоянии белого каления от гнева, расхохотался Патриарх.

— Возможно, но разве что в прошлом. Прямо сейчас все те, кто был на подобное способен, уже давно закончили Имперский Колледж, — улыбаясь, ответил Цинь Му и затем продолжил. — Если Патриарх хочет, чтобы пути и навыки процветали, тогда Вам нужно пригласить людей, которые уже давно покинули Имперский Колледж, и попросить их преподавать. Также нужно будет пригласить высокопоставленных чиновников первого ранга имперского двора, попросив их научить своим путям, навыкам и божественным искусствам.

— Нынешние высокопоставленные чиновники первого ранга сейчас в основном живут как владыки культов или лидеры сект, — покачивая головой, вздохнул молодо выглядящий Патриарх, — а остальные являются мастерами своих аристократических семей. Разве они захотят обучать весь мир своим секретам? Я понимаю, что ты имеешь в виду, но у меня больше нет ни настроения, ни времени заниматься возрождением Имперского Колледжа. Я ухожу в отставку, поэтому данным вопросом должен будет озаботиться следующий великий ректор. Вот только я понятия не имею, кого назначат следующим ректором Император Яньфэн и Имперский Наставник… — безучастно проговорил Патриарх, после чего спросил. — Так ты и правда не собираешься сражаться с Фоцзы? Ты думаешь, что не ровня ему?

— У меня — Тело Тирана. Для меня нет разницы между избиением Даоцзы и Фоцзы, — покачав головой, тщеславно ответил Цинь Му.

— Действительно ли в этом мире существует что-то, что называется Телом Тирана? — будучи сбитым с толку, слегка недоумевающим тоном спросил Патриарх.

— Я никогда не слышал ни о чём подобном, — покачал головой Старший Надзиратель.

Тем не менее, на лице Цинь Му читалась слепая, непоколебимая убеждённость, увидев которую, даже Патриарх был потрясён.

— Старейшина деревни лично сказал, что у меня есть то самое Тело Тирана, а также то, что только я могу совершенствоваться в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана, — с тоном, презирающим весь мир, молвил юноша.

«Тот старикан… Обидно, но он по-прежнему более сведущ в таких вопросах, нежели я», — подумав, Патриарх посмотрел на паренька и спросил:

— Ты действительно не пойдёшь? Даже если не пойдёшь, мне не составит труда найти людей, которые смогут заставить Фоцзы убраться отсюда!

— Патриарх, Вы, что, планируете замаскироваться под кого-то из младшего поколения и сразиться? — невинно моргнув глазами, пробормотал Цинь Му.

— Быстрее допивай свой чай и вали! — подняв чашку с чаем, гаркнул Патриарх.

Цинь Му допил чай, взял в руки Ху Лин’эр и зашагал прочь, однако, кое о чём подумав, он вернулся обратно и спросил:

— Патриарх, раз мы не можем никому запретить блокировать наши врата, может тогда нам пойти и заблокировать врата других?

— Вызываешься добровольцем? — приподняв бровь, спросил Патриарх.

— Император придёт, чтобы прочитать лекцию? — приподняв бровь, спросил Цинь Му

— Вали! — приподняв обе брови, гаркнул Патриарх.

— Уже! — приподняв обе брови, радостно выкрикнул Цинь Му и убежал.

— Маленький негодник даже палец о палец не ударит, когда для него нет никакой выгоды, — беспомощно покачал головой Патриарх, на что Старший Надзиратель улыбнулся и сказал. — Молодой Владыка не особо привязан к Имперскому Колледжу, поэтому он не станет лишний раз себя утруждать. Кроме того, разве Вы, Патриарх, сейчас не чувствует себя счастливым?

— Негодник знает, как меня поразвлечь, — беззаботно похохатывая, проговорил Патриарх. — Как и ожидалось от того, кого вырастили те старые чудики. Я молчу об их предводителе, тот действительно что-то с чем-то. Даже я не знал, что в этом мире есть Тело Тирана, а он не только знал, но и смог распознать. Когда я покину пост великого ректора, мы обязательно должны наведаться к нему на чашечку чая… Тем не менее, молодой Владыка прав, негоже давать блокировать наши врата другим, нужно и самим иногда давать о себе знать. Бунтовать удумали? Отшлёпаем их зазнавшиеся лица так, что думать забудут о бунте!

— Патриарх, до Вашего ухода в отставку ещё два месяца, — напомнил Старший Надзиратель.

— Я могу поручить заняться данным делом другим. Император уже ищет кандидата на пост великого ректора. Как думаешь, кто им станет? — со вздохом ответил Патриарх.

Старший Надзиратель вздохнул и, покачивая головой, ответил:

— Откуда мне знать? Однако, я чувствую, что император выберет кого-то из высокопоставленных чиновников низшего первого ранга. Несмотря на то, что имперский великий ректор — только высокопоставленный чиновник третьего ранга, данная должность слишком важна и должна управляться доверенным лицом императора.

****

В императорском дворце. Император Яньфэн читал доклад, как вдруг послышался слегка писклявый голос евнуха:

— Ваше Величество, прибыл Лорд Гу.

— Впусти его, — даже не подняв головы, ответил Император Яньфэн.

— Я, Гу Линуань, Ваш покорный слуга, отдаю дань уважения Вашему Величеству!

Император Яньфэн поднял голову и посмотрел на кланяющегося посреди зала Гу Линуаня. Затем он, опустив кисть вниз, сказал:

— Лорд Гу, ты пропал десятки лет назад и был спасён маленьким генералом Цинем. Я, конечно, должен был назначить тебя на важную официальную должность, тем не менее, пропасть без вести на столько лет, а тем более потерять меч имперского двора, не малое дело. Подобный проступок не сойдёт тебе с рук так просто. Даже пожелай я продвинуть тебя по службе, на меня будет оказано давление. Однако, я решил устоять перед мнением масс и назначить тебя на важную должность.

Гу Линуань был удивлён и рад.

— Великий Ректор Имперского Колледжа — пост первостепенной важности. Текущий Великий Ректор уходит в отставку. Я попросил его освободить своё рабочее место не позже, чем через два месяца, дабы мне было проще найти подходящую талантливую замену на его должность. Я нашёл тебя и надеюсь, что не буду разочарован!

— Я не пощажу ни живота, ни жизни, исполняя свой долг до самой смерти!

Император Яньфэн поднял свою кисть и продолжил читать доклад:

— Не пощадишь жизни? Если разочаруешь меня, я обезглавлю тебя. Свободен.

Глава 141. Парализованный зал Высшего Исцеления

— Две булавы ложной клубники, триста восемьдесят грамм и шесть булав священного бамбука, четыре булавы олеандра… — перечислял ингредиенты Цинь Му, наведавшийся вместе с Ху Лин’эр в сокровищницу с целью обзавестись всеми необходимыми ему медицинскими ингредиентами. Закончив с перечислением, он обратился к ушастой. — На этот раз я собираюсь создать наркотик под названием “Потерянный Дурман”, некое подобие обезболивающего. Дедушка целитель однажды использовал его, чтобы вырубить водного дракона. Бык может и силён, но разве сильнее дракона? Однако, для его создания требуется особая печь для пилюль и нельзя проявить даже малейшей халатности.

— Почему так? — с интересом спросила Ху Лин’эр.

— Аромат этого наркотика может вырубить даже водного дракона, что же тогда произойдёт с человеком, который его создаёт? — улыбнулся Цинь Му. — Если печь для пилюль не герметична, то аромат моментально разлетится по округе. Я боюсь, что перед мощью благоухающего запаха данного препарата падут даже великие практики божественных искусств области Небожителя. У меня нет такой печи, поэтому мне придётся позаимствовать одну в зале Высшего Исцеления…

— Маленький божественный врач, куда держишь путь? — неожиданно послышался знакомый голос.

— Это же Имперский Лекарь Цюй. Ах да, Вы же член дирекции, тогда мне нужно называть Вас учителем Цюем, — повернувшись на голос, с яркой улыбкой проговорил Цинь Му.

— Не говори так, я стесняюсь! — незамедлительно ответил лекарь Цюй. — Сегодня вечером я буду читать лекцию, во время которой проведу дискуссию с учениками на тему медицинских знаний. Раз ты божественный врач, почему бы тогда тебе не подменить меня и не прочесть лекцию самому?

— Я всего лишь ученик, как я могу читать лекцию? Тем более, мне нужно ещё кое-что сделать во время вечернего урока, поэтому, с большой долей вероятности, я не смогу прийти. Я собираюсь приготовить полную печь кое-какого препарата, которого мне нужно будет использовать вечером, — рассмеявшись, ответил Цинь Му, на что лекарь Цюй слегка расстроился, но уже в следующий миг, с промелькнувшей во взгляде искрой, спросил. — Ты собираешься заняться приготовлением пилюль?

— Нет, не пилюль, только наркотика, — улыбнувшись, ответил Цинь Му.

— Могу ли я понаблюдать за твоей работой? — с азартно засиявшим взглядом, спросил лекарь Цюй.

— Я собираюсь использовать печь из зала Высшего Исцеления, если Вы хотите понаблюдать, то мы можем пойти вместе, — на миг замешкавшись, но затем слегка кивнув, ответил Цинь Му.

— Маленький божественный врач, отправляйся в зал Высшего Исцеления первым, а я скоро буду! — с улыбкой от уха до уха, буквально прощебетал лекарь Цюй, после чего исчез словно ветер.

Цинь Му направился в сторону зала Высшего Исцеления, а когда оказался практически на месте, то увидел, что Имперский Лекарь Цюй уже ждал его возле входа, в то время как рядом с ним стояли Имперский Лекарь Ю, Имперский Лекарь Юй и все остальные члены Имперского Отдела Врачевания, на чьих лицах читалась только одна эмоция — крайнее воодушевление.

Обведя всех скептическим взглядом, Цинь Му не мог не озадачиться. Он же хотел приготовить обычное обезболивающее, неужели для этого было необходимо собираться всем имперским лекарям?

Несколько лекарей вышло вперёд, начав, подгоняя, наперебой друг другу лепетать:

— Маленький божественный врач, скорее!

— Будем работать с Великой Печью Подземного Огня?

— Мы можем стать твоими ассистентами!

— Какие ингредиенты ты используешь?

— В каком порядке?

— Когда нам нужно быть нежными и когда нужно свирепеть?

— Когда ты используешь технику рук, как должна циркулировать Ци?

****

Цинь Му вошёл в зал Высшего Исцеления вместе с целой вереницей следующих по пятам лекарей, изголодавшихся по новым знаниям, и тут же увидел огромную печь. Понадобится как минимум пара лет, чтобы съесть то количество пилюль, которое она может произвести. Должно быть её используют для военных нужд или для создания потрясающих весь мир духовных пилюль.

Кроме огромной печи здесь находилось множество других, всевозможных видов и размеров печей, под каждой из которых были начертаны рунические образования, напрямую соединяющие печи для пилюль с подземным огнём, находящимся на глубине десяти тысяч метров под землёй. Вытянув с такой глубины на поверхность подземный огонь, его можно использовать для создания пилюль.

— Есть ли здесь герметичная печь? — спросил Цинь Му.

— Божественный врач, сюда, — окликнув, лекарь Ю тут же сопроводил юношу к одной каменной печи зала Великого Исцеления и, улыбнувшись, проговорил. — Эта печь герметична. Проверь, подходит ли она тебе.

Увидев, что каменная печь напротив была вырезана непосредственно из нефрита и камня, глаза Цинь Му загорелись. Верх и низ перекрывались восемью предсказательными триграммами и пятью элементами. У печи не было вентиляции, поэтому, одновременно перекрыв верх и низ, она становилась воздухонепроницаемой. Даже если пилюля взорвётся внутри печи, то не сможет ей навредить и вырваться наружу.

— Подойдёт! — открыв и оценив возможности печи, воскликнул Цинь Му, после чего по порядку добавил растения в квадратные коробки восьми предсказательных триграмм и пяти элементов. Каждая из таких коробок открывалась по истечению определённого количества времени, после чего ингредиенты падали в печь, следовательно, не было нужды в том, чтобы её открывать.

Цинь Му разместил ингредиенты и, хлопнув в ладоши, тут же подал огонь из рунического образования, накаляя печь. Ху Лин’эр не интересовалась созданием наркотиков, поэтому просто разглядывала всё, что её окружало. Между тем, старые и седовласые имперские лекари столпились в одном месте и с интересом, не в состоянии оторвать взгляда, наблюдали за происходящим…

Лекарь Юй заметил технику рук, которую Цинь Му в данный момент использовал, и с восхищением воскликнул:

— Эта техника рук достигла совершенства! Она невообразимо хороша! Маленький божественный врач, зачем твоей технике рук последовательно отмечать каждые тринадцать знаков?

— Фиолетовый Гранулированный Камень — драгоценный камень, внутри которого сокрыты лекарственные свойства. Их очень сложно извлечь, поэтому, чтобы добиться результата, я должен отмечать все тринадцать знаков. Но моё совершенствование, если сравнивать с вашим, достаточно слабо, и вам не нужно отмечать тринадцать знаков, чтобы полностью извлечь все лекарственные свойства, — ответил Цинь Му. Несколько старых лекарей покивали головами и тут же записали услышанное.

Цинь Му создавал наркотик, в процессе отвечая на вопросы стариков, объясняя лекарственные свойства ингредиентов и техники создания пилюль.

— Это же Рука Взаимопомощи Дракона и Тигра, я прав? — выражение лекаря Цюя тут же изменилось. — Техника, которая была давно утеряна!

После услышанного, ещё три лекаря изумлённо застыли, внимательно наблюдая за постоянно перемещающимися вверх-вниз ладонями Цинь Му. Они изо всех сил старались запомнить данную технику рук.

— Рука Взаимопомощи Дракона и Тигра была утеряна двести лет назад… Я и представить не мог, что увижу такую легендарную технику создания пилюль в исполнении маленького божественного врача… Я что, сплю? — пробормотал седовласый лекарь Юй.

— Если вы все хотите овладеть данной техникой, я вас научу, но только когда освобожусь, пока у меня совсем нет времени, — проговорил Цинь Му. Прямо сейчас он добрался до финальной стадии производства наркотика, поэтому больше не мог отвлекаться. Рука Взаимопомощи Дракона и Тигра была лишь одной из нескольких сотен техник рук, которым его обучил дедушка целитель. Ничего особенного в ней не было. Куда важнее было в идеале овладеть теоретическими медицинскими знаниями. Техники и прочее были лишь дополнением, хоть порой и достаточно эффективным. Как бы то ни было, техники рук были чрезвычайно важны для имперских лекарей. Помимо техник, также были рецепты, которые являлись долгожданным сокровищем для бесчисленного числа изучающих медицину мужей. Если такой рецепт попадал к ним в руки, они действительно смотрели на него, как на сокровище, и никогда не рассказывали другим о находке…

Тем не менее, такое поведение противоречило наставлениям целителя из деревни Цань Лао. Тот совершенно не верил в рецепты и техники рук. В основном он делал упор на обучении именно теоретическим медицинским знаниям с последующим закреплением на практике.

Цинь Му не придавал такого огромного значения вещам, которым дедушка целитель его обучил, как те старики. Они казались ему чем-то обычным. Именно поэтому удивление имперских лекарей вызвало у него недоумение.

Между тем, Цинь Му уже был готов достать приготовленный наркотик, его техники рук становились всё быстрее и быстрее, ослепляя взгляды окружающих. За считанные секунды несколько имперских лекарей увидели огромное количество давно утерянных техник рук, что были даже сложнее, чем Рука Взаимопомощи Дракона и Тигра. Мелькая одна за другой, каждая техника рук вызывала разные формы подземного огня, и, ещё до того, как имперским лекарям удалось бы запомнить их, Цинь Му уже не использовал какие-либо техники и, стоя возле каменной печи, ждал в тишине. После того, как печь остыла, его жизненная Ци превратилась в жизненную Ци Чёрной Черепахи, давая ладоням быстро остыть. Когда же он приложил руки к печи, на её стенах начал проступать иней…

Цинь Му попросил имперских лекарей и Ху Лин’эр отойти, затем задержал дыхание и аккуратно приоткрыл каменную печь. На её дне можно было разглядеть тоненький слой розовой дымки.

Цинь Му одной рукой использовал Ци Чёрной Черепахи, чтобы остудить дымку, а другой достал небольшой нефритовый пузырёк. Его Ци охватила дымку, переместив со дна печи в заранее приготовленную ёмкость. Он тут же вставил в горлышко пузырька тяжело зашедший колпачок, но по-прежнему не расслаблялся, вновь использовав Ци Чёрной Черепахи, чтобы превратить её в кусок чёрного льда, которым запечатал горлышко пузырька, прежде чем, наконец-то, с облегчением вздохнуть.

«Я создал нужный наркотик», — подумал Цинь Му, после чего поблагодарил нескольких имперских лекарей и, улыбнувшись, продолжил:

— Учителя, у меня по-прежнему есть неотложные дела, так что я не буду беспокоить вас, ведь урок только вечером…

— Просто делай то, что должен. С сегодняшнего дня тебе не нужно приходить на занятия, если у тебя есть какие-то дела. Когда у тебя появится свободное время, будет достаточного того, чтобы ты пришёл и дал нам, старикам, пару уроков по созданию каких-нибудь пилюль, — улыбнулся лекарь Ю.

Цинь Му попрощался и ушёл. Как только он покинул зал, несколько старых лекарей собрались вместе.

— Все записали каждый использованный медицинский ингредиент? — с восторженной улыбкой, спросил лекарь Ю.

— Разве ему удалось бы от нас что-то утаить? Мне достаточно всего лишь понюхать, чтобы узнать, что это были за ингредиенты. Количество булав и грамм тоже не смогло укрыться от моего обоняния! — пробормотал лекарь Юй.

— Что насчёт состава и порядка восьми предсказательных триграмм и пяти элементов?

— Не волнуйтесь, я их записал! — ответил лекарь Цюй.

— А техники рук?

Все старики заговорчески заулыбались, в то время как один из них сказал:

— Каждый из нас, какую-то, но запомнил. Поэтому, объединив наши воспоминания, мы сможем восстановить его техники!

Лекарь Цюй, поколебавшись, сказал:

— Однако, доставая лекарство, он попросил нас стоять подальше, поэтому я не записал способ, с помощью которого он это сделал. К тому же, мы не имеем ни малейшего понятия, что он там создал… Если попробуем за ним повторить без должной осторожности…

— Достать лекарство не должно быть так сложно. А что это за лекарство мы сможем узнать только тогда, когда понюхаем его после создания! То, что создал маленький божественный врач, определённо необычно!

Имперские лекари пребывали в приподнятом расположении духа. Лекарь Юй направился в сокровищницу за ингредиентами, пока остальные мыли каменную печь и ждали его возвращения. Когда он вернулся, они незамедлительно поместили по порядку все ингредиенты в квадратные коробки восьми предсказательных триграмм и пяти элементов.

Поддерживая друг друга, они вытянули подземный огонь. Каждый из них, окружив печь для создания лекарств, использовал одну или больше техник рук.

Некоторое время спустя, многие ученики начали приходить в зал Высшего Исцеления на лекцию. Все это происходило как раз в тот момент, когда имперские лекари достигли ключевого момента в создании лекарства, поэтому у них не было времени беспокоиться об учениках.

В течение последних нескольких дней, сначала Имперский Колледж был заблокирован Даоцзы из секты Дао, а затем Фоцзы из Монастыря Великого Громового Удара, в результате чего много людей получило ранения. Произошедшие события заставили учеников колледжа почувствовать важность зала Высшего Исцеления, поэтому, когда последний объявил о проведении лекции, они чуть ли не рвались прийти послушать её…

Все пришедшие ученики не могли скрыть удивления и восхищения, когда увидели непредсказуемые, достигшие совершенства, движения техник рук лекарей. Лекарь Юй и остальные, окружив печь и постоянно меняясь местами, выглядели словно летающие туда-сюда бабочки.

Неожиданно старики остановились, убрав руки от печи и восстанавливая дыхание. Они ждали пока печь остынет.

Зайдя так далеко, лекари были немного нерешительны. Лекарь Цюй положил руку на каменную печь и сказал:

— Кажется он использовал такую технику рук. Его рука лежала здесь, вот так…

— Всё будет хорошо, даже если мы не справимся. Нам просто нужно будет сделать всё заново. Давайте откроем печь!

Лекарь Ю сделал шаг вперёд и открыл крышку. Его нос тут же пронзил резкий аромат, из-за которого на лице расцвела глупая, нестираемая, улыбка.

— Какой ароо… оо… маат…

Плюх.

Лекарь Ю упал на пол со странной, отказывающейся покидать его лицо, улыбкой. Она была похожа на цветок, который только на половину расцвёл, так же как и старик только на половину улыбался.

Плюх, пам, плюх…

Остальные имперские лекари попадали на пол следом, на их лице тоже красовались глупые улыбки. Находящиеся неподалёку ученики, которые подошли, чтобы посмотреть, начали изумлённо вскрикивать. Кто-то из них хотел помочь, кто-то пытался сбежать…

Неожиданно, все ученики начали один за другим валиться на пол… Они чувствовали, как их конечности исчезают. Не только конечности, их глаза, нос и даже уши, всё исчезало без следа!

Даже их духовные эмбрионы оказались парализованы, а жизненная Ци застыла!

Глава 142. Парализованный Имперский Колледж

— Люди в зале Высшего Исцеления отравлены!

Группа учеников, проходивших мимо зала, немедленно заметила ситуацию внутри, после чего один из них сразу же побежал в неизвестном направлении и прокричал:

— Я сообщу дирекции! Остальные, помогите пострадавшим!

Два парня вбежали в зал, но, учуяв сладкий запах, мгновенно повалились на пол. Спустя некоторое время, монах Фа Цин из зала Лазурного Ян, вместе с несколькими последователями, забежал в зал, говоря:

— Быстро, спасите…

Плюх, хлоп… Кучка монахов рухнула на пол. Их лидер, Фа Цин, имел высокий уровень совершенствования и смог развернуться, чтобы выбежать наружу. Тем не менее, не сумев покинуть зал достаточно быстро, старик распластался на полу прямо перед входом.

— Монах Фа Цинь тоже отравился!

Спеша на помощь мастеру, ещё несколько юношей вдохнули аромат и, один за другим, повалились на пол. Люди вокруг увидели произошедшее, поэтому инстинктивно подбежали к куче бедолаг, к своему удивлению неподвижно упав на землю, не успев даже добраться до цели.

В это же время, новость об отравлении зала Высшего Исцеления достигла Резиденции Учеников, Королевского Парка и Резиденции Божественных Искусств. Целая армия учеников вместе с дирекцией отправились к месту происшествия, чтобы спасти отравленных людей. Перед горными вратами, ученики, выстроившиеся в очередь, чтобы бросить вызов Фоцзы, покинули свои посты, поспешив на помощь пострадавшим.

Канцлер Ба Шань получил известие, после чего немедленно отправился к залу, чтобы оценить ситуацию. Смотря с высоты, старик увидел сотни неподвижно лежащих на земле учеников и учителей.

К этому времени, аромат Потерянного Дурмана уже распространился за границы зала Высшего Исцеления, рассеиваясь в воздухе снаружи.

Даос Лин Юнь и остальные члены дирекции стояли неподалёку с угрюмыми лицами. Внезапно, даос Шоу Фэн из зала Множества Элементов зашагал вперёд, улавливая направление ветра рукавами своей одежды:

— Яд невероятно силён, нужно рассеять его в воздухе, чтобы спасти людей!

Вьюх!

Два ураганных потока сорвались с его рукавов, подув в сторону здания. На лице канцлера Ба Шаня мгновенно появилось паническое выражение:

— Не дуй!

К сожалению, к тому времени, пока даос отреагировал, тяжёлый аромат уже успел покинуть зал Высшего Исцеления.

— Задержите дыхание! — снова закричал Ба Шань.

Но уже было слишком поздно. Запах Потерянного Дурмана, смешавшись с воздухом, чувствовался повсюду, поэтому ученики вокруг начали, будто домино, парализовано сваливаться с ног. Так как совершенствование членов дирекции было довольно высоким, они всего лишь почувствовали онемение в конечностях, их Ци стала совсем неактивной, а сами они потеряли силы и способность двигаться.

Канцлер Ба Шань успел вовремя отреагировать, к тому же владел огромной силой, не позволившей яду подействовать мгновенно. Учуяв вырубающий запах, он использовал мощь своей Ци, вынудив последнего покинуть его тело. Оглядываясь вокруг, мужчина беспомощно смотрел, как, волна за волной, ученики валятся с ног.

— Вот дерьмо… Это что, конец Имперского Колледжа?

Ужасная тоска заполнила его сердце. Яд, вероятно, вскоре рассеется по всей территории колледжа. Людей, на которых вещество не подействует, можно было пересчитать на пальцах. Только практики области Небожителя были в силах прогнать яд из тела с помощью Ци.

Имперский Колледж был самой священной землёй во всём мире, все жители которой с минуты на минуты будут поражены этим непонятным дурманом. Что это, если не конец?

«Что за яд эти старые мерзавцы из зала Высшего Исцеления приготовили на этот раз?»

Старик не знал, что Потерянный Дурман был всего лишь обезболивающим. Ужасный эффект, который он вызывал, пройдёт всего лишь через два-три часа после отравления, не вызывая никаких серьёзных последствий.

В этот момент, внезапно в небо поднялась тыквенная горлянка, зависнув над Имперским Колледжем горлышком вниз. Ужасная сила всасывания, исходящая от неё, начала поглощать воздух вместе с ядом, начиная с вершины горы и медленно опускаясь до самого основания.

С сильным ураганом, поднявшимся над горой, вскоре весь дурман бесследно исчез. Канцлер Ба Шань вздохнул с облегчением:

— Слава богу, что у нас есть Великий Ректор, не позволивший дурману распространиться по всей горе. Однако, эти люди скорее всего…

Его тигриные глаза наполнились слезами, рассматривая бесчисленные “трупы”, валяющиеся перед залом Высшего Исцеления. Внезапно, из-за спины старика раздалось чьё-то осмеивание:

— Ба Шань, почему ты плачешь, если они ещё живы?

Старик на мгновение ошеломлённо застыл, после чего быстро подбежал, чтобы проверить дыхание одного из тел. Оказалось, что человек действительно был жив.

Патриарх остановился возле канцлера, осмотрелся вокруг и нахмурился:

— Выглядит, как работа Маленького Короля Ядов. Хотя… Я знаю, кто за этим стоит. Негодяй с каждым днём становится всё непослушнее!

Ба Шань на мгновение задумался:

— Великий Ректор, я слышал, что это вина группы имперских лекарей, которые неудачно попытались приготовить лекарство.

— Имперские лекари из зала Высшего Исцеления неспособны приготовить столь сложное вещество. Скорее всего, маленький негодник, готовивший лекарство, сделал ошибку, парализовав себя вместе со всеми учениками заведения…

Закончив говорить, глаза мужчины полезли на лоб, всматриваясь в точку неподалёку. Канцлер Ба Шань не понимал, что случилось. Взглянув туда, куда упал взгляд ректора, его глаза тоже начали вылезать из орбит.

Прямо перед ними, молодой ученик, спустившийся с обратной стороны горы, спокойно шёл возле зала Высшего Исцеления. Крепко ухватившись обеими руками, он тащил невероятно мускулистого зелёного быка. Зверь также был парализован, а его конечности были связаны вместе. Торча копытами к небу, зверь со скрипом тянулся по земле, в то время как белая лиса с идеально чистой белой шерстью сидела на нём верхом.

Увидев землю, усеянную “трупами”, молодой ученик слегка удивился. Затем его взгляд упал на канцлера Ба Шаня и Патриарха. От шока юноша ужасно изменился в лице. Выбросив быка подальше и схватив лису рукой, он мгновенно попытался скрыться.

— Мой маленький бычок! — Ба Шань, с материнским выражением лица, бросился на спасение падающего быка. Затем он яростно закричал. — Подлец, ты усыпил моего зверька! Я тебе этого не прощу!

Не успев отбежать далеко, Цинь Му почувствовал, как его воротник начал давить на шею, так как за него схватился Патриарх. Вид перед глазами юноши мгновенно изменился, когда его перенесли прямо ко входу в зал Высшего Исцеления, где лежали сотни неподвижных тел.

Цинь Му сразу же начал хорошо себя вести, потупив взгляд вниз на лисичку. Ху Лин’эр также чувствовала себя виноватой, потупив взгляд на землю под лапками.

Патриарх улыбнулся от невероятного гнева, показывая пальцем на тела и продолжая молчать.

— Встаньте в угол, — сдерживая себя некоторое время, наконец прокричал молодо выглядящий старик. Юнец и лиса пошли в угол зала Высшего Исцеления, так и не осмелившись поднять голов.

Патриарх ходил туда-сюда с угрюмым лицом, сложив руки за спиной. Внезапно, он снова прокричал:

— Кто разлил яд?!

Цинь Му немедленно ответил:

— Я парализовал быка, но понятия не имею, что случилось с учениками и канцлерами…

С серьёзным лицом молодо выглядящий старик задал следующий вопрос:

— Как их вылечить?

Цинь Му честно ответил:

— Их не нужно лечить. Действие дурмана пройдёт само собой через несколько часов.

Холодно фыркнув, Патриарх, покачивая пальцем, начал бранить:

— Сколько дней прошло с момента твоего зачисления? И ты уже успел перевернуть весь Имперский Колледж с ног на голову! Ты избил почти всех жителей Резиденции Учеников и разрушил половину здешних домов! А пробивать стены головами и забивать людей в землю, по-твоему, весело? Думаешь, я не знал об этом? Ты смешал с грязью даоса Лин Юня перед глазами Императора Яньфэна, а теперь ещё и отравил зверя канцлера Ба Шаня! Не говоря уже о том, что из-за тебя парализованы все люди в зале Высшего Исцеления и почти все остальные ученики Имперского Колледжа! Что ты ещё собираешься сделать? Отравить весь город?

Задумчиво почесав голову, юноша пробубнил:

— Какого размера должен быть котёл, чтобы за раз приготовить столько Потерянного Дурмана?.. То есть, я хотел сказать, что яд, парализовавший всех этих бедолаг, был приготовлен кем-то другим!

Патриарх еле говорил от гнева:

— Тогда объясни, зачем ты парализовал быка?

— Да, зачем ты отравил моего зверька? — появившись словно из ниоткуда, спросил Ба Шань, на что Цинь Му, невинно моргая глазами и улыбаясь, ответил. — Да я просто валял дурака! Я хотел… украсть немного овощей из Вашего сада. Последнее время я ел слишком много жирного, поэтому захотел слегка изменить свою диету.

У Ба Шаня возникли подозрения, поэтому он спросил:

— Тогда почему ты потащил куда-то моего быка после того, как он уснул? Тебе нужны были овощи, или зверь?

— Эээм… — юноша опустил взгляд на лису, стоящую вместе с ним в углу. У неё тоже не было никаких идей для отмазки.

Канцлер окончательно рассвирепел:

— Нет объяснений? Тогда как мне тебя наказать? Великий Ректор, этот ученик только что поднялся на гору, собираясь съесть моего быка, он даже уже успел его отравить, при этом, едва не убив всех учеников Имперского Колледжа. Этому разбойнику нельзя оставаться в…

— Ба Шань, он ученик Короля Ядов… — кашлянув, мягко сказал Патриарх.

— Короля Ядов? Какого Короля Ядов? — подпрыгнув от удивления, переспросил канцлер.

— А о каком Короле Ядов может идти речь? Естественно, он ученик Безликого Короля Ядов. Этот парень невероятно хорош в искусстве лечения, а его яды не слабее, чем у Фу Юаньцина из поместья Имперского Наставника.

Почувствовав, как на коже проступил холодный пот, Ба Шань сделал несколько шагов от Цинь Му и мило заулыбался:

— Раз уж мой бык в порядке, я оставлю это дело. Разбирайтесь дальше сами, Великий Ректор.

У Патриарха начала болеть голова. Цинь Му был хорош во всём, особенно в доведении людей до белого каления. Старейшина деревни и остальные отлично обучили юношу, и Патриарх был этому невероятно рад. Не было ничего плохого в том, что Цинь Му создавал Имперскому Колледжу проблемы, однако, если он продолжит так себя вести, когда станет Владыкой Небесного Дьявольского Культа, это может плачевно закончиться.

— У меня осталось два месяца до отставки, пожалуйста, не создавай больше проблем. Сможешь совладать с собой на протяжении этого времени? — внезапно любезно улыбнувшись и посмотрев на Цинь Му, спросил Патриарх.

— Я действительно не готовил Потерянного Дурмана, которым отравился весь Имперский Колледж! — кивнув головой, уверенно ответил Цинь Му.

— А кто передал рецепт не в те руки? — с блеснувшим взглядом, спросил Патриарх, на что Цинь Му лишь опустил голову.

— Ба Шань, подойди, — подозвал Патриарх, а когда старик приблизился, улыбнулся. — Присматривай за ним следующие два месяца. Когда я уйду в отставку, можешь расслабиться.

— Вы имеете в виду, что… — канцлер подошёл ещё ближе, с вопросительным выражением лица сделав рубающий жест рукой, на что Патриарх, неопределённо улыбнувшись, ответил. — Ты слишком много думаешь. Он — божественный врач, исцеливший вдовствующую императрицу. Всего лишь обезболивающее, созданное его руками, может парализовать целую гору. Если ты его убьешь, я убью тебя.

— Так это был он! — шокировано воскликнул Ба Шань. — Я много раз слышал о божественном враче, пришедшем в столицу. Никогда бы не поверил, что он окажется этим мальчиком. Однако, я всё равно не смогу за ним присматривать. У меня много дел и я никогда не остаюсь на горе надолго…

— Просто бери его с собой, — улыбнувшись, проговорил Патриарх, на что старик неохотно кивнул в ответ, после чего Патриарх посмотрел на Цинь Му и, мрачно вздохнув, сказал. — Не стой без дела. Помоги канцлеру вынести тела отравившихся на свежий воздух.

Юноша со стариком вошли внутрь зала Высшего Исцеления и повытаскивали всех бедолаг наружу, положив перед входом.

Больше половины учеников Имперского Колледжа пострадали от яда, так же, как и многие члены дирекции. Когда эффект Потерянного Дурмана рассеялся, люди начали понемногу приходить в себя, хоть и до сих пор чувствовали тяжесть в голове и слабость в ногах.

Группа старых имперских лекарей извинились перед всеми, чувствуя себя невероятно униженными. Тем не менее, их уважение к Цинь Му только выросло… Только сейчас до них дошло, почему тот приказал отойди подальше, когда извлекал вещество из печи. Сила Потерянного Дурмана была настолько огромной, что при утечке пострадали бы все люди, стоящие слишком близко. Из-за этого они и не увидели, каким образом юноша извлёк вещество. Естественно, что старики не сумели закончить процесс правильно, что и стало причиной происшествия.

Им повезло, что вещество было всего лишь обезболивающим. Если бы парень показал им как готовить яд, убивающий после лёгкого вдоха, половина будущей элиты Империи Вечного Мира бы умерло, даже не узнав из-за чего…

Прямо в этот момент, кто-то изумлённо прокричал:

— Фоцзы Фо Синь и монах Цзин Мин ушли!

П.П.: может монахов пнул тот второй, на кого наставник положил глаз?

Глава 143. Канцлер Ба Шань

Весь колледж поднялся на уши, в то время как члены дирекции думали: «Неужели ученик, одолевший Даоцзы, опять сделал ход?»

Цинь Му вздрогнул в сердце. Старый монах Цзин Мин привёл с собой Фоцзы Фо Синя с той же целью, что и старый даос Дань Янцзы привёл с собой Даоцзы Линь Сюаня, а именно, на протяжении трёх дней блокировать врата Имперского Колледжа, дабы “убить” сердца людей, лояльных текущим реформам Империи Вечного Мира, тем самым сокращая власть и влияние Имперского Колледжа, Императора Яньфэна и Имперского Наставника.

Тем не менее, три дня ещё не прошло, а Цзин Мин и Фоцзы Фо Синь уже собрали свои манатки и убрались восвояси, что говорило только об одном, кто-то одолел Фоцзы!

«Я ведь вырубал быка на обратной стороне горы… Меня даже рядом не было с горными вратами… Когда же тогда я успел одолеть Фоцзы Фо Синя?..» — растерялся Цинь Му. Но если молодого монаха одолел не он, то кто? Как вдруг ему вспомнились сказанные в соломенной хижине слова Патриарха. Судя по всему, те были не пустым трёпом, а значит кроме него в колледже были и другие способные одолеть Фоцзы ученики… И скорее всего, из-за того, что он отказался сражаться, Патриарх заставил одного из них сделать свой ход. Кроме того, тот ученик тоже, так же, как и он сам, повёл себя крайне скрытно, рискнув по-быстрому одолеть молодого монаха пока почти вся гора была парализована Потерянным Дурманом.

Помимо молодого монаха Фоцзы Фо Синя и старого монаха Цзин Мина, возле горных врат был только цилинь. Однако, даже несмотря на то, что цилинь умел говорить, существом тот был немногословным, и, судя по всему, без выгоды для зверя из него не выведать лишнюю информацию. Так что об этом источнике стоит сразу забыть… Хотя, если бы Цинь Му смог сбегать на обратную сторону горы к саду Ба Шаня и захомутать того бычка, то тогда дракономордый скорее всего бы что-то, да рассказал. Тем не менее, вновь парализовать зелёного быка, с учётом всплывших фактов, не представлялось возможным.

«Это даже к лучшему, что у Имперского Колледжа есть мастер сопоставимого со мной уровня», — с полуулыбкой подумал Цинь Му, явно не собираясь раскрывать личность того инкогнито, после чего вместе с Ху Лин’эр вернулся в Резиденцию Учеников. Многие местные уже где-то пронюхали, что имперские лекари получили рецепт “препарата”, что вырубил почти всю гору, именно от него, поэтому завидев его, сторонились в страхе.

— Старший брат Цинь, случайно не ты одолел Фоцзы?

Цинь Му повернул голову на источник голоса, где увидел Сы Юньсян, ту самую застенчивую, скромную и спокойную девушку, сумевшую вместе с ним поступить в Имперский Колледж. Из-за такой застенчивости, он парочку раз подтрунивал над ней, в итоге вгоняя в краску и ступор, при котором она не знала, что ей дальше делать и как реагировать.

— Конечно не я. Когда Фоцзы Фо Синя одолели, меня отчитывал Великий Ректор. Сестра Сян, когда сражался Фоцзы, ты что, видела кого-то похожего на меня? — покачав головой, спросил Цинь Му.

— Нет, я была парализована, поэтому без малейшего понятия, кто его одолел. Ах, моя голова до сих пор немного кружится… Но старший брат, увидев, насколько ты энергичен, бодр и полон сил, словно так и не был отравлен, я подумала, что, возможно, именно ты одолел Фоцзы Фо Синя, — тоже покачав головой, попыталась объясниться Сы Юньсян.

— Нет, тем человеком точно был не я. Мне и самому любопытно, кто сумел одолеть монаха, — с мерцанием во взгляде, улыбаясь проговорил Цинь Му.

Увидев, как кто-то смотрит на них, Сы Юньсян тут же забежала к себе во дворик и захлопнула дверку. Цинь Му попытался заглянуть внутрь, но не успел, ведь дверь захлопнулась прямо перед его носом, не оставляя ему иного выбора, кроме как вернуться к себе домой.

— С Сы Юньсян что-то не так, — бормотал про себя юноша, — она вообще не подвергалась воздействию дурмана. Надышавшиеся его не должны вести себя так, как она. Потерянный Дурман — своего рода обезболивающее, после пробуждения от которого человек в течение примерно шести часов чувствует себя не в своей тарелке… Но она вела себя совершенно нормально…

— Молодой мастер, Сы Юньсян не было среди той кучи парализованных у зала Высшего Исцеления, — подозрительным тоном проговорила Ху Лин’эр, и сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. После выслушивания нотаций от Патриарха, тот заставил его остаться, чтобы помочь всем пострадавшим. Но ведь остался не только он, а и лисичка. Которая, кстати говоря, умудрилась обнести всех коматозных, дабы собрать “трофеи войны”… благо, он вовремя заметил, чем она промышляет, заставив вернуть всё награбленное обратно, иначе быть беде.

Тем не менее, Ху Лин’эр видела лица всех парализованных, поэтому если она говорит, что Сы Юньсян не было среди той кучи, то её действительно там не было.

— Маленькая лгунья, — невинно моргнув глазами, недовольно пробурчал Цинь Му. — Зачем ей было нарочно выбегать из своей резиденции и лгать мне? Если она так поступила, значит хотела, чтобы я её раскрыл. Говоря о поражении Фоцзы от моих рук, она всего лишь баламутила воду, истинной же целью такого поступка было сделать акцент на данном событии. Поэтому, практически наверняка, именно она его и одолела.

Цинь Му вдруг вновь вспомнил уверенные слова Патриарха о том, что в Имперском Колледже был кто-то ещё, кто способен одолеть Фоцзы!

Мог ли старик с самого начала знать, что у Сы Юньсян хватит для такого сил? Как он мог настолько точно оценить её способности? Девушка ведь совсем недавно поступила в Имперский Колледж!

Надо отметить, что даже Цинь Му, а нынче и молодой Владыка культа, был тщательно и неоднократно проверен Патриархом, прежде чем тот смог правильно оценить его способности… Всё это означало лишь одно, если, конечно, те слова не были пустым трёпом, а именно, что Патриарх прекрасно понимал Сы Юньсян. Даже намного лучше, чем понимал Цинь Му!

К тому же, фамилия той девушки — Сы, а беря в учёт её последний поступок, также и дурная привычка хвастаться…

— Ай да бабуля, умеет же хорошо провести время! — на этот раз с обидой, пробурчал Цинь Му. — Не стану её раскрывать, хочу посмотреть, что ещё она выкинет.

Парень собрался было закрыть дверь, как вдруг услышал голос Ба Шаня:

— Маленький бычок, заноси мои вещи.

— Да, старый мастер.

Канцлер Ба Шань открыл пинком дверку и вошёл во дворик резиденции. За ним по пятам следовал невероятно мускулистый бык, который, прямо сейчас, тащил множество упакованных вещей. Бык пока ещё не был способен полностью трансформироваться в человека, но, тем не менее, уже ходил не на четвереньках, как полагается обычному рогатому скоту. И, конечно же, бык оказался тем самым зелёным быком, которого вырубил пастушок.

— Какая комната моя? — спросил Ба Шань у застывшего в шоке Цинь Му. Не став дожидаться ответа, он повёлся как у себя дома, громко хохотнув. — Тогда, пожалуй, остановлюсь в западной комнате. Вуах! Ученик Цинь, а ты богат! Бычок, теперь у нас есть на что гульнуть! Раз сами звёзды указали мне путь, то, думаю, пора уже мне закончить свою затворническую тренировку и спуститься с горы за вином!

— Вино? — радостно воскликнув, Ху Лин’эр запрыгнула на голову быка и, с улыбкой от уха до уха, продолжила. — Я тоже в деле!

— Ты тоже пьёшь? Умеешь играть в винные шахматы? — неся на голове лису, поинтересовался бык.

Канцлер Ба Шань разобрал свои вещи и прибрался в комнате. Закончив с постелью, старик бросил взгляд на Цинь Му, который всё ещё стоял снаружи с ошеломлённой миной, и, рассмеявшись, сказал:

— Великий Ректор попросил меня стать твоей тенью, поэтому я, само собой, не мог отнестись к поручению халатно. Вот я и решил погостить у тебя, чтобы ты ненароком опять не набедокурил. Слова на двери написаны тобой?

Цинь Му рефлекторно кивнул головой, на что канцлер Ба Шань сильно хлопнул в ладоши и похвалил:

— Славно написано! У тебя хороший, властный подчерк. Ты гораздо лучше тех нахлебников из Павильона Святого Искусств. Я так и не понял, какую пользу они приносят нашему Имперскому Колледжу. Откуда у них столько смелости брать у имперского двора зарплату? О, кстати, ты храпишь?

Цинь Му отрицательно покачал головой.

— Я храплю, — как заведённый, продолжил Ба Шань. — Среди членов дирекции нашего колледжа много тех, кто храпит, например Аббатиса И Цю! Ох, что за женщина! Своим храпом монахиня может потрясти мир. Ке-ке-ке, а вибраций от него хватит, чтобы убить быка с расстояния пяти километров. К счастью, старуха редко спит, предпочитая коротать ночи сидячими медитациями. Но, когда она засыпает, ученики всей горы могут забыть о сне…

Цинь Му, переминаясь с ноги на ногу, начал проявлять нетерпеливость. Ба Шань был довольно щедр на слова, балаболя даже больше, чем Вэй Юн.

Канцлер Ба Шань не затыкался больше часа, благодаря чему Цинь Му смог узнать об характерах, стиле работы, семейных дрязгах практически всей дирекции павильонов и залов Имперского Колледжа. Павильоны и залы меча, кулака, заклятия, трёх ян, высшего исцеления, святого искусств, не обошло никого. Но больше всего старик оторвался на Этаже Небесных Записей, казалось, у него были отдельные счёты с ним… Он выдал все их секреты, вплоть до того, сколько у кого бастардов, и с кем крутит шашни старая монахиня. Каждую, чёртову, незначительную, деталь!

Зелёный бык и лиса даже успели вернуться из города, конечно же, хорошо подвыпившими, а также, судя по всему, побратавшимися. Со стороны они выглядели так, словно вылезли из утробы одной матери. Кажется, бык уже давно позабыл, что лиса и юноша пытались накачать его наркотой…

Ба Шань схватил очередной кувшин вина и несколькими глотками осушил. Немного заплетаясь языком, он продолжил:

— Пару дней назад я возвращался назад, и, кажется, видел своего мастера. Не ожидал, да? Хоть я и канцлер, но не заканчивал Имперский Колледж, я из школы боевых техник, поэтому у меня был мастер. Просто в своё время Имперский Наставник пригласил меня обучать учеников своим боевым техникам. Я ведь думал, что старик умер, откуда мне было знать, что он жив?

Ба Шань взял очередной кувшин, сделала несколько глотков, и, безучастно уставившись, продолжил:

— У него нет ног, но даже так он сумел убежать от меня. Такой быстрый. Как бы я ни старался, так и не смог догнать, а затем я повстречал слепого, который сначала избил меня и только потом начала задавать вопросы… Зачем я за ними следовал? Да, чёрт побери, такое спрашивают сначала, а потом уже в случае чего бьют… Разве можно вести себя так дико? Он даже втянул меня в поэтическое состязание, а когда я проиграл, сразу же без объяснений исчез…

Цинь Му некоторое время ошеломлённо смотрел в одну точку. Сильный практик боевых техник без ног и слепой любитель поэзии? Разве бывают такие совпадения?

«Похожи на моих дедушек. Когда они успели покинуть Великие Руины?»

Канцлер Ба Шань был уже вусмерть пьян, начав сплетать всякую несуразицу. Цинь Му колебался, не желая своим вопросом случайно взболтнуть лишнего, поэтому ненавязчиво обратился к быку:

— Зелёный бык, ты разглядел слепого?

Зелёный бык слегка робко посмотрел на Цинь Му. Было очевидно, что он по-прежнему помнил, что “кривая улыбка” парализовал его.

— Ты всё ещё дуешься? Ты же меня избил, а я тебя только вырубил, я даже волосинки с твоего тела не сорвал… Так с чего бы тебе так обижаться на меня? Разве ты когда-нибудь встречал человека с таким же великодушным сердцем, как у меня? — заискивающе улыбнулся Цинь Му.

Ба Шань протяжно отрыгнул и странно уставился на юношу. У выходца из Великих Руин, похоже, было какое-то странное понимание слов “великодушное сердце”. Вот старик и не удержался от ремарки:

— Ученик Цинь, ты ведь не только парализовал его, но и собирался съесть. Совершенно естественно, что он осторожничает.

— Что? Съесть? — изумлённо воскликнул бык. — Почему я впервые слышу об этом? Старый мастер, ты же сказал, что он всего лишь парализовал меня! О моём съедании не было сказано ни слова!

— Братец бык, разве ты никогда не слышал поговорки — “друзей заводят после боя”? — звонко проговорила Ху Лин’эр, которая, прямо сейчас, развалилась меж рогов быка в обнимку с винной тыквенной горлянкой.

— “Друзей заводят после боя” — слышал, “друзей заводят после поедания” — вот как-то не довелось! — злобно возразил зелёный бык.

Выражение Ба Шаня стало ещё страннее. Было очевидно, что лисичка-демон из Великих Руин тоже не до конца понимала стоящий за фразой “друзей заводят после боя” смысл.

«Кто же воспитал проказника? Определённо настоящий мерзавец!» — на такой мысли Ба Шань решил подключиться к попойке маленькой лисы и зелёного быка. Цинь Му не мог знать о мыслях старика, да и пить не особо любил, поэтому отошёл в сторонку и начал отрабатывать удары.

Зрачки старика внезапно сократились, не будучи способными оторваться от навыков ножа в исполнении юноши.

Когда же Цинь Му закончил с практикой навыка Забой Свиней, Ба Шань резко подскочил, отбросил свою винную тыквенную горлянку, вытащил ножи и развёл руки в разные стороны. Размахивая ножами во дворике, раздался его взволнованный крик:

— Золотой нож, обрамлённый белым нефритом, через окно пронзает блеском ночь. Человек пятидесяти лет, ничего не добившийся в жизни, пересёк восемь пустынь держа в руке лишь нож.

П.П.: тут автор пастуха позаимствовал стих Лу Ю, а точнее часть, которую я со скрипом попытался правильно перевести (тяжко мне со стихами), разве что заменив меч на нож. Подробности о Лу Ю тут —https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%D1%83_%D0%AE

Забой Свиней Шестой Формы — Через Восемь Пустынь с Одним Лишь Ножом в Руке!

Ножи старика столкнулись с ножом юноши, отбрасывая сноп искр. Когда оба навыка ножа нашли друг друга, Ба Шань громко рассмеялся:

— Четыре ль, пять ль декад, ветры и дожди слепы. Проходящие ль, мимолётные ль облака, нет худа без добра!

Цинь Му, выполнив Нет Худа Без Добра, столкнулся с ножами и прокричал:

— Не думай о хвастовстве, с наступлением кризиса — ты надежда народа! Взгляни на небо и море, весь пройденный тобой путь ничего не значит!

П.П.: а здесь была коммунистическая минуточка от дядюшки Мао Цзэдуна, как уж смог, не нашёл уже готовых переводов стихов…

Столкнувшись ножами, они оказались за спинами друг друга, держа ножи обратным хватом за спиной.

— Младший брат! — Ба Шань повернулся и приветственно поклонился.

— Старший брат, — в ответ приветственно поклонился Цинь Му.

Глава 144. Старший Брат, Младший Брат

Юноша со стариком сели, в то время как последний спросил о теле мясника.

— Всё в порядке. Нижняя часть тела отсутствует, но совершенствование дедушки очень высоко, так что он летает, используя одни лишь руки, — ответил Цинь Му.

— Если у нас один мастер, как ты тогда выучил искусство врачевания у Безликого Короля Ядов? Он что, тоже твой наставник? — продолжил расспрос озадаченный Ба Шань.

Юнец кивнул, но рассказывать о том, что целитель и мясник не были его единственными мастерами, не стал. Смотря ввысь, канцлер внезапно спросил:

— Я знаю, где находится нижняя часть тела моего наставника! После того, как он поднял свои ножи на небеса, верхняя часть старика упала обратно на землю, а нижнюю украли последователи какой-то секты. Младший брат, ты ведь учился у Безликого Короля Ядов, твои медицинские знания несравненны. Если я найду пропавшую часть тела старика, ты бы смог присоединить её обратно?

Немного поколебавшись, Цинь Му ответил:

— Если бы её отрубили недавно, это было бы возможно. При условии, что мне удастся пробудить активность в теле и восстановить утерянную плоть с помощью лекарств, я смог бы воссоединить связки и срастить кости. Однако, после такого долгого времени, боюсь, что утерянные конечности уже давным-давно умерли.

Разочарованный канцлер неожиданно приободрился:

— Даже так, мне всё равно нужно вернуть утраченную часть тела мастера!

— В таком случае, старший брат должен разузнать, какая именно секта украла тело, чтобы избежать недоразумений.

Старик поднялся и куда-то ушёл. Вернувшись через некоторое время, он сообщил:

— Тело мастера было украдено больше двухсот лет назад. Мы не можем знать наверняка, находиться ли оно до сих пор в руках той секты. Я приказал своим людям провести расследование и узнать о местонахождении останков. Как только у нас будет эта информация, мы пойдём их забирать.

Цинь Му вздохнул. Независимо от того, можно ли присоединить ноги учителя обратно, найти их было делом чести.

Оставшись только с верхней половиной своего тела, мясник утерял большую часть своей силы. Его украденная часть, вероятно, до сих пор была в сохранности… В конце концов, сила старика была невероятной.

Как сильный практик школы боевых техник, он мог с лёгкостью развиться до стадии, на которой его физическое тело не могло сгнить. Многие высшие монахи, достигшие Дао Буддизма, умудрялись достичь такого уровня. После смерти, их останки не разлагались, и, как правило, помещались последователями в храмах в качестве Бодхисаттв, становясь предметом всеобщего поклонения.

Тем не менее, сделать так, чтобы тело не просто не гнило, но и не умирало, было намного сложнее.

Бодхисаттвы в храмах на самом деле были мертвы. Бессмертные физические тела были следующим уровнем после тех, которые всего лишь не гнили. На такой стадии кровь в жилах не застывала, сердце продолжало биться, а нервная система функционировала.

— Старший брат Ба Шань, тебе известно настоящее имя дедушки мясника? — вспомнил давно беспокоивший его вопрос Цинь Му. Но канцлер лишь покачал головой. — Не знаю. Обычно, люди обращались к нему “Небесный Нож”. Имя, данное ему при рождении никому не известно. Мастер говорил, что один из его врагов владел заклятием, способным нанести вред человеку с помощью имени, поэтому старик держал эту информации в тайне.

Цинь Му был ошеломлён: «Звучит, как техника высших шаманов Империи Варварских Ди. Неужели старик перешёл дорогу одному из них?»

Успокоившись, юноша продолжил тренировать формы меча, показанные Имперским Наставником. Из трёх техник, описанных на лекции, он уже успешно освоил Форму Спирального Меча. Дальнейшее совершенствование этого движения почти никак не улучшало результат, поэтому он начал работать над оставшимися двумя.

Сидя в стороне и попивая вино, канцлер внимательно следил за тренировкой Цинь Му. Изначально, старик хотел указать юноше на его ошибки, но немного понаблюдав, не смог ни к чему придраться.

Он видел Форму Плавающего Меча в исполнении других учеников. Некоторые из них были невероятно неуклюжими, другие слишком резкими. Но в руках Цинь Му, тысячи мечей из Ци напоминали рыб, испуганных лебедей, и даже водных драконов. Ци парня не имела конкретной формы и постоянно менялась.

Единственным человеком в Имперском Колледже с настолько развитыми и динамичными базовыми движениями, мог быть только Цинь Му!

Юноша повторял всего лишь одно движение до бесконечности, пытаясь высвободить полную силу последнего. Сила его Формы Плавающего Меча росла на глазах, отчего канцлер Ба Шань на некоторое время забыл о своём вине…

Повторив движение несколько тысяч раз, Цинь Му перешёл к Форме Бурящего Меча. Как и прежде, он работал над основами, прилагая все усилия, чтобы сконцентрировать свои способности в мече и извлечь из удара максимальную силу…

Эффективность движения базировалась не только на правильном использовании меча. Как обычно, движения тела одноногого, навык ножа мясника, кулаки старого Ма, глаза слепого, искусство рисования глухого и навык молота немого активно воплощались в ударе.

Спустя длительное время, залитый потом Цинь Му закончил тренировку. Вытащив свой платок из Шёлка Пахучей Природы, он начал вытираться.

— Младший брат, это ты прогнал Даоцзы и Фоцзы? — спросил изумлённый канцлер.

— Даоцзы проиграл на пол удара. А вот с Фоцзы мне не повезло сразиться, — восстановив дыхание, признался юноша, на что старик, мрачно вздохнув, пробормотал в ответ. — Увидев только что твой навык меча, я сразу же догадался. Довольно смешно было прийти к такому выводу. Это ведь ты прокричал на лекции Имперского Наставника, что сумел создать нить из Ци?

Лицо Цинь Му слегка покраснело.

— Это действительно был первый раз, когда тебе удалось создать нить из Ци? Как ты тогда смог одолеть даоса Лин Юня, не владея таким элементарным навыком? — со странным выражением лица спросил канцлер.

Подумав над ответом, Цинь Му сказал как отрезал:

— Я сделал колющий удар, и он проиграл.

Старик не знал, что и думать:

— В смысле ты сделал колющий удар?

Юноша озадаченно почесал голову:

— Старший брат, не хочешь попробовать заблокировать мой удар, находясь в области Пяти Элементов?

Старик, не задумываясь, запечатал свои духовные сокровища и оживлённо прокричал:

— Я готов!

Валяющиеся неподалёку Ху Лин’эр и зелёный бык были настолько пьяны, что едва могли разглядеть, что происходит. Подняв ужасный шум, они хотели стать названными братом и сестрой. Заметив ситуацию между Цинь Му и Ба Шанем, лиса рассмеялась:

— Брат бык, для твоего старого мастера это закончится трагически.

Зеленый бык ответил:

— Он запросто справит…

Цинь Му поднял палку, используя её в качестве меча, и произвёл колющий удар. Ба Шань выпрямил руку чтобы заблокировать атаку, когда раздался громкий хлопок. Дверь, перед которой стоял старик разлетелась на куски, а от дома отвалился огромный кусок стены!

Не успев договорить, зелёный бык неловко замолчал.

Встревожившись, Цинь Му немедленно подбежал на помощь. К счастью, Ба Шань смог самостоятельно выбраться из-под завалов, его лицо было белым от пыли. Распечатав все свои божественные сокровища, он захохотал:

— Я думал, что даос Лин Юнь был подкуплен! Теперь всё ясно, я бы тоже не смог заблокировать такой удар, если бы меня застали врасплох!

Он не был ранен. Палка, уколовшая старика в грудь, разлетелась на куски от вибрации его Ци, не нанеся никаких повреждений.

Увидев, что дверь во двор Цинь Му разрушилась, кучка учащихся из Резиденции Учеников, чувствуя невероятную радость, немедленно примчались:

— Отвергнутый Цинь осмелился написать надругательство над учениками Империи Вечного Мира на своём доме, наконец-то он получил за него по заслугам, верно? Канцлер Ба Шань лично пришёл, чтобы снести ему дверь. Давайте посмотрим, насколько жестоко он унизил его!

Взглянув на незваных гостей, канцлер начал махать руками:

— Разойдитесь, разойдитесь. Здесь не на что смотреть, мы с учеником Цинем просто анализируем технику.

«Старик действительно поколотил бедолагу», — все сразу же поняли, что произошло, радуясь “несчастью” Цинь Му.

Единственным, что их слегка озадачивало, было то, что Цинь Му казался свежим, в то время как Ба Шань был покрыт пылью с ног до головы. Юноша не выглядел избитым, наоборот, это старик чувствовал себя неловко.

Посмотрев на разрушенную дверь и поваленную стену, у Ба Шаня разболелась голова:

— Понятно, почему Великий Ректор говорил, что ты почти уничтожил всю Резиденцию Учеников. В хорошей драке у тебя бы не ушло на это много времени. Должен признать, твои способности удивительны, однако, кажется, что с твоей техникой что-то не так. В твоём левом плече скрыта слабость.

Он намеренно говорил во весь голос, и ученики, не успевшие отойти далеко, прекрасно всё расслышали.

«Так вот, где его слабое место!» — с такими мыслями, их глаза загорелись.

Чэнь Ваньюнь глубоко вздохнул, ведь уже давно заметил грубые аспекты техники Цинь Му, однако так и не смог определить точное местоположение его слабости. Наконец-то канцлер Ба Шань помог ему в этом!

«Теперь у меня есть шанс сохранить своё звание старшего брата» — подумал про себя юноша.

— Прикажите разнорабочим починить дверь и стену, — проговорил старик, а увидев Чэнь Ваньюня, тут же подозвал к себе.

— Учитель! — последний немедленно поклонился.

Ба Шань улыбнулся, повернувшись к Цинь Му:

— В Имперском Колледже есть всего лишь несколько учеников, которыми я восхищаюсь. Чэнь Ваньюнь — один из них, я приложил много сил в его обучении. Младший брат, что ты думаешь об этом парне?

Кивая головой, юнец похвалил:

— Не странно, что его способности такие выдающиеся, это ведь работа старшего брата. Старший брат Чэнь носит звание старшего брата всей Резиденции Учеников. Его совершенствование и способности уже давно достигли высокого уровня. Достигнув области Шести Направлений, он неизбежно засияет!

«Старший брат, младший брат?» — Чэнь Ваньюнь совсем не понимал, что происходит.

Канцлер Ба Шань усмехнулся:

— Младший брат, почему ты называешь его старшим братом? Обращайся к нему “племянник”. Если ты будешь называть его так же, как и меня, наша иерархия разрушится.

Цинь Му некоторое время колебался. Войдя во двор, канцлер продолжил:

— Давным-давно я заметил, что, если возложить обучение учеников на дирекцию, можно подготовить огромное количество мастеров, упустив, однако, настоящие таланты. На их ответственности слишком много людей. Увидев движение всего раз, некоторые ученики сразу же смогут его повторить, в то время как другим надо показать его ещё сотню раз. Тем не менее, учителя должны уделять всем одинаковое количество внимания. Таким образом, те, кто смог выучить технику с первого раза, будут вынуждены учить её снова и снова вместе со своими менее одарёнными коллегами. И только когда даже самый глупый всё поймёт, они смогут приступить к работе над другими божественными искусствами. Из-за этого, их совершенствование значительно замедляется.

Цинь Му и Чэнь Ваньюнь тоже проследовали во двор. Старик отбросил тыквенную горлянку с вином:

— Однажды, я сказал Великому Ректору, что Имперский Колледж справляется с обучением талантов попадающихся раз на тысячу, однако понятия не имеет что делать с людьми, рождающимися раз на сто тысяч или даже на миллион. Старик согласился, позволив мне поэкспериментировать. В результате, я нашёл Чэнь Ваньюня, лично обучая его некоторое время. Как и ожидалось, парень усердно работал и на несколько лет закрепил за собой звание старшего брата Резиденции Учеников. Это доказывает, что индивидуальная работа значительно превосходит программу Имперского Колледжа. Чэнь Ваньюнь стал на самом деле талантом на миллион.

— Понятно, — сказал нахмуренный Цинь Му. — В таком случае, как Имперский Колледж отличается от секты?

— Естественно, Великий Ректор и Имперский Наставник обеспокоены данным вопросом. Ректор скоро уйдёт в отставку, так что на самом деле со всем придётся разбираться наставнику. Он знает, что у колледжа есть недостатки, и даже взял несколько учеников к себе. Проблема в том, что количество талантов, которые теряются в колледже среди масс, до сих пор слишком велико.

Цинь Му был слишком шокирован, чтобы говорить. Имперский Наставник столкнулся с дилеммой. Он должен был решить, не стоит ли отменить его собственную реформу. Было совершенно естественно, что он не слишком хотел выступать против системы, которую сам же и разработал.

Начальные школы, колледжи и Имперский Колледж значительно превосходили обычные секты в вопросе обучения талантливых людей. Если бы они смогли решить проблему с обучением настоящих гениев, Империя Вечного Мира превзошла бы секты по всем фронтам!

— Как Император Яньфэн обучает наследного принца? Когда тот ещё маленький, с ним работают младший защитник, младший наставник и младший преподаватель. Становясь взрослее, он начинает заниматься с великим защитником, великим наставником и великим преподавателем. Эти люди занимают должности мастеров или владык сект, поэтому не странно, что способности принца очень высоки. Теперь я собираюсь набрать несколько учеников и обучить их техникам, навыкам и божественным искусствам, соответствующим их способностям, — проговорил старик и затем продолжал. — Замысел Великого Ректора в том, чтобы понять, как правильно это сделать и популяризировать такую практику. Он приказал нам избрать самых талантливых и эрудированных учеников, чтобы обучать их лично, отдельно от детей с обычными способностями. Младший брат, теперь ты первый академик нашего Имперского Колледжа, Академик Цинь.

Глава 145. Ремонт Резиденции Учеников

Цинь Му был потрясён. Имперские академики были тем самым способом преодоления проблемы с гибкостью обучения, ведь такое решение позволит обучать учеников в соответствии с их способностями!

Если канцлер Ба Шань и Патриарх действительно решат эту проблему подобным способом, то им больше не придётся полгаться на силу Небесного Дьявольского Культа в решении ситуаций вроде блокирования врат Даоцзы и Фоцзы.

Фактически, в этот раз они положились на мощь культа, чтобы победить Даоцзы из секты Дао и Фоцзы из Монастыря Великого Громового Удара. В конце концов Цинь Му был молодым Владыкой культа, в то время как Сы Юньсян, скорее всего, была бабушкой Сы, которая являлась святой Владычицей культа прошлого поколения. Поэтому можно смело сказать, что Имперский Колледж потерпел сокрушительное поражение.

Чэнь Ваньюнь, услышав их разговор, чувствовал себя неловко. Каждый раз, когда он набирался смелости и собирался спросить о происходящем, то не мог вымолвить ни слова. Но, в конце концов, парень не вытерпел:

— Учитель Ба Шань, что происходит, почему Вы называете его своим младшим братом?

— Ах, ты об этом? — канцлер небрежно произнёс. — У нас с ним один мастер, поэтому он мой младший брат, так что тебе нужно звать его старшим дядей.

— Старшим дядей… — ошеломлённо прошептал губами Чэнь Ваньюня, а мигом позже спросил. — Если моё совершенствование сильнее, чем у него, мне всё ещё нужно называть его старшим дядей?

Ба Шань залился хохотом:

— О чём ты только думаешь? Ты ему не соперник. Он на целый уровень сильнее тебя. Знаешь ли ты, что я имею ввиду, когда говорю на уровень сильнее? Если небольшое отличие в силе равносильно толщине пряди волоса, то он сильнее тебя на целую палочку для еды, как думаешь сколько десятков прядей уместится в палочке для еды? Так что ты точно не сможешь одолеть его, но даже если ты каким-то чудом сделаешь это, то тебе всё равно придётся называть его своим старшим дядей.

Чэнь Ваньюнь издал болезненный стон и пробормотал:

— Мы не можем быть в этом уверенны, ведь мы никогда не сражались…

— Не бойся, ты проиграешь, — старик улыбнулся. — Его силы находятся на уровне Даоцзы и Фоцзы…

Цинь Му настойчиво потянул край рубахи Ба Шаня и тот немедленно закрыл свой рот. Старик был знаменитым балаболом Имперского Колледжа, ведь совершенно не умел хранить секретов. Всевозможные тайны вылетали из его говорливого рта, как только тот открывался. Он уже успел раскрыть слабость в технике Цинь Му, а сейчас, практически сказал прямым текстом, что последний и одолел Даоцзы Линь Сюаня.

Канцлер Ба Шань встал и посмотрел на Цинь Му:

— Великий Ректор хочет, чтобы я всегда был рядом с тобой, будто твоя тень, но он также желает, чтобы ты следовал за мной. Будучи моим младшим братом, ты не должен звать меня учителем. Также, мне нужно взять с собой несколько учеников для получения опыта. Однако, я могу взять лишь немногих, иначе будет подозрительно, а ещё мне будет сложно позаботиться о слишком большом количестве учеников. В последний раз, когда я уходил, то взял с собой лишь Чэнь Ваньюня. Сейчас же, я должен взять с собой тебя, поэтому у меня осталось место всего лишь на одного человека.

Чэнь Ваньюнь выжидающе смотрел на лицо канцлера. Ба Шань знал, о чём тот думал. Он встал, чтобы пойти на улицу и покачал головой:

— На этот раз я не могу взять тебя с собой. Мне нужно найти нескольких учеников с хорошими способностями и основанием для индивидуального обучения и совершенствования. Это нужно для подтверждения теории Великого Ректора. В текущем году лишь немногие смогут стать имперскими академиками. Младший брат, отправляйся на Этаж Небесных Записей. Выбери там несколько томов классических искусств, я обучу им тебя в пути.

Старик покинул двор, вероятно, чтобы найти учеников с выдающимися способностями. Цинь Му посмотрел на Чэнь Ваньюня и улыбнулся:

— Племянник Чэнь…

Лицо Чэнь Ваньюня поникло, но неожиданно в его глазах загорелся огонёк решимости:

— До тех пор, пока я не проиграю тебе, я не стану называть тебя старшим дядей!

После этих слов юноша покинул дворик Цинь Му. Последний совершенно не возражал против такого поведения, зыркнув на лису и зелёного быка:

— Вы оба поможете мне упаковать мой багаж. Я собираюсь пойти на Этаж Небесных Записей, чтобы выбрать несколько божественных искусств.

Парочка зверьков была настолько пьяна, что без остановок с воплями клялись друг другу, что будут братом и сестрой вечно, поэтому он не имел ни малейшего понятия, услышали ли его эти двое.

Цинь Му схватил свою книжную дощечку и вышел из внутреннего двора. Снаружи стояло несколько разнорабочих, которые пришли, чтобы перестроить внутренний двор и дверь. Мельком взглянув на них, он сразу же пошёл на выход из Резиденции Учеников. В этом момент двери, ведущие в другие дворы, начали открываться и из них начали выходить ученики. Все они молча вставали посреди дороги и начинали буровить его своими взглядами.

Цинь Му обернулся и увидел, что двери позади него тоже открылись. Из них также выходили ученики. Этими людьми в основном были те, кого он уже избил ранее. Некоторые ещё не вооружились, а некоторые уже обнажили оружие, готовые к битве. Также среди собравшейся толпы были люди, с которыми он никогда не сражался. Среди них был и Цинь Юй, парень, который вместе с ним сдавал вступительные экзамены, также было ещё несколько молодых людей из известных семей. Из всей резиденции не вышли от силы пять-шесть человек, в число которых входил толстяк Вэй Юн.

— Вы всё ещё хотите сражаться? — рассмеялся Цинь Му и пошёл вперёд.

— Отвергнутый, ты, что, хочешь начать с конца нашей аллеи? Неужели ты испугался? — ухмыльнулся ученик позади.

Цинь Му остановился и повернулся, чтобы посмотреть на болтливого смельчака. Как оказалось, им был единственный парень, которого он избил аж три раза. Другие же были избиты максимум два раза…

Болтливого парня, чаще всех называвшего Цинь Му отвергнутым, последний использовал в качестве кисти, после чего вбил неудачника в землю по шею. Поэтому можно сказать, что тот был избит три раза.

Разговорчивый ученик был явно возбуждён:

— Канцлер Ба Шань уже сказал, в чём заключается твоя слабость. В этот раз тебя изобьёт каждый с этой аллеи от её конца до самого начала.

Цинь Му обернулся и серьёзно спросил:

— Старший брат, как тебя зовут? Я желаю знать имя того, кому проиграю.

Лицо ученика буквально располовинила улыбка:

— Хорошо, я скажу тебе, чтобы ты знал, кто одолеет тебя. Моя фамилия Янь, а моё имя Цинхэ.

— Я хочу, чтобы старший брат Янь был первым, кто одолеет меня. Старший брат, пожалуйста, укажите мне на мои ошибки, — серьёзным тоном проговорил Цинь Му.

Янь Цинхэ был на седьмом небе от счастья и улыбался во все зубы:

— Хоть ты и из варварских земель, но твоё поведение не лишено манер. Ну хорошо. Я постараюсь, чтобы ты проиграл не слишком позорно. Доставай свой меч!

Буух!..

Цинь Му поднял ногу и сделал шаг. Его могучее тело заставило воздух перед ним сжаться, формируя настоящую стену. В следующее мгновение воздушная стена разорвалась из-за его удара, а кулак огибал потоки воздуха, которые закручивались и разлетались во все стороны.

— Почему ты не достаёшь свой меч… — Янь Цинхэ не успел использовать Ци для управления мечом. Он торопливо поднял обе руки и заблокировал удар своими предплечьями, поскольку никак не успевал предпринять что-либо ещё. Если бы он попытался обнажить меч для защиты, вероятно, помер бы ещё до того, как меч вышел из ножен!

Свууууш!..

Звук тяжёлого объекта, разрывающий воздушное пространство, прозвучал в ушах учеников, те кто стоял позади Янь Цинхэ, сильно побледнели и спешно уклонились от летевшего снаряда. Они смогли увидеть лишь размытую фигуру Яня, летящего в самый конец аллеи.

В задней части переулка Вэй Юн как раз собирался открыть дверь, чтобы выйти из дворика, как мимо пронеслась размытая тень, за которой последовал сильный грохот. Человек влетел в стену в конце аллеи, оставляя на последней человекообразную фигуру из-за глубокого погружения внутрь. Стена вокруг тела обрушилась, а раскрошенные камни полностью покрылись паутиной трещин…

Вэй Юн подпрыгнул от шока и быстро выскочил, чтобы взглянуть. Тут же оценив ситуацию, он весело улыбнулся:

— Старшие братья, не поймите неправильно, я ничего не видел и никому ничего не скажу!

Толстяк только было собирался вернуться в комнату, как вдруг появилась фигура. Вэй Юн сразу обернулся и увидел канцлера Ба Шаня.

— Ничего не говори, — тихо произнёс канцлер, — пусть он дерётся.

— Канцлер, что Вы собираетесь делать? — озадаченно спросил Вэй Юн.

— Я решил выбрать несколько стоящих саженцев из Резиденции Учеников, чтобы лично обучить их божественным искусствам, путям и навыкам, — бросив на него взгляд, ответил Ба Шань.

Вэй Юн до сих пор ничего не понимал, а вот канцлер был горд собой:

— Я сознательно сболтнул о слабости юного Циня, чтобы побудить всех этих учеников сделать решительный шаг. Поскольку теперь они знают о его слабости, то обязательно нападут на него, что вынудит юного Циня драться и побеждать их. Таким образом, я узнаю, кто насколько силён. Если они смогут выдержать лишь пару его движений, то определённо не подойдут. Они должны, по крайней мере, выдержать от трёх до пяти движений, только в таком случае они действительно заслужат, чтобы я учил их лично.

— Какая гениальная идея! Канцлер очень умён. Канцлер, как думаете, я… — восхищении воскликнул Вэй Юн.

— Сколько движений ты выдержишь? — внимательно посмотрев на парня, спросил Ба Шань.

— Мне тоже надо выйти и обменяться несколькими ударами с учеником Цинем? — с разболевшейся головой спросил толстяк.

Канцлер сердечно улыбнулся.

По спине Вэя пробежался холодок.

Буум!..

Снаружи раздался грохот, незадачливый ученик, разбив десятки плиток, был плашмя впечатан в землю!

Несколько разнорабочих, которые перестраивали двор и двери для Цинь Му были шокированы. Их лица стали мрачными. Один из них спокойно произнёс:

— Молодые мастера, пожалуйста, постарайтесь свести ущерб к минимуму, не заставляйте нас каждый день чинить ваши резиденции.

— Простите, что вас беспокою, — поклонился Цинь Му, после чего поднял ногу и пошёл вперёд, затем медленно прошёл мимо одного ученика. Уголки глаз последнего дрогнули, но тот не стал двигаться.

Когда Цинь Му уже прошёл мимо, ученик собирался было вытащить меч, как вдруг раздался громкий гул. Последний был вбит сильным ударом ладони непосредственно в землю. Снаружи торчала только его голова.

— Сведите ущерб к минимуму! — не смог удержать от громкого крика старый разнорабочий.

Цинь Му осторожно повернулся и снова поклонился, а затем продолжил уходить.

Был ещё один ученик, который не удержался и слегка двинулся, поэтому он тут же, с громким звуком спущенной тетивы, был отправлен в полёт. Ученик взлетел и упал на верх стены, между тем сильный ветер, поднявшийся от движения пальцев Цинь Му, пробил несколько отверстий в стене. Старый разнорабочий собирался было снова начать орать, но юноша уже застыл в поклоне с извинениями…

Свуууш!..

Очередной ученик был отправлен в полёт, он успел несколько раз дёрнуть руками, прежде чем влетел в крышу вперёд головой.

Бух!..

Другая вибрация пробежалась по земле, ведь очередной ученик уже торчал из стены. Несколько разнорабочих увидев произошедшее, лишь беспомощно вздохнули. Они отказались от своих попыток вразумить молодых людей.

— Позволь мне попробовать!

Цинь Му внезапно почувствовал сильный ветер, дующий ему в спину, и поспешно развернулся, только чтобы увидеть десятки, плавающих в воздухе подобно драконам, сияющих мечей, уже успевших окружить его.

«Форма Плавающего Меча?» — был поражён Цинь Му. Не так много учеников развило Форму Плавающего Меча настолько, чтобы интегрировать образ дракона в меч. Но Цинь Юй один из немногих, кто имеет такие впечатляющие достижения.

Цинь Му сложил пальцы вместе и использовал жизненную Ци в качестве меча. Пульсирующими пальцами он исполнил основные формы меча и ударил в центр каждого дракона. Сияние плавающих драконов померкло, превратив их обратно в мечи, которые вонзились в стены.

С полностью опустевшими ножнами, Цинь Юй начал паниковать. Его движения были похожи на дракона, который собирался отступить, но раздалось несколько щелчков пальцев. С пятью погремевшими взрывами, громовые пальцы отбросили Цинь Юя.

— У тебя неплохие способности, я бы хотел увидеть твою технику меча молодого дракона, — похвалил Цинь Му.

Несколько разнорабочих, ремонтирующих стены, застыли в восхищении, когда увидели навыки меча юноши:

— Маленький брат, у тебя задатки великого мастера!

Глава 1462. Смерть Небесного Герцога (часть 2)

Реформа Эпохи Императора-Основателя была попыткой превзойти Дао до начала с помощью новых видов Дао. Несмотря на то, что ее плоды не были такими большими, как плоды реформы Вечного Мира, она проложила путь к победе над Дао древних богов. Проблема была лишь в том, что Эпоха Императора-Основателя закончилась слишком быстро.

Величайшим достижением Эпохи Императора-Основателя был не меч Императора-Основателя, а реформа области Райских Небес, проведенная Святым Дровосеком!

Несмотря на то, что Святой Дровосек был самым слабым среди четырех Небесных Наставников, с его мудростью мало кто мог сравниться.

Именно он додумался использовать семьдесят два тронных зала для поддержки тридцати шести райских дворцов, чтобы уменьшить ущерб, который они могли нанести физическому телу.

Теоретически, благодаря поддержке семидесяти двух тронных залов, практик мог достичь более плотного совершенствования, чем позволяла достичь область тридцати шести райских дворцов, без риска для физического тела.

Тем не менее, Святой Дровосек не афишировал этого подхода, поэтому им пользовались немногие. Единственным, кто получил его полные учения, был Имперский Наставник Вечного Мира Цзян Байгуй.

Никто не знал, совершенствовал ли Цзян Байгуй эту технику.

Небесный Преподобный Хун заполучил лишь раннюю версию техники Святого Дровосека, в которой до сих пор было множество недостатков.

Тем не менее, этой незавершенной техники было достаточно, чтобы позволить клону Небесного Преподобного Юя поднять свою силу на совершенно новый уровень, и выстоять под давлением тридцати шести райских дворцов!

Клон Небесного Преподобного Юя столкнулся с Небесным Герцогом, почти не уступая ему по силе. Подобные боевые способности были невероятно поразительными!

Кроме того, техники и божественные искусства Небесного Преподобного Хуна были основаны на Дао Небес, но не ограничивались ним. Как только он объединил усилия с Императором Богов Лан Сюанем, Небесной Преподобной Цзян, Ши Цило и тремя клонами Небесного Преподобного Юя, Небесный Герцог снова оказался в невыгодном положении!

Небесный Преподобный Хун отчаянно сражался, не жалея сил. Он чувствовал, что его сила иссякает, поэтому должен был закончить как можно быстрее!

Небесный Герцог изо всех сил носился по Сюаньду, уменьшив свое тело до предельных размеров. Тем нее менее, количество ран на его теле продолжало увеличиваться.

Но на теле клона Небесного Преподобного Юя тоже появлялись трещины. Его кожа разрывалась, а мышцы взрывались. Он чувствовал, что его райские дворцы вскоре его раздавят!

Внезапно клон Небесного Преподобного Юя атаковал межбровье Небесного Герцога, сотрясая его исконный дух!

Небесная Преподобная Цзян воспользовалась этой возможностью, чтобы задействовать Сцену Казни Бога, и два божественных ножа тут же вонзились в межбровье Небесного Герцога. В то же время ее сознание атаковало его разум!

В то же время сознание Императора Богов Лан Сюаня тоже ворвалось в межбровье Небесного Герцога, едва не разрушив его сознание!

Увидев возможность, Ши Цило поспешно взял под контроль еще двух клонов Небесного Преподобного Юя. Он уменьшил свое тело и ворвался в межбровье Небесного Герцога. Клоны тут же отрастили себе три головы и шесть рук и бросились вперед, обрушивая на исконный дух Небесного Герцога бесчисленное количество ударов.

Сознание и исконный дух Небесного Герцога были почти разрушены, а вместе с ними и его душа!

В этот момент воля Дао Небес почувствовала, что сознание Небесного Герцога потеряло способность управлять его физическим телом, и взяла его под свой контроль.

Император Богов Лан Сюань тут же воскликнул и задействовал Плод Дао своих райских небес, вонзая его в межбровье Небесного Герцога. Вырвалась безграничная сила Дао, запечатывая Волю Дао Небес!

Небесный Преподобный Хун поднялся, его рукава затрепетали, когда он бросился в сторону межбровья Небесного Герцога. По пути он схватил двух клонов Небесного Преподобного Юя, и отбросил их в длительный полет.

Ши Цило впал в ярость и закричал:

— Небесный Преподобный Хун, ты только что побелил Небесного Герцог и решил сразу же расправиться с нами? Разве ты не планируешь поделиться с нами?

Император Богов Лан Сюань собирался ворваться в межбровье Небесного Герцога, когда он внезапно увидел, что навстречу ему мчится клон Небесного Преподобного Юя, находящийся под контролем Небесного Преподобного Хуна.

Император Богов Лан Сюань пропустил удар, и его мысли тут же помутились. Его тело отлетело на десятки тысяч километров, а из его ребер донесся треск.

Во лбу клона Небесного Преподобного Юя появилась дыра, его затылок взорвался, забрызгивая райские дворцы за его спиной кровью.

Небесный Преподобный Хун довел способности клона Небесного Преподобного Юя до предела, и его физическое тело больше не могло выдерживать давление. Как только его лоб взорвался, его тело тоже взорвалось.

Император Богов Лан Сюань начал блевать кровью. Сила атаки клона Небесного Преподобного Юя оказалась слишком большой, и даже он не мог выдержать подобного.

— Мой плод Дао! — он поспешно подавил свои раны и бросился в сторону Небесного Герцога. Тем не менее, Небесный Герцог продолжал неподвижно стоять, вокруг его головы кружились две зловещие ауры, нанося множество ран!

Небесная Преподобная Цзянь пыталась пробиться в межбровье Небесного Герцога, расколов его череп.

Несмотря на всю силу ее божественных ножей, она внезапно пропустила удар Небесного Преподобного Хо и улетела прочь вместе со Сценой казни Бога!

Внезапно в небо хлынули потоки Ци, а Даоо Небес задрожало, пытаясь покинуть тело Небесного Герцога!

— Небесный Герцог вот-вот умрет! — Радостно воскликнул Ши Цило!

Его сундук открылся, и из него вылетело множество божественных сокровищ, поглощая Ци и Дао Небесного Герцога.

— Небесный Герцог и вправду умирает! — Небесная Преподобная Цзян, пострадавшая от удара Небесного Преподобного Хуна, ошеломленно воскликнула. Ее тело задрожало, и вернулось в обычный вид. Все ее силы хлынули в Сцену казни Бога, два ножа которой снова начали поглощать Ци Сюаньду.

Зловещая Ци Сюаньду была невероятно плотной, из-за чего два божественных ножа работали крайне эффективно.

Огромная голова Графа Земли уже появилась в Сюаньду, его огромные руки схватили Небесную Преподобную Гун и Небесную Преподобную Янь.

Двое Небесных Преподобных были тяжело ранены в сражении с Небесным Преподобным Ю. Граф Земли появился в нужный момент, чтобы подавить их.

Внезапно тело Графа Земли сильно задрожало, и он посмотрел на Небесного Герцога, на его лице появился взволнованный вид:

— Брат Дао, ты сумел постичь Дао Небес? Мне тебя поздравлять или оплакивать?

В этот момент вокруг тела Графа Земли закружилась диаграмма тайцзи. Выражение лица Графа Земли изменилось, и он поспешно отпустил Небесных Преподобных Гун и Янь, поспешно заблокировав диаграмму своими руками.

Огромное тело Графа Земли задрожало, из него начали отваливаться куски лавы, а бесчисленные жители миров вокруг него начали носиться по сторонам в панике.

Граф Земли поспешно успокоил богов, внезапно увидев перед собой двух древних богов, покрытых множество ран от меча. Схватив Небесную Преподобную Янь, они поспешно скрылись.

Диаграмма Тайцзи была образована из высшего сокровища древних богов вены Тайцзи. Двое древних богов сражались с Императором-Основателем, когда внезапно увидели раненую Небесную Преподобную Янь, и поспешили ее спасать. Тем не менее, Император-Основатель успел нанести еще один удар, который тяжело их ранил.

Граф Земли протянул руку, пытаясь снова схватить Небесную Преподобную Гун, внезапно заметив, что ее раны успели зажить. Ошеломленно дрогнув, он оглянулся, увидев приближающегося Небесного Преподобного Хао.

За спиной Небесного Преподобного Хао виднелся чей-то силуэт. Присмотревшись, Граф Земли увидел, что это была Небесная Преподобная Сюй.

Небесная Преподобная Сюй шагала к нему, постепенно уменьшаясь в размерах. Вскоре она превратилась в маленькую девочку с двумя рогами, прикрытыми косичками. Читайте ранобэ Сказания о Пастухе Богов на Ranobelib.ru

— Отец Ах Чоу, — позвала она Графа Земли.

— Дочь… — сердце Графа Земли дрогнуло, а Великое Дао Юду тут же превратилось в плотные цепи, крепко связавшие его сердце.

— Дочь! — Графа Земли вырвало кровью, из его рта вылились потоки лавы. Его мысли помутились, в то время как Небесный Преподобный Хао поднял руку, и его Колесо Тысячи Дао закружилось в воздухе, мчась в сторону межбровья Графа Земли.

— Граф Земли, проснись! — раненное тело Небесного Преподобного Ю подлетело к Графу Земли. Его величественный исконный дух медленно поднялся и схватил Колесо Десяти Тысяч Дао обеими руками, из которых тут же потекла кровь!

Его физическое тело и исконный дух окутал дьявольский огонь Юду, чтобы защититься от Колеса Десяти Тысяч Дао. Тем не менее, его ранения уже были очень серьёзными, поэтому ему не удалось заблокировать атаки Небесного Преподобного Хао.

В этот момент в небе вспыхнул луч меча, непрерывно атакуя Небесного Преподобного Хао и Тай Су!

Небесный Преподобный Хао громко рассмеялся и поднялся в небо, пролетая над головой Графа Земли вместо с Тай Су. Внезапно Тай Су оглянулась, посмотрев на Императора-Основателя, и ошеломленно дрогнула:

— Ты меня видишь?

Император-Основатель ничего не ответил. Он трижды взмахнул мечом, и Небесная Преподобная Гун, собирающаяся убить Небесного Преподобного Ю, внезапно начала блевать кровью. У нее не осталось другого выбора, кроме как бежать вместе с Тай Су.

К этому времени звезды тысяч миров и небо обрели красный цвет. Казалось, словно с него вот-вот начнется литься кровь.

Два божественных ножа Сцены Казни Бога были не в силах поглотить такое количество дьявольской Ци. Постепенно они материализовались и становились сильнее!

Небесная Преподобная Цзян дрожала от волнения, смотря на физическое тело Небесного Герцога.

— Если я поглощу Дао Небес и силу Небесного Герцога, то два божественных ножа ничем не будут уступать великому сокровищу Великого Императора!

Она поспешно задействовала свои два божественных ножа, и атаковала Небесного Герцога, продолжающего неподвижно стоять.

— Великая Печать Дао Небес!

Небесный Преподобный Хун, находящийся в межбровье Небесного Герцога, не обращал внимания на потерю Дао Небес и Ци Небесного Герцога. Он поднял ладонь, покрывая Плод Дао слоем печатей Дао Небес. Руны Плода Дао были невероятно сильны, но ему все же удалось их подавить!

Затем он щелкнул пальцами, и запечатанный Плод Дао вылетел из межбровья Небесного Герцога. Небесная Преподобная Цзян, пролетающая над ним, тут же атаковала плод Дпо своими ножами!

Когда Император-Богов Лан Сюань это увидел, его глаза расширились от гнева, и его божественное искусство тут же обрушилось на Небесную Преподобную Цзян!

Затылок Небесной Преподобной Цзян взорвался, а ее тело отлетело назад. В следующий миг ее ножи засвистели в воздухе, просвистев у шеи Императора Богов.

Голова Императора Богов Лан Сюаня упала на землю, но плоть на его шее начала извиваться, быстро отращивая новую голову. Он протянул руку, схватив Плод Дао, и вернул его в свои райские дворцы.

Небесная Преподобная Цзян оглянулась, их взгляды встретились, прежде чем они снова атаковали физическое тело небесного герцога. Ши Цило тоже присоединился к ним, громко смеясь:

— Мне вот-вот удастся поглотить совершенствование Небесного Герцога!

В этот момент мимо них пролетело Колесо Десяти Тысяч Дао, разрубая тело Ши Цило надвое. Его верхняя часть упала в низ, в то время как ноги продолжили бежать в сторону физического тела Небесного Герцога.

Император Богов Лан Сюань ошеломленно дрогнул и поспешно развернулся, чтобы защититься, но увидев перед собой Небесного Преподобного Хао и Тай Су, резко изменился в лице. В этот момент Небесный Преподобный Хао ткнул пальцем в его межбровье.

Император Богов Лан Сюань тут же начал блевать кровью и поспешно скрылся.

Небесная Преподобная Цзян, в свою очередь, увидела пролетающую вверху Небесную Преподобную Цзян, и поспешно опустила свои ножи, боясь ее ранить. Тем не менее, Небесная Преподобная Гун тут же атаковала ее своим кнутом.

Небесный Преподобный Хун оставался спокойным, наблюдая за разрушением двух душ Небесного Герцога. Он спросил хриплым голосом:

— Почему ты предал самого себя?

Небесный Герцог улыбнулся, и в этот момент его исконный дух и две души рассыпались.

Сердце Небесного Преподобного Хуна наполнилось болью. Он протянул руку, будто пытаясь вернуть свои души земли и небес, но вскоре опустил ее.

Он щелкнул пальцами, разрушая остатки сознания Небесного Герцога.

— Ты больше не ты. Твое сознание может запачкать мое собственное, поэтому его нужно уничтожить.

Небесный Преподобный Хун облегченно вздохнул. Его исконный дух вылетел из своего тела, и быстро взял тело Небесного Герцога под свой контроль, начав поглощать его силу.

— Хоть ты и умер, я исполню твое желание, и превзойду Дао Небес, чтобы стать правителем этой вселенной.

В этот момент выражение лица Небесного Преподобного Хуна резко изменилось. Он понял. Что не может поглощать силу Небесного Герцога!

Его сердце Дао окружила и подавила Сцена Девяти Адов!

Небесный Преподобный Хун поднял голову, увидев над собой высокие скалы и небольшой клочок неба наверху.

Он отчаянно боролся, но не мог освободиться.

Его сердце Дао испытывало ужасную боль, из-за чего выходило из-под контроля и не могло контролировать его совершенствования.

В этот момент под его ногами разразилась мощная сила. Потомственный Король Богов с сокровищем Дао Небес в руках наконец вырвался из-под земли и атаковал исконный дух Небесного Преподобного Хуна!

Бум!

Из межбровья Небесного Герцога донеслась громкая дрожь. Один удар Потомственного Короля Богов уничтожил душу Небесного Преподобного Хуна, а сокровище Дао Небес превратилось в огромный молото и ударило его по голове!

— Отец!

Потомственный Король Богов отчаянно бил по трупу Небесного Преподобного хуна, не собираясь останавливаться.

— Отец, ты стар. Ты больше не в силах меня победить! И все же ты мечтаешь стать правителем вселенной! Но если ты останешься жив, то когда придет моя очередь править?

Он продолжал наносить удары, отчего тело небесного Преподобного Хуна превратилось в кучу месива, в то время как Потомственный Король Богов, казалось, совсем не устал.

Новые главы искать там: https://ranobe.me/ranobe100

Глава 146. От конца аллеи до начала

— Хозяйка, оседлать! — пробасил волчий раб. Недолго думая, Юэ Цинхун запрыгнула на плечи здоровяка и ухмыльнулась, в то время как последний, размахивая своими магическими ножами, широким шагом рванул к Цинь Му. Внезапно тело “наездницы” слегка затряслось, что не удивительно, ведь из ножен на её спине вырвалось множество мечей.

— В битве, когда мы наконец-то стоим лицом к лицу, победит храбрейший! На такой узкой аллее я и мой волчий раб непобедимы. Младший брат Цинь, теперь, когда твоя слабость раскрыта, тебе лучше вернуться обратно в Великие Руины! — прокричала Юэ Цинхун.

Мелькающие ножи были похожи на чёрный шторм, неотвратимо приближающийся к Цинь Му. Тем временем, мечи за спиной девушки тоже уже нацелились на юношу. Сначала полетел один меч, затем два, после чего четыре, восемь и шестнадцать, просвистел ровно тридцать один меч, каждый из которых стал частью огромной Формы Бурящего Меча!

Рассекая воздух в вращающемся построении, мечи неотвратимо приближались к своей цели!

— Старшая сестра, твои навыки меча очень даже ничего, — восхищённо воскликнул Цинь Му, — однако, с того момента, как я смог создать из Ци нить, ты перестала быть мне противником!

— Создал из Ци нить? — процедив сквозь зубы, в Юэ Цинхун заклокотала ярость. — Оскорбить меня вздумал!?

Цинь Му указал на неё пальцем, из кончика которого тут же вырвалось множество нитей из Ци. Сотни нитей, обладающих формой острых мечей, соединились вместе голова к хвосту. Построение, которое они собой сформировали, напоминало продемонстрированную Форму Бурящего Меча, разве что куда больших размеров. Созданная мечеобразная колонна была толщиной с водяной котёл и всё не прекращала увеличиваться и уплотняться, как вдруг рванула прямо к волчьему рабу!

Когда магические ножи, похожие на чёрные молнии, столкнулись с Формой Бурящего Меча паренька, по всей алее разлетелись снопы искр. Несмотря на то, что волчий раб был крайне силён, его руки онемели от отдачи, делая неспособным продолжать контролировать свои ножи, а одетую на нём рубаху разорвало на лоскуты.

Юэ Цинхун была шокирована. Чтобы помочь волчьему рабу выбраться из затруднительной ситуации, она тут же нанесла удар своей Формой Бурящего Меча, целя прямо в плечо Цинь Му.

Юноша тихонько рассмеялся, медленно подняв вверх кончик своего пальца, тут же превратившегося в Форму Стремительно Поднимающегося Меча. Форма Бурящего Меча тоже изменилась, бесчисленные мечи из Ци перестроились, образовав Форму Спирального Меча. Однако, он до сих пор применял Форму Стремительно Поднимающегося Меча… Две техники были фактически объединены им без каких-либо проблем!

Бесчисленное количество нитей Ци поглотило Форму Бурящего Меча девушки, отовсюду можно было услышать громкое лязганье, после чего построение последней было мгновенно уничтожено… За считанные секунду все мечи, будучи пронзёнными нитями Ци, превратились в подобия дырявых сит.

Юэ Цинхун взвизгнула, в то время как волчий раб под её ногами отбросил ножи и прыгнул на Цинь Му, в попытке нанести удар ногой. Но юноша отплатил здоровяку той же монетой и огромное тело раба с громыханием отлетело назад. Между тем, девушка, вовремя спрыгнувшая со спины раба, наконец-то получила долгожданную возможность нанести удар в плечо юноши, используя свой палец, как меч. Жизненный Ци вырвался из её пальца и превратился в меч. Она только было собиралась сделать выпад, как вдруг раздался дьявольский голос:

— Са Мо Е

Разум Юэ Цинхун помутился, заставив потерять контроль над собой. Затем она услышала музыку и, развеяв свой меч Ци, начала хихикая танцевать перед Цинь Му… Тем не менее, её совершенствование было довольно сильным, поэтому она быстро опомнилась и укрепила свой разум. Однако, во время своего прыжка назад, она почувствовала спиной странное тепло: «Дерьмо!».

Цинь Му прислонился к спине Юэ Цинхун и резко толкнул.

Бум!.. Как и полагается, впечатывая её в стену неподалёку.

За стеной находилась резиденция лысого монаха Юнь Цюэ. Когда стена внезапно рухнула, аура монаха вспыхнула, выбивая Юэ Цинхун из стены.

— Старшая сестра Юэ, позволь мне показать тебе, как его одолеть, — громко рассмеялся лысый монах.

— Ты недостаточно хорош. Ты идёшь не на битву, а на избиение, — в полёте гневно предупредила монаха девушка.

— Я недостаточно хорош? — впал в ярость молодой монах. Его движения были свирепыми и властными, напоминая своей мощью постоянно напирающих слонов с драконами. Каменистые осколки под его ногами разлетались во всех направлениях, сдирая своей неистовой силой последние слои известняковых плиток аллеи!

— Старшая сестра, ты никогда больше не будешь говорить, что я недостаточно хорош, потому что я хорош!

Раздался глухой, но в то же время громкий звук, когда четыре ладони Цинь Му и Юнь Цюэ столкнулись. Монах рассмеялся:

— Ты, с фамилией Цинь, не ожидал, верно? Я уже подстроил навыки меча Имперского Наставника под свои ладони. Моя Могучая Пятиступенчатая Мудр…

Прежде чем Юнь Цюэ успел закончить предложение, он почувствовал движущуюся на него могучую силу, способную свернуть горы и перевернуть моря. Будучи несравненно свирепой, сила легко разрушила его жизненную Ци, тем самым подавляя продемонстрированную Могучую Пятиступенчатую Мудру. Монах издал приглушённый стон и отступил. Затем он использовал Мудру Слонодракона Покоряющего Дьявола, как вдруг услышал громкий гул…

Белая одежда Юнь Цюэ разорвалась на лоскуты, что тут же взмыли в небо подобно белоснежным танцующим бабочкам. Он остался почти голым, его наготу скрывали только короткие рваны штаны.

Монах успел заметить, что Цинь Му послал ему ещё один удар кулака вдогонку, грохочущий подобно сотрясающему весь мир грому. Множество искр разлеталось по округе, делая удар похожим на разряд молнии. Когда же сокрушительная атака практически достигла свой цели, вокруг кулака вспыхнула белая дымка и распространилась во все стороны.

«Дерьмо…» — промелькнуло в голове у монаха, в следующих миг встретив удар кулака головой. Как он и думал, остатки его штанов быстро улетали, как будто напуганные весенние бабочки. Теперь молодой герой был совершенно голым.

Всеподавляющая сила буквально сдула монаха Юнь Цюэ прочь, но тот, полагаясь на своё несравненно плотное совершенствование, всё же умудрился извернуться в воздухе, тем самым впечатываясь в стену лицом вперёд и оставляя на обозрение миру плотно сжатые, не такие лысые как голова, обнажённые ягодицы…

«К счастью, я врезался в стену не спи…» — промелькнула мысль в голове монаха, после чего тот со спокойной душой потерял сознание.

Невинно улыбающийся юноша отряхнул свои одежды от пыли, как вдруг из-за его спины донёсся робкий голос:

— Брат Цинь…

Цинь Му оглянулся, увидев, как с другой стороны аллеи идёт дрожащий всем телом, словно осенний лист, Вэй Юн.

— Брат Вэй, что случилось? Тебя что, кто-то запугивает? — недоумевая спросил Цинь Му.

Толстяк взял ножны в руки и тихо, практически через плач, промямлил:

— Ты пошёл против течения, поэтому я должен восстановить справедливость во имя небес и обменяться с тобой несколькими ударами, чтобы ты понял насколько необъятны небеса и земля… Нет… Эта фраза слишком жестока… Я не могу произнести её полностью…

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать:

— Брат Вэй, ты хочешь обменяться несколькими ударами? Я думаю это нормально для старшего и младшего брата иногда устраивать спарринги. Тем более нам с тобой довелось пережить ситуацию на грани жизни и смерти. Что думаешь, может мы позаботимся друг о друге и постараемся не переусердствовать?

Вэй Юн почувствовал будто с его плеч упала гора, а в теле появилась некая лёгкость и непринужденность. Достав меч из ножен и взяв себя в руки, он сказал:

— Брат Цинь, только не избей меня так же сильно, как того монаха.

Его меч начал вращаться, после чего он исполнил технику спирального меча, которой научился у Имперского Наставника. На том уроке, лишь немногие практиковались в трёх основных формах от начала до конца. Поэтому было очевидно, что толстяк приобрёл некоторое понимание.

Ученики Имперского Колледжа не были глупыми и могли понять, насколько это невообразимо. Вэй Юн может быть и был немного пухлым, но его понимание, способности и заложенные семьёй основы были совсем не малы. Цинь Му тоже хотел увидеть, какие способности у его друга, поэтому не атаковал настолько яростно, как атаковал Цинь Юя, сформировав Спиральный Меч и скрестив меч с соперником…

Их мечи мелькали в воздухи, каждый использовал свои техники меча, демонстрируя своё понимание. Ученики, стоящие рядом забыли о своих травмах и во все глаза смотрели на техники используемые этими двумя.

Навыки меча Вэй Юня были удивительны. Ведь он родился в семье Вэй из Речной Гробницы. Во главе его семьи стоял удивительный мастер, герцог Вэй, который сейчас был высокопоставленным чиновником первого ранга.

Герцог Вэй был мастером культа и имел выдающуюся военную карьеру. Однажды он уничтожил целую страну за одну битву, это была страна Небесного Остатка на северных границах. После победы все территории той страны были присоединены к Империи Вечного Мира. Именно поэтому он стал герцогом.

Вэй Юн не занимал высоких позиций в семье, но был крайне трудолюбив с молодости. Семейные техники семьи Вэй были очень сложными, но, благодаря своему усердию, он овладел ими на выдающемся уровне, правда конечно же, только по сравнению с младшим поколением семьи.

Однако, Цинь Му лучше понимал Форму Спирального Меча, в его навыке меча было куда больше изменений и гибкости. Он не только использовал технику меча, но также смешивал её с чудесной техникой кулака…

Со стороны казалось, будто старший брат руководит и учит младшего, чтобы тот понял всю глубину данного навыка. Когда Вэй Юн более-менее всё осмыслил, он решился на следующий шаг.

Как только они обменялись тремя движениями, Вэй Юн облегчённо вздохнул и с возросшей уверенностью улыбнулся:

— Брать Цинь, ты можешь использовать всю свою силу. Я бы хотел увидеть, насколько большой между нами разрыв.

Цинь Му улыбнулся и внезапно изменил своё поведение. Пока меч летел в друга, он использовал Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе, чтобы сокрушить разум Вэй Юня, заставив того сразу заняться стабилизацией своего духа.

После этого Цинь Му перевернул руку и использовал Небесную Мудру Дьявольской Свободы, которая мгновенно сокрушила защиту души Вэй Юня, что привело к пропущенному удару меча.

Цинь Му рассеял свою Ци и, ярко улыбаясь, помог встать другу:

— Брат Вэй, прости меня.

Вэй Юн поднялся и огляделся. Половина учеников Резиденции была побита, а другая половина боялась выйти. Он улыбнулся:

— По сравнению с другими, со мной всё замечательно. Я слышал, как другие говорили, что твоя слабость в плече, это правда? Если это так, то почему они не могут тебя ранить, если знают, где она находится?

— Знать, где находится слабое место — это одно, а быть способным её поразить — это другое, — спокойно говорил Цинь Му. — Если брать в учёт одну область совершенствования, то в бою мою слабость смогут поразить только два-три человека со всего Имперского Колледжа, и это включая членов правления.

Вэй Юн потерял дар речи, а Цинь Му огляделся и увидел, что Резиденция Учеников полностью разрушена. Те самые разнорабочие смотрели на него с некой обидой во взгляде. Он сразу же извиняющееся поклонился перед работягами, затем посмотрел на толстяка и сказал:

— Брат Вэй, мне всё ещё нужно сходить на Этаж Небесных Записей. Дорогие старшие братья и сёстры, я не могу больше составлять вам компанию, прощайте.

После этих слов юноша развернулся и ушёл. В Резиденции Учеников больше никто не осмелился преградить ему дорогу.

Юэ Цинхун выкарабкалась из-под обломков и посмотрела на уходящего Цинь Му, тихо вздохнув:

— Теперь он старший брат нашей Резиденции Учеников…

Буф…

Внезапно рухнула стена, подняв клубы пыли. Среди тех клубов промелькнул монах Юнь Цюэ, прикрывая одной рукой переднюю часть, а другой свой зад. Ему понадобилось всего несколько вдохов времени, чтобы оказался во своём дворике, после чего он тут же вбежал во спальню, при этом громко хлопнув дверью.

Многие хотели рассмеяться, но не решались, ведь лысый не был слабаком. Через мгновение донёсся жалостливый голос молодого монаха:

— Эмм, старшие братья на улице, у бедного монаха совсем не осталось никакой одежды, если кто поможет, я пролью слёзы благодарности.

— Старший брат Юнь, пожалуйста, подождите немного. У меня есть несколько запасных наборов одежды, правда они немного большие, — улыбнувшись, предложил Вэй Юн.

— Не беда, одежда для монаха не более чем мирские пожитки, — ответил Юнь Цюэ.

Тем временем ректор Ба Шань вышел из комнаты и начал считать про себя: «Чэнь Ваньюнь, с ним уже всё понятно, также я должен взять Цинь Му, Цинь Юя, да и толстый коротышка не плох. Юэ Цинхун и Юнь Цюэ тоже имеют свои сильные стороны. Эти шестеро подходят для становления имперскими академиками. Будет не сложно направлять эту малышню во время их совершенствования. Однако, кроме Резиденции Учеников, есть ещё одно место… ученики области Пяти Элементов есть также и в Королевском Парке. Я не могу отдавать предпочтение одним, игнорируя остальных, поэтому нужно выбрать нескольких оттуда, чтобы не дать Императору Яньфэну повода недолюбливать меня».

Те, кого выбрал старик, были в области Пяти Элементов. Ведь ученики области Шести Направлений уже стали практиками божественных искусств, тем самым, пойдя по своему собственному устоявшемуся пути развития, поэтому он не мог учить их в соответствии с их способностями.

Глава 147. Учения Империи Юйюань

Канцлер Ба Шань вышел из Резиденции Учеников и направился в находящийся неподалёку Королевский Парк.

Там проживало довольно много принцев, принцесс, а также хороших и плохих дворян, перемешанных между собой. Отличительной чертой “парка” было то, что все жители были конченными интриганами.

Те, кого называли императорскими принцами и принцессами являлись детьми императора, а остальные принцы и принцессы были детьми королей. Все они нескончаемо цапались между собой, однако имела место быть ещё некоторая напряженность, а именно борьба за власть между самими императорскими детьми. Их бесконечные интриги вызывали сплошную головную боль… что достаточно сильно раздражало канцлера Ба Шаня, но у него не было выбора — прийти или нет. Если бы он не пришёл, то оскорбил бы Императорскую Семью, что определённо бы плохо для него закончилось.

«Почему бы мне не узнать у второго принца, как здесь обстоят дела?» — решил канцлер и направился ко второму принцу. Лин Юйшу был удивлён и обрадован приходом Ба Шаня, всё-таки последний являлся членом правления Имперского Колледжа, а также стоял в шаге от становления Великим Ректором. Старик обладал воистину невообразимыми и могучими способностями, по силе он не проигрывал ни одному высокопоставленному чиновнику высшего первого ранга, ни одному школьному мастеру или же мастеру ведущих культов и сект. На сегодняшний день его считали одним из сильнейших в мире!

«Было бы действительно замечательно, если бы я смог получить от него наставления!» — воспылал духом второй принц, что, конечно же, отразилось на его лице.

— Второй принц, кажется, ты меня неправильно понял, — Ба Шань увидел ликование на лице второго принца и сразу же понял, что тот кое-чего не понимает, поэтому разъяснил. — Я преподаю только ученикам ниже области Шести Направлений. Я не так много знаю о Королевском Парке, поэтому пришел в надежде, что ты мне посоветуешь пару выдающихся личностей.

Лицо Лин Юйшу тут же погрустнело. Количество ресурсов, которые получал наследный принц, было гораздо больше, чем получали другие принцы. Он не был наследником, поэтому с самого рождения получал меньше ухода и внимания.

Несмотря на то, что все императорские дети могли поступить в Имперский Колледж, не сдавая вступительных экзаменов, но это было ничто по сравнению с тем, что получал наследный принц. Шесть мастеров культа передавали ему свои знания. Более того, время от времени его обучал сам Император Яньфэн. Даже члены правления Имперского Колледжа приходили, чтобы учить его…

Наследного принца не только обучали всевозможным первоклассным наукам и искусствам, его также учили, как быть императором и контролировать всех граждан и военных офицеров. Он даже успел наладить хорошие отношения с некоторыми канцлерами имперского двора, таким образом сформировав своё личное лояльное окружение…

Даже если другие принцы и принцессы хотели попытаться конкурировать за трон, у них попросту нет достаточно способностей, чтобы сделать это.

Канцлер же был на одном уровне с мастерами культов, которые обучали наследного принца, поэтому его наставление, хоть и не спасло бы положения Лин Юйшу, но, в конце концов, было лучше, чем ничего.

Однако, Ба Шань учил только практиков областей Духовного Эмбриона и Пяти Элементов, поэтому очевидно, что принц не подходил для роли ученика.

Лин Юйшу подавил разочарование в своём сердце и улыбнулся:

— Понимание и способности моей седьмой сестры первоклассны, даже Имперский Наставник сказал, когда встретил её, что она экстраординарна. Её способности превосходят мои даже несмотря на то, что она немного игрива. Я надеюсь, что строгость канцлера Ба Шаня в обучении поможет мне немного изменить её характер.

Канцлер Ба Шань был весьма удивлён:

— Седьмая принцесса? Немного игрива? Такое поведение действительно сдерживает её прогресс в совершенствовании. Те старики, из-за уважения к её статусу принцессы, попросту не были достаточно строги с ней во время её обучения! Но со мной ей придётся настрадаться!

Странный огонёк появился в глазах Лин Юйшу: «Седьмая принцесса, ты слишком сблизилась с тем отвергнутым, я не могу быть уверен, что ты не опозоришь репутацию императорской семьи своими действиями. На этот раз ты уйдёшь в горы и окажешься далеко от Цинь Му, там ты увидишь множество молодых талантов и окончательно забудешь отвергнутого… Твой брат делает всё это ради тебя! Я не позволю тебе пойти по кривой дорожке!»

— Второй принц, у тебя есть ещё кто-то на примете? — снова спросил Ба Шань, на что Лин Юйшу немного задумался и сказал. — Лин Миньюэ… Принц Миньюэ.

— Лин Миньюэ? Сын Короля Тайшаня? — улыбнулся канцлер. — Он действительно очень перспективен. Я слышал, что ты с ним в плохих отношениях, так почему рекомендуешь его?

— Я в плохих отношениях с Миньюэ только потому, что король Тайшань поддерживает моего старшего брата. Однако, способности и понимание Миньюэ действительно выдающиеся, — улыбнулся Лин Юйшу.

— Второй принц, у тебя доброе сердце. В таком случае, может, принц захочет передать хорошие новости тем двоим лично, а также сообщит, что они могут найти меня в Резиденции Учеников? — кивнув головой, спросил Ба Шань.

Лин Юйшу был в восторге. Он понял, что канцлер дал ему возможность улучшить отношения с принцем Миньюэ, и сразу же ушёл.

Лин Юйсю и принц Миньюэ прибыли в Резиденцию Учеников, сюда же уже пришли Цинь Юй, Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ, Вэй Юн и некоторые другие.

Канцлер Ба Шань громко произнёс:

— Я обсудил проверку лучших из лучших учеников с Великим Ректором. Теперь все вы станете временными академиками. С сегодняшнего дня вы пройдёте через Павильон Святого Искусств, зал Лазурного Ян, Этаж Военных Секретов, зал Множества Элементов, Павильон Небесной Музыки, чтобы прослушать лекции и научиться живописи, каллиграфии, контролю своего разума, искусству войны и формациям, а также, чтобы поработать над своим нравом. Вы узнаете многое от меня, ведь я буду вас учить в соответствии с вашими способностями, которые определённо выделяются среди других учеников. Только от вас зависит станете ли вы академиками через несколько лет. И так… — старик окинул всех взглядом и улыбнулся. — У вас есть старший брат, или, быть может, вам стоит называть его своим старшим дядей. Он стал первым академиком нашего Имперского Колледжа, мы уже обсудили это с Великим Ректором и сообщили Императору Яньфэну, так что скоро будет издан официальный указ.

Все переглянулись с явной тревогой в их глазах.

«Первый академик? Кто это?»

Юэ Цинхун и Юнь Цюэ посмотрели на Чэнь Ваньюня, но увидели на лице того лишь странную палитру эмоций, в то время как канцлер продолжил:

— Сейчас седьмая принцесса пойдёт со мной на тренировку в течение нескольких дней, вы же должны подождать моего прихода. Принцесса, сходи на Этаж Небесных Записей, чтобы выбрать несколько древних свитков с техниками и божественными искусствами. Остальные останутся здесь.

Эта речь всех удивила и оставила в приподнятом настроении.

****

Этаж Небесных Записей. Секретарь проверил книжную дощечку Цинь Му и сказал:

— Запрещено портить какие-либо книги, за любое повреждение книги ты попадешь в тюрьму. С твоей дощечкой ты можешь просматривать только первый этаж. Не пытайся пройти на второй, иначе секретарь того этажа схватит тебя и накажет.

— Я ухожу на тренировку с канцлером Ба Шанем, поэтому я бы хотел позаимствовать несколько древних свитков, — проговорил Цинь Му.

— Понятно. Ученики канцлера получают некоторые привилегии, ты можешь взять пять древних свитков. Выбери и приходи сюда, чтобы показать, что ты взял, — изумился и тут же ответил секретарь.

Цинь Му вошёл на первый этаж. Каждая комната здесь была чрезвычайно огромной, но на всех дверях весели таблички. Древние свитки в комнатах распределялись в соответствии с их префектурами. Все техники, навыки и божественные искусства сект или культов из той или иной префектуры хранились в определённой комнате.

Парень вошёл в комнату с табличкой “Личжоу”, где увидел целую массу книжных полок и древних свитков, лежащих на них. Тут также были дощечки, на которых указаны названия сект и аристократических семей откуда были привезены свитки.

В комнате было совсем мало людей. Только двое или трое учеников сидели на полу и читали свитки. С краю располагалось три маленькие двери, Цинь Му подошёл и увидел, что две из них были заперты изнутри, оставшаяся же была открыта. Он толкнул дверь… Увиденное просто поражало, за дверью находилось огромное пространство площадью семисот квадратных метров. Оно была гораздо больше, чем у комнаты, в которой он был ранее, однако, тут совсем ничего не было.

«Может быть это место нужно для практики? — подумал Цинь Му и развернулся, чтобы подойти к полке рядом. Взяв с той полки свиток и опустив вниз голову, он был шокирован. — В префектуре Личжоу так много сект…»

На свитке было написано “Техника Красных Облаков секты Красных Облаков префектуры Личжоу”. Неподалёку лежало ещё несколько свитков: “Навык Меча Красных Облаков”, “Четыре Построения Красных Облаков”, “Секреты Пилюль Красных Облаков” и так далее.

Цинь Му бегло прочитал свиток, техника Красных Облаков была действительно уникальной. Те, кто практиковались в данной технике, преобразовывали свою жизненную Ци в красные облака, поэтому, каждый раз, когда такие люди использовали свою Ци, небо заволакивало красными облаками. В таких облаках можно было бы спрятать летающие мечи, а также отвлечь противника, ведь многие, скорее всего, застынут на месте, когда увидят подобный феномен в небе.

«Несмотря на то, что техника Красных Облаков хороша, её всё ещё нельзя считать великолепной» — с такими мыслями он отложил свиток в сторону, затем несколько раз взглянул на навык меча Красных Облаков, но и он ему не подошёл. Навык меча Красных Облаков был взаимосвязан с техникой Красных Облаков, только те, кто практиковались в этой технике, могли использовать навык. Затем он взглянул на Четыре Построения Красных Облаков, однако, даже их можно было использовать лишь вместе с техникой Красных Облаков.

Цинь Му также бегло прочитал свиток Секретов Пилюль Красных Облаков, в нём в основном описывалось искусство обработки пилюль. Тут было несколько рецептов, заслуживающих внимания, однако, они были не совершенны, проблема с токсичностью не была решена.

Он отложил все свитки из секции Красных Облаков обратно и достал ещё один набор толстых свитков.

«Древние свитки Императорской Семьи Империи Юйюань? — был ошеломлён Цинь Му. Он перечитывал свиток множество раз, задавая несколько вопросов про себя. — Разве не свитки префектуры Личжоу должны лежать на этих полках? Откуда вообще взялась эта Империя Юйюань? Должна же быть связь между Империей Юйюань и Юйюань Чуюй? Неужели территория Личжоу раньше принадлежала Империи Юйюань?»

Сердце Цинь Му дрогнуло. Юйюань Чуюй — молодая губернаторша Личжоу, её фамилия Юйюань. Она также говорила, что у неё есть брат Юйюань Чуюнь, который занимает некую должность в столице. Может быть они раньше были правителями Империи Юйюань?

Юйюань Чуюй имеет столь высокий статус в таком молодом возрасте, у неё определённо должна быть мощная поддержка.

«Личжоу расположена в южно-центральном регионе Империи Вечного Мира. Похоже, Империя Вечного Мира успела аннексировать уже множество стран» — с такими мыслями Цинь Му слегка подбросил учения Империи Юйюань и решил взять с собой. Хотя свитки императорской семьи Юйюань были неполными, описанные в них техники были намного лучше, нежели техники секты Красных Облаков. Сами же учения назывались “Непостижимые Восходящие Небеса Чэнду”, в них входило множества навыков, например, навык меча “Заходящее Солнце”.

Из навыков меча Цинь Му использовал только первую форму Рисунка Меча — Меч Ступающий по Горам и Рекам. Однако, данный навык потреблял чрезмерное количество Ци, поэтому, если он попытается исполнить последнего в обычном бою с превосходящим числом противников, то его Ци в мгновенье ока будет осушена, что определённо приведёт к плачевному результату…

Поэтому ему кровь из носа был нужен первоклассный навык меча, а навык меча Заходящее Солнце как раз и был одним из таких.

«Секретарь сказал, что я могу выбрать пять древних свитков, я должен выбрать ещё несколько»

Цинь Му по-быстрому просмотрел другие полки и не нашёл ничего стоящего. Ни одна техника других сект не могла сравниться с техникой Непостижимых Восходящих Небес Империи Юйюань.

Обыскав каждую комнату на этаже, он нашёл ещё парочку первоклассных техник, что не могло не распалить в нём любопытства. И не удивительно… Хотя бы потому, что если только на первом уровне Этажа Небесных Записей собрано столько древних свитков, то насколько мощными и таинственными должны быть свитки на вторых и третьих уровнях?

«Ох, тут что-то не то… Некоторые из предложенных древних свитков будто вырезаны откуда-то… Они совсем не выглядят полными», — чем больше Цинь Му просматривал древние свитки, тем больше сомнений зарождалось в его сердце. Почти все свитки были неполными, а многие высшие искусства и вовсе не были добавлены. Внимательно изучив их, он был бы дураком, если бы не понял этого…

Например, навык меча Девять Песен Соединяющей Реки имел девять движений, но, когда практикующий доходил до девятого движения, он должен был почувствовать, что мощь, заключённая в мече, достигла своего пика, но на этом всё, последнего заключительного удара, который бы высвободил всю эту мощь, просто не было… Становилось понятно, что свиток навыка меча Девять Песен Соединяющей Реки не был закончен.

И таких “совпадений” было множество. Очевидно, что те, кто передавал навыки, что-то утаивали от Империи Вечного Мира и оставляли при себе самые сокровенные тайны.

Глава 148. Парализован

Вскоре Цинь Му выбрал второй свиток, под называнием “Проводник Души”. С помощью него можно вытащить из Загробного Мира душу уже умершего человека, а также, положившись на заклятие, помочь ещё живому человеку войти в Загробный Мир. Если говорить о причине, по которой он выбрал Проводника Души, то в основном из-за того, что на Этаже Небесных Записей было слишком мало заклятий, связанных с данной областью.

Цинь Му вдруг подумалось: «А что, если мне удастся солидно продвинуться в данной области? Может, тогда я смогу словить душу только что умершего человека и оживить его?»

Затем ему также приглянулись “Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны” секты Великой Горы. Заклятия последней казались крайне примечательными, ведь были способны заимствовать силы призраков и богов, у него даже возникло чувство, что они связаны с путём живописи…

В итоге он выбрал только три древних свитка, выбор большего количества не принёс бы ему никаких преимуществ. В конец концов, у него на руках было и так достаточно много техник, нуждающихся сейчас в отработке и практике. Взять хотя бы Великие Небесные Дьявольские Рукописи, техник и навыков в них было больше, чем волос на спине быка. Ему придётся потратить немало времени, чтобы освоить их, какой тогда смысл пытаться нахапать побольше?

Цинь Му встретился с секретарём, после чего тот записал информацию о каждом взятом древнем свитке, а также о том, кто их взял, прежде чем позволить ему покинуть Этаж Небесных Записей.

Два дня спустя император издал официальный указ, делающий из Цинь Му академика Имперского Колледжа, а следовательно, и чиновника шестого высшего ранга, а также позволяющий ему получить доступ к третьему уровню Этажа Небесных Записей без какого-либо контроля со стороны Имперского Колледжа.

Перед горными врата колледжа стоял канцлер Ба Шань. Спустя некоторое время на горизонте замаячил силуэт второго принца Лин Юйшу, который, спускаясь с горы, за руку тащил старательно упирающуюся Лин Юйсю.

— Седьмая сестра, совершенствоваться под присмотром канцлера Ба Шаня определённо намного лучше, чем в Имперском Колледже, — улыбаясь убеждал Лин Юйшу. — Канцлер Ба Шань находится на уровне бытия мастеров сект и культов, он куда сильнее всех остальных из правления. Даже я завидую тебе, ведь тоже очень хочу стать его учеником. Так что не упрямься! Моя дорогая сестра, мы ведь родились на свет из одного и того же чрева, разве я стал бы тебе вредить?

Рядом с горными вратами по-человечески стоял огромный, мускулистый зелёный бык, который в данный момент капал на мозги охранявшего врата цилиня. Иногда бык тянул за прядь бороды, а иногда касался хвоста дракономордого.

— Сестрица, ты вообще собираешься сказать, когда поиграешь с братиком? — перебирая во рту древесный пион, зелёный бык облокачивался на горные врата и время от времени хохотал. — Сестрица, неужели тебе так весело изо дня в день сторожить это место? Позволь мне вывести тебя в свет, красочный мир, и разные удовольствия сделают тебя счастливее! Взгляни на мой прекрасный цветок. Хочешь, я дам тебе его пожевать?..

Дракономордый цилинь кое-как подавлял клокочущий в нём гнев, но, когда бросил взгляд на старика Ба Шаня, сразу же отбросил всякие мысли об агрессии и тем более поедании зелёного быка.

— Канцлер Ба Шань, когда Вы отбываете? — спросил Лин Юйшу.

— Я жду кое-кого. Он должен уже скоро спуститься, — ответил старик, подняв голову и посмотрев на гору. Лин Юйшу же скосил взгляд на стоящую рядом сестру и мысленно возгордился: «К счастью, я оказался достаточно сообразительным. Останься моя седьмая сестра на горе, то продолжила бы дурачиться с тем отвергнутым из Великих Руин. Но расстояние сделает своё дело, не оставив пацану ни единого шанса!»

Лин Юйсю была его настоящей сестрой, от одних отца и матери, кровь от крови, поэтому он, само собой разумеется, всячески приглядывал за ней. В его глазах все прочие принцы и принцессы были конкурентами, соперниками за престол, но к Юйсю он относился, как к дорогой сестре, поэтому костьми ляжет, но не даст подступиться к ней всяким прохвостам…

Думая примерно в таком ключе, принц внезапно поднял голову, где увидел спускающегося с нефритовой горы юношу, который нёс на себе целую гору вещей: топор, нож, бамбуковая трость, огромный, невесть чем набитый, рюкзак, а также сидящая на нём сверху на кортах лиса.

«Он выглядит так, словно собирается спасать жизнь бегством… Неужели он задумал бежать с горы?» — подумал Лин Юйшу.

Ба Шань увидел Цинь Му и, наконец, с улыбкой вздохнул:

— Наконец-то все на месте!

Лин Юйшу, ощутив, как земля уходит из-под ног, начал заикаться:

— У-учитель… че-человек, котор-рого В-вы ждёте он-н?

Канцлер кивнул головой, тем самым разнося в дребезги последнюю надежду, теплившуюся в сердце принца. Принцесса же, наоборот, была вне себя от радости, с гордостью воззрившись на своего ошеломлённого братца, истинные намерения которого, естественно, не могли укрыться от её глаз.

Лин Юйшу колебался, желая спросить Ба Шаня, можно ли ему покинуть колледж вместе с ним. Наконец, собрав всю волю в кулак, он всё же спросил:

— Учитель Ба Шань, могу ли я совершенствоваться вместе с Вами?

— Принц, твоё совершенствование области Семи Звёзд слишком высоко. Ты слишком стар, а твой путь в основном определён, поэтому я не могу тебя учить. Но не беспокойся, седьмая принцесса не пострадает со мной, возвращайся и ни о чём не волнуйся.

Тем не менее, Лин Юйшу не сделал даже шагу в сторону горы, оставшись стоять на месте и буровить взглядом Цинь Му, тем самым сбивая последнего с толку, ведь тот понятия не имел, когда вообще умудрился оскорбить второго принца.

— Раз все в сборе, тогда в путь! — гулко скомандовал Ба Шань.

— Учитель, подожди! — окликнул Цинь Му.

Старик остановился на полушаге и обернулся, только чтобы увидеть идущего к цилиню юношу. Цинь Му подошёл к зверю и ужасно мускулистый бык сразу же отскочил в сторону, с осторожностью воззрившись на него. Не обращая на быка ровным счёт никакого внимания и затаив дыхание, он достал нефритовый флакон, затем откупорил и поднёс флакон к носу цилиня горлышком вверх… которого, разумеется, мгновенно парализовало…

Большой зелёный бык немедленно отскочил ещё дальше, уже с ужасом воззрившись на юношу.

Цинь Му быстро закупорил флакон, а Ху Лин’эр подняла ветер, рассеивая чуть-чуть просочившийся странный аромат. Только после такой процедуры они смогли начать свободно дышать. Затем лисичка достала из рюкзака ещё один флакон, в итоге опять передав юноше. Последний сразу же откупорил его и оттуда почувствовался крайне кислый запах. Затем он вылил жидкость из флакона в драконью пасть. Жидкостью была эссенция лимонного сока. Цилинь может быть и был парализован, но его язык, при контакте со всякой кислятиной, по-прежнему мог выделять слюну.

Ху Лин’эр поспешно достала из рюкзака нефритовые бутыли и передала их Цинь Му, который подставил их у пасти зверя, чтобы собирать из неё стекающую слюну. Наполнив десятый бутыль, слюна цилиня, наконец, истощилась, не осталось ни капли.

— Учитель, сестра Юйсю, идём, — встав, улыбнулся Цинь Му. Канцлер Ба Шань взглянул на парализованного и с любопытством спросил. — Зачем ты собирал его слюну?

— Слюна цилиня — чудотворческое средство для лечения внешних травм. Если Вас ранят ножом или мечом, достаточно будет смазать слюной рану, и плоть быстро восстановится, а мёртвая кожа отшелушится. Во время нашей вылазки без травм точно не обойтись, поэтому я считаю, что лишняя подготовка не пойдёт во вред, — объяснил Цинь Му.

Старик был слегка тронут. Скорее всего, паренёк поступил так не только с целью лечения всевозможных травм в пути, но и чтобы попытаться присоединить части тела мясника, тем самым помогая тому полностью восстановиться.

— Учитель, не одолжишь мне своего быка? — вдруг спросил Цинь Му.

— Не смей! Лин’эр уже стала моей названной сестрой! Если ты посмеешь меня съесть, моя старшая сестра будет сражаться с тобой до смерти! Я ведь верно говорю, сестра Лин’эр? — встревоженно пролепетал зелёный бык.

— Ха, он был слишком пьян, поэтому стал моим младшим братом, — с гордостью проговорила Ху Лин’эр.

— Я всего лишь хотел попросить тебя помочь мне нести вещи. Только глянь на себя, такой большой, а так разнервничался. Кстати, я только что кое-что проверил, так вот, тот цилинь — мужского пола, — невинно улыбнулся пастушок.

Зелёного быка, казалось, накрыло одновременно тридцатью раскатами грома, от которых он с шокированным выражением морды оцепенело застыл на месте. Выдержав короткую паузу, рогатый вдруг взвыл раненым волком, в то время как Ху Лин’эр подошла и попыталась по-своему утешить:

— Всё в порядке, не грусти ты так. Мужчина или женщина, какая разница? Он ведь всё равно не хотел тебя, к тому же, если бы он всё же захотел тебя, то это бы добром не кончилось, по крайней мере для тебя.

Канцлер Ба Шань беспомощно покачал головой и зашагал прочь. Зелёный бык же, внезапно припав к земле, начал елозить, при этом обрывисто, даже слегка приглушённо, воя. Тело под его кожей начало издавать резкие, но в то же время громкие, потрескивания, которые вылились в вырастании костной структуры, также наружу выпучились его мышцы наряду с неистово выросшей из кожи шерсти.

Несколько мгновений спустя, когда бык вновь встал на свои двои, его рост можно было измерить практически тремя ростами обычного человека. Теперь, продемонстрировав всем свою истинную форму, он стал гораздо больше, нежели раньше: тело стало в десять раз больше по объёму, две ладони стали бычьими копытами, из ноздрей завалил дым, а под копытами ног завихрился ветер.

Канцлер Ба Шань указал Цинь Му и Лин Юйсю кивком в сторону спины быка, мол, залезайте, после чего забросил на неё свои дорожные пожитки.

— Второй принц, нет нужды нас так далеко провожать, — проговорил старик, посмотрев на плетущегося за ними Лин Юйшу, — всё будет хорошо, возвращайся!

Лин Юйшу скорчил горькую гримаса, но всё же помахал на прощание Лин Юйсю, тем не менее, последняя уже давно перестала обращать на него внимание и, глядя на Цинь Му, заливисто хихикала, время от времени ударяя своим кулачком по груди подростка.

«Что же за шутку рассказал мальчишка, чтобы заставить мою сестричку так искренне смеяться?» — с такими мыслями в груди принца защемило, а сам он окончательно поник…

Бык начал перебирать своими четырьмя копытами, как вдруг под ними поднялся ещё более мощный ветер, и он сорвался с места, оставляя Лин Юйшу глотать клубы пыли.

Ху Лин’эр, с развевающейся на встречном ветру белоснежно белой шёрсткой, вновь раскинулась меж изогнутых бычьих рогов. Последние изгибались двумя кругами, что позволяло ей сидеть внутри легко и непринуждённо, совершенно не заботясь о том, что её сдует.

— Бычок, ты и правда умеешь управлять ветром? — полюбопытствовала лисичка, на что зелёный бык улыбнулся. — Что такого сложного в управлении ветром? Я — подвид дракона, поэтому контроль ветра — моя врождённая способность. Ты разве не видишь какого цвета моя кожа? Разве не того же, что и чешуя зелёного дракона? Мой предок — зелёный дракон. Это не то, чем могут похвастаться маленькие демоны!

Рогатый был крайне высокомерен, но имел на это право. В конце концов, у него была уникальная могучая родословная. Повстречай он других странных зверей, чтобы запугать их, ему будет достаточно разок продемонстрировать свою силу дракона.

Ху Лин’эр приласкала его кожу, та была глянцевой и крайне толстой. Даже представить страшно, какой уровень защиты она могла обеспечить. Ох, а как красиво блестели чешуйки на шее. Вот лисичка и не смогла сдержаться от восхищённого восклицания:

— Бычок, твоя кожа, должно быть, стоит немалых денег.

Зелёный бык чуть было не споткнулся и тут же закрыл рот, думая: «Моя названная сестра тоже безжалостна. Её хозяин хочет съесть меня, а она хочет содрать с меня кожу, чтобы затем продать. Дикарь номер один и дикарка номер два всего мира! Я обычный бычок, по натуре прост и честен, мне лучше поменьше водиться с такими плохишами. Просто я напился, в итоге сделав её своей названной сестрой, ох, кажется я угодил в её подлую ловушку…»

Лин Юйсю обернулась и спросила канцлера Ба Шаня:

— Учитель, куда мы направляемся?

— За Великую Стену, — проговорил канцлер Ба Шань, который в настоящее время пробегался по выбранным Цинь Му древним свиткам, и, не поднимая головы, продолжил. — Империя Варварских Ди.

— Империя Варварских Ди, — шокировано подскочила Лин Юйсю, что не удивительно, ведь она давно наслышана о горькой ситуации на полях брани с тамошними варварами, сила которых превзошла их воображение.

Сердце Цинь Му слегка сжалось, затем он посмотрел на старика и спросил:

— Старший брат, ты нашёл нижнюю половину тела дедушки мясника?

Канцлер Ба Шань кивнул головой:

— Нижнюю половину тела прибрала к рукам небольшая секта, но затем её уничтожил шаманский культ Империи Варварских Ди, Дворец Золотой Орхидеи. Нижняя половина тела учителя, должно быть, попала к ним в руки.

Цинь Му с облегчением вздохнул, неудивительно, что Ба Шань решил отправиться в Империю Варварских Ди. Но его всё ещё кое-что смущало… Зачем Дворцу Золотой Орхидеи уничтожать такую маленькую секту? Неужели их целью и была нижняя половина тела мясника?

Зелёный бык двигался на запад, пока не оказался у берега реки Мутной. Недолго думая, рогатый ступил на водную гладь и побежал вверх по течению.

Глава 149. Император Боевых Искусств

Способности зелёного быка были такими же высокими, как и короля демонов. На воде зверь передвигался даже стабильнее, чем по земле. Кроме того, он отлично контролировал ветер и гром, следовательно, мог двигаться с невероятной скоростью. За день он без особых усилий мог преодолеть полторы тысячи километров.

Канцлер Ба Шань краем глаза прошёлся по свиткам, которые ученики взяли с собой, ощущая головную боль от просмотра техник, заинтересовавших Цинь Му. Бумаги Лин Юйсю описывали божественные искусства меча и заклятий, в свою очередь, лишь Восходящее Солнце, выбранное Цинь Му, можно было назвать нормальным. Два других свитка ввели старика в недоумение…

Этими свитками были Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны и Проводник Души.

Любое божественное искусство меча или заклятия базировалось на какой-то базовой технике. Это позволяло проводить аналогии, делать выводы об одной технике, исходя из знаний о другой. В таком случае, за счёт своего опыта и совершенствования, канцлер Ба Шань мог помочь ученикам изучить неизвестную технику.

Однако, свитки, которые притащил Цинь Му, были наиболее непопулярными среди самых непопулярных. Вероятно, даже если бы канцлер пришёл на Этаж Небесных Записей и случайно попал на эти писания, он бы немедленно отставил их в сторону. Объяснить такой материал ученику, естественно, он тоже был не в силах.

Находясь на высоком уровне совершенствования, Ба Шань считал силу Проводника Души и Перемещающих Призраков, Отправляющих Богов Приказных Рун слишком слабой, неспособной вызвать интерес искусного мастера. Старик понятия не имел, как юноша умудрился обратить на них внимание.

Усевшись на спину быка, канцлер отдал свитки Цинь Му, чтобы тот самостоятельно в них разбирался. Затем учитель начал объяснять Лин Юйсю технику, которую та выбрала для изучения.

Девушка была ребёнком из императорской семьи, поэтому имела доступ ко второму уровню Этажа Небесных Записей. На этот раз она взяла с собой сложное заклятие секты Дао под названием “Притяжение Лазурных Небесных Молний”.

Даже имя этой техники было намного понятнее и обычнее, чем Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны и Проводник Души.

Это было традиционное, во всех смыслах, заклятие молнии Школы Даосизма, владеющее вполне оправданной репутацией. Объяснения канцлера Ба Шаня были предельно понятны и логичны, поэтому девушка смогла быстро понять все сложные моменты.

Цинь Му и сам не мог оторваться от слов старика. Внезапно он подумал, что, объединив Притяжение Лазурных Небесных Молний с Восьмью Громовыми Ударами, можно получить невероятно сильную технику… Юноша начал углубляться в свои мысли, перестав слышать слова Ба Шаня и утопая в своих вычислениях.

Лин Юйсю консультировалась со стариком по поводу непонятных нюансов и вскоре начала пробовать технику на практике. Внезапно, после исполнения нескольких Дхармических движений, с неба сошёл разряд молнии, поражая речную гладь. Несколькими вдохами времени после на поверхность начали всплывать огромные рыбы, размером до трёх метров!

Девушка невероятно обрадовалась, удивляясь своему достижению. Но канцлер Ба Шань, недовольно качая головой, не лучшим образом прокомментировал её успех:

— Принцесса, твои базовые навыки всё ещё слишком слабы. Ты не тренировала их должным образом. Притяжение Лазурных Небесных Молний должно выглядеть немного по-другому.

Запечатав свои божественные сокровища, оставляя только Духовный Эмбрион и Пять Элементов, старик опустился до уровня Лин Юйсю. Затем он сложил средний и указательный пальцы вместе, и, двигая ими будто нитью, проходящей сквозь ушко иголки, исполнил Притяжение Лазурных Небесных Молний.

Сверкнула молния и над поверхностью реки раздался оглушающий гром. Электрические разряды поражали каждую точку, в которую указывали его пальцы, с невероятной точностью. Всего за мгновение старик произвёл более десятка ударов!

Водная поверхность вспенилась, и повсюду начали всплывать трупы поджаренных рыб.

Исполнение канцлера Ба Шаня значительно превзошло Лин Юйсю. Как и девушка, старик пробовал технику впервые, однако, сделал это невероятно умело, заставив учеников восхищённо воскликнуть.

— Монархическая Техника Девяти Драконов, передаваемая в твоей семье, очень жестока и властна. Поэтому, имея достаточно сильную базу, твоё исполнение Притяжения Лазурных Небесных Молний станет даже сильнее, чем моё. Седьмая принцесса, на протяжении нескольких следующих дней я не буду показывать тебе новые техники. Я помогу тебе усилить основы, — улыбнулся Ба Шань, а Лин Юйсю немедленно согласилась.

Владея огромным опытом, канцлер находился на уровне бытия того же владыки культа. К тому же, старик был свидетелем реформы Имперского Наставника, оставшись на священной земле Имперского Колледжа, чтобы изучать техники, навыки и божественные искусства всех крупнейших сект и культов. За счёт своих знаний, мужчина по праву считался одним из лучших экспертов Империи Вечного Мира.

Пока зелёный бык рвался к границам, Ба Шань рассказывал ученикам о пути, проходя материал древних свитков из Этажа Небесных Записей. Спустя почти три дня, они, наконец, прибыли к перевалу Цинмэнь.

По перевалу Цинмэнь проходила граница между Империей Варварских Ди и Империей Вечного Мира. К тому же, это место было границей между Империей Варварских Ди и Великими Руинами.

От этого места до пограничного поста Империи Варварских Ди было около пятидесяти километров. Однако, посреди этого отрезка лежало несколько километров густого леса. Будучи продолжением Великих Руин, каждую ночь лес заполоняла тьма, надёжно разделяя две страны.

Великие Руины стали естественным барьером между Империей Варварских Ди и Империей Вечного Мира. Армии обеих сторон мечтали втайне осадить противника, однако, под покровом ночи сделать это было невозможно. Единственным вариантом была атака средь бела дня, отчего война уже давно находилась в тупике.

Офицеры и солдаты двух стран называли это место “Утиный Язык”.

Вместе с остальными, Цинь Му добрался к перевалу Цинмэнь, где канцлер передал пропуск солдату пограничной охраны. Пересчитывая количество людей, мужчина увидел имя “Цинь Му” и внезапно оцепенел. Затем, не сказав ни слова, он как можно быстрее побежал в город. Не понимая, что происходит, Ба Шань поинтересовался:

— Ты что, уже успел причинить этим людям неприятности?

Зелёный бык невероятно обрадовался, услышав о том, что у Цинь Му проблемы:

— Причинить неприятности? Старый мастер, Вы забыли, что Ваш младший брат — житель Великих Руин? Пограничные солдаты имеют приказ убивать любого отвергнутого, который осмелится проникнуть в Империю Вечного Мира. Готов поспорить, что юнцу отрубят голову и продадут как раба.

Старик нахмурился, однако, через несколько минут из города раздался звон брони и глубокий, громкий голос:

— Божественный врач, где божественный врач Цинь?

Более сотни солдат из пограничного поста прибыли вслед за седоволосым генералом, меряя гостей взглядом:

— Кто из вас божественный врач Цинь?

Цинь Му улыбнулся:

— Я здесь. Я не заслуживаю называться божественным врачом. Генерал…

Вьюх!

Сотня солдат не задумываясь стали на колени перед юношей. Даже генерал, вставая на одно колено, сложил руки над головой:

— Лекарство, которое божественный врач Цинь дал нам, спасло бесчисленное количество жизней солдат пограничного поста. Имея приказ охранять пост, я не мог прийти в столицу, чтобы отблагодарить тебя лично. Никогда не ожидал, что ты сам к нам наведаешься. Пожалуйста, прими наш поклон.

Цинь Му немедленно поднял руки, ответив:

— Встаньте, генерал. Моё лекарство работает?

Генерал Бянь встал, кивая головой:

— Работает. Теперь заклятия шаманов Варварских Ди не в силах навредить солдатам нашей армии. На перевале Цинмэнь не осталось человека, который бы не был благодарен за благосклонность божественного врача!

— Вы слишком добры, это было всего лишь небольшое усилие с моей стороны, — улыбнулся Цинь Му. — Генерал Бянь, со мной пришёл канцлер Ба Шань из Имперского Колледжа, а эта девушка — седьмая принцесса.

— Я многое слышал о канцлере Ба Шане. Увидев его лично, я понимаю, откуда взялись все слухи. Что касается принцессы… — выражение Бянь Чжэньюня помрачнело, и он ухмыльнулся. — Что дочь императора делает в таком отдалённом и пустынном месте? Если с ней что-нибудь случится, кто понесёт ответственность?

Улыбаясь, канцлер ответил:

— Это я захотел вывести их за границы империи для обретения нового опыта. Генерал, пожалуйста, не усложняйте ситуацию.

Выражение лица Бянь Чжэньюня стало приятнее:

— Ради божественного врача я вас пропущу. Канцлер планирует провести обучение на перевале Цинмэнь?

Ба Шань покачал головой:

— В Империи Варварских Ди.

Генерал подпрыгнул от шока и закричал:

— Вы собрались проникнуть в Империю Варварских Ди? Вы самоубийцы? Между нашими странами идёт война, вас обязательно убьют, войди вы на их территорию! Более того, с вами принцесса. Если с ней что-нибудь случится, весь Имперский Колледж казнят!

Канцлер ответил с той же улыбкой на лице:

— Пока эти дети со мной, им ничего не грозит. У меня тоже есть люди в Империи Ди.

Слегка усмехнувшись, Бянь Чжэньюнь расслабился:

— Почему меня это так сильно волнует? Это дела колледжа, даже если что-то пойдёт не так, я не понесу ответственности. Божественный врач Цинь, можете проходить.

Лин Юйсю обеспокоилась. Канцлер предупреждал, что тренировка будет проходить за Великой Стеной, поэтому девушка была готова к тому, что они пойдут к границе. Тем не менее, она никак не ожидала, что старик Ба Шань собрался проникнуть вглубь Империи Варварских Ди.

К счастью, однажды она уже осмелилась пойти вместе с Цинь Фэйюэ в Великие Руины. В этот раз, услышав о плане канцлера, девушка немного встревожилась, однако её энтузиазм оказался намного сильнее страха.

С наступлением ночи, в поместье генерала устроили банкет, на который Бянь Чжэньюнь лично пригласил Цинь Му. Канцлера и принцессу также позвали, исключительно в качестве сопровождения божественного врача.

Не следующее утро, проводя их в дорогу, генерал предложил юноше поднос с золотыми слитками:

— В Империи Варварских Ди не признают монет Великого Изобилия, используя золотые слитки в качестве денег. Божественный врач, возьми это для своих походных нужд.

Поблагодарив старика за такой подарок, путники взобрались на спину зелёному быку и покинули перевал.

Пройдя через Утиный Язык Великих Руин они наконец-то вышли за пределы Великой Стены. Спустя некоторое время, на горизонте появились странные звери с огромными костяными шипами, растущими прямо на голове. Верхом на этих зверях ехали высокие, крепко сложенные генералы неизвестного племени, громко крича:

— Исо!

Канцлер Ба Шань задрал ногу, взбираясь прямо на огромную голову зелёного быка. Затем, встав на рога зверя, он быстро расстегнул своё пальто из соболиного меха.

Увидев татуировки на его груди, генералы закричали что-то новое, пытаясь остановить зверей под собой. Затем, усевшись на их спинах, они поприветствовали старика и развернулись, ускакав в неизвестном направлении.

Спрятав свою грудь, Ба Шань спустился с рогов быка. Цинь Му и Лин Юйсю были слегка озадачены, не понимая, с какой стати варвары так вежливо повели себя со стариком?

Добравшись к пограничному посту Империи Варварских Ди, их встретил высокий и огромный город с невероятно строгими мерами безопасности. Канцлер провёл их к низовью перевала, где перед ними открыли городские ворота, за которыми многочисленные варвары, выстроенные в два ряда, начали с невероятной торжественностью и уважением приветствовать путников.

Парочка учеников стала ещё более озадаченной. В это время, подошёл охранявший пограничный пост генерал, на всё горло смеясь:

— Несравненный Хан Боевых Искусств, король наших прерий, давненько я тебя не видел. С того времени как ты замаскировался и стал чиновником Империи Вечного Мира, репутация Хана почти исчерпалась и начала невероятно вонять!

Старик начал заходится смехом:

— Лично я никогда не был человеком из прерий. Я всего лишь победил всех достойных воинов вашей земли, получив честь называться Ханом Боевых Искусств.

«Хан Боевых Искусств?»

Цинь Му начал переглядываться с остальными, а Ху Лин’эр в недоумении спросила:

— Канцлер, что за татуировка у тебя на груди? Почему, увидев её, варвары начали тебя приветствовать?

Расстегнув одежду снова, Ба Шань улыбнулся:

— Сама взгляни.

Присмотревшись к рисунку, Цинь Му увидел странный череп, полностью покрытый костяными шипами.

— Это татуировка Ханов Империи Варварских Ди. Она была благословлена великим шаманом священных земель империи. Такую не может носить каждый желающий, — прикрывая грудь, канцлер объяснял. — На самом деле я Хан Империи Варварских Ди. В далёкие времена я путешествовал по миру вместе со своим учителем, и однажды наш путь пришёл сюда. Мне было известно, что здесь почитают боевые искусства, поэтому я бросил вызов сильным мастерам прерий, в результате победив во всех ста битвах. Именно поэтому мне даровался титул Хана Боевых Искусств. В Империи Вечного Мира это звание соответствует Императору Боевых Искусств.

Глава 150. Небесный Император за Великой Стеной

«Император Боевых Искусств? У старшего брата Ба Шаня оказывается такая потрясающая репутация!» — мысленно восхитился Цинь Му.

Лин Юйсю тут же поинтересовалась:

— Учитель, ты мастер школы боевых техник?

Канцлер Ба Шань, улыбнувшись, кивнул головой и ответил:

— В прошлом, следуя за своим учителем, я развивал навыки ножа. Тем не менее после того, как старик пропал без вести, я перестал в них прогрессировать. Примерно тогда до меня донеслись вести о реформах Имперского Наставника, что стало причиной моего прибытия в Империю Вечного Мира для обучения навыкам меча и заклятиям. Потом я пытался получить от него наставления или хотя бы совет, чтобы совершить прорыв в развитии. Но, если на чистоту, в данный момент моей сильнейшей стороной являются боевые заклятия, а не навыки школы боевых техник.

В глубине сердца Лин Юйсю была по-настоящему удивлена. Во время их путешествия канцлер Ба Шань, буквально разжёвывая информацию из свитков, обучал их путям, навыкам и божественным искусствам. Поэтому она начала думать, что старик был более опытен в навыках меча и заклятиях. Откуда ей было знать, что тот начинал как ученик школы боевых техник? Вот так неожиданность!

Хотя ещё больше удивляло то, что в Империи Варварских Ди Ба Шань имел невероятно почитаемый титул — Император Боевых Искусств. Чужаку так просто не добиться здесь большей чести!

Генерал варваров, ведя их по перевалу, спросил:

— Почему Император Боевых Искусств вернулся в нашу империю? После того, как ты продался Империи Вечного Мира, каждый герой наших прерий стал презирать тебя, желая отобрать титул Императора Боевых Искусств.

— Ученики нашего Имперского Колледжа хотят повторить мой прошлый подвиг, встретив молодых героев шаманского культа, — улыбнулся Ба Шань.

— Они? Ты серьёзно? — слегка вздрогнув от удивления, хищно ухмыльнулся генерал.

— Слышал? Мы бросим вызов молодым героям шаманского культа? — хихикая, Лин Юйсю кинула взволнованный взгляд на Цинь Му.

— Да, они. Мы планируем посетить святую землю прерий — Дворец Золотой Орхидеи. Мы заблокируем их врата. В прошлом я тоже к ним наведывался с той же целью, собственно, так я и получил титул Императора Боевых Искусств.

Глаза генерала полыхнули яростью, после чего он оскалился:

— Тогда рядом был Небесный Хан. Только поэтому тебе удалось заблокировать врата. Скажи, а твои текущие способности под стать его?

— Нет, но разница несущественная.

— Отправьте волчьего ястреорла во Дворец Золотой Орхидеи с сообщением, что Хан Боевых Искусств придёт, дабы заблокировать врата! — с помрачневшим выражением лица, отдал приказ генерал, а спустя всего несколько мгновений небо рассёк огромный крылатый волк, умчавшийся вглубь территорий зелёных прерий.

Генерал варваров посмотрел на старика и слегка поклонился:

— Хан Боевых Искусств, впереди ухабистая дорога, не подверни ногу!

Сделав шаг в сторону травянистых прерий, Ба Шань громко рассмеялся, после чего плетущаяся в хвосте Лин Юйсю полюбопытствовала:

— Учитель Ба Шань, о каком Небесном Хане велась речь?

— Мой учитель, Небесный Нож, — ответил старик, поднял взгляд к небу и спокойно продолжил. — В прошлом он привёл меня заблокировать врата Дворца Золотой Орхидеи. Небесный Император за Великой Стеной, уже тогда у него был столь уважаемый титул.

«У дедушки и правда столь впечатляющее прошлое?» — потрясённо думал Цинь Му.

Мясник, выглядя постоянно чем-то недовольным, был вечно на взводе. Каждый раз отправляясь продавать мясо в Храм Бабушки, старик со своими двумя окровавленными ножами в руках выглядел настоящим свирепым извергом. Даже не счесть, скольких юных дев Великих Руин последний испугом довёл до слёз…

Действительно ли у него в прошлом был титул Небесного Хана?

Небесный Хан равносилен Небесному Императору. Насколько впечатляющ Небесный Император? И такой человек маялся дурью, пугая до слёз молоденьких девушек?

Цинь Му попросту не мог представить, насколько властным был в прошлом мясник.

— Император Боевых Искусств за Великой Стеной, Небесный Император за Великой Стеной, как же круто звучит… — пробормотала ушастая Ху Лин’эр.

Прерия славилась своей обширностью и малонаселенностью. Иногда даже спустя полдня пути им не встречалось даже одной деревушки, из-за чего, от нечего делать, они могли лишь поднимать головы к безоблачному небу. На горизонте зелёная прерия сливалась с синевой неба. Пейзаж был нов для путников, придавая чувство бодрости на душе.

Имея высокий рост и крепкое телосложение, старик Ба Шань казался грубым, хамским индивидуумом, слегка напоминая местных обитателей. Если по пути им встречалась деревня, из той всегда выходили пастухи, чтобы предложить выпить. Достаточно радушный народец.

— Империя Вечного Мира имеет три наикрупнейшие секты: номер один праведного пути — секта Дао, номер один буддистского пути — Монастырь Великого Громового Удара и номер один дьявольского пути — Небесный Дьявольский Культ, — с наступлением ночи они пришли в деревню и решили остаться отдохнуть, поэтому канцлер, сидя у костра, рассказывал. — Однако, святой землёй номер один прерий является Дворец Золотой Орхидеи, самый большой шаманский культ. Великий шаман дворца обладает чрезвычайно высоким положением среди местных, даже статусы ханов прерий даруются после волеизъявления великого шамана Дворца Золотой Орхидеи. Если старый хан умирает, а его сын хочет преуспеть на отцовском поприще, ему придётся отправиться во дворец, чтобы попросить великого шамана даровать ему легитимную власть.

Вдруг Лин Юйсю вклинилась:

— Наша Империя Вечного Мира в прошлом была такой же. Мой отец рассказывал мне об империи, когда та ещё была в десять раз меньше своего текущего размера и являлась вассалом секты Долголетия. В те времена моя семья Лин не была Императорской Семьёй, но затем секта устала от тогдашнего императора и сместила его с должности, выбрав в качестве нового императора моего предка, по сути, меняя целую правящую династию. Мой предок понимал, что его может постичь судьба предшественника, поэтому прикладывал множество усилий по тайному расширению влияния и сил, пока, наконец, не избавился от секты Долголетия. Таким и было наше восхождение к истинной власти и становление хозяевами своей судьбы.

Цинь Му был удивлён, ведь не знал, что у Империи Вечного Мира было такое прошлое.

Канцлер Ба Шань приложился к винной тыквенной горлянке и затем сказал:

— В прошлом на текущих территориях Империи Вечного Мира было больше тридцати малых стран, императора каждой из которых контролировала определённая секта. Будучи под колпаком сект, страны должны были платить им дань. Теперь же, сами секты стали вассалами империи. Поэтому их недовольство совершенно естественно, а бунты, рано или поздно, должны были произойти. За Великой Стеной тоже существует много сект, но самая большая и сильная — Дворец Золотой Орхидеи. Ханы всех стран подчинятся власти дворца, а прочие секты не смеют бросить вызов его власти.

— Старший брат, как бы ты сравнил мощь Дворца Золотой Орхидеи с тремя великими сектами? — спросил Цинь Му.

— Примерно равны, — спокойно ответил Ба Шань.

Глаза Цинь Му загорелись. Блокировка врат Дворца Золотой Орхидеи равносильна блокировке горных врат секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара! Можно легко себе представить всю сложность данного подвига!

— Однако, нашей истинной целью является не сама блокировка врат, а воровство, — усмехнулся канцлер. — Младший брат, принцесса, вы двое будете блокировать врата, а я проникну во дворец, чтобы кое-что украсть. Когда я заполучу это, то мы немедленно ретируемся. Принцесса, в течение следующих нескольких дней я увеличу интенсивность твоих тренировок, чтобы довести силу Монархической Техники Девяти Драконов до максимума!

Услышав подобное, Лин Юйсю была немного обеспокоена…

На следующий день они продолжили своё путешествие, с той лишь разницей, что старик заставил всех идти на своих двоих, а принцессу выполнять выученную технику.

У Ба Шаня был намётанный глаз, поэтому он мог с одного взгляда определить практически все недостатки в исполнении Лин Юйсю. Всякий раз замечая недочёт или угловатость, он заставлял её исправляться через многократное повторение правильного… Практика и ещё раз практика, вот каким девизом руководствовался старикан. Лин Юйсю впервые довелось так страдать. Несмотря на то, что её всегда считали проницательной и способной, по большей части это всё же было заслугой образовательного подхода к обучению членов Императорской Семьи. Однако в отношении боевых искусств и божественных искусств она не проявляла таких же рвения и усердия…

Тем не менее, прямо сейчас Ба Шань заставлял её полировать свои основы… очень усердно полировать свои основы, дабы она смогла на своём уровне раскрыть весь потенциал Монархической Техники Девяти Драконов, ведь последняя была лучшей техникой Императорской Семьи.

После кардинальной перестройки имперского двора, тот разместился в месте с наибольшей концентрацией Ци девяти драконов во всей имперской столице, что оказало феноменальный эффект на детях Императорской Семьи, например, таких как седьмая принцесса, позволивший им совершенствоваться в данной технике в два раза быстрее всех остальных…

Совершенствование Лин Юйсю не было плохим, нет, наоборот, очень даже хорошим и плотным, просто у неё не было крепких основ. Но, спустя всего десять дней, Ба Шань отполировал её способности до такой степени, что сделал из неё совершенно другого человека. Теперь она могла очень быстро развиваться и прогрессировать.

— Монархическая Техника Девяти Драконов является сама по себе боевым заклятием божественного искусства, а что является сильнейшей стороной такого заклятия? Конечно же взрывная мощь! К примеру, пламя божественного искусства, — наставляя, канцлер Ба Шань указал пальцем к горизонту, после чего с его пальца сорвался огненный шар, который, прежде чем столкнуться с землёй, пролетел более трёхсот метров. Размер шара не превышал размер кулака, но, когда произошёл его взрыв, пылающее пламя расширилось в несколько тысяч раз, разрушая десятиметровую делянку. Земля была выжжена дочерна, а в эпицентре можно было даже заметить признаки плавления.

— Монархическая Техника Девяти Драконов имеет невероятный достижения на пути заклятий. Некоторые люди считают, что школы заклятий и боевых техник являются по отношению друг к другу крайними противоположностями, тем не менее, данное мышление не совсем верно, ведь последние могу достаточно эффективно взаимодействовать друг с другом, — продолжая читать лекцию, канцлер позаимствовал большой железный молот принцессы. — Принцесса, смотри внимательно, младший брат, подойди и ударь меня.

Жизненная Ци Цинь Му хлынула наружу, заставляя меч Младший Защитник покинуть свои ножны и устремиться к Ба Шаню. Старик тут же замахнулся молотом, который, кстати говоря, был подарком пастушка принцессе, как вдруг из его наконечника вырвалось свирепое пламя и столкнулось с мечом.

Буум!..

Мощная взрывная волна попросту сдула Младшего Защитника. Пламя бушевало вокруг Ба Шаня, оставляя нетронутым лишь тот участок зелёной травы, где он стоял. Лин Юйсю шокировано распахнула глаза, тем не менее, не упуская возможности подметить ключевые моменты. Канцлер спрятал огненное божественное искусство внутри большого молота, а когда меч вступил с ним в контакт, пламя вырвалось наружу и попросту сдуло последнего.

Цинь Му использовал свою нить Ци, чтобы вновь взять под контроль Младшего Защитника и напасть им со вспышкой света на Ба Шаня. Между ними было некоторое расстояние, когда старик неутомимо махал молотом и отражал свирепые атаки меча юноши. Грохочущие взрывы и удивительный волны жара следовали за каждым подобным обменом.

Сердце Лин Юйсю дико заколотилось. Прямо сейчас канцлер показывал ей способ сражения, о котором она даже помыслить не смела! Он полностью объединил боевые техники и заклятия, тем самым рождая на свет несравненно властный результат!

Младший Защитник Цинь Му снова и снова отбрасывался в сторону. Разве подобное могло не восхитить сердце юноши? Изначально Ба Шань обучался навыку ножа мясника, потом он отправился в Империю Вечного Мира изучать заклятия, результатом чего стало нахождения своего собственного пути!

И прямо сейчас, демонстрируя заклятия и боевые техники, Ба Шань непроизвольно указал Цинь Му на его собственный путь!

Титул Императора Боевых Искусств определённо был заслуженным!

Объединив техники двух разных школ, даже если способности Ба Шаня до сих пор были хуже способностей мясника, его, без сомнений, уже можно было называть истинным мастером сего поколения!

Канцлер Ба Шань отвёл в сторону раскалённый добела молот, после чего вернул его Лин Юйсю и сказал:

— Я не смог достичь пиковой области во владении ножом, как мой учитель, поэтому был вынужден пойти по иному пути. Нож учителя мог расколоть небеса и землю. Срезание небес и уничтожение всех божественных искусств с одним ножом наголо… да, в этом был весь он, но мне не повторить подобного. Пытаясь сделать прорыв, я хотел изучить заклятия божественных искусств, собственно, поэтому и воспользовался возможностью, присоединившись к Имперскому Колледжу во время реформ Имперского Наставника. Принцесса Юйсю, твои основы лежат в Монархической Технике Девяти Драконов, поэтому для тебя лучше всего будет пойти по моему пути.

Лин Юйсю был всецело согласна со сказанным, серьёзно советуясь по каждому возникшему вопросу… да что уж, она даже перестала жаловаться на усердные тренировки её основ!

Цинь Му тоже искусился, решив посоветоваться с Ба Шанем, и последний, естественно, абсолютно ничего не утаивал, рассказывая всё, что знал. Разговоры не прекращались ни на минуту. Даже ушастая лисичка и рогатый зелёный бык смогли извлечь выгоду.

Войдя вглубь прерии, они практиковали слияние боевых техник и заклятий. Постоянно сражаясь с Цинь Му до седьмого пота, Лин Юйсю смогла понять главную сложность в слиянии боевых техник и заклятий, а, как всем известно, знание — сила.

Как-то раз, когда даже Цинь Му пришлось тяжко, он достал платок, чтобы утереть пот, на что Лин Юйсю ярко улыбнулась:

— Имперский академик, позволь мне помочь.

Сразу же после девушка выхватила платок, приложив того ко лбу юноши. Видя, что принцесса тоже вся в поту, Цинь Му не мог не ответить любезностью на любезность:

— Ты тоже вспотела. Позволь и мне помочь тебе.

Девушка тут же всучила в руку юноши платок, как вдруг канцлер Ба Шань переменился в лице, в толкающем движении вытянул вперёд руки и взревел:

— Барьер Небесных Духов!

Глава 151. Неумеха

Вместе с криком канцлера создалась стена из света толщиной с волосок и высотой в несколько десятков метров. Созданный барьер отдавал оранжевым свечением, простираясь на шестьсот метров в длину. Странные знаки, в центре каждого из которых находилась горящая звезда, полностью покрывали его поверхность. В сумме было тридцать шесть разных узоров и, соответственно, тридцать шесть пылающих звёзд.

Как только Ба Шань создал Барьер Небесных Духов, впереди послышались крики резни, движущиеся в сторону путников.

Сотни практиков божественных искусств свистели, приближаясь. Воины сидели верхом на огромных, ревущих зверях, безумно мчащихся прямо на стену, неожиданно протянувшуюся с небес до земли.

Лица солдат внезапно побледнели от вида огромного препятствия. Старый седоволосый генерал варваров громко прокричал:

— Быстро, крушите её!

Огромное количество божественных искусств полетело в сторону стены, вызывая непрерывный грохот… Летающие мечи, стуча о барьер, пронзительно скрежетали, однако были не в силах его проткнуть, и просто оставались торчать с обратной стороны безграничного препятствия. Было невозможно протолкнуть оружие глубже, или вытащить обратно.

Гум, гум, гум… Барьер Небесных Духов непрерывно вибрировал под давлением постоянно сверкающих божественных искусств, со временем начав напоминать ежа, так как сотни мечей продолжали застревать в его поверхности.

Несколько сотен практиков божественных искусств столкнулись со стеной. Вместе с непрерывным потоком техник, их давление стало слишком сильным, и препятствие начало давать трещины одна за другой. Протянув руки вперёд, канцлер Ба Шань снова прокричал, после чего раздался тихий гул. Сливаясь с разрушающимся строением, появился ещё один Барьер Небесных Духов.

Давление, с которым боролся старик, было невероятным, отчего тот был вынужден понемногу отступать. Среди нескольких сотен солдат было достаточно сильных практиков областей Семи Звёзд, Небожителя, и даже Жизни и Смерти. Умудрившись поддерживать Барьер Небесных Духов, сдерживая всех этих мастеров, объединившихся против него одного, канцлер Ба Шань наконец-то продемонстрировал свою настоящую силу.

— Пускайте в ход пилюли ножа! — крикнул старый генерал.

Вьюх!

Сферические пилюли поднялись в воздух, неистово завертевшись перед стеной. Спустя мгновение, бесчисленные ножи взблеснули, мчась в сторону барьера, и хрустящие, звонкие звуки начали заглушать друг друга. За считанные секунды построение канцлера было полностью истерзано десятками тысяч драгоценных ножей.

Выражение лица Ба Шаня резко изменилось, когда он, под исходящим от стены давлением, был вынужден сделать более десятка шагов назад. Барьер Небесных Духов неостановимо сжимался от воздействия ужасной силы.

— Младший брат, принцесса, нам придётся войти на поле битвы варварских армий, — прокричал он. — Будьте осторожны!

Сердце Цинь Му начало выпрыгивать из груди, когда внезапно, из глубин прерии раздался звук охотничьего рога. Вторая армия сумела догнать свою добычу.

Ощущая полную беспомощность, седоволосый генерал отдал приказ:

— Лицом к врагам!

Огромная армия, ведущая преследование, состояла почти из всех мастеров божественных и боевых искусств варварского племени. Практики боевых искусств формировали пехоту, в то время как все, кому были известны божественные искусства, передвигались верхом на огромных странных зверях. Кроме того, гигантские птицы с несколькими стоящими на их спинах солдатами Империи Варварских Ди, расправив крылья, летали высоко в небе. Все они были женщинами, головы которых украшали разноцветные перья, бросающими острые мечи и заклятия в сторону врагов на земле.

Посмотрев сквозь барьер, Цинь Му обратил внимание на варварского генерала с внушительным видом, сидящего верхом на белом слоне. Зверь был значительно выше остальных зверей в армии и не уступал даже зелёному быку, на котором они сидели.

Взгляд молодого генерала повернулся в их сторону, и, заметив Барьер Небесных Духов, лицо мужчины приняло изумлённое выражение. Вернув самообладание, тот прокричал:

— Ветер!

Спустя мгновение, отряд вышел вперёд, снимая тыквенные горлянки со спин. Со стуком положив их на землю, солдаты сняли крышки и густой чёрный дым начал немедленно заполнять пространство вокруг. Превращаясь в огромные торнадо, дым стал напоминать драконов, чьи голова находились в небе, а хвосты тянулись по земле, сея разруху на своём пути.

В то же время солдаты, выпустившие дым наружу, поднялись в воздух, направившись в сторону армии старого генерала, где начали затаскивать бесчисленных мастеров божественных искусств в небо.

Сметённых в воздух бедолаг сразу же находили офицеры Империи Варварских Ди, и, безжалостно рубя ножами, вырезали одного за другим.

Генерал на белом слоне прокричал во второй раз:

— Дождь!

Новый отряд вышел вперёд, снимая со спин глиняные горшки. После того, как горшки были открыты, тучки тумана вырвались наружу. Наступая на них, будто на лестницу, офицеры взлетели ввысь, вызывая над полем боя густой дождь.

Исполняя свои заклятия среди облаков, солдаты начали трансформировать дождевые капли в мечи из воды, которые потом летели прямо на врагов. Варвары внизу не имели времени на уклонение, поэтому дождь безжалостно пробивал их головы насквозь, превращая в решето.

Снова раздался голос молодого генерала:

— Гром!

Варварки, стоящие на спинах птиц, начали стучать в свои барабаны, извлекая из них раскаты грома. Оглушающий звук и вибрации разошлись по земле, сбивая с толку солдат, отбивающихся от дождя и ветров. Из-за этого эффективность их защиты снизилась, и всё больше людей погибали под падающими с неба мечами или бесследно взмывая в воздух.

Пострадав от ветра, дождя, грома и трёх отрядов войск, непрерывно исполняющих смертельные заклятия, ряды варварской армии невероятно поредели. В живых остались только самые сильные мастера, которые были почти неуязвимы к обычным техникам.

Старый генерал понимал, что, не будучи ровней противнику, он не имел шансов на побег, поэтому немедленно упал на колени и громко проговорил:

— Генерал Tожиму, я сдаюсь, сдаюсь! Умоляю, генерал Тожиму, пощади мою жизнь!

Увидев поведение своего лидера, более двадцати выживших мастеров варварского племени тоже неохотно встали на колени. Пытаясь спасти свою жизнь, они начали умолять:

— Мы хотим сдаться.

Тожиму ухмыльнулся, а в его глазах вспыхнула холодная искорка:

— Вы, племя Тиэрму, осмеливаетесь просить помилования после того, как пытались поднять восстание? Хан приказал мне не брать пленных!

Невероятно изменившись в лице, старый генерал собрался начать бой, когда Тожиму протянул руку, указывая пальцем. Колонна меча, толщиной с большой палец, проткнула воздух, и, несмотря на то, что расстояние до цели было больше трёхсот метров, в мгновение ока, совершенно не оставляя времени на уклонение, пробила насквозь череп старика.

Столкнувшись со стеной света, колонна меча намертво в ней застряла, проткнув лишь узкое отверстие в божественном искусстве канцлера Ба Шаня.

Старик поднял брови, рассеяв Барьер Небесных Духов. Смотря на приближающуюся армию генерала Тожиму, путники увидели, как всех оставшихся варваров убили, отказываясь кого-либо помиловать.

Большинство офицеров Империи Варварских Ди отрезали головы убитых врагов, под весёлые крики вешая их себе на пояс. Некоторые из них даже спорили, кому достанется голова того или иного убитого бедолаги.

Цинь Му нахмурился. Даже в Великих Руинах не было традиции отрезать головы убитых врагов.

— Соберите их души и отдайте их во дворец орхидеи! — скомандовал генерал Тожиму, после чего подъехал на своём слоне поближе и обратился к Ба Шаню. — Неужели мне выпала честь повстречать Хана Боевых Искусств?

Канцлер Ба Шань кивнул головой. Глаза генерала загорелись, он захотел попытать удачу:

— Хан Боевых Искусств смог единолично заблокировать армию из восьмисот человек, что свидетельствует о невероятных способностях. Однако ты не выглядишь таким сильным, как говорят легенды. Думаю, твой титул должен перейти в другие руки.

Канцлер Ба Шань усмехнулся, устойчиво стоя на спине быка.

Сияние окутало глаза генерала Тожиму, когда он внезапно поднялся на спине слона. Свет меча в его руке резко расширился, после чего поток Ци прорвался сквозь воздух, пытаясь уколоть канцлера. В считанные мгновения всё небо заволокло бесчисленными мечами из Ци!

Старик протянул руку, вытаскивая свой нож, и рубанул по горизонтали. Мечи из Ци внезапно исчезли без следа, оставляя только свет ножа, летящий между небом и землёй. Вскоре раздался оглушающий грохот, и свет исчез вместе с генералом, который до этого стоял на спине слона.

Остальные варварские генералы, стоящие на звере, замерли от шока. Отчётливо услышав раздающееся позади “Ааа”, они повернули головы, чтобы увидеть Тожиму, улетающего вдаль.

— Способности генерала неплохи, однако смекалка хромает.

Канцлер спрятал свой нож обратно, дожидаясь Тожиму, который немного погодя вернулся. Броня мужчины была разрезана на две части, а взгляд, с которым он смотрел на Ба Шаня, приобрёл глубокое уважение.

— Хан Боевых Искусств, слава о твоём боевом мастерстве до сих пор ходит по прериям, — Тожиму встал на колени, положив ладонь на грудь. — Ты направляешься во дворец орхидеи? Великий Шаман приказал нам вежливо относиться к Хану.

— Я понимаю, поднимись. В своё время, Великий Шаман наградил меня титулом Хана Боевых Искусств. Судя по сложившийся ситуации, теперь он хочет забрать его обратно. Должно быть, у вас появилось много сильных мастеров, иначе, с какой стати Великий Шаман хотел бы увидеть меня во Дворце Золотой Орхидеи? — кивнув, проговорил старик.

— Экспертов на наших землях так же много, как и звёзд на небе. Естественно, что среди них есть люди, способные победить Хана Боевых Искусств, — поднявшись, ответил Тожиму.

— А генерал не боится брать быка за рога, — хихикнула Ху Лин’эр.

— Быка за рога? Кто посмеет взять меня за рога? — зелёный бык нахмурился, но внезапно, обратил внимание на белого слона. Недолго думая, он подошёл к нему поближе и озорно улыбнулся. — Эй, слон, ты самец, или самка?

Взмахнув хоботом, огромный зверь отправил быка в сторону с окровавленным носом.

— Это самка, — подсказала распростёршаяся возле уха быка Ху Лин’эр.

Приободрившись, зелёный бык снова захихикал, обращаясь к слонихе:

— У тебя такая белая кожа, мне очень нравиться. Любишь есть древесные пионы? У меня есть с собой немного, они такие нежные, что можно сок давить…

Тожиму повёл армию, сопровождая гостей ко Дворцу Золотой Орхидеи. Рассматривая отряды, Цинь Му был немного взбудоражен.

Военная стратегия, которую эта армия использовала в битве с повстанцами, была очень необычной. У неё было огромное количество сходств со стратегией Империи Вечного Мира, поэтому юноша интересовался, была ли Империя Варварских Ди автором этой стратегии, позаимствовала её у своего врага, или же наоборот.

После единственной битвы со стариком, Тожиму начал относиться к гостям с непомерным уважением, поэтому на протяжении всего пути предлагал им еду и напитки, всячески пытаясь проявить свою заботу.

Старик Ба Шань не избегал его компании, когда обучал Цинь Му и Лин Юйсю слиянию боевых техник, тем не менее, старался говорить как можно тише, когда речь заходила о самых ключевых моментах.

Спустя почти неделю, они, наконец, добрались к самой глубокой части прерий и были уже совсем недалеко от Дворца Золотой Орхидеи. Здесь их пути с генералом разошлись, так как последний был вынужден вернутся в своё собственное племя.

Канцлер нахмурился, мрачно вздохнув:

— Кажется, что Великий Шаман очень серьёзно подготовился к моему прибытию. Боюсь, что на этот раз ему всё-таки удастся отобрать у меня звание Хана Боевых Искусств. В таком случае, я могу быть слишком занят, чтобы украсть нижнюю часть тела учителя.

Цинь Му захотел помочь, предложив:

— Старший брат, я долго учился искусству воровства.

Взглянув на юношу, старик покачал головой:

— Дворец Золотой Орхидеи — священная земля прерий, она соответствует священным землям секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара. На её территории находятся бесчисленные механизмы и печати разных видов. Тебе не удастся разрушить или обойти их методы защиты.

— Человек, который обучал меня воровству, невероятно силён, — серьезно говорил Цинь Му. — Это одноногий дедушка из моей деревни, хоть он и потерял конечность…

Ба Шань пожал юноше руку, пытаясь успокоить:

— Если он даже ногу потерял, твой учитель точно неумёха. Не думай о том, как украсть останки, я разберусь с этим самостоятельно. Вам с Лин Юйсю надо всего лишь позаботиться о блокировке горных врат Дворца Золотой Орхидеи. Остальное за мной.

Глава 152. Дворец Золотой Орхидеи

Своим непрерывным словесным потоком Ба Шань не давал Цинь Му ни единой возможности объясниться:

— Правда меня кое-что напрягает… Если вдруг Великий Шаман решит играть по грязному и вынудит меня сражаться с целой толпой народа поочередно, я точно никуда не смогу улизнуть. Ох… Боюсь, наше предприятие выйдет немного сложнее, чем я думал.

Спустя некоторое время в поле зрения появился Дворец Золотой Орхидеи.

Цинь Му вгляделся вдаль и заметил, как на горизонте медленно вырисовывается озеро изумрудного цвета. Водная гладь была настолько обширна, что напоминала настоящий океан. А где-то дальше, вдалеке, едва виднелись гигантские горы с их заснеженными пиками.

В центре, меж горных вершин, возвышалась золотая гора. Цинь Му открыл Глаза Небес и отчётливо увидел, что это была вовсе не гора, а славно сверкающий золотой дворец, а точнее сотни и сотни покрывающих склоны дворцовых залов, вот почему издали казалось, что смотришь на золотую гору.

Жители прерии не пользовались какой-то фиксированной валютой, однако, все они принимали золото, именно поэтому генерал Бянь Чжэньюнь настоял на том, чтобы Цинь Му взял с собой некоторое количество золотых слитков, в конце концов, нужно же как-то платить за еду на суровой чужбине.

Золото в прерии было редкостью и обладало огромной ценностью, особенно для простолюдинов. Поэтому использование золота в качестве материала при строительстве сразу давало понять, что Дворец Золотой Орхидеи является самым роскошным творением во всей Империи Варварских Ди.

Вскоре они добрались до озера. Канцлер Ба Шань пошёл прямиком к воде, а Цинь Му решил осмотреться вокруг. Недалеко от берега виднелась деревянная лодка, она будто застыла во времени и совсем не двигалась, на её носу неподвижно стоял перевозчик, опираясь на длинный бамбуковый шест. Это был странный человек, он был одет во всё чёрное, а на его голове росли рога.

По всему мелководью торчали высокие деревянные колья с нанизанными на них отрубленный головами. Многие головы уже довольно сильно сгнили, а некоторые и вовсе превратились в голые черепа.

«Навыки, используемые шаманами для сбора душ, гораздо кровожаднее и бесчеловечнее, нежели у нашего Небесного Дьявольского Культа… Они настоящие изверги», — с такими мыслями Цинь Му перевёл взгляд на перевозчика и заметил, что его лицо сильно напоминало морду горного козла, а точнее коричневого горного козла, не белого. Это можно было определить по немногочисленным бурым волосками на лице.

«Шаман с мордой козла?» — был слегка шокирован Цинь Му.

Когда парень был в столице и лечил нескольких солдат от отравления шаманским ядом, он услышал, что вояки повстречали варвара с рогами на голове. Тот дикарь использовал зеркало, а когда солдаты видели своё отражение в нём, то впадали в кому.

Изначально Цинь Му думал, что тот варвар носил маску, и солдаты не успели заметить этого в бою, но сейчас он увидел “человека” в лодке. Как после такого не поверить, что у некоторых варваров действительно могут расти рога?

Козлолицый шаман повернул голову в их сторону и сказал пронзительным голосом:

— Хан Боевых Искусств, Великий Шаман уже давно ждёт тебя! Пожалуйста, садись в лодку!

Ба Шань сел в лодку и улыбнулся:

— Вода в этом озере необычная, в ней тонет всё, даже перья идут ко дну. Без этой лодки мы не сможем пересечь озеро. Скорее, залезайте.

Вскоре все сели в лодку. Шаман перевёл взгляд на Цинь Му и Лин Юйсю и усмехнулся, а затем сильно толкнул лодку в сторону противоположного берега.

— Может мы и не можем преодолеть озеро по воде, но разве это единственный способ? Например, можно перелететь озеро, — с улыбкой произнесла Лин Юйсю.

— Перелететь? — саркастично усмехнулся шаман. — Не хочешь попробовать? Попробуй и узнай сможешь ли ты здесь летать. Но предупреждаю, воздух здесь мёртв.

— Воздух мёртв? — озадаченно переспросила Лин Юйсю.

— Воздух здесь буквально мёртв, ты не сможешь взлететь в этом месте, — ответил шёпотом зелёный бык.

Он хорошо умел управлять воздушными потоками, поэтому чувствовал, что в этом месте воздух совершенно недвижим. Когда человек дышит, он неосознанно заставляет циркулировать всё окружающее воздушное пространство в такт его дыханию. Но здесь ситуация была совершенно иной, после вдоха под ноздрями человека совсем не оставалось воздуха. Что-то не позволяло ему равномерно распределятся, поэтому было очевидно, что, если человек не будет двигаться, он вскоре задохнётся.

Это озеро Слабых Вод было довольно странным местом. Какая-то невидимая сила совершенно не позволяла двигаться воздуху. Из-за того, что лодка двигалась, пассажиры совсем не замечали каких-то странностей при дыхании, но если бы лодка остановилась, то окружающий их воздух вскоре был бы исчерпан и они бы задохнулись.

Навыки полёта здесь тоже не работали. Для полёта воздух должен двигаться, чтобы создавались восходящие воздушные потоки. Однако, любое движение воздуха здесь неизбежно создавало некое подобие вакуума, делая полёт невозможным.

Ху Лин’эр решила поэкспериментировать и вскоре поняла, что её заклятия призыва ветра и дождя тоже абсолютно бесполезны.

— Можете даже не пытаться обойти озеро. Озеро Слабых Вод слишком широко, на его обход понадобится не менее двух дней. Более того, когда мы прибудем в заснеженные горы… Хе-хе, немногие способны покинуть их… — усмехнулся шаман.

Лин Юйсю оцепенела от ужаса, в то время как Цинь Му, открыв свои Глаза Небес и Зелёные Глаза Небес, украдкой глянул на небо. В окружающем пространстве был едва различим какой-то туман, будто воздух покрыли муслином. Сердце парня дрогнуло: «Должно быть именно из-за этой странной субстанции воздух не может двигаться…»

Тонкий слой “муслина” будто бы прибывал в другом измерении, к нему невозможно было прикоснуться, однако на самом деле он находился здесь, перед ними. Скорее всего именно этот туман являлся первопричиной странных явлений, о которых говорил канцлер Ба Шань.

Ненароком опустив свой взгляд под воду, Цинь Му увидел, то, чего лучше бы никогда не видел, от этого зрелища стыла кровь в жилах. Принцесса, увидев шокированное лицо пастушка, тоже решила взглянуть и вскрикнула, на дне покоились целые груды белых костей. Неизвестно, как долго они уже там лежали.

— Рабы. Шаманский культ использовал их, чтобы создавать свои заклятия, — проговорил Ба Шань, а Цинь Му ощутил леденящий кости холод.

Благодаря секретной технике шамана, нетонущая лодка двигалась очень быстро, проносясь по воде словно ветер. Спустя некоторое время они подплыли к противоположному берегу. Прямо рядом с береговой линией возвышались величественные горы. Шаман огляделся и злобно засмеялся:

— Хан Боевых Искусств, мы прибыли… Добро пожаловать!

Канцлер улыбнулся и пошёл прямо к “золотой горе”.

Дуу… Дууу…

Оглушающе гулкий звук горна, который, казалось бы, резонировал с их барабанными перепонками и заставлял последних вибрировать, “приласкал” уши путников. Эхо пронеслось по горам, вызвав огромную лавину, рокочущий звук которой придал тому величественности.

Ба Шань громко рассмеялся, его хохот подавил все звуки в округе, даже сильное гудение-рокотание, вызванное горном и лавиной, было подавлено им. Цинь Му и остальные не почувствовали никакого влияния от смеха канцлера, но Ци и кровь других обитателей горы забурлила и вскипела, устремившись к их головам, отчего им даже показалось, что те сейчас попросту лопнут.

В этот момент с вершины донёсся глубокий голос:

— Хан Боевых Искусств, твоя мощь, безусловно, сильно возросла с тех давних пор. Тебе обязательно было нужно демонстрировать свои силы по прибытию? Хан, пожалуйста, поднимайся и встреться со мной!

Голос был древним и могучим, он чётко прозвучал в ушах каждого, даже смех Ба Шаня не мог подавить его. Очевидно, что владелец такой мощи был исключительным экспертом.

— Я не смею не повиноваться словам Великого Шамана. Однако цель моего сегодняшнего визита — не вспоминать славное прошлое, а заблокировать ваши врата, — разговор между двумя могущественными экспертами тёк неторопливо, им совершенно не мешало разделяющее их расстояние. — Я скоро поднимусь!

Цинь Му поднял голову и увидел длинную золотую лестницу, проложенную до самой вершины, прямо у подножья стояли гигантские золотые врата, сильно напоминающие пайлоу.

Врата состояли полностью из золота, будучи украшенными нефритом и жемчугом. Их размеры поражали, тридцать метров в высоту и более шестидесяти в ширину.

В прошлом, когда мясник привёл канцлера сюда, они заблокировали врата на целых три месяца. Все молодые таланты, которые были здесь, или те, которые приехали, проиграли. Никто во всей прерии не смог победить…

Вот так канцлер Ба Шань и был удостоен титула Императора Боевых Искусств. Но отличиться удалось не только ему, а также его учителю — мяснику, ведь старикан, в свою очередь, оторвался на старшем поколении, отделав всю правящую верхушку дворца, около ста битв кряду. После чего его и нарекли Небесных Ханом, Императором.

Приведя всех к горным вратам, в створках которых стояло множество шаманов, канцлер остановился. Среди присутствующих можно было заметить множество крайне сильных практиков прерии, которые, очевидно, не были учениками дворца, но, услышав последние новости, незамедлительно примчались сюда.

— Бычочек! — крикнул Ба Шань.

Зелёный бык взревел и его тело начало увеличиваться. Мышцы, словно огромные удавы, ползали под его кожей, быстро увеличиваясь в размерах. Рост не прекращался, пока бык не превратился в огромного монструозного человека с головой быка. Широкими шагами он подошёл к вратам и, уперевшись своими плечами, вырвал их из земли!

Все сильные практики и шаманы застыли в шоке, а Ба Шань равнодушно продолжил:

— Подними врата на гору!

Поняв намерение канцлера, сердце Цинь Му пустилось в пляс. Если бы они заблокировали врата у подножья, то было бы почти нереально добраться до Дворца Золотой Орхидеи и найти нижнюю половину тела мясника, но, подняв врата к главному залу, будет гораздо легче провернуть дело… Однако, своими действиями они смертельно оскорбили Великого Шамана. Теперь обе стороны определённо будут сражаться до последнего вздоха, до последней капли крови.

Как только они зайдут во дворец, множество сильных практиков заблокируют спуск, Ба Шань и остальные окажутся в смертельной ловушке. Если ситуация действительно будет так развиваться, то их дела очень плохи.

Канцлер хмыкнул и пошёл вверх, при этом передавая свой голос прямо в уши Цинь Му:

— Поднявшись на гору, мы не сможем просто блокировать врата, как планировали, скорее всего они сделают свой ход и нападут на меня. Ситуация развивается совсем не так, как я предполагал ранее…

— Человек, который учил меня воровать, очень крут, — попытался утешить старика Цинь Му.

— Как он стал калекой? — спросил Ба Шань.

— В-вроде… он потерял свою ногу, когда его поймали за воровством, — с запинкой ответил Цинь Му.

Канцлер мрачно усмехнулся:

— Когда я услышал, что он калека, то сразу подумал, что его поймали за воровством. Ты когда-нибудь крал раньше?

Цинь Му снова запнулся:

— Я-я ещё не пробовал.

Надежды канцлера окончательно рухнули, а на лице отразились смешанные эмоции, как вдруг он передал карту:

— Вот, держи, это карта дворца… Надеюсь, тебе не придётся её использовать. Когда окажемся на месте, будем действовать в зависимости от ситуации. Мы должны забрать часть тела мастера при первой же возможности!

Лестница ко Дворцу Золотой Орхидеи была очень длинной. Му и Юйсю просто шли за канцлером и осматривали окрестности. Вокруг стояло много странно выглядящих золотых статуй. Они напоминали людей, богов и дьяволов, но не были ими, это была какая-то странная помесь всего. В них были соединены всевозможные черты людей, богов и дьяволов, во всех возможных проявлениях…

Окружающая обстановка угнетала. Обычно Ху Лин’эр без устали дразнила зелёного быка, но сейчас совсем притихла. Слышались только несравненно тяжёлые шаги быка.

Цинь Му оглянулся назад и увидел толпу сильных практиков и шаманов, безмолвно следующих за ними. В их глазах горела чистая ярость.

Впереди виднелись бесчисленные залы, сверкающие золотом на солнце. Рядом с ними стояли странные люди. У одних росли рога на голове, а у других крылья на спине. У кого-то была звериная голова, а у кого-то змеиный хвост.

Но они не были демонами… Демоническая раса имеет уникальную ауру вокруг своих тел. К примеру, Ху Лин’эр имела бесноватую ауру, даже зелёный бык, который практически не являлся демоном, имел такую… Тем не менее, эти мутанты не излучали никаких аур.

По мере развития, лисичка и бык становились более похожими на человека, в то время как сильные практики Дворца Золотой Орхидеи двигались в прямо противоположном направлении и постепенно трансформировались в нечто нечеловеческое.

Это был совершенно другой менталитет развития, он полностью отличался от того, что был в Империи Вечно Мира. Быть шаманом значило становиться ближе к богу и дьяволу, а также подразумевало трансформацию своего тела в нечто… Однако, здесь также были и те, кто был похож на обычных людей. Должно быть, они контролировали свои тела и трансформировались, используя божественные искусства.

Также, рядом с залами стояли многочисленные клетки, забитые людьми. Они выглядели изможденными и были одеты в сплошное рваньё. Это должно быть так называемые “ингредиенты” для практики техник шаманов Дворца Золотой Орхидеи.

Лицо Лин Юйсю злобно исказилось:

— Эти люди из нашей империи!

— Империя Вечного Мира тоже захватывает людей из Великих Руин и обращается с ними, как с рабами, — безразлично ответил Цинь Му.

Девушка вздрогнула и замолчала.

— Молодой мастер, они не только людей используют для практики своих техник, смотри, — Ху Лин’эр вылезла из рюкзака и ткнула носом в сторону. Парень повернулся, куда указывала лисица, и увидел клетки с запертыми там демонами.

— У шаманского культа есть необычная техника, позволяющая использовать души для развития и изменения структуры своих тел, — проговорил канцлер Ба Шань. — Например, поглотив душу птицы, они могут вырастить крылья или даже превратить свою голову в птичью. Если же поглотить душу козла, то можно соответственно трансформировать своё тело по его образу и подобию. Тех, кто способен использовать божественные искусства, называют великими шаманами, а тех, кто не способен, называют просто шаманами. Того, кто достиг области Небожителя, величают Шаманом Королём. Сам Дворец Золотой Орхидеи является священной землёй шаманского культа, а их главная, наиболее выдающаяся техника называется “Великие Шаманские Писания Жуда”.

Глава 153. Я — Тело Тирана

Добравшись к вершине горы, путники наконец смогли оценить богатство этого места. Здания и дворцы сияли золотым светом, а колонна главного зала была настолько толстой, что двое взрослых людей с трудом бы её обняли. Вокруг стояли статуи богов, возле которых собрались многочисленные варвары… Вдруг, одна из золотых статуй шевельнулась, отчего сердце Цинь Му вздрогнуло. Оказывается, золотые боги были не статуями, а великими шаманами!

Эти шаманы на самом деле умудрялись превратить свою плоть в подобие чистого, ярко сияющего золота!

Мастера перед золотым дворцом и возле возвышающихся ворот были будто боги, торжественные и гордые, ослепляющие окружающих золотым свечением. Во главе стоял такой же золотой старик крепкого телосложения и невероятного роста. Он был одет в золотую одежду, на голове имел корону из перьев, а в руке держал скипетр. Резонирующим голосом последний проговорил:

— Хан Боевых Искусств, твоя жизнь была свободной, беззаботной и безопасной, так зачем ты притащил себя к нашим воротам?

— “Притащил себя к воротам”? Хорошо сказано! Бык, опусти горные врата! — засмеялся Ба Шань, а зверь с грохотом стукнул ношей о землю. — Великий Шаман, я притащил ворота сюда… Однажды я уже избил большинство здешних старших золотых братьев. Блокируя вход на протяжении ста дней, я успел убить и покалечить многих людей. Сражаясь с самыми сильными, я не мог позволить себе сдерживаться, поэтому лишь слабые пережили встречу со мной. Эти счастливчики — все, кого я перед собой вижу.

Услышав такое, вся гора сразу же громко загомонила. Все сильные практики старшего поколения дворца не смогли сдержать свой гнев, невольно высвобождая свои грозные ауры, отчего воздухом вокруг даже стало сложно дышать.

У канцлера Ба Шаня был острый язык, который старик сразу же пустил в ход, оскорбив каждого эксперта секты-культа в первую минуту после встречи. Учитывая, что он к тому же переместил горные врата с подножья на самую вершину, дороги назад уже не было.

С деловым выражением лица, один из великих шаманов ухмыльнулся, обращаясь к гостю голосом, подобным скрежету метала о камень:

— Наши раны давным-давно зажили. За последние годы золотой дворец процветал, наращивая силу, и мы уже долгое время мечтали о шансе снова сразиться с Ханом Боевых Искусств, дабы отмыться от того позора и вернуть себе славное имя.

Канцлер не переставал улыбаться:

— У вас ещё будет такая возможность. Однако, для начала я собираюсь заблокировать ваши врата, а не избивать вас до смерти.

Старик позвал за собой Цинь Му и Лин Юйсю, после чего подошёл к вратам дворца. Поднимая голову, чтобы смерить гору взглядом, он вспомнило былое и грустно вздохнул:

— В своё время я пришёл к подножью этой горы вместе с учителем и убил целую кучу бедолаг…

Глядя на гостей, глаза великих шаманов сверкали, будто плюясь огнём. Канцлер развернулся и, подмигнув ученикам, сказал:

— А теперь, я передаю эти врата в ваши руки.

Лин Юйсю немного беспокоилась, нежно сказав:

— Учитель, здешние правила, кажется, отличаются от правил Империи Вечного Мира…

Вернув свою улыбку, канцлер так же нежно ответил:

— Визит секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара в Имперский Колледж был не более чем соревнованием, не несущим угрозы для жизни участников. После боя все снова становятся вежливы и любезны. В этом месте всё немного по-другому, поэтому смерть бойца — естественное явление. Вы можете сохранить жизнь соперника, однако, если он окажется достаточно сильным, вы будете вынуждены использовать свою полную мощь, что приведёт к убийству. В своё время мне бросило вызов очень многих высокоуровневых мастеров, поэтому я и забрал так много жизней.

У девушки побежали мурашки по коже. Цинь Му тоже понадобилось некоторое время, чтобы глубоко вдохнуть и прийти в себя. В конце концов, такое правило существовало и в Великих Руинах.

В Великих Руинах были такие же законы!

Великий Шаман подошёл ближе, спускаясь к горным вратам. Взгляд старика упал на Цинь Му и Лин Юйсю, когда старик ровным тоном проговорил:

— Мы будем использовать старое правило блокирования врат, сражаясь до смерти. Кроме того, я собираюсь вернуть звание Хана Боевых Искусств, тоже в бою до смерти.

Лицо канцлера осталось спокойным, старик лишь отчётливо предупредил:

— Мастера, мои ученики находятся в области Пяти Элементов.

— Мы знаем правила блокирования врат, — не проявляя никаких эмоций, Великий Шаман стукнул своим скипетром. — Слушайте все! Последователи золотого дворца, сражайтесь только в области Пяти Элементов. Бейтесь беспощадно и до смерти! А если кто-то удумает использовать божественные сокровища высших областей, я убью его лично.

Мужчина не говорил слишком громко, однако его голос было слышно в каждом уголке горы… Затем, взглянув на канцлера Ба Шаня, шаман продолжил говорить, улыбаясь:

— Хан Боевых Искусств, в прошлый раз ты пришёл во Дворец Золотой Орхидеи вместе с Небесным Ханом. Его выдающиеся способности не знали границ, вызывая лишь почтение. Однако, ты не Небесный Хан.

Лицо канцлера помрачнело, когда он проходил сквозь врата. Его голос прозвучал в голове Цинь Му и Лин Юйсю:

— Младший брат, принцесса, не волнуйтесь. Пока я жив, они не посмеют нарушить правила сражения. А вот в случае моей смерти, у вас появятся проблемы.

Сердца учеников начали дрожать ещё сильнее. Их безопасность зависела от жизни Ба Шаня. Если у него отберут титул Хана Боевых Искусств и убьют вместе с Цинь Му и Лин Юйсю, об этом никто даже не узнает. В таком случае, репутация Дворца Золотой Орхидеи не ухудшиться, ведь внешний мир не узнает о состязании.

Сильные практики прерий были подданными дворца, поэтому одного приказа Великого Шамана достаточно, чтобы все они держали язык за зубами… А вот если старик Ба Шань сумеет уйти живым, то своим незакрывающимся ртом быстро расскажет о случившемся… и не только прерии, но и всему миру, не будет существовать такого человека, который останется в неведении…

Ба Шань, без сомнений, был на такое способен.

Поэтому, пока канцлер жив, Дворец Золотой Орхидеи не осмелится нарушать правила блокирования врат и будет вести себя подобающим образом.

— Старый мастер, не позволь им себя убить, — взволнованно сказал бык.

Рассердившись на то, что даже у его собственного зверя было так мало веры в его силы, канцлер внезапно остановился и обернулся:

— Когда я вернусь, у нас будет говядина на обед.

Зверь сразу же потупил взгляд к земле.

— Парочка обезумевших юнцов. Вы вообще в курсе, что блокируете врата священной земли?

Внезапно за спиной подростков раздался голос, вынудивший Цинь Му и Лин Юйсю взглянуть в сторону подножия. Там они увидели толпу странно выглядящих шаманов, блокирующих дорогу из дворца.

Один из них сделал шаг вперёд, после чего его тело начало излучать лёгкий золотой блеск, отращивая рога, крылья и клюв. Подобная техника совершенствования, превращающая человека в другое существо, встречалась невероятно редко.

— Старший брат, — поздоровались Цинь Му и Лин Юйсю.

Однако, шаман не ответил взаимностью, звенящим голосом сказав:

— Этикет — отличительная черта вашей Империи Вечного Мира. Во Дворце Золотой Орхидеи таким не занимаются. После того, как я вас убью, я поглощу ваши души, чтобы развить свои божественные искусства. Вы намного сильнее тех рабов, что у нас есть, следовательно, с вас будет больше пользы.

Закатив глаза, Цинь Му обратился к принцессе:

— Сестра, позволь мне пойти первым. Я проверю их техники и божественные искусства.

Девушка кивнула головой. Хотя её способности значительно улучшились за время путешествия, между ней и Цинь Му по-прежнему оставался значительный разрыв. Незнание техник противника могло бы поставить девушку в слишком сложное положение.

Мрачно вздохнув, парень с крайне серьёзным выражением лица скомандовал:

— Зелёный бык, подай мой рюкзак!

Бык подошёл, снимая сумку со спины. Достав из него вещи, Цинь Му нацепил на спину ножны с двумя ножами для убоя свиней, железный молот, бамбуковую трость, а на пояс повесил меч Младший Защитник.

Увидев намерения парня, бык спросил:

— Я слышал, что раньше ты пас скот. Да и меня ты не смог одолеть. Уверен, что справишься с ними?

Юноша потянулся, похрустев всем телом, после чего равнодушно ответил:

— У меня Тело Тирана.

Не понимая, о чём тот, зверь продолжил:

— Старого мастера здесь не смогли одолеть!

Беспечное выражение намертво закрепилось на лице юноши:

— Я родился с Телом Тирана. Нет никого, кто смог бы одолеть меня, находясь в одной и той же со мной области.

Крылатый шаман достал две золотые ступы, рассмеявшись от услышанного:

— Что за хрень это Тело Тирана? Никогда о таком не слышал.

Используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, Цинь Му заставил свою жизненную Ци циркулировать с ослепительной скоростью, распространяясь по телу за считанные секунды.

— Я — Тело Тирана!

Он поднял ногу, оставляя глубокий след на золотой земле под собой. Буум! Тело юноши рвануло к крылатому шаману с такой скоростью, что окружающие видели только его размытую тень.

— Несравненное Тело Тирана!

Выражение противника резко изменилось. В спешке маша крыльями, пытаясь подняться в воздух, он даже не успел оторваться от земли, когда увидел летящий в лицо кулак Цинь Му. Его зрачки внезапно сжались, увидев разъярённого дракона вместо руки!

В следующее мгновение он обнаружил уже две головы дракона, затем три, а затем четыре!

Крылья юноши яростно хлопали, пытаясь оторвать его от земли, однако, уже было слишком поздно. Пытаясь спастись, он, прикрывая лицо, сумел всего лишь выставить свои ступы.

Под огромным давлением, золотое оружие бедолаги сжалось в тонкие листы, будто было сделано из грязи.

Вьюх!

Крылатый шаман подлетел в небо, и, с хлопком взорвавшись, превратился в тучу кровавых брызг. Раздался рёв сорока пяти драконов, после которого из останков бедолаги вылетели безжалостные звери. Казалось, будто именно они, а не кулак Цинь Му, разорвали противника на части.

В то же время, на золотом возвышении перед горными вратами, Цинь Му быстро успокоился после столь яростной атаки. Циркуляция его Ци замедлилась, а лицо снова стало безмятежным.

— Бык, твоему мастеру понадобилось сто дней, чтобы одолеть всех мастеров Дворца Золотой Орхидеи, — юноша развернулся, холодными глазами смотря на шаманов, стоящих ниже по склону. — Мне хватит и одного.

Голос парня, стоящего под воротами, напоминал грохот грома, резонируя по всей “золотой горе”.

— Мне нужен всего лишь день, чтобы сломать дух всех последователей золотого дворца, разрушить их гордость и растоптать достоинство!

— Самонадеянно!

Разгневанный шаман отчаянно бросился к Цинь Му. Пока он бежал, его тело претерпело полное преображение. Кожа головы разлетелась во все стороны, заменяясь головой слона, а конечности значительно потолстели. Парень стал выше и намного мускулистее, отчего рубашка разорвалась на части.

Золотой свет исходил из слоновой головы и тела, будто от призванного после жертвоприношения бога, владеющего неисчерпаемой силой.

Его совершенствование и навыки были намного сильнее, чем у крылатого шамана. Предыдущий противник только легко сиял золотом, в то время как этот выглядел так, будто был полностью сделан из драгоценного металла.

Буум!

Огромный кулак, размером с котёл для приготовления пилюль, полетел в сторону Цинь Му, своими вибрациями вызывая в воздухе раскаты грома. Чистый, белый воздух вырывался во всех направлениях!

Позади юноши, белоснежный мех Ху Лин’эр и прекрасные волосы принцессы развевались от бурного потока.

— Сдохни! — проревел слоноголовый.

Цинь Му отступил в сторону, уворачиваясь от опасного удара. Держа по ножу в каждой руке и сверкая ими в воздухе, он направился к шаману.

Запретное Поднятие Ножа!

Юноша подлетел в небо, переворачиваясь в полёте, и приземлился обратно. Стоя на земле, он спрятал оба ножа обратно. В тоже время, тело слоноголового разделилось пополам, части которого покатились вниз по склону, оставляя за собой кровавые следы.

Новый шаман, пребывая вне себя от ярости, вытащил чёрное знамя и отправился убивать юношу, крича:

— Я очищу твою душу, умри!

С помощью техники создания Небесного Дьявола, Цинь Му запечатал все свои души и духи. Затем он, распрямляя палец, поднял вверх руку, тем самым раскрыв ножны и обнажив летающий меч, который в тот же миг рассёк воздух с резким свистом и, попав меж бровей, пробил голову шамана насквозь.

Торчащий палец юноши согнулся, в то врем как летающий меч, оставляя за собой след из кровавых брызг, вернулся к нему, своему законному владельцу.

Глава 154. Сломить Волю

— Сдохни! — крикнула леопардоголовая-хвостая шаманка, указывая на Цинь Му бронзовым зеркалом, в отражении которого уже успели появиться злые души.

Дзинь… Внезапно летающий меч уколол зеркало, но, как бы это невероятно не прозвучало, оно не разлетелось в дребезги, а оказалось достаточно прочным, чтобы остановить меч. Тем не менее, Форма Пронзающего Меча тут же изменилась на Форму Бурящего Меча, которая помогла оружию проделать в зеркале дыру. Одна вспышка меча, один пронзённый насквозь труп.

«Шаманский яд? Плевать», — с развевающейся на ветру одеждой Цинь Му поднял руку в попытке вернуть меч, но очередной шаман, с интенсивно растущими тигриными когтями, шерстью и хвостом, внезапно подняв штормовой ветер, бросился на него, чтобы не дать шанса вернуть оружие.

Цинь Му нанёс удар кулаком, параллельно начав демонстрировать совершенно непредсказуемую работу ног и тела. Два размытия, по крайней мере для неподготовленных глаз, носились туда-сюда, сопровождаемые непрекращающимися звуками резких хлопков от столкновений. Как вдруг шаман, задрав свою тигриную голову, раскатисто рыкнул, в попытке пошатнуть его духи и души…

Цинь Му, слегка разжав кулак в мудру, использовал Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе, затем он, резко растопырив все пять пальцев, сложил ладонь во вторую мудру — Мудру Дьявольской Свободы. Его “кулак” и “ладонь”, многократно сменяя друг друга, чередовали буддистские и дьявольские пути. Шаман успел рыкнуть только три раза, прежде чем его души и духи были сокрушены…

Сразу же после этого в бой вступил следующий шаман, а точнее великий шаман области Шести Направлений, с совершенствованием ещё более плотным и могучим, чем у тигриного предшественника. Он мог абсолютно свободно использовать свои божественные искусства и поддерживать нормальную человеческую внешность. Тем не менее, запечатав своё Божественное Сокровище Шести Направлений, как только он применил свою высшую технику, то сразу же превратился в свирепую обезьяну с огромной, толщиной с колонну, золотой дубиной в руках. Благодаря своей безграничной силе он мог, не теряя подвижности и гибкости, смести настоящую тысячную армию.

Цинь Му вытащил бамбуковую трость, направив кончиком к золотой дубине. Две фигуры столкнулись со скоростью молнии, как вдруг дубина замерла прямо посреди своего движения, в то время как её владелец, шаман, с изумлённым выражением лица уставился на постукивающую по его груди трость… Однако, он по-прежнему был великим шаманом области Шести Направлений, а не обычным шаманом. Смекнув, что дело дрянь, он тут же распечатал своё Божественное Сокровище Шести Направлений, но было уже слишком поздно, ведь бамбуковая трость пронзила его сердце. Один выпад, очередной труп нашёл свой вечный покой у земли.

Цинь Му выдернул трость из сердца. В Империи Вечного Мира великие шаманы области Шести Направлений назывались практиками божественных искусств. Помимо названия, между ними практически не было разницы.

Если бы тот практик божественных искусств не запечатал своё Божественное Сокровище Шести Направлений, то, чтобы убить его, пареньку пришлось бы похлопотать. Но, находясь с ним в одной и той же области… Скажем так, Цинь Му сможет убить любого, кто во время боя будет находиться в одной с ним области, а какая там у последнего истинная область, Шесть Направлений, Семь Звёзд, неважно!

Донн…

Золотой коренастый мужчина, из-за спины которого выглядывал нож, длинной практически со два человеческих роста, внезапно подпрыгнул и тяжело ухнулся неподалёку от врат. Взглянув на юного противника и взревев, он выпустил из ножен множество подменивших собой небо мерцающих ножей, которые мрачными тенями нарезали в сторону цели.

К тому же золотой мужчина держал по гигантскому ножу в каждой руке, нанося ими рубящие удары в сторону паренька. Два ножа иногда оказывались впереди, а в другое время позади, кружась подобно двум огромным питонам, пытающимся пожрать свою добычу.

Цинь Му держал один нож для убоя свиней обычным хватом, а другой обратным, в то время как из ножен меча вылетали клинки, которые сталкивались с режущими к нему ножами-тенями.

Нет Худа Без Добра!

Великан и человек, здоровяк и коротышка, взрослый и ребёнок — мужчина практически в два раза превосходил рост Цинь Му. Когда сражающиеся сошлись в ближнем бою, промелькнули две ножевые вспышки, одна сделала росчерк по горизонтали, а другая по вертикали… горизонтальная — гора, вертикальная — горная погибель… кроваво-красная крестовая вспышка ножа, словно нанесённая древним исполином, рванув за пределы горного утёса, устремилась к далёкому горизонту. Тело золотого коренастого мужчины было рассечено этими горизонтальным и вертикальным вспышками на четыре части…

Цинь Му взмахнул ножами, стряхивая кровь с крайне гладких лезвий, затем ухватил их обратным хватом и, заведя руки за спину, поместил в ножны. Как вдруг он поднял уже освободившуюся руку, указывая в определённом направлении. Туда тут же просвистел мигом покинувший ножны летающий меч, в итоге пронзая голову шамана в точке меж бровей. Тот бедолага пытался сделать прицельный выстрел из лука, а зря.

— Убейте его! Мы должны отомстить за наших старших и младших братьев!

Множество шаманов, один за другим, выходили вперёд на бой, но всё было бестолку. Цинь Му, используя нож, меч, кулаки и ноги, убивал каждого посмевшего бросить вызов претендента.

Спустя некоторое время над горной вершиной повисла гнетущая тишина. На золотой лестнице, находящейся перед горными вратами золотого дворца, было разбросано более сорока хладных тел…

Цинь Му опустил взгляд, только чтобы увидеть множество перепуганных лиц и полных ужаса глаз. Когда его взгляд пересекался со взглядом того или иного шамана, тот всегда отводил глаза в сторону, не смея смотреть прямо на него.

Шаманы считались волевыми личностями, однако, после устроенной им резни, сорока сражений без передышки, одного убийства за другим, воля и дух пошатнутся у кого угодно. Подловив сей период слабости, малодушия и продолжив давить, напирать и снова давить, последние неизбежно перерастут в страх… страх от неспособности одолеть противника… страх, переходящий в уважение!

После увиденного во время недолгого путешествия по прерии, Цинь Му разозлился на Дворец Золотой Орхидеи. В момент, когда генерал Тожиму приказал солдатам собрать души взбунтовавшейся армии, чтобы затем предложить их дворцу, он ещё не был до конца уверен в своих догадках. Но теперь… только дурак бы не понял, что практики дворца используют души умерших для наращивания силы.

Несмотря на то, что сейчас он прибыл сюда с целью вернуть половину тела мясника, а не блокировать врата, между ними уже вспыхнула непримиримая вражда. Так почему бы тогда не довести дело до конца, уничтожив дух и волю секты, смешав с грязью их техники и навыки, пошатнуть уверенность в самой правильности уклада жизни? Может хоть это заставит их понять, что используемые ими божественные искусства, зиждущиеся на бесчеловечном использовании людских душ, чёртов мусор!?

— Кто из вас использует Великие Шаманские Писаниях Жуда? — спросив, Цинь Му окинул толпу холодным взглядом, после чего его губы изогнулись в невинной улыбке. — Ну, давайте же, хоть кто-то, я хотел бы убить ещё одного.

Гробовая тишина перед горными вратами. Между тем, за горными вратами, выражения золотых великих шаманов дворца постепенно мрачнели, как вдруг вперёд вышел юноша.

— Сымуро, вторая часть левого плеча, в ней кроется его слабость, связанная с техникой совершенствования, — гулким тоном проговорил великий шаман средних лет.

— Я уже заметил её, просто не мог определить точное место. Шаман Король, благодарю за наставления, — серьёзно ответил юноша.

— Шаман Король, будучи старшим, разве ты поступил не слишком жалко? — помрачнев лицом, оскалился в хищной улыбке Ба Шань.

— Хан Боевых Искусств, прошу! — великий шаман средних лет неловко указал рукой. — В прошлом я был побеждён тобой, что постоянно наводило меня на размышления над болезненным опытом, в результате которых моя сила возрастала не по годам. С того самого злополучного дня я всегда мечтал смыть позор минувших лет, и, небеса, должно быть, сжалились надомной, отправив тебя к порогу нашего великого дворца.

Канцлер Ба Шань внезапно взмыл к небу, ослепительно засияв в форме огромного, способного расколоть небеса, трёхсотметрового ножа, и улетел вдаль.

— Совершенствование людей перед вратами слишком низкое. Боюсь они погибнут от одних лишь вибрация нашего противостояния. Сразимся на заснеженных горах! — донёсся откуда-то издали голос.

Великий шаман средних лет посмотрел на самого главного великого шамана, который встал и скомандовал:

— Идём!

Свииишь…

Лучи золотого света пронзили небо, погнавшись за ножевидным светом, направляющимся к заснеженным горам… Среди величественных гор и бескрайней белизны внезапно вспыхнул золотой свет, заставляя снег постоянно таять. В золотом свете порой мелькали снежно-белые ножевые росчерки. Так и было положено начало великой, сотрясающая всё сущее, битве. Однако, доносясь до врат на горе, отголоски битвы становились бледной тенью — слабые волнения в воздухе и не более, себя прежней.

Под горными вратами дворца, Цинь Му повернулся, чтобы посмотреть на Сымуро, прямо сейчас идущего к нему со стороны священного зала дворца.

Ба Шань выманил собой большинство сильнейших мастеров секты, что явно облегчило задачку по поиску нижней части тела мясника. Хотя… ему, конечно, не стоило забывать, что в священном зале по-прежнему осталось несколько мастеров старшего поколения.

Сымуро, чьё тело тоже отдавало золотом, шёл вперёд с крайне серьёзным выражением лица и со взглядом полным волнительного предвкушения. Всё это время, а именно, пока чужак буквально умертвлял его младших собратьев по секте, он просто наблюдал. Конечно, отчасти он поступил так потому, что пытался выяснить есть ли у последнего слабость, но по большей части желая истощить запасы сил противника непрекращающимися сражениями и, как следствие, повысить свои шансы на победу… И теперь, когда он уже обнаружил слабость противника, который к тому же потратил огромное количество сил, убив более сорока человек подряд, пришёл его час.

Выражение лица Цинь Му было подобно спокойным водам древнего колодца — совершенно равнодушным, словно тот и вовсе не пережил недавно более сорока ожесточённых боёв кряду. Как вдруг тела обоих юношей пришли в движение!

С тут же вырвавшейся из-под ног Ци, Цинь Му стал способен передвигаться с чрезвычайно высокой скоростью, поэтому, уже через мгновение, оказался прямо перед Сымуро и обрушил удар кулаком.

Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

Сымуро не стал уклоняться от удара, что послужило причиной разнёсшегося по округе гулкого колокольного звона. Цинь Му почувствовал, как его невероятно мощный удар, сравнимый с бурлящим потоком реки, стремительно входящей в море, врезался в нечто-то вроде бронзовой стены, которая не пропустила дальше ни крупицы его силы… Казалось, что тело великого шамана состояло из наипрочнейшего монолитного металла!

Сымуро покачнулся, резко превратившись в птицеголового-крылого человека. Пара выглядывающих из-за спины крыльев, состоящих из неисчислимого количества перьев-мечей, сияли золотым светом. Золотые мечи вдруг дребезжа загудели, сорвавшись в режущем потоке!

Цинь Му, пытаясь уклониться, отступил, а сразу же после извлёк из ножен со спины тучу мечей, которыми решил встретить стремящиеся к нему “перья”. Как вдруг он заметил, что крылья Сымуро были не совсем обычными. Между каждым пёрышком-мечом находилась Ци, соединяющая последних друг с другом. Осознание данного, определённо не предвещающего ничего хорошего, факта заставило его сердце нервно сжаться.

Вьюх!..

Острые мечи, летевшие цельным потоком в форме крыльев, внезапно разделились и со всех направлений устремились к Цинь Му.

На каждом таком золотом мече можно было разглядеть постоянно вращающиеся, смолянисто-чёрные, глазные яблоки. Если коротко, довольно жуткое зрелище. В каждом мече был заключён свой собственных дух, в итоге ставший духом меча.

Цинь Му, взглянув на так называемые “глазные яблоки”, внезапно почувствовал головокружение. Понимая, что дело плохо, он немедленно закрыл свои глаза и вытащил ножи.

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Ножевые всполохи, окружив всё его тело с целью помешать золотым мечам продвинуться дальше, двигались с завидными быстротой и проворностью. В исполненном им навыке ножа было два ключевых, по крайней мере для данной ситуации, слова — “Ночная Битва”. Спросите, какой смысл за ними кроется? Тут всё просто, для использования данного навыка было не обязательно смотреть, чтобы следить за окружением.

Мечи Сымуро двигались крайне специфично, а кода кто-то пытался на них посмотреть, он тут же попадал в ловушку. Поэтому только что принятое Цинь Му решение было единственно верным.

«Писания Жуда, несмотря на свою необычность, крайне демонические», — с такими мыслями Цинь Му скрестил своё оружие с мечами противника, мгновенно ощутив, что за ними стояло меньше сил, чем за его ножами. Сильной стороной школы боевых техник являлось оружие, всегда находящееся непосредственно в руках практика, что позволяло ему продемонстрировать полную силу.

Золотые мечи Сымуро были подавлены Ночной Битвой по ту Сторону Бурного Города, вынуждая последнего вернуть их обратно к себе за спину в форме крыльев и тут же взмахнуть, чтобы заблокировать все мечи, которые в него отправил противник.

Как вдруг, Цинь Му, разжав ладони, в которых держал ножи, нанёс удар кулаком, напоминающий огромное солнце в небе, что своими лучами очищало душу ян. Сымуро омыло сиянием навыка кулака, в итоге слегка пошатнувшим разум, однако, данный ход практически не повлиял на его движения, разве что от ослепительного солнечного света на мечах закрылись глазные яблоки и жалко завизжали, обратившись зелёной дымкой.

Между тем, Цинь Му своей второй рукой исполнил Мудру Дьявольской Свободы, но, казалось, Сымуро было абсолютно всё равно. Великие Шаманские Писания Жуда использовали души других людей в качестве “ингредиентов” для совершенствования, тем самым делая души использующих их практиков несравненно стабильными.

Тело Сымуро тоже было пугающе прочным, его даже не брали Восемь Громовых Ударов.

Цинь Му слегка нахмурился, неожиданно указав пальцем. Тридцать шесть мечей мгновенно вылетели из ножен, приняли Форму Бурящего Меча и сорвались в сторону Сымуро!

Глава 155. Драгоценный Талисман

Крылья Сымуро хаотично махали перед его телом, а перья-мечи, из которых они состояли, непрерывно меняли своё положение, пытаясь отбить атаки Цинь Му. Однако, в следующее мгновение, Форма Бурящего Меча пробилась сквозь защиту.

Юноша застыл в испуге, чувствуя нарастающую боль в груди. Его золотое тело оказалось неспособным остановить Форму Бурящего Меча. Рефлекторно взмахнув крыльями, он взлетел в воздух, поднимая сильный ветер.

Вьюх!

Ощутив порыв ветра, Цинь Му немедленно наступил на его кромку, поднимаясь вслед за противником. Лицо Сымуро обрело паническое выражение. Скорость, с которой враг бежал по ветру, была на самом деле выше, чем та, которую развили его крылья!

Навык ног одноногого позволял развить скорость, с которой не могла сравниться ни одна другая техника. Если бы не взмах крыльев противника, Цинь Му было бы очень трудно поднять себя в воздух, но как только появился лёгкий ветер, небо стало для него будто твёрдой землей.

— Вперёд! — надрывисто завопил Сымуро, заставляя золотые мечи стремительным потоком сорваться с крыльев к Цинь Му, чтобы тот не смог подобраться к нему слишком близко. Оружие быстро закончилось, оставляя за его спиной лишь золотой костяк крыльев, из-за чего он немедленно начал падать вниз.

В то же время, свет ножей, будто водопад, сталкивался с золотыми мечами, неутомимо пытающимися ранить их владельца. Раздался пронзительный звук, когда один из мечей всё же смог пробраться сквозь завесу ножей, уколов прямо в верхнюю часть плеча юноши.

В свою очередь, Цинь Му как раз пролетал возле Сымуро, как вдруг снежно-белый свет ножа прошёлся по шее последнего.

Поток света был очень тонким, и хоть удар, казалось, пересёк шею противника, никаких повреждений не было видно.

Сымуро приземлился на землю, а золотые мечи вернулись к хозяину, формируя крылья. Два золотых крыла развернулись, посылая лучи золотого света во всех направлениях.

— Хорошая работа, старший брат Сымуро! — удивлённо прокричал радостный шаман.

Боевой дух зрителей поднялся, и все они начали восклицать:

— Старший брат, добей этого раба из Империи Вечного Мира!

— Люди Вечного Мира — двуногие бараны, они годятся лишь в качестве пищи и не достойны ходить с нами под одним солнцем!..

Цинь Му приземлился на землю и замер, пока его летающие мечи возвращались обратно ножны. Вытащив железку из своего плеча, он отбросил золотой меч в сторону. Его парчовая одежда до сих пор была в идеальном состоянии. Лезвию не удалось проткнуть ткань, однако, стоящей за ним силы оказалась достаточно, чтобы оно смогло войти в плоть вместе с одеждой.

Так называемая “непробиваемость” на самом деле не предоставляла полной защиты от мечей и копий. Хоть одежда была пошита из Шёлка Натурального Золота, не позволившего золотому мечу пройти насквозь, плечо Цинь Му всё равно серьёзно пострадало.

Под золотым возвышением разразились радостные крики, а Сымуро до сих пор держал свои крыла распрямлёнными, будто наслаждаясь всеобщим признанием.

Цинь Му начал идти вперёд, и крики начали постепенно затихать. Подняв руки вверх, он спрятал ножи, всё также приближаясь к противнику. Однако, тот совсем не обращал внимания на него, продолжая держать крылья открытыми вместо того, чтобы готовиться к продолжению боя.

Подняв руку, Цинь Му схватил Сымуро за волосы и легонько потянул. С характерным звуком голова отсоединилась от шеи и со взмахом его руки покатилась вниз по лестнице.

Радость людей возле ворот окончательно иссякла. Только стоящие вдалеке шаманы не смогли сразу рассмотреть картину, а продолжали веселиться, пронзительно визжа. Когда же голова, катящаяся вниз, остановилась у них под ногами, их крик тоже затих.

Сымуро, совершенствующий Великие Шаманские Писания Жуда, умер, как и остальные. Почти держа победу в руке, бедолага лишился головы.

Лин Юйсю в спешке подбежала к Цинь Му, собираясь перевязать его раны. Маша рукой, юноша отогнал её:

— Всё хорошо. Я пообещал раздавить их волю и дух, так что я должен продолжать. Можешь расслабиться.

Девушка слегка нахмурилась, чувствуя, что Цинь Му слишком самоуверен:

— Пастушок, с раненым плечом твоя слабость станет ещё значительнее. Если появится ещё один шаман, владеющий Великими Шаманскими Писаниями Жуда…

Как только она это сказала, новый шаман внезапно вышел из священного зала Дворца Золотой Орхидеи. Смеясь с улыбкой от уха до уха, он заговорил:

— Младший брат Сымуро был не слишком опытен, к тому же довольно вспыльчив, не странно, что он погиб. Я, Данбаро из области Шести Направлений, запечатал своё Божественное Сокровище Шести Направлений.

Цинь Му с серьёзным лицом отскочил назад. Неистово перебирая ногами, он очутился на крыше соседнего зала дворца.

Данбаро громко рассмеялся, начиная преследовать юношу, будто тень. Он постоянно размахивал огромным молотом, наконечник которого был чьим-то огромным черепом. Череп имел тёмно-золотой цвет, и из него торчало семь костяных шипов. На каждом из них был небольшой, размером с кулак, черепок, внутри глазниц каждого из которых были настоящие глаза, отчего оружие выглядело довольно гнусно.

Несмотря на то, что сам молот был огромным, его ручка была на удивление короткой, едва помещаясь в руке шамана.

После осторожного взмаха Данбаро, семь маленьких черепков мгновенно открыли глаза. Водя взглядом в разные стороны, они раскрыли свои рты, выплёвывая тучи чёрного дыма. Семь дымных потоков, будто драконы, двигались туда-сюда, бросаясь на бегающего по крыше Цинь Му.

Острые мечи вылетели из ножен на спине юноши. Маневрируя в воздухе, они начали отчаянно рубить головы драконов. Однако, уже в следующее мгновение он потерял контроль над своим оружием, и оно со звоном свалилось на землю. Внутри мечей яростно пульсировала чёрная жизненная Ци.

Замирая от шока, Цинь Му мгновенно почувствовал, как портится его Ци. Великие Шаманские Писания Жуда казались такими же всеобъятными, как и Великие Небесные Дьявольские Рукописи, содержа в себе не один вид техник. К примеру, техники Сымуро принадлежали к пути божественных искусств меча, в то время как Данбаро совершенствовал совсем другие навыки, идя путём божественных искусств заклятий. Хотя оба парня и изучали Великие Шаманские Писания Жуда, их поведение и возможности кардинально отличались…

Цинь Му постоянно уклонялся от выпадов чёрных драконов, для которых ни пол, ни стены залов дворца не были препятствием. Два силуэта, будто кролики, подпрыгнули, взбираясь вверх по стене очередного зала золотого дворца. Даже вертикальные поверхности были для них будто ровная земля.

Внезапно, тело Цинь Му исчезло, провалившись внутрь зала. Данбаро ухмыльнулся, взмахивая молотом, чтобы создать себе вход в зал и продолжить преследование.

Буум!

Человеческая тень подлетела в небо и взмахнула рукой, отправляя летающие мечи в преследователя. В то же время, Данбаро пытался подобраться к ней поближе, наступая на облако чёрного дыма, неостановимо рвущееся вперёд за жертвой.

Цинь Му с грохотом пробился сквозь стену дворца и попал в новый зал, избегая атак Данбаро. Противник агрессивно следовал за ним, отчего шаманы и великие шаманы вокруг Дворца Золотой Орхидеи оживились, откинув свои пессимистические настрои.

Парочка бойцов мчались сквозь залы золотого дворца, безжалостно атакуя друг друга и постепенно отдаляясь от горных врат.

Данбаро становился всё увереннее в своих силах, отчего его атаки становились всё безжалостнее. Когда Цинь Му приземлился в новый зал, он, не раздумывая, бросился за ним, внезапно наткнувшись на величественный пейзаж гор и рек, летящий ему навстречу.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам.

Неожиданно почувствовав себя очень маленьким среди окруживших его рисунков, Данбаро начал теряться.

****

Все, стоящие перед горными воротами, нервно смотрели в сторону золотого дворца, куда недавно приземлились сражающиеся юнцы. Спустя некоторое время, золотой человек выпрыгнул на крышу зала, держа в руке костяной молот. В другой руке, которую он как раз поднял над головой, была человеческая голова.

Толпа разразилась оглушительным визгом, в то время как лицо Лин Юйсю невероятно побледнело из-за осознания непоправимого. Взгляд зелёного быка так же померк, как и Ху Лин’эр.

«Пастушок умер…» — помутнело в голове Лин Юйсю.

Это был тот редкий случай, когда даже стоящие перед священным залом Шаманы Короли улыбнулись друг другу, незаметно кивая.

— Данбаро невероятно хорош, спокоен и безжалостен, его талант превосходит обычных людей.

Другой Шаман Король удивлённо спросил:

— Почему он не возвращается обратно?

Вместо того, чтобы вернуться к вратам, “Данбаро” прыгнул обратно внутрь золотого дворца, захватив с собой голову противника. Первый Шаман Король улыбнулся:

— Скорее всего, парень ранен. У молодого шамана осторожный характер, он, вероятно, догадался сначала подлечить свои раны, чтобы не оставлять их без внимания. Именно такое мышление и делает его особенным. Теперь осталась только девушка, а у неё нет никаких шансов. Интересно, как там дела в горах?

Небольшая группа Шаманов Королей жаждала проверить ситуацию на заснеженной горе, однако, им было приказано охранять священный зал, не покидая своих постов.

****

В это время, внутри того священного зала, “Данбаро” выбросил голову противника и достал свиток, детально его изучая.

«Сокровищница Дворца Золотой Орхидеи находится прямо возле главного зала. Я пришёл туда, куда нужно».

Парень спрятал карту дворца и поднялся, чтобы идти дальше. Внезапно, он почувствовал острую боль в левом плече и как можно быстрее достал нефритовый флакон. Взглянув, парень засунул его обратно в рукав: «Чуть не облился Потерянным Дурманом…»

Вытянув следующий пузырёк, Цинь Му налил на ладонь немного драконьей слюны, размазав её по ране на плече. Вскоре, порез исцелился и перестал доставлять неудобства.

Спрятав лекарство, юноша на мгновение задумался. Взяв меч Младший Защитник в руку, он за несколько шагов перешёл из одного дворцового зала в другой.

Внутри зала, стоял, стороживший сокровищницу золотой мужчина с топором. У него был рот жабы и панцирь золотой черепахи на спине. Всё это придавало его внешнему виду отважности и силы. Увидев приближающегося человека, он удивлённо спросил:

— Данбаро, что ты здесь забыл?

Золотой цвет его тела был намного ярче чем у Данбаро, однако, всё-таки уступал Шаманам Королям. Следовательно, его звание и способности тоже им уступали.

— Ученик убил отморозка, пришедшего блокировать врата. В качестве трофея мне достался этот меч. Я не смею хранить его у себя, поэтому хочу предложить священному культу, — протянув меч Младший Защитник обеими руками, юноша предложил его стражнику. — Я не использую навыков меча, и хоть этот меч очень хорош, мне нет с него никакой пользы. Можно обменять его на что-нибудь другое?

Стражник в панцире взял оружие в руки, со скрежетом доставая его из ножен. Прикрывая глаза от яркого сияния металла, он изумлённо воскликнул:

— Отличный меч! В сокровищнице Дворца Золотой Орхидеи не так уж и много вещей подобной ценности! Ты получил очень выдающийся трофей, Великий Шаман без сомнений щедро тебя отблагодарит!

Он приоткрыл дверь зала, и “Данбаро” немедленно спросил:

— Я могу войти и выбрать себе сокровище?

Немного подумав, черепахоподобный шаман улыбнулся:

— Не думаю, что это плохая идея. Ты сделал хорошее дело, к тому же, достал выдающийся трофей. Уверен, что Великий Шаман согласится на выгодный обмен. Однако, сейчас ты сможешь лишь осмотреть сокровища, хранящиеся здесь, но забирать ничего с собой нельзя. Когда вернётся Великий Шаман, он сможет распечатать замки и дать тебе то, что ты захочешь.

“Данбаро” был в восторге и немедленно последовал за ним в зал золотого дворца.

Встав посередине зала, стражник осторожно сдвинул пару рычагов. Затем он сделал два шага вперёд и снял несколько печатей, после чего прошёл ещё немного вперёд. Золотой шаман достал угловатый драгоценный талисман с четырнадцатью сторонами и двадцатью четырьмя углами, сложенными из пересекающихся рун. Когда жизненная Ци стражника попала внутрь, талисман поднялся в воздух, постепенно начиная светиться.

Как только свет сокровища достиг определённой яркости, талисман начал быстро вращаться, проецируя каждую из своих рун в воздух.

“Данбаро” мгновенно заметил, как прозрачный воздух вокруг начал постепенно меняться, формируя множество полупрозрачных кубов. Внутри каждого из них сидел человек грозного вида, размером с кулак. Эти люди нервно ходили по своим камерам, будто были готовы выпрыгнуть наружу и сожрать всё живое.

П.П,: мне кажется или у автора есть какие-то претензии к японцам?))

Глава 156. Опасная идея

«Диковинное ограничение», — со сжавшимся в груди сердцем “Данбаро” посмотрел на появившиеся крошечные фигурки грозного внешнего вида, по-другому их и не назовёшь, слишком уж маленькие. Каждую такую фигурку сотворили из душ сильных практиков, поэтому они были чрезвычайно сильными, а из-за потери самосознания умели только убивать.

Между тем, странные кубы образовывали собой чудовищно сложный замо́к. Каждый куб, а по сути, отдельный маленький замо́к, поочерёдно омывался сиянием рун, которые, кстати говоря, должны были быть правильно подобраны. Сделав всё по “науке”, замо́к открывался, рассеивая куб со своим, злобного вида, обитателем. Но если ошибиться, быть беде, ведь тогда каждая фигурка ощутит запах свободы!

Полупрозрачных кубов с фигурками было не счесть, но каждый раз, когда руны драгоценного талисмана вспыхивали, чтобы оставить на каком-нибудь кубе след, последний мгновенно исчезал.

«Насколько же сложно снять ограничение? Я бы даже сказал, что без этого талисмана практически невозможно!» — крутилось в голове “Данбаро”.

Талисман продолжал вращаться, постоянно меняющиеся руны сиять каждой из четырнадцати сторон, а кубы один за другим исчезать в ничто… Талисман и стражник стабильно продвигались вперёд, в то время как “Данбаро” просто плёлся следом. Пройдя достаточно длинный путь, внезапно перед их глазами раскинулась длинная поляна. Могло даже показаться, что они оказались в совершенно другом мире, хотя, конечно же, до сих пор находились внутри зала дворца. Снаружи тот казался намного меньших размеров, по крайней мере раз в десять, нежели внутри. Впереди возвышалось множество выстроившихся в ряд колонн. Вокруг каждой колонны находились золотые алтари разнообразных форм и размеров, на каждом из которых покоилось по странному сокровищу… Черепахоподобный стражник нёс Младшего Защитника с широкой улыбкой на лице:

— Настолько драгоценное сокровище определённо должно быть размещено в самом дальнем и престижном месте. Моей силы недостаточно, чтобы запечатать его, поэтому нам придётся подождать Великого Шамана. Данбаро, ты совершил великое дело, даже мне завидно!

Достав из рукава небольшой нефритовый флакон, “Данбаро” сразу улыбнулся:

— От того чужака я получил не только сокровище, но и какой-то флакон. Внутри определённо священное лекарство, ведь когда я понюхал содержимое, то сразу почувствовал, словно собираюсь превратиться в бессмертн…

Глаза стражника тут же вспыхнули, а руки ловко выхватили флакон, после чего он улыбнулся:

— Данбаро, ты совершил великое дело, поэтому Великий Шаман определённо тебя вознаградит. Ну, а поскольку я заранее привёл тебя сюда для выбора сокровища, ты не думаешь, что должен подарить мне что-нибудь? Пожалуй, я возьму священное лекарство!

“Данбаро” болезненно скривился, как если бы кто-то убил его родителей. Увидев страдальческое выражение последнего, стражник улыбнулся.

— Скупой, — сказал черепахоподобный и тут откупорил флакон, чтобы понюхать. — Какой ар-ом-аааа-т…

Стражник рухнул на пол с застывшей глуповатой полуулыбкой. “Данбаро”, который, конечно же, задержал дыхание, быстро схватил флакон и закупорил, но даже после этого не смея сделать вдох. Немного подумав и затем достав ещё один флакон, он стянул в него близлежащий воздух. Закончив с нехитрым делом, юноша открыл рот черепахоподобного стражника и засунул внутрь не закрытый пробкой флакон.

«Так он точно не проснётся в ближайшее время. Фуф», — мрачно вздохнул “Данбаро”, после чего начал буквально расходиться по шву, пока изнутри не показался Цинь Му.

«Вот теперь я точно применил что-то связанное с дьявольским путём», — посмотрев на кожу, беспомощно покачал головой Цинь Му. Несмотря на то, что его бабушка Сы беззаботно носила кожи других, ему такое никогда не нравилось…

Подняв Младшего Защитника, Цинь Му перевернул грузное тело стражника, пошарил под одеждой в поисках драгоценного талисмана, нашёл искомое и прикарманил. Он ещё несколько раз переворачивал бедолагу в поисках чего-нибудь полезного, но так и не найдя, всё же оставил “тушку” в покое.

«Глаза Небес! Зелёные Глаза Небес!» — с одной лишь мыслью у Цинь Му появилось два дополнительных зрачка, а по сути, два слоя небесных узоров… Оглядевшись вокруг, для него всё стало предельно ясно. Каждый золотой алтарь покрывала печать, как у ранее повстречавшихся кубов. В каждом таком кубе заключалась злобная фигурка с засаленными волосами, острыми зубами и зверскими когтями. Благо, у него были Глаза Небес, чтобы увидеть всё это…

Юноша всмотрелся в драгоценный талисман, пытаясь понять, подойдут ли руны последнего для обезвреживания кубов, после чего покачал головой. Талисман определённо не был ключом для снятия защитных ограничений с алтарей… положившись на него, скорее всего, можно было только войти сюда.

Цинь Му побежал вперёд, вскользь осматривая алтари. Он не мог медлить, ведь прямо сейчас Лин Юйсю должна была блокировать врата снаружи. Да, в течение последних дней она переняла у канцлера Ба Шаня знания о слиянии боевых техник и заклятий, но даже так её способности не были под стать его, поэтому ей определённо не удастся продержаться слишком долго.

На золотых алтарях покоились всевозможные сокровища, большинство из которых были уникальны, ведь были созданы именно Дворцом Золотой Орхидеи. Можно было увидеть человеческие кожи, исчёрканные рунами, череповидные сокровища, напоминающие миски для подношений, барабаны, тоже с человеческой кожей, а ещё белый флаг, которого самозабвенно пытались пожрать тысячи ядовитых душ. Всё вышеперечисленное являлось магическими артефактами дьявольского пути.

Тем не менее, встречались и явно хорошие вещи, купающиеся в лучах собственного золотого сияния. Последних однозначно создали практики уровня Шамана Короля. Цинь Му также повстречал вещи, происходящие не от шаманского культа, например, Пагода Тысячи Лент, чисто буддистское сокровище, а также пилюля меча, обожжённый с одного конца гуцинь, сломанный меч и много другое…

Внезапно Цинь Му остановился, как вкопанный. На одном из алтарей была размещена каменная скрижаль, с изображёнными незавершёнными путями циркуляции Ци. Он с первого взгляда распознал в них пути техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Но они точно не были путями для области Шести Направлений, правда, из-за спешки, он не мог разобраться для какой именно.

«Нужно идти, идти, я должен найти ноги!» — подгоняя себя такими мыслями, Цинь Му бросился к концу сокровищницы. Спустя некоторое время он исследовал её всю, в итоге остановившись перед одним золотым алтарём. Раньше он уже пробегал мимо, но, не найдя того, что искал, был вынужден вернуться. На золотом алтаре стабильно стояла нижняя половина тела, начиная от талии и ниже… Вот только парень был уверен на все сто, что расположенная напротив часть тела не принадлежала мяснику!

Хотя бы потому, что сияла ярким золотым светом, имела золотую кровь и золотые кости!

Тело излучало ужасающую ауру, превосходя ауру любого Шамана Короля.

«Тело Великого Шамана?» — моргнув глазами, подумал Цин Му, после чего сразу же вспомнил мясника и мысленно представил последнего над золотыми ногами. Казалось, что мясник мог бы идеально разместиться поверх данной нижней золотой части тела.

«Великий Шаман уничтожил секту, чтобы отобрать у них часть тела дедушки мясника. Затем тот оторвал свою нижнюю часть тела и поместил сюда, а нижнюю часть тела дедушки…» — подумав о возможном развитии событий, уголки глаз Цинь Му дрогнули, ведь если он прав… Великий Шаман собственноручно разорвал своё тело на две части, чтобы затем прикрепить часть тела мясника!

«Раз моих медицинских знаний достаточно, чтобы сотворить подобное… Почему тогда Великий Шаман не может?!» — волосы на затылки юноши встали дыбом. Оторвать собственную часть тела, чтобы прикрепить на её место чужую? Какой логикой руководствовался Великий Шаман?

«Может он думал, что его золотое тело слабее тела дедушки? И даже закаляй он его всю оставшуюся жизнь, оно не сможет превзойти тело дедушки? Тогда променять свою часть тела на чужую вполне логично… Однако, данная возможность не единственная… Например, Великий Шаман мог использовать нижнюю часть тела дедушки, чтобы переработать в духовное оружие…» — с последней мыслью Цинь Му скривился. Как бы подобное не звучало нереалистично, но всё же возможно.

Посмотрев на золотое тело, покрываемое не одной печатью, Цинь Му помрачнел. Если он протянет руку вперёд, то её, безусловно, тут же пожрут все те крошечные фигурки в кубах. Окажись здесь Ба Шань, то смог бы прорваться грубой силой, но что делать ему?

«Одноногий обучил меня Руке Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, вот только мне до сих пор не довелось применить её на практике. Положившись на неё, может я смогу обойти печати и выкрасть эту часть тела?» — с учащённо забившимся сердцем от подобной мысли, Цинь Му, используя Божественные Ноги Небесного Расхитителя, начал бегать вокруг сокровища. Его скорость была таковой, что подавляющее большинство практиков увидело бы лишь мерцающую, неуловимую тень!

Цинь Му во время бега применил Руку Небесного Расхитителя, Подменившую Солнце, заставляя свои руки двигаться не только со скоростью, но и с непредсказуемостью разряда молнии. Одноногий тратил всё своё время, чтобы усилить его ноги и руки. Ноги, чтобы он смог успешно спасти жизнь побегом, если его застукают во время воровства, а руки, чтобы он всё же смог довести дело до конца и украсть, даже будучи замеченным.

Цинь Му всегда тренировался в Божественных Ногах Небесного Расхитителя, что не скажешь о Руке Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, которую ему довелось выучить совсем недавно. Поэтому, прямо сейчас, он пытался совершить чудо и углубиться в её понимании. Как вдруг, используя два этих навыка вместе, парня затопило невероятное чувство, заставившее его удивлённо воскликнуть и тут же остановиться.

Выполняя навыки ног и рук, он почувствовал, что они, на самом деле, две части единого целого. Просто одноногий, обучая его, почему-то решил разбить навык на две части…

Раньше, Практикуясь в Божественных Ногах Небесного Расхитителя, он уже чувствовал себя прекрасно. Но сейчас, применив одновременна два навыка, скорость циркуляции его жизненной Ци вдруг увеличилась в несколько раз!

О чём это говорит? Всё просто! Из-за возросшей в несколько раз скорости циркуляции Ци он сможет в несколько раз быстрее двигать ногами и руками!

Цинь Му взял себя в руки, после чего азартно посмотрел вперёд. Внутреннее обустройство сокровищницы золотого дворца было довольно простым и не замысловатым — прямая, по которой можно славно разогнаться! Так чего же медлить? Внезапно он приложил все свои силы к ногам и, словно сорвавшись в стремительном полёте, рванул!

Воздух в зале обрывисто хлопнул, после чего послышался настоящий взрыв, что не удивительно, ведь Цинь Му вмазался в противоположную стену, а она, ни много ни мало, находилась в трёхстах метрах от места старта… Парень оттолкнулся от стены и плюхнулся задом на пол, в то время как позади его тела расходилось кольцо белого газа, пока полностью не рассеялось в воздухе.

Через мгновение Цинь Му подскочил и потряс головой. Затем он опять сорвался с места и вновь прозвучал хлопок-взрыв, во время которого в стороны разошлось кольцо белого газа. Однако, на этот раз он не врезался в стену, а пробежался прямо по ней до потолка.

Хлопки не прекращали раздаваться, а Цинь Му уже успел перейти на бег по воздуху, как вдруг, во время своего безумного спринта, его рука метнулась в сторону и что-то схватила. Конечно же один из алтарей теперь пустовал, а в его руке можно было увидеть череп в форме то ли миски, то ли чаши.

Кряк.

Череп упал на пол, а Цинь Му залился громким хохотом. Расслабившись телом, он вновь сорвался с места, но на сей раз вовсю работая руками. От алтаря к алтарю, от сокровища к сокровищу. Золотые алтари солидно обеднели на сокровища, которые теперь устилали собой весь пол…

Через мгновение каждый алтарь пустовал, а Цинь Му шагал вперёд в обнимку с нижней часть золотого тела, как вдруг он остановился, поставив ноги на пол.

— Неудивительно, что одноногий дедушка так сильно любит красть вещи, оказывается, воровство невероятно освежает! — радостно воскликнул пастушок из деревни, где проживали только покалеченные старики. После чего, окинув зал взглядом, а точнее пол, полный сокровищ, он бодро продолжил. — Ради такого дела, даже одну ногу потерять не жалко!

Глава 157. Парализованный Золотой Дворец

Цинь Му внезапно осознал, насколько опасной была такая идея. Ведь именно таким образом одноногий потерял конечность. Хотя старик всегда казался весёлым, в тайне он горевал, желая вернуть свою ногу, впрочем, не осмеливаясь этого сделать… Если он начнёт так же безумно воровать, как одноногий в свои лучшие годы, то рано или поздно закончит так же.

«Весёлое занятие, но лучше не слишком им увлекаться», — предупредил сам себя Цинь Му, рассматривая лежащие на полу сокровища. Кроме дьявольского артефакта, созданного во Дворце Золотой Орхидеи, он хотел стащить всё остальное, но, к сожалению, был не в силах столько унести.

«Если эта пилюля меча здесь, значит она чего-то должна стоить», — с такими мыслями подняв пилюлю, Цинь Му обнаружил, что она была невероятно тяжёлой. Должно быть, внутри находилось огромное количество мечей. Его жизненная Ци медленно наполнила артефакт, из которого с тихим гулом вылетел изогнутый нож, прочертивший перед ним полукруг.

«Это не пилюля меча, а пилюля ножа!» — был поражён Цинь Му. Он уже видел пилюли ножа в руках армии повстанцев. Те солдаты использовали такие пилюли для атаки Барьера Небесных Духов, созданного Ба Шанем. В результате десятки тысяч ножей надёжно застряли в препятствии, после чего генерал Тожиму с лёгкостью одолел обезоруженную армию.

Взяв нож в руку, Цинь Му обнаружил, что его использование требует дополнительных усилий. Вероятно, для активации оружия нужно было использовать особую технику. В то же время, качество изогнутого ножа было намного выше, чем у тех, которые использовали повстанцы, ничем не уступая ножу для убоя свиней, выкованному немым кузнецом.

Юноша вернул свою Ци, а изогнутый нож с щебечущим звоном бесследно исчез в пилюле. Внутри сокровища было огромное количество таких ножей, поэтому его можно было смело считать оружием для массовых убийств.

Затем Цинь Му поднял сломанный меч. Не излучая никакой магической силы, меч в руке казался лёгким и не слишком опасным. Открыв Глаза Небес, он всё равно не сумел рассмотреть в оружии хоть что-нибудь интересное. Однако, если шаманы Дворца Золотой Орхидеи хранили его в настолько защищённом месте, значит вещь необычная, поэтому он решил оставить её себе.

Рассмотрев обгорелый конец гуциня, Цинь Му пришёл к выводу, что в инструмент ударила молния, но уже в следующий момент подумал: «Что-то здесь не так, от инструмента исходит злобная и демоническая аура!»

Продолжая разглядывать гуцинь, парень начинал чувствовать себя всё страннее. Злобная аура вокруг сокровища была практически осязаемой и создавала впечатление, будто внутри пульсирует кровь и жизненная Ци… Гуцинь больше напоминал не музыкальный инструмент, а чрезвычайно сильного великого демона.

«Может это древесной дух, который совершенствовался в демона, после чего был превращён врагом в гуцинь? Хорошая штука, возьму с собой», — погрузив сокровище на спину с такими мыслями, Цинь Му вдруг поднял с пола кости чьей-то руки. Правда, как только он крепко ухватился за них, то тут же ощутил будто получит разряд от молнии. Его мышцы начали неконтролируемо сокращаться, а в голове раздался громкий звенящий голос.

«Язык богов!» — переменившись в лице, Цинь Му немедленно отбросил останки руки в сторону. Голос в его голове говорил на языке богов, да что уж там, пока он касался костей, у него в уме даже начал появляться образ настоящего бога. Впервые дотронувшись к останкам руки, ещё когда стаскивал с алтаря, он немедленно их отбросил. Теперь же он непоколебимо верил, что именно так с ними и нужно было поступить.

«Кости очень странные, может быть они принадлежат богу?» — собравшись с мыслями, Цинь Му достал меч Младший Защитник, чтобы перевернуть останки руки. Затем он поднял с земли какой-то мешок и поместил кости внутрь.

«Пагода Тысячи Лент — тоже хорошая вещь, но слишком громоздкая», — юноша смерил пагоду взглядом. Каждая ленточка была невероятно изысканной и имела всего лишь восьмисантиметровую длину. Но тысяча таких ленточек, сложенных в форме пагоды, придавали последней огромный размер. Будучи высотой в несколько метров, предмет будет привлекать слишком много внимания…

Оставив пагоду в покое, Цинь Му сложил в мешок несколько шарир. Затем, увидев кучку нефритовых жемчужин, он решил забрать и их. Додумавшись положить в мешок и пилюлю ножа, юнец, наконец, осознал, что что-то не так. Пилюля была невероятно тяжёлой, однако, как только она очутилась в мешке, её вес будто исчез, не вызывая никаких неудобств во время передвижения.

П.П.: Шарира, вроде как жемчужины-камни, которые находят после сожжения мощей монахов или что-то такое.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A8%D0%B0%D1%80%D0%B8%D1%80%D0%B0

Цинь Му поднял мешок, вращая его в руках, чтобы внимательно рассмотреть. Он был пошит из неизвестного ему материала и тоже был одним из сокровищ, хранившихся на каком-то алтаре зала. На одной стороне был вышит странный зверь с раскрытой мордой, размещение которой совпадало с отверстием. Открыв мешок и заглянув внутрь, он увидел несколько предметов, размером с горошину, которыми оказались предметы, ранее заброшенные им внутрь!

Цинь Му был в недоумении. Высыпав кости бога, шариры, пилюлю ножа и остальное на пол, он убедился, что вещи стали своего изначального размера.

— Что за?!

Раскрыв отверстие в мешке пошире, Цинь Му засунул внутрь голову, чтобы осмотреться, каким же было его удивление, когда внутри он увидел пространство площадью в шесть соток и высотой в семь метров. Вытащив голову обратно, парень засунул руку, ощупывая окрестности. Почти проваливаясь внутрь, он так и не смог достать до дна…

Поразмыслив некоторое время, воришка положил кости бога, шариры, пилюлю ножа и остальные вещи обратно. Затем он закинул внутрь гуцинь вместе с Пагодой Тысячи Лент, а после такая же участь постигла и нижнюю часть золотого тела.

Закончив с самым главным, Цинь Му ещё раз осмотрел лежащие на полу вещи, впихивая внутрь всё, что можно было впихнуть… Спустя некоторое время, мешок слегка вздулся, и, наконец, приобрёл хоть какой-то вес, хотя всё равно не был тяжёлым.

Опустив голову, Цинь Му опять осмотрел оставшиеся сокровища на земле. Поразмыслив, он всё-таки решил взять ещё несколько котлов для пилюль, которые были больше и ценнее тех, что использовались в Имперском Колледже, кстати, среди них нашёлся и один герметичный.

Теперь, в сокровищнице остались лишь шаманские артефакты, сделанные из человеческих костей. Вздохнув с облегчением, Цинь Му обмотал мешок вокруг пояса и прикрыл одеждами.

«Я слишком задержался. Нужно найти сестру Юйсю и покинуть это место как можно скорее», — с практически выпрыгивающим из груди сердцем, парень с трудом взял себя в руки. После недолгих размышлений, он решил не одевать обратно человеческую кожу, а достал ножи для убоя свиней и уложил волосы на манер последователей шаманского культа.

Цинь Му одел одежду Данбаро, затем использовал технику создания Поднебесного из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Спустя немного времени, цвет его кожи начал меняться, приобретая золотой оттенок. На первый взгляд он казался не слишком сильным шаманом Дворца Золотой Орхидеи.

Достав карту дворца, Цинь Му внимательно проложил себе маршрут и спрятал её обратно. Его Ци активировала драгоценный талисман, отчего тот поднялся в воздух. Одна за одной руны начали сиять, омывая своим светом печати-кубы.

— Двенадцать, девять, шесть, десять, семь, шесть, семь, один…

Цинь Му проговаривал цифры, каждая из которых заставляла талисман кружиться в воздухе, освещая печати одной из своих четырнадцати сторон.

Когда он заходил в сокровищницу, черепахоподобный стражник активировал талисман, дабы открыть печати. Трансформации талисмана были невероятно сложными, так как у него было четырнадцать сторон, на каждой из которых находились разные руны. Было совсем непросто запомнить такую комбинацию.

Тем не менее, запомнить порядок рун оказалось посильной задачей для Цинь Му. Он представил комбинацию сторон, которую показал стражник, как четырнадцать чисел. Затем он повторил её в обратном порядке, открывая печати изнутри. Кубы перед его лицом непрерывно появлялись и прятались обратно, пока он, наконец-то, без сучка без задоринки, не покинул сокровищницу.

Вздохнув с облегчением, Цинь Му достал Младшего Защитника, которым тут же разрезал талисман. Затем он покинул дворец, руководствуясь указаниями на карте… Хоть врата золотого дворца блокировались, приковывая к себе внимание всей секты, на складе всё-таки был дежурный великий шаман, который в данный момент зачитывал переданный ему рецепт:

— Две булавы ложной клубники, триста восемьдесят грамм и шесть булав священного бамбука, четыре булавы олеандра… Столько трав, ты собрался варить серьёзное лекарство?

Цинь Му кивнул головой и честно улыбнулся:

— Меня ранили, так что хочу подлечиться.

— Ты сражался с тем чужаком, блокирующим врата? Я слышал об этом, говорят столько людей полегло. К счастью, ублюдка уже убили, так что случившееся не слишком унизительно. В своё время заблокировав врата, Хан Боевых Искусств сделал из нас полных дураков…

Шаман приготовил нужные травы, и Цинь Му протянул ему кошелёк Данбаро:

— У вас есть свежий инжир из Бордовой Жемчужной Травы? Дай мне четыре.

— Это очень дорогой ингредиент, у нас нет свежего. Есть только сушёные.

— Сушёные тоже подойдут.

Продавец принёс инжир, и Цинь Му сразу же положил один себе в рот. Между тем, шаман, увидев, что юноша простодушный, тайком стащил несколько лишних монет из его кошелька, про себя ликуя.

— Ты меня обсчитал! — изменившись в лице, заорал юноша.

— Я ничего такого не делал! Ты на меня наговариваешь! — возмущённо возразил великий шаман.

Цинь Му вытащил золото из кошелька:

— Я знаю сколько у меня было монет, думаешь я бы не узнал, если бы меня обсчитали!? Я расскажу всё Великому Шаману!

Продавец немедленно отдёрнул мешочек с монетами, и, когда они оба потянули его в разные стороны, маленький нефритовый пузырёк упал на землю, разбиваясь на мелкие кусочки.

— Не говори Великому Шама…

Торговец упал без сознания, прежде чем успел договорить. Пахучий аромат распространялся по складу. Другие шаманы, прибежавшие на шум, тоже повалились на пол, не успев даже подбежать к ним.

Цинь Му выбросил кошелёк, и тот приземлился прямо на шамана-мошенника. Затем, тщательно покопавшись в мешке на поясе, он достал котёл. Это был тот самый герметичный котёл, который он нашёл в сокровищнице.

«На этот раз я приготовлю в десять раз больше Потерянного Дурмана. Не верю, что его не хватит, чтобы парализовать весь дворец!»

Когда травы были помещены внутрь котла, Ци Цинь Му вырвалась наружу, начав стремительно циркулировать вокруг. Его техники рук стали ослепительно быстрыми и постоянно менялись. Спустя короткое время, Потерянный Дурман внутри котла был готов. Однако, Ци на его ладони продолжала поливать “посудину” огнём. Вместо того, чтобы использовать Ци Чёрной Черепахи и охладить вещество, как в прошлый раз, он нагревал его всё сильнее и сильнее.

Наконец остановившись, Цинь Му открыл крышку котла. Оранжевый дым начал рваться наружу, распространяясь во всех направлениях. Если бы не инжир Бордовой Жемчужной Травы во рту, способный защитить от Потерянного Дурмана, его бы тоже парализовало… Увидев густой дым, Цинь Му немедленно затаил дыхание, пока вещество распространялось в атмосферу. Используя Ци Зелёного Дракона и заклятия из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, он старался как можно сильнее ускорить процесс…

Вскоре, ветер рассеял Потерянный Дурман по всей горе.

Цинь Му тут же бросился в золотой дворец, чтобы забрать свой рюкзак. Закрепив свои ножи, молот и остальное, он в спешке отправился в сторону горных врат. Используя жизненную Ци Чёрной Черепахи, он создал три шара из пара, которые затем превратил в жидкую воду. Поместив внутрь шаров остатки инжира Бордовой Жемчужной Травы, он побежал дальше. По дороге, удерживая одной рукой водные шары с ингредиентом, второй он исполнял различные техники, двигая пальцами вверх-вниз и стуча по воде, с целью извлечь лекарственную энергию инжира…

Вскоре, три инжира поглотили воду и разбухли, а их целебная сила возросла благодаря действиям Цинь Му. Радуясь успеху, он внезапно заметил силуэты людей, взмывающих в небо и стремительно направляющихся вдаль. Вероятно, охраняющие священный зал Шаманы Короли, увидев, как все находящиеся на горе последователи культа “умерли от отравления”, запаниковали и сбежали из Дворца Золотой Орхидеи.

— Мертвы, они все мертвы! — раздался громкий крик, исчезающий вдалеке

Мчась во весь опор, Цинь Му спустился вниз к горным вратам, где увидел зелёного быка, Лин Юйсю и Ху Лин’эр, пускающих слюни на гору. Принцесса, будучи залитой кровью, была сильно избита.

Засунув по инжиру каждому из них в рот, он подождал, пока они не пришли в себя. Хотя и вернувшись к сознанию, бедолаги всё равно чувствовали онемение в конечностях, а их души и духовные эмбрионы до сих пор спали… Никто понятия не имел, что произошло.

— Потерянный Дурман отпугнул Шаманов Королей, однако, не смог их вырубить, — быстро проговорил Цинь Му, — боюсь, что здесь есть несколько практиков, сравнимых по силе с Ба Шанем, и они прибудут сюда, как только услышат о происшедшем. Нам нужно немедленно делать ноги!

Глава 158. Сбежавшие возлюбленные

Лин Юйсю неуверенно встала, а зелёный бык покачал своей тяжеленной головой. Цинь Му поднял лисичку и забросил её в свой рюкзак, затем, одной рукой схватив принцессу, а другой рукой потянув зелёного быка, он бросился вниз с горы.

— Пастушок, ты жив… — натянув глупую улыбку, прошептала всё ещё потрясённая Лин Юйсю.

Цинь Му не обращал на неё внимания, продолжив мчаться с горы. Он был настолько быстр, что девушка и зелёный бык не могли совладать с его темпом и начинали взлетать. Добравшись до подножия горы, Цинь Му взглянул в сторону деревянной лодки, в которой находился парализованный великий шаман с козлиным лицом. Его голова находилась в воде, а задница торчала к небу. Так как лишь половина его тела находилась в лодке, скорее всего, он уже давно захлебнулся.

Цинь Му тут же забрался в лодку и перекинул ноги козломордого шамана за борт, сбрасывая того в воду. Затем он начал грести бамбуковым шестом, но лодка и не собиралась двигаться, он пытался грести всё быстрее и сильнее, но ничего не помогало, лодка словно застыла.

— Дурацкие слабые воды… — недовольно пробурчав, Цинь Му вдруг посетила отличная идея. Он насытил жизненной Ци бамбуковый шест, на котором тут же проступили странные узоры. Теперь при попытке сдвинуться с места он стал ощущать сопротивление воды.

С облегчением вздохнув, Цинь Му резким движением оттолкнулся и начал путь к другой стороне берега. Несмотря на то, что деревянная лодка рванула вперёд, словно стрела, выпущенная из лука, она всё ещё казалась ужасно медленной. Если бы Шаманы Короли и Великий Шаман Дворца Золотой Орхидеи вернулись к горе, они наверняка смогли бы нейтрализовать Потерянный Дурман и узнали бы, что все те люди были только парализованы, а не смертельно отравлены. Если бы они сейчас начали погоню, Цинь Му и остальных постигла бы незавидная несчастная участь.

Добравшись до другого конца берега, зелёный бык наконец пришёл в чувство и неожиданно для всех завопил:

— Старый мастер по-прежнему на горе!

— Не беспокойся, если мы сможем сбежать, то и он, несомненно, сможет. Он гораздо сильнее нас, если вернёмся на поиски, то станем для него обузой! Тем более, когда Великий Шаман и Шаманы Короли вернутся во Дворец Золотой Орхидеи, чтобы разобраться с произошедшим, у Ба Шаня появится отличный шанс улизнуть, — успокаивая, Цинь Му спрыгнул на берег и протянул руку, но Лин Юйсю и зелёный бык уже пришли в себя, им больше не требовалась помощь. Инжир Багровой Жемчужной Травы помог им полностью восстановиться, ведь растение действительно являлось антидотом для Потерянного Дурмана.

Целитель впервые использовал Потерянный Дурман, чтобы парализовать дракона, который, кстати говоря, обладал чрезвычайно могучими способностями, сравнимыми с сильным практиком области Небожителя. Но старику всё же удалось его вырубить.

— Бычок! — крикнул Цинь Му. Поняв его намерения, бык мгновенно пронзил землю и раскрыл свою истинную форму, превратившись в огромного и величественного зелёного быка, который парил по ветру и облакам.

— Бычок, беги настолько быстро, насколько можешь! — хором крикнули Цинь Му и Лин Юйсю, оказавшись на могучей бычьей спину.

Копыта быка взлетели и, не касаясь земли, понесли их по ветру и облакам. Два человека на его спине чувствовали невыносимую боль, когда сильнейший ветер врезался им в лица. Ветер разбудил и Ху Лин’эр, а когда она высунула мордочку наружу, чтобы взглянуть на происходящее, почти сдул. Ушастую попросту вырывало из рюкзака, а сильнейший ветер вытягивал её хвост и тело словно карандаш… Быстро перебирая копытами, бык продолжал нестись, аче ветер. Цинь Му повернул голову назад, отчего его волосы растрепались встречным ветром, “уложившим” их в шаманском стиле. Только теперь он заметил, как тяжело приходится лисичке, из последних сил цепляющейся лапками за рюкзак. Как вдруг ветер всё же одолел её, сорвав с рюкзака, но благо паренёк вовремя среагировал и сумел подхватить.

— Пастушок, позволь мне подержать её, чтобы ты смог привести в порядок свои волосы! — прокричала принцесса. Цинь Му тут же передал Ху Лин’эр, теперь Лин Юйсю держала её в своих объятиях…

Ху Лин’эр издала недовольное “хмпф”, когда почувствовала всю мягкость и ароматность груди принцессы. Не будучи в восторге от текущего положения дел, ей всё же было там достаточно комфортно, отчего она не удержалась от нескольких тисканий, хотя до сих пор чувствовала себя практически разорванной на части.

Цинь Му подвязал свои волосы, временами оглядываясь назад и замечая, что расстояние между ними и Золотым Дворцом Орхидеи становится всё больше и больше. Тем не менее, он по-прежнему видел слабозаметные золотые огни, летящие от снежной горы ко Дворцу Золотой Орхидеи.

Огни не казались такими уж быстрыми, но на самом же деле они перемещались с невероятной скорость, достигнув дворца за время необходимое для одного вдоха, а уже через мгновение некоторые из них вылетели в сторону беглецов.

Сердце Цинь Му ухнуло в пятки. Должно быть Шаманы Короли Дворца Золотой Орхидеи заметили их попытку сбежать и отправились в погоню. Зелёный бык хоть и был быстр, но его способности не могли сравниться со способностями последних.

Однако, вдруг поднялся яркий свет и перехватил те немногие золотые огни. Несколько лучей света столкнулись в небе и затем разделились, после чего вновь столкнулись.

С той дистанции, на которой находился Цинь Му, лучи не казались такими уж быстрыми, но вот если бы кто-то оказался вблизи, то, из-за их невероятно высокой скорости, вряд ли смог рассмотреть хотя бы очертания.

Те немногочисленные лучи столкнулись несколько раз с белым светом, как вдруг шар света взорвался, образовывая след чёрного дыма, который сформировал в небе чёрный череп. Последний выплюнул из себя ещё несколько следов чёрного дыма, каждый из которых также превратился в череп. Это случилось трижды, все небо теперь было заполонено черепами… Издалека можно было увидеть небольшие формы черепов, но вот вблизи они показались бы гигантскими череповидными горами.

Затем Цинь Му увидел нож, рассекающий небо, после чего луч золотого света, прорвавшийся среди нескольких золотых огней. Зелёный бык бежал всё быстрее и быстрее, поэтому ему было уже сложновато рассмотреть сражение полностью, а когда он пробежал очередные горы, что-либо увидеть стало невозможно в принципе…

Солнце садилось на западе, небо постепенно темнело. Зелёный бык бежал уже полдня и задыхался от истощения с пеной у рта. Увидев пруд на своём пути, рогатый тут же подлетел и одним глотком на половину осушил его. Зелёные спины рыб показались в мелководных частях пруда, большие же рыбы просто извивались в грязи, пытаясь ползти к участкам с большим количеством воды.

Цинь Му заметил невыносимую усталость быка и, спрыгнув с его спины, сказал:

— Бычок, остановись, отдохни немного.

Зелёный бык всё ещё не мог напиться и продолжал буквально высасывать воду из пруда, как вдруг прозвучал пожилой голос:

— Бык, сейчас же перестань пить! Если ты продолжишь, то выпьешь всю воду нашей деревни!

Зелёный бык приподнял голову, увидев пожилого пастуха, бросившего своё разбегающееся стадо овец и спешащего сюда. Он пытался взмахнуть своим кнутом, чтобы прогнать быка, но оценив его невообразимые размеры, подойти так и не решился.

— Брысь, брысь! — кричал старик, размахивая кнутом где-то в стороне. Цинь Му похлопал по копыту быка, который прямо сейчас пребывал в своей истинной, несравненно высокой и крепкой, форме. Паренёк мог дотянуть ладонью только до лодыжки рогатого, поэтому и похлопал по копыту.

Зелёный бык тут же перестал пить, а Лин Юйсю торопливо спрыгнула с его спины. Ху Лин’эр вырвалась из объятий последней и запрыгнула на рюкзак Цинь Му.

Старик всё так же не решался подойти, пока бык извивался, пытаясь уменьшиться. Закончив, тот встал по-человечески на две ноги, но ростом был словно двое или даже трое взрослых людей.

Фьюх… вдруг взмахнув хвостом, рогатый убил нескольких оводов. Цинь Му приветственно поклонился незнакомцу на отдалении и сказал:

— Старик, мы просто пролетали мимо, а когда стемнело, решили найти место, где можно отдохнуть. Вымотавшись во время изнуряющего путешествия, нас одолела жажда, поэтому мы решили напиться у этого пруда, но мой бык немного увлёкся, за что я искренне извиняюсь.

Старик опасливо вышел вперёд и поднял голову, удивлённо уставившись на быка и спросив:

— Твой бык, конечно, очень хорошо питается, раз вырос таким крепким. Но почему он зелёный?

— Он из смешанной породы драконов, поэтому и зелёный, — улыбнулся Цинь Му.

Старый пастух хотел потрогать быка, но всё ещё немного опасался. Набравшись смелости, он всё же подошёл и прикоснулся к быку, почувствовав, что кожа последнего была словно атлас, а мышцы тверды как железо.

— Его мышцы такие крепкие! У нас есть несколько коров в деревне, можно ли использовать этого быка для разведения? — радостно спросил старик.

Зелёный бык был недоволен и сказал:

— Я не из племенного скота, поэтому не стану размножаться. К тому же, моё сердце уже занято.

— Демон? — отпрыгнув, вопросительно пробормотал старик.

— Он не демон, — незамедлительно ответил Цинь Му.

— Я демон, — высунув голову из рюкзака, сказала Ху Лин’эр

— Я понял. Вы, наверное, сбежали из богатой семьи? Только богатая семья может позволить себе вырастить странного зверя и бессмертную лису. Уже темнеет, как насчёт того, чтобы остаться в нашей деревне и отдохнуть? — улыбнувшись, предложил старик.

Цинь Му, немного помедлив, посмотрел на Лин Юйсю, которая прошептала:

— Зелёный бык выдохся, он не сможет бежать дальше.

— Если дворец отправится в погоню, мы можем втянуть в это деревню, — нахмурился Цинь Му.

— Зелёный бык парил по ветру и облакам, не оставляя следов, поэтому нас будет достаточно сложно найти. Давай так, если деревня хорошо спрятана, то мы останемся здесь, если же нет, то отправимся дальше, — прошептала Лин Юйсю.

Цинь Му кивнул головой и сказал:

— Старик, нам придётся побеспокоить тебя сегодня. Завтра утром мы продолжим свой путь.

— Не будет проблемой, если вы захотите остаться ещё на несколько дней. В нашей деревне проживает не так много людей. Все мы уже в преклонном возрасте и спокойно доживаем свой век. Твоё тело довольно крепкое, помоги мне собрать овец, — улыбнувшись, ответил старик.

Цинь Му вышел вперёд и, продемонстрировав очень быструю технику тела, тут же погнался за стадом овец.

— Барышня, а глаз у тебя что надо. Этот молодой человек действительно очень способный, да и крепко сложен, — с загоревшимся взглядом, проговорил старик.

— Старик, ты всё неправильно понял, — покраснев, прощебетала Лин Юйсю.

Старик громко рассмеялся и повёл их следом за стадом овец. Идя через горную седловину, он провёл их в небольшую деревню в лесу. Деревня состояла всего лишь из двадцати покошенных домиков, большинство из которых были пусты, что не удивительно, ведь тут проживало только чуть больше десяти стариков. Лес казался достаточно уединённым, деревья в нём были очень высокими, а из-за того, что их некому было спилить, они полностью покрывали деревню.

— Почему здесь так мало людей? — немного расслабившись, спросил Цинь Му.

— Несколько ханов сражаются каждый день, я убиваю тебя, а ты убиваешь меня. Ты забираешь здоровых мужчин, я забираю здоровых мужчин. Когда они продолжают забирать и забирать, люди получают оставшееся, — ответил старик, затем вздохнул и добавил. — Все способные сражаться уже давно покинули деревню, остались только старики. Мы не можем покинуть деревню даже если захотим. Куда нам податься? Нам повезло, что они хотя бы не забирали нас, стариков. Дорогая, у нас гости.

Старушка, которая зашивала вещи, пошатываясь встала и улыбнулась:

— У нас гости? Я приготовлю еды!

— Оставьте это мне. Я часто готовил еду, когда был в своей деревне, — незамедлительно ответил Цинь Му. Старушка не могла как-либо помешать ему, ей и старику оставалось только наблюдать за его готовкой, в то время как Лин Юйсю торопливо предложила им присесть.

— Откуда они? — прошептала старушка.

Моргнув и показав пальцем лишение девичей целомудренности, старик ответил:

— Сбежали из богатой семьи. Молодая пара.

— Это не так, мы невинны… — покраснев от смущения, тихо протестовала Лин Юйсю.

— В своё время каждый из нас, стариков, проходил через подобное, поэтому мы понимаем твоё девичье застенчивое сердце, — проговорив, старушка окинула оценивающим взглядом Лин Юйсю и, улыбнувшись несколькими уцелевшими зубами, пролепетала. — У барышни хорошее, крепкое тело с большой грудью и ягодицами, этому молодому человеку очень повезло.

— Молодой человек тоже хорош, крепенький такой. К тому же он очень честный и не очень властный, когда он увидел старого и дряхлого меня, то был достаточно вежлив, — улыбнувшись, ответил старик.

— Вам двоим нужно будет вернуться домой после того, как побегаете пару лет. Родите ребёнка и покажите его родителям, даже если они не согласны с вами, у них не будет выбора, — продолжила старушка.

Лин Юйсю с буквально выскакивающим из груди сердцем продолжала кивать головой, попросту не зная, как продолжить разговор, как вдруг она подумала: «Если бы я родила ребёнка от пастушка, не умер ли бы мой отец от злости?.. Тьфу, тьфу, отец бы не умер от злости, но точно бы обезглавил его!»

Через мгновение аромат блюд наполнил комнату, и Лин Юйсю поторопилась помочь накрыть стол. Когда они закончили трапезничать, на улице уже полностью стемнело. В деревне проживали только старики, поэтому они зажигали масляные лампы перед сном. Цинь Му помог пожилой чете помыть столовые приборы, после чего старик вдруг сказал:

— В деревне много свободных домов, поэтому вы можете выбрать один из них и остаться там.

Поблагодарив стариков, Цинь Му отправился в пустой дом. Ху Лин’эр помогла убрать три комнаты и считала про себя: «Зелёный бык займет одну комнату, мегера с пухлой грудью займёт другую комнату, я и молодой мастер займём третью. Три комнаты, нет проблем».

Неожиданно Цинь Му что-то почувствовал и поднял голову в небо, где увидел две звёзды, движущиеся с запада.

— Вы все, заходите внутрь! — прокричал Цинь Му.

Лин Юйсю, Ху Лин’эр и зелёный бык тут же зашли в дом, но не успели они закрыть дверь, как услышали страшный гул. Два толстых столба пронзили небо, освещая всю деревню словно дневной свет.

Глава 159. Отличное зрение

Те два луча света были осматривающим прерию взглядом, владелец которого летал высоко в небе. Его глаза светили вниз, освещая землю золотым сиянием. Пролетев возле деревни у подножья горы, его взор постепенно исчезал вдали.

Вздохнув с облегчением, Цинь Му открыл дверь и посмотрел в небо. Две сияющих звезды излучали столбы света с радиусом основания около пяти километров, медленно рыская над прерией.

«Интересно, как обстоят дела у старшего брата Ба Шаня?» — юноша действительно слегка беспокоился. Люди, которые только что пролетели у них над головой, должны быть сильными мастерами Дворца Золотой Орхидеи, вероятно, Шаманами Королями. Ища беглецов, они не смогли обнаружить деревню, так как зелёный бык не оставил никаких следов, и снаружи не было никакого освещения. Здешние жители были стариками, поэтому рано ложились спать.

Тем не менее, если шаман отправился на их поиски, значит Ба Шань оказался неспособен его остановить. Это могло означать одно из двух: либо старик был ранен, либо его окружили.

— Ложитесь спать! — Цинь Му бросил маленький нефритовый пузырёк Лин Юйсю и сказал. — Сестра, слюна дракона невероятно эффективно лечит раны. Намажься ей перед сном, ранним утром мы должны уходить.

Принцесса кивнула и ушла в комнату. Спустя некоторое время, она приоткрыла дверь, высовывая голову. Её чёрные волосы прикрывали грудь, оставляя открытым только часть плеча, другие части тела были скрыты дверью. Застенчиво прикусив губу, она вдруг проговорила:

— Пастушок, есть места, которых я не вижу, мне там неудобно мазать…

— Я помогу! — Ху Лин’эр энергично поспешила к ней, улыбаясь. — Я помогу намазать, нет смысла беспокоить молодого мастера!

Той ночью больше никто не говорил.

На следующий день, Цинь Му встал до рассвета, чтобы сделать зарядку. Деревенские старики тоже проснулись, и повсюду раздавалось куриное кудахтанье. Также можно было услышать, как выгоняют овец из загона и как жители здороваются между собой. На секунду, юноше показалось, что он вернулся в Цань Лао.

— Молодая пара, вы уже проснулись? Завтрак готов, приходите в мой дом кушать, — откуда-то снаружи прозвучал голос старухи.

Юноша поблагодарил и пошёл будить Лин Юйсю и зелёного быка. С лисой он не заморачивался, сразу же стащив её с кровати, и вынес из полуразрушенного дома. В этот момент, за пределами деревни раздался голос:

— Здесь кто-то живёт, давай спросим дорогу.

— Зачем спрашивать? Я никогда не теряюсь! — гневный голос кипел злостью. — Я уже здесь был, блокировал врата целых сто дней. Как я могу здесь потеряться?

Цинь Му был ошеломлён, и с глупым выражением лица не раздумывая побежал к выходу из деревни.

— Не случиться ничего плохого, если мы спросим. Ты говоришь, что знаешь дорогу, но мы уже столько времени ходим по кругу. Я не одноногий, чтобы бегать туда-сюда как ветер…

Быстрыми шагами Цинь Му подошёл ко входу в деревню, где увидел слепого старика, опирающегося на бамбуковую трость. Возле него дедуля с отсутствующей нижней частью тела и короткой бородкой держал за спиной два ножа для убоя свиней, отчего выглядел довольно устрашающе.

Юноша был удивлён и невероятно рад. В спешке подбежав к путникам, он без предупреждения крепко обнял старика без ног. Затем, отбросив того в сторону, он бросился на худого и сухого слепца.

— Мясник, разве я не говорил, что мы пришли не туда?

Слепой немедленно отвернул голову, избегая Цинь Му. Борясь с ним, он смотрел в сторону мясника, валяющегося неподалёку с глупым выражением лица:

— Ты притащил меня за Великую Стену и смотри что из этого вышло! Мы снова в Великих Руинах, в нашей деревне! Му’эр, отпусти, а то я задохнусь. Где старейшина? Бабуля вернулась? Целитель, не прячься, я тебя вижу!

Вскоре, слепой и мясник поздоровались со стариками в деревне. Когда местные жители увидели, что гости ещё старше их, к тому же покалечены, они невероятно радовались, что у них всё ещё остались хоть какие-то силы по сравнению с этими бедолагами.

Закончив мыть волосы, Лин Юйсю вышла из своей комнаты, подпрыгивая от испуга, встретив двух стариков. Она немедленно забежала обратно в дом, дрожа от страха:

— Это те двое, что когда-то напали на меня и генерала Циня на реке Вздымающейся!

Убедившись, что вокруг нет никого из местных, Цинь Му снял мешок со своего пояса. Засунув руку внутрь, он, начав рыская шарить внутри рукой, перебирал предметы. Затем, схватив за ногу, он вытащил нижнюю часть тела из сокровищницы:

— Дедушка мясник, это не твоя недостающая часть?

— Нет, не моя, — мясник осторожно разглядел золотую половину тела, использовав свой нож, чтобы отрезать кусочек. Растирая золотую кровь между пальцем, он с подозрением продолжил. — Кажется, эта тушка принадлежит Великому Шаману. Однажды я сражался с этим старым ублюдком, так что я отлично знаю как выглядит его кровь. К тому же, это тело почти умерло, поэтому ни на что не годится.

Цинь Му и сам потрогал золотую кровь, которая уже почти затвердела. Тем не менее, у неё всё-таки оставались какие-то огненные свойства, а сама капля извивалась на его коже, пытаясь проникнуть внутрь тела. Немедленно использовав жизненную Ци Красной Птицы, он попробовал её поджарить. С огромными усилиями, капля наконец испарилась:

— Если это часть Великого Шамана, значит он сейчас носит тело дедушки.

— Старый ублюдок настолько мной восхищается? — мясник потер бороду, довольствуясь собой. — В таком случае, сыновья, которые у него родились, мои сыновья?

Щетина на его лице была как щётка, издавая скрипящий звук, когда он проводил по ней рукой. Чем больше он об этом думал, тем сильнее собой довольствовался, не сумев в результате удержаться от смеха.

Слепой заговорил в ответ, не слишком быстро и не слишком медленно:

— Если у него действительно родился сын, ты согласишься взять над ним опеку?

Мясник растерялся и погрустнел. Счастливое выражение, которое у него было, полностью стёрлось. Всего лишь несколько слов слепого полностью испортили настроение бедолаге. Затем тот обратился к Цинь Му:

— Му’эр, что ты здесь забыл? — юноша рассказал о всём случившемся, после чего слепой воскликнул. — Ты на самом деле пошёл блокировать врата Дворца Золотой Орхидеи? Довольно смелый поступок. Я с мясником тоже направляюсь в золотой дворец. Мы разузнали, что там находиться его нижняя часть. Но старик говорит, что даже если мы её найдём, он не уверен, что получиться присоединить её обратно.

— Если нижняя часть тела умерла, её действительно невозможно будет присоединить. Но так как она сейчас присоединена к Великому Шаману, она, очевидно, в порядке. Если нам удастся отрезать её от шамана, я смогу пришить всё обратно! — улыбнулся Цинь Му.

— Не такая уж и сложная задача. Ай да старый плут, наконец-то станешь целым. У тебя ведь даже болта не было! — счастливо проговорил слепой.

Услышав такое, мясник впал в ярость:

— Я могу превратить свою Ци в часть тела, в смысле у меня нет оглобли? Я спокойно могу и ссать и срать!

Старики снова начали ссориться, отчего у Цинь Му разболелась голова, поэтому он сразу же решил их прервать:

— Старший брат Ба Шань всё ещё может находиться в ловушке Дворца Золотой Орхидеи, и я не знаю как у него сейчас обстоят дела. Дедушки…

Мясник покачал головой:

— Не нужно переживать из-за старого подлеца. У него нет замка на жевалах, из-за чего он рассказывает всё и обо всём не замолкая. Как же меня достало его балабольство. Ах да, совсем недавно я повстречал его в Империи Вечного Мира, но тут же сбежал, испугавшись, что он меня окончательно доведёт.

Несмотря на свои слова, он сразу же захотел отправиться во Дворец Золотой Орхидеи. Всё-таки, старик переживал за жизнь Ба Шаня.

Ху Лин’эр и Лин Юйсю закончили собирать вещи, после чего принцесса сбегала в дом стариков, чтобы оставить им немного золотых слитков. Хотя они и оставались в гостях всего одну ночь, гостеприимство местных стоило того. Кроме того, последние были крайне стары, не говоря уже о том, что за ними было некому присматривать. Лишние деньги могут сильно помочь им протянуть ещё несколько лет.

Мясник посмотрел на Лин Юйсю, совсем не вспоминая девушки, и улыбнулся:

— У хитреца хорошее зрение, девушка совсем неплоха!

Лин Юйсю собралась с собой и подошла, чтобы поздороваться с ним и слепым:

— Зелёный бык ушёл пастись рано утром, и пока ещё не вернулся.

— Тогда идём его искать.

Все покинули деревню, и вскоре встретили огромного быка, пасущегося в прериях. Щипая траву, бедолага заливался текущими по щекам слезами, которые в итоге капали на землю, будто дождь.

— С того времени, когда я встретил старого мастера, я ел только овощи, никакой травы. Старик даже посадил несколько соток поля, чтобы выращивать для меня цветы… — бормотал рогатый.

Подобравшись к нему поближе, Ху Лин’эр заговорила:

— Не переживай, бычок. Учитель твоего хозяина с нами, у твоего старика появилась надежда.

Лицо зверя скривилось, когда он взглянул на слепого и мясника, которому недоставало половины тела, немного засомневавшись в их способностях.

Все погрузились на спину быка, и Цинь Му проговорил:

— Не переживай, бычок, на самом деле они невероятно сильны. Летим во Дворец Золотой Орхидеи как можно быстрее, чтобы спасти старшего брата Ба Шаня.

Быку оставалось лишь полететь обратно туда, откуда он недавно бежал. Лин Юйсю оглянулась, но маленькой деревни в лесу уже не было видно.

— Те старики говорили, что некоторые ханы по эту сторону стены воюют между собой. Это значит, что здешние люди испуганы приходом Империи Вечного Мира, — собравшись с собой, проговорила Лин Юйсю. — Здесь тоже думают о том, чтобы построить объединённую империю, собрав достаточно сил, чтобы противостоять Вечному Миру. Новый Хан Империи Варварских Ди должен быть великим лидером с серьёзными намерениями. Если ему удастся объединить земли за пределами Великой Стены, боюсь, что для нашей империи возникнет угроза. Особенно сейчас, когда внутри нашей страны столько междоусобиц.

Цинь Му кивнул:

— Вероятно, к этому как раз и стремится Дворец Золотой Орхидеи, они ведь как ни как священная земля. Если они поддержат Хана Империи Варварских Ди, объединение земель за стеной станет вопросом времени. Но я уверен, что они ещё колеблются, так как создание новой Империи Вечного Мира будет значить для них потерю власти над регионом за Великой Стеной. Именно поэтому Империя Варварских Ди до сих пор не сумела объединить под собой все здешние земли.

Лин Юйсю некоторое время поразмыслила, согласившись с услышанным.

Тем не менее, три главных священных земли в Империи Вечного Мира, секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Небесный Дьявольский Культ не поддерживали Империи Вечного Мира. Более того, некоторые секты вообще до сих пор пытались доставить империи проблем.

Если Империя Варварских Ди заручится поддержкой Дворца Золотой Орхидеи, она, вероятно, станет способной вторгнуться в Империю Вечного Мира.

Зелёный бык бежал почти полдня, когда слепой наконец не сказал:

— Стой.

Зверь тут же остановился. Указывая в северо-западном направлении, старик приказал:

— Иди туда, я вижу, что там идёт сражение.

Бык недоумевал. Слепой увидел сражающихся людей? Чем он их увидел?

Тем не менее, было слишком грубо задавать старику такие вопросы, поэтому всё что ему оставалось, это сменить направление и побежать на северо-запад.

Лин Юйсю так же не понимала, что происходит, вопросительно глядя на Цинь Му, который тут же объяснил:

— Слепой дедушка имеет самое лучшее зрение в нашей деревне.

Слепой гордился собой. Взглянув ему в глаза, принцесса увидела абсолютно пустые глазницы, думая про себя: «Почему тот, кто видит лучше всех — слепой? Какая в этом логика…»

Вскоре после того, как бык изменил направление, остальные увидели свет ножа, режущий поперёк горы, однако, из-за огромного расстояния, было видно лишь слабые блики. В этот момент все невероятно восхищались слепым.

— Он действительно слепой? — недоумевала принцесса.

— На самом деле, у слепого отличное зрение, — ответил мясник.

Глава 160. Рябь на весенних водах водоёма

Отлично зная то, на что был способен слепой, со своими глазами разума бога, Цинь Му уже даже не реагировал на такой выпендрёж. Несмотря на свою незрячесть, старик мог видеть гораздо лучше любого зрячего…

Парень встал и посмотрел вдаль. Там, вокруг горы, кружились лучи золотых огней. Зелёный бык бежал изо всех сил, неотвратимо сближаясь с любительницей пощекотать облака своим пиком. Немного погодя, оказавшись поближе, они увидели уже солидно потолстевшие золотые огни, которые на некотором расстоянии за собой оставляли золотые хвосты, овивающие гору подобно множеству светящихся ленточек. Ещё немного погодя, оказавшись совсем уж близко, в золотых огнях, а точнее в свете, можно было разглядеть целое множество всего, к примеру, божественные искусства в виде туч вращающихся изогнутых ножей, в виде кружащихся золотых драконов или просто золотых людей.

Шаманы Короли были поразительно сильны, что не удивительно, ведь последние могли заслужить такой титул только по достижению области Небожителя. Тем не менее, Дворец Золотой Орхидеи не зря считался священной землёй региона за Великой Стеной, поэтому сражающиеся Шаманы Короли в основном находились в области Жизни и Смерти, и среди них был и тот, что был равен по силе Мастерам-Владыкам сект-культов, которые, как правило, имели область Божественного Моста.

Зелёный бык бежал вперёд, пока не оказался на расстоянии всего пяти километров от горы. Цинь Му взглянул ещё раз, только чтобы прийти к неутешительному выводу — высокоуровневые шаманы перекрывали пути отступления со всех восьми сторон.

На востоке, Шаман Король с птичьей головой и человеческим телом держал круглое зеркало. С двенадцатью растущими от поверхности белоснежными костями и бьющим лучом золотого света, зеркало выглядело чрезвычайно странно…

На западе, Шаман Король с человеческой головой и леопардовым телом держал в лапе скипетр, верхнюю часть которого овивало нечто, напоминающее шевелящийся хвост, а набалдашником служил золотой череп, стреляющий из глазниц золотым светом…

Южную сторону перекрывал золотой мужчина с тремя волчьими головами. На севере у практика была человеческая голова и два торчащих из-за спины крыла. Золотые мечи-перья формировали эти самые крылья, постоянно обстреливающие центральную часть горы… Между тем, Шаманы Короли на юго-востоке, юго-западе, северо-востоке, северо-западе тоже обладали своими уникальными формой, размером и способом ведения боя. У одного были звериные головы и восемь рук, у другого шесть ног, у третьего крылья, а у последнего так вообще огромные глаза на ладонях…

Несмотря на то, что Цинь Му уже сражался против практикующих Великие Шаманские Писания Жуда, наблюдая сейчас за подобным широкомасштабным сражением, он не мог не восклицать в восхищении от мощи столь странных техник.

Посреди горы ножевые всполохи полоснули по вертикали и горизонтали, дабы заблокировать все те божественные искусства, что надвигались со всех сторон. С вершины горы время от времени спадали огромные скалистые куски, некоторые из которых могли сравниться по размеру с домами. Изначально им казалось, что то тут, то там на горе проступали небольшие пылевые разводы, вот только когда они подлетели ближе и увидели размер поднимающихся пылевых облаков, то осознали всю свою неправоту.

Божественные искусства Ба Шаня и Шаманов Королей уже полностью побрили гору, ещё чуть-чуть и та начнёт напоминать выточенную колонну. Зелень можно было разглядеть только на вершине, где удерживал свою позицию отбивающийся старикан.

Видя подобную картину, мясник, наконец, улыбаясь вздохнул с облегчением:

— Большой рот всё ещё не помер. Возвращаемся.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать, а зелёный бык рванул вперёд с ещё большей прытью. Но, прежде чем они добрались к подножию горы, мясник внезапно поднялся в воздух, а уже в следующий миг свет ножа несравненной яркости расколол небо. Подняв голову, Цинь Му показалось, что после исчезновение света солидно потемнело, а из-за слишком большой его яркости в глазах до сих пор бегал ножевой образ, способный своей чудовищной остротой рассечь что угодно.

— Небесный Хан! — раздался удивлённый возглас, после которого откуда-то сверху упала человеческая голова, а в небе до сих пор хлопал крыльями и освещал золотым светом всё вокруг безголовый Шаман Король. Среди всех присутствующих варварских практиков только у него была, сравнимая с Мастерами-Владыками сект-культов, область Божественного Моста. Но что с того? Ведь он был мгновенно прирезан ножами сумевшего приблизиться старика.

Мясник происходил из школы боевых техник, поэтому можно было легко себе представить, что произойдёт, если тот приблизится вплотную. Половинчатый приземлился на спину зелёного быка и скомандовал:

— С твоим старым мастером будет всё в порядке. Да, немного пострадает, но он сможет прорезать себе путь на волю. Летим ко Дворцу Золотой Орхидеи.

— Разве самый старый мастер не спасёт старого мастера? Старый мастер всегда говорил, насколько Вы невероятны, — немного поколебавшись, все же спросил и затем сподхалимничал зелёный бык.

— Зачем мне спасать того, кто будет меня выбешивать? — скривившись, мясник покачал головой. — Последние годы я вёл умиротворённую и спокойную жизнь. Но вспоминая о нескончаемом нытье пацана, меня всегда пробирало до самых костей. Хмпф, а ты довольно смел, раз пререкаешься со мной. Ты вообще знаешь, чем я занимался в деревне? Ах, кажется сегодня вечерком я перекушу говядинкой.

Содрогнувшись от ужаса, зелёный бык не смел даже мукнуть. Он был не глуп, поэтому давно смекнул, что старик занимался разделкой туш разного зверья.

— Мастер! — с вершины горы донёсся удивлённый голос Ба Шаня, а если обратить внимание на его сбитое дыхание, то становилось очевидно, что не обошлось без серьёзной травмы. — Мастер! Я знал, что ты не помер! В те годы ты бросил меня, чтобы начать жить в своё удовольствие! Так как ты собираешься загладить свою вину? Я должен много тебе сказать…

— Быстро! Валим! — рявкнул мясник, заставляя быка сразу же устремиться ко Дворцу Золотой Орхидеи. Ба Шань собирался было сорваться следом, но был подавлен оставшимися семью шаманами. Выбора не было, он должен был отбиваться.

Шаманы Короли теперь чувствовали, будто ухватились за уши волка. Раньше, когда их ещё было восьмеро, они решили медленно истощить старика до смерти. Но кто ж знал, что Небесный Хан, который по слухам давно мёртв, окажется очень даже жив, так ещё и прирежет ножом сильнейшего из них. Подумав, что он продолжит наступление, они тут же решили сбежать. Ба Шань же, воспылав духом, начал использовать все свои наисильнейшие атаки, чтобы не дать им сбежать, тем самым практически до смерти пугая. Вот только… калека взял и, верхом на бычке, просто свалил в закат, бросая говорливого здесь на произвол судьбы…

На Ба Шаня, безучастно уставившегося вдаль, наконец, снизошло осознание произошедшего, заставившее мысленно проклинать старика.

****

Зелёному быку понадобилось почти полдня, чтобы добраться до слабых вод. Мясник взглянул на слепого и сказал:

— Слепой, тебе с Му’эром придётся составить мне компанию. Теперь, когда у меня нет части тела, я не смогу совладать с похитителем моего семени.

— Нет проблем, — ответил слепой, спрыгнув вместе с юношей.

— Мы ненадолго, — взглянув на Юйсю, Лин’эр и быка, сказал Цинь Му.

— Береги себя, — кивнула головой принцесса.

Мясник подошёл к озеру Слабых Вод и покачал головой:

— Ба Шань… Столько лет прошло, а пацан до сих пор не способен что-либо сделать с этим озером.

Сделав глубокий вдох, старик шокировал трио за своей спиной. Что не удивительно, ведь вдох старого калеки поднял несущуюся к нему свирепую бурю, утащившую за собой даже облака!

Прерия находилась на приличной возвышенности, поэтому облака были намного ниже, но даже так те находились на высоте солидных трёх тысяч метров, а старик просто взял и одним вдохом втянул их внутрь!

«Так… так… так вот каков из себя легендарный сильнейший практик школы боевых техник!?» — улыбку Лин Юйсю перекосило. После того, как Имперский Наставник Вечного Мира устроил сбор с представителями школы боевых техник, чтобы обсудить с ними пути, сильные практики школы боевых техник либо умерли, либо сбежали, либо решили уединиться… И, конечно же, после той дискуссии больше не появлялось сильных практиков, которые смогли бы забраться на вершину стези боевых техник.

Школа боевых техник концентрировалась на усилении плотского тела. Такая черта была присуща сильнейшим практикам боевых техник, тела которых уже сами по себе достигли божественности. Им не нужно было сознательно исполнять божественные искусства, ведь каждое их движение — божественное искусство… Было очевидно, что старик перед ней, у которого имелась только половина тела, был таким существом!

Мясник завершил глубокий вдох, жертвой которого стали все облака в округе, после чего резко выдохнул. Вььюююххх!.. Озеро Слабых Вод перед ними вздыбилось одной исполинской волной, словно вдруг принявшее вертикальное положение море.

“Вертикальное море” быстро уносилось вдаль, пока не накрыло заснеженные горы и не заполнило собой их долины… Озеро перед ними было полностью высушено, были сдуты даже кости, покоившиеся долгие годы на дне. Несмотря на то, что дно всё же было немного влажным, грязи и ила не было, последних как если бы слизало.

Открыв Глаза Небес, Цинь Му понял, что от дыхания мясника бесследно исчез даже тот тонкий слой “муслина”.

Высшие эксперты школы боевых техник не знали божественных искусств заклятий, которыми можно было бы изменить ландшафт, но, обладая такими могучими телами, разве им нужны были подобные заклятия?

«Если иметь тело школы боевых техник, мастерство меча школы техник управления мечом и божественные искусства школы заклятий, разве тогда не станешь непобедимым?» — невинно моргнув глазами, Цинь Му последовал за мясником. Он совершенствовался в технике Трёх Эликсиров Тела Тирана, которая была хороша во всём, кроме одного, она не имела конкретных божественных искусств, способов укрепления тела и навыков меча. Но раз уж он совершенствовался именно в ней, мясник не стал передавать ему свою технику укрепления тела, чтобы случайно не замедлить скорость наращивания его совершенствования. На самом деле, у каждого деревенского старика была своя уникальная техника, но все они молча держали их при себе.

Увидев, насколько легко мясник сдул озеро Слабых Вод, весь Дворец Золотой Орхидеи погрузился в беспорядки. Как такое невероятно-исключительное божественное искусство могло не заставлять содрогаться в страхе сердца всех Шаманов Королей?

Перед священным залом стоял, держа скипетр, Великий Шаман. Внезапно из его глаз вырвалось два луча золотого света, в итоге приземлившегося на идущих по дну озера незваных гостей. Уголки его глаз начали нервно подёргиваться. Даже будучи предводителем дворца, его разъедала зависть к телу мясника, поэтому, когда он узнал, что последний поднял нож на небеса, из-за чего поплатился потерянной частью тела, а может даже и жизнью, он проник в Империю Вечного Мира и, уничтожив небольшую секту, прибрал к рукам ту самую отсечённую часть.

Великий Шаман прекрасно знал, что тело мясника по всем параметрам наголову превосходило его тело, поэтому он без колебаний отрезал нижнюю часть своего тела и прикрепил на её место чужую.

Тем не менее, прямо сейчас, его самый страшный кошмар воплотился в реальность… Небесный Хан не умер и теперь пришёл востребовать своё!

Яростно дрогнув уголками глаз, Великий Шаман вернулся в священный зал. В зале находились святыни, на каждой из которых сидело по золотому скелету. У костей были как человеческие признаки, так и признаки зверей. Всего было восемнадцать святынь, а следовательно, столько же золотых скелетов. На восемнадцатой святыне находился крайне костлявый старик, могло даже показаться, что от него кроме кожи да костей ничего больше и не осталось, который из-за измызганной и растрёпанной внешности казался мёртвым.

Опёршись на скипетр, Великий Шаман встал на одно колено и преклонил голову:

— Хозяин, пришёл Небесный Хан.

Старик, столь же худой, как хворостинка, разомкнул древние веки и, уставившись вниз острым, как бритва, взглядом, заговорил голосом, напоминающим совиное уханье:

— Где Святое Дитя Реинкарнации, которого я приказал тебе найти?

— Е-ещё не на-нашёл… — промямлил Великий Шаман, на чьём золотом лбу проступил не менее золотой пот.

— Без святого дитя разве мои семнадцать прошлых реинкарнаций не станут потрачены впустую? Я всего лишь за полшага от становления богом! За полшага! — проскрипела замызганная “мумия”. Не смея даже пикнуть, Великий Шаман опустил голову ещё ниже. Костлявый старец же строгим тоном продолжил. — Пока я жив, Небесный Нож не посмеет усложнить тебе жизнь, но ради спасения твоей задницы я не стану так просто расставаться с частью своей жизненной силы. Верни ему нижнюю половину тела и немедленно найди мне Святое Дитя Реинкарнации!

От услышанного Великий Шаман оцепенел, а уже в следующий миг на его талии проступил кровавый разрез… было слишком поздно защищаться. Выдержав короткую паузу, он проговорил:

— Младший брат Гаяцо, зайди.

Услышав приказ, находящийся снаружи Шаман Король сразу же вошёл в священный зал, после чего поклонился:

— Великий Шаман, в чём дело?

Великий Шаман поднял скипетр и, ткнув им вперёд, пронзил голову Шамана Короля. Затем он отсёк нижнюю часть тела невезучего бедолаги, в итоге прикрепив ту к своему телу.

— Хозяин, ученик приносит искренние извинения, — проговорив, уважительно поклонился Великий Шаман без какой-либо проступившей на лице эмоции.

Глава 161. Возвращение Владельцу

Полуживой старец закрыл глаза:

— Ты знаешь, что случится, если не найдёшь Святое Дитя Реинкарнации.

Великий Шаман поклонился и, захватив с собой нижнюю часть мясника, вышел из священного зала. Выйдя наружу, он услышал раздающиеся за спиной хрустящие звуки, будто кто-то ел останки Шамана Короля Гаяцо.

Глаза старика вздрогнули от острой боли, исходящей от пояса. Он не слишком деликатно присоединил ноги Гаяцо к себе, использовав магическую силу, чтобы соединить части воедино. Однако, мышцы, кости, связки, сосуды, Ци так и не были сшиты нужным образом. Ему следовало бы использовать секретные лекарства, чтобы соединить всё вместе и действительно превратить чужое тело в своё собственное.

Заполучив нижнюю часть мясника, Великий Шаман начал надеяться, что за свою жизнь сможет сделать ещё один шаг в развитии. Но он никак не ожидал, что зловредный старик окажется ещё жив, не говоря уже о том, что тот придёт к нему востребовать должок. Что же до так называемого Хозяина? Из-за слишком слабого тела тот не осмеливался вступать в битву против мясника, будучи вынужденным без сопротивления отдать честно награбленное.

Несмотря на то, что Шаман Король Гаяцо был довольно сильным, он не шёл ни в какое сравнение с Великим Шаманом. Теперь же последний не имел ни малейшего понятия сколько ему понадобится времени, чтобы вернуть себе прежние способности.

Терпя боль, Великий Шаман тащил половину мясника к подножию горы, по пути встретив покалеченных стариков и Цинь Му, уже успевших добраться до золотого дворца. Положив половину тела перед ними, шаман поздоровался:

— Небесный Хан.

Рассмотрев свои останки, мясник перевёл взгляд на пояс шамана и с укорительным выражением лица покачал головой:

— Что же ты так заморачивался? Мы бы всё сделали сами. Впрочем, спасибо, что двести лет заботился о моём теле, на дав ему умереть.

Уголки глаз Великого Шамана дрогнули. Между тем, Цинь Му, достав останки золотого тела из мешка-сокровищницы, заговорил:

— Великий Шаман, я возвращаю тебе твоё тело, мне оно ни к чему.

— А мне-то, что с ним делать? — с перекошенным лицом прохрипел старик.

— Можешь создать из него сокровище, — по своей доброте посоветовал Цинь Му. — Вижу, что ты не слишком хорошо присоединил себе новые ноги. Я отлично владею искусством исцеления, если Великий Шаман мне доверится, я с радостью помогу правильно их пришить.

— Хочешь воспользоваться шансом меня добить? — ухмыльнулся Великий Шаман, после чего схватил свою бывшую нижнюю часть и зашагал прочь.

— Все врачи обращаются с пациентами, как с собственными детьми. Я хотел потренироваться на нём, прежде чем проводить операцию на дедушке мяснике… — качая головой, вздохнул юноша.

— Я доверяю твоим медицинским навыкам. Конечно, было бы лучше вернуться к целителю и позволить ему сделать работу, однако, это отнимет слишком много времени, — ответил улыбнувшийся мясник, после чего, повернул голову куда-то вверх, внезапно закричал. — Старикан, ты ещё не сдох?

В ответ на голос, прокатившийся по всей горе, прозвучал древний, острый тон:

— Не переживай, даже Небесный Нож ещё жив, с чего бы мне быть мёртвым?

— Старый призрак действительно ещё не сдох, — мрачно засмеялся мясник, — но рано или поздно я это исправлю! Идём!

Цинь Му поднял нижнюю часть дедушки, после чего троица спустилась с горы. Слепой оглянулся, осматривая гору, и, казалось, глубоко погрузился в свои мысли, когда проговорил:

— Тот человек внутри невероятно силён.

Мясник вздохнул и улыбнулся:

— Да, я уверен, что без своей нижней половины не стал бы для него серьёзным противником. На самом деле я позвал тебя именно из-за него. Тот старикан реинкарнировал семнадцать раз и прожил восемнадцать жизней. Его возраст уже перевалил за десять тысяч лет, а он по-прежнему жив. Я сражался с ним несколько раз, он действительно очень сильный.

— Прожил восемнадцать жизней? Десять тысяч лет? Как такое возможно? — не удержался от восклицания Цинь Му.

— Как такое возможно? В Великих Руинах ты видел богов и дьяволов, проживших намного больше, чем десять тысяч лет, разве нет? На самом деле, в нашем мире намного больше страшных вещей, чем ты можешь себе представить. Впрочем, ты ещё слишком молод, поэтому тебе не стоит контактировать с такими существами, — наставлял мясник. — Та старая рухлядь может и не бог или дьявол, но и не слишком от них отличается. Ему известно многое о прошлом и о всяких секретах. Если бы он уже не был моим врагом, то я бы не осмелился перейти ему дорогу.

— Ты прав, есть очень много ужасных существ. К примеру, мои глаза… — в согласии кивнув головой, осёкся на полуслове слепой. Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Кто-то вырвал глаза слепого, однако, тот никогда не рассказывал людям, кто именно это сделал. Что за тайна стоит за этим?

Покинув Дворец Золотой Орхидеи и забрав Лин Юйсю, они наведались в один из крупных варварских городов прерии, где закупились нужными ингредиентами, а заодно прикупили новые штаны, конечно же, чтобы потом одеть мясника. Затем, найдя подходящее уединённое место, Цинь Му достал из мешка-сокровища гигантский котёл.

— Дедушка мясник, мне придётся вскипятить нижнюю часть твоего тела, чтобы извлечь кровь Великого Шамана и шаманский яд.

Вылив огромный кувшин воды в котёл, юноша поочерёдно забросил туда нужные ингредиенты. Когда жидкость вскипела, распространив по округе лекарственный аромат, нижняя часть мясника тоже полетела внутрь.

— Оно случайно не сварится? — взволновалась Ху Лин’эр.

— Когда почуешь запах мяса, можно есть, — сострил слепой.

— Моё тело выжило даже после того, как бог разрезал его напополам. Вы действительно верите, что кипяток ему хоть чем-то грозит? — сердито возразил мясник.

После нескольких минут кипения, Цинь Му взглянул на цвет воды и, переворачивая медицинский кубок, вбросил внутрь несколько сушенных жаб, размером с ноготь. Попав в воду, засохшие жабы немедленно вернули себе здоровую форму, после чего тут же начали энергично барахтаться, поглощая яд. Спустя некоторое время, они умерли от отравления.

Цинь Му девять раз заменял воду в котле, постоянно повторяя те же шаги, пока полностью не удалил шаманский яд. Кровь в сосудах нижней половины мясника восстановила свой красный цвет, начав циркулировать, будто плоть до сих пор была живой.

К приходу ночи, Цинь Му снова вскипятил воду, но на этот забросил в неё более дюжины совершенно новых ингредиентов, поднимая активность в останках мясника до максимума.

Принцесса и лисичка уже давно спали мёртвым сном. Зелёный бык тоже дремал, а слепой храпел, сидя на полу и опёршись на бамбуковую трость. Только Цинь Му и мясник всё ещё, будто стражники, стояли над котлом. Как вдруг юноша достал Младшего Защитника и, передав того старику, сказал:

— Дедушка мясник, я не в силах тебя разрезать, так что тебе придётся сделать это самому. Отрежь прослойку плоти, которая отросла на твоей верхней половине.

— Мне не нужен твой меч, я возьму нож.

Вытащив свой нож для убоя свиней и стиснув зубы, мясник сделал разрез, в итоге отсекая прослойку, выросшей на старой ране, кожи. Совершенствование старика было очень высоким, поэтому с помощью Ци он смог немедленно остановить кровотечение.

Цинь Му достал нижнюю половину тела из котла. Разрез, сделанный Великим Шаманом, был ещё свежим, поэтому не было нужды делать новый. Вытащив нефритовый пузырёк, он нанёс драконью слюну на пересечение верхней и нижней частей мясника. Как только вещество попало на рану, он увидел, как мясо начинает срастаться, будто маленькие красные извивающиеся черви.

Прежде чем сложить две части вместе, Цинь Му создал нити из Ци, соединяя ими воедино все связки и нервы. Количество нитей постоянно росло, так как ему приходилось сращивать слишком много деликатных участков, но, спустя некоторое время, он добился успеха. Хотя коже на поясе ещё представало срастись самостоятельно.

Дабы ускорить процесс, Цинь Му нанёс слюну дракона на рану, после чего кожа тут же восстановилась, не оставляя никаких следов от операции. Обрадовавшись, он поднял мясника, чтобы поместить в медицинский котёл. Добавив последний набор ингредиентов, он вновь начал кипятить воду…

Расслабившись и удобно оперившись на стенки котла руками, мясник вдруг проговорил:

— Му’эр, спасибо за всю тяжёлую проделанную работу.

— Я годами учился у дедушки целителя, все знания мне достались от него. Так что это не было тяжёлой работой, — неловко улыбнувшись, покачал головой Цинь Му.

— Надеюсь, у тебя не будет такой “славной” репутации, как у него, — вода медленно вскипела, после чего мясник выпустил изо рта тучку белого тумана. — Ладно. Я видел, как ты постоянно доставал вещи из своего мешка. Даже этот котёл валялся внутри. Что-то с ним точно не так, покажи.

— Я нашёл его во Дворце Золотой Орхидеи. Не знаю как, но внутри шесть соток площади, так что я храню в нём своё имущество, — передав мешок, проговорил Цинь Му.

Мясник открыл мешок и заглянул внутрь, после чего его лицо тут же странно перекосило:

— Му’эр, кажется, ты обнёс всю сокровищницу Дворца Золотой Орхидеи.

Лицо Цинь Му слегка покраснело.

— Ты можешь быть учеником одноногого, но не стоит перенимать его зависимость, — вздохнул мясник. — На самом деле, у каждого из нас, деревенских, есть какая-нибудь вредная привычка. Одноногий любит воровать, целитель время от времени травить людей и флиртовать со всеми подряд. Я был достаточно высокомерным, чтобы поднять руку на небеса. Слепой слишком надменный и легкомысленный, глухой слишком гордый, немой вообще на своей волне. Не говоря уже о старейшине, тот ведёт себя будто он самая большая тайна в мире. Твоя бабуля же… ох… самый настоящий вечный нарушитель спокойствия. Я всегда боялся, что все эти недостатки отразятся на тебе.

— Не волнуйся, дедушка. С тех пор, как я покинул деревню, я ещё никому не создал проблем. Патриарх очень мной доволен! — торжественно ответил Цинь Му.

— В таком случае, я спокоен. Даже если ты создашь проблему, главное — иметь возможность её решить, — мясник встряхнул мешок и улыбнулся. — Я уже видел такую штуку. Она сделана из кожи таоте и, как ни странно, называется Мешок Таоте. В Великих Руинах должны ещё водиться чистокровные таоте, и, если жители нашей деревни соберутся вместе, мы, возможно, смогли бы подобного одолеть. Твой мешок сделан именно из такого зверя, имеющего невероятно чистое происхождение. Тот артефакт, который я видел раньше, имел только три метра площади, не будучи способным вместить в себя так уж много предметов. Вероятно, он был сделан из зверя, который имел лишь косвенную связь с таоте.

— Ясно, — удивлённый Цинь Му сразу спросил. — Я был в домах, которые не выглядят большими снаружи, но имели кучу пространств внутри. Как такое возможно?

— Всё просто: размолотые кости зверя, имеющего родословную таоте, смешивают с цементом или краской. Таким образом, внутреннее пространство увеличивается, — ответил мясник. — Таоте — божественный зверь, подвид дракона. Он ест и не гадит, следовательно, его желудок имеет огромный объем. С его кожи делают мешки, а кости используют при строительстве. Есть много способов их применения, однако, найти чистокровного представителя данного вида почти невозможно.

Юноша остался со стариком, болтая, пока незаметно для себя не уснул. Проснувшись, он увидел, что огонь под котлом погас, а когда попытался снова разжечь, со стороны раздался голос:

— Му’эр, в этом нет необходимости. Я чувствую, что моё тело уже в порядке.

Оглянувшись, Цинь Му увидел, что мясник уже нарядился. Он был одет в новые штаны, которые были видны только из-за свободно распоясанного чаньшаня, а неаккуратная бородка была гладко выбрита. Все это вкупе сильно освежило внешний вид дедули.

— Ты уже вырос. Мы помогали тебе в прошлом, а теперь ты в силах помогать нам. Это хорошо, хорошо… — смерив паренька взглядом, удовлетворённо закивал головой мясник.

— Убийца свиней, если ты сейчас же не заткнёшься, то не сможешь уйти. Твой ученик скоро нас догонит, — раздался снаружи голос слепого.

Мясник вышел наружу, говоря:

— Я видел в твоём мешке кости руки бога, они останутся у меня. Тебе нельзя таскать такую вещь с собой, ведь тот бог до сих пор жив. Кости бы обязательно привели тебя к несчастному концу.

— Владелец костей всё ещё жив? — потрясённо прошептал Цинь Му.

Глава 162. Молодому мастеру так нравится

— В прошлом, подняв нож на небеса, я же оттяпал её, так что владелец, разумеется, должен быть жив, — ответил мясник, пока уходил вдаль следом за слепым. Несмотря на всю кажущуюся медленность их шагов, они передвигались с невероятной скоростью, поэтому следующая фраза мясника донеслась уже откуда-то издали. — Ты можешь гордиться своим стариком, ведь чтобы рассечь меня надвое, богу пришлось уплатить рукой. Тем не менее с неё сняли всю божественную плоть, судя по всему, в итоге пустив ту на духовные пилюли, оставляя после себя лишь кости.

— Му’эр, не забудь вернуться в деревню-ю, ч-чтобы о-отпраздновать н-новый го-од! — издали донёсся проглатываемый порывами ветра голос слепого.

Наблюдая за исчезающими силуэтами их спин, Цинь Му не сдержал улыбки и помахал рукой на прощание, крича:

— Я обязательно вернусь на новый год!

Слепой, словно видя, как он машет, не оборачиваясь помахал рукой в ответ.

— Слепой дедушка могуч, — воскликнул Цинь Му. — Так отчётливо всё видеть, несмотря на обстоятельства.

Вскоре после, небеса прерии сотрясло басистое эхо:

— Младший брат Цинь… брат Цинь… Цинь… нь…

— Я здесь! — услышав вопль канцлера, тут же завопил в ответ Цинь Му.

— Имперский Академик Цинь… Академик Цинь… Цинь… нь… — голос всё не унимался.

Цинь Му окликнул ещё раз, но голос канцлера так и продолжал доноситься издали, вынуждая его про себя предположил: «Старший брат Ба Шань всё ещё слишком далеко, как минимум в нескольких сотнях километров отсюда. Я-то слышу, а вот мой голос до него не достаёт».

— Пастушок, оставь это на меня! — предложила проснувшаяся Лин Юйсю, после чего сразу же взмахнула рукой, сотворив божественное искусство, превратившееся в огненный шар, который тут же взмыл к небу и затем оглушительно взорвался.

Отметив про себя девичью находчивость, Цинь Му утешительно улыбнулся:

— Бесполезно, старик по-прежнему в нескольких сотнях километров от нас, поэтому попросту не увидит такой маленький фейерверк.

Белая лисичка и зелёный бык тоже проснулись.

— А где самый старый мастер? — осмотревшись вокруг, спросил бык, так как не увидел ни мясника, ни слепого.

— Они ушли, — со вздохом ответил Цинь Му, слушая как канцлер Ба Шань горлопанит, по-всякому поминая его, кстати говоря, не всегда вежливо. Но нужно отдать вокалу и подвешенному языку старика должное, так ещё уметь надо. Хотя всё это не отменяло неоспоримого факта — было крайне трудно представить, что такой грубый человек мог быть столь разговорчивым.

— Идём в сторону границ. Если старик не сможет нас найти, то обязательно отправится туда, — немного погодя, предложил Цинь Му.

Зелёный бык принял истинную форму, после чего Цинь Му вместе с устроившейся на его шее Ху Лин’эр запрыгнул на спину быка, сразу же следом запрыгнула и Линь Юйсю. Рогатый немедленно сорвался с места в сторону границ.

— Как раны? — посмотрев на девушку рядом, спросил юноша.

— Даже шрам пропал, — кивнула головой принцесса, — взгляни на талию, здесь у меня был страшный порез, но теперь он полностью исчез, — она оголила талию и повернулась в сторону, — прямо здесь был.

Взору Цинь Му открылась изысканно-белая, совсем не обласканная солнцем, кожа талии. Что касается его кожи, в прошлом она у него была достаточно загорелой, поскольку летом, под палящими лучами солнца, он частенько плавал нагишом во Вздымающейся, где ему на хвост иногда садились огромные, неустанно преследующие, рыбьи монстры. Однако теперь, покинув Великие Руины и поступив в Имперский Колледж, ему больше не перепадало шанса пощеголять перед солнышком в чём мать родила, поэтому кожа постепенно посветлела. Но если сравнивать с кожей девицы рядом, его по-прежнему была немного смуглее.

Протянув палец и коснувшись травмированного места, Цинь Му ощутил, что там до сих пор есть шишка, а Лин Юйсю от щекоток захихикала.

— Не двигайся, я помогу тебе разогнать свернувшуюся кровь, иначе здесь навсегда останется шишка, — проговорил Цинь Му.

Девушка немедленно прекратила дёргаться, оттянув одежду повыше. Парень же придал своей жизненной Ци атрибут Ци Зелёного Дракона, после чего из кончика его пальца показалась нить из Ци, аккуратно проткнувшая кожу, чтобы разогнать свернувшуюся кровь. Принцесса ощутила лёгкое онемение и очередную щекотку, отчего вновь захихикала:

— Ты щекочешь меня. Там щекотливое место.

— Потерпи, скоро не будет щекотно, а даже немного больно, — подняв голову, сказал Цинь Му. Через мгновение Лин Юйсю почувствовала острую боль, тут же опустив глаза, только чтобы увидеть, как юноша уже использует платок из Шёлка Пахучей Природы, чтобы утереть выходящую свернувшуюся кровь. Немного погодя, под кожей не осталось никаких признаков шишки.

— Божественный врач, мне ещё по спине досталось, я не знаю, останутся ли там шрамы… — поднимая блузку, невинно моргала Лин Юйсю.

Ху Лин’эр тут же подскочила, громко и отчётливо проговорив:

— Я обработала все раны на твоей спине, и, прежде чем это сделать, вывела свернувшуюся кровь. Шрамов точно не будет!

Лин Юйсю посмотрела на крайне сладко, но фальшиво улыбающуюся лису. После чего обе одновременно мысленно выругались: «Хмпф, хитрая лиса!»

— Сестра Юйсю, сколько тебе годков-то? — прищурилась Ху Лин’эр.

— А тебе? — со вспыхнувшим взглядом, парировала Лин Юйсю.

— Мне двенадцать

— Мне шестнадцать.

— Ты на год старше молодого мастера!

Лин Юйсю почувствовала, как лисичка нанесла ей два последовательных болезненных удара прямо в сердце. Последняя хоть и была маленькой, но разила неожиданно и беспощадно, не оставляя возможностей дать отпор. Она уже давно заметила, что лиса планировала что-то недоброе… а как же ловко та каждую ночь умудрялась пробраться в кровать Цинь Му, действуя столь несдержанно, бесстыдно, но как же мило, после чего притворялась, словно не понимает, что к чему, и будто не делает ничего зазорного. Ладно бы только это, однако, прямо сейчас, маленькая стерва посмела даже огрызнуться!

Может Лин Юйсю, в отличии от других девушек, по большей части и выглядит беззаботной, радушной девушкой с откровенным, прямым характером, но даже у неё есть мелочная сторона. Не сдержавшись, она сладко улыбнулась:

— Сестрица Лин, мех на твоих лапках такой мягкий. Почему бы тебе не попытаться превратить их в человеческие руки?

— Молодому мастеру так нравится, — зевнув, прищурилась Ху Лин’эр.

— Сестрица Лин, почему ты не хочешь изменить форму?

— Молодому мастеру так нравится.

— Посмотри на свои глаза, они так сильно отличаются от наших.

— Молодому мастеру так нравится…

Лин Юйсю потерпела поражение. Лисица обладала непроницаемой, способной сразу же контратаковать, защитой, чем-то напоминающей происходящее из Монастыря Великого Громового Удара божественное искусство — “Цветы в Зеркале”, которое могло отражать чужие атаки обратно в противника.

«У кого училась эта потаскушка?» — слегка рассердилась принцесса, когда осознала, что в словесной баталии не была лисе достойной противницей.

Ху Лин’эр гордо задрала нос. Девицы из Павильона Слушания Дождя хорошенько её натаскали, обучив техникам подобного рода, и не только.

Лин Юйсю внезапно не знала, то ли смеяться ей, то ли плакать, ведь приревновав к лисе она своими же действиями растеряла всё своё венценосное благородство. Она была достаточно фигуристой, и, хотя Цинь Му оказался немного слеповатым, назвав её пухлой, хороша собой. Зачем ей тогда реагировать на выпады лисы? Последняя ведь не собирается изменять форму! Победа уже находится в её руках, так зачем ревновать?

Ещё до того, как они добрались до границ, канцлер всё-таки сумел их догнать. Но увидев, что от мясника и след простыл, старик, достаточно крепкого телосложения и грубой наружности, на миг оцепенел, а затем взял и разревелся, как малое дитя, параллельно извергая гневную, совсем не для детских ушей, тираду в адрес Небесного Ножа.

Видя подобное, Цинь Му решил по-своему утешить:

— Дело не в том, что старик не скучает по тебе, ему просто не нравится твоё пустословие, вот он и решил уйти. На самом деле дедушка очень сильно заботится от тебе. Услышав, что ты в опасности, он был первым, кто сорвался с места на помощь. Ну же, перестань реветь, утри слёзы, мы уже почти у границ. Ты же не хочешь, чтобы другие увидели Хана Боевых Искусств, рыдающего как маленькая девочка?

Ба Шань утёр слёзы, начав вовсю работать языком, рассказывая о пережитых бедах и тяготах непростого юношества. Старик рассказывал обо всём и ни о чём, например, как в детстве, за смачивание кроватки ночью, его наказывали долгим стоянием на одном месте, о каждой детали совершенствования, о том, как он помог Небесному Ножу украсть утиный суп из соседней деревни…

Цинь Му умоляюще посмотрел на Лин Юйсю, но та лишь беспомощно пожала плечами.

****

Имперский Колледж.

Молодо выглядящий Патриарх молча собрал вещи в дорогу, сложив все в маленький узелок, после чего посмотрел на валяющуюся на полу официальную печать с ленточкой, которую тут же решил поднять и подвесить у входа в зал Высшего Учения. Кинув последний взгляд на колледж, старик улыбнулся. Между тем, к нему быстро подошёл Старший Надзиратель, в руке которого была небольшая бамбуковая корзина, с лежащими внутри зонтом, свитками, книгами и прочей всячиной.

— Идём, нет нужды беспокоить других, — улыбнулся Патриарх.

Двое тихо спустились к подножию горы, так никого и не потревожив, кроме разве что дракономордого цилиня. Тот, увидев уходящих, сразу вскочил и радостно завилял хвостом.

— Моя жизнь клонится к закату, я больше не смогу составлять тебе компанию, — покачав головой, Патриарх приласкал голову цилиня. — Последовав за мной, тебе не долго придётся дожидаться моей смерти. Маленький друг, ты свободен…

Кряк. Цепь на шее цилиня раскрылась, в то время как последний безучастно уставился на молодо выглядящего старика…

— Старый мастер, если я не могу последовать за тобой, тогда куда я могу податься? — грустно покачав головой, спросил зверь.

— Ты всегда был свободен, поэтому нужно ставить вопрос по-другому, куда ты не можешь податься? — развёл в разные стороны руки Патриарх, словно пытаясь обнять весь мир, после чего ещё раз, с толикой нежелания, посмотрел на Имперский Колледж, которого своими же руками и сотворил. Как вдруг он резко обернулся и, зашагав прочь, пробормотал. — Проведя здесь почти всю свою жизнь, я, наконец, ухожу. Не хочу умереть в стенах Имперского Колледжа.

Два путника, старик и, казалось бы, юноша, вышли из столицы. Но, как только они пересекли городскую черту, Патриарх попросил Старшего Надзирателя отойти, после чего подошёл к стоящему впереди человеку.

— Друг по Дао, — приветственно поклонившись, заговорил Имперский Наставник Вечного Мира, — ты собираешься уйти вот так? Даже не попросишь официальной отставки у императора?

— В прошлом, я без официальной просьбы к императору занял данный пост. Так зачем же мне изменять себе? Я очень рад, что ты пригласил меня сюда, а также рад, что ты пришёл попрощаться со мной, — улыбнулся Патриарх.

Имперский Наставник с сожалением вздохнул:

— Друг по Дао, ты способен с такой смелостью смотреть смерти прямо в глаза. Интересно, сколько лет мне придётся совершенствоваться, чтобы достичь высоты состояния твоего ума. Позволь проводить.

Патриарх и Имперский Наставник шли впереди, в то время как Старший Надзиратель плёлся далеко позади.

— Узнав, что ты уходишь, я почувствовал, словно кто-то оторвал часть моего сердца. Во всём мире никто не знает меня лучше, чем ты. Без тебя, у меня станет на одного достойного собеседника меньше, — грустно проговорил Имперский Наставник.

— Ты крайне амбициозен, поэтому тебе предначертано судьбой тернистое будущее. Путь, по которому ты идёшь, ухабист и труден… без набитых шишек не обойтись. Здесь я не могу дать дельного наставления, поэтому тебе придётся полагаться только на себя, — ответил Патриарх, в то время как Имперский Наставник вдруг остановился и спросил:

— Тогда… я хотел признать тебя своим учителем, почему ты не принял меня?

Патриарх спокойно ответил:

— Я знал, что в будущем ты превзойдёшь меня, достигнув того, о чём мне даже не приходилось мечтать. Разве в таком случае я достоин быть твоим учителем? Ты думал о вещах, которые никогда не пришли бы мне в голову, в которых я никогда не смог бы достичь успеха. Не говоря уже о том, что ты многому меня научил. Поэтому повторюсь, скажи мне, разве я достоин быть твоим учителем?

Имперский Наставник вновь зашагал вперёд:

— Но в последнее время меня кое-что терзает… Избранный нами путь… действительно праведный?

— В глазах того, что сейчас называется “праведным путём”, мы, конечно, не на праведном пути, — на этот раз остановился Патриарх, посмотрев прямо ему в глаза. — Но мы положили начало школам, колледжам и Имперскому Колледжу, реформировав секты и собрав множество их учений, дабы обучать всех на равных, не разграничивая людей на учеников сект, дворян и простолюдинов. Поступив так, в их глазах мы совершили непростительный грех и отступились от ортодоксального, праведного пути. Однако! В наших глазах мы идём по праведному пути! Так зачем тогда думать о правильности и неправильности, каждый раз, когда кто-то лает?! Не позволяй другим так просто сбить тебя с истинного пути.

Глава 163. Паньгун Цо

Имперский Наставник слегка дрожал телом.

— То, к чему ты стремишься, слишком велико даже для меня, поэтому не жди лёгкого пути. Нет, путь будет тернист. Моя жизнь подходит к концу, я не смогу тебе больше помогать, тебе придётся полагаться на себя, — Патриарх слегка улыбнулся. — Возвращайся.

Имперский Наставник сцепил ладонь с кулаком и благодарно поклонился:

— Спасибо тебе, друг Дао, за то, что поддерживал меня полжизни!

— Мы идём одним путём, естественно, мы должны поддерживать друг друга.

Наставник обернулся, чтобы уйти. Его одежда развевалась на ветру, постепенно растворяясь в толпе жителей столицы.

Повернувшись к Старшему Надзирателю, Патриарх позвал:

— Идём. Пришло время молодому Владыке взойти к власти.

На границе Великой Стены, лицо Ба Шаня помрачнело, когда он привёл Цинь Му и Лин Юйсю к частоколу, чувствуя тревогу в сердце. Дежурный варварский генерал заметил их приближение и, переменившись в лице, вышел навстречу:

— Хан Боевых Искусств, священная земля приказала не пропускать Вас через границу!

С безразличным взглядом, старик холодно спросил:

— Ты хочешь умереть?

Генерал почувствовал проступивший на спине холодный пот и оглянулся. Канцлер перевёл взгляд на других генералов, стоящих вокруг, и снова спросил:

— Вы все хотите умереть?

— Откройте ворота! — был вынужден скомандовать варварский генерал.

Ворота открылись, после чего старик на быке пересёк условную границу. Цинь Му оглянулся, заметив позади варварского юнца, отрабатывающего кулачные удары на вершине башни. Техника парня была настолько яростной, что вызывала ветер, отчего он не удержался от восхищённо “оуу”. Ощутив на себе взгляд, варвар выровнялся, чтобы посмотреть вниз.

— Тот юнец очень силён и имеет отличную основу, — восхитился Цинь Му.

Юный варвар кинул на них воспылавший светом взгляд и прокричал:

— Хан Боевых Искусств! Меня зовут Паньгун Цо, я сын короля прерии. Когда-то я обязательно тебя повергну и стану владыкой этих земель!

Канцлер повернул голову, чтобы смерить юнца взглядом, и похвалил:

— У тебя отличный настрой и огромный потенциал, продолжай в том же духе! Покажи мне свою серию ударов ещё разок!

Паньгун Цо выполнил другую серию, оценив которую, Ба Шань обратился к Цинь Му:

— У дитя невероятный контроль над навыками кулака, а сила намного превосходит силу сверстников. Задатки его тела очень выдающиеся, со временем он определённо станет способным на многое.

Цинь Му кивнул головой. Исполняя одинаковое движение, и имея одинаковый уровень совершенствования, мощь ударов разных людей может сильно разниться. Причиной этому был врождённый талант, которому остальные могли только завидовать.

— Я впечатлён. Если ему повезёт выжить, он обязательно станет известным человеком в прерии.

Пока они шли в сторону перевала Цинмэнь, настрой Паньгун Цо от похвалы Ба Шаня взлетел до небес, отчего юнец начал тренироваться ещё усерднее. Спустя некоторое время, луч золотого света пронзил небо, и неподалёку приземлился Шаман Король. С угрюмым выражением тот подозвал дежурного генерала и спросил:

— Ты пропустил Хана Боевых Искусств?

Генерал собрал всю смелость в кулак и ответил:

— Хан Боевых Искусств владеет неизмеримой мощью, я не осмелился его останавливать. Можно легко представить количество жертв от попытки сдержать его силой, после такого мы стали бы неспособны защищаться от армии Вечного Мира.

Шаман Король холодно фыркнул, выходя из себя, но внезапно заметил Паньгун Цо, тренирующегося на вершине башни. Обрадовавшись, шаман указал пальцем на юнца и спросил:

— Чей это ребёнок?

— Он молодой сын высшего хана нашей Империи Варварских Ди, принц Паньгун Цо.

Улыбнувшись, гость использовал свою Ци, чтобы схватить юнца издалека. Тело Паньгун Цо пролетело по воздуху и приземлилось прямо перед шаманом.

— Отличные задатки, именно такое телосложение ищет Великий Шаман! — с удовлетворённым лицом, Шаман Король смерил юнца взглядом. — Святое Дитя Реинкарнации, которое Великий Шаман приказал привести, наконец, было найдено мной! Паньгун Цо, следуй за мной.

Поражённый генерал хотел было остановить шамана, однако, тот уже успел превратиться в луч золотого света, бесследно исчезнув вместе с парнем.

Прибыв обратно во Дворец Золотой Орхидеи, он отправил принца к Великому Шаману. Старик не мог сдерживать своего удивления и радости. Немедленно притащив юнца в священный зал, он поклонился:

— Хозяин, Святое Дитя Реинкарнации нашлось. У него схожее с Вашим телосложение, и редкий талант, который рождается в прерии лишь раз на несколько сотен лет. Теперь Вы можете реинкарнировать.

Потусторонний смех раздался от святыни, как вдруг наружу вылетел костлявый монстр. Вися вверх ногами, он прилепился к Паньгун Цо голова к голове. В сознании последнего раздался оглушающий хлопок… его душа была уничтожена.

Эссенции непрерывно вырывались из тела монстра, наполняя Паньгун Цо. В то же время, душа Хозяина также перемещалась, селясь в теле юного бедолаги.

— Ученик, когда я реинкарнирую, тот кто должен умереть, не умирает, а тот, кто должен жить, не живёт. Это меняет судьбу и противоречит естественному порядку, так что вестник смерти будет послан по мою душу. Создай правильное построение, чтобы его остановить.

Великий Шаман немедленно подчинился, достав несколько святынь, чтобы разместить вокруг Паньгун Цо. На них были артефакты, созданные из скелетов, оставшихся после семнадцати прошлых жизней Хозяина.

Внезапно, пространство задрожало, после чего холодный ветер подул из другого пространства и времени. Огни внутри священного зала мгновенно погасли, а из иного мира медленно выплыла маленькая лодка… Тот мир был тёмным, единственным источником света в нём, казалось, была зелёная лампа, висящая на носу лодки. Под её тусклым светом сидел старик, беззаботно сворачивающий бумажных лошадок и человечков. Лодка медленно плыла к священному залу.

Великий Шаман невероятно взволновался, в спешке передавая все свои магические силы святыням. В тот же миг, семнадцать золотых скелетов, будто ожив, встали рядами на границе двух миров.

Старик, сидящий на лодке, был окружён непроглядной тьмой. С его стороны, единственным источником света, кроме зелёного сияния лампы, был вход в иной мир, однако, тот был только что заблокирован семнадцатью скелетами… Как вдруг он поднял руку, после чего бумажные человечки тут же оседлали бумажных лошадей, немедленно помчавшихся к заблокированному золотыми скелетами входу. В то же время, человечки-кавалеристы начали взмахивать своими бумажными ножами и мечами. Они открыли рты, будто остервенело крича, однако никакого звука не было слышно.

Семнадцать скелетов одновременно сдвинулись с места, вступая в битву с бумажной кавалерией, мчащейся в атаку. Отряд золотых скелетов образовал построение, наделившее их огромной силой, позволившей высвободить мощь, достаточную для того, чтобы сразить бога. В то же время, сила из иного мира оказалась неестественно ужасающей. Когда бумажное оружие добралось к цели, даже золотые скелеты Хозяина оказались не в силах защищаться. Ножи с лёгкостью разрезали их кости, а мечи без затруднений прокалывали черепа.

Великий Шаман управлял золотыми скелетами, до последнего пытаясь сдерживать атаки бумажных человечков и лошадей. В свою очередь, Хозяин максимально ускорил свою реинкарнацию, видя, как неумолимо приближается маленькая лодка. Старик в ней уже схватил лампу в руку и поднялся с места.

Пот обливал лоб Великого Шамана, панически смотрящего на лодку, которая вот-вот проникнет из иного мира в мир живых. Старик, держащий лампу, уже протянул руку, будто пытаясь дотянуться к другому измерению и затянуть реинкарнирующего Хозяина к себе!

Как вдруг тело Хозяина обмякло, обессилено упав на пол, в то время как Паньгун Цо открыл свои сверкающие чёрные глаза. Как только его взгляд ожил, связь между двумя мирами начала рушиться. Бумажные человечки и лошадки загорелись сами по себе, мгновенно превратившись в пепел, а рука, протянувшаяся в другой мир, постепенно отступила и исчезла… Огонь в священном зале внезапно загорелся снова, бесследно рассеивая прежнюю тусклость.

— Наконец, успех, — вздохнув с облегчением, улыбнулся Паньгун Цо.

— Поздравляю, Хозяин! — поклонился Великий Шаман.

Махнув рукой, “юнец” дал понять Великому Шаману, что хочет уединиться. Последний тут же вышел наружу и, закрыв за собой дверь в зал, мысленно вздохнул: «Если бы не слабое тело и старость Хозяина, он не позволил бы Небесному Ножу прорубить себе путь на вершину. Теперь, наконец реинкарнировав, он сможет прожить ещё одну жизнь. Таким образом, Империя Великого Мира или Небесный Нож не смогут создать нам никаких проблем».

****

На перевале Цинмэнь, Цинь Му бросил два нефритовых пузырька Ба Шаню, после чего пошёл купить духовных трав, чтобы приготовить пилюли.

— Молодой Владыка, Вас ищет Патриарх, — заканчивая упаковывать покупки, юноша вдруг услышал, как к нему обратился продавец медицинской лавки. — Молодой Владыка, пожалуйста, покиньте перевал как можно скорее и отправляйтесь к префектуре Порядка.

Слегка шокированный Цинь Му кивнул головой. Вернувшись в корчму, он приготовил котёл духовных пилюль для лечения ранений канцлера. Затем позвал Ху Лин’эр и, не сказав ни слова, отправился в префектуру Порядка.

В это время, Лин Юйсю как раз купалась. Закончив, она обнаружила бесследное исчезновение Цинь Му и, невероятно взволновавшись, побежала к Ба Шаню. Старик тоже не был в курсе происходящего, однако, после некоторых размышлений, он сказал:

— Принцесса, нет причин для волнения. Лисица тоже ушла, а значит младший брат не был украден, а ушёл самостоятельно.

Лин Юйсю была слегка обижена. Цинь Му не сказал ей ни слова, уйдя по-тихому…

Нужно ли было вести себя так загадочно?

Что такого он не посмел рассказать?

Канцлер принял духовные пилюли и поднялся:

— Принцесса, нам нужно возвращаться в Имперский Колледж. Учитывая, сколько времени мы отсутствовали, Великий Ректор должен вскоре покинуть свой пост и на его должность будет назначен новый человек. Я хочу вернуться пораньше. Старик всегда за мной приглядывал, я должен с ним попрощаться.

Лин Юйсю согласилась.

****

В это же время, Цинь Му и Ху Лин’эр приближались к префектуре Порядка. По дороге им повсюду встречалась разруха и хаос войны. Многие секты твердили, что император ступил на неверную стезю, по ошибке позволив этому предателю, Имперскому Наставнику, повергнуть весь мир в беспорядок. Поэтому, секты взбунтовались, дабы истребить зло во имя справедливости.

Вскоре они добрались до города Ло, находящегося неподалёку от префектуры Порядка. В этом месте на каждом шагу можно было увидеть неостановимую резню. Местные жители отчаялись, пытаясь заработать на жизнь, и, хоть армия пыталась силой подавить беспорядки, её усилия напоминали попытки остановить испарение кипящей воды.

Имперский Наставник позволил пламени разгореться слишком сильно. Большинство чиновников, формирующих совет Империи Вечного Мира, были мастерами бесчисленных сект, и теперь, когда эти секты взбунтовались, чиновники тоже присоединились к восстанию. Сами основы империи расшатались, из-за чего будет слишком трудно вернуть порядок.

«Каким образом Имперский Наставник собирается остановить этот хаос? — Цинь Му был сбит с толку. — Если ситуация не изменится, боюсь, что все секты мира восстанут. Когда это случится, даже если Империя Вечного Мира в итоге сумеет со всем разобраться, она потерпит огромную потерю в силе».

Такой исход событий Имперский Наставник явно не хотел бы увидеть. Если сила империи уменьшится, сможет ли он совладать с агрессией других стран, и удастся ли ему достичь цели своей следующей цели — захватить Великие Руины?

Оказавшись в черте города Ло, Цинь Му выглядел как простой прохожий, тем не менее, даже так на него напало более десяти групп бандитов. Некоторые из их были взбунтовавшимися практиками божественных искусств или чиновниками города Ло, желающими захватить землю и назвать себя её лордами.

В случаях, где победа в бою была маловероятной, ему приходилось полагаться скорость навыка ног одноногого — Небесный Расхититель. Поэтому он был в относительной безопасности.

«Если Имперскому Наставнику удастся успокоить восстание и уничтожить всех противников Империи Вечного Мира, страна станет полностью объединённой, что было бы невероятно ужасающе!»

Глава 164. Святейшая

Путешествуя, Цинь Му мог лишь иногда восхищённо охать или ахать. В городе Ло было бесчисленное множество практиков божественных искусств, тогда сколько же таких топтало земли всей империи?

Имперский Наставник больше не может использовать эти силы, но как только мятежники будут устранены или на худой конец подавлены, Империя Вечного Мира, в общем и целом, не ослабнет, а наоборот, значительно усилится!

Некоторое время спустя ему таки удалось благополучно добраться до префектуры Порядка, которая кардинально отличалась от города Ло, ведь в ней царили мир и покой, а граждане, совершенно не боясь за свою жизнь, спокойно трудились на благо процветающей страны. Проходя мимо полей, Цинь Му обратил внимание на нескольких практиков боевых искусств, которые создавали заклятия режущего ветра, чтобы помочь фермерам собрать урожай. Заметив, что они использовали заклятия Небесного Дьявольского Культа, он остановился поглазеть. Контролируя потоки ветра, последние помогли нескольким семьям собрать урожай, после чего зашли в один из домов за оплатой.

— Сегодня не сушите свой рисовый урожай, вечером будет дождь, — посоветовала одна из девушек, получив взамен искреннюю благодарность фермеров. Внезапно те практики заметили, что на них кто-то пристально смотрит, и мысленно удивились. Ранее говорившая девушка, выйдя вперёд, подошла к юноше и, поприветствовав, спросила. — Старший брат, в чём дело?

— Вы из Чертога Ветра? — тепло улыбнувшись, спросил Цинь Му, чем ошеломил девушку, тут же закрывшую рот на замок. Увидев подобную реакцию, он, всё также тепло улыбаясь, продолжил. — Я спросил потому, что увидел, как вы использовали заклятие “Весенний Ветер, Путешествующий у Кромки Земли”. Вас научил ему Мастер Чертога Ветра?

Немного поколебавшись, девушка всё же ответила:

— Да, Мастер Чертога Ветра, Лэй Чжэнъинь.

Цинь Му сразу полюбопытствовал:

— Почему тогда Мастер Чертога Ветра не обучил вас движению полностью?

Вперёд вышли остальные практики боевых искусств, в то время как один из них, юноша, покачав головой, объяснил:

— Мастер Чертога Ветра время от времени учит тому или иному приёму. Но показывает лишь раз, поэтому нам не удалось научиться полностью.

Цинь Му распространил свою жизненную Ци, придав той атрибут Ци Зелёного Дракона, и сказал:

— У меня есть немного времени, давайте я научу вас. Вот, смотрите…

Полагаясь на Ци Зелёного Дракона, у обочины поля он исполнил Весенний Ветер, Путешествующий у Кромки Земли. Зрители увидели сорвавшиеся ветряные лезвия формы изогнутых ножей, скользящие у самой поверхности поля, будто змеи. Выглядело всё так, словно сотни низко скользящих “лезвий” бросались к ногам “врагов”.

— Суть движения не только в том, чтобы ветряные лезвия были как можно ближе к земле. Вы также можете сделать вот так… — проговорив, Цинь Му внезапно слегка оттолкнулся от земли, приземлился на быстро несущемся ветряном лезвии и, верхом на последнем, рванул вперёд. Он стоял на “лезвии” и, будто атакуя, одновременно выполнял одно заклятие за другим. Сто острых как бритва ветряных потоков, покрывая собой всё в радиусе двадцати метров и продвигаясь вперёд, нарезали.

Несмотря на всю обычность заклятия Весенний Ветер, Путешествующий у Кромки Земли, за ним стояла не такая уж маленькая мощь. Даже наоборот, данное заклятие, из-за своей вариативности, раскрывало всю мощь Великих Небесных Дьявольских Рукописей… Приземлившись на землю, Цинь Му рассеял заклятия. В то время как юноши и девушки начали восторгаться:

— Мастер Чертога Ветра никогда не учил нас тому, как наступать на ветер!

Молодёжь сразу начала засыпать Цинь Му различными вопросами, а тот, присев на обочине поля, на каждый из них исчерпывающе отвечать. Он подробно описал то, как работает данное заклятие, и то, как именно нужно контролировать магическую силу.

— У данного движения есть ещё несколько вариаций, ветряные лезвия не обязательно должны вплотную припадать к земле, — проговорив и в очередной раз исполнив Весенний Ветер, Путешествующий у Кромки Земли, Цинь Му шевельнул пальцем, отчего “лезвия”, приняв вертикальное положение, тут же рванули вверх, и продолжил наставлять. — На самом деле пути заклятий плотно переплетаются с техниками управления мечом и боевыми техниками. Несмотря на то, что весенний ветер — заклятие, его также можно превратить в нечто совершенно иное.

Внезапно достав пилюлю ножа, он заставил её завибрировать, после чего из неё немедленно вылетели изогнутые ножи и исполнили Весенний Ветер, Путешествующий у Кромки Земли. Несмотря на то, что изменённое движение престало напоминать заклятие, его мощь возросла в несколько раз.

Цинь Му ловко орудовал двумя изогнутыми ножами, как вдруг те, вспыхнув ярким, принявшим форму двух ножей, светом, тут же рванули вперёд у самой земли. Движение, которое он выполнил, по-прежнему было Весенним Ветром, Путешествующим у Кромки Земли, с той лишь разницей, что на этот раз его мощь в несколько раз превзошла то, что может продемонстрировать драгоценная пилюля ножа!

Цинь Му заставил ножи влететь обратно в пилюлю, повернул голову за спину, где увидел кучкующуюся ошеломлённую молодёжь, и с улыбкой спросил:

— Всё понятно?

— Как заклятие превратилось в навык ножа… в боевую технику?.. На такое не способен даже Мастер Чертога Лэй… — неверующе промямлила девушка.

— Кто установил дурацкое правило, что заклятие должно использоваться само по себе? Почему его нельзя использовать вместе с навыком ножа? Используя заклятие вместе с боевой техникой, мы позволяем природе идти своим чередом. Совершенствуясь в чём-то, вам не обязательно придерживаться чего-то устоявшегося, не позволяйте опыту других людей сдерживать себя, — терпеливо объяснил Цинь Му.

Молодёжь погрузилась в глубокие раздумья. Цинь Му ещё несколько раз подводил к сути, после чего, убедившись, что они всё поняли, вдруг спросил:

— Разве вы не ходите в школу? Вы ещё так молоды, почему бы вам не набраться знаний в начальной школе?

— Мы бедные. Откуда нам взять деньги на школу? Мы можем немного подзаработать только во время сезонов сбора урожая. Священный культ обучил нас заклятиям, навыкам меча, боевым техникам, но денег с подработки хватает только на то, чтобы не умереть с голоду, — грустно объяснился юноша.

— Понятно, — пробормотав, Цинь Му, казалось, о чём-то задумался…

Но вдруг раздался знакомый голос:

— Отличный урок, отличные ученики.

Немедленно повернувшись, парень увидел говорящего и поздоровался:

— Патриарх. Старший Надзиратель. Давно наблюдаете?

Не зная, как давно за ним издали наблюдали Патриарх и Старший Надзиратель, он вопросительно смотрел на гостей. Под его пристальным взглядом надзиратель, неловко улыбаясь, прокашлялся, и объяснил:

— Не так давно. Проходя мимо, мы увидели, как Вы учите молодёжь заклятиям, поэтому решили постоять в сторонке и не прерывать.

— Теперь я чувствую, что принял совершенно правильное решение, когда разрешил передать тебе Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Понять их на таком уровне — великолепное достижение. Почти все придумывают один-два способа применения заклятий, но ты… Ох… великолепно, действительно великолепно, — похвалил Патриарх.

— Мм? Разве заклятия не должны использоваться таким образом? — непонимающе проговорил Цинь Му.

— Ну, получается, что все прошлые Владыки культа были тупыми как пробки, потому что не думали о такой вариативности использования, — криво улыбнулся Патриарх.

Цинь Му полностью согласился с данным утверждением, после чего вместе с лисой последовал за ними в главный город префектуры Порядка…

****

«Айя, блин, мы забыли спросить, кто он! — внезапно взвизгнула девушка.

Подростки глупо уставились на удаляющиеся силуэты Цинь Му и двух других. Вдруг один из них пробормотал:

— Разве только что он не назвал тех двоих Патриархом и Старшим Надзирателем… а ещё второй обращался к нему на “Вы”… кто же он?..

— Его знания намного обширнее, чем у Мастера Чертога Лэя. Он точно очень важная шишка в нашем священном культе!

****

По пути Цинь Му то тут, то там видел других учеников культа. Используя заклятия, одни рыли каналы, другие вспахивали землю, третьи взлетали на дерево, чтобы собрать плоды. Тем не менее, каждых из них использовал приёмы достаточно неумело, что уж говорить о том, чтобы применять их как-то по-особенному… На этот раз он не стал останавливаться, чтобы обучить всех этих учеников правильному использованию заклятий. По миру бродило слишком много последователей культа. Реши он провести им всем по лекции, то, скорее всего, успел бы состариться и умереть.

— В префектуре Порядка проживает наибольшее количество учеников нашего священного культа, — проговорил Патриарх, затем улыбнулся и задал вопрос. — В целом, что ты думаешь о текущей ситуации?

— Патриарх помог Имперскому Наставнику Вечного Мира основать школы, колледжи и Имперский Колледж, но ученикам нашего культа до сих пор негде учиться. Патриарх подумал о всём мире, кроме нашего священного культа, — говоря, Цинь Му укорительно покачал головой. — Патриарху следовало создать школы и колледжи в нашем культе, дабы наши ученики могли идти в ногу со временем.

Патриарх ярко улыбнулся:

— Таким должен заниматься Владыка, а не Патриарх. Так что, молодой Владыка, уж озаботься.

Цинь Му, безучастно уставившись на молодо выглядящего старика, спросил:

— Почему сорок лет назад не озаботился Владыка Ли?

— Владыка Ли погрязнул в похоти от желания Владычицы, думаешь ему было дело до кого-либо другого?

Цинь Му замолчал… В истории опять была замешана бабушка Сы. В то время Ли Тяньсин должно быть пал жертвой красоты Сы и полностью прощёлкал носом реформы, поднявшие на уши весь мир.

Надо отметить, что они противоречили политике секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара. Несмотря на то, что последние считались священными основаниями праведного и буддистского путей, реформы вмешивались в сам уклад их жизни. У них было принято, что каждый мастер брал себе нескольких учеников, тратя все свои силы только на их обучение. В то время как у Небесного Дьявольского Культа дела обстояли иначе, у него была отлаженная система с мастерами чертогов. Последние, несмотря на то что являлись сильными практиками, не отвечали за набор учеников, лишь время от времени обучая своим техникам и божественным искусствам. Небесный Дьявольских Культ вполне мог создать несколько школ и колледжей, а что же до Имперского Колледжа…

— Ну тогда могли хотя бы некоторых отправить учиться в Имперский Колледж, — Цинь Му рассуждал. — Выбрать лучших учеников нашего культа и позволить им сдать экзамен, а дальше уже пусть Имперский Колледж заботится о них. Таким образом, наш священный культ процветал бы даже против нашей воли.

— Что ж ты не родился лет сорок назад? — тяжело вздохнув, Патриарх взглянул на паренька.

“Старик” привёл его в город, который буквально бурлил жизнью, горожане носились туда-сюда, словно плетущиеся нитки.

«Может ли штаб нашего священного культа находиться в черте города? Не слишком ли заметно?» — не мог не смутиться Цинь Му. Вскоре Патриарх привёл его к усадьбе городского Лорда, после чего они просто взяли и вошли внутрь. Оказавшись в усадьбе, он сразу же увидел добрую половину верхушки культа. Внутри были мастера чертогов, старшие защитники, надзиратели, хранители, да даже небесные короли культа…

Увидев Патриарха и Цинь Му, старичьё встало и приветственно поклонилось. Последний ответил взаимностью, в то время как молодо выглядящий старик лишь слегка кивнул головой, после чего спросил:

— Все собрались?

Один из старших защитников отрапортовал:

— Ещё не прибыли Владычица, Святейшая и Небесный Король Цянь.

Патриарх кивнул головой:

— Тогда подождём ещё немного.

Вскоре после, послышался сладкий, соблазнительный голос:

— Патриарх и Му’эр уже здесь?

Услышав голос, как если бы нежно шепчущий на ушко, Цинь Му ощутил, как к его голове прилила кровь. Между тем, у всех собравшиеся стариков мгновенно порозовели лица, а глаза заволокло томным желанием, словно их ждала долгожданная встреча с любимой половинкой из грёз. Даже Патриарха не обошло, тот почувствовал, как его сердце учащённо забилось, после чего недовольно гаркнул:

— Сы Юю! Веди себя хоть немного серьёзнее!

— Скукота, — извне донёсся недовольный голос Сы.

Патриарх тут же рванул за дверь, откуда донёсся его гневный голос:

— Чем ты думала, когда решила раскрыть свою настоящую внешность? Ты что, хочешь устроить на столь важной церемонии бедлам?.. Конечно, тебе придётся быть в том уродливом виде!.. Ребёнок, которого ты вырастила, станет Владыкой культа, неужели хочешь, чтобы и он был очарован тобой?.. Вот так-то лучше. Можешь войти.

Цинь Му с облегчением вздохнул, собственно, как и все остальные в усадьбе городского Лорда. Холодный пот проступил на лбах нескольких совсем уж беловолосых старцев и у всех небесных королей культа, ведь только им удалось удержать себя в руках… ну, по крайней мере в некоторой степени.

Спустя несколько мгновений через дверь вошёл Патриарх и бабушка Сы, которая, недовольно озираясь, явно была не в восторге от такой участи, но, увидев “внучка”, тут же расплылась в улыбке.

— Бабуля! — Цинь Му немедленно подошёл к старушке и обнял, затем сделал шаг назад и усмехнулся. — Бабуль, я тебя уже раскусил, ты была в Имперском Колледже, но изменила своё имя…

Бабушка Сы недоумевающе проговорила:

— Я не была в Имперском Колледже, только наблюдала за тобой издали. Кроме того, там был Патриарх, поэтому я совершенно не волновалась за твою безопасность.

Хитро улыбнувшись, Цинь Му сказал:

— Бабуль, ты собираешься отрицать очевидное? Ты видела меня, тогда ты назвалась Сы…

Внезапно парня на полуслове оборвал громкий голос:

— Прибыла Святейшая!

Цинь Му собирался было договорить “Сы Юньсян”, как вдруг увидел, что внутрь вошла Сы Юньсян, в то время как бабушка Сы на ухо шепнула:

— Святейшая стала твоей одноклассницей, вы даже поступили в Имперский Колледж в одно и то же время.

Глава 165. Три Бессмертных Деяния

Цинь Му был ошеломлён, отупевшим взглядом посмотрев на Сы Юньсян, а затем снова на бабулю Сы, стоящую неподалёку. Он был уверен, что в коже Сы Юньсян сидела старушка, однако девушка только что появилась возле неё, к тому же оказавшись Святейшей Культа Небесного Дьявола!

Парень почувствовал, что его мысли превратились в кашу. Новая Святейшая тоже носила фамилию Сы, отчего у него изначально возникли подозрения, заставившие его проверять, не была ли она бабулей. Он даже намеренно дразнил Святейшую, дабы проверить, не станет ли она стесняться.

Лишь когда Сы Юньсян сама пришла его подразнить, он убедился, что она действительно была бабулей, а теперь…

— Святейшая этого поколения не такая непредсказуемая, как прежнего. Её предшественница была настоящим демоном, — вздохнул седой старик. — Хоть они обе из семьи Сы, новая Святейшая не принесёт столько вреда нашему священному культу.

Бабушка Сы не сводила с него сердитого взгляда, но старик отвернул голову, будто ничего не замечая.

Сы Юньсян сделала несколько шагов вперёд, становясь возле Цинь Му. Она так и не преодолела свою стеснительность, искренне здороваясь:

— Молодой Владыка Культа, Святейшая Сы Юньсян отдаёт дань уважения Молодому Владыке.

— Младшая сестра слишком вежлива, — немедленно поприветствовал её в ответ Цинь Му.

— Святейшая этого поколения ведёт себя естественно и искренне, — продолжил старик, — не то, что прежняя, женилась на Владыке культа, чтобы его убить.

Бабуля Сы впала в ярость и закричала:

— Я всё ещё здесь! Чего тебе, старик, надо?

Седой немедленно заткнулся, не осмеливаясь с ней спорить.

«Святейшая Сы Юньсян не тот человек, с которым легко иметь дело, — Цинь Му прошёлся взглядом по лицам, остановившись на девушке, кажущейся нежной и застенчивой. — У неё острый ум, и, должно быть, это она одолела Фоцзы. Но после этого она решила повыпендриваться, испытывая пределы моего терпения. Ей и так было известно, что я стану Владыкой культа, к чему этот цирк?»

— Сы Юньсян происходит из моей семьи Сы. В течение нескольких последних лет Патриарх лично её обучал. Старикан нашёл её уже после встречи с тобой, чему сильно разочаровался. Он говорил, что если бы встретил девицу раньше, то не выбрал бы тебя в качестве Владыки, — улыбнулась бабушка Сы.

Цинь Му посмотрел на Святейшую, когда та как раз повернула голову в его сторону. Их взгляды встретились, и он заметил неодобрение в её, на первый взгляд нежных, глазах.

Парень улыбнулся. Должно быть, Патриарх воспитывал Сы Юньсян как будущего Владыку. После этого он отправил её на вступительные экзамены в Имперский Колледж, дабы сравнить способности подростков.

Цинь Му никогда не подозревал, что он на самом деле конкурировал с этой девушкой. Но что она могла сделать, когда результаты его испытаний оказались настолько ошеломляющими? Он даже умудрился одним ударом отправить даоса Лин Юня прямо под ноги императору!

Независимо от того, как бы девушка себя показала, парень всё равно затмил бы её успех!

Между тем, Патриарх хотел проверить способности соперников на пригодность стать Владыкой культа. Сравнив результаты, его выбор пал не на Сы Юньсян. По сравнению с ней, Цинь Му лучше подходил на данную позицию… Тем не менее, девица не смогла принять поражение, и, разобравшись с Фоцзы, пришла похвастаться перед парнем.

Оглянувшись вокруг, молодо выглядящий Патриарх спросил:

— Небесный Король Цянь ещё не прибыл?

— Нет.

Старик нахмурился. У Небесного Короля Цяня был пылкий характер, отчего он не мог сидеть без дела. Независимо от обстоятельств, он всегда был первым, чтобы заняться вопросами культа. Если его до сих пор нет, значит уже и не прийдёт. Но что за вопрос может быть важнее, чем восхождение нового Владыки культа к власти? Настоящей причиной, по которой Небесный Король Цянь не смог появиться, могла быть только одна…

— Молодой Владыка, ты должен хорошо обращаться с семьёй Небесного Короля Цяня, — тихо сказал Патриарх.

Вздрогнув в сердце, юноша собрался было разузнать, что случилось, однако, в этот момент молодо выглядящий Патриарх торжественно заговорил:

— Триста шестьдесят чертогов, разверните ваши флаги, встречаемся на горе Святого Пришествия!

Вьюх!..

Огромные флаги развеялись в воздухе, полностью накрывая собой здание. Когда их свернули обратно, усадьба Лорда города префектуры Порядка бесследно исчезла. Место, на котором оно стояло, превратилось в кусок лысой земли…

Как только ткань, закрывшая небо, исчезла, Цинь Му посмотрел по сторонам, испытывая резкий шок. Они покинули оживлённый город префектуры Порядка, и попали в место, не шибко-то напоминающее мир смертных.

Над его головой было какое-то сферическое небо, а под ногами раскинулись горные хребты, возвышающиеся над иллюзорной землёй. Здесь нельзя было достичь неба, поднимаясь вверх, или наступить на землю, спускаясь вниз.

Гора, на которой они находились, была свежо-зелёного цвета, однако, подняв голову, не было видно солнца, а опустив её, нельзя было увидеть землю под ногами… Данное место, казалось, находится вне мира смертных.

— Это гора Святого Пришествия? — пробормотав, Цинь Му огляделся, рассматривая расположенные друг на друге горные хребты. Глубоко в их лесах были спрятаны дворцовые залы, построенные священным культом. Но вместо того, чтобы направиться к тем зданиям, Патриарх привёл его к каллитрисовому древу.

Зелёное и пышное древо, казалось, простояло здесь бог знает сколько лет. Под ним покоился огромный валун, и кем-то построенная соломенная хижина, внутри которой соблюдалась необычайная чистота. Несмотря на очевидную древность строения, на нём не было никаких признаков ветшания.

Патриарх подошёл ко стволу дерева, а триста шестьдесят Мастеров Чертогов, двенадцать Старших Защитников, восемь Великих Надзирателей, три Великих Небесных Короля, Левый и Правый Хранители уселись у его основания.

Жестом подозвав Цинь Му к себе, Патриарх заговорил:

— Изначально, эта гора находилась в мире смертных. В те времена, основатель нашего культа пришёл к этому месту, где встретил дровосека, рубящего каллитрис. Обычное движение, исполняемое им, казалось, несло в себе какое-то необъятное чудо. В свою очередь, после каждого удара, дерево отращивало отрубленный кусок, возвращаясь к прежней форме. Поняв, что встретил святого, основатель остался, чтобы получить учения. Под сенью этого каллитриса, дровосек говорил в течение десятков лет. Основатель получил огромные познания, однако, жаждал большего, поэтому спросил: “Как стать святым?” — сделав короткую паузу, Патриарх взглянул на внимательно слушающего Цинь Му и сразу же продолжил. — Дровосек ответил, что человек должен сначала выработать в себе добродетель, обрести заслуги, и записать свои собственные идеи — вот каковы три бессмертных деяния. Получив наставление, основатель тут же спросил, как совершить три бессмертных деяния. Дровосек и тут не умолчал, сказав, что для этого нужны чистая логика, чистое понимание и чистое учение. В итоге эти три вещи стали учителями всех людей. В тот день, основатель обрёл полное просвещение, — Патриарх поднял голову вверх, рассматривая дерево, изменённое беспощадным течением времени. — Основатель знал… чтобы стать святым, нужно сначала стать учителем всех людей. Для этого он записал все учения святого, создав писания, известные нам как Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Сделав это, он постиг чистую логику.

— Затем он путешествовал по миру, на протяжении нескольких сотен лет передавая другим знания, полученные от святого. Принципы, которые объяснял ему дровосек, стали принципами, которые он объяснял ученикам. Из чужих уст в твои уши, из твоих уст в чужие уши — вот как работает понимание. Таким образом, основатель обрёл чистое понимание.

— Что же до чистого учения, основатель создал культ, который должен был сохранить праведный путь, показанный ему дровосеком. Назвав его Небесным Святым Культом, он дал начало его основным положениям. Путь святого — не что иное, как повседневная помощь обычным людям. Любой, кто делает иначе, считается еретиком! Действовать прямолинейно, следуя курсу природы, — вот истинное значение пути. Именно оно лежит в основе нашей теории…

Хотя все Мастера Чертогов, Хранители и Надзиратели, сидящие позади них, у основания древа, являлись частью правящей верхушки культа, большинство из них впервые присутствовали на восхождении Владыки. Даже Небесные Короли и Старшие Защитники не были знакомы с услышанной историей.

Изначально, они ожидали, что по этому поводу будет проведена масштабная церемония, никто не был готов к тому, что Патриарх начнёт говорить о истории культа. Что же до последней… среди древних записей можно было найти немного информации, однако та была лишь осколками того, что рассказал Патриарх, не содержа такого количества деталей, и не цепляя за живое.

— Значение чистого учения в том, чтобы прививать, передавать. Целью основания культа было передать учения святого каждому человеку на земле. Основатель смог стать учителем всех людей, овладев чистой логикой, чистым пониманием и чистым учением. Он обрёл добродетель, записал свои идеи, однако не получил нужных заслуг, поэтому так и не стал святым, — продолжал молодо выглядящий Патриарх. — На старости лет, он продолжал безрезультатно думать, в чём должны заключаться его заслуги. Хоть основатель всё-таки не стал святым, он записал свои идеи, и основал культ, выработав добродетель. Исполнив два бессмертных деяния и постигнув три чистоты, он далеко превзошёл большинство смертных. Цинь Му, ты желаешь унаследовать идеи, добродетель, логику и понимание основателя?

Цинь Му поклонился и сжал кулаки вместе, протягивая их вперёд:

— Ученик готов.

Патриарх улыбнулся и сказал:

— В таком случае, культ станет твоим. Ты будешь вынужден взять на себя огромную ответственность.

Юноша торжественно ответил:

— Ученик готов взять на себя эту ответственность.

Молодо выглядящий старик улыбнулся и сказал:

— В таком случае, садись на валун.

Сделав несколько шагов вперёд, Цинь Му уселся на огромный валун под каллитрисом.

— Этот Валун Святого, его кресло, — смотря на него сверху вниз, Патриарх говорил древним, как мир, голосом. — Дровосек, обучавший основателя, был святым, спустившимся с небес. У него не было кровных связей с основателем, он не получил с этого никакой выгоды, однако согласился стать учителем и передал свои знания лишь из-за того, что основатель захотел учиться. Тот, кто сидит на Валуне Святого — Владыка культа, и, кроме того, он наш священный учитель, — взгляд старика пронёсся над каждым Мастером Чертога, Старшим Защитником, Надзирателем, Небесным Королём и Хранителем, после чего он торжественно приказал. — Исполните ритуал последователя и отдайте дань уважения своему священному учителю.

Триста шестьдесят Мастеров Чертогов, двенадцать Старших Защитников, восемь Великих Надзирателей, три Небесных Короля, Левый и Правый Хранители, исполнили обряд последователя. Святейшая Сы Юньсян на мгновение заколебалась, но у неё не было выбора.

— Ученики отдают дань уважения священному Владыке культа! — совместный крик всех присутствующих разнёсся эхом по горе Святого Пришествия.

Патриарх повернулся к бабушке Сы:

— Ли Тяньсин, молодой Владыка культа уже взошёл, почему же ты до сих пор к нам не присоединился? Разве ты не собираешься передать технику нашего культа? Хочешь забрать её с собой в могилу, похоронив навеки?

Тело бабушки Сы задрожало, заговорив древним голосом:

— Ученик… следует указаниям учителя.

Она явно была женщиной, однако говорила как мужчина с невероятно грубым и властным голосом, который, тем не менее, следовал всем указаниям Патриарха…

Старушка подошла к юноше. Последний собрался подняться, когда её ладонь внезапно дотронулась до его лба. Между бровей бабушки Сы начали туда-сюда носиться золотые лучи, вместе с которыми раздавались всевозможные звуки, пробивающиеся сквозь брови Цинь Му прямо в его разум.

— Владыка культа Ли, — прошептал кто-то внизу.

В этот момент тело бабушки Сы контролировал предыдущий Владыка культа Ли Тяньсин. Хоть он давным-давно умер от её руки, но ему удалось поселиться в сердце Дао убийцы, превратившись в дьявола, ожидающего момента, чтобы заменить её и превратиться в женщину, которую любил больше всего.

В голове Цинь Му звучала каша из различных голосов. Ему слышались лекции с девяти небес, шёпот дьяволов на ухо, и будды, читающие писания где-то в глубине его сердца, отчего звучали невероятно странно.

Сердце юноши вздрогнуло, когда ему пришло в голову одно предположение. Голос, который он слышал, принадлежал дровосеку. Владыка культа Ли передал ему те же тексты, что когда-то услышал основатель культа!

Глава 166. Передача техники Дровосека

Столица, поместье Имперского Наставника Вечного Мира.

Секретарь в спешке забежал внутрь и отрапортовал:

— Имперский Наставник, в главном городе префектуры Порядка замечена подозрительная активность. Там собрались все высшие последователи Небесного Дьявольского Культа, судя по всему, намечалось восстание, но внезапно усадьба городского Лорда просто исчезла, оставив после себя только голую землю.

— Понятно, — ответил Имперский Наставник, так и продолживший бегать взглядом по тексту сообщения, присланного Императором Яньфэном.

Секретарь немного поколебался, но всё же продолжил:

— Имперский Наставник, это же Небесный Дьявольский Культ, крупнейшая секта дьявольского пути… И теперь, когда прямо на наших глазах произошло подобное… Мы не можем позволить себе снизить бдительность…

— Юнь Ян, ты знаешь, кто такой Патриарх Небесного Дьявольского Культа? — наконец подняв голову, задал неожиданный вопрос Имперский Наставник. Секретарь отрицательно покачал головой, поэтому он продолжил. — Если бы ты знал, кто он, то не стал бы так паниковать. Он не кто иной, как Великий Ректор нашего Имперского Колледжа.

Со сжавшимся в ужасе сердцем, Юнь Яна закричал:

— Он?! Имперский Наставник, Патриарх Небесного Дьявольского Культа удерживал должность Великого Ректора Имперского Колледжа на протяжение многих лет! Это же восстание! За столько лет, скольких же гражданских и военных чинов он воспитал? Его люди, вероятно, приникли в армию и даже в имперский двор! Наставник, данный вопрос нужно расследовать с особой тщательностью, в рядах нашей армии наверняка полно его людей!

Имперский Наставник выглядел так, словно лишился дара речи, после чего он покачал головой и сказал:

— Не накручивай себя. Патриарх Небесного Дьявольского Культа отвечал за всех наших учеников, так все они теперь получается его последователи? Может тогда и меня заключишь под стражу, чтобы затем казнить? — встав, он кинул на паникующего секретаря острый взгляд. — В прошлом, когда я бродил по миру, набираясь опыта и знаний, я видел, как абсолютно каждая секта в мире пыталась загребать всё под себя, не заботясь ни о чём ином. Подобное поведение сковывало темпы развития божественных искусств, путей, и навыков, поэтому я решил посетить крупнейшие секты, чтобы сломить стереотип и раскрыть им глаза. Первым человеком, которого я встретил, был Патриарх Небесного Дьявольского Культа, он же оказался первым, кто не мыслил, как все, кто не принимал уклад жизни сект, и кто доказал всё это действиями, а не словами, вложив всю душу в моё обучение и не попросив ничего взамен. Старик был тем, кто, раскрыв мне глаза, направил на правильный путь, — во взгляде Имперского Наставника вспыхнуло искреннее уважение. — Затем он дал мне рекомендательное письмо, благодаря которому я смог встретиться с Мастером Дао секты Дао. Именно благодаря тому письму Мастер Дао увидел меня в другом свете и проявил ко мне интерес, позволив изучить Четырнадцать Писаний Меча Дао. К тому же, именно он заставил меня отправиться в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы я повидался с Жулаем и получил от него наставления. Несмотря на то, что старик не говорил напрямую о своей истинной личность, как я мог не понять? Особенно если учесть, что тот не особо-то и старался утаить, — секретарь Юнь Ян стоял с глупым выражением лица, а Имперский Наставник продолжал. — Я лично пригласил его с горы, чтобы он взялся за управление Имперским Колледжем. Как думаешь, почему? Конечно же, не из-за его силы, и, само собой разумеется, не из-за его личности Патриарха. Нет… Я так поступил из-за широты его взглядов. Мне впервые довелось повстречать человека такого кругозора, непредвзятости и ясности ума. Именно поэтому он единственный, кто был достоин взять на себя ответственность за Имперский Колледж! Теперь же, уйдя, он должно быть занялся вопросом восхождения следующего Владыки Небесного Дьявольского Культа.

— Следующий Владыка? — взяв себя в руки, заговорил Юнь Ян. — Культ существует без Владыки уже как сорок лет. Но спустя столько времени они всё-таки решили выбрать нового? Имперский Наставник, дело то не шуточное, должны ли мы сообщить Императору Яньфэну?

— Да, доложи ему. Но опусти деталь, касающуюся истиной личности Патриарха Небесного Дьявольского Культа, — поручил наставник.

Секретарь утвердительно кивнул, после чего сообщил ещё кое о чём:

— Также я получил новость касательно Имперского Колледжа. Император издал указ, в котором говорится, что Гу Линуань должен стать следующим Великим Ректором, а также о его надеждах относительно того, что тот добьётся на посту великих достиже…

— Понятно, — взмахом руки прервал секретаря Имперский Наставник. — Я слишком силён, поэтому вполне естественно, что Яньфэн обеспокоен, будь всё иначе, мне бы было даже немного не по себе. Жаль только, что Гу Линуаню недостаёт таланта и добродетели, что делает его не подходящим кандидатом на роль Великого Ректора Имперского Колледжа. Быть младшим защитником наследного принца ещё куда ни шло, но ему явно не достаёт квалификации, чтобы быть Великим Ректором. Тем не менее, сейчас мне нет никакого смысла разглагольствовать о данной неприятности.

Немного подумав, секретарь Юнь Ян спросил:

— Как нам тогда следует взаимодействовать с новым Владыкой Небесного Дьявольского Культа?

— Если нам по пути — процветание, если нет — смерть. Тебе не стоит забивать этим голову. Я встречусь с ним лично, — с полным равнодушием ответил Имперский Наставник. Немного погодя, секретарь Юнь Ян ушёл.

****

Секта Дао, гора Дао.

Дань Янцзы быстрым шагом поднялся на гору, пока не вошёл в зал Святого Дао. Там находился полностью беловолосый и белобровый старец, который в данный момент сидел на земле и полуприкрытыми глазами смотрел на голубовато-зелёные воды пруда. Дань Янцзы не стал медлить, тут же сказав:

— Мастер Дао, в логове Небесного Дьявольского Культа кое-что произошло. В префектуре Порядка собрались все высшие мастера культа, после чего развернули свои огромные флаги и полностью исчезли вместе с усадьбой городского Лорда.

Старец открыл глаза и медленно проговорил:

— Судя по всему, у Небесного Дьявольского Культа появился новый Владыка. Придумав красивую историю, чтобы затем проповедовать ложный путь такого же ложного святого, культ принёс беды на головы многих людей. У них даже произошла междоусобица. Святейшая, хладнокровно убив Владыку, забыла о добродетели и пошла против устоявшихся принципов. Владыка, женившись на собственной ученице, поступил не менее аморально. Культ зиждется на злых навыках, а большинство их последователей, не считаясь с происхождением, без зазрений совести используют человеческие жизни для совершенствования. В течение последних сорока лет у них не было истинного предводителя, но сегодня всё изменится, будет избран новый Владыка… Боюсь пострадает много простых людей.

— Как поступить нашей секте Дао? — спросил Дань Янцзы.

— Мы должны раскрыть истинную личность Владыки, после чего, улучив возможность, устранить.

— Приказ принят, — уважительно ответил Дань Янцзы, после чего задал ещё один вопрос. — Имперский Наставник поставил целью следование учениям Небесного Дьявольского Культа, что, по свей сути, превратило Империю Вечного Мира в более масштабный дьявольский культ, ведь они обучают всех не взирая на происхождение. Как поступить нашей секте Дао?

Мастер Дао кинул задумчивый взгляд на голубовато-зелёные воды пруда напротив, после чего не слишком медленно, не слишком быстро молвил:

— Имперский Наставник имеет невообразимые амбиции, вот только его способности не под стать им. Существовали страны крупнее Империи Вечного Мира, жили люди талантливые Имперского Наставника, но все они обратились пылью в Великих Руинах. Наш мир не так прост, как ему кажется. Рано или поздно он наткнётся на неприступную стену, у основания которой и получит болезненный жизненный урок.

Не посмев продолжить разговор, Дань Янцзы поклонился, развернулся и ушёл.

****

— Докладываю почтенному Жулаю, в префектуре Порядка бесследно исчезли последователи Небесного Дьявольского Культа, собственно, как и вся усадьба городского Лорда, в которой те находились, — войдя в монастырский тронный зал, старый монах отчитывался перед Жулаем. — Губернатор префектуры Порядка связан с ужасающим Юй Линем из Небесного Дьявольского Культа. Префектура Порядка уже стала их неприступным оплотом. Также там видели девушку, которая одолела Фоцзы. Мы предполагаем, что она тоже состоит в Небесном Дьявольском Культе.

Жулай открыл глаза и изумлённо спросил:

— Разве та девушка не ученица Имперского Колледжа? Как так получилось, что она последовательница Небесного Дьявольского Культа?

— Девушку звать Сы Юньсян, а имперской ученицей она стала только в текущем году. За такой короткий срок Имперский Колледж попросту не успел бы её чему-нибудь обучить. Не говоря уже о том, чтобы поднять до уровня, достаточного для победы над Фоцзы. Девушка происходит из той же семьи Сы, что Сы Юю, прошлая Владычица. Семья Сы также является престижной семьёй Империи Вечного Мира, — ответил старый монах.

П.П.: сверил с китайским, там тоже пишется империя, я почему-то подумал про культ, может автор носом клюнул, или же действительно всё именно так.

— Получается новый Владыка Небесного Дьявольского Культа из семьи Сы?

— Пока неизвестно.

— Имперский Колледж использовал Святейшую Небесного Дьявольского Культа, дабы одолеть святого сына нашего Монастыря Великого Громового Удара. На такое мы не можем закрыть глаза. Спускайся с горы и поручи каждому монастырю заняться поиском дополнительной информации, — кивнув головой, скомандовал Жулай.

Монах утвердительно кивнул, после чего добавил:

— Произошло кое-что ещё, Ма Ваншэнь покинул Великие Руины.

Старых монах повернулся и начал спускаться с горы, в то время как старик Жулай сидел с ошеломлённым выражением лица.

****

Между тем, на горе Святого Пришествия, в ушах-голове Цинь Му звучали загадочные, дивные голоса. Как вдруг перед его взором всё размылось, а когда вновь сфокусировалось, он обнаружил себя в теле идущего по горам путника, а где-то там, вдалеке, раздавались звуки рубки дерева.

Наконец добравшись до источника звуков, он увидел дровосека, самозабвенно работающего топором у каллитрисова древа. Топор дровосека, неутомимо приземляющийся на каллитрис, казалось, таил в себе какую-то загадку, увлекающую и притягивающую его, а также заставляющую чувствовать, словно он вот-вот сможет что-то понять… что-то очень важное…

Он немного глупым взглядом пялился на покачивающиеся туда-сюда топор дровосека. Всякий раз приземляясь на ствол дерева, топор оставлял на нём глубокую зарубку, но, когда вновь поднимался, зарубка полностью исчезала, словно дерево и не рубили вовсе. Когда дровосек рубцевал дерево, каждый удар топора оставлял отличное от прошлого впечатление.

— Путник, простояв здесь так долго, что ты видишь? — дровосек отвёл топор и, повернувшись, взглянул на него. — От твоих родителей остались лишь скелеты, погребённые глубоко под землёй, твои дети выглядят намного старше тебя, твои внуки успели обзавестись собственными семьями, детьми. Путник, ты стоял здесь и смотрел на меня сто лет…

— Могу я попросить учителя научить меня…

Цинь Му увидел, как дровосек сел на валун под каллитрисом, начав передавать свои знания. Он же, сидя под валуном и пьяняще, упоительно слушая, внимал и осознавал тысячи изумительных логик. Шли года, десятки лет, пока он наконец не познал правду о технике Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей…

Протянув руку, дровосек коснулся его головы…

Открыв глаза, Цинь Му увидел отступающую назад бабушку Сы. Он по-прежнему находился на горе Святого Пришествия, и, конечно же, в настоящем, а не прошлом.

Ему довелось перенять учение всех прошлых Владык Небесного Дьявольского Культа, в свою очередь, перенявших пережитый опыт Владыки-основателя. Если передавать огонь от поколения к поколению, тот никогда не угаснет.

Цинь Му сидел на валуне с растерянным видом: «Святой коснулся моей головы, подвязал мои волосы, и передал мне долголетие. Техника Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей не имеет ни слов, ни картин, её возможно получить только при передаче от одного Владыки культа к другому. Теперь я понимаю».

В сознании юноши появилось много сложной, запутанной и неупорядоченной информации. Это посвящение хоть и не усилило его совершенствование, но всё равно дало много чего, в чём ему ещё предстояло разобраться.

По крайней мере теперь он знал, почему Патриарх сказал, что данная техника может быть передана только от одного Владыки к другому. Причина заключалась в том, что в Великих Небесных Дьявольских Рукописях не было никакой техники Единства. Или, если быть более точным, она ещё не была понята, ведь передавались лишь знания, из которых её можно было вывести!

Техника Единства была сокрыта за лекцией дровосека, поэтому Владыкам предстояло самостоятельно понять, что к чему. Что же до того, сколькое они смогут понять, всё зависло только от их личных способностей и уникального понимания сути вещей. Каждый Владыка выбирал свою стезю, постигал свою мудрость, строил свою судьбу…

Исходя из всего вышесказанного, точно сказать можно только одно — каждый владыка понимал технику Единства по-своему. Если в общих чертах, то да, концепция будет несколько схожа, тем не менее, это не отменяет того факта, что техника Единства у каждого священного Владыки по-своему уникальна!

Триста шестьдесят мастеров чертогов культа владеют триста шестьюдесятью способами совершенствования, а десять тысяч простых мастеров культа владеют десятью тысячами способами совершенствования!

Первое что пришло в голову Цинь Му — меня где-то обманули. Почему обманули? Ну как же, легендарную технику Единства ему предстояло понять самому!

Второй же мыслью было — вот как нужно учить. Вот каков истинный священный учитель!

Ведь одно дело то, что ты узнал сам, а другое от других. В первом случае это твоё, а во втором — чужое. Способ обучения техникам в Небесном Святом Культе превосходил способы других сект, включая даже подход Имперского Колледжа.

Молодо выглядящий Патриарх вздохнул с облегчением и посмотрел на бабушку Сы, с уст которой тут же сорвался древний голос Владыки Ли:

— Учитель, я уже не священный Владыка. У меня, наконец, появился шанс сломить дьявола в сердце. Учитель, пожалуйста, не мешайте!

Глава 167. Уход Патриарха

Патриарх дрогнул веками, но затем покачал головой:

— Ты превратился в дьявола сердца, поселившись в её сердце Дао. Тебе должно быть известно, что, если она сумеет тебя поработить, ты будешь вечно играть под её дудку.

— Какая разница, поработит ли она меня, или я захвачу её тело, в любом случае мы станем одним целым, — прозвучал в ответ голос Владыки Ли. — Не знаю, хорошо это или плохо, но таков мой выбор. Я решил на ней жениться, понимая, что она стала дьяволом в моём сердце, и мне ничего не остаётся, кроме как избавиться от него. Лишь сделав это, я смогу вернуть себе трезвое мышление и продолжить идти путём совершенствования. Прошу учителя помочь мне в этом.

Со сжавшимся в страхе сердцем, Цинь Му возмущённо взглянул на Патриарха. Он давно знал, что в сердце бабули живёт невероятно сильный дьявол, которого не был в силах изгнать даже посох Кхаккхара из Монастыря Великого Громового Удара. Но ему только сейчас довелось узнать, что тем дьяволом был прежний Владыка, Ли Тяньсин.

Бабушка Сы убила Ли Тяньсина, однако, тот превратил себя в дьявола и поселился в её сердце Дао, борясь с ней за контроль над телом. Цинь Му, естественно, всем сердцем желал помочь бабуле поработить прежнего Владыку, в то время как Патриарх, будучи совершенно безразличным к исходу, не разделял его мыслей… Независимо от того, избавится ли старуха от дьявола, или тот захватит полный контроль над её телом, Патриарх был готов смириться с исходом, поэтому не собирался вмешиваться.

Спустя некоторое время, бабушка Сы, вернувшись к норме, стала выглядеть весёлой, будто ничего и не случилось. Цинь Му обнаружил, что почти все Мастера Чертогов и остальные старики Небесного Дьявольского Культа недолюбливали старуху. Вероятно, причиной этому было убийство Ли Тяньсина, которое оставило священный культ без Владыки на целых сорок лет. За это время секта сильно рассеялась, из-за чего её члены потеряли целую кучу возможностей, что было достаточно серьёзным поводом для неприязни.

Основной причиной, по которой бабушка Сы пришла на церемонию восхождения, был Цинь Му… Старуха боялась, что последователи культа попытаются запугать юношу, поэтому, несмотря на ненависть к её персоне, она была вынуждена прийти и поддержать его. Передадут ли технику Единства, или нет — ей было абсолютно всё равно. Единственным, о чём бабушка переживала, был внучок.

Молодо выглядящий Патриарх вздохнул. О “бабушке” можно было сказать только одно — “роковая женщина”. Даже если она не делала ничего плохого, её невероятная красота подталкивала других совершать ужасные поступки… Мир попросту не мог справиться с такой красотой.

Ли Тяньсин был всего лишь человеком, Патриарх был всего лишь человеком, и все другие тоже не могли освободиться от своей человеческой природы. Чтобы выжить в этом человеческом мире, она должна оставаться бабушкой Сы, и никогда не открывать своего истинного лица, или даже голоса.

По окончанию церемонии восхождения Патриарх позвал Цинь Му прогуляться, показывая всяческие достопримечательности горы Святого Пришествия, такие как терраса Забытой Любви, павильон Появления Феникса, этаж под Небесами и пруд Обозревания Рыб.

Не смыкая уста, старик посвящал юношу в историю культа. Некоторые её страницы были невероятно древними, и могли уйти в могилу вместе с ним, в случае, если он о них не расскажет.

— Патриарх, почему мы, Небесный Святой Культ, называем появление нового Владыки восхождением? — спросил Цинь Му. — Разве появление нового императора не называется так же?

Взглянув на юношу, Патриарх покачал головой:

— В свои лучшие годы Небесный Святой Культ управлял шестью империями, лидер каждой из которых был членом нашего культа. Чтобы отдать им дань уважения, было решено использовать имперский термин. С того времени многое изменилось, империя теперь является самой сильной сектой. Для культа стало невозможно заполучить большое число последователей, в то время как империи принадлежат все люди в её границах.

Цинь Му глубоко задумался.

Патриарх вёл его к вершине горы, продолжая говорить:

— Гора Святого Пришествия является истинным штабом нашего культа, и попасть сюда довольно сложно. В этот раз ты добрался сюда вместе с остальными, когда триста шестьдесят мастеров чертогов использовали свои флаги перемещения. Однако, будучи Владыкой, у тебя должен быть собственный способ сюда попасть, верно?

Продолжая следовать за Патриархом, Цинь Му разглядел большой зал впереди. На фоне Дворца Золотой Орхидеи тот казался абсолютно обычным, не имея ни малейшего намёка на роскошь. Это было простое здание из зелёного кирпича и красной черепицы. Оказавшись внутри зала, он увидел, что декорации также были на удивления просты. Единственным предметом интерьера была скульптура святого.

Подойдя к скульптуре, Патриарх поджёг несколько палочек благовоний, дабы отдать дань уважения. Цинь Му проделал то же, проявляя своё уважение к человеку из камня.

— Большинство Старших и Небесные Короли владеют искусством мгновенного перемещения, наделяющего их способностью по желанию прибыть к горе Святого Пришествия. Техника, которую они используют, вырезана на стенах этого зала, ты должен её изучить. Не торопись, — проговорил Патриарх.

Юноша рассмотрел стену зала, обнаружив на ней технику изготовления сокровищ. Здесь описывался процесс обработки флага перемещения, божественные искусства и построения рун, нужные для создания артефакта.

Молодо выглядящий старик продолжил:

— На стенах каждого из залов нашего священного культа изображены разные техники. Мы не из тех, кто будет хранить какую-нибудь ветхую метлу. У последователей Небесного Святого Культа нет никаких ограничений в обучении и совершенствовании. Их успех в освоении полученных техник зависит лишь от способностей. Ты, как Владыка, должен разделять наше великодушие и широту кругозора, — Цинь Му согласился, и Патриарх добавил. — Техники в Великих Небесных Дьявольских Рукописях должны быть переданы миру, нет нужды хранить их в тайне. То, насколько успешно ученики их освоят, уже зависит от них самих. Говоря о делах культа, не слишком серьёзными проблемами занимаются Мастера Чертогов, более значительными — старцы, а главными вопросами занимаются Небесные Короли. Также есть надзиратели, следящие за чертогами, Старший Надзиратель, обеспечивающий соблюдение законов, и Старейшина Техник, передающий техники последователям, так что осталось не слишком много вещей, которыми тебе следует заниматься лично. Твоя главная ответственность — определение общего направления нашего Небесного Святого Культа… — пристально посмотрев на юношу, он спросил. — Итак, каким будет твоё первое распоряжение на посту Владыки культа?

Немного подумав, тот ответил:

— Открыть начальную школу в каждом чертоге и создать триста шестьдесят первый чертог, Чертог Школы. Реформа Имперского Наставника Вечного Мира открыла начальные школы и колледжи, создав новую профессию. Наш священный культ нуждается в таком же шаге. Так как у нас триста шестьдесят чертогов, я хотел бы построить триста шестьдесят школ, которые будут обучать наших последователей пути совершенствования.

Патриарх кивнул в ответ:

— В таком случае, можешь позвать Левого и Правого Хранителей и доверить этот вопрос им. Они обсудят его с Мастерами Чертогов и выберут таланты, которые сформируют Чертог Школы. Именно таким образом ты можешь контролировать направление культа и передавать свои поручения. Делать всё собственноручно слишком трудоёмко, что негативно сказалось бы на твоём совершенствовании.

Цинь Му восхищённо ахнул от внезапно возникшей странной мысли: «Небесный Дьявольский Культ на самом деле был не культом, а империей!»

Если Империя Вечного Мира была сектой, замаскированной под империю, тогда Небесный Дьявольский Культ был империей, замаскированной под секту!

Небесный Дьявольский Культ до боли напоминал империю. В нём было триста шестьдесят чертогов, по каждому на профессию, а его последователи самостоятельно зарабатывали себе на жизнь. Надзиратели следили за работой чертогов, в то время как Старшие Защитники и Небесные Короли были армией, защищающей от врагов. Соблюдение же обычаев Небесного Дьявольского Культа было целью Левого и Правого Хранителей.

Имея миллионы последователей, Небесный Дьявольский Культ мог запросто сравниться с небольшой страной. А сами последователи, естественно, называли себя членами Небесного Святого, а не Дьявольского Культа.

— Ещё кое-что, — с серьёзным выражением лица Патриарх продолжал свои искренние наставления. — Я знаю, что ты любитель разрушать всё вокруг. Поэтому к тебе был приставлен канцлер Ба Шань, который, впрочем, позволил тебе лишний раз повергнуть Резиденцию Учеников в хаос. Но, в то время как в разрушении колледжа нет ничего плохого, на горе Святого Пришествия такая деятельность абсолютно противопоказана. Каждый здешний зал — историческое место, и на каждой здешней стене высечена уникальная техника.

Покраснев на щеках, юноша пробормотал:

— Не такой уж и любитель…

— Ну да. Пробыв в Имперском Колледже не больше восьми дней, ты разнёс всё в пух и прах всего лишь два или три раза, после чего отправился за Великую Стену, чтобы проделать там то же самое.

Патриарх вышел наружу, где его, держа на себе багаж, уже ожидал Старший Надзиратель, и помахал парню:

— Я ухожу. Владыка Культа, можешь меня не провожать. Скорее всего, это наше последнее прощание, так что как бы далеко ты меня не проводил, наши пути всё равно разойдутся.

Отрицательно качая головой, Цинь Му настоял:

— Даже если мы больше не увидимся, я всё равно хотел бы проводить Вас в знак моего уважения.

Молодо выглядящий старик кивнул головой и начал спускаться с горы. Пытаясь идти с ним в ногу, Цинь Му шёл сбоку. С этим стариком он провёл намного меньше времени, чем с деревенскими. Тем не менее, за тот короткий период, на протяжении которого они взаимодействовали, он успел заметить, что Патриарх чем-то отличался от последних…

Цинь Му многому научился. В деревне Цань Лао его воспринимали как ребёнка… ребёнка, который никогда не вырастет в глазах старейшины деревни и бабули Сы. Между тем, находясь под опекой Патриарха, он научился взрослеть. Теперь же, он, наконец, стал взрослым…

Даже если бы Цинь Му провожал старика целую тысячу километров, их пути всё равно разошлись бы. От вершины к подножию горы не было тысячи километров, вскоре они дошли до конца. Патриарх обернулся, поклонившись:

— Священный Владыка, дальше меня не нужно провожать.

Юнец остановился и поклонился в ответ, безрезультатно пытаясь подавить печаль в своём сердце:

— Прощай, Патриарх.

Старик спрыгнул с горы. Старший Надзиратель прыгнул следом, и вскоре они оба бесследно исчезли в небесах. Ещё некоторое время Цинь Му так и стоял, поклонившись. Затем, наконец, выпрямившись, он взглянул на небо, зная, что никогда больше не встретит этого старика.

Когда Старший Надзиратель вернётся из путешествия, он, скорее всего, принесёт с собой прах Патриарха.

Стоит ли бояться смерти? Доверить своё тело горе на целую вечность… Возможно, последнее желание Патриарха было в том, чтобы стать чем-то подобным горе Святого Пришествия.

Можно считать, что он следовал учениям культа до самого конца.

Внезапно, на вершине горы Святого Пришествия развеялись огромные флаги, после чего триста шестьдесят мастеров чертогов один за другим покинули пределы этого места. Цинь Му подозвал Ху Лин’эр, отправляясь к каллитрису. Возле древа всё ещё стояли несколько Старших Защитников, которые, завидев его, поприветствовали:

— Священный Владыка Культа.

Парень вернул приветствие. Кроме этих стариков, на горе совсем никого не осталось. Даже бабушка Сы ушла, вероятно, дабы попрощаться с Патриархом.

Вскоре Цинь Му нашёл Левого и Правого Хранителей и поднял с ними вопрос создания Чертога Школы. Оба Хранителя были мужчинами средних лет, один был одет в чёрное, другой в белое. Взглянув друг другу в глаза, они спросили:

— Что, по плану Священного Владыки Культа, должно преподаваться в школах?

Тот ответил:

— Все техники и божественные искусства, описанные в Великих Небесных Дьявольских Рукописях. Кроме Чертога Школы, я также хочу построить Этаж Небесных Записей на горе Святого Пришествия. Здесь будут храниться техники других сект, делая их доступными для всех последователей нашего культа. Самый простой способ их получить — скопировать все свитки из Этажа Небесных Записей Имперского Колледжа и отправить их сюда, — Хранители записали всё услышанное, а Владыка продолжил. — Собратьям же, с официальной должностью при имперском дворе, прикажите скопировать техники имперских чиновников и тоже отправить сюда.

— Как прикажите.

Хранители уточнили детали и немедленно поднялись. Мужчины в чёрном и белом подняли полы своих мантий над торсом, бесследно исчезая. Должно быть, они переместились за границы горы Святого Пришествия.

— Техника мгновенного перемещения нашего священного культа, несомненно, невероятно мощна! — восхищённо воскликнул Цинь Му, немедленно отправившись в великий зал, чтобы начать её изучение. Не владея искусством перемещения, он не сможет покинуть гору!

Как священный Владыка культа, он не позволит себе опозориться, прося кого-то вывести его наружу, верно?

Глава 168. Старики

Великие Руины, Цань Лао. Старейшина деревни как обычно развалился у входа в деревню, медленно и неторопливо распивая чай с целителем, как вдруг последний повернулся и спросил:

— Старейшина, ты случаем не прирос к своей кушетке? Не пей ты чай, я бы подумал, что тебя парализовало… даже тьму пересидел. Я проснулся с первыми лучами солнца, а ты уже загорал.

Лениво сощурившись, старейшина парировал:

— Целитель, мне кажется у тебя неспокойно на душе. После ухода Му’эра места себе не находишь, маешься всякой дурью.

Целитель мрачно расхохотался:

— У меня неспокойно на душе? Это у тебя неспокойно на душе! Посмотри на меня, красавец, разве нет? Слежу за чистотой, каждый день моясь, ухаживаю за растительностью, замечу, за всей растительностью! Не то что ты, глянь на свои патлы, а запах-то, то-то я в последнее время не вижу живности, наверно от запашка дохнет ещё на подходе к деревне. Уже радует, что хотя бы не помер за ночь в своей кушетке. Но если бы помер, тогда хоть вонь была бы оправданна.

Старейшина сказал, как отрезал:

— Глупости не говори, ты же меня вчера утром сюда притащил, а с наступлением ночи забыл забрать, разве это не признак того, что у тебя не спокойно на душе? Так внезапно позабыть о том, что делал изо дня в день, к чему бы это всё, а?

Целитель гневно оскалился:

— Не вернул, ну и что с того? Ты что, сам не мог вернуться? Разучился летать? Какой тогда вообще прок от твоего, гений ты наш, исключительного совершенствования?

Старейшина, выдержав паузу, грустно вздохнул:

— Друг мой, ты же знаешь, что у меня нет ни ног, ни рук…

Сходя с ума, целитель готов был взорваться от переизбытка гнева. Проклятый старикан не помер после целой ночи свиданий во тьме со всякими чудищами, после чего ему хватило наглости заявить, что у него, видите ли, нет ног? Насколько же нужно быть толстокожим, чтобы такое ляпнуть? Неприступные столичные стены краснеют от своей неполноценности!

Старик собрался было исчерпывающим образом возразить, как вдруг поднял голову. Старейшина тоже оживился, ярко улыбнувшись: «Разве не радостно встретить друга, прибывшего издалека? Друг Дао, теперь ты выглядишь расслабленней».

П.П.: тут была минуточка Конфуция из книги “Аналекты Конфуция”

Старик и юноша поднимались вверх по течению реки Вздымающейся, после чего ступили на сушу и спокойным шагом направились к деревне.

— Где твой гребень? Прекрати прятать, — зыркнув на целителя, спешно проговорил старейшина. — Я знаю, что ты всегда носишь его с собой, где-то у груди! Доставай, быстрее. Я не умывался два дня, как я могу встретить гостей в таком виде? Надо хотя бы волосы привести в порядок, — целитель победоносно ухмыльнулся, на что старейшина скривился. — Ладно, ладно, я был не прав. Это я ленился в течение последних двух дней, даже в дом спать не пошёл, всё моя вина, ты тут не при чём.

Оставшись довольным, целитель передал старейшине гребень. Последний привёл в движение свою Ци и подхватил гребень нитью Ци, начав, ловко расчёсываясь, прихорашиваться.

Молодо выглядящий Патриарх вместе со Старшим Надзирателем подошли и приветственно поклонились, на что старейшина тут же улыбнулся:

— Инвалид не способен поприветствовать должным образом, пожалуйста, примите мои искренние извинения. Присаживайтесь. Целитель, чайку.

Патриарх сел, после чего с улыбкой посмотрел на уважительно стоящего рядом, словно дворецкий, Старшего Надзирателя и сказал:

— Я больше не Патриарх священного культа, нет нужды соблюдать все эти правила, садись рядом.

Не став спорить, Старший Надзиратель тут же присел, затем снял бамбуковую корзину со спины и поставил сбоку. Между тем целитель уже успел заварить чай, который прямо сейчас наливал в чашки гостей.

— Целитель пьёт чай, как южанин, — с полуулыбкой проговорил Патриарх.

— Ну, я и есть южанин, поэтому пью только так. Нам, старикам, сложно избавиться от привычек. Северяне заваривают чай так, чтобы листья то подымались, то тонули, южный же чай своим прозрачным дном становится зеркалом души людей… у обоих способов есть свои интересные стороны, — с ухмылкой ответил целитель.

— Теперь я понимаю, почему вы вдвоём так часто сидите здесь. Старейшина, я пришёл погостить у тебя несколько дней, ничего страшного? — улыбнулся Патриарх.

Прежде чем старейшина успел что-либо сказать, целитель с улыбкой хлопнул в ладоши, восклицая:

— Отлично, просто замечательно! После того, как Му’эр ушёл, этот старикан от скуки чуть не помер, молчаливо сидя здесь изо дня в день, словно парализованный.

Старейшина, недовольно зыркнув на “красавца”, поспешно сказал:

— У тебя наконец-то появилось свободное время, как я могу не составить тебе компанию на пару дней. К тому же, мне это тоже пойдёт на пользу.

Патриарх решил перейти к сути дела:

— Я невероятно восхищаюсь тобой, брат по Дао. Будучи взращённым всеми вами, священный Владыка культа вырос по-настоящему выдающимся и необыкновенным, поэтому я был вынужден прийти проконсультироваться. У священного Владыки врождённое Тело Тирана, а несравненная техника Трёх Эликсиров Тела Тирана даровала множество необыкновенных способностей. Я оказался совершенно не сведущ в данном вопросе, да что уж, я даже не слышал, что в нашем мире есть подобное врождённое телосложение, поэтому надеюсь в течение следующих нескольких дней получить от брата по Дао ответы на мучающие меня вопросы…

— Тело Тирана? — старейшина и целитель переглянулись, и, не сумев удержаться, расхохотались, как дети малые. Два уже давно не молодых старика хохотали во все глотки, чуть ли не захлёбываясь собственной слюной и текущими по щекам слезами. — Тело Тирана… Пхахахахаха!!!

Старейшина скатился с кушетки и, хохоча, начал кататься по земле, как умалишённый, целитель же упал на колени и, заливаясь совсем не здоровым смехом, ну, или слюною, долбил кулаком о землю, не будучи в силах встать.

“Юноша” и старик шокировано замерли. Разве они могли ожидать подобной реакции? Старший Надзиратель даже насторожился, думая: «Насколько же скучной должна быть жизнь у этих стариков? Тут ведь не над чем смеяться, а они скоро потеряют контроль над мочевыми пузырями. Надеюсь, я и Патриарх не сойдём с ума, как они, оставшись здесь на пару дней. Верно ведь?»

Старейшина сумел остановиться, распластавшись на земле, чтобы отдышаться. Целитель же не был столь вежливым, ткнув пальцем на Патриарха и радостно воскликнув:

— Мы одурачили даже Патриарха Небесного Дьявольского Культа! Ха-ха-ха!

Старейшина снова начал сумасшедше хохотать, а целитель, словно дятел, самозабвенно долбить землю… Некоторое время спустя старейшина таки совладал с собой и, вернувшись в кушетку, начал приводить свой внешний вид в порядок с помощью Ци, а то волосы сейчас пребывали в ещё более плачевном состоянии, чем до прибытия гостей. В то же время целитель отошёл в сторонку, чтобы стряхнуть пыль и умыть лицо, затем, вытащив ещё один гребень и окончательно приведя себя в порядок, тот вернулся, сел и извинился:

— Братья по Дао, нас в деревне осталось только двое, поэтому нам до смерти скучно. Даже курица-дракон, гонимая весенним ветром, вышла, чтобы пошалить, после чего развела полный курятник цыплят-дракончиков. Нам редко доводится слышать шутки, поэтому мы потеряли самообладание.

Патриарх кинул взгляд им за спины, где увидел гуляющую по деревне огромную курицу-дракона, за которой семенил целый выводок маленьких цыплят-дракончиков. Почувствовав на себе чужой взгляд, курица-дракон горделиво хлопнула крыльями, подняв настоящий ураган.

— Что такое Тело Тирана? — смиренно спросил Патриарх. — Могу ли я попросить вас расщедриться на учения. Я слишком несвед…

— Ни слова больше, — прервал старейшина, изо всех сил подавляя смех. — Я всё скажу, только ни слова больше.

Спустя некоторое время, узнав правду, Патриарх и Старший Надзиратель выглядели так, словно были поражены сотней разрядов молний, после чего по ним прошлось стадо из сотен ополоумевших бизонов, таки выбивших последний дух из бренных тушек. Да, старики ещё долго не могли продемонстрировать хоть что-то, кроме глупого смотрения в одну точку.

Сильнейшее Тело Тирана оказалось телом обычного человека, а сильнейшей техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана оказалась обычная техника Даоинь… техника, которую все смертные используют для укрепления тел детей!

Тем не менее, Цинь Му на самом деле умудрился совершенствовать эту технику, свято веря, что у него самое настоящее Тело Тирана. Что ещё важнее, он хоть и верил во всё это, но на практике имел самое обычное тело, и совершенствовался с помощью самой обычной техники Даоинь. Но в то же время он побеждал всех гениев и все таланты, которые ему встречались, заставляя их писаться в ужасе, что выглядело никак иначе, как настоящее Тело Тирана!

Смотря друг на друга, старейшина и целитель выглядели невероятно довольными собой. Старик без конечностей заговорил:

— Посмотри на их выражения, такие, как я и ожидал.

Молодо выглядящий Патриарх мрачно вздохнул, и с покосившимся лицом ответил:

— Понятно, понятно… Однако с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана не всё так просто, она крайне необычна.

— Она может быть техникой Даоинь, используемой каждым встречным, но у неё всё-таки есть некоторые особенности. Хотя, людей, способных совершенствовать её до уровня Му’эра, всё равно невероятно мало. Я бы даже поспорил на отсечение своих конечностей, что это удалось только ему, — с уверенным выражением сказал старейшина. — По крайней мере, я не встречал больше подобных случаев. Подозреваю, что данная техника берёт своё начало ещё до времён Великих Руин, следовательно, она неплоха сама по себе. Столетиями передаваясь из поколения к поколению, она и стала называться Даоинь, хоть я и не могу быть в этом полностью уверен. Кто бы мог подумать, что кто-то в наше время станет ею совершенствоваться.

Вздрогнув веками, Патриарх спросил:

— Можно предположить, что до того, как Великие Руины стали Великими Руинами, обычные люди тоже могли совершенствоваться, а техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была методом, который они использовали. Но, когда случилась катастрофа, обычные люди потеряли такую возможность, и на смену пришли Четыре Великих Духовных Тела.

Сердце целителя слегка сжалось:

— Если обычные люди неспособны совершенствоваться, с какой стати Му’эру это удается? Нельзя просто сказать, что это всё из-за его огромных усилий. Обязательно найдётся кто-нибудь, старающийся упорнее его. Также нельзя объяснить всё тем, что он использовал в сотню раз больше ресурсов, чем кто-либо другой. В мире полно людей, готовых потратить целую прорву денег, чтобы пробудить смертное тело. В таком случае, он всё-таки должен чем-то отличаться от обычных людей.

Почувствовав, как сердце сделало кульбит, старейшина выдвинул предположение:

— Что, если Му’эр представитель тех “обычных” людей, которые жили до возникновения Великих Руин?

Трое слушателей взглянули друг другу в глаза, соглашаясь с идеей старика. Патриарх спросил:

— В таком случае, откуда он, обычный человек древности, взялся?

— Из деревни Беззаботной! — сказав это в унисон, старейшина и целитель взглянули друг на друга с тревогой в сердцах.

Мозг Старшего Надзирателя был не в силах обрабатывать информацию так быстро, как собеседники, поэтому тот озадаченно молчал.

«Мои мысли не успевают за ними» — старик чувствовал, будто его забыли позади.

— Деревня Беззаботная? — встревожился Патриарх. — Могу спросить, где она находится?

— Не знаю, но, если друг по Дао интересуется, мы можем пойти на её поиски этой ночью, — многозначительно улыбнулся старейшина.

— То есть из деревни? — пробубнив, молодо выглядящий старик повернул голову в сторону необъятных Великих Руин. Его сердце замерло в предвкушении…

«Я пришёл в правильное место», — радостно подумал он про себя. Прошло немало времени с тех пор, когда ему в последний раз доводилось чувствовать такой азарт. Старые прохвосты деревни Цань Лао снова заставили его почувствовать дух приключений и возбуждение, как в его лучшие годы.

Два старика, стоящие одной ногой в могиле, их не менее молодой спутник и не старый, но и не молодой целитель, собрались исследовать глубины загадочных Великих Руин, да к тому же ночью. От одной мысли об этом, Патриарх чувствовал себя на сто лет моложе.

****

Гора Святого Пришествия.

— Лин’эр, эта гора — священная земля нашего Небесного Святого Культа, однако, я здесь всё-таки впервые, так что не могу тебе сказать, какие места опасны. Не бегай вокруг и жди, пока я не постигну технику перемещения и не заберу нас отсюда, — скомандовал Цинь Му.

Лиса поняла приказ и развернулась, выбежав из зала. Юноша уселся перед стеной и внимательно начал изучать описанное на ней искусство мгновенного перемещения.

Механизм перемещения культа предполагал создание сокровища, в то время как руны, построения и божественные искусства в его основе не могли быть использованы отдельно. Они считались всего лишь инструментами для изготовления артефакта, которого затем можно будет использовать на практике. Именно поэтому большинство людей, занимающих высокие должности в культе, использовали флаги или одежду для мгновенного перемещения.

Когда флаг перемещения разворачивался, всё, что он был способен накрыть, переносилось в указанную точку. Такой способ позволял захватить сразу нескольких людей. В свою очередь, одежда перемещения накрывала лишь одного, следовательно, переместиться мог только один желающий.

Цинь Му тщательно разбирался в чуде мгновенного перемещения. Спустя один день, он, наконец, всё освоил и начал проводить некоторые вычисления в своём уме.

Техника мгновенного перемещения Небесного Дьявольского Культа использовала руны, чтобы активировать построение, которое в свою очередь активировало само божественное искусство. Из-за своей сложности, было почти невозможно использовать последнее напрямую, отчего и появлялась нужда в создании сокровища.

Если бы парню удалось использовать божественное искусство напрямую, он тоже смог бы мгновенно перемещаться, что, очевидно, было намного удобнее, чем использование флагов или одежды.

К сожалению, после столь длительного изучения, Цинь Му пришёл к выводу, что для этого ему потребуется новая техника вычислений. Только с более высокими познаниями в области математики, он смог бы окончательно постичь божественное искусство мгновенного перемещения.

— Мне нужен текст по алгебре получше!

Глава 169. Увлечение Священного Владыки

Божественное искусство мгновенного перемещения строилось непосредственно на алгебре. Нужно определить направление и место назначения, затем рассчитать расстояние в пространстве, что должно было дать достаточно информации, чтобы решить, в каком порядке и какие руны использовать. Для каждого такого перемещения требовались поистине титанически-трудоёмкие математические вычисления.

Математические вычисления, всего два слова, если со словом математические всё понятно, тогда что же в действительно крылось за словом вычисления? Вычисления есть не что иное, как определённая последовательность, вытекающие логическое развитие и изменение, а также конкретные правила построения руны. Изменяя же порядок в рунном построении, Цинь Му мог формулировать правила, по которым эти вычисления проводились…

Реализовывая божественное искусство в сокровище, ему придётся полагался на лежащие в его основе руны и построения, проводящие вычисления самостоятельно. Получающееся в итоге сокровище было будто странно построенные огромные счёты, используемые для вычислений, в тысячи раз сложнее обычных.

Если ему вдруг взбредёт в голову использовать данное божественное искусство само по себе, то у него должно быть достаточно способностей, чтобы мгновенно провести расчёты вне зависимости от времени и места, с помощью сложных формул определяя, как именно использовать технику мгновенного перемещения.

Полагаясь лишь на Десять Математических Трактатов, Цинь Му попросту не мог вывести столь сложную вычислительную формулу, поэтому, чтобы полностью постичь божественное искусство мгновенного перемещения, нуждался в более совершенных знаниях алгебры.

«Сложнейшие вычисления должны преподаваться в зале Множества Составляющих Имперского Колледжа. Там преподают навыки построений, поэтому определённо должны обучать алгебраическим вычислительным формулам. Или в секте Дао, та должна иметь даже большие достижения на данном попроще…» — Цинь Му вдруг вспомнился Даоцзы Линь Сюань. Когда последний исполнил “Точку, Прокалывающую Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Янь”, то должен был произвести чрезвычайно сложные алгебраические вычисления. Полагаясь на видимые изменения в движениях, ему было крайне сложно вычислить точное местоположение слабости противника, но, тем не менее, он справился.

«Я всё ещё плохо подкован в вычислениях, поэтому попросту не смогу использовать божественное искусство перемещения. Сейчас мне довелось узнать толь то, что подобное возможно, а не сам способ работы. Для начала я должен создать сокровище мгновенного перемещения, остальное позже», — отбросив бесполезные мысли, Цинь Му сосредоточился на создании сокровища. Но, какое бы он не решил создать, к примеру в виде флага или одежды, ему понадобится нечто тканевое, а из такого у него был только набор парчовой одежды. Ну, как говорится, на безрыбье и рак рыба, нужно приступать к делу с тем, что есть под рукой.

Используя парчовую одежду, сотканную из Шёлка Натуральной Природы, для создания перемещающего сокровища, Цинь Му был вынужден вытащить из ткани несколько нитей, после чего использовал их, чтобы вышить на одежде построение, после чего использовал Ци, чтобы отметить руны.

Не так уж давно бабушка Сы обучила его делу портного, поэтому у него был некоторый опыт в вышивке, что сделало поставленную задачку не такой уж и сложной в исполнении.

****

— Как вы думаете, сможет ли священный Владыка покинуть гору Святого Пришествия, полагаясь только на собственные силы? — шушукались три Небесных Короля, до сих пор не покинувшие гору, на случай если Цинь Му окажется здесь в ловушке.

Три старика уставились на зал Плавающего Света. Как вдруг один из них, Небесный Кроль Лу, приласкал свою козлиную бородку и сказал:

— Не так-то просто создать перемещающее сокровище. Если вкратце, перемещающее божественное искусство нашего священного культа — сплошная головная боль для всех и каждого.

Небесный Кроль Юй в полном согласии кивал головой и говорил:

— Перемещающее искусство нуждается в глубоких алгебраических познаниях, его крайне трудно изучить, не владея теми на должном уровне. Священный Владыка довольно молод, разве у него хватило бы времени поднатореть в данной области?

— Пусть он помучается несколько дней. Незнание трудности, равносильно непониманию того, насколько рьяно нужно продвигаться в своём развитии. Только познание трудности в изучении, может искусить молодое сердце на тягу к знаниям, — говорил самый серьёзный среди троицы, Небесный Король Ши. — Священному Владыке довелось испытать слишком мало неудач, даже позиция учителя всего нашего священного культа досталось ему слишком просто. Без заточки точильным камнем, роста не будет. Патриарх думал в таком же ключе, как-никак именно он поручил Владыке обучиться перемещающему искусству.

Другие двое постоянно кивали в согласии.

— Может тогда, чтобы заточить его ещё больше, нам создать некоторые неудачи умышленно?

— Не нужно. Дабы указать ему на этот момент, заставить споткнуться раз, будет вполне достаточно. Патриарх наверняка думал также, поэтому, когда он, будучи не в состоянии покинуть это место, провалится в своём начинании, мы дадим ему флаг перемещения, — проговорил Ши, после чего улыбнулся. — Каждое действие Патриарха воистину глубокомысленно. Вы двое как никто другой знаете, насколько сложно овладеть перемещающим божественным искусством, поэтому, какая ещё причина могла быть у старика, позволившего ему остаться здесь?

Лу и Юй, оживившись взглядами, восхищённо ахнули.

Несмотря на то, что перемещающее искусство находилось в зале Плавающего Света открыто, и его по желанию мог попытаться постичь каждый, это мало кому удавалось, а точнее, практически никому. Да, у всех мастеров чертогов было по Флагу Перемещения, но каждый такой не был изготовлен руками самих мастеров, в действительности всё духовное оружие такого рода было изготовлено четырьмя Небесными Королями. Даже бывшая Святейшая, Сы Юю, не справилась с задачкой, что не удивительно, ведь алгебра у неё явно хромала.

По задумке Патриарха, Цинь Му должен отправиться в зал Плавающего Света, где попытается постичь перемещающее божественное искусство, как таковое. Но, спустя примерно десять дней, тот осознает, что для постижения последнего требуются чрезвычайно высокие достижения в алгебре. Затем, спустя примерно ещё десять дней, он поймёт, что всё-таки не сможет совершенствоваться в перемещающем божественном искусстве, как таковом, в итоге попытавшись создать перемещающееся сокровище… а ещё через десять дней, у него не останется иного выбора, кроме как признать, что ему не под силу создать даже сокровища…

Случись всё именно так, непослушность и озорство молодого священного Владыки будут раздавлены осознанием того, насколько высоки небеса и глубока земля. Как результат, он научится самоконтролю, наконец прекратив совершать всякие бесчинства и непотребства, а раздутое самомнение о своих неповторимых способностях, само собой разумеется, исчезнет само собой. После чего Цинь Му, успокоив свои дух и сердце, постигнет технику Единства Небесного Святого Культа, а три Небесных Короля снизойдут, дав ему перемещающее сокровище, позволяющее покинуть гору Святого Пришествия. И все будут жить долго и счастливо в мире и покое…

Да, именно таково было глубокомысленное намерение Патриарха, оставившего Цинь Му на горе, дабы постичь перемещающее божественное искусство. И пойди всё по плану, возможно, всё так бы и произошло, вот только…

Юй с серьёзным выражением лица спросил:

— Никто не знает, что случилось с Небесным Королём Цянем? Может кто-то из вас получил какие-нибудь новости?

Лу и Ши покачали головами, после чего последний сказал:

— Старшего брата Цяня, скорее всего, уже постигло несчастье. Мы ведь с вами знаем, какой он культовый энтузиаст, но его до сих пор нет. Я считаю, что враги, чтобы узнать личность нового Владыки, должно быть, попытались выведать у него местоположение нашего штаба. Но с учётом характера старшего брата, им вряд ли удалось услышать хотя бы слово по делу…

— У старшего брата Цяня ведь такое высокое совершенствование… — со сжавшимся сердцем пробубнил Лу.

— Каким бы высоким не было, всегда найдётся тот, у кого оно выше, — мрачно проговорил Ши. — Каждый высокопоставленный чиновник первого ранга при имперском дворе — существо сравнимые по силе с Мастерами-Владыками сект-культов. Секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара, тоже не бедны на практиков такого уровня, к тому же другие секты и семьи тоже могут иметь скрытых мастеров, имеющих виды на наш Небесный Святой Культ. Многие считают, что наш культ спустя сорок лет уже не тот, что прежде… Кому бы не захотелось урвать от нас хотя бы кусочек? Вопрос только в том, кто враг?

Все трое замолчали. Спустя некоторое время Юй решил сменить тему:

— Вы же слышали, что наш Владыка приказал Левому и Правому Хранителям создать Чертог Школы? Дело то не маленькое. Думаю новый Владыка оказался куда способнее прошлого, Владыки Ли. Такое смелое видение… Даже не верится, что он всё ещё ребёнок, которому не стукнуло и второго десятка лет. Такое чувство, что у него больше опыта, чем у какого-нибудь древнего как мир старца…

— Скорее всего его направлял Патриарх.

— Возможно… Мм? Владыка вышел!

Три Небесных Короля посмотрели на зал Плавучего Света, где увидели выходящего Цинь Му. Прямо сейчас, тот широко распахнул наружный слой парчового наряда, нечто вроде мантии, а затем сразу же завернулся в него и со звуком “пуф” исчез!

Небесные Короли шокировано уставились, а уже в следующих миг услышали грохот. Половина павильона Появления Феникса осталась в руинах!

«Дерьмо!» — мысленно выругались все трое, со сжавшимися сердцами повернувшись в сторону павильона. Там они увидели пытающегося выбраться из-под обломков юношу, а когда ему это таки удалось, тот отряхнул одежды и осторожно огляделся, после чего с облегчением вздохнул, словно его никто не словил на горячем, опять завернулся в одежду и исчез.

— Павильон Появления Феникса — историческое место, где Владыка шестого поколения заполучил феникса. Тогда на нашу гору Святого Пришествия спустился феникс, что за славные времена были… — дрожа животом, Небесный Король Юй выглядел так, словно собирается родить телёнка. — Половина рухнула… Как нам теперь показаться на глаза предкам и ученикам?

Ши тоже не смог сохранить спокойное выражение лица, нерешительно пробормотав:

— Там были только “Записи Феникса, Отдыхающего на Кроне Древа” записанные Владыкой шестого поколения. Всего лишь биография, а не техника, не так уж и страшно… К тому же я знаю текст на память. Давайте починим павильон и найдём Мастера Чертога Книги, чтобы он смог подделать почерк Владыки. Я уверен, никто даже и не заметит!

— Священный Владыка, кажется, смог создать перемещающую одежду, вот только контроль хромает, — поражённо бубнил Лу. — Погодите! Создал перемещающую одежду? Такое вообще возможно?

Внезапно опять прогрохотало, отчего троица рефлекторно повернулась на шум, после чего практически позеленела в лицах от гнева… На этот раз пострадала крыша зала Трёх Королей. Их Владыка до сих пор не мог контролировать мгновенное перемещение, поэтому появился в воздухе над залом, затем упал на крышу последнего и проделал в той огромную дырень.

Зал Трёх Королей считался одним из святейших мест на горе. Он был воздвигнут в честь трёх священных Владык культа, которым довелось жить и править в одном поколении во времена, когда между сектами велась ожесточённая резня. Секта Дао, собрав под своим началом все праведные секты мира, напала на Небесный Дьявольский Культ. В то время старого Владыку смертельно ранили в бою, но, прежде чем погибнуть, тот успел передать культ в руки Небесного Короля Цина, который, прежде чем повести всех на закончившийся его смертью бой к водоёму Нефритовой Ряби, проделал то же самое по отношению к Святейшей того поколения…

Унаследовав позицию Владыки, Святейшая тоже отправилась на поле брани, буквально искупав секту Дао в собственной крови, тем не менее, ей не удалось довести дело до конца, поэтому, не имея иного выбора, она отступила. Вернувшись, Святейшая передала все техники следующему достойному претенденту, после чего полученные в бою раны дали о себе знать, приведя к смерти в сидячем положении… Дабы увековечь их подвиг, следующий Владыка воздвигнул зал Трёх Королей!

Промахнувшись с мгновенным перемещением в первый раз, Цинь Му уничтожил павильон Появления Феникса… ну ладно, такое ещё можно было стерпеть, но сейчас он повредил зал Трёх Королей, что было явным перебором!

Внезапно раздался очередной “фьюх и пух”, ведь Цинь Му опять накрыл себя одеждами и исчез. С проступившим на спинах холодным потом и вставшими дыбом волосами, три Небесных Короля сорвались с места, вопя:

— Священный Владыка, Маленький Дьявол! Ты больше не можешь ничего повредить!

Трое Небесных Королей имели плотное совершенствование, и, конечно же, тоже могли мгновенно перемещаться. Ши владел перемещающим сокровищем в виде флага, который перемещал сразу же после раскрытия. Лу имел зеркало, которое мгновенно перемещало, если направить на себя. Юй создал нефритовый кулон, который, как всегда, висел у него на поясе. Слегка похлопав по нему рукой, кулон вспыхнул ярким светом и переметил его прочь.

Каждый из королей был крайне опытен в искусстве мгновенного перемещения, и, даже несмотря на то, что они не владели перемещающим божественным искусством, как таковым, им было намного проще контролировать перемещающие сокровища, чем новичку. К тому же, положившись на свой опыт, они могли понять, куда именно собирался переместиться непутёвый “путешественник”, поэтому немедленно переместились на перехват. Однако, на мгновение, но старики всё же опоздали, поймав лишь пустоту внутри пруда Обозревания Рыб.

В пруде обитало несколько крайне свирепых рыбьих дракона. Когда Цинь Му только-только попал в пруд, те звери тут же раскрыли свои огромные пасти, но как раз в этот момент он исчез, а на его месте появились три короля, которые в итоге выступили в качестве рыбьего корма.

Три старика мгновенно исчезли, вынуждая огромных рыб тяпнуть пустоту, выбив из-под острых как бритва зубов сноп искр. Не получив желанной закуски, огромные рыбы обижено потрясли мордами.

Небесные Короли появились в воздухе, протягивая руки, чтобы схватить Цинь Му, в очередной раз пытающегося завернуться в парчовые одежды. Все трое оказались в непосредственной близости от подолов одежды паренька, вот только тот оказался чуть-чуть, но быстрее, поэтому они опять остались с носом.

— До своего ухода, Патриарх предупреждал нас о странном увлечении Владыки разрушениями, если мы его не поймаем…

Глава 170. Единение Техник

Трём Небесным Королям снова пришлось активировать свои сокровища мгновенного перемещения. Вскоре раздалось три глухих хлопка, и перед глазами мужчин всё почернело. Их тела были тесно скованны, свидетельствуя о том, что что-то пошло не так. В спешке разрушив препятствие с помощью своей Ци, они наконец поняли, что в процессе преследования Цинь Му оказались внутри стволов огромных деревьев.

— Где священный Владыка? — задался вопросом Ши, сразу после чего увидев голову застрявшего юноши, торчащую в дупле одного из деревьев. Это была саговая пальма, древесина которой была крепче металла.

Лу имел не слишком приятный характер, поэтому съязвил:

— Владыка, почему Вы больше не убегаете?

— Небесные Короли, вы всё ещё здесь? — прозвучал в ответ голос опозоренного Цинь Му. — Я исчерпал свою жизненную Ци, к тому же моё тело застряло в дереве, из-за чего я не могу поднять свою одежду, чтобы переместиться. Вы не могли бы мне помочь?

Три Небесных Короля не знали, смеяться им, или плакать. Ши срубил дерево и, вытащив юношу из древесного плена, сказал:

— Владыка, титул нашего лидера — невероятно высокая должность. Вам нельзя так просто носиться по горе Святого Пришествия. К тому же, тут полно исторических памятников, у каждого из которой особое значение.

— Владыка, Вы ведь не ребёно… — добавив это, Лу понял, что ляпнул какую-то ерунду. Владыка ведь был ребёнком, разве нет?

Цинь Му не было даже пятнадцати лет, он был в несколько раз моложе троицы своих подчинённых.

Лу невольно пробормотал:

— В Вашем возрасте, я днями напролёт игрался в грязи… Нет, я уже был в силах помогать собирать рис. Тем не менее, священный Владыка, искусство мгновенного перемещения очень опасно, и не соблюдая осторожности можно запросто забросить себя в запретную зону, откуда даже боги не смогут Вас спасти! Таких мест полным-полно на горе Святого Пришествия!

У юноши побежали мурашки по спине, ведь если бы он ненароком попал в одну из таких зон, то нашёл бы там жалкую погибель!

— Владыка, сокровище мгновенного перемещения требует чёткого определения Вашей позиции, к тому же, важно уметь правильно указать место назначения!

Небесные Короли переглянулись друг с другом, с трудом подавляя удивление в своих сердцах:

— Владыка, Вам удалось создать одежду мгновенного перемещения, поэтому всё что теперь осталось — научиться выбирать место назначения. Это очень опасно. Для успешного перемещения, нужно сначала определить, где Вы находитесь, затем выбрать куда нужно попасть. Перед прибытием к цели, важно спрятать свою Ци внутри тела, чтобы ни во что не врезаться. К тому же, не стоит сразу перемещаться на огромные расстояния, при коротком путешествии легче остановиться.

— Давайте я тогда ещё раз попробую! — загорелись глаза Цинь Му.

Лица Небесных Королей немедленно приобрели тревожные выражения, а один из них, Юй, поспешно возразил:

— Владыка, Ваша Ци на исходе, не нужно никуда спешить. Более того, Патриарх оставил Вас здесь не для изучения техники мгновенного перемещения. Он рассчитывал, что Ваше сердце успокоится, и Вы освоите технику Единства. Гора Святого Пришествия тихое и спокойное место, свободное от звуков окружающего мира, поэтому, проведя здесь всего лишь год или два, у Вас должно всё получиться.

Цинь Му ощутил просветление в своём сердце. Наконец он уловил смысл причины, по которой Патриарх оставил его на горе. На протяжении последних двух дней он был полностью углублён в создание одежды мгновенного перемещения, желая покинуть гору, отчего полностью забыл поразмыслить о намерениях старика.

— Я был слишком нетерпелив, поэтому так и не добился успеха, — выразил благодарность успокоенный Цинь Му. — Спасибо, Небесные Короли, за то, что указали мне правильный путь.

— Мы не заслуживаем такой доброты, — торжественно ответили трое мужчин.

Небесный Король Ши добавил:

— Владыка владеет неизмеримой мудростью. Несколько лишних дней, проведённых здесь, обязательно пойдут Вам на пользу.

Окончательно успокоившись, Цинь Му отправился к каллитрису. Усевшись на валун в сени дерева, он начал тщательно размышлять над писаниями, полученными от дровосека.

Вздыхая с облегчением, Ши пробормотал:

— Патриарх оставил Владыку на горе Святого Пришествия, дабы отшлифовать его темперамент, ведь он действительно немного нахальный и озорной. К сожалению, Патриарх недооценил скорость, с которой тот сможет освоить технику мгновенного перемещения, я прав?

На лицах остальных двух Небесных Королей читались странные эмоции. Идея старика, возможно, и была хорошей, но к несчастью, вскоре после того, как он оставил их самих, Цинь Му понял, что не в силах использовать перемещающее божественное искусство. Более того, он сразу же пошёл в верном направлении, догадавшись, что ему нужно создать сокровище…

Шёл лишь второй день, а юнец уже закончил работу над артефактом и начал мучать королей своими неумелыми перемещениями. Лу покачал головой:

— Патриарх ведь настолько мудрый, как он мог не подумать о таком исходе? Скорее всего, как раз подумал, поэтому и оставил нас здесь.

Подумав получше, мужчины сказали почти в унисон:

— Старик точно такого не ожидал.

Небесные Короли начали беспокоиться. Священный Владыка был совсем неконтролируемым, но в то же время пугающе талантливым. Не имея рычагов давления, разве они могли обуздать его буйный характер?

Учитывая скорость обучения Цинь Му, ему, вероятно, осталось повторить технику всего лишь несколько раз, чтобы освоить окончательно. Когда это случится, как им удержать его здесь?

Спустя некоторое время, Юй усмехнулся:

— Кажется, всё это время мы работали над проблемой, которую невозможно решить.

Коллеги бросили на него вопросительные взгляды. Мужчина же, продолжая смиренно улыбаться, объяснил:

— Владыка такой умный, так давайте позволим ему безумствовать, раз он так хочет. Если он хочет проказничать, пусть проказничает. В конце концов, он Владыка всего культа. Нам не нужно думать о серьёзных вещах, а всего лишь убирать беспорядок, который он устроит. Не оставить никаких следов — вот истинная цель нашего существования.

— Это единственное, что мы можем сделать. Как бы то ни было, если такое поведение продолжится, будет лучше, если Владыка покинет гору Святого Пришествия и вернётся к разрушению Имперского Колледжа, — добавил Ши.

Трое Небесных Королей вернулись в павильон Появления Феникса и превратились в гигантов, отстроив здание. Затем они пошли в зал Трёх Королей, и починили крышу. Лу отправился в длительное путешествие, дабы найти Мастера Чертога Книги. Спустя два дня, они прибыли, и высекли копию текстов “Записи Феникса, Отдыхающего на Кроне Дерева”.

Устранив весь беспорядок, короли вздохнули с облегчением, переглядываясь:

— Теперь, когда священный Владыка осваивает технику посредством медитации, мы можем отдохнуть где-то полгода, верно?

— Учитывая его характер и способности, сомневаюсь.

Цинь Му просидел под каллитрисом уже несколько дней. Когда его мучала жажда или голод, маленькая лиса приносила фрукты неизвестного происхождения, которыми они оба питались. К окончанию десятого дня, он успел разобрать лекцию дровосека более десяти раз, однако, так и не смог постичь технику Единства, отчего постепенно терял концентрацию.

— Давай сегодня без фруктов. Мы едим их каждый день, у меня уже рот онемел, — Цинь Му встал с валуна Святого и спросил. — Сегодня у нас будет мясо. Лин’эр, в горах есть что-нибудь съедобное?

Лисичка обрадовалась:

— В горах водится кабарга! Я видела целое стадо, и уже было чуть не наложила на них лапы, но вовремя вспомнила, что мы на горе Святого Пришествия, здесь ведь нельзя ничего трогать.

— Давай словим хоть одну, — воспылал энтузиазмом Цинь Му.

Спустя некоторое время, юноша и лиса жарили мясо животного. Последняя же достала из своего рюкзака соль с приправами и посыпала его ими, делая более ароматным и аппетитным.

Парочка буквально умирала с голода, поэтому оприходовала целую тушу за один присест. Закончив, переполненная удовольствием Ху Лин’эр прилегла на спину, потирая вздувшийся живот лапкой. Цинь Му тоже наелся до отвала, поэтому начал ходить по кругу, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, с целью ускорить переваривание пищи. Его шаги становились всё быстрее и быстрее, пока он неожиданно не начал тренироваться так, будто снова оказался в Великих Руинах. Внезапно, он выполнил Восемь Громовых Ударов, каждый взмах кулака которых разрывался в воздухе, вызывая раскаты грома.

Орудуя кулаком, как молотом, Цинь Му повторял навыки молота немого, стуча по воздуху, будто по огромному барабану. В данный момент он напомнил гиганта, от ударов которого дрожал весь лес. Его движения снова изменились, превращаясь в навык ног одноногого, затем посоха, меча, и ножа. Бегая с постоянно возрастающей скоростью, он вдруг превратил Ци в настоящую кисть, окончательно забывая о сдержанности и осторожности…

Внезапно с неба пошёл дождь из мечей и струн, в шуме которого слышался звук музыкальных инструментов. Цинь Му использовал технику Секретов Движущегося Дождя. Затем он перешёл на Секреты Движущихся Молний и Пламени, поглотивших всю округу разрядами молний и взрывами огненных шаров. Один из огненных шаров, появившихся в небе, постепенно краснел, будто заходящее солнце. Внезапно, от него во всех направлениях полетели пламенные мечи из Ци, свидетельствуя о том, что он исполнил навык меча Заходящее Солнце.

В очередной раз изменив свою Ци, Цинь Му превратился в белого тигра, который разбивал своими когтями все камни, встречающиеся по пути. Затем он исполнил семь писаний Создания. Техникой создания Духа он изменил свою форму, техникой создания Небесного Бога имитировал чужую технику, техникой создания Небесного Дьявола — свой внешний вид, техникой создания Короля Людей превратил себя в дракона, техникой создания Призрака изменил свою душу, техникой создания Земного Эона — дух, а техникой создания Поднебесного ещё больше омолодился.

Под конец Цинь Му решил испробовать всяческие заклятия, навыки меча, кулака и ножа, которые встречал в Великих Небесных Дьявольских Рукописях. Незаметно для себя он погрузился в удивительное состояние, в котором ему время от времени слышался голос дровосека. Иногда тот говорил низким глубоким тоном, иногда громким и чётким, а иногда совсем бормотал.

Всевозможные тайны раз за разом наполняли разум юноши, после чего срывались с его руки в виде удивительных движений. Дав себе полную волю действий, он чувствовал невыносимую радость. Независимо от вида техники или заклятия, он буквально извергал свою силу, не задумываясь о последствиях.

Время от времени сердце Цинь Му наполнялось беспокойством. Но если техника из Великих Небесных Дьявольских Рукописей не удавалась плавно, он изменял её. Если поток Ци техники Трёх Эликсиров Тела Тирана где-то застревал, он регулировал его направление, следуя за течением… Действовать прямолинейно, следовать за движением природы — истинное значение пути. Наконец он смог понять смысл данных слов.

Независимо от того, что оставили ему предшественники, независимо от того, что говорилось в Великих Небесных Дьявольских Рукописях или технике Трёх Эликсиров Тела Тирана, он просто позволил своей Ци циркулировать по течению, параллельно исполняя всяческие движения и божественные искусства. Энергия текла, как ей захочется, независимо от того, было так принято, или нет… Чем дольше это продолжалось, тем больше удивительных вещей он понимал с помощью лекции дровосека.

Трое Небесных Королей были поражены, и немедленно подбежали поближе, увидев лишь искры, разлетающиеся в лесу на горе Святого Пришествия. Повсюду раздавались раскаты грома, и летали груды земли. Воздух вибрировал под давлением света ножей и теней меча, пока лес постепенно превращался в стружку. Выражения лиц Небесных Королей резко изменились, а Ши панически вскрикнул:

— Дело дрянь, священный Владыка движется прямо к священному дереву!

Мужчины немедленно поднялись в воздух и подлетели к каллитрису, где увидели обезумевшего Цинь Му, исполняющего все известные ему техники, ни в чём себя не ограничивая. Даже его жизненная Ци принимала облик всяческих богов и дьяволов. Независимо от того, принадлежала ли техника к праведному, дьявольскому или буддистскому пути, он исполнял их все!

Божественные искусства уникальные для Духовного Тела Белого Тигра, защитные техники Духовного Тела Чёрной Черепахи, буря Духовного Тела Зелёного Дракона или огонь Духовного Тела Красной Птицы, все они срывались с руки юнца, ошеломляя умудрённых опытом Небесных Королей.

— Техника Единства, — пробормотал Ши, — он её освоил, он её освоил…

Глава 171. Лисий Хвост

Техника Единства есть не что иное, как объединение божественных искусств заклятий, навыков меча, боевых техник всех Великих Небесных Дьявольских Рукописей, конечно же, включая семь писания Создания. Только добившись успеха в данном начинании, можно будет сказать, что всё стало по-настоящему единым.

Перенимая учения дровосека у валуна, все прошлые Владыки должны были понять свою собственную технику Единства, и только после достижения успеха они самоутверждались, как истинные Священные Владыки Культа. В противном же случае, таким сектам, как Небесный Дьявольский Культ, не чужда идея как-то поспособствовать смерти собственного Владыки, дабы помочь более достойному занять столько важное для них положение.

Тем не менее, те, кто становились Владыками Небесного Дьявольского Культа, были гениями, как на подбор. Даже Владыка Ли, в итоге ставший жертвой, как же банально, — женских чар, считался непревзойдённым талантом своего поколения, в противном случае разве ему удалось бы поселиться дьяволом в сердце Дао бабушки Сы? Такое не смогли бы повторить даже столь сильные практики, как старейшина и немой.

Однако Небесных Королей поразил даже не сам факт способности осмысления, а скорость, с которой тот, по сути же самый настоящий ребёнок, осмысливал технику Единства… Слишком быстро! Прошло только десять дней, а ему уже удалось коснуться границ понимания единения, начав согласовывать между собой и смешивать все техники.

Конечно, они кое-чего не знали. Например того, что у Цинь Му имелась безатрибутная Ци Тела Тирана. Такая Ци могла приобретать свойства любого атрибута. К тому же, техника Трёх Эликсиров Тела Тирана тоже не имела атрибутности, работая по тому же принципу.

Парень использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана как основу, затем та прошла шлифовку учениями и философией культа, после чего наставления дровосека на валуне стали последним чудотворческим штрихом, который помог ему сделать первый шаг к формированию собственной техники Единства. Действовать прямолинейно, следовать за движением природы — данное изречение было понято им воистину блестяще.

Цинь Му может и использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана как основу для техники Единства, но у так называемой “основы” попросту отсутствовали “ветви и листья”, поэтому Небесные Дьявольские Рукописи взяли на себя роль ветвей, а божественные искусства заклятий, навыков меча и боевых техник — листьев. Полностью украшенное дерево позволило осознать технику и идти природе своим чередом…

Немного погодя, Цинь Му проделал путь с “убоем” до каллитриса, заставляя Небесных Королей нервно сжать ягодицы от страха, что тот попытается срубить дерево, которое олицетворяло их священный культ, а они не успеют вовремя вмешаться и помешать. Но разве можно было их винить за такое мышление? Им ведь довелось вкусить горечь настоящей беспомощности. Наклонившись слегка вперёд, чтобы в случае чего не допустить непоправимого, они выжидали. Но каким же было их удивление, когда они увидели, что юноша, добравшись до каллитриса, не стал крошить дерево в щепки, а просто спокойно сел на Валун Святого в позе лотоса и успокоился.

Вокруг тела Цинь Му завивалась Ци, в то время как внутри шевелился духовный эмбрион и вибрировали пять звёзд, купающиеся в поднявшихся пяти элементах. Сидя там, на валуне, его взгляд был направлен на нос, пока нос был направлен на сердце. Его дыхание напоминало белый свет, в то время как в глазах можно было разглядеть золотое сияние.

Небесный Король Лу собирался было что-то сказать, но Небесный Король Ши тут же шикнул на него, после чего, крадучись на цыпочках, ушёл. Небесные Короли Лу и Юй переглянулись и тихонько засеменили следом.

— Священный Владыка нашего поколения воистину великолепен, — отойдя дальше, Ши обернулся, чтобы посмотреть на Цинь Му, и грустно вздохнул. — Патриарх действительно провидец. Будущее нашего культа, наверняка, будет зависеть от него. В нашем мире крайне редко, когда можно встретить такой природный талант к пониманию.

— Но его всё же нельзя сравнить со святым, рождающимся раз в пятьсот лет, — вздохнул Юй. — Имперский Наставник Вечного Мира… эх… такая личность действительно рождается раз в пятьсот лет…

Лу окинул взглядом пострадавшую гору. Пока Цинь Му на бегу постигал, флора и фауна переживала катастрофу. То тут, то там до сих пор валялись потрескивающие в огне деревья.

— “Редок в мире”, само собой разумеется, нельзя сравнить с “раз в пятьсот лет”, ведь на каждые пол тысячи лет бывает только один такой. Но наш Владыка хорош во всём, разве что хлопот много доставляет, — с сожалением вздохнул Лу. — Если я не ошибаюсь, последний раз гора Святого Пришествия пребывала в таком плачевном состоянии, когда вторглись секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара, верно?

— И не напоминай. Но он ведь Владыка, что мы можем поделать? Нам остаётся только терпеть. Пойдём, нужно погасить пожар!

****

Цинь Му сидел на Валуне Святого ещё полдня, пока о себе не дал знать голод. Он подозвал Ху Лин’эр, чтобы отправиться на охоту. Спустя некоторое время они уже поджарили аппетитно пахнущее мясо кабарги, но, обглодав пол тушки, потеряли всякий аппетит.

— Молодому мастеру приелось? — скучая, спросила лисичка. — В пруду Обозревания Рыб я видела несколько аппетитно выглядящих пухленьких рыбьих драконов.

— Я тоже видел, и да, они выглядели действительно аппетитно, — Цинь Му немного поколебался, прежде чем ответить. — Но, боюсь, мне они не по зубам. Хотя если вспомнить наставление дедушки целителя, не можешь одолеть, так отрави, ах, какая дилемма.

Ху Лин’эр чуть было не подпрыгнула от радости, как вдруг, застыв на половине действия, захлопнула рот. Позади с мрачными выражениями лиц стояли три Небесных Короля.

— Почтенные короли, давно пришли? — встав, невинно улыбнулся Цинь Му.

— Только-только, — Ши натянул на лицо самую приятную из своих улыбок. — Священный Владыка, кушайте, не спешите. Верно, забыл рассказать, в пруду Обозревания Рыб обитает несколько рыбьих драконов, которых взрастил лично Владыка шестнадцатого поколения. В те времена Владыка, подкармливая нескольких рыб, читал лекции ученикам у пруда. Затем, чтобы подтвердить теорию той лекции на практике, он превратил рыб в драконов, что в итоге взбудоражило юные неокрепшие умы, а само деяние стало известно на весь мир, так и была дарована жизнь тем рыбьим драконам. Священный Владыка, когда у Вас появится свободная минутка, Вы можете навещать пруд с целью подсчёта рыб, дабы ни одна случайно не пропала.

Щёчки юноши аж заалели: «Получается, что рыбьих драконов нельзя есть?»

— Владыка, мясо кабарги вкусное? — с улыбкой спросил Лу.

— Присаживайтесь, отведаем вместе, — пригласил Цинь Му.

Три Небесных Короля не были из скромных малых, поэтому тут же сели и разорвали оставшееся мясо тушки на три части. Облизывая текущий по пальцам жир, Юй улыбнулся:

— Недурно! Если бы я не знал, что эти кабарги были взращены Святейшей прошлого поколения, то уже давно был слопал их!

— Их вырастила бабушка Сы… — прошептал Цинь Му, на сей раз уже ему пришлось мрачнеть лицом. Как много вообще запретов на горе Святого Пришествия?

— Эх… уничтоженный Владыкой лес был посажен ещё при жизни Владыки-основателя. Саговая пальма растёт крайне медленно, а если рассчитать возраст из толщины, то уничтоженным было больше нескольких тысяч лет, — словно невзначай, проговорил Лу.

Цинь Му сидел, как на иголках, переминаясь с одной ягодицы на другую. Лес был уничтожен именно им, далеко ходить не надо было, несколько обугленных саговых пальм торчало совсем рядом.

— Интересно, кто же сорвал цветок Тайны Сердца с одной клумбы зала Священного Сердца? — решил подключиться Юй.

Цинь Му посмотрел на потупившуюся Ху Лин’эр, неловко царапающую ногтем обглоданную кость, пока её пушистых хвост, который обычно вертелся как помело, лежал необычайно спокойно. Между тем Ши взял слово:

— Вы забыли про зелёную лампу с кунжутным маслом с Этажа Природного Очарования. В кого вообще могло столько влезть?

Ху Лин’эр почувствовала взгляд Цинь Му, направленный на её лисий хвост, после чего тут же, словно невзначай, подмяла его под задницу.

— Лин’эр, твой хвост по-прежнему торчит, — сквозь кашель намекнул Цинь Му.

— Где? — лисичка воскликнула. — Я ведь хорошо спрятала!

— Перед залом Короля Медицины растёт древнее лекарственное дерево, на девятом листе которого рос огромный бронзовый гриб линчжи. Вот только тот самый девятый лист теперь почему-то практически полностью обглодан. Дерево потратило почти все свои силы, чтобы взрастить тот гриб, поэтому наделило его огромной лекарственной энергией… в нём также содержится много спор, которые постоянно разлетаются во всех направлениях, время от времени приводя к появлению меленьких грибов линчжи, — продолжил ровным тоном Лу.

Между тем, на голове лисички выскочил маленький гриб линчжи, поэтому она тут же подняла лапки, притворяясь, что решила почесать макушку, а на самом же деле тайно скатывая в кулачок гриб, прежде чем затолкать того себе в рот. Всё это время лисичка думала, что смогла всех провести своим совершенно “незаметным” поведением, каким же было её удивление, когда она поняла, что на неё смотрит четыре пары недовольных глаз?

— Есть ещё несколько облачных жемчужин, которые должны были быть встроены в панель Павильона Плавающих Облаков, но они, должно быть, выпали и куда-то укатились… — проговорил Ши, в то время как Ху Лин’эр нервно прижала к груди маленький рюкзачок.

Цинь Му несколько раз неловко кашлянул и встал:

— Три Небесных Короля, уже прошло немало времени, как я прибыл на гору Святого Пришествия. Мне только сейчас вспомнилось, что я по-прежнему являюсь имперским академиком и должен посещать уроки колледжа. Думаю, пора мне возвращаться в столицу.

Три Небесных Короля вздохнули с облегчением, после чего Ши, с предельно искренним выражением лица, молвил:

— По правде говоря мы должны удерживать Владыку здесь, чтобы Вы смогли многое постичь, но раз у Вас столько неотложных дел, мы не станем настаивать.

— Гора Святого Пришествия — дом Владыки, поэтому Вы должны как можно чаще сюда наведываться, не считайте себя чужаком, — с любезной искренностью проговорил Юй.

— Определённо, — вежливо ответил Цинь Му. — Будучи Священным Владыкой Культа, я, естественно, буду частенько наведываться сюда, чтобы приглядеть за порядком.

— Не хотите, чтобы мы проводили Вас с горы?

— Ну что вы, это будет явно лишним. Небесные Короли, нет нужды провожать, я ухожу.

****

— Молодой мастер, мне показалось, или те трое призирали тебя? — невинно моргнув глазами, спросила Ху Лин’эр.

Парень уставился на ушастую, отчего та опять подобрала хвост под себя, после чего ещё некоторое время помолчал, прежде чем тяжело покачать головой:

— Учинив всё то, ты не набедокурила так уж сильно, по крайней мере в отличие от меня, поэтому я не посмею поучать тебя. Надо же, последователи презирают собственного Владыку, наверно такое произошло впервые за всю историю Небесного Святого Культа. Ну да ладно, раз уж я столь многого добился в технике Единства, думаю, пора покинуть гору.

Ху Лин’эр торопливо закивала мордочкой. Цинь Му же ещё немного потренировался в мгновенном перемещении, а когда почувствовал, что достаточно поднаторел, затолкал лисичку под одежды у груди и сказал:

— Я по-прежнему не уверен в телепортации на дальние расстояния. Но если я вдруг исчерпанию запасы Ци, в моём рюкзаке должно быть достаточно духовных пилюль.

Ху Лин’эр, не смея расслабляться, прижалась к груди поплотнее, в то время как Цинь Му, хорошенько разбежавшись, прыгнул с горы Святого Пришествия, начав слышать постоянно нарастающий гул ветра. Хлопнув своими парчовыми одеждами, он беззвучно исчез посреди воздуха. Три Небесных Короля, немедленно бросившиеся к подножию горы, смотрели вниз, но им так и не удалось обнаружить каких-либо следов дебошира.

— Глаза Кровавого Асуры, пробудитесь! — протянув палец, Юй коснулся переносицы. Его глаза засияли красным, после чего он посмотрел вниз, словно что-то ища. Спустя несколько мгновений, он обнаружил следы юноши и облегчённо вздохнул. — Священный Владыка уже достиг границ запретного пространства Небесных Молний, вращающегося вокруг нашей горы Святого Пришествия. Пройдя через него, он окажется в безопасности.

Внезапно ощутив, как сердце сжалось в ужасе, Лу поспешно спросил:

— Старшие братья, вы же рассказали священному Владыке о запретном пространстве Небесных Молний?

Юй и Ши переглянулись, покачав головами, после чего последний выжидательно спросил:

— Младший брат Лу, разве ты не рассказал об этом священному Владыке?

— Парни, я думал, что вы рассказали об этом… Вот же ж дерьмо!

Три Небесных Короля резко переменились в лицах и немедленно спрыгнули. Запретное пространство Небесных Молний было заложено одним из прошлых Владык, чтобы защитить священные земли. Со стороны странным ничего не казалось, но вот оказавшись внутри, можно получить настоящую бомбардировку Грозой Небесной Тверди!

Забудем о текущей силе Цинь Му, даже окажись он сильным практиком области Небожителя, то всё равно помер бы или, если очень повезло, стал калекой!

Но с его текущим совершенствованием возможен лишь один исход — мгновенное становление горсткой пепла!

Троица перемещалась с чудовищной скоростью, не думая ворвавшись в запретную зону Небесных Молний, чтобы спасти священного Владыку всего культа. Даже с их плотным совершенствованием, они не смогли избежать участи быть обугленными ударами молний.

****

Между тем, за пределами запретного пространства Небесных Молний.

— Та область с молниями явно опасна, — глядя в небо с запоздалым страхом в сердце, бормотал Цинь Му. — К счастью, я использовал Зелёные Глаза Небес, чтобы разведать обстановку впереди. Если бы я не заметил столь опасную скрытую область молний, то мог бы и внутрь переместиться, а так сразу “перепрыгнул”. Ох, кажется, внутри есть какие-то люди…

У него не было времени разглядеть всё получше, ведь в данный момент он камнем падал вниз. Прямо под ним же раскинулись зелёные горы и голубые воды Империи Вечного Мира, застенчиво прикрывающиеся кучевыми облаками. Зрелище было по-настоящему завораживающим.

Глава 172. Армия насекомых префектуры Кургана

Силы трёх Небесных Королей почти исчерпались, пока они с трудом выбирались из запретного пространства Небесных Молний. Но увидев отдаляющийся силуэт юнца, мерцающий вдали, они вздохнули с облегчением.

— Если бы я знал, что это задание окажется таким сложным, никогда бы за него не взялся, — вытирая сажу с лица пробормотал Лу, — новый священный Владыка слишком непредсказуемый.

Оба его коллеги разделяли такое же мнение. Ши добавил:

— Слава богу, что всё закончилось. Нашему культу невероятно повезло заиметь Владыку с таким талантом в столь юном возрасте. Теперь, когда этот ад закончился, мы наконец можем приступить к расследованию исчезновения Небесного Короля Цяня.

На лицах Лу и Юя появились следы напряжения, и они решительно проговорили:

— Именно этим и займёмся. Нужно разузнать, кто осмелился покуситься на наш священный культ.

С не менее серьёзным выражением, Ши добавил:

— Больше всего меня волнует, не попал ли его флаг перемещения в руки врага. До чего же проблемный год выдался… Посмотрите вниз, кажется, мы над границами префектуры Кургана!

— Префектура Кургана? Священная земля нашего культа добралась к этому месту?

Сердце Юя вздрогнуло, и он мрачно вздохнул:

— Префектура Кургана взбунтовалась, и восставшие родственники императора превратились в довольно серьёзную угрозу. Я боюсь, что, приземлившись в таком месте, наш Владыка…

Гора Святого Пришествия, левитируя высоко в небе, была спрятана за запретным пространством Небесных Молний. Их священная земля не была закреплённой к какому-то конкретному месту, и постоянно перемещалась. Внутри неё было место, называемое “Бездной Обозрения”, через которую можно было увидеть открывающиеся внизу пейзажи, и даже бегающих по земле “мурашек”.

Тем не менее, на этот раз всё произошло как-то спешно, и никто не додумался взглянуть в Бездну Обозрения, поэтому Цинь Му выпрыгнул прямо в лапы опасности.

— Надеюсь, священный Владыка не приземлится посреди поля боя.

****

Падая с неба, Цинь Му и Ху Лин’эр использовали демонический ветер, контролируя свою скорость. Вскоре, они, наконец, коснулись земли. Жизненная Ци почти исчерпалась, однако, они были в безопасности.

«Прошла целая куча времени с тех пор, когда я последний раз был в Имперском Колледже. Будучи первым имперским академиком и избранником самого императора, я прослушал всего лишь одну лекцию… эх…» — оглядываясь, парень помог лисичке достать географическую карту Империи Вечного Мира из рюкзака. Сравнивая топографию окружающих гор, он пытался найти на ней похожее место:

— Мы в префектуре Кургана, однако, к городу ещё далеко идти.

В этот момент, Цинь Му удивлённо подпрыгнул, увидев пролетающий в небе неподалёку корабль. Немедленно использовав навык ног Небесного Расхитителя, он побежал вдоль гор вслед за транспортом.

На корабле развевался торговый флаг, следовательно, он вёз торговцев и пассажиров. Даже во времена разрухи и хаоса войны, целый флот торговых судов бороздил небеса. Они летали туда-сюда, даже над местами вооружённых восстаний.

Цинь Му бежал всё быстрее и быстрее, и, внезапно, его ноги оторвались от земли. Наступив на кромку ветра, он неистово помчался по небу, будто по ровной земле, всего за несколько мгновений догнав корабль и приземлился на его палубу.

Дзинь! Дзинь!

В тот же момент, вокруг раздался звон оружия, покидающего ножны, и несколько десятков летающих мечей нацелились прямо на его шею. Острые лезвия сверкали со всех сторон, ему не было куда бежать.

— Не паникуйте вы так, я просто хочу попасть на корабль, — подняв руки вверх, с осторожностью проговорил Цинь Му.

На палубе судна стояли десятки людей, большинство из которых были торговцами. Кроме них были ещё практики божественных искусств, нанятые для защиты товара, и несколько чиновников. Именно мечи последних двух групп и смотрели в его сторону.

— Куда ты направился, дитя? — смерив юношу взглядом, удивлённо спросил рулевой с оголёнными руками, полностью покрытыми татуировками.

— Это корабль в столицу? — спросил тот.

Кивнув головой, рулевой ответил:

— Стоимость путешествия в столицу — сто монет Великого Изобилия.

Поразившись, Цинь Му практически взвизгнул:

— Так дорого? Дорога из Речной Гробницы в столицу стоила десять монет! Когда цены успели вырасти в десять раз?

— Условия стали совсем не те, вокруг война. Путешествия, обычно, не проходят гладко, поэтому цена должна быть соответствующей. Хе-хе, десять раз — не так у и много, мы ведь рискуем собственной жизнью, наши усилия должны быть достойно вознаграждены.

Цинь Му согласился. Если бы ему пришлось отправился в город, пробираясь сквозь хаос войны, на свои двоих, он потратил бы более десяти дней. С учётом его уровня совершенствования было невозможно постоянно использовать Божественные Ноги Небесного Расхитителя, а если уж быть до конца откровенным, то совсем недолго, поэтому, корабль был самым удобным вариантом.

— Мир поглотила война, я слышал, Цю Деи из префектуры Леса тоже выступила против власти.

Оплатив перелёт, Цинь Му обратил внимание на разговор торговцев. Какой-то старик сказал:

— Цю Деи важный человек. До того, как стать подданной империи, она была великой императрицей Дворца Воцарившейся Страсти, её совершенствование просто невероятно. Дворец Воцарившейся Страсти — очень сильная секта, многие его последователи стали генералами, охраняющими границы империи. Теперь, когда их императрица восстала, мир ещё глубже погряз в хаосе.

— Я слышал, Дворец Воцарившейся Страсти был самой большой сектой, которую создала женщина. Его мощь много кого превосходила, и не сильно уступала трём великим священным землям. Большинство женщин-генералов Империи Вечного Мира происходят как раз оттуда.

— Замок Трёх Чудес тоже восстал. Когда-то он был одной из любимых сект императора, а внучка Че Чжэнли, одной из трёх чудес, даже стала Консортом! Теперь, когда Замок Трёх Чудес выступил против империи, Консорт Че была изгнана в холодный дворец.

— Почему так много сект восстали?

— Разве ты не слышал? Три месяца назад, Даоцзы из секты Дао блокировал врата Имперского Колледжа, поэтому Имперский Наставник пришёл дать лекцию. Тогда многие увидели, что тот был серьёзно ранен. Я слышал, что его рана начала вонять, и даже парфюм, которым он пытался её замаскировать, не смог ничего сделать.

— Когда новость об этом распространилась, не все секты захотели в неё верить. Однако, вскоре появилась ещё одна история! Однажды ночью, Мастер секты Наездников Дракона пробрался в поместье Имперского Наставника, дабы сразиться с ним, и смог остаться в живых! Способности их Мастера нельзя назвать первоклассными, он всего лишь смог вырастить дракона, превращённого из змеи, что едва делает его экспертом уровня мастера секты. Если Имперский Наставник не смог даже с таким справиться, его ранения действительно должны быть серьёзными.

— Тссс, перестань об этом. Те чиновники на нас косятся.

Слегка вздрогнув в сердце, Цинь Му вспомнил лекцию Имперского Наставника. Тот действительно выглядел не слишком здоровым, однако, владея медицинскими знаниями, и часто покупая румяна и пудру с бабулей Сы, он мог подтвердить, что бледность наставника была вызвана не ранением, а косметикой.

Что касалось парфюма, скрывающего запах гниения, который так взволновал торговцев, Цинь Му действительно различил два разных аромата, однако, не обратил на них совсем никакого внимания.

С раннего детства учась различать ингредиенты на уроках целителя, он мог сразу определить, что оба запаха исходят от обычных трав и духов. Юноша нахмурился: «Ранения Имперского Наставника уже зажили, но он всё равно использовал возможность убедить людей во всем мире, что до сих пор ослаблен, придя на лекцию в Имперский Колледж в таком виде, отчего все, кто думал о восстании, наконец осмелились его начать. Разве это не слишком жестокий план?»

С лекции в Имперском Колледже прошло уже три месяца. За это время ситуация ещё сильнее ухудшилась, секты и чиновники восставали повсюду. Цинь Му чувствовал, что всё меньше и меньше понимает замысел Имперского Наставника.

Сложившаяся политическая ситуация была невероятно плачевной, и вернуть её к норме стало чрезвычайно сложной задачей. Даже если восстания будут подавлены, сила Империи Вечного Мира значительно пострадает. Более того, у империи были ещё и внешние враги, такие как Империя Варварских Ди на западе и страна Волчьего Убежища на севере. Страна была раздираема бедами как изнутри, так и снаружи.

«Может быть, Имперский Наставник думает о том, чтобы захватить трон?» — сомневаясь, подумал Цинь Му. Пока имперская семья сражается с мятежниками, наставник может воспользоваться шансом и захватить трон, сделав себя императором в тот момент, когда все его соперники станут слишком изнурёнными войной.

Однако, хоть Цинь Му и не слишком хорошо знал Имперского Наставника, он чувствовал, что человек с такой широтой ума не станет использовать столь примитивные методы. Внезапно, корабль начал дрожать, и его сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Он в спешке наклонился за борт, дабы понять, что происходит, и увидел, что они очутились посреди поля боя.

Битва проходила высоко в воздухе, и, кроме боевых кораблей, в ней принимали участие летающие кареты, облака, горы, и всякие другие странные предметы. К счастью, их корабль находился на самом краю поля битвы, поэтому, когда рулевой понял, что дело плохо, он немедленно повернул налево, отчего корабль почти перевернулся. Они едва увернулись от боевого корабля и миновали опасную территорию.

Цинь Му удержал равновесие, не позволяя себе выпасть за борт. Неожиданно, на горизонте появились наездники на птицах с золотыми крыльями. Смотря издалека, он заметил, как из их ножен вылетели мечи, направляясь в сторону людей на корабле.

— Мы купцы, а не солдаты. Мы просто пролетали мимо! — тут же закричал рулевой. Наездники не обратили на его слова ровным счётом никакого внимания, и мечи продолжили лететь в сторону пассажиров. Часть оружия свернуло к парусам, разрезая верёвки, что немедленно снизило скорость судна.

Люди на корабле замерли от испуга. Перед ними проходила битва между двумя армиями, и было очевидно, что одна из них была армией Империи Вечного Мира, пытающейся подавить восстание, в то время как вторая состояла из сил мятежников. Но это была не просто секта, сеющая хаос. Для обычной секты, не считая трёх великих святых земель, было невозможно созвать силу способную потягаться с имперской армией.

Реформа Имперского Наставника Вечного Мира изменила не только начальные школы, колледжи и Имперский Колледж, но и военную систему. Солдатам армии выдавали стандартизированное духовное оружие, и, хоть они не могли сравниться по силе с учениками сект, умея лишь контролировать меч с помощью Ци, за счёт численного превосходства и сплочённости, они могли отправить в противника десятки тысяч мечей одновременно, становясь ужасной силой!

Помимо сплочённой работы армии, Империя Вечного Мира использовала искусства земли и неба, заклятия и различные тактики. Десяток солдат из области Пяти Элементов могли без проблем разобраться с мастером божественных искусств из области Шести Направлений.

Самые известные секты мира были не в состоянии сопротивляться с подавляющими силами имперской семьи. С помощью такого метода, за свою историю захвата чужих территорий, Империя Вечного Мира стёрла с лица земли не один культ!

Стоящий на корабле Цинь Му собрался с мыслями, и как раз намерился использовать свой футляр с мечами, когда вспомнил, что они были разрушены во Дворце Золотой Орхидеи, поэтому, он немедленно отбросил футляр в сторону.

«Использую меч Младший Защитник!» — с такими мыслями уклоняясь от сверкающих вокруг летающих мечей, Цинь Му направил свою Ци в Мешок Таоте, и вскоре оттуда раздался чёткий гул. Нежным взмахом Формы Меча Волны, он разрубил все летающие мечи напополам. Их лезвия попадали на палубу корабля, а рукояти так и остались висеть в воздухе. Учитывая уровень его мастерства и остроту Младшего Защитника, нельзя было сказать, что он находился в невыгодном положении.

Цинь Му вздохнул с облегчением, но внезапно увидел, как открываются мешки на спинах птичьих наездников. Странное жужжание заполнило воздух, и вслед за ним на горизонте появилась целая туча золотых насекомых.

— Армия насекомых! — остальные пассажиры корабля помрачнели в лицах, начиная кричать. — Армия насекомых Замка Трёх Чудес!

Группа атакующих солдат протянули руки вперёд, и бесчисленные насекомые сгруппировались, направившись в сторону корабля, будто ядовитый дракон, кусающий и проникающий под кожу каждого, кто встречался по пути.

Неподалёку от Цинь Му стоял пузатый торговец, чьё совершенствование было довольно сильным. Тем не менее, насекомые быстро проникли в его тело через нос, уши, глаза и рот, постепенно поедая мужчину изнутри. В считанные секунды тот сдулся, будто шарик, и на палубе осталась лежать лишь кожа бедолаги.

Внутри кожи, извивались бесчисленные насекомые, вываливаясь наружу сквозь глаза, нос и уши, после чего взмахивали крыльями и отправлялись на поиски новой жертвы.

Глава 173. Я стал хорошим

Все на корабле были ошеломлены. Рулевой был практиком божественных искусств с необыкновенными способностями, вот только ему нужно было управлять судном. Он попросту не мог отвлечься, чтобы помочь кому-либо.

В Замке Трёх Чудес имелось три чуда. Первое — насекомые, второе — медицина, а третье — прекрасные женщины. Консорт Че в королевском дворце являлась выдающейся красавицей замка. Также замок имел множество известных лекарей, которые умело использовали ядовитых насекомых для лечения болезней.

Надо заметить, первым чудом считались именно насекомые по причине того, что на них зиждилась ужасающая сила Замка Трёх Чудес. Вторым чудом была медицина, потому что отменные лекари были также искусными отравителями. Но после того, как секта была подмята властью имперского двора, император приказал ей сформировать армию насекомых, поэтому многие армейские солдаты были мастерами в их управлении.

Теперь, когда Замок Трёх Чудес взбунтовался, только дурак бы не понял, что также восстала и так называемая “армия насекомых”. И прямо сейчас им довелось попасть на поле брани между имперской армией и армией насекомых замка, а ещё хуже то, что на них обратила внимание последняя. Добром это однозначно не кончится.

«От всех этих жуков не будет так просто защититься! Младший Защитник определённо не совладает с таким огромным количеством!» — от подобных мыслей и лицезрения того, как тебя вот-вот накроет непроглядным жужжащим облаком, волосы на затылке Цинь Му встали дыбом. Он, немедленно сконцентрировавшись на выполнении двух задач, направил меч в какого-то солдата и заставил Ци в теле буквально взорваться. Из хлынувших из его руки крошечных нитей Ци, сформировалось нечто, напоминающее пылающее красное солнце. Сами же нити Ци не были такими простыми, как могло показаться, состоя только из энергии, а формировались из мечей-пылинок Ци, которые в данный момент, обратившись пылающим заходящим солнцем, протяжно гудели.

Учения Империи Юйюань, навык меча Заходящее Солнце.

Огненный шар быстро вращался, как вдруг вспыхнул, и из него вырывалось неисчислимое множество световых мечей, каждый из которых насмерть пронзал как минимум по жуку, усыпая теми всю палубу вокруг Цинь Му. Между тем, Младший Защитник, прежде чем вернуться к нему, пронзил грудь солдата.

— Великолепный навык меча! — хвалебно воскликнул рулевой, перекладывая задачу по управлению кораблём на помощника и тут же выхватывая тыквенную горлянку. После того, как он открыл горлянку, из неё вылетело огненное облако и превратилось в девятиглавого огненного феникса, который, открыв все девять клювов, извергнул бушующие инферно, обратившие в пепел бесчисленное множество насекомых. Затем пышущая огнём птица расправила крылья и взорвалась пламенем, которым окутала корабль. Все находящиеся рядом солдаты Замка Трёх Чудес, не успев хоть немного приблизиться, обратились в прах.

«У рулевого недурное совершенствование, явно ничем не уступающее тому же у маленького генерала Цинь Фэйюэ!» — со слегка вздрогнувшим сердцем подумал Цинь Му. Божественное искусство огня, которое только что продемонстрировал мужчина, наверняка находящийся в области Семи Звёзд, было действительно что-то с чем-то…

Между тем сверху волнами продолжали роиться несметные золотые насекомые, среди которых стояла женщина в военной форме. Она указала пальцем на корабль, заставив рой рвануть к нему.

— Очередное чудо замка, ммм, а девушки-то у них и правда хороши, — ухмыльнулся рулевой, в то время как девятиглавый феникс со свистом вернулся в горлянку, которая не прекращала увеличиваться в размерах, пока не стала высотой в примерно четыре человеческих роста. Вися горлышком вниз, она с пугающей силой всасывала в себя облака жуков. Между тем рулевой, постоянно складывая обе ладони в форме мудр и нанося множество ударов в сторону тыквенной горлянки, формировал всевозможные изящно выглядящие руны, которые, по истечение некоторого времени, плавно исчезали. Мгновение спустя, роящиеся внутри горлянки жучки немедленно обратились в пепел.

Взгляд Цинь Му азартно блеснул. Суть совершенствования крылась в том, чтобы постоянно учиться, а рулевой перед ним, судя по всему, был экспертом в аспекте рун и мудр. В то время как женщина-генерал, будучи словно громом поражённой, пыталась спешно остановить наступление облаков насекомых. Добившись успеха и приняв устойчивое положение, она, невинно моргая прекрасными глазами, спросила:

— Ты… Огненный Разбойник Фань Юньсяо? Когда ты стал настолько хорошим, что теперь подрабатываешь рулевым?

Большинство купцов на борту корабля переменились в лицах, даже те немногие чиновники не смогли сохранить спокойного выражения лица, но уже в следующих вдох времени каждый из них, приведя в движение Ци, направил хотя бы по одному кончику летающего меча на мужчину.

— Что значит это твоё “стал хорошим”? — дважды фыркнул рулевой.

Женщина ухмыльнулась:

— Я слышала, что ты был учеником секты Дао, которая, узнав о твоих недобрых помыслах, изгнала тебя. После чего ты и занялся разбойничьим промыслом, грабя повсюду торговцев. Тебя даже довольно долго разыскивал имперский двор. Теперь же, зарабатывая рулевым, разве это не значит, что ты стал хорошим?

Рулевой Фань Юньсяо громко рассмеялся:

— Я помогал богачам избавляться от лишних ценностей только в мирное время, как я могу разбойничать в такие смутные времена? Сейчас можно заработать куда больше денег, будучи рулевым, нежели грабя. Генерал, пожалуйста, не усложняйте мне жизнь, по рукам?

Женщина холодно фыркнула и огляделась. Армия насекомых Замка Трёх Чудес по-прежнему вела ожесточённое сражение, ей было не до стычек с каким-то разбойником. Да, Фань Юньсяо изгнали из секты Дао, но это не умоляло его чрезвычайно высоких способностей. Даже имперский двор во своих попытках пленить его потерпел позорное фиаско. Всё вышеперечисленное послужило причиной очевидного решения — взять своё жужжащее облако и убраться восвояси.

Вздохнув с облегчением, Фань Юньсяо отобрал у помощника штурвал. Торговцы на борту впились в него полными ужаса взглядами, поэтому он был вынужден что-то сказать:

— Расслабьтесь, я стал хорошим, поэтому не буду грабить во время такого тяжёлого для страны времени. Уважаемые чиновники, вы тоже можете быть спокойны, этот корабль даже официально оформлен в столице!

— Рулевой Фань, неужели нам довелось прокатиться на печально известном среди разбойников пиратском корабле “Догоняющий Тучи”? — ухмыльнулся чиновник.

— Добро пожаловать на борт моей скоромной обители. Однако Догоняющий Тучи теперь не пиратский корабль, а пассажирский. Но я обещаю, когда в империи вновь воцарится мир и покой, мы займёмся старым бизнесом, — Фань Юньсяо подошёл к торгашу, от которого осталась только кожа да кости. — Ты поднялся на борт моего корабля, поэтому я должен был изо всех сил защищать тебя, но тебя всё равно постигло несчастье, так что я не стану брать с тебя платы.

Договорив, Фань Юньсяо достал мешочек с монетами и передал другу того торговца. Все на борту ощущали, как их поджилки трясутся от страха. Но разве можно было их за это винить? Ведь они чувствовали, что убежали от стаи волков, только чтобы угодить в логово тигра. Так называемый “рулевой” на протяжении многих лет самозабвенно грабил торговые суда — их суда. Теперь же, оказавшись на его корабле, разве это могло предвещать хоть что-нибудь хорошее?

— Я стал хорошим! — держа руку на сердце, поклонился Фань Юньсяо. — Я действительно исправился! Не волнуйтесь, я во что бы то ни стало доставлю вас в столицу в целости и сохранности!

Все почувствовали, как по их спинам проступил холодный пот, а глаза то ли со страхом, то ли с подозрением сощурились. Фань Юньсяо оказался бессилен перед мнением масс, как вдруг посмотрел на Цинь Му и улыбнулся:

— Навык меча маленького брата действительно хорош, ты из семьи Юйюань?

Покачав головой, парень ответил:

— Имперский Колледж, Цинь Му. Выдающиеся познания старшего брата Фаня по-настоящему восхитили меня.

Фань Юньсяо оживился во взгляде и широко улыбнулся:

— Меня впервые хвалят за познания, честно говоря, твои суждения очень даже логичны. Как же смешно, что все так увлекаются совершенствованием, но пренебрегают обучением, не осознавая, насколько оно важно. Взять хотя бы все высшие искусства секты Дао, те были выведены именно через обучение. Без знаний ты не больше, чем кусок дерьма.

Цинь Му был солидарен с таким мышлением. Например, ему, чтобы постигнуть божественное искусство мгновенного перемещения, тоже требовались знания… очень глубокие знания. Меч Дао секты Дао тоже нуждался в знаниях, а мудра, ранее продемонстрированная Фань Юньсяо, содержала в себе множественную вариативность рун, такого определённо не добиться без глубоких познаний.

— Было бы хорошо, отправься ты вместо Имперского Колледжа в секту Дао. Тамошний старикан определённо понравился бы тебе, — Фань Юньсяо начал ностальгировать. — Без понятия, с какого перепугу он увидел во мне что-то плохое?.. Пока я был в секте Дао, то вёл себя, как настоящий пай мальчик…

— Старший брат Фань, после того, как тебя прогнали, разве ты не стал разбойником? — прокашлялся Цинь Му.

Увесисто хлопнув в ладоши, Фань Юньсяо воскликнул:

— Старикан воистину мудр! Поняв, что в будущем я стану разбойником, он прогнал меня, тем самым позволив быстрее найти своё жизненное призвание! Однако я ведь так хорошо вёл себя в секте Дао, как он понял…

Цинь Му не знал, что сказать, но кое о чём вспомнив, спросил:

— Старший брат Фань, ты хорош в алгебре?

Фань Юньсяо разочарованно проворчал:

— Я был очень хорош в ней, но, проведя столько лет за разбоем, течение времени все вернуло Мастеру Дао. Математические Трактаты Непостижимой Женщины и Высшей Тайны секты Дао необъятны и крайне сложны в изучении. Но если всё же изучить, то можно обучиться Четырнадцати Писаниям секты Дао, я ведь даже тренировался в них и…

Внезапно из-под трюма высунулась голова и завопила:

— Барон Разбойников, наша печь, кажется, неисправна. Та женщина из Замка Трёх Чудес умудрилась протиснуть внутрь нескольких жуков, которые погрызли печь!

— Сколько раз я тебе говорил, перестань называть меня Бароном Разбойников, я стал хорошим! — Фань Юньсяо почесал голову и огляделся. — Кто-нибудь из присутствующих знает, как ремонтировать печь?

В тот же момент в трюме раздался взрыв, после которого оттуда выкарабкалось несколько чумазых целителей:

— Печь взорвалась!

Переменившись в лице, Фань Юньсяо проклиная гаркнул:

— Как же по-бабски атаковать исподтишка! Все! Приготовьтесь прыгать!

Цинь Му шагнул вперёд и сказал:

— У меня есть определённый опыт в ковке, к тому же мне не чужды некоторые медицинские познания. Позвольте мне взглянуть.

Со скептическим выражением лица старик-разбойник молча последовал за юношей в трюм. Оказавшись внутри, они увидели, что то тут, то там горело пламя, с которым кое-как справлялось несколько свирепо выглядящих бандюганов, таких лучше ночью за версту огибать. Тем не менее, без печи, подпитывающей судно лекарственной энергией, идти им всем “ко дну”. Корабль уже и так слишком сильно замедлился, ещё чуть-чуть и начнёт падать камнем.

Цинь Му шагнул вперёд и осмотрел разрушенную печь. Как оказалось, хоть та и считалась стандартизированной, но всё же отличалась от обычной печи для изготовления пилюль. В Империи Вечного Мира располагалась верфь, в которой денно и нощно работало бесчисленное количество рабочих по металлу с единственной целью — изготавливать однотипные печи для пилюль, устанавливаемые на кораблях, чтобы обеспечивать движущую силу. Такая печь сжигала духовые камни и травы, превращая лекарственную энергию, содержащуюся внутри последних, в энергию, которую были способны поглотить бронзовые звери на корме. Затем энергия превращалась в бушующее пламя, извергающееся из уст последних и приводящее корабль в движение.

Имея чрезвычайно запутанную структуру, созданную искусным кузнецом Имперского Колледжа, такая печь считалась уникальным сокровищем. Помимо создания пилюль в печь была встроена сложная, как бы это сказать, пищеварительная система, чем-то напоминающая таковую у человека, превращающая лекарственную энергию в простую энергию. После того, как печь приходила в негодность, только кузнецы верфи Империи Вечного Мира могли её починить или, если повреждения слишком серьёзные, заменить на новую.

— Справишься? — с беспокойством спросил Фань Юньсяо.

Пробежавшись взглядом по структуре печи, Цинь Му, казалось бы, понял, что к чему, поэтому сказал:

— В прошлом в течение нескольких лет меня натаскивали в кузнечном деле, поэтому если дадите мне время, достаточное для сгорания одной палочки благовоний, то я изготовлю временную замену. Справишься?

— Если я использую свою собственную магическую силу, как топливо, то горение палочки благовоний как-нибудь, но продержимся.

Цинь Му немедленно приступил к делу. Используя одной рукой Ци Чёрной Черепахи, он собрал все те бесчисленные осколки печи, в то время как используя Ци Красной Птицы, начал плавить железо, после чего он вновь использовал Ци Чёрной Черепахи, только уже, чтобы резко охладить успевшие принять форму заготовки-детали.

Зрители заворожённо смотрели на словно по волшебству двигающиеся руки и Ци, как вдруг корабль начал накреняться носом вперёд…

Фань Юньсяо не мог позволить себе продолжить любоваться работой Цинь Му, поэтому поспешно выскочил из трюма, дабы вновь вдохнуть жизнь в тыквенную горлянку, превращая ту в девятиглавого огненного феникса. Несмотря на то, что он являлся сильным практиком области Семи Звёзд, а его магической мощи многие могли только завидовать, заставлять лететь вперёд целый корабль ему было крайне тяжело. Каждая минута тянулась как часы, а лицо от оказываемого на него давления начинало сильно краснеть.

Видя, как из последних сил пыжится здоровяк, все на борту в страхе затаили дыхание. Если последний не сдюжит, то корабль достаточно скоро разобьётся о скалы… Несколько вдохов времени спустя, Фань Юньсяо таки выдохся, как вдруг два бронзовых зверя на корме изрыгнули из пастей пламя… но всё пошло как-то не как надо, ведь пламя от мига к мигу становилось только мощнее. С неуклонно возрастающей скоростью полёта, судно сильно тряслось и вибрировало.

Возвращая пернатого обратно в горлянку, Фань Юньсяо наконец облегчённо выдохнул. Но, переведя дыхание, до него наконец дошло, что скорость корабля как-то странно возрастает. Вокруг всё стало ужасно размытым. Скорость явно была как минимум в три, а скорее всего во все пять раз выше прежнего!

Стоя как истукан, с явным замешательством на лице, он вдруг увидел выпрыгнувшего из трюма юношу и тут же спросил:

— Брат Цинь, какую именно печь ты выковал?

Цинь Му скоромно ответил:

— Я никогда не видел чертежей подобных печей, поэтому во время ковки был вынужден положиться на собственное понимание того, как всё это должно было работать. Таким образом, структура в некоторых местах отличается от оригинала. Я учился кузнечному делу всего несколько лет, так что…

Прежде чем Цинь Му мог продолжить, а Фань Юньсяо вставить хоть слово, прозвучал ещё один громкий взрыв, а если точнее, то даже хлопок. Судя по всему, корабль попросту преодолел звуковой барьер!

— Брат Цинь, кто тебя учил кузнечному делу? — было непонятно, то ли Фань Юньсяо был больше удивлён, то ли рад. — Отныне, когда я буду грабить, разве меня кто-нибудь сможет поймать?

Цинь Му теперь полностью осознал причину, по которой Мастер Дао секты Дао решил прогнать прохвоста…

Глава 174. Усыновление

Лисичка в рюкзаке Цинь Му не смогла удержаться и высунула мордочку наружу, спрашивая:

— Старший брат Фань, разве тебе не пришло в голову, что ты теперь можешь делать больше поездок и зарабатывать лучше, раз твоя скорость увеличилась почти в пять раз? Можешь завязывать с ограблениями.

Фань Юньсяо закатил глаза:

— Зачем мне столько лишних хлопот? Мой корабль стал летать быстрее, а значит и грабить он тоже будет быстрее. Когда-то я мог совершать лишь один налёт за день, а теперь эта цифра вырастет до трёх или даже пяти. Заработок от грабежа намного выше, чем от перевозки пассажиров. Проблема лишь в том, что в военное время количество купецких судов уменьшилось, именно поэтому я занялся перевозкой. Демоническая лиса, тебе не хватает мозгов для ведения бизнеса.

Ху Лин’эр не знала, что и сказать. Скорость судна стала слишком огромной, и оно понемногу начинало скрипеть, с трудом справляясь с давлением встречного ветра. Рулевой снова разозлился, и вместе с горсткой своих бандитов попытался укрепить корпус, покрыв его созданными из жизненной Ци рунами.

Цинь Му сильно встревожился. Как и рулевой, он боялся, что корабль не выдержит скорости и разрушится на части в любой момент. К счастью, к окончанию путешествия наспех укреплённый корабль всё-таки остался целым. По дороге в столицу, они ещё несколько раз пролетали возле полей битвы, однако, скорость Догоняющего Тучи была настолько высокой, что он исчезал за горизонтом до того, как воины вокруг успевали понять, что это было, отчего сразу же обретали озадаченные выражения.

Рулевой про себя дивился. Печь, созданная Цинь Му, была удивительно мощной, и теперь восьмидневное путешествие в столицу должно было занять немногим больше одного дня. Тем не менее, хоть она и стала намного лучше, ей в то же время потребовалось в разы больше духовных камней и трав.

К тому времени, когда они добрались до города, уже наступило утро следующего дня. Корабль понемногу сбавлял ход, и запас топлива был почти полностью исчерпан. Осторожно снижая высоту, судно приземлилось возле столичного рынка повозок и сёдел.

Чиновник на рынке подошёл к ним, дабы проверить документы, но увидев Фань Юньсяо, он внезапно изменился в лице и собрался было уже позвать стражу для ареста неожиданного гостя, когда тот немедленно попытался объяснить:

— Я стал хорошим, хорошим! Вот документы на наш корабль!

Имперский служащий взглянул на бумажку, которая действительно оказалась документом, выданным имперским двором. Недоумевая, мужчина сказал:

— Таких мразей, как ты, нужно обезглавливать! С какой стати тебя помиловали?

— Это всё безграничная милость имперского двора. Я аж прослезился от благодарности, — резко рассмеялся рулевой.

Цинь Му слез с корабля и собрался уходить, когда к нему подбежал Фань Юньсяо. Положив руку юноше на плечо, он сказал:

— Брат Цинь, какое у тебя там будущее в Имперском Колледже? Почему бы тебе лучше не присоединиться ко мне, мы можем вести дела вместе!

Цинь Му покачал головой:

— Старший брат Фань, моя жизнь в Имперском Колледже не такая, как твоя в секте Дао. Твоё сердце испорчено, в то время как я произвёл отличное впечатление на местных. Я хороший человек, и у меня там отличная репутация!

Ху Лин’эр, сверкая уверенностью, добавила:

— “Недобрые помыслы” — термин, который нельзя использовать, говоря о молодом мастере.

Фань Юньсяо оставалось только позабыть о своей идее, но он всё же пробормотал:

— Ты растратишь свой талант впустую, если не станешь разбойником. Ну да ладно. Покидая секту Дао, я захватил с собой Математический Трактат Высшей Тайны. Если ты интересуешься алгеброй, я могу его тебе отдать.

В приподнятом настроении, Цинь Му немедленно выхватил писания:

— Разве я посмею принять такой дорогой подарок? Лин’эр, быстро спрячь его.

Лиса спрятала Математический Трактат Высшей Тайны, а рулевой проговорил:

— Секта Дао не запрещает ученикам изучать эти тексты. Они помогают практикам развить свою мудрость, и только владея ими на отлично, можно приступать к изучению Четырнадцати Писаний Меча Дао. В своё время, я неплохо поработал над Математическим Трактатом, и смог постичь аж пять мечей. До того, как я начал постигать Шестой Меч Дао, меня изгнали из секты.

Цинь Му с любопытством спросил:

— К какому писанию принадлежит техника “Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Янь”?

— Брат Цинь встречал эту технику? — удивился Фань Юньсяо. — Это первое, самое простое из четырнадцати писаний. Меч Дао становится всё сложнее по мере продвижения, но, в то же время, его сила растёт пропорционально. Достигнув успеха в постижении четырнадцатого писания, человек станет непобедимым среди смертных и превратится в бога. Тем не менее, это ещё никому не удавалось.

Сердце Цинь Му вздрогнуло. Первое писание меча Дао уже владело невероятной силой. Каким ужасающим должно тогда быть четырнадцатое?

В сражении с Даоцзы Лин Сюанем первое писание было самым сильным движением противника. Хоть Цинь Му и оказался победителем, Даоцзы всё-таки умудрился определить местонахождения его уязвимой точки. С того времени Четырнадцать Писания меча Дао вызывали у него особый интерес.

Попрощавшись с Фань Юньсяо, Цинь Му пошёл по направлению к Имперскому Колледжу, думая про себя: «Рулевой оказался интересным человеком. Однако его арест и обезглавливание — всего лишь вопрос времени. Хмм, Патриарх ушёл в отставку, интересно, кто будет следующим Великим Ректором. Возможно, канцлер Ба Шань?»

Старик Ба Шань стремился исправить недостаток Имперского Колледжа, начав подготовку имперских академиков. По мнению Цинь Му, он был лучшим кандидатом на столь высокую позицию… Однако не все люди владели такой широтой ума, как он. Было невероятно важно продолжить подготовку имперских академиков. Лишь таким образом Имперский Колледж сможет превзойти священные земли секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара. Ба Шань был единственным человеком, кто продолжил бы внедрять эту реформу.

Юноша подошёл к подножию горы Имперского Колледжа и прошёл сквозь горные врата. Внезапно он сделал несколько шагов назад и смерил взглядом цилиня, охраняющего вход. Дракономордый зверь до сих пор лежал на земле, неподвижно смотря вперёд, однако, цепь на его шее исчезла.

Цинь Му продолжал его рассматривать, но тот никак не реагировал на гостя, до сих пор смотря в даль и не моргая. Казалось, он был вырезан из камня, хоть на его шее иногда проступали напряжённые вены. Наконец, зверь повернул голову в сторону гостя и злостно гаркнул:

— На что уставился?

— На твоей шее больше нет цепи, однако, ты всё ещё здесь. Чего же ты ждёшь? — спросил в ответ Цинь Му.

— Мне некуда идти. К тому же, здесь меня каждый день кормят, с какой стати мне уходить? Тут не так и плохо, — тихонько ответил цилинь.

Ху Лин’эр ухмыльнулась:

— Громадина, разве еда и питьё — всё, что тебе нужно от жизни?

Презрительно на неё взглянув, зверь спросил:

— Что лиса-демон может знать о желаниях великого цилиня? Ты не поймёшь… даже если я тебе расскажу.

Взглянув на Цинь Му, Ху Лин’эр улыбнулась:

— Молодой мастер, этот цилинь с ума сошёл от постоянного сидения. Давай не будем с ним заморачиваться.

Они собрались пойти на гору, когда зверь у ворот опустил голову, огорчённо всматриваясь в землю:

— Мой старый хозяин ушёл в отставку и сбежал с каким-то стариком, покинув меня в одиночестве. Мне некуда податься, так что я остался здесь, продолжая охранять ворота. Меня до сих пор задирает зелёный бык, а теперь ещё и лисёнок докопался, зачем жить дальше?..

Снова спустившись на две ступеньки вниз, Цинь Му встал перед дракономордым и спросил:

— Ты — верховой зверь Патриарха? Мы с ним из одной секты. Я Владыка нашего священного культа.

С недоверием смотря на “Владыку”, зверь ухмыльнулся:

— Не знаю я никакого Патриарха или Владыки. И я всё ещё не разобрался с тобой за то, что ты меня парализовал.

Юноша улыбнулся:

— Когда я пришёл сразиться с Даоцзы из секты Дао, разве ты не видел меня в компании Патриарха? Тебе должно быть известно о наших связях. Можешь меня не бояться.

Цилинь холодно фыркнул:

— А после этого ты решил меня парализовать.

Цинь Му не знал, что ответить:

— Всё потому, что ты попросил меня избить рогатого. Но как оказалось, это мне было суждено быть избитым. Ты ведь не предупредил меня, что он настолько силён. Думаю, что лучше искоренить вражду, чем хранить её…

Зверь снова прохрипел в ответ:

— И после этого ты решил мне отомстить и парализовал меня.

Парень понял, что разговор тяжёлый, и предложил компромисс:

— Давай я приведу быка, и ты сам с ним разберёшься?

Очевидно, у цилиня не возникло доверия, поэтому он сказал:

— Чтоб ты снова меня парализовал?

Цинь Му не оставалось ничего другого, кроме как отказаться от данной затеи, поэтому он пошёл к Имперскому Колледжу. Зверь был немного тупоголовым, и помнил лишь о том, что он его когда-то отравил…

Внезапно, парень остановился, чтобы оглянуться. Оказалось, что дракономордый наконец покинул своё место у врат, отправившись следом. Но, когда тот заметил, как он перестал идти, то растерялся и неподвижно замер.

Чуть погодя, Цинь Му продолжил идти вперёд, и цилинь снова пошёл по его следам. Добравшись к подножию нефритовой отвесной скалы, он опять остановился и оглянулся. Гигантский зверь же вновь остановился вместе с ним.

Выпрыгнув на вершину препятствия, Цинь Му увидел, как огромное тело дракономордого взмывает на облаках красного пламени, поднимаясь на скалу, поэтому, улыбнувшись, он поинтересовался:

— Зачем ты за мной идёшь? Я парализовал тебя лишь раз, чтобы взять немного драконьей слюны. С чего такая ненависть?

— Ты парализовал меня, поэтому ты должен предоставить мне еду, — серьёзно прозвучал ответ.

— Разве ты не говорил, что тебе каждый день кто-нибудь приносит покушать? Мог просто остаться у врат, — недоумевая ответил Цинь Му.

Зверь понуро опустил голову:

— Старый хозяин был тем человеком, который меня кормил. После того, как он ушёл, обо мне больше никто не заботится. Я не ел уже около месяца. Новый Великий Ректор думает, что я просто статуя, как и все остальные члены дирекции. А я стыжусь просить о еде, не могу себя заставить… Ко всему прочему, бычок спрятался за спиной канцлера Ба Шаня, жалуясь, что я разбил его сердце…

Увидев столь жалкий вид, Цинь Му подобрел в душе:

— Ладно, ладно, не мучай себя так. С этого момента можешь ходить за мной, и я позабочусь о твоём питании. У меня есть деньги. Что ты ешь?

— Я пью лишь воду из Нефритового Драконьего Озера и ем ведро духовных пилюль Алого Огня раз в день.

Цинь Му крепко сжал кулаки, а Ху Лин’эр почувствовала, как задрожала её печень. Нефритовое Драконье Озеро сформировалось из Ци девяти драконов. В нём было много воды, и цилинь мог пить сколько ему захочется, однако, целое ведро духовных пилюль было чем-то неподъёмным.

— Молодой мастер, тех денег, что у нас есть, хватит, чтобы кормить зверя на протяжении лишь двух недель, — прошептала лиса, — я думаю, что лучше оставить его здесь. В противном случае, он быстро опустошит наш скромный капитал.

Услышав такое, зверь сразу же пошёл навстречу:

— Я могу немного потерпеть и есть только полведра пилюль. Нет? А литр? Меньше уж некуда.

Юнец взмахнул рукой, успокаивая:

— Я целитель и могу самостоятельно готовить пилюли Алого Огня, дабы сэкономить. Твой рацион не сократится, однако, я не смогу кормить тебя бесплатно.

Цилинь немедленно возмутился:

— Ты меня парализовал! К тому же, мы из одной секты. Ты ведь Владыка культа, кормить меня — твоя обязанность. Я верховой зверь твоего Патриарха!

Ощущая, что его голова начинает болеть, Цинь Му объяснил:

— Ты должен каждый день давать мне свою драконью слюну, иначе я не смогу тебя продержать.

— Драконью слюну? — зверь насторожился.

— Под драконьей слюной я имею твою обычную слюну, — успокоил его парень.

Цилинь, должно быть, сначала подумал о чём-то нехорошем, поэтому сейчас вздохнул с облегчением и сказал:

— Ну тогда ладно. Ты раньше говорил, что можешь привести бычка, чтобы я его избил, это правда возможно?

— Пока обойдёшься едой, а не то будет тебе лишь полведра пилюль в день.

Зверь сразу же заткнулся и пошёл следом, будто испугавшись потерять нового кормильца. Ху Лин’эр продолжала оглядываться, замеряя размеры огромного создания, которое поднявшись, стало выше за Цинь Му. Теперь последний едва достигал до кончиков усов, свисающих с его щёк. Учитывая хвост, тот имел в длину около двенадцати-пятнадцати метров, а на его коже проступали странные узоры, будто естественные руны, делая его вид ещё более впечатляющим.

«Неудивительно, что он так много ест. Это чудище в два раза огромнее бычка, даже боюсь представить, как оно выглядит в своей настоящей форме», — еле скрывала своё удивление лисичка.

Поднявшись на гору, Цинь Му привёл цилиня к Нефритовому Драконьему Озеру, чтобы тот утолил жажду, думая про себя: «Я до сих пор понятия не имею сколько стоит маленькая баночка драконьей слюны, однако, это ведь духовное лекарство для исцеления ран, поэтому оно не может быть дешёвым, верно? Надеюсь, я смогу надоить достаточно, чтобы покрыть стоимость трав, в противном случае, он проест моё богатство…»

Глава 175. Взаимопомощь боевых техник и заклятий

Дракономордый утолил жажду и покосился на юношу:

— Я голоден…

— Я собираюсь приготовить тебе пилюли, — ответив, Цинь Му отправился на склад, где планировал закупиться нужными травами для создания духовных пилюль Алого Огня.

Между тем с другой стороны Нефритового Драконьего Озера находился смотрящий на них даос, который, увидев, как юноша увёл зверя, пробормотал:

— Тот драконий лев у горных врат ожил что ли? Почему он пришёл на водопой к Нефритовому Драконьему Озеру? А кто вообще тот юнец? Разве он не знает, что здешнюю воду пьют члены императорской семьи? Ну да ладно, пока они не моются в ней, не велика потеря…

Проходя рядом с Королевским Парком, Цинь Му увидел много толпящихся вдали учеников. Как вдруг все они взорвались громкими овациями. Среди присутствующих он разглядел множество учащихся из Резиденции Учеников, даже присутствовали практики из Резиденции Божественных Искусств. Сейчас там толпилось столько народу, что было не пройти, не протолкнуться. Внезапно раздался громкий взрыв, после которого в небо взмыла фигура, а затем головной вниз рухнула на землю.

— Ещё один побеждён! — кто-то прокричал.

Цинь Му шокировано застыл, ведь тот, кому пришлось глотать ртом землю, был принцем из Королевского Парка, а также сыном короля… Кому вообще хватило смелости обращаться с ним настолько безжалостно?

— Обменяемся опытом! — из толпы послышался девичий голос, в то время как Цинь Му продолжил идти дальше, но не успел он отойти слишком далеко, как отчётливо расслышал очередной громкий взрыв, а когда обернулся, то увидел летящий зелёный человекоподобный силуэт, который “упокоился” в стене находящегося неподалёку зала Скрытого Света… осталась торчать только пара изящных, явно женских, ножек.

«Кажется, веселится принцесса, — думая, Цинь Му ещё раз окинул взглядом толпу. — Движения немного напоминают боевые заклятия Ба Шаня».

Высшие навыки боевых заклятий канцлера Ба Шаня, строящиеся на объединении божественных искусств заклятий и боевых техник, позволяли продемонстрировать гораздо большую мощь, нежели каждый путь по-отдельности. Данный подход позволил старику войти в круг сильнейших мира сего, в который также входили практики уровня Мастеров-Владык сект-культов. Прямо сейчас во всём мире практически наверняка не найдётся того, кто бы смог превзойти его в боевых заклятиях…

Единственной слабостью высших навыков боевых заклятий было то, что они не обладали той гибкостью, что боевые техники и заклятия сами по себе. Как раз поэтому Ба Шань, будучи практиком такой невероятной силы, не мог сделать следующего шага в развитии.

«Зачем сестре Юйсю сражаться с принцами и принцессами?» — подумал Цинь Му, после чего взглянул на изголодавшего-истощавшего цилиня, тот еле-еле перебирал лапами, а брюхо сильно западало внутрь. Переборов сиюминутный порыв пойти поглазеть на битвы, он продолжил шагать за травами. Целитель склада оцепенело замер, конечно, не сразу, а когда подошёл передать нужные парню травы и увидел за его спиной огромного зверя.

Цинь Му повёл цилиня обратно той же дорогой, по пути переработав лекарственную энергию трав в духовные пилюли Алого Огня. Недолго думая, зверь съел всё, но явно не насытился, так как умоляюще воззрился на юношу. Последний был вынужден приготовить ещё одну партию, и, наконец, таки смог утолить голод громадины.

— Отныне можешь меня в случае чего звать. Я, знаешь ли, довольно хорош в бою, — пролепетал оживившийся цилинь. Цинь Му кивнул головой и пошёл в сторону “парка”.

Тем не менее, Ху Лин’эр явно не собиралась оставлять дело — вот так, поэтому съязвила:

— Ты даже быка одолеть не смог, а ещё что-то говоришь о “хорош в бою”?

Дракономордый мгновенно поддался подавленным настроениям. Между тем впереди виднелась огромная толпа, явно ставшая больше с того времени, как они шли вперёд.

— Разве в Королевском Парке нет того, кто может одолеть её?

— Вернувшись после приключений во внешнем мире, принцесса стала совершенно другим человеком, особенно в аспекте сильно возросших способностей.

— С техникой Девяти Монархических Драконов, подкреплённой объединением заклятий и боевых техник, седьмая принцесса размазала по земле весь Королевский Парк. Интересно, удастся ли ей заблокировать врата Резиденций Учеников и Божественных Искусств?

— Резиденцию Божественных Искусств может и сможет, но вот насчёт Резиденции Учеников не уверен, там ведь обитаете тот дьяволёныш.

— И то верно. Но с тех пор, как мы его в последний раз видели, прошло уже почти три месяца, наверняка он давно помер во внешнем мире. Хотя бы так наш позор будет смыт.

— Способностей дьяволёныша может и не хватить, чтобы одолеть седьмую принцессу.

— В сторону, в сторону!

Многие находящиеся впереди ученики почувствовали, как их начали толкать те, кто находился позади, поэтому они начали оглядываться. Каким же было их удивление, когда они увидели огромное существо, кажущееся то ли драконом, то ли цилинем, которое прямо сейчас протискивало своё огромное тело вперёд, насильно проталкивая вперёд стоящих на пути учеников. Потеряв равновесие, некоторые бедолаги толчком зверя были попросту беспардонно выброшены за пределы толпы. Чуть погодя, тот протиснулся вплоть до врат Королевского Парка, оставляя позади полностью расчищенный путь.

Увидев подобное зрелище, все присутствующие в оцепенении замерли от ужаса. Даже местные дворяне, которые знали немного больше, чем все остальные, не могли отвести взгляда от внушающего трепет дракономордого цилиня. Последний встряхнулся телом и волосами, повернулся и оскалился в улыбке:

— Молодой мастер, у них всех явно что-то не то со зрением, но, прочистив дорогу, я позаботился о проблеме, поэтому можете ступать.

— Слишком пафосно, слишком нагло! Отныне и впредь, ты не можешь так поступать! Старшие братья и сёстры, прошу меня простить, — подойдя к вратам, извинился Цинь Му.

Все присутствующие реагировали как-то заторможено. Цинь Му кинул взгляд вперёд, где увидел принцессу Лин Юйсю, которая, запечатав своё Божественное Сокровище Пяти Элементов, сражалась с принцем Миньюэ. Последний был ещё одним учеником, выбранным Ба Шанем. Но что с того? Всего лишь после нескольких движений паренёк был буквально сдут взрывной мощью пылкой девицы. В следующий момент принцесса взорвалась мощью области Пяти Элементов, а вокруг неё проявились образы сворачивающихся девяти драконов. Зрелище было агрессивным и бравым, в то время как его виновница чуть ли не разрывалась от энергии и живости.

Цинь Му мог лишь восхититься про себя. Пережив горький опыт у врат Дворца Золотой Орхидеи, Лин Юйсю, самозабвенно тренируясь в технике Девяти Монархических Драконов и исправляя свои шаткие основы, начала становиться сильнее день ото дня. За прошедшие три месяца она закалилась, как никогда, поэтому смогла подавить всех местных учеников.

Подход к обучению Ба Шаня, когда тренируешь кого-то в соответствии со его способностями, сильно отличался от такового у дирекции Имперского Колледжа. Старик сосредоточил всё своё внимание на устранении слабости принцессы, благодаря чему последняя так сильно и выросла… Тем не менее, окинув взглядом практически обращённый в руины Королевский Парк, Цинь Му попросту не представлял, у кого эта имперская принцесска успела нахвататься столь жестоких повадок…

— Пастушок! — со вспыхнувшим взглядом воскликнула Лин Юйсю, затем, махнув рукой в сторону “парка”, улыбнулась. — На сегодня всё, продолжим в другой день, — договорив, она сразу же подошла к парню.

— Сестра Юйсю, я не видел тебя всего лишь несколько месяцев, а ты так выросла, — похвалил Цинь Му.

— Где ты пропадал в последние дни? Я волновалась… — проворчала принцесса, а затем сразу же добавила. — Канцлер Ба Шань тоже очень беспокоился за тебя! Ты наверно не знаешь, но прошлый Великий Ректор подал в отставку, но на его место назначили не учителя, а того закованного в лёд старика, что мы спасли с маленьким генералом Цинем.

«Закованный во льду? — слегка нервничая, подумал Цинь Му. — Неужели старик Гу?»

Лин Юйсю поняла, что на них уставилась огромная толпа, и сразу же застеснялась, поэтому продолжила уже шёпотом:

— Здесь слишком много глаз и ушей, поговорим в моей комнате.

Цинь Му кивнул головой и последовал за ней, но, когда они вошли непосредственно в Королевский Парк, внезапно вспыхнула фигура. Перед ними появился красивый молодой человек с серьёзным выражением лица, заговорив:

— Седьмая сестра, как ты можешь позволить мужчине войти в комнату женщины? Давайте лучше поговорите в моей.

Покраснев, Лин Юйсю слегка кивнула.

— Ученик Цинь, прошу, — крайне мрачно проговорил Лин Юйшу.

Цинь Му запутался, когда он вообще успел обидеть этого имперского принца? Прямо сейчас тот смотрел на него так, словно собирался вырвать сердце и сожрать…

Немного погодя, они оказались в резиденции Лин Юйшу. Внутри всё было обустроено, как в каком-нибудь южном солнечному саду, со стилем и утончённостью. Несмотря на то, что горы здесь были поддельными, и не настолько высокими, как настоящие, но по ним всё же текли ручейки. Хотя сад не был таким обширным, чтобы сравниться с лесом, но всё же давал ощущение безмятежного и достаточно уединённого места. Всё в этом месте на голову превосходило то же самое в Резиденции Учеников. Здесь даже туда-сюда сновали дворцовые девы, готовые в любой момент услужить — небольшой дворец, не иначе. Последние, кстати, были практиками божественных искусств, поэтому могли похвастаться не только красотой, но и незаурядными способностями.

Лин Юйшу привёл их в красиво оформленный павильон, через который открывались дивные пейзажи. Несколько служанок услужливо разместили рядом с павильоном несколько палочек благовоний, которые затем подожгли. В воздух по спирали поднялся приятно пахнущий дым. Не так далеко послышалась игра на гуцине. Сама игра была неторопливой и спокойной, словно два старца решили сыграть партию в Го. После коротких пауз извлекая красивые звуки из одной или двух струн, сердца людей легко успокаивались.

— У второго принца действительно изысканное, утончённое мироощущение, — в похвале воскликнул Цинь Му.

Выражение лица Лин Юйшу наконец немного смягчилось, и он взял слово:

— Я обязан поблагодарить академика Циня за то, что ты позаботился о моей седьмой сестре во время путешествия за Великую Стену. Сестра мне всё рассказала о произошедшем во Дворце Золотой Орхидеи, поэтому я знаю, что ты много раз спасал ей жизнь. Юйшу благодарит тебя от всего сердца.

— Пастушок крайне силён. Я думала, что он умер, и разревелась прямо перед шаманом дворца, — улыбнулась Лин Юйсю.

От услышанного уголки век Лин Юйшу дрогнули: «Разревелась? Она не упоминала об этом! Но, наверно, всё не так страшно, просто дружба через тяжёлые испытания, верно? Моя сестра ведь плакала, когда умерла кошка, которую она вырастила».

— Мы даже повстречали старших моего пастушка, они явно остались мной довольны, даже похвалили за разумность, — самодовольно улыбнулась Лин Юйсю.

От услышанного уголки век Лин Юйшу вновь дрогнули: «Она уже встречала его старших? Сестра и об этом умолчала!»

Между тем Лин Юйсю взволнованно продолжила:

— Второй брат, канцлер Ба Шань по-настоящему могучий. После того путешествия я стала гораздо сильнее. Ты ведь видел, да? Если он опять возьмёт меня с пастушком в путешествие, даже ты не сможешь меня одолеть!

Лин Юйшу отрицательно покачал головой:

— Я спрашивал об этом канцлера, он сказал, что в следующий раз возьмётся за обучение других учеников.

Лин Юйсю слегка понурилась. Лин Юйшу посмотрел на Цинь Му и сказал:

— Отец назначил Гу Линуаня на пост Великого Ректора, также я слышал, что у тебя есть какая-то вражда с ним, а ещё то, что он выяснял о тебе информацию у дирекции.

Лин Юйсю улыбнулась:

— Я знаю об их вражде. Обманув Гу Линуаня, пастушок завладел его мечом Младший Защитник, вот старик немного и дуется на него.

Лин Юйшу сказал:

— Будет лучше, если академик Цинь вернёт Младшего Защитника Гу Линуаню. Старик в свои ранние годы шёл по истинно дьявольскому пути и славился особо мелочным характером. Отец уже назначил его Великим Ректором, так что, по большей части, слова бесполезны, но кое-что я всё же скажу, старик не обладает той широтой ума, что прошлый Великий Ректор, поэтому я не могу гарантировать, что он не станет усложнять тебе жизнь. Я могу выступить в качестве посредника, чтобы помочь разрешить ваши недопонимания. Благодаря моему положению, думаю, он не станет упираться и забудет об этом деле…

Качая головой, Цинь Му сказал:

— В наших Великий Руинах нет такого правила, что нужно возвращать добытое обманом.

Лин Юйшу, казалось бы, и улыбаясь, и нет, сказал:

— Но мы сейчас не в Великих Руинах, а он Великий Ректор. Ему будет очень просто отомстить.

Немного подумав, Цинь Му ответил:

— Гу Линуань рассказал мне, что он раньше был младшим защитником наследного принца, а это значит то, что также он был и его учителем. Второй принц, ты действительно думаешь, что старик будет считаться с твоим положением? — сердце Лин Юйшу слегка кольнуло, а Цинь Му продолжил. — Второй принц, если бы он действительно был готов забыть о былых обидах, то для меня не проблема нарушить правила Великих Руин и вернуть Младшего Защитника. Однако что-то мне подсказывает, что даже поступив так, он всё равно наплюёт на твоё мнение и, конечно не сразу, унизит этим. Кроме того, второй принц, не боишься ли ты того, что старик решит усложнить жизнь тебе?

П.П.: Сегодня день лайков на главной-оглавлении, пора опять захватить недельный ТОП. Кто не ставил и хочет помочь переводчикам, обязательно заходим ставим. Заранее спасибо.

Глава 176. Великий Ректор Гу

На лице Лин Юйшу возникло переменчивое выражение, ведь догадка Цинь Му попала прямо в цель. В молодости, наследный принц некоторое время был учеником Гу Линуаня. Будучи старшим ребёнком в семье, ему с рождения было суждено получить столь высокое звание. Можно было смело сказать, что разница между дворянином и обычным человеком была невероятно огромной. Такую же разницу, или даже большую, все видели между наследным принцем и обычным имперским принцем.

Гу Линуань определённо не позволил бы принцу хорошо себя проявить, более того, он, вероятно, намеренно создавал бы ему проблемы… Взглянув на ситуацию с такой точки зрения, второй принц всё больше и больше верил в такой исход.

— Я не стану встревать в ваши дела с Младшим Защитником, — решил Лин Юйшу. — Но ты должен быть осторожен. Гу Линуань разбирается с проблемами совсем не так, как прежний Великий Ректор. У него нет той широты ума, позволяющей оценить долгосрочные перспективы образования.

Кивнув головой, Цинь Му ответил:

— Не волнуйся. Он, конечно, будет вставлять мне палки в колёса, однако, не посмеет перегнуть палку.

У Лин Юйшу возникло странное выражение лица. Цинь Му, казалось, говорил слишком уверенно. Откуда он мог иметь гарантии безопасности?

«Неужели он и моя сестра успели…» — страшная мысль возникла у него в голове. Если этот парень станет императорским зятем, ему на самом деле не нужно будет бояться Гу Линуаня. Недолго помолчав, принц сказал:

— Я собираюсь покинуть Имперский Колледж и направиться к своим солдатам на границе. Я Генерал Скитающейся Кавалерии, и за мной закреплена официальная должность, более того, я достиг нужного возраста, чтобы возглавить войска. Единственное, о чём я всё-таки переживаю — моя седьмая сестра…

Цинь Му немедленно попытался его успокоить:

— Не бойся, второй принц, я останусь с ней!

Уголки глаз Лин Юйшу сморщились, когда он подумал про себя: «Именно из-за этого я и переживаю».

Ещё некоторое время Цинь Му побеседовал с принцем и принцессой, после чего попрощался:

— Мне нужно возвращаться в Резиденцию Учеников. Я только вернулся с путешествия и даже не успел занести свои вещи в дом.

Лин Юйшу провёл его к выходу из Королевского Парка, и после недлинной паузы, обратился к сестре:

— Склад ума академика Цинь не такой уж и юношеский. Он видит вещи насквозь, и обязательно станет великим человеком в будущем. Его слова удивили меня до глубины души.

— Кто сказал, что он взрослый? Ничего он не знает, до сих пор думает, что я пухленькая. Он даже красиво говорить не умеет! — рассмеявшись, парировала девушка.

Второй принц покачал головой в недоумении:

— Я собираюсь написать письмо отцу и покинуть Имперский Колледж. Мне нельзя больше оставаться учеником. Теперь, когда Гу Линуань стал Великим Ректором, у тебя тоже начнутся проблемы. Если ты не сможешь здесь оставаться, приходи ко мне на границу.

Лин Юйсю отказалась от предложения:

— Не волнуйся, второй брат. Если я здесь не выдержу, то обязательно к тебе присоединюсь. Однако, сейчас я хочу продолжить совершенствоваться вместе с канцлером Ба Шанем.

Взглянув на девушку, Лин Юйшу прекрасно понимал о чём она на самом деле думает, но решил промолчать и просто покачал головой.

Цинь Му вернулся в Резиденцию Учеников, а цилинь шёл следом за ним. Все ученики, встречавшиеся им по пути, смотрели на юнца с завистливым взглядом.

Вскоре, у порога их двери появился отсвечивающий лысиной, улыбающийся Юнь Цюэ:

— Сестра лисёнок, я собрал нужную сумму. Можно забрать вещи?

Ху Лин’эр взяла у него мешочек монет, и, оценив его вес, кивнула головой:

— Подожди минутку, сейчас принесу.

Юнь Цюэ чуть не подпрыгнул от благодарности. Лиса вернулась в дом за одеждой монаха, крича по дороге:

— Все, кто задолжал мне денег, быстро доставайте кошельки, чтобы рассчитаться со своими долговыми расписками!

Спустя мгновение, группа учеников пришли к ней с недовольными выражениями, собираясь отдавать долги. Ху Лин’эр была очень рада:

— В следующий раз, когда молодой мастер вас побьёт, я сделаю вам двадцатипроцентную скидку.

Кто-то из толпы покачал головой:

— Имперский академик — чиновник шестого ранга, кто осмелиться с ним сразиться?

Лиса была ошеломлена, и некоторое время не могла ничего из себя выдавить. Успокоившись, она повернула голову к Цинь Му:

— Молодой мастер, мы потеряли источник дохода. Наше богатство скоро проедят, мы не можем позволить себе кормить эту громадину!

Дракономордый цилинь удивлённо вытянул шею и пробормотал:

— Литра духовных пилюль Алого Огня в день будет достаточно, если у вас будет что-нибудь ещё покушать…

Юноша успокоил:

— Не бойся, я смогу тебя прокормить. Ладно, у тебя есть слюна? Дай мне баночку, и посмотрим, получиться ли выменять её на деньги.

Ху Лин’эр достала нефритовую баночку и наполнила её драконьей слюной. Цинь Му надёжно её спрятал и приказал всем ждать дома, пока сам пошёл в зал Высшего Исцеления. Группа старых имперских лекарей как раз изучали рецепты, и страшно обрадовались, увидев гостя:

— Меленький божественный врач наконец вернулся! Какие духовные пилюли мы будем готовить на этот раз? Только если это обезболивающее или яд, предупреди заранее!

Цинь Му поприветствовал имперских лекарей и сказал:

— Я пришёл к вам, чтобы протестировать лекарство, — сказав это, он достал маленькую нефритовую баночку.

Увидев её, группа лекарей резко изменилась в лицах, после чего старик Юй спросил дрожащим голосом:

— Я помню эту баночку. Это ещё одно обезболивающее?

— Нет, это целебное зелье, — когда парень это сказал, лекарь Ю достал небольшой нож, и, мгновение поколебавшись, полоснул им по руке находящегося рядом лекаря Дина, позволив свежей крови вырваться наружу, отчего тот немедленно впал в ярость. Не давая старику окончательно выйти из себя, к нему быстро подбежал Цинь Му, открыл нефритовую баночку и нанёс немного драконьей слюны на рану. Всего за несколько мгновений, рана зажила, и кожа вернулась к своей обычной форме, не оставляя и шрама… Группа лекарей была поражена, в спешке подбегая к пострадавшему.

— Насколько серьёзные ранения она может лечить? Получится присоединить отрубленную конечность? — спросил старик Юй.

Цинь Му кивнул в ответ:

— Да, получится. Одного из моих пациентов разделили напополам вдоль пояса, и с помощью этого лекарства я смог присоединить потерянную часть обратно. Однако, зелье служит лишь как поддержка, связки и нервы всё равно должны быть соединены вручную, что будет настоящим испытанием для мастерства лекаря.

Имперский лекарь Дин взглянул в сторону, увидев, как старик Ю снова поднимает на него нож, и немедленно закричал:

— Если ты снова осмелишься меня пырнуть, я отравлю тебя и твою семью!

Старик Ю решил пожалеть бедолагу и отправился прочь из зала. Спустя некоторое время он вернулся обратно, приводя с собой одного из учеников. Группа лекарей не одобрили и эту идею, а лекарь Юй сердито стукнул ногой:

— Старый Ю, ты с ума сошёл? Отрезать конечности нельзя, даже для научных целей!

Услышав такое, перепуганный ученик облился холодным потом и немедленно попытался сбежать. Имперский лекарь Ю попытался задержать ребёнка, но коллеги старика не позволили ему этого сделать:

— Так нельзя, так точно нельзя. Имперские ученики являются чиновниками восьмого ранга. За отрезание их конечностей ты обязательно пойдёшь под суд. У даоса Лин Юня есть журавль, который несколько дней назад неудачно сразился с быком Ба Шаня. Теперь у птицы сломанная нога, так что притащи её. Мы окончательно оторвём пернатой ногу и затем попробуем присоединить обратно.

Имперский лекарь Ю снова покинул зал и вскоре вернулся, притащив с собой журавля. Лекарь Цюй связал птице клюв, отчего она стала не в силах сопротивляться и невероятно испугалась. Затем, рассмотрев повреждённое место, старик отрезал ногу зверя.

Группа престарелых имперских лекарей извлекла из плоти осколки сломанной кости, после чего позволили Цинь Му сделать остальное.

Внезапно в зал ворвался даос Лин Юнь, готовясь разбираться с живодёрами, но в тот же момент увидел Цинь Му, соединяющего разломанную кость, разрезанные нервы и мышцы. Не посмев сказать и слова, мужчина дождался пока нога не будет полностью соединена. Только по окончанию операции, старичьё смогло расслабиться.

Журавль сразу же встал и удивлённо повертел ногой. Голосом, принадлежащим маленькой девочке, он от всего сердца поблагодарил юношу. Цинь Му выписал рецепт и передал его Лин Юню:

— Приготовь лекарство по этому рецепту и добавляй его в горячую воду, чтобы журавль мочил в ней ногу. Это стимулирует нервы и каналы, и поможет избежать любых скрытых повреждений.

Увидев, как оправился его журавль, даос не мог не обрадоваться. Он немедленно вырвал рецепт из руки юноши и, улыбаясь, отблагодарил:

— Ты избил меня перед императором, из-за чего я был на тебя крайне зол. Однако теперь я даже благодарен.

Цинь Му улыбнулся:

— Друзей заводят после боя.

Мужчина чувствовал, что это выражение было немного странным, и не слишком вписывалось в текущие обстоятельства, но решил не разбираться. Подозвав своего журавля, он отправился на склад, чтобы купить нужные травы.

— Имперские лекари, сколько стоит пузырёк такого лекарства? Последним временем у меня финансовые проблемы.

Группа лекарей невероятно обрадовалась, узнав о готовности юнца продать зелье. Старый Юй ответил:

— Маленький божественный врач хочет торговать? Твоё лекарство довольно дорогостоящее. Для солдат на поле боя оно намного ценнее, чем любое из существующих природных сокровищ. Готов поспорить, что оно стоит десять тысяч монет Великого Изобилия!

Удивившись такой выгодной сделкой, Цинь Му пробормотал:

— Даже выгоднее, чем бизнес Фань Юньсяо?

— Что? — имперские лекари не поняли о чём идёт речь.

— Ничего такого, — улыбнулся юноша. — Я могу готовить баночку каждый день и продавать её вам за десять тысяч монет Великого Изобилия, пойдёт?

Глаза имперских лекарей загорелись, и они переглянулись. Старик Юй ответил:

— Да, нас такое устроит.

Обрадовавшись, Цинь Му ушёл. Седые головы лекарей сразу же сбились в кучу и старый Цюй сказал:

— Мы станем богаты!

Старики кивали, не в силах сдержать волнения:

— Юй всё-таки довольно мудрый старик, на самом деле маленькая баночка стоит намного больше! Мы запросто можем перепродать её за двойную цену!

Выйдя из зала Высшего Исцеления, Цинь Му отправившись в сторону Резиденции Учеников. Внезапно, за его спиной раздался голос:

— Маленький лысый осёл, где твой посох Кхаккхара?

Остановившись и обернувшись, Цинь Му взглянул на старика в пурпурной одежде. С улыбкой от уха до уха, он поклонился:

— Ученик приветствует Великого Ректора Гу.

Этим стариком оказался Гу Линуань, с пурпурной одежды которого исчезло девять вышитых орнаментов. Судя по всему, старик лишился своей мантии чиновника первого ранга, переходя на должность третьего ранга.

Гу Линуань улыбнулся и пошёл ему навстречу, неторопливо говоря:

— Когда ты своровал мой меч Младший Защитник, ты ведь не ожидал, что в один прекрасный день снова попадёшь мне в руки?

Юнец отрицательно покачал головой в ответ:

— Для чего Великий Ректор мне это говорит?

Старик высокомерно улыбнулся и протянул руку:

— Дай его сюда.

Цинь Му снова покачал головой:

— Я никогда не отдаю сворованного.

Ректор бросил на юнца жестокий взгляд, однако тот оставался совершено спокойным:

— Я теперь чиновник шестого ранга и имперский академик, выбранный самим императором. Болезнь матушки императора была вылечена мной. Если ты меня тронешь, император казнит тебя и всю твою семью.

Бум!

Дьявольская Ци вокруг старика взбушевалась, превратившись в трёхсотметровый образ кровожадного дьявола за его спиной. Грозно смотря на парня, гигантский дьявольский бог, казалось, сжимал окружающий воздух и искривлял пространство, отчего и сам выглядел искривлённо, будто палящее полуденное солнце.

Спокойно улыбаясь, Цинь Му поинтересовался:

— Великому Ректору ещё что-нибудь нужно?

Гу Линуань холодно отрезал:

— Если я захочу убить тебя, мне не обязательно делать это самому.

— Ты не посмеешь этого сделать, — прежде, чем Цинь Му успел что-то ответить, за спиной Великого Ректора раздался голос. — Если ты тронешь моего младшего брата, императору не придётся казнить твою семью. Я сам казню твою семью.

Тело Гу Линуань застыло, будто старику кто-то положил нож к шее. Он захихикал и спросил:

— Канцлер Ба Шань? Ты собираешься заступиться за этого лысого осла?

Старик Ба Шань стоял позади него с голой грудью и двумя ножами, непрерывно вращающимися за спиной. Без каких-либо эмоций на лице, он сказал:

— Старый Гу, ты не появлялся здесь две сотни лет. Твой путь, навыки и божественные искусства уже давно устарели. Хочешь, чтобы я тебя немного подучил?

Внезапно, ректор громко рассмеялся, и его тело исчезло, превратившись в дьявольскую Ци. Издевающийся голос старика раздался вдали:

— Подучить? Разве ты Небесный Нож?

Цинь Му обернулся, и увидел Ци ножа, стремящуюся вслед за дьявольской.

«Канцлер Ба Шань всегда любил драки, и, скорее всего, очень обрадовался увидев жертву. Готов поспорить, что он будет сражаться с Гу Линуанем. Жаль, что я не в силах их догнать», — огорчённо вздохнув, юноша отправился в Резиденцию Учеников.

Как только он вошёл во двор, послышался голос лисы:

— Молодой мастер, у нас посетитель.

Цинь Му переступил через порог и не смог сдержать удивления, увидев сложившего руки за спиной мужчину средних лет… Имперский Наставник Вечного Мира.

Имперский Наставник обернулся, и его взгляд пал на юнца:

— Священный Владыка Небесного Дьявольского Культа, кто бы мог подумать, что им окажется первый имперский академик Имперского Колледжа.

Глава 177. Знание — это действие, а действие — это знание

Мысленно содрогнувшись, Цинь Му вошёл во дворик и сказал:

— Имперский Наставник не стал бы приходить поболтать о всякой ерунде, верно? Лин’эр, займись чаем.

— Молодой мастер, у нас же нет чая, ты ведь не пьёшь, — немедленно ответила Ху Лин’эр.

— Тогда на будущее прикупи. Ну раз у нас нет чая, то приготовь место, где мы сможем посидеть, поговорить, — рассмеявшись, выкрутился Цинь Му.

— Во всей Резиденции Учеников есть только парочка сломанных стульев, так как мне вас усадить? — проворчала лисичка, на что юноша от неловкости слегка скривился.

Имперский Наставник махнул рукой и улыбнулся:

— Не нужно так хлопотать, я пришёл обменяться с Владыкой парочкой слов, после чего сразу же уйду.

Юноша взглянул на мужчину. Вот как выглядел номер один под богами и страшащий весь мир Имперский Наставник Вечного Мира. Что же до внешности? Его нельзя было называть красавцем, даже наоборот, он выглядел вполне обыденно, однако, глядя на лицо, невольно начинаешь чувствовать нечто странное, и чем больше смотришь, тем более приятным внешне он казался. Но кое-что в нём выделялось больше всего, а именно глаза, в них плескалась мудрость веков пережитого опыта и скитаний по всему миру, мудрость, чтобы в случае чего принять единственно и истинно верное решение.

В глазах Цинь Му Имперский Наставник был амбициозным первопроходцем современности, отринувшим старое, закостенелое видение на мир, что не могло не восхищать. Но для Империи Вечного Мира он был практически всем, его вклад в неё наголову превзошёл тот же у императора. Проведя реформы в армии, правительстве, внешней политике и образовательной системе, он позволил текущему поколению империи расцвести, как никогда.

Да, Цинь Му восхищался Имперским Наставником, но также критиковал и не одобрял многие его действия. К примеру, последний, помимо того, что был благословлён небесами на гениальность, также был достаточно безжалостным, ведь именно он организовал карательный поход на Великие Руины, и несмотря на то, что ему пришлось отступить перед лицом “непреодолимой преграды”, кто мог гарантировать, что он не поступит так опять?

Наставник также использовал грубую силу, подавляя все соседние страны, а после аннексируя. Ему также не были чужды хитрость и лукавство, например, он симулировал ранение, которое должно было сподвигнуть многие сомневающиеся секты на мятеж, после чего ему будет намного проще искоренить всех неугодных. Но в результате всего этого страдать пришлось простому люду… Он однозначно не был идеальным человеком.

Цинь Му так и не понял истинных устремлений этого человека, разве с его всеобъемлющей широтой ума он не мог проявить некоторую терпимость по отношению к другим, но, тем не менее, чтобы расширить территорию Империи Вечного Мира, он уничтожил многие страны и даже попытался вторгнуться в Великие Руины. К тому же, его явно не привлекала власть, как таковая, однако он мог запросто пролить реки крови, чтобы уничтожить всю оппозицию… Для Цинь Му Имперский Наставник Вечного Мира был личностью полной противоречий. Было крайне тяжело догадаться, о чём тот думал…

Смерив юного собеседника взглядом, Имперский Наставник мягко проговорил:

— Священный Владыка Небесного Святого Культа на удивление молод. Я был искренне потрясён, когда меня известили о том, что ты, Владыка, также был имперским академиком нашего Имперского Колледжа. Но, кажется, ты не был так уж удивлён, когда увидел меня.

— Небесный Святой Культ обучает всех, независимо от происхождения, поэтому вполне естественно, что ты, Имперский Наставник, смог внедрить несколько своих людей в верхушку моего священного культа. Поэтому я не особо и удивился, что мой маленький секрет был раскрыт, — ответил Цинь Му.

Имперский Наставник кивнул головой:

— Священный Владыка Небесного Святого Культа определённо должен быть так мудр. Но это не объясняет того, почему ты не паниковал, когда увидел меня. Разве ты не боишься, что я здесь, чтобы убить тебя?

— Если Имперский Наставник хочет убить меня, то какой толк в панике? — вопросом на вопрос ответил юноша и затем продолжил. — К тому же, если ты не станешь меня убивать, то Небесный Святой Культ не станет восставать, но если всё же убьёшь, то мой культ определённо восстанет. Моя жизнь далеко не столь ценна, как Небесный Святой Культ, поэтому Имперскому Наставнику нет нужды убивать меня, так с чего бы мне тогда паниковать?

— Не будь настолько уверен. Быть умным — хорошо, но лишняя самоуверенность может привести к ложному пониманию ситуации и даже смерти. Тем не менее, тебе таки удалось меня кое-чем заинтересовать. Ты сказал, что Небесный Святой Культ не станет восставать. Ответь, почему? — улыбнулся мужчина.

— Мы следуем одной философии, поэтому в восстании нет смысла, — ответил Цинь Му.

— Я слышал, что после того, как ты стал Владыкой, первым твоим поручением было создать Чертог Школы, — вдруг проговорил Имперский Наставник.

— Решив реформировать Небесный Святой Культ, я подражал Имперскому Наставнику, — кивнув головой, ответил Цинь Му.

— Изначально Небесный Святой Культ был империей, украшенной под секту. Если ты будешь подражать мне, не станет ли твой культ империей внутри империи моего Вечного Мира? — спросил Имперский Наставник. — В мирное время вы определённо не стали бы бунтовать, но зачем упускать такую возможность во времена смут? Вы бы могли догнать и перегнать праведных, разве я не прав?

— Небесный Святой Культ до сих пор не восстал не потому, что мы не хотим перещеголять праведных, а потому, что Империя Вечного Мира — крупномасштабный Небесный Святой Культ, — Цинь Му улыбнулся. — Зачем мы должны восставать против самих себя?

— Тогда, в каком случае вы восстанете? — полюбопытствовал мужчина.

— Только если Имперский Наставник решит предать философию Небесного Святого Культа, а следовательно, и путь Святого. Именно тогда Империя Вечного Мира перестанет быть Небесным Святым Культом и именно тогда восстанет мой Небесный Святой Культ, — крайне серьёзно ответил юноша.

— Насколько же ты смел, чтобы так говорить? — сверкнув взглядом, воскликнул Имперский Наставник.

— Дело совсем не в смелости, а в том, что ты бы сразу понял, если бы я солгал, — ответил Цинь Му.

Медленно подойдя к колодцу во дворике, Имперский Наставник размеренно проговорил:

— Ты родом из Великих Руин, и тебя мало что связывало с Небесным Святым Культом. Я изначально планировал манипулировать тобой, позволив тебе занять мою силу, чтобы утвердиться в Небесном Святом Культе. Тем не менее, кажется, мне нужно забыть об этом, — юноша подошёл к мужчине, услышав, как тот продолжил. — Люди подобные тебе — опасны. Тех, у кого есть своё личное мнение буквально на всё, слишком сложно переубедить в чём-либо, поэтому они и опасны. Проще сразу убить, а не убеждать. Не говоря уже о том, что убедить в чём-либо целую секту ещё сложнее. Секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара, неважно, у каждого своя укоренившаяся философия. И Небесный Святой Культ не исключение, — некоторое время помолчав, он продолжил. — К счастью, философии Небесного Святого Культа и Империи Вечного Мира не противоречат друг другу.

— Имперский Наставник пока не станет трогать Небесный Святой Культ, но как ты поступишь с сектой Дао и Монастырём Великого Громового Удара? — полюбопытствовал Цинь Му.

— Всё будет зависеть от их поведения, — серьёзно заговорил Имперский Наставник, — для начала я посмотрю, смогут ли они постичь: “знание — это действие, а действие — это знание”. Если же они смогут реализовать свои идеи и постичь вышесказанное, то я приложу все силы, чтобы избавиться от них. Если же они не смогут этого сделать, то пусть живут.

— Такова философия Имперского Наставника? — вздрогнув в сердце, спросил Цинь Му.

Имперский Наставник покачал головой:

— Я не должен тебе ничего говорить. Обращай внимание не на мои слова, а на мои действия. Именно за моими действиями “знание — это действие, а действие — это знание” кроется моя философия. Молодой Владыка, тебе предстоит ещё долгий путь.

Цинь Му до сих пор не мог полностью понять этого человека, поэтому не мог с подобными ему обсуждать на равных философию. Имперский Наставник имел слишком обширные знание и большую проницательность, а его понимание путей и божественных искусств навыков достигло такого уровня, что все остальные могли лишь смотреть на него издали. Цинь Му пока ещё не был на таком же уровне бытия, поэтому не был способен просчитать мысли Имперского Наставника, а следовательно, и знать, станет ли тот другом или врагом.

Тем не менее, прямо сейчас, будучи священным Владыкой, Цинь Му должен был планировать будущее своего Небесного Святого Культа.

— Касательно вопроса вспыхнувших мятежей в Империи Вечного Мира, мой Небесный Святой Культ полностью поддержит Имперского Наставника, — Цинь Му с особой тщательностью подбирал слова. — Тем не менее, я хочу, чтобы Имперский Наставник пообещал, что после подавления мятежей, не станет уничтожать наш культ и сжигать мосты.

— Я не стану, — повернувшись и взглянув на юношу, ответил мужчина. Но Цинь Му не расслабился, а продолжал вопросительно смотреть на Имперского Наставника, поэтому последний был вынужден продолжить. — Мне нужно что-то, что будет меня стимулировать. Оставив Небесный Дьявольский Культ, я оставлю занесённый над моей головой меч, который должен стать мне предупреждением, что я не могу позволить себе ошибиться, — затем он улыбнулся. — Если я буду слишком силён, то даже допустив ошибку, что со мной смогут сделать другие? Мне нужна сила, способная убить меня, если я потеряю своё сердце Дао. Небесный Святой Культ отлично подходит на эту роль. Если я пойду против вашей философии, то буду ждать, когда ты убьёшь меня.

Цинь Му немного испугался, в то время как Имперский Наставник зашагал прочь. Мрачно выдохнув, он почувствовал, что ещё чуть-чуть и волосы просто улетят прочь от того, что встали дыбом. Прямо сейчас он думал лишь об одном: «Имперский Наставник Вечного Мира не человек!»

Бесчеловечный… Пока ты человек, то у тебя есть семь эмоциональных состояний и шесть желаний, а также эгоистические помыслы. Однако Имперский Наставник был лишён всего этого… В таком случае, как его можно было до сих пор считать человеком?

Или, может быть, уже можно было назвать Святым?

Неужели Имперский Наставник стал Святым?

Взяв себя в руки, он отогнал тяжёлые думы, как вдруг цилинь пробасил:

— Страшный человек, он стоял прямо здесь, но даже видя, я не мог его почувствовать.

Цинь Му немного удивился, ведь не использовал Зелёные Глаза Небес, чтобы взглянуть на гостя, так что уже упустил свой шанс. Как-то раз он использовал Глаза Небес, с целью взглянуть на старейшину деревни, и увидел величественного бога с целым телом. Интересно, если бы он взглянул на Имперского Наставника, то что бы увидел?

****

Вне Резиденции Учеников. Цинь Фэйюэ кланяясь ждал снаружи.

— Возвращаемся, — скомандовал подошедший Имперский Наставник.

Пока они шли, Цинь Фэйюэ не смел много говорить, как вдруг наставник сказал:

— Великий Ректор достаточно проницателен.

Цинь Фэйюэ улыбнулся:

— Гу Линуань, конечно, неплох, но застряв во льду на целых двести лет без возможности совершенствоваться, я боюсь, что он уже не тот, что прежде.

— Я имел в виду другого Великого Ректора, — повернув голову, заговорил Имперский Наставник. — Преемник, которого тот выбрал, хорош и подаёт большие надежды. Однако, он слишком уж похож на меня, отчего мне стало неудобно на него смотреть, ведь я сразу же начинал думать о его убийстве.

Цинь Фэйюэ не понимал, о чём тот говорил.

Имперский Наставник Вечного Мира отдалялся всё дальше и дальше, бормоча:

— Я ненавижу смотреть в зеркало. Моё отражение никогда не соответствует моим идеалам.

****

В Резиденции Учеников, Цинь Му, наконец, смог расслабиться. Ему ещё предстояло освоить Технику Единства, и успокоить свой разум, чтобы внимательно её изучать, делая максимально возможный прогресс.

Имперский Наставник произвёл на юношу сильное впечатление. Человек, борющийся за свои идеалы, всегда владеет харизмой, вызывающей у окружающих истинное восхищение.

Что касалось его слов о том, что отвернуться от Небесного Дьявольского Культа — значит оставить меч, занесённый над его головой, они были преувеличением. Даже объединив вместе всю силу культа, они не смогли бы стать для него настоящей угрозой.

— Раз Имперский Наставник настолько доблестный, мы должны выполнить его желание.

Цинь Му начал исполнять свою технику, медленно гуляя по дворику. Он пытался в деталях исследовать Технику Единства, созданную на основе Трёх Эликсиров Тела Тирана. Кроме того, он вытащил Великие Небесные Дьявольские Рукописи, время от времени поглядывая в них ради дополнительной информации.

Через некоторое время, юноша издал мрачный вздох, резко увеличивая свою скорость. Он безумно помчался через всю гору, исполняя, наконец, доведённую до разума Технику Единства. Тело парня мелькало туда-сюда, оставляя за собой лишь вспышки света и мимолётные тени.

Глава 178. Девять Трансформаций и Три Состояния

Хоть Цинь Му бежал, как ужаленный, его мозг продолжал думать, оставаясь невероятно активным. Несмотря на свою не слишком большую продолжительность, встреча с Имперским Наставником Вечного Мира заставила разум парня погрузиться в возбуждённое состояние… Встретив непревзойдённый талант, человек обязательно взбудоражится, напряжётся, и начнёт развиваться.

Хоть разговор с Имперским Наставником был вполне обычным, Цинь Му воспринимал его, как чрезвычайно важное событие. Просто, чтобы стоять рядом с этим выдающимся человеком, требовалась необычайная смелость, а чтобы вести с ним разговор, ему пришлось задействовать всю свою мудрость.

Общаясь с умными людьми, человек и сам набирался мудрости, а общаясь с обычными, со временем и сам становился обычным. После разговора с Имперским Наставником, разум Цинь Му был в своей лучшей форме, и он воспользовался этим эффектом, дабы ускорить процесс освоения техники Единства.

Внезапно его шаги замедлились, а жизненная Ци начала циркулировать по новой, улучшенной технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Это было не что иное, как техника Единства, в которую были встроены многочисленные достоинства разных техник из Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Изначально, техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не владела никакими атрибутами, и применялась исключительно для использования других техник и навыков. Её сила не шла ни в какое сравнение с техниками, у которых были свои божественные искусства.

К примеру, для эффективного использования Восьми Громовых Ударов, мастер должен совершенствоваться с помощью Махаяны Сутры Жулая. Секреты Движущегося Дождя требуют техники Контроля Воды Чёрной Черепахи, а Секреты Движущегося Грома и Огня требуют техники Контроля Огня Красной Птицы. Только таким образом может быть извлечена полная мощь грома и огня… В свою очередь, техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не подходила к каким-либо заклятиям или прочим божественным искусствам.

Пытаясь освоить технику Единства на этот раз, Цинь Му использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, как основание, на которое накладывал учения сидящего на валуне дровосека. В результате ему удалось извлечь из своей старой техники всевозможные атрибуты, сделав её способной использовать полную силу любых заклятий и навыков!

В технику Трёх Эликсиров Тела Тирана не было заложено никаких атрибутов, поэтому её нельзя было использовать для тренировки тела. К ней также не прилагались никакие божественные искусства, так что с ней нельзя было исполнить мощной атаки. Однако, выучив технику Единства, Цинь Му, наконец, решил эту сложную проблему. Теперь, техника Трёх Эликсиров Тела Тирана стала ещё более универсальной. Используя её улучшенную версию, его навыки меча, заклятия и боевые техники, станут такими же эффективными, как и с использованием соответствующих им техник!

В этом и была суть так называемой техники Единства из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Каждый Владыка Небесного Дьявольского Культа вырабатывал свою, уникальную технику Единства. По представлениям молодо выглядящего Патриарха, Цинь Му должен был продолжить совершенствоваться, используя её на пару с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана. Хотя это могло снизить скорость развития юноши, зато позволило бы пользоваться преимуществами обоих техник.

Старик никогда бы не догадался, что парень решит напрямую улучшить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана вместо того, чтобы изучать технику, построенную на основании Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Цинь Му не знал, хорошо он делает или плохо, и было ли его решение правильным. С раннего детства он совершенствовался с помощью техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, и владел ею лучше любой другой, поэтому неосознанно начал превращать её в технику Единства. Однако, главное, что его техника совершенствования наконец позволяла максимально эффективно тренировать тело, использовать меч и заклятия.

Юноша выполнял улучшенную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, смешивая её с техникой Девяти Трансформация и Трёх Состояний — методом тренировки тела из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, лучшей техникой подобного вида из тех, которым владел культ.

Цинь Му всегда завидовал техникам тренировки тела школы боевых техник. Тем не менее, старый Ма, мясник и одноногий не обучали его своим собственным методам, поэтому ему пришлось обратиться к Великим Небесным Дьявольским Рукописям.

Выполняя новую технику, Цинь Му сразу же заметил её выдающиеся особенности. Его жизненная Ци циркулировала будто ветер, проникая в каждую клетку кожи, мышц, связок, волос и костного мозга. В прошлом, путь циркуляции техники Трёх Эликсиров Тела Тирана был намного проще, и лишь теперь его Ци смогла проникнуть почти во все точки тела.

Помимо усиления физического тела, эта новая техника развивала душу и Ци, отчего значительно превосходила своих конкурентов из Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Постепенно замедляясь, Цинь Му в конце концов остановился. Он отмечал мельчайшие неточности в своей технике, сразу же их исправляя. Базовая структура его версии техники Единства уже была определена, оставалось лишь поработать над деталями.

Цинь Му сильно отставал в развитии тела и души. Получив способ решения этой проблемы, он чувствовал себя будто земля, на которую после полугодовой засухи наконец пошёл дождь, и начал жадно поглощать живительную влагу.

Девять Трансформаций и Три Состояния из Великих Небесных Дьявольских Рукописей предполагали девять преобразований жизненной Ци и три состояния костей тела. В первом состоянии кости становились неразделимы, во втором тело становилось будто железо, а в третьем — как гора.

Пока что он работал над первой трансформацией и первым состоянием. Незаметно прошло полдня, и Цинь Му медленно подошёл к Этажу Небесных Записей. Случайно проходивший перед входом секретарь бросил взгляд на юнца и, резко изменившись в лице, прокричал:

— Академик Цинь, восстанови силы, а то ты так долго не протянешь!

Цинь Му сбился с толку, не понимая о чём тот говорит. Внезапно, поднялся ветер, от которого его качнуло из стороны в сторону, и он повалился на землю.

«Вот дерьмо!» — испугавшись, он поднял руки вверх, чтобы осмотреть их. Конечности оказались невероятно измождёнными, а дотронувшись до лица, он почувствовал лишь кожу, прилипшую к черепу. Одежда, которая изначально идеально ему подходила, теперь стала слишком широкой.

Только теперь Цинь Му заметил, что стал невероятно тощим, слегка напоминая чучело. Кроме того, его физическое тело было крайне истощено!

Более того, при исполнении техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, скорость, с которой тратились силы, росла экспоненциально!

Когда энергия в теле полностью иссякнет, его смерть будет неизбежной.

Сконцентрировавшись лишь на доведении техники Трёх Эликсиров Тела Тирана до идеала и совершенствовании своей души и тела, он не обратил совсем никакого внимания на состояние своего тела, лишь теперь заметив, что исчерпал слишком много сил.

«В новой технике Трёх Эликсиров Тела Тирана скрывается довольно серьёзная угроза, скорость совершенствования слишком высока. Забыв о том, что методы тренировки тела используют мои внутренние запасы сил, и исчерпав слишком много энергии, я перегрузил свой организм!» — ужаснулся Цинь Му. Хотя он находился в области Пяти Элементов, владея довольно плотным совершенствованием, однако, при использовании новой техники для усиления души и тела, его не хватило даже на четыре часа!

Цинь Му немедленно прекратил выполнение техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, собираясь с мыслями. Он начал безумно шевелить мозгами над тем, как приготовить самое подходящее для такой ситуации лекарство, и вскоре побежал в сторону Резиденции Учеников.

На мгновение влетев в свою комнату, чтобы взять денег, юнец побежал обратно в Имперский Колледж, оставив недоумевающих лису и цилиня позади.

Цинь Му купил на складе травы, и не собираясь тратить время на обратную дорогу, начал на ходу готовить себе лекарство. Техника его рук ослепляла глаза прохожих, и к тому времени, как он добрался до Резиденции Учеников, котёл пилюль был готов. Как только лекарство остыло, послышался тихий голос Будды, будто в каждой из них сидел молившийся монах.

Закончив работу, Цинь Му немедленно всосал в себя все пилюли за раз. Поглощая энергию лекарств, он вбежал во двор, и, как только достиг двери, ощутил внезапное головокружение и рухнул на землю.

Ху Лин’эр взвизгнула в испуге и поспешила на помощь. Увидев её сбоку, юноша немного успокоился и, прежде чем упасть в обморок, проговорил:

— Помоги мне уско… — на этих словах глаза парня крепко закрылись… С трудом просыпаясь, Цинь Му чувствовал, что лекарственная энергия пилюль впиталась в его тело и растекалась к четырём конечностям и двум сотням костей, будто из горящей печи. Только теперь он облегчённо вздохнул, постепенно избавляясь от страха за свою жизнь.

Улучшенная техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была хорошей, и в то же время невероятно опасной. Если бы ему не повезло остаться в сознании достаточно долго, чтобы приготовить духовные пилюли, последствия были бы слишком серьёзными, и он скорее всего бы умер!

«Если я не смогу вовремя восполнить запас энергии, расходующейся на совершенствование души и тела техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, я рано или поздно умру, — Цинь Му лежал с открытыми глазами, подсчитывая. — Исправить эту технику невероятно трудно. Она задействует всё моё тело, поэтому понадобиться целая куча времени, чтобы решить проблему. В таком случае, лучше просто её не использовать».

Ху Лин’эр встала сбоку, с беспокойством смотря на него. Цилинь сидел на корточках под окном, и попытался просунуть голову в окно, чтобы узнать живой ли его кормилец. К сожалению, та оказалась слишком огромной, вынуждая зверя смотреть на происходящее лишь одним глазом. Бедолага был совсем не способен протиснуться в дом.

Цинь Му сел, обнаружив, что его положили на кровать. Вероятно, это сделала лиса, используя свой демонический ветер.

— Можешь не переживать, мне уже лучше. Когда лекарственная энергия окончательно впитается, моё тело восстановится, — улыбнулся парень.

Лиса вздохнула с облегчением и ответила:

— Молодой мастер напугал меня до смерти. За столь короткое время ты стал таким тощим и изнурённым. Когда ты упал под дверью, я думала, что ты больше никогда не встанешь…

Цинь Му ускорил циркуляцию лекарственной энергии, и она распространилась по всему телу, наконец поглотившись. Его жизни уже ничего не грозит, однако, он до сих пор находился в изнурённом состоянии.

Из-за совершенствования души и тела, его запас сил исчерпывался. Его тело и душа могут быть сильными, однако для их работы не хватило топлива. Это напоминало летящий корабль, на который установили слишком слабую печь, отчего тот не может держать себя в воздухе и рано или поздно разобьётся о землю… Именно это с ним и произошло.

Совершенствование души исчерпало его дух, а совершенствование тела исчерпало его запас энергии. Духовные пилюли помогли восстановить дух, не позволив ему окончательно иссякнуть, однако тело всё ещё сильно голодало.

Хоть дух парня уже был восстановлен, тело до сих пор оставалось ужасно тощим, а кожа так и не успела отлипнуть от костей.

Цинь Му встал и спросил:

— Лин’эр, у нас есть что-нибудь поесть? Я ужасно голоден.

— Может, молодой мастер хочет отведать зелёного быка? — за окном вращался огромный глаз цилиня, когда тот радостно предложил. — На обратной стороне горы водится дикий бык, может я словлю и поджарю его, чтобы молодой мастер покушал?

С того момента, как голод цилиня был утолён, зверя так и подмывало проделать какой-то злобный фокус, чтобы отомстить зелёному быку.

Ху Лин’эр улыбнулась:

— Молодой мастер, потерпи немного. Большой дракон, давай добудем еды для твоего кормильца!

— Сестра Лин’эр, где мы её найдём? — в недоумении спросил зверь.

—Ты умеешь плавать? — спросила Ху Лин‘эр. — В Нефритовом Драконьем Озере водятся огромные рыбы, длиной в несколько метров каждая. Я уже давно положила на них глаз.

Ликуя, цилинь поддержал её идею:

— Я тоже обращал на них внимание, однако не осмеливался провернуть дело, так как старый хозяин не давал приказа. Не переживай, я отлично плаваю. Могу оставаться под водой несколько дней, не поднимаясь наружу, чтобы подышать.

Лиса была рада такое услышать, и вскоре они достигли Нефритового Драконьего Озера. На его обратной стороне стоял даос, лицо которого приняло вопросительное выражение при виде гостей. Однако, не успев поинтересоваться, он увидел, как огромный цилинь нырнул под воду. Выражение мужчины резко изменилось, и он тут же прокричал:

— Эй, лев, тебе нельзя купаться в озере! Лиса, останови его!

Ху Лин’эр немедленно сказала:

— Громадина, быстрее, быстрее!

Глава 179. Великая Дополняющая Пилюля Духовного Возврата

Дракономордый цилинь нырнул в озеро, подняв огромную волну. Даос тут же сорвался с места, держа в руке метёлку с конским волосом. Но уже в следующее мгновение он встряхнул ею в сторону водной глади, рассеяв многочисленные нити, напоминающие всеохватывающую сеть, в попытке пленить окунувшегося драконоподобного зверя.

Ууууррр… Поверхность озера встряхнуло, а даос болезненно застонал, в то время как в его руке осталась только ручка метёлки. Было очевидно, что он не был противником зверю, поэтому сразу же обернулся, побежал и завопил:

— Демоны! Вы посмели искупаться в Нефритовом Драконьем Озере императорской семьи и даже избить меня! Можете мылить шеи к казни!

****

Сегодня был день, когда даос Лин Юнь давал уроки о пути развития Ци. Он славился своими: плотным совершенствованием и доведённой до уровня чистого ян Ци. По окончанию занятия, учащиеся, выйдя из зала Чистого Ян, направились в Резиденцию Учеников. Но прежде, чем ученики успели даже ступить на земли своей жилой зоны, все они, как один, остановились и изумлённо уставились в небо. Там они увидели чудовищно огромную красную рыбину, планирующую по воздуху. Всё её тело покрывали красные чешуйки, а из головы торчали драконьи рога, что не удивительно, ведь в течение многих лет последняя поглощала Ци девяти драконов. Вот голова рыбы и стала потихоньку приобретать драконьи черты… Наполовину рыба, наполовину дракон, с пастью полной острых как бритва зубов, одним словом — чрезвычайно свирепая.

Тем не менее, прямо сейчас, огромную рыбину удерживало несколько жизненных Ци, отчего она не могла даже дёрнуться. Но то, что демонический ветер нёс огромную рыбу в направлении Резиденции Учеников, ещё больше ошарашило всех учащихся. Сразу же следом за рыбиной летел большой драконоподобный цилинь, время от времени отряхивающийся от воды. Можно было также разглядеть маленькую белую лису, которая стояла на темечке цилиня и поднимала демонический ветер, чтобы рыбина случайно не упала… Немного погодя, дракономордый оказался над территориями Резиденции Учеников и с грохотом сбросил совсем не маленькую рыбу во двор академика Циня. Лисичка же заскочила во дворик, захлопнула дверки, и была такова.

— Та рыба, кажется, одна из рыбьих королей Нефритового Драконьего Озера — Карп Красного Дракона. Если я не ошибаюсь, во время каждых новогодних праздников император лично отдаёт приказ своим поварам на готовку этой рыбы, чтобы затем угостить гражданских и военных чиновников… — пробормотал какой-то ученик.

— В прошлом году моему батюшке оказали честь, пригласив на имперский драконий праздник, где он и отведал злосчастную рыбью уху из этой рыбы. Вернувшись, старик прожужжал мне этим все уши, да что уж, он до сих пор всем капает на мозги, что сей деликатес лучший во всём мире… Тем не менее, тот Карп Красного Дракона был не больше полуметра… Но этот… — пробормотал очередной шокированный ученик.

Не успев прийти в себя, ученики увидели, как дверки во дворик Цинь Му вновь отворились. На порог выбежала белая лисичка, после чего быстренько огляделась и, казалось бы, найдя искомое, подбежала к тутовому дереву. В следующий миг ушастая призвала демонический ветер, которым рассекла дерево надвое, затем она взяла под контроль созданный ветер и превратила его в изогнутые лезвия, которыми нарезала рассечённое тутовое дерево на дрова, прежде чем вернуться с ними во дворик. Правда лисичке пришлось сделать ещё несколько ходок, чтобы переправить во дворик пенёк с кореньями… Несколькими вдохами после, из резиденции Цинь Му начали поднимать клубы дыма. Было очевидно, что лисичка и цилинь прямо сейчас разводили огниво, дабы поджарить рыбу.

Ученые переглянулись, в то время как Цюй Тин пробормотал:

— Это же было Древо Амбиции, посаженное монахом Цин Шанем, мастером зала Лазурного Ян. Он посадил данное дерево, чтобы побудить учеников на поиск знаний…

Вскоре по Резиденции Учеников распространился восхитительный аромат, а из уст всех учеников начала течь слюна. Ушастая и дракономордый отвергнутого убили рыбьего короля, после чего буквально выкорчевали Древо Амбиции, посаженное монахом Цин Шанем, чтобы развести на нём огонь для поджарки рыбы…

Так они просто сумасшедшие? Или же пытаются восстать?

— Молодой мастер, как на вкус? — послышался голос лисы.

— Не плохо, но немного плохо промариновали, поэтому вкус слабоват. Лучше всего мариновать рыбу весь день, тогда получится хрустящая корочка и ароматное, нежное мясо. Рыба достаточно большая, откуда вы её достали? — послышался голос юноши.

— Из озера.

— Я так и думал. Однажды я ловил у озера рыбу с Великим Ректором, и заметил несколько огромных красных рыб. Хотя тогда мы поймали только маленького Карпа Девяти Драконов, но уха вышла на вкус отменной. Вы хорошо придумали, когда решили поджарить рыбу на тутовом дереве, ведь оно придаст мясу кисловато-фруктовый вкус.

Лица всех учащихся Резиденции Учеников расплылись в радостных, от предстоящего чужого несчастия, выражениях.

— Академик Цинь — мертвец! — хмыкнул Цюй Тин.

Между тем, Цинь Му подтолкнул толстый деревянный вертел, чтобы повернуть Карпа Красного Дракона, пока внизу дрова тутового дерева полыхали сильным пламенем, которое осторожно контролировал цилинь, чтобы нежно прожарить внутри и хрустяще снаружи. Зверь управлял огнём так, чтобы жар равномерно пробирался по мясу вплоть до костей. Горящее тутовое дерево выделяло пар, от которого запах становился только аппетитнее. Лиса тоже не сидела без дела, она управляла ветром, чтобы буквально купать в дымовом аромате рыбу. Затем они закатали лук с имбирём в многочисленные тутовые листья, которыми нафаршировали рыбу. Время от времени на огниво капал наичистейший рыбий жир, после чего по дворику с шипением распространялась дымка, ещё больше нагоняя аппетит…

Когда рыба, наконец, была готова, Ху Лин’эр, контролируя свои ветряные лезвия, нарезала рыбье брюхо на ломтики. Там была самая толстая мясная прослойка. Она очень искусно управлялась с лезвиями, поскольку каждый кусочек был абсолютно одинаков. Затем мясо, словно обладая разумом, а на самом деле ведомое тем же ветром, аккуратно разложилось на тарелке… Белое, нежное, сочащееся кристальным жиром, словно баранина, мясо…

Цинь Му понизил интенсивность горения, после чего человек, лиса и цилинь уселись у костра, начав свой рыбий пир…

Немного погодя, вдруг вздрогнув в сердце, парню вспомнилась одна странная техника из рукописей — Великая Дополняющая Пилюля Духовного Возврата. Он тут же привёл в движение свою Ци, чтобы исполнить ускоряющую пищеварение технику. Совсем скоро его желудок опустел, а рот всё продолжал невероятными объёмами поглощать поджаренное рыбье мясо…

Название техники было странным, да и сама она была не менее странной, ведь сосредотачивалась на совершенствовании через еду. Положившись на данную технику можно превращать любую еду, достигшую желудка, в энергию или даже Ци тела. Именно из-за усиления тела и наращивания совершенствование эту технику почему-то прозвали — Великой Дополняющей Пилюлей Духовного Возврата.

Так сильно отощав, в данный момент Цинь Му больше всего нуждался в пополнении израсходованной телом энергии. Однако теперь, когда перед ним была настолько смехотворно огромная, забудем на минуточку об уникальности, жаренная рыба, он мог спокойно использовать данную технику, чтобы помочь телу оправиться. Но давайте всё же вспомним об уникальности — эта рыба, живя в Имперском Колледже в течение многих лет, всё время поглощала Ци девяти драконов. Поэтому, во-первых, мясо было крайне вкусным, а во-вторых, невероятно питательным, отчего его истощённое тело, во многом благодаря технике, быстрыми темпами восстанавливалось питательными веществами… его сморщенные, ссохшиеся мышцы постепенно набухали, и, хотя процесс шёл достаточно медленно, он считал, что как только упакует всю десятиметровую рыбу, то полностью восстановится.

Лисичка больше не могла в себя затолкать и кусочка, а цилинь обычно баловался духовными пилюлями Алого Огня, поэтому не очень-то и любил рыбье мясо, в итоге остановившись после нескольких укусов. Только юноша продолжал паковать, словно последний раз в жизни.

Тук-тук-тук…

Вдруг в дверь постучали, поэтому Ху Лин’эр, подхватив свой выпуклый животик, побежала открывать. Мгновением после внутрь вошёл подёргивающий носом Вэй Юн, сказав:

— Сейчас как раз время для обеда, но почувствовав такой приятный аромат из резиденции брата Циня, я решил забежать угоститься… Аа? Каменный драконолев у горных врат ожил? Ох, лиса, ты стала от переедания даже жирнее меня…

Ху Лин’эр надменно фыркнула, а Вэй Юн, посмотрев на сидящего и пакующего у костра Цинь Му, изумлённо воскликнул:

— Лисичка, ты что, возлежав с братом Цинем, вытянула его мужскую силу, чтобы подправить своё женское самочувствие? Брат Цинь? Разве так возможно истощать?

Ху Лин’эр то ли от ярости, то ли от беспокойства выпалила:

— У меня не было шанса этого сделать! Не говори глупостей!

— Если не ты, то кто? — Вэй Юн был сбит с толку. — Когда брат Цинь спросил о расположении борделя, я знал, что это добром не кончится. Твоё тело не смогло выдержать нагрузки, собственно, как и ожидалось, я ведь прав?

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать, и просто пригласил толстяка сесть. Вэй Юн не был скромным малым, поэтому оторвал себе огромный мясной ломоть. Недолго думая, толстяк впился в него зубами, а когда мясо оказалось во рту, то так быстро проскользнуло в желудок, что чуть было не утащило за собой язык, отчего он изумлённо воскликнул и причмокнул, но почти сразу же после в полголоса проговорил:

— Дирекция восприняла в штыки твой двухмесячный пропуск уроков. Среди них даже были те, кто говорил, что император не должен был принимать тебя. Они говорили, что-то наподобие “имперский академик Цинь невежественен и некомпетентен, и что император не должен был поднимать тебя в ранге”. Так что с тобой произошло? Как ты так истощал?

— Просчитался во время совершенствования и чуть было не распрощался с жизнью, — ответил Цинь Му. — К счастью, я вовремя спохватился, поэтому теперь пополняю энергию.

Вэй Юн улыбнулся:

— Надо иметь достаточную смелость, чтобы так безрассудно тренироваться. Теперь, когда я стал имперским учеником, у меня появилась официальная позиция в Поместье Герцога, какие пилюли тебе нужны? Я могу стащить оттуда некоторые, чтобы помочь тебе восстановиться.

Отрицательно покачав головой, Цинь Му объяснил:

— Когда я доем эту рыбину, моё тело полностью оправится, поэтому нет нужды в пилюлях.

— А ты знал, что канцлер Ба Шань и Великий Ректор сражались друг с другом за пределами столицы чуть ли не до обескровливания? Даже император был встревожен, — отрыгнув, заговорил Вэй Юн. — Мой отец и другие чиновники первого ранга выступили посредниками между конфликтующими сторонами, благодаря чему они всё же прекратили грызню. Я попытался навести справки, и узнал, что всё закончилось суровым императорским выговором. Потом я пошёл перекусить и заскочил к тебе. Ах да, до того, как я пришёл к тебе, канцлер Ба Шань нашёл меня и сказал, что хочет взять попутешествовать…

— Брат Вэй, меньше говори, больше ешь.

Вскоре достаточно пухлый Вэй Юн стал ещё мясистее, правда только тогда, когда уже не мог затолкать в себя ни кусочка. Поэтому его очень удивило, что Цинь Му так и продолжал заплетать за обе щёки, собственно, как и то, что его живот тоже ни капельки не вздувался.

Некоторое время спустя, Вэй Юн уже не удивлялся, а изумлялся, ведь прямо на его глазах тощий Цинь Му распухал, словно надуваемый шарик. Толстяк даже не удержался от щипка, но почувствовал, что у друга всё же под кожей мышцы, а не воздух. Как тут не изумляться?

Ещё немного позже, рыба была полностью приговорена, остались только цепляющиеся к десятиметровому хребту кости. В то время как тело паренька, наконец, восстановилось до нормального состояния, и даже больше, казалось, что оно теперь стало сильнее, чем прежде, отчего толстяка разъедала зависть.

— Где ты купил настолько вкусную рыбу? — наконец не удержавшись, спросил Вэй Юн. — Я никогда не видел на столичном рынке такую огромную рыбину, не говоря уже о столь феноменальном вкусе. Я определённо должен купить несколько таких и отвести на них душу!

— Выловили в Нефритовом Драконьем Озере, — безразлично ответил Цинь Му.

Толстяк уставился на него широко распахнутыми глазами и машинально спросил:

— Какое Нефритовое Драконье Озеро?

— То, которое находится в нашем Имперском Колледже.

Тяжело сглотнув, Вэй Юн дрожащим голосом спросил:

— Нефритовое Драконье Озеро нашего Имперского Колледжа? А рыба, что мы съели, случайно не была одной из рыбьих королей?

Цинь Му посмотрел на Ху Лин’эр, после чего последняя, кивнув мордочкой, горделиво ответила:

— Я попросила дракона поймать самую большую, и он поймал самую большую!

Лицо Вэй Юна стало мертвенно бледным, как вдруг его взгляд упал на разбросанные по всему дворику листья тутового дерева и ветки, которые не пошли в расход во время разведения огня. После чего он продолжил уже дребезжащим, даже немного сломленным голосом:

— К-когда я-я в-возвращался, я в-в-видел, ч-что Д-д-древо Ам-ам-ам-амбиции было б-буквально вы-выкорчевано, н-н-неужели…

— То тутовое дерево называлось Древом Амбиции? — изумлённо воскликнула Ху Лин’эр. — Деревьям что, тоже дают имена?

С лицом, напоминающим таковое у хладного трупа, Вэй Юн пошатываясь попятился и ватным языком пробормотал:

— С-срубили Древо Амбиции, ч-чтобы использовать е-его д-для поджарки р-рыбьего короля Н-нефритового Драконьего Оз-зера. Даже будь у м-меня много голов, им-императору всё р-равно будет мало, когда он р-решит их отрубить. М-меня никогда здесь не б-было, никогда не было…

Глава 180. Палки в колёса

— Демоническая лиса и лев с драконьей головой дебоширят в Нефритовом Драконьем Озере? Они не просто там искупались, а ещё и тебя избили?

Гу Линуань только что вернулся во дворец, и даос, охранявший Нефритовое Драконье Озеро, сразу же начал жаловаться. Сердце Великого Ректора едва не выпрыгивало из груди, когда он кричал:

— Карпа Красного Дракона схватил лев с головой дракона? У кого такие смелые питомцы? Я всего лишь месяц на этой позиции, а мне уже кто-то пытается насолить.

Прежде чем старик смог переварить услышанное, пришёл ещё один докладчик:

— Великий Ректор, лиса, принадлежащая имперскому академику Циню, повалила Древо Амбиции и поджарила на его древесине рыбу. Кажется, они сготовили и сожрали рыбьего короля Нефритового Драконьего Озера! Академик Цинь и ученик Вэй Юн как раз собирают его кости, пытаясь спрятать доказательства.

Гу Линуань был не в силах сдерживать своё удивление и радость: «Я боялся, что не найду способа отомстить этому ублюдку. Сейчас же он буквально сам отдался в мои руки. Его деяний хватит на несколько смертных приговоров. Интересно, сможет ли Ба Шань что-то мне сказать в этот раз?»

Воспряв духом, он немедленно поднялся, отдавая приказ:

— Следуйте за мной, мы идём их арестовывать. Нам нужны материальные доказательства и показания свидетелей, отправьте их под охраной в Храм Справедливости, где делом займутся профессионалы, после чего всю семью преступника должны казнить. Затем отправьте императору извещение о случившемся.

— А что делать с учеником Вэй Юном?

— Арестовать его и наказать вместе с Цинь Му, — ректор улыбался. — Я сказал, что кто-то пытается мне насолить, но, судя по всему, мою жизнь наоборот сделали лучше.

Добравшись до Резиденции Учеников, Гу и остальные не обнаружили Цинь Му дома. Там была только лиса и храпящий цилинь. Разбудив зверя, Великий Ректор спросил:

— Где ублюдок Цинь?

Полу-дракон поднял голову, рассмотрев гостей, после чего неспеша ответил:

— Он был здесь несколько минут назад, но к нему пришли люди из дворца с каким-то приглашением.

— Неужели Император Яньфэн уже в курсе случившегося, и вызвал парня во дворец, чтобы обезглавить лично? — старик захихикал. —Если ему отрубят голову, можно будет сказать, что он легко отделался, мой меч Младший Защитник ведь до сих пор у него… А вы что стоите? Арестовывайте зверей! Я отправлюсь в императорский дворец, чтобы собственными глазами увидеть смерть мерзавца, — договорив, Гу Линуань отправился прочь. Группа канцлеров, сопровождавшая его, немедленно связала цилиня цепями. Ху Лин’эр пыталась улизнуть под шумок, однако её тоже схватили…

Энергично вбежав во дворец, Гу Линуань попросил аудиенции у императора. Спустя мгновение, стражник сообщил:

— Его Величество в Имперском Саду, Лорд Гу может к нему присоединиться.

«Решил обезглавить Цинь Му посреди Имперского Сада? Его Величество действительно очень зол», — удивился старик.

Попав внутрь сада, мужчина услышал звонкий смех, отчего немного растерялся. Подойдя поближе, он увидел Императора Яньфэна, поддерживающего за руку свою мать, в сопровождении нескольких чиновников. Слева, позади женщины, спокойно ступал Цинь Му, рассказывая что-то смешное. Император увидел прибывшего Великого Ректора, и махнул рукой, подзывая поближе:

— Чиновник, зачем ты пришёл?

Немного поколебавшись, старик ответил:

— Академик Цинь позволил цилиню прыгнуть в Нефритовое Драконье Озеро, и словить рыбьего короля, после чего рыба была поджарена и съедена. Нефритовое Драконье Озеро является источником питьевой воды для императорской семьи, а Карп Красного Дракона — блюдо достойное только императорского стола. Проступок академика Циня должен быть наказан смертью. Я не смел скрывать случившееся, поэтому лично пришёл сообщить Вашему Величеству.

— Такое действительно произошло? — Император Яньфэн посмотрел на Цинь Му и спросил. — Что на это скажет чиновник Цинь?

— Я пришёл из-за границ цивилизации, и не знаю правил столицы, поэтому повёл себя грубо и бестактно, — ответил юноша. — Я не знал, что Нефритовое Драконье Озеро является собственностью императорской семьи, и что рыбу, которая в нём водится, нельзя есть. Я полностью признаю свою вину и прошу Ваше Величество принять соответствующие меры.

— Такое преступление наказывается смертью, — смерив его взглядом, сказал император. — Хотя я знаю, насколько ты стоящий человек, закон есть закон. Что мне с тобой сделать?

— Ваше Величество, по закону, Вы должны казнить всю его семью… — улыбнулся Гу Линуань.

— Император, я тоже думаю, что парню нужно отрубить голову, — улыбнулась мать императора.

Яньфэн был слегка ошеломлён и улыбнулся:

— Матушка, почему ты так говоришь?

Тихо шагая, женщина сказала:

— Ясное дело, его нужно обезглавить. Если божественного врача не казнить, как целый мир узнает, что император ценит рыбу больше, чем человека? Если имперский академик Цинь останется жив, как мир узнает, что император ценит воду больше, чем человека? Только когда он получит по заслугам, все таланты мира будут знать, что за пригоршню воды и рыбу, император убьёт даже уважаемого божественного врача, спасшего мне жизнь. Только тогда они будут знать, что император не слишком способный правитель.

Император Яньфэн громко рассмеялся и махнул рукой:

— Лорд Гу, больше не беспокой меня такими пустяками.

— Это… — растерялся старик.

— Иди, иди, — снова махнул рукой Яньфэн. — Ты не смог должным образом охранять Нефритовое Драконье Озеро, но я не буду наказывать тебя за это преступление, ведь ты лишь недавно попал в Имперский Колледж. Тем не менее, от твоих сегодняшних действий у меня уже успела разболеться голова. Сразившись с канцлером Ба Шанем, ты меня сильно опозорил. Если бы ты одолел его, всё было бы хорошо, но, если Великий Ректор не в силах справиться с канцлером, страдает моя репутация. Хорошо подумай над произошедшим.

— Слушаюсь, — покорно ответил огорчённый старик и зашагал прочь.

— Лорд Гу, пожалуйста, не создавайте проблем моим лисе и цилиню, — вдогонку радостно окликнул Цинь Му.

Сердце Гу чуть не выпрыгнуло из груди, когда послышался смех матери императора:

— Полагаю, он не посмеет. Кстати, Император, Вы ещё не отблагодарили божественного врача за моё спасение.

— Мама, он уже и так имперский академик, то есть чиновник шестого ранга. Я не могу его повысить. К тому же, он ещё совсем молодой. Поговорим об этом через несколько лет, если другие чиновники во дворце одобрят моё решение.

— Маленький божественный врач, расскажи что-нибудь ещё о своём детстве…

Гу Линуань постепенно отдалялся от дворца, возвращаясь в Имперский Колледж. Его переполняла злость, однако её не на кого было излить. Внезапно, подбежал даос, охранявший Нефритовое Драконье Озеро, интересуясь:

— Великий Ректор, вора казнили?

— Это всё из-за твоей медлительности! Всё, что ты должен был делать, ¬— охранять озеро. Тем не менее, поднялось столько шума, опозорившего меня, — закричал старик, уставившись на бедолагу, — освободи лису и цилиня!

Даос, охранявший озеро, чувствовал себя крайне виноватым. Он не знал в чём именно была его ошибка, или почему Гу Линуань так зол на него, поэтому без лишних вопросов освободил цилиня и лису, после чего сказал:

— Великий Ректор, мы уже отправили людей для ареста Вэй Юна, но тот находится в сопровождении канцлера Ба Шаня, который не разрешил схватить парня. Как Вы думаете…

— Какое происхождение у этого Вэй Юна?

— Он из семьи герцога Вэя…

— Не ищите проблем там, где их нет!

****

В Имперском Саду матушка императора ещё некоторое время болтала с Цинь Му. Затем последний проверил ей пульс и, записывая короткий рецепт, сказал:

— Вы отлично поправляетесь, уже не осталось никакой угрозы Вашему здоровью.

— Отлично, — мать императора улыбнулась. — Спасибо за заботу, маленький божественный врач.

Цинь Му встал, собираясь уходить, когда заметил странную улыбку Яньфэна:

— Дорогой министр, не спешите, я хочу с Вами кое-что обсудить.

Цинь Му остановился, после чего Император Яньфэн подошёл к нему, взмахом руки приказывая евнухам и горничным оставить их наедине. Покинув Имперский Сад, он улыбнулся и сказал:

— Имперский академик, Владыка Небесного Дьявольского Культа, отвергнутый человек из Великих Руин, ученик Безликого Короля Ядов, у министра Циня много обличий.

От удивления Цинь Му неосознанно замедлил свои шаги. Если Имперский Наставник смог узнать, кто стал новым Владыкой культа, то император, естественно, тоже имел свои каналы… Заметив, что юноша сильно отстал, император повернул голову назад и окликнул:

— Дорогой министр, почему Вы не догоняете?

Подбежав к нему поближе, Цинь Му улыбнулся:

— Удача течёт к Вашему Величеству как поток, наполняющий небеса.

Император рассмеялся:

— Небесный Дьявольский Культ — самая большая секта дьявольского пути, и, вероятно, главная из всех священных земель. Если её Владыка является учеником Сына Небес, то удача действительно течёт ко мне как поток, наполняющий небеса. Однако, кроме удачи, это может свидетельствовать и о беде. Дорогой Министр Цинь, как Вы думаете, это удача или катастрофа?

Цинь Му улыбнулся:

— Ваше Величество, если Мастер Дао секты Дао присягнёт Вам, какую должность Вы ему предложите?

— Мастера Дао секты Дао, лидера праведного пути всего мире, назначил бы чиновником первого высшего ранга, позволяя назваться королём и передавать свой титул по наследству!

Кивнув, юнец спросил ещё раз:

— Если Жулай из Монастыря Великого Громового Удара присягнёт Вашему Величеству, какую должность Вы ему предложите?

Мужчина ответил:

— Жулай — лучший мастер буддистского пути, если он захочет стать чиновником при императорском дворце, я дарую ему первый высший ранг, и звание прародителя!

Выслушав, парень спросил:

— Из трёх священных земель Вечного Мира, император готов признать лидеров секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара, как чиновников первого высшего ранга, даровав звания короля и прародителя. Небесный Святой Культ также является священной землёй, а его Владыка сам пришёл на помощь Вашему Высочеству, однако, Вы предложили мне лишь не слишком внушительный шестой ранг, к тому же спрашиваете о удаче или катастрофе. Вам не кажется, что все сторонники и подданные будут немного этому разочарованы?

Слегка ошеломлённый император кивнул головой:

— Ты говоришь правду. Тем не менее, я всё равно не могу повысить тебя в эту же минуту, ты всё-таки слишком молод. Если я сделаю это собственноручно, люди заподозрят неладное и смогут узнать твою настоящую личность, — Цинь Му в согласии кивнул, в то время как император, выдержав небольшую паузу, продолжил. — Я знаю, что у тебя с Гу Линуанем не слишком тёплые отношения, и что ты однажды отобрал у него меч Младший Защитник. Ты Владыка Небесного Дьявольского Культа, и должен хотя бы иногда проявлять великодушие, а не пытаться ему вставлять палки в колёса.

Цинь Му ощутил укол обиды, поэтому спросил:

— Когда это я ему ставил палки в колёса?

Император Яньфэн с полуулыбкой спросил:

— А что же тогда было сегодня? Разве только что мы не поставили его на место? Будь уверен, нет никого смелее Имперского Наставника, но если я смею использовать его, то я также смею использовать и тебя. В твоём сердце не должно быть сомнений. Ну ладно, можешь идти.

Покинув дворец, Цинь Му чувствовал бодрость во всём теле, а когда вдохнул полную грудь воздуха, то полностью расслабился. Поскольку Имперский Наставник узнал, кто он, ему было бы крайне неуютно, если бы Император Яньфэн остался в неведении. Теперь же, когда они оба, император и наставник, знали его истинную личность, он получил чуть большую безопасность, поэтому на текущий момент ему не нужно было так сильно опасаться, что одна из сторон попытается наложить на него свои руки. Так сказать, система сдержек и противовесов во всей красе.

Спустя десять дней дом Цинь Му был буквально завален монетами Великого Изобилия, вырученными с продажи драконьей слюны. Перепало даже канцлеру Ба Шаню… Тот, перед тем как отправиться вместе с Вэй Юном и принцем Миньюэ в путешествие, заскочил к нему, чтобы стащить несколько мешков монет. Но парень был совсем не против, ведь был грязно, до неприличия богат.

В течение следующих нескольких дней Цинь Му готовил пилюли Алого Огня, а также ещё одни, те, что могли пополнять дух. Стряпая такие пилюли, он использовал буддистскую технику рук, поэтому получающиеся пилюли тихонько напевали голосом будды, так он и решил их назвать пилюлями Духовного Будды.

Отправившись на склад, чтобы пополнить запасы трав, он по полной закупался всем необходимым.

Также, сейчас в Имперском Колледже начался период времени, когда члены дирекции создавали отряды из учеников и отправлялись вместе с ними на передовую, дабы позволить молодым нюхнуть пороху. Так уж получилось, что целью этого года для так сказать “поднабраться опыта” стали восставшие регионы Империи Вечного Мира… И, конечно же, Цинь Му был выбран Гу Линуанем, в качестве лидера одного из таких отрядов. Хоть юноша не относился к дирекции, но его положение имперского академика наделял его статусом чиновника шестого ранга, что было равносильно тем самым членам дирекции. Вот старик и ухватился за лазейку, чтобы заставить его, и ещё нескольких невезучих учеников, отправиться в самое пекло. Что ещё хуже, все эти ученики были в области Пяти Элементов, и какими бы они гениями не были, сила в основном определяется уровнем совершенствования, а у них оно как минимум на область уступало практикам Резиденции Божественных Искусств…

Глава 181. Математический Трактат Высшей Тайны

Из-за того, что парень был имперским академиком, в его отряде не числилось ни одного члена дирекции. Гу Линуань аргументировал своё решение тем, что поскольку Цинь Му имперский академик, а следовательно, чиновник с высокой официальной должностью, то должен возглавить отряд самостоятельно, как и другие члены дирекции.

Несмотря на то, что прикреплённые к нему учащиеся были отобраны с особой тщательностью из верхних эшелонов Резиденции Учеников, они всё равно солидно уступали тем же из Королевского Парка и Резиденции Божественных Искусств.

Имперский Колледж полнился сильными практиками и мастерами своего дела, поэтому было очевидно, что старик, вынудив юношу вести отряд за “опытом”, попросту злоупотребил своим государственным положением, чтобы свести счёты…

Все ученики, которые должны были отправиться с Цинь Му на передовую, были достаточно известными. Например, Чэнь Ваньюнь, монах Юнь Цюэ, Юэ Цинхун вместе со своим волчьим рабом, Сы Юньсян и, последний, Цинь Юй.

Тем не менее, поскольку Цинь Юй являлся молодым гением столичной семьи Цинь, он нашёл Гу Линуаня, чтобы переговорить, и, судя по всему, удачно, ведь его незамедлительно перевели в другой отряд, возглавляемую дирекцией. Так он и избежал, по его сугубо личному мнению, отряда-смертников.

Цинь Му закончил приготовление духовных пилюль Алого Огня и потянулся. На протяжении нескольких дней, он только и делал, что готовил пилюли. Поскольку ему придётся отправиться на фронт на неизвестный период времени, он должен был обеспечить цилиня достаточным количеством провианта, собственно, поэтому у него даже не было времени, чтобы повидаться с теми немногими “счастливчиками”.

****

Монах Юнь Цюэ нашёл Чэнь Ваньюня и Юэ Цинхун, чтобы переговорить:

— Великий Ректор заставил академика Циня повести нас поднабраться опыта в такое опасное место… Ох… сгинем мы там… сгинем я вам говорю… В нашем отряде даже нет практика божественных искусств!

— Вообще-то есть, — качая головой, проговорил Чэнь Ваньюнь, чем приковал к себе взгляды остальных, после чего он, слегка улыбнувшись, продолжил. — Я из последних сил подавляю область своего совершенствование, поэтому вы, ребята, можете расслабиться. Я могу в любое время прорваться и стать практиком области Шести Направлений.

— Я слышала, что на юге собрались все мятежные секты, и, прямо сейчас, планируют выступить единым фронтом, чтобы полностью освободить юг от влияния Империи Вечного Мира. Вблизи столицы не осталось ни единой нелояльной секты, та же секта Наездников Дракона уже давно передислоцировалась на южный берег от реки Вздымающейся, тот регион теперь практически полностью оккупирован врагами! Только подумайте, раз там собрались все недовольные, сколько же тогда там практиков божественных искусств? От одного на уровне божественных искусств будет мало пользы, — проговорила Юэ Цинхун.

— Академик Цинь слишком неопытен в вопросах военного дела… С учётом его молодого возраста, сколько раз он путешествовал по миру? Если он будет вести нас — быть беде. Каким бы ни было моё совершенствование, я буду бессилен. Младшая сестра Сы, ты до сих пор не высказалась. Что думаешь об этом всём? — хмурясь, спросил Чэнь Ваньюнь.

Сы Юньсян, застенчиво улыбнувшись, промолчала. Повисла неловкая тишина…

— Будет не лишним достать на Этаже Небесных Записей одно-два божественных искусства, специализирующихся на побегах. Чувствую я, пригодятся, — вздохнул монах Юнь Цюэ.

****

Наконец настал день отбытия. Перед залом Высшего Учения собрались многочисленные члены дирекции и сотни учеников. Лидеры отрядов, проведя последнюю перекличку и осмотр, скомандовали своим подопечным разойтись по заранее арендованным кораблям.

— Академик Цинь, ты не оплачивал перелёт на корабле? — подойдя, тепло, по-отцовски улыбнулся Гу Линуань. — Дорога то не близкая, если отправиться пешком, то уйдёт не меньше десяти дней. Ты ведь имперский академик, нельзя же быть настолько скупым на монету, верно?

— Великой Ректор, спасибо за проявленную заботу, — спокойно улыбнулся Цинь Му, — но проблем нет, у меня денег, как грязи, поэтому я нанял крайне быстрый корабль. Кстати, печь на нём, тоже была изготовлена мной.

Чэнь Ваньюнь переглянулся с остальными, и они, как один, подумали об одном и том же: «Парень действительно мелочный, даже печь выковал самостоятельно, корабль, судя по всему, будет очень маленький. Но он действительно знает, как создавать артефакты? Его же ни разу не замечали в зале Божественного Ремесла, разве нет?»

Именно в зале Божественного Ремесла обучали искусству создания артефактов и сокровищ. Члены дирекция этого зала занимали официальные должности при имперском дворе, да даже в тех же верфях и заводах по изготовлению вооружения управляющие посты занимались именно ими. Однако Цинь Му, поступив в Имперский Колледж, так ни разу там и не побывал, тогда откуда ему было что-то знать о ковке? Скепсис соучеников был вполне оправдан, хотя так получилось только от неведения.

Немного погодя, корабли начали один за другим взлетать, покидая нефритовую гору. Монах Юнь Цюэ и остальные, нервно переминаясь с ноги на ногу, ожидали всё никак не собирающегося показаться обещанного корабля. Некоторое время спустя, они увидели полуразрушенное, медленно дрейфующее по небу, судёнышко, которое в итоге шатаясь остановилось перед залом Высшего Учения.

— Наш корабль прибыл! — улыбнулся Цинь Му.

Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ, Юэ Цинхун все как один нахмурились. Корабль был буквально изрешечён, становясь настоящей отрадой для свистящего сквозь него воздуха. Кроме того, даже мачта была сильно повреждена, а паруса и вовсе отсутствовали. На борту появился дородного вида мужчина, чьи руки были оголены, а внешность говорила только об одном — брутальный. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что тот однозначно не был хорошим человеком. И, прямо сейчас, мужчина, покрытый татуировками, помахал рукой и рассмеялся:

— Брат Цинь, я опоздал, каюсь!

Цинь Му, сопровождаемый Ху Лин’эр и цилинем, улыбнулся:

— Всё хорошо, было бы не страшно, даже если бы ты опоздал на несколько дней. Что стряслось с твоим кораблём? В последний раз он был в порядке, а ведь прошло всего ничего времени, мм?

— Давай не будем об этом, совершив ещё один перелёт, мне опять не повезло напороться на тех с*к из замка. Они выпустили своих насекомых, чтобы уничтожить мою крохотульку, но её скорость была столь высока, что, когда мы врезались в рой жужжащих, случилось вот это… Только подумай, мой корабль-сокровище превратился в кухонный дуршлаг… — вдруг усмехнувшись, Фань Юньсяо покосился на Чэнь Ваньюня и прочих. — Почтенные ученики, когда станете ещё более почтенными высокоранговыми чиновниками, пожалуйста, позаботьтесь обо мне. Я недавно стал хорошим.

— Эта развалина не разлетится на кусочки, когда мы взлетим в воздух? — пробормотал Юнь Цюэ. Цинь Му думал примерно в том же ключе. Догоняющий Тучи выглядел в настолько плачевном состоянии, что казалось, что ему даже не удастся взлететь… Было вообще удивительно, что тот смог долететь досюда.

— Конечно же нет, не бывать такому! — Фань Юньсяо, словно дикарь, начал ударять себя по груди, заверяя. — Мои братья уже использовали укрепившие корабль руны, так что он прослужит ещё не один век. Брат Цинь, когда улучишь свободную минутку, не подсобишь мне? Хотелось бы обновить обшивку корпуса, думаю для этого идеально подойдёт чёрное железо, древесина слишком хрупкая, а ещё не помешает дополнительные две печи, что скажешь?

Некоторое время подумав, Цинь Му ответил:

— Дороговато выйдет, только чёрное железо может разорить. Хватит ли у тебя денег? К тому же, у тебя есть чертежи?

Фань Юньсяо хищно потёр руки, говоря:

— В течение последних нескольких дней гра… кхм-кхм… ведя бизнес, мне удалось скопить солидный капитал, а если ещё добавить всё ранее нажитое, должно хватить, чтобы доработать корпус корабля. Что касается чертежей, с этим уже сложнее… Все, пожалуйста, прошу на борт, поговорим после отбытия.

Все поднялись на корабль, после чего Юэ Цинхун огляделась. Все матросы были с ног до головы в татуировках, не говоря уже о виднеющихся то тут, то там многочисленных шрамах, или вообще отсутствующих частях тела, например, ноге, руке, глазу, носу, отчего все они выглядели крайне свирепо. Излучая телами злобную ауру, они явно не были поклонниками праведного пути.

Полуразрушенный корабль постепенно поднялся и покинул столичные территории, чем-то напоминая старого быка, тянущего ветхую телегу. Видя положение дел, ученики впали в ещё большее уныние, когда Чэнь Ваньюнь прошептал:

— Матросы явно плохие парни, промышляющие грабежами, к тому же все как на подбор довольно сильны. Большинство — практики божественных искусств. Академик Цинь явно зелен в вопросах того, как во внешнем мире делаются дела, и попался на крючок разбойников. Мы не можем позволить себе снизить бдительность в этом путешествие, а то ещё, чего доброго, будем ограблены… — как только последние слова слетели с уст парня, ветхий корабль внезапно начал наращивать скорость, издавая скорбный, словно молящий о помощи, то ли скрип, то ли свист от столкновения с воздухом, как вдруг послышался громкий хлопок… да-да, кораблю, даже с учётом прискорбного состояния, таки удалось преодолеть звуковой барьер, вот только его сразу же начало страшно трясти. За борт даже вывалилось несколько бочек вина, которых тут же разорвало воздухом.

Все учащиеся начали в ужасе озираться по сторонам. Они стали свидетелями достаточно комичного зрелища, а именно, как какая-то развалюха со скоростью пули просвистела мимо нескольких, браво выглядящих, кораблей, в мгновение ока оставляя последних далеко позади “глотать пыль”. Скорость сего судна была до абсурда высока. День, максимум два, и они доберутся до реки Вздымающейся!

Цинь Му уже давно привык к таким скоростям, в конце концов именно он был тем, кто выковал данную печь.

— Всё в порядке, всё будет хорошо, корабль не разлетится, — Фань Юньсяо успокаивал всполошившихся учеников. — Поначалу я и сам думал, что корабля по дороге разберёт на кусочки, но совершив несколько пассажирских перевозок, он всегда выдерживал. Вероятно, и на этот раз выдержит.

Уууууууууу… Оторвался деревянный кусок палубы и с опасным свистом пролетел назад. Фань Юньсяо же, натянув на лицо уверенное выражение, продолжил:

— Спокойно, не напрягайтесь, не развалимся. Второй брат, притащи ту доску… И вторую захвати, ещё одну сорвало! Расслабьтесь, я бороздил воздушные пространства ещё когда вас и в планах у родителей не было, положитесь на меня.

Внезапно корабль ворвался в облачный район, где лили дожди, а когда он оставил ливень далеко позади, Фань Юньсяо стал выглядеть так, как если бы его неудачно изрисовал ребёнок. Ху Лин’эр в изумлении воскликнула:

— Старый Сяо, твои татуировки смыло водой!

У других бандитов дела обстояли примерно также, как вдруг один из них прокричал:

— Большой брат, даже мой шрам был смыт дождём!

Фань Юньсяо немного смутился, говоря:

— Когда в следующий раз ступим на землю, найдём художника, которые опять нарисует его, чего так кипишуешь? Хотя, мы ведь все исправились, тогда зачем нам опять рисовать татуировки? Второй брат, сними уже свою глазную повязку, ты разве не видишь, что пугаешь наших гостей?

Второй помощник снял повязку, под которой оказался вполне целый глаз.

— Бандиты не выглядят как бандиты, — пробормотал монах Юнь Цюэ.

Цинь Му был на короткой ноге с предводителем этой шайки, Фань Юньсяо, поэтому достал Математический Трактат, чтобы проконсультироваться. Ху Лин’эр же, неизвестно откуда вытащив носовой платок, потёрла уцелевшую на спине пирата “татуировку” головы дракона, тут же стерев.

— Лиса, перестань дурачиться, — взмахнул рукой Фань Юньсяо.

— Я ведь думала, что они настоящие, а это всего лишь рисунки, — надула щеки Ху Лин’эр.

— Зачем самому себе причинять боль? К тому же, наши тела, волосы и кожа были дарованы нам родителями, разве можно над ними измываться? — посмеиваясь, пробормотал Фань Юньсяо.

Не обращая внимания на перепалку, Цинь Му спросил:

— Старший брат Фань — Ши, Бай, Цянь, Вань в Математическом Трактате Высшей Тайны логичны, что не скажешь о — И, Чжао, Цзин, Гай, Цзы, Жан, Гоу, Цзянь, Чжэн, Цзай, Цзи. Эти числа слишком велики, что вообще можно ими подсчитывать?

— Я как-то раз тоже спросил об этом Мастера Дао, тогда старик ответил, что они используются для расчёта неизмеримого, — ответил Фань Юньсяо. — До “И” есть система “Вань”, пока “Вань” не становятся “И”. После чего “И” становится системой “И”, а “И” не становятся “Чжао” и так далее. Кроме того, также нет конца такому как — Фэнь, Ли, Хао, Сы, Ху, Вэй, Сянь, Ша, Чэнь, Ай, Мяо, Мо, Мо Ху, Цюнь Сюнь, Сюй Юй, Шунь Си, Тань Чжи, Ча На, Лю Дэ, Кун Сюй, Цин Цзин. Десятичные числа тоже важны, например Фэнь — одна десятая, Ли — одна сотая и так далее.

Цинь Му удивлённо спросил:

— Тогда что подсчитывают Кун Сюй и Цин Цзин?

— Наименьшую частицу жизненной Ци, — продолжил Фань Юньсяо. — Четырнадцать Писаний Меча Дао требуют, чтобы руны были запечатлены в мельчайших частицах Ци. Без соответствующего расчёта результата попросту не добиться.

Глядя на Математический Трактат Высшей Тайны, Цинь Му почувствовал, как его виски начали болезненно пульсировать.

— Также можно использовать эти расчёты изготавливая разнообразные сокровища, но малейшая оплошность приведёт к совершенно непредсказуемому результату, — понимая всю сложность, Цинь Му восхищённо воскликнул. — Секта Дао действительно достигла совершенно нового рубежа в познании алгебры.

По пути он искренне консультировался с Фань Юньсяо, который отвечал обо всём, что знал. Как-никак ему удалось достичь пятого писания секты Дао, чего было невозможно добиться без чрезвычайно высоких достижений в алгебре.

亿 (И) — сто миллионов, 兆 (Чжао) — один триллион, 京 (Цзин) — десять квадриллионов, 垓 (Гай) — сто квинтиллионов, 秭 (Цзы) — один септиллион, 穰 (Жан) — десять октиллион,沟 (Гоу) — сто нониллион, 涧 (Цзянь) — один ундециллион, 正 (Чжэн) — десять дуодециллион, 载 (Цзай) — сто тридециллион, 极 (Цзи) — один куиндециллион.

分 (Фен) — одна десятая, 厘 (Ли) — одна сотня, 毫 (Хао) — одна тысячная, 丝 (Сы) — десятитысячная, 忽 (Ху) — стотысячная, 微 (Вэй) — миллионная, 纤 (Синь) — десятимиллионная, 沙 (Ша) — стомиллионная, 尘 (Чэнь) — миллиардная, 埃 (Ай) — десятимиллиардная, 渺 (Мяо) — стомиллиардная, 莫 (Мо) — триллионная, 模糊 (Мо Ху) — десятитриллионная, 逡巡 (Цюнь Сюнь) — стотриллионная, 须臾 (Сюй Ю) — однаквадриллионная, 瞬息 (Шун Си) — десятиквадриллионная, 弹指 (Тан Чжи) — стоквадриллионная, 刹那 (Ча На) — однаквинтилионная, 六 德 (Лю Де) — десятиквинтилионная, 空虚 (Конг Сюй) — стаквинтилионная, 清静 (Цин Цзин) — однасекстилионная.

Глава 182. Верхушка Айсберга на Южной Границе

Догоняющий Тучи летел немногим более дня, наконец добравшись до реки Вздымающейся и затем взяв курс к лагерю на её южном берегу.

Префектура Личжоу разместила вдоль реки внушительные военные силы. Армия простиралась на двести с лишним лагерей, состоя из бесчисленных солдат и верховых зверей. К тому моменту, когда прибыл корабль, как раз закончилась ожесточённая битва, и над поверхностью воды возвышались обломки военных судов. Большинство из них были окончательно разрушены, и над палубами и мачтами вырывались толстые клубы дыма.

Поверхность реки была усеяна трупами… Некоторые солдаты на кораблях забрасывали в воду рыбацкие сети, пытаясь выловить тела погибших. Подтягивая их поближе, они использовали длинные крюки, чтобы вытащить трупы на борт, и затем похоронить их должным образом.

Открыв Зелёные Глаза Небес, Цинь Му взглянул на противоположный берег. Там стоял полуразрушенный город, в котором время от времени происходили небольшие схватки, сопровождаясь лучами божественных искусств.

Тем не менее, это были только немасштабные стычки. Скорее всего, армия Империи Вечного Мира добивала оставшихся в городе врагов.

Фань Юньсяо сбавил ход корабля, постепенно снижаясь над лагерем. Дежурный солдат прилетел на палубу разузнать о их намерениях, и услышав, что прибыли ученики Имперского Колледжа, махнул рукой, приказывая лучникам на земле опустить оружие.

Судно аккуратно приземлилось в лагере, и Фань Юньсяо посмотрел в сторону города, поглощённого стычками, используя технику чёрно-белых глаз секты Дао. Затем он смерил взглядом Чэнь Ваньюня и остальных и покачал головой:

— Брат Цинь, с твоих спутников не будет никакой пользы, они станут лишь обузой. В такой масштабной битве кучка учеников будет бессильной, у вас немного шансов выжить. Я ухожу, и обязательно найду тебя, когда раздобуду достаточно чёрного железа и чертежи для нового корабля, — договорив, он приказал своим разбойникам активировать печь на корабле и улетел.

Юнь Цюэ и остальные ученики пали духом после услышанного, а Чэнь Ваньюнь ухмыльнулся:

— Способности этого мужика неплохи, но суждения неразумны.

Вскоре, к ним подошёл какой-то генерал, спрашивая:

— Вы ученики Имперского Колледжа?

Цинь Му кивнул головой и ответил:

— Губернатор префектуры Личжоу на фронте? Могу я попросить Вас передать ей, что Цинь Му из уезда Речной Плотины хочет с ней встретиться.

Генерал удивился, и немедленно поспешил прочь, не осмеливаясь отказать в исполнении просьбы… Через некоторое время послышался звон брони, и все посмотрели в сторону его источника. Ученики увидели приближающуюся женщину-генерала, окутанную в доспех и держащую шлем подмышкой. Её вид был невероятно героичным, а черты лица не менее прекрасны. Однажды увидев, пудру на её лице, тушь на бровях и красные губы нельзя было забыть. Но она, вероятно, только вернулась с поля боя, так как её тело было покрыто пятнами крови.

— Маленький брат Цинь, — взгляд Юйюань Чуюй упал на юношу, и её глаза загорелись. — Подросток, сумевший сбежать из уезда Речной Плотины несколько месяцев назад, уже успел сделать себе имя. Я слышала о тебе от своего старшего брата, и, по его словам, ты уже стоишь выше многих прочих. Я рада за тебя.

— Старшая сестра, ты мне льстишь, — покраснел от стыда Цинь Му. — Я не говорил тебе раньше, но на самом деле я из Великих Руин.

Женщина ответила:

— Когда ты ушёл, я продолжала думать, что в уезде Речной Плотины есть семья Цинь, которая сумела вырастить столь способного ребёнка. Лишь когда мой старший брат отправил мне письмо, в котором говорилось, что ты из Великих Руин, я узнала правду.

Ученики, прибывшие с Цинь Му, едва скрывали своё изумление. Префектура Личжоу была местом в котором должны были остановиться все ученики, покинувшие колледж для обучения. Они никак не ожидали, что их лидер был хорошо знаком с правителем этих земель!

Будучи самым высокопоставленным чиновником в окрестностях, на неё также возлагался контроль за здешними границами. Более того, происхождение женщины было довольно необычным. В своё время, она была принцессой Империи Юйюань, а её старшим братом и кровным принцем страны был Юйюань Чуюнь, ставший в последствии великим генералом в столице.

Цинь Му был отвергнутым человеком из Великих Руин, откуда у него могли появиться связи с такой знатной особой?

— Старшая сестра Чуюй, что случилось с Культом Бессмертного Трупа?

— Мне почти удалось его искоренить, выжившие сбежали к южной границе, — приведя гостей к городским стенам, женщина продолжила. — Объединённая армия мятежников собралась возле южной границы. Также там собрались различные секты. Там роятся и объединяются всевозможные силы. В городах возле реки размещаются солдаты, и предпринимаются серьёзные меры предосторожности. Это всего лишь верхушка айсберга, но сложившаяся ситуация уже выглядит плачевно.

— Верхушка айсберга? — ученики не понимали, что та имела в виду.

Юйюань Чуюй улыбнулась:

— В такие времена, как сейчас, разве можно знать наверняка, кто остался верным, а кто стал предателем? К примеру, я, принцесса исчезнувшей Империи Юйюань. Откуда вам знать, что я не восстану в следующую минуту? — Чэнь Ваньюнь и остальные ученики облились холодным потом, боясь, что героичная женщина сейчас их убьёт и объявит, что начинает восстание, но она лишь равнодушно продолжила. — Императорский двор находится в слишком тесных отношениях со старым поколением. Имперский Наставник стремится создать на их основе новое поколение, однако, до сих пор все его достижения стали возможны именно за счёт старых сил. Его творение пока ещё не смогло избавится от влияния своих предшественников, так откуда мы можем знать, какая секта или какой чиновник восстанут следующими?

Дрожа всем телом, Юнь Цюэ спросил:

— Но Лорд не собирается восставать, правда?

Посмотрев в сторону лысого юноши и улыбнувшись, женщина ответила:

— Можешь в это верить. Если ты прав, тебе повезёт уйти отсюда живым.

От испуга лицо парня стало белым как снег. Юйюань Чуюй была окружена аурой невероятного величия. Несмотря на свою милую внешность, она могла с лёгкостью повергнуть человека в ужас.

Нежно рассмеявшись, женщина подозвала к себе генерала. Получив несколько указаний, тот немедленно задействовал армию из тысячи человек. Спустившись вдоль городских зданий, Юйюань Чуюй ступила на поверхность реки. Вслед за ней тысяча солдат тоже шагнули на водную гладь, продвигаясь к противоположному берегу.

Догнав её, Цинь Му остановился. Его жизненная Ци вырвалась наружу, позволяя крепко удерживаться над водной поверхностью. Спутники Цинь Му тоже поспешили за ними, огромными усилиями своей Ци не позволяя себе пойти ко дну. Они могли с лёгкостью бежать по реке, однако спокойно идти или стоять было намного сложнее. Кроме умения контролировать воду, для этого требовался высокий уровень совершенствования.

Губернатор Префектуры Личжоу была заинтригована:

— Младший брат думает, что я не собираюсь восстать против империи?

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— Это восстание спровоцировано Имперским Наставником для того, чтобы очистить имперский двор и народ от предателей. Старшая сестра мудрая женщина и отлично об этом знает. Если бы ты была глупой, то давно уже бы восстала.

— Ты одновременно и прав, и нет. Причина того, что я не восстала, не в том, что я недостаточно глупа. Много людей подстрекали меня к восстанию. Все они были переполнены уверенности, что им удастся меня убедить, однако, все они ошибались. Моя семья дорожит не своим королевским положением, а народом Юйюаня. В те времена, когда всё ещё существовала Империя Юйюань, Империя Вечного Мира уже была невероятно сильной, и могла начать против нас войну в любой момент. Мой отец понимал, что, если это случится, наша страна будет разрушена, а семьи разорваны. Однако, Имперский Наставник Вечного Мира пришёл к нему, дабы обсудить путь. Тогда присутствовали все военные чиновники, и темой разговора было управление империей и её народом. Я с братом тоже находились во дворце в то время. В тот день мы проиграли, — выражение её лица оставалось невероятно спокойным. — Мы потерпели сокрушительное поражение в дискуссии о правлении страной и пути человеческого благополучия, и приняли его с открытым сердцем. Мой отец отказался от звания императора, и передал его моему старшему брату, однако тот тоже его не захотел, отдав мне. Я… — женщина улыбнулась. Никто не мог понять, обычная это улыбка, или она смеётся над собой. — Я сказала Имперскому Наставнику: “Я уступаю тебе в управлении империей, уступаю в умении заботиться о человеческом благополучии. Поэтому, я передаю тебе Империю Юйюань. Если твоё правление меня не удовлетворит, я восстану”. Наставник согласился и позволил мне править в Юйюане, который теперь стал называться Личжоу.

— Так вот что случилось! — удивились ученики.

Поражённая Ху Лин’эр закричала:

— Сестра, так ты была императрицей!

Юйюань Чуюй улыбнулась:

— Пробыв императрицей всего лишь один день, я могу утверждать, что это совсем не весело. Можно найти любой свободный кусок земли и заявить, что ты его император. Но проблема в том, сколько людей будут тебя слушаться. — Недолго поглядев на дым, вздымающийся над рекой, она перевела взгляд на Чэнь Ваньюня и остальных, улыбаясь. — Вам сильно повезло попасть в отряд под управлением брата Циня. Его способности очень выдающиеся.

Юэ Цинхун и Юн Цюэ переглянулись, не понимая, каким образом способности Цинь Му могли произвести на неё впечатление.

Губернатор Префектуры Личжоу вспомнила, как обнаружила красных трупных жуков, разбросанных по горе на севере уезда Солнечный Тигр. Кроме насекомых она нашла свежий скелет, чья плоть расплавилась, оставив лишь кости и одежду. Судя по останкам, это был эксперт Культа Бессмертного Трупа. Хоть понять кому принадлежал труп было невозможно, судя по его методу использования трупных жуков и их количеству, совершенствование покойного достигало области Семи Звёзд.

Культ Бессмертного Трупа использовал тела мёртвых и яды, поэтому область их совершенствования не часто бывала очень высокой. Однако, в бою с ними, даже имея превосходство в совершенствовании и боевых навыках, победить было очень сложно.

Тем не менее, тот эксперт умер от отравления, а его убийцей, должно быть, был этот младший брат, который на первый взгляд казался искренним и наивным. Тогда этот парень даже умудрился её обмануть, отчего она порекомендовала ему поехать в столицу и выписала пропуск в город. По её мнению, иметь такого умелого лидера было намного лучше для Чэнь Ваньюня и остальных, нежели находиться под руководством кого-то из дирекции Имперского Колледжа, именно поэтому она сказала, что ученикам повезло.

К тому времени, когда они достигли противоположного берега, городские здания уже рухнули, похоронив под собой бог знает сколько людей. Войдя в город, женщина сказала:

— Я говорила, что это лишь верхушка айсберга. Есть ещё одна причина так считать. Посмотрите, захват уезда Оленя был проще прогулки в парке. Мы запросто вторглись и захватили город, разве армия противника не кажется слишком слабой?

Цинь Му был слегка ошеломлён:

— Заставить врага проникнуть в ловушку?

— Мы не только входим в ловушку, мы даже не встретили настоящих противников. Старые лисы ещё и не думали начинать действовать, — взгляд Юйюань Чаюй вспыхнул. — Три старых монстра, ранивших Имперского Наставника, так и не появлялись. А на самом деле их может быть больше, чем три. Есть Владыка Дворца Воцарившейся Страсти, три лорда Замка Трёх Чудес, восставшие чиновники высоких рангов, Драконий Король секты Наездников Дракона, и многие другие сильные практики уровня Мастеров-Владык сект-культов. И никто из них ещё не попадался на глаза. Лидеры больших маленьких культов-сект, все сидят очень тихо. Более того… — женщина перешла на шёпот, — кто знает, может до наших дней дожили боги из старых поколений?

Цинь Му неконтролируемо вздрогнул, а его спутники почувствовали, как кровь в их жилах застыла. Юйюань Чуюй, очевидно, знала очень много о старом поколении, но решила не вникать в детали:

— Можете быть спокойны, они не станут трогать вас, представителей молодого поколения, просто так. Их цель Имперский Наставник и чиновники первого высшего ранга. Уезд Оленя был захвачен сектой, ненамного большей чем Культ Бессмертного Трупа, называющей себя сектой Девяти Призраков. Теперь, когда восстание в уезде Оленя было подавлено, её остатки пытаются сбежать. Я дам вам простое задание — устраните их, — её взгляд ярко сиял, приземлившись на учеников. — Секта Девяти Призраков специализируется на игре в бога и дьявола. Они утверждают, что могут призывать сверхъестественных существ для помощи в бою, поэтому вам нужно серьёзно подготовиться. Как только прибудут остальные ученики, вы пойдёте на охоту.

Глава 183. Внезапная атака из Загробного Мира

«Секта Девяти Призраков специализируется на игре в бога и дьявола? Могут призывать сверхъестественных существ для помощи в бою?» — слегка удивился Цинь Му, после чего вдруг вспомнил о Проводнике Души и Перемещающих Призраков, Отправляющих Богов Приказных Рунах. Эти два заклятия, которые ему довелось найти на Этаже Небесных Записей, имели непосредственную связь с душами и сверхъестественными существами.

Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны брали своё начало от секты Великой Горы, а Проводника Души применяли последователи секты Девяти Призраков. Причина же, по которой оба заклятия были размещены на первом уровне Этажа Небесных Записей, заключалась в том, что в такого рода приёмах было мало кому интересно тренироваться, ведь, даже несмотря на то, что эти заклятия касались аспекта душ, они имели слишком плохую непосредственную атакующую мощь… Особенно заклятие — Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны, в описании которого говорилось, что оно может перемещать-отправлять призраков-богов, вот только, когда парень попробовал несколько раз его применить, то понял, что оно сильно напоминало ранее продемонстрированное Патриархом заклятие Перемещения Пяти Призраков, но куда сложнее в исполнении.

Выбрав эти два заклятия для изучения, Цинь Му как-то раз попросил Ба Шаня дать ему по ним несколько дополнительных наставлений, но тот презирал данные заклятия, поэтому никогда не изучал, а следовательно, не мог сказать ничего путного, дав достаточно бесполезный совет — “попытайся понять их самостоятельно”.

Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны может и напоминали Перемещение Пяти Призраков, но содержали руны, отчего были намного сложнее и требовали поддержки в виде талисмана-сокровища. Немного разобравшись в вопросе, выяснилось, что необходимый талисман был намного сложнее того, что Цинь Му довелось увидеть во Дворце Золотой Орхидеи. Ну хотя бы потому, что тот должен был выглядеть практически, как сфера с одной тысячей двадцатью четырьмя сторонами, на каждой из которых должна находиться сложная руна, в то время как у талисмана от сокровищницы дворца было только четырнадцать сторон.

Поскольку Цинь Му понимал, насколько сложными были руны данного заклятия, он считал, что божественное искусство должно быть чудовищно мощным. Разве вообще возможно, что эффект будет эквивалентен заклятию Перемещение Пяти Призраков? Он чувствовал, что секта Великой Горы должна было что-то скрыть в технике, но как жаль, что она уже не существовала, чтобы приоткрыть завесу тайны над некоторыми вопросами.

Между тем, Цинь Му также пытался разобраться и в Проводнике Души секты Девяти Призраков, но пока ещё не пробовал провести душу умершего из Загробного Мира… Оба заклятия имели определённое количество рун, которые были один в один похожи между собой, поэтому оба должны были в том или ином роде взаимодействовать с душами.

Закупившись жёлтой бумагой и киноварью, Цинь Му провёл два дня за созданием талисмана-сокровища перемещающих-отправляющих призраков-богов рун, прежде чем потратить ещё сутки на начертание рун, необходимых для Проводника Души. Сразу же после он начал сравнивать их руны между собой, в итоге подтвердив свою догадку, а именно, что в обоих техниках присутствовали ошибки — неправильно написанные руны. Но если подумать, какой секте захотелось бы добровольно передавать труды всей её жизни имперскому двору? Вот они “случайно” и написали несколько рун неправильно, тем самым резко снизив мощь заклятия или даже сделав совершенно непригодным для использования.

Тем не менее, перемещающие-отправляющие призраков-богов состояли из слишком большого количества рун, поэтому, даже с учётом ошибки в нескольких десятках, в более чем тысяче всё будет правильно — просто кладезь знаний, кстати говоря, благодаря которым Цинь Му мог исправить неправильные руны в Проводнике Души. Заклятие имело более шестисот различных рун, но парень, находя неправильные, сразу же исправлял, на как надо, а когда понял, что больше не может найти чего-то неправильного, то подозвал солдата и задал вопрос:

— В городе случайно не завалялось трупов? Хочу проверить заклятие.

— Лорду нужны трупы последователей секты Девяти Призраков для проверки заклятия? Они все похоронены, поэтому если они Вам нужны, то придётся выкопать, — тут же ответил солдат.

— Где они похоронены? — слегка изменившись в лице, поспешно спросил Цинь Му.

— Некоторых в курганах подле уезда Речная Плотина, а остальных в горах рядом с уездом Оленя. А те, что выловили несколько дней назад из реки, совсем рядом, — ответил солдат.

Встревожившись, Цинь поспешно спросил:

— Где губернатор? Быстро сообщите ей, чтобы она приказала армии быть в полной боевой готовности, а также отправила солдат ко всем курганам и могильникам сжечь трупы!

Солдат не понимал, что юноша имел в виду, но всё равно поспешил прочь, выкрикнув:

— Губернатор сейчас на противоположном берегу, в уезде Речной Плотины, успокаивает людей. Я сейчас же отправляюсь, чтобы сообщить!

— Сестра Чуюй находится в уезде Речной Плотины? Дело дрянь! — Цинь Му вызвал другого солдата и сказал, чтобы тот предупредил всех, кто был здесь, чтобы держать ухо востро, после чего тут же нашёл Чэнь Ваньюня и остальных соучеников, быстро говоря. — Секта Девяти Призраков может вернуться, будьте на чеку!

Ученики были сбиты с толку, поэтому монах Юнь Цюэ спросил:

— Всю секту ведь вырезали, только единицам удалось спастись побегом. Зачем нам беспокоиться о них?

— Они симулируют смерть! — как только Цинь Му договорил, со стороны реки послышалось пение… едва слышимое, древнее и неясное, словно не от мира сего… но люди почувствовали, как если бы мглистый, внушающий страх и трепет бог отрывал ворота в другой мир, дабы призвать души мёртвых обратно в мир живых!

Цинь Му переменился в лице, резко сорвавшись с места по воздуху, пока не оказался на городской башне северных ворот, но те были пусты, всего несколько патрульных и всё, что не удивительно, ведь армия префектуры Личжоу недавно пережила невероятную битву, поэтому люди занимались собой. Взглянув вдаль, юноша увидел даоса в соломенной шляпе, стоящего посреди реки носком на торящей из-под вод мечте корабля. Исполняя заклятие, даос пел над рекой, в то время как некая руна мерцала зелёным, заставляя небо казаться обителью кишащих зелёных змей.

Юнь Цюэ и остальные тоже прибежали, встав рядом с Цинь Му и взглянув на водную речную гладить.

— Происходит чт… — заговорил было Чэнь Ваньюнь, но, прежде чем успел продолжить мысль, оцепенел от увиденного. Прямо сейчас из реки хлынул неутомимо расширяющийся во все стороны чёрный туман, в котором, где-то посреди реки, можно было разглядеть дрейфующие над водой врата!

Небо в мгновение ока заволокло непроглядной чернотой. Цинь Му, посмотрев в сторону противоположного берега, едва мог разглядеть несколько кораблей, на которых должны были находиться ученики Имперского Колледжа, но уже в следующий момент тьма поглотила их. Один из кораблей к этому моменту успел добраться до Вздымающей, поэтому, когда его окутала тьма, он находился прямо над рекой, а ещё корабль был достаточно близко, чтобы все поблизости смогли расслышать сначала возгласы удивления, а после гневный вопли. Было очевидно, что путники столкнулись с чем-то крайне неожиданным и странным.

Цинь Му повернул голову к Горе Оленя слева от уезда Оленя. Прямо сейчас та вспыхнула крошечными фигурами, которые взмыли в воздух и рванули в их сторону. Несколько солдат, что охраняли западные городские ворота, были совершенно не способны своевременно отреагировать и были мгновенно убитыми фигурами на жёлтых талисманах!

Буум!

Западные ворота широко распахнулись, и через них тут же ворвались другие трупы, прирезав остальных, не успевших организоваться солдат!

Да, трупы действительно были трупами, но с прикреплёнными душами умерших. Даос на реке сотворил заклятие Проводник Души, которое призвало души всех умерших из секты Девяти Призраков обратно к своим телам, и позволило последним совершить внезапную атакую на уезд Оленя. Каждый труп был так или иначе изуродован, например, у одних головы держались буквально на последнем лоскутке кожи, а у других зияли дыры в груди, у третьих же не хватало конечностей и так далее. Опять же, да, тела были мертвее-мёртвого, но так-как души временно избежали загробного мира всё они могли использовать большую часть обладаемых при жизни способностей… Зрелище, мягко говоря, было гротескным и жутким, а по сути, смертельно опасным.

Даже Чэнь Ваньюнь был ошеломлён, застыв на башне, как вкопанный, и не зная, что ему предпринять. Цинь Му посмотрел на Речную Плотину, которая, как оказалось, тоже была окутана чёрным туманом, и оттуда слышались постоянные взрывы божественных искусств.

— Покидаем город, к восточным воротам, быстро! — скомандовал Цинь Му, тем самым приводя в чувство подопечных, и тут же побежал по городским стенам, при этом зовя цилиня и лису. Город погрузился в хаос, ведь всех застали врасплох воскрешённые.

Армия Империи Вечного Мира практиковалась в навыках полезных для комбинированных атак. Тренируя одни и те же навыки меча или заклятия, десятки солдат могли объединить силы, чтобы противостоять противнику, превосходящему их по силе на целый порядок. Конечно, такая тактика ведения боя была чрезвычайно полезна в глобальных сражениях, даже можно было сказать, что врагов было так же легко убивать, как косить пшеницу, послужив причиной полного поражения посмевших сопротивляться сект. Однако, сегодняшняя резня также показала и самых большой её недостаток.

Секта Девяти Призраков воскресила “трупы”, дабы использовать их для внезапной атаки. И, надо сказать, всё прошло достаточно гладко, ведь солдаты действительно не успели организоваться, чтобы оказаться достойное сопротивление, что привело к практически односторонней резне!

Небо становилось всё более и более непроглядным, но для “воскрешённых” тьма стала дневным светом, позволившим видеть всё более ясно и самозабвенно отдаваться возложенной на их плечи миссии, ведь смерти бояться уже не приходилось, а из-за своего не совсем живого состояния боли они и подавно не чувствовали, поэтому могли не отвлекаться на защиту от атак противника. Напирать, давить и подавлять, зачем беспокоиться о чём-либо ещё? Но кое-что ещё больше усугубляло текущее положение дел имперских солдат, а именно, что секта Девяти Призраков была совсем не бедна на практиков областей Небожителя, а также Жизни и Смерти, и, прямо сейчас, все они были “воскрешены”!

Да, их не по-настоящему воскресили, а просто использовали заклятие, чтобы призвать души в мир живых, поэтому им всё же придётся вернуться обратно в Загробный Мир. Однако отведённого им времени более чем достаточно, чтобы сокрушить всю армию, разбившуюся лагерем в уезде Оленя.

«Всем нашим конец», — чувствуя, словно сердце сжимает тисками, Цинь Му вдруг увидел мчащихся к нему лису и цилиня, и, наконец, вздохнул с облегчением. Оказавшись у восточных ворот, ученики, не задумываясь спрыгнув с восточных ворот, покинули пределы города и скрылись во тьме. Как вдруг они услышали за спинами взрыв, а когда обернулись, то увидели, как восточные ворота были снесены практиками области Небожителя. Но в следующий миг им не повезло стать свидетелями того, как имперского генерала области Небожителя буквально разорвали на куски “воскрешённые”!

Цинь Му поднял взгляд к небу, где увидел нескольких даосов, ступающих на жёлтые талисманы, отчего ещё больше поник. Те даосы были немногими выжившими культа Бессмертного Трупа и секты Девяти Призраков, первые контролировали трупы, в то время как вторые души. Вероятно, выжить в городе не удастся практически никому.

— Академик Цинь, мы должны пересечь реку и вернуться в Речную Плотину! — серьёзно проговорил Чэнь Ваньюнь.

— Поздно, в реке нашли свой покой слишком много трупов, мы попросту не сможем её пересечь, — покачав головой, ответил Цинь Му. И тут же, словно в подтверждение его слов, воды реки заплескались, после чего на берег начали выбираться “воскрешённые”. Те, что оказались ближе всего, заметив их, рванули к ним.

— Кроме юга нам некуда податься, сейчас главное выжить, а возможность вернуться обратно, на север, обязательно подвернётся, — монотонно, с неизменным выражением лица проговорил Цинь Му, коснувшись рукой пояса. Из Мешка Таоте немедленно вылетел меч и, исполнив Форму Меча Волны, снял преследователям головы с плеч. Те уже и так были мертвяками, но, чтобы продолжить преследование, они были вынуждены сначала поднять головы, после чего, держа их подмышкой, продолжили погоню.

— Сюда, быстро! Есть несколько проскользнувших! Нужна помощь! — резким голосом взвизгнула одна из голов, зажатая подмышкой.

Несмотря на то, что Юнь Цюэ, Юэ Цинхун и Чэнь Ваньюнь многое повидали и знали, но такое зловещее заклятие им было в новинку. С другой стороны, всегда застенчивая и робкая Сы Юньсян в данный момент вела себя крайне спокойно и сдержанно, могло даже показаться, что ей было абсолютно всё равно…

Цинь Му разжал кулак, после чего резко сжал, между тем, светящийся Младший Защитник сразу же принял Форму Спирального Меча, а уже в следующий миг преследователи буквально рассыпались на кусочки.

— Двигаемся как можно быстрее, в противном случае нас поймают мастера Девяти Призраков, — серьёзно предупредил Цинь Му.

Несколько учеников неуклонно отдалялись от зоны ведения боевых действий. Немного погодя, Юнь Цюэ оглянулся на полыхающий в огне уезд Оленя и ощутил, как сердце накрыло запоздалым страхом:

— К южным границам? В самую глубь вражеского гнезда?..

Глава 184. Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов

Чёрный туман становился всё плотнее и плотнее. На дворе был день, однако казалось, что наступила ночь. Но Цинь Му и остальным всё-таки удавалось определить в каком направлении двигаться, ведь, подняв голову к небу, они могли видеть солнце, но его свет не разил в глаза. Оно напоминало прозрачный круг, намного тусклее, чем луна ясной ночью. Оглядываясь вокруг, они видели, как зелёные горы превращаются в чёрные пятна на горизонте. Как вдруг за их спинами раздались шумные голоса, кто-то кричал:

— Несколько человек сбежало! Это были три парня, три девушки и огромный лев… Не уходите, поднимите мою голову! А ну быстро вернитесь!

Сердце Цинь Му вздрогнуло, и он посмотрел на Чэнь Ваньюня. Поняв его намерение, последний вытащил свой меч из ножен и выкопал в земле длинную яму, чтобы в неё лечь. Он впервые видел такое странное происшествие, когда мёртвые возвращались к жизни, поэтому поначалу был немного растерян, однако, к этому времени юноша успели прийти в себя. Взмахнув рукавами, Цинь Му сдвинул землю по сторонам, закапывая Чэнь Ваньюня с головой. Оставшиеся ученики продолжили продвигаться вперёд, однако, не успев отойти слишком далеко, они услышали жалостные визги за спиной:

— Кто-то спрятался под землёй, чтобы застать нас врасплох!

— Мне отрубили голову, кто-нибудь её видел?

— Заткнись, идиот! Если тебе отрубили голову, чем ты говоришь?

— А, точно. Не странно, что я не мог её найти.

— Кто из старших братьев видел мою ногу? Извините за беспокойство, огромное спасибо.

Цинь Му приказал цилиню остановиться, и Чэнь Ваньюнь вскоре их догнал, сказав:

— Нас больше не должны преследовать. Быстро, идём.

Внезапно, из глубины тумана послышались поющие голоса. Эта песня была даже более странной, чем та, что раздавалась над поверхностью реки. Приказав отряду остановиться, Цинь Му подкрался поближе и смог разглядеть несколько поющих человек.

Посреди тёмного леса, кучка “трупов” пела и использовала заклятия, исполняя Проводника Души. Их тела были разорваны в клочья, отчего вид у компании был странноватый.

— Мёртвые используют заклятия?

Цинь Му был слегка удивлён. Он внезапно вспомнил о божественном искусстве секты Девяти Призраков, думая, что оно по сути пыталось снести грань между жизнью и смертью.

Если бы такое божественное искусство было исследовано до его пределов, смогло бы оно полностью разрушить эту грань и позволить мастеру достичь бессмертия?

Божественные искусства секты Девяти Призраков всё ещё были далеки от того, чтобы сделать бессмертие возможным. На данном этапе они всего лишь возвращали души мёртвых обратно в тело, временно воскрешая труп.

Техника Проводник Души должна непрерывно исполняться, ведь как только практик отвлекался, душу, скорее всего, затягивало обратно в загробный мир.

«Неудивительно, что те трупы тоже используют Проводника Души, — подумал про себя Цинь Му. — Они обречены исполнять технику, чтобы оставаться в “живых”. Но совершенствование тех бедолаг довольно высокое, поэтому их всё равно лучше избегать».

Оставив мёртвых в покое, он вернулся к отряду:

— Нам нужно изменить направление.

Продвинувшись на небольшое расстояние, они снова наткнулись на оживших последователей секты Девяти Призраков, исполняющих свои заклятия. Кроме них, здесь также было несколько членов Культа Бессмертного Трупа, заклятиями приказывающих мертвецам окружить солдат, пытающихся сбежать из города. Зомби летали по воздуху, наступая на жёлтые бумажные талисманы.

Цинь Му нахмурился. Им пришлось снова свернуть:

— Направляемся к горе Оленя. Трупы секты Девяти Призраков, похороненные там, ожили и давно переместились в город уезда, поэтому там, скорее всего, никого не осталось. Ученики невероятно нервничали, так как попали в окружение людей из секты Девяти Призраков и Культа Бессмертного Трупа. Убитые Юйюань Чуюй последователи последнего, также были похоронены неподалёку, поэтому у Девяти Призраков была прекрасная возможность их воскресить.

Было очевидно, что секта Девяти Призраков долго готовилась к налёту, поэтому и смогла застать Юйюань Чуюй врасплох. Если ситуация не будет решена оперативно, над префектурой Личжоу нависнет серьёзная угроза.

Цинь Му подумал: «За всем этим стоит довольно хладнокровный человек. Для победы, он даже не брезговал пожертвовать жизнями стольких членов секты Девяти Призраков».

Вскоре отряд добрался до Горы Оленя, на которой действительно не оказалось ни одного врага. Чёрный туман в этом месте уже начинал понемногу рассеиваться. Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ и остальные постепенно успокаивались. Перебравшись через гору и покинув земли, поглощённые чёрным туманом, они временно оказались в безопасности.

Внезапно из-за горы послышалось мелодичное пение. Сердца отряда снова бросились в пляс, вопросительно посмотрев на нахмурившегося Цинь Му

— С этим пением что-то не так. Это не Проводник Души, а что-то другое, — проговорил парень.

Юэ Цинхун и остальные ученики не смогли услышать никакой разницы. Они никогда раньше не слышали о Проводнике Души, в то время как Цинь Му детально изучал её, поэтому услышал другие нотки в пении.

— Оставайтесь здесь, я пойду разведать обстановку, — отдав указания, Цинь Му молча отправился в сторону источника звука.

Подбираясь всё ближе и ближе, шаги юноши становились только тише. На поляне впереди, он увидел алтарь для жертвоприношений, вокруг которого исполняли заклятия более десяти даосов, среди которых были как мужчины, так и женщины. Сам алтарь был построен из костей скелетов. Его длина и ширина были одинаковыми, равняясь тринадцати метрам. Плоская поверхность на нём была выложена из черепов, и на каждом из четырёх углов висел белый флаг: на севере, юге, востоке и западе. Руны на ткани были нарисованы ртутью, смешанной с кровью. В центре строения возвышалась скульптура восьмирукого дьявольского бога. Он сидел на корточках одной ногой, вокруг которой была обмотана вторая. Ладони его восьми рук были сложены вместе, а на каждом из четырёх было по три глаза.

Каждый даос использовал своё сокровище-талисман, поднимая его высоко в воздух. У артефактов было огромное количество граней, на каждой из которых была нарисована руна. Под воздействием даосских пений, руны на талисманах непрерывно мерцали. Их свет попадал в определённое место на теле статуи, зажигая на ней соответственную руну. Талисманы не прекращали вращаться, постепенно зажигая руны одну за другой. К этому времени половина из них уже ярко сияла.

«Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны, — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, — заклятие секты Великой Горы! Эти люди — последователи давно исчезнувшей секты Великой Горы!»

Даосские мужчины и женщины поголовно были практиками божественных искусств и, судя по всему, они исполняли технику уже довольно давно. Очевидно, что после уничтожения секты Великой Горы, выжившие её члены сговорились с сектой Девяти Призраков и Культом Бессмертного Трупа, подготовив ответный удар!

Подсчитав приблизительное время, когда началась атака секты Девяти Призраков, Цинь Му обнаружил, что оно совпадало с моментом, когда в префектуру Личжоу и страну Оленя должны были прилететь ученики Имперского Колледжа. Это значило, что кто-то тщательно следил за их передвижениями и даже знал точное время их прибытия.

Ученики Имперского Колледжа пришедшие для получения опыта, были избранной элитой своих областей. В будущем они, скорее всего, стали бы правящей верхушкой Империи Вечного Мира, заменяя старых чиновников, походящих из разных сект.

Большинство нынешних чиновников принадлежали к старому поколению, в то время как ученики — Имперского Колледжа были представителями нового. Если всех прибывших учеников убьют, Имперский Наставник потеряет одно из оснований, на котором базируется сила нового поколения.

«В этот раз, решение отправить учащихся на обучение принял сам император. Кроме него, об их отправлении должен знать лишь Гу Линуань и чиновники первого высшего ранга».

Веки Цинь Му сжались. Стал неоспоримым тот факт, что среди чиновников первого ранга были предатели. Он всем сердцем хотел продолжить наблюдать за последователями секты Великой Горы, и дождаться, пока они вызовут дьявольского бога, однако, если это случится, смерть отряда учеников станет неотвратимой.

Тихонько прокравшись обратно, он описал увиденное Чэнь Ваньюню и остальным:

— Тринадцать мастеров божественных искусств, и способности у них неплохи. Если они призовут дьявольского бога, мы будем не в силах сбежать. Мы должны убить их и уничтожить алтарь, пока они не завершили свой ритуал! У кого хватит смелости пойти со мной?

— Убить мастеров божественных искусств?

Юнь Цюэ и Юэ Цинхун удивились:

— Тринадцать одновременно?

Взглянув на них, Цинь Му спросил:

— Не осмелитесь пойти?

Юнь Цюэ пробормотал:

— Мне немного страшно. Они ведь практики божественных искусств, более того, у них численное преимущество.

Цинь Му серьёзно ответил:

— Если мы их не убьём, позволив выпустить дьявольского бога, целая префектура Личжоу будет уничтожена, и мы умрём вместе с ней!

Чэнь Ваньюнь что-то пробормотал себе под нос и неразборчиво сказал:

— Секта Великой Горы специализируется на заклятиях?

Поправив футляр с мечами на спине, Сы Юньсян ответила:

— Кажется, кто-то из моих стариков упоминал, что секта Великой Горы отлично владеет заклятиями для контроля душ. Их навыки меча и боевые техники не слишком хорошо развиты. Когда Имперский Наставник напал на эту секту, он привёл с собой мастеров божественных искусств меча, что обусловило его победу. После этого, последователи Великой Горы разбежались по всему миру и уж точно не смогут улучшить свои навыки меча или боевые техники.

Цинь Му добавил:

— Имперский Наставник использовал навыки меча, а мы будем использовать боевые техники. Наши мечи не сравнятся с их заклятиями. Но в ближнем бою они будут зарезаны ещё до того, как успеют исполнить свои техники! Ваньюнь, Цюэ, Цинхун, я видел ваши боевые техники, они совсем не слабы. Вам хватит смелости для атаки?

— Если тебе хватит, то и мне тоже! — торжественно ответил Чэнь Ваньюнь.

Цинь Му повернул голову в сторону Сы Юньсян, и девушка опустила глаза, проговорив:

— Юньсян готова повиноваться имперскому академику.

Затем он взглянул на Юэ Цинхун, глаза которой сверкали от волнения:

— Я никогда раньше не сталкивалась с такой плачевной ситуацией, как я могу отказаться? Волчий раб, готовься, ты тоже идёшь!

Наконец, пришла очередь монаха Юнь Цюэ. На мгновение засомневавшись, тот ответил:

— Если не я войду в ад, то кто? Я в деле.

— Отлично. Я нападу первым, чтобы прочистить путь до алтаря жертвоприношений. Вы ворвётесь следом и втянете их в ближний бой. Нам нужно справиться, как можно быстрее, нельзя затягивать! Алтарь имеет всего лишь тринадцать метров в длину и ширину, в таком тесном месте надо хорошенько обдумывать, какое движение использовать и несколько раз повторить его у себя в голове!

Юэ Цинхун была настолько взволнована, что её руки дрожали. Девушка улыбнулась:

— Следовать за тобой не так уж и плохо. Это лишь первая битва, а она уже настолько интересная. Не могу больше ждать!

Цинь Му наклонился и двинулся вперёд. Чэнь Ваньюнь и остальные ученики последовали за ним, добравшись до горной равнины. Они увидели, что уже почти все руны на теле дьявольского бога загорелись. Тринадцать даосов продолжали использовать свои талисманы, без остановки ходя вокруг статуи. Мелодичное пение продолжалось, напоминая древний ритуальный язык.

Подавляя в себе острое желание немедленно броситься на врага и сломать алтарь, Цинь Му спокойно продолжил давать указания:

— Осмотрите местность, нападём, когда закончите. Лин’эр, зайдите с цилинем с другой стороны и наделайте шуму, чтобы отвлечь их внимание.

Лиса немедленно потащила с собой полу-дракона, обходя алтарь с правой стороны. Через некоторое время Юэ Цинхун сообщила:

— Мы готовы!

Цинь Му махнул рукой и Ху Лин’эр выскочила из-под куста, а следом за ней послышался рёв разъярённого дракона, когда выпрыгнул огромный цилинь, пытающийся её поймать.

Группа даосов вокруг алтаря подпрыгнула от внезапного шума, однако, увидев лису и цилиня, один из них улыбнулся:

— Это просто лев охотится на лису…

Прежде чем он успел договорить, перед лицом мужчины сверкнул свет ножа. Цинь Му уже добрался до алтаря с оружием в каждой руке. После его единого взмаха, по земле покатилась человеческая голова.

Боевая техника — Нет Худа Без Добра!

Глава 185. Призывание Дьявола

На не очень большом жертвенном алтаре сиял вертикально-горизонтальный ножевой разрез. Горизонтальный снял голову мужчине, а вертикальный резанул по голове женщины. Оба даоса были практиками божественных искусств области Шести Направлений. Лоб женщины опоясывала золотая цепочка с инкрустированным посередине драгоценным камнем, который, вспыхнув ярким светом и заблокировав атаку ножом, спас её жизнь.

Цинь Му отвёл нож в сторону, и на лбу женщины проступила кровь, но уже в следующий миг она разразилась жизненной Ци, в то время как метёлка с конским волосом в руке расцвела, подобно бесчисленным лепесткам цветка, и ударила тысячами нитей в сторону незваного гостя. Тем не менее, все они были подавлены бесчисленными вспышками меча, а затем… Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города.

Парень, демонстрируя ловкую работу ног, избежал запоздалого выпада метёлкой и оказался за ещё не успевшим упасть на землю трупом поверженной сектантки, где, кстати, находилась вторая, только-только пришедшая в чувство. Она попыталась было вытащить из сумки на талии жёлтые бумажные талисманы, однако Цинь Му неожиданно отпустил ножи и ткнул пальцами. Ци под их подушечками превратилась в несравненно острый свет меча, который проник в место меж бровей женщины.

Между тем, позади, в небо поднялся дракон, вьющийся вокруг лысого монаха, и слон, служащий ему опорой. Уже в следующий миг столь странная компания врезалась в другую сектантку. Прозвучал громкий треск, причиной которого стало столкновение женщины со скульптурой дьявольского бога. Однако последняя только откашлялась кровью, а её Ци вырвалась наружу, отшвыривая лысого юнца прочь. Она уже собралась было расправиться с наглецом, как вдруг промелькнул свет меча, резанувший по горлу. Но, к сожалению, послышался лишь какой-то глухой, приглушённый звук, что, собственно, не удивительно, ведь Ци сектантки оказалась столь плотной, что заблокировала меч сама по себе. В следующий момент приблизившийся к ней вплотную, Чэнь Ваньюнь, ухватившись за рукоять меча покрепче, изо всех сил толкнул её в сторону дьявольского бога, а затем произвёл мечом второй кровавый росчерк…

За миг до этого волчий раб разразился Ци и запрыгнул на скульптуру. Два дьявольских ножа непредсказуемо, исчезая и появляясь, резанули вниз. А Юэ Цинхун, стоя на плечах здоровяка, заставила появиться из футляра на спине мечи, которые тут же приняли Форму Бурящего Меча и устремились вниз к даосской сектантке!

Оказавшаяся в западне женщина вдруг выдернула из алтаря белое знамя, которое, тут же завибрировав, извергло в сторону дьявольских ножей красные змеи. Вот только Форма Бурящего Меча Юэ Цинхун с лёгкостью прошила знамя и вонзилась меж её бровей. Между тем, Сы Юньсян замерцала, подобно призраку, исполняя удары с какой-то странной мудрой, от вибраций которой кости в теле ещё одного врага превратились в порошок, а сам он умер мучительной смертью от разрыва всех сосудов.

«Младшая сестра Сы хорошо скрывала свои истинные способности! Её совершенствование чрезвычайно мощное!» — ужаснулся от увиденного Чэнь Ваньюнь, параллельно прыгая в сторону другого даоса, который внезапно спрыгнул с алтаря и попытался сбежать, бросив за спину несколько жёлтый талисманов. Парень попытался было погнаться за ним, но жёлтые бумажки вдруг взорвалась, попросту сдувая его.

На пути бегущего даоса внезапно появился Юнь Цюэ, выставивший блок Мудрой Пяти Великих Платформ. Но мужчина лишь ухмыльнулся, вытянув вперёд ладонь, разразившуюся оглушившим душу паренька раскатом грома.

— Кучка молокососов, ещё даже в область Шести Направлений не прорвались, а уже зарываются… — успокоившись, бранясь прокричал мужчина, но вдруг почувствовал, как грудь в районе сердца начала неметь, и опустил свой взгляд, только чтобы увидеть торчащий из тела кончик меча. Он даже не заметил, как к нему подкрались со спины…

Цинь Му вытащил меч, в то время как человек прохрипел:

— Великая техника тела! Угль… — и замертво упал на землю.

Цинь Му вернул меч в ножны. Юэ Цинхун, волчий раб и Сы Юньсян добили другого даоса, после чего сразу же оббежали алтарь в поисках очередной жертвы, но увидели лишь трупы. Некоторые были пригвождены к скульптуре дьявольского бога, в то время как другие нанизаны на белые знамёна, третьи были с размозжёнными чем-то крупным и твёрдым черепами, даже были те, кто напоминали настоящую растекающуюся кашу. В общем, каждый упокоился своей незавидной смертью.

Троица была потрясена, пока Сы Юньсян с серьёзным выражением лица осматривала трупы. Все они перенесли одну ожесточённую атаку от Цинь Му, мгновенно умерев без возможности применить свои божественные искусства.

«В основном все погибли после одной атаки» — подумав, девушка подняла взгляд на юношу. Тринадцать практиков области Шести Направлений… Да, они не были хотя как-то сильны в боевых техниках, но ведь в конце концов были практиками божественных искусств! Несмотря на бродящие по миру пересуды, что если ученик школы боевых техник сближается с учеником школы заклятий, то последний считай мертвец — в основном лишь болтовня. При разнице в области совершенствования, практик боевых техник определённо не должен преодолеть защиту противника, даже специализирующегося на заклятиях.

Несмотря на то, что ученикам повезло застать врагов врасплох, боевое мастерство их формального лидера всё равно было слишком ненормальным, собственно, как и скорость.

— Чистим поле боя и уничтожаем скульптуру дьявольского бога! — скомандовав, Цинь Му стряхнул с Младшего Защитника кровь и вложил его обратно в ножны. Как вдруг из глубин чёрного тумана прогремел взрыв. Все ученики обернулись, в итоге увидев кровавый свет, окрашивающий всё чёрное в красное. Тот, формируя собой колонну, возвышался более чем на триста метров, поэтому, даже стоя у горы, они могли отчётливо видеть его…

Также, Цинь Му и остальные чувствовали, как оттуда пыталась выбраться внушающая ужас, и заставляющая трепетать потусторонняя сила. В следующий момент вокруг света заплясали разряды молний, сопровождаемые раскатами грома. Молнии выглядели так, словно прятались в складках пространства под давлением ужасающей мощи, которой, судя по всему, хватало, чтобы сделать окружающее пространство нестабильным, что доказывали время от времени вырывающиеся во все стороны из пространственных складок молнии.

Выражения на лицах всех учеников застыли, что не удивительно, ведь в окутанном молниями кровавом свете они разглядели медленно встающее несравненно огромное тело, владельцем которого был рогатый дьявольских бог с четырьмя руки и ногами. Несмотря на то, что это была только скульптура, от неё распространялось вздымающееся пламя, словно истинный дьявольский бог спускался в этот мир!

Сходящий был даже выше, чем гора Оленя. Огонь, дым, молнии, всё перемешалось, в то время как кровавый свет взмыл в небо, зависнув над его головой.

«Секта Великой Горы пыталась призвать дьявольского бога также и в другом месте…» — от понимания подобного, Цинь Му ощутил, словно его конечности сковал холод, между тем, секта Великой Горы добилась своего, закончив наложение заклятия по призыву чудовища, взгляд которого было похож на разряды окружающих его молний, ведь все деревья и камни, на которые тот падал, начинали шипеть.

— Одежда! — мрачно вздохнув, с нажимом буркнул Цинь Му.

— Я должен опять раздеться?.. — словно в прострации, пробормотал монах, пока остальные удивлённо замерли, кроме Сы Юньсян, та сразу поняла, что её Владыка имел в виду, поэтому она незамедлительно побежала к одному из трупов и раздела.

До остальных, наконец-то, тоже дошёл смысл сказанного, и они повторили то же самое. Цинь Му успел уже переодеться в одежды одного из сектантских даосов, инструктируя:

— Выньте белые знамёна и на всякий случай заберите талисманы-сокровища.

Чэнь Ваньюнь и остальные тут же подчинились, обчистив трупы и алтарь. Закончив с мародёрством, они увидели, как дьявольский бог взревел в сторону реки Вздымающейся, подняв на ней исполинские волны. Все сильно переменились в лицах, а Цинь Му быстро проговорил:

— Нам нужно немедленно убираться отсюда, мы, ученики области Пяти Элементов, теперь тут бесполезны. Есть ли у вас всех какие-нибудь предметы, которые могут выдать в вас ученика Имперского Колледжа? Если есть, то отдайте мне.

— Неужели мы действительно отправимся на смерть к южным границам? — пробормотал Юнь Цюэ, вынув свой пропуск и табличку.

Цинь Му перенял у всех удостоверения личности, затолкал их в Мешок Таоте, и продолжил:

— Совершим обход с южной границы. После того, как мы безопасно выберемся из западни, нам нужно будет просто пересечь реку. Добравшись до сверенной части реки, мы окажемся в относительной безопасности.

Тяжело вздохнув, он собирался было приказать всем уйти, как вдруг взглянул на незавершённую дьявольскую скульптуру, после чего всё же решил привязать её к спине цилиня, после чего скомандовал:

— На юг.

Следуя за ним в южном направлении вдоль предгорий, у каждого было мрачноватое настроение. Пройдя около шести километров, они, наконец, покинули область чёрного тумана, а минув ещё где-то шесть, Цинь Му решил обернуться. Там, вдалеке, он увидел чёрный туман, по форме чем-то напоминающий котёл с выпуклым днищем, покрывающий окрестности Вздымающейся. Внутри него располагались огромные ворота, служащие мостом между миром живых и мёртвых — Загробным Миром.

«Интересно, скольким удастся выжить в Личжоу», — подумал Цинь Му. Некоторое время спустя он внезапно остановился и сказал:

— Армия.

Юнь Цюэ радостно переспросил:

— Армия нашей Империи Вечного Мира?

Цинь Му отрицательно покачал головой и указал вперёд:

— Мятежников.

Посмотрев в небо, они увидели десятки кораблей, летящих примерно в их направлении. На их мачтах развевались флаги, в то время как вокруг летали странные, всех форм и размеров, звери. Между тем, под воздушной армией маршировала сухопутная армия, состоящая либо из практиков боевых искусств, либо божественных искусств. Серди солдат местами шагали огромные, десятиметровые в высоту, звери, со всех сторон обвешанные скальными породами. После каждого шага такого здоровяка, земля болезненно содрогалась.

Цинь Му и остальные просто стояли сбоку, позволяя армии, явно направляющейся на поле брани к реке, пройти мимо. Генерал на одном из кораблей вдруг окинул их острым взглядом, после чего полюбопытствовал у стоящего рядом офицера:

— Кто они?

Офицер тоже пробежался взглядом по ним, и ответил:

— Кажется ученики секты Великой Горы. Пойду, поговорю с ними.

Спрыгнув с корабля, каждый раз, когда его ступня завершала шаг, под ней появлялся золотой лотос. Немного погодя он оказался у Цинь Му с остальными, заставив их почувствовать страх перед грядущим бедствием. Наступать на пустоту мог только великий мастер Семи Звёзд. Если такому взбредёт убить их, то это будет так же просто, как сдуть пылинку!

Офицер, увидев скульптуру дьявольского бога на спине зверя, холодным тоном спросил:

— Ученики секты Великой Горы, как же вас наказать за побег с поля боя?

Цинь Му приветственно поклонился и спокойным, ровным тоном ответил:

— Наша секта Великой Горы сделала всё от неё зависящее. Нам уже удалось призвать дьявольского бога, чтобы помочь в битве, так в чём же наша вина? По-моему, мы сделали более чем достаточно.

Офицер хладнокровно фыркнул:

— Побег с поля боя — военное преступление, наказуемое смертью через обезглавливание на месте!

С выражением то ли печали, то ли негодования, Цинь Му возразил:

— Нам устроили засаду Личжоуские… Среди моих тринадцати братьев и сестёр семерым пришлось отдать свои жизни в бою… Выжить удалось только нам, шестерым! Когда мы рисковали жизнями, где были вы и ваши люди? Наша секта Великой Горы уже истреблена, выжили только мы… Вы действительно хотите, чтобы мы все передохли там? Офицер, Вы должны позволить выжить семенам нашей секты!

Мужчина не знал, как поступить, поэтому поднял голову, чтобы посмотреть вверх.

— Из секты Великой Горы мало кому удалось выжить, оставь их в покое. Вызвав хотя бы одного дьявольского бога, они уже совершили великий подвиг. Пусть продемонстрируют свои заклятия, чтобы подтвердить личность, а потом могут идти, — проговорил генерал на корабле.

Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ и остальные начали обливаться холодным потом, ведь они никогда не практиковались в заклятиях секты Великой Горы. Цинь Му же с совершенно спокойным выражением лица достал талисман, но вдруг прозвучал голос генерала:

— Не талисман, заклятие.

Цинь Му привёл в движение свою Ци, сформировав из неё руну, свет которой зажёг руну уже на скульптуре дьявольского бога.

— Генерал Сяои, это действительно Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны секты Великой Горы, — поклонившись, отрапортовал офицер.

Сяои махнул рукой:

— Отпустите их, выдвигаемся на Личжоу… Стойте!

Взгляд генерала Сяои зафиксировался на Цинь Му, после чего его губы скривились в подобие улыбки:

— Отправьте их в город Небесной Волны, пусть призовут дьявольского бога там.

Глава 186. Призыв

Город Небесной Волны? Выражение лиц Цинь Му и его спутников резко изменились. Они чувствовали, будто сбежали от стаи волков, спрятавшись в тигрином логове.

Генерал Сяои улыбнулся:

— Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны секты Великой Горы действительно сильная техника. Город Небесной Волны атакует противоположный берег, и, если на нашу сторону встанет дьявольский бог, мы сможем избежать огромного количества потерь. Линь Дин, ты пойдёшь с ними.

Офицер немедленно послушался. Взмахнув рукой, генерал приказал армии продолжить передвижение. Ученики поклонились, и когда войска прошли мимо, офицер Линь Дин улыбнулся:

— Младшие браться, отправляемся в город Небесной Волны.

— Ваша секта Великой Горы сделала великое дело. Однако, хоть вас и осталось мало, вы всё ещё в силах призвать дьявола для помощи в бою. Я уверен, что после этого вам удастся восстановить своё число и снова засиять, как прежде. Несмотря на ваш юный возраст, ваши способности достойны моего восхищения, — улыбнулся Линь Дин.

Выражение лица Цинь Му оставалось неизменным, когда он ответил:

— Офицер Линь, прошу Вас, — громко рассмеявшись, ответил Цинь Му. — Мы в долгу перед вашими добрыми словами. Ладно, офицер, вижу, что Вы тоже ещё довольно молоды, а Ваше совершенствование уже на высоте. Могу поинтересоваться, в какой области вы находитесь?

— Я на вершине области Семи Звёзд, однако, с переходом на область Небожителя у меня, как это обычно бывает, возникли трудности, — тяжело вздыхая, ответил мужчина. — Область Небожителя очень сложна, но теперь, когда мир в хаосе, мы вынуждены вершить правосудие во имя небес, исправить законы и порядок имперского двора, а также избавиться от этого выродка, Имперского Наставника. Вы молоды, но всё равно можете воспользоваться данной вам возможностью, — увидев, что слушатели не очень понимают, о чём идёт речь, он торжественно продолжил. — С незапамятных времён, на поле боя рождались настоящие герои. Чем больше хаоса было в мире, тем легче ставало совершенствоваться. Почему так? Потому что в бою двух сильных практиков также происходит взаимодействие их философий, и проявляются всевозможные божественные искусства, пути и навыки, расширяя горизонты, увеличивая знания и опыт сражающихся. Давление силы противника, давление смерти, толкает нас вперёд с большей решимостью, заставляя постоянно развиваться. К примеру, Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны, кто бы додумался использовать такое заклятие в мирное время? Лишь в хаосе войны появляются шансы использовать такие техники, и только в нём они улучшаются.

Чэнь Ваньюнь и остальные чувствовали, что его слова были абсолютной истиной. В этот раз, Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны действительно расширили их горизонты. После уничтожения секты Великой Горы, её остатки всё ещё были в силе вызвать дьявольского бога, значительно повлияв на ход битвы. Его боевые способности были просто поразительны!

Простое, на первый взгляд невыдающееся заклятие, смогло на самом деле породить столь огромную силу, по-настоящему встряхнув их представления о войне!

Более того, Проводник Души тоже казался не слишком эффективной техникой. Встретив её на Этаже Небесных Записей, они, вероятно, просто отставили бы бумагу в сторону, без малейшего желания тратить время на её изучение.

С точки зрения силы заклятия, на Этаже Небесных Записей можно было найти тысячи более сильных техник, нежели эти две.

Однако, именно такое низкоуровневое заклятие, как Проводник Души, изменило ход целой войны, заставив командира границ Юйюань Чуюй отступить, и поставив префектуру Личжоу в трудное положение.

Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны не обладали совсем никакой атакующей силой, но эффект использования столь недооценённых техник в правильной ситуации значительно превосходил силу величественной армии из тысяч солдат и лошадей!

Офицер Линь Дин хоть и был их врагом, но его опыт значительно превосходил учеников. Это сильно на них давило. Его сила и знания значительно превосходила их, и если он заметит какие-то намёки на их настоящее происхождение, тогда возможен лишь один исход — мгновенная смерть!

Более того, даже если у офицера не возникнет никаких подозрений по пути, если попытка вызвать дьявольского бога окажется неудачной, они всё равно умрут!

И даже если дьявол будет успешно призван, и начнёт бой на стороне мятежников, имперский суд казнит их, как только отряд появится в Имперском Колледже!

С какой стороны не взгляни, их смерть была неизбежной.

«Если все мы одновременно нападём на него, хватит ли нам сил одолеть такого сильного эксперта?» — проводя расчёты в уме, Цинь Му пришёл к выводу, что гарантий на победу у них нет. Разве что им на помощь встанет цилинь, однако, у того был крайне скверный характер, любящий избегать конфликтов, поэтому заставить его рисковать жизнью будет очень сложно.

«Мы смогли разобраться с тринадцатью мастерами божественных искусств, разве нам не под силу лишь один эксперт области Семи Звёзд?»

Веки Цинь Му сжались. Преодолев несколько километров, они внезапно услышали приближающиеся крики. Отряд разбойников шёл в их сторону, убивая всех по пути. Бандитов никак нельзя было назвать слабыми, а их лидер и вовсе был практиком божественных искусств. Ученики уже поджидали возможность убить офицера, когда тот улыбнулся:

— Не волнуйтесь, это всего лишь мелкие вредители, пусть приближаются.

Отряд добрался вплотную к ученикам, и Линь Дин поднял руку, создавая мудру. Из его ладони вырвался разряд молнии, и с громким хлопком и вспышкой ярко-белого света, более дюжины бандитов разорвались на части. Даже практик божественных искусств не смог устоять перед силой техники и покрыл своими останками всю округу.

«Гром в ладони из школы боевых техник!» — вздрогнув в сердце Цинь Му немедленно понял, что имеет дело с серьёзной проблемой. Атаки исподтишка были абсолютно бесполезными против сильных практиков школы боевых техник. Все ученики находились лишь в области Пяти Элементов, поэтому их атаки годились лишь для того, чтобы почесать офицеру спину, а не нанести вред.

С усиливающимся волнением в сердцах, они пошли следом за Линь Дином в город Небесной Волны. Цинь Му спросил:

— Генерал Линь Дин, можно спросить, какое похождение у генерала Сяои?

Выражение лица офицера изменилось, свидетельствуя о высоком уважении к своему лидеру:

— Генерал Сяои — кровный принц страны Существующей Справедливости. После захвата его дома, император страны получил звание короля, а генерал стал принцем Сяои. Теперь, Имперский Наставник поверг техники всего мира в беспорядок, ступив на путь дьявола. Для генерала Сяои это возможность отстроить свою империю… Впереди город Небесной Волны!

Перед ними возникла сплошная цепь горных вершин, простирающихся вдоль берегов реки Вздымающейся. Из-за неё река делала резкий поворот, на скалах которого был расположен город Небесных Волн. Их подножья были покрыты крутыми обрывами и острыми валунами, отчего поток воды в этом месте становился необычайно бурным. Время от времени, огромная волна вздымалась над водой и с громким хлопком разбивалась о камни. Брызги таких волн взлетали высоко в небо, и затем, будто бесчисленные нефритовые жемчужины, сыпались вниз. Волны, подбивающие тучи выше к небесам, и послужили названием города Небесных Волн.

В это время, город Небесных Волн был переполнен солдатами мятежной армии. Держа руки на оружии, они всматривались в противоположный берег, пытаясь увидеть армию Империи Вечного Мира. Офицер Линь Дин привёл их в город, и сказал:

— Человек, охраняющий Небесную Волну, — существо уровня владыки культа, Драконий Король секты Наездников Дракона! Вы ведь слышали о нём, верно? Хоть его собственные способности не слишком высоки, он вырастил водного дракона, обладающего невероятной силой. Зверь может с лёгкостью убивать сильных практиков области Жизни и Смерти. Эмм, а вот его сын, Лун Цзяонань.

Генерал на вахте был симпатичным, кокетливым мужчиной, одетым в яркий халат. На его лице был контрастный макияж, чрезвычайно вызывающего вида. Этот был молодой мастер секты Наездников Дракона, Лун Цзяонань.

Офицер Линь Дин привёл учеников к нему, чтобы уточнить несколько моментов. Поприветствовав его, Лун Цзяонань немного удивился, увидев Цинь Му:

— Этот парень кажется мне знакомым…

Встревожившись, Цинь Му быстро опустил голову в приветствии. Первый раз добираясь в столицу, он сел на корабль вместе с Вэй Юном из Речной Гробницы. Тогда, контролируя огромного змея, Лун Цзяонань подлетел к судну, и начал убивать пассажиров. Лишь Цинь у и Вэй Юн смогли остаться в живых. Во время боя, молодой мастер секты Наездников Дракона, возможно, увидел лицо Цинь Му.

— Эти юноши — последователи секты Великой Горы.

Офицер Линь Дин представил:

— Они вызвали дьявольского бога в уезде Оленя, и генерал Сяои захотел, чтобы они сделали то же здесь, в городе Небесной Волны, чтобы помочь нам в победе.

Лун Цзяонань так и не смог вспомнить, где встречал Цинь Му. Его глаза загорелись, и он захихикал:

— Призвать дьявольского бога? Это интересно. Вам нужны какие-нибудь артефакты? Я всё подготовлю.

Цинь Му сразу же ответил:

— Нам нужен костяной алтарь для жертвоприношений, размером тринадцать на тринадцать метров. Он должен быть построен полностью из костей, а платформу надо выложить черепами. Глазницы черепов нужно направить вверх, и всё должно быть очень аккуратным.

— Как сложно, — Лун Цзяонань улыбнулся, — во времена войны, трупы всегда в избытке. Подождите немного, я прикажу своим людям соорудить алтарь. Если трупов не хватит, мы кого-нибудь убьём. Жизнь людей Небесной Волны почти ничего не стоит.

Цинь Му добавил:

— Мы будем исполнять секретное искусство, и в это время нас нельзя будет беспокоить. Не мог бы генерал Лун…

Лун Цзяонань кокетливо взглянул на Цинь Му, и тот почувствовал, как по его коже побежали мурашки. Генерал ответил:

— Я понимаю, можете не волноваться. Я расположу солдат вокруг алтаря для жертвоприношений. Однако, если вам не удастся призвать дьявольского бога, и вы попытаетесь сделать из меня дурака, я хорошенько вас накажу.

Чэнь Ваньюнь и Юнь Цюэ почувствовали, как их волосы встают дыбом. В то же время, Сы Юньсян и Юэ Цинхун, будучи девушками, чувствовали себя совершенно нормально.

Через некоторое время, Лун Цзяонань приказал своим подданным построить алтарь из белых костей посреди поместья городского Лорда Небесной Волны. Затем генерал приказал солдатам оставить учеников наедине, и оставаться снаружи, дабы не видеть, как Цинь Му и остальные будут использовать своё заклятие.

Цинь Му огляделся и увидел более сотни солдат, стоящих снаружи. У них не было пути отхода.

— Что нам делать?

Все стоящие на алтаре для жертвоприношений вопросительно взглянули на Цинь Му. Тихим голосом, Чэнь Ваньюнь сказал:

— Мы глубоко на вражеской территории. Дя… дядя Цинь, сделайте что-нибудь!

Наконец он поборол себя и всё-таки назвал Цинь Му дядей. Хоть Юнь Цюэ и Юэ Цинхун не понимали, что происходит, они промолчали.

Цинь Му торжественно ответил:

— Само собой. Мы используем заклятие, чтобы призвать дьявола.

Вскочив от удивления, Юнь Цюэ прокричал:

— Мы никогда не изучали техник секты Великой Горы, как же мы призовём дьявольского бога?

— Я изучал.

Юноша поднёс статую дьявола поближе и поместил её в центре алтаря. Затем он водрузил белые флаги на углах сооружения и сказал:

— Я буду призывать дьявола. Для исполнения техники секты Великой Горы требуется тринадцать мастеров, однако, я думаю, что и сам справлюсь, хоть это и будет трудновато.

Юнь Цюэ нерешительно напомнил:

— Нас, и наши семьи повесят, если мы вызовем дьявольского бога для атаки на армию Империи Вечного Мира…

— Не волнуйся, определённо должен быть способ контролировать дьявола, а не просто отправить его на произвол судьбы. В противном случае, практики, вызывающие его, тоже погибли бы, — веки Цинь Му вздрогнули, и он мрачно вздохнул. — Если мы заставим призванного дьявольского бога атаковать город Небесной Волны, то возможно, нам удастся сбежать во время бойни… Охраняйте окрестности, и следите за малейшими движениями, я буду исполнять заклятие.

Отряд немедленно окружил алтарь. Цинь Му вытащил талисман и внимательно рассмотрел руны на тысяче двадцати четырёх гранях, запоминая их наизусть. Затем он взглянул на скульптуру дьявольского бога и сравнил изображения на ней с талисманом. Неразборчиво бормоча себе под нос, он начал исполнять заклятие.

Жизненная Ци парня вырвалась наружу, превратившись в тринадцать нитей, выстраивающих талисманы в воздухе вокруг алтаря. Невнятный древний голос раздался сквозь его нос и рот, а жизненная Ци нажимала на артефакты, заставляя их трансформироваться, а изображённые на них руны — сверкать одна за другой. Этот свет падал на статую дьявольского бога, отчего изображения на ней тоже начинали светиться.

Чэнь Ваньюнь и остальные ученики недоумевали. Язык, исходящий из уст парня, не был их языком. Он немного напоминал пение членов секты Великой Горы, однако, казался более изощрённым.

— Это язык дьявола, — тихо сказала Сы Юньсян.

Руны на статуе дьявольского бога зажигались одна за другой. Для одновременного контроля тринадцати талисманов требовалось запомнить их все, а также знать в каком порядке они расположены. Хоть Цинь Му ещё не успел выучить Математический Трактат Высшей Тайны, его память уже значительно улучшилась, так что это не было для него трудной задачей.

Спустя час, более половины рун на статуе ярко сияли. В то же время, поя на дьявольском языке, Цинь Му чувствовал, как между ним и существом во тьме глубин космоса формируется связь. В этот самый момент, более десятка даосов притащили в город Небесной Волны ещё одну скульптуру. Встретив их, офицер Линь Дин немедленно поздоровался:

— Вы, ребята из секты Великой Горы, пришли как раз вовремя. Ваши младшие братья уже довольно долго пытаются призвать дьявольского бога.

Глава 187. Сошествие Короля Дьяволов

Даос секты Великой Горы удивился:

— Младшие? Уважаемый генерал, наверно, не знает, но, чтобы вызвать богов в уезде Оленя, ученики нашей секты были разделены на две группы. К счастью, мы преуспели, но другие были полностью истреблены, а их скульптура дьявольского бога и одежды украдены!

Переменившись в лице, офицер Линь Дин воскликнул:

— Кто же тогда те, что сейчас призывают дьявола?

Даос сверкнул взглядом, когда со стороны усадьбы городского Лорда до него донеслось едва слышимое пение, и он холодно сказал:

— Мне и самому интересно… Дело плохо, призывающий уже установил связь с дьявольским богом! Поспешим!

Линь Дин с нервно подёргивающимися веками рванул к усадьбе, крича:

— Молодой мастер, отдайте приказ казнить тех демонов в усадьбе!

Между тем Цинь Му чувствовал, как его сознание погружается через скульптуру в совершенно иной мир. Спустя некоторое время путешествий через темноту, он внезапно остановился. Перед ним раскинулись безграничные пространство и время темноты, как вдруг в ней открылся исполинский глаз, бушующий ало-красным пламенем. Находясь перед ним, он был не более чем пылинкой. Внезапно со звуком “зсзсзсз” слева появился второй исполинский глаз, а затем ещё один такой же сверху посередине двух. Зрачок третьего глаза сузился, взглянув прямо на него.

— Низшее существо, ты призываешь меня, Короля Дьяволов Дутяня, властителя бескрайнего Дутяня.

Плавно поднимаясь в небо, три глаза постоянно отдалялись от сознания Цинь Му, но, даже несмотря на это, они казались ему несравненно огромными, и только теперь он заметил, что рядом с ним есть ещё один, похожий на лампу во тьме, источник света. Парень стоял прямо на алтаре, который излучал белое, совершенно ничтожное по сравнению со всем вокруг, сияние… Судя по всему, он попал в другой мир вместе с алтарём.

— Ты взываешь к моей силе! — со стороны глаз донёсся далёкий, даже недосягаемый голос, который с весом целого мира обрушился на его сознание. — Ты призываешь меня в свой мир для бойни, для битвы!

— О великий Король Дьяволов Дутяня, я молюсь, чтобы ты снизошёл. Я жертвую Вам тысячи могучих форм жизней, всех практиков божественных искусств города Небесной Волны, — смиренно проговорил Цинь Му.

— Да будет так! — прогремел сотрясающий мир голос. Три глаза взорвались ещё более свирепым пламенем, после чего жертвенный алтарь вспыхнул ярким светом и уже в следующее мгновение в темноту переместился весь город Небесной Волны.

Оглядевшись, сердцебиение Цинь Му ускорилось. Весь город и его обитатели были буквально перед его глазами. Что жители делали, что носили, как дышали, он подмечал всё до мельчайших подробностей. Затем человеческие фигуры начали исчезать из города, пока в нём не остались лишь практики божественных искусств. Но на самом деле никто не исчезал, это всего лишь Король Дьяволов Дутяня помечал жертв!

— Тот зверь не часть жертвоприношения, предложенного великому Королю Дьяволов Дутяня, — поспешно указав на цилиня, проговорил Цинь Му.

— Молчать, — со стороны глаз донёсся зловещий выкрик, и юноша заметил, что за тремя глазами завращались ещё три. — Командовать Королём Дьяволов Дутяня непозволительно! Я займу твоё сознание, чтобы спуститься в этот город!

Цинь Му внезапно ощутил, как тело оцепенело. Ужасающая сила, хлынувшая из иного мира, буквально парализовала его!

Ууууу… Свирепые содрогания распространились из окрестностей, где располагался алтарь. Кровавый свет, окуная в себя юношу, взмыл в небо на несколько сотен метров. Цинь Му чувствовал потустороннюю силу, спускающуюся в этот мир через его сознание, чтобы войти в тело дьявольского бога. Между тем похожие на странные глаза руны самозабвенно поглощали прибывающую из другого мира энергию, заставляя скульптуру не переставая трещать, время от времени выстреливая во все стороны осколками.

Скульптура дьявольского бога постоянно увеличивалась в размерах, а из трещин вырывались лучи слепящего света. Однако, если пересилить себя и всмотреться, то внутри можно было разглядеть разрастающуюся плоть!

Спустя несколько вдохов времени скульптура на алтаре выросла на десятки метров и, судя по всему, в ближайшее время не собиралась прекращать рост. Цинь Му казалось, что ещё чуть-чуть и его душа не выдержит, и не удивительно, ведь на неё давила не только энергия, но и сознание Короля Дьяволов Дутяня, которое, кстати говоря, было не самым приятным. Перед ним он себя чувствовал чем-то совершенно несущественным, как если бы его можно было раздавить в любой момент.

По натуре этот дьявол был крайне жестоким и хладнокровным, ему было абсолютно всё равно сумеет ли выжить Цинь Му. Он просто перенёс свою силу через далёкие пространство и время, чтобы влить в скульптуру. Между тем дьявольских бог так и продолжал увеличиваться, да, именно он, ведь от скульптуры, как таковой, уже не осталось даже крошки, всё было заменено плотью!

Зззззз, урррр… Вокруг алтаря заплясали молнии, сопровождаемые последующим рокотанием грома. Чэнь Ваньюнь и остальные ученики были вынуждены отступить. Цилинь и лиса тоже пятились, но могучая и властная аура дьявола не давала им всем нормально стоять на ногах. Находящийся же совсем рядом Цинь Му дрожал всем телом. Как вдруг меж его бровей появилось кровоточащее рассечение, из которого вылетел сноп шипящих искр, осветивших гиганта. Искры были сознанием Короля Дьяволов Дутяня, которое, к слову, было столь сильным, что почти уничтожило сознание парня.

Лоб Цинь Му неостановимо кровоточил, и вокруг даже почуялся запах горелой крови. Не будучи в состоянии даже пошевелиться, он внезапно стиснул зубы и с титаническим усилием исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы защитить своё сознание. Он больше не мог ничего сделать, тем не менее, как только Ци начала работать согласно технике, давление на него значительно снизилось. Но на этом всё не завершилось, вдруг циркуляция техники Трёх Эликсиров Тела Тирана кое-что изменила… кое-что внутри него…

В небе послышались звуки от рассекающих облака духовных оружий, поэтому парню сейчас было не до обдумывания изменений. Внезапно дьявольский бог сделал шаг, взрыв от топка которого оглушил одно из его ушей. Бесчисленные здания в усадьбе городского Лорда были разрушены одними лишь колебаниями, что возникли в последствии. Что же до свистящего духовного оружия? Его попросту разнесло по кусочкам.

— Изгоняющая Дьявола Команда! — увидев подобное зрелище, гневно воскликнул лидер даосов. Более десяти его подчинённых тут же коснулись рунных сумок, что крепились к их талиям, из которых незамедлительно вылетело бесчисленное множество жёлтых бумажных талисманов. На них были начертаны странные руны, но все они отличались от Перемещающих Призраков, Отправляющих Богов Приказных Рун. Переплетаясь, жёлтые талисманы образовывали собой гигантский сложный по структуре занавес.

Секретные искусства секты Великой Горы — Изгоняющая Дьявола Команда!

Более десяти даосов секты начали хоровое пение, подталкивая свою Ци, чтобы активировать находящийся в небе занавес. Вспыхнув, Изгоняющая Дьявола Команда озарила Короля Дьяволов Дутяня. Тем не менее, дьявол примерно в то же время распахнул свои глаза, из которых в занавес выстрелила молния, разорвавшая его на лоскуты, а также спалившая в пепел находящихся под ней даосов!

Однако благодаря тому, что Изгоняющая Дьявола Команда успела озарить собой Короля Дьяволов Дутяня, Цинь Му, со вспыхнувшим меж бровей светом, моментально почувствовал, как освободился от тяжкого бремени. Восстановив контроль над своим телом, он поспешно ретировался, думая: «Что же за дьявольского бога я призвал? Какой-то он другой, даже не слушается, да и слишком жестокий. Как можно было не беспокоиться о моей жизни? Дьявол определённо не обычный!»

— Отступаем, — подбежав к своим, тут же скомандовал Цинь Му. — Цилинь, прими истинную форму и выведи нас из города!

Дракономордый взревел, распространяя во все стороны волны сильного жара, которые буквально сдули Юэ Цинхун и Юнь Цюэ, привели к потере равновесия у Чэнь Ваньюня и волчьего раба с последующим отступлением на несколько шагов, и… ну да, Сы Юньсян даже не шелохнулась. Между тем зверь быстро распухал в размерах, пока вокруг плясал исконный огонь, и уже спустя чуть больше вдоха времени он превратился в огромное существо длинной более ста двадцати метров и высотой, превышающей городскую башню. От движений его тела и мускулатуры воздух болезненно стенал, и порой даже звучали воздушные хлопки.

Взмыв, Цинь Му подхватил отброшенных Юэ Цинхун и Юнь Цюэ, после чего, полагаясь на скоростную работу ног, забрался на спину цилиня. Чэнь Ваньюнь и Сы Юньсян оказались на горбу зверя примерно в то же время, поэтому парень крикнул:

— Беги! Беги, клыкастый, беги!

Под лапами цилиня образовались огненные облака, уносящие его в даль, как вдруг из-за их спин донёсся клокочущий голос Короля Дьяволов Дутяня:

— Убегаете? И куда? Наконец-то, кто-то призвал меня. Всё же не зря я распространял заклятия Дутяня. Пожалуй, здесь я и воздвигну жертвенный алтарь, чтобы сформировать проход для призыва моего истинного тела, призыва моего народа Дутяня! Ха-ха-ха, вы все будете скелетами на моём алтаре!

Его огромная рука сделала хватательное движение, от которого воздух вокруг цилиня стал почти таким же твёрдым, как сталь. Зверь задействовал всю свою магическую силу, разразившись бушующими пламенем облаками, но не смог сдвинуться даже на сантиметр. Однако, когда Король Дьяволов Дутяня практически схватил их, прокатился драконий рёв. Мужчина средних лет верхом на драконе набросился на исполина. Пока дракон обвивался вокруг дьявола, извергая тому в лицо молнии и огонь, мужчина, стоя на голове своего драконьего питомца, уколол туда же мечом.

Освободившись от сковывающих “пут”, Цинь Му с остальными продолжил подниматься в небо.

— Наконец-то прибыл король драконов секты Наездников Драконов, — вздохнул с облегчением Цинь Му, как вдруг услышал болезненный рёв. Обернувшись, он увидел, как водный дракон, который, ни много ни мало, пребывал на уровне Мастеров-Владык сект-культов, был насильно отброшен вдаль. Удар Короля Дьяволов Дутяня заставил сплюнуть кровью как водного дракона, так и короля драконов секты Наездников Драконов.

— Раааа!!! — открыв четыре рта, изо всех сил завопил дьявольских бог.

От сотрясающих всё сущее звуковых волн бесчисленное множество людей начало истекать кровью изо всех возможных отверстий, даже цилиня покачивало. Внезапно дьявол распахнул двенадцать глаз, из которых со вспышкой вырвались разряды переплетающихся молний. По-птичьи щебеча, они сверкающими змеями разлетались во все стороны, либо сжигая, либо нанося серьёзные травмы попавшимся на пути мастерам города Небесной Волы. Даже цилиню залетело в задницу, отчего он взвыл от боли и начал падать. К счастью, он во всех смыслах был толстокожим, поэтому дьявол не смог убить его взглядом.

Чешуйчатый зверь приземлился в городе, споткнулся и уменьшился. Цинь Му и остальные поспешно спрыгнули со спины, увидев устроившего побоище в усадьбе городского Лорда Короля Дьяволов Дутяня.

— Именно я был тем, кто распространял Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны. Вы, черви, не подумали об этом, верно? Я использую ваши трупы, чтобы создать огромный жертвенный алтарь и призвать сюда моё истинное тело, призвать мой народ! — гоготал дьявол.

Юэ Цинхун шокировано пробормотала:

— Академик, какого именно дьявола ты вызвал?..

Цинь Му не менее шокировано ответил:

— Я тоже не знаю… Давайте как можно быстрее уберёмся отсюда, Лун Цзяонань идёт!

Глава 188. Мужчина или Женщина?

Они быстро схватили цилиня, пытаясь сбежать. Зверь получил серьёзное ранение, от которого не мог двигать лапами. Ху Лин’эр запрыгнула на спину Цинь Му и немедленно использовала заклятие, вызвавшее торнадо, чтобы поднять раненого в воздух и тащить вслед за отрядом.

В то же время за их спинами город Небесной Волны, построенный на горном хребте возле реки, медленно разваливался. Сражаясь с многочисленными сильными мастерами города, огромный дьявольский бог успевал параллельно строить жертвенный алтарь из костей и плоти убитых. Кровавые кости и черепа в воздухе плыли бесконечным потоком и приземлялись ему под ноги, быстро складываясь в сооружение.

Драконий король секты Наездников Дракона не был единственным экспертом уровня владыки культа среди мастеров, находящихся на городе. Здесь встречались и другие практики области Жизни и Смерти и даже Божественного Моста. Однако, даже их совместная атака оказалась бессильной против Короля Дьяволов Дутяня, они даже умудрились получить ранения. Что касается армии, тысячи практиков божественных искусств были ранены рёвом дьявольского бога, а многие из них умерли от взгляда его двенадцати глаз.

Город был поглощён хаосом, бесчисленное количество солдат пытались сбежать, спасая свою жизнь. Некоторые отчаивались настолько, что прыгали прямиком в реку, после чего их размазывало о скалы бушующее течение. Большинство солдат в городе были последователями разных сект, и им не хватало армейской организованности и дисциплины. Встретив что-то настолько ужасающее, как этот дьявол, они полностью потеряли боевой дух и стали неспособны кооперироваться. Поэтому заманить дьявола в ловушку, используя какое-то построение, стало невозможно.

Когда Цинь Му вместе с канцлером Ба Шанем отправились за пределы Великой Стены для обучения, объединённые усилия восьмисот сильных мастеров из прерии смогли разрушить божественное искусство старика, Барьер Небесных Духов, заставляя его снова и снова отступать.

Канцлер был сильным практиком уровня владыки культа, и его мощь всё равно смогли подавить. Если бы тысячи практиков божественных и боевых искусств в городе Небесной Волны объединили свои усилия, они, вероятно, смогли бы на некоторое время совладать с Королём Дьяволов Дутяня. Однако, каждая секта жила сама по себе, и собрать их всем вместе было невозможно. В таких условиях спасение собственной жизни было более важной задачей.

Оглянувшись, Цинь Му увидел, как Лун Цзяонань отчаянно бежит, однако, судя по всему, он не был в погоне за их отрядом.

— Понятно. Лун Цзяонань тоже пытается спасти свою шкуру, — обрадовался Цинь Му.

Бум!

От столкновения сильных практиков раздался ужасный толчок. Здания рушились, в полёте разлетаясь на мелкие части, а Цинь Му вместе со своим отрядом подлетел в небо от невероятной ударной волны. Многие люди махали конечностями, разлетаясь в разные стороны.

Бум! Бум!.. По-прежнему находясь в воздухе, они ощутили на себе ещё несколько разрушительных толчков, и Цинь Му начал блевать кровью. Он в спешке вытащил Ху Лин’эр из своего рюкзака и крепко прижал к себе, чтобы та не умерла от убийственных волн. Когда раздался четвёртый толчок, Цинь Му вскрикнул и начал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его тело и душа сразу же стали невероятно выносливыми, однако, его всё равно смело с места.

Туц!

Парень врезался в землю и несколько раз от неё отскочил, прежде чем остановиться. Приземлившись посреди леса, он увидел, как ударной волной срезало верхушки деревьев… Это был эффект божественного искусства сильных мастеров города Небесной Волны.

На уголках губ Цинь Му проступили капли крови, а его глаза широко распахнулись от того, что он начал задыхаться. Спустя мгновение, он наконец начал глубоко дышать, но из его груди послышались булькающий звук, вероятно, от серьёзной раны.

Тяжело дыша, Цинь Му наконец отодвинул Ху Лин’эр от своей груди. Лиса тоже была тяжело ранена и потеряла сознание. Он быстро достал маленький нефритовый пузырёк из своего рюкзака, открыл рот зверьку и налил туда несколько капель драконьей слюны.

Спустя мгновение, Ху Лин’эр проснулась, недоумевая. Затем она, всхлипывая, сказала:

— Я потеряла громадину!

Цилинь был не в силах передвигаться самостоятельно, поэтому лиса создала торнадо, которое тащило его по воздуху следом за ними. Однако после нескольких толчков заклятие разрушилось, и зверя отбросило бог знает куда.

Цинь Му утешил:

— Всё в порядке, громадина получила лёгкое ранение задницы, и сможет себя исцелить. Хотя, я боюсь, что он может и не достать своим языком до раны. Я тоже потерял Чэнь Ваньюня и остальных.

— Громадина очень важна, — Ху Лин’эр продолжала ныть, — а остальным грош цена.

Поднявшись на ноги, Цинь Му привёл в движение свою жизненную Ци, чтобы вытеснить кровь, накопившуюся в груди, затем схватил лису и сказал:

— Идём их искать, — договорив, он вдруг замер. Треск разрушающихся деревьев раздался из глубин леса, откуда постепенно приближалась огромная змея, валя лес по обе стороны от себя. Это был тот самый зверь, который уничтожил корабль, на котором Цинь Му и Вэй Юн летели в столицу.

Громадное существо, выращенное Лун Цзяонанем!

— Кхм, кхм…

Из-за головы змеи раздался тяжёлый кашель. Цинь Му вытянул шею и увидел красивого мужчину в растрёпанной одежде, сидящего на плоском темени змеи и отхаркивающего кровь. Цветочный халат парня был покрыт тысячами дыр, а пудра и тушь потекли, отчего он выглядел избитым и измученным.

— Ты уничтожил город Небесной Волны и мою секту Наездников Дракона! — качаясь, Лун Цзяонань встал на голове змеи. Казалось, будто он плачет, но это было не так. Змея повернулась в сторону Цинь Му, тело которого начало дрожать от страха, пока он маленькими шажками отступал.

Лун Цзяонань был сильным мастером, даже встретившись с кавалерией лука и стрел и другими стражами столицы, он смог выбраться в сохранности.

— Кто ты такой? — огромная разноцветная голова змеи поднялась выше, а Лун Цзяонань, посмотрев на Цинь Му сверху вниз, ухмыльнулся. — Тебя послал Имперский Наставник?

Цинь Му промолчал и отступил назад, остановившись возле огромного дерева. Внезапно его тело исчезло, прячась за деревом. Лун Цзяонань вскрикнул и протянул руку вперёд, пытаясь схватить парня. Его жизненная Ци превратилась в огромную конечность и разбила дерево на кусочки.

Однако за огромным деревом не осталось и следа от Цинь Му. Выходя из себя, Лун Цзяонань протянул обе свои руки вперёд. Земля начала непрерывно дрожать, и из-под неё вырвались огромные острые скалы. Они покрыли всё в радиусе нескольких десятков метров, превращая местность в лес из камня.

— Сбежать? Ты не можешь сбежать.

Огромная змея поползла вперёд, разрушая все скалы, лежащие на её пути. В то же время Лун Цзяонань, сидящий на её голове, казался раненым, и его тело извивалось, подобно зверю, на котором он ехал. Спустя некоторое время, его череп внезапно раскололся надвое вместе с лицом, и наружу показалась новая голова. Парень продолжал извиваться и вскоре сбросил всю свою кожу, оставшись абсолютно голым. Он достал новую одежду и начал медленно одеваться, оглядываясь по сторонам и хихикая:

— Я знаю, что ты не смог далеко убежать и просто затаился где-то неподалёку. Я чувствую твой взгляд, ты восхищаешься моим телом…

Примерно в трёхстах метрах от него Цинь Му сидел на кроне огромного дерева, остановив свой взгляд на Лун Цзяонане, прошедшем через странное превращение: «Секта Наездников Дракона владеет дивными техниками, позволяющими сбросить свою кожу и приобрести новое тело. Однако разве Лун Цзяонаня не называли сыном мастера секты Наездников Дракона? С какой стати он оказался женщиной с пышной грудью?..»

В этот момент он спрятался с обратной стороны дерева и взмахнул своей одеждой, чтобы провести мгновенное перемещение как можно подальше. Однако его совершенствование было слишком слабым, поэтому расстояние, на которое он переместился, оказалось не слишком большим. Парень преодолел всего лишь шестьсот метров дальше, так и не сумев выбраться из леса.

Тем, что вызывало наибольшее удивление, была техника, которую совершенствовал Лун Цзяонань. Его тело было раненым, однако после того, как он сбросил кожу, все раны исчезли. Кроме того, новое тело было абсолютно голым. Только теперь Цинь Му осознал, как оно отличалось от его собственного, напоминая женщину с завораживающим бюстом.

«Он натренировал свою грудь намного лучше, чем я. Мне никогда не удастся достичь такого уровня, — мысленно воскликнул Цинь Му. — Так это мужчина или женщина? Может быть, это женщина, но король драконов хотел мальчика, поэтому дал ей имя Цзяонань, которое значить “нежный мальчик”? Затем он воспитал девочку, как парня, в результате чего у неё такой странный вид?»

Его глаза прилипли к телу Лун Цзяонаня, не моргая. Если бы Цинь Му моргнул в этот момент, Лун Цзяонань смог… смогла бы с лёгкостью заметить движение век и определить местонахождение противника. Его… её божественные искусства были настолько властными и могущественными, что он явно не годился ей в достойные противники.

В то же время одежда для перемещения Цинь Му могла сработать лишь три или четыре раза, прежде чем его силы будут полностью исчерпаны, что делало побег довольно затруднительным. Ему также нельзя было продолжать смотреть на Лун Цзяонаня. Чувства экспертов такого уровня были настолько развитыми, что они без труда могли отследить противника по взгляду.

Лун Цзяонань медленно одевала свою одежду, повернувшись спиной к Цинь Му. Внезапно на её шее проступили мурашки, и она захихикала:

— Ты смотришь мне на шею. Она хорошо выглядит?

Зрачки Цинь Му сузились. Площадь, покрытая мурашками, медленно уменьшалась. Она уже определила точное направление, с которого он смотрел!

Цинь Му взмахнул одеждой, и в тот же момент в его ушах раздался звук взрыва. Его силуэт, находившийся в эпицентре, исчез. Успев застегнуть свою рубашку лишь наполовину, Цзяонань отдёрнула руку, чтобы закончить. Огромная змея потащила её, ползя по земле на своей максимальной скорости, однако, никаких следов Цинь Му не было видно. Девушка посмотрела ввысь, где увидела силуэт юноши, отчаянно бегущего по небу.

— Ты не сможешь сбежать!

Огромная змея под её ногами выплюнула облако дьявольского газа и поднялась в воздух в попытке угнаться за Цинь Му. Высоко в небе они встретили ошарашивающий вид Небесной Волны. Город, стоящий на скале, был стёрт с лица земли, а на его месте возвышался алтарь для жертвоприношений, построенный из плоти и костей!

Король Дьяволов Дутяня стоял на вершине сооружения, сражаясь с двумя людьми. Одним из них был король драконов секты Наездников Дракона, а вторым был мастер уровня владыки культа в области Божественного Моста.

Эта парочка сейчас была в огромной опасности, Король Дьяволов Дутяня мог убить их в любой момент. Дьявольский язык, раздающийся из его уст, был намного более изощрённым, чем тот, с помощью которого Цинь Му его призвал!

Небо над городом Небесной Волны закручивалось и деформировалось. Внезапно ударила молния, и раздался гром, когда дьявольский бог разорвал пространство, создавая вход в измерение тьмы!

Внутри этой тьмы, казалось, что-то двигалось, как вдруг из вихря вылетело страшилище с двумя головами и двумя глазами, неистово вращаясь. Страшилище остановилось в воздухе и дважды прокричало в сторону вихря.

Бззз…

Бесчисленные чёрные пятна вырвались из другого измерения, закрывая часть неба чёрной завесой, направляющейся в сторону города Небесной Волны.

Это были небесные дьяволы Дутяня!

Десятки тысяч небесных дьяволов высыпались из Дутяня и начали убивать друг друга. Их трупы сваливались вниз будто дождь, накапливаясь на алтаре для жертвоприношений, отчего тот становился всё больше и больше. А с неба полился дождь из крови.

Среди призванных существ были и те, кто занимал более высокую позицию. Они держали в руках скипетры и медленно спускались с небес. Приземлившись на алтаре, существа начали петь на древнем и грозном дьявольском языке, постепенно собираясь вокруг строения. Бесчисленные удивительные руны мгновенно появились в небе над алтарём, осветив всю округу ярким светом.

«Я что, сделал что-то хуже парализации всего Имперского Колледжа?» — со вздрогнувшими уголками глаз подумал про себя Цинь Му.

Глава 189. Деревянный сундук

Пока Лун Цзяонань медлила, вихрь над городом успел стать проходом в другой мир. Небесные дьяволы становились всё сильнее и сильнее, киша вылетая наружу. Дьявольская орда очень быстро заполонила собой всё вокруг.

— Мой народ из Дутяня, оставьте наш разрушающийся мир тьмы и отправляйтесь в новый мир! — стоя на жертвенном алтаре и в приветствии распахнув восемь рук, Король Дьяволов Дутяня кричал сотрясающим мир голосом. — Мой народ, приди же. Новый мир не пуст, как Дутянь, тут есть красивые женщины, нескончаемая еда, и слабые людишки, что его сторожат! Растопчем же их!

Лун Цзяонань увидела, как её собственного отца прижимала нога дьявольского бога, и даже водный дракон, что тот взрастил, валялся на земле, не будучи в состоянии двигаться. Что же до второго эксперта уровня мастера секты, он уже был убит, и, прямо сейчас, дьявол поднимал его ранее оторванную голову вверх.

«Неужели таков будет конец Наездников Дракона?» — скорбь охватила женское сердце.

Орда небесных дьяволов падала с неба подобно дождю, нападая на всех разбегающихся выживших. Цинь Му был сброшен с неба на землю, а уже в следующий миг вокруг него упало шесть-семь небесных дьяволов, которые затем начали медленно подниматься. Он был достаточно хорошо знаком с ордой, ведь ему и старейшине довелось пережить путешествие через ночные Великие Руины в поисках деревни Беззаботной. “Парочка” таких даже полегла от его рук.

Ордынские были крепки телом, могли изменять форму, и увеличиваться в размерах, чем они в основном и отличались от людей. Кроме того, каждый из них совершенствовался в дьявольской Ци, хорошо разбирался в ближнем бою и заклятиях. Что же до божественных искусств? Они были немного чудаковаты, но при этом не настолько сложны, как людские…

В момент, когда дьяволы приземлились вокруг Цинь Му, он юркнул в сторону и со взмахом ножа снял голову одному из них, и тут же, буквально в последний миг, уклонился от выпада хвоста скорпиона другого дьявола. Растопырив пальцы одной руки, Цинь Му заставил Младшего Защитника пронзить ещё не успевший отвестись обратно хвост, а другой рукой, исполнив Мудру Дьявольской Свободы, он вытянул душу дьявола и тут же раздавил!

— Ю на ла! — коровьеголовый небесный дьявол указывал на него и кричала. — Ю На Ла, Май А Бу Лу Цзи Нао Ди Ди Но Цзя Хун (Воин, я бросаю тебе вызов)!

— Давай, иди сюда! — закричал Цинь Му, разразившись Ци, и исполнил Три Эликсира Тела Тирана. Между тем, коровьеголовый дьявол взревел и бросился вперёд, волоча руками огромный, десятиметровой длины нож. От контакта со скалистой поверхностью, из-под лезвия ножа вылетали искры, пока он не взмахнул им в сторону юноши!

Однако, прямо в этот момент с неба рухнула огромная змея, раздавив коровьеголового. Змея сделала горизонтальный взмах хвостом и, словно железным столбом, разорвала на части десяти небесных дьяволов, которые упали вместе с ней. Цинь Му же моментально умчалась прочь, а когда Лун Цзяонань собралась было убить его, с неба спустилось ещё больше небесных дьяволов. Хотя её совершенствование на две-три области превосходило таковое у него, ей всё равно навязали тяжёлый бой.

Цинь Му тоже попал в засаду. Ху Лин’эр незамедлительно призвала торнадо, что завращалось вокруг. Но были некоторые ордынские, которые всё равно смогли прорваться сквозь ветряную завесу и наброситься на них.

Небесные дьяволы даже не собирались прекращать прибывать через проход из другого мира. Если взглянуть на них издалека, они напоминали заполонивший всё небо и спускающийся до земли рой комаров.

«Патриарх говорил, что если я что-нибудь натворю, то должен буду это исправить, но, кажется, на сей раз я не смогу ничего изменить», — холодный пот проступил на лбу Цинь Му. Как вдруг южное небо озарилось ярким светом, который, кажется, двигался, становясь со временем лишь ярче. Везде, где проходил свет, бесчисленные дьяволы падали на землю лишившись своих голов. Подняв голову, чтобы присмотреться, Цинь Му был искренне потрясён, что можно было понять, ведь светом оказались множества скоплений сияющих мечей… Скоплений состоящих из неисчислимого количества мечей!

Между тем, посреди того или иного скопления мечей находились тысячи вращающихся пилюль меча. Они выглядели подобно лунам, с каждым оборотом выстреливая мечами, тут же убивающими небесных дьяволов в небе всевозможными формами и движениями. Миллионы мечей… скопления были попросту слишком обширными, а свет каждого из них ослепительным. Такое зрелище будет невозможно забыть.

Небесные дьяволы Дутяня заволокли собой, как небо, так и землю, погружая всё вокруг в черноту. Однако не на долго, ведь вскоре стало даже светлее, чем днём, пока бесчисленные трупы дьяволов чёрным дождём подали с неба под лезвиями мечей.

Король Дьяволов Дутяня переменился в лице, яростно взревев, и ускорил процесс призыва истинного тела. Голоса ста небесных дьяволов вокруг алтаря стали несравненно громкими и отчётливыми. Они использовали дьявольский язык и полный город трупов, чтобы призвать истинное тело короля. Как вдруг воздух начал болезненно стенать, а гигантская нога вытягиваться из другого мира. Полыхая дьявольским огнём, она осветила всё небо в красное. Скопления мечей внезапно сменили курс, засвистев к городу Небесной Волны. Их было столько, что по обширности они превосходили весь город.

Находящийся в городе дьявольских бог гневно взревел, подняв к небу восемь рук. Со звуком “омм” над всем городом появился огромный тёмный барьер, но уже в следующий миг от столкновения мечей о барьер зазвучали резкие скрежещущие звуки, послужившие кровотечением из ушей практически всех людей. Цинь Му тоже оглушило, поэтому он абсолютно ничего не слышал. Однако пострадали не только люди, но и небесные дьяволы. Они все закрывали ладонями уши, припадая к земле от нестерпимой боли.

****

Противоположный берег, уезд Боевого Приказа. Глядя на дохнущую орду, целая армия солдат Империи Вечного Мира стояла в полной боевой готовности и, прямо сейчас, на их лицах можно было прочесть замешательство. Шум от столкновения мечей с тёмным барьером даже им доставил боль, но поскольку расстояние было намного дальше, та была терпимой.

Со стороны реки начали доноситься хлюпающие звуки, источником которых были сдутые в неё небесные дьяволы. Рядом с рекой располагалась городская башня. Внутри неё стоял старый, беловолосый генерал, который внезапно удивлённо воскликнул:

— Имперский Наставник, на противоположный берег отправился великий эксперт!

— Герцог Вэй, тот человек не только великий эксперт, — Имперский Наставник стоял немного впереди, внимательно наблюдая за происходящим на другом берегу, — его способности близки к моим, и он, конечно же, сильнее тех трёх старых монстров, что напали на меня из засады.

Недоумённо застыв, герцог Вэй оценил скопления мечей, сражающиеся с Королём Дьяволов Дутяня, а также зыркнул на огромную ногу, сумевшую проникнуть в этот мир, и озадаченно спросил:

— Кто вызвал короля дьяволов? Не слишком ли это? Неужели, чтобы получить победу, те, с противоположного берега, опустились так низко?

Имперский Наставник покачал головой:

— Пока я тут, Король Дьяволов Дутяня не сможет попасть в наш мир. Напротив, тот, кто вызвал дьявольского бога, сослужил хорошую службу нашему Вечному Миру. Город Небесной Волны теперь разрушен, а нашим солдатам не придётся проливать кровь. Если бы это был я, то поступил бы также.

— Имперский Наставник, вот почему они не понимают Вас, говоря, что Вы идёте по пути дьявола, — вздохнул герцог Вэй.

Имперский Наставник вышел из башни и, направившись в сторону города Небесной Волны, с полуулыбкой произнёс:

— Они так говорят только из-за того, что я влез в сферу их интересов. Мои достоинства и недостатки — не то, что могут оценить нынешние люди. Только сотни и тысячи лет спустя, они смогут судить мои достоинства и недостатки! К тому же, как по мне, они уже мертвецы.

****

Король Дьяволов Дутяня приглушённо застонал. Плоть на каждой из его восьми ладоней превратилась в фарш. Атака, нанесённая бесчисленными мечами, была попросту слишком ужасающей, поэтому он не смог устоять. Если бы здесь оказалось его истинное тело, то он, разумеется, смог бы выдержать, но это тело было получено после метаморфозы дерева. Да, Цинь Му вызвал его дьявольским голосом, вот только юноша был слишком слабым, отчего количество энергии, что он мог передать через него, было ограниченным. И её явно было недостаточно для сражения с практиком, что контролировал все эти мечи.

В этот момент Король Дьяволов Дутяня заметил мужчину средних лет, идущего к нему с другой стороны реки. Инстинктивно испугавшись, он собирался было продемонстрировать всё, на что способен, как вдруг заметил вспышку летящего ему в лицо меча.

Захватывала ли дух эта атака? Она таила в себе чрезвычайно глубокое понимание пути меча, которое в полной мере реализовывалось через ужасающее убийственное намерение. Перед его глазами словно появилась самая прекрасная из картин, ради лицезрения которой он мог умереть без всяких сожалений… И он умер.

Голова с растущими из неё четырьмя лицами и двенадцатью глазами соскользнула с шеи. Имперский Наставник вернул меч, после чего направился к городу Небесной Волны. Орда небесных дьяволов по-прежнему сторожила алтарь, а когда увидела идущего к ней мужчину средних лет, то всем роем набросилась на него, хотя это они наверно зря.

Между тем, огромный труп дьявольского бога понемногу разваливался, а тёмный барьер растворялся прямо в воздухе. Бесчисленные мечи, что ранее атаковали барьер, вдруг развернулись и влетели в пилюли меча. В небе сразу стало как-то немного пустовато.

В этот момент издалека примчался распахнутый деревянный сундук, после чего тысячи пилюль мелодично звеня начали залетать в него. Имперский Наставник взглянул на сундук, казалось бы, погрузившись глубоко в свои мысли.

После того, как больше некому было поддерживать алтарь, вихрь в другое измерение начал постепенно уменьшаться. Король Дьяволов Дутяня успел просунуть ногу, но с учётом обстоятельств был вынужден, конечно, с недовольным воем, словно из далёких глубин, но вернуть её обратно.

Находящийся за городом Цинь Му тоже поднял голову, чтобы взглянуть на деревянный сундук в воздухе, и скорчил подозрительную физиономию:

— Сундук мне кажется до боли знакомым. Разве он не из кузницы в деревне? Тот тоже был доверху набит серебряными пилюлями. Бабуля Сы тогда ещё сказал мне, что это всё не пилюли меча, а просто обычные пилюли… А ещё сказала, что немой дедушка попросту не может быть настолько богатым…

Когда последняя пилюля оказался внутри, Цинь Му увидел, что деревянный сундук начал снижаться, поэтому сразу же бросился к месту, где тот должен был приземлиться. Сундук спустился вниз, исчезая в лесу, поэтому он подпрыгнул, увидев старика в хлопчатой одежде с печью для ковки на спине и деревянным сундуком под боком. Тому явно пришлось пережить множество лишений и горестей, а время оставило на лице не один десяток морщин. Но когда старик увидел его, то широко улыбнулся, демонстрируй рот без языка.

Глава 190. Мой старик

— Немой дедушка! — Цинь Му немедленно поспешил навстречу, широко разводя руки, чтобы обнять старика в хлопчатой одежде. Он попытался поднять того в воздух, однако, дедуля был будто самая тяжёлая гора в мире, и оторвать его от земли оказалось невозможно. Смеясь от изумления, парень приложил все свои силы, тем не менее, так и не смог сдвинуть старика с места.

Немой дважды ахнул и положил свой сундук. Наконец Цинь Му умудрился поднять его над землёй и несколько раз перевернуть в воздухе, прежде чем бросить на землю. Дед приземлился на задницу и встал, чтобы встряхнуть с неё пыль. Затем он сделал два жеста, давая парню знать, что тот слишком плохо себя ведёт.

— Немой дедушка, ты тоже покинул деревню? Что ты здесь делаешь? — Цинь Му был удивлён и счастлив, поэтому сразу же завалил старика вопросами. — Ты только что выглядел таким сильным! Ты сам выковал пилюли меча в сундуке? С кем ты пришёл?

— Ах ах, ах ах ах! — активная жестикуляция немого сопровождалась странными звуками. Его брови приняли выражение уныния, и он сложил руки вместе, будто спал, после чего выпрямил два пальца, имитируя процесс ходьбы.

Руки старика молниеносно двигались, показывая различные сигналы, а выражение лица изменилось тысячу раз за время одного вдоха, ослепляя глаза юноши:

— Немой дедушка, помедленнее, я не успеваю за тобой. Где глухой дедушка? Почему он не пошёл с тобой?

Вздохнув, лицо немого приняло выражение глубокой удовлетворённости. Он имел в виду, что смог тайком выбраться из деревни, избегая компании кого-то из тамошних местных. Цинь Му моргнул и улыбнулся:

— Ты не поверишь, но я встретил дедушек мясника и слепого, а также бабушку Сы. Они тоже ушли из деревни.

Старик удивился, дважды хихикнув. Затем он поднял свой сундук и протянул его юноше, сигналом попросив того помочь тащить багаж. Цинь Му ухмыльнулся, отказываясь помогать:

— Немой дедушка, не пытайся меня обмануть. Твой сундук невероятно тяжёлый. Внутри несколько тысяч пилюль меча, верно? Пилюли твоей работы очень много весят, как и сам сундук. Если я попробую его поднять, то просто вывихну себе плечи и брошу его на землю. Тебе удалось разыграть меня в прошлый раз, но теперь ничего не выйдет.

Немой хитро улыбнулся и поднял вверх большой палец. В деревне Цань Лао, единственным, кто дразнил юношу больше, чем немой, был лишь одноногий.

Внезапно брови старика поднялись, и он посмотрел на что-то за спиной Цинь Му. Парень немедленно оглянулся и увидел приближающегося мужчину средних лет. Имперский Наставник Вечного Мира тихо шагал позади них, пока не остановился на расстоянии десяти метров.

— Человек из старого поколения? — спросил тот мягко.

Немой усмехнулся и сделал несколько жестов. Имперский Наставник нахмурился, ничего не понимая. Но Цинь Му объяснил:

— Имперский Наставник, немой дедушка имеет в виду, что он не из старого поколения, и всё ещё молод.

Мужчина снова нахмурился. Он чувствовал себя не слишком комфортно от того, что не понимал немого и был вынужден полагаться на перевод Цинь Му.

— Брат Дао владеет невероятными способностями. Однако, на самом деле ты ведь не совершенствуешь навыки меча, — вздохнув с сожалением, он продолжил. — Я общался с представителями старого поколения, и кое-чего от них научился. Я думал, что видел уже все существующие божественные искусства, пути и навыки, и совсем не ожидал встретить подобную технику. Не мог бы брат Дао показать её?

Цинь Му был поражён, ведь видел, как бесчисленные пилюли взмыли в небо превратившись в тучу летающих мечей, заставив даже Короля Дьяволов Дутяня защищаться, и нанося ему серьёзные ранения. Именно поэтому он предположил, что немой специализировался на навыках меча. Тем не менее, Имперский Наставник только что сказал, что старик совершенствовал совсем другое искусство. Неужели способности дедушки превосходили только что показанную технику меча?

Пока Цинь Му жил в деревне, немой обучал его искусству ковки. Юноша до сих пор зачастую носил с собой тяжёлый молот и пользовался полученными знаниями.

«Может быть, дедушка использует искусство молота?»

Старик улыбнулся и надёжно закрепил печь, которую тащил на спине. Затем он положил деревянный сундук на землю. Теперь своим видом он напоминал странствующего кузнеца, остановившегося в деревне, чтобы помочь местным выковать инструменты. Судя по виду, его сундук был предназначен для хранения инструментов ковки, поэтому вместо пилюль меча в нём должен был храниться молот, наковальня, железный ковш и тому подобное.

Открыв сундук, старик сделал несколько жестов. С мёртвым выражением лица Имперский Наставник взглянул на Цинь Му, который объяснил:

— Немой дедушка говорит, что его умения почти потеряны для мира, поэтому он не против, если Вы хотите на них взглянуть. Он хочет, чтобы Имперский Наставник подыскал им достойного преемника.

Имперский Наставник Вечного Мира ощутил глубокое почтение к старику и сказал:

— Брат Дао на самом деле готов поделиться своими непревзойдёнными навыками? Широта твоего ума сильно превосходит владык и мастеров самых больших сект. Если судьба позволит, я буду приглядывать за тобой.

Деревянный сундук открылся, и внутри показались тысячи пилюль меча. Каждая из них была размером с большой палец. Немой улыбнулся, увидев озадаченный взгляд Имперского Наставника. Старик протянул руку, и серебряные пилюли перестали быть пилюлями. Вместо этого они превратились в жидкость, напоминающую воду, сделанную из света. Сундук с пилюлями превратился в сундук с жидким светом. Затем, “вода” медленно поднялась в воздух и начала покрывать тело немого, будто серебряная броня.

Цинь Му и Имперский Наставник сразу же заметили, как на поверхности доспехов появляются странные узоры. Это были рунные построения, большинство из которых предоставляли дополнительную защиту.

Внезапно, жидкий свет стёк с тела старика и сформировал в воздухе огромный колокол. Он имел несколько десятков метров в высоту, а его стенки были настолько тонкими, что сквозь них можно было видеть. Огромный колокол медленно вращался и на его поверхности начали появляться невероятно древние символы. Кроме них, можно было разглядеть рисунки всевозможных странных зверей и звёздную карту неба.

Вьюх!

Громадное построение внезапно превратилось в поток света и стало напоминать серебряного дракона, летающего вокруг зрителей. Пока тот летал, на его теле переливались различные руны. Неожиданно, дракон вертикально взмыл в небо, превратившись в гигантский двуручный меч, вращающийся в воздухе, выполняя сложные техники. Затем, свет меча потух, и с неба спустился громадный щит.

Не успев дотронуться до земли, щит превратился в серебряный зонтик, неистово вращающийся, спускаясь вниз. Пилюли меча в сундуке немого имели огромное количество потенциальных форм. Они могли стать любым оружием или артефактом и исполнить любую функцию. Сокровище в сундуке могло даже принять форму любого божественного искусства!

Это был первый раз, когда Цинь Му увидел настоящие способности дедушки, и первый раз, когда он видел что-то столь невероятное!

Немой не передавал этой техники ему, и он никогда не видел, чтобы тот использовал её в деревне. Имперский Наставник был очарован. Внезапно, жидкий свет превратился в серебряную лодку, и, бросив в неё свой сундук, немой забрался внутрь. Старик улыбнулся, махнув юноше рукой, и лодка с невероятной скоростью отправилась вдаль, мгновенно исчезая без следа.

Цинь Му открыл рот, собираясь что-то крикнуть ему вслед, однако немного поразмыслив, промолчал. Спустя мгновение, Имперский Наставник тяжело вздохнул и воскликнул:

— Невероятная техника, невероятная. В мире всё-таки есть искусства, которых я ещё не видел! Брат Дао действительно выдающийся человек. Имперский Академик, ты с ним знаком?

Цинь Му сказал:

— Это мой старик.

Не понимая, что тот имеет в виду, Имперский Наставник спросил:

— Он эксперт из Небесного Дьявольского Культа? В вашем культе есть ещё один эксперт, равный по силе Великому Ректору. Невероятно, впрочем, этого и стоило ожидать от самой сильной священной земли дьявольского пути.

Юноша покачал головой:

— Вы не угадали. Я родился в Великих Руинах, именно там находится мой дом.

Имперский Наставник уставился на юношу, недоумевая, после чего уверенно сказал:

— Имперский Академик действительно происходит из сильной семьи, владеющей изощрёнными искусствами.

На мгновение Цинь Му потерял дар речи и еле заметно кивнул головой. Затем, Имперский Наставник равнодушно спросил:

— В таком случае, может быть, тебе известно кто призвал дьявольского бога?

— Понятия не имею, — с серьёзным лицом ответил Цинь Му. — Я лишь недавно сюда добрался, и наткнулся на этот ужасный хаос. Я и сам сильно пострадал, чуть не умер.

Мягко кивнув головой, мужчина сказал:

— Гу Линуань приказал тебе возглавить отряд учеников и отправиться сюда для приобретения опыта. Насколько я знаю, вы должны были лететь в Личжоу. Сейчас мы на противоположном берегу в городе Небесной Волны уезда Военного Порядка, за сто километров от Личжоу. Что ты здесь делаешь?

— Об этом…

Цинь Му вытащил из рюкзака Ху Лин’эр, внимательно на неё посмотрев. Лиса подняла свои лапы, начав нервно грызть ногти и бегать взглядом по сторонам. Как вдруг её глаза зажглись от идеи, и она пролепетала:

— Мы прибежали по Вздымающейся! Встретив опасность в Личжоу, когда останки секты Великой Горы призвали дьявольского бога, мы сбежали. Молодой мастер, я хорошо объяснила?

С неизменным выражением лица, Имперский Наставник сказал:

— Можете не бояться говорить всё, что знаете. В хаосе города Небесной Волны погибли многие мятежники, и человек, призвавший этого дьявола, принёс огромную пользу. Я собираюсь порекомендовать его Императору Яньфэну и повысить в звании. За такое серьёзное достижение он получит как минимум четвёртый высший ранг.

Юноша открыл был рот, однако лиса немедленно его перебила:

— Это молодой мастер сделал! Именно он призвал дьявольского бога по имени Дутянь, или что-то вроде того!

Проигнорировав её слова, Имперский Наставник продолжил свою речь:

— Однако, так как мирное население города также потерпело огромные жертвы, на этом человеке лежит ужасный грех. Хоть на поле боя нельзя избежать смерти, стирая с лица земли целый город, солдат выходит за любые рамки. Если я расскажу имперскому двору о случившемся, среди чиновников определённо найдутся те, кто раскритикуют такое действие, и будут требовать наказать виновного. Когда мятеж будет подавлен, все счёты будут рано или поздно сведены, и этого человека засудят. Не уверен, убьют ли всю его семью, однако, лишение официальной позиции будет неизбежным.

Ху Лин’эр немедленно закрыла рот, страшно сожалея о сказанном, а Имперский Наставник улыбнулся:

— Поэтому, я планирую держать это деяние в тайне, и не разглашать имя героя. Без вины, не будет и наказания. Что имперский академик думает о таком способе решения проблемы?

Цинь Му вздохнул с облегчением и ответил:

— Имперский Наставник отлично со всем разобрался.

За их спинами армия Империи Вечного Мира добила остатки орды небесных дьяволов, и группа генералов направилась в их сторону. Мужчина обернулся и равнодушно сказал:

— Чиновники убивают не рукой, а словом. Даже если ты сможешь сбежать от их слов и спасти свою жизнь, тебе всё равно хорошенько насолят.

Цинь Му спросил:

— Имперский Наставник испытал это на себе?

Тот кивнул головой:

— Ради своей реформы, я убил огромное количество её противников из имперского двора, однако, каждый раз, когда все они умирали, им на замену приходили новые. Их можно убивать вечно. Не имея никаких способностей и ничего не делая, они всё равно придираются ко всем твоим действиям. Единственное, в чём они хороши, — ворчание. Знаешь, что со мной станет, если моя реформа провалится?

Юноша отрицательно покачал головой.

— Приемники определённо осудят меня на следующие десять тысяч лет, — спокойно ответил тот, — и даже если моя реформа сработает, меня всё равно будут осуждать в течении десятков, или даже сотен тысяч лет. Когда-то у меня был друг Дао, способный утешить моё сердце, — лицо мужчины стало угрюмым, — однако он ушёл, и мне его сильно не хватает.

Глава 191. У меня там, внизу, всё хорошо…

Цинь Му удивился, гадая, кем был Друг Дао. Тем не менее, сам факт того, что Имперский Наставник рассказал настолько личное, пугал. Тот может решить, что сказал лишнего, и упокоит его прямо здесь и сейчас.

— Не беспокойся, — неторопливо заговорил Имперский Наставник, который, казалось, видел его насквозь. — Я просто поделился некоторыми эмоциями моего сердца. Ты хороший слушатель. Если бы передо мной был болтун Вэй, то я бы не посмел сказать так много, иначе на следующий же день об этом узнал бы весь имперский двор… Ох, что за мода пошла на говорливость.

«Вэй? Вэй Юн, кажется, из семьи герцога Вэя», — невинно моргнул глазами Цинь Му. Герцог Вэй, высокопоставленный чиновник первого ранга, тоже был балаболом? Судя по всему, неспособность держать язык за зубами у толстяка была наследственной.

— Кроме того, хоть ты и имперский академик шестого ранга, ты по-прежнему не являешься частью имперского двора, поэтому с тобой достаточно безопасно разговаривать, — Имперский Наставник вдруг улыбнулся. — И что ещё важнее, никто не станет верить словам Владыки Небесного Дьявольского Культа.

Цинь Му помрачнел. Несмотря на то, что его культ был в чести у простолюдинов, такого же нельзя было сказать о имперском дворе и прочем военном мире… Несколько генералов подошли и поклонились:

— Имперский Наставник, город Небесной Волны зачищен.

Мужчина кивнул головой, в то время как несколько генералов недоумённо воззрились на Цинь Му, который, видя подобную реакцию, лишь улыбаясь кивнул им.

— Знакомьтесь — первый имперский академик нашей династии, — заговорил Имперский Наставник, — Цинь Му.

Окинув Цинь Му взглядами, генералам показалось, что юноша был из честных и доблестных людей. Несмотря на свой юный возраст, другие чувствовали в нём надёжность и верность своему слову. Поэтому все как один не удержались от похвального восклицания:

— Академик Цинь так молод, но уже зрел умом и духом, собственно, как и ожидалось от первого имперского академика, и эрудита.

— Вы мне льстите, — улыбнувшись, слегка поклонился Цинь Му.

Обернувшись и посмотрев на юг, Имперский Наставник сказал:

— По этой битве они могут судить о том, на что мы способны, но последующая будет решающей, кх-кха…

Встревожившись, несколько генералов немедленно подались вперёд:

— Имперский Наставник, Ваша травма…

Мужчина властно махнул рукой, а его лицо слегка побледнело, но уже в следующий момент пришло в норму, и он сказал:

— Небольшая отдача от убийства дьявольского бога, не о чем беспокоиться. Мятежники собрали армию на юге, и я готов дать им всего два выбора. Опора Государства Хэ.

— Да, Имперский Наставник! — поклонился квдратноголовый генерал.

— Отправляйся на юг и передай мятежникам, что я приду, и предоставлю им два выбора, — Имперский Наставник равнодушно указал на южные границы. — Первый, я приведу тысячи солдат с кавалерией и растопчу их, искоренив их секты, культы и семьи, — Опора Государства Хэ Сяопэн внимательно слушал мужчину. — Второй, следуя правилам боевого мира я приведу чиновников имперского двора, с которыми займу территорию, и каждый из них сможет выйти вперёд, чтобы бросить нам вызов согласно правилам боевого мира. Если им хватит способностей, то они убьют нас, если не хватит, мы убьём их. Всего два выбора.

— Имперский Наставник, разве сейчас уместно следовать правилам боевого мира? — поколебавшись, всё же спросил Опора Государства Хэ.

Имперский Наставник твёрдо ответил:

— Прежде чем я стал частью имперского двора, как чиновник, то тоже был кем-то из военного мира. Тогда, о какой неуместности ведётся речь? Разве у Опоры Государства Хэ всё не точно также? Прежде чем войти в имперский двор, ты ведь был частью военного мира, разве нет?

Отсалютовав, Опора Государства Хэ не менее твёрдо ответил:

— Я сейчас же отправлюсь на юг! Однако, Вы сейчас всё ещё восстанавливаетесь, поэтому я опасался, что Вам могут нанести удар в спину.

Имперский Наставник махнул рукой и Опора Государства Хэ ушёл.

— Опора Государства Вэй, — проговорил он.

— Да, Имперский Наставник, — отсалютовал герцог Вэй.

— Собери солдат и кавалерию, чтобы пересечь Вздымающуюся, после чего продвигайся в веерообразном построении. Восточная сторона продвинется вплоть до восточного моря, а западная до Великих Руин. Продвигаясь на юг, если на пути буду встречаться озёра и реки, пересекай их, если же города, уничтожай, — Имперский Наставник говорил без какого-либо проявления эмоций на лице. — Мы заставим мятежников почувствовать давление.

— Вэй Вэньцзюй принял команду Имперского Наставника!

— Герцог Вэй.

— Да, Имперский Наставник.

— С учётом твоего совершенствование и лучшего армейского авангарда, ты поведёшь войска прямо к Дасян южных границ. Великий Генерал Венценосной Армии, Великий Генерал Таящего Превращения, каждый из вас возглавит по армии в обоих направлениях от герцога, дабы искоренить левый и правый города Дасяна. Опора Государства Шан, возглавь армию и зачисть все территории вплоть до Даюй.

После того, как Имперский Наставник закончил раздавать приказы, герцог Вэй улыбнулся:

— Имперский Наставник, теперь у нас дел невпроворот, но чем займётесь Вы?

— Я буду следовать сразу за Вами, и ждать решения мятежников. Кроме того, мне по-прежнему нужно заниматься травмой, — улыбнулся мужчина.

— Ещё не зажила? — герцог Вэй громко, без всяких стеснений залепетал. — Тогда почему бы Вам не отдохнуть немного, к тому же, разве рядом с Вами не божественный врач? Позвольте ему подлечить Вас. Моя жёнушка как-то раз улизнула на аллею Цветочную без моего ведома. Я уже было подумал, что она увлеклась женщинами. Ну, Вы понимаете, там ведь одни бордели. Но, как оказалось, жена ходила искать божественного врача для консультации. Ох, как же я струхнул, знаете, у меня ведь до сих пор достаточно сил в…

Имперский Наставник неловко прокашлялся и сухо проговорил:

— Герцог, кажется у тебя дел невпроворот, разве тогда не лучше заняться подготовкой армий? С учётом многочисленности вражеской армии в Дасян, та может стать настоящей костью в горле.

Кивнув головой, герцог Вэй развернулся, чтобы уйти, как вдруг замер и, обернувшись, обратился к Цинь Му:

— Божественный врач, выпиши ему какой-нибудь рецепт, чтобы сделать его лицо более подвижным что ли, а то это продолговатое недопонимание даже улыбнуться не способно. Хе-хе, не оглядывайся вокруг, словно не при делах, я узнал тебя. Когда моя жена отправилась к тебе подлечиться, я тайно следил за ней. Ты пойми правильно, мне ведь подумалось, что она решила променять меня на женщин… Как тут не взволноваться?..

Цинь Му глупо уставился, помахав старику рукой.

— Игнорируй его, в семье Вэй все такие… Их рты настолько велики, что туда могли бы поместиться несколько коров, — мрачно вздохнув, проговорил Имперский Наставник.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать, ведь было очевидно, что мужчина перед ним тоже настрадался. Старик Вэй, должно быть, говорил перед ним много глупостей.

— Имперский Наставник, полагаю, здесь мы и расстанемся, — улыбнулся Цинь Му.

Имперский Наставник покачал головой:

— Расстанемся? Ты продолжишь следовать за мной вплоть до южных границ. Если тебя не будет рядом, то, как ты вылечишь меня?

— Имперский Наставник, может хватит дурачиться? Вы куда лучше меня знаете, в каком состоянии Ваши травмы. К тому же, под моей опекой находятся ученики, и я умудрился потерять их… Мне нужно как можно скорее найти их, — неловко проговорил Цинь Му.

— Ты последуешь за мной, — Имперский Наставник помрачнел лицом. — Я помогу тебе найти тех учеников. Как их зовут?

Цинь Му действительно не хотел идти за Имперским Наставником, ведь тот решил своей армией по полной прижать мятежников, что определенно заставит последних попытаться убить его. Конечно, казалось, что наставник давал им два выбора… Но на самом деле выбор был лишь один. Поэтому если он последует за ним, то определённо станет мишенью, что явно не закончится ничем хорошим. Куда ему, практику области Пяти Элементов, до подобных левиафанов? Тем не менее, теперь, когда Имперский Наставник сказал своё слово, у него не было иного выбора, кроме как подчиниться, поэтому он проговорил имена.

Со взмахом руки Имперского Наставника, в небо взмыло огненное облако, которое затем приняло форму четырёх имён — Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун, Юнь Цюэ и Сы Юньсян. Ещё сформировалась стрелка, указывающая в сторону Цинь Му. Вскоре в поле видимости начали появляться ученики, каждый из которых был в разной степени потрёпан. Судя по всему, им тоже пришлось несладко в борьбе за свои жизни. Даже цилинь появился, правда не на своих двоих… четверых, а на горбу волчьего раба.

— Ученики Имперского Колледжа отдают дань уважения Имперскому Наставнику! — хором поприветствовали шокированные ученики. Некоторые даже испытывали неловкость, ведь, по сути, были соучастниками Цинь Му в призыве Короля Дьяволов Дутяня, что в итоге привело к настоящей катастрофе и бесчисленным смертям мирного населения. Если Имперский Наставник захочет наказать их, то не сносить им головы, в прямом смысле этого слова. Но тот лишь окинул их спокойным взглядом, задержавшись на цилине, которому с улыбкой слегка кивнул.

— Имперский Наставник, — немедленно попытавшись встать, поприветствовал зверь.

— Громадина, почему ты до сих пор ранен? — запрыгнув на задницу дракона, лисичка на полном серьёзе пыталась изучить рану. — Ты можешь достать языком до своего зада?

Цилинь лишь фыркнул, игнорируя её. Цинь Му вышел вперёд, достал несколько флаконов драконьей слюны и обработал повреждённый “участок”. Травма выглядела достаточно серьёзной, ведь взгляд дьявольского бога сумел расколоть чешуйки, и даже до определённой глубины вспорол мышцы филейной части. К счастью, драконьи чешуйки цилиня оказались крайне прочными, заблокировав основную мощь атаки, в противном случае его бы попросту рассекло на две половинки. Цинь Му достал ещё несколько флаконов со слюной, чтобы Чэнь Ваньюнь и остальные тоже позаботились о своих ранах.

— Цюэ, Ваньюнь, флакон стоит десять тысяч монет Великого Изобилия, — с добрыми намерениями напоминал Ху Лин’эр. — Если у Вас нет налички, то я всегда даю возможность написать долговые расписки.

Монаха Юнь Цюэ перекосило в лице, после чего он пробормотал:

— У бедного монаха нет ни гроша, действительно нет. После того, как академик поступил в Имперский Колледж, бедный монах лишился всего. Если я буду должен столько денег, то боюсь, что смогу расплатиться только в следующей жизни. Сестра лисичка, может пожалеешь меня?..

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать:

— Лин’эр, перестань дурачиться. Я за них отвечаю, поэтому обязан брать на себя ответственность за заботу об их ранах, не говоря уже о моей репутации божественного врача. Врачи относятся к пациентам, как родители к детям, поэтому разве я могу заботиться о материальной выгоде? Вот когда они вернутся с путешествия и опять получат травмы, обдирай их сколько душе угодно, а пока побереги мою репутацию.

Юэ Цинхун планировала попросить ещё один флакон, но услышав сказанное, сразу же передумала: «Он по-прежнему планирует брать деньги за лечение. Какой же он всё-таки мелочный по натуре…»

Сы Юньсян тоже была ранена, поэтому попросила у Цинь Му флакон со слюной, после чего утянула Юэ Цинхун в лес, где две девушки предались… занялись обработкой ран на телах друг у друга. Они не могли допустить, чтобы после лечения остались шрамы.

****

— У сестры такие большие, не то, что у меня, — измерив тело Юэ Цинхун взглядом, восхищённо воскликнула Сы Юньсян.

Юэ Цинхун улыбнулась:

— Ты ещё молода, вот когда станешь старше, и у тебя вырастут. Кроме того, когда они вырастают, то доставляют неудобства, особенно при беге. Знаешь, я не привыкла носить топик, было бы гораздо лучше обернуть их чем-то, но мне пока что не удалось найти хорошего портного…

Сы Юньсян задумалась на мгновение, после чего сказала:

— Я слышала, что академик также портной, а одежда, что он шьёт, великолепна, как насч…

Шокировано вскочив, Юэ Цинхун распахнула свои чёрные глаза и воскликнула:

— Ты что? Он же мужчина!

****

Собрав всех вместе, Цинь Му серьёзно заговорил:

— Наша миссия изменилась, мне придётся следовать за Имперским Наставником к южным границам, поэтому мы проникнем в стан врага. Его травмы ещё не зажили, поэтому я должен буду оставаться рядом с ним, чтобы в случае чего помогать с лечением. Если хотите вернуться, можете идти.

Чэнь Ваньюнь и остальные задумались, застыв в нерешительности, что не удивительно, ведь путешествие обещало быть крайне опасным. Имперский Наставник сказал:

— Во время путешествия я могу дать вам несколько указаний относительно вашего совершенствования. В прошлый раз меня пригласил Великий Ректор, а лекция, с учётом нехватки выносливости, для многих не продлилась даже двух дней. На этот раз я окажу честь имперскому академику.

Глава 192. Самая ничтожная группа

Глаза учеников внезапно загорелись, и Юнь Цюэ захихикал:

— Ясное дело, мы должны идти к южным границам и посмотреть, есть ли настоящие мастера в армии мятежников! Нельзя позволить бунтарям смотреть на Имперский Колледж свысока. Бедный монах просветит их, превращая в буддистов и заставляя творить добро!

Цинь Му легко покачал головой. Его спутники недооценили опасность этого путешествия. Перед ними лежал трудный путь, который они могут и не пройти, даже если на кону будут их жизни.

— Наша жизнь или смерть теперь отданы на произвол судьбы. Посмотрим, сможет ли Имперский Наставник, человек номер один под богами, оправдать своё имя.

Имперский Наставник Вечного Мира окутался светом и направился на юг. Цинь Му повёл за собой остальных, по дороге расспрашивая Сы Юньсян о их приключениях во время схватки с дьяволами, в итоге не сумев сдерживаться от возмущённых вздохов… ведь судьба девушки и её спутников оказалась намного благосклоннее, чем у него. Их тоже сдуло ударами Короля Дьяволов Дутяня, однако, им повезло не встретить таких сильных практиков, как Лун Цзяонань. Они приземлились неподалёку от цилиня, которого быстро заметили из-за огромных габаритов. Ученики сразу же подбежали и окружили зверя, чтобы защитить от орды небесных дьяволов.

В свою очередь, дракономордый тоже отбивался от бесконечной орды небесных дьяволов, проявляя необычайные боевые способности. Сы Юньсян и остальные полагались на его мощь, чтобы выжить в таком хаосе. Юноша был поражён, внимательно посмотрев на зверя. Ху Лин’эр шепнула ему на ухо:

— Молодой мастер, громадина ест нашу еду и пьёт нашу воду, однако с него не было никакой пользы на протяжении всего путешествия. Сейчас всё стало даже лучше, он совсем не собирался охранять меня с тобой, но был готов рисковать жизнью ради остальных. Думаю, что, кроме того, чтобы доить его слюну, можно вытащить с него и другую пользу.

— Я тоже так думаю, — кивнув головой, Цинь Му повернул голову, чтобы посмотреть в сторону города Небесной Волны, который постепенно исчезал вдали. — Теперь, когда армия Империи Вечного Мира вошла в город, Лун Цзяонань умрёт от её рук, верно? Кроме того, там остался и король драконов секты Наездников Дракона, который уже должен быть мёртвым. Жаль, что вместе с ними канут в лету уникальные техники их секты. Секта Великой Горы, скорее всего, также окончательно вымерла. К сожалению, я так и не успел выучить Изгоняющей Дьявола Команды…

Когда парень вызвал Короля Дьяволов Дутяня, даосы из секты Великой Горы поспешили к нему, пытаясь изгнать существо обратно в Дутянь с помощью Изгоняющей Дьяволов Команды. Однако, способности монстра оказались слишком сильными, и он одним махом стёр их с лица земли.

Тем не менее, Изгоняющая Дьяволов Команда всё равно была невероятно изысканным заклятием, используемым специально для изгнания призванных дьяволов. Если бы его исполнил более сильный мастер, Король Дьяволов Дутяня определённо вернулся бы туда, откуда пришёл… Жаль, что вместе со смертью последних представителей секты Великой Горы эта техника была утеряна навеки.

Город Небесной Волны лежал в руинах, и солдаты занимались ремонтом его стен. Они сметали поваленные здания в воздух и выбрасывали их за пределы города. На поверхность реки выплыли тысячи кораблей, перебрасывая солдат империи с одного берега на другой. Но вместо того, чтобы оставаться в городе, армия продолжала движение на юг.

В городе Небесной Волны остались лишь солдаты, охотящиеся за остатками армии мятежников, окружающие орду небесных дьяволов из Дутяня, и спасая мирных жителей, которым повезло пережить катастрофу. Эти солдаты имели с собой рисунки разбойников, и ходили среди выживших, сравнивая их лица с изображениями.

— Эта девушка родилась очень красивой, — подойдя к растерявшейся девушке, удивлённо воскликнул солдат. Та была одета в тёмно-зелёную мантию, свисающую до ног, а её волосы были связаны в пучок. Лицо бедняги имело невероятно красивые черты, и было покрыто лёгкой пудрой. Её красные губы напоминали две пурпурных жемчужины, а длинные брови имели почти идеальную форму. С первого взгляда можно было догадаться, что она происходила из одной из великих семей города Небесной Волны.

Мужчина ещё дважды смерил её заинтересованным взглядом, после чего отправился по своим делам. Глаза девушки напоминали глубокий колодец, а на её левом ухе висела блестящая красная нефритовая серьга. Внезапно, украшение зашевелилось, потягиваясь всем телом. Форма серьги напоминала маленькую красную змею, свисающую с уха. Она выглядела так, будто была сделана из нефрита, однако на самом деле была живым существом.

Если бы Цинь Му был поблизости, он немедленно приказал бы солдатам казнить эту девицу. Он видел настоящее лицо Лун Цзяонань. Юноша изучил всё тело девушки, когда она сбрасывала кожу, так как на ней не было ни капли макияжа. Вернув себе свой истинный облик, она выглядела совсем не так, как молодой мастер секты Наездников Дракона!

В это же время, солдаты собирали трупы на повозку, которую затем потащили за пределы города, чтобы захоронить тела. Следуя за ними, Лун Цзяонань горько плакала:

— Милостивые государи, вы не видели тела моего отца?

Группа мужчин остановилась:

— Юная девица, в городе слишком много погибших. Мы не знаем кто из них твой отец. Его нет на тележке?

Лун Цзяонань осмотрела трупы и покачала головой:

— Нет.

Солдат ответил:

— Скорее всего, он в одном из погребальных курганов за пределами города. Генерал Юй приказал нам выкопать несколько глубоких ям, чтобы захоронить тела. Все трупы были перенесены туда, и их ещё не засыпали. Хочешь пойти с нами, чтобы поискать?

Поблагодарив мужчину, Лун Цзяонань последовала за отрядом к курганам. Там она увидела огромную яму, глубиной в несколько десятков метров, внутри которой друг на друге лежали тысячи мертвецов.

Девушка подняла голову, и увидела ещё несколько десятков таких же захоронений. Возле каждой из них были солдаты, толкающие тележки и сбрасывающие трупы вниз. Оглядываясь вокруг, она кричала:

— Отец, отец! Твоя дочь тебя ищет! Отзовись, если ты тут!

Лун Цзяонань кричала раз за разом, отчего солдаты вокруг не знали, смеяться им или плакать:

— Эта девушка скорее всего сошла с ума.

Внезапно, из одной из ям раздался тихий голос:

— Я здесь. Я как раз сбрасываю кожу, меня слишком тяжело ранили…

Отряд солдат неподалёку застыли от удивления, и какой-то офицер сразу же прокричал:

— Здесь что-то не так! Солдаты, приготовиться!

Услышав голос отца, Лун Цзяонань улыбнулась:

— Сяо’хун.

Невероятно маленькая змея, свисающая c её уха, потянулась и упала. Приземлившись на землю, она стала увеличиваться в размере, в мгновение ока превратившись в громадного зверя. Когда тот открыл рот, воздух заполнил ядовитый газ, и солдаты вокруг курганов начали друг за другом валиться на землю.

Огромная змея поползла по земле со скоростью ветра, проглатывая солдат одного за другим. В то же время, Лун Цзяонань спустилась в яму и начала отбрасывать трупы в сторону. Вскоре она откопала среди них короля драконов.

— Дочь думала, что её отец умер! — улыбнулась Лун Цзяонань.

— Дочь? — холодно фыркнул в ответ мастер секты Наездников Дракона.

Выражение лица девицы резко изменилось, и она опустила голову:

— Сын думал, что его отец умер.

Король драконов приподнялся:

— Я притворился мёртвым, упав в спячку, чтобы обмануть дьявольского бога, поэтому меня бросили в могилу, приняв за труп. Интересно, как обстоят дела у красного дракона.

Он сжал губы, издавая тихий свист. Спустя некоторое время, маленький монстр, напоминающий змею, но не змея, дракона, который ещё не полностью стал драконом, выполз из леса.

Мастер секты Наездников Дракона вздохнул с облегчением и проверил ранения монстра:

— Мы с красным драконом получили серьёзные травмы, поэтому вынуждены сбросить свою кожу и некоторое время отдохнуть. Сын, позаботься о нас на протяжении этого времени. Идём отсюда!

Лун Цзяонань подозвал огромную змею к себе, и из её тела вылетело облако дьявольского газа, поднимая зверя с двумя людьми и драконом в небо и унося в даль. Лишь в этот момент солдаты города Небесной Волны смогли среагировать, однако, уже было слишком поздно начинать погоню.

— Кто виновен в катастрофе, которая привела к такому ужасному поражению? — спросил король драконов. — И сколько людей из секты Наездников Дракона смогло выжить?

— Остались только мы, — холодно хмыкнула Лун Цзяонань. — Я слышал, как ученики Имперского Колледжа обращаются к нему “академик Цинь”. Именно он призвал дьявольского бога и стёр с лица земли нашу секту. К сожалению, твой сын оказался слишком слабым и позволил ему сбежать.

— Мы, отец и сын, до сих пор живы, так что секту Наездников Дракона нельзя считать уничтоженной, — безразлично проговорил король драконов. — Если нам известно, кто он такой, всё будет предельно просто. Он принёс нам столько беды, мы определённо должны отомстить. Мы разорвём его на тысячу кусочков!

****

Цинь Му и его отряд следовал за Имперским Наставником на юг, и спустя некоторое время, армия, идущая следом, обогнала их, быстро продвигаясь вперёд. Они же так и продолжили идти в спокойном темпе. Цинь Му решил воспользоваться шансом получить совет от наставника:

— Имперский Наставник мудрый человек, а у ученика есть одна нерешённая проблема, могу я попросить Вас о совете?

Мужчина изумлённо спросил:

— Где ты изучал искусство лести? Ты в нём очень хорош.

Юноша смутился:

— Разве это была лесть?

Юэ Цинхун, Юнь Цюэ, Чэнь Ваньюнь и остальные несколько раз кивнули головой. Даже Сы Юньсян неостановимо кивала головой.

Цинь Му пробормотал:

— Меня учил один из моих стариков. Это одноногий дедуган, который никогда не перестаёт улыбаться. Его слова приятны, но действия очень жестоки… Однако, не будем об этом. Имперский Наставник, я хотел спросить… в области Духовного Эмбриона, божественное сокровище очень сильно помогает контролировать жизненную Ци. Однако, Пять Элементов кажутся немного… — юноша сделал паузу, формулируя вопрос, — немного слабыми. Кажется, что в них сокрыта огромная сила, однако её очень сложно высвободить. К примеру, в этой области есть пять богов, каждый из которых владеет своими сильными сторонами, однако, как их использовать?

Вопрос Цинь Му привлёк внимание Чэнь Ваньюня и остальных. Они также сталкивались с этой проблемой, однако совсем не понимали в чём дело. Область Пяти Элементов действительно казалась немного слабой, по сравнению с областью Духовного Эмбриона. Их совершенствование, конечно, росло, однако не в таком бешенном темпе.

Имперский Наставник был поражён:

— Вы что, ещё не поняли секрета Пяти Элементов? Или, правильнее было бы сказать, что Имперский Колледж вам его не показал?

Цинь Му покачал головой. Чэнь Ваньюнь и остальные сделали то же самое.

— Нынешняя дирекция ни на что не способна, — грустно вздохнул мужчина. — Они вас ничему не учат, эти преподаватели, вероятно, самые ничтожные преподаватели на свете. Божественное Сокровище Пяти Элементов — это Божественное Сокровище Пяти Состояний. Пять Состояний, сокрытых внутри, соответствуют Звёздам Владыкам Пяти Элементов в небе. Это пять богов уровня владыки, а не обычные мелкие божки. Когда вы исполняете свои техники, разве не чувствуете ничего необычного? Разве сквозь ваше тело не проходит неведомая энергия с небес, резонирующая со Звёздами Владыками Пяти Элементов?

Все энергично закивали. Имперский Наставник продолжил:

— Это сила Пяти Элементов. Элемент металла соответствует металлу, элемент воды — воде, дерева — дереву, огня — огню, а земли — земле. Активация этих пяти видов энергии позволит вам контролировать их силу. Разве ваши Звёзды Владыки Пяти Элементов не вернулись в свой звёздный дворец?

Ученики снова кивнули, а мужчина вздохнул:

— Учения Имперского Колледжа слишком поверхностны, слишком неглубоки. Там не преподают ничего основательного. Если Звёздные Владыки Пяти Элементов входят во звёздный дворец, значит мастер постиг силу пяти элементов, которая является силой пяти состояний. Если эта сила сливается с вашей Ци, последняя приобретает пять дополнительных атрибутов, — он поднял ладонь, и перед ним появился металлический щит. — Металл, — после сказанных слов, металлический щит исчез, и из земли вокруг начали буйно пробиваться растения. — Дерево. Вода, — огромные волны взмыли над землёй, потащив за собой учеников, позволяя им спокойно парить в воздухе, наступая на воду. — Огонь, — облака пламени поднялись в воздух, и Цинь Му с остальными уже летели вперёд на огромном огненном шаре. — Земля, — поверхность внизу задрожала, и огромное количество грязи и камней взлетело ввысь, формируя гигантский шар из земли.

Имперский Наставник рассеял пять видов энергии, позволяя ученикам нежно приземлиться на ноги. Затем он сказал:

— Сила, которую позволяют контролировать пять элементов значительно отличается от той, которой управляет духовный эмбрион. Она также отличается от четырёх видов жизненной Ци: Зелёного Дракона, Красной Птицы, Чёрной Черепахи и Белого Тигра. Эти четыре виды не соответствуют состояниям дерева, огня, воды, золота и земли, а скрывают в себе все пять состояний одновременно… Почему вы смотрите так, будто читаете священную книгу? Вы хоть понимаете, о чём я? — мужчина сбился с толку и покачал головой. — Ученики вашего отряда слишком тупые, самая ничтожная группа, которую мне приходилось учить.

Глава 193. Раскрывая истинную форму

Ученики получили тяжёлый удар по самооценке, Сы Юньсян же отказывалась принимать такое положение дел. В то время как Цинь Му чувствовал, что это не они глупые, а Имперский Наставник умный…

Для несравненного таланта, рождаемого раз в пятьсот лет, совсем не удивительно вникать во всё после первых же объяснения и намёка. Такому человеку не нужны были учителя, чтобы постоянно помогать в развитии, ведь тот мог додумываться до всего самостоятельно.

Вот только у других дела обстояли иначе, не все владели столь гибким умом и такой широтой ума. Как говорится, талант таланту рознь. Несмотря на то, что Чэнь Ваньюнь и остальные считались талантами, выделившимися среди десяти тысяч, куда им было до монстра с лучшими в мире способностями и пониманием, что рождается на свет лишь раз на пятьсот лет.

Вещи, о которых Имперский Наставник думал, как о чём-то само собой разумеющемся, ученики подобного уровня могли постичь только успокоившись и хорошенько подумав. Различие в таланте между ним и ими было, как между небом и землёй!

— Возьмём для примера хотя бы жизненную Ци Зелёного Дракона, вы думаете, что она действительно атрибута дерева? — мужчина терпеливо объяснял. — Вы когда-нибудь видели настоящего зелёного дракона? Я видел зелёных драконов, которые управляли ветром, молниями, огнём и водой, а не только деревом. К тому же, что такое вообще атрибут дерева? Обнять доску и парочку раз куснуть — атрибут дерева? Не думайте, что у Ци Зелёного Дракона есть атрибут дерева только потому, что там присутствует слово “зелёный”. Если вы так думаете, то у вас и правда деревянная голова.

Все ученики получили очередной тяжёлый удар по самооценке. Даже Цинь Му ощутил горчинку, имя которой — разочарование, ведь он, будучи “учёным”, тоже думал, что Ци Зелёного Дракона обладала атрибутом дерева. Но вспоминая сейчас моменты из прошлого, например, когда старый Ма использовал Ци Зелёного Дракона для использования кулачных навыков, он не видел даже намёка на атрибут дерева, наоборот, там переплетались ветра и молнии. Судя по всему, в его текущем понимании сути вещей действительно имело место быть несколько несостыковок, и, без Имперского Наставника, он до сих пор бы пребывал в неведении.

— На самом деле существует много техник, которые специализируются на высвобождении боевой мощи Божественного Сокровища Пяти Элементов, — мужчина продолжал. — Я бы даже сказал, что боевая мощь в области Пяти Элементов по-настоящему удивительна. При этом если вы не сможете полностью проявить её, ваш будущий уровень совершенствования не так уж сильно пострадает. По крайней мере это не повлияет на разрушение стен с последующими открытиями других божественных сокровищ. В ближайшем будущем вы просто будете немного слабее. Вот только со временем это немного, с каждым новым открытым сокровищем, будет становиться только заметнее и существеннее, — наставник окинул всех взглядом и продолжил. — Могу привести пример, конечно, достаточно условный, но понятный. Представьте двух практиков области Пяти Элементов, один перед прорывом на следующую область смог выжать из себя абстрактные сто процентов боевой мощи, в то время как второй только восемьдесят. Соответственно, после прорыва в область Шести Направлений, второй практик в итоге оказался на двадцать процентов слабее первого. Затем оба практика выложились на все сто, вот только второй то, при прочих равных, но уже будучи заведомо слабее, никак не мог урвать столько же силы, сколько первый, в итоге получая к имеющемуся отставанию ещё большее. Допустим, после прорыва в область Семи Звёзд, отставание возросло до сорока процентов. Всё абсолютно аналогично для области Небожителя, цифра удвоится, достигая почти двукратного превосходства одного над другим. В области Жизни и Смерти опять удвоится, а когда оба практика окажутся в области Божественного Моста, то первый будет более чем в три раза сильнее второго, и сможет убить того всего за несколько движений. Пример, конечно, как я уже говорил, условный, но только лишь в плане цифр, но не сути.

Имперский Наставник объяснил просто и прямолинейно. Между двумя практиками, у которых нет такой уж большой разницы в области Духовного Эмбриона и Пяти Элементов, под конец, в области Божественного Моста, будет просто колоссальный разрыв. Мало кто из людей задумывался о подобном, слепо повышая уровень своего совершенствования.

— Если взять сотню за идеал, то каков процент у Имперского Наставника? Какова разница между Вами, и другими практиками области Божественного Моста? — спросила Сы Юньсян.

— Близок к сотне, что же до остальных… Хотя бы на процент, но сильнее всех. Тем не менее, таких мало. В основном все практики одной со мной области намного слабее меня, — равнодушно ответил Имперский Наставник.

Уверенно? Да. Самоуверенно? Конечно. Дерзко? А почему бы и нет? В конце концов, он мог позволить себе такое сказать, ведь равных до сих пор не встречал, а на недостатки некому было указать, если они вообще имелись.

— Наведайтесь в Этаж Небесных Записей, там достаточно техник для Божественного Сокровища Пяти Элементов. Если интересно моё мнение, то я рекомендую Протокол Подавления Звёзд старшей Жу Сюаньцинь. Противостояние Пяти Состояний монаха Юань Куна, Пять Законов Юпитера герцога Вэя, Пять Важнейших Составляющих Военного Порядка Генерала Небесных Стратагем. Изучив их все, вы заложите прочнейшие основы для области Пяти Элементов.

Каждый упомянутый Имперским Наставником человек, являлся чиновником первого ранга при имперском дворе. Старшая Сюаньцинь была Старшим Учителем наследного принца. Монах Юань Кун был Великим Маршалом, Генерал Небесных Стратагем — глава уважаемой семьи Цинь, а про герцога Вэя и говорить не нужно. Все названные либо происходили из аристократических семей, либо прославились, как практики Божественного Моста на уровне сильнейших Мастеров-Владык сект-культов.

Ученики запомнили техники. Чэнь Ваньюнь же ощутил некоторое противоречие. Он планировал прорваться в область Шести Направлений во время текущего путешествия. Но после слов Имперского Наставника всё же передумал, решив продолжить подавлять свою область совершенствования, пока не вернётся в Имперский Колледж и не укрепит основы.

Между тем, изумлённый Цинь Му внезапно подумал о некоторых техниках Великих Небесных Дьявольских Рукописей, которые сосредотачивались на закалке Божественного Сокровища Пяти Элементов. В рукописях хранилось множество техник, большинство из которых не были такими уж сложными и не считались первоклассными, их могли освоить почти все последователи. Собственно, к общедоступным относились практически все техники и божественные искусства рукописей. Тем не менее, в них имели место быть некоторые, что были трудны в понимании и, что ещё хуже, их можно было легко неправильно понять, как раз из-за таких культ и прозвали дьявольским.

Цинь Му не изучал те техники, но после наставления Имперского Наставника на него снизошло озарение… а возможно ли, что они, несмотря на всю кажущуюся разрозненность, являются неким секретом совершенствования? Техники, которые на первый взгляд казались никудышными и слабыми, могли помочь не только в совершенствовании области Пяти Элементов, а и, вероятно, в областях Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерть, и даже Божественного Моста!

Все техники Великих Небесных Дьявольских Рукописей, прежде чем попасть в руки рядовых последователей, были изучены каждым мастером чертога культа. В самом начале, собственно, так и были сформированы триста шестьдесят чертогов!

Цинь Му всегда считал те техники слабыми, поэтому не включил в технику Единства. Однако последние слова Имперского Наставника указали ему дальнейший отчётливый путь.

«Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не имеет навыков, что является недостатком. Но если объединить её с Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, то может выйти идеальная комбинация» — взволнованно обрадовавшись, Цинь Му сразу же осмыслил методы совершенствования области Пяти Элементов. Ими оказались: техника Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна, техника Истинного Маркиза Дерева Владыки Юпитера, техника Истинного Маркиза Воды Владыки Меркурия, техника Истинного Маркиза Огня Владыки Марса, техника Истинного Маркиза Металла Владыки Венеры. Вскоре он уже пытался объединить эти пять техник в области Пяти Элементов техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Юэ Цинхун и остальные консультировались с Имперским Наставников относительно навыков меча, а тот в свою очередь без утайки рассказывал всё, что знал. Тем не менее, прежде чем они успевали понять объяснение, он переходил к следующему мучающему учеников вопросу. Наставник объяснял не так уж быстро, но им всё равно было тяжело понимать всё с лёту, поэтому они нуждались во времени, что переварить полученную информацию. Однако ученики не смели даже заикаться об этом, так как боялись, что наставник снова окрестит их каким-нибудь нелестным словесным оборотом.

Когда девушка закончила спрашивать о пути меча, эстафету перенял монах Юнь Цюэ, начав задавать вопросы о буддистских навыках. Имперский Наставник был подкован и в этом аспекте, ведь ему довелось побывать в Монастыре Великого Громового Удара, где он получил наставления от старика Жулая. Его речь, совершенно естественным образом, напоминала настоящий поток небесных цветов.

Монах закончил с расспросами, после чего Чэнь Ваньюнь решил поговорить о слиянии навыков меча с боевыми техниками. Он некоторое время путешествовал с канцлером Ба Шанем, который передал ему Семь Путей Господства, а также оттачивал его навыки меча. Поэтому парень следовал обоим путям развития, как ножа, так и меча.

Сы Юньсян тоже задала несколько вопросов Имперскому Наставнику, который решил уделить ей больше внимания, более полно разворачивая свои ответы, чем остальным. Следуя в прошлом за молодо выглядящим Патриархом, она уже встречала его несколько раз, поэтому получала указания и раньше.

Волчий раб поколебался, но, собрав всё своё мужество в кулак, тоже попросил консультации. Взглянул на него, Имперский Наставник спросил:

— Воин страны Волчьего Убежища?

Волчий раб нервно кивнул головой, на что мужчина ровным тоном продолжил:

— Образование для всех, мне совершенно не важно откуда ты, и какая у тебя раса, — продекламировав, он начал давать указания, не скрывая совершенно ничего. Немного погодя повисла тишина. Все молча осмысливали услышанное. Хотя Имперский Наставник и не сказал так уж много, но всё было по сути, поэтому в течение некоторого времени ученикам будет над чем подумать.

— Имперский Наставник, ты изучал раньше систему совершенствования демонов? — нарушила тишину Ху Лин’эр, сидящая на голове цилиня.

— Нет, — покачал головой тот.

— Я могу научить тебя! — блеснув взглядом, отчётливо и вполне серьёзно произнесла лиса.

Имперский Наставник не менее серьёзно спросил:

— Могу ли я попросить у тебя наставлений?

Ху Лин’эр рассказала ему о том, чему научилась во время своего совершенствования, а также о знаниях из книг Дворца Дракона Вздымающейся Реки. Не утаила и технику создания Духа, смешанную с её собственным пониманием.

Имперский Наставник молча слушал, пока лиса не закончила, после чего спросил:

— У расы демонов нет божественного сокровища? Слушая о твоих познаниях на пути совершенствования, я так и не услышал ничего связанного с ним.

Покачав головой, Ху Лин’эр ответила:

— У нас нет, поэтому мы должны упорно трудиться, совершенствуясь вплоть до возможности принятия человеческой формы. Достигнув подобной стадии, нас начинают называть королями демонов, которые крайне сильны!

— Мне довелось повстречать нескольких королей демонов, у них действительно имелись в арсенале необычные способности, — сказал Имперский Наставник. — Кстати, та техника духа, наделяющая способностью изменять форму, очень занимательная. Она, кажется, таит в себе неисчислимую вариативность…

Мужчина начал подробно разъяснять своё понимание техники создания Духа, отчего лисичка развесила уши, увлечённо слушая. Только когда он закончил, она сумела вернуться в чувство, изумлённо воскликнув:

— Это ведь я говорила, что хочу тебя учить, как так получилось, что в итоге ты учил меня?

— Мы учили друг друга, — проговорил Имперский Наставник.

— Эмм! — заторможено кивнула головой Ху Лин’эр, на что цилинь под её задницей, закатив глаза, фыркнул.

Внезапно в небе появились летящие к ним маленькие сгустки света. Имперский Наставник проследил за ними взглядом, пока не остановился на Цинь Му, в голову которого свет и погрузился. Со временем света стало столько, что тот дрейфовал сплошным, огненно-красным потоком.

Попытавшись коснуться света, Ху Лин’эр сожгла часть меха на лапе, поэтому тут же отдёрнула её. Вскоре Цинь Му разразился могучей, экспоненциально разрастающейся аурой, как вдруг из его тела вырвалось пламя, которые красными облаками окружило его

Каким же было удивление Ху Лин’эр, когда она услышала два щелчка, после которых на голове Цинь Му выросли два бычьих рога. Затем у парня начали трансформироваться ноздри, расширяясь и выпучиваясь, а уже в следующих миг из них полыхнуло пламя вперемешку с дымом.

Ху Лин’эр изумлённо взвизгнула, услышав, как кости внутри тела Цинь Му пугающе хрустят, явно подвергаясь странным метаморфозам. Его бёдра стали толще, а тело выше, мышцы начали выпирать наружу, а узорчатое пламя покрывало всё его тело, в то время как бычьи глаза переместились прямо на лоб в место меж бровей.

Затем лиса увидела бычий хвост, который со свистом хлестанул прямо по его ягодицам, которые, к слову, конечно же тоже увеличились, начав походить на твёрдые бычьи. Затем хвост ещё дважды хлестанул по ягодицам, отчего она болезненно скривилась. Зачем же было так себя истязать? Это ведь должно быть явно болезненно!

— Имперский Наставник… — Ху Лин’эр оцепенела лишь на мгновение, после чего тут же повернулась к мужчине средних лет, заговорив. — Мой молодой мастер наконец раскрыл свою истинную форму! Это его истинная форма! Он не демон лис, он демон бык!

Глава 194. Когда слова становятся делом

— Это не демоническое, а божественное превращение, позволяющее обрести форму божества, — Имперский Наставник привык к подобным зрелищам и объяснил Ху Лин’эр.

Он с первого раза понял, что Цинь Му не принимал своей истинной формы, а просто использовал особую технику. Казалось, что она одновременно объединяла в себе несколько искусств Небесного Дьявольского Культа.

— Кажется, что это комбинация техник создания Духа и техники Марса из области Пяти Элементов… — мужчина не слишком хорошо разбирался в техниках культа поэтому не был уверен.

Изменение тела Цинь Му считалось божественным превращением и некоторые техники позволяли получить такой результат. Они не были чем-то сверхъестественным, а всего лишь одним из божественных искусств тела.

Техники некоторых сект полагались именно на божественные и дьявольские превращения, с целью усиления тела. Однако, превращение Цинь Му озадачило Имперского Наставника. Оно не выглядело как обычное божественное искусство тела.

Божественные искусства тела использовались для усиления тела практика, которое увеличивало его боевые способности путём добавления физической силы. В свою очередь, божественное превращение юноши действительно превратило его в бога.

Имперский Наставник смог заметить, что Цинь Му превратился во Владыку Марса. Вместе с изменениями физической формы, изменилась также и его жизненная Ци. Даже аура, окружающая тело, стала другой!

Это значило, что за счёт своего превращения, он приобрёл как тело, так и божественные искусства бога. А это уже было странно.

Превращение Цинь Му продолжалось, и из-под его ног вырвались клубы дыма, постепенно превращаясь в двух огненных драконов. Звери становились всё больше и больше, подымая рогатое тело в воздух. Юноша стоял на спинах драконов, когда его ноги внезапно превратились в пылающие копыта, разрывая обувь на части.

Теперь он выглядел абсолютно так же, как Владыка Марса, вздымающийся на двух драконах!

Цинь Му поднял руку, отчего воздух вокруг него мгновенно стал невероятно сухим, и вверх поднялись огненные шары, размером с гусиное яйцо. На лице Имперского Наставника промелькнуло заинтересованное выражение, когда мужчина присмотрелся к этим огненным шарам, размер которых не был ни слишком большим, ни слишком маленьким. Внезапно, из них вырвались мечи из яркого пламени. Каждое лезвие исполняло навык меча Заходящего Солнца, и к тому же владело силой заклятий стихии огня, отчего сила даже одного меча из созданного построения была огромной!

— Навык меча Заходящего Солнца Империи Юйюань очень традиционен, но использует принцип пилюли меча. Если объединить его с заклятиями, твоя сила может сравниться со способностями практиков божественных искусств, — вздохнул Имперский Наставник. — Если ты лицом к лицу встретишь мастера выше тебя уровнем, у тебя появиться возможность выжить. Используя божественное искусство божественного превращения, победить противника из области Шести Направлений будет несложно.

Цинь Му перестал исполнять навык меча и оружие спряталось внутри огненных шаров. Затем, они начали сталкиваться друг с другом, превращаясь в красное солнце размером с огромный бассейн. Открыв рот, юноша проглотил его, выпустив две струи пламени из своего бычьего носа. Исполнение техники Трёх Эликсиров Тела Тирана также прекратилось, и два рога на его голове начали постепенно уменьшаться. Тело парня медленно вернулось к своей обычной форме, а два огненных дракона под ногами растворились в воздухе.

Потрогав свой зад, Цинь Му озадачено изменился в лице. Он чувствовал жгучую боль в этом месте, будто его несколько раз ударили батогом.

«Может быть, я с раннего детства привык пасти скот, отчего полюбил бить животных по заднице?» — с подозрением подумал про себя пастушок.

Впереди них лежала величественная гора, с которой сваливался водопад, напоминающий перевёрнутый вверх ногами млечный путь. Белый цвет водопада, чёрный цвет скалы, зелень горной вершины и повисшее над ней солнце, формировали пейзаж, напоминающий картину маслом.

Звук падающей воды был оглушительным, окрестности же покрывал плотный белый туман, который был буквально повсюду, приземляясь на одежду путников, отчего она, спустя некоторое время, стала слегка влажной. Это место заставило их расслабиться и обрадоваться.

Имперский Наставник вёл учеников к южной границе, не следуя по какому-то обычному пути. Он просто выбрал направление и пошёл вперёд, в результате попав в горы. Водопад сформировал глубокое чистое озеро, возле которого стоял олень с изогнутым рогом, махая хвостом и пощипывая траву. На его теле были белые пятна в форме сливового цвета.

Увидев приближающихся людей, зверь немедленно поднял голову, смерив их взглядом, прежде чем сделать несколько шагов навстречу. Путники тихонько воскликнули от изумления. Олень был такого же размера, как цилинь, и выглядел невероятно величественно.

Фыркнув носом, зверь подошёл к берегу озера. В этом месте сидел старик в плаще из простой ткани, взмахивая удочкой в попытке поймать рыбу. Неподалёку от старика находился ребёнок, не слишком маленький, но ещё не подросток. От скуки он собирал камни, после чего бросал их туда, где колыхался поплавок удочки старика. Парень не просто бросил один камушек, он даже не думал переставать.

Водопад был настолько огромен, а течение воды настолько стремительным, что рыба в любом случае не ела бы приманку. А если учесть тот факт, что в воду неостановимо летели камни, брошенные ребёнком, становилось очевидно, что старик и не думал о том, чтобы что-нибудь поймать.

Юэ Цинхун покачала головой:

— Это явно его родной ребёнок. В противном случае, старик бы давно убил мальчика. Разве такое можно вынести?

Цинь Му с озадаченным выражением лица оглянулся. Место очевидно не было рыбным, но старик всё равно сидел здесь с удочкой, поэтому он определённо пришёл сюда не ради рыбалки. Если в таком диком месте, где редко встречались следы человека, они не ловили рыбу, значит старик определённо блокировать путь Имперскому Наставнику!

К тому же, учитывая, что узорчатый олень совсем не уступал цилиню, этот дедуля, вероятно, был существом такого же уровня, как молодо выглядящий Патриарх!

Чэнь Ваньюнь и Сы Юньсян тоже заметили неладное, и встревожено посмотрели в сторону Имперского Наставника. Монах Юнь Цюэ не слишком сильно заморачивался с размышлениями, спросив у старика:

— Дедушка, откуда здесь взяться рыбе? А это твой внук, верно? Если он не перестанет бросать камни, то даже если под водой и есть рыба, она вся сбежит!

Мужчина поднял голову, показывая покрытое морщинами лицо и улыбаясь:

— Как здесь нет рыбы? Разве она только что не пришла?

Юнь Цюэ взглянул на крючок, однако не увидел рыбы. Он лишь заметил, что ребёнок так и не перестал бросать камни в воду. Имперский Наставник Вечного Мира сделал шаг вперёд и с нескрываемым цинизмом проговорил:

— Хоть озеро небольшое, рыба, которую вы хотите поймать огромная, и может вызвать много проблем. Интересно, сможет ли старик с ней справиться?

Морщины на лице старца сжались, когда он ответил:

— Изначально, наш мир был чистым озером. Но в нём завелась громадная рыба, начавшая баламутить воду. Вероятно, она пыталась пробраться сквозь драконьи ворота, желая стать настоящим драконом, однако вместе с этим она захотела съесть всю маленькую рыбу, стирая её с лица земли. Имперский Наставник, подумай сам, должен ли я поймать эту громадину, или нет?

Моргнув глазами, тот спокойно ответил:

— Сравнивать маленькие секты с рыбой немного неуместно, верно, старик? Маленькие секты скорее походят на пиявок, которые присасываются к телам рыбы. Хоть вода и кажется чистой, вся живность в ней искусана пиявками, и в таком случае, нет нужды ловить огромную рыбу. Нужно избавиться от паразитов.

Старец не произнес ни слова. Имперский Наставник Вечного Мира тоже молчал. Когда слова становятся лишними, продолжать их произносить нет смысла. Двое мужчин успели обменяться несколькими предложениями, почувствовав, что не могут переубедить друг друга, поэтому дальнейший разговор был неуместен. Поскольку их идеалы отличались и компромисс был невозможен, единственным вариантом было уничтожить друг друга, что было бы намного проще и спокойнее сделать, нежели разрушать чью-то идею.

Старик поднялся и вытащил из воды свою удочку и леску. Прислонив снасть на дерево неподалёку, он снял с себя соломенную шляпу и плащ. Затем мужчина махнул рукой ребёнку:

— Иди к склону горы.

Имперский Наставник отдал такой же приказ Цинь Му и остальным:

— Идите к обратной стороне горы и ждите меня там. Старик, ты передал свои навыки ученику?

Тот кивнул в ответ:

— Да, я всему его обучил. А ты?

Имперский Наставник безразлично ответил:

— Мне незачем этого делать… Когда-то я был слишком вспыльчив, и совершил много лишних убийств, уничтожив огромное количество сект. Из-за этого многие уникальные техники были бесследно утеряны. После создания Этажа Небесных Записей я часто об этом сожалею, и с того времени у меня появилась привычка задавать такой вопрос человеку, которого я собираюсь убить.

Несмотря на желание Цинь Му остаться и понаблюдать за битвой, которую не часто увидишь, волна от столкновения мастеров уровня Имперского Наставника, вероятно, будет даже сильнее, чем во время боя с Королем Дьяволов Дутяня. Если находиться к ней слишком близко, можно запросто погибнуть.

— Идём к обратной стороне горы! — строго сказал Цинь Му.

Приведя всех на вершину горы, он взглянул вниз. Двое мужчин у подножья водопада были спрятаны туманом, отчего их почти нельзя было разглядеть.

Негодник, бросающий камни, ехал на огромном олене неподалёку. Он невинно заморгал глазами:

— Парни, вы из Имперского Колледжа?

Чэнь Ваньюнь кивнул головой и спросил:

— Как мы можем к тебе обращаться?

— Мужань, Ван Мужань!

Он был такого же возраста, что и Цинь Му, однако вёл себя совсем не так, как его ровесник. Ван Мужань был невероятно активным, и непоседливым. Ему стало бы нудно в тот же миг, когда он успокоится. Парень не мог даже ровно сидеть на олене, постоянно шлёпая зверя по заднице, чтобы тот быстрее двигался.

Цинь Му спросил:

— К какой секте принадлежит брат Ван?

— К Маленькой Нефритовой Столице.

— Маленькая Нефритовая Столица?

Чэнь Ваньюнь и остальные слегка растерялись. Они никогда раньше не слышали о такой секте. В Империи Вечного Мира было три священных земли, и ещё некоторые большие секты, не уступающие им, однако, Маленькая Нефритовая Столица не входила в их число.

Цинь Му тоже был озадачен. Словосочетание “Нефритовая Столица” не слишком часто можно было услышать. Так назывался город, в котором жил Небесный Император, который хоть и не был богом, но достиг бессмертия, и стал императором бессмертных. Какая секта могла осмелиться взять себе такое громкое имя?

— На священной земле нашей Маленькой Нефритовой Столицы живёт очень мало людей. Большинство из них старые мужчины и женщины. У меня там не слишком много ровесников, — сказал Ван Мужань. — Недавно к нам кто-то пришёл, желая увидеть моего учителя. Тот человек попросил старика встретиться с Имперским Наставником, который, по его словам, ступил на дьявольский путь, и собрался уничтожить все секты мира. Изначально, мой учитель не хотел соглашаться, однако, он не мог отказать другу, поэтому мы с ним вышли осмотреться, в итоге увидев, что секты во всём мире оказались на грани вымирания из-за его действий, действительно мало чем отличающихся от дьявольских.

Ху Лин’эр недоумевала:

— Разве мы не на праведной стороне? Мне кажется, что действия Имперского Наставника вполне оправданы!

Ван Мужань покачал головой:

— Вы всего лишь марионетки имперского двора, зубы и когти Имперского Наставника. У вас ужасная репутация.

Цинь Му был озадачен. Он чувствовал, что действия Имперского Наставника были правильными и оправданными. Более того, даже аура мужчины казалась праведной, отчего он ни капли не сомневался в его действиях. Как остальным вообще взбрело в голову, что тот ступил на путь дьявола?

Кроме того, когда они, имперские ученики, успели превратиться в марионеток имперского двора, зубы и когти Имперского Наставника, и обрели плохую репутацию?

«Праведный или злой, скорее всего, это просто зависит от того, с какой стороны смотреть» — подумал про себя юнец.

Ху Лин’эр спросила:

— Мужань, что ты будешь делать, если твой учитель умрёт?

Ван Мужань сверкал уверенностью, качая головой:

— Никто не в силах убить старика, его способности…

В этот же момент к парню подошёл Имперский Наставник со словами:

— Иди и забери тело своего учителя. Перед смертью он сказал мне, что передал тебе все свои умения. Это очень хорошо, так что совершенствуйся.

Ребёнок был ошеломлён, немедленно спрыгнув со спины оленя и побежав в сторону водопада. Спустя мгновение из тумана донеслись его вопли.

— Маленькая Нефритовая Столица довольно примечательна. Я слышал, что у этой секты есть какие-то связи с самими небесами, — немного помолчав, Имперский Наставник добавил. — Впереди город Ли. Я ранен, так что тебе придётся собрать немного трав, чтобы меня вылечить.

Цинь Му кивнул головой:

— Вылечить Вашу травму будет непросто. Лекарство, которое я выпишу, определённо будет сложным.

Глава 195. Крошечная подсказка проясняет ситуацию

Ван Мужань поднёс и аккуратно уложил на спину оленя труп старика. Затем он оседлал зверя и, догнав на нём Цинь Му с остальными, прокричал:

— Имперский Наставник, я отомщу за учителя!

Обернувшись, Имперский Наставник крайне серьёзно произнёс:

— У твоего учителя были великолепные навыки. После того, как овладеешь ими на должно уровне, передай их своим ученикам. Не позволь его наследию кануть в небытие.

Ван Мужань взревел, в то время как под копытами разгоняющегося оленя образовались огненные облака. Зверь взмыл к небу, постепенно исчезая вдали.

— Кто-то пригласил старого дурака из Маленькой Нефритовой Столицы проверить воды, поэтому он, определённо, заслуживает смерти, — Имперский Наставник повернулся к ученикам. — Маленькая Нефритовая Столица — таинственное место, сторонящееся мирских дел, с очень древним происхождением. Даже я узнал о них лишь из обрывков слухов, поэтому сегодня встретил их мастера впервые. Они действительно кое на что способны, но, к сожалению, отстали от времени, и причиной тому послужило слишком редкое появление во внешнем мире. Пребывая в затворничестве, как они могли узнать о прогрессе других сект в техниках? Ограничивая себя средой, слишком легко отстать от времени. Имейте в виду, что вы никогда не станете истинными мастерами, если сосредоточитесь на совершенствовании, не принимая во внимание происходящее вокруг.

Цинь Му и остальные одобрительно кивнули, ощутив прилив уважения в сердцах.

Однако рыбачащего старика и правда пригласили “проверить воды”? Использовали ли они его жизнь, чтобы измерить “глубину вод” Имперского Наставника?

«Противостояние уже началось», — дрогнув взглядом, подумал Цинь Му.

Некоторое время спустя. Добравшись до города Ли, они увидели армию Империи Вечного Мира, успешно завершившую карательную операцию. Битва явно прошла скоротечно, даже стены не были повреждены. Судя по всему, вражескую армию уничтожили за городом.

«В Имперском Колледже есть зал Множества Составляющих и Этаж Военных Секретов, где преподаются навыки построений и искусство войны… У сект попросту нет шансов при встречи лицом к лицу с имперской армией», — думал Цинь Му. Сам город Ли остался цел, следовательно, обычные горожане в нём не пострадали. Поэтому он нашёл место с кучей травяных лавок, где нахапал всего понемногу.

Прошло пол дня, наступила ночь. Цинь Му и остальные остались в усадьбе городского Лорда, который, кстати, был схвачен и отправлен с конвоем в столицу. Вскоре со стороны усадьбы начал доноситься лекарственный аромат. Где-то через час вышла служанка, которая вылила на тротуар лекарственные отходы, а через час ещё раз, позволяя людям разносить их по всему городу. За ночь служанка вылила семь таких тазиков.

На рассвете парень с подопечными не стал отправляться дальше на юг, проведя внутри ещё пол дня…

****

За прилавком травяной лавки стоял учёный средних лет. Его верхняя одежда была зелёной, а рубаха под ней белой. Прямо сейчас он пролистывал десятки рецептов, сверяя их с целебными травами, которые купил Цинь Му, при вчерашнем обходе лавок.

«Нет, не то, все эти травы совершенно бесполезны. Все эти травы не предназначены для лечения травм. Маленькое отродье проницательный… — улыбнувшись, учёный средних лет поднял голову. — Как и ожидалось от божественного врача, известного на всю столицу. Он не хочет, чтобы я узнал из трав, насколько серьёзная у Имперского Наставника травма. Проницательно, однако, ты недооцениваешь меня, Духовного Мастера Дао Цюаня».

— Духовный Мастер, вот лекарственные отходы! — внутрь вбежало несколько ещё совсем юных аптекарей, каждый из которых держал по тазу некой мерзковатой субстанции.

Дао Цюань поочерёдно проверил каждый тазик, после чего проговорил:

— Божественный врач и правда проницателен, он намеренно смешал разные отходы, чтобы я не смог вычислить, как лечится Имперский Наставник. Однако против меня такое бесполезно, он ещё слишком неопытен. Ученики, хватайте травы!

Мужчина перечислял названия различных духовных трав, а молодые аптекари тут же находили их. Затем он, что-то бормоча себе под нос, расставил их по категориям, затем ещё несколько раз поменял местами, после чего приказал ученикам подготовить печь. Убедившись в логичности своих выводов, он собирался очистить в ней травы.

Спустя несколько часов Дао Цюань взглянул на приготовленные лекарства. Первым был очень густой травяной суп. Вторым лекарством оказалась мазь-противоядие для наружного нанесения. Третьим духовная пилюля размером с кончик пальца. Она имела серебряный цвета и была заполнена шипами, а с легким касаниям пальца из неё вырывался колкая золотая Ци. Четвёртое — газ молочно-белой текстуры, клубящийся на дне печи. Пятое — полная чаша тёмно-красной жидкости, но она быстро испарялась. Шестым и седьмым лекарственными средствами тоже были пилюли с различными лечебными свойствами.

Духовный Мастер Дао Цюань проверил каждое из семи лекарств и, переменившись в лице, восхищённо воскликнул:

— Божественный врач воистину удивителен. Благодаря его лечебному курсу, все травмы Имперского Наставника будут исцелены в кратчайшие сроки. От двадцати дней до полугода! — договорив, он быстро упаковал лекарства и взмыл в небо, обратившись световым росчерком. Спустя полдня полёта в сторону южных границ, вспышка света приземлилась в городе Дали, который находился на расстоянии чуть более полутора тысяч километров от города Ли.

Дали был самым большим городом на юге. Раньше тут была страна, которая отстаивала буддистские учения. В ней насчитывалось не менее трёх тысяч шестисот храмов, одним словом, она заслужено носила титул Западного Рая юга. Но затем страна была захвачена Империей Вечного Мира.

Дао Цюань приземлился у входа в славный храм Логуан, после чего тут же вошёл внутрь. В храме находилось около дюжины мастеров уровня Мастеров-Владык сект-культов.

— Духовный Мастер Дао Цюань! — все встали, в то время как мужчина, чьё лицо закрывала бронзовая маска, поприветствовал и, улыбнувшись, продолжил. — Ты должно быть принёс нам хорошие вести!

— Ты прав, — Дао Цюань достал семь различных лекарств и поместил их в ряд. — На сей раз Имперский Наставник сразился со Странником Чжэнем из Маленькой Нефритовой Столицы. Несмотря на то, что ему удалось убить старика, он должен был получил ранения. Также я узнал, что он держит маленького божественного врача под боком, поэтому тот, наверняка, помогает ему с лечением. Я подумал, что используемое лекарство даст нам больше информации о состоянии травм Имперского Наставника, поэтому воссоздал семь лекарств, которые божественный врач приготовил прошлой ночью. Взгляните.

— Духовный Мастер Дао Цюань обычно не считается ни с высотой небес, ни с глубинами земли, считая себя лучшим в искусстве исцеления. Даже Маленький Король Ядов должен льстить тебе. Тогда, как так вышло, что сегодня ты настолько высоко оценил это маленькое отродье, божественного врача? — удивлённо спросил высокий чиновник Ма Ляньшань.

— В прошлом я вёл себя так потому, что никто не мог сравниться со мной с точки зрения медицинских знаний. Мне встречалась только шарлатаны, знающие парочку рецептов и не более. Даже Маленький Король Ядов лишь перенял знания у Безликого Короля Ядов, в то время как сам ничего нового не привнёс в медицину. Кроме того, я презираю его за характер, за поступки. Как вообще можно предать собственного мастера? Но маленький божественный врач отличается, он достоин своего титула, — серьёзно ответил Дао Цюань, затем указал на первое лекарство и продолжил. — Взгляните на этот травяной суп, при его готовке использовались десятки трав, причем больше половины из них ядовиты. Данный травяной суп стимулирует душу и лечит душевные раны. Неужели у Имперского Наставника ранена душа?

— Это действительно так. Я использовал свою Очищающую Ян Тридцати Шести Небесных Духов и Звёздных Извергов, чтобы ранить его душу. Правда он тоже меня ранил, — задыхаясь проговорил старик.

— Травяной суп, как раз для лечения души. Второе лекарство — мазь. У Имперского Наставника есть внешняя рана от ядовитого огня? — спросил Дао Цюань.

— Духовный Мастер очень точен в своих выводах, в моей технике присутствует ядовитый огонь. Когда мы застали Имперского Наставника врасплох, мне удалось нанести удар по его груди в районе сердца, — усмехнулась старуха.

— Мазь божественного врача помогает избавиться от огненного яда, — Дао Цюань указал на третье лекарство. — В данной, без сомнения, очень редкой духовной пилюле сокрыта крайне острая золотая Ци. Имперский Наставник должно быть мучается от древесного яда или ядовитого насекомого, одно из двух. Кому из вас удалось отравить его?

— Когда мы устроили ему засаду, я использовал ядовитых насекомых, — усмехнулся другой старик.

— Вот и всё, — Дао Цюань продолжил. — Четвёртое лекарство предназначено для техники пропаривания. У Имперского Наставника должно быть повреждены семь великих божественных сокровищ, из-за чего лекарству сложно проникнуть внутрь. Но юноша нашёл отличное решение, он превратил лекарство в газ, пропаривая его в проварке.

— Почему он не сварился на пару? — улыбнулся Владыка культа, находящийся в храме Логуан.

— Кроме того, имеют место быть и другие скрытые травмы, поэтому божественный врач использовал иглоукалывание и прижигание. Иглы были полые, а внутри находилось пятое лекарство. Оно очень быстро испаряется, но после ввода в тело просачивается в кожу, — Дао Цюань указал на шестое лекарство, говоря. — Данное лекарство используется для усиления тела, чтобы улучшить эффект от всего лечебного процесса. Седьмое же лекарство, просто добавка, питающая тело раненого. Из всего этого я могу сделать лишь один вывод — Имперский Наставник Вечного Мира ещё не оправился, — он вдохнул в восхищении и продолжил. — Однако если мы дадим маленькому божественному врачу месяц, то он вернётся его к своему пиковому состоянию. Все травмы будут излучены без каких-либо последствий!

Нахмурившись, Мастер Дворца Воцарившейся Страсти мягко произнесла:

— Травмы Имперского Наставника кажутся более серьезными, чем мы ожидали.

Мужчина в бронзовой маске улыбнулся:

— Всё из-за того, что он встретил Странника Чжэня. В прошлом я хорошо его знал. Жаль только, что он отправился в Маленькую Нефритовую Столицу, поэтому я практически перестал с ним контактировать. Чжэнь тоже находится на пике области Божественного Моста, и он не многим слабее Имперского Наставника Вечного Мира.

— Странник Чжэнь уже пал от рук Имперского Наставника. Находясь ещё в городе Ли, я чувствовал импульсы со стороны горы, — проговорил Дао Цюань.

Взгляд Мастера Дворца Воцарившейся Страсти упал на мужчину в бронзовой маске. Она, казалось бы, желая узнать, чьё лицо скрывалось под маской, спросила:

— Используя прошлые узы дружбы, ты отправил Странника Чжэня на смерть. Не слишком ли коварно? С нашей первой встречи ты не осмеливался показать лица, всегда нося маску. Ты предал своего друга, ты скрываешь свою личность, всё это меня очень сильно беспокоит. Если меня предадут, я боюсь, что могу даже не узнать, кто именно.

— Мастер Дворца Цю, тебе не о чем беспокоиться, он не плохой.

Мастер Дворца Воцарившейся Страсти Цю Деи повернулась к говорившему, которым оказался один из трёх чудес Замка Трёх Чудес — Лорд Большого Замка Чэ Чжэнли, а также отец Имперского Консорта Чэ. После его восстания Консорт Чэ была втянута во всё это. Сейчас даже неизвестно мертва она или жива в холодном дворце.

Мастер Дворца Воцарившейся Страсти равнодушно проговорила:

— Правда? Только потому, что ты так сказал, я должна верить? Лорд Замка Чэ, не забывай, ты ведь тоже родственник правящей семьи.

Че Чжэнли слегка изменился в лице, собираясь что-то сказать, как вдруг засмеялась старуха:

— Мастер Дворца, с его личностью нет проблем.

Взявшая слово старуха была одной из трёх сильнейших практиков старого поколения, именно она была в числе тех трёх, кто напал на Имперского Наставника из засады. Поскольку с ней не возникало каких-либо проблем, Мастер Дворца Воцарившейся Страсти могла лишь отступить.

— Так-как Имперский Наставник по-прежнему страдает от тяжёлых травм, разве мы должны давать ему время на выздоровление? — спрашивая, мужчина в бронзовой маске окинул всех взглядом. — Он дал нам два выбора, передав сообщение через Хэ Сяопэна. Пришло время принять решение. Так как мы поступим?

Глава 196. Одиночество от непобедимости

В храме повисла тишина.

— Имперский Наставник действует напористо. Он привёл с собой четырёх из восьми Опор Государства, гениального полководца, которого нарекли Великим Генералом Таящей Трансформации, герцога Вэя и даже нескольких высокопоставленных чиновников первого ранга. Если мы сойдёмся с ними в лобовую, то определённо потерпим поражение.

— Простите мне мою прямолинейность. Хотя я знаю, что секты определённо одержат верх в этом противостоянии, но Империя Вечного Мира более подкована в широкомасштабных сражениях на поле брани. Если всё так, тогда зачем нам сражаться с силой империи нашей слабостью, почему бы нам не использовать нашу силу против её слабости? — спросил чиновник Ма Ляньшань, на что все дружно закивали.

Мастер Дворца Воцарившейся Страсти вдруг сказала:

— Всё это напоминает мне битву двухсотлетней давности. В те времена у школы боевых техник было много сильных практиков с разнообразным совершенствованием. Она даже могла тягаться со школами техник управления мечом и заклятий. Только подумайте, её приверженцы сражались до смерти с последователями сразу двух других… Вот что значит истинная властность и дерзость! Тем не менее взгляните на текущее положение дел школы боевых техник. Куда они все подевались?

Все присутствующие вновь замолчали. По большей части мастера школы боевых техник погибли на “дебатах” с Имперским Наставником Вечного Мира…

Школа была практически полностью раздавлена, а те, кто практиковал боевые техники, в основном совмещали их с другими направлениями. Редко когда встречались люди, совершенствующиеся только в ближнем бою. Во время тех “дебатов” школа боевых техник была практически уничтожена одним лишь Имперским Наставником.

— Но что изменилось сейчас? — Мастер Дворца Воцарившейся Страсти монотонно продолжала. — В те времена школа боевых техник считала себя лучшей во всём в мире, будучи уверенной, что на дебатах разобьёт школу техник управления мечом в пух и прах. Поэтому многие сильнейшие практики боевых техник отправились в столицу, дабы бросить вызов наглецу. Все мы знаем, что произошло потом, верно? — она окинула всех взглядом. — Если мы согласимся следовать правилам военного мира в противостоянии с ним, разве мы не окажемся в примерно той же ситуации?

— Что на уме у Мастера Дворца Цю? — выдержав паузу, спросил мужчина в маске.

Мастер Дворца Воцарившейся Страсти подняла руку и ответила:

— Имперский Наставник думает, что мы согласимся на бой с ним в соответствии с правилами боевого мира, но мы поступим иначе. Когда он придёт, мы дадим ему занять территорию, после чего все вместе набросимся и убьём, положив всему этому фарсу конец! — с такими словами она рассекла ладонью воздух и холодно продолжила. — Раньше Империя Вечного Мира была лишь крошечной страной. А сейчас? Основная заслуга такого головокружительного успеха кроется в Имперском Наставнике. Он легенда, почитаемая горожанами и военными чиновниками имперского двора. Ему достаточно лишь слова, чтобы Император Яньфэн отказался от трона в его пользу! Если же он упрётся, то будет убит, собственно, как и вся его семья! Если Имперский Наставник погибнет, с Империей Вечного Мира не будет так уж сложно совладать, поэтому мы должны прибегнуть к недобросовестным методам. Мы не можем следовать правилам чести.

— Ммм… Мастер Дворца Цю права, — согласились все в храме Логуан. Конечно, было несколько тех, кому претила мысль пойти против устоявшихся правил боевого мира, но они мудро держали это мнение при себе.

Надо сказать, что текущее планируемое нападение на Имперского Наставника и прошлое совершённое — полностью отличаются друг от друга в плане морали. В случае нападения трёх старцев он был окружён армией из десятков тысяч человек, в число которых входили многие сильнейшие практики. Поэтому тогда правило военного мира нарушено не было, но сейчас ситуация совершенно другая, сейчас они пойдут против традиций и морали, нарушив собственное слово.

«Поступив так, мы нарушим устоявшиеся традиции, что приведёт к катастрофе, которая войдёт в историю, — Духовный Мастер Дао Цюань мысленно корил за такое решение. — Они привнесли в боевой мир непокорный метод ведения боя имперского двора. Боюсь, мы не сможем вернуться к прошлому положению вещей в мире».

****

Город Рассвета. Следуя заранее продуманному шаблону действий, Цинь Му опять “ухаживал” за травмами Имперского Наставника. Добравшись до города Горы, юноша вновь “подлечил” мужчину.

Между тем, армия, продвигаясь единым целым, добралась до Дасяна. Сметая всё перед собой, она вторглась в ближайший город и захватила его. На юге находилось много водоёмов, но не было огромных рек сродни Вздымающейся, поэтому было крайне трудно защищаться от армии Империи Вечного Мира.

Цинь Му сильно помог Имперскому Наставнику, когда призвал Короля Дьяволов Дутяня, чтобы уничтожить город Небесной Волны, который был стратегически важным местом, окружённым огромным рвом с водой и самой рекой. Однако парень не мог взять на себя ответственность за данный поступок…

На пятый день Цинь Му и остальные добрались до города Превосходства, который, само собой разумеется, уже был захвачен. Войдя внутрь, они увидели измазанного нищего голодранца, который одной рукой опирался на трость, а в другой держал потресканную миску для монет. Когда он подошёл к ним, монах Юнь Цюэ пошарил по карманам в поисках какой-либо мелочи. Понимая, что он там ничего не найдёт, Ху Лин’эр достала монету Великого Изобилия и передала ему. Лысый поблагодарил, бросив монету в миску старика.

Старый нищий потряс чашу, отчего монета зазвенела, и произнёс:

— Вы все добрые люди, у вас будет много детей и великое процветающее будущее. Имперский Наставник, могу я попросить тебя отправиться в город Дасян. Второй сбор героев всего мира произойдёт там, поэтому мы будем ждать твоего прихода!

Имперский Наставник бросил на него взгляд и равнодушно сказал:

— Не могли подождать нескольких дней? Если бы подождали, моя армия добралась бы до Дали, сбросив трупы так называемых “героев всего мира” в южное море на корм рыбам. Избавить нас от проблем с похоронами разве не лучше?

Нищий громко рассмеялся, и от его тела послышалось семь поочерёдных звук, характерных для открытия ворот. Старик разразился могучей аурой, подкрепляемой невероятно плотным совершенствованием. Его дух был подобен богу, презрительно взирающему на всех живых существ. Теперь стало очевидно, что это был не дух, из последних сил цепляющийся за жизнь благодаря милостыни мирян, а безраздельно властвующий бог, которому приносили подношения все под небесами!

— Имперский Наставник, как обычно, дерзок. Город Дасян, я буду ждать твоего прихода!

— Постой, — старика, который уже было собрался рвануть прочь, остановил оклик. Нищий присел на корточки и с озадаченным выражением лица повернулся к Цинь Му, который, с лицом-кирпичом, мягко сказал. — Лин’эр, забери деньги, они гораздо богаче нас.

Ху Лин’эр немедленно подошла и выхватила из потресканный чаши монету.

— Вам хватает стыда отбирать у нищего милостыню? Вы импотенты! Импотенты! — впав в бешенство, начал ругаться старик.

— Вонючий нищий говорит о нас что-то плохое? — повернув мордочку, спросила Ху Лин’эр. — Молодой мастер, что такое импотент?

— Импотент означает, что человек не может заделать ребёнка, — объяснил Цинь Му.

— Он действительно говорит о нас что-то плохое! — впав в ярость, Ху Лин’эр харкнула в лицо старика, который, судя по всему, даже не собирался уворачиваться.

— Маленькая лиса, считай, что ты труп, раз спровоцировала меня! — с ухмылкой проговорив, нищий мгновенно прорвался сквозь воздух.

— Как ты смеешь говорит о нас что-то плохое после того, как кинул нас на деньги, ты, импотент! — опять плюнула Ху Лин’эр.

Имперский Наставник сказал:

— Будь осторожнее, перед тобой Ци Даю, Мастер секты Нищего, последователи которой крайне мелочны и злопамятны. Если никто не даёт милостыни, они начинают дебоширить перед лавками и магазинами или используют злые искусства, чтобы навредить людям. Подпортив всем день или даже загубив прибыльный бизнес, через разрушение магазина, они буду наговаривать на тебя за твоей спиной, могут даже выкрасть дочь или сына, чтобы потом продать. В Небесном Дьявольском Культе есть Чертог Нищего, который постоянно противостоит им. Чертог Нищего просит только еду, что есть меньшее зло, однако, секта Нищего постоянно их ложно обвиняет во всяких грехах.

— Имперский Наставник, до Дасяна рукой подать. Думаю, мы должны вернуться в Имперский Колледж, — моргнув глазами, улыбнулся Цинь Му.

— Нет, ты должен следовать за мной до Дасяна, — монотонно ответил Имперский Наставник.

У юноши начали болезненно пульсировать виски. Он дождался, когда всё улеглось, прежде чем направиться в игорный дом города Превосходства, где нашёл владельца и приказал:

— Передай мою команду. Мастера триста шестидесяти чертогов нашего священного культа должны воспользоваться флагами мгновенного перемещения и…

— Погоди! — прозвучал оклик Сы Юньсян, на который Цинь Му тут же обернулся, увидев идущую к нему девушку. Её прошлую застенчивость, как ветром сдуло, когда она холодно продолжила. — Священный Владыка, если Вы так поступите, то подвергнете наш священный культ опасности. Если случится худшее, кто будет в ответе за это?

— Святейшая, я Владыка, — обернувшись, монотонно проговорил Цинь Му.

— Святейшая отдаёт дань уважения Владыке, — сладко улыбнувшись, проговорила Сы Юньсян, после чего её лицо мгновенно охладело, и она продолжила. — Если Владыка позволит нашему священному культу помочь Имперскому Наставнику, то совершенно не важно, одержит тот верх, или потерпит поражение, ведь наш культ потеряет всякую репутацию перед всем боевым миром. Все секты нас будут высмеивать и рассматривать, как врагов. Нам больше не будет места в этом мире!

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— В глазах других, наш священный культ уже и так дьявольский, тогда про какую репутацию идёт речь? Другие не могут дать тебе место под солнцем, за него нужно бороться. Сейчас нам подвернулась редкая возможность, и, если упустим её, наш культ действительно не будет иметь места в этом мире.

Сы Юньсян возразила:

— А что, если Имперский Наставник попытается наложить руки на наш Небесный Святой Культ, когда разберётся со всеми прочими сектами? Можете ли Вы взять на себя такую большую ответственность?

— Могу, — взглянув на неё, твёрд ответил Цинь Му.

Опять изменив выражение лица, Сы Юньсян слегка улыбнулась:

— Вы Владыка, так что решение за Вами, Сы Юньсян больше не станет возражать. Но если священный Владыка оступится, подвергнув культ опасности, может Вы станете вторым Владыкой, убитым Святейшей.

Цинь Му нахмурился. Быть Владыкой Небесного Дьявольского Культа и правда опасно, тебя могли в любой момент убить из-за плохого исполнения обязанностей. Сы Юньсян застенчиво продолжила:

— Предыдущий Владыка умер от похоти, а текущего изобьёт до смерти Святейшая. Ох… репутация у обоих оставляет желать лучшего.

Покачав головой, Цинь Му махнул рукой:

— Святейшая, ты свободна. Передай мою команду. Мастера триста шестидесяти чертогов нашего священного культа должны воспользоваться флагами мгновенного перемещения! Также должны прибыть два Хранителя!

— Как прикажет Владыка! — уважительно поклонился владелец игорного дома.

Выйдя из игорного дома, Цинь Му увидел поджидающую Сы Юньсян. Увидев его, она подошла и хихикнула:

— Изобьёт до смерти…

Уставившись на неё, Цинь Му пошёл вперёд:

— Ты идёшь или нет?

Догнав его, Сы Юньсян закатила глаза:

— Разве перво-наперво Владыка не хочет разместить Великие Небесные Дьявольские Рукописи в священных землях культа на случай непредвиденной смерти?

Цинь Му остановился и, обернувшись, серьёзно проговорил:

— Сестра, ты мне не противник. Если я принял неправильное решение, из-за которого ты придёшь по мою жизнь, тебя будет ждать лишь смерть от моих рук. Ты… — он использовал жизненную Ци, чтобы нарисовать в небе линию. — Вот ты, — затем он нарисовал ещё одну линию, гораздо длиннее. — Вот я! Независимо от того, насколько велика широта твоего ума, твоя линия всего будет короче моей!

Футляр меча за спиной Сы Юньсян завибрировал, издавая звенящие звуки, и она улыбнулась:

— Если не попробую, то, как знать наверняка?

Заложив обе руки за спину, Цинь Му неторопливо зашагал вперёд:

— В попытке нет никого смысла. В одной со мной области мне нет равных. Не расстраивайся, не только ты мне не противник, но даже Имперский Наставник, — вдруг он остановился и, грустно взглянув на небо с лицом полным одиночества, прошептал. — У меня Тело Тирана… — затем он потупился и, пустив скупую мужскую слезу, которую мог заметить только кто-то, находящийся совсем рядом, словно находясь под гнётом всего мира, тяжело вздохнул. — Единственное в своём роде…

Сы Юньсян оцепенела. Она хотела сделать шаг, но не могла, ощущая трепет в душе, ведь такого не ожидала увидеть и услышать. Аура одиночества и непобедимости буквально витала в воздухе…

«Тело Тирана? Что за телосложение такое? Неужели даже сильнее Четырёх Великих Духовных Тел? — девушка могла лишь гадать. — Патриарх выбрал его на роль Владыки, а не меня, именно из-за Тела Тирана?»

Глава 197. Сильные практики любят облака

Сы Юньсян собралась с мыслями и подняла голову, всматриваясь вслед исчезающему вдали Цинь Му: «Я не буду слабее Тела Тирана. Женщины семьи Сы врождённые убийцы Владык культа! Если Святейшая предыдущего поколения смогла убить своего Владыку, то и мне это под силу!»

На следующий день они прибыли в уезд Потопа, который уже двое суток находился в руках империи. Когда один из солдат увидел наставника, он сообщил:

— Имперский Наставник, в городе появилось много подозрительных людей, принёсших с собой какие-то флаги.

— Люди с флагами? — спросил мужчина, бормоча себе под нос и поглядывая на Цин Му. Затем он ответил. — Не обращайте на них внимания. Сколько их пришло?

— Где-то двенадцать. Все они одеты в бамбуковые шляпы, скрывающие лица, и носят разное оружие, закутанное в ткань.

— Можешь быть спокоен.

На третий день они пришли в уезд Чистой Реки, где тоже были люди, принёсшие с собой флаги. Их было около пятидесяти, намного больше, чем вчера. Спустя сутки, в городе Скрытого Тумана появились несколько сотен практиков с флагами. Цинь Му не собирался ничего объяснять Имперскому Наставнику, а тот и не интересовался.

Покинув поместье местного чиновника следующим утром, они отправились в сторону Дасяна. Не успев отойти далеко от имения, путники встретили странного человека, одетого в бамбуковую шляпу и несущего за спиной оружие, плотно замотанное в ткань. Увидев их, он повернул и пошёл следом. Через несколько шагов, из соседней аллеи вышел ещё один мужчина. Его глаза скрывала такая же бамбуковая шляпа, а оружие на руке было надёжно скрыто. Сидящий сбоку толстяк с аналогичным видом тоже поднялся, схватил свой мешок и последовал за Цинь Му.

До того, как путники успели покинуть город Скрытого Тумана, за ними собралась целая толпа из нескольких сотен подобно выглядящих людей. Среди них были мужчины и женщины, молодые и старики.

Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун и остальные постоянно оглядывались, чувствуя себя в напряжении. Все эти люди держались на комфортном расстоянии и скрывали свои лица. Нельзя было сказать, что они замышляли.

— Может быть, это те люди с флагами? Но где тогда их флаги? — пробормотал Юнь Цюэ.

Имперский Наставник Вечного Мира по-прежнему равнодушно относился к происходящему, и не обращал никакого внимания на несколько сотен преследователей.

Неподалёку от ворот города Скрытого Тумана они увидели беседку, внутри которой продавали чай два старика — мужчина и женщина. Заметив приближающихся людей, те подняли головы и поприветствовали:

— Дорогие гости, не хотите ли чаю?

Монах Юнь Цюэ пробормотал:

— Зачем нам пить чай? Мы ведь только что отправились в дорогу.

— Я умираю от жажды, — с этими словами, Имперский Наставник вошёл в беседку и попросил чашку чая.

Цинь Му и пара стариков присоединились к мужчине. Сидя по сторонам стола, четыре человека спокойно начали попивать чай из стоящих перед ними кружек.

Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун и остальные тоже захотели присоединиться, однако, как бы не пытались, не могли приблизиться. Беседка стояла всего в нескольких метрах, однако после более чем десяти шагов, они всё равно остались там, где и стояли.

Подростки невероятно удивились и начали бежать в сторону беседки. Их скорость была огромной, однако, расстояние до цели не уменьшалось. Беседка, стоящая поблизости, казалось, была в тысяче километров!

Спустя некоторое время, Цинь Му и Имперский Наставник допили свой чай и поднялись, чтобы поклониться. Старики тоже встали с места, отвечая тем же. Выйдя из беседки, Имперский Наставник сказал:

— Отправляемся в Дасян.

Лица учеников свидетельствовали о глубоком недоумении, однако, они всё-таки последовали за своим лидером. Юэ Цинхун оглянулась, увидев, что несколько сотен людей в бамбуковых шляпах перестали идти за ними следом. Вместо этого, они сели вокруг беседки, тихонько попивая свой чай. Это было странное зрелище.

— Какая-то странная компания, — сказала Ху Лин’эр.

Сы Юньсян подошла к Цинь Му с вопросом:

— Дело сделано?

Цинь Му кивнул головой:

— Увидишь, когда придёт время.

Добравшись к окраинам города, они увидели разбросанные повсюду бараки. Военные лагеря возводились на каждом шагу, а герцог Вэй, Великий Генерал Таящей Трансформации и Великий Генерал, управляющий Армией, уже были на месте. Они не спешили вторгаться в Дасян.

Дасян был стратегически важным городом южных границ, в котором собралась армия мятежников, состоящая из тысяч солдат и кавалеристов. Последователи всевозможных сект мчались сюда непрерывным потоком, дожидаясь подходящего момента для атаки. Если бы здесь началась битва, она бы определённо вошла в историю как эпичное и грандиозное событие.

По пути Цинь Му увидел, как силачи в золотой броне толкают огромные облачные тележки и готовятся к атаке на город. Эти люди были мастерами области боевых техник, делающие всё возможное для укрепления своих физических тел. Они могли увеличиваться в размере в десятки или даже сотни раз, превращаясь в настоящих великанов, а их броня была выкована из таинственного золота и меди, и имела толщину около пятнадцати сантиметров.

Тела великанов были обмотаны цепями, позволяя им тащить щиты и одновременно толкать небесные тележки. Эти тележки казались невероятно сложными, среди них были тараны для разрушения стен и летающие лестницы, простирающиеся на сотни метров в высоту. Последние можно было опереть на городскую стену, позволяя солдатам через неё перебраться.

Цинь Му также заметил солдат, рисующих на земле диаграммы построений, ориентируясь по которым войска могли с лёгкостью сформировать нужный строй.

Внезапно, их взор пал на кавалерию, летающую на огромных птицах, которая как раз сорвалась в стремительное пике по приказу генерала. Более десяти тысяч мечей блеснули в единственном взмахе, после которого более гектара земли покрылось торчащим оружием!

Когда кавалерия пролетела, летающие мечи взмыли в небо, возвращаясь в ножны на спинах своих хозяев. Этот род войск появлялся и исчезал со скоростью ветра, отчего любой противник чувствовал себя беззащитным.

В этой армии был не один, а десятки отрядов кавалеристов. Огромные птицы могли использовать всевозможные тактики и манёвры, и, если наземной армии приходилось с ними встретиться, огромных потерь нельзя было избежать!

В случае битвы с более сильным противником, небесная кавалерия могла использовать тактику воздушного змея, дабы повесить врага в воздухе. Помимо кавалерии, были также летающие корабли. На сей раз, герцог Вэй и Великий Генерал, управляющий Армией, мобилизовали несколько сотен судов, каждое из которых несло на себе тысячу солдат, то есть была собрана армия из нескольких сотен тысяч человек.

«Реформа Имперского Наставника действительно сделала имперскую армию неуязвимой. Если наш Небесный Святой Культ подвергнется такой атаке, нас просто раздавят» — подумал Цинь Му.

Прибыв в лагерь, Имперский Наставник обменялся парой слов с герцогом Вэем и двумя генералами, после чего повёл Цинь Му и остальных в город Дасян. На улицах города были развешаны флаги всевозможных сект. Здесь даже можно было увидеть флаги стран, которые были давным-давно захвачены. Оглянувшись вокруг, Имперский Наставник покачал головой:

— Если старое поколение ещё не уничтожено окончательно, как мы можем стать великими? Они будут вечно восставать из пепла, пытаясь отомстить. Мы должны пролить кровь революции и миллионы голов должно упасть.

Цинь Му спросил:

— Имперский Наставник, всё готово?

— Готово, — ответил мужчина, подняв голову, и городские ворота широко распахнулись.

Навстречу гостям вышли два ряда людей, выровнявшись по правую и левую стороны ворот. Жизненная Ци между ними превратилась в образы богов и дьяволов.

«Сильные практики области Небожителя», — собрался с мыслями Цинь Му. Столь сильные мастера уже могли создавать реальные образы богов и дьяволов. А две группы впереди состояли из шестидесяти или даже семидесяти таких мастеров!

— Это явно не все, — Юэ Цинхун вздохнула и улыбнулась, — чтобы проверить учеников со всего мира, в зале Лазурного Ян Имперский Колледж собрал девяносто девять сильных практиков области Небожителя. Если у мятежников так мало сильных мастеров, им не хватит сил даже для того, чтобы справиться с нашим колледжем.

Десятки выстроившихся впереди мастеров смотрели на учеников, как на мишень, не обращая никакого внимания на услышанное.

Пройдя через ворота города, они увидели, что два ряда сильных практиков продолжаются вдоль улицы. Люди стояли на расстоянии десяти метров друг от друга, вплоть до городского центра. Конец улицы был едва виден, а значит, на самом деле здесь было более тысячи мастеров области Небожителя!

Сердце Юэ Цинхун вздрогнуло, и девушка больше не осмеливалась издать ни звука. Цинь Му всё ещё мог держать себя в руках. Небесный Дьявольский Культ тоже состоял из нескольких сотен таких практиков, поэтому парню не было чему удивляться.

— В этом восстании участвуют не только секты, но и страны, исчезнувшие с карты давным-давно, — безразлично продолжил Имперский Наставник. — В своё время, дабы завоевать доверие людей, я не захотел убивать всех сильных мастеров этих стран, позволив им снова восстать. Теперь, кроме стран и сект, взбунтовались некоторые уважаемые семьи, а их уж точно нельзя недооценивать.

Цинь Му начал делать некоторые подсчёты. После области Небожителя шла область Жизни и Смерти, а за ней — Небесного Моста. Судя по количеству практиков первой, количество мастеров Жизни и Смерти тоже должно быть не маленьким, и, скорее всего, в армии мятежников было более десятка солдат уровня Божественного Моста.

Более десятка мастеров уровня владыки культа вкупе с сильными практиками из священных земель вроде Маленькой Нефритовой Столицы были смертельной ловушкой, в которую Имперский Наставник вошёл добровольно.

Что касается Цинь Му и остальных учеников, им могли спокойно отрубить головы, а затем повесить на пояс, будто украшение. Практики по обе стороны улицы торжественно стояли, не издавая ни звука. В округе слышались лишь шаги Цинь Му и остальных. Кроме взбунтовавшихся практиков божественных искусств, в городе больше никого не осталось.

Кроме того, в городе Дасян не было ни единого здания. Все дома, и даже их фундаменты, были снесены. Город казался голым, и в пределах его стен были одни лишь солдаты. Они стояли в своих боевых построениях, не говоря ни слова и внимательно рассматривая гостей.

Прогулка под взглядами десятков тысяч практиков божественных искусств оказалась невероятно изнуряющей. Даже Чэнь Ваньюнь, привыкший к картинам войны, начал дрожать, не в состоянии себя контролировать.

Цинь Му уже видел бога, и даже писал на его скульптуру, так что остался непоколебим. Он ощущал на себе давление, но не терял самообладания.

Центр города тоже был перестроен. Усадьба городского Лорда бесследно исчезла, а на её месте появилась огромная платформа, к которой вели несколько тысяч ступенек. Находясь на высоте нескольких десятков метров, она была даже выше городской башни, напоминая маленькую гору.

Цинь Му шёл вперёд, чувствуя, как его сердце начинало дрожать. Платформа не просто выглядела как маленькая гора, она была горой. Кто-то перенёс целую гору, поставив её на усадьбу Лорда, после чего придал ей нужную форму!

Подойдя к началу ступеней, они начали медленно подыматься. Наконец взобравшись на последнюю ступеньку, они обнаружили, что поверхность на вершине горы была выравнена. Завораживающие образы богов и дьяволов возвышались над землёй, однако, ни одного владыки секты не было видно.

Внимательно присмотревшись, Цинь Му увидел, что владыки либо стояли на ладонях богов, либо сидели у них между бровей. Никто из них не стоял на земле. Все они висели в облаках, что ещё больше увеличивало давление на учеников… Эти существа уровня владыки культа были просто слишком сильными.

На кончиках пальцев одного из образов богов стояла прекрасная женщина, свысока смотря на Имперского Наставника. Она проговорила нежным тоном:

— Человек Номер Один под богами, Имперский Наставник правящей династии, тебе действительно хватило смелости прийти сюда в одиночку?

Своим внешним видом образ этого бога напоминал даоса. Он имел около трёхсот метров в высоту, а его глаза были полностью белыми, будто были сотканы из яркого света. Вокруг его тела извивалась громадная змея, а под ногами лежала чёрная черепаха. Холодный ветерок дул ему в лицо, отчего флаг за его спиной слегка колебался.

Когда Сы Юньсян увидела такое зрелище, её сердце чуть не вырвалось из груди:

— Образ, в который превратилась её жизненная Ци, обрёл материальную форму, это уровень, близкий к настоящему богу!

Цинь Му не слишком разбирался в этом вопросе, и немного растерялся, но всё же спросил:

— Сестра, а если человек потерял все свои конечности, но, взглянув на него третьим глазом, можно увидеть абсолютно здоровое тело, напоминающее внушительно сильного бога, сияющего божественным светом, его силу можно сравнить с этой женщиной?

Девушке не хватило знаний, чтобы ответить на вопрос, поэтому она промолчала. Внезапно Имперский Наставник повернул голову, а воздух заполнила неконтролируемая аура, и желание вступить в бой переполнило его тело:

— Ты встречал такого человека?

Цинь Му был потрясён такой реакцией и ответил:

— Это мой старик.

Уголки глаз Имперского Наставника задрожали:

— Ещё один твой старик? Кажется, у тебя их много.

Глава 198. Сила Небесного Дьявольского Культа

— Это чересчур, их всего девять, — покраснев прощебетал Цинь Му.

— Девять таких стариков? Каждый из них, как немой? Если это так, то происхождение Владыки Небесного Дьявольского Культа немного ужасающее! — поражённо продолжил Имперский Наставник Вечного Мира.

— Есть ещё девять человек, которые похожи на меня, мой путь не будет одиноким. Я думал, что не было никого, кроме меня, кто бы подошёл так близко. Теперь моё сердце спокойно, — с благодарной улыбкой проговорил Имперский Наставник.

Цинь Му посмотрел на него с любопытством и вдруг задался вопросом: «Не буду ли я избит до смерти, если использую Зелёные Глаза Небес, чтобы сейчас посмотреть на него?»

Юноша действительно хотел увидеть, был ли Имперский Наставник таким же, как старейшина деревни. Однако, он не мог смотреть сквозь него. Также, как и не мог увидеть природу этого человека. Если что-то было связано с этой персоной, имело место быть много противоречий. Если он использует Зелёные Глаза Небес, чтобы рассмотреть его, тот может, чего доброго, и вспылить

— Имперский Наставник, Мастер Дворца обращается к Вам, почему Вы не отвечаете?

Цинь Му перевёл свой взгляд на источник звука и увидел человека, который говорил, идя по платформе. Он носил уникальную бронзовую маску. У него были преувеличенные черты лица, которые включали в себя: длинные и широкие уши, нос, как орлиный клюв, большой рот, два столпообразных глаза, широкие брови, отверстие на лбу, которое, казалось бы, было подготовлено для третьего глаза.

Однажды, Цинь Му увидел лоб под маской и там действительно был глаз. Это был глаз между бровями человека!

— Что за техника? — был слегка ошеломлён Цинь Му.

Имперский Наставник посмотрел на человека в бронзовой маске и его взгляд прошёл мимо него, остановившись на Мастере Дворца Воцарившейся Страсти Цю Деи.

— Мастер Цю из Дворца Воцарившейся Страсти, твоя техника Раскрытия Тайн Ненависти Небесным Мечом эквивалентна искусству меча, переданному богом, — сказал Имперский Наставник и задумчиво продолжил. — Лорд Замка Колесниц Чэ Чжэнли, Лорд Нефритового Замка Юй Циншэн, Лорд Тёмного Замка Ли Фэй. Техника Лорда Замка Чэ — Небесный Закон Непостижимости Печати Дьявола, техника, чтобы запечатать путь дьявола секты Дао. Техника Лорда Нефритового Замка —Трансформация Дракона из Пяти Насекомых, которая превращает ядовитых насекомых в драконов. Лорд Замка Ли, Вы работаете с ядами, но какова Ваше техника, мне не ясно.

— Ещё есть техники, которые Имперский Наставник не знает? Моя техника называется Яд Преображающий Три Бессмертные Тайны, которая хороша в превращении яда в энергию, — усмехаясь проговорил Лорд Замка Ли.

Имперский Наставник Вечного Мира перевёл свой взгляд на другого человека.

— Духовный Мастер Дао Цюань всегда лечит болезни и спасает людей, так почему Вы тоже присоединились к мятежникам? — спросил он и незамедлительно продолжил. — Более десяти лет назад, из-за наводнения реки Вздымающейся прошла эпидемия чумы и распространилась на юг. Духовный Мастер лечил людей и предоставлял бесплатные лекарства, заслуживая хорошую репутацию во всём мире. Я хотел пригласить Вас занять официальную должность в Имперском Колледже, но Вы отказались, таким образом, Вы получили только титул Духовного Мастера.

— Мы не можем работать вместе, когда наши пути разные. Имперский Наставник, мне пришлось отказаться от Вашего предложения, потому что я вижу, что Вы и я люди с разными судьбами. Вы слишком безжалостны, желая уничтожить все секты в мире, поэтому у меня нет выбора, кроме как остановить вас, — торжественно заявил Дао Цюань.

— Я устраню все секты в мире, чтобы иметь возможность лечить больше людей. Вы видели, как я это делаю? — после неловкого молчания спросил Имперский Наставник.

— Вы делаете это хорошо. Первоначально в нашем мире было мало лекарей, но теперь их так много, что даже невозможно сосчитать. Даже летающие корабли снабжены лекарями и детьми-медиками, что затрудняет распространение чумы. Однако, за эти годы все лекари Имперского Колледжа стали шарлатанами и ни один из них не может считаться хорошим специалистом. Вы не можете отрицать данный факт, — проговорил Дао Цюань.

— Похоже, Ваш путь действительно отличается от моего, — ответил Имперский Наставник и перевёл свой взгляд на другой ряд людей, где находился Ма Ляньшань.

— Не начинай! Имперский Наставник, моя государственная позиция была получена благодаря Вам, но у меня также есть и своя секта. Я из Чжуннаньских гор и совершенствуюсь в Традиционных Пяти Мечах Ли Ясного Юга, — возразил Ма Ляньшань.

— Я просил Его Величество назначить Вас чиновником, потому что Вы честны и беспристрастны, кроме того, Вы хорошо руководите войсками. Я думал, что Вы отбросите сектантские предупреждения, но Вы стали мятежником, что не могло не огорчить меня. Как чиновник, Вы делали добро, и люди всегда говорили о Вас очень хорошие слова, — проговорил Имперский Наставник Вечного Мира.

— Как я мог быть единственным хорошим чиновником, если я мятежник? Имперский Наставник, Вы должны задуматься над своими ошибками, — покачав головой, ответил Ма Ляньшань.

— Гнилую ветку надо сразу отрубить. Если сердца людей погрязнут в старости и сгниют, как мы сможем реформироваться? Если мы начнём революцию и не изменим жизнь людей к лучшему, не будет видно ясного неба над головой. Хоть ты и хороший человек, но ты стоишь у меня на пути, — угрожающе проговорил Имперский Наставник, после чего окинул взглядом других и продолжил. — Секты Нищего Мастера Ци Даю — техника Тайн Бедной Сотни. Секта Ловцов Небесных Звёзд Мастера Ло Синхэ — техника Тайн Ловцов Небесных Звёзд. Монастырь Великой Силы Достопочтенного Чжи Куна — Мудра Четырёх Разрушений Бытия Пустоты. Монастырь Великого Поталака Преподобного Хун Фа — техника Бодхи Буддистской Жизни. Монастырь Цзяинь Южного Моря Преподобного Хуэй Инь — техника Непревзойденной Ваджры. Присутствуют также Сюань Кун, прошлый правитель страны Сюанькун, Дуань Инь, правитель Нанкина, Нуну Ху’эр, лидер Сифаня, и, конечно же, трое господ старого поколения, — под конец, его взгляд упал на двух старых мужчин и одну старую женщину. — Вы трое уже настолько стары, что на сегодняшний день вам от семисот до восьмисот лет, я прав? Прожив более восьмисот лет, вы достигли конца своей жизни, могу я узнать, сколько лет вам троим осталось? — спросил Имперский Наставник.

— Я — Странник Шанье, но люди зовут меня Странник Ли. Мне осталось всего шестнадцать лет. На самом то деле, называть себя Странником будет не очень правильно. Та маленькая страна, Чуюнь, которую уничтожил Имперский Наставник, была основана мной, — улыбаясь проговорил тёмный, низкий и худой старик.

— Я — Истинный Лорд Тянь, — улыбаясь сказала старуха, затем добавила. — Мне нравится разводить насекомых, которых Имперский Наставник определённо должен был видеть раньше. Лорд Юй из Замка Трёх Чудес — мой сын.

— У меня нет такого огромного опыта, как у них. Я — Бедный Учитель, не смотрите на меня свысока за то, что я такой толстый. Мы совершенствуем технику Бедной Логики, так что чем беднее мы, тем более логичны, — сказал пухлый Старейшина.

— Когда Вы видите вещи с точки зрения бедного человека, Вы должны работать, искать знания, чтобы достигнуть их. Мне это знакомо, тогда почему Вы бунтуете против меня, Учитель? — спросил Имперский Наставник Вечного Мира.

— Если Вы развиваете свой характер в лучшую сторону, когда бедны, мир станет подобен Вам, когда Вы поднимаетесь к власти. Имперский Наставник, абсолютно нет никакой пользы для мира, когда Ваша власть слишком велика, — покачав головой проговорил Бедный Учитель и продолжил. — Я восстал не ради своей личной выгоды, но, как и они, я сделал это для Империи Вечного Мира. Даже несмотря на Вашу невероятную мощь, мы всё равно можем избавиться от Вас. Но если бы это было несколькими годами позже, Вы наверняка бы уже стали Императором.

— Кто ещё против меня? — равнодушно воскликнул Имперский Наставник Вечного Мира.

В городе Дасян начали один за другим раздаваться выкрики:

— Я! Ляо Иньчжи из секты Небесного Бессмертия осмеливается восстать против Имперского Наставника!

— Славный Великий Мастер Цю Чжимин осмеливается восстать против Имперского Наставника!

— Маркиз Кургана Шань Му осмеливается восстать против Имперского Наставника!

— Чэнь Яо, магистрат страны Вуинь смеет восстать против Имперского Наставника!

Голоса звучали в городе Дасян, и все они принадлежали великим мастерам Жизни и Смерти и Небожителей. Когда один заканчивал говорить его место занимал другой. Декларации становились всё сильнее и сильнее, захватывая сердца людей и распаляя их.

Кровь человека в бронзовой маске тоже вскипела, когда он оглушительно произнёс:

— Имперский Наставник, Вы видите насколько Вы неприятны? Все люди в мире хотят убить Вас. Как Вы планируете продолжать жить?

— Все люди мира? — равнодушно спросил Имперский Наставник затем продолжил. — В этом городе всего несколько сотен тысяч человек и разве это все люди в мире? Это всего лишь незначительная группа, которую просто нужно искоренить. Только когда Вы все умрёте, мир наконец успокоится.

— В этом случае все закончится только, когда одна сторона будет полностью уничтожена. Небесная тюрьма уже была установлена на этой горе площадью в пятьдесят гектаров. Нет необходимости беспокоиться о травмах солдат, столкнувшихся здесь. На этот раз мы не будем говорить ни о справедливости, ни о правилах военного мира, — проговорил человек в бронзовой маске.

— В таком случае мне будет спокойнее, —с облегчением вздохнув, Цинь Му улыбнулся Сы Юньсян.

— Ч-что ты имеешь в виду? — заикаясь спросил монах Юнь Цюэ и незамедлительно продолжил. — Мы все в ловушке. Ты всё ещё помнишь город Небесной Волны? Эта битва определённо будет в несколько раз более ужасающей, чем та, что была там!

Юэ Цинхун и остальные резко побледнели. Лишь только часть магической силы Короля Дьяволов Дутяня обрушилась против Мастера секты Драконьих Наездников и ещё одного сильного практика области Божественного Моста, но масштаб разрушения был невообразимым. Даже цилинь, который был чрезвычайно силён, не смог выдержать такого удара.

Если бы здесь разразилась столь огромная битва, разрушения были бы в несколько раз обширнее!

И что ещё хуже, была запечатана площадь равная пятидесяти гектарам, а это значит, что импульсам от битвы между сильнейшими практиками не будет куда деваться. Они будут рикошетить, плавно вздымаясь вверх! Со временем даже дракономордый цилинь превратится в отбивную на разделочной доске!

В этот момент огромные флаги внезапно вырвались из города простираясь на десятки километров. Огромные флаги длиной в десятки метров развевались вверх и покрывали вражеский лагерь. Под ними скрывалась кавалерия и бесчисленное множество солдат.

Человек в бронзовой маске собирался кричать, чтобы они проявили осторожность, как внезапно все флаги свернулись, и в городе появилось ровно триста шестьдесят огромных флагов. Странные люди, которые носили бамбуковые шляпы и мешки с тканью, внезапно махнули ими, и армия Империи Вечного Мира, которая насчитывала десятки тысяч, внезапно появилась в городе Дасян!

И только в этот момент раздался голос человека в бронзовой маске:

— Стража!

Однако было уже слишком поздно. Когда триста шестьдесят странных людей свернули свои огромные флаги, появились существа с свирепыми лицами. Каждый из них держал в руках своё оружие. К тому времени, как огромные флаги полностью свернулись, звуки бойни уже начались.

Этот момент, даже мгновение, тянулось ужасно медленно, можно было даже увидеть изменения в лицах каждого человека… свирепые и злорадны, пустые, даже не понимающие и полные ужаса…

Острые мечи вышли из их ножен, их звон смешивался с сотрясающим мир рёвом. Мечи прорывались сквозь человеческие тела, проливая их кровь в воздухе. Была и своеобразная красота в тот момент, когда голова отделялась от шеи.

— Трансформация слонов! — раздался рёв и в тот момент, казалось бы, время застыло. Тела тысячи пехотинцев покачивались, превращаясь в гигантов со слоновьими головами, несущихся навстречу армии мятежников и разрушающих их. Летающая кавалерия тем временем взмывала в небо, попутно стреляя бесчисленными летающими кинжалам, будто создавая дождь.

— Огненные бутылочки! — на летающих кораблях по приказу солдаты достали красные бутылочки, которые были вдвое ниже человеческого роста. Когда они вытащили пробки, бушующий огонь мгновенно извергался с летающих кораблей, сжигая стражников на городских стенах.

Бууум!

Войска в золотых бронированных доспехах бросились вперёд, уничтожая бесчисленное количество солдат на своём пути и безжалостно разрушая стены города. За стенами, Великий Генерал Венценосной Армии поднял своё копьё в сторону города Дасян. Несчётное войско Империи Вечного Мира устремилось, как по земле, так и по небу, подобно потопу.

Глава 199. Передвигая Гору

Картина, сложившаяся в городе, была ужасающей. До того, как армия насекомых Замка Трёх Чудес успела развернуться, её поглотил потоп из мечей и огня, превращая в пыль.

Армия насекомых владела невероятно мощью, однако, так как её застали врасплох, и люди и звери умерли, не успев ответить на атаку.

Армия женщин из Дворца Воцарившейся Страсти тоже была чрезвычайно сильной, однако, потерпела не менее ужасающее поражение. Бесчисленные острые мечи посыпались с небес, проникая сквозь тела солдаток. Они умерли от тысяч дыр в теле, продолжая стоять на ногах.

К тому времени, как их трупы упали на землю, оружие атакующих уже вернулось в ножны по зову кавалеристов. Вся повстанческая армия и последователи всевозможных сект не имели достаточно времени, чтобы отреагировать, когда их настигла пехота империи, вынуждая сражаться за свою жизнь.

Однако, независимо от уровня совершенствования, головы солдат мгновенно покатились на землю, как только построениям войск Империи Вечного Мира удалось их окружить.

Боевые способности последователя секты значительно превосходили силу солдата имперской армии, однако командная работа сект сильно хромала, отчего их войска потеряли строй после первой же атаки. Естественно, в армии мятежников были и люди, умеющие работать в построениях, однако, их застали врасплох. Как только армия теряла порядок, было слишком поздно что-нибудь предпринимать.

Это определённо была резня, ставшая возможной из-за неожиданной атаки с помощью флагов перемещения Небесного Дьявольского Культа. Любой, кто сталкивался с таким манёвром, был обречён лишь на одно — полное уничтожение.

Стоящий на горе человек в бронзовой маске дрожал:

— Два выбора, два выбора…

Имперский Наставник Вечного Мира дал ему два выбора: первый — умереть от рук имперской армии. Они оттолкнули бы противника к южному морю, где, руководствуясь имперским правилом, убили бы всех до единого.

Второй выбор заключался в том, чтобы следовать правилу боевого мира — бросить вызов Имперскому Наставнику и сразиться с ним до смерти!

Они всегда думали, что им придётся выбрать что-то одно, и никак не ожидали встретить оба исхода одновременно. Имперский Наставник хотел избить их до смерти и в то же время стереть армию мятежников с лица земли.

— Когда Небесный Дьявольский Культ начал полагаться на имперский двор? — прокричала Мастер Дворца Воцарившейся Страсти. — Когда сильнейшая священная земля дьявольского пути превратилась в имперского пса?

Техника Раскрытия Тайн Ненависти Небесным Мечом из Замка Воцарившейся Страсти требовали, чтобы сердце мастера избавилось от любых эмоций, не знало любви, ненависти, страсти или вражды, дабы достичь высшего мышления в навыке меча. Лишь когда внутри сердца не оставалось ничего лишнего, оно могло видеть других насквозь, будто чистое зеркало. Однако, когда Мастер Дворца Воцарившейся Страсти увидела смерть своих последователей, ей мышление нарушилось.

Это о многом говорило. Заметив изменение в её настроении, Имперский Наставник трансформировал жизненную Ци на кончиках своих пальцев в меч из света. Оружие стремительно увеличивалось в размере, достигнув горла женщины в одно мгновение!

В смятении было не только сердце Мастера Дворца, но и остальных. Никто не осмелился вмешаться, когда наставник убил первого предводителя секты.

«Мы все умрём…» — эта мысль появилась в голове Чэнь Ваньюня и остальных.

Гора, на которой они стояли, была огорожена Печатью Небесной Тюрьмы, отчего импульсы ударов не могли покинуть площадь, размером в пятьдесят гектаров, отбиваясь от стен печати. Стоило Имперскому Наставнику вступить в бой с мастерами, как вибрации раздавили бы учеников в кашу. Но до того, как тот успел начать сражение, перед лицом Цинь Му и его отряда взмыл огромный флаг. Легко качнувшись на ветру, флаг бесследно исчез вместе с учениками и цилинем.

В следующее мгновение Цинь Му и остальные очутились у подножия горы. Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ и Юэ Цинхун взглянули на странного человека в бамбуковой шляпе, появившегося из ниоткуда. В этот момент он снова взмахнул своим флагом.

Несколько сотен людей окружили гору, размахивая своими флагами перемещения в воздухе, полностью накрывая запечатанную область. Вдруг раздался древний голос:

— Вперёд!

Вьюх!

Несколько сотен флагов взмыли в воздух, и в мгновение ока целая гора перед ними исчезла, вместе с существами уровня владыки культа и Имперским Наставником внутри!

На месте, где стояла гора, осталась голая земля и останки разрушенного поместья городского Лорда!

Чэнь Ваньюнь, Юнь Цюэ и остальные находились в крайнем недоумении, когда увидели, как странные гости снова взмахивают флагами, накрывая их группу. До того, как ученики успели прийти в себя, их накрыл огромный флаг. Подростки ощутили, как мир вокруг завертелся, после чего их ноги снова смогли крепко стать на землю. Лишь тогда они поняли, что уже покинули битву в городе Дасян и перенеслись на вершину соседней горы.

Гора, на которой они теперь стояли, была чрезвычайно высокой, и штормовой ветер постоянно бил им в лица, развевая одежду. По сторонам от отряда учеников стояли сотни людей в бамбуковых шляпах. Отряд Цинь Му с трудом подавлял удивление в своих сердцах, бросая друг на друга растерянные взгляды:

— Это ведь сильные практики из Небесного Дьявольского Культа, зачем они нас похитили?..

Окутанный многими тайнами Небесный Дьявольский Культ был главной священной землёй дьявольского пути. Секты этого направления всегда вели себя скрытно, и хоть имперский двор много раз пытался разузнать о их намерениях, он почти не владел никакой полезной информацией.

Если Небесный Дьявольский Культ решил помочь Имперскому Наставнику и даже вытащил группу учеников из опасности, он явно что-то замышлял. Внезапно, окружившие их подозрительные люди сняли бамбуковые шляпы со своих голов, поклонились и сказали в унисон:

— Подданные отдают своё почтение священному Владыке и Святейшей!

Чэнь Ваньюнь и остальные снова растерялись, чувствуя страшное напряжение в своих сердцах, и нервно смотря, как сильные практики Небесного Дьявольского Культа поклоняются и приветствуют учителя. Монах Юнь Цюэ немедленно закрыл свои глаза и прокричал:

— Я ничего не видел! Я не заметил ваших лиц, не надо меня убивать!

В этот момент, знакомый голос проговорил:

— Поднимитесь, не надо формальностей.

— Спасибо, священный Владыка.

Подозрительные гости поднялись, а Чэнь Ваньюнь и остальные озадачено посмотрели на человека, чей голос только что услышали. Первый отвергнутый человек, которого приняли в Имперский Колледж, первый имперский академик Имперского Колледжа, Цинь Му, было ко всему этому ещё и Владыкой Небесного Дьявольского Культа?

С нежным выражением лица, Цинь Му улыбнулся им в ответ.

— Если имперский академик — Владыка Культа, то кто тогда Святейшая? — дрожащим голосом спросила Юэ Цинхун.

Сы Юньсян застенчиво ей улыбнулась, отчего волосы Юэ Цинхун встали дыбом.

— Мастер Зала Скрытого Света нашего Имперского Колледжа, Мастер Цзянь Саньшэн. Даже Чэнь Юньтин из зала Множества Составляющих!

Заметив мастеров Чертога Меча и Построения, Чэнь Ваньюнь уже не мог держать себя в руках и пробормотал:

— Мы обязательно умрём, мы трупы…

Монах Юнь Цюэ сердито прокричал:

— Ты точно умрёшь, увидев их настоящие лица, но зачем было называть имена? Я закрыл свои глаза, но теперь я всё равно знаю, кого ты увидел, и меня тоже убьют!

Мастер Чертога Меча взглянул на четырёх учеников и спросил:

— Священный Владыка, они увидели наши лица, стоит ли их убивать, чтобы сохранить тайну?

Открыв свои глаза и расплываясь в милой улыбке, Юнь Цюэ посмотрел на Цинь Му:

— Академик… священный Владыка культа, мы ведь одноклассники, и ты даже избивал меня раньше, помнишь? Сестра лисица, вспомни сколько денег я тебе отдал, можешь замолвить за меня словечко?

Ху Лин’эр опустила голову и помахала хвостом, показывая свою беспомощность. Цинь Му утешил бедолагу:

— Не волнуйся, ученик Юнь, остальные, тоже не переживайте, я всё ещё с вами… — юноша повернул голову и обратился к мастеру Чертога Меча. — Это мои одноклассники из Имперского Колледжа. Можете предложить им присоединиться к нашему священному культу. Если они не согласятся, похороните их вон в том месте, поближе к зелёным холмам и прозрачной воде, — затем он продолжил утешать своих друзей. — Не переживайте, я со всем разберусь.

Монах Юнь Цюэ потерял дар речи от испуга, а волосы на его теле встали дыбом. К счастью, голова парня была лысой, иначе волосы на ней тоже бы поднялись.

Цинь Му обернулся и сообщил:

— Мастер Меча, когда будете их убивать, не смейте делать этого перед моими глазами. Ваньюнь, Цинхун, не бойтесь, мы не безумные маньяки, в отличии от остальных сект дьявольского пути. Можете вставить свои сердца обратно в грудь, с вами всё будет хорошо… Постарайтесь, чтобы их смерть была как можно менее мучительной…

— Я тебя слышу! — прокричал Юнь Цюэ. — Мастер Меча, не подходите, я уже стал частью Небесного Дьявольского Культа… То есть, Небесного Святого Культа!

Юэ Цинхун и Чэнь Ваньюнь посмотрели друг на друга, и девушка тихим голосом спросила:

— Старший брат, что будем делать?

Немного поразмыслив, Чэнь Ваньюнь ответил:

— Если Небесный Дьявольский Культ решил помочь Имперскому Наставнику, значит секта стала частью имперского двора, так что мы ничего не потеряем, если присоединимся. А вот если откажемся… — уголки глаз юнца дрогнули, но он больше ничего не сказал.

— Тогда нам нечего терять. Мы присоединимся к Небесному Дьявольскому Культу, — вздохнула с облегчением Юэ Цинхун.

Раз уж она так сказала, волчий раб тоже не мог ответить чего-нибудь другого. Девушка невинно моргнула Сы Юньсян:

— Святейшая, если бы мы решили не присоединяться к святому культу, вы бы нас не убили, верно?

Сы Юньсян мягко рассмеялась.

— У молодого Владыки доброе сердце, он просто над вами шутил, ребята.

Юнь Цюэ вздохнул с облегчением, и невнятно сказал:

— Я знал, что это шутка! Академик, ты ведь шутил всё это время, правда? Академик?

Улыбаясь, Цинь Му не собирался ничего говорить. От такой реакции, лицо Юнь Цюэ стало бледным, как пепел.

Цинь Му подошёл к обрыву и посмотрел в сторону соседней горы, стоящей на расстоянии нескольких километров. В том месте как раз разгорелось сражение между Имперским Наставником и дюжиной существ уровня владыки культа.

В Печати Небесной Тюрьмы, созданной человеком в бронзовой маске и его союзниками, уже было несколько дыр, а новые появлялись одна за другой. Сквозь них вырывался ужасающий ураган, жестокие порывы которого сдували участки леса, сметая бесчисленные деревья в воздух и разбивая их в клочья.

Битва, разразившаяся на вершине горы, была слишком ожесточённой. Это была борьба за жизнь между существами уровня владыки культа. Хоть ученики находились довольно далеко и вибрации от сражения сдерживались Печатью Небесной Тюрьмы, они всё равно отлично их ощущали.

Вьюх!

Пронёсся ещё один ураганный порыв, и только теперь Чэнь Ваньюнь с остальными поняли, почему на вершине горы, куда они прибыли, был такой сильный ветер. На самом деле он был вызван битвой, развернувшейся за несколько километров отсюда.

Сила ветра становилась всё больше и больше, начиная сгибать деревья на горах вокруг. Порывы проносились один за другим, как только заканчивался первый, следующий появлялся уже с совсем другого направления. Деревья, едва успевшие расправится, снова сгибались, а некоторые из них ломались напополам.

К этому времени, гора уже разрушилась. Цинь Му увидел, как платформа, на которой сражаются эти ужасные создания, становиться всё ниже и ниже, пока полностью не сравнялась с землёй.

Цинь Му находился на приличном расстоянии от этого места, поэтому, хоть он и мог смотреть на происходящее, используя Зелёные Глаза Небес, разглядеть что-то в деталях было невозможно. Скорость, с которой двигались эти люди была слишком огромной, и техника юноши улавливала лишь их следы, а не движения. Он мог всего лишь посчитать тени, перемещающиеся по горе, определяя сколько людей осталось в живых.

«Ещё один эксперт уровня владыки культа погиб», — сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Юэ Цинхун оглянулась вокруг, увидев, как сильные практики Небесного Дьявольского Культа тихо стоят на вершине горы, наблюдая за битвой вдали. У них не было ни малейшего желания пойти и помочь Имперскому Наставнику, отчего она озадачилась:

— Вы что, не собирайтесь пойти на помощь?

— Неа, — Цинь Му объяснил. — Имперский Наставник справится с этим в одиночку. Неожиданная атака трёх монстров предыдущего поколения смогла его ранить, хоть он и был в компании десяти тысяч солдат. Однако, если преимущество скрытой атаки на его стороне, мало кто сможет защититься. Наш Небесный Дьявольский Культ предоставил ему это преимущество, это наибольшее, что мы могли сделать. Тот момент, когда владыки сект пали духом, стал лучшим временем для его хода.

Глава 200. Укрытие Дутяня

Независимо от того, был ли этот культ первым на дьявольском пути, помогающий Имперскому Наставнику, или это был Небесный Дьявольский Культ, использующий флаги мгновенного перемещения на Армии Вечного Мира, они смогли потрясти сердца всех существ уровня владыки культа, убивая учеников всех сект и погружая их мысли в беспорядок.

Несмотря на то, что это не так уж сильно сказалось на их чувствах, даже такой потери концентрации было достаточно, чтобы приговорить себя к смерти перед существом подобным Имперскому Наставнику.

Несмотря на то, что многие великие мастера были хорошими экспертами в области Божественного Моста, не все они были непобедимо сильны. Это было похоже на то, о чём говорил Имперский Наставник. Он был тем, у кого не было слабостей ни в одной сфере, независимо от того, насколько широкими были познания других. Они никогда не достигнут такого же величия, как он. Его умения и способности во много раз превосходили способности других. А при внезапной атаке с его стороны, не было никого, кто мог бы кое-как отбиваться, не то, что сойтись с ним в бою на равных. Это было так же, как в городе Небесной Волны, когда Король Дьяволов Дутяня сражался против немого. Король Дьяволов Дутяня был убит всего одной внезапной атакой.

Цинь Му считал, что Имперский Наставник может воспользоваться моментом, когда сильные практики потеряют силу духа, чтобы избавится от четырёх из них. Что касается того, скольких он сможет ранить, зависит только от его способностей.

Однако, как бы блестяще это сражение не демонстрировало великолепие сильнейших мира сего, мало кто мог предсказать ход сражения там. При наличии всего нескольких сотен человек, вероятно, только левые и правые хранители могли уловить каждое движение людей, присутствующих на поле боя. Даже если бы это были мастера из трёхсот шестидесяти чертогов, не многие из них могли бы увидеть каждое движение сражающихся людей.

Цинь Му пристально посмотрел на поле боя, но так и не мог точно оценить ситуацию. Он видел только следы, оставленные быстродвижущимися телами, а также свет, испускаемый божественными искусствами и мечами. Время от времени свет исчезал, свидетельствуя о смерти сильного практика. Теперь осталось всего восемь фигур.

«Ещё осталось семь человек, не считая Имперского Наставника. Семь оставшихся должны обладать самыми могучими способностями, но кто эти оставшиеся? — пристально рассматривая поле боя, думал Цинь Му. Он видел богоподобные лучи от движущихся тел, но не мог никого разглядеть. — Если я не вижу обстановку на поле боя, не упускаю ли я огромную возможность? Может мне стоит попытаться разбудить Голубые Глаза Небес?»

Цинь Му собрал свою жизненную Ци и попытался построить узоры Голубых Глаз Небес. В его глазах уже было три слоя зрачков. Первым слоем были его собственные зрачки, второй слой — зрачки, образованные Глазами Небес, третий слой — зрачки, сформированные Зелёными Глазами Небес. Если бы он мог сформировать Голубые Глаза Небес, то они бы стали четвертым слоем и позволили ему увидеть ещё больше вещей. Как только он направил свою жизненную Ци в глаза, он почувствовал след чего-то ещё, входящего в его глаза…

Цинь Му был ошеломлён и вдруг почувствовал, как всё на поле боя стало несравнимо ясно! Он потряс головой и посмотрел на поле боя вновь — оно всё ещё было несравнимо ясно! И он даже не сформировал узорчатых переплетений Голубых Глаз Небес!

— Я как будто вижу чужими глазами! — прошептал Цинь Му, чувствуя, как леденящий кости холод пробирает до самого позвоночник. Теперь он мог видеть каждое движение и действие, которое совершал Имперский Наставник, каждый слой божественных искусств и навыков меча, и даже их структуру! Каждое действие и событие отображалось в его глазах! Это было не то, что его глаза могли увидеть, а то, что могли видеть чьи-то глаза. Можно сказать, что кто-то позаимствовал его глаза, чтобы наблюдать за исходом сражения! Но кто одолжил его глаза, чтобы наблюдать за битвой?

Цинь Му вдруг вспомнил, что, когда он был вызван Королём Дьяволов Дутяня в город Небесной Волны, тот использовал своё сознание и магическую силу, как проводник, чтобы войти в скульптуру дьявольского бога. Искры посыпались из места меж бровей, вливаясь в скульптуру, а когда он выполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, то почувствовал, как что-то входит в его тело вместе с жизненной Ци.

Между тем, когда ученики секты Великой Горы прибыли и исполнили Команду Изгоняющую Дьявола, она не смогла изгнать Короля Дьяволов Дутяня, но, когда заклятие учеников озарило собой дьявольского бога, Цинь Му почувствовал, что процесс призыва был прерван. Сознание и магическая сила, которые выходили из его тела, были отсечены от источника.

Это означало, что в теле Цинь Му всё ещё была часть магической силы Короля Дьяволов Дутяня!

«В таком случае, тот, кто остался в моём теле и одолжил мои глаза, чтобы наблюдать за битвой есть никто иной, как Король Дьяволов Дутяня!» — ужаснулся Цинь Му. Где именно это сознание Короля Дьяволов Дутяня в его теле? Почему он не почувствовал каких-либо изменений, когда всё это время совершенствовался через технику Трёх Эликсиров Тела Тирана? Что планировал чёртов дьявол?

«Бабушка Сы одержима Владыкой Дьявольского Культа Ли Тяньсином, так что, если в моём теле магическая сила Короля Дьяволов Дутяня — это будет иронично», — усмехнулся Цинь Му.

Ему пойдёт только на пользу разрешить Королю Дьяволов Дутяня позаимствовать его глаза, чтобы наблюдать за битвой, ведь это дало ему возможность наблюдать за ситуацией на поле боя, а также за божественными искусствами, которые развязали эксперты. Это может расширить его познания в геометрической прогрессии.

«То, что ещё во мне — всего лишь часть магической силы Короля Дьяволов Дутяня. Как только я найду его, я смогу избавиться от него! Сделаю вид, что ничего не знаю», — он, наконец, смог ясно увидеть битву. Мечи Имперского Наставника не обретали материальную форму, он были сформированы его жизненной Ци, которая постоянно менялась, собиралась и рассеивалась по желанию. Пламенные огни бушевали вокруг его тела, как будто он был богом, и Цинь Му вспомнил, что видел такой “налёт” на теле старейшины деревни.

Когда Имперский Наставник исполнял навыки меча, то даже самые простые формы меча выглядели несравненно сложно и изумительно. В его навыках меча были не только основные формы меча, но и вычисления и преобразования, которые были ещё более сложными.

«Меч Дао секты Дао?» — ошеломлённо смотрел Цинь Му.

Он мог видеть тень Меча Дао в навыках меча Имперского Наставника. Это была несравнимо сложная методика расчёта. Если взять, например, символ Инь-Ян, то любой сможет нарисовать круг, но не каждый сможет вычислить долю круга, которую отрезала изогнутая линия.

Это была первая форма секты Дао, Двойного Удара Переменчивых Инь и Ян. Математический Трактат Высшей Тайны имел первостепенное значение, чтобы достигнуть переменчивых Инь и Ян. Двойной Удар Переменчивых Инь и Ян высвободили свою величайшую силу, когда вычисляли бесконечные числа. Если кто-то хотел достичь ещё более высокого уровня, они должны были рассчитать до дробных чисел Сюй Конга и Цин Цзина.

«У Имперского Наставника есть чрезвычайно глубокие достижения в математике. Если бы я знал, то посоветовался бы с ним по поводу Тракта Высшей Тайны, когда мы направлялись на юг!» — негодуя думал Цинь Му.

Люди, конфликтующие с Имперским Наставником, были этими тремя старейшинами: Бедным Учителем, Странником Ли и Истинным Лордом Тянем. Они имели право называть себя главными практиками старых поколений. Лучи, исходящие от их тел, заставили их быть похожими на трёх древних богов, и у каждого из них были их собственные уникальные навыки.

У Бедного Учителя в руке была кисть с длинными волосами, похожая на хвощ, однако, она имела меньше преобразований, чем хвощ.

Странник Ли был последователем пути меча и практиковался в навыках меча. Они были несравненно сложными, но всё же уступали таковым у Имперского Наставника. Его навыки состояли из четырнадцати основных форм меча, поэтому, хоть они и были безупречны, но уже считались устаревшими. Несмотря на преклонный возраст, он всё ещё оставался на том же месте.

Лорд Тянь в совершенстве владела ядовитыми насекомыми, превращая их во всевозможных странных драконов. Например, был Небесный Многоногий Дракон, длина которого составляла триста метров. Небесный Шелкопряд, который был превращен в Дракона Шелкопряда, зелёную змею, которая была превращена в Зелёного Дракона Наводнения и многие другие виды насекомых своеобразных форм.

Несмотря на то, что эти ядовитые существа были очень сильны, они, один за другим падая с неба, умирали от навыков меча Имперского Наставника.

Цинь Му смотря на всё происходящее подумал: «Истинный Лорд Тянь больше не сможет продержаться…»

Помимо этой троицы, было ещё четверо людей. Среди них был Ци Даю из секты Нищих с уникальной техникой Тайн Бедной Сотни. Его тело могло воплощаться в физическую форму и также исчезать по его желанию, делая его действия непредсказуемыми для всех. Техника Тайн Бедной Сотни означала, что у него вообще ничего не было и этим она была уникальна.

Вторым человеком был Духовный Мастер Дао Цюань. Его способности были самыми слабыми на фоне остальных, так что было трудно сказать, смог ли он сам остаться в живых или Имперский Наставник пощадил его, не видя в нем угрозы.

Третий был Достопочтенный Чжи Кун из Монастыря Великой Силы. Мощь Мудры Четырёх Разрушений Бытия Пустоты была невообразима, но даже старший монах, достигший Дао, был бессилен против меча истинного гения.

Четвёртый человек носил бронзовую маску. Его атаки были самыми эффективными, а также самыми загадочными для Цинь Му. В основном он использовал божественные искусства, при взрыве которых появились изображения девяти драконов. Эти изображения выглядели, как девять настоящих драконов, несущихся вперед с огромной силой! В этих девяти драконах было невероятное количество трансформаций. Они содержали все виды атакующих и защитных божественных искусств, а также те, которые контролировали огонь и воду и те, которые развивали Инь и Ян. Огневая мощь могла быть как яростной, так и властной, но она также была полна изменений. Независимо от того, было ли это нападение, защита, человек в бронзовой маске полностью контролировал их. Кроме того, он развивал их до тех пор, пока эти девять драконов не приблизились к физической форме.

Техника Девяти Монархических Драконов принадлежала императорской семье Лин. Только те, у кого была родословная императора, могли практиковать её. Обычным принцам и принцессам вообще не разрешалось к ней прикасаться. Было очевидно, что этот человек в бронзовой маске был членом королевской семьи. Кроме того, он должен быть одним из вышестоящих в ней. Даже при том, что его атака была несравнимо могущественной, Имперский Наставник не убил его безжалостно. Трудно сказать, почему он поступил именно так. Возможно, его терзали сомнения.

«Да кто же ты такой?» — потрясённо подумал Цинь Му.

Прямо в этот момент он что-то почувствовал в своём сердце и отвел взгляд на запад, где увидел призрак летящей величественной горы. Несмотря на то, что это был всего лишь призрак, она была невероятно огромных размеров. Она была создана аурой бесчисленных, чудаковато выглядящих монахов.

Гора Сумеру. Этот призрак горы имел множество горных вершин всех размеров, и каждая горная вершина была монахом, сидящим в позе лотоса. Были даже такие, кто стоял и держал нефритовую вазу, в то время как несколько других сидели и держали свое брюхо с большими улыбками. На золотой вершине на самом верху сиял огромный Будда, как будто он был сделан из чистого золота, а за его головой светили десять тысяч лучей.

«Монастырь Великого Громового Удара, Старый Будда Жулай, — сердце Цинь Му неистово билось, когда он видел одну из священных земель. Жулай лично сопроводил стражу, преподобных, бодхисатвы и архатов Монастыря Великого Громового Удара! — Что он хочет сделать?»

Между тем, Имперский Наставник внезапно напал на Достопочтенного Чжи Куна и безжалостно убил его одним ударом!

Сильные практики Небесного Дьявольского Культа обратили свой взор на призрак горы Сумеру, которая летела над ними.

— Лысые ослы! — закричал Левый Хранитель.

— Лысые ослы! — раздавались голоса один за другим.

Монах Юнь Цюэ увидел, как все называют новичков лысыми ослами и заставил себя назвать их лысыми ослами. В конце концов, теперь он был частью культа, даже если он был монахом. Призрак горы взмыл в небо над ними.

— Злые создания дьявольского пути! — посмотрев вниз, холодно крикнули разом стражи, преподобные, бодхисатвы и архаты.

— Связь между нашим Небесным Святым Культом и Монастырём Великого Громового Удара кажется немного напряжённой… — с недоумением пробормотал Цинь Му.

Глава 201. Перехват инициативы

Правый Хранитель положил руки на бёдра и оскалился к небу:

— Лысый осёл, ну рискни остаться! Старая перечница, я могу поносить тебя три дня и три ночи к ряду всевозможными способами!

— Красавица Сюэ Би, кроме рта у тебя ничего и нет! — усмехнулся бодхисаттва.

— Игнорируйте их, — заговорил старый Жулай на горе Сумеру. — Если мы продолжим перепалку, то это может затянуться на добрых полгода. Наше противостояние длится на протяжении столетий, поэтому спешить некуда. Для начала нам нужно взять под контроль течение битвы.

Монахи на горе успокоились, в то время как призрачная гора Сумеру начала дрейфовать к полю битвы. Имперский Наставник по-прежнему сражался с Бедным Учителем и остальными, изо всех сил стараясь убить, как можно большее количество практиков до прибытия горы. Как вдруг прозвучал неторопливый голос старика Жулая:

— Имперский Наставник, друзья Дао, можете выслушать меня?

— Жулай, прошу, — с улыбкой проговорил Имперский Наставник, рассеивая свою Ци меча, преследующую Бедного Учителя.

— Отлично, друзья Дао? — торжественно молвил старый Жулай.

Бедный Учитель с остальными были начеку, будучи готовыми сделать ход в любой момент, но услышав Жулая, слегка поколебались.

Истинный Лорд Тянь не могла прекратить кашлять кровью, что не удивительно, ведь Имперский Наставник ранил, как её сердце, так и лёгкие, но она смогла прохрипеть:

— Старый Жулай, ты, кха, собираешься помочь нам избавиться от сего зла… Кха-кха?

Жулай покачал головой. Странник Ли, слегка изменившись в лице, ухмыльнулся:

— Тогда получается Монастырь Великого Громового Удара стал собакой Империи Вечного Мира также, как и Небесный Дьявольский Культ?

Старик снова покачал головой, на что Бедный Учитель равнодушно сказал:

— Старый друг по Дао, перестань держать нас в напряжении, просто скажи, как есть.

Жулай улыбнулся:

— Я здесь для посева хорошей кармы со всеми вами через решение возникшей проблемы. Все мы здесь — практики боевого мира, однако, если мы продолжим противостояние, сколько героев падёт, сколько наследий канет в небытие? Почему бы нам не превратить враждебность в дружбу, вежливость, любезность и не положить конец сеянию плохой кармы между друг другом?

Имперский Наставника дрогнул во взгляде, но ничего не сказал. Жулай посмотрел на него и улыбнулся:

— Имперский Наставник — добрый человек. Однажды он пришёл в мой Монастырь Великого Громового Удара, где мы поговорил о Буддизме, о Махаяне, тем самым я посеял с ним хорошую карму. Могу ли я узнать, вернёт ли Имперский Наставник её обратно сему старому монаху?

Имперский Наставник серьёзно сказал:

— Во время своей молодости я путешествовал по всему миру в поисках знаний. Когда я пришёл в Монастырь Великого Громового Удара, Жулай, не таясь, как это сделали бы многие секты, дал мне указания относительно моего совершенствования, так что меня можно считать наполовину его учеником. Возвращение той хорошей кармы станет для меня благим делом. Однако, как мне узнать, не отпускаю ли я тигра в горы? Эти старики есть не что иное, как вдохновители, опора мятежников, неужели они вот так вот просто отступят? Если они опять восстанут, будет вновь утеряно множество жизней. Жулай, ты доброжелательный и должен знать, что меня на самом деле волнует.

— Старый монах заставит их преобразоваться в Монастырь Великого Громового Удара и больше не вмешиваться в мирские дела. Что об этом думает Имперский Наставник? — улыбнулся Жулай, на что Имперский Наставник решил промолчать, поэтому он перевёл взгляд на Бедного Учителя и остальных. — В молодые годы каждый из вас считался не знающим себе равных гением своего поколения. Прожив целую жизнь во власти и во всём её великолепии, не хотели бы вы, ребята, сложить оружие и стать буддистами?

Истинный Лорд Тянь насмешливо сказала:

— Старый Жулай, объединившись, разве мы не сможем с лёгкость устранить это зло? Неужели ты думаешь, что твой Монастырь Великого Громового Удара будет в безопасности, если оно не будет искоренено? После того, как Имперский Наставник разберётся с нами, он определённо возьмётся и за Будду! Почему бы тебе не продемонстрировать свои подавляющие дьяволов методы и безжалостно не напасть?

Жулай улыбнулся в ответ:

— Неважно, как он будет относиться к моему буддистскому пути, ведь в мире по-прежнему будут жить люди, верующие и поклоняющиеся Будде. Неважно есть ли в нашем мире дьяволы или боги, ведь пока жива вера, буддистский путь не исчезнет, и уж тем более не исчезнет из-за того, что Имперский Наставник попытается уничтожить нас, точно также, как не будет процветать, если он поддержит нас. Если вы готовы забыть обиды, тогда следуйте за мной, ежели нет, сей старый монах скажет только одно — у нас нет общей судьбы и я ухожу.

Внезапно с неба спешно спустились фигуры, приземлившись за Имперским Наставником. Сотня генералов Империи Вечного Мира носила бронзовую броню и пылала жаждой битвы, вздымающейся к небесам. Герцог Вэй тут же начал работать своим большим ртом:

— Что происходит? Жулай тоже пришёл поучаствовать в веселье? Он, что, собирается воспользоваться Имперским Наставником себе во благо? Тогда давайте разберёмся с ним и со всеми остальными лыс…

Имперский Наставник поднял руку, чтобы не дать старику сказать что-то ещё более провокационное, после чего шепнул:

— Будет плохо, если обе стороны пострадают. Нам пойдёт только на пользу, если Жулай выступит в роли посредника.

Герцог Вэй, недоумевающе перекосившись в лице, спросил:

— Очевидно же, что они здесь только для того, чтобы извлечь из сложившейся ситуации выгоду. Лысые пытаются завербовать к себе мятежников, тем самым усиливая свой Монастырь Великого Громового Удара. Все те зачинщики — могучие практики, а если мы позволим им уйти вот так просто, не будет ли это то же самое, что отпустить тигра в горы? В будущем возникнут бесконечные неприятности! Имперский Наставник, подумайте трижды!

— Поскольку старый Жулай дал своё слово, я ему верю, — улыбнулся наставник.

— Вы ему по-настоящему верите? — герцог Вэй уставился широко распахнутыми глазами. — Когда решается столь важный вопрос, Вы не можете доверять человеку без волос на голове и…

Когда старик собирался сказать больше, Имперский Наставник властно поднял руку и равнодушно сказал:

— Жулай — предводитель всего буддистского движения, и нет ничего плохого в том, чтобы отказаться от прошлых обид и вернуть в мир покой и порядка. Кроме того, я ранен.

Услышав сказанное, бодхисаттвы и архаты, находящиеся на горе Сумеру, повернули головы. Жулай тут же назвал одно из многих имён Будды, дабы предупредить их, после чего улыбнулся:

— Поскольку Имперский Наставник готов уступить, как насчёт вас? Бедный Учитель?

Бедный Учитель и остальные переглянулись, после чего все как один молча кивнули. Если бы они отказались стать буддистами, Жулай и пальцем бы не пошевелил, чтобы спасти их, а после того, как он ушёл бы со всеми практиками Монастыря Великого Громового Удара, они были бы попросту раздавлены могучей силой Имперского Наставника. Также нужно заметить, раз уж Жулай привёл с собой всех самых сильных практиков монастыря, значит он верит в свою победу, поэтому если они согласятся примкнуть к нему, Имперский Наставник наверняка не станет рисковать.

— Поскольку братья и сёстры готовы забыть о своих прошлых обидах и стать буддистами, то вы должны понимать, что сей мир — не более чем иллюзия, и вы определённо достигнете своего Дао. Имперский Наставник… — улыбнулся Жулай.

— Жулай, он должен остаться, — указав на мужчину в бронзовой маске, сказал Имперский Наставник.

Человек в бронзовой маске вдруг почувствовал леденящих кости страх, в то время как Жулай слегка нахмурился. Бодхисаттвы, архаты и преподобные на призрачной горе начали произносить многие имена Будды.

— Он должен остаться, — с улыбкой повторил Имперский Наставник. Несмотря на всю кажущуюся мягкость в его тоне, все почувствовали, что сказанное есть не что иное, как не подлежащий обсуждению закон.

— Добрый человек, у тебя нет общей судьбы с буддизмом. Бедный Учитель, старшие братья и сёстры, пожалуйста, поднимитесь на гору, — вздохнул Жулай.

Старики немного поколебались, глядя на мужчину в маске, но, стиснув зубы, всё же поднялись на гору Сумеру. После чего хором проговорили:

— Старый — мы сожалеем!

— Не нужно слов, я всё понимаю, — мужчина в бронзовой маске громко рассмеялся. — Имперский Наставник, как собираешься разобраться со мной?

Имперский Наставник монотонно сказал:

— Я сопровожу тебя в столицу для встречи с императором.

— Сопроводишь меня в столицу для встречи с императором? — с чудаковатым тоном в голосе переспросил мужчина в маске, после чего, как ни странно, улыбнулся. — Тогда нам предстоит узнать, достаточно ли быстр меч Имперского Наставника… — говоря, он медленно поднимал ладонь, а на последнем слоге вдруг резко обрушил её на маску, превращая лицо под ней в мясную кашу.

— Имперский Наставник, имперская семья Лин рано или поздно падёт от твоих рук… — с последними словами, его голова раскололась, приводя к мгновенной смерти, но он продолжил твёрдо и уверенно стоять на своих двоих.

Герцог Вэй и остальные вскрикнули, резко подавшись вперёд. Имперский Наставник же даже не пошевелился, было очевидно, что он и не собирался помешать совершить самоубийство мужчине в бронзовой маске.

Лицезрев подобную картину, уголки век Цинь Му, находящегося на далёкой горе, вздрогнули. Сказанное Имперским Наставником было равносильно приказу о самоубийстве, собственно, так и получилось. На самом деле было важно не то, чьё лицо скрывалось под маской, а то, что инкогнито являлся кем-то высокопоставленным в правящей семье, из чего вытекал неоспоримый факт, а именно, что он был очень важным человеком для императора.

Если бы он был схвачен Имперским Наставником и отконвоирован в столицу, чтобы встретиться с императором, тот испытал бы невероятный стыд, не говоря уже о чувствах и мыслях министров, а также том, что ему было бы трудно решиться, убивать предателя или же нет.

Также, если истинное лицо пленника было бы раскрыто общественности, император получил бы серьёзный удар по престижу и репутации, и люди всех слоёв общества начали бы обсуждать это за его спиной. Они бы гадали, а тот человек вообще по своей воле восстал или же по приказу императора? И многие другие неприятные сплетни…

Если бы всё произошло именно так, престиж Имперского Наставника Вечного Мира превзошёл бы престиж Императора Яньфэна. Большинство министров склонились бы на его сторону, а последний занял бы по отношению к нему враждебную позицию. При разразившемся внутреннем конфликте между Императором Яньфэном и Имперским Наставником, Империя Вечного Мира оказалась бы в опасности, собственно, как и правящая семья Лин.

Мужчина в бронзовой маске, будучи кем-то высокопоставленным в правящей семье, был обязан распрощаться со своей жизнью. Он не мог позволить семье Лин попасть в затруднительное положение из-за раскрытия лица, поэтому он уничтожил его, дабы никто не смог опознать его личность. Что же до того, почему Имперский Наставник даже не попытался остановить его? Тут всё просто, на такой исход с самоубийством он и рассчитывал. Получается он и не собирался сопровождать его в столицу для встречи с императором. А если бы мужчина в маске не изуродовал себя с последующим самоубийством, то Имперский Наставник сделал бы это за него, ведь в действительности он не хотел портить репутацию Императору Яньфэну или всей семье Лин.

Текущий результат был лучшим из возможных для всех. Если бы Имперский Наставник и правда сопроводил мужчину в маске в столицу, это означало бы, что он и правда хочет восстать и захватить престол. Теперь же, все поймут, что ему нет дела до трона, он всего лишь хочет воспользоваться Империей Вечного Мира, чтобы добиться желаемого — совершить три бессмертных деяния! Он хочет стать Святым!

Лёгким поклоном с горы Сумеру, Жулай отдал дань уважения Имперскому Наставнику:

— Имперский Наставник, теперь, когда всё решилось, сей старый монах уходит.

— Береги себя, Жулай, — ответив взаимность, проговорил Имперский Наставник.

Призрачный образ горы Сумеру взял курс на запад. Бедный Учитель, Истинный Лорд Тянь и остальные обернулись, только чтобы увидеть, как Имперский Наставник отдаёт команду отрубить голову мужчина в маске и похоронить её прямо там. В то время как обезглавленное тело было помещено в гроб для отправки в столицу.

— Брат Дао Жулай, если бы не ты… — вздохнул Странник Ли.

Жулай покачал головой:

— Не нужно слов. Имперский Наставник уже и так недоволен моим Монастырём Великого Громового Удара. Возвращаемся на гору. Думаю мой грешный ученик уже воспользовался моим отсутствием, чтобы попытаться вернуть руку. Если мы поспешим, то можем даже успеть застать его.

Монахи на горе были изумлены услышанным, а немного погодя, пролетая рядом с горой, на которой стоял Цинь Му, до их ушей начали доноситься разного рода оскорбления:

— Лысые ослы!

— Импотенты медитирующие!

— Любители бусин для проталкивания в…

Бодхисаттвы, архаты и преподобные начали праведно кричать в ответ:

— Отродья дьявольского пути!

Покачав головой, старый Жулай остановил гору Сумеру, затем посмотрел вниз, приветственно сложил ладони и сказал:

— Старший брат.

Большинство мастеров чертогов и два хранителя были удивлены. Мастер Чертога Меча украдкой покачал головой в сторону Цинь Му, но последний не обратил на него внимания, сложив ладони в приветствии и сказав:

— Старший брат.

Жулай изумился, но всё же кивнул в ответ, прежде чем увести всех восвояси.

— Владыка, почему Вы ответили на приветствие того лысого осла? — проворчал Правый Хранитель Сюэ Би. — Теперь, когда Вы разоблачили свою истинную личность, Вы будете под пристальным вниманием того чёртового лысого, что-нибудь обязательно случится!

— Будучи священным Владыкой Небесного Святого Культа, я не могу не приветствовать в ответ, когда ко мне обращаются, как к равному, — улыбнулся Цинь Му. — Мы не можем скрывать тот факт, что я Владыка. Кроме того, я должен считаться с вашей репутацией и репутацией всего священного культа.

Все синхронно выкрикнули в ответ:

— Но у нас же нет никакой репутации!

Глава 202. Пропаривание Имперского Наставника

— Мой Будда, Имперский Наставник сказал, что он был ранен, почему мы не воспользовались шансом? — сложив руки вместе, поинтересовался бодхисаттва.

— Ты уверен? — дружелюбно спросил старый Жулай.

— Ученик… ученик не знает, — растерянно ответил бодхисаттва.

— Те, кто так считал, уже проиграли, а некоторые даже умерли. Бедный Учитель, вы, ребята, верили, что он ранен, почему же тогда потерпели поражение? — улыбаясь спросил старый Жулай.

Выражение лица Бедного Учителя изменилось, а остальные резко побледнели, в то время как Духовный Мастер Дао Цюань сильно винил себя… Из целебных отходов Цинь Му именно он сделал вывод, что Имперский Наставник был серьёзно ранен, и все поверили ему, поэтому они выбрали второй вариант, боевой путь. Тем не менее, он не мог быть обвинен во всём этом.

Неожиданное нападение трёх старцев — Бедного Учителя, Странника Ли и Истинного Лорда Тяня — должно было серьёзно ранить Имперского Наставника. Троица стояла на вершине бытия современного мира. Они были лучшими в боевом деле независимо от их способностей и репутации.

Никто не сомневался в способностях этих трёх стариков, так что даже при том, что Имперский Наставник имел репутацию несравненного гения, который рождался раз в каждые пятьсот лет, он всё ещё не мог сравниться ни с одним из трёх. Именно из-за этого все считали, что он был тяжело ранен. Мельчайшие детали, которые появлялись после этого, только подтверждали это.

Например, когда он читал лекцию в Имперском Колледже, он делал это только два дня и пользовался духами, чтобы скрыть запах его раны. Было и такое, когда Король Драконов из секты Драконьих Наездников посетил поместье Имперского Наставника ночью и ушёл невредимым. Он даже не смог сдержать его. В битве между Имперским Наставником и Странником Чжэнем из Маленькой Нефритовой Столицы, его травмы усугубились, и именно поэтому он нуждался в Цинь Му, маленьком божественном враче, чтобы тот ухаживал за его телом день и ночь.

Дедукция Духовного Мастера Дао Цюань и всё остальное указывало на то, что всё это время Имперский Наставник был ранен. Затем был сделан вывод, чтобы восстановиться, даже при помощи такого лекаря как Цинь Му, ему потребовалось бы около месяца.

И все это началось с момента, когда Имперский Наставник попал в засаду. Это был его план с самого начала. Эти два варианта также являлись частью плана, но воплотить в реальность можно было только один.

— Не так-то просто иметь дело с гением, который появляется раз в пятьсот лет, — равнодушно сказал старый Жулай, затем продолжил. — Эти пятьсот лет не только означают, что он очень мудр и силён, посмотрите даже на его стратегии и тактики, это что-то особенное, такое можно увидеть только один раз в пятьсот лет. Если такой гений не может стать святым, тогда он станет беззаконным дьяволом, и это не кончится ничем хорошим для нашего мира. Верите? — он улыбнулся, после чего добавил. — Дьяволёныш.

Все были ошарашены и не знали, почему старый Жулай сказал такие слова, но они чувствовали, что его речь была краткой и всеобъемлющей, имеющей глубокий смысл.

— Он объединился с Небесным Дьявольским Культом и ему суждено быть беззаконным дьяволом. Как жаль, что мы не знаем, кто их новый Владыка, — сказал Мастер секты Нищего Ци Даю.

— Мы знаем. Это тот молодой человек, который ответил на моё приветствие. Вспоминая об этом, этот старый монах имел с ним общую судьбу и хотел просветить в Монастыре Великого Громового Удара, но, как жаль, судьба ускользнула в руки другому, удивительному существу, — с улыбкой на лице промолвил Жулай.

— Он? — большинство монахов, Бедный Учитель, и остальные люди на горе Сумеру были на мгновение ошеломлены.

— Да, он. Те старые друзья Дао весьма примечательны тем, что обучали такого маленького дьявола. Как жаль, что Кхаккхара не смог изменить его судьбу. Я опоздал всего на шаг, всего на шаг… — проговорил старый Жулай.

****

— Имперский Наставник, Вы умнее меня, разве Вы не видите проблем с появлением горы Сумеру? — сказал герцог Вэй смотря на обезглавленное тело, торчащее из гроба, затем повернул голову, чтобы поговорить с Имперским Наставником, который был рядом с ним, и продолжил. — Они явно были здесь, дабы воспользоваться ситуацией и спасти Бедного Учителя вместе с другими стариками, чтобы укрепить мощь Монастыря Великого Громового Удара. Если от этих людей не избавиться, они станут проблемой в будущем!

— Бедному Учителю и остальным осталось от десяти до двадцати лет, так что не стоит беспокоится, пусть старый Жулай спасёт их, — сказал Имперский Наставник и спокойно продолжил. — Я понимаю его действия, так что то, что он пришёл, когда появилась возможность, было вполне ожидаемо. Я ранен, у меня не было сил остановить его.

— Это правда или ложь? — заподозрив неладное спросил герцог Вэй.

— Правда! — серьёзно ответил Имперский Наставник.

— Вы уверены? — не веря своим ушам переспросил Герцог Вэй.

— Конечно, это правда. Попробуйте сразиться с существами уровня Владыки культа! И среди них было даже три богоподобных существа! Как я могу быть невредимым, когда сражался с ними до смерти? — нахмурился и ответил Имперский Наставник.

Я не могу в это поверить! Я не дурак, чтобы верить в такое. Все Ваши слова — ложь! — обиженно проговорил герцог Вэй.

— На самом деле, иногда я говорю правду, — ответил Имперский Наставник, не зная смеяться ему или плакать.

— Вот почему Вы можете убедительно обманывать других людей. Я этого не понимаю, — смотря на гроб сказал герцог Вэй и, после недолгого молчания, продолжил. — Вы должны сказать мне, кто находится в гробу.

— Я не могу сказать, — покачивая головой, ответил мужчина.

— Я узнаю, даже если Вы не скажете. Когда мы вернёмся в столицу, то узнаем какой старый принц внезапно умер, — сказал старик, осмотрелся вокруг и шёпотом продолжил, — в семье Лин есть разногласия и это не единственный случай. Что если старая вдовствующая императрица будет такая же? Я чувствую, что это Ваш шанс. Сделайте шаг вперёд и просто станьте Императ… — Имперский Наставник взглянул на него убийственным взглядом, отчего Вэй поспешно исправился. — Вы и я были друзьями более двухсот лет, не пугайте меня! Так думаю не только я, но и все остальные старые братья. Ваша позиция была поднята до максимума, так что даже если бы Вы сделали огромный вклад, у императора больше не было бы возможности поднять Вашу официальную позицию. Теперь же, когда Вы совершили такой подвиг, подавив восстание, как Вы хотите, чтобы император наградил Вас? Передал Вам трон?

— Император и я — старые друзья. Император знает меня и знает, что я хочу достичь высот в своей жизни, — ответил Имперский Наставник, покачав головой.

— Вот почему император обеспокоен. Если он не вознаградит Вас, все в мире будут очень разочарованы. Ему нечем вознаградить Вас. Вы хотите красивых женщины или же может, чтобы он дал Вам много золота? — проговорил герцог Вэй и продолжил тихим голосом. — Император хорошо Вас знает, но что насчет наследного принца? Когда наследный принц унаследует трон в будущем, будут ли у Вас такие же отношения, как с его отцом? Как принц может вознаградить Вас? Кроме того, те старые братья, которые следовали за Вами всю свою жизнь, также могут получить повышение, если Вы пойдёте дальше. Некоторые не могут получить повышение очень давно. Если они хотят, чтобы их повысили, они должны поддержать Вас до того, как Вы взойдёте на трон. Как Вы думаете, о чём беспокоится вдовствующая императрица? Уж точно не о Вас.

— Я ищу свой собственный путь. Иногда с тобой невозможно разговаривать. Не стоит больше говорить об этом. Ты должен просто подавить восстание должным образом и очистить все остатки мятежников. Я найду маленького божественного врача, который меня вылечит, — спокойно говоря, шёл вперёд Имперский Наставник.

— Так Вы действительно ранены? Вы больше не будете мне лгать? — озадаченно спросил герцог Вэй.

Уходя, Имперский Наставник махнул рукой, даже не посмотрев на него.

Цинь Му привёл с собой цилиня, Чэнь Ваньюня, Юэ Цинхун, а остальные спустились вниз по горе. Тем временем все мастера чертогов, а также Левый и Правый Хранители Небесного Дьявольского Культа активировали свои флаги перемещения, чтобы уйти.

У подножья горы Цинь Му и остальные встретились с Имперским Наставником.

— Я ранен, — проговорил Имперский Наставник.

— Пшшш… — еле сдерживал себя от смеха цилинь.

Имперский Наставник бросил взгляд на это огромное существо, и дракономордый немедленно закрыл пасть.

— Я ранен, — повторил Имперский Наставник с бледным лицом, смотря на Цинь Му.

— Это правда или ложь? — подозрительно спросил Цинь Му.

— Я не шучу, — промолвил Имперского Наставника. Его лицо стало ещё бледнее.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно! — гаркнул Имперский Наставник.

— Я понял, успокойся.

****

На месте города Дасян осталось лишь пустое место. Здесь не было лекарственных лавок, поэтому они могли вернуться только в город Скрытого Тумана. Вокруг было озеро, которое часто насыщало воздух туманом. Город просто мог исчезать в тумане. Так он и получил своё название.

В государственном здании, Цинь Му осмотрел Имперского Наставника и обнаружил более сотни ран. Большинство из них были внутренними повреждениями, в его теле были даже ядовитые насекомые. Божественные сокровища тоже пострадали, но благодаря его плотному совершенствованию, ему удалось подавить повреждения. Травмы были разные, а те, что касались божественных сокровищ, были столь тяжелы, что являлись настоящим испытанием для медицинских навыков Цинь Му. Травмы Божественных Сокровищ Духовного Эмбриона, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, и Божественного Моста были аномально тяжёлыми. Травмы души также были огромным испытанием.

Тем не менее, возникшая ситуация была редкой возможностью для Цинь Му узнать секреты божественных сокровищ. Внешние повреждения, с другой стороны, не были столь серьёзными. Если он сможет вылечить раны Имперского Наставника, это принесёт ему много пользы…

Цинь Му приказал людям найти целебные травы, а сам готовился к исцелению. Большинство трав в лекарственных лавках были обычными, а редкие было труднее найти. Даже при том, что город Скрытого Тумана считался большим, было всё ещё много трав, которые росли только в столице.

Цинь Му сперва обработал ушибы имеющимися травами. В государственном здании он приказал найти чан огромных размеров. Затем тот был наполнен водой и целебными травами, и внутрь была помещена большая пароварка, чтобы Имперский Наставник мог лежать там полностью голым.

Сотни игл пронзили его тело, достигая божественных сокровищ. Серебряные иглы использовались в качестве проводника для передачи целительной энергии в божественные сокровища.

— Если император наградит меня красивыми женщинами и золотом, нужно ли мне это всё? — вдруг задался вопросом спокойно лежавший внутри чана Имперский Наставник.

— Чем ещё император может наградить Вас? — спросил Цинь Му и вонзил иглу в место меж бровей. Серебряная игла имела полую середину, которая могла направлять целительную энергию.

— Больше ничем, — ответил после недолгого молчания Имперский Наставник.

— Тогда Вы должны принять их, — сказал Цинь Му, взял ещё одну иглу и воткнул её в лёгкие, после чего продолжил. — Кто ещё живёт у Вас в доме?

— Кроме меня, только несколько старых слуг и пара телохранителей.

— Вы богаты?

— Денег с зарплаты мне хватает на каждый месяц.

— У Вас есть жена или дети?

— С небесным законом в сердце, в чём потребность желания?

— Имперский Наставник должен завести семью, — отметил Цинь Му и продолжил. — Перестаньте говорить после того, как я поставлю эту иглу, я должен буду прикрыть пароварку и поднять огонь.

****

Спустя полмесяца, Имперский Наставник восстановил большую часть своей силы. Пока он лечил его, они прошли мимо пятнадцати городов, но Цинь Му не нашёл все целебные травы, в которых нуждался. Тем не менее, о травмах более или менее заботился. Цинь Му был опытен в использовании лекарств, поэтому, не имея высококачественных целебных трав, он использовал обычные, чтобы заменить их. Однако, некоторые травмы действительно нуждались в несравнимо редких лечебных травах.

Добравшись до столицы, они увидели на многих улицах белые фонари и белые знамёна. Расспросив окружающих, они узнали, что Король Северного Гарнизона Лин Иньфэн скончался. Император скорбел, и вся империя оплакивала его. Лин Иньфэн был младшим братом прошлого императора и занимал восьмое место, поэтому его называли восьмым имперским дядей. Он был уважаем и любим народом, так как, когда бывший император завоёвывал мир, восемь императорских дядей несли выдающуюся военную службу, покоряя многочисленные страны. Травмы, которые он получал, были очень тяжёлыми, и он был несколько раз при смерти в бою, но всё равно довольно много раз спасал жизнь бывшего императора.

Успешное восхождение Императора Яньфэна на престол было связанно с его поддержкой. Он сыграл огромную роль в создании империи семьи Лин.

Глава 203. Одноногий, Вызывающий Доверие

Услышав эту новость, Цинь Му слегка нахмурился и взглянул на Имперского Наставника. Лицо мужчины обрело скорбный вид, и он проговорил:

— Я отправлюсь в поместье Короля Северного Гарнизона, дабы выразить свои соболезнования.

— Имперский Наставник, почему Король Северного Гарнизона присоединился к мятежникам? — спросил Цинь Му, убедившись, что их никто не слышит.

— Он восстал не против императора, а против меня, пытаясь сохранить династию Лин в безопасности, — тихим голосом ответил Наставник. — Моя власть слишком велика, отчего он увидел во мне угрозу. Он думал, что я собираюсь захватить трон семьи Лин… Ты прав, мне нужно создать семью. Хоть в моём сердце царит небесный закон, я всё равно нуждаюсь в желаниях.

Лицо Цинь Му скривилось в странном выражении. Человек, вроде Имперского Наставника, живущий семейной жизнью? Это никак не соответствовало убеждениям народа, однако, должно было случиться.

— Сначала я вернусь в своё поместье, чтобы переодеться в более подходящие цвета. Король Северного Гарнизона внёс великий вклад в развитие империи, и хоть он не разделял моих представлений о правлении, он всё равно был человеком, вызывающим уважение. Я обязан отдать ему дань своего почтения.

Имперский Наставник попрощался с Цинь Му:

— Теперь, когда мы в столице, можешь больше не беспокоиться о моих ранениях.

Цинь Му кивнул. Поскольку травмы наставника, полученные в предыдущей засаде, уже были вылечены, он мог полагаться на своего старого врача, чтобы закончить лечение.

Вернувшись в поместье, Имперский Наставник решил проявить максимальную осторожность, пытаясь избежать возможной засады. Вместо того, чтобы войти через главный вход, он перепрыгнул через забор. Осмотревшись вокруг, он увидел, что все печати и замки целы. Тем не менее, мужчина решил не терять бдительности, серьёзно позвав:

— Старый Фу? Юаньцин?

В ответ не прозвучало ни звука. Поместье Имперского Наставника было подозрительно тихим. Войдя внутрь зала, он увидел всех своих слуг и стражников связанными и сваленными на кучу.

Имперский Наставник нахмурился от увиденного, когда его взор внезапно заметил Фу Юаньцина. Маленький Король Ядов был раздет догола и подвешен к потолку зала. Его язык торчал наружу, обмотан золотой верёвкой, на другом конце которой висела огромная металлическая гиря, выглядящая довольно тяжёлой.

Лицо Имперского Наставника ещё сильнее изменилось, и на кончиках его пальцев блеснул свет меча, разрезая верёвки, связывающие тело Фу Юаньцина. Бедолага с грохотом упал на землю, и лишь в этот момент мужчина обнаружил, что совершенствование и божественные сокровища в теле Маленького Короля Ядов были запечатаны, отчего тот оказался слишком слабым, чтобы освободиться самостоятельно.

Сломав эти печати, а затем освободив остальных слуг и стражников, Имперский Наставник мрачно спросил:

— Что здесь произошло?

— Понятия не имею, — дрожа от ужаса покачал головой Фу Юаньцин. — Я не успел ничего заметить, когда меня повесили на потолке. Я даже не увидел, как мне вытаскивали язык изо рта. К нему привязали огромную гирю, поэтому я не смог позвать на помощь!

— Старый мастер, в нашем поместье водятся призраки? — группа слуг казалась испуганной до смерти. — Мы тоже не смогли увидеть, что именно произошло!

— Призраки? — Имперский Наставник ответил. — Это не призраки. Скорость злоумышленника была слишком высокой, настолько высокой, что вы не смогли его разглядеть. Я знаю этого человека. Он решил воспользоваться моим отсутствием, чтобы вломиться в поместье и украсть свою ногу. Если я прав, сокровищница должна быть пустой.

Он потащил всех ко в ходу в сокровищницу, дабы увидеть, что печать на двери висела в целостности, нетронута. Маленький Король Ядов вздохнул с облегчением, улыбаясь:

— Имперский Наставник, Вы ошиблись, печать на месте. Ручаюсь, что вор не смог её разбить и оставил сокровища в покое.

Имперский Наставник вздохнул:

— Призрак не имеет формы, он может обворовать небеса и подменить солнце, с какой стати ему утруждать себя разбиванием какой-то печати? Он может проникнуть сквозь неё, даже не касаясь. Сокровищница и вправду пуста.

Мужчине никто не поверил.

Затем он развеял печать и открыл дверь, за которой перед всеми предстала опустошенная сокровищница, обворована настолько, что блестела от чистоты.

На противоположной стороне комнаты когда-то висела картина. На ней была изображена спина Бога Меча, нарисованная кровным принцем страны Небесной Живописи.

Теперь на этом месте были каракули, не слишком приятные для чтения.

«Имперский Наставник, я забрал свою ногу. Кроме того, спасибо за твои сокровища. Я хорошо вёл себя с твоими слугами, можешь о них не беспокоиться. О! Я ещё на твоей кровати поспал, а когда проснулся, навалил на неё кучу. Зато я тебе чаю сварил, он в комнате для учений. Теперь, наша ссора решена, можешь не благодарить!»

Лицо Имперского Наставника помрачнело. Он немедленно пошёл в свою комнату и поднял одеяло с кровати. В воздухе раздалась ужасная вонь, и мужчина, отчаянно прикрывая нос, помахал рукой:

— Старый Фу, выбрось её, выбрось!

Маленький Король Ядов немедленно выбросил одеяло вместе с простыней, однако, запах продолжал исходить от кровати. Фу Юаньцин спросил:

— Старый мастер, кровать тоже выбрасывать?

— Выброси! — гаркнув и махнув рукой, Имперский Наставник быстро пошёл в комнату для учений. Воздух в ней проникся запахом мочи, а желтоватая жидкость в чайнике не слишком напоминала чай.

Мужчина смахнул рукавом чайник вместе с чашками в окно, ещё сильнее перекосившись в лице:

— Позор! Даже если не брать во внимание, что он сумел вернуть свою ногу, он здесь ел, спал и срал, дабы нарушить мой покой! Старый Фу, достань новую кровать и чайный набор.

Недолго поколебавшись, тот ответил:

— Мастер, у нас осталось совсем мало денег…

Имперский Наставник был слегка ошеломлён, а затем пробормотал себе под нос:

— Императорская награда придёт лишь за несколько дней. Зарплату я получаю каждый месяц, но её дадут лишь в начале следующего. Что с зарплатой за прошлый месяц?

— Когда старый мастер уходили, вы забрали с собой больше, чем половину зарплаты. То, что осталось, мы потратили на скромные подарки на день рождения для нескольких королей, графов и министров. Тем, у кого родился сын, мы тоже отправили всякие мелочи в качестве поздравления. К тому же, несколько дней назад был день рождения матушки императора, однако, подарок, который я подготовил, не смогли оценить должным образом и сказали, что он неподходящий.

У Имперского Наставника начала болеть голова:

— Король Северного Гарнизона скончался, мне нужно дать что-то его семье. У нас действительно не осталось денег? Может, мы можем что-нибудь отдать под залог?

— Здесь… — на мгновение задумавшись, старый Фу решил промолчать. Имперский Наставник оглянулся вокруг, и, хоть дом и не был маленьким, внутри было совсем немного мебели. Здесь не было ничего, что можно было бы заложить.Он всегда верил, что изобилие мелочей вокруг отвлекало от прогресса в совершенствовании, поэтому всё что он ел или использовал, было предельно простым, лишённым любой изысканности. Вещи, которые он хранил, были в основном странноватыми: нога одноногого, картина кровного принца страны Небесной Живописи. Однако, даже эти вещи были украдены божественным вором.

— Может, попросить о зарплате заранее?

Маленький Король Ядов ответил:

— Мастер, Вы хотите окончательно потерять свою репутацию.

Имперский Наставник колебался:

— Может, займём у кого-нибудь?

— Мы недавно вступили в войну, и кучка людей, которых старый мастер хорошо знает, были мобилизованы и сейчас находятся далеко от дома. Кто согласиться одолжить денег, когда глава их семьи отсутствует? Разве что Вы пойдёте туда сами… — покачал головой Фу Юаньцин.

Имперский Наставник пробормотал:

— Я неплохо рисую, можно продать несколько картин.

— Старый мастер готов подписать свою работу?

Мужчина покачал головой:

— Если я подпишу картину своим именем, человек, который её купит, по сути даст мне взятку, поэтому я не могу этого сделать.

— В таком случае Ваша живопись не будет продаваться.

Услышав такое, Имперский Наставник разозлился:

— Откуда тебе знать, что они не будут продаваться? Я очень долго владел картиной кровного принца страны Небесной Живописи и успел нарисовать сотни её копий. Может я и не сравнюсь со Святым Искусств, но этого ведь всё равно достаточно?

— Старый мастер, Вы забыли в каком городе живёте? Здесь столько известных художников, что они напоминают косяк карпов, пытающийся переплыть через дамбу. А сколько они зарабатывают на продаже своих картин? Больше половины этих людей голодают настолько, что выглядят, как мешки с костями. А у кого лучше навыки рисования, у Вас, или у них? — сказав это, старый Фу внезапно добавил. — С другой стороны, может быть кто-то из Ваших учеников может одолжить немного денег?

— Просить деньги у своих собственных учеников? Я не могу до такого опуститься, — сказав это, Имперский Наставник вспомнил о Цинь Му и улыбнулся. — Я знаю, у кого есть много свободных денег. Он безрассудно ими распоряжается, и, обычно, покупал мне лекарства просто так. Если бы не он, с такой зарплатой, как у меня, я уже давным-давно умер бы. К тому же, он не из имперского двора, поэтому ничего позорного в этому не будет. Я иду за деньгами, ждите меня здесь.

Когда Цинь Му вернулся в Резиденцию Учеников, он ощутил сильный запах лекарств, как только прошёл сквозь ворота, который, казалось, раздавался из его двора, что немного сбило его с толку.

Несмотря на то, что уборкой помещений в резиденции занимались разнорабочие, они тоже время от времени посещали занятия в колледже, поэтому их совершенствование было довольно сильным. Некоторые работники были даже сильнее учеников. В истории Имперского Колледжа были случаи, когда разнорабочий овладевал невероятными способностями и повышался в должности до ученика, становясь уважаемым офицером.

С такими разнорабочими на страже порядка в Резиденции Учеников, почти никому не удалось бы проникнуть внутрь незамеченным. Приведя цилиня и Ху Лин’эр в свой двор, Цинь Му увидел огромные мешки с травами, сброшенные в кучу перед домом. Здесь был даже медицинский котёл, печь и другое.

Эти печь и котёл были довольно необычными. Руны на их поверхности свидетельствовали о том, что это были очень ценные сокровища. Они ничем не уступали сокровищам, которые юнец украл из Дворца Золотой Орхидеи!

В медицинском котле лежала чья-то нога, а в печи — рука. Увидев эти конечности, Цинь Му был окончательно сбит с толку, после чего немедленно приказал цилиню и Ху Лин’эр:

— Охраняйте двор и не позволяйте никому войти внутрь.

Звери поднялись и встали снаружи двора. Цинь Му повернул голову, увидев, как цилинь с трудом продавливает своё тело сквозь дверь, и потряс головой:

— Эта громадина становится всё больше и больше с каждым днём, скоро он сломает мне дверь и придётся снова её заменять.

Толчком открыв дверь в главную комнату, он увидел двух мужчин, кажущихся старыми, но в то же время молодыми, сидящих внутри. Одноногий привёл себя в порядок. Его волосы были глянцево-чёрными, а длинную бороду опоясывала сверкающая золотая нить. Одежда, которую тот носил, также была подобрана со вкусом.

Старый Ма сидел напротив него, одевшись в зелёный костюм, не столь яркий, как у одноногого. Один из его рукавов свисал донизу, из-за отсутствия руки, и в целом мужчина выглядел усталым от дороги. Вероятно, он недавно прибыл, так как его бакенбарды были слишком длинными, а волосы неухоженными.

Когда старики увидели входящего Цинь Му, одноногий искренне улыбнулся, а холодное лицо старого Ма потеплело.

— Дедушка Ма, дедушка одноногий… — Цинь Му почувствовал себя тронутым, и его глаза покраснели, — вы пришли повидаться со мной?

— Нет, — ответил старый Ма.

Юноша обиделся, а одноногий улыбнулся:

— Ты живёшь лучше, чем мы, с чего бы нам приходить к тебе в гости? Ты всего лишь мальчик, которого мы подобрали, зачем нам идти к тебе тысячи километров? Не думай слишком много.

Цинь Му сердито возразил:

— Вы здесь явно для того, чтобы меня увидеть!

Старик покачал головой:

— Я здесь просто для того, чтобы ты присоединил мне мою ногу обратно. Можешь взглянуть, жива ли она?

— Не могу.

Одноногий пал в ярость:

— Ты подлец, становишься самостоятельным? Мы здесь определённо не для того, чтобы тебя увидеть!

Старый Ма кашлянул и неторопливо сказал:

— Если ты здесь не для того, чтобы его увидеть, почему ты не потащил свою ногу к целителю? Перестань мучать ребёнка, а то он сейчас расплачется.

— Я не плачу, — сказал Цинь Му, немедленно переставая имитировать желание плакать.

— Хорошо, хорошо, не плач, я действительно пришёл тебя увидеть. Я как раз вернулся с поместья Имперского Наставника, где пожил некоторое время. К тому же я взял там несколько вещей, попавшихся под руку. Видел ногу в котле? — старик невероятно гордился собой. — Это — моя нога! Я забрал её из поместья Имперского Наставника, и он ничего не смог с этим сделать! Бедолага лишь беспомощно на меня смотрел, как я отбирал свою собственность!

Мгновение помолчав, Цинь Му тепло улыбнулся:

— Дедушка одноногий, я и Имперский Наставник только что вернулись из похода, какого именно Имперского Наставника ты встретил в его поместье?

Старик уставился на юнца, и тот, не сдаваясь, уставился в ответ. Улыбки на их лицах были одинаково тёплыми, отчего у окружающих возникло бы невероятное доверие к парочке. Если бы кто-то из них вонзил человеку нож в спину, тот всё равно продолжил бы им доверять.

Глава 204. Тёмное прошлое Цинь Му

Цинь Му и одноногий продолжали пялиться друг на друга.

— Мы все взрослые люди, так что перестань устраивать истерику. Мы здесь, чтобы посмотреть, как ты справляешься, — старый Ма был добр, несмотря на холодное выражение лица.

— Старый Ма приехал сюда из Монастыря Великого Громового Удара, так что ты должен знать — он здесь специально ради тебя. Тот монастырь находится в тысячах километров отсюда и всего в тысяче километров от деревни Цань Лао. Что касается меня, то моя нога была в поместье Имперского Наставника, а ты оказался ближе всех, — улыбаясь проговорил одноногий.

— Не обращай внимания на грубые слова одноногого, он на самом деле хороший человек. Когда ты был молод и всегда мочился в постель, бабушка была раздражена тобой, так как она никогда раньше не воспитывала ребёнка, поэтому она хотела отправить тебя в соседнюю деревню. Когда тебя отправили в первый день, к вечеру ты уже был в бабушкиной постели. Бабушка отправляла тебя ещё несколько раз, но ты всегда возвращался таинственным образом. Очевидно, что тебя возвращал обратно именно одноногий, — сказал старый Ма, тем самым согрев Цинь Му сердце.

— Я этого не делал. Больше всего я ненавижу детей. Если бы у меня не было одной ноги, я бы пинал его по яйцам каждый день, — покачивая головой проговорил одноногий.

— Бабушка отослала меня, потому что я мочился в постель, когда был молод? Но ведь бабушка меня обожает… — недоверчиво спросил Цинь Му.

— Довольно часто, — сказал старый Ма и добавил. — Бабушка никогда не воспитывала детей, а ты писал, как водопад, и плакал ночью, когда был голоден, плакал, когда объедался, и даже плакал, когда не мог спать. Даже корова, которая была ограждена снаружи, сходила с ума от твоего плача, так что было бы странно, если бы бабушка не была раздражена. Мы, пожилые, были так взвинчены, что даже деревенские старейшина и целитель согласились, что было бы хорошо отослать тебя, чтобы в деревне наконец воцарился покой.

— Дедушки старейшина и целитель также хотели избавиться меня? Как я мог не знать об этом? — расстроено поинтересовался Цинь Му.

— Тебе не было и года, как бы ты запомнил? Было бы хорошо, если бы ты просто помочился на кровать, но ты умудрялся даже обделываться. Немой изначально хотел отправить тебя подальше, чтобы другие растили тебя, и даже включил дойную корову в предложение, чтобы сделать предложение более заманчивым для других. Но ты внезапно перестал мочиться в постель, поэтому тебя не отослали… — с улыбкой на лице промолвил одноногий.

— Немой тоже хотел меня отослать? — после недолгого молчания сказал Цинь Му и с улыбкой на лице продолжил. — К счастью, ещё остались слепой и глухой дедушки, которые обожают меня!

— Слепой действительно в тебе души не чаял. Но после того, как он поднял тебя высоко в воздух, и ты помочился ему на лицо, он не был против, чтобы бабушка отослала тебя, — ответил дедушка Ма.

— Когда ты был молод, глухой был самым раздражительным. Ты часто залезал на его стол и покрывал все чернилами. Ты даже помочился в его чернильный камень. Тем не менее, ты был хорошим, когда мочился в постель. Но ты стал не таким хорошим, когда вырос и помочился на каменные статуи в деревне, — продолжил историю одноногий.

— Дедушка Ма, дедушка одноногий, я теперь Владыка Небесного Дьявольского Культа, так что мы можем больше не вспоминать, как я мочился то там, то сям? Дайте мне взглянуть на ваши ногу и руку, — хрипло проговорил Цинь Му.

— Тот случай, когда его отправили после того, как он обмочился, всегда меня смешил. Я уверен, что, вспоминая об этом, буду смеяться пока не выпрыгну из гроба даже после смерти, — улыбаясь проговорил одноногий, смотря на другого старика.

— Я тоже, — улыбнулся в ответ Ма.

Цинь Му вошёл во двор с очень расстроенным выражением лица и передвинул медицинский котёл и печь. Он проверил руку и ногу двух людей и достал меч Младший Защитник, чтобы сделать небольшое отверстие на ноге одноногого, затем он взял несколько капель крови, чтобы подробно проверить их, а через мгновение сделал надрез на руке старого Ма и также извлёк несколько капель крови.

— Несмотря на то, что жизненная сила руки дедушки Ма была истощена наполовину, она хорошо сохранилась. Похоже, кто-то использовал буддистское заклятия, чтобы заставлять кровь в руке циркулировать и сохранять свежесть. С правильным питанием от духовных пилюль и чудодейственных лекарств, жизненная сила может быть восстановлена, так что руку можно будет пришить обратно. После тренировки в течение нескольких лет, она вернётся в исходное состояние, — изучив её мельком, проговорил Цинь Му.

— Моя рука была помещена в Пагоду Тысячи Будд, где покоится физическое тело предыдущего Жулая. Монахи день и ночь повторяют заклятия, чтобы сохранить активность тела, — ответил Ма.

— В Монастыре Великого Громового Удара действительно тысячи будд? — в шоке вскочил и закричал Цинь Му.

— Я их не считал, но думаю это так, — пожимая плечами сказал старый Ма.

— Дедушка, эта нога… кровь уже испортилась, и нога умерла. Её нельзя пришить, — осмотрев ногу, сказал Цинь Му одноногому.

— Но, как это возможно? Я известен, как обладатель божественных ног, как она могла просто умереть? Кроме того, она была отрублена совсем недавно, всего лишь около двадцати или тридцати лет назад. Я не верю, что моя нога уступает божественному кулаку старикашки Ма, она определённо всё ещё жива! — закричал в ответ одноногий. Его лицо побледнело и от улыбки не осталось и следа.

— Мои соболезнования, дедушка. Она уже мертва и не может быть восстановлена. Кроме того, я только что попробовал твою кровь, и у неё был вкус пяти специй и дымный аромат. Я думаю, что она была высушена Имперским Наставником, — проговорил Цинь Му.

— Негодяй, опять меня обманул, — одноногий рассмеялся от крайнего гнева. — Как мог Имперский Наставник быть таким бедным, чтобы превратить мою ногу в сушеное мясо? — сказав это, он тут же начал нервничать. — Хотя проходимец действительно беден, как церковная мышь, он… он ведь не превратил бы её в сушеное мясо, верно?

Цинь Му был доволен собой.

— Не пугай его, воры ранимые, — сказал Ма.

— Хотя рука дедушки Ма и нога дедушки одноногого были менее активны, чем тело дедушки мясника, жизненная сила в них ещё есть. Сначала я использую лекарство, чтобы немного привести в порядок ваши отрубленные конечности, и через десять дней-полмесяца они восстановятся. Когда они будут присоединены, не должно быть никаких проблем. Нижняя часть тела мясника была на теле Великого Шамана, так что никаких скрытых повреждений не осталось. Ваши не в таком хорошем состоянии, потому что не было питания от живого тела, — с улыбкой проговорил Цинь Му.

— Это хорошо, если они могут быть пришиты, — вздохнули с облегчением одноногий и Ма.

— Я взял часть целебных трав из сокровищницы дворца, так что вы должны увидеть, какие травы можно использовать. Если у тебя их не будет, я пойду и… “позаимствую” ещё, — с улыбкой на лице промолвил одноногий.

— Нет необходимости, на складе Имперского Колледжа должны быть необходимые травы, — сказал Цинь Му и пошёл во двор, проверить типы целебных трав.

— Молодой Владыка, Имперский Наставник пришёл в гости, — вдруг снаружи раздался голос Ху Лин’эр.

Цинь Му был поражён и подумал: «Имперский Наставник здесь? Мог ли он выследить нас из-за одноногого?»

Парень повернулся, чтобы закрыть дверь в главную комнату. Приведя в порядок свою одежду, он открыл ворота, чтобы увидеть Имперского Наставника, стоящего снаружи. Этот мужчина средних лет, который потряс мир своей силой, был сам не свой.

— Не мог бы ты одолжить мне немного денег? — после неловкой паузы поинтересовался Имперский Наставник.

— Имперский Наставник пришёл на занять денег? Величественному Имперскому Наставнику действительно не хватает денег? — озадаченно переспросил Цинь Му.

— Когда я вышел на битву, в мой дом пришёл вор и всё вычистил. Теперь мои карманы пусты и ещё я должен пойти в поместье Короля Северного Гарнизона, чтобы выразить свои соболезнования. У меня действительно нет денег… — правдиво ответил Имперский Наставник.

Цинь Му был немного тронут словами мужчины и подумал: «Мог ли дедушка очистить поместье Имперского Наставника и не оставить ему ни копейки? Он может и потерял ногу, но он всё ещё проворнее меня».

— Имперский Наставник, сколько денег Вам нужно? — улыбаясь спросил Цинь Му.

— Моя зарплата — восемьсот монет в месяц, так что я бы одолжил именно столько, — сказал Имперский Наставник.

— Лин’эр, принеси тысячу монет и передай их Имперскому Наставнику, — обратился Цинь Му к Ху Лин’эр.

Ху Лин’эр издала звук понимания и проскользнула в комнату.

— Есть ли необходимость быть Имперскому Наставнику настолько бедным? — спросил Цинь Му.

— Слишком много внешних желаний повлияет на развитие и мудрость. С меньшими желаниями деньги больше не имеют значения, — покачав головой ответил мужчина.

— В твоей комнате есть и другие люди. Человек, как Жулай, сидит неподвижно… Это неправильно, должно быть два человека. Другой сливается с небом и землей, дрейфует без места отдыха. Кажется, он мог бы убежать в любой момент, какая превосходная техника тела. Почему ты не пригласил меня? — с улыбкой спросил Имперский Наставник, смотря на комнату.

— Имперский Наставник, я не могу пригласить Вас. Мои старики пришли ранеными, поэтому им неудобно встречаться с людьми, — покачав головой, ответил Цинь Му.

— О, так они ранены, это объясняет, почему во дворе так много целебных трав. Я также ранен, поэтому беспокоить их действительно неудобно, — промолвил Имперский Наставник.

— Если у Имперского Наставника туго с деньгами, то нет необходимости возвращать. Вы человек благородного характера, можете быть бедным, но в этом нет нужды. В конце концов бедность — не определяет благородство человека, — проговорил Цинь Му и передал ему в руки мешок с монетами, который принесла Ху Лин’эр.

— Я всё верну. Награда императора придёт через несколько дней, и тогда я смогу заплатить тебе. Мне просто нужно это, чтобы продержаться следующие несколько дней, — ответил мужчина, поблагодарив Цинь Му, и затем ушёл.

Цинь Му подождал, пока он отойдёт дальше, прежде чем сказать Ху Лин’эр и цилиню, чтобы они снова охраняли снаружи.

— Дедушка, ты вычистил поместье Имперского Наставника? — спросил Цинь Му, сразу как вошёл в комнату.

— Что значит вычистил? В его поместье изначально не было много денег, и у него даже не было ценной мебели. Больше всего, вероятно, стоила картина глухого, которая, по сути, бесценна, — покачивая головой отвечал одноногий.

Цинь Му был озадачен. Имперский Наставник был действительно так беден? Он был важным министром, который имел власть над всеми слоями общества, так как он мог не иметь за душой ни гроша? В Империи Вечного Мира были некоторые чиновники, которые были компрадорами в горнодобывающей промышленности, некоторые создали нефтеперерабатывающие заводы, литейные фабрики и имели невыразимое богатство. Как Имперский Наставник мог быть таким бедным?

— Эта картина Бога Меча должна принадлежать старейшине деревни, верно? Глухой должно быть видел его ещё в молодые годы, хе-хе. Но на неё нельзя смотреть, а то ослепнешь, — достав непонятно откуда свиток и развернув, проговорил одноногий, а после продолжил. — Я дам его тебе, используй его, чтобы отгонять зло. Картина старейшины, нарисованная слепым, блокирует приближение призраков. Не открывай её. С твоим развитием ты ослепнешь, если посмотришь и даже можешь умереть! Несмотря на то, что картины глухого тогда ещё не достигли область Бога, человек, которого он нарисовал, был слишком силён, так что ты всё ещё не можешь его увидеть, — он скрутил картину Бога Меча и бросил её в Цинь Му.

Цинь Му был настроен скептически, но положил картину в свой Мешок Таоте.

— Глухой действительно видел старейшину раньше и в нём было больше почтения. В деревне он был ближе всех к немому. Теперь, когда немой ушёл, я считаю, глухой не сможет оставаться на месте и определённо выйдет, чтобы найти его, — сказал Ма.

Цинь Му был тронут. С тех пор, как он покинул деревню, старики из деревни Цань Лао выходили один за другим. Несмотря на то, что они говорили, что не скучали по нему, они все вышли из деревни из-за него… Он сосредоточился на распознании целебных трав, которые одноногий “позаимствовал” из дворца, думая про себя: «Травы из дворца действительно редкие, но они немного уступают травам из сада дедушки целителя».

Тем не менее, с ними у него уже был рецепт на восстановление руки старого Ма и божественной ноги одноногого. Ему просто нужно было собрать некоторые дополнительные травы со склада в Имперском Колледже.

Глава 205. Жёлтая Груша

Цинь Му собрал травы и отсортировал их по виду. Затем он обработал лекарствами ногу одноногого и руку старого Ма, после чего купил порошок южных ядовитых насекомых на одном из складов Имперского Колледжа.

Этот порошок состоял из невероятно крохотных насекомых под названием “Красные Ядовитые Насекомые Красоты”. Разглядеть одного из них мог лишь человек, использующий третий глаз.

После того, как насекомых высушили, превращая в пыль, они могли воскреснуть при контакте с кровью. Цинь Му попросил старого Ма и одноногого предоставить немного свежей крови, после чего разбавил в ней порошок. Обработанные Красные Ядовитые Насекомые Красоты быстро пришли в движение, отчего казалось, будто красная жидкость, наполняющая два кубка, ожила.

Старый Ма и одноногий взглянули на кубки. У стариков было необычное зрение, позволившее сразу же заметить насекомых внутри. Десятки тысяч мерзких существ плотно заполнили сосуды, создавая крайне неприятное зрелище. Одноногий улыбнулся:

— Му’эр, ты планируешь использовать этих насекомых, чтобы вылечить наши конечности? Что это за создания? Они безопасны?

Среди жителей деревни, мясник занимал лишь второе место по уровню страха, который он вызывал у молодых девиц. На первом был целитель, любящий выращивать цветы и мелких жуков. Лицо целителя выглядело отвратительно, но ещё более отвратительными были его насекомые. Одноногий любил воровать и частенько заглядывал в дома других деревенских. Даже ягоды боярышника в сахарной оболочке, принадлежащие Цинь Му, несколько раз таинственно исчезали. Однако, старик ни разу не осмелился побывать в комнате целителя.

Юноша следовал учениям целителям, изучая искусство исцеления, поэтому довольно хорошо разбирался в насекомых. Смотря на существ внутри кубков, одноногий чувствовал, как его волосы встают дыбом. Старика не покидало ощущение, будто какой-то злой маг пытается его отравить.

— Одноногий дедушка, не волнуйся. Использование Красных Ядовитых Насекомых Красоты было одной из техник южной префектуры Пяти Ростков.

Цинь Му ввёл кровь с насекомыми в вену руки старого Ма и ногу одноногого. Затем он сказал:

— Эти существа называются Красными Ядовитыми Насекомыми Красоты, потому что некоторые женщины из южных сект используют их, чтобы заморозить процесс старения и сохранить свою красоту. Их тела выглядят живыми даже после смерти.

— Выглядят живыми даже после смерти… — одноногий содрогнулся, продолжая видеть в насекомых угрозу.

Юноша поместил ногу одноногого и руку старого Ма в медицинский котёл. Внутри сосуда уже был готов лекарственный отвар:

— Данный вид ядовитых насекомых может съесть мёртвую кровь, кожу, слизь на повреждённых мышцах, осколки сломанных костей и другое. Именно поэтому люди, использующие их, могут сохранить свой внешний вид до самой смерти. Дедушка целитель говорил, что у него были близкие друзья противоположного пола, поселившие Красных Ядовитых Насекомых Красоты внутрь своего тела. Спустя многие годы, они всё ещё выглядели на семнадцать лет и были очень узкими. Ещё он добавлял, что любит узеньких девочек… — лицо юнца приобрело задумчивый вид. — Что значит “узенькая”?

Одноногий ответил:

— Ты слишком молод, чтобы думать о таком бреде. Можно мне этих жуков?

Среди купленных духовных трав Цинь Му нашёл семя, после чего поднял пол посреди главной комнаты, открывая нефритовую почву под ним:

— Конечно. Однако, у этих ядовитых жуков есть один серьёзный недостаток. Они начинают есть здоровую плоть и кровь, как только проголодаются, поэтому люди, использующие их, постоянно нуждаются в свежей крови. Со временем, количество жуков в организме увеличивается, и их аппетит, соответственно, тоже.

Немного порывшись в своём мешке, Цинь Му достал бутылку воды из Нефритового Драконьего Озера, чтобы полить землю:

— Дедушка целитель говорил, что на землях Пяти Ростков, женщины зачастую соблазняют сильных молодых мужчин. После ночи веселий, от их жертв остаётся лишь кожа. Эссенция и кровь высасываются из тел, дабы прокормить Красных Ядовитых Насекомых Красоты.

Одноногий содрогнулся. Между тем политая почва немедленно вздулась, и сквозь неё пробился нежный росток, постепенно увеличиваясь в размерах, достаточно быстро, чтобы заметить это невооружённым глазом.

Цинь Му начал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, не прекращая ходить вокруг крохотного растения в центре комнаты. Затем он использовал технику Cоздания Земного Эона, отправляя всяческие мудры в сторону ростка. В тот момент, когда пальцы или ладонь юноши дотрагивались к листку, они немедленно отлетали обратно.

Когда ветви и листья вступали в контакт с кожей, раздавался тихий звон, напоминающий игру гуциня. В главной комнате звучал мелодический ритм.

Юноша сделал шаг вперёд, с помощью своей техники Cоздания Земного Эона ускоряя рост крохотного дерева, и вскоре оно достигло размеров взрослого человека, покрываясь пышными зелёными листьями. Затем на нём появились зелёные почки, превращающиеся в белоснежный цвет груши.

— Репутация Красных Ядовитых Насекомых Красоты не слишком хороша, поэтому, когда я отправился купить их на складе Имперского Колледжа, учитель спросил для чего они мне. Он сказал, что многие женщины из королевских и графских семей любят подобные вещи. К тому же, некоторые консорты из дворца тоже используют этих существ, поэтому Зал Высшего Исцеления изменил насекомых так, чтобы они не могли размножаться.

Ходьба Цинь Му не прекращалась, как и движения его рук. Мудры продолжали сыпаться, напоминая Гуаньинь, щёлкающую своими пальцами.

Цвет груши на дереве высох и осыпался, и на его месте появились зелёные плоды. Эти Фрукты были размером с большой палец, маленькие и утончённые. Однако, под воздействием мудр Цинь Му, плоды медленно продолжали расти.

— Имперский Лекарь Ю даже смог создать пилюлю Избавления от Насекомых, так что, когда Красные Ядовитые Насекомые Красоты начинали есть живую плоть, человек мог использовать это лекарство, дабы убить всех опасных существ, живущих внутри его тела.

Изменив свою технику Создания, Цинь Му продолжил ускорять процесс созревания фруктов, и зелёные груши вскоре стали размером с кулак:

— Я попросил учителя на складе показать мне пилюлю Избавления от Насекомых. В ней использовались самые обычные ингредиенты, однако, готовое лекарство продаётся по заоблачной цене. Чтобы купить одну дозу, не хватит даже зарплаты самого Имперского Наставника. Продавец сказал мне, что именно это открытие позволило лекарю Ю стать самым богатым из имперских лекарей!

Глаза одноногого загорелись:

— Имперский Лекарь Ю богат?

Груши на дереве наконец пожелтели, начав издавать сладкий фруктовый аромат. Сорвав несколько плодов с дерева, Цинь Му подал их старому Ма и одноногому. Двое мужчин откусили по куску, и, ощутив, как сладкий вкус заполняет их рты, восхищённо воскликнули:

— Что за заклятие божественный врач использовал для превращения груш? — спросил старый Ма.

Юноша покраснел и ответил:

— Дедушка, перестань надо мной издеваться. Это техника Создания Земного Эона, которой меня научила бабуля.

— Техника Создания Земного Эона?

Старый Ма и одноногий с тревогой посмотрели друг на друга, и последний пробормотал:

— Я видел, как старая Сы использует эту технику для обработки солнечного света. В полдень, пять сердец повернулись к небу, собирая эссенцию солнца, отчего с небес на землю полетели огненные тучи. Зрелище было настолько ужасающим, что я с первого взгляда понял, что предо мною первоклассная техника дьявольского пути. С её помощью старуха поджарила многих людей до смерти, что не слишком напоминало то, что ты только что сделал.

Цинь Му был ошеломлён:

— Я что, неправильно её совершенствовал?

Старый Ма не согласился:

— Ты не совершенствовал её неправильно. Ты исполнил технику в чистом виде, в то время как старая Сы, если мне не изменяет память, была человеком, сбившимся с правильного пути. Солнце наполняет всех живых существ, так что по идее оно должно быть использовано именно таким образом.

Юноша сорвал ещё несколько груш, разрезал их напополам и бросил в лекарственный отвар:

— Я использую Красных Ядовитых Насекомых Красоты, чтобы избавиться от умерших тканей, после чего заставлю всех лишних существ вылезти наружу с помощью лекарства. Жуки не навредят вашим конечностям. Жёлтая груша — ингредиент, усиливающий лекарственную энергию других составляющих. Конечно, они довольно вкусные, но с них также есть и медицинская польза.

Его знания о искусстве лечения превосходили даже Имперского Лекаря Ю. Старик использовал пилюлю Избавления от Насекомых, чтобы отравить Красных Ядовитых Насекомых Красоты, поэтому они оставались в теле, медленно разлагаясь. В свою очередь, Цинь Му просто вынуждал существ покинуть организм хозяина, не оставляя и малейшего следа.

Кроме того, лекарственный отвар, приготовленный юношей, помогал улучшить циркуляцию крови, активизируя процессы внутри руки старого Ма и ноги одноногого, что помогало восстановить их жизненную силу. Как только конечности полностью вернутся к жизни, он сможет присоединить их обратно.

Цинь Му сорвал остальные груши, наполнив ими целую корзину. Затем, он вырвал дерево с корнями и вынес его во двор.

Подозвав к себе Ху Лин’эр и цилиня, юноша угостил их плодами с дерева. Лиса откусила маленький кусочек, начав неконтролируемо восклицать от удивления. Цилинь тоже съел несколько штук. Хоть это и не были духовные пилюли Алого Огня, он ел их с огромным удовольствием.

«Громадине пришло время немного похудеть, — уставившись на дракономордого, подумал про себя парень, — если он продолжит питаться, как раньше, то окажется не в силах летать на своих огненных тучах».

Одноногий уже не мог сидеть спокойно. Проведя полдня в доме Цинь Му, он начал ныть, что хочет пройтись. Старый Ма волновался, что тот встретит Имперского Наставника, поэтому решил составить ему компанию.

Старый Ма был человеком, к которому одноногий всегда прислушивался. Он вызывал уважение и страх, поэтому вор никогда не посмел бы идти против его воли. Даже если бы парочка исчезла на долгое время, Цинь Му не было бы о чём волноваться.

Имперский Наставник Вечного Мира тоже был сильно ранен, поэтому, при встрече с одноногим, преимущество могло бы оказаться не на его стороне.

Кроме того, старый Ма был самым сдержанным человеком в деревне. В его компании одноногий не смог бы дурачиться.

Прошло несколько дней, и имперские ученики, отправившиеся на фронт, уже вернулись в колледж. В префектуре Личжоу, возле реки Вздымающейся и в уезде Оленя им попадались последователи секты Великой Горы, вызывающие дьяволов, секта Девяти Призраков, поднимающая мёртвых и культ Бессмертного Трупа, контролирующий зомби.

Попав под внезапную атаку генерала Сяои, тридцать процентов имперских учеников, принявших участия в битве, погибли. Они были лучшими из лучших, поэтому, можно было с уверенностью утверждать, что империя понесла огромные потери.

Имперские ученики, вошедшие в чёрный туман, были убиты до последнего. К счастью, главные силы имперской армии под командованием Имперского Наставника смогли подавить восстание на реке Вздымающейся. Генерал Юйюань Чуюнь смог собрать достаточные силы для того, чтобы уничтожить призванного дьявольского бога, и очистить путь к вратам потустороннего мира.

Губернатор префектуры Личжоу Юйюань Чуюй повела своих солдат через реку, дабы остановить генерала Сяои, и лишь когда обе части её армии вступили в кровавое сражение, силы противника были подавлены. Мечи Юйюань Чуюй и Юйюань Чуюнь гармонично взмахнули на закате солнца над Вздымающейся. В то же время, солнце из мечей, наполовину погруженное в воду, убило бесчисленных людей из мятежной армии. С неба шёл настоящий дождь из летающих кораблей и трупов.

Генералу Сяои не осталось ничего, кроме как отступить. Только когда армии Юйюань Чуюй и Чуюнь пересекли реку, а хаос в префектуре Личжоу был подавлен.

После этого они проверили всех имперских учеников, лишь тогда осознав, насколько огромную потерю понесли. В битве погибли даже некоторые члены дирекции, пытающиеся защитить своих студентов от призванного дьявола.

Затем, многие ученики отправились вместе со своими учителями, дабы подавить остатки восстания. И только когда Имперский Наставник вернулся в имперский двор, учения закончились, и студенты смогли вернуться обратно в Имперский Колледж. Именно поэтому они прибыли позже, чем Цинь Му.

Из-за огромных потерь, Гу Линуань был вынужден взять на себя ответственность, и попросил императора наказать его в соответствии с содеянным. В результате ректор лишился зарплаты на полгода и был понижен до четвёртого ранга. Хоть старик всё ещё остался во главе Имперского Колледжа ему не удалось избежать своей судьбы.

Гу Линуань приказал составить список жертв, надеясь увидеть в нём имя Цинь Му, однако, к его огромному разочарованию, юнец всё ещё ходил среди живых.

Закончив со списком, он немедленно направился во дворец, чтобы встретиться с императором. По пути он встретил евнуха, который обычно объявлял императорские указы, идущего в сторону колледжа. Гу Линуань немедленно спросил:

— Евнух, ты несёшь что-то в Имперский Колледж?

Тот улыбнулся в ответ:

— Поздравляю, мой господин! Имперский академик получил высокие заслуги при подавлении восстания, что спасло многих Ваших учеников. Его Величество приказал мне передать юноше указ и повысить его официальное звание!

Выражение лица Гу Линуаня застыло, и он сердито сказал:

— Он выполнил свои прямые обязанности, за что ему награда?

— Его Величество сказал, что некоторые люди не могут справиться даже со своими прямыми обязанностями, поэтому он решил использовать этот случай, как предупреждение для других.

Глава 206. Призванный Дьявол

— Как предупреждение? Мне угрожают? — спросил Гу Линуань с беспокойством на сердце, после достал несколько монет и вложил их в руку евнуха, прежде чем собраться с силами по пути во дворец.

— Поздравляю, Лорд Гу! — торжественно проговорил евнух, который так же спешил в Имперский Колледж.

— С чем это? — рассеянно спросил Гу Линуань.

— Лорд Гу может и не знать, но имперский академик Вашего Имперского Колледжа получил заслуги во время подавления восстания, так что Его Величество послал меня наградить его, — продолжил евнух.

— Очередное повышение? Только что был евнух, который собирался его повысить! Почему он получает повышение два раза подряд? — в замешательстве закричал старик Гу.

— Его Величество сказал, что первый был потому, что другие не делали того, что должны были делать, а имперский академик сделал то, что должен был, поэтому он продвинул его до чиновника высшего шестого ранга. В этот раз, имперский академик внёс свой вклад в подавление восстания и выслужился на южной границе, так что он снова повышен до нижнего пятого ранга, — ответил евнух с имперским указом.

— О, так это был его вклад. Имперский академик — академик нашего Имперского Колледжа, за его вклад я тоже удостоен награды… — прежде чем пробормотать Гу Линуань достал несколько монет и засунул их в руку евнуха.

— Правильно! — улыбаясь сказал евнух, после чего ушёл.

Гу Линуань продолжал идти ко дворцу, блуждая мыслями, как вдруг встретил ещё одного евнуха с имперским указом.

— Поздравляю, Лорд Гу! Поздравляю! — радостно прокричал евнух, когда увидел его.

— С чем это? — рассержено спросил Гу Линуань.

— Его Величество заставил меня принести указ о повышении имперского академика! — сказал старый евнух, затем добавил. — Имперский академик Цинь Му лечил раны Имперского Наставника, поэтому он получил звание вельможи дворца верхнего пятого ранга! Получить повышение три раза за день — большая радость для Вашего Имперского Колледжа!

— Для меня тоже большая честь… — улыбаясь сказал Гу Линуань и достал несколько монет, чтобы отдать их евнуху. Старику пришлось потратить немалую сумму денег из-за того, что другого повысили три раза подряд!

Ректор подумал: «Если он продолжит получать повышения, мне ещё придётся называть его Лордом».

Гу Линуань собрался и пошёл к императору, чтобы передать список жертв. Император Яньфэн в настоящее время читал доклады, а при входе Гу Линуаня, он поднял голову, чтобы взять список.

— Эти ученики были моими талантами, будущими столпами Империи Вечного Мира. Только потому, что информация просочилась, они пострадали от подонков! Я хочу убить их! — посмотрев на Великого Ректора, проговорил он с болью в сердце.

Холодный пот проступил на лбу Гу. Он не осмелился сказать ни слова, так как не знал, захочет ли император убить его, если он прервёт его речь.

— Я указал место, в котором ученики должны были поднабраться опыта, только в имперском указе, так как же тогда они попали в засаду? Гу Линуань, Министр Гу, скажи мне своё мнение, кто поспособствовал утечке информации? — вдруг ударив по столу, горько спросил император.

— Глядя на ситуацию битвы в Личжоу, губернатор префектуры уже вторгся в уезд Оленя, а когда дирекция и ученики прибыли в Личжоу, мятежники тут же исполнили Проводника Душ. Это означает, что они знали точное время, когда учащиеся колледжа достигнут Личжоу, как будто у них было предчувствие. Они должны были получить известие о том, что ученики отправились наружу, поэтому они были готовы призвать дьявола и много душ даже после вторжения в уезд Оленя. Это означает, что информацию распространяли не члены дирекции или ученики… — Гу Линуань нерешительно пробормотал себе под нос и добавил. — Предатель среди нас! Им мог быть я или другие высокопоставленные чиновники.

— Похоже, среди нас есть люди, которые хотят, чтобы я сдвинул свою задницу и отдал им трон. Кроме нас с тобой были те, кто вышел в тот день для обсуждения и знал об этом вопросе, это были первые высокопоставленные чиновники, учителя наследного принца, а также Сыту, Сыкун и Герцог. Как ты думаешь, кто из них предатель? — усмехаясь проговорил Император Яньфэн.

Огромные капли пота скатывались со лба Гу Линуань, когда он стиснул зубы и не сказал ни слова.

— Ты не осмеливаешься сказать? Похоже, ты мне не предан, — Император Яньфэн бросил на него взгляд и холодно фыркнул.

— Этот министр был заморожен в Великих Руинах более двухсот лет, поэтому я не знаком с министрами имперского двора, я не смею говорить… — пока Лорд Гу это говорил, с его лба лился холодный пот.

— Просто говори то, что у тебя на уме, и я прощу тебя.

— Я очень медлителен и глуп, даже мой меч Младший Защитник был украден имперским академиком, что подтверждает, насколько я глуп…

— Хватит ходить вокруг да около! Имперский академик украл твой меч, но ты мог бы опустить голову и извиниться перед ним, чтобы попросить его вернуть. Если ты глупый, как ты можешь быть Великим Ректором? Ты можешь просто собрать свои вещи и свалить! Скажи, кого ты подозреваешь? — указывая на нос старика, оскалился с чрезвычайным гневом Император Яньфэн.

— Некоторые из учителей наследного принца очень подозрительны! — стиснув зубы, проговорил Гу Линуань.

— Что ты хочешь этим сказать? — не смог сдержать свой гнев Яньфэн и его ярость вырвалась вперёд, заставив Гу Линуань преклонить голову. Затем, махнув рукой, он добавил. — Министр Гу, ты очень умён, очень… Проваливай.

Лорд Гу был весь в холодном поту, когда собирался уходить.

— Вернись, — скомандовал Император Яньфэн.

Волосы старика встали дыбом.

— На этот раз Имперский Наставник сделал огромный вклад, и я еще не наградил его. Как ты думаешь, чем я должен его наградить? — размышляя, спросил император.

— Чем ещё император может наградить его? — преклоняя голову, поинтересовался Гу Линуань.

— Мне больше ничем, — покачивая головой, ответил император.

— Тогда наградите Имперского Наставника красивыми женщинами и деньгами, — после недолгой паузы, предложил Гу.

— Мы мыслим одинаково. Я просто боюсь, что он отвергнет их, как всегда, — вздохнул Император Яньфэн.

— Многое произошло на этот раз, если Имперский Наставник действительно умён, он определённо согласится, — сказал Лорд Гу.

— Ты тоже умный человек, я тебе не угрожаю и не хочу. Уходи. Кроме того, не продолжай возиться с имперским академиком. Ты не должен связываться с ним, его сила вне твоего воображения. Каждый раз, когда ты доставляешь ему неприятности, мне стыдно за тебя. Ты тот, кого я поставил на важную позицию несмотря на то, что все были против этого. Отныне я больше не буду защищать тебя, — улыбаясь промолвил Яньфэн.

Отступая назад, Гу Линуань со стыдом подумал про себя: «Я не могу связываться с ним? Почему это я не могу с ним связываться? Я ведь большая шишка на пути дьявола… одна из немногих важных фигур на пути дьявола не может связываться с отродьем из области Пяти Элементов? Я прожил последние несколько сотен лет впустую…»

Император Яньфэн продолжил читать отчёты, немного погодя он отложил в сторону бумаги и шокировано замер: «Я сел на это место, когда уже не был молод, в то время как некоторые мои братья даже умирали от долгого ожидания. Похоже, мой наследный принц не хочет быть похожим на меня и не собирается ждать слишком долго…»

****

В Имперском Колледже Цинь Му получил три имперских указа, и его официальное положение было поднято до высшего пятого ранга. Вельможа дворца, это положение благосостояния, не имевшее реальной власти. Люди в этом положении были в некотором роде гражданскими чиновниками империи, но они всё равно считались странниками. Было очевидно, что император всё ещё имел некоторые сомнения, так как Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа. Император не дал бы ему реальной власти, чтобы все слои общества заполонили злодеи из его культа.

Парень был ошарашен и бросил три имперских указа в западную комнату. Он по-прежнему исследовал остальные четыре трансформации области Пяти Элементов.

Направляясь на юг, чтобы подавить восстание, Имперский Наставник дал им много указаний, поэтому, когда Чэнь Ваньюнь, Сы Юньсян и остальные вернулись с южной границы, они немедленно направились на Этаж Небесных Записей, чтобы подобрать подходящие техники области Пяти Элементов. Сы Юньсян даже позаимствовала книжную табличку имперского академика, чтобы войти на третий уровень Этажа Небесных Записей и просмотреть тамошние техники.

Цинь Му выпустил звёздную силу Сатурна после чего его тело постепенно трансформировалось. Его ноги слились в одно целое и превратились в хвост змеи. С человеческой головой и змеиным телом, он был почти десять метров в высоту. В это же время позади него появились плотно закрытые ворота. Во время путешествия на юг, он уже успел изучить божественную трансформацию Владык Меркурия, Марса, Юпитера и Венеры. Ему было трудно совершенствовать только форму Владыки Сатурна. Независимо от того, насколько плотной была его жизненная Ци, он не мог сформировать самую совершенную форму Сатурна. Когда он выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана на этот раз, плотно закрытые ворота позади него постепенно становились яснее. Тем не менее, слова на нём всё ещё были размыты, и он не мог их разобрать. Сатурн был особенным среди Владык Звёзд Пяти Элементов. Техника Маркиза Земли Сатурна была главой Пяти Элементов и неожиданно трудной в совершенствовании, особенно ворота позади Владыки Сатурна.

Цинь Му смог трансформироваться в форму Владыки Сатурна, но врата позади него так и не материализовались полностью. Слова на нём всегда были расплывчатыми. С неба в его тело непрерывно лился землисто-жёлтый свет. Звёздная сила земной стихии выросла и стабилизировала его тело божественной трансформации. Постепенно Цинь Му обнаружил, что форма Владыки Сатурна всё ещё имела большее значение для его преобразования. В его руках появился призрак свитка, а когда он посмотрел на него, надпись по-прежнему была размыта. Однако из своеобразных строк следует, что надпись на свитке должна быть писанием головастиков. Оно было похоже на солнце, луну, насекомое и рыбу, что отличалось от современного написания.

Цинь Му учился у глухого, великого учёного, почти десять лет. Тот был очень силён в познаниях древних текстов, но он никогда не учил его писаниям головастиков. Он повернул голову и посмотрел на надписи на вратах. Несмотря на то, что они всё ещё были размыты, он мог видеть сходство между надписями на свитке и воротах.

Цинь Му пробубнил:

— Что это за текст такой? Если бы каждый практик боевых искусств Пяти Элементов имел такие врата за спиной и свиток формы Владыки Сатурна, определённо был бы кто-то, кто смог изучить письмена на вратах и свитке тщательно, проанализировав их глубокий смысл. Так почему же Имперский Наставник ничего не сказал об этом? Может ли быть, что форма Владыки Сатурна у других людей не имела ворот или свитка?

«Хватит фантазировать, это писания Юду. Как такой слабак как ты, распознал их?» — раздался чей-то грозный дьявольский голос в голове Цинь Му, прерывая мысли последнего.

— Кто? Кто говорит в моём теле? — панически выпалил Цинь Му, со вставшими дыбом волосами.

«Как долго ты ещё будешь выступать передо мной? Когда я позаимствовал твои глаза, чтобы посмотреть на битву Имперского Наставника, разве ты не узнал меня тогда, призванного правителя Дутяня?» — смеясь ответил голос.

Глава 207. Умный, как дьявол

В этот миг Цинь Му ощутил ломающий кости холод. Во время битвы Имперского Наставника с Мастерами-Владыками сект-культов возле города Дасян, он стоял на вершине горы, наблюдая за происходящим, однако, был не в силах различить движения сильных практиков. В тот момент, он одолжил у Король Дьяволов Дутяня глаза, позволившие детально увидеть техники Имперского Наставника, Бедного Учителя и остальных. Ему даже удалось понять природу их ужасающих движений!

Однако, подросток верил, что вёл себя довольно скрытно, и его действия не потревожили дьявола. Но теперь выяснилось, что все его усилия оказались бесполезными. Король Дьяволов Дутяня заметил волнения в сердце юноши и сразу же догадался, о чём тот думал!

«Глупый призыватель дьяволов, твои хитрые фокусы совершенно бесполезны, когда имеешь дело с великим правителем Дутяня! — голос Короля Дьяволов Дутяня звучал в голове юноши как гром, заставляя уши гудеть от вибраций. — Для такой мелкой сошки, как ты, лучше всего было бы забыть о столь жалких затеях. Ты даже представить не можешь, насколько я силён! Служи мне, поклоняйся мне, это твой единственный шанс выжить».

Цинь Му собрался с мыслями и неожиданно улыбнулся:

— Великий лидер Дутяня, я последний человек в мире, понимающий Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны. Кроме того, я единственный, кто может использовать эту технику.

Король Дьяволов Дутяня замолчал. Спустя мгновение его голос прозвенел с новой силой:

«Какой интересный жулик. Ты действительно осмелился торговаться со мной. Отлично, отлично…»

Цинь Му почувствовал себя неспокойно, будучи не совсем уверенным, что сможет победить в этом споре. Если ему не повезёт, и дьявол слишком сильно разозлится, у него возникнут серьёзные неприятности. Однако, если ему повезёт выжить, он сможет попросить старейшину деревни и остальных осторожно убить дьявола, как только возникнет такая возможность.

Судя по поведении Короля Дьяволов Дутяня, его всё ещё можно было убить. В конце концов, когда Цинь Му отправился в совместное путешествие с Имперским Наставником, дьявол сидел тихо, скрывая своё присутствие в теле парня.

Лишь когда Имперский Наставник был вовлечён в сражение с существами уровня владыки культа, Король Дьяволов Дутяня решился одолжить Цинь Му свои глаза, чтобы разглядеть ситуацию на поле боя. Он пошёл на этот шаг, дабы оценить способности наставника и поискать его слабые места.

Однако в тот момент Цинь Му находился в окружении экспертов Небесного Дьявольского Культа, поэтому дьявол не решился заговорить. По окончанию боя, юноша занимался лечением ран наставника, который нёс в себе ещё большую угрозу для потустороннего существа.

Закончив путешествие с Имперским Наставником, Цинь Му сразу же попал в руки одноногого и старого Ма. Поэтому дьявол был вынужден продолжать прятаться. Лишь теперь, когда старики оставили юнца наедине, он смог наконец выдать себя.

Другими словами, он просчитался. Такое поведение свидетельствовало о том, что, в отличие от Ли Тяньсина, поселившегося в сердце Дао бабушки Сы, дьявола можно было изгнать. Вопрос был лишь в том, чтобы найти достаточно сильного мастера, способного помочь Цинь Му в этом.

«Дутяню пришёл конец, на его месте осталась лишь тьма. Именно поэтому я должен найти новый мир, в котором будут жить мои люди, место, где наш народ сможет снова процветать, — раздался голос Короля Дьяволов Дутяня. — Огромными усилиями я передал Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны в этот мир и теперь, ты единственный, кто может использовать это заклятие. Ты ведь понимаешь, что я так просто тебя не отпущу».

Теперь Цинь Му полностью успокоился и вздохнул с облегчением:

— Значит, ты хочешь, чтобы я снова призвал дьявола, чтобы переместить тебя в наш мир?

Дьявол терпеливо объяснил: «Раньше у меня была такая идея, однако, как оказалось, в этом мире живёт много сильных существ, так что я хотел бы переместить к вам всего лишь нескольких обычных людей. Я не собираюсь начинать войну между мирами, это не принесёт пользы ни нам, ни вам. Дутянь уже разрушен, я просто не хочу, чтобы моя раса окончательно вымерла, планов по захвату вашей земли у меня нет».

«Верить? Дурак!» — подумал про себя Цинь Му, ведь не мог сказать этих слов в слух. В таком случае Король Дьяволов Дутяня, несомненно, его убьёт. Сознание, паразитирующее в теле парня, владело некоторой магической силой, которая значительно превосходила его способности, поэтому, если дьявол захочет избавиться от него, ему с лёгкостью это удастся.

Король Дьяволов Дутяня хотел использовать Цинь Му в своих целях, поэтому не смел бы наносить ему никакого вреда. Однако если парень даст понять, что отказывается сотрудничать, его смерть станет неизбежной.

«Тебе нужно вызвать не меня, а всего лишь нескольких моих подданных, — сказал дьявол. — После этого, я покину твоё тело, и ты сможешь вернутся к беззаботной жизни. Просто помоги мне с этим небольшим дельцем, и я с радостью объясню тебе слова, написанные на воротах».

Цинь Му улыбнулся:

— Мой старик, скорее всего, узнает слова на воротах, нету смысла утруждать короля дьяволов…

«Хе-хе, узнает? Это слова Юду, даже если твой старик узнает их, сможешь ли ты их прочитать? — неспеша ответил дьявол. — Если ты не сможешь этого сделать, то так ничего и не изучишь. К тому же, на свитке есть заклятия Юду, разве ты не хочешь ими овладеть?»

Веки Цинь Му вздрогнули:

— Какой тогда толк изучать слова Юду, если я всё равно не смогу их прочитать? Более того, я ничего не потеряю, даже если не выучу их. Король дьяволов, мне незачем заключать с тобой сделку.

«Ха-ха-ха! — Король Дьяволов Дутяня громко рассмеялся. — Кажется, ты так и не понял настоящего секрета той области, в которой находишься. Изучив слова Юду, ты станешь сильнее, чем сам Имперский Наставник! Помнишь, он говорил, что его совершенствование почти на сто процентов соответствует идеалу? Если ты выучишь слова на воротах, твоё совершенствование сможет достигнуть полных сто процентов.»

Его голос раздавался где-то в разуме Цинь Му, не исходя из какого-то фиксированного места. Иногда он слышался справа, иногда слева, а иногда спереди или сзади головы юноши, отчего тот был неспособен узнать, где именно прячется дьявол.

«Слабак вроде тебя, скорее всего, даже не знает, что такое Юду. Давай я тебе расскажу! Юду —это место, в котором в конце концов оказываются все умершие смертные. Туда рано или поздно попадут все души, и именно в Юду обитает Великий Граф Земли, владыка мира мёртвых! Это невероятно древнее существо, первобытный бог, контролирующий смерть. Даже боги и будды попадают в его плен после смерти!»

Серьёзным тоном, существо вселившееся в Цинь Му продолжало:

«Юду это не тот ад, о котором твердят боги и будды. Обычный ад — это просто способ запугивания смертных, Юду в сотни раз хуже! Изучив слова и заклятия того места, ты усилишь свою душу, делая первый шаг к превращению в бога!»

Цинь Му был глубоко тронут и улыбнулся:

— Нет ничего, что бы доказывало твои слова, которые звучат слишком хорошо, чтобы быть правдой. Обучи меня заклятию из Юду и я тебе поверю.

Дьявол усмехнулся: «Ты уже его знаешь».

Юноша замер на мгновение, после чего прокричал:

— Проводник Душ? Это что, заклятие из Юду?

«Проводник Душ — не полное заклятие из Юду, оно было изменено смертными, используя язык вашего мира. Его нынешняя сила совсем не соответствует изначальной, — ответил Король Дьяволов Дутяня. — Настоящее заклятие Юду использует слова из другого мира, которые намного сложнее ваших рун. Люди слишком упростили потусторонний язык».

Вздрогнув в сердце, Цинь Му взглянул на призрачный силуэт свитка. Слова на бумаге действительно были написаны на языке Юду?

Проводник Душ позволял душам мёртвым временно вернуться в мир живых. Однако, если бы его исполнил мастер, владеющий языком Юду, каким был бы эффект? К тому же, была ещё одна проблема. Король Дьяволов Дутяня сказал, что для изучения и использования слов Юду, их нужно было прочитать. Это утверждение было правдой.

Когда-то, на поверхности реки Вздымающейся, даос из секты Девяти Призраков, использовал Проводника Душ, напевая загадочную песню. Из-за этого распространился чёрный туман и посреди реки появились из ниоткуда огромные ворота.

Обычно, дьявол, паразитирующий внутри Цинь Му, говорил лишь ложь, однако, в этот раз среди его слов можно было уловить долю истины.

— Король дьяволов, я когда-то видел старца возле реки, поздней ночью переправляющего мёртвых. Кто-то сказал мне, что это был вестник смерти. Он мог быть как-нибудь связан с Юду? — спросил Цинь Му, вспомнив о случившемся.

Дьявол ответил: «Это простой бог-вестник, подданный Графа Земли, стоящий на страже порядка. Ты собираешься учить язык Юду, или нет?»

— Собираюсь! — парень невинно моргнул глазами. — Быстро, учи меня!

Король дьяволов усмехнулся: «Как только ты призовёшь дьяволов и принесёшь мне мои вещи, я сразу же приступлю к твоему обучению».

Юноша на мгновение заколебался:

— А если ты не выполнишь своего обещания после того, как я всё сделаю, разве я не останусь в невыгодном положении? Давай сделаем так: я создам деревянное устройство, в котором ты сможешь поселиться. Затем ты сможешь самостоятельно призвать всех, кто тебе нужен, параллельно объясняя мне язык Юду. Разве это не пошло бы нам всем на радость?

Король Дьяволов Дутяня ухмыльнулся: «Отличное предложение. Но как только я покину твоё тело, ты сможешь позвать на помощь и убить меня в следующее мгновение. Думаешь, я настолько тупой? Я останусь внутри тебя, а ты проведёшь ритуал жертвоприношения, чтобы призвать дьяволов! После этого я обучу тебя языку».

Лицо юнца скривилось:

— А что, если ты не станешь меня учить после того, как прибудут твои подданные? Если они убьют меня, как только попадут сюда, ты снова станешь свободным. С другой стороны, после смерти моя душа всё равно попадет в Юду. Не забывай, когда я призвал тебя в прошлый раз, ты не слишком переживал, выживу я, или умру.

Они оба замолчали… Спустя мгновение, Король Дьяволов Дутяня снова заулыбался: «Маленький мерзавец. Хитёр, как дьявол, тебя не так просто обмануть. Как тебе такое: мы дадим клятву союза. Ты призовёшь моих подданных, а я научу тебя языку Юду. Если кто-то нарушит своё слово, его душу заберёт Граф Земли! Что скажешь?»

Немного поразмыслив, Цинь Му ответил:

— Ладно. Но не пытайся со мной играть. Я хорошо владею дьявольским языком, так что даже не думай схитрить в своей клятве!

«Грязный негодник, хитёр, как дьявол. Я раз в жизни проявлю великодушие и не буду пытаться тебя обмануть», — улыбнулся дьявол.

В голове Цинь Му прогремел древний дьявольский язык. Раздавшиеся слова было невероятно сложно выговорить или даже разобрать. Парень с трудом понял половину услышанного, и его сердце дико вскочило: «Спокойно, спокойно. Я не могу дать этому дьяволу понять, что я не слишком знаю, что делаю…»

Спустя некоторое время, Король Дьяволов Дутяня закончил свою клятву, и в разуме Цинь Му начала постепенно появляться половина силуэта Врат Юду.

«Твоя очередь», — проговорил дьявол.

Цинь Му собрался с мыслями и медленно обдумал значение второй половины дьявольской речи, которую не успел понять сначала. В то же время, дьявол терял терпение и начал подгонять его: «Быстрее, а то Врата Юду исчезнут!»

Цинь Му усмехнулся:

— Ты попытался меня обмануть. Я не согласен с этой клятвой.

Король Дьяволов Дутяня улыбнулся: «Маленький гадёныш, ты действительно немного понимаешь дьявольский язык».

Половина Врат Юду рассеялась, и дьявольский язык прозвучал снова. В этот раз, Цинь Му смог разобрать почти все услышанные слова, однако, ему всё-таки встретились несколько незнакомых терминов, над которыми стоило поработать.

«Ладно, ладно. Вижу, ты уловил подвох», — проговорил дьявол внутри него, после чего врата рассеялись, и он снова начал проговаривать клятву.

Внезапно, Цинь Му улыбнулся:

— Король Дьяволов, ты каждый раз пытаешься меня обхитрить. Почему бы нам не использовать язык людей, чтобы заключить клятву? Что скажешь?

Недолго подумав, дьявол отругал юношу за то, что тот хитрый, как дьявол, и добавил: «Вонючий жулик, ты ведь почти не владел дьявольский языком и просто использовал шанс чему-нибудь научиться, верно?»

Глава 208. Девять Соглашений Графа Земли

Если бы можно было понять сорок-пятьдесят процентов языка, остальное, чего они не понимали, стало бы подобно зашифрованному тексту. Согласно словам, сказанным вначале и в конце, можно было догадаться о значении этих зашифрованных слов. Это то, что сделал Цинь Му. Первоначально он ничего не знал о языке дьявола, но по прихоти судьбы, он услышал язык дьявола у Перевала Богини в Великих Руинах и запомнил его. После он встретил дьявольского бога, который был запечатан в стене во Дворце Подавления Рока, который научил его Мудре Великой Свободы, поэтому он узнал немного больше дьявольского языка. Зная это, он мог сделать вывод о том, что было сказано. Это было похоже на расшифровку зашифрованного текста.

В клятве, которую Король Дьяволов Дутяня давал три раза, было много предельно чистых дьявольских слов. Цинь Му уже давно знал, что язык богов и дьяволов содержит в себе ужасающую мощь. Слушая три раза, как дьявол дал клятву, Цинь Му освоил дьявольский язык до удивительного уровня. Если бы Король Дьяволов Дутяня произнёс с ним клятву на человеческом языке, он мог бы использовать её, чтобы сравнить с тем, что было сказано ранее, и выучить слова дьявольского языка, который он не понимал раньше! Дьявол был совершенно прав, когда сказал, что парень ухватился за возможность поучиться у него!

Теперь Цинь Му было не слишком трудно разговаривать с Королем Дьяволов Дутяня на дьявольском языке, но, чтобы полностью обезопасить себя, он чувствовал, что всё ещё лучше использовать человеческий язык, благодаря которому смысл будет полностью понят, а лазейки для обмана не останется.

— В таком случае, Король Дьяволов Дутяня всё ещё хочет дать клятву? — спросив, глаза Цинь Му засверкали.

«Да, конечно!» — усмехаясь ответил дьявол, зная, что парень планировал воспользоваться этим шансом, чтобы полностью овладеть языком дьявола, но не будучи способным что-либо поделать. Единственным вариантом было убить сорванца, но если он так поступит, то тоже исчезнет… в конце концов, от него остались лишь крупица сознания и магической силы.

«Духи умерших возвращаются. Девять Соглашений Графа Земли, мы подчиняемся Вам!» — сказал Король Дьяволов Дутянь, и назвал табу — имя Графа Земли, чтобы привлечь внимание этого правителя Юду. На сей раз он использовал человеческий язык, поэтому у него не было возможности как-то схитрить.

Цинь Му тщательно обдумывал значение каждого слова. Он был очень осторожен и изучал их снова и снова. Со временем он почувствовал неописуемую энергию, исходящую из глубокого космоса. Она становилась всё сильнее и сильнее, образуя половину врат в его сознании.

Король Дьяволов Дутянь завершил клятву и посмотрел на Цинь Му, который стал ещё более уверенным в своём дьявольском языке после сравнения слов клятвы в обоих языках. Только тогда он произнёс клятву, а когда дошёл до той части, где говорилось, что “мы подчиняемся Вам”, он почувствовал, как пара глаз воззрились на него. Если быть точным, они воззрились в его душу! Его душа содрогнулась, от ощущения безграничной силы и необъятности того, кто управляет душами!

Это было существо, которое контролировало все души и обладало безграничной силой. Его не интересовало материальное тело, только душа. Если кто-то нарушит клятву, он спустится и заберёт душу нарушителя! Цинь Му продолжал произносить клятву союза, и часть врат постепенно появлялась перед его глазами. Эти врата соответствуют другой части Короля Дьяволов Дутяня. За ними была бесконечная тьма.

Тем не менее, под воротами Цинь Му увидел жёлтый источник, хотя, вероятно, не стоит его так называть, ведь это был яркий и ослепительный поток, который имел девять и восемнадцать изгибов, становящиеся всё толще и толще ко дну, напоминая реку небес. На дне бесконечного жёлтого источника он увидел бесчувственный взгляд. Сей яркий золотой поток был не жёлтыми источниками, а рогами. Это были два рога на голове Графа Земли, повелителя душ!

Девять Соглашений Графа Земли содержали значение девяти изгибов. Девять соглашений — девять сгибов. Его рога были девятью изгибами жёлтого источника.

Цинь Му и Король Дьяволов Дутянь дали клятву, которая тут же была сформирована на девяти изгибах рогов сего величественного первобытного Бога!

Почему нарушение клятвы называется нарушением договора? Это должно быть связано с Девятью Соглашениями Графа Земли. Клятва союза была сформирована на девяти изгибах желтого источника, поэтому, если нарушить клятву, Граф Земли заберёт их душу. Когда клятва союза была закончена, ворота закрылись, и видение перед “глазами” Цинь Му исчезло.

«Хе-хе, хе-хе-хе…» — раздался смех Короля Дьяволов Дутяня.

— Что смешного? — растерянно спросил Цинь Му.

«Да так, ничего особенного. Сопляк, хоть ты и хитёр, как дьявол, ты всё равно попал в мою ловушку! Ты дал клятву мне, а не моему истинному телу, я всего лишь сознание! Теперь тебе лучше работать на меня искренне! Что касается слов Юду, не думаю, что я расскажу всё о них. Это моё сознание можно просто уничтожить, но мне всё равно!» — смеясь “щебетал” дьявол.

Цинь Му смотрел широко открытыми глазами, не в состоянии вернуться к своим чувствам в течение долгого времени. Король Дьяволов Дутяня смеялся долго и громко и был очень доволен собой, восхищаясь беспомощностью юнца.

— Неудивительно, что дедушка одноногий всегда говорил мне относиться к другим с улыбкой и ударять их в спину одновременно… Король Дьяволов Дутяня, ты действительно профессионал. К счастью, я тоже не так плох, — бормотал Цинь Му, отчего на сердце дьявола стало как-то неспокойно. — У меня тоже есть трюк в рукаве. Я решил убивать твоих подданных один за другим после их призыва. Это не будет рассматриваться, как нарушение договора.

Король Дьяволов Дутянь был поражён. Они оба замолчали. Спустя некоторое время дьявол заговорил: «Мы только вредим друг другу. Так как ты мне не веришь, нет необходимости продолжать жить в твоём теле. Я выберу второй вариант. Ты создаёшь устройство, а я оставлю твоё тело, и вселюсь в статую. Не волнуйся, я научу тебя языку Юду после завершения построения статуи бога».

— Договорились! — серьёзно ответил Цинь Му.

Старый Ма часто ковал всевозможную мебель, научив кое-чему и его, что же до пути живописи и каллиграфии, тот был передан ему глухим. Выплавке он научился от немого, так что это не доставляло хлопот для него, чтобы создать деревянное устройство статуи бога. Цинь Му собирался начать работу, как вдруг почувствовал пробежавшийся по спине холодок с последующим покатившемся по лбу холодным потом.

— Он меня чуть не обманул! Прежде чем сделать устройство статуи бога для него, я должен призвать дьяволов, чтобы завершить клятву. В противном случае, если я только сконцентрируюсь на создании статуи, и он научит меня языку Юду без моего призыва дьяволов, я нарушу клятву, и моя душа будет в руках Графа Земли! — размышлял в слух Цинь Му.

«А ты довольно хорош, если бы ты был в моём Дутяне, ты мог бы выжить, полагаясь на свою находчивость», — воскликнул в восхищении дьявол.

Цинь Му выдохнул. Если бы он не был осторожен, имея дело с существом, как Король Дьяволов Дутяня, даже его костяные мозги могли быть съедены им! Он пошёл в западную комнату, чтобы захватить с собой немного денег, готовясь купить Зимнее Хрустальное Железо и дерево, необходимые для создания статую бога. Но на выходе из дворика он увидел стоящую в дверном проёме Ху Лин’эр.

— Лин’эр, почему ты не тренируешься, а стоишь здесь? — с улыбкой на лице спросил Цинь Му.

— Имперский Наставник всё ещё должен нам тысячу монет, пора возвращать долги… — проговорила с беспокойством Ху Лин’эр.

Цинь Му беспомощно покачал головой и пошёл на склад, чтобы взять кое-какие материалы, перемещая их во двор. Изготовление статуй бога не была для него трудной задачей. Под руководством Короля Дьяволов Дутяня, всего за полдня он закончил пять различных деревянных статуй. Все они были изваяниями дьявольских богов.

«Те пятеро парней не принимают моих правил. Думаю, мне понравится, если ты призовёшь их, чтобы убить», — промолвил с улыбкой Король Дьяволов Дутянь.

Когда Цинь Му закончил лепить деревянные статуи, он приготовил блюда, чтобы поесть, и позвал Ху Лин’эр, которая всё ещё была у двери.

— Молодой мастер, Имперский Наставник всё ещё должен нам тысячу монет, — съев половину, вдруг оцепенело пробормотала лисичка.

Цинь Му достал плавильную печь, которую украл из Дворца Золотой Орхидеи, чтобы выплавить Зимнее Хрустальное Железо и выковать части, необходимые для создания устройства статуи бога. В то время как он усердно работал до полуночи, ученики, живущие вокруг него, не могли спать от шума, который он создавал, и жаловались дирекции. Несколько директоратов вышли лично и вежливо попросили его остановиться.

Цинь Му сделал то, о чём попросили и пошёл спать. На утро второго дня он, открыл двери и всё время чувствовал, что чего-то не хватает.

«Кажется Лин’эр не было под одеялом. Она не спала прошлой ночью?» — подумал Цинь Му. Выйдя во двор, он увидел Ху Лин’эр, стоящую на голове дракономордого, который был снаружи. Её глаза были красными, подтверждая, что она не спала всю ночь.

— Молодой мастер, Имперский Наставник всё ещё не вернул нам должок, — процедила она с разочарованием.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Он поднял её и спрятал под одеяло, прежде чем продолжить ковать устройство статуи бога.

Когда дело дошло до третьего дня, Ху Лин’эр, как обычно, стояла на страже у ворот. Тем не менее, когда время близилось к закату, она обессилено приволоклась на ужин.

— Имперский Наставник всё ещё не вернул нам тысячу монет, — продолжала повторять она.

Когда пришёл четвёртый день, Ху Лин’эр ничего не сказала и не пошла к двери ждать, выглядя чем-то очень расстроенной.

— Что случилось? — с беспокойством спросил Цинь Му.

— Я думаю Имперский Наставник действительно не вернёт деньги…

Цинь Му наконец закончил создавать устройство статуи бога. У него было четыре головы и восемь рук, и каждый сустав в теле функционировал прекрасно. Все виды тотемных отметин были отпечатаны на теле, но он не позволил Королю Дьяволов Дутяня сразу же войти в него. В этот момент раздался стук снаружи, и Цинь Му взглянул на Ху Лин’эр, только чтобы увидеть, что та была без сил, не будучи в состоянии даже открыть дверь. Беспомощно покачав головой, он пошёл открывать дверь сам. За дверью стоял старик в старой, но очень чистой одежде.

— Молодой мастер Цинь Му? Я дворецкий из поместья Имперского Наставника и моя фамилия Фу. Я пришёл по приказу вернуть деньги, — улыбаясь проговорил старик.

— Старейшина Фу, награды от императора пришли? — поражённо спросил Цинь Му.

— Так точно, они прибыли. Император наградил Имперского Наставника сотней дворцовых служанок и миллионами золота. Он принял дары, но сто дворцовых служанок причиняют ему головную боль. Имперский Наставник не может содержать их всех, но, к счастью, сейчас есть деньги. Тем не менее, по возвращения всех долгов, я думаю, останется лишь только половина… Молодой мастер Цинь, вот тысяча монет, — проговорил старец.

Цинь Му хотел позвать Ху Лин’эр, как вдруг увидел вспышку белого света. Лиса бросилась к нему, словно летя, и с милой улыбкой вырвала из рук старейшины мешочек с монетами.

— Похоже, что Имперский Наставник — человек, заслуживающий доверие. Спасибо, старейшина Фу, — добавила Ху Лин’эр и убежала.

— Молодой мастер Цинь богат, так что Вы должны быть осторожны. Недавно в столице был вор. Многие богатые чиновники были ограблены. Было также несколько высокопоставленных чиновников, которые не говорили о своих утратах, потому что потеряли слишком много. Только их слуги обсуждают это… — предупредил старик.

Между тем, примерно в то же время, два старика вошли в Резиденцию Учеников. Они были одеты очень пёстро и носили множество серебряных и золотых украшений, выглядя очень экстравагантно. Один из них был одноногий, а другой выглядел, как глава семьи средних лет. Они оба казались богатыми и производящими сильное впечатление.

Глава 209. Ворота Земного Происхождения

Старейшина Фу, увидев ситуацию, сказал:

— Вижу, у Вас гости, так что не буду отвлекать. К тому же, я ещё должен отдать долги другим семьям. У двоих из них было украдено слишком много, и, если я не занесу им денег, бедолаги начнут голодать.

Одноногий и старый Ма подошли поближе. Лицо первого сияло радостью, в то время как другой выглядел так, будто богатство и деньги совсем его не интересовали. Пригласив их обоих в дом, Цинь Му сказал:

— Где вы пропадали все эти дни?

Старый Ма ответил:

— Одноногий тащился за мной до самого Личжоу, чтобы помочь людям, пострадавшим от бедствия.

Одноногий улыбнулся:

— В префектуре Личжоу восстание принесло хаос и разруху, вызвав голод среди местных жителей. Мы со старым Ма довольно много заработали, поэтому решили отправить немного гуманитарной помощи. Не обращай внимания на наши яркие украшения и одежду, это всё подделки! Однорукий обменял оригиналы на лапшу и рис, которые поехали к пострадавшим семьям. Твои дружки из Небесного Дьявольского Культа тоже там, помогают всем нуждающимся, так что мы и им дали немного денег.

Цинь Му улыбнулся:

— В таком случае Имперский Лекарь Ю сделал хоть одно доброе дело.

Когда парень рассказал о призыве дьявола, одноногий заинтересовано спросил:

— Такое действительно случилось? Ты позволил королю дьяволов себя обмануть, я прав? Попроси старого Ма тебе с этим помочь, у старика три глаза, и он очень хорош в изгнании дьяволов.

Пространство между бровей Ма внезапно распахнулось, открывая белый шарик из плоти. Повернувшись на пол оборота, тот показал зрачок, испустивший яркий свет будды на лоб Цинь Му, от места меж бровей которого внезапно раздался жалостный визг:

— Если ты убьёшь меня, то сразу же умрёшь!

Юноша немедленно проговорил:

— Старый Ма, я заключил с ним клятву союза, нас объединяет Соглашение Графа Земли!

— Соглашение Графа Земли? — сердца стариков вздрогнули.

Старый Ма немедленно закрыл третий глаз на своём лбе и мрачно сказал:

— Му’эр, ты слишком безответственен! Ты хоть представляешь, насколько вероломное Соглашение Графа Земли? Как можно заключать с людьми такие клятвы? Кроме того, ты сделал это даже не с человеком, а с дьявольским богом из другого мира!

Одноногий в согласии покачал головой:

— Как безрассудно! Ты ставишь на кон свою жизнь! Для чего ты заключил с ним Соглашение Графа Земли? Ты мог бы просто сказать нам, и мы бы запросто помогли тебе от него избавиться!

— Я хотел выучить язык Юду, — ответил Цинь Му.

— Для этого было необязательно заключать Соглашение Графа Земли. Ты мог бы просто отдать его в руки мясника, который провёл бы с ним несколько приятных вечеров, после которых дьявол с радостью бы взялся за твоё обучение, — продолжал качать головой одноногий. — Мясник любит иметь дело с богами и дьяволами. Через три дня с ним они начинают мечтать о смерти. Пусть старик займётся этим вопросом, если дьявол выживет, ты выучишь свой язык.

Покраснев в лице, Цинь Му сказал:

— Соглашение уже заключено… его нельзя изменить. Я собираюсь призвать дьяволов, и мне понадобится ваша помощь.

Старый Ма ответил:

— Конечно, призывай. Мы с радостью убьём их, как только ты закончишь.

Цинь Му отправился на склад Имперского Колледжа, чтобы купить немного костей. Затем он достал свой талисман и начал ритуал призыва.

В Имперском Колледже преподавались всевозможные техники и навыки, независимо от того, происходили они из праведного пути, дьявольского или буддистского. Среди них были и те, которые потребовали человеческих костей, поэтому на складе нашёлся нужный товар.

Вызов шёл гладко, и, вскоре, руны на статуе дьявольского бога начали ярко сиять. В этот раз, ничего столь ужасающего, как события в городе Небесной Волны, не наблюдалось. Стало очевидно, что существо, которое вот-вот должно было появиться, было намного слабее чем Король Дьяволов Дутяня.

Картина в небе над Имперским Колледжем изменилась, когда из него вырвалась магическая сила, спускающаяся на землю. Она выглядела будто чёрная колонна, летящая прямо на Резиденцию Учеников!

В этот момент бесчисленные члены дирекции и ученики впали в панику. Даже Великий Ректор не стал исключением. Сильные практики имперского города тоже подняли свои взгляды в небо, их лица казались чрезвычайно обеспокоенными.

Тем временем ритуал призыва посреди двора Цинь Му шёл полным ходом. Хруст раздавался из деревянной скульптуры дьявольского бога, которая начала увеличиваться в размерах. В голове юноши раздалось дьявольское урчание: «Жалкий и низший мир, приготовься встретить гнев Дьявольского Бога Кяхэ из Дутяня!»

В этот момент в небе над колледжем ярко засияла буддистская аура. Огромное лысое существо в небесах раскрыло свою ладонь, закрывая почти гектар неба. Рука упала на землю, сопровождаясь оглушающим хрустом. До того, как сознание Дьявольского Бога Кяхэ окончательно поселилось в новом теле, его разнесло в клочья вместе с расширяющейся статуей.

Большинство членов дирекции и учеников снова были шокированы. Увидев случившееся, сильные практики и стражи столицы успокоились:

— Мы ведь в Имперском Колледже, здесь полно сильных мастеров. Такой уровень совершенствования буддизма тяжело встретить даже в Монастыре Великого Громового Удара. Если у нас есть такой союзник, силу колледжа нельзя недооценивать!

Гу Линуань позвал за собой отряд учителей, поспешив на место происшествия. Высунув свою голову из двора, Цинь Му улыбнулся:

— Вы пришли как раз вовремя, всего секунду назад здесь был дьявольский бог, но его убил мой старик.

Сердце Гу Линуаня чуть не выпрыгнуло из груди, и мужчина ехидно улыбнулся:

— Будьте бдительны, Лорд Цинь. Не надо разрушать Резиденцию Учеников… Ладно, расходимся. Пока здесь старик Лорда Циня, Имперский Колледж в безопасности.

Учителя встревожено переглянулись. Гу Линуань никогда не был в хороших отношениях с Цинь Му, с какой стати он так легко закрыл глаза на произошедшее?

«Очевидно, что именно Лорд Цинь призвал этого дьявола, почему Гу Линуань не пытается его наказать? — все были в замешательстве. — Призыв дьявола ¬— преступление, наказуемое смертью! Почему Великий Ректор закрыл на это глаза?»

Гу Линуань первым покинул двор Цинь Му, а по его лбу катился холодный пот: «Его старик здесь. Интересно, это слепец, поднявший реку, или одноногий, укравший ножны моего меча? А может это тот безумец без нижней половины тела? Не странно, что Его Величество сказал, чтобы я не шутил с этим парнем, — этого действительно нельзя делать! Его злобные старики осмелились покинуть Великие Руины. Столица перестала быть мирным местом, здесь спокойно блуждают дьяволы и монстры…»

Цинь Му закрыл за собой дверь, и учителя почувствовали сильную тревогу. Они немедленно созвали всех учащихся Резиденции Учеников:

— Здесь невероятно опасно, вам нужно покинуть резиденцию на некоторое время, в противному случае, вы можете даже не понять, что стало причиной вашей смерти. Спрячьтесь где-то на два дня и не смейте возвращаться, пока ситуация не утихнет!

Ученики до сих пор были в оцепенении, увидев появившихся из ниоткуда дьявольского бога и будду, поэтому слова о том, что в Резиденции Учеников опасно, не вызывали у них сомнений. Услышав приказ дирекции, они немедленно поразбежались.

«Почему ты не призываешь остальных дьявольских богов?» — спросил голос Короля Дьяволов Дутяня в голове Цинь Му.

Парень покачал головой:

— Я уже выполнил свою часть клятвы, призвав твоих подданных, теперь пришла твоя очередь, обучи меня языку Юду.

Дьявол на мгновение растерялся: «Но ведь осталось ещё четыре статуи…»

— Король Дьяволов, наша сделка наполовину выполнена. Призыв одного ¬— такой же призыв, как и пятерых… Если ты не выполнишь своей части, Граф Земли заберёт тебя в Юду!

Дьявол внутри его тела был настолько зол, что начал истерически смеяться: «Какой коварный парнишка, подготовил для меня такую уловку. Отличная работа, отличная. К счастью, у меня тоже есть козырь в рукаве. Я научу тебя языку Юду, однако, покажу тебе всего лишь одно предложение. Я ведь не обещал обучить тебя всему языку, когда делал клятву».

Широко распахнув глаза, Цинь Му уставился в пустоту. Король Дьяволов Дутяня был доволен собой: «Я помогу тебе перевести лишь слова, написанные на Вратах Юду, можешь даже не думать об изучении текста свитков. Если хочешь выучить язык полностью, можешь лично отправиться в Юду и расспросить местных!»

Последние несколько дней Цинь Му принимал обличие Владыки Сатурна, и слова на вратах постепенно становились чётче. Теперь их можно было разобрать, однако, текст свитков всё равно оставался размытым.

— Если я призову ещё четырёх твоих помощников, ты поможешь мне выучить текст свитков? — поинтересовался Цинь Му.

«Нет!» — прозвучал решительный ответ дьявола.

Вздохнув, парень улыбнулся:

— В таком случае, переведи предложение на вратах.

Король Дьяволов Дутяня издал странный звук, который, казалось, исходил из души. Он напоминал стон миллиардов заточённых душ, но, когда Цинь Му попытался его повторить, то понял, что человеческое тело не в силах этого сделать, чему невероятно удивился.

Дьявол съязвил: «Есть языки, которые низшая форма жизни, вроде вас, не может изучить. Вы издаёте звуки своим горлом, в то время как язык Юду должен исходить из…»

На этом моменте Цинь Му перебил его звуком, который исходил не из горла, а из души. Звук очень сильно напоминал то, что показывал Король Дьяволов Дутяня!

Дьявол был слегка ошеломлён и насторожился: «Маленький дьяволёнок достаточно умён, чтобы додуматься издавать звук душой, а не горлом. Если он продолжит учиться, я могу оказаться не в силах с ним совладать… Лучше всего было бы убить его, как можно раньше!»

Цинь Му продолжал издавать звук и вскоре смог полностью повторить предложение, написанное на вратах:

— Что значат эти слова?

Король Дьяволов Дутяня молчал. Парень уже собирался спросить снова, когда тот ответил: «Это предложение означает “Ворота Земного Происхождения”».

Слегка поразившись, Цинь Му спросил:

— Ворота Земного Происхождения? Ты меня не обманываешь?

Дьявол усмехнулся: «Обманывать тебя? Для чего мне это делать? Там действительно написано “Ворота Земного Происхождения”, всё правильно».

Юноша был настроен скептически. Король Дьяволов Дутяня не мог так внезапно расщедриться, здесь была какая-то новая уловка. Как вдруг его глаза загорелись, и он улыбнулся:

— Теперь ты можешь покинуть моё тело. Я создал механическую статую бога из Зимнего Хрустального Железа, можешь перебраться в неё. После этого ты сможешь делать всё, что угодно, и призывать кого хочешь.

Дьявол улыбнулся: «Хочешь обмануть меня, чтобы я покинул твоё тело, и однорукий монах меня убил? Я не настолько тупой».

Цинь Му покачал головой и обратился к старому Ма и одноногому:

— Дедушки, теперь я могу заняться присоединением ваших конечностей.

— Когда ты будешь занят, Король Дьяволов попытается сбежать. Почему бы нам не убить его прямо сейчас? — спросил старый Ма.

— Я не могу отречься от своих слов. Я пообещал создать механическую статую бога, в которую он поселится, поэтому нельзя делать по-другому, — серьёзно ответил Цинь Му.

Старый Ма больше ничего не сказал, в то время как Цинь Му притащил кровать, на которую лёг старик, готовясь к операции. Достав руку из медицинского котла, он начал присоединять её обратно, а как только вовлёкся в процесс, между его бровей проскочила искра, с шипением падая на восьмирукую и четырёхликую статую дьявольского бога.

Одноногий удивлённо приподнял брови и, посмотрев на статую, сказал:

— Мерзкий чёрт. Могу дать тебе две тысячи километров форы.

Получив контроль над механизмом, Король Дьяволов Дутяня ощутил, что может свободно двигаться, и сразу же побежал. Как только статуя покинула двор Цинь Му, раздался щелчок, и два сустава в её ногах заблокировались.

Клацанье послышалось и от остальных суставов его тела, напоминая звук закрывания замка. Восемь рук Короля Дьяволов Дутяня протянулись в сторону неба, а ноги развелись в противоположные стороны. Всё его тело замерло, потеряв способность двигаться.

— Ты, с*ка, обманул меня! — раздражённый и испуганный голос раздался из статуи, непрерывно понося мальца.

Из-за дверей двора Цинь Му высунулась мордочка Ху Лин’эр, наблюдая за неподвижным телом короля дьяволов:

— Разве молодой мастер не говорил тебе? Он собирался построить для тебя механическую статую бога. Выходит, что это статуя тебя обманула! Тебе не кажется, что молодой мастер — лис, превратившийся в дух? Я думаю, он немного…

Глава 210. Признавший поражение

Цинь Му пришил обратно руку старого Ма и ногу одноногого, поместив двух стариков в медицинский котёл. Он варил лечебный отвар для двух стариков, заставив Ху Лин’эр поддерживать огонь возле котла. Выйдя из комнаты, он увидел темнеющее небо, после чего покинул двор, где никого не обнаружил. Ученики должно быть скрылись от опасности, и только Король Дьяволов Дутянь до сих пор стоял в переулке возле Резиденции Ученика, не в состоянии двигаться.

Цинь Му вскрыл живот статуи бога. Внутри были сотни сложных механизмов, и он протянул руки, чтобы дать им несколько оборотов. Король Дьяволов Дутяня сразу почувствовал, что его ноги снова могут двигаться, поспешно начав бежать. Через несколько шагов тот услышал треск по всему телу, после которого суставы статуи вновь были заблокированы.

— Здоровяк, тащи его обратно во двор, — обратился к дракономордому Цинь Му.

Зверь завилял хвостом и потащил свой выпуклый живот вперёд, чтобы схватить зубами одну из ног Короля Дьяволов. Затем он поволок его по земле, пока с лязгом не швырнул в угол двора Цинь Му.

— Ты, с*ка, приди и сразись со мной, если у тебя есть яйца! Какой из тебя герой, если ты запер меня здесь? — без остановки ругался Король Дьяволов Дутяня.

Цинь Му абстрагировался от его криков и продолжил смешивать целебные травы. Молния внезапно появилась на теле статуи бога, когда дьявол попытался вылететь, но ему помешали всевозможные загоревшиеся руны. Король продолжал ругаться. Статуя бога была исчерчена рунами Дворца Золотой Орхидеи. Цинь Му узнал их в сокровищнице и тайно поместил на статую. Он боялся, что дьявол всё ещё может сбежать после входа в статую бога, поэтому добавил руническую печать.

— Ты научишь меня всему, что знаешь о языке Юду, и я отпущу тебя, — проговорил Цинь Му после того, как закончил смешивать травы.

— Было бы глупо тебе верить! Ты больше меня не обманешь, — сердито парировал Король Дьяволов Дутяня.

— Мы можем подписать Соглашение Графа Земли, если это успокоит тебя, — искренне ответил Цинь Му.

— Иди в задницу!

— Эй, эй, ты же король дьяволов, зачем грубить?

— В жопу твоё мнение о грубости! Я больше не поверю твои словам. Уж лучше быть внуком черепахи, чем верить тебе!

****

Одноногий и старый Ма удобно развалились в огромном котле, в то время как лекарственный отвар пузырился и лопался.

— Лисичка, прибавь огоньку, — скомандовал Ма.

— Му’эр, чёртов сопляк, действительно вырос. Я думал, что нам с тобой придётся действовать, чтобы избавиться от Короля Дьяволов, но никогда бы не подумал, что он совладает с ним сам. Теперь я немного волнуюсь не за него, а за людей, которые против него. Подумать только, от кого он научился быть таким плохим, — сказал одноногий, рассматривая свою огромную золотую цепь, плавающую по воде, а после повернул голову на жалующегося дьявола.

Старый Ма уставился на одноногого. Огромная золотая цепь на его шее также плавала по воде.

— В деревне живут только хорошие люди, так от кого же сопляк научился хитрить? Мог ли он испортиться после отъезда из деревни? — растерянно спросил одноногий.

Ма продолжал пялиться на него.

— Чего ты на меня так смотришь? На моём лице что-то есть? Из-за твоего взгляда мои волосы встают дыбом. Старый Ма, ты был служителем закона в прошлом? — с улыбкой на лице поинтересовался одноногий.

Отвернувшись, старый Ма ответил:

— Я был им десятки лет, а позже получил назначение в правительственное управление правосудия. После того, как я раскрыл громкое дело и стал известен, Монастырь Великого Громового Удара нашёл меня… Так и завершилась моя карьера служителя закона.

— Неудивительно, что мне всегда неловко, когда ты смотришь на меня. Монахи Монастыря Великого Громового Удара, несомненно, деловые люди, раз они попытались найти тебя даже после того, как ты вернулся к нормальной жизни, — промолвил одноногий.

Два человека “готовились” всю ночь, и во время процесса Цинь Му несколько раз менял целебный отвар. На утро старый Ма и одноногий вышли и умылись. Цинь Му уже приготовил завтрак, поэтому они все вместе сели перекусить, а под конец Ху Лин’эр подбежала помочь помыть миски.

— Мы с Ма больше не останемся здесь, мы уходим, — улыбаясь, проговорил одноногий.

— Я провожу вас, — поспешно высушив руки, проговорил Цинь Му.

— Не утруждайся. Мы с одноногим успокоились, увидев, как ты справляешься. Нам уже не мало лет, а ты можешь постоять за себя самостоятельно, — махнув рукой, проговорил Ма.

— Старый Ма опять сентиментальничает. Ну что ж, пойдём, проводишь нас. Если ты этого не сделаешь, он будет грустить в течение следующих двух или трёх дней, — опираясь на трость, проговорил одноногий.

— Дедушки Ма и одноногий, я только что пришил ваши конечности. Вы должны ухаживать за ними в течение года или двух, и тренировать их, чтобы они не стали вашей слабостью, — проговорил Цинь Му, на что старый Ма кивнул в ответ.

— За последние двадцать-тридцать лет я уже привык, что у меня нет ноги. Вообще-то мне не очень комфортно, когда нога, которая была отрублена, внезапно вернулась на своё место, — улыбаясь проговорил одноногий.

— Прожив больше половины моей жизни в качестве инвалида, мне тяжело найти применение вновь обретённой руке, — проговорил старый Ма.

— Возвращайся, дальше мы пойдём сами, — промолвил одноногий с улыбкой на лице.

— Не забудь вернуться домой на новый год, — помахав рукой на прощание, проговорил Ма.

— Я обязательно вернусь! — кивнув головой, ответил Цинь Му.

****

Старый Ма и одноногий покинули столицу.

— Маленький засранец, которого мы подобрали тогда, действительно вырос, а мы почти избавились от него, — печально вздохнул одноногий.

— Почти. К счастью, ты украл его и вернул обратно, — кивнув в ответ, проговорил Ма.

— Сопляк не стал наивен после наших учений. Я всегда волновался, что он пропадёт за пределами деревни, но ошибался. Теперь я могу спокойно вернуться домой, — сказал одноногий, как вдруг остановился. Старый Ма тоже встал. Двое стариков посмотрели в сторону находящейся впереди реки Мутной. На поверхности реки стоял мужчина средних лет. Несмотря на воду, текущую под его ногами, он был недвижим.

— Имперский Наставник, Ваши раны исцелились? — удивлённо подняв брови, спросил с улыбкой одноногий.

— Мои раны исцелились, а ваши? — кивнув в ответ, спросил Имперский Наставник.

— Мы всё ещё можем сражаться, — разминая плечи, проговорил старый Ма.

— Му’эр сказал не прикладывать слишком много сил, но, если нам придётся сражаться, я по-прежнему могу использовать одну ногу. Имперский Наставник, сохраняйте спокойствие. Вы знали, что мы были в комнате в тот день и знали, что это я украл Ваши вещи, но Вы всё равно решили уйти. Должно быть, это было нелегко, — двигая ногой, сказал одноногий.

— В то время я всё ещё был ранен, так что у меня не было выбора, кроме как отступить. Вы уважаемые старшие, а не злые люди. Даже когда ты воровал — это было для помощи при бедствиях. Я не хочу нападать на вас, поэтому, если вы передадите мне Диск Императора, я оставлю вас в покое. Нам не нужно портить наши хорошие отношения, — равнодушно ответил Имперский Наставник.

— Диск Императора? — одноногий и старый Ма с улыбками переглянулись, затем одноногий продолжил. — Я исследовал диск, эту игрушку, более двадцати лет, и всё безрезультатно, так что я бы запросто его отдал Вам, однако, я уже подарил его другому.

— Подарил? Кому? — удивлённо спросил мужчина. Звёзды внезапно появились над его головой, образуя собой яркую реку. Было видно, что его сердце больше не было спокойным.

— Вельможе дворца Вашей Империи Вечного Мира, — усмехаясь ответил одноногий и продолжил свой путь вместе со старым Ма.

— Вельможе дворца? — Имперский Наставник был на мгновение ошеломлён и посмотрел на спины двух людей. — Диск Императора был отдан ему? Он действительно осмелился взять его? Он планирует восстать? Диск Императора — артефакт, который Бог дал основателю империи, он представляет имперскую власть. Кроме того, ходят слухи, что он скрывает секрет… Должен ли я попросить его вернуть?

— Имперская власть — не то, что может быть решено предметом, даже если это Диск Императора, — стоя посреди реки, он некоторое время бормотал себе под нос, прежде чем покачать головой и повернуться, чтобы уйти. — Имперская власть исходит от поддержки народа и не имеет никакого отношения к Диску Императора.

****

В Резиденции Учеников Цинь Му вылил лекарственный отвар, после чего начал мыть медицинский котёл и печь. Он чистил их пока на них не осталось ни пятнышка, после чего разметил под солнцем для сушки. Ху Лин’эр помогала убираться и увидела нефритовой круг на столе.

— Молодой мастер, старики кое-что оставили! — вскликнула она.

Цинь Му подошёл посмотреть, увидев на нём некоторые письмена, выглядящие довольно знакомо.

«Это… Диск Императора одноногого дедушки. Он, должно быть, оставил его здесь. Когда я вошёл в темноту со старейшиной деревни, одноногий повесил его мне на шею, но мне таки и не довелось им воспользоваться. Почему дедушка оставил его здесь? Он никогда ничего не теряет, — размышлял Цинь Му, затем покачал головой, повесив диск рядом с нефритовым кулоном, и продолжил мысль. — Я верну его после того, как вернусь в деревню. Затем он вытащил Короля Дьяволов Дутяня и вскрыл живот статуи бога. Он сделал некоторые корректировки в механизме.

— Король Дьяволов, теперь ты можешь идти, — сказал Цинь Му.

— Ты забавляешься со мной, я не могу идти. Маленький паршивец, подожди, пока моё истинное тело спустится, и я превращу твою жизнь в ад! — глумился дьявол.

— У моего молодого мастера сотни способов превратить твою жизнь в ад! — выпалила Ху Лин’эр, скрестив лапки на груди.

— Лин’эр, ты не приуменьшаешь? Всего лишь сотни? — многозначительно сказал Цинь Му.

— Маленький паршивец, покажи мне, на что ты способен. Если бы я испугался, я бы опозорил себя на долгие десятилетия, — усмехнулся Король Дьяволов Дутяня.

— Что для этого нужно? Мы все с дьявольского пути. Поскольку я тоже на дьявольском пути, ты можешь просто научить меня языку Юду, который ты знаешь, и я отпущу тебя, разве это не лучше для нас обоих? — посоветовал ему Цинь Му.

— Тьфу! — плюнул дьявол.

— Я пошлю тебя в зал Лазурного Ян, чтобы монах Фа Цин зачитывал тебе священные писания каждый день. Фа Цин любит изгонять дьяволов, так что он определённо будет вне себя от радости, — с улыбкой на лице промолвил Цинь Му.

— Хе-хе, я дьявол, который стал Богом, ты думаешь он сможет изгнать меня? Пусть этот монах Фа Цин придёт, тогда и посмотрим, изгонит ли он меня или я превращу его в дьявола! — усмехнулся дьявол.

Цинь Му колебался. Король Дьяволов Дутяня действительно был сильным дьяволом, если монах Фа Цин придёт изгонять его, он может превратиться в дьявола.

— Молодой мастер, почему он не превратил нас в дьяволов? — неторопливо спросила Ху Лин’эр.

— Маленькая личика, ты и так дьявол, разве вас двоих нужно во что-то превращать? Вы были ими с самого начала! На этот раз я признаю поражение, просто прикончи меня! — раздражённо закричал Король Дьяволов Дутяня.

— Я не такой человек. Лин’эр, пусть он следует за тобой с этого момента. И не беспокойся, я научу тебя управлять механизмом, — покачав головой, тихо проговорил Цинь Му.

Глава 211. Ворота Небесной Воли

Цинь Му показал Ху Лин’эр, как контролировать механизм. Он соорудил пункт управления внутри грудной клетки Короля Дьяволов Дутяня, автоматически выпадающий наружу по нажатию тайной кнопки.

Механическая статуя бога, изготовленная из Зимнего Хрустального Железа, была чрезвычайно огромной, возвышаясь над землёй на три метра. Цинь Му потратил на неё целое состояние. Само лишь железо стоило ему десять тысяч монет Великого Изобилия. Счёт частям механизма шёл на тысячи. В нём было около девятисот шестерёнок, делающих устройство умопомрачительно сложным.

Даже если Король Дьяволов Дутяня не хотел двигаться, статую можно было контролировать, используя пункт управления. Также у неё было восемь рук и четыре лица, добавляющие свирепый вид и дающие невероятную силу. Обычные практики божественных искусств с огромным трудом могли бы пробить толстую броню статуи из Зимнего Хрустального Железа.

В самом сердце механизма находилась крошечная медицинская печь, на подобие той, что Цинь Му выковал для Фань Юньсяо. Однако устройство на корабле было самым первым творением юноши, потому всё ещё имело некоторые недостатки. В этот раз, используя приобретённый опыт, он сделал печь намного меньше по размеру, а её устройство было даже более сложным.

Усевшись внутри пункта управления, Ху Лин’эр могла подбрасывать медицинские камни в крохотную печь и контролировать огонь с помощью своей жизненной Ци. Даже без помощи Короля Дьяволов Дутяня, механизм можно было использовать в качестве тяжёлого бронированного оружия.

Если Король Дьяволов Дутяня будет использовать тело статуи, как своё собственное, помогая в битве, из механизма можно будет извлечь огромную силу. Практики божественных искусств области Шести Направления не несли бы для него никакой угрозы, и даже мастера области Семи Звёзд не могли быть слишком уверенными в победе.

Цинь Му получил нужные знания для создания статуи от немого, глухого и старого Ма. Он всего лишь собрал воедино учения трёх стариков, не придумывая ничего нового.

Всё, что он сделал, — придумал способ объединить все эти знания. Тем не менее, механическая статуя определённо была на уровне лучших мастеров кузнечного, механического и рунного дела. Юноша создал абсолютно новый вид боевого устройства.

Ху Лин’эр переполнилась волнением и совершенно позабыла о Короле Дьяволов Дутяня, который до сих пор был заточён в статуе. Она немедленно запрыгнула в пункт управления, начиная тестировать устройство.

Цинь Му сразу же сказал:

— Цилинь, следуй за ней, чтобы она не натворила каких-нибудь неприятностей!

Послушавшись, дракономордый догнал лису, которая как раз визжала от радости, размахивая руками статуи бога. Посмотрев на силуэт громадного цилиня, Цинь Му увидел, что его живот почти касается земли.

— Ему пора сесть на диету, — покачал головой юноша. Зверь и раньше не был слишком подтянутым, хоть и зачастую голодал. Впрочем, в то время он выглядел довольно величественно, и никто не смел походить слишком близко к стражнику горных врат.

Однако с тех пор, как цилинь присоединился к Цинь Му, он ни разу не оставлял ни одной пилюли Алого Огня, и пил невероятное количества воды из Нефритового Драконьего Озера. Такое питание привело к тому, что он ставал всё жирнее и жирнее, значительно увеличившись в габаритах… Если так пойдёт и дальше, драконоподобный вскоре превратится в огромную котлету и начнёт касаться земли пузом. Его пальцы разжиреют, и когти нельзя будет высунуть наружу.

«Сомневаюсь, что Патриарх давал ему целое ведро пилюль на обед, иначе цилинь уже давно стал бы похожим на шарик. Он солгал про свою диету, думаю, что полведра ему хватит с головой», — немного подумав, Цинь Му затаил дыхание, концентрируясь, и начал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Вскоре его тело превратилось в Владыку Сатурна с головой человека и телом змеи. Призрачный свиток появился у него в руке, а за спиной медленно возникли огромные ворота.

Юноша обернулся к ним лицом, а его душа задрожала, издавая странный звук. Это был язык Юду, показанный Королём Дьяволов Дутяня. Дьявол называл эти врата Воротами Земного Происхождения, однако, даже если эта информация была ложью, он всё равно правильно произносил название.

После того, как Цинь Му прочитал слова, написанные на вратах, те начали медленно открываться, раскрывая бесконечную пустоту позади. Парень на мгновение застыл от удивления, затем обошёл ворота по кругу, приходя к выводу, что он до сих пор находится у себя во дворе. Врата, казалось, были абсолютно тонкими. С его ракурса они напоминали тёмный лист, вертикально торчащий из земли. Но встав прямо перед ними, он видел перед собой бесконечную тьму.

«Ворота в другой мир?» — был ошеломлён Цинь Му. Он поднял руку, осторожно протягивая ладонь сквозь ворота, но ничего странного не произошло.

«Это и есть секрет Пяти Элементов? Другие люди тоже встречаются с ним в этой области? Кто-нибудь уже пробовал их открыть и войти внутрь?» — он начал сомневаться. Что ему доведётся встретить по ту сторону? Найдёт ли он во тьме легендарный Юду? Повезёт ли ему выжить и вернуться обратно?

Прямо в этот момент Цинь Му увидел отблеск света, исходящий из мира тьмы. Перед ним появился человек на лодке. На самом носу судна висела тусклая лампа, излучающая призрачное сияние. Она медленно приближалась ко входу.

Под светом лампы сидел старик, сворачивающий бумажки в человечков и лошадок. Учитывая постоянное мерцание, картина выглядела невероятно успокаивающе.

Цинь Му попытался просунуть голову сквозь ворота, в то же время старик внезапно взял лампу в руки и посветил в его сторону. Как только его озарил свет, он ощутил, что его душа замерла на месте, а тело потеряло способность шевелиться. Старик на лодке повесил лампу обратно. Ощутив, что свет перестал падать на его тело, Цинь Му вздохнул с облегчением. Как вдруг его волосы встали дыбом. Опустив голову, он увидел, что стоит в лодке, прямо возле старика!

Маленькое судно медленно развернулось, и Цинь Му повернул голову, чтобы посмотреть назад. Он увидел свет, прорывающийся сквозь отдаляющиеся врата, и своё собственное тело, смотрящее в его сторону!

Тело по ту сторону ворот, казалось, замёрзло, совсем не двигаясь.

Если он до сих пор стоял перед вратами, то кто тогда плыл в лодке?

Юноша оглянулся, но увидел лишь темноту вокруг себя. Единственными источниками света были Ворота Земного Происхождения и лампа на носу лодки. Его сердце замерло. Старик, сворачивающий бумажных человечков и лошадок, посветил на него лампой, и его душа покинула тело! Тело, стоящее по ту сторону ворот, было без души!

— Почему ты забрал мою душу, если я до сих пор жив? — спросил у старика Цинь Му.

Никак не отреагировав на вопрос, дед продолжил сворачивать свои бумажные фигурки.

Цинь Му повернул голову, увидев, что Ворота Земного Происхождения становятся всё дальше и дальше, отчего его сердце замерло в ужасе. Король Дьяволов Дутяня и вправду многое ему не рассказал. Эти врата, скорее всего, не были Ворота Земного Происхождения. В противном случае, старик не забирал бы его душу!

Парень выпрыгнул из лодки. Он всё ещё был недалеко от входа, и мог бы вернуться обратно в своё тело. Однако, покинув лодку, он не упал в воду, как ожидал изначально. Вокруг него была лишь тьма, бесконечная тьма!

Безостановочно размахивая руками, юноша двигался, как тонущий человек, однако, вокруг не было за что ухватиться. Он чувствовал, как продолжает тонуть, всё глубже и глубже погружаясь во тьму. Беспомощно посмотрев ввысь, он увидел, как маленькая лодка неумолимо исчезает из поля видения. Свет на её носу постепенно тускнел и вскоре стал слишком слабым, чтобы его можно было увидеть.

«Король Дьяволов Дутяня, ублюдок, он всё-таки смог меня обмануть…» — Цинь Му чувствовал, будто ему снился кошмар. У него не было ни единого способа выбраться, как бы он не старался… Спастись было невозможно.

Вокруг была темнота, заставляющая людей терять всякую надежду и впадать в отчаяние. Тем временем, лодка, которая могла вернуть его обратно, отплыла слишком далеко.

Внезапно Цинь Му приложил всю свою силу, прокричав душой слова языка Юду, которым его обучил Король Дьяволов Дутяня. Загадочный визг казался наглым, дрожащим, его невозможно было произнести ртом, лишь душа могла издать такой звук!

Закончив предложение, схожий загадочный и древний голос раздался из глубин тьмы. Он тоже проговорил слова Юду, но чем-то напоминал песню. Слова, казалось, происходили с древних времён, предлагая достойному богу, несущему на себе тяжесть вселенной, жизнь и кровь в качестве подношения.

Цинь Му ощутил, как его тело начало подыматься ввысь. Его скорость постепенно увеличивалась, пока он и вовсе не превратился во вспышку света, которая со свистом вылетела из тьмы, проникая в его бренное тело, стоящее прямо перед входом.

Парень начал неистово дрожать, задыхаясь. Он быстро покрылся потом, будто только что выбрался из воды. В то же время лодка за вратами снова поплыла ко входу. Старик в ней посмотрел на юношу, но в этот раз его рука уже не потянулась к лампе.

Цинь Му продолжал стоять у входа, готовясь в любой момент покинуть форму Владыки Сатурна, чтобы рассеять врата.

— Брат Дао, что значили эти слова? — спросил он.

Взгляд старика пал на его тело, пока лодка медленно разворачивалась, чтобы уплыть в темноту.

— Земля — великое происхождение. Каждое существо обязано ей своим существованием и должно послушно принимать Небесную Волю.

— Земля, в своей громадности, содержит всех существ. Её вместительность соответствует её огромной силе. Её понимание широко, а свет ослепителен. Здесь многие вещи могут достигнуть полного развития.

— Лошадь — существо земного происхождения. Её сила передвигать землю не знает границ. Она тихая и послушная, полезная и надёжная. Таков путь и у высшего человека. Если он берёт инициативу, то сворачивает с правильного пути и теряется. Если он идёт следом, он послушный и движется в правильном направлении.

— Твои слова значат: “Земля — великое происхождение”. Скажи ты их ранее, я бы не трогал твою душу, — лодка начала отдаляться, постепенно исчезая, между тем голос старика раздавался вдали, становясь всё более и более приглушённым. — Перед тобой Ворота Небесной Воли, это Небесная Воля Земного Происхождения. Сюда может войти призрак, но тебе здесь не место.

«Король Дьяволов Дутяня и вправду хотел от меня избавиться! — Цинь Му впал в ярость, которая постепенно переросла в смех. — К счастью, я не погиб. Теперь можно неспеша им заняться. Эээм, кажется, моя душа изменилась».

Цинь Му почувствовал, что, после путешествия в Юду, сила его души значительно возросла. Он был в замешательстве и попробовал исполнить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, сразу же заметив, как невероятная сила, исходящая из Ворот Небесной Воли, очищает его душу!

Цинь Му не мог не растеряться. Хотя Король Дьяволов Дутяня постоянно пытался обмануть его, часть сказанных слов оказались правдой!

Дьявол оказался прав. Знание слов на воротах и их открытие действительно позволяло избавиться от недостатков в совершенствовании, и теперь он мог стать даже сильнее, чем Имперский Наставник!

Форма Владыки Сатурна из его области Пяти Элементов оказалась невероятно важной, так как от неё зависело совершенствование души!

Спустя некоторое время, Цинь Му почувствовал, как его душа становиться всё более и более спокойной. Он взглянул на свиток в руке, текст на котором постепенно становился чётче, раскрывая странные буквы в форме птиц, зверей, рыб, солнца и луны.

Хоть парень и не понимал написанного, его взгляд прошёлся по тексту, будто читая. Секрет свитков автоматически стал частью его знаний.

Глава 212. Расставания неизбежны

В свитке было не так много слов, поэтому Цинь Му быстро повторил писания. Мгновенно различные типы логики совершенствования относительно души появились в его памяти. Король Дьяволов Дутяня сказал ему, что на свитке были заклятия Юду, но оказалось, что это просто очередная ложь, чтобы соблазнить его.

«В сказанном мной правдиво было только одно предложение из десяти. В то время как в речи короля дьяволов было истинно только одно предложение из ста. Из всего, что он сказал мне, только язык Юду был правдой, всё остальное — ложь!» — подумал про себя Цинь Му.

Детально проанализировав свиток, он понял, что, если постигнет все чудеса писаний, то действительно сможет постичь некоторые виды заклятий, касающиеся душ. Тем не менее наиболее важным свойством свитка была способность укреплять душу, в то время как заклятие души было лишь второстепенным. Цинь Му запомнил письмена на свитке и закрыл его, чтобы помедитировать. Он пытался понять чудо писаний, пытаясь постичь виды заклятия души.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи имели заклятия, связанные с душой, и Империя Варварских Ди также имела такие заклятия. Восемь Громовых Ударов, которым его научил старый Ма, а также Мудра Великой Свободы дьявольской расы также были заклятиями, нацеленными на души.

Проводник Души из секты Девяти Призраков, был ещё более выдающимся божественным искусством. Если бы он мог сравнить руны слов, он мог бы увеличить его силу!

Цинь Му долго размышлял, прежде чем медленно войти во двор. С каждым действием и шагом, он включал слова Юду в движение Луча Солнца, Очищающего Душу Ян в Небе. Это был один из приёмов Восьми Громовых Ударов, величайшей боевой техники Махаяны Сутры Жулая. Его мощь была сильной и яростной, так как он был улучшен предыдущими поколениями Жулаев до такой степени, что развиваться было уже некуда.

Цинь Му улучшал сей приём. Он никогда не изучал Махаяну Сутру Жулая, но с тех пор, как Великие Небесные Дьявольские Рукописи слились с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана и объединили все навыки, мощь Восьми Громовых Ударов постоянно возрастала, в итоге становясь не слабее чем у тех, кто изучал Махаяну Сутру Жулая.

Он изучал ход за ходом, один удар за другим. С кулаком, как сердце мудры и сердцем мудры, как солнце, каждый удар испускал звук раскатистого грома и интенсивность пылающего солнца. Когда душа ян была отполирована, сила постепенно возрастала.

От движения Луча Солнца, Очищающего Душу Ян в Небе было не много пользы против физического тела. Даже если оно выглядело мощным, оно был нацелено только на душу. Цинь Му практиковал это движение снова и снова, и след огня постепенно вытеснялся из кулака мудры. Это пламя отличалось от обычного огня, именно огонь кармы сжигал душу. Каждый его удар нёс с собой огонь кармы, который постепенно становился всё более и более интенсивным, превращая окружение кулака в пылающее ало-красное солнце.

Чем больше он бил, тем больше привыкал к нему, что оставило его неспособным сопротивляться бесконечному вою. Внезапно огромное солнце взорвалось в небе, и пламя распространилось во всех направлениях, охватывая весь двор огнём кармы.

Цинь Му отступил назад и испустил неглубокий вздох. Внезапно его сердце дрогнуло, и он открыл дверь, за которой увидел очень быстро шагающего Мастера Чертога Меча.

— Мастер Меча, что за спешка? — пригласив его, спросил Цинь Му.

— Небесный Король Лу ранен. Он сейчас у меня и хочет встретиться с Владыкой культа. Его состояние не предвещает ничего хорошего! — сказал низким голосом Мастер Меча.

Сердце Цинь Му начало неистово биться, и он поспешил из своего двора за Мастером Чертога Меча.

****

— Владыка Культа, мне стыдно встретить Вас с подобными ранами, так как я не могу поприветствовать Вас из-за их серьёзности, — со смущением сказал Небесный Король Лу, лежа на кровати и изо всех сил порываясь встать.

Цинь Му покачал головой и пошёл проверить его раны, слегка нахмурив брови. Одежда мужчины была изодрана, а на его седых волосах и бороде даже были пятна крови. Травмы Небесного Короля Лу были ещё хуже, чем у Имперского Наставника Вечного Мира. Он, должно быть, был ранен, сражаясь с несколькими сильными практиками уровня Мастера-Владыки секты-культа! Его раны были не только на физическом теле, но и на божественных сокровищах. Повреждение его души было тоже чрезвычайно серьёзным! Все его семь великих божественных сокровищ понесли сокрушительные удары. Его Духовный Эмбрион окаменел, три из его Пяти Элементов были уничтожены, уцелело только два столпа из шести Божественного Сокровища Шести Направлений, в то время как его Божественные Сокровища Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти были полностью уничтожены. Единственный летающий мост его области Божественного Моста также был разрушен.

Было бы хорошо, если бы это были только эти травмы, но решающим моментом было то, что он уже стар, и его тело больше не было таким, как в прошлом. Его физическому телу было трудно удержать его душу, которая вот-вот канет в небытие.

— Владыка, я нашёл мест… местонахождение Небесного Короля Цяня… — тяжело дыша, промолвил Лу.

— Для начала перестаньте болтать, — Цинь Му достал две бутылки слюны дракона, чтобы залечить раны на теле. Затем он позволил ему выпить ещё одну бутылку и что-то нерешительно пробормотал про себя, записывая наименования трав, в итоге приказав Мастеру Меча принести их со склада. Что касается того, могли ли они помочь в исцелении Небесного Короля Лу, у него не было уверенности. При лучшем исходе он сможет выжить, но будет бесполезным, в то время как при худшем варианте он просто умрёт…

Мастер Меча ушёл в спешке. Телесные ранения Небесного Короля Лу немного затянулись, но ранения в душе и божественных сокровищах лишь ухудшились.

— Н-небесный Король Цянь уже умер. Я п-пошёл по его следу, но кто-то переоделся в его одежду, чтобы заманить меня в л-ловушку… — медленно, заплетаясь говорил Лу.

— Кто устроил тебе засаду? — нахмурился Цинь Му.

— Он-ни не показали с-своих лиц, н-но я узнал их б-божественные искусства, — буквально выдавливая слова, Лу болезненно скрючился телом, что не удивительно, травмы, разрывающие душу, причиняли нестерпимую боль. Небесный Король Лу стиснул зубы и терпел, в то время как его седые волосы дрожали вместе с телом.

— Они сделали это ради искусства мгновенного перемещения нашего священного культа… Владыка культа, я больше не могу Вам помогать, мне стыдно за невыполнение инструкций Патриарха, — улыбнувшись, проговорил Небесный Король.

— Не волнуйся, ты не умрёшь или определённо не станешь инвалидом. А даже если умрёшь, я защищу твою душу от Юду, — тихим голосом проговорил Цинь Му.

— Один из людей, который ранил меня, был высокопоставленным чиновником первого ранга при имперском дворе! Я узнал его технику Духовного Сокровища Неподвижной Медитации, — немного восстановив своё самообладание, Небесный Кроль Лу продолжил. — Среди высокопоставленных чиновников первого ранга, Сунь Наньто, великий наставник наследного принца, довел эту технику до возможного предела. Сидя на своей Пагоде Тысячи Знамён, его духовное сокровище непоколебимо.

Цинь Му выполнил быстрые движения, вскользь касаясь руками тела Небесного Короля Лу. Его десять пальцев двигались вверх и вниз, оставляя остаточные изображения. В одно мгновение он запечатал душу Небесного Короля Лу в своём теле, не давая ей уйти. Он использовал технику создания Небесного Дьявола, которую использовали вышестоящие в Небесном Дьявольском Культе, чтобы содрать чью-то кожу и сделать из неё “одежду”, однако, в его руках, это был спасающий жизнь метод. Три души и семь духов Небесного Короля Лу были запечатаны, но Цинь Му всё ещё было трудно остановить движение его души.

— Владыка Культа, даже если Вы божественный врач, Вы не сможете спасти человека, которому суждено умереть, — улыбаясь сказал Небесный Король Лу и, дрожа телом встав с кровати, добавил. — Вам не нужно тратить свою энергию впустую. Моя душа скоро будет рассеиваться, к тому же мой божественный мост всё равно сломан. Я больше не вынесу этого. Я думал, что смогу помочь Владыке культа в процветании нашего священного культа после ухода Патриарха, но кто же знал, что моё время иссякнет так быстро.

Из его тела доносились звуки разрушения. Это начало разрушаться его Божественное Сокровище Божественного Моста. Обрушиваясь, оно сокрушило Божественное Сокровище Жизни и Смерти, которое в свою очередь раздавило Божественное Сокровище Небожителя. Божественные сокровища рассыпались одно за другим.

Печаль наполнила сердце Цинь Му. Теперь даже Мастер Меча с травами не сможет спасти его. Пылающее пламя вырвалось из тела Небесного Короля Лу. Его душа была раздроблена, а такое уже необратимо. Его раны были слишком серьезными, особенно на душе. Она была на грани полного рассеивания. Когда это произойдёт, он не сможет войти в Юду, а следовательно, не сможет стать даже призраком.

— Пылающий священный огонь, испепелит моё изувеченное тело… — бормотал Лу в пылающем огне. — Жизнь и смерть непостоянны, и расставания неизбежны. Я не смогу увидеть, как Вы станете священным учителем. Как я хочу вернуться на гору Святого Пришествия, чтобы увидеть священное дерево учителя… Я почти слышу, как дровосек рубит его…

— Владыка Культа, мне очень холодно… — вздрогнул старик и показал слабую улыбку на лице.

Цинь Му протянул ладонь, желая схватить старшего за руку, но всё, что он схватил, было пеплом. Пылающий огонь рассеялся, и всё, что он оставил позади, было серо-белым пеплом.

Снаружи послышался звук шагов Мастера Меча, после чего тот вошёл внутрь, неся большие и маленькие пакеты трав.

— Мастер Чертога Меча, в них больше нет необходимости, Небесный Король Лу уже отправился на небеса… — обернулся и сказал Цинь Му.

Пакеты с травами вывалились из рук Мастера Меча. Этот крепыш, почти в три метра ростом, опустился на колени и низко поклонился. Его плечи непрерывно дрожали, но криков не было.

Через некоторое время Цинь Му собрал пепел Небесного Короля Лу, поместил его в зелёную банку и затем просто застыл в оцепенении перед ней. Его крайне неожиданно буквально заставили оказаться в текущем положении, ведь он был продан бабушкой Сы Небесному Дьявольскому Культу, но всё равно стал его бестолковым Владыкой. Он не испытывал таких чувств к культу, как к бабушке Сы и молодо выглядящему Патриарху.

Однако по мере того, как он узнавал всё больше и больше о Небесном Дьявольском Культе, он постепенно влюблялся в его учение и состоящих в нём интересных людей. Он восхищался их поведением и манерой обращения с вещами. Он уже относился к себе, как к одному из членов культа, стараясь изо всех сил стать достойным священным Владыкой культа.

Цинь Му не проводил много времени с Небесным Королём Лу. Второй относился к нему не так, как к священному Владыке культа, а больше, как к озорному ученику, подчищая беспорядок, который он оставлял на горе Святого Пришествия. Старик был как дедушка, который души не чаял в молодом поколении, с глазами, полными восхищения.

И вот, он умер, стал грудой пепла в зелёной банке…

— Мастер Меча, прикажи ученикам собрать все ресурсы и начать расследование. Я хочу всю имеющуюся информацию о Сунь Наньто, великом наставнике наследного принца. Вся его жизнь, его семья, его секта, его ученики, всё о нём! — медленно, но властно проговорил Цинь Му.

— Как прикажете! — поклонившись, ответил Мастер Меча.

— Ты должен похоронить Небесного Короля Лу у священного дерева учителя, — продолжил Цинь Му.

Мастер Меча вынес зелёную банку, в то время как Цинь Му вышел из резиденции Мастера Чертога Меча и увидел Сы Юньсян, которая шла от Этажа Небесных Записей, чтобы вернуть ему книжную табличку. Затем уже он направился на Этаж Небесных Записей, поднявшись на третий уровень, где классики было немного. В этом месте было всего сто свитков, и многие беловолосые секретари исследовали всевозможные методы, чтобы вывести из старых техник новые.

Цинь Му нашёл технику Духовного Сокровища Неподвижной Медитации и тщательно изучил её. Он не спал и не отдыхал, занимался два дня подряд. Затем он покинул Этаж Небесных Записей, вернувшись в свою резиденцию, чтобы поспать.

На следующий день Мастер Меча принёс всеобъемлющий доклад. Цинь Му прочитал его, обращая внимание на каждую деталь, потратив полдня, чтобы просмотреть всё, что было собрано на Сунь Наньто. Затем он закрыл глаза.

Мастер Чертога Меча спокойно ждал рядом с ним, пока Цинь Му, спустя некоторое время, не открыл глаза.

— Монастырь Наньто, Сунь Наньто, техника Духовного Сокровища Неподвижной Медитации… Последствия будет слишком серьезными, если мы уничтожим всю его семью в столице, так что мы подойдём к делу, с другой стороны, — сказал Цинь Му.

Глава 213. В поисках мести

— Мастер Чертога Меча, прикажи Двенадцати Защитникам и Восьми Великим Надзирателям ждать у берега реки Мутной за пределами столицы, — юноша закрыл досье и объяснил мечнику особенности техники Духовного Сокровища Неподвижной Медитации. — Я исследовал технику на предмет недостатков, и записал то, что сумел обнаружить вот здесь, пусть они взглянут. Прикажи всем Мастерам Чертогов сидеть тихо, в ожидании дальнейших инструкций.

Получив указания, Мастер Чертога Меча поднялся и ушёл.

Цинь Му подозвал к себе Ху Лин’эр и цилиня, после чего запретил им покидать пределы Имперского Колледжа в течении следующих нескольких дней. Затем он пошёл к концу аллеи Резиденции Учеников и нашёл Вэй Юна:

— Брат Вэй, Герцог Вэй уже вернулся?

— Да. После того, как мятеж был подавлен, старик вернулся, так что он уже в столице несколько дней, — ответил толстяк.

— Могу я попросить тебя пойти домой и сказать ему, что кое-что очень интересное намечается в Монастыре Наньто?

Вей Юн немного озадачился, но продолжал улыбаться:

— Хоть мой отец и любит приключения, он не станет делать всё подряд. Если происходит что-то не слишком важное, он точно не захочет пойти. Более того, он уже всех достал своей болтовнёй… А что именно должно случиться?

— Просто передай ему. Вы всё сами увидите.

Сбитый с толку Вэй Юн спустился вместе со своим гостем к подножию горы. Вскоре они разошлись по своим делам. Цинь Му отправился в Павильон Слушания Дождя на аллее Цветочной.

Фу Цинюнь в спешке с ним поздоровалась:

— Владыка культа…

Юнец поднял руку, давая понять, что формальности излишни. Внезапно в его теле раздался громкий хруст, и каждая кость скелета изменила своё местоположение. Парень становился всё выше и выше, превращаясь в длинного, но худощавого человека. Он начал походить на варвара из-за Великой Стены.

Фу Цинюнь была шокирована: «Техника создания? Интересно, какое из семи писаний он использует?»

Тело Цинь Му начало излучать слабое золотое сияние. Парень переоделся в робу грубого пошива и достал Пагоду Тысячи Знамён из своего рюкзака Таоте. Подняв трёхметровый артефакт ввысь, он начал неистово им вертеть, извлекая звенящий звук. Вскоре внутри пагоды раздался тихий голос будды.

— Мастер Чертога Фу, оставайся здесь и не делай ничего лишнего. Ожидай моих дальнейших инструкций.

Потащив Пагоду Тысячи Знамён за собой, Цинь Му покинул Павильон Слушания Дождя. Затем он вышел из аллеи Цветочной и отправился во Дворец Монастыря Наньто.

Это здание было поместьем Великого Наставника Наследного Принца. Монастырь Наньто был одной из сект буддистского пути, уступая по величию лишь Монастырю Великого Громового Удара. С тех пор, как Сунь Наньто дал присягу имперскому двору, монастырь стал одной из самых сильных сект под крылом Империи Вечного Мира.

Сунь Наньто отлично владел буддистскими техниками и был праведным человеком. Он яростно ненавидел зло и был известен, как архат. Как только мужчину назначили Великим Наставником Наследного Принца, а его секта присоединилась к империи, остальные монастыри были вынуждены пойти тем же путём, так что его вклад в развитие страны нельзя было недооценить.

После того, как Сунь Наньто переименовал поместье Великого Наставника Наследного Принца в Боковой Дворец Наньто, это место стало главной резиденцией секты. Вокруг блуждали монахи, пришедшие послушать лекцию, кроме того, сюда зачастую приходили женщины из семей королей, герцогов и министров, чьи сердца были расположены к буддизму.

Тем не менее, зачастую эти женщины были невероятно одинокими, и некоторые из них приходили сюда с не слишком чистыми намерениями, вступая в интимные связи с монахами ради прославления будды и избавления от скуки. В Боковом Дворце даже жило несколько старых женщин, воспитывающих молодое поколение монахов, что тоже не сулило ничего хорошего, хоть и было нормой для столицы.

Старые монахи, занимающие высокие должности, могли заводить себе горничных, которые были вынуждены петь днями напролёт, вызывая неоднозначную реакцию у горожан.

Несмотря на то, что Сунь Наньто прекрасно знал о грешках своих подчинённых, он был слишком занят своими имперскими обязанностями и заботами, чтобы разбираться с ситуацией. Кроме того, столичные нормы поведения были более открытыми, а женщины смелыми. Даже матушка императора имела любовника, поэтому старик не слишком волновался по этому вопросу.

Император неоднократно предлагал Сунь Наньто найти себе жену, но тот три раза отказывался. Однако согласившись на четвёртый, он стал наполовину монахом, наполовину светским человеком, потеряв моральное право в чём-то обвинять своих последователей.

В Боковом Дворце Наньто постоянно происходили отвратительные вещи, на которые мужчина всегда закрывал глаза, однако, он всё равно искренне ненавидел зло и не скрывал свою неприязнь к чиновникам, следующим дьявольским путём, постоянно понося их в имперском дворе.

В этот день, неподалёку от Монастыря Наньто поднялся какой-то шум. Монахи и ученики выбегали на улицу один за другим, громко крича:

— Там кто-то продаёт важный артефакт Буддизма! Пагода Тысячи Знамён, артефакт, созданный для усиления нашей техники Духовного Сокровища Неподвижной Медитации. Это реликвия была потеряна несколько сотен лет назад!

Вскоре все покинули Боковой Дворец, действительно увидев перед собой наследственное сокровище Монастыря Наньто, Пагоду Тысячи Знамён. Толпа монахов окружила округу, перегораживая целую улицу. Среди них также стояло несколько женщин.

Пагода возвышалась над толпой, сверкая тысячей своих частей. Каждая из них была вырезана из нефрита и состояла из семи слоёв, на которых находились цилиндры, разрисованные странными текстами. Цилиндры могли вертеться вокруг своей оси, и в этот момент буквы на них начинали светиться, сопровождаясь голосом будды.

Внутри каждого цилиндра находилось сокровище: нефритовое ожерелье, шарира, лампа, топаз и тому подобное.

Тысяча знамён были соединены воедино, формируя огромную башню. Наследное сокровище Монастыря Наньто, Пагода Тысячи Знамён, считалась давно потерянной в какой-то передряге, поэтому никто из монахов не ожидал увидеть её снова, однако, теперь все они были красными от зависти, думая лишь о том, как заполучить её обратно.

Однако они находились в столице империи, поэтому не смели принимать поспешных решений. Пагоду Тысячи Знамён продавал молодой парень, выглядящий как представитель инопланетной расы. Он стоял под артефактом, приводя его в действие.

Сокровище изначально не было слишком огромным, его знамёна имели лишь семь сантиметров в высоту. Однако в руках юноши оно приняло свою истинную форму, каждое знамя выросло в длине до трёх метров, отчего вся конструкция теперь имела больше пятидесяти метров в высоту. Её цилиндры постоянно вертелись, а текст на них ярко сиял, создавая удивительное зрелище.

Вдруг прогремел голос варвара:

— В моей скромной семье по наследству передаётся важное сокровище, которое я готов отдать избранному человеку. Я из прерий за пределами Великой Стены, шаман из Дворца Золотой Орхидеи. Ваш артефакт достался мне от моего предка, который получил его в качестве благодарности за спасения монаха. Цель моего визита в Империю Вечного Мира — найти избранного и отдать ему это сокровище.

— Старший брат Юань Цзин, кажется, это и вправду наследное сокровище Монастыря Наньто, разве не так? — какой-то монах прошептал на ухо своему соседу.

Несмотря на то, что старший брат Юань Цзин не был очень старым, он всё-таки был прямым учеником Сунь Наньто и занимал высокую должность. Тренируясь вместе с лидером на протяжении многих лет, он стал тесно знаком с историей монастыря и сразу же кивнул головой:

— Да, ты прав, это Пагода Тысячи Знамён! Вытесанный на ней текст — писания Архата Наньто, благословления лидеров прежних поколений.

Взгляд Юань Цзин отвернулся, и мужчина внезапно прокричал:

— Ты, варвар, это сокровище нашего монастыря, быстро верни его сюда!

Посмотрев в его сторону, Цинь Му ответил:

— Монах, оно попало в мои руки по желанию твоего старшего, так что по праву принадлежит мне. Я готов отдать его лишь избранному человеку.

— Как определить, кто из нас избранный? — засмеялся молодой монах.

Монах Юань Цзин посмотрел на него и удивился. Говорящий имел схожие с ним черты лица и тоже был прямым учеником лидера, по имени Юань Фэн. Они даже успели несколько раз сразиться между собой из-за женщины. С виду они оба казались милыми и вежливыми, однако, на самом деле сильно друг друга недолюбливали.

Было очевидно, что монах Юань Фэн тоже мечтал заполучить Пагоду Тысячи Знамён и завоевать уважение Сунь Наньто, и, возможно, вообще стать его любимцем.

Цинь Му отложил Пагоду Тысячи Знамён в сторону и торжественно сказал:

— Моя скромная персона пришла из-за пределов Великой Стены, поэтому, когда я увидел удивительную Империю Вечного Мира, моё сердце наполнилось восхищением, и я поверил, что это место берёт свою славу от его невероятных мастеров. Пагода Тысячи Знамён не обычное сокровище, и я хочу использовать его, чтобы получить шанс встретиться с героями империи. Если кто-то из моей области совершенствования сможет меня одолеть, я с радостью отдам свой артефакт.

Вэй Юн и Герцог Вэй покинули поместье и прибыли в Боковой Дворец Наньто. Старик оглянулся и покачал головой, улыбаясь:

— И что интересного мы здесь увидим? Разве это не очередной мерзавец из Дворца Золотой Орхидеи, ищущий проблем с Монастырём Наньто?

Его голос был настолько громким, что слова старика услышал каждый человек в радиусе нескольких улиц. Но это были как раз те улицы, где жили короли, герцоги и министры. Услышав сказанное герцогом Вэем, они вышли на улицу, всего лишь за несколько секунд вызывая настоящий хаос.

Монахи Монастыря Наньто видели, как увеличивается количество зрителей, из-за чего стало нельзя просто украсть сокровище. Монах в жёлтой робе улыбнулся:

— Как только мы одолеем тебя в бою, пагода станет принадлежать нам?

Несмотря на то, что Герцог Вэй не был слишком заинтересован в происходящем, он всё равно громко кричал:

— Лысый, он сказал, что противник должен находится с ним в одной области, нельзя нарушать этого правила! Где Сунь Наньто? Его сокровище появилось из ниоткуда, на какой женщине он застрял?

Вэй Юн недоумевал, осматриваясь вокруг и думая про себя: «Откуда брат Цинь знал, что здесь что-то произойдёт? Где он?»

Цинь Му проговорил:

— Как только вы сможете одолеть мою скромную персону, можете забирать Пагоду Тысячи Знамён. Однако хоть мир за пределами Великой Стены не столь богат как ваша империя, он всё равно на многое способен.

Монах в жёлтом собрался сделать шаг вперёд, когда Юань Цзин выпрыгнул перед ним и с улыбкой проговорил:

— Я заберу пагоду! Старший брат, перед тобой Юань Цзин из области пяти элементов, могу я узнать твоё имя?

Цинь Му торжественно ответил:

— Дворец Золотой Орхидеи, Паньгун Цо из области Пяти Элементов!

Энергия Юань Цзина вырвалась наружу, когда он начал исполнять технику Духовного Сокровища Неподвижной Медитации. Из тела монаха вырвались яркие лучи, а за его спиной появился огромный призрак будды. Огромное существо имело тысячу рук, в каждой из которых держало сокровище. Среди них были цветные кубки, нефритовые лампы, лук, стрела, и всякое другое.

Внезапно гигантский будда слился с телом Юань Цзина и исчез. Лучи продолжали светить из его тела, а рука начала создавать мудру сокровищ. Парень сделал шаг вперёд, и в его руке появился яркий кубок. Его рука ослепительно засияла, замахиваясь в сторону Цинь Му.

Это была сильная сторона техники Духовного Сокровища Неподвижной Медитации. Буддистский навык был известен, как тысяча сокровищ, так как те, кто совершенствовал его до области Небожителя, могли создавать будду с тысячью сокровищ, владеющего невероятной мощью. Те же, кто ещё не достиг области Небожителя, могли превратить тысячу сокровищ в мудры, каждая из которых была уникальной, имея особую силу и предназначение.

Несмотря на то, Юань Цзин был всего лишь в области Пяти Элементов, его совершенствование было очень высоким, и он успел овладеть несколькими сотнями мудр из своей техники. Кроме того, навык позволял совершенствовать Тело Архата. Обретая прочность бриллианта, защита практика становилась столь сильной, что пробить её оружием было почти невозможно.

Мудра монаха послала лучи света во всех направлениях. В радиусе десяти метров вокруг его руки сформировалась область, напоминающая кубок. Всё это сопровождалось тихими нашёптываниями будды, выглядя довольно необычно.

Цинь Му стоял на месте. Внезапно он поднял руку, после чего резко её опустил. С громким хлопком, яркий кубок, будда и мудра разлетелись вдребезги. В земле появилась огромная дыра, внутри которой лежала кучка пепла, оставшаяся от тела Юань Цзина.

Монахи вскочили в шоке, в то время как Герцог Вэй начал закручивать свои усы, заметив что-то подозрительное:

— Хоть варвар и ударил довольно неожиданно, его совершенствование всё равно выглядит неестественно сильным… Как его зовут?

Вэй Юн сразу же ответил:

— Паньгун Цо, кажется.

Герцог Вэй пробормотал себе под нос:

— Что-то здесь не так. Данная техника не похожа на Великие Шаманские Писания Жуда…

Глава 214. Великие Шаманские Писания Жуда

— Мог ли этот Паньгун Цо изменить Великие Шаманские Писания Жуда? Я сражался с экспертами Дворца Золотой Орхидеи раньше, и их техники требовали души для развития. Несмотря на то, что их тела были развиты до состояния сияния золотом, большинство их техник для нападения использовали души. Между тем сей молодой варвар вместо этого идёт по пути закалки физического тела. Его техника также немного отличается от Великих Шаманских Писаний Жуда, она слишком жестока… — озадаченно проговорил Герцог Вэй.

В конце концов он был высокопоставленным чиновником первого ранга, кем-то на уровне владыки культа. Старик моментально подметил экстраординарность “Цинь Му”, однако, даже с его невероятными познаниями он понял только то, что Великие Шаманские Писания Жуда “Цинь Му” лишь немного отличались от оригинала. Он не мог знать, что Цинь Му на самом деле использует технику создания Небесного Бога.

Каждые Семь Писаний Создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей имели свои собственные уникальные стороны. Техника создания Небесного Бога была в состоянии подражать технике других людей. К примеру, бабушка Сы, однажды показывав эту технику, превратилась в Лорда города Пограничный Дракон Фу Юньди, выдавая себя за настоящего Лорда.

Цинь Му убил монаха Юань Цзина одной ладонью, из-за чего все остальные монахи вокруг возмутились несправедливостью.

— Ты забрал наследное сокровище нашего Монастыря Наньто и убил одного из нас. Ты действительно думаешь, что среди нас нет того, кто выйдет против тебя? Я, Юань Шань, сражусь с тобой… — встав, сказал было очередной монах, но Цинь Му протянул руку и схватил его, испустив во время движения треск грома. Прежде чем монах закончил свою речь, он упал плашмя на землю. Его тело было в порядке, на нём не было ран, а сердце всё ещё билось. Несколько монахов сразу же вышли вперёд и проверили его дыхание. Монах Юань Шань по-прежнему дышал, но его глаза были закрыты.

— Нет необходимости проверять, его душа рассеялась. Она погасла с моей скромной помощью, — сказал Цинь Му.

— Разве ты не говорил, что это испытание силы? Почему ты наносишь смертельные удары один за другим? — группа монахов закричала в ярости.

— Это правило действует только за пределами Великой Стены. Я думал, что люди Империи Вечного Мира воистину храбрые, но мне никогда не приходило в голову, что вы все избалованы до такой степени, что боитесь смерти. Кажется, я ошибся, и должен положить эту Пагоду Тысячи Знамён обратно во Дворец Золотой Орхидеи. Среди всех вас нет ни одного достойного, — равнодушно проговорил Цинь Му.

— Самонадеянно! — один из монахов сердито выкрикнул и взмахнул посохом вперёд. На нём было девять обручей с девятью сокровищами. С размахом раздался звон, который мог потрясти душу человека.

Цинь Му стоял неподвижно, словно позволяя монаху ударить себя по голове посохом. Только когда монах подошёл ближе, он схватил его посох и сильно потянул к себе, отчего обе руки монаха изодрались в кровь.

— И это всё? — Цинь Му швырнул посох обратно, пронзив сердце монаха и пригвоздив к полу.

От подобного зрелища Герцог Вэй, качая головой, сказал:

— Монахи из Монастыря Наньто только и знают, как есть и пить. Они живут, как принцы на протяжении многих лет, отчего разница между ними теперь слишком велика. Ни один из них ему не ровня. Шаманские заклятия Дворца Золотой Орхидеи странные. Они могут уничтожить душу противника, но что-то здесь не так. Я никогда раньше не видел их в деле. Мог ли Великий Шаман создать какое-то новое божественное искусство?

Вэй Юн всё ещё не мог найти Цинь Му, гадая про себя: «Он сказал мне прийти и посмотреть на что-то интересное, но куда запропастился сам?»

Несколько монахов среднего возраста вышли из Монастыря Наньто с мрачными выражениями лиц, после чего один из них серьёзно скомандовал:

— Отправляйтесь в Верховный Суд, чтобы сообщить о происшествии, и приведите власти арестовать его! Так же один из вас должен пойти во дворец наследного принца и пригласить лидера!

Монахи один за другим спешно разбежались исполнять приказы.

Верховный Суд отвечал за расследования, поэтому Монастырю Наньто не было нужды сражаться на смерть с Цинь Му. Им нужно было только, чтобы власти вышли против него и бросили его в тюрьму. Таким образом Пагода Тысячи Знамён вернётся в монастырское лоно. Поскольку Цинь Му убил людей в столице, для Верховного Суда было естественно выступить и расследовать это событие. Кроме того, в последнем также состояли люди из Монастыря Наньто, что облегчало ситуацию.

****

— Лидер, всё очень плохо, кто-то пришёл, чтобы разгромить наш Монастырь Наньто! — крикнул монах, поспешно вбежав во Дворец Наследного Принца.

Сунь Наньто был, подобно огромному Будде, сидящему скрестив ноги. Услышав сказанное монахом, он открыл глаза и посмотрел в сторону наследного принца, которым оказался мужчиной средних лет, выглядящий немногим моложе Императора Яньфэна.

— Может быть пришли отомстить дьяволы Небесного Дьявольского Культа? — закрутив свои усы вокруг пальца, проговорил наследный принц.

— Это не Небесный Дьявольский Культ, это ученик из Дворца Золотой Орхидеи по имени Паньгун Цо, — монах покачал головой, затем добавил. — Он притащил с собой наследное сокровище Монастыря Наньто, которое было потеряно несколько сотен лет назад, — Пагоду Тысячи Знамён. Он сказал, что отдаст его достойному человеку. Наши старшие и младшие братья бросили ему вызов и были убиты без каких-либо объяснений. Он уже убил многих наших людей.

— Вы, ребята, не изучаете буддийские навыки и опьянены женщинами с вином, поэтому-то и проиграли. Тем не менее, Пагода Тысячи Знамён наследное сокровище нашей секты Наньто, которое было потеряно несколько сотен лет назад за Великой Стеной. Мы должны вернуть его, — помрачнев в лице, сурово сказал Сунь Наньто.

— Великий Наставник, Небесный Дьявольский Культ не так давно потерял двух Небесных Королей, — наследный принц слегка нахмурился и продолжил. — Теперь, когда ученик Дворца Золотой Орхидеи внезапно появился, может ли это быть ловушкой? Я слышал, что, таясь на протяжении более сорока лет, Небесный Дьявольский Культ, всё же, породил нового Владыку. Но мы по-прежнему ничего не знаем о его происхождении…

— Ваше Высочество, Ваша информация немного устарела. Мы знаем кто это. Я получил известие из Монастыря Великого Громового Удара, что этот новый Владыка — простой имперский академик. Его фамилия Цинь, а имя Му, и он является тем самым отвергнутым из Великих Руин. Не так давно Его Величество повысил его официальный статус, сделав вельможей дворца пятого ранга, — поднялся и равнодушно сказал Сунь Наньто.

— Так это действительно он! — воскликнул в изумлении наследный принц и продолжил. — Несмотря на то, что новый Владыка Небесного Дьявольского Культа молод, в культе всё ещё есть сильные практики и мудрые люди, поэтому всё не так просто. Великий Наставник я не думал, что Вы всё ещё будете иметь контакт с Монастырём Великого Громового Удара. Не могли бы Вы договориться о встрече?

— Проще простого! Старый Жулай также хочет встретиться с Вами, — выходя на улицу, сказал Сунь Наньто.

— Я последую за Вами, чтобы взглянуть на этого Паньгун Цо. Я хочу узнать откуда же он… Из Дворца Золотой Орхидеи или всё же Небесного Дьявольского Культа, — улыбаясь говорил принц, шагая за Сунь Наньто.

Немногим позже выдвинулись дознаватели из Верховного Суда. Когда же они встретили Герцога Вэя, то сразу поприветствовали его.

— В прошлом император отдал приказ, что имперский двор будет принадлежать имперскому двору, а боевой мир будет принадлежать боевому миру. Это недовольство боевого мира, так что нет необходимости вмешиваться Верховному Суду. В противном случае со всеми непрекращающимися войнами боевого мира, мог бы Верховный Суд справиться с такой нагрузкой? Мы вновь встретимся, когда умрёт чиновник имперского двора. Лорд Сунь, Ваше Высочество, присоединяйтесь к веселью! — сказал громким голосом Герцог Вэй, увидев краем глаза, как Сунь Наньто и наследный принц подходили к нему.

— Великий Наставник, будет лучше, если мы уйдём. Если мы так не поступим, громкий рот Герцога Вэя будет без умолку болтать, пока вся столица не узнает об этом. Если подумать, пришло время изменить то правило, которое отец установил тогда, — улыбаясь сказал принц.

Правило, о котором упомянул Герцог Вей, было, по своей сути, договором, который император заключил со всеми большими сектами в прошлом. Они решили, что имперский двор будет принадлежать имперскому двору, в то время как боевой мир будет принадлежать боевому миру, не мешая друг другу. Хотя монахи из Монастыря Наньто были учениками Великого Наставника Наследного Принца Сунь Наньто, большинство из них не имело официальной позиции, так что они могли быть классифицированы только, как люди из боевого мира. Сунь Наньто и наследный принц, как и остальные встали на сторону Герцога Вэя. Пока они разговаривали, Цинь Му убил несколько монахов, что вызвало ярость со стороны Дворца Наньто.

— Герцог, Ваше Высочество, Лорд Сунь! — с улыбкой подходя к ним, говорил Лорд Янь Чжигуй.

— О, это же Лорд Янь! В настоящее время ты довольно популярный человек, и являешься приближённым императора и вдовствующей императрицы, — сказал Герцог Вэй.

— Герцог Вэй шутит. Лорд Сунь, что случилось? — незамедлительно продолжил Лорд Янь.

— Монастырь Наньто находится в беде. Судя по всему, человек, который на него напал, жаждет мести, — ответил Лорд Сунь.

Ещё несколько высокопоставленных чиновников имперского двора подошли, в то время как один из них заговорил:

— Монастырь Наньто подвергался критике в последние годы за похождения по женским дворам в семьях королей, герцогов и министров. Множество министров негодовали и жаловались, но им было стыдно вдаваться в детали, поскольку это повлияло бы на их репутацию. На этот раз, я думаю, они все наслаждаются суматохой вокруг. Никто из них не хочет в это ввязываться. О, Лорд Сунь тоже здесь.

Все они были высокопоставленными чиновниками имперского двора первого или второго рангов и намеренно действовали так, как будто не видели Сунь Наньто, совершенно не считаясь с его репутацией.

Сунь Наньто оставался непоколебим, пока смотрел на Цинь Му. Наследный принц также оценивал парня и пытался увидеть происхождение его техники.

— Отправь практика божественных искусств с запечатанным Божественным Сокровищем Шести Направлений. Затем он распечатает его в середине боя и нанесёт смертельный удар! Мы убьём его прямо сейчас! — приказал Сунь Наньто.

— Юань Кун, ты пойдёшь. Мы уже и так достаточно сильно посрамили себя, так что не будет никакой разницы, если опозоримся ещё немного. Во что бы то ни стало, но мы должны вернуть Пагоду Тысячи Знамён! — прошептал монах средних лет.

Монах Юань Кун услышал приказ, тут же запечатав своё Божественное Сокровище Шести Направлений и выдвинувшись бросать вызов Цинь Му. Его совершенствование на голову превосходило монаха Юань Цзина. Стоя прямо и вращая руками, он был подобен нерушимому тысячерукому будде. Это был другой подход, но столь же чудесный как Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды.

Цинь Му ринулся в атаку и услышал раскат грома. Они оба нанесли одновременные удары кулаками, отчего вокруг них разразились свирепые штормы, бушующие во всех направлениях и развевая одежды каждого.

Треск послышался от тела Юань Куна, когда он деревянной куклой рухнул на землю. Все его кости были разрушены, а сам он был убит прежде, чем смог вовремя вскрыть Божественное Сокровище Шести Направлений! Гневно буравя взглядом врага, большинство монахов Монастыря Наньто вели себя так, словно своими криками хотели разорваться Цинь Му на куски. Однако все они были перекрыты монахом средних лет.

— Великие Шаманские Писания Жуда из Дворца Золотой Орхидеи настолько сильны! Ещё один великий монах убит! — восхищённо захлопав ладошами, громко закричал Герцог Вэй.

— Великие Шаманские Писания Жуда? — слегка нахмурившись, тихо сказал Сунь Наньто.

Он никогда раньше не встречал экспертов Дворца Золотой Орхидеи и никогда не видел такой техники. С другой стороны, Герцог Вэй раньше уже ходил к западным границам и сталкивался с Шаманами Королями Дворца Золотой Орхидеи.

Наследный принц задумался: «Я слышал, что шаманы Дворца Золотой Орхидеи используют свои души для совершенствования, превращаясь в наполовину людей и наполовину демонов, имеющих всевозможные преобразования».

Между тем вперёд вышел другой монах Монастыря Наньто и сразу же распечатал Божественное Сокровище Шести Направлений, желая исполнить свои божественные искусства. Он нечестно подкрался к Цинь Му и положил мудру ему на грудь. Монах использовал свою область Шести Направлений, благодаря чему, когда наружу вырвались божественные искусства, его сила возросла экспоненциально!

Вышедший монах оказался даже сильнее, чем Юань Кун и развил более четырёхсот сокровищ из тысячи возможных техники Духовного Сокровища Неподвижной Медитации. В его арсенале было более четырёхсот мудр, которых он неприменул использовать одну за другой. Аура Будды мгновенно засияла яркими цветами. Монах был похож на разгневанного Будду, подчиняя демонов и дьяволов под хвалебные вопли толпы.

— Превосходные умения, монах Юань Юэ! — с видом полной влюбленности, воскликнул женщина из какой-то семьи. Однако в то же время тело Цинь Му затряслось, преобразовываясь в форму бога с бычьей головой, человеческим телом и бычьими копытами. Излучая всем телом золотое сияние, он наступил на двух драконов. Меж его бровей появились глаза быка, из которых выстрелил пламенный всполох, в итоге разрезавший шею монаха Юань Юэ.

Монах чувствовал, что летит назад, однако, за миг до погружения в вечную тьму, перед его глазами предстала ужасающая картина… а именно его собственное обезглавленное тело, фонтанирующая кровью из места, где некогда находилась его голова.

Отсечённая голова приземлилась в пышные груди женщины, с лица которой ещё не успела сойти маска влюблённости, но, уже в следующий момент, она мертвецки побледнела и, взвизгнув в испуге, упала в обморок.

Цинь Му, дважды качнув хвостом, хлестанул себя по ягодицам, отчего те неестественно покраснели.

— Это должен быть Великие Шаманские Писания Жуда из Дворца Золотой Орхидеи. Однако зачем ему было шлёпать себя по ягодицам? Может это какое-то странное заклятие? — в недоумении спросил наследный принц.

Глава 215. Резня на ночном рынке

Герцог Вэй увидел, как Цинь Му возвращается к своей обычной форме и был слегка сбит с толку. Он посмотрел в сторону поместья Имперского Наставника и подумал про себя: «Имперский Наставник, этот угрюмый мужик, кажется, когда-то совершенствовал подобную технику. Помню, как он принимал подобную форму… Странно, старина Имперский Наставник не вышел поинтересоваться происходящим. Неужели горничным императора удалось высосать из него все соки?»

«Паньгун Цо на самом деле ученик Дворца Золотой Орхидеи?» — колебался Сунь Наньто. Дворец Золотой Орхидеи был самой сильной сектой за пределами Великой Стены, и её члены называли себя шаманами. Они совершенствовали дьявольские заклятия, использовали души для улучшения своих способностей и изменяли форму своих тел, становясь непохожими ни на человека, ни на демона.

Однако то, что продемонстрировал Цинь Му, называлось превращением бога. Среди практиков, достигших области Пяти Элементов, были немногие, кому удавалось познать искусство такого превращения. Имперский Наставник, монстр этого времени, постоянно жаловался на то, что в Имперском Колледже не преподавали столь сильного искусства. Однако проблема была не в том, что учителя не хотели делится своими знаниями. На самом деле, среди дирекции было очень мало людей, владеющих превращениями области Пяти Элементов.

Более того, превращение в форму бога Цинь Му было не совсем обычным. Даже Имперский Наставник Вечного Мира был крайне удивлён, увидев, что кроме превращения физического тела, юноша умудрился изменить структуру своей Ци, души и духа. Даже его аура начала слегка напоминать божественную, что было крайне неожиданно.

Например, когда Цинь Му принимал форму огненного бога, между его бровей появился бычий глаз. Из него вырвался поток пламени, отрубивший голову монаху Юань Юэ. Это было божественное искусство, созданное телом, Ци, душой и духом, принявшими божественную форму.

Даже если обычный практик боевых искусств умудрялся постичь превращение в форму бога, он принимал бы совсем не такую форму, как Цинь Му. Кроме того, он бы не смог исполнять такие же движения, какие только что продемонстрировал юноша.

Если сам Имперский Наставник не понимал всего происходящего, то, естественно, Сунь Наньто, наследный принц и остальные люди вокруг тоже не могли ничего понять. Они просто думали, что перед ними дьявольское превращение Дворца Золотой Орхидеи, и удивлялись силе Великих Шаманских Писаний Жуда.

— Лорд Сунь, многие твои последователи нашли свою смерть, может, тебе стоит лично бросить вызов этому парню? — спросил Герцог Вэй, качая головой. — Ты должен это сделать и разобраться с варваром. Только в этом случае репутацию Монастыря Наньто можно будет спасти. Твои ученики просто-напросто слишком слабы. Один из них только что использовал Божественное Сокровище Шести Направлений, но его противник из области Пяти Элементов всё равно отрубил бедолаге голову. Это унизительно.

Глаза Сунь Наньто нервно забегали, но он проигнорировал слова старика. Рот герцога Вэя мог проглотить целое небо, поэтому, если он ответит, тот найдёт способ заставить его бросить вызов Цинь Му.

Но он ни за какую цену не позволил бы себе так поступить. Сунь Наньто не был уверен, что сможет одолеть юношу, находясь с ним в одной области. Хоть он и идеально владел тысячей мудр из техники Духовного Сокровища Неподвижной Медитации, техники Монастыря Наньто было недостаточно, чтобы справиться со столь сильным противником.

Если он решил бы использовать своё божественное сокровище Шести Направлений, старик Вэй определённо бы это заметил, и, если бы он захотел кому-то об этом рассказать, ужасный позор был бы неизбежным. А сомнений в том, что Вэй захочет кому-то об этом рассказать, не возникало. Между тем наследный принц проговорил низким тоном:

— Великий Наставник, у меня есть несколько хороших бойцов, может они помогут нам справиться с этим варваром?..

Сунь Наньто покачал головой, а затем ответил:

— Я думаю, где спрятался хранитель этого парня.

— Хранитель? — наследный принц не понял о чём тот говорит.

Сунь Наньто оглядывался вокруг, говоря:

— Возможно, Ваше Высочество не слышал о таком раньше. Но любой, кто пришёл блокировать врата, должен иметь с собой хранителя. Это сделано для того, чтобы избежать грубых нарушений правил. К примеру, когда секта Дао блокировала врата Имперского Колледжа, Дань Янцзы был хранителем Даоцзы. А когда к нам пришёл Монастырь Великого Громового Удара, безопасность Фоцзы гарантировал старый монах Цзин Мин. Раз этот варвар столь смел, с ним определённо должен быть хранитель из Дворца Золотой Орхидеи. Это существо уровня владыки культа! Только найдя его, можно будет сохранить лицо Монастыря Наньто.

Мужчина понимал, что своей ненавистью ко злу он перешёл дорогу многим министрам. Кроме того, учитывая вредные привычки монахов Монастыря Наньто, в столице было полно людей, ждущих, когда же Сунь Наньто сделает из себя дурака.

Если он хотел решить возникшую проблему, лучшим способом было бы найти хранителя этого сорванца и убить его справедливым и эффектным образом. В таком случае, судьба юноши уже не будет иметь какого-либо значения.

Внезапно Сунь Наньто пошёл в сторону “варвара”, и заметившие это монахи сразу же удивились и обрадовались, уступая ему дорогу.

Цинь Му стоял неподалёку от Бокового Дворца Наньто, наблюдая как монахи утаскивают валяющиеся вокруг трупы. С момента его прибытия, более десятка смельчаков нашли свою смерть, и остальные люди монастыря смотрели на него с лютой ненавистью, однако, не смели бросать вызов.

Как только они заметили, что сам Сунь Наньто идёт навстречу юноше, в их сердцах проснулась надежда. Старик поднял голову и посмотрел на Пагоду Тысячи Знамён дрожащим взглядом:

— Откуда у тебя смелость притащить наследное сокровище Монастыря Наньто, несколько сотен лет назад украденное Дворцом Золотой Орхидеи, обратно к порогу его владельцев, и заблокировать их врата?

Цинь Му покачал головой:

— Я пришёл продать сокровище избранному человеку, а не блокировать ваши врата. Если остались желающие заполучить пагоду, можете бросать мне вызов. Как только найдётся избранный, я с радостью отдам артефакт. Великий монах, если у тебя есть достаточно сил, можешь победить меня в бою и взять своё сокровище. В противном случае, не мешай мне заниматься моим делом.

Внезапно с улыбкой на лице подошёл наследный принц:

— Ты сказал, что собираешься продать сокровище. В таком случае, ты должен назвать цену. Можно поинтересоваться сколько ты хочешь?

Цинь Му повернулся в его сторону, отвечая:

— Конечно, цена есть.

Выражения лиц монахов Монастыря Наньто резко изменились, а сердца заполнились злостью. Если сокровище можно было купить, какой был смысл во всех этих смертях?

Настрой наследного принца Вечного Мира улучшился, и его улыбка стала ещё шире:

— Сколько ты хочешь? Называя любую сумму, в этом мире нет ничего, что я не мог бы купить.

Лицо Цинь Му приняло милое выражение:

— Цена не слишком высока. Я хочу сто летающих кораблей с командой. Кроме того, мне нужны две сотни облачных колесниц. Можно обойтись без силачей в золотых доспехах, за пределами Великой Стены полным-полно сильных мужчин.

Лицо наследного принца немедленно помрачнело:

— Ты шутишь?

Летающие корабли и облачные колесницы были военными механизмами, важным оружием армии Империи Вечного Мира. Их изобрёл Имперский Наставник вместе с группой очень сильных практиков. Колесницы были чрезвычайно эффективным приспособлением для осады городов, поэтому такая сделка посчиталась бы изменой. Даже если её проведёт сам наследный принц, император всё равно велит его казнить!

Цинь Му безразлично сказал:

— Если наследный принц не может позволить себе купить мой товар, прошу не мешать мне заниматься своим делом.

Лицо принца ещё сильнее помрачнело.

— Я отдам сокровище избранному, — торжественно проговорил Цинь Му. — Те, кто считают себя способными меня победить, прошу подходить. Моя скромная персона останется здесь на три дня. Если за это время избранный не найдётся, я пойду обратно к Великой Стене.

«Три дня? — думал про себя Сунь Наньто, продолжая оглядываться в поисках хранителя, но безрезультатно. — За это время, я определённо найду, где он прячется».

Монахи Монастыря Наньто не решались бросить вызов, поэтому Цинь Му пришлось сесть посреди улицы и спокойно ждать. Люди, наблюдавшие за происходящим, начали постепенно расходится по домам. Короли, герцоги, министры оставили своих слуг для слежения за ситуацией. Герцог Вэй притащил Вэй Юна к поместью Имперского Наставника и постучал в дверь. Вскоре, к ним вышел старик Фу:

— Герцог, что случилось?

— Где Имперский Наставник?

— Старый мастер отправился с мадам в живописный тур.

— М-мадам? Что за мадам? — начав заикаться, вскочил Герцог Вэй.

— Герцог Вэй, возможно, не знал, что после того, как император наградил наставника сотней своих горничных, старый мастер стал очень счастлив. На следующее утро он сошёлся с одной из них, и в тот же день женился и исполнил свой супружеский долг. Проснувшись, он покинул поместье вместе с мадам, и они уже давно находятся за пределами города.

Тело герцога начало неистово дрожать, лицо странно скривилось, а заикание усилилось:

— И-имперский Наставник ж-женился, и вправду ж-женился… Я думал, что у эт-того парня нет никаких эм-моций… Никогда не ож-жидал, что он женится… Вот засранец, даже не сказал мне!

Старик Фу улыбнулся:

— Старый мастер сказал, что хочет, чтобы всё было по-простому. Он даже не стал сообщать императору.

Герцог Вэй легко вздохнул:

— Ну да, он такой бедный, что даже банкет не смог организовать. Я прикажу своим слугам отправить сюда каких-то подарков. Наставник не говорил, когда вернётся?

Фу покачал головой, на что Герцог снова вздохнул и пробормотал себе под нос:

— У нас проблема с одним варваром, но, раз он сказал, что проведёт здесь три дня, можно не спешить. Я подожду, пока Имперский Наставник не вернётся.

Наступила ночь, цветочное фонари всевозможных форм зажглись по всему городу. Открылись ночные рынки, и улицы постепенно заполнялись движением. Герцог Вэй отправил Вэй Юна осмотреться, и вскоре тот вернулся:

— До нового года осталось меньше месяца, поэтому большинство торговцев продают праздничные подарки.

— Это не странно. Давай прогуляемся.

Старик с сыном гуляли по ночному рынку, встречая многих молодых дам из влиятельных семей, покинувших свои покои. Все они были хорошо одеты и держали в руках огромные веера. Наслаждаясь видом цветочный фонарей, они зачастую прятали лица, заметив на себе взгляд молодого мужчины. Тем не менее, они продолжали с интересом разглядывать этих мужчин сквозь ткань вееров.

Вэй Юн принадлежал к старой семье Вэй, и его отношения с отцом были не слишком тесными. Лишь когда юноша прославился на весь Имперский Колледж, окружающие начали смотреть на него, как на равного. Пока они прогуливались, Герцог Вэй давал ему советы по совершенствованию.

Продолжая разговаривать, они проходил мимо Монастыря Наньто, когда старик Вэй внезапно замер, не обнаружив силуэта Паньгун Цо возле ворот. Он видел лишь монахов, выбегающих из монастыря, над которыми возвышался Сунь Наньто. Кроме того, с ними были несколько стражников и надзирателей. Какой-то монах взволновано прокричал:

— Лидер варвар тайком сбежал, спрятавшись на рынке. Я отправил несколько братьев, чтобы схватить его!

— Неплохо. Тот варвар заставил нас поверить, что останется здесь на три дня, поэтому мы не ожидали, что он сбежит первой же ночью!

— Старшие братья, ведущие преследование, не позволят ему далеко сбежать!

Лицо Сунь Наньто казалось абсолютно спокойным. Он приказал монахам следовать за ним и сразу же сорвался с места, глубоким голосом проговорив:

— Мы сделаем свой ход за пределами города.

Глаза Герцога Вэя загорелись, и он, зашагав вперёд вместе с Вэй Юнем, улыбнулся:

— Сунь Наньто, этот старикан всегда пытался казаться святошей. Я никак не ожидал, что он окажется таким подлым и злым человеком. Если он убьёт варвара в столице, люди начнут его критиковать, однако, если он сделает своё дело за городом, никто не узнает о случившемся. Идём за ними, я хочу посмотреть, как монахи убивают.

Вэй Юн вместе с отцом начали идти по следам сильных практиков Монастыря Наньто, направляясь к выходу из города. Время от времени из толпы монахов кто-то проталкивался, чтобы сообщить лидеру о следах Паньгун Цо. Постепенно они покинули пределы города.

За столицей тоже находился ночной рынок, ярко освещённый фонарями. Он протянулся на несколько километров, и был переполнен активностью и ходящими туда-сюда людьми.

Герцог Вэй тащил за собой Вэй Юна, медленно волочась по следам монахов Монастыря Наньто. Незаметно для себя они прошли несколько километров, так и не покинув пределы рынка. Внезапно перед ними появилась деревня, деревянные ворота которой имели более десяти метров в ширину. Над воротами висела красная деревянная табличка.

Герцог Вэй поднял голову, рассматривая красную табличку. На ней были написаны три слова — Учение Святого Учителя. Глаза Герцога нервно забегали, и он начал слегка колебаться. Сунь Наньто уже успел войти внутрь деревни.

Фонари в посёлке ярко горели. Вокруг стояли колонны, на которых находились железные воки, в которых горел, громко потрескивая, керосин.

Здесь были всевозможные киоски, и даже лавка мясника, в которой забивались свиньи и козы. Время от времени раздавалось гавканье собак, общая картина напоминала самый обычный рынок.

— Герцог, что-то не так? — Вэй Юн был озадачен.

— Я уже видел фразу “Учения Святого Учителя”. — помрачнев в лице, герцог Вэй проговорил. — Когда предыдущий Владыка Небесного Дьявольского Культа, Ли Тяньсин, отправился в длительное путешествие, он ненадолго останавливался в боковом дворце. В то время, над дверью дворца висела табличка с этой фразой. Небесный Дьявольский Культ обращается к своему владыке “Святой Учитель”, а табличка значит, что учитель пришёл давать свои учения… Люди на этом рынке — члены Небесного Дьявольского Культа.

Ещё немного поколебавшись, Герцог Вэй вошёл в деревню. Внезапно ему навстречу вышла пара стариков, обратившись:

— Герцог, притормозите.

Старик собрался что-то ответить, однако, в этот момент раздался оглушительный звук. Он растерянно огляделся по сторонам, увидев, что все торговцы, ученики, и блуждающие красотки пустили в ход свои божественные искусства!

Все монахи Монастыря Наньто погибли от рук торговцев и прохожих. Их головы взлетели в воздух, окропляя ночное небо в красный цвет. Как только эти люди совершили убийство, они немедленно отступили, прячась в домах по сторонам улицы.

В мгновение ока все монахи вокруг Сунь Наньто были обезглавлены!

Сунь Наньто громко вскрикнул, и за его спиной появилось тело тысячерукого будды, держащего по артефакту в каждой руке. Существо достигало трёхсот метров в высоту, а его аура ярко сияла, внушая страх одним лишь своим видом.

В этот момент двадцать стариков окружили Сунь Наньто, одновременно на него набросившись. Раздался громкий хлопок, и тысячерукий будда разлетелся в клочья. Герцог Вэй не успел даже прийти в себя, а ночной рынок снова утонул в движении, только более размеренном и повседневном. Часть торговцев стаскивали трупы, а остальные контролировали речную воду, смывая кровь с земли.

— Учения Святого Учителя, — старик повторил фразу и содрогнулся, затем он немедленно приказал толстяку. — Быстро убираемся отсюда. Я не хочу увидеть лицо Владыки этого дьявольского культа.

Внезапно, юноша улыбнулся и помахал рукой в сторону деревни:

— Брат Цинь, что ты здесь делаешь?

Глава 216. Руководящий Душами

Цинь Му повернул голову и был ошеломлён, когда увидел Вэй Юна.

— Так это брат Вэй и Герцог Вэй. Почему вы стоите снаружи? Входите скорее, — с улыбкой на лице промолвил Цинь Му.

— Выходи скорее, у меня есть что тебе сказать! Иди сюда, в Имперском Колледже произошло нечто грандиозное! — смотря на него, сказал Вэй Юн.

Толстяк беспокоился о безопасности Цинь Му, поэтому он попытался вытащить его из “ямы”, думая про себя: «Брат Цинь, должно быть, пришёл погулять, не зная, что это место, где Небесный Дьявольский Культ ищет мести, поэтому он по ошибке вошёл. Он в большой опасности! Эти изверги даже осмелились в одно мгновение убить высокопоставленного чиновника, такого как Сунь Наньто, который был на уровне мастера секты. Я боюсь, что даже костный мозг будет выдавлен из его маленького тела!»

Герцог Вэй посмотрел на двух старцев, преграждающих ему пути отступления, и на его лбу проступила жилка: «Вэй Юн, негодник, он ещё больший хулиган, чем я! Боюсь я не могу уйти сейчас, даже если бы захотел!»

Цинь Му поднял руку, и старуха позади Герцога Вэя немедленно пошла вперёд. Парень наклонил голову и сказал ей пару слов.

— Герцог Вэй, младший брат из семьи Вэй, пожалуйста, проходите и присядьте внутри, — старуха с усмешкой обратилась к Герцогу.

Дрогнув веками, старик достаточно долго пристально буровил взглядом юношу в деревне, после чего тяжело вздохнул:

— Уже вхожу.

Когда два человека вошли в деревню, они увидели, что это место было построено совсем недавно. Всё было совершенно новым, а в воздухе даже до сих пор витал свежий деревянный аромат. Герцог Вэй и Вэй Юн увидели Цинь Му, идущего дальше в деревню, и приготовились следовать за ним.

— Юн’эр, какие у тебя отношения с братом Цинь Му? — спросил тихим голосом старик.

— Мы прошли через жизнь и смерть вместе! — ответил толстяк, затем почтительно добавил. — Он был тем, кто спас меня, когда корабль учеников был атакован сектой Наездников Дракона!

— Значит, ты его тоже спас?

— Нет, — покачал головой Вэй Юн.

— Он спас тебя, но ты, в свою очередь, не спас его, так как это понимать прошли через жизнь и смерть вместе?

«В данный момент я могу решать проблему только по маленькому шагу за раз. Надо будет упомянуть, что этот маленький негодник воспользовался мной. И мне интересно, подставят ли мне костыль помощи мои несколько встреч с Ли Тяньсином…» — с тревогой на сердце думал Герцог.

Они пришли в центр деревни, где была сцена. Она возвышалась над землёй всего на полметра и была построена из дерева. Сцена была небольшая, метров десять шириной, в то время как большинство последователей Небесного Дьявольского Культа сидели под ней.

— Герцог, младший брат из семьи Вэй, присаживайтесь. Не волнуйтесь, мы только что вымыли пол, он очень чистый, — усмехаясь сказала старуха Герцогу.

Опустив голову, Вэй Юн увидел тёмно-красные пятна крови. Заметив это, он не мог перестать размышлять: «Интересно, достаточно ли хорошо они убирались, или всё ещё где-то валяется человеческая голова или даже две…»

Небесный Дьявольский Культ в одно мгновение уничтожил Боковой Дворец Наньто, а также Сунь Наньто, что показало, насколько абсурдной была их сила. Даже Герцог Вэй, который пережил сотни сражений, не осмелился быть безрассудным и подумал про себя: «Даже при том, что Небесный Дьявольский Культ навёл здесь столько шороху, сильные практики в столице определённо не будут встревожены. Их действия были слишком быстры тогда, и я думаю, что прямо сейчас они могли бы убить нас так же быстро…»

Под сценой молча сидели несколько сотен человек, ожидая учения священного учителя.

Вэй Юн оглянулся и, увидев Цинь Му, махая рукой завопил:

— Братец Цинь, братец Цинь! Сюда!

Герцог Вэй больше всего на свете хотел прижать этого маленького толстячка к земле и засунуть ему в рот несколько вонючих носков, чтобы он перестал горлопанить. К счастью, последователи Небесного Дьявольского Культа, похоже, не слышали болтовни Вэй Юна и остались сидеть прямо.

Цинь Му улыбнулся Вэй Юну и поднялся на сцену.

— Не поднимайся на сцену, не поднимайся! Именно там их священный учитель даёт свои учения… — поспешно сказал хриплым шёпотом Вэй Юн.

— Негодяй, держи рот на замке! — смотря на него, гаркнул Герцог Вэй.

Вэй Юн немедленно заткнулся.

— Разве ты не видишь, какой я молчаливый? Откуда у меня такой болтун — потомок, как ты? — сердито спросил старик.

Вэй Юн был ошеломлён, когда Цинь Му поднялся на сцену и обернулся.

— Владыка культа, священный учитель! — все последователи Небесного Дьявольского Культа встали и поклонились.

— Всё, избавьтесь от формальностей, садитесь, — с кивком, сказал Цинь Му.

Все присели. Рот Вэй Юна был разинут, и в его глазах читался неприкрытый шок. Некоторое время он не мог прийти в себя.

— Я давно знал, что есть проблемы с этим Паньгун Цо. Его Великие Шаманские Писания Жуды были немного другими. Судя по всему, это был Владыка… Священный учитель Небесного Дьявольского Культа сделал всё собственноручно. Культ на самом деле выбрал юношу в качестве своего Владыки, у них действительно есть мужество… — вздохнув, пробормотал Герцог Вэй.

— Кто здесь знает заклятия относительно поиска души? — спросил Цинь Му со сцены.

— Священный учитель, у меня есть некоторые познания, — женщина встала и поклонилась.

Цинь Му кивнул, как вдруг исполнил Проводника Души, после чего за его спиной появились зловещие ворота. Чёрный туман полился из ворот, и даже свет от горящего керосина в железных воках затих. В этот момент все увидели Сунь Наньто, стоящего в зловещей тьме вместе с остальными монахами.

— Мастер Чертога, я хочу знать, кто сообщники Сунь Наньто, которые объединились с ним, чтобы навредить нашим Небесным Королям, — приказным тоном проговорил Цинь Му.

— Понятно, — женщина вышла вперёд и, достав блестящее зеркало, исполнила своё тайное искусство, пролив свет на Сунь Наньто.

Данный зеркальный луч осветил душу монаха, проникая в неё и приземляясь в воздухе позади него. Разного вида картины появились перед Сунь Наньто, на которых были запечатлены его ещё прижизненные воспоминания. Картины быстро пролетали и продолжали возвращаться во времени. Вскоре они достигли памяти о том, когда произошло нападения на Небесного Короля Лу.

— Старший Учитель Наследного Принца Юнь Бошань, Старший Защитник Наследного Принца Тин Яньцзюй, Младший Наставник Наследного Принца Цуй Минчжи, Младший Учитель Наследного Принца Хэ Цяньцю, и… — перечисляла Мастер Чертога.

Правый Хранитель Сюэ Би записал людей, которые появились в памяти Сунь Наньто.

— И Наследный Принц Империи Вечного Мира Лин Юйся, — её зрачки сузились, когда взгляд остановился на последнем парне.

— Запишите это. Мы отправим за ними, когда найдём возможность, — кивнув, сказал Цинь Му.

Правый Хранитель записал имя Наследного Принца Империи. Сердце Герцога Вэй сильно дрожало, он хотел что-то сказать, но не мог подобрать ни слова.

Небесный Дьявольский Культ был слишком оголтелый, чтобы отправить за наследным принцем. В конце концов, это же был Наследный Принц Империи Вечного Мира!

Тем не менее, ему было не по статусу и не к месту что-либо говорить. Империя Вечного Мира может процветать сейчас, но она начала это делать только в последние двести лет. Империя пришла к власти, только когда Имперский Наставник вырос. Вместо этого Небесный Дьявольский Культ был истинным чудищем, который существовал с древних времён. Он имел долгую историю и прошёл через процветание бесчисленных стран, а также смену династий. То, что произошло, было не только глубокой ненавистью, которая родилась от смерти их небесных королей, но и великим унижением, поэтому эту месть пришлось принять. Теперь, когда Герцог Вэй сам был в опасной ситуации, как он мог говорить за наследного принца?

Женщина Мастер Чертога продолжала всматриваться в воспоминания Сунь Наньто и искала весь путь, пока они не напали на Небесного Короля Цяня. Кроме названных, во время нападения был ещё один человек, Младший Защитник Наследного Принца, Мастер Жо Пяо. Младшим Защитником Наследного Принца этого поколения был не Гу Линуань, поскольку он отсутствовал двести лет, должность Младшего Защитника была предоставлена Жо Пяо. Он придерживался буддистской жизни, и его религиозное имя было Жо Пяо.

Юнь Бошань и Цуй Минчжи были существами уровня мастеров секты, которые пришли из Даосизма. Тин Яньцзюй и Хэ Цяньцю были из влиятельных семей, которые последовали за Великим Предком Императора, чтобы завоевать мир. Эти пять человек, в том числе уже мёртвый Сунь Наньто, принадлежали к фракции наследного принца, и все они были его учителями. Среди шестнадцати высокопоставленных чиновников первого ранга во фракции наследного принца состояло всего шестеро.

— Запишите имя Мастера Жо Пяо, — сказал Цинь Му и добавил. — Сейчас почти новый год, так что давайте дадим им спокойно отпраздновать и съесть их последний семейный ужин в канун праздника. Сунь Наньто уже мёртв и Боковой Дворец Наньто уже не помеха. Монастырь Наньто всё ещё рядом, так что Хранители и Старшие Защитники сровняют монастырь с землёй, не оставив никаких следов.

Все Хранители и Старшие Защитники, услышав приказ, утвердительно кивнули.

Герцог Вэй вздохнул с облегчением. Данный молодой Владыка Небесного Дьявольского Культа всё ещё думал логически. Если они войдут сейчас и убьют шесть высокопоставленных чиновников имперского двора за короткое время, включая наследного принца, император, безусловно, расследует и узнает, что это были действия Небесного Дьявольского Культа. Имперский двор Империи Вечного Мира всё-таки считал себя поборником праведного пути. Если бы они пошли против имперского двора, для Небесного Дьявольского Культа не осталось бы места в империи. В дополнение к этому, секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара определённо поразили бы их, когда те оказались бы на спаде своего могущества. Когда придёт время, Небесный Дьявольский Культ окажется в опасности.

Если убивать одного человека раз в несколько дней, это может свести риск к минимуму. Например, чтобы убить Сунь Наньто и устранить Монастырь Наньто, Цинь Му использовал личность Дворца Золотой Орхидеи и принёс наследное сокровище монастыря, чтобы завлечь монахов. Он также выманил Сунь Наньто из столицы. Хотя Сунь Наньто и был на уровне мастера секты, убить его и устранить Боковой Дворец Наньто заняло только одно мгновение. Кроме того, так как они не переехали в столицу, не осталось никаких следов, так что можно сказать, что всё было прекрасно выполнено и красиво скрыто. Даже если император захочет расследовать это дело, он не сможет найти никаких улик и никогда не узнает, что за всем стоял Небесный Дьявольский Культ.

После смерти Сунь Наньто, наследный принц определённо будет предупреждён, отчего наложить на него руки станет ещё сложнее. Если бы они сейчас сделали шаг, то, вероятно, попали бы в засаду, поэтому им лучше немного переждать.

В этот момент Цинь Му посмотрел на Вэй Юна и Герцога Вэя, демонстрируя улыбку.

— Владыка культа, у меня очень громкий голос, — усмехнувшись сказал Герцог Вэй, чувствуя приступ запоздалого страха.

— Я знаю, — с улыбкой на лице ответил Цинь Му и добавил. — Если бы Герцог крикнул, все в столице, вероятно, услышали бы тебя достаточно хорошо. Ты думаешь, что метод, которым наш священный культ убивал Сунь Наньто, был чистым и быстрым?

Герцог Вэй чувствовал, словно его сердце вот-вот оборвёт тоненькую верёвочку, на которой висело, и ухнет в пятки, ведь Цинь Му недвусмысленно намекнул, что он мог уничтожить их прежде, чем они смогли выкрикнуть хоть слово!

— У меня когда-то была довольно плотная дружба с твоим прошлым Владыкой Культа Ли! — глубоко вздохнул Герцог Вэй.

Цинь Му наклонил голову и посмотрел на Левого и Правого Хранителей рядом с ним.

— Предыдущий Владыка Ли встречался с ним всего несколько раз. У них не было плотной дружбы, — промолвил Сюэ Би.

Герцог Вэй помрачнел лицом, украдкой оглядевшись в надежде найти удобную возможность для побега.

— Герцог, мой культ только что потерял двух небесных королей, так что два места пустуют. Поскольку Герцог принадлежит к влиятельной семье, а не к какой-либо секте, не должно быть ничего, что помешало бы тебе стать нашим культовым небесным королём, я прав? — крайне серьёзно спросил Цинь Му.

Герцог Вэй дважды грубо хохотнул, затем оглянулся и увидел двадцать сильных практиков, которые работали вместе, чтобы убить Сунь Наньто.

— Я, Герцог Вэй, и у меня есть официальная позиция, так где бы я нашёл время, чтобы стать небесным королём твоего культа? Почему бы тебе не дать мне задание попроще… — взволнованно сказал старик.

— Не волнуйся, наш священный культ довольно праздный. Мы будем беспокоить Герцога Вэй только тогда, когда нам нужно будет сражаться, это будет просто титул. Кроме того, не только небесные короли культа ведут праздный образ жизни, но даже я, Владыка культа, очень ленив. Если бы что-то подобное не случилось, не было бы необходимости для меня выходить лично. Если Герцог не захочет, мы не будем усложнять тебе жизнь. Пока Герцог даёт клятву не говорить того, что видел сегодня, то ты можешь уйти. У всех слишком много неверных представлений о нашем священном культе. Они даже думают, что мы дьяволы, которые даже не моргают, когда убивают людей. Ты так не думаешь? — проговорил Цинь Му и громко засмеялся.

Последователи Небесного Дьявольского Культа также смеялись вместе с ним, но все они притворно улыбались. Они выглядели так, будто были готовы напасть на двух незваных гостей и заставить их замолчать.

— Я готов! — незамедлительно ответил Герцог Вэй.

— Но Герцог… — колеблясь хотел сказать Вэй Юн.

— Заткнись! Именно ты подтолкнул меня к нырку в горячий суп! Репутация, которую я создавал всю свою жизнь, теперь запятнана твоими руками, сопляк. Если бы ты не кричал о брате Цине, мы могли бы остаться не у дел! — отругал его Герцог Вэй.

— Они сказали, что позволят нам уйти, так почему ты присоединился к их секте? Брат Цинь добросердечен. Он не какой-то подлый человек, — нахмурившись, сказал Вэй Юн.

— Ты действительно думаешь, что он не злодей? Если он не злодей, как он стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа? — рассержено ответил Герцог.

— Небесный Король Вэй, мы обычно называем себя Небесным Святым Культом, а не Небесным Дьявольским Культом. Я также не дьявольский Владыка культа, а священный Владыка культа. Небесный Король Вэй, имей это в виду, — кашлянул Цинь Му.

— Старый отец, титул небесного короля выделяется гораздо больше, чем Герцог! Брат Цинь, назначь и мне роль! — взволнованно выпалил Вэй Юн.

Глава 217. Не вижу зла

Герцог Вэй закатил глаза на сказанное толстым коротышкой. Маленькому негоднику было недостаточно являться просто зрителем раскинувшегося представления, нет, конечно же нет… толкнув отца в эту “яму”, он по своей воле захотел запрыгнуть туда и сам. Ну разве не сумасшествие?

— Небесные Короли Юй и Ши, могу ли я побеспокоить вас просьбой, чтобы вы кратко описали Небесному Королю Вэю текущее положение дел в нашем священном культе, — отдав вежливую команду, Цинь Му огляделся и продолжил. — Дамы и господа, сровняйте здесь всё с землёй и постарайтесь не оставить следов.

Вэй Юн и Герцог Вэй сразу же встали, увидев, как вокруг них замелькали фигуры. Спустя совсем немного времени вся деревня была полностью разобрана, каждая доска, плитка, столб и прочее были аккуратно уложены, включая, конечно же, железные воки, керосин и сцену.

Несколько мастеров чертогов, развернув свои огромные флаги, осторожно завернули разного рода материалы. Когда огромные флаги были убраны, под ними совершенно ничего не осталось. Ещё несколько мастеров чертогов заворачивали трупы монахов монастыря Наньто, а когда те были убраны, тела тоже исчезли. Некоторые другие мастера содрали добрый гектар земли, отправив на дно реки Мутной.

Чуть погодя вокруг стало крайне чисто, и было невозможно догадаться, что ещё совсем недавно здесь был шумный ночной рынок.

— Расходимся, — скомандовал Цинь Му, на что несколько сотен последователей культа поклонились ему. После чего они, либо со свистом исчезали, разворачивая огромные флаги, либо после закутывания в свои одежды, либо попросту смешивались с ночной темнотой, уходя на своих двоих или уезжая на уже запряжённых тележках. Вскоре данное место уже не было настолько оживлённым, как ещё несколько вдохов времени назад, всё погрузилось в непроглядную тьму, в которой остались стоять лишь Цинь Му, Вэй Юн, Герцог и два Небесных Короля.

Вдали можно было разглядеть огни, принадлежащие настоящему ночному рынку, которые был расположен за городской чертой.

Поднявшись, чтобы уйти, Цинь Му покинул четырёх человек. Герцог Вэй только что присоединился к культу, поэтому Небесные Короли Юй и Ши должны были поговорить с ним о правилах Небесного Дьявольского Культа, чтобы предотвратить любые ошибки.

По дороге в город юноша остановился, наслаждаясь ночным рынком, освещаемым цветочными фонарями. Местными завсегдатаями были ученики и красавицы, потерявшиеся во времени и наслаждающиеся ярко освещенными улицами. Можно было также встретить знатоков литературы, демонстрирующих своё литературное мастерство, практиков боевых искусств, показывающих свои навыки и время от времени смеющихся девиц.

«В столице действительно можно увидеть столько всего, а для прославленных людей она сама является местом упоения славой», — был тронут Цинь Му. Внезапно с неба начали ниспадать хлопьями снежинки, которые порой приземлялись на плечи людей, отчего те поднимали головы к небу.

— Красота! — многие восклицали в подобном ключе.

Снег освещался городскими лампами, отчего становился ещё ярче. Под карнизами магазинов стояло довольно много девиц, протягивающих руки, чтобы дать холодным снежинкам приземляться в ладонь. Из-за снега людей на улице не становилось меньше, даже наоборот, со временем наружу выходило всё больше и больше народу.

«Первый снег, близится конец года. Думаю, на новый год Имперский Колледж позволит ученикам съездить домой… Интересно, а бабуля и остальные вернутся в деревню?» — подумал Цинь Му, глядя на буквально пышущие ароматным паром многочисленные ларьки и забегаловки, расположенные по сторонам улицы.

— Босс, две миски лапши с мясным фаршем, и побольше масла чили, — сев в одной из уличных забегаловок, попросил Цинь Му.

— Будет сделано! — ответил хозяин забегаловки, а спустя несколько мгновений перед парнем появились две миски лапши с фаршем, сверху приправленные слоем пряного масла чили. Внутри плавало несколько кусков свинины, состоящих из мяса только на семьдесят процентов, остальным же был жир, также внутри можно было увидеть какие-то лиственные побеги и чеснок, благодаря чему блюдо пахло крайне аппетитно.

Начав трапезу, Цинь Му почувствовал бодрость, что не удивительно, ведь за весь сегодняшний день ему довелось перекусить лишь раз. Как вдруг кто-то засмеялся:

— Брат Цинь, я наконец-то нашёл тебя. Если не забыл, ты обещал построить мне корабль, обшитый железной бронёй, теперь тебе не сбежать! Босс, я хочу четыре миски лапши с мясным фаршем, и приготовь их с ещё большим количеством пряностей. Ах да, он заплатит! — сделав заказ, мужчина сел напротив юноши.

— Брат Фань Юньсяо, какими судьбами тебя занесло в столицу? — посмотрев на гостя, с улыбкой проговорил Цинь Му. Мужчиной оказался никто иной, как Огненный Разбойник Фань Юньсяо. Его левый глаз пересекал ножевой шрам, но парень почему-то подозревал, что тот был фальшивым.

— Даже не напоминай, моя удача просто ужасна, — вздыхал Фань Юньсяо. — Даже вспоминать грустно, не то, что говорит. Да к чёрту всё, скажу как есть, мой корабль разрушился прямо в воздухе, и все, кто находился на борту, чуть было не отбросили коньки. Мне пришлось изрядно попотеть, чтобы изловить их всех в воздухе, однако, я не мог доставить их в столицу, поэтому был вынужден уплатить значительную денежную компенсацию, — посетовал разбойник, но затем улыбнулся и продолжил. — Сегодня утром я отправился в Имперский Колледж на твои поиски, но не смог там найти. Не зная, чем себя занять, я решил прогуляться по столице и чисто случайно наткнулся на тебя здесь. Ты просто обязан помочь мне построить бронированный корабль! Теперь, когда в мире опять тишь и гладь, мне пора заняться старым делом!

Цинь Му скорчил странное выражения лица. Старым делом в мирное время, о котором говорил мужчина напротив, были грабежи. Он планировал отказаться от праведного образа жизни в пользу пиратского промысла.

— Ты подготовил достаточно чёрного железа, чёрной меди и денег? — спросил Цинь Му. — А также чертежи летающего корабля. Без них будет непросто его построить.

— Всё готово, подкупив нужного чиновника верфи, я получил комплект чертежей для летающего корабля, — в этот момент была подана лапша, и Фань Юньсяо, сделав большой глоток, воскликнул. — Какая вкуснятина! Какой аромат! Я также купил чёрные железо и медь, они находятся на верфи у реки Мутной за городом. На данный момент я самый настоящий банкрот, поэтому возлагаю все надежды на заработок с бронированного корабля.

— Хорошо, до того, как колледж отправит учеников отмечать новогодние праздники, я должен успеть построить корабль. Найди меня завтра, — улыбнулся Цинь Му, после чего доел, достал монету Великого Изобилия и всучил её хозяину лапшичной.

Последний же, в свою очередь, ловко вытер платком его руку, после чего улыбнулся:

— Достопочтенный гость, я не могу дать сдачи, может сделаете ещё заказ? Шесть мисок лапши стоят лишь тридцать Вэнь.

— Сдача не нужна, — сказав, Цинь Му зашагал прочь.

— Действительно богат! — посмотрев на спину удаляющейся фигуры, воскликнул Фань Юньсяо.

Цинь Му по-прежнему не знал истинной ценности монеты Великого Изобилия. Отправляясь перекусить, даже самый дорогой ресторан за самую изысканную и редкую на ингредиенты еду брал всего с десяток монет Великого Изобилия. Что касается обычной придорожной лапшичной, скажем так, её хозяин был крайне благодарен за такой подарок судьбы.

На следующий день Фань Юньсяо посетил Имперский Колледж, затем привёл Цинь Му, который взял с собой Ху Лин’эр, цилиня и Короля Дьяволов Дутяня, в верфь. Внутри находилось достаточно много практиков боевых искусств, использовавших свой истинный огонь для плавки чёрного железа, и истинную воду, для охлаждения, когда железно принимало форму корпусов медицинских печей, которые затем крепились на летающих кораблях. Здесь находились и те, кто был сведущ в алгебре, они измеряли размеры деталей и, используя жизненную Ци, занимались их сборкой. Также можно было увидеть сильных кузнецов, занимающихся ковкой деталей, гигантов, бросающих металл и плотников, использующие Ци меча, чтобы дырявить древесину. Одним словом, в верфи было крайне оживлённо.

Фань Юньсяо привёл всех на завод и Цинь Му огляделся. Здесь находились всевозможные изделия, например, огромная плавильная печь, щипцы, алмазы для ковки, строительные леса, а также немалый объём сваленных в углу черных железа и меди. Завод был достаточно большим, чтобы без стеснений разместить до семи кораблей.

Внутри стоял чиновник-регистратор, который, увидев Фань Юньсяо, начал ворчать:

— Где ты пропадал? Я разрешу тебе использовать данное помещение лишь в течение десяти дней. Как только срок истечёт, я закрою завод.

— Десяти дней более чем достаточно! — улыбнувшись, сказал Фань Юньсяо, после чего тут же всучил в руку чиновника монетный мешочек.

— В течение десяти дней я не стану обращать внимания на твою деятельность. Закончи как можно быстрее, в противном случае я не смогу помочь, когда появится мой начальник, — взвесив мешочек, проговорил чиновник и ушёл.

— Брат Цинь, ты справишься за десять дней? — посмотрев на юношу, спросил мужчина.

Цинь Му взглянул на чертежи, внеся несколько корректировок, после чего сказал:

— Только своими силами мне будет тяжело справиться. Поэтому мне нужны помощники, которые подсобят в постройке железного корпуса корабля в ближайшие несколько дней. Поскольку в течение следующих нескольких дней мы будем заняты постройкой, тебе нельзя будет входить на завод, пока мы не закончим. Тебе придётся дорого заплатить, если ты нарушишь это правило.

Фань Юньсяо не понимал, что тот имеет ввиду, но всё-таки кивнул:

— Не волнуйся, я не такой уж любопытный человек.

Цинь Му кивнул в ответ и прогнал его с завода. Затем он обратился к Ху Лин’эр:

— Помоги мне позвать нужных людей, пусть они прибудут сюда, используя флаги перемещения.

Получив приказ, Ху Лин’эр немедленно ушла. Спустя некоторое время, лиса вернулась, сообщив:

— Молодой мастер, Мастер Чертога Небесных Изделий и Мастер Чертога Ремесла сказали, что прибудут сюда? как можно скорее.

Не успела она договорить, как в воздухе из ниоткуда появились два огромных флага. Под каждым из них была сотня последователей Небесного Дьявольского Культа — Мастера Чертогов Ремесла и Небесных Изделий. Позвав всех за собой, мастера подошли поближе, в то время как Цинь Му передал мужчинам чертёж и спросил:

— Можете построить такое за десять дней?

Мастера двух чертогов несколько раз взглянули на чертёж, после чего Мастер Чертога Ремесла спросил:

— Владыка культа хочет построить корабль с железной оболочкой? В таком случае, нам понадобится невероятно мощная медицинская печь!

Цинь Му улыбнулся:

— У меня есть некоторые познания в кузнечном искусстве, так что я смогу изготовить печь с достаточной мощностью. Однако верфь позволила нам оставаться здесь не более десяти дней, так что нам придётся немного поспешить. Мы должны всё успеть за выделенное время. Вы уверенны, что такое возможно?

Мастера Чертогов Небесных Изделий и Ремесла переглянулись и спросили:

— Сколько кораблей Владыка хочет построить? Если наши два чертога будут работать вместе, за десять дней мы смогли бы построить пять судов. Сделать больше мы не сможем.

Цинь Му на минуту замер от удивления, после чего пробормотал себе под нос:

— Нам не хватит чёрного железа и меди для пяти кораблей…

— У наших чертогов найдётся достаточно материалов.

Глаза Цинь Му загорелись, и он улыбнулся:

— Тогда мы построим пять!

Мастера обеих залов немедленно ушли, чтобы решить вопрос с материалами.

На протяжении следующих пяти дней Фань Юньсяо приходил несколько раз, однако, так и не решился войти на завод. Изнутри раздавался звук, похожий на одновременную работу нескольких сотен людей, и он горел желанием разведать ситуацию, но, вспоминая слова Цинь Му, сразу же успокаивался.

Сильный снегопад, длящийся уже более трёх дней, покрыл землю толстым слоем снега. Отдел Надсмотра за Небом отправил отряд практиков божественных искусств, чтобы те разогнали облака и растопили снег, однако, ситуация за пределами города так и осталась плачевной.

Любопытство Фань Юньсяо продолжало расти, его уши дёргались, когда он беспокойно чесал щёку. Прошло ещё два дня, и он уже был не в силах сопротивляться, думая про себя: «Не произойдёт ничего плохого, если я взгляну краем глаза, верно?»

Он толкнул ворота завода и заглянул внутрь. Внезапно перед его глазами появился четырёхликий восьмирукий дьявольский бог, сразу же схвативший шпиона за шею:

— Мразь, как ты смеешь подглядывать?

Фань Юньсяо сразу же прокричал:

— Старший брат Цинь, это же я!

Более двух сотен последователей Небесного Дьявольского Культа повернулись в сторону источника звука, их взгляды приземлились на нарушителе. Затем они посмотрели на Цинь Му:

— Молодой Владыка, этот человек…

Фань Юньсяо подпрыгнул в шоке, увидев всех этих людей. Разглядев их одежду, он резко изменился в лице и прокричал:

— Небесный Дьявольский Культ… Я ничего не видел! Я слепой, что это за место, где я?

Цинь Му как раз занимался ковкой медицинской печи, когда его покой прервал шум неподалёку. Он приказал двум Мастерам Чертогов:

— Продолжайте строить, я с этим разберусь.

Фань Юньсяо не нашёл в себе смелости бороться с восьмируким четырёхликим дьявольским богом, возле которого сидело громадное драконоподобное существо. Приятно улыбаясь, он сказал:

— Брат Цинь, я случайно сюда забрёл, и совсем ничего не разглядел…

— Брат Фань, я ведь говорил тебе не заходить и не подсматривать. Теперь ты поставил меня в очень неудобное положение, — Цинь Му показал два пальца, с улыбкой продолжив. — У тебя два выбора. Ты не первый день бродишь по боевому миру, поэтому должен понимать, какие у тебя варианты.

— Я в деле! — немедленно ответил пират. — С сего дня, я становлюсь частью священного культа!

Цинь Му громко рассмеялся и приказал Королю Дьяволов Дутяня поставить мужчину на землю:

— С этого дня, мы братья!

****

В Боковом Дворце наследного принца, мужчина средних лет, напоминающий ученика, поспешил к принцу:

— Ваше Высочество, Великий Наставник действительно погиб. В Монастыре Наньто не осталось ни единого монаха, так что я уверен, что они попали в предательскую ловушку. Вчера Префектура Изобилия тоже сообщила, что Монастырь Наньто был разрушен. Император впал в ярость и отправил людей дабы провести расследование, но следов преступников не нашли. Ходят слухи, что это работа Дворца Золотой Орхидеи, поэтому император намеревается отправить войска за пределы Великой Стены после нового года…

Лицо Наследного Принца Вечного Мира помрачнело, и он поднялся с места:

— Следов преступников не нашли? Это ведь из-за того, что отец не собирается проводить расследование, я прав? Очевидно, что это дело рук Небесного Дьявольского Культа! Только Небесный Дьявольский Культ, глава зла, мог бы провести подобную операцию! Они потеряли двух Небесных Королей, естественно, что они жаждут мести! Ты должен отправиться в Монастырь Великого Громового Удара и попросить аудиенции у старого Жулая, я должен знать, кто на самом деле стал их новым Владыкой! — скрестив руки за спиной, он холодно добавил. — Монастырь Наньто является частью буддистского пути, так что Жулай не позволит себе сидеть сложа руки. Несмотря на то, что Великий Наставник умер, наша связь с Монастырём Великого Громового Удара ещё не потеряна. Жулай не удовлетворён действиями Имперского Наставника, поэтому с радостью согласится помочь. Я должен убить виновного, чтобы предупредить всех остальных, и убедить все секты боевого мира в том, что я на многое гожусь. Те, кто осмеливаются трогать моих людей, должны знать, что их ждёт смерть!

П.П.: внимательный читатель наверно заметил, что принц говорит так, словно не в курсе о том, кто такой Владыка, но в прошлой главе было Наньто уже сказал ему, кто Владыка, я сверился с оригиналом и там действительно всё так, так что возможны два варианта, первый, автор затупил, что, на мой взгляд, маловероятно, и второй, это было сделано умышлено, и тут причин может быть множество, от проблемы с дальнейшим сюжет, если принц знает, кто такой владыка, до просто того, что принц притворяется (хотя и это вряд ли). В общем, будем смотреть, что произойдёт дальше.

Глава 218. Без солнца в небе

— Ваше Высочество, Небесный Дьявольский Культ по-прежнему является одной из трёх крупнейших сект. Несмотря на то, что у них не было Владыки культа в течение последних сорока лет, их всё ещё нельзя недооценивать, — сказал мужчина средних лет, а затем продолжил. — Поскольку они не были искоренены даже после того, как у них не было Владыки в течение многих лет, и они по-прежнему настолько сильны, это показывает, насколько они едины. Если бы это был Монастырь Великого Громового Удара или секта Дао, осмелились бы они сорок лет не иметь ни Жулая, ни Мастера Дао? Если Вы недооцените Небесный Дьявольский Культ, то окажитесь в невыгодном положении.

— Не волнуйся, я не буду недооценивать Небесный Дьявольский Культ. Они избавились от Великого Наставника Сунь Наньто, монахов Бокового Дворца Наньто и Монастыря Наньто, не оставив ни одной ведущей к ним ниточки, они не могут рассматриваться как слабые. Как я могу недооценивать такой культ? — покачав головой ответил Наследный Принц Вечного Мира, затем добавил. — Мне нет необходимости идти против Небесного Дьявольского Культа. Секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара, эти две священные обители имеют гораздо более длительную вражду с ними, чем Империя Вечного Мира. Две священные обители хотят больше всего на свете избавиться от этого Владыки дьявольского пути, у них просто не было шанса. Что если… Что, если император Империи Вечного Мира больше не будет противостоять этим сектам? Что, если император больше не поддержит реформу Имперского Наставника. Что будет, если император уволит Имперского Наставника? Что, если император сделает так, что борьба между сектами и странами исчезнет, как дым в воздухе? Как ты думаешь, секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара были бы готовы объединиться с таким императором? Были бы они готовы поддержать такого императора?

Тело мужчины средних лет слегка дрожало, когда он смотрел на своего лидера.

— Несмотря на то, что мой отец невероятно способный и отличный стратег, он слишком доверяет Имперскому Наставнику. С таким доверием к нему, более половины имперского двора принадлежит ему. Корни нашей семьи Лин будут утеряны. Отец позволил силе Имперского Наставника расти, так что если он решит восстать, то мы ничего не сможем сделать. Если Имперский Наставник продолжит в том же духе, мир изменится, и будет принадлежать ему! — глубоко вздохнув, равнодушно сказал Наследный Принц.

— Старшее поколение нашей семьи Лин, люди с высокими идеалами и всем об этом известно. Это было причиной, почему восьмой дядя поддержал меня. Восьмой дядя просил отца раньше, но тот оставался упрямым и решил поверить в Имперского Наставника. Восьмой дядя чувствовал беспомощность и надеялся, что я что-то изменю, — проговорил принц и со злобным выражением лица продолжил. — Восьмой дядя был старшим семьи Лин, завоевавшим мир вместе с предком. Восьмой дядя нашей Империи Вечного Мира был не против стать предателем страны и связался с сектами боевого мира, а также с официальными лицами во всём мире. Всё это было для того, чтобы проложить мне путь, убрав Имперского Наставника с пути. Как жаль, что всё это было напрасно! У него не осталось даже полноценного трупа после смерти, его голова была отрублена Имперским Наставником, этим негодяем. Среди всех слоёв общества даже гуляет слух, что он не был преданным!

— Я не могу смотреть, как страна нашей семьи Лин разрушается от руки отца! Я не могу быть одновременно преданным и идти против него, поэтому я буду предан семье Лин! Кое-что должно быть сделано, и я должен это сделать! — яростно ударив по столу, говорил Принц. Он ходил то назад, то вперёд в волнении и после недолгой паузы добавил. — Как смешно, мой брат и сёстры всё ещё ведут бессмысленный образ жизни и не знают о надвигающейся гибели, которая обрушится на нашу семью Лин! Отец уже был отвергнут Имперским Наставником, и, если семья Лин будет изгнана с трона, они все будут искоренены! Я не могу этого допустить, я не могу позволить Имперскому Наставнику, этому дьяволу, захватить наше семейное гнездо! Я должен стать императором и остановить всё это!

****

На верфи, Чертоги Природного Ремесла и Плотничного Дела потратили десять дней, чтобы построить пять кораблей, на которых в общем было установлено пятнадцать медицинских печей, выкованных и соединённых с бронзовыми зверями Цинь Му.

Он внёс небольшие коррективы в чертежи летающих кораблей и изменил некоторую компоновку. На каждом корабле должны были быть установлены три печи. На корабле было три бронзовых зверя, два в кормовой части корабля и один внизу. Головы бронзовых зверей могли поворачиваться во все стороны. Изменение материалов летающего корабля с дерева на чёрные железо и медь привело к экспоненциальному увеличению его веса. Одной печи было явно недостаточно, чтобы заставить его летать, так что Цинь Му добавил ещё две. Кроме того, на дно корабля был добавлен ещё один бронзовый зверь, который мог извергать огонь, что делало его менее шатким при взлете и посадке. Среди пяти кораблей с железными снарядами было три больших и два маленьких. Хотя они были маленькими, они были полноценными во всех аспектах. Во всех каютах трюмов небольших кораблей также было всё необходимое.

Цинь Му заставил своих людей рисовать древесную зернистость на пяти кораблях, чтобы они выглядели, как пять деревянных летающих кораблей. Он решил поступить так, чтобы они не вызывали всеобщее потрясение.

— Владыка культа, какой корабль мой? — взволнованно поинтересовался Фань Юньсяо.

Цинь Му указал на корабль поменьше.

— Разве я не могу получить корабль побольше? — возмущённо спросил Юньсяо.

— Большие корабли используются для перевозки солдат на войну, их скорость не так велика, как у меньшего, — объяснил Цинь Му и добавил. — Если ты хочешь быть Огненным Разбойником, тогда тебе лучше выбрать маленького. Если ты хочешь большой, то сможешь использовать его только для перевозки пассажиров. Также стоит упомянуть, что большой корабль потребляет больше лекарственных камней, и ты не сможешь заработать достаточно от судовых тарифов, чтобы купить их в мирное время.

— В таком случае, я выберу маленький корабль. Как Вы собираетесь использовать другой маленький корабль? — колеблясь спросил Фань Юньсяо.

Несмотря на то, что это был маленький корабль, он не был таким уж маленьким. Он был двадцать семь метров длиной, девять метров шириной, тринадцать метров высотой и мог перевозить около двадцати-тридцати человек.

Цинь Му заставил учеников Небесного Дьявольского Культа переодеться, прежде чем выгнать три больших корабля. Затем он отправил меньший корабль в Имперский Колледж.

— Почти новый год, этот маленький корабль будет моим транспортом. Мастер Фань, ты уже вошёл в Чертог Бандита нашего священного культа. Чертог Бандита — часть нашего священного культа, так что я больше ничего не скажу, в конце концов, данный образ жизни был избран некоторыми нашими последователями. Ты можешь грабить богатых людей, но не можешь забрать их жизни и насиловать, — сказал Цинь Му.

— Я был в секте Дао и, хотя меня преследовал старый Мастер Дао, мы, огненные разбойники, никогда не переступали черту в виде бессмысленных убийств и изнасилований. Как говорится, существует триста шестьдесят профессий, и в каждой можно стать мастером, поэтому я, безусловно, сделаю всё возможное и не подведу Владыку культа, который многого от меня ожидает, — ответил Юньсяо.

Цинь Му был ошеломлён, махнув рукой взволнованно взбирающемуся на корабль Фань Юньсяо только спустя некоторое время. Более десятка огненных разбойников всеми силами выталкивали корабль с завода по деревянным рельсам. Снег снаружи уже прекратился, но в холодную погоду на верфи было мало людей.

— Зажечь печь, мы взлетаем! Этот корабль будет нашим новым Догоняющим Тучи! Мы больше не можем считать себя хорошими, летим под флагом огненных разбойников! Нас ждёт небо и несметные богатства! — закричал Фань Юньсяо.

Бронированный корабль медленно поднимался, постепенно наращивая скорость. Когда корабль внезапно с хлопком прорвал воздух, Цинь Му услышал крики бандитов:

— Так холодно, так холодно! Босс Фань, не стойте на палубе, заходите погреться!

Цинь Му проводил их взглядом перед тем, как уйти. Вместе с цилинем, Ху Лин’эр и Королём Дьяволов Дутяня он вернутся в столицу.

Пару дней назад выпало много снега, так что несмотря на то, что он остановился, небо всё ещё устилали мрачные тёмные облака. Не было видно солнечного света, так как холодный ветер бушевал, замораживая всё на своём пути.

— Прошло десять дней с тех пор, как мы последний раз видели солнце, — глядя на небо, сказала Ху Лин’эр. Она не могла спокойно сидеть на фабрике и часто выбегала на улицу.

Цинь Му был слегка ошеломлён. Не было солнца последние десять дней? Казалось, что снег был довольно тяжёлым, но почему солнце не выходило даже после того, как снегопад прекратился? Он не слишком много думал об этом. Теперь, когда новый год был уже практически на носу, в столице витал праздничный дух, поскольку всё было украшено фонарями и цветными баннерами. Парень вошёл в город, только чтобы увидеть летающие корабли, поднимающиеся в небо. Помимо солдат на кораблях, были и некоторые министры имперского двора.

«Не похоже, что они собираются воевать», — в недоумении подумал Цинь Му и поднял голову, но увидел лишь дюжину летающих кораблей, поднимающихся всё выше и выше. Они направились в высь, а не в горизонтальном направлении, и он не понимал, что происходит. Он вернулся в Имперский Колледж и увидел, что многие ученики обсуждают новый год. Никто не говорил о том, почему министры улетели в облака. Некоторые ученики также обсуждали летающий корабль, пришвартовавшийся перед Резиденцией Учеников:

— Интересно, чей богатый сын на самом деле получил летающий корабль в качестве транспортного средства?

На следующий день небо всё ещё было мрачным. Гу Линуань собрал всех учеников Имперского Колледжа.

— Император назначил новый год праздником, так что теперь вы все можете вернуться домой, — громким голосом объявил Великий Ректор.

Вся гора разразилась овациями. В то время как Цинь Му поднял голову и увидел ещё пару летающих кораблей, поднимающихся в небо на большую высоту.

В то время Фань Юньсяо стоял на носу Догоняющего Тучи, дрожа с сосулькой на носу.

— Второй брат, где мы сейчас? — поинтересовался Юньсяо.

— Мы уже достигли реки Ли, — смотря вниз, ответил огненный разбойник.

— Почему снег идёт над рекой Ли? — поражённо выпалил Фань Юньсяо и продолжил, указывая на горы, покрытые снегом. — Это неправильно, река Ли расположена на самом юге границы, даже во время глубокой зимы здесь обычно не видят снега. Почему же в этом году всё иначе?

Большинство огненных разбойников поднялись из трюма корабля и посмотрели вниз, цокоча зубами от холода.

— Мы за тысячи километров от столицы, не так ли? Кто-нибудь из вас видел солнце? — внезапно спросил Фань Юньсяо.

Несколько бандитов посмотрели друг на друга и покачали головами.

— Облако, которое покрывает радиус в несколько тысяч километров. Может ли это грёбаное облако быть обычным? И этот снег, даже южная граница покрыта им… Этот год может быть катастрофичен и с голодающими людьми во всём мире… Если люди голодают, они начнут бунтовать. Я думал, что я мог бы заработать довольно много денег в течение пары мирных лет. Второй брат, увеличь огневую мощь печей до максимума, продолжим идти на юг! — посмотрев на мрачное небо, сделал глубокий вдох Фань Юньсяо.

Около двух часов спустя Догоняющий Тучи пересёк южную границу, оказавшись в небе над южным морем. Внезапно яркий свет перед ними ослепил их глаза, и когда они полетели туда, то были встречены светом пылающего солнца, свободно сияющего, освещая поверхность моря, как сапфир. Фань Юньсяо повернул голову назад, чтобы посмотреть и глубоко вдохнул.

Несравненно огромное мрачное облако окутало всю территорию Империи Вечного Мира.

****

В Имперском Колледже Цинь Му собрал свой багаж и приготовился вернуться в Великие Руины.

— Вельможа Дворца, император приказал всем чиновникам шестого ранга и выше направиться к имперскому двору для обсуждения! Любой, кто поступит иначе, будет наказан! — громко говоря, подошёл член дирекции.

— Вы, ребята, должны остаться здесь, я пойду во дворец и посмотрю, что там, — сказал Цинь Му Ху Лин’эр.

Это было его первое посещение имперского двора, и когда он пришёл туда, там уже собралась огромная толпа людей, около тысячи чиновников, которые еле втиснулись. К счастью, зрительный зал императора был достаточно огромен, чтобы вместить такое количество людей.

Император Яньфэн сидел на троне в зале с обеспокоенным выражением лица и время от времени спрашивал:

— Имперский Наставник пришёл?

Когда он в очередной раз услышал, что Имперский Наставник ещё не пришёл, беспокойство во взгляде Императора Яньфэна читалось ещё отчётливее.

— Больше не нужно ждать Имперского Наставника. Мои дорогие министры, прошло больше десяти дней с тех пор, как вы в последний раз видели солнце, верно? Я тоже не видел солнца более десяти дней, и не только я, вся Империя Вечного Мира не видела солнца более десяти дней. Я получил памятные письма от официальных лиц со всего мира о том, что повсюду падает снег. От северной пустыни до южного неба, от Острова Восходящего Солнца на востоке до Секретных Водяных Проходов на западе, выпало много снега, который шёл шесть или семь дней! — прокашлявшись сказал громким голосом император Яньфэн, после встал с драконьего трона и показал дрожащим пальцем вверх. — Облако покрыло всю территорию нашей Империи Вечного Мира!

Глава 219. Метеорологическая атака

Когда Император Яньфэн это сказал, зал закипел обсуждениями. Было невозможно накрыть целую Империю Вечного Мира одной единственной тучей, однако, произошло именно это!

Империя Вечного Мира имела невероятно обширную территорию, простираясь на пятнадцать тысяч километров с запада на восток, и на десять с юга на север. Вся её территория уже более семи дней пребывала под снегопадом, что было просто невозможным!

Практики божественных искусств были способны призывать дождь и ветер, однако, их техники могли накрыть лишь небольшая площадь. Они были не в силах контролировать заклятие, способное поглотить такую империю.

Тем не менее, это очевидно не было природным бедствием. На юге реи Золотой редко шёл снег, а на юге Вздымающейся даже дождь и холодная погода были чрезвычайно редким явлением. Касаемо реки Ли, здешние времена года мало чем отличались друг от друга, напоминая лето, поэтому снег в этом месте не мог пойти сам по себе.

Кроме того, снег пошёл на всей территории Империи Вечного Мира одновременно!

Император Яньфэн кашлянул и попросил тишины у министров:

— Министр Сельского Хозяйства, среди нас много людей, не понимающих масштаба происходящего, Вы не могли бы объяснить?

Из толпы вышел седой мужчина, которым оказался Министр Сельского Хозяйства Империи Вечного Мира, ответственный за сельское хозяйство страны. Поклонившись, он проговорил:

— Ваше Величество, министры, снежная катастрофа не слишком навредит урожаям на севере, так как здешние жители привыкли к сильных холодам и подготовились к зиме. Решающим моментом является юг. После столь сильного снегопада, расположенные там деревни, скорее всего, напрочь замёрзнут. На следующий год у них, скорее всего, совсем не будет урожая.

Министр Доходов немедленно спросил:

— Министр Сельского Хозяйства, что Вы имеете ввиду под югом?

— Всё, что расположено южнее реки Золотой.

Дыхание министров замерло, и даже Цинь Му был шокирован. У него была географическая карта империи. Река Золотая брала своё начало в Великих Руинах, и простиралась на тысячи километров, после чего впадала в океан. К югу от неё лежало две третьих Империи Вечного Мира! Это означало, что две трети страны останутся без урожая!

— Ваше Величество, я думаю, что нам придётся начать отправлять еду и корм для животных на юг! — Великий Слуга сделал шаг вперёд и поклонился. — Юг только что прошёл через войну, поэтому многие здешние уезды нуждаются в поддержке. Боюсь, что их запасы исчерпаны, поэтому прошу Ваше Величество отправить поддержку с севера, чтобы спасти этих людей от гибели!

Министр Сельского Хозяйства вздохнул:

— На данный момент мы не можем ничего отправить. Возможно, лорды не знали об этом, но война исчерпала все запасы, и большинство складов по всей стране пустуют. Если мы пошлём припасы на юг сейчас, их сразу же съедят голодающие люди. Как только еда закончится, у нас не останется даже зерна для следующих посевов, и когда наступит осень, начнётся страшный голод. Если людям не будет что есть, они начнут убивать друг друга.

— Мы что, позволим людям на юге умирать от голода?

— Мы должны отправить припасы на юг, но их количество должно быть ограничено. Нужно дать им лишь минимум для выживания… На самом деле, на юге до сих пор есть несколько зернохранилищ, но все они принадлежат влиятельным семьям и лордам. Если мы тронем имущество этих людей, боюсь, что они начнут подстрекать жертв катастрофы к восстанию. Ваше Величество…

Император Яньфэн поник в лице, проговорив:

— Я подумаю о том, что делать с запасами лордов. Продолжай.

— Хорошо. Кроме голода на юге, над нами повисло ещё одно ужасное бедствие, — сказал Министр Сельского Хозяйства. — Холодная зима — обычное явление на севере, однако, за последние несколько дней она стала ещё суровее. Путешествуя землями нескольких северных стран, я заметил, что крестьяне начали рубить лес для того, чтобы отопить свои дома. Из-за этого многие леса исчезли, оставив за собой голую землю. Если даже север, стойкий к холодам, начал рубить лес, то можно представить масштаб проблемы. Если все здешние леса исчезнут, горные потоки, оползни и наводнения станут неразрешимой проблемой.

— Природное бедствие может потянуть за собой техногенную катастрофу, которая, в свою очередь, приведёт к ещё большему количеству природных катастроф, однако, если мы запретим нуждающимся рубить лес, то рано или поздно наступит момент, когда большинство семей просто-напросто замёрзнут.

Император Яньфэн глубоко вздохнул, а министры имперского двора внезапно замолчали. В зале стало настолько тихо, что даже дыхание резало уши. Если люди не смогут рубить деревья — они замёрзнут. Если они продолжат их рубить, это вскоре приведёт к ещё большему количеству бедствий.

Снежная катастрофа заставила великую Империю Вечного Мира разбираться с последствиями и принимать трудные решения.

Министр Сельского Хозяйства продолжил:

— Проблема в том, что мы не знаем, сколько ещё это облако провисит над нашими головами. Если оно рассеется через несколько дней, потери будут минимальными, однако, если оно останется надолго, империя будет в опасности!

— Я… понимаю, — Император Яньфэн откинулся на троне, выглядя беспомощным. — Теперь, мои дорогие министры, вы понимаете насколько опасна сложившаяся ситуация? Ещё недавно мы имели дело с бунтом каких-то отбросов. Я оставался спокоен, и не обращал на них слишком много внимания. Было понятно, что у них ничего не получится и что Имперский Наставник вместе с моими министрами быстро с ними разберутся. Однако снежная катастрофа и эта чёртова туча могут сломать судьба нашей империи! У кого-то есть идеи, как решить проблему?

Гражданские и военные министры замолчали. Даже с их невероятными способностями, никто не был в силах сдуть столь огромную тучу. Император посмотрел на своих подданных, ощущая, как злость и взволнованность наполняют его сердце. Всего одна снежная туча собиралась разорвать империю на части, стереть сотни лет работы?

Гражданский министр сказал:

— Я думаю, что это реформа Имперского Наставника разозлила небеса…

— Вытащите его из зала и казните! — мгновенно взбесился император.

Мужчина сразу же упал на колени и начал что есть сил кричать:

— Ваше Величество, у небес свои порядки, и реформа Имперского Наставника пытается их изменить, поэтому на нас и снизошла беда. Люди будут страдать от гнева неба, и не смогут с ней ничего сделать, Ваше Величество!

— Солдаты! — император был в ярости. — Над империей нависла угроза, а вы продолжаете забивать людям головы своей ложью. Почему его ещё не казнили, мне что, самому это сделать?

Солдаты императорского зала вытащили гражданского на улицу. Вопли бедолаги постепенно удалялись. Император Яньфэн беспокойно шагал по залу, пытаясь совладать со своей злостью:

— Мне нужны министры, способные работать, а не бесполезные щенки, способные лишь тявкать! Реформа — это, чего хотел я, а не Имперский Наставник! Если небеса разозлились, они должны злиться на меня, и страдать тоже должен я! Имперский Наставник хороший министр. Найти кого-то подобного ему можно не раз в пятьсот лет, а в целую тысячу или даже две! Подумайте над решением проблемы. Если вам ничего не приходит в голову, не вижу смысла отправляться домой и праздновать новый год!

— Ваше Величество, почему нам не запечатать тучу? — спросил голос из зала. — Если её нельзя разогнать, почему тогда не запечатать?

Министры повернули свои глаза на говорившего, взгляд императора тоже упал на него:

— Вельможа Дворца, что за идея у вас возникла? Поделитесь.

Цинь Му ответил:

— Я видел огненные сосуды армии вечного мира, в которых солдаты хранили свой истинный огонь. Когда наступал час битвы, они просто выпускали его наружу. Когда Зал Высшего Исцеления неудачно приготовил лекарство и парализовал весь Имперский Колледж, предыдущий Великий Ректор использовал подобный артефакт, чтобы запечатать обезболивающее и спасти колледж. Может быть, мы смогли бы использовать подобный метод, чтобы засосать тёмную тучу?

Император Яньфэн посмотрел на Генерала Небесных Стратагем и спросил:

— Генерал Цинь, как Вы думаете, такое может сработать?

Генерал Небесных Стратагем происходил из семьи Цинь, а звали его Цзянь. Он был главой всех имперских генералов, мастером секты одной из самых влиятельных семей города. Сделав несколько шагов вперёд, он проговорил:

— Ваше Величество, метод, предложенный Вельможей Дворца, может сработать. Однако в нашей армии недостаточно огненных сосудов. Солдатам отрядов Красной Птицы выдают бутылки из глицинии, и по всей империи их не должно быть больше одного миллиона. Данного количества хватит лишь для того, чтобы расчистить небо над одной провинцией. Учитывая количество провинций в стране, бессмысленно полагаться лишь на сосуды, которыми владеет армия.

Затем заговорил Цинь Му:

— Несмотря на то, что в армии не слишком много сосудов, в империи есть много чиновников, которые совершенствуют заклятия, и огромное количество влиятельных семей с сильными людьми. Если Ваше Величество примет указ, многочисленные чиновники имперского дворца могли бы создать сокровища, нужные для хранения тёмной тучи. Пусть главы уездов и их подданные берут на себя ответственность за свои территории. С помощью солдат из армии, они смогут почти полностью очистить небо над страной.

Император Яньфэн на мгновение задумался, после чего сказал:

— Будет сложно мобилизовать всех практиков божественных искусств, чтобы избавиться от облака. Некоторые из них разбрелись по свету, и не реагируют на приказы имперского двора.

— Поэтому, Ваше Величество будет должен лично принять участие в процессе, показывая пример всему миру, — сказал Цинь Му. — Если Ваше Величество покинет столицу и посетит каждую провинцию, помогая разбираться с тучей, люди пойдут следом.

Большинство гражданских и военных чиновников начали переглядываться друг с другом. Если император покинет столицу, чтобы разобраться с тучей, останки взбунтовавшихся сект, несомненно, попытаются воспользоваться ситуацией и убить его.

Когда Имперский Наставник Вечного Мира отправился на захват Великих Руин, ему не повезло попасть в засаду, после которой восстание набрало новые обороты. Если император покинет город, ему тоже придётся защищаться от бесчисленных покушений.

Как только чиновники собрались что-то сказать, глаза Императора Яньфэна загорелись, и он улыбнулся:

— Ладно. Министр Цинь, может быть, Вы видите какой-то другой способ решить проблему?

— Снежная катастрофа уже наступила, я больше ничего не могу сделать, — ответил юноша. — Однажды я слышал, что путь святого ничем не отличается от пути обычного человека. Если солнце сойдёт и начнёт топить снег, все практики божественных искусств тоже выйдут из своих убежищ и начнут чистить замёрзшие деревни. Они помогут обработать поля, и в следующем году мы, возможно, даже увидим урожай. Если не будет ветра, они помогут нам его вызвать. Если начнётся нашествие насекомых, они помогут от них избавится. Если начнутся морозы, они используют огонь, чтобы избавится от льда.

— Ваше Величество, это слова дьявола! — гражданский чиновник вышел вперёд, дрожа от злости. — Ваше Величество, Вельможа Дворца говорит дьявольские вещи, они навредят стране и её жителям! Его нужно немедленно казнить!

Император Яньфэн улыбнулся:

— Его слова очень даже верны, как они могут иметь дьявольскую природу? Такие идеи не навредят ни стране, ни людям, а наоборот, помогут спасти много жизней и поднять империю на ноги. Я лишаю тебя должности, иди домой и подумай над своими действиями. Министр Цинь, у тебя есть ещё какие-нибудь идеи?

Немного поразмыслив, Цинь Му проговорил:

— Ваше Величество может приказать Министру Наблюдения за Небесами следить за погодой на территории страны. Во времена ливней мы можем запечатывать дождевую воду в духовных сокровищах. Во времена ураганов мы можем запечатывать ветер. Также можно хранить смерчи, град и молнии для собственных нужд. Если наступит засуха, у нас будет возможность пустить дождь, а если мы вступим в войну — отправить на врага град, молнии и смерчи. Таким образом у нас появится возможность контролировать погоду над империей и разбираться с врагами. Снежная катастрофа довела Империю Вечного Мира до грани уничтожения. Если направить такую силу на кого-то из наших врагов, разве кто-то сможет с ней справиться?

— Ваше Величество, контроль над погодой — это попытка нарушить небесный порядок, это дьявольское занятие! — очередной гражданский чиновник выпрыгнул из толпы, и начал бить поклоны, от которых из его лба пошла кровь. — Это слова настоящего дьявола, они уничтожат нашу империю! Ваше Величество, казните этого ублюдка дьявольского пути!

Император Яньфэн махнул рукой и улыбнулся:

— Ты лишён своей должности. Если ты не в силах придумать лучшего решения проблемы, не неси чепухи и не начинай клеветать на Вельможу Дворца. Для чего я плачу тебе столь высокую зарплату? Это не слова, а снежная катастрофа уничтожает империю! Солдаты, вытащите его из зала. Вельможа Дворца, говорить легко, действовать — сложнее. Вы пойдёте со мной разбираться с бедствием.

Юноша немного поколебался, после чего смущённо ответил:

— Мне ведь нужно попасть домой на новый год… Но я могу порекомендовать вам нескольких людей, способных помочь Вашему Величеству.

Император громко рассмеялся, чувствуя, как тёмные тучи, нависшие над его сердцем, начали рассеиваться. Мужчина махнул рукой:

— Ладно. Я нуждаюсь в способных помощниках, и если те, кого ты посоветуешь, окажутся способными, ты будешь свободен.

Сердце Герцога Вэя слегка вздрогнуло: «Небесный Дьявольский Культ собрался войти в имперский двор… К слову, я ведь и сам теперь Небесный Король культа, и уже давным-давно стал чиновником. Молодой Владыка действительно знает, как можно выслужиться. Имперский Наставник покинул двор, и парень сразу же воспользовался шансом внедрить своих людей. Если наставник будет отсутствовать достаточно долго, даже сам император станет членом Небесного Дьявольского Культа! Куда же он отправился? Он так долго пропадает и даже не соизволил появится, когда над нами повисла такая серьёзная угроза…»

Глава 220. Неприятностям не будет конца

«Облако не малых размеров, но недостаточно большое. Оно и снег в Империи Вечного Мира больше похожи на предупреждение», — размышлял старый Жулай.

На западе, на величественной горе Сумеру, возвышался златоверхий Монастырь Великого Громового Удара, расположенный на вершине слоя облаков, с которого Жулай смотрел на территорию Империи Вечного Мира. Он мог видеть солнце, сияющее золотым блеском, что делало облако размером с море аномально ярким.

— Когда-то, за долгую историю Монастыря Великого Громового Удара, мы уже были свидетелями такого метеорологического нападения, — задумчиво, промолвил старый Жулай. Ниже сиденья старика стояло множество бодхисаттв, преподобных и архатов, внимающих его словам. — Та метеорологическая атака была даже больше, чем эта. Шёл сильный снег и похожее тёмное облако. У людей не было возможности зарабатывать на жизнь, что год за годом приводило к стихийным бедствиям, и только бог знает, сколько людей погибло. Преподобный Ку, идите и принесите Писания Эпохи Пустоты Траура Императора из Хранилища Буддийских Текстов и откройте на тысяче триста шестьдесят седьмой странице, — приказывающим тоном, закончил Жулай.

Монах озабоченно нахмурился, встал и ушёл. Через мгновение Достопочтенный Ку принёс писания и открыл на странице, упомянутой старым Жулаем.

— Писания Эпохи Пустоты Траура Императора 6420 года, изменения в метеорологическом явлении, снег падал тридцать дней, облако размером в восемьдесят тысяч километров, солнца не было видно. Голодающие люди были везде, бандиты появлялись повсюду, а император приказал богам и королям драконов избавиться от них. Траур Императора 6430 года. Метеоры летели с неба, метеоритный дождь походил на потоп, вулканы извергались десятками тысяч, земля дрожала, раскрывая тысячи трещин, и реки высыхали. Океан опустел. На следующий год солнце исчезло, не было света от двух небесных тел… — читал старый Жулай.

За спиной старика Бедный Учитель и остальные почувствовали, как их сердца ухнули в пятки, и они воскликнули:

— Жулай, это же…

— Великие Руины, — ответил тот и повернул голову назад, чтобы посмотреть на обширную нецивилизованную территорию позади горы Сумеру, а затем продолжил. — Данный древний свиток хранит последние мгновения божественного царства Великих Руин. Сильный снег и тёмная туча были лишь первыми предупреждениями. Однако сейчас это проявилось гораздо раньше, чем я ожидал… Раньше, и не в таких огромных масштабах. Кажется дела Империи Вечного Мира привлекли внимание тех, кто находится намного выше нас.

— Великие Руины… — пробормотали Бедный Учитель, Истинный Лорд Тянь и остальные.

— Если император хочет подавить эту катастрофу, единственный способ — немедленно остановить реформу и сдаться, моля прощения у небес и своего народа. В противном случае, эта снежная катастрофа будет только началом, после неё придёт ещё более страшное метеорологическое явление. И это не будет просто снег и тёмное облако. Оно будет состоять из метеорных дождей, извержений вулканов, высохших рек и океанов, исчезновения солнца и луны. Это гнев небес, который люди должны нести. Это уже слишком… — посмотрев в сторону загадочным взглядом, сказал старый Жулай.

— Жулай, Наследный Принц Вечного Мира хочет встретиться с Вами.

— Его Высочество всё еще ищет меня. Пригласите его сюда, — улыбаясь, произнёс старый Жулай.

— Как скажете.

— Его Высочество весьма необычен, и он может быть даже спасителем мира. Император упорно цепляется за ранее выбранное направление развития, но наследный принц совершенно другой. Его посланник заслуживает встречи, — улыбаясь, сказал старый Жулай, окружающим его монахам.

****

Гора Куньлунь Нефритовой Пустоты секты Дао называлась Раем Нефритовой Пустоты и была похожа на целый мир. Четыре сезона на горе были похожи на весну и казались священной землёй для бессмертных. Она ничем не уступала горе Сумеру.

— Облако, покрывающее империю — серьёзное, но не слишком опасное предупреждение. По сравнению с разрушением Великих Руин, это гораздо более обыденно, — не слишком быстро, не слишком медленно проговорил старый Мастер Дао, обращаясь к находящимся рядом даосам. — Наша секта Дао была против реформы Империи Вечного Мира не ради нашей личной выгоды, а ради Дао. Эта реформа разрушила слишком много правил и слишком много принципов, поэтому она обречена на провал. Жаль, что знания Имперского Наставника о Вечном Мире были слишком мелкими, и он не понимал великого ужаса, который будет надвигаться, — глядя вперёд глубокомысленным взглядом, старик спокойно продолжал. — Во времена его молодости, он пришёл в секту Дао, чтобы встретиться со мной. Я видел, что он был необычным и возлагал на него большие надежды, поэтому позволил ему просмотреть наследные священные писания нашей секты Дао, надеясь, что в будущем он добьётся успеха. Что касается сектантских предубеждений, то они были временно отброшены мною. Для такого таланта я, естественно, должен был сделать исключение и ухаживать за ним в меру своих возможностей. Когда он стал Имперским Наставником, мои ожидания обернулись разочарованием. Почему? Потому что Дао образец природы.

Большинство мастеров секты Дао сидели и тихо слушали.

— Дао образец природы, поэтому мы, даосы, можем вызывать ветер и дождь, но мы не можем изменить ветер и дождь, мы не можем изменить природу и великое Дао. У меня на самом деле не было предубеждений против Небесного Дьявольского Культа… Напротив, я всё ещё восхищаюсь некоторыми его действиями. Однако наши пути разные. Почему так? — Мастер Дао покачал головой. — Дао происходит от природы, но Небесный Дьявольский Культ хочет использовать Дао, чтобы изменить природу. Это та самая разница между нашей сектой Дао и Небесным Дьявольским Культом. Это также является причиной, почему Небесный Дьявольский Культ упоминается, как дьявол.

Большинство Даосов секты Дао были слегка потрясены.

— Я наблюдал за учениками Небесного Дьявольского Культа, использующими заклятия для перемещения облаков и распространения дождя. В периоды засухи они заставляли идти дождь и собирали деньги с фермеров. Были некоторые люди, которые использовали буровые заклятия для создания скважин, решая проблему отсутствия питьевой воды. Были также люди, которые использовали истинный огонь, чтобы плавить руды и извлекать металл, чтобы делать сельскохозяйственное оборудование для продажи. Были даже некоторые ученики дьявольского культа, которые собирали деньги у фермеров, чтобы выследить демонов — зверей. Небесный Дьявольский Культ действительно идёт против природы, из которой исходит Дао, изменяя природу, — излагал Дань Янцзы. — Использовать пути, навыки и божественные искусства для простых людей — это то же самое, что изменить природу, уничтожить её. Изменение природы и уничтожение природы изменяет великое Дао, разрушая его. Учения Небесного Дьявольского Культа неверны, поэтому они могут двигаться только по пути дьявола. Еще одно их учение — действовать прямолинейно, следовать курсу природы. Это означает, что они будут делать так, как им заблагорассудится. Если это не то, что делает дьявол, тогда кто есть дьявол? — спросил Мастер Дао и, слегка вздохнув, продолжил. — Имперский Наставник находиться под дурным влиянием Небесного Дьявольского Культа, и как раз поэтому он использовал его идеологию для управления страной. Бедствия, которые испытали Великие Руины, падут на Империю Вечного Мира. Это наказание небес, бедствие, посланное небесами. Как бы то ни было, люди невиновны.

Выдержав некоторую паузу, Мастер Дао смягчил тон:

— Вы все должны спуститься с горы. Наказание с небес, которое император и Имперский Наставник вызвали, не должен испытывать народ. Идите и помогите простолюдинам, которые находятся в беде и спасите столько людей, сколько вы можете. Когда вы будете спасать их, вы также можете найти молодых людей с хорошей основой и продолжить набирать людей в нашу секту Дао.

— Как прикажете, — после приказа эксперты секты Дао спустились с горы.

— Это не должно сказаться на обычных людях… Если Имперский Наставник и император по-прежнему будут упорствовать, продолжая идти по неправильному пути, у моей секты Дао не будет выбора, кроме как спуститься в мир, — посмотрев на облако над Империей Вечного Мира и вздохнув, сказал Мастер Дао.

****

— Вы должны помочь императору в отправке помощи при бедствии и убрать тучу в небе. Вы можете отправлять наших учеников на юг, чтобы помочь избавиться от замороженных зёрен и пересаживать их. Много людей погибнет из-за начавшейся снежной стихии, так что просто делайте всё возможное, чтобы спасти как можно больше людей. Кроме того, убедитесь, что наши ученики остаются осторожными, так как определённо будут беспорядки с такой катастрофой вокруг. Мир, безусловно, не останется спокойным, — передал свой указ Левому и Правому Хранителям Цинь Му.

— Как прикажете.

— Владыка священного культа, какую личность мы должны принять, чтобы помочь императору? Если император дарует нам титул, нам принять его? — колеблясь, спросил Левый Хранитель Нин Даочи.

— Помогите императору под своей настоящей личностью и силой священного культа. Если император дарует тебе титул, просто прими его. Если император терпит Имперского Наставника, он потерпит и нас. Мы часть Империи Вечного Мира, так что паранойя не нужна, — после недолгой паузы, ответил Цинь Му, а затем добавил. — Даже если мир находится в хаосе, практики божественных искусств, которые привыкли быть на вершине, определённо не будут готовы стать похожими на наш Небесный Дьявольский Культ и служить обычным людям, помогая им в их нуждах. Имперский Наставник однажды сказал, что убил группу оппозиционеров, но он всё ещё не мог убить их всех. После убийства одной группы, появится другая. Я думал, что Имперский Наставник шутит, но похоже, что это правда, — подняв голову и посмотрев на тёмное облако, Цинь Му с полуулыбкой продолжил. — Снег и туча создали катастрофу, которая может уничтожить страну, но они всё равно думают о том, что есть дьявол, а что нет. Ни разу они не задумывались о помощи людям. Они, вероятно, слишком привыкли быть высоко наверху… И думают, что помогать простолюдинам — оскорбление для них, так что такая логика есть не что иное, как дьявольский путь, — юноша беспомощно покачал головой. — Таких людей не мало, и среди них, вероятно, есть экстремисты, которые воспользуются представившимся шансом, чтобы восстать или даже нацелиться на наш Небесный Святой Культ. Вы должны быть осторожны!

— Владыка культа, не волнуйся. Наш культ и так не обладает добрым именем, и тем более не смотрит свысока на других, и, как показала практика, не разрушится под гнётом так называемого праведного пути! — хранители поклонились и ушли.

Цинь Му собрался с духом и поднял голову, чтобы посмотреть на тёмное облако над Империей Вечного Мира, прежде чем вернуться в Имперский Колледж. Ху Лин’эр, цилинь и Король Дьяволов Дутянь уже ждали на корабле.

— Мы должны купить новогодние подарки на обратном пути в деревню. Боюсь, в городе Пограничный Дракон больше ничего не будет. С Империей Вечного Мира в такой опасной ситуации, я думаю там будет гораздо меньше торговцев, — сказал Цинь Му.

— Ваш мир в беде, эти снегопады и тёмная туча окутали всю территорию Империи Вечного Мира, не так ли? — задрав голову к небу, посмеиваясь, сказал Король Дьяволов Дутянь.

— Достопочтенный Король Дьяволов, что ты можешь сказать на счёт этого? — вежливо спросил Цинь Му.

— Встань на колени и оближи мои пальцы, тогда я скажу тебе! — заносчиво ответил дьявол.

Цинь Му взглянул на Ху Лин’эр, после чего та открыла отсек в области груди восьмирукой статуи бога. Она села внутрь и начала управляла Королём Дьяволов, заставив встать на колени и высунуть язык, чтобы облизнуть ботинки паренька.

— Дьявол можно убить, но не унизить! Стой, стой… Я скажу, я всё скажу! — взмолился дьявол.

Цинь Му поднял руку. Ху Лин’эр перестала контролировать Короля Дьяволов Дутяня, который тут же вскочил, дважды сплюнул и больше не смел грубить.

Последние несколько дней лисичка вела себя на удивление умно, проводя много времени за “забавами” с дьяволом, после которых тот, естественно, стал покорным. Он начал понимать неоспоримую истину — мудрый дьявол не тот, что брыкается и ёрничает, а тот, что сотрудничает, когда все карты против него.

— Это метод бога и не какого-то там обычного бога. Если бы моё истинное тело спустилось, я смог бы повторить такое, используя метеорологическое явление для атаки, чтобы извести со света всю человеческую расу. Я мог бы уничтожить вашу расу и превратить этот мир в новый Дутянь. Тем не менее, бог, который использовал эту метеорологическую атаку, кажется, немного мягче, поэтому он не нанёс смертельный удар. Я считаю, что данные снегопады и облако — просто мягкое предупреждение, — вытерев рот, усмехнулся король дьяволов.

— Предупреждение? Просто мягкое предупреждение? — ошеломлённо переспросил Цинь Му и тут же добавил. — Это мягкое предупреждение, вероятно, убьёт миллионы простолюдинов, так как они не смогут пережить зиму!

Он погрузился в раздумья, вспомнив про Великие Руины. Из-за указа бога и дьявола, люди Великих Руин стали отринутыми и презренными всеми остальными.

— Если боги и дьяволы не умрут, неприятностям не будет конца! — холодно сказал Цинь Му.

****

— Жена, если боги и дьяволы не умрут, неприятностям не будет конца, — глядя на огромное облако, печально вздохнув, сказал Имперский Наставник.

Женщина рядом с ним не была такой уж красавицей, но и не уродливой. Она имела приятный внешний вид и была одной из дворцовых служанок, полученных в награду Имперским Наставником. Среди многих из них она была единственной, кто стала его женой.

— Муж, ты не возвращаешься из-за чувства, что император может решить эту природную катастрофу? — будучи достаточно проницательной, спросила она.

— Даже если император не сможет решить её, найдутся люди, которые решат её за него, мне нет необходимости возвращаться. Давай отправимся в Маленькую Нефритовую Столицу в небе? — улыбаясь, спросил Имперский Наставник.

Глава 221. Непревзойдённый Ваджра

Маленькая Нефритовая Столица в небесах?

Жена Имперского Наставника подняла взгляд ввысь. Для города это было очень красивое название.

Нефритовая Столица, город, построенный из нефрита, место, где проживали бессмертные. В нём не было запаха дыма, огня, или атмосферы мира смертных.

— Однажды, Странник Чжэнь из Маленькой Нефритовой Столицы пытался меня остановить, но, к сожалению, ему это не удалось, — глаза Имперского Наставника, казалось, что-то замалчивали. — Перед смертью, он попросил меня посетить его город, который, по словам старика, изменит мои мысли. И вот, я здесь.

Перед ними, райский город, будто сошедший со сказочного полотна, начал медленно появляться во мгле.

****

Корабль Цинь причалил в префектуре Фэнь. Вместе с лисичкой юноша сошёл на землю купить новогодних подарков, заполнив ими целое судно. Префектура Фэнь до сих пор считалась мирным местом. Местные власти призывали мастеров божественных искусств создавать всевозможное духовное оружие, после чего использовать для запечатывания тучи, закрывшей небо.

В некоторых областях префектуры уже виделся солнечный свет, и снег начинал таять, однако, в остальных местах до сих пор было невероятно холодно.

Префектура Фэнь производила много крепкого алкоголя, который здешние люди привыкли использовать, чтобы согреться. Кроме того, несмотря на ужасный холод, местные поднимались в горы, чтобы нарубить дров для обогрева домов.

Ещё одной проблемой стал рост цен, продукты стали намного дороже, чем раньше. Цинь Му был богат, поэтому не ощутил сильной разницы, однако, Ху Лин’эр провела некоторые подсчёты и сообщила:

— Молодой мастер, цены увеличились в несколько раз.

Парень был ошарашен и ответил:

— Это случилось даже раньше, чем я думал. Возвращение цен к норме — задача Министра Доходов, нас эта проблема не касается. Как только туча исчезнет и имперский двор отправит помощь пострадавшим, проблемы севера будут решены. Я просто боюсь, что некоторые люди начнут осознанно вставлять палки в колёса.

Новогодних подарков, которых они купили в префектуре Фэнь было недостаточно, поэтому кораблю пришлось остановиться в префектуре Лжи. Здешние продукты также подорожали в несколько раз, а многие торговцы перестали продавать свой товар, ожидая, что цены ещё сильнее увеличатся, и они смогут получить ещё большую прибыль в будущем.

Губернатор префектуры Лжи уже начал разбираться с такими людьми, используя строгие меры, оправданные тяжёлым временем. Большинство предпринимателей, спрятавших свой товар, казнили на месте.

Спустя три дня, корабль Цинь Му достиг префектуры Цзин, находящейся неподалёку от границы с Великими Руинами. Юноше оставалось всего лишь несколько тысяч километров, покрытых слоем тёмных туч, напоминающий лист бумаги с кучей прорезанных в нём дыр. Сквозь эти разрезы на землю светило тёплое солнце.

Это место было далеко от центра империи, поэтому здесь было много места и мало людей. В таких условиях хаос возникал намного быстрее, и в округе начали водиться горные бандиты, грабящие богатые семьи. На дорогах, возле погасших костров, валялись трупы замёрзших бедняков.

Бесчисленные беглецы тащили свои семьи по миру снега и льда. Они тесно прижимались друг к другу, шагая по замёрзшей реке на юг, в надежде найти тепло. Они молча продолжали идти, когда кто-то из их семьи безжизненно падал на землю. Время от времени, они ложились на землю, пытаясь сохранить остатки своего тепла, после чего уже никогда не поднимались.

Места, где скапливалась речная вода, превращались в огромные ледяные горы, поскрипывающие время от времени. Огромные куски льда иногда скатывались с вершин этих наростов, выглядя очень устрашающе.

Цинь Му увидел группу молодых людей, помогающих беглецам с помощью заклятий, поэтому остановился на замёрзшей воде, чтобы спросить, как у них дела. Молодые люди оказались последователям Небесного Дьявольского Культа.

— Скажите им, что нет смысла искать тёплое место, вся империя замёрзла, — сообщил Цинь Му.

— Они не станут слушать, — один из последователей культа снял маску, защищавшую кожу от холода, обнаруживая обмороженное лицо. Перекрикивая громкий свист ветра, он проговорил. — Как только они остановятся, их надежда исчезнет. Пока они продолжают идти, они всё ещё находят силы бороться.

Цинь Му не знал, что сказать. Он порылся среди купленных подарков и передал последователям культа то, что могло бы помочь замерзающим:

— В текущей ситуации, даже демоны и монстры выйдут на поиски пищи. Вы должны быть предельно осторожны.

Он решил не оставаться в префектуре Цзин слишком долго. Корабль поднялся в воздух, отправляясь в сторону Великих Руин.

Зима в Империи Вечного Мира была ужасно холодной, со временем продолжая становиться всё страшнее. Вскоре на корпусе судна образовались огромные сосульки, значительно уменьшая его скорость и увеличивая расход топлива. Цинь Му был вынужден останавливаться каждые несколько сотен километров и вручную чистить корабль.

Ху Лин’эр стояла возле котла, время от времени подкидывая туда лекарственные камни. Цинь Му контролировал направление движения, летя низко над землёй. Его жизненная Ци приняла форму Красной Птицы, покрывая тело слоем огня и не позволяя ему замёрзнуть.

По мере их продвижения на запад, местность вокруг становилась всё более и более пустынной. Чем пустыннее ставала местность, тем больше людей отправлялись в бега. Чем больше людей отправлялось в бега, тем больше трупов лежало у дорог.

Кроме того, в этих забытых местах было намного меньше практиков божественных искусств, поэтому солнце встречалось здесь значительно реже. Небо было закрыто густой тёмной тучей, отчего здешний холод был суровее, чем в любом другом месте.

Сила снежной катастрофы превысила все ожидания Цинь Му. Количество погибших тоже было больше, чем он думал, хоть бедствие только набирало оборотов. Как вдруг посреди неба вспыхнула вспышка огня, следом за которой появился силуэт огромной змеи, ползущей между туч и выплевывающей клубы дыма.

Зверь выбрался из-за облаков, сверкая своей демонической аурой. Вздрогнув в сердце, Цинь Му немедленно повернул корабль вверх, ныряя в тучи.

Огромная змея оглядывалась по сторонам, а на её голове сидел кокетливый мужчина, который взволнованно проговорил:

— Я ведь только что видел эту мразь, куда он исчез? Сестра Цю, выпусти насекомых!

Из-за облаков вылетело бесчисленное количество насекомых, таща на себе женщину. Как только она выпрямила свой палец, жучки разлетелись во все стороны, исчезая в снежной туче. Между тем корабль-сокровище Цинь Му пробивался сквозь облака, когда внезапно встретился лицом к лицу с золотым насекомым. Увидев огромное судно, шокированное существо немедленно замерло, а парень тут же тыкнул вперёд пальцем, и его жизненная Ци приняла форму меча и со звоном попыталась проколоть тело насекомого. Однако вместо того, чтобы умереть, существо увеличилось в размере до трёх метров, и, громко запищав, полетело прямо на юнца!

Жизненная Ци Цинь Му хлынула в мешочек таоте, и спустя мгновение меч Младший Защитник со свистом вылетел наружу, разрубив огромное насекомое напополам. В этот момент за спиной парня раздалось хихиканье:

— Ну что ж, наконец Владыка Небесного Дьявольского Культа здесь!

Повернув голову в сторону источника звука, Цинь Му увидел, как тучи за ним приобретают красный оттенок. Он сразу же понял, что дело плохо, и закричал:

— Лин’эр, доведи все три котла до максимальной мощности!

Бум!

Корабль стряхнулся под силой огромного пламени, разразившегося с кормы, а юноша схватился за рулевое колесо, чтобы не вылететь за борт.

Судно начало неистово качаться в стороны, чуть не упав на землю. Бронзовые звери извергали огонь с максимальной силой, значительно увеличивая скорость. Всего лишь за несколько мгновений корабль вылетел из тучи, вырвавшись на свежий воздух.

«Как холодно!» — ледяной ветер ударил в лицо Цинь Му, заставив задрожать от холода. Жизненная Ци Красной Птицы, окутывавшая его тело, погасла, и вместо неё на его лице и руках начали образовываться сосульки.

Раздался громкий хлопок, когда корабль превысил скорость звука. Ху Лин’эр перестала подкидывать медицинские камни в котёл, и языки пламени, исходящие из ртов бронзовых зверей, стали намного короче.

— Молодой мастер, топливо на исходе! — проговорила ушаста.

Цинь Му оглянулся, увидев, как из облаков вылетают клубы пламени. Внезапно следом за золотым роем насекомых вылетела огромная змея, пытаясь догнать корабль. Однако скорость этих существ всё равно была слишком низкой… Ниже, чем у судна.

Несмотря на то, что корабль значительно замедлился, догнать его было всё равно невозможной задачей. Цинь Му успокоился, окутал судно жизненной Ци Красной Птицы, после чего вошёл в трюм:

— Сколько медицинских камней у нас осталось?

Лиса до сих пор была занята подбрасыванием камней в котёл, поэтому просто взглянула на парня с серьёзным выражением.

Цинь Му оглянулся и слегка нахмурился. Как оказалось, осталось лишь полторы корзины топлива. Медицинские камни, используемые на летающих кораблях Империи Вечного Мира, готовились особым образом и были упакованы в специальную бумагу. Для поддержания скорости летящего корабля было достаточно время от времени подкидывать в огонь по упаковке.

Они купили более дюжины корзин топлива, чего должно было с головой хватить для перелёта в Великие Руины. Однако поскольку кораблю пришлось часто останавливаться из-за погодных условий, запас медицинских камней почти иссяк.

Ху Лин’эр сообщила:

— Погода слишком холодная. Если мы будем использовать котлы на максимальной мощности, до Великих Руин нам не долететь.

В этот момент, корабль неистово задрожал, и Цинь Му немедленно побежал на палубу. Однако, лишь слегка высунув голову из трюма, ему сразу же пришлось закрыть дверь обратно. Бдзинь, бдзинь, бдзинь… Раздалась очередь точных атак, когда в корму корабля полетели десятки летающих мечей.

Выбравшись на палубу, Цинь Му сразу же увидел пилюлю меча, быстро вращающуюся посреди неба. Палуба и корма были усеяны торчащими мечами, которые сильно вибрировали, пытаясь выбраться и вернуться в пилюлю.

Форма Вертикально Рубящего Меча!

Цинь Му поднял руку во взмахе мечом. Младший Защитник просвистел, разрезая пилюлю, которая сразу же взорвалась, превратившись в дождь из обломков сотен мечей.

— Отличный меч! — раздался голос. Цинь Му повернул голову в сторону его источника, увидев ученика, спускающегося ему навстречу с высоты трёх тысяч метров. От скорости этого парня глаза Цинь Му полезли на лоб.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь, твоя личность раскрыта, и теперь впереди тебя ждёт трудный путь!

Молодой ученик прыгнул вперёд, будто взлетев. За его спиной время от времени взрывались божественные искусства, снова и снова подталкивая вперёд.

— Впереди тебя ждут ещё много друзей Дао! — с улыбкой уверенно говорил ученик.

Глаза Цинь Му взволнованно забегали, а его рука потянулась вперёд. Меч Младший Защитник взмыл в воздух вспышкой холодного света, направляясь навстречу ученику. Одежда парня имела широкие рукава, которыми он собрался отбить атаку, однако, меч с лёгкостью проткнул ткань, повергая врага в шок. Тот немедленно щёлкнул пальцами, извергая очередное боевое искусство, превратившееся в стаю воробьев, несущих пламя навстречу Младшему Защитнику.

Палец, которым Цинь Му контролировал оружие, завертелся, и меч выполнил Форму Спирального Меча, разрывая воробьев на части, отчего Младший Защитник накалился докрасна. Однако его приём не закончился, меч продолжал летать вокруг противника, прошивая одежду последнего. Вскоре бедолага оказался полностью голым.

— Отличное владение мечом!

Молодой ученик немедленно остановился, сразу же исчезнув из поля видимости корабля. Цинь Му почувствовал, что потерял контроль над мечом на таком большом расстоянии, поэтому достал ножны и потряс их на ветру. Предмет превратился в огромную рыбину, и, вскоре, Младший Защитник вернулся к хозяину со скоростью падающей звезды.

— Амитабха!

В небесах раздалось имя Будды, и Цинь Му немедленно поднял голову, чтобы осмотреться, сразу же прикрыв глаза от ослепительного света, сверкающего вверху. В глубине белого пятна на небе, виднелся силуэт огромного будды. Божество спускалось прямо на корабль!

Жизненная Ци парня вспыхнула, и меч Младший Защитник снова взмыл, принимая Форму Бурящего Меча в попытке убить сходящего с неба будду!

— Непревзойдённый Ваджра! — воздух расколол громкий крик, из-за которого Цинь Му сразу же почувствовал, как движение Формы Бурящего Меча становится невероятно вялым. Невероятная сила надавила на юношу, передаваясь на палубу корабля через его тело. Его кости заскрипели в попытке выдержать давление, а корабль начал терять высоту и время от времени тоже поскрипывать.

Глава 222. Окружить и уничтожить Владыку Небесного Дьявольского Культа

— А этот монах хорош! — пробормотал Цинь Му, после чего, задрожав всем телом, принял форму Владыки Марса, который имел голову быка и стоял на двух драконах. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана циркулировала в соответствии с техникой Истинного Маркиза Огня Владыки Марса, благодаря чем объём его жизненной Ци увеличился в геометрической прогрессии, чтобы противостоять давлению свыше.

Третий бычий глаз меж его бровей открылся и выстрелил лучом огня вверх, откуда тут же послышался визг. Гигантское солнце за головой огромного Будды было пронзено лучом и разрушено, а огромный Будда исчез и превратился в молодого монаха. Давление на Цинь Му намного уменьшилось, и пылающий огонь вокруг его тела быстро распространился по всему кораблю, чтобы расплавить сосульки на нём. Скорость корабля резко возросла, когда тот, стремительно двигаясь вперёд, вошёл в слой облаков.

В воздухе высокий и крепкий монах, стоя на одной ноге, держал посох с девятью кольцами. Оглядываясь по сторонам, другая его нога кровоточила. Чуть ранее он выполнил технику Непревзойдённой Ваджры, чтобы напрямую заблокировать Форму Бурящего Меча Цинь Му, и нога, которая приняла на себя удар меча последнего, была искалечена. Техника Непревзойдённой Ваджры не была в состоянии полностью блокировать Форму Бурящего Меча. Затем Цинь Му принял в форму Владыки Марса, которому удалось уничтожить Будду, в которого он трансформировался, используя технику Непревзойденной Ваджры, в итоге заставив его отступить.

— Прочь! — гаркнул Цинь Му.

Глаза высокого и крепкого монаха загорелись, и он приложил силы, чтобы броситься на облака. Каждый раз, когда он делал шаг вперёд, белый лотос появлялся под его ногами, помогая ему получить некую опору, позволяющую вырваться вперёд с большей силой.

Среди моря облаков был едва различим корабль-сокровище. Цинь Му оглянулся и увидел монаха, ведущего за ним неутомимую и очень быструю погоню.

Напавшие на него люди являлись мастерами, экспертами. Не было необходимости говорить о Лун Цзяонань и женщине с фамилией Цю, так как они оба были практиками божественного искусства области Семи Звёзд. Тот ученик и этот молодой монах тоже не были обычными людьми. Например, ученик, чья пилюля меча была уничтожена Цинь Му, даже без духовного оружия, с голыми руками смог сдержать мощь, стоящую за Младшим Защитником. Хотя его одежда была разорвана на лоскуты, он не был ранен.

Меч Младший Защитник был мечом высокопоставленного чиновника первого ранга имперского двора. Даже при том, что Цинь Му не мог высвободить его полную силу, меч по-прежнему был несравнимо острым. Поэтому ученик, способный при всём при этом защитить своё тело, безусловно, очень силён.

Крепкосложенный, высокий монах тоже был невероятно силён. Благодаря способности принять в лоб Форму Бурящего Меча Цинь Му и отделаться лишь раной одной ноги, можно сделать вывод о том, насколько невероятно он закалил своё тело. А если бы Цинь Му не понял, что солнце за его головой было ключевой точкой техники Непревзойдённой Ваджры, корабль, вероятно, врезался бы в землю под давлением!

Несмотря на то, что эти два человека не были практиками области Семи Звёзд, они были на пике области Шести Направлений.

К тому же, хоть монах и повредил ногу, но его скорость всё ещё была очень высокой. Он, казалось, даже медленно догонял корабль.

— Лин’эр, увеличь скорость! — крикнул Цинь Му.

Лисичка услышала приказ, и скорость корабля начала постепенно увеличиваться, отдаляя их от монаха.

— Какой быстрый корабль! — в восхищении воскликнул монах, прекратив преследование.

Цинь Му заметил это и немного успокоился. Монах и ученик перестали преследовать его, что могло означать только одно — во время дальнейшего пути ему не избежать очередных засад, а значит и встреч с ещё большим количеством мастеров!

Корабль-сокровище ещё немного летел в том же темпе, прежде чем вновь замедлиться. Осталось не так много лечебных камней, так что, если печь продолжит сжигать их на полной мощности, они будут потрачены впустую, и корабль не доберётся до Великих Руин.

— Как только мы покинем пределы больших облаков, то окажемся на территории Великих Руин. Мы не будем находиться так уж далеко от деревни, нам нужно будет преодолеть ещё чуть более тысячи километров, — промолвил Цинь Му и, развеяв форму Владыки Марса, подошёл к носу корабля, чтобы осмотреться. Он всё ещё не видел конца большого облака.

Скорость корабля по-прежнему была очень высокой, но холодный воздух, бьющий его в лицо, был терпим. В этот момент он увидел странное зрелище над несравнимо ярким морем облаков. Примерно в двенадцати километров от него, красочные огни непрерывно кружились, сияя во всех направлениях.

Когда корабль приблизился, Цинь Му увидел, что источником этих огней были столбы льда. Они были похожи на огромные ледяные мечи, и когда солнечный свет освещал их, красочные огни преломлялись, заставляя их выглядеть ослепительно в море облаков.

Каждый из ледяных мечей был чрезвычайно толстым и мог быть обнят только дюжиной людей. Если бы они использовались как мечи, единственными, кто мог бы ими орудовать, были бы несравнимо огромные гиганты. Ледяные мечи, казалось, росли из моря облаков, но самое странное было то, что они вращались вертикально, создавая всевозможные солнечные преломления. Таким образом, было очевидно, что эти мечи не сформировались естественным образом.

Немного изменившись в лице, Цинь Му с трудом повернул направо. Летающий корабль, построенный из металла, наклонялся так сильно, что палуба была почти вертикально к морю облаков. Корабль, скользя, проплыл мимо ледяных столбов.

— Лин’эр, медицинские печи на полную мощность! — закричал Цинь Му.

— Молодой мастер, Вы опять хотите, чтобы я включила полную мощность, но, если мы продолжим в том же духе, тогда действительно не вернёмся в Великие Руины. У нас осталось не так много лечебных камней… — вышла из трюма корабля ворчащая Ху Лин’эр.

Цинь Му проигнорировал её недовольства и повернул руль назад, чтобы корабль восстановил равновесие. Слева от него внезапно двинулись огромные ледяные мечи. Это было похоже на то, что гигант с несколькими руками внезапно вытащил их. Издавая громкие свистки, огромные ледяные мечи пронзили воздух, полоснув по направлению к кораблю!

Скорость корабля внезапно увеличилась, и тот, будучи полностью под контролем Цинь Му, успешно избежал падающих ледяных мечей. Парень поспешно оглянулся и увидел среди огромных ледяных мечей женщину в синем платье. Она была очень красивой, но, будучи окружённой синей жизненной Ци, с холодным взглядом шла среди ледяных мечей. Она использовала свою Ци, чтобы трансформировать её в двенадцать рук, которые непрерывно делали колющие движения, в то время как огромные ледяные мечи повторяли за ними!

«К счастью, она не может догнать меня…» — как только парень подумал об этом, женщина в синем платье, с резко возросшей скоростью, рванула через облако. После прыжка её руки продолжали вертеться, на мгновение вводя его в ступор. Внезапно под дном корабля раздался громкий взрыв, и он еле удержался на ногах, чтобы не выпасть за борт!

Спасая свою жизнь, Цинь Му схватился за штурвал корабля, а когда корабль наконец остановился, он увидел везде вокруг ледяные мечи, пронзающие со всех сторон облака. Ранее корабль столкнулся с одним из таких ледяных мечей, и несмотря на то, что тот был разбит на куски, корабль тоже сильно пострадал.

«Способности женщины очень могучие и лучше, чем у монаха, который был ранее. Её скорость также невероятно высока!» — подумал про себя Цинь Му, управляя кораблём так, чтобы избежать ледяных мечей. Но их становилось всё больше и больше, отчего стало тяжело избегать.

— Где Король Дьяволов Дутяня? — возмущённо вскрикнул Цинь Му.

— Зачем ты меня зовёшь? Даже если бы ты хотел убить меня, я бы не стал тебе помогать, — лениво выходя из трюма, ответил дьявол.

— Хочешь снова встать на колени и облизать мне ботинки? Если ты не хочешь этого делать, то тебе лучше помочь! — гневно выпалил Цинь Му.

— Ты думаешь, что я боюсь тебя? В конце концов, я правитель Дутяня, если ты хочешь, чтобы я спас тебя, тебе лучше сказать “пожалуйста”, — король дьяволов усмехнулся, но всё равно подошёл.

— Пожалуйста! — терпение Цинь Му было на исходе.

— Настанет день, когда ты опустишь свою голову ко мне… — радуясь, рассмеялся Король Дьяволов Дутянь, но увидев, что Цинь Му вот-вот взорвётся в гневе, сразу же скрыл улыбку.

Восьмирукий и четырехликий дьявол поднял руки высоко в воздух, и чёрное зеркало появилось в небе над летающим кораблем. Плотный столб чёрного света сверкнул из чёрного зеркала в море облаков. Это было похоже на таз с водой, в который были вылиты чернила. Чёрный туман пронёсся во всех направлениях и, в мгновение ока, чёрный дым покрыл радиус более десятка километров. Он даже накрыл женщину в синем платье.

В чёрном дыму женщина почувствовала, что её сердце стало биться быстрее. Все самые грязные мысли изливались из её сердца, и даже кристально чистое сердце Дао не могло выдержать этого и стало испорченным. Её Секреты Раскрытия Тайны Ненависти Небесного Меча отделяли страсть и ненависть от эмоций, подавляя все виды грязных помыслов в сердце. Только тогда её сердце Дао могло стать единым с сердцем меча, прозрачным и чистым, однако, теперь оно было загрязнено чернилами, ведь в него вселился дьявол, наполняя всевозможными желаниями.

— Как жаль. Если бы у меня было достаточно времени, то всего лишь за полдня я бы выдрессировал эту ледяную гору… женщину лизать пальцы ног, — вздохнул дьявол.

Голос Будды раздался из дьявольского тумана, когда прибыл высокий и крепкий монах. Он использовал свой посох без каких-либо объяснений. Свет вырвался из посоха, ярко засияв, разделяя дьявольский туман на части и отгоняя его. Прогнав дьявольский туман, монах вдруг обнаружил сексапильную фигуру, падающую в его объятия, и его буддийское сердце чуть не растаяло. Человек, который упал в его объятия, была не кто иной, как холодная женщина из Дворца Воцарившейся Страсти. В этот момент её одежда была наполовину расстегнута… хотя, если на чистоту, она была почти голой.

— Старшая Сестра Юй, ты попала под влияние заклятия дьявольского пути, ты не собираешься просыпаться? — оттолкнув её, крикнул монах.

Женщина в синем платье, Юй, громко закричала голосом Будды, и дьявол в её сердце был рассеян. Она мгновенно опомнилась, и её лицо покраснело от стыда.

— Мне стыдно, я попала под заклятие дьявольского пути и позволила им сбежать, — прикрывшись, сказала Юй.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь Му, естественно, владеет заклятиями пути дьявола, чтобы очаровать сердца людей и испортить их развитие! — молодой монах тряс своим посохом, из-за чего золотые кольца на нём звеня заколыхались, помогая женщине подавить дьявола в сердце, и добавил. — Однако с таким монахом, как я, ему придётся постараться!

— Его корабль слишком быстрый, если он сбежит, догнать его будет непросто, — покачав головой, ответила Юй.

— Нет необходимости беспокоиться, старшая сестра Юй. Он не сможет убежать, — догоняя их, говорил молодой ученик, а потом добавил. — Ученик Бедного Учителя секты Бедной Логики Лань Юй приветствует старшего брата Бань Чи и старшую сестру Юй. Не только мы охотимся на Владыку Небесного Дьявольского Культа. Почти все люди с таким же положением, как у нас, вышли против него, так что он не сможет убежать.

Монах Бань Чи собирался что-то сказать, когда увидел рой насекомых. Среди них была огромная красная змея, управляющая демоническим газом. Их скорость была очень высокой, поэтому они доберутся до них в кратчайшие сроки.

— Это же старшая сестра Цю Юэ из Замка Трёх Чудес и молодой мастер из секты Наездников Дракона Лун Цзяонань. Характер Лун Цзяонаня странный и противный. Он любит мужчин и, как-то раз, гонялся за мной полдня, когда увидел, что я красивый. Давайте не будем с ним встречаться, — посмотрев, сказал Лань Юй.

В этот момент бесчисленные огни мечей пересеклись далеко в облаке, выглядя чрезвычайно ослепительно.

— Интересно, какой мастер секты меча перехватил Владыку Небесного Дьявольского Культа, давайте поторопимся! — с загоревшимися глазами, воскликнул Бань Чи.

Все сразу же согласились, но, собравшись идти, они увидели человека, прыгающего среди облаков, как обезьяна, преследовавшего корабль.

— Мастер секты Меча Герцога-Обезьяны, молодой фехтовальщик Юань Шань! — узнав этого человека, закричал Лань Юй. — Старший брат Юань Шань, Владыка Небесного Дьявольского Культа не сможет сбежать, так почему бы нам не окружить и уничтожить его вместе!

— В руках Владыки Небесного Дьявольского Культа есть драгоценный меч, которым был уничтожен мой меч. Его корабль тоже странный, он сделан не из дерева, а из металла. Я ударял его тысячами мечей, но всё равно не смог пробить, — остановившись подождать их, ответил Юань Шань.

— Он сделан из чёрного железа, — сказал Лань Юй и добавил. — Он не разрушился, столкнувшись с Ненавистью Разлуки Ледяного Меча, вместо этого разрушилась последняя.

— Железный корабль, который может летать в небе? — все в ужасе переглянулись друг с другом. Как вообще летает такой тяжёлый корабль?

— Лун Цзяонань здесь, быстро, уходим! — оглядываясь назад, крикнул переменившись в лице Лань Юй.

Глава 223. Дорога к смерти

Сбежав от преследования Юань Шаня, Цинь Му немедленно осмотрелся вокруг. В корпусе корабля появились тысячи пробоин от летающих мечей, и теперь ветер свободно гулял по его внутренностям.

Юань Шань из секты Меча Герцога-Обезьяны был очень проворным, а его атаки и движения невероятно быстрыми. Навыки меча парня тоже владели необычайной силой, но к счастью, корпус корабля был изготовлен из чёрного железа, прочность которого была немалой, позволяя выдержать удары мастера меча.

Однако поскольку встречный ветер теперь спокойно проникал внутрь судна, скорость последнего значительно снизилась. Кроме того, после столкновения с огромным ледяным мечом, на носу корабля образовалась гигантская пробоина. Когда судно мчалось на максимальной мощности, поток воздуха, попадающий сквозь неё, ещё сильнее ухудшал лётные характеристики.

«Имей я возможность остановиться, смог бы починить корабль за пол дня, но эти парни не предоставят мне такого шанса. К счастью, мы уже не далеко от Великих Руин», — как только голову Цинь Му посетила эта мысль, внизу раздался голос Ху Лин’эр:

— Молодой мастер, бронзовому зверю на днище корабля отрубило голову, это плохо?

Вздрогнув сердцем, Цинь Му ответил:

— Ничего страшного, просто посадка будет немного жёсткой.

Лиса высунула голову из трюма, испуганным взглядом смотря на юношу:

— Насколько жёсткой?

— Почему ты именно сейчас решила об этом спросить? — недоумевал Цинь Му.

— У нас закончились медицинские камни, — ответила она громко и ясно. — Молодой мастер не заметил? Корабль снижается, и скоро мы свалимся на землю.

Несмотря на то, что корабль всё ещё двигался вперёд по инерции, Цинь Му действительно заметил, что они начали погружаться в море туч, поэтому тут же принял решение:

— Лин’эр, буди свинью, пришла его очередь помогать!

Король Дьяволов Дутяня впал в ярость:

— Мерзавец, кого ты посмел обозвать свиньёй? Я уже и так сделал всё, что мог!

Лиса закатила глаза:

— Мы не к тебе обращаемся, мог не признавать, что ты свинья. Молодой мастер говорит о разжиревшем цилине. Полудакон, вставай, хватит спать. Корабль падает, и молодой мастер говорит, что посадка будет жёсткой.

Цилинь медленно поднялся, неохотно вылезая из трюма. Таща свой живот по земле, зверь ворчал:

— До последнего времени вы называли меня громадным, а не разжиревшим…

«Он ещё может летать?» — немного обеспокоился Цинь Му и быстро собрал все новогодние подарки, лежащие в трюме, сложив их в мешочек таоте. Затем он схватил Короля Дьяволов Дутяня, собираясь отправить следом за ними.

Однако отверстие в мешке было слишком узким, сквозь него могла пролезть лишь одна нога статуи. Парень начал подумывать о том, чтобы разобрать статую на части, но король дьяволов со злостью проговорил:

— Что ты делаешь? Не разбирай меня, моё сознание слилось с этим телом, и если ты разберёшь статую, оно пострадает… Ты не знаешь, как пользоваться мешочком? Отверстие можно расширить с помощью Ци.

Глаза Цинь Му загорелись, и его жизненная Ци немедленно наполнила мешочек таоте, отчего руны на его поверхности загорелись. Внезапно отверстие в артефакте увеличилось, превратившись в огромную звериную пасть. Она имела около двадцати метров в диаметре, так что могла с лёгкостью проглотить Короля Дьяволов Дутяня целиком.

«Так действительно проще!» — мысленно удивившись, обрадовался Цинь Му.

Он привязал мешочек к своему поясу и, запрыгнув на спину цилиня вместе с лисой, прокричал:

— Покинуть корабль, вперёд!

Под ногами дракономордого разразились клубы огня, и зверь взмыл в воздух над кораблём, который, падая на землю, быстро исчезал в тучах.

Цилинь простодушно сообщил:

— Владыка культа, сестра Лин’эр, вы что, поправились? Лететь стало намного тяжелее.

— Это ты поправился! — сердито сказала лиса. — Посмотри, как тебя разнесло! Старики из деревни мастера очень злобные, если ты продолжишь так жрать, они зарежут тебя на праздники!

В тот момент, когда она это сказала, железный корабль врезался в гору, разлетаясь на мелкие части. Три медицинских котла взорвались, громыхнув тремя оглушающими хлопками. Осколки чёрных железа и меди выстрелили во всех направлениях, а жёсткий удар уничтожил часть леса. Огромный гриб из чёрного дыма начал клубиться в небе над местом крушения.

Ху Лин’эр вскочила от шока и посмотрела в сторону Цинь Му:

— Молодой мастер, ты говорил, что посадка будет лишь немного жёсткой!

— Ага… — юнец кивнул головой и прокричал, — жирдяй, если ты не начнёшь бежать быстрее, тебя определённо съедят на новый год!

Цилинь содрогнулся от услышанного и сразу же побежал, что есть сил. Клубы пламени под его ногами увеличились в размере, так же, как и скорость их полёта. Однако растолстевший зверь начал сильно задыхаться, успев пробежать лишь несколько километров.

В этот момент в воздухе вокруг них появилось несколько десятков зеркал. Они поднялись с вершины горы, над которой пролетал цилинь. Зеркала имели форму восьмиугольников с радиусом в три метра. Они со свистом летали вокруг отряда Цинь Му на расстоянии около трёхсот метров.

Увидев, что ситуация не сулит ничего хорошего, цилинь сразу же решил спуститься на землю. Однако в этот момент ему навстречу вылетело ещё одно зеркало, блокируя дорогу.

Зверь попытался подняться вверх, но и там ему встретилось зеркало, блокирующее путь. Как вдруг с вершины горы вылетел свет меча, со звоном столкнувшись с одним из зеркал, которое сразу же отбило его в сторону другого зеркала, находящегося на противоположной стороне построения.

Зеркала отбивали свет меча друг в друга, пока с вершины горы продолжали взмывать ввысь ещё несколько вспышек света, тоже начиная отбиваться внутри построения. Количество мечей увеличивалось, в считаные мгновения превращаясь в густую сеть.

Между тем мечи света до сих пор продолжали вылетать с вершины горы.

«Какое странное построение!» — волосы Цинь Му встали дыбом. Это было построение меча, использующее зеркала. Они отбивали мечи из Ци, задерживая их на одном месте, значительно увеличивая эффективность использования!

«Тем не менее, уничтожить такое построение довольно просто. Нужно всего лишь разбить зеркала», — с такими мыслями Цинь Му взмахнул рукой, и меч Младший Защитник сразу же полетел в сторону одного из зеркал. Но до того, как он успел добраться до цели, мечи света несколько раз ударили по его оружию, бесследно сдув то вдаль!

Меч полетел вниз, приземлившись посреди находящегося внизу леса.

«Совершенствование противника гораздо выше моего. Ручаюсь, что он мастер божественных искусств области Шести Направлений или даже Семи Звёзд», — сердце Цинь Му неконтролируемо дрожало. Он достал ножны своего меча, пытаясь вернуть Младшего Защитника обратно. Область, в которой мог двигаться цилинь, становилась всё меньше и меньше. Внезапно зверь начал извиваться, открывая рот в оглушающем рычании. Этот звук напоминал десять тысяч одновременных раскатов грома, разбив зеркала в мгновение ока!

Как только зеркала, на которых базировалось построение, исчезли, бесчисленные мечи из Ци бесследно исчезли, разлетевшись в разные стороны, а от вершины горы внизу раздался ошарашенный крик:

— Какая сильная тварь! Вот это способности!

Услышав слово “тварь”, цилинь впал в ярость, начав плевать гигантскими огненными шарами в сторону горной вершины. Из места, куда целился зверь, куда-то в сторону вылетел стремительный свет меча. Это был человек, принявший форму меча из Ци, дабы избежать приближающейся атаки.

На вершине горы раздался взрыв, и клубы пламени, разразившиеся во все стороны, заставили человека снова принять свою нормальную форму, отбросив бедолагу вглубь леса. Однако мастер всё ещё оказался живым, немедленно поднявшись в небо. Перед ним появилось горизонтальное зеркало из которого отразился луч света, немедленно принимая форму меча размером с колонну!

Полудракон продолжал бежать, оставляя оружие противника далеко позади.

Тем не менее, луч света оказался быстрее цилиня, спустя некоторое время догнав зверя. Встряхнув своим телом, тот начал увеличиваться в размере, обретая свою истинную форму. Превратившись в громадное чудовище длиной в сто двадцать метров, он сумел одним взмахом хвоста разбить меч света на осколки.

Мечник на мгновение замер, после чего прокричал:

— Какая громадная тварь!

Цилинь повернул голову назад, дабы выплюнуть очередной огненный шар в сторону мечника. Тот, в свою очередь, поднялся в тучу, висящую над головой, дабы скрыться от атаки. Однако вскоре бедолагу настиг горячий поток, испаривший тучи своим невероятным жаром.

По небу пронёсся жалкий вопль, но никто так и не понял, сумел ли мечник выжить. Вскоре, сквозь появившуюся в облаке дыру, засиял яркий солнечный свет.

— Разжиревший цилинь всё равно невероятен! — похвалила Ху Лин’эр.

Со встревоженным выражением лица Цинь Му посмотрел на разрезанное облако. Среди его преследователей, самыми сильными были Лун Цзяонань и дама с жуками из Дворца Воцарившейся Страсти. Оба эти человека находились в области Семи Звёзд. Следом за ними шли монах, ученик и остальные мастера божественных искусств области Шести Направлений.

Эти люди были всего лишь разведчиками, их задача состояла в том, чтобы проверить нет ли в отряде Цинь Му каких-то сильных экспертов. В конце концов, он был Владыкой Великого Небесного Дьявольского Культа, поэтому, было бы разумно, если бы с ним были сильные практики в качестве охраны… И теперь, цилинь обнаружил себя.

Сила удара полудракона была слишком огромной, чтобы с ней мог справиться Лун Цзяонань и остальные. Это значило, что теперь должен был показаться кто-то посильнее.

Цинь Му продолжал бежать, не останавливаясь для сражения с Лун Цзяонанем, так как не хотел позволить противнику узнать о истинной силе его отряда. Без этой информации, они могли лишь ждать, давая ему шанс сбежать в Великие Руины… Это было самой безопасной тактикой. Но теперь, когда цилинь продемонстрировал свои способности, этот шанс был потерян.

Эксперты Небесного Дьявольского Культа занимались помощью пострадавшим от катастрофы, поэтому с Цинь Му не было ни единого хранителя.

— Нам осталось меньше полутора тысяч километров до границы с Великими Руинами, бежим! — Цинь Му глубоко вдохнул и проговорил низким тоном. — Чем ближе мы к Великим Руинам, тем безопаснее.

Цилинь обрёл невероятные размеры, а его скорость стала намного выше, чем раньше. Хоть его новое тело всё равно страдало от лишнего веса, и зверь очень тяжело дышал, он бежал со скоростью падающей звезды.

В мгновение ока громадный зверь пробежал более ста пятидесяти километров под тёмной тучей, так никого и не встретив. Внезапно Цинь Му приказал:

— Приземлись на вон ту гору неподалёку.

Послушавшись, зверь приземлился посреди гор и принял свою менее заметную форму. Они остановились посреди небольшой долины, покрытой трёхметровым слоем снега. Горный хребет вокруг них был абсолютно белым, отчего казался невероятно пустынным. В поле зрения не был ни единого дома.

Языки пламени поглотили тело Цинь Му, растопив снег вокруг, обнаруживая целую армию лежащих на земле скелетов.

Это место, вероятно, было полем древней битвы, на котором давным-давно произошла настоящая резня. Оглянувшись с помощью своих Зелёных Глаз Небес, парень увидел всепоглощающую вражду, витающую над этим местом, что и заставило его здесь остановиться.

— Давайте встретим практиков, пытающихся догнать меня, Владыку Небесного Дьявольского Культа, здесь, и проверим на сколько они на самом деле сильные.

Сердце Цинь Му налилось яростью, а его жизненная Ци вырвалась наружу. Вскоре кости начали ложится друг на друга, выстраиваясь в четыре белых костяных алтаря.

Парень достал четыре скульптуры дьявольских богов, которые он прятал внутри мешочка таоте, и поместил их на алтари. Затем он вынул талисман секты Великой Горы и начал исполнять своё заклятие.

Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны секты Великой Горы!

Четыре статуи изображали четырёх дьявольских богов Дутяня. Король Дьяволов заставил Цинь Му создать их, чтобы отомстить богам, в чём-то перед ним провинившимся. Однако в первый раз парень вызвал лишь одно существо, поэтому у него до сих пор было четыре статуи.

— Хитрец, если ты призовёшь моё настоящее тело, я помогу тебе убить их всех! — из глубины мешочка таоте раздался яростный голос Короля Дьяволов Дутяня.

Проигнорировав услышанное, Цинь Му начал говорить на древнем дьявольском языке. Талисман-сокровище начал вертеться в воздухе, и на теле статуи начали постепенно зажигаться руны. Юноша медленно настраивал связь с потусторонним существом, используя своё тело, как мост.

— Ты и вправду принадлежишь к дьявольскому пути, — констатировал старый голос. — Вы часто твердите, что не имеете связи с дьяволами. Так скажи мне, как то, что ты сейчас делаешь, отличается от деяний дьявола?

Им на встречу двигался старый даос с мечом за спиной и метёлкой с конским волосом в руке.

Глава 224. За праведный путь

Продолжая спокойно призывать дьявола, было очевидно, что на Цинь Му никак не повлияло сказанное. Внезапно прорвался кровавый свет и озарил собой покрытую снегом долину, делая ту похожей на заляпанную кровью картину маслом. Кровавый свет разлился по небу, порождая на свет потрескивающие искры превращающиеся в сворачивающиеся молнии, которые разлетелись во всех направлениях. Одно из ответвлений молнии ударило по отвесной стене долины и растопило плотный снег. Даже камни были расплавлены и превратились в лаву, которая стекала по стенам. Молния, которая обвилась вокруг кровавого света, сформировала сеть, потрескивающую во время движения. Ужасающая дьявольская энергия пришла из другого мира и поразила находящуюся на алтаре скульптуру…

Деревянная скульптура немедленно разорвалась и начала напухать, становясь выше и выше, в то время как её аура становилась всё более и более ужасающей!

— Негодяй, ты сдержался, когда призывал Дьявольского Бога Кяхэ, не так ли? Твой призыв Дьявольского Бога Бедствия на этот раз гораздо более мощный! — сердитый голос Король Дьяволов Дутяня раздался из мешка таоте на талии Цинь Му.

На этот раз он обидел паренька. Несмотря на то, что Цинь Му знал большую часть дьявольского языка, когда призывал Дьявольского Бога Кяхэ в Имперский Колледж, он не освоил его полностью. После прошедших дней он усвоил дьявольский язык, который узнал во время заключения Соглашение Графа Земли с Королём Дьяволов Дутяня, гораздо лучше. Если усвоить дьявольский язык на более высоком уровне, дьявольский бог, которого он призовёт, естественно, будет сильнее.

Старый даос увидел это ужасающее зрелище и, потеряв самообладание, слегка изменился в лице, приведя в движение хвостик метёлки и закричав:

— Вперёд!

Хвост метёлки становился длиннее на ветру, и уже в следующее мгновение каждый волос превращался в наиострейший, десятки метров в длину, меч. Волосы растянулись в воздухе, издали выглядя, как закрученный белый зонтик, однако, в бесчисленное количество раз больше. Метёлка несла в себе невероятную опасность, ведь каждый её волосок обратился тонким мечом, и чем тоньше они были, тем труднее было защищаться от них!

Обладая чрезвычайно высокой скоростью, хвостик разрезал бесчисленное количество молний. Старик мгновенно появился в небе над долиной и ударил по ужасающей дьявольской энергии, которая исходила из другого мира!

Цинь Му почувствовал, как дьявола перехватили и выкрикнул. Дракономордый поднялся в воздух и издал сердитый рёв. Его рёв устремился в сторону метёлки и спутал его волоски. Дьявольская энергия, которая была перехвачена, вновь потекла, продолжая изливаться.

— Волосатая скотина, если ты поможешь злодею творить зло, тебя постигнет беда, даже если ты этого не осознаешь. Я вижу, что ты мужественен и красив, поэтому, если ты готов покориться мне и быть моей горой в течение ста лет, я позволю тебе смыть свои грехи. В противном случае тебе будет трудно не дать своему развитию превратиться в пепел! — увидев цилиня, усмехаясь проговорил старый даос.

— Скотина?! — разозлившись, зарычал зверь, в то время как в его открытой пасти скопилось пламя, которое уже в следующий миг превратилось в луч, выстреливший в сторону даоса!

Тело старика задрожало, и его жизненная Ци вырвалась наружу, образуя бога, поддерживаемого черепахой, тридцатиметровой высоты. Держа одной рукой метёлку, другую он вытянул, чтобы заблокировать огненный луч, изрыгнутый цилинем. Луч был отбит в сторону огромной рукой, после чего разливающееся пламя опалило красным цветом стены долины.

«Небожитель?» — сердце Цинь Му вздрогнуло.

Цилинь затоптал четырьмя копытами, тут же образуя под ними огненные облака и бросившись к старому даосу. Внезапно волоски метёлки в воздухе устремились вниз, обившись вокруг копыт дракономордого и крепко связав.

— Маленькая скотина, ты не собираешься подчиняться? Ты хочешь, чтобы тебя убили? — обрадовавшись, улыбнулся даос.

В этот момент Цинь Му хлопнул по своему мешку таоте, который тут же сильно увеличился, а уже в следующий миг из него выскочил восьмирукий, четырёхликий механизм дьявольского бога, держащий в каждой руке по сокровищу. Там был гуцинь, бусинка, лук, стрела, шарира, сломанный меч, Усмиряющий Пестик Дьявол и Пагода Тысячи Знамён. Все они являлись сокровищами, которые Цинь Му украл из Дворца Золотой Орхидеи. Когда он поместил Короля Дьяволов Дутяня, который беспокоился о том, что у него нет подходящего оружия, в мешок таоте, тот быстро заграбастал несколько сокровищ. Теперь, освободившись, он, естественно, понял, что парень хотел от него, а именно — помочь в этом бою.

Король Дьяволов Дутяня прекрасно понимал, что ему делать дальше, ведь если он останется рядом с Цинь Му, то тот может оставить его в живых, однако, если парня убьют, такая же судьба постигнет и его, а может ещё и похуже, если попадёт в руки старого даоса. К тому же если он до сих пор имел планы по переселению сюда дьяволов из Дутяня, то должен был бороться со стариком так, как будто от этого зависела его жизнь.

Сокровища, украденные Цинь Му из Дворца Золотой Орхидеи, были на уровне наследных сокровищ крупнейших сект и обладали невероятной мощью. Как самая большая священная земля за Великой Стеной, сокровища, которые могли храниться во Дворце Золотой Орхидеи были, естественно, особенными. Вот только парень попросту не успел их основательно изучить.

Как только Король Дьяволов Дутянь завладел ими, его жестокая натура дала о себе знать, особенно отчётливо это проявлялось через лица, те, прямо сейчас, выглядели крайне свирепо. Между тем он подумал про себя: «Если я поймаю сопляка врасплох и убью, то буду свободен! Однако это тело из стали заполнено ловушками, созданными отродьем. Если бы я убил его, и ловушки активировались, я был бы заперт внутри скульптуры дьявольского бога, не способный как-либо пошевелиться… Сначала мне нужно избавиться от маленького старого даоса!»

Раздался звук гуциня, и вырвались волны дьявольского голоса. Душа старика подверглась атаке, и он почувствовал, как она желанно откликается на попытку дьявола войти в сердце Дао. Он немедленно закричал и исполнил очищающую мудру, чтобы остановить процесс вторжения.

Бог, поддерживаемый черепахой, поднял руку, и метёлка, а точнее белая змея, переплетённая из конского волоса, извернулась, и в следующий миг обрушилась вниз на Короля Дьяволов Дутяня. Четыре лица дьявола яростно закричали, в то время как сила восьми сокровищ в руках вырвалась наружу, принимая в лоб свирепую вражескую атаку. Раздался оглушительный взрыв, и дьявол полетел назад, в итоге врезавшись в гору. Белая змея из волосков метёлки, широко раскрыв пасть, опять набросилась на дьявола, погрузив глубоко в горные породы.

— Маленький даос, ты понятия не имеешь, как ужасен правитель Дутяня, ты разозлил меня! — король дьяволов вылетел из разрушенной горы и потряс Пагоду Тысячи Знамён. Из неё тут же вырвались тысячи развевающихся знамён, превращаясь в трёх километровую пагоду и прижимая старика.

Тем не менее, даос лишь усмехнулся, а бог позади него исполнил мудру, ударив с неба и земли, тем самым обездвижив Короля Дьяволов Дутяня и Пагоду Тысячи Знамён.

Прямо в этот момент интенсивный кровавый свет и дьявольская энергия в воздухе внезапно исчезли. На белом костяном алтаре, скульптура с медвежьей головой превратилась в дьявольского бога высотой в триста метров, который издавал сотрясающий мир рёв:

— Слабаки в этом низменном мире, приготовьтесь, чтобы принять на себя гнев Великого Дьявольского Бога Сюнпи… Ммм? Старик Дутянь!

Сюнпи посмотрел на Короля Дьяволов Дутяня, который был под его ногами.

— Старик Дутянь, как верховный правитель Дутяня смог быть подавлен до такого состояния? Наш Дутянь стал таким, потому что ты, как его правитель, просто бесполезен! Такой мусор, как ты должен просто отказаться от позиции короля, — не смог удержаться от смеха Дьявольский Бог.

Король Дьяволов Дутянь стыдился и злился. Он собирался встать, когда Великий Дьявольский Бог Сюнпи посмотрел на него сверху и со смешком наступил:

— Настал этот день, тиран. Дьявольский призыватель, что ты собирался пожертвовать мне, чтобы вызвать меня?

— Его! — Цинь Му указал на старого даоса, и дьявольский бог нанёс по нему удар.

Призрак бога, поддерживаемый черепахой, поднял руку, чтобы заблокировать выпад, и раздался глухой взрыв. Цинь Му ломал голову над дальнейшим планом, в то время как старый даос был отброшен назад и врезался в гору на противоположной стороне.

Сюнпи подскочил и со злобной улыбкой ударил по телу даоса:

— Лакомый слабак, мм?

Позади него появился свет меча и вонзился через спину в сердце. Меч вошёл через спину дьявола и выглянул кончиком из груди. Старый даос использовал спрятанный меч-сокровище, чтобы нанести внезапный удар.

— Неплохо. Тем не менее, это не моё тело! — Великий Дьявольский Бог Сюнпи злобно оскалился и поднял кулак, чтобы разбить скалу, и добавил. — Это тело — всего лишь скульптура дьявольского бога, так что даже обезглавив меня, ты ничего не сможешь сделать со мной!

— Разве это так? — внезапно сзади послышался голос. Дьявольский бог немедленно обернулся, в то время как свет меча уже успел облететь вокруг его шеи три раза, после чего его огромная голова тут же скатилась с неё. — Даос Ку Е, этот глупый ученик припозднился.

Свет меча взлетел и приземлился на вершине горы, где стоял ученик, чья зелёная одежда трепетала в воздухе. Его взгляд приземлился на обезглавленное тело Великого Дьявольский Бога Сюнпи, прежде чем перейти к Цинь Му, которого он почтительно приветствовал:

— Подчиненный Бедного Учителя секты Бедной Логики, Лу Вэньшу отдает дань уважения Владыке Небесного Дьявольского Культа! Владыка — старший, так что это неуважительно для младшего идти против Вас, верно?»

Голова Великого Дьявольского Бога Сюнпи приземлилась на землю.

— Бедный Учитель из того же поколения, что и я. Посылая вас и ничего не предпринимая, он недооценивает меня, — покачав головой, со спокойным выражением лица сказал Цинь Му.

— Дело не в том, что учитель не хочет лично встретиться с Владыкой Небесного Дьявольского Культа, просто он должен присутствовать на встрече, от которой будет зависеть дальнейшая судьба всех людей в мире, — неторопливо промолвил Лу Вэньшу.

— На которой убьёт императора? — спросил Цинь Му и добавил. — Имперский Наставник дал старому Жулаю возможность спасти Бедного Учителя и остальных. Старый Жулай также дал слово, что Бедный Учитель станет монахом и никогда больше не будет заниматься мирскими делами. Неужели он отказался от своих слов?

— Ради спасения жизней людей всего мира, разве есть нужда держать слово? — посуровев в лице, агрессивно рассмеялся Лу Вэньшу.

Цинь Му повернул голову назад, и увидел даосскую монахиню, идущую с другой горы. Она была одета в белый даосский халат, на груди которого виднелся вышитый цветок сливы.

— Странник Цин Юй из Дворца Духовных Цветов приветствует Владыку Небесного Дьявольского Культа — сказала она.

— Разве странники должны здороваться? — улыбаясь, спросил Цинь Му.

— Даже если Вы враг, этикет не должен быть забыт. Маленький Владыка Небесного Дьявольского Культа, Вы можете возмущаться нами за издевательства над слабыми, но Вы Владыка священной земли номер один дьявольского пути, в конце концов. По старшинству Вы превосходите нас, так что это не может считаться издевательством над слабыми, — незамедлительно ответила монахиня.

— Не проблема, не проблема. Кто ещё хочет меня убить? — с улыбкой на лице, поинтересовался Цинь Му.

— Я здесь, чтобы убить Вас, — всплыло магическое облако, и на вершине горы приземлился архат. На его руках висели чётки, каждая из которых была размером с человеческую голову. Он сложил ладони вместе и добавил. — Владыка Небесного Дьявольского Культа имеет чрезвычайно высокое положение, поэтому маленький монах здесь, чтобы просветить Вас и подчинить дьявола. Пусть Владыка Небесного Дьявольского Культа даст своё руководство.

— Владыка священной земли номер один дьявольского пути не должен бояться такого человека, как я, верно? — человек в изодранной одежде оказался на вершине очередной горы, тем не менее, он вёл себя воодушевлённо, громко, раскатисто и с героизмом смеясь. — Я подчинённый Мастера Ци Даю из секты Нищего. Мастер Зала Лотоса Ло Саньпо приветствует Владыку Небесного Дьявольского Культа. Я здесь, чтобы забрать Вашу жизнь. Верно, у Вас, кажется, есть маленькая лисичка — демон, которая оскорбила Мастера Ци, и Мастер сказал, что она должна быть убита.

— Ваш Мастер Ци действительно мелочный, и к тому же импотент, — спрятавшись за Цинь Му, сказала выглядывающая Ху Лин’эр.

Указав на лисичку, Ло Саньпо улыбнулся:

— А вот и ты! Все, для меня, окружить и уничтожить Владыку Небесного Дьявольского Культа со всеми теми, кто на праведном пути боевого мира, действительно удачный шанс, а также радостное событие! Давайте назовём этот съезд нашим — Собранием, чтобы Убить Дьяволов и Защитить Дао!

— Собрание, чтобы Убить Дьяволов и Защитить Дао? Отличное название! — у подножья горы, даос Ку Е сплюнул кровь. Затем он присел, чтобы восстановить дыхание, и добавил. — Если нам удастся уничтожить Владыку Небесного Дьявольского Культа и вернуть мир во всём мире, все наши усилия и потери не будут напрасны. Все, за праведный путь!

На пике гор окружающих Цинь Му, эмоции нахлынули на всех мастеров области Небожителя, и они героически воскликнули в унисон:

— За праведный путь этого мира! Убить его!

Пять великих мастеров были полны энергии, и их жизненная Ци вырвалась наружу. Явления богов сформировались позади каждого, и каждый из них нанёс свой сильнейший удар в сторону долины!

Но прямо в этот момент Великий Дьявольский Бог Сюнпи сердито взревел, и вся энергия в его теле взорвалась!

— Безграничный Небесный Дьявол!

Цинь Му схватил Ху Лин’эр, чтобы спрятаться за дракономордым, поскольку ужасающее землетрясение потрясло долину и разрыхлило горные породы, в результате чего они падали с неба и превращались в порошок. Даже с цилинем, блокирующим большую часть видимости, парень и лиса всё ещё чувствовали на себе невообразимое давление. Их кости буквально скрипели от него.

Всех мастеров области Небожителя вырвало кровью, пока их разбрасывало в разные направления. Было неизвестно, живы они или нет.

Цинь Му высунул голову из-за спины зверя и увидел Великого Дьявольского Бога Сюнпи, гордо стоящего в одиночестве.

— Сюнпи настолько силён! — Ху Лин’эр была удивлена и восхищена.

Внезапно тело Великого Дьявольского Бога начало разрушаться и ломаться, сантиметр за сантиметром. Но они могли слышать его бормотания:

— Энергия истощена. Жаль, что я не могу собрать эти жертвы, но, к счастью, мне удалось увидеть, как жалок Король Дьяволов Дутяня… Дьявольский призыватель, я ухожу!

Когда он закончил, его тело с треском взорвалось, а сознание вернулось в другой мир. Ху Лин’эр была ошеломлена, услышав кашель Ло Саньпо и остальных, идущих из долины. Сюнпи не смог убить этих практиков божественных искусств.

— Молодой мастер… — Лин’эр повернула мордочку и посмотрела на Цинь Му.

— Всё в порядке.

Цинь Му поднялся и, стряхнув пыль со своего тела, поднял Короля Дьяволов Дутяня, который был раздавлен о землю, чтобы забросить на спину зверю.

— Жирный Дракон, беги! — положив три алтаря в свой мешок, крикнул юноша.

Глава 225. Картина для Изгнания Зла

Огненные тучи клубились под ногами цилиня, пока тот взмывал в воздух, пытаясь как можно скорее покинуть долину. Присев, Цин Юй поднял руку, резко ударяя ей по земле. Бесчисленные разряды молнии полетели вперёд, извиваясь, будто зелёный дракон, летящий вдогонку за зверем.

Внезапно, мужчина начал блевать кровью, а его рука задрожала. Разряд, вылетевший из его руки, промазал, пробив огромную дыру в горе неподалёку от цилиня.

Цинь Му был ошеломлён. Сила божественного искусства мастера области Небожителя была невероятной, несмотря на его серьёзное ранение. Если разряд попал бы в цель, смерть отряда была бы неизбежной.

Лу Вэньши, Архат Пу Шань и остальные дрожали, пытаясь подняться на ноги, непрерывно сплевывая кровь. Их поглотил невообразимый страх, так как недооценив Великого Дьявольского Бога Сюнпи, они получили серьёзные ранения после первого же удара. Если бы даос Ку Е не мешал Цинь Му во время ритуала призыва, дьявольский бог был бы намного сильнее и, возможно, смог бы даже убить их!

— Догонять их? — низким тоном спросил Лу Вэньши.

Даос Ку Е сел в позу лотоса. Тихо дыша, он жалко улыбнулся:

— Старый даос не сможет изгнать дьяволов вместе с моими дорогими друзьями Дао. Дьявол истощил мои жизненные силы, эта смертная плоть больше ни на что не годится… — мастера вокруг ощутили глубокую печаль, а Ку Е продолжил. — Жизнь — не что иное, как иссохший лист, медленно падающий на Жёлтый Источник. Друзья Дао, вы должны казнить Владыку Небесного Дьявольского Культа. Я хочу встретить его по дороге в мир мёртвых. Но пойти мне придётся первым… — старик договорил, и его жизнь оборвалась.

Лу Вэньши громко прокричал:

— Всего хорошего, друг Дао! Мы обязательно отправим этого дьявола тебе навстречу!

Архат Пу Шань глубоко вздохнул, показывая своё глубокое разочарование и мрачные мысли:

— Эта жизнь — лишь бренное тело, которое ты должен сбросить для встречи с Жулаем. В добрый путь, друг Дао!

— В добрый путь! — добавил Цин Юй, пуская скупую слезу.

Ло Саньпо проговорил:

— Скорость дракона очень велика. Мы должны немедленно отправляться в погоню, иначе они успеют призвать нового дьявола!

У Лу Вэньшу проснулась жажда к убийству:

— Не уйдут! Их поджидают ещё более сильные мастера!

Несмотря на его слова, старики обработали свои раны, съели по несколько духовных пилюль и поспешили следом за беглецами.

Цинь Му достал белый алтарь из костей, положив его на спину цилиня в попытке призвать ещё одного дьявольского бога. Однако из-за быстрого бега зверя, езда была не слишком гладкой, и талисман-сокровище мог запросто зажечь неправильную руну на статуе. В таком случае весь прогресс ритуала был бы утерян, так что юноша мог лишь забыть о своей затее.

Осмотрев своё тело, парень с радостью обнаружил, что был абсолютно цел. Лисичка тоже смогла выбраться в сохранности. Кожа дракономордого была очень твёрдой, к тому же её покрывала драконья чешуя, так что ран у него не было. Единственным, кому не повезло, был Король Дьяволов Дутяня, чьё тело слегка деформировалось от избиений.

Внимательно оглянув местность, Цинь Му достал географическую карту Империи Вечного Мира, чтобы определить своё местонахождения. Вздохнув с облегчением, он сказал:

— Мы довольно близко к Великим Руинам. Учитывая силу ног цилиня, мы будем дома через пол дня. Тем не менее, мы не сможем перебраться через Секретные Водяные Проходы.

Из-за погони, их маршрут отклонился от Секретных Водяных Проходов. Перевал Вечной Границы тоже был слишком далеко.

«Теперь лучшим вариантом будет использовать тайный ход моего культа», — задумался Цинь Му. Между Империей Вечного Мира и Великими Руинами лежал горный хребет, Разрушенный Богом. Это место было усеяно мистическими Жемчужными Арбалетами, от выстрелов которых умирал любой, попытавшийся пробраться через здешнюю границу.

Мистические Жемчужные Арбалеты срабатывали автоматически, и по слухам, они были созданы по божьей воле. Любой, понадеявшийся избежать их взора, умирал на месте.

Небесный Дьявольский Культа когда-то ввозил здесь контрабандные товары, используя секретный ход через горный хребет, Разрушенный Богом, проходящий мимо каньона Одинокого Горного Кряжа. Два арбалета, находящиеся здесь, были уничтожены приспешниками культа, однако, по словам владельца корчмы в городе Пограничный Дракон, проход был давным-давно заброшен.

Каньон Одинокого Горного Кряжа был единственным путём Цинь Му в Великие Руины.

— Преследователи не должны узнать об этом месте, — воспряв духом, Цинь Му внезапно засмеялся. — Так тяжело попасть домой на новый год, будто за мной целая армия охотится!

Изучай боевые искусства у деревенских жителей, парень также перенял их оптимизм. Хоть по пути ему встретились многочисленные засады, его дух был спокоен. Заметив его расслабленное состояние, цилинь с лисой и сами приободрились.

Вскоре небо потускнело, и земли вокруг стали казаться ещё более пустынными. После столь долгого путешествия они наконец не могли встретить ни единой деревни.

— Войти в Великий Руины посреди ночи — это, конечно, не самая хорошая идея. Нужно подождать до утра.

Отряд становился всё ближе и ближе к Великим Руинам. Из того места, где они сейчас находились, уже можно было разглядеть горный хребет, Разрушенный Богом, который напоминал высокую стену, протянувшуюся от небес до земли. Разрушенного Богом, длиной в бог знает сколько тысяч километров, было невероятно трудно пересечь, даже если не брать во внимание мистические Жемчужные Арбалеты.

Цинь Му как раз думал о том, где бы остановиться для ночлега, когда его внимание привлёк свет лампы в деревне внизу.

— Молодой мастер, остерегайся ловушки, — ухмыльнулся Король Дьяволов Дутяня. — Мы не видели деревень на протяжении последних полутора тысяч километров пути, а тут одна взялась из ниоткуда. Это определённо ловушка.

Цинь Му кивнул:

— Жирный дракон, не останавливайся.

Цилинь шагал по огненным облакам, продолжая двигаться в сторону горного хребта. Спустя десяток километров засияла ещё одна деревенская лампа. Свет был тусклым, а деревня небольшой, в ней было около десятка домов. Расположение зданий и свет ламы были точно такими же, как и в прежней деревне!

Со сжавшимися зрачками, Цинь Му чётко приказал:

— Не останавливайся.

Преодолев ещё десять километров, цилинь снова наткнулся на такую же деревню. Дома, свет, обстановка, всё было таким же, как и в предыдущей!

Зверь почувствовал, что что-то здесь не так, и побежал вперёд, что было сил. Пролетев сотни километров, они увидели ещё несколько десятков деревень с точно такими же особенностями!

Горный хребет Разрушенный Богом казался так же далеко, как и раньше. К этому времени они уже должны были достичь подножия горы, однако, расстояние к цели не изменилось!

— Наш противник необычный человек, он может контролировать пространство — Король Дьяволов Дутяня, казалось бы, сильно опечалился. — Негодник, тебе не сбежать.

— Тогда мы спустимся в деревню! — уверенно сказал Цинь Му.

Цилинь и Ху Лин’эр сразу же задрожали от испуга. По-настоящему разозлившись, Цинь Му прохрипел:

— Я убью всех, кто осмелиться останавливать меня по пути домой на праздники! Спускаемся в деревню!

Зверь начал снижать высоту, а его тело стало уменьшатся, приобретая обычную форму. Юноша спрыгнул с его спины с лисичкой, овившейся вокруг шеи, будто шарф из лисьей шкурки. Король Дьяволов Дутяня шёл следом за ними, его четыре лица осматривали округу с серьёзными выражениями.

Цинь Му подошёл ко входу в деревню, увидев, что та, на первый взгляд, совершенно нормальная. Возле ворот висели флаги, а неподалёку располагались стойла для лошадей. Неподалёку бегал пёс, время от времени злостно гавкающая и поглядывающая в сторону гостей, отчего округа казалась совершенно нормальной.

Ху Лин’эр тайком открыла глаза, отпугивая собаку. Внезапно открылась деревянная дверь одного из домов, и наружу вышел старик с лампой в руке. Собака сразу же спряталась за незнакомцем, отчего набралась смелости и снова начала гавкать.

Лицо Цинь Му обрело нежное, невинное выражение:

— Я проезжал мимо, когда увидел Ваше селение. Небо уже начало темнеть, и мне негде было остановиться, поэтому небеса сжалились надо мной, позволив попасть в это место. Старший может принять нас на ночь?

— Владыка Небесного Дьявольского Культа слишком вежлив, — проговорил старик, чьё лицо было узким и длинным, а белые брови почти падали на глаза. Затем он продолжил. — Деревня совсем небольшая, однако, у нас достаточно места для гостей. Если Владыка пожелает, он может выбрать себе дом для ночлега.

Мех лисы на шее Цинь Му почти взорвался от сильного дрожания. Король Дьяволов Дутяня и цилинь недоумевали. Белобровый старик и не думал что-нибудь скрывать, сразу же обратившись к гостю по званию. Он сразу же чётко дал знать о своих намерениях.

Их движение по кругу, вероятно, было делом рук именно этого старика!

Цинь Му выразил свою благодарность и спросил:

— Старший, сколько в этой деревне жителей?

Тот ответил:

— Пока что здесь живёт старик и собака, однако, я повесил лампу в каждом доме. Совсем скоро остальные селяне прибудут к нам, и тогда тут начнётся великое гуляние. Владыка Небесного Дьявольского Культа, пожалуйста, не обращайте на это внимания. Мы простые люди, тяжело работаем и никогда не слышали о правилах этикета. Простите нам наше поведение.

— Ничего страшного, всё в порядке, — Цинь Му простился со стариком и отправился к центру деревни. Выбрав самый большой дом, он проговорил. — Старик, мы останемся здесь.

Белобровый мужчина взглянул на юношу:

— Спокойной ночи, Владыка культа.

— Спасибо за гостеприимство, — поблагодарил парень после чего вошёл в дом. Улыбка мгновенно испарилась с его лица, и он приказал. — Не говорите ни слова и ложитесь спать в главной комнате. Не смейте открывать глаза!

Цилинь и Ху Лин’эр не понимали, что он имеет в виду. Король Дьяволов Дутяня прокомментировал:

— У этого старика не слишком хорошие намерения…

Цинь Му повернул соответствующий механизм, заставив статую неподвижно застыть. Затем он открыл дверь в главную комнату, вбросив туда божество и закрыв все его двенадцать глаз… Цилинь попытался протиснуться сквозь дверь, из-за чего обе створки с грохотом упали на землю. Зверь собирался что-то сказать, но парень жестом приказал ему молчать и закрыть глаза. Лиса слезла с шеи паренька и забралась на шею дракономордого, собираясь уснуть.

Открыв свой мешочек таоте, Цинь Му достал свиток. Крепко закрыв глаза, он затем пригвоздил картину к стене, повернув её лицом ко входу.

«Одноногий дедушка говорил, что это портрет старейшины деревни в его молодые годы, и что он может изгонять зло. Посмотрим, не обманул ли он меня», — с такими мыслями он лёг и повернулся лицом ко входу, широко открыв глаза.

Деревня погрузилась в тишину.

Спустя некоторое время снаружи раздались звуки шагов, и послышался довольно знакомый голос Лу Вэньшу:

— Старший Цин Шань зажёг фонари, неужели Владыка Небесного Дьявольского Культа здесь?

Женский голос продолжил:

— Со стыдом в сердце мы вынуждены признать, что не сумели убить его в ходе погони, и даже потеряли жизнь даоса Ку Е, погибшего от руки дьявольского бога, призванного предателем, — казалось, что это была Цин Юй.

Белобровый старец успокоил:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа ночует в деревне.

— Старший Цин Шань, как всегда, самый лучший. Давайте убьём его немедленно!

— Не спешите, нужно дождаться остальных мастеров, прежде чем убивать бедолагу и праздновать его смерть!

****

Вскоре, послышался ещё с десяток шагов. Когда все услышали, что Владыка Небесного Дьявольского Культа в деревне, они не смогли сдержать радостные вопли и смех, чувствуя невероятное облегчение.

Снаружи было слышно, как прибывшие выпивают, празднуя поимку жертвы.

— Несмотря на то, что способности Владыки Небесного Дьявольского Культа не слишком высоки, у него все ещё осталось много фокусов в рукаве, из-за чего с ним будет непросто совладать. Боюсь признать, но нас сильно ранил, почти убив, дьявольский бог, которого он призвал.

— Избавиться от этого дьявола, как можно скорее, это услуга целому миру. Что ж, выпьем!

— Прибыл старший брат Фэн Циу? Присоединяйся, пришло время праздновать!

****

Свет снаружи был очень ярким, создавая тени, которые непрерывно мигали за окном Цинь Му. Погода стояла прохладная, и юноша увидел, как дрожит Ху Лин’эр, поэтому протянул руку, положив её зверьку на живот.

Лиса повернула мордочку, но юноша поспешно выпрямил два пальца, закрывая ей глаза.

Снаружи, бесчисленные эксперты, пытавшиеся схватить Цинь Му, прибывали в деревню один за другим. Отчего шум смеха и звон бокалов постоянно усиливался. Спустя некоторое время прозвучал весёлый голос белобрового старика:

— Друзья, уже поздняя ночь, пора отправить Владыку Небесного Дьявольского Культа в дорогу.

Ху Лин’эр задрожала снова, услышав, как открывается дверь во двор. Однако она так и не осмелилась открыть глаза.

Лу Вэньшу вошёл внутрь, улыбаясь:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа и вправду спит, самозабвенно спит…

Внезапно голова мужчины без предупреждения соскользнула с шеи, а тело повалилось на землю. Эксперт области Небожителя умер в мгновение ока.

— Во дворе кто-то сильный! Брат Лу убит!

Во дворе началась паника, сопровождаясь взрывами, когда сильные практики пытались проникнуть внутрь сквозь стены. Их тела окутало пламя, а за спинами появились призраки божеств, чья аура затмила небо.

Как только они попали во двор, головы бедолаг взмыли в воздух. Хоть способности всех этих людей были очень высокими, избежать неожиданной смерти не удалось никому.

Казалось, будто здесь появился бестелесный бог, размахивающий своим призрачным мечом, чтобы отрубить головы нарушителей!

Глава 226. Меч Императора-Основателя моря крови

В главной комнате, Ху Лин’эр лежала на спине цилиня. Из этого положения она украдкой открыла глаза, чтобы увидеть, как скатываются головы. Это было странное зрелище. Не было никакого врага, но, когда сильные практики области Небожителя вошли во двор, они немедленно умерли неестественной смертью!

Остальные отреагировали так, как будто встретили великого врага. Практик области Небожителя закричал, заставляя свою Ци меча покрыть всё тело, как лёд, после чего он вошёл во двор и крайне осторожно осмотрелся вокруг. Его навык меча был изощрённым, заставляя бесчисленные огни меча плавать вокруг тела, как несравнимо прекрасные рыбы.

Метод, который он использовал, чтобы защитить себя, был пассивным. Тысячи прекрасных рыб меча, которые содержали в себе его несравнимо плотное совершенствование, плавающие вокруг него. Он мог контратаковать их, а также, нанести смертельный удар, если видел опасность!

У него не было выбора, кроме как поступить так, ведь он не знал, что собирается предпринять враг и откуда нападёт. Было слишком странно, что такое количество сильных практиков области Небожителя, так легко распрощались со своими жизнями. Он не встретил никакой опасности сразу, но не смел ослаблять бдительность, медленно направляясь к главной комнате, в которой спали “гости”. Там он увидел картину, висящую в комнате.

Цинь Му зажёг свечу перед картиной, на которой была изображена спина мужчины средних лет с мечом, привязанным к ней. Лицо мужчины было слегка повёрнуто, как будто он краем глаза смотрел на художника. Его взгляд показал поразительно убийственное намерение. И этот неоднозначный взгляд запечатлел художник, превратив в картину.

Несмотря на то, что на картине был только мужчина средних лет, она давала людям ощущение, что существует бесконечное количество информации, которая не была нарисована, скрывающейся в пустых пространствах вокруг…

Это было завершение ужасающей военной кампании. Бесчисленные трупы сильных практиков лежали у ног мужчины средних лет, плавая в море крови, разливающейся по небу. Белые кости были окрашены кровью в красное. Неисчислимые потерянные души, которые умерли от меча, были захвачены посланниками смерти и утащены в глубины мрака.

Там дьявольский бог с двумя длинными рогами, которые имели девять изгибов, проводил банкет, чтобы отпраздновать с душами всех почивших практиков их становление его гостями и едой.

Именно эта информация была сокрыта в незаполненных местах картины!

Во дворе практик области Небожителя был ошеломлён, когда увидел эту картину и человека в ней. Он увидел, как его голова соскользнула с шеи, и, падая в непроглядную, беспросветную темноту, почувствовал, что всё становится невероятно медленным. Он чувствовал, что бесконечно погружается вниз, не будучи способным достичь дна этой тьмы.

Пум… Его голова упала на землю и прокрутилась два раза, а глаза, уставившись куда-то в пустоту, были по-прежнему широко распахнутыми. Внезапно протянулась огромная рука и схватила голову.

За пределами двора всё ещё находились девять человек, которые стояли там с ужасом на лицах. Только белобровый старейшина, даос Цин Шань, был по-прежнему непоколебим. Именно он схватил голову почившего практика области Небожителя. Он также был единственным великим экспертом области Жизни и Смерти среди всех присутствующих.

— Превосходный меч, — посмотрев в глаза мертвеца, глубоко вздохнул Цин Шань.

— Что обнаружил старейшина Цин Шань? — оглянувшись, спросили дрожащими голосами остальные восемь человек.

— Взгляните ему в глаза.

Восемь человек увидели свет меча, как в левом, так и в правом глазу погибшего. Меч, казалось, пошёл прямо к его лицу, а в следующее мгновение жизнь практика оборвалась!

— Меч должен быть там. Что здесь происходит? — сказал даос Цин Шань, подняв голову и посмотрев на комнату, где спали “пленники”, затем он медленно подошёл к окну и увидел мерцающий свет с уголком картины, после добавил. — Это всего лишь картина. Я вижу часть рубашки человека на ней…

— Старейшина Цин Шань, есть ли необходимость в таких неприятностях? Разве не будет лучше просто уничтожить весь дом и людей внутри?

Сильный практик области Небожителя внезапно сделал шаг, и его пилюля меча поднялась в воздух. Столпообразный свет меча вырвался наружу и со свистом ударил в сторону дома, где были Цинь Му и остальные.

Столб меча был несравнимо большим, и всё, чего он касался, было разорвано на куски! Это была Форма Спирального Меча, которую придумал Имперский Наставник!

Имперский Наставник не был эгоистичным человеком. Формы меча, которые он придумал, в основном передавались по наследству всем, поэтому было много сект пути меча боевого мира, которые развивали его мастерство меча. Человек, который сделал ход, был одним из профессионалов!

Его понимание Формы Спирального Меча было выше, чем у многих других. Это движение меча было впечатляющим и, если бы оно пронеслось в главную комнату, то определённо измельчило бы всё там в порошок. Независимо от того, был ли это Цинь Му, Король Дьяволов Дутяня, или цилинь, все они были бы разорваны на куски!

— Не надо уничтожать картину! — выпалил Цин Шань и хотел остановить других, но было уже слишком поздно.

Столб меча, казалось, встретил бесформенный барьер, и остановился в воздухе, прежде чем сантиметр за сантиметром распасться. Затем он взорвался с треском.

Красная отметина появилась меж бровей практика, и, прежде чем тот замертво рухнул на землю, капнула капля свежей крови.

— Будьте настороже и во всеоружии! — сурово крикнул даос Цин Шань, в то время как его аура вырвалась вперёд, став причиной шести щелчков, или даже хлопков, послышавшихся из тела. Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть — его шесть великих божественных сокровищ открылись одновременно!

Вокруг него практики области Небожителя не могли устоять на ногах и, из-за внезапно навалившейся ауры, были вынуждены постоянно двигаться то назад, то вперёд.

Свишь!

Позади даоса Цин Шаня появилось видение бога с головой дракона и человеческим телом. Было похоже, что бог спустился, но половиной его тела всё ещё пребывала в пустоте, в то время как другая половина попала в реальность. Даос схватился за зеркало и встревоженно посмотрел на паренька и остальных, которые всё ещё спали в главной комнате, прежде чем закричать хриплым голосом:

— Разве вы, ребята, не слишком расслаблены? Жить надоело?

В этот момент Цинь Му, который притворялся спящим в главной комнате, прищурился и увидел человеческую фигуру, плывущую вниз от стены позади него. Он мог видеть тень спины мужчины средних лет, которая была вытянута светом свечи.

Мужчина средних лет, спустившийся с картины, был высокий и худой, а на спине у него располагался меч-сокровище. Будучи очень тихим и, казалось бы, духом без материального тела, он поплыл во двор. Фигура подняла голову, чтобы посмотреть на небо и вытащила меч со спины.

Мужчина взмахнул мечом и запел тихим голосом, огни мечей двигались, в то время как рыбы и драконы танцевали:

— Меч Императора-Основателя моря крови, горы и реки существуют, огромное и неясное сердце, оглядываясь налево и направо, больше нет людей, облачающихся в одежды своей родины…

Цинь Му не мог двигаться, чувствуя, что в этом мире повсюду была острая Ци меча и свет меча, которые, плавая во времени и пространстве, двигались туда-сюда рядом с ним. Парень закрыл глаза, но перед его глазами по-прежнему мелькали огни меча, разрывающего тьму. Также он услышал, как Ци меча, перемещающая на невероятных скоростях, рассекала воздух.

Цинь Му открыл глаза, увидев перед собой пересекающиеся повсюду огни мечей. Сердитые крики донеслись из-за пределов двора, после чего прозвучал ужасающий гул с последующими разразившимися колебаниями. Среди темноты ночи другие дома деревни взлетели в небо, распадаясь и разлетаясь на куски.

«Дедушка глухой даровал душу старейшине деревни на картине…» — бешено заколотилось сердце Цинь Му.

Внезапно все звуки и свет исчезли вместе с низким поющим голосом. Глаза Цинь Му были приоткрыты, и он мог слабо видеть фигуру, идущую к нему, как будто она хотела вернуться к картине позади него. Внезапно эта фигура развалилась и превратилась в лужу чернил на земле. Парень был на мгновение ошеломлён, а затем немедленно открыл глаза и пристально посмотрел назад, где увидел висящий на стене кусок белой бумаги.

Свет от лампы мерцал, в то время как вокруг было до ужаса тихо. Цинь Му глубоко вздохнул, а Ху Лин’эр, открыв глаза, прошептала:

— Молодой мастер…

— Сейчас безопасно, давай спать, — сказал паренёк и добавил. — Нам всё ещё нужно пересечь горы завтра и идти довольно далеко.

Ху Лин’эр опустила голову, и Цинь Му тоже прилёг. Глядя на белую бумагу за светом свечи, он почувствовал спокойствие в своём сердце.

На следующий день парень проснулся и вышел во двор. Вчерашняя маленькая деревушка превратилась в кусок пустой земли, без каких-либо признаков других домов. Осталась только половина их собственного двора, более половины стен уже обрушились. Восточная комната просто исчезла, в то время как потолок западной комнаты отсутствовал.

Цинь Му вымылся и начал готовить завтрак в своём воке. Ху Лин’эр отрегулировала механизм Короля Дьяволов Дутяня и сбежала с ним, но, выйдя из дома, она вскрикнула от изумления. Между тем цилинь, проснувшись и облизав когти, полюбопытствовал:

— Где мы сейчас? Куда делась вчерашняя деревня… Владыка культа, пора завтракать? Ты можешь посыпать немного тмина на мои духовные пилюли Алого Огня? Что-то старый вкус уже приелся…

Цинь Му схватил немного тмина и достал половину ведра духовных пилюль Алого Огня, на которые он разбросал тмин.

— Это всего лишь половина ведра… — опустив голову, цилинь уставился на свою еду.

— Ты такой толстый, что даже не можешь бежать, половины ведра более чем достаточно! — сердито ответил Цинь Му.

— Мое тело всё ещё растет. Без еды, я не смогу расти…

— Твоё тело всё ещё растет? — Цинь Му попытался ущипнуть плоть на животе зверя и, обнаружив, что, как бы ни старался, не может этого сделать, добавил. — Растёт не твоё тело, а жир. Попробуй ущипнуть себя и посмотри, сможешь ли ущипнуть складку!

— Моё телосложение способно растить жиры, даже если я пью холодную воду… — попытался ущипнуть себя цилинь, но безуспешно.

— Жирный Дракон, с сегодняшнего дня ты должен пить холодную воду! — подбежав, сердито сказала лисичка.

— Я не боюсь, что буду голодать, и хочу есть немного больше. Хорошо, половина ведра, не меньше, иначе я действительно стану кожей да костями, — улыбнувшись и воровато подтянув уже приготовленные пилюли, обижено пролепетал дракономордый.

Король Дьяволов Дутяня подошёл, когда увидел, что Цинь Му закончил есть и снимал картину, от которой теперь осталась лишь простая белая бумага.

— Эта картина была написана твоим старейшиной? — спросил дьявол.

Цинь Му кивнул.

— Человек на картине тоже твой старейшина? — после недолгой паузы поинтересовался король дьяволов.

Цинь Му с поклоном поместил свиток в свой мешок таоте.

— Я не боюсь их. Тем не менее, держать меня в ловушке этой скульптуры дьявольского бога, отнюдь не лучший способ… Так почему бы тебе не снять печать, дабы моё сознание могло покинуть ваш мир и вернуться в Дутянь, чтобы никогда не ступать на эту землю. Что думаешь? — смотря на Цинь Му, спросил Король Дьяволов Дутяня.

— Лин’эр, ешь быстрее, чтобы мы могли продолжить наше путешествие, — проговорил юноша, ничего не ответив дьяволу.

Голова Короля Дьяволов Дутяня начала болеть. После того, как Ху Лин’эр насытилась, Цинь Му вышел вперёд, чтобы помочь вымыть миски и чашки, а затем положил чисто вымытую посуду обратно в мешок таоте.

— Нам хватит, чтобы продержаться до Великих Руин. Король дьяволов, пойдём, — посмотрев на запасы еды, сказал юноша.

— Я их не боюсь. Если бы моё истинное тело снизошло, я бы никого не боялся… — промычал дьявол, прежде чем засеменить следом.

Горный хребет Разрушенный Богом простирался на десятки тысяч километров. Когда Цинь Му и остальные достигли дна, они могли видеть только несравнимо обрывистый горный хребет, который было трудно пересечь даже для проворных обезьян и летающих птиц. Цинь Му достал географическую карту Вечного Мира и, тщательно что-то поискав, улыбнулся:

— Одинокий Горный Кряж находится недалёко отсюда. Идём!

Как только он это сказал, из тучи высунулась голова красной змеи, из пасти которой тут же изрыгнулось огромное пламя. Обжигающий жар рассеял облачный слой, в то время как блестящий рой золотых насекомых разлетелся во всех направлениях. Некоторые из них двинулись в сторону четверых путников.

Глава 227. Одинокий Горный Кряж

«Обычно, люди сначала избивают младшего, а затем его хранителя. А у меня лучше, сначала убил старика, а теперь появился младший», — мысленно вздохнул с сожалением Цинь Му. Быть Владыкой Небесного Дьявольского Культа, как оказалось, не так уж и плохо.

Так как Лун Цзяонань и женщина из Замка Трёх Чудес уже догнали отряд Цинь Му, остальные молодые практики тоже должны быть неподалёку. Если они обнаружат его со спутниками, то предоставят немало хлопот.

Ху Лин’эр использовала свой демонический ветер, сдувая летающих повсюду комах за горизонт:

— Молодой мастер, эти люди что, не собираются домой на праздники?

— Моё убийство для них лучший способ отпраздновать новый год, — проговорил Цинь Му, качая головой. — И кроме моей смерти, они также желают прикончить Императора Яньфэна. Убить меня у них, естественно, не получится, однако, я не уверен насчёт императора. В конце концов, он — цель поважнее.

Лиса отлично разобралась с ситуацией, сдув насекомых. Лун Цзяонань и остальные теперь не смогут обнаружить беглецов и найти Одинокий Горный Кряж.

Кряж находился недалеко от них, и отряд Цинь Му начал двигаться в его сторону. Здешняя местность была не такой холмистой, как в других областях, однако, в ней было что-то необычное. Всё вокруг выглядело мрачно, зелёная растительность напрочь отсутствовала. Гора была полностью завалена увядшими, чёрными, как земля под ногами, деревьями. Именно поэтому у путников это место не вызывало хороших впечатлений.

— А что, если они убьют императора? — спросила Ху Лин’эр.

Цинь Му шагнул в Одинокий Горный Кряж, и лиса проследовала за ним, запрыгнув на спину цилиня. Затем, она взобралась зверю на голову, дабы лучше осмотреться.

— Если им удастся убить императора, и посадить на трон наследного принца, реформу Имперского Наставника отменят, — ответил юноша. — Затем, наставник избавится от наследного принца и станет новым императором. А если он решит этого не делать, то я сделаю. К тому же я приглашу Имперского Наставника на место четвёртого Небесного Короля, так как уже давно хранил для него это звание. Тем не менее, убить императора им не удастся, а Наставник не согласится стать четвёртым Небесным Королём.

На земле лежали лишь мёртвые деревья без веток и листьев. Маленькая лиса довольно сильно волновалась, так как засохшие стебли казались её острыми когтями, а изогнутые стволы — уродливыми лицами. И то, и другое, приводило её в ужас.

— Это место было испорчено кровью бога и дьявола, — Король Дьяволов Дутяня отмахнулся от нескольких насекомых, летающих над ним, после чего потёр между пальцами грудку земли. — Странно, эта кровь очень необычная. Не могу определить, принадлежит она богу, или дьяволу, она обладает особенностями обеих. Кровь со свойствами бога и дьявола, как интересно…

Цинь Му с любопытством спросил:

— Король Дьяволов Дутяня, может быть, здесь одновременно пролилась кровь обеих видов?

Юноша уже видел кровь дьявольского бога, и она оказалась невероятно сильной. Во время их “прогулки” по ночным Великим Руинам, старейшине деревни удалось ранить дьявольского бога. Одна капля крови существа упала на землю, убив всё живое в радиусе трёхсот метров, отчего земля приобрела такой же вид, как и Одинокий Горный Кряж… И это был эффект лишь одной капли дьявольской крови.

Однако на Одиноком Горном Кряже была уничтожена абсолютно вся растительность, свидетельствуя о том, что здесь пролилось намного больше, чем одна капля божьей и дьявольской крови.

Дело не в этом, — покачав головой, ответила статуя. — Это один вид крови, однако, он владеет свойствами дьявола и бога одновременно. Твои знания до сих пор недостаточно глубоки, чтобы найти отличия между двумя вариантами. Кровь бога помогает развитию жизни, в то время как дьявольская кровь её убивает. То, что пролилось здесь, имело оба свойства, поэтому живность под землёй процветает, а над её поверхностью всё вымерло. Здешние деревья мертвы, но их корни живы. Некоторые из них даже смогут когда-нибудь превратиться в духов, питаясь силой крови бога.

Ху Лин’эр немедленно поинтересовалась:

— Корни превратятся в демонов?

— Да, они превратятся в странный организм с десятками щупалец.

Несмотря на то, что Одинокий Горный Кряж был, по сути, каньоном, он на самом деле находился очень высоко над уровнем моря. Дело было в том, что стоящие рядом горы были ещё выше. Каньон извивался, поднимаясь вверх, поэтому его горная дорога была сложной в преодолении. Небесный Дьявольский Культ, вероятно, испытал невероятный стресс, провозя по ней свою контрабанду.

Время от времени по дороге встречались чёрные каменные скрижали высотой в несколько десятков метров. На их поверхности виднелись численные руны, и Цинь Му попытался внимательно их исследовать:

— Это Руны Подавления Демонов, принадлежащие нашему священному культу. Лин’эр, не смей их трогать, тебя сразу же засосёт, если камень активировать.

Лиса вскочила в шоке.

— На Одиноком Горном Кряже полным-полно Скрижалей Подавления Демонов. Кажется Небесный Святой Культ приложил немало усилий, прокладывая эту дорогу. К тому же, всё это говорит о том, что в данном месте водится огромное количество демонов.

Подсчитав количество встретившихся по дороге Чёрных Каменных Скрижалей Подавления Демонов, Цинь Му удивился, что их оказалось аж сорок шесть. Они ещё не успели преодолеть даже половины пути, и если на каждый камень приходилось по одному демону, то это место просто кишело нечистью.

Тем не менее, Чёрные Каменные Скрижали Подавления Демонов имели несколько десятков метров в высоту. Судя по такому громадному размеру, они могли содержать больше, чем одно существо, поэтому общее количество демонов должно быть внушительным!

Они добрались к центру долины, где увидели огромное озеро. Горы и земля вокруг были покрыты толстым слоем снега, отчего такая находка заставила всех открыть рты в удивлении.

Возле озера лежало огромное высохшее дерево, накрывшее собой довольно большую площадь. Плотно размещённые каменные скрижали, в количестве нескольких сотен штук, целиком окружали озеро и дерево!

Отряд Цинь Му был в шоке. Сколько же демонов должно жить в этом месте, чтобы для их подавления требовалось такое количество чёрных скрижалей?

Несмотря на то, что Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, он не слишком много знал о проходе в Одиноком Горном Кряже. Он также не знал, что именно здесь встретили его последователи.

— Может быть, здесь была страна демонов? — пробормотал юноша. — Но почему тогда все эти камни собраны вместе? Такое впечатление, что они подавляют не демонов, а озеро и дерево.

Как только он договорил, со стороны озера раздался зов о помощи. Цилинь был самым высоким из путников, поэтому, подняв голову над каменной скрижалью, смог разглядеть:

— Там купается женщина.

— Помогите, на помощь! — снова раздался крик.

Ху Лин’эр немедленно забралась на голову полудракона, всматриваясь в сторону озера, после чего злостно проговорила:

— Жирдяй, разве это купание? Она ведь тонет!

— Не тонет, — медленно ответил зверь. — Она полностью раздета, а значит купается. Вы когда-нибудь видели голого утопленника?

— Голого?

Король Дьяволов Дутяня взволновался и обрадовался, быстро взбираясь на голову цилиня, чтобы рассмотреть происходящее. В озере действительно тонула голая женщина, и он смог чётко рассмотреть её привлекательное тело, барахтающееся в воде. От её невероятных изгибов, дьявол широко раскрыл глаза и с восхищением прокричал:

— Эта дьяволица прекрасна! Обманщик, подойди, взгляни!

Цинь Му улыбнулся:

— Нас всё ещё преследуют, нужно идти, — сказав это, он тайком взглянул в сторону озера сквозь щель между скрижалями.

— Молодой мастер — достойный джентльмен! — с уверенностью восхваляла Ху Лин’эр.

— Там, на берегу, помогите! — женщина в воде жалко кричала. — Повалите каменные скрижали и спасите меня! Я буду всю жизнь вам служить!

Взяв обход вокруг озера, Ху Лин’эр прокричала:

— Дьяволица, тебе не удастся обмануть молодого мастера. Тебе стоит знать, что это сам Владыка Небесного Святого Культа!

Внезапно женщина замолчала, и вместо её визга раздался зловещий голос:

— Владыка Небесного Святого Культа?

Бум!

Вода озера, окружённая чёрными каменными скрижалями, взмыла в небо, а бесчисленные чёрные корни потянулись к берегу, будто щупальца. На конце каждого из них была голая женщина в расцвете своей юности. Все они повернули взгляды в сторону Цинь Му, после чего в воздухе раздались оглушающие визги.

— Небесный Святой Культ! Именно Небесный Святой Культ меня здесь заточил! Они использовали эти скрижали, чтобы связать моё тело, мои ноги и руки!

Бум! Бум!

В каньоне Одинокого Горного Кряжа чёрные каменные скрижали задрожали под ударами бьющегося внизу гигантского тела, пытающегося вырваться наружу!

Цинь Му вздрогнул в шоке. Увидев такое огромное количество скрижалей в каньоне, он предположил, что они сдерживали целую армию демонов, или даже их страну. Он никак не ожидал, что все они были предназначены лишь для одного существа!

Чёрные скрижали неистово дрожали, почва под ними становилась мягче, будто камни вот-вот из неё вырвут. В этот момент на их поверхности внезапно зажглись руны, придавая каждой из них вес целой горы. Придавив демона Одинокого Горного Кряжа своим весом, камни не позволили ему продолжить двигаться.

— Я хочу отомстить! — в воздухе над озером лица бесчисленных женщин кривились и плакали. — Я хочу убить каждого члена Небесного Святого Культа!

Чёрный скрижали вокруг озера ярко засияли, озарив своим светом древнее дерево. Щупальца в воздухе, казалось, утащила под воду неведомая сила, от которой женщины на их концах начали жалко кричать. Они пытались удержаться на поверхности, однако, им не за что было ухватиться, и щупальца постепенно исчезли под водной гладью.

— Это озеро, вероятно, было тем местом, куда упала кровь бога и дьявола. Затем её впитало древнее дерево, — недоумевал Король Дьяволов Дутяня. — Откуда на твоей родне столько странных вещей?

Цинь Му улыбнулся:

— У меня на родине есть вещи намного страннее, чем эта. Давайте быстрее покинем Одинокий Горный Кряж, пока не наступила ночь, чтобы успеть найти укрытие.

— Как жаль, — прикусив губу, сказал Король Дьяволов Дутяня. — Та дьяволица была довольно красивой, намного привлекательнее, чем женщины Дутяня.

В это же время Лун Цзяонань и Цю Юэ встретились с учеником Лань Юем, монахом Бань Чи и Юань Шанем, продолжая поиски Цинь Му. Внезапно они ощутили ужасный толчок, раздавшийся где-то на Одиноком Горном Хребте, и посмотрели в его сторону.

Ученик Лань Юй прокричал:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа отправился к горному хребту Разрушенному Богом? Он разве не боится, что его расстреляют таинственные Жемчужные Арбалеты?

Цю Юэ махнула рукой, и рой насекомых вылетел по направлению к Одинокому Горному Кряжу.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа очень хитёр, и раз он отправился через горный хребет Разрушенный Богом, там вероятно есть безопасный путь! Мои насекомые найдут дорогу, и мы пойдём следом!

Все поспешили в сторону Одинокого Горного Кряжа, преследуя рой насекомых. Хлопая своими крыльями, те быстро долетели к озеру, над которым висели ядовитые облака и раздавался тихий стон:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, я тебя убью. Я тебя обязательно убью и уничтожу весь твой культ!

Отряд переглянулся, и монах Бань Чи кашлянул, после чего громко сказал:

— Дьяволица, что у тебя за вражда к Владыке Небесного Дьявольского Культа?

Женщина в расцвете юности подняла своё голое тело над поверхностью воды и жалобно заплакала:

— Небесный Святой Культ приковал меня к этому месту на несколько сотен лет. Вражда, между нами, глубока, как океан, мы не можем жить под одним небом. Если вы спасёте меня, я буду служить вам до конца жизни!

Монах улыбнулся:

— Я монах, поэтому твоё служение мне ни к чему. Но если ты согласишься принять Буддизм и поможешь мне убить Владыку Небесного Дьявольского Культа, я разрушу печать и освобожу тебя.

— Я готова принять Буддизм! — незамедлительно воскликнула женщина.

Ученик Лань Юй, Юань Шань, Цю Юэ и остальные нахмурились, собираясь отговорить монаха от такой затеи, но к этому моменту тот уже успел вытащить из земли каменный скрижаль и отбросить его в сторону:

— Друзья Дао, этого демона заточил Небесный Дьявольский Культ. Поскольку тот принадлежит к дьявольскому пути, демон, которого они подавили, определённо должен быть хорошим. Помогите мне снять все эти Камни Подавления Демонов, чтобы сохранить нашего друга!

Бедолагам осталось лишь согласиться и помочь.

Бум!

Горы задрожали, а корни снова вырвались из-под воды. Под деревом, огромный чёрный шар начал непрерывно увеличиваться в размерах. Чёрные корни извивались, будто водные драконы и гигантские звери, время от времени обнаруживая кости своих старых жертв!

Монах Бань Чи увидел эти останки, ощутив пробирающий до костей страх. Внезапно он заподозрил, что этот демон, заточённый Небесным Дьявольским Культом, не был его другом по пути. Наоборот, это существо могло быть даже более злобным, чем культ!

— Быстро, бегите! — завизжал… завизжала Лун Цзяонань.

Они немедленно побежали в сторону Великих Руин.

— Я свободна, я, наконец, свободна!

Многочисленные печальные вопли донеслись до них из-за спин, когда последние чёрные камни, неистово дрожа, повалились на землю. Толстые щупальца вырвались из-под земли, непрерывно извиваясь. На конце каждого из них мило улыбалась прекрасная женщина:

— Небесный Святой Культ твердил, что я съела слишком много людей, поэтому меня нужно заточить. Спасибо, спасибо тебе, маленький монах. Теперь я снова смогу покушать…

Глава 228. Я Хочу Вернуться Домой

Волосы монаха Бань Чи встали дыбом. Убегая, они видели, как местность сильно дрожала, и бесчисленные камни разлетались во всех направлениях. Среди скал вылезли чёрные, как смоль, щупальца, которыми оказались корни Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа.

Небесный Дьявольский Культ использовал Чёрные Каменные Скрижали Подавления Демонов, чтобы обездвижить её корни, в то время как множество чёрных каменных скрижалей вокруг озера и древнего дерева должны были подавить её голову. Но теперь, когда каменные скрижали, которые подавляли голову, были сброшены монахом Бань Чи и остальными, демон вновь смог использовать свою силу, которая, надо отметить, была ужасающей, заставляя горные хребты дрожать без устали.

Она использовала свою мощь, и чёрные каменные скрижали, ещё миг назад успешно подавлявшие её корни, взлетали один за другим, разрушаясь под ужасающей силой!

— Откуда у обычного корневого демона такая сила? — выкрикнул монах Бань Чи и продолжил. — Было ли это дерево-демон целенаправленно помещено сюда Небесным Дьявольским Культом, чтобы навредить людям?

Толстые корни вокруг змеями покатились к ним, и в итоге перед каждым из них зависла красивая женщина:

— Уже уходите? Вы, ребята, спасли меня, а я вам ещё не отплатила. Почему бы вам всем не остаться и не воссоединиться вместе со мной!

Цю Юэ взмахнула рукавами, и бесчисленные насекомые, увеличиваясь на ветру, полетели к корням, в итоге став три метра в длину и набросившись грызть корни. Однако острые как бритва зубы жуков дробились и крошились, не в силах прокусить цель. Девушка подпрыгнула в шоке, когда увидела маленькие корни, пронзившие ядовитых насекомых, растущие из пупков висящих на корнях женщин. В одно мгновение от ядовитых жучков остались только раковины, в то время как все внутренности исчезли.

— Выращенные мною ядовитые насекомые могут даже прокусить духовное оружие, но эти корни жёстче! — выкрикнула Цю Юэ.

Корень появился за ними, и Юань Шань подпрыгнул, держа над головой пилюлю меча. Но уже в следующее мгновение он нанёс удар по одной из женщин, вращая меч таким образом, чтобы отсечь ей голову.

Голова женщины упала на землю и тут же иссохла, превратившись в головоподобный чёрный уголь. Между тем у обезглавленной женщины на корне выросла ещё одна голова. Юань Шань был поражён и хотел разрезать корень на части, но к нему с молниеносной скоростью устремился другой. Он поспешно задействовал свою пилюлю меча, желая разорвать корень, который был у него за спиной, но его тело внезапно сморщилось и сжалось. Его плоть мгновенно исчезла, осталась только кожа.

Другие практики изначально хотели спасти его, но, когда они увидели, что произошло, то немедленно выбежали из каньона. Позади них было бесчисленное множество щупалец чёрного цвета, размахивающих и вонзающихся в две горы по сторонам, вытаскивая истинное тело из земли.

Тело было чудищем, похожим на клубок ниток с бесчисленными свисающими корнями. Оно оказалось слишком велико, тем самым активировало мистические Жемчужные Арбалеты, которые располагались по обе стороны горы. Жемчужные Арбалеты обнаружили жизненную силу этого демона и автоматически выстрелили в него.

Два несравнимо толстых света в форме стрел рассекли небо и поразили Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа, прямо сейчас напоминающего большой чёрный шар. Демон пронзительно запоил, как будто бесчисленное множество голосов наслаивались друг на друга, вызывая лавину вокруг гор.

Лун Цзяонань и остальные были почти пойманы щупальцами, когда, к счастью, Жемчужные Арбалеты причинили боль демону, заставив убрать свои щупальца и позволив им убежать.

— Мистические Жемчужные Арбалеты могут убить даже Небожителя, так что они определённо покончат с этим отродьем! — все вздохнули с облегчением, а затем вдруг увидели Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа, размахивающего щупальцами, чтобы прокатиться по пресловутым арбалетам в горах. С громким треском один из них разлетелся на куски, после чего огромная бронзовая рука скатилась с вершины горы.

Затем Жемчужный Арбалет на другой горе был также разрушен. Лица Лун Цзяонаня и остальных побледнели. Они немедленно запрыгнули на спину красной змеи, которую взрастила Цзяонань, и красный гад, спасая свою и чужие жизни, в отчаянии заскользил прочь. Наконец покинув Одинокий Горный Кряж, они обернулись, но, к своему сожалению, увидели бесчисленные корни, похожие на чёрных питонов, которые направлялись к ним под глухие звуки перекатывания.

Было очевидно, что ужасающий корневой демон был слишком тяжёлым и не мог летать. Она могла полагаться только на свои корни, чтобы взобраться на утёс, толкая себя вперёд. Демон был слишком огромен, поэтому, когда она двигалась, её тело неоднократно врезалось в две горы рядом с ней, тряся их.

— Небесный Дьявольский Культ действительно греховен, раз взрастил такого огромного демона, чтобы навредить людям! — дрожа от ярости или страха сказал монах Бань Чи и продолжил. — Сколько людей они убили, чтобы создать демона такого уровня! Я ненавижу свои способности, ведь они слишком слабы, чтобы подчинить его!

Все понимали, что он свалил вину на Небесный Дьявольский Культ, только чтобы не чувствовать себя ответственным за освобождение демона, однако, они не осуждали его и один за другим говорили нечто подобное:

— Хорошо, что демон был заманен нами в Великие Руины и не пошёл убивать людей Вечного Мира.

— Все люди в Великих Руинах — отвергнутые богами и злодеи, которым больше некуда податься. Если демон начнёт сеять хаос в Великих Руинах, то его действия будут подчинять дьяволов и защищать Дао.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, должно быть, целенаправленно привлёк наше внимание, желая заманить в долину, чтобы он мог позаимствовать силу демона, дабы навредить нам. Но Небеса помогают достойным, так что нам удалось убежать невредимыми. Он должен быть разочарован, не так ли? — спокойно спросил Бань Чи. В этот момент тело Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа выпало из каньона и скатились вниз по склону, после чего начало безостановочно раскачивать щупальцами.

— Демон не может летать, спокойно… — успокаивая остальных, уверенно говорил Лань Юй, как вдруг прозвучал птичий визг, и резкий ветер ударил по его лицу. Огромная золотокрылая птица с молниеносной скорость спикировала на него, вонзившись в плечи и утащив прочь.

Ученик Лань Юй чувствовал боль в плечах. Его левая и правая лопатки были пронзены когтями птицы. Он собирался было исполнить божественное искусство, чтобы спасти себя, но огромная птица опустила голову и клюнула. Его череп был разбит на куски, а птица преспокойно потащила обезглавленное тело в глубины леса.

Группа прибыла к Великим Руинам, которые были дикой, беззаконной землёй. Странным зверям было всё равно, ученики они из уважаемой секты или нет. В глазах этих существ было только съедобное и не съедобное.

— Нельзя летать в небе, летим к земле! — в панике выпалила Цю Юэ.

Чуть погодя все приземлились на землю, а Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа следовал за ними по пятам. Когда они бежали, спасая свою жизнь, они проходили мимо озера, как вдруг выпрыгнул огромная рыба. Она укусила молодого практика, мгновенно убивая того, прежде чем утащить в воду.

Демон перевернулся, и бесчисленные корни пронзили озеро. Странная рыба внутри немедленно выпрыгнула из воды и последовала за Цю Юэ и остальными. Рыба на самом деле бежала, правда с такой скоростью, словно летела, и вскоре обогнала всех, тем самым впечатлив их.

Пробежав более десяти километров, чтобы не дать себя убить преследующему по пятам Корневому Демону Одинокого Горного Кряжа, группа увидела вырванные с корнями ряды деревьев.

****

— Король дьяволов, Великие Руины очень опасны, поэтому даже если тебе не чем заняться, не летай в небе, — расслаблено, сидя на спине цилиня, говорил Цинь Му. — У нас есть свои уникальные правила в Великих Руинах. Ты можешь летать в небе, если хочешь, но ты долеж летать низко и не быть слишком заметным. Если думаешь, что достаточно умелый, то можешь летать немного выше, но, если территориальные странные звери будут не в настроении, они попросту сожрут тебя.

— Разве это не просто сильные охотятся на слабых? Я понимаю это правило, мой Дутянь действует по тому же правилу, — усмехнулся дьявол.

— А также, не выходи, когда темно, — с мрачным лицом сказал парень и добавил. — Если у тебя нет способности бога или дьявола, никогда не уходи во тьму, иначе попросту совершишь самоубийство.

— Что такого страшного во тьме? В моём Дутяне всё находится в кромешной тьме. Свет есть только в нескольких местах, и только там жизнь всё ещё может процветать. Во тьме я словно рыба, плавающая в воде. Я покажу тебе, как резвиться по ночам, — продолжал смеяться Король Дьяволов Дутяня.

Ху Лин’эр закатила глаза. В глазах лисенка, Король Дьяволов Дутянь, был уже мёртв.

— В наших Великих Руинах нет закона, поэтому независимо от того, кого мы встретим, мы должны быть вежливы. Если мы не будем вежливы и обидим кого-то, от нас будет легко избавиться. Чем опаснее место, тем вежливее люди. Кроме того, есть некоторые страшные боги и дьяволы в Великих Руинах. Некоторые из них запечатаны, некоторые подавлены, а некоторые живут роскошно, так что не бегайте просто так, — продолжил Цинь Му.

— В этом мире всё ещё есть боги и дьяволы? — шокировано спросил дьявол.

— И довольно много. Даже на своём коротком веку я умудрился повстречать нескольких, — промолвил парень и добавил. — Но пока ты следуешь правилам Великих Руин, здесь на самом деле гораздо безопаснее, чем в той же Империи Вечного Мира. Ты можешь спросить Лин’эр, если не веришь мне.

Дьявол зыркнул на лисичку, которая тут же несколько раз чувственно кивнула:

— Вечный Мир действительно намного опаснее Великих Руин. Причина, по которой молодой мастер вышел, заключалась в том, чтобы поднабраться опыта. У нас нет такого в Великих Руинах, поэтому ты можешь видеть, насколько опасна Империя Вечного Мира.

Внезапно позади них раздался сотрясший землю грохот, и Цинь Му обернулся, чтобы осмотреться. Там он увидел бесчисленные щупальца, летающие в небе. Чёрное чудище с горным телом мчалось прямо на него. На тех щупальцах висели обнаженные женщины, которые странно улыбались.

«Почему Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа освобождён? Кто тот тупица, что освободил её?» — подумал Цинь Му и холодно содрогнулся от женщин, свисающих с гигантского демона. Множество странных зверей также бежали в их направлении.

— Демон действительно ищет смерти. Так безрассудно мчась по Великим Руинам… и помереть не долго, — покачав головой, проговорил парень и добавил. — Даже старейшина деревни не посмел бы быть таким безрассудным, — и как только последние слова слетели с его уст, земля вдруг сильно задрожала, и огромная ладонь, покрытая золотым мехом, вырвалась из-под неё. Огонь полыхнул вокруг ладони, которая яростно ударила по освобождённому Корневому Демону Одинокого Горного Кряжа.

Корневой демон улетел, как чёрный шар, который получил удар, исчезнув вдалеке. Странные звери, спасавшиеся бегством, остановились и обернулись посмотреть. Затем все они вернулись на свои собственные территории. Король Дьяволов Дутяня был ошеломлён этим зрелищем, не в состоянии сказать ни слова.

— Всё хорошо, всё хорошо. Это и есть Великие Руины. Здесь часто происходят странные вещи, скрытые вокруг, но всё будет хорошо, если ты войдёшь в храм, чтобы предложить ладан и отдать дань уважения богам. Я считаю, что демон случайно соприкоснулся с какими-то руинами и спровоцировал там бога, — утешающе сказал Цинь Му.

— Здесь слишком опасно, я хочу вернуться в Дутянь… — испустив судорожный вздох, ответил дьявол, как вдруг взбудоражился, срыгнув кучу сломанных деталей из всех четырёх ртов, и продолжил. — Как твой проклятый мир может быть светским? Демоны и призраки повсюду! Я больше не буду вторгаться в твой мир, ладно? Отпусти меня, я хочу вернуться домой!

— Наши Великие Руины действительно безопасны, гораздо безопаснее, чем Империя Вечного Мира. Ты определённо будешь в порядке, если последуешь за молодым мастером, — убедительно промолвила Ху Лин’эр.

Глава 229. Пятая Эра

Имперский Наставник Вечного Мира и его жена находились в Маленькой Нефритовой Столице уже более двух недель. Город в облаках казался им раем, ведь его пейзажи редко встречались в мире смертных.

— Имперский Наставник уже привык к этому месту? — с улыбкой спросил подошедший к гостям старик в белой робе.

Мужчина уверено ответил:

— Маленькая Нефритовая Столица полностью оправдывает своё имя. Здешние виды настолько невероятны, что я даже забыл, что должен возвращаться домой. Однако хоть это отличное место, оно слишком далеко от мира людей. Мои намерения лежат не здесь, поэтому я вынужден уйти. Отшельник Цин Ю, прости меня.

Старик Цин Ю улыбнулся:

— Имперский Наставник может не спешить. Я пригласил тебя погостить, и ещё не успел рассказать о происхождении Маленькой Нефритовой Столицы.

Наставник с любопытством ответил:

— Я бы с радостью послушал.

Отшельник повёл Имперского Наставника и его жену через радужный мост. Строение было вырезано из семицветного нефрита, и простиралось по небосводу, напоминая настоящую радугу. Находясь посреди моста, перед глазами открывался совсем не такой вид, как с земли. Гости увидели горы Маленькой Нефритовой Столицы, выстроенные в естественное построение посреди неба, на котором находились дворцы, населённые бессмертными.

— История Маленькой Нефритовой Столицы более древняя, чем Наставник может себе представить, — улыбнулся отшельник, — она берёт своё начало в Период Императора-Основателя.

Император-Основатель? — Имперский Наставник и вправду никогда не слышал об этих временах, поэтому с интересом спросил. — Какой страной он управлял? Ни один из лидеров Империи Вечного Мира не носил такого имени.

— Император-Основатель не из Империи Вечного Мира, а из страны, которую принято называть Империей Основателя, — ответил Цин Ю. — Тебе должно быть известно, что Империя Основателя теперь зовётся Великими Руинами.

Слегка вздрогнув телом, Имперский Наставник взволновано вдохнул:

— Великие Руины…

Отшельник Цин Ю провёл их через мост по направлению к летающей в небесах горе бессмертных:

— Эпоха Императора-Основателя — термин, придуманный Даосами. Буддисты зовут её Эпохой Пустоты. Основание, существование, разрушение и пустота. Эпоха Пустоты — четвёртая по порядку. Сейчас Империя Вечного Мира находится на вершине своей силы, поэтому в Маленькой Нефритовой Столице этот период называют Эпохой Вечного Мира. Во времена Империи Основателя, Великие Руины процветали. Затем произошла Катастрофа Основателя, четвёртая в своём роде.

Глаза жены Имперского Наставника вздрогнули:

— Старший сказал, что мы живём в Эпохе Вечного Мира. Если наша страна погибнет, произошедшее станут называть Катастрофой Вечного Мира?

— Мадам очень умна, — улыбнулся отшельник, указывая пальцем куда-то вдаль. В том месте группа даосов как раз строили новый дворец на горе. — Этот дворец предназначен для хранения истории Эпохи Вечного Мира. Когда ваша империя исчезнет с лица земли, мы сможем изучить её историю, выделить возможные причины Катастрофы Вечного Мира и предупредить о них следующие поколения.

Женщина не удержалась от следующего вопроса:

— Старший, расскажи об этом месте. Оно доброе или злое? Какие у вас планы на нашу пару? Мы здесь уже довольно долгое время, и вы позволяете нам быть здесь сколько угодно. Разве не пришло время сказать, о чём на самом деле думает Маленькая Нефритовая Столица?

— У нас, жителей Маленькой Нефритовой Столицы, нет никаких намерений. Мы всего лишь наблюдаем за Имперским Наставником, его реформой, и записываем вещи, которые могли бы пригодиться будущим поколениям.

Имперский Наставник Вечного Мира сказал:

— Как боги отличаются от бессмертных?

— В отличии от богов, бессмертные — всё ещё люди.

На мгновение задумавшись, Имперский Наставник сказал:

— Вы имеете ввиду, что люди не могут стать богами, а всего лишь бессмертными?

Отшельник улыбнулся:

— Имперский Наставник, достигнув области Божественного Моста и встав на него, что ты увидел?

Мужчина не сказал ни слова. Божественный Мост был седьмой областью, последней из существующих.

— Божественное Сокровище Божественного Моста — мост, ведущий в область богов, однако, он разрушен в телах людей, поэтому никто не может перебраться на противоположный берег. С такой же проблемой столкнулся и наставник, я прав? — отшельник продолжал. — Бессмертные жители этого города столкнулись с такой же проблемой. Мы повидали бесчисленные божественные сокровища, и все божественные мосты были разрушены. Неспособны перейти по божественному мосту, мы, естественно, не можем стать богами. На самом деле, учитывая уровень нашего совершенствования, мы могли бы с лёгкостью сравниться с существующими богами, однако, сокровище сломано.

Имперский Наставник кивнул:

— Я заметил это уже много лет назад, и долго пытался решить проблему. Прочитав целую кучу древних книг, я так ничего и не нашёл. Может быть у вас есть какие-нибудь записи о том, что кому-то удавалось отстроить мост?

— Есть, — отшельник вёл их во дворец на вершине горы. — Но даже жителям Маленькой Нефритовой Столицы не под силу это повторить. Не сумев стать богами, мы решили стать бессмертными. Именно поэтому мы, старые и немощные, остаёмся здесь. Хоть нас и зовут бессмертными, когда выделенное нам время закончится, наши души вернутся к жёлтым источникам. Мы не пытаемся избежать смерти. Мы просто пытаемся сохранить мир. Имперский Наставник, мадам, сюда.

Наставник с женой проследовали за стариком во дворец. Хоть здание было роскошным, и внутри витала атмосфера дома бессмертных, здесь было очень холодно, безрадостно и одиноко… Именно таким холодным, безрадостным и одиноким местом и была Маленькая Нефритовая Столица.

Отшельник Цин Ю привёл их к длинному коридору и подошёл к круглой двери, ведущей в глубины дворца:

— Во времена Эры Императора-Основателя было несколько людей, которым удалось отстроить свои божественные мосты. Они построили величественную божественную династию, которая не дожила до наших дней, превратившись в тлен. Её домом являются сегодняшние Великие Руины.

Имперский Наставник слегка взволновался:

— Есть люди, сумевшие это сделать? Они смогли стать богами?

Кивнув, отшельник Цин Ю улыбнулся:

— Однако их потомков осталось очень мало, ими являются люди, отвергнутые богами.

Наставник был ошеломлён:

— Те сами отвергнутые люди Великих Руин?

— Нет. Среди них почти ни у кого нет неразрушенного божественного моста. Бессмертные из Маленькой Нефритовой Столицы ходили проверять.

Отшельник Цин Ю толкнул дверь и повёл их дальше:

— Империя Вечного Мира когда-то получила предсказание, верно? Ей приказали не выпускать отвергнутых людей из Великих Руин. На самом деле, вы должны были охранять себя не от обычных жителей руин, а от жителей деревни Беззаботной, оставшихся в тех местах. Их божественные мосты целы, поэтому боги их остерегаются.

Перед ними возникли ряды книжных полк, на которых лежали толстые древние тексты, содержащие историю Эпохи Императора-Основателя, записанную бессмертными Маленькой Нефритовой Столицы.

— Имперскому Наставник нужно прочитать все эти книги, и ты узнаешь, что произошло во время Эпохи Императора-Основателя, и о том, что послужило причиной её конца, — Отшельник Цин Ю поклонился, отдавая дань своего уважения, собираясь покинуть библиотеку. — Если Имперский Наставник желает продолжить идти путём, который он себе выбрал, боюсь, что судьба Империи Основателя станет судьбой Империи Вечного Мира. Что бы не погубило первую, погубит и вторую.

Мужчина поклонился в ответ, спросив:

— Странник Чжэнь из вашего города погиб от моей руки, почему Брат Дао позволил мне сюда прийти?

— Маленькая Нефритовая Столица не вмешивается в мирские дела, а только следит за ними. Покинув гору, Странник Чжэнь перестал быть её бессмертным жителем. Его жизнь больше ничего для нас не значила, — ответил отшельник, покидая зал. — Вы, муж и жена, тоже стали бессмертными, прибыв в это место, но как только вы уйдёте, связь между нами разорвётся. Святой рождается раз в пятьсот лет, поэтому мы с любопытством следим за святым этого поколения, чтобы увидеть, сможет ли он сделать то, что не удалось его предшественникам.

— Странные правила, — взор жены Имперского Наставника упал на древние свитки. — Муж, у Маленькой Нефритовой Столицы, кажется, странное происхождение. Может быть они — потомки Империи Основателя?

Возможно, — Имперский Наставник сел, взяв в руки книгу. — Я не заметил у них плохих намерений, поэтому можно не переживать об этом. Я хочу изучить историю Императора-Основателя так как прошлое собралось повторится снова.

****

В Великих Руинах звучало сетования дьявола:

— Я просто искал землю, чтобы поселить своих людей, найти место для их жизни и процветания. Между нашими мирами не было бы войны, — глаза Короля Дьяволов Дутяня, казались пустыми, когда он говорил. — Дутянь на пороге смерти, если мы вступим с вами в бой, то точно вымрем. Я должен взять ответственность за свою расу. Позволь мне вернуться, я найду другой жалкий мир, позволь мне вернуться…

Ху Лин’эр посмотрела на Цинь Му и тихонько спросила:

— Молодой мастер, может отпустим его? Он выглядит очень жалко.

— Откуда знать, лжёт ли он мне, или действительно покинет наш мир? Он всего лишь сознание, его настоящее тело находится в Дутяне. Этого достаточно для поисков в иных мирах, не обязательно возвращать сознание. Если он останется здесь и призовёт своё настоящее тело, кто будет виновен? Нельзя верить ни одному его слову. Как только поведёшься — ты проиграл! Город Пограничный Дракон прямо перед нами, до деревни осталось лишь полторы тысячи километров!

Город Пограничный Дракон Город уже находился в поле их зрения, и Цинь Му наконец успокоился. Он был на родной земле.

— Молодой мастер!

— Молодой мастер вернулся?

— Молодой мастер, как тебе Империя Вечного Мира, по сравнению с Великими Руинами?..

Цинь Му с отрядом пришёл в город, где ему начали в приветствии махать руками местные торговцы. Парень помахал в ответ:

— В Империи Вечного Мира намного больше хаоса, нежели здесь. Каждый день там начинается какое-нибудь восстание или война, не самое приятное место.

— Так и есть. За последнее время в Великие Руины прибыло очень много беглецов, спасающихся от бедствия. Хорошо, что молодой мастер здесь. Дом — самое безопасное место.

Добравшись к усадьбе городского Лорда, Цинь Му спросил:

— Лорд вернулся?

— Городской Лорд заходил несколько дней назад, однако, сразу же ушёл снова. Молодой мастер хочет здесь остановиться? Я отправлю малого, чтобы приготовить приём.

— Не нужно, — ответил юноша. — Скоро новый год, мне нужно в деревню.

Из-за того, что большинство жителей города Пограничный Дракон были членами Небесного Дьявольского Культа, город фактически принадлежал бабушке Сы. В отличии от своих Имперских собратьев, здешние последователи обращались к юноше как к молодому мастеру, а не святому учителю.

В конце концов, раз город принадлежал бабушке, и Цинь Му был ребёнком, которого она вырастила. Было не странно, что его здесь так называют.

Парень продолжил путь домой. Расстояние в полторы тысячи километров было очень коротким, и со скоростью цилиня, его можно было преодолеть за пол дня.

Зверь наступил на поверхность реки и побежал вверх по течению. Зимнее солнце слегка согревало землю своим светом, делая погоду в разы лучше, чем на территории империи. Цинь Му внезапно вспомнил, как вместе с Сянь Цин’эр разбил ледяную дамбу в прошлом году. Как вдруг увидел ту самую Сянь Цин’эр, занимающуюся копчением рыбы в компании селян. Они натирали мясо солью, после чего развешивали на дереве возле реки, и коптили с помощью влажной древесины, отчего дымный вкус проникал глубже внутрь блюда.

Жители этой деревни словили целую кучу огромных рыб ростом с человека, развесив улов на дереве. Свежее мясо было ярким и блестящим. Селяне не привыкли рыбачить зимой, поэтому этот запас должен был помочь им пережить зиму.

Цинь Му остановил цилиня, и маленькая девочка с тремя косичками моргнула парню своими сияющими глазами:

— Пастушок, возвращаешься домой в лучах славы? Снаружи весело?

Юноша улыбнулся в ответ:

— Там неплохо, но меня преследуют, куда б я не пошёл… Тебя разве не искали монахи из Монастыря Маленького Громового Удара?

Глава 230. Сделал слишком много зла

— Тьфу-тьфу через плечо. Монахи Монастыря Малого Громового Удара пока не обнаружили это место. Что плохого ты сделал, почему люди преследуют тебя? — с любопытством поинтересовалась Сянь Цин’эр.

— Я полагаю всему виной мой уникальный гений? — подняв голову, ответил Цинь Му, чувствуя, что сказанное им было определённо правильным, и продолжил. — Я слишком выдающийся, поэтому люди завидуют мне и преследуют везде, куда я иду.

Парень махнул руками, чтобы попрощаться, и Сянь Цин’эр сразу же добавила:

— Я приду поиграть с тобой, когда освобожусь, не позволяй тем старикам убить меня!

— Хорошо!

Когда солнце начало садиться на западе, Цинь Му наконец добрался до деревни Цань Лао. Войдя внутрь, он сразу же увидел более двенадцати куриц-драконов, чей рост превышал таковой у нормального человека, которые тут же окружили его, начав буровить неприветливыми взглядами. Во главе их стояла старая курица, которая немедленно взбудоражилась, когда увидела Цинь Му, и указала на него крыльями, без остановки кудахча с остальными пернатыми. Со стороны всё выглядело так, словно она говорила, что этот сопляк был вором яиц.

«Я впервые отправился во внешний мир с целью поднабраться опыта, пропав всего на полгода, но в деревне теперь так много куриц-драконов», — размышлял парень. Ему казалось, что он встретил своих величайших врагов, и выкрикнул:

— Времена изменились, теперь я священный учитель, Владыка Небесного Святого Культа, даже если вас больше, я не боюсь, вообще!

Ко! Ко! Ко!

Стая куриц-драконов устремилась вперёд и затоптали его. Их перья были похожи на мечи, и они извергали огонь, как драконы. Орудуя острыми когтями, способными расколоть камень и металл, они были несравнимо свирепы.

— Молодой мастер, я пойду осмотреться домой! — увидев ситуацию, сказала лисичка, исчезнув, как струйка дыма.

Через мгновение Цинь Му отбросил стаю кур, тяжело дыша. Его лицо было покрыто кровью, а из волос местами торчали куриные перья. Предводительница пернатых, всё это время стоявшая в сторонке, повела шайку на патруль окрестностей деревни, разумеется, с высоко и гордо поднятой головой и клювом.

Король Дьяволов Дутяня засмеялся, радуясь несчастью юноши:

— Негодяй, ты даже не можешь победить стаю куриц!

— И ты тот, кто проиграл парню, который не может одолеть даже стаю кур. Бабуля, старейшина деревни, я вернулся! Почему никто из вас не пришёл спасти меня, когда увидел, как надо мной издевается стая куриц! Эх, почему здесь никого нет? — вытащив из головы перья куриц, промолвил Цинь Му, после чего, сделав обход деревни, удивлённо замер.

Комната старейшины и целителя были пусты, и другие жители деревни тоже не вернулись. Парень смог найти только несколько листов бумаги, которые он, конечно, прочёл. На одном из них было написано, что старейшина, целитель и Патриарх Дьявольского Культа собираются искать деревню Беззаботную. А также — если кто-то вернулся, они должны сначала помочь целителю накормить его насекомых.

Второй лист был исписан почерком мясника. В нём говорилось, что старейшина и остальные ещё не вернулись. Также мясник выражал свою обеспокоенность относительно безопасности престарелых путников, поэтому он и слепой собираются отправиться на их поиски.

Третий лист был оставлен немым, и в нём упоминалось, что слепой с мясником тоже не вернулись, поэтому он собирался их найти.

Четвёртый лист оставили одноногий и старый Ма, сказав, что старейшина и остальные, возможно, столкнулись с непредвиденной опасностью. Им нужно действовать быстрее, поэтому они вышли, чтобы найти их.

Пятый лист оставила бабушка Сы, которая сказала, что старикашки всегда причиняли неприятности. Она ушла, чтобы найти их и сказала Цинь Му не уходить.

«Бабуля и остальные действительно беспокоятся», — Цинь Му покачал головой, положив свой багаж вниз. Он пошёл сорвать несколько листьев в травяном саду за пределами деревни, затем открыл горшки перед дверью дома целителя и положил в них листья. В горшочках голодающие насекомые тут же выхватывали еду.

Затем юноша вошёл в комнату целителя и нашёл несколько духовных пилюль, которые он разбил и разбросал по другим горшкам. Затем он вымыл руки, чтобы приготовить ужин.

— Эти разбитые горшки… — увидев разбитые горшки, в которых хранились маленькие насекомые, промычал сильно потрясённый Король Дьяволов Дутяня. Затем его взгляд упал на водяной котёл перед кузницей, отчего он испытал ещё больший шок, добавив. — Огромный водный котёл… И те грабли… Тот горшок… и все остальные сокровища, разбросанные повсюду…

— Король дьяволов, перестаньте бродить, где не попадя, у тебя больше рук, так что подойди и помоги приготовить несколько порций, — призвал парень.

Когда исчезли последние солнечные лучи, с запада на восток хлынула тьма, как огромный потоп, поглотивший все горные хребты на своём пути и утопив в себе все Великие Руины!

Цинь Му уже давно привык к этому зрелищу и не обращал на него внимания, подавая блюда в фартуке вокруг талии. Тем не менее, дьявол впервые увидел такое ужасающее зрелище, так что он был ошарашен и не мог сказать ни слова. Незадолго до того, как темнота собиралась утопить деревню Цань Лао, в деревню вошёл худощавый старик с корзиной книг на спине. В следующий миг тьма, распространяющаяся с востока, накрыла всё вокруг деревни.

— Дедушка глухой! — удивлённо вскрикнул Цинь Му. Он немедленно положил свою миску и палочки для еды, чтобы поприветствовать его. Одежда глухого была старой и изодранной, что давало понять, что ему плохо жилось снаружи.

— Есть ли еда? Я голодал несколько дней, — положив книги в корзину, спросил глухой.

— Еда готова!

Цинь Му немедленно вымыл ещё одну миску и палочки для еды. Глухой сел и начал есть, а когда прикончил где-то четыре-пять порций, решил перевести дыхание.

— Дедушка глухой, где тебя носило в последние дни? — наливая ещё одну тарелку супа, в недоумении спросил парень.

— Вечный Мир. Я искал немого, но так и не нашёл, и я израсходовал все деньги, которые откладывал на транспорт, поэтому мне пришлось продавать свои картины, — с болезненным голосом говорил он. — Сегодняшний народ, к сожалению, деградировал! Деградировал! Мне не удалось продать ни одной картины. Но будучи уже на последнем издыхании от голода, я встретил старую Сы, которая пощадила меня и дала немного денег, но перед этим всё же довольно долго издевалась надо мной. Правильно, не говори об этом целителю, старикан всегда смеётся надо мной за то, что я не зарабатываю так быстро, как он на продажах лекарств.

Король Дьяволов Дутяня смотрел широко раскрытыми глазами, размышляя: «Старикашка был первоклассным экспертом. Неужели именно он тот мастер по живописи, нарисовавший Бога Меча? Такой великий эксперт действительно был близок к смерти от голода? Разве он не мог получить деньги силой, если у него их не было?»

— Дедушка, теперь, когда мир не спокоен, кто станет покупать картины для красоты? Если в следующий раз у тебя не будет денег, ты можешь продать их в поместье Имперского Наставника, так как мужчина, безусловно, будет готов потратить огромную сумму, чтобы купить их, — проговорив, Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать.

— Я уничтожил несколько тысяч солдат Империи Вечного Мира, так что, если бы пошёл к нему домой, чтобы продать свои картины, он бы определённо меня уничтожил. Я не смогу победить его, — покачав головой, ответил дедушка.

— Ты можешь найти меня в Имперском Колледже, ведь всё, что у меня есть, это только деньги. Я могу купить все картины, которые ты нарисовал. Они у тебя в корзине для книг? Можешь продать их мне, я заплачу прямо сейчас, — сияя энтузиазмом, промолвил парень.

— Я сжёг их все, — беспечно сказал глухой, затем добавил. — А где остальные? Они не вернулись?

— Сжёг? — промямлив, чувствовал боль Цинь Му. Если бы Имперский Наставник был здесь, его бы определённо вырвало тремя литрами крови.

Он вынул лист бумаги целителя, оставив остальные позади, но глухой прочитал их, прежде чем ответил:

— Их почерки действительно уродливы. Я хорошо высплюсь сегодня вечером и найду их завтра. Кто он такой?

Только сейчас он заметил Короля Дьяволов Дутяня.

— Я — Владыка Дутянь, правитель Дутяня. Тебе не нужно проявлять ко мне уважение, — гордо ответил дьявол.

— Он действительно уродлив, — идя в свою комнату спать, добавил глухой.

— Я Король Дьяволов Дутяня! — сердито парировал дьявол.

— Король дьяволов, дедушка не слышит, — доброжелательно сказал Цинь Му.

— Чушь собачья, он только что слышал тебя!

— Иногда он может слышать, иногда нет, — объяснил парень.

Король Дьяволов Дутяня окаменел от гнева. Цинь Му вычистил миски и палочки для еды перед тем, как лечь спать:

— Король дьяволов, не броди по ночам. Тьма очень опасна.

Король дьяволов неоднократно кивал, со всем соглашаясь, и думал про себя: «Так как негодяй не смеет войти во тьму, сейчас лучшее время для меня, чтобы уйти. Мне просто нужно войти в темноту, и я смогу стряхнуть его. Тогда я смогу провести церемонию жертвоприношения, чтобы призвать своё истинное тело».

Вскоре Цинь Му уснул, и из его комнаты послышался храп. Король Дьяволов Дутяня на цыпочках вышел наружу. Каменные статуи в четырёх углах деревни испускали слабое свечение, так что окрестности не были слишком тусклыми. Тем не менее, места, на которых не мог попасть свет от каменной статуи, были чёрными, и в них ничего не было видно. Дьявол осторожно подошёл ко входу в деревню и заколебался. Он протянул палец в темноту и услышал грызущие звуки. Потянув ладонь назад, он не мог не удивиться. Его палец уже исчез, будучи съеденным чем-то в темноте.

Дьявол оценил свою рану, и его сердце слегка дрогнуло. Он спросил:

— Ган Но Ди Да Хэй (Кто находится в темноте)?

— А Пу Гао Ни Хэнь (Кто ты сам)? — через какое-то время ответил зловещий голос.

Дух Короля Дьяволов Дутяня содрогнулся, и он собирался что-то сказать, когда за ним послышался голос:

— Что ты здесь делаешь? И почему говоришь на дьявольском языке?

Дьявол увидел глухого, который появился позади него в какой-то момент времени, и его сердце сжалось. «Уши глухого такие чувствительные! Подождите, разве он не глухой?»

Глухой зевнул и поднял кисть, чтобы перед сном написать слово “исправить” на теле дьявола, и тот тут же ощутил, что не мог пошевелиться. Он хотел что-то сказать, но не мог издать ни звука.

На следующее утро Цинь Му проснулся рано, чтобы приготовить завтрак. Цилинь принёс тазик и положил его перед ним, прежде чем сесть, чтобы дождаться своей еды.

— Му’эр, я пойду искать старейшину, а остальные вернутся к новому году, что касается тебя и твоей большой собаки, оставайтесь здесь, чтобы присмотреть за деревней, — наевшись до отвала, сказал глухой.

Цинь Му утвердительного угукнул. Цилинь съел духовные пилюли Алого Огня, говоря низким и приглушённым голосом:

— Я не большая собака, а талантливый зверь, наполовину дракон и наполовину цилинь.

Глухой его не услышал и вышел из деревни. Он поднял свою кисть, нарисовав дракона в небе, и взмыл в небо. Между тем Король Дьяволов Дутяня всё ещё стоял у входа, не в силах пошевелиться.

Цинь Му убрал тарелки и палочки для еды, думая про себя: «Интересно, чем в последние дни маялась демоническая обезьяна? Я должен принести здоровяку подарки».

— Ган Но Ди Да Хэй? — увидев Короля Дьяволов, улыбнулся и прошептал парень.

«Паршивец тоже знал?» — дьявол был потрясён.

Цинь Му заставил цилиня охранять деревню, в то время как он сам направился ко Дворцу Подавления Рока, однако, прежде чем смог далеко уйти, услышал одно из многих имён Будды.

— Амитабха! Владыка Небесного Дьявольского Культа, действительно приятно встретить Вас здесь по счастливой случайности, после поисков повсюду. Никогда бы не подумал, что сей маленький монах встретит здесь Владыку культа.

Перед ним появился монах в рваной одежде. Они оба были удивлены, что встретились друг с другом.

Цинь Му сразу узнал монаха напротив, ведь последний был тем, кто напал на корабль-сокровище в Империи Вечного Мира. Парень использовал Младшего Защитника, чтобы ранить его ногу, но тому всё же удалось очень быстро сбежать.

— Как мне к тебе обращаться, монах? — оглядевшись, улыбнулся юнец и, не обнаружив Лун Цзяонань с остальными поблизости, вздохнул с облегчением.

Монах явно преследовался Корневым Демоном Одинокого Горного Кряжа и встретился со всеми видами несчастных событий в Великих Руинах, одно из которых отделило его от Лун Цзяонань и остальных. Поэтому сейчас они встретились действительно по чистой случайности.

— Имя маленького монаха в религии — Бань Чи, — проговорив, монах поднял голову в небо, после чего по его щекам покатились две слезинки. Затем он печально вздохнул. — Мой Будда сострадания, добродетельные достижения маленького монаха, наконец, привели его к успешному завершению. Владыка Небесного Дьявольского Культа, ты сделал слишком много зла, поэтому сей монах отправит тебя в последний путь.

— Монах, ты сказал, что я сделал слишком много зла. Пожалуйста, назови хоть одно зло, которое я совершил, чтобы принять свою смерть от всего сердца, — достойно ответил Цинь Му.

Монах Бань Чи имел впечатляющее убийственное намерение, когда лучом сияющего Будды сорвался с места и взревев:

— Ты Владыка Небесного Дьявольского Культа, большего зла, совершённого тобою, и быть не может! Если тебе вновь даруется жизнь, перевоплотись, чтобы стать хорошим человеком!

Глава 231. Бой с Монахом

— Непревзойдённый Ваджра!

Тело Монаха Бань Чи засияло буддистским светом, его мышцы начали набухать, и рост парня увеличился до двенадцати метров. Девять колец на его посохе тоже увеличились, а позади огромной головы буддиста появилось построение, напоминающее огромное солнце. Это была буддистская техника Непревзойдённой Ваджры, мастерство, сила которого крылась в божественном искусстве физического тела.

В буддизме существовало чрезвычайно много разных техник. Сила некоторых была в складе ума, позволяя эффективно использовать заклятия. Другие в свою очередь славились мудростью, поэтому мастера, практикующие их, совершенствовали своё владение ножом и мечом, остальные же принадлежали к школе боевых техник, значительно увеличивая способности физического тела.

Несмотря на то, что техника Непревзойдённой Ваджры шла путём боевых техник, она отличалась от других, совмещая в себе небольшую долю заклятий, однако, в отличии от смеси боевых техник и заклятий канцлера Ба Шаня, в буддистской технике последние были спрятаны в посохе или молитвенных бусинах. Постоянно читая молитву, монахи запечатывали свои грешные мысли и божественные искусства внутри артефактов.

Когда наступало время битвы, они могли освободить энергию в бусинах в форме яростного боевого приёма, а заклятия в посохе в неожиданную атаку!

Цинь Му уже успел отметить сильные стороны техники Непревзойдённой Ваджры. Придавая телу форму Ваджраяксы, она делала его невероятно выносливым, позволяя выдержать даже удар меча Младший Защитник!

Кроме того, сила монаха стала настолько огромной, что он умудрился сбить железный корабль с курса!

Тело Цинь Му задрожало, когда он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Падающий с небес луч накрыл юношу, превращая его физическое тело в золотого бога. Отрастив тигриные когти, мех и голову, он наступил на двух драконов, и схватил бронзовый щит и боевой топор, созданные из жизненной Ци.

На левом ухе юноши висела, шипя, золотая змея, постоянно вдыхающая и выдыхающая золотую Ци… Это была техника Истинного Маркиза Металла Владыки Венеры, позволяющая принять облик Владыки Венеры и контролировать металлическую Ци.

В области Пяти Элементов было много секретов, и Цинь Му уже успел неплохо в них разобраться. Под надсмотром Имперского Наставника, совершенствование техники Истинного Маркиза Металла Владыки Венеры позволило ему наголову превзойти остальных практиков этой области.

— Воистину, дьявольское заклятие! — увидев такую трансформацию, монах Бань Чи ухмыльнулся. Девять колец его посоха дрожали на ветру, постепенно расширяясь, после чего внезапно ударили вниз, будто огромный молот!

Когда бронзовый топор столкнулся с монашеским посохом, раздался ужасный всплеск силы. Цинь Му сделал несколько шагов назад под давлением вибраций, а драконы-близнецы вылетели из-под его ног, пытаясь взобраться на тело монаха Бань Чи, чтобы связать ему ноги. В то же время девять колец слетели с посоха противника, ударяя Цинь Му в голову, отчего с неё посыпались яркие искры, а самого его отбросило на приличное расстояние.

В конце концов монах Бань Чи находился в области Шести Направлений, имея много козырей в рукаве и будучи практиком божественных искусств. Вызвав вибрацию в ногах, он разбил двух драконов на куски, затем схватил свой посох и отпрыгнул назад, пока девять золотых колец взмыли в воздух, возвращаясь назад к владельцу.

Бум!

Бань Чи снова ударил своим посохом по Цинь Му. Хотя ноги последнего находились на земле, он не смог удержаться, неконтролируемо отлетев назад, прорезая глубокие следы в почве. Бронзовый топор в руках юноши тоже разлетелся на части.

Монах просился вперёд с огромной скоростью, оказавшись возле противника всего лишь сделав несколько шагов. Посох взмыл в воздух, и раздался очередной громкий хлопок, за которым последовала серия ударов, закончившаяся в тот момент, когда Цинь Му уже не мог удерживаться на ногах и отлетел назад.

Монашеский посох гудел, а девять колец звенели, ударившись о грудь Цинь Му и отбросив его на сто метров дальше, уничтожая часть леса.

— Мудра Горы Сумеру!

Бань Чи поднялся в небо и начал читать заклятие, после чего ударил Цинь Му ладонью. Земля задрожала, а повалившиеся деревья обнажили отпечаток руки, площадью около трёх соток, глубоко вбитый в землю. В тот же миг над отпечатком появился образ Горы Сумеру, вокруг которого кружились бесчисленные символы буддистского писания.

— Амитабха, демон дьявольского пути наконец был казнён, это достижение великой добродетели маленького монаха, — проговорив, монах громко приземлился на землю, одной рукой держа свой посох, а вторую положив на грудь. Стоя на краю отпечатка, он отдал дань уважения. — Маленький монах не из тех людей, что наслаждаются убийством и использует такие могучие методы лишь для изгнания зла из нашего мира. У меня не было другого выбора. Я перечитаю параграф писаний Перерождение в Чистой Земле, чтобы отправить проклятую душу владыки культа в рай, где он не сможет сделать ничего плохого…

Как только он собрался прочитать своё писание, волосы юноши встали дыбом, и он был вынужден немедленно отпрыгнуть. Земля на том месте, где он стоял, взорвалась, и на её поверхность выступили огромные золотые шипы, яростно прокалывая воздух.

Посох монаха ударил вниз, его девять колец разлетелись в разные стороны, полностью уничтожая золотые шипы. В этот момент образ Горы Сумеру начал рушиться под давлением бесчисленных мечей света, созданных из золотой Ци. Закончив с горой, они соединились в огромное построение длиной в несколько десятков метров, яростно бросившееся в сторону монаха.

Парень ощутил жгучую боль в груди, вызванную ударом меча. Он сразу же громко закричал, а из молитвенных бусин на его шее раздался голос будды. В воздухе засияли буддистские руны, напоминая обручи, слой за слоем покрывая свет меча. Под их сильным давлением, оружие наконец остановилось.

В этот момент перед Бань Ши внезапно засиял свет, после чего небо закрыла огромная волна. Позади неё, Цинь Му превратился в красноволосое змеиное тело Маркиза Воды Владыки Меркурия с трезубцем в руке.

Оружие юноши полетело в сторону монаха в сопровождении огромных волн, формируя мощную мудру, неистово надавившую на противника. Тот громко закричал, отчего ярко засияли лучи его защитной техники. Он прикрылся рукой, однако, с разочарованием обнаружил, что безграничная сила продолжает его подавлять, отталкивая назад.

Трезубец достиг его груди и превратился в трёхглавого дракона, извивающегося и со всей силы давящего на его тело. С громким хлопком импульс прижал его к земле, создавая внушительный кратер.

Волна рассеялась, и монах немедленно поднялся на ноги. Перед его лицом возник монстр с головой быка и телом человека, несущийся на двух драконах навстречу. Пространство между бровей монстра раскрылось, обнаруживая бычий глаз, из которого сразу же со скоростью молнии вылетел поток чистого огня. Бань Чи поднял руку, прикрывая шею, и сразу же почувствовал острую боль. Два его пальца отлетели в сторону.

Его сердце охватила паника. Схватив свой посох с девятью кольцами, он начал использовать его в качестве молота. Верх оружия стал расширяться, со временем всё сильнее и сильнее увеличиваясь. Приняв размеры небольшой горы, оружие взмыло в ударе, в то время как вторая рука монаха отправила в сторону противника убийственную мудру.

Цинь Му принял форму Владыки Марса и властно взглянул на противника. Его сила стала безграничной, а за спиной появилась огненная бутылка. Сняв её со спины и крепко обняв, Владыка Марса начал выливать её ослепительный чистый огонь, языки которого накалили посох противника до красна. Капли растопленного золота начали стекать долой.

Монах был поражен. Его посох был духовным оружием, которое он тщательно совершенствовал, к тому же имеющее благословление самого будды. Тем не менее, оно оказалось не в силах устоять против чистого огня из бутылки. Если оно полностью расплавится, он потеряет своё главное оружие, однако, сейчас было не время об этом думать. Ему оставалось рискнуть такой потерей и попытаться убить противника!

Бум!

Огненная бутылка взорвалась от атаки, два дракона под ногами Цинь Му разлетелись на мелкие осколки. Бань Чи немедленно продолжил серию мудрой Горы Сумеру, в ответ на которую тело противника неожиданно начало дрожать. Луч зелёного света снизошёл на него с небес, превращая в Маркиза Дерева Владыки Юпитера с головой человека, телом и лапами птицы. Используя два крыла у себя на спине и двух драконов под ногами, он поднялся в небо, избегая мудры противника. Когда он оказался прямо над последним, ивовый кнут в его руке засвистел в попытке нанести точный удар.

Как только монах в очередной раз попытался заблокировать удар рукой, он понял, что что-то не так. Кнут оказался невероятно мягким, мгновенно обмотав его руку, будто зелёная змея. Затем ивовое оружие внезапно выросло, полностью овившись вокруг его тела. В мгновение ока ивовый кнут стал толщиной с бочку, превратившись в дерево, крепко закрепившее монаха.

В тот же момент два зелёных дракона под ногами Цинь Му уменьшились, превращаясь в потоки зелёной Ци, немедленно проникая в ноздри Бан Чи.

— Прийти в этот мир с пустыми руками, уйти из него с пустыми руками! Шесть чувств, закройтесь! — выкрикнув, монах запечатал свои чувства, так что потоки Ци не смогли проникнуть внутрь его тела, и вскоре были раздавлены лучами буддистского света. Молитвенные бусины на шее его взорвались, а хранящиеся в них грешные мысли вернулись обратно в него.

В монахе закипела злоба, и он яростно заревел. Его физическое тело ещё раз увеличилось в размере, разрушая ивовое дерево:

— Когда старик Будда злится, даже небеса вынуждены отступить! Умри, демон!

Как только он это выкрикнул, Цинь Му снова сменил облик, превращаясь в змею с человеческим телом, позади которой возникли Врата Небесной Воли. С двумя ножами для убоя свиней, он помчался в лоб на врага.

Раздались звуки взрывов. Лучи буддистского света и искры бесконечно взлетали в воздух вокруг Бань Чи, однако, на его теле не появилось ни одной царапины от ножей для убой свиней.

— У старика Будды тело Ваджры, ничто не в силах его повредить! — с криком на лице монаха появилось убийственное выражение, а посох в его рука неистово разрезал воздух. Ножи Цинь Му взмыли ему навстречу, и раздался оглушающий хлопок, заставивший птиц и зверей в лесу вокруг бежать от испуга.

Внезапно ножи в руках захрустели и взорвались, неспособны выдержать невероятную силу столкновения противников. В тот же момент взорвался и посох в руках Бань Чи.

— Умриииии! — протяжно взревел монах, а его кулаки, тяжёлые будто гора, дождём посыпались вниз. Цинь Му тоже зарычал от злости, его мышцы набухли, и вокруг них начали кружиться электрические разряды. Парень исполнил Восемь Громовых Ударов, сталкиваясь с Бань Чи.

Два небольших великана обменивались сериями ударов, когда в воздух незаметно поднялся меч Младший Защитник, в попытке проколоть огромное солнце позади головы монаха с невообразимой скоростью.

Не ожидая такой подлой атаки, Бань Чи поднял руку, чтобы защититься. В этот миг Цинь Му ударил техникой Луч Солнца, Очищающий Душу Ян в Небе, отчего душа монаха заколебалась, и он не смог отбить меч, позволяя Младшему Защитнику проколоть солнце позади.

Техника Непревзойдённого Ваджры мгновенно разрушилась, и тело монаха начало уменьшаться. Цинь Му ударил кулаком ещё раз, и кости противника сильно задрожали, заставив его застонать от боли и отступить.

Удары Цинь Му лились будто проливной дождь и воющий ветер, усиливая боль Бань Чи. Противник чувствовал всё больший страх, и внезапно обернулся, пытаясь сбежать. Сделав несколько шагов, он скрылся в небесах.

Цинь Му замер на земле, всматриваясь ему вслед. Скорость беглеца была невероятно высокой, всего лишь за несколько вдохов он преодолевал более десяти километров. Оторвавшись на приличное расстояние, он остановился, чтобы позволить лотосу расцвести под ногами, который начал поднимать его ввысь, пока тот думал про себя: «Этот дьявол очень сильный, имея столько козырей в рукаве, но его скорость недостаточно велика, чтобы меня догнать. У меня есть шанс привести себя в порядок…»

В тот же миг раздался громкий хлопок, заставивший монаха оглянуться в недоумении. Он ошеломлённо замер, увидев, как Цинь Му несётся сквозь воздух, будто летя. Скорость парня была настолько высокой, что его даже нельзя было разглядеть.

Бум!

Кулак Цинь Му слился с лицом Бань Чи, сжимая его в лепёшку. Сила Бури Девяти Драконов вылилась ему прямо в голову, взрываясь с оглушающим хлопком.

В небе засиял кровавый свет, сопровождаясь полётом сорока пяти зелёных драконов, оголившими свои клыки и размахивая когтями. Среди их извивающихся тел летел безголовый труп.

— Тупой монах, я мог бы дать тебе сто километров форы.

Глава 232. Горшок целителя

«Ой, как больно!» — Цинь Му спустился вниз, и жгучая боль заполнила все его конечности, заставляя вдохнуть полную грудь холодного воздуха.

Техника Непревзойдённой Ваджры монаха сделала его тело несравнимо прочным, до такой степени, что даже духовное оружие не могло ранить его. Все виды божественных искусств были бесполезны против него, делая эту борьбу ненормально изнурительной для парня. Сила атак Бань Чи также была удивительной, так что плоть Цинь Му лопнула. К тому же по большей части виной его текущего плачевного состояния был посох монаха с девятью кольцами, который почти разбил ему голову. К счастью, атаки монаха были довольно просты, поэтому он всё равно умер от рук Цинь Му.

«Практики божественных искусств области Шести Направлений довольно сильны, я не могу их недооценивать», — тяжело вздохнув и коснувшись шишки на голове, подумал парень. Он выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы ускорить циркуляцию своей крови и Ци, тем самым, не позволяя сгуститься крови.

Два его ребра были сломаны, а плоть на спине напоминала кровавое месиво. Конкретно эти травмы, вероятно, были нанесены, когда монах Бань Чи обрушил на него Мудру Горы Сумеру. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была крайне эффективна, когда речь заходила об исцелении травм, но она всё ещё была несравнима с духовными пилюлями и прочими чудодейственными лекарственными добавками. К счастью, полученные травмы не были смертельными.

«Прежде чем продолжить поиски демонической обезьяны, мне нужно вернуться в деревню и подлечиться», — присоединив рёбра, подумал Цинь Му и отбросил тело монаха. Не было никакого правила хоронить трупы в Великих Руинах, так как кровь из трупа привлечёт диких зверей, которые пожрут его. Максимум остались бы только кости. Хотя, если удача не сопутствовала мертвецу, даже костей может не остаться.

Цинь Му вернулся в деревню и сорвал несколько целебных трав из сада за пределами деревни. Он приготовил две полные медицинских печи лекарств, одна из которых использовалась для лечения внешних повреждений, а другая — внутренних. Затем он попросил слюну цилиня, чтобы гармонизировать лекарство. Дракономордый заметил его избитое состояние, посмотрев непонимающим взглядом, однако, он не стал узнавать подробности. Зверь неподвижно присел на корточки у входа в деревню в охраняющей позе, точно также, как в Имперском Колледже. Хотя Цинь Му почему-то казалось, что тот может только выглядеть, как надёжный страж, но не более. Вполне вероятно, что зверь просто бездельничал, не в состоянии даже пошевелиться.

Король Дьяволов Дутяня также оставался неподвижным. Цилинь был слишком ленив, чтобы двигаться, в то время как дьявол был обездвижен глухим.

Цинь Му быстро поправился. Когда наступила ночь, глухой ещё не вернулся. Остальные деревенские также не вернулись. Наступил следующий день, но старейшина и остальные тоже не вернулись. Легкие парня по-прежнему болели, поэтому он не мог глубоко дышать, но раны на рёбрах и спине уже зажили.

«Если человек хочет, чтобы его повреждённые легкие заживали быстрее, лучше всего, чтобы он сам парился, позволяя лекарственному газу проникать в легкие. Тем не менее, нет никого, кто бы помог мне поддерживать огонь… — подумал Цинь Му, затем выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и медленно пошёл. Он медленно вдыхал и выдыхал, чтобы раненые лёгкие заживали хоть немного быстрее, как вдруг задумался над вопросом. — После нового года мне будет пятнадцать или шестнадцать лет?»

Его возраст всегда был предметом споров среди стариков. Старейшина и бабушка несколько раз спорили об этом, но не пришли к чёткому решению. Бабушка Сы весной пеленала Цинь Му, а ему тогда было от двух до трёх месяцев. Она верила, что он родился до нового года, а старейшина верил, что он родился после нового года. Если бы он родился раньше, ему было бы шестнадцать лет. Если бы это было после, тогда ему ровно пятнадцать лет. Каждый новый год они ссорились из-за этого вопроса, и юноша считал, что и в этот раз разразится нешуточный спор.

Думая об этом, Цинь Му услышал шум и поднял голову осмотреться, увидев несколько золотистых насекомых, пролетающих над лесом за пределами деревни. Он моргнул, и жуки умчались прочь, исчезая в лесу. Позже появилось больше насекомых, которые кружили вокруг деревни, прежде чем вновь исчезнуть в лесу.

«Прибыла женщина из Замка Трёх Чудес!» — взгляд Цинь Му замерцал. Женщина из замка была намного сильнее монаха Бань Чи и могла контролировать стаи насекомых. Они были ядовиты и были взращены ею, пока не стали, как сталь, способные даже прогрызть духовное оружие.

Женщина могла контролировать тысячи подобных, поэтому если те атакуют одновременно, парень определённо не справится со всеми обычными способами… Он будет съеден в считаные секунды!

«Вместо того, чтобы ждать, когда она доберётся до деревни, почему бы мне не уладить всё снаружи!» — Цинь Му огляделся и заскочил в лекарственную лавку целителя. Он осторожно вытащил сломанный горшок с парой скорпионов внутри, размахивающих клешнями друг на друга. Колючки на их хвостах буквально выстреливали вперёд, когда они боролись за духовные пилюли, которыми он ранее накормил их.

Цинь Му вынес разбитый горшок из деревни, и цилинь взглянул на него, прежде чем спросить низким голосом:

— Владыка, что Вы собираетесь делать?

— Сражаться! — безжалостно ответил тот.

— Снова сражаться… На сей раз постараетесь вернуться не с такими тяжёлыми травмами, как раньше, — незаинтересованно сказал зверь.

Цинь Му отнёс горшок к берегу реки, в то время как пара насекомых продолжала следовать за ним, прячась среди кустов и листьев. Он остановился подождать, видя, как вокруг насекомых становиться всё больше и больше, они даже ложились на поверхность реки. Со стороны казалось, что её покрыл слой золота.

Насекомые заманили огромную рыбу из реки Вздымающейся, и парочка выскочила из воды, желая съесть сияющую добычу. Однако, когда огромные рыбы оказались в воздухе и злобно открыли свои не менее огромные пасти, насекомые начали странно щебетать, увеличившись до трёх метров в длину. Затем они набросились на тела огромных рыб и начали грызть их. Вскоре от последних остались только кости, которые затем упали обратно в воду.

Уголки век Цинь Му дёрнулись. Рыбьи монстры Вздымающейся были очень сильны, их сила была сравнима с силой практиков боевых искусств области Духовных Эмбрионов и области Пяти Элементов. Однако перед ядовитыми насекомыми, взращёнными женщиной из замка, они не смогли выдержать ни одного удара.

«Владыка Небесного Дьявольского Культа», — голос раздался вниз по течению.

Цинь Му посмотрел в сторону источника и увидел ту самую женщину из Замка Трёх Чудес, ступающую по рою насекомых, летающих над рекой вниз по течению. Она не могла летать, но насекомые могли. Они окружили её в бесчисленном количестве. Также можно было разглядеть золотистую самку насекомых, что не удивительно, ведь та была гораздо больше по размеру, чем другие, явно ядовитые, жужжащие. Женщина стояла именно на её спине.

— Как я могу обратиться к старшей сестре? — мило улыбаясь, спросил юноша.

Цю Юэ была в нескольких сотнях метров от Цинь Му, когда она остановила свой рой насекомых.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа имеет такое важное положение и должен быть тем, кто держит превосходство под небесами. Почему ты так вежлив со своими врагами, называя меня старшей сестрой? — с любопытством спросила она.

Замок Трёх Чудес имел три чуда: насекомых, яд и красивых женщин.

У этой женщины была душераздирающая красота. Одно взгляда на неё достаточно, чтобы напрочь забыть о внушающих трепет насекомых вокруг. Даже больше, сердца смотрящих начнут неровно биться от вида её красоты.

— Раз я нахожусь в Великих Руинах, я больше не Владыка Небесного Дьявольского Культа, я теперь ребёнок своих стариков в деревне. Старшая сестра, если ты готова отпустить свои обиды, я могу пригласить тебя в деревню на новый год. Празднование в наших Великих Руинах на самом деле довольно шумно и волнительно, — покачав головой, ответил Цинь Му.

— Убив тебя, я могла бы вернуться домой на новый год… — промолвила Цю Юэ, помрачнев лицом, но уже в следующий миг в её глазах промелькнули нотки печали, и она добавила. — Я забыла, мой дом больше не существует, он был разрушен тобой и Имперским Наставником… Мой дом в Замке Трёх Чудес… Мой гроссмейстер — Истинный Лорд Тянь, а также мой учитель — Тянь Юфэй. В битве при городе Дасян, Небесный Дьявольский Культ перенёс в город армию Вечного Мира и убил бесчисленное количество моих старших братьев и сестёр. Мой учитель прикрыл мой побег только для того, чтобы умереть от рук Великого Генерала Венценосной Армии… — Казалось, она смеялась и не смеялась, плакала и не плакала, но потом добавила тихим голосом. — Владыка Небесного Дьявольского Культа, ты уже был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, не так ли? Чтобы мобилизовать так много экспертов Небесного Дьявольского Культа, нет никого, кто был бы способен на это. Ты был тем, кто мобилизовал экспертов, чтобы уничтожить великое дело нашей добровольческой армии, уничтожить наш Замок Трёх Чудес! Я тайно вернулась в Замок Трёх Чудес, но он уже был разрушен. К членам моей семьи относились, как к мятежникам и казнили публично! Владыка Небесного Дьявольского Культа, ты думаешь, должна ли я убить тебя?

— Должна. Однако, не будем забывать, что вы не должны были бунтовать. Когда вы восстали, вы должны были знать, что, если восстание провалится, это будет единственным исходом для вашей семьи, — вздохнув, ответил Цинь Му.

— Праведность должна быть поддержана людьми даже под угрозой казни. Справедливости можно добиться только ценой жизней людей! В противном случае, где была бы праведность, где была бы справедливость? Несмотря на то, что я с дьявольского пути, я готова быть таким человеком! Владыка Небесного Дьявольского Культа, больше не нужно говорить. Пожалуйста, сделай свой ход, я отправлю тебя в путь! — сделав шаг вперёд, строго сказала Цю Юэ.

— Люди, которые идут разными путями, не могут работать вместе. Юная леди, прошу, — почувствовав глубокое почитание, твёрдо ответил юноша.

Цю Юэ с развевающимися рукавами грозно крикнула, заставив ядовитых насекомых роиться к Цин Му со всех сторон. Они были слишком разнообразны и многочисленны, чтобы сосчитать. Некоторые из них расширялись на ветру… Большие вырастали до трёх-шести метров, а меньшие становились такими же большими, как умывальники. Присутствовали и другие, которые не расширялись, а сжимались. Эти ядовитые насекомые были самыми опасными, и чем меньшими они становились, тем труднее было защититься от них. Они могли вгрызаться в тела людей, когда те не были готовы, и грызть их внутренние органы. Были даже ядовитые насекомые, которые могли проглотить душу и поглотить жизненную Ци противника.

Цинь Му открыл горшок, и его жизненная Ци вылилась в него. Пара скорпионов выскочила и внезапно расширилась, став более чем двадцать метров длиной. Чёрная оболочка на их телах была покрыта исключительно красивыми и странными руническими отметинами, которые непрерывно загорались. Ужасающая аура прокатилась по воздуху, и рой насекомых внезапно упал с неба, как дождь!

Цю Юэ была удивлена и немедленно повернулась, чтобы убежать. Внезапно хвост огромного скорпиона взметнулся, не прекращая вытягиваясь, подобно цепи, в итоге зацепив женщину и убив её одним ударом. Цинь Му вздохнул. Он видел, как скорпионы сражались за труп Цю Юэ, в результате чего волны бились в реке. Когда волны захлестнули небо, он активировал горшок, и скорпионы сжались. Они вернулись внутрь и продолжили там борьбу.

Тело Цю Юэ уже было разорвано ими на куски и затоплено в реке, где оно было смыто течением. Парень отнёс горшок обратно в деревню Цань Лао, цилинь посмотрел на него у входа в деревню. Он увидел, что юноша не слишком счастлив, поэтому ничего не сказал.

Цинь Му поставил горшок вниз и вытащил Короля Дьяволов Дутяня. Он ударил кулаком, ногами и даже вызвал ветер с молнией, ударив ими статую бога несколько раз, прежде чем отойти в сторону

— Что я тебе сделал? — крайне опечалено ворчал дьявол. Потеряв десятки частей, он неподвижно лежал на земле.

После избиения Короля Дьяволов Дутяня Цинь Му почувствовал себя намного лучше.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа здесь! Все, скорее сюда! — внезапно раздался чей-то крик снаружи.

Помрачнев лицом, Цинь Му пошёл в комнату бабушки Сы и взял зеркало, с помощью которого она ухаживала за собой. Когда он вышел из деревни, то увидел пару практиков божественных искусств, спешащих сюда, и тут же поднял медное зеркало, заставив свою жизненную Ци влиться в него. Из зеркала вырвался свет, приземлившийся на практиков божественных искусств, и их души улетели, в итоге развеявшись. Затем их трупы упали с неба.

Юноша вернулся в деревню и положил зеркало обратно на туалетный столик бабушки Сы, думая про себя: «Будет ли этому конец? Они, что, не дадут мне нормально встретить новый год?»

Глава 233. Бумажные Кораблики

Ранения Цинь Му зажили, поэтому он отправился во Дворец Подавления Рока, захватив с собой подарки для демонической обезьяны. Как только он вышел с деревни, его взгляд пал на странного зверя, тащащего труп человека. Завидев приближение парня, зверь агрессивно зашипел, а шерсть на его спине встала дыбом.

На поверхности реки появились пузырьки, и с воды выпрыгнула ещё парочка зверей, спешащих покормиться трупами. Увидев Цинь Му, существа с телом человека и головой рыбы мгновенно упали на землю, опасаясь сделать следующий шаг.

Цинь Му не обращал на них внимания. За два дня его реабилитации практики божественных искусств из земель империи смогли найти путь к нему, однако, не успев войти в деревню, они были убиты с помощью артефактов ужасной силы, валяющихся по всей деревне.

Жители Цань Лао насобирали целую коллекцию всяческих предметов. Кроме насекомых целителя, были ещё грабли для сбора травы, занавеска в кузне, бочка с водой, пилюли меча из-под кровати бабушки Сы, точильный камень мясника и ванна для стирки, которую цилинь использовал в качестве тарелки.

Было много людей, которые преследовали Цинь Му. Помимо Лун Цзяонань и той партии сильных практиков, были мастера и из других сект. Некоторым из них всё-таки удалось добраться до цели.

Найти деревню Цань Лао было несложно. Для этого нужно было лишь пройти полторы тысячи километров от города Пограничный Дракон вверх по течению реки, что считалось совсем близко к границам Империи Вечного Мира.

По подсчётам Цинь Му, таких “героев” собралось сорок или даже пятьдесят. Естественно, к этому времени они все были мертвы.

«Лун Цзяонань ещё не показывалась. Неужели она потерялась или умерла по дороге? Или… — пребывая в деревне, Цинь Му не переставал ощущать на себе чей-то взгляд. Ему казалось, будто огромная ядовитая змея пряталась в каком-то укромном уголке, в полной готовности к атаке, — …она рядом».

Ещё одна цель этой прогулки была в том, чтобы выманить Лун Цзяонань на свет. Эта женщина питала глубокую ненависть к юноше. Геноцид секты Наездников Дракона был делом его рук. Если бы не вызов Короля Дьяволов Дутяня в городе Небесной Волны, конец секты был бы не таким быстрым.

Цинь Му добрался ко Дворцу Подавления Рока, где увидел множество диких зверей. Однако демонической обезьяны и её слона внутри не было. Он осмотрелся, но не обнаружил ни единого их следа. Дикие звери долины не умели говорить или совершенствоваться, поэтому расспрашивать было некого. Единственное, что ему оставалось, это вернуться обратно в деревню.

Прошло ещё два дня, когда терпение парня окончательно исчерпалось. Новый год был совсем близко, всего лишь через три дня, но бабушка Сы, старейшина и остальные так и не вернулись!

«От стариков столько хлопот!» — он снова отправился во Дворец Подавления Рока, однако, демоническая обезьяна так и не вернулась, что лишь усилило его волнения.

— Жирный дракон, поднимайся! — Цинь Му собрал свои вещи, покормил насекомых и курицу-дракона. Затем он стёр надпись на спине Короля Дьяволов Дутяня и подозвал цилиня. — Идём на поиски стариков!

Король Дьяволов Дутяня потянулся и ухмыльнулся:

— Если даже твой немой дедушка-полубог не смог вернуться из такого путешествия, какая с тебя будет польза?

Цинь Му покачал головой:

— Хоть я и не очень силён, у меня есть достойные помощники. Король дьяволов, ты ведь из Небесного Дьявольского Племени, верно?

Король Дьяволов Дутяня с гордостью ответил:

— То есть ты хочешь воспользоваться моей силой. Если ты хорошо ко мне относишься, я могу тебе помочь, однако, ты избил меня без причины, с какой стати я должен тебе помогать? Искупи свою вину, тогда поговорим.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Как я могу это сделать?

Дьявол взволновался, собравшись сказать своё обычное желание, но вдруг передумал. Сказав свою мысль слух, это он стал бы лизать ноги и ставать на колени перед Цинь Му.

Юноша решительно предложил:

— Если ты поможешь мне найти стариков, я отпущу тебя. Как тебе такой вариант?

Глаза статуи загорелись:

— Обещаешь?

— Обещаю!

Закончив упаковку вещей, Цинь Му покинул деревню, приказывая цилиню следовать вверх по течению. Старики отправились на поиски местонахождения деревни Беззаботной, и во время их последнего путешествия со старейшиной, именно этим маршрутом они следовали, углубляясь в Великие Руины к истокам реки Вздымающейся. Однако в тот раз они нашли не деревню Беззаботную, а Корабль Луны и Фэнду.

Корабль Луны притягивал к себе нефритовый кулон юноши, указывая путь к этому забытому месту. Парень предположил, что свои поиски старейшина и остальные обязательно начнут именно там.

Скорость цилиня была немаленькой, однако, она не шла ни в какое сравнение со скоростью старейшины. Во время путешествия старик напоминал бога, сеющего повсюду сверкающие лучи, двигаясь невероятно быстро.

Цинь Му мог путешествовать по Великим Руинам лишь в светлое время суток. С приходом ночи им приходилось укрываться в какой-то деревне или руинах в ожидании рассвета.

Великие Руины в течение дня и Великие Руины ночью были двумя совершенно разными мирами. Старейшина деревни подозревал, что днём они были настоящим миром, в то время как ночью какой-то мир тьмы заменял его.

Если бы старейшина и остальные вошли в мир тьмы, и тот их поглотил, поиски Цинь Му окажутся безрезультатными. Ему осталось лишь надеяться, что они найдут деревню Беззаботную.

Вскоре после его ухода из деревни Цань Лао, девушка в длинном тёмно-зелёном платье подошла к её окраинам. Красная серёжка, замершая на её ухе, была на самом деле маленькой красной змеёй.

— В этой деревне сокровища на каждом шагу, интересно, можно ли хоть что-то украсть, — проговорила тихим голосом Лун Цзяонань. — Сяо’хун, позови на помощь.

Маленькая красная змея, висевшая на её ухе, зашипела, и из леса выползло множество огромных красноголовых змей. Затем один из монстров подался в деревню, но огромный паук, ранее отдыхавший на духовной траве, в тот же миг внезапно выпрыгнул из сада, приземлившись ему на голову, дабы укусить.

Громадная змея тут же умерла, её плоть и кровь мгновенно сгнили, а останки проглотил огромный паук, оставляя от монстра лишь кожу. Паук начал становиться всё больше и больше. Высосав останки змеи, он начал выплёвывать шары чистого пламени, чтобы поджечь себя, уменьшаясь к нормальному размеру.

Глаза Лун Цзяонань задрожали, и она немедленно обернулась, чтобы сбежать. Змеиное логово за её спиной начало расползаться во все стороны.

«Чёртова деревня, даже Небожители не могут в неё войти!»

****

Цилинь преодолел пять тысяч километров вверх по течению реки. Цинь Му поднял голову, осматриваясь. Небо начало становиться темнее, поэтому он в спешке оглядывал окрестности, чтобы найти место для ночлега.

— На географической карте Великих Руин было место под названием Дворец Управления Монстрами, может быть там можно остановиться.

Юноша вспомнил карту Великих Руин и определил своё местонахождение. Внезапно, его глаза загорелись, и он приказал цилиню сойти на берег. Спустя некоторое время перед ними появились руины дворца, в котором уже успели спрятаться несколько зверей.

Цинь Му вошёл в руины Дворца Управления Монстрами, увидев перед собой огромные скелеты зверей. Они были невероятно тихими, никак не реагируя на гостя.

Парень поднял голову, чтобы смерить их взглядом. Останки монстров были слишком огромными, чтобы в это можно было поверить. Они были в десятки раз огромнее, чем превращённый в свою истинную форму цилинь. Если звери были бы живы, их рост составил бы почти три километра, сравниваясь по размерам с приличными горами!

Чуть погодя в руины вошла парочка даосов, вероятно, эксперты, пришедшие в Великие Руины за опытом. Увидев юношу, они невероятно удивились, однако, остались молчать, тихо начав разводить огонь для готовки.

Цинь Му тоже приготовил несколько блюд и поужинал, после чего прилёг возле цилиня и уснул.

Парочка даосов переглянулись, продолжая молчать. Они начертили на земле какие-то слова, когда почва под их ногами начала неожиданно дрожать. Снаружи раздался крик, за которым последовали невнятные и неизвестные слова, напоминая разговор дьяволов, шепчущих друг к другу в темноте.

Цинь Му сел, увидев, как скелеты гигантов вокруг начали сиять божественным светом. Толчки земли становились всё яростнее, когда внезапно ноги монстров вокруг начали двигаться. Скелеты будто ожили, отправляясь наружу.

Извне раздался рёв, от которого содрогнулась земля, а в темноте начали мелькать блики божественного света. Из-за этого люди внутри могли увидеть, что гигантские существа обросли плотью, превратившись в богов зверей, сражающихся с дьяволами.

Даосы не понимали, что происходит, собственно, так же, как и Король Дьяволов Дутяня. Цинь Му, в свою очередь, вёл себя совершенно спокойно и вскоре прилёг обратно. Затем он прошептал:

— Дутянь, хватит глазеть, я видел вещи постраннее.

Статуя тихо ответила:

— Эти даосы какие-то подозрительные.

Юноша безразлично кивнул:

— Я знаю. Один из них — Лун Цзяонань.

В следующий миг он начал храпеть, а Король Дьяволов Дутяня сидел тихо, боясь сделать лишнее движение.

Битва снаружи длилась всю ночь. Когда наступил рассвет, земля задрожала под шагами неукротимых гигантов, возвращающихся обратно. Как только те сели на землю, их плоть исчезла. Звери превратились в скелеты, наполовину засыпанные землёй, точно такими же, какими вчера их увидел отряд.

Тьма отступила, будто потоп, и в небе засияло солнце. Странные звери покинули руины, возвращаясь к своей прежней жизни.

Снова разведя огонь, Цинь Му приготовил завтрак. Парочка даосов занялась тем же. За всё это время они так и не произнесли ни слова.

Цилинь достал деревенский бассейн для умывания, который он каким-то образом смог всё это время скрывать и начал ждать, когда Цинь Му даст ему еду.

Высыпав в сосуд полведра духовных пилюль Алого Огня, Цинь Му достал ещё одну посудину, наполовину заполнив её водой из Нефритового Драконьего Озера.

Дождавшись, когда цилинь наестся, они отправились в путь. В этот момент даосы переглянулись, потушили огонь и пошли следом за Цинь Му.

Заметив это, юнец остановился и, с улыбкой обернувшись, спросил:

— Я чем-то могу помочь старшим братьям?

Один из даосов ответил:

— Великие Руины столь огромны, это твой дом? Мы идём своим путём, а ты своим.

Цинь Му улыбнулся и продолжил идти.

Сегодня они решили выйти пораньше, чтобы успеть добраться к истоку Вздымающейся до наступления темноты. Заметив неподалёку полуразрушенную деревню, Цинь Му приказал цилиню двигаться к ней.

Даосы шли следом за ним, тоже увидев деревню впереди. В ней повсюду свисала паутина, и даже на каменных статуях виднелись следы старости.

Странным было то, что руины вокруг были полоны странных зверей, ищущих укрытия, в то время как здесь не было ни души.

Даосы недоумевали. Лун Цзяонань, приняв облик прекрасной женщины, тихо сказала:

— С этим местом что-то не так.

Как только она договорила, округу заполнила тьма, а температура воздуха значительно снизилась. Одинокая лодка из другого мира, с зелёным фонарём на носу, размеренно поплыла им навстречу из другого мира. В её свету сидел старик, сворачивающий бумажные кораблики, лошадок и солдатиков.

Причалив посреди деревни, тот высадился. Гости вздрогнули, чувствуя, как их души замирают в страхе.

Старик спустил на воду маленький кораблик, который немедленно отправился в даль. Один из даосов сразу же обнаружил, что каким-то образом оказался на её борту и движется в необъятную тьму.

В удивлении он сразу же посмотрел в сторону своего напарника, обнаружив себя, до сих пор сидящего посреди деревни.

Это было его тело.

Цинь Му исполнил технику Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна, превращаясь в существо с телом змеи и головой человека. За его спиной появились врата Небесной Воли, и он приветствовано поклонился старику.

— Брат Дао, — повторив слова на языке Юду, он достал портреты старейшины, целителя и остальных, спрашивая. — Могу я спросить брата Дао, не встречал ли он этих людей раньше?

Глава 234. Убийства в снежную ночь

— Я встречался с ними раньше. Они пришли ко мне спросить дорогу, — взглянув, кивнул старец.

Страх возник в сердцах даосов в деревне. Старец стоял прямо перед ними, но они не могли видеть его лицо. Несмотря на то, что они были так близко к нему, его черты лица были чрезвычайно размыты. Они использовали все виды третьего глаза, но всё ещё не могли разглядеть его отчётливо. Казалось, что он не живой человек.

Король Дьяволов Дутяня также молчал от страха и не смел издавать ни звука.

Старец был вестником смерти Юду, бог, который был его подчинённым. Почти в каждом мире есть такие люди, но работа, за которую они отвечают, отличается друг от друга. Некоторые из них были ответственны за руководство блуждающими душами в мире живых, некоторые отвечали за выдачу мёртвых, а некоторые были ответственны за захват великих практиков божественных искусств, которые избежали смерти. Приказы Юду и мир живых были в их юрисдикции.

Мир Дутяня однажды пережил войну уровня мирового разрушения, которая почти полностью уничтожила его. В то время скелеты мертвецов заполнили поверхность земли… повсюду были одни лишь трупы.

Солнце в мире Дутяня погасло, и почти всё погрузилось во тьму. Тем не менее, среди бесконечной тьмы, появилось бесчисленное множество лучей света, и под каждым из них был похожий старец, идущий вперёд, чтобы экстрадировать блуждающие души.

Тогда Король Дьяволов Дутяня, к счастью, пережил великую войну и стал правителем Дутяня Его считали молодым и горячим. Когда он увидел этих вестников смерти, идущих экстрадировать души его народа, он немедленно отправился в бой, но в итоге был тяжело ранен и почти лишён души. Из-за этого, что Король Дьяволов Дутяня увидел этого вестника смерти, он не мог сказать ни слова, так-как всё ещё немного боялся.

— Могу я узнать, куда они ушли? — почтительно спросил Цинь Му.

— Деревня Беззаботная. Но они никогда не найдут это место и просто попадутся в ловушку. Уже есть вестник смерти, готовый забрать их души, — подняв руку, старец указал на темноту.

Журчание воды доносилось из реки, когда промокшие мужчины и женщины выходили из неё. Они медленно шли к деревне с бледными лицами, не говоря ни слова. Бумажные кораблики вылетели из деревни, и эти мужчины и женщины сели на них, после чего кораблики медленно поплыли в темноту.

Остальные даосы в деревне были потрясены и немедленно отошли подальше от странного старца. В этот момент они заметили, что двое их товарищей стояли на месте, не сделав и шага… а на двух бумажных корабликах, плывших в темноту, стояли две фигуры, отдалённо напоминавшие замерших.

Оставшиеся три даоса почувствовали, что их волосы встали дыбом. Лун Цзяонань, которая надела наряд даоса дрожала от страха. Она хотела развернуться и убежать, но не решилась, потому что за пределами деревни была темнота.

— Опустите головы, не смотрите на старца! — осознав, выпалил пожилой даос и добавил. — Он вестник смерти! Если ваш взгляд пересечётся с ним, он заберёт ваши души!

Лун Цзяонань и ещё один молодой даос немедленно опустили головы, боясь снова посмотреть на старца.

— Могу я попросить у брата Дао совета относительно расположения деревни Беззаботной? — откровенно спросил Цинь Му.

Тот старец продолжал указывать на темноту, больше ничего не говоря. Цинь Му нахмурился. Направление, в котором тот указывал, располагалось Царство Живых Мертвецов. Там был ещё один загробный мир, где находился Фэнду.

В прошлом старейшина деревни и юнец ворвались в Царство Живых Мертвецов, в итоге еле вернувшись живыми!

— Это место не деревня Беззаботная. Могу я спросить брата Дао, где настоящая Беззаботная? — спросил парень.

Старец покачал головой и всё ещё указывал на темноту.

Цинь Му спросил ещё раз, но бог-вестник больше не отвечал. Он нахмурился, так как не был достаточно силён, чтобы путешествовать во тьме. Парень считал, что кроме старейшины, остальным деревенским придётся худо, если они не смогут тащить каменные статуи. У него не осталось выбора, кроме как успокоиться. Здесь было тихо, ну, разве что слышался храп спящего цилиня.

Через некоторое время из воды больше не появлялись трупы, и маленькая лодка, на которой сидел старец, исчезла в темноте.

Всё в деревне вернулось в норму, и больше не было так холодно, как раньше. Все вздохнули с облегчением. К тому времени только три даоса остались в деревне, в то время как с Цинь Му всё ещё были Король Дьяволов Дутяня и цилинь.

Изношенные каменные статуи испускали призрачный свет, который насильно оттеснял тьму прочь. У Цинь Му возникло странное чувство, и он с улыбкой посмотрел на даосскую женщину, прежде чем спросить двух других:

— Преподобные Даосы, откуда вы? Я прежде не видел вас здесь.

— Так как Владыка Небесного Дьявольского Культа спросил, я не смею ничего укрывать. Мы мастер и ученик из секты Ловцов Небесных Звёзд. Этот отшельник — даос Чи Юнь, а это мой ученик Шао Юнь. Двое других также были учениками этого отшельника, но, к моему сожалению, им не повезло, и их души забрал вестник смерти, — сказал старший среди них.

— Так вы эксперты секты Ловцов Небесных Звёзд. Её Мастера зовут Ло Синхэ, я прав? — почувствовав глубокое почитание, спросил юноша.

— Мастер секты Ло — мой учитель, который уже скончался, — грустно сказал даос Чи Юнь, добавив. — В тот день, когда Небесный Дьявольский Культ переместил гору города Дасян, мой учитель умер от рук Имперского Наставника.

— Я понял, — кивнул Цинь Му.

Холодный ветер в темноте за пределами деревни свистел и выл. Несколько человек в деревне снова замолчали и не сказали ни слова. Два даоса сняли футляры с мечами на спинах и тщательно их вычистили. Лун Цзяонань улыбнулась и нежно погладила серьгу, свисающую с её уха.

Цинь Му протянул руку в мешок таоте, но ничего не вытащил, продолжив улыбаться. Сверкающие и полупрозрачные снежинки начали падать с неба, приземляясь вокруг всех. Эта ночь была не самой спокойной, даже снег пошёл.

Король Дьяволов Дутяня увидел, что с погодой что-то не так и слегка пнул цилиня. Толстый дракономордый проснулся и огляделся, прежде чем снова заснуть, когда не увидел ничего необычного.

Дьявол был в ярости: «Какой смысл растить такого ленивого бездельника, как он?»

Снег становился всё тяжелее и тяжелее. Вскоре белый слой устилал всё вокруг. В этот момент прозвучало одно из многих имён Будды, и все были поражены… Что не удивительно, ведь имя Будды пришло из тьмы. Цинь Му вытащил руку из мешка таоте, Лун Цзяонань опустила руку, которая гладила серьгу, а два даоса положили свои футляры для мечей вниз.

Свет пришёл из темноты, и вошёл пухлый ушастый монах. Оглядевшись, он сложил ладони вместе:

— Добродетели, извините за беспокойство.

— Мы тоже гости, так что это не считается за беспокойство, — немедленно встав, ответил Цинь Му.

За старшим монахом шёл крепкий мужчина, покрытый чёрными волосами. По всему его телу выпирали мышцы, а сам он был пять метров в высоту. Вокруг него витала плотная демоническая Ци, отчего он напоминал человекоподобную демоническую обезьяну.

— Кроха! — держа монашеский посох в руке, вдруг воскликнул гигант.

Цинь Му был также неописуемо удивлён. Он посмотрел на посох монаха и, узнав в нём посох Кхаккхару, который он дал демонической обезьяне, закричал:

— Здоровяк! Что ты здесь делаешь? Ты изменил свою форму?

Демоническиподобный обезьян был удивлён и восхищён. Он вышел вперёд, чтобы рассмотреть Цинь Му, но перед этим указал на большого и толстого монаха:

— Лысый, маленький!

Затем обезьян указал на себя и сказал приглушённым голосом:

— Великий, лысый, учить. Лысый, маленький, маленький!

— Что ты имеешь в виду, что этот великий монах из Монастыря Малого Громового Удара? Он нашёл тебя и научил способностям. Затем он ушёл и вернулся, чтобы вернуть тебя в Монастырь Малого Громового Удара? — пытаясь понять, что говорит обезьяна, рассуждал Цинь Му.

Демонический обезьян несколько раз кивнул. Все в деревне были в замешательстве.

— Как ты вообще понял смысл того, что он говорил… — в недоумении пробормотал Король Дьяволов Дутяня.

Цинь Му был поражён, ведь чтобы помочь здоровяку путешествовать в темноте, этот пухлый ушастый монах должен находиться на том же уровне, что старый Жулай и старейшина деревни! Богоподобное существо!

Страх возник в сердцах Лун Цзяонань, даосов Чи Юна и Шао Юна. Они незаметно отошли назад, насколько могли… ещё буквально сантиметр, и они коснуться тьмы. практически касаясь тьмы. Трое из них ругались про себя. Ранее вестник смерти, а теперь и младший Жулай из Монастыря Малого Громового Удара были людьми, которых знал Цинь Му. Одно слово от него может лишить их жизни! Чего они не знали, так это того, что Цинь Му также очень нервничал. Младший Жулай из Монастыря Малого Громового Удара был демоническим практиком, великим демоном, дезертировавшим из Монастыря Великого Громового Удара, а также Великим Королём Демонов!

Его понимание буддизма было на высоте. Однажды он использовал медного Будду, чтобы подавить Многоногую Сянь Цин’эр. Затем Будда набросился на Цинь Му, а тот в свою очередь использовал ледяной прилив, чтобы спасти Цин’эр!

Пухлый, ушастый младший Жулай выглядел действительно, как Будда. Он был похож на живого, достойно выглядящего Будду. Взглянув на Цинь Му, он сказал:

— Так это маленький благодетель. Благодетель до сих пор помнит, как запятнал моё имя?

Глаза Цзяонань и даоса Чи Юна загорелись, надежда появилась в их сердцах.

— Помню, — ответил юноша.

Обезьян стоял перед Цинь Му и громко заявил:

— Лысый, брат!

— Не волнуйся, мой враг идёт, так что я не стану что-либо предпринимать сейчас. Мой враг здесь, так что останься тут, а я встречусь с ним, — покачав головой, смотря на Цинь Му, сказал младший Жулай.

Как вдруг из темноты послышался смех:

— Младший Жулай, а это оригинально устроить бой в такую позднюю ночь.

В снежную ночь старейшина в бамбуковой шляпе вошёл в полуразрушенную, покрытую снегом, деревню. Цинь Му был ошеломлён и закричал:

— Даос Лин Цзин!

— Так это ученик старого бога меча, который одолжил у меня монеты Фэнду. У тебя не завалялось парочка, чтобы их вернуть? — с улыбкой на лице, старец, подняв свою бамбуковую шляпу, смотрел на Цинь Му.

— Все монеты были потрачены, — честно ответил юноша.

Лун Цзяонань, даосы Чи Юнь и Шао Юнь снова застыли. Прибыл ещё один практик наивысшего уровня, способный путешествовать сквозь тьму, и он также был тем, с кем был знаком Владыка Небесного Дьявольского Культа! Сколько богоподобных существ точно знал Цинь Му?

— Ещё не поздно заплатить мне в будущем, — даос Лин Цзин снял свою бамбуковую шляпу и положил её рядом со стеной. Глядя на младшего Жулая, он добавил. — Сильный снег и тёмное небо, какое прекрасное время для убийства. Младший Жулай, время для поединка.

— В самый раз.

Два практика высшего уровня погрузились в темноту, и в деревне снова стало тихо. Цинь Му посмотрел на Лун Цзяонань и двух её спутников, которые также смотрели на него. Они стояли неподвижно.

Увидев ситуацию, демонический обезьян был сбит с толку. Ужасающие импульсы послышались издалека, и снег в небе превратился в мелкий дождь, цокочущий о землю. Божественные искусства даоса Лин Цзина и младшего Жулая растопили сильный снег в тёмную ночь, превратив его в дождь. Снежинки временами падали с неба, но почти всегда превращались в мелкий дождь. Трудно было сказать, как долго это продолжалось, когда вдруг кукареканье петухов раздались из темноты. Темнота быстро отступила на запад, и в этот момент, Цинь Му, Лун Цзяонань, Король Дьяволов Дутяня и остальные начали драться. Они практически одновременно попытались нанести смертельные удары друг другу!

Цилинь сердито взревел и встряхнулся, показывая свою истинную форму. С пылающим огнём вокруг громадного тела, он поднял передние когти, чтобы надавить на голову прыгающей красной змеи, врезавшись в землю. Цинь Му на молниеносной скорости бросился в сторону даоса Чи Юна, в то время как бесчисленные мечи последнего были заблокированы многоруким дьяволом, который стоял за спиной юноши. Как вдруг обезьян выскочил из-за спины Короля Дьяволов Дутяня и обрушил посох Кхаккхару на голову Чи Юна.

Свишь!

Свет меча пронзил грудь Чи Юна, а уже в следующий миг, с лёгким движением пальца Цинь Му, тот же свет сделал горизонтальный разрез по шее Шао Юна, по-прежнему пребывавшего в оцепенении.

Лун Цзяонань схватила хвост огромной змеи, и та тут же уменьшилась в размерах. Женщина поднялась в небо и в мгновение ока исчезла.

Глава 235. Одолжить Корабль

Хлоп! Хлоп!

Труппы даосов Чи Юня и Шао Юаня рухнули на землю. Цинь Му отставил свой меч в сторону и поднял голову, осматриваясь. Лун Цзяонань давным-давно исчезла с поля зрения благодаря огромной скорости её красной змеи. Догнать их было бы непросто.

«Этой ночью, вестник смерти будет собирать потерявшиеся души, жаль, что Лун Цзяонань не сможет к ним присоединиться. Эта женщина действительно очень умна. Она и в городе Небесной Волны сумела скрыться…» — вздохнул с облегчением Цинь Му. Теперь, когда Лун Цзяонань осталась одна, ей тяжело будет что-нибудь предпринять. При попытке вернуться, чтобы покончить с юношей, она обязательно погибнет.

Основной причиной, по которой битва прошла так гладко, была сплочённость отряда Цинь Му. В конце концов совершенствование даоса Чи Юня было очень высоким, не уступая даже Лун Цзяонань.

Поскольку Чи Юнь таскал с собой ножны, он, очевидно, был мастером боя на мечах. Чтобы разобраться с ним, Король Дьяволов Дутяня блокировал оружие противника своими восемью руками, позволяя Цинь Му спокойно зайти сзади.

Преимущество демонического обезьяна было в его невообразимой физической силе. Используя Махаяну Сутру Жулая и Кхаккхару, его способностей хватило, чтобы оглушить даоса Чи Юня, поэтому Цинь Му смог отобрать жизнь последнего всего лишь одним ударом.

Боевая мощь Лун Цзяонань в основном базировалась на способностях её гигантской красной змеи, которая в следствии всех тренировок почти превратилась в водного дракона. Между тем цилинь был идеальным средством против неё. Как только он прижал змею к земле, Лун Цзяонань оказалась неспособна предотвратить смерть Чи Юня.

В результате старик был обречен, однако, девушка бежала, и Цинь Му не мог отправиться в погоню, так как в таком случае его смерть стала бы неизбежной. Его спутники — Король Дьяволов Дутяня, цилинь и обезьян, были недостаточно быстры, чтобы догнать врага, поэтому им оставалось лишь отпустить её.

— Здоровяк, Маленький Жулай из Монастыря Малого Громового Удара тебя не обижал? — спросил Цинь Му.

Зверь покачал головой, тыкая пальцем себе в грудь:

— Моё имя Конг.

Цинь Му на мгновение замер. Обезьян, вероятно, говорил о своём буддистском имени, но почему в нём было лишь одно слово? Его действительно зовут Конг? Если нет, то, что это за слово такое?

Демонический обезьян подумал, что парень всё понял, и ничего больше не сказал. Он ценил свои слова будто золото и никогда не говорил лишнего.

— Хорошо, что ты начал совершенствоваться вместе с Маленьким Жулаем. Он — странный зверь, постигший Дао, и владеет Махаяной Сутрой Жулая, что делает его идеальным учителем для тебя.

Махнув рукой, Цинь Му продолжил:

— Мои старики потерялись, и я не могу здесь оставаться, потому что должен продолжить поиски. Заходи, когда будет время, Лин’эр по тебе соскучилась!

Парень и обезьян попрощались.

Цинь Му следовал в том направлении, куда указал вестник смерти, больше не чувствуя на себе взгляда Лун Цзяонань. Девушка, скорее всего, перестала верить в возможность убить его и отступила.

«Интересно, чем закончилась битва между Маленьким Жулаем и даосом Лин Цзином…»

Несмотря на то, что Цинь Му продолжал думать о их битве, поиски старейшины деревни и остальных были для него более важной задачей. Он уселся на лбу цилиня, который начал бежать вперёд, в то время как Король Дьяволов Дутяня встал на спине, своими четырьмя лицами смотря во все четыре направления, отслеживая любое движение вокруг.

Чем больше они углублялись в Великие Руины, тем сильнее становились здешние странные звери. Способности некоторых из них не уступали цилиню или красной змее. К счастью, большинство из них не покидали границ собственных территорий.

Прожив почти всю жизнь в Великих Руинах, Цинь Му отлично умел отслеживать границы территорий странных зверей, поэтому мог запросто избегать их во время путешествий, гарантируя себе относительную безопасность.

— Если мы продолжим в таком темпе, то вскоре доберёмся к Восточным Небесным Вратам.

Цинь Му вспомнил географическую карту Великих Руин, на которой было место под названием Восточные Небесные Врата. Кроме него, было ещё трое таких врат, Северные, Южные и Западные.

В этот момент цилинь внезапно остановился, пытаясь что-то разнюхать:

— Я чую запах крови.

«Этот жирдяй — огромная собака, а не дракон!» — подумал Король Дьяволов Дутяня.

Сердце Цинь Му вздрогнуло:

— Запах крови? Иди по его следу.

Цилинь пошёл к источнику запаха и, спустя некоторое время, отряд увидел вдалеке старого даоса, тяжело дыша опёршегося на дерево.

— Даос Лин Цзин!

Удивившись, Цинь Му немедленно приказал цилиню остановиться:

— Он поднял вокруг себя барьер, не пытайся войти.

Даос Лин Цзин с трудом поднял голову и посмотрел на парня. Вдохнув, он начал резко кашлять, сплёвывая кровь:

— У ученика Бога Меча невероятное зрение. Я действительно создал вокруг себя барьер, чтобы избежать столкновений со странными зверьми.

— Даос, я хорошо владею искусством исцеления. Тебе помочь?

Старик поднял руку, снимая барьер. Он попытался подняться, но, не сумев сдвинуться с места, задыхаясь проговорил:

— Подойди.

Цилинь подошёл к дереву. Спрыгнув со зверя, Цинь Му осмотрел повреждения Лин Цзина. Старик оказался серьёзно ранен, вероятно, в следствии боя с Маленьким Жулаем.

Главной проблемой было то, что даос находился в преклонном возрасте, и его тело было далеко не таким, как раньше. Из-за этого, ранения несли большую угрозу для жизни, и они не зажили бы сами по себе.

Цинь Му пробормотал что-то себе под нос, доставая драконью слюну для обработки внешних повреждений. Затем он вытащил несколько пилюль Духовного Будды, восстанавливая дух старика. Закончив, юноша порылся в мешочке таоте в поисках трав, купленных в Имперском Колледже на случай подобного происшествия. Хоть их было немного, для приготовления пилюль старику должно было хватить.

Используя быстрые и отточенные техники рук, Цинь Му на месте начал готовить лекарство. Вскоре целый котёл пилюль был готов, и Лин Цзин сразу же их принял.

Состояние старика улучшилось, и он поражённо сказал:

— У ученика Бога Меча очень высокие достижения в искусстве лечения. Маленький друг Дао, ты не хочешь стать моим учеником? У меня много врагов, но с твоей помощью, я могу гарантировать себе безопасность. Не бойся, хоть Бог Меча силён, я помогу тебе стать не хуже.

Цинь Му покачал головой:

— Я Владыка Небесного Дьявольского Культа, поэтому не могу стать твоим учеником.

— Значит предо мной владыка дьявольского культа, — Лин Цзин с трудом встал на ноги, после чего приветственно поклонился и проговорил с уважительным лицом. — Я думал, что выше тебя по старшинству. Никогда бы не догадался, что мы с тобой равны. Лин Цзин отдает дань уважения Владыке культа.

Цинь Му сразу же вернул приветствие:

— Старший брат Лин Цзин слишком вежлив. Твои ранения больше не проблема, однако, если хочешь полностью от них избавиться, нужно ухаживать за собой до окончательного выздоровления.

Даос улыбнулся:

— Кажется, дать тебе те две монеты Фэнду было правильным решением. Бог Меча до сих пор мне их должен, но я уверен, что он не собирается ничего отдавать. Старик довольно скупой, даже палец у меня отобрал, — он показал свою правую руку. — Видишь?

Безымянный палец на его руке отсутствовал, по всей видимости, из-за удара мечом.

— Если бы не этот отсутствующий палец, разве Маленький Жулай из Монастыря Малого Громового Удара смог бы меня так избить? Однако он тоже довольно сильно пострадал. Хе-хе, без помощи божественного врача, он будет вынужден вернуться в свой монастырь и промучиться там два или три года, прежде чем оправится.

Даос вздохнул, сдерживая радость:

— Этот парень моложе меня, к тому же имеет неплохую основу. Он бывший ученик предыдущего Жулая, и младший брат нового. Когда место Жулая передалось его старшему брату, он впал в ярость, решив, что его не выбрали из-за принадлежности к дьявольской расе. Поэтому старик путём убийства освободился от уз Монастыря Великого Громового Удара и основал свою собственную секту… Кстати, почему ты блуждаешь по Великими Руинами в одиночку?

Цинь Му смешивал травы, готовя лекарственный отвар:

— Старики из моей деревни потерялись, поэтому я пошёл их искать.

— Старики из твоей деревни? — даос Лин Цзин не понимал о ком тот говорил.

— Я имею в виду Бога Меча и других — Безликого Короля Ядов, Ма Ваншэня, Патриарха моего Небесного Дьявольского Культа и Бога Воров. Ты их не встречал?

Лин Цзин ошеломлённо замер. Внезапно он начал смеяться так сильно, что по его щеках покатились слёзы. Раны, которые только что немного подтянулись, заново открылись, отчего старик от боли втянул полную грудь холодного воздуха:

— Бог Меча и Патриарх Дьявольского Небесного Культа потерялись? Два говнюка потерялись!

Старик смеялся, почти задыхаясь, отчего Цинь Му немедленно предупредил:

— Перестань смеяться, твои раны снова открылись. Старший брат их не встречал?

— Не встречал, — тот покачал головой.

Затем юноша показал ему портреты старого Ма, бабушки Сы и остальных:

— А этих?

Взглянув на рисунки, даос задумался:

— Я видел этого кузнеца с каким-то сундуком. Он двигался очень быстро, а его способности не уступали моим. Встретившись, мы даже посоревновались в силе ног. Он так и не сказал ни слова, и вообще вёл себя странновато. Такие мастера не часто встречаются, но я не слышал о нём раньше.

Настроение Цинь Му улучшилось:

— Это немой дедушка из моей деревни! Ты знаешь куда он отправился?

Даос ответил:

— Он отправился в запрещённую зону. Это одно из самых опасных мест Великих Руин. Я гнался за ним вплоть до этого проклятого места, но решил не соваться внутрь. Он немой? Теперь понятно почему он меня всё время игнорировал.

— Немой дедушка отправился в запрещённую зону Великих Руин? — Цинь Му снова начал волноваться. Немного поразмыслив, он спросил. — Старший брат когда-нибудь слышал о деревне Беззаботной?

— Деревня Беззаботная? — Лин Цзин покачал головой. — Никогда не слышал.

Юноша начал бормотать что-то невнятное себе под нос. Даос Лин Цзин часто бродил по Великим Руинам и знал много их секретов, неизвестных остальному миру. Если даже этот старик не знал, что такое деревня Беззаботная, шансы Цинь Му найти её самостоятельно были не слишком обнадёживающими.

Обдумав, он внезапно спросил:

— Старший брат, можно тебя кое о чём попросить? Я хотел бы ещё раз отправиться в Царство Живых Мертвецов.

Лин Цзин улыбнулся:

— Запросто. Когда наступит ночь, я тебя отведу.

Успокоив себя, Цинь Му занялся лечением ранений старика, и к наступлению ночи тот был почти полностью здоров. Закончив, они немедленно отправились во тьму Великих Руин.

— Царство Живых Мертвецов — земли Короля Ада. Я заключил с ним уговор, по которому моя душа отправится прямиком в Фэнду, а не в Юду. Его мир очень загадочный, он проникает к нам лишь ночью. Если хочешь туда войти, тебе нужны монеты Фэнду, — проговорил Лин Цзин. Оглядываясь вокруг, он достал талисман, протягивая его в сторону тьмы. — У Фэнду очень странное происхождение. Оно не имеет постоянного местонахождения, непрерывно перемещаясь по Великим Руинам, создавая мистический мир то тут, то там. У меня есть талисман Фэнду, если я его активирую, прибудет посланник и заберёт меня туда.

Когда он говорил, между двух огромных гор блеснул луч света, и даос сразу же повёл юнца к нему. Свет то сиял, то угасал, указывая путь.

Незаметно для себя они прошли возле нескольких громадных гор и приблизились к его источнику, обнаружив блуждающий огонёк, внезапно исчезнувший, когда они подошли достаточно близко.

Нефритовый кулон на груди Цинь Му приглушённо засиял и подлетел в воздух, указывая направление.

Отряд Цинь Му следовал за даосом, преодолевая что-то наподобие бесформенного барьера. Картина перед их глазами постепенно менялась, превращаясь в пейзажи Царства Живых Мертвецов, в котором они увидели лишь небольшую лодку, неспешно плывущую сквозь море тумана и гор белых костей.

Даос Лин Цзин, Цинь Му и остальные забрались в лодку, после чего сидящий внутри скелет направил её вглубь тумана. Спустя некоторое время, они добрались к докам.

Перед ними возникла каменная табличка Царства Живых Мертвецов.

— Владыка дьявольского культа, зачем ты решил сюда прийти? Твоё совершенствование слишком слабо, даже если ты согласишься продать свою душу, Фэнду её не купит, — с любопытством спросил даос.

Цинь Му шёл вперед, проходя мимо пустой деревни. Преодолев огромную гору, лежавшую впереди, они увидели невероятно огромный Корабль Луны, лежащий перед Фэнду. Он напоминал трёхногую лягушку, несущую на спине гигантское судно.

Услышав вопрос старика, парень ответил:

— Я здесь, чтобы одолжить корабль!

— Одолжить корабль?

Старик на мгновение замер, в то время как Цинь Му побежал вперёд что было сил. За считанные секунды пролетев приличное расстояние, он приземлился на борт Корабля Луны. Нефритовый кулон на груди юноши, который тот не снимал с самого детства, подлетел ещё выше, а его свет стал намного ярче.

— Божественный артефакт? — Король Дьяволов Дутяня осмотрелся вокруг, неистово дрожа.

— Гость из деревни Беззаботной…

Огромная звезда в небесах над лежащем в руинах Кораблём Луны превратилась в огненные шары, непрерывно падающие вниз, отчего ситуация стала крайне опасной. Раздался странный, дрожащий голос:

— Ты из деревни Беззаботной! Что тебе нужно? Я не предатель, я всего лишь сбежал! Их смерть — не моя вина, хе-хе, не моя. Я просто струсил…

Цинь Му посмотрел в сторону источника звука и отправился к центру Корабля Луны. В окружении нескольких огромных колонн, слившееся с землёй лицо, площадью в несколько соток, смотрело на нефритовый кулон на груди юноши.

— Не моя вина, я не предавал людей из своего племени… — визжало лицо.

Цинь Му мгновение поколебался, после чего мрачно вздохнул и протянул ладонь, чтобы прикоснуться к одной из колонн. Даос Лин Цзин нахмурился:

— Я уже был здесь раньше. Тут нет ничего интересного, кроме этого сумасшедшего. Колонны я тоже проверял, с ними всё в порядке.

— Не трогай! — отчаянно прокричало лицо.

Когда ладонь юноши коснулась огромного столба, в его тело внезапно влилась ужасно мощная энергия. Хрустящие звуки начали раздаваться вокруг, и парень начал стремительно увеличиваться в размерах. Божественная энергия, проникшая в него, заставила его пройти через ужасающее превращение!

Он почувствовал, что его копчик внезапно начал расти, превращаясь в третью ногу, вскоре уверенно ступившую на землю. Кости и плоть начали пробиваться у него из подмышек, превращаясь в дополнительную пару рук!

Бум! Бум! Бум!

Цинь Му протянул руки, охватывая остальные колонны. Его окружение, казалось, стремительно уменьшалось, но это было ложное впечатление. На самом деле это он увеличивался!

Под действием божественной энергии Корабля Луны, изменяющей его облик, внутри тела парня раздались оглушающие взрывы. В мгновение ока Божественные Сокровища Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, а также Жизни и Смерти открылись. То же случилось и с его Божественным Мостом, который сразу же протянулся к противоположному берегу!

Не в силе себя контролировать, Цинь Му завыл, и в тот же момент огромный корабль постепенно встал на ноги, а полуразрушенная луна поднялась в воздух.

Глава 236. Деревня Беззаботная

Резко переменившись в лице, даос Лин Цзин быстро отступил назад. Король Дьяволов Дутяня и цилинь также были вынуждены отступить из-за всеподавляющей ауры Цинь Му. Даже находясь в тысячах метров от него, они всё ещё не могли нормально стоять, постоянно пошатываясь. Тем временем лицо Хранителя Луны погрузилось в Корабль Луны от давления ног Цинь Му. Он ещё висел бы на волоске от смерти, но, когда на него наступили, он скончался и полностью слился с Кораблём Луны, став его частью… Старый Хранитель Луны умер…

Даос Лин Цзин был потрясён. Смерть старого Хранителя Луны не касалась его, так как этот человек был сумасшедшим, но рост тела Цинь Му привлёк его внимание. Юноша на самом деле прорвался сквозь оковы Царства Живых Мертвецов. При входе в Царство Живых Мертвецов, даже существо, как Лин Цзин, лишалось крови и плоти, оставляя только ходячий скелет.

Когда Цинь Му вошёл туда с ним, у него остались только кости. То же самое было и с цилинем, в то время как Король Дьяволов Дутяня не изменился только потому, что у него изначально не было плоти или костей.

Плоть Цинь Му вернулась, в то время как его тело становилось больше и больше, как будто он был небесным богом сияющим божественным светом. Он вытеснил последнего Хранителя Луны из Пастухов Луны, чтобы стать новым Хранителем Луны. Сила, которой он управлял сейчас, была слишком велика, так что она прорвалась сквозь ограничения Царства Живых Мертвецов, они ничего не смогли сделать… Подобное было почти невозможно!

Даос Лин Цзин был на этом Корабле Луны много раз и осматривал всё множество раз. Он касался колонн бесчисленное количество раз, но никогда не подвергался такой удивительной трансформации, как Цинь Му. Он думал, что только Пастухи Луны обладают этой способностью, и даже далеко не все. Только те, у кого было особое телосложение… Человеческое тело подобно большой плавильной печи. Обычный Пастух Луны не смог бы сдержать ужасающую энергию от Корабля Луны, поэтому только те, у кого есть особое телосложение, могут принять такой большой объём энергии. Пастухи Луны должны были быть уничтожены, а этот старец на корабле был последним из них. Тем не менее, он также был убит…

Для того, чтобы Цинь Му мог контролировать Корабль Луны и его энергию, ему нужно быть Пастухом Луны с особым телосложением? Однако тот не был Пастухом Луны.

Захват огромных колонн считался аномально опасным действием для других людей, даже если они были Пастухами Луны, тем не менее, он, казалось бы, был в безопасности. Со стороны казалось, слов его тело могло естественно противостоять разразившейся энергии и, чтобы справиться с ней, автоматически восстанавливать тело и душу.

— Какая мощная энергия! — удивлённо восхитился Цинь Му. Энергия в его теле достигла невообразимой мощи, дав почувствовать, что его предыдущая сила была как капля воды в безбрежном океане. Она было просто ничтожна!

Теперь, просто подняв руку, Цинь Му ощутил, что может изменить и даже контролировать весь мир! Кольца лунного света покрывали всё вокруг него… Они, казалось, текли вниз, как вода, от макушки его головы, спускаясь к самим стопам, прежде чем исчезнуть в Корабле Луны. Его ноги уже начали погружаться внутрь, сливаясь с кораблём.

Сейчас происходила отдача от Корабля Луны. Цинь Му однажды видел, как такую отдачу от Корабле Солнца перебарывала Хранительница Солнца.

Хранительницей Солнца была Пастух Солнца Янь Цзинцзин. Поскольку солнце корабля было уничтожено, она должна была выдержать отдачу Корабля Солнца, сжигая свою жизнь, чтобы контролировать и получать его огромную энергию. Чем дольше она управляла кораблём, тем быстрее истощалась её жизненная энергия.

Разрушенная луна над Кораблём Луны также была уничтожена и больше не сияла. Цинь Му контролировал корабль и брал его энергию ценою собственной жизни! Он должен был быстро двигаться и заимствовать силу и скорость Корабля Луны, чтобы углубиться в темноту и найти деревню Беззаботную, старейшину деревни и других деревенских. В противном случае, если он захочет вырваться на свободу, ему придётся заплатить слишком многим!

— Старший брат Лин Цзин, спасибо за помощь, — смотря на него сверху вниз, сказал громким голосом Цинь Му и добавил. — Теперь, я должен найти старейшину и остальных, пока темнота ещё здесь, прощай!

Даос Лин Цзин был шокирован и сошёл с Корабля Луны. Даос теперь был скелетом, а даосская мантия на его теле была изодрана. Подняв голову, он сказал:

— Владыка культа, всегда пожалуйста!

Бум!

Огромный Корабль Луны сделал шаг вперёд. Под корпусом корабля находилась трёхногая жаба, образованная величественными горами. Одним шагом они могли преодолеть десять километров. Через несколько шагов Корабль Луны вышел из ворот Фэнду с цепями, таща разрушенную чёрную луну в воздухе из Царства Живых Мертвецов

Тем временем в Фэнду, сильные практики вылетели, чтобы найти следы Корабля Луны, уходящего вдаль, однако, они не стали его преследовать. Когда Корабль Луны вошёл в Фэнду в тот день, Яма из Фэнду не принял Хранителя Луны, он лишь разрешил оставить Корабль Луны в пустоши за пределами города. Но теперь, когда Корабль Луны уходил, Яма неохотно обратил на него внимание. Хлопая крыльями, примчался птицеголовый мутант с человеческим телом и обратился Лин Цзину:

— Даос Лин Цзин, Яма хочет видеть тебя.

Даос немедленно последовал за ним в Фэнду и вошёл в зал Ямараджи.

В этот момент свет из тела Цинь Му распространялся на десятки тысяч метров, что делало его похожим на небесного бога, созданного из луны. Он управлял огромным кораблём, чтобы выйти из Царства Живых Мертвецов, пересечь море тумана и войти в Великие Руины, которые были окутаны тьмой. Он чувствовал безграничную энергию в своём теле, и каждое божественное сокровище в его теле было открыто. Независимо от того, был ли это Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть или Божественный Мост — всех их распирала ужасающая, постоянно затапливающая, энергия.

Внутри Корабля Луны были несравнимо сложные построения, и когда его ладонь вошла в контакт с огромным столпом, построения были активированы. Безграничная энергия вливалась в него, чтобы восстановить его тело, душу, Духовный Эмбрион, и позволить ему преодолеть божественный мост, чтобы достичь невообразимой области совершенствования… Области Небесных Богов.

Трудно было представить, какой области достигла бы эта энергия, если бы это был целостный корабль!

— Деревня Беззаботная, старейшина, я иду! — воскликнул юноша.

По мере того, как огромный Корабль Луны двигался вперёд сквозь темноту, пейзажи вокруг него мелькали, как мерцающие огни и проходящие тени. Нефритовый кулон на шее Цинь Му также увеличился и взлетел, указывая на далёкое место в темноте. Внезапно нефритовый кулон слетел с его шеи и полетел вдаль.

Цинь Му управлял Кораблём Луны, увеличивая его скорость, чтобы не потерять нефритовый кулон, который быстро летел сквозь темноту. По мере постоянно возрастающей скорости корабля, тот сдавливал пространство, вызывая одновременно гром и молнии, непрерывно разрывающих темноту.

Над Кораблём Луны с разрушенной луны постоянно падали камни. Формируя собой “бегущий” по небу хвост, они, спускаясь во тьму Великих Руин, оставляли за собой огненный следы. Куда бы ни шёл Корабль Луны, за ним падали метеоры, отчего местность вокруг объяли огонь и дым, щиплющие глаза.

На палубе Корабля Луны когда-то было слишком много дворцов. Здесь жили Пастухи Луны, но после великой битвы все они были уничтожены. Последний Пастух Луны был Хранителем Луны, но даже он был поглощён Кораблём Луны, когда Цинь Му стал новым Хранителем Луны.

Король Дьяволов Дутяня и цилинь спрятались во дворце, который ещё не рухнул, чтобы укрыться от ауры Цинь Му. Дракономордый вскоре закрыл глаза от тряски и заснул. Дьявол не хотел спать, поэтому просто смотрел в окно. Он видел величественного Цинь Му, стоящего в центре колонн, как высокая гора. Его сила перешла в пугающие кольца из лунного света, падающие на его тело.

«Этот мир не так ничтожен, как я думал… Эти артефакты бога требуют чрезвычайно глубокого пути, навыков и божественных искусств. Всё это не то, что может создать обычная цивилизация. Действительно ли мне нужно вторгнуться в такой мир? На самом деле меня беспокоят не высоты, которых достигла цивилизация этого мира, а то, что уничтожило нечто подобное…» — растерянно подумал Король Дьяволов Дутяня.

Бесчисленные монстры в темноте Великих Руин были встревожены. Несмотря на свою огромность, они не казались такими уж большими по сравнению с Кораблём Луны. Они были похожи на крайне медлительных на муравьёв.

Корабль Луны давил их всех, как тараканов, поэтому среди постоянных взрывов можно было слабо услышать хруст. Трудно сказать, сколько загадочных монстров было расплющено в блины и превращено в кашу во тьме. Бесчисленное множество дьяволов также прыгало к Лунному Кораблю, и можно было услышать их голоса. Дьяволы изо всех сил пытались взойти на борт данного сухопутного корабля, но они были без замедлений убиты молнией, созданной движением Корабля Луны, и их трупы падали вниз, как дождь.

— Чандра Наваах! (Корабль Луны) — голос раздался из темноты. Появилась чёрная фигура, которая, пыша ужасающей аурой, становилась всё выше и выше.

С перьями, похожими на облака, дьявол пролетел из темноты и прыгнул в слой грома, образованный Кораблём Луны, в результате чего он вошёл в дьявольские облака, из которых огромный дьявол высунул свои головы, и все девять из них извергли дьявольское пламя в сторону Цинь Му, который был между колонн.

Пышущее жаром пламя осветило ночное небо, из-за чего можно было увидеть тело огромного дьявола, летящего обратно в облака. Тот был похож одновременно и на птицу, и на водного дракона, казалось, словно тот был монстром получившемся от слияния двух разных видов.

— Гажуда! — удивлённо вскрикнул Король Дьяволов Дутяня.

Лунный свет застыл вокруг тела Цинь Му, блокируя дьявольское пламя. Внезапно полумесяц открылся меж его бровей и медленно превратился в полнолуние. Вскоре полная луна появилась меж бровей. Это был глаз, испускающий луч, похожий на лунный свет.

Пиу!

Белоснежный свет сорвался к горизонту и рассёк тьму. Он прорезал дьявольское пламя, которое заполнило небо, и головы дьявола начали падать с небес. Было ровно девять голов, не больше и не меньше, в то время как его шеи, извивающиеся, как драконы в конвульсиях, брызгали кровью. Полная луна на лбу Цинь Му медленно закрылась и снова превратилась в полумесяц, который в итоге тоже исчез.

Король Дьяволов Дутяня, закрыв рот, подумал: «После того, как этот сопляк отпустит меня, я определённо не буду вторгаться в этот извращённый мир!»

Корабль Луны продолжал двигаться вперёд, в то время как дьяволы продолжали приближаться к нему. Внезапно из темноты послышались крики, и бесчисленные дьяволы отступили, исчезая в темноте. Нефритовый кулон Цинь Му, который парил перед кораблём, выглядел несравнимо маленьким, похожим на пылинку. Внезапно он лязгнул, будто столкнулся с бесформенным барьером, но зрительно казалось, словно это была озёрная гладь, тянущаяся вертикально от неба к земле… и по барьеру начали расходиться плавные волнообразные пульсации. Они распространились во все стороны от нефритового кулона, становясь всё больше и больше. Между тем, в центре пульсации, другой мир постепенно показывал верхушку своего величия…

Деревня Беззаботная!

Глава 237. Запрещённая зона

Цинь Му стоял на носу величественного Корабля Луны, протянув руки к колоннам. Он напоминал заточённого гиганта, из-под лба смотря на мир впереди.

Полуразрушенная луна за его спиной витала в небе, время от времени обрушая на землю метеоры. Они взрывались неподалёку от Корабля Луны, отчего чрезвычайно густая тьма заливалась ярким светом.

Вспышки этого света раскрывали суетящихся дьяволов. Они бегали туда-сюда, поднимая страшную панику, однако, перед кораблём лежала чистая земля, нетронутая тьмой. Она была отрезана от остального мира, спокойная, таинственная, полна секретов.

Трудно было представить, что посреди Великих Руин может быть такое место.

Перед Цинь Му показался широкий лес и бесконечный горный хребет. Однако немного дальше земля резко заканчивалась, будто кто-то её отрезал. Отделённый морем и облаками, посреди облаков летал высокий город. Он напоминал место, населённое бессмертными.

Небо было заполонено золотыми облаками и светом, под которым лежали дворцы, возвышающиеся до самых небес. Высоко вверху парил непрерывающийся хребет золотых горных вершин.

Посреди облаков стояли величественных статуи богов, напоминая императора, охраняющего свой народ.

Огромные механизмы на высоте трёх тысяч метров над землёй бесшумно работали. Бесчисленные формации были нанесены на железную и золотую поверхность невероятно сложной и огромной машины. Энергия, которую та производила, превращалась в полосы текущего света, соединяющего город и небеса.

Однако…

Всё это лежало в руинах.

Цинь Му был ошеломлён. Перед ним лежали руины деревни Беззаботной. Город, ослеплявший когда-то небеса, теперь был кучей развалин. Дворцы, возвышающиеся к облакам, были усеяны дырами, а цепь горных хребтов была расколота и разбита. Осколки камней всевозможных форм и размеров парили в море облаков, а у статуй богов отсутствовали конечности.

В центре солнца, висящего в небе, было чёрное пятно, проглотившее больше половины звезды. Осталась лишь его золотая корона, напоминающая светящееся кольцо.

Город в облаках лежал в руинах, так же, как и его механизмы, замершие высоко над землёй. Их компоненты тихо парили вокруг. Работало лишь несколько огромных машин, поддерживающих барьер вокруг деревни Беззаботной.

Недалеко от Корабля Луны, табличка с горизонтальной надписью была криво воткнута в землю. На ней были неумело вычерчены два слова: “Сяо Паль”.

Табличка тоже была сломана.

Ужасная тоска внезапно начала расти в душе Цинь Му, полностью его заполняя.

Деревни Беззаботной больше не существовало.

Места, где он мог бы быть беззаботным, не стало.

Гигант, стоящий на корабле схватившись руками за колонны, опустил голову вниз, будто нёс наказание небес. Он упал коленями на землю, капля за каплей начали литься слёзы… Дом, о котором он так долго мечтал, был уничтожен. От него ничего не осталось

Парень так долго его искал, фантазировал о своём доме, семье, соседях и друзьях, и все эти мысли превратились в прах от одного лишь взгляда на развалины представшего перед ним мира. Это было будто рисунок на песке, смытый первой же волной.

Дома больше не было, не было ждущей его матери, отца… Все его фантазии канули в лету…

Цинь Му проснулся от своего сна. Он так и остался сиротой, выращенным старыми, слабыми и больными людьми.

Его родной город исчез.

Король Дьяволов Дутяня поднял голову, сквозь окно дворца посмотрев на гиганта, упавшего на колени посреди колонн. Тот был окутан туманным лунным светом, его голова опущена вниз. Дьявол видел лишь дрожь плеч юноши.

В этот момент король дьяволов мог отлично представить себе боль парня, ведь он чувствовал себя так же, когда Дутянь был уничтожен. Его ничто не могло утешить, и подавить эмоции было нельзя. Рыдая, он проклинал весь мир и в приливе злости решил сразиться с вестниками смерти из Юду, пытаясь спасти жизни своих братьев!

Он получил бесчисленные ранения, от которых его тело стало таким же разбитым, как и душа. Тогда он окончательно сдался, подчинился судьбе.

Смотря на Цинь Му, он видел себя в прошлом, молодого, готового проиграть и подчиниться обстоятельствам. Когда желание жить слабо, и человек теряет направление, он начинает блуждать, будто неприкаянный.

Проведя всю жизнь в грязи, нельзя узнать блеска жемчужины. Сколько испытаний и трудностей, сколько потерь нужно пройти, чтобы выбраться из тисков страха?

Где дом?

Где мой дом?

Цинь Му медленно поднял взгляд, холодно смотрящий вперёд. Его глаза отдавали лёгкий блеск луны. Когда он моргнул, свет на мгновение исчез, после чего стал ещё сильнее напоминать луну.

Стоя на борту Корабля Луны, юноша чувствовал, как его эмоции кипят под воздействием тысяч мыслей, текущих через голову. Он долго не мог успокоиться.

— Я пришёл сюда не за деревней Беззаботной, а за старейшиной, бабушкой и остальными. Они моя семья, а деревня Цань Лао — мой дом, моя деревня Беззаботная.

Юноша собрался с мыслями и огляделся. Внезапно он увидел несколько каменных статуя расположенных на краю барьера.

Даже существа божественной области с трудом могли перемещаться во тьме Великих Руин, не имея с собой такой статуи, однако, эти камни были невероятно тяжёлыми, даже практикам уровня мастера секты было непросто таскать их на спине. Преодолевать большие расстояния с такой ношей было невозможно.

Каменные статуи на краю деревни, вероятно, были доставлены сюда с помощью магической силы, дабы защититься от давления тьмы.

По прибытию в деревню Беззаботную со статуй больше не было никакой пользы, поэтому их оставили.

Сердце Цинь Му вздрогнуло. Старейшина с целителем могли путешествовать во тьме, справляясь с встретившимися по пути угрозами. У немого тоже должен быть свой способ выживания.

Но старый Ма, одноногий, мясник и слепой нуждались в поддержке статуй. Однако тела мясника, одноногого и Ма уже оправились, поэтому те могли преодолевать огромные расстояния со статуями в руках.

Способности глухого были окутаны тайной, но даже призраки и боги в них не сомневались. Сам Имперский Наставник был преданным поклонником старика и коллекционировал его картины.

Говоря о бабушке Сы, в её теле был запечатан предыдущий Владыка Небесного Дьявольского Культа Ли Тяньсин, так что она тоже должна быть в силах справиться с весом статуи. Поэтому статуи возле барьера, скорее всего, были оставлены стариками.

«В таком случае они смогли сюда добраться. Неужели они вошли в деревню и попали в ловушку, из-за чего не смогли вернуться домой на новый год? — с такими мыслями начал оглядываться Цинь Му. Его глаза заполнила кипящая энергия, когда он использовал Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, которому его обучил слепой. — Я здесь, старейшина, бабушка, я верну вас домой на новый год»

Он не сразу вошёл в деревню Беззаботную, сначала осмотрев окрестности.

Старейшина деревни и остальные были очень сильными, поэтому, если бы они и вправду добрались в Беззаботную, она бы не выглядела такой спокойной, как сейчас. Внутри было достаточно опасностей, из-за чего они и попали в ловушку.

Даже Корабль Луны не мог гарантировать безопасность Цинь Му.

Взгляд парня упал на лес перед деревней, сразу же обнаружив следы старейшины и остальных. Божественные искусства стариков владели огромной силой и нанесли бы огромный ущерб местности, однако, ничего подобного в лесу не было. Хоть здесь и были следы битвы, серьёзных повреждений не наблюдалось.

Проследовав по следам, глаза юноши наткнулись на руины посреди леса. Путь старейшины и стальных проходил неподалёку от них. Причина, по которой он проходил возле руин была в том, что это был единственный безопасный проход в деревню Беззаботную.

Кроме него, вся местность вокруг была запрещённой!

Используя Божественные Глаза Девяти Небес, Цинь Му видел лучи слабого света, свидетельствующие о ловушках в лесу. Однако он не мог понять, какая именно опасность там их ожидала.

Эти ловушки были чрезвычайно мощными, поэтому путь вдоль руин был намного лучшим вариантом.

Цинь Му продолжал пристально смотреть вперёд. В этот миг он увидел, как из руин в пятистах километрах от него вылетело несколько нитей света.

Жизненная Ци юноши хлынула вперёд, когда он схватил нефритовый кулон, прилипший к барьеру. Активировав Корабль Луны, он сделал шаг и вошёл в барьер.

Мммм.

Лёгкая волна пронеслась над ним, и он почувствовал, будто переходит в иной мир. Тьма, окутавшая Великие Руины, немедленно рассеялась, и повернув голову назад, он не смог её разглядеть.

В этот момент он услышал странный смех. Бесчисленные дьяволы, спрятавшиеся на борту Корабля Луны, спрыгнули на землю и, будто потоп, заполнили лес.

Дьявольский бог с двумя головами и пятью хвостами поднялась в воздух. У неё также было восемь длинных ног с ладонями вместо стоп, позволяющие бегать в небесах, громко выкрикивая:

— Вадхах! (Убить!)

Король Дьяволов Дутяня был шокирован. Он никак не ожидал, что во тьме корабля пряталось столько опасных существ.

Дьявольский бог отвернула голову, хихикая стоящему на корабле Цинь Му:

— Приятно по мановению судьбы найти то, к чему сам стремился столько времени! Мы давным-давно захотели пробраться в деревню Беззаботную, спасибо, что помог!

Это была та же дьяволица, которую Цинь Му и старейшина встречали в Царстве Живых Мертвецов. Именно она манила его в темноту после того, как он встретил Корабль Солнца у стен города Пограничный Дракон.

Было очевидно, что она давно спряталась на борту Корабля Луны, чтобы однажды попасть в деревню. Казалось, будто она понимала, что Цинь Му в конце концов вернётся одолжить корабль с целью добраться на нём в Беззаботную… Наконец она добилась успеха.

— Дети мои, поглотите последний кусок чистой земли! С сегодняшнего дня, этот мир наш! — дьяволица кричала, приказывая бесчисленным дьяволам двигаться к противоположной стороне деревни.

Наблюдая за происходящим, на лице Цинь Му не дрогнул ни один мускул. Внезапно из леса вылетела мистическая волна. Плоть и кровь десятков тысяч дьяволов, пробравшихся в деревню, немедленно исчезла, оставляя после себе лишь кожу. Следом за волной раздался лёгкий ветерок, и даже кожа бесследно исчезла.

Дьяволица, поднявшаяся в небо над лесом, мгновенно попыталась скрыться:

— Са Парами!

После этих слов появилась огромная воронка, втягивающая её внутрь. Цинь Му уже встречал такую технику. В бою против старейшины деревни, дьяволица создала подобную воронку, ведущую в параллельный мир, и попыталась затянуть старика внутрь, однако, она не ожидала, что полетит за ним следом…

Теперь она использовала её не для того, чтобы заточить старика, а чтобы сбежать от опасности в лесу!

В тот же миг из земли взлетел огненный шар, из которого выстрелил яркий луч, последовавший за дьяволицей в глубины космоса.

В воздухе образовалось пятно из крови, а труп женщины упал на землю. Приземлившись в лесу, он превратился в пепел.

На Корабле Луны пребывал в тихом ужасе Король Дьяволов Дутяня, даже кровь в его жилах стыла:

— Проклятый мир, он может быть хоть чуточку приветливее?

Чистый лунный свет в глазах парня рассеивался, будто туман. Раздался пронзительный голос юноши:

— Ваши смерти подтвердили мою догадку. Эта запретная зона не для охраны жителей деревни Беззаботной, а для того, чтобы не позволить им выйти наружу. Её построил тот, кто уничтожил Великие Руины.

Глава 238. Запоздавшая материнская любовь

Король Дьяволов Дутяня услышал сказанное Цинь Му и слегка удивился, но затем мгновенно понял стоящий за его словами смысл. Раскинувшаяся перед ними запретная зона в лесу была не для защиты от вторжения врагов, а для того, чтобы жители деревни Беззаботной не могли уйти!

Если бы запретная зона предназначалась только для защиты от вражеских вторжений, тогда она бы атаковала только врагов, однако, в данном случае, судя по всему, было не важно, попытается ли кто-то войти или выйти… Все будут безжалостно уничтожены!

Руины рядом должны быть путём, который жители Беззаботной открыли силой, чтобы сбежать из заточения, а не путём, который сформировался естественным образом.

«Чтобы понять, что происходит, нужно начать с самого начала… Обычные люди, никогда бы этого не заметили… Те, кто учил этого сопляка, определённо конченные злодеи, которые жутко хитры», — неконтролируемо дрожал Король Дьяволов Дутяня. Было очевидно, что небесные дьяволы, которые цеплялись за корабль, были обнаружены Цинь Му. Причина, по которой он не раскрывал свои знания, заключалась в том, чтобы заставить их проверить пути! У такого безжалостного и зловещего юноши определённо должны были быть злодейские учителя!

«Полагаясь только на Корабль Луны мы не можем войти туда, — измерив взглядом запретную зону, вновь подумал про себя дьявол. — Корабль слишком велик и, ворвавшись, мы определённо оживим запретную зону. Если та с такой лёгкостью уничтожила женщину дьявольского бога, то уничтожить и Корабль Луны тоже не должно быть слишком хлопотно…» — как только он мысленно дошёл до этого месте, Лунный Корабль вдруг задрожал и медленно присел на корточки. Огромный толчок потряс большой трёхногий корабль, который прилёг на землю и застыл.

Король Дьяволов Дутяня сразу почувствовал, как аура небесного бога вокруг Цинь Му исчезла, и вздохнул с облегчением. Если бы юноша загнал Корабль Луны в запретную зону, даже он был бы уничтожен. Хотя Цинь Му видел разрушение деревни Беззаботной, он всё ещё обладал здравым рассудком, тем самым поразив дьявола. Затем он разбудил цилиня.

Дракономордый потряс головой и последовал за ним, спрашивая низким и приглушённым голосом:

— Железный комок, где мы?

— Ты проспал всю дорогу и ещё спрашиваешь меня? — рассвирепел Король Дьяволов Дутяня.

— Ты даже не знаешь, где мы находимся? По-видимому, ты также спал всю дорогу, — улыбаясь ответил зверь.

В центре между огромных колонн тело Цинь Му вернулось в норму, и он потянул назад свои ноги, которые погрузились в корабль. Корпус корабля сросся с ногами парня, но так как его тело ранее стало чрезвычайно гигантским, он оставил огромные следы после того, как уменьшился в размерах, что, собственно, и позволило ему вытянуть ноги.

Цинь Му встал, его разум затрепетал. Он был несравнимо слаб в тот момент, и божественные сокровища, которые были открыты огромным количеством энергии от Корабля Луны, один за другим закрывались. Только Божественные Сокровища Духовного Эмбриона и Пяти Элементов не покинули его. Энергия корабля была слишком велика для него, так что, если он хотел контролировать её, то должен был отдать свою жизненную силу в качестве цены.

«Янь Цзинцзин всегда жила на Корабле Солнца, поэтому она исчерпала намного больше жизненной силы, чем я. Как же тяжело ей приходится…» — с такими мыслями Цинь Му сделал два глубоких вдоха и проглотил несколько духовных пилюль, чтобы подлечиться.

— Король дьяволов, цилинь, давайте войдём в эту запретную зону, — встав, проговорил парень.

— Ты хочешь использовать мои знания и ви́дение, чтобы избежать опасностей и найти злодеев твоей деревни? — испустив дрожащий вздох, спросил дьявол.

— Вы король дьяволов из мира Дутяня, король дьявольских богов. Ваши знания и ви́дение намного лучше моих, так что только Вы можете провести меня, — кивнув, ответил Цинь Му.

— Верно, только я могу провести тебя безопасно, но ты должен облизать мои ноги… — громко смеясь, гордо сказал дьявол. Выражение лица Цинь Му слегка изменилось, и Король Дьяволов Дутяня, всё также смеясь, немедленно поправил свои слова. — Я шучу, посмотри на себя. Я могу провести и вывести тебя, но ты должен отпустить меня, как и обещал. Ты на это согласился!

— Не волнуйся, я сдержу слово. Я могу подписать Соглашение Графа Земли с тобой! — улыбнулся Цинь Му.

— В этом нет необходимости. Если мы подпишем Соглашение Графа Земли, я тебе больше не поверю. Ты определённо выкопаешь яму, в которую я буду должен прыгнуть.

Цинь Му рассмеялся и подумал про себя: «Король Дьяволов Дутяня действительно хорошо меня знает. С помощью словесного обещания, мне неловко обманывать его… Дедушка одноногий прав, я всё ещё слишком добр».

Он и дьявол запрыгнули на спину цилиня. Огненные облака выросли под ногами зверя, и они медленно спускались на землю, вскоре достигнув края запретной зоны.

Король Дьяволов Дутяня очень нервничал и выплюнул несколько шестерёнок изо рта:

— Несмотря на то, что здесь есть безопасный путь, этот путь был проложен изнутри. Если мы последуем по нему, чтобы выйти, не будет большой опасности, но, если мы используем его, чтобы войти, мы столкнёмся с кое-какими проблемами. Ты должен быть рядом со мной и не отставать. Если ты оживишь запретную зону, мы все умрём!

Цинь Му немедленно двинулся вперёд и открыл сундук статуи бога, чтобы отрегулировать шестерёнки. Добавив ещё несколько запасных частей, он напомнил:

— Король Дьяволов Дутяня, даже не вздумай пытаться обхитрить меня или тоже окажешься в ловушке.

— Не волнуйся, я понимаю. Держись рядом! — с плохим настроением ответил дьявол.

Цинь Му последовал за ним. Четыре лица и двенадцать глаз Короля Дьяволов Дутяня оглянулись вокруг, а четыре рта пробормотали, когда он увидел опасность в запретной зоне и сделал свои расчёты. Юноше повезло увидеть, как дьявол использует свою дьявольскую Ци для выполнения методов вычисления пространства. Бесчисленные числа и руны двигались в воздухе, пока он делал несравнимо сложные вычисления.

— Король дьяволов, твои достижения в алгебре чрезвычайно высоки, — удивлённо сказал Цинь Му.

— И не говори. Без знаний алгебры на должно уровне, ты будешь знать только форму большинства божественных искусств, но не их сущность.

— Можете ли Вы научить меня? — с волнением спросил Цинь Му и тут же добавил. — У меня есть Математический Трактат Высшей Тайны, который мне ещё предстоит тщательно изучить. Математический Трактат Высшей Тайны использует божественные символы восьми божественных триграмм, олицетворяя все их части. Это восьмеричная система счисления, которая довольно тернистая.

Дьявол удивленно заговорил:

— Восьмеричная система счисления? Тебе придётся использовать восемь триграмм для расчета, которыми являются небеса, земля, гром, вода, гора, ветер, пламя и озеро. Если бы ты использовал числа, чтобы заменить их, было бы довольно сложно вычислить, но если бы ты использовали восемь триграмм в качестве счёт для управления преобразованием, это было бы намного проще… Мы поговорим позже, не говори со мной сейчас. Если я неправильно рассчитаю, нам всем конец!

Достижения Короля Дьяволов Дутяня в алгебре были не очень высоки, но, тем не менее, слишком глубоки для понимания нормальными людьми. Предложение, сказанное им без раздумий, дало Цинь Му ощущение просветления.

В эти дни он изучал Математический Трактат Высшей Тайны, но многого не добился. Тот был слишком сложен, отчего что-либо рассчитать было крайне хлопотно, однако, если бы он использовал восемь триграмм, как счёты, это стало бы изысканным инструментом для расчёта. Все проблемы, с которыми он столкнулся, можно было легко решить!

«Есть не только восьмеричная система счисления из восьми божественных триграмм. Существует также двоичные Инь и Ян, четыре фазы четвертичной системы!» — Цинь Му удалось подчерпнуть много полезного из одного ответа. В Математическом Трактате Высшей Тайны было много математической физики, но не было никаких инструментов расчёта, перечисленных там. После получения совета от Короля Дьяволов Дутяня, у него наконец-то появился шанс полностью постичь Математический Трактат Высшей Тайны!

«Если я хочу добиться этого, мне нужно иметь построение для расчёта, восемь триграмм тайцзи!» — Цинь Му достал Математический Трактат Высшей Тайны и просмотрел его. Его жизненная Ци трансформировалась в четыре фазы Инь и Ян, прежде чем образовать руны восьми божественных триграмм, которые плавали перед ним.

Потянув руку, восемь триграмм тайцзи разделились на сорок девять копий. Инь и Ян вращались, четыре фазы заработали и восемь божественных триграмм трансформировались.

— Так вот как работает вычисление Даяня в Математическом Трактате Высшей Тайны… — посмотрев на диаграмму трансформации, пробормотал юноша, пока в его сознании образовывались числа.

— Не отвлекай меня! — отругал его дьявол.

Парень немедленно разогнал восемь триграмм. Под руководством Короля Дьяволов Дутяня он чувствовал себя в безопасности. Дьявол был правителем мира Дутяня, в конце концов, поэтому его знание и ви́дение были намного выше, чем у Цинь Му. Несмотря на то, что у него не было возможности разрушить ограничения в этой запретной зоне, избежать их было для него нетрудно.

Кроме того, ограничения по пути уже были разрушены людьми изнутри. Старейшина деревни и остальные наверняка разрушили многие ограничения грубой силой, так что путешествие было относительно безопасным. В мгновение ока они пришли к первым руинам. Цинь Му остановился. Это место было деревней с четырьмя домами. Кастрюли, миски и печи всё ещё были здесь, но там уже никто не жил.

Цинь Му увидел одиннадцать могил, но надгробия не были воздвигнуты. Могила в жёлтой грязи была большой, но он понятия не имел, кто был похоронен внутри.

— Здесь безопасно! — сказал Король Дьяволов Дутяня.

Юноша вошёл в деревню и огляделся. Внезапно его сердце начало неистово биться, когда он увидел колыбель в одном из дворов. Была также деревянная лошадь и несколько детских вещей на кровати, которые выглядели очень деликатными. На груди одной из вещиц было сшито слово “Цинь”. Цинь Му достал нефритовый кулон, на котором также было слово “Цинь”. Юноша надолго закрыл глаза, а когда открыл их, у него не было слез, так как они давно высохли, и он подумал: «Это мой дом?»

Цинь Му прошёл мимо кухонной плиты, посмотрев на горшки, висевшие над ней, и чаши, расставленные на столе. Он хотел найти больше предметов, получить больше информации, но подсказок больше не было. Затем он подошёл к двери и вдруг замер, так и продолжив некоторое время там молча стоять.

На двери было наклеено слово “Си”. Хотя здесь не было ветра и дождя, с течением времени надпись выцвела. Это слово означало, что владельцы этого дома поженились. Они поженились прямо в этой запретной зоне. Маленький деревянный конь во дворе, должно быть, был подготовлен для нерождённого ребенка владельцев дома. Нежная одежда предназначалась также для него.

— Пора идти, — Король Дьяволов поспешил к нему, продолжив. — Как только дело будет сделано, я ухожу… Я не хочу оставаться ни днём дольше в твоём чёртовом мире!

Цинь Му приглушил эмоции и продолжил углубляться в запретную зону вместе с ним. Четыре часа спустя они пришли к другим руинам. Это был небольшой городок с примерно сотней дворов. За пределами руин были ряды могил. Юноша обошёл вокруг и увидел, что в городе есть школа, поэтому здесь должны были учиться молодые люди…

Когда-то давно это место должно быть было шумным местом, куда люди постоянно приходили и уходили. Даже с учётом того, что там располагалась несравненно коварная запретная зона, это место должна была переполнять жизнь. Но в соседней деревне осталось всего четыре дома…

Они продолжали идти вперёд к третьему руинному городу. Огромные куски разрушенного духовного оружия были разбросаны по земле. Если бы они были проданы в Империи Вечного Мира, можно было бы определённо стать самым богатым человеком в мире, но здесь они просто валялись везде, где не попадя.

— Продолжим! — уверенно сказал Цинь Му.

— Мы уже мертвы! — злой голос бабушки Сы раздавался издалека. — Вы, старикашки, заставили даже эту старуху пасть и умереть рядом с вами!

Глава 239. Чем старее, тем ненадёжнее

Лицо слепого, стоящего на краю леса, приобрело серьёзное выражение. Старик опёрся на свою трость, отдыхая, в то время как мясник неистово размахивал своими ножами. Пространство вокруг них имело много слоёв, постоянно меняясь непредвиденным образом. После каждого изменения, местность, где они находились, тоже менялась, становясь густым лесом, жаркой пустыней, океанским дном, а иногда им на головы начинали сыпаться звёзды с неба.

Каждый раз, когда пространство изменялось, срабатывала новая ловушка запретной зоны. Сила божественного искусства вырывалась наружу, и мяснику приходилось её отбивать.

Старик сердито прокричал:

— Слепой, бабуля, я вот-вот разломлюсь напополам. Вы отдохнули?

Слепой тяжело вздохнул:

— Я стар, мои кости уже не те. Мне нужно ещё немного отдохнуть.

— Я не сильно моложе тебя! — со злостью ответил мясник. — Более того, мою нижнюю половину лишь недавно пришили обратно, она ещё не зажила! Если я продолжу сражаться, то снова рассоединюсь с ней прямо на ваших глазах!

Слепой медленно ответил:

— Бабуля ещё молода, пусть она тебя заменит.

Бабуля ухмыльнулась, а из её уст сорвался голос старика:

— Несмотря на то, что я очень силён, тело моей жены больше не выдержит. Жёнушка, дай мне контроль над собой…

— Катись к чертям! — сердито гаркнула бабушка Сы.

Лица слепого и мясника странно скривились. “Болезнь” старухи становилась всё более серьёзной. После того, как она покинула деревню, Ли Тяньсин часто перенимал контроль над её телом, когда возникала действительно опасная ситуация.

— Семя дьявола становится всё сильнее и сильнее. Рано или поздно, старая Сы будет полностью поглощена Ли Тяньсином.

Превращения пространства вокруг них происходили, будто по воле бога, бросающего кости, каждая сторона которых соответствовала какой-то из ловушек запрещённой зоны. В зависимости от их падения, освобождалось определённое божественное искусство. Однако сторон было не шесть, а сто восемь.

В этот момент кость пала на сторону со звёздами, и земля под ногами людей в ловушке исчезла, и местность вокруг превратилась в бескрайнее звёздное небо. Над стариками, и под ними была лишь пустота.

Мигающие точки в небе на самом деле являлись не звёздами, а зеркалами. Внезапно их свет сконцентрировался вместе, и гудящий луч полетел в сторону стариков.

Мясник вскрикнул, взмахивая ножом, извлекая божественный свет техники Нет Худа без Добра. Свет разделился напополам, избегая стариков и уничтожая всё, что не находилось прямо позади него.

Бабушка Сы немедленно прокричала:

— Глухой, глухой, быстро сюда!

На противоположной стороне звёздного неба, глухой использовал кисть, сражаясь со звёздами. Немой проговорил:

— Старуха, он тебя не слышит…

До того, как он закончил говорить, глухой попытался перебраться к остальным старикам. Неожиданно его настиг луч звёздного света, сдувая за горизонт.

— Мясник, отдохни немного, пришла моя очередь! — бабушка заговорила голосом Ли Тяньсина.

Мясник немедленно отступил назад, и бабушка Сы заняла его место. Она начала исполнять Великие Небесные Дьявольский Рукописи, внимательно следя за изменениями пространства вокруг.

Трое стариков были не единственными, кто застрял в ловушке запретной зоны. Глухой, старый Ма и одноногий тоже застряли, но находились в другом месте, поэтому отряд не мог воссоединиться.

Прибыв в запретную зону, бабушка Сы встретила слепого, застрявшего внутри, и попыталась его освободить, однако, к своему удивлению она тоже попала в ловушку. Позже к ним нашёл дорогу глухой, и попытался освободить стариков, что, конечно же, закончилось плачевно.

— Запретная зона состоит из ста восьми ловушек, однако механизм, управляющий ею, находится в другом месте, — слепой поднялся на ноги, его глаза разума бога начали осматривать местность, будто зеркало, не упускающее деталей. — Наши тела внутри божьих костей. Старый Ма и одноногий находятся на противоположной стороне, но они всё-ещё здесь. Глухой время от времени появляется неподалёку, а значит механизм работает уже довольно долго, и в его расчётах появляются неточности.

Сделав в уме некоторые подсчёты, он приподнял брови:

— Бог, создавший это место, рассчитал всё до десятичной дроби Шунь Сы, он не использовал самых мелких дробей. Значит из-за неточности ловушка разрушится сама по себе!

Между тем ловушка превратилась в вулкан, божественное пламя которого напоминало драконов. Извлекая разряды молний и раскаты грома, бабушка Сы прилагала все усилия в борьбе с опасностью, пока Ли Тяньсин контролировал её язык:

— Когда она должна рухнуть?

Немного посчитав в уме, слепой ответил:

— Двадцать четыре тысячи лет.

— Слепой, заткнись! — прокричал мясник, всем сердцем желая разрубить старика напополам.

В этот миг, снаружи раздался голос:

— Паршивец, шесть твоих стариков заблокированы внутри.

Узники запрещённой зоны начали ошеломлённо поглядывать наружу, но не могли там ничего разглядеть.

Слепой нервно приказал:

— Му’эр, не смей заходить внутрь. Тебе не хватит сил, чтобы здесь выжить.

С противоположной сторон послышались слова юноши:

— Король дьяволов, ты знаешь, как их можно вытащить?

— Эта запретная зона использует Секретную Технику Пространственной Матрицы, разделяя пространство на сто девять слоёв, образующих сто восемь измерений. Может показаться, что слоёв сто восемь, но на самом деле их на одно больше, — голос продолжал говорить. — Однако, бог, создавший это место, должно быть пошёл лёгким путём, не проведя расчетов с помощью самой меньшей дроби, из-за чего у механизма есть некоторые недостатки. Техника разрушится сама по себе, проработав двадцать четыре тысячи лет, тем не менее, если получится найти сто девятый слой, выбраться будет несложно. Дай мне немного времени, чтобы всё рассчитать.

Заточённые в запретной зоне бабушка Сы, мясник и остальные переглянулись, думая про себя: «Человек с Цинь Му должен быть выдающимся, раз он смог с первого взгляда разгадать секрет матрицы. Он намного надёжнее слепого».

Спустя некоторое время голос продолжил:

— У тебя есть какой-нибудь ненужный артефакт? Что-то достаточно твёрдое, чтобы бросить его в сто девятый слой. Если твёрдый предмет попадет туда, он станет будто новой шестерёнкой в механизме и сразу же остановит его работу.

Цинь Му ответил:

— Я нашёл это во Дворце Золотой Орхидеи, подойдёт?

— Неплохое сокровище. Чтобы найти такое, нужно обладать огромной удачей. Не странно, что я не смог тебя обмануть, тебе всегда везёт, моя глупость здесь не при чём…

На этих словах, перед глазами бабушки Сы и остальных появилась огромная жемчужина. Артефакт становился всё больше и больше, внутри него начали виднеться горы и реки, будто там был спрятан целый мир с бесконечными водопадами и длинными горными хребтами.

Светящаяся жемчужина пролетела над горизонтом приобретая гигантские размеры. Неожиданно горы и реки внутри, накрытые синим небом, исчезли.

— Приготовьтесь, когда запретная зона исчезнет, здесь станет жарко. Тряханёт как надо, — проговорил голос снаружи. Как вдруг в глубине пространства раздались сильные толчки. Слои ловушек начали рушиться один за другим, поливая местность огнём, водой, землёй и ветром. Сила божественных искусств, хранящаяся в каждом из слоёв, вырвалась наружу!

Люди, заточённые внутри, немедленно задействовали свою жизненную Ци и начали исполнять свои самые сильные техники, дабы защититься от давления. К счастью, энергия ловушек не была направлена в их сторону, а просто разлеталась во все стороны, давая им шанс выжить!

Если бы вся мощь запретной зоны полетела в их сторону, стариков бы тут же убило!

Цинь Му стоял на краю леса, часть которого внезапно превратилась в пепел. Ударная волна разлетелась по кругу, мгновенно сжигая деревья на пути!

Хлоп! Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Четыре тела появились из ниоткуда и с тяжёлыми хлопками упали на землю, оставляя в неё небольшие кратеры. Цинь Му покачал головой:

— Такие старые, но всё равно доставляют кучу проблем…

— Одноногий, с дороги! — в небесах раздался голос глухого, падающего вниз. Одноногий громко вскрикнул, когда тот приземлился прямо на него.

В воздухе ярко засияла аура будды, медленно спускающегося на землю. Из земли пробился золотой источник, внутри которого зацвёл лотос. Будда выпрямил ноги, наступив на цветок. Затем лотос и золотой источник исчезли вместе с образом будды. На его месте появился старик в зелёной одежде, которым оказался никто иной, как старый Ма. Хоть его одежда была слегка потрёпанной, старик выглядел намного лучше остальных.

Старики поднялись на ноги и переглянулись. Они и вправду смогли пережить случившееся и выбраться из ловушки. Хоть их тела были покрыты ранениями, опасности для их жизни не было.

Они подняли головы, дабы взглянуть на Цинь Му, стоящего вдали. Юноша непрерывно качал головой, презирая стариков, которые с каждым днём приносили всё больше и больше неприятностей.

Перед парнем стояла железяка с четырьмя лицами, выражение которых говорило о огромной самовлюблённости. Держа свои восемь рук на поясе, механизм сильно напоминал уличный фонарь.

Позади Цинь Му сидел жирный как свинья цилинь. Он, казалось, только что проснулся, не демонстрируя большого интереса к происходящему.

— Му’эр, что ты здесь делаешь? — бабушка Сы была поражена, подойдя к юноше, чтобы смерить того взглядом. — Как ты осмелился прийти в такое опасное место? Ты слишком безрассудный! Тебя не поранили?

— Старуха, держись от него подальше, — встав на ноги, слепой слегка нервничал, поглядывая на Цинь Му. — Твоя бабуля не может контролировать дьявольское семя в своём сердце Дао. Иногда она женщина, а иногда мужчина, и мы не знаем, когда Ли Тяньсин получит полный контроль над её телом. Будь внимателен, чтобы она тебя не трогала!

Из уст бабули раздался дьявольский голос старика:

— Не переживай, он новый Владыка Небесного Дьявольского Культа. Как его предшественник, я не причиню парню вреда.

Внезапно голос бабушки снова стал женским:

— Ли Тяньсин, убирайся!

Одноногий подошёл вперёд, чтобы осмотреть Короля Дьяволов Дутяня, сложившего свои восемь рук на поясе:

— Му’эр, эта железяка — очень полезная штука. Как её зовут?

— Король Дьяволов Дутяня, — ответил Старый Ма.

Сделав несколько шагов, мясник тоже начал разглядывать статую:

— Где ты её достал? Я не видел её во время нашей последней встречи. И вправду полезная штука.

— Очень уродливая, — прокомментировал глухой.

Король Дьяволов Дутяня разозлился и собирался ответить старику, однако, Цинь Му его прервал:

— Это Король Дьяволов Дутяня, высший правитель мира Дутянь. Я попросил его помочь мне в ваших поисках. Он отлично разбирается в божественных ловушках и поможет нам безопасно отсюда выбраться.

Статуя тут же обрадовалась: «Мелкий ублюдок умеет хорошо говорить несмотря на то, что его намерения не слишком чисты, действия жестоки, а сердце всегда настороже…»

— Где старейшина деревни? — спросил юноша, — где целитель и немой? Они смогли сюда добраться?

Слепой покачал головой:

— У меня хорошее зрение, так что я смог разглядеть следы старейшины и целителя, однако, немого не замечал.

Остальные молча кивнули, а бабушка Сы добавила:

— У старейшины и немого не должно возникнуть проблем, пока они вместе. Тем более, с ними отправился Патриарх и Старший Надзиратель. Однако мы не встречали немого. Он никогда не говорит ни слова, и его планы всегда были загадкой. Если старик остался сам, то не сможет долго здесь продержаться. Му‘эр, здесь очень опасно, но ты был вынужден сюда прийти. Тебе нелегко пришлось…

Юноша мгновенно рассердился:

— Вы все разбрелись по руинам вместо того, чтобы сидеть дома в ожидании праздников! Что мне оставалось делать, кроме как пойти на поиски? Король дьяволов, показывай путь. А вы, хватит теряться!

— Эхх, — кучка стариков энергично закивала головами.

Глава 240. Проблеск надежды

Король Дьяволов Дутяня высоко поднял голову и повёл вперёд слабых, больных стариков из деревни Цань Лао.

«В деревне много способных людей, так почему её называют деревней Цань Лао?» — подумал он про себя.

Деревня Цань Лао — Немощных Стариков, на сегодняшний день уже не соответствовала своему названию. Среди них даже затесались совсем молодые, например, бабушка Сы и Цинь Му, поэтому мнение, что там проживают одни старики, было спорным.

Старый Ма, мясник и одноногий уже были здоровы, в то время как бабушка Сы имела слабость в сердце, но её тело было в порядке. Единственные, у кого не хватало частей тела, были слепой, целитель, старейшина деревни, немой и глухой, однако, Король Дьяволов Дутяня не знал, что люди деревни Цань Лао на самом деле не были больны. Их истинные недостатки лежали в их сердцах.

Старейшина был в унынии от неспособности выполнить свои обязанности. Даже если бы он был здоров, он всё равно не вышел бы из Великих Руин. Целитель изуродовал собственное лицо из-за отношений. Даже восстановив внешность своих лучших лет, он всё равно не посмеет выйти и встретиться с людьми.

Причина, по которой слепой ослаб, была не в том, что он ослеп. И хотя старый Ма восстановил обе руки, он всё ещё не мог прийти в себя после смерти жены и ребёнка, ведь не мог простить себя.

Дьявол в сердце бабушки Сы, прошлое одноногого, родина глухого, таинственное прошлое немого, и причина, по которой мясник поднял свои ножи на Небеса, были кандалами, которые сдерживали их. Болезнь в их сердце была их истинным бессилием. Они не могли абстрагироваться от своего печального прошлого. Это и было проблемой деревни Цань Лао. Если бы ребёнок, которого они вырастили, не отправился путешествовать, деревенские спокойно остались дома и ждали своей смерти, копая яму, чтобы похоронить себя.

Прибытие Цинь Му постепенно оживило их сердца, но даже он не мог заставить их избавиться от сковывающего прошлого. Настоящее бессилие — когда тело и сердце получают ранение. Из-за этого они могли полагаться только на себя.

Король Дьяволов Дутяня был истинным дьявольским королём другого мира. Он знал так много, что даже слепой был бесконечно восхищён его знаниями и конкретными деталями. Дьявол полностью убедил его своими достижениями в алгебре.

Они подошли к границе леса. Оставалось всего два километра или около того, но королю дьяволов пришлось потратить полдня, чтобы пересечь эти километры.

— Преддверие нового года, — внезапно сказала бабушка Сы.

— Это не считается новым годом, пока все деревенские не присутствуют, — старый Ма покачал головой.

— Мы должны найти старейшину, немого и целителя, дабы рассмотреть их тела. Даже если они умрут, мы должны притащить их обратно на новый год! — громким голосом сказал мясник.

Перед ними больше не было пути, только рушащаяся деревня Беззаботная. В конце леса отсутствовала земля, за исключением чистого поперечного сечения. Стоя на краю обрыва, Цинь Му посмотрел вниз и, увидев ещё один лес, удивился: «Другой лес? Он растёт на утёсе, отчего деревья перпендикулярно земле»

Король Дьяволов Дутяня спрыгнул со скалы и приземлился, устойчиво стоя на боку. Его тело было перпендикулярно Цинь Му, когда он ходил туда-сюда:

— Печать здесь намного сложнее, чем я думал. Он образован кубом, который запечатывает в себе деревню Беззаботную, контролируя электромагнитную силу этого места. Вы, ребята, поймёте, когда подойдёте сюда посмотреть.

Цинь Му осторожно вытянул ногу и внезапно почувствовал силу притяжения под ногами. Поставив ноги вниз и подняв другую ногу вверх, он понял, что стоит на скале без какого-либо дискомфорта. К тому же с того места, где он стоял, казалось, что он был на краю скалы, а бабушка Сы, старый Ма и остальные стояли на скале. Вот только он и дьявол стояли на совершенно ровной земле.

Оглядевшись, Цинь Му удивился, ведь увидел, что на противоположной стороне также был лес, перпендикулярный земле. К тому же на небе в других направлениях также располагались леса.

Судя по всему, куски земли завернули в себя деревню Беззаботную, формируя огромный целый шар, однако, если исходить из географии, тот не казался простым полым шаром. Вероятно, он был собран из тысяч кубов разной высоты, в то время как в его центре располагалась Беззаботная. Каждый куб формировался из тысячи километров леса, каждая сторона которых была лицевой стороной. Такого рода божественное искусство было выше того, что он мог осмыслить. Даже Имперский Наставник не мог представить, что такое божественное искусство может существовать в этом мире, не так ли?

— Электромагнитная сила здесь изменилась, — говорил подошедший слепой, тоже почувствовавший силу притяжения. — Это великое божественное искусство должно охватить всю деревню Беззаботную, боюсь, единственный выход — место, откуда мы пришли.

— Бесчисленные печати тут только для того, чтобы помешать людям деревни Беззаботной выйти, — бабушка Сы также подошла и подняла голову, чтобы посмотреть на беззаботно плавающие обломки деревни. Они всё ещё были довольно далеко от неё, и она продолжила. — Старейшина и Патриарх обладают примечательными способностями, поэтому они должны были пойти туда, верно?

Король Дьяволов Дутяня поднял голову и вернулся туда, откуда они пришли, после чего покачал головой:

— В небе есть много ограничений, каждое из которых крайне трудно обойти, если попытаться просто пролететь их. Мне понадобилось бы вычислять в течение тридцати-пятидесяти лет, чтобы найти самый безопасный путь. Если бы моё истинное тело было здесь, я мог бы сделать это быстрее, но это всё равно заняло бы один или два года. Бог, который оставил эту печать, слишком силён, вы с этим не справитесь. Если кто и пытался влететь в деревню Беззаботную, то скорее всего он уже мёртв… — дьявол перешёл на бормотание. — Великие Руины — проклятая земля, пронизанная своеобразными правилами. Очень трудно жить в таком мире, так что Владыка культа Цинь, даже если ты пригласишь меня в этот мир, я больше не вернусь. Этот мир слишком запутанный!

— Старейшина деревни определённо жив. Обычно старик ведёт себя крайне несерьёзно, но как только ему что-то взбредает в голову, то он обязательно добивается результата… Подождите минутку, разве вы, ребята, не думаете, что форма деревни Беззаботной похожа на корабль? — пробормотал слепой.

Все подняли головы посмотреть. Деревня Беззаботная была невероятно огромной, но несмотря на то, что она лежала в руинах, путники по-прежнему видели великолепное зрелище, которое было сродни старым добрым временам. Также вдалеке располагалось солнце, которое вот-вот погрузится во тьму, однако, если собрать все разрушенные вершины, огромные куски техники и разрушенный город вместе, его форма действительно будет напоминать огромный, величественный, невообразимый корабль! Корабли Солнца и Луны были ничем, по сравнению с этим кораблём.

— Деревня Беззаботная — это корабль? — растерянно переспросил Цинь Му. Несмотря на то, что солнце в небе было не настоящим, оно было чрезвычайно огромным. Если бы город и горы были объединены, он стал бы ещё больше и в тысячу раз превзошёл размеры Кораблей Солнца и Луны. Может ли существовать такой огромный корабль в этом мире?

— Отличное наблюдение, слепой! — указывая на солнце, которое наполовину вошло в темноту, глаза одноногого загорелись, и он продолжил. — Это солнце должно быть источником энергии для этого корабля! А огромная печь для пилюль, невообразимо огромная печь для пилюль…

— Ты не сможешь унести её домой, — закатила глаза бабушка Сы.

Король Дьяволов Дутяня также был слегка потрясён и сказал себе под нос:

— Такая огромная печь для пилюль, для чего использовался этот корабль? Почему она запечатана здесь? Может быть… Ха-ха-ха, я слишком много думаю.

Он грубо рассмеялся и больше не проронил ни слова.

— Корабли используются для перевозки пассажиров. Они доставляют людей к месту назначения, так что у этого корабля тоже должно быть своё предназначение, — сказал старый Ма.

— Разве это не деревня Беззаботная? Она беззаботна, так зачем ей место назначения? С пунктом назначения это место больше не будет деревней Беззаботной. Но если это не та деревня, то куда она направляется? — после недолгой паузы, вдруг добавил глухой.

Все переглянулись друг с другом и в унисон сказали:

— Настоящая деревня Беззаботная!

Цинь Му с глупым выражением лица уставился. Догадка деревенских стариков оставила его в ещё большей растерянности. Правда ли не было это место деревней Беззаботной? Однако то, что сказал старый Ма и остальные, имело смысл. Поскольку такой огромный корабль был построен, у него определённо было своё предназначение. Место назначение этого корабля действительно могло быть истинной деревней Беззаботной. Однако корабль был обнаружен врагом, который уничтожил и запечатал его. Люди, которым посчастливилось выжить, попытались спастись от печати, но в конечном итоге понесли катастрофические потери. Затем они потратили бесчисленные годы, чтобы проложить путь. Дьяволы в темноте тоже искали деревню Беззаботную и даже думали, что нашли её. Но это был всего лишь корабль, который направлялся туда.

«Если деревни Беззаботной здесь нет то, где же настоящая деревня? Где именно находится мой родной город? Кто-нибудь из членов моего клана выжил?» — пребывал в недоумении Цинь Му, не будучи способным собраться с мыслями, как вдруг в небе вспыхнул серебряный свет. Из города вылетела серебряная лодка, и на ней стоял немой, держась за деревянный сундук. В лодке также находились ещё два седы старика, безликий мужчина и молодо выглядящий Патриарх. Немой управлял серебряной лодкой, летящей проворно в воздухе, чтобы избежать божественных ограничений в небе.

Король Дьяволов Дутяня был ошарашен. Путь, по которому шла серебряная лодка, был самым безопасным путём, который он должен был просчитать за десятки лет! Серебряная лодка, перевозившая людей, металась туда-сюда среди божественных ограничений. Она напоминала умную рыбу, плывущую во всех направлениях, чтобы избежать любых опасностей.

Через некоторое время серебряная лодка спустилась с неба и приземлилась перед группой. Целитель подхватил старейшину и высадил с лодки, на что Патриарх, покачав головой, спросил:

— Зачем ты помогаешь ему? Он явно может справиться и сам.

— Я уже привык к этому, — поставив старейшину на землю, ответил целитель.

Цинь Му и остальные немедленно вышли вперёд, в то время как немой открыл деревянный сундук. Серебряная лодка расплавилась и превратилась в серебряные пилюли, которые, звеня, устремились в деревянный сундук.

Немой закрыл крышку и поднялся. Увидев, что все идут к нему, он ухмыльнулся и махнул рукой:

— Ах, ах!

Подойдя и окружив новоприбывших, все были полны вопросов, особенно к немому. Например, как тот узнал о безопасном пути, если даже очень хорошо осведомлённому Королю Дьяволов Дутяня требовались десятки лет, чтобы вычислить его? Что именно они увидели, когда вошли в город в небе? Это место деревня Беззаботная или нет? Кто-нибудь выжил?

Всем было что сказать, когда старейшина деревни подошёл и, глядя на Цинь Му, улыбнулся:

— Му’эр, позволь мне сообщить тебе хорошие новости. Мы наконец-то определили, какая именно у тебя фамилия. Целитель, передай ему вещи.

Целитель вывалил много вещей из своей сумки. Там были пояса, бронзовые зеркала, горизонтально начертанная доска, отпечаток, нефритовый кулон и кое-какая одежда. На всех этих предметах было одно слово — Цинь.

— Твоя фамилия Цинь, — улыбаясь заговорил целитель. — В том городе и деревне много таких предметов, поэтому старейшина попросил меня собрать несколько. Посмотри на их почерк, разве он не похож на почерк на твоём нефритовом кулоне?

Цинь Му не понимал, что происходит. Он оглянулся на деревню, мимо которой проходил по дороге сюда. Проблеск надежды возродился в его сердце.

Старейшина деревни, казалось, знал, о чём тот думает, и сказал:

— То место может быть и не быть местом, где ты родился, а та семья может быть и одновременно не быть твоими родителями. Всё ещё есть шанс, что твои родители живы.

Глава 241. Следующий Император Людей

Они вернулись тем же путём, которым пришли. Добравшись к заброшенной деревне, Цинь Му вошёл в комнату с надписью “Си” и взял в руки детскую одежду, на которой была вышита его фамилия. Чем больше он задумывался, тем сильнее начинал волноваться. Попав в этот дом впервые, он был глубоко тронут и долгое время не мог успокоиться, поэтому не заметил мелких деталей.

Слово “Цинь” на вещах, которые притащил целитель, было почти таким же, как на детской одежде в доме. Казалось, они были сделаны по одному шаблону, однако, при тщательном обследовании можно было заметить некоторые различия.

Цинь Му изучал каллиграфию у глухого, поэтому запросто заметил бы их, сумей он успокоить своё сердце и вернуть себе холодный рассудок. Слово на его кулоне было написано другим почерком, однако, его эмоции вышли из-под контроля, из-за чего суждения оказались слишком поверхностны.

Осмотрев всё намного внимательнее, на этот раз Цинь Му заметил, что слово “Цинь” на одежде было сначала нарисовано, после чего вышито нитью. Оно и вправду было не таким, как на его кулоне.

Остальные жители деревни окружили старейшину и Патриарха, расспрашивая о том, что тем довелось увидеть на корабле. Старейшина качал головой:

— Там было слишком опасно, поэтому мы не осмелились сильно углубляться. Мы всего лишь прошлись по окраинам, и всё равно чуть не погибли. К счастью немой помог нам удачно скрыться.

Старики немедленно переключились на немого, расспрашивая о том, как он сумел проложить маршрут через препятствия и успешно перевезти старейшину и Патриарха.

Цинь Му вышел из дома, задаваясь тем же вопросом. Даже Королю Дьяволов Дутяня понадобилось бы несколько лет на расчеты, используя его настоящее тело, как старик смог сделать это с такой лёгкостью?

Остальные старики некоторое время продолжали его расспрашивать, но немой ничего не сказал в ответ. Он всего лишь мило улыбался, но дважды ахнул, когда вопросы начали его доставать.

Оставив сию затею, деревенские переключили своё внимание на глухого. Глухой и немой были лучшими друзьями, и когда старики не могли понять, о чём говорит немой, глухой зачастую переводил… Однако на этот раз глухой был в растерянности, ведь понятия не имел о чём говорил его друг.

— Немой даже рот раскрыть не хочет! — сердито процедила бабушка Сы. — Он рано или поздно задохнётся!

Отряд остановился в маленькой деревушке, чтобы немного отдохнуть. Цилинь не отходил от молодо выглядящего Патриарха ни на шаг. Впервые за долгое время, зверь стал активным и жизнерадостным, неостановимо бегая вокруг старика.

Патриарх притворился, будто собирается его ударить, отчего дракономордый немного отбежал, однако, уже в следующий миг зверь возвращался, и, виляя хвостом тёрся о старика. Вскоре одежда последнего покрылась дырами от его шипов.

— Ты слишком растолстел! — огорчённо сказал Патриарх. — Я же говорил тебе, что скоро умру от старости, поэтому оставляю тебя. Хватит о меня тереться!.. Даже не думай запрыгивать мне на руки, я уже не в силах тебя удержать! Фу, фу, уйди!

В то же время слепой доставал Короля Дьяволов Дутяня вопросами по алгебре. Чувствуя страх к жителям деревни, тот изо всех сил пытался отвечать наилучшим образом. Однако он не стал делиться всеми своими секретами, рассказывая лишь о том, чего касались вопросы старика.

Целитель в спешке бегал от одного человека к другому, осматривая их ранения и раздавая пилюли.

Цинь Му снова вернулся в дом. Парень чувствовал себя здесь спокойнее несмотря на то, что здание могло не принадлежать его родителям.

Немой тоже вошёл в дом, осматриваясь. Своими грубыми руками он поласкал деревянную лошадку и поднял с земли детскую одежду. На лице коренастого и вечно серьёзного человека появилось нежное выражение.

Юноша посмотрел на него, и тот повернул голову, ухмыльнувшись ему.

— Собираемся! — в спешке прокричала бабушка Сы. — Нужно возвращаться в деревню на празднование нового года! Патриарх, наконец можно будет зарезать твою жирную свинью! Мясник в этом деле хорош, он даже сможет приготовить нам несколько блюд, как раз чтобы накрыть два стола!

— Только попробуй! — Патриарх нервно прокричал в ответ. — Даже не думай его трогать! Ты ещё в молодости положила на него взгляд, желая сожрать… Уйди, не трись о меня, я не собираюсь тебя ласкать… Старший Надзиратель, забери его!

Старший Надзиратель отогнал полудракона прочь. Взглянув ему вслед, Патриарх увидел огромный зад зверя, двигающийся в сторону Цинь Му. Бедолага так разжирел, что его зад стал абсолютно круглым. Цилинь был мясистым, будто носорог, и после каждого шага его ягодицы энергично дрожали.

— Кажется, он неплохо питался у Владыки. Когда мы впервые встретились, зверь был размером с котёнка, и постоянно тёрся о мою ногу, выпрашивая еду. Вскоре он окончательно ко мне приклеился, становясь жирнее с каждым днём.

Молодо выглядящий Патриарх вздохнул. В то время цилинь был настолько маленьким, что старик мог его даже обнять и ласкать по голове.

— Какой огромный корабль!

Отряд подошёл к носу Корабля Луны, не в силах сдержать удивление. Одноногий собрался украсть судно, однако, бабушка Сы начала на него орать:

— Проклятый одноногий, даже если ты сможешь его украсть, где ты будешь его хранить? Я тебе ногу сломаю, если ты поставишь этот корабль посреди деревни.

Старику осталось лишь бросить свою затею. Он спросил, как Цинь Му умудрился контролировать корабль, и, услышав историю юноши, снова принялся за работу:

— Получил силу небесного бога, став Хранителем Луны?

Он быстро выбежал на борт, хватаясь за огромную колонну, однако, превращения не произошло, и одноногому оставалось лишь вернуться обратно.

В Великих Руинах было слишком много неразгаданных тайн, Корабль Луны был лишь одной из них…

К тому времени, как они прошли сквозь бесформенный барьер, солнце успело подняться высоко над землёй. Уже был полдень, но воздух был очень холодным, и на земле лежал тонкий слой блестящего снега. Горные хребты вдали тоже закрасились белым, и ступая по ним раздавался хрустящий звук.

В пустом дереве посреди руин пряталось несколько медвежат, крепко спящих в объятиях своей матери. Увидев Цинь Му и остальных, она удивлённо открыла глаза, но оказалась слишком ленивой, чтобы пошевелиться. Умостившись поудобнее, она снова впала в сон.

Цинь Му оглянулся, увидев, что барьер постепенно исчезает. Гигантский корабль, запечатанный внутри, покинул поле зрения вместе со сложной кубической печатью.

На его месте стоял лишь лес.

Только когда наступит ночь, загадочная печать появится снова.

— Идём, нужно вернуться в деревню до нового года, — спокойно проговорил старейшина.

Путники немедленно отправились домой, так как деревня была очень далеко от них. Путешествие забрало бы больше одного дня, но, к счастью, все были в безопасности.

Вечером третьего дня они наконец добрались до Цань Лао. Цинь Му, бабушка Сы и старый Ма сразу же принялись украшать здания и готовить новогодний ужин.

Цинь Му принёс глухому красную бумагу, чтобы тот написал поздравления и тексты песен Весеннего Празднования. Когда тот закончил, юноша развесил их на дверях домов всех местных.

— Не забудь на курятник повесить. И на то старое дерево возле входа в деревню, чтобы привлечь богатство, — проинструктировала бабушка.

В течение некоторого времени все тяжело работали, после чего, наконец, сели за праздничный стол, распивая вино, кушая блюда, поя и смеясь. Патриарх и Старший Надзиратель сидели вместе с ними, присоединившись к немного запоздалому новогоднему ужину.

На следующее утро молодо выглядящий Патриарх и его спутник попрощались:

— В Великих Руинах осталось много загадок, которые я хотел бы найти и разгадать перед смертью. Милые друзья Дао, можете меня не провожать, — закончив, старик и молодой мужчина отправились в дорогу, ступая по толстому снегу.

Король Дьяволов Дутяня взглянул на Цинь Му:

— Владыка дьявольского культа, пришло время выполнить свою часть уговора.

С уверенным выражением лица, юноша ответил:

— Король дьяволов, не волнуйся, я сдержу своё обещание и освобожу тебя.

Неожиданно к ним подошли слепой и одноногий, отчего дьявол начал нервно кричать:

— Владыка культа, ты собираешься позволить им схватить меня снова после того, как освободишь? Как ты смеешь?

Парень немного смутился, качая головой в сторону одноногого и слепого.

Одноногий пробормотал:

— Этот парень — отличный помощник, если он останется со мной, я смогу ещё больше наворовать…

Цинь Му сказал успокаивающим тоном:

— Король дьяволов, не волнуйся. Я сотру руны с твоего тела, и ты станешь свободен.

Он стёр запечатывающие руны со статуи одна за другой и лишь в этот момент дьявол успокоился:

— Маленький друг Цинь, мы живём в совершенно разных мирах. Может быть мы больше никогда не увидимся. В конце концов жизни смертных очень коротки, они будто щелчок пальцев для нас. Когда я вспомню о тебе в следующий раз, ты можешь быть мёртв уже тысячи лет. Это довольно грустно, если задуматься.

Цинь Му улыбнулся:

— Король дьяволов, я до сих пор помню Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны, так что мы ещё можем встретиться.

Король Дьяволов Дутяня рассмеялся:

— Ваш мир слишком опасен, я не вернусь сюда, даже если ты меня позовёшь. Как только я вернусь в Дутянь, я начну искать новое место, в котором смогут выжить мои люди.

Снимая последнюю печать, Цинь Му сказал:

— Король дьяволов, можешь возвращаться.

Попробовав освободиться, дьявол обнаружил, что печать действительно исчезла, и окончательно расслабился:

— Надеюсь мы больше никогда не увидимся! — после этих слов, его сознание улетело во тьму и исчезло.

Цинь Му поднял голову и улыбнулся:

— Откуда знать, что случится в будущем?

Потерянная часть сознания вернулась в Дутянь, восстановившись со своим настоящим телом. Величественный Король Дьяволов был потрясён, когда узнал, что она пережила. Мрачно вздохнув, он подумал: «Опасный мир, контролируемый богами, явно не лучшее место для моего народа. Кажется, нужно поискать что-то другое…»

— Му’эр, подойди, — подозвал старейшина деревни.

Цинь Му подбежал, и старик, немного поколебавшись, заговорил:

— Я долго думал, и хочу тебе кое-то сказать. Кроме бесчисленных вещей с твоей фамилией, я нашёл ещё что-то. Целитель, неси сюда.

Тот замешкался:

— Разве сейчас подходящее время?

Старейшина покачал головой:

— Мне осталось жить не так уж много, когда, если не сейчас?

Целитель достал зеркало и протянул его юноше.

Взяв предмет в руки, Цинь Му тщательно его обследовал, не найдя ничего необычного. Старейшина продолжил:

— Внутри зеркала лежит географическая карта, ведущая к настоящей деревне Беззаботной. Можешь не пытаться её найти, я запечатал артефакт. Карта откроется только когда ты сможешь разбить печать. Это место слишком опасно, я не хочу, чтобы ты отправился туда преждевременно, — юноша молчал, как вдруг упал на колени перед стариком, лбом коснувшись земли. Старейшина продолжил. — Вставай. Это ещё не всё. Я внезапно заметил, что на твои плечи свалилось очень много ответственности. Ты молодой владыка Небесного Дьявольского Культа и сирота из деревни Беззаботной. Думаю, что моя ноша уже не сделает ситуацию более тяжёлой. Сегодня я приму тебя в ученики и передам тебе свои обязанности. С этого дня ты будешь следующим… Императором Людей!

Глава 242. Ещё раз

— Император Людей следующего поколения? — потрясённо спросил Цинь Му. Этот титул был немного странным. Очевидно, что в этом мире был император, а также Владыки культов и Мастера разнообразных крупных сект. Всем уже управляли и руководили, тогда что мог делать Император Людей? Казалось, что в этом мире нет свободного пространства, которым мог бы править ещё один император.

— Император Людей не так высок по званию, и у него нет никакой власти, только ответственность, — объяснял старейшина деревни. — Император Людей — не позиция, с которой ты будешь править всем живым, и уж тем более ты не сможешь вести безрассудные войны, чтобы убивать тех, кто тебе не подчиняется. Император Людей — это состояние души, своего рода праведность и справедливость. Каждый Император Людей имеет заветную печать, которая была передана с первого поколения императоров. Я бросил кое-что под кровать, так что иди принеси это мне.

Цинь Му пошёл в комнату старейшины, где под кроватью действительно находился какой-то чёрный кусок. Как только он вытащил его, он увидел, что это была чёрная железная печать размером с ладонь и с вырезанным на ней шрифтом птичьего червя. Юноша передал печать старейшине, который сказал:

— Это печать Императора Людей, высший священный артефакт нашей родословной.

— Старейшина, есть ли у нашей родословной другие священные артефакты? — смотря на печать, взволнованно пробормотал юнец.

Разъярённый старейшина стукнул печатью Императора Людей по голове Цинь Му, отчего на лбу последнего выросла приличная шишка, после чего железный кусок упал ему в руки.

— Печать Императора Людей была передана тебе, так что ты теперь Император Людей следующего поколения, — спокойным голосом сказал старейшина.

«Вот так просто?» — пребывая в состоянии легкого шока, думал парень.

Целитель тоже был шокирован. Старейшина деревни всегда говорил, что его ответственность была слишком велика, его бремя было слишком тяжёлым, а титул Императора Людей был слишком могуч. Из-за этого он всегда думал, что для того, чтобы Цинь Му унаследовал должность Императора Людей, должна быть проведена торжественная церемония. Он никогда не ожидал, что старейшина просто бросит чёрный кусок в паренька и покончит с этим.

— Мало кто знает об этом титуле. Мы не секта и не императоры страны, это просто наследие. Оно передаётся из поколения в поколение, поэтому в каждом поколении может быть только один наш титулованный представитель, которым обычно становится самый умный человек с лучшим пониманием. Самый умный в этом поколении —Имперский Наставник Вечного Мира, но я не думаю, что он был бы заинтересован. Он также уже пошёл своим путём, так что ему будет трудно принять моё наследие и ответственность. Я также слишком ленив, чтобы искать кого-то, так что, подумав о тебе, я решил, что ты подойдёшь мне, — вздохнув, проговорил старейшина деревни.

— Старейшина, не заставляй себя делать это, я думаю, ты всё ещё можешь найти кого-то лучше, — утешающе добавил Цинь Му.

У целителя было странное выражение лица, а старейшина чуть не умер от злости. Паршивец, очевидно, считал это хлопотным, и так как не было никаких преимуществ, он действительно не хотел быть им.

— Ты поднабрал мужества с тех пор, как ушёл, как ты смеешь ёрничать! Ты принимаешь титул или нет? — с легкой ухмылкой спросил старейшина.

— Конечно, конечно, можешь просто сбросить на меня всю грязную работу. Мне уже и так многое нужно сделать, поэтому дополнительный титул Императора Людей ничего не изменит, — неохотно проговорил Цинь Му.

Старейшина оцепенел от гнева. После чего он тут же вытянул “руку”, чтобы дать юноше подзатыльника, и отругал:

— Бесчисленное множество людей умоляли меня научить их моим техникам меча, но я не учил их. Они умоляли меня оставить им моё наследство, но я не отдал его им. Как ты смеешь намекать, что не хочешь его?

— Просто этот титул бесполезен. Старейшина, почему бы тебе просто не научить меня своим навыкам владения мечом, а титул передать кому-нибудь другому? — откинув камешек с опущенной головой, сказал парень.

— Бесполезен? Неужели так стыдно быть Императором Людей? Он становится всё более решительным! — переведя взгляд на целителя, гневно продолжил старейшина.

— Вы двое должны обсудить это не торопясь, без спешки, а я пока пойду посмотрю на моих червей, чтобы они не замерзли до смерти, — сказал целитель.

Старейшину распирал гнев, но тут он вдруг пришёл к осознанию и разразился смехом:

— Другие люди умоляли меня научить их, но я этого не сделал, и теперь ты заставляешь меня идти против своих правил, чтобы учить тебя, верно? Ты становишься всё более наглым. Честно говоря, ты не подходишь на роль Императора Людей. Мне просто лень куда-то идти, иначе я бы нашёл ещё более выдающуюся кандидатуру, чем ты.

— У меня Тело Тирана, кто может быть лучше меня? — непокорно пробубнил Цинь Му.

Старейшина деревни чуть не задохнулся от наглости юнца, поэтому тот немедленно шагнул вперёд, чтобы помассировать спину старика, и тот восстановил дыхание. Как только парень собирался что-то сказать, старейшина заговорил:

— Помолчи и дай мне отдохнуть, что-то много на меня навалилось, я должен побыть в тишине…

Уголки глаз старейшины дёрнулись. Как инициатор лжи, он, наконец, получил своё возмездие. Через некоторое время ему удалось восстановиться. Он солгал во благо, и все повелись, что заставило его гордиться собой. Но теперь он выбрал Цинь Му своим преемником… Так мог ли он поверить, что у юноши и правда Тело Тирана?

«Такое количество лжи не оставляет мне выбора, кроме как поверить в неё, даже когда я отчётливо понимаю, что это не правда. Ну, да ладно», — с такими мыслями старейшина улыбнулся и заговорил:

— Мы, как Императоры Людей, несём только одну ответственность… — свет вырвался из его глаз, как будто бесчисленные огни меча рванули вперёд, ослепляя глаза Цинь Му. — Срубить богов, дьяволов и сами Небеса! То, что принадлежит богам, управляется богами, что принадлежит дьяволам, управляется дьяволами, что принадлежит людям, управляется людьми! Если боги или дьяволы этим займутся, мы отрежем им руки! Если боги или дьяволы высунут свои шеи, мы отрежем им головы! Это основная ответственность Императора Людей, — энтузиазм в голосе старика лишь нарастал. — Когда ты станешь сильнее, у тебя будет ещё больше обязанностей. Укорачивай богов, укорачивай дьяволов, укорачивай Небеса! Срази небеса… Эй, постой, вернись!

Цинь Му бросил печать Императора Людей обратно в руку старейшины и повернулся, чтобы уйти.

Старик буквально взорвался от гнева, его жизненная Ци превратилась в огромную руку, чтобы схватить мальца за воротник. С милым выражением лица он сказал:

— Ты — Император Людей текущего поколения, так как ты можешь не знать цель нашей родословной? Я ещё не закончил. Всё ещё пытаешься сбежать? Целитель, целитель, помоги мне схватить его!

Целитель не пришёл, но Цинь Му был вынужден сдаться, так как не мог выбраться.

— У нас не так много правил для носителей нашей родословной, и только эти цели. Я передам тебе свои навыки владения мечом, но сколько ты сможешь постичь, зависит только от тебя. Это верно, у нас также есть Зал Императора Людей, так что ты можешь зайти, когда будешь свободен, чтобы засвидетельствовать достойные подвиги прошлых императоров. Кроме того, поскольку мои навыки меча неплохие, если бог или дьявол увидят, что ты их используешь, то они определённо сделают ход, чтобы убить тебя… Прекрати бежать! Ты не сможешь избежать моей хватки! В прошлом я не сбежал и, не подумав, перенял наследие, — продолжил старейшина.

— Бабушка, спаси меня! — звал на помощь Цинь Му.

— Старейшина, наконец, готов обучить Му’эра своему наследию. Смотри, он так счастлив, что сейчас заплачет, — глядя на слепого, радостно говорила бабушка.

— Я слышал, как он звал на помощь, — повернув голову, с подозрением сказал слепой.

— Не говори глупостей, только взгляни, как он окрылён от счастья. Наследие старейшины заставило бесчисленное множество людей завидовать. Тогда он был человеком номер один в мире, знаменитым Богом Меча, так что Му’эр, естественно, говорит бессвязно именно от радости, — сияя, добавила бабушка Сы.

Цинь Му просто не мог вырваться на свободу, поэтому он должен был принять свою судьбу и бросить печать Императора Людей в свой мешок таоте.

— Ты уже изучил Рисунки Меча Первой Формы — Меч, Ступающий по Горам и Рекам, теперь покажи мне, как ты вырос за последнее время, — радостно сказал старейшина.

Цинь Му исполнил Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Его техника отличалась от того, чему учил его старейшина, так как он включил в неё Форму Спирального Меча Имперского Наставника, Форму Бурящего Меча и Форму Плавающего Меча и добавил другие многочисленные вариации. После выполнения движения, Цинь Му убрал меч Ци назад и нервно посмотрел на старейшину.

— Ты продемонстрировал основную форму меча, которой тебя научил Имперский Наставник? — старейшина был поражён.

— Старейшина, я изменил Меч, Ступающий по Горам и Рекам, которому ты меня научил, это неуважительно к тебе. Ты хочешь уволить меня и найти другого Императора Людей? — кивнув, обречённо проговорил Цинь Му.

— Неплохо, весьма неплохо, — похвалив его, старейшина продолжил. — Имперский Наставник не плох, проявил инициативу и создал новые движения поверх четырнадцати основных форм меча. Он действительно больше подходит, чтобы быть Императором Людей… Однако ты тоже не плох, не придерживался правил и даже осмелился выполнить Меч, Ступающий по Горам и Рекам, который ты изменил передо мной… Очень хорошо, очень хорошо. Твоя жизненная Ци также изменилась. Ты использовал форму Спирального Меча, чтобы превратить свою Ци в нить?

Цинь Му кивнул.

— Я буду использовать область Пяти Элементов, в то время как ты будешь использовать свой новый Меч, Ступающий по Горам и Рекам, и мы посмотрим у кого сильнее удар, — подытожил старейшина.

— Старейшина, если я одолею тебя, можно я не буду Императором Людей? — с улыбкой спросил юноша.

— Хорошо. Если ты сможешь одолеть меня, я унесу печать Императора Людей с собой в могилу, — неторопливо с улыбкой ответил старейшина.

Цинь Му глубоко вздохнул, и его тело внезапно трансформировалось. Он принял форму Владыки Венеры, который имел голову белого тигра и стоял на двух драконах. Его жизненная Ци переняла атрибут металла, после чего создал из неё взорвавшийся яркими огнями меч…

Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Под его мечом горы и реки выглядели, как развернувшаяся картина, покрывавшая всю деревню, включая старейшину!

Мало того, что он включил основную форму меча Имперского Наставника, он также включил путь живописи, которому глухой научил его. С тысячами гор и рек, сковывающей лицо противника, это было, как если бы атака была реальной.

Подобный вид всеохватывающего навыка меча больше нельзя было описать, как просо навык меча. Это был путь, путь меча…

Его Меч, Ступающий по Горам и Рекам, высвободил всю свою силу, как вдруг замерцал свет меча старейшины. Разразился второй Меч, Ступающий по Горам и Рекам, так что со стороны могло показаться, что два мира столкнулись друг с другом, пока не прогрохотал взрыв ужасающей мощи!

Чи, Чи, Чи, Чи, Чи!

Десятки кровавых огней появились вокруг тела Цинь Му. Отлетев назад, стало очевидно, что он получил ранения во многих местах. Когда он врезался в стену мясной лавки, появились огни меча и вырезали узор гор и рек вокруг него. Это были следы, оставленные огнями мечей старейшины.

— Ещё раз! — закричав, Цинь Му запечатал раны на своём теле и пошёл к старейшине, чтобы снова выполнить Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Но уже в следующий миг размытый человеческий силуэт влетел в дом старого Ма.

Парень был в замешательстве, когда соскальзывал со стены. Применив слюну дракона на себя, он задумался и продолжил улучшать свой Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Через некоторое время он снова бросился к старейшине деревни:

— Ещё раз!

Бум.

На стене кузницы получился отпечаток человека, а вокруг неё был узор гор и рек. Картина вновь была совершенно новой. Каждый раз, когда старейшина делал ход, узоры гор и рек были разными.

Немой высунул голову из кузницы и посмотрел на Цинь Му, прежде чем тихо хихикнуть.

Помрачнев лицом, Цинь Му принял очередные лекарства и продолжил ломать голову над проблемой. Избавившись от всех слабостей в своём движении, он опять улучшил навык меча:

— Ещё раз!

Человеческая фигура пролетела через величественные горы и реки, прежде чем врезаться в стену глухого…

Глава 243. Убеждён

Цинь Му продолжал раз за разом врезаться в стены деревенских домов, и вскоре почти на каждой из них появился узор гор и рек. Нетронутым остался лишь дом бабушки Сы.

Парень захотел снова броситься в атаку на старейшину, когда внезапно осознал, что его Ци полностью исчерпалась. Он не мог не удивиться случившемуся.

Поражение.

Тело Тирана потерпело поражение. Сокрушительное поражение. Проиграли не только его навыки меча, но и плотность его жизненной Ци не смогла сравниться с таковой у старейшины деревни.

— Можешь подождать, когда твоя Ци возобновиться и попробовать снова, — успокаивающе проговорил старейшина.

— Хорошо! — собравшись с мыслями, ответил Цинь Му.

Выражение старика помрачнело, когда он увидел пастуха, безумно бегающего вокруг исполняя свою странную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

— Ты смухлевал, — сказал целитель, подойдя к старейшине после того, как Цинь Му исчез за горизонт.

Старейшина казался удивлённым:

— В смысле?

Целитель ухмыльнулся:

— Твой навык меча потребляет огромное количество жизненной Ци. С твоим совершенствованием в области Пяти Элементов ты смог бы исполнить его два или максимум три раза. А на сколько ударов тебя хватило? Семь, верно?

Не сумев сохранить спокойное выражение лица, старейшина пробормотал:

— Моё совершенствование не такое, как ты думаешь. Если я буду максимально экономно расходовать Ци, меня хватит на целых четыре удара… Тем не менее, жизненная Ци Му’эра действительно очень плотная. Я думал, что наши запасы сил в области Пяти Элементов не будут сильно отличаться, но к моему удивлению…

Целитель засмеялся:

— К твоему удивлению, он — огромный котёл, а ты напротив него — бочка.

Старейшина вздохнул и качнул головой:

— Плотность его Ци в области Духовного Эмбриона в несколько раз выше моей, однако, такая разница в Пяти Элементах просто невозможна. В этой области у меня нету недостатков, но у него… их тоже нет. Ты и сам это заметил, но не сказал в слух.

— Он ведь уже проиграл тебе в навыке меча, зачем мне что-то говорить? Кстати, раньше ты сказал, что титул Императора Людей даёт лишь обязанности, а не выгоду, разве это не ложь? — улыбнулся целитель.

Лениво говоря, старейшина ответил:

— А какая с него выгода? Почему я о ней не знаю?

Глаза целителя блеснули:

— Я слышал некоторые легенды о Императорах Людей и их печати. У них есть связи со многими человеческими династиями, некоторые из которых существуют уже десятки тысяч лет. Императоры Людей основали священные земли, а их печать намного полезнее, чем нефритовая печать императора.

Старейшина равнодушно ответил:

— Этой сказке бог знает сколько лет, а Печать Императора Людей — не более, чем кусок железа. Кто будет ей повиноваться?

На лице целителя не угасала улыбка:

— Легенда гласит, что, использовав печать, можно получить контроль над всеми героями мира.

— Печать Императора Людей у Му’эра. Он может её достать и похвастаться на людях, посмотрим, сколько сект подчинятся его приказу. Повезёт, если парня не изобьют до смерти, — зевнул старейшина.

Возмутившись, целитель спросил:

— Ты ведь отлично понимал, что ставишь его в опасное положение. Зачем ты отдал ему печать?

Перестав лениться, старейшина торжественно ответил, а в его глазах блеснул свет меча:

— Эта ответственность одновременно является огромной ношей. Я не смог удержать её на своих плечах, из-за чего потерял конечности, однако, кто-то должен её нести, я не могу забрать её с собой в могилу! Некоторые вещи должны быть сделаны, какими бы опасными они ни были! — старик нервно вздохнул и продолжил. — Если что-то предпринимать, появляется шанс проигрыша или даже смерти, однако, в то же время появится надежда. Если не делать ничего, даже надежды не будет. Прежние Императоры Людей делали намного больше, чем ты можешь себе представить. Му’эр тоже не разочарует.

Целитель печально проговорил:

— Я просто боюсь, что Му’эр повторит твой путь. Разве он сможет тебя одолеть?

— Он не одолеет, — с долей гордости в голосе ответил старейшина, — он никогда не одолеет меня в бою используя Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Хоть этот навык и состоит из четырнадцати базовых движений, я смог довести его до идеала. Попытавшись добавить в него три движения, придуманных Имперским Наставником, он был вынужден внести некоторые изменения. Хорошая идея, но знания парня не столь обширны, как мои. Единственное нововведение создаст недостаток, и чем больше их сделать, тем больше недостатков получишь.

Целитель ошарашенно замер. Мрачно вздохнув, он с жалостью посмотрел на Цинь Му, носящегося по округе.

— Тем не менее, он может попросить меня о помощи, чтобы отполировать свой навык, — улыбнулся старейшина. — Чем больше изменений он сделает в Мече, Ступающем по Горам и Рекам, тем лучше начнёт понимать оружие. Чем глубже будет его понимание, тем больше шансов отступить от техник и навыков меча, приближаясь к Пути, появится. Если его понимание меча достигнет уровня Пути, количество доступных ему базовых движений потеряет смысл.

— Изучение и использование навыков меча — всего лишь вопрос техники, пользования предметом. Если он хочет пойти дальше, нужно придумывать что-то новое, именно этим сейчас и занимается Имперский Наставник. Чтобы сделать шаг вперёд, нужно покинуть техники и навыки, что и называется Путём, — старейшина продолжал. — В настоящее время Му’эр находится на грани между техникой и навыком. Для него будет намного лучше использовать мою помощь для полировки своего навыка меча, чем тренироваться, используя мои учения о мече.

Спустя некоторое время запас сил Цинь Му вернулся к своему максимальному значению, однако, он не спешил искать старейшину. Вместо этого, он тихо сел и погрузился в размышления. Он пытался улучшить свой навык, избавляясь от всех его недостатков. Его намерение было в том, чтобы внедрить три базовых движения Имперского Наставника, не оставив при этом никаких недостатков.

Он определённо не мог одолеть старейшину его собственными навыками, однако, улучшив их, мог получить хоть какой-то шанс.

Цинь Му усердно размышлял, движения меча в его уме запутались, прежде чем снова упорядочиться. Затем он мысленно представил себе картину боя со старейшиной деревни… Тем не менее, каждое сражение всё равно заканчивалось поражением. Мозг парня моделировал всевозможные варианты боя, однако, несмотря на все усилия, победа оставалась недостижимой.

Спустя некоторое время Цин Му воспрял духом и встал. В буря мыслей, он, наконец, смог одолеть старейшину новым навыком меча, отчего возбуждённо помчался к старику:

— Старейшина, ещё разок!

— Дерзай, — ответил тот.

Мчась навстречу, парень исполнял свой новый навык меча. Затем он подлетел в воздух, оставляя за собой след из крови, после чего врезался в курятник.

Более десяти куриц-драконов закукарекали, яростно нападая на агрессора. Парень немедленно взмыл в воздух, в то время как курицы начали махать крыльями, отправляясь вдогонку. Их перья были острые, будто мечи, а из клювов извергалось пламя.

Внезапно в воздухе появились горы и реки, накрывая собой куриц-драконов. Приняв на себя лишь один удар, голые птицы приземлились на землю. Их перья сыпались, будто дождь.

Цинь Му приземлился следом, ошеломлённо замирая. Курицы-драконы снова закукарекали, быстро возвращаясь в курятник, закрыв за собой дверь и не осмеливаясь даже выглянуть наружу.

— Куд-кудах! — строго проговорила старшая курица.

Парень махнул рукой, и на деревянной двери курятника появилось несколько следов от его мечей из Ци.

Птицы внутри впали в панику.

Юноша ошеломлённо посмотрел на свою руку. Когда он успел стать таким могущественным?

— Му’эр настолько упрям, он, наконец, смог одолеть цыплят! — похвалил одноногий.

Лицо Цинь Му слегка покраснело, но он продолжил концентрироваться на своих мыслях. Внезапно немой бросил ему пилюлю меча, размахивая руками:

— Аба! Аба! Ах, ах!

Юноша отблагодарил. Тот имел в виду, что он только что создал артефакт, и хочет, чтобы парень его опробовал.

Он крепко схватил пилюлю, направляя свою жизненную Ци внутрь. Из неё немедленно вылетели бесчисленные мечи из Ци, которые на самом деле были лучами, не состоящими из материи. Они могли сгибаться по его воле, будто Ци!

Сжав артефакт в руке, парень ударил вперёд. Лучи меча превратились в огромного дракона, с оглушающим рёвом промчавшегося по крохотной деревне. Юнец вскочил от шока, так же как и старейшина, который за тем злостно посмотрел на немого.

Цинь Му спрятал кулак, в его голове закипели мысли. Он чувствовал, как пилюля меча, которую он крепко держал в руке, начала таять. Схватив её понадёжнее, он превратил лучи меча в огромный кузнечный молот. Со всей силы стукнув им о землю, он создал в ней огромную дыру.

Затем Цинь Му подлетел в воздух, создавая свет ножа. Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря использовало свет, напоминающий войну с тысячей слоёв и висящее в небе солнце.

Навык ножа рассеялся, и лучи превратились в гигантскую кисть, которая носилась небом, рисуя водного дракона. Зверь взмыл в небеса, приняв форму огромного копья длиной в двенадцать метров. Схватив оружие в полёте, юноша ударил им вперёд.

Уголки глаз старейшины дрогнули от злости, пока он смотрел на немого с неприятным взглядом, поэтому тот медленно вернулся в кузницу, не осмеливаясь показывать своё лицо.

Копьё в воздухе исчезло, на его месте появились бесчисленные лучи мечей, сформировавшие горы и реки.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Цинь Му приземлился в удивлении и восторге. Пилюля меча, выкованная немым, ему понравилась. Вероятно, старик извлёк золотую Ци из загадочных железа и золота, позволяя изделию принимать любую форму!

Несмотря на то, что это была пилюля меча, она имела тысячи вариаций. Навыки кулака, меча и заклятия могли быть использованы в паре с ней без особых препятствий.

Навыки ковки немого были близкими к Пути!

Оставив пилюлю себе, юноша всё-таки не стал использовать её в бою со старейшиной. Немой высунул свою голову наружу, сделав жест, проводя пальцем по шее. Он имел в виду, что пилюля сможет запросто убить старейшину, пока тот будет находиться в области Пяти Элементов.

Старейшина впал в ярость, морщины на его лице задрожали. Если Цинь Му действительно использует пилюлю в бою, его сила значительно возрастёт, и победа над ним станет возможной.

Парень покачал головой:

— Немой дедушка, старейшина не использует оружия, поэтому я тоже не могу этого сделать. В противном случае моя победа не будет засчитана.

Старик закатил глаза, своим взглядом давая понять, что юнец безнадёжен.

Цинь Му продолжил концентрироваться на понимании и улучшении Меча, Ступающего по Горам и Рекам, однако, результат каждого столкновения со старейшиной оставался неизменным.

С каждым провалом приходили новые знания, позволяющая улучшить свой навык всё больше и больше. Но эффект был недостаточно сильным для победы.

Наконец, после очередного провала, Цинь Му обнаружил, что уже не в силах улучшать своё мастерство.

С его знаниями и опытом, улучшать навык было некуда.

На мгновение замерев, он внезапно всё осознал. Исполнив одно из движений навыка меча Заходящее Солнце под названием Закат на Реке Вздымающейся, его меч стал речной водой, в которую наполовину погрузилось красное солнце. Из звёзды вылетали бесчисленные лучи меча.

Повторив движение один или два раза, он смог освободить невероятную силу. Казалось, будто он провёл над полированием техники сотни лет!

В тот момент Цинь Му был убеждён, встав на колени перед старейшиной и исполнив ритуал принятия в ученики.

— Вставай, — улыбнулся старик. — Правил не слишком много, я быстро обучу тебя остальным движениям Рисунков Меча, и с твоими текущими знаниями, ты быстро всё освоишь… Немой, откуда у тебя смелость прийти сюда с поздравлениями?

Глава 244. Разрушить страну и погубить много людей

Все из деревни Цань Лао вышли, чтобы поздравить старейшину деревни с тем, что у него наконец появился преемник, и Цинь Му за то, что он унаследовал достояние старейшины, став нынешним Императором Людей, однако, старейшина и немой были недовольны, а Цинь Му был не очень счастлив, став так называемым “императором”.

Как закончилась вся эта суета, юноша продолжал изучать навыки меча у старейшины. Рисунки Меча — набор навыков меча, придуманных старейшиной, а не навыков меча Зала Императора Людей. Первая форма, Меч, Ступающий по Горам и Рекам, была самым сложным навыком меча, которую видел Цинь Му. Ещё сложнее, чем первая форма Меча Дао, Двойной Удар Переменчивых Инь и Янь.

Тем не менее, Меч, Ступающий по Горам и Рекам — самый простой навык меча в наборе Рисунков Меча. Вторая форма меча Императора-Основателя была в несколько раз сложнее Меча, Ступающего по Горам и Рекам, и ей было чрезвычайно трудно овладеть.

Когда Цинь Му впервые научился владеть Мечом, Ступающим по Горам и Рекам, он потратил на это более двенадцати дней. После испытаний Империи Вечного Мира, его понимание сути вещей расширилось. Он также получил учения от Дровосека и постиг технику Единства, которая затем слилась с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана. Из-за всего этого, его способности и понимание улучшились совсем немного. Но изучение Меча Императора-Основателя заняло у него более двадцати дней.

Только тогда он понял намерения старейшины деревни. Если бы они не соревновались Мечом, Ступающим по Горам и Рекам, ему потребовалось бы гораздо больше времени, чтобы узнать Меч Императора-Основателя. Возможно, ему потребовалось около полутора года, чтобы освоить это движение.

Старейшина поделился свей мудростью, чтобы Цинь Му смог выучить Меч Императора-Основателя всего за двадцать дней. Так как он был уже на полшага к навыку меча от техники меча, он мог научиться этому несмотря на всю чудовищную трудность.

Тем не менее, в третьей форме, Бедствия Высшего Императора достигли крайности техники и трансформации, которых мог достичь навык меча, так что это было не то, чем Цинь Му мог овладеть. Он мог запомнить движения, однако, если бы он хотел его выполнить, то должен был сначала понять суть. Но если говорить о сейчас, независимо от того, насколько сильно он сосредоточился на понимании, он не сможет полностью понять суть Бедствия Высшего Императора. Цинь Му был ограничен охватом своих знаний и опыта. С малым опытом и отсутствием знаний, его основа была недостаточно хороша, так что даже если старейшина попытается научить его, он не сможет научиться или использовать этот навык…

Парень мог только отбросить свои мысли об овладении им и сконцентрироваться на Мече Императора-Основателя.

“Меч Императора-Основателя море крови” — Цинь Му услышал, как молодой старейшина повторял эти фразы после того, как вышел из картины глухого в маленькой и пустой деревне Империи Вечного Мира. Тогда он ощутил нечто странное, сокрытое в навыке меча. Меч, Ступающий по Горам и Рекам, которому его обучил старейшина, имел скрытое очарование и состояние. Это было состояние героев, собирающихся убить богов и дьяволов, в то время как Меч Императора-Основателя имел состояние памяти мучеников.

Два состояния были разные, совсем не совпадающие. Из-за этого, даже при том, что Цинь Му выучил две формы меча, он всё ещё не мог понять кроющиеся за ними разные состояния.

Количество жизненной Ци, необходимой для Меча Императора-Основателя, было невероятным… Одно движение осушало почти половину его совершенствования. Если человек хотел выполнить данное движение, это было невозможно осуществить без достаточно плотной Ци.

— Старейшина, сколько движений в Рисунках Меча? — спросил Цинь Му.

— Всего восемь движений, — спокойно ответил старейшина.

— Всего восемь движений? Так мало? — поражённо переспросил юноша.

— Одно движение на каждую область. Вот почему есть только восемь движений, — прищурился старейшина.

Цинь Му отсчитывал пальцами… Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть, Божественный Мост. Независимо от того, как он считал, было только семь областей, так откуда взялось восьмое движение?

«Выше Божественного Моста — уровень богов! Может, восьмое движение старейшины — движение бога?» — его сердце неистово забилось.

Помимо расширения понимания навыков меча в последние дни, он соревновался со старейшиной и заимствовал давление, оказываемое на него, чтобы улучшить себя. Он пытался включить три основные формы меча Имперского Наставника в Меч Императора-Основателя. С существом подобным старейшине, направляющим его, он, естественно, совершенствовался быстрее. Навыки меча старика были близки к Пути и к нему самому, поэтому не имело значения, было ли четырнадцать или семнадцать форм. Тем не менее, для Цинь Му, добавление трёх форм меча Имперского Наставника может многократно увеличить силу его движения.

С течением времени его достижения в навыках меча быстро увеличивались. Цинь Му, казалось, что он вернулся в прошлое. Ежедневно тренируя кулаки со старым Ма, соревнуясь в навыках ножа с мясником, воруя друг у друга с одноногим, учась ковке с немым, изучая глаза бога со слепыми, совершенствуя медицину с целителем, рисуя с глухими и изучая портняжное дело с бабушкой. Несмотря на то, что он ложился спать измученный каждый день, это было очень приятно и интересно.

После возвращения в деревню Цань Лао из его путешествия, вещи, которым старый Ма, мясник и остальные учили его, были гораздо более глубокими. В прошлом они обучали его только техникам начального уровня, но теперь, когда горизонты Цинь Му расширились, они могли научить его более глубоким способностям. Из-за этого все старики в деревне были очень довольны.

— Дьявольское сердце бабушки опять шалит! — громко закричав, одноногий поднял в деревне переполох. — Слепой, подойди скорее! Старая Сы восстановила свой истинный облик, поэтому я не могу возложить на неё руки. Ты не видишь её, так что разберись с этой маленькой демоницей!

Цинь Му соревновался в мастерстве владения ножом с мясником, как вдруг, услышав шум, оглянулся. Он увидел женщину, выходящую из комнаты бабушки Сы. Увидев её, его сердце чуть не вырвалось из груди… он чувствовал, будто его безжалостно поразили невидимые стрелы.

Бабушка Сы показала свою истинную внешность и даже нарядилась как следует. Одежда на её теле больше не была старыми тряпками, которую она обычно носила, она была сшита из изысканного шёлка. Они идеально ей подходят, демонстрируя её хорошую фигуру. Её макияж был нанесён воистину виртуозно. С её яркими глазами и белыми зубами, лицо было слегка припудрено, как будто она хотела показать себя во всей красе. На левом запястье у неё был браслет из зелёного нефрита и жемчужные серьги в форме слёз, свисающих с её ушей. Когда она вышла, зима внезапно превратилась в весну и лето. Несмотря на то, что погода всё ещё была холодной, все в деревне чувствовали тепло цветущего лета. Она вышла, как богиня, спускающаяся из рая в мир смертных, ошеломляя всех местных.

Целитель почувствовал себя неполноценным и закрыл лицо от стыда, чтобы ретироваться. Глухой опустил кисть на стол и поспешно достал бронзовое зеркало, чтобы привести себя в порядок. Немой в спешке побежал к котлу воды, чтобы вымыть лицо, в то время как старый Ма скандировал имена Будды, чтобы подавить дьявольское сердце. Мясник использовал свой нож для убоя свиней, чтобы побрить свою любимую бороду, а одноногий просто закрыл глаза и крикнул, чтобы слепой подошёл.

— Слепой, слепой! — взволнованно кричал старейшина.

Слепой подошёл к бабушке Сы с бамбуковой тростью и спокойно спросил:

— Ты Владыка Культа Ли или бабушка Сы?

— Конечно, она Владыка Культа Ли, этот извращенец! Бабушка Сы больше не может его подавлять! Ты один не видишь её истинную внешность, так что ты должен подавить Владыку Культа Ли! — сердито проговорил одноногий.

Изо рта кокетливо улыбающейся бабушки Сы сорвался грубый и старый голос:

— Моя жена больше не может справиться со мной, и теперь она подавлена. Посмотри на меня, разве я не прекрасна? Когда я женился на ней, я понял, что не подхожу для такой красотки, как она. И это был не только я, никто из вонючих мужчин в этом мире не был готов быть с ней! Тем не менее, я всё же решил жениться на ней, и я знал, что она готова выйти за меня замуж, так как я был её хозяином. Она не смогла устоять. Я знал, что она готовится убить меня в ночь, когда мы завершим наш брак, но я был готов позволить ей убить меня. Это было потому, что…

Она подняла запястье и осмотрела свою безупречно белую кожу, которая была белее и изысканнее тонкого белого сального нефрита. Даже безупречный браслет служил лишь опорой, непригодной для этого запястья.

— Это было потому, что я слишком завидовал ей. Я не хотел жениться на ней, я хотел стать ею. После того, как она убила меня, и я стал ею, разве я не получил бы лучшее из обоих миров? — прикрыв рот, захихикал Владыка Культа Ли.

Слепой подошёл с тростью. Несмотря на то, что женщина перед ним была чрезвычайно красива, она не имела никакого влияния над слепым, поэтому тут неторопливо сказал:

— Владыка Культа Ли, ты слишком много на себя берёшь. Ты забыл, что когда-то был мужчиной?

— Чтобы быть вонючим мужчиной? Чёрт побери, слепой. Твои глаза и сердце слепы, ты вообще не знаешь, что значит быть женщиной. Не преграждай мне путь, ты не можешь противостоять мне в одиночку. Я ухожу, я проживу ещё одну жизнь как женщина! — с безупречным телом, посмотрев на слепого, сказал Владыка Культа Ли.

Цинь Му плотно закрыл глаза, чтобы не смотреть на её красоту, но он мог сопротивляться, открыв глаза почти сразу:

— Владыка Культа Ли, ты болен! Я как Владыка и священный учитель Небесного Святого Культа, презираю тебя, как человека!

— Хорошо сказано, Му’эр, — подперевшись бамбуковой тростью, улыбнулся слепой.

Владыка Культа Ли бросил взгляд на Цинь Му, который мгновенно почувствовал пустоту в своём разуме. В голове парня больше не было мыслей, кроме тех, что женщина напротив действительно красива.

— Скажешь ещё хоть слово, и я убью тебя, чтобы снова стать священным Владыкой культа, — сжимая пальцы в форме орхидеи, смеялся Владыка Культа Ли.

Сердце Цинь Му яростно забилось. Он чувствовал, что, если бы такая красивая женщина захотела его жизни, он был бы готов отдать её.

«Нет, нет! Она бабуля… Фу, фу, это же Владыка Культа Ли, проклятый старик! Фу, фу, да даже если бы это была бабуля — это неправильно, она ведь вырастила меня!» — холодный пот скатился по лбу парня, дьявольское сердце почти захватило его сердце, и он поспешно закрыл глаза.

Владыка Культа Ли подошёл к окраине деревни. Дьявольская Ци вокруг его тела начала становиться всё тяжелее, а дьявольская сущность всё сильнее и могущественнее. На дороге перед женщиной стоял слепой с бамбуковой тростью. Два человека сделали свои движения почти одновременно. Среди искр и пламени, исход был решён в одно мгновение. Энергия хлынула во всех направлениях, и многочисленные сокровища, которые лежали вокруг деревни, были активированы ужасающей ударной волной от столкновения двух мастеров. Блестящий свет вспыхнул, и ужасающие пульсации разлетелись во все облака на небе!

— Слепой, техника моей жены слишком слаба, иначе я бы не уступил тебе и определённо одержал верх… — падая, Владыка Культа Ли схватился за грудь.

— Мы никогда раньше не обменивались ударами, так откуда ты знаешь, что будешь сильнее меня? — равнодушно ответил слепой, держась за бамбуковую трость.

Цинь Му ворвался в комнату бабушки Сы, после чего принёс человеческую кожу и старую одежду, чтобы прикрыть Владыку Культа Ли. Старик снова превратился в старуху и закричал:

— Я не хочу быть таким! Я самая красивая женщина в мире, я не хочу быть таким уродом! Я хочу носить самые красивые одежды и быть самой красивой женщиной!

Старый Ма торопился и скандировал имена Будды, чтобы подавить дьявольскую сущность, полностью подавляя Владыку Культа Ли. Через некоторое время бабушка Сы пришла в себя и поблагодарила Ма.

Целитель немедленно вышел вперёд, чтобы проверить её травмы. После лечения он сказал:

— Слепой, ты слишком суров. Му’эр, ты быстрее меня в готовке пилюль, так что ты должен их приготовлением.

Цинь Му утвердительно кивнул и тут же приготовил нужные духовные пилюли.

— У меня не было выбора, кроме как быть жестоким. Совершенствование бабушки Сы улучшается слишком быстро, она почти в области Жизни и Смерти. Изначальный дух Владыки Культа Ли, должно быть, слился с ней. Кроме того, техника Единства Владыки Культа Ли слишком сильна, — вздохнул слепой.

Бабушка Сы встала и съела духовные таблетки, которые принёс Цинь Му:

— Я в порядке, сейчас уже намного лучше.

— Старая Сы, хорошо, что ты оказалась в деревне. Если бы ты была снаружи и Владыка Культа Ли забрал твоё тело, боюсь, ты бы разрушила страну и погубила много людей. Его дьявольская сущность чрезвычайно сильна, так что вполне нормально, что он принесёт большие проблемы в этот мир. Даже император не сможет сдержать тебя, и вся Империя Вечного Мира будет разрушена руками Владыки Культа Ли, — покачав головой, сказал старейшина деревни.

— Твоё дьявольское сердце становится всё сильнее, так что затягивать с этим больше не вариант. Мои буддийские навыки не так глубоки, как у старого Жулая, так что, возможно, он поможет тебе подавить Владыку Культа Ли. Почему бы тебе не съездить в Монастырь Великого Громового Удара? — добавил старый Ма.

Мясник коснулся своего лица и обнаружил кровь на своих руках. Он слишком быстро сбрил бороду и порезал лицо ножом для убоя свиней. Тем не менее, в то время он был слишком увлечён красотой бабушки Сы, поэтому ничего не чувствовал. Только когда бабушка Сы снова надела кожу старухи, он понял, что произошло, и сказал в спешке:

— Нельзя терять времени, будет лучше если старая Сы отправится прямо сейчас! Чем дольше ты будешь медлить, тем опаснее!

— Мы отправимся в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы попросить старого Жулая подавить дьявольскую сущность Сы, а не искоренять это место, поэтому для путешествия не понадобится слишком много людей, — прокашлявшись и проговорив это, старейшина продолжил. — Ма знает дорогу туда, поэтому он должен идти, а слепой может игнорировать внешний её вид, поэтому ему тоже нужно идти. Му’эр умён и изучал технику создания Небесного Дьявола, поэтому он тоже может помочь, не говоря уже о его искусстве исцеления. Вы трое должны сопровождать Сы в Монастырь Великого Громового Удара. Помните, никогда не позволяйте Владыке Культа Ли убежать, иначе мир погрязнет в хаосе!

Глава 245. Небесный Король Морского Подавления

Цинь Му, старый Ма и слепой кивнули в знак согласия. Несмотря на то, что бабушка Сы была красива, она не использовала свою красоту в качестве оружия. Напротив, она знала, что её красота слишком влиятельна, и взяла на себя инициативу прикрыться, наряжаясь некрасиво при встрече с людьми. Однако Владыка Культа Ли был другим…

Сердце предыдущего Владыки Небесного Дьявольского Культа было испорчено. Он слишком любил Сы и завидовал её красоте, поэтому хотел стать ею. Кроме того, у него было иное понимание Великих Небесных Дьявольских Рукописей, чем у Цинь Му. Несмотря на то, что юноша получил ту же самую книгу, те же учения Дровосека, постиг ту же технику Единства, его с ранних лет растили и воспитывали деревенские старики. Он стоял на своём, даже несмотря на то, что его действия могли быть немного непокорными.

Техника Единства Цинь Му включала технику Трёх Эликсиров Тела Тирана в качестве основы, которая была полностью ортодоксальной. Многие заклятия и божественные искусства, которые большинство людей определённо назовут дьявольскими, были исполнены им во благо, праведно. Но техника Единства Владыки Культа Ли была довольно злой и производила впечатление пути дьявола. Также предыдущий Владыка не “могла” допустить, чтобы у кого-то был повод отозваться о “её” внешности не лестно, поэтому “она” всегда одевалась красиво, выставляя напоказ свою красоту, тем самым заставляя всех живых существ страдать. Старика совершенно ничего не волновало, кроме своих целей.

Цинь Му вернулся в комнату бабушки Сы и забрал все звериные шкуры, которые она собрала. Он положил их в мешок таоте на случай непредвиденных ситуаций. Старый Ма и слепой также упаковали свой багаж. Багаж слепого был прост: бамбуковая трость и медный восьмиконечный символ, висевший на гадательном флажке. Ма, напротив, взял памятные таблички жены и детей. Поцеловав их, он аккуратно положил их в дорожный узелок. Его одеждой служила зелёная буддистская мантия, отчего сам он был похож на странствующего монаха, которому пришлось пережить множество лишений и трудностей.

Сердце Дао бабушки Сы всё ещё было немного неустойчиво, отчего она часто капризничала. Старый Ма мог помочь ей подавить Владыку Культа Ли, слепой же был там на случай, если подавления будет недостаточно. Он ранит предыдущего Владыку, тогда Цинь Му уже будет отвечать за лечение “старухи”.

— Мне по-прежнему нужно, чтобы вы, ребята, защищали меня, и даже Му’эр должен помочь. Тем не менее, поскольку я была предыдущей Святейшей дьявольского культа, протянет ли мне старый Жулай, а по сути, Будда, руку помощи? — выходя из деревни, смеялась над собой бабушка Сы.

— Старый Жулай поможет тебе. Предыдущий Владыка Небесного Дьявольского Культа одного с ним статусного старшинства. Старый Жулай получает выгоду от подчинения дьяволов, а подчинения такого великого дьявола, как Владыка Культа Ли, может помочь ему в его совершенствовании. Кроме того, Будды отдают свою жизнь, чтобы подчинять и подавлять дьяволов, для них это обычное дело, — без эмоций на лице равнодушно ответил старый Ма.

— Я боюсь, что, когда они подчинят Владыку Культа Ли, они покорят и бабулю, — взволнованно проговорил Цинь Му.

— Старый Жулай не такой, — покачав головой, старый Ма добавил. — У него есть свои принципы, зиждущиеся на его пути, практиках. Обладая таким развитием, он даже задумываться о подобном не станет, его действия никогда не будут противоречить его же принципам.

Цинь Му невольно заинтересовался. Старый Ма был на ножах со старым Жулаем, но, если исходить из его слов, он по-прежнему очень уважал старика. И причиной такого уважения было не то, что Жулай был учителем Ма. Должно быть что-то в этом старом монахе, что заставляло людей уважать его.

— Я сомневаюсь в способностях старого Жулая. Хватит ли ему способностей, чтобы подавить Владыку Культа Ли? Старый дьявол когда-то был равен ему, — подняв голову, проговорил слепой. После этого никто ничего не сказал.

Среди трёх священных обителей боевого мира были секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Небесный Дьявольский Культ. Ли, как предыдущий Владыка Дьявольского Культа, был главной фигурой в боевом мире и стоял наравне со старым Жулаем. Поэтому, если последний хотел уточнить его, это было бы довольно сложно.

— Монастырь Великого Громового Удара находится на границе Великих Руин и Империи Вечного Мира, — заговорил старый Ма. — Легенда гласит, что горный хребет Разрушенный Богом был создан специально, создавая естественную пропасть между Великими Руинами и Вечным Миром. Монастырь Великого Громового Удара тоже знает о подобной легенде, но в их варианте есть кое-что ещё. Когда бог ударил, и его атака приблизилась к Горе Сумеру, на горе сидели монахи. Они заполнили всю гору и поклялись умереть и жить с ней. Бог увидел их искренность и оставил эту гору. Все остальные горные хребты были расчленены, и только Гора Сумеру была спасена от повреждений.

— Я чувствую, что был кто-то важный на Горе Сумеру, иначе богу было бы наплевать на жизнь монахов на горе, — улыбнулся слепой.

Гора Сумеру лежала на границе Великих Руин и Империи Вечного Мира. Одна сторона была империей, а другая — Великими Руинами. Священная гора была довольно далеко от Вечной Границы и Секретных Водяных Проходов. Тем не менее, не очень далеко от Перевала Цинмэнь, что на северной границе. Это было всего лишь путешествие в четыре-пять тысяч километров. Расстояние от деревни Цань Лао до Горы Сумеру составляло тридцать тысяч километров. Цинь Му был намного медленнее, чем бабушка Сы, старый Ма и слепой, поэтому им пришлось потратить шесть-семь дней, чтобы добраться туда.

Ночи в Великих Руинах были чрезвычайно опасны, поэтому они могли только путешествовать в дневное время, из-за чего это заняло немного больше времени. Если бы они летели по воздуху, то могли бы достичь этого места за два дня, но совершенствование Цинь Му было недостаточно хорошим для этого. Если бы они бежали в полную силу, им пришлось бы останавливаться, чтобы отдохнуть и восстановить свою жизненную Ци, каждые сто километров, поэтому лучше путешествовать по земле.

Цинь Му использовал цилиня в качестве транспорта. Зверь едва мог сравниться со скоростью старого Ма и остальных, так что им не пришлось замедляться из-за него. Когда наступил первый вечер, они достигли древнего, пустынного и необитаемого храма. Внутри находились какие-то странные звери, но они игнорировали их, продолжая лениво лежать рядом со статуей небесного короля.

— Му’эр, подойди и прояви уважение, — слепой достал несколько палочек благовоний и помахал.

Два человека, молодой и старый, немедленно подошли к лицевой стороне статуи небесного короля и воткнули пару палочек благовоний в сломанную курильницу, после чего сделали три шага назад и начали в один голос молиться:

— Этот младший из деревни Цань Лао, которая находится недалеко от реки. Я случайно наткнулся на этот храм и решил дать моим ногам передохнуть здесь. Если я потревожил владельца этой земли, я глубоко сожалею. С самого детства у этого младшего были слабые почки и хрупкое тело. Мой изначальный Ян давно рассеялся…

—Уф! — застонав, бабушка Сы в гневе добавила. — Слепой, ты учишь Му’эра плохому.

— Старая Сы, может ты и не боишься, что на тебя покусятся, но мы боимся. Если ты не веришь, можешь спросить Му’эр, сработали ли молитвы, которым я его учил, — смеялся слепой.

— Они работают. Когда Сянь Цин’эр услышала мои молитвы, она не покусилась на меня, — кивнул несколько раз Цинь Му.

Бабушка Сы не знала, смеяться ей или плакать. Она позвала паренька:

— Подойди и помоги мне с готовкой, — а когда тот подошёл, добавила шёпотом. — Слепой полон плохих идей, не всегда учись у него.

Когда наступила ночь, окрестности храма небесного короля погрузились в тишину. Если, конечно, не учитывать храп цилиня, того было сложно не услышать.

Старый Ма сидел ровно, как Будда, в то время как спящий слепой, прислонившись к стене, с опущенной головой опирался на бамбуковую трость. В отличие от них Цинь Му использовал сушёную траву для приготовления двух кроватей, а бабушка Сы спала рядом с ним. Глубокой ночью внезапно снаружи раздался стук гонгов и барабанов. Все в храме сразу же насторожились, и Цинь Му сел, чтобы осмотреться, но увидел только темноту. Свечи в храме всё ещё излучали тусклый свет, но удары гонгов и барабанов были очень чёткими, становясь всё ближе и ближе. Слепой и старый Ма сразу же подошли к Цинь Му и бабушке Сы. Ма жестом попросил их молчать.

Биение гонгов и барабанов становилось всё ближе, пока не достигло передней части храма. Затем раздалось несколько гулких голосов:

— Тишина!

— Вызов!

Несколько статуй бога в изношенных доспехах вошли в храм. Несмотря на то, что каменные статуи были полуразрушены, они до жути напоминали живых богов. Цинь Му даже чувствовал запах гнили от них. Статуи выглядели величественно, в то время как позади них в идеальной манере построилось сто белых скелетов, держащих сломанное оружие. Несколько солдат держали в костлявых руках гонги и барабаны, а несколько других несли знамёна со словами “тишина” и “вызов”. Каменные статуи вошли в храм, а белые скелеты остались снаружи.

Наблюдая за столь абсурдным зрелищем, Цинь Му уставился с широко раскрытыми глазами. Между тем цилинь, явно только что проснувшийся, сонно и безучастно зевал. Как вдруг одна из статуй бога по-человечески заговорила, обращаясь к статуе бога небесного короля в храме:

— Докладываю Небесному Королю Морского Подавления, Король Восточных Морских Драконов Ао Чжэнь использует стихийное бедствие для восстания. Его Величество послал мне приказ из деревни Беззаботной выйти и помочь Небесному Королю Морского Подавления убить мятежника!

Цилинь лежал под ногами статуи бога небесного короля, правда всё ещё безучастный и явно непонимающий, что вообще происходит вокруг.

В этот момент высокая и крепкая статуя бога небесного короля двинулась. Восемь флагов за ним развевались, и каменная статуя задрожала, прежде чем встать. С внушающим благоговение авторитетом он крикнул:

— Двадцать тысяч лет эта катастрофа преследует нас, и он всё ещё смеет бунтовать! Принесите мне мой меч!

Громкий звук меча, выходящего из ножен, донёсся из храма небесного короля. Клинок Полумесяц Зелёного Дракона, длина которого составляла около тридцати метров, со свистом вырвался из грязи позади храма. Статуя бога небесного короля ухватилась рукой за клинок, отчего тот из-за резкой остановки задребезжал.

— Где мой конь? — кричала статуя бога небесного короля.

Цилинь, наконец, пришёл в себя, как вдруг почувствовал, что статуя бога небесного короля уселась на него. Зверь неконтролируемо взлетел и вылетел из храма. Дракономордый был неописуемо потрясён, когда услышал гулкий голос статуи бога небесного короля, доносящийся из-за его спины:

— Вы, ребята, останетесь охранять это место, я вернусь после того, как убью его!

После того, как приказ был отдан, цилинь против своей воли превратился в след пламени и исчез в темноте, неся статую бога небесного короля. Вместо того, чтобы сказать, что он нёс эту статую бога, наверно, будет точнее сказать, что статуя бога небесного короля управляла им, поскольку он сам не мог бы этого сделать.

В храме Цинь Му, бабушка Сы, слепой и старый Ма были ошарашены и не могли произнести ни слова в течение долгого времени. Позже они с тревогой переглянулись. Трудно сказать, сколько времени прошло, но они считали, что рассвет уже приближается. В этот момент в воздухе раздался рёв дракона, после чего послышалось гулкое грохотание, как вдруг с кромешно-чёрного ночного неба во двор храма небесного короля упала голова дракона, прокрутившись два раза.

Цинь Му пошёл посмотреть, голова была вылеплена из камня, а значит не являлась головой настоящего дракона. Рёв драконов послышался ещё несколько раз, после чего статуя бога небесного короля прилетела обратно на цилине. Она спрыгнула, села на платформу лотоса в храме и, положив Клинок Полумесяца Зелёного Дракона рядом, сказала:

— Вы, ребята, можете доложить Его Величеству, что, к счастью, генерал смог выполнить миссию и отрубил голову повстанцу.

Как только каменные статуи получили приказ, они развернулись и ушли во тьму, вместе с армией белых скелетов. Когда они исчезли в темноте, биение гонгов и барабанов также постепенно исчезло. Через некоторое время послышался крик петухов, и тьма отступила вдаль. Солнце взошло на небо и осветило храм небесного короля.

Цинь Му покачал головой. Эта ночь была похожа на очень странный сон. Он посмотрел на цилиня, который всё ещё пребывал в оцепенении, и сразу спросил:

— Жирный Дракон, как ты?

— Мне приснился страшный сон! — выпалил ошарашенный зверь, после чего, уже более спокойно, добавил. — Мне приснилось, что я нёс бога-короля, который испускал славное пламя. Мы прорубили себе путь на поле битвы над ревущим морем, когда бесчисленные божественные драконы напали на меня. Тем не менее, все они были убиты клинком бога-короля на моей спине. Я унёс его в море, и мы прорубили себе путь через кучу богов драконов и отрубили голову одному из королей драконов, а затем ушли, забрав его голову. Этот сон был таким реальным…

Цинь Му посмотрел на слепого и Ма, прежде чем мягко спросить:

— Слепой, ты думаешь, то, что произошло вчера вечером, было реальным?

Слепой и старый Ма покачали головами:

— Разве кто-нибудь вообще может сказать что-то наверняка, когда речь заходит о происходящем в Великих Руинах? Поспешим, нам нужно к Монастырю Великого Громового Удара, сейчас это важнее всего.

Цинь Му в оцепенении смотрел на статую бога небесного короля, чувствуя что-то ненормальное во всём этом. Он вышел вперёд и протянул руку, чтобы прикоснуться к ней, но статуя была ледяной и не из плоти и крови.

«Его Величество посылал свои приказы из деревни Беззаботной… Где именно она находится?» — с серьёзным выражением лица размышлял Цинь Му.

Глава 246. Вымысел или реальность

Цинь Му посмотрел на Клинок Полумесяца Зелёного Дракона в руках статуи бога небесного короля и заметил, что тот был реальным, а не каменным. Когда они только-только вошли в храм, он осмотрел всё вокруг, поэтому ясно помнил, что в руках статуи бога небесного короля не было никакого клинка, не говоря уже о таком огромном, как Клинок Полумесяца Зелёного Дракона. Что было ещё более удивительно, на клинке были пятна крови.

Юноша протянул руку, чтобы проверить, действительно ли это была свежая кровь, слепой тростью отбил его руку, отодвинув в сторону, и с улыбкой на лице сказал:

— Му’эр, не будь таким любопытным, иначе поплатишься.

Парень испугался и вдруг вспомнил, с чем он и старейшина деревни столкнулись, когда шли в темноте. Капля дьявольской крови заставила все растения в радиусе ста метров мгновенно засохнуть. Окажись кровь на Клинке Полумесяца Зелёного Дракона настоящей, то странные вещи, которые произошли прошлой ночью, также были бы реальными. Это означало бы, что статуя бога небесного короля действительно убила Короля Восточных Морских Драконов, а кровь на клинке была кровью последнего.

— Божественные клинки экстрасенсорные, не провоцируй их зазря, — как будто читая мысли Цинь Му, тихо сказал слепой.

— Я не одноногий и не совершу такого возмутительного поступка, как кража божественного клинка небесного короля. Я только хочу взять кровь с лезвия. Это кровь короля божественных драконов, так что её, вероятно, можно использовать для приготовления лекарств, — с улыбкой на лице промолвил юноша.

— Му’эр, а ты не так глуп, — похвалил его слепой.

Парень достал нефритовую бутылку и осторожно извлёк каплю крови короля драконов с Клинка Полумесяца Зелёного Дракона в бутылку, после чего тут же плотно закрыл её.

Во дворе храма небесного короля огромная голова дракона, сделанная из камня, проделала огромную яму в земле. На осколках было несколько пятен крови, которые светились ярко-красным.

Цинь Му принёс коробку и превратил свою жизненную Ци в Ци меча, после чего аккуратно использовал её, чтобы соскрести пятна крови в коробку. Когда он подошёл к шее головы, то увидел, что та была отрезана очень ровно. Казалось, что она был отделена от своего тела невероятно острым ножом.

Из поперечного сечения Цинь Му мог легко представить, насколько острым и быстрым был тот нож… И даже при том, что голова дракона была каменной, он по-прежнему чувствовал обильное и несравненное намерения ножа, область ножа!

«Если бы я сидел здесь и наблюдал за головой дракона, то мог бы постичь чрезвычайно властный навык ножа, который не уступал бы навыку ножа для убоя свиней мясника. Однако времени нет, надо торопиться», — юноша чувствовал сожаление. Если бы ему удалось постичь область бога, содержащуюся в навыке ножа, намерении ножа и области ножа, только одна лишь аура могла бы напугать кучу людей до смерти.

— Му’эр, пора уходить! — поторапливал старый Ма.

Цинь Му догнал остальных и позвал цилиня, чтобы забраться на него. Всю ночь зверь использовался небесным королём, как конь, так что его тело было слабым и сильно болело. В тот момент, когда юноша прыгнул на него, он завизжал, как свинья на свинобойне.

Парень немедленно спрыгнул, и цилинь сказал:

— Я, должно быть, теперь одержим, из-за того, что был осёдлан каменной статуей всю ночь. Старейшина слепой, Вы мастер гаданий, может Вы также проведёте обряд экзорцизма?

— Я не профессионал в этой области, я практикую гадание и экзорцизм лишь время от времени. Я не могу изгнать из тебя демона, но тебе не стоит волноваться, тебе станет лучше после ночного отдыха, — покачав головой, ответил слепой.

Цилинь был убеждён лишь наполовину.

Пройдя несколько тысяч километров на север, они постоянно спускались. Цинь Му повернул голову назад и увидел, что они спустились с нескольких горных хребтов, что оставило его в недоумении.

— Это место похоже на бассейн, очень большой бассейн с огромными горами вокруг. Но, по правде говоря, это равнины, с которых мы пришли, — заметила бабушка Сы.

Все осмотрелись вокруг, разглядывая величественные горы, густые леса, овраги и пропасти по всему бассейну. Всё здесь сильно отличалась от мест в Великих Руинах. Бассейн был чрезвычайно обширен, и когда Цинь Му с остальными прошли мимо предгорья, они увидели несколько красных кораллов. Выглядя как рубины, они были очень завораживающими.

Бабушка Сы сорвала красный коралл, планируя превратить его в шпильку, когда на них внезапно выскочил странный зверь. Он выглядел как огромный лобстер, но его тело было три метра в длину, имело восемь ног, а также клешни, на которых тот продолжал качаться.

— А вот и наш обед! — в приподнятом настроении сказал слепой.

Во время обеда Цинь Му поджарил странного зверя, и его аромат поразил их всех. Жир вытекал из золотисто-жёлтого печени, повышая аппетит каждого. Старый Ма долго постился, поэтому на этот раз отвёл душу, оставляя на земле только раковину лобстера.

— Почему странный зверь был здесь? Здесь поблизости даже нет воды, — в недоумении спросил Цинь Му. Как вдруг издали послышалось мычание коров, после которого затрясся весь лес. Парочка рыбных монстров учуяли аромат и вышли из леса. У них была похожая на рыбью двадцатиметровая в длину верхняя часть тела, в то время как их нижняя половина имела шесть крепких ног. И эта группа странных зверей мычала, как коровы. Паренёк посмотрел в сторону шума и увидел рыбьих монстров, бегущих, как будто они летели. Их ноги, казалось, эволюционировали от их плавников и имели огромные чешуйки, которые были несравнимо твёрдыми. Когда они шагали, тысячи чешуек были, как зеркала, отражающие сияющий солнечный свет.

— Нет необходимости в убийстве этих монстров, мы уже поели, — выпустив свою ауру, старый Ма отпугнул монстров. Его аура была удивительной. Она не только отпугнула коровоподобных рыбьих монстров, но и птиц в лесу.

Когда Цинь Му поднял голову, то увидел улетающий вдаль рой рыб, у которых выросли крылья. Он открыл Зелёные Глаза Небес, чтобы посмотреть, и увидел чёрные фигуры, движущиеся на горных вершинах очень далеко. Пара огромных осьминогов с восемью щупальцами сжали свои огромные головы и отступили на свою территорию, не решаясь их спровоцировать. Один из осьминогов испугался настолько, что выбросил клубы чёрного дыма, окутавшие территорию в семь гектаров, превратив воздух в кромешную тьму.

Четверо продолжили свой путь и встретили несколько рыбоголовых рыбаков с охотничьими вилами в руках.

— Что за странное место такое? — спросил слепой.

Цинь Му жил в Великих Руинах с самого детства, поэтому видел только таких странных живых существ и искренне верил, что бегающие повсюду рыбы и креветки должны быть именно такими. Конечно, в самом начале он был немного удивлён, но не принял это близко к сердцу. Тем не менее, слепой с бабушкой Сы не всегда жили там и знали, какие рыбы и креветки на самом деле, поэтому им, собственно, происходящее и показалось странным.

— Это место должно было быть огромным морем с магическими созданиями. Как только море исчезло, всей местной живности пришлось выбраться на сушу и адаптироваться к новой окружающей среде. Тем не менее, не слишком ли это для адаптации?.. — оглядевшись вокруг, пробормотала бабушка Сы.

Слепой также чувствовал, что это подозрительно, но цилинь был первым, кто заговорил:

— Кажется, я был здесь…

— Вы с Патриархом приходили сюда раньше? — задумчиво улыбаясь, спросил Цинь Му.

— Нет. Я имел в виду, что бог ездил на мне здесь прошлой ночью, — покачав головой, ответил зверь.

Через какое-то время они увидели деревню, полную отвергнутых людей из Великих Руин. Они все выглядели так, как будто не знали, что делать дальше.

Цинь Му подошёл, чтобы поговорить с ними, и рядом стоящий старец сказал:

— Бесчисленные храмы короля драконов в радиусе сотен километров были разрушены прошлой ночью. Многим королям драконов, которым поклонялись в храмах, отрезали головы! Мы обычно ходим в храмы драконов, чтобы дать свои подношения и молиться за общее благополучие, но теперь, когда они все уничтожены, мы не знаем, что должны предпринять…

Юноша был сильно шокирован и немедленно попросил рассказать поподробнее.

— Вчера ночью поднялся сильный шторм. Все деревенские проснулись и вышли из домов, увидев вокруг непроглядную темноту и струящуюся над домами воду. Но вода просто плыла над нами, она не приземлялась, — добавил старик.

— Вода плыла над вами? — ошеломлённо переспросил Цинь Му.

— Звук волн был очень громким, и из воды сверху исходил свет. Многие даже видели драконов! Казалось, словно в небе зависло огромное море, а внутри происходила настоящая бойня. Все это время били разряды молний, которые прекратились только с первыми рассветными лучами. После рассвета вода в небе тоже исчезла. Только деревья выглядели так, будто всю ночь шёл дождь. Затем мы обнаружили, что довольно много храмов было разрушено, и люди, которые в них живут, сказали, что видели улетающие каменные статуи божественных драконов.

— Каменные статуи божественных драконов? — с широко открытыми глазами переспросил парень.

— Монах, живущий в долине Божественного Дракона, говорит, что видел небесного короля, несущего клинок верхом на пухлом монстре. Он ворвался и убил божественного короля дракона в долине, после чего ушёл с отрубленной головой…

После того, как Цинь Му собрал информацию, он вернулся, чтобы рассказать слепому, старому Ма и бабушке Сы. Все они с тревогой переглянулись. Произошедшее действительно было слишком странным. То, что произошло вчера ночью, казалось реальным, но также вымышленным… всякие каменные статуи, вручающие указы в темноте, статуя бога небесного короля, владеющая клинком, убивающая королей драконов, и цилинь, играющий роль коня в течение всей ночи. Отвергнутые Великих Руин даже говорили о море, висящем в небе, и о том, что головы королей драконов и бога дракона были отсечены. Если связать все эти происшествия вместе, тогда то, что произошло прошлой ночью, должно быть реальным.

— Та каменная статуя, что вчера вечером раздавала указы, сказала, что Его Величество послал свой указ из деревни Беззаботной. Главная проблема здесь, — древний голос сорвался с уст бабушки Сы. — Я думаю…

— Амитабха! — старый Ма превратился в огромного Будду, чтобы подавить сердце бабушки Сы. С другой стороны, слепой сделал шаг, чтобы связать бабушку Сы. Они оба нервничали, но в конце концов подавили дьявольскую сущность Сы.

— Пойдём, пойдём. Мы должны добраться до Монастыря Великого Громового Удара, как можно скорее, чтобы предотвратить появление Владыки Культа Ли! — вытерев холодный пот со лба, сказал Цинь Му.

Когда они поспешили вперёд, то вскоре увидели долину Божественного Дракона. Вокруг огромного озера было бесчисленное множество скульптур божественных драконов, а в центре — скульптура короля драконов.

Многие из статуй божественного дракона рухнули, и все, казалось, были разорваны одним ударом, от которого они упали на землю. Скульптура божественного короля драконов в центре озера также стояла с отрубленной шеей, но её головы нигде не было видно.

— Боже мой… — приходя в себя, бабушка Сы начала ворчать из-за увиденного. — Данная часть Великих Руин настолько таинственна. Являются ли эти каменные статуи просто статуями богов или они превратили в живых богов? Я действительно не понимаю…

— Амитабха! — вокруг старого Ма вспыхнули яркие буддистские лучи. Из места меж его бровей вылетел монах в белом и мгновенно приземлился меж бровей бабушки Сы, подавляя её.

— Нет времени медлить, я не смогу подавлять его больше! Дух Владыки Культа Ли с невероятной скоростью сливается с старой Сы, её развитие уже прорвалась в область Жизни и Смерти! Если мы ещё немного задержимся, боюсь, пройдёт совсем немного времени, и Владыка Культа Ли, наконец, сможет захватить гнездо и стать владельцем этого тела! — с мрачным лицом сказал старикашка Ма.

— Как долго ты сможешь его подавлять? — взволнованно спросил слепой.

— Пока ещё я могу подавлять его, однако, если я приложу больше усилий, разум Сы может пострадать, — качая головой, ответил Ма.

— Тогда поспешим! — решительно крикнул слепой.

Глава 247. Двадцать Небес

Цинь Му, старый Ма и остальные передвигались всё быстрее. Однако, постоянно подавляя сердце бабушки Сы, старый Ма постепенно уставал и вскоре был вынужден замедлиться.

Владыка Культа Ли быстро рос, отчего совершенствование Сы становилось всё сильнее. В то же время Ма не осмеливался использовать свою полную силу, чтобы не навредить “старухе”. Из-за этого путешествие было не слишком спокойным.

Бабушка Сы возвращалась к сознанию всё реже и реже, Ли Тяньсин всё больше времени контролировал её тело. Цинь Му не мог успокоиться, наблюдая за происходящим, однако он не был в силах что-нибудь предпринять.

Бассейн, к которому они пришли, вероятно когда-то был Восточным Морем, о котором упоминала божественная статуя небесного короля. Здешняя местность была невероятно сложной, овраги и пропасти вокруг имели глубину в тысячи метров, а горные хребты неподалёку напоминали острые лезвия.

Воды Восточного Моря исчезли, оставив после себя обычную землю. Цинь Му чувствовал, что за этим крылась какая-то тайна, когда услышал о море в небе от жителей деревни. Тем не менее, по приходу дня от морской воды не осталось и следа.

Но куда она делась?

Чем дальше они шли, тем страннее и ужаснее становились здешние жители. В воздухе летали святящиеся медузы, которые прятались в храмах, когда наступала ночь, напоминая разноцветные фонари.

По пути отряд даже встретил настоящих водных драконов. Некоторые из них жили в глубоких горных потоках, в то время как другие внутри вулканов, будучи настоящими правителями своих земель. Если их не провоцировали, они очень редко покидали свои пещеры. Несколько раз Цинь Му видел, как водные драконы вылетают в поисках человечины, чтобы поживиться. Пролетая возле отряда юноши, звери замечали силу путешественников, поэтому не осмеливались рисковать и просто пролетали мимо.

От бассейна к горе Сумеру оставалось два дня пути.

За это время Цинь Му и остальные не расслаблялись ни на минуту даже во время сна, готовясь в любой момент подавить Ли Тяньсина, что невероятно их утомляло. Только цилинь хорошо спал и кушал, и его кожа, чешуя и шерсть ярко сверкали.

Вскоре путники просто-напросто забрались зверю на спину, заставив его тащить их вперёд.

Постепенно, всё больше и больше деревень, через которые они проходили, оказывались буддистскими. В каждом доме была статуя будды, а в некоторых посёлках среди статуй богов стояла скульптура лысого мужчины.

Расспросив об этом, Цинь Му узнал, что некоторые монахи приходили вести проповеди и лечить жителей, завоёвывая их сердца.

— Получается, что в Великих Руинах тоже есть последователи буддизма, — улыбнулся слепой. — Спасая здешних людей, Монастырь Великого Громового Удара показывает, что одинаково относится ко всем живым существам. Тем не менее, заимствуя репутацию каменных статуй, он накапливает заслуги, получая немалую выгоду.

По мере приближения к монастырю, количество буддистских храмов вокруг увеличивалось. Внутри некоторых из них горел цветущий ладан, и стояли всевозможные статуи божества. Однако, когда ночью наступала тьма, люди и звери не прятались в этих храмах, а лишь в местах, где были каменные статуи богов.

Цинь Му задумался: «Старый Жулай приложил столько усилий, но всё равно не может соревноваться с богами Великих Руин. Буддизм может вылечить болезнь, но спасти жизни от лап тьмы он не в силах».

Горы на горизонте постепенно росли, на них начали виднеться монастыри всех форм и размеров. Проходя мимо них, отряд решил зайти внутрь и переждать, так как небо становилось всё темнее.

Перед монастырём, куда они вошли, горели благовония, и несколько сотен местных монахов, казалось, совсем не боялись наступления ночи.

«Неужели у этих монахов есть великое божественное искусство, способное защитить их от тьмы?» — недоумевая подумал юноша.

К его удивлению, большинство статуй будды отдавали слабый божественный свет, отталкивающий тьму. Цинь Му подошёл поближе, чтобы рассмотреть, и его лицо помрачнело.

На самом деле, монахи монастыря нанесли толстый слой глины на каменные статуи богов Великих Руин и запекли их в печи, придавая им обличия будды. Затем они покрыли камни золотыми листьями, маскируя их под золотое божество. После наступления ночи каменные статуи предоставляли защиту от тьмы, выглядя будто будда, сверкающий свей аурой.

Использовав свой третий глаз, Цинь Му увидел, что лучи исходили от богов, защищающих Великие Руины, а не от Будды.

В монастыре также было несколько невообразимых странных зверей, которые не покидали храм даже днём. Монахи привыкли к их присутствию и не привязывали существ, позволяя им свободно блуждать вокруг.

Самым странным было то, что яростные хищники, живущие здесь, отлично себя вели и, казалось, стали травоядными, несмотря на свою природу. К тому же, они тоже молились будде. Некоторые жители Великих Руин, побывавшие здесь, твердили, что их изменила сила Буддизма.

Однако, Цинь Му видел, как монахи тайком кормили зверей огромными кусками мяса, отдающими лёгким ароматом обезболивающего.

Юноша был шокирован, а на его лице появилось неприятное выражение.

— Му’эр, не беспокойся, — нежно сказал слепой. — Монастырь Великого Громового Удара близко, и если мы что-то здесь натворим, они определённо узнают о произошедшем и откажутся помогать бабушке Сы.

— Лицемеры! — ухмыльнулась Сы. — В этом всё лицемерие буддизма. Они, очевидно, не владеют собственным божественным искусством, поэтому решили одолжит его у других, утверждая, что это сила буддизма. Слепой, Ма, вы ничем не лучше. Чтобы получить помощь Жулая, вы готовы закрыть глаза на подобные действия этих лысых ослов!

Цинь Му ответил:

— Знают они божественные искусства, или нет, Владыка Культа Ли узнает лишь когда лично встретиться с Жулаем.

Бабушка улыбнулась:

— Владыка Культа Цинь, ты недостоин быть лидером нашего священного культа. Решив попросить старого Жулая из вражеской секты о помощи, ты опозорил Небесный Святой Культ! Наша внушительная репутация будет испорчен из-за тебя! Когда я полностью восстановлю силы и снова стану настоящим Владыкой, я покажу тебе, как на самом деле должен вести себя лидер!

Оставаясь спокойным, Цинь Му спросил:

— А что должен сделать Владыка?

— Разнеси статуи этих лысых ослов и покажи статуи богов, спрятанные внутри! — приказала бабушка Сы. — Освободи странных зверей от действия обезболивающего, позволяя им есть людей и открыть свою настоящую природу. Пусть они сожрут всех здешних ослов и не оставят и следа от монастыря! Даже самые глупые увидят всю ложь! Буддизм выглядит впечатляюще, но на самом деле ничего не стоит! Ха-ха, их праведный путь на самом деле дерьмо собачье, вытащи его на свет, пусть перестанут покрывать своих глиняных идолов слоем золота! На этом и строятся учения Небесного Святого Культа, на чистом понимании природы!

Цинь Му чувствовал, что слова старика были очень логичны, но действия были слишком жёсткими. Он тоже хотел избавить зверей от действия лекарств, но мысль о том, что те сожрут местных людей придя в себя, заставила его успокоиться.

Наконец в поле зрения появилась завораживающая гора, возвышающаяся посреди горного хребта Разрушенного Богом, и Монастырь Великого Громового Удара. Остальные хребты были разрезаны напополам огромной силой, сформировавшей острые скалы и горные породы, перебраться через которые было непросто даже птицам. В отличии от остальных вершин, гора в центре не была покрыта снегом.

Как странно бы это не звучало, но горы, казалось, формировали лестницу. Три тысячи вершин были выстроены в круг, из которого состоял первый слой ступенек. Во втором слое было девятьсот девяносто девять гор, в третьем девяносто девять, а в последнем — девять. Каждый из них был выше предыдущего, а в их центре стояла главная вершина.

Монастыри всевозможных размеров стояли на вершинах этих гор, каждый из них поклонялся величественной статуе будды. Некоторые горы были вытесаны в форме божества, а на его ладони или сердце возвышались монастыри.

— Действительно роскошный стиль, — похвалил слепой. — Старый Ма, почему буддисты так любят одевать золото и серебро? Такое великолепие и роскошь, разве не лучше использовать его для помощи пострадавшим? Для монахов четыре элемента — лишняя суета, но они так боятся остаться с пустыми карманами.

Старый Ма равнодушно ответил:

— Если мы не будем роскошно выглядеть, кто тогда станет нам поклоняться и приносить пожертвования?

Бабушка Сы ухмыльнулась:

— Лицемер…

Цинь Му прокричал ей в ответ:

— Заткнись! Старый Жулай скоро тебя уничтожит!

— Подлец! Как ты смеешь мне хамить? — бабуля впала в ярость от услышанного.

Взволновавшись, Цинь Му пробормотал в ответ:

— Так это ты, бабушка… Не бери близко к сердцу, я думал, что разговариваю с Владыкой Культа Ли, снова использующим твоё тело.

Старуха ухмыльнулась:

— Старый Ма, я не утверждаю, что ты лицемер, но лысые ослы из твоего монастыря определённо такими являются. Осмотрись, разве есть хоть один монастырь, не слишком огромный или роскошный, в котором нет места удовольствию? Разве есть хоть одна статуя будды не покрытая золотом или серебром? Среди всех монастырей мира, богаты лишь те, где живут буддисты! Они не делают ничего полезного, не платят налогов и жалеются, если их богатство трогают. В то же время, лысые ослы улучшают своё оружие, восстают и пытаются контролировать весь мир.

— Заткнись, дьявол! — раздался чей-то крик в небесах, и Цинь Му поднял голову, увидев монаха, окутанного лучами буддистского света. Тот выглядел возвышено, но было очевидно, что он не смог удержать себя в руках после слов бабушки.

В тот же миг монах заметил старого Ма. Лицо мужчины на секунду замерло в удивлении, после чего он побежал, крича:

— Всё плохо, всё очень плохо! Ма Ваншэнь возвращается на гору!

Монахи из храмов на вершинах немедленно подняли шум и взмыли в воздух, формируя построение для встречи с великим врагом.

Ма Ваншэнь беззаботно проговорил:

— Местные на меня немного обозлились после того, как я приходил по свою руку. Идём на вершину.

Под ногами цилиня разразились огненные облака, когда тот побежал в сторону главной вершины в центре. Это место находилось выше моря облаков, поэтому его вершина была освещена солнечным светом. Вероятно, именно поэтому её называли золотой вершиной.

Во время путешествия они прошли мимо тысяч храмов и монастырей, большинство из которых были заполнены старшими монахами, достигнувшими высокого уровня совершенствования и владеющими невероятными способностями. Никто из них не осмеливался атаковать путников, но и спокойно пускать их к золотой вершине Сумеру они не собирались.

Всё больше и больше монахов взмывали ввысь, летя на всевозможных странных зверях и формируя построение вокруг золотой вершины. Слой за слоем они собирались вместе, готовясь покорить демонов и дьяволов.

Цинь Му не мог не восхититься старым Ма: «В последний раз, когда дедушка Ма был здесь, он, скорее всего, пошёл напролом и боем пробил себе путь к вершине».

Старик приказал цилиню остановиться перед десятками тысяч монахов, выстроившими непробиваемую оборону вокруг своего храма. Он проговорил:

— Я здесь для встречи со старым Жулаем. У меня к нему просьба.

Голос старика завибрировал, и горы заполнились многочисленными видениями — золотые ручьи пробились сквозь землю, в небе расцвёл лотос, призраки восьми рас полубогов и полудьяволов повисли над землёй, так же, как и боги двадцати небес, заливающие округу величественным светом и повторяя в голос все имена будды… Заклятие такой силы подавило бесчисленных монахов.

В этот момент, с золотой вершины раздался голос старика:

— Совершенствование Ма Ваншэня значительно возросло. Подозреваю, ты овладел двадцатыми небесами Махаяны Сутры Жулая, достигнув области Брахмы. Ещё один шаг вперёд, и ты станешь Жулаем. Монахи, можете отступить и позволить ему пройти. Я долго ждал этой встречи.

— Двадцать небес? — Цинь Му был слегка ошарашен, взволнованно поглядывая на старого Ма.

Непробиваемое защитное построение монахов впереди рассеялось, и старый Ма приказал цилиню подняться на вершину горы со словами:

— В Махаяне Сутре Жулая есть двадцать областей. Как только человек совершенствует их все, он становится Жулаем. В то время, когда я покинул Монастырь Великого Громового Удара, я находился в девятнадцатой, области Сакры. Но уже тогда я был одним из самых сильных практиков мира.

Глава 248. Возвращение к нормальной жизни

«Изучив все двадцать областей можно стать Жулаем?» — глаза Цинь Му загорелись. Монастырь Великого Громового Удара, несомненно, был величайшим священным основанием Буддизма. Махаяна Сутра Жулая также заслуживала того, чтобы быть наследием высшего искусства секты, которое стояло наравне с Великими Небесными Дьявольскими Рукописями и Четырнадцатью Писаниями Меча Дао. Три самых больших священных обители были не для показухи.

Теперь, когда в Империи Вечного Мира случилась снежная катастрофа, четыре сезона здесь напоминали вечное лето. Многие мигрировали в монастырь из империи, в итоге оставшись в нём и приняв Буддизм.

Юноша посмотрел на монастыри на горных вершинах и тихо сказал:

— Монастырь Великого Громового Удара, похоже, воспользовался тяжёлым положением людей.

— Му’эр, независимо от их намерений, ты должен брать во внимание то, что они делают. Монастырь спас жизни всех этих людей, такой поступок, определённо, доброе дело. И не важно, что они завлекают людей в Буддизм. Не будь таким, как Владыка Культа Ли, — покачав головой, ответил слепой.

Цинь Му был удивлён и кивнул в знак согласия.

Жизнь была не более чем путём развития, а из-за иного образа мышления было легко сбиться. Любой, у кого нет зрелого, непоколебимого мышления, может легко потерять собственное сердце пути. Путешествуя в компании Владыки Культа Ли последние несколько дней, Цинь Му находился под его влиянием, даже не замечая этого. Предыдущий Владыка Небесного Дьявольского Культа имел дьявольскую сущность, его менталитет был иным. Однако, будучи великим мастером, он заставлял свои речи звучать очень логично, поэтому любая неосторожность со стороны слушателя определённо закончится тем, что тот начнёт на подсознательном уровне перенимать его философию и образ мышления.

Цилинь достиг золотой вершины. Когда он начал спускаться на землю, огненные облака под его лапами начали постепенно затухать. Золотая вершина вытекала из облаков цвета белого нефрита, устилающего собой всю землю. Раскинувшееся перед взором путников место было похоже на настоящий рай.

Цинь Му оглянулся и воскликнул в восхищении. Дворец Золотой Орхидеи был роскошным, помпезным и пёстрым. Монастырь Великого Громового Удара тоже был роскошным, но он был намного величественнее, придерживаясь достоинств и культур Буддизма.

Пагоды на золотом пике стояли в ряд, одна из них была особенно величественной. Монахи с длинными бровями сидели там, словно карнизы пагоды, непрерывно читая священные писания своим гремящим голосом Будды.

«Пагода Тысячи Будд?» — подумал про себя парень.

Женщина бодхисатва в белом, которая несла белую вазу, вышла вперёд и поклонилась:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, Ма Ваншэнь, мадам Сы и старый друг Дао, Жулай уже ждёт вас, пожалуйста, следуйте за мной.

— Спасибо за беспокойство, старшая сестра, — с уважением промолвил Цинь Му.

— Старшая сестра? Владыка Культа Цинь шутник. Прошу.

Цинь Му и остальные последовали за ней. На золотом пике вокруг выдающихся монахов, словно сидящих на облаках, величественно сияли лучи Будды. Лучи позади них, ослепляя глаза, сформировали круглые формы. Старый Жулай, как предводитель всех монахов, сидел на самой высокой точке. Физически он был крепко сложен, в то время как рядом с ним, по левую и правую стороны, стояли почтенные. Внизу сидели различные бодхисатвы, архаты, ваджры, стражи и некоторые ученики старого Жулая, которые, без сомнения, владели мощными техниками. Даже присутствовали монахи с достижениями в Дао, которые, казалось, принадлежали к другой расе… ведь они не выглядели людьми.

Путники подошли ближе, и Цинь Му поприветствовал старика:

— Старший брат.

— Старший брат, — поспешно встав, поприветствовал его старый Жулай.

В тот момент, когда он встал, другие стражи, достопочтенные, бодхисатвы, архаты и ваджры встали и сказали в один голос:

— Старший брат!

После того, как все закончили со своими приветствиями, Жулай поднял руку, чтобы пригласить Цинь Му сесть рядом с ним. Сиденье было молитвенным ковриком, и если бы он сел там, то оказался бы намного ниже, чем все монахи, парящие в небе.

— Му’эр, просто сядь, — сказал старый Ма.

Сев, Цинь Му почувствовал едва уловимую силу, которая тут же подняла его, и молитвенный коврик переместился на спину цилиня, что было довольно впечатляюще.

— Ученик, ты наконец-то готов отпустить мир смертных и вернуться на гору? — с улыбкой смотря на старого Ма, говорил старый Жулай.

— Вернуться обратно на гору? Гора Сумеру в моём сердце, но в ней больше нет Будды.

— Если его нет, тогда ты станешь Жулаем. Отлично, отпусти жену и детей из своего сердца, я умру через несколько дней и Монастырь Великого Громового Удара станет твоим.

— Возглавив это место, я убью на горе всех проклятых лысых, — покачав головой, ответил старый Ма. Впав в ярость, выражения всех стражей и архатов резко изменились.

— Ты до сих пор упрям и готов избрать неправильный путь. Узнав, что ты на горе, я сразу же поспешил назад, но всё равно опоздал. Ты должен понимать, что между нами по-прежнему есть связь учителя и ученика. Ты отрубил руку, но мы сберегли её, ведь я верил, что ты отпустишь дела смертного мира и вернёшься в Монастырь Великого Громового Удара, поэтому я приказал монахам поместить её в Пагоду Тысячи Будд. Это потому, что я хотел, чтобы ты нашёл дорогу назад. Ты должен понять мои намерения, — проговорил старый Жулай.

— Я знаю. Но моя жена и дети погибли от рук Монастыря Великого Громового Удара… за эту непримиримую вражду придётся заплатить кровью, — гневно ответил Ма.

— Глупый ученик! Жена и дети — всего лишь иллюзия, просто смертная плоть! Если в тебе заложена сущность Будды, ты должны знать, что злые плоды брака не приводят ни к чему! — глядя ему в лицо, кричал старый Жулай.

— Не смей так говорить! Я уже отрубил себе руку, чем ты до сих пор недоволен? Зачем тебе понадобилось убивать мою жену и детей? Называя тебя учителем, я пришёл сюда, потому что нам нужна твоя помощь. Еще немного поговорим, и я свергну тебя, искупаю эту золотую вершину в крови и убью всех лысых ослов на твоей горе! — разъяренно, прокричал в ответ старый Ма.

Лица всех монахов на горе изменились, и никто из них больше не мог сидеть на месте.

Цинь Му совершенно не ожидал, что старик так разозлится. Старый Ма обычно был самым спокойным и надёжным деревенским, человеком, которого одноногий уважал больше всего. Из-за этого юноша не ожидал, что, когда старик будет так зол, никто не сможет остановить его. На золотом пике сгустились тёмные тучи. Ранее под прохладные порывы ветра вокруг клубились волшебные облака и золотые огни, которые умиротворяли и успокаивали, однако теперь убийственное намерение заполнило всё вокруг.

— Незначительные детали заслоняют собой нечто значительное, но они по-прежнему являются незначительными. Старший брат Жулай, я ещё не познакомил тебя со всеми: моего дедушка Ма ты знаешь, но в моей деревне его обычно называют старым Ма, и его старшинство в два раза выше моего, а там бабушка Сы, чьё старшинство тоже в два раза выше моего, и то же самое касается слепого дедушки. Братья Дао, нет необходимости в формальностях, — громко кашлянув, рассмеялся Цинь Му.

Старый Жулай усмехнулся, и тёмные тучи в небе исчезли:

— Владыка Культа Цинь, наши судьбы были переплетены. Однажды ты получил посох Кхаккхару, который сопровождал меня в боевом мире. В момент, когда он попал в твои руки, нам с тобой было предначертано судьбой стать учителем и учеником. Поэтому, чтобы взять тебя под опеку нашего Монастырь Великого Громового Удара, старый монах решил отправиться к Великим Руинам на судьбоносную встречу со старыми друзьями Дао из деревни Цань Лао… Но кто мог знать, что наша нить судьбы будет разорвана вот так. Когда мы встретились снова, ты уже стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа. Судьба вечно делает из нас всех дураков.

— Жулай, должно быть, шутит. На этот раз младший брат пришёл просить старшего брата усмирить дьявола. В теле бабушки Сы находится великий эксперт, который является предыдущим Владыкой моего священного культа, Ли Тяньсин. Он превратился в дьявольское семя и поселился в сердце Дао бабушки, поэтому младший брат здесь, чтобы просить Жулая подчинить этого дьявола, избавив мир от опасности, — слегка улыбнувшись, сказал Цинь Му.

— Чтимый Всем Миром, Сы перед вами — Сы Юю, предыдущая Святейшая Небесного Дьявольского Культа. В ночь бракосочетания с Ли Тяньсином, она убила его, поэтому тоже нехороший человек. Она дьявол среди дьяволов, — в полголоса сказал один из почтенных.

Другие стражи и архаты заговорили:

— Это внутренние дела дьявольского культа, как мы можем вмешиваться?

— Все живые существа равны: Будды являются частью всего живого, и дьяволы также являются частью всего живого. Поскольку у Владыки Культа Циня есть просьба, старый монах, естественно, должен помочь, — подняв руку, улыбнулся старый Жулай.

Взгляд другого почтенного мерцал, когда он сказал тихим голосом:

— Давая людям священные писания, мы принимаем некоторые денежные пожертвования. Может тогда за помочь в подчинение дьявола…

Старый Жулай махнул рукой, чтобы заткнуть его:

— Госпожа Культа, мы можем увидеть Вашу истинную внешность?

— Жулай, я не думаю, что это так уж необходимо. Ты так не считаешь? — замешкавшись, попытался настоять Цинь Му.

Слепой стукнул бамбуковой тростью о землю и сказал:

— Старый Жулай, нет необходимости видеть её истинный облик. Будет нехорошо, если развитие ваших монахов будет испорчено.

— Споры о привязанностях эфемерны, а несравнимо красивые женщины — просто скелеты в красивой плоти. Друг Дао, ты недооцениваешь развитие монахов моего Монастыря Великого Громового Удара, — улыбаясь говорил Жулай. — Было бы трудно протянуть руку помощи и просветить Владыку Культа Ли, не видя истинного облика Госпожи Культа. Для Владыки Культа Ли любовь проистекала из красоты, рождая демона искушения. Старый монах просто хочет взглянуть на объект его любви.

— Слепой, старый Ма, почему бы вам не снять мою печать? Владыка Культа Цинь, сними уродливую кожу с моего тела, я хочу увидеть лица этих лицемерных монахов, взглянуть на их решимость! — хихикнула бабушка Сы.

— Старый Ма, что ты думаешь об этом? — слегка нахмурившись, тихо спросил слепой.

Старик поколебался на мгновение, затем посмотрел на монахов на горе и сказал:

— Достижения старого Жулая на пути Буддизма намного превосходят мои. Думаю, он должен быть способен на это. Му’эр, а ты что думаешь?

— Мы просто должны попробовать, даже если это может не сработать. Дедушка, будь начеку, мы не можем позволить Владыке Культа Ли сбежать, — после недолгой паузы, ответил Цинь Му.

Бабушка Сы загоготала:

— Я боролся с этим старым лысым ослом в течение многих лет, так зачем мне бежать, когда здесь намечается такое интересное шоу? Я бы не сбежал, даже если бы ты меня попытался прогнать!

Вздохнув, старый Ма забрал свой исконный дух Будды из места меж бровей бабушки Сы, после чего кивнул слепому, который тут же протянул руку, заставив серебристую жизненную Ци, внешне похожую на дракона, вылететь из тела Сы и вернуться к нему.

Выйдя вперёд, Цинь Му нежно и чётко порезал бабушкину кожу, и та медленно сползла, являя миру шагнувшую вперёд удивительно красивую женщину. Её волосы были похожи на водопад, когда она медленно подняла голову.

Окинув своими яркими глазами всё вокруг, она пронеслась своим взглядом по лицу каждого монаха… Золотая вершина погрузилась в гробовую тишину…

Даже голос Будды, который повторял буддийские священные писания, прямо сейчас остановился. Все выдающиеся монахи, достигшие Дао, почувствовали сухость в горле и учащённое биение сердца в груди, в то время как чётки в их руках быстро завращались.

Внезапно лучи Будды позади головы одного бодхисатвы рассеялись, и он упал с неба в долину под облаками. Через некоторое время послышался громкий стук тяжёлого объекта, приземлившегося на землю.

Бух-бух.

Внезапно из-под места, где раньше сидели некоторые архаты и ваджры, послышались более увесистые удары о землю. Выражение лица старого Жулая слегка изменилось, и он в спешке осмотрелся. Все монахи смотрели на тело этой удивительно красивой женщины, а чётки в их руках вращались с нарастающей скоростью.

«Ах ты ж!» — Жулай собирался было закричать, когда услышал голос одного из архатов, который сердито выкрикнул и бросился к Сы:

— Она демоница, которая может околдовать всё живое, небесный дьявол. С первого взгляда на неё, дьявол родился в моём сердце, так что я определённо должен убить её!

— Я убью дьявола ради всего мира! — закричал другой ваджра и, сформировав три головы и шесть рук, взмахнул своей подчиняющей дьяволов толочью, рванув к Сы.

Внезапно вперёд протиснулся старый монах и преградил дорогу бросившимся вперёд архату и ваджре. Сорвав буддистскую мантию и разорвал чётки, он рассмеялся сумасшедшим смехом:

— Мне всегда нравилось поджигать и убивать, а не совершенствовать праведный плод. Питаясь как вегетарианец и читая священные писания, я чувствую, что потратил впустую первую половину своей жизни! Увидев настолько красивую женщину, я уверен, что прожил зря первую половину жизни! Но теперь я, наконец, вернусь к нормальной жизни!

Еще несколько архатов бросились вперёд… На золотом пике начался сущий хаос…

Жёлтое одеяние старого Жулая затрепетало на ветру, как вдруг начал резонировать голос Будды Пагоды Тысячи Будд. Читая тысячи писаний, Будда привёл разум всех вокруг в порядок. Затем все сели, глубоко стыдясь себя.

— Есть вегетарианскую пищу и читать священные писания? Какая польза от выращивания праведного плода? Не лучше ли насладиться жизнью здесь и сейчас? Я возвращаюсь к нормальной жизни! — внезапно старый монах соскочил с золотой вершины и исчез вдалеке.

Глава 249. Женский Скелет

Золотую вершину заполнило молчание, слышался лишь скрип вращающихся молитвенных бусин. Буддистские лучи за спинами многих монахов исчезли и те начали падать с небес.

Старый Жулай оглянулся, рассматривая выражения лиц всех бодхисаттв, почтенных и архатов. Владыка Культа Ли использовал красоту Сы Юю, появившись перед монахами, чтобы помутнить их разум и мудрость, повредить буддистские сердца, поселяя в них нечистые мысли.

Хоть Жулай использовал свою дхарму и активировал физические тела прежних Жулаев в Пагоде Тысячи Будд, он смог лишь на мгновение возобновить контроль над монахами.

Когда буддистские лучи за их головами рассеялись, и монахи посыпались с неба, стало очевидно, что их буддистские сердца разрушены. Буддизм уделял огромное внимание религиозным тренировкам сердца. Как только буддистское сердце рушилось и плод кармы был испорчен, состояние ума тоже менялось. Те, кто падали вниз, больше не были монахами, а обычными людьми.

Падая с неба, они покидали место, возвышающееся над миром смертных. Некоторым из них удастся поменять свои мысли, раскаяться и спастись. Однако с обычным сердцем сделать это будет непросто. Остальным придётся забыть о Монастыре Великого Громового Удара и так и остаться страдать в мире смертных.

Из-за красоты Сы Юю пали многие члены верхушки Монастыря Великого Громового Удара, что было огромной потерей.

Тем не менее, Цинь Му и остальные не были ответственными за случившееся. Монахи сами захотели поглядеть, и в конце концов, именно старый Жулай настаивал на том, чтобы бабушка Сы показала свой истинный облик, дабы проверить сердца своих подчинённых.

Конечно, некоторые буддистские сердца остались непоколебимы и целы. Самые выдающиеся монахи принадлежали к другим расам, и хоть Сы была очень красивой, в их глазах её тело выглядело всего лишь как кусок мяса.

— Ваше совершенствование недостаточно высокое, вы привязываетесь к форме тела, не обращая внимания на татхату, — Жулай посмотрел вокруг, обучая монахов. — Увидев её красоту, вы не смогли сдержаться, не зная, что то, что вы видите и чувствуете не является настоящей красотой. К примеру, брат Хай Кун, ты считаешь эту женщину красивой?

Человек, к которому он обратился, оказался выдающимся монахом не человеческой расы, который уже постиг Дао. Тот ответил:

— Мы принадлежим к разным расам, поэтому я не замечаю её красоты.

Жулай улыбнулся:

— Если другая раса не замечает красоты, значит это не красота, а всего лишь кожа. Настоящая красота в великой правде, мышлении и мудрости. Владыка Культа Ли, кожа, в которую ты влюбился, не выглядит одинаково красиво для всех живых существ, а лишь для людей в земном мире. Это отлично показывает ограниченность твоего мышления.

Монахи вокруг, казалось, были просветлены. Цинь Му тоже почувствовал, что слова старика были очень логичными. Как и ожидалось от Жулая, он продемонстрировал отличное мышление. Возможно, мужчина владел силой чтобы изгнать Ли Тяньсина.

Ли Тяньсин желал стать бабушкой Сы из-за её невероятной красоты, которая повредила его сердце Дао. Именно из-за этого у него возникли столь злые намерения.

Старуха усмехнулась:

— Старый Жулай, в мире существуют десятки тысяч путей, но мой Небесный Святой Культ занимает лишь те, которые принадлежат к миру людей. Буддизм тоже говорит о тысячах путей, но может ли он контролировать их все? Не говори больше ничего, у тебя есть способ меня подчинить?

Жулай улыбнулся и достал бронзовое зеркало, передавая его почтенному неподалёку:

— Дай ему вот это.

Почтённый взял артефакт и спустился с высокой платформы, приближаясь к бабушке Сы. Когда мужчина увидел её внешность, его сердце взволнованно забилось, и он закрыл глаза, чтобы не рисковать.

Бабушка взяла зеркало в руки и с интересом взглянула на своё отражение, хихикая:

— Поистине выдающаяся женщина. Я до сих пор ей сочувствую.

Большинство монахов разглядели её лицо, с трудом держа себя под контролем.

— Переверни зеркало, — улыбнулся Жулай.

Сделав, как было сказано, Сы увидела белый скелет. Это было её тело после смерти.

— О чём думает Владыка Культа Ли? — продолжал улыбаться Жулай. — Даже если ты — невероятно красивая женщина, после смерти ты всего лишь куча костей. Или скелет тоже можно считать красивым?

Бабушка бросила зеркало на землю и топнула по нему ногой, резко отвечая:

— Это всего лишь фокус, чтобы обманывать простых людей, говоря о скелетах и прочем. Жулай, я понимаю логику, но не хочу быть таким как ты, не хочу роскошной жизни после смерти. Мне будет достаточно прожить одну жизнь, получив от неё всё. Стремиться к хорошей жизни в загробном мире — удел трусов. Твоего фокуса недостаточно, чтобы меня подчинить. Если ты думаешь, что зеркало способно меня просветить, почему бы мне не прогуляться по Монастырю Великого Громового Удара? Увидим, просветишь ли ты меня, или это я просвещу всех молодых и старых монахов твоей секты. Не хочешь поспорить?

Старый Жулай слегка нахмурился и сказал:

— Тебе не хватает мудрости.

Слепой тоже увидел, что дело плохо, и проговорил:

— Брат Дао, о какой мудрости ты говоришь? В этом нет смысла! Давай просто подчиним его обычным образом!

Старый Жулай что-то пробормотал себе по нос, после чего сказал:

— Ли Тяньсин — владыка культа, я попытаюсь подавить его в Пагоде Тысячи Будд. Монахи, ваша сила воли и совершенствование до сих пор слишком слабы, поэтому вам придётся остаться снаружи.

Последователи поняли приказ и спустились с высокой платформы, собираясь вокруг Пагоды Тысячи Будд. Некоторые в спешке выбегали наружу, не осмеливаясь остаться в пагоде.

Затем Жулай проговорил:

— Владыка Цинь, так как ты владыка дьявольского культа, у тебя тоже дьявольская природа. Будды и дьяволы враждуют с самых древних времён, но так как ты гость, пришедший за помощью, я не собираюсь тебя подчинять, однако, я хотел бы попросить Владыку оставаться в Монастыре Великого Громового Удара, пока я не закончу. Услышав дхармы, ты избавишься от дьявольских мыслей в своей душе и, вероятно, сотворишь меньше бед в будущем.

Сердца старого Ма и слепого были как чистое зеркало. Поэтому Жулай пытался заставить их остаться в Монастыре Великого Громового Удара. Он с радостью просветил бы и их, но если ничего не получится, старик не станет их задерживать.

Цинь Му был в восторге и улыбался:

— Старший брат очень мудр! В таком случае, мы останемся. Надеюсь, ты сможешь подчинить Ли Тяньсина, этого дьявола, как можно быстрее. Подобный подвиг станет для тебя огромной заслугой!

Старый Жулай улыбнулся:

— Пусть эти добрые люди побудут у нас некоторое время.

Почтенный колебался:

— Чтимый Всем Миром, в монастыре есть много мест, которые являются святыми основаниями нашей секты. Если они туда проникнут…

— Пусть остаются, Монастырю Великого Громового Удара нечего прятать, — ответил старик. — Когда к нам приходил Имперский Наставник, я показал ему Махаяну Сутру Жулая. Разве Владыка Небесного Дьявольского Культа хуже наставника? Владыка Цинь — живое существо, и в нашем монастыре не бывает посторонних.

Почтенный послушался и подошёл поближе, чтобы отвести всех к их дому.

Цинь Му улыбнулся:

— Старший брат, в вашем монастыре есть вегетарианская пища? Я ел слишком много жирного во время праздников, хочется чего-то полегче.

Почтённый посмотрел на парня, после чего завертел своими молитвенными бусами, отгоняя мысли о подчинении дьявола:

— Если Владыка культа остаётся в Монастыре Великого Громового Удара, мы можем предоставить вам пожизненный запас вегетарианской еды.

Юноша громко рассмеялся и заговорил к слепому:

— Они не боятся, что мы разорим их своим аппетитом!

Тот холодно фыркнул и спросил:

— Старый Ма, думаешь Жулай сможет подчинить Ли Тяньсина?

— Если одного Жулая не хватит, в Пагоде Тысячи Будд есть ещё тысяча таких же. Они — существа с чистой природой, увидевшие татхату, так что успех вполне возможен. — с сомнение говорил старик. — Однако, их время давно прошло, а Владыка Культа Ли невероятно силён… Боюсь, что старый Жулай может не подчинить Ли Тяньсина, а запечатать Сы внутри пагоды. В таком случае мы тоже окажемся в ловушке.

Почтенный привёл их в комнату для гостей и проговорил:

— Добрые люди, можете оставаться здесь. На полках лежат все наши буддистские писания, не стесняйтесь их почитать.

Цинь Му оглянулся вокруг и действительно увидел огромное количество писаний. Старый Ма посмотрел на юношу, качая головой:

— В буддистских писаниях лишь тексты, никаких божественных искусств. Можешь проверить.

Почтенный ответил:

— Божественный искусства не идут ни в какое сравнение с кармой. Ма Ваншэнь не знал об этом?

Старый Ма равнодушно ответил:

— Разве можно отбиться от кармы без помощи божественных искусств? Ты ученик Жулая? Значит ты мой младший брат. Не пытайся умничать предо мной.

Опозоренный почтенный смущённо обернулся и ушёл.

Слепой сел, оставаясь абсолютно спокойным:

— Мы с Ма уже старые, ничего страшного не случится, если мы останемся здесь. Однако, Му’эр — Владыка Небесного Дьявольского Культа. Будет неприятно, если тебя запрут тут навеки, и ты умрёшь от старости. Я найду тебе способ покинуть гору.

Цинь Му покачал головой, отрицая:

— Подождём, пока бабушка Сы не оправится. Дедушка слепой, дедушка Ма, раз уж попасть в Монастырь Великого Громового Удара так сложно, давайте осмотримся.

Старый Ма улыбнулся:

— Ты ведь очень долго мечтал посмотреть на Портреты Ста Драконов. Давай я отведу тебя к ним.

Цинь Му был в восторге.

Троица вышла из комнаты для гостей, за дверьми которой встретила старого монаха, читающего буддистские тексты цилиню. Жирный монстр успел глубоко уснуть и громко похрапывал.

— Они даже цилиня хотят просветить? — Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. — Монах, этот жирдяй ест полведра пилюль Алого Огня каждый день, можешь покормить его, когда закончишь просвещение?

Старик оторвался от чтения и ответил:

— Могу.

Цинь Му не знал, что сказать:

— Какой богатый. Продолжай.

Затем старый Ма повёл их вниз сквозь слой облаков, пока отряд не добрался к центру горы. Показывая вперёд, он проговорил:

— Вот Портреты Ста Драконов.

Цинь Му всмотрелся и обнаружил бесчисленные огромные колонны. На каждой из них был нарисован образ небесного дракона. Внизу стояли сотни монахов, рассматривая скульптуры, чтобы понять свой путь, навыки и божественные искусства.

Довольно большое количество монахов тут же испробовали свои искусства, превращая Ци в драконов, заполняющих небо. Кроме них, вокруг сияли буддистские лучи, делая завораживающий вид ещё более впечатляющим.

Некоторые монахи внизу даже обменивались ударами, проверяя эффективность своего обучения. Несколько старших монахов заметили приближение гостей и сразу же поприветствовали старого Ма:

— Старший брат прибыл.

Старый Ма вернул приветствие, не пренебрегая уважением.

Старый монах восторженно сказал:

— В своё время старший брат был в центре внимания, и мы до сих пор помним, как внезапно ты тогда исчез.

Цинь Му подошёл к колонне, чтобы детально её осмотреть, сразу же начав мысленно восклицать от восхищения. Вокруг были сотни форм небесных драконов, и рисунки на колоннах изображали их в полный рост.

Портреты Сотни Драконов были действительно важными для совершенствования Восьми Громовых Ударов, однако, самым важным так и оставалась Махаяна Сутра Жулая. Без неё было сложно развить Восемь Громовых Ударов до максимума.

Тем не менее, Цинь Му уже успел овладеть Техникой Единства, и его достижения в Восьми Громовых Ударах были не хуже, чем при использовании Махаяны Сутры. Как вдруг он внезапно услышал голос, который обращался к нему:

— Пастух!

Юноша обернулся и увидел монаха в белой одежде, изумлённо смотрящего на него. Парень выглядел довольно знакомо, и Цинь Му внезапно вспомнил, кто перед ним стоял:

— Маленький Монах Мин Синь! Мы встречались в Храме Бабушки Великих Руинах!

Маленький монах был учеником Цзин Мина, старого монаха, который путешествовал с целью найти Ма, а когда нашёл, использовал Кхаккхару в качестве ставки. Мин Синь потерпел поражение в бою от рук Цинь Му, поэтому посох попал в руки последнего, а затем достался демоническому обезьяну.

Монах приближался быстрыми шагами. Он сильно вырос со времени их последней встречи и теперь был немного выше Цинь Му.

Цинь Му лишь полгода назад вступил в период полового созревания, и хоть его рост ускорился, он все ещё не был слишком большим.

Монах смерил его взглядом, желая снова попробовать сразится:

— Мы несколько лет не виделись, интересно, твои навыки сильно улучшились?

Цинь Му с жалостью вздохнул:

— Да. С того времени, когда я тебя одолел, я развивался не по дням, а по часам.

Глава 250. Демонические слова

Увидев знакомого человека, Цинь Му почувствовал, словно встретил друга, ведь с самого детства всегда общался со слепым и одноногим… сколько себя помнил, он всегда изучал все виды знаний от девяти стариков из Цань Лао. Можно сказать, что в детстве у него не было товарищей, с которыми можно было бы просто развлечься, что делало сменяющие друг друга дни скучными и неинтересными. Несмотря на то, что он провёл только один боевой матч с юным монахом, они были одного возраста, поэтому он был рад снова увидеть его.

Мин Синь произнёс одно из многих имён Будды, чтобы подавить свои гневные мысли и улыбнулся:

— Тогда ты одолел меня, но сегодня не бывать этому. Потерпев от твоих рук поражение, я всегда размышлял об этом и исправил свои недостатки. Почему бы не устроить ещё одну битву?

— Ты изменил Сутру? — удивлённо спросил Цинь Му.

— Я был побеждён, потому что в прошлый раз ты ударил меня в горло, так что на этот раз я определённо не позволю тебе повторить тоже самое! — ответил довольный Мин Синь.

— Монах Мин Синь, сколько тебе лет, неужели ты думаешь, что по первому желанию можешь менять Махаяну Сутра Жулая? — закричал Цинь Му. — С учётом твоих текущих знаний, чем больше ты её изменишь, тем больше ошибок и изъянов наживёшь! Вместо того, чтобы небрежно менять её, не было бы мудрее спросить Жулая и позволить ему научить тебя… Хм, тем не менее, поскольку я тоже беспечно изменил свою технику, хотя, правильнее будет сказать, изменил до неузнаваемости, я не могу тебя порицать.

Он тоже изменил свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и изменил несколько раз. Великие Небесные Дьявольские Рукописи даже сливались с ним, решая недостаток его левого плеча.

— В таком случае, можешь ли ты дать мне несколько наставлений? — спросил Мин Синь.

Цинь Му собирался что-то сказать, когда старый монах добавил:

— Ученик, не будь наглым, это Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь!

— Когда ты стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа?! — вскочив в шоке, закричал монах Мин Синь.

— Такое в двух словах и не объяснишь. Я не хотел этого, но у меня не было выбора, — вздохнув, юноша посмотрел в сторону старого монаха и узнал в нём Цзин Мина. Старик являлся учителем Мин Синя и отличался особой проницательностью, прямо как говорило его имя. Он указал, что Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа не для того, чтобы уведомить Мин Синя, а чтобы рассказать всем присутствующим монахам… С его громким возгласом, все монахи, которые изучали Портреты Ста Драконов, посмотрели в сторону Цинь Му и начали читать множество имён Будды. Было очевидно, что их просто распирало от желания подчинить дьявола.

— В таком случае, ты должен быстро уйти с должности Владыки Небесного Дьявольского Культа, иначе умрёшь! Есть много именитых монахов, которые ненавидят зло и привыкли убивать дьяволов. Каждый раз, когда они выходят, они покоряют несколько дьяволов, чтобы накопить заслуги, и ты тоже будешь убит! Я не стану с тобой соревноваться, ты должен быстро бежать с горы, — немедленно посоветовал Мин Синь.

— Спасибо за добрые намерения, но теперь я гость. Старый Жулай — мой старший брат, и он сказал, что мне позволено сказать своё слово в монастыре. В таком случае, будут ли они пытаться убить меня? — покачав головой, ответил юноша.

Мин Синь колебался на мгновение, а затем сказал:

— Этого я не могу сказать наверняка. Они, скорее всего, начнут дискутировать с тобой, советуя тебе начать новую жизнь, а когда поймут, что не смогут уговорить, они, как мне кажется, попросту забьют тебя до смерти.

Цинь Му потерял дар речи, ведь действительно увидел, как несколько монахов подошли к нему.

— Амитабха! — монах сложил ладони вместе. — Дьявол, хватит ли у тебя смелости поговорить со мной о жизни?

— Ты достиг совершенного равнодушия к мирским искушениям? — спросил юноша.

— Ещё нет, — был слегка потрясён монах.

— Тогда какой толк в болтовне? — Цинь Му разразился смехом. — Ты даже не достиг своего Дао. Такой недоделанный фальшивый монах, как ты, может только выставлять напоказ недоразумения из сплетен. Уйди.

Монах потерял дар речи, но другой монах, прямо рядом с ним, немедленно сказал:

— Дьявол, я буду говорить с тобой об истине, сострадании и красоте.

— Ты Жулай? — незамедлительно спросил парень.

Лицо монаха покраснело, и он ответил:

— Нет, я ещё не Жулай…

— Тогда ты не достиг даже слова “истина”. Жулай — истинное положение вещей, само постижение слова “истина”. Если ты не такой, как ты можешь говорить об истине, сострадании и красоте? Уходи, не позорься… Мы поговорим, когда ты достигнешь этой высоты. Дам тебе один совет, не бери на себя слишком многое. Если ты хочешь, чтобы люди поступали согласно твоим словам, тогда ты должен подавать соответствующий пример, — с улыбкой на лице добавил Цинь Му.

Преподобный потерял дар речи, как вдруг очередной монах протянул руку. Золотые источники излились из земли, поверх которых расцвёл лотос:

— В буддизме есть ануттара-самяк-самбодхи, высшее совершенное пробуждение, наивысшая совершенная мудрость…

— Ты достиг наивысшей совершенной мудрости? — спросил юноша.

— Я лучше уйду, — ответил преподобный.

— Владыка культа — красноречивый и хороший оратор. Если ты не против, я расскажу о священных писаниях и светском мире, — в стороне рассмеялся другой монах.

Взволнованный Цинь Му подошёл к тому монаху и сказал:

— Великий монах, дай мне высказаться первым. Позволь спросить тебя, если бы все люди обратились в Буддизм, не размножались, не вступали в брак, не имели детей, разве человеческая раса не вымерла бы сто лет спустя? Чем тебе не угодил род людской? Почему ты хочешь уничтожить всю человеческую расу?

После недолгой паузы, монах ошеломлённо ответил:

— Я хочу поговорить с тобой о том, что Небесный Дьявольский Культ творит слишком много зла, а магия в нём культе зловещая и коварная. Она использует живых людей для совершенствования…

— Что это по сравнению с искоренением человеческой расы? — перебив его, сказал Цинь Му.

Монах смотрел на него широкими глазами, едва сдерживая гнев:

— Я хочу обсудить с тобой не это!

— В таком случае, давай поговорим об этом. Когда я встретил Мастера Чертогов Небесного Святого Культа, который поглощал младенцев, он был убит. Недавно я видел, как в одном из монастырей у подножия горы Сумеру взращивали странных зверей, смешивая анестетики с кровавым мясом. Откуда взялось мясо, забрали ли они жизни живых существ? Я уничтожал всех отбросов в своём культе, теперь твоя очередь. Иди и уничтожь монастырь со всеми монахами внутри.

— Это не то, о чём я хочу говорить с тобой! Я собираюсь поговорить с тобой об учениях! Наш Монастырь Великого Громового Удара насчитывает десятки тысяч буддийских писаний, каждое из которых передаётся из поколения в поколение, уча людей быть сострадательными! — в гневе проговорил монах.

— Если ваш собственный Буддизм скрывает грязь, чтобы скрыть коррупцию вместо того, чтобы очистить её, а монахи в монастырях не сострадательны, как вы можете учить людей быть сострадательными? Глупцы любят читать лекции другим, но они не способны на это. Ну что ж, раз ты сказал учения, я поговорю с тобой об учениях. Путь святого — не что иное, как тот, которым могут пользоваться простые люди. Может ли ваша дхарма использоваться обычными людьми каждый день? Если они не могут использовать его, какой смысл просто записывать его в книгу? Если он бесполезен, не лучше ли его просто сжечь? — смотря на монаха, спросил юноша.

— Ты дьявол! Абсурдные аргументы и вредные учения, сжигание священных писаний и искоренение Будды, ваша дьявольская природа действительно очень опасна. Я сражусь с тобой! — желая наброситься на него, злобно кричал монах.

— Подожди, подожди. Ты хочешь убить меня, но позволь спросить, разрешают ли буддийские писания лишать жизни живое существо? — подняв руку вверх, улыбнулся Цинь Му.

Монах остановился и подавил свой гнев:

— Буддийские писания советуют людям быть сострадательными, не лишать жизни живое существо. Однако, против дьяволов, даже Будда будет разгневан и подчинит их!

— Трава, это жизнь? — спросил юноша.

— Естественно, — сердито ответил монах.

— Саженцы растут из травы, и многие из них превращаются в зёрна, а это значит, что зерна тоже живы, так почему же вы их едите? Вы ели вегетарианскую пищу и молились Будде, думая о сострадании, думая о красоте, думая об истине, но вы даже не знаете, сколько жизней было потеряно у вас во рту! Чем старше становишься, тем больше жизней ешь. Как ты можешь говорить о сердце Будды, говорить о сострадании? — пытался объяснить Цинь Му, вынув цветочное семя из мешка и держа то в руке. Когда он исполнил технику создания Земного Эона, мягкий побег пророс из цветочного саженца, а его корни вырвались из скорлупы. Духовная трава начала расти прямо в его руке. Растение было нежным, и вскоре на нём пророс бутон цветка. Слегка затрепыхавшись, зацвёл нежный и прекрасный цветок.

— Разве он не прекрасен? — спросил юноша.

— Красиво, — кивнул в знак согласия монах.

Цинь Му принёс цветок монаху и сказал:

— Вы едите зёрна этого цветка, его плоды. Такая прекрасная жизнь, но сколько таких ты съел? Думаешь ли ты расплачиваться по долгам? Будь у них дух и затем превратившись в демонов, горевали бы они о том, что ты съел миллионы из их расы? Ты когда-нибудь думал о проклятых душах бесчисленных цветов и трав, окружающих тебя в ожидании, что ты заплатишь своей жизнью?

Монах держал прекрасный цветок в обеих руках, а выражение его лица становилось всё более и более подавленным. Он чувствовал, как красота нежного цветка становится зловещей и ужасающей, требуя его жизни. Внезапно монах сел в позу лотоса, и по его лицу покатились слёзы.

— Я съел бесчисленное множество таких как ты, и мои тяжкие грехи трудно разрешить! Я готов превратиться в груду пепла, чтобы прокормить тебя! — когда он закончил говорить, огонь кармы загорелся вокруг его тела и в одно мгновение сжёг. Но даже при том, что огонь его полностью сжёг, это не повредило красивому цветку ни в малейшей степени. Он с лёгким касанием приземлился на пепел, всё ещё нежный и прекрасный.

— Пепел к пеплу, прах к праху. В самом конце совершенствование буддиста по-прежнему сводится к нулю, правда достаточно хорошо, чтобы использоваться в качестве удобрения, — Цинь Му наклонился собрать пепел, дабы посадить цветок. — Монах, ты был бесполезен всю свою жизнь, но ты, наконец, стал полезен после смерти. Цветок вырастет отличным и породит много саженцев, которые затем вырастут в ещё больше цветов. Ты будешь благодарен, если узнаешь об этом в преисподней. Хотя цветок не равен обычным людям, используя твой пепел как удобрение, я в действительности помогу тебе стать равным обычным людям. Отлично, мы с тобой на одном пути.

Парень встал и огляделся. Несмотря на свою молодость он неторопливо, как истинный Владыка, молвил:

— Какой ещё великий монах хочет поговорить со мной?

В окрестностях было тихо. Цинь Му посмотрел на серьёзных и мрачных монахов, но другая половина сразу же избегала его взгляда, не решаясь встретиться с ним.

Старый Ма и слепой стояли далеко, болтая со старыми монахами. Когда они увидели, что произошло, слепой улыбнулся:

— Если Му’эр останется в Монастыре Великого Громового Удара, а монахи немедленно не попытаются убить его… всего за несколько дней половина последователей Монастыря Великого Громового Удара вернётся к нормальной жизни, а другая, меньшая половина, будет также одержима дьяволом. Мне кажется, или он даже сильнее Сы?

— Он дьявол! Он небесный дьявол! Завораживающий всех своими демоническими словами! — внезапно раздался строгий крик монаха.

Другой монах крикнул сразу после этого:

— Он использовал демонические слова, чтобы убить старшего брата Синь Куна! Мы не можем позволить этому дьяволу жить, убить его, все, сюда!

В одно мгновение все впали в ярость, во все глотки перекрикивая друг друга о желании подчинить Цинь Му и убить дьявола. В этот момент юноша начал смеяться, его голос становился всё громче и громче. Переполох вокруг него постепенно исчез, но он всё равно продолжал смеяться.

— Вы, ребята, хотели обсудить кое-какие дела, поэтому я обсудил их с вами. Когда вы захотели воспользоваться учениями секты, я согласился поговорить об учениях. Когда вы не смогли одолеть меня, вы заговорили о том, чтобы лишить живое существо жизни. Меня устраивает, давайте тогда поговорим о лишении жизни живого существа. Вы не смогли добиться успеха даже в этом, вы на самом деле хотите убить меня? Зачем вам изучать Буддизм? Отступите, вернитесь к нормальной жизни, — закончив смеяться, равнодушно проговорил юноша.

Некоторые монахи были в растерянности, и их сердца опустели. Через мгновение некоторые действительно вздохнули и отвернулись, пойдя собирать свой багаж, чтобы покинуть гору. Остальные монахи не отступили, стоя с неприятными выражениями лиц.

— Значит, в конце концов, дело всё равно доходит до борьбы? Если всё именно так, зачем сначала выставлять напоказ свои неадекватные знания! Кто собирается умереть первым? — покачав головой, улыбнулся Цинь Му.

Глава 251. Не Эксперт в Техниках Дьявольского Пути

Монахи собирались атаковать юношу, однако Мин Синь остановил их:

— Притормозите, старшие братья. Давайте я подчиню этого дьявола и убью монстра!

Прежде чем монахи успели что-то сказать, монах Мин Синь уже бросился вперёд, подмигивая противнику и низким тоном говоря:

— Когда будем сражаться, сделай несколько ударов и признай поражение. Как только ты это сделаешь, им будем стыдно убивать тебя. И не используй дьявольских техник, а то они впадут в ярость.

«Сердце монаха не такое уж плохое, он намного лучше старика Цзин Мина»

Цинь Му моргнул в ответ и улыбнулся:

— Давай обменяемся советами.

Мин Синь немедленно сделал удар техникой Восьми Громовых Ударов, Весенний Гром на Одиноком Восточном Море. В тот же миг над округой раздался гром, будто переполненная река впадала в море под громыхание весенней грозы.

Движение монаха сопровождалось иллюзиями божественного искусства. Можно было заметить, как жизненная Ци позади и спереди от юноши превращалась в величественные горы, вниз по которым неслись бурные речные потоки. Казалось, будто они спускались с неба, после чего врезались в море внизу.

Когда техника Восьми Громовых Ударов выполнялась на таком высоком уровне, она почти ничем не отличалась от божественного искусства. Махаяна Сутра Жулая действительно соответствовала своему громкому имени!

Цинь Му тоже исполнил Восемь Громовых Ударов, которые выглядели так же величественно и завораживающе. Горы и реки, бескрайнее море, весенний гром и раскаты, сотрясающие землю, заполняли местность, пока сокращались мышцы двух противников. Их связки напоминали могучих драконов, извивающихся под кожей, доводя силу тел до максимума и радуя зрителей.

— Мин Синь, избей дьявола до смерти! — прокричал тощий монах. — Он совершенствует технику Восьми Громовых Ударов, это богохульство против Будды, убей его!

Движение Цинь Му изменилось, превращаясь в Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды, и в тот же миг его ладонь превратилась в тень, будто у него появилась тысяча рук. Каждое движение вызывало гром, словно огромный будда взмахнул тысячей своих рук, подчиняя дьяволов. Выражения лиц монахов вокруг изменились от увиденного.

Цинь Му, дьявол из Небесного Дьявольского Культа, успел постичь всю суть техники Восьми Громовых Ударов. Судя по его технике Тысячерукого Будды, он превосходил восемьдесят или даже девяносто процентов монахов монастыря.

Голоса монахов немного затихли, бормотали лишь их сердца: «Кажется, достижения Мин Синя в этом движении уступает ему, он не сможет одержать верх…»

Мин Синь тоже исполнил Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды, немедленно осознавая, что его владение техникой уступает противнику. Тело парня задрожало, когда он использовал навык Победы и начал неостановимо расти. Его тело покрылось бесчисленными буддистскими писаниями, будто огромный постоянно звенящий колокол.

Две тысячу рук будды столкнулись, и сразу стало очевидно, чей навык взял верх. Ладонь Цинь Му ударила огромный колокол, отчего во все стороны разлетелись лучи буддистского света.

В этот момент разве Цинь Му выглядел, как Дьявол? Он очевидно был выдающимся монахом, достигшим своего Дао. Он был молодым буддой, окружённым зелёными драконами, и выглядел невероятно достойным.

Внезапно, Мин Синь увидел, как ладонь Цинь Му пробилась сквозь стенку колокола, затем превратилась в мудру кулака и ошеломляя ударила в его сердце.

Кулак Цинь Му с точностью прошёл сквозь недостаток в его Махаяне Сутре Жулая. Используя мудру кулака, он воспользовался ошибкой противника и добрался до тела. Удар пришёлся прямо в его смертельную точку!

Однако кулак юноши не обладал слишком большой силой. Слегка коснувшись, он тут же отскочил. Сердца монахов успокоились:

— Совершенствование дьявола не слишком сильно. Только удары хороши.

Монах Мин Синь собрался с мыслями и сразу же контратаковал, однако Цинь Му начал извиваться вокруг, будто дракон. Со взмахами тысячи его рук, бесчисленные недостатки мгновенно проявились на поверхности буддистского колокола. Смертельные точки между его бровей, на ушах, глазах, сердце, море Ци, нефритовом затылке были отмечены Цинь Му в одно мгновение, монах получил сотни смертельных ударов!

Эти атаки были нацелены на недостатки Махаяны Сутры Жулая монаха Мин Синя. Растерявшись, он почувствовал себя будто котёл с сотнями дыр. На его теле были отмечены сотни смертельных слабых точек, отчего по лбу покатился холодный пот. Чтобы устранить эти недостатки, он немедленно изменил свою Махаяну Сутру. Парень считал, что слабое место на его горле исчезло, однако, изменение повлияло на всё его тело, отчего появилось множество новых изъянов.

«Совершенствование дьявола действительно низкое! — монахи вокруг окончательно расслабились. — Если он не может пробиться сквозь Золотой Колокол Защиты Тела Мин Синя, вне зависимости от сложности его движений, от ударов не будет никакого толку».

Цинь Му остановился, и его противник наконец понял, что произошло, немедленно выразив свою благодарность:

— Старший брат, спасибо за твои наставления! Только теперь я понял, что нельзя так легкомысленно менять Махаяну Сутру Жулая.

Цинь Му покачал головой:

— Дело не в том, что технику нельзя менять. Тебе просто не хватает противника, который помог бы тебе использовать свой талант и потенциал по максимуму. С помощью человека, владеющего глубокими знаниями и широким кругозором, ты бы быстрее совершенствовался и постоянно менял свою технику. Только таким образом можно достичь совершенства, — монах сразу же взглянул на Цинь Му, но тот ответил. — Я не могу, мне не хватает способностей. Можешь пойти к Жулаю, пусть он обучит тебя Махаяне Сутре. Если я стану твоим противником, то ограничу твои успехи.

Монах согласился, но сказал:

— Учиться у Жулая — это судьба, и я не знаю, моя ли это судьба… Дерьмо! — выражение парня резко изменилось, и он топнул ногой. — Всё очень плохо! Если бы ты мне проиграл, они не осмелились бы тебя убивать. Однако ты победил, и теперь у тебя проблемы! Что будем делать?

— Мин Синь, отойди, — монах средних лет подошёл с недовольным лицом, ругаясь. — Младший брат Мин Синь у тебя слишком доброе сердце! Ты подчиняешь дьявола, но решил не отбирать его жизнь. Ты что, собрался позволить ему продолжить сеять хаос в мире? Это смертный грех!

Мин Синь открыл рот, собираясь ответить, когда монах махнул рукавами в его сторону:

— Ты не собираешься отойти и подумать над своими действиями?

Парню осталось лишь уйти, обижаясь: «Когда это я поддался? Я ведь использовал свою полную силу!»

Посмотрев на Цинь Му, мужчина сказал:

— Владыка Культа Цинь, ты Владыка Небесного Дьявольского Культа, в то время как я всего лишь монах без громкого имени из Обители Небесных Драконов Монастыря Великого Громового Удара. Если я на тебя нападу, это нельзя будет посчитать избиением слабых, верно?

Цинь Му улыбнулся:

— Верно. Я старший, поэтому это я буду задирать слабых.

Монах произнёс одно из имён будды и проговорил:

— Владыка Культа Цинь, я помогу тебе понять глубину Буддизма. Посмотри на драконью колонну позади. Это один из Портретов Ста Драконов нашего монастыря. Маленький монах использует её, чтобы отправить владыку в рай.

Цинь Му посмотрел на колонну неподалёку, рассматривая портрет яростного небесного дракона. Когти последнего стремились вниз, отчего зверь выглядел так, будто подчинял дьявола.

Внезапно монах сдвинулся с места, тяжёлыми шагами мчась навстречу юноше и попутно крича:

— Надеюсь, Владыка культа переродится в хорошей семье и больше не будет дьяволом!

Бум!

Он ударил мудрой о землю, отчего по округе пронёсся раскат грома. Мужчина использовал Бурю Девяти Драконов из Восьми Громовых Ударов. Его жизненная Ци превратилась в зелёного дракона, точно такого же, как на колонне позади Цинь Му!

Зелёный дракон взмыл вперёд, вызывая вспышки грома, будто король драконов, сошедший в человеческий мир!

Цинь Му отвёл взгляд от драконьей колонны, и его Ци мгновенно вырвалась наружу, приняв форму Бури Девяти Драконов. Когда техники столкнулись, послышался отдающий эхом рёв зверей. Ударами кулаков, каждый противник создал сорок пять драконов, зелёных драконов… Звери столкнулись, в сражении извиваясь вокруг драконьих колонн.

— Великолепное совершенствование, старший брат Тань Синь! — воскликнули монахи.

Когда их голоса затихли, монах средних лет не удержался и болезненно застонал. Он почувствовал, как магическая сила противника подавляет его, а неожиданные превращение драконов из кулака сбивают с толку. Цинь Му тоже использовал форму дракона с колонны, но добавил в неё сотни изменений, поэтому монах оказался не в силах защититься от них всех.

— Он постиг истинное учение Обители Небесных Драконов!

Глаза монаха расширились от отчаяния, и сорок пять драконов, созданных из его Ци, немедленно рассыпались в воздухе. Стая драконов Цинь Му слились воедино и со свистом влетели в грудь противника!

Парень постиг учение Портретов Ста Драконов из Обители Небесных Драконов после того, как пришёл в это место и всего лишь раз его осмотрев. Это было почти невозможным достижением!

Монах, с которым он сражался, сразу понял, что дело плохо и использовал другие формы драконов из зала в надежде побороть силу превращений драконов Цинь Му.

Его совершенствование превосходило Мин Синя, к том же мужчина уже открыл своё божественное сокровище Шести Направлений, что давало ему огромное превосходство. Его жизненная Ци могла принимать настоящую форму божественных искусств.

Обитель Небесных Драконов была одной из многих обителей в Монастыре Великого Громового Удара. Здешние монахи находились в основном в областях Пяти Элементов и Шести Направлений. Было лишь несколько мастеров области Семи Звёзд, к примеру Синь Кун, который сжёг себя некоторое время назад.

Конечно, настоятель Обители Небесных Драконов был очень сильным, но в это время он, старый Цзин Мин, сопровождал старого Ма и слепого, поэтому не мог принять участия в происходящем.

Монах средних лет считался одним из самых выдающихся экспертов обители, однако его совершенствование жизненной Ци не шло ни в какое сравнение с Цинь Му. Превращения его драконов тоже значительно уступали юноше.

«Дерьмо, я не могу с ними справиться…» — выражение монаха Тань Синя изменилось, а его грудная клетка с громким хлопком взорвалась. Сорок пять сил вырвались из его тела, головы драконов открыли свои пасти, громко проревев на зрителей. Кровавый свет залил местность, свежая кровь разлетелась во все стороны, приземляясь на лица и одежду монахов.

Цинь Му покачал головой:

— Если вы не намереваетесь убить меня, я поддамся и сохраню вам жизнь. Но если кто-то захочет убить меня, он умрёт.

Монахи замерли в оцепенении. Внезапно, монах тыкнул пальцем в сторону Цинь Му и гневно прокричал:

— Ты использовал техники дьявольского пути, чтобы убить старшего брата Тань Синя! Он использовал техники дьявольского пути!

Кинув взгляд в сторону говорящего, Цинь Му медленно ответил:

— Восемь Громовых Ударов это техника дьявольского пути? Я нахожусь в области Пяти Элементов, а он в Шести Направлениях, и я убил его его же техникой, а вы не хотите признать, что его навыки оказались слабее, и говорите, что я использовал дьявольский путь? Жулай, твои ученики тебя позорят!

— Ты кормишь людей ложью, я убью тебя! — раздался злобный голос монаха в жёлтой робе, который, окружив себя безграничной Ци, тут же рванул вперёд. Его совершенствование находилось в области Шести Направлений, а техника была несравнимо сильной, напоминая раскатывающийся гром.

Цинь Му даже не обернулся в его сторону, подняв руку, чтобы отправить меч Младший Защитник навстречу. Свет меча вспыхнул, будто заход солнца на реке Вздымающейся. Тело монаха мгновенно покрылось тысячами дыр, безжизненно плюхнувшись на землю.

— Это навык меча Заходящее Солнце Империи Юйюань, — с холодным выражением лица декламировал юноша.

Другой монах набросился на него с намерением убить, но внезапно позади Цинь Му открылись Ворота Небесной Воли. Противник влетел внутрь, обнаружив слабый свет лампы, сияющий вдали. Душу монаха немедленно засосало в Юду, и она уплыла вместе с лодкой.

— Это тоже не дьявольская техника, а Врата Небесной Воли Юду, — Цинь Му закрыл врата и всё так же монотонно проговорил.

— Убейте дьявола! — ещё один монах атаковал парня, начав бить кулаками во все стороны.

— Са Мо Э! — гаркнул Цинь Му и душа монаха вылетела из тела, развеявшись прямо в воздухе. Затем он продолжил. — Вот это техника дьявольского пути. Вы видите разницу? Я не эксперт техник дьявольского пути!

Глава 252. Монах Мин Синь

— Убейте Владыку Небесного Дьявольского Культа, отомстите за наших старших братьев! — кричали монахи.

Всевозможные эмоции вспыхнули одновременно, роясь внутри Цинь Му, как пчёлы. Он слегка нахмурился, а его тело дрожало. Тысячерукий Будда вырвался наружу, засияв буддистскими лучами, и заговорил громким, величественным тоном, прокатившимся вокруг Обители Небесных Драконов. Юноша был как непоколебимый Будда, выдерживающий атаки со всех сторон. От непрерывно раздающихся взрывающихся ударов, монахи разлетались во все стороны. Они врезались в драконьи колонны, некоторые из которых на месте раскалывались на несколько частей.

Цинь Му встряхнулся, и тысячи рук, которые виднелись впереди и позади него, исчезли. Буддистские лучи тоже исчезли. Он обвёл взглядом монахов, которые валялись вокруг, и почистил рукава:

— Это Восемь Громовых Ударов вашего Монастыря Великого Громового Удара, они тоже техника дьявольского пути? Техника праведна только тогда, когда используется праведно! Делая зло, даже Восемь Громовых Ударов или Махаяна Сутра Жулая станут дьявольскими!

Старый Ма кашлянул и посмотрел на ошеломлённого старого монаха Цзин Мина, который стоял рядом с ним:

— Старший брат, в твоей Обители Небесного Дракона какой-то беспорядок. Думаю, нам стоит прогуляться по Обители Медитации Сердца.

Монах Цзин Мин с негодованием глядел на Цинь Му. Большинство монахов, которых парень избил или убил были его учениками. Однако, так как старый Ма и слепой были рядом с ним, он не осмелился что-то предпринимать против него. Особенно сильно его волновал слепой. Несмотря на то, что глазницы этого человека были пусты, он чувствовал, как тот видит его и ощущал какое-то неприятное жжение в своём горле, когда хотел выйти против Цинь Му. Он был уверен, что если осмелится сделать шаг, то бамбуковая трость этого старика пронзит его горло в тот же момент. У Махаяны Сутры Жулая был недостаток, который оставил слабое место в его горле, и как бы он не пытался избавиться от него, ничего не получалось. Другие старые монахи Обители Небесного Дракона также не решались как-то отреагировать на происходящее. Стоя рядом со старым Ма и слепым, они чувствовали, будто их сдавливают две горы Сумеру. При любом резком движении, их тела будут раздавлены в мякоть!

Холодный пот проступил на лбу монаха Цзин Мина, и тот сказал:

— Младший брат, твой ученик убил монахов Обители Небесного Дракона и даже уничтожил несколько сотен портретов драконов…

Старый Ма молчал, в то время как слепой, опёршись на бамбуковую трость, совершенно спокойно сказал:

— Старший брат Цзин Мин, разрушение Обители Небесного Дракона — твоя вина. Если бы ты не сказал, что Му’эр — Владыка Небесного Дьявольского Культа, этого бы не случилось. Не стоило перегибать палку, подчистить такой беспорядок будет непросто.

Капелька холодного пота скатилась по лбу старика, когда он прокашлялся, и с голосом, подобным отзвону огромного колокола, сказал:

— Владыка Культа Цинь — гость издалека, оставьте его в покое, отступите.

Как только он это сказал, монахи почувствовали облегчение и сразу же помогли лежащим на земле.

— Му’эр, вернись, — сказал старый Ма.

— Ты сражался, уничтожал, а также читал лекции. Мы гости, нам не стоит быть слишком наглыми. Старый Ма сказал, что хочет прогуляться по Обители Медитации Сердца. Ты присоединишься? — обращаясь к юноше, проговорил слепой.

— Маленький монах, если ты не захочешь оставаться в Монастыре Великого Громового Удара, найди меня в Небесном Святом Культе, — смотря на Мин Синя, поклонился Цинь Му.

— Зачем мне уходить? Мой учитель очень хорошо ко мне относится, старшие и младшие братья хорошо заботятся обо мне. Я не стану плохим, а тебе стоит прекратить с деятельностью Владыки. Не лучше ли отказаться от зла и стать добрым? Буддизм говорит, что море горечи бескрайнее, покайся, и берег будет под рукой… — с недоумением пробормотал Мин Синь.

— Ты настоящий монах. Иногда фальшивые монахи не поддерживают истинных монахов. Когда монастырь больше не сможет тебя терпеть, ты должен будешь найти свою татхату, своё идеальное пробуждение, — покачав головой, твёрдо ответил юноша, после чего, указал пальцем на сердце Мин Синя и улыбнулся. — Читай меньше буддийских писаний, большинство из тех, кто их пишет, никогда не были Жулаем. Если они не могут стать Буддой, как они могут вести тебя к этому? Уничтожь Будду и Монастырь Великого Громового Удара в своём сердце, и ты откроешь собственного Будду, мир станет твоим Монастырём Великого Громового Удара, и всё живое станет твоими друзьями Дао, твоими старшими братьями, — он коснулся монаха Мин Синя меж бровей. — Здесь лежит поддельный Будда. Не позволяй своей вере стать дьяволом, твоими ограничениями и препятствием для восприятия. Ты должен поднять голову, смотреть на мир с чистой совестью. Всегда думай сердцем и научись различать добро и зло, правильное и неправильное, Будду и дьявола. Выйди на улицу, посмотри, что делают люди, а не то, что говорят буддийские писания. Невозможно стать Буддой, только пребывая в монастыре и думая о добре и зле.

Монах Мин Синь будто впал в ступор, и, казалось, был глубоко озадачен услышанным. Цинь Му повернулся, чтобы пойти к старому Ма. По дороге он поприветствовал кивком монаха Цзин Мина и извинился:

— Прошу прощения великих мастеров за то, что нарушил ваш покой.

— Владыка культа учтив и твоей вины в этом нет, ведь твоя дьявольская природа слишком велика. Ты умеешь завораживать сердца людей и безжалостен в своих нападениях, настоящий старый дьявол, — сказал монах, ответив на приветствие.

— Моё совершенствование ещё не так хорошо, как хотелось бы. Но если люди хотят меня убить, я могу только отбиваться. Великий мастер, ты очень мудр. Если бы люди хотели убить тебя, ты бы отбивался? — взгляд Цинь Му стал недружелюбным, когда меч Младший Защитник выскочил из ножен. Старый монах Цзин Мин и остальные пристально смотрели на клинок, качая головами.

Юноша вернул заветный меч обратно в ножны, вздохнув, прежде чем улыбнуться:

— Я думал, что вы выдающиеся монахи достигшие Дао, достигшие состояния бесстрашия жизни и смерти, бесстрашия чести и позора. Но вы такие же как я, обычные люди с дьявольским нутром. Прощайте. Дедушки Ма, слепой, что такое Обитель Медитации Сердца?

— Это место, где монахи Монастыря Великого Громового Удара совершенствуют свои сердца. Совершенствование там немного отличается от привычного для нас. Монахи привыкли сначала развивать сердца. Многие из них изучают негласную медитацию, — уводя их, говорил старый Ма.

— Хорошо, что они не изучают красноречие, это экономит силы при разговоре о их действиях. В конце концов, когда ты захочешь поговорить с ними об ошибках их секты, они расскажут тебе о буддийских учениях. Если ты поговоришь с ними о логике, они расскажут тебе о буддийских учениях. Но если ты поговоришь с ними о буддийских учениях, они захотят убить тебя. Эти буддисты даже не могут делать то, что проповедуют, — облегчённо вздохнув, сказал слепой.

— В таком случае, давайте не будем идти к Обители Медитации Сердца, — остановился на месте старый Ма.

— Монахи в Обители Медитации Сердца такие же как эти? — в недоумении воскликнул Цинь Му.

— Есть ещё те, кто не изучает молчаливую медитацию в Обители Медитации Сердца. Хорошо, что ты поехал с нами, потому что, если бы я был здесь один, они бы точно на меня набросились. Но ты Владыка Небесного Дьявольского Культа, так что они хотят придраться к тебе больше, чем ко мне. Если они не смогут убедить тебя, то всё, что произошло в Обители Небесных Драконов повторится, — покачав головой, ответил старый Ма.

— В таком случае, давайте не пойдём. Монастырь Великого Громового Удара полон поддельных монахов, и мало кто может делать то, что они проповедуют. Пока ты говоришь, что они делают что-то не так, они будут ссориться с тобой. Труднее всего убедить человека. Они не могут сломать препятствие в своём сознании и всегда любят усложнять простейшую логику, оставляя тебя озадаченным. Поддержав спор, ты определённо проигрываешь, — стуча тростью о землю, проговорил слепой.

— Лучшая логика в правде, ведь в конце концов всё сводится к настоящему действию. В нашем мире действительно не так много настоящих монахов. Большинство из них поддельные, те, кто открывает рот и цитирует классику, будто извергают поток небесных цветов. Они только знают, как говорить, а не делать. Если среди ста есть один настоящий монах, это уже замечательно. Жулай стар и пренебрегает учениями. В последнее время, кажется, у него не хватает сил даже если он хочет что-то сделать, — высказался Ма. Он никогда не любил много говорить, но вернувшись в родные края, начал постепенно развязывать язык.

Монах Цзин Мин смотрел, как они уходили всё дальше и дальше, а затем в смятении взглянул на своих товарищей:

— Дьявольское нутро, Владыка Небесного Дьявольского Культа действительно имеет дьявольское нутро. Жулай хочет, чтобы он остался в монастыре, но я боюсь, что это не самое лучшее решение для Монастыря Великого Громового Удара.

— Я не могу понять, почему Жулай хочет, чтобы он остался. Он Владыка Небесного Дьявольского Культа, дьявол, которого можно легко подчинить, — сказал другой настоятель, находившийся рядом.

— Вы, ребята, не должны делать случайных догадок. Намерение Жулая состоит в том, чтобы использовать буддийские учения, дабы повлиять на него, дать ему знать просторы буддизма, отказаться от зла, чтобы стать добрым. Жулай думал взять его в ученики, но Патриарх Небесного Дьявольского Культа первым протянул руку и забрал его, — добавил монах Цзин Мин.

Старые монахи были сбиты с толку. Они знали, что Цзин Мин и старый Жулай имели глубокую связь учителя и ученика, поэтому тот знал многое. Из-за этого они поверили его словам и спросили:

— Это действительно так?

— Посох Кхаккхара — подарок на память, но он отдал его обезьяне. Жулай чувствовал, что парень избежал судьбы, поэтому он не пошёл искать его. Но на самом деле есть вторая причина, почему Жулай хочет, чтобы тот остался. Небесный Дьявольский Культ начинает процветать, потому что у них есть этот Владыка Культа Цинь. Он также имеет тесные отношения с Имперским Наставником. Что касается снежной катастрофы, Владыка Небесного Дьявольского Культа был дальновиден и приказал всему своему культу поддержать императора в отправке помощи при бедствии. Теперь, с поддержкой императора и Имперского Наставника, культ, безусловно, будет процветать.

Выражение лиц старых монахов изменилось, и они топнули ногами:

— Что мы должны сделать?

— Если Владыка Культа Цинь угодит в ловушку Монастыря Великого Громового Удара, Небесный Дьявольский Культ перестанет функционировать, как надо. Когда дьявол ослабеет, а Будда воспрянет, наш Монастырь Великого Громового Удара станет процветать. Даже если Небесный Дьявольский Культ попытается найти другого Владыку, они, вероятно, не найдут такого выдающегося, как этот. Что касается третьей причины… Это из-за следующего Жулая. Старому Жулаю не хватило смелости сделать, как Патриарх Небесного Дьявольского Культа и выбрать маленькое отродье в качестве Владыки, но он до сих пор восхищается Ма Ваншэнем и чувствует, что тот отлично подходит, чтобы унаследовать его рясу и чашу подаяния. Как жаль… — сказав это, в глазах монаха, казалось, мерцают лучи Будды.

Другие монахи смотрели друг на друга и сказали в унисон:

— Как жаль.

— Учитель, я… — подойдя, сказал юный монах Мин Синь старому монаху Цзин Мину.

Цзин Мин увидел, что паренёк в замешательстве, и решил дать тому наставление:

— Доброе дитя, тебя околдовали слова Владыки Небесного Дьявольского Культа. Дьявол лучше всего завораживает сердца людей.

— Но я чувствую, что сказанное им имело смысл…

— Доброе дитя, в нашем монастыре есть много буддийских писаний, которые судят дьяволов, иди и посмотри, что говорят твои старшие. Ты во всём убедишься и поймёшь сам.

Монах Мин Синь не понимал кому верить и был не в своей тарелке. Старый монах Цзин Мин нахмурился. Он видел, что слова Цинь Му оказали слишком сильное влияние на его юного подопечного, так что было лучше дать ему задания, которые не требовали много размышлений:

— Иди и помоги своим старшим братьям привести себя в порядок, а затем подними драконьи колонны. Несмотря на то, что они в руинах, их всё ещё можно починить.

Монах Мин Синь сделал жест признания и отправился помогать своим старшим братьям из Обители Небесного Дракона и лечить раненых. Однако монахи не были рады его появлению и прогнали, тем самым ошеломив. Он пошёл поднять рухнувшую драконью колонну, но пара монахов подошла и толкнула его в сторону. Когда он снова протиснулся вперёд, его повалили на землю. Он посмотрел на всех в изумлении, после чего спокойно встал и пошёл в хранилище буддийских текстов почитать буддийские писания… однако не понимал того, что читает.

Старый монах приводил в порядок Обитель Небесного Дракона, когда вдруг увидел своего молодого ученика, несущего небольшой свёрток с горы. Его сердце слегка дрогнуло, и он крикнул:

— Мин Синь, ты принёс буддийские писания?

— Учитель, я взял Сутру Сердца, — остановившись, ответил Мин Синь.

— Спустись с горы и возвращайся скорее. Море горечи не имеет границ, покайся и гора Сумеру всегда будет под рукой вместе с Монастырём Великого Громового Удара, — кивнул старый монах.

Монах Мин Синь опустился на колени и поклонился ему, прежде чем повернуться, чтобы уйти. Позади него прозвенел колокол Монастыря Великого Громового Удара, солнце было высоко в небе, отбрасывая своим светом длинную тень маленького монаха вниз по горе.

Глава 253. Фо Синь

Добравшись до Империи Вечного Мира, монах Мин Синь увидел в небе снежные тучи. Катастрофа ещё не была полностью ликвидирована, и солдаты повсюду продолжали разбираться с последствиями. Количество беженцев до сих пор оставалось большим, так же, как и бандитов, грабящих опустевшие дома. На каждом углу валялись голодающие, не в силах разобраться с проблемой.

— Тут чистый, нежный монах! — голодающие обрадовались, увидев Мин Синя. — Можем съесть его, даже мыть не надо!

Парень тут же сбежал. Голодающим, давно не видевшим еды, оставалось лишь оставить его в покое, у них не было сил для погони. Один из бедолаг проговорил:

— Я же говорил вам не шуметь. Можно было наброситься и откусить кусочек, когда он был достаточно близко. Тогда он бы не сбежал.

Встревожившись в сердце, монах Мин Синь начал дрожать от страха. Не ев ничего уже три дня, он так и не смог найти ничего съедобного. Между тем людоеды пытались сожрать его уже более десяти раз.

Монастырь Великого Громового Удара был тихим местом, в то время как внешний мир оказался порочным, к тому же поглощённым голодом. О такой ситуации не писалось в буддистских текстах, ведь только сытый и согретый человек мог думать о буддизме.

Сутра Сердца, которую он захватил с собой, тоже оказалась бесполезной. Она не могла решить проблемы отсутствия пищи.

Место, в котором он сейчас находился, было отдалённым от цивилизации, поэтому не было смысла думать о том, чтобы искать помощи в имперском дворе. По пути здесь встречались многие жертвы катастрофы, голодающие, а возле дорог валялись трупы погибших.

Также здесь водились дикие волки и собаки, ставшие демоны от того, что питались человеческими останками. Звери группировались в стаи и скитались по округе, охотясь на тех, кому повезло остаться в живых.

Обычные собаки были приручены, но как только наступила катастрофа, они перестали стеснятся обедать человеческой плотью. Звери быстро размножались, и были даже свирепее, чем волки!

— Это ад… — монах Мин Синь пустил слезу от постоянных встреч с демонами и трупами.

— Монах, у тебя есть ребёнок? — тощая женщина схватила парня за одежду, держа ребёнка свободной рукой. Её лицо было бледным, костлявым и изголодавшимся. — Дай своего ребёнка мне, а я дам тебе своего. Ты съешь моего, а я твоего.

Мин Синь закричал, вырываясь из её хватки, и сбежал.

— Жулай! — парень пробежал много километров, прежде чем полностью выбился из сил. — Ты что, не видишь человеческого мира с высоты Монастыря Великого Громового Удара?

Ошарашенный парень шёл вперёд, спотыкаясь на каждом шагу. Увидев на горизонте монастырь, он забежал внутрь, обнаруживая горстку людей, подвешенных к потолку. Их кожа была полностью снята, а в противоположном углу сидели монахи, держащие котёл с мясом. Заметив юношу, они истерически прокричали:

— Аббат, аббат, тут пострадавший монах!

Старый монах в спешке вбежал:

— Откуда ты, монах? Пищи осталось совсем немного, люди начинают грызть землю от голода! Юань Дин, накорми его, и пусть уходит. Мой будда сострадает.

Перед Мин Синем поместили котёл с человеческим мясом, окончательно его шокируя и заставляя почувствовать, как будда в его сердце затрещал и разрушился.

Выскочив наружу, он истерически ударил стоящую неподалёку статую будды, толкнув её на землю и разбивая на мелкие кусочки. Остальные монахи подбежали в попытке его остановить, и начали злостно кричать:

— Этот монах сошёл с ума, в него вселился дьявол! Он богохульствует будде, предаёт и рушит предков!

Мин Синь позволил им себя избить, не став отбиваться. Вскоре тело парня превратилось в кровавое месиво. В этот момент прибыл отряд солдат и атаковал монахов.

— Монахи ели человечину, они и вправду выходят из-под контроля… Генерал, тут избитый парень, он даже на человека не похож от ранений. Эээм, он всё ещё дышит!

Солдаты притащили Мин Синя к генералу, чтобы тот осмотрел парня:

— Он не умрёт. Монах, вижу, что у тебя неплохие способности, почему ты не отбивался?

Парень ответил с отупевшим лицом:

— У меня повсюду недостатки…

Генерал улыбнулся:

— Недостатки — это хорошо, у кого их нет? Только настоящие эксперты знают, что у них есть слабые места. У тебя есть способности, присоединяйся ко мне, чтобы защитить эту землю. Беженцы дошли до того, что ползают по земле и вырывают зёрна, которые только что были посажены!.. Люди, давайте сожжём этот монастырь!

Солдаты сразу же отреагировали, начав разводить огонь, и вскоре монастырь начал пылать. Мин Синь кивнул, но внезапно что-то вспомнил и побежал в сторону огня:

— Мои писания!

Генерал приказал своим людям удержать юношу:

— Что у тебя за писания? Насколько они толстые?

— Всего лишь две страницы.

— Такая холодная погода, а ты таскаешь с собой тонкие книги. Даже костёр не разведёшь, — генерал поднял палец вверх, и в его глазах появилась тоска. — Нам нужен лишь один урожай, и люди снова будут иметь достаточно пищи, чтобы не голодать. Мир перестанет быть адом, и снова станет миром людей. Поэтому защита земель — наша главная задача, нельзя позволить беженцам всё испортить. Когда ситуация наладится, ты сможешь вернуться к чтению своих буддистских писаний. Тогда я сам дам тебе целую кучу текстов, будешь читать сколько влезет!

Мин Синь был ошеломлён. Читать писания только в мирное время?

Тогда как они смогут спасти страдающих? Как они просветят всех живых существ?

Если писания нельзя использовать во времена хаоса, а только в мирный период, какой с них толк?

«Владыка Культа Цинь был прав, те, кто пишет буддистские писания, не являются Жулаями».

Монах ушёл вместе с генералом и его солдатами. Чистая хлопковая одежда и когда-то белые ботинки парня были покрыты пятнами крови: «С сегодняшнего дня, я буду своим собственным Жулаем, я сам буду писать буддистские тексты!»

В Монастыре Великого Громового Удара раздался громкий протяжный звон колокола, и Цинь Му посмотрел на запад. Там лежали Великие Руины, давным-давно претерпевшие бедствие. Затем он повернул голову на восток, где находилась Империя Вечного Мира, бедствие которой сейчас было в самом разгаре.

Монастырь Великого Громового Удара находился прямо между ними, не страдая от бедствия или катастрофы. Это и вправду было хорошее место. Здешние монахи не имели никаких забот и концентрировались лишь на изучении буддизма, не задумываясь о проблемах обычных людей…

****

— В Монастыре Великого Громового Удара есть больше четырёх тысяч обителей, из которых Обители Небесных Драконов и Медитации Сердца были одними из самых больших. Каждая обитель ответственна за что-то отдельное, и изучает особый предмет. Самые выдающиеся ученики остаются в своей обители, обучаясь у здешних старых монахов, — объяснил старый Ма.

— К примеру, монах Мин Синь учился лично у Цзин Мина, поэтому он получал больше внимания и стал лучше своих ровесников. Те, чьи способности и буддистская природа выше остальных, и вовсе становятся учениками самого Жулая.

Цинь Му посмотрел вниз на вершины гор, напоминающие лепестки лотоса, окружающие главную гору в центре. На них стояли десятки тысяч храмов и монастырей, перед каждым из которых дымился ладан.

— У Монастыря Великого Громового Удара есть и хорошие стороны. Его способ обучения учеников сильно напоминает идеи Имперского Наставника Вечного Мира, — кивая головой сказал Цинь Му.

Старый Ма повёл их к противоположной стороне горы, чтобы показать здешние достопримечательности. Они как раз стояли перед внушающей благоговение пагодой:

— Обитель Ямараджи — первое небо Обители Небес. Вторым небом является обитель Сагары Нагараджи, представляющий собой состояние ума в Махаяне Сутре Жулая. На самом верху лежат Обители Сакры и Брахмы. Если считать с той вершины, Обитель Брахмы будет первым небом.

Цинь Му поднял взгляд ввысь и был потрясён. Пагода перед ним выглядела слишком завораживающе. Это было атмосферное строение, возвышающееся над горами и реками вокруг.

Они вошли внутрь, попадая в первую обитель, Обитель Ямараджи, где встретили группу монахов, совершенствующих Махаяну Сутру Жулая. Старый монах немедленно отправился им навстречу, приветствуя:

— Ма Ваншэнь.

— Мы просто осматриваемся.

Лицо старого монаха обрело озадаченное выражение, он проговорил:

— В этом месте мы совершенствуем Махаяну Сутру Жулая…

Внезапно заговорил ещё один голос:

— Старший брат, наш будда говорит, что Монастырю Великого Громового Удара нечего прятать, пусть идут куда хотят.

Старый монах оглянулся и немедленно сказал:

— Фоцзы.

Молодой парень вошёл внутрь и поприветствовал старого Ма:

— Старший брат, — затем он повернулся к Цинь Му, — Владыка Культа Цинь.

Цинь Му улыбнулся, отвечая на приветствие:

— Фоцзы Фо Синь. Когда-то я видел тебя возле Имперского Колледжа, но ты меня не заметил.

Наголо выбритая голова монаха, казалось, была сделана из драгоценного камня. Его яркие глаза напоминали алмазы, а мочки уха свисали, будто капли воды. Между бровей парня была нарисована красная точка, выглядя довольно необычно. Это был никто иной, как Фоцзы Фо Синь.

Когда-то Фоцзы приходил блокировать врата Имперского Колледжа вместе с старым монахом Цзин Минем, и Цинь Му пришёл взглянуть на гостей. Так как Патриарх не просил его что-то сделать, да и он был занят парализацией зелёного быка, юным дарованиям не выпал шанс померяться силами.

Когда имперский лекарь Ю и остальные парализовали Имперский Колледж, Сы Юньсян тайком сразилась с Фоцзы, вынудив его покинуть врата.

Фо Синь смерил Цинь Му взглядом, отметив, что хоть Владыка Небесного Дьявольского Культа выглядел цивилизованно и вёл себя вежливо, культурно и утончённо, его взгляд оставался невероятно диким. Он почувствовал сильное и непоколебимое давление его глаз, метящее прямо в сердца людей. От этого Фоцзы ощутил себя некомфортно: «Дьявольская природа этого парня очень велика!»

Затем юноша обратился к старому монаху:

— Жулай сказал, что не случится ничего плохого, даже если мы покажем Владыке Культа Циню Махаяну Сутру Жулая. Не имея буддистской природы, невозможно совершенствовать технику нашего Монастыря Великого Громового Удара. Более того, старший брат Ма тоже владеет Махаяной Сутрой, и при желании уже давным-давно обучил бы Владыку. Добрые люди, старший брат Ма, можете осматриваться сколько угодно.

Старый монах успокоился и продолжил объяснять ученикам секрет первого неба, Неба Ямараджы. Он больше не переживал из-за вторжения Цинь Му и стариков.

Спустя мгновение, Цинь Му осознал услышанное и сразу же взялся испробовать новые знания о Махаяне Сутре Жулая на практике. По его телу начали проноситься волны холода и тепла, будто он спустился в ад и стал Ямараджи.

Фоцзы увидел, как парня окутали золотые лучи, и сердце монаха вздрогнуло: «Это буддистский свет! Он выучил первое небо Махаяны Сутры просто постояв здесь? Неужели у него есть буддистская природа? Разве он не дьявол?»

Старый Ма заметил буддистские лучи, внезапно разразившиеся из тела юноши, и проговорил:

— Му’эр, ты уже постиг первое небо Махаяны Сутры, нам больше нет смысла слушать этого старика. Идём наверх.

Юноша последовал за стариками к Обители Сагары Наджары, Фоцзы побежал за ними. На втором этаже тоже сидел монах, рассказывая о всевозможных секретах Сагары Наджары.

Вскоре, буддистские лучи Цинь Му стали сильнее.

Фоцзы был потрясён. Люди с дьявольской натурой не могли совершенствовать Махаяну Сутру Жулая. Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, самым злым дьяволом мира, однако, всего лишь постояв немного и послушав рассказы, он смог постичь второе небо техники монахов. Разве это не было слишком шокирующим?

Нужно отметить, что Фо Синь удостоился звания Фоцзы, потому что владел чистым сердцем младенца. Придя в Монастырь Великого Громового Удара впервые, он смог развить свою Махаяну Сутру до четвёртых небес за очень короткое время, что взбудоражило всех местных монахов. Именно тогда парень и стал Фоцзы.

Из того, что он знал, с Ма Ваншэнем случилась такая же история. Ходили слухи, что старый Ма смог выучить пять небес при первой же попытке. Именно поэтому Жулай полагал на старика огромные надежды, готовя его как свою замену.

«Дьявол из Небесного Дьявольского Культа не может владеть такой же сильной буддистской природой, как и я!» — подумал про себя монах.

Добравшись к третьему небу, Цинь Му постиг состояние ума Кандры из Махаяны Сутры, изучив третье небо. Из затылка парня засияли внушающие, напоминающие лунный свет буддистские лучи. В то же время даже среди монахов Обители Кандры не все могли добиться такого результата!

На четвёртом этаже Цинь Му постиг состояние ума Сурьи, и буддистские лучи на его затылке превратились в ослепительный солнечный свет. Он выглядел, будто выдающийся монах, достигший своего Дао!

Глава 254. Новые проблемы

Фо Синь вздрогнул. Он также прорвался через четыре неба один за другим, развивая духовное состояние Сурьи, однако, достигнув Обители Маричи, он не смог сразу начать изучение, но даже так, подобного было достаточно, чтобы его нарекли Фоцзы. Разве это не означает, что Цинь Му также имел сердце Будды и не уступал ему? Если тот продолжит идти вперёд и прорвётся через состояние ума Маричи, не будет ли это означать, что дьявольское сердце Будды было даже сильнее, чем его сердце… сердце Фоцзы Фо Синя? Как может дьявол обладать большей природой Будды, чем тот, кто изучает буддизм?

Придя в Обитель Маричи, Цинь Му послушал священное писание, и вскоре из его тела вырвался ещё больше ослепительного солнечного света. Фо Синь был в недоумении, в его голове творился настоящий бардак. Цинь Му, а по сути, дьявол, на самом деле сумел развиться до пятого неба с первой попытки, тем самым подтверждая, что он обладал такими же способностями, тем же сердцем Будды, как и Ма Ваншэнь! Разве такое возможно? Он был сущим дьяволом, поэтому для него было в принципе невозможно изучать Махаяну Сутру Жулая!

Фоцзы Фо Синь являлся монахом с самыми могучими способностями и пониманием за последние сто лет, и он имел лучшее сердце Будды, поэтому попросту не ожидал, что его превзойдёт дьявол…

Все пришли к Обители Хаирти, но Цинь Му не удалось развить шестое небо Махаяны Сутры Жулая. Тем не менее, Фо Синь всё равно был ошеломлён. Юноша перед ним развил пять небес за один раз, этого уже было достаточно, чтобы стать Жулаем!

«Если бы он обратился в буддизм, учитель, скорее всего, выбрал бы его в качестве следующего Жулая… Я не могу позволить ему стать учеником Жулая, следующий Жулаем буду именно я!» — Фо Синь начал беспокоиться о своих личных достижениях и потерях. Как только эта мысль родилась в его голове, он не мог перестать думать об этом.

— Фоцзы, я слышал, что однажды сюда приходил Имперский Наставник. Сколько небес он развил с первой попытки? — внезапно спросил Цинь Му.

— Имперский Наставник приходил сюда сто-двести лет назад. Я слышал от старейшин в монастыре, что Жулай был с ним тогда, и Имперский Наставник за короткое время постиг семь небес, — ответил Фо Синь.

— Как и ожидалось от гения, который появляется раз в пятьсот лет, я не могу конкурировать с ним, — задумчиво проговорил юноша.

— Имперский Наставник действительно сумел постичь семь небес за один раз? — удивился старый Ма. — Невероятно… Если бы он проникся буддизмом, то смог бы стать Жулаем, если бы он вступил в секту Дао, то смог бы стать Мастером Дао, а если бы он вошёл в твой Небесный Святой Культ, то смог бы стать священным Владыкой! Огромный талант! Нет никого, кто может сравниться с ним!

— С одноногим не обошлось несправедливо, отрубив ему всего лишь одну ногу, — в восхищении воскликнул слепой.

Ма и слепой прошлись с ними через все уровни пагоды двадцати небес, отчего два-три дня прошли практически незаметно. Цинь Му выслушал все двадцать небес Махаяны Сутры Жулая и воскликнул в восхищении от её изысканности. Они не уступали Великим Небесным Дьявольским Рукописям. У него не было желания изучать Махаяну Сутру Жулая, но он мог использовать знания других людей, чтобы улучшить себя. Как ни как Махаяна Сутра была достойна того, чтобы он использовал её в качестве ориентира.

Фо Синь посмотрел на Цинь Му мерцающим взглядом:

— Способности Владыки Культа Циня заслуживают похвалы. Владыка, с тех пор как Монастырь Великого Громового Удара показал тебе Махаяну Сутру нашего Жулая, интересно, может ли маленький монах просматривать твои Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Цинь Му достал клубок ниток из своего мешка таоте и великодушно сказал:

— Любой человек в нашем культе может изучать Великие Небесные Дьявольские Рукописи, так что нет никаких проблем, даже если ты посмотришь на них.

Он натянул основание нитки, слегка потянув её. Мгновенно бесчисленные слова закопошились и покатились в небо. Цинь Му ничего не скрывал и просто показал все священные писания культа.

Увидев первое предложение Великих Небесных Дьявольских Рукописей, Фо Синь переменился в лице. Он чувствовал, что их идеалы противоречат идеалам буддизма, а когда дошёл до Семи Писаний Создания, нахмурился:

— Это действительно техника дьявольского культа, в ней нет никакого сострадания. Всё эти учения состоят из злых навыков! Владыка культа, убери их, маленькому монаху не стоит смотреть на них!

Цинь Му был в недоумении, но сделал так, как просили и вернул к себе Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которые к моменту, когда оказались в его руке, уже успели свернуться в клубок ниток.

В этот момент внезапно показался спешащий монах, который что-то прошептал Фо Синю, чем явно удивил последнего. Отдав честь группе, монах оставался спокойным и собранным:

— Трое благотворителей, уже поздно, так что можете втроём вернуться в свои комнаты и отдохнуть.

— Мы гости, поэтому будем следовать советам хозяев. Му’эр, старый Ма, давайте вернёмся в наши комнаты и отдохнём, — зевнув, предложил слепой.

Трое вышли из пагоды, как вдруг слепой проговорил:

— Только что монах сказал Фо Синю, что Наследный Принц Империи Вечного Мира пришёл просить аудиенции у старого Жулая.

— Наследный Принц Империи Вечного Мира? Для чего ему это? Что он задумал? Зачем ему просить аудиенции у старого Жулая? — был ошеломлён Цинь Му.

— Фо Синь велел монаху привести наследного принца в Зал Великой Силы, в то время как он пошёл в Пагоду Тысячи Будд, чтобы сообщить Жулаю… Он вошёл в Пагоду Тысячи Будд, но я не могу видеть или слышать, что происходит внутри. Жулай вышел и сказал монахам повторять заклятия, подавляя Ли Тяньсина, — говорил слепой, дёргая ушами.

Выражение лица старого Ма слегка изменилось, он спешно сказал:

— Разве буддийские навыки обычных монахов могут подавить Ли Тяньсина? Жулай небрежен, Тысячи Будд в Пагоде мертвы, так что даже если их энергия может быть восстановлена заклятиями монахов, этого недостаточно, чтобы подавить прошлого Владыку! Быстро, к Пагоде Тысячи Будд, мы не можем допустить, чтобы Ли Тяньсин сбежал!

Троица немедленно поспешила к золотой вершине, но Цинь Му был намного медленнее остальных. Когда он проходил мимо своей комнаты, он увидел цилиня, всё также спящего, а старый монах рядом с ним всё ещё читал ему священные писания.

— Жирный Дракон! — поспешно закричал юноша, зверь проснулся и побежал, оставив старого монаха позади.

— Скотина, никакого уважения! — выкрикнул тот монах.

Цинь Му прыгнул на спину цилиня и добавил:

— Направляйся к золотому пику так быстро, как никогда не летел!

— Но Владыка, я голоден, ты не кормил меня эти дни.

— Отправляйся на золотую вершину так быстро, как сможешь, и я дам тебе два ведра!

Цилинь был мгновенно мотивирован и в бешеном порыве бросился к золотому пику.

****

Внутри Пагоды Тысячи Будд были материальные тела предыдущих Жулаев, в то время как снаружи монахи сидели на крыше, а также у окон и дверей. Они пели буддийские мантры, тем самым подпитывая телесные оболочками старых Жулаев. Через эти материальные тела заклятия трансформировались в тексты с формами, подобными огромным драконам, летающим туда-сюда, набрасываясь на место меж бровей Сы, чтобы подавить и очистить её сердце дьявола, Ли Тяньсина.

Последние пару дней старый Жулай лично велел всем монахам использовать природу Будды, скрытую в материальных телах, чтобы подавить и очистить Ли Тяньсина. Результат уже был виден, так как бабушка Сы просыпалась всё чаще и чаще, что явно говорило о том, что дух прошлого Владыки сильно ослаб. Именно поэтому старый Жулай спокойно ушёл, передав задание монахам… Там было столько материальных тел предыдущих Жулаев, что не должно было возникнуть никаких проблем…

Но в этот момент зрачки бабушки Сы стали несравнимо тёмными, и она усмехнулась. Голос, наполненный соблазнительностью, исходил из пагоды, напоминая голос любовницы, нашёптывающей милые, пылкие слова в уши. Этот голос проник в уши монахов, в их сердца, и мгновенно все сердца Будд монахов были погружены в хаос, поскольку в них рождались дьяволы.

— Держитесь! Не слушайте голос! — громко кричал старый монах.

Как только он произнёс эти слова, красивое лицо выскочило из пагоды и мило улыбнулось ему. Дьявол проник в сердце Будды старого монаха, и колесо лучей Будды за его головой потускнело… Он упал с пагоды.

— Всё очень, очень плохо! — другой старый монах скандировал множество имён Будды, прежде чем поднять два пальца, чтобы воткнуть их себе в глаза, дабы не смотреть на Сы. Он выколол оба глаза, но затем нежный смех достиг его ушей, проникая в его сердце. Старый монах стиснул зубы и ударил по ушам, прокалывая барабанные перепонки, чтобы не слышать её голоса.

Голова старого монаха была покрыта кровью, когда он громко скандировал буддийские писания, вызывая материальные тела предыдущих Жулаев, находящиеся в пагоде. Поскольку он не мог видеть и слышать, он не знал, что монахи падают с пагоды и громко разбиваются об землю. Внезапно он почувствовал мягкую и стройную белоснежную руку, ласкающую его лицо и лысую голову. Тело старого монаха задрожало, и лучи Будды за его головой внезапно рассеялись… и он также упал с Пагоды Тысячи Будд.

Цинь Му подтолкнул цилиня, чтобы тот прибавил скорости, пролетая рядом, он видел, как монахи падают на землю. Старый Ма и слепой ускорились, чтобы преследовать Сы, которая уже избежала подавления Пагоды Тысячи Будд. Скорость той троицы была такой быстрой, что они исчезли в мгновение ока. Даже цилинь мог только смотреть за ними, не имея никакой возможности догнать их.

— Ребята… — ошеломлённо проговорил Цинь Му. Золотая вершина была погружена в хаос, старый Ма и слепой бросились прочь, оставив его сидеть одного на спине цилиня. Юноша был на мгновение поражён, а затем обиженно продолжил. — Интересно, согласится ли Монастырь Великого Громового Удара отпустить меня. Я как-то себя не очень хорошо чувствую, оставшись во вражеском лагере без поддержки старших…

****

Как только старый Жулай сел в Зале Великой Силы, думая поболтать с наследным принцем, к нему ворвался монах с вестью:

— Чтимый Всем Миром, Ли Тяньсин сбежал!

— Я недооценил его, думая, что чтимый Владыка культа сочтёт пренебрежительным изучать искусство обаяния… — ошеломлённый, старый Жулай покачал головой. — Я попросту не ожидал, что у него всё ещё будут трюки в рукавах. Так как я не могу подавить и очистить его, пусть Владыка Небесного Дьявольского Культа покинет гору.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа находится в Монастыре Великого Громового Удара? Тот вельможа имперского двора? — спросил наследный принц.

— Это он, — кивнул в ответ старый Жулай.

— Будда, этот человек — Владыка Небесного Дьявольского Культа, тот, кто сделал много зла, поэтому его нельзя отпускать. Почему бы нам просто не избавить сей мир от такого зла прямо на этой горе? — воскликнул принц.

— Он просил меня об одолжении, поднявшись на гору, так что я предложил ему остаться. Однако поскольку я не смог сделать то, что обещал, мне придётся попросить его покинуть гору. Наш Монастыря Великого Громового Удара не может вести себя подобно дьяволу, — гордо проговорил Жулай.

Наследный Принц Вечного Мира хотел сказать кое-что ещё, но Фоцзы Фо Синь встал и сказал:

— Чтимый Всем Миром, я сообщу Владыке Культа Циню, чтобы он покинул гору.

Старый Жулай кивнул и посмотрел в сторону наследного принца:

— Наследный принц, этот старый монах знает о Ваших намерениях и о Ваших планах. Ли Тяньсин воспользовался моментом, пока мы все здесь. Всё живое сейчас в большой опасности. Вы должны были встретить Бедного Учителя и остальных, верно?

— Они не могут справиться с моим отцом, поэтому мы искренне просим Будду протянуть руку помощи, — кинул в ответ принц.

— Техника Девяти Монархических Драконов Его Величества уже развита до максимума, так что не так много людей, которые могут справиться с ним, но у нас есть ещё один старый монах, — улыбнулся Жулай.

В этот момент Фоцзы Фо Синь нашёл Цинь Му:

— Владыка Культа Цинь, Чтимый Всем Миром приказал мне отправить тебя вниз с горы.

Глава 255. Сильная Дьявольская Природа

— Спасибо за всё, Фоцзы, — отблагодарил Цинь Му. Так как монах продолжал идти рядом с ним, он слез с цилиня и пошёл пешком, проявляя вежливость.

— Небо уже стемнело, мы должны были позволить Владыке остаться ещё на одну ночь.

Парочка неспеша спустилась с горы. Хотя их шаги были совершенно спокойными, обычные люди ходили где-то в десять раз медленнее.

Фо Синь заговорил:

— Хоть Владыка Культа пробыл в Монастыре Великого Громового Удара совсем недолго, ты поднял очень много шума. Некоторые монахи лишились жизни, а другие покинули монастырь, вернувшись к обычной жизни. Тем не менее, Жулай позволил тебе покинуть гору.

Цинь Му улыбнулся:

— Широта ума Жулая вызывает у меня сильное восхищение, чего и стоило бы ожидать от главного последователя Будды. Жулай отбросил сектантские предрассудки и согласился помочь бабушке Сы, за что я очень признателен.

Фо Синь улыбнулся в ответ:

— Владыка Культа, я хотел бы ещё раз взглянуть на Великие Небесные Дьявольский Рукописи, можно?

Юноша достал рукописи, раскрывая их, чтобы показать монаху бесчисленные параграфы текста. Спускаясь по горе, Фоцзы некоторое время рассматривал их, после чего покачал головой:

— И вправду опасные навыки. Каждое божественное искусство и каждая техника обучает убийству других, даже методы совершенствования дьявольские.

Цинь Му был поражён:

— Фоцзы, с чего ты это взял?

— Взгляни на Технику Создания Небесного Дьявола, которая снимает с людей кожу, дабы изготовить одежду. Душа, дух, Ци и кровь должны быть запечатаны всего лишь для изготовления одежды. Разве это не дьявольский навык?

Цинь Му улыбнулся:

— Техника Создания Небесного Дьявола используется для совершенствования духовного тела. Если запечатать свою собственную душу, дух, Ци и кровь, можно защититься от магии извне. Этот навык не для того, чтобы сдирать кожу и шить одежду. Для превращения достаточно объединить Технику Создания Небесного Бога с техникой создания Небесного Духа.

Фи Синь покачал головой:

— Владыка Культа, ты неправильно их совершенствуешь. Разве есть человек, не слышавший о дьяволах с техниками Небесного Дьявольского Культа? Ты всё ещё молод, сколько ты успел прочитать? Вполне естественно, что ты ещё не всё понимаешь. Взгляни на технику создания Поднебесного. Она, очевидно, дьявольская техника, использующая души младенцев для совершенствования. Те, кто её используют, никогда не состарятся, но сколько детей при этом умрёт?

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать, поправляя монаха:

— Под так называемой поднебесной Ци имеется ввиду не младенец, а лишь его состояние. Перед рождением ребёнок находится в поднебесном состоянии, вначале Инь и Ян. Плацента соединяет его с телом матери, поэтому ему не нужно дышать, отчего душа ребёнка остаётся чистой. Фоцзы, ты неправильно всё понял. Необязательно есть плаценту или ребёнка, нужно относиться к себе, как к младенцу.

Фо Синь покачал головой:

— Владыка Культа, ты до сих пор смеешь что-то отрицать? А разве техника создания Небесного Эона не используется для собирания дьявольского огня солнца и земли, очищая живых существ? Чем больше людей умрут от очищения, тем больше станет проклятых душ, увеличивая силу навыка. В конце концов дьявольский огонь превратится в ад, из-за Эона Земли!

Цинь Му улыбнулся:

— В названии техники есть слово “создание”, она используется для совершенствования духа и усиления духовного тела.

— Использовать чужие души для совершенствования своей собственной? Разве это не дьявольский подход? — недоумевал Фо Синь.

Отрицательно качая головой, Цинь Му ответил:

— Эту технику можно объединить с техникой создания Поднебесного, сохраняя духовное начало и принимая состояние младенца, связываясь с землёй. Манипулируя Ци матери-земли, можно усилить свою душу или создать живое существо. Фоцзы, последними днями я совершенствовал техники Великих Небесных Дьявольских Рукописей, и мой духовный эмбрион невероятно усилился за счёт этих двух техник. Ты тоже можешь попробовать.

Фоцзы улыбнулся в ответ:

— Я не собираюсь их использовать, а просто хочу покритиковать.

Цинь Му посмотрел на него глубоким взглядом. Фо Синь выглядел благородно, и казалось, говорил искренне, поэтому он улыбнулся:

— В таком случае, продолжай.

Монах продолжал рассматривать техники, всё дальше уходя от монастыря Великого Громового Удара:

— Твой Небесный Дьявольский Культ заслуженно называется дьявольским, в его учениях слишком сильна дьявольская природа. Ваши техники, навыки и божественные искусства шокируют и пугают. Для совершенствования техники Отправления Похорон действительно нужно убить всю свою семью?

Цинь Му отрицательно покачал головой:

— На самом деле, это техника Чертога Похорон нашего Небесного Святого Культа, они совершенствуют бумажных человечков и лошадей. Их задача — помогать людям организовывать похороны, отгонять призраков и приносить удачу потомкам. Фоцзы, если ты продолжишь смотреть на писания с упреждениями, в этом не будет никакого смысла. Боюсь, что твоё сердце будды не выдержит.

Тот рассмеялся:

— Владыка Культа Цинь, мой Монастырь Великого Громового Удара согласился показать тебе Махаяну Сутру Жулая, а ты не даешь мне дочитать Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

Парень слегка улыбнулся в ответ:

— Ладно, как скажешь.

Двое парней продолжали спускаться с горы, и чем больше Фо Синь читал, тем сильнее начинал качать головой. Когда они наконец добрались к подножию, наступила поздняя ночь. К этому моменту он успел прочитать больше, чем половину Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Цинь Му оглянулся. Впереди лежала Империя Вечного Мира. Если бы он спустился с противоположной стороны горы, перед ним оказались бы Великие Руины, но так как те были окутаны тьмой, он не смог бы войти в них.

Новогодние праздники уже закончились, наступил второй месяц года. В небе еле виднелись звёзды, но свет полумесяца был сильнее, чем обычно, создавая безмятежную атмосферу.

Они находились возле Монастыря Великого Громового Удара, поэтому тучи снежной катастрофы были давным-давно убраны монахами.

Неподалёку лежали несколько деревень, исповедующих буддизм и поклоняющихся будде. Здешняя земля принадлежала монастырю, её население было в основном фермерами. Вместо того, чтобы платить налоги Имперскому Двору, они отправляли пожертвования монахам.

Цинь Му хотел вернуться в Империю Вечного Мира. Во-первых для того, чтобы продолжить совершенствоваться, во-вторых, чтобы управлять Небесным Святым Культом. Освободившись из Пагоды Тысячи Будд, Ли Тяньсин также побежал в сторону Империи.

Фо Синь продолжал читать Великие Небесные Дьявольские Рукописи, когда парни приблизились к горным вратам. Монах на страже сидел с лампой в руке, возле него спокойно дремал оленеподобный странный зверь.

Рядом было ещё несколько солдат, которые поднялись, как только увидели гостей. Фоцзы подошёл расспросить кто они такие, и один из мужчин ответил:

— Мы — служащие наследного принца. Будучи обычными людьми, мы не можем войти в монастырь, поэтому стоим здесь, ждём.

— Я должен проводить владыку дьявольского культа с горы, так что у меня нет времени с вами разбираться. Позвольте.

Фо Синь подозвал к себе странного зверя:

— Владыка Культа Цинь, мне нужен ещё один час, чтобы закончить чтение. Если ты не возражаешь, я хотел бы ещё немного с тобой пройтись. Зверь моего Монастыря Великого Громового Удара слушает дхармы каждый день, отчего его совершенствование довольно высоко. Он ничем не уступает твоему цилиню.

Цинь Му улыбнулся:

— Ладно, так и сделаем.

Милу, оленеподобный зверь, и цилинь двинулись вперёд с одинаковой скоростью. Из затылка Фо Синя засияли буддистские лучи, освещая Великие Небесные Дьявольские Рукописи, позволяя ему продолжить чтение.

— Владыка Дьявольского Культа? — глаза солдат наследного принца загорелись в недоумении. — Какого дьявольского культа?

Монах, стоявший возле ворот, ответил:

— А кто это мог быть? Это Владыка Культа Цинь из Небесного Дьявольского Культа. Он пришёл к нам со злобными намерениями и околдовал многих монахов, заставив их вернуться к обычной жизни. На протяжении последних нескольких дней монахи постоянно уходили, некоторые из них были моими старшими дядями!

Солдаты переглянулись и улыбнулись друг другу:

— У нас появился шанс заработать немалые заслуги! Владыка Небесного Дьявольского Культа убил Сунь Наньто и стёр Монастырь Наньто с лица земли. Не могу поверить, что мы встретили его в таком месте. Быстрее, пойдём за своими заслугами!

— Добрые люди, не вершите зла, убивая людей, не навредите Фоцзы! — в панике прокричал монах.

— Не волнуйся! — улыбнулись дружинники принца. Цинь Му сидел на спине цилиня, продолжая смотреть на луну в небе, подпрыгивая вверх-вниз от движения зверя. Был восьмой день второго месяца, поэтому полукруг луны был сильно изогнутым.

Вскоре Фо Синь вздохнул с облегчением и вернул парню Великие Небесные Дьявольские Рукописи:

— Маленький монах закончил чтение, твои писания и вправду — дьявольский текст. Почему владыка продолжает смотреть на луну?

— В Великих Руинах нет луны, — парень отвернул взгляд и осторожно коснулся к рукописям. Они превратились в клубок нитей, когда он улыбнулся. — Поэтому каждый раз, когда я вижу её в небе, она кажется невероятно красивой и интересной. Более того, я хочу увидеть границы Монастыря Великого Громового Удара.

Фоцзы был немного ошеломлён и переспросил:

— Границы Монастыря Великого Громового Удара?

Цинь Му кивнул. Увидев, как тучи начинают закрывать луну, он спрыгнул со спины цилиня. Земля позади него была освещена лунным светом, а всё впереди лежало во тьме.

— Граница Монастыря Великого Громового Удара лежит здесь. Взгляни сам, Фоцзы. Великие монахи монастыря забрали все тучи над своими землями. Всё, что осталось, — принадлежит Империи Вечного Мира, и не имеет никакого отношения к монахам.

Фо Синь спрыгнул с милу и поднял голову, всматриваясь в небо, после чего посмотрел на землю и удивлённо проговорил:

— Никогда не знал, что у Монастыря Великого Громового Удара есть границы. В таком случае, неподалёку должен быть пограничный камень.

Внезапно заинтересовавшись, Цинь Му улыбнулся:

— Давай его найдём.

У монаха тоже, казалось, проявился юношеский характер, и парни начали осматривать округу. Спустя некоторое время, они обнаружили разрушенную скалу, которая когда-то была горной вершиной. От неё осталась лишь половина высотой в тридцать метров. На камне были высечены несколько слов: “Граница Монастыря Великого Громового Удара”.

Фо Синь хлопнул в ладони и рассмеялся:

— Здесь и вправду есть пограничный камень! Даже будучи монахом Монастыря Великого Громового Удара, я никогда не слышал, чтобы кто-то из старших братьев упоминал о нём. Владыка Культа Цинь, я слышал, что Небесный Дьявольский Культ не совершенствует свои сердца, не выставляет высоких требований к складу ума. Ваши техники позволяют быстро развиваться, но из-за слабости сердец вы легко попадаете под контроль дьяволов.

Стоя под пограничным камнем, Цинь Му протянул руку, осматривая почерк на надписи:

— Говорят такое.

Взгляд Фоцзы дрогнул, и он спросил:

— Буддистские техники совершенствуют сердце, если добавить к ним быстрое совершенствование Великих Небесных Дьявольских Рукописей, можно будет достичь идеала, не так ли?

Цинь Му продолжал осматривать почерк, отчего ответил слегка безразлично:

— Я этого не знаю.

Монах посмотрел на спину парня, который так и продолжал оценивать камень. Ни один из них не сказал ни слова.

Внезапно разразились ослепительные буддистские лучи, а густая дьявольская Ци наполнила округу. Мир вокруг пограничного камня разделился на два: дьявол и праведник столкнулись с громким хлопком!

Яркий буддистский свет сверкал за спиной Цинь Му, когда он обернулся. Он напоминал огромного будду в жёлтой робе, каждое движение которого сопровождалось раскатом грома. Техника, которую он использовал, были ничем иным, как Махаяной Сутрой Жулая. В то же время Фо Синь излучал зловещую дьявольскую Ци, а его тело окуталось адским огнём. Он использовал технику создания Земного Эона!

Не говоря ни слова, парни столкнулись неподалёку от пограничного камня. Жизненная Ци Цинь Му создала тучи над его головой. Внутри них можно было разглядеть пять небес с десятью тысячами будд внутри. Между тем дьявольская Ци вокруг Фо Синя вскипела, а адский огонь вокруг него становился всё более и более свирепым.

Внезапно они оба подпрыгнули в небо, после чего спикировали вниз, будто соколы. В этот момент раздался громкий хлопок, и Фоцзы вскрикнул, сделав шаг назад. Двигаясь вслед за ним, Цинь Му раз за разом ударял ладонью, каждый его удар был таким же тяжёлым, как пограничный камень, под которым они находились.

Фо Синь постоянно отступал, а из его глаз, ушей, рта и носа потекла свежая кровь.

Бум!

Цинь Му нанёс очередной удар ладонью, напоминая будду, извергающего бесцветное пламя кармы. Фо Синь поднял руку в попытке заблокировать удар, и послышался чёткий хруст ломающейся кости. Монаха отбросило назад, прижимая к пограничному камню, отчего его сердце замерло.

Бум!

Пропустив очередной удар, Фоцзы снова вскрикнул, падая на колени под камнем.

— Достаточно, я проиграл… — подняв руку, простонал он.

Подняв кулак, Цинь Му начал ударять противника раз за разом. Спустя некоторое время он поднялся, оставляя на земле превращённого в кровавое месиво Фо Синя:

— Твоя дьявольская природа очень сильна. Я сохраню тебе жизнь, только чтобы увидеть, во что ты превратишь Монастырь Великого Громового Удара, — юноша распрямил рук и с кончиков его пальцев начала капать кровь монаха. Смотря на избитого до неузнаваемости Фоцзы, он продолжил. — Ты неправильно понимаешь каждое слово Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Если оставить тебя в живых, Монастырь Великого Громового Удара определённо будет разрушен.

Фо Синь всё ещё дышал, и собирался что-то сказать, но в этот момент его поразил свет меча. Попав в место между бровей монаха, свет проколол ему череп, пригвоздив к пограничному камню.

Умирая, он услышал голос, визжащий от радости:

— Владыка Дьявольского Культа, наконец-то, умер! Его дьявольская природа оказалась действительно невероятной!

— Фоцзы слишком добрый, поэтому не решился нанести смертельный удар.

Другой незнакомец рассмеялся:

— В конце концов мы оказались теми, кто добил негодяя. Отрежьте его голову и заберите вознаграждение наследного принца!

Глава 256. Сможет ли он убить истинного дракона

Цинь Му уставился широко раскрытыми удивлённым глазами, чувствуя себя весьма причудливо и не зная, какую эмоцию ему отобразить на лице. Мгновение назад свет меча устремился не к нему, а прямо к бровям Фо Сина, в итоге пронзая его череп. Даже если бы он хотел остановить вспышку, ему бы попросту не удалось успеть вовремя.

Целью света меча была его жизнь… Жизнь Владыки Небесного Дьявола Культа. Однако, столкнувшись в кратком бою с Фо Синем, он использовал Махаяну Сутру Жулая, поэтому его лучи Будды выстрелили в небеса, в то время как юных монах использовал Великие Небесные Дьявольские Рукописи, которые дали ему суровую дьявольскую природу. Владелец летающего меча находился в более чем километре от них, поэтому из-за туманного лунного света попросту отправил меч в полёт ориентируясь по лучам, увиденным издали, в итоге забрав жизнь Фо Сина.

Слуги наследного принца, естественно, обладали чрезвычайно высокими способностями и изучали классические техники меча. Вдобавок ко всему, Фо Синь уже был тяжело ранен Цинь Му, что и послужило тому, что он распрощался с жизнь вот так просто…

Рядом с пограничным камнем цилинь смотрел на милу, оленя. Битва между двумя зверями не успела начаться, как уже закончилась. Милу вздохнул с облегчением, когда увидел, что Цинь Му не убил Фо Сина, но к его удивлению, свет меча появился из ниоткуда. Всё случилось так неожиданно, что рогатый не успел среагировать.

Фигуры начали пролетать, и Цинь Му не раздумывая вернулся к цилиню. Когда милу увидел смерть Фо Сина, существо находилось в ошеломлённом состоянии и было поражено аурой цилиня. Юноша прыгнул на спину цилиня, и тот немедленно убежал с места происшествия.

— Голова принадлежит мне! — выкрикнул один из слуг наследного принца, после чего добавил. — Никто не получит моих достижений! — он подошёл к пограничному камню и вытащил свой летающий меч из места меж бровей Фо Сина, тем не менее, когда уже был готов отрезать тому голову, был слегка ошеломлён. — Почему у него нет волос?

Между тем подбежали другие слуги, но увидев “Фоцзы”, улетающего, словно спасаясь, верхом на цилине, в то время как милу, охранявший Монастырь Великого Громового Удара, стоящего неподвижно… Тут же шокировано замерли. Цинь Му повернул голову назад улыбаясь тем слугам принца под лунным светом. Они выглядели так беспомощно.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа… — стиснув зубы, проговорил один из слуг.

Слуги наследного принца почувствовали, как их лица побледнели, когда они думали, что делать дальше. Если тот, кто ехал на цилине, был Владыка Небесного Дьявольского Культа, тогда остаётся только один человек, который может лежать под пограничным камнем. Они внезапно повернули свои головы, где увидели беспомощно стоящего владельца меча. Он протянул руку, чтобы попытаться закрыть отверстие от меча меж бровей Фо Сина, но не было никакой пользы. Затем он встал, думая утащить тело, но повернув голову увидел остальных своих товарищей. Владелец меча явно начал понемногу сходить с ума, повернувшись, чтобы посмотреть на труп Фоцзы под пограничным камнем, прежде чем оглянуться на других слуг. Затем он снова посмотрел на труп, повторяя движение головой ещё раза три.

— Ну и что мне делать? — еле сдерживая слёзы говорил он. — Мы все пришли сюда вместе, так что даже не думайте меня здесь бросить, а если попытаетесь подставить меня, то тоже не избежите смерти! Убийство Фоцзы является тяжким преступлением, поэтому наследный принц казнит всех!

Другие слуги даже понятия не имели, что им делать в такой ситуации, но затем один из них сказал с пересохшим горлом:

— Мы уничтожим все улики и обыграем ситуацию в свою пользу… Сожжём труп, устраним все доказательства и свалим вину на Владыку Небесного Дьявольского Культа! Он и так уже много в чём повинен, ещё одно убийство ничего не изменит.

— Но этот милу видел, что здесь произошло… — сказал один из толпы.

Они все повернулись посмотреть на милу:

— Убейте оленя и никто не узнает!

Они бросились в бой, и бесчисленные летающие мечи вылетели из их ножен, спускаясь с неба, как дождь мечей, который пришёлся на милу. Тело милу задрожало, тогда зверь показал свой истинный облик, который был в десятки раз больше. Милу не боялся их и бросился на группу, игнорируя летающие мечи, которым удалось лишь порезать ему кожу. Послышался громадный взрыв, когда огромные рога оленя вонзились в двух человек и врезались в пограничный камень. На пограничном камне появились новые пятна крови…

Остальные два человека попытались быстро скрыться, но милу не был обычным странным зверем. У него было лицо лошади, копыта коровы, хвост осла и рога оленя. Слушая дхарму Монастыря Великого Громового Удара почти более двухсот лет, он изучал замечательные способности и был несравнимо силён. Милу покачал головой, и оленьи рога вылетели из его головы. Один из них пронзил грудь одного человека, пригвождая того к земле. В то же время олень догнал другого человека и избил его до смерти. Затем странный зверь мотнул головой, и оленьи рога полетели к его голове. Оглянувшись на труп Фоцзы под пограничным камнем, милу повернулся и побежал обратно в Монастырь Великого Громового Удара. Несмотря на то, что летающие мечи торчали из тела зверя, они создавали только внешние повреждения… это никак не повлияло на скорость его бега.

Вскоре небо прояснилось, и несколько пожилых монахов пришли на место пограничного камня под предводительством милу. Те старые монахи рассматривали ситуацию с мрачными выражениями лиц:

— Фоцзы на самом деле умер именно так…

— Рана от меча действительно была оставлена слугами наследного принца, а не навыком меча Небесного Дьявольского Культа. Она также совпадает с оружием тех слуг. Просто Жулай сейчас обсуждает с наследным принцем великие планы относительно будущего мира, чтобы изменить династию и исправить реформу Императора Яньфэна, вернув всё к на круги своя. Это план чрезвычайной важности. Всё может испортиться, если это прояснится… Печально видеть, что Фоцзы скончался, но это только смертная плоть, которая ушла. Он наконец-то может освободиться от борьбы в этом море страданий, — нахмурившись, сказал монах в жёлтом.

— Мы не можем позволить смерти Фоцзы испортить планы чрезвычайной важности. Жулаю не обязательно знать об этом инциденте, достаточно того, что мы, архаты Зала Архатов знаем об этом, — сказал другой монах.

— Однако, Фоцзы мёртв, и слуги наследного принца тоже мертвы, мы не можем скрыть это от них.

— Мы скажем Жулаю и наследному принцу, что это сделал Владыка Небесного Дьявольского Культа. Из доброй воли Фоцзы проводил Владыку из монастыря, но тот в свою очередь решил напасть на него у пограничного камня, в итоге убив. Слуги наследного принца пошли остановить его, но все они были безжалостно убиты им.

Выражения старых монахов в жёлтых одеждах изменились, и архат крикнул:

— Монах не может лгать!

Длинные брови старого монаха развевались, и он сказал с эмоциональным вздохом:

— Вам, ребята, не нужно ничего говорить, я сделаю всё сам. Сказав это, я вернусь к нормальной жизни и уйду из монастыря! По сравнению с будущим Монастыря Великого Громового Удара, что плохого в том, чтобы отказаться от моей чистой репутации?

— Превосходно, превосходно! Старший брат праведен, — все монахи сложили ладони вместе, отдавая тому дань уважения.

Когда монахи из Зала Архатов вернулись в Монастырь Великого Громового Удара, старый Жулай уже закончил беседу с Наследным Принцем Вечного Мира. Он встал, чтобы проводить его, и сказал:

— Ваше Высочество должно немедленно вернуться в столицу, если император умрёт и мир останется без правителя, я боюсь, что другие принцы займут трон, если Ваше Высочество не будет в столице.

— Будда абсолютно прав, — ответил принц.

Как вдруг длиннобровый монах вышел вперёд и праведным тоном проговорил:

— Чтимый Всем Миром, Владыка Небесного Дьявольского Культа сделал непростительное злодеяние. Фоцзы ушёл, чтобы проводить его с горы, но его жизнь была отнята. Слуги наследного принца пошли вперёд, чтобы спасти Фоцзы, но их жизни также были потеряны, поэтому их души отправились в рай.

— Этот дьявол действительно осмелился сделать что-то подобное? У меня не было с ним проблем, и вдруг он решил убить моих людей! Будда, этот дьявол даже посмел убить Фоцзы, он действительно наглец, мы не можем просто так его отпустить! — гневно прокричал наследный принц.

Старый Жулай взглянул на архатов из Зала Архатов. Они смотрели вниз, не говоря ни слова.

— Вашему Высочеству не нужно утруждать себя этим вопросом, возвращайтесь в столицу как можно скорее. Монастырь Великого Громового Удара урегулирует инцидент с Владыкой Небесного Дьявольского Культа. Чан Мэй, как долго ты пробыл в Зале Архатов? — сказал Жулай.

— Чтимый Всем Миром, прошло уже двести девять лет, — ответил длиннобровый монах.

— Ты должен уладить инцидент с Владыкой Небесного Дьявольского Культа, за это я позволю тебе вернуться к нормальной жизни, — дружелюбно проговорил Жулай.

Монах Чан Мэй был сильно потрясён. Он поднял голову, чтобы посмотреть на старого Жулая, но тот уже отвернулся поговорить с Наследным Принцем Вечного Мира:

— Ваше Высочество, возвращайтесь в столицу, нельзя задерживаться.

«Этот Будда, очень загадочная персона», — спускаясь с горы, думал про себя наследный принц.

Монах Чан Мэй собрался и тоже покинул гору, думая про себя: «Старый Жулай солгал, поэтому он выгнал меня из Монастыря Великого Громового Удара, я не смог прославить его, как ожидалось от мудрого, и пробуждённого. В этой жизни я уже ничего не смогу достичь, так что я просто сделаю всё возможное для Монастыря!

Спустившись с горы и пройдя небольшое расстояние, он вдруг услышал голос, идущий с неба:

— Монах Чан Мэй, почему бы тебе не пойти со мной?

Монах поднял голову и увидел роскошный летающий корабль, который остановился в небе. Наследный принц стоял на носу корабля и приглашал его.

Его сердце слегка вздрогнуло, и он немедленно поднялся в небо и приземлился на корабль с приветствием:

— Ваше Высочество, я больше не монах, фамилия моей обычной семьи Су, меня зовут просто… — подумал он некоторое время, прежде чем рассмеяться. — Я не использовал своё светское имя более двухсот лет. Прошло столько времени, что я уже забыл его, прошу прощения, Ваше Высочество.

— Даже если ты вернёшься к своей обычной жизни, ты всё ещё наполовину монах и наполовину обычный человек, я буду звать тебя Су Чанмэй, — сказал Наследный Принц Вечного Мира.

— Мне нравится это имя. Зачем Вы меня позвали, Ваше Высочество? — с благодарностью выговорил Су Чанмэй.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа. Этот дьявол имеет слишком много козырей в рукавах, и даже Сунь Наньто умер от его рук, не оставив никаких улик! Когда в Имперском Колледже были выходные и он планировал вернуться в Великие Руины один, я приказал людям распространять новости и завлёк экспертов в погоню за ним, но каким-то образом он остался живым. Я также получил новости, что сильные практики, которые преследовали его: Лу Вэньшу из секты Бедной Логики, Странник Цин Юй, Архат Пу Шань, Даос Ку Е И даже Даос Цин Шань были убиты! Небесный Дьявольский Культ ничуть не слабее Монастыря Великого Громового Удара! Я боюсь, что, если ты будешь преследовать его, он только навредит тебе, — смотря на монаха, говорил наследный принц.

Сердце Су Чанмэй начало неистово биться. Лу Вэньшу, Странник Цин Юй — все эти люди были известными существами, особенно Даос Цин Шань. Он был праведным практиком области Жизни и Смерти. Его способности были не слабее, чем у самого Су Чанмэя!

— Даже Даос Цин Шань был убит? — спросил монах.

— Я ждал тебя здесь, чтобы напомнить тебе не торопиться с принятием решения. У нас общий враг — Владыка Небесного Дьявольского Культа, священной земли номер один на пути дьявола. Давай придумаем план вместе. Отравляемся во дворец, — добавил принц.

— Ваше Высочество, мы должны отомстить за наших людей, — кивнул в знак согласия старик.

— Я не только хочу убрать Владыку Небесного Дьявольского Культа, но и полностью искоренить весь Небесный Дьявольский Культ. Это то, с чем, я уверен, согласится Монастырь Великого Громового Удара без предварительной договорённостей. Не волнуйся, даже если ты больше не архат монастыря, то после того, как я взойду на трон, я позволю тебе основать свою собственную секту и быть настоятелем, чтобы стать Буддой! — с улыбкой на лице говорил принц.

****

В горах Куньлунь Нефритовой Пустоты секты Дао, дитя Дао в спешке подбежал к Мастеру Дао и сказал:

— Мастер Дао, Жулай пришёл в гости!

— Сколько их пришло? — спросил один из людей.

— Один человек.

Старый Мастер Дао вздохнул с облегчением:

— Тогда он не пришёл сражаться. Быстрее, приглашай… стой я приглашу его лично!

Через некоторое время старый Жулай и старый Мастер Дао сели, и он отпустил своих последователей. Старый Жулай тоже не стал ходить вокруг да около и прямо сказал:

— Я встретил Наследного Принца Вечного Мира.

— Наследный принц не так хорош, как Его Величество, он не мудрый правитель, — сердце Мастера Дао слегка дрогнуло.

— Его Величество слишком хорошо знает, как управлять страной, вот почему происходит это стихийное бедствие. Брат Дао, посмотри на эту снежную катастрофу, которая заставила людей бороться за свою жизнь. Ты хочешь, чтобы случилась ещё большая катастрофа? Секта Дао должна знать о Писаниях Эпохи Пустоты Траура Императора, верно?

Старый Мастер Дао пробубнил что-то не ясное и сказал:

— Ваш буддизм относится к ней как Эпохе Пустоты Траура Императора, Бедствий Пустоты, в то время как моя Дао секта называет его Императором-Основателем, Эпохой Императора-Основателя, Бедствия Императора-Основателя. Я также видел записи об Эпохе Императора-Основателя и процветающем божественном королевстве, которое было уничтожено. Бесчисленные живые существа страдали от этого бедствия, и были превращены в пепел. Я очень сильно беспокоюсь по этому поводу. Маленькая страна с небольшим населением, которая отказывается от традиционной мудрости, которая считается святой и священной — это урок, который моя секта Дао извлекла из Бедствия Императора-Основателя. С небольшой страной и немногочисленными людьми, которые не верят ни в каких опытных и мудрых святых, каждый мог жить хорошо и счастливо, без забот. Разве это не было бы прекрасно? В прошлом это было прекрасно, когда небольшие страны с небольшим населением слушали приказы своей секты.

— Нам нужен новый император. Нынешний император сведёт всех в могилу, — сказал старый Жулай.

— Какие преимущества обещал Вам наследный принц?

— Я не искал в этом никакой выгоды и не просил принца о каких-то одолжениях, — покачав головой, ответил Жулай.

— Я верю Вам. Мой меч Дао не использовался какое-то время. Интересно, затупился ли он, сможет ли он убить истинного дракона? — с улыбкой на лице говорил Мастер Дао.

Старый Жулай поднялся, чтобы выразить свою благодарность:

— Спасибо старшему брату за помощь!

Глава 257. Не Твоя Вина

Продолжая двигаться вперёд, Цинь Му повсюду видел опустошение, вызванное катастрофой. По дороге встречались голодающие люди, происходили маленькие и большие трагедии, возникали вспышки чумы. Сравнив такую картину с Монастырём Великого Громового Удара, это место казалось просто адом.

К счастью, многие ученики колледжей и школ отправляли медицинскую помощь жертвам катастрофы, предупреждая более агрессивное развитие чумной эпидемии.

Имперский Наставник Вечного Мира создал школы и колледжи на замену приватным школам, и в подобное время они доказывали свою ценность. Хоть сила каждого отдельного заведения не была большой, их совместные способности удивляли, запросто сравниваясь с бесчисленными маленькими сектами.

Цинь Му встречал офицеров и их солдат, уничтожающих демонов и монстров, использующих возможность посеять ещё больше хаоса. Судья уезда лично охранял землю, советуя беженцам вернуться домой, так как скоро доставят гуманитарную помощь от императора.

Жертвам бедствия помогали даже некоторые последователи секты Дао, но их было не слишком много. В сравнении с Империей Вечного Мира, их возможности были ограничены и не распространялись на слишком большой территории. Некоторые люди использовали возможность передать свои знания и создать новые секты, но те были ещё далеки от совершенства.

«Природное бедствие такого уровня не в силах уничтожить целую империю», — думал Цинь Му. Посевы уже были сделаны, поэтому после наступления сезона сбора урожая люди смогут вернуться к нормальной жизни.

Однако, время наступления снежной катастрофы казалось довольно странным. Она случилась сразу после того, как страну поглотил хаос и большинство припасов исчерпались войной. Снежная катастрофа подлила масла в огонь, сильно пошатнув фундамент империи.

«Интересно, Имперский Наставник вернулся во двор, продолжает ли император отправлять гуманитарную помощь? И вообще, откуда взялась эта катастрофа? Священные земли вроде секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара не могли бы создать чего-нибудь подобного, для этого нужна сила бога».

Он поднял голову и с подозрением взглянул в небо. Как что-то подобное могло произойти?

Почему Небеса решили покрыть Империю Вечного Мира катастрофой?

Ради праведных божественных учений мира людей?

До прихода Империи Вечного Мира на этих землях властвовали многочисленные секты, формирующие страны всевозможных размеров. У некоторых из них были собственные легенды и истории, согласно которым те происходили от богов. В таком случае, может быть стирание этих сект с лица земли и послужило причиной гнева богов?

Или имела место быть более серьёзная причина?

Встретив нескольких последователей Небесного Дьявольского Культа, Цинь Му немного расспросил. Те были заняты предоставлением помощи пострадавшим, объединяясь с силами империи. Большинство членов культа были мобилизованы и распространены по всей территории страны. К тому же, мастера чертогов жертвовали свои собственные деньги, отчего находились на границе крайней нищеты.

Проблема была в том, что некоторые торговцы продолжали придерживать товар у себя, чтобы увеличить прибыль, а богатые семьи и вовсе отказывались торговать.

— Император разозлился и убил кучку таких, после чего узнал, что некоторые чиновники брали взятки и нарушали законы, убив и их. Тогда нашлись люди, готовые продать свои официальные звания, старик их тоже убил.

Последователь Небесного Дьявольского Культа, следовавший за императором с целью помощи пострадавшим, увидел много интересных вещей. Он говорил с восторженной улыбкой:

— Император встречал по пути убийц, большинство из которых были существами уровня владыки культа. Хоть среди его сопровождения были гражданские и военные чиновники, Император тоже принял участие в бою. Он оказался невероятно сильным! Жаль, что Владыки культа не было с нами.

Цинь Му спросил:

— Кто те сильные практики, которые пытались убить императора?

— Я слышал, что там был Бедный Учитель, Истинный Лорд Тянь и другие. К тому же, там показались сильные практики из-за пределов Велико Стены.

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось:

— Союз с сильными практиками из-за стены? Имперский Наставник Вечного Мира вернулся?

— Я его не видел.

Цинь Му пробормотал что-то себе под нос, после чего спросил:

— Где сейчас находится император?

— Он в префектуре Бачжоу, за пять тысяч километров отсюда. Император отправился на юг и уничтожил влиятельные семьи, которые отказались продать свои припасы, после чего вернулся на север и теперь находится в Бачжоу. Это место до сих пор считается спокойным.

Собравшись с мыслями, Цинь Му продолжил расспрашивать:

— А как обстоят дела в столице? Кто из чиновников первого ранга там остался?

— Наследный принц остался в городе, чтобы контролировать империю и подданных ему чиновников.

Лицо Цинь Му помрачнело. Наследный принц должен был охранять столицу, однако он бежал в Монастырь Великого Громового Удара. Бедный Учитель, Истинный Лорд Тянь и их друзья, которые почти погибли от рук Имперского Наставника, были спасены старым Жулаем, когда тот пообещал сделать их буддистами и не позволить вмешиваться в дела мира людей. Тем не менее, Бедный Учитель и остальные снова оказались на свободе.

Учитывая недавний визит наследного принца к Жулаю, картина становилась ещё серьёзнее.

— Говорят, что имперский двор — это самая большая священная земля мира. Интересно, если она сразится с Монастырём Великого Громового Удара, кто окажется победителем? — пробормотал себе под нос юноша. — Можно связаться со всеми мастерами чертогов?

— Все заняты помощью жертвам стихии, так что с ними будет сложно выйти на связь. Для сбора всех чертогов может понадобиться месяц или два.

Цинь Му покачал головой и ушёл, не сказав ни слова. Усевшись на спину цилиня, он поспешил в сторону Бачжоу.

Перед юношей лежал длинный путь, так как Бачжоу находился в пяти тысячах километров. Даже если цилинь не будет отдыхать по пути, они прибудут туда лишь на следующий день. Однако зверю был необходим отдых, поэтому Цинь Му был уверен, что они попадут к императору лишь ночью следующего дня.

— Вот если бы у меня был мой корабль, всё было бы намного проще. Жаль, что он разрушен.

Цинь Му приказал цилиню двигаться вперёд с максимальной скоростью, пообещав снова кормить его целым ведром духовных пилюль. Дух зверя воспрял, и тот помчался в сторону Бачжоу, наступая на свои огненные облака.

В мгновение ока наступила ночь, и Цинь Му поднял голову, чтобы осмотреть положение небесных тел, определяя направление, после чего приказал цилиню продолжить бежать. Когда взошло солнце, зверь больше не мог удерживать своей прежней скорости, от истощения с его рта начала идти пена. Бедолага больше не мог бежать, двигаясь всё медленнее и медленнее.

Цинь Му приказал ему остановиться и снова осмотрелся, определяя своё местонахождения. Достав географическую карту Империи Вечного Мира, он обнаружил, что до Бачжоу оставалась всего лишь тысяча километров.

Парень вздохнул с облегчением и принялся кормить цилиня. Затем они пошли дальше в медленном темпе, позволяя ногам зверя отдохнуть.

Не успев отойти далеко, он увидел дом посреди пустынных гор. Это место, должно быть, было построено совсем недавно, так как выглядело совсем новым. Он подошёл поближе, собираясь постучать в дверь, когда с другой стороны её внезапно открыла женщина. Встретившись лицом к лицу, они оба были ошарашены.

— Му’эр?

Женщина невероятной красоты замерла на месте, встретив юношу. Осматриваясь вокруг, она спросила в недоумении:

— Как ты нашёл это место? Я приложила немало усилий, пытаясь оторваться от слепого и старого Ма, а ты вот так просто меня встретил.

Цинь Му был одновременно рад и удивлён:

— Бабушка, что ты здесь делаешь? — внезапно он встревожился. — Ты бабушка или Ли Тяньсин?

Бабушка Сы отошла в сторону, позволяя ему войти в дом:

— Я временно подавила старого дьявола. Хоть старый Жулай не смог с ним справиться, жизненные силы дьявола сильно пострадали, поэтом мы решили договориться. Я управляю телом днём, а он ночью.

Продолжая сомневаться, Цинь Му спросил:

— Если ты и вправду бабушка, зачем тогда было убегать от старого Ма и слепого? Зачем прятаться здесь.

“Старуха” закатила глаза:

— Негодник, подозреваешь собственную бабушку? Если я на самом деле дьявол и хочу тебе навредить, зачем мне тогда лгать?

Цинь Му задумался, чувствуя, что она действительно права. По сравнению с бабушкой Сы, он был ужасно слаб. Если она была Ли Тяньсином, дьявол бы не тратил лишних усилий на обманы и разговоры. Он мог бы запросто очаровать его одним лишь своим соблазнительным взглядом. Ли лучше умел быть женщиной, чем сама бабушка… Успокоившись, юноша вошёл в дом.

Так как здание построили недавно, оно было очень простым внутри. Мебели внутри находилось немного, и оглянувшись, Цинь Му обнаружил что вся она изогнута или наклонена к земле. Это ещё больше его успокоило.

Руки бабушки Сы были не такими ловкими, как у старого Ма. Она хорошо умела шить одежду, но её столярные изделия всегда выходили жалкими, поэтому было очевидно, что именно она занималась строительством дома.

Сев на стул, чтобы отдохнуть, Цинь Му почувствовал себя некомфортно, одна из ножек оказалась корче остальных. Стало абсолютно очевидно, что это было изделие бабушки.

— Почему ты не хочешь вернуться в Великие Руины? — заинтересованно спросил парень.

Бабушка Сы покачала головой и вышла из дома. Спустя мгновение внутрь влетело несколько кусков дерева, так как она решила изготовить кровать.

Не слишком заботясь об отдыхе, Цинь Му немедленно поднялся чтобы помочь. Бабушка была прошлой Святейшей культа, и прожив в деревне Цань Лао больше сорока лет, не сочла важным изучить искусство старого Ма. С другой стороны, Цинь Му отлично умел делать всевозможные виды мебели.

Будучи не в силах чем-нибудь ему помочь, бабушка отправилась к реке за водой, после чего принялась полировать бронзовое зеркало.

— Я не могу вернуться сейчас, какой в этом смысл? — проговорила она. — Дорога в Великих Руинах перекрыта тьмой. Если старый дьявол захочет снова что-то натворить, кости старейшины и остальных могут на этот раз не выдержать. Разве не лучше остаться здесь и поставить старика на место?

Цинь Му быстро закончил изготавливать кровать и затащил её внутрь дома. Увидев, что бронзовое зеркало прогнулось от полировки бабушки, он не знал, смеяться ему или плакать. Проведя некоторые расчёты, он взял артефакт в руку и превратил свою Ци в Ци Белого Тигра. Спустя некоторое время, зеркало вновь стало ровным и чистым, после чего он взялся за изготовление туалетного столика.

Бабушка Сы заметила, как цилинь за окном уснул, распластавшись по земле, и красные от истощения глаза Цинь Му, поэтому она спросила:

— Ты был в дороге всю ночь? Иди поспи.

— Ты не уйдёшь?

— Нет.

Расслабившись, Цинь Му уснул на кровати. Хотя у него не было постельного белья, он привык спать на открытом воздухе, поэтому быстро уснул.

Проснувшись спустя неизвестное количество времени, Цинь Му увидел, как бабушка Сы сидит за туалетным столиком, уставившись в своё бронзовое зеркало. В руке она держала ножницы, повернув их в сторону своего лица.

— Бабушка! — в панике вскрикнул юноша.

Та обернулась, положив ножницы на стол. Улыбаясь, она нежно сказала:

— Жулай сказал, что единственный способ уничтожит дьявола сердца — это развеять его интерес к моему лицу. Му’эр, я не хочу больше никому принести вреда, особенно тебе…

Парень увидел, как она снова берёт со стола ножницы, и по его лицу потекли слёзы:

— Бабуль, это не твоя вина… Я тебя никогда не винил…

— Я не могу этого сделать! — ошеломлённая, бабушка улыбнулась, снова положив ножницы на стол. — Му’эр, помоги мне.

Поднявшись с кровати, он забрал ножницы с её руки и положил в маленькую корзину.

— Это не твоя вина, тебя не в чём обвинять. Ты пряталась уже сорок лет, не показывая никому своего лица.

Юноша присел на корточки, увидев перед собой настолько красивое лицо, что в мире не было никого, кому оно бы не понравилось. Это было истинное обличие ближайшего человека, вырастившего его. Он улыбнулся:

— На твоём месте я бы продержался день или два, никак не сорок лет. Ты не виновата, что стала такой. Разве есть красивая женщина, которая согласиться скрыть своё лицо и использовать облик старухи при встрече с другими людьми? — он встал и продолжил. — Бабуль, я избавлю тебя от Ли Тяньсина. Однако, пока что ты должна оставаться здесь. Я отправляюсь в Бачжоу, там может случиться что-то важное.

Бабушка Сы нежно кивнула.

Цинь Му вышел из комнаты, затем обернулся с улыбкой:

— Бабуль, можешь есть и пить, когда захочешь, нельзя себя так мучать.

— Негодник, дальше мне лекции читаешь! — сердито возразила старуха.

Рассмеявшись, парень пнул цилиня:

— Всё ещё спишь? Вставай и собирайся!

Глава 258. Император, Мастер Дао, Жулай

— Многие люди не понимают, для чего была реформа, почему они должны были изменить свою жизнь. Говорят, что было хорошо и в прошлом, все жили комфортно, радостно и гармонично, в то время как наши реформы были сделаны для того, чтобы удовлетворить мои амбиции императора? Оскорбляя голубую кровь и секты, они говорили, что это сделано для того, чтобы расширить территорию Вечного Мира? Все стихийные бедствия и техногенные катастрофы на протяжении многих лет были якобы моей виной, и теперь они страдают из-за этой реформы. Но ведь это заблуждение!

В префектуре Бачжоу Император Яньфэн вёл группу гражданских и военных чиновников по улице, глядя на рабочих, сидящих в ларьке с кашей, чтобы накормить людей, стоящих в очереди за едой. Яньфэн подошёл к лицевой части ларька с кашей. Рабочий собирался встать на колени, когда он сдержал его и сказал:

— В такую холодную погоду и с такой промёрзшей землёй не стоит придерживаться всем правилам. Сколько в одной порции?

— Ваше Величество, взрослый получает миску каши, две булочки на пару и половник сушёных овощей.

Император Яньфэн кивнул и отпустил его. Он взял ковш и раздал пищу жертвам катастрофы, а за ним стояли гражданские и военные чиновники Имперского Двора. Затем он продолжил:

— Мы все жили хорошо в прошлом, мы никогда не были простыми людьми! Министр Сельского Хозяйства, скажите им, до реформы Имперского Наставника, сколько людей можно было накормить шестью сотками плодородной земли.

— До реформы шесть соток плодородных земель могли производить урожая на сто шестьдесят килограмм. Но в то время вся земля принадлежала влиятельным семьям, монастырям и даосским храмам, поэтому в руках крестьян не было земли, — незамедлительно ответил Министр Сельского Хозяйства. — Семья фермера состояла из семи-восьми человек, и они заботились о пяти гектарах земли, на которых были зёрна, фрукты, овощи и травы. После года забоя и сбора урожая в течение двух сезонов не было излишков зерна, и они едва могли заполнить свои желудки. Каждый месяц они могли есть от одной до двух порций мяса, и голодать, если столкнутся со стихийными бедствиями или техногенными катастрофами. Тогда многие пожилые люди обдуманно поднимались в горы или прыгали в реки в годы бедствий, чтобы не быть обузой для своих семей. Между тем влиятельные семьи, монастыри и даосские храмы скапливали у себя большое количество зерна и золота.

— Пять гектаров земли, чтобы прокормить семью из семи-восьми человек. После кропотливой посадки зерна на год, куда оно девалось? Скажите им, сколько человек может прокормить шесть соток земли после реформы, — сказал император.

— Ваше Величество приказал Имперскому Наставнику провести реформу и вернуть все земли. Влиятельные семьи, монастыри и даосские храмы больше не могут управлять землёй. Взрослый мужчина может управлять пятью гектарами земли, один гектар из которых будет плодородным. В последние годы наблюдается рост населения, поэтому правила были изменены. Взрослый мужчина теперь может управлять двумя с половиной гектарами земли и половиной гектара плодородной земли. Имперский Наставник также заставил практиков боевых искусств и божественных искусств помочь с сельским хозяйством. Для обеспечения стабильного урожая во время засухи шли дожди, а во время наводнений — сто шестьдесят лет не было голода. В настоящее время шесть соток земли могут производить триста семьдесят килограммов сельскохозяйственных культур. Сто восемьдесят килограммов используются для налога на землю, но фермеры больше не считают его слишком высоким, чтобы иногда есть мясо, — продолжил Министр Сельского Хозяйства.

— Сто шестьдесят килограмм, триста семьдесят килограмм, — Император Яньфэн взял две булочки на пару, положив их в миску голодающего человека, прежде чем, печально вздыхая, дать ему половник сушёных овощей, и продолжил. — Что такое Будда? Это Будда, живой Будда, дышащий Будда, Будда всех простых людей! Это не значит, что, взяв титул Жулая или Мастера Дао и, поговорив о курином супе для души, можно стать Буддой или Мастером Дао! Министр Сельского Хозяйства, позвольте спросить Вас ещё раз, поскольку реформа Имперского Наставника была хорошей, и рационы также увеличились, почему голод всё ещё существует, когда идёт стихийное бедствие?

Министр Сельского Хозяйства выразил беспокойство и колебался:

— Но…

— Скажите это!

— Хорошо. Помимо роста населения, есть ещё такие вещи, как употребление мяса и войны. Кормление скота требует зерна, а также кормление странных зверей в армии, обучение солдат, ведение войн. Всё это требует зерна. Но самой главной причиной по-прежнему остаётся круговорот обрабатываемых земель. Есть некоторые участки земли, которые были выкуплены влиятельными семьями, сектами и храмами, которые затем снова стали землевладельцами. Зерно вновь вернулось в их руки. Причина, по которой секты смогли восстать в прошлый раз, была в том, что у них были деньги и пайки, вот почему они были такими смелыми. Тем не менее, проблема голода не должна была быть настолько серьёзной. Все потому, что после войны казна империи была опустошена, а влиятельные семьи, секты и храмы отказались раздавать пайки. Эффект, вызванный предыдущим восстанием сект, огромен…

— Влиятельные семьи, секты, монастыри и даосские храмы всегда сидели с высоко поднятой головой, ежедневно ели экзотические деликатесы, говорили о ветре, цветах, снеге и луне, болтали о путях, навыках и божественных искусствах, обсуждали бессмертие и долголетие. Есть фермеры, которые их кормят, но кто из них готов протянуть руку помощи этим фермерам? Если фермеры откажутся подчиняться, они сразу же обрушат на них несчастия и бедствия! Эта снежная катастрофа странная? Нет, это не так. Когда секты правили своими странами, такие снежные катастрофы не были редкостью! Тем не менее, это не боги посылали эти бедствия, и это не было раем. Это были секты, посылающие эти бедствия и катастрофы, чтобы заставить простых людей подчиниться и не сметь бунтовать! — смотря на чиновников, говорил император Яньфэн. — Реформа Имперского Наставника заставила секты работать на фермеров, на купцов, это то, что вызвало у них недовольство, и они не хотели этого делать. В то же время Имперский Наставник создал больше реформ и основал начальные школы, колледжи и Имперский Колледж. Он использовал их, чтобы передать способности сект всем людям, позволить им защитить себя, и секты были ещё более недовольны. Они хотели бунтовать, убивать людей! Они даже не задумывались, что все их предки восьми поколений назад были фермеры, без исключений! Смотрите и слушайте внимательно. На этот раз я казнил их, и если вы, ребята, будете вести себя как они, в следующий раз, я также казню и вас! Я хочу себе порядочных чиновников… Чиновники, которых я хочу — это те, кто способен решать вопросы в здравом рассудке! Ученики должны уметь работать на фермеров, ремесленников и торговцев! Есть на самом деле некоторые учёные чиновники, которые думают, что они лучше других. Писарь, позволь мне выразиться бранно — чёрт побери, они только и умеют, что ворчать и смотреть на себя свысока! Я больше всего на свете желаю казнить их!

Гражданские и военные чиновники опустили головы и не смели сказать ни слова. Два писаря посмотрели друг на друга с беспокойством. Старший писарь тихо сказал:

— Ваше Величество, Сын Небес должен следить за словами.

— Я не так уж часто говорю бранью, но действительно разозлившись, почему бы и нет? Писарь, разок мне можно простить такое поведение, — сказал император.

Пока он говорил в очереди за едой стоял высокий монах, который с улыбкой держал золотую чашу для подаяния:

— Это была очень хорошая речь, Ваше Величество. Однако теперь, когда стихийное бедствие пришло, праведный путь состоит в том, чтобы остановить бедствие и спасти простых людей от страданий.

Император Яньфэн взглянул на высокого монаха и дал ему миску каши, две паровые булочки и половник сушёных овощей, прежде чем сказать:

— Не только моя речь была хорошей, то, что я делаю, ещё лучше. Высокий монах, ешьте медленно, не беспокойте людей светского мира.

Тот высокий монах согласился и унёс свою золотую чашу подаяния.

— Жулай! — люди Яньфэна были ошеломлены, когда увидели этого монаха.

После того, как он ушёл, сзади появился старый Даос. Его одежда была изорвана, а волосы слегка растрёпаны. Неся миску, он улыбнулся:

— Ваше Величество, Вы уже поели?

— Ещё нет, — ответил император с мрачной физиономией.

— Ваше Величество, ешьте больше, если Вы сыты, легче двигаться.

Император Яньфэн кивнул, схватив две распаренные булочки и миску каши. Он сказал гражданским и военным чиновникам:

— Идите сюда и поешьте.

Гражданские и военные чиновники смотрели на монаха и даоса, как будто они встретили грозных врагов, но эти два человека только присели на корточки в углу стены. Они пили кашу, ели булочки и сушёные овощи… стойко, с выражением удовольствия на лицах, выдерживая тяжёлое испытание. Чиновники пошли вперёд и взяли по порции, прежде чем присесть у другой стены. Император Яньфэн вскоре сделал то же самое, начав молча есть. Поев, он подошёл к лицевой части колодца, чтобы вымыть миски, и чиновники выстроились позади него. Жулай и Мастер Дао также вышли вперёд, чтобы вымыть свои чаши, сказав:

— Прошло некоторое время с тех пор, как мы ели пищу человеческого мира, вкус уже не такой, как был раньше.

— Я и мои чиновники если это в течение нескольких месяцев, — серьёзно заговорил Яньфэн. — Братья Дао, кушайте больше и не считайте себя лучше других, будто смотрите на всех свысока.

— Смотреть свысока — значит держаться подальше от светского мира, — старый Мастер Дао улыбнулся. — Вы император человеческого мира, поэтому Вы, естественно, правите светским народом. В то время как мы, изучающие Дао и Буддизм, должны быть далеко от светского мира. Если бы мы были испорченными, было бы трудно вырваться на свободу.

— Мастер Дао, Вы можете стать настоящим богом? — улыбаясь, спросил император.

Мастер Дао покачал головой.

— Жулай, Вы можете стать настоящим Буддой? — продолжая улыбаться, поинтересовался Яньфэн.

Жулай покачал головой:

— Божественный мост разрушен, кто может стать истинным богом или Буддой?

— Тогда какую чушь ты несёшь? Оставаясь далеко от светского мира и говоря, что вы очень могущественные… писари, я снова не удержался от профанации, не записывайте. Я знаю. Вы, ребята, можете уходить, Вы здесь не нужны, — говорил Император Яньфэн, выходя из города в сопровождении гражданских и военных чиновников. Он остановился, с улыбкой обернулся и добавил. — Несмотря на то, что всё это может решить согласно правилам Имперского Двора, а не боевого мира, нет необходимости в таком количестве людей. Те, кто из области Божественного Моста, остаются, другие могут уйти.

Большинство гражданских и военных чиновников остановились на своём пути, только семь человек последовали за Императором Яньфэном. Ими были: Великий Маршал Монах Юань Кун, Сыту Сю Лэцин, Сыкун Вэй Пинбо, Генерал Небесных Стратагем Цинь Баоюэ, Король Горы Тай Лин Сюйхуа, Великий Генерал Белого Коня Цюань Дину, и высокопоставленный чиновник Су Юньчжи. Включая императора, было восемь человек. Жулай и Мастер Дао не обращали внимания и продолжали идти.

Император Яньфэн повёл всех вперёд, проходя мимо окраины города. Когда они пришли на поля за городом, он остановился посмотреть на урожай и спросил старого фермера:

— Будет ли урожай?

— Будет! — громким голосом ответил фермер.

Император Яньфэн улыбнулся и повернулся посмотреть на министров позади него:

— Урожай будет!

— Ваше Величество, в этом году может быть урожай, но в следующем году его может и не быть. — заговорил Мастер Дао. — Старый Даос принёс свиток, в котором записана история Великих Руин, его называют Классическими Бедствиями Императора-Основателя. Ваше Величество, можете медленно взглянуть, пока мы идём. Если Ваше Величество после прочтения свитка по-прежнему будет настаивать на реформе, мир больше не будет прежним.

— Мастер Дао милосерден, — добавил Жулай.

— Он не знает о грядущей опасности. Если бы знал, он был бы как мы, — закончив говорить, Мастер Дао передал Классические Бедствия Императора-Основателя в руки императора Яньфэна.

— Ваше Величество, остерегайтесь фокусов! — предупредил его высокопоставленный чиновник Су Юньчжи.

— Всё в порядке, — с улыбкой на лице, промолвил император. Он взял Классические Бедствия Императора-Основателя из рук Мастера Дао и прочитал их в деталях.

Они продолжали неторопливо идти вперёд. Император Яньфэн листал страницу за страницей и читал Классические Бедствия Императора-Основателя. Мастер Дао и Жулай не торопили его, спокойно гуляя неподалёку. Пройдя более ста километров, Император Яньфэн закончил читать Классические Бедствия Императора-Основателя. Он поднял голову, чтобы посмотреть на небо, но ничего не сказал.

— Ваше Величество, Вы следите за благополучием всех живых существ, так что Вы должны знать, что делать, не так ли? — спросил старый Мастер Дао.

Император Яньфэн был в оцепенении некоторое время. Затем он внезапно сказал:

— Когда я был молод, Империя Вечного Мира не имела такой большой территории, и императора не так уважали. В то время все секты и влиятельные семьи по-прежнему грубо обращались с людьми. Однажды я последовал за посланником, который привёл меня в место под названием страна Юаньци, которая сейчас является префектурой Юань. Там происходила грозовая катастрофа… Небо было покрыто тёмными тучами, которые окутывали страну Юаньци. Молнии плясали и били без остановки, убивая домашний скот и обычных людей. Император страны Юаньци привёл своих гражданских и военных чиновников встать на колени и просить прощения от молниевой катастрофы. Простые люди этой страны также стояли на коленях на земле, умоляя небеса о помиловании. Во время той молниевой катастрофы, император был поджарен одной из молний. Только после этого события я узнал, что небеса, по их словам, не были небесными богами, а были сектой Скрытой Молнии. В том году урожай не был хорошим, поэтому секте не хватило переданных товаров, и она послала на них бедствие. То, что вызвало катастрофу, было наследным духовным сокровищем — Девять Небес Покрытые Заманивающими Молниями. Император возложил всю вину на себя, поэтому секта Скрытой Молний убила его током… И уже тогда я задумывался…

Посмотрев на Мастера Дао с Жулаем, он медленно сказал, отчётливо произнося каждое слово:

— Я должен был свергнуть вас всех! И на текущий момент я добился своей цели, но того, что мы с Имперским Наставником сделали, всё ещё недостаточно, поэтому снежная катастрофа ещё здесь. Это было послано богом? Тогда я свергну этого бога!

— Ваше Величество, не собираетесь ли Вы задуматься о благополучии всех живых существ? Хотите превратить Вечный Мир в подобие Великих Руин? Когда Вы с Имперским Наставником провели реформу и уничтожили множество сект, чтобы завоевать такую огромную территорию, я не остановил Вас, не так ли? Однако, если Вы продолжите свою реформу, небеса будут разгневаны, и всё живое будет в опасности! — не удержавшись, сказал Мастер Дао.

— Подумайте трижды, Ваше Величество, — добавил Жулай.

— У вас есть свои убеждения, а у меня свои, — гордо проговорил император.

— Старый друг Дао, давай просто сменим императора, — сказал Жулай, смотря на Мастера Дао.

Мастер Дао взял свой меч Дао и кивнул:

— Ну что ж, я сказал всё, что мог. Что мне делать, если Ваше Величество упрямится? Мы просто должны сменить императора.

Император Яньфэн оглянулся и увидел старых Даосов, старых монахов, Бедного Учителя и многих других, подступающих со всех сторон, чтобы окружить их со всех сторон. Выражение лица Генерала Небесных Стратагем и остальных резко изменилось.

Император Яньфэн был ошеломлён, а затем рассмеялся:

— Жулай, Мастер Дао, я думал, что вы будете следовать правилам боевого мира. Никогда бы не подумал, что вы будете следовать правилам Имперского Двора.

— У нас нет выбора, поэтому мы просим прощения у Вашего Величества. Мастер Дао, друзья Дао, давайте отправим Его Величество в свой последний путь, — покачав головой, сказал Жулай.

Глава 259. Коровья Повозка

Земля в ста километрах к западу от города Бачжоу наполнилась атмосферой убийства, даже воздух, казалось, стал гуще. Жизненная Ци вокруг старых даосов и монахов вскипела, превращаясь в богов, чья аура поглотила горы и реки.

Секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара имели длинную историю, начавшуюся задолго до появление Небесного Дьявольского Культа. По сравнению с ними, последнего можно было считать довольно молодым.

Боги, созданные из жизненной Ци монахов и даосов, появились за время существования двух сект. Один из них имел три головы и четыре руки, другой — панцирь черепахи и кнут из конного волоса в руке, ещё один имел тело удода с хвостом леопарда, в то время как многие другие приняли облик Ваджраяксы.

Бедный Учитель, Истинный Лорд Тянь и другие выглядели немного по-другому. Хоть их секты не владели такой богатой историей, как секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара, старики всё равно были невероятно сильными. Боги, появившиеся за их спинами, были мудрыми святыми, некоторые из них были женщинами, стоящими на облаке золотых насекомых, а некоторые выглядели как бедняки, чья одежда была протёрта до дыр.

Форма, которую приняла Ци чиновников имперского двора первого ранга была совсем другой. Позади Генерала Небесных Стратагем Цинь Баоюэ появился не бог, а пара золотых дубин. Они сверкали ярким светом, на их поверхности вращались восемь острых лезвий. Мужчина принял участие во многих войнах, и не совершенствовался, чтобы стать богом или буддой, а воспринимал своё оружие как бога, контролирующего ход битвы.

Бог за спиной Великого Маршала Монаха Юань Куна тоже не был буддой, а аскетичным монахом, закутанным в цепи и держащим в руке нож монахов. Он стоял в боевой стойке, сильно напоминая самого Маршала.

Жизненная Ци Короля Горы Тай Лин Сюйхуа приняла формы девяти драконов, обвивших гору Тай, напоминающую алтарь. Мужчина был ответственным за подношения предкам.

Сыкун Вэй Пинбо отвечал за воды Империи Вечного Мира, поэтому его Ци сформировала не бога, а длинную речную дамбу, сделанную из земли, дерева и воды. Его бог олицетворял водного хранителя.

Сыту Сю Лэцин была высокопоставленной женщиной. Она заведовала имперской сокровищницей, неся ответственность за деньги страны. Её бог тоже выглядел не совсем обычно, приняв форму потока монет Великого Изобилия, извивающийся, будто гигантский питон. Её богом были деньги.

Чиновник Су Юньчжи тоже была женщиной. Она владела своей собственной конторой, что делало её равной по рангу с тремя советникам. Несмотря на то, что Су была гражданским чиновником, она смогла достичь высшей должности при имперском суде. В её обязанности входило заведование всеми школами и колледжами империи, поэтому её Ци тоже не превратилась в бога, а в книгу и линейку.

Позади Великого Генерала Белого Коня Цюань Дина появился жеребец, окутанный ярким пламенем, верхом на котором сидел бог, купающийся в пламени войны. У него было восемь рук, держащих нож, щит, копьё, пику, меч и алебарду. Его четыре лица смотрели в четыре стороны и восемь направлений, извергая струи огня из глаз. Все лица божества были лицами генерала.

Из этого можно было сделать вывод, что сильные практики уровня владыки секты отличались от своих врагов. Секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара поклонялись богам и будде, поэтому их Ци приняла соответственный облик. В то же время мастера империи использовали свои собственные средства. У каждого из них была своя ответственность, и у каждого была уникальная специальность.

Даже Великий Маршал Монах Юань Кун, будучи буддистом, считал себя аскетом, совершенствующимся в бою, и не призвал облика великого будды.

Выражение длинноухого монаха слегка изменилось, и он проговорил низким тоном:

— Реформа Имперского Наставника пробудила все дьявольские и неверные пути, не верящие в богов! Они скорее поверят во всякую чепуху, чем станут поклоняться богам и будде!

Великий Генерал Белого Коня показал на заговорившего пальцем, ухмыляясь:

— Используй всё, чему научился, используй свои знания. Длинноухий, твои навыки, полученные во время религиозных практик, всё равно слишком слабы. Тебе не избежать смерти.

— Как может совершенствование на протяжение целой жизни уступать буддистскому или божественному просветлению? — расслабленно проговорил Император Яньфэн. — Это личные способности человека. Полагаться на помощь богов — это настоящий неверный путь. Лишь правильно делая свою работу и совершенствуясь до области богов или будд можно стать богом или буддой.

Старики из секты Дао нахмурились, а Мастер Дао покачал головой:

— Достичь области богов просто работая? В таком случае даже став богом, нужно будет продолжать работать на смертных? Это очередное учение Небесного Дьявольского Культа! Так и остаться инструментом в руках простолюдинов! Император, Имперский Наставник и Небесный Дьявольский Культ промыл вам мозги.

Император Яньфэн улыбнулся:

— Если бы я присоединился к Небесному Дьявольскому Культу, мог бы стать Владыкой Культа…

— Это дьявольский путь. Какой смысл говорить дальше?

Старые даосы поправили мечи на свих спинах, и немедленно прокричали:

— Умри!

Как только раздался этот крик, небо заполнилось убийственной атмосферой, и поднялся дрожащий холодный ветер, пробирающий до костей. Однако, в тот же миг к месту битвы подошёл старик, таща за собой коровью повозку.

Сражающиеся опустили своё оружие и смирно замерли, молчаливо смотря в его сторону.

Старик был поражён, увидев небо, заполненное обликам богов и будд. Его корова задрожала от страха, не в силах тащить повозку своими дрожащими копытами. Старик так разозлился, что несколько раз ударил животное батогом, заставив медленно потянуть телегу подальше от места, в котором им не стоило находиться.

Когда повозка и дед исчезли в дали, битва вот-вот должна была разразиться вновь!

В тот момент, когда сильные практики области Божественного Моста собрались наброситься друг на друга, снова раздался скрип колёс повозки. Подъехала очередная телега, и перед глазами мастеров возник новый старик, тянущий за собой корову. Увидев незнакомцев, он тоже задрожал от страха со всей силы пытаясь поскорее убраться.

Вздохнув с облегчением, противники собирались вернуться к своему занятию, но скрип колёс раздался снова. Старый даос злостно прокричал:

— В такую холодную погоду, к тому же во время снежной катастрофы, откуда взялось столько повозок с коровами?

Мастера были поражены. Это действительно казалось странным. Повсюду был хаос, и скот был давно съеден, появление трёх коров в одном месте было крайне маловероятным событием. Более того, почему они собрались именно здесь?

На очередной телеге подъехала пожилая пара. С одной стороны сидела старая седоволосая женщина, а с другой не то старый, не то молодой мужчина. Мастера тихо ждали, пока те проедут.

Однако, коровья телега остановилась неподалёку. Корова, казалось, совсем ничего не боялась, так же как и пассажиры повозки, спокойно спустившиеся на землю. Будто собираясь исполнить цирковой фокус, они начали тщательно поправлять ткань, накрывающую повозку, после чего резко её стянули. В тот же миг десятки странно выглядящих людей начали появляться в телеге, в мгновение ока заполняя её доверху.

— Левый и Правый Хранители Небесного Дьявольского Культа, Двенадцать Старших Защитников Культа, а также два Небесных Короля. — с беспомощным выражением лица проговорил Владыка Секты Дао. — Я увидел лишь двух приближающихся людей, никогда не ожидал, что их окажется шестнадцать. Отличный фокус, Небесный Дьявольский Культ.

Левый Хранитель Кун Линсянь поднял голову и захихикал:

— Мы полюбили использовать всякие трюки, путешествуя по боевому миру, чтобы заработать чаевые от чиновников. Извините, что смутили лордов.

Правый Хранитель Сюй Би посмотрела на стоящих впереди мастеров:

— Старый Лысый Осёл, старый Даос, перед тем, как отправиться домой на новый год, Владыка Культа приказал нам следовать за императором, поэтому теперь, когда он в опасности, я и мои браться не можем стоять в стороне. В противном случае Владыка нас накажет, как только вернётся.

Двенадцать Старших Защитников Культа и два Небесных Короля спрыгнули с повозки. Небесный Король Ши и Небесный Король Юй потянулись, улыбнувшись остальным:

— Все присутствующие — люди высокого происхождения, поэтому мы, мелкие старики, отдаём дань своего уважения. Владыка культа отдал под нашу опеку живого и дышащего императора, поэтому, если вы его убьёте, и нам придётся отдать Владыке труп, лишь наши собственные жизни смогут успокоить его гнев.

Мастер секты Нищего, Ци Даю громко прокричал:

— Дьявольский, неправедный путь! Имперский двор за одно с грязным Небесным Дьявольским Культом. Друзья из Монастыря Великого Громового Удара, не стесняйтесь подчинить этих дьяволов!

— Умрите!

Раздался крик, по небу пронёсся раскат грома, свидетельствуя о начале битвы. В одно мгновение потоки воздуха двинулись во всех направлениях, сровняв с землёй часть стоящего неподалёку леса.

Масштаб этой битвы намного превосходил битву Имперского Наставника с мятежниками. Хоть противники наставника были очень сильными, они на уровень уступали трём лидерам великих священных земель, сражающихся сейчас. Если считать имперский двор ещё одним священным основанием, можно представить силу, с которой столкнулись сильнейшие практики четырёх главных сект мира!

Однако, с Монастыря Великого Громового Удара и секты Дао прибыли целые армии, в то время, когда лишь половина мастеров Небесного Дьявольского Культа подоспела на помощь императору. Так как Мастер Дао и Жулай тоже присутствовали, ситуация их противников была не самой хорошей.

Было очевидно, что как только начнётся битва, многие сложат головы.

Длинноухий монах сразу набросился на Цюань Дина, и оба мастера немедленно открыли свои Божественные Сокровища Божественного Моста, отчего небо тяжело заскрипело, а на земле появились трещины. Монах был главой Обители Архатов Монастыря Великого Громового Удара, отлично разбирался в буддизме и Победоносном Навыке Боя.

В свою очередь Цюань Дин был Великим Генералом Белого Коня, он всю жизнь ездил верхом и уничтожал всевозможные секты, поэтому успел пройти через огонь и воду. Как только был создан Имперский Колледж, Имперский Наставник Вечного Мира собрал вместе всех экспертов мира для изучения путей, навыков и божественных искусств. Среди них был и Цюань Дин, которого можно было считать одним из сильнейших мастеров мира.

Когда Победоносный Навык Боя встретился с навыком убоя, небо заполнилось морем крови, поверх которого сверкали огни войны. Иллюзия, созданная аурой Цюань Дина, казалось, была осязаемой.

Огромный Будда возвышался над этим море, а перед ним висел в воздухе длинноухий монах. По сравнению с буддой, он был совсем маленьким. Внезапно сквозь море крови и пламя войны ему навстречу бросился Цюань Дин. Позади него наступал на кровь конь, за которым стоял облик существа, напоминающего бога резни, чей вид ужасал, будучи невероятно яростным!

— Даже смерть не может стереть грехи тех, кто не совершенствовался настоящим буддизмом!

Золотой свет окутал тело длинноухого монаха, когда тот скрестил руки. Читая буддистские писания, он одновременно исполнил две разных мудры. Они были невероятно сложными, целясь прямо в слабые места Цюань Дина.

К удивлению монаха, противник не стал уклоняться, позволяя удару попасть в цель. Руки из жизненной Ци, появившиеся из подмышек Цюань Дина, засвистели, взмахивая ножом, щитом, пикой, мечом и алебардой, ударяя в ответ. Нож отрубил монаху руки, щит проломил череп, копьё прокололо грудь, пика пронзила сердце, свет меча разрезал горло, а алебарда подняла высоко над землёй!

За их спинами, столкнулись бог резни и огромный будда, окружённые водоворотом из крови.

— Ты не уклонился… — проговорил полумёртвый монах, вися на алебарде.

Огромный щит приземлился на голову монаха, сминая его в лепёшку.

Для убийства человека на поле битвы нужно всего лишь одно или два движения, зачем мне уклоняться? На поле боя нужен навык резни. Если бы я начал сражаться в твоём стиле, то оказался бы в невыгодном положении.

Цюань Дин сплюнул полный рот крови. Две мудры длинноухого монаха почти разнесли его внутренние органы и кишки. Его лопатки и ребра треснули, и он тяжело дышал из-за боли.

Внезапно яркая золотая ладонь упала с небес, вызывая оглушающий хлопок. Подбежал очередной монах, до сих пор хватая руками пустоту после того, как раздавил Цюань Дина пагодой, состоящей из восемнадцати небес. Здание было наполнено всевозможными богами и буддами, которые сломали каждую кость в теле противника.

— Монах Юань Кун, ты ведь тоже буддист, почему ты встал на дьявольский путь, вступая в ряды охотничьих собак имперского двора? — монашка Хун Инь из Обители Великих Учений Монастыря Великого Громового Удара заблокировала Великого Маршала Монаха Юань Куна, пытаясь его переубедить. — Пришло время вернуться к уму и перестать делать ошибки! Если ты продолжишь в том же духе, то никогда не сможешь достичь духовного состояния!

Глаза монаха Юань Куна широко раскрылись, когда он прокричал:

— Что ещё за духовное состояние? Нельзя достичь ничего подобного, имея будду в сердце. Его Величество сделал меня ответственным за законы армии, поэтому я заковал себя железными правилами. Как только я смогу их разбить, то смогу достичь настоящего духовного состояния!

Монашка Хун Инь впала в ярость и взмахнула своим кнутом из конского волоса:

— Ты попал под контроль дьявола, позволь мне тебя освободить!

Разразилась массовая битва, старые даосы секты Дао отправили свои мечи в противника. В мгновение ока небо заполнилось мечами света. Оружие исполнило навыки меча из Четырнадцати Писаний Меча Дао и было невероятно острым, поэтому его убийственная сила была огромной. Не возникало сомнений, что это было сильнейшее искусство секты Дао!

— Встаньте в строй, нужно уничтожить дьявола! — прокричал старый даос.

— Создайте построение и убейте Даосов! — строго закричала Сюэ Бэ, после чего два Небесных Короля и двенадцать Старших Защитников создали огромное построение, встречая старых Даосов. Все мастера, которые здесь собрались, отлично знали друг друга, так как сражались между собой уже много раз, запомнив методы противников наизусть.

Неподалёку Генерал Небесных Стратагем, Су Юньчжи, Сыкун, Сыту и Король Горы Тай были заблокированы сильными практиками Монастыря Великого Громового Удара. Монахи полагались на своё численное преимущество, чтобы окружить и уничтожить их, по возможности избегая Императора Яньфэна.

В то же время император оглянулся, увидев, как к нему идут Бедный Учитель, Ци Даю и Истинный Лорд Тянь. Вместе с ними тащили миску с благовониями Жулай и меч Мастер Дао.

С тёплым выражением лица, Жулай проговорил:

— Учитель, друзья Дао, идите на помощь остальным. Оставьте Императора мне и старому Даосу, — Бедный Учитель и остальные приняли приказ и немедленно присоединились к битве неподалёку. Обернувшись к императору, Жулай продолжил. — Ваше Величество, с вашего позволения.

Тело императора задрожало, когда его Ци величественным образом разрезала небо. Вдали раздался рёв зверя, и между облаков можно было разглядеть облик настоящего дракона. Он вытянул свою голову и когти, затем опустил взгляд на Жулая.

Мастер Дао сделал шаг вперёд и взмахнул своим мечом Дао. Свет меча заполнил небо и вынудил дракона отступить. Старик похвалил:

— Ваше Величество собрался превратить ложь в реальность, становясь настоящим богом. Как жаль, что божественный мост разрушен и не осталось никакой надежды. Старик Дао тоже беспомощен, я смог постичь лишь половину четырнадцатого Писания Меча Дао. Сегодня я использую этот незаконченный навык, чтобы испытать могущество и силу Вашего Величества.

Золотая миска с благовониями Жулая взлетела, закрывая собой небо. Засиял золотой свет, внутри которого были будды и боги двадцати небес. Высшим уровнем был Брахма, владеющий завораживающей атмосферой. Жулай улыбнулся:

— Я использую высший уровень Махаяны Сутры Жулая, чтобы испытать технику Девяти Монархических Драконов Вашего Величества.

Глава 260. Резня

Жулай и Мастер Дао были выдающимися талантами предыдущего поколения и могли развиваться до уровня бога и будды. Если бы божественный мост не был разрушен, они оба уже бы поднялись ввысь и покинули этот мир.

Император Яньфэн может и был наименее опытным среди них, но он занял девять драконьих вен и изучал их в столице, что позволило ему пользоваться исключительным преимуществом. Он мог развиваться в два раза быстрее, не говоря уже о его таланте к совершенствованию, что сделало его одним из лучших, сильнейших практиков этого мира! Империя Вечного Мира была признана самой большой священной землёй в мире, он и Имперский Наставник являлись Владыками сект и культ этой самой большой священной земли! Несмотря на все эти преимущества, он по-прежнему немного уступал Жулаю и Мастеру Дао. Два старика решили действовать сообща не потому, что чувствовали, что их способности уступают его, а потому что в случае чего им будет трудно удержать его от побега, если они будут сражаться с ним один на один. После их союза, бегство Императора Яньфэна было невозможным.

Бах, бум.

Молнии ударили вниз с ясного неба, окружая тело Императора Яньфэна искрами. Несравнимо яркие и ясные огни окутали истинных драконов, танцующих в небе, после чего девять драконов взревели в унисон и когтями вниз направились к Мастеру Дао с Жулаем! Жулай усмехнулся, и золотая чаша милостыни перевернулась вверх, засияв блестящим золотым светом. Небеса услышали зов, что заставило богов и будд столкнуться с драконами.

— Старый друг Дао, я представлю Вам возможность убить императора, — с улыбкой сказал Жулай.

Старый Мастер Дао контролировал свой меч, отчего свет меча двигался в удивительном ритме, беря под контроль все возможности человеческого мира.

— Дао питает землю всех небес, рождая все законы, и весь мир вернётся к единству! Ваше Величество, это ещё не всё… — тихо повторял даос.

Прежде чем он успел это сказать, два следа света промелькнули и внезапно остановились. Мастер Дао поспешно перенаправил меч, чтобы остановить атаку и сконцентрировался на том, что происходило. В этот момент он увидел старца в зелёной буддийской мантии и слепого мужчину с бамбуковой тростью, стоящих в воздухе.

— Жулай дерётся, мм? — спросил слепой с сияющей улыбкой.

Жулай также показал золотой свет, который извергали золотые чаши милостыни, и улыбнулся:

— Ма Ваншэнь, слепой друг Дао, почему вы двое здесь?

— Мы ищем кое-кого, — холодно ответил старый Ма.

Слепой опрокинул бамбуковую трость, заставив небо затрепетать. Сильнейшие практики, участвовавшие в остервенелой битве, были поражены и поспешно остановлены. Слепой, смотря на них, спросил:

— Штормы поднимаются, и облако поднимается вместе с ними, и все, кажется, заняты борьбой. Прошу прощения за беспокойство, но могу я спросить, не видели ли вы женщину?

Цюань Дину, который был в состоянии полусмерти, еле переводя дыхание, осмелился спросить:

— Слепой, кого ты ищешь?

— Женщина, очень красивая, один взгляд на неё, и ты не забудешь её никогда, такую, которая навсегда останется в твоём сердце, — вздохнул слепой, после чего добавил. — Эта женщина очень сильна, и старый дьявол, который живёт в её сердце, желает совершить великое зло. Он влюбился в её внешность и планирует овладеть её телом, чтобы стать женщиной. Это то, что называется красотой, как нефрит или даже золотой дом. Первоначально мы отправились в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы старый Жулай покорил этого старого дьявола…

Он болтал довольно долго, но никто не мог понять, что он пытался сказать. Тогда старый Ма перебил его:

— Слепой, давай по существу.

— Эта женщина — предыдущая Владычица Небесного Дьявольского Культа, предыдущая Святейшая. Жулай хотел убить императора и позволил ей сбежать, — почесав голову, добавил слепой.

— Я не мог заниматься двумя вещами одновременно, поэтому я не мог помочь ей, как бы мне этого ни хотелось, — хмыкнул Жулай.

— Зачем обещать, если не можешь этого сделать? Теперь у нас куча проблем и мы не можем её найти! Кто-нибудь из вас, друзей Дао, видел предыдущую Владычицу Небесного Дьявольского Культа? Она особенно красива и может всего лишь одним словом очаровать вас до самых костей. Кто-нибудь видел её? — ворчал слепой.

Все покачали головами.

В сердце Сюэ Би загорелась надежда, и она громко закричала:

— Мы из Небесного Святого Культа, я надеюсь, что вы двое сможете нам помочь!

Жулай был удивлён, и Мастер Дао спросил:

— Кто они?

— Мой главный ученик и Копье Бога, — сказал Жулай.

— Так это трёхглазый Божественный Констебль Ма и Глаза Бога тех времён. Ты уже стал таким старым? — удивлённо спросил Мастер Дао.

— Твой вопрос не так важен, как наша миссия по поиску нашего человека, у нас нет времени, — покачав головой, ответил старый Ма.

— Вы, ребята, убиваете императора, а защищать его нам, на самом деле, не так важно, — вздохнув, покачал головой слепой. — Нам нужно найти женщину. Если император умрёт, то его просто можно сменить. Однако если пропадет та демоница, хе-хе, весь мир будет обречён. Император, Вы раньше видали Владычицу Культа?

— Я никогда её раньше не видел. Могу я попросить двух старших о помощи? — покачав головой, с мрачным выражением лица, ответил император.

— Неинтересно. Хорошо, что Вы её не видели. Если бы Вы видели её, Вам оставалось бы только ждать, пока Ваша империя будет уничтожена. Старый Ма, пошли, она не могла уйти далеко! — с разочарованием, проговорил слепой. Ма кивнул, и они оба усвистели к горизонту, бесследно исчезая.

— Они действительно странные старшие эксперты, — все были поражены.

Звуки бойни снова раздались в воздухе.

Жулай выпустил свет из золотой чаши милостыни, и двадцать небес взмыли ввысь. Мастер Дао выпустил свой свет меча, и сила Четырнадцати Писаний вырвалась наружу. Свет меча развил связь между землёй и небом, отчего казалось, словно тот был подобен небесам и земле, законам самого мироздания, способным выстраивать звёзды. Меч овладел всеми аспектами связи между землёй и небесами, как одним!

Император Яньфэн выполнил технику Девяти Монархических Драконов, и благоприятные пары девяти драконов окружили его тело, в то время как сам он ступил на разноцветный солнечный свет. Каждый из его ударов содержал невообразимую силу, способную разорвать горы и осушить моря, поменять местами небо и землю. Он владел большим количеством божественных искусств и даже мог исполнить Меч Дао секты Дао и Победоносный Боевой Навык Монастыря Великого Громового Удара. В его руках любое божественное искусство каким-то образом могло стать воистину чудесным и достичь невообразимой мощи. Даже Секреты Раскрытия Тайн Ненависти Небесным Мечом, навык меча, который могли развивать только женщины, мог быть исполнен им с ещё большей силой. Когда он чего-то касается, даже самые обычные движения получали огромную силу! Заклятия, навыки меча и даже божественные искусства физического тела могут быть выполнены им, а сила каждого удара будет похожа на перемещение гор и осушение морей!

Техника Девяти Монархических Драконов уже изучена им до уровня бога!

Глаза Мастера Дао загорелись, как вдруг он, будто шторм, атаковал навыком меча Императора Яньфэна, хваля его:

— Все говорили, что Имперский Наставник был гением в путях и навыках, но мир не заметил самого Императора Яньфэна. Ваше Величество, Вы уже гроссмейстер и могли бы основать свою собственную секту и создать свою священную землю. Ах, какая жалость, что это никогда не произойдёт!

Чи, Чи, Чи!

У Меча Дао был ритм неба и земли, который прорвался сквозь слои защиты Императора Яньфэна и постоянно наносил тому ранения. Жулай увидел брешь, и его золотая чаша милостыни перевернулась, чтобы двадцать небес надавили на него. Двадцать маленьких миров в чаше для подаяния один за другим надавили на тело Яньфэна…

Тем не менее, тот лишь хмыкнул, протянув руку против огромного давления двадцати небес. Хотя его движения стали очень медленными, сила пути, навыки и божественные искусства, борющиеся против Меча Дао, наоборот, становились всё более и более мощными.

Неполный навык меча в исполнении Мастера Дао имел множество преобразований, было совершенно не понятно, какими алгебраическими вычислениями тот добавился подобного. Старик полностью исполнил путь создания, один создаёт два, два создают три, а три создают все вещи и достижения трёх сущностей. Тем не менее, план Мастера Дао был прерван, так что он не смог полностью использовать последний шаг, поэтому его умение было неполным. Даже при том, что это был неполный навык меча, он мог уничтожить все пути, навыки и божественные искусства!

— Имперский Наставник ещё не появился, но изменения неизбежны, давайте закончим это как можно скорее, — сказав голосом Будды, Жулай остановился, его тело задрожало и превратилось в высокого буддийского идола. Ударив слегка вперёд ладонью, его пять пальцев были похожи на пять огромных гор.

В этот момент Цинь Му сидел на спине цилиня в трёхстах километров отсюда. Зверь всё также бежал по воздуху, наступая на огненные облака.

— Быстрее, постарайтесь бежать быстрее! Если ты сможешь бежать быстрее, я дам тебе три ведра духовных пилюль Алого Огня! — кричал юноша, указывая на горы.

— Владыка культа, я же и так стараюсь изо всех сил, — переводя дыхание, ответил зверь.

— Твоя скорость намного медленнее, чем у зелёного быка! Он мог бы легко бежать в два раза быстрее тебя и пробежать десять тысяч километров в спринте! Жирный Дракон, если ты приложишь больше сил, я позволю тебе избить зелёного быка! Но если ты будешь так медленно двигаться, я приведу зелёного быка, чтобы он тебя побил! — стиснув зубы вместе, проговорил Цинь Му.

Цилинь внезапно приложил все силы, чтобы рвануть вперёд. Огненные облака под его лапами взорвались, и его скорость была многократно увеличена, да так, что он почти сбросил с спины Цинь Му. Пробежав тридцать-пятьдесят километров, скорость зверя снова замедлилась, и у него пошла пена из пасти:

— Владыка культа, я больше не вынесу этого!

Цинь Му был беспомощен и яростно сказал:

— Это потому, что ты такой обжора, я поставлю тебя на обеденный стол на следующий новый год!

Как только он это сказал, следы зелёного и серого света пронеслись мимо, оставив его удивлённым. Затем два огонька повернули обратно.

— Му’эр, почему ты здесь? — два огонька остановились, это были старый Ма и слепой.

— Если бы у меня было плохое зрение, я мог бы просто пройти мимо тебя. Когда ты покинул Монастырь Великого Громового Удара? Монахи доставили тебе неприятности? — спросил слепой.

— Я ушёл сразу после вас, ребята. Дедушка слепой, дедушка Ма, всё плохо, Жулай и остальные хотят убить императора! — немедленно ответил юноша.

— Да, мы знаем. Мелочь, императора всегда можно сменить, — сказал Ма.

— Му’эр, есть дела поважнее. Ли Тяньсин — самая большая проблема, если этот негодяй захватит тело бабушки, это будет нашим концом. Кто сможет остановить её? — ворчал слепой.

— Я нашёл бабушку, так что вам не о чем беспокоиться. Бабушка просто не хочет возвращаться в Великие Руины, так как она боится навлечь на вас беду. Вы можете спасти императора? — моргнув одним глазом, спросил Цинь Му.

Старый Ма посмотрел на слепого, который покачал головой:

— Трудно сказать. Император, возможно, уже мёртв. Как только Жулай и Мастер Дао объединятся, даже Имперский Наставник, вероятно, будет беспомощен. Верно, твой Небесный Дьявольский Культ тоже там, и я думаю, они погибнут также.

— Император не может умереть, нет необходимости беспокоиться об экспертах моего культа, они могут переместиться в любое время. Имперский Наставник не с ним? — стиснул зубы юноша.

— Я его там не видел. Жулай стар, Мастер Дао также стар, они оба не смогут долго сражаться, в противном случае они потеряют большую часть своей жизни, — сказал старый Ма.

— Мы моложе их, — кивнул слепой.

— В таком случае давай притащим труп императора. Му’эр, подожди здесь, мы скоро вернёмся, — улыбнулся Ма.

— Труп? — ошеломлённо спросил Цинь Му.

Старый Ма ушёл вперёд, его голос послышался издалека:

— Мастер Дао объединился с Жулаем, император определённо мёртв.

На поле боя Жулай и Мастер Дао атаковали вместе, пытаясь закончить битву как можно быстрее. Император Яньфэн перенёс множество тяжёлых атак двух богоподобных существ. Его Ци и кровь всё также были чрезвычайно энергичны, в то время как Ци и кровь Жулая и Мастера Дао колебались вверх и вниз. Тем не менее, совершенствования двух стариков были просто слишком сильны. Они оба превосходили его, как с точки зрения совершенствования, так и с точки зрения боевой мощи. Более того, два богоподобных существа объединились, чтобы напасть на него. Император был на волоске от смерти.

Мастер Дао и Жулай прекрасно понимали, что следующий шаг может положить конец его жизни, как вдруг бамбуковая трость нанесла удар. Старый Мастер Дао поспешно взмахнул мечом, чтобы защититься, в то время как Жулай почувствовал убийственное намерение, исходящее из-за спины. Золотая чаша засияла, ловко юркнув за его спину…

Послышался звон, когда бамбуковая трость ударила по мечу, который в свою очередь отлетел и вонзился в золотую чашу милостыни.

— Превосходные способности, и твоё развитие выше моего. Но всё-таки немного слабее, чем у старейшины деревни, — закончив говорить, слепой развернулся и ушёл.

Жулай и Мастер Дао резко повернулись и увидели, что Император Яньфэн бесследно исчез.

— Нет необходимости преследовать их. Кровь и Ци Императора Яньфэна иссохли, и все его божественные сокровища разрушены. Допустим, даже если он спасётся, он будет бесполезным человеком, — вздохнул Жулай.

Тело было внезапно брошено в сторону Цинь Му и врезалось в спину цилиня:

— Му’эр, вот труп, который ты хотел!

Глава 261. Ли Тяньсин и Император

Цинь Му осмотрел Императора Яньфэна, и тот показался ему мешком, наполненным зерном. Зерно могло высыпаться из мешка так же, как прямо сейчас вытекала кровь из мужчины. Его положение не сулило ничего обнадёживающего, а Ци и кровь быстро теряли свою силу… Когда они полностью иссякли, из божественных сокровищ раздались хлопки, напоминающие треск земли и неба. В таком положении он не протянул бы и двух часов без должной медицинской помощи.

— Так это вельможа дворца, — с трудом открыв глаза, император медленно спросил. — Я до сих пор жив?

Тщательно осмотрев его раны, Цинь Му быстро зашевелил своими десятью пальцами, используя технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать его души и духи, не позволяя им покинуть тело. Император Яньфэн сразу же потерял способность говорить или двигать глазами.

Юноша достал слюну дракона и нанёс её на раны. Подняв голову, он обнаружил что старый Ма и слепой уже ушли.

— Они пытаются отвлечь преследователей?

Юноша не был уверен, поэтому обратился к цилиню:

— Возвращаемся в дом бабушки.

Зверь развернулся. Между тем Цинь Му забрался тому на спину, затем напоил Яньфэна драконьей слюной, а сразу же после сделал массаж всего тела, выжимая испорченную кровь. Проведя в уме некоторые вычисления, он достал горстку духовных пилюль.

В прошлом, когда Цинь Му изучал Технику Единства, его собственная Ци и кровь были истощены до предела из-за огромного недостатка, сильно пошатнув его жизненные силы. Тогда он приготовил два вида духовных пилюль, чтобы в случае чего спасти свою жизнь. Одним из них были пилюли Духовного Будды, возобновившие запас энергии, а вторым были пилюли Кипящей Крови, пополнившие запас Ци и крови. В конце он также использовал технику Великой Дополняющей Пилюли Духовного Возврата, чтобы съесть карпа Красного Дракона и окончательно восстановиться.

Прямо сейчас парень взволновано держал в руке пилюли Кипящей Крови. Императора Яньфэна ещё можно было спасти, даже если его Ци и кровь теряли силу, однако, если он съест пилюли Кипящей Крови, его божественные сокровища могут не выдержать давления и разрушиться!

Император был невероятно талантлив, поэтому если энергия его божественных сокровищ внезапно взорвётся, ничто не сможет её поглотить. Тело мужчины разорвёт на части, не говоря уже о том, что даже Цинь Му с цилинем не смогут спастись от убийственной волны.

Но если не пополнить запас его Ци и крови, состояние уже и так умирающего ещё сильнее ухудшится.

«Мне нужно извлечь энергию из его божественных сокровищ перед тем, как давать пилюли», — на мгновение задумался Цинь Му. Лучшим способом было использование серебряных иголок, которые помогут выпустить энергию наружу. Однако, те вероятно растают, как только проникнут внутрь сокровищ, и энергия не успеет покинуть императора.

Также можно было запечатать энергию божественных сокровищ Императора Яньфэна внутри тела мужчины. Вот только Цинь Му недоставало способностей, чтобы совладать с совершенствованием императора.

Последний способ состоял в том, что можно было рассеять силу раненого через духовные пилюли или яд. Однако такие вещества обычно создавались с использованием токсических растений. При недостаточной осторожности, тело мужчины могло рассеяться вместе с энергией!

Цинь Му решил использовать второй способ. У него не было способностей, чтобы запечатать силу Императора Яньфэна, но у бабушки Сы они были.

«Тем не менее, даже если я его спасу, он останется бесполезным человеком», — сердце юноши наполнилось печалью. Император был в расцвете своих сил, и владел невероятными способностями. Он мог бы прожить ещё два или три столетия, однако, с длительностью жизни обычного человека, ему оставалось всего лишь несколько десятков лет.

Мощный правитель поколения, ставший обычным человеком, даже Император Яньфэн не смог бы справиться с таким исходом. Цинь Му не мог себе представить, как тот будет себя чувствовать, когда проснётся.

«Второй способ самый лучший. Если запечатать энергию внутри тела, может появиться шанс восстановить божественные сокровища», — покачал головой Цинь Му. Такая возможность была слишком маловероятной.

Цилинь вернулся в лесной дом бабушки Сы. Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, и он осторожно снял императора со спины зверя.

Услышав шум на улице, бабушка Сы вышла наружу, удивлённо воскликнув:

— Му’эр, что ты наделал… Император? Ты собрался снять с него кожу и взобраться на трон? Мерзавец, ты становишься всё взрослее!

Бабушка невероятно обрадовалась, после чего внезапно заволновалась:

— Тем не менее, три тысячи красоток в имперском дворце все очень хитры, будь осторожен, чтобы тебя не околдовали до смерти.

Юноша беспомощно ответил:

— Я не буду снимать с него кожу и не хочу становиться императором. Бабуль, помоги мне запечатать энергию внутри его божественных сокровищ, чтобы они не взорвались. Я отправлюсь купить лекарств, не делай из него одежды!

Лицо бабушки обрело взволнованное выражение:

— Ты должен вернуться до прихода ночи, в противном случае, Ли Тяньсин, эта потаскуха, с радостью напялит на себя кожу Императора!

Яньфэн проснулся, услышав их разговор, и подумал про себя: «Бабушка вельможи дворца? Кто она? Кажется очень злой человек. И разве Ли Тяньсин не умер? Откуда он здесь взялся?..»

Его травмы были слишком серьёзными, поэтому он вновь уснул.

Цинь Му быстро выбежал из дома, и побежал сквозь лес в сторону ближайшего города.

Это был небольшой городок под названием Тихий. Из-за катастрофы, было сложно закупиться достаточным количеством трав. Посетив несколько лавок, Цинь Му всё же собрал необходимое количество ингредиентов, чтобы приготовить лекарство, после чего в спешке отправился обратно.

Успев вернуться до наступления темноты, он вздохнул с облегчением и сразу же осмотрел пациента. Бабушка Сы уже успела запечатать энергию божественных сокровищ императора, блокируя её в его физическом теле. Мужчина до сих пор был жив, хоть его плоть уже начала разлагаться. Впрочем, его души и духи были в порядке.

— Как только ты развеешь технику созданий Небесного Дьявола, его тело не сможет удержать его души и духи, и он умрёт! — проговорила бабушка.

— Он не умрёт! — крайне серьёзно ответил Цинь Му. — Я могу заставить его души и духи остаться в человеческом мире. До тех пор, пока его тело дышит, его можно спасти!

Бабушка покачала головой:

— Я приготовлю ужин. Будь осторожен, старый дьявол может вырваться наружу.

Юноша вздрогнул и немедленно накормил императора пилюлями Кипящей Крови и Духовного Будды, после чего помог ему переварить лекарственную энергию, используя свою Ци. Затем он воткнул в него серебряные иголки, чтобы контролировать энергию и приготовил ещё немного пилюль.

Бабушка Сы закончила готовить ужин и позвала Цинь Му кушать.

Закончив трапезу, “старуха” развернулась и ушла в комнату, а юноша продолжил лечение императора. Спустя некоторое время снаружи раздался смех Сы, и она проговорила невероятно нежным голосом:

— Му’эр, как дела у Его Величества?

Душа юноши вздрогнула от услышанного, и он, не двигаясь с места, ответил:

— Владыка Ли, ты тоже лидер нашего культа, зачем ты это делаешь?

Голос немедленно стал старческим, посмеиваясь:

— Я уже мёртв, поэтому не являюсь частью Небесного Святого Культа. Великие Небесные Дьявольские Рукописи тоже передались тебе, поэтому у тебя нет никакого права вмешиваться в мои дела. Отдай мне императора, я используя его тело, чтобы захватить трон. Я хочу стать женщиной-императором!

Цинь Му промолчал. Как вдруг дверь широко распахнулась, в створках которой стояла ухмыляющаяся соблазнительница:

— Если ты не отдашь мне императора, я отберу его!

Сосредоточив свой взгляд на происходящем, она внезапно замерла. Цинь Му посадил Яньфэна в землю и тот стоял, будто сосновое дерево. Прямо сейчас парень ходил вокруг больного, выполняя различные техники и раз за разом ударяя ладонью в сторону его тела.

— Техника создания Земного Эона? Техника создания Духа? Хмм, и от техники создания Призрака что-то есть!

Взглянув лишь раз, она заметила, что техника рук Цинь Му имела тысячи превращений. Каждое движение и каждая форма были невероятно отчётливыми, следуя техникам создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Это было сделано из-за отсутствия выбора, из-за того, что парню не хватило духовных пилюль и лекарств. Поэтому он мог использовать лишь техники создания и сложные знания, чтобы закончить лечение.

— Владыка Культа Цинь, ты неправильно исполняешь технику создания Земного Эона!

С уст Сы сорвался грубый голос ухмыляющегося Ли Тяньсина:

— Ты всё неправильно делаешь! Полноценная дьявольская техника настолько криво исполнена, что кажется, будто она праведная! Ты позоришь наш Небесный Святой Культ!

Спустя какое-то время он не смог удержаться:

— Техника создания Духа тоже должна выглядеть по-другому, как с её помощью можно пытаться спасти людей? Использовать её, чтобы изменить строение его духовного тела?.. Позор, кто исполняет технику создания Призрака, так как ты? Эти навыки не для стабилизации духов и душ… Ммм? Подожди минутку! Интересно, очень интересно…

Он всё сильнее и сильнее погружался в наблюдение. Техники создания Цинь Му пошли совсем иным путём, и хоть они изначально казались дьявольскими, теперь стали величественными и впечатляющими. Парень использовал их для спасения жизней, хотя эти навыки были созданы для нанесения вреда.

Цинь Му использовал технику создания Земного Эона, чтобы собрать энергию матери-земли и духовную энергию небес, чтобы накормить поднебесный дух Императора Яньфэна. С помощью техники создания Духа он вылечил скрытые ранения тела, а техникой создания Призрака стабилизировал души и духи больного.

Будучи предыдущим владыкой, Ли Тяньсин тоже владел этими техниками, но пошёл дьявольским путём, который предвидел разграбление небес, земли и других людей. Такому использованию он в своё время обучил и бабушку Сы.

Зрение дьявола было невероятно проницательным. Он заметил, что путь, которым пошёл Цинь Му, кардинально отличался от такового у него. Он шёл напрямую, в то время как юноша пошёл в обход. Хоть метод последнего был более медленным, зато его души, духи и тело становились невероятно стабильными. А тело с разумом в таком случае были намного сильнее!

В Семи Писаниях Создания ключевым моментом было слово “создание”. Оно позволяло изменять души, духи, поднебесный дух, тело и божественные сокровища. К примеру, врождённые способности, которые определялись при рождении, можно было усилить с помощью техник создания, в итоге становясь всё сильнее и сильнее.

Ли Тяньсин был отличным экспертом, в противном случае, он не смог бы занять место Владыки Небесного Дьявольского Культа. Увидев, как его техники используют совершенно другим образом, он не мог не увлечься.

Он видел в каждом превращении движений Цинь Му заложенный огромный смысл, и несмотря на всё своё желание убить Императора и занять трон, он не мог отказаться от того, чтобы продолжить наблюдать за действиями юноши.

Незаметно для него наступило утро и раздалось кудахтанье петухов. Ли Тяньсин вздохнул:

— Этой ночью ты избежал смерти. Однако, завтра я вас точно убью.

Вздрогнув телом, бабушка вернулась к сознанию и немедленно спросила:

— Му’эр, старый дьявол тебе не навредил?

Цинь Му вздохнул с облегчением, в то время как его тело воняло потом. Покачав головой, он проговорил:

— Он засмотрелся на то, как я использую техники создания, и так и не решился ничего сделать. Бабуль, мне нужно немного отдохнуть. Позже придётся показать новые техники, чтобы снова отвлечь дьявола.

К наступлению ночи, состояние императора значительно улучшилось, и он, вернувшись к сознанию, проснулся. Воздохнув с облегчением, Цинь Му проговорил:

— Ваше Величество, я развею технику создания Небесного Дьявола, чтобы посмотреть, сможет ли ваше тело удержать души внутри.

Как только он это сделал, Император Яньфэн внезапно рухнул на землю, две души и два духа из трёх душ и семи духов вылетели, готовясь к путешествию в Юду.

Юноша немедленно исполнил Проводника Душ, отправляя их обратно в тело, после чего нахмурился. Как вдруг снаружи раздался утончённый смех:

— Владыка культа, я снова здесь! Если тебе больше нечего показать, я убью императора!

В ответ прозвучал едва различимый голос Яньфэна:

— Что за дьяволица так сладко говорит?..

Юноша сразу же запечатал пять чувств больного. Его собственное тело стало дрожать, принимая облик Владыки Сатурна, а за его спиной возникли Врата Небесной Воли.

Ворвавшись в комнату, Сы воскликнула в удивлении:

— Техника Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна? А что это на вратах? Почему в твоих руках книга? Твоя техника совсем не такая, как у меня!

Глава 262. Божественные Сокровища Императора

Бабушку Сы привлекли Ворота Небесной Воли и свиток. Цинь Му также не понимал слов на свитке, он мог только читать слова на воротах. Он знал лишь одну фразу на языке Юду — “Ворота Небесной Воли”. Из-за неё он был почти убит Королём Дьяволов Дутяня.

— Ты хочешь научиться? Я могу тебе помочь, — спокойно сказал Цинь Му.

Голос Ли Тяньсина сорвался с уст бабушки Сы:

— Ты будешь меня учить? Ты Владыка культа, священный учитель и я также Владыка культа, священный учитель. Кроме того, я старший, с какой стати ты собрался меня учить?

— Но ты не знаешь технику Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна, — с улыбкой на лице, ответил юноша.

Ли Тяньсин разозлился и кокетливо закатил глаза, смотря на паренька:

— Я Владыка культа, священный учитель, чего я не знаю?

Цинь Му проигнорировал его и успокоился. Подобный взгляд был слишком сильным и почти очаровал его. Он выполнил Пробуждение Глаз Девяти Небес и всё в его глазах прояснилось. Он посмотрел на императора и увидел только его разрушенные божественные сокровища, которые были как разрушенные небо и земля. Юноша издал приглушённый рык и его межбровье внезапно раскололось, обнажив третий глаз. Этот глаз не был похож на обычный человеческий глаз, он пришёл из мрачного мира. Из него исходил тёмный и зловещий пар, который заставил свет свечи мгновенно потускнеть. Когда этот глаз открылся, комната, казалось, вошла в другой мир, который не был похож на мир людей!

Цинь Му использовал этот глаз, чтобы посмотреть на своего пациента и мгновенно увидел душу, сердце и изначальный дух Императора Яньфэна. Затем он обнаружил, где находится главная проблема. Человек развивает поднебесный дух в области Небожителя. Когда жизненная Ци сливается с душами и духами, они становятся изначальным духом, который также является богом, возвышающимся за спинами сильных практиков области Небожителя.

Поднебесный дух Императора Яньфэна стоял на Божественной Мосту, желая, казалось, перейти в область бога. Поскольку его тайные области рушились, его поднебесный дух, а также его душа были серьезно ранены. Из-за проблем с душой, его незащищённый поднебесный дух, три души и семь духов больше не были целыми. Также ужасающая энергия всё ещё атаковала его тело, заставляя душу колебаться. Таким образом, даже если Цинь Му удастся спасти тело Яньфэна, его души и духи не смогут остаться в теле.

Поведение Ли Тяньсина внезапно изменилось, он обиженно сказал:

— Хотя я никогда не изучал этот глаз раньше… Это действительно техника Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна Великих Небесных Дьявольских Рукописей?

Цинь Му закрыл глаза и рассеял форму Владыки Сатурна. Размышляя, он нахмурился и ходил туда-сюда. Ли Тяньсин сдерживал свой гнев и спокойно ждал. Вдруг юноша захлопал и улыбнулся:

— Я ничего не могу сделать, если останусь здесь. Почему бы мне не войти в тело императора, дабы изучить его в деталях! Владыка Культа Ли, следуй за мной!

— Как ты можешь войти в его тело? — с подозрением, спросил Ли Тяньсин.

— Очень просто. В Великих Небесных Дьявольских Рукописях есть техника под названием техника Иллюзорной Тени, которая скрывает человека в тени, отнимая его материальную форму. Существует также техника, называемая техникой Небесного Горчичного Семени, которая может сжимать и расширять физическое тело. Выполняя обе техники вместе, мы можем сжать наши тела и превратиться в призраков, чтобы войти в тело Императора Яньфэна и изучить его поднебесный дух и божественные сокровища, — сказал Цинь Му, переводя взгляд на женщину неподалёку. — Ты её не знаешь?

— Как я могу не знать её? — рассерженно проговорил Владыка Культа Ли.

Цинь Му сделал шаг назад и схватил женщину за руку, потянув её к Императору Яньфэну. Затем они оба выполнили технику Иллюзорной Тени и технику Небесного Горчичного Семени почти одновременно, и в тот момент, когда они бросились в сторону императора, их тела становились всё меньше и меньше, прежде чем превратиться в две чёрные крошки на полу, которые вошли меж бровей Яньфэна. Даже при том, что император был заморожен и его пять чувств были запечатаны Цинь Му, мужчина мог чувствовать двух крохотных существ, двигающихся вокруг.

Юноша и Ли Тяньсин остановились, когда пришли к его Божественному Сокровищу Духовного Эмбриона. Парочка стояла на краю и смотрела вперёд. Духовный Эмбрион императора уже был уничтожен. Его Духовный Эмбрион и Духовная Платформа рассыпались, а небо над ними было заполнено тысячами дыр. В одной его части была огромная трещина, за которой сверкал белый череп императора. Свежая кровь лилась внутрь божественного сокровища подобно огромному водопаду. Кроме того, Цинь Му видел свет меча, летающий туда-сюда, уничтожая всё, что попадается ему на пути.

— Меч Мастера Дао! — закричал юноша.

— Старый Даос действительно могущественный, он смог даже сюда отправить свой меч! — поражённо проговорил Ли Тяньсин.

— Ты можешь уничтожить его? — спросил Цинь Му.

— Почему я должен тебе помогать? — с ухмылкой на лице, ответил Владыка Культа Ли.

— Ты видел так много истинных учений моих Великих Небесных Дьявольских Рукописей, так что это подобие услуги за услугу. Даже если ты не поможешь мне, я могу попросить бабушку Сы помочь мне завтра, — улыбался паренёк.

Ли Тяньсин фыркнул и полетел вперёд с широко раскрытыми десятью пальцами. Мгновенно нити жизненной Ци соединились друг с другом, образуя клетку уплотнённого пространства. Противоположные углы клетки были соединены друг с другом для того, чтобы сформировать ещё одну клетку запечатывания внутри. Во второй вскоре была сформирована третья, а затем четвёртая, и так далее. Это происходило буквально бесконечно. Затем Ли Тяньсин бросил построение в меч, который мгновенно исчез, когда его засосало внутрь. Владыка Культа Ли протянул руку, чтобы схватить куб, а затем подбросил его в руке, глядя на Цинь Му с самодовольным лицом.

— Техника пространственного уплотнения. Действительно гениально, — воскликнул юноша.

— Ты знаешь её, но не можешь её использовать, — рассмеялся Ли Тяньсин.

Цинь Му улыбнулся и выполнил технику пространственного уплотнения без каких-либо особых проблем:

— Моё совершенствование слишком слабое, поэтому я не могу запечатать меч Мастера Дао. Тем не менее, я знаю, как создавать пространственные печати. Мы оба священные учителя культа, поэтому я знаю не меньше, чем ты. Разве что, скоро я узнаю ещё больше.

Ли Тяньсин фыркнул, но так как звук был таким женственным, люди находили его милым, а не отвратительным.

Юноша тяжело вздохнул и превратился в тень, чтобы покинуть Духовный Эмбрион и войти в Божественное Сокровище Пяти Элементов.

В этом месте находилось пять огромных будд, сидящих в разрушенном небе, которые заменили звёзды Пяти Элементов. Ли Тяньсин щёлкнул пальцами, и пять потоков дьявольской Ци превратились в пять цветков лотоса, которые вылетели и приземлились под телами пяти огромных будд. В одно мгновение они стали слабыми, и их тела засохли, поскольку пылающее дьявольское пламя загорелось. Пять огромных будд мгновенно превратились в пепел. Ли Тяньсин усмехнулся:

— А знаешь ли ты такое?

— Это Мантра Дьявольского Сердца Красного Лотоса. Я впервые исполняю эту мантру, но она не будет уступать твоей! — ответил Цинь Му. Его жизненная Ци трансформировалась, когда он исполнил Мантру Дьявольского Сердца Красного Лотоса. С легким движением пальца, Красный Лотос взмыл в воздух.

Ли Тяньсин уставился на него, это действительно была Мантра Дьявольского Сердца Красного Лотоса. Однако она даже превосходила его. Дьявольское пламя Красного Лотоса, сформированное его дьявольской Ци, не было таким же чистым, как огонь кармы Красного Лотоса Цинь Му. Тем не менее, из-за ограничения его совершенствования, сила техники юноши была намного слабее. Затем они вдвоём отправились в Божественное Сокровище Шести Направлений и увидели, что оно также было раздавлено. Воздух просачивался отовсюду, что делало это место свежим и прохладным. Здесь была спрятана половина небес, в которой находились будды и боги, пытающиеся разрушить божественное сокровище.

— Император безнадёжен, каждое его божественное сокровище хуже предыдущего. Даже если ты спасёшь его, он будет бесполезен. Нужно ли тебе прилагать столько усилий? — не удержавшись, сказал Ли Тяньсин. Он уже понял, что задумал Цинь Му. Его мнение о парне значительно улучшилось, и он чувствовал, что не стило прилагать столько усилий для спасения императора, так как тот всё равно останется обычным человеком.

— Я должен спасти его ради Небесного Святого Культа, — покачав головой, ответил Цинь Му.

Ли Тяньсин больше не задавал вопросов и заставил себя убрать остатки божественного искусства Жулая в Шести Направлениях:

— Несмотря на то, что я больше не являюсь Владыкой священного культа, я однажды носил эту мантию. Я готов делать то, что выгодно священному культу, — сказал он вполголоса.

Изумлённый Цинь Му молча кивнул.

Затем парочка пришла к Божественному Сокровищу Семи Звёзд, осматривая висящие в небе солнце и луну. Те уже были уничтожены, и на их месте висели два божественных меча. Оружие дрожало время от времени, отчего убийственная Ци меча разлеталась во всех направлениях.

Сбитый с толку Цинь Му проговорит тихим голосом:

— Божественное Сокровище Семи Звёзд, судя по названию здесь должно быть семь звёзд…

— Божественное Сокровище Семи Звёзд состоит из солнца и луны, — звёзд близнецов. В сумме с Божественным Сокровищем Пяти Элементов, они становятся семью звёздами, — объяснил Ли Тяньсин, добавив. — Посмотри вниз, и ты увидишь Пять Элементов.

Юноша опустил голову и его сердце слегка вздрогнуло. Под его ногами находилось божественное сокровище Пяти Элементов, которые вместе с солнцем и луной вверху образовали семь звёзд. Тем не менее, божественное сокровище Императора Яньфэна были уничтожено, и под их ногами сверкали огромные трещины. Небо время от времени содрогалось, выглядя очень неустойчивым.

— Эти два божественных сокровища соединены, поэтому, как только ты достигнешь области Семи Звёзд, то сможешь увидеть Пять Элементов и Семь Звёзд вместе. Если ты достигнешь области Небожителя, то сможешь увидеть Шесть Направлений за пределами Духовного Эмбриона. Пять Элементов разбросаны в небе, в самой верхней части которого висят солнце и луна. Это полюса неба и земли. Когда дело дойдет до области Жизни и Смерти, из-под земли появится темнота, обозначающая проход к Юду. А когда ты достигнешь Божественного Моста, тот протянется до самых небес! Ты будешь всего в одном шаге от того, чтобы стать богом! — давая советы Цинь Му, объяснял Ли Тяньсин.

Он улыбнулся бабушкиными губами, но улыбка вышла довольно грубой.

— Однако, в этот момент ты поймёшь, что мост, ведущий к небесам, сломан! Хе-хе, сломан! Вся твоя жизнь, полная совершенствования, решимости и бессмертных идеалов, окажется бесполезной, как только ты умрёшь. Всё в пустую, всё в пустую!

— Владыка Культа Ли, успокойся, — ответил Цинь Му.

Ли Тяньсин закатил на него глаза в женственной манере и не удержался спросить:

— Ты не разочарован?

— В чём разочарование, если ты живёшь полной жизнью? — удивлённо стоял юноша.

— Вот поэтому я буду жить полной жизнью, и стану самой красивой женщиной в мире! — кивнул в ответ Владыка Культа Ли.

Кожа на голове Цинь Му начала неметь. Он не знал, что так сильно повлияло на Ли Тяньсина: внешность бабушки Сы, или это Великие Небесные Дьявольские Рукописи заставили его отупеть.

Достигнув области Жизни и Смерти, юноша увидел под ногами тьму Юду. Наконец, они добрались к концу пути, Божественному Сокровищу Божественного Моста. Этот мост протянулся через небо, пересекая Жизнь и Смерть, солнце и луну, Пять Элементов и Шесть Направлений. Казалось, что на другом конце Божественного Моста было несравненно яркое небо, где его ждали боги.

Божественный Мост Императора Яньфэна, однако, уже треснул во многих местах, и время от времени от него отваливались куски, летящие вниз пробивая слои божественных сокровищ и приземляясь на его Духовный Эмбрион!

— Император действительно безнадёжен. Он бесполезен, отдай мне его кожу, я стану императором и Вечный Мир будет принадлежать нашему Небесному Святому Культу! — оглядевшись, сказал Ли Тяньсин.

— Ты не создан быть императором, ты подходишь только для того, чтобы приносить беду всем живым существам, — покачав головой, ответил юноша.

— Я стану женщиной-императором и женюсь на тебе, — яростно уставились на Цинь Му глаза бабушки.

Юноша закатил глаза, показывая Ли Тяньсину свои глазные яблоки. Тот на мгновение замер, после чего внезапно захихикал.

— Могущественная дьяволица! — Цинь Му немедленно запечатал свои пять чувств, чтобы не попасть под её влияние.

Глава 263. Я Тебя Казню!

Они уничтожили остатки божественных искусств, оставленных Жулаем и Мастером Дао, что позволило Цинь Му понять, каким образом продолжать лечить Императора Яньфэна. Проведя некоторые расчёты, он проговорил:

— Теперь, когда божественные искусства окончательно уничтожены, души и духи императора можно стабилизировать. Несмотря на то, что его божественные сокровища трещат по швам, при достаточном количестве духовные лекарств, я смогу использовать технику Иллюзорной Тени и Небесного Горчичного Семени, чтобы проникнуть в его божественные сокровища. Если приготовить там нужные пилюли, появится шанс восстановить его сокровища. Впрочем…

Он никогда раньше не занимался лечением подобных ранений, поэтому был не слишком уверен в успехе. Если в божественных сокровищах были лишь трещины, их можно было вылечить, но божественные сокровища Императора Яньфэна были разрушены.

Целитель обучил Цинь Му многим врачебным техникам, но не говорил ни о чём, способном совладать с подобной ситуацией. Тем не менее, существовало несколько видов трав, способных лечить ранения божественных сокровищ, к тому же некоторые техники из Великих Небесных Дьявольских Рукописей владели подобным эффектом. Цинь Му чувствовал, что появится надежда, если объединить два этих метода лечения.

Когда они покинули божественные сокровища раненого, на улице уже начало светать. Бабушка Сы проснулась, а Ли Тяньсин исчез…

Цинь Му рассеял технику создания Небесного Дьявола и проговорил:

— Ваше Величество, я отправляюсь купить трав, вернусь через три или пять дней. Пока меня не будет, не покидайте комнату. Вам будут приносить еду и оставлять её под дверью. Как только наступит ночь, независимо от того, что вы услышите, не выходите из комнаты. Если кто-то попросить Вас просто выглянуть, не смейте этого делать!

Император Яньфэн ответил слабым голосом:

— Министр Цинь, куда Вы меня притащили? Это место очень странное.

Лицо Цинь Му казалось невероятно серьёзным:

— Ваше Величество, здесь остановилась моя бабушка и Ли Тяньсин. Вам лишь стоит знать, что ночью вы определённо будете иметь дело с Ли Тяньсином. Если Вы выглянете наружу, то определённо умрёте. Более того, вместе с вами погибнет вся Империя Вечного Мира!

Услышав серьёзный тон парня, император улыбнулся:

— Не переживай, я понимаю. Я не настолько люблю совать свой нос куда попало.

Юноша закрыл дверь и начал водить кистью, пропитанной чернилами. Его тело задрожало, превращаясь в Владыку Сатурна с головой человека и телом змеи и циркулируя свою магическую силу. Подняв кисть, он нарисовал на двери ворота, над которыми языком Юду написал “Врата Небесной Воли”.

Его тело вернулось к своему обычному состоянию, после чего он написал на земле: “Это врата, созданные Владыкой Сатурна. Если ты можешь прочитать их название, — входи, если нет — лучше останься снаружи.”

Спрятав кисть и чернила, Цинь Му обратился к бабушке:

— Бабуль, несмотря ни на что не дотрагивайся до этой двери. Когда будешь подавать императору еду, делай это с помощью бамбуковой трости. Никогда не входи во врата.

Осмотрев слова на двери, она спросила:

— В эти врата?

Юноша молчаливо моргнул, а “старуха” пообещала:

— Обещаю, я не войду.

Цинь Му вышел из дома и запрыгнул на спину цилиня. Переведя взгляд в сторону комнаты, где находился император, он подумал: «Не случится ничего плохого, если Ли Тяньсин владеет языком Юду, зато если он не сможет прочитать текст и войдёт внутрь, его душу затянет в Юду, где он и останется. В таком случае бабушка Сы будет свободна».

Император Яньфэн чувствовал себя намного лучше, он, хоть и с трудом, но уже мог передвигаться. Однако, мужчина чётко придерживался слов Цинь Му и не выходил из комнаты. Когда пришло время обеда, бабушка Сы просунула к нему корзину с едой, используя бамбуковую трость. Тот присел, приоткрыл дверь и забрал её. Закончив, он снова приоткрыл дверь, оставляя корзину снаружи, не покидая комнаты… Это был первый раз, когда он чувствовал себя столь угрюмо с тех пор, когда он стал императором.

После обеда император услышал мелодичное хихиканье за дверью. Звук, казалось, проникал в глубины его мозга, будучи невероятно приятным. Он был заворожен, чувствуя, что ни одна из его трёх тысяч горничных не имела голоса, который мог заставить сердце мужчины биться столь сильно.

— Раз Владыка Культа Цинь исчез, я могу поиграться с императором. Если повезёт, можно будет снять с него кожу, пойти в столицу и стать первой женщиной-императором.

Император испугался от услышанного, однако голос за стеной был невероятно приятным, путая его рассудок. Мужчина хотел открыть дверь, чтобы взглянуть на внешность женщины, но внезапно вспомнил слова Цинь Му и подумал:

— Это Ли Тяньсин использует дьявольский голос, чтобы вытащить меня наружу. Старый дьявол имитирует голос женщины, как бесстыдно!

Яньфэн закрыл уши, но голос, казалось, застрял в его уме, и забыть его было уже невозможно.

— Мерзавец осмелился меня протестировать! Он и вправду не осознаёт необъятности небес и земли… Впрочем, я действительно не знаю этих слов. Мы оба совершенствовали технику Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна, не может быть, чтобы он добился больших успехов, чем я.

Женщина за дверью пыталась разгадать секрет надписи, раз за разом исполняя технику Истинного Маркиза Земли, однако, не делала никакого прогресса. Незаметно для себя дьявол потратил на это много времени, и император успел уснуть, поборов беспокойство, вызванное услышанным.

Когда наступил следующий день, всё повторилось. По приходу ночи женщина снова взялась за попытки разгадать значение слов на двери, в то время как Император Яньфэн почти обзавёлся демоном в своём собственном сердце. Сладкий, завораживающий голос продолжал звать его к себе и просил открыть дверь.

На третью ночь женщина начала сердито ворчать:

— Я не могу совершенствоваться достаточно, чтобы повторить подобное, и не могу разгадать значение слов! Но зачем мне опускать руки? Я ведь могу просто войти внутрь и убить императора, чтобы снять с него кожу. Зачем мне разгадывать какую-то загадку.

Император встревожился, но затем женщина проговорила:

— Нет, нет… Когда Владыка Культа Цинь использовал свою технику, у него появился третий глаз и комната стала тусклой, заполнившись зелёным светом. Это не слишком напоминало мир людей… С этой дверью что-то не так, я могу попасть в другой мир, если войду внутрь. Мерзавец очень хитёр, он определённо задумал какую-то уловку…

«Эта женщина очень умна… Нет, это Владыка Культа Ли, хитрый старый лис. Впрочем, разве он не был мужчиной? Зачем он имитирует столь завораживающий женский голос? — подумал император. Он больше не мог сопротивляться желанию выглянуть. — Не случится ничего страшного, если я посмотрю на неё краем глаза».

Как только он собрался выглянуть сквозь щель, снаружи раздался драконий рёв. Длинными шагами Цинь Му вошёл внутрь, вынудив мужчину забыть о своей затее.

— Владыка Культа Ли не вошёл в дверь? Неужели ты не знаешь значения надписи на ней? Ты готов признать, что неправильно совершенствовал Великие Небесные Дьявольские Рукописи?

— Какое тебе дело?

— На дверях написано “Врата Небесной Воли”. Давай я тебя научу, — закончив обучать Ли Тяньсина фразе Юду, юноша проговорил. — Владыка Культа Ли, теперь, когда ты знаешь фразу, можешь входить.

Тот усмехнулся:

— Я выучил фразу и понимаю надпись на стене, но разве это значит, что со мной ничего не случится, если я войду? Владыка Культа Цинь, я тоже владыка культа и священный учитель, меня не так просто обмануть.

Цинь Му покачал головой и подошёл поближе. Стерев с двери надпись с помощью своей Ци, он вошёл к императору:

— Ваше Величество, я посетил несколько городов, чтобы накупить трав, но так как на головы здешних жителей снизошла катастрофа, в лавках было очень мало товаров. Я купил совсем немного, не знаю, насколько эффективными они окажутся.

— Министр Цинь, просто сделай всё, что в твоих силах, — сказал император. — Ты услышал ещё какие-нибудь новости?

— Ваше Величество умерли, — смотря на мужчину, Цинь Му говорил спокойным голосом. — Новости из столицы говорят, что вы перенапряглись, исполняя свои обязанности, и умерли в процессе. Наследный принц готовится к вашим похоронам, вся страна в трауре.

Мужчина слегка вздрогнул, затем проговорил с горькой улыбкой:

— Я уже умер? Это и вправду мой сын, мой добрый сын… А что с Генералом Небесных Стратагем и остальными? Они ещё живы?

Выбирая травы для приготовления духовных пилюль, Цинь Му ответил:

— Во время битвы возле города Бачжоу, мой Небесный Святой Культ фокусировал своё внимание на спасении императора поэтому, как только вы исчезли, они тоже телепортировались. Великий Маршал Монах, Сыту, Сыкун, Генерал Небесных Стратагем, Король Горы Тай и остальные попали в плен. Мастер Дао и Жулай ничего им не сделали, а просто передали в руки наследного принца. Они все — главы влиятельных семей, так что Ваше Величество может не волноваться о их безопасности. Принц всё ещё нуждается в их поддержке.

— Мой добрый сын… — снова вздохнул император.

Генерал Небесных Стратагем и остальные владели огромной властью, вместе с военными офицерами они контролировали около половины столичного правительства. Чтобы взойти на трон, наследный принц нуждался в их поддержке.

— Империя не может существовать без правителя, поэтому коронация принца должна произойти в первой половине третьего месяца. Шестое число третьего месяца — благоприятный день, вероятно, именно тогда принц и станет императором. С поддержкой секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара, это неизбежно случится. Разве кто-то захочет рисковать жизнями всей своей семьи?

— Где Имперский Наставник? Я не попал бы в такое положение, если бы он был со мной.

— Имперский Наставник отправился на медовый месяц, от него не приходило никаких вестей. Когда я ходил за травами, мне повстречались многочисленные разведчики, ищущие следы Вашего Величества. Судя по слухам, наследный принц хочет найти Вас, даже если Вы мертвы.

Юноша использовал технику Иллюзорной Тени, проникая в божественные сокровища императора. В Божественном Сокровище Духовного Эмбриона он использовал целебную силу духовных пилюль, однако, когда та полностью впиталась заметного результата не было. Эффект лечения был крайне малым…

Цинь Му нахмурился и изменил набор пилюль, однако, те снова не смогли ничего сделать.

Затем он превратился в чёрную тень и вылетел из бровей Императора Яньфэна. Приземляясь на землю, он принял свой обычный облик и начал ходить туда-сюда. Внезапно, Цинь Му проговорил:

— Ваше Величество, Ваши ранения непросто вылечить. Я могу привести Ваше тело и души в порядок, но не могу ничего сделать с божественными сокровищами. Те не менее, мой дедушка целитель, вероятно, окажется в силах помочь. Ваше Величество готовы последовать за мной в Великие Руины?

В сердце императора возобновилась надежда:

— Кто этот целитель?

Цинь Му на мгновение заколебался, после чего ответил:

— Безликий Король Ядов.

Лицо мужчины потемнело, и он сердито повторил:

— Безликий Король Ядов?

Он был императором, сыном вдовствующей императрицы, а Безликий Король Ядов когда-то был её любовником. До того, как его истинная личность была раскрыта, дедушку знали как Нефритового Жиголо, имеющего любовниц по всему миру. Даже уважаемые монашки зачастую имели с ним грешные отношения.

Император Яньфэн, естественно, прекрасно об этом знал, но не мог спокойно обсуждать такой предмет. Однажды он отдал приказ убить Безликого Короля Ядов, чтобы закончить позорные отношения свей матери. Это послужило одно из причин, по которой целитель прятался в Великих Руинах.

Император определённо не хотел видеться с Безликим Королём Ядов.

— Министр Цинь, я не пойду в Великие Руины. Мой сын собирается взойти на трон и отменить реформу, над которой я работал две сотни лет. Я не могу позволить уничтожить всё за один день, — торжественно проговорил Император. — Мы идём в столицу!

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он взглянул на мужчину:

— Ваше Величество и вправду этого хочет?

Тот кивнул:

— Столица — место в котором встречаются вены драконов, техника Девяти Монархических Драконов совершенствуется там вдвое быстрее. Возможно, я смогу использовать Ци драконов, чтобы отстроить свои божественные сокровища. Наши с Имперским Наставником кровь и пот нельзя тратить впустую! Как только я вернусь в город, я смогу сбросить своего непутёвого сына!

Мгновение поразмыслив, Цинь Му улыбнулся:

— Простите, — заем он достал нож для убоя свиней и сорвал с императора корону и жёлтую мантию.

Лицо мужчины резко изменилось:

— Министр Цинь, что Вы делаете?

Крепко прижав нож, Цинь Му начал брить голову Императора Яньфэна. Спустя некоторое время тот стал полностью лысым, без единого волоска.

Затем юноша достал несколько палочек ладана и поджёг их, после чего приложил к голове императора. Мужчина корчился от боли, в то время как его кожа шипела, покрываясь шрамами.

Осмотрев результат, Цинь Му улыбнулся:

— Отлично. Теперь вам нужна всего лишь монашеская роба, обувь и молитвенные бусины. Бороду тоже нужно будет сбрить, — сказав это, он повернул императора и занялся бородой.

Мужчина невероятно разозлился, но был не в силах что-то сделать в ответ. Спустя некоторое время его борода стала невероятно гладкой и чистой. Одевшись в жёлтую робу выдающегося монаха, Император, обычно сверкающий достоинством и властью, исчез.

Затем Цинь Му достал кисть, смешал чернила и начал рисовать на лице мужчины. Тот попытался отбиться, но его немедленно обездвижили. Ему лишь осталось покорно стоять, позволяя пареньку делать всё, что захочет.

Закончив рисовать, юноша достал зеркало, с улыбкой ставя его перед лицом пациента:

— Ваше Величество узнаёт себя?

Посмотрев на человека в отражении, император увидел монаха средних лет. От его левого глаза к переносице тянулся шрам, продолжаясь на правой щеке и заканчиваясь около мочки правого уха. Он казался невероятно больным монахом, питающимся вегетарианской едой и молящимся будде в свободное время, и убивающим людей, когда у него было плохое настроение.

Сняв ножны с ножами со спины, Цинь Му одел их на спину Императора. Тот сразу же вскрикнул и упал на землю. Обездвиженный, он прокричал:

— Кости, мои кости трещат! Быстро сними! Я не могу… дышать…

— Ой, я забыл, что совершенствование Вашего Величества пострадало, и Ваше тело уже не такое, как раньше.

Юноше немедленно достал ножи для убоя свиней и притащил доску с улицы, вырезав из неё два деревянных ножа и окрасив их в металлический цвет, делая чёткий контраст между чёрным и белым. Затем он изготовил новые ножны, и одел их на императора.

Смерив мужчину взглядом, парень улыбнулся:

— Теперь Ваше Величество готов идти.

Внезапно Император Яньфэн достал свои деревянные ножи и яростно проговорил:

— Министр Цинь, как ты посмел делать из меня дурака, я казню тебя! Наклони голову!

Улыбаясь, юноша сделал как ему велели:

— Ваше Величество, прошу.

Безжалостно рубанув по шее юноши обеими ножами, император стал задыхаться от истощения. Передав ему свой собственный нож для убоя свиней, Цинь Му сказал:

— Ваше Величество, используйте настоящий нож.

Руки Императора схватили рукоять ножа, но как бы он не пытался, бедолага так и не смог поднять оружие над головой. Бросив его на землю, мужчина гаркнул:

— Я это запомню. Пошли!

Глава 264. Два героя Вечного Мира

Цинь Му попрощался с бабушкой Сы и повёл Императора Яньфэна на прогулку с плетущимся позади цилинем. Юноша учил мужчину технике создания Духа из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, прежде чем передать ему технику Трёх Эликсиров Тела Тирана:

— Развивайте эти две техники вместе, пока идёте. Это как минимум укрепит Ваше тело, а также будет полезно для Ваших травм.

Император Яньфэн был настроен скептически и пытался практиковать техники Трёх Эликсиров Тела Тирана и создания Духа. Его настроение тут же изменилось к лучшему, и он улыбнулся:

— А техники-то хороши, даже можно развивать при ходьбе. Я чувствую, что мои силы восстановились.

— Пока практикуйтесь только в них. Когда Вы достигнете небольших успехов, раны на Вашем теле заживут, и Ваше тело усилится. Затем я научу Вас технике создания Призрака для совершенствования Вашей души, чтобы она могла стабилизироваться. Затем мы можем использовать медицину, чтобы лечить душу и вытеснить одну проблему с двух сторон одновременно. К тому времени раны на Вашей душе полностью восстановятся, — проговорил Цинь Му и внезапно задумался: «Теперь, когда я обучил императора приёмам Великих Небесных Дьявольских Рукописей, должен ли он присоединиться к нашему Небесному Святому Культу? Если да, то какую должность я должен ему предоставить? Мне всё ещё не хватает Небесного Короля. Если бы я мог заставить императора присоединиться к нам и стать Небесным Королём Небесного Святого Культа, вся Империя Вечного Мира стала бы нашей территорией…»

Император Яньфэн усердно тренировался, и его тело становилось сильнее. Ему удалось развивать жизненную Ци, но без божественных сокровищ это был просто предел его развития. Цинь Му также развивался в неторопливом темпе. Когда он выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, пять лучей света сверкнули с неба. Это были пять элементов в его теле, соединяющиеся со звёздами пяти элементов, привлекая звёздную силу, чтобы поднять совершенствование.

«Он всё ещё в области Пяти Элементов?» — был ошеломлён император. Он всегда думал, что Цинь Му уже был практиком божественных искусств области Шести Направлений… в конце концов его способности уже были на одном уровне с людьми этого уровня. Его совершенствование также не уступало практикам божественных искусств Шести Направлений, так что он не думал, что тот всё ещё будет лишь в области Пяти Элементов.

— Великие Небесные Дьявольские Рукописи Небесного Дьявольского Культа действительно экстраординарны, — воскликнул Император Яньфэн в восхищении к себе, но он не знал, что жизненная Ци Цинь Му в основном исходила от техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Точно такую же технику в настоящее время изучал Император Яньфэн.

Развитие Цинь Му действительно достигло пика области Пяти Элементов и было недалеко от области Шести Направлений. Он просто ждал, пока Звёзды Владыки Пяти Элементов стабилизируются, прежде чем попытаться прорваться. Они шли четыре дня и ночевали под открытым небом. Когда они достигли следующего города, юноша повёл Императора Яньфэна внутрь, чтобы купить несколько трав. Это был первый раз, когда новоиспечённый “монах” так много страдал в своей жизни, обе его ноги были покрыты волдырями и ссадинами.

В трактире Цинь Му поместил императора в деревянную ванну, чтобы замочить в целебной воде на ночь, где тот и уснул. Когда мужчина проснулся на следующее утро, то обнаружил, что волдыри на его ногах исчезли, а самочувствие стало намного лучше… Отчего он удивленно цокнул языком.

Двое продолжили свой путь и подошли к границе префектуры Молитвы. Там они видели множество практиков божественных искусств, гоняющихся за жителями, хлещущих и ругающих их:

— Эта земля принадлежит нашей секте Горы Молитв!

Те практики божественного искусства, скорее всего, были учениками секты Горы Молитв, и то, что они изучали, были навыками молнии. Они могли контролировать построение, чтобы повсюду ударяли молнии, поэтому они согнали жителей в одно место.

— Император приказал восстановить систему наших предков, так что земля сект будет принадлежать сектам! Отныне нет никакой необходимости обеспечивать империю, нужно только отдавать дань секте Горы Молитв! — прокричал один из сектантов. Сельский житель не хотел соглашаться и был поражён до смерти ударом молнии, как только он начал спорить.

Цинь Му остановился, слегка нахмурив брови. Император Яньфэн холодно сказал:

— Нам нужно идти дальше.

Они прошли мимо других префектур и увидели, как секты восставали, показывая всю свою мощь. Они захватывали территории и грабили богатых. Они делили территории, принося в мир ещё больший хаос, разрушения и беспорядки, чем раньше. Снежная катастрофа уже нанесла серьёзный ущерб. Таким образом, восстание сект, возвращающихся и захватывающих территории, ловящих простолюдинов в качестве своих сельскохозяйственных рабов, добавляло масла в огонь. Власти во всём мире, которые направляли различную помощь, также прекратили это делать. Число людей, которые голодали и замерзали до смерти, увеличивалось до такой степени, что их нельзя было сосчитать.

Император Яньфэн был серьёзным человеком и работал ещё усерднее, пытаясь восстановить свои божественные сокровища и восстановить своё развитие.

Когда они пришли в префектуру Порядка, Цинь Му пошёл в поместье городского лорда, и магистрат префектуры Порядка пришёл, чтобы поприветствовать его. Он посмотрел на Императора Яньфэна, но не узнал его. Его взгляд остановился на Цинь Му, и он сказал:

— Владыка культа… Поговорим внутри.

Юноша вошёл в поместье, позволив цилиню отдохнуть. Услышав голодный гул в животе императора, он сказал:

— Мастер Чертога Чистой Одежды, дайте этому лысому… дайте этому старшему брату тарелку риса.

Магистрат префектуры Порядка был Мастером Чертога Чистой Одежды Небесного Святого Культа и звали его Дуаньму Цзин. Он махнул рукой, чтобы слуга принёс императору поесть, и с улыбкой поинтересовался:

— Почему Владыка культа привёл с собой этого монаха?

— Какова ситуация в столице? — не отвечая на вопрос, спросил Цинь Му.

— Хорошего мало, — заговорил Дуаньму. — Большинство Даосов и монахов из секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара отправились в столицу. Мастер Дао и Жулай передали свой указ о передаче наследного принца в качестве императора, который взойдет на трон шестого числа третьего месяца. На данный момент всё ещё бродят разведчики наследного принца, убивая всех, кто похож на императора.

Цинь Му тихо кивнул. Это было ожидаемо и очевидно.

— Кроме того, теперь, когда наследный принц управляет империей, он приобрёл большую власть. Большинство влиятельных семей были взяты под крыло Буддистами и Даосами. Некоторые влиятельные семьи в столице уже перешли на другую сторону, монахи и даосы отказываются уезжать и остаются в столице. Эти влиятельные семьи не осмеливаются ссориться с ними, поэтому они могут только позволить им остаться. Можно сказать, что нынешняя столица принадлежит людям всех профессий, а мошенники смешиваются с честным народом. Если на чистоту, то столица больше не находится под властью императора. Наследный принц также издал указ о восстановлении системы, установленной предками, возвращая им земли, которые когда-то принадлежали сектам. Остальные территории будут принадлежать Вечному Миру. А ещё… — Дуаньму Цзин колебался, затем добавил. — Посланник прибыл из страны Волчьего Убежища, чтобы поговорить о войне на границах и заключить мир с наследным принцем. Он уступил шестнадцать префектур Волчьему Убежищу. Также прибыл посланник из Империи Варварских Ди, и они обсуждают передачу земель в качестве компенсации…

— Очень легко растратить семейное состояние. Этот наследный принц слишком глуп и труслив, чтобы быть императором, — с улыбкой на лице сказал юноша.

Дуаньму Цзин был несколько озадачен. Цинь Му не показывал никаких признаков гнева. Напротив, он вёл себя так, как будто ничего плохого не произошло. Однако он не знал, что парень никогда не относился к себе как к гражданину Империи Вечного Мира. С самого начала и до сих пор он всегда был человеком, отринутым богами Великих Руин, поэтому ему не было необходимости сердиться.

«Хм, шестое число третьего месяца, действительно благоприятная дата, подходящая для убийства?» — подумав, юноша спросил:

— Есть какие-нибудь новости об Имперском Наставнике

— Мы нашли его.

Цинь Му обрадовался и принёс несколько листов бумаги:

— Мастер Чертога, приготовьте травы, написанные на этих листках бумаги, и храните их в префектурном городе Почтенном.

Дуаньму Цзин услышал команду.

— Давайте покинем город, — сказал Цинь Му, обращаясь к цилиню и императору.

— Я ещё не доел, — ответил в панике император.

— Я приведу Вас к Имперскому Наставнику и принесу немного еды по дороге, — улыбался Цинь Му.

Император Яньфэн незамедлительно положил приготовленную на пару булочку, и выражение его лица стало радостным. Молча последовал за юношей, через мгновение он сказал:

— Я хотел бы спросить его, где именно он был все эти дни!

Цинь Му посадил его на спину цилиня, затем вскочил на голову зверя. Дракономордый наступил на огненные облака и рванул в небо. Холодный ветер приветствовал императора в лицо, заставляя непрерывно чихать. Пылающее пламя внезапно зажглось вокруг тела юноши, и император почувствовал себя намного лучше.

Цилинь бежал в течение двух дней, прежде чем Цинь Му подал сигнал зверю спуститься. Они были в горах, которые были обжигающе горячими. В долине сияли разноцветные огни, но пар испарялся, когда они поднимались вверх.

— Божий луч! — Император Яньфэн с мрачным выражением лица понюхал воздух и проговорил. — Запах крови. В долине течёт кровь бога!

Цинь Му привёл его в деревню, и там действительно оказалось озеро крови. Рядом был небольшой деревянный домик, за которым протекала небольшая речка. Вода в реке была слегка тёплой от божьей крови, и рядом с рекой стояла женщина в белоснежном соболином меху. Её живот слегка выпирал. Рядом с её ногами находился мужчина средних лет, который держал деревянную дубинку и хлопал одеждой о каменную доску. Около него стояла бамбуковая корзина с постиранной одеждой.

Юноша спрыгнул со спины цилиня, и Император Яньфэн последовал за ним. Тем не менее, его ноги не были устойчивыми, и он растянулся на земле. Пара услышала звук и обернулась посмотреть. Цинь Му улыбался, когда шёл вперёд.

— Почему ты не помог мне подняться? — спросил император, вставая на ноги.

Мужчина средних лет положил деревянную дубинку на землю и вытер влажные руки о рубашку. Он встал рядом с женщиной и улыбнулся Цинь Му и императору, который шёл сзади с бледным лицом.

— Имперский Наставник! — шаги Императора Яньфэна становились всё быстрее и быстрее, но как только он собирался сорвать всю злость на Имперском Наставнике, он внезапно заметил пятна крови на его груди. Император был сильно потрясён и пролил слезы. — Мой Имперский Наставник, как ты оказался в таком состоянии?

Имперский Наставник приветствовал императора и заметил, что тот потерял всю свою силу. Печаль охватило его сердце:

— Ваше Величество, я серьёзно ранен.

— Вы также ранены, не сдавайтесь, боритесь за свою жизнь, — незамедлительно сказала женщина.

Юноша был ошеломлён. Двое сильнейших практиков Империи Вечного Мира были серьезно ранены!

— Владыка Небесного Святого Культа отдает дань уважения жене Имперского Наставника, — поприветствовал женщину Цинь Му.

Жена Имперского Наставника увидела лысую голову императора и растерялась. Она сразу же сказала:

— Не стойте просто так, проходите в дом. Вам не помешает отдых после долгой дороги.

— Спасибо за такое гостеприимство, — сказал паренёк и направился в дом. Император следовал за ним.

— После того, как я покинул Маленькую Нефритовую Столицу, я хотел исследовать происхождение стихийного бедствия и встретил бога, который держал в руке бутылку в виде тыквы, — равнодушно говорил Имперский Наставник в маленьком деревянном доме. — Стихийное бедствие было высвобождено из его тыквенной бутылки. Он получил травму в нашем бою, но мои травмы более серьёзные. С моей беременной женой мы решили остановиться здесь на некоторое время.

Он сказал это так просто, но все понимали, насколько жестокой была эта битва! Император Яньфэн проверил повреждения на теле и посмотрел на Цинь Му, как будто хотел что-то спросить.

Юноша осмотрел мужчину и покачал головой:

— Раны, оставленные богом, содержат волю бога внутри, поэтому я не могу вылечить такую травму. Если Вы хотите вылечить это, мне придётся вернуться в деревню и попросить дедушку целителя о помощи.

— Я знал, что ты не сможешь вылечить меня, поэтому я не стал искать тебя. Мои травмы сейчас слишком серьёзны, поэтому я не могу вернуться в столицу, иначе я бы наверняка умер. Никто не должен знать, что я ранен. Но я не ожидал, что Ваше Величество… — говорил Имперский Наставник.

Двое мужчин средних лет посмотрели друг другу в глаза и вдруг рассмеялись в один голос. Имперский Наставник смеялся, пока не начал тяжело кашлять.

— Озеро крови снаружи? — выглядывая из окна, спросил император.

— Оставленная этим богом, он был очень силён и получил поверхностные раны, — ответил мужчина.

Раны на груди Имперского Наставника Вечного Мира открылись снова, и Цинь Му применил слюну дракона к нему. Но как только рана зажила, она снова была разорвана остатком божественного искусства, которое бог спрятал в ране. Этот вид травмы не может быть вылечен лекарственными камнями. Даже если бы это были духовные пилюли, которые могли позволить человеку вернуться к жизни, они также были бы бесполезны против божественного искусства бога.

Цинь Му задумался на мгновение и достал пилюлю меча, которую немой подарил ему. Он мягко активировал её, и появились огни меча. Юноша толкнул их вперёд, нанося удар вокруг раны мужчины. Жена Имперского Наставника издала низкий вздох, в то время как мужчина и император не двигались вообще. Паренёк вытянул указательный палец, и плотная жизненная Ци закружилась, как облако на кончике его пальца. Когда он осторожно постучал по пилюле меча, послышался тихий свист, одновременно с которым из пилюли выстрелил свет меча, пронзая дом и озеро крови.

Бум!

Озеро крови сильно задрожало и разразилось сотрясающим мир взрывом. После трёх стрел, свет меча от пилюли меча был разрушен толчками и стал меньше.

— Чудесные руки божественного врача поистине гениальны. Ты использовал силу крови бога, чтобы противостоять остатку божественного искусства бога, — в восхищении воскликнул мужчина.

Цинь Му снова применил слюну дракона, и рана больше не кровоточила. Он сказал:

— Я не могу совладать с другими божественными искусствами в Вашем теле. Ваше Величество, Имперский Наставник, теперь есть два пути: первый — я приведу вас в Великие Руины, чтобы вылечить ваши раны, а второй — отправиться в столицу. Выбор за вами.

Имперский Наставник посмотрел на Императора Яньфэна, и они, казалось, зная мысли друг друга, закричали в один голос:

— Столица!

Цинь Му вытащил свой нож для убоя свиней и прижал голову Имперского Наставника к столу, в то время как жена последнего вскрикнула от удивления:

— Владыка Культа Цинь, что Вы делаете?

— Мадам, посмотрите на меня и всё поймёте, — трогая свою лысую голову, говорил император.

Руки юноши были проворны, и он в мгновение ока побрил наголо Имперского Наставника. Затем он взял несколько палочек ладана, чтобы выжечь несколько струпьев на голове. Одним мановением руки он достал жёлтую буддийскую мантию из мешка таоте и с улыбкой сказал:

— Я сделал дополнительный набор для Имперского Наставника. Пожалуйста, подождите минутку, позвольте мне нарисовать зелёную родинку на другой половине лица Имперского Наставника…

Закончив с наставником, он повернулся к его жене, на что мужчина тут же сказал:

— Владыка культа, моя жена беременна. В такую морозную погоду если у неё не будет волос…

— В таком случае она будет даосской монахиней, — перебив его, Цинь Му достал даосский халат и передал его женщине. Потом он вдруг моргнул и улыбнулся им всем. — Хотите присоединиться к моему культу? В моём Небесном Святом Культе никто, никогда не голодает, если у вас нет навыков, мы можем научить вас ремёслам, чтобы зарабатывать на жизнь, я уверяю вас, ребята, вы не умрёте от голода с нами.

Глава 265. Четвёртый Небесный Король

Император и Имперский Наставник не знали, смеяться им или плакать. Владыка Цинь оказался невероятно смелым и совсем не скрывал своего положения в культе. Он действительно пытался затянуть Императора и Имперского Наставника в Небесный Дьявольский Культ!

— Если ваши раны не заживут, то вернуть себе трон не удастся. А изучив искусства нашего Небесного Святого Культа вы, по крайней, мере будете в состоянии прокормить семью.

Жена Имперского Наставника улыбнулась, но ничего не сказала. Её муж равнодушно ответил:

— Если я присоединюсь, то хочу получить титул Владыки культа.

Император кивнул:

— Я тоже.

Наставник повернулся к нему:

— Если ты станешь Владыкой, то я буду твоим помощником.

Глаза Цинь Му загорелись:

— Император хочет стать Владыкой культа?

Мужчина был ошеломлён. Он никак не ожидал, что Цинь Му планировал отдать место Владыки Небесного Дьявольского Культа. Но если он станет новым Владыкой, разве Империя Вечного Мира не станет частью культа?

Это был подарок, которого он не мог принять!

У Имперского Наставника тоже разболелась голова, и он тайком взглянул на императора, советуя ему отказаться.

Жена наставника рассмеялась и проговорила:

— Владыка Цинь, они отказываются, но я готова присоединиться. Какую должность Вы можете мне предложить?

Глаза юноши вновь вспыхнули от удивительной мудрости женщины. Она прервала тишину, чтобы не позволить своему мужу и императору чувствовать себя неудобно.

— Если мадам присоединится к культу, я могу предложить Вам лёгкую работу, — он улыбнулся в ответ. — Вы умеете вышивать? Могу назначить Вас мастером ладана Чертога Вышивки!

— Отлично, — женатая женщина посмотрела и оттянула своего мужа в сторону, заговорив к нему в пол голоса. — Муж, почему ты отказываешься от предложения Владыки Культа Циня? Каковы шансы на успех у твоей затеи вернуться в столицу с императором?

Имперский Наставник на мгновение замолчал, после чего ответил:

— Весь мир поддерживает реформу, а семьдесят процентов чиновников имперского двора — мои с императором люди. Вернувшись в город, мы определённо сможем казнить мятежников и вернуть себе трон.

Женщина улыбнулась:

— Ты действительно так думаешь? Разве Монастырь Великого Громового Удара и секта Дао не попытаются вас остановить? В таком случае тебе может и удастся защитить себя от Жулая и Мастера Дао, но что станет с Его Величеством?

Слегка улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— В домах королей, графов и министров поселились даосы. Они читают дхармы и даосские писания.

Имперский Наставник промолчал, и жена оттолкнула Цинь Му подальше, чтобы продолжить с ним разговор:

— Две главные священные обители наблюдают за твоими людьми, все твои близкие заперты под домашним арестом или сидят в тюрьмах. Теперь ты можешь лишь использовать власть Владыки Культа Циня. А чтобы заручиться его поддержкой, нужно завоевать его доверие.

Цинь Му вернулся к ним, собираясь что-то сказать, однако жена наставника вновь оттолкнула его подальше.

Немного поразмыслив, Имперский Наставник подошёл к юноше:

— Небесному Святому Культу не хватает Небесного Короля?

Цинь Му кивнул:

— Да, четвёртого.

Затем наставник проговорил:

— Тогда я стану Четвёртым Небесным Королём. Однако, Его Величество никогда не будет иметь никакой связи с Небесный Святым Культом. Император, я присоединюсь к культу.

Яньфэн был ошеломлён, но спустя некоторое время, медленно проговорил:

— Мне жаль, что Имперскому Наставнику приходится брать на себя такое неудобство.

Улыбнувшись, Цинь Му заговорил к императору:

— Ваше Величество, кажется, неправильно воспринимает наш Небесный Святой Культ. Мы не культ, наша философия — это повседневная помощь обычным людям, и мы идём путём святого. Ваша с Наставником реформа базируется на таких же идеалах…

Жена наставника улыбнулась:

— Владыка культа, нам нужно продолжать двигаться. Нет смысла передавать Его Величеству учения Небесного Святого Культа, так как он всё равно никогда не присоединится к вам.

Женщина забралась на спину цилиня, в то время как Цинь Му, Имперский Наставник и Император шли сбоку. Они исполняли технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, показанную юношей, чтобы возобновить запас своей жизненной Ци.

Двое мужчин напоминали аскетичных монахов. Они шли не слишком быстро, прилагая огромные усилия, поэтому достигли префектуры Поклонения лишь через три дня.

Небесный Дьявольский Культ уже приготовил нужные травы, и Цинь Му наконец смог исцелить душу Императора Яньфэна. Внешние повреждения Имперского Наставника уже были вылечены, проблема была лишь в божественных искусствах, оставленных богом, однако Цинь Му ничего не мог с ними сделать… Эти божественные искусства были невероятно мощными. Однако, если Имперский Наставник сможет их побороть, то перестанет нуждаться в лечении. Тем не менее, он не мог использовать своей магической силы. Искусства были спрятаны внутри его тела и божественных искусств, и, если случайно их зацепить, их сила вырвется наружу.

«Ни Император, ни Имперский Наставник не в состоянии сражаться», — горько вздохнул Цинь Му.

Два самых сильных мастера Империи Вечного Мира превратились в беспомощных больных, нуждающихся в защите и заботе юноши. Что касалось его самого, он непрерывно совершенствовался. Шагая вперёд, он подсознательно применял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, отчего на него опускались пять потоков звёздной силы.

Находясь в пути, Цинь Му также усердно тренировал свои навыки меча, снова и снова повторяя два движения, которым его обучил старейшина деревни, пытаясь довести их до идеала.

Заметив два движения Рисунков Меча. Имперский Наставник вскрикнул в изумлении, уставившись на приёмы юноши:

— Владыка культа, кто из твоих стариков показал тебе такое?

— Старейшина деревни, самый старый из них.

Задумавшись на некоторое время, Имперский Наставник сказал:

— Ты пытаешься добавить три моих базовых движения в эти два приёма? Они и так идеальны, любые изменения приведут к нарушению баланса. Сила увеличилась, но появилось много недостатков. Зачем ты это делаешь?

Цинь Му исполнил Меч Императора-Основателя Море Крови, отчего его сердце наполнилось внезапной грустью: «Меч Императора-Основателя, Море Крови. В широком сердце существуют горы и реки, однако, осмотревшись по сторонам, уже не встретишь людей, одетых в родную одежду».

Это было воспоминание о доме, давно исчезнувшим страдальцам. В нём была аура горечи и героизма. Имперский Наставник Вечного Мира поднял с земли ветку и проговорил:

— В твоих движениях много недостатков, давай я покажу тебе несколько движений.

Глаза Цинь Му загорелись, и он улыбнулся.

— Обучи меня, пожалуйста.

— Хорошо.

Юноша тоже поднял ветку с земли, и они начали сражаться, используя дерево, как мечи. Имперский Наставник атаковал, а Цинь Му использовал Рисунки Меча, чтобы защититься. Однако спустя лишь мгновение, наставник пробился сквозь недостаток техники юноши и уничтожил Меч, Шагающий по Горам и Рекам.

Цинь Му долго размышлял над случившимся. Недостаток, на который указал Имперский Наставник отличался от тех, на которые указывал старейшина деревни. Оба мужчины были мастерами навыков меча, но их пути отличались. Техники старейшины были резкими и напряжёнными, в то время как движения наставника спокойными. Он будто приоткрыл перед парнем дверь, подталкивая реформу, расширяющую горизонты.

Философии двух учителей отличались, поэтому техники меча тоже были разными. Получение указаний от каждого из них позволяло парню получить разные преимущества.

Советы старейшины подталкивали Цинь Му использовать все его знания до момента, когда, чтобы продолжить совершенствоваться, уже становилось недостаточно лишь базовых знаний. В свою очередь Имперский Наставник открывал перед ним новый путь, наоборот позволяя выучить что-то новое.

Они тренировались, продолжая идти, и владение мечом Цинь Му становилось всё лучше и лучше. Он чувствовал, будто его навыки вот-вот перейдут на новый уровень, но как бы он не старался, невидимая завеса не позволяла ему этого сделать.

— Нет смысла продолжать тренироваться. Как бы ты не пытался, улучшений уже не будет, — проговорил Имперский Наставник. — Если ты хочешь прорваться на следующий уровень, тебе нужно достичь своего просветления.

Юноша был озадачен его словами, но Император Яньфэн, стоящий сбоку, понял, что наставник имел ввиду и горько вздохнул:

— Ещё один шаг вперёд, и ты станешь мастером. Министр Цинь, достичь такого уровня в столь юном возрасте — невероятно. В своё время я достиг его, когда мне исполнилось пятьдесят семь. Я совершенствовал технику Девяти Монархических Драконов, чтобы использовать Ци девяти драконов, что дало мне неограниченный запас энергии. И только когда я ощутил движение Ци под ногами и общую ситуацию в мире, кипящем хаотичным движением, я смог прорваться на новый уровень. Ты перегнал меня на сорок лет.

Юноша улыбнулся:

— Ваше Величество, на чём специализируется техника Девяти Монархических Драконов?

— Я владею превращениями, — торжественно ответил император. — Если хочешь, я могу тебя обучить. До меня, техника Девяти Монархических Драконов специализировалась лишь на заклятиях, но попав в мои руки, заклятия, навыки меча и божественные искусства физического тела тоже стали возможными. Почему? Потому что драконы — это символ превращения! Они могут быть большими и маленькими, видимыми и невидимыми. Они могут взмывать в небеса и нырять в морские глубины, прятаться во тьме и валятся в поле. Они могут перемещать тучи и вызывать дождь, а могут сжечь небо адским пламенем и контролировать бурю. Хочешь научиться?

Мужчина думал, что как Владыка Небесного Дьявольского Культа и уважаемая персона, Цинь Му откажется. Поэтому он взбудоражено вздрогнул, когда юноша, не раздумывая, прокричал:

— Да!

Ошеломлённый император внезапно рассмеялся:

— Ну ладно. Кто сказал, что техника Девяти Монархических Драконов — собственность семьи Лин, и её нельзя никому передавать? Я тебя обучу.

Жена Имперского Наставника посмотрела на Императора Яньфэна с удивлённым выражением, в то время как наставник остался спокойным:

— Его Величество просто такой человек, героический и откровенный. В противном случае он бы не осмелился иметь со мной дело. Я видел рукописи техники Девяти Монархических Драконов уже где-то раз десять.

Император обучил юношу технике Девяти Монархических Драконов, показал, как циркулировать Ци и как использовать энергию девяти драконов.

Это искусство отличалось от техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, и делало человека, использующего её, величественным и устрашающим. В то же время оно содержало в себе очень много превращений и содержало силу небес и земли.

— Саван Девяти Небесных Драконов — это заклятие, которое может превратиться в девятерых драконов, прячущихся в небесах, чтобы атаковать противника. Смотри!

Император пробудил свою жизненную Ци, и туча, размером с ладонь, возникла над его головой. Внутри летало девять маленьких драконов, неистово размахивающих когтями, напоминая земных червей.

Когда жизненная Ци мужчины исчерпалась, тучка и драконы вспыхнули, бесследно исчезая. Задыхаясь, император проговорил:

— У меня закончились силы, но ты должен был понять, что я имею в виду.

Цинь Му кивнул и исполнил свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, сливая её с техникой Девяти Монархических Драконов. Внезапно в воздухе появились призрачные драконы, протягивая свои когти и разбивая скалы в радиусе нескольких десятков метров вокруг.

Император был ошеломлён, так же как Имперский Наставник. Взгляды обеих прилипли к зверям в небе. Как вдруг те превратились в огненных драконов, и в воздухе закружился пылающий огонь, вызвавший торнадо, которое подняло отряд ввысь.

Затем огненные драконы превратились и начали контролировать воду, продолжая поднимать людей с её помощью. Вокруг начали сверкать молнии, с оглушающим звуком ударяя по округе.

Император и Имперский Наставник переглянулись, увидев шок в глазах друг друга.

Техника Девяти Монархических Драконов была только что изучена парнем, а он уже использовал её так, будто совершенствовал на протяжении десяти или двадцати лет. Получив лишь один урок, он уже овладел техникой лучше, чем большинство принцев Королевского Парка.

Когда он рассеял Саван Девяти Небесных Драконов, император обучил его всему, что сам знал и понимал. Затем мужчина тяжело вздохнул:

— Жаль, что твоя фамилия не “Лин”.

До столицы оставалось всего три дня пути, но именно столько же времени оставалось до церемонии коронации. В этот момент, взмахивая крыльями, перед отрядом громко приземлилась огромная птица, превращаясь в женщину в зелёной одежде, поклонившейся перед путниками:

— Священный учитель, всё готово.

Цинь Му кивнул и ответил:

— Можете приступать.

— Как пожелаете, — женщина развернулась, пробежала несколько шагов и её тело задрожало, отращивая пару крыльев на спине, чтобы взмыть в небо.

— Если Монастырь Великого Громового Удара и секта Дао могут убить императора, то и мой Небесный Дьявольский Культ тоже может. В противном случае, как мы могли бы стать сильнейшей сектой дьявольского пути? — тихим голосом проговорил Цинь Му.

Имперский Наставник нахмурился:

— Какой у тебя план?

— Войти в столицу, убить Императора.

Глава 266. Убийство Императора

По мере того, как они приближались всё ближе и ближе к столице, разведчиков по пути становилось всё больше. Несмотря на то, что произошло стихийное бедствие, в местах ближе к столице по-прежнему отмечали мир песнями и танцами. Многие деревья были перевязаны красным шёлком, в столицу спешили посланцы из многих стран. Восхождение нового императора было, естественно, не малым делом. Новый император ещё не успел взойти на трон, но уже показал, что будет отличаться от предыдущего правителя. Он был добр к зарубежным странам и был готов заключать с ними союзы.

Во время предыдущей династии, Имперский Наставник любил мобилизовать свою армию с целью поглощения окружающих стран. Он всегда давил на другие крупные страны, пока те не капитулировали и не сдавались на милость имперским. Происходила массовая экспансия территорий. Либо так, либо он заставит другую сторону подчиниться ему и воздать должное… он был поистине безудержен. Когда Имперский Наставник взывал свою армию, чтобы войти в Великие Руины, именно тогда Империя Вечного Мира была на пике своих возможностей, она могла сражаться против пяти больших стран одновременно, но после того, как наставник получил ранения от убийц, возможности расширения империи начали замедляться.

Новый император, однако, был культурным и утончённым, очень вежливым и относился ко всем сектам Вечного Мира с добротой. Он также был вежлив с посланниками иностранных государств. Он не только вернул земли, отвоёванные жестоким Имперским Наставником, их соответствующим владельцам, но даже пообещал выплатить репарации и был готов восстановить отношения с этими странами. Власть иностранных государств, вынужденных подчиняться Вечному Миру, также была отменена новым императором, поэтому все они были очень счастливы и бесконечно восхваляли его. Они говорили, что новый император Лин Юйся будет мудрым правителем, которого редко можно было увидеть за последние тысячу пятьсот лет. Кроме того, новый император, который ещё не взошёл на трон, пригласил членов различных сект принять участие в церемонии восхождения. Ходили слухи, что он планировал написать указ о своих преступлениях и возьмёт на себя гнев небес за прошедшие годы реформ. Он искал прощения у небес и молился, чтобы оно наказало его и освободило народ Империи Вечного Мира.

— Это самое беспощадное решение, — бесконечно восклицал Цинь Му. Он посмотрел на Имперского Наставника и Императора, добавив. — Вы, ребята, старались кропотливо реформироваться в течение двухсот лет, чтобы изменить мирские понятия, подтолкнуть пути, навыки и божественные искусства к развитию. Вас ненавидели, проклинали, но вы продолжали работать, потратив столько крови и пота. В ваши дни многие люди истекали кровью за дело и, наконец, сформировали Империю Вечного Мира, какой она является сегодня. Но новый император, признав свою вину, просто сотрёт двести долгих лет вашего труда, те двести лет за которые солдаты жертвовали свои жизни снова и снова. Этот шаг беспощаден, действительно беспощаден!

Император Яньфэн ворчал, и разрывающаяся боль обжигала его грудь. Он хотел плакать, но не было слез, когда он вяжуще сказал:

— Юйся, мой хороший сын, считай это ножом, вонзённым в моё сердце…

Имперский Наставник оставался невыразительным, когда выпалил:

— Если я войду в столицу, я могу связаться с нашими старыми войсками. Большинство министров Имперского Двора также поддержат Ваше Величество. С Запретной Армией Драконьих Стражей, скрытой в девяти жилах дракона, мы можем атаковать столицу в любое время! Единственная проблема заключается в том, что Монастырь Великого Громового Удара и секта Дао оставили так много монахов и Даосов в домах королей, герцогов и служителей, чтобы контролировать их под прикрытием попрошайничества. Владыка Культа Цинь, мне придётся использовать силу Небесного Дьявольского Культа, чтобы переместить нас в город на встречу с ними.

— В этом нет необходимости, — покачав головой, ответил юноша. — Силы Монастыря Великого Громового Удара и секты Дао слишком раскрыты. Они хотят контролировать всю ситуацию, однако они совсем забыли о своих недостатках.

Имперский Наставник был слегка ошеломлён. Цинь Му остановился. В настоящее время они находятся в городе Маркиз, всего в нескольких сотнях километров от столицы, напротив ларька с жареными блинами. Юноша пошёл за завтраком, добавив:

— Они как этот жареный блин, как только он слишком раскроется, он порвётся при первом же ударе. Чем больше их блин, тем тоньше он будет. Когда наследный принц взойдёт на трон, у них не будет достаточно сил, чтобы защитить его. Монахи и даосы, оставшиеся в домах королей, герцогов и служителей, будут контролироваться этими же королям, герцогами и служителями. Эти люди не смогут поехать в Имперский город, чтобы оказать поддержку.

Жареный блин был готов, и владелец ларька взял масляную бумагу, чтобы завернуть его. Цинь Му забрал его и отдал жене Имперского Наставника. Она откусила кусочек и огляделась яркими глазами, тихо спросив:

— Вы не боитесь, что у стен есть уши? По дороге сюда было довольно много разведчиков наследного принца!

— Всё в порядке, — слегка улыбнулся юноша.

Внезапно прохожие, торговцы, продавцы и покупатели овощей, мясники и лоточники на рынке затихли и повернули головы одновременно. Их взгляды остановились на группе.

— Владыка культа! — эти люди сказали в унисон.

— Продолжайте заниматься своими делами, не мешайте нам, — помахав рукой, улыбнулся паренёк.

Жена Имперского Наставника вскочила в шоке, и Император Яньфэн вздохнул:

— Строгое соблюдение правил и запретов ведёт к восхождению короля. Владыка Культа Цинь, ты напугал меня, твой Небесный Святой Культ напугал меня.

— Строгое соблюдение правил и запретов, это сцена восхождения короля, императора. Вашему Величеству стоит задуматься. Однако с тех пор, как двадцать тысяч лет назад был основан Небесный Святой Культ, никогда не было Владыки Культа, который называл бы себя императором. Ваше Величество можете быть спокойны, — добавил Имперский Наставник.

— Вы все являетесь частью Небесного Святого Культа, даже вы, муж и жена, также являетесь частью Небесного Святого Культа, Небесным Королём и мастером ладана. Только я здесь посторонний… не пытайтесь ввести меня в заблуждение! — сердито сказал император.

— Ваше Величество, хотите присоединиться к нашему культу? — незамедлительно спросил Цинь Му, после чего повисла неловка тишина…

— Как нам войти в столицу? — приближаясь к городу, спросил Император Яньфэн, посмотрел на городские ворота и увидел, что они были под усиленной охраной. Там происходили тщательные проверки, поэтому им было легче подняться в небо, чем попасть внутрь. Сегодня будет восхождение наследного принца, день, когда он станет новым императором. Сегодня новый император будет искать наказания с небес в Храме Небес. Все посланники, Владыки культов, Мастера сект, главы влиятельных семей, а также гражданские и боевые чиновники должны были бы прийти, чтобы присутствовать на церемонии, поэтому была высочайшая безопасность.

— Давайте просто войдём, — сказал Цинь Му.

Император Яньфэн был слегка ошеломлён. Юноша привёл их к городским воротам, солдаты там, не обращая на них внимания, позволили им войти в город.

— Они также являются частью Небесного Святого Культа? — обращаясь к Цинь Му, спросила жена Имперского Наставника, после чего добавила. — Император рядом, так что не будьте слишком заметным… в противном случае, Вы заставите Его Величество быть подозрительным. Император хочет создать страну, которая выше сект, а не секту, которая выше стран, будьте осторожны, Владыка Культа.

Цинь Му посмотрел на Императора Яньфэна, тот был действительно обеспокоенным. Это было совершенно нормально. Если все имперские стражи, охранявшие городские ворота столицы, были людьми Небесного Дьявольского Культа, как он мог быть спокоен?

— Теперь, когда мы вошли в город, что нам делать? — спросил Имперский Наставник.

Юноша достал две лекарственные пилюли, передав их Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику, и сказал:

— Мы пойдём в Имперский город, в Храм Небес, чтобы увидеть восхождение наследного принца.

****

В тронном зале столицы послышалось приветствие:

— Да здравствует Ваше Величество!

Наследный Принц Вечного Мира Лин Юйся сидел на Драконьем Троне, надевая мантию дракона. С одной стороны от него стоял монах, а с другой даос. Под ним были гражданские и военные чиновники, которые отдавали дань уважения новому императору, что создавало мощную и динамичную сцену. Там присутствовало чрезвычайно много гражданских и военных чиновников, поэтому весь имперский зал был заполнен ими, стоящими на коленях. Были и другие, которые стояли на коленях вне зала, а некоторые даже на ступеньках. В зале для участия в церемонии послы из десятков стран несли боевые знамёна из своих стран. Рядом с ними находилось множество Мастеров сект и Владык культов. Церемониальные обряды возвышения нового императора были довольно сложными, поэтому, когда церемония закончилась, она была уже ближе к обеду.

Весеннее солнце не было тёплым, когда Лин Юйся шёл впереди и выводил гражданских и боевых чиновников из зала. Церемониальные носители оружия следовали за ним, и большинство людей с церемониальным оружием были монахами и даосами, которые скандировали буддийские и даосские писания с резонирующими голосами. Позади них шла наложница наследного принца, которая вела за собой толпу дворцовых служанок с посланниками. Все главы влиятельных семей и сект также следовали за ними в Храм Небес, со временем толпа лишь увеличивалась.

Позади Лин Юйся находились его Великий Защитник, Великий Наставник, и остальные высокопоставленные чиновники. Они были слугами имперской семьи, гербом наследного принца, и имели чрезвычайно высокие должности. Теперь, когда император “умер”, Лин Юйся, естественно, стал тем, кто занял трон. Так как он знал, что его дела в Имперском Дворе всё ещё не были стабильными, он пригласил многочисленных монахов и даосов из Монастыря Великого Громового Удара и секты Дао, делая их официальными лицами, понижая в должности тех, кто не желал прислушиваться к его словам. Почти половина гражданских и боевых чиновников Имперского Двора были монахами и даосами, поэтому зрелище было довольно своеобразным, когда они скандировали священные писания, направляясь в Храм Небес.

Что касается Герцога Вэя, Короля Горы Тай, Генерала Небесных Стратагем и остальных, Лин Юйся позволил им уйти в отставку из-за их “старости”. Они останутся в столице на некоторое время и вернутся в свои родные города после церемонии. В Имперском Дворе почти половине чиновников пришлось вернуться домой из-за “старости”, хотя некоторые из них были ещё очень молоды. Это было довольно странно. Лин Юйся не был уверен в этих чиновниках, которым сказали уйти в отставку, поэтому он не смел выпускать их из столицы в страхе перед их восстанием. Из-за этого все они находились в плену в своих поместьях, а монахи и даосы охраняли их. Между тем, Король Горы Тай, Генерал Небесных Стратагем и остальные были заперты в тюрьме.

Они достигли Храма Небес, чиновники хлынули наружу. Монахи и даосы стояли по левую и правую стороны ступеней соответственно, в то время как Лин Юйся тащил свою мантию дракона и поднимался по ступенькам сам, действуя гордо и почтительно. Тем временем его наложница и те, кто был рядом с ней, опустились на колени у подножия лестницы. Лестница была очень длинная, с девятьюстами девяносто девятью каменными ступенями. Когда Лин Юйся достиг вершины Храма Небес и хотел почтительно опуститься на колени, внезапно раздался торжественный голос:

— Будда Жулай из Монастыря Великого Громового Удара издал свой указ, да примет его Ваше Величество.

Монах вышел с почётным выражением лица, лучи Будды позади него сформировали колесо. В его руках был указ Жулая. Лин Юйся немедленно опустился на колени, чтобы получить указ, с уважением сказал:

— Этот подданный получил указ Чтимого Всем Миром.

Стоящие внизу министры старого императора нахмурились и опустили головы, не говоря ни слова. Остальные официальные лица, будучи монахами, громко скандировали в унисон со своими голосами Будды, отчего буддистская аура Будды взлетела на десять тысяч метров, создавая великолепное зрелище. В воздухе возник поток небесных цветов, появились явления богов и будд. Сопровождаясь разнообразными блестящими видениями, казалось, что боги и будды благословляли эту церемонию. Монах зачитал указ Жулая и сказал в основном, что Император Яньфэн был тираном, из-за которого люди должны были страдать от гнева небес. Жулай призывал новому императору быть осторожным и добросовестным, скрупулезно выполнять свой долг, чтобы боги и будды благословляли его процветанием и долголетием, и так далее.

Наследный принц получил указ. Тогда вышел даос, в его руках был указ от Мастера Дао:

— Мастер Дао секты Дао передал свой указ, пусть Ваше Величество получит его.

Лин Юйся снова опустился на колени:

— Этот подданный получил указ Мастера Дао.

Количество даосов среди гражданских и боевых чиновников было не меньшим, чем буддистов. Они играли со своей жизненной Ци и создавали видения драконов и фениксов, танцующих в небе. Декрет Мастера Дао также содержал не что иное, как поощрение нового императора искренне относиться к своим гражданам, заботиться о чиновниках и не возиться с такими вещами, как реформы, и так далее.

Наследный принц получил указ и поднялся. Приведя в порядок свою одежду, он собирался встать на колени, просить прощения у небес, но в этот момент, громкий и ясный голос раздался издалека:

— Священный учитель, Владыка Небесного Дьявольского Культа лично передаёт свой указ, да получит его Ваше Величество!

Когда эта фраза была услышана всеми, под Храмом Небес разразился переполох, все люди посмотрели в сторону источника голоса. Сделав пару шагов, Лин Юйся подошёл к лестнице Храма Небес и посмотрел вниз. С высоты своего положения он увидел юношу, который привёл двух монахов и даосскую монахиню к Храму Небес. Шаги двух монахов казались слабыми и неустойчивыми, в то время как даосская монахиня, судя по всему, была беременна и не слишком комфортно чувствовала себя в своём теле.

Цинь Му улыбнулся и пошёл к Храму Небес, неторопливо говоря:

— Монастырь Великого Громового Удара — священная земля, секта Дао — священная земля, мой Небесный Дьявольский Культ — также священная земля. Лин Юйся, Жулай и Мастер Дао ещё не пришли, а Вы уже склонились ради их благословления. Теперь, когда я пришёл лично, разве Вы не преклоните колени, чтобы поприветствовать меня?

— Владыка Небесного Дьявольского Культа! — внезапно мастер секты из влиятельной семьи выскочил вперёд, желая нанести смертельный удар по Цинь Му. В этот момент огромный флаг появился из воздуха рядом с юношей и свернулся, чтобы блокировать атаку мастера секты. Когда огромный флаг развернулся обратно, появился грозный человек с мечом. Затем свет меча вылетел и отрубил голову нападающего.

Человек, который нёс футляр для меча, поднял свой огромный флаг и исчез вместе с головой жертвы. Стоя в толпе людей, присутствовавших на церемонии, безголовый труп покачнулся и рухнул на землю. Цинь Му вёл себя так, как будто ничего не произошло, продолжая идти вперёд. Когда охранники попытались его остановить, огромные флаги тут же взялись из ниоткуда, и появились Мастера Чертогов, старейшины, надзиратели и Небесные Короли Небесного Дьявольского Культа. Флаги мерцали и исчезали по всему дворцу. Когда они наконец окончательно исчезли, десятки обезглавленных трупов повалились на землю.

Юноша вёл Имперского Наставника и Императора вперёд. Вокруг них время от времени продолжали мерцать флаги. Те, кто пытался напасть них, были убиты жестоким образом. Хвост из трупов тянулся за Цинь Му, у всех из них отсутствовали головы. Юноша подошёл к передней части Храма Небес и собирался подняться, когда наложница наследного принца, которая стояла на коленях внизу, внезапно бросилась на него. В тот момент, когда она это сделала, её обезглавленное тело грохнулось на землю. Волосы посланников, Мастеров сект, Владык культов и глав влиятельных семей встали дыбом, никто из них не осмелился выйти против Цинь Му. Небесный Дьявольский Культ был священным культом номер один на пути дьявола. Толпа давно слышала об их репутации, но только сейчас они увидели всё своими глазами.

— Жена, не смотри, — сказал Имперский Наставник.

Цинь Му начал подниматься по ступенькам Храма Небес, один монах внезапно крикнул:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, мы ждали тебя довольно долго! Друзья Дао, окружите и уничтожьте его, время подчинить дьявола!

Монахи сорвали свои официальные одежды, в то время как даосы достали свои мечи. В одно мгновение убийственная аура устремилась вверх к Храму Небес.

Цинь Му продолжал идти вперёд.

Шух, Шух, Шух.

Появилось более трёхсот огромных флагов, триста шестьдесят Мастеров Чертогов немедленно появились из ниоткуда. Следом за ними прибыли двенадцать Старших Защитников культа, два Небесных Короля и восемь Великих Надзирателей. Звуки бойни раздались в Храме Небес. Восемь Великих Надзирателей окружили Цинь Му, не давая ему погибнуть.

Убийственная аура наполнила небеса над Храмом Небес, существа уровня владык культов, великие эксперты области Жизни и Смерти, области Небожителя, шли, заставляя небеса падать и содрогаться землю. Громкие удары почти разрушили все дворцы, окружавшие Храм Небес. Имперский город был в состоянии хаоса, и поспешила стража. Столица также была встревожена, влиятельные семьи, которые прятались, воодушевились сотрясающими мир силами. Монахи и даосы, которые хотели оказать поддержку Имперскому городу, были пойманы в ловушку и убиты на месте этими влиятельными семьями.

В тюрьме, где сидели Генерал Небесных Стратагем Цинь Цзянь, высокопоставленный чиновник Су Юньчжи и другие, внезапно открылись ворота. Начальник тюрьмы улыбнулся и сказал:

— Его Величество вернулся, он в Храме Небес.

Генерал Небесных Стратагем и остальные удивились и обрадовались. Они тут же бросились из темницы в Храм Небес.

— Где Небесный Король Вэй? — громко закричал король Юй.

— Небесный Король Вэй прямо здесь! — громоподобный голос разнёсся по всей столице, Герцог Вэй выскочил из поместья герцога и оказался у Храма Небес. Он был полностью одет и имел свирепое выражение лица. — Кто сегодня хочет умереть?

Цинь Му неторопливо направился к вершине Храма Небес. Великий наставник Наследного Принца и остальные попытались убить его, но были остановлены Цинь Цзянем и остальными, которые выбежали из тюрьмы. Никто не мог остановить юношу. На вершине Храма Небес Лин Юйся начал паниковать, и не только мысленно, но и внешне. Он посмотрел в сторону монаха слева и даоса справа от него. Эти два человека немедленно бросились вперёд, но прежде, чем их ноги смогли даже коснуться пола, они были убиты восемью великими руководителями, их кровь забрызгала землю.

— Гражданские и военные чиновники, я император! — строго крикнул Лин Юйся, а после добавил. — Планируете ли вы восстать с этими практиками дьявольского пути и игнорировать мои приказы?

— Император? — фыркнул Император Яньфэн и съел лекарственную пилюлю, которую дал ему Цинь Му. Его волосы сразу же выросли, после чего он вытер шрам от ножа на лице и торжественным голосом добавил. — Узнаёшь меня?

Цвет лица Лин Юйся резко изменился. Имперский Наставник также употребил лекарственную пилюлю, его волосы тоже отрастали. Вытирая зелёную родинку на лице, он обернулся. Гражданские и боевые чиновники планировали атаковать, услышав приказ нового императора, но когда они увидели Императора Яньфэна и Имперского Наставника, они все преклонили колени и поклонялись им.

Лин Юйся бросился к Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику в безумном состоянии, крича:

— Я Сын Небес!

Восемь великих руководителей выдвинулись и каждый ударил Лин Юйся. Человека вырвало кровью, его тело внезапно превратилось в дракона, взмывшего в небо в попытке бежать. Восемь великих руководителей подняли свои одежды и исчезли. В следующее мгновение, Лин Юйся был задержан этой восьмёркой и опустился на колени в центре Храма Небес.

Император Яньфэн посмотрел на гражданских и военных чиновников и крикнул:

— Почему вы, ребята, не подавляете восстание? Почему вы не убиваете всех этих восставших даосов и монахов? Вы ждёте, когда я сам что-нибудь сделаю?

Гражданские и боевые чиновники немедленно вступили в бой и убили монахов Монастыря Великого Громового Удара и даосов из секты Дао. Даже имперские стражи, которые спешили к храму, услышав приказ, убивали монахов и даосов на своём пути.

Когда Цинь Му поднялся на вершину Храма Небес, Лин Юйся стоял на коленях, не в силах освободиться. Юноша наклонился к его уху, сказав тихим голосом:

— Ваше Высочество, я сделал это не для того, чтобы помочь императору. Это всё для Небесного Короля Цяня и Небесного Короля Лу из моего священного культа.

Лин Юйся был ошеломлён и поднял голову, чтобы посмотреть вверх, его глаза наполнились недоверием:

— Ты…

Цинь Му вытащил меч Младший Защитник и обезглавил его одним ударом! Император Яньфэн и Имперский Наставник поднялись на вершину Храма Небес в тот момент, когда меч взмахнул и голова Лин Юйся взлетела высоко в небо. Сердце Императора Яньфэна неистово забилось, мужчина уставился на спину юноши перед ним. Увидев, как тот, стряхивая кровь с меча, возвращает клинок в ножны, в его сердце поселился страх.

Глава 267. Только для совершенствования

Жена Имперского Наставника тоже находилась в Храме Небес. Она смотрела, как Цинь Му возвращает меч в ножны и заметила взгляд Императора Яньфэна, сфокусированный на спине юноши, отчего её брови взволнованно приподнялись.

Вскоре, кровавая резня закончилась. Некоторым монахам Великого Монастыря Громового Удара и даосам секты Дао повезло скрыться, остальные были убиты. Большинство убийств произошло в храме, отчего его пол и стены окрасились в красный… Кровь стекала с девятьсот девяносто девятой ступени храма до самой первой, после чего продолжала течь к ногам посланников, мастеров культов и владык сект.

Храм Небес был местом, где приносились подношения Небу, стал полностью красным.

Было тяжело сказать, кто первым упал на колени и прокричал:

— Да здравствует Ваше Величество!

Вьюх!

В самом низу Храма Небес, независимо от происхождения и должности, все люди упали на колени и закричали в унисон:

— Да здравствует Ваше Величество!

Император Яньфэн обернулся, стоя на самой вершине лестницы. Он протянул руки в стороны, принимая поклоны подданных. Спустя некоторое время, он опустил руки и проговорил:

— Встаньте.

Жена Имперского Наставника посмотрела в сторону Императора. За его спиной, Цинь Му и восемь Великих Надзирателей стояли, не поклонившись.

— Муж, со стороны Владыки Культа Циня было не самой хорошей идеей показывать свою власть, — она шепнула на ухо наставнику.

Тот взглянул на Цинь Му и покачал головой:

— Для него Империя Вечного Мира — всего лишь место для учения, а убийство наследного принца — не больше, чем урок. Ему не о чём волноваться, император до сих пор нуждается в его поддержке.

Женщина была поражена:

— Урок?

Мужчина кивнул:

— Урок.

Наследный принц вступил в заговор с сектой Дао и Монастырём Великого Громового Удара, спланировав восстание, замышляя убить Императора и захватить трон. Последствия таких действий не могли быть другими.

Однако, в записях летописцев появится лишь обычной предложение: “Восемнадцатого числа второго месяца, наследный принц Юйся устроил сговор, что восстать. Шестого числа третьего месяца он был казнён”.

Всё было вот так просто. Детали происходящего не касались посторонних. Именно поэтому большинство исторических событий сохраняются лишь как легенды. Впрочем, большинство легенд искривляли истину, поэтому им не следовало доверять.

После восстания началась новая резня. Семьи чиновников, поддержавших наследного принца, были казнены, а их имущество конфисковано. Даосы и монахи секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара были схвачены и отправлены на казнь.

Казни проводились на продуктовом рынке, начиная с седьмого дня третьего месяца, вплоть до первого числа четвёртого. За это время произошло несколько инцидентов, к примеру, голова наследного принца так и не была найдена.

Она бесследно исчезла, и несмотря на то, как усердно не обыскивали Храм Небес, голову так и не нашли. Впрочем, император никому и не приказывал её принести. Вместо этого он отдал указ стереть все записи о наследном принце Лин Юйся из генеалогического дерева имперской семьи. Мать наследного принца, прежняя императрица, также была понижена в ранге до имперской наложницы.

Император Яньфэн заменил чиновников-предателей, повышая в ранге самых талантливых учеников Имперского Колледжа. Он также выбрал несколько людей из армии, заполняя освободившиеся места.

Несколькими днями позже мужчина вызвал Второго Принца Лин Юшу, находящегося на границе, чтобы обговорить его обязанности. Спустя некоторое время, ощутив ухудшения в состоянии своего здоровья, он назначил парня наследным принцем, доверяя ему надсмотр за империей и политическими вопросами.

Подозвав Лин Юшу к себе, император проговорил:

— Юшу, теперь, когда ты занимаешься политикой, каким будет твоё первое действие?

Он не был слишком высокого мнения о своём втором сыне. Лин Юшу не считался самым талантливым среди его детей. Он также не был самым талантливым учеником, а его твёрдость и характер не впечатляли. За эти два качества Император Яньфэн сильно уважал Лин Юйся. Первый сын был талантлив и смел, однако, в тоже время он был слишком своевольным и наглым.

Между тем другие старшие дети императора умерли преждевременно, ожидая, когда он освободит трон.

Лин Юшу на мгновение задумался. Он только вернулся с поля боя и пару месяцев приобретения опыта дали ему героический дух и определённую долю решительности. Так как парня не было в городе, когда наследный принц сговорился с Монастырём Великого Громового Удара и сектой Дао, ему повезло остаться невредимым.

Он торжественно ответил:

— Указ старшего брата будет отменён…

Выражение лица императора помрачнело:

— Теперь ты мой старший сын, Лин Юйся никогда не существовало.

На мгновение замолчав, Лин Юшу продолжил:

— Сын отменит договоры, подписанные с другими странами, и вернёт землю, которую раньше отдали. Затем я уничтожу те секты, которые пытались захватить наши земли во время хаоса. Так как секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара потерпели сокрушающее поражение и потеряли огромное количество великих экспертов, я захвачу большую часть их территорий.

Лицо Императора Яньфэна стало более приятным, и он спросил:

— А что потом?

— Я помогу отцу предоставить помощь пострадавшим после того, как раскаюсь в своих преступлениях…

Разразившись злостью, император воскликнул:

— Повтори!

Лин Юшу встал на колени и торжественно проговорил:

— Я напишу декрет, в котором раскаюсь в своих преступлениях, и помолюсь Небесам, чтобы те не слали нам катастроф, что позволит успокоить сердца граждан.

Лицо императора оставалось мрачным, и он холодно сказал:

— Кто тебя так надоумил?

Второй принц был слегка ошеломлён:

— Я…

— Я спросил кто тебя надоумил! — император поднялся, не в силах совладать с гневом. Он начал ходить туда-сюда, громко крича. — Ты мой сын, я знаю тебя насквозь, ты не мог бы сказать что-нибудь подобное. Второй принц не мог бы прийти к такому решению, это идея человека, с мышлением императора. Признавайся, кто тебя надоумил!

На лбу Лин Юшу проступил холодный пот, он сжал зубы, начиная говорить откровенно:

— Вернувшись в столицу, я решил проведать Имперского Наставника… и случайно встретил Вельможу Дворца, который как раз занимался лечением его ранений. Я предположил, что отец станет расспрашивать меня о политике, чтобы протестировать мои способности, поэтому я попросил их совета…

Гнев императора понемногу стихал, и мужчина спокойно спросил:

— Кто предложил написать декрет о преступлениях?

— Имперский Наставник и Вельможа Дворца вместе согласились на этом решении. Будет лучше, если это я, а не отец, напишу декрет. Если это сделаете Вы, то людям покажется, что Вы отрекаетесь от своей реформы, а если это сделаю я, то это сочтут за акт вежливости.

Император окончательно успокоился и сел:

— Я отлично знаю о твоих способностях и мудрости, храбрости и проницательности, так что я в курсе, что ты не мог бы подумать о таких вещах, поэтому я сразу догадался, что это был чей-то совет, что меня сильно рассердило. Даже если я спрашиваю о политике, не нужно следовать тому, что они тебя научили, ты должен говорить то, что сам считаешь правильным.

Лин Юшу кивнул.

Император Яньфэн вздохнул:

— Я волнуюсь не из-за Имперского Наставника, а из-за Вельможи Дворца. Боюсь, что наступит день, когда ни меня, ни наставника, не станет, и тогда ты окажешься не в силах совладать с ним. Моё совершенствование утеряно, а божественные сокровища уничтожены. Вернуть себе былую силу будет очень сложно, поэтому я сделал тебя ответственным за дела страны. Если я так и останусь простым человеком, то умру максимум через пятьдесят лет. Когда это случится, ты станешь императором. Расширяй свои горизонты и мышление, думай самостоятельно.

В этот момент на горе Святого Пришествия Небесного Дьявольского Культа, Цинь Му вёл за собой всех мастеров чертогов, старейшин и остальных членов культа к могилам Небесных Королей Цянь и Лу. От последнего осталась лишь кучка пепла, в то время как тело второго и вовсе не было найдено, поэтому под землёй лежала только одежда, которую те носили при жизни.

Сделав шаг вперёд, Цинь Му поместил голову наследного принца Лин Юйся перед могилами, после чего люди культа начали подносить ладан и отдавать дань своего уважения.

— Небесные Короли, если ваши духи меня слышат, вы можете покоиться с миром, — молился Небесный Король Юй. — Небеса шлют на нас катастрофы, тяжёлые времена и хаос неизбежны. Два старших брата, защитите нас.

После того, как все отдали дань своего уважения, люди разошлись.

Небесный Король Юй подошёл к Цинь Му и слегка неуверенно спросил:

— Владыка снова вернётся в Империю Вечного Мира

Юноша кивнул.

Мужчина был озадачен:

— Наш святой культ заполучил Имперского Наставника и убил самозванного императора вместе с бесчисленными мастерами секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара. Боюсь, Император теперь сильно насторожен. Владыка уверен, что возвращаться безопасно?

Цинь Му посмотрел на надгробные камни и проговорил со спокойным выражением лица:

— Секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара до сих пор несут угрозу своим существованием, избавиться от которой — первоочередная задача Императора. Пока он этого не сделает, Небесный Святой Культ в безопасности. Но как только он разберётся со врагами, нам нужно будет быть осторожными. Впрочем, сейчас не о чём волноваться.

Немного поразмыслив над его словами, Небесный Король Юй счёл их вполне логичными.

Подойдя к священному дереву, Цинь Му нежно к нему коснулся. Поднимая голову вверх, чтобы посмотреть на крону, он проговорил:

— Путь святого — не что иное, как повседневная помощь обычным людям. Небесный Король Юй, вы верите, что мы в силах изменить Великое Дао Небес и Земли?

Мужчина подошёл поближе и ответил:

— Я от природы не слишком умный, и вопрос Владыки слишком сложный для меня, боюсь, что я не в силах ответить. Впрочем, я знаю, что раньше не было дорог, но чем больше люди ходили, тем больше дорог возникало. Затем люди стали злиться, когда во время дождя им приходилось идти по грязи, поэтому покрыли дороги каменными плитами, отчего передвигаться стало намного удобнее. После этого, скорость ходьбы стала считаться слишком низкой, и мы изобрели кареты и колёса, создавая конные повозки. Дорог для конных повозок никогда не существовало, но когда люди их изобрели, Великое Дао Небес и Земли изменилось.

Цинь Му был ошеломлён.

Небесный Король Юй продолжил:

— После этого, люди сочли конные повозки слишком медленными и создали корабли, летающие в небесах. У них не было меди и золота, поэтому их пришлось добывать из руды. Некоторые письма нужно было отправить на слишком огромные расстояния, поэтому придумали воздушную почту. Я думаю, что чем больше вещей придумывают люди, тем обширнее становится Великое Дао Небес и Земли.

Юноша не знал, что и сказать. Он смотрел на дерево, у которого был лишь один ствол, из которого протягивались ветки, в свою очередь разделяющиеся ещё на несколько веток. Осматривая такую картину, он улыбнулся.

— В прошлом, когда на север приходила зима, свежие фрукты и овощи становились недоступными, но теперь, с приходом летающих кораблей, овощи и фрукты доставляются с юга всего лишь за несколько дней. Раньше мир был негостеприимным, в нём скитались всяческие демоны. Но теперь мы можем изменять местность с помощью заклятий, превращая бесплодные холмы и быстрые реки в цветущие равнины и спокойные воды. Земли были бесплодны, на них росли лишь некоторые виды растений. Теперь, мы можем превратить их в плодоносную местность, — проговорил Небесный Король.

— Когда-то ветры, дожди и молнии считались погодными явлениями, а теперь они находятся под контролем людей. Владыка, разве мы не изменили Великое Дао Небес и Земли?

Юноша кивнул и улыбнулся:

— Думаю, что изменили.

— Владыка культа, я не слишком умный с рождения…

— Ты умный! — перебил его Цинь Му, улыбаясь. — Небесный Король Юй, ты талантливый человек, не нужно быть столь скромным. Что ты хотел спросить?

— Владыка говорил, что император станет угрозой для Небесного Святого Культа, когда два остальных священных основания будут уничтожены. Я хотел спросить, у Владыки есть способ нас защитить? Может быть Вы станете новым императором?..

Юноша отрицательно покачал головой и ответил:

— Не стану. Пока император преследует схожие с нашими идеалы, мне не нужно контролировать империю. Более того Имперский Наставник теперь Четвёртый Небесный Король. Если с ним ничего не случиться, как император посмеет нас атаковать? Более того, боюсь, что разобраться с Монастырём Великого Громового Удара и сектой Дао не так просто. Не думай слишком много, я пришёл в Империю Вечного Мира только для того, чтобы набраться опыта и совершенствоваться.

Глава 268. Портрет

Цинь Му покинул гору Святого Пришествия и вернулся в Имперский Колледж. Гу Линуань устроил приветственный банкет. Юноша смотрел широко открытыми глазами, разрываясь между смехом и слезами, но всё же, совладав с собой, спросил:

— Лорд Гу, это было так необходимо?

— Как коллеги-практики пути дьявола, мы, естественно, должны поддерживать друг друга. Владыка Культа Цинь, ты всё так же пользуешься Младшим Защитником? — улыбаясь, проговорил Лорд Гу.

— Так и есть. Я не верну его! Правила наших Великих Руин… — начал было объяснять юноша.

— Я знаю! — громко рассмеялся Гу Линуань, сразу же добавив. — Я провёл в Великих Руинах двести лет, и я знаю их правила — украденные вещи, никогда не возвращаются! Видишь? Разве ты не считаешь меня чужим? Хахахаха! Я пробыл в Великих Руинах двести лет, так что их отчасти можно считать моей родиной, мы наполовину земляки! Теперь, когда Владыка Культа Цинь вернулся с нашей родины, как я могу не угостить тебя едой, чтобы ты не тосковал по дому?

— У Лорда Гу слишком высокое совершенствование, младший брат восхищается тобой, — изумлённо улыбаясь, говорил юноша.

— Нет, что ты! Владыка Культа Цинь — самый талантливый человек, рождённый быть героем!..

После того, как они льстили друг другу, Гу Линуань печально вздохнул:

— Когда я впервые увидел тебя в Великих Руинах, я сразу понял, что ты не бездарен и обязательно достигнешь стремительного успеха в своей карьере, но никогда бы не поверил, что этот день наступит так быстро. Владыка Культа Цинь… Эх, разве я не считаю тебя чужим, называя тебя Владыкой Культа Цинь? Владыка, из-за непредвиденных обстоятельств, есть довольно много пустых позиций среди первых и вторых высокопоставленных чиновников в Имперском Дворе, может ли Владыка помочь мне с этим?

— Лорд Гу, я всего лишь маленький чиновник пятого ранга… — хотел плакать и смеяться Цинь Му.

— Если Владыка не считает меня чужим, то можешь звать меня Линуань.

— Я всего лишь Вельможа Дворца пятого ранга без какой-либо реальной власти в руках, я не имею права задавать вопросы относительно продвижения первых и вторых высокопоставленных чиновников. По правде говоря, меч, убивший наследного принца, был Младшим Защитником, который я выхватил у тебя. Император на самом деле затаил обиду в своём сердце и беспокоится о моём Небесном Дьявольском Культе. Если бы я попытался замолвить словечко, чтобы поднять тебя в должности, я бы только всё испортил.

— Это действительно так, Владыка мудр. Позволь предложить тост за тебя, — улыбался Линуань.

Он был понимающим человеком, и мотивом его приглашения на банкет было не то, чтобы заставить Цинь Му замолвить слово у Императора Яньфэна, чтобы тот поднял его в звании. Старик должен был подружиться с пареньком и разрешить их прежние обиды. Независимо от того, был ли тот сейчас любимчиком императора или нет, он должен был подружиться с ним.

Владыка Небесного Дьявольского Культа существовал на том же уровне, что Жулай и Мастер Дао. Построение хороших отношений с Цинь Му было равносильно построению хороших отношений с Жулаем или Мастером Дао. Если банкет поможет, всё определённо было не зря. После банкета Гу Линуань лично сопроводил Цинь Му обратно в Резиденцию Учеников. На обратном пути юноша был немного удивлён, когда заметил иностранцев в Имперском Колледже.

— После восстания новый наследный принц отменил подписанный ренегатом договор и вернул себе земли. Некоторые из зарубежных стран были напуганы, поэтому они отправили мирных посланников, чтобы узнать всё о Вечном Мире, — говорил Цинь Му.

— Наследный принц допустил это. Он позволял иностранцам искать знания в Вечном Мире, в то время как некоторые потомки аристократов учились в Имперском Колледже, — добавил Линуань.

Цинь Му кивнул, вдруг увидел знакомое лицо и был слегка ошарашен. Он улыбнулся в сторону юноши и крикнул:

— Паньгун Цо!

Тот юноша, юный варвар прерий, обернулся, посмотреть на Цинь Му с недоумением в глазах. За ним следовали многочисленные слуги из его страны, двое из них были Великими Шаманами Золотого Дворца Орхидеи.

Паньгун Цо спросил шёпотом человека рядом, Великий Шаман сразу же ответил ему что-то. Он кивнул в знак понимания и равнодушно ответил на приветствие Цинь Му:

— Так это Владыка Небесного Дьявольского Культа! Что случилось, Владыка?

— Ничего, — удивлённо покачал головой юноша. Паньгун Цо и остальные ушли.

Цинь Му слегка нахмурился, Гу Линуань, смотря на него, внезапно спросил:

— Ты знаешь этого человека?

— Он младший сын Хана Империи Варварских Ди. Однажды я видел, как он практиковал свои удары на границе, его навыки кулака имеют уникальную основу, с уникальным строением, — говорил Цинь Му смотря на спину Паньгун Цо, добавив. — Однажды он бросил вызов Канцлеру Ба Шаню и сказал, что он обязательно победит его в будущем. У меня создалось хорошее впечатление о нём. Но почему сейчас он как будто встретил меня в первый раз…

— С характером юноши, он, должно быть, забыл, — улыбаясь говорил Лорд Гу.

Цинь Му вернулся в свою резиденцию, где увидел уже лежащего цилиня. Когда он вошёл в комнату, то почувствовал, что ему одиноко и как-то не по себе.

«Эх, если бы только Лин’эр была здесь», — вздохнул про себя юнец… Если бы Ху Лин’эр была здесь, она бы определённо прибралась в комнате, ибо там было очень грязно. Вся комната также была бы удобно устроена. Внезапно снаружи раздался низкий и приглушённый голос цилиня:

— Юная леди, кого ты ищешь?

— Владыка Культа Цинь здесь? — спросил кто-то приятным голосом.

— Ну да, здесь.

— Тогда я войду?

— Без проблем.

Цинь Му немедленно вышел из комнаты и увидел Лин Юйсю, толкающую дверь. Эта молодая леди была очаровательна, улыбаясь красными губами с белыми зубами. Она была одета в платье с красным накладным воротником. Когда она вошла во двор, юноша почувствовал её запах и его сердце стало биться быстрее.

— Вот, тот самый пастушок! — глаза девушки ярко сияли, когда она шла с улыбкой. — С большой собакой у твоей двери довольно легко договориться.

— Я собираюсь положить его на стол в следующий новогодний ужин, он даже не может охранять дверь должным образом! — безжалостно проговорил Цинь Му.

— Владыка, я всё слышу, — раздался голос зверя снаружи.

— Я и хотел, чтобы ты это услышал! Ты умеешь только есть и спать!

Цинь Му с глупой улыбкой на лице смотрел на принцессу, она была безумно красивой даже несмотря на то, что лицом напоминала маленького ребёнка. Тем не менее, она была выше него и была уже взрослой. Её весеннее платье не могло скрыть её соблазнительную фигуру, платье хорошо обтягивало грудь, паренёк не мог отвести взгляда от неё… В последнее время и он прибавил в росте, да так солидно, что такому бы позавидовали растущие в пустынной земле сорняки, как только наступала весна. В последний раз, когда они встречались, принцесса была в некоторой степени необузданной, она носила мужскую одежду и вела себя свободно, непринуждённо.

Лин Юйсю подошла к жёлтому грушевому дереву во дворе и увидела только маленькие бутоны. Тем не менее, сначала необходимо дождаться момента, когда они распустятся. Она протянула тонкие нефритовые руки, чтобы поиграть с цветами, и улыбнулась:

— Очень необычно посадить грушу на нефритовой горе. Когда груша расцветёт, я обязательно должна прийти полюбоваться на это…

— Не двигайся! — крикнул Цинь Му. — Оставайся в этом положении. Дай мне секунду!

Он быстро достал кисть, чернила, бумагу и чернильный камень. Лин Юйсю была немного нетерпелива и сказала:

— Ты ещё не закончил? У меня рука уже болит!

— Почти.

Цинь Му собирался закончить портрет, но остановился на последнем штрихе, достал штамп, чтобы поставить его на портрете, и добавил последний штрих с улыбкой:

— Вот теперь закончил!

Лин Юйсю подошла и посмотрела на свой портрет. Ей показалось, что она выглядела немного застенчивой на портрете, и было очевидно, что Цинь Му удалось захватить застенчивость, которая была в её сердце.

— Такое сходство! — воскликнула Лин Юйсю в восхищении, тут же продолжив. — Зачем нужно было ставить штамп перед нанесением последнего штриха?

— Мои навыки рисования слишком хороши. Добавь я последний штрих перед штампом, ты бы выскочила из картины и тут же убежала. Этот штамп ещё называют печатью. Взгляни на изображение печати, это не моя фамилия, а своего рода запечатывающая руна, — объяснил Цинь Му.

Лин Юйсю поднялась взглянуть на печать, и они оба встали рядом с друг другом. Взгляд юноши переместился на лицо девушки, увидев на её светлой щеке мягкое покраснение, а также её яркие и ясные глаза. В то время как она серьёзно смотрела на печать, её светлая шея казалась очень нежной, а серьёзное отношение заставляло сердце биться чаще.

— Это действительно запечатывание рун! — удивилась Лин Юйсю, с любопытством спросив. — Если печать будет стёрта, действительно ли я выйду из картины?

— То, что я использую, это навык Дарования Души и Дарование Божественной Души c Точкой Использующей Взаимную Чувствительность. Тем не менее, лучше не рисковать, так как я использовал этот навык только один раз, и на всякий случай запечатать картину, — кивнул Цинь Му.

Лин Юйсю посмотрела на него робко и сразу же закатала портрет:

— Это мой портрет, не смей украсть его у меня! Ой, я чуть не забыла о поставленной задаче. Отец вызвал тебя во дворец, сказал, что это для проверки травм. Я встретила евнуха, который должен был доставить указ, но решила зайти сама.

— Ты пойдёшь со мной? — убирая свои вещи, спросил Цинь Му.

— Почему бы и нет? Мы давно не виделись, и мне есть что тебе рассказать.

Юноша и девушка вышли из комнаты, цилинь поднял голову:

— Владыка, я буду охранять дверь и никого не впущу!

— Понял, — ответил Цинь Му, добавив. — Сделай всё, как обещал, и я не буду ставить тебя на новогодний стол. А также тренируйся больше, разомни все мышцы на теле зелёного быка. Будь активнее, иначе ты не победишь его!

Два человека вышли из Резиденции Учеников и увидели, что многие ученики приветствуют их улыбками по пути. Тем не менее, большинство из них выглядели напуганными, поэтому было очевидно, что они знали о том, что Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, человеком с диким нутром… Он отрубил голову Лин Юйся перед Императором Яньфэном и выглядел действительно дьявольским.

За пределами Резиденции Учеников Канцлер Ба Шань шёл широкими шагами, в то время как позади него шагали два ученика. Ими оказались Вэй Юн и Юэ Цинхун. Два человека солидно прогрессировали на своём пути совершенствования, было очевидно, что они получили довольно много преимуществ от взаимодействия с Канцлером Ба Шанем. Позади них появился большой зелёный бык, который был несравнимо мощным. Он шагал по земле двумя копытными ногами, одновременно красуясь телом, испещрённым узловатыми, крепкими мышцы. Держа пион во рту и выдыхая огонь из ноздрей, он выглядел крайне дьявольски. Канцлер Ба Шань остановился и улыбнулся:

— Владыка Культа Цинь, куда это вы вдвоём собрались? Неужто сбежать захотели?

— Никуда мы не сбегаем. Не говори глупостей, учитель Ба Шань, отец вызвал его во дворец! — сердито ответила Лин Юйсю.

Канцлер Ба Шань громко рассмеялся и обратился к Цинь Му:

— Я только что встретил этого уродца Паньгун Цо из Империи Варваров Ди, он был очень странным. У меня было ощущение, что это не настоящий Паньгун Цо.

— У меня тоже возникло такое чувство. Он не узнал меня и казался совершенно другим человеком, — добавил юноша.

— Его способности очень сильны и ничуть не уступают твоим, — сказал Канцлер Ба Шань.

— Не уступают моим? Я очень силён!

— Его Божественное Сокровище Шести Направлений вот-вот прорвётся, я также чувствую, что в его теле скрывается какая-то ужасающая сила. Возможно, даже ты не сможешь одолеть его! Что-то с этим сопляком не так… Мне кажется он подвергся одержимости какого-то духа… Иди и встреться с императором, я приду и найду тебя позже, — проговорил Ба Шань.

Цинь Му пришёл во дворец вместе с Лин Юйсю увидеть Императора Яньфэна и Имперского Наставника. Рядом с ними также был уродливый человек, чье лицо было покрыто бородавками, он проверял их травмы. Юноша вошёл, император поднял голову, показывая улыбку:

— Вельможа Дворца!

Человек, чьё лицо покрывали бородавки, посмотрел на Цинь Му, и расплылся в улыбке. Он был похож на огромную жабу, которая превратилась в духа, его улыбка была похожа на плачущее лицо:

— Младший брат! Учитель, наш старик, как он поживает?

Цинь Му остановился и протянул руку, преградить Лин Юйсю путь:

— Маленький Король Ядов?

Глава 269. Битва Божественных Врачей

— Младший брат, кажется, относится ко мне с подозрением! — улыбнулся Маленький Король Ядов. — Несмотря на то, что мы братья, нам не повезло повстречаться раньше. А жаль.

Цинь Му опустил руки. К нему доносились слухи о Маленьком Короле Ядов, к тому же, когда-то о нём упоминала мать императора. Этот человек был одной из причин, по которым его дедушка целитель изуродовал свой лицо и отправился в Великие Руины.

Маленький Король Ядов был самым выдающимся учеником целителя, но он предал его, пустив слух о том, что Безликий Король Ядов был никем другим, как Нефритовым Жиголо.

Нефритовый Жиголо и Безликий Король Ядов были двумя выдающимися личностями боевого мира. Первый был свободным романтическим мужчиной с невероятной внешностью, он был высоким, привлекательным, смелым и относился ко всем с нежностью весеннего ветерка, отчего повсюду заводил любовниц. Ему даже не приходилось искать себе женщин, так как те сами к нему приходили, обожая и восхищаясь им… И, хотя мужчины завидовали ему, никто не смел показывать по отношению к нему своей ненависти.

Безликий Король Ядов, в свою очередь, выглядел свирепо, а его методы были безжалостными, отчего у мужчины повсюду была дурная слава. Однажды он стёр с лица земли целую секту праведного пути, отравив каждого её члена. После этого в живых не осталось ни единого её последователя.

Даже секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара потеряли огромное количество людей из-за его ядов.

Совершенствование Безликого Короля Ядов было не слишком высоким, однако, он всё равно владел невероятными способностями. Будь то яды или ядовитые насекомые, его познания в этих сферах достигали вершины. Секты праведных и дьявольских путей предпринимали бесчисленные попытки схватить его, были мобилизованы даже несколько экспертов уровня мастера секты. Впрочем, все они провалились, а люди, принявшие в них участие, умерли от отравления…

Безликий Король Ядов носил зелёную маску с бивнями, поэтому никто не знал его в лицо. Лишь когда его ученик, Маленький Король Ядов, распространил информацию о его личности, люди узнали, что Безликий Король Ядов был тем самым Нефритовым Жиголо.

Как только личность мужчины была раскрыта, его положение стало плачевным. Многие пытались убить его, в то время как огромное количество любовниц начали сражаться за право защитить его. Даже могущественные люди вроде матери императора ввязались в эту борьбу. Из-за этого у Безликого Короля Ядов не осталось другого выбора, кроме как изуродовать своё лицо и позабыть обо всех своих затеях. Он спрятался в Великих Руинах, не осмеливаясь покидать их на протяжении следующей половины своей жизни.

Тем не менее, жизнь Маленького Короля Ядов тоже оказалась не слишком сладкой. Матушка императора и остальные женщины решили вылить на него свой гнев, начав охотиться за его головой. Бедолагу тоже почти вынудили отправиться в Великие Руины, но ему повезло попасть под крыло Имперского Наставника.

Что касается приключений целителя, Цинь Му слышал лишь слухи и не имел чёткого представления о том, что произошло на самом деле. В то же время он знал, что Маленький Король Ядов унаследовал его учения, развив свои познания о ядах почти до уровня старика.

Император Яньфэн улыбнулся и проговорил:

— Владыка культа, я пригласил Вас и Маленького Короля Ядов, так как вы оба — ученики Безликого Короля Ядов. Один из вас отлично разбирается в ядах, а второй в лечении. Работая вместе, у вас может появиться шанс вылечить меня и Имперского Наставника.

Цинь Му улыбнулся:

— Как прикажет Ваше Величество. Я с радостью посмотрю на работу старшего брата.

Маленький Король Ядов осмотрел ранения императора и оценил результаты лечения Цинь Му. Бородавки на его лице стали ещё более ужасными, когда мужчина проговорил:

— Твоя работа тоже неплоха, разобраться с Отравой Тысячи Вероятностей за ночь — большое достижение.

В свою очередь Цинь Му обследовал Имперского Наставника. После возвращения в столицу его лечением стал заниматься Маленький Король Ядов.

— Ты тоже неплох, отличное владение Отравой Тысячи Вероятностей, — безразлично ответил парень.

Бородавка возле руки короля ядов внезапно лопнула, и из неё выползла кучка крошечных прозрачных пауков. Они начали вязать паутину между бровей Императора Яньфэна, после чего проникли внутрь, попадая в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона.

— Я не пытался отравить её на смерть. С моими знаниями убить существо уровня мастера секты очень просто, — расслабленно ответил Маленький Король Ядов. — Независимо от того, кто моя цель, и какой культ та возглавляет, мне не составит труда её убить.

Юноша никак не отреагировал на услышанного. Вместо этого в его глазах появились два слоя небес техники Зелёных Глаз Небес, осматривая ранения Имперского Наставника:

— Даже если бы ты убил её тело, я бы запросто смог удержать её души и спасти, обезвредив яд. Более того, владыка культа — не то существо, которого можно отравить по желанию. Таким личностям не нужно встречаться с тобой, чтобы убить. Особенно для последователей дьявольского пути, ведь они владеют тысячами способов заставить человека умереть невообразимо ужасным образом. Когда старший брат обнаружит себя мёртвым в канаве, он поймёт о чём я.

— Действительно? — лицо мужчины обрело зловещее выражение, его улыбка стала даже страшнее, чем серьёзная гримаса.

— Да, это так, — мило улыбнулся Цинь Му.

Парочка переглянулась. Сердца Императора Яньфэна и Имперского Наставника чуть не выпрыгнули из грудей от страха. Как только двое врачей встретились, они начали сражаться словами, а их желание убить друг друга становилось всё сильнее и сильнее.

Лин Юйсю моргнула, а её взгляд перескакивал с одного на другого. Она чувствовала, что ситуация выходит из-под контроля, поэтому улыбнулась и проговорила:

— Маленький Король Ядов, Владыка Культа Цинь, лечение сейчас более важно.

Имперский Наставник и Император Яньфэн прокашлялись, после чего приказали девушке:

— Юйсю, тебе лучше здесь не находиться.

Девушка послушалась и покинула зал.

Бородавки на лице Маленького Короля Ядов лопнули, и насекомые, напоминающие рыбу, вылетели наружу, чтобы проникнуть внутрь божественных сокровищ императора. Обследовав их ранения, мужчина проговорил:

— Ты и вправду хорош. Скрытые техники в божественных сокровищах императора исчезли, а его физическое тело исцелилось, так же, как и души. Жаль, что тебе не хватило знаний, чтобы вылечить его божественные сокровища.

Цинь Му осмотрел на остатки божественного искусства бога внутри тела Имперского Наставника, заметив, что Маленький Король Ядов нанёс на них ядовитые вещества, превращённые в расщепляющий технику духовный шёлк. Он пытался рассеять техники бога, расщепляющим эффектом духовного шёлка, однако, этот метод оказался слишком слабым против столь сильного божественного искусства.

— Твои яды достигли совершенства, обретя как физическую, так и духовную форму. Духовный шёлк для расщепления техник отлично изготовлен, впрочем, его можно развить на уровень выше.

Их взгляды снова встретились, а сердца Имперского Наставника и Императора Яньфэна замерли. Если эти двое начнут сражаться, они вероятно станут тестировать свои яды на телах больных!

Имперский Наставник Вечного Мира проговорил:

— Вы оба — божественные врачи, и учились у великого учителя. Вы можете нас вылечить?

Маленький Король Ядов немедленно ответил:

— Я уверен, что смог бы вылечить ранения Императора. Так как Ваши божественные сокровища разрушены, нужно пересадить их из тела другого человека.

Император Яньфэн нахмурился.

— Насколько ты уверен?

— Эээм… — Маленький Король Ядов на мгновение засомневался и кинул взгляд на Цинь Му. — Я владею искусством создания ядов, поэтому никогда не проделывал подобных операций.

Затем проговорил Цинь Му:

— Ранения Имперского Наставника нельзя вылечить, используя лишь духовный шёлк, так как силы божественного искусства слишком велики. Думаю, что лучшим способом было бы собрать с десяток сильных практиков уровня Владыки культа, чтобы те использовали энергию своих техник, позволяя Имперскому Наставнику задействовать свою собственную силу, дабы разобраться с проблемой.

Наставник покачал головой и ответил:

— В пределах границ Империи Вечного Мира, скорее всего, можно найти столько сильных мастеров, однако, собрать их вместе почти невозможно. Два божественных врача, так как один из вас владеет ядами, а другой — лекарствами, может вам стоит попробовать сложить свои умения вместе?

Цинь Му взглянул на Маленького Короля Ядов, и тот тоже повернул голову.

— Мой учитель, Безликий Король Ядов, отлично владеет ядами и лекарствами. Он зачастую объединяет два вида веществ, чтобы усилить их качества, — проговорил Маленький Король Ядов. — На сколько ты мог бы усилить мои яды?

Цинь Му холодно ответил:

— Всё зависит от эффективности твоих ядов. Я смог бы использовать лекарство, чтобы поддержать жизненную Ци Его Величества и прибавить ему жизненных сил, позволяя исцелить ранения в своих божественных сокровищах. Насколько сильны твои яды? Они смогут усилить мои лекарства в тридцать раз?

— Настолько сильной, насколько нужно! — ухмыльнулся король ядов. — Боюсь, что твои лекарства не смогут совладать с их токсичностью. Чтобы развеять божественные искусства в теле Имперского Наставника мне тоже нужно увеличить силу яда в тридцать раз. С такой силой, даже бог умрёт от отравления и превратится в прах! Тебе хватит сил мне помочь?

Цинь Му стиснул зубы:

— Я попробую.

Ядовитые насекомые покинули тело Императора Яньфэна и вернулись обратно в бородавки на руках и лице Маленького Короля Ядов.

— Если ты не сможешь приготовить такое лекарство, я отравлю тебя на смерть, — захихикал он.

Выражение лица Цинь Му осталось беззаботным:

— Если ты используешь неправильный яд, я сделаю всё возможное, чтобы оставить тебя в живых и доставить в Великие Руины.

Лицо Маленького Короля Ядов резко изменилось, и он, холодно фыркнул, взмахнул кистью, чтобы записать список токсичных трав.

Цинь Му тоже составил рецепт.

— Ваше Величество, отправьте людей собирать травы! — сказав это, они оба спрятали свои кисти и спокойно сели.

Император Яньфэн и Имперский Наставник растерянно переглянулись. Оба врача владели сильными характерами и, казалось, не слишком задумывались о лечении больных. Наоборот, они вели себя так, будто собирались отобрать их жизни.

Кашлянув, император призвал имперских лекарей, ожидающих снаружи:

— Быстро, соберите травы!

Те немедленно взяли рецепты и принялись за работу.

— Твоё лекарство выглядит довольно сильным, — зловеще улыбнулся Маленький Король Ядов.

Цинь Му проигнорировал его слова. Спустя некоторое время имперские лекари, наконец, собрали все токсичные и лекарственные травы. Юноша немедленно приступил к работе и извлёк из них целебную энергию. Он исполнил свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и время от времени превращался в Владыку Марса с головой коровы и телом человека и Владыку Венеры с головой тигра и телом человека. Также он принимал облик владык Сатурна, Меркурия и Юпитера, меняя свою Ци с формой и извлекая всевозможные виды лекарственной энергии.

В то же время Маленький Король Ядов использовал свои травы, чтобы вырастить насекомых. Он заставил их сожрать ядовитые вещества, после чего превратил мелких существ в ядовитые пилюли, которыми накормил другой вид ядовитых тварей. Повторив это несколько раз, он, наконец, взрастил чёрных пауков с красными глазами. Вокруг них клубился ядовитый газ, совсем не растворяясь в воздухе.

В свою очередь Цинь Му достал горстку семян и начал сажать цветы по всему залу. Помещая их внутрь ранее приготовленных духовных пилюль, он использовал технику создания Земного Эона, чтобы цветы впитали целебную энергию пилюль. Спустя некоторое время, они распустились и принесли плоды. Затем он сорвал духовные фрукты и обработал их снова. Повторив процесс ещё несколько раз, гора трав превратилась в семь духовных пилюль и одну гранулу.

Взяв их в руку, Цинь Му посмотрел на Маленького Короля Ядов, который за это время успел убить своего паука, превратив в практически невидимою для глаза нить духовного шёлка, помещённую в баночку.

Двое врачей переглянулись, и Цинь Му бросил целебную пилюлю Маленькому Королю Ядов, а тот отдал юноше свою баночку ядовитой жидкости.

Выдавив из себя улыбку, Цинь Му проговорил:

— Ваше Величество, пришло время принять лекарство.

Сердце Императора Яньфэна стало биться сильнее, а тело начало дрожать, когда он взглянул на семь духовных пилюль и бутылочку в руке Цинь Му:

— Министр, отрава…

— Она отличная, — юноша бросил взгляд на Маленького Короля Ядов. — Если Ваше Величество умрёт, я обязательно за Вас отомщу.

Имперский Наставник взглянул на красную гранулу и паучий шёлк перед собой, колеблясь. Маленький Король Ядов проговорил:

— Не бойтесь, Имперский Наставник, всё будет хорошо, всё будет хорошо.

Силуэт Цинь Му превратился в тень и проник в божественные сокровища Императора Яньфэна. Юноша поместил семь пилюль в семи областях мужчины. Затем он пролил несколько капель ядовитой жидкости на каждую из них, после чего покинул тело императора.

Маленький Король Ядов поместил духовный шёлк внутрь тела Имперского Наставника, после чего дёрнул рукой, вытаскивая шёлковую нить из рта пациента. Затем он обмотал её вокруг красной таблетки, после чего засунул обратно в рот пациента.

Внезапно внутри императора раздался оглушающий хлопок, после чего волосы на его теле начали неконтролируемо расти. Подобное произошло и с его костями, отчего он в мгновение ока увеличился настолько, что штаны оказались неспособны прикрыть всё. Его голова также стала громадной. Борода росла, как трава после дождя, а волосы на голове протянулись во всех направлениях.

Волосы на его ногах и груди стали невероятно толстыми, разорвав даже драконью мантию.

Вскоре Император Яньфэн превратился в гиганта ростом в тридцать метров и распластался по земле, не в силах сдвинуться с места. Половина зала заполнилась его волосами, и мужчина утонул в густых зарослях.

— Старший брат, твой яд кажется слишком токсичным, — уголки глаз Цинь Му дёрнулись.

В противоположной стороне прозрачный паучий шёлк внезапно стал вылезать из глаз, ушей, рта и носа Имперского Наставника. Даже из пор на его коже торчали бесчисленные нити, обвившее мужчину. Вскоре он был похож на тщательно обёрнутую клёцку.

Маленький Король Ядов проговорил с серьёзным выражением лица:

— Тебе не кажется, что лекарство слишком эффективное?

Парочка переглянулась, после чего снова достала свои кисти, составляя новые рецепты. Попробовав попросить императора отправить кого-то по травы, они вспомнили, что бедолага утонул в своей волосне.

Им осталось лишь громко кашлянуть, привлекая внимание имперских лекарей, собравшихся снаружи. Лекари, ожидающие указаний, задрожали в страхе, увидев толстые волосы, пробивающиеся сквозь двери зала и ползущие вниз по ступеням.

Вскоре они вернулись с новым набором трав, и Цинь Му начал снова готовить лекарство. А Маленький Король Ядов в спешке взращивал своих тварей.

Достав два ножа для убоя свиней, Цинь Му разрубил бесчисленные волосы в попытке добраться до императора. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы снова накормить мужчину лекарствами. В свою очередь, бородавки на теле Маленького Короля Ядов лопнули, и его насекомые замотали лекарство в кокон, прежде чем доставить его в тело Имперского Наставника.

— Вот дерьмо! — врачи взглянули на результаты, и их лица позеленели. — Кажется, яд и лекарство не слишком сбалансированы…

Хотя рост волос Императора Яньфэна прекратился, вместо этого из всех отверстий его тела начал течь яд, в то время как Имперский Наставник стал покрываться густой шерстью.

Оба врача быстро достали свои кисти, начав составлять новые рецепты.

Глава 270. Сёстры-Близнецы

Цинь Му и Маленький Король Ядов меняли рецепты семь-восемь раз, пребывая в слегка взволнованном состоянии. В конце концов это был первый раз, когда они работали вместе, поэтому в некоторых местах получалось не очень хорошо, однако, с другой стороны, они идеально дополняли друг друга. Кроме того, они оба хотели превзойти друг друга, так что тоник, который Цинь Му дал Маленькому Королю Ядов, был не в тридцать-пятьдесят раз сильнее, а в шестьдесят раз. В то время как бутылка ядовитой жидкости, которую король ядов дал юноше, также имела очень высокую токсичность.

Парочка противопоставляла друг другу свои лучшие способности, проводя все эксперименты на Императоре и Имперском Наставнике, которые, в данный момент, невероятно страдали. Более того, они не могли даже пошевелиться, бороться или позвать на помощь. Тело Яньфэна начало сокращаться, немного погодя вернувшись к своим обычным размерам… однако, процесс не остановился, и тот вскоре достиг размера новорождённого ребёнка.

«Мне следовало бы держать в этом зале палачей, дабы я мог сейчас же казнить этих двух негодяев… божественных врачей…» — подумал император, утопающий в собственных волосах.

Между тем тело Имперского Наставника набухало, а позади, на ягодицах, он почувствовал, как что-то растёт. Кажется, это было похоже на пушистый хвост. Чувствуя зуд в подмышках, он вдруг понял, что там у него растёт ещё несколько костей. Когда они раскололись и выросли вширь, могло показаться, словно у него выросло два крыла… Было бы хорошо, если бы у него выросло два огромных крыла, но суть в том, что крылья перестали расти, как только достигли размера ног.

Тела двух пациентов иногда леденели, а иногда впадали в жар. Время от времени они чувствовали, что попали в ад и катаются по горам ножей, но иногда им казалось, будто они, чувствуя себя очень комфортно, становятся бессмертными. Тем не менее, быть в таком комфорте было самым опасным вариантом, поскольку это было их растворение душ. Иногда боль захлёстывала все части тела и была в сто-тысячу раз более болезненной, чем сильная сердечная боль. Иногда они чувствовали, как будто десять тысяч игл кололи их тела, но бывало и такое чувство, как будто они были помещены в большой бак кислотного уксуса.

Посреди зала на волосах, которые устилали собой весь пол, сидел Цинь Му. Держа кисть в одной руке и положив подбородок на другую, он впал в оцепенение. Совсем рядом от него туда-сюда ходил хмурый Маленький Король Ядов. Он продолжал думать о том, как продолжить лечение…

Они оба были озадачены сложившейся проблемой…

Юноша несколько раз поднимал кисть, но так ничего и не записал. Маленький Король Ядов, пребывающий в глубоком раздумье, также несколько раз поднимал свою кисть, но всегда клал обратно.

В этот момент Лин Юйсю высунула голову и увидела двух озадаченных врачей, поэтому она тихо спросила:

— Пастушок, как дела?

Прежде чем Цинь Му смог ответить, Маленький Король Ядов усмехнулся:

— Ты шестая принцесса, верно?

— Теперь, когда мой старший брат — старший принц, я действительно шестая, — после недолгой паузы, ответила Лин Юйсю.

— Старший принц является нынешним Наследным Принцем Юйшу, — сказал Маленький Король Ядов и добавил резким тоном. — Поздравляю шестую принцессу, из-за лечения шарлатана твой брат скоро взойдёт на трон, чтобы стать Императором.

Лин Юйсю подпрыгнула в шоке, с тревогой посмотрев на Цинь Му. Почти рыдая, она заикалась:

— П-пастушок, т-твоё лечение доведёт отца д-до смерти?

— Не бойся, сестра, он не умрёт, — утешал её Цинь Му и, громко рассмеявшись, добавил. — Прежде чем моё лечение доведёт императора до смерти, Имперский Наставник будет лечиться до смерти этим идиотом. А без его поддержки твой брат будет свергнут в течение нескольких дней, даже если он станет Императором!

— Вы, ребята, просто пугаете меня, верно? — вся в слезах, спросила Лин Юйсю.

— Даже если бы Имперский Наставник умер от моих рук, это было бы потому, что он был до смерти накормлен твоим тоником! — издевался Маленький Король Ядов.

Цинь Му повернулся, чтобы высмеять его:

— Император может лечиться мной до смерти, но он умрёт из-за твоего яда, так что ты можешь забыть о выходе из дворца живым!

Они оба уставились друг на друга, гнев запылал в их глазах, поскольку больше всего на свете они хотели на смерть отравить друг друга.

Лин Юйсю, впав в ярость, закричала:

— Вы оба, если отец и Имперский Наставник умрут от вашего лечения, то можете забыть о том, чтобы покинуть дворец живыми! Где палачи? Палачи!

Император Яньфэн и Имперский Наставник вздохнули с облегчением, думая про себя: «Юйсю (шестая принцесса) очень разумна… в противном случае, если эти два негодяя продолжат издеваться над нами, мы в конечном итоге будем при смерти или действительно умрём».

Имперские телохранители роились над дворцом и встали на страже вне зала.

Лин Юйсю посмотрела на них с гневом в глазах, положила руки на талию, чтобы отругать их:

— Палачи прямо за дверью, так что вы оба должны выслушать меня! Так как один не может подавить тоник другого, а другой не может справиться с ядом, тогда вы оба поменяетесь! Так, уродец, ты должен лечить отца, а коровий пастух должен лечить Имперского Наставника! А ну, быстро за работу!

Цинь Му поднялся, посмотрел на Маленького Короля Ядов и торжественно воскликнул:

— Обменяемся пациентами!

— Если ты будешь лечить Имперского Наставника, а я буду лечить Императора Яньфэна, чудо может произойти!

Двое сразу же обменялись пациентами и изучили их ситуации. После этого они облегчённо вздохнули и посмотрели друг другу в глаза.

За мгновение до этого Цинь Му уже разрабатывал план, как наиболее незаметно забрать цилиня и затем спрятаться в Великих Руинах, в то время как Маленький Король Ядов, в свою очередь, тоже планировал сбежать и залечь на дно. Что касается практиков снаружи, скажем так, им было бы тяжеловато удержать двух божественных врачей… для парочки данная проблемка решалась всего лишь правильно подобранной дозировкой яда. Но после того, как они обменялись пациентами, они обнаружили, что могут исправить беспорядок, который сделал другой, таким образом, им не придётся беспокоиться о побеге после смерти Императора Яньфэна и Имперского Наставника.

Цинь Му и Маленький Король Ядов подняли свои кисти, дабы записать рецепты для имперских лекарей, чтобы те достали травы. Они оба изучали и лечили своих пациентов с большой осторожностью, неоднократно меняя свои рецепты. Почти через три дня волосы на теле императора отпали, а кокон на теле наставника исчез.

Ранения наставника постепенно заживали, наряду с постоянно ослабевающими остатками божественного искусства. Он также смог восстановить немного своего совершенствования.

Несмотря на то, что божественные сокровища императора всё ещё были в руинах, Маленький Король Ядов использовал огромное количество ядовитых пауков, дабы перенести жизненную Ци и жизненную силу для их восстановления. В это время мощная лекарственная добавка Цинь Му, как и положено, делала своё дело.

Заживление их ран было лишь вопросом времени…

Лин Юйсю вызвала несколько евнухов, чтобы очистить дворец. Евнухи загрузили несколько телег волос, в то время как ещё несколько были завалены хвостами, крыльями, дополнительными руками и ногами, которые отпали с Имперского Наставника.

— Ну всё, дело сделано, — Цинь Му посмотрел на Маленького Короля Ядов, в то время как тот также посмотрел на него, и они глумливо оскалились друг над друга.

Лин Юйсю, показалось, что она встретила своих величайших врагов и сразу нервно выпалила:

— Больше никаких состязаний!

Цинь Му выписал рецепт и заставил имперских лекарей сходить за травами. Он потянулся и улыбнулся:

— Никаких состязаний. Я устал после изучения и лечения Императора, а также Имперского Наставника в течение последних нескольких дней, я хочу отдохнуть.

— Я тоже устал, поэтому должен поспать. Остальное можешь оставить шарлатанам у двери, — добавил Маленький Король Ядов.

Лин Юйсю посмотрела на Маленького Короля Ядов, затем повернулась к Цинь Му и сказала:

— Пастушок, я провожу тебя в Имперский Колледж.

— Нет необходимости, ты тоже не отдыхала в течение последних дней.

— Я тебя провожу! — твёрдо сказала девушка.

Цинь Му увидел, как принцесса подаёт взглядом сигналы, и мог только кивнуть в знак согласия. Затем они подождали пока имперские лекари вернутся с травами. Маленький Король Ядов принюхался, явно желая определить травы по запаху, но так как в последние дни они использовали огромное количество трав, запах в зале стоял ещё тот, поэтому он уже не мог ничего различить.

Цинь Му взял травы, а Лин Юйсю поспешно пошла за ним. Маленький Король Ядов также последовал позади. Когда они проходили мимо реки Нефритовой во дворце, последний внезапно с хлопком нырнул в воду и больше не появлялся.

Лин Юйсю посмотрела вниз с криком удивления:

— Он сбежал через реку! Пастушок, он что боится тебя?

— Он не меня боится, он боится матушки императора.

Как только он это сказал, река Нефритовая внезапно поднялась в небо, завертевшись подобно огромному серебристому питону. Две служанки подняли фонари и пошли к реке. Из пламени фонарей выстрелили бесчисленные огни мечей и вошли в реку.

— Вдовствующая Императрица, его нет в этой реке, — две служанки дворца с фонарями поклонились высокому зданию сбоку.

Цинь Му и Лин Юйсю немедленно посмотрели туда и увидели стоящую на балконе матушку императора. Прямо сейчас она элегантно опускала одну из своих рук, отчего вода реки Нефритовой мгновенно хлынула вниз и заполнила канал.

Юноша поприветствовал её, и та улыбнулась в ответ:

— Маленький божественный врач, император вылечился?

— Ему ещё нужно восстановиться, а восстанавливаться к своей прежней форме, придётся не меньше нескольких лет.

Вдовствующая императрица кивнула и сказала:

— Юйсю, возьми с собой этих двух дворцовых служанок, проводи маленького божественного врача.

— Я как раз планировала сопроводить его в Имперский Колледж, — улыбаясь, ответила принцесса.

Женщина вошла в здание, а две дворцовые служанки, несущие фонари, последовали за Цинь Му и Лин Юйсю.

Выйдя из дворца, юноша внезапно остановился и сказал двум служанкам:

— Возвращайтесь, вы мне не понадобитесь для предстоящего путешествия.

Две дворцовые служанки являлись близнецами. Помимо невероятного внешнего сходства, они обе были умны и сообразительны, поэтому, покачав головами в ответ, сказали:

— Вдовствующая Императрица приказала нам проводить божественного врача обратно в Имперский Колледж.

Цинь Му слегка нахмурился и обратился к Лин Юйсю:

— Сестра, возвращайся с ними.

— Если я буду рядом, Маленький Король Ядов ничего тебе не сделает! — ответила принцесса.

— Мы, целители, никогда не станем без причины отравлять кого-то до смерти. Изначально мне нужно было защищать только себя, но теперь мне придётся защищать и тебя. Поэтому я боюсь, что ситуация может стать немного более опасной.

Две служанки хихикнули:

— То, что сказал маленький божественный врач, действительно интересно. Вы ещё в области Пяти Элементов, когда Маленький Король Ядов и мы, сёстры, в области Семи Звёзд. Кроме того, Вдовствующая Императрица предоставила нам сокровище, чтобы противостоять Маленькому Королю Ядов. Если нахал осмелится прийти пока мы, сёстры, рядом, то он определённо будет сокрушён!

Качай головой, Цинь Му понимал, что заставить их уйти будет невозможно:

— Целители могут убивать людей независимо от их области. Вы двое слишком наивны. Даже для меня отравление сильных практиков области Небожителя не проблема, так как вы думаете, каково это для Маленького Короля Ядов? Хорошо, если хотите следовать за мной, да на здоровье, но будьте начеку, боюсь, я не смогу заботиться о вас, сестрички.

Служанки хихикали без остановки.

На улице было много людей, две служанки несли фонари спереди и сзади. Неся фонари уже под утро, они создавали особое зрелище, но так как девушки были одеты в наряды дворца, никто не осмеливался подойти.

Имперский Колледж был далеко от дворца, но пройдя шесть-семь километров, они по-прежнему его не видели. Цинь Му по пути готовил лекарства и, со временем, закончил с приготовлением несколько пакетов трав. Он запустил руку в свой мешок таоте, и было видно, как его рука и плечо слегка дёргались. Технику рук, которую он выполнял, и лекарство, которое дорабатывалось в мешке таоте, нельзя было увидеть.

Две дворцовые служанки были очень бдительны, любые мухи или пауки на пути были убиты вспышками мечей двух женщин. Ни один из насекомых не мог приблизиться к ним. Во время пути внезапно в их лица подул холодный ветер, из-за чего две женщины немедленно привели в движение свою жизненную Ци. Свет от фонарей вдруг стал ярче, а огни образовали два круглых барьера, которые накрыли их, не позволяя ветру попасть внутрь.

Одна из дворцовых служанок засмеялась:

— У Маленького Короля Ядов есть только такие методы… — после этих слов её милое лицо внезапно почернело, и она рухнула на землю. Её сестра тоже упала. Они не могли двигаться.

Лин Юйсю испугалась, поспешно оглядевшись, прежде чем спросить:

— Но почему мы в порядке?

Стук.

Она упала лицом вверх.

После того, как три женщины рухнули, несколько чёрных щупалец, покрытых шипами, вылези из земли. Щупальца опутали ноги женщин, отравляя их. Цинь Му щёлкнул пальцем, после чего щупальца затряслись и, растворившись в шипении, превратились в маленькие лужи. Земля дрожала, казалось, что под ней движется огромное существо. Юноша достал три духовные пилюли, чтобы подавить токсичность яда и трио вернулось в сознание.

Вдруг издалека донеслось ворчание:

— Ты дал тоник моему ребёнку?

Бум!

Грунт дрогнул и раскололся, обрушив все дома в округе. Снизу вылезло странное насекомое примерно тридцати метров в высоту и сотни метров в длину с телом, везде покрытым щупальцами. Это был король насекомых, которого растил Маленький Король Ядов!

Как только Маленький Король Ядов вернул короля насекомых к себе, тело жука начало набухать от тоника Цинь Му. И мужчина не мог подавить его, даже если бы захотел, ведь в этот момент трогательно распластался на спине “ребёночка”.

— Чего же вы ждёте? — смотря на сестричек, проговорил Цинь Му.

Они всё ещё пребывали в ослабленном состоянии, но, когда услышали юношу, влили свою жизненную Ци в фонари. Свет фонаря устремился в сторону короля насекомых, в итоге пронзая его святящимися мечами и превращая в решето!

Маленький Король Ядов получил многочисленные раны и исчез в облаке дыма. Две дворцовые служанки немедленно направили свет в землю, отчего та стала фактически прозрачной. Их свет мог углубляться на десятки метров под землю.

Однако яд внутри двух женщин был по-прежнему не обезврежен… он был лишь подавлен Цинь Му. Они быстро почувствовали, как токсичность внутри них вот-вот снова возьмёт власть над их телами, поэтому они не могли применить свои магические силы.

— Нет необходимости преследовать его. Он уже потерпел поражение, если вы последуете за ним, он может отравить всех в столице. Вместо этого я лучше избавлюсь от яда в ваших телах, пока ещё не слишком поздно, — сказал Цинь Му.

Юноша извлёк по крошечной капле крови из тел пострадавшей троицы и увидел, что каждая уже почернела. Несмотря на то, что все девушки были отравлены одним и тем же ядом, количество, содержащиеся в их телах, было различным, поэтому он должен был помочь им по отдельности.

Цинь Му, чтобы определить яд и вылечить их, работал прямо по дороге. Когда они достигли Резиденции Учеников, хотя яд в девушках и был обезврежен, по-прежнему имели место быть некоторые побочные эффекты, от которых у пострадавших было временное помутнение рассудка. Поэтому прежде, чем они смогли добраться до его резиденции, все как подкошенные повалились на землю.

Цинь Му нахмурился и потащил их к себе домой. Он бросил Лин Юйсю и двух служанок на кровать, после чего вернулся закрыть дверь.

— Владыка культа, не волнуйтесь, я определённо не позволю никому войти! Я не хочу оказаться на обеденном столе… — проговорил сидящий у двери цилинь.

— Ты хорошо справился, — похвалил зверя Цинь Му. Усталость, накопившаяся за последние несколько дней, обрушилась на его плечи, поэтому, вернувшись в свою комнату, он лег среди трёх женщин и тут же уснул.

Во время сна он вдруг почувствовал легкий зуд в носу и предположил, что тот начался из-за волос одной из девочек. Поэтому с мимолётным движением он вытолкнул одну из них со своей кровати…

Глава 271. Одержимость Духом

Уснув, Цинь Му почувствовал, как кто-то взбирается на его тело. Во сне, характер парня становился ещё более противным, поэтому он, дважды пнув гостью, немедленно вытолкнул её с кровати. Пострадавшая тоже была во сне, поэтому вылезла обратно, начав тянуть к себе одеяло и прижимаясь к его груди. Но парень, пинком, снова отправил её на пол.

В конце концов трое девушек обнялись, оставив задиру лежать в стороне. Последние несколько дней напряжённой работы привели к тому, что Цинь Му и Лин Юйсю погрузились в невероятно глубокий сон…

Тем не менее, проснувшись, парень обнаружил, что принцесса всё-таки умудрилась залезть под его руку. Вставая, он осторожно двинулся, делая всё возможное, чтобы её не разбудить.

На самом деле, Лин Юйсю тоже уже не спала, однако, она была довольно стеснительной. Девушка боялась, что если проснётся в объятиях Цинь Му, то попадёт в невероятно неудобную ситуацию, поэтому сделала вид, что до сих пор спит. Когда юноша поднялся, она приоткрыла глаза, наблюдая как он берёт свою обувь и на цыпочках выходит из комнаты.

Выйдя наружу, Цинь Му с облегчением вздохнул. Близняшки, проснувшись пораньше, уже сидели во дворе и болтали. Одна из них проговорила:

— Молодой Владыка Цинь любит барахтаться во сне. Он хорошенько меня отделал, посмотри на синяк под моим глазом. Более того, он пнул меня в грудь и сбросил с кровати. Он не приставал к тебе?

— Ни капли. Однако, как мы можем рассказать, что принцесса и молодой владыка спали вместе, да ещё и с нами под одним одеялом?

Близняшки на мгновение замолчали, после чего одновременно проговорили:

— Не будем никому рассказывать. Молодой владыка с принцессой и словом не обмолвятся о произошедшем, поэтому нам тоже лучше молчать!

Когда речь заходила о чести имперской семьи, слишком длинные языки часто приводили людей к казни. Девушки, естественно, прекрасно об этом знали, отчего и приняли решение никому ничего не говорить.

Цинь Му обулся и вышел во двор, кашлем сигнализируя о своём приближении.

Две дворцовые служанки сразу же поздоровались:

— Молодой Владыка проснулся? Вчера мы с сестрой вели себя грубо и неприлично. К счастью, благодаря Вашей заботе мы не потеряли свои жизни при встрече с Маленьким Королём Ядов.

Поздоровавшись лёгким кивком в ответ, юноша ответил:

— Я рад, что старшие сёстры были со мной и смогли ранить Маленького Короля Ядов, не позволив ему добиться своего.

Девушки переглянулись и одновременно рассмеялись:

— Молодой Владыка, не называй нас старшими сёстрами. Мы служим матушке императора, и у нас нету даже фамилии, только имена. Меня зовут Цзяньци, а мою сестру — Цинци.

Близняшки не смогли удержать свой смех, заметив, как Цинь Му смеряет их взглядом, пытаясь найти отличия и понять кто есть кто. Улыбки позволили юноше обнаружить, что левый клык Цзяньци немного меньше правого, а у Цинци правый больше левого.

— Молодой Владыка, нас не было во дворце всю ночь, поэтому мы должны возвращаться как можно скорее, чтобы доложить об успешном выполнении задания, — сказала Цинци.

Цинь Му кивнул в ответ и добавил:

— После ночи сна, остатки яда в ваших телах должны были рассеяться, поэтому осложнений не произойдёт. Впрочем, у меня осталось несколько пилюль противоядия, можете их взять.

Девицы отблагодарили поклоном и взяли пилюли. Они собирались уходить, когда из комнаты донёсся голос Лин Юйсю:

— Подождите меня! Я иду вместе с вами!

Две девушки остановились и обернулись, увидев, как принцесса в панике бежит в их сторону. Её одежда была взъерошена, а рубашка помята. Волосы тоже не были уложены, когда она бежала, держа куртку в руке и таща обувь по земле. Внезапно та слетела с ног, и когда Лин Юйсю попыталась снова обуться, её чёрные волосы окончательно развеялись, падая на плечи будто водопад.

Принцесса попыталась поправить волосы, из-за чего куртка выпала из её руки и упала на землю, отчего её приняло жалкое выражение.

Цинь Му посмотрел на неё, увидев пышную грудь, которая должна была вот-вот выпасть из одежды. Его сердце вздрогнуло, и он не знал, стоит ли предупредить её, или подойди и заправить их на место самостоятельно.

Цзяньци и Цинци переглянулись и пошли к принцессе, после чего затащили её обратно в дом и помогли привести себя в порядок.

Щёки Лин Юйсю покраснели от смущения, когда она спросила:

— Я забеременею?

Дворцовые горничные посмотрели на неё широко открытыми глазами, недоумевая:

— С чего ты это взяла?

— От людей во дворце я слышала, что, когда мужчина и женщина спят вместе, женщина может забеременеть, — серьёзным тоном проговорила она. — Мы проспали вместе почти целый день и ночь…

Цзяньци зашлась смехом:

— Принцесса, ты ошибаешься, всё совсем не так. Я не могу объяснить всё в деталях, но молодой владыка является божественным врачом, поэтому он определённо нашёл способ избежать твоей беременности.

— Лин Юйсю широко открыла глаза:

— Такое возможно?

— Да, такое бывает. Я слыхала, что некоторые богатые мадам, не желающие забеременеть, ищут себе целителей, которые могут выписать нужное лекарство.

****

Цинь Му проводил трёх девиц из двора, заметив, что его жёлтая груша уже расцвела, полностью покрывшись белыми цветками.

— Наконец-то пришла весна, — подумал он. — Когда урожай созреет, год катастрофы закончится.

Парень умылся, и так как с ним был лишь цилинь, он был не в настроении готовить и отправился на гору покушать. Выйдя из своего двора, он увидел приближающегося Канцлера Ба Шаня, одетого в рубашку. Громким голосом, старик прокричал:

— Я видел, как принцесса и две служанки тащили какие-то фонари вниз по склону. Они что, к тебе заходили?

— Старший брат, не говори глупостей, тем более, если у тебя нет никаких доказательств, — со спокойным лицом и сердцебиением ответил Цинь Му. — Ты пришёл из-за Паньгун Цо? Ты успел позавтракать?

У Канцлера Ба Шаня был очень длинный язык, не уступающий даже Герцогу Вэю. Если старик узнает, что принцесса и две служанки проспали всю ночь в доме Цинь Му, вскоре слух распространится по всему городу.

Для Цинь Му произошедшее было не более чем актом вежливости. Он не сделал ничего из ряда вон выходящего, впрочем, подобное было бы очень важным происшествием для светских людей. Если новость о сне с принцессой распространится, Императору придётся казнить его, поэтому он решил скрыть правду.

— Я только что покушал. Ты провёл много времени во дворце и, скорее всего, вернулся усталым, поэтому я и тебе немного принёс.

Старик достал пару бумажных пакетиков, и Цинь Му, поблагодарив, с радостью взял их. Заглянув внутрь, он увидел горячие булочки с начинкой, мясо какого-то странного зверя, приготовленное в чистой воде и красный соус из пахучей муки, смешанной с порубленным луком и солёными овощами.

Пригласив старика в дом, парень сел завтракать. Глотая слюну, старик с сожалением вздохнул:

— Император и вправду скуп, ты его вылечил, а он даже не накормил тебя. Ты прав, Паньгун Цо уже наполовину пробил Стену Шести Направлений.

— Так быстро? — удивлённо изменившись в лице, Цинь Му поднял голову.

Достигнув области Шести Направлений, человек становился практиком божественных искусств. В процессе совершенствования каждая область требовала деликатного и всеобъемлющего изучения. Даже пробить Стену Пяти Элементов за два года, как это сделал Цинь Му, считалось огромным достижением. Парень усердно совершенствовался в области Пяти Элементов на протяжении почти года, и успел лишь достичь границ области Шести Направлений, не зная, окажется ли в силах разбить стену.

Во время его встречи с Паньгун Цо, тот был молодым парнем в области Духовного Эмбриона, и теперь, спустя год, его прогресс уже превзошёл Цинь Му. Парень практически стал практиком божественных искусств области Шести Направлений!

Это не было обычной скоростью совершенствования, а скорее скоростью бога!

— С этим дьяволёнком что-то не так! — канцлер вытащил из пакета солёный овощ и положил себе в рот. — Зал Шести Направлений Имперского Колледжа — это место, в котором учат разбивать Стену Шести Направлений, все ученики, достигшие предела области Пяти Элементов, отправляются туда.

— Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун, Цинь Юй, Юнь Цюэ, жирдяй Вэй и другие дворяне уже там, вместе с Паньгун Цо. Монашка Хун Фа из Зала Шести Направлений говорит, что его прогресс невероятно быстрый, и тот совсем не нуждался в её помощи. Всего лишь три дня назад он достиг совершенства в области Пяти Элементов, а теперь уже на полпути к области Шести Направлений. Через два дня он станет практиком божественных искусств. А на каком ты этапе?

— Я уже достиг совершенства в области Пяти Элементов, — откусив большой кусок мяса, ответил Цинь Му. — Проблема лишь в том, что я ничего не знаю об области Шести Направлений.

Глаза канцлера загорелись:

— В таком случае, ты должен посетить зал Шести Направлений. Монашка Хун Фа как раз этому и учит. Я хотел бы узнать, сильнее ли Паньгун Цо или всё же ты.

Цинь Му даже не поднял голову:

— В этом нет смысла. У меня Тело Тирана…

— Да, да, я знаю, у тебя Тело Тирана, оно сильнее всех остальных, — улыбнулся старик. — Тем не менее, я использовал Чэнь Ваньюня, чтобы протестировать способности Паньгун Цо, и тому понадобилось всего лишь два движения, чтобы одержать верх.

Наконец, Цинь Му поднял голову и изумлённо проговорил:

— Два движения? Старший брат, ты уверен, что тот одолел Чэнь Ваньюня так быстро?

Канцлер Ба Шань кивнул.

Лицо Цинь Му стало невероятно серьёзным. Способности Чэня и раньше были очень выдающимися, делая его одним из самых талантливых учеников колледжа. Он всего лишь на шаг уступал Фоцзы и Даоцзы. В своё время вступив в бой с первым, он был повергнут лишь после двенадцатого движения, что о многом говорило.

Его способности к учению тоже были впечатляющими. Получив советы Имперского Наставника, он лишился почти всех своих недостатков.

Вернувшись с южных границ, Цинь Му всё реже и реже с ним встречался. Он слышал, что тот проводит большинство своего времени на Этаже Небесных Записей, вероятнее всего совершенствуя божественные трансформации области Пяти Элементов.

Даже если Чэнь Ваньюнь, успешно практикующий божественные трансформации пяти элементов, не был ровней Фоцзы Фо Синю, он был очень близок к нему по силе.

Цинь Му был уверен, что одолеть Чэнь Ваньюня всего лишь двумя движениями, не используя таких сильных приёмов, как Меч, Шагающий по Горам и Рекам, было очень сложно!

— Интересно, — закончив завтракать, Цинь Му вытер рот и улыбнулся. — Хан Боевых Искусств, для чего ты хочешь отправить меня в зал Шести Направлений? Сразиться с Паньгун Цо?

Старик неторопливо ответил:

— Я отправляю тебя на разведку. Думаю, что парень одержим духом. Более того, Тело Тирана не знает страха, верно?

— Одержим духом? — Цинь Му слегка недоумевал, вспомнив старого монстра, о котором говорил мясник. Тот реинкарнировал восемнадцать раз и прожил девятнадцать жизней. Парень прокричал. — Ты имеешь в виду, что…

Канцлер кивнул и проговорил:

— Я подозреваю, что Паньгун Цо уже не тот, кем был, его заменил какой-то невероятно сильный монстр прошлого, проживший десятки тысяч лет. Это старый враг учителя Небесного Ножа, тот, из-за кого наш старик забыл своё имя, не осмеливаясь называть его в слух.

Цинь Му кивнул. Канцлер Ба Шань когда-то говорил об этом. Мясник никому не говорил своего имени, даже канцлеру, как раз из-за того мастера из Дворца Золотой Орхидеи, реинкарнировавшего восемнадцать раз.

Это было ужасное существо, владеющее заклятиями, способными нанести вред человеку через его имя.

— Чэнь Ваньюнь не смог извлечь из него какой-либо информации, поэтому я бы хотел, чтобы ты встретился с ним в зале Шести Направлений, — уголки глаз канцлера вздрогнули. — Этот человек — величайший враг Небесного Ножа, убийство Паньгун Цо будет убийством врага учителя. Однако, он всё-таки сын Хана Империи Варварских Ди, поэтому нужно быть абсолютно уверенным, прежде чем делать свой ход. Именно поэтому ты должен его проверить.

Вид старика был довольно грубым, но мышление казалось невероятно острым. Цинь Му поднялся и проговорил:

— Я тоже пытаюсь пробить “стену” области Шести Направлений, поэтому отправлюсь в зал… — сказав это, юноша покраснел от стыда. — А который это?

Канцлера чуть не стошнило кровью:

— Ты проучился в Имперском Колледже почти целый год… и до сих пор не знаешь который из залов — зал Шести Направлений?

Парень смущённо ответил:

— Хоть я поступил сюда так давно, я был всего лишь на одном занятии.

— Я покажу тебе дорогу

Цинь Му и Ба Шань покинули Резиденцию Учеников, бок о бок идя вперёд. Внезапно парню что-то пришло в голову, и он спросил:

— Старший брат, ты когда-нибудь слышал о Небесном Святом Культе?

Глава 272. Великие Достижения в Математическом Трактате

Канцлер Ба Шань бросил Цинь Му в передней части зала Шести Направлений и повернулся, дабы немедленно уйти, боясь, что тот продолжит ныть, чтобы он присоединился к Небесному Святому Культу.

— Рано или поздно ты присоединишься к моему культу, — обиженно процедил Цинь Му.

Членом дирекции зала Шести Направлений была монахиня Хун Фа. Она, будучи человеком добропорядочности и целомудрия, а также приверженцем буддизма, обучала учеников с момента основания Имперского Колледжа.

Цинь Му вошёл в зал, но ещё было рано, поэтому пока не все ученики пришли на лекцию. Тем не менее, старая монахиня уже была здесь, прочищая зал.

Когда прозвенел колокол, ученики вошли внутрь, а Хун Фа неторопливо начала лекцию:

— Шесть Направлений, какие Шесть Направлений? Небо, земля и четыре стороны света — это Шесть Направлений. Божественное Сокровище Шести Направлений находится в наших телах, но если мы хотим добраться до него, тогда, в самую первую очередь, должны найти Стену Шести Направлениях. Как нам это сделать? Всё просто, мы должны произвести расчёты. Вчера я заставила вас пересмотреть расчеты Шести Направлений. Вы справились?

Цинь Му моргнул и посмотрел на других людей в зале. Он увидел, что на лекции присутствовало довольно много учеников, всего около тридцати человек. Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун, Сы Юньсян и много других, которые сидели рядом с ними. Затем он увидел Паньгун Цо, который совершенно не слушал лекции монахини, а просто закрыл глаза, пытаясь сломать стену.

Монахиня Хун Фа стала говорить медленнее:

— Человек, стоящий на плоской земле, может легко распознать север, юг, восток, запад, вверх и низ, но как мы можем определять, где север, юг, восток и запад неба и земли в своём теле? Мы можем использовать ваше Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, который поможет определить вверх и низ, верхняя часть головы Духовного Эмбриона — небо, а низ — наши ноги, ступающие на землю. С этим разобрались, теперь, нам ещё нужно разобраться, где север, юг, восток и запад, с этим нам помогут положения пяти звёзд Божественного Сокровища Пяти Элементов. Вы все изучили десять Математических Трактатов, которые используются для определения местоположения элементов пяти звёзд и для вычисления севера, юга, востока и запада неба и земли в ваших сердцах. Для этого вам понадобится Алгоритм Шести Направлений. Теперь давайте перейдём к странице семнадцать Математического Трактата Шести Направлений, Алгоритм Южного Компаса.

Цинь Му почувствовал, что кто-то ткнул его в спину. Он повернулся и увидел, что это была Сы Юньсян. Святейшая Небесного Святого Культа, прикусив губу, прошептала:

— Вчера вечером я видела, как Владыка тащил трёх девушек в свою комнату.

— Когда бы я успел это сделать? — решительно отрицал всё сказанное Цинь Му.

— Одна из них была седьмой принцессой.

— Святейшая, не порочь мою репутацию. Дай мне посмотреть свой Математический Трактат Шести Направлений. Я здесь впервые, и у меня нет книги, — ответил юноша с покрасневшим лицом.

— Класс — священная земля, как вы можете шептаться там? — монахиня Хун Фа стукнула по столу и закричала. — Вы оба, выходите, встаньте в углу стены!

Сы Юньсян схватила свой Математический Трактат Шести Направлений и вышла с Цинь Му. Двое прислонились к стене, Сы Юньсян передала ему Математический Трактат, хихикая:

— Владыка похотлив, но будь осторожен, не повторяй за Владыкой Культа Ли.

Паренёк открыл Математический Трактат и увидел много методов расчёта. Это были методы, которые были разработаны с использованием Десяти Математических Трактатов, оперирующие фундаментом элементов пяти звёзд для расчёта точного местоположения севера, юга, востока и запада. То, что читала монахиня Хун Фа на странице семнадцать, был Алгоритм Точки Южного Компаса, который мог помочь в определении юга. Как только определится юг, север, восток и запад уже не трудно найти. Затем проводится прямая линия сверху вниз, и можно будет определить наиболее точное местоположение Стены Шести Направлений в человеческом теле.

Все были уникальны, таким образом, расположение Божественного Сокровища Пяти Элементов у каждого было совершенно разными. Вот почему расположение Божественного Сокровища Шести Направлений у всех было тоже немного другим, поэтому расчёты должны быть точными и безошибочными, и тогда будет возможно найти искомое.

Вскоре после этого Цинь Му закончил просматривать Математический Трактат Шести Направлений. Он узнал, что тот использует пять фаз пятеричной и шесть направлений шестеричной системы. Требовалось поменять пятеричную систему, используемую для вычисления элементов пяти звёзд, в шестеричную систему.

Цинь Му удивился, как вдруг вспомнил совет Короля Дьяволов Дутяня. Тот однажды сказал, что восьмеричная система может быть вычислена с помощью восьми триграмм, после чего он был просветлён и постиг другие инструменты расчёта в Математическом Трактате Высшей Тайны. Восемь триграмм тайцзи включали двоичную систему Инь и Ян, четыре символа четвертичной системы и восемь триграмм восьмеричной системы. Однако, если бы он добавил пять фаз пятеричной системы и шесть направлений шестеричной системы, то эти инструменты расчёта были бы ещё сложнее.

«Имперский Наставник сказал, что четыре великих духовных тела — это не пять фаз. Вместо этого каждый тип духовного тела включает в себя пять фаз. Это означает, что четыре великих духовных тела — Зелёный Дракон, Белый Тигр, Красная Птица и Чёрная Черепаха — четыре символа в восьми триграммах тайцзи!» — всё вдруг стало ясно Цинь Му. Было четыре символа, каждый из них имел пять фаз. Таким образом, различные расположения пяти фаз образовали символ! Всё это также означает, что расчёт из пяти этапов пятеричной системы могут быть использованы для расчёта трансформации из четырёх символов. Таким образом, он будет иметь инструмент расчёта пятеричной системы. Для шести направлений, четыре символа могут быть использованы для определения севера, юга, востока и запада, а с Инь и Ян у него появится инструмент для вычисления шести направлений.

«Это значит, что я могу очень быстро вычислить местоположение моего Божественного Сокровища Шести Направлений!» — Цинь Му отдал Математический Трактат Шести Направлений Сы Юньсян и протянул руку. Поместив правую ладонь на левую, он потянул её вверх и вниз, его жизненная Ци мгновенно сформировала причудливую диаграмму тайцзи, которая включала Инь и Ян, четыре символа и пять фаз, включённых в четыре символа. Юноша снова распахнул руки в волнении, слои диаграммы пяти фаз тайцзи распались, действуя соответственно в регулярном и правильном процессе.

Сы Юньсян посмотрела на непрерывно меняющуюся диаграмму и сразу спросила:

— Как ты это рассчитал? Это немного отличается от того, чему учит монахиня Хун Фа! Я хочу научиться тоже!

Цинь Му быстро рассчитал всё и поделился с ней своим открытием. Глаза Сы Юньсян становились всё ярче и ярче. Она также была более талантлива, чем другие, и быстро постигла это чудо. Она воскликнула в восхищении:

— А этот метод хорош! Метод в Математическом Трактате Шести Направлений слишком сложен и требует от одного до двух месяцев работы, не исключая того, что на пути изучения буду постоянные ошибки. Твой метод куда проще и лучше, его можно выучить всего за пару часов, не делая при этом никаких грубых ошибок!

— Тайцзи, четыре символа, пять элементов, шесть направлений и восемь триграмм первоначально были инструментами расчёта, используемыми для операций, — улыбнулся Цинь Му.

Теперь, зная Математический Трактат Высшей Тайны, он чувствовал, что все виды трудных для понимания проблем легко решить, что не могло не осчастливить. Однако, если он хотел преуспеть в изучении божественного искусства перемещения, одного лишь Математического Трактата Высшей Тайны было недостаточно.

Монахиня Хун Фа всё ещё читала лекцию в зале. Со временем Цинь Му, наконец, определил местонахождение своего Божественного Сокровища Шести Направлений, которое было где-то рядом с его даньтянем, соединяя небеса с землёй. Это место, где встречаются Шесть Направлений, иногда также называлось нижний даньтянь, в то время как люди секты Дао называли его Жёлтым Двором. Средний даньтянь находился в самом сердце и назывался Багровым Дворцом. Верхний даньтянь находился меж бровей, секта Дао называла его Духовной Платформой, в то время как буддисты называли Квадратной Дюймовой Горой.

Цинь Му определил, где находится его Багровый Дворец, немедленно собрал всю свою жизненную Ци, чтобы помчаться к Стене Шести Направлений!

Его совершенствование изначально было несравнимо плотным и превосходило таковое у его сверстников. На сей раз собрав всю свою Ци, он обрушил её на Стену Шести Направлений, отчего та мгновенно покрылась трещинами.

Гулкие звуки огромных волн исходили из тела парня, когда он во второй раз собрал свою Ци и вновь ударил ею по “стене”. Раздался ещё более резонирующий звук, могло даже показаться, что волны, своим непомерным весом, раскалывали берег… Они, казалось, поднимались к облакам, отчего звук с каждым разом становился громче и интенсивнее.

Удары жизненной Ци Цинь Му становились всё яростнее!

Бум!

Его Стена Шести Направлений внезапно раскололась, раскрывая внутреннему взору широкий разрыв. Паренёк продолжал собирать свою Ци, чтобы колотить по сломанной стене, тем самым расширяя разрыв.

Монахиня Хун Фа и остальные ученики, находящиеся в зале Шести Направлений, также услышали звук Ци, сталкивающейся с телом Цинь Му.

— Имперский академик! Если не рассчитаешь точное местоположение Стены Шести Направлений и безрассудно её сломаешь, ты умрёшь! — в панике крикнула Хун Фа.

Как только она это сказала, громкий гул внезапно раздался из тела Цинь Му, как будто небеса и земля были открыты, в то время как его развитие быстро возрастало.

Стена Шести Направлений была сломана!

Божественное Сокровище Шести Направлений пробудились!

В этот момент по залу Шести Направлений прокатился ещё один гул. Паньгун Цо успешно пробудил своё Божественное Сокровище Шести Направлений. Тем не менее, Внимание всех учеников и Хун Фа было сосредоточено на Цинь Му, поэтому никто не заметил второго. Воздух вокруг Паньгун Цо постепенно загустевал, как вдруг в его взгляде промелькнула искра, и он поднялся с коврика, чтобы осмотреть зал.

Монахиня Хун Фа была удивлена и тут же сказала:

— Имперский академик, попытайся закрыть все свои божественные сокровища и затем открыть их за раз!

Цинь Му глубоко вздохнул и закрыл его Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов и Шести Направлений. Затем он издал низкий крик, и от его Духовной Платформы, Багрового Дворца и Имперского Двора послышался рокот. В общей сложности раздалось три рокотания, после которых его три великих божественных сокровища открылись, а его аура возросла в геометрической прогрессии!

— Ты действительно пробудил своё Божественное Сокровище Шести Направлений! — удивлённо вздохнула Хун Фа и посмотрела на Сы Юньсян, которая была рядом. Эта девушка также пыталась сломать Стену Шести Направлений. Было понятно, что она также нашла её точное местоположение.

Буквально несколько мгновений назад, монахиня хотела выгнать этих двух шепчущихся учеников из зала, и никогда бы не подумала, что они найдут расположения своих “стен” так быстро. Одному из них даже удалось сломать стену с первой попытки и стать практиком божественных искусств Шести Направлений!

Монахиня Хун Фа сложила ладони вместе:

— Владыка Ку… Имперский Академик, у тебя, кажется, есть секретный метод расчёта местоположения Стены Шести Направлений, который намного быстрее, чем в Математическом Трактате Шести Направлений, было бы интересно узнать, как ты рассчитал всё это.

— Монахиня слишком вежлива. Мои способности скудны, я не люблю хвастаться перед всеми. Тем не менее, я готов поделиться тем, что я понял и как до этого дошёл, — улыбался Цинь Му.

Монахиня Хун Фа была в восторге и сразу пригласила его в зал, после чего обратилась ко всем ученикам:

— Сегодня я пригласила имперского академика прочитать вам лекцию. Имперский Академик, прошу!

Цинь Му посмотрел на Паньгун Цо, который сидел в задней части зала, и улыбнулся:

— Принц Паньгун Цо из-за Великой Стены также сломал свою Стену Шести Направлений и стал практиком божественных искусств. Интересно, можешь ли ты поделиться тем, что узнал?

Все оглянулись на парня, который покачал головой:

— Я варвар из-за Великой Стены, поэтому не смею хвастаться. Владыка Культа Цинь, прошу тебя, продолжай свой рассказ.

Цинь Му прищурился и рассказал свою технику всем в зале. Монахиня Хун Фа была удивлена и восхищена, непрерывно задавая дополнительный вопросы. Она поразилась его технике, собственно, как и все остальные в зале.

Через некоторое время юноша, наконец, закончил говорить о своей технике, и ученики в зале тут же начали пытаться овладеть ею. Однако, поскольку некоторые люди обладают высокой мудростью, а некоторые низким пониманием, не каждый смог овладеть ею.

— Имперский Академик, с такой техникой я могу переписать Математический Трактат Шести Направлений, — монахиня Хун Фа улыбнулась, тут же спросив. — Интересно, готов ли академик подписать своё имя в качестве соавтора?

— Это доброе дело, которое может принести пользу людям на тысячу лет вперёд. Если бы я мог подписать своё имя на нём, я бы, естественно, с удовольствием сделал это. На нём должно быть написано Владыка Небесного Святого Культа Цинь Му, — решительно ответил юноша.

Лицо монахини Хун Фа помрачнело, когда она подумала про себя: «Он Владыка Небесного Святого Культа, получается если моё имя будет рядом с его, разве меня не будут считать последователем дьявольского пути? Превосходно, превосходно… я в очередной раз распрощаюсь со своей репутацией. Теперь придётся написать его имя рядом с моим».

Цинь Му, смотря на Паньгун Цо, улыбаясь сказал:

— Маленький принц, ты и я почти одновременно прорвались и стали практиками божественных искусств Шести Направлений. Это так называемое в нужное время в нужном месте. Такая редкость для нас быть в подобном мире, так почему бы нам не помериться силами?

— Владыка Культа Цинь шутит, я здесь, чтобы искать знания.

— Искать знания? Так уж получилось, что мне посчастливилось овладеть навыками ножа, созданными и преподаваемыми Небесным Ножом. Хочешь изучить их?

Подняв брови, Паньгун Цо остановился взглядом на Цинь Му, отчего последний услышал, как за его ушам раздались стенающие вопли бесчисленных призраков!

Глава 273. Три Удара и Два Ножа

— Мощно! — невероятно удивившись, Цинь Му исполнил технику создания Небесного Дьявола чтобы запечатать свои души и духи.

Техники Дворца Золотой Орхидеи были чрезвычайно странными. Они использовали души для совершенствования независимо от того, принадлежали те демонам, монстрам, зверям или богам.

Взгляд Паньгун Цо не был обычным взглядом, так как в его глазах пряталось божественное искусство, нацеленное на души. Лишь взглянув, парень мог сильно повредить душу противника, который, если не был готов отразить атаку, сразу же умирал!

Техника создания Небесного Дьявола была как раз подходящей для того, чтобы блокировать удары, нацеленные на души. Естественно, если бы божественное искусство Паньгун Цо владело большей силой, она бы тоже оказалась неэффективной, а также, если бы его метод воздействовал не на души, а на физическое тело или сердце Дао, техника создания Небесного Дьявола не смогла бы ничего противопоставить.

— Навыки ножа Небесного Ножа? — приподнятые брови Паньгун Цо спокойно опустились, и он спросил. — Разве на Этаже Небесных Записей есть что-то подобное?

— На этаже Небесных Записей нет, но у меня есть, — улыбнувшись, Цинь Му поднял руки ввысь, хватаясь за рукоять ножа для убоя свиней.

Как только его ладонь прикоснулась к рукояти, страницы книг в зале Шести Направлений затрепетали, будто невидимый гигант сделал удар, поднявший неистовый ветер!

Кожа на лице Паньгун Цо сморщилась от яростного порыва встречного ветра, и несколько волосков бесшумно слетели с его головы.

Сердца Чэнь Ваньюня, Юэ Цинхун и остальных слегка вздрогнули, когда они подумали:

— Способности Владыки Культа Цинь Му довольно сильно улучшились. Его нож уже овладел волей ножа! Парень только недавно вернулся после новогодних праздников, когда он успел так поднатаскаться?

Они отправлялись подавлять восстание на южных границах вместе с Цинь Му, пройдя с ним сквозь огонь и воду. Все отлично запомнили величину его способностей, и хоть в то время его навыки ножа были чрезвычайно сильны, теперь они пребывали на совсем ином уровне.

Достижение воли ножа навыка ножа было огромным скачком, такого нельзя было сделать всего лишь за несколько дней тщательных тренировок!

Впрочем, они не знали, насколько тяжёлым путь домой оказался для Цинь Му. Можно сказать, что ему пришлось пробивать себе дорогу, отбиваясь от засад с десяти сторон. Его непрерывно окружали, за ним гнались, блокировали и перехватывали, вовлекая в кровавые битвы на протяжении нескольких дней перед тем, как он, после многих испытаний, наконец, добрался до деревни Цань Лао.

И даже попав домой и вернув стариков, спокойного празднования нового года юноша не застал. После праздников ему пришлось каждый день сражаться с жителями. Мясник, старый Ма, одноногий, слепой и остальные кормили его ударами и рассказывали о всевозможных искусствах. И не стоит забывать о старейшине деревни и его тренировках.

На этот раз, поездка домой оказалась огромным испытанием для Цинь Му, равносильным двум-трём годам усердных тренировок.

Кроме сильного скачка его навыком ножа, навыки меча, тела, глаз, рук, буддистские техники и сердце Дао стали намного сильнее!

Лицо Паньгун Цо скривилось, когда воля ножа Цинь Му надавила на место посреди его бровей. Казалось, будто, как только противник достанет своё оружие из ножен, его череп сразу же расколется!

Паньгун Цо собрался отреагировать, но внезапно монашка Хун Фа встала между ними, блокируя волю ножа Цинь Му.

— Это зал Шести Направлений, место для совершенствования и пробуждения своих божественных сокровищ. Здесь нельзя сражаться.

Взгляд женщины прошёлся по обеим юношам, и она безразлично продолжила:

— В Имперском Колледже действуют строгие правила. Если вы пришли в зал Шести Направлений совершенствоваться, то вы являетесь моими учениками и должны следовать моим правилам. Вы только что разбили свои Стены Шести Направлений и стали практиками божественных искусств. Ваши фундаменты ещё не стабилизировались, очень неразумно так себя вести.

Паньгун Цо улыбнулся:

— Монашка права. Владыка Культа Цинь, я испытаю твой Небесный Нож в другой раз, — сказав это, он пошёл в сторону выхода из зала.

Догнав его, Цинь Му тоже заулыбался:

— Почему в другой раз? Разве урок уже не закончился? Думаю, сейчас самое время. Как только мы выйдем из зала Шести Направлений, монашка не сможет за нами уследить.

На улице, великие шаманы Дворца Золотой Орхидеи подошли с двух сторон, окружая Паньгун Цо. Один из них вежливо проговорил:

— К чему эта спешка, Владыка культа? Если у Вас чешутся руки сразиться, мы, слуги Хана, с радостью Вас развлечём.

В зале Шести Направлений, Вэй Юн, Чэнь Ваньюнь и Цинь Юй нахмурились:

— Владыка Культа Цинь кажется очень агрессивным. Паньгун Цо — посланник из-за рубежа, приехавший в жажде знаний. Хоть он когда-то был нашим врагом, мы должны придерживаться культурных норм и не грубить.

Монах Юнь Цюэ кивнул:

— Он и вправду агрессивный. Владыка за что-то обиделся на него, не так ли?

Цинь Му взглянул на двух великих шаманов дворца и спокойно проговорил:

— Когда я был во Дворце Золотой Орхидеи, котёл отравы парализовал почти всех ваших великих шаманов, вынудив Шаманов Королей бежать в страхе. Вас двух тоже парализовало, я прав?

Выражения лиц двух мужчин помрачнели, но они не сказали ни слова.

— Или, может быть, я вас двух избил? — Цинь Му задумался, но не смог вспомнить сражения с этими двумя, поэтому покачал головой. — Не могу вас вспомнить. Наверно это из-за того, что я тогда убил слишком много ваших людей. Припоминаю, что по золотой дороге дворца один за другим катились трупы, окрашивая кровью вашу золотую брусчатку.

— Мои ножи прорубили себе путь от учеников с окрестностей к мастерам из внутреннего двора, добираясь вплоть к приспешникам Великого Шамана. Сколько шаманов и великих шаманов погибли? Сто? Даже если не сотня, то точно восемьдесят. Я стольких убил, что сердца всех ваших людей замерли, и никто не смел двинуться с места.

Лица двух великих шаманов становились всё мрачнее и мрачнее, а их ладони начали дрожать. Тело одного из них стало излучать лёгкое золотое сияние, а его голова приняла птичью форму. Мужчина прохрипел:

— Всё потому, что меня не было во дворце в то время! Я отправился набираться опыта. Будь я на месте, уложил бы десятерых таких как ты!

Позади них, ученики зала Шести Направлений как раз вышли наружу, сразу же впав в шок. Большинство из них недоумевали, услышав сказанное Цинь Му. Хоть они были его одноклассниками, никто не знал, что тот отправлялся во Дворец Золотой Орхидеи блокировать врата, и к тому же убил стольких тамошних экспертов!

— Я понял! — вдруг закричал Вэй Юн. — Я знаю кто победил Фоцзы и Даоцзы!

Цинь Юй, Чэнь Ваньюнь и остальные тоже были шокированы, крича:

— Ты имеешь в виду, что, когда Фоцзы и Даоцзы приходили блокировать врата, это Владыка Культа Цинь заставил их уйти?

Монах Юнь Цюэ проговорил:

— Не странно, совсем не странно! Я до сих по думал, что это за мастер, решивший одолеть Фоцзы и Даоцзы и скрыть свою личность. Так это был Владыка Культа Цинь!

Сы Юньсян нахмурила брови, слегка обидевшись и пробормотав про себя:

— Это ведь я одолела Фоцзы…

Чэнь Ваньюнь торжественно проговорил:

— Я слыхал, что Фоцзы умер от рук Владыки Циня.

Тихим голосом, Юэ Цинхун добавила:

— Совсем недавно, наследный принц сговорился убить Императора и взойти на трон. Поговаривают, что именно Владыка Культа Цинь повёл за собой сильных практиков Небесного Дьявольского Культа, чтобы прорубить дорогу к Храму Небес. Он лично отрубил голову наследному принцу!

Ученики обменивались услышанными слухами, и всё больше поражались подвигами паренька. На самом деле, их одноклассник Цинь проделал огромное количество шокирующих вещей!

Монашка Хун Фа обвела их злостным взглядом:

— Не говорите о таком! И вообще, держитесь подальше от Владыки Культа Циня, он всё-таки Владыка Небесного Дьявольского Культа. Особенно ты, Сы Юньсян. Если он затащит тебя в свой культ, тебе всю жизнь испортят!

Девушка беспомощно ответила:

— Хорошо, я разорву с ним все свои связи.

Монахиня громко прокричала:

— Владыка Культа Цинь, это Имперский Колледж, а не Ваш Небесный Дьявольский Культ. Здесь действуют правила и законы Империи Вечного Мира, проявите немного сдержанности!..

— А затем я разграбил сокровищницу Дворца Золотой Орхидеи, — Цинь Му неспеша шагал вперёд с безразличным выражением лица. Проигнорировав слова Хун Фа, он продолжал говорить. — Ваш дворец слишком долго собирал всякие безделушки. Я забрал оттуда всевозможные драгоценные материалы и предметы, духовные сокровища и странное оружие. Впрочем, я не взял ничего, что происходило из вашего дворца, а просто отбросил в сторону. Вор никогда не уходит с пустыми руками, но он также должен знать, что стоит забирать, а что — пустышка. Именно такой логикой я руководствуюсь.

Выражение лица Паньгун Цо оставалось равнодушным, однако два великих шамана Дворца Золотой Орхидеи уже с трудом держали себя в руках.

Внезапно шаман с головой птицы издал резкий визг, напомнивший иголки, колющие в человеческий мозг и душу. В этот миг на его спине со свистом развернулись золотые крылья. Те вздрогнули, отправляя во все сторону бесчисленные золотые перья, которые слились с потоками воздуха, превращаясь в лучи света, полетевшие прямо в Цинь Му.

Одновременно с этим, мужчина поднял свои ноги, принявшие форму невероятно острых золотых когтей. Способные разрезать камень, они понеслись в сторону лица противника!

— Превращения из Великих Шаманских Писаний Жуда очень интересны! Ты ученик Великого Шамана, и уже успешно овладел божественными искусствами, — проговорив это, Цинь Му оживился во взгляде, а из-за его спины вылетели два ножа для убоя свиней. Будто проливной ливень, зашумели звуки ударов, когда свет ножей понёсся вперёд, прорезая себе путь сквозь золотые мечи света!

Свет ножей достиг двенадцати метров в длину. Одна горизонтальная, и одна вертикальная вспышка техники Нет Худа без Добра отрубили один из когтей.

В следующий миг Цинь Му приблизился к противнику, держа нож обратным хватом.

Запретное Поднятие Ножа.

После взмаха ножа, грудь шамана распахнулась вплоть до живота.

Прежде чем труп успел упасть на землю, голова второго великого шамана задрожала, превращаясь в голову слона. Его кулаки напомнили небольшие горы, неистово ударяя вперёд.

Цинь Му отпустил ножи и оглянулся. Его жизненная Ци вырвалась наружу, разрывая на части повязку, сдерживающую волосы. Чёрные волосы юноши взмыли вертикально вверх под воздействием стремительного потока Ци.

Бум!

Кулаки противником столкнулись, отчего мышцы в теле парня начали пульсировать. Некоторые из них даже извивались и вращались под кожей, будто змеи. Жизненная Ци в его теле приняла форму извивающихся зелёных драконов, но так как он исполнил одновременно Монархическую Технику Девяти Драконов и Махаяну Сутру Жулая, она так же создала облик огромного сидящего будды. Драконы извивались вокруг лысого божества, и когда юноша произвёл следующий удар, раздался раскат грома.

Великий шаман напоминал золотого бога-слона, владеющего несравненной силой, способной разделить небо и землю одним лишь пинком или ударом кулака, так как способности его ног и рук были невероятно развиты.

Бум! Бум! Бум!

Кулаки противников столкнулись трижды, и Цинь Му опустил руки, развеивая свою шокирующую ауру. Все его пульсирующие мышцы успокоились. В свою очередь, слоноголовый шаман свирепо зарычал. Он отправил ещё один удар в сторону юноши, поднимая ветер своей безграничной силой.

Тем не менее, прежде чем его атака смогла достичь противника, внутри тела шамана раздался взрыв, и все его кости разломались на части. Мышцы мужчины расплавились, а жизненная Ци развеялась, отчего тот упал на землю, превратившись в кучку останков. Воздух вышел из его рта, больше не возвращаясь обратно.

Серия ударов Цинь Му владела силой, достигшей всех частей тела Великого Шамана, уничтожив его кости, мышцы и жизненную Ци!

Ученики из зала Шести Направлений были ошеломлены, уставившись на месте с застывшими взглядами. Даже монашка Хун Фу ощутила, как по её коже пробежались мурашки. Цинь Му повёл себя как неконтролируемый хулиган, убив двух посланников зарубежной страны всего лишь тремя ударами кулака и двумя взмахами ножа!

Игнорируя зрителей, улыбающийся юноша повернулся в сторону Паньгун Цо. Он не слишком напоминал неконтролируемого хулигана, убивающего людей без причины, когда сказал:

— Кто останется убирать трупы и смывать кровь? Маленький принц, мои способности неплохи, верно? Не хочешь сделать первый шаг?

Глава 274. Убийство двух посланников

— Убийство! Убийство! — дворецкий, крича, поспешно вбежал доложить Великому Ректору Гу Линуаню. — Какой ужас! Имперский Академик Цинь Му снова совершил убийство!

Ректор пил чай и, казалось, был абсолютно равнодушен, когда с улыбкой спросил:

— Это должно было меня как-то удивить? Он Владыка Небесного Дьявольского Культа, так что не стоить поднимать шумиху из-за такого пустяка. Было бы наоборот странно, если бы он никого не убивал. Ну?.. И кого он убил на сей раз?

— Он убил двух посланников Империи Варварских Ди!

Треск!

Чашка в руке Гу Линуаня разлетелась на куски, в то время как его цвет лица резко изменился.

— Посланников Империи Варварских Ди? Почему? Так дела не делаются, я угощал его едой, принял как положено, а он всё так же доставляет мне неприятности? — страдальчески взвыв, старик сразу же встал, думая выбежать из зала, но затем остановился, начав ходить туда-сюда и тихо бормотать. — Он Владыка Небесного Дьявольского Культа, глава священной земли номер один на дьявольском пути. Попросив у него объяснений, я просто выкопаю себе могилу. Все же будет лучше сообщить об этом инциденте Его Высочеству.

Канцлер Ба Шань стоял не далеко и наблюдал за Паньгун Цо и Цинь Му, и, прямо сейчас, когда он увидел происходящее, у него заболела голова от чувства нарастающей тяжести: «Младший брат, я только хотел, чтобы ты проверил Паньгун Цо, зачем было убивать посланников из Империи Варварских Ди?»

Посланники, под предводительством Паньгун Цо, были отправлены Ханом Империи Варварских Ди. Их было более десяти, Цинь Му убил в Имперском Колледже лишь двоих из них. Это инцидент определённо не закончится ничем хорошим. Хан Жуаньди Империи Варварских Ди считался героем прерий, талантливым человеком с уверенным видением будущего. Он аннексировал страны других Ханов и сформировал огромную империю в прерии, чтобы бороться против Империи Вечного Мира. Он даже изучил культуру Вечного Мира и позаимствовал у них пару хороший идей для развития Варварских Ди. Хан также реформировал внутренние дела страны и даже создал имперский двор, похожий на двор Империи Вечного Мира, не говоря уже о том, что он также строил повсюду школы.

Несмотря на всю ситуацию, Хан Жуаньди ещё не объединил всю прерию, поэтому он не мог бороться в полную силу против Империи Вечного Мира. Однако, когда он объединит все прерии, то определённо обрушит всю свою силу на врага.

Поскольку Империя Вечного Мира пережила две катастрофы, её власть сильно ослабла, поэтому основной мотив, по которому Хан отправил посланников, состоял в том, чтобы разузнать, насколько сильно та ослабла. Он был как орёл над прерией, готовый в любое время вторгнуться куда пожелает.

Цинь Му не особо переживал об убийстве двух посланников несмотря на то, что это действие вполне может спровоцировать войну между двумя империями! Поскольку последствия бедствий ещё не исчезли, а Империя Вечного Мира пребывала в всё ещё ослабленно состоянии, если бы Хан Жуаньди воспользовался этим шансом и отправил в атаку свою армию, империя, вероятно, оказалась бы в большой опасности!

Канцлер Ба Шань немного сожалел, что отправил Цинь Му проверить Паньгун Цо. Ему стало очевидно, что его младший брат, который пришёл из Великих Руин, был беззаконным и смелым. Убив посланников, он мог просто сбежать обратно на родину, оставив после себя ужасный беспорядок.

«Теперь, когда Наследный Принц Юйшу контролирует империю, надо посмотреть, как он разберётся с инцидентом», — Канцлер Ба Шань не мог не подумать о новоиспечённом наследном принце. С тех пор, как тот перенял сей почётный титул, у него получилось довольно гладко управлять империей. Он даже написал указ о своих преступлениях, чтобы просить прощения у небес в Храме Небес. Независимо от того, было ли это восстановление земель или продолжение оказания помощи в случае стихийных бедствий, он делал добрые дела и получил поддержку многих людей. Тем не менее, на этот раз ему придётся столкнуться с первой по-настоящему трудной задачей по надзору за Империей Вечного Мира.

Паньгун Цо перевёл взгляд на Цинь Му. Независимо от того, что сделал паренёк, он просто стоял и бесчувственно смотрел на него, когда равнодушно сказал:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, естественно, не может иметь плохих способностей. Может между нами есть какое-то недопонимание? Если Владыка культа не возражает, я могу устроить банкет на Этаже Благоухающего Нефрита, чтобы извиниться перед тобой. Что об этом думает Владыка Культа Цинь?

— Великолепно, — улыбаясь, проговорил Цинь Му. — Те двое слуг были действительно смелыми, они хотели пойти против меня. Ты, как их хозяин, должен провести банкет, дабы извиниться.

Паньгун Цо прищурился, развернувшись, чтобы уйти, в то время как Цинь Му с неприкрытой жаждой убийства уставился ему в спину. Тем не менее, Паньгун Цо шёл устойчиво и, казалось, ничего не замечал, не чувствуя себя хоть как-то некомфортно. Вот только, кажется, он шёл с ковылянием.

«Этот парень…» — глубоко вздохнул Цинь Му и почувствовал, что Паньгун Цо был на самом деле ужасающей проблемой. Он раз за разом бросал ему вызов, оскорбил прямо перед всеми и даже убил его слуг. Но тот всё также оставался безразличным…

Даже когда Цинь Му уставился на него с остервенелым намерением убить, Паньгун Цо был в состоянии уйти, лишь слегка прихрамывая. Он был действительно ужасающим человеком. Паренёк не мог рассказать другим, но даже если бы перед ним оказались настолько сильные практики, как Даоцзы или Фоцзы, они бы не смогли идти под его удушающим убийственным намерением.

Окажись они под прицелом жажды крови Цинь Му, при условии, что будут превосходить его на целую область совершенствования, то прямо сейчас бы либо ковыляли, либо медленно отступали задом наперёд, глядя на него. Что касается странного ковыляния, это такой способ перемещения тела, при котором легче всего избежать всевозможных атак.

Даоцзы и Фоцзы не смогли бы идти по прямой линии, постоянно двигаться вверх-вниз. Вот почему походка уходящего Паньгун Цо выглядела немного странно, выглядя так, будто он ковылял. На самом же деле он не показал ни единой слабости, тем самым, не дав Цинь Му даже шанса на атаку!

Самым ужасающим было то, что “юнец” ковылял не так уж сильно, а это означало, что его достижения и совершенствование были чрезвычайно высоки!

Канцлер Ба Шань быстро подошёл к Цинь Му, увидев, что тот всё ещё смотрит на спину Паньгун Цо, который ушёл некоторое время назад.

— Старший брат Ба Шань, ты подкинул мне очередную сложную проблему, — испустив слабый вздох, Цинь Му посмотрел на Ба Шань. — Паньгун Цо является одним из самых сильных существ среди тех, кого я встречал из того же поколения! Он даже сильнее, чем Даоцзы Линь Сюань! Если, конечно, он не тот старый монстр, который перевоплощался восемнадцать раз, этот человек должен иметь такое же как у меня Тело Тирана!

— Поэтому ты убил двух посланников?

— Ты не говорил, что мне нельзя убивать их. Более того, разве мы уже не убивали множество Великих Шаманов Дворца Золотой Орхидеи? На этот раз померло только два и то по делу.

— Как ты можешь это сравнивать? Когда я в прошлый привёл тебя и принцессу блокировать ворота, я представился, как Боевой Хан, который не связан с Империей Вечного Мира. На этот раз, поскольку они посланники, они представляют Империю Варварских Ди! Убийство двух посланников из Империи Варварских Ди означает, что ты плевать хотел на всю их империю. Как ты думаешь, они спустят тебе это с рук?

— Ты не говорил этого раньше… И я уже убил их, так что ничего не поделать, воскресить ведь не смогу, — честно отвечал Цинь Му.

— Теперь жди, когда наследный принц вызовет тебя… Он, скорее всего, уже услышал об произошедшем инциденте, и, наверное, сидит придумывает план действий. Ты Владыка Небесного Дьявольского Культа и чиновник, сослуживший достойную службу. Даже его положение наследного принца было получено из-за того твоего сражения, поэтому он вряд ли станет ругать или наказывать тебя… Однако! — его выражение лица стало серьёзным, и он добавил. — Если Паньгун Цо — тот самый старый монстр, тогда ты должен быть осторожен сегодня вечером. Если он знает твоё имя, то может наложить заклятие, чтобы убить тебя! После встречи с наследным принцем я приду в твою комнату сегодня вечером!

Цинь Му кивнул. Он должен быть во всеоружии против существа, от которого даже мясник должен был скрыть своё имя!

Как и ожидал Канцлер Ба Шань, Лин Юйшу встретился с Цинь Му после полудня. Вот только он не вызывал его к себе, а сам пришёл в Имперский Колледж.

— Ваше Высочество лично навестил меня, я почтён, — поприветствовал его Цинь Му.

Лин Юйшу взглянул на него и вздохнул:

— Я не вижу от тебя никаких признаков благоговения, напротив, ты выглядишь вполне сдержанно. Владыка Культа Цинь, этот инцидент действительно вызывает у меня головную боль. Я думал весь день, но до сих пор не могу придумать объяснение. Ты всегда тот, кто полон идей, научи меня, как быть красноречивым.

— Это очень просто. Ваше Высочество может написать письмо Хану Жуаньди и сказать, что два посланника Империи Варварских Ди не слушали цивилизованных учений и их дикую природу было трудно укротить. Они даже осмелились пойти против людей в высшей священной земле, такой как Имперский Колледж, пытались нанести вред Вельможе Дворца. Этим Вельможей Дворца был Владыка Культа Цинь, священной земли номер один дьявольского пути в Империи Вечного Мира. Владыка Культа Цинь был разгневан и убил тех двух посланников. Ваше Высочество также может сказать, что вспыльчивый нрав Владыки Культа Циня трудно подавить, поэтому Хан Жуаньди должен принести подарки в качестве извинений, иначе будут немыслимые последствия!

Лин Юйшу был ошарашен. Через мгновение он испустил дрожащий вздох:

— Хорошо, я напишу всё точь-в-точь, как ты сказал. Если Хан Жуаньди разозлится и нападёт на нас своей армией, ты отправишься со мной на линию фронта, оказавшись в самой гуще сражений.

Лицо Цинь Му помрачнело.

Лин Юйшу улыбнулся:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа даже знает, что такое страх? Ладно, давай не будем говорить об этом. Владыка, я чувствую, что тебе нет смысла всё время оставаться в нашем Имперском Колледже. В нём сейчас обитает около пятисот иностранных посланников, если ты разозлишься и убьёшь ещё нескольких из них, как я смогу контролировать империю? Я буду загружен по самое не хочу, просто пытаясь разгрести за тобой бардак. Целыми днями писать письма императорам других стран не самое интересное занятие.

— Я не так уж и часто убиваю. Разве это серьёзная проблема? — обиженно спросил юноша.

— Ты практик божественных искусств, твои способности высоки. Отец назначил тебя Вельможей Дворца и дал тебе почётное звание без реальной власти. Как насчет того, что бы я дал тебе реальную позицию? Отец и Имперский Наставник уже проснулись, через несколько дней мне не придётся заниматься политикой, мне определённо нужно высылать помощь при бедствии. Ты можешь пойти со мной. Отправляясь в это путешествие, мне нужно будет взять некоторых чиновников из Министерства Труда и некоторых учеников из Имперского Колледжа.

Принц действительно не мог оставить Цинь Му здесь, так как считал, что тот снова создаст проблемы из ничего.

Цинь Му задумался на мгновение и понял, что ему действительно нечего делать, если он останется в Имперском Колледже. Ему нельзя сражаться или убивать… было слишком много ограничений, так почему бы не последовать за новоиспечённым наследным принцем на прогулку.

Они шли бок о бок, когда Лин Юйшу внезапно спросил:

— Я слышал, что моя сестра спала у тебя прошлой ночью?

Цинь Му задрожал и с серьёзным выражением лица сказал:

— Ваше Высочество, ничего подобного. Не слушайте чужих клеветников и не портите чистую репутацию принцессы и мою!

Лин Юйшу посмотрел на него и увидел его искренность. Наследный принц вздохнул с облегчением:

— Я верю тебе. Хорошо, думаю, написав письмо Хану Жуаньди, я улажу этот инцидент с убийством посланников. Будь готов, мы покидаем столицу через несколько дней.

Цинь Му проводил его, как вдруг подошёл Канцлер Ба Шань, скрытно говоря:

— Я подслушал, как наследный принц сказал, что шестая принцесса Лин Юйсю ночевала у тебя прошлой ночью? Если подумать, я действительно видел её и двух служанок, несущих фонари с горы сегодня утром, мм?

Голова Цинь Му начала болеть, тем не менее, он твёрдо сказал:

— Ничего подобного! Старший брат, это из-за твоего большого рта дедушка мясник всегда бежит, когда видит тебя, не смея даже поздороваться с тобой. Ты должен проявлять сдержанность и не верить всему, что слышишь!

Канцлер Ба Шань пробормотал:

— Мне просто было любопытно, не волнуйся, я самый молчаливый. Я не такой, как Герцог Вэй, бедняга, который горлопанит везде не затыкаясь… Если Паньгун Цо — старый монстр, ты будешь в опасности сегодня вечером. Давай сегодня разделим комнату, чтобы присматривать друг за другом. Притворимся, как будто крепко спим.

****

В ту ночь храп Канцлера Ба Шаня был похож на гром, когда он спал на лежавшем на земле коврике. Кровать Цинь Му дрожала от этих звуков, и его тело онемело от толчков, так что он не мог заснуть.

Долгое время, до часа или двух после полуночи, ничего странного не происходило. Внезапно подул холодный ветер и распахнул две оконные решётки.

Глава 275. Ушёл с Миром

Цинь Му немедленно поднялся и выгляну наружу. Канцлер Ба Шань продолжал оглушительно храпеть и не проснулся даже когда ветер распахнул оконные створки.

Снаружи раздавались странные молитвы, голос, проговаривающий их, был неразборчивым. Парень не мог сказать, был он низким или высоким, быстрым или медленным. Несмотря на это, он немедленно использовал технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать свои души и духи, после чего пробудил свою жизненную Ци. Меч Младший Защитник, висящий над спинкой его кровати, вылетел из ножен, и серебристый свет меча озарил комнату.

За окном туда-сюда носились белые силуэты, и Младший Защитник загудел и задрожал. Лучи света меча сверкнули в воздухе, отчего на землю за окном покатились человеческие головы.

Нанесение вреда шаманскими заклятиями казалось довольно странным методом, однако, они были просто техниками, нацеленными на души и физическое тело.

Хотя Цинь Му был ещё молод, он отлично понимал природу таких странных техник. Заклятия, нацеленные на физическое тело, требовали использования секретных методов, чтобы проникнуть в дом и убить человека.

Между тем существовали намного более непонятные искусства, нацеленные на души, к примеру, шаманский яд. Он использовался для отравления души противника и не обладал ни запахом, ни цветом, и не оставлял следов, отчего защититься против такого было сложно.

Ещё один пример — поклонение соломенной кукле. Мастер создавал куклу, на которой записывал дату рождения жертвы и восемь знаков зодиака, после чего поклонялся ей на протяжении десяти суток, каждый день выгоняя душу или дух из тела противника. Семь духов исчезали первыми, три души шли следом.

Также существовала техника Омерзительной Победы, которая ранила душу, чтобы нанести вред телу. Используя иголки или острые лезвия, шаман мог установить связи между душой и физическим телом противника, после чего наносил вред плоти врага через его душу. К примеру, пронзая “конечности” души, конечности тела также прокалывались. Если уколоть душу между бровей, враг сходил с ума, и так далее.

Умение убивать людей зная лишь их имя было тяжело представить, но оно не должно сильно отличатся от этих техник.

Цинь Му запечатал свои души и духи и повесил меч над кроватью именно для того, чтобы защититься от подобных вещей.

Внезапно раздался громкий смех, и юноша в спешке выглянул, обнаружив, что по стене дома в окно влезают крохотные человечки. Они размахивали ножами, топорами, военными вилами и, держа строй, ехали верхом на маленьких лошадках, отчего напоминали миниатюрную армию из нескольких сотен солдат.

Крохотная армия роилась, продвигаясь вперёд, и забралась на грудь Канцлера Ба Шаня, однако тот совсем никак не отреагировал, продолжая громко храпеть.

Крохотный мужчина в свинцовых доспехах размахивал длинным копьем, разъезжая на своей кобыле по носу старика. Тыкнув оружием в сторону парня, глаза солдата наполнились невообразимой храбростью. Издав неразборчивый крик, он повёл остальных крох в его сторону, будто приливную волну!

Маленькие человечки были невероятно возбуждены, яростно размахивая своим оружием и громко крича. Впрочем, хоть их было несколько сотен, Цинь Му чувствовал, будто сможет стереть армию с лица земли два раза топнув ногой.

Он не знал, смеяться ему или плакать… Это и было той причиной, по которой мясник боялся называть своё настоящее имя?

Юноша достал свой меч, но как только свет меча должен был смести крохотных врагов, он услышал, как кто-то называет его имя.

Голос влетел в дом вместе с холодным ветерком, он был растянутым, будто тот, кому он принадлежал, находился очень далеко. Цинь Му ничего не ответил, но голос слышался всё ближе и ближе.

Когда кто-то произносит ваше имя, даже если промолчать, сердце неконтролируемо отреагирует. Этот голос использовал именно эту реакцию, чтобы определить его местонахождение!

Поэтому, как только меч Цинь Му собрался уничтожить армию крохотных человечков, юноша ощутил холод, пробирающийся ему меж бровей. Его рука вот-вот должна была схватит меч, вот только душа замёрзла.

Как только это случилось, его тело замёрзло следом, отчего свет меча, естественно, погас.

Крохотные человечки вокруг начали радостно танцевать, после чего забрались на тело парня, проникая внутрь через нос, уши и рот.

В следующий миг Цинь Му увидел, как они в спешке его куда-то тащат. Но то, что они тащили не было физическим телом. Крохотная армия пробралась внутрь него, чтобы украсть его душу!

Маленькие человечки вбежали внутрь его тела и крепко связали душу, после чего подняли её над своими головами. Юноша не понимал о чём те говорили, визжа друг другу и убегая с его душой.

Цинь Му почувствовал, что потерял способность двигаться, будучи способным лишь наблюдать, как картинка перед его глазами постоянно меняется, после чего полностью почернела. Свет вокруг иссяк, на его место пришла абсолютная тьма.

Время от времени он замечал, как под его телом вспыхивают лучики света, отчего предположил, что находится на жертвенном алтаре.

Крохотные человечки положили его и подняли головы, всматриваясь ввысь. Их лидер провизжал в темноту, отчего жертвенный алтарь медленно подлетел в воздух. Осмотревшись, Цинь Му наконец смог увидеть огромные лица, напоминающие театральные куклы, блокирующие его с четырёх сторон. Их размеры впечатляли, а выражение было не то улыбкой, не то криком.

После этого жертвенный алтарь задрожал и ещё раз поднялся ввысь. Огромная ладонь оторвала его от земли вместе с четырьмя куклами, и Цинь Му немедленно увидел ослепляющий огонь во тьме. Это был огромный глаз, намного больше лиц деревянных кукол… Затем всё больше и больше глаз начали освещать темноту, витая в небе и выглядя невероятно странно.

«Заклятие Омерзительной Победы?» — когда Цинь Му увидел такое зрелище, его сердце слегка вздрогнуло. Паньгун Цо, должно быть, использовал заклятие Омерзительной Победы, чтобы схватить его запечатанные души с помощью человечков и доставить их на жертвенный алтарь внутри его тела!

Подобный метод был очень странным. Голос нашёл путь к Цинь Му даже несмотря на то, что тот не отвечал. Затем голос превратился в алтарь прямо внутри него… И хотя его души и духи были запечатаны, этого оказалось недостаточно!

Тем не менее, души и духи Цинь Му до сих пор находились в пределах тела, поэтому у него должен быть шанс вернуться в себя.

«Независимо от того, какое шаманское заклятие ты используешь, тебе нужно полагаться на магическую силу. В моём теле ничья магическая сила не превзойдёт мою собственную, так что можешь даже не думать о том, чтобы меня убить!»

Перевернувшись, Цинь Му прокричал:

— Меч, сюда!

Внезапно сквозь тьму прорвалась пилюля меча, прилетев к парню. Это была именно та пилюля, которую ему дал немой, когда он проведал стариков на новый год. Использовав её в прежний раз в попытке извлечь божественное искусство бога из тела Имперского Наставника, он немного повредил артефакт, из-за чего тот уменьшился в размерах.

Из пилюли вырвались огни меча, пронзая крохотных человечков вокруг, повергая их в сокрушительное поражение.

Груди и животы малышей рассекались, но те не умерли. Их оторванные конечности начали хаотично ползать, пытаясь соединиться обратно с телами, чтобы атаковать Цинь Му в ответ. В то же время лица деревянных кукол вокруг алтаря странно улыбнулись, и те подняли руки, ударяя в его сторону в центре алтаря, отчего во всех направлениях разлетелись искры.

Цинь Му использовал пилюлю меча, отбиваясь от странных кукол, но обнаружил, что последние владели невероятной силой. Он был почти не в силах выдерживать их удары.

Некоторые из крохотных человечков были раздавлены ударами кукол, становясь тонкими, как лист бумаги. Однако, в следующее мгновение они разбухали обратно, будто накачавшись воздухом, и продолжали размахивать мечами перед лицом Цинь Му.

В этот миг странные глаза во тьме яростно засияли, отправляя струи пламени во всех направлениях.

Парень стиснул зубы, с трудом выдерживая атаки, его душа была на грани уничтожения. Крохотные человечки, деревянные куклы и странные глаза, казалось, могли воскресать, бесконечно возвращаясь в атаку. Их можно было убивать сколько угодно раз, и они снова и снова возвращались, не зная усталости.

Почти падая в отчаяние от истощения, Цинь Му взбесился:

— Старший брат Ба Шань до сих пор спит?

В этот миг в воздухе раздалось кудахтанье петухов, за которым последовал едва слышный звон гонга ночного дозорного, сигнализирующий о наступлении пятого ночного периода:

Затем неподалёку послышался зевок Канцлера Ба Шаня:

— Я ждал всю ночь, а Паньгун Цо так и не решился прийти, как жаль… Этот подлец очень осторожный. Вместо того, чтобы лично разобраться с младшим братом Цинем, он послал другого шамана.

Юноша был слегка ошеломлён: «Старший брат знал, что я в ловушке?»

— Жаль, на приманку клюнул всего лишь шаман области Семи Звёзд.

Цинь Му прислушался к происходящему в комнате, и вскоре услышал, как старик достал из ножен нож тирана.

— Золотой нож, украшенный белым нефритом, сверкает лучами в ночь за окном. Мужчина пятидесяти лет, ничего не успевший, тащит свой нож через восемь пустынь!

Вместе с песней тьму расколол ослепительный свет с небес, безжалостно приземляясь на жертвенный алтарь. Небо и земля немедленно заскрипели, после чего начали трещать и рушиться!

Нож, казалось, сделал в мире два разреза, которые начали постепенно расширяться по бокам. Это были медленно открывающиеся глаза Цинь Му. Странным было то, что по ощущениям юноши, его веки не поднимались, а открывались вправо и влево.

— Я только что снял с тебя заклятие Отвратительной Победы Дворца Золотой Орхидеи. Этот вид заклятия наполовину поворачивает твои глазные яблоки, поэтому ты смотришь в стороны.

Юноше показалось, что Канцлер Ба Шань стоял на стене:

— Напряги мышцы, чтобы аккуратно вернуть глаза на место.

Цинь Му сделал как тот сказал, и, спустя некоторое время, его зрение вернулось к норме. Парень немедленно проговорил:

— Старший брат, я попал в ловушку!

Старик кивнул и показал вперёд:

— Вот, что тебя поймало.

Опустив голову, Цинь Му впал в оцепенение. Жертвенный алтарь, как оказалось, был всего лишь серебряной тарелкой, вокруг которой лежали четыре деревянных куклы размером с ладонь. Крохотные человечки, стащившие его душу, были соевыми бобами, а их лошади — ростками фасоли.

Между тем, глаза, витавшие в воздухе, принадлежали огромным паукам, а не существовали сами по себе. Под тарелкой лежал труп горностая.

Паук и зверёк умерли неестественной смертью, их убили ударом ножа.

— Я думал, что ход сделает Паньгун Цо, а не какой-то шаман области Семи Звёзд, — покачал головой Канцлер Ба Шань. — Ручаюсь что он отправил своего приспешника потому, что боялся, что я окажусь неподалёку. Он и вправду очень осторожен.

Цинь Му выглянул в окно и увидел, что головы, которые он отрубил ранее, принадлежали соломенным чучелам, одетым в белые одеяла, после чего он спросил:

— Старший брат, а что случилось с великим шаманом области Семи Звёзд?

— Он мёртв, — ответил старик. — Он использовал технику Омерзительной Победы, чтобы навредить тебе во сне, но я его прервал. Мой нож проник в его сон через его же заклятие и зарубил, пока бедолага спал. Другими словами, он ушёл с миром.

Не слишком поверив, Цинь Му спросил:

— Навыки ножа можно развить до подобного уровня?

Старик улыбнулся:

— Навыки учителя Небесного Ножа можно считать легендарными. Он в силах проделать дыру в пустоте, я слаб по сравнению с ним.

Когда наступило утро, все люди Имперского Колледжа уже обсуждали очередную смерть посланника Империи Варварских Ди. Поговаривали, что тот внезапно умер на пятом периоде ночи, а изо всех отверстий его тела текла кровь. Бедолага встретил жалкую смерть, и даже трижды прокричал, прежде чем замолчал навеки.

Цинь Му мысленно осуждал:

— Разве старший брат не твердил, что тот ушёл с миром?

Во время обеда к юноше подошёл шаман, поклонившись:

— Принц приглашает Владыку Культа Циня на банкет.

Глава 276. Уверен в победе на сто процентов

— Паньгун Цо приказал Великому Шаману наложить заклятие, забрать мою жизнь вчера, а сегодня ему хватило наглости пригласить меня на банкет? — Цинь Му был слегка ошеломлён. — Он думает, что Дворец Золотой Орхидеи может оказать давление на Небесный Дьявольский Культ или у него другие планы?

Канцлер Ба Шань подошёл и спросил:

— Мне пойти с тобой?

— В этом нет необходимости. Если бы Паньгун Цо хотел убить меня у всех на виду, он бы не использовал шаманские заклятия, чтобы убить меня вчера. Я встречусь с ним наедине.

Этаж Благоухающего Нефрита был крупнейшим рестораном во всей столице, использующий планировку садов. Помимо зала и внутреннего двора, также там были сады камней, текучие воды, фонтаны и даже красивые танцующие и поющие женщины. Каждый двор был отделён от других и выглядел очень элегантным и спокойным. Люди, приезжающие сюда поесть и выпить, были здесь не из-за еды, которую готовили в этом заведении, а для того, чтобы хорошо отдохнуть и насладиться окружающей красотой.

До катастрофы бизнес здесь процветал, даже высокопоставленные чиновники и знатные люди должны были бронировать места заранее. Но после того, как разразилось стихийное бедствие, император лично посылал помощь, высшие чиновники и благородные люди в столице также жертвовали часть своих сбережений, поэтому бизнес здесь немного затих.

Тем не менее, все ожидали, что после того, как последствия стихийного бедствия исчезнут, бизнес этого ресторана определённо будет процветать снова. В Зелёном Бамбуковом Саду Паньгун Цо поприветствовал Цинь Му, сказав:

— Владыка Культа Цинь, мои слуги оскорбили тебя, теперь, когда они мертвы, давай закопаем топор войны их смертью. Пусть Владыка Культа будет достаточно великодушен и простит нас.

Юноша вошёл в Зелёный Бамбуковый Сад и огляделся:

— Принц очень вежлив.

Этот двор назывался Зелёный Бамбуковый Садом, входом в него служила дверь в форме полной луны, по обе стороны от которой рост тонкий, подобно незаметной тени, бамбук, обволакивающий дверь с обеих сторон. Услышав журчание воды, Цинь Му повернулся и увидел чистую воду, стекающую с альпинария, плотно украшенного камнями странной формы. Несмотря на то, что ручей не был большим, падая на скалы, он казался стремительным водопадом.

Вода из водопада собиралась в нефритовой вазе, покоящейся в руке статуи бодхисатвы. Сама же ваза была наклонена, в итоге позволяя воде втекать в южный пруд. Цинь Му посмотрел в сторону южного пруда и увидел несколько песчаных насыпей. Они выглядели как разбросанные, подобно звёздам в небе, острова. Одним словом — захватывающе.

Бодхисатва Сострадания Южного Моря что-то писала на пруду, слова были обширны и глубоки, как море. Бодхисатва была вылеплена с альпинарием. Что же до воды, та непрерывно текла, с помощью кое-каких заклятий. Несмотря на то, что пруд не был большим, всё было проработано до мельчайших деталей. Глядя на него вблизи, возникало ощущение, как будто стоишь в небе и смотришь на море свысока.

— Владыка Культа Цинь, прошу, — Паньгун Цо поднял руку и пригласил паренька пройти по коридору. Они пришли в отдельную комнату, рядом с прудом. Окна были уже открыты, поэтому, сидя возле окна, он мог видеть пейзаж сада. Слева и справа от двери без каких-либо эмоций стояли два великих шамана в жёлтом.

Паньгун Цо махнул рукой и сказал:

— Вы оба можете быть свободы, скажите им там, пускай несут кушанья и вино.

Два шамана Дворца Золотой Орхидеи вышли из комнаты, через мгновение официантка принесла блюда и вино. Ещё несколько девиц с манящими фигурами пришли во двор в нарядах разных племён. Они играли на дующем роге, янцине, а также дамару.

— Тебя попытались убить вчера вечером не с моей подачи, — смотря прямо в глаза Цинь Му, говорил Паньгун Цо. — Я не пользуюсь услугами убийц. Я знал этого шамана и знал, что он придёт к тебе. Он хотел отомстить за убийства учеников из Дворца Золотой Орхидеи, поэтому он и пытался наложить заклятие на тебя.

Цинь Му удивился, когда услышал, что тот говорит об этом. Первоначально он ожидал, что Паньгун Цо избежит этой темы, поэтому он был удивлён, когда тот решил прояснить ситуацию сразу после того, как они сели.

— Я понял, — улыбнулся юноша. — К счастью, я в порядке, а он уже мёртв. Я думаю, ты никоим образом не причастен к этому случаю.

Паньгун Цо покачал головой:

— Ты не знаешь всей правды. Я знал, что он собирается убить тебя, но я не остановил его. Хочет ли Владыка Культа Цинь знать причину?

Цинь Му был слегка удивлён и скромно сказал:

— Маленький принц действительно умеет удивлять, я хотел бы услышать причину.

Паньгун Цо налил ему вина и сказал:

— Я знал, что ты оставишь Канцлера Ба Шань в своей комнате, дабы защититься от смертоносных заклятий с моей стороны. Шаман не мог убить тебя, а лишь задержать.

Юноша внимательно слушал и поднял чашу с вином. Двое посмотрели на друг друга и выпили вино.

Паньгун Цо продолжил:

— Мы с тобой сломали стену одновременно и вошли в область Шести Направлений. Я не согласился на твой вызов в то время, потому что я видел, что твоя боевая мощь действительно была экстраординарной, я не был на сто процентов уверен, что смогу победить в той битве. Однако, всё изменилось после этого дня. Один день, мне просто нужен был один день, чтобы всё понять. Победа или поражение в битве между экспертами могут быть решены в один день. Ты должен был встретиться с наследным принцем во второй половине дня, так что у тебя не было времени для укрепления своей области Шести Направлений, дабы обнаружить чудо области Шести Направлений. Ночью ты должен был защититься от шаманских заклятий, целью которых было вновь застопорить тебя, и результат на лицо, у тебя так и не появилось времени исследовать область Шести Направлений. С другой стороны, у меня был целый день, чтобы укрепить свои Шесть Направлений и улучшить совершенствование. Достаточно одного дня, чтобы свести шансы на победу к нулю.

Цинь Му удивился пуще прежнего и всмотрелся в лицо Паньгун Цо, видя, что вокруг него всё ещё витала аура юношеской незрелости, но его взгляд был глубоким, явно не под стать возрасту. Поэтому он тут же воскликнул в восхищении:

— Маленький принц прерий действительно необыкновенный, неудивительно, что даже Небесный Нож боится тебя. Тебе ведь всего четырнадцать лет, верно?

Паньгун Цо снова налил ему вина и сказал:

— Тринадцать. Люди прерий храбрецы ветра и солнца, поэтому наши тела более прочные и мы выглядим из-за этого старше. Мне ещё тринадцать лет. Если Владыка Культа спрашивает о возрасте моей души, то мне уже одиннадцать тысяч лет.

— Маленький принц всё больше и больше удивляет меня, я не ожидал, что ты скажешь это так легко, — улыбнулся юноша.

— Мне нет нужды скрывать это, — сказал Паньгун Цо. — Владыка Культа Цинь также неописуемо восхитителен. Ты ученик Небесного Ножа, верно? Иметь такое совершенствование в таком молодом возрасте, это заставляет меня бесконечно восхищаться тобой. Если бы это было в тот день, когда мы ворвались в область Шести Направлений, я был бы только на восемьдесят процентов уверен, что одержу победу в нашем сражении.

— М? — улыбаясь, Цинь Му не сказал ни слова, пока возился со своей чашкой вина.

— Считая эту жизнь, я уже прожил девятнадцать жизней. За своё долгое существование я повстречал бесчисленное количество героев, которым не было равных, а также, я видел множество жизней и смертей, печалей и счастья. Иногда мне кажется, что я риф, стоящий вертикально с течением времени, в то время как многие несравненные таланты текут, как стремительные волны, даже выдающиеся императоры различных эпох — это просто проходящие волны, на которые я не обращал внимания. Даже Небесный Нож, который поднял свои ножи на небеса, был просто проходящим мимо путешественником. Я помню, что в моей шестой жизни, я чувствовал, что мой путь, навыки и божественные искусства больше не могут идти дальше, поэтому я пошёл в горы, чтобы стать членом секты Дао, изучить технику Высшей Донебесной Тайны и Меч Дао. В то время Мастер Дао секты Дао возлагал на меня большие надежды и позволил мне стать Даоцзы. Он даже ожидал, что я стану Мастером Дао и возглавлю секту.

Цинь Му подумал: «Этот старый монстр однажды вошёл в секту Дао и даже стал Даоцзы? Искусство секты Дао: техника Высшей Донебесной Тайны и Четырнадцать Писаний Меча Дао были выучены им?»

— Меч Дао было очень трудно понять. В той жизни я продвинулся до тринадцатого меча, но я никогда не мог понять четырнадцатый меч от начала до конца, — печально вздохнул Паньгун Цо. — Меч Дао был просто слишком трудным, так что даже если бы у меня была сила техники Высшей Донебесной Тайны, было бы слишком трудно постичь его полностью. Это требовало невероятного понимания алгебры. В итоге умерев от старости, я так и не смог овладеть четырнадцатым мечом. Начав свою седьмую жизнь, я снова вошёл в секту Дао, но мне так и не удалось освоить четырнадцатый меч. Мне удалось изучить только половину движения этого меча. Когда дело дошло до восьмой жизни, я отправился в Монастырь Великого Громового Удара.

Сердце Цинь Му неистово билось, и он серьёзно посмотрел в глаза другого:

— Ты чувствовал, что больше не сможешь осилить Меч Дао и пошёл в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы узнать Махаяну Сутра Жулая?

— Нет, — громко сказал Паньгун Цо. — Я пошёл туда, чтобы постичь буддизм. Дхарма Монастыря Великого Громового Удара имеет чрезвычайно высокое понимание своей природы, Махаяна Сутра Жулая собрала буддистов махаяны, которые изучали свою природу, поэтому мне, естественно, пришлось так же её изучить. Я начал с малого, читал все буддийские писания Монастыря Великого Громового Удара, постигал их все, прежде чем изучать Махаяну Сутру Жулая.

— Жулай того поколения тоже возлагал на тебя большие надежды, я прав? — спросил Цинь Му.

— Он сказал, что в ту эпоху моё понимание было лучшим в мире и мои достижения в буддизме даже превзошли его. Говорили, что у меня свободная от всего риторика. Я постиг все двадцать небес Махаяны Сутры Жулая, но в конце концов всё равно оставил Монастырь Великого Громового Удара. Буддизм Монастыря Великого Громового Удара не мог позволить мне прорваться через последнюю область. В следующей жизни я перевоплотился в женщину и отправился во Дворец Воцарившейся Страсти. Прошла ещё одна жизнь, я отправился в Маленькую Нефритовую Столицу. Я остался там на несколько жизней, только тогда мне удалось закончить изучать все пиковые искусства. Это действительно священная земля, которая выше трёх больших священных обителей.

Паньгун Цо печально вздохнул и, казалось, вспоминал дни в Маленькой Нефритовой Столице. Сделав на мгновение паузу, он продолжил:

— Затем я отправился в Небесный Святой Культ.

Цинь Му было не по себе, но всё же он спросил:

— Небесный Святой Культ? Ты изучал Великие Небесные Дьявольские Рукописи? Что ты узнал?

Паньгун Цо улыбнулся и сказал:

— Великие Небесные Дьявольские Рукописи очень сильны, но немного уступают Махаяне Сутра Жулая и Мечу Дао. Когда я планировал уйти, я услышал о технике Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей, которые могли передаваться только от Владыки к Владыке. Я очень хотел его получить, поэтому остался в Небесном Святом Культе. Жаль, что Владыка Небесного Дьявольского Культа того поколения был очень силён, как и его ученик. Тот ученик был признан святым, который появляется раз в пятьсот лет. Я проиграл ему и упустил возможность стать Владыкой, — Цинь Му вздохнул с облегчением, а Паньгун Цо продолжил. — Вот почему я предал Небесный Дьявольский Культ. Я привёл экспертов секты Дао и собрал праведных практиков праведного пути, чтобы атаковать Небесный Святой Культ и убить этого святого, который появляется раз в пять сотен лет.

Вино в чашке Цинь Му задрожало, и одна капля упала на стол.

— Тот святой был действительно редок, он сражался с Мастером Дао до смерти, сумев сильно ранить меня после того, как я напал на него. Тем не менее, он был избит нами до смерти, — задумчиво, неторопливо рассказывал Паньгун Цо. — Перед смертью он передал должность Владыки Культа и технику Единства Небесному Королю Цину того поколения. Несмотря на свои тяжёлые ранения, как я мог позволить всему пропасть впустую? Поэтому подумал, что, ринувшись в атаку со всем, что у меня осталось, смогу одолеть Небесный Святой Культ. Поэтому я продолжал вести всех вперёд, но Владыка Культа Цин передал технику Единства святейшей, прежде чем пойти со всеми последователями на смертельный бой со мной. У меня не было иного выбора, кроме как отступить в прерии с многочисленными травмами, — печально вздохнул он. — После этого я услышал, что Владыка Культа Цин умер в Пруду Чистой Ряби. Святейшая преуспела как Владыка и убила так много практиков секты Дао и праведных путей, что те стали бояться её. В конце концов, она исчерпала свои силы и умерла после того, как передала свой пост. Как Небесный Святой Культ называет этих трёх Владык?

Цинь Му сказал с апатичным лицом:

— Три короля.

— Три Короля? — подумав об этом, Паньгун Цо похвалил их. — Они действительно достойны называться тремя королями. Теперь ты хочешь знать, как я отношусь к Небесному Святому Культу, верно? Ты также хочешь знать, откуда взялась моя восьмидесятипроцентная уверенность, да? Но это уже не имеет смысла, теперь я уверен в победе на сто процентов. У тебя даже нет десяти процентов на победу.

Цинь Му встал и потянулся:

— Пойдём, у меня уже чешутся руки.

Они оба шли бок о бок, когда Паньгун Цо повернулся проинструктировать двух великих шаманов:

— Не убирайте еду, просто поддерживает в разогретом состоянии, я скоро вернусь.

Глава 277. Темп

Цинь Му и Паньгун Цо бок о бок покинули Этаж Благоухающего Нефрита, следуя вниз по улице в сторону городских ворот.

Ранней весной столица всё ещё была немного прохладной, и даже в полдень солнце не поднималось слишком высоко. Оно находилось в южной части неба и его яркость как минимум не ослепляла глаз.

В эту пору по городским улицам туда-сюда оживлённо сновали люди. Многие молодые мастера и юные леди из богатых семей ходили компаниями, как правило одевшись в пальто из соболиного меха. Такой вид верхней одежды служил для того, чтобы создавать контраст, подчёркивающий белизну их кожи.

Обычно, перед приходом холодов, богатые семьи “грузились” на летающие корабли и отправлялись на юг перезимовать. Однако, в этому году всё было по-другому. Из-за природной катастрофы на юге сейчас было так же холодно, или даже холоднее, чем на севере, поэтому большинство людей решили остаться в городе. В конце концов по всей территории страны бушевали всевозможные природные катастрофы, так что лучше всего было оставаться в безопасных границах города.

Цинь Му и Паньгун Цо шли очень медленно, так как оба собирались с мыслями. Паньгун Цо был без сомнений способным мастером, реинкарнировавшим девятнадцать раз и прожившим двадцать жизней. Вскоре он подготовил свою эссенцию, Ци и дух, в то время как Цинь Му ещё был поглощён процессом.

Желание убить стало медленно вырываться наружу из “молодого” варвара, целясь в противника, и тот понемногу начал ускорять свои шаги.

Это желание было направлено на то, чтобы вынудить Цинь Му каким-то образом отреагировать, попытаться сменить манеру ходьбы, чтобы не дать проявиться своим слабостям.

В Имперском Колледже Цинь Му делал так же, вынуждая противника ковылять, скрывая свои недостатки, чтобы не позволить ему ими воспользоваться.

Теперь наступила очередь Паньгун Цо использовать всю мощь своей ауры, чтобы надавить на Цинь Му, отчего последнему пришлось ускорить свой темп, действовать в соответствии с аурой противника. Пока у него не будет других вариантов, кроме как следовать этому темпу, он продолжит позволять противнику доминировать, тратя свои силы на защиту. Чтобы не показывать своих недостатков, ему придётся постоянно менять свою траекторию и ауру. Чем дольше они будут идти, тем больше изменений нужно будет сделать.

В конце концов знания Паньгун Цо превысят знания Цинь Му, и он больше не сможет совладать с давлением!

Как только они выйдут за пределы города, убийство Цинь Му станет вопросом одного или двух движений!

«Старый лис!» — выражение Цинь Му оставалось неизменным. Его противник был ужасным существом!

Паньгун Цо был страшным человеком. Независимо от того, был ли он сильнее противника, он немедленно пытался одержать верх, усиливая своё преимущество настолько, насколько это было возможно!

После десяти тысяч прожитых лет, его почти не волновали такие события. Каждое слово и каждое действие базировалось на опыте, который он приобрёл за свою жизнь, этот опыт был будто руны и логика, глубоко вплетённые в его поведение.

Имперский Наставник и слепой всегда твердили, что действия и знания должны быть соединены воедино. Старый Ма говорил, что нужно следовать правилам. Прожив десять тысяч лет, он смог достичь подобного.

Что касалось соединения действий и знаний воедино, у Цинь Му было своё мнение на этот счёт.

Принимать решения, не базируясь на своём собственном знании — это неискренность.

Не добиваться успеха после принятия решения — это слабость.

Действуя исключительно на основе своих знаний — это акт высшей искренности.

Добиваться успеха за счёт своих решений — это независимость.

На этом тапе человек почти не может попасть под влияние других людей или обстоятельств.

Предпосылкой к соединению знаний и действий воедино была жажда обретения высших знаний, желание изучить основополагающий принцип какого-то явления, чтобы увеличить свою мудрость.

Например, приготовление пищи. Нужно было освоить искусство приготовления пищи до такого уровня, дабы нельзя было придраться к цвету, запаху и вкусу. Когда речь заходила о строительстве, нужно было научиться возводить крепкие здания и павильоны, красивые и удобные, способные привлекать взгляды и не падать под давлением штормов или землетрясений. В кораблестроении нужно было понимать принцип строительства кораблей, использовать подходящие материалы, и делать судно стойким к ветру и волнам.

Это и есть жажда к обретению высших знаний. Изучение какого-то вопроса до максимума, обретение полного понимания принципов, кроющихся внутри него… Когда человек обретал высшие знания, он наконец был способен соединить принципы и знания воедино.

Паньгун Цо добился подобного результата. Реинкарнируя снова и снова, он изучил всевозможные техники до максимума, все приобретённые знания стали его фундаментом, частью его слов и решений. Каждое его слово и решение имели глубокую важность, поэтому, как только он встретил Цинь Му, тот был вынужден сразу же действовать в его темпе.

От провокаций возле зала Шести Направлений, к разговору на Этаже Благоухающего Нефрита, Цинь Му окутывался сетью… Сетью, которая время от времени встряхивалась, крепче заключая юношу внутри.

Теперь, когда они выходили из города, паук начал тянуть сеть к себе, выплёвывая шёлк на Цинь Му, окутывая и обездвиживая его. Из-за этого пространство для манёвра становилось всё меньше и меньше. Как только они окажутся за городскими стенами, паук выпустит свой яд и отравит жертву!

Цинь Му никогда раньше не встречал столь ужасного противника.

Независимо от того, был ли это Даоцзы, Фоцзы, или даже великие эксперты области Небожителя или Жизни и Смерти, преследовавшие его, все они сильно уступали Паньгун Цо!

К этому времени Цинь Му уже был вынужден ковылять, неуверенно наклоняясь со стороны в сторону. В то же время шаги Паньгун Цо становились всё увереннее и увереннее.

Он вынуждал Цинь Му постоянно менять свои движения в попытке скрыть недостатки. Как только опыта юноши не хватит, его смерть будет неизбежной.

— Встретить столь ужасное существо — огромный шанс!

Внезапно Цинь Му остановился, и в тот же миг на его теле показались сотни слабых точек. Можно было сказать, что он был полностью ими покрыт!

Паньгун Цо был слегка ошеломлён, и тоже остановился.

В этот момент у него возникло желание атаковать. Все недостатки, покрывающие тело юноши, по мнению Паньгун Цо были смертельными, он мог отобрать жизнь жертвы единым движением!

Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, владеющего огромной силой, будучи самой сильной сектой мира. Если убить его прямо посреди города, избежать мести последователей культа не удастся.

Пока он колебался, все недостатки на теле Цинь Му исчезли, и внезапно наружу вырвалась его аура, сияя желанием к убийству, которое сразу же поглотило Паньгун Цо, вынудив того сделать шаг вперёд… Помрачнев лицом, Паньгун Цо не оставалось ничего другого, кроме как следовать темпу Цинь Му, пытаясь выдержать его давление.

Цинь Му использовал миг, на протяжении которого противник колебался, чтобы освободится из невыгодной ситуации, превысив любые ожидания последнего. Хоть юноша и уступал в опыте, он владел каким-то необузданным духом, давным-давно погибшем в старике.

Реинкарнировав столько раз, необузданное желание улучшаться, присущее в его первом теле, жизнь за жизнью начало медленно исчезать под давлением потока времени. Однако, теперь он снова увидел что-то подобное, наблюдая за своей мишенью.

Пришёл его черёд страдать под давлением юноши, идя в соответствии с темпом последнего. Техники тела и ауры двух людей постоянно менялись, каждое изменение было невероятно сложным. Тем не менее, чем дальше они шли, тем шире становились качания Паньгун Цо, отчего он напоминал пьяного мужчину, привлекая внимание прохожих… Казалось, будто Цинь Му использует невидимую верёвку, ведя перед собой пьяного тринадцатилетнего подростка…

Именно так выглядела битва экспертов. Разница между их способностями была небольшой, поэтому любая неосторожность могла привести к резкому изменению ситуации.

Использовав психический настрой противника, не решившегося атаковать посреди города, Цинь Му изменил положение дел в свою пользу.

Несмотря на то, что парочка ещё не успела обменяться ударами, сражение их умов и знаний было в самом разгаре!

Несмотря на то, что Цинь Му находился в более выгодном положении, он не терял бдительности. Как ранее сказал Паньгун Цо, у юноши не было времени усилить своё божественное сокровище Шести Направлений. Хоть он достиг области одновременно с противником, тот всё равно имел преимущество. Прожив двадцать жизней, он двадцать раз разбил стену Шести Направлений. Всего за один день Паньгун Цо смог усилиться и использовать всю силу, предоставленную новым божественным сокровищем.

В свою очередь Цинь Му понадобилось бы больше времени, чтобы найти путь использования новых способностей.

Ключевой момент был в том, что у него уже не было времени совершенствовать своё божественное сокровище!

У него были диаграммы циркуляции Ци для области Шести Направлений и Семи Звёзд. Первую он получил в первом зале Имперского Колледжа, а вторую на каменной скрижали во Дворце Золотой Орхидеи.

Тем не менее, для того чтобы постичь технику Единства, ему нужно было соединить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана с Великими Небесными Дьявольскими Рукописями. Паньгун Цо не дал бы парню времени, чтобы это сделать.

Разум Цинь Му погрузился в Божественное Сокровище Шести Направлений, где он увидел свой духовный эмбрион. Затем юноша обнаружил в небе пять звёзд и алтарь, ощущая Звёздных Владык Пяти Элементов.

Со стороны этого ракурса он также разглядел четыре стороны неба и земли.

Было очевидно, что, войдя в Божественное Сокровище Шести Направлений, нужно объединить все три божественных сокровища воедино. Его техника должна проходить через них, формируя единое тело.

Внутри божественного сокровища были четыре стороны неба и земли, которые усиливали его магическую силу, позволяя использовать божественные искусства. Это был невероятно сильный прыжок в развитии, но так как у него не было полноценной техники, также имел место быть огромный недостаток.

Наконец, они прошли сквозь ворота и добрались к окраине города. Движения Паньгун Цо становились всё страннее, а колебания усиливались. Впрочем, количество изменений его движений казалось бесконечным, и он так и не показал ни одного недостатка.

Цинь Му не мог не восхититься увиденным. По дороге сюда Паньгун Цо изменил более десятка техник тела, каждая из которых была невероятно сложной и развитой до максимума.

Он шёл вперёд, используя форму дракона, и вправду напоминая настоящего дракона, движущегося по суше. Двигаясь как тигр, он действительно выглядел будто жестокий зверь. Исполняя технику феникса, он летел низко над землёй, а техника рыбы позволила ему имитировать рыбу, плывущую под водой.

Трудно было представить, как человек мог развить столько техник тела до максимума!

Парочка продолжала идти всё дальше и дальше, их желание убить друг друга постоянно росло. Из мешочка таоте Цинь Му вылетели пилюля меча и Младший Защитник, зависнув у его пояса.

Между тем два ножа для убоя свиней вылетели у него из-за спины, вонзаясь в землю на расстоянии тридцати метров друг от друга. Его бамбуковая трость и железный молот упали неподалёку. Продолжая идти, он выбросил из рукавов кисть, чернила и бумагу.

Юноша продолжал идти вперёд, когда его тело задрожало, после чего на землю посыпались тяжёлые куски железа, прикреплённые к его груди и спине. Железные сапоги взорвались, а веса, прикреплённые к ногам, слетели.

С полегчавшим телом Цинь Му захрустел костями, а уже в следующий миг его аура усилилась ещё раз!

Паньгун Цо продолжал идти, следуя темпу противника. Усиленная аура Цинь Му давила на него ещё сильнее, но он продолжал успешно выдерживать её, не проявляя ни одного недостатка.

На пастбище неподалёку расцветали травы, среди которых гуляли многие пары, ступая по зелени и наслаждаясь весенней прогулкой. Некоторые дети запускали воздушных змеев, радостно бегая по траве. Молодые мужчины хвастались своими техниками тела, поднимаясь в небо, чтобы сделать несколько шагов и наступить на воздушных змеев в попытке произвести впечатление на девушек внизу.

Радостные и удивлённые крики понемногу затихали, и люди начали поворачивать головы в сторону двух странных парней…

Стая птиц в лесу взлетела ввысь, немедленно убегая от давления убийственной ауры незнакомцев.

Когда Цинь Му и Паньгун Цо приблизились к берегу реки Мутной, бесчисленные огромные рыбы начали выпрыгивать из воды, извиваясь над её поверхностью, убегая вниз по течению, отчего водная гладь закипела движением.

Как только эти птицы взлетели, а рыбы выпрыгнули из воды, какой-то ребёнок закрыл глаза и широко открыл рот, со всей силы заревев. Под звук криков, Цинь Му и Паньгун Цо, стоящие возле реки, атаковали друг друга в один и тот же миг!

Глава 278. Разогретое Вино

Все виды рун из буддийских писаний появились вокруг тела Цинь Му и, окутав его, завращались, как огромный колокол. Пять небес из Махаяны Сутра Жулая зарезонировали голосом Будды, зазвучавшим со всех сторон. В то же время он задействовал технику Девяти Монархических Драконов… Шипя, драконья Ци вышла из девяти огромных драконьих вен, окружающих столицу, снова поднимая его ауру!

Техника Девяти Монархических Драконов являлась высшим искусством имперской семьи и была передана ему лично Императором Яньфэном. Во время призыва Ци дракона, вытекающая из девяти драконьих вен, материализовалась и даже вошла в речную воду, заставляя драконов вылететь из реки, направляясь к юному Владыке!

Цинь Му нанёс первый удар. Независимо от того, найдёт ли Паньгун Цо какую-либо ошибку в его движении или нет, он уже будет раздавлен аномально плотной жизненной Ци, способной уничтожить всё на своём пути… “Тринадцатилетний паренёк” просто обязан быть подавлен столь несравненной силой!

Лучший способ бороться с Паньгун Цо — использовать магическую силу, чтобы сокрушить его, а не конкурировать с ним в движениях!

Бум!

Речная вода, будто взорвавшись, взмыла в небо, превратившись в огромного Будду, высота которого составляла более тридцати метров, а сам он возвышался над рекой, подобно огромной водной горе. Водяные драконы обвились вокруг гиганта, пять пальцев которого были похожи на пять горных пиков, мчащихся вниз к Паньгун Цо!

Девять драконов издали гневный рёв, поскольку техника Девяти Монархических Драконов слилась с Девятью Драконами Восьми Громовых Ударов. Продемонстрированный удар показал необъятность божественного искусства буддизма и непобедимость имперской семьи!.. Девять драконов набросились на свою цель!

Пам, бум, бам!

Скорость потоков превзошла скорость звука, а когда они, оглушительно прогрохотав, разорвались, не существовало того, что могло устоять!

Вот что называют божественным искусством!

Сильной стороной Цинь Му была магическая сила, в несколько раз превосходящая таковую у его сверстников. Даже старцы, такие как старейшина деревни, значительно уступали ему в этом аспекте. Паньгун Цо попросту не мог себе представить насколько силён должен быть обладатель такой магической силы. Вот почему парень не хотел раскрывать всех козырей и собрал всю свою мощь именно сейчас, чтобы сокрушить наглого монстра, превратив все его одиннадцать тысяч лет развития в пепел!

В момент, когда Цинь Му собирался сокрушить наглеца, Паньгун Цо тоже не стоял без дела. Он, использовав пилюлю меча, размером с большой палец, извлёк из неё световые мечеобразные вспышки!

Второе писание Четырнадцати Писаний Меча Дао — Связывание Пяти Ци и Трёх Эонов, Восхождение на Месте Пересекающихся Колесниц Облаков!

Он незамедлительно использовал самое высшее искусство секты Дао, чистейшую технику Высшей Донебесной Тайны для выполнения второго меча… писания Меча Дао. Световые всполохи мечей содержали в себе дерево, огонь, землю, металл и воду, которые являются пятью Ци, небесный эон, земной эон, водный эон… три эона. Небесный эон был равен солнцу и назывался верховный ян, водный эон был подобен луне, называясь высшая инь, а земной эон был для подавления, баланса.

После того, как он выполнил этот навык меча, светящиеся мечи построили идеальный мир секты Дао, с мечом солнца, мечом луны, мечом земли и с живительными пяти ци!

Навыки меча секты Дао требовали чрезвычайно высоких достижений в алгебре, которая использовалась в качестве их основы. Люди из секты Дао верили, что всё на небе и на земле можно решить с помощью алгебры. Это был их путь, один создаёт два, два создают три и три создают всё сущее. В их глазах цифры строят всё на свете. Даже если это были формы жизни или что-то ещё, неважно, в конечном счёте всё сводилось к просто цифрам. Именно поэтому секта Дао создала круговую диаграмму уцзи, диаграмму тайцзи, которая отделяет Инь и Ян, а также диаграмму из четырёх символов, восьми триграмм, шестидесяти четырёх гексаграмм, чтобы вычислить великое Дао и все вещи неба и земли… Когда они становились навыками меча, они формировали изображения и непрерывно менялись, развивая всё живое в мире и достигая непостижимой силы!

Четырнадцать Писаний секты Дао содержали идеальный мир в каждом писании. Они формировали прекрасные алгебраические рисунки, по-своему толкующие чудо неба и земли. Это и было огромной разницей между сектой Дао и Буддизмом. Секта Дао была школой математики, а Буддизм школой ума. Ученики секты Дао часто шутили об этом между собой. У тебя не очень с математикой? Не получается изучать её? Тогда лучше бы тебе сидеть дома и растить детей…

Божественные искусства двух сражающихся столкнулись. У первого было божественное искусство навыка меча, в то время как другой обладал божественным искусством крепкого тела и сильными заклятиями. Когда они начали сражаться, это было ужасающее зрелище… поверхность реки дрожала, вода выплёскивалась в небо, более того, имело место быть даже землетрясение!

От невероятных ударов тонкие струи воды рубили ивы у реки, в то время как Ци меча пробивала даже скалы, которые были недалеко от реки!

Сотрясающий мир удар Цинь Му ворвался в идеальный мир секты Дао, образованный светом мечей Паньгун Цо, тем не менее, невероятная сила была остановлена с помощью алгебры!

В навыке меча Паньгун Цо, даже такая скукотища, как алгебра, может быть блистательна и очаровательна.

Среди чарующих огней меча, девять водяных драконов и водяной Будда быстро растворились, не выдержав ни одного удара от второго движения Меча Дао! Бесчисленные огни мечей летели и поражали лучи Будды, которые превратились в огромный колокол вокруг Цинь Му. На поверхности огромного колокола появилась рябь, и в следующее мгновение тот был разрушен!

Выражение лица Цинь Му никак не изменилось, как вдруг ему в руку упала его пилюля меча упала, которая мгновенно разразилась изнутри ярким светом. Он не стал использовать Меч, Ступающий по Горам и Рекам, а перешёл сразу ко второму движению Рисунков Меча!

Вжух!

Одна сторона реки Мутной заметно покраснела, когда кроваво-красные огни меча лились вперёд, как необъятное море. Среди них, казалось, был бог-император, поднимающийся вверх, указывая своим мечом на своих врагов и презрительно глядя на всё краем глаза.

Меч Императора-Основателя моря крови!

Меч Дао и Рисунок Меча столкнулись, и Паньгун Цо болезненно замычал. Пять Ци и три эона были мгновенно уничтожены, а несравненные световые всполохи меча устремились к его лицу лишь с единой целью — умерщвление. Взлетев в небо, как храбрый дракон, “юнец” исполнил чарующую технику тела. Он постоянно менял свою форму из плавающей рыбы в летающих воробьёв, а также в девять фениксов, но не мог избежать всех вспышек меча.

Фух, фух, фух!

Кровавые следы проступили по его телу, когда он приземлился на поверхность реки, разбрызгивая воду во всех направлениях!

Вьюх!

Цинь Му вскочил, после чего огни меча в его руке исчезли, как вдруг пилюля меча превратилась в огромный нож, тут же рассёкший речную гладь!

Паньгун Цо взмахнул мечом, чтобы отразить этот удар, но услышал серию громыханий, после которой плюхнулся на поверхность реки шесть-семь раз, выглядя словно прыгающий камень, брошенный ребёнком.

Стоящий на отдалении юноша рванул по водной глади. После каждого его происходил невероятный взрыв, разбрызгивающий воду во всех направлениях.

Прежде чем Паньгун Цо смог подняться на ноги, Цинь Му уже успел преодолеть несколько сотен метров. Огромный нож, словно расплавившись, вдруг обволок его кулак, став выглядеть со стороны как струящаяся вода… А уже в следующий миг парень нанёс свирепый удар кулаком.

Бууум!

Поверхность реки вздрогнула, когда водные драконы, излучающие зелёный свет, взревели в гневе и оглушили Паньгун Цо, находящегося от них на расстоянии десятков метров. Сорок пять драконов сорвались с удара кулака и, не прекращая громыхать, устремились к бедолаге.

Взлетел в небо, Цинь Му поднял руку вверх, указывая ладонью к небу, после чего резко обрушил вниз, в результате чего поверхность реки осветили молнии, которые, собравшись воедино, устремились в самое сердце сорока пяти драконов!

Когда паренёк спускался, пилюля меча, покоящаяся в его руке, вновь превратилась в бесчисленные световые всполохи мечей. Вот только на сей раз был исполнен Меч, Ступающего по Горам и Рекам!

Свет превратился в огромные горы и реки, которые спускались с неба. Они упали в воду, разделив реку в радиусе десятка метров. Вода, которая поднялась с брызгами, расщепилась на капли, которые образовали горы в реке!

Внизу брызнула кровь, и фигура пошла ко дну реки. Цинь Му поднял руку, и его меч Младший Защитник, всё это время находившийся на талии, с жужжанием вылетел. Управляя мечом указательным пальцем, он разразился Ци меча и использовал форму Бурящего Меча, разделяя воду, чтобы преследовать кровавый след в её пучинах.

Рубашка юноши развевалась на ветру, когда он плавно спустился с неба и ступил на неспокойную речную поверхность. Из-за его спины доносились звуки падающей воды, и, само собой разумеется, это была та самая вода, ранее вздыбившаяся к небу под его бегущей поступью. Взмыв к небу, она только сейчас вернуться обратно в речное лоно, от падения разбрызгиваясь каплями, напоминающими крошечные блестящие нефриты.

Цинь Му, стоящий на реке, сменил ритм шагов. Вода закружилась вокруг него, как будто прозрачные водяные драконы образовали огромный круг.

Вжух!

Младший Защитник взлетел, продолжая вращаться в воздухе, но постепенно замедлялся. Когда он оказался перед Цинь Му, то уже перестал вращаться. Ножны меча на талии последнего взлетели ввысь, превращаясь в рыбьего дракона, и проглотили меч своим огромным ртом, прежде чем вернуться в виде обычных ножен меча обратно.

Тихо стоя, юноша выглядел непоколебимо. Пилюля меча, размером чуть больше капли, вылетела из его руки и зависла напротив. Вокруг него потоки воды медленно поднимались в небо, как будто дождь шёл в другом направлении. Речная вода, поднявшаяся в небо, превратилась в водяной пар, образуя облака, которые растянулись на десятки метров. Вспышки молнии и грохот грома исходили из облаков. Время от времени вспыхивали молнии, и даже можно было едва различить чешую и когти.

— Паньгун Цо, ты разочаровал меня, — спокойным голосом говорил Цинь Му. — За все свои девятнадцать жизней совершенствования, ты способен только на это? Почему ты не осмеливаешься выйти? Я жажду убить тебя, ведь мне нужно продолжить мой ужин… в конце концов, блюда скоро остынут.

Ничего не услышав в ответ, он нахмурился и повернулся, продолжая идти к берегу.

Когда Цинь Му шёл обратно, люди с изумлёнными лицами провожали его взглядами. Он проигнорировал их и подобрал кисть, чернила, бумагу и чернильный камень, которые ранее выбросил, как вдруг заметил железный молот. Протянув руку, он схватил рукоять молота, внезапно поднял его и сильно ударил по земле. От удара воздух перед ним сжался, превратившись в стену, которая вскоре рассыпалась на куски. Земля раскололась, раскрывая его взору быстро перемещающуюся фигуру!

Цинь Му, словно летя, побежал вперёд, пока не оказался у бамбуковой трости. Схватив трость, он уколол ею землю, в результате чего из маленькой дырочки, которая появилась после удара, брызнула кровь. Прыгнув несколько раз, юноша оказался у ножей для убоя свиней. Опустив голову и схватив их за рукояти, он начал вращаться вместе с ними, ударяя в землю бесчисленными огнями ножей. Наклонившись телом слегка вперёд, он начал продвигаться, в то время как огни ножей, подобно водопаду дождя, продолжали впиваться в землю.

Внезапно Цинь Му перевернулся в воздухе, прежде чем приземлиться на ноги. Спрятав ножи за спиной, он развернулся и пошёл в столицу…

Совсем скоро парень добрался до Этажа Благоухающего Нефрита и вошёл в Зелёный Бамбуковый Сад, подойдя к отдельной комнате около статуи Бодхисатвы Сострадания.

Два великих шамана всё ещё находились в отдельной комнате и, увидев его, удивились.

— Блюда ещё тёплый? — спросил Цинь Му.

Один из шаманов посмотрел на него в изумлении, а другой мгновенно кивнул.

— А что насчёт вина?

— Вино слегка остыло.

Цинь Му махнул рукой и сказал:

— Иди разогрей его и подай мне. Ты, оставайся тут, будешь на розливе.

Глава 279. Яд в Вине

Спустя мгновение, великий шаман, ранее отправившийся подогреть вино, вернулся. Другой шаман тщательно перемешал напиток, после чего налил в бокал и уважительно поставил его перед Цинь Му.

— Оно отравлено? — с приятным выражением лица спросил юноша.

Два великих шамана из Дворца Золотой Орхидеи немедленно ответили:

— Мы бы не посмели!

Юноша громко засмеялся:

— Я божественный врач, ученик Безликого Короля Ядов. Если бы вы двое попытались меня отравить, это было бы очень смешно.

Парочка шаманов засмеялись вместе с ним. Как вдруг выражение лица Цинь Му помрачнело, и он показал пальцем на мужчину, подогревшего вино:

— Выпей.

Лицо шамана резко изменилось, а его руки начали дрожать. В ответ на это, Цинь Му ещё больше рассердился и холодно повторил:

— Выпей!

Уголки глаз великого шамана вздрогнули, когда он поднял винный бокал, сделав два глотка:

— Здесь нет яда…

Как только он это сказал, его тело задрожало и сморщилось, будто сдутый воздушный шар. Мужчина становился всё тоще и тоще, пока от него не осталась лишь кожа. Внутри одежды, в которую тот был одет, казалось, началось какое-то движение. Спустя некоторое время, стая насекомых прогрызла через кожу путь наружу, расползаясь во всех направлениях. Затем они загорелись, превратившись в пепел.

Лицо другого шамана побледнело. Со спокойным лицом, Цинь Му постучал по столу:

— Налей мне ещё один бокал.

Великий шаман, подавший вино, казалось, вот-вот расплачется:

— Вино отравлено…

— Меня нельзя отравить, — беззаботно ответил Цинь Му. — Продолжай подавать вино. И где танцовщицы? Позови их, песни и танцы улучшают настроение.

Шаман немедленно налил бокал вина и позвал танцовщиц, которые начали петь и танцевать. Цинь Му кушал блюда и пил вино, наслаждаясь песнями и танцами, хлопая в ладони от веселья. Банкет продолжался довольно длительное время, поэтому, когда юноша махнул рукой, приказывая танцовщицам разойтись, солнце уже красовалось далеко на западе…

Вино было невероятно токсичным, содержа в себе шаманский яд. В нём кишело ядовитыми насекомыми, специализирующимися на поедании душ и физических тел. Впрочем, выпив почти весь кувшин, парень до сих пор чувствовал себя хорошо.

— Такое разочарование, — Цинь Му поднялся, оставляя на столе беспорядок. Вся еда и вино были съедены и выпиты, что было бы тяжёлым заданием даже для десятка лордов. Тем не менее, парень не слишком наелся, так как вся еда была перетравлена техникой Великой Дополняющей Пилюли Духовного Возврата.

— Ты пережил так много жизней, одиннадцать тысяч лет. Как жаль, что ты никогда не шёл своим собственным путём, всегда пробуя пути других и перебирая их один за другим. Делая так столько времени, ты уничтожил свой необузданный дух, — покачал головой Цинь Му. — Я столько времени тебя ждал, а ты так и не решился показаться, как же смешно. Я думал, ты станешь мне достойным противником, совершенно позабыв о том, что чем старее ты становишься, тем трусливее. Как только я одержал преимущество, ты больше не осмелился ввязываться со мной в драку.

Великий шаман из Дворца Золотой Орхидеи был озадачен, не понимая о чём и к кому обращается юноша.

— В чём смысл мечтать, если не готов бороться? — Цинь Му вышел наружу, хихикая. — Лучше просто иди домой. И поскольку это был твой банкет, не забудь оплатить счёт.

Он вышел из Этажа Благоухающего Нефрита и ушёл.

В Саду Зелёного Бамбука, великий шаман в недоумении махнул рукой, отпуская певиц и танцовщиц. Спустя мгновение, из тени вышел залитый кровью Паньгун Цо.

— Навыки меча Императора Людей… — проговорил тот низким тоном. — Это и вправду были навыки меча Императора Людей! Хоть это мог быть и обман, но я не думаю, что ошибаюсь. Этот юнец использовал навыки меча Императора Людей, смешанные с техниками Имперского Наставника, Махаяной Сутрой Жулая и техникой Девяти Монархических Драконов семьи Лин. Он соединил их все воедино…

Цинь Му объединил так много техник, все из которых были божественными искусствами высочайшего уровня, что отбило Меч Дао Паньгун Цо, запутав его мысли и разрушив планы.

Поэтому, он больше не осмеливался атаковать Цинь Му… Ведь он не знал, сколько движений навыка меча Императора Людей тот изучил.

Император Людей предыдущего поколения был невероятно сильным человеком, поэтому он не решился пойти на такой риск. Во времена предыдущего поколения произошло много вещей, и по миру блуждало много людей, по силе приблизившихся к богам… И он был одним из них. Небесный Нож также принадлежал к их числу. Кроме того, было много других, но самой выдающейся звездой предыдущего поколения был Император Людей.

Помимо него, Паньгун Цо также встречал другого Императора Людей, его предшественника. Это произошло около восьмисот лет назад.

Императоры Людей снова и снова появлялись в его долгой жизни, каждый из них заслонял его своим сиянием. Эти люди существовали даже во времена его первой жизни и раньше! Они блуждали по свету с незапамятных времён!

Когда-то их древняя династия сильно его заинтересовала. Техники и божественные искусства каждого Императора Людей отличались, и каждая из них была впечатляющей. Даже некоторые святые, появляющиеся на свет раз в пятьсот лет, становились Императорами Людей.

Он хотел связаться с этой династией, но, несколько раз умерев от их рук, Паньгун Цо решил позабыть обо всех своих надеждах.

Во время сражения с Цинь Му, он увидел в навыках юноши наследство предыдущего Императора Людей. Тот исчез давным-давно, и на протяжении последних трёхсот-четырёхсот лет считался мёртвым.

Паньгун Цо однажды повезло увидеть свет его меча, поэтому он знал, что тот был одним из самых сильных людей предыдущего поколения. Это был лучший меч мира. Увидев подобное лишь однажды, свет меча навсегда отбивался на сердце человека и забыть его было невозможно.

Если бы не это, Паньгун Цо никогда бы не запаниковал и не растерялся, получая серьёзные ранения и теряя преимущество, отчего был вынужден прятаться на дне реки. После этого он пробрался под землю, однако Зелёные Глаза Небес помогли противнику его обнаружить и нанести ещё больше ранений, используя трость, железный молот и ножи для убоя свиней. Именно поэтому, он больше не мог сражаться.

Его искусство бега с поля боя также было развито до максимума. Навыки побега Маленькой Нефритовой Столицы были, вероятно, лучшими в мире.

Его душа тоже была чрезвычайно сильной, приближаясь к уровню бога, так что у Цинь Му изначально не было никаких шансов его убить. Более того, он до сих пор частично владел совершенствованием своих прежних жизней. Несмотря на то, что его тело было очень слабым и не смогло выстоять под силой противника, это был не конец. Если бы Цинь Му смог довести Паньгун Цо до предела, взрыва его силы хватило бы на то, чтобы убить юношу!

Как только он убежал, Цинь Му понял, что не сможет заставить его продолжить бой, поэтому не побежал следом. Вместо этого, он вернулся на Этаж Благоухающего Нефрита, вынудив противника продолжать прятаться и не позволяя ему вовремя вылечить свои раны.

— Если та древняя организация узнает, что Император Людей до сих пор жив, и нашёл себе преемника, начнётся настоящий хаос, — низким тоном пробормотал Паньгун Цо.

Великий шаман, подавший вино Цинь Му, немедленно подошёл и спросил:

— Принц, как ваши ранения? Владыка Культа не заплатил за себя…

— Я не хочу, чтобы кто-то знал о моём поражении, хоть я и проигрывал много раз.

Великий шаман был слегка шокирован, внезапно почувствовав, как его душа затвердела, будто её что-то связывает. Не сумев совладать с собой, он скривил лицо в страхе. В следующий миг его кости растаяли, а душа рассеялась, оставляя за собой лишь кучку одежды.

Оплатив счёт, Паньгун Цо вышел наружу, думая про себя: «К счастью, я уже встречался с той организацией и смогу выйти с ними на связь… Боюсь, что мне нельзя больше оставаться в столице. Владыка Культа Цинь сообщит Канцлеру Ба Шаню, как только вернётся, поэтому мне здесь больше нет места. Впрочем, если я захочу спрятаться, канцлер не сможет меня найти».

Покинув Этаж Благоухающего Нефрита, он вошёл в тень, больше не появляясь.

Цинь Му вернулся в Имперский Колледж, где встретил Ба Шаня:

— Паньгун Цо и вправду тот старый монстр из Дворца Золотой Орхидеи. Я его ранил, так что боюсь, он здесь больше не появится.

Канцлер Ба Шань взбесился и закричал:

— Он ушёл? А что, если он тайком нашлёт на тебя заклятие? Учитель Небесный Нож не смог его убить, и был вынужден скрывать своё имя, а что говорить о тебе? Совершенствование мерзавца сейчас в области Шести Направлений, но совсем скоро он перейдёт в область Семи Звёзд, затем в Жизни и Смерти. Не пройдёт и десяти лет, как он снова станет практиком области Божественного Моста! К этому времени, ты будешь трупом!

Цинь Му улыбнулся:

— Почему тогда старшому брату не остаться со мной? В таком случае, он не осмелится ничего предпринять.

Старик нахмурился, отвечая:

— Он знает моё имя, так что через десять лет я тоже буду мёртв. Если я постоянно буду с тобой, это лишь временно решит ситуацию. Мне нужно найти и убить его, чтобы избежать проблем в будущем! — договорив, он призвал зелёного быка и улетел прочь.

Цинь Му вернулся в Резиденцию Учеников. Он осматривал комнату, ощущая, как на него опускается волна ужасного страха.

— Если Канцлер Ба Шань не найдёт Паньгун Цо, то тот будет каждую ночь смотреть на меня во сне? Как я тогда смогу уснуть? Так не пойдёт, парня нужно найти! Будет лучше, если вопросом займётся Небесный Святой Культ. Если он не спрячется во Дворце Золотой Орхидеи, мои глаза его определённо увидят!

Пока он думал, в комнату вошёл управляющий Резиденции Учеников:

— Академик Цинь теперь практик божественных искусств, Вам пора перебираться в Резиденцию Божественных Искусств.

На улице были другие управляющие, пришедшие сообщить Чэнь Ваньюню и Сы Юньсян:

— Вы успешно разбили “стену”, так что пришла пора покинуть Резиденцию Учеников и перебраться в Резиденцию Божественных Искусств.

Заметив Цинь Му, Чэнь Ваньюнь и Сы Юньсян в спешке подбежали, чтобы отблагодарить:

— Если бы не Математический Трактат Владыки Культа Цинь, нам бы не удалось так быстро попасть в Область Шести Направлений!

— Это просто мелочь, — скромно ответил Цинь Му.

Лицо Чэнь Ваньюня застыло со странным выражением, а Сы Юньсян сделала шаг назад. Для Цинь Му это была всего лишь мелочь, но для них это была огромная помощь. В таком случае, стоило ли ей до сих пор питать надежды заменить его на посту Владыки Небесного Святого Культа?

— Резиденция Учеников, я ухожу!

Чэнь Ваньюнь помахал рукой ученикам, пришедшим его проводить, улыбаясь:

— Если кто-то хочет получить звание старшего брата, сражайтесь между собой!

Юэ Цинхун и монах Юнь Цюэ оставались безразличными, переглянувшись, прежде чем улыбнуться:

— Отправляйтесь в Резиденцию Божественных Искусств, мы будем там через два дня. Звание старшего брата должно достаться кому-то из младших братьев и сестёр.

Цинь Му и остальные пошли в Резиденцию Божественных Искусств, цилинь отправился следом. Ленивый зверь намеревался следовать за юношей куда бы тот не шёл, не отпуская своего владыку блюд слишком далеко.

— Кстати, — Цинь Му что-то вспомнил и улыбнулся. — Через несколько дней наследный принц покинет столицу, чтобы доставить помощь пострадавшим, он желает, чтобы я пошёл вместе с ним. Если хотите, можете пойти с нами, поднаберётесь опыта. Ваньюнь, ты уже практик божественных искусств и твои способности велики, ещё несколько лет опыта, и ты сможешь получить звание мастера ладана нашего святого культа.

Тот сразу же почувствовал, как кожа на его голове онемела, и у него не возникло ни малейшего желания идти:

— Каждый раз, когда мы куда-то идём с Владыкой, мы попадаем в страшную опасность и потом едва спасаем свои жизни. Думаю, что лучше останусь здесь. Я только что попал в область Шести Направлений, мне все ещё нужно усилить своё божественное сокровище.

Глаза Сы Юньсян загорелись:

— Я пойду!

Как только Цинь Му собрался что-то сказать, прибыл управляющий из Резиденции Божественных Искусств:

— Ученик Чэнь Ваньюнь, наследный принц приказал Вам следовать вместе с ним за пределы города. К Вам должна присоединиться ещё дюжина учеников.

Глава 280. Превосходное мастерство

Лицо Чэнь Ваньюня сразу кисло перекосилось. Идти с Цинь Му он совсем не хотел. В последний раз, сходив к южным границам за опытом, они столкнулись с сектой Девяти Призраков, Культом Бессмертного Трупа и сектой Великой Горы, призывающих мёртвых убить всё живое. Затем они столкнулись с Королём Дьяволов Дутяня, разрушающим всё в городе Небесной Волны, прежде чем отправиться в город Дасян, и присоединиться к битве, чтобы подавить восстание… Чэнь Ваньюнь никогда в жизни не видел так много трупов!

Вернувшись в столицу, парень потратил довольно много времени, чтобы оправиться от этих воспоминаний. Отправившись на Перевал Цинмэнь за опытом, он яростно сражался с солдатами Империи Варварских Ди и выдающимися генералами… И всё это ни капли не могло сравниться с тем, что его ожидало на так называемом получении опыта вместе с Цинь Му.

Когда они уходили, секты вели войны друг против друга и даже призывали дьявольских богов. По пришествию в город Дасян повсюду встречались сильнейшие практики уровня владык культов, с сотнями сильных практиков областей Небожителя, а также Жизни и Смерти.

Временами Чэнь Ваньюнь вспоминал, через что они прошли с юнцом, и всегда начинал дрожать. Он также слышал о новогодних проблемах, с которыми Цинь Му столкнулся после того, как ему на хвост сели бесчисленные эксперты, во время его возвращения домой в Великие Руины. Затем тот наделал шуму в Монастыре Великого Громового Удара и секте Дао, те даже попытались убить императора, после чего ему пришлось спасти Императора Яньфэна и Имперского Наставника, а после вернуться в столицу и убить наследного принца Лин Юйся!

Если бы на месте паренька был Чэнь Ваньюнь, он бы уже, скорее всего, умер больше сотни раз… Поэтому его переполняла решимость никогда больше не встречаться с Цинь Му, но наследный принц приказал ему прийти. Для него это было тоже самое, как узнать дату своей казни и просто ожидать, когда приговор исполнят.

Откуда ему было знать, что Владыка священного культа был проклят, из-за чего, куда бы он не пошёл, случались всякие бедствия?

Цинь Му, увидев, что тот сидел не слишком весёлым, попытался утешить его:

— Это путешествие не будет опасным. Наследный принц Лин Юйшу из нашего Имперского Колледжа, мой старый друг, у нас хорошие отношения. Он уезжает из столицы для оказания помощи в случае стихийных бедствий и привозит многих специалистов из Министерства Труда. Это путешествие не для того, чтобы подавить восстание, а чтобы проверить все заводы и очистить снежные горы от снежной катастрофы. Или, может быть, для строительства мостов и дамб. Что-то в этом роде, так что никакой опасности не будет.

— Я очень надеюсь, — недоверчиво, ответил Чэнь Ваньюнь.

— Никакой опасности? — расстроенно пробубнила себе под нос Сы Юньсян.

Три человека последовали за дворецкими в свои комнаты в Резиденции Божественных Искусств. Дворецкие устроили их поближе друг к другу, так как все три дома были выстроены в ряд.

Цинь Му обратился Чэнь Ваньюню и Сы Юньсян:

— Я не знаю, как долго мы будем находиться в отъезде, так что лучше бы вам найти божественное искусство, которое вы будете развивать.

Взгляд Чэнь Ваньюня замерцал хитростью, и он предложил:

— Юэ Цинхун и Юнь Цюэ сломают свои стены в течение двух дней и станут практиками божественного искусства. Владыка, почему бы нам не взять их с собой?

— Ты прав. Прежде чем мы с наследным принцем уйдём, нам лучше привести всех, кто может развивать божественное искусство, — улыбаясь, ответил Цинь Му.

Дух Чэнь Ваньюня был пробуждён, он ушёл с волнением, думая про себя: «Если мы собираемся умереть, пускай все присоединятся к веселью!»

Сы Юньсян невинно моргнула и протянула белую ладонь перед Цинь Му. Он достал свою книжную табличку и положил ей в руку, после чего она ушла с довольным лицом.

Книжная табличка Резиденции Божественных Искусств могла позволить перейти лишь на второй уровень Этажа Небесных Записей, в то время как табличка Цинь Му имела доступ к третьему уровню, поэтому она одалживала её каждый раз, когда хотела попасть на Этаж Небесных Записей. Существовал также зал Небесных Работ, который был схож с Чертогами Ремесла и Небесных Изделий Небесного Дьявольского Культа. Последний в основном занимался исследованиями того, как производить механизмы, совершенствовать духовное оружие, строить корабли и мосты, прокладывать дороги и изготавливать транспортные средства.

Имперский Колледж был основан Имперским Наставником и Патриархом Небесного Дьявольского Культа, поэтому многие залы и учения были скопированы из залов Небесного Дьявольского Культа. Это было одной из причин, почему Монастырь Великого Громового Удара, секта Дао и остальные праведные секты не любили Империю Вечного Мира.

Когда ученики зала Небесных Работ заканчивали учёбу, они обычно отправлялись в Министерство Труда, чтобы занять какую-нибудь должность. На этот раз наследный принц Лин Юйшу привёл в основном учеников со Двора Небесного Дворца, в то время как остальные были чиновниками из Министерства Труда. Большинство чиновников оттуда пришли из зала Небесных Работ, поэтому считались одноклассниками Цинь Му и остальных людей.

Государственный министр Министерства Труда обладал наибольшими полномочиями, а сразу следом шёл его помощник. Эту позицию занимал Мастер Чертога Небесных Изделий Небесного Дьявольского Культа.

Министерство Труда было разделено на четыре отделения: Отдел Работ управлял городом и гражданскими строительствами, Отдел Земельных Участков распределял и оценивал земельные участки, Отдел Сбора Овощей руководил овощами, фруктами и зерном, в то время как Отдел Водоснабжения занимался гидротехникой. Большинство служителей в этих отделах были мастерами чертогов и мастерами ладана Небесного Дьявольского Культа. Многие чиновники были их учениками, в то время как другая половина была учениками, окончившими Имперский Колледж. Небесный Дьявольский Культ и Имперский Колледж занимали почти все официальные должности в Министерстве Труда.

Нужно претворять в жизнь то, что изучаешь, чтобы люди из Чертога Небесных Изделий, Ремесла, Растений, Дождя и Фермеров были талантами, в которых нуждалось Министерство Труда. Как раз поэтому они все могли войти в Имперский Двор.

Увидев чиновников, которых привёл Лин Юйшу, Цинь Му уставился на них со странным выражением лица. Большинство из них были из его Небесного Дьявольского Культа.

Чэнь Ваньюнь, Юэ Цинхун, Юнь Цюэ, Вэй Юн и Сы Юньсян также подошли. Лицо Чэнь Ваньюня было сильно измученным, но он выглядел довольным. Когда Сы Юньсян увидела чиновников, которых привёл Лин Юйшу, она также уставилась на них с непонятным выражением лица, после чего тайком спросила Цинь Му:

— Владыка, наследный принц один из нас?

Сердце юноши было слегка тронуто, после чего он обратился к принцу:

— Ваше Высочество, Вы слышали о Небесном Святом Культе?

Лин Юйшу не ответил ему и вместо этого сказал:

— Все здесь, так что давайте собираться. Приказ отца, данный мне на этот раз, состоит в том, чтобы осмотреть все префектуры в нашей империи, проверить ирригационные работы, оборону города, проверить почву, овощи и фрукты после стихийного бедствия. Как только мы доберёмся до места, я буду задавать местным чиновникам вопросы, в то время как остальные будут проверять гидрологию, оборону города, почву, пайки и всё ими сказанное.

Все чиновники кивнули в знак понимания.

Лин Юйшу продолжил:

— Независимо от того, в какую префектуру мы идём, если гидрология или оборона города нуждается в корректировках, если чиновники захватывают землю силой, или же где-то недостаточно еды, всё это должно быть сообщено, как оно есть на самом деле.

— Ваше Высочество, мир огромен, префектур очень много, я боюсь, что у нас уйдет два-три года на то, чтобы всё проверить, — сказал правитель Министерства Труда.

— Вот почему я нашёл быстрый корабль. Он должен скоро прибыть. Этот корабль является самым быстрым кораблём в нашей империи, и называется он Догоняющий Тучи. Говорят, что он просто прекрасен, и вы, ребята, сможете взглянуть на его чудесные целебные печи, когда мы взойдём на корабль… Кроме того, это ещё и железный корабль! — улыбнулся принц.

Многие чиновники из Министерства Труда были удивлены, неловко покашливая один за другим. Некоторые из них даже смотрели на Цинь Му, который, в свою очередь, также был удивлён. Корабль, который описывал наследный принц, казался Догоняющим Тучи Фань Юньсяо…

В недавнем прошлом Цинь Му построил пять таких кораблей-сокровищ, три самых больших из которых теперь принадлежали Небесному Дьявольскому Культу. Что касается двух небольших, один принадлежал юноше, а другой Фань Юньсяо.

Те, кто строил корабли-сокровища, в основном являлись теми самыми чиновниками из Министерства Труда, прямо сейчас присутствующими здесь!

«Может ли быть император следующей династии нашим Небесным Королём или Хранителем нашего Небесного Святого Культа? Наследному Принцу Юйшу действительно суждено быть одним из нас», — неторопливо подумал Цинь Му.

Мастер Чертога Небесных Изделий тайно обратился к пареньку:

— Владыка, несколько дней назад Мастер Ладана Фан нашёл меня с просьбой поменять свой корабль на наш большой, оставляя меня пребывать в недоумении. Судя по всему, тот вёл дела с наследным принцем.

Цинь Му не знал, смеяться или плакать.

Подождав некоторое время, Лин Юйшу увидел медленно подлетающий корабль, имеющий древесную зернистую поверхность. Корабль постепенно спускался и останавливался перед горными воротами Имперского Колледжа.

Фань Юньсяо и остальные бандиты были одеты чопорно и подобающе, когда стояли на носу корабля:

— Ваше Высочество, Священный Учитель Культа.

Лин Юйшу немедленно обернулся к Цинь Му:

— Владыка Культа Цинь, этот корабль — собственность твоего Небесного Святого Культа? Я не знаю чего-то ещё?

— Ваше Высочество, в прошлом эти люди были бандитами, поэтому немного безжалостны и бессовестны.

Лин Юйшу был поражён. Когда все погрузились на корабль, вдруг прибежал ещё один имперский ученик, тут же взойдя на борт и выпалив:

— Я опоздал. Прошу прощения.

Лин Юйшу немедленно поспешил вперёд и спросил тихим голосом:

— Сестра, что ты здесь делаешь?

Этим очаровательным молодым человеком была не кто иная, как Лин Юйсю, наряженная под парня. Она улыбнулась и сказала:

— Ты не хотел, чтобы я пошла с вами, но я попросила разрешения у отца, и он разрешил мне! Эй, пастушок!

Пробежав мимо Лин Юйшу в сторону Цинь Му, она закрыла ему глаза рукой:

— Отгадай, кто я?

Юноша колебался некоторое время:

— Жир… Сестра Юйсю!

Выражение лица Лин Юйсю резко изменилось от разгневанного до восторженного, она с улыбкой ударила парня в грудь:

— Если ты кому-то расскажешь про меня, я вышвырну тебя с корабля.

Лин Юйшу видел, как она ударила Цинь Му в грудь, понимая, что даже при том, что удар казался тяжёлым, на самом деле тот был не такой уж мощный. Он невольно хмыкнул… его сестра становилась всё непослушнее.

Сы Юньсян подошла к Цинь Му и посмотрела на Лин Юйсю. Она улыбнулась ей и, ничего не сказав, опустила голову, чтобы поиграть с цилинем.

Лин Юйсю с мерцающим взглядом посмотрела на её спину и тихим проговорила:

— Эй, коровий пастух, мне надо переодеться.

Лин Юйшу сразу же поспешил и сказал:

— Сестра, мужской наряд хорош, мужской наряд очень хорош, ты выглядишь особенно хорошо в нём!

— Правда? Ты на самом деле так считаешь?

Лин Юйшу тяжело кивнул.

Летающий корабль поднялся в небо и преодолел триста километров до префектуры Благоприятной. Это место находилось вниз по реке, в двух тысячах километров к востоку от восточного моря. Министерство Труда когда-то построило огромный мост, который пересекал реку Мутную, протянувшуюся на двадцать километров.

Сотни людей посмотрели вниз с корабля и увидели, что центральная часть огромного моста сломана. Множество частей моста просто валялись недалеко, должно быть это случилось из-за суровой зимы от снежной катастрофы. Наверное, огромный снежный ком, который катился вниз с горы сломал мост. С проливной речной водой течение было очень быстрым, так что починить мост было нелегко.

Корабль спустился в префектуру Благоприятную. Губернатор немедленно вышел вперёд, чтобы поприветствовать Лин Юйшу, после чего последний проговорил:

— Губернатор, отправь своих практиков божественных искусств помочь помощнику Министерства Труда починить мост.

Местный чиновник немедленно созвал практиков божественных искусств префектуры Благоприятной. Несколько сотен людей последовали за Мастером Чертога Небесных Изделий к сломанному мосту. Цинь Му и остальные тоже пошли.

Ломая голову над тем, как им отремонтировать мост через такое быстрое течение, они вдруг увидели, что Мастер Чертога Небесных Изделий крикнул практикам божественных искусств позади него. Его магическая сила вырвалась наружу, и вода реки Мутной мгновенно поднялась вверх, образуя дугу в воздухе. Река продолжала течь пять-шесть километров в воздухе, прежде чем приземлиться обратно.

В районе пяти-шести километров на дне реки не было ни речной воды, ни сырости. Мутная была очищена сотнями практиков божественных искусств.

— Выплавим камни и соединим мост! — Мастер Чертога Небесных Изделий отдал приказ, появилось множество практиков божественных искусств с Духовным Телом Красной Птицы. Разместив огромную печь на дне реки, они начали забрасывать в неё камни, в то время как огненные птицы летали вокруг, когда практики божественных искусств выполняли свои божественные искусства и плавили камень в печах, превращая их в лаву. Затем, чтобы контролировать форму лавы с их магической силой, превращая лаву в каменные столбы, вперёд вышла другая группа чиновников из Министерства Труда.

Через мгновение каменные столбы были возведены прямо над руслом реки. Другие должностные лица из Министерства Труда подошли со стороны горы, находящейся неподалёку, перевозя камни, которые уже были нарезаны. Они аккуратно кидали их в печь… И через два часа огромный мост был восстановлен.

Сердце Цинь Му начало быстро биться, он воскликнул про себя: «Чудо! Превосходное мастерство!»

Глава 281. Приглашение Короля Драконов

Как только огромный мост был отстроен, многочисленные чиновники Министерства Работ взлетели ввысь, осматривая окрестности дамбы. Цинь Му увидел огромное количество людей, вонзающих жерди внутрь строения, по одной каждые триста метров.

Возле каждой жерди вставал человек, как вдруг кто-то воздвиг огромный колокол в самом центре реки. Раздался оглушающий звон, и в этот миг люди приложили уши к железным жердям.

— Что они делают? — спросил сбитый с толку Цинь Му.

Лин Юйсю подошла к нему и ответила:

— Возможно ты не знал, но река Мутная часто выходила из берегов, затопляя окрестности, поэтому Имперский Наставник приказал помощнику министра Работ разобраться с проблемой. Тот потратил огромное количество ресурсов, поэтому у отца начали возникать вопросы, например, чем тот занимается и на что идут деньги страны. Как оказалось, с обеих сторон реки Мутной были построены медные стены, толщиной в пять сантиметров и высотой в полметра. Они сравнялись с уровнем дамбы, простираясь на десять тысяч километров вдоль реки. Стенки были покрыты специальными рунами, поэтому, чтобы проверить их на предмет трещин и повреждений, достаточно просто стукнуть в колокол.

Посмотрев на усердно работающего Мастера Чертога Небесных Изделий, Цинь Му похвалил:

— Великолепная идея.

Сы Юньсян тоже подошла к нему и добавила:

— Император почти казнил его за растрату слишком огромного количества денег.

Лин Юйсю бросила не неё взгляд и проговорила:

— Помощник министра потратил слишком много. В последние годы он мастерил летающие корабли, роскошные лодки, плавающие по морю, судна для путешествий по земле, летающие кареты, плавильни для рудных гор, оружейные мастерские и заводы по всей стране. Даже некоторые города были перестроены, обретая канализацию, каменные дороги, защитные строения и другое. Я тогда ещё не родилась, но по словам второго брата, количество потраченных денег заставило принцев, консортов и даже мою бабушку туго завязать пояса, чуть не зеленея от голода. Имперская сокровищница исчерпалась в мгновение ока, а зарплаты чиновников задержались на несколько месяцев.

Сы Юньсян улыбнулась:

— А что произошло потом?

Принцесса вздохнула:

— Спустя некоторое время, плавильни обрели великую популярность, и торговцы начали приобретать всевозможные летающие корабли и украшенные лодки. Заводы непрерывно изготовляли товар, и менее чем за два года имперская сокровищница снова наполнилась до верха. Из-за этого пришлось построить ещё несколько сокровищниц, поэтому отец рад, что не убил помощника министра.

— Министерство Работ вне конкуренции по количеству потраченных денег, на втором месте находятся чиновники из Отдела Водоснабжения. Они построили инфраструктуру для орошения и транспортировки воды, вроде колесниц для доставки воды, водохранилища для предотвращения потопов, всевозможные дамбы, мосты и каналы. Их расходы текут, будто река, но в то же время приводят к улучшению жизни обычных людей.

Моргнув, Сы Юньсян проговорила:

— Кажется, что деньги тратят лишь помощник министра и другие чиновники, для чего тогда назначили главного министра? Он будто ничего не делает, оставляя всю работу Помощнику Министра Шань Юсиню.

— Главный министр контролирует их расходы, ответила Лин Юйсю.

Слегка рассмеявшись, Сы Юньсян удивилась:

— Главного министра назначили контролировать их расходы, но Император всё равно не уверен в том, что всё идёт хорошо? В конце концов помощник министра и остальные чиновники являются членами Небесного Святого Культа. Император в курсе, что они мастера чертогов и ладана культа. Поэтому не слишком им доверяет.

Взгляд Лин Юйсю опустился на её тело:

— Кажется, младшая сестра Юньсян сильно интересуется делами культа.

Сы Юньсян сладко улыбнулась:

— Я не слишком талантлива, поэтому являюсь лишь Святейшей Небесного Святого Культа, естественно, я интересуюсь делами культа. Владыка Культа Цинь — наш священный учитель, так что он тоже ими интересуется. Вопросы, которые я задаю принцессе, интересуют и Владыку.

Две девушки уставились друг на друга широко открытыми глазами.

Цинь Му проигнорировал их, всмотревшись в даль. Он наблюдал за чиновниками из Отдела Водоснабжения и Отдела Земельных Участков, проверяющими земли и механизмы орошения. В то же время Отдел Сбора Урожая осматривал фрукты и овощи, и юноша решил подойти к ним.

— Владыка, до того, как мы сможем собрать осенние плоды, их атакуют вредные насекомые.

Чиновником Отдела Сбора Урожая был мастер ладана Чертога Сельского Хозяйства. Он слегка разрыл землю и достал из неё несколько яиц, говоря к Цинь Му:

— Несмотря на то, что зима была очень холодной, яйца смогли её пережить. Спустя три-пять дней потеплеет, и из них вылупятся насекомые. Так как большинство растений были съедены или сожжены во время холодов, они начнут жрать посевы. Лучше предотвратить подобное, чтобы избежать ущерба. Как только насекомые вылупятся, их нужно будет немедленно убить!

Цинь Му спросил:

— Мастер Ладана, как нам лучше всего уладить данную проблему?

— На обработанных землях должны дежурить мастера меча или заклятий игл. В противном случае, эксперты ядовитых насекомых могут освободить своих тварей, чтобы убить вредителей.

Чиновник из Отдела Урожая встал и, хлопнув ладонями, сбил пыль с рук и тела:

— Последователи Чертогов Меча, Заклятий и Ядовитых Насекомых могут прийти сюда, чтобы набраться опыта.

Цинь Му кивнул и подозвал к себе Фань Юньсяо:

— Брат Фань, прикажи десятку учеников Чертогов Меча, Заклятий и Ядовитых Насекомых прийти сюда.

Мужчина подозвал к себе другого бандита, приказывая ему передать приказ.

Отдел Водоснабжения ремонтировал механизмы водоснабжения, очищая мусор, скопившийся в каналах. Они также немного изменили строение системы, делая полив обработанных земель более удобным.

В свою очередь чиновник из Отдела Земельных Участков занимался измерениями земли. Он достал небесные измерительные линейки, которые раскрылись из своего сложенного состояния, становясь всё длиннее и длиннее под воздействием его Ци. На поверхности линейки появилась шкала, и имперский ученик начал записывать цифры, щёлкая странными счётами, созданными из Ци.

В то же время помощник министра позвал всех чиновников Отдела Работ за собой и взлетел высоко в небо, осматривая свысока дороги префектуры Благоприятной. Отметив части покрытия, нуждающиеся в ремонте, они спустились на землю, принимаясь за работу.

«Шань Юсинь — способный человек!» — мысленно воскликнул Цинь Му. У чиновников Министерства Работ Империи Вечного Мира был тщательно проработанный подход к решению проблем, приносящий пользу как людям, так и государству.

В поместье городского лорда, губернатор префектуры Благоприятной докладывал о ситуации, и Лин Юшу слушал его всю ночь. Затем он подозвал официального регистратора, проверяя всевозможные записи, поэтому у него не было ни минуты на сон.

Когда наступил второй день, Лин Юшу и губернатор уже были на пределе своих сил. Как только наследный принц покинул поместье городского лорда, подошли главный министр и его помощник. Шань Юсинь протянул ему несколько свитков:

— Ваше Высочество, мы разобрались с проблемами системы водоснабжения, урожая и транспорта. Только проблемы, касающиеся Отдела Земельных Участков, требуют Вашего вмешательства.

Лин Юшу удивлённо воскликнул:

— Так быстро?

— Как только Ваше Высочество закончит читать, будьте готовы убивать людей, — ответил помощник министра.

Лицо Лин Юшу обрело серьёзное выражение:

— Они присвоили себе так много земель?

Шань Юсинь кивнул.

Подозвав к себе губернатора префектуры Благоприятной, Лин Юшу положил свитки в его руку с мрачным выражением лица:

— Ещё рано ложиться спать. Я не ложусь, и ты будешь читать это вместе со мной! По мере прочтения мы будем задерживать и убивать людей. Все, кого нужно задержать, будут задержаны, и все, кого нужно убить, будут убиты. В такие суровые времена, нужно принимать суровые меры.

Лицо губернатора префектуры Благоприятной приобрело пепельный цвет.

Цинь Му подозвал к себе Чэнь Ваньюня и остальных:

— Это ваша работа. Присоединяйтесь к чиновникам и помогите им задержать нарушителей.

Чэнь Ваньюнь пробормотал в ответ:

— Владыка, разве ты не говорил, что путешествие будет не слишком опасным? Чтобы быть способным захватить земли в такие сложные времена, эти люди должны быть местными тиранами! Не стоит недооценивать силу влиятельных семей!

Юноша улыбнулся:

— Вы ребята, ученики Имперского Колледжа, элита империи. Как вы смеете бояться местных тиранов?

Вэй Юн, Юэ Цинхун и остальные не могли дождаться, когда можно будет приняться за дело.

Спустя некоторое время, наследный принц и судья передали указ о задержании нарушителей, и Вэй Юн с остальными немедленно отправились следом за чиновниками. Они вернулись лишь после обеда, с ног до головы заляпанные кровью. Это свидетельствовало о том, что юношам пришлось принять участие в нескольких ожесточённых битвах.

Лин Юшу понадобилось два дня, чтобы разобраться с проблемами префектуры Благоприятной, после чего он и остальные отправились на восток, по дороге решая всевозможные проблемы вдоль реки Мутной. В один день они наконец-то добрались к префектуре Реки. Это отдалённое от столицы место находилось на берегу восточного моря, поэтому здесь были хорошо развиты водные пути и построен огромный порт. Корабли местных торговцев плавали не только ко всем другим портам Империи, но даже вели торговлю с зарубежными странами.

Все уже были отлично знакомы с рабочим процессом, поэтому немедленно отправились проводить инспекцию, не дожидаясь пока помощник министра отдаст приказ. Разобравшись с местными вопросами, Лин Юшу увидел усталость в глазах работников и проговорил:

— Мы все отлично поработали, почему бы нам не остановиться отдохнуть на несколько дней?

Все радостно воскликнули.

Лин Юйсю немедленно потянула Цинь Му на прогулку вниз по улице:

— Торговля префектуры Реки процветает, у них есть много интересных товаров с зарубежных стран. Давай прогуляемся по ярмарке.

— Я тоже пойду!

Сы Юньсян пошла следом за ними, на что принцесса подумала: «Вот лиса!»

«Маленькая потаскуха!» — подумала Сы Юньсян, улыбаясь.

Взгляды обеих девушек разразились искрами, но Цинь Му ничего не заметил. На ярмарке и вправду было огромное количество необычных и странных игрушек, но внимание парня привлекали не они, а иностранцы.

Он видел огромное количество людей из-за рубежа, одетых во всевозможные одежды, их внешний вид значительно отличался от того, как выглядели люди Империи Вечного Мира. Некоторые из них даже были циклопами, с одним вертикальным глазом последи бровей.

Кроме того, встречались четырёхрукие и двухглавые люди.

Также улицами блуждали роскошно одетые девицы из морских племён. Однако, у них было восемь ног, как у осьминога, отчего те невероятно быстро передвигались. Присмотревшись поближе, можно было заметить жабры возле их ушей.

— Они пришли с моря, — прошептала на ухо юноши Сы Юньсян. — Это торговцы из морского племени. Я слыхала, что их страна находится под водой.

Цинь Му был поражён.

Товары, которыми те торговали, также были невероятно странными. Юноша остановился возле синего кораллового дерева, окутанного огромным шаром воды, отдающего лёгким паром. Внутри этого пара верхом на морском коньке каталась крохотная девица, размером в шесть сантиметров, поя народную песню, которую никто не мог понять.

Спустя некоторое время из дерева вылетело ещё несколько крохотных девиц и мужчин, присоединяясь к танцам и песням. В этом дереве жило настоящее племя!

Сы Юньсян и Лин Юйсю тоже были поражены. В этот миг стройная высокая девушка в зелёном платье подошла к дереву, воскликнув от удивления:

— Какой странный вид! Что скажешь, Сяохун?

Цинь Му наклонил голову, увидев красную нефритовую серьгу, свисающую из уха той девушки. Внезапно серьга потянулась, приняв облик змеи, и широко раскрыла пасть, шипя на Цинь Му.

— Лунь Цзяонань!

Юноша был поражён и хотел немедленно достать свой меч, когда девушка улыбнулась:

— Будет лучше, если Владыка культа не станет делать лишних движений. Мой Сяохун находится в области Семи Звёзд, и может проглотить вас трёх одновременно. Владыка, мой отец хочет с тобой встретиться.

Кожа на голове Цинь Му онемела:

— Старый Король Драконов тоже здесь?

Лунь Цзяонань улыбнулась:

— Мой отец — Король Драконов, ты действительно думал, что у него здесь нет своих подчинённых? Тем более, благодаря Владыке культа наша секта Наездников Дракона была стёрта с лица земли, отчего у нас с отцом не осталось выбора, кроме как прятаться на задворках восточного моря.

Сы Юньсян моргнула глазами и радостно сказала:

— Сестра Лунь, поздравляю с захватом Владыки Небесного Дьявольского Культа и Шестой Принцессы Вечного Мира! Я здесь не при чём, до свидания!

Лунь Цзяонань ухмыльнулась, и маленькая змея на её ухе протянулась к Сы Юньсян, облизывая шею девушки:

— Старшая дочь семьи Сы, Святейшая Небесного Дьявольского Культа, ты не менее ценная, чем Шестая Принцесса Вечного Мира. Думаешь я не знала кто ты на самом деле?

Глава 282. Неспокойные ветры и волны

Небесный Святой Культ был одной большой семьёй, “Сы” в фамилии Сы Юньсян означало управление и контроль. С тех пор, как был основан культ, семья Сы отвечала за управление навыками, наследством, богатством и распространением культа. Семья Сы была чрезвычайно важна, поскольку Святейшая из Небесного Святого Культа чаще всего происходила из этой семьи. Она будет главой, и в какой-то степени, важность семьи Сы даже выше, чем у Владыки, священного учителя. Сначала была бабушка Сы, а сейчас Сы Юньсян.

Лун Цзяонань, естественно, знала, чего стоит Сы Юньсян. На этот раз она поймала шестую принцессу Империи Вечного Мира, а также Владыку и Святейшую Небесного Дьявольского Культа, что очень порадовало её саму. Тем не менее, она всё ещё была очень осторожна и сняла мешок таоте с талии Цинь Му, а также духовное оружие с Лин Юйсю. Затем она протянула руку и хотела проверить Сы Юньсян.

— Сестра Лун, не трогай меня. У меня нет духовного оружия, я иду по пути заклятий, — смеясь, оправдалась Сы Юньсян.

Лун Цзяонань усмехнулась. Она взяла шпильку и сказала:

— Заклятий? Я вижу, что ты тоже эксперт навыков меча! Мощь этой шпильки невообразима!

Ножи для убоя свиней, железный молот и остальное оружие, она забрала у Цинь Му, в то время как кисть, чернила, бумага и чернильный камень, которые были скрыты в его рукавах, также были конфискованы. Однако, когда Лун Цзяонань увидела, что все эти предметы были обычными безделушками, а не духовным оружием, она засунула их обратно.

Девушка свистнула, и маленькая красная змея начала рыскать вокруг одежды троицы, чтобы найти больше духовных оружий. Лун Цзяонань была опытным человеком, поэтому она не оставила бы им абсолютно никакого шанса на побег. Самым важным моментом было то, что Цинь Му не взял с собой цилиня, когда выходил прогуляться с двумя женщинами. В этот момент зверь всё также дрых в поместье городского лорда!

— Идём, — сказала Лун Цзяонань, которая, будучи очень красиво одета, была очаровательна. Когда она взяла за руку Цинь Му, в её лице был даже намёк на застенчивость. — Мой корабль находится у моря, там, наверное, уже заждались нас. Когда наследный принц поймёт, что произошло, вы трое уже будете далеко отсюда.

— Сестра Лун очень заботливая, — улыбнулся юноша.

Лун Цзяонань свистнула, и маленькая красная змея скользнула по телу Цинь Му, в итоге повиснув на его левом ухе и время от времени высовывая раздвоенный язык. После чего девушка мягко улыбнулась:

— Независимо от того, насколько ты силён, тебе будет трудно избежать моей хватки. Не стоит сопротивляться. Сяохун может забрать твою жизнь, просто открыв рот.

Три женщины и один мужчина покинули ярмарочную зону, как вдруг пересеклись с Чэнь Ваньюнем, Вэй Юном, Юэ Цинхун и остальными учениками. Когда обе группы встретились лицом к лицу, Лун Цзяонань улыбнулась и прошептала Цинь Му:

— Веди себя естественно, если хочешь, чтобы ты и твои друзья остались в живых.

Чэнь Ваньюнь остановился и посмотрел на трёх женщин:

— Владыка, эта девушка кажется мне незнакомой, могу я спросить, кто она?

— Старая знакомая. Ребята, вы делаете покупки?

— Я не хотел идти сюда, но что я мог сделать, когда толстяк Вэй, Цинхун и остальные заставили меня выйти, сказав, что мы должны посмотреть на местные мероприятия и обычаи, — беспомощно сказал Чэнь Ваньюнь. Закончив говорить, он повёл всех на ярмарку.

Лун Цзяонань повела юношу и остальных в порт.

На ярмарке Чэнь Ваньюнь сделав пару шагов, остановился и быстро сказал:

— Владыка в опасности!

Вэй Юн, Юэ Цинхун и остальные были ошеломлены, не понимая, что он имел в виду. Чэнь Ваньюнь уверенно добавил:

— Оружия на теле Владыки пропали. Они всегда были при нём, но теперь их нет. Кроме того, я не увидел шпильку на спине сестры Сы, духовного оружия принцессы также не было. С этой женщиной определённо что-то не так… идите, сообщите наследному принцу, я их выслежу!

Вэй Юн, Юэ Цинхун и остальные, наконец, поняли всю серьезность дела и немедленно вернулись в поместье городского лорда. Чэнь Ваньюнь тем временем покинул ярмарку, думая про себя: «Хм, я, кажется, раньше где-то видел эту женщину. Интересно, кто она такая…»

Лун Цзяонань привела Цинь Му и остальных в порт и посадила на корабль:

— Поднять паруса!

Корабль немедленно отчалил и отправился в глубины восточного моря. Находящийся позади них Чэнь Ваньюнь оставил на земле заметные следы, прежде чем рвануть по поверхности моря в погоне за кораблём. Скорость корабля увеличивалась, поэтому он был вынужден тоже прибавить ходу, чтобы идти в ногу с целью.

Какой-то человек на борту корабля громко закричал:

— Кто-то преследует нас!

Лун Цзяонань подошла к корме и была слегка ошеломлена, увидев, как Чэнь Ваньюнь шагает по волнам:

— Просто имперский ученик. Он действительно думает, что сможет одолеть морских драконов?

Она свистнула, и что-то невообразимо странное стало происходить вокруг. Вскоре из-под воды появились атласные морские змеи длиной более тридцати метров, которые быстро поплыли в сторону ученика.

Чэнь Ваньюнь был поражён, летающие мечи вылетели из мешка на его спине, убивая морских змей, которые набрасывались из него. Область, в которой он сражался, казалось, была кипящей водой, выплёскивающейся из горшка. Бесчисленные морские змеи, похожие на драконов, прорвались сквозь воду и отчаянно нападали на него!

Пока Чэнь Ваньюнь расправлялся с морскими змеями, корабль исчез без следа. Он поднялся в небо осмотреться, но как бы далеко не вглядывался, он так и не смог найти, куда делся тот корабль.

— Чёрт! — рассержено выпалил Ваньюнь.

На корабле Лун Цзяонань не запрещала Цинь Му и остальным бродить вокруг и наблюдать за кораблём, идущим всё дальше и дальше в глубины моря. Юноша поднял голову, увидев высоко над головой небо, а когда опустил голову, то бездонное море. У него попросту не возникало каких-то по-настоящему эффективных идей, как оставить след, который бы указывал на них. Как вдруг взволнованно блеснув глазами, он развернул бумагу, начав рисовать на носу корабля…

Лун Цзяонань подошла посмотреть и увидела, что парень рисует море. Опасные волны и тёмные тучи сметали всё вокруг. Корабль путешествовал, рассекая ветер и волны, в то время как молнии вспыхнули в темноте, на мгновение освещая всё вокруг. От этой картины веяло своеобразным художественным настроением, которое заставляло людей почувствовать себя на месте художника.

— Я не ожидала, что навыки живописи Владыки Культа Циня будут на таком высоком уровне, — хвалила его Лун Цзяонань. — Если бы ты поехал в столицу и начал зарабатывать на своих картинах, ты бы определённо добился успеха в этой области.

Идущий рядом лодочник, помахал своим мечом палача у шеи Цинь Му, посмеиваясь:

— Как жаль, что Владыка Небесного Дьявольского Культа скоро умрёт, но, несмотря на это, у него ещё есть настроение на искусство.

— Старый Третий Призрак, прежде чем мой отец прикажет его убить, он всё ещё считается гостем, приглашённым нашей сектой Наездников Дракона, проявите уважение! — улыбнулась Лун Цзяонань.

Глаза Лин Юйсю загорелись, она подошла посмотреть на картину Цинь Му, тайком поглядывая на Сы Юньсян. Юноша, казалось, был недоволен законченной картиной и отложил в сторону, чтобы начать заново. Он снова добавил ветер, дождь, молнии и опасные волны, но на этот раз без корабля.

Лун Цзяонань изначально смотрела с пристальным интересом, но, когда она увидела Цинь Му, снова и снова пишущего примерно одинаковые картины, интерес совсем пропал. Она ушла, оставив Сяохун на ухе паренька… Последний написал ещё несколько картин о морском шторме, затем он поднял свою кисть, добавив несколько заключительных штрихов к картинам. Когда он положил свой первый мазок, картина, казалось, стала немного другой. Буря внутри как будто пропала.

Цинь Му добавил последний штрих к десяткам картин и, без лишних разговоров, выбросил их с корабля. Лун Цзяонань вздохнула с жалостью, когда увидела это зрелище.

С руками за спиной, юноша посмотрел на девушку с улыбкой:

— Я слышал, что в море порой случаются свирепые штормы, а также поднимаются огромные волны, поэтому мне интересно, сможет ли корабль сестры Лун справиться со всем этим?

— Осмотрись вокруг, над головой ясное небо, о каком ветре и волнах ты говоришь? — как только она это сказала, ветер внезапно стал сильнее, становясь штормовым, а когда небо потемнело… Разразилась буря!

Высота волн превзошла горные вершины, выбросив корабль в небо. Все на корабле были застигнуты врасплох и пытались успокоиться. Молнии потрескивали и били наугад. Среди хаоса, Цинь Му стряхнул Сяохун со своего уха.

Как только маленькая красная змея вылетела и собиралась показать свою истинную форму, несколько сотен молний собрались вместе и ударили по её телу с сотрясающим мир взрывом!

Лун Цзяонань была шокирована, когда увидела маленькую красную змею, падающую в море. Бесчисленное множество молний ударило в область, где упала маленькая красная змея. Она, наконец, показала свою истинную форму в морской воде, но её непрерывно ударяли бесчисленные молнии, отчего змея медленно погружалась на дно моря.

«Откуда взялась буря? Почему молнии ударяют только по Сяохун? Это очень похоже на его картины…» — думая про себя Лун Цзяонань огляделась вокруг, но увидела только кромешную тьму.

Левой рукой Цинь Му схватил Сы Юньсян, а правой Лин Юйсю. Затем они втроём прыгнули в пучины чёрного моря.

Лун Цзяонань громко закричала, и корабль под её ногами внезапно разделился на пять частей, все, кто был на борту упали в море. В этот момент она увидела ещё один корабль, уплывающий от свирепых волн. Цинь Му, Лин Юйсю и Сы Юньсян стояли на носу этого корабля. Владыка культа помахал ей рукой, а уже в следующий миг корабль погрузился во тьму, бесследно исчезая. Лун Цзяонань тут же погналась за ними, но огромная водная горноподобная волна обрушилась на неё, погружая её в воду.

Лун Цзяонань попыталась выплыть, но как только она вынырнула из воды, множество молний начали бить по ней. Девушка делала всё, что могла, чтобы дать отпор молниям, как вдруг они мгновенно исчезли и ветер прекратился, отчего море стало выглядеть мертвенно спокойным.

Лун Цзяонань стояла полностью промокшая. Оглядевшись, она увидела чернила, постепенно рассеивающиеся в море, и огромную израненную змею, плывущую в её сторону. Оглядевшись, девушка ощутила, как в её сердце вспыхнуло чувство запоздалого, затяжного страха. Все матросы корабля погибли в морских пучинах, не смог уцелеть даже старый Третий Призрак.

«Было ли всё это сотворено руками Владыки Культа Циня?» — смотря в море, размышляла Лун Цзяонань.

****

Цинь Му и две девушки стояли на носу корабля, который вскоре рассеялся и превратился в лужу чернил, также исчезнувших в море. Трио привели в движение свою жизненную Ци и приземлились на поверхность воды, увидев впереди остров.

— Лун Цзяонань привела нас в глубины восточного моря, мы не сможем вернуться в приморскую префектуру Реки… мы умрём быстрее, чем доберёмся туда, — говорил Цинь Му. — Почему бы нам сначала не пойти на тот остров отдохнуть? Чэнь Ваньюнь очень умный и я знаю, что они уже ищут нас с наследным принцем. На корабле Фань Юньсяо найти нас будет не так уж и трудно.

Когда троица ступила на остров, внезапно из леса выбежало множество маленьких людей в жёлтом. Они держали в руках ножи, вилки, посохи и дубинки, агрессивно бросаясь вперёд. Однако, когда трио прошли перед ними, эти маленькие люди остановились и с ужасом посмотрели на них.

— Великаны! — взвизгнул во всё горло один из них.

Местная армия немедленно разбежалась во всех направлениях. Рост коротышек составлял всего тридцать сантиметров. Кто-то прятался в расщелинах скал, кто-то под песком, кто-то уходил под листья, а кто-то, не будучи способным найти укромного скрытного места, просто решил прикинуться мёртвым на земле. Такие индивидуумы просто высовывали языки наружу и широко раскрывали глаза.

— Так много печатей Соломона? — Сы Юньсян была удивлена. — Они печати Соломона, которые превратились в духов. Их можно съесть, они помогают в совершенствовании.

— Великаны собираются съесть нас! — закричала одна из печатей Соломона, которая прикидывалась мёртвым и вскочила. Она сразу побежала в сторону, врезавшись в первое же попавшееся дерево и упав без сознания.

Глава 283. Изменения Мира

Цинь Му поднял печать Соломона и перевернул, осматривая. Остальные печати высунули головы из-под листьев, песка и щелей. Увидев, как гигант поднимает их товарища, они начали бить тревогу, после чего спрятались ещё глубже, не проявляя никакого желания помогать своему сородичу.

Детально осмотрев крохотного человечка, Цинь Му обнаружил, что его ноги были созданы из огромного количества корней, сплетённых между собой. Вокруг пояса существа была обмотана юбка из трав, а на лице росла борода, напоминающая коренья дерева. В руке тот держал копьё, вытесанное из ветки бамбука. Наконечник оружия был снежно-белым, изготовлен из какого-то особого метала. Юноша не мог не удивиться, ощупывая деликатное копьё, напоминающее иголку, детально изучая материал наконечника.

Цинь Му не смог определить из какого материала было изготовлено оружие, но сильно удивился, обнаружив крохотные руны на поверхности наконечника. Судя по одёжке печатей Соломона, существа точно не владели искусствами рун и заклятий.

Откуда тогда взялся метал для копья?

Печать Соломона, казалось, просыпалась, начиная дрожать. Внезапно из её головы пробился зелёный росток, начав расти с невероятной скоростью, так как существо было чрезвычайно взволновано.

Цинь Му улыбнулся:

— Перестань прикидываться мёртвым. Я не собираюсь тебя есть, у меня всего лишь есть несколько вопросов.

Печать Соломона собрала всю свою волю в кулак и приоткрыла глаза. Однако, увидев улыбку и оголённые зубы Цинь Му, не смогла сдержать себя в руках и снова упала в обморок.

В глубине леса раздались свирепые визги, и вскоре оттуда выбежала сотня разъярённых печатей Соломона. Это, очевидно, был отряд спасения, спешащий на помощь своему товарищу. Впрочем, увидев, как Цинь Му его ощупывает, солдаты немедленно развернулись и побежали обратно в ещё большей спешке.

Юноша был поражён, качая головой:

— Совсем никакой храбрости…

Он сорвал лист на голове печати, и та снова проснулась. Выпустив её из рук, Цинь Му поднял существо в воздух перед собой с помощью Ци:

— Перестань прикидываться мёртвым. Ещё раз так сделаешь — станешь мёртвым по-настоящему. Можешь сказать мне, почему на этом острове так много печатей Соломона?

Крохотный человечек задрожал и ответил:

— Я не знаю, спроси у предков!

Нахмурившись, Цинь Му спросил снова:

— Откуда у тебя это копьё?

— Я не знаю, спроси у предков.

Цинь Му беспомощно поставил существо на ноги, проговорив:

— Веди меня к своим предкам.

Как только печать Соломона приземлилась на землю, она немедленно отправилась вглубь острова, как вдруг из-под травы неподалёку высунулась крохотная голова и пропищала:

— Предатель!

Цинь Му протянул руку, немедленно вытаскивая горлопана:

— Ты тоже будешь показывать путь, веди меня к своим предкам.

Существо сразу же подчинилось и опозоренно опустило голову, становясь таким же, как и его товарищ, предателем. Печать Соломона сбоку сразу же с гордостью подняла голову, будто звание первого предателя был почётным.

— На этом острове слишком много печатей Соломона, — недоумевала Сы Юньсян.

Добравшись до центра острова, они обнаружили висящие на деревьях дома. Строения были невероятно хрупкими, размером с большое птичье гнездо. Будучи ветками винограда, сплетёнными в форме домиков, издалека они напоминали огромные яблоки.

Отряд подошёл поближе, и двери домиков на деревьях начали слегка приоткрываться. Бесчисленные печати Соломона пытались уголком глаза разглядеть, что же происходит.

Всё это напоминало странный мир на дереве…

На земле тоже были крохотные домики печатей, построенные из небольших камней. Вместе они создавали целый город, площадь которого, тем не менее, не превышала шести соток.

Две печати Соломона вошли в затихший город, и солдаты у ворот замерли, увидев приближение трёх гигантов. Бедолаги не смогли выдавить из себя и слова, даже не думая о том, чтобы остановить путников.

— Здесь живут десятки тысяч печатей Соломона! — Сы Юньсян не могла сдерживать шока. — Владыка, если ты захватишь и продашь их всех, твоё богатство сравнится с богатством империи!

Остановившись за пределами города, Цинь Му покачал головой:

— С чего бы мне это делать?

Девушка была сбита с толку:

— Слабый — это пища сильных, разве не такое правило царит в Великих Руинах?

— Святейшая, поведение хищников Великих Руин немного отличается от твоих представлений, — объяснил Цинь Му. — Несмотря на то, что странные звери руин охотятся на слабых, они не смеют никого убивать без нужды. Суть хищного поведения именно в этом, а не в убийстве всех, кто слабее меня. Печати Соломона тоже формы жизни, владеющие разумом, и даже сумевшие построить свою собственную цивилизацию. Так как мы пришли на их территорию, нужно вести себя как цивилизованные люди. Разве можно просто так прийти и стереть с лица земли целую страну и её людей?

Сы Юньсян, казалось, задумалась.

Спустя некоторое время, из ослепительного особняка в центре города выехала карета, окружённая печатями Соломона, внутри которой ехала старая седоволосая женщина. С трудом поднявшись, она поздоровалась:

— Прошло много времени с тех пор, когда к нам в последний раз кто-нибудь наведывался, поэтому мы, маленькие люди, слегка стесняемся. Примите дань моего уважения.

— Старшая очень добра, — почтительно ответил Цинь Му. — Мы случайно попали на вашу землю, потревожив ваш народ, примите мои извинения.

Лин Юйсю и Сы Юньсян обратили внимание на то, что старуха тоже была не более тридцати сантиметров ростом. Она была до жалости крохотной, однако Цинь Му проявлял максимальную вежливость, не смея её оскорбить. Наблюдая за его поведением, они не смогли сдержать улыбок.

Вскоре обе девушки поприветствовали старуху с не меньшим уважением.

Старая женщина-печать проговорила:

— Моё скромное жильё слишком крохотное, чтобы поместить внутри трёх гигантов, поэтому я не могу пригласить вас внутрь, простите. Вы просто проплывали мимо?

Цинь Му улыбнулся:

— Да, мы просто проходили мимо и решили немного отдохнуть. Однако, увидев насколько необычно это место, мы решили вас потревожить. Могу ли я спросить, откуда здесь так много печатей Соломона?

— Вероятно, это из-за воды и земли. Я помню, как проснулась возле какого-то источника, внезапно обнаружив, что обрела разум. С того времени зародилась наша цивилизация, постепенно становясь всё больше и больше, — старуха улыбнулась в ответ.

— Источник? — Цинь Му удивлённо спросил. — Старшая может отвести нас туда?

Старая печать Соломона продолжала улыбаться:

— Конечно!

Сказав это, она приказала печатям Соломона вывезти карету за пределы города, вскоре добравшись к источнику. Тот был не слишком большим, имея диаметр лишь в двадцать метров, тем не менее, его глубина была настолько большой, что дно нельзя было разглядеть. Бесчисленные человечки постоянно набирали воду из источника, однако, независимо от того, сколько жидкости они уносили, уровень воды оставался неизменным.

Цинь Му набрал немного воды в руку и открыл Зелёные Глаза Небес, детально её осматривая. Обнаружив странную силу, сокрытую внутри, парень резко изменился в лице.

Печати Соломона, должно быть, потребляли эту воду круглый год, из-за чего превратились в духов. Более того, их тела не излучали дьявольской энергетики.

«Это не обычный источник», — подумали про себя Сы Юньсян и Лин Юйсю, тоже заметив, что с водой что-то не так.

Поднявшись, Цинь Му спросил:

— Я также заметил, что ваше оружие довольно необычное, можно ли узнать, откуда оно берётся?

Старуха-печать ответила:

— Их выносит на берег источника, после чего дети их собирают.

— Выносит на берег? — всмотревшись в глубь источника, Цинь Му начал что-то бормотать себе под нос, после чего проговорил. — Старшая, мы хотели бы нырнуть, чтобы посмотреть, что там внизу.

— Несмотря на то, что вы гиганты, вам всё равно нужно быть крайне осторожными. Источник невероятно глубокий, в нём утонуло много моих детей.

Немедленно призвав своих людей, старуха добавила:

— Я прикажу им принести длинные лозы винограда. Вы сможете ими обмотаться, а когда запас воздуха закончится, используете, чтобы выбраться наружу.

— В этом нет необходимости.

Цинь Му глубоко вдохнул, и в его сторону со всех направлений подул сильный ветер. Всосав в себя невероятное количество воздуха, он прыгнул в воду. Лин Юйсю и Сы Юньсян проделали то же самое, после чего поспешили следом.

Пруд был настолько глубоким, что дна нельзя было разглядеть. По мере погружения всё вокруг становилось только темнее и непрогляднее, однако, земли внизу так и не было видно. Давление воды тоже постепенно увеличивалось.

Внезапно перед отрядом засиял свет, и они увидели, как стенки источника начинают расширяться. По сторонам висели жемчужины размером с плетённую корзину, отдающие лёгким свечением.

— Они даже больше, чем жемчужины в имперском дворце! — удивлённо воскликнула принцесса.

Чем глубже они опускались, тем больше жемчужин появлялось на стенах. На глубине в несколько сотен метров давление воды наконец стало слишком сильным, отчего, казалось, лёгкие вот-вот взорвутся. Глаза подростков налились кровью, а барабанные перепонки загудели. Опустись они ещё немного, и над их жизнями повиснет смертельная опасность. Но как только Цинь Му собрался остановить девушек и вернуться обратно, ему в глаза бросился огромный котёл. Они наконец достигли дна пруда.

Там лежал огромный котёл шириной в несколько десятков метров. Из него исходили слабые течения, в то время как вокруг сосуда было пусто, без капли воды, только лишь воздух, и над ним сиял дневной свет.

Цинь Му, поплыв в сторону сосуда, вскоре пробрался сквозь водный барьер. Его тело мгновенно полетело вниз, заставив в спешке перевернуться в воздухе, чтобы приземлиться на ноги.

Лин Юйсю и Сы Юньсян тоже выбрались из воды и приземлились на землю, промокшие до нитки. Цинь Му бросил на них взгляд, и Сы Юньсян немедленно прикрыла грудь рукой. Увидев, что Лин Юйсю ничего не заметила, она толкнула принцессу плечом и тихо сказала:

— Он на тебя смотрит!

Вернувшись к сознанию, принцесса немедленно обернулся, высушивая свою одежду с помощью жизненной Ци. Отвернувшись, Цинь Му подумал: «И что я там не видел? Я успел всё разглядеть, когда она спала у меня дома. Какой толк с того, что её грудь больше моей, если я всё равно сильнее?»

Путники высушили одежду и начали осматриваться. Это место, вероятно, находилось на морском дне, так как вокруг была лишь непроглядная морская вода. Здесь даже были подводные вулканы, время от времени извергающие клубы чёрного дыма и потоки лавы. Изредка мимо проплывали огромные морские монстры, привлечённые ярким светом, красуясь своими гигантскими телами. Тем не менее, никто в отряде не знал, что это за существа.

Вперед возвышались мраморные колонны, отдающие спокойным светом. Сделав насколько шагов, они также разглядели чистый белый туман, внутри которого стоял едва различимый дворец гигантских размеров.

Под ногами лежала белая нефритовая брусчатка, но хоть она была ровно выложена, повсюду валялись её осколки.

Вокруг котла находилось несколько колонн, поэтому это место всем своим видом напоминало развалины какой-то святыни.

Вода, поднимающаяся из котла, не попадала в море. Она вытекала на поверхность земли, где её пили печати Соломона, обретая разум.

— Я уже видел похожее место, — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, когда он проговорил. — В Великих Руинах есть Дворец Дракона Вздымающейся Реки, который обустроен подобным образом, хоть и значительно уступает в размерах. Там жил и правил рекой Драконий Король Вздымающейся Реки.

— Неужели это дворец дракона? — взволновалась Сы Юньсян.

— Это не дворец дракона, — Лин Юйсю задрожала, тихо проговорив. — Я не чувствую присутствия дракона. Наоборот, драконам здесь не место… Это дворец бога!

— Даже если здесь был бог, он уже давно умер, — Цинь Му сделал шаг вперёд и взмахнул рукавом. В воздух поднялось облако пыли, раскрывая разрушенную каменную табличку. На ней была вырезана древняя надпись, гласящая “Святыня Бога Изогнутой Горы”.

— Бог Изогнутой Горы? — парень нахмурился. — Разве может горный бог жить на морском дне?

Сы Юньсян покачала головой:

— Горный бог не может жить под водой, разве что когда-то это место находилось над уровнем моря…

Глава 284. Святыня Бога

Сы Юньсян с недоумением на лице проговорила:

— Было ли это место в прошлом выше уровня моря? Этого быть не может, нет такого зафиксированного изменения в истории нашего священного культа…

Небесный Дьявольский Культ существовал двадцать тысяч лет. Восточное море всегда считалось восточным морем, не было никаких записей о том, что когда-то оно было другим континентом. Что касается истории Империи Вечного Мира, то её существование было ещё короче, поэтому было невозможно узнать, когда восточное море появилось.

— Данный морской участок очень глубокий, даже практики божественных искусств Шести Направлений, как и мы, вероятно, не смогли бы дойти до дна. Три тысячи метров глубиной, как минимум, — сказал Цинь Му и подошёл к огромному котлу, протянув палец. Его жизненная Ци вылетела и выстрелила прямо в котёл. — Тут даже глубже, чем я ожидал, четыре тысячи девятьсот пятьдесят шесть метров. Поскольку упоминается горный бог, должна быть гора, на которой когда-то был построен этот храм. Чтобы гора была дарована богу, она должна быть как минимум три тысячи метров в высоту…

Сы Юньсян и Лин Юйсю сразу поняли, что он имел в виду. Святыня Бога Изогнутой Горы должна находиться на горе Изогнутой, а вокруг неё должны были располагаться обширные поля. После того, как произошла какая-то огромная трансформация, эти земли и гора затонули, становясь морем!

Если бы землетрясение внезапно потрясло всю Империю Вечного Мира и погрузило на десять тысяч метров в землю, что бы тогда произошло?

Данная земля — место, где стояла Святыня Бога Изогнутой Горы. И здесь когда-то произошло необъяснимое землетрясение…

Цинь Му, прямо сейчас находясь рядом с неоправданно огромным котлом, огляделся. Владелец этого места, должно быть, занимался готовкой пилюль, когда произошло чудовищное землетрясение, таким образом, у него не должно было быть достаточного количества времени, чтобы забрать их из котла. Юноша посмотрел на котёл, увидев, что внутри плавали сломанные куски металла, оставшиеся от разрушенных оружий.

Цинь Му прыгнул в котёл проверить и увидел, что духовное оружие было полностью разрушено. Он не смог найти ничего полезного. Вместо этого его внимание привлекли декоративные узоры на котле. Они были основаны на рунах, но отличались от рун, которые он видел раньше, выглядя чем-то совсем иным.

«Котёл явно не из этой эпохи, а руны похожи на руны Великих Руин, однако, есть кое-какие различия», — он осмотрел их, прежде чем выпрыгнуть.

Цинь Му испарил воду на своём теле и подошёл к девушкам:

— Наше духовное оружие пропало вместе с Лун Цзяонань, поэтому мы можем быть в опасности. Будьте осторожны.

Лин Юйсю и Сы Юньсян пошли за ним, между тем Юйсю добавила:

— Используя наше Божественное Сокровище Шести Направлений, мы можем попробовать создать духовное оружие сами, это всё же лучше, чем использовать духовное оружие других людей. Если мы сможем усовершенствовать духовное оружие уровня Шести Направлений, тогда сможем защитить себя.

Цинь Му был слегка ошеломлён и спросил:

— Как я могу создать духовное оружие?

Однажды он услышал, как Сянь Цин’эр, великий демон, упоминала такую вещь. Она говорила, что духовное оружие — это сокровища, рождающиеся в Божественном Сокровище Шести Направлений… Но он никогда не понимал, как божественное сокровище может породить духовное оружие. Ему всё ещё не хватало знаний в отношении Шести Направлений.

— Владыка, ты и этого не знаешь? Монахиня Хун Фа из зала Шести Направлений читала лекцию о том, как создавать духовное оружие в Божественном Сокровище Шести Направлений, — была удивлена Сы Юньсян.

Цинь Му покачал головой и сказал:

— Я был в зале Шести Направлений один раз и то меня отправили в угол.

Сы Юньсян вспомнила этот инцидент, когда они вместе стояли в углу и начала мило улыбаться.

— Божественное Сокровище Шести Направлений создаёт духовное оружие — это вообще смутное высказывание. Оно создаёт только лишь форму духовного оружия. Пока выполняешь технику создания, ты заметишь, как жизненная Ци собирается в Божественном Сокровище Шести Направлений и формирует духовное оружие, — сказала Лин Юйсю.

Она создала форму своего духовного оружия, как вдруг раздался рёв драконов, и девять разных драконов пролетели рядом, начав танцевать около неё. Головы драконов собрались за её спиной, в то время как тела свернулись вместе, превращаясь в пятиметровую ручку и голову молота, которая была похожа на небольшую гору.

У Сы Юньсян было странное выражение лица:

— Принцесса Юйсю, твоё духовное оружие молот?

— И не только, — сказала Лин Юйсю, после чего добавила. — Я выбрала путь слияния боевых заклятий. Я пытаюсь научиться объединять боевые техники и заклятия с техникой Девяти Монархических Драконов, поэтому этот Молот Девяти Драконов является одной из форм моего духовного оружия. Святейшая Сян, а какое у тебя духовное оружие?

Сы Юньсян улыбнулась и выполнила свою технику. Жизненная Ци вырвалась из её Божественного Сокровища Шести Направлений и превратилась в нить. Эта нить претерпела множество изменений, сплетаясь и кружась вокруг неё, как цепь.

— Это форма моего духовного оружия. Владыка Культа, что у тебя? — улыбнулась девушка.

— Моя техника области Шести Направлений не совершенна, так что я до сих пор не знаю форму своего духовного оружия. Так если вы сделали только формы духовного оружия, как вы создадите их? — покачал головой Цинь Му.

Когда они шли через покрытый туманом дворец, Лин Юйсю сказала:

— Нам понадобятся способные и квалифицированные мастера, чтобы выковать наше духовное оружие. Хорошее духовное оружие может идеально соответствовать форме нашей силы, высвобождая всю мощь оружия до максимального потенциала. Если кузнец не будет хорошим, духовное оружие не сможет сравниться с силой божественных искусств. Я планирую стабилизировать форму моего духовного оружия и попрошу помощника министра и остальных помочь мне создать его. Однако структура моего духовного оружия сложна и, вероятно, его будет трудно ковать. Лучше развивать навыки меча, в данной ситуации это будет продуктивнее.

— Навыки Мастера Чертога Небесных Изделий превосходны, я также планирую попросить его помочь мне выковать моё духовное оружие. У меня много трансформаций, так что выковать его тоже будет очень сложно, — сказала Сы Юньсян.

Две девушки говорили, что Мастер Чертога Небесных Изделий был не кто иной, как помощник министра Шань Юсинь.

Цинь Му открыл Зелёные Глаза Небес и вошёл в храм, говоря:

— Я могу помочь вам, мои способности к ковке не так слабы. Я мог бы выковать оба ваших духовных оружия за день или два, если бы смог найти здесь немного золота и железа.

Лин Юйсю была поражена:

— Божественный Врач Священные Руки также хорошо владеет ковкой, как и живописью?

Сы Юньсян тоже была очень удивлена:

— Владыка хороший кузнец?

— Я бы не сказал, что я хороший кузнец, — смиренно проговорил Цинь Му. — Я просто знаю, как обращаться металлом. Я прошёл тест дедушки немого в деревне, положившись на один дешёвый трюк. Немой — самый выдающийся кузнец среди всех деревень нашей области, и его испытание было очень строгим.

Две девушки посмотрели друг на друга, не зная, как они должны реагировать.

Храм был очень просторный, что удивило Цинь Му. Затем он вышел из храма и обошёл его, измеряя своими шагами его размер.

Лин Юйсю сунула голову в храм и закричала:

— Такой огромный!

Сы Юньсян также посмотрела в храм, закричав с широко открытыми глазами:

— Как он может быть таким огромным внутри?

Цинь Му вернулся в храм и быстро ходил из стороны в сторону с задумчивым выражением.

— Пастушок, что случилось? — озадаченно спросила Лин Юйсю.

— Храм снаружи равен девяти шагам в длину и пятидесяти шагам в ширину, в то время как внутри него девять тысяч шагов в длину и пять тысяч шагов в ширину.

Юноша поднял глаза и увидел потолок, который был так же высок, как небо. Огромные драгоценности были инкрустированы так, что выглядели как звезды. Положение и вид “небесных тел” полностью отличались от таковых в настоящее время. Звёзды были примерно в десяти тысячах метров от них. Кроме звёзд, были ещё луна и солнце. Парень не знал, какое божественное искусство создало такое сокровище, но солнце всё ещё яростно пылало, освещая весь храм. Можно ли назвать это храмом? Это было похоже на отдельный маленький мир!

— Храм внутри в десять тысяч раз больше, чем кажется снаружи! — задумчиво проговорил Цинь Му. — Положение солнца и луны находится в глазницах божественного зверя таоте! Храм построен на его божественных костях, который, возможно, даже был богом! Это даже мощнее, чем мой мешок таоте, так как это чистокровный таоте! Сестра Юйсю, возможно это и было причиной твоего напряжения.

Глаза Сы Юньсян засияли, но после резко угасли:

— Как жаль, что храм слишком огромен, мы не сможем его переместить…

— Да, очень жаль… — пробурчал Цинь Му. Однако, когда его взгляд упал на солнце, сердце внезапно начало биться быстрее: «Это солнце — искусственный артефакт. Интересно, смогу ли я зажечь солнце на Корабле Солнца?»

Его сердце начало биться ещё сильнее. Если бы ему удалось зажечь солнце, тогда Хранительница Солнца Янь Цзинцзин не была бы съедена Кораблём Солнца.

Цинь Му однажды стал Хранителем Луны и знал, насколько страшно, когда твоя жизненная сила поглощается кораблём. Он сильно беспокоился о Хранительнице Солнца и не хотел, чтобы та умерла вот так. Если бы ему удалось зажечь солнце на Корабле Солнца, тогда он бы непременно сделал это.

Цинь Му быстро полетел к потолку очень просторного храма. Приложив все свои силы в рывке к небу, он планировал сорвать солнце, как вдруг внезапно обнаружил, что, одновременно со сближением, оно становилось всё горячее и палящее… и со временем жаре стало практически невозможно сопротивляться.

Дрожа всем телом, парень исполнил технику Истинного Маркиза Огня Владыки Марса, превратившись в человекоподобного быка формы Владыки Марса, который наступал на двух огненных драконов. Он продолжал приближаться к солнцу, но чем ближе подлетал, тем выше становилась температура, а слёзы, не успев даже проступить, мгновенно испарялись.

Цинь Му смотрел широко открытыми глазами на солнце, которое становилось всё ближе и ближе. Он увидел, что это сокровище на самом деле являлось огромным глазом, излучающим пылающую энергию огня. Казалось было ещё даже видно зрачок странного зверя. Тот, являя собой идеальный круг, казалось бы, словно из ниоткуда, изрыгал ужасающую энергию огня и излучал ослепительный свет!

Прежде чем Цинь Му смог максимально приблизиться, он почувствовал жгучую боль, как будто его ткнули бесчисленными иглами, поэтому поспешно спустился. Свет из того зрачка сиял, как горящие иглы. Если бы он и дальше невнимательно летел вверх, тогда был бы либо расплавлен высокой температурой, либо убит солнечным светом.

Пум…

Паренёк приземлился на землю и задумчиво покачал хвостом. Сы Юньсян и Лин Юйсю были поражены, осматривая его сверху вниз.

Сы Юньсян собрала всю свою волю в кулак и протянула руку, чтобы прикоснуться до больших, твёрдых, округлых, как у бегемота, бычьих ягодиц Цинь Му.

— Задница настоящая! Принцесса, попробуй прикоснуться к ней! — взвизгнула она.

— Не может быть, — проговорив Лин Юйсю, протянула руку, чтобы коснуться бычьих ягодиц Цинь Му, после чего тоже удивлённо взвизгнула. — Настоящая! Ах, какая мясистая!

Вжух.

Юноша покачал хвостом и хлопнул по рукам двух девушек, направляясь к выходу из храма. Девушки схватились за руки от боли и посмотрели на быка, в которого превратился Владыка Культа Цинь. Его мясистые ягодицы дрожали, когда он шёл, и они не могли удержаться от желания пощупать их.

Цинь Му вышел за пределы храма, и два огненных дракона под его ногами внезапно взмыли в небо. Он залетел на крышу храма и снял плитку. Этот храм был необыкновенным, на каждой плитке были отпечатаны рунические знаки. Даже если по ним будут атаковать божественными искусствами или духовным оружием, они вряд ли повредятся.

Спустя несколько вдохов времени Цинь Му выдернул несколько застеклённых плиток крыши, увидев под ними яркое сияние, и улыбнулся:

— Я так и думал, что с обратной стороны глаза будет безопаснее… без всякого обжигающего света.

Сы Юньсян, всё ещё находящаяся внутри котла, посмотрела вверх, и увидела несравнимо огромную голову быка, появляющуюся позади солнца.

Огромная рука вытянулась и схватила солнце в небе. После чего, с лёгким встряхиванием… Солнце погасло…

Глава 285. Разрушитель Цинь

Внутри храма сразу же потемнело, и когда девушки подняли головы, они увидели, что свет звёзд, приглушённый лишь слабым сиянием луны, становится намного чётче. В реальном мире в такой ситуации луна бы сильно затмила сияние звёзд, но внутри святилища небесные тела, казалось, дополняли друг друга, создавая завораживающую картину.

Цинь Му не возвращался в святилище. Вместо этого позади луны возникла бычья голова и забрала светило с собой.

Пара девушек слегка возмутилась: «Вот дурак, совсем не имеет романтических чувств! Под таким звёздным небом достаточно всего нескольких слов и дело сделано. И тогда мы смогли бы побыть наедине… Естественно после того, как я прогоню отсюда эту потаскушку!»

Вскоре Лин Юйсю и Сы Юньсян услышали скрип черепицы, после чего небо над их головами начало постепенно исчезать. Бычья голова появлялась то тут, то там, утаскивая за собой звёзды.

Их количество постепенно уменьшалось, и через час крыша исчезла, а луна, солнце и звёзды стали собственностью Цинь Му.

Девушки вышли из святилища, увидев перед собой гору светящихся жемчужин и два огромных глаза с закаченными зрачками.

Глаза имели около трёх метров в высоту, значительно превышая рост девиц. Они, казалось, были сделаны из нефрита, отчего выглядели ненастоящими.

Присмотревшись, Лин Юйсю увидела внутри глаз странные и очень сложные символы. Скорее всего, вместе они создавали какое-то построение.

Глаза были опущенными, напоминая белую полоску. Зрачок был скрыт, из-за чего можно было разглядеть только линии вен, простирающиеся из него наружу.

Легко коснувшись их кончиками пальцев, девушки ощутили замораживающий холод, ничем не напоминающий о пылающем огне, которые те излучали ранее:

— Я думала это глаза таоте, но они сделаны из нефрита, — слегка разочаровалась Сы Юньсян.

Цинь Му стоял позади одного из глаз, ковыряясь в его внутренностях. Девушки не понимали, чем он был занят, как вдруг зрачок повернулся, напоминая половинку абрикоса.

В следующее мгновение внутри зрачка начало активироваться странное построение. Напоминая изысканный механизм, созданный из огромного количества шестерёнок, зрачок выпустил ужасную струю пламени, разгорающуюся всё сильнее и сильнее. Взглянув на появившийся поток, глаза девушек зашипели от обжигающих температур!

Сы Юньсян в спешке оттащила Лин Юйсю, не позволяя ей слишком долго смотреть на струю. В тот же миг луч белого света со свистом пролетел мимо девушки, воспламеняя воздух. Все осколки мрамора, валяющиеся на пути луча, немедленно превратились в лаву, которая сразу же начала испаряться!

Луч поразил несколько кусков черепицы, которые тоже мгновенно расплавились несмотря на то, что их покрывали различные рунные формации.

Лин Юйсю подпрыгнула от удивления: «Если бы в меня попал этот луч, меня бы сразу убило? Повезло, что Святейшая Юньсян оттащила меня в сторону…»

Цинь Му продолжал копаться во внутренностях глаза, поэтому девушки, обойдя вокруг, увидели, что с обратной сторону находилась формация, созданная из огромного количества рун. Хотя формация не была сложной, определить для чего она предназначалась было сложно.

С помощью своей жизненной Ци, Цинь Му пытался откалибровать формацию.

Вскоре зрачок начал постепенно открываться, а сила огненного луча становилась всё более и более яростной. Она напоминала солнце, сеющее своё тепло во все стороны, отчего все трое ощущали волну тепла, которую было тяжело выдержать, даже стоя позади глаза.

— Закройте глаза, — с серьёзным лицом проговорил парень. — Я смог извлечь полную силу глаза, и сейчас я немного прикрою зрачок, чтобы опробовать полную силу этого духовного оружия.

«Духовного оружия?» — девушки были слегка ошеломлены, когда Цинь Му перенастроил построение сужая зрачок, отчего луч света засиял ещё яростней. Принцесса и Святейшая немедленно крепко закрыли глаза.

Но даже с закрытым глазами они всё равно видели ужасающий поток огня, режущий всё на своём пути будто острое лезвие!

Остановив механизм, Цинь Му услышал гул, раздающийся внутри глаза. Вскоре свет погас, и энергия огня в окрестностях начала понемногу рассеиваться.

Парочка девушек открыла глаза, но перед ними до сих пор была непроглядная тьма. Э то было вызвано тем, что их глаза пострадали от ожогов, вызванных яркостью луча.

Несмотря на то, что они не смотрели прямо на свет, энергия потока всё равно смогла повредить их зрачки сквозь веки. К счастью, жизненная Ци девушек была довольно плотной, и смогла быстро вылечить ранения.

Выйдя из-за глаза, Цинь Му посмотрел ввысь. Он не мог не удивиться, заметив, что по середине стоящего перед ними святилища появилась огромная дыра, прорезанная лучом света из нефритового глаза!

Более того, несмотря на то, что здание до сих пор стояло, оно могло рухнуть в любой момент!

Поперёк неба подводного мира протянулся след меча. На барьере, держащем на себе давление морской воды, появилась огромная трещина, отчего внутрь начала затекать вода.

Почесав подбородок, Цинь Му выдернул из него несколько волосков. Затем он холодно вдохнул от боли, впрочем, последняя была вызвана не потерей волосков. Боль была сердечной.

Испытывая силу нефритового глаза, он случайно разрушил барьер этого дивного подводного мира, и через несколько дней, это место заполнит морская вода.

Сы Юньсян смотрела, как на святилище падают несколько капель, после чего здание, кажущееся невероятно крепким, заскрипело, будто не в силах выдержать вес упавшей воды. Здание начало наклоняться в разные стороны, после чего с двумя громкими взрывами разделилось напополам. Пыль и дым взмыли в воздух, обнаруживая кости огромного зверя.

Это были кости таоте. Несмотря на то, что зверь был чистокровным, луч с лёгкостью прошил его останки насквозь. Как только святыня обрушилась, кости оказались снаружи, удивляя подростков своим размером.

— Небесные Короли были правы, Владыка Культа Цинь разрушает всё, к чему прикасается… — пробормотала Сы Юньсян.

Лин Юйсю тоже воскликнула, жалея о произошедшем.

Святыня, целый подводный мир, были разрушены по простой неосторожности Цинь Му.

— Пастушок, у тебя есть имя, но ещё нету прозвища. Думаю, тебе подойдёт Разрушитель, Разрушитель Цинь! — предложила Лин Юйсю.

Сердце Цинь Му до сих пор болело, а его лицо покраснело от слов принцессы, поэтому он немедленно попытался объясниться:

— Я не Разрушитель Цинь, я ничего не разрушал, не неси чепухи, и не пытайся испортить мою чистую репутацию!

Сы Юньсян ухмыльнулась:

— Твою чистую репутацию? Разве ты не разрушил Зал Трёх Королей, когда был на Горе Святого Пришествия?

Следом за ней, ухмыльнулась и Лин Юйсю:

— А Резиденцию Учеников ты разрушал раза три, верно? А вместе с Небесным Дьявольским Культом ты разрушил дворцы Вокруг Храма Небес. К тому же, я слыхала, что ты стёр с лица земли город Небесной Волны. Этот подводный мир простоял здесь десятки тысяч лет, но как только ты пришёл, он рассыпался!

Настроение Цинь Му ухудшилось, и он проговорил:

— Не несите чепухи, не несите чепухи…

Девицы продолжали дразнить Владыку Культа Циня, отправляясь к руинам святыни в поисках чего-нибудь ценного. Спустя некоторое время, Лин Юйсю вытащила наружу две огромные колонны, поставив их перед Цинь Му. Каждая из них весила несколько тонн, впрочем, девушка смогла донести их, пользуясь своей грубой силой.

Сы Юньсян похвалила:

— Толстые люди и вправду очень сильны. Я совсем не такая, как принцесса Юйсю, у меня нет сил даже устоять против сильного ветра.

Впав в ярость, Лин Юйсю захотела бросить святейшую на землю и избить до полусмерти. Тем не менее, так как сбоку стоял Цинь Му, она не могла так себя повести. Стиснув зубы, она улыбнулась:

— Ты права, Святейшая Юньсян. Твоё тело слишком слабо, и ты даже с ветром не можешь справиться. Ты настолько тощая, что твоя грудь тоньше двух пальцев.

Святейшая тоже разозлилась, смотря на соперницу неприятным взглядом:

— Я ещё молода и расту. И какой толк с такой груди? Разве она не обвиснет в старости?

Девушки посмотрели друг другу в глаза, после чего отвели взгляды в стороны.

— Великий Владыка Культа, ты не мог бы выковать из этих колонн духовное оружие?

В это время Цинь Му как раз копался во втором нефритовом глазу, пытаясь понять его секрет, так что не слышал о чём спорили девушки.

— Такой металл очень редко встречается. Кажется, это смесь различных материалов, из-за чего его качество и твёрдость значительно превышают Зимнее Хрустальное Железо.

Осмотрев две колонны, Цинь Му сильно удивился. Создавая духовное оружие, практики божественных искусств Империи Вечного Мира обычно пытались достичь максимальной чистоты, а эти колонны были изготовлены по абсолютно противоположному принципу. Смешивая различные металлы с медью, сила и гибкость сплава значительно улучшилась!

— Ты можешь создать для меня оружие Девяти Драконов? — немедленно спросила принцесса.

— Могу, — переполняясь уверенностью, ответил Цинь Му. — Я отлично владею кузнечим искусством, я не лгу!

Активировав построение внутри Глаза Нефритового Солнца, он расплавил одну из медных колонн, чтобы выковать огромный молот. Затем он попросил Лин Юйсю продемонстрировать форму своего духовного оружия, чтобы рассмотреть все изменения оружия Девяти Драконов.

Некоторое время поразмыслив, Цинь Му достал кисть и бумагу, чтобы нарисовать чертежи, после чего принялся за работу.

Спустя два дня, оружие Девяти Драконов было готово. Оно состояло из девяти драконов, которые могли слиться воедино, формируя огромный молот или соединиться хвостами, превращаясь в Божественный Огненный Саван Девяти Драконов.

Драконы обладали мягкими телами, к тому же, во время ковки Цинь Му объединил их с техникой создания Духа, что позволяло им принимать почти любую форму. Несмотря на то, что звери были созданы из металла, в их телах было больше девятисот костей, позволяя свободно летать в воздухе. Их чешуйки обладали невероятной остротой и с лёгкостью отсоединялись, превращаясь в удобное оружие.

Кроме чешуек у драконов были невероятно острые когти, напоминающие длинные крюки, и не менее опасные зубы. Усы зверей были выполнены в форме цепи, которая хоть и была мягкой, но могла запросто обездвижить человека.

Когда девять драконов соединялись, они могли превратиться в Золотую Стену Девяти Драконов. В таком случае чешуя формировала зеркало, за которым прятались головы зверей.

Несмотря на то, что Сы Юньсян и Лин Юйсю не владели искусством ковки, они всё равно заметили, что качество работы Цинь Му было отличным. Оружие, которое он сделал, идеально подходило принцессе.

В спешке подбежав к новому оружию, принцесса сразу же начала покрывать его рунами и наполнять своей Ци, чтобы сделать сильнее. Испробовав его качества, девушка отметила, что ей легко им управлять, и артефакт с лёгкостью принимает нужную ей форму.

— Неплохо, неплохо! — бесконечно хвалила Лин Юйсю. — Пастух, твоё мастерство очень хорошо. Оно лишь немного уступает Министру Работ!

Сы Юньсян с завистью посмотрела на принцессу, после чего исполнила свою форму духовного оружия, напоминающего нить с тысячами трансформаций:

— Интересно, сможет ли кто-нибудь заставить закалённую сталь обвиться вокруг пальца. Выковать духовное оружие такого качества не так просто, как несколько раз стукнуть молотом по железу. Владыка Культа, моё духовное оружие называется “Тысяча Шёлков”, это одновременно и меч, и заклятие. Оно имитирует Великие Небесные Дьявольские Рукописи нашего Небесного Святого Культа, ты в силах изготовить что-то подобное?

Осмотрев форму её духовного оружия, Цинь Му нахмурился:

— Создание меча, тонкого как шёлк, и в то же время выковать на нём символы заклятий довольно трудно. Я когда-то учился такому, но никогда не пробовал сделать своими руками. Давай попробуем!

Тысяча Шёлков Сы Юньсян были намного сложнее оружия Девяти Драконов Лин Юйсю. Будучи в десятки раз тоньше, они требовали более тщательной обработки. Металл нужно было выковать до предела его гибкости, после чего растянуть, делая более тонким, чем настоящий шёлк. Обычный шёлк имел толщину одной Сы, в то время как после Сы даже более мелкие толщины: Ху, Вэй, Сянь, Ша, Чэнь, Ай, Мяо, Мо, и другие.

Цинь Му мог выковать металл толщиной в один Чэнь или Ай. Он был не в силах проделать более тщательной работы.

После того, как изделие достигнет такой толщины, на него нужно будет нанести символы, что было ещё более сложной задачей. Цинь Му и Сы Юньсян совершенствовали Великие Небесные Дьявольские Рукописи, поэтому они работали вместе, пытаясь нанести нужные руны.

В процессе оружие несколько раз ломалось, после чего парню приходилось снова и снова начинать всё сначала, перековывая и закаляя его заново, для того чтобы ещё раз попробовать нанеси руны. Предприняв огромное количество попыток, он наконец смог изготовить Тысячу Шёлков.

Сердце Сы Юньсян вздрогнуло, и артефакт превратился в ленточку, обмотавшуюся вокруг пояса девушки.

Морская вода продолжала затапливать подводный мир, и вскоре отряд не мог там оставаться… Цинь Му немедленно превратил свою жизненную Ци в нить, которой обмотал два нефритовых глаза и звёзды, после чего сказал:

— Поднимаемся.

Троица в спешке бросилась в сторону огромного котла. Когда Сы Юньсян подошла к артефакту, её глаза внезапно засияли, и девушка попыталась утащить его с собой. Впрочем, тот оказался слишком тяжёлым, не двигаясь с места даже под воздействием всей её силы.

— Твоя грудь слишком маленькая, поэтому ничего не выходит, — усмехнулась Лин Юйсю.

— Тогда попробуй своей грудью! — злостно процедила Сы Юньсян.

Принцесса сделала несколько шагов вперёд, но она тоже не ожидала, что котёл окажется настолько тяжёлым. Её лицо беспомощно покраснело.

Цинь Му покачал головой:

— Котёл извергает огромное количество духовной воды, которая поднимается на высоту полтора километра. Вес всей этой воды сопоставим с весом горы, и это не считая массы сосуда. Это божественный артефакт, можете забыть о том, чтобы унести его.

Вздохнув с горечью, девушки последовали за Цинь Му, поднимаясь наверх.

Спустя некоторое время, они приблизились к поверхности. Лин Юйсю улыбнулась и проговорила:

— В этот раз мы заполучили отличные сокровища, так что путешествие можно считать удачным…

— Сколько сокровищ достала принцесса? И какие именно? — с берега пруда послышался голос, и троица немедленно повернулась в сторону его источника, увидев Лунь Цзяонань, сидящую на голове огромной красной змеи, огромное тело которой обвивало водоём по кругу.

Улыбнувшись, Лунь Цзяонань переводила взгляд с одного лица на другое:

— Владыка культа, в этот раз гоняться за тобой было невероятно интересно!

— Умри!

Лин Юйсю и Сы Юньсян взлетели в воздух, размахивая своим оружием Девяти Драконов и Тысячей Шёлков, атакуя гостью без каких-либо объяснений!

Глава 286. Охрана Трупа

Лун Цзяонань усмехнулась. Лин Юйсю и Сы Юньсян находились только в области Шести Направлений, в то время как она и красная змея являлись экспертами области Семи Звёзд. В Империи Вечного Мира практики такого уровня удостаивались звания генерала.

Прежде чем секта Наездников Дракона решила восстать, Лун Цзяонань, переодевшись в мужчину, даже успела получить в армии столь высокое звание!.. Способности Лин Юйсю и Сы Юньсян не могли сравниться с ней и красной змеёй…

— Время умирать! — перевернув ладонь, выкрикнула Лун Цзяонань, а её жизненная Ци превратилась в огромного питона, который извивался за её телом с широко открытыми челюстями. Воздух в окрестностях мгновенно начал всасываться его ртом, пытающимся проглотить двух девушек.

Даже при том, что секта Наездников Дракона не специализировалась на заклятиях, сила их магии была недооценена. Реформа Имперского Наставника позволила секте позаимствовать сильные стороны других сект, тем самым повысив уровень своих заклятий. К тому же, питон Заглатывающий Небеса уже достиг самадхи.

Лин Юйсю держала в руках Оружие Девяти Драконов, подняв его над головой. В воздухе немедленно собрались молнии, и потрескивая, они влили свою силу в оружие. Превратившись в Молот Девяти Драконов, тот ударил зверя по морде. Взрыв молнии мгновенно разрушил заклятие Лун Цзяонань, в результате чего её жизненная Ци рассыпалась. Пока последняя находилась в состоянии лёгкого шока, Сы Юньсян махнула рукой в её сторону, и тонкая струна мгновенно проткнула ей левый глаз. Бедолага непрерывно щёлкала пальцами, но эта струна продолжала летать. Средний и указательный пальцы Сы Юньсян указывали на противника, а остальные управляли оружием. Острие Тысячи Шёлков трансформировалось снова и снова, выполняя невероятно сложные движения меча.

— Навыки меча святейшей Юньсян не так уж и плохи! — промолвила Лун Цзяонань, после чего рукав её левой руки закружился, и её жизненная Ци превратилась в нефритовое кольцо, пытающееся остановить атаку девушки.

В этот момент Лун Цзяонань заметила, что Сы Юньсян держала правую руку перед собой, а левую прятала за спиной. Её левая рука также управляла мечом, отчего Цзяонань встревожилась и тут же взмыла в небо. Оказавшись наверху, она увидела, как её фиолетовое платье трепетало в воздухе, покрываясь тысячами дыр, сквозь которые свободно гулял ветер.

Лин Юйсю подняла свой огромный молот и попыталась атаковать девушку в небе, в ответ на что та подняла руку, пытаясь блокировать удар. С громким хлопком из оружия вырвалось пламя, несравнимая сила которого немедленно снесла противника в даль!

Техника Девяти Монархических Драконов была, естественно, первоклассной техникой и имела чрезвычайно высокие достижения в искусстве заклятий. Из-за этого её магическая сила была подобна огромному морю. Техника Девяти Монархических Драконов была очень эффективной и считалась одной из сильнейших, если, конечно, не считать технику Трёх Эликсиров Тела Тирана Цинь Му. В дополнение ко всему этому Император Яньфэн являлся самым умным императором с момента основания Империи Вечного Мира и давно стал великим экспертом своего поколения. Он улучшил технику Девяти Монархических Драконов и добавил многие виды боевых техник и навыков меча, позволяя силе этого искусства далеко превзойти то, что было в прошлом.

Лин Юйсю шла путём слияния боевых заклятий. Соединив вместе боевые техники и заклятия, она заметно усилила свои атаки. Несмотря на то, что Лун Цзяонань пребывала в области Семи Звёзд, она не могла справиться с двумя девушками и была поражена.

В тот момент, когда Лин Юйсю отпустила свой молот, и девять драконов разделились на девять видов оружия в форме дракона, которые быстро объединились ещё раз. Бесчисленное количество чешуек переместилось и превратилось в зеркало. Принцесса стояла за зеркалом, из-за которого со свистом вылетел луч света. Внутри него, казалось, летали и танцевали золотые драконы, озаряя своим сиянием Лун Цзяонань.

Сы Юньсян немедленно выпрыгнула из-за зеркала и рванула вперёд. Её нити меча закружились в воздухе и полетели в сторону Лун Цзяонань, которая была поражена зеркальным светом.

— Сяохун! — громко закричала Лун Цзяонань. Она подняла ладонь, земля задрожала и несколько сотен каменных шипов взлетели снизу вверх, блокируя путь Сы Юньсян и свету зеркала.

Огромная красная змея позади двух девушек внезапно вытянула своё тело, толщиной со столб, который могли бы обхватить разве что несколько человек. Она пронеслась с безграничной силой, и если бы чудищу повезло задеть жертв, те были бы как минимум серьёзно ранены.

Истинный козырь секты Наездников Дракона не был их совершенствованием, магической силой, или божественным искусством, — это был “дракон”! Их змеи были специальной породы из рода водяных драконов. Даже если совершенствование мастера не было высоким, змеи, которых они вырастили, определённо могли бы уничтожить любого противника.

Красная змея Лун Цзяонань была одной из редчайших пород. Эта змея имела чрезвычайно близкое родство с водным драконом области Божественного Моста. Родословная змеи была очень чистой, таким образом, ей было не трудно достичь вершины Семи Звёзд.

Лун Цзяонань полагалась на своего питомца, чтобы стать авторитетным экспертом. Зверь рванул вперёд со свирепой, необузданной силой, но как только он собрался раздавить двух девочек, его поразил испепеляющий луч света. Красная змея была ошеломлена, увидев, что её тело было разрезано пополам. Отделённая половина хаотично извивалась, ровняя лес с землёй!

Неподалёку стоял Цинь Му с огромным глазом в руках. Именно он выстрелил, разрубив змею пополам. Красный зверь шипел от боли, извергая клубы плотного ядовитого тумана, подпрыгивая и пытаясь укусить паренька!

Ядовитый туман был очень токсичен, поэтому юноша сделал несколько шагов в сторону. Отойдя, он исполнил навык Божественных Ног Небесного Расхитителя и избежал нападения змеи. Его скорость была очень высокой, и прежде чем пресмыкающееся успело среагировать, он уже был в небе…

Посмотрев сверху вниз, Цинь Му увидел, что город печатей Соломона был полностью разрушен. Печати Соломона, которые жили на деревьях были сметены. Было очевидно, что после того, как Лун Цзяонань обнаружила это место, она безжалостно убила и захватила все печати Соломона, сравняв с землёй место, где они жили!

Лун Цзяонань, должно быть, узнала о Цинь Му и остальных из уст тех печатей Соломона, так как они действительно не знали никакой верности и чести. Юноша немного погрустнел. Хоть эти существа были бесчестные, они всё-таки помогли его группе. За эту помощь он был им очень благодарен.

Внезапно огромная голова красной змеи подпрыгнула в воздухе с широко открытыми челюстями, заглотнув паренька.

— Умри — Цинь Му поправил нефритовый глаз, и луч выстрелил прямо в рот змеи. Вся плоть, мимо которой проходил свет, была расплавлена.

Пшшш!

Яркий свет засиял на землю, расплавив её, создавая яму. Кипящая лава начала превращаться в пар, конденсируясь в маленькие каменные шарики, которые падали обратно вниз, когда остывали, напоминая небольшой дождь из камней.

Сила прыжка красной змеи была удивительной, она даже успела проглотить Цинь Му и нефритовый глаз. Однако, так как её плоть была пронзена, появился новый выход. Мозг змеи также был расплавлен.

Цинь Му приземлился на землю, позади него, красная змея упала вниз как рваный мешок, который испускал аромат приготовленного мяса.

— Сяохун! — издалека раздался жалкий крик Лун Цзяонань. Три женщины уже боролись на поверхности моря и яростно били друг друга. В море было очень легко контролировать воду, поэтому жизненная Ци Цзяонань слилась с морской водой, превращаясь в питонов, чтобы атаковать во всех направлениях с удивительной силой.

Духовные оружия Лин Юйсю и Сы Юньсян были слишком хорошим и их мощь была слишком сильна. Столкнувшись лицом к лицу с атаками Лун Цзяонань, принцесса могла разделить своё Оружие Девяти Драконов на девять частей, превращаясь в девять драконьих лезвий, двигающихся вверх и вниз, влево и вправо, сталкиваясь с заклятиями и уничтожая их. Они также могли трансформироваться в оборонительное состояние, Щит Девяти Драконов и блокировать атаки Цзяонань в любое время.

Между тем техники Сы Юньсян казались ещё более странными. Они были непредсказуемы, как и её Тысяча Шёлков, иногда исчезающих в воде и время от времени появляющихся на голове Лун Цзяонань, делая её неспособной защититься от них. Тысяча Шёлков были очень опасны и смертельны для неё.

Когда красная змея умерла, Лун Цзяонань была очень подавлена, и Сы Юньсян увидела этот изъян. Она отправила тонкое лезвие меча, который пронзил сердце Лун Цзяонань. Остриё лезвия вышло с другой стороны…

Как только Юньсян удалось нанести удар, Лин Юйсю протянула руку, и девять драконов, объединившись в молот, ударили по телу Лун Цзяонань!

Раздались звуки ломающихся костей. Их обломанные концы торчали из тела, начавшего медленно опускаться на морское дно.

Принцесса крикнула:

— У неё наше оружие!

Сы Юньсян немедленно схватила труп. Ещё чуть-чуть и тот упал бы в море, отчего девушка начала ворчать:

— Посмотри на неё, у неё раздроблены все кости, как мы должны её нести?

Две девушки потащили труп Лун Цзяонань обратно на остров и начали обыскивать её тело в поисках духовных оружий. Они смогли найти только мешок таоте, и незамедлительно его открыли. Внутри они увидели свои духовные оружия и другие сокровища.

Сы Юньсян убрала все предметы и показала на бесчисленные трупы печатей Соломона, которые лежали, как небольшая гора. Около десяти тысяч трупов печатей, сложенных вместе, были в три метра высотой. Тем не менее, все эти печати имели форму людей, десять тысяч трупов, сложенных вместе. На это было тяжело смотреть…

— Владыка, я наконец-то поняла, что не сильные охотятся на слабых… — краем глаза, Сы Юньсян увидела медленно идущего Цинь Му. Было трудно обнаружить хоть какую-то печаль в глазах святейшей. — Это определённо не сильные охотятся на слабых, они просто… играют с жизнями других, чтобы удовлетворить своё эго. Когда она убивала печати Соломона, она, должно быть, чувствовала себя богом…

— Находясь вдали от природы, она не могла этого понять. Печати Соломона изначально были духовными травами, так что даже если они мертвы, их корни всё ещё здесь. Они могут снова вернуться к жизни, если мы посадим их рядом с духовным источником. Давайте сделаем это, — ответил Цинь Му.

Девушки кивнули головой. Посадка десяти тысяч печатей Соломона была довольно утомительной, но, к счастью, они были практиками божественных искусств. До темноты они закончили сажать их всех.

Сы Юньсян пошла собирать дрова, а Лин Юйсю пошла за родниковой водой, чтобы полить печати Соломона. Юноша убрал мешок таоте и поместил два нефритовых глаза внутрь, прежде чем разместить на пляже более трёх тысяч светящихся жемчужин нефритового качества. Каждая из этих светящихся жемчужин испускал очаровательное сияние.

Святейшая взяла дров и пришла на пляж зажечь костёр. Затем она сняла одежду и прыгнула в море в нижнем белье. Её нижнее бельё было похоже на юбку с бретельками на плече и было сделано из чистого белого шёлка без вышивки. На ней были белые трусы, длинной в десять сантиметров, из которых тянулись тонкие ремни, привязанные к бёдрам.

Через мгновение, Сы Юньсян вынесла огромную рыбу из моря и бросила её рядом с Цинь Му. Затем она распространила свою жизненную Ци и высушила нижнее бельё, прежде чем снова одеться. Только тогда она заметила, что юноша притащил труп Цзяонань обратно и положил его рядом с костром. Он также приволок две части красной змеи, что привело её в замешательство:

— Вкладка Культа, что ты делаешь?

— Охраняю труп, жду, когда она проснётся.

Сы Юньсян расхохоталась:

— Если ты подождёшь ещё два дня, труп начнет вонять. Я пронзила её сердце, а принцесса раздробила её кости, я не думаю, что она может быть ещё жива!

Когда Лин Юйсю подошла и увидела труп Лун Цзяонань, она нахмурилась:

— Пастушок, это опять очередное странное правило Великих Руин?

Цинь Му пнул труп и усмехнулся:

— Сестра Лун, хватит валять дурака, я видел, как ты сбрасывала кожу и раньше!

Две девушки улыбнулись:

— Лучше похоронить её поскорее.

— Прежде чем похоронить её, я должен отрубить ей голову! Мой нож жаждет крови! — как только юноша сказал это, он вытащил свой нож для убоя свиней с неприятным выражением лица.

Лин Юйсю и Сы Юньсян были потрясены. Принцесса тихо спросила:

— Святейшая Юньсян, есть какое-то правило о обезглавливании трупов в Великих Руинах?

— Я не знаю. Может быть в Великих Руинах действительно есть такое странное правило…

Как только Сы Юньсян сказала это, они услышали звук, с которым рвётся человеческая кожа. Что-то выходило из головы Лун Цзяонань.

Глава 287. Мастер Дао

Кожа на голове Лун Цзяонань разорвалась со звуком, от которого волосы вставали дыбом. С огромными усилиями девушка начала выползать из своей старой кожи.

Лин Юйсю и Сы Юньсян закричали, с удивлением заметив, что неосознанно обнялись. В следующий миг они, как молнией ударенные, отпрыгнули в разные стороны.

Цинь Му достал из рюкзака таоте свой нефритовый кулон и привязанный к нему Диск Императора, повесив себе на шею. В своё время Лун Цзяонань сняла с него украшения вместе с остальным оружием. Первый предмет был связан с его происхождением, а второй был подарком одноногого, который мог охранять от зла. Вид девушки, выползающей из своей собственной кожи, был просто слишком ужасающим, и подобный артефакт отлично подходил для таких случаев.

Спустя мгновение, голой женщине удалось вытащить верхнюю часть своего тела наружу, торчащие из неё кости посыпались на землю. Она была абсолютно голой, а волосы растрёпаны. Бедолага сплёвывала кровь, с трудом выбираясь из старой кожи.

Опомнившись от шока, Лин Юйсю немедленно приказала Цинь Му:

— Обернись, не смотри!

— А что я здесь не видел? — пробормотал Цинь Му, делая как ему сказали.

Вскоре после этого, Лун Цзяонань наконец умудрилась выбраться наружу. Будучи полумёртвой и обессиленной, она смотрела вокруг дрожащим взглядом, а её внешний вид немного изменился. Она больше не была девушкой в расцвете сил, состарившись на десять лет.

Сы Юньсян достала рубашку, чтобы прикрыть её голое тело, тайком ущипнув пострадавшую. Моргнув, она тихонько сообщила Лин Юйсю:

— Некоторые из её костей до сих пор сломаны, она не смогла вылечить их всех.

С трудом поднявшись, чтобы сесть, Лун Цзяонань вытерла кровь с уголков своих губ. Затем она сказала измотанным тоном:

— Ранения были слишком серьёзными, так что я смогла вылечить только своё сердце и несколько костей. Чтобы полностью восстановиться, мне нужно сбросить кожу ещё несколько раз. Однако, я теряю десять лет жизни каждый раз, когда так делаю, поэтому мне пришлось бы потерять большую часть своей жизни. Можете расслабиться, я больше не представляю для вас угрозы.

Посмотрев на две половинки красной змеи, Лин Юйсю вздрогнула:

— Неужели эта змея тоже…

Лицо Лун Цзяонань приобрело трагичное выражение, девушка покачала головой:

— Сяохуна разрубили напополам, и размозжили голову, у него нет шансов оправиться…

— Отлично! — вздохнули с облегчением Сы Юньсян и Лин Юйсю.

Цинь Му обернулся, улыбаясь:

— Сестра Лун, могу я спросить, где твой уважаемый отец? Где он прячется? С кем он? Зачем ему меня видеть?

Девушка промолчала.

Продолжая улыбаться, Цинь Му выпрямил свой указательный палец. Нить его жизненной Ци вылетела наружу, отрезая кусок змеи, после чего начала жарить его на костре. С мяса медленно стекал жир, и шипя, оно выпускало клубы дыма.

Взгляд Лун Цзяонань упал на мясо, и её зрачки сузились.

— В моём Небесном Святом Культе есть триста шестьдесят один чертог, один из которых называется Чертогом Правосудия. Его мастера строго контролируют тысячи законов и знают тысячу способов заставить человека рассказать правду, — под освещением костра лицо Цинь Му становилось то ярким, то тёмным. — В Империи Вечного Мира тоже есть Министерство Справедливости, ты, должно быть, слыхала о их жестоких методах. Главный Министра Министерства Правосудия — человек Императора, но его помощник — член моего Небесного Святого Культа. Мне достаточно обратиться к нему, чтобы получить твой ответ. Ты заговоришь добровольно, или тебя нужно заставить?

Лун Цзяонань ухмыльнулась:

— У Империи Вечного Мира и Небесного Дьявольского Культа столь тесные отношения, страна действительно стоит на дьявольских корнях. Владыка Цинь, несмотря на то, что моё приглашение пахло определённой угрозой, я всё равно была довольно вежливой, не так ли? Я не предоставила вам никаких неудобств, хотя могла без труда отрубить ноги Владыке, оторвать руки принцессе и ослепить Святейшую. Я хочу, чтобы вы вели себя со мной так же, как и я с вами.

Цинь Му покачал головой:

— Я могу вести себя так же, и не мучать тебя. Тем не менее, так как ты восстала и посеяла много бед, я буду вынужден отдать тебя в Министерство Справедливости для допроса. Когда-то ты была имперским чиновником, так что в Высшем Суде тебя тоже с радостью примут, и, кстати, там тоже есть мои люди…

Лун Цзяонань изменилась в лице, но продолжала молчать.

Цинь Му сказал всё, что хотел, поэтому он щёлкнул пальцами, запечатывая души и духи девушки техникой Создания Небесного Дьявола. Затем он обратился к своим спутницам:

— Корабль Фань Юньсяо очень быстр, они должны без труда нас найти. Вероятнее всего, нас заберут завтра, а в худшем случае через пять дней. Подождём здесь какое-то время, посмотрим вернутся ли к жизни печати Соломона.

Колеблясь, Сы Юньсян ответила:

— Владыка Культа хочет сохранить жизнь печатям Соломона, а если Лун Цзяонань сбежит, она, вероятно, снова доберётся до них и поубивает. Нельзя идти у неё на поводке, просто из-за красоты.

— Идти на поводке? — смерив взглядом Лун Цзяонань, Цинь Му удивился. — Она ведь совсем не красива, о каком поводке ты говоришь?

Сы Юньсян была поражена. Несмотря на странный характер Лун Цзяонань, её красота была бесспорной, хоть женщина и состарилась, сбросив кожу. Как Владыка Небесного Святого Культа мог этого не заметить?

Девушка спросила:

— Какой у Владыки Культа идеал красоты?

— Бабушка, — ответил он и спустя мгновение не раздумывая добавил, — или кто-то с пышной грудью, как у сестры Юйсю. Бабушка говорила, что девушки с пышной грудью хорошо выглядят, но мне нужно остерегаться вертихвосток.

Невероятно обрадовавшись, Лин Юйсю взглянула на Сы Юньсян. Её сердце уже начало считать пастуха своим любовником.

Расстроившись, Сы Юньсян проговорила:

— Я из той же семьи, что и прежняя Святейшая, и по родству она приходится мне тётушкой. Владыка Культа не считает меня красивой?

— Ты слишком тощая, и всё ещё довольно молода, я ведь старше тебя, верно? — ответил юноша, смерив её взглядом. — Бабушка говорит, что тощие девушки не такие красивые. Дедушка целитель тоже утверждает, что пышные девицы красивее, впрочем, все в деревне называют его старым извращенцем. Но не расстраивайся, ты станешь хорошенькой, если начнёшь немного больше есть, только не разжирей. Дедушка говорил, что быть жирной тоже не хорошо.

Сы Юньсян была ошеломлена. По идеалам Цинь Му, Лун Цзяонань и вправду нельзя было назвать красивой, так же, как и её саму! Не странно, что, когда она разделась, оставшись лишь в белье, Цинь Му не бросил на неё лишнего взгляда. Оказывается, что старые извращенцы промыли ему мозги!

Молодой Владыка Культа был хорош во всём. Его мудрость, способности, талант, разум и даже характер были выдающимися. Вот только с представлениями о красоте что-то было не так!

Нарочно не понижая голос, парень проговорил:

— Мы оставляем сестру Лун в живых лишь для того, чтобы выманить короля драконов. Его способности очень высоки, и он даже смог вырастить настоящего водного дракона. В конце концов, он владыка секты, поэтому, не избавившись от него будет трудно расслабиться. Каждый раз, когда я гуляю по улице, мне кажется, что он собирается меня убить. Если я передам сестру Лун наследному принцу и обращусь за помощью к Левому и Правому Хранителям и Старшим Защитникам, его убьют, оставив тело целым.

С серьёзным лицом Цинь Му продолжал:

— Если его тело останется целым, никто не будет знать, умер ли он на самом деле. Он не вернётся обратно только если размозжить его голову в дребезги! Интересно, для чего он хотел встретиться… впрочем, какая разница? Он в любом случае умрёт!

Лун Цзяонань вздрогнула. План Цинь Му был слишком жестоким. Придя ей на помощь, Король Драконов обязательно умрёт. У него не было никаких шансов победить Хранителей и Старших Защитников Культа!

— Владыка Культа, есть причина, по которой мой отец захотел встретиться! — внезапно проговорила девушка.

Посмотрев на неё, Цинь Му улыбнулся:

— Сестра Лун наконец согласно говорить?

Вздохнув, она проговорила:

— Кто-то встретился с моим отцом и сказал, хочет поговорить с Владыкой Культа Цинь и заключить мир. Однако, этот человек не готов делать это лично.

Цинь Му был поражён:

— Могу ли я спросить, что это был за человек?

— Мастер Дао.

Лун Цзяонань продолжила:

— Среди трёх религий и девяти школ, секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Небесный Дьявольский Культа — три религии, в то время как секта Наездников Дракона всего лишь последователи одной из школ. Владыка Культа слишком могуществен, он не только смог спасти Императора Яньфэна, но и убить огромное количество экспертов секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара в Храме Небес.

— Мастер Дао невероятно взволнован, опасаясь, что Император Яньфэн и Имперский Наставник объединятся с Небесным Дьявольским Культом, чтобы разобраться с ними. Чтобы не стать причиной конфликта между тобой и Императором, Мастер Дао решил не встречаться лично, и попросил моего отца встретить тебя на Острове Небесного Дракона.

Выражение её лица похолоднело:

— Я вежливо себя вела, доставляя тебя сюда, ты и вправду веришь, что я не хотела тебя убить? Из-за тебя в городе Небесной Волны умерло огромное количество экспертов моей секты Наездника Дракона, а император конфисковал наше имущество и казнил всю нашу семью, так что моя злость к тебе глубже, чем море! Тем не менее, Мастер Дао — наставник моего отца, и много раз спасал его жизнь. Я не посмею пойти против его слова.

Цинь Му потирал свой подбородок, задумчиво всмотревшись в сторону. На его коже появилось ещё несколько волосков, чему юноша не сильно радовался.

«Мастер Дао хочет со мной поговорить, чтобы заключить мир, но в то же время он ведёт переговоры только с Небесным Святым Культом, а не с Империей Вечного Мира, — размышлял юноша. — Он сильно взволнован, что мой культ атакует секту Дао вместе с Империей Вечного Мира, так как ему осталось не слишком много лет. Пока старик жив, он ещё может защитить своих людей, но после его смерти секту Дао сотрут с лица земли».

Мясо змеи невероятно хорошо пахло, и рыба тоже была неплоха. Однако, Лун Цзяонань съела лишь несколько кусочков рыбы и совсем отказалась пробовать змею. Цинь Му дважды ей вежливо предложил, но, так как девушка наотрез отказывалась, ему пришлось покинуть свою затею.

На следующий день Сы Юньсян и Лин Юйсю проснулись ранним утром, увидев, что Цинь Му уже носился вокруг острова, выполняя сложную технику ног. Иногда он шёл по суше, иногда по морю, а время от времени даже взмывал к облакам.

«Его талант выше, чем у любого другого человека, но он всё равно так много работает, — стиснув зубы подумала про себя Сы Юньсян. — Был бы смысл так тяжело тренироваться, если бы ты знал, что я не собираюсь тебя убить?»

Цинь Му не думал ни о чём, на ходу исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Манипулируя ею, он пытался соединить всевозможные навыки воедино, чтобы освоить Технику Единства области Шести Направлений.

Сы Юньсян ошибалась, талант Цинь Му был совершенно обычным. В своё время его тестировали жители Цань Лао, обнаружив, что у парня не Духовное Тело, а тело обычного человека.

Цинь Му должен был прожить жизнь обычного человека, поэтому никто не ожидал, что Тело Тирана, выдуманное старейшиной, зажжёт дух Цинь Му и всех остальных в деревне, заставив пичкать его всевозможными пилюлями и травами.

Кроме того, Цинь Му был и вправду трудолюбивым, возможно, самым трудолюбивым человеком в мире. Кроме того, он верил, что владел Телом Тирана, которое значительно превосходило других. Если бы он оказался слабее кого-то, это бы значило, что парень недостаточно усердно работал.

Его нынешние способности и совершенствование были не только заслугой старейшины деревни, бабушки Сы и остальных, но и плодами его собственной тяжёлой работы.

Если обычный человек был готов использовать свой разум и тяжело работать, его потенциал было тяжело представить.

Никто не счёл бы человека выдающимся исходя из количества усилий, которые тот прилагает. Лишь когда он достигнет успеха, люди начинают питать уважение, но, тем не менее, смотря на легендарного мастера, они смотрят на огромную работу, которую тот проделал.

Увидев происходящее, Сы Юньсян и Лин Юйсю тоже начали усердно тренироваться, отдалившись друг от друга на приличное расстояние, чтобы не мешать. Лун Цзяонань валялась под деревом, и тяжело дышала, пытаясь снова сбросить кожу. Тем не менее, так как её ранения были очень серьёзны, и техника требовала огромного количества сил, у девушки ничего не выходило.

Если она сбросит кожу ещё раз, то превратится в женщину средних лет. Повторив технику несколько раз, она, вероятно, окажется старухой.

Поздним утром Цинь Му вернулся к источнику, планируя набрать воды, чтобы подлить печати Соломона. Однако он внезапно остановился, заметив возле пруда старого даоса в потёртой серой робе. Мужчина набирал воду с помощью листка, осторожно шагая между печатями, поливая их. Возле него был какой-то юноша, тоже помогающий носить воду.

Увидев, как из головы одной из печатей пробился лист, мужчина улыбнулся. Присев, он осторожно коснулся растения:

— Даже после смерти, их все ещё можно вернуть к жизни. Жизнь прекрасна, не так ли, Владыка Культа Цинь?

Казалось, что все до единого движения старого даоса следовали курсу природы. Будто этот остров, море, водоём и печати Соломона были одним целым, никому не принадлежа.

— Старший брат говорит абсолютно верно, — сделав несколько шагов вперёд проговорил Цинь Му. — Но вот только я не знаю, будут ли воскрешённые печати теми же, что и раньше, или это уже будут совершенно новые существа. Владыка Небесного Святого Культа отдаёт дань своего уважения Мастеру Дао.

Старый Даос немедленно вернул приветствие:

— Это наша первая встреча, и старый даос отдаёт дань своего уважения. Линь Сюань, поздоровайся с Императором Людей этого поколения.

Стоящий неподалёку Даоцзы недоумевал, но ничего не спрашивая, поздоровался жестом ученика и сразу же проговорил:

— Даоцзы отдаёт дань своего уважения Императору Людей.

Глава 288. Четырнадцать Писаний Меча Дао

Цинь Му был слегка напуган, когда узнал, что Мастер Дао догадался о том, что он Император Людей нынешнего поколения. Выучив только два движения Рисунков Меча старейшины деревни, он почти не использовал их… и уж тем более никогда не показывал перед Императором Яньфэном и Имперским Наставникам. Тем не менее, несколько раз ему пришлось исполнить их против Паньгун Цо и Даоцзы Линь Сюаня.

Когда Линь Сюань последовал за Дань Янцзы заблокировать врата Имперского Колледжа, он был побеждён первым движением Рисунков Меча, Мечом, Ступающим по Горам и Рекам. Ему пришлось вернуться в секту Дао, где парень, должно быть, рассказал про увиденную технику. Мастер Дао знал, что навыки меча юноши достались ему от старейшины деревни, но никак не мог подтвердить, что он Император Людей нынешнего поколения… Старик говорил таким тоном именно для того, чтобы окончательно проверить информацию.

Мысли Цинь Му были дотошны, но даже при том, что он узнал о догадках Мастера Дао, он ничего не отрицал, и сам пошёл за водой для печати Соломона, сказав с улыбкой:

— Мастер Дао обладает замечательными способностями и превосходящей других мудростью.

Мастер Дао и Даоцзы Линь Сюань использовали листья, чтобы носить воду, в то время как Цинь Му использовал свою жизненную Ци, поднимая воду, не подходя к ней, что было более удобнее и гораздо быстрее. Старый Мастер Дао увидел, как он использует жизненную Ци и сказал:

— Дао един с природой. Император Людей, к чему такая спешка?

— Будучи свободным от природы, мы должны применять то, чему учимся. Если Мастер Дао будет упрямится, как он должен учиться?

Мастер Дао нахмурился, но его брови вскоре снова выровнялись, и он улыбнулся:

— Корень разногласий между нашими сектами кроется в различии наших идеалов и того, как мы ведём себя в обществе, я не буду обсуждать с тобой учения секты Дао и Небесного Дьявольского Культа. Император Людей отошёл от мирских дел на несколько сотен лет, но его ученик вернулся. Ты должно быть что-то планируешь, я прав?

Цинь Му использовал свою жизненную Ци, чтобы контролировать поток воды, затем серьёзно сказал:

— Что я могу планировать? Старейшина деревни сказал, что Император Людей — это ответственность, но я до сих пор не понимаю, в чём плюсы этого титула. Во-первых, нет власти, во-вторых, нет власти, но я всё ещё должен нести ответственность. Если Мастер Дао желает, я могу передать этот титул тебе.

Мастер Дао поливал печати Соломона листом, когда выражение его лица слегка изменилось, и он поспешно покачал головой:

— Я не могу взять на себя эту ответственность.

Один из них использовал лист, а другой заклятия для поливки печатей Соломона. Даоцзы Линь Сюань покачал головой. Они оба имели свои собственные упрямые точки зрения несмотря на то, что один был молод, а другой стар.

За время горения одной палочки ладана Цинь Му закончил поливать все печати Соломона. Старый Мастер Дао также посадил лист, который он использовал для переноски воды обратно в почву, и вздохнул:

— Я стар, мои кости не такие, как раньше. Так как Император Людей является Владыкой Небесного Дьявольского Культа, секта Дао больше не будет сражаться против тебя и твоего культа. Старый Дао пришёл к тебе, чтобы показать своего преемника. Линь Сюань также отдал дань уважения тебе, и после моей смерти, он станет Мастером Дао.

Цинь Му поприветствовал Линь Сюаня, тот сразу же ответил на приветствие:

— Я ещё не Мастер Дао, я не смею этого принять.

Мастер Дао улыбнулся:

— После того, как ты станешь Мастером Дао, ты всё равно будешь на половину ниже по старшинству, чем он.

Линь Сюань был шокирован.

Мастер Дао начал говорить не слишком быстро и не слишком медленно:

— Мы, кто изучает Ци, получили благодать от Императора Людей первого поколения, за что все его глубоко уважают. Каждый клан и секта отдали свои лучшие сокровища для того, чтобы создать печать Императора Людей, поэтому ты должен следовать этикету и быть осмотрительным. Может Мастер Дао взглянуть на печать?

Юнец достал чёрный комок, который был печатью Императора Людей, и бросил его ему. Старик в панике, с замершим сердцем, поймал его:

— Как ты мог бросить её? Как ты мог её бросить? Ради этого случая я помылся и переоделся, даже руки вымыл несколько раз. Я был почтителен и вежлив, не желая показаться небрежным, а ты просто бросил печать Императора Людей?

Цинь Му был сбит с толку и сказал:

— Старейшина деревни бросил её точно также. Я не хотел печати, поэтому бросил обратно старику, но, мне всё равно пришлось забрать её обратно.

У Мастера Дао было горькое выражение лица, когда он держал печать Императора Людей двумя руками. Затем старик неоднократно осмотрел печать, проверяя её на подлинность.

— Император Людей, пожалуйста, забери её обратно, — сказав это, он тут же сделал шаг вперёд, почтительно держа печать двумя руками.

Только когда Цинь Му забрал артефакт, старый даос сделал шаг назад и опустил руки, обратившись к Даоцзы:

— Помни, с печатью Императора Людей нужно обходиться именно так. Относись к ней с почтением.

Даоцзы Линь Сюань, утвердительно кивнув, наблюдал, как Цинь Му бросил печать Императора Людей в свой мешок таоте, однако, он не осмелился ничего сказать.

— Он Император Людей, и может быть к ней неуважительным, но для нас это непозволительно, — говорил Мастер Дао от чистого сердца. — Эта печать была создана из лучших сокровищ наших предков из различных сект и различных кланов. Она была сделана для Императора Людей, и человек, контролирующий эту печать, становился императором всех человеческих рас. Поэтому наша секта Дао должна быть уважительной. Эта печать — наш священный артефакт. Ты понимаешь это?

— Я всё понял, Мастер, — кивнул Линь Сюань.

Цинь Му стало немного не по себе. Жизнь старого Мастера Дао подходит к концу, через несколько лет он умрёт, но он продолжает обучать своего ученика. Мастер Дао уже стар, он хотел полностью подготовить своего преемника к восхождению.

— Есть что-то ещё о чём ты хотел поговорить со мной, помимо этой печати? — спросил юноша с улыбкой на лице.

Мастер Дао посмотрел ему в глаза и сказал:

— Император Людей должен знать, что реформа Имперского Наставника и Императора Яньфэна не является праведным путём и принесёт гнев небес. Эта снежная катастрофа была предупреждением, поэтому для блага всех людей в мире, ты должен остановить эту реформу.

— Общая ситуация в мире, как течение реки, пока всё спокойно, мы можем жить дальше. Но тот, кто осмелится преградить ей путь, будет раздавлен. Я могу только плыть по течению вместе с потоком. Старший брат, ты уже достаточно много страдал, почему ты всё ещё упрямишься? — ответил юноша.

— Я не буду с тобой спорить. У нас разные мнения, ты считаешь правильным одно, а я совершенно иное. Поскольку ты настаиваешь на поддержке реформы Имперского Наставника, я скажу тебе только одно: Дао един с природой, реформа стремится изменить Дао, изменить природу. Бог рождается в природе и формируется великим Дао. Если ты хочешь изменить Дао, ты уже знаешь, что из этого последует и какие будут преимущества и недостатки. Великие Руины были ошибкой наших предшественников, но Император Людей должно быть и без меня знал об этом.

Цинь Му был слегка ошеломлён. Мастер Дао, очевидно, знал очень много нераскрытых тайн.

Тем не менее, старик не хотел больше говорить об этом и сказал:

— Я пришёл увидеть Императора Людей и выразить свои намерения. Секта Дао враг с Вечным Миром, но мы не будем врагами с Императором Людей. Ученик, принеси Четырнадцать Писаний Меча Дао.

Линь Сюань достал каменную табличку из кожаного мешка, привязанного к его талии. Каменная табличка имела шесть метров в высоту, в то время как на её поверхности были некоторые маркировки меча, нарисованные вертикально и горизонтально.

— Мастер Дао… — колебался Сюань.

— Покажи ему, — сказал старый Мастер Дао. — Навыки меча прошлого Императора Людей намного лучше моих. Я показал Имперскому Наставнику Четырнадцать Писаний Меча Дао, так почему я не могу показать их нынешнему Императору Людей?

Даоцзы Линь Сюань воздвиг каменную табличку неподалеку, и старый Мастер Дао сказал:

— Четырнадцать Писаний Меча Дао, одно писание за один меч. Когда Имперский Наставник пришёл в секту Дао искать знания, я дал ему на изучение четырнадцать дней, так что тебе я тоже дам четырнадцать дней. Что касается техники Высшей Донебесной Тайны нашей секты Дао, я не буду показывать её тебе.

Цинь Му был очень удивлён. Старый Жулай также позволил ему увидеть Махаяну Сутра Жулая, однако он показал ему только навыки, а не технику. Теперь Мастер Дао позволял ему увидеть писания меча, но не показывал техники Высшей Донебесной Тайны. Несмотря ни на что, оба мастера двух священных обителей имели широкий кругозор.

Юноша нерешительно пробормотал про себя и достал Великие Небесные Дьявольские Рукописи:

— Я не привык получать милости от других, это Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Я позволю Даоцзы читать их четырнадцать дней.

Сердце Даоцзы Линь Сюаня было тронуто, и он посмотрел в сторону своего мастера. Лицо старого Мастера Дао слегка изменилось, после чего он что-то пробубнил себе под нос, прежде чем сказать:

— Если он даёт тебе такую возможность, ты ей воспользуешься. Если Великие Небесные Дьявольские Рукописи содержат добро, то ты будешь богом. Если они содержат зло, ты станешь дьяволом. Если ты падёшь и станешь дьяволом, это просто означает, что твоего развития и природы было недостаточно.

Даоцзы Линь Сюань сделал понимающий вид. Цинь Му сидел перед каменной стеной и смотрел на следы меча. Эти следы меча были вертикальными и горизонтальными и не выглядели так, будто у них был какой-то узор. Когда он посмотрел на первый, он не увидел в этом ничего удивительного, но как только он задумался об этом, он постепенно почувствовал, каким окажется этот замечательный меч.

В его глазах след меча больше не был простым следом меча, он, казалось, имел некоторые математические рассуждения, будто Даос, строчащий кистью и записывающий алгебраические расчёты. Затем он постепенно превратился в чёрно-белую диаграмму тайцзи, которая перемешивалась. Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Ян!

Сердце Цинь Му слегка дрожало. Метод изучения Меча Дао действительно отличался от других, и чрезвычайно глубокий меч был вырезан на стене. Этот меч содержал математические рассуждения и сформировал первую форму Меча Дао.

Математические рассуждения, содержащиеся в первой форме Меча Дао, были расчётом двоичной системой Инь и Ян!

«Их можно сравнить с Математическим Трактатом Высшей Тайны», — юноша всё это понимал, ведь постиг большую часть Математического Трактата Высшей Тайны, поэтому первая форма не была для него трудной.

Вскоре после Цинь Му закончил постигать первую форму Меча Дао и повернулся посмотреть на след второго меча. Вторая форма Меча Дао, Связывание Пять Ци и Трёх Эонов, Восхождение на Месте, Пересекающихся Колесниц Облаков!

Это след меча, содержащиеся в троичной и пятеричной системах, которые соответствуют Трём Эонам и Пяти Ци. Математическое рассуждение этого движения построит солнце, луну и землю, в то время как Пять Ци столкнутся с эонами!

Данное движение также не вызвало сложностей для Цинь Му. Ему понадобилось не много времени для изучения, равносильно полностью сгоревшей палочки для благовоний, и он перешёл к следующему этапу.

Третья форма Меча Дао, Пять Цветных Благоприятных Облаков, Звенящая на Трёх Небесах Небесная Музыка. Это движение также использовало Три Эона и Пять Ци, однако, оно было сложнее и включало преобразование Трёх Эонов и Пяти Ци. Юноша потратил целый час, чтобы закончить осмысление этого движения.

Четвёртая форма Меча Дао, Тихое Вращение Небесного Цикла, Встречая Каждое Явление Природы. Математические рассуждения в движении были чрезвычайно сложными и взаимосвязанными с математическими рассуждениями трёх предыдущих. Даже используя Математический Трактат Высшей Тайны, понять чудо этого движения было невероятно трудно.

Когда Цинь Му решил чудо этого следа меча, он понял, что солнце вот-вот спрячется за морем. Небо уже темнело, и весь остров был красным от блеска отражающихся от поверхности моря лучей солнца.

— Я не успею понять Пятое Писание! — выражение лица юноши стало серьёзным. Меч Дао было всё труднее и труднее изучать, и математические рассуждения становились всё более и более глубокими. За четырнадцать дней невозможно было полностью всё выучить. Возможно, он даже не сможет выучить пятое!

Цинь Му мог только понять волю меча и изучить навыки владения мечом. Что касается других писаний, у него не было времени их изучать, ведь он видел сколько работы ему ещё предстояло проделать. Подумав об этом, он тут же посмотрел в сторону пятого следа меча. Пятая форма Меча Дао, Нефритовая Пещера, Возвращающая Мириады Преобразований, Романтика на Горе Куньлунь…

Цинь Му всячески пытался разобраться, но математические рассуждения в мече были слишком уж трудны. Несмотря на то, что Математический Трактат Высшей Тайны был изучен им, были ещё некоторые математические рассуждения, которых там не было. Он считал, что они должны быть в Математическом Трактате Непостижимой Женщины.

Мастер Дао сидел в стороне, спокойный и сдержанный. Казалось, он не знал, что такое голод. Юноша был голоден и спустился по каменной стене, где нашёл Лин Юйсю и Сы Юньсян. Две девочки уже приготовили ужин. Они спросили его о незнакомце, и когда они услышали, что это Мастер Дао, обе девушки были удивлены.

Когда наступил третий день, Фань Юньсяо, пролетая на своём корабле над ними, громко закричал, пытаясь польстить Мастеру Дао.

Старик открыл глаза, взглянув на него со спокойным выражением лица:

— Ты присоединился к Небесному Дьявольскому Культу? Я был прав насчёт тебя, твоё сердце действительно не праведно. Лети дальше, я не буду тебя убивать.

Фань Юньсяо завопил, после чего вытер слёзы, и умчался на своём корабле прочь.

Глава 289. Лежит в сердце

Спустя пять дней после того, как сбежал Фань Юньсяо, на крохотном островке начали появляться люди в странных нарядах. Первый из пришедших вонзил в землю флаг, после чего сверкнули многочисленные вспышки и из ниоткуда взялись новые флаги.

Когда флаги отлетели в сторону, на их месте появилось несколько сотен людей, мирно усевшихся вокруг острова. Каждый человек нашёл себе отдельное место, и вместе они напоминали звёздное небо, сидя спокойно и неподвижно.

Тем не менее, каждые четыре часа эти люди поднимались и меняли свои позиции. Закономерность никогда не нарушалась, и люди регулярно вставали со своих мест.

Сидящая в тени Лун Цзяонань вздрогнула и отправилась к центру острова.

Сы Юньсян, в свою очередь, оставалась невероятно счастливой, готовя еду для всех желающих.

Лин Юйсю с серьёзным выражением лица наблюдала за происходящим. Она догадалась, что гости создали огромное построение, заключившее всех в плену острова, не оставляя шансов сбежать. Если кому-то захочется выбраться, построение немедленно изменится, становясь убийственным, и устроит на острове резню!

Как только гигантское построение активируется, оно будет ужасающим!

Более того, принцесса заметила, что некоторые из прибывших людей одеты в наряды имперского двора. Многие из них были высокими чиновниками действующей власти, некоторые были рыночными торговцами, палачами, ответственными за обезглавливание, и даже членами дирекции Имперского Колледжа. Это было сборище самых странных людей со всего мира!

Самым интересным было то, что люди меняли свой строй каждые четыре часа. Вероятно, это делалось для того, чтобы не позволить Мастеру Дао вычислить природу построения.

— Небесный Дьявольский Культ без сомнений главная секта дьявольского пути, ваша пунктуальность впечатляет.

Старый Мастер Дао изучал убийственное построение, не сумев не воскликнуть про себя: «Я могу вычислить структуру построения за четыре часа, и ровно в этот момент они меняются местами. Мастер Чертога Построений очень умелый человек».

Мастер Чертога Построений был членом дирекции Зала Множества Элементов Имперского Колледжа, а император назначил его имперским секретарём. Яньфэн глубоко уважал мужчину и зачастую вызывал его во дворец, дабы обговорить дела страны. Несмотря на то, что император не наделил его никакой реальной властью, из-за принадлежности к Небесному Дьявольскому Культу, большинство построений имперской армии были придуманы именно им.

Казалось, что Мастер Чертога Построений много знал о Мастере Дао, и как только старик решил бы создать проблемы для Цинь Му, его немедленно могли убить. Если он захочет уйти, то тоже умрёт.

Вскоре наступил четырнадцатый день, и Цинь Му крепко закрыл глаза. Спустя мгновение, он поднялся и отошёл от каменной скрижали.

— Старший брат, спасибо, что позволил мне изучить Меч Дао, — поздоровался он с Мастером Дао.

Старик поднялся, возвращая приветствие:

— Я не посмел бы поступить по-другому. Император Людей имеет полное право изучить Меч Дао. Я показывал эту технику тебе и Жулаю, который в свою очередь покажет тебе Махаяну Сутру. Император Людей без сомнений этого достоин.

— Я уже видел Махаяну Сутру Жулая, — ответил Цинь Му.

Мастер Дао был ошеломлён. Спустя некоторое время он покачал головой и улыбнулся:

— Старик всё так же умён и хитёр, всегда на шаг впереди меня. Ученик, передай Великие Небесные Дьявольские Рукописи Императору Людей.

Даоцзы Линь Сюань едва опомнился от изучения и немедленно смотал рукописи обратно в клубок нитей, двумя руками передавая его в руки Цинь Му.

Тот улыбнулся:

— Мы с тобой одного возраста, нет необходимости в формальностях.

Покачав головой, Даоцзы ответил:

— В формальностях нет ничего плохого. Я ещё на стал Мастером Дао, и навсегда останусь твоим младшим.

Цинь Му беспомощно проговорил:

— Несмотря на то, что Мастер Дао никогда не видел Великих Небесных Дьявольских Рукописей, его слова о том, что они содержат зло и добро, достигла самадхи рукописей. Сколько доброго, плохого ты увидел, изучая текст?

Парень начал слегка волноваться, а старик улыбнулся, проговорив:

— Владыка Культа Цинь — эксперт в данной области, говори, что думаешь.

Юноша проговорил:

— Возможно дело в том, что первое впечатление самое сильное, но мне сначала показалось, что почти каждое предложение несёт в себе вред. Лишь когда я дочитал до середины, я ощутил что-то другое. К этому времени, в моём сердце не осталось добра или зла. Достигнув писаний в конце, я понял, что неправильно понял начало, поэтому решил перечитать их заново, и в этот раз у меня возникли совсем другие чувства.

Улыбнувшись, Цинь Му спросил:

— Сколько процентов рукописей ты счёл злыми?

— Где-то двадцать, — честно ответил Даоцзы Лин Сюань.

— Твоё сердце Дао все ещё на двадцать процентов дьявольское. Тем не менее, это намного лучший результат, чем у Фоцзы. Прочитав Великие Небесные Дьявольские Рукописи, тот счёл каждое слово злым. Он, может быть, и создавал впечатление настоящего будды, но в душе был бесчувственным дьяволом.

— Так вот в чём дело! — Даоцзы Лин Сюань был ошарашен, обретая просветление. Ему было непросто принять недостаток своего сердца, поэтому он, с дрожащим взглядом, спросил. — Когда Император Людей прочитал Великие Небесные Дьявольские рукописи, сколько злого ты там увидел?

— Все писания Великих Небесных Дьявольских Рукописей — праведные, и в то же время злые. Всё зависит от того, как я их использую.

— Это… — был ошеломлён Даоцзы.

Цинь Му продолжил:

— Путь святого — повседневная помощь простым людям. Это первое предложение Великих Небесных Дьявольских Рукописей, задающее тон всему тексту. Ты и я тоже являемся частью обычных людей, поэтому если наши сердце праведны, наше понимание рукописей тоже становится праведным. Если наши сердца окажутся злыми, рукописи тоже будут злыми. Я могу использовать их как праведную или дьявольскую технику. Чудо их применения лежит в сердце человека.

— Чудо применения лежит в сердце человека? — Даоцзы не переставал удивляться, чувствуя, что слова юноши были очень логичны.

Старый Мастер Дао немедленно прокричал:

— Тихо! Не слушай его учений, таким образом они оправдывают своё отречение от природы! Ты следующий Мастер Дао, не вздумай пойти на поводу у его умных слов и вступить в их дьявольский культ!

Линь Сюань пришёл в себя, обильно потея. Обильно пропотев всем телом, он думал про себя: «Он использовал возможность меня обучить, чтобы рассказать об учениях своего культа, пытаясь меня одурманить! Его стремление отречься от природы отличается от пути моей секты Дао!»

Старый Мастер Дао торжественно проговорил:

— Природа Владыки Культа Цинь и вправду намного выше твоей. Будь осторожен, чтобы не попасть под его влияние, ведь он не только Император Людей, но и Владыка Небесного Дьявольского Культа!

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Старый Мастер Дао и вправду воспринимал его как ужасный потоп или жестокого зверя, всеми силами пытаясь напутствовать своего ученика, чтобы тот не оказался в лапах Небесного Дьявольского Культа.

Затем, старик спросил:

— Что Император Людей может сказать о Мече Дао?

Юноша торжественно ответил:

— У меня возникли некоторые трудности с математическими толкованиями, они невероятно сложны. Последние несколько движений, казалось, выходили за рамки математики и приближались к Дао.

Улыбнувшись, Мастер Дао задумчиво проговорил:

— Меч Дао моей секты Дао напоминает способ измерения круга. Цифры числа Пи бесконечны, их нельзя изобразить с помощью Сюй Кун и Цин Цзин, так как после них есть ещё огромное количество цифр, которые нельзя вычислить. Дао бесконечно, так же, как и Пи, так зачем пытаться его изменить? Нужно ли превращать его во что-то другое?

Цинь Му был ошарашен. Старый Мастер Дао проповедовал ему праведность и справедливость секты Дао!

— Мастер Дао, постарайтесь не переборщить, — улыбнулся юноша.

Старик рассмеялся, в то время как Даоцзы забрал каменную скрижаль:

— Император Людей, ты — необычная личность, которая встретит огромное количество ужасных врагов, поэтому лучше вернись в Великие Руины, как можно скорее. Я отправил сюда дочь Короля Драконов, могу ли я забрать её с собой.

Цинь Му посмотрел на печати Соломона, посаженные в землю, заметив, что из большинства из них уже проросло несколько листьев. Но также были некоторые растения, которые окончательно умерли.

— Не волнуйся, она послушает меня и больше никогда сюда не вернётся, — улыбнулся Мастер Дао. — Ты ничего не потерял, в то время как она сильно пострадала.

Кивнув, Цинь Му подозвал Лун Цзяонань к себе. Девушка терпела огромную боль, спотыкаясь по дороге.

— Ты останешься моим врагом? — спросил Цинь Му.

— Ты стёр с лица земли мою секту Наездников Дракона. У меня нет выбора, кроме как остаться твоим врагом.

— Даже без моего участия, вам всё равно пришёл бы конец. Таковым было ваше положение. Если бы я не пришёл в город Небесной Волны, вы бы всё равно были уничтожены, — ответил Цинь Му. — Я попал туда случайно. Твоя злость вполне естественна, но имей в виду, что в следующий раз я не буду себя сдерживать, и определённо тебя убью.

Лун Цзяонань стиснула зубы:

— Я тоже не стану сдерживаться.

— У тебя нет шансов. Не пытайся снова сбросить кожу, чем чаще ты это делаешь, тем быстрее стареешь. Уходи вместе с Мастером Дао.

Оцепеневшая Лун Цзяонань стояла возле Мастера Дао, недоумевая. Каждый раз, когда она встречалась с Цинь Му, то обнаруживала, что тот становился намного сильнее, чем раньше. Сможет ли она совладать с ним при следующей встрече?

Остался ли у неё какой-либо шанс?

Однако, вскоре её ненависть заглушила разум, отбросив внезапное понимание ситуации на задний план.

Старый Мастер Дао заложил кулак в ладонь:

— Прощай.

Вернув прощание, Цинь Му поднялся:

— Выпустите Мастера Дао.

Вьюх! Все Мастера Чертогов, Хранители и Небесный Короли Небесного Дьявольского Культа встали, освобождая дорогу старику.

Выведя Лун Цзяонань и Даоцзы Линь Сюаня из острова, Мастер Дао создал облако под ногами троицы, улетая вдаль.

Посмотрев на последователей Небесного Дьявольского Культа, Цинь Му улыбнулся и махнул рукой:

— Расходимся, расходимся.

Толпа попрощалась, после чего взмахнули своими флагами, бесследно исчезая. Тем не менее, Небесные Короли Юй и Ван остались. Было очевидно, что они сильно беспокоились о безопасности Цинь Му.

Юноша улыбнулся:

— Не нужно так обо мне беспокоится, можете уходить.

Двое мужчин переглянулись, после чего взмахнули краями своей одежды, растворяясь в воздухе.

— Я не думаю, что они далеко уйдут, — проговорила Сы Юньсян.

Цинь Му кивнул, но Лин Юйсю начала беспокоиться:

— Великий Владыка Культа, ты думаешь лишь о том, чтобы поважничать перед своими подданными, а не о том, как нам покинуть этот остров!

Юноша на мгновение заколебался. Он и вправду решил поважничать. Старики деревни учили его никогда не терять своё лицо перед другими, даже в случае поражения, поэтому он решил не просить членов Небесного Дьявольского Культа забрать его с острова, чтобы не унижаться.

— Как вы думаете, Фань Юньсяо вернётся за нами? — пробормотал он.

Две девушки мрачно засмеялись и сказали в унисон:

— Ты слышал, как жалко он выл? Он определённо здесь не появится!

Цинь Му пробормотал:

— Почему бы нам не пойти по морю…

— У нас и так нет другого выбора.

Оглянувшись на духовный источник, Сы Юньсян ощутила слабое желание остаться:

— Как думаете, печати Соломона вспомнят нас, когда очнутся?

— Я не знаю, — Цинь Му обернулся, увидев переливающуюся зелень возле источника, и покачал головой. — Они умерли, и если у бедолаг были души, те уже давно оказались в Юду. Тем не менее, их тела скоро воскреснут. Я не знаю, обретут ли они новые души и воспоминания, или сохранят старые.

Сы Юньсян была слегка подавлена. Но увидев, что Цинь Му и Ли Юйсю уже шагали по поверхности моря, она немедленно побежала следом.

Под ногами Цинь Му возникла волна, напоминающая голову дракона, уносящая отряд на запад. Тем временем, на другом конце мира, Великий Шаман получил новость от Паньгун Цо, и немедленно покинул Дворец Золотой Орхидеи, тоже двигаясь в сторону запада.

Долгое время он обходил Великие Руины, перебираясь через снежные горы и жаркие пустыни. Добравшись к Западным Землям, он забрался на самую высокую здешнюю вершину.

Золотой верх божественной горы был пустым, на нём остался лишь алтарь для жертвоприношений. Достав три палочки благовоний, Великий Шаман зажёг их. Дым начал подниматься по спирали, достигая Высоких Небес.

В месте, где дым рассеивался, появилось зелёное лицо, почти сливаясь с синим небом.

— Появился новый Император Людей, — проговорил Великий Шаман, сжигая благовония, чтобы отдать дань своего уважения.

Глава 290. Высшие Небеса

Зелёное лицо в небе было очень огромным и, казалось, было сформировано дымом, который был податливым и эфемерным. Однако, по мере своего снижения, оно постепенно становилось яснее.

Пот стекал со лба Великого Шамана, когда он опустил голову, боясь взглянуть на лицо в небе:

— Высшие Небеса…

Едва различимый голос раздался с неба:

— Понятно.

Великий Шаман стоял неподвижно. Золотая вершина божественной горы была очень холодной, но его пот продолжал капать вниз, капля за каплей. Спустя некоторое время он украдкой поднял глаза, чтобы посмотреть на небо, и увидел, что оно было голубым. Лица уже не было. Великий Шаман вздохнул с облегчением и быстро ушёл оттуда, как можно дальше.

Спустя долгое время крошечное пламя появилось на золотой вершине и затряслось как рябь. Когда оно перестало трястись, два золотых глаза суань-ни выскочили из огня, вытаскивая драгоценную повозку.

В центре был возведён имперский навес, а под ним находились такие предметы, как нефрит и жемчуг, которые образовывали висячую ширму. На вершине имперского навеса располагались три золотые вершины, которые были как круглые комочки, и чем выше располагался комок, тем меньших размеров был.

Четыре золотых колонны поддерживали имперский навес, будучи толщиной в руку и высотой в два метра. Кроме того, на каждом столбе стояла красивая девушка. Их жизненная Ци формировала кольцо на затылке, а одежды развевались на ветру. Каждая из них была наряжена в одежды разных цветов. Девушка в зелёном несла нефритовую вазу в руке, девушка в красном обнимала семиструнного гуциня, девушка в жёлтом несла меч в обеих руках, в то время как девушка в белом обнимала пипу. Под имперским навесом, у нефрита и жемчуга, сидел неподвижно человек в фиолетовом.

Два суань-ни, ступая на чудесные облака, тащили драгоценную повозку с молниеносной скоростью к средиземью, переливались блестящими огнями ярких цветов. Пересекая Великие Руины, они не слишком-то уж были осторожны, как тот Великий Шаман, вообще решивший об греха подальше обойти их. Они просто ехали прямо, оставив след света, указывающий на Империю Вечного Мира. Люди в повозке, казалось, совсем не думали об опасности Великих Руин.

Когда наступила ночь, тьма окутала землю, но от двух суань-ни исходило пламя, которое поднималось в небо. Они были чрезвычайно привлекательны в темноте, таща повозку через тьму. Дьявольская Ци вылилась и внезапно превратилась в чёрную, как смоль ладонь, которая метнулась к повозке и свету, исходящему от суань-ни. Везде, где она проходила, свет поглощался и оставалась только тьма.

Когда смолянисто-чёрная ладонь подобралась к драгоценной повозке, свет полностью пропал, а жемчужный занавес начал покачивался. Однако, в этот момент девушка в красном заиграла на гуцине, издав всего два звука — динь-дон. Как только гуцинь отозвался эхом в воздухе, чёрная ладонь замерла и затем двинулась назад.

— Высшие Небеса? — хриплый голос спросил из темноты.

Девушка в красном кивнула и сказала:

— Владыка Звезды Высших Небес Цяо.

Чудовище в темноте отступило и исчезло без следа. С тех пор, больше никакие монстры не пытались напасть на повозку. Несмотря на то, что Великие Руины во тьме казались несравнимо опасными, ночью всё ещё было довольно шумно, ведь в это время происходило очень много ужасных вещей.

Драгоценная повозка ехала на восток не слишком быстро и не слишком медленно. Владыка Звезды Цяо под имперским навесом посмотрел на нынешние Великие Руины и покачал головой:

— Здешнее зло ещё не очищено, яд смешан с воздухом.

Повозка взлетела в небо, оставив полосу в темноте. Если смотреть снизу верх, то могло показаться, что ночное небо рассекала звезда. Ночь Великих Руин была окутана тьмой, и на небе не было ни звёзд, ни луны, поэтому большинство жителей деревень и странных зверей, скрывающиеся в руинах, подняли головы и не могли оторвать своих глаз от увиденного. Такого прежде им не доводилось видеть. Внезапно звезда начала быстро опускаться с неба к Великим Руинам, заставив всех смотрящих с жалость вздохнуть.

Бум!

Драгоценная повозка спустилась к истоку реки Вздымающейся, оказавшись прямо между двумя горами, напоминающими огромные врата. Два суань-ни изо всех сил пытались контролировать спуск, но тщетно. Они издали громкий визг. Четыре девицы очень волновались, ведь заметили, как они превращаются в скелеты. Девицы посмотрели вперёд и увидели, что два суань-ни, которые тащили повозку, также стали двумя скачущими скелетами!

Под имперским навесом был ещё один скелет. Тот холодно фыркнул и спокойно сказал:

— Мне кажется или это проделки зла Фэнду, в котором до сих пор теплится жизнь?

В темноте и тумане перед ними, казалось, стояли огромные тени, в нём даже загорались красные огни, похожие на фонари, которые, двигаясь, сопровождали повозку. Но это были не фонари, а глаза. Тени постепенно исчезали, и красные огни исчезали один за другим. Плоть двух суань-ни вернулась, и они почувствовали, как повозка снова потяжелела. Они тут же применили силу и взлетели обратно в небо. Четыре девицы в повозке увидели, как их плоть восстанавливается и облегчённо вздохнули.

Тело Владыки Звезды Цяо также вернулось в норму, после чего он равнодушно сказал:

— Фэнду, отринув порядок Юду, даже осмелился пойти против Высших Небес. От этого места рано или поздно избавятся.

Драгоценная повозка продолжала двигаться вперёд по Вздымающейся, а когда небо озарилось солнцем они увидели конец Великих Руин, расположенный за тысячу километров от них. Внезапно снизу взмыл мечеобразные свет и, взорвавшись в воздухе, мгновенно вспыхнул снежно-яркими огнями, фактически затмившими сияние солнца.

Суань-ни и четыре девицы в повозке немедленно закрыли глаза, а когда чуть позже открыли их, то вскрикнули от удивления. Сотрясающий мир свет меча исчез, и перед повозкой оказались величественные горы и реки. Возвышающиеся вершины и обрывистые хребты были бесконечны. Странно было то, что раскинувшийся перед ними пейзаж, казалось, плавал в облаках. Реки, вытекающие из высоких гор и обрывистых хребтов, даже издавали звуки разбивающейся воды. Присутствовал даже водопад, стекающий со скалы, чарующе отсвечивая подобно нефриту на солнце.

Эти зелёные горы и лазурная вода плавали среди облаков, в них не было ничего необычного, ведь они не были похожи на миражи.

— Стой, — медленно сказал Владыка Звезды Цяо.

Два суань-ни остановились, Цяо встал посмотреть, где кончаются горы и реки. Они растянулись вдаль, как бы вырастая сами по себе. Горы в облаках были величественными и огромными, непрерывно появляясь из-под облаков. Между тем, на границах гор и рек вспыхивали огни мечей, трудноразличимые для взора, но его глаза обмануть было невозможно. Казалось, словно кто-то использовал меч, как кисть, и рисовал огромные горы и реки!

— Старый калека ещё жив. — улыбаясь, сказал Цяо и показал пальцем вниз. — Летим вниз. Мой старый друг живёт там.

Два суань-ни услышали приказ и немедленно начали спускаться. Когда они спустились ниже, горы и реки также спустились вместе с ними. Горы и реки опускались вместе с их темпом, всё время преграждая путь перед ними. Наконец, повозка приземлилась на землю, горы и реки в небе становились всё меньше и меньше. Когда горы и реки исчезли, перед ними появилась небольшая деревушка рядом с рекой.

Владыка Звезды Цяо посмотрел сквозь жемчужный занавес и увидел кресло у входа в эту деревню. На кресле лежал старик без четырёх конечностей. Кресло скрипело, покачиваясь взад и вперёд, в то время как грязный старик без конечностей наслаждался весенним солнцем.

— Калека, — говорил из-за перламутровых занавесок Цяо, не выходя из повозки. — У тебя нет рук и нет ног, но ты хочешь преградить мне путь? Ты не переоцениваешь себя?

Старейшина деревни смотрел на него, пока продолжал покачиваться на кресле. Казалось, ему было очень удобно лежать там, и он неторопливо сказал:

— В таком случае, почему бы тебе не попробовать? У меня нет рук и ног, осталось всего несколько лет жизни, я думаю, ты определённо уверен в своей победе.

Владыка Звезды Цяо холодно фыркнул:

— Тебе осталось жить не так много лет, ты не сможешь защитить нового Императора Людей. Я не буду тратить своё время на бой с калекой.

— Если ты не будешь сражаться, тогда проваливай.

Внезапно жизненная Ци старейшины превратилась в руки и ноги, помогая ему встать с кресла. Он подошёл к повозке, и два суань-ни мгновенно почувствовали, как их кровь стынет в жилах, а четыре девицы показали потрясённые выражения лиц. В их глазах, сухое и худое тело старика становилось больше, оно было более величественным, когда он приближался. Всего после нескольких шагов его тело, казалось, покрыло небо и землю, не давая им увидеть абсолютно ничего!

— Ты не сможешь защитить нового Императора Людей! — сказал Владыка Звезды Цяо и встал, в то время как имперский навес на повозке начал вращаться. Столбы под навесом становились всё толще и выше. По мере того, как имперский навес расширялся на ветру, нефрит и жемчуг становились больше, как будто они были звёздами, окружавшими Владыку Звезды. Четыре девы перед ним выглядели несравнимо маленькими, и два чистокровных суань-ни, обладатели несравненно огромных тел, в этот момент также казались жалко маленькими.

Вжух.

Меч жёлтой девы вышел из ножен и приземлился в руку Владыки Звезды. Он поднял меч и замахнулся на старика, которые уже был готов к сражению. В тот момент, когда два меча встретились, река Вздымающаяся была остановлена, отчего начала течь в обратном направлении, а уже в следующий миг яркие огни меча со вспышкой исчезли.

Там, где огни мечей исчезли, старейшина деревни сидел в кресле и со скрипом покачивался. Владыки Звезды Цяо также сел, размер повозки вернулся в норму. Как будто гигант и небо, полное звёзд, были всего лишь иллюзией.

— Я не убью его, но придут другие, — сказал Владыка Звезды, смотря на старейшину, лежащего в кресле, равнодушно добавив. — Молодое поколение с Высших Небес найдёт его.

— Ага, не стесняйся посылать их побольше, — лениво ответил старейшина.

Владыка Звезды Цяо посмотрел на него и внезапно сказал:

— К Высшим Небесам.

Два суань-ни тут же развернули повозку и поднялись в небо, скача обратно на запад. В повозке девушка в зелёном спросила:

— Владыка Звезды, почему мы возвращаемся именно так?

Владыка Звезды Цяо не сказал ни слова, но внезапно хмыкнул. Капельки крови стекла с повозки и приземлялись в лесу Великих Руин, который раскинулся под ними. В месте, где приземлилась свежая кровь, расцвели цветы, а растения начали расти в исступлении, в итоге покрывая всю гору.

Фиють!

Имперский навес упал назад и рухнул в Великие Руины, разбросав все нефриты и жемчужины в пустыне. Лицо Владыки Звезды Цяо было слегка бледным, когда он громко сказал:

— Нет необходимости собирать их, быстрее, к Высшим Небесам, как можно скорее!

Четыре девицы были шокированы, а два суань-ни увеличили скорость и помчались на запад.

****

У ворот деревни Цань Лао кресло покачнулось и раскололось на части. Старейшина деревни упал на землю и хриплым голосом крикнул:

— Целитель, целитель!

Целитель выбежал в панике и проворчал:

— Не двигайся, дай мне проверить твои травмы!

Глава 291. Увлекательная Ночь на Море

Целитель осмотрел ранения старейшины и начал ворчать:

— Твои престарелые кости и мышцы уже не ровня таковым у того пижона, более того, у тебя половина из них отсутствует! И ты всё равно решил выпендриваться, не так ли? Теперь доволен?

Старейшина тяжело дышал:

— Его раны серьёзнее моих. В своё время я успел одолеть каждого мастера Высших Небес.

— Ничего себе, какой ты сильный, — целитель лечил раны старика, используя иголки. — Но разве это не меч отрубил твои конечности?

— Передав Му’эру звание Императора Людей, я знал, что наступит день, когда на него начнут охотиться, — глаза старейшины помутнели, всматриваясь вдаль. — Высшие Небеса не потерпят появления нового Императора Людей. Я уже стар, к тому же калека, поэтому они не обращали внимания на моё существование. Однако, они определённо попытаются избавиться от моего преемника. Владыка Звезды Цяо один из самых сильных людей Высших Небес, так что мне пришлось перехватить и отправить его обратно. В таком случае монстры вроде него не станут покушаться на жизнь мальца. Они должны следовать правилам, и, если кто-то попытается их нарушить, я сразу же вмешаюсь.

Выписав старику лекарства, целитель проговорил:

— А что случится после твоей смерти? Они продолжал придерживаться правил?

Старейшина на мгновение замолчал, после чего неожиданно улыбнулся:

— Император Людей при жизни, Призрачный Герой после смерти. Мои жизненные силы, возможно? иссякнут, но желание сражаться будет жить вечно. Наверно, пришло время тебе прогуляться.

Вздрогнув, целитель покачал головой:

— Я никуда не пойду. Кто хочет идти, пусть идёт.

На Божественной Горе Западных Земель приземлилась повозка Владыки Звезды Цяо. Мужчина с трудом управлял своей Ци. Собираясь вернуться на Высшие Небеса, он, внезапно, начал блевать кровью, а раны на его теле разорвались. Подняв руку, он слабым голосом приказал четырём девицам:

— Зажгите благовония…

Те были поражены, а девушка в зелёном немедленно достала три палочки благовоний, поджигая их на алтаре. Спустя мгновение в небе появилось лицо, смотрящее вниз.

— Я встретил старого Императора Людей, — задыхаясь проговорил Владыка Звезды Цяо, — Стар и покалечен, но всё ещё жив… его способности невероятно возросли… и он смог одолеть меня. Он говорит, что если старшее поколение отправится на поиски нового Императора Людей, он возьмёт дело в свои руки, однако, он не будет трогать молодых.

— До сих пор жив? — лицо в небе приобрело удивлённое выражение, говоря еле слышным голосом. — Владыка Звезды, кого из Высших Небес ты хочешь отправить, чтобы избавиться от нового Императора Людей?

— Молодого мастера Сюй Шэнхуа.

Лицо в небе стало серьёзным:

— Разве есть нужда мобилизовать мастера Сюя?

Владыка Звезды Цяо кивнул:

— Смерть старика не за горами. Новый Император Людей всё ещё молод… и не слишком опытен. Избавившись от него сейчас, мы навсегда избавимся от своих проблем.

Луч света спустился с небес на тело Владыки Звезды, формируя дорогу. Лицо в небе проговорило:

— Молодой Мастер Сюй не захочет спускаться, ты должен лично его убедить.

Владыка Звезды обернулся к четырём девам:

— Юй, Цин, Яо, Цзин, оставайтесь здесь и несите мои четыре сокровища за молодым мастером Сюем, чтобы те помогли ему одолеть нового Императора Людей. Я вернусь на Высшие Небеса, но он скоро спустится.

Слушаясь приказа, группа девиц вышла из упряжки. Два суань-ни немедленно потащили за собой разрушенную карету, поднимаясь в небо по дороге из света, возвращаясь на Высшие Небеса.

Как только свет исчез, девицы переглянулись:

— Старый Мастер приказал нам следовать с молодым мастером Сюем, чтобы убить нового Императора Людей, но мы ведь не знаем, кто именно тот Император.

Цзин Янь ответила:

— Новость пришла из Дворца Золотой Орхидеи, думаю, поиски нужно начинать оттуда. Цин Ин, Яо Хуа, отправляйтесь во дворец, а я и Юй Лю останемся ждать молодого мастера.

Пара девиц кивнула и начала спускаться с горы. Они не вошли в Великие Руины, а проложили себе путь через Западные Земли, жаркую пустыню и плато снежных гор, ведущее прямо во Дворец Золотой Орхидеи.

Без Владыки Звезды Цяо они не осмелились сократить путь, идя через Великие Руины.

****

На Восточном Море, Цинь Му, Сы Юньсян Лин Юйсю дрейфовали по воде. После наступления ночи, поверхность моря внезапно засияла. Бесчисленные рыбы, скрытые в глубине, излучали нефритовый свет.

Цинь Му контролировал волну, несущую их вперёд, наблюдая как из воды одна за другой выпрыгивают сверкающие рыбины. Те, казалось, пытались преследовать волну, что выглядело довольно интересно.

Некоторые рыбы имели пару щупалец, торчащих изо лба, на конце каждого из которых находились прозрачные комки плоти, размером с кулак. Они напоминали фонари, отдавая лёгким светом, отчего этот вид назывался рыбами-фонарями.

Плавники рыб-фонарей слегка напоминали крылья. Выпрыгивая из воды, они дёргали этими крыльями, пролетая несколько десятков метров, прежде чем упасть обратно в море.

Странные рыбы время от времени пытались плыть вместе с троицей, освещая для них дорогу.

Иногда появлялись огромные рыбы длиной больше трёх метров, со всей силы размахивая плавниками, чтобы успеть рассмотреть незнакомцев.

Сы Юньсян все ещё была ребёнком в душе, так что, увидев огромную рыбу-фонарь, наделённую кое-каким умом, она начала играть с ней, пытаясь обучить человеческой речи. За длительное время их путешествия, одна или две особи и вправду сумели проговорить несложное предложение.

По дороге группа пересекала земли морского племени, встретив группу девиц, выплывших из-под воды. Они размахивали своими хвостами, плавая туда-сюда вокруг волн, и поя мелодичную песню о любви. В ней рассказывалось о двух девушках, которые полюбили одного парня, и о их чувствах. Группа гигантских моллюсков, превратившихся в духов, клацали своими панцирями, задавая ритм.

Лин Юйсю и Сы Юньсян застеснялись, прислушавшись к песне. Они тайком поглядывали на парня сбоку, кипя от ярости.

Девушки обнаружили, что тот не слишком спешил, но и не слушал песни. Всё его внимание было сконцентрировано на понимании пути.

Они не знали, что именно он пытается понять. Несмотря на то, что на его лице красовалась улыбка, глазами он не разглядывал ни красивые пейзажи впереди, ни красивых спутниц.

На протяжении всего пути парень пытался освоить Технику Единства области Шести Направлений, и после нескольких дней работы он, наконец, достиг ключевого этапа.

— Вот негодяй, он заслуживает провести всю жизнь в одиночестве! — впали в ярость девушки.

Мастер Дао позволил Цинь Му изучать Меч Дао на протяжении четырнадцати дней, оказав тому огромную услугу. Несмотря на то, что Меч Дао состоял из техник меча, математические мышления, кроющиеся в его природе, можно было использовать для создания всевозможных искусств, так что им определённо найдётся применение.

Спустя час жизненная Ци парня начала постепенно ослабевать, а с ней снизилась и скорость, с которой двигалась волна, и последняя уменьшилась в размере. Лин Юйсю немедленно перехватила инициативу, и драконья голова понесла троицу вперёд с новой скоростью.

Цинь Му, в свою очередь, расслабился, спокойно стоя на голове дракона и позволяя принцессе делать своё дело.

Божественное Сокровище Шести Направлений было огромным прорывом для любого практика. Независимо от того, совершенствовал ли он заклятия, навыки меча или боевые техники, все они автоматически достигали уровня божественных искусств. Это увеличивало их силу в несколько раз.

Техника этой области должна была объединить сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов и Шести Направлений вместе, чтобы освободить их полную силу. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана Цинь Му не имела никаких навыков, учения Дровосека говорили о навыках, но не о пути, а в Великих Небесных Дьявольских Рукописях было огромное количество искусств, но не было единства. Тем не менее, вместе они создавали полноценную картину…

Но Цинь Му хотел большего. Он хотел достичь превращений техники Девяти Монархических Драконов, стабильности Махаяны Сутры Жулая и математики Меча Дао одновременно.

Технике Девяти Монархических Драконов, основанной на превращениях, парня обучил Император Яньфэн, заодно дав несколько советов по её совершенствованию. Несмотря на изучение в течение короткого периода времени, он уже успел понять глубокий смысл, прячущийся за её превращениями.

Можно было сказать, что они лежат в сердце человека. Божественные драконы могли принимать бесчисленное количество форм, которые позволяли исполнить любые техники меча, заклятия и боевые техники других сект. Их движения могли быть резкими и сильными, а могли быть мягкими и нежными.

Махаяна Сутра Жулая славилась стабильностью. Старый Жулай не стал обучать Цинь Му лично, но позволил посетить Обитель Небес. В то время он посетил все её двадцать этажей, окончательно овладев техникой. Техника состояла из двадцати небес. Благословления всех богов и дьяволов, живущих там, делали человека невероятно стойким и непоколебимым, как гора Сумеру.

Меч Дао был основан на алгебре и использовал математическое мышление, чтобы объяснить природу земли, небес и великого Дао. Последний, четырнадцатый навык техники, почти сливался с Дао.

Если изучить три этих техники, а затем соединить воедино, объединяя их преимущества с Техникой Единства, Цинь Му определённо сделал бы огромный скачок в развитии!

Однако, концентрируясь на такой цели уже несколько дней, он так и не смог ничего достичь. Техники, которые он хотел соединить, были высочайшего уровня, и сами по себе окончательно развитыми. Это были высшие искусства главных сект мира.

Соединив их можно получить лучшую технику мира!

«Кажется я немного пожадничал», — Цинь Му вдруг почувствовал, что пытается решить невозможную задачу. Эти техники достигли идеала, и его знаний было определённо недостаточно для того, чтобы их соединить.

В таком случае, зачем ему так сильно мучать себя?

«Мне нужны лишь учения, прячущиеся внутри техник, так зачем мне объединять техники? Разве не проще объединить учения?» — стоя посреди прекрасной картины ночного моря, он внезапно ощутил просветление, и его разум расслабился. Парен сразу заметил, как море и девушки вокруг становятся более очаровательными и завораживающими.

Попытка объединить техники была чем-то невозможным. Более того, эта затея не позволяла в достаточной мере сконцентрироваться на деталях. В конце концов, соединить учения было намного проще.

Как только Цинь Му пришёл к такому выводу, он перестал следовать своим путём, вместо чего освободился от природы, совершенствуясь как ему захочется.

За пределами вод морского племени море значительно притихло. Затем к отряду подплыла огромная черепаха, предложив довезти их дальше.

Зверь достиг огромных высот в совершенствовании, и плавал над водой, напоминая небольшой остров. Плывя на запад, она расспрашивала отряд о проблемах, с которыми столкнулась в процессе.

Троица подростков рассказали ей всё, что сами знали, помогая решить сложные моменты. Сильно обрадовавшись, старая черепаха пригласила их в гости. Цинь Му с любопытством спросил:

— А где ты живёшь?

— Мой дом — четыре моря, впрочем, мои дети обычно живут у меня на спине.

Как только она это сказала, из-под волн выплыло несколько маленьких черепах, запрыгивая на панцирь старой черепахи.

— Свет! — зверь улыбнулся, после чего на её спине засияли светящиеся жемчужины, отчего на “острове” значительно посветлело.

Маленькие черепахи поднялись на задние плавники, начиная танцевать и петь вокруг Цинь Му, Лин Юйсю и Сы Юньсян, хлопая себя по панцирям и животам.

Сы Юньсян немедленно потянула Цинь Му в танец, и тот, спустя некоторое время, позвал Лин Юйсю за собой. Принцесса немного стеснялась поначалу, но вскоре согласилась.

Ночь празднований быстро пролетела, и на рассвете старая черепаха проговорила:

— Мы приплыли, прощайте, друзья!

Подняв взгляд, Цинь Му увидел землю на горизонте. Город и залив были окутаны ранним весенним туманом.

Троица спрыгнула со спины зверя, приземлившись на острове.

— Прощайте! — маленькие черепахи махнули им плавниками.

— Прощайте! — махнул в ответ Цинь Му. Когда черепаха-остров исчезла, отряд вернулся в город префектуры Реки.

— Какое красивое море, — тихо проговорила Лин Юйсю.

Взгляд Сы Юньсян был даже более грустным:

— Какая увлекательная ночь, впрочем, встав ногой на сушу, мы вернулись в мир смертных…

Глава 292. Встретиться никогда не поздно

В небе над жертвенным алтарём на Божественной Горе Западной Земле изливался струящийся свет. Через мгновение глаза Цзин Янь и Юй Лю загорелись, когда они увидели, как вышел изысканный молодой человек. Его выражение лица было немного холодным, а когда взгляд остановился на двух девицах, те невольно застеснялись.

— Молодой Мастер Сюй, Владыка Звезды Цяо приказал нам, сёстрам, помочь Вам избавиться от нового Императора Людей. Яо Хуа и Цин Ин отправились разузнать о нём во Дворец Золотой Орхидеи.

— Молодой Мастер, нам стоит встретиться с ними как можно скорее… — тихо проговорила Юй Лю.

Сюй Шэнхуа кивнул и сказал:

— Мы должны решить этот вопрос как можно скорее, так как я хочу вернуться на небеса. Из-за данного мира смертных вспыхивают многочисленные споры, поэтому это не место для длительного пребывания.

— Молодой Мастер, здесь есть необычные и выдающиеся люди, их нельзя недооценивать. Император Людей является врагом наших Высших Небес и был против нас в течение многих лет, так что устранить его будет не самой лёгкой задачей, — улыбнулась Цзин Янь.

Сюй Шэнхуа спустился с горы в своей белой одежде, которая не была запятнана даже пылинкой:

— В мире смертных есть аномальные места, такие как Маленькая Нефритовая Столица, Монастырь Великого Громового Удара, секта Дао, Небесный Святой Культ, Средиземье. Среди этих священных обителей есть эксперты, которые не слабее экспертов Западной Земли. Я не буду недооценивать их и не буду недооценивать Императора Людей. Я хотел бы взглянуть на эти места, где водятся такие существа, но мир смертных не соответствует моей природе, поэтому лучше всего вернуться как можно скорее.

Две девушки догнали его.

— Поскольку я уже спустился, мне придётся посетить все священные земли в Средиземье, — сказал Сюй Шэнхуа. — Я хочу увидеть, как развивались их божественные искусства, пути и навыки. Кроме того, я бы хотел взглянуть на реформу Империи Вечного Мира. Мой мастер, Владыка Нефрита, послал катастрофу и был ранен святым, который появляется раз в пятьсот лет. Мне бы очень хотелось увидеть, как выглядит этот святой, появляющийся так редко.

Две девушки посмотрели друг на друга, слегка беспокоясь.

****

В префектуре Реки чиновник сказал в волнении:

— Когда Его Высочество узнал, что Владыке Культа Цинь ничего не угрожает, он отправился улаживать дела в другие префектуры.

— В какой префектуре он сейчас? — спросила Лин Юйсю.

— Его Высочество уезжал в префектуру Сочувствия, но это было довольно давно, поэтому я не знаю, в какой префектуре он сейчас находится.

Цинь Му кивнул и сказал:

— Я сообщу ученику моего культа, я должен знать, где он сейчас.

Отдохнув в префектуре Реки и сытно пообедав, пришёл человек с вестью:

— Его Высочество достиг префектуры Изгиба.

Цинь Му открыл географическую карту Вечного Мира и взглянул на неё:

— В таком случае следующим пунктом назначения наследного принца должна быть префектура Мирная… он очень быстр.

Лин Юйшу направился на юг и достиг Речной Гробницы, прежде чем идти на запад вдоль реки Золотой. Он должен проверить управление ирригационных работ на этом пути. Несмотря на то, что ему не доставало в плане смелости и решительности, как Императору Яньфэну, он был профессионалом в управлении ирригационными работами и перевозками во всех частях империи. С помощью людей из Министерства Труда, любая работа была им нипочём. Кроме того, он отличался от предыдущего наследного принца Лин Юйся. Он не хотел захватывать власть, что очень успокаивало Яньфэна.

С помощью Фань Юньсяо, скорости Лин Юйшу не было равных. Когда Цинь Му взял двух девушек, пытаясь догнать их, им потребовалось полмесяца, чтобы добраться до них, но Лин Юйшу давно покинул префектуру Мирную и достиг префектуры Промышленной на западе, которая располагалась недалеко от Монастыря Великого Громового Удара, всего в нескольких тысячах километров. Когда они достигли этого места, Лин Юйсю, наконец, увидела своего брата, и её глаза покраснели. Было очевидно, что он был очень истощён в эти дни и стал очень худым.

— Зверь Цинь ничего тебе не сделал, верно? — спросил её тайно Лин Юйшу.

Смутившись, Лин Юйсю сердито казала:

— Брат, о чём ты думаешь? Святейшая Сян также была с нами!

Лин Юйшу сухо рассмеялся:

— Я беспокоюсь о твоей безопасности! Зверь Цинь…

Лин Юйсю пристально посмотрела на Цинь Му:

— Он священный Владыка Небесного Дьявольского Культа, и ты занял позицию предыдущего наследного принца только после того, как он убил его. Будь осторожен, чтобы он не услышал, как ты называешь его зверем, и не убил тебя, тем самым оставив меня в качестве наследницы.

Лин Юйшу немного обиделся:

— Защищать человека, который даже тебе не родня, и может быть жестоким по отношению к твоему брату. Ну да ладно, не будем об этом, Монастырь Великого Громового Удара находится неподалёку, я послал приказ вернуть землю монастыря обратно в империю. Так как мы близко к ним, будь очень осторожна. Видные монахи приходили умолять меня.

Лин Юйсю перевела взгляд на брата:

— Они просят вернуть землю обратно?

— Земли Монастыря Великого Громового Удара — лучшие сельскохозяйственные земли поблизости, так как монастырь восстал и планировал свергнуть императора, я забрал их земли. Они продолжают приходить просить снова и снова, хех… Я здесь, чтобы управлять ирригационными работами и людьми, но мне определённо придётся задержаться.

Как только он это сказал, снаружи раздался ясный голос:

— Бедный монах пришёл просить милостыню!

Лин Юйшу не знал, смеяться или плакать, когда выходил к нему. Цинь Му также последовал за ним и увидел худого монаха с восковым жёлтым лицом, держащего чашу с милостыней усмиряющего дьявола. Несколько солдат хотели унести его, но не смогли сдвинуть даже с места.

— Бедный монах будет только просить милостыню размером с миску земли, пусть принц даст милостыню, — сказал преподобный, увидев, как выходит наследный принц, и опустил голову.

— Это чаша с милостыней усмиряющего дьявола предыдущего Жулая Монастыря Великого Громового Удара, верно? — Лин Юйшу усмехнулся. — Это наследное сокровище, и размер чаши милостыни, вероятно, равен территории Монастыря Великого Громового Удара, около нескольких сотен километров земли. Монах, ты не обычный, в противном случае, у тебя не было бы наследного сокровища.

В этот момент монах заметил Цинь Му и поднял брови:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа!

Цинь Му улыбнулся и признал его, но монах был совсем не весел. В битве при Храме Небес имперского города многие эксперты Монастыря Великого Громового Удара и секты Дао погибли или были тяжело ранены. Многие из первоклассных экспертов были убиты членами Небесного Дьявольского Культа, а также выдающиеся монахи и старые даосы области Божественного Моста, которые потеряли свои жизни. Очень много монахов пало в той битве. Если бы не тот случай, как смог бы Лин Юйшу вернуть земли Монастыря Великого Громового Удара? Тот желтолицый монах ничего не сказал и поспешил уйти.

Лин Юйшу посмотрел на Цинь Му и тихо сказал:

— Монах ушёл, даже не умоляя, он определённо пошёл за помощью. Ты должен быть осторожен.

Юноша покачал головой:

— Не волнуйся, Жулай даже не обратит на него внимания.

Желтолицый монах был быстр, как молния, и поспешил вернуться в Монастырь Великого Громового Удара. Достигнув вершины, перед его взором предстала торжественная картина. В данный момент собрались все настоятели различных монастырей, многие из которых пребывали в печали. Там присутствовал даже Бедный Учитель, а остальные просто наблюдали за церемонией.

Старый Жулай в настоящее время проводил важную церемонию, сняв свои туфли, касаясь травы. Всевозможные сокровища на его теле также были сняты, а всё тело расслаблено.

Монах Цзин Мин тихо стоял позади него.

— Там… — пытался выговорить желтолицый монах.

Сердце монаха сильно задрожало, когда старый Жулай обернулся, посмотрев него с улыбкой:

— Младший брат Нань Е, моё время подходит к концу, теперь я ухожу с должности Жулая. Освободив своё тело, я планирую выйти на прогулку, чтобы спокойно дождаться великого пробуждения и нирваны. После того, как я достигну совершенного пробуждения, Цзин Мин вернёт моё материальное тело и направит на защиту Монастыря Великого Громового Удара и продвижения буддизма.

Сердце желтолицего монаха было в печали, но он не хотел показывать это:

— Жулай — есть область, её нельзя возвратить или отдать.

Старый Жулай улыбнулся:

— То, что я возвращаю — Чтимый Миром Монастырь Великого Громового Удара.

— Тогда кто будет новым Жулаем? — спросил Нань Е.

Старик указал на место Чтимого Всем Миром и улыбнулся:

— Совсем скоро ты увидишь нового Жулая. Именно на этом месте и совсем скоро. Друг мой, я ухожу!

Нань Е ещё хотел много чего рассказать, но Жулай уже спускался с горы. Монах был удивлён, когда посмотрел на место Чтимого Всем Миром.

Под горой отдыхали старый и молодой даосы, сидя скрестив ноги у горных ворот.

— Мастер Дао, Даоцзы, — подходя к ним, старый Жулай и монах Цзин Мин поприветствовали двух путешественников.

Даоцзы Линь Сюань и Мастер Дао поспешно встали ответить на приветствие. Старик улыбнулся:

— Ты теперь свободен?

Жулай кивнул и тоже улыбнулся:

— Я свободен. Пора в путь.

Два мастера секты двух крупнейших праведных священных обителей посмотрели друг на друга со спокойными, улыбчивыми выражениями лиц, проговорив в один голос:

— А ты постарел!

— Я хочу взглянуть на Маленькую Нефритовую Столицу. Я слышал там есть бессмертные, которые живут свободно и спокойно. Если это правда, они действительно достигли Дао, — вздохнул Мастер Дао.

— Я хотел бы пойти в Великие Руины, — сказал старый Жулай.

Старый Мастер Дао взглянул на него:

— Несмотря на то, что ты больше не Чтимый Всем Миром, ты не можешь отпустить Монастырь Великого Громового Удара.

— Разве ты не такой же? — Жулай улыбнулся. — Так как ты уже ушёл с должности Мастера Дао, почему ты берёшь с собой своего наследника? Разве ты не пытаешься воспитать его перед тем, как станешь бессмертным?

— Хорошо, будет как ты хочешь. Мы отправимся в Великие Руины.

Четыре человека пошли к Великим Руинам.

Вскоре после того, как они ушли, молодой мастер привёл к горным воротам четырёх девиц, которые были одеты в разные цветные платья. Каждая из них держала в руке по предмету: нефритовая ваза, гуцинь, меч и пипа. Они посмотрели на монаха, принимающего их у ворот, сказав:

— Молодой Мастер Сюй Шэнхуа с Высших Небес пришёл на встречу.

— Высших Небес? — сердце преподобного, принимавшего их, трепетало, и он тотчас же взошёл на гору доложить об прибытии гостя. Когда он достиг вершины горы, выражение лица монаха Нань Е и остальных резко изменилось от волнения.

— Что нам теперь делать, когда люди с Высших Небес пришли? Должность Жулая свободна, кто сможет принять уважаемых гостей с Небес? — говорил монах, который пришёл с вестью.

— Сначала не паникуй, — сказал Нань Е. — Давай для начала пригласим молодого мастера Сюй Шэнхуа. Мы все должны пойти и поприветствовать его. Не забываем про этикет!

Все монахи спустились с горы и увидели мужчину с четырьмя красавицами, стоявшими у горных ворот, все они выглядели необыкновенно. Нань Е вышел и сказал:

— Амитабха…

— Ты не Жулай? — взгляд Сюй Шэнхуа был похож на молнию. — Жулай не повторяет имена будд. Где Жулай?

— Он… — пытался сказать монах Нань Е. — Чтимый Всем Миром просто ушёл, сегодня его не будет в Монастыре Великого Громового Удара…

Сюй Шэнхуа повернулся и ушёл, оставив позади себя толпу монахов. Четыре девицы сразу же поднялись, Юй Лю в зелёном спросила:

— Почему молодой мастер не хочет войти в Монастырь Великого Громового Удара?

Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Старый Жулай ушёл в отставку, а нового Жулая нет, это значит, что он никого не выбрал, поскольку чувствовал, что никто из них не подходит на эту должность и просто ушёл. Поскольку Жулай недоволен монахами на своей горе, почему я должен идти туда?

— Значит молодой мастер презирает их. Мы видели шаманов Дворца Золотой Орхидеи, когда шли к ним, но не увидели ни одной стоящей персоны. Даже их лидер просто избегал встречи с Вами, проявив трусость ещё до начала боя. На этот раз нет достойного человека в Монастыре Великого Громового Удара, сейчас мы пойдём в секту Дао? — улыбнулась Цин Ин.

Сюй Шэнхуа кивнул и сказал:

— В секте Дао четырнадцать Мечей Дао, и мой мастер сказал, что Мечи Дао очень экстраординарны. Стоит взглянуть.

Они пришли в префектуру Промышленную и пошли вверх по течению реки Золотой. Встретив по пути корабль, они решили отправиться дальше на нём, как вдруг увидели юношу, измеряющего глубину реки своей жизненной Ци. С каждым взмахом его руки струйки Ци погружались прямо в реку, так он каждый раз и узнавал о глубине, после чего делал записи кистью.

Сюй Шэнхуа взошёл на корабль и спокойно посмотрел на юношу. Тот, казалось, заметил это, и посмотрел на него с сияющей белоснежными зубами улыбкой. Молодой мастер почувствовал прилив эмоций, поэтому улыбнулся в ответ на приветствие. Сердца же четырёх девушек рядом с ним растаяли, когда они увидели его улыбку:

— Молодой мастер улыбнулся!

Сюй Шэнхуа поприветствовал юношу на реке и спросил:

— Можем ли мы поболтать немного на корабле?

— Старший брат, пожалуйста подождите минутку, позволь мне закончить исследования.

Молодой мастер немного подождал, а когда юноша закончил исследования, то сразу же поднялся на корабль, после чего, прежде чем сесть, они поприветствовали друг друга.

Глава 293. Исконный Дух

— Я как раз измерял уровень воды, поэтому слегка запачкался, прости мне мой вид.

Осмотрев молодого мастера на корабле, Цинь Му почувствовал, будто тот не принадлежит к миру смертных. Не удержавшись, он резко вздохнул, не в силах поверить, что парень мог так красиво выглядеть:

— Могу ли я спросить откуда старший брат прибыл?

— Высшие Небеса.

Сюй Шэнхуа тоже осмотрел юношу, заметив, что тот выглядел чрезвычайно просто. Его взгляд был очень чистым, без каких-либо недостатков, но в то же время парень обладал непослушной аурой:

— Откуда происходит старший брат?

Цинь Му на мгновение задумался, но не смог вспомнить места с названием “Высшие Небеса”, и предположил, что это какая-то таинственная святая земля, после чего ответил:

— Я из деревни Цань Лао.

Гость тоже не слышал о Цань Лао и попытался запомнить название, думая: «Скорее всего это какая-то тайная святая земля».

— Я видел, как старший брат опустил десятки нитей из Ци лишь взмахнув рукой, и это меня сильно удивило. Казалось, будто нити были созданы из мечей, что отличалось от обычного способа создания нити из Ци. Подобное меня слегка сбило с толку.

Открыв свёрток с чайными листьями, Сюй Шэнхуа дал понять, что хочет приготовить напиток, поэтому четыре девушки отправились вскипятить воды. Спустя мгновение они залили листья, подождав пока кипяток слегка остынет.

Накрыв чайник, Сюй Шэнхуа проговорил:

— Твоё владение мечом впечатляет. Ты опустил десяток нитей из Ци в воду, и все они отправились прямиком ко дну реки. Приземлившись в песок, ни одна из нитей не сдвинула даже песчинки, углубляясь в почву. Сильное течение тоже не смогло сдвинуть нити. Подобный уровень контроля достоин восхищения. У тебя отличные познания в алгебре, неужели ты изучал навыки меча секты Дао?

Цинь Му был поражён:

— У старшего брата отличные глаза, я и вправду изучал Четырнадцать Писаний Меча Дао. Нити из Ци тяжело контролировать, так как они не имеют массы, поэтому для того, чтобы заставить их опускаться по прямой мне и вправду пришлось провести некоторые расчёты. Я вычислил магнитную силу, чтобы заставить их висеть неподвижно.

Сюй Шэнхуа закончил готовить чай и поднял чайник, чтобы налить Цинь Му, говоря:

— Контроль над таким великим количеством нитей из Ци без приложения огромных сил требует глубоких знаний и тщательных движений. Используя такое умения для управления мечом, можно достичь ужасающего результата, думаю, что лишь четырнадцатое писание Меча Дао потребовало бы такой ловкости. Более того, твоя нить из Ци отличается от других, сильно напоминая технику меча.

— Нить из Ци — это Спиральная Форма Меча, созданная Имперским Наставником, — снова удивился Цинь Му, восхищённо воскликнув. — А ты умён! Это первый раз, когда я встретил кого-то, способного с первого раза насквозь увидеть мою нить из Ци. Многие мастера, которых я одолел, так и не успели заметить ничего подобного, так что ты определённо особенный. Кажется, что Высшие Небеса — необычное место!

Сюй Шэнхуа улыбнулся:

— Мне улыбнулась удача. Имея такого ученика как ты, деревня Цань Лао наверняка тоже не так проста. Вот, попробуй чай Зелёной Судьбы из моих Высших Небес.

Вдохнув чайный аромат, Цинь Му сделал глоток. Сначала, напиток казался слегка горьким и терпким, но вскоре по вкусовым рецепторам юноши пронеслась волна сладости, отчего начала выделяться слюна.

Листья чая Зелёной Судьбы также были невероятно красивыми, каждый из них напоминал острое перо, витающее на поверхности, в середине и лежащее на дне чая.

— Хороший чай, можешь подарить мне немного? — спросил Цинь Му.

Сюй Шэнхуа на мгновение заколебался, после чего проговорил:

— Я не взял с собой лишнего чая…

Цинь Му улыбнулся:

— Когда-то я угощу тебя вином!

Глаза гостя вспыхнули, и он достал свой пакет с чаем, отдавая половину в руки Цинь Му, улыбаясь:

— Договорились! Где я смогу тебя найти, когда разберусь со своим заданием?

Цинь Му спрятал пакетик с чаем:

— В столице, там я Вельможа Дворца. Как только ты окажешься в городе, ищи меня в Имперском Колледже.

— Хорошо. Как только я закончу работу, то обязательно отправлюсь в столицу, чтобы выпить с тобой.

Затем, держа чашки будто бокалы вина, парочка со звоном чокнулась. Цинь Му и Сюй Шэнхуа казались как никогда спокойными, однако, внезапно рукава их одежды взмели ввысь, а из-за их спин подул сильный порыв ветра.

Поверхность реки неожиданно загремела, а вода взорвалась. Поднявшиеся волны устремились вниз и вверх по течению, успокоившись лишь спустя длительное время.

Четверо девиц на палубе подпрыгнули в шоке. Цинь Му и Сюй Шэнхуа спокойно общались, с какой стати они внезапно решили сразиться друг с другом?

Брови Цинь Му удивлённо приподнялись, когда он пристально всмотрелся в глаза противника. Тот тоже был слегка удивлён, поднимая чашку к губам.

Насладившись ароматом чая, Сюй Шэнхуа взял семиструнный гуцинь из рук Цинь Ин, начав расслаблено играть, задавая интересный ритм. Казалось, будто бог, сидящий за девятью небесами, использовал звук гуциня, чтобы выразить свои искренние чувства. Музыка звучала как приглашение, зовущее гостей снизу.

Прислушавшись на мгновение, Цинь Му похвалил:

— И вправду интересная песня не из мира смертных. Впрочем, как часть этого мира, я не могу его покинуть.

В этот миг с берега реки донёсся крик Лин Юйсю:

— Пастух, быстро иди сюда!

— Хорошо! — повернувшись в её сторону, прокричал в ответ Цинь Му. Затем он встал с места, извиняясь. — У меня много смертных дел, так что я вынужден вас покинуть. Нужно проверить механизмы орошения.

Сюй Шэнхуа поднялся, чтобы проводить его:

— Дела смертных принесут в твоё сердце лишь беспокойство, лучше отправляйся на Высшие Небеса, чтобы обрести покой.

Спрыгнув с корабля, Цинь Му улыбнулся:

— Ты слишком свободен, я не могу жить такой спокойной жизнью. Не забудь найти меня в столице, я должен тебе напиток.

Сюй Шэнхуа кивнул, и его украшенный корабль уплыл вниз по реке. На его борту, Цин Ин подошла ко столу, собираясь убрать, но парень немедленно её остановил:

— Не трогай их.

Девушка была сбита с толку, тут же замирая… На столе стояло две чашки. Одной из них пользовался Сюй Шэнхуа, второй — Цинь Му. Сосуд первого был пустым, в то время как второй выпил лишь половину.

Сюй Шэнхуа приказал Юй Лю:

— Накрой стол нефритовой вазой, чтобы защитить корабль.

Девушка немедленно сделала как ей приказали, и ваза, которую та носила с собой, подлетела в воздух, после чего накрыла стол горлышком вниз.

Из артефакта вылился барьер из света, полностью окутывая стол.

Сюй Шэнхуа подул на стол, и две чашки тут же взорвались. Та, из которой он пил, разлетелась на крохотные осколки, выстрелившие во всех направлениях, превратив стол в решето.

Между тем полчашки чая Цинь Му внезапно излучила струю яркого света, после чего сосуд раскололся посередине. Он разделился на два куска, но не разбился!

— Мастер, — прошептал Сюй Шэнхуа, после чего, приказав Юй Лю убрать вазу, осмотрел осколки двух чашек и с серьёзным лицом продолжил. — Юнец такого же возраста, что и я, но его совершенствование сильнее. Воистину невероятно. Нельзя недооценивать практиков божественных искусств Средиземья.

Чокаясь, парни воспользовались шансом сразиться друг с другом. В столкновении их жизненных Ци прятались божественные искусства. Цинь Му удалось подавить Ци Сюй Шэнхуа, своей силой и яростью разбивая чашку.

Тем не менее, божественные искусства Сюй Шэнхуа оказались сильнее, сфокусировав всю свою силу в ровной линии, отчего чашка Цинь Му разделилась напополам.

Оба приёма были невероятно сложными, и смогли перехватить противника, заставив её остаться в чашке. Они смогли временно запечатать силу и волю друг друга, поэтому две чашки остались стоять на столе. Однако, как только на них подействовала сила извне, воля и сила вырвались наружу!

— Скорее всего, это Даоцзы из секты Дао, — смотря вверх по течению, похвалил Сюй Шэнхуа. — Секта Дао и вправду выдающаяся, будущие достижения Даоцзы будут великими! Теперь, когда мы встретили Даоцзы, можно отправляться в Маленькую Нефритовую Столицу, после чего уже найдём Императора Людей. Великий Шаман говорил, что он никто иной, как Владыка Небесного Дьявольского Культа, так что придётся их посетить!

Цинь Му пробежал по поверхности реки, чтобы помочь Лин Юйсю, которая как раз забивала жерди в дамбу. Девушка спросила:

— Что это был за парень на корабле? У него были злые намерения? Я видела, как на поверхности реки взорвались ваши божественные искусства.

Цинь Му улыбнулся:

— Мы просто проверяли способности друг друга. Сегодня я очень, очень счастлив!

Услышав его дрожащий голос, Лин Юйсю махнула жердью в сторону парня и с недоумением спросила:

— Из-за чего ты так счастлив?

— Я всегда думал, что я единственное Тело Тирана в этом мире, — Цинь Му взволнованно сжимал кулаки. Смотря на украшенный корабль, спускающийся по течению, он продолжал. — Но сегодня, я, наконец-то, встретил такого же человека! Если бы старейшина деревни знал о случившемся, то сошёл бы с ума от радости! В этом мире есть ещё одно Тело Тирана, старик точно за меня обрадуется!

Ощущая головную боль, принцесса подумала про себя: «Что ещё за Тело Тирана?»

Волнуясь, Цинь Му начал ходить туда-сюда:

— Я только что проверил его совершенствование, и оказалось, что оно всего лишь на каплю слабее моего, всего лишь на каплю! Сестра, ты знала? Находясь в одной области, даже совершенствование Имперского Наставника значительно мне уступает, а этот парень слабее всего лишь на капельку! Если это не Тело Тирана, то что?

Не зная смеяться ей или плакать, Лин Юйсю вонзила очередную жердь в дамбу:

— Имперский Наставник — это святой, появляющийся раз в пятьсот лет, как его совершенствование может уступать твоему? Иди сюда и помоги мне, я не могу сделать всё самостоятельно. Все уже ушли строить водяную мельницу.

Юноша немедленно отправился помогать, но так и не смог совладать с волнением в сердце: «Второе Тело Тирана… Несмотря на то, что его совершенствование уступает моему, его божественные искусства сильнее чем мои… Как и стоило ожидать от Тела Тирана!»

Лин Юйсю увидела, что тот был поглощён своими мыслями, и начинала злиться. В то же время она чувствовала радость за паренька. Не было ничего странного в том, чтобы радоваться, когда встречаешь кого-то похожего на себя.

Спустя некоторое время, Цинь Му наконец успокоился, чувствительность его жизненной Ци увеличилась, соединяя Духовный Эмбрион, Пять Элементов и Шесть Направлений. Её циркуляция ускорялась, становясь более гладкой и плавной.

Внезапно Лин Юйсю остановилась, чувствуя вокруг что-то аномальное.

В этот миг, звук воды стал чётче, а пение птиц более милым. Витающий в воздухе запах цветов, зелёной травы и все чувства девушки усилились.

Она слегка растерялась, посмотрев на Цинь Му. Взгляд парня был абсолютно нормальным, смотря ей в глаза. Внезапно этот взгляд утащил её за собой, и девушка вошла в удивительное состояние, чувствуя, как дрожат её духовный эмбрион и душа.

Парочка стояла на речной дамбе и держалась за руки, с улыбкой смотря друг другу в глаза. Тем не менее, их физические тела оставались неподвижны.

Их души и духовные эмбрионы вылетели из тел, становясь невероятно огромными. Они отправились на мысленное путешествие сквозь небеса, преодолевая тысячи километров.

Лин Юйсю увидела, что держалась за руку Цинь Му, летя в небе над тысячами монастырей горы Сумеру. Затем они достигли северного полюса, увидев травы снежного лотоса посреди мира льда и снега. После этого они отправились к Южному Морю, наступив на белые тучи, чтобы рассмотреть нефритовую воду и синее небо. В конце концов парочка побывала в Великих Руинах, увидев слои божественного света, пробивающиеся посреди безграничных гор.

В этот момент им послышалось, как кто-то называет их имена, немедленно ощутив невидимую силу, тянущую их на расстоянии десяти тысяч километров.

Вьюх!

Души двух подростков вернулись в тела, и они осознали, что до сих пор стояли посреди дамбы, улыбаясь друг другу. Лицо Лин Юйсю слегка покраснело, и она немедленно отпустила руку Цинь Му. Стоящий сбоку наследный принц смотрел на них суровым взглядом.

Попытавшись вспомнить пережитое, Цинь Му проговорил:

— Ваше Высочество, я только что освоил Технику Единства области Шести Направлений, и внезапно вошёл в какое-то странное состояние. Мой духовный эмбрион и душа слились воедино и вылетели из тела, путешествуя по миру. Вы знаете, что это было?

Тело Лин Юйшу начало дрожать, когда парень прокричал:

— Так быстро? Ты совершенствовал свой исконный дух!

Глава 294. Второй самый лучший кузнец

— Исконный дух? — Цинь Му был немного озадачен. Он усовершенствовал свою технику Единства в области Шести Направлений. Затем он каким-то образом принёс душу и Духовный Эмбрион Лин Юйсю, дабы выбраться.

— Дух и душа, дух и душа. Первое — дух, второе — душа. Дух означает Духовный Эмбрион, душа это и есть душа. Когда тебе удастся вырастить Духовный Эмбрион, формируется душа, — говорил Лин Юйшу. Он намного превосходил их в уровне совершенствования. Кроме того, с тех пор, как умер наследный принц Лин Юйся, Император Яньфэн стал ценить его больше и назначил нового Великого Наставника, который научил его совершенствованию и управлению политикой империи.

В последнее время Лин Юйшу добился не малых успехов, совершенствуясь гораздо быстрее, нежели во временя, проведённые им в Имперском Колледже. Теперь, пребывая на пике области Семи Звёзд, он был более чем способен обучать Цинь Му и Лин Юйсю.

— Исконный дух формируется, когда душа присоединяется к Духовному Эмбриону, чтобы сформировать бога в человеческом теле. Затем жизненная Ци превращается в изначальную сущность души, которая формирует исконный дух. Кроме создания духовного оружия в области Шести Направлений, также есть исконный дух. Тем не менее, последний созревает только после того, как область Шести Направлений войдёт в область Небожителя, только тогда дух может выйти и бродить по миру, — поражённо продолжал наследный принц. Вы оба только что вошли в область Шести Направлений, так как же ваш исконный дух мог выйти из вашего тела и бродить по миру?

Цинь Му и Лин Юйсю были в недоумении. Они не знали, что происходит, почему их исконные духи просто небрежно оставили их тела и отправились бродить по миру.

— Шесть Направлений: небо, земля, север, юг, восток и запад. Это также слияние тела и воли, воли и Ци, Ци и души, души и духа, духа и неба, а также неба и земли. Только тогда, когда это движение будет достигнуто, будут достигнуты все Шесть Направлений, — сказал Лин Юйшу и после недолгой паузы добавил. — После Шести Направлений душа и сущность соединяются с исконным духом и физическим телом как с единым целым, и только затем исконный дух, наконец, может выйти из тела и, что куда важнее, вернуться… Но, как же у вас это получилось?..

Он был совершенно сбит с толку. Цинь Му и Лин Юйсю посмотрели друг на друга и вздрогнули. Если бы они не достигли слияния тела, воли, Ци, души, духа, неба и земли, они, возможно, не смогли бы найти свои физические тела после того, как их исконные духи вышли из их тел!

«Нам было так весело, но, к счастью, старший брат успел вовремя приехать и предупредить нас. Иначе наши исконные духи не смогли бы найти наши физические тела», — принцесса ощутила страх мытарства.

— Бродить по миру — это мелочи. Когда вы достигнете области Небожителя, вы можете бродить по вселенной и наблюдать странные вещи в ней. Тем не менее, между ними ещё есть область Семи Звёзд, — задумчиво продолжил говорить наследный принц. — Имперский Колледж учит многому в отношении области Шести Направлений, вам обоим лучше бы посещать больше лекций. Шань Юсинь уже завершил колесо воды и теперь возглавляет поход к производственной фабрике в префектуре Промышленной, чтобы отточить их мастерство. Он хотел пригласить зве… — он хотел было сказать слово зверь, но вовремя опомнился и изменил его, — Великого Владыку Культа Циня тоже направиться туда.

— Эта речная плотина… — колебался юноша.

Десятки имперских учеников пришли к берегу реки, среди которых были Чэнь Ваньюнь и остальные.

— На этот раз помощник министра планирует улучшить мастерство на производственной фабрике путём ковки и прессования, поэтому он сказал, что ты должен прийти. Пора в путь, — проговорил Лин Юйшу.

Они направились к фабрике и встретились с Шань Юсинем, который только что прибыл туда с людьми из Министерства Труда. В префектуре Промышленной было много гор и ещё больше шахт. Производственная фабрика отвечала за переработку чёрных золота и железа. Цинь Му поприветствовал Шань Юсиня и тот ответил взаимностью.

— Для переработки сокровищ и ковки оружия требуется чёрное золото и чёрное железо, поэтому Его Величество давно намеревался построить фабрику в префектуре Промышленной. Однако, Монастырь Великого Громового Удара имел тогда великую силу, поэтому он не мог осмелиться на такой шаг. Сейчас, когда монастырь понёс большие потери, Его Величество хочет воспользоваться появившейся возможностью, чтобы расширить производственную фабрику, поэтому мы приглашаем Владыку улучшить котлы и промышленные искусства ковки и прессования… — громко говорил Шань Юсинь.

— Без проблем, — ответил Цинь Му.

Лин Юйсю вдруг вышла вперёд и обратилась к Шань Юсиню:

— Помощник министра, я развивала свои Шесть Направлений и выковала своё духовное оружие. Могу я попросить помощника министра помочь мне улучшить его? — закончив, она достала Оружие Девяти Драконов.

Шань Юсинь взял её оружие и улыбнулся:

— У принцессы под боком есть мастер, так почему ты спрашиваешь меня?

Принцесса была сбита с толку, не зная, что тот имел в виду.

Сы Юньсян также достала Тысячу Шёлков и сказала:

— Вот моё духовное оружие, может ли Мастер Чертога Шань помочь мне?

Помощник Министра взял её Тысячу Шёлков, после чего, осмотрев оба духовных оружия, переменился в лице и осторожно использовал их. Затем он увидел, как две формы духовного оружия резко изменились. Оружие Девяти Драконов мгновенно расширилось и превратилось в девять летающих драконов с несравнимо ярким светом. С другой стороны, Тысячи Шёлков увеличивались шаг за шагом, время от времени раскрываясь и складываясь, делая это непредсказуемым образом.

— Коллеги, подойдите и посмотрите! — закричал Шань Юсинь, вызывая чиновников Министерства Труда. Помощник министра вышел вперёд, чтобы все смогли получше рассмотреть два духовных оружия, что в итоге привело к множеству удивлённых восклицаний, и сказал. — Поистине удивительные творения, превосходящие природу, мастерство ковки воистину фантастическое, сверхъестественное!

Люди из Министерства Труда изучали их некоторое время, прежде чем Юсинь вернул их Лин Юйсю и Сы Юньсян, говоря:

— Святейшая, принцесса, эти духовные оружия были сделаны Владыкой, верно?

Принцесса кивнула:

— Пастушок выковал их для нас, когда мы были в море.

Мастер Шань показал выражение восхищения и добавил:

— С кузнечным мастерством Владыки никто из нас в Министерстве Труда уже не сравнится. Мы могли бы превзойти Владыку Циня в плане некоторых техник, но в целом мы уступаем ему.

— Вы не сможете улучшить его? — удивлённо переспросила Лин Юйсю.

— Нам не по силам сделать лучше, чем Владыка, — сказал Шань Юсинь. — Я только взглянул на духовные оружия принцессы и святейшей и уже многое для себя подчерпнул. Оба ваших духовных оружия уже идеальны, Министерство Труда никак не сможет сделать лучше.

Сы Юньсян была настроена скептически:

— Мастер Шань специально пытается льстить Владыке культа?

— Навыки и техники ковки Владыки Культа Циня близки богу и Дао. Основываясь только на его методах, никто в мире не может превзойти его. Его методы ковки чрезвычайно сложны, я никогда не видел большинство из них и даже не слышал! Целебные печи на корабле мастера ладана Фань Юньсяо были выкованы Владыкой. Присутствуя в то время при их изготовлении, я задыхался от изумления! В нашем мире его навыки непревзойдённые! — рассержено парировал Шань Юсинь.

Две девушки смотрели с широко открытыми глазами, не в силах сказать ни слова.

Цинь Му сразу же смиренно сказал:

— Помощник министра слишком меня хвалит, я действительно не заслуживаю такой высокой похвалы. Я только научился ковать, так что я не смею утверждать, что я лучший в мире!

Лин Юйсю и Сы Юньсян моргнули и посмотрели на пастуха Великих Руин, думая про себя: «Он всегда любит хвастаться, но теперь он действительно ведёт себя скромно…»

— Зато я с уверенностью могу сказать, что я второй самый лучший кузнец, — с улыбкой подытожил Цинь Му. — Я уступаю лишь дедушке немому из нашей деревни. Немой — лучший кузнец в деревнях вокруг нас, когда мы идём на храмовую ярмарку, его кухонные ножи всегда продаются первыми, когда их ставят вместе с моими.

— Я бы тоже хотел купить такой нож для изучения. Откуда мне было знать, что такие вещи продавались на ярмарке маленькой деревни… как бы мне хотелось побывать там и купить их все. Владыка, покажи нам, как улучшить производственную фабрику. Прошу! — проговорил Шань.

Они сгруппировались вокруг Цинь Му, как будто он был уважаемым лидером. Находящиеся позади них Лин Юйсю, Лин Юйшу, Сы Юньсян и правительственный министр стояли с широко открытыми ртами. Немного погодя последний вздохнул и сказал:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа, первый имперский академик Имперского Колледжа, уважаемый Божественный Врач и теперь номер два в мире по ковке и переработке сокровищ. Он не имеет себе равных. Какие ещё способности у него есть, о которых люди не знают?

Лин Юйсю вдруг подумала и сказал:

— Его навыки рисования очень хороши. Однажды он подарил мне портрет, правда перед этим пометил рунами. В то время он сказал, что без них моё изображение на портрете оживёт и выбежит из картины.

Сы Юньсян также вспомнила кое-что и добавила:

— Мы смогли сбежать от Лун Цзяонань благодаря его картинам. Он нарисовал штормы на море и корабль, пробивающийся сквозь ветер и волны, а когда закончил в тоже мгновение всё нарисованное повторилось в реальности вокруг корабля, на которым мы находились в плену!

Лин Юйшу посмотрел на министра и спросил:

— Павильон Святого Искусств может делать также?

Министр покачал головой:

— Таланты Павильона Святого Искусства могут рисовать только то, что видят. Благодаря их навыкам, от нарисованных ими картин веет изяществом, но я никогда не слышал о том, чтобы их рисунки оживали. Владыка Небесного Дьявольского Культа действительно… — недоговорив мысль, он покачал головой и продолжил говорить уже о другом. — Удивительно. Как человек может обладать такими высокими достижениями в стольких навыках? Кроме того, он такой скромный! Такого рода мораль и поведение действительно вызывают восхищение.

— Пастушок скромный? — принцесса была слегка озадачена. “Пастушок” был явно очень высокомерным. Как скромный мог сказать, что он второй в мире лучший кузнец?

Сы Юньсян также не верила в это. Их священный Владыка культа обычно не соответствовал слову смиренный. Когда она хотела бросить ему вызов, он корчил такое лицо, словно говоря — “ты не сможешь одолеть меня, иди тренируйся”.

— Конечно скромный, — министр печально вздохнул. — Если бы у меня было десять или двадцать процентов его навыков, я бы хвастался, что я номер один в мире, но он никогда не провозглашает этого и не хвастается. Он скажет правду только тогда, когда другие люди спросят об этом. А вместо того, чтобы сказать, что он номер один в мире, говорит, что номер два. Такого скромного человека я ещё не встречал!

Лин Юйшу был ошеломлён. Владыка Небесного Дьявольского Культа был совсем не такой, каким он его представлял. Принц сказал:

— Такой выдающийся юноша, сестра, кажется…

Он забеспокоился, что его сестра будет достойна такого выдающегося Владыку Небесного Дьявольского Культа. Затем он покачал головой: «О чём я только думаю? Этому паршивцу лучше не приближаться к моей сестре!»

Они увидели Цинь Му и остальных, измеряющих структуру котлов. Должностные лица Министерства Труда использовали все виды расчётных инструментов для проверки, в то время как другие подсчитывали за ними. Они были так заняты, что не обращали внимания на группу. Через некоторое время все собрались вокруг юноши и увидели, что он использует жизненную Ци, чтобы нарисовать в воздухе чертежи. В их число входили конструкции нового котла и кузнечнопрессового станка, а также машин в форме человека. Другие люди сразу же перерисовали их и пошли за необходимыми материалами.

Производственная фабрика гудела от активности, всё время раздавались оглушительные звуки ковки. Цинь Му объяснил свои методы ковки людям рядом с ним, а когда ковал, все чиновники Министерства Труда тщательно смотрели за него действиями. Через некоторое время паренёк, наконец, создал первый кузнечный пресс. Это был человекообразный механизм с восемью руками, на груди которого располагалась большая печь для пилюль. Было очевидно, что если забросить в неё целебные камни, то механизм активируется. Верхняя часть человекоподобного механизма состояла из плавленого чёрного золота и меди, которые непрерывно стекали по его телу. Чёрное золото и чёрный медный композит могли течь в руки, чтобы превратиться в огромный молоток или инструменты, такие как стальные свёрла или плоскогубцы. Кроме того, он обладал огромной силой и мог оказывать давление равное десяткам тысяч килограмм.

Человеку, контролирующему печь сбоку, будет немного жарковато, но это было терпимо. Управляя машиной можно было управлять её механизмом, чтобы выковать чёрные золото и медь в форму. Руны и механизмы, используемые для машины, были очень сложными, Лин Юйшу был ошарашен, когда увидел Мастера Чертога Шаня и остальных, фактически записывающих то, что они узнали в несколько толстых книг. Будучи в итоге сложенными вместе, они оказались всего лишь вдвое ниже человека.

Он пошёл вперёд, взял книгу и пролистал пару страниц, вздыхая от восхищения. Внутри них были в основном руны, преобразованные из божественных искусств. Цинь Му применил общие божественные искусства и заклятия в своей ковке, блестяще демонстрируя применение своих знаний.

«Владыка Культа действительно достоин титула святого, он не такой, как Ли Тяньсин, то злое отродье!» — будучи глубокого тронутым, подумал Лин Юйшу, а когда увидел, что в данный момент Цинь Му отдыхает в сторонке, он сразу же пошёл к нему с улыбкой:

— Владыка Культа, если я присоединюсь к Небесному Святому Культу, какую должность ты мне дашь?

Юноша поднял голову с удивлённым выражением лица:

— А ты не боишься, что император будет бояться тебя после того, как ты войдёшь в Небесный Святой Культ?

Лин Юйшу был слегка взволнован:

— У него есть свой Имперский Наставник, и мне также нужен мой Имперский Наставник! Если я взойду на трон в будущем, ты будешь моим Имперским Наставником Цинем!

Цинь Му встал и покачал головой:

— Вечный Мир — не моя родина. Я человек Великих Руин. Ваше Высочество всё ещё помнит это? Я человек, отринутый богами и не могу быть твоим Имперским Наставником. Есть ли у тебя мужество пойти против приказов богов и позволить людям Великих Руин стать твоим народом?

Лин Юйшу был ошеломлён.

— Ты уступаешь своему отцу, он осмелился бы сделать это, — Цинь Му похлопал его по плечу, и они пошли к Шань Юсиню и остальным. — Он не боится осуждений и проводит свою реформу. В первый раз, когда мы встретились, он не смотрел на меня, как на отринутого всеми. Ты можешь только сохранить достижения предыдущих поколений. Если бы у тебя были большие амбиции, как у императора, я бы стал твоим Имперским Наставником. Тем не менее, они у тебя есть?

Холодный пот стекал по лбу Лин Юйшу, когда он думал о словах и действиях Императора Яньфэна. Он знал, что не сможет этого сделать…

Не то что бы Лин Юйсю не была подходящей ему парой… скорее это он не соответствовал такому Имперскому Наставнику, как Цинь Му.

Глава 295. Форма Духовного Оружия

Министерство Работ отстроило фабрику в префектуре Промышленной, в то время как Цинь Му вносил изменения в великую печь. Фабрика выглядела абсолютно по-новому, повсюду располагались гигантские машины-кузнецы. Как только великая печь зажглась, гиганты немедленно принялись за работу и производственная фабрика закипела активностью.

Шань Юсинь и остальные в спешке тестировали и калибровали устройства, в то время как Цинь Му исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, циркулируя свою жизненную Ци. Обычно, люди совершенствовали своё духовное оружие, прежде чем развить свою область Шести Направлений до максимума и заняться исконным духом. Более того, даже в таком случае исконный дух не становился идеальным и, чтобы он приобрёл форму и смог путешествовать по вселенной, мастер должен был достичь области Небожителя. Тем не менее, Цинь Му смог развить свой исконный дух быстрее, чем духовное оружие.

Его исконный дух до сих пор был очень слабым, не успев обрести формы. Если дух принимает облик за спиной мастера, тот становится Небожителем. Тем не менее, между областями Шести Направлений и Небожителя находились Семь Звёзд. Юноша лишь недавно открыл своё Божественное Сокровище Шести Направлений, так что перед ним лежал ещё очень долгий путь.

Его исконный дух отправился в путешествие лишь из-за стечений обстоятельств. Встреча с таким практиком, как Сюй Шэнхуа, взволновала его мысли, и лишь поэтому он смог открыть свой разум и летать по миру вместе с Лин Юйсю.

По традиционному способу совершенствования, ему все ещё предстояло создать духовное оружие, используя своё Божественное Сокровище Шести Направлений.

Циркулируя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, Цинь Му почувствовал, как его жизненная Ци соединяет духовный эмбрион, пять элементов и шесть направлений вместе. Его душа и духовный эмбрион слились, выделяя исконную эссенцию, из которой создавался исконный дух… Вдыхая и выдыхая природу земли и неба, скорость совершенствования парня становилась быстрее, чем когда-бы то ни было.

«Остальные люди тоже так совершенствуются? Исходя из слов наследного принца, их дела обстоят совсем по-другому…» — Цинь Му недоумевал, услышав слова Лин Юйшу о том, что на этой стадии люди не могли совершенствовать свой исконный дух. Тем не менее, развив исконный дух, он значительно увеличил скорость своего совершенствования, а если бы этого не случилось, то ему пришлось бы продолжать работать в обычном темпе.

Цинь Му временно отложил свои сомнения в сторону, фокусируясь на технике Трёх Эликсиров Тела Тирана. Направляя свою Ци по телу, он мобилизовал свои силы и кровь. Внутри Божественного Сокровища Шести Направлений начала собираться исконная эссенция. Постоянно двигаясь к центру, она постепенно придавала форму духовному оружию.

Получавшаяся форма, порождённая Божественным Сокровищем Шести Направлений, обычно наилучшим образом соответствовала технике мастера. В большинстве случаев оружие сильно отличалось от обычных видов духовного оружия, оно дышало вместе со своим владельцем и разделяло его судьбу, вырастая вместе с мастером.

О форме духовного оружия не нужно было думать. Оно самостоятельно формировалось, следуя пути совершенствования владельца.

Пока оно продолжало формироваться, Цинь Му не имел возможности разглядеть его форму. Он видел лишь шар света, расширяющийся из-за огромного количества исконной эссенции, стремящейся к нему со всех сторон.

На поверхности этого шара виднелись едва различимые руны загадочных форм. В то же время Цинь Му сумел заметить, что это были всего лишь его техники и навыки, изображённые в рунической форме.

Девять Драконов Лин Юйсю и Тысяча Шёлков Сы Юньсян тоже были покрытые подобными символами. В процессе ковки все эти руны должны быть выдавлены на поверхности оружия, чтобы извлечь его истинную силу.

Исконная эссенция неслась к шару света, превращаясь в руны меча на его поверхности. Картина напоминала летающие мечи, возвращающиеся обратно в пилюлю меча.

Пилюля меча больше напоминала меч, чем пилюлю. Она содержала в себе десятки, сотни или даже тысячи мечей, соединяющиеся в один.

Таким образом пилюля меча и сама становилась мечом…

Божественное Сокровище Шести Направлений порождало пилюлю меча из-за огромного количества исконной эссенции в форме меча, стремящейся к шару света. Сливаясь, эссенция создавала пилюлю, а не что-то другое.

Исконная эссенция в форме меча называлась исконным мечом. Лишь когда каждый такой меч до последнего вливался в шар света, можно было выковать оружие, по-настоящему принадлежащее мастеру. Более того, количество летающих мечей внутри пилюли соответствовало количеству исконных мечей, вошедших в шар света.

Поначалу процесс создания пилюли меча соответствовал процессу созданию меча. Только когда тот становился тоньше иголки, можно было начинать работу над пилюлей. Изготовляя его, человек был вынужден изготовить все мечи одинаковыми, способными изменять свой размер по приказу. Именно это делало процесс столь трудоёмким.

Было совершенно не странно, почему пилюли меча стоили так дорого. Большинство практиков божественных искусств предпочитали использовать футляры для меча, однако те хранили намного меньше мечей внутри. Более того, для создания футляра использовались кости зверя с родословной таоте, которые тоже немало стоили.

Имперский Колледж предоставлял каждому ученику футляр для меча, на что имперская сокровищница каждый год тратила кругленькую сумму.

По-настоящему богатые имперские ученики зачастую нанимали уважаемых мастеров и кузнецов, чтобы те изготовили для них пилюлю для меча, которая считалась символом статуса.

— Выходит, что моё духовное оружие — пилюля меча. Хотя их и не просто выковать, думаю, что я справлюсь.

Цинь Му не имел и малейшего представления о стоимости пилюли меча. В конце концов, деревня Цань Лао была просто усеяна ими. Пилюли лежали под кроватью бабушки Сы, в её обуви, а некоторые даже сожрали курицы.

Самым ужасающим было то, что у немого вообще был целый сундук с пилюлями. Тот был наполнен доверху и весил как небольшая гора.

Даже подозревая, что изготовление пилюли могло потребовать огромного количества усилий, Цинь Му не слишком переживал об этом, так как учился у немого.

Тем временем внутри его Божественного Сокровища Шести Направлений исконные мечи продолжали влетать в шар света. Посчитав их количество, Цинь Му слегка позеленел в лице. Количество мечей внутри уже перевалило за пять тысяч!

Это значило, что для создания пилюли ему придётся выковать пять тысяч летающих мечей. И это ещё не было самым ужасным. Поток исконных мечей продолжался, а это означало, что масштаб предстоящей работы увеличивался!

Впрочем, Цинь Му не беспокоился о деньгах, которые понадобятся на создание духовного оружия. Он никогда не думал о деньгах, однако, сильно переживал, что пилюля окажется слишком тяжёлой… Даже если тысяча мечей после обработки окажутся невероятно крохотными, их вес не изменится! Если такое огромное количество метала превратить в маленькую пилюлю, её вес будет непомерным!

Летающие мечи Империи Вечного Мира делились на девять категорий. Вес оружия девятой категории составлял шестьсот грамм, но он был изготовлен из самого обычного металла, качество которого оставляло желать лучшего. Пилюля, выкованная таким образом, использовалась самыми обычными людьми, и весила около пяти тонн!

Проблема была в том, что чем выше было качество меча, тем больше он весил. Таким образом, вес меча второй категории составлял почти четыреста килограмм. Лишь мечи первой категории, принадлежащие чиновником первого ранга, такие как меч Младший Защитник, были невероятно лёгкими.

Младший Защитник был изготовлен ил лучших материалов мира руками самых искусных мастеров. Всего существовало двенадцать подобных мечей, и даже если Цинь Му решит использовать такое оружие для пилюли, ему не хватит материалов.

«Мечи третьей категории выкованы из Эссенции Зимнего Железа и Зимнего Хрустального Железа. Но дело в том, что их вес слишком большой. Даже если я смогу создать такую пилюлю, то окажусь не в силах её использовать. Такое оружие измотает меня до смерти, — когда Цинь Му думал об этом, поток исконных мечей к шару света наконец прекратился. Всего, внутри оказалось восемь тысяч мечей. — Восемь тысяч мечей, **ать твою мать. Даже если бы я был богат, то обанкротился, пытаясь изготовить такое оружие!»

Цинь Му начал ощущать лёгкий ужас. Но в этот миг, в сторону шара света направился другой вид исконной эссенции, напоминая будд, спешащих к центру со всех сторон.

«Минутку, разве это не пилюля меча?» — он был слегка ошеломлён. Если его духовное оружие было пилюлей меча, то процесс должен был закончиться, куда тогда направляется вся эта эссенция будды?

Кроме неё, в потоке были исконные ножи. Они проникли в шар света, и следом отправились исконные дао в форме диаграмм уцзи, тайцзы, четырёх символов, пяти элементов и восьми триграмм.

После этого понеслись всевозможные руны. Это были символы насекомых, зверей и даже драконов, феникса и птицы. Также присутствовали руны бога, дьявола и даже слова Юду. Одним словом, всего понемногу…

И без того зелёное лицо Цинь Му медленно приобретало фиолетовый оттенок. Символы возникли из-за того, что в Технике Единства было слишком много всего. В неё объединилась Махаяна Сутра Жулая, Великие Небесные Дьявольские Рукописи, техника Девяти Монархических Драконов, навык ножа для Убоя Свиней и всяческие другие техники, навыки и божественные искусства. К слову, лишь Великие Небесные Дьявольские Рукописи содержали огромное количество удивительных боевых техник и навыков.

Даже вычислительные методы из Математического Трактата Высшей Тайны отразились на его исконной эссенции, становясь частью формы духовного оружия.

«Столько всего, каким же будет моё духовное оружие?»

Цинь Му чувствовал глубокое напряжение. Неужели его пилюля меча превратиться в выродка со всевозможным оружием внутри?

Он не видел ничего плохого в том, что пилюля окажется выродком, но как он сможет её выковать?

Сколько денег придётся на это потратить?

Спустя некоторое время, все виды исконных эссенций оказались внутри шара, и его сияние начало понемногу стихать. Облик духовного оружия становился чётче.

Цинь Му был крайне напуган, не смея смотреть в сторону оружия. Он боялся, что зрелище окажется слишком ужасным… Но спустя некоторое время он, наконец-то, набрался достаточной смелости, дабы повернуть взгляд в сторону Божественного Сокровища Шести Направлений, отчего замер в шоке. Парень увидел, что духовное оружие сохранило форму пилюли меча, не превратившись во что-то сверхъестественное. Оно выглядело не так, как он представлял. Совсем не напоминая лысого будду с вонзёнными в него мечами, ножами и другими странными предметами.

Пилюля так и осталась пилюлей. Дело было лишь в том, что каждый исконный меч был покрыт странными символами. Там были руны будды, дао, ножа, птицы, зверя, насекомого, дракона, феникса, бога и дьявола, а также писания Юду.

Юноша вздохнул с облегчением: «Ничего страшного, она всего лишь невероятно тяжёлая, но даже недостаточно для того, чтобы меня раздавить. Впрочем, она немного больше обычных пилюль. Если бы я смог сделать что-то на подобии жидкой пилюли дедушки немого, она вышла бы немного меньше…»

Шань Юсинь и остальные провели два дня, калибруя механизмы для испытания. После этого производственная фабрика заработала на полную мощность.

Цинь Му тоже не спал всю ночь, заканчивая создавать форму своего духовного оружия. Впрочем, у него осталось довольно много сил. Подозвав к себе Шань Юсиня, парень спросил:

— Форма моего духовного оружия определена, мне нужно восемь тысяч эмбрионов меча.

— Восемь тысяч эмбрионов меча?

Шань Юсинь шокировано прокричал:

— Владыка, восемь тысяч эмбрионов меча достаточно, чтобы создать наследственный артефакт для небольшой секты! Вы уверенны, что нужно столько мечей?

Цинь Му кивнул и беспомощно проговорил:

— Обработка этих мечей, чтобы они могли менять форму, и превращение их в пилюлю меча тоже сильно меня волнует.

Шань Юсинь немного поколебался и ответил:

— Восемь тысяч мечей достаточно, чтобы вооружить небольшую армию. И, чтобы изготовить такое огромное количество оружия, понадобится много металла самого высокого качества…

— До приходя стихийного бедствия я продавал лекарство, — Цинь Му вспомнил о Ху Лин’эр, которая занималась его финансовыми делами и начал скучать по лисе. — У меня остался миллион монет Великого Изобилия, этого хватит?

Старик был потрясён и улыбнулся:

— Как мы посмеем тратить деньги Владыки? Обычно мы сохраняем всевозможные драгоценности и сокровища. В шахтах империи, к примеру, много наших людей. Когда им попадаются сокровища, те не спешат отдавать их империи, а вместо этого хранят у себя.

Оглянувшись, чтобы убедиться, что его никто не слышит, старик тихо проговорил:

— Правила нашего священного культа говорят отдавать всё лучшее Императору, а всё самое лучшее хранить для нужд нашего культа.

Цинь Му был поражён.

Шань Юсинь продолжал улыбаться:

— Создание духовного оружия Священного Владыки Культа — большое событие, так что мы можем задействовать все материалы и сокровища в нашем хранилище, так сказать закромах. Как только Владыка отдаст приказ открыть их, мы, Чертог Небесных Изделий, используем материал для изготовлений восьми тысяч эмбрионов меча! Я не осмелюсь говорить о качестве материалов в наличии, но они не будут сильно уступать по качеству оружию чиновников первого ранга.

Дрожа, Цинь Му спросил:

— Где хранилище?

— Владыка не знает где находится хранилище? — Шань Юсинь не знал, смеяться ему или плакать. — Естественно, оно на горе Святого Пришествия.

Глава 296. Божественный меч

— Ключ к сокровищнице на горе Святого Пришествия хранится у хозяйки семьи Сы, которая также является святейшей нашего священного культа, — сказал Шань Юсинь. — Финансами нашего священного культа управляет семья Сы, и всё имущество должно находиться в их руках. Если Владыка хочет прикоснуться к сокровищнице, то придётся взять ключ у святейшей. Пока мы извлекаем природные материалы и сокровища, переработка восьми тысяч эмбрионов меча не будет слишком сложной. Если задействовать производственные мощности фабрики, такое провернуть будет достаточно просто!

Семья Сы являлась большой семьёй, занимающей прославленное положение в Небесном Дьявольском Культе, и святейшая обычно происходила именно из этой семьи. Святейшей данного поколения была Сы Юньсян, а это означало, что ключ к сокровищнице был с ней.

Найдя девушку, Цинь Му огорошил её новостями.

— Пилюля меча состоит из восьми тысяч мечей! Сможет ли Владыка поднять столько?

Лицо юноши помрачнело, ведь тот тоже немного волновался, что не сможет носить пилюлю меча, сделанную из стольких летающих мечей.

Сы Юньсян хихикнула:

— Ты священный учитель, а также Владыка, поэтому использование материалов и сокровищ культа для совершенствования духовного оружия вполне естественно. Однако все они были накоплены учениками культа на протяжении длительного времени. Отправляя помощь при бедствии, мы потратили большую часть наших денег, так что в казначейском хранилище больше нет ликвидных средств. Если бы что-то случилось, было бы довольно хлопотно иметь дело с проблемой без денег.

— Да, я знаю, но у меня есть миллион монет Великого Изобилия, и, наверное, я передам их священному культу. Ты также можешь использовать их в трудные времена, — улыбнулся паренёк.

Радости святейшей не было предела:

— Несмотря на то, что миллион монет — это много, с миллионом учеников, каждый может получить только одну монету. Поскольку Владыка совершенствует меч для себя, ему больше не понадобится меч Младший Защитник…

Лицо Цинь Му побледнело, но он передал ей своего Младшего Защитника. Сы Юньсян напомнила ему по доброй воле:

— В мешке таоте Владыки ещё есть другие сокровища, например, Пагода Тысячи Знамён и кое-что ещё, что может быть использовано для пополнения хранилища сокровищ…

Юноша взял свой мешок таоте и вытащил Пагоду Тысячи Знамён, сожженный гуцинь, как вдруг насторожился и спросил:

— Это неправильно, я пытаюсь изготовить лишь духовное оружие, которое находится в области Шести Направлений, так зачем тебе мои сокровища уровня Владыки? У них разные цены! Святейшая, ты пытаешься обмануть меня?

Сы Юньсян усмехнулась над ним:

— Владыка, материалов в хранилище сокровищ священного культа достаточно, чтобы изготовить десятки сокровищ! Владыка хочет использовать эти сокровища для выковки пилюли меча, но он не должен оставлять хранилище сокровищ священного культа пустым, верно?

Цинь Му немного подумал, сказанное действительно было логично, и он отдал ей все сокровища уровня Владыки, которые у него были. Все они были украдены из Дворца Золотой Орхидеи, поэтому его не особо беспокоил факт их потери.

— Владыка Цинь, у тебя ещё есть звёздные жемчужины, которые ты достал из храма в восточном море, верно? — глаза Сы Юньсян светились. — Их было три тысячи!

Ещё сильнее помрачнев, юноша ответил:

— Святейшая, это всё, что у меня осталось!

Сы Юньсян улыбнулась:

— Ты Владыка священного культа, я не возьму эти сокровища для себя, а просто оставлю в хранилище сокровищ нашего священного культа, они всё также будут принадлежать тебе. Наша семья управляет финансами, но разве это не тяжёлая работа? Мы можем только смотреть, но не можем использовать их, независимо от того, сколько сокровищ мы собираем.

Цинь Му размышлял о том, что она сказала, это, опять-таки, тоже звучало очень логично, но он всё ещё чувствовал, что что-то было не так. В конце концов он вынул три тысячи светящихся жемчужин.

Сы Юньсян украдкой взглянула в его мешок таоте и сказала:

— А ещё два больших глаза…

— Нет! — разозлился Цинь Му.

— Цилинь Владыки Культа…

Юноша облегчённо вздохнул и улыбнулся:

— Если ты сможешь его растить, то, пожалуйста, забирай.

— Я просто шучу. Проглот должен остаться с тобой. Даже Патриарх чувствует неприязнь по отношению к нему из-за его обжорства. Позволь мне пойти и найти старейшину моей семьи Сы и принести сокровища с горы Святого Пришествия, чтобы изготовить мечи для Владыки, — рассмеялась святейшая.

Цинь Му убрал свой пустой мешок с помрачневшим лицом. Он чувствовал, что, после разграбления девочкой, стоял голый: «Эта женщина зависима от денег, я не могу одолеть её. Как бы я хотел, чтобы Лин’эр позаботилась о всей финансовой стороне… в противном случае я буду раздет догола… святейшая обнесёт меня до последней монетки!»

Сы Юньсян побежала в сторону и достала зеркало. Оно парило в воздухе и сделало два поворота. Затем в зеркале появилось ещё одно зеркало, за ним стояла пожилая женщина, которая спросила:

— Зачем святейшая Сян ищет меня?

Святейшая рассказала ей о том, как Цинь Му собирался выковать свои мечи, и под конец добавила:

— Духовное оружие, которое Владыка нашего священного культа собирается изготовить, должно получиться невероятным. Пусть прабабушка достанет самые качественные материалы из сокровищницы и отправит их на производственную фабрику в префектуру Промышленная.

Старуха, нахмурившись, сказала:

— Семья Сы никогда не делает то, что не приносит прибыль. Владыка ещё молод и его совершенствование не на высоком уровне, так зачем ему сокровища наилучшего качества?

— Посмотри сюда! — святейшая сразу показала все сокровища.

Видя, как она объегорила Цинь Му, глаза старухи из семьи Сы озарились алчным сиянием.

— Так много сокровищ уровня Владыки, святейшая определённо знает, как вести дела прибыльно! Хорошо, что ты не такая, как твоя тётя. Твоя тётя только и знает, как тратить деньги, и совсем не знает, как их зарабатывать!

Она имела в виду бабушку Сы. Она никогда не заботилась о деньгах и всегда покупала то, что было дорого, а не то, что было нужно.

Прабабушка семьи Сы добавила:

— Материалы лучшего качества для изготовления мечей, как правило, чрезвычайно тяжёлые. Кусок размером с большой палец вести порядка пяти килограмм. Кроме того, у нас недостаточно материалов в хранилище сокровищ для изготовления восьми тысяч мечей. Хватит только для двадцати семи мечей, каждый из которых выйдет весом около пяти тысяч килограмм.

— А если взять качество чуть-чуть похуже? — спросила Сы Юньсян.

— Их тоже недостаточно, максимум на сотню мечей.

— Ну, а ещё на уровень ниже?

— Есть Эссенция Зимнего Железа, Эссенция Чёрного Золота и Эссенция Чёрной Меди. Их более чем достаточно, чтобы сделать восемь тысяч мечей.

— Тогда, прабабушка, пожалуйста принеси все самые высококачественные и низкокачественные материалы, мы смешаем их с Эссенцией Чёрного Золота. Высочайшего качества должно быть достаточно, чтобы дать преимущество духовным мечам.

Великая бабушка семьи Сы подозрительно спросила:

— Эссенция Зимнего Железа в три раза легче Эссенции Чёрного Золота, так почему же ты просишь её?

Сы Юньсян мило улыбнулась, и прабабушка семьи Сы закатила глаза через зеркало:

— Ты, маленькая девка, ещё и злорадна, будь осторожна с Владыкой, смотри, чтобы он не прогнал тебя! Я отправлю вещи в префектуру Порядка, так что пусть бандит с фамилией Фань заберёт их на своём корабле.

Святейшая услышала это и прокрутила бронзовое зеркало два раза в противоположном направлении. Зеркало в зеркале исчезло без следа.

****

Через два дня Фань Юньсяо прибыл из префектуры Порядка, транспортируя все материалы, необходимые Цинь Му для изготовления мечей. Производственная фабрика в префектуре Промышленной сразу же занялась делом. Выковать эмбрионы меча не было большой проблемой, так как он только формировал металл в первоначальную форму меча, но даже в этом случае эмбрионы меча должны были быть очищены около тысячи раз и выбиты снова и снова.

После переработки эмбрионов меча, основа меча выглядела как плоская дубина. Затем, чтобы придать такой “дубине” форму меча, Цинь Му должен был проделать тяжелейшую работу с многочисленными усовершенствованиями.

Закончив, он поднял один эмбрион меча, и на его лице отобразились совсем не счастливые эмоции, поэтому Сы Юньсян тут же обеспокоенно спросила:

— Владыка, что случилось?

— Тяжеловато, — обиженно сказал парень. — В два-три раза тяжелее, чем я себе представлял. Если один меч, после переработки весит сто килограмм, я даже боюсь представить, что будет дальше. В пилюле меча восемь тысяч мечей…

— Владыка хотел материалы лучшего качества, поэтому они, естественно, немного тяжелее. Материалы для краёв лучше, тяжелее, острее и их труднее ковать, чем драгоценные мечи, которые император предоставляет своим первым должностным лицам! Настолько невероятные вещи даже не будут нуждаться в глубоких навыках, Владыка Цинь просто может бросить свой меч в толпу людей и раздавить их, даже не применяя каких-либо навыков, — рассмеялась святейшая.

Помрачнев в лице, Цинь Му пробубнил:

— Но, как я смогу бросить восемь тысяч мечей?..

Сы Юньсян была вне себя от радости:

— Я слышала, что, когда кто-то усовершенствует артефакт до максимума, его вес изменится в соответствии с его волей. Владыка является мастером в ковке сокровищ, поэтому он, безусловно, усовершенствует пилюлю меча до такого уровня!

Юноша отвернулся, неся эмбрион меча, и сказал несколько трудных для понимания слов… что-то вроде “творения сотни кузнецов, техники божественной трансформации” и “силы, способная смести горы”.

Сы Юньсян моргнула и почувствовала себя счастливой. Шань Юсинь хотел остаться и понаблюдать, как Цинь Му оттачивает свой меч, но Наследному Принцу Лин Юйшу пришлось заниматься государственными делами в других префектурах, поэтому он не мог позвать учеников Чертога Небесных Ремёсел прийти и помочь ему. Он и должностные лица Министерства Труда должны были следовать за Лин Юйшу в следующую префектуру.

С учениками Чертога Небесных Ремёсел, он бы выполнил свою работу гораздо быстрее. Тем не менее, ковка всех восьми тысяч мечей, полностью соответствующих форме духовного оружия Цинь Му, по-прежнему являлась ещё той трудоёмкой задачкой. Особенно верно это было в свете того, что природные материалы, которые доставила Сы Юньсян, были очень хороши. Было довольно утомительно перерабатывать их, ведь на производственной стадии они не могли изменить свой размер и форму по желанию. Юноша также должен был постоянно отмечать духовное оружие и отпечатывать все виды отметин на мечах. Через несколько месяцев он стал намного худее от усталости и истощения…

Лин Юйсю и Сы Юньсян остались помочь, две девушки узнали много техник ковки от Цинь Му. Они также добавили некоторые высококачественные материалы к своим оружиям, делая их более качественными. Паренёк закончил обработку семи тысяч девятьсот девяносто девяти мечей, остался только последний меч — основной меч пилюли. Он должен быть сделан из лучших материалов, иначе попросту не сможет объединить все мечи.

Чтобы выковать основной меч, Цинь Му потратил много ментальных сил. Он отложил в сторону материал высочайшего качества, которым оказался металл неизвестный даже ему. Тот был размером всего лишь с кулак, но такой кусок весил около пяти тысяч килограмм. Сы Юньсян сказала, что это был объект, пришедший из космоса. Тем не менее, этого куска было достаточно, чтобы изготовить лезвие, а не основной меч.

Цинь Му достал сломанный меч, который нашёл во Дворце Золотой Орхидеи. Сы Юньсян видела, что это был только фрагмент, поэтому не забрала его для сокровищницы культа. Юноша держал кусок неизвестного металла в одной руке и сломанный меч в другой, размахивая ими. Вдруг он услышал лязг. Сломанный меч и кусок неизвестного металла внезапно начали притягиваться друг к другу, в итоге столкнувшись!

Произошедшее оказалось неожиданность для Цинь Му, как вдруг сломанный меч вспыхнул ярким свечением, в то время как кусок металла засиял яркими золотыми лучами. Могло даже показаться, что воздух пронзали мечи, вращаясь вокруг него, словно центра галактики, по кругу.

Ослепительное сияние озарило каждый уголок фабрики, блестящие лучи даже вырвались через двери и окна!

Послышалось громкое металлическое лязганье, когда Цинь Му увидел, как металлические лучи сталкивались со светящимся сломанным мечом. Каждый раз, когда это происходило, его рука немела от толчков…

После бесчисленных столкновений, кусок металла внезапно упал на землю и превратился в пепел, а меч в его руке так и продолжал ярко сиять.

Вот только почему меч был до сих пор сломан?

Тем не менее, он поглотил золотую Ци из того металлического куска и образовал из неё лезвие, выглядящее совершенно новым!

На мече сформировались странные отметины, которые шевелились, подобно драконам и змеям. Отметины, к сожалению, загорелись и потускнели в считанные мгновения, но Цинь Му таки удалось увидеть слово, которое они собой выстроили…

“Беззаботный!”

Глава 297. Беззаботный Меч

«Беззаботный?» — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, но когда он снова взглянул на символы на мече, то больше не смог разглядеть надписи. Казалось, будто переливающиеся символы были лишь галлюцинацией в его голове. Тем не менее, слово “беззаботный” и вправду появлялось!

«Беззаботный меч, неужели он связан с деревней Беззаботной?» — парень погрузился глубоко в мысли. Может Беззаботный Меч и вправду происходил из деревни Беззаботной?

Однако, как он сломался?

И почему он вернулся к норме, прикоснувшись к куску неизвестного металла?

Казалось, будто произошедшее было просто предначертано судьбой. Будто этот разбитый меч должен был попасть в руки Дворца Золотой Орхидеи, а кусок металла — в сокровищницу Небесного Дьявольского Культа. Цинь Му не мог ничего сделать, кроме как украсть осколки оружия и поместить его неподалёку от странного материала. Беззаботному Мечу предназначалось починиться!

Слишком много совпадений одновременно не могли быть совпадением. Вместо этого, должна быть сила, которая вызвала такой исход событий.

— Сестра Юньсян, этот кусок металла прилетел из открытого космоса? Когда он попал в наш мир? — спросил Цинь Му.

Рот Сы Юньсян был широко открыт, так как девушка ещё не смогла опомниться после увиденного. Успокоившись, она повернулась в сторону парня, закатывая глаза.

— Он прилетел из космоса, но я не знаю, когда именно это случилось, нужно спросить бабушку. И не называй меня сестрой Юньсян. Звучит так, будто ты кормишь меня сладкими словечками, а на самом деле собираешься от меня избавиться.

Цинь Му пробормотал:

— В таком случае, Святейшая не могла бы проверить происхождение камня?

Сы Юньсян достала своё зеркало, после чего дважды его повернула. Внутри стекла появилось ещё одно зеркало, по ту сторону которого возникло лицо старухи семьи Сы. Девушка рассказала ей о случившемся, и та удивлённо проговорила:

— Такое действительно произошло? Дай мне минутку, чтобы проверить. О появлении подобного камня определённо должны быть записи, — вскоре после этого, старуха семьи Сы вернулась с какой-то книгой и проговорила. — Данный божественный камень прилетел из открытого космоса, и случилось это шестнадцать лет назад. Записи гласят, что той зимой небо рассёк божественный свет, приземлившись в Долине Призраков. Последователи культа отправились, чтобы исследовать местность, обнаружив более десятка пострадавших. Они нашли странный осколок, который отправили в хранилище.

— Шестнадцать лет назад? — был слегка ошеломлён Цинь Му. С того момента, как бабушка Сы нашла его на берегу реки прошло пятнадцать лет, а кусок божественного металла упал с небес шестнадцать лет назад, что было подозрительно близко к его появлению в деревне.

— Возле места крушения случайно не было людей из Дворца Золотой Орхидеи? — немедленно спросил Цинь Му.

Бабушка семьи Сы посмотрела на парня, и недоумевая спросила:

— Откуда Владыка Культа об этом знает? Долина Призраков находится за Зоной Утиного Языка, неподалёку от перевала Цинмэнь. Когда засиял божественный свет, последователи нашего священного культа как раз охраняли перевал. Они увидели свет и немедленно отправились в Зону Утиного Языка. Это место находится на границе с Империей Варварских Ди, охраняемой великими шаманами и Шаманами Королями Дворца Золотой Орхидеи, которые, естественно, тоже поспешили к месту происшествия. В тот день наш культ потерял мастера чертога и более десятка практиков божественных искусств, но Дворец Золотой Орхидеи также потерпел немалые потери. Говорят, что там происходили ужасные вещи. Потеряв стольких людей, они не имели другого выбора, кроме как покинуть Зону Утиного Языка. Поговаривают, что шаманы дворца унесли с собой обломки какого-то меча…

Сердце Цинь Му вздрогнуло. Всё становилось на свои места!

Сломанный меч, как и кусок божественного метала появились шестнадцать лет назад. Небесный Дьявольский Культ заполучил камень, в то время как Дворцу Золотой Орхидеи достался меч. На самом деле, артефакты были когда-то одним целым, и поэтому, когда юноша сложил их вместе, они снова слились!

Долина Призраков Великих Руин!

«Мне обязательно нужно туда попасть! — подумал про себя Цинь Му.

Старуха семьи Сы проговорила:

— Долина Призраков в Зоне Утиного Языка — крайне предательское место. Священный культ обыскивал её несколько раз, но столкнулся с множеством опасностей, поэтому нам пришлось отступить.

Цинь Му поблагодарил старуху. Несмотря на то, что Сы Юньсян была Святейшей, на самом деле хозяйкой семьи Сы была эта бабушка. У неё также было высокое положение в Небесном Дьявольском Культе, однажды женщина являлась Святейшей, прежде чем передать эту должность бабушке Сы.

Сы Юньсян убрала бронзовое зеркало, бросив взглядом на меч в руке Цинь Му:

— Владыка, твой меч…

Парень крепче сжал рукоять, после чего расслаблено сказал:

— Это материнский меч пилюли, я не могу его отдать.

Святейшая рассмеялась:

— Я и не говорю, чтобы ты его отдавал, мне просто интересно, после всей проделанной работы пилюля меча может быть закончена?

— Пилюля меча называется пилюлей из-за своей округлённой формы. Для того, чтобы сложить несколько тысяч мечей в пилюлю, требуются огромные познания в математике. Кончики рукоятей должны создавать идеальный шар, разделённый на восемь тысяч частей. Для такого результата нужно провести расчёты с точностью до Мо Ху, — высокомерно сказал Цинь Му. — Но я смогу это сделать.

Лин Юйсю и Сы Юньсян злостно на него посмотрели.

Рассмеявшись, Цинь Му крепко сжал рукоять Беззаботного, наполняя его своей жизненной Ци. В тот же миг между материнским и остальными мечами возникла связь, и в воздух поднялось огромное количество острых лезвий, полностью заполняя производственную фабрику.

Юноша взмахнул мечом и бесчисленные лучи света понеслись в его сторону. Сталкиваясь, они исчезали один за другим.

Лицо Цинь Му становилось всё краснее и краснее, пока он не вскрикну. Его колена и руки начали дрожать. Внезапно каменный пол, на котором тот стоял, провалился, а обувь треснула от давления.

Поток мечей не прекратился даже когда Цинь Му полностью исчез. Под давлением веса пилюли он провалился сквозь пол, создавая посреди производственной фабрики огромную дыру!

Лин Юйсю и Сы Юньсян были шокированы, тут же подбежав к нему с криком:

— Быстро, спасайте Владыку!

Ученики Чертога Небесных Изделий, до сих пор находящиеся на фабрике, тут же поспешили на помощь, услышав грохот, раздающийся из-под земли. Пилюля меча оказалась невероятно тяжёлой, постоянно давя на Цинь Му, отчего тот уже успел погрузиться на глубину пятнадцати метров.

Толпа уже собиралась копать яму, чтобы извлечь парня из земли, когда внезапно раздался его приглушённый голос:

— Я в порядке! Меч слишком тяжёлый, отойдите!

Последователи тут же отошли подальше, увидев, как из огромной дыры вылетел поток летающих мечей, напоминая реку. Восемь тысяч лезвия танцевали в небе, прежде чем вонзиться в землю, отчего их рукояти сильно задрожали.

Цинь Му выпрыгнул из-под земли, приземлившись на ноги, после чего те сразу же начали дрожать, а тело, удерживая равновесие, начало качаться.

Затем он снова взмахнул рукой, и туча мечей полетела обратно к нему. Впрочем, юноша уже освоил урок, на сей раз встав на кучу железа и опустив кончик меча донизу. Восемь тысяч лезвий слились воедино, превращаясь в пилюлю меча.

Как он и говорил, нижняя часть пилюли была разделена на восемь тысяч одинаковых частей, формируя огромный шар. Все вычисления были проведены верно, неточности были меньшими, чем числа Мо Ху.

Тем не менее, пилюля меча всё равно оказалась слишком большой. Её радиус составлял шесть метров.

— Нечасто увидишь что-то подобное… — проговорила Лин Юйсю, блуждая туда-сюда вокруг оружия, подняв голову ввысь, чтобы осмотреть его.

— Уменьшайся!

Используя свою магическую силу, Цинь Му начал уменьшать пилюлю. Тем не менее, когда процесс остановился, она всё равно имела метр в радиусе.

Парень задействовал весь запас своей жизненной Ци, отчего его лицо покраснело от напряжения, но размер пилюли уже не изменился.

Мечи сжались до невероятно крохотных размеров, но так как их было аж восемь тысяч, получившийся артефакт всё равно оказался невероятно огромным.

— Я потратил на их обработку слишком мало времени, нужно добиться большей утончённости и чистоты. Если размер меча достигнет толщины шёлковой нити, можно будет создать пилюлю размером с голубиное яйцо, — взволновано выдохнул, Цинь Му схватил Беззаботный Меч двумя руками. После взмаха, семь тысяч девятьсот девяносто девять остальных мечей немедленно вылетели наружу. Они зависли в воздухе, кончиками указывая на центр круга.

После очередного взмаха, летающие мечи рванули вперёд, сталкиваясь с Беззаботным, бесследно исчезая. Столкновения становились всё чаще и чаще, и количество мечей в воздухе постепенно уменьшалось.

Люди вокруг вскрикнули от удивления. Теперь Цинь Му использовал совершенно другой способ создания пилюли меча.

Существовало два метода создания пилюли меча. Первый состоял в том, чтобы выстроить все мечи кончиками к центру, формируя шар. Такой подход требовал огромных алгебраических вычислений, отчего часто использовался мастерами секты Дао.

Второй способ состоял в том, чтобы заставить материнский, основной меч проглотить все остальные. Хранение дочерних мечей внутри главного было особо популярным среди южных сект.

Такой подход требовал чрезвычайно гибкого материнского меча. Поместив все мечи внутри него, можно было просто провести рукой вдоль лезвия, и пилюля была готова. Для этого не нужно было владеть математическими знаниями.

Оба метода имели свои плюсы и минусы. Пилюли меча, созданные первым, предоставляли преимущество в скорости и простоте использования, позволяя начать бой в любой миг.

Второй способ, в свою очередь, позволял направить силу дочерних мечей внутрь материнского, отчего тот мог вспыхнуть невероятной силой.

Ни один из подходов не был универсальным. Нужно было выбрать либо одно, либо другое.

Но в этот миг Цинь Му попробовал что-то необычное, и добился успеха!

— Он по праву заслужил звание второго лучшего мастера мира, — вздохнула Сы Юньсян. — Как я хотела бы посмотреть на работу его учителя. Его техники должны быть ещё более выдающимися…

Соединив более двух тысяч мечей, Цинь Му почувствовал, что не может выдержать больше. Проделав столько манипуляций огромным количеством мечей, его жизненная Ци была полностью истощена.

Перестав собирать мечи вместе, он встряхнул свой мешочек таоте, после чего поток лезвий взмыл ввысь, и будто рыба нырнул внутрь артефакта.

Несмотря на то, что оружие было готово, единственное, что ему оставалось — спрятать в мешочек таоте, так как держать его в руках было невозможно. Пилюля с радиусом в один метр была слишком ужасающей.

— Поначалу я слегка завидовала пилюли меча пастушка, но теперь это прошло, — тихо проговорила Лин Юйсю, едва сдерживая свой смех. — Какой хорошей она бы ни была, он не сможет использовать её на практике.

Сы Юньсян кивнула:

— Даже если он сможет её поднять, то израсходует всю свою Ци всего за несколько взмахов.

Цинь Му повесил мешочек таоте себе на пояс. Однако несмотря на то, что кожа таоте блокировала действие гравитации, мешочек не был изготовлен из чистокровного зверя, отчего некоторая её часть всё-таки выходила наружу. Из-за этого он прибавил в весе около тридцати килограмм, немедленно стянув штаны парня на землю.

Он подтянул штаны и в спешке отцепил мешочек, после чего привязал к нему две золотых верёвки, что позволило одеть артефакт на спину, будто небольшой рюкзак.

Хлоп!

Раздался громкий хлопок, после которого лицо Сы Юньсян внезапно покраснело, и девица начала потирать свои ягодицы. Цинь Му догадался, что она проделала какой-то фокус с материалами, чтобы сделать пилюлю тяжелее, поэтому не постеснялся хорошенько ей шлёпнуть.

Ошеломлённо наблюдая за происходящим, Лин Юйсю проговорила:

— Моего брата нет уже несколько месяцев. Боюсь, что он уже добрался до южных границ. Мы будем его догонять?

Цинь Му покачал головой:

— Я не собираюсь отправляться на поиски наследного принца. Перевал Цинмэнь находится к северу от монастыря Великого Громового Удара, что совсем недалеко отсюда, так что я собираюсь посетить Долину Призраков.

Глава 298. Белые Летучие Мыши

— Посетить Долину Призраков? — колеблясь спросила Лин Юйсю, после чего добавила. — Великая бабушка семьи Сы сказала, что Долина Призраков очень коварна, даже мастера Небесного Святого Культа, а также великие шаманы и Шаманы Короли Дворца Золотой Орхидеи понесли огромные потери, исследуя это место. Разве нам такое по силам?

Цинь Му не отказался от своих слов:

— Данное место может быть связано с моим рождением, поэтому, несмотря ни на что, я должен его посетить. Это моё личное дело и не имеет отношения к священному культу, как и к вам обеим. Я пойду туда один.

Парень покинул фабрику и позвал цилиня. Зверь, который спал снаружи, немедленно встал, услышав знакомый голос.

— Уже вставать? Не пора ли поесть? — придя в себя, спросил дракономордый.

Юноша вскочил на спину и раздражённо гаркнул:

— Нет! Ты можешь что-то делать, кроме как спать и есть? К Перевалу Цинмэнь!

Цилинь зевнул, после чего под его лапами появились огненные облака, и он начал бежать в северном направлении:

— Владыка, ты стал толще, на девяносто килограмм тяжелее, чем был раньше.

Цинь Му яростно закричал:

— Чушь собачья! В последние дни, куя свои мечи, я похудел. Кроме того, мечи в моём мешке весят не больше пятидесяти килограмм. Ты тот, кто явно стал толще!

Выбежав, Лин Юйсю и Сы Юньсян увидели бегущего по воздуху цилиня, успевшего преодолеть около десяти километров.

— Даже если ты действительно хочешь пойти за ним, ты должна хорошенько подготовиться, — святейшая нахмурилась. — Он слишком безрассуден и явно недооценивает опасности Призрачной Долины, — она потрогала свои ягодицы, удар Цинь Му был сильным, отчего чувство жжения всё не проходило. — Разве возможно такое, чтобы Небесному Святому Культу недоставало экспертов? С тех пор, как Лун Цзяонань похитила нас, Небесные Короли Юй и Ши потеряли своё привычное спокойствие, поэтому они определённо не спустят с него глаз. Не волнуйся, если он встретит какую-либо опасность, старики точно помогут ему. Как жаль… — внезапно она замерла, а уже в следующий миг пробормотала. — Если бы священный Владыка умер в Долине Призраков, святейшая, естественно, стала бы его преемницей. Как жаль, что я не пошла вместе с ним, так бы Владыка Цинь, безусловно, умер в Долине Призраков…

Лин Юйсю насторожено усмехнулась:

— Маленькая стерва, если ты посмеешь дотронуться до пастушка, я сломаю тебе ноги!

— Дерзкая девчонка, я давно вижу в тебе занозу. Ты стала помехой для меня, держась рядом с Владыкой со своей большой грудью, не давая мне шанса нанести удар.

Две девушки раздражённо уставились одна другой в глаза. Затем они отвернулись, стоя спиной друг к другу. Взгляд Сы Юньсян замерцал, а Тысяча Шёлков плавно распространились и вошли в землю, подобно тончайшим духовным змеям, пробираясь к принцессе.

Между тем девять драконов за спиной Лин Юйсю спокойно вытянули свои тела, а драконья чешуя беззвучно соединилась. Острые лезвия выскочили из когтей дракона, и духовное оружие в форме дракона тайно полетело в сторону святейшей.

— Ты меня уже давно достала! — одновременно выкрикнули две девушки и безжалостно применили свои движения. Платье Лин Юйсю было разрезано на тысячи частей, а она сама едва не стала фаршем. Тем временем тело Сы Юньсян порхало вокруг, как бабочка, избегая комбинированных атак девяти драконов. Принцесса переворачивалась, пока не хлопнула ладонью по земле. Ужасающая магическая сила вырвалась наружу, земля сильно задрожала, а каменные столбы прорвались сквозь землю, заставив святейшую взлететь в воздух.

После нескольких шагов Лин Юйсю взлетела в воздух и протянула руку, чтобы схватить своё духовное оружие. Мгновенно молния и пламя собрались на Молоте Девяти Драконов, и она ударила им!

— Я сказала, что сломаю тебе ноги, я не откажусь от своих слов! — выпалила принцесса.

Хмыкнув, Сы Юньсян направила Тысячу Шёлков. Серебряные нити меча внезапно расширились и полоснули в сторону головы Лин Юйсю, как несравнимо тонкие змеи:

— Как ты считаешь, ты сильнее Фоцзы? Собираешься сломать мне ноги? Сначала я отрублю тебе голову!

Множество учеников Чертога Небесных Ремёсел вышли из фабрики посмотреть на яростную битву двух девушек. Сы Юньсян упала на землю, все были в шоке, не зная, должны ли они пойти и помочь. Затем они увидели, что она становится невидимой и появляется позади принцессы.

— Нам не стоит лезть не своё дело, — сказал мастер ладана. — Что касается вопросов ревности, независимо от того, какой стороне мы помогаем, мы не сможем оправдаться перед Владыкой, так что давайте просто относиться к этому так, как будто мы ничего не видели. Все кивнули и ушли.

****

Цилинь был быстр, достигнув Перевала Цинмэнь уже к вечеру. Однако атмосфера там была гнетущая. Главнокомандующий Бянь Чжэньюнь из Перевала Цинмэнь был старым другом Цинь Му и немедленно пришёл поприветствовать его:

— У Божественного Врача появилось время прийти сюда?

— Я планирую посетить Долину Призраков, — объяснил Цинь Му. — Сейчас темнеет, так что я не могу войти в Великие Руины, я хочу переждать эту ночь у перевала. Генерал, какова ситуация сейчас?

Бянь Чжэньюнь покачал головой с серьёзным выражением лица:

— Ситуация мрачная. За последние несколько месяцев Империя Варварских Ди увеличивала количество своих войск, более сильные практики появлялись во Дворце Золотой Орхидеи. Я слышал, что посланцы Империи Варварских Ди тайно вернулись в прерии, похоже на то, что варвары планируют отправить свою армию против Вечного Мира. В последние несколько дней я видел некоторых людей по другую сторону границы, которые выглядели так, будто они пришли из страны Волчьего Убежища. В последнее время конные разведчики племени варваров даже часто бегают по территории между нашими границами с высокомерной аурой. Я боюсь… — у него было обеспокоенное выражение лица. — Я уже послал людей как можно скорее доложить императору. Если варвары нападут, мы, на Перевале Цинмэнь не сможем им ничего противопоставить. Божественный Врач Цинь, по праву, я должен послать экспертов сопроводить тебя в Долину Призраков, но я действительно не могу никого отправить с тобой.

— Генерал должен придавать большее значение общей ситуации, не нужно беспокоиться обо мне. Я просто поеду в Долину Призраков, а не в прерии, так что у меня не будет проблем с племенем варваров, — улыбнулся Цинь Му.

Наступила ночь, тьма взяла бразды правления над местными землями в свои непроглядные руки. Юноша посмотрел вдаль и увидел блестящие лучи, сияющие в небе от вражеского лагеря на расстоянии ста километров, проникающие сквозь темноту, как дневной свет…

Когда наступило утро Цинь Му проснулся, умылся перед завтраком и накормил цилиня. Бянь Чжэньюнь проводил его, сказав:

— Божественный Врач, я не смогу сопроводить тебя дальше, в противном случае, враг воспользуется этим шансом и нападёт своими войсками. Я могу позволить своим конным разведчикам следовать за тобой издалека в качестве эскорта. Будь осторожен в этом путешествии.

Парень поблагодарил его и сел на спину цилиня, устремляясь к Зоне Утиного Языка, которая была между двумя империями. На некотором отдалении позади него следовали разведчики Перевала Цинмэнь верхом на всевозможных странных зверях, пока не добрались до Зоны Утиного Языка, примерно по середине между двумя территориями. Навстречу им выдвинулись некоторое количество странно одетых наездников. Они скакали на странных зверях, похожих на верблюдов с крыльями, и скорее всего являлись верховыми разведчиками Империи Варварских Ди.

Они обнаружили друг друга и сделали свои ходы почти одновременно. Пилюли меча и ножа заполнили небо и зазвенели, когда столкнулись. Разведчики Перевала Цинмэнь внезапно открыли несколько тыквенных горлянок, из которых заклубились облака, тут же начавшие поливать дождём всё вокруг в радиусе десяти километров. Почти ничего не было видно. Обе стороны мгновенно потеряли друг друга из виду, и на поле боя воцарилась редкая тишина.

Цинь Му открыл Зелёные Глаза Небес, его взгляд проник сквозь туман, помогая ему найти дорогу. Под прикрытием тумана, цилинь пошёл к задней части Зоны Утиного Языка.

«Император действительно принял моё предложение и сохранил облака и молнии, которые теперь можно использовать в качестве оружия. Даже с таким количеством солдат в Империи Варварских Ди, им, вероятно, будет довольно трудно прорваться через Перевал Цинмэнь», — размышлял паренёк.

Зона Утиного Языка была очень длинной и растянулась на тысячу километров, вплоть до Великих Руин. К вечеру они подошли к барьеру, который разделял две империи. При входе в Великие Руины, наибольшую опасность представляла темнота. Цинь Му был отринутым богами, рождённым в Великих Руинах и, естественно, знал, что ему нужно было искать, перво-наперво отправившись на поиски руин и каменных статуй. Если он не сможет вернуться на Перевал Цинмэнь до наступления темноты, ему придётся провести ночь в Великих Руинах, поэтому было нужно найти безопасное место.

Зона Утиного Языка была очень тихой. По пути он не встретил ни одной птицы. У Цинь Му было серьёзное выражение лица. Даже странные звери Великих Руин не оставались здесь на ночь!

Он прошёл мимо лазурного озера, поверхность которого была несравнимо спокойной, неподвижной, даже, можно сказать, мёртвой. Собственно, так и оказалось, ведь в нём не водилось никакой живности.

«В озере нет такого места, куда бы не дотянулась тьма», — юноша успокоился и продолжил своё путешествие, пока цилинь не вышел из Зоны Утиного Языка. Горы в окрестностях постепенно стали обрывистыми, и перед ними появился овраг…

Цинь Му сидел на спине зверя и видел, что деревья в овраге росли вертикально и горизонтально. Некоторые из них росли на скалах, казалось бы, противореча силе притяжения земли. Деревья, которые росли горизонтально, покрывали небо над оврагом, отчего могло показаться, что он вошёл в мир, перевернутый верх тормашками, где скалы были землёй.

Огромные деревья были чрезвычайно древними, а некоторые оказались настолько огромны, что их даже не смогли бы охватить десяток людей. Корни таких деревьев переплетались, как драконы, а под ними виднелась фосфоресценция огоньков. Там были кости огромных зверей, но Цинь Му не знал, кому они принадлежали раньше. Было странно то, что трупы и кости были на утёсе, а не на дне оврага. Падающие листья также не опускались на дно оврага, а приземлялись на утес. Этот овраг был удивительно чистым, без опавших листьев и ветвей.

Пум.

Цилинь случайно врезался в огромную скалу, парящую в воздухе, и та завращалась в одну сторону, по-прежнему паря в воздухе. В овраге впереди летали скалы всех размеров.

— Владыка, нам точно нужно в Долину Призраков? — спросил зверь тихим голосом.

— Нужно, — кивнул Цинь Му. — Здесь нет других форм жизни, и меня это беспокоит…

Не успев договорить, он вдруг услышал голос, доносящийся откуда-то перед ними:

— Тебе всегда нравится есть их сырыми, а мне нравится средней прожарки. Когда они жарятся на огне, а жир капает вниз, мм… Люди, которые приходили сюда несколько дней назад, оказались просто великолепны на вкус, почему ты всегда хочешь есть их сырыми? Разве это не слишком неприлично?

— Средняя прожарка не лучший выбор, нет свежего и нежного чувства. Лучше всего подносить их к огню на мгновение, чтобы только волосы успели обгореть. Так вкуснее всего, они даже визжат, когда ты их ешь…

— Чушь, средняя прожарка самая вкусная… тссс, тихо, здесь кто-то есть.

Цинь Му исполнил технику Истинного Маркиза Огня и превратился в форму Владыки Марса. Цилинь нёс его вперёд, подойдя к месту, откуда исходили голоса.

Юноша слегка удивлённо огляделся. Голоса исходили прямо отсюда, но он никого не видел. На утёсе виднелась только большая яма для костра с великим шаманом из Дворца Золотой Орхидеи. Великий шаман обладал глубоким совершенствованием и ещё не умер. Тем не менее, жарясь на огне, он был при смерти, но таки сумел слегка открыть глаза, чтобы посмотреть на только что прибывших.

Вьюх…

Деревья вдруг задвигались, с одного дерева свисали две огромные летучие мыши с белой шерстью. С головами книзу и лапами кверху, они уставились на юношу напротив. Две белые летучие мыши были чрезвычайно сильны, с мускулами по всему телу. Их крылья были скрещены перед грудью, в то время как глаза тлели белыми огнями, напоминающим пламя, наслаивающимися ручьями текущее по кругу.

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Две огромные летучие мыши оказались очень страшными. Вокруг их тел витали ауры богов или дьяволов, поэтому они должны были быть их потомками!

— Не люди, точно не люди, — одна из летучих мышей вернулась в крону дерева. — Зануда. Я уже обрадовался, что к нам опять пожаловали людишки.

Другая летучая мышь также оттянула своё тело назад, и Цинь Му поспешно спросил:

— Два друга Дао, приветствую вас!

Листья зашуршали, после чего две огромные летучие мыши снова повисли. Они всё также держали крылья на груди и сказали хором:

— Здравствуй! Однако, это не для тебя, мы поймали его сами! Если хочешь поесть, иди и поймай себе другого человека, в долине ещё есть парочка таких же.

Цинь Му улыбнулся:

— Я был вегетарианцем с самого рождения, — две огромные летучие мыши успокоились, и он добавил. — Я пришёл издалека. Два друга Дао, в долине безопасно оставаться ночью?

Один из братьев улыбнулся и сказал:

— Неудивительно, что ты выглядишь незнакомо. В долине очень безопасно.

Цинь Му вздохнул с облегчением и поблагодарил двух летучих мышей. Они сжали свои тела и снова появились у костра, ожидая, когда шаман будет приготовлен.

— Мне показалось, что у той коровы есть родословная Марса, очень жаль, что её представители невкусные. Люди самые лучшие, вкусные и сочные, — сказал один из братьев, глядя на огонь.

— Почему ты соврал ему? Ты прекрасно знаешь, как коварна долина…

Глава 299. Странное существо

— Судя по словам двух летучих мышей, из Дворца Золотой Орхидеи сюда пришло очень много великих шаманов. Нужно быть осторожным, чтобы на них не наткнуться.

Со спокойным выражением лица Цинь Му слегка приоткрыл мешочек таоте, чтобы быть готовым вытащить меч в любой момент.

— Владыка, те двое были невероятно сильными, — проговорил цилинь, уклоняясь от парящих в воздухе камней. — Они не слабее меня… и очень древние.

Цинь Му оглянулся и тихо проговорил:

— Они, скорее всего, потомки какого-то бога или дьявола. Ты льстишь себе, говоря, что они всего лишь не слабее тебя. Десяток таких как ты не смогли бы справиться с той парочкой летучих мышей. Их аура слишком сильна.

Дракономордый довольно сильно обиделся, отвечая:

— Это потому, что я всё ещё молод. Как только я достигну взрослого возраста, десяток таких как они не сможет справиться со мной! С меня много толку!

Юноша проигнорировал слова цилиня, который смел хвастаться несмотря на то, что разжирел настолько, что напоминал огромный шар. Немного подумав, парень проговорил:

— Странно, откуда в Великих Руинах такие белые летучие мыши? Неужели они — потомки бога летучей мыши, жившего до катастрофы? Потомки богов и дьяволов пережили катастрофу?

В Великих Руинах были храмы, поклоняющиеся божественным статуям богов летучих мышей, контролирующих богатство и дающих благословения.

Когда-то парень повстречал подобную статую в городе Пограничный Дракон. У неё была голова летучей мыши и тело человека, из-под рук которого росли крылья с перепонкой. Внешний вид статуи слегка напоминал тех двух летучих мышей, хоть последние и выглядели слегка попроще. Если не учитывать голову и крылья, статуя выглядела как человек.

Если парочка летучих мышей были потомками бога, жившего до катастрофы, может быть, где-то в Великих Руинах обитали другие подобные существа, произошедшие от старых богов и дьяволов?

Тем не менее, Цинь Му никогда раньше не встречал здесь никого подобного. Юноша немного призадумался, после чего спросил:

— Жирный дракон, где ты жил до того, как встретил Патриарха?

— В Великих Руинах, — вспомнив прошлое, зверь слегка погрустнел. — Незадолго после моего рождения, моя мать исчезла. От голода у меня начинала кружиться голова, и когда меня встретил Патриарх, я был при смерти. Он довольно хорошо выглядел, и смог завоевать моё доверие дав лишь одну духовную пилюлю. Я до сих пор скорблю о том дне.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать:

— Видимо, Патриарх увидел твоё плачевное положение, поэтому решил дать тебе духовную пилюлю, отчего ты привязался к нему на всю жизнь, бесстыдно преследуя! Я тут подумал, ты ведь тоже потомок богов? Неужели потомки богов, жившие до катастрофы, превратились в нынешних странных зверей?

Лицо парня приобрело странное выражение. Великие Руины, должно быть, достигли невероятно процветающего периода, в котором люди и боги жили вместе. Из-за этого, их потомки тоже находились здесь, и когда наступила катастрофа, хоть боги и умерли, их дети остались жить, медленно превращаясь в странных зверей.

Такое предположение было шокирующим, но вполне логичным.

Обе стороны лежащего впереди ущелья были покрыты густой растительностью. Лес, растущий со склона скалы, вызывал у людей невероятно странные ощущения, в то время как летающие камни явно свидетельствовали о какой-то гравитационной аномалии.

Внезапно Цинь Му ощутил движение внутри своего мешочка таоте, и его сердце слегка вздрогнуло. Открыв артефакт, парень увидел, как Беззаботный Меч слегка дрожит, издавая чёткий и резкий металлический звон.

Жизненная Ци юноши немедленно хлынула внутрь мешка, доставая меч наружу.

Цинь Му планировал использовать беззаботный меч в качестве материнского при создании пилюли меча, поэтому он не изготовил для него ножен. Впрочем, всё время держать оружие в руке было крайне неудобно, поэтому он взмахнул рукой, чтобы отрубить ветку древнего дерева.

— Какое прочное дерево!

Отрубив ветку, Цинь Му попытался нарезать её с помощью нити из Ци, но это оказалось невозможным, отчего он с изумлением воскликнул. Качество древесины было невероятно высоким, её твёрдость ничем не уступала чёрному железу.

Размахивая беззаботным, он, наконец, смог вытесать из ветки ножны, в которые поместил оружие. Лезвие продолжало дрожать, но не так заметно, как раньше.

«Похоже, что шестнадцать лет назад сюда попал не только меч и камень. Что-то ещё резонирует с мечом!» — подумал про себя Цинь Му.

Люди Дворца Золотой Орхидеи уже довольно долго рыскают по долине, успели ли они найти третий предмет?

Парень со зверем подошли к оврагу, и местность перед ними внезапно расширилась. Цинь Му медленно пошёл вперёд, будучи максимально осторожным и оглядываясь по сторонам. С обеих сторон оврага располагались огромные каменные статуи, высеченные вдоль горных хребтов. Размер каждой из них был сопоставим с небольшой горой.

Выражения лиц на статуях казались торжественными, а сами существа выглядели гордыми и божественными. Они всматривались вдаль глубокими взглядами, держа в руках готовые к бою мечи.

Издалека доносились звуки хлюпанья воды, источниками которых были водные потоки, падающие с плеч статуй. Водопады обладали невероятной мощью, они падали с высоты около километра, после чего приземлялись на руки статуй и по мечах стекали вниз, где превращались в реку.

Затем две реки стекали по ногам каменных исполинов, образовывая собой подобие двух драконов, проникающих вглубь леса и исчезая где-то посреди долины.

У двух скульптур были людские тела и головы летучих мышей. Они являлись никем другим, как богами летучих мышей.

«Два бога летучих мышей охраняющие Долину Призраков? Есть ли какая-то связь между ними и двумя существами, которых я встретил?»

Цинь Му ошеломлённо посмотрел вдаль: «Неужели две реки текут под землю? Голубые Глаза Небес, откройтесь!»

В глазах Цинь Му появился дополнительный круг зрачка, и он посмотрел в то место, где исчезали две реки, после чего немедленно нахмурился, понимая, что что-то блокирует его зрение.

— Глаза Небес Киновари, откройтесь! — собрав всю свою жизненную Ци, он создал построение Глаз Небес Киновари, отчего вокруг его зрачка появились красные отметины. Кроме них, в глазу виднелись голубые круги Голубых Глаз Небес, зелёные Зелёных Глаз Небес и белые Глаз Небес, окутывающий чёрный зрачок.

Немой передал Цинь Му навык Пробуждение Глаз Девяти Небес, и тот полностью его освоил. Впрочем, уровень совершенствования парня позволял использовать в лучшем случае Глаза Небес Киновари, которые всё равно потребляли огромное количество энергии. Он не стал бы использовать подобную технику просто так.

В повседневном использовании ему хватало Зелёных Глаз Небес, и особого смысла в исполнении Голубых Глаз Небес и Глаз Небес Киновари не было.

Однако, даже используя Глаза Небес Киновари, он не мог разглядеть то место, где исчезали две реки.

— Эх…

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, когда он увидел несколько трупов, лежащих перед лесом. Тела принадлежали великим шаманам Дворца Золотой Орхидеи. Особо странным было то, что некоторые из них выглядели целыми и неповреждёнными, в то время как другие сгнили, оставив после себя лишь кости и одежду.

Взгляд парня углубился в лес, замечая ещё больше трупов. Очевидно, эти бедолаги встретили опасность, которая послужила причиной их жалкой смерти!

Глазами Небес Киновари он внезапно заметил, как что-то двинулось возле одного из тел, мгновенно исчезая. Его Небесные Глаза пострадали от ужасного удара, немедленно закрывшись друг за другом.

От удара у Цинь Му закружилась голова. Он чувствовал, будто в его голове что-то скрипело, почти разрывая душу на части!

К счастью, парень успел совершенствовать свой исконный дух, что позволило ему выдержать удар. Тем не менее, разглядеть то, что его атаковало, не удалось.

— Амида, Амида, Маха Амида!

Жуткие визги в голове Цинь Му становились всё громче и громче, поэтому он немедленно начал исполнять Махаяну Сутру Жулая. Вокруг его тела ярко засияли буддистские лучи, а за спиной возникли будды шести небес, начиная громко кричать в унисон. Их голоса заполнили округу, и крики, атакующие его душу, исчезли.

Почва под ногами Цинь Му зашипела, и над ней поднялся зелёный воняющий дым. Он протянул руку вперёд, обнимая пустоту, после чего раздался оглушающий грохот, с которым его жизненная Ци превратилась в изумрудное Дерево Бодхи, спускающееся с небес. Тысячи его корней и ветвей грохнулись о землю, и ствол вместе с корнями провалился в почву.

Из-под земли раздались жалостные визги, и почва под ногами Цинь Му начала перекатываться, будто под неё двигалось что-то огромное. Когда существо проползло возле огромного дерева, последнее дрогнуло от сильного столкновения.

— Даже божественное искусство Бодхи Саха не в силах убить это существо?

Цинь Му издал низкий крик, после которого его тело превратилось в сверкающий, полупрозрачный нефрит. Едва различимый облик Дерева Бодхи появилось у него за спиной, и парень начал напоминать будду с головой быка, достигшего просветления под деревом.

В Монастыре Великого Громового Удара он изучил лишь Махаяну Сутру Жулая, а не божественные искусства. Тем не менее, обретённых знаний было достаточно, чтобы постичь некоторые божественные искусства.

Божественные искусства Махаяны Сутры Жулая были запечатаны в двадцати небесах техники, одним из них были Восемь Громовых Ударов. Они принадлежали к области Сакры, по праву считаясь техникой высочайшего уровня, которая уступала лишь божественным искусствам Брахмы.

Божественные искусства Бодхи Сахи принадлежали к Небесам Бодхивкши Деваты, седьмым небесам Махаяны Сутры Жулая.

Несмотря не то, что Махаяна Сутра не была главной техникой совершенствования Цинь Му, он не пренебрегал её изучением, хоть и не делал этого слишком часто. И техника, исполненная им прямо сейчас, была настоящим телом Нефритового Будды Бодхи. Он использовал буддистскую природу, чтобы подавить существо под землёй и не позволить ему подобраться слишком близко.

Зверь появлялся то тут, то там, двигаясь невероятно быстро. Более того, Цинь Му чувствовал, как тот время от времени разделялся на части, после чего соединялось обратно. Иногда зверь проникал внутрь дерева или даже в трупы.

— Что это такое?

В этот момент Цинь Му услышал дыхание двух существ за своей спиной, тут же заставив Беззаботный Меч вылетел из ножен, превращаясь в Форму Меча Волны, вращаясь вокруг него.

Существа, которыми оказались две летучие мыши, обошли юношу по кругу и отлетели.

Разделившись, они забрались на вершины двух статуй. Свисая с каменных ноздрей, один из них проговорил:

— Глупый бык не знает, что сюда направляется огромный отряд, несколько сотен экспертов…

— Тихо! — вторая мышь заворчала. — Зачем ты его предупредил?

«Огромный отряд? Несколько сотен экспертов?» — был поражён Цинь Му. Отряд определённо не мог принадлежать Империи Вечного Мира. Военная сила Перевала Цинмэнь была немалой, но там не было достаточного количества солдат для отправки в Долину Призраков!

«Это войска Империи Варварских Ди!» — совершенно не колеблясь, Цинь Му немедленно отправился вглубь леса, направляясь к центру Долины Призраков.

Встреча с армией Империи Варварских Ди неизбежно привела бы к его смерти. Солдаты этой страны считались дикими и необузданными, не говоря уже об их командой работе, подкреплённой боевыми построениями, которая тоже впечатляла. Когда Цинь Му следовал с Ба Шанем во Дворец Золотой Орхидеи, им повстречалась амия прерий, продемонстрировавшая свои невероятные возможности. Восемьсот людей смогли достойно противостоять существу уровня владыки культа вроде Ба Шаня.

Единственное, что мог сделать Цинь Му после услышанного — попытаться избежать встречи с экспертами Империи Варварских Ди.

— Глупый бык умрёт! — две летучих мыши, свисающих со скульптуры, одновременно рассмеялись. — Ему конец, конец!

Буддистские лучи сверкали вокруг Цинь Му и цилиня, защищая их, так что конец для него так и не наступил.

Две летучие мыши были сбиты с толку, поэтому одна из них отлетела от скульптуры, зависая на ветке неподалёку от Цинь Му:

— Почему те существа тебя не атакуют?

Юноша поднял голову, отвечая:

— Друг Дао, что это за твари под землёй?

Зверь собирался ответить, когда внезапно взмыл в воздух, забираясь на вершину одной из статуй. Несколько сотен солдат Империи Варварских Ди и десятки золотых великих шаманов и Шаманов Королей подошли ко входу в Долину Призраков.

— Принц Паньгун Цо, прошу!

Шаман Король поклонился, и из-задних рядов вышел Паньгун Цо. Своим острым, как молния, взглядом он прошёлся по долине, заметив сидящего на цилине Цинь Му, и тут же ошеломлённо улыбнулся:

— Надеюсь, со времени нашей последней встречи, дела у тебя шли неплохо, Владыка Культа Цинь?

Его голос казался мягким и детским, но звучал громко и чётко, наглядно демонстрируя чрезвычайно высокое совершенствование.

Цинь Му услышал его слова, слегка вздрогнув в сердце: «Скорость его развития даже выше моей! Когда мы сражались возле столицы, он мне уступал, но теперь несмотря на то, что мы находимся в одной области, он смог достичь моего уровня!»

— Да, у меня всё хорошо, — рассмеявшись, ответил Цинь Му. — У меня всё отлично! Маленький принц тоже неплохо выглядит, я уже боялся, что парочка ударов ножом смогли убить тебя. Какое облегчение видеть, что ты до сих пор жив.

Паньгун Цо улыбнулся:

— Дела Владыки Культа шли хорошо раньше, но теперь всё изменится.

Один из Шаманов Королей поднял голову, осматривая статуи, и проговорил:

— Принц, там две летучих мыши.

— Убей их, — беззаботно ответил Паньгун Цо.

Глава 300. Долина Призраков

Несколько сотен экспертов Империи Варварских Ди не говоря ни слова немедленно достали свои духовные оружия. В одно мгновение бесчисленные пилюли ножа сверкнули в небе, после чего огни ножей волнами понеслись к летучим мышам в воздухе.

Практики божественных искусств работали вместе, объединяя усилия и двигаясь одновременно, максимально увеличивая свою силу. Продемонстрированное действо выглядело действительно потрясающе!

Когда Ба Шань единолично защищался от восьмисот солдат, его божественное искусство, Барьер Небесных Духов, было сломлено множество раз. Это случилось потому, что в отряде врага были практики областей Небожителя и Жизни и Смерти.

Несмотря на то, что военные эксперты, которых привёл Паньгун Цо, были практиками божественных искусств, основная сила отряда заключалась в четырёх Шаманах Королях, которые достигли областей Небожителя и Жизни и Смерти. Они ещё не успели вступить в бой, поэтому несмотря на то, что сила отряда Паньгун Цо была огромной, она не могла сравниться с тем, что противостояло Канцлеру.

Две белые летучие мыши в спешке взлетели, открывая свои пасти, чтобы исполнить своё божественное искусство. Вскоре солдат атаковали круглые звуковые волны, тем не менее, имела место быть одна странность, а именно, звуковые волны нельзя было услышать. Бесчисленные изогнутые ножи были отброшены звуковыми волнами и посыпались на землю, а несколько сотен экспертов из армии внизу были поражены бесшумной атакой.

Внезапно головы солдат Империи Варварских Ди начали становиться всё больше и больше, после чего громко взрывались. В воздухе постоянно раздавался шум, а головы солдат исчезали одна за другой. Кровь брызгала во все стороны, делая ситуацию действительно шокирующей. Две белые летучие мыши бросились к армии не прекращая издавать убийственный звук.

Вдруг один из Шаманов Королей фыркнул и достал белое знамя. Он потряс его по отношению к двум белым летучим мышам, и те мгновенно почувствовали, как будто у них высасывают души, после чего упали на землю посреди войск. Солдаты, которым повезло остаться в живых, ощутили, как давление в их головах внезапно исчезло, и они вновь смогли взять контроль над своими пилюлями ножа. Бесчисленные изогнутые ножи полоснули по направлению к месту, где спустились две летучие мыши, тут же поднимая оглушительный бесконечный звон!

После настоящего дождя из ножей, практики спрятали своё оружие, возвращая ножи в вращающиеся в воздухе пилюли…

Место, куда приземлились два летуна, превратилось в огромную яму. Даже камни были измельчены в порошок. Двое практиков божественного искусства из Империи Варварских Ди пошли вперёд, чтобы проверить, мертвы ли мыши, как вдруг пыль внезапно заполнила пространство в яме. Две летучие мыши со взмахом крыльев вылетели из пыли и в мгновение ока они оказались за спинами двух подошедших. Скорость существ была настолько высокой, что никто не смог среагировать, позволяя им схватить двух солдат перед отлётом.

Шаман Король увидел это и пожал плечами. Золотые лучи сверкнули за его спиной, превращаясь в два золотых крыла. Взмахнув ими, он поднялся в воздух и погнался за двумя белыми летучими мышами. Во время полёта мужчина отрастил птичью голову и шесть рук. В одной из них он держал скипетр Ваджры, который с грохотом ударил в сторону двух летунов. Скорость мышей, которые несли двух практиков божественного искусства, сразу же снизилась. Шаман подобрался к ним поближе, и летучим мышам пришлось сбросить свою добычу, после чего их скорость постепенно нормализовалась, позволяя им быстро улететь.

Затем Шаман Король превратил свою жизненную Ци в огромную руку, которая поймала двух практиков божественных искусств. Мужчина с ужасом заметил, что звери успели высосать из них всю кровь. Бедолаги были мертвы.

Две белые летучие мыши приземлились на огромные деревья, открыв свои пасти. В сторону преследователей тут же понеслись звуковые волны, превращая их в кровавое месиво.

Один из Шаманов Королей достал зеркало, заставив его подвиснуть в воздухе. Как только свет артефакта попал на тело одного из зверей, обе летучих мыши упали на землю.

Вьюх!

Огни ножей посыпались, будто дождь, целясь в то место, куда упали мыши. Встряхнув телом, один из Шаманов Королей превратился в золотого великана с головой слона. Затем он поднял огромный камень, похожий на небольшую гору, и бросил его следом за ножами. Исконный дух другого шамана принял свою форму за спиной мужчины, а его жизненная Ци превратилась в огромную ладонь. Он ударил по горе, разбивая её в дребезги и создавая ударную волну, которая снесла деревья в окрестностях.

— Теперь они должны быть мертвы, верно? — у солдат не оказалось времени, чтобы вздохнуть с облегчением. Как только войска бросились к мышам, два белых существа снова взлетели, прежде чем те смогли подобраться. Они оказались до сих пор живы несмотря на то, что не слишком уверенно перебирали крыльями.

Шаман Король ещё раз потряс белым знаменем, и души летучих мышей пережили очередную атаку. Звери упали, и их снова накрыл дождь из ножей. Когда волна атаки закончилась, две белые летучие мыши снова взлетели, хотя уже были при смерти.

— Хм, очень впечатляет, — удивился Паньгун Цо. Две летучие мыши имели действительно толстую кожу и плоть. Даже самые известные ножевые пилюли прерий не могли их ранить. Единственными, кто наносил им урон, были Шаманы Короли Дворца Золотой Орхидеи. Парень не ожидал, что летучие мыши смогут выдержать что-нибудь подобное.

Цинь Му, скрывающийся в глубине леса, улыбнувшись, спросил цилиня:

— Толстяк, как ты думаешь, ты справился бы с летучими мышами?

— Они очень сильны, но разве над ними только что не одержали победу?

Солдаты Империи Варварских Ди тут же бросились в лес Долины Призраков, преследуя свою добычу. Две летучие мыши были тяжело ранены и время от времени теряли высоту. Практики божественных искусств разделились, начав их поиски во всех направлениях.

В этот момент в лесу послышался шорох, и один из солдат достал свою пилюлю ножа. Она летала вокруг него, размахивая тонкими изогнутыми лезвия. Некоторые из лезвий были большими, а другие маленькими. Шелест внезапно затих, но практик божественных искусств всё ещё не решался расслабиться, осторожно подходя к источнику звука.

Внезапно мужчина вошёл в лес, в котором росли фрукты. Большинство из них были яблоками размером с кулак. Солдат продолжал медленно идти вперёд, пока не услышал шелест, доносящийся из-за его спины. Он тут же обернулся, но ничего не увидел. Затем шорох раздался спереди. Резко повернув голову, он снова не смог ничего разглядеть. В следующий момент звук снова раздался за его спиной. Будучи довольно смекалистым человеком, он, ведя себя точно также, как раньше, осторожно поднял нож перед своим лицом, лезвие которого, будучи блестящим, послужило ему своего рода зеркалом.

В этот момент яблоки на деревьях повернули свои “головы” к нему. С одной своей стороны они в действительности напоминали человеческие лица. У них имелись носы, глаза и рты, правда со странными улыбками. Мужчина вздрогнул, тут же заставив все изогнутые лезвия вылететь из пилюли ножа, рубя яблоки вокруг!

Вьюх!

Красные фрукты внезапно посыпались с деревьев, а листья закружились в воздухе. Множество яблок полетели на практика божественных искусств, но он продолжал сопротивляться. За долю секунды земля наполнилась располосованными яблоками, испускавшими характерный аромат. В этот момент одно из существ, которое он не заметил, покатилось по земле и тайком укусило ногу человека.

Практик тут же почувствовал, что его нога онемела и потеряла все чувства. Затем онемела половина тела. Когда он собирался порубить яблоко, которое было у него на ноге, его голова уже была парализована и все изогнутые ножи упали на землю.

Остальные яблоки поднялись в воздух и вернулись к своим деревьям, смотря на повергнутого практика божественных искусств со странными улыбками. Человек не мог пошевелиться, но его сердце колотилось как бешеное.

Внезапно он почувствовал, что его шея сильно чешется, а затем увидел лицо, растущее оттуда. У лица были нос и рот, которые широко открывались, улыбаясь оно сказало:

— Поймал тебя, поймал!

Лицо дёрнулось и начало выбираться наружу. Вскоре за ним появилась голова и шея. Затем для новой головы выросла верхняя часть туловища. Практик божественных искусств чувствовал нестерпимую боль, открыв рот, чтобы закричать, но не мог издать даже малейшего звука. Между тем человек, который родился из того яблока, высунул обе руки наружу, вытаскивая себя. Он двигался быстро, вскоре извлекая оставшуюся часть своего тела.

Наконец два человека были полностью разделены. Новорождённый был идентичен практику божественные искусства, но был полностью голым. Подняв с земли изогнутый нож, он воткнул его в грудь мужчины, прежде чем сорвать с него одежду.

— Хе-хе, свобода! — человек-яблоко схватил пилюлю ножа и выпрыгнул из леса пока другие яблоки завистно наблюдали. Из леса донеслись несчастные крики. Все практики божественных искусств Империи Варварских Ди, которые вошли в лес Долины Призраков, столкнулись со всевозможными видами невообразимых опасностей. Некоторым встретились странные насекомые, которые были полупрозрачными и слегка напоминали нефрит. Они могли летать с большой ловкостью и залетали в ноздри людей, добираясь к их мозгам, чтобы взять под контроль тело.

Также здесь водились невероятно крохотные пиявки, которые прятались в росе на листьях дерева. Когда капля падала на тело практика божественных искусств, тот не замечал ничего ненормального. Но спустя некоторое время человек начинал чувствовать, что его тело становится всё тяжелее и тяжелее, а голова начинает кружиться. Со временем на его спине будет сидеть уже не маленькая, а огромная, постоянно высасывающая внутренности, пиявка. А спустя ещё некоторое время у пиявки вырастет лицо и четыре конечности, которые продолжат висеть на теле жертвы. Пиявка будет выглядеть точно так же, как их хозяин, и со стороны всё будет выглядеть так, будто человек несёт другого человека. Как только плоть и кровь практика божественных искусств закончится, он упадёт замертво, а пиявка радостно убежит.

Безмятежный лес был полон опасностей. Прибытие Империи Варварских Ди взволновало местных жителей и многие люди, посетившие это место, потеряли свои жизни. Несмотря на то, что практики божественных искусств обладали удивительными способностями, у них не было ни одного шанса защититься от подобных монстров!

Цинь Му шёл по лесу очень аккуратно и бдительно. Он использовал истинное тело Бодхи Сахи, для защиты цилиня и себя самого, поэтому был в относительной безопасности. Как вдруг он увидел монаха, сидящего под деревом со скрещёнными ногами. Было неизвестно, когда тот умер, но его тело ещё не разложилось. Позади мужчины стояло Дерево Бодхи, сверкая блестящими огнями и яркими цветами. Было очевидно, что оно преобразовалось под действием какого-то артефакта.

«Истинное тело Бодхи Сахи этого выдающегося монаха было даже сильнее моего, но он всё равно умер. Махаяна Сутра Жулая не может противостоять здешней опасности!» — подумал Цинь Му. По его коже пробежались мурашки, отчего он немедленно развеял тело Бодхи Сахи и протянул руки перед собой. Переплетая кончики пальцев, он мягко двигал ими сквозь воздух, одну ладонь повернув к небу, а вторую к земле.

Первая форма Меча Дао, Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Ян!

Нити жизненной Ци на его руках превратились в мечи, когда был запущен несравнимо сложный расчёт. Свет меча трансформировался в две диаграммы тайцзи, защищающих его и цилиня. Огни меча начали непрерывно сверкать, а диаграммы закружились вокруг своих осей, раз за разом меняя Инь и Ян местами, в то время как следы мечей света свисали с краёв двух диаграмм!

— Глупый бык не такой уж и глупый, — Дерево Бодхи зашуршало из-за двух белых летучие мышей, покрытых ранами и свисающих с его кроны.

Одна из белых летучих мышей, кашлянулв кровью и слизью, со слабым дыханием сказала:

— Этот лысый осёл припёрся сюда более десяти лет назад. Полагаясь на благословение будды, он думал, что у него не возникнет проблем, но в конечном итоге умер от древесных насекомых.

— Древесных насекомых? — был слегка ошеломлён Цинь Му.

— Это семена одного из видов деревьев. Сродни насекомым, они прыгают и резвятся. Они прячутся под землёй и проходят через задний проход людей, засаживая свои корни в плоть. Мускулы этого лысого осла уже давно съедены, поэтому осталась только его кожа. Насекомые дерева уже проросли в его теле.

Другая белая летучая мышь протянула свой коготь, чтобы разрезать кожу выдающегося монаха, и буйная листва вырвалась из его головы, превратившись в верхушку небольшого дерева.

— Это древесное насекомое, однако оно уже превратилось в дерево, — глядя на Цинь Му, говорила, казалось бы, довольно умная летучая мышь. — Глупый бык, мы ранены. Если ты сможешь вылечить нас, мы покажем тебе безопасный путь!

Цинь Му улыбнулся:

— Друзья Дао, на самом деле, я целитель, и владею навыками лечения травм. Сделаем, так сказать, услугу за услугу. Я вылечу вас, а вы меня защитите?

Две летучие мыши посмотрели друг на друга и, приземлившись на землю возле Дерева Бодхи, в недоумении спросили:

— Бычий Врач? В твоей семье Марсов есть врачи? Разве вы не занимаетесь лишь тем, что суёте свой нос в небо и поливаете всё вокруг пламенем?

Юноша сунул свой бычий нос в небо и, выдув два потока огня пламени, сказал:

— Так как вам моя идея?

— Идёт! — белые летучие мыши сразу же согласились, думая про себя: «Как только он нас вылечит, никогда не поздно кинуть его!»

Глаза Цинь Му дрогнули, когда он подумал про себя: «Лучшее время для отравления —когда лечишь раны жертвы! У них не будет выбора, им придётся выполнять мои приказы!»

Глава 301. Такой бедный

В своём мешочке таоте Цинь Му всегда хранил запас всевозможных трав на экстренный случай, чтобы иметь возможность вылечить любые полученные травмы. Естественно, будучи божественным врачом этого поколения, он также носил с собой целую кучу ядовитых веществ.

Более того, даже не имея ядовитых веществ, он был в силах создать отраву используя лишь духовные травы.

Белые летучие мыши встали на ноги, как люди, и Цинь Му подошёл поближе, чтобы осмотреть их ранения, после чего тут же нахмурился. Тела существ были почти не повреждены, лишь их души пострадали от атак Шаманов Королей.

Великие шаманы Дворца Золотой Орхидеи использовали души живых существ, в том числе людей, для совершенствования. Несмотря на то, что они владели заклятиями и божественными искусствами всевозможных видов, их самой сильной стороной были техники душ. Даже боевые божественные искусства им слегка уступали.

Когда Паньгун Цо сражался с Цинь Му, он не использовал навыков душ, которыми владел лучше других. Вместо этого, парень исполнил меч Дао, техники Маленькой Нефритовой Столицы и других святых земель. Из-за этого он потерял преимущество и потерпел поражение.

Если бы он использовал божественные искусства души, исход боя было бы тяжело предугадать. Цинь Му не был уверен, что его техника создания Небесного Дьявола сможет остановить искусство противника.

Божественные искусства души Дворца Золотой Орхидеи назывались божественными искусствами шаманских заклятий, и были развиты до предела. Именно поэтому это место называли святой землёй прерий.

Две белых летучих мыши пропустили множественные удары шаманских заклятий Шаманов Королей. То, что два существа умудрились выжить, свидетельствует о их чрезвычайной силе.

— Они такие сильные, придётся увеличить дозу… — пробормотал себе под нос Цинь Му.

Две летучих мыши сразу же насторожились:

— Что ты сказал?

— Я сказал, что ваши ранения очень тяжёлые, и нужно будет увеличить дозу. Как я могу обратиться к двум друзьям Дао?

Чтобы совладать с Паньгун Цо и шаманскими заклятиями Дворца Золотой Орхидеи, Цинь Му исследовал разные ингредиенты и обрабатывал свою душу. Учения целителя не слишком часто говорили о шаманских ядах, нацеленных на душу жертвы, не затрагивая мелких деталей. Несмотря на то, что старик был Королём Ядов, он в основном путешествовал по Средиземью, лишь изредка посещая прерии, поэтому его понимание шаманских техник и ядов было недостаточно глубоким.

Тем не менее, Цинь Му уже много раз встречался со Дворцом Золотой Орхидеи, поэтом медленно обретал нужные знания.

Объединив Семь Писаний Создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, он создал метод лечения, состоящий из лекарств и техник.

— Меня зовут Фу Юйцю, а моего брата — Фу Юйчунь, — проговорила летучая мышь с более длинными ушами.

Увидев, что Цинь Му приготовил пилюли и лекарство, не используя лекарственный котёл, а просто исполняя технику рук и извлекая лекарственную энергию своей жизненной Ци, голыми руками проделывая всю работу, летучие мыши воскликнули от удивления:

— Быкоголовый врач и вправду необычен, мы потрясены!

Спустя некоторое время, Цинь Му закончил работу над первой партией пилюль.

Короткоухий Фу Юйчунь не стал сразу же принимать пилюлю, с подозрением проговорив:

— Быкоголовый врач, сначала ты попробуй!

Парень рассмеялся:

— Брат и вправду очень осторожен. Меня зовут не Быкоголовый, а Му, а моя фамилия — Цинь, — сказав это, Цинь Му проглотил пилюлю.

Только тогда существа успокоились и приняли своё лекарство. После этого юноша использовал техники создания Призрака и Земного Эона, чтобы ускорить действие лекарств и усилить души летучих мышей. Те почувствовали себя намного лучше и их раны начали заживляться.

Когда Цинь Му приготовил следующую партию пилюль, Фу Юйчунь снова заставил его их попробовать. Зверь был намного более осторожен, чем его брат.

Послушавшись, юноша проглотил и эту пилюлю. После этого летучие мыши съели свою дозу.

В этот миг на них внезапно набросилась группа великих шаманов, ведущих преследование. Ранения двух летучих мышей до сих пор были серьёзными, так как Цинь Му ещё не успел приступить к лечению их физических тел. Поэтому, протянув руку, он тыкнул пальцем в сторону атакующих, и Беззаботный Меч вылетел им навстречу.

Великие шаманы увидели жалкую атаку и громко рассмеялись:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь такой бедный, у него есть лишь духовный меч области Шести Направлений! Так нам будет намного легче обрести огромную заслугу!

Прежде чем они успели договорить, в их сторону полетел ослепляющий белый дождь из семи тысяч девятьсот девяносто девяти мечей, покинувших мешочек таоте на спине парня. В мгновение ока поток со свистом потопил свои цели.

Цинь Му щёлкнул пальцами, и Беззаботный Меч вернулся обратно в ножны. Семь тысяч девятьсот девяносто девять мечей полетели следом, вскоре исчезая за его спиной.

В том месте, где пронеслись мечи сокровищ, на земле не осталось ни единого целого трупа.

Две летучих мыши уставились широко открытыми глазами, не в силах произнести и слова.

Когда солдаты Империи Варварских Ди использовали свои пилюли ножа, зрелище было впечатляющим, но этот быкоголовый врач и вовсе напоминал армию из ста человек, отправив в своих врагов тысячи летающих мечей. Великие шаманы умерли несправедливой смертью от его руки.

— Если эти великие шаманы смогли найти сюда дорогу, значит Шаманы Короли тоже где-то неподалёку, лучше покинуть это место! — глаза Цинь Му пронеслись по округе, и он проговорил к зверям. — Друзья Дао, нам нужно двигаться дальше.

Две летучих мыши пошли следом за ним, переглядываясь друг с другом:

— Фу Юйцю улыбнулся и спросил:

— Только что те люди сказали, что ты Владыка Культа Цинь из Небесного Дьявольского Культа?

Усевший на спину цилиня, Цинь Му продолжил готовить духовные пилюли, не обращая на них внимания:

— Всё верно, впрочем, мы называем себя Небесным Святым Культом.

— Когда-то мы встречали здесь людей, которые называли себя Небесным Святым Культом. Те золотые парни тоже так их называли. Если ты владыка человеческого культа, значит, ты не принадлежишь к семье Марса?

Рассеивая форму Владыки Марса, Цинь Му вернулся к своему обычному облику и улыбнулся:

— Это правда. На самом деле я человек, и просто использовал божественное превращение моего Небесного Святого Культа.

Зверя немедленно начали проглатывать слюну, думая об одном и том же: «Как только наши раны исцеляться, мы обязательно его съедим!»

«Мы съедим его с кровью!»

****

Цинь Му закончил готовить последнюю партию духовных пилюль, после чего съел одну и спрятал остальные, не став давать их летучим мышам. Звери были сбиты с толку:

— Почему Владыка Культа Цинь не дал нам духовных пилюль?

Юноша улыбнулся:

— Эти пилюли — противоядие от моей отравы, с какой стати я буду вам их давать?

— Противоядие? — Фу Юйчунь задрожал и начал заикаться. — К-какой отравы?

— Ясное дело, это отрава, которую я добавил в ваши пилюли, — спокойно объяснил Цинь Му.

Лица летучих мышей тут же почернели, но как только они попытались наброситься на юношу, их души онемели, а тела начали извиваться от боли. Бедолаги упали на землю, неостановимо корчась.

Цилинь хихикнул и проговорил:

— Две глупых птички, осмелиться попробовать пилюли Владыки — это настоящее безумство!

Звери были в ярости, и одновременно проговорили, качаясь по земле:

— Проклятый жирдяй, сам ты глупая птица!

— Жирный, не все существа с крыльями — птицы. Они не птицы, — Цинь Му поднял двух летучих мышей с земли и поместил на спину цилиня:

— Друзья Дао…

— Заткнись! — две мыши напрочь отказывались его слушать.

— Мой яд всего лишь проник в ваши души. Это новое вещество, которое я только что разработал, и вы сейчас находитесь на первом этапе его действия. После десяти этапов, невыносимая боль разорвёт ваши души на части.

Цинь Му покачал пальцем:

— Духовный яд отличается от обычного тем, что поселяется в душе человека. Каждый раз, когда он переходит на новый этап, его токсичность вырастает на десять процентов. У меня есть противоядие, которое может устранить как раз десять процентов токсичности.

Он достал две духовных пилюли и отрезал от каждой из них по маленькому кусочку, прежде чем засунуть их в рот двух зверей. Затем он стукнул рукой, превращая оставшееся противоядие в порошок.

Юноша не оставил противоядие у себя, так как боялся, что как только летучие мыши очнутся, то сразу же его убьют, чтобы заполучить лекарство. Их можно было контролировать только если готовить противоядие непосредственно перед применением.

Противоядие подавило духовный яд в телах мышей, и их страшная боль прошла. Звери поднялись на ноги с мрачными мордами.

Спустя мгновение Фу Юйчунь проговорил:

— Мы признаём поражение и защитим тебя в Долине Призраков. Но как только ты отсюда выйдешь, наши пути разойдутся.

— По рукам! — Цинь Му не колеблясь согласился и, приготовив очередную порцию пилюль, отдал их двум летучим мышам. Затем он бросил им баночку драконьей слюны для лечения внешних ранения и проговорил:

— Нанесите драконью слюну на раны и сожрите пилюли, после этого ваши раны вылечатся.

Две летучих мыши немедленно сделали как им сказали. В следующее мгновение их раны почти полностью зажили. Уши Фу Юйцю дёрнулись, и он предупредил:

— Осторожно, под землёй живут насекомые. Проклятый жирдяй, не иди по земле!

Под ногами цилиня тут же разразились огненные облака, отрывая его от земли. Цинь Му опустил голову, увидел, что из-под почвы вырвались белоснежные щупальца, слегка качаясь в воздухе.

Этот удивительные организм был невероятно странным. На поверхности щупалец время от времени появлялись изуродованные лица и открывали рты, атакуя души людей своим криком.

Две летучих мыши тут же одновременно прокричали в ответ, и их бесшумная звуковая волна ударила о землю. Из-под поверхности тут же раздались громкие толчки, и огромное насекомое, покрытое щупальцами, высунуло половину своего тела наружу. Оно умерло от давления звуковой волны, вызванной летунами.

Вскоре насекомое расплавилось, превратившись в лужу воды, медленно впитывающейся в землю. Из останков выбралась стая крохотных человечков, которые разбежались во все стороны, превращаясь в облака зелёного дыма.

Цинь Му был ошеломлён. Что это было за существо?

— История Долины Призраков невероятно древняя. Мои предки говорили, что это место как-то связано с Юду. Древние боги открыли здесь проход в другой мир, мир Юду, — объяснил Фу Юйчунь.

— Это закончилось тем, что некоторым жителям Юду удалось сбежать сюда. Боги приложили невероятных усилий, чтобы запечатать это место, а нашей расе богов белых летучих мышей было приказано охранять его, не позволяя местным формам жизни вырваться наружу. Однако, в нашем поколении остались лишь мы с братом.

Два зверя переглянулись горькими взглядами. Их лица сморщились, пока не начали напоминать засохшие мандарины… Они оба были мужчинами, и создание потомства стало их наибольшей проблемой.

Цинь Му был ошеломлён, говоря:

— Я не ожидал, что друзья Дао окажутся стражами этого мира. Тем не менее, вы ведь братья, и оба мужчины, кто будет охранять это место после вашей смерти?

— Не говори об этом! — две летучих мыши ответили в унисон.

— Хорошо. — послушался Цинь Му, вместо этого спрашивая. — Может быть вы помните, что здесь случилось шестнадцать лет назад? Что-то на подобии метеорита не падало с небес, приземляясь в этом месте?

— Был такой случай, что-то смогло пробить барьер, созданный нашей расой, ответил Фу Юйцю.

— Мы отправлялись посмотреть, что к чему, но в том месте слишком опасно. Некоторые люди тоже пытались туда добраться, и мы сожрали парочку. Впрочем, некоторым из них всё-таки удалось благополучно дойти до места крушения, но почти все они там и полегли.

Цинь Му сразу же ощутил воодушевление и спросил:

— Что упало с неба?

— Корабль. Одна его половина осталась здесь, а вторая пробралась в Юду.

Глава 302. Бездна Призрачной Долины

«Корабль? Из деревни Беззаботной?» —слегка взволновался Цинь Му. Старейшина деревни и остальные нашли несравнимо огромный корабль, но он был разрушен, поэтому они не могли воспользоваться им. Окажись тот корабль из деревни Беззаботной, разве тогда он не смог бы отправиться в свой родной город?

Две белые летучие мыши вели себя странно. Они летели очень тихо, настолько незаметно что, если бы Цинь Му не следил за ними, они исчезли бы в мгновение ока. В следующий момент раздался шорох, и две летучие мыши повисли то ли на дереве, то ли на скале, а уже в следующий момент, хлопнув крыльями, куда-то молча полетели.

Формы жизни в Долине Призраков были несравнимо странными, а нападения очень необычны. Тем не менее, поскольку летучие мыши были здесь хранителями, они знали об этом месте каждую деталь. С ними путешествие для Цинь Му было достаточно безопасным. Иногда мыши даже убивали кого-то на своём пути ради еды.

— Хех, когда удача приходит, ничто не может остановить её, здесь черепаха-бурильщик! — сказал один из братьев.

Юноша смотрел на двух мышей, летящих над озером, прежде чем нырнуть в воду, чтобы вытащить монстра, которым оказалось шестиугольное насекомое со странными шестиугольными отметинами на теле, похожие на рисунок. В арсенале “черепахи” имелись огромные, мощные клешни, а на спине находились яйца белых насекомых размером с человека. Но некоторые яйца были уже вскрыты, словно кто-то аккуратно открыл их снаружи.

Способности черепахи были поразительны, поэтому, не желая быть схваченным двумя летунами, его клешни устремились вперёд, вызвав громовые взрывы. Молнии появились из сжатого воздуха, потрескивая окружая черепаху-бурильщика. Зрелище выглядело ужасающим. Он даже выбросил токсичную жидкость, которая растопила всё на земле, будь то почва или камень!

Сердце Цинь Му содрогнулось. Способности черепахи были не слабее, чем у цилиня. Токсичная жидкость казалась особенно ужасающей, так как могла расплавить всё на своём пути!

Способности цилиня были сильны, он находился между областями Семи Звёзд и Небожителя. Тем не менее, даже область Небожителя не сможет противостоять токсичности черепахи-бурильщика. Однако способности двух белых летучих мышей были ещё сильнее. Воздействие звуковых волн из пасти Фу Юйцю заставило черепаху-бурильщика закружиться от вибрации. Затем две летучие мыши вскочили на спину “шестиугольника”, вскрыли два яйца, запрыгнули в них и застонали, и только спустя несколько вдохов времени помахали Цинь Му и цилиню:

— Сюда, сюда, быстрее!

Юноша колебался, прежде чем позвать цилиня с собой на спину черепахи-бурильщика.

Фу Юйчунь высунул свою пушистую голову из скорлупы, как только что родившаяся крыса, и дернул ушами:

— Найдите яйцо и быстро спрячьтесь в нём, так как эта черепаха скоро проснётся. Он эксперт в плавании и повелитель в воде. Он приведёт нас от озера к реке и поплывет к глубокой яме! Его гнездо находится там!

Цинь Му был сбит с толку:

— Разве я не могу просто стоять на его спине?

— Морская морда очень умная, для него превыше всего любовь к своим детям. Если мы спрячемся в яйцах, он не нападёт на нас. Кроме того, любые другие монстры, которые нападут на нас, будут убиты им, — объяснил Фу Юйчунь.

Юноша посмотрел на цилиня и спросил:

— Ты можешь уменьшить своё тело?

Тело дракономордого было всего на шесть метров меньше черепахи-бурильщика, так что он определённо не смог бы спрятаться в яйце. Цилинь фыркнул и потряс своё тело, заставляя его медленно сокращаться:

— Владыка недооценивает меня. Меня учил Патриарх, так что, конечно, я могу уменьшить свой размер по желанию.

Он уменьшился до размеров огромной собаки, что было его пределом. С выпячивающим вперёд большим животиком дракономордый продолжал выполнять технику, но безрезультатно, поэтому через мгновение пробормотал:

— Владыка, этого хватит?

Цинь Му посмотрел на толстячка и взял самое большое яйцо. Он открыл крышку и поднял цилиня, пытаясь засунуть того внутрь.

— Как же меня давно не носили на руках, — вспоминая о прошлом, сказал цилинь.

С силой толкнув вниз, юноша впихнул пузан цилиня, но тот застрял и больше не мог двигаться. Паренёк был в ярости и положил белую скорлупку от яйца ему на голову:

— Оставайся в этом положении и не двигайся!

Сидя со скорлупой на голове, дракономордый жалостливо сказал:

— Владыка, я всё ещё расту, не надо ограничивать меня в еде…

Цинь Му открыл скорлупу и прыгнул внутрь. Внутри, казалось, было что-то вроде яичного белка, тем не менее, там было довольно удобно находиться. Он чувствовал тонкие потоки энергии, проникающие через поры в мышцы, кровеносные сосуды, меридианы, питая его плоть, кожу и волосы, да что уж, они оказывали положительно влияние даже на душу!

Стоя ровно, как штык, Цинь Му удивлённо замер, после чего попытался выполнить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Он мгновенно почувствовал ещё больше энергии, исходящей от яичного белка и позволяющей его исконному духу стать сильнее.

«Яичный белок лучше любой лечебной таблетки или чудесного лекарства. Если бы я мог остаться здесь для совершенствования, мой исконный дух, вероятно, стал бы необычайно сильным!» — размышлял Цинь Му, посмотрев в сторону других яиц и увидел, что большинство из них уже были пусты. Скорее всего другие черепахи-бурильщики повзрослели и покинули панцирь. Было только два-три других яйца, которые ещё не созрели.

«Отличная штука, я украду эти яйца, когда мы доберёмся до места назначения!» — как только он подумал об этом, огромный монстр проснулся, потряс мордой и нырнул в озеро.

Озером оказался один из притоков, поэтому зверь поплыл вместе с течением к месту, где сходились две реки. Вода той реки была очень странной. В ней жили всевозможные формы жизни Юду. Было длинное насекомое с глазами по всему телу, огромная рыба, у которой были мышцы, а на теле не было чешуи, странное насекомое, покрытое щупальцами с ртами и крючками, а также некоторые вещи, которые плавали вокруг, как души…

Цинь Му также видел несколько лотосов, плавающих на поверхности реки. Некоторые из них засыхали, выращивая из семян лотоса головку, затем из которой появлялись белые и пухлые младенцы. Отсвечивая обнажёнными ягодицами от солнца, они танцевали и хихикали, выглядя чистыми и невинными. Вдруг один из таких младенцев широко раскрыл рот, из которого вперёд метнулся двадцатиметровый длинный язык, в итоге обернувшийся вокруг странной рыбы в воде, а уже в следующий вдох времени язык дёрнулся обратно, позволяя ребёнку съесть странную рыбу, хотя не целиком, тот потом-таки сплюнул кости, постепенно погрузившиеся на дно реки.

Насытившись, ребёнок снова с головой погрузился в танцы и хихиканье, как вдруг на него спикировала огромная птица и тут же целиком проглотила.

«Что за монстры такие?» — вздрогнул Цинь Му.

Наконец, черепаха-бурильщик привёл их в глубокую яму, о которой упоминали две летучие мыши. Вместо глубокой ямы, её было бы лучше описать бездной. Там сходились две реки, затем, непрерывно грохоча, спускались в неё.

Когда они уже чуть было не провалились в бездну, черепаха-бурильщик внезапно выскочил из воды и поднялся в воздух, с резким свистом распрямив два жёстких крыла, а под ними два мягких. Последние были остры, как лезвия бритвы. Они с гудом дрожали, направляя монстра вниз, прямо в бездну.

Цинь Му и остальные, всё ещё находясь в яйцах, которые, как выяснилось, располагались прямо на жёстких крыльях, ударились об их стенки. Когда монстр летел, жёсткие крылья не двигались, только мягкие непрерывно хлопали.

Парень огляделся изнутри яйца, увидев огромные, извергающие споры грибы, проросшие прямо из отвесных стен пропасти. Споры светились и парили в воздухе, как одуванчики. Огромные рыбы иногда выпрыгивали из бушующего водопада, чтобы полакомиться спорами. Как только они это делали, их тела раздувались в воздухе и взрывались. Затем из тел бедолаг прорастали огромные, весьма странные грибы.

Споры взрывали только нижнюю половину тела зверей, оставляя верхнюю в порядке, благодаря чему те были по-прежнему живы. Терялся только их эстетический, так как их нижние части тела становилась грибами. Длинные корни выросли из грибов, порхая в воздухе. Некоторые из них высаживались где-то поблизости и сразу же пускали свои корни. Грибы, которые находились в зверях, помогали им охотиться, тем самым создавая странный симбиоз.

Черепаха-бурильщик продолжал лететь вниз под светящимся мерцанием странных грибов. Если бы не они, бездна бы полностью погрузилась в непроглядный мрак. После бесчисленных километров полёта вниз, они, наконец, добрались до дна бездны. Там было очень влажно, а окрестности заполоняли светящиеся кристаллические колонны. Они были полупрозрачными и сверкающими очаровательным блеском, который освещал всё подземелье.

Черепаха-бурильщик соорудил гнездо на куске огромного хрустального столба и приземлился там. После того, как он приземлился, Фу Юйцю оглушил его звуковыми волнами. Цинь Му, который поглотил всю энергию внутри яйца, выпрыгнул из него, выглядя освежённым. Он сразу же пошёл вперёд и сорвал остальные три яйца, которые были ещё полны, положив их в свой мешок таоте.

— Владыка, я не могу выбраться! — жалобно кричал цилинь.

Юноша пошёл вперёд и потянул дракона за два уха, тратя все свои силы, чтобы вытащить его, после чего сердито гаркнул:

— Если ты будешь таким толстым, скоро я начну тебя кормить грязью!

— Я не толстый, у меня просто кость широкая, — пробормотал зверь еле слышимым голосом.

Две белые летучие мыши тихо взлетели вверх и сказали:

— Здесь разбился корабль из вне, создав эту глубокую яму. Когда он дошёл до дна, он ещё разбил барьер запечатывания Юду. Если пойдём прямо, то совсем скоро упрёмся в корабль. Однако там живёт большинство форм жизни Юду.

Цинь Му последовал за летучими мышами. Пройдя не так далеко, они заметили пару трупов, владельцами которых оказались сильные практики Дворца Золотой Орхидеи, и, основываясь на состоянии разложения тел, они умерли не так давно.

Юношу вели летучие мыши, поэтому во время всего пути через Долину Призраков по-настоящему опасных ситуаций так и не случилось, тем не менее, попытайся он пересечь всё это расстояние полагаясь лишь на свои силы, результат оказался бы совершенно иным. Те, кто достиг этого места, были в основном экспертами. По уровню самые слабые из них находились в области Семи Звёзд. Жаль только, что они не смогли увидеть корабль перед смертью.

Не много времени спустя Цинь Му увидел скелеты, по их вещам он понял, что это были ученики Небесного Дьявольского Культа. Он вздохнул и собирался поднять несколько камней, чтобы похоронить их, как вдруг “камни” совершенно внезапно убежали.

Они шли вперёд, пока вдруг не услышали голос Будды, протяжно разлетающийся по подземному пространству. Подойдя туда, они оказались в месте, где раздавался голос, и увидели двух старых монахов в жёлтых одеждах, сидящих со скрещёнными ногами на каменных колоннах. Из колонн были высечены две святыни, в которых сидели два старых, длиннобровых монаха. Голос Будды непрерывно доносился из их тел, в то время как буддистские лучи, пульсируя, иногда становились яркими, а иногда тусклыми, защищаясь от нахлынувшей дьявольской Ци.

— Монахи Монастыря Великого Громового Удара! — с удивлением воскликнул Цинь Му. — Они уже мертвы?

Два брата были также удивлены. Фу Юйцю сказал:

— Два лысых осла обладали крайне высокими способностями. Они сказали, что они пришли сюда по приказу Жулая, чтобы помочь нам подавить необычные движения Юду, предотвращая вред всему живому, который могла нанести форма жизни Юду. Мы не смогли одолеть их, поэтому позволили им остаться здесь. Они сидели здесь более десяти лет и очень нам помогали. Было несколько раз, когда печать была почти сломана, и они помогли нам с подавлением. Никогда бы не подумал, что они умрут от истощения…

Фу Юйчунь вздохнул:

— Мы когда-то думали, что они вкусные, но теперь я совсем не хочу их есть… Тот корабль, который упал с неба, прямо перед нами.

Подняв голову, Цинь Му задрожал всем телом.

Глава 303. Гигантское Тело Тирана

Пространство под землёй было огромным, и в самом его конце находилась гора, напоминающая верхнюю часть тела гигантской статуи. Её размер был невероятно большим, и хоть всё тело покрывали чёрные скалы, нос, глаза и уши были высечены с учётом мельчайших деталей.

Так как виднелась лишь верхняя половина тела, нижняя часть должно быть находилась под землёй, или её совсем не существовало.

В воздухе за спиной статуи парил древний корабль. Его верхняя половина торчала снаружи, в то время как другая исчезала в каких-то огромных вратах. И хотя на последних располагалась печать в форме пчелиного улья, корабль смог её пробить, проникая в другой мир… Скорее всего, это была печать Юду, о которой упоминали летучие мыши.

Древнее боги, должно быть, открыли проход из настоящего мира в мир Юду, выпустив наружу всевозможные формы жизни Юду, отчего богам пришлось запечатать это место. Расе белых летучих мышей было приказано остаться на страже, и жизнь вокруг протекала в достаточно спокойном русле, пока корабль не разрушил печать.

Судя по их внешнему виду, печати ослабли, особенно в том месте, где их касался корабль. Там виднелись бесчисленные трещины.

Кроме того, проблема заключалась в том, что существа из Юду выбирались в Великие Руины через корпус судна!

Они, странно выглядящие, время от времени спускались на землю. Некоторые тут же расправляли крылья, улетая, в то время как другие просто спрыгивали. Тем не менее, они не успевали далеко отбежать, когда срабатывали печати, бесшумно отрубая головы беглецов ярким лучом света.

Огромная статуя бога, врата, корабль, печати, формы жизни Юду — этот подземный мир казался пёстрым и угнетающим.

«Врата выглядят довольно знакомо…» — смерил огромные врата взглядом Цинь Му, ощущая, что он уже их где-то видел, однако, так и не вспомнил, где именно.

— Как погибли двое столь сильных монахов? — пробормотав, слегка нахмурился он. Способности двух монахов значительно превышали силы летучих мышей, и с того времени, как они отправились сторожить это место по приказу Жулая, ситуация наладилась. С какой стати их настигла внезапная смерть?

Две летучих мыши сказали, что те умерли от истощения, но судя по внешнему виду трупов, причина была в чём-то ещё. Так как физические буддистские тела старых монахов оказались способны защититься от дьявольской Ци Юду даже после смерти, их способности должны быть невероятны. Даже если они были слабее существ уровня владыки культа области Божественного Моста, их сила была недалеко от такого уровня.

Для таких мастеров, умереть от истощения в бою с дьявольским вторжением было практически невозможно.

Неужели какие-то ужасающие существа, прокравшиеся в этот мир через корабль, смогли убить мужчин? Или может быть что-то напало на божественные печати, и монахи потратили все свои жизненные силы, отбиваясь?

Независимо от того, что это было, ничем хорошим подобная ситуация не пахла. Если Цинь Му попытается подойти к кораблю, он определённо начнёт встречать скрытые опасности одна за другой.

«Юду, мир Графа Земли, место, которому принадлежат души. Посланники Графа Земли провожают души умерших в мир Юду, будучи вестниками смерти. Когда-то я повстречал такого вестника, и им оказался старик, делающий бумажные кораблики во тьме Великих Руин. Несмотря на свой странный вид, их можно назвать мирными. Если не мешать им делать свою работу, проблем не найдёшь», — размышляя, осматривал окрестности Цинь Му.

Казалось, что мир Юду Графа Земли имел свои собственные правила и законы. Вестники смерти им повиновались, и Владыка Земли не вмешивался в дела реального мира.

В таком случае, чем были те существа из Юду, заполонившие Долину Призраков?

Они были могущественными, странными, демоническими и даже злее, чем Небесная Дьявольская Орда, которую Цинь Му встречал раньше!

По сравнению с существами из Юду, Небесная Дьявольская Орда считалась бы доброй.

Все эти существа были крайними противоположностями вестникам смерти!

Юноша посмотрел на корабль, который не висел в небе, но и не лежал на земле. Печати, закрепившие его на месте, напоминали шестигранные столбы, слоями выстроенные в воздухе. Они были полупрозрачными, будто цветное стекло. Однако, из корабля исходила дьявольская Ци и другие странные ауры, к тому же вокруг него слышался едва различимый неистовый звук, напоминая крик бесчисленных душ, страдающих в Юду.

Цинь Му собрался с мыслями, и его тело внезапно задрожало. Он превратился в создание с телом змеи и свитком в руке, в то время как за его спиной появились Врата Небесной Воли. Его змеиный хвост пополз вперёд, поднимаясь в небо, чтобы обойти скульптуру бога перед судном.

Две летучих мыши подпрыгнули от испуга и немедленно замахали крыльями, с любопытством осматривая юношу:

— Превратился, он снова превратился! Он был коровой, затем превратился в человека, а теперь стал змеёй!

— А дверь-то очень странная, нужно взглянуть! — заинтересованно проговорил Фу Юйчунь, собираясь открыть Врата Небесной Воли и заглянуть внутрь.

— За этими вратами мир Юду. Если вы хотите умереть, позволив своей душе войти туда, можешь открывать, — строго проговорил Цинь Му, как вдруг его сердце резко вздрогнуло, и он завис в воздухе, смотря на огромные врата впереди.

Врата Небесной Воли.

Врата, на которых висели печати, являлись Вратами Небесного Воли.

Если всё действительно именно так, тогда что это была за скульптура?

Юноша с трудом повернул голову, смотря на статую бога.

Разве скульптура и врата не совпадали с обликом, который только что принял Цинь Му?

— Это не скульптура, а существо, которое полностью освоило форму Владыки Сатурна! — мозг заработал на полную Цинь Му. Несмотря на то, что в любом исполнении Владыка Сатурна обретал тело змеи с головой человека, достичь появления свитка в руке удавалось далеко не всем. Даже Имперский Наставник Вечного Мира не смог освоить технику на столь высоком уровне, и это несмотря на то, что тот считался святым, появляющимся раз на пятьсот лет!

Такая форма являлась самой совершенной.

Однажды Цинь Му предположил, что так результат был свойственен только Телу Тирана, отчего переполнялся уверенностью, что даже Имперский Наставник никогда не сможет стать ему ровней. И теперь он оказался столь везуч, что наткнулся на ещё одно существо, которому удалось совершенствовать Врата Небесной Воли.

— Древнее Тело Тирана? Почему оно окаменело? Как оно оказалось в таком состоянии? — пробормотав, Цинь Му некоторое время молча стоял в воздухе, рассматривая статую бога. Впрочем, это была не статуя, а бог, принявший форму Владыки Сатурна. Вторая половина его тела была сокрыта под землёй.

Его Врата Небесной Воли превратились во врата, соединяющие Юду с миром живых, однако, было невозможно определить, почему именно они вышли из-под контроля. Тем не менее, всё это привело к тому, что существа из Юду смогли прорваться наружу и посеять хаос в настоящем мире, тем самым, не оставляя древним богам иного выбора, кроме как запечатать их.

«В таком случае, как он окаменел, и кто в этом повинен?» — был слегка озадачен парень. Из-за чего это древнее Тело Тирана оказалось в таком состоянии? Почему после его смерти врата не закрылись? Как они смогли соединить Юду и мир живых?

Белые летучие мыши говорили, что древние боги открыли врата между Юду и настоящим миром, но что это значило?

Получается звери знали, что именно тогда случилось?

Цинь Му был ещё недостаточно силён, поэтому не мог разгадать всех тех загадок, в итоге просто осторожно полетев в сторону корабля. Чем ближе становилось судно, тем сильнее ощущалась его необъятность.

Естественно, он не шёл в сравнение с Кораблём Солнца и Кораблём Луны, но значительно превосходил летающие корабли Империи Вечного Мира.

Он не выглядел как вещь, происходящая из мира смертных. Корпус судна был покрыт всевозможными рунными символами, и несмотря на то, что большинство последних были разрушены, часть из них время от времени всё ещё сверкала жизнью. Каждый раз, когда свет гас, формы рун менялась.

Детально понаблюдав за данным процессом, Цинь Му мог бы подчерпнуть для себя что-то полезное, однако, на подобное у него не было времени. Он тайком взлетел над кормой корабля, где увидел множество его разрушенных частей. Впрочем, основа корпуса осталась целой.

Печати, оставленные древними богами, не атаковали его и летучих мышей. Они были нацелены лишь на существ из Юду, не неся в себе угрозы для людей из мира живых.

Цинь Му приземлился на землю, цилинь и летучие мыши приземлились следом. Поверхность палубы была покрыта зелёной жидкостью, отдавая слабым свечением. Парень случайно наступил в лужу такого вещества, немедленно отпрыгнув в сторону. Он обнаружил, что к его ноге приклеились нити, напоминающие шёлк.

Фу Юйцю набрал полную ладонь жидкости и понюхал:

— Скорее всего, это останки мёртвых насекомых.

Цилинь потряс своим телом, и выплюнул во все стороны огненные шары, немедленно сжигая вещество на палубе. Как вдруг из кормы корабля вылетел шар дьявольской Ци, тут же гася исконный огонь зверя. Фу Юйцю и Фу Юйчунь немедленно переметнулись к Цинь Му, издавая бесшумный визг, чтобы защитить парня от дьявольской атаки.

Бум!

Неожиданно в их сторону подула невероятная сила, сдувая летучих мышей вдаль. Даже Цинь Му и цилинь, стоящие позади, взмыли в воздух.

Приземлившись, они взволнованно посмотрели вперёд.

Темнота мчалась в их сторону, будто обретя сознание. Цилинь воскликнул и нахмурился. Внутри его тела раздался хруст, и оно тут же начало увеличиваться в размерах. Его драконьи чешуйки заскрипели, трясь друг от друга, и вскоре зверь обрёл свою настоящую форму гигантского полудракона. Вокруг него засверкали огонь и молнии, двигаясь в глубины корабля…

Открыв пасть, цилинь продолжил извергать огонь и молнии. Его способности были очень высоки, и даже практикам области Небожителя пришлось бы избегать такой атаки. Тем не менее, столкнувшись со тьмой она напомнила глиняного бычка, входящего в море, не способного поднять даже малейшей волны.

Две летучих мыши взмахнули своими крыльями, закружившись в воздухе. Тонкие белые волоски на их теле тут же посыпались ливнем, выстреливая в темноту, будто бесчисленные белые иголки.

После этого звери призвали свои волоски назад, однако, как бы они не старались, иголки не возвращались. На мгновение они начали напоминать двух огромных полностью облинявших крыс, стоя посреди палубы и дрожа от холода.

Темнота продолжала продвигаться вперёд в спокойном темпе. Внутри неё раздался нежный смех и какая-то неразборчивая речь.

Но это не был божественный голос, собственно, как и буддистское чтение.

Выражение лица Цинь Му резко изменилось, и он произнёс все слова на языке Юду, которые были ему известны.

Тьма внезапно остановилась, переставая двигаться им навстречу. Вместо этого она в спешке двинулась обратно. Туча белых волосков вернулась к своим хозяевам, отчего те превратились в подобие ёжиков или даже одуванчиков.

Две летучих мыши недоумевали, но не забыли потрясти своими телами, заставляя волосы залезть обратно в поры.

Глава 304. Старик на картине

Паньгун Цо с группой великих шаманов и Шаманов Королей пробрались ко входу в бездну. Осталось менее сотни практиков божественного искусства Империи Варварских Ди. Все остальные погибли в том странном и непредсказуемом лесу Долины Призраков. Было очень много жертв, даже несмотря на то, что бесчисленное множество экспедиций великих шаманов Дворца Золотой Орхидеи исследовали это место в прошлом…

Для Паньгун Цо жизни этих солдат, великих шаманов и даже Шаманов Королей, не имели никакого значения. Цель всех этих людей защитить его, отдавать свои жизни, ради того, чтобы он добрался до центра долины. Будучи старым монстром, который жил в течение десяти тысяч лет, ему было уже всё равно на чью-то жизнь. Он дорожил только собой.

— Наконец-то я здесь, — смотря вниз, Паньгун Цо стоял на краю пропасти. Последний раз он слышал о Долине Призраков шестнадцать лет назад.

Инцидент с летающим кораблем из вне, врезавшимся в долину, привлёк внимание трёх могущественных организаций, которыми оказались Дворец Золотой Орхидеи, Небесный Дьявольский Культа и Монастырь Великого Громового Удара. И все они нацелились на это место. Тем не менее, в то время Небесный Дьявольский Культа не имел Владыки, Монастырь Великого Громового Удара знал кое-какие секреты, поэтому они не пошли исследовать это место.

В то время как Паньгун Цо уже был практически одной ногой в могиле, а поскольку, по его мнению, ценнее его жизни на свете ничего не было, он не стал идти лично. Вместо этого он спрятался в своём золотом дворце, чтобы дождаться Святое Дитя Реинкарнации. Тем не менее, сломанный меч, который Шаман Король принёс из Долины Призраков, заставил его задуматься, что корабль из вне был совсем необычным. И как только ему удалось перевоплотиться и поднабраться сил, он добрался сюда, а чтобы себя максимально обезопасить, он позаимствовал военную мощь Хана Жуаньди, армия которого полным ходом готовилась ко вторжению в Империю Вечного Мира, для безопасного путешествия в это место.

— Гунму, да и все остальные, вы ведь чувствуете? — тихо спросил Паньгун Цо. — Данное место наполнено силой душ, осколки которых породили все эти странные формы жизни. Для нас, шаманов, это лучшая священная земля.

Рядом с ним великие шаманы и Шаманы Короли чувствовали пульсацию своих душ. Атмосфера здесь заставляла их души и изначальные духи танцевать в ликовании. Это место было переполнено силой душ и духов. Обильная духовная энергия и энергия душ здесь превзошли то, что они могли найти во Дворце Золотой Орхидеи!

По пути они повстречали множество странных форм жизни Долины Призраков, которые оказались настоящим кошмаром для солдат Империи Варварских Ди, однако, для этих великих шаманов они были похожи на движущиеся пилюли, конечно, немного опасные пилюли. Тем не менее, использование душ и духов других форм жизни было методом совершенствования шаманов!

Шаман Король Гунму с жадностью вдохнул воздух, идущий из бездны. Духовная энергия там была ещё сильнее, и он воскликнул:

— Если Дворец Золотой Орхидеи обоснуется здесь, мы сможем увеличивать силу наших последователей в два раза быстрее! Духовная энергия и энергия душ здесь даже помогают улучшить исконный дух!

Само собой разумеется, что Дворец Золотой Орхидеи, который силён в душах и духах, так силён и в исконных духах. Их достижения в душах, духах и исконных духах были очень глубокими. Другие священные земли и даже Монастырь Великого Громового Удара уступали им в данном аспекте. Вот только их странный метод совершенствования, основанный на использовании душ и духов живых существ, всегда подвергались критике. Если бы они могли захватить это место, тогда, полагаясь на местные, так сказать природные, ресурсы, Дворец Золотой Орхидеи определённо стал бы сильнейшей священной обителью Средиземья!

— Важно не это, а летающий корабль из вне, — сказав, Паньгун Цо мягко добавил. — Меня привлекает не то, как заимствовать духовную энергию и энергию душ для совершенствования, а как прорваться, превзойти границы людей и стать богом. Этот корабль поможет мне с этим, ведь он прилетел из космоса… — договорив, он молча спрыгнул вниз. Другие великие шаманы, Шаманы Короли и оставшиеся солдаты Империи Варварских Ди прыгнули за ним, охраняя его от опасностей.

Паньгун Цо был существом, которое жило в течение десяти тысяч лет и знало много секретов. Другие священные обители, такие как Монастырь Великого Громового Удара и секта Дао, опирались на истории, записанные в их книгах, которые могли быть предвзятыми, но он полагался сугубо на свою собственную память. Несмотря на то, что его жизнь не превзошла продолжительность существования Монастыря Великого Громового Удара или секты Дао, он когда-то был частью высшего уровня этих двух священных земель. Он даже жил в Маленькой Нефритовой Столице и видел секреты, записанные там.

«Этот корабль, возможно, прибыл из того таинственного места, где люди могут стать богами. Несмотря ни на что, я должен забрать корабль и отправиться туда!» — подумал он про себя.

По пути их атаковали всевозможные непонятные и странные формы жизни из бездны. Многочисленные воины, великие шаманы и Шаманы Короли сделали всё возможное, чтобы защитить юношу… и, потеряв более десятка человек, они всё-таки достигли дна бездны.

****

На корабле-сокровище Цинь Му посмотрел на дьявольскую Ци, которая, почувствовав нерешительность, отступала. В той Ци определённо таилась ужасающая сущность, и он не знал, являлась ли та формой жизни Юду, однако, её способности были чрезвычайно сильны, сильнее, чем у двух белых летучих мышей. Но существо отступило, как только услышала речь на языке Юду, что было как минимум немного подозрительно.

После того, как дьявольская Ци убралась, жалкие крики, затянувшиеся вокруг, также исчезли. Вокруг стало несравнимо тише, и странных форм жизни, ранее постоянно изливающихся из мира Юду, больше не появлялось. Из-за тишины всё, казалось бы, стало ещё более странным.

«Существо, измотавшее двух выдающихся монахов до смерти, должно быть на этом корабле!» — нахмурился Цинь Му. Над кораблём повисла гнетущая тишина.

— Жирдяй, Юйчунь, Юйцю, пойдёмте посмотрим, однако, если столкнёмся с какой-либо опасностью, мы сразу же отступим — сделав шаг вперёд, сказал юноша.

Фу Юйчунь и Фу Юйцю полетели перед ним, хлопая крыльями. Две белые летучие мыши летели молча, опустив морды. Цилинь последовал за группой, охраняя с тылу. Они двинулись левее от корабля, столкнувшись с печатями улей. Улья здесь были всё ещё очень плотно упакованы, позволяя только едва заметной дьявольской Ци просачиваться через трещины.

Внезапно что-то около них скрипнуло, и открылась дверь, через которую выходил еле видимый свет. Две белые летучие мыши поспешно уклонились, разойдясь в разные стороны, и повисли между двумя сторонами двери. Вытянув головы в сторону комнаты, они осмотрелись. Комната являлась частью палубы и имела двадцать метров длины и ширины. Внутри она была заставлена нефритовыми столами и ширмами. На одном из столов горели подсвечники, а в клюве бронзового журавля была курильница. Из неё по спирали поднимался дым.

Там никого не было, но, глядя на подсвечники и курильницу, казалось, ещё несколько минут назад там кто-то был.

— Тут безопасно! — сказал Фу Юйчунь.

Цинь Му открыл свои Зелёные Глаза Небес и не увидел никаких проблем. Затем он сделал ещё одну развертку Глазами Небес Киновари, но всё также не замечал никаких проблем. Они вошли в комнату и огляделись. Фу Юйцю сказал:

— Странно, эта дверь никогда не открывалась раньше, но открылась сегодня…

— Никогда не открывалась раньше? — юнец был слегка ошеломлён.

Две белые летучие мыши кивнули в унисон:

— Мы не могли открыть эту дверь всеми нашими силами. Очень странно…

В этой комнате было не так много вещей, кроме картины на которой изображались зелёные горы и голубые воды. В самом центре реки стояла небольшая лодка, а на носу лодки сидел старец, который ловил рыбу. Один из братьев подошёл к нефритовому столу, желая поднять подсвечник, но он не смог поднять его, поэтому ему пришлось отбросить эту мысль.

Цинь Му осмотрел это место, смутно чувствуя, что кто-то смотрит на них, наблюдает, но не мог найти источник взгляда, из-за чего пребывал в настороженном состоянии. Он оглянулся, но так ничего и не заметил. Его жизненная Ци вылилась и превратилась в зеркало, отражающее окружение… и только в этот момент он заметил, как рыбачащий старик на картине украдкой повернул голову, чтобы осмотреть их группу.

Парень повернулся и набросился на картину. Старик потерял голову от страха и тут же бросил удочку, упрыгивая прочь. Он был чрезвычайно проворен, выбежав из картины на стену, а затем скрывшись за дверью.

Немедленно погнавшись за ним, Цинь Му открыл дверь и выбежал, после чего дверь с хлопком захлопнулась. Сильно удивившись, он отступил назад, а Беззаботный Меч, который был на его спине, поднялся в небо, превращаясь в защитную Форму Меча Волны. Между тем он протянул руку, толкнув дверь, и громко сказал:

— Братья Фу, жирный, быстрее сюда! Братья Фу…

Цинь Му повернул голову назад и обомлел. Эта комната не была той, в которую он входил раньше. Это была комната для вышивания какой-то женщины! Комната, в которую они пришли, бесследно исчезла!

****

Две летучие мыши и цилинь поспешно открыли дверь, но встретили лишь пустоту, юноша растворился в воздухе. Их выражения лиц резко изменились, они поспешно открыли двери в другие комнаты, но так и не смогли найти никаких следов Цинь Му.

— Что происходит? — цилинь толкнул дверь за собой и, вытянув морду, осмотреться. — Это не та комната, из которой мы пришли! На этом корабле творится что-то странное с комнатами!

Две летучие мыши закрыли дверь, которую открыли, и увидели, что комната превратилась в другую, когда они открыли её снова. Они сделали это ещё несколько раз, каждый раз, когда они закрывали и открывали дверь, комната становилась другой!

— Нам конец! — дрожащим голосом, сказал Фу Юйчунь. — Если мы не найдем его, наша раса белых божьих летучих мышей исчезнет. Без него нам не выжить!

— Не паникуй, — сказал цилинь. — Когда-нибудь комнаты точно закончатся… не могут же они бесконечно меняться. Если найдём предыдущую комнату, тогда сможем вычислить закономерность. Ты хорош в алгебре?

****

Сердце Цинь Му неистово колотилось. Немедленно войдя в комнату для вышивки и закрыв дверь, он думал: «Я вошёл в ту же дверь, так почему же она стала другой комнатой после закрытия и открытия двери? Определённо существует какой-то способ, при помощи которого пространство наслаивается таким образом. Несмотря на то, что корабль огромен, в этом месте не может быть бесконечное количество комнат, обязан быть предел. Пока количество комнат ограничено, можно найти закономерность».

Успокоившись, он осмотрелся. В этой вышивальной комнате были зажжены настенные светильники, а на стенах висело несколько вышивок. Под ними располагался рабочий стол с платком драконов, играющих с фениксами. Чуть дальше находился письменный стол. На нём лежали кисть, чернила, бумага и чернильный камень, а рядом лежал коврик для сидения. Чернила на бумаге всё ещё не успели просохнуть: “Влажная роса течёт туда-сюда под нежным жёлтым ветром. Ночное шоу человеческого мира не случайно, утончённый характер и лёгкий макияж, который так же прекрасен, как небо. Кто может сравниться с ним?”

После этого слова резко оборвались. Должно быть, произошло что-то срочное, из-за чего человек не мог продолжать писать.

Изучив почерк, Цинь Му с удивлением подумал: «Техника не уступает моей, она такая изящная».

В этот момент ранее рыбачивший старец внезапно вошёл в письмена перед ним и моргнул. Юноша ухмыльнулся и поднял кисть, чтобы размазать его, но старик прыгнул на стол, после чего вновь побежал на стену, а затем юркнул через другую дверь.

Держа кисточку в руках, Цинь Му немедленно погнался за ним. Старец на картине исчез после того, как вошёл в следующую комнату, поэтому он не знал, где тот спрятался на сей раз. Войдя в комнату, он огляделся. На этот раз комната оказалась учебной, ведь вокруг находилось много очень древних книг.

Цинь Му вытащил одну из книг, но как бы не пытался открыть, у него совсем ничего не получалось. Внезапно старик выпрыгнул из книги и вошёл в другую. Парень поспешно вытащил ту книгу, и на этот раз всё же смог открыть её. Он покрутил её и увидел, что это семейный журнал записей: “Первое поколение, Император-Основатель Цинь, его имя Е, Владыка Мира…”

Цинь Му был ошеломлён: «Император-Основатель от Меча Императора-Основателя, Море Крови? Фамилия этого Императора тоже Цинь, такая же, как и моя».

Семейный журнал записей был очень толстым, с заметками о жизни и браках каждого человека с фамилией Цинь. Юноша полистал книгу, чтобы найти старика на картине. Когда он дошёл до последней страницы, там было только одно предложение: “Сто седьмое поколение, сын Ханьчжэня, Фэнцин”.

После этого семейный журнал записей закрылся.

Глава 305. Божественная Змея

Паньгун Цо и остальные наконец-то добрались до древнего корабля. Под атаками странных существ Долины Призраков по пути погибло ещё от тридцати до пятидесяти мастеров.

— Ваше Высочество, совершенствование этих монахов очень высокое, они почти достигли уровня Жулая!

Шаман Король Гунму увидел двух монахов, сидящих на вершинах двух скал, и его глаза загорелись:

— Из их физических тел можно создать неплохой артефакт! Нужно их забрать!

Паньгун Цо не высказал своего мнения на этот счёт, и Шаман Король повёл людей к вершине скалы в сторону тел монахов.

Несмотря на то, что те уже были мертвы, они продолжали излучать святые буддистские лучи. Вибрации голоса будды сдерживали дьявольскую Ци, пытающуюся вырваться наружу. Как только тела монахов забрали, Ци по ту сторону печати немедленно начала яростно дрожать, отчего ворота задрожали от нескончаемых ударов.

Внезапно дьявольская Ци прорвалась сквозь печати, своей силой создавая новые трещины на их поверхности. Старые трещины быстро увеличивались в размерах.

В этот момент по ту сторону ворот раздался неясный глухой звук, после чего дьявольская Ци немедленно начала отступать, а ужасающие удары прекратились.

Вокруг воцарилась странная тишина.

— Я, наконец-то, здесь, рядом с кораблём, внутри которого лежит мой шанс стать богом! — Паньгун Цо посмотрел на корабль из открытого космоса, и его спокойное сердце слегка взбудоражилось. Под его ногами расцвели лотосы, поднимая в воздух.

Отряд забрался на палубу, начиная осматриваться. Внезапно великий шаман обнаружил открытую дверь, немедленно сообщив о находке.

Поведя всех в сторону комнаты, Паньгун Цо отправил несколько солдат разведать обстановку. Когда те обернулись, чтобы вернуться обратно, дверь перед ними внезапно закрылась, и когда они открыли её снова, то уже не могли найти своего лидера и остальных.

Люди вокруг Паньгун Цо продолжали отправляться в разведку, и численность отряда постепенно уменьшалась. Несмотря на то, что юноша не слишком переживал об их жизнях, он не мог побороть панику, охватывающую его.

— Не расходитесь! — лицо парня обрело мрачный вид, когда он детально осматривал двери. Затем он ухмыльнулся. — Заклятие внедрения, пространственное внедрение, переплетение слоёв… я когда-то видел записи о подобной технике в Маленькой Нефритовой Столице, это заклятие времён Императора-Основателя!

Шаман Король Гунму ещё не успел потеряться, и радостно проговорил, услышав слова Паньгун Цо:

— Ваше Высочество определённо знает способ, как здесь передвигаться!

Тот покачал головой:

— В Маленькой Нефритовой Столице не было метода для решения проблемы. Впрочем, заклятие внедрения — это заклятие пространства и алгебры. Мои познания в этих областях очень высоки, возможно, даже Мастер Дао не сравнится со мной. Решить закономерность будет не слишком трудно. Идём, я хочу посмотреть, сможет ли этот корабль меня удержать!

****

Стоя посреди кабинета, Цинь Му закрыл семейный реестр: «Последний человек из родословной Императора-Основателя называется Цинь Фэнцин. Может быть он владелец этого корабля? Семья Цин Императора-Основателя берёт своё начало в незапамятных временах. На протяжении многих поколений она имела огромную власть. Фамилия владельца этого корабля Цинь, неужели я как-то с ним связан?»

Цинь Му собирался положить книгу обратно на стол, но какая-то странная сила заставила его передумать, и бросить её в свой мешочек таоте.

Как только его рука отпустила реестр, старик из картины выскочил наружу и побежал по столу, мерцая на лежащих на нём бумажках. Он собирался схватить странного человечка, когда перед его глазами внезапно возник чей-то силуэт.

Перед столом появился молодой мужчина, двигаясь навстречу Цинь Му. Было слишком поздно пытаться избежать столкновения, но незнакомец попросту прошёл сквозь него…. Им оказался призрак…

Человек владел необычайным обаянием, поэтому, когда мужчина проходил сквозь парня, у того возникло приятное дружественное чувство.

Цинь Му удивлённо обернулся. Он смотрел, как молодой мужчина в белой одежде неспеша подошёл к стене и сделал движение, будто открывал дверь. После чего исчез.

Юноша немедленно сделал шаг вперёд, и вправду обнаруживая дверь в том месте, где исчез мужчина. Он открыл её, снова увидев перед собой незнакомца. Они оказались в большом зале здания, которое внезапно заполнилось людьми, бегающими туда-сюда. Огромное количество незнакомцев куда-то спешили, и парень понятия не имел, откуда они взялись. Несколько людей застигли его врасплох, тут же проскочив сквозь тело. Они все казались невероятно активными, а некоторые почему-то теряли равновесие, наклоняясь то вправо, то влево.

Казалось, будто корабль подвергся сильному удару, отчего парочка тел подлетела в воздух. Также в зале были раненые, и многие сплёвывали кровь.

Мужчина в белом поднял руки вверх, отчего все люди в зале подлетели, прежде чем медленно опуститься на землю. Несмотря на то, что судно продолжало неистово дрожать, они неподвижно замерли на месте.

Женщина с изящным и элегантным видом в спешке подбежала к мужчине в белом, но Цинь Му не сумел расслышать их разговора. Молодой мужчина, казалось, о чём-то посоветовался, после чего вышел из зала.

Взгляд Цинь Му остановился на теле женщины, и в его голове началась какая-то путаница. Он почувствовал, будто был с ней знаком, будто она была кем-то близким и родным.

Он колебался некоторое время, но в конце концов решил пойти следом за мужчиной в белом. Тот прошёл по длинному коридору, открывая дверь за дверью.

Позднее мужчина махнул рукой, позвав к себе свой меч, который тут же приземлился ему на спину, в то время как Цинь Му просто продолжил идти по следам призрака. Но когда он обратил внимание на меч, то слегка удивился, ведь меч, казалось, был тем самым, что у него.

Мужчина в белом подошёл к корме корабля и поднял голову к небу, что-то говоря. Внезапно небеса резко содрогнулись и в них появилась невероятно огромная змея, сверкая своей широко открытой пастью. Она была невероятно далеко от них, но её размер также был огромен. В ночном небе виднелись лишь голова и шея, а остальная часть тела была сокрыта во тьме.

На голове ужасной змеи стояли страшные создания, не слишком напоминающие людей, при этом выглядя как статуи богов Великих Руин, только во плоти. Они как раз отправляли на корабль свои атаки, каждая из которых напоминала конец света.

Внимание Цинь Му привлекли навыки меча мужчины в белом, так как они не были похожи ни на что из мира смертных. У них было определённое обаяние, что-то вроде Дао, о котором упоминали старейшина деревни и Мастер Дао.

Старейшина твердил, что достичь Дао позволяли навыки меча, в то время как Мастер Дао говорил, что его секрет лежит в математике. Однако, техника мужчины в белом отличалась от того, во что верили старики. В нём был какой-то другой путь меча, но Цинь Му не был в силах понять в чём именно тот состоял… его рассуждения были ещё слишком слабыми и неполноценными. Тем не менее, он продолжал пристально наблюдать. В прошлом ему довелось изучить всевозможные техники, в итоге полностью постигнув их мудрость, так что его способности можно было назвать великими. А когда старейшина заставил его принять звание Императора Людей и отполировал навыки, он перешёл на уровень навыка, начало навыков меча основателя.

После этого он находился под присмотром Имперского Наставника Вечного Мира, постоянно увеличивая свои достижения на уровне навыка, становясь всё более и более искусным.

Теперь он был мастером…

После уровня навыка, шёл уровень пути. На нём находился старейшина деревни, а Мастер Дао всё ещё мечтал о чём-то подобном. Имперский Наставник тоже немного недотягивал.

Теперь, когда Цинь Му рассматривал навыки меча мужчины в белом, имея за спиной свои собственные знания, он был в силах отметить невероятный уровень увиденного мастерства. Касаемо уровня пути, хоть он был не в силах его освоить, это не мешало ему осознать всю невероятность происходящего.

Искусство меча мужчины в белом было близким к Дао и содержало в себе настоящее чудо. Его враги были по-настоящему сильны, они были богами, в конце концов, но мужчина умудрялся отбивать все их атаки!

Внезапно случилось что-то непредвиденное. Ужасающая сила встряхнула пространство и время. Огромная ладонь столкнулась с Беззаботным Мечом, отчего тот расплавился. Основа меча превратилась в жидкость и отломалась, из-за чего корабль начал падать с небес, а разломанный меч исчез во тьме.

Позади огромной ладони верхом на змее неслись боги, пытаясь догнать падающий корабль.

Стоя на палубе, Цинь Му ощущал дрожание падающего судна. Статуи белых богов летучих мышей сверкнули в воздухе за мгновение до того, как корабль врезался в землю, пробивая себе в ней дорогу. Затем он почувствовал сильные толчки, когда корабль пробил находящегося под землёй бога и столкнулся с печатями на воротах.

Цинь Му увидел, как от вибраций погибло огромное количество людей, однако большинство погибших умерли при столкновении. Затем пришла какая-то женщина, чтобы погрузить выживших на корабль, прежде чем отправиться в Юду.

Человек в белом был тяжело ранен, но решил остаться на корабле, чтобы охранять вход в Юду.

Огромная змея снаружи протянула свою морду, опускаясь внутрь бездны, на её голове продолжали стоять удивительные боги.

Гигантский зверь пополз вниз, неумолимо приближаясь ко дну.

Внезапно призраки на палубе исчезли, оставив его стоять на палубе в одиночестве. В лицо парня подул холодный ветер, отчего его одежда громко захлопала.

Отвернув голову, Цинь Му увидел перед собой непроглядную тьму Юду… теперь он находился на носу корабля, оказавшись посреди иного мира. И он не видел, как под дном корабля появился огромный глаз, и уж тем более того, что тот был больше самого судна.

Глаз с любопытством смотрел на юношу.

Цинь Му посмотрел на окутанный тьмой мир Юду. Он казался чудовищным и переполненным всевозможными формами жизни разных цветов, чьё сияние мерцало не огромном расстоянии.

Кучка людей под руководством женщины вошла в этот мир, в то время как мужчина в белом решил остаться охранять вход, останавливая погоню богов и огромной змеи.

Был ли он ещё жив?

Может быть он умер в бою… или сумел остановить врагов, после чего отправился в Юду, чтобы найти свою семью?

Они были из деревни Беззаботной?

Они носили фамилию Цинь, неужели Цинь Му как-то с ними связан?

Кто их преследовал?

Цинь Му воспрял духом. Возможно, чтобы найти Беззаботную, ему нужно было лишь поднять этот корабль в воздух!

Его сердце запылало, и он обошёл нос корабля. Где-то определённо должен быть компас или что-то ещё, что поможет ему найти дорогу в деревню!

Старейшина деревни когда-то дал ему зеркало, сказав, что это была карта к деревне Беззаботной. Он должен был получить к ней доступ, как только сможет разрушить печать, наложенную стариком.

Зеркало нашли внутри огромного корабля, который не шёл в сравнение с любым другим судном мира. Он направлялся в Беззаботную, но был разрушен, в то время как этот корабль был почти целым!

В таком случае здесь должен был находиться подобный артефакт — карта, не запечатанная старейшиной!

Цинь Му толкнул дверь и вышел на мостик. В это время над носом судна постепенно подымался огромный глаз, возле которого медленно открывался другой глаз такого же размера. Во тьме засияли два вертикальных зрачка.

Окутанная тьмой, огромная змеиная голова высунула свой язык, тихо уставившись на стоящего на мостике юношу.

Цинь Му будто что-то ощутил, немедленно обернувшись, но не увидел во тьме ничего подозрительного.

Глава 306. Ловушка

«На меня что-то смотрит!» — сердце Цинь Му начало неистово биться. Он чувствовал, как на него смотрят два глаза из темноты, которые ему никак не удавалось заметить. Он отвернулся от моста и закрыл глаза, медленно выходя. Идя не спешными шагами с закрытыми глазами, он сделал круг, идеальный круг. После этого он остановился. Причина, по которой Цинь Му ходил по кругу, заключалась в том, чтобы вычислить точное местоположение взгляда, что дало ему возможность математически вычислить пространство, но со стороны казалось, словно он просто шёл. Никто бы не ожидал, что на самом деле он вычисляет местоположение наблюдателя.

Цинь Му был сильно потрясён. За несколько шагов он определил источник взгляда и некоторую дополнительную информацию. То, что наблюдало за ним, было парой глаз, расстояние между которыми равнялось восьмистам метрам! Какое огромное существо!

«Это может быть форма жизни Юду, которая была напугана моей фразой на языке Юду, когда я поднялся на корабль», — успокоился Цинь Му, в то время как его выражение оставалось неизменно нормальным. Не показывая никакого намёка на панику, он повернулся и пошёл к мосту.

Перво-наперво Цинь Му хотел осмотреть мост, а если что-то случится, он быстро покинет это место!

Мост был диспетчерской корабля, местом, где можно было узнать о конечной точке прибытия, маршруте, командных боях, а также там происходили уклонения от атак. Одним словом, центр управления корабля-сокровища.

Если Цинь Му найдёт карту маршрута, тогда он сможет управлять кораблём согласно карте. Его сердце пылало, ибо этот корабль нёс его мечты о возвращении в деревню Беззаботную. Однако, как только он взошёл на мост, внезапно открылась дверь, за которой стоял великий шаман!

Встретившись лицом к лицу, они оба были ошеломлены. Великий шаман был экспертом, который прошёл через множество сражений, поэтому он мгновенно среагировал и откупорил тыквенную горлянку позади себя, из которой тут же вылетели бесчисленные души, набросившись на Цинь Му!

Великий шаман сиял золотым светом, исполняя Великие Шаманские Писания Жуда Дворца Золотой Орхидеи. Его тело опухло и превратилось в четырёхрукого великана с глазами, объединившимися в один большой глаз, который всё не переставал расти. Из-за этого его рот растянулся и переместился к нижней части левой щеки, в то время как нос к нижней части правой щеки. Он держал в руке дубинку ваджры, которая разделилась на четыре части, для каждой руки.

«Ученик Великого Шамана?» — размышлял Цинь Му. Совершенствование этого человека было чрезвычайно плотным, и блуждающие души, извергающиеся из горлянки на спине, были его методом атаки.

Великие шаманы превращали души других людей в блуждающие, скитающиеся души, каждая из которых обладала великой силой. Когда такая душа входила в тело противника, даже практикам божественных искусств Шести Направлений будет трудно защищать себя. Если десятки блуждающих душ, напав вместе, вторгнутся в тело, то у практиков такого уровня не будет даже шанса на победу!

Тыквенная горлянка полная скитающихся душ была лучшим инструментом для сражений на поле брани. Бесчисленные души могли скользить здесь и там, вторгаясь в человеческие тела и поедая их души. Только трупы останутся после того, как они закончат. Такой вид атаки, по слухам и пересудам, был успешным во всех отношениях и имел удивительную силу!

Перед перевалом Цинмэнь самым страшным были не осколки ножа Империи Варварских Ди, а Великие Шаманы Дворца Золотой Орхидеи. Их атаки были очень странными, отчего было сложно предугадать и просчитать.

Бесчисленные скитающиеся души из горлянки летали с жалкими, воющими воплями. Позади Цинь Му открылись Врата Небесной Воли, и холодный ветер с протяжным свистом смёл все души!

Душам умерших было трудно избежать контроля Юду. Даже если у Дворца Золотой Орхидеи имелись секретные искусства, заставляющие души остаться, а также позволяющие использовать души других для совершенствования, и их достижения на этом пути были на уровне, до которого другим священным землям было шагать и шагать, врата являлись их естественным проклятием!

Врата Небесной Воли поглотили все блуждающие души и закрылись. Жалкие вопли на мосту мгновенно исчезли… Великий шаман был поражён, в то время как тыквенная горлянка позади него с глухим стуком упала и разлетелась на куски. Его четыре руки двинулись в атакующем взмахе, а дубины в них превратились в четыре пагоды ваджры. Всю свою огромную силу он направил на юношу.

Цинь Му успел увернуться от удара. Беззаботный Меч на его спине вылетел из ножен, на что шаман лишь усмехнулся. Луч света засиял от пагоды ваджры и ударил по мечу, всасывая того внутрь.

Четыре золотых дубинки великого шамана не были его духовным оружием, на само деле им были четыре пагоды, способные по желанию изменять свои размеры. Сжавшись до минимально возможного размера, они стали выглядели как дубинки, которые можно было держать в руках. В бою великий шаман мог использовать ужасающую силу пагод, чтобы крушить своих врагов! Пагоды были также необычными сокровищами, которые могли забрать духовное оружие противника. Если противник не проявит осторожности, его духовное оружие будет засосано внутрь. Когда такое случалось, противник моментально умирал!

Великий шаман только что забрал Беззаботный Меч Цинь Му своей пагодой, как вдруг увидел мечи-сокровища, вылетающие из-за спины юноши и вонзающиеся в пагоду. Он был ошеломлён и не успел отреагировать, а огни меча хлынули, как море, утопив его. В одно мгновение пагода наполнилась мечами! Он не мог пошевелить рукой. Даже с его огромной силой, он не смог поднять наполненную мечами пагоду. Лишь послышался хруст его ломающихся костей.

Вжух, вжух, вжух.

Несколько тысяч мечей аккуратно пронзили пагоду, образуя огромную пилюлю меча, которая растянулась на несколько метров.

Цинь Му подошёл к штурвалу моста, оставив позади великого шамана, который был заколот до смерти гигантской пилюлей меча, под которой торчала только его нога.

Корабль конструктивно отличался от летающих кораблей Империи Вечного Мира. У последнего был один штурвал, который использовался для изменения направления, подъёма и спуска, но у штурвала данного корабля-сокровища имелись другие странные приспособления. Также можно было увидеть серебряный шлем с красными кисточками.

Нахмурившись, Цинь Му подробно изучил приспособления, но он всё ещё не мог понять, как их использовать. Он задумался на мгновение, прежде чем взял серебряный шлем и надел его на голову.

Омммм…

Внезапно он как будто прозрел, обширное пространство перед его глазами расширилось и распространилось. За долю секунды небо и земля преобразились, открыв географические особенности Великих Руин, а также Вечного Мира, прерии и мира льда и снега на севере!

Паренёк был ошеломлён: «Человек, который создал этот корабль, действительно имел руки бога. Все, что нужно знать, хранится в этом шлеме!»

Он протянул палец и осторожно поставил точку на географической карте перед собой. В одно мгновение корабль задрожал. Казалось, что он хочет улететь из улья в направлении, на которое он указал, однако, корабль прочно застрял между двумя мирами и не смог взлететь.

«Так вот как контролируется корабль-сокровище!» — Цинь Му был в восторге и моргнул несколько раз, как вдруг всё перед ним изменилось, появился совершенно незнакомый мир. Перед ним представала географическая карта другого мира. В ней были тёмные пустоты, в то время как земля скрывалась в неких глубинах, выглядя достаточно таинственной.

«Что это за место? Это не Вечный Мир и не прерия…» — юноша снова осмотрел её, только чтобы убедиться, что он действительно никогда не видел это странное место раньше.

Он моргнул несколько раз, и всё снова изменилось, появился великолепный и удивительный мир, который не был ни Великими Руинами, ни Вечным Миром. В очередной раз моргнув, вновь произошли изменения. На этот раз это был водный мир с подводными горами повсюду.

Цинь Му моргнул больше десяти раз, и перед ним появилось около дюжины географических карт. Всё происходящее отличалось от того, что он себе представлял. Эти карты не указывали, какой мир они изображали, и не имели обозначенных маршрутов, отчего он задумался о том, как ему найти деревню Беззаботную и куда идти, даже если он попадёт в нужный мир.

«Определённо должен быть компас с записью маршрута в Беззаботную, так что мне нужно срочно его найти, и я смогу отправиться в деревню!» — юноша оглянулся, его взгляд остановился на том месте, где должен быть размещён компас. Там он должен был увидеть зеркало, похожее на то, которое дал ему старейшина деревни, но это место было пустым.

«Зеркало компаса было разбито? К счастью, у меня всё ещё есть зеркало компаса, которое дал мне старейшина, но мне интересно, смогу ли я решить печать на нём», — он протянул руку в мешок таоте, чтобы посмотреть на зеркало, как вдруг увидел разбитые осколки на полу.

Зеркало было намеренно разбито кем-то, чтобы другие люди не могли знать расположение деревни Беззаботной!

«Мог ли мужчина в белом быть тем, кто уничтожил зеркало?» — Цинь Му был слегка ошеломлён и вытащил руку из мешка таоте. Мужчину в белом преследовало много богов. Они одолели его, Беззаботный Меч был разрушен, и он больше не мог противостоять богам… и всё же он остался, чтобы прикрыть отступление пассажиров. Делая это, он, должно быть, уничтожил зеркало компаса с маршрутом в деревню Беззаботную, прежде чем умер, не желая, чтобы люди нашли его.

«В таком случае, этот корабль — ловушка! — мурашки проступили на теле Цинь Му, а волосы встали дыбом. Он тут же направился к двери моста. — Люди, которые убежали в Юду, возможно, ещё живы. Цель этой ловушки — захватить их и найти путь к Беззаботной! У меня есть зеркало, которое дал мне старейшина деревни, так что, если они доберутся до него, они смогут найти деревню!» — он прошёл мимо своей пилюли меча. Рукояти меча начали отлетать и ломать, как вдруг у него снова появилось ощущение, что за ним кто-то следит.

Два глаза, которые находились в восьмистах метрах друг от друга, снова сосредоточились на нём, окутав его пугающим давлением!

Было очевидно, что их владелец что-то подозревал!

Цинь Му притворился испуганным и повернул голову назад, как будто он что-то почувствовал. В этот момент навязчивый взгляд внезапно исчез.

— Что за старейшина скрыт в темноте? — громко спросил Цинь Му. — Большое спасибо, что позволил войти сюда! Не мог бы старейшина показать себя? — подождав минуту и не дождавшись хоть какого-то ответа, он продемонстрировал расстроенное выражение лица и продолжил собирать мечи один за другим, вздыхая. — Почему старейшина не хочет себя показывать?

Парень подошёл к двери моста, его сердце билось немного быстрее, чем раньше. Он использовал свою жизненную Ци, чтобы подавить учащённое сердцебиение и вернуть его в нормальное состояние. Как только он собирался покинуть мост, дверь внезапно открылась. Через неё прошёл улыбающийся Паньгун Цо и затем, закрыв её за собой, сказал:

— Владыка Культа Цинь, у тебя есть два варианта: либо снять шлем, либо потерять голову.

Прямо сейчас Цинь Му больше всего на свете возжелал проткнуть грудь парня напротив остриями тысячей мечей!

Глава 307. Невообразимое бесстыдство

— Ну ты дурак! — Цинь Му ударил вперёд мечом, вслед за которым понеслись восемь тысяч мечей, накрывая Паньгун Цо. Выполняя атаку, юноша громко прокричал. — Цинь Гунцо, мы с тобой не можем жить под одним небом!

«Цинь Гунцо? С какой стати он называет меня Цинь Гунцо?» — был ошеломлён Паньгун Цо, но не стал тратить время на раздумья. Он немедленно хлопнул по мешочку таоте на своём поясе, после чего оттуда выпрыгнул огромный флаг. Схватив его, юноша развернулся, размахивая предметом, из которого тут же вылетело гигантское облако саранчи. Насекомые зажужжали вокруг него, после чего развернулись в сторону дождя из мечей Цинь Му.

Саранча набросилась на летящее оружие, немедленно начав его грызть, издавая странные звуки, впрочем, так и не смогла повредить метал.

Создав восемь тысяч мечей, почти полностью истощил запасы драгоценных металлов Небесного Дьявольского Культа. Несмотря на то, что мечи был в основном выкованы из чёрного золота, работа над ними проводилась руками Цинь Му, одного из лучших кузнецов мира. Когда тот закалял оружие, то добавлял лучшие металлы из возможных, которых не использовали даже при создании Младшего Защитника и других мечей чиновников первого ранга.

Несмотря на то, что совершенствование Цинь Му было недостаточно высоким, чтобы повысить силу мечей до уровня Младшего Защитника, они ничем ему не уступали из-за своей твёрдости.

Юноша направил энергию мечей в попытке порубить саранчу, но к своему удивлению услышал чёткий звон. Его мечи не могли навредить насекомым, извергая тучи искр, отчего он удивился: «У засранца тоже есть неплохие сокровища!»

Мешочек таоте Цинь Му, как и некоторые другие артефакты, были украдены из Дворца Золотой Орхидеи. Так как Паньгун Цо занимал более высокое положение, чем Великий Шаман, то он имел свою собственную сокровищницу, которую Цинь Му ещё не успел обнести. У Паньгун Цо было огромное количество духовного оружия, а саранча, которую он как раз использовал, когда-то принадлежала Чертогу Ядовитых Насекомых Небесного Дьявольского Культа. Это было необычное сокровище, созданное техникой обработки ядовитых насекомых.

В прошлом Паньгун Цо удалось присоединиться к Небесному Дьявольскому Культу и изучить Великие Небесные Дьявольские Рукописи. И несмотря на то, что ему не удалось наложить руки на технику Единства, он изучил все техники рукописях.

Ядовитые насекомые в его мешочке таоте дотягивали до уровня наследного сокровища культа. Каждое существо было обработано таким образом, что могло повреждать не только физическое тело, но и душу противника. Атаки духовными насекомыми Великих Шаманских Писаний Жуда являлись ответвлением пути ядовитых насекомых Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Твёрдость саранчи превышала металл, и после обработки, насекомые обрели способность менять свой размер по желанию. Они могли без труда сожрать обычное духовное оружие, не оставив от него даже пылинки. Так как насекомые владели шаманскими заклятиями для атаки душ, они могли испортить качество оружия. Как только подобное происходило, противник терял контроль над своим артефактом, после чего, скорее всего, не только проигрывал бой, но и терял жизнь.

Самый важный момент заключался в том, что обычный артефакт уровня наследного сокровища требовал огромных затрат энергии, в то время как саранча совсем не истощала Паньгун Цо. Именно поэтому он решил использовать данный предмет в бою с Цинь Му, ведь он знал, что совершенствование последнего было невероятно плотным, даже превосходя его.

Несмотря на то, что Паньгун Цо просто возобновлял свои силы после реинкарнации, отчего развивался даже быстрее Цинь Му, он не смел недооценивать противника. И даже близко не рассчитывал задавить его одним лишь своим совершенствованием.

Цинь Му размахивал огромным количеством летающих мечей, но количество саранчи тоже было немалым.

На самом деле они сражались, используя навыки меча. Цинь Му исполнил третье писание Меча Дао, и Паньгун Цо проделал то же самое.

Пять Цветных Благоприятных Облаков, Звенящая на Трёх Небесах Небесная Музыка!

В исполнении последователей секты Дао подобные движения и навыки меча казались магическими, происходящими не из мира смертных. Однако в руках двух парней на палубе, Ци меча и летающая саранча не обрели небесной ауры. Свет от восьми тысяч объединившихся мечей Цинь Му поглощал всё на своём пути, создавая пять цветных благоприятных облаков. Три эона и пять Ци могли подавить собой что угодно. Столкновение летающих мечей тоже не было окутано небесной аурой, вместо этого сопровождаясь грохотом военных барабанов, под который солдаты идут в бой!

Паньгун Цо, в свою очередь, использовал третье писание вперемешку с шаманскими заклятиями, отчего летающая саранча внезапно превратилась в тучи. Пять удивительных цветов по-дьявольски переливались, напоминая облако яда, расползающееся во все стороны. Учитывая странность шаманских заклятий и ядов, вместе с визжанием саранчи, звук этой атаки ужасал.

Бум!

В тот миг, когда саранча столкнулась с мечами, мощь третьего писания меча Дао разразилась во все стороны. Оба приёма превратились во взрыв силы, отчего тела сражающихся резко задрожали и отлетели в стороны. После удара о стенки моста, из уголков их ртов начала капать кровь.

— Цинь Гунцо, твоя смерть не за горами! — встряхнувшись, Цинь Му соскользнул со стены. Затем он поднял обе руки над головой и выпрямил указательный и средний пальцы, исполняя форму меча.

Беззаботный Меч немедленно подлетел, указывая кончиком вперёд. Остальные восемь тысяч мечей со свистом полетели к нему, формируя больший меч. Они использовали Беззаботный как ядро, начав кружиться вокруг него, одновременно исполняя Формы Бурящего и Вертикально Рубящего Меча.

Рука Цинь Му махнула вниз.

Вьюх!

Огромный меч понёсся на Паньгун Цо!

— Владыка Культа Цинь, тебе хватит совершенствования, чтобы контролировать так много мечей? — Паньгун Цо начал размахивать влево-вправо своим Флагом Облака Саранчи. Бесчисленные летающие насекомые отлетели, цепляясь друг другу на спину, чтобы превратиться в огромный щит. Меч и щит столкнулись, и техника меча тут же изменилась. Огромное количество мечей начало вращаться, исполняя Форму Спирального Меча. Насекомые были невероятно твёрдыми, и разрушить их было невозможно, но это движение позволило оружию пробраться сквозь крохотные щели между частями щита.

— Цинь Гунцо, твоя магическая сила тоже не так уж и велика, правда? — грубо проговорил Цинь Му.

Паньгун Цо недоумевал: «Почему этот мерзавец продолжает называть меня Цинь Гунцо? Моя фамилия ведь не Цинь, странно…»

Он не знал, что владельца этого корабля звали Цинь, и он происходил из живущей в деревне Беззаботной семьи Цинь. Более того, он понятия не имел, что гигант с глазами на расстоянии девятьсот метров друг от друга охраняет этот корабль, в ожидании людей из Беззаботной!

Цинь Му с трудом удалось обмануть это ужасающее создание, прикинувшись заблудившимся исследователем, который случайно забрёл в это место. Как только он собирался уйти, Паньгун Цо назвал его Владыкой Культа Цинь, что сразу же поставило его на грань смерти!

Поэтому Цинь Му решил утащить его с собой, нарочно называя Цинь Гунцо. По сути, он подумал: «Если я умру, ты составишь мне компанию».

Юноша был абсолютно прав, сказав о слабости магических способностей противника. Та и вправду не могла свести концы с концами. Несмотря на то, что Флаг Облака Саранчи не требовал огромного количества энергии, он всё-таки был артефактом уровня наследственного сокровища культа. Так как парень находился лишь в области Шести Направлений, предмет из области Божественного Моста всё-таки сильно его измотал.

Сражение с Цинь Му, используя третье писание Меча Дао, почти полностью исчерпало его силы, в противном случае, он не стал бы использовать Флаг Облака Саранчи, как щит для защиты от удара противника.

Цинь Му тоже был невероятно вымотан. Иначе он не использовал бы базовое движение вроде Формы Бурящего Меча. Вместо этого, он исполнил бы более серьёзный приём вроде Меча Дао.

Они оба использовали своё духовное оружие на полную силу, но так как оно значительно превосходило область Шести Направлений и владело огромной силой, для защиты от ударов противника приходилось прилагать максимальные усилия. Парни были вынуждены ставить свою жизнь на кон, приводя всю свою Ци в действие.

— Цинь Гунцо, можешь меня пропустить? — оскалился Цинь Му. С его уровнем совершенствования было тяжело одновременно контролировать столько мечей. Из-за этого часть из них попросту лежали на полу или торчали в стене.

Однако настало время атаковать. Несколько тысяч мечей подлетело в воздух, в диком темпе исполняя всевозможные приёмы.

Паньгун Цо был тоже не в силах контролировать всю саранчу, отчего земля была усеяна неподвижными насекомыми. Они внезапно попытались взлететь, но упали из-за недостаточного количества Ци. Парню даже пришлось использовать для боя всего лишь несколько сотен существ.

— Если Владыка Культа Цинь снимет шлем со своей головы, я тебя выпущу! — ухмыльнулся Паньгун Цо.

Количество духовного оружия, которое принимало участие в бою, постепенно уменьшалось. Внезапно Цинь Му исполнил Махаяну Сутру Жулая, превращаясь в огромного лысого мужчину, чтобы сразиться в ближнем бою. Он надавил огромной мудрой, а за его спиной появились боги и будды восьми небес, сопровождаясь громким голосом Будды.

Первая форма Восьми Громовых Ударов, Весенний Гром на Одиноком Восточном Море!

— Непревзойдённая Ваджра! — ухмыльнулся Паньгун Цо, тоже исполнив технику Непревзойдённой Ваджры Махаяны Сутры Жулая. По его телу пронёсся поток золотого света, будто Ваджра защищал его в сражении с Цинь Му.

Он изучил технику и божественные искусства Махаяны Сутры Жулая, в то время как Цинь Му овладел лишь техникой, отчего его божественные искусства были немного слабее. Однако, к удивлению Паньгун Цо, как только Цинь Му начал исполнять Махаяну Сутру Жулая, движения его ног резко изменились. Они обрели тысячи превращений, в то время как тело безумно закружилось, будто призрачное!

Паньгун Цо застали врасплох, поэтому Цинь Му удалось пнуть его коленом в пах. От внезапной боли он тут же прослезился и резко вдохнул.

Бум! Бум! Бум!

Цинь Му оросил его бесчисленными ударами в лицо, вынуждая постоянно отступать до тех пор, когда он не прижался к стене…

Когда смерть казалась неизбежной, Паньгун Цо внезапно превратился в тень, и сбежал сквозь стену. Он исполнил технику Иллюзорной Тени из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, сумев скрыться от Божественных Ног Небесного Расхитителя.

Обрадованный Цинь Му подбежал к двери мостика, в то же время отправляя свои мечи в сторону тени. Но как только его рука потянулась к ручке, он ощутил, что его ноги застыли на месте. Паньгун Цо использовал саранчу, чтобы заблокировать мечи, после чего протянул свои призрачные руки, схватив противника за колени.

— Владыка должен оставить мне шлем! — крикнув, Паньгун Цо со всей силы потянул Цинь Му к себе, но в тот же миг тот превратился в тень, немедленно провалившуюся сквозь землю. Оба противника использовали технику Иллюзорной Тени, мерцая то тут, то там, продолжая неистово атаковать друг друга.

Бум!

Стены мостика задрожали от врезавшегося в них Паньгун Цо. Который тут же вернулся в свою физическую форму и немедленно отправил свою саранчу на противника, прячущегося на стене.

Цинь Му быстро исчез, но вскоре свалился с потолка. Его ноги до сих пор были тенью, но тело уже вернулось к норме, однако, он смог исполнить мудру, вынудив противника кубарем отлететь прочь.

Вскочив на ноги, Паньгун Цо не стал атаковать Цинь Му. Вместо этого он уставился в сторону противника пустыми глазами, в то время как по его лбу катились крупные капли пота.

Цинь Му собирался атаковать, когда внезапно понял, что что-то не так. Он замер, ощутив на себе взгляд двух огромных глаз.

Единственное, что ему оставалось, это рассеять технику Иллюзорной Тени, приземлиться на землю и в страхе повернуть голову.

В темноте за мостиком появились два гигантских глаза. Один из них находился справа от строения, а второй — слева. Расстояние между ними было около девятисот метров. Зрачки глаз были вертикальными, и казались невероятно злыми, пристально смотря на двух незваных гостей.

Тело Паньгун Цо задрожало, так же, как и ноги, когда он хрипло проговорил:

— Владыка Культа Цинь, теперь я знаю, почему ты хочешь покинуть это место…

— Цинь Гунцо, сукин сын! — сжал зубы Цинь Му. — Если бы не ты, меня бы здесь давным-давно не было.

Из-под пары зрачков донёсся неприятный голос. Он напоминал скрип гвоздей по металлу:

— Кто из вас носит фамилию Цинь?

— Он! — Цинь Му и Паньгун Цо одновременно подняли руки, указывая друг на друга.

Глава 308. Это ты во всём виноват

Паньгун Цо, будучи разозлённым и в то же время встревоженным, заикаясь проговорил:

— В-владыка Культа Цинь, не шути так, моя ф-фамилия не Цинь, я из племени варваров…

Цинь Му яростно закричал:

— Цинь Гунцо, не признаёт своих корней из семьи Цинь? Ты даже сказал, что родился в деревне Беззаботной…

— Заткнись, маленький лгун! — с гневом в глазах, прокричал Паньгун Цо и набросился на Цинь Му, из-за чего тот незамедлительно начал обороняться. Один из них исполнил Великие Шаманские Писания Жуда, чтобы превратиться в птичьего мутанта, в то время как другой исполнил технику Девяти Монархических Драконов для увеличения своей мощи. Под рёв драконов и щебетание птиц, божественные искусства в форме драконов неоднократно сталкивались с мечами птичьего пера.

Возможно, они и выглядели молодыми, но оба были безжалостны. Каждая из их атак несла в себе смертоносный потенциал, демонстрирующий невероятную силу парочки. Основываясь на сложных движениях в их исполнении, в области Шести Направлений не существовало практика, способного сравниться с ними, однако, поскольку прошлая битва исчерпала слишком много сил, их жизненная Ци не была столь плотной, как раньше. Тем не менее, сила, кроющаяся за их движениями, всё ещё была ужасающей. Они потихоньку подходили к двери, сражаясь с таким видом, будто хотят друг друга разорвать на куски.

Они понимали мысли друг друга, поэтому сражались так, что каждую секунду приближались к двери. Как только они собирались открыть её, корабль яростно задрожал. Владелец двух глаз за пределами моста был слегка разгневан, поэтому он встряхнул судно.

Внезапно парочку окутала невидимая сила и, связав, подтянула к окнам моста. Они немедленно замерли, не осмеливаясь сопротивляться. Способности таинственной сущности не поддавались здравому смыслу… даже Паньгун Цо чувствовал, что не был ей ровней.

Два огромных глаза сузились, демонстрируя гнев. Зловещий голос заставил их дрожать и совсем не от холода:

— Кто из вас из семьи Цинь?

— Он! — сказав в один голос, указали пальцами друг на друга Цинь Му и Паньгун Цо.

— Вы оба носите фамилию Цинь? — вновь прогудел голос.

Вздрогнув, Паньгун сразу громко оправдался:

— Моя фамилия не Цинь, я гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, старший может поспрашивать у…

Чужой голос был очень странным и, казалось, пронзал их души, когда грубо выпалил:

— Если твоя фамилия не Цинь, я не вижу смысла оставлять тебя в живых.

— Глядя на то, как обстоят дела, кажется, я больше не могу скрывать это от старшего, — решительно сказал Паньгун Цо. — Правильно, я не кто иной, как Цинь Гунцо! А тот парень рядом со мной — гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, который принимает тела других людей через реинкарнацию, его зовут Пань Му. Старший может убить его, он не из семьи Цинь!

— Тебе самому не смешно? — усмехнулся Цинь Му. — Ты называл меня Владыкой Культа Цинем, а сейчас говоришь, что я Пань Му… получается сказанные тобой ранее слова чушь собачья?

Два юнца яростно уставились друг на друга, стиснув зубы, желая вонзиться ими друг другу в грудь и вырвать сердце.

Голос замолчал на мгновение, прежде чем спросить:

— Кому из вас шестнадцать лет?

Парочка переглянулась, после чего Цинь Му тут же сказал:

— Мне шестнадцать лет!

Паньгун Цо также сказал в спешке:

— А мне тоже шестнадцать лет!

Несмотря на то, что Цинь Му было пятнадцать лет, его возраст считался с того момента, как бабушка Сы подобрала его. Для деревенских стариков данный вопрос всегда был предметом разгорячённый споров. Некоторым казалось, что ему пятнадцать, а другим, что шестнадцать, так что юноша не знал, сколько ему лет. Паньгун Цо было только тринадцать лет, он был человеком прерий, ежедневно оставаясь на ветру и солнце, и выглядел намного взрослее. Поэтому они оба выглядели лет на пятнадцать-шестнадцать.

Пара глаз показала смущённое выражение, не зная, что делать с текущей ситуацией. Происходящее отличалось от того, что он себе представлял. Он догадался, что либо люди из деревни Беззаботной, либо шестнадцатилетний мальчик с фамилией Цинь придут забрать корабль-сокровище обратно в деревню. Тем не менее, теперь перед ним стояли два юнца, оба с фамилией Цинь и подходящего возраста. Кто был настоящим, а кто фальшивым, он не мог определить…

— Вы, ребята, должны активировать этот корабль и отправиться в деревню Беззаботную! — заявил голос. — Неважно, кто из вас носит фамилию Цинь, сумев доставить этот корабль в деревню, вы останетесь живы.

Цинь Му немедленно снял серебряный шлем и сунул его в руки Паньгун Цо с искренним выражением:

— Цинь Гунцо, ты же хотел этот шлем? Ну вот, теперь забирай.

Паньгун Цо взял шлем. Первоначально он хотел отказаться, но Цинь Му продолжал давить, так что у него не оставалось иного выбора, кроме как взять шлем, а после и надеть. Его взгляд тут же дрогнул. Несмотря на то, что он пережил десять тысяч лет, пережил много исторических моментов, имел много знаний и секретов, но даже он не знал слишком многого о деревне Беззаботной, не говоря уже о том, где та находилась. Из записей секты Дао, Монастыря Великого Громового Удара и Маленькой Нефритовой Столицы, он знал только то, что это было место, в котором можно стать богом. Там они вели свою активную деятельность, будучи остатками Эпохи Императора-Основателя. На этот раз он пришёл сюда в надежде, что данный корабль приведёт его в то таинственное место, чтобы, наконец, помочь ему стать богом…

Теперь же, когда он получил шлем управления, о котором так долго мечтал, как ему отправиться в эту так называемую деревню Беззаботную?..

Нося шлем, он чувствовал, словно его мозг стал в несколько раз больше…

Это был план, тщательно продуманный план Цинь Му.

Неудивительно, что в самом начале, когда они только-только встретились, тот назвал его Цинь Гунцо.

Всё из-за этого!

«Если ты думаешь, что я умру вот так, тогда ты меня явно недооцениваешь! За десять тысяч лет погибло бесчисленное множество гениев. Независимо от того, были ли они мастерами Дао, Жулаями или бессмертными, когда их время истекло, они все просто умерли. За десять тысяч лет выжил только я, и то, на что я полагался, было не моим пониманием или умением, а моими экстраординарными способностями! Я выжил не благодаря какой-то удаче!» — взгляд Паньгун Цо мерцал, он быстро понял метод управления серебристым шлемом. Он попытался расставить точки на географической карте поверх шлема, заветный корабль задрожал, но всё равно не вылез из улья печатей.

— Старший, — немедленно сказал Цо. — Корабль застрял!

Внезапно корабль яростно задрожал и стряхнул с себя печати вокруг. Было очевидно, что это работа неизвестного им чудища. Печати ослабли от вибрации и появились многочисленные трещины. Затем печати рассыпались, как цветное стекло, а дьявольская Ци Юду хлынула в Великие Руины.

В этот момент задрожали две скульптуры богов белых летучей мышей. Тут же загрохотали горные породы, спадая с трёх тысячеметровых изваяний. Постепенно две скульптуры показали цвет плоти, а под их кожей можно было едва разглядеть кровь.

Ту-дум!

Из тел двух скульптур внезапно послышался звук сердцебиения… оглушительный звук. Между тем перед кораблём-сокровищем дрожала другая огромная скульптура, та, что была наполовину погребена под землей. Чёрные камни с её поверхности шрапнелью разлетелись во все стороны, дробя и раскалывая скалы в окрестностях. Чёрные камни, которые оторвались от изваяния, на своих прежних местах, под собой раскрыли цвет плоти. Казалось, словно сейчас пробуждался когда-то окаменевший бог!

Паньгун Цо был в восторге. Он знал много секретов, неизвестных другим. Что касается Великих Руин, даже здесь его можно было назвать сведущим. В течение одной из своих жизней он нашёл драгоценную землю, но во время её изучения ему довелось пережить там невообразимые сменяющие друг друга события. В той драгоценной земле находилась печать, и он думал, что она скрывала какое-то потрясающее сокровище. Вот только на деле печать сдерживала неизвестного дьявольского бога.

Как только он подумал, что всё… что его ждёт конец и смерть без надгробного камня, внезапно скульптура божественного зверя, стоящая рядом, превратилась из каменной в живую воплоти, из крови и плоти, словно зверь воскрес. Затем божественный зверь избил дьявольского бога, который хотел убить его, и ещё раз запечатал. После этого зверь вернулся на каменную платформу, вновь каменея и превращаясь в обычную каменную скульптуру.

После того события Паньгун Цо редко посещал Великие Руины. Он знал, что там было похоронено слишком много секретов, слишком много опасностей. Любая неосторожность и он необъяснимо умрёт. Однако на этот раз он позаимствовал странность Великих Руин для борьбы с таинственным существом!

Корабль-сокровище был вклинен в печати, поэтому, если он сдвинется с места, печати будут сломаны, а боги и дьяволы, которые создали эту печать, воскреснут из каменных статуй!

Именно таков был план по спасению “тринадцатилетнего” юнца!

Пока всё шло, как и задумывалось. Статуи бога, которые возрождались, скоро столкнутся с ужасающим существом, а когда это произойдет, у существа не будет времени заниматься им!

Поэтому он просто отправится на корабле в деревню Беззаботную!

Как и ожидалось толчки снаружи стали ещё более яростными. Несмотря на то, что Паньгун Цо не мог видеть происходящее, исходя из импульсов столкновений он мог легко себе представить, что ужасающая сущность была обнаружена ожившими скульптурами, после чего завязалось нешуточное побоище!

— Ха-ха-ха, этот корабль наконец-то мой… — смеялся Паньгун Цо.

Бум!

Безжалостный удар обрушился на его грудь, из-за чего шлем слетел с головы. Цинь Му схватил красные кисточки и громко рассмеялся, отшвыривая своего противника ударом кулака.

Паньгун Цо впал в ярость и отправил свою летающую саранчу в атаку. Цинь Му поднял руку, Беззаботный Меч и другие летающие мечи мгновенно блокировали атаки летающей саранчи, пока он сам шёл к двери кабины. Паньгун Цо охранял дверь кабины, буровя приближающегося взглядом, полным убийственного намерения. Они столкнулись ещё раз, в одно мгновение обменявшись сотнями и тысячами ударов. Внезапно корабль слегка встряхнулся и соскользнул с разрушенных печатей, направившись в окутанный тьмой мир Юду.

Сильно удивившись, они поспешно обернулись посмотреть за мост, в итоге увидев, как корабль в гнетущей тишине уплывает прочь в непроглядный темноту. Между тем прямо сейчас за кораблём печати одна за другой продолжали распадаться, а их свечений меркнуть. Они отдалялись от них всё дальше и дальше.

Цинь Му быстро надел шлем и попытался контролировать корабль, чтобы вернуть его. Для них печати были ничем иным, как воротами, через которые они могли покинуть мир Юду. Заплыв глубже в эти земли, никто не сможет сказать, с какими опасностями им доведётся столкнуться. Но Цинь Му не ожидал, что в момент, когда он наденет шлем, его тут же ударит Паньгун Цо. В результате чего он отлетел в сторону. Затем шлем был схвачен юным варваром, который тут же надел его себе на голову. Но уже в следующее мгновение Цинь Му ударил его в ответ и забрал шлем обратно.

Приземлившись на землю, парочка свирепо уставилась друг на друга. Внезапно последняя печать разрушилась… и свет окончательно исчез. Корабль-сокровище продолжал неумолимо продвигаться дальше, в то время как сердца двух невольных пассажиров похолодели. Никто из них не знал, где находится вход в реальный мир.

— Это ты во всём виноват! — тыча друг в друга пальцами, в один голос закричали они.

Глава 309. Гроссмейстер Мудр

Два силуэта на мосту продолжали двигаться вверх-вниз, Цинь Му и Паньгун Цо до сих пор избивали друг друга, пытаясь спастись.

Они думали, что так как проход в настоящий мир исчез, нужно было сначала избавиться от противника. Лишь после смерти одного, второй мог бы заполучить полный контроль над судном и начать искать путь наружу.

В противном случае, было бы крайне неудобно работать под надсмотром врага, готового в любой момент вонзить нож в спину.

Паньгун Цо был переродившимся человеком, поэтому прогресс его совершенствования был невероятно быстрым, и Цинь Му хотел избавиться от него как можно скорее. Выбравшись отсюда живым, старый монстр продолжит развиваться в диком темпе, и рано или поздно его обгонит, так что у него попросту не было выбора.

С другой стороны, Паньгун Цо осознавал мощь нового Императора Людей. Потенциал его развития поражал, а характер был злобным и хитрым. Парня сложно было обмануть, любые попытки это сделать обернутся не в его пользу. Чем дольше затягивать с убийством Цинь Му, тем большая опасность будет ему грозить, так что он тоже хотел закончить всё как можно скорее.

Силы противников давным-давно исчерпались, отчего они потеряли возможность убить друг друга одним ударом. После каждой попытки, запас их Ци становился всё меньше и меньше. Спустя некоторое время они оба были покрыты ранами и тяжело дышали.

Бум!

Парни столкнулись в последний раз, после чего упали на спины. Ни один из них не был в силах подняться.

Цинь Му с огромными усилиями подполз к одному из летающих мечей, схватившись за его рукоять. Впрочем, та отказывалась сдвинуться с места: «Сы Юньсян, когда-то я так шлёпну тебя по заднице, что она разделится на три части и ты полмесяца не смоешь сесть на кресло!»

Он беспомощно дёргал рукоять, но так как все его мечи были выкованы из чёрного золота, они весили около сотни килограммов. Оставшихся у него сил не хватало даже для того, чтобы тащить орудие по земле!

Такой огромный вес был вызван проделками Сы Юньсян!

В свою очередь, Паньгун Цо прилагал все усилия, чтобы собрать достаточно магических сил для контроля саранчи. Тем не менее, поток его Ци постоянно прерывался, отчего насекомые не могли даже взлететь. Они лишь медленно ползли в сторону Цинь Му, их скорость была не выше, чем у мурашки.

Обернувшись, Цинь Му делал всё возможное, чтобы подползти к Паньгун Цо. По дороге он достал горстку ядовитых трав и по-дурацки улыбнулся.

Летающая саранча Паньгун Цо наконец доползла к его бедру, взобралась на него и попытавшись укусить. Однако, из-за недостатка сил и своего маленького размера, ей понадобилось очень много времени лишь для того, чтобы прогрызть штанину.

Всё это время Цинь Му продолжал ползти вперёд, игнорируя боль, и Паньгун Цо начинал волноваться. Прилагая все усилия, чтобы перевернуться, он задействовал свои ноги, руки и даже щёки для того, чтобы отдалиться от врага.

Один из них убегал, в то время как другой спешил за ним вдогонку. Скорость движения парней была настолько низкой, что смотрящему стало бы очень нудно.

Барахтаясь довольно длительное время, они продвинулись почти на два метра. В этот миг, Паньгун Цо неожиданно достал что-то из своего мешочка таоте. Этим оказалась бутылка, в которой хранился шаманский яд.

Паньгун Цо с восторженным выражением посмотрел на невероятно токсичный яд, который он приготовил в своей прошлой жизни. Убить Цинь Му с его помощью было проще простого, поэтому парень тут же остановился, оборачиваясь, чтобы дотянуться к противнику.

Увидев это, Цинь Му тоже обернулся, что забрало у него довольно много времени. Яд в его руках был лишь наполовину готов, в то время как вещество в руках Паньгун Цо было отборным шаманским ядом, чью токсичность нельзя недооценивать.

— Мразь, ты труп! — медленно двигаясь, Паньгун Цо наконец дотянулся к ногам Цинь Му. Обрадовавшись, он попытался открыть крышку бутылки, немедленно краснея в лице от напряжения. Впрочем, открыть бутылку так и не вышло.

Цинь Му уже приготовился к смерти, и обернулся, чтобы встретить её лицом к лицу. В это время Паньгун Цо продолжал повторять “мразь, ты умрёшь”, в попытке запугать юношу.

— Маленький принц выбился из сил, не так ли? — пнув ногой, Цинь Му засунул свой ботинок в рот парня, пытаясь его задушить.

Глаза последнего чуть не обернулись в противоположную сторону от отвращения, когда он внезапно одумался: «Я реинкарнировал столько раз, разве физические надругательства до сих пор меня волнуют?»

Он тут же сжал зубы, кусая ногу Цинь Му, отчего тот был вынужден немедленно её выдернуть. Ухмыльнувшись, противник начал наносить на свой ботинок яд, собираясь засунуть его обратно.

Пока Цинь Му был занят нанесением яда, Паньгун Цо воспользовался шансом подползти поближе. Тела двух парней тут же начали извиваться, пытаясь задушить друг друга, впрочем, их руки были слишком ослаблены, чтобы преуспеть.

Кроме того, практики божественных искусств могли задерживать дыхание на невероятно длительное время. Удушая друг друга на протяжении получаса, никто так и не умер. Вместо этого они просто исчерпали последние капли своих сил.

Оба парня оказались полностью обессилены, двигались только их глаза и пальцы на ногах и руках.

Они делали всё возможное, пытаясь выровнять своё дыхание, чтобы ускорить восстановление Ци и успеть убить противника, прежде чем он сделает это первым.

Время медленно шло, и Цинь Му наконец восстановил немного сил. Достав драконью слюну, он обработал свои раны, ведь даже тело, выкованное металлом, не смогло бы пережить слишком длительное кровотечение.

Паньгун Цо, в свою очередь, достал нефритовый пузырёк и выпил какое-то лекарство. Прожив десять тысяч лет, он успел изучить много всего, и неплохо разбирался в искусстве лечения. Парень даже мог готовить шаманские яды, поражающие не только тело, но и душу.

Взглянув на него, Цинь Му резко принял испуганное выражение лица.

Его противник был экспертом многих профессий, которого не так и часто встретишь. Несмотря на то, что его познания не достигали максимального уровня развития, они всё равно поражали. Соединив все известные ему искусства воедино, можно было обрести огромную силу, но сделать это было не так уж и просто.

Он и не надеялся добиться чего-то подобного. Несмотря на то, что его способности и мудрость были невероятно высокими, его напористость давно иссякла. Его искреннее желание развиваться давным-давно умерло.

Паньгун Цо не продолжал атаковать. Прожив столько жизней, он всё равно оказался неспособен взять верх над Цинь Му.

Встретив его впервые, парень потерпел унизительное поражение, едва спасшись. В сей раз он снова не смог победить. Из-за этого его боевой дух значительно снизился.

В новом теле находилось совершенствование из его прежних жизней, которое нельзя было безрассудно использовать. Сначала нужно было повысить выносливость тела, отполировать его фундамент, чтобы оно могло выдержать большую силу.

Мощь из его прежней жизни была слишком ужасающей, и небрежное её использование могло попросту взорвать тело юноши. Впрочем, как только оно станет сильнее, совершенствование Паньгун Цо вернётся к своему прежнем значению. Именно поэтому он совершенствовался быстрее Цинь Му.

Однако, со времён их последней встречи прошло уже пять месяцев, и по логике Паньгун Цо, он должен был значительно перегнать Цинь Му в совершенствовании. Он никак не ожидал, что тот всё ещё сможет с ним сравниться.

Парни замолчали, выглядывая сквозь окна мостика.

Независимо от того, смотрели они вниз, или вверх, мир Юду выглядел одинаково. Здесь не было четырёх времён года, солнца, луны и, естественно, севера, востока, юга или запада. Во всех остальных мирах существовало шесть направлений, но не тут.

В одинокой тьме Юду, корабль плыл без какой-либо цели.

Чем дальше он отплывал, тем труднее становилось вернуться в реальный мир. В таком одиночестве его пассажиры быстро сойдут с ума!

Во тьме за бортом вспыхнул свет Юду. Это было живое существо, сверкающее в темноте, чтобы привлечь жертву.

Однако, странным было то, что с тех пор, как корабль прошёл сквозь ворота, ни одна форма жизни не осмелилась к нему приблизиться.

Цинь Му и Паньгун Цо внезапно подумали о причине этого и удивились: «Скорее всего, на корабле есть ужасное живое существо, которого боятся обитатели Юду!»

Существо, естественно, не было одним из них, а кем-то другим.

Цинь Му вспомнил дьявольскую Ци, которая рвалась ему навстречу, когда он забрался на борт. Всё это доказывало, что они были здесь не одни. Что-то здесь пряталось!

«Сердце того существа невероятно злобное. Здесь крайне опасно, если я не буду осторожен, меня сожрут до костей», — неуверенно поднялся Цинь Му, отчего Паньгун Цо немедленно насторожился. Он принял защитную позу, но его противник не стал атаковать. Вместо этого он снял со своей спины мешочек таоте, открыл его и собрал все летающие мечи.

Вздохнув, Паньгун Цо тоже отложил свою саранчу в сторону:

— Владыка Культа Цинь, на корабле прячется неизвестная опасность. Нам лучше работать вместе, дабы выбраться из этой ситуации, вместо того чтобы продолжать сражаться до смерти. Что скажешь?

Тот улыбнулся:

— Я тоже об этом подумал. Тем не менее, мне будет сложно успокоиться, работая с тобой.

Глаза Паньгун Цо загорелись:

— Я тоже не слишком в тебе уверен. Владыка Культа Цинь, мы с тобой враги, и я сильно недооценивал тебя в прошлом, тем не менее, с этого дня я знаю, насколько ты силён. Данное путешествие сильно отличается от того, что я себе представлял. Внезапно оказаться посреди Юду на корабле, полном ловушек, и со страшным существом где-то неподалёку это уже через чур. Нам нужно заключить перемирие и работать вместе, только тогда появиться шанс выбраться отсюда в живых. Если продолжить сражаться, мы найдём здесь свою смерть!

Цинь Му с неохотой ответил:

— В таком случае мы будем работать вместе пока находимся на корабле. Как только нам удастся отсюда выбраться, мы снова станем врагами.

Улыбнувшись, Паньгун Цо кивнул:

— По рукам!

— По рукам, — Цинь Му на мгновение заколебался. — Может заключим Соглашение Графа Земли?

Паньгун Цо снова улыбнулся и ответил:

— Не нужно так заморачиваться, наше сотрудничество не долгосрочно.

Кивнув, Цинь Му согласился:

— Думаю, ты прав.

Вздохнув с облегчением, Паньгун Цо подумал: «Новый Император Людей всё ещё молод, он не может меня перехитрить. Если бы я заключил Соглашение Графа Земли, мне пришлось бы и вправду с ним помириться. Как я тогда от него избавлюсь?»

Намерения обоих парней были не слишком чистыми, но Паньгун Цо решился заговорить первым:

— Нужно найти моих подданных и перегруппироваться. Только тогда у нас появится шанс защитить себя.

Цинь Му кивнул:

— Гроссмейстер прав, сделаем, как ты сказал. Ах да, серебряный шлем… — парень достал серебряный артефакт и озадачено на него взглянул.

У Паньгун Цо тут же возникло желание вырвать сокровище из рук юноши, но он боялся, что тот незаметно его атакует, когда он будет одевать его на голову, поэтому покачал головой:

— Теперь, когда мы работаем вместе, нам нужно доверять друг другу. Храни его у себя и иди за мной. Я вычислил секрет комнат на корабле, здесь используется заклятие интеграции.

Цинь Му был искренне впечатлен:

— Гроссмейстер мудр!

Парни закончили собирать свои вещи и вышли из каюты, увидев, что корабль был абсолютно пуст. Кроме них, здесь не было ни единого живого существа, только странная зелёная жидкость сияла на палубе.

Размер корабля был невероятным. Белые летучие мыши, цилинь, великие шаманы, Шаманы Короли и солдаты Империи Варварских Ди, пришедшие вместе с Паньгун Цо, скорее всего потерялись где-то среди его комнат.

Поглотив несколько духовных пилюль, юноши сделали всё возможное, чтобы максимально восстановить своё совершенствование. Бок о бок входя в комнату, Цинь Му начал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы ускорить эффект лекарственной энергии. Запас его сил восстановился где-то на двадцать-тридцать процентов, а раны на его теле начали покрываться струпьями, которые вскоре отпали из-за использования драконьей слюны.

Раны Паньгун Цо тоже быстро заживали. Его лекарство ничем не уступало тому, что использовал Цинь Му.

Внезапно Цинь Му увидел, как по стене пробежал старик из картины, и его сердце тут же вздрогнуло, отчего он, не раздумывая, бросился вдогонку.

Паньгун Цо крикнул:

— Нам не туда!

Однако, к этому времени Цинь Му успел открыть дверь и исчезнуть в соседней комнате!

Не имея другого выбора, кроме как присоединиться к погоне, Паньгун Цо впал в ярость: «Я бы давно от тебя избавился, если бы не этот корабль! Мразь, попади ты в мои руки, твоя смерть будет мучительной!»

Глава 310. Таинственный Коридор

Они ворвались в комнату, но старец из картины не остановился, ловко юркнув в другую комнату, в то время как Цинь Му, не отставая, быстро последовал за ним, как вдруг он столкнулся лицом к лицу с человеком. Встретившись, они оба были удивлены:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа!

— Солдат Империи Варварских Ди!

Реакция юноши оказалась быстрее, поэтому в момент, когда они пересеклись, от его уже успевшей подняться ладони послышался воздушный хлопок от преодоления звукового барьера. До того, как раздался пугающий протяжный рокот, с обратной стороны тела того человека, где-то в районе сердца, уже был запечатлён след мудры… Бури Девяти Драконов!

Цинь Му приложил ладонь к спине незнакомца, и только сейчас тот успел среагировать. Пилюли ножа только-только поднялись в воздух, в то время как мощь, стоящая за исполненной атакой Цинь Му, разразилась неукротимой, непредсказуемой яростью. Сила в форме дракона атаковала варварского практика. Первая волна попросту сдула Ци, защищавшую тело бедолаги, вторая волна разорвала мышцы, третья искрошила кости, четвёртая проникла в сердце, а пятая смогла пробить с другой стороны его грудную клетку, трансформируясь в кровь дракона, выплеснувшуюся из тела!

Пилюли ножа солдата поднялись в небо, разделяясь загудев своими тонкими изогнутыми лезвиями. В тот же момент Цинь Му поднял Беззаботный Меч и разрезал ножи на части. Они мгновенно стали грудой из сотен непригодных для боя ножей, в итоге упав на пол. Жизненная Ци солдата рассеялась, и он замертво рухнул на землю.

Паньгун Цо опоздал, не успев спасти своего. Не то, что бы тот был ему дорог, но определенно пригодился бы в какой-нибудь патовой ситуации. К тому времени, как он приблизился, Цинь Му уже убил его.

— Владыка Культа Цинь, он был моим человеком! — рассердился юноша.

Вернув Беззаботный в ножны, другой юноша покачал головой:

— Первым делом твой человек собирался убить меня, я лишь защищался. Если бы я не сделал этого, тогда сейчас уже лежал бы мёртвым вместо него. Гроссмейстер недоволен? Тебе стоит идти первым, тогда твои люди не будут атаковать.

Паньгун Цо колебался. Идя впереди, он подставил бы свою спину противнику. Видя с какой ловкостью, даже беззаботностью мальчишка разобрался с солдатом… было очевидно, что тот убьёт и его. Решение напрашивалось само собой — он ни в коем случае не должен подставлять свою спину. Кроме того, Цинь Му аргументировал своё предложение опираясь только на эту ситуацию, но что бы произошло, если бы выскочил не солдат, не верный воин, а две белые летучие мыши или цилинь… в таком случае ему бы определённо никогда не удалось встретить второго рассвета, ведь он попросту бы не справился с такой силой, обращённой против него.

Они начали поиски старика с картины. Цинь Му просто носился по комнатам, а Паньгун Цо бесцельно, из комнаты в комнату, следовал за ним.

«Я не позволю этому сорванцу быть всегда впереди», — подумал Паньгун Цо, открывая комнату.

— Сюда! — звук открывающейся двери донёсся из-за спины Цинь Му, но тот не обратил на это ровным счётом никакого внимания, вбегая в другую комнату. Паньгун Цо был в ярости, но продолжил следовать за ним. В конце концов серебряный шлем, который контролировал корабль, был у паренька.

Они вошли в соседнюю комнату, как вдруг остановились. Цинь Му поднял ноги, заметив, что к ним прилипла какая-то липкая жидкость. Комнату покрывала зелёная липкая субстанция, она была везде, на полу, на стенах, на потолке, даже стол был весь в ней. Юноша оглянулся и увидел, что старец с картины тоже находился в комнате, и прямо сейчас старательно избегал жидкости, перемещаясь по местам, где её не было. Он был человеком с картины, и липкая жидкость была опасна для него, так как могла приклеить к любому месту, поэтому ему приходилось осторожничать.

Тоже увидев старика, Паньгун Цо не мог не удивиться. Он поспешно взмахнул Флагом Облака Саранчи, но прозвучали громкие лязги, что не удивительно, ведь Цинь Му использовал свои летающие мечи, чтобы заблокировать атаку. Разъярившись, тринадцатилетний паренёк уставился на юношу впереди, спрашивая строгим голосом:

— Владыка Культа Цинь, не хочешь мне ничего объяснить?

Цинь Му равнодушно ответил:

— Моя фамилия Цинь, это единственное, что ты должен знать.

Сердце Паньгун Цо неистово задрожало, ведь он мгновенно уловил смысл, стоящий за словами собеседника. Ужасающее существо, чьи глаза располагались в восьмистах метрах друг от друга, ждало человека с фамилией Цинь, следовательно, причиной, послужившей возгоранием его интереса по отношению к их скромным персонам, было то, что они “оба” были Цинями!

«Малец чрезвычайно умён… в противном случае не прожил бы так долго, — думал Паньгун Цо. — Может ли владелец данного корабля тоже носить фамилию Цинь? Этот сопляк и владелец корабля из одной семьи? Если это так, то он тоже должен быть из деревни Беззаботной! Неудивительно, что он проделал весь этот путь сюда… Минутку! Шестнадцать лет ужасающее существо ждало юношу, который носит фамилию Цинь! А паршивцу же тоже шестнадцать лет! Шестнадцать лет назад этот корабль разбился здесь… Между всем этим определённо должна быть какая-то связь!» — подавив своё удивление, он убрал Флаг Облака Саранчи.

Цинь Му убрал свои летающие мечи, в то время как старик с картины нашёл путь и прошёл через очередную дверь. Последовав за ним, они увидели длинный коридор. Паньгун Цо был ошеломлён. Немногим раньше он просчитал заклятие интеграции, используемое этими комнатами, поэтому нашёл тот самый мостик, но он не ожидал увидеть такой коридор.

«Очень странно, я ведь всё просчитал, но почему тогда всё выглядит так незнакомо?» — был в замешательстве Паньгун Цо. Если бы он не просчитал заклятие интеграции, тогда разве нашёл бы тот мостик? Ну а если всё же просчитал, тогда разве он не должен был знать об этом коридоре? По его расчётам коридора быть не должно, определённо не должно! Тогда возможно только одно… Заклятие интеграции было просто внешней структурой, используемой для обмана людей. Оно должно было заставить вошедших думать, что они обыскали весь корабль, и пропустить истинные секреты, сокрытые ниже! Даже серебряный шлем, которым обладал Цинь Му, мог быть всего лишь уловкой для людей и не мог по-настоящему контролировать корабль.

«Боги деревни Беззаботной действительно необыкновенны, даже меня обманули. К счастью, сорванец Цинь здесь, в противном случае, я бы не обнаружил этот секрет», — взгляд Паньгун Цо мерцал. В последнем помещении было много зелёной жидкости, а это означало, что неизвестное существо тоже находилось здесь.

Старик с картины бегал по стене длинного коридора, время от времени двигаясь вверх-вниз, как будто чего-то избегая. Цинь Му и Паньгун Цо оглянулись и увидели множество отметин, оставленных на стене. Были глубокие отпечатки ладоней, как и другие типы отпечатков ладоней, также можно было разглядеть странные отпечатки оружия, выглядящие несравнимо ужасающими. Казалось, просто лёгкое прикосновение заставит их разрушительную энергию активироваться и уничтожить всё вокруг!

Все следы были оставлены божественным оружием!

Кроме следов от оружия, также присутствовали отпечатки, оставленные божественными искусствами. Они не были большими, но содержали ужасающую силу, пульсирующую свечением, которое могло заставить сердца людей трепетать.

Свечение отпечатков было связано с рунами, они иногда были яркими, а иногда тусклыми. Они были сложными, глубокими и трудными для понимания. Когда люди смотрели на них в первый раз, они ничего не понимали, но как только начинали задумываться, мгновенно чувствовали чудо мира, наводняющее их и отправляющее в транс.

— Немного отличается от каменной стены Меча Дао секты Дао, но довольно схожа по результатам! — воскликнули в восхищении Цинь Му и Паньгун Цо.

Отпечатки божественных искусств и оружий были просто сокровищницей техник. Даже при том, что они не были сопоставимы с Четырнадцатью Писаниями Меча Дао из секты Дао, однако, если бы можно было постичь все чудеса, содержащиеся в них, техники и божественные искусства, этого, вероятно, хватило бы для основания совершенно новой священной земли!

Их сердца затрепетали, но у них не было другого выбора, кроме как сдерживаться, ведь враг находился совсем рядом. Оба желали присвоить данное место для себя, но перво-наперво нужно было разобраться с паразитом сбоку. К тому же отпечатки на стенах были крайне неустойчивыми, и, если случайно задеть один, мощь от взрыва разорвёт их на тысячи мелких кусочков!

Тот старик с картины всё ещё был впереди. Они должны были давно выйти из корабля, но, казалось, длинный коридор был бесконечный. Судя по всему, им довелось попасть в ещё более совершенное заклятие интеграции, использующее великую магическую силу для деформации пространства. Сворачивая и растягивая пространство своими силами, ему даже не нужно было использовать кожу и кости таоте.

Не смотря на свою узость, на стенах коридора виднелось очень много отпечатков божественных искусств и оружия, из-за чего можно было легко представить, насколько ожесточённой была битва. Но самым важным моментом было то, что, когда эти невероятные практики применили здесь свои движения, сила их божественных искусств была сжата и взрывалась только тогда, когда они били по своим врагам. Без удара ни капли силы не просачивалось.

Ужасающе… Данный факт означал, что их контроль над силой достиг чрезвычайно сложного уровня, когда используется наименьшее количество энергии для создания наибольшего урона. Добиться такого было крайне сложно. Даже если взять практика области Шести Направлений, взрыв от его божественного искусства мог охватить радиус в многие метры. Не многие люди были бы в состоянии достичь подобного. Но если бы кто-то преуспел и выучил все движения, разрушительность атаки, вероятно, была бы умножена в сто раз.

Если бы боги сжали свои божественные искусства до такого состояния, насколько ужасающей была бы их разрушительная сила?

Глаза Цинь Му и Паньгун Цо загорелись, они сразу осознали, какая мощь стоит за всем этим. Окажись у них одинаковые совершенствование и сузив область взрыва божественных искусств, разве один из них не был бы убит при новом столкновении? Кроме того, сила не будет выходить, исчерпание магической силы будет сведено к минимуму, что позволит сражаться ещё дольше.

Их техники и божественное искусство не имели такого тонкого метода контроля. Для того, чтобы контролировать божественные искусства до такой степени, требуются чрезвычайно высокие достижения в алгебре. Секта Дао имела чрезвычайно высокие достижения на данном нелёгком, тернистом пути, но даже их люди не могли достичь такого, иначе, секта Дао была бы непобедима.

«Я думаю, что только будучи опытным в расчётах, можно контролировать свою силу до такой степени, не так ли?»

Лёгкий ветерок внезапно пронёсся по длинному коридору. Цинь Му и Паньгун Цо застонали, в то время как их кости затрещали. На их тела оказал такое давление не ветер, а воздух бога, который пришёл с ним. Воздействие было таковым, что они еле как могли отдышаться.

Цинь Му немедля превратился в чёрную тень и погрузился в стену, чтобы пройти через неё. Паньгун Цо увидел, что сделал временный союзник и посчитал это очень умным решением. Он также поспешно превратился в тень и погрузился в стену. Они оба избегали отпечатков в стене, продвигаясь вперёд, пока вскоре не увидели источник воздуха бога. Им оказался труп, принадлежавший богу. Его голова была пронзена, половина тела окаменела, в то время как другая всё ещё имела плоть. Он был убит врагом прежде, чем смог закончить окаменение.

Ожесточённость битвы в коридоре была немного не в их ожиданиях. Они проскользнули сквозь стену и последовали за стариком с картины. Через десятки метров они увидели второй божественный труп, а затем третий, четвёртый…

Сердца Цинь Му и Паньгун Цо дрогнули, когда они двинулись вперёд, дрожа от страха. Наконец, они подошли к концу коридора и увидели дверь. Она открылась со скрипом сами по себе. Цинь Му мгновение колебался, прежде чем спуститься со стены и войти. Паньгун Цо решил последовать за ним только после того, как тот проверит всё внутри на предмет опасности. Увидев, что внутри всё вроде как довольно тихо и спокойно, он спрыгнул со стены. Но как только он захотел войти, дверь вдруг скрипнула и захлопнулась.

Паньгун Цо сразу же начал стучать в дверь, но она несмотря ни на что не открывалась. Тут до него дошло, что дверь надо просто открыть и перестать стучать как оголтелый. Открыв дверь, он тут же ворвался внутрь и поднял голову, чтобы осмотреться. Леденящее душу чувство охватило его сердце, капли холодного пота стекали с его лба.

Он оказался в пронизанном тьмой мире Юду, только светящиеся огни плавали где-то высокого, подобно звёздам на небе. Сейчас он стоял на палубе корабля-сокровища. Цинь Му и старца с картины даже близко не было рядом.

Было очевидно, что после того, как дверь закрылась, заклятие интеграции времени переместило пространство, так что это уже не та комната, в которую вошёл Цинь Му!

— Чёрт возьми! — впав в ярость, Паньгун Цо повернулся открыть дверь, но комната за ней больше не была таинственным коридором. Ею оказалась совершенно новая комната.

Глава 311. Мужчина в Дереве

— Нельзя верить ни слову, сказанному этим мерзавцем Цинь! — ярость Паньгун Цо достигла предела. Он вбежал в случайную комнату, громко крича. — Где же совместная работа? А как же перемирие на то время, пока мы на корабле? Лжец! Сбежал, как только встретил что-то ценное, сразу же пытаясь забрать всё себе! Подавись, выродок!

Стоя за спиной Цинь Му, он чётко увидел, как тот закрыл дверь, тем самым используя заклятие пространственной интеграции корабля, чтобы не позволить ему пойти следом!

Мерзавец и вправду решил забрать всё себе!

Паньгун Цо быстро успокоился и начал просчитывать второй слой заклятия пространственной интеграции, холодно бормоча:

— Так как я знаю, что здесь есть два слоя заклятия, мне с лёгкостью удастся вычислить положение длинного коридора, можешь забыть о том, чтобы забрать всё себе!

Проводя вычисления, он открывал двери одна за другой в поисках своих подданных. Однако, на судне было слишком много комнат, и его люди давным-давно заблудились. Пытаясь найти обратную дорогу, они углублялись всё дальше и дальше.

Парень уже успел разгадать секрет внешнего слоя заклятия, но ему всё равно пришлось потратить довольно много времени, чтобы найти своих людей. По пути он даже встретил двух летучих мышей и цилиня, который тоже пытался просчитать заклятие и почти нашёл местонахождение мостика.

Между вражескими сторонами тут же разразилась ожесточённая битва. Паньгун Цо и остальные потерпели поражение, но, к счастью, в этот миг в комнату попал Шаман Король, сумевший спасти их от гибели.

Найдя остальных Шаманов Королей, Паньгун Цо так и не смог определить местонахождение коридора, отчего его чувство поражения усилилось.

«Нет ничего страшного в том, что я не нашёл комнату, Цинь Му всё равно рано или поздно выберется наружу. Тогда мне нужно будет схватить его, отобрать шлем и заставить рассказать все секреты, которые он встретил!»

****

Цинь Му невинно моргнул, стоя посреди комнаты в конце длинного коридора. Он намеренно не позволил Паньгун Цо войти следом за ним. На протяжении всего путешествия, старик с картины вёл его к секрету судна, и так как они были уже близко, он не хотел, чтобы враг смог ему помешать. Он согласился заключить союз с Паньгун Цо лишь для того, чтобы тот принимал на себя атаки врагов, если они попадут в опасную ситуацию. Но так как риск для жизни исчез, не было смысла продолжать таскать врага с собой.

«Гроссмейстер, ты ведь тоже так думал, верно? Но всё-таки я оказался хитрее», — с такими мыслями он обернулся, осматривая окрестности. Парень оказался внутри удивительной комнаты, которая слегка напоминала Святыню Бога Изогнутой Горы, которую он нашёл под водой. Это место имело около пятнадцати километров в ширину, отчего походило на маленький мир, спрятанный внутри корабля, будучи лишь немного меньше, чем подводная святыня.

Комната была намного больше самого корабля, было сложно представить, как её смогли здесь поместить.

Цинь Му поднял голову, смотря на потолок, сделанный из длинных досок. Он сильно отличался от потолка святыни, который был создан из костей божественного зверя таоте. Пространство внутри тела таоте было огромным, поэтому, если использовать скелет зверя при строительстве здания, оно автоматически становилось большим.

Тем не менее, внутренний объём этой комнаты увеличился посредством великой магической силы и божественных искусств, деформирующих пространство. Подобный подход был намного сложнее первого.

Внутри поражающей своими размерами комнаты стояло огромное дерево, крона которого достигала небес. Её корни извивались по земле, будто драконы, выглядя невероятно древними. Светящиеся огни текли по телу дерева, поднимаясь от корней к небу. Их свет не иссякал, заливая комнату целиком. Внутри светящихся огней, казалось, текли рунические знаки. Начиная своё движение под корой дерева, они постепенно передвигались к потолку, проникая в корпус корабля.

Время от времени, внутри ствола дерева раздавался стук сердца, оглушая своей громкостью. Цинь Му осматривал гигантское дерево, раздумывая. Корабль был построен вокруг растения, а длинные доски на потолке, скорее всего, были его ветками.

Более того, судя по пульсациям света и оглушающему сердцебиению, раздающемся внутри ствола, дерево до сих пор было живым и выступало в качестве сердца корабля. Можно было сказать, что оно было источником его энергии!

Сколько лет понадобилось, чтобы вырастить столь огромное дерево?

С какой стати оно владеет такой огромной силой, что может двигать целый корабль, непрерывно снабжая его энергией?

«Как я и думал, мостик и серебряный шлем на самом деле не используются для управления судном. Он контролируется с помощью этого создания! — взгляд Цинь Му опустился на землю, которая оказалась яркой и чистой, будто зеркало. Оттуда ему помахал рукой старик из картины, после чего тут же бросился бежать. В спешке догоняя его, Цинь Му интересовался. — Неужели старикашку кто-то нарисовал? Со стороны выглядит даже круче, чем то, на что способен глухой дедушка. Несмотря на то, что дедушка может наделить точку божественной душой, используя обоюдную чувствительность, его работы быстро превращались обратно в чернила. А нарисованный старик, в свою очередь, выглядит как живое, дышащее создание. Хоть он может двигаться только внутри стен, он почти не отличается от настоящего живого существа. В мире что, и вправду есть человек, чьи картины лучше, чем у глухого дедушки? Да быть такого не может!» — юноша тут же вспомнил о ключевом моменте. Человек, нарисовавший этого старика, может быть и не превзошёл глухого в искусстве живописи. Вместо этого, он оказался лучше в искусстве создания.

Кто-то нарисовал этого старика и подарил ему жизнь, используя путь создания, чтобы тот смог стать тайным хранителем и проводником данного места!

Картины немого почти не зависели от искусства создания, а только от техники рисования!

Цинь Му бежал бок о бок со стариком с картины, мчащемся в сторону стоящего в центре древнего дерева. Приближаясь к растению, юноша нахмурился. Чистый зеркальный пол был покрыт липкой зелёной жидкостью, будто здесь проползало какое-то мерзкое создание. И чем ближе они приближались к дереву, тем больше жидкости встречалось по пути. Старик из картины начал бежать более осторожно, избегая липкого вещества вокруг дерева.

Цинь Му настороженно осматривал окрестности. Несмотря на огромные размеры комнаты, он не смог разглядеть во тьме какой-нибудь опасности. Тем не менее, зелёная жидкость продолжала его волновать. Она встречалась на палубе корабля, там, где их атаковала дьявольская Ци. За той злой энергией пряталась какая-то ужасная сущность.

Комната, из которой они попали в длинный коридор, тоже была покрыта странным веществом.

Теперь оно было повсюду, а это значило, что древнее дерево было особо важным местом для существа, которое распространило жидкость.

Юноша огляделся, и его беспокойство становилось ещё сильнее. Чем больше он всматривался, тем сильнее боялся, что попал в гнездо владельца липкой жидкости!

Наконец, Цинь Му и старик с картины добрались к стволу гигантского дерева. В этот миг, он ошеломлённо замер. Он увидел мужчину в белом, иллюзию которого встречал раньше… Точнее, он увидел лишь его лицо!

Владелец данного судна, мужчина в белом, который происходил из деревни Беззаботной и носил фамилию Цинь, сросся с гигантским деревом, становясь с ним одним целым. Снаружи осталось лишь его лицо, уже успевшее частично исчезнуть под корой.

Он почти полностью превратился в дерево, его глаза казались безжизненными. Очень медленное сердцебиение, раздающееся вокруг, должно быть исходило от его сердца.

Цинь Му был ошеломлён. Мужчина в белом невероятным образом продлил свою жизнь, слившись с деревом. Впрочем, подобное решение вынудило его пойти на огромную жертву, так как он стал частью огромного растения, потеряв возможность двигаться и медленно превращаясь в дерево!

Раны мужчины, должно быть, были невероятно тяжёлыми, настолько тяжёлыми, что он не мог выдержать больше!

Враги гнались за ним вплоть до этой комнаты. После того, как он с ними разобрался, у него не осталось выбора, кроме как исполнить запретную технику и превратиться в часть дерева, чтобы остаться в живых!

Смотря на лицо в дереве, юноша заметил, что его глаза начали понемногу открываться. Казалось, будто они были вырезаны из дерева, способные видеть лишь мутную картинку перед собой.

— Это ты сделал так, чтобы старик из картины привёл меня сюда? — спросил Цинь Му, чувствуя, что мужчина был для него очень близким, будто между ними существовала какая-то связь. Из-за этого его сердце начало неконтролируемо колотиться, и он тут же спросил. — Тебя зовут Цинь Фэнцин? Ты из деревни Беззаботной?

Человек в дереве, казалось, наконец сумел частично разглядеть черты лица Цинь Му, отчего слегка обрадовался. Он с трудом открыл рот, но оказалось, что его язык превратился в дерево и не мог издать ни звука.

Юноша был ошеломлён. Эффект от использования запретной техники был слишком сильным. Несмотря на то, что жизнь мужчины продлилась, его чувства и функции тела почти исчезли.

— Ты узнаешь мой нефритовый кулон? — поспешно сняв украшение с шеи, Цинь Му протянул его к лицу, едва удерживая своё волнение. — Ты его узнаешь? Он нашёлся среди моих пелёнок, и я всегда ношу его с собой. Цинь — это фамилия семьи из деревни Беззаботной?

Человек в белом начал ещё сильнее радоваться, да так, что даже древнее дерево слегка задрожало. Казалось, будто заточённый в нём мужчина пытался выбраться наружу и схватить кулон своими руками!

Одно за другим, кольца света поплыли вниз по стволу дерева, подавляя усилия бедолаги. Открыв рот, он, казалось, много чего хотел рассказать юноше, но так и не смог издать и звука…

Выражение лица Цинь Му помрачнело. Говоря с самим собой, и в то же время с мужчиной в белом, он бормотал:

— Бабушка говорила, что нашла труп женщины, которая принесла корзину со мной к деревне Цань Лао, что в Великих Руинах. Однажды я увидел её под водой, но так и не смог разглядеть поближе. У меня остался лишь этот нефритовый кулон, который я ношу на шее с самого рождения, продолжая надеяться, что узнаю, откуда я происхожу и жива ли моя семья…

Он сел на землю под деревом, обхватив колени руками. На кончике его пальца висел нефритовый кулон, качаясь туда-сюда.

— Я чувствую, что мои родители до сих пор живы, и хотят, чтобы я их нашёл. Я ведь никогда раньше их не видел…

— Маленькая девушка, ставшая Хранителем Солнца, сказала, что я могу происходить из деревни Беззаботной, поэтому я сделал всё возможное, чтобы туда попасть. Узнав всё что смог, я попытался найти туда дорогу, но терпел неудачи одна за другой. Я даже впутал сюда старейшину деревни и остальных, что чуть не привело к их гибели…

— Я не говорил им об этом месте, потому что боялся снова навлечь на них опасность. Цинь Фэнцин, тебя ведь так зовут, я прав? Я сумел тебя найти, но никогда бы не смог подумать, что ты окажешься не в силах что-то мне ответить. Разве вернуться домой и узнать что-то о своём рождении действительно так трудно?..

Он закрыл лицо руками, не сказав больше ни слова.

Кап-кап.

Послышалось капанье слёз, после чего Цинь Му поднял голову, вытирая глаза. По щекам мужчины в дереве тоже катились капли.

Внезапно в кроне дерева что-то зашумело, сползая вниз по стволу, будто змея. Древний, загадочный голос донёсся от существа:

— Цинь Ханьчжэнь, теперь, когда ты встретил Цинь Фэнцина, твоё желание исполнилось.

Глава 312. Владыка Сатурна

Цинь Му запутался в своих мыслях: «Цинь Ханьчжэнь, Цинь Фэнцин?»

В семейном журнале записей на последней странице было предложение: “Сто седьмое поколение, сын Ханьчжэня, Фэнцин”.

Цинь Фэнцин был сыном Цинь Ханьчжэня. Так что означали слова той странной штуки, что сползла с дерева? Кого она назвала Цинь Ханьчжэнем? И кого Цинь Фэнцином?

Тело Цинь Му задрожало, а лицо стало бледным, словно обескровленным. Он понял, что являлся Цинь Фэнцином, а человек на дереве был Цинь Ханьчжэнь!

Последним человеком в семейном журнале записей Императора-Основателя был не кто иной, как он, а человек на дереве — его отец!

Неужели и правда, что человек, сросшийся с деревом, был его отцом? Получается он нашёл своего родственника, которого так долго искал? Но почему всё обернулось вот так, почему он стал таким?

Цинь Му неоднократно говорил себе оставаться спокойным, так как старый Ма однажды сказал ему никогда не терять самообладания, независимо от того, с чем сталкиваешься. Самоконтроль превыше всего. Даже столкнись он лицом к лицу с апокалиптическим явлением, подтолкнувшим его к ситуации на грани жизни и смерти, ему удалось бы выжить, нужно было только сохранять спокойствие.

Одноногий, в свою очередь, однажды посоветовал ему всегда улыбаться и оставаться позитивным. Такое поведение было эффективно не только для одурачиванья врагов, но и сохранности своего духа в приподнятом состоянии. Даже если тебе вдруг отрубят ногу, ты всегда должен демонстрировать свою самую искреннюю улыбку. Только в таком случае у тебя будет шанс сбежать.

Бабушка Сы же говорила, что независимо от того, отравлено ли сердце тьмой или даже дьяволом, он должен оставаться сильным. Но облажавшись, считай пиши пропало.

Тем не менее, несмотря на всю близость опасности, Цинь Му не мог успокоиться. Когда его отец, плоть от плоти, его ближайший родственник, которого он раньше никогда не встречал, оказался в таком состоянии, он не мог следовать наставлениям старого Ма, бабушки Сы и одноногого… Просто не мог.

Цинь Му изо всех сил старался собраться и не думать о человеке на дереве, не говоря уже о заботе о нём. Подсознательно сжав кулаки так сильно, что ногти вонзились в ладони, внезапно появилось лёгкое кровотечение и чувство режущей боли. Он поднял голову и посмотрел на таинственное существо, которое скользило вниз…

Им оказался получеловек-змея с чрезвычайно огромным телом. Несмотря на то, что нижняя половина явно принадлежала какому-то змеиному виду, у неё не было чешуи, верхняя же была человеческой, женской. Она была очень красива и соблазнительна, но голос, который исходил из её рта, был мужским.

Её тело оставляло след липкой жидкости, при этом будучи в чём-то схожим с формой Владыки Сатурна, в которую превращался Цинь Му, вот только её форма выглядела гораздо более примитивной.

В районе задней части шеи можно было разглядеть подобие двух плотных отросших мембран, и когда она говорила, они открывались, как два веера, колющие по бокам шеи, поднимающиеся над её головой и непрерывно дрожащие для создания звуков. Казалось, она не могла использовать рот для разговоров, полагаясь лишь на дрожь плоти мембран, чтобы издавать звуки. Из-за этого, её голос был очень странным и загадочным…

Мембраны должны были быть её голосовыми связками, а на кончиках располагались копьеподобные костяные шипы длиной в шестьдесят сантиметров. Когда мембраны раскрывались, можно было разглядеть две чёрные точки, которые выглядели как два странных глаза.

Согласно тому, что знал юноша, существовали две формы Владыки Сатурна. Первый вид был простой формой Владыки Сатурна, не имеющий Врат Небесной Воли или писания в руке. Другой вид был как у него, с Вратами Небесной Воли позади и писаниями в руке. Но странная форма жизни перед ним была ещё более примитивной. Было не похоже, что она достигла её при помощи совершенствования, а, судья по всему, родилась в ней… И являлась формой жизни Юду, которая, вполне возможно, была даже богом!

Она и владелец глаз, которые располагались в восьмистах метрах друг от друга, были двумя разными личностями.

— Мы с тобой дали обещание, Цинь Ханьчжэнь, — она сползла к основанию дерева и обвилась вокруг него, затем, прижавшись соблазнительным лицом к лицу мужчины в дереве, она приласкалось. Мембраны плоти за её шеей задрожали, издав звук смеха. — Мы с тобой заключили Соглашение Графа Земли. Ты обещал, что если найдёшь своего сына по имени Цинь Фэнцин, то позабудешь обо всём и последуешь за мной к Юду, передав расположение деревни Беззаботной. Теперь, когда ты нашёл его, пришло время выполнить обещание, — сказала женщина-змея.

Мужчина на дереве не двигался, изо всех сил вглядываясь в Цинь Му. Его тело уже превратилось в дерево, из-за чего глаза больше не видели юношу, стоящего перед ним. Слёзы покатились по его щекам…

Странная форма жизни окружила тело древнего дерева и на мгновение оставила мужчину в покое. Пока она неторопливо скользила вокруг, был слышен её голос:

— Ворвавшись в мир Юду и сломав запечатывающий барьер, ты уже был одной ногой в могиле, поэтому и слился с этим деревом. Так ты поступил только по одной причине — встретиться со своим сыном, ведь у тебя не было даже шанса, чтобы остаться в живых. Я пришла сюда и составила тебе компанию, в то время ты пообещал мне, что, когда встретишь сына, отдашь всё. Ты был готов передать свою душу Графу Земли, а также раскрыть расположение деревни Беззаботной. Я согласилась на твои условия, поэтому не забрала твою жизнь.

Она внезапно подползла к Цинь Му, а точнее к его лицу. Её огромное тело обвилось вокруг него, издав странный смех:

— Увидев своего сына, не гоже отказываться от своих слов. Хочешь, чтобы твой сын умер? Хе-хе-хе, такое восхитительное тело, такая юная жизнь. Ему всего шестнадцать лет отроду, я права? Он должен быть таким нежным и сочным…

Холодный пот проступил на лбу юноши, он резко выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана для управления техникой Истинного Маркиза Земли Владыки Сатурна, превращаясь в форму Владыки Сатурна.

— У меня тоже… — хрипло начал было говорить он, как был перебит.

— У тебя тоже есть форма Владыки Сатурна? — странная форма жизни Юду вдруг отползла от него и уползла к дереву, поднимаясь выше. Её длинный хвост всё ещё был обвит вокруг дерева. Глядя на миниатюрного юношу перед собой, она игриво улыбнулась. — Такой жалкий, смехотворный и незрелый. Разве ты не знаешь кто я? Твоя форма Владыки Сатурна лишь подражает мне. Я и есть Владыка Сатурна!

Она наклонилась к лицу Цинь Му, ожидая увидеть беспокойство, страх и отчаяние на лице аппетитного юнца после того, как он услышал это. Парень старался оставаться спокойным, но она увидела желаемое глубоко в его сердце.

Владыка Сатурна удовлетворённо подняла голову и улыбнулась:

— Какой интересный мальчуган, старающийся изо всех сил походить на взрослого, но выглядящий так мило, от своего неведения. Недавно это же ты сказал фразу на языке Юду? Ты знаешь только её? Она означает Врата Небесной Воли. Ты действительно думал, что я отступила только из-за услышанной фразы, позволив тебе подняться на борт?

Цинь Му подавил дрожь в своём теле. Перед таким богом, как Владыка Сатурна, все его планы были бесполезны!

К тому же то, что она сказала, тоже было верно, ведь он всегда изо всех сил старался быть взрослым… человеком, способным взвалить всё на свои плечи. Он знал, как деревенские старики вели дела, переняв у них манеру разбираться с проблемами, но по своей сути он по-прежнему был ребёнком, мальчиком. Перед Владыкой Сатурна, его тяжёлая работа, исследования, зрелость казались смехотворными.

— Глядя на твои потуги, старания выглядеть взрослым, я не стану усложнять тебе жизнь, — Владыка Сатурна вернулась к дереву, обившись хвостом вокруг божественного дерева, словно женщина, цепляющаяся за возлюбленного. Мембраны за её шеей растопырились и задрожали, когда она улыбнулась. — Цинь Ханьчжэнь, наконец воссоединившись с сыном, ты должен быть счастлив, но почему тогда я чувствую печаль? Правильно, наверно потому, что сегодня вы будете разлучены навсегда, один из вас умрёт, а другой останется жить с этим. Сс, сс, сс, не расстраивайся…

Она скользнула к мужчине на дереве и посмотрела на него, неторопливо говоря:

— Если ты раскроешь расположение Беззаботной, все твои дети и члены клана смогут без преград перемещаться по Юду, составив тебе компанию. Действительно интересно, жалкий человек осмелился заключить сделку с богом, даже не зная о том, что потеряет всё! И ценой такому будет твоя собственная жизнь.

Она подползла к мужчине на дереве справа и не удержалась от улыбки. Выражение её лица было наполнено счастьем, она прошептала ему на ухо:

— Я использовала твою жизнь в обмен на жизнь всех в деревне Беззаботной, а также жизнь твоего сына… всего лишь ради шанса встретиться с сыном. Какой глупый смертный, даже если ты овладел силой богов и дьяволов, ты всё равно ведом своими глупыми помыслами. Действуя так, ты никогда не достигнешь ментального состояния богов. И поскольку ты ограничен Соглашением Графа Земли, ты не можешь пойти против своей клятвы.

Человек на дереве восстановил самообладание и открыл рот. Однако, так как его язык в прямом смысле одеревенел, он не мог издать ни звука.

Владыка Сатурна с улыбкой спросила:

— Пытаешься что-то сказать, бедненький?

Человек на дереве снова шевелил губами, но ничего не выходило… Владыка Сатурна прижалась ещё ближе, желая узнать, о чём тот говорит.

— Что же ты пытаешься сказать? — вновь полюбопытствовала она.

Человек на дереве по-прежнему не мог произнести ни звука.

Цинь Му постарался успокоится, сказав:

— Сердца отца и сына едины. Думаю, я смогу понять, что он пытается сказать.

Женщина взглянула на него:

— Он даже звука издать не может, как ты сможешь его услышать?

— Наша, отца и сына, жизнь лишь в твоих руках, Владыка Сатурна. Но ты всё ещё боишься, что мы можем как-то тебя провести? — спросил Цинь Му.

Женщина-змея посмотрела на него и усмехнулась:

— Вы, ребята, никак не сможете меня провести. Подойди, посмотрим, что он хочет сказать.

Цинь Му зашагал вперёд, пока не оказался вплотную к лицу человека на дереве. Наклонив голову, чтобы послушать, через мгновение он сказал:

— Отец говорит, что его глаза почти слепы, из-за чего он не может ясно разглядеть моё лицо, поэтому такое не считается за “нашёл меня” и Соглашение Графа Земли всё ещё не исполнено.

Владыка Сатурна была удивлена и улыбнулась:

— Как интересно, честно сказать, я никак не ожидала, что вы, будучи отцом и сыном, действительно способны на такое. Запретная техника, которую он исполнил, срастила его с божественным деревом, она называется Весна Ласкающая Иссохшее Дерево, и заимствует жизненную силу у других. Однако недостаток слишком явный. Мало того, что жизни связанны, то же самое происходит и с материальными телами. Когда твой отец сражался с теми богами, он изнурил их до смерти, но также и себя, поэтому у него не было иного выбора, кроме как продлить свою жизнь с помощью запретной техники. Сейчас только его лицо ещё полностью не превратилось в дерево, поэтому обратить вспять этот процесс очень сложно, но не для меня. В конце концов я из Юду и управляю жизнью…

Мембраны за головой женщины растопырились и показались два глаза, из которых тут же выстрелили два луча, попав по телу мужчины в дереве. Постепенно древесина начала осыпаться, а жилы на коже шеи больше не выглядели подобно зернистому дереву.

Глава 313. Отец и Сын

Лучи, выстрелившие из глаз, нарисованных на мембранах плоти, торчащих из-за головы Владыки Сатурна, начали подавлять заклятие, наложенное на мужчину в дереве. Как только одеревенение его тела пройдёт, он сможет видеть.

Лицо мужчины медленно освобождалось, он постепенно обретал контроль над своим языком.

Вьюх…

Нарисованные глаза на мембране за головой Владыки Сатурна закрылись, и женщина проговорила:

— Цинь Ханьчжэнь, теперь ты в силах разглядеть своего сына, верно?

Она вела себя крайне осторожно, зная, что человек в дереве владел невероятной силой. В свои лучшие годы, он ничем ей не уступал, так что божество не стало полностью развеивать запретную технику, наложенную на его тело, освобождая лишь глаза, чтобы тот смог разглядеть сына.

Мужчина в дереве крепко закрыл глаза и открыл рот, впрочем, ему так и не удалось заговорить.

Наклонившись к нему, Цинь Му внимательно слушал, кивая головой. Спустя некоторое время он сообщил:

— Отец сказал, что Владыка Сатурна кое-что упустила.

Женщина-змея наклонила голову набок и ухмыльнулась:

— И что же я упустила?

Человек в дереве открыл глаза, которые до сих пор не могли ничего видеть. Кожа на его лице начала быстро деревенеть, в то время как корни божественного дерева неистово дрожали!

Лицо Цинь Му обрело спокойное выражение:

— Владыка Сатурна по ошибке предположила, что мой отец собирается увидеть меня и выполнить Соглашение Графа Земли. Но дело в том, что он готов меня никогда не видеть, лишь бы не выполнять соглашения… он просто хотел, чтобы ты помогла ему частично подавить заклятие и восстановить немного подвижности.

Владыка Сатурна улыбнулась, задрожав мембранами позади головы:

— Это Цинь Ханьчжэнь хотел сказал, или ты сам придумал? Мальчик, ты слишком много о себе возомнил и переоценил свои способности. Какой толк с того, что бедолага восстановил часть своей подвижности? Его меч давным-давно сломан, к тому же я освободила только его лицо, в таком виде он даже в подмётки мне не годится!

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Это то, что мы оба хотим сказать. Даже боги и дьяволы не всесильны. Всегда найдётся существо, не готовое принять судьбу, которое начнёт бороться. На самом деле он в силах тебя одолеть, потому что… Я принёс его меч!

Белоснежный свет меча взмыл в небо из-за спины Цинь Му!

Беззаботный Меч разрушил деревянные ножны, в то время как из дерева выросла гигантская деревянная рука. Мечи света тут же полностью заполнили помещение, и всё вокруг стало ослепительно белым. Он совсем ничего не мог видеть!

Навык меча, близкий к пути, выходящий за пределы его понимания и вне возможностей!

Меч вспыхнул оглушительной силой и светом. Огромные, мощные божественные лучи засияли, и землю накрыли мечи света и капли ртути. Вскоре они начали наполнять небеса, и в одно мгновение Цинь Му перестал видеть перед собой меч. Вместо этого он разглядывал горе, радость, расставания и встречи людей, их жизненные стремления и волю без сожалений!

Меч и путь слились воедино!

Рисунки Меча старейшины деревни, Меч Дао секты Дао — эти легендарные навыки казались ничтожными в сравнении с увиденным!

Внутри лучей меча раздался удивлённый визг Владыки Сатурна, и Цинь Му ощутил на себе подавляющую божественную силу. В его сторону понеслись мощные волны тепла, следом за которыми пришло невероятное давление, которое, казалось, вот-вот раздавит его, будто гигантский камень!

Парень увидел гигантскую оранжево-жёлтую звезду, владеющую невероятной силой, способной разрушить всё, что захочет. Перед ней стояла Владыка Сатурна, сверкая своей мощью.

Ощутив, как свет начинает обжигать его глаза, Цинь Му крепко сомкнул веки. Затем он почувствовал, что подавляющая божественная сила внезапно ослабла, так как Владыка Сатурна начала отступать. После послышался хлопок двери и крик:

— Цинь Ханьчжэнь, Цинь Фэнцин, я обязательно за вами вернусь, отцом и сыном! — странный голос божества постепенно отдалялся. Раздался оглушительный хлопок, от которого корабль резко встряхнуло. Скорее всего Владыка Сатурна уже покинула судно.

Бззз… Раздалось жужжанье, и Цинь Му тайком приоткрыл глаза. Мечи света, ранее заполнившие комнату, внезапно исчезли, а Беззаботный Меч был вонзён в землю, но его рукоять до сих пор дрожала.

Возле лезвия растекалась лужа крови бога, которая отсвечивала удивительными божественными лучами.

Цинь Му обернулся, смотря на лицо мужчины в дереве. Его одеревенение постепенно ослабевало, но глаза оставались закрытыми, и он не собирался их открывать. Если бы он это сделал, то активировал бы Соглашение Граф Земли. Тогда, Граф Земли отберёт его душу и разоблачит деревню Беззаботную. Вся родня мужчины умрёт по его вине.

Цинь Му молчаливо уставился. Неужели он никогда не откроет глаза, чтобы посмотреть на него?

— Меня зовут Цинь Фэнцин? — Цинь Му спросил низким голосом, смотря на мужчину в дереве. — Старейшина деревни назвал меня Му. Цинь Му, пастушок по прозвищу Цинь, — он прислонился к дереву и тихо продолжил. — С того момента меня называли Цинь Му. Только сейчас я узнал, что мои родители успели дать мне имя, Фэнцин… Довольно непривычно. Ты… ты мой отец?

Мужчина в дереве держал глаза крепко закрытыми, когда из дерева выросла небольшая ветка. На ней пробился крохотный лист, нежно гладя юношу по голове.

Цинь Му молча прислонился к дереву, чувствуя, как в его сердце разразились сотни эмоций. Никто ещё так к нему не касался. Целитель не сделал бы подобного, так как терпеть не мог детей. Готовя лекарство, тот подхватывал маленького его за ногу, чтобы он не упал в лекарственный котёл.

Слепой тоже не был на такое способен. Даже если Цинь Му удавалось исполнить сложнейший навык посоха, старик лишь кивал головой и слегка его хвалил, никогда не осмеливаясь сделать что-то большее.

Бабушка Сы не занималась воспитанием до того, как ей пришлось мыть и менять парню пелёнки. Только когда он подрос и начал помогать ей в работе, она начала тепло к нему относиться.

Старый Ма, будучи самым строгим жителем деревни, и вовсе не смел никого хвалить. Цинь Му напоминал ему о его погибшей семье, отчего старик всегда казался хмурым и никогда не улыбался.

Глухой, в свою очередь, всегда считал Цинь Му надоедливым. Рисуя, он прогонял его прочь. Даже выступая в роли учителя по чтению, письму и рисованию, он намного чаще бил его по рукам, чем хвалил.

Будучи невероятно шкодливым, немой всегда находился в поисках возможности поиздеваться над парнем, пытаясь развлечься.

Одноногий зачастую таскал его с собой “на дело”, и обворовывал. Будучи ребёнком в душе, он воспринимал его как партнёра.

Что касается старейшины, у него не было рук и ног, и вообще старик был слегка мрачноватой личностью. Несмотря на то, что он часто улыбался, его сердце утопало в куче важных вопросов.

До сего дня никто так не гладил его по голове, как эта холодная, мёртвая ветка. И конечно же в нём пробудилось чувство, которого он никогда раньше не испытывал.

Цинь Му наклонил голову, смотря на небо под углом, чтобы не позволить слезам заполнить его глаза. Раньше он всегда пытался вести себя по-взрослому, так как его примерами для подражания были деревенские старики. Учась у них, он постепенно перенимал их способ вести дела. Однако, сейчас он чувствовал себя ребёнком, который привык находиться под родительским крылом.

Божественное дерево, к которому он прислонился, было очень прочным, и, хотя прижиматься к коре последнего было немного больно, в его сердце, наконец, воцарился покой, такой покой, каким он и должен быть у ребёнка. Казалось, он вернулся в безопасную бухту, называемую домом.

Словно из ниоткуда появился старик с той картины, он сразу же огляделся, после чего проник в дерево. Подняв голову, чтобы осмотреться, на его лице отобразилось недоумение, ведь ему было невдомёк, почему в помещении повисла такая тишина.

— Ты очень хорош…

Из божественного дерева раздался хриплый голос, будто мужчина в дереве открыл рот и заговорил. Каждое слово давалось ему с трудом и было лишено любых эмоций, впрочем, Цинь Му всё равно начал дрожать.

— Ты очень хорош…

Это и вправду был голос мужчины из дерева, который будто знал лишь одну фразу. Казалось, что он никогда раньше не хвалил ребёнка, и не смог придумать ничего более оригинального.

Он хвалил Цинь Му за то, что тот сумел понять его намерения.

Отец и сын были связанны между собой, поэтому юноша смог понять слова мужчины. Тем не менее, последний не был в силах издать даже малейшего звука, так как он мог говорить?

Тем не менее, Цинь Му сумел понять его намерения и обманул Владыку Сатурна, заставив её подавить часть заклятия, позволяя мужчине использовать свою магическую силу. Затем Цинь Му наклонился, позволяя отцу схватить Беззаботный Меч, одновременно сбивая Владыку Сатурна с толку своими словами. Такое подстроенное стечение обстоятельств предоставило мужчине в дереве шанс произвести атаку.

Юнец улыбнулся, тихо говоря:

— Мы — отец и сын, и несмотря на то, что нам не было суждено повстречаться раньше, я чувствую, что мы во многом похожи. Когда-то я тоже заключал Соглашение Графа Земли, поэтому знаю как им спекулировать.

Мужчина в дереве согласился.

Цинь Му прилёг под деревом, наслаждаясь редким спокойствием. Спустя некоторое время на дереве расцвёл цветок, вскоре превратившись в спелый фрукт. Тот оторвался от ветки, падая прямо в руку юноши, дразня его ноздри своим ароматом. Все родители были такими, постоянно переживая о том, чтобы их ребёнок был сыт и находился в тепле.

Держа фрукт перед собой, Цинь Му внезапно спросил:

— Где мама? Она жива? Я её найду.

Человек в дереве невнятно ответил:

— Она повела тебя и остальных в Юду.

Цинь Му был ошеломлён. Бабушка Сы нашла его на берегу реки Вздымающейся, неподалёку от деревни Цань Лао, в самом сердце Великих Руин. Она не отыскала его посреди Юду.

Как он очутился в Великих Руинах?

Что произошло?

— Как мне попасть в деревню Беззаботную? — прозвучал следующий вопрос Цинь Му.

Мужчина продолжал держать глаза крепко закрытыми, отвечая загадочным голосом:

— Старший Рисунок отведёт тебя в кабинет, там я кое-что для тебя оставил. Иди, мы больше никогда не встретимся, — каждое слово стоило ему огромный усилий, напоминая удар по горле.

Сердце Цинь Му сжалось и задрожало.

Отец и сын больше никогда не встретятся?

Старик с картины помахал ему рукой, жестом приказывая поднять Беззаботный Меч.

Цинь Му собрался с мыслями и сделал шаг вперёд, вытаскивая оружие, торчащее из пола. Затем ему снова помахал нарисованный, приказывая идти следом.

Повернув голову, Цинь Му увидел, что веки мужчины до сих пор были крепко сомкнуты, он не смел посмотреть на него даже уголком глаза.

Старший Рисунок, должно быть, был каким-то образом связан с мужчиной в дереве. Тем не менее, Цинь Му понятия не имел что это за связь. Возможно, именно его отец наделил это существо жизнью.

— Неужели отец и сын больше никогда не встретятся? — громко спросил юноша.

Крепко сжимая веки, мужчина бесчувственным голосом ответил:

— Нет.

— Я спасу тебя! — Цинь Му обернулся, идя следом за стариком из картины, продолжая громко кричать. — Это всего лишь Граф Земли. Я от него избавлюсь, просто подожди!

Божественное дерево осталось неподвижно стоять, но спустя некоторое время, заключённый в нём мужчина открыл глаза, из которых тут же покатились слёзы.

Он слышал шаги Цинь Му, доносящиеся снаружи. Юнец говорил нарисованному старику:

— Старший Рисунок, позаботься о нём, когда я покину это место.

В кабинете корабля старик подошёл к книжной полке. К этому времени кто-то уже успел её обчистить, оставляя полки пустыми.

— Паньгун Цо, негодяй, пришёл ограбить мой дом? — впал в ярость Цинь Му.

Внезапно Старший Рисунок вошёл внутрь картины, начиная махать юноше изнутри. Тот на мгновение заколебался, после чего подошёл. Затем случилось что-то невообразимое, он обнаружил, что вошёл внутрь, превратившись в нарисованного мужчину.

В этом месте стоял мужчина в белом, ожидая его прихода.

Глава 314. Девять Диаграмм

Для Цинь Му подобный опыт гуляния внутри мира картины был в новинку. Такой путь живописи отличался от пути живописи глухого. Старик научил его воплощать картины в реальность. Например, если бы он нарисовал шторм и потряс картину, буря разразилась бы в реальности. Однажды глухой нарисовал восемнадцать уровней ада, из-за которых вся столица страны Небесной Живописи внезапно рухнула, превращаясь в восемнадцать уровней ада. Именно так его картины влияли на реальность.

Картина же, в которую вошёл Цинь Му, была полной противоположностью. Войдя внутрь, он стал частью картины. Тем не менее, оказавшись в ней, он обнаружил, что мир внутри не был двухмерным, а трёхмерным. Вокруг было очень обширное пространство.

«Ещё один вид пути живописи!» — осмотрев всё вокруг, подумал про себя юноша.

Если живопись глухого позволяла его мазкам вторгаться в реальность, то этот путь создавал мир внутри картин. Если бы эти два пути когда-нибудь дополнили друг друга и слились, уровень пути живописи мог бы быть доведён до невообразимой высоты.

Цинь Му задумался, тут же представив, как после его единственного поднятия кисти по полю брани проносит ураган, тут же уносящий за собой целые армии врагов, и не куда-нибудь, а в картину!

Один удар, способный смести десятитысячную армию… Ученик полон вдохновения, полон эмоций!

Юноша отбросил на задний план свой полёт мысли, хотя, наверное, фантазии. Его достижения на пути живописи значительно уступали достижениям глухого, который был для него словно непреодолимая гора… Можно только смотреть, любоваться, но не испытывать на прочность. Он нутром чувствовал, что должен рассказать об идее глухому, и пусть тот исследует слияние двух этих путей в единое целое, а затем уже он подключится, вновь переняв учения старого проныры. Такой подход позволит ему совершенствоваться в два раза быстрее…

Глухой был более опытным, поэтому, если бы он позволил ему изучить слияние двух путей, прежде чем учиться у него, он мог бы сэкономить много времени и заняться попутно другими делами. Кроме того, старик сможет достичь ещё более высокого уровня в пути живописи.

Цинь Му посмотрел на человека в белом на картине, им оказался его отец, Цинь Ханьчжэнь. В этом причудливом мири тот был жив. Став единим с деревом, его изящную осанку и манеру поведения нельзя было подметить, тогда как здесь, в картине, юноша уловил каждую деталь. Жаль только… что это был не настоящий Ханьчжэнь, а просто с картины.

В мире картины не существовало каких-либо звуков, поэтому его “отец” не мог разговаривать, но был способен на некоторые простые действия, такие как письмо и живопись. Да, он не был настоящим Цинь Ханьчжэнем, но был им нарисованным.

Цинь Му подошёл ближе и, увидев, что тот в настоящее время рисует пути циркуляции Ци, диаграмму техники Даоинь, удивился:

— Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Мужчина рисовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую совершенствовал Цинь Му. В самом начале своего пути, как практика боевых искусств, он полагался на технику Даоинь, чтобы обрести просветление и пробудить свой Духовный Эмбрион, который со временем позволил ему достичь текущих достижений…

Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую Цинь Му увидел, несколько отличалась от той, что он практиковал. Начав с рисунка первой области, равной технике Даоинь, он понял, что отображённое на нём отличалось от того, что он знал ранее. Но запечатлённая техника не была запутанней и сложнее, нет… совершенно нет, даже наоборот намного проще и чище.

Техника Даоинь Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой старейшина обучил его, считалась самой простой и стабильной техникой в мире. Она считалась техникой, больше всего подходящей для совершенствования обычных людей. Однако, техника Даоинь, нарисованная мужчиной в картине, была ещё проще, но продуманнее. Она совершенно не казалась грубой и непродуманной.

Текущая область совершенствования Цинь Му уже была далека от той, что была когда-то, во времена его раннего юношества. Он понимает логику, согласно которой чем проще основы, тем выше будут достижения.

Если угодно, можно провести параллель с рисунком на белой бумаге. Чем меньше ненужных деталей, тем чище выйдет конечный результат. Детали, окрашенные в белый цвет, могут быть более изысканными и прекрасными… Если бы кто-то рисовал на бумаге, на которой уже кто-то писал, было бы трудно сотворить прекрасную работу или написать великолепную картину поверх такой основы, независимо от того, какая божественная кисть была бы использована.

Техника Даоинь человека на картине была проста до невообразимой степени. Юноша пытался выполнить свою жизненную Ци в соответствии с тем, что он видел, сначала всё получалось не лучшим образом, но после нескольких повторений, он вскоре стал более живым и безграничным, достигнув его конечностей и костей, давая ему ощущение творения неба и земли.

— Если бы у меня была такая техника Даоинь, я боюсь, что мне было бы ещё труднее пробить Стену Духовного Эмбриона, — печально вздохнул Цинь Му. Когда старейшина передал ему технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он должен был внести некоторые незначительные коррективы, чтобы было проще пробить “стену”. И было ли это к лучшему или наоборот, с уверенностью сказать нельзя.

После изменения техники “стену” стало намного легче сломать, но основание было не таким плотным, как это было бы с техникой Даоинь, которую нарисовал мужчина. Хотя не стоит забывать, что в то время самым важным для него было любыми способами прорваться сквозь Стену Духовного Эмбриона.

Мужчина в картине нарисовал вторую диаграмму техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, на которую Цинь Му повезло наткнуться в долине Дворца Подавления Рока. Разница между двумя диаграммами была крайне незначительной, лишь малые изменения в некоторых местах циркуляции.

Парень попытался прогнать Ци через своё тело согласно только что увиденной диаграмме и мгновенно почувствовал, словно его духовный эмбрион был способен нести на своих плечах небеса и землю, отчего его сердцебиение бесконтрольно ускорилось. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую он узнал из Дворца Подавления Рока, никогда не давала ему такого чувства.

Область Духовного Эмбриона являлась вотчиной практиков боевых искусств. Только достигнув её можно считать, что человек вступил в суровый мир совершенствования. Да, стать одним из избранных — практиком боевых искусств, без сомнения важно, но крепкие основы не менее важны…

Цинь Му понимал, что Божественное Сокровище Духовного Эмбриона открыло в его теле небеса и землю. По мере того, как он развивался, его совершенствование становилось всё более и более глубоким, а небо и земля более выдающимися. Вершина являлась небом, а дно землёй. Духовный эмбрион находился посередине, начав дышать Пятью Ци, которыми были металл, дерево, вода, огнь и земля, а под ним располагалась духовная платформа. Ноги эмбриона ступили на землю, а тело объединило Шесть Направлений: небо, землю, север, юг, восток и запад.

На своём пути совершенствования Цинь Му достиг области Шести Направлениях, и именно так он понимал божественные сокровища. Что касается Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, Божественного Моста, его понимание относительно них не было особо обширным, но у него были кое-какие мысли.

Область Шести Направлений развивала исконный дух. Тот рос по мере того, как духовный эмбрион поглощал душу и жизненную Ци во время совершенствования, в итоге по достижению области Шести Направлений становясь исконным духом. Последний, кстати, мог покинуть тело в основном только тогда, когда практик достигал области Небожителя.

Цинь Му никогда не чувствовал ничего плохого, неправильного в своей технике Трёх Эликсиров Тела Тирана… И только сейчас, следуя новым диаграммам, он понял, что ему чего-то не хватает. Духовный эмбрион должен развиться до исконного духа. Но если тот не мог нести небо и землю в своём Божественном Сокровище Духовном Эмбрионе, это говорило о недоразвитости. Вот чего ему не хватало всё это время.

Затем Цинь Му посмотрел на третью диаграмму, для области Пяти Элементов. В своё время ему так и не удалось заполучить завершённую диаграмму путей циркуляции Ци. Тогда, чтобы исправить возникшую проблему, он полагался на мудрость Патриарха и самого себя. Тем не менее, тот самый “недостаток” на левом плече так и остался, несмотря на меньшую выраженность и незаметность для других…

Несмотря на то, что он полагался на Великие Небесные Дьявольские Рукописи, чтобы совладать со слабостью, во время исполнения им техники по-прежнему возникали некоторые препятствия. Просто влияние было не слишком велико, а сам он был слишком выдающимся, гением воплоти, благодаря чему смог подавить всех практиков области Пяти Элементов и даже некоторых слабых из области Шести Направлений. Поэтому, после первых поправок, он не особо заморачивался окончательным исправлением данной проблемой, ведь хлопот и так хватало.

Человек же перед ним прямо сейчас нарисовал полную циркуляционную диаграмму для области Пяти Элементов. Детально изучил её, он облегчённо вздохнул. Пути циркуляции Ци перед ним, наконец, исправили отсутствующую часть. Долой все слабости и недостатки!

Четвёртая диаграмма достаточно значительно отличалась от того, что Цинь Му практиковал сейчас. Всё казалось намного сложнее, из-за чего он просто уставился глупым взглядом на рисунок. Если взглянуть слегка “с высока” на первую диаграмму, технику Даоинь, а затем по очереди на остальные, в глаза бросалось кое-что интересное. Сравнивая свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и нарисованную мужчиной в картине, они формировали тенденцию становиться всё более и более сложным. Проводя параллель, это было похоже на рисование только проросшего саженца с двумя лепесточками, который затем медленно вырастал, отращивая множество ветвей и обзаводился пышной листвой.

Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую он показал, трудно было сравнить. Она была похожа на маленькое дерево, одна ветвь которого росла на восток, а другая тянулась к западу. Несмотря на свою способность в итоге стать огромным деревом, оно было довольно кривым. Кроме того, техники, нарисованные мужчиной, не имели божественных искусств, были нарисованы только циркуляционные диаграммы.

Когда Цинь Му выполнял какое-либо божественное искусство, у него возникало чувство, что исполнение было небрежным, грубоватым. Как вдруг его сердце затрепетало, ведь голос Дровосека, передававшего ему священные писания на камне, раздался в его голове…

Декламация и техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, нарисованные человеком в картине соединились воедино. Он открыл рот в удивлении, техника Единства фактически перекрывалась с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую нарисовал мужчина!

Произошло ни что иное, как слияние!

Техника Единства содержала общие принципы Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Это было похоже на священное дерево, которое Дровосек передал Основателю Небесного Дьявольского Культа. Техника Единства была телом древнего дерева, в то время как Великие Небесные Дьявольские Рукописи его тысячами ветвей и корней. Предыдущие Владыки культа имели всё необходимое для понимания их собственной техники Единства. Только тогда они могли объединить Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Понимание же техники Единства у всех было различно и никогда не повторялось!

В данный момент Цинь Му объединил священные писания, переданные Дровосеком на камне, к своему удивлению обнаружив, что техника Единства Небесного Дьявольского Культа на самом деле была такой же, как техника Трёх Эликсиров Тела Тирана! У него возникло ощущение, что пространство и время пришли в беспорядок. Техника Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей была на самом деле техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую он совершенствовал!

— Может ли Небесный Святой Культ быть из деревни Беззаботной? В таком случае, Дровосек, который передал свои техники… — пробубнил себе под нос юноша, со странным выражением лица. — Его фамилия тоже Цинь?

Он не долго думал об этом и продолжал смотреть на картины в очарованном состоянии. Подсознательно следуя диаграмме циркуляции, для его жизненно Ци не было абсолютно никаких препятствий, с каждым подходом она становилась всё живее и совершенней.

Когда мужчина нарисовал восьмую диаграмму, он закончил область Божественного Моста. Цинь Му сосредоточился на запоминании, не ожидая того, что тот не остановится, продолжав рисовать девятую диаграмму!

«Есть что-то ещё, кроме области Божественного Моста? Разве область Божественного Моста не последняя?» — был поражён юноша.

В таком случае, для чего предназначалась девятая циркуляционная диаграмма?

Девятая диаграмма была чрезвычайно сложной и связывала первые семь великих божественных сокровищ. Когда жизненная Ци циркулировала, все божественные сокровища активировались. Можно даже сказать — сложность была такова, что, совершив всего один неверный шаг, можно заработать откат Ци!

Цинь Му сконцентрировался на запоминании, не позволяя себе быть небрежным. Однако в этой девятой диаграмме содержится слишком много информации, отчего его голова закружилась, а в глазах потемнело. Как только человек в картине закончил рисовать девятую диаграмму, он остановился. Через некоторое время, когда он полностью запомнил все девять диаграмм, человек внезапно атаковал.

Паренёк сразу же начал защищаться, но в течение всего нескольких движений оказался распластанным на земле.

Как только мужчина поборол его, он не стал продолжать наступление, вместо выжидая момента, когда Цинь Му восстановится, прежде чем начать всё сначала.

«Он учит меня своим движениям!» — глаза юнца загорелись.

****

На палубе корабля-сокровища множество великих шаманов, Шаманов Королей и солдат Империи Варварских Ди атаковали мостик, в то время как две белые летучие мыши и цилинь охраняли дверь, не впуская их.

Паньгун Цо проверял книги и сокровища, которые он недавно украл, и бормотал:

— У всех этих книг есть печати, будет немного хлопотно сломать их, мне придётся взывать к материальным телам моих предыдущих жизней.

Паньгун Цо пересматривал книгу за книгой, несколько разочаровавшись от неспособности открыть хотя бы одну. Бросив взгляд на здание корабля, он подумал про себя: «Прошло уже два месяца, а ублюдок до сих пор не вышел…»

Внезапно открылась дверь, через которую Цинь Му высунул свою помятую побоями голову. Увидев Паньгун Цо, он взволновано помахал ему рукой, и тот тут же бросился к нему с ликующим выражением лица.

Глава 315. Это Плохо

«Мерзавец такой побитый, неужели он встретил то ужасное существо, прячущееся внутри корабля? — Паньгун Цо отправился следом за ним, немного беспокоясь. — Но разве то существо не покинуло судно?»

Люди, находящиеся на корабле, не могли не заметить побега Владыки Сатурна. В то время Паньгун Цо был занят поиском своих потерянных солдат. Некоторые из них ожидали его на палубе, и вернувшись, он обнаружил, что те исчезли. Должно быть ветер, поднятый убегающим божеством, сдул их в мир Юду. Всё это случилось примерно два месяца назад…

На протяжении этого времени, старый монстр в теле юнца вместе со своим отрядом обыскивал комнаты корабля, собирая все сокровища, которые мог найти. Лишь когда его руки дотянулись до мостика, на его пути встал цилинь и две летучих мыши. Они заблокировали дорогу, не позволяя ему пробраться внутрь.

На мостике была лишь одна дверь, поэтому Паньгун Цо был вынужден одолеть их, чтобы пройти дальше. Тем не менее, две летучие мыши и цилинь были совсем не слабыми. Стоя перед дверью, они с лёгкостью могли удержать даже Шамана Короля области Жизни и Смерти. Из-за этого на протяжении последних нескольких дней он держал их под постоянными атаками, не позволяя отдохнуть.

Войдя в комнату, Паньгун Цо немедленно использовал Флаг Облака Саранчи, после чего огромная стая насекомых начала кружиться вокруг него в защитной манере. Между тем за его спиной раздался скрип двери. Цинь Му только что закрыл её с другой стороны.

Бросившись следом и пробежав десяток шагов, Паньгун Цо внезапно остановился:

— Владыка Культа Цинь, для чего ты меня сюда выманил?

Синяки на лице Цинь Му были очевидными следами избиения, а его голос был переполнен стыдом:

— За последние два месяца меня много раз избивали, отчего моя уверенность в себе сильно пошатнулась. Старший брат, тебе должно быть известно, что, когда человек терпит много поражений подряд, его сердце сильно страдает, становясь жестоким, даже развращённым жестокостью.

Паньгун Цо был поражён:

— Что за существо смогло довести Владыку Культа Циня до такого состояния? Мне становится интересно. Кто, кроме меня, смог бы так много раз избить Владыку Небесного Дьявольского Культа, так сильно унизив? Может быть, это какой-то практик божественных искусств области Семи Звёзд?

Цинь Му коснулся ран на своём лице:

— Он использовал своё совершенствование области Шести Направлений.

Удивившись ещё сильнее, Паньгун Цо издал дрожащий вздох и похвалил:

— У этого человека невероятные способности.

— Поэтому, старший брат, как только у меня начался перерыв, я решил встретиться с тобой. Чтобы не позволить своему разуму помутнеть и не стать слишком жестоким, мне нужно тебя избить, — искренне проговорил Цинь Му.

Брови Паньгун Цо нахмурились, а его взгляд упал на Флаг Облака Саранчи. Засмеявшись, он сказал:

— Владыка Культа Цинь, обычно, я не принимаю участие в битвах, где не могу победить, и вместо этого использую разные уловки. Тем не менее, увидев, как ты машешь мне рукой, я тут же подбежал. Знаешь почему? — он поднял голову. — Я усердно совершенствовался на протяжении последних двух месяцев, становясь значительно сильнее, чем раньше. Как тебе известно, я Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи и реинкарнировал восемнадцать раз. Два месяца моих тренировок равны двум годам твоих! Я погнался за тобой не для того, чтобы слушать твой бред, и не чтобы позволить себя избить, а для того, чтобы убить тебя! — он впал в ярость, а его чёрные волосы встали дыбом. Размахивая Флагом Облака Саранчи, он атаковал юношу напротив, громко крича. — Я изобью тебя до смерти! Отдай мне серебряный шлем, и твоя гибель будет менее мучительной!

Динь! Динь! Динь!

Летающая саранча столкнулась с дождём из мечей, тонкие крылья золотых насекомых напоминали ножи, сражаясь с невероятно тяжёлыми мечами противника. В одно мгновение, столкновения оружия заполнили всю комнату, отправляя искры во все стороны.

Находясь среди мечей света и летающей саранчи, Паньгун Цо воткнул Флаг Облака Саранчи в землю, после чего его ноги начали мерцать, перемещая тело влево-вправо, тем самым помогая уклониться от дождя из оружия и приблизиться к противнику.

Движения ног Цинь Му тоже менялись непредсказуемым образом, становясь всё ближе и ближе к Паньгун Цо.

Комната, в которой они находились, была не слишком большой, а учитывая количество летающей в ней саранчи и мечей, любая неосторожность привела бы к ранению или даже смерти.

Цинь Му и Паньгун Цо долгое время изучали способы уменьшения своих божественных искусств, поэтому, в тесноте комнаты летающие мечи сократились в длине до семи сантиметров, а саранча и вовсе до двух.

Чем меньше они становились, тем опаснее было передвигаться по комнате. Чтобы избежать попадания летающего меча или саранчи требовалось невероятное зрение и внимательность.

В следующий миг, двое парней начали обмениваться ударами кулака и ладони. Комната тут же наполнилась вспышками силы, раскатами грома и молниями.

Паньгун Цо улыбнулся:

— С моим нынешним совершенствованием… Агх, — болезненно застонав, юный варвар вздрогнул, в изумлении ощутив на себе ужасающую силу противника. Тщательно совершенствуясь на протяжении последних дней, он значительно увеличил свои способности. Это должно было предоставить ему ужасное преимущество. Тем не менее, когда он использовал всю свою силу, Цинь Му всё равно оказался сильнее!

Как такое было возможно?

Пацан напротив него что, тоже был реинкарнировавшим человеком?

Тем не менее, он заметил что-то странное. Совершенствование магической силы Цинь Му не было сильнее, чем его. Вместо этого, жизненная Ци юноши очистилась, а его движения и владение божественными искусствами поднялись на новый уровень. Даже его физическое тело стало намного сильнее…

Всё это значило, что Цинь Му мог использовать меньше Ци для исполнения более сильных божественных искусств. Он сделал огромный шаг вперёд с точки зрения изящности своих атак. Когда они не попадали в цель, их сила не рассеивалась, а когда поражали, она была больше, чем обычно!

Цинь Му и Паньгун Цо вместе побывали в том таинственном коридоре, и оба смогли увидеть странные рисунки божественных искусств на его стенах. Впрочем, парни обрели лишь поверхностное понимание увиденного, не успев изучить его достаточно глубоко.

Тем не менее, Цинь Му значительно превзошёл Паньгун Цо в понимании этого пути!

«Это плохо!» — был ошеломлён Паньгун Цо. Он понимал, что ситуация не сулит ему ничего хорошего. Так как совершенствование Цинь Му увеличилось, а его жизненная Ци очистилась, он расходовал намного меньше магических сил. Физическое тело парня тоже стало сильнее, и было ясно, что он превосходил противника, как боевым мастерством, так и выносливостью.

Несмотря на то, что его превосходство было не слишком огромным, чтобы одержать верх в бою, хватало лишь капли преимущества.

Пока что битва шла на равных, однако, если она затянется, Паньгун Цо окажется по уши в дерьме!

Исполняя самые сильные приёмы, восемь тысяч мечей и Флаг Облака Саранчи потребляли огромное количество магических сил. При таких обстоятельствах жизненная Ци иссякала в диком темпе, отчего количество оружия, которым могли орудовать сражающиеся, уменьшалось.

Тем не менее, физическое тело Цинь Му продолжало кипеть энергией, без проблем исполняя разные техники. Ужасающие удары его ладонь и ног могли разрушить гору, вынуждая Паньгун Цо шаг за шагом отступать.

Внезапно тот отлетел назад, своим телом пробивая дверь в соседнюю комнату. Парень тут же попытался закрыться в ней, однако до того, как он успел это сделать, в его сторону подула неостановимая сила, быстро впечатывая всё тело в противоположную стену.

«Нужно лишь продержаться до того момента, как мои подчинённые меня найдут. Как только они вмешаются, мерзавец тут же умрёт!» — оставался спокойным Паньгун Цо. За последние два месяца он успел научить некоторых Шаманов Королей просчитывать заклятие интеграции, чтобы те могли искать сокровища и тайный коридор.

Они обязательно найдут сюда дорогу!

Тем не менее, мудрость и алгебраические познания последователей значительно уступали Паньгун Цо, так что им определённо понадобится немного времени на его поиски. Он был вынужден сражаться до последнего.

Цинь Му со свистом летел к нему, атакуя на расстоянии, после чего сблизился в рукопашный бой. Количество летающего оружия, принимающего участие в бою, постепенно уменьшалось.

Девять мечей под контролем Цинь Му напоминали летающих рыб размером с палец. Девять насекомых Паньгун Цо тоже были невероятно крохотными, сверкая, будто настоящее золото.

Несмотря на то, что у бойцов значительно поубавилось жизненной Ци, их атаки всё равно были невероятно сильными. Используя дальние приёмы в тесном помещении, они подвергали свои жизни огромной опасности.

Осторожно подбирая техники, Паньгун Цо всё равно тратил свои силы слишком быстро, пока полностью не истощил себя.

Совершенствование Цинь Му тоже значительно упало, но его физическое тело до сих пор обладало силой быка. Паньгун Цо сумел отбить лишь десяток ударов, прежде чем его защита была пробита. В мгновение ока лицо бедолаги покрылось глубокими ранами.

Прижав противника к земле, Цинь Му продолжал избивать его до тех пор, пока его глаза не закрылись. Паньгун Цо прокричал:

— Отличная работа! Давай, ударь меня ещё, если осмелишься!

Ударив ещё два раза, Цинь Му услышал, как заскрипела дверь. Вздрогнув в сердце, он тут же остановился.

Его противник продолжал кричать:

— Давай, ударь ещё!

Пряча свои летающие мечи, Цинь Му рассмеялся:

— Старший брат, с меня хватит. Я навещу тебя попозже. Кстати, твой мешочек таоте теперь мой.

Паньгун Цо удивлённо схватился рукой за пояс, и его сердце замерло.

Мешочек, когда-то висевший там, исчез.

Он даже не смог заметить, когда Цинь Му его снял!

«Моя ловкость все ещё уступает одноногому дедушке, в противном случае, он даже бы не заметил, что я снял с него штаны», — жонглируя мешочком в руке, Цинь Му тяжело вздохнул, удивляясь столь высокому мастерству старика.

— Убейте его! — раздался голос Паньгун Цо, когда Шаманы Короли наконец к нему добрались.

Улыбнувшись, Цинь Му повернулся, исчезая в ближайшей двери. По дороге туда он собрал валяющиеся повсюду мечи, поместив их в свой мешочек таоте. Также, он захватил с собой Флаг Облака Саранчи.

Открыв мешочек Паньгун Цо, он заглянул внутрь и слегка нахмурился. Там не было книг из кабинета, только другие сокровища, украденные с корабля: ладан, чайный набор и подсвечники. Противник не взял книг с собой.

«Что именно записано в древних книгах из кабинета? Техники богов? Или что-то другое… — повесив два мешочка таоте себе на пояс, Цинь Му вернулся в кабинет, думая. — Когда буду избивать его в следующий раз, надо спросить, где книги».

Паньгун Цо с трудом вышел из комнаты на палубу. Увидев на себе взгляд Шаманов Королей, он сразу же понял, о чём они думали. Обнаружив, как их лидеру досталось от Цинь Му, они начали терять к нему уважение.

Парень равнодушно проговорил:

— Владыка Культа Цинь тоже не в самом хорошем состоянии, я тяжело его ранил. К тому же, я знаю его имя, когда мои силы восстановятся, я отберу его жизнь используя заклятие.

Слегка отдохнув, он тут же принялся исполнять заклятие. Однако, произошло кое-что непредвиденное. Несмотря на то, что имя Цинь Му было ему известно, он не мог найти парня. Казалось, будто тот исчез с мира!

Повторив заклятие, Паньгун Цо всё равно не смог найти Цинь Му.

«Невозможно, он ведь определённо где-то на корабле. Может быть, он спрятался в каком-то тайном месте, чтобы избежать моей магии?»

****

Цинь Му вернулся в картину, где мужчина продолжил его тренировать. Несмотря на то, что парень терпел поражения одно за другим, он держался всё лучше и лучше.

Время незаметно проходило, как вдруг в один прекрасные день корабль задрожал. Несмотря на то, что Цинь Му находился внутри картины, он смог ощутить его колебания.

Старик внутри тут же встал возле двери и помахал Цинь Му.

Юноша был поражён. Они что, попрощаются вот так просто?

Глава 316. Душа, вернись

Пыльный корабль-сокровище плыл через мир Юду, постоянно наращивая скорость, а ведь такого раньше никогда не случалось!

На палубе Паньгун Цо и остальные в спешке схватились за ограждения, чтобы не слететь за борт.

«Может ли быть, что ублюдок Цинь Му использовал серебряный шлем, чтобы управлять кораблём?» — Паньгун Цо подозрительно зыркнул на парня, к своему удивлению обнаруживая, что тот тоже держится за ограждения, и на нём не было серебряного шлема, поэтому было очевидно, что кораблём управлял кто-то иной…

Древний монстр в теле юнца слегка удивился, ведь если кораблём управляет не Цинь Му, тогда кто? Может ли быть, что на судне скрывается ещё одна ужасающая сущность… Или корабль сам по себе был одержим?

С тех пор, как они прибыли на этот дивный корабль-сокровище, странные вещи происходили одна за другой, и они до сих пор не исследовали его весь. Думая в таком ключе, было бы не удивительно, но в то же время страшно встретить на борту какое-то очередное странное существо.

Корабль мчался через мир Юду, который, по своей сути, являлся куском тьмы без неба и земли. Продвигаться через такую, казалось бы, нескончаемую черноту — действительно пугающе. Они плыли так в течение некоторого времени, пока не раздался звук столкновения, а всех на корабле чуть было не выбросило за борт, хотя некоторых из солдат и великих шаманов, не успевших хоть за что-то ухватиться, выпали. И как только они погрузились в темноту за пределами корабля, их плоть внезапно растаяла. Они превратились в груды костей, которые грохоча полетели вниз.

— Там внизу есть земля! — кто-то вскрикнул от удивления.

Цинь Му посмотрел вниз и увидел, что корабль столкнулся с вершиной горы, создав в ней огромную дыру. Именно это столкновение отбросило солдат и великих шаманов.

Вскоре горная вершина осталась позади, а пассажиры наблюдали за землёй внизу. Было странно, что земля не была связана, казалось, она состояла из островов, плавающих в темноте.

Буум!

Как только столкнулись два огромных куска земли, ситуация стала напряжённой. Тектонические плиты надавали друг на друга, мгновенно приводя к извержению нескольких тысяч вулканов. Лава с чёрным дымом исторглись в небо, достигая от девятьсот до тысячи метров… Одним словом — захватывающее дух зрелище!

Бесчисленные молнии, разрывая небо на части, мелькали в густых облаках. Лава, которая остывала в небе, посыпалась ужасающим дождём из камней и жидкости. Обладая удивительной мощью, при падении она напоминала несущуюся где-то в вышине комету. Дрожь земли, раскачивающиеся горы, дождь из лавы, камней и кислоты напоминали собой пришествие апокалипсиса…

Когда корабль проходил через вулканическую преграду, все на корабле высвободили свои жизненные Ци, создавая огромные щиты, чтобы защититься от “дождя”.

Внезапно раздался лязг, и лавовый дождь превратился в бриллиантовый. Бриллианты размером с кулак, созданные ударами молний, падали с неба, усыпая собой весь корабль. Судно наклонилось в сторону, из-за чего вся вулканическая грязь, а заодно и алмазы, смелись. Затем корабль обошёл огромный вулкан и уносясь вдаль.

На вулкане лава текла вниз, как огненные драконы, шокируя Цинь Му. В этом разрушении, сотрясающем землю и горы, миллионы людей пешком поднимались на гору. Опустив головы, они бесшумно прошли через все разрушения, действуя как зомби. Каждый их шаг казался чрезвычайно трудным, но они продолжали идти вперёд, как будто их тянула роковая сила притяжения.

Возле устья вулкана уже находилось довольно много людей, которые при достижении края бессознательно прыгали вниз. Затем они топились в лаве, устремляющейся в небо!

Помимо огромного вулкана, на том клочке земли находились ещё тысячи людей. Невозможно было их сосчитать, и они шли через весь этот апокалипсис!

— Это не люди, они — души! — сердце Цинь Му начало неистово биться. Он понял, что идущими были проклятые души, не имеющие физических тел. Кроме того, не все они были человеческими душами. Некоторые из них принадлежали странным зверям, демонам, драконам, фениксам и даже небесным дьяволам. Корабль проходил мимо вулканов, на которых находилось бесчисленное множество душ, а когда вулканы извергались, пылающая красная лава, под аккомпанемент оглушительного грохота, устремлялась в небо.

Паньгун Цо, побледнев в лице, дрожащим голосом пробормотал:

— Ж-жёлтый Источник, жёлтый Источник…

Юноша тупо смотрел, не зная, о чём говорил старик в теле юнца:

— Какой Жёлтый Источник?

— Они спускаются по Жёлтый Источник! — Паньгун Цо вдруг взревел изо всех сил. — Это мир, в который мы попадаем после смерти! Мы на рогах Графа Земли!

Цинь Му вздрогнул, когда наконец понял о чём говорил Паньгун Цо. Их корабль-сокровище в настоящее время плыл меж рогов Графа Земли, поэтому внизу располагались не земли, а его рога!

Девять Соглашений Графа Земли исходили из девяти изгибов… Девяти изгибов, словно у текущей реки, рогов Графа Земли. Из-за этого его рога иногда также называли девятью изгибами Жёлтого Источника.

Юноша не мог избавиться от ощущения, что его кожа вдруг обрела разум и начала сползать. Всё вокруг действительно выглядело под стать Жёлтому Источнику. Из-за извержения вулканов лава распространялась по небу и освещала землю. Глядя издалека, открывшийся вид, наверное, можно было сравнить с жёлтой или красной рекой.

Неужели он всё ещё бог?

— Хе-хе, хе-хе… — Паньгун Цо, казалось, однажды уже потерпел серьёзную неудачу и теперь немного обезумел, бормоча. — Я уже это видел… я не могу умереть, я определённо не могу умереть, если кто-то и хочет умирать, пусть умрёт, я должен жить…

Корабль, наконец, проплыл через эти земли. Цинь Му обернулся взглянуть, в итоге увидев два “рога” во всей красе. Лава извергалась из земель, соединяя их воедино. Земли на вершине служили небом земель внизу. Соединяясь таким образом, бесчисленные куски формировали пресловутые изгибы, которые выглядели издалека Девятью Изгибами Жёлтого Источника.

Бесчисленные души были направлены в эти земли из бог знает скольких миров, чтобы прыгнуть в пучины Жёлтого Источника… И всё же тот был только рогами несравненно огромного Графа Земли!

Глядя вниз, Цинь Му не знал насколько огромны сами рога. Они скрывались глубоко в темноте, настолько глубоко, что их конца не было видно. Под двумя рогами должна была находиться голова. Легенда гласит, что у Графа Земли были бычьи рога и тигриная голова. Юноша, однако, совершенно не мог разглядеть голову.

Цинь Му отступил и глубоко в сердце принял решение. Соглашение Графа Земли нельзя подписывать небрежно. Пустив так, после вступления соглашения в силу, он, вероятно, уже никогда не сможет вернуться!.. И данный факт расстраивал больше всего, ведь его отец подписал Соглашение Графа Земли. Насколько же тяжело будет сделать соглашение недействительным?

Корабль-сокровище плыл всё быстрее и быстрее, поднимаясь выше очередного клочка земли, которым оказался разрушающийся мир, окутанный тьмой. Бумажные кораблики с мёртвыми душами выплывали буквально из черноты. Многие из них, проплыв мимо корабля, направились к земле Девяти Соглашений. Одежда душ была изодрана, хозяева которых, кстати говоря, все как один принадлежали к Небесной Дьявольской Орде Небесной Дьявольской Расы. Тем не менее, ни один из них не был из дьяволов, увиденных Цинь Му в Великих Руинах. Все они был старыми, больными и слабыми.

Бесчисленные бумажные кораблики проплыли мимо, было очевидно, что умерло чрезвычайно большое количество членов Небесной Дьявольской Орды. При нормальных обстоятельствах такое количество смертей произойти попросту не могло, даже крупномасштабная война не сможет погубить столько живых существ.

— Душа, вернись! — во времени и пространстве тьмы можно было ощущать слабые вибрации. Ими были страдальческие воспевания дьявольского бога.

Цинь Му посмотрел в сторону источника голоса, едва различив образ восьмирукого четырехглавого дьявольского бога, стоящего в кромешной тьме пространства. Разделяемые целым миром, он не мог его ясно видеть или слышать.

«Похоже Король Дьяволов Дутяня плачет…» — слегка удивился Цинь Му, осознав, что фигурой, стоящей в разрушающемся мире, был Король Дьяволов Дутяня. Тот был настолько силён, что разрушающийся мир не мог ограничить его воплощение и голос.

Король Дьяволов Дутяня призывал души своего народа:

— Душа, вернись!

— Не уходи в Земли Тьмы.

— Девять Соглашений Графа Земли — ужасно острые рога.

— Кишащие кровавые пальцы сгоняют мужчин в табуны.

— В голове тигра три глаза, а тело как у быка.

— О, душа.

— Вернись назад! Чтобы не навлечь на себя беду.

— О, душа, вернись! И пройди через городские врата.

— Опытные жрецы зовут вас назад, желая вернуть…

Корабль-сокровище отплывал, голос Короля Дьяволов Дутяня затихал, пока Цинь Му совсем не перестал слышать его стенания. Судно покинуло окраины умирающего мира Дутяня, из-за чего вокруг и было так много членов Небесной Дьявольской Орды.

Обернувшись, юноша увидел множество бумажных корабликов, плывущих из Дутяня в Юду, отчего его сердце опечалилось. Возможно, также такое будущее ждёт мир, в котором они в данный момент находятся. Через некоторое время они оказались возле другой земли в темноте. Частицы божественного света кое-как разгоняли мрак, раскрывая некоторые движущиеся формы жизни Юду.

Скорость корабля постепенно снижалась, и пассажиры, наконец, увидели источник божественного света. Им оказались статуи богов в деревнях и древних руинах.

Корабль отправился в Великие Руины, отчего сердце Цинь Му слегка взволновалось, ведь получается с наступлением ночи Великие Руины соединялись с миром Юду. И повсюду властвовали формы жизни Юду. В ночное время доминировал мир Юду, однако, когда наступал день, Юду затмевал реальный мир.

В темноте, где бы ни светили лучи, был реальный мир, каждый из лучей являлся входом в реальный мир. Данный факт означал, что, войдя в любую деревню, защищённую статуями бога или руинами, они смогут покинуть Юду и вернуться к реальности!

Плывя сюда, корабль стремился вернуть их обратно в реальный мир…

Скорость судна становилась всё медленнее и медленнее, чтобы пассажиры могли наконец-то увидеть пункт назначения. Перед ними раскинулись древние руины, испускавшие удивительные лучи, заставляя тьму отступить. Там также располагался величественный дворец, но он уже был полуразрушен. Тем не менее, величественные статуи богов всё ещё испускали отгоняющие тьму лучи.

Корабль медленно остановился, зависнув в небе над развалинами. Под ним разлеглось много странных зверей, а также некоторые путники, которые, чтобы избежать тьмы, хорошо ладили со зверями. Все они подняли головы и с любопытством посмотрели на корабль, внезапно появившийся над ними.

Цинь Му дал понять двум белым летучим мышами и цилиню, что можно спрыгивать с корабля. Паньгун Цо поступил со своими подчинёнными также.

Один из Шаманов Королей, посмотрев на Цинь Му с мерцающим взглядом, заговорил:

— Гроссмейстер…

Паньгун Цо покачал головой:

— Мы сейчас находимся в Великих Руинах, поэтому будем следовать местным правилам, не будем создавать дополнительных неприятностей.

Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на корабль-сокровище с серьёзным выражением лица. Тот медленно разворачивался, меняя своё направление, прежде чем покинуть руины, нырнув во тьму…

Мужчина в дереве отправил корабль обратно в Юду… Он должен был найти семью!

Глава 317. Нет Праведного Человека

— Это не Долина Призраков, — оглянулся по сторонам Фу Юйчунь. Две летучих мыши были слегка насторожены, так как впервые покинули Долину Призраков. Они горели желанием повиснуть вверх ногами на ветке, но не осмеливались этого сделать.

Цинь Му поднял голову, смотря на крышу полуразрушенного зала, после чего ответил:

— Можете повисеть на потолке, но попытайтесь никого не побеспокоить. Завтра я отведу вас обратно в вашу любимую долину, и когда мы окажемся на месте — дам вам противоядие.

Звери вздохнули с облегчением и молча взлетели в воздух. Повиснув под потолком, они скрестили руки на груди.

Открыв глаза, Фу Юйчунь тихо сказал:

— Мерзавец нас обманул, мы не отравлены.

Его брат был поражён:

— Мы не отравлены? Это невозможно, я определённо чувствовал боль, когда вещество подействовало!

Фу Юйчунь закатил один глаз:

— Скорее всего, токсичность давно была нейтрализована. Должно быть, он полностью рассеял яд, когда впервые дал нам противоядие. В противном случае, за два месяца без лекарства, мы определённо должны были умереть!

Фу Юйцю впал в ярость:

— Мерзавец обманул нас, заставив помогать ему! Давай сожрём его, хорошенько прожарив!

— Ну как сказать, — ответил Фу Юйчунь. — Даже если бы мы не вступили с ним в союз, нам всё равно пришлось бы убегать от Паньгун Цо и его солдат. Они бы так просто нас не отпустили. Союз с мелким прохвостом помог нам выжить, пойдя на пользу. Кроме того, именно благодаря ему мы узнали, что наши предки до сих пор живы. Теперь наша раса белых летучих мышей не вымрет. Давай вернёмся к прадедам, пусть они родят для нас несколько девиц.

Фу Юйцю тут же взбодрился:

— Родят нам двух девиц! Нет, нет, родят нам целое гнездо! Хочу по одной в каждую руку… Погоди-ка! Брат, мы отдалились от предков на много поколений, даже если они родят двух девиц, те окажутся нашими прабабушками, такое старшинство…

Лица двух летучих мышей изменились в тревожном выражении, и они так и не смогли уснуть.

Цинь Му стоял посреди руин, прислонившись к телу цилиня, и отдыхал. Храм охраняло более десятка статуй богов, чьи лучи освещали все окрестности. Он всё ещё не понял, в какой части Великих Руин сейчас находился. Ему нужно было подняться в воздух в дневное время, чтобы осмотреть местность. Только таким образом можно было определить своё местонахождение.

Взглянув на него, Паньгун Цо тоже присел. Десяток великих шаманов, Шаманов Королей и выживших солдат Империи Варварских Ди тут же его окружили.

Оглядываясь, Цинь Му увидел огромное количество странных зверей. Среди них было несколько невероятно сильных существ с невероятными габаритами. Они были даже больше, чем цилинь в своей настоящей форме!

— Хм, какие интересные люди… — его зрачки слегка сузились, фокусируясь на силуэтах путешественников. В руинах расположилось три группы людей, одна из которых состояла из трёх выдающихся монахов. Мужчины выглядели опасными, но их взгляды были добрыми несмотря на то, что незнакомцев окружала демоническая аура.

Монахи Монастыря Малого Громового Удара!

Цинь Му заметил их ауру, тут же понимая, кто это были. Монастырь Малого Громового Удара был священной землёй, принадлежащей дьявольской расе. Их лидер назывался Маленьким Жулаем и был младшим братом Старого Жулая. Он владел невероятными способностями, тоже достигнув области Жулая.

Монастырь Маленького Громового Удара часто называли Маленьким Западным Раем, так как он находился возле западных границ Великих Руин, далеко от Монастыря Великого Громового Удара.

«Здесь повсюду монахи Монастыря Маленького Громового Удара, неужели мы на западе Великих Руин?» — сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Великие Руины были невероятно огромными, поэтому он впервые оказался в настолько отдалённом месте. Должно быть, оно находилось даже дальше, чем Дворец Золотой Орхидеи.

Вторая группа путешественников состояла из мужчины и женщины. Они напоминали пару молодожёнов и не выглядели опасными.

Парочка была одета в наряды двух разны племён. Голову мужчины окутывала белая повязка, обнажая лишь немного чёрных волос. В то же время женщина сверкала золотом и серебром, одев на себя целую кучу разных украшений, сделанных из драгоценных металлов и нефрита. Её голова была покрыта чёрной вуалью, которая вместе с густыми чёрными волосами свисала над пышной грудью. Между её волос был вплетён крохотный красный цветок.

Рука женщины казалась невероятно изящной. Рукава её рубашки были очень короткими, обнажая руку ниже локтей. Запястье незнакомки было довольно тонким, но вмещало на себе более десятка браслетов всевозможных размеров.

Двое незнакомцев охраняли странную повозку, или даже карету удивительной формы.

Цинь Му раньше приходилось видеть дорогие кареты, но большинство из них были квадратными, иногда имея сферический купол с восьмиугольным верхом на крыше. Подобная форма была символом статуса, символизируя квадратную землю под сферическим небом, в то время как восьмиугольный верх обозначал восемь точек на компасе.

Тем не менее, эта повозка была круглой, имея круглое дно и крышу. Узоры на её поверхности тоже, казалось, принадлежали какому-то незнакомому племени.

Третья группа людей состояла из сотни практиков божественных искусств. Их вид и одежда тоже свидетельствовали о принадлежности к какому-то неизвестному племени. Зрачки всех практиков были синими, хотя это ничего не говорило Цинь Му об их происхождении. Но из глаз тех мастеров вырывалась убийственная аура, а сами они время от времени поглядывали на молодую пару и их карету.

— Владыка, здесь какая-то странная атмосфера. На теле женщины слишком много духовного оружия, а способности тех практиков очень велики!

Цинь Му поднял брови. Цилинь и вправду обладал неплохим зрением. Золотые, серебряные и нефритовые украшения женщины на самом деле были духовным оружием. Когда он взглянул на них Зелёными Глазами Небес, то увидел, что артефакты испускают ослепительный свет, а значит, их сила была немалой. Чтобы навесить на себя столько видов оружия, она должна была владеть невероятными способностями…

Паньгун Цо тоже заметил этих странных людей, после чего тихо что-то приказал двум шаманам. Один из них тут же поднялся и отправился к молодой паре, после чего поздоровался, начиная расспрашивать о их происхождении. Вскоре он вернулся, сообщая:

— Они говорят, что пришли из Дворца Истинного Рая из Западных Земель. Пара спрашивала, не могли бы мы им помочь.

— Дворец Истинных Небес Западных Земель? — ответил Паньгун Цо. — Если это обработчики Ци из Дворца Истинных Небес, то у нас нету с ними союза, но и бояться их тоже не стоит. Касаемо их просьбы, мы не поможем.

Вскоре вернулся другой шаман и сообщил:

— Практики божественных искусств пришли из Дворца Истинных Небес Западных Земель, они просили им не мешать.

— Обе группы пришли из Дворца Истинных Небес? — ошеломлённо спросил Паньгун Цо. — Кажется, у них какой-то внутренний конфликт, нам точно нельзя вмешиваться. А вот те три демонических монаха пришли из Монастыря Малого Громового Удара, с которым Дворец Золотой Орхидеи не в лучших отношениях. Нужно быть осторожными.

Дворец Золотой Орхидеи часто захватывал людей и демонов для совершенствования, и довольно часто воевал с Монастырем Малого Громового Удара, из-за чего бесчисленные последователей последнего были схвачены, а их души использованы как пища.

Троица монахов тоже смогла догадаться о происхождении Паньгун Цо и его людей. Они нервно переглядывались, но не осмеливались атаковать.

Паньгун Цо проговорил тихим голосом:

— Так как мы встретили людей Монастыря Малого Громового Удара Западных Земель, значит мы сейчас на западе Великих Руин. Их монастырь недалеко отсюда, поэтому монахов нельзя оставлять в живых. Когда подымится солнце, мы тут же их убьём! — отряд согласился. — Что касается Владыки Культа Циня…

Он посмотрел на Цинь Му, который как раз рылся в мешочке таоте. Тот ощутил на себе взгляд и поднял голову, расплываясь в улыбке. Юноша выглядел невероятно весёлым.

Мешочек, который тот держал в руке, принадлежал Паньгун Цо. Доставая артефакты один за другим, он тщательно их осматривал и игрался.

— Какой огромный молот!

Подняв огромный молот из черепа он слегка им взмахнул. В тот же миг на верхней части оружия выступили бесчисленные черепа, извергая огонь во все стороны. Парень снова взмахнул молотом, и тот открыл свой рот, всасывая мелкие черепки внутрь.

— Оказывается, здесь есть пилюля меча!

Спрятав молот обратно в мешочек, Цинь Му вытащил наружу пилюлю. Осторожно выполнив ею приём, он окружил свою ладонь бесчисленными крохотными мечами размером с волосок.

— Совершенствовать оружие до такого уровня? Твоя техника и вправду выдающаяся! Это метод Меча Дао? Не похоже, — покачал головой Цинь Му. — Меч Дао требует лишь одного меча, старший брат Паньгун, ты ещё недостаточно силён. Не странно, что твой Меч Дао всё ещё уступает Мастеру Дао.

Паньгун Цо хмыкнул и ухмыльнулся:

— Мешочек, что ты украл, содержит в себе лишь крохотную часть того богатства, что я накопил за все свои жизни.

Понизив тона голоса, он приказал шаманам по сторонам от себя:

— Завтра утром Шаманы Короли должны избавиться от двух летучих мышей и жирного кота, остальные займитесь убийством мерзавца Циня.

Закончив осматривать сокровища из мешочка таоте, Цинь Му поднялся и пошёл в сторону трёх дьявольских монахов, здороваясь:

— Старший братья!

Те тут же оторвались от своей медитации, в спешке здороваясь в ответ:

— Старший брат!

Трое мужчин были одеты в белые робы с широкими рукавами, которые, несмотря на свой размер, так и не смогли скрыть огромных когтей и птичьих лап, покрытых перьями.

— Вы трое из Монастыря Малого Громового Удара? — спросил Цинь Му. — Маленький Жулай всё ещё обучает дьявольскую обезьяну, которая взяла себе имя Кон?

Троица монахов на мгновение удивились, после чего кивнули:

— Старший брат, Жулай дал ему религиозное имя Чжань Кон, и действительно занялся его обучением. Можно узнать, откуда ты знаком с Чжань Коном?

Цинь Му улыбнулся:

— Я — Владыка Небесного Святого Культа, а он мой названный брат. Естественно, мы знакомы.

— Понятно, — расслабившись, улыбнулись монахи. — Моё религиозное имя — Дин Цзюэ, а это мои братья, Дин Чжи и Дин Мин. Мы отдаём дань своего почтения Владыке Небесного Святого Культа.

Бросив взгляд на Паньгун Цо, Цинь Му проговорил:

— А тот юнец — Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, а возле него — три Шамана Короля. Двое из них находятся в области Небожителя, а третий в области Жизни и Смерти.

Группа монахов была потрясена, их лица тут же побледнели:

— Что же мы можем сделать? Мы ещё даже не достигли области Небожителя, мы не можем вступить с ними в бой!

Юноша улыбнулся:

— Не волнуйтесь, я помогу. Завтра мы отсюда выберемся. Идём за мной.

Немного успокоившись, монахи последовали за парнем в сторону цилиня. Они тут же поприветствовали:

— Старший брат.

Зверь уже спал, так что не стал отвечать.

У демонических монахов был терпимый характер, поэтому они не приняли этого близко к сердцу. Заметив двух летучих мышей, свисающих с потолка, они поприветствовали и их:

— Старшие братья.

Сложив кулаки вместе, те поздоровались в ответ:

— Старшие братья.

После этого монахи сели, продолжая медитировать.

Паньгун Цо увидел происходящее, отчего слегка помрачнел в лице и тихонько хмыкнул.

С приятным выражением лица, Цинь Му спросил:

— Вы когда-то слышали о Небесном Святом Культе?

Дин Цзюэ покачал головой:

— Мы провели всю жизнь в Великих Руинах, и никогда не слышали о нём.

Цинь Му как раз собрался заговорить, когда мужчина, охранявший карету, подошёл и поклонился:

— Старший брат…

Поднявшись, Цинь Му вернул приветствие, после чего покачал головой:

— Не говори.

Практик ошеломлённо спросил:

— Старший брат, почему?

— Отряд сильных мастеров преследовал вас вплоть до самих Великих Руин, я не могу с вами объединиться, — покачал головой Цинь Му. — Их слишком много, и каждый из них невероятно силён. Мне сложно защитить даже самого себя, я определённо погибну, присоединившись к вам. Пожалуйста, уходи.

Обретая разочарованное выражение лица, мужчина вернулся к карете, тихим голосом что-то сообщив человеку внутри.

Из кареты раздался голос маленькой девочки:

— Мама, старший брат отказывается нам помочь?

Ещё один завораживающий голос раздался изнутри, сопровождаясь вздохом:

— В Великих Руинах нет ни одного праведного человека, готового спасти нас, мать с дочерью.

Цинь Му удивлённо поднял брови:

— Праведного? Я определённо не праведник. Я Владыка Небесного Дьявольского Культа, люди празднуют, если я не делаю ничего плохого. А они просят меня стать праведным? Хех, я делал праведные вещи лишь когда был ребёнком, и имел горячее сердце. Теперь, когда я вырос…

Ночь, казалось, проходила очень медленно, и каждый человек в руинах долго обдумывал свои намерения. Было сложно сказать спустя сколько времени драконоподобная курица взмахнула крыльями, поднимаясь над толпой странных зверей, и взлетела на крышу полуразрушенного здания, чтобы громко закудахтать в сторону неба.

В тот же миг тьма рассеялась, ведь с востока показались первые лучи солнечного света, ударяясь о горы неподалёку от руин и освещая их вершины.

Глава 318. Фальшивое имя

Цинь Му встал, как только взошло солнце. Он вернул Беззаботный Меч обратно в ножны, попутно пнув жирного цилиня, чтобы разбудить, а также окликнул двух белых летучих мышей.

Медленно поднимаясь, дракономордый с полным сил взглядом спросил:

— Владыка, что у нас сегодня на завтрак?

Юноша обыскал мешок таоте, в котором осталось не так уж много духовных пилюль Алого Огня, но он всё равно отдал их все зверю. Летучие мыши расправили свои крылья, приземлившись с крыши на землю. Три монаха-демона также открыли глаза, тут же достав чистую воду и печенье из рюкзаков, вот только их печенье было приготовлено из измельчённых насекомых. Монахи Монастыря Малого Громового Удара принадлежали к расе демонов, поэтому им было не обязательно придерживаться вегетарианского образа жизни, у них не было столько строгих правил, как у монахов Монастыря Великого Громового Удара. Трое были птицами странных зверей, поэтому они любили есть насекомых, а для удобства переноски трамбовали последних в печеньеподобные кругляшки.

Дин Цзюэ расколол свою печеньку на пополам, чтобы поделиться с Цинь Му. Тот попробовал хрустящую “пряность”, которая, как оказалась, имела недурной аромат и была сносна на вкус.

Толпа зверей пришла в движение, за ней тут же последовали люди, правда при этом держа ухо востро. Только Цинь Му был немного рассеян, ведь он сейчас находился так близко к западным границам Великих Руин, а значит мог увидеть, куда исчезала тьма, ибо там они и возникала, брала своё начало. Если ему удастся найти конкретное место, тогда может ему также удастся обнаружить источник бедствий Великих Руин?

Звери покинули временное пристанище. Цинь Му обернулся, но не заметил ни женщину с красным цветочком, ни мужчину с белой тканью, обёрнутой вокруг его головы, только двух тянущих карету оленей, покрытых пятнами сливы.

Вокруг рогов оленя была обёрнута белая ткань, а рога оленихи закрывала чёрная ткань, в то время как с шеи свисали золотые и серебряные украшения, наподобие цепей или кулонов. Также на её голове красовался маленький красный цветок, а два передних копыта обрамляли более дюжины золотых, серебряных и нефритовых браслетов.

— Так они демоны, — моргнул Цинь Му. Вчера ему не удалось распознать в супружеской паре странных зверей, ведь вокруг них не витало демонической ауры. Тогда как он должен был понять, особенно с учётом беглого взгляда, что они были двумя оленями, которые совершенствовались до такой степени, что смогли изменить свою звериную форму на человеческую?

«Такой вид техники совершенствования довольно необычен, однозначно праведная. Интересно они гости из Западных Земель?» — подумал про себя Цинь Му. Наблюдая за ними, он заметил, что сто практиков божественных искусств молча следовали за каретой, как вдруг из неё высунулась маленькая головка с двумя косичками и оглянулась назад, а уже в следующий миг две прекрасные руки затянули её внутрь и закрыли окно кареты…

Цинь Му отвернулся. Сидя на спине цилиня, его Беззаботный Меч был готов в любое время покинуть ножны, в то время как летающие мечи в мешке таоте медленно шевелились. Две белые летучие мыши тихо взлетели и пересекли толпу. Что же до трёх монахов-демонов, их одеяния трепетали от движения, когда из когти касались земли.

Паньгун Цо огляделся с мерцающим взглядом. В толпе вокруг них не было аномально сильных странных зверей, однако, среди всех зверей существовали некоторые правила, поэтому если они сейчас атакуют, тем самым заставив всех вокруг взволноваться, то, скорее всего, их тут же атакуют в ответ… Но со временем толпа начала расходиться…

В этот момент два оленя, тянувшие карету, рванули изо всех сил. Позади них сотня практиков божественных искусств поступила также.

— Най Куй, прекрати бежать! (Най Куй, на языке Хмон, означает Принцесса-Мать)

Жизненная Ци хлынула из кареты, и многочисленные травы с деревьями начали отчаянно расти, становясь несравнимо длинными и толстыми. Лес, занимавший гектар, словно ожил. Древние деревья мгновенно оторвались от земли, превратившись в ходячих великанов. Когда они приподнялись и приземлились корнями на землю, земля задрожала. Затем стволы превратились в несравнимо толстые кулаки, которые сдули всех преследователей.

Деревья в Великих Руинах были по-настоящему гигантскими. Большинство из них достигало как минимум десятков метров в высоту, но были и такие, что могли сравниться с самыми высокими горами.

Подкрепляемые чудесным божественным искусством женщины из кареты, деревья стали воистину огромными и обрели безграничную силу. Лесные лозы стали сродни демонам, обвивая практиков божественных искусств, как змеи, и душа их до смерти!

Наблюдая за представившемся зрелищем, веки Цинь Му не прекращали дёргаться. Такой вид божественного искусства редко встречался, чем-то напоминая технику создания Земного Эона, однако, будучи гораздо более властным!

Земля дрожала, горы тряслись, а деревья-великаны даже не думали прекращать сеять хаос. Тем не менее, практики из другого племени обладали хорошей реакцией, исполняя свои собственные божественные искусства. Вопли донеслись из оживших деревьев и лоз, и белый свет, чем-то похожий на духов, заструился из растительного мира. Деревья рухнули, а зелёные лозы засохли.

Один из практиков божественных искусств взмахнул рукой, заставив задрожать гору, а бесчисленные камни покатиться по её склону во всех направлениях. Гора превратилась в великана, который взмахнул огромным кулаком, чтобы разбить карету!

Олениха перед каретой подняла копыта, после чего золотые и серебряные браслеты слетели с них, связав кулак горного великана. Но тот и не думал сдаваться, тут же обрушив второй кулак. Болезненно захрипев, олениха затоптала копытами, заставив неисчислимую зелень самозабвенно расти. Напоминая мечи, травы вонзались в щели ожившей горы, в ней же пускали корни и прорастали. Итог один — распад на тысячи частей. Между тем два оленя вновь ускорились.

— Что за божественное искусство? — не прекращал поражаться Цинь Му. Сражающиеся, казалось, заимствовали силу неба и земли, чтобы укрепить силу природы, превращая в божественные искусства. В Империи Вечного Мира и странах вокруг все действовали по-другому.

— Эти божественные искусства из Дворца Истинных Небес Западных Земель, — тихим, приглушённым голосом заговорил цилинь. — Однажды я отправился с Патриархом к Западным Землям, священной землёй там являлся Дворец Истинных Небес. Их божественные искусства отличаются от Средиземских. Они верят, что у всего есть дух и душа, даже у трав, деревьев и камней. Для этих людей всё вокруг имеет свой собственный дух и божественное сокровище. Поэтому их путь — это путь каждого и всего, имеющего дух и душу. Патриарх сказал, что они не так уж и плохи.

— Все вещи имеют дух и душу?! — в восхищении воскликнул юноша. Божественные искусства Западных Земель пошли другим путём и действительно достойны того, чтобы их изучали. Раз уж молодо выглядящий Патриарх высказал в их адрес похвалу, хоть и достаточно сдержанную, значит Дворец Истинных Небес действительно достоин называться священной землёй.

Использование божественных искусств для создания горного великана — удивительно. Гора, только что ожившая и ставшая великаном для битвы, была просто потрясающей. Такой подход содержал в себе невообразимые достижения в отношении силы разрушения, в итоге расширяя горизонты и видение Цинь Му.

«Сила разрушения слишком велика! — восхищался Владыка Культа Цинь. — Теперь я даже сомневаюсь, что в Западных Землях до сих пор существуют целые дома… Или может даже гор?.. Если бы я мог научиться этому, было бы неплохо снести горы и сделать дороги!»

— В атаку! — внезапно отдал приказ Паньгун Цо. Все под его командованием сразу же ринулись в бой. Пилюли ножа заполнили небо, обрушивая бесчисленный град вспышек на врагов. Между тем три Шамана Короля произнесли заклятия, чтобы убить двух белых летучих мышей.

Цинь Му громко рассмеялся, поднял свою одежду и исчез. В следующее мгновение он уже стоял рядом с великими шаманами и солдатами Империи Варварских Ди. Как только его Беззаботный вылетел, бесчисленные вспышки мечей вырвались из мешка таоте и выстрелили во всех направлениях.

Вжух!

Восемь тысяч мечей заполнили землю и парили вокруг в трёхстах метрах. Кровь непрерывно капала с лезвий мечей, выжить удалось только двум великим шаманам области Семи Звёзд. Выдержав дождь из мечей, они с трудом защитили свои сердца от пронзания… И это пугало!

«Одежда для перемещения?» — поразился Паньгун Цо.

Цинь Му двигался слишком быстро. Опираясь на перемещение, он мгновенно оказался рядом с ними и развязал свой роковой шаг. Подняв палец, Беззаботный Меч вылетел, в то время как бесчисленные светящиеся мечи вокруг закружились в пираньем танце, синхронно направляясь в сторону одного из великих шаманов области Семи Звёзд!

Золотые крылья появились за спиной того шамана и быстро захлопали. Вылетели бесчисленные золотые перья-мечи и блокировали атаку. Будучи внезапно подавленным и отброшенным, Цинь Му тут же поднял одежду и исчез, а уже в следующее мгновение появился позади того же шамана. Его пять пальцев растопырились в хватательном движении, заставляя главный меч и остальные восемь тысяч протяжно засвистеть.

Между тем Паньгун Цо повернулся и тоже исчез. Цилинь и три монаха-демона готовились к атаке. В момент, когда два великих шамана области Семи Звёзд поднялись в небо, три монаха погнались за ними, превращаясь в три золотокрылые гарпии и свирепо набрасываясь. Дракономордый открыл пасть, выстрелив в сторону Паньгун Цо огненным лучом, но тот достаточно ловко уклонился, подбежав к трём Шаманам Королям, которые в данный момент изо всех сил напирали на двух летунов, хотя летучие мыши, казалось, могли выдержать любой удар… Даже под натиском Шамана Короля области Жизни и Смерти и двух Шаманов Королей области Небожителя, у них всё ещё хватало сил летать. У них явно была очень прочная кожа.

— Гунму, ты разберёшься с мышами! Остальные же, немедля убейте тех трёх лысых ослов! — строго выпалил Паньгун Цо. — Мы должны избавиться от них!

Шаман Король Гунму был великим экспертом области Жизни и Смерти, так что одного его было достаточно, чтобы подавить двух белых летучих мышей. Даже если ему не удастся избить их до смерти, он определённо помешает им прийти поддержать Цинь Му.

Двух Шаманов Королей области Небожителя и двух великих шаманов области Семи Звёзд было более чем достаточно, чтобы убить трёх монахов-демонов и цилиня, так как никто четверых них даже не достиг области Небожителя!

Наконец раздав указания, Паньгун Цо краем глаза заметил, как Цинь Му достал чёрную банку из его мешка таоте.

— Быстро назад! — завопил “малец”. Он активировал заклятие перемещения, и его фигура тут же исчезла. Даже обладая совершенствованием, достигшим области Шести Направлений, он всё ещё не мог перемещаться слишком далеко, ему покорилось лишь расстояние равное примерно двум тысячам метров.

Паньгун Цо обернулся и увидел, что Цинь Му уже разбил чёрную банку. Несравнимо плотный чёрный дым начал распространяться во всех направлениях и мгновенно покрыл площадь в несколько сотен метров. Три Шамана Короля панически бросились прочь, любыми способами стараясь не коснуться чёрного дыма. Они всё же спаслись, но даже после их не покинуло чувство затяжного страха.

Уголки глаз Паньгун Цо яростно дёрнулись. Чёрными дымом был шаманский яд, приготовленный им в предыдущей жизни, с чрезвычайно интенсивной токсичностью. Если этим ядом запятнать душу или исконный дух, то душа разъестся, а исконный дух сгниёт. Даже великие эксперты области Жизни и Смерти не были в силах побороть яд, за несколько вдохов отправляясь прямиком к Желтому Источнику… Было очевидно, что, открыв банку, Цинь Му хотел убить их всех за раз!

«Я ошибся! Этот чёрный дым не шаманский яд, который я создал!» — сердце Паньгун Цо подпрыгнуло. Несмотря на то, что дым был похож на его яд, однако, будучи экспертом по шаманскому яду, он быстро разглядел трюк и понял, что чёрный дым —простой дым!

Было очевидно, что негодяй Цинь не бездельничал вчера вечером, а тайком подготовил полную банку чёрного дыма. Являясь счастливым обладателем двух мешков таоте, никто не мог знать, чем он занимается.

— Чёрт, нас обманули! — выражение лица тринадцатилетнего паренька помрачнело, он не хотел сдаваться. Тем не менее, два великих шамана области Семи Звёзд были уже хорошенько избиты тремя монахами-демонами, в то время как две белые летучие мыши снова летели наполненные силой. Он хотел сражаться, но потом увидел, что юноша вдали достал ещё одну черную банку из своего мешка.

Цинь Му громко рассмеялся и ясным голосом крикнул:

— Старший брат Пань, прощаемся?

Оскалившись, Паньгун Цо взмахнув рукавами и, глядя на трёх монахов-демонов, вдруг громко сказал:

— Монах Дин Мин!

Три золотокрылых гарпии опустили крылья и, превратившись обратно в трёх монахов-демонов, приземлились на землю. Они были одеты в свободные буддийские одежды, и у них были тела людей с птичьими когтями. Монах Дин Мин поднял голову и сказал:

— Я!

Паньгун Цо поклонился, выразив своё уважение. Внезапно позади него появилось привидение дьявола, стоявшего на жертвенном алтаре. Дьявол также поклонился, выразив своё уважение. Монах Дин Мин издал крик изумления, возвращаясь назад к своей истинной форме, золотокрылой гарпии. Громкие щёлкающие звуки исходили из тела бедолаги, когда его три души и семь духов разделились…

Затем он замертво рухнул на землю!

Цинь Му невольно почувствовал, словно его кожа пытался сползти и убежать. В конце концов монах Дин Мин являлся великим экспертом области Семи Звёзд. Но только что было исполнено божественное искусство, которое убивало, если исполняющий знал имя. Именно это божественное искусство Гроссмейстера заставило мясника скрывать своё истинное имя?

«Как мне противостоять такому?» — пока Цинь Му думал, Паньгун Цо, чьё лицо стало слегка бледным, снова заговорил.

— Монах Дин Чжи!

Монах Дин Чжи держал рот на замке, явно не собираясь отвечать. Тем не менее, паренёк поклонился ему, и привидение дьявола на жертвенном алтаре поступило также. Монах Дин Чжи громко вскрикнул и мгновенно умер неестественной смертью.

Ухмыльнувшись с просочившейся из уголков губ кровью, Паньгун Цо зыркнул на монаха Дин Цзюэ. Тот почувствовал поднимающийся где-то из глубин души животный ужас, поэтому в панике расправил крылья и попытался улететь.

— Дин Цзюэ!

Паньгун Цо выразил своё уважение, и души с духами Дин Цзюэ рассеялись в воздухе, а труп золотокрылой гарпии упал с неба.

Маленький варвар сплюнул полный рот крови и свирепо посмотрел на Цинь Му, прежде чем обернуться:

— Если бы ты не использовал фальшивое имя, ты бы уже присоединился к ним!

Три Шамана Короля немедленно последовали за ним, в итоге скрываясь в густом лесу.

Глава 319. Семейные Вопросы

Цинь Му нахмурился. Паньгун Цо боялся яда, который сам приготовил, отчего решил отступить, не осмелившись продолжать бой. Впрочем, шаманское заклятие, с помощью которого он, разозлившись, отдал честь душам, было ужасающим!

Парень все ещё находился в области Шести Направлений, но смог убить практиков области Семи Звёзд лишь исполняя жест приличия!

Способности каждого из монахов-демонов были очень высокими, ведь они были странными зверями, достигших невероятных успехов в совершенствовании, что, тем не менее, не смогло их спасти.

Золотокрылая гарпия была довольно распространённым видом в Великих Руинах, наделённым необыкновенными способностями. Их физические тела были очень крепкими, а совершенствуя дхармы Монастыря Малого Громового Удара, существа также стабилизировали свой исконный дух.

Божественного искусства, способного убить трёх золотокрылых гарпий подряд с помощью простого жеста определённо было достаточно, чтобы заставить мясника предпринять строгие меры защиты!

Раньше, Паньгун Цо проявлял определённое спокойствие, вызывая впечатление достойного мастера. Тем не менее, потерпев несколько поражений от руки Цинь Му, он впал в ярость от стыда и больше не сдерживался.

На сей раз он убил трёх монахов Монастыря Малого Громового Удара просто исполняя обыкновенный жест, но вскоре его руки дотянутся и до близких Цинь Му. Кто из них смог бы справиться с такой силой?

«Однако, использовав свою технику трижды, Паньгун Цо, кажется, тоже сильно пострадал. Очевидно, подобный навык имеет много недостатков и его нельзя бездумно использовать», — брови Цинь Му были напряжённо сжаты от тяжёлых дум. Несмотря на недостаток техники, от неё нельзя было защититься и о ней определённо стоило помнить.

— Похороните монахов, нельзя оставлять их тела просто так.

Отряд похоронил трёх золотокрылых гарпий, и Цинь Му отдал им дань уважения, вздыхая:

— Покойтесь с миром. Когда-то я сожгу Паньгун Цо в качестве подношения вам. Идём… Хотя нет. Ещё минутку!

Цилинь тут же остановился, в то время как юноша крепко сомкнул глаза. Спустя мгновение он открыл их снова, доставая кисть, чернила и бумагу. Его жизненная Ци вырвалась наружу, развёртывая лист в воздухе.

Перемешав чернила кистью, он начал рисовать, и вскоре в воздухе возникло изображение дьявола, возвышающегося над жертвенным алтарём.

Юноша собирался сделать последний штрих, но внезапно остановился. Он достал свою печать, ударяя ею по рисунке, после чего в последний раз взмахнул кистью.

— Секрет техники Паньгун Цо, должно быть, кроется в сущности этого дьявола.

Осматривая картину со всех ракурсов, Цинь Му пытался убедиться, что нарисовал всё правильно. Из числа навыком, которые достались ему от глухого, рисование уделяло особое внимание к сохранению формы, воли и грации. Юноша часто путешествовал со стариком, осматривая местные достопримечательности и явления и рисуя всевозможные картины. Несмотря на то, что дьявол появлялся за спиной Паньгун Цо лишь на миг, Цинь Му умудрился довольно точно запечатлеть его форму, волю и грацию.

«Я не узнаю это существо, но в Великих Руинах полным-полно статуй всевозможных дьяволов и богов. Старейшина деревни, старый Ма и остальные долго здесь живут, может быть они знают кто это. Так как я уже здесь, нужно будет посетить деревню и расспросить их. Если старики не смогут помочь, то обращусь к Небесному Дьявольскому Культу и Империи Вечного Мира. Кто-то должен знать, что это за дьявол, — пряча картину, Цинь Му думал. — Как только кто-то скажет мне, что это за существо, появится шанс противостоять магии Паньгун Цо. В противном случае, мне просто придётся убить его любой ценой».

Под любой ценой подразумевалось то, что ему придётся атаковать Дворец Золотой Орхидеи. Но даже прежде, чем добраться к этой священной земле, он будет вынужден уничтожить все страны прерий, которые обязательно встанут у него на пути.

Было несложно представить, насколько тяжёлой окажется подобная затея.

Не имея другого выбора, ему пришлось бы подстрекнуть императора ввести войска в прерии и снести Дворец Золотой Орхидеи с лица земли, так как Небесный Святой Культ не мог в одиночку справиться с такой силой.

Цилинь отошёл в сторону, а Цинь Му подозвал к себе двух летучих мышей, чтобы подлечить их раны. Закончив, он взмыл в небо вместе с парочкой, чтобы осмотреть окрестности.

Спустя мгновение он приземлился, слегка хмурясь. Вздымающуюся реку не было видно.

Увидев реку, он смог бы определить своё местонахождение, но без неё сделать это, базируясь лишь на обозначениях географической карты Великих Руин, было очень трудно.

Пройдя сто пятьдесят километров на восток Цинь Му снова взлетел ввысь, сравнивая увиденную местность с картой.

Повторив это ещё несколько раз, он, наконец, смог понять куда именно их занесло.

— Мы находимся недалеко от Дворца Западных Небес, возле Западных Земель.

Определив направление своего движения, юноша наконец успокоился. Приземлившись на землю, он объяснил маршрут цилиню. Спустя очередные сто пятьдесят километров они добрались к тому месту, где, судя по карте, должен был стоять Дворец Западных Небес.

Осматриваясь, он заметил, что дорога впереди становится всё более и более странной. Огромный кусок земли торчал посреди Великих Руин, словно гигантская круглая тарелка. Он был намного выше гор вокруг и выглядел так, будто прилетел из открытого космоса!

Цилинь остановился, и Цинь Му начал осматривать странную землю. Та была покрыта густой растительностью, посреди которой возвышались громадные руины.

Там, где в земле были трещины, виднелось сверкание металла. Глубоко в земле находился какой-то металлический предмет.

Также вокруг возвышались завораживающие статуи богов, некоторые из которых гордо стояли, в то время как другие уже повалились на землю.

Отряду пришлось потратить немного времени, ошеломлённо обходя это место вокруг. Вся местность, вскоре возникшая впереди, была усеяна огромными осколками земли. Некоторые из них вертикально торчали, другие напоминали перевёрнутую гору, в то время как остальные и вовсе рассыпались на части.

На их поверхности возвышались руины города, в которых жили странные звери, самые сильные из которых время от времени издавали ужасный рёв, отпугивая других существ, подобравшихся слишком близко.

Из-под трещин в земляных плитах виднелись части металлической конструкции. Казалось, будто повсюду были разбросаны трубы всевозможных длин и размеров.

Когда по долине проносился ветер, металлическая конструкция издавала металлический гул, кажущийся довольно мелодичным.

— Как когда-то столь великая цивилизация оказалась в таком состоянии?

Цинь Му на некоторое время всмотрелся вдаль, после чего отвёл глаза в сторону. Вероятно, это место было безопасным, и тьма не могла сюда добраться, так как по округе блуждало огромное количество странных зверей. Отряду нужно быть крайне осторожным, пробираясь сквозь столь населённую местность.

Чтобы обойти её кругом им придётся потратить лишний день, поэтому нужно было идти напрямую.

Спрыгнув со спины цилиня, Цинь Му лично повёл отряд вперёд. Он жил в Великих Руинах с раннего детства, поэтому хорошо разбирался в поведении зверей. Если бы цилинь или пара летучих мышей шли впереди, они бы определённо создали какие-то неприятности.

Продвигаясь внутрь долины, он внезапно заметил колеи от кареты. Вероятно, они были оставлены беглецами из Дворца Истинных Небес. Также на земле виднелись следы ног, которые должны были принадлежать практикам божественных искусств, ведущим преследование.

Те явно ворвались в это место в невероятной спешке, но, судя по оставленным следам, они многое знали о Великих Руинах и смогли избежать неправильного пути.

Тем не менее, божественные искусства Дворца Истинных Небес были очень необычными, масштаб их воздействия был невероятно большим. Используя что-то подобное в этом месте, можно было запросто разозлить странных зверей.

«Если мы пойдём по их следам, то могут возникнуть проблемы», — юноша хотел пойти другим путём, но у него не было выбора, так как лишь через долину шёл безопасный путь. Чтобы обойти опасность вокруг, отряду пришлось бы перебраться через огромный водоём. Когда он посмотрел в его сторону, вода в нём внезапно вспенилась.

Гигантский человек-крокодил выплыл наружу, вставая на гладкой поверхности водоёма. Испуская дым из ноздрей, он начал острить свои и без того острые зубы. Такого территориального странного зверя лучше было не беспокоить, поэтому, если бы Цинь Му попытался пересечь это место, такой поступок можно было бы счесть самоубийственным.

С противоположной стороны лежали руины города. В них располагалось так много статуй богов, как волос на голове, и вокруг каждой из них летали красноголовые журавли. Они танцевали в небе, выглядя довольно спокойными.

Тем не менее, в городе так же находилась пара, мужчина и женщина, журавлей, тренирующих свои навыки меча. Вибрируя крыльями, они заполняли небо мечами света, которые тут же выстраивались в круг. Заметив скорость, с которой оружие летало в воздухе, парень догадался, что они были даже более опасными, чем тот крокодил.

«Остался лишь один маршрут!» — Цинь Му испуганно вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Нам нельзя вмешиваться в семейные вопросы Дворца Истинных Небес Западных Земель. Я не тот человек, который любит драться и совать свой нос в чужие дела. Мы просто обойдём их стороной…

В кипящем жизнью центре долины блуждали четверо носорогов, покрытых толстой костяной бронёй. Их тела были снежно-белыми, без малейшего намёка на пятна. Крохотные глаза зверей время от времени взволнованно поглядывали на юношу, цилиня и двух летучих мышей, летающих туда-сюда и часто зависающих на деревьях.

Женщина-носорог заговорила человеческим языком:

— Тот гигантский пёс такой толстый, что уже превратился в свинью, но он всё равно как-то умудряется ходить.

Зверь, стоящий впереди, тут же побледнел, и немедленно покатился на землю, превращаясь в гиганта с головой носорога и телом человека. Под его костяной бронёй начали извиваться мышцы. Тыкая вперёд копытом, он проговорил:

— Друг Дао, моя старая жена любит говорить всякую чепуху, не принимай близко к сердцу!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Ничего страшного, толстый дракон и вправду разжирел.

Лидер носорогов вздохнул с облегчением, и сразу же утащил свой гарем подальше, ворча:

— Ты что не видишь? Эти незнакомцы — безжалостные люди, они не знают милосердия. Особенно тот парень с двумя летучими мышами, вокруг него скопилось столько мёртвых душ.

Цинь Му был поражён, а цилинь проговорил:

— Говорят, что белые носороги обладают экстрасенсорными способностями, и могут видеть потусторонний мир и души мёртвых. Впрочем, они ошибаются в своих наблюдениях. Я не толстый, у меня просто кость шир…

Вдали раздался звук сталкивающихся божественных искусств и духовного оружия, казалось, там происходило что-то очень оживлённое. Подозвав к себе двух летучих мышей, Цинь Му осторожно пошёл вперёд

Не успев далеко пройти, они увидели поле битвы. Сильные практики Дворца Истинных Небес уже окружили карету, их тела были покрыты ранами.

Заметив приближение незнакомцев, те тут же остановили сражение и, замерев, повернули головы в сторону отряда.

— Друг Дао, — молодой человек вышел из толп, здороваясь. — Это семейные вопросы.

Цинь Му поздоровался в ответ:

— Я просто прохожу мимо.

Незнакомец улыбнулся и махнул рукой:

— Пропустите их.

Улыбаясь и кивая в обе стороны Цинь Му пытался показать, что у него чистые намерения, проводя цилиня и летучих мышей через поле битвы. Вскоре они увидели, что карета впереди была уже разрушенной, а её крыша и колёса разлетелись вдребезги. Один из оленей сидел возле транспорта, в то время как второй находился в своей настоящей форме. Вероятно, он попросту был слишком тяжело ранен и не мог поддерживать человеческий облик.

Мать с дочерью, которых защищали звери, вышли из кареты. Женщина была покрыта кровью и едва дышала, пытаясь защитить своего ребёнка.

— Праведный человек… — мужчина, превратившийся из оленя, внезапно протянул свою руку, хватая край рубашки Цинь Му. Он с трудом поднял голову, будучи на волоске от смерти. — Праведный человек, пожалуйста…

Юноша выдернул рубашку из рук незнакомца и продолжил идти вперёд. Пройдя мимо оленихи, он был слегка ошеломлён. Оказалось, что та уже не дышала, так как была мертва. Отвернувшись, он продолжил идти. Неожиданно женщина, к которой обращались по имени Най Куй, схватила его руку и начала умолять хриплым голосом:

— Спаси моего ребёнка, пусть она живёт…

Цинь Му остановился, отчего молодой мужчина из Дворца Истинных Небес прокричал у него за спиной:

— Друг Дао, это семейные вопросы.

Вырвавшись из рук женщины, парень пошёл дальше. Он улыбнулся практикам божественных искусств и повёл цилиня и летучих мышей прочь от поля боя.

Драконоподобный обогнал парня и повернул голову, смотря ему в глаза. Немного колеблясь, зверь проговорил:

— Владыка …

Лицо юноши выглядело абсолютно спокойным:

— Это семейные вопросы незнакомых мне людей, нам нельзя вмешиваться.

— Не вмешиваться — хорошо. Патриарх когда-то говорил, что ты любишь создавать проблемы, но кажется, ты вырос.

Юноша безучастно уставился вперёд:

— Вырос? Разве это взросление?

— Ты научился взвешивать за и против, так что да, вырос. Ты мыслишь рационально, — объяснил цилинь. — В прошлом ты не слишком холоднокровно мыслил, бросаясь в драку на каждом шагу и не боясь никого обидеть. За те несколько месяцев Патриарху пришлось разбираться со многими проблемами из-за тебя.

Юноша замолчал, услышав за спиной крики.

— Так вот что такое взросление… Тогда я не хочу взрослеть… — рассмеявшись, Цинь Му продолжил идти вперёд.

Из его мешочка таоте тайком начали вылетать крохотные мечи, вонзаясь во всё вокруг. Всё больше и больше оружий приземлялись на землю, создавая построение меча…

Он продолжал шагать, в то время как восемь тысяч мечей постепенно устилали собой землю вокруг. Меч, Шагающий по Горам и Рекам — лезвия и вправду создавали форму гор и рек, вонзаясь в почву…

Со звоном упал последний меч…

Юноша остановился, резко опуская руки. Восемь тысяч мечей одновременно зарылись в землю, в тот миг, когда он накрылся краями своей одежды и бесследно исчез!

— Я не готов так просто повзрослеть!

Глава 320. Правда или ложь

— Най Куй, ты думала, что скроешься в Великих Руинах? — спросил юноша, держа руки за спиной и смотря на других практиков божественного искусства Дворца Истинных Небес, нападающих на женщину, защищающую маленькую девочку, после чего со спокойным выражением добавил. — Битва уже проиграна, Дворец Истинных Небес теперь принадлежит Юй. Не вини меня за бессердечие. В Средиземье есть хорошая поговорка: если корни не удалить во время прополки, сорняки снова вырастут, когда начнут дуть весенние ветры. Дворец Истинных Небес больше не принадлежит семье Сюн.

Прямо сейчас они находились в Великих Руинах посреди остатков Дворца Западных Небес, поэтому практикам Дворца Истинных Небес приходилось быть осторожными в выполнении своих божественных искусств здесь. Они считали, что у всего есть души и духи. У гор были горные духи, у воды водные духи, у травы, деревьев и диких зверей тоже были свои собственные духи… Без исключений. Божественным искусством могло стать всё. Из-за этого они, естественно, имели острые чувства в отношении природы и ко Дворцу Западных Небес Великих Руин, они чувствовали опасность.

Всё здесь содержало огромную силу, как будто где-то внизу спали древние боги!

Их божественные искусства могли пробудить всё в мире, чтобы сражаться на их стороне, но, если бы они случайно пробудили богов этой земли, тогда только навлекли бы на себя большую опасность…

Сила Дворца Западных Небес была им неподвластна, они не могли её контролировать. Поэтому они должны быть очень осторожны, чтобы не пробудить здесь невообразимую силу. К счастью, они все подготовили свои духовные оружия. Однако они отличались от духовного оружия практиков божественных искусств Империи Вечного Мира.

Большинство из них были в форме трав, деревьев, гор, текущей воды и белых облаков. Были также странные звери, которые были усовершенствованы ими в духовное оружие, поэтому после того, как они активировали свою жизненную Ци, тела крошечных странных зверей увеличивались в десять тысяч раз и поглощали живых людей, что было очень необычно. Таким образом, даже если эти люди не могли использовать свои божественные искусства, они могли легко избавиться от пары беглецов. Тем более с одним мёртвым оленем, а другим тяжело раненым, женщине приходилось самой защищать своего ребёнка.

Упав на землю, женщину вырвало кровью, но вскоре она поднялась на ноги, и продолжила защищать маленькую девочку.

— Предатель! — закричала она.

Человек взлетел и, превращаясь в огромного оленя, показал свою истинную форму, чтобы противостоять атакам толпы, строго крича:

— Дворцовый мастер хорошо относился к вам, но после его кончины вы воспользовались шансом и решили восстать. Где ваша совесть? Почему вы так безжалостны?

Бум, пах, пум!

В одно мгновение его находящееся в воздухе тело атаковали множество раз. Быстрая смерть, однако не мгновенная, ведь даже в таком состоянии ему удалось нанести удар изо всех сил в сторону юноши!

Способности двух оленей были чрезвычайно мощными, ни в чём не уступая способностям цилиня. Жаль только, что на той стороне было слишком много людей, поэтому бедолаг ждал только такой конец.

Более десятка практиков божественных искусств поднялись в небо и схватились за рога. Они приземлились на землю, но всё ещё не могли остановить силу рогов и были отброшены назад. Земля тряслась, камни летели в стороны, а рога направлялись к цели.

— Семья Сюн владела Дворцом Истинных Небес в течение стольких лет, пришло время отдать должность дворцового мастера, — юноша был равнодушен и усмехнулся. — При убийстве человека должна быть видна кровь, сорняки же нужно убирать с корнями. Только с уничтожением вас, нашей семье Юй больше не придётся беспокоиться о вашем возвращении.

Перед ним внезапно раздулся странный зверь, который ещё миг назад был размером с куклу, и, издав сотрясающий мир рёв, обеими руками заколотил себя по груди. Он обеими руками схватил обрушивающиеся на него рога.

Рога остановились.

Плюх.

Труп оленя упал рядом с оленихой.

Юноша рассмеялся и сказал:

— Убить Най Куй и маленькую принцессу, пора закончить нашу миссию!

Практики божественных искусств Дворца Истинных Небес поднялись, их духовные оружия взлетели в воздух. Женщина бросила на них мрачный взгляд и повернулась, обнять маленькую девочку, говоря нежным голосом:

— Дорогая, это будет быстро…

— Мама, мы увидим дедушкой и бабушкой?

Сердце женщины дрогнуло:

— Увидим.

— А что насчёт папы? — глаза маленькой девочки сверкали, когда она спросила.

— Папу тоже… — проливая слёзы, проговорила женщина.

Маленькая девочка утешила молодую замужнюю женщину:

— Мама, я не боюсь, так что ты тоже не плачь. Я скучаю по дедушке и бабушке. Когда отец умирал, ему было страшно, он был весь в крови, мне было так грустно, я плакала, но сейчас, думаю, что он будет улыбаться, когда мы увидим его…

Вжух!

Духовные оружия превратились в духовные деревья и странных зверей в небе, затем набросилось на них. Но как только они практически нашли свою цель, промелькнул луч света… Цинь Му появился перед матерью и дочерью. В тот же миг он расправил руки, заставляя вышитую мантию на его теле вылететь вперёд, затем шлёпнул по ней ладонью, и она завращалась, становясь всё больше и больше, пока не достигла тридцатиметровой высоты и ширины. Духовные оружия Дворца Истинных Небес врезались в ткань, завернулись в неё, а после и вовсе исчезли, правда вместе с самой мантией!

В трёхстах метрах от них засияли бесчисленные огни мечей, восемь тысяч мечей двигались в одном направлении, разрезая духовные оружия и вышитую мантию на куски!

Практики божественных искусств Дворца Истинных Небес были поражены, потеряв связь со своими духовными оружиями. Несмотря на то, что их духовные оружия были чрезвычайно мощными, оно было разрезано на куски. Они уже собирались напасть, но юноша вдруг остановил их и заговорил:

— Друг Дао, это семейные вопросы нашего Дворца Истинных Небес.

Цинь Му чувствовал боль в сердце, когда думал о своей вышитой мантии. Он “купил” её у Мастера Ладана Цюя и Мастера Чертога Ядовитого Насекомого в Секретных Водяных Проходах. Мантия не раз спасала ему жизнь. Кроме того, его знаки формирования перемещения были отпечатаны на вышитой мантии. Теперь, когда она была уничтожена вместе с духовными оружиями практиков Дворца Истинных Небес его Мечом, Ступающим по Горам и Рекам, ему было очень горестно.

«Я должен был помнить, что, когда делаешь добро, всегда что-то теряешь…» — подумал про себя Цинь Му.

— Как мне обращаться маленькому брату?

— Юй Бочуань из семьи Юй Дворца Истинных Небес, — молодой мастер, казалось бы, искренне улыбался, заставляя людей чувствовать, что они купаются в весеннем ветре. — Друг Дао, должно быть, чувствовал жалость, видя сироту с овдовевшей матерью, поэтому и захотел спасти их, однако, ты не знаешь, что эти мать и дочь сотворили много зла, убивая бесчисленное количество людей. Дворец Истинных Небес наших Западных Земель — пристанище праведности, поэтому мне было приказано уничтожить их.

Цинь Му кивнул:

— Понятно. Кажется я поступил безрассудно, пусть брат Юй простит меня.

Юй Бочуань улыбнулся:

— Нельзя обвинять незнающего человека. Надеюсь, старший брат позволит нам закончить эту, без сомнения, трудную миссию. Нам нужно убить этих повстанцев, ведь мы уже потеряли так много братьев.

Цинь Му посмотрел на него подозрительным взглядом:

— Твои дела, конечно, важны, но я не могу просто поверить тебе на слово. Мне нужно спросить их, сказал ты правду или солгал.

Юй Бочуань улыбнулся с неизменно приятным выражением на лице:

— Друг Дао, я только что предоставил тебе удобную причину для отступления, так что не забудь оценить мою доброту.

Цинь Му также улыбнулся, причём не менее искренне:

— Владыке Небесного Дьявольского Культа не нуждается в причинах с чуждой подачи. Если ты сказал правду, я просто повернусь и уйду, и вы, ребята, сможете закончить своё дело. Но если…

— В этом нет необходимости! Убить его и закончить миссию! — перебив его, юноша поднял руку.

— Так точно! — целая толпа людей, услышав приказ, направились в сторону Цинь Му.

Громко рассмеявшись, он подхватил мать с дочкой, повернулся и дал дёру. Один из сильных практиков области Небожителя сердито выкрикнул:

— Думаешь сможешь убежать от нас?

Позади него появилось возвышающееся дерево, корни которого были похожи на извивающихся зелёных драконов… Практик проявил сущность своего исконного духа!

Метод совершенствования Дворца Истинных Небес Западных Земель тоже отличается от такового в Империи Вечного Мира. Исконные духи имперских подданных обычно разделялись на четыре типа, Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красную Птицу и Чёрную Черепаху. После того, как практик достигал области Небожителя, его исконный дух мог проявляться позади, и обычно тот являлся одним из четырёх великих духовных тел после божественной трансформации, которая была внешне похожа на четыре вида каменных статуй в деревне Цань Лао.

Исконные духи практиков Дворца Истинных Небес были более своеобразны. Несмотря на то, что атакующий практик области Небожителя принадлежал к родословной Зелёного Дракона, его исконный дух выглядел как огромного дерево, которое редко можно было встретить. Корни и ветви дерева парили, подобно танцующим в небе зелёным драконами, устремившись к спине убегающего юноши. Вспыхивая лучами зелёного света по небу, они демонстрировали чрезвычайно высокую скорость.

Несмотря на то, что Цинь Му нёс двух человек, его движения были довольно быстрыми. Подобно мерцающим огням и проходящим теням, его скорость превзошла скорость звука и взорвалась громом!

Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого считались навыком движения номер один во всём мире, но Цинь Му всё ещё находился в области Шести Направлений и не мог выполнить его. Кроме того, способности практиков области Небожителя были просто слишком сильны…

В мгновение ока догнав юношу, корни ударили ему в спину. Как вдруг в окрестностях снова вспыхнули мечи, вздымаясь, подобно шторму, восьмитысячной армией.

Послышались, казалось бы, непрекращающиеся звуки столкновения мечей об ветви и корни, что пытались атаковать паренька. Но сила мечей была невообразимой, к тому же, будучи изготовленными из лучших материалов, в результате было отсечено множество ветвей и корней. Исконный дух дерева рухнул с сотрясающим грохотом, а восемь тысяч мечей разлетелись во всех направлениях!

— Жиртрест! — громко закричал Цинь Му.

Цилинь подбежал к нему. Несмотря на свой быстрый бег, разговаривал он уж слишком медленно:

— Владыка, ты опять наделал проблем.

Зверь открыл пасть и вокруг его тела заполыхал исконный огонь, который, словно живой, тут же устремился в сторону исконного духа в виде дерева!

Сильный практик области Небожителя немедленно отозвал свой дух, в то время как крепкий мужчина в вывернутой рубахе тяжёлым шагом бросился. Позади него появился каменный великан, который являлся его исконным духом и обладал безграничной силой. Он ударил дракономордого и отправил в воздушную высь.

Цилинь перевернулся пару раз в воздухе. Будучи слишком толстым, он полностью потерял контроль над своими огненными облаками, поэтому немедленно свернулся в шар и завопил:

— Братья Фу!

Захлопав крыльями, две летучие пролетели над ними и издали тихие звуковые волны, тем самым сбивая с ног преследователей.

Дракономордый врезался в землю, затем поднял свою морду, встряхнул её и гневно взревел:

— Болваны, я позвал вас, чтобы вы поймали меня!

Проворно летали вокруг, летучие мыши избегали атак снизу. Улучив момент, они схватили двух практиков, подлетели к дереву и, повиснув кверху лапами, начали пить кровь врагов. Но дерево тут же преобразилось, так как это был исконный дух другого практика, и надёжно связало двух белых летучих мышей.

Цинь Му достал огромный белый костяной молот и осторожно встряхнул его. В одно мгновение бесчисленные черепа вышли из глаз, ушей, рта и носа черепоподобного молота, заполнив всё небо. Странно вереща, черепа бросились вперёд, и достигнув толпы, они начали вгрызаться до всего, чего могли дотянуться.

Цилинь снова рванул, изрыгнув полыхающий огонь в сторону исконного духа в виде зелёного дерева, спасая двух летучих мышей.

Юй Бочуань, наблюдая за происходящим, громко закричал:

— Отступаем! Мы не справимся с ними здесь! Нужно выманить их наружу!

Глава 321. Действуй Прямолинейно

Сильные практики Дворца Истинных Небес быстро отступали, исчезая, оставив за собой полный беспорядок.

Цинь Му слегка нахмурился, тот юноша по имени Юй Бочуань был опасным парнем, будучи способным предпринимать решительные действия без малейших колебаний. Столь выдающиеся люди редко встречались в нынешние дни.

«Невероятно талантливый парень» — восхищался Цинь Му, ставя мать с дочерью обратно на землю.

К нему тут же подошёл цилинь, начиная ворчать:

— Владыка, ты снова создаёшь проблемы. Теперь, когда мы начали конфликт с этими людьми, они смогут просто оживить гору и раздавить нас насмерть.

— Великие Руины, не Западные Земли. Сражаться со мной на моей территории? Они даже не поймут от чего умерли. Более того, меня тронула связь между матерью и ребёнком. Здесь нельзя было не поступить прямолинейно!

Цилинь ошеломлённо смотрел на парня. Действовать прямолинейно, освободиться от природы, именно так писалось в Великих Небесных Дьявольских Рукописях.

Более того, после этих слов говорилось — “это и есть истинное значение пути”!

Именно таков путь!

«И вправду Владыка Небесного Святого Культа», — горько вздохнул цилинь.

Он не понимал действия Цинь Му, которые, как оказывалось, чётко следовали учениям Небесного Святого Культа. Действовать прямолинейно, освободиться от природы, это и есть истинное значение пути. Юноша уже познал это и начал идти своим собственным путём. Не странно, что молодо выглядящий Патриарх выбрал его в качестве Владыки. Также не было ничего удивительного в том, что все старейшины и мастера чертогов приняли его без лишних сомнений.

Проверяя ранения молодой женщины, Цинь Му спросил:

— Госпожа, что на самом деле с тобой произошло? Почему люди Дворца Истинных Небес тебя преследуют?

Держась на последнем дыхании, женщина подняла голову:

— Я Най Куй из Дворца Истинных Небес.

Цинь Му обернулся к цилиню:

— Что такое Най Куй?

— Най Кун — значит Принцесса-Мать. В семьях Дворца Истинных Небес женщины находятся у власти. Они вступают с мужчинами в недолговременные браки, которые начинаются с огромного банкета, длящегося всю ночь. Если молодожёны нравятся друг другу, они отправляются в дом невесты, чтобы совокупиться, — объяснял цилинь.

— На следующее утру мужчина тут же должен уходить. Подобное происходит несколько раз, пока женщина наконец не забеременеет. Родившийся ребёнок растёт с матерью, и обычно ничего на знает о своём отце. Патриарх когда-то вступал в такие отношения, старый идиот…

Цинь Му сердито посмотрел на зверя:

— Говори о важном! Не о Патриархе!

В сердце парня сложилось очень высокое мнение о Патриархе. Несмотря на то, что старик выглядел так же молодо, как и он, ему казалось, что у того не было недостатков и грешков.

— Когда-то Патриарх был обычным извращённым стариком, одеваясь в наряды всех существующих племён, чтобы поухаживать за дамами Западных Земель. И ему здесь не приходилось брать на себя какой-то ответственности! Старик был настолько рад, что его задница едва успевала трястись то тут, то там… — вскоре цилинь заметил, что Цинь Му не нравилось слушать подобное, и тут же изменил тему. — Хозяйка Дворца Истинных Небес тоже должна вступать в подобные браки. Если ребёнок, появившийся в результате, оказывается девушкой, он становится наследником трона. Если это мальчик — его прогоняют из замка. Хозяйка Дворца Истинных Небес, родившая дитя, обретает имя Принцесса-Мать, или Най Куй на местном языке. Обычно, способности Най Куй невероятно высоки. В конце концов, техника которую они совершенствуют, базируется на том, что у каждой вещи есть душа, а женщины сильнее мужчин в этом искусстве.

Цинь Му присел на корточки и достал несколько серебряных иголок, вонзая их в тело женщины, после чего с любопытством спросил:

— Как Хозяйка Дворца Истинных Небес, Най Куй, смогла оказаться в таком положении? Разве ты не эксперт области Божественного Моста?

Затем он достал духовные травы и, выбирав лекарственные ингредиенты исходя из симптомов пострадавшей, начал готовить соответствующие пилюли.

— Не трать свои силы впустую, — женщина покачала головой. — Мои раны уже нельзя вылечить. Если бы моё совершенствование находилось на своей вершине, я смогла бы избежать случившегося. Но Му Инсюэ, самый известный мастер яда в наших землях, отравила меня. Яд, который она использовала, называется “Извивающийся Шёлк”.

Цилинь усмехнулся:

— Не волнуйся, если Владыка хочет, чтобы ты выжила, даже Граф Земли не сможет тебя прибрать к рукам.

Техника рук Цинь Му постоянно менялась, пока он готовил божественные пилюли, качая головой:

— Не хвастайся, прояви немного скромности. Мои познания в медицине не лучшие в мире, я только на втором месте. А если говорить о ядах, то и вовсе на третьем. Маленький Король Ядов всё ещё немного умелее меня.

Молодая женщина чувствовала себя лучше от лекарств Цинь Му, чему сильно удивилась:

— Моя мать была Хозяйкой Дворца. После её смерти, Дворец Истинных Небес избрал меня как её наследницу. В то время моё совершенствование было довольно неплохим, поэтому я кое-как смогла взойти на трон. Однако, во время церемонии коронации меня отравила Му Инсюэ, сводя все мои силы на ноль. То же самое случилось со всеми остальными членами моей семьи Сюн. Незадолго после этого, семья Юй попыталась стереть нас с лица земли, и единственное, что мне оставалось — это бежать вместе с дочерью.

Юноша начал обрабатывать лекарственную энергию трав:

— Во Дворце Истинных Небес не умеют решать проблемы разумным образом.

Молодая женщина слегка разозлилась:

— А что не так в наших действиях?

Цинь Му собрал лекарственную энергию, концентрируя её внутри пилюли:

— В Империи Вечного Мира есть три главные священные земли: Монастырь Великого Громового Удара, Секта Дао и мой Небесный Священный Культ. Я владыка последнего, и на тот момент, когда я обрёл столь высокое звание, моё совершенствование находилось всего лишь в области Пяти Элементов. Впрочем, никто не осмелился восстать против меня. Новый Мастер Дао Лин Сюань близок ко мне по силе, и его тоже никто не пытается сдвинуть с должности. Старый Жулай покинул Монастырь Великого Громового Удара, оставляя своё место пустым, и монахи продолжили жить в гармонии, будто ничего не произошло. Мой Небесный Святой Культ иногда называют Небесным Дьявольским Культом, но несмотря на свою жестокость, мы всё равно соблюдаем иерархию. Сравнивая с тем, как дела обстоят во Дворце Истинных Небес, у вас с этим проблема. Вот что я имел в виду.

Женщина неподвижно смотрела на него. Она хотела возразить, но не знала, что сказать.

Открыв ей рот, Цинь Му положил туда духовную пилюлю. Просунув два пальца вглубь её горла, он использовал свою жизненную Ци, чтобы доставить лекарство внутрь живота. Несколько раз щёлкнув пальцами, он ускорил действие пилюли.

Рукава его одежды взмахнули в воздухе, и женщина подлетела ввысь. Неистово двигая пальцами, парень бесчисленное количество раз стукнул по телу женщины, заставляя лекарственную энергию заработать. А когда он остановился, пациентка приземлилась на землю. Она шаталась, но её раны начали исцеляться с огромной скоростью.

Цинь Му обернулся, чтобы посмотреть на её маленькую дочь. Та выглядела на четыре-пять лет, а её волосы были заплетены в две короткие косички. На теле ребёнка сверкало огромное количество золотых, серебряных и нефритовых украшений, каждое из которых было довольно неплохим духовным оружием.

Осмотрев её, он обнаружил неглубокие раны, которые не несли в себе угрозы, и для их лечения хватит слюны дракона.

— Младшая сестра, как тебя зовут? — спросил Цинь Му.

Девочка моргнула сверкающими глазами, громко и чётко произнеся:

— Сюн Ци’эр! А мою маму зовут Сюн Сиюй.

Цинь Му улыбнулся:

— Твоя мама — Хозяйка Дворца Истинных Небес, поэтому мне нельзя обращаться к ней по имени. А тебя я могу называть Ци’эр. Я Цинь Му.

Молодая женщина тут же проговорила:

— Поздоровайся с дядей Цинь!

Немедленно помрачнев в лице, Цинь Му заговорил:

— Мне всего пятнадцать, можешь называть меня просто старшим братом.

Сюн Сиюй ответила с озадаченным лицом:

— Старший брат Цинь…

Тот сразу же уточнил:

— Я имел ввиду, что Сюн Ци’эр может называть меня старшим братом, не ты…

Лицо женщины мгновенно покраснело.

Цинь Му громко рассмеялся, после чего попросил её протянуть руку. Уколов палец, он взял каплю крови. Затем его руки развелись в стороны, и капля увеличилась в размере в десятки тысяч раз, напоминая не каплю, а огромную клетку крови.

Внутри глаз парня появились четыре построения, превращаясь в Голубые Глаза Небес. Тщательно осмотрев клетку, он проговорил:

— Это яд, поражающий жизненную Ци, не нанося никакого вреда телу. Хозяйка Дворца, извините, но мне нужно проникнуть в вас… и осмотреть его божественные сокровища.

Сюн Сиюй хотела что-то ответить, но до того, как она успела, Цинь Му превратился в чёрную тень и пролетел у неё между бровей. Она тут же ощутила, как это место раздулось, будто там копошилось какое-то крохотное существо.

Начиная с Духовного Эмбриона, Цинь Му осмотрел всё вплоть до сокровища области Небожителя. Добравшись к Божественного Сокровища Жизни и Смерти, он не мог не открыть рот от удивления. Оно было открыто!

— Неужели она эксперт области Жизни и Смерти?

Юноша начал волноваться, подходя к Божественному Мосту. Подойдя ближе, он почувствовал, как его сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Сокровище Божественного Моста тоже было открытым!

«Я спас женщину практика области Божественного Моста, и она даже назвала меня старшим братом…» — Цинь Му ощутил головокружение, но смог собраться с мыслями, прежде чем покинуть тело Сюн Сиюй. Не было ничего странного в том, что она смогла стать Хозяйкой Дворца, владея силой области Божественного Моста.

Сюн Сиюй ощутила, как странное чувство внутри её тела исчезло, и тут же проговорила:

— Владыка Культа Цинь, яд в моём теле…

— Яд уже проник внутрь божественных сокровищ вместе с потоком жизненной Ци, сковывая их, — проведя некоторые расчёты, Цинь Му продолжил. — Если бы ты вовремя закрыла свои божественные сокровища, вещество не смогло бы проникнуть так глубоко и его было бы проще извлечь. Но теперь сделать это будет не так уж просто.

Лицо женщины посерело:

— Ничто в мире не может сравниться с ядом Извивающегося Шёлка Ми Инсюэ. Чем дольше он действует, тем сильнее иссякает моя жизненная Ци и уменьшается совершенствование. Вскоре с меня не будет совсем никакого толку.

— Ничто в мире не сравнится? — с улыбкой заговорил Цинь Му. — Я осмеливаюсь считать себя третьим по силе мастером ядов, откуда у неё уверенность ставить себя аж на первое место? Не бойся, я могу подавить токсичность, чтобы твоя Ци больше не иссякала. Впрочем, у меня нет достаточного количества духовных трав, нужно сначала их собрать.

В сердце Сюн Сиюй загорелась искра надежды. Она с трудом поднялась, держа дочь за руку:

— Владыка Культа Цинь, огромное тебе спасибо! Вчера, говоря о праведности, я намеренно пыталась подстрекнуть тебя к действию…

Юноша махнул рукой, не обращая внимания на её слова, и улыбнулся:

— Праведник? Я точно не такой. Говоря по правде, у меня не самая лучшая репутация в глазах праведных путей Империи Вечного Мира. Если ты скажешь им, что Владыка Небесного Святого Культа Цинь праведный человек, они умрут со смеха.

Подняв Сюн Ци’эр, он посадил девчушку на спину цилиня:

— Идём.

Сюн Сиюй тут же напомнила:

— А как же Юй Бочуань и другие?

— Мы в Великих Руинах, а не на Западных Землях, — расслаблено проговорил Цинь Му. — Это мой дом, они могут позабыть о том, чтобы предпринимать какие-то хитрости.

Женщина продолжала беспокоиться, но пошла следом. Она никогда бы не поверила, что в пути её раны продолжат лечиться, и идти будет легче с каждым шагом. К тому времени, когда они покинули долину, её раны уже окончательно зажили.

Тем временем Цинь Му осматривался в поисках духовных трав. Как только они попадались на глаза, он тут же отправлялся их срывать, после чего немедленно обрабатывал. Наблюдая за ним, Сюн Сиюй недоумевала. Парень сорвал уже несколько десятков трав, но сложил их все в мешочек таоте, так что она не знала, какое именно лекарство получится.

Добравшись к холмистой местности, Цинь Му слегка нахмурился. Впереди сверкала зелёная растительность и текла прозрачная вода, создавая красивый пейзаж. Не виднелось ни единого следа странных зверей или даже птиц.

— Что-то не так.

В этот момент впереди послышался звук песен. Голоса певцов были нежными и завораживающими, ударяя в самое сердце слушателя.

Бросив взгляд в сторону двух летучих мышей, Цинь Му приказал им полететь в сторону источника звука. Спустя некоторое время они вернулись, сообщая:

— Впереди озеро, в котором купается целая куча обнажённых девиц.

Глава 322. Корневой Демон

— Многие девушки купаются? — Цинь Му слегка удивился. — Не понимаю, разве так интересно купаться посреди такой глуши… Погоди-ка, я же ранее встречал девушек, купающихся посреди глуши! — он вдруг вспомнил об одном инциденте и невольно содрогнулся. — А это случайно не тот старый демон? Невозможно, он не мог так долго выживать в Великих Руинах. Я, должно быть, слишком волнуюсь! Для осторожности, неплохо было бы пойти в обход.

Внезапно позади раздался громкий голос:

— Друг Дао, как же мал этот мир, да?

Развернувшись, Цинь Му увидел Юй Бочуаня в компании многих практиков божественных искусств Дворца Истинных Небес, пылающих убийственным намерением. Каждый из них на бегу исполнял заклятия, благодаря которым огромные деревья выкорчёвывали себя, превращаясь в бегущих с широким шагом древесных великанов. Между тем с дрожью земли вниз стремительно покатились горные породы, тут же собираясь воедино и превращаясь в скалистых великанов.

Даже холм под ногами паренька дрожал, отчего почва начала сползать вниз. Горные породы под холмом постепенно образовывали собой всё более и более высокую структуру, пока не сформировался горный великан.

— Похоже у меня нет выбора, нужно бежать! Надеюсь, там поселился не тот старый демон, — пробурчав, Цинь Му отдал приказ цилиню, и он тут же рванул вперёд.

Холм под их ногами встал, однако, огненные облака под лапами цилиня уже во всю полыхали, помогая ему разогнаться до предела по руке горного великана. Великан обернулся и замахнулся на них огромной рукой, но разжиревший дракономордый успел прыгнуть в небо, а уже в следующий вдох времени услышал, как позади раздался сотрясающий мир грохот. Две руки великана столкнулись и разлетелись на куски, в результате чего бесчисленные камни разлетелись во всех направлениях!

Обернувшись, Цинь Му увидел, что в момент, когда камни касались земли, они сразу же возвращались обратно к телу горного великана, словно у них вырастали ноги. Немногим позже две руки снова собрались из ранее разлетевшихся камней.

— Дворцовый мастер, искусства Дворца Истинных Небес действительно экстраординарны! — воскликнул в восхищении парень.

Собрав оставшуюся магическую силу, Сюн Сиюй подняла ладонь вверх, а уже мгновением после из тела горного великана послышался несчастный вопль. Зелёные лучи вырвались из образовавшего великана холма, бесследно исчезая, после чего сам он начал осыпаться, возвращаясь к форме холма.

— Какое замечательное заклятие! — глаза паренька загорелись. — Ты можешь научить меня?

Сюн Сиюй замешкалась на мгновение, прежде чем кивнуть:

— Если ты хочешь учиться, я, естественно, научу тебя.

Цинь Му улыбнулся и сказал:

— Я не стану учиться у тебя за просто так. Истинный Небесный Дворец — священная земля Западных Земель, поэтому я, в свою очередь, тоже передам тебе наследную технику уровня священной земли, чтобы всё был честно. Но давай сначала покинем это место!

В то время как цилинь во всю драпал, белые летучие мыши кружились вокруг, выпуская звуковые волны, чтобы поразить экспертов Дворца Истинных Небес.

— Толстячок, быстрее, быстрее! — летучие мыши поторапливали зверя.

— Заткнитесь! — закричал в ответ цилинь. — Я и так делаю всё возможное!

Полыхающее пламя распространялось от его тела, постепенно становящегося лишь больше. Процесс роста тела прекратился только по достижению примерно ста двадцати метров в длину. Убегая, толстяк был быстр, словно молния, поэтому ему понадобилось всего несколько вдохов времени, чтобы пересечь гору и достичь озера, где, по словам летучих мышей, купались девушки.

Озеро было кристально чистым, словно драгоценный камень, инкрустированный в горы, а следовательно, полностью прозрачным. Сверху, с высоты птичьего полёта, было видно дно озера, глубина которого составляла десятки метров. Там не было ни водорослей, ни рыб… одним словом — девственно чистое озеро. Также вокруг него аккуратным строем росли деревья, на чьих ветвях висели белые ткани и штаны. На земле под деревьями валялись вышитые туфли с белыми подошвами и яркими пионами на носках. Звуки смеющихся и играющих в озере девушек дошли до группы вместе с мелодичными песнями, отчего казалось, словно это место было раем в мире смертных.

Оказавшись на подступе к озеру, цилинь был шокирован. Не смея нарушать местную безмятежную атмосферу, он громко крикнул:

— Девушки в озере, выходите на берег, быстро!

— Ахх! — девицы в воде вскрикнули от изумления, увидев ворвавшегося зверя, а некоторые из самых смелых подняли свои светлые руки и усмехнулись. — Большой дружок, спускайся, давай поиграем!

Посмотрев на девушек, Цинь Му побледнел в лице и тут же сказал цилиню:

— Жирдяй, это действительно тот старый демон из Одинокого Горного Кряжа! Давай быстрее, давай, мы должны как можно быстрее убраться отсюда!

Цинь Му не боялся Юй Бочуаня и остальных, но он боялся Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа, старого демона, подавляемого Небесным Святым Культом в течение долгого времени!

— Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа? — вздрогнув в шоке, цилинь ощетинился каждой своей драконьей чешуйкой, почти уколов ноги Сюн Ци’эр. Немедленно обогнув озеро, он побежал по прямой пуще прежнего, из-за чего его скорость стала намного выше, чем раньше!

Тем временем красивая гора за ними загрохотала, горные камни летели во все стороны. Было очевидно, что Юй Бочуань привёл сюда практиков Дворца Истинных Небес, чтобы превратить эту гору в великана и напасть на них!

Гора была намного выше, чем холм раньше, так что, если бы она превратилась в великана, ему было бы довольно легко догнать группу!

В этот момент гора внезапно рассыпалась, вываливая из себя бесчисленные скелеты. Среди них были как звериные, так и человеческие скелеты, а их количество было таково, что могло образовать собой собственную гору!

Их было так много, что почти вся гора внутри полой. Такое зрелище ошарашило Юй Бочуаня и остальных, находящихся сзади.

— Что могло съесть столько людей и странных зверей? — Юй не мог даже подумать об этом, строго добавив. — В костях есть духи, так что выполняйте тайные искусства, убить Най Куй!

Каждый произнёс по заклятию, благодаря чему кости быстро собрались в белого костяного великана высотой с гору, тут же помчавшегося к озеру по кратчайшему пути.

Юй Бочуань и остальные поднялись в небо и приземлились на костяного великана. Несколько девушек не успели выйти из озера и были раздавлены огромной ногой великана. Они направлялись в след за цилинем.

В этот момент вода озера перемешалась, и несколько сотен женщин взлетели в воздух. Позади них были чёрные, как смоль щупальца, когда они все в один голос закричали:

— Владыка Небесного Святого Культа!

Хрусть, хрусть, хрусть.

Громкие щёлкающие звуки раздавались непрерывно, когда великан был захвачен щупальцами. Немного погодя, с жёстким сжатием со стороны щупалец, великан рассыпался на куски, и бесчисленные разрушенные кости разлетелись во всех направлениях. Более десятка практиков божественных искусств области Шести Направлений, из-за своего низкого уровня совершенствования не смогли избежать столкновения с ними и упали в воду. А те, у кого было немного более сильное совершенствование, получили серьёзные повреждения, каждый из них отхаркивался кровью от удара.

Когда практики божественных искусств, которые упали в воду, попытались бороться, вода озера начала пузыриться. Бесчисленные, чёрные как смоль вещи, которые были похожи на огромных питонов, приплыли и обвились вокруг них, чтобы утащить на дно.

Юй Бочуань и остальные были ошарашены. Они поспешно взлетели в воздух, чтобы спастись от озера. Мирная атмосфера там внезапно стала несравнимо шумной. Обнажённые женщины со щупальцами всё время выходили из озера и хватали людей, утаскивая тех в мутные водные пучины.

Некоторые люди немедленно исполнили божественные искусства Дворца Истинных Небес, пытаясь контролировать странные корни. Дворцовые верили во всё, что имеет дух и душу, поэтому их божественные искусства могли контролировать все вещи, независимо от того, были ли они живы в обычном понимании сути вещей или нет. Всё поддавалось контроль, чтобы затем трансформироваться в наступательные атаки. Но когда они столкнулись со столь странными корнями, их божественные искусства оказались совершенно бесполезны.

Более десятка человек были пойманы женщинами на корнях, что с ними стало, сейчас неизвестно, они были втянуты в озеро.

— Владыка Небесного Святого Культа, я наконец-то нашёл тебя!

Юй Бочуань и остальные, наконец, вылетели из огромного озера и приземлились на землю. Однако, прежде чем им удалось отдышаться, они увидели огромные деревья на берегу, выкорчевавшие себя и отчаянно побежавшие в направлении, куда бежал цилинь.

Дворцовые вместе с их лидером были шокированы, но времени на раздумья не было, поэтому они все, как один, начали убегать. На ходу несколько практиков, находящихся в области Небожителя, немедленно высвободили свои исконные духи, чтобы выполнить свои божественные искусства и противостоять атакам огромных деревьев.

Пробежав с добрую сотню километров, они, наконец, покинули атакующий диапазон странных деревьев и корней. Все вздохнули с облегчением и замедлили шаг.

Если бы они путешествовали в устойчивом темпе, то не чувствовали бы усталости, даже если бы прошли тысячу километров, но, когда они бежали изо всех сил, сотни километров было достаточно, чтобы запыхаться.

Тяжело дышащий цилинь, находящийся не так уж далеко от них, тоже замедлил свой темп.

— Думаю, мы оторвались, — облегчённо вздохнул Цинь Му. — Корни корневого демона могут вырастать только на сто километров… Ммм!? — присмотревшись к окрестностям и увидев, что здесь густая растительность, а деревья создают тень, он помрачнел в лице.

Цинь Му частенько доводилось видеть столь обычный лес, однако, когда они проходили через этот, он заметил растения, которых никогда раньше не видел. Ими оказались крупные цветы, высотой с человека, их нежные бутоны были закрыты, но при этом задраны вверх, а по бокам каждого стебля росло два крупных листа.

Несмотря на то, что юноша перенял все лекарственные знания у целителя, и мог различать все виды духовной растительности, он никогда не видел таких странных цветов.

Юй Бочуань и остальные ворвались в цветочный лес, но увидев ситуацию, он нахмурился. Тем не менее, они не прекращали преследовать группу Цинь Му.

Внезапно огромный цветок неторопливо пророс тычинками, его бутон закружился, а лепестки медленно раскрылись. Цвет светлых лепестков постепенно становился темнее, превращаясь из светло-розового в розовый, а затем в ярко-красный. Когда цветок полностью расцвёл, девушка, стоявшая на коленях посреди него, медленно поднялась и посмотрела на Цинь Му, издавая жалкий крик:

— Владыка Небесного Святого Культа, твой культ сделал меня такой несчастной!

В цветочном лесу огромные цветы расцветали один за другим, в центре каждого из них стояло по девушке, столь же очаровательной, как нефрит. Они все посмотрели на юношу и завизжали:

— Мы все несчастны!

Почувствовав головные боли, Цинь Му поспешно сказал:

— Толстяк, подожги их! Братья Фу, используйте звуковые волны для атаки!

Цилинь извергал пламя изо рта, в то время как исконный огонь окружал его тело. Две белые летучие мыши взлетели в воздух и выдавали звуковые волны. Между тем Цинь Му использовал Беззаботный Меч, чтобы рассечь корешки, растущие из ягодиц прыгающих женщин. Любой другой меч-сокровище был бы бесполезен. Только этот божественный меч обладал достаточной мощью, чтобы защититься от Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа…

Тем не менее, если бы здесь оказалось истинное тело старого демона, Цинь Му не был уверен, что его сможет защитить даже Беззаботный.

— Совершенствование старого демона, кажется, улучшилось! — сказал он с беспокойством.

Вжух!

Бесчисленные девицы поднялись в воздух, неся цветы и листья, чтобы напасть на вошедших в лес людей.

Практик Дворца Истинных Небес призвал нефритовое дерево, тысячи корней и ветвей которого напали на девушку. Спустя вдох времени были видны только лепестки и листья, плотно обёрнутые вокруг неё.

Практики божественных искусств были в восторге и использовали корни с ветвями нефритового дерева, чтобы обвиться вокруг неё. Тем не менее, бутон цветка, будучи крайне скользким, проскользнул, после чего тычинкой убил обидчиков.

Выражение Юй Бочуаня радикально изменилось, и он закричал:

— Священное сокровище, прошу!

Странный зверь, похожий на жестокую рогатую обезьяну всего тридцати сантиметровой длины, спрыгнул с его плеча и ударил кулаками в грудь.

Его тело начало становиться всё больше и больше, после чего существо открыло пасть и громко зарычало. Затем из его пасти вышло сокровище, разрываемое зелёным светом.

Глава 323. Отравительница и Божественный Врач

То, что выплюнул странный зверь, оказалось бусиной, излучающей сияние, которое придавало окрестностям зелёный оттенок. Тем не менее, сиял не сам предмет, а то, что пряталось у него внутри, с виду напоминая извивающегося дракона. От зверя исходили яркие лучи, освещая всё вокруг.

Увидев свет, Сюн Сиюй переменилась в лице и немедленно отвернула голову:

— Зелёная Бусина Дракона Дворца Истинных Небес!

Повернув голову, Цинь Му увидел, что площадь, которую покрывал свет бусины, уже достигла трёх метров в диаметре. Дракон внутри, продолжая радостно плавать, виднелся намного отчётливее. Девы внутри цветков, набросившиеся на Юй Бочуаня и остальных, не смогли избежать зелёных лучей и тут же одеревенели, превращаясь в статуи. Их замерзшие тела застыли прямо в полёте.

Внутри статуй послышался хруст, и вскоре наружу пробились зелёные побеги. Спустя некоторое время ветки полностью сформировались, украшая жертв пышной растительностью.

Щупальца корневого демона окончательно одеревенели, теряя способность двигаться.

Юй Бочуань повёл свой отряд вперёд, странная обезьяна с рогами на голове, держа артефакт над собой, пошла следом за ним. Под его лучами, девицы из цветков тут же замирали во всевозможных позах, каждая по-своему.

— Зелёная Бусина Дракона?

Цинь Му был слегка ошеломлён. Бусина была настолько невероятным сокровищем, что могла противостоять такому сильному монстру, как корневой демон!

— Они осмелились украсть священное сокровище моего Дворца Истинных Небес!

Сюн Сиюй ухмыльнулась, протягивая руку вперёд, и странный зверь, держащий артефакт, ощутил, что тот начинает неумолимо подниматься ввысь. В панике существо запрыгнуло на бусину сверху, пытаясь прижать её к земле.

Сильные практики области Небожителя, стоящие возле Юй Бочуаня, немедленно активизировали свою жизненную Ци, пытаясь перехватить артефакт у Сюн Сиюй. Зелёная Бусина Дракона на некоторое время замерла в воздухе под воздействием двух сил, пытающихся её захватить.

Две белые летучие мыши тут же изменили направление своего движения, делая круг по небу. В сторону Юй Бочуаня мгновенно полетело бесчисленное количество тонких волосков, пытаясь отбить сокровище.

В мгновение ока летучие мыши полностью облысели. Их волосы превратились в странные сокровища, напоминающие иголки. Попадая в плоть, они тут же возвращались в своё мягкое состояние, извиваясь под кожей и в одночасье отбирая жизнь жертвы.

Тем временем цилинь встряхнул своё тело, и его чешуя, напоминающая невероятно острый щиты, со свистом пронзила воздух, пытаясь порезать Юй Бочуаня и остальных на мелкие куски. Зверь тут же оказался абсолютно голым, волоски торчали лишь с кончика его хвоста и на голове.

Лицо Сюн Сиюй тут же побледнело:

— Не атакуйте!

До того, как её голос достиг их ушей, волоски двух летучих мышей настиг зелёный свет. Они мгновенно одеревенели, мягко падая на землю.

Звери попытались вернуть волоски обратно, но потеряли с ними всякую связь. Близнецы уставились на них широко открытыми глазами, пожимая плечами от растерянности.

Чешуйки цилиня тоже одеревенели, превратившись в деревянные щиты, покрывшие землю. Жирный дракон ошеломлённо наблюдал за происходящим, в то время как его огромный живот обвис к земле. Раньше тот сохранял какую-то форму из-за слоя твёрдых чешуек, но теперь ситуация резко ухудшилась.

— Владыка… — зверь был в растерянности и немедленно повернулся к Цинь Му, сидящему на его спине.

Изначально, парень планировал отправить в противника восемь тысяч своих мечей, но теперь, увидев произошедшее, передумал.

Зелёная Бусина Дракона Дворца Истинных Небес определённо была невероятно странным сокровищем. Несмотря на то, что совершенствование цилиня не дотягивало до области Небожителя, сила зверя ничем не уступала практикам подобного уровня. Его тело и кожа также были чрезвычайно крепкими.

Во время битвы у города Небесной Волны, когда Король Дьяволов Дутяня сражался с Королём Драконов, столкновение с силой их атаки смогло лишь сломать несколько чешуек в филейной зоне, оставляя зверя невредимого. Это многое говорило о его твердокожести.

Способности двух летучих мышей были даже ещё выше, определённо достигая вершины области Небожителя. Они никогда бы не стали безрассудно рисковать своими волосами.

Никто не ожидал, что их сокровища окаменеют под воздействием света Зелёной Бусины Дракона. Если бы восемь тысяч мечей Цинь Му полетели в противника, сохранить удалось бы только Беззаботный Меч. Остальные определённо превратились бы в дерево.

Сюн Сиюй застонала в тот миг, когда её магическая сила уже не могла сражаться с Юй Бочуань и остальными. Артефакт вот-вот должен был вернуться в руки парня, когда внезапно земля под их ногами задрожала, и из-под неё вырвались бесчисленные корни, мгновенно заполнившие небо. Превращаясь в огромное подобие руки, они схватили Зелёную Бусину Дракона и утащили под землю.

Сюн Сиюй и Юй Бочуань застали врасплох, и в итоге никто из сторон не успел отобрать артефакт вовремя, позволяя демону выхватить его!

Юй Бочуань проговорил серьёзным тоном:

— Зелёная Бусина Дракона — сокровище моего Дворца Истинного Неба, внутри которого хранится душа настоящего зелёного дракона. Этот демон никогда не сможет с ним совладать!

В тот же миг земля задрожала с ещё большей силой, отчего стоящие на ней люди едва устояли своих двоих. Продолжая неистово вибрировать, она начала подыматься, будто внизу буйствовал какой-то гигант.

Бум!

Земля и камни разлетались во все стороны под давлением рвущейся наружу растительности, быстро поднимая отряд ввысь. Цилинь отпрыгнул в сторону, а в том месте, где он стоял раньше, засияла крона огромного дерева шириной в несколько сотен метров.

Две летучих мыши в спешке взмыли в воздух, внезапно вспомнив, что их тела полностью оголённые. Прикрывая свои интересные части обеими лапами, они тут же упали на дерево головой вниз.

Близнецы были слегка ошеломлены, увидев, что дерево продолжает неистово расти, а размер его кроны становиться всё больше и больше. Ствол растения тоже увеличивался, и вскоре верхушка дерева пробилась сквозь облака.

Воздух на высоте становился всё холоднее, а солнечный свет более ослепительным. Летучим мышам было тяжело здесь дышать, поэтому они немедленно спрыгнули вниз. Их полёт оказался достаточно длительным, так как крона дерева оказалась несравнимо огромной и толстой. Несмотря на свою невероятную скорость, зверям пришлось долго выбираться наружу.

Смотря вниз, они увидели, что находятся на умопомрачительной высоте. Сквозь листву виднелось дерево, чья высота значительно превосходила горы вокруг!

Две летучих мыши тут же бросились вниз, увидев перед собой землю лишь через некоторое время. Между тем из дерева продолжал раздаваться хруст, и врем от времени наружу пробивались новые ветки, создавая вторую, третью и четвёртую кроны.

Близнецам приходилось несколько раз избегать столкновения. В какой-то миг в воздухе одна за другой начали сверкать молнии. На землю медленно пошёл дождь.

Приземлившись на землю, пара летучих мышей прикрыла свои нижние части лапами и начала осматриваться вокруг. Они не могли найти Цинь Му и остальных, видя перед собой лишь гигантский ствол, блокирующий их видение, будто гора.

Земля продолжала непрерывно раскалываться под воздействием толстых корней, рвущихся наружу. Те хрустели, извиваясь вдали, вскоре обмотав несколько стоящих неподалёку горных вершин.

К тому моменту небо было полностью заслонено кроной, из-за чего солнечный свет, практически полностью теряясь среди листвы и веток, не добирался до земли.

Близнецы подлетели к стволу, быстро забираясь наверх, чтобы найти Цинь Му и остальных. Как вдруг на нижнем уровне кроны раздался знакомый голос, а после оттуда упали длинные лианоподобные корни. Они качались туда-сюда под весом гигантских цветков на конце.

— Это ведь тело корневого демона, верно? — проговорил Цинь Му.

Фу Юйцю и Фу Юйчунь в спешке поползли в сторону голоса, после чего облегченно вздохнули, увидев юношу, цилиня и остальных. Спрыгнув со ствола, они прикрылись крыльями.

Цинь Му поднял голову, осматривая превращённого корневого демона, невероятно удивляясь. Сделав несколько шагов вперёд, он открыл лепестки гигантского цветка.

Внутри неподвижно висела девица, разве что её руки безжизненно качались. С трудом открыв глаза, она посмотрела на парня, усталым голосом проговорив:

— Владыка Культа Цинь…

Парень закрыл веки девицы, но та снова их открыла, злостно смотря в его сторону. Затем он открыл остальные цветки, внутри каждого из которых обнаружил девицу, подвешенную вверх ногами. Они были странными существами, которых создал Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа. Будучи лишь частью его тела, девиц нельзя было считать независимой формой жизни.

— Корневой демон был лишь горсткой корней, поглотивших кровь богов и дьяволов, превратившись в великого демона. У него не было ствола, но поглотив энергию Зелёной Бусины Дракона, монстр обрёл неописуемую силу, — взволновался Цинь Му. — Нужно побыстрее убираться отсюда!

Белые летучие мыши заметили, что их волосы вернулись к обычному состоянию, и радостно встряхнули свои тела, возвращая себе нормальный вид. Заметив это, цилинь тоже качнулся, и его чешуйки подлетели, возвращаясь на своё обычное место.

Сюн Сиюй покачала головой:

— Внутри Зелёной Бусины Дракона содержится душа настоящего зелёного дракона, скорее всего, этот великий демон не сможет её поглотить. Думаю, что сила артефакта контролирует его тело, не позволяя двигаться. Если мы найдём поглощённую бусину, то сможем убить Юй Бочуаня и остальных мятежников!

Сюн Ци’эр с любопытством спросила:

— Мам, если мы достанем Зелёную Бусину Дракона, корневой демон вернётся к жизни?

Женщина вздрогнула. Бусина обездвижила демона, и, если её вытащить, тот вернёт себе подвижность. Отряд определённо окажется в огромной опасности!

Внезапно неподалёку прозвучал голос:

— Молодой мастер, Зелёная Бусина Дракона здесь!

Выражение лица Цинь Му резко изменилось:

— Вот дерьмо! Нельзя позволить им вытащить артефакт!

Посмотрев в сторону источника звука, они увидели Юй Бочуаня и остальных сильных практиков Дворца Истинных Небес, рассматривающих ствол дерева. Тот излучал приглушённое зелёное свечение, будто нефрит, озаряющее площадь радиусом в сто метров.

Было очевидно, что Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа проглотил Зелёную Бусину Дракона, ужасающая сила которой немедленно заставила его одеревенеть, отчего из корней вырос огромный ствол. Корни тоже окончательно одеревенели, теряя способность двигаться.

— Не вынимайте Зелёную Бусину Дракона. В таком случае к демону вернётся способность двигаться, и мы все умрём!

Сказав это, Юй Бочуань посмотрел в сторону Цин Му. Он тут же нахмурился, а люди вокруг сомкнулись поближе, чтобы охранять его.

Цинь Му улыбнулся:

— Дорогие братья, как поживаете? Вы ещё в силах исполнять божественные искусства Дворца Истинных Небес? Если нет, боюсь, я отправлю вас на тот свет.

Внезапно тело Юй Бочуаня просвистело в воздухе, оказываясь возле источника зелёного света. Протягивая руку внутрь ствола, он ухмыльнулся:

— Владыка Небесного Святого Культа, если я умру, то заберу тебя с собой… Такой аромат, что это?.. — когда последний слог слетел с уст парня, мир перед его глазами поплыл, и он обессиленно рухнул.

— Это запах Потерянного Дурмана, — сияя улыбкой ответил Цинь Му.

Бум! Бум!

Люди Дворца Истинных Небес повалились на землю, как подкошенные, оставляя лишь сильных мастеров области Небожителя стоять в одиночестве. Тем не менее, лица последних покраснели от напряжения, Потерянный Дурман оказывал значительное давление на совершенствование практиков, не позволяя им использовать свою магическую силу.

Внезапно неподалёку раздался голос смеющейся женщины:

— Потерянный Дурман, это какое-то обезболивающее, верно? Дай понюхаю!

Выражение лица Сюн Сиюй резко изменилось, а практики области Небожителя радостно улыбнулись.

— Отравительница!

— Му Инсюэ!

Цинь Му посмотрел в сторону источника смеха, увидев женщину в чёрной одежде, обвешанную золотыми и серебряными украшения и нефритовой короной на голове. Когда она проходила мимо свисающих с веток девиц, те тут же увядали, превращаясь в кучки шелушащейся трухи.

Достав нефритовую бутылочку, Цинь Му бросил её женщине:

— Да, это обезболивающее. Понюхай.

Глава 324. Талантливые люди ценят друг друга

Женщина в чёрном была не кем иным, как Отравительницей Му Инсюэ из Дворца Истинных Небес. Она не была старой, и даже чёрные одеяния не могли скрыть её цветущее энергией молодости тело. Её кожа была по-настоящему светлой, хорошо контрастируя с тёмным нарядом, а также идеально подходя к такому сияющему, невинному снежному имени.

П.П.: Му Инсюэ (沐映雪) — где 沐(Му) омовение головы, а 映雪(Инсюэ) в нашем контексте блестящий на солнце снег, или чистый, но если речь идёт не об имени, то зачастую контекст таков — [изучать книги] при свете, отражённом от снега (обр. о неудержимом стремлении бедняка к учёбе даже во время, когда не на что купить свечу).

Женщина поймала нефритовую бутылку и только тогда Цинь Му заметил невероятно тонкие чёрные шёлковые перчатки, но, тем не менее, способные защитить кожу. Перчатки выглядели простыми лишь на первый взгляд. Люди, которые привыкли делать яды, должны быть очень осторожны, чтобы не вступать в контакт с токсичными веществами.

Парень был уверен, что шёлковые перчатки были совсем не из шёлка.

Му Инсюэ не двигала грудью. Для дыхания она полагалась на кожные поры. Было очевидно, что её способности зависели не от совершенствования или духовного оружия, а от яда. Область совершенствования никогда не была стандартом для измерения способностей целителей, ведь даже при очень низкой области подобный мастер, очень редко, конечно, но своим ядом мог убить даже бога!

Взглянув на нефритовую бутылку, Му Инсюэ не почувствовала запаха Потерянного Дурмана, однако, когда поднесла руку к бутылке, позволив той впитать совсем крошечный объём вещества, она мгновенно почувствовала, как онемела её добрая половина.

— Какое замечательное средство! — с загоревшимся взглядом выпалила Му Инсюэ. Затем она закрыла нефритовую бутылку и, бросив обратно законному владельцу, восхвалила его. — Даже при том, что оно не сможет парализовать сильных практиков области Небожителя, оно сможет ограничить их мобильность. Замечательное средство.

Цинь Му перевернул ладонь, выпустив из неё жизненную Ци и поймав той нефритовую бутылку. Не желая брать бутылку в руку, он достал трёхногую нефритовую жабу из мешочка таоте. Жаба открыла рот и проглотила нефритовую бутылку, закрыла рот, а затем выплюнула бутылку. После данной процедуры Цинь Му положил её на землю, и создание прыгнула в сторону Му Инсюэ.

Сюн Сиюй и остальные уставились с пустыми выражением лиц. Они знали, что паренёк по дороге собирал травы, но не имели ни малейшего представления, когда тот успел поймать жабу с нефритовыми глазами и положить её в свой мешок.

— Яд старшей сестры Му тоже ничего, — похвалил Цинь Му, — тем не менее, будучи всё ещё достаточно сыроватым и не совершенным, ему рановато зариться на соответствующее место в высших кругах, и уж тем более рано называться непревзойдённым в мире.

Му Инсюэ смотрела на прыгающую нефритовую жабу своими ярко-белоснежными глазами. Чуть погодя она слегка дёрнула пальцам, заставив нить жизненной Ци превратиться в летающее туда-сюда насекомое. Трёхногая жаба, выстрелив языком, поймала насекомое, прежде чем дважды квакнуть. Затем жаба распухла, словно воздушный шар, и стала огромной, как корова.

Цинь Му достал духовную пилюлю и аккуратно разрезал её по центру. После того, как та раскололась, изнутри послышались жужжащие звуки. На самом деле пилюля оказалась пустой, только с комаром внутри.

Комар жужжал полупрозрачными крылышками, пока летел к жабе. Добравшись до цели, он присосался к её спине. Вскоре жаба начала постепенно уменьшаться, в то время как комар увеличиваться. Желудок комара казался бездонной водной флягой, но внутри него была кровь, вот только явно не свежо-красная, а насыщенно-зелёная.

К тому времени, как комар насытился, трёхногая жаба вернулась в норму и снова запрыгала. Она замахнулась языком на огромного комара, но так как была слишком мала, она не могла проглотить его.

— Выращивать насекомых в духовных пилюлях? Интересно, — была поражена Му Инсюэ и тут же обнажила руки, раскрывая свою нежную белую кожу.

Комар немедленно полетел вперёд, чтобы ужалить руку, но после того, как пронзил кожу, он сжался, словно был обезвожен. Цвет тоже изменился. Покраснев и заполыхав огнём, он полетел обратно к юноше.

Цинь Му прищурился, достав духовные пилюли из мешочка таоте. Каждая была разного размера и цвета. Быстро нарезав их кубиками, он взял некоторые из них в соответствии с пропорциями, известными только ему одному. С шаром пламени, выходящим из его ладони, он слил их, превращая в одну единственную пилюлю.

Открыв рот, он закинул пилюлю, тем самым ускорив циркуляцию лекарственной энергии, и засучил рукава. Комар сел ему на руку и после высасывания крови вернулся к своему первоначальному цвету. Потом он неспешно полетел обратно к Му Инсюэ.

— Ты не отравил его? — рассмеялась над ним девушка.

Нос Цинь Му внезапно вырос, выпирая ноздрями вверх, и делая его несравнимо отвратительным. Со смешком он сказал:

— Если бы я не отравил его, как бы он полетел к тебе? На твой аромат? — слегка нахмурившись, Му Инсюэ уставилась на летящего комара, пытаясь понять, какой яд применил юноша. Через мгновение она достала из рукавов несколько видов трав и проворно их расфасовала. Затем она натёрла ими руку и позволила комару ужалить себя.

Как только комар присосался, волосы Му Инсюэ начали бешено расти. В одно мгновение они выросли во все стороны, делая её похожей на дикобраза.

Вшик.

Прозвучал странный звук, Му Инсюэ почувствовала что-то у своих ягодиц. Пушистый хвост, который достиг земли, вырос и разорвал её штаны. Она побледнела, в то время как комар, выпив достаточно крови для изменения токсичности в своём теле, потерял к ней всякий интерес.

Еле слышно жужжа, он полетел обратно к Цинь Му, который, слегка дёрнув лицевыми мускулами, достал из своего мешка таоте кучку духовных пилюль, нарезал их и начал смешивать.

Когда комар долетел, он уже закончил делать новую пилюлю, и как только он съел её, его лицо вернулось в норму. Ужалив, комар снова взлетел. Между тем от тела жертвы начал исходить громоподобное рокотание.

Тем временем Му Инсюэ перерабатывала травы и приготовила небольшую бутылку с лекарством. Она подняла голову и выпила всё это, в один миг с неё обвалились все чёрные густые волосы. Хвост у ягодиц тоже отвалился.

Женщина подняла штаны с недовольным лицом, но затем уверенно протянула руку, чтобы комар ужалил её. В следующий момент она хмыкнула и лицом вниз рухнула на землю. Из-под неё тут же послышались потрескивания, а чуть погодя по всему телу выросло восемь ног, в результате чего она стала выглядеть как волосатый паук.

— Твой яд очень интенсивный! — завизжала в гневе Му Инсюэ. — Попробуй мой яд, сейчас же!

Глядя на подлетающего комара, Цинь Му переменился в лице и немедленно начал делать для себя новую порцию лекарства, строго парируя:

— Ты думаешь, я боюсь тебя?

Парочка даже не думала переставать отравлять друг друга ядом. За происходящим с ошеломлёнными выражениями лиц наблюдали Сюн Сиюй, Сюн Ци’эр и остальные.

Когда эти двое впервые столкнулись, яд был на нефритовой бутылке, поэтому Цинь Му использовал трёхногую жабу для детоксикации, одновременно изменяя токсичность.

Трёхногая жаба была поражена токсином и думала, что Му Инсюэ — вкусная еда, поэтому она прыгнула к ней с высокотоксичным ядом в животе.

Затем Му Инсюэ использовала свою жизненную Ци, чтобы трансформировать её в насекомое, которое имело внутри себя другой вид токсинов. Когда жаба съела насекомое, токсичность в её теле снова изменилась.

Цинь Му выпустил необычного комара, которого он захватил в регионе Дворца Западных Небес, заимствуя его примитивную токсичность, чтобы поглотить кровь жабы.

Затем комар направился к Му Инсюэ и, ужалив, отравив её. Очистившись от яда, она добавила яд в комара, чтобы тот ужалил Цинь Му, проверяя его способности…

Обмениваясь атаками, они подступали к пределу своих возможностей. Травя друг друга всеми возможными способами, с каждым движением им приходилось менять яды, следя за тем, чтобы необычный комар не был отравлен до смерти. Такое сражение требовало чрезвычайно высоких достижений в создании яда и детоксикации. Проявив малейшую небрежность, они могли отравиться своим собственным творением.

Посмотрев на пролетающего комара, юноша нахмурился и, подняв руку, сказал:

— Подожди минуту. Твоя способность к созданию яда похожа на мою, так что раз уж мы хотим определить, кто лучший, зачем нам отравлять друг друга?

Услышав сказанное, Му Инсюэ сразу же с улыбкой посмотрела на Сюн Сиюй:

— В таком случае, ты отравишь Юй Бочуаня, я очищу твой яд, а я отравлю Най Куй, и ты очистишь мой яд. Не волнуйся, Юй Бочуань теперь младший молодой мастер Дворца Истинных Небес, так что его положение в настоящее время не ниже, чем у Най Куй.

Выражение лица Сюн Сиюй и остальных резко изменилось, даже Юй Бочуань, который неподвижно лежал на земле, цепляясь за последние крохи самосознаний, тихо вскрикнул от ужаса. Парочка любителей отравить друг друга, поразила его. Даже знаменитый холодный яд Отравительницы Му Инсюэ не смог ничего сделать Цинь Му. Только дураку было был не понятно, что успехи паренька в ядах ничем не уступали её.

«Хочет отравить меня… Если она не справится, то я умру?» — молодой мастер хотел убежать, но был всё ещё парализован, а мысли путались и норовили унести в страну розовых пони.

Цинь Му засмеялся:

— Отравление себя не считается способностью. Наши достижения на пути яда не слабы, поэтому мы должны искать более сильную цель, только отравление самого сильного существа до смерти можно считать способностью.

Му Инсюэ показала любопытное выражение лица, обтирая свои руки:

— Най Куй — одно из сильнейших существ во Дворца Истинных Небес, её совершенствование проигрывает моему яду, ты думаешь мой яд недостаточно силён?

Юноша погладил огромное дерево рядом с собой и улыбнулся:

— И только-то? Если мы хотим состязаться ядами, тогда давай для борьбы выберем этого великого демона! Это корневой демон, который впитал кровь бога и дьявола, и, таким образом, обладает соответствующей родословной. Такая мощь воистину экстраординарна. Если захочешь отравить его, тебе придётся заставить токсичность подавить кровь бога и дьявола, а это я скажу очень непросто сделать!

Глаза Му Инсюэ мгновенно загорелись. Осмотрев огромное дерево, которое трансформировалось из корневого демона, она ощутила к её сердце забилось чаще:

— Практикующие яд рассматривают отравление богов и дьяволов как свою конечную цель, поэтому отравить сильного практика Божественного Моста действительно не считается чем-то из ряда вон. Хорошо, я с тобой согласна! Тот, кто сможет отравить демона и окажется победителем!

Отчаявшись, практик области Небожителя изо всех сил пытался двигаться вперёд:

— Отравительница, есть дела поважнее…

Му Инсюэ посмотрела на него и усмехнулась:

— Я не заинтересована в борьбе за власть во Дворце Истинных Небес, лишь в яде. Я и этот младший брат ценим друг друга, поэтому мы, естественно, должны бороться до конца. Яд — моя страсть и жизнь!

Внезапно все рухнули на землю, даже цилинь, Сюн Сиюй и две летучие мыши. Три сильных практика области Небожителя также упали в обморок от препарата.

Му Инсюэ посмотрела на Цинь Му и твёрдо сказала:

— Встретить такого друга Дао — редкость, поэтому мы должны как следует повеселиться. Однако, я не захватила с собой достаточно духовных трав. Мне придётся собрать травы в Великих Руинах. Через два дня мы с тобой встретимся под этим огромным деревом и задействуем все наши знания и методы!

— Договорились! — вздохнув, сказал Цинь Му. Он поставил нефритовую бутылку, которая была наполовину открыта. В течение следующих двух дней Потерянный Дурман будет непрерывно просачиваться, так что сюда никто не сможет приблизиться.

Два человека направились в разные места для поиска духовных трав, оставив цилиня, Сюн Сиюй и остальных позади.

После того, как они ушли, огромное дерево начало двигаться, пытаясь высвободить свои корни и воспользоваться возникшим шансом, чтобы сбежать, но что оно могло поделать, когда было закреплено на месте Зелёной Бусиной Дракона. Оно не мог оторваться даже на сантиметр.

Глава 325. Отравление Корневого Демона

Ночь медленно опускалась на землю, со всех сторон подступала тьма. Однако, достигнув огромного дерева, её остановили сияющее в его округе божественные лучи.

Они были созданы корневым демоном, изо всех сил пытающимся пережить ночь. Для этого он собрал множество повстречавшихся ему по пути статуй богов.

Его ветки покрывали огромную площадь, но настоящее тело было лишь горсткой корней. В дневное время они расползались во все стороны, превращаясь в девиц, заманивающих жертв. Ночью же корни возвращались обратно, прячась в свете статуй богов.

Белые летучие мыши, цилинь, Сюн Сиюй, Сюн Ци’эр, находились неподалёку от корней в свете статуй, так что им ничего не грозило. Однако, они всё ещё были отравлены или парализованы Потерянным Дурманом, отчего не могли двигаться. Им оставалось лишь спокойно лежать, ожидая рассвета.

Вопли призраков раздавались снаружи, во тьме мерцали огромные тени. Внезапно дьявольский голос начал нашёптывать на ухо. Несколько статуй богов тут же ожили, начиная говорить в ответ слова, которые никто из людей этого времени не мог понять.

Во тьме вспыхнул свет, обнаруживая зелёные холмы и прозрачную воду, после чего тут же исчез. Великие Руины пересеклись с другим миром, люди которого с любопытством исследовали незнакомые земли.

В этот миг тихий, серый и туманный мир, без малейших признаков жизни, неожиданно заменил округу.

От целой ночи странных событий сердца людей от ужаса подступили к глоткам.

Когда солнце наконец поднялось на небо, цилинь лежал на спине, торча лапами вверх. Он пострадал от яда Му Инсюэ, но всё-таки смог выговорить:

— Владыка меня не покормил…

Прошёл ещё один день, снова наступил вечер. Покрытый пылью Цинь Му в спешке направлялся в укрытие, по дороге готовя вещество. Кроме того, он собрал немного нефрита, превратившегося в котёл восьми триграмм и пяти фаз, который был намного сложнее, чем запечатанный котёл в Имперском Колледже. А так как он был профессионалом в создании артефактов, изготовление подобного котла не составило проблем.

На подходе к подножию дерева, юноша до сих пор был занят приготовлением лекарств.

Запечатанный котёл использовался для того, чтобы предотвратить утечку ядовитого газа.

Его техники отличались от того, что было раньше. После состязания с Маленьким Королём Ядов, его мастерство в аспекте ядов значительно возросло.

На этот раз, он использовал базовую технику готовки простых ядовитых пилюль.

Точно так же, как техники меча состояли из четырнадцати базовых движений, приготовления яда состояло из тысячи двадцати четырёх базовых ядовитых пилюль. Объединяя их в различные группы, создавался уникальный яд. Изменяя дозировку ядов и метод их смешивания можно было добиться различного эффекта.

Помимо этого, он также приготовил огромное количество пилюль для усиления магической энергии. Они могли увеличить силу яда в десятки раз!

Закончив готовить базовые яды и пилюли, Цинь Му достал несколько семян и более десятка яиц насекомых. Посадив семя в землю, он использовал технику создания Земного Эона и Духа, увеличивая скорость роста духовных трав. В то же время он заставил огромное количество насекомых вылупиться из яиц.

Цинь Му накормил их пилюлями для усиления магической энергии, из-за чего те вздулись от перенасыщения. Затем он отправил их пастись на духовных травах, увеличивая токсичность.

Несмотря на его почти достигшие идеала медицинские знания, целитель в прошлом так и не удосужился передать ему свои знания о ядах. Но он невольно перенял знания данной области от Маленького Короля Ядов Фу Юаньцина.

Дождавшись, пока ядовитые насекомые поубивают и сожрут друг друга, Цинь Му начал готовить дополнительные отравы и пилюли, чтобы накормить последнего выжившего.

Незадолго до наступления тьмы вернулась Му Инсюэ.

Женщина ехала верхом на белом слоне, который расслаблено шагал вперёд. Сбоку от них шагали бесчисленные цветки, травы, птицы и животные.

Цинь Му был ошеломлён, увидев кучу существ, идущих следом за женщиной. Все они, казалось, были как-то связаны.

«У всех вещей есть дух, даже у ядовитых веществ. Её метод сбора ингредиентов значительно превосходит мой, заставляя их идти своим ходом».

Женщина и вправду была сильным противником, с невероятными достижениями на пути создания ядов!

Цинь Му начал чувствовать на себе огромное давление. Два дня назад в их состязании не оказалось победителя, так как обе стороны потерпели поражение, тем не менее, в этот раз всё закончится по-другому!

Му Инсюэ подошла к подножию дерева, цветы, растения, птицы, животные и насекомые спешили следом.

Волосы всех людей, валяющихся под деревом, встали дыбом, и бедолаги посмотрели на Цинь Му и Му Инсюэ глазами, переполненными страхом.

Ядовитые вещества казались парочке обычными вещами, в то время как остальные воспринимали их как опасность, которую стоит избегать любой ценой.

Му Инсюэ немедленно занялась травами и начала исполнять свои собственные техники. Ядовитые вещества начали расти сами по себе, и вскоре их токсичность достигла нужного уровня. В этот момент растения сбросили свои самые ядовитые части, передав их в её руки.

Девушка была настроена очень серьёзно, каждое её действие при готовке яда для единственной цели выполнялось с невероятной тщательностью.

Её яды немного отличались от тех, что готовили в Средиземье, будучи в основном нацеленными на жизненную Ци, которая была началом-начал человека. Когда Ци иссякала, тело опустошалось, кровь становилась слабой, страдал дух и изменялась внешность. И под конец, если запас Ци полностью иссякал, жертва умирала. Практики с высокой областью совершенствования не были исключением.

Все знания Му Инсюэ о смертельных ядах помогали ей нацелиться на сами истоки жизни.

Великолепный план.

Цинь Му поднял брови, после чего так же сильно сконцентрировался на приготовлении своего яда. Парочка отчаянно соревновалась, каждый из них тщательно работал на протяжении всей ночи, в то время как огромное дерево, на котором они стояли, дрожало от страха. Качаясь вплоть до самого утра, оно, впрочем, так и не сумело освободиться.

Наконец по небу заскользили лучи света. Между тем Цинь Му закончил работу над своим ядом, собственно, как и Му Инсюэ. Она выпрямила спину и потянулась, держа по маленькой баночке в каждой руке. В следующий миг они переглянулись.

— Что за яд приготовила старшая сестра? — с любопытством спросил Цинь Му.

Му Инсюэ не стала открывать свои баночки, улыбнувшись:

— Твой яд невероятно токсичен, но твои слова сладки как мёд, и согревают моё сердце. У моего яда нет названия, так как я создавала его с нуля, нацеливая на кровь богов и дьяволов. Я пока не придумала, как его назвать. Его сильная сторона — способность растворять кровь богов и дьяволов, уничтожая основу их жизненной Ци. Когда моё вещество подействует, Ци иссякнет за тридцать-сорок минут, уничтожит дух и Ци жертвы, после чего та умрёт!

Глаза Цинь Му загорелись, когда он ответил:

— Старшая сестра, давай я придумаю название твоему яду! Пусть он будет Уничтожающим Дух Порошком Трёх Чудес!

Женщина невероятно обрадовалась, счастливо хваля юношу:

— Младший брат, я и не ожидала, что ты окажешься настолько эрудированным! Я бы никогда не додумалась до такого хорошего названия. А что ты приготовил?

Похлопав по своей баночке, Цинь Му улыбнулся:

— Мой яд тоже отличается от обычных. Учитель никогда не рассказывал мне рецептов ядов, обучая лишь медицинским знаниям. Я научился искусству готовки ядов у своего старшего брата. Одним из преимуществ моей отравы является способность откатывать инь и ян, запутывая пять фаз. Сильное лекарство тоже является ядом. Если использовать его для обработки великой отравы, физическое тело и исконный дух пострадают. Когда мой яд подействует, тело пострадает первым, после чего умрёт дух. Кроме того, я добавил шаманский яд Дворца Золотой Орхидеи, который разрушает душу, так что моё творение нацелено сразу на три основополагающих составляющих.

— Почему бы тогда не назвать его Порошком Трёх Разрушений? Хоть звучит не слишком красиво, зато соответствует сути, — проговорила Му Инсюэ.

Цинь Му улыбнулся, проговорив:

— Старшая сестра придумала интересное название. Пусть будет Порошок Трёх Разрушений.

Люди, валяющиеся на земле, не знали, смеяться им или плакать. Парочка, очевидно, враждовала, ведя ядовито-целительную битву на смерть, однако, они также подыгрывали друг другу уважительным обращением и ласковым поведением. Кроме того, услышав, как они восхваляют свои яды, бедолагам начало казаться, что те говорят о каком-то удивительном лекарстве, которое превратит человека, который его примет, в бога.

— Старшая сестра, ты используешь свой яд первой, или предоставишь эту честь мне? — спросил Цинь Му.

Му Инсюэ колебалась, использовать яд первой, или второй, имело свои плюсы и минусы.

Если первому мастеру не удастся убить монстра своим ядом, он всё равно значительно ослабит существо, увеличивая шансы соперника. Однако, если первому отравителю удастся убить корневого демона, у противника не останется выбора, кроме как признать поражение.

Лицо девушки казалось слегка обеспокоенным.

Цинь Му уловил изменение в её выражении, с улыбкой открыв свою баночку:

— Может быть, я попробую первым?

Когда крышка была снята, из баночки тут же поднялся чёрный дым. Следом за ним вылетело ядовитое насекомое, из тела которого исходили лучи света.

Существо напоминало паука, но не было им. У него было восемь когтей, длинное тело, живот осы и восемь крепко закрытых глаз. Оно не сильно напоминало живое насекомое, а скорее существо, порождённое токсичностью.

Казалось, будто, как только оно откроет свои глаза, наружу вырвется ужасающий яд!

Му Инсюэ посмотрела на него, содрогнувшись. Она немедленно проговорила:

— Давай я буду первой!

Юноша сделал шаг назад, и девушка подошла к дереву, открывая свою баночку. Зелёный дымок вылетел наружу, после чего появился Уничтожающий Дух Порошок Трёх Чудес, оказавшийся семенем.

Му Инсюэ призвала свою магическую силу, и зелёное семя со свистом влетело внутрь огромного дерева, бесследно исчезая.

Парочка нечётко видела, как семя прорастает внутри, быстро увеличиваясь.

Девушка исполнила заклятие, увеличивая токсичность Уничтожающего Дух Пороша Трёх Чудес, после чего внезапно начала дрожать земля. Корневой демон, казалось, ощутил невыносимую боль, отчего его ствол резко вздрогнул. Толстые как драконы корни треснули, начиная гнить, а из цветков раздались жалостные вопли. Женщины внутри в панике размахивали руками, в то время как лепестки цветов засыхали. К тому времени как они упали на землю, существа внутри оказались обугленными трупами.

В небе над ними нижний слой кроны неожиданно начал обрушиваться с оглушительным хрустом. Приземлившись на гору неподалёку, он разрушил её вершину.

— Отличный яд! Отличное вещество! — с изумлением вздохнул Цинь Му.

Тем не менее, Му Инсюэ слегка нахмурилась. Несмотря на то, что первый из трёх слоёв кроны обрушился, а кора дерева начала осыпаться, женщина осознала, что упустила важный момент, а именно — Зелёную Бусину Дракона.

Корневой демон проглотил бусину, которая хоть и забрала у него способность двигаться, зато одарила монстра невероятной живучестью!

Сила, содержащаяся в крови богов и дьяволов, тоже превысила её ожидания. Её Уничтожающий Дух Порошок Трёх Чудес может не справиться с убийством корневого демона.

Му Инсюэ ждала два часа, когда страдания демона, наконец, прекратились. Его корни начали отрастать обратно, так же, как и крона. Больная кора осыпалась, на её месте появилась новая.

— Я проиграла, — покачивая головой, побледнела Му Инсюэ.

Сделав шаг вперёд, Цинь Му улыбнулся:

— Я тоже могу не справиться.

Его жизненная Ци вырвалась наружу, формируя жертвенный алтарь. Поместив баночку в его центре, он начал исполнять заклятие.

Ядовитое насекомое начало постепенно увеличиваться в размерах, после чего со свистом подлетело ввысь, зацепилось за дерево и проникло внутрь.

Волосы Цинь Му трепетали на ветру, пока он двигался, исполняя заклятия. Порошок Трёх Разрушений содержал в себе шаманский яд, для движения которого требовалось специальное заклятие.

Поначалу корневой демон никак не реагировал на происходящее. Спустя некоторое время токсичность вырвалась наружу, и огромное дерево загремело. Внутри ствола непрерывно раздавался хруст, и с неба посыпались гигантские щепки, напоминая огромных змей, извивающихся в воздухе.

Земля внизу превратилась в подобие кипящего чайника, когда из-под неё начали выпрыгивать здоровенные корни, извиваясь в небе.

Бум!

Корни, вырвавшиеся из земли, свернулись в огромный чёрный шар, который, вращаясь вокруг своей оси, понемногу распадался на части.

Чёрное дерево, падающее на землю, вскоре сформировало собой целую гору!

Глава 326. Невыносимая тоска

Му Инсюэ застыла в оцепенении, когда огромный кусок дерева устремился в её сторону. Девушка, казалось бы, даже не собиралась уклоняться, поэтому Цинь Му рванул к ней и, толкнув, уволок в сторону. Но как только они смогли избежать прямого столкновения, кусок огромного дерева с треском ухнулся и поднял плотную воздушную волну, тут же отшвырнувшую их.

Немного погодя тела парочки наконец прекратили неконтролируемый инерционный полёт, и Цинь Му оказался прямо на Му Инсюэ. Прямо-таки неловкая поза.

Обернувшись, чтобы взглянуть на место, где мгновением ранее застыла девушка и куда в итоге врезался огромный кусок дерева, парень увидел настоящую ямищу или, если точнее, кратер. После сокрушительного взрыва земля и камни всё ещё не полностью упали, но, тем не менее, в достаточном количестве, чтобы солидно припорошить пильной коркой голубков.

Му Инсюэ, наконец-то, опомнилась и, достав пару нефритовых флаконов, в спешке пролепетала:

— На моём теле яд, ты мог отравиться, когда дотронулся до меня.

— Нет необходимости, — отвечая, Цинь Му быстро подобрал несколько антидотов для детоксикации.

Они переглянулись, невольно ощутив онемение в сердцах. Все ближайшие в округе долины уже были завалены кусками чёрного дерева, образовывая собой горы, а под их ногами находились корни демона… бесчисленное множество искривлённых, корявых корней, однако, благо, неподвижно лежащих.

Цинь Му тут же посмотрел в сторону цилиня и остальных. Когда невообразимо огромное дерево рухнуло, им очень повезло, что они остались живыми и даже невредимыми.

— Твоя взяла, — уныло проговорила Му Инсюэ. — Отравительница номер один Западных Земель, к великому сожалению, не может сравниться с младшим братом из Великих Руин. Мне стыдно по-прежнему называться номером один Западных Земель.

— Тебе не стоит грустить, — говоря, Цинь Му покачал головой. — Ты хорошо постаралась. В моём яде содержался шаманский яд Дворца Золотой Орхидеи, кроме того, ты заранее отравила корневого демона и повредила его жизненную силу. Только благодаря этому мне удалось отравить его на смерть.

— Он проглотил Бусину Зелёного Дракона и мог восстановить свою жизненную силу в любое время, поэтому даже не начинай мне тут про всякие “всё благодаря мне”, — мрачно огрызнулась девушка.

— На самом деле я не так хорошо разбираюсь в ядах, я более сведущ в лечении болезней и спасении людей. Кроме того, я не просто кто-то там, а человек со славной репутацией, — утешая, объяснял паренёк.

Му Инсюэ ещё сильнее расстроилась. Он не был опытным, но всё же одолел демона?

— Прекращай утешать меня, — холодно сказала она. — Теперь, когда ты одержал верх, что планируешь делать дальше?

Цинь Му был сбит с толку и покачал головой:

— Что ты имеешь в виду? Я был по-настоящему рад, что нам удалось посоревновались. В процессе нам даже удалось избавиться от действительно сильного врага. Мы с тобой идём по схожему пути… И сегодня смогли поднабраться ценного опыта.

Му Инсюэ уставилась на него своими красивыми, блестящими чёрными глазами, как вдруг на цыпочках подошла к нему и поцеловала в губы. Затем она отступилась и, ловким движением всучив в его руки маленький мешочек, повернулась, чтобы уйти:

— Теперь я отравила тебя ядом тоски! Если решишь наведаться в Западные Земли, не забудь найти меня, но не входи через парадную дверь. Для таких дел уже давно придумали окно!

Юноша тупо уставился в одну точку, до сих пор чувствуя ароматное послевкусие от влажных, мягких, сладковатых девичьих губ и языка. Его голова была, мягко говоря, слегка пуста. Вот только яд здесь был не причём…

Будучи молодыми гениальным божественным врачом Империи Вечного Мира, Цинь Му знал своё тело, как свои пять пальцев, поэтому, немного оклемавшись, спокойно проанализировал состояние: «Это симптомы недостатка крови в головном мозге. Когда она поцеловала меня, моё сердце на мгновение замерло, в результате чего мозг перестал получать достаточно крови».

Му Инсюэ направлялась прямо к цилиню и остальным. Удивившись, Цинь Му поспешно погнался за ней.

Бусина Зелёного Дракона выскочила из тела корневого демона и приземлилась посреди всей этой толпы немощных и парализованных. Сюн Сиюй, ползя, изо всех сил пыталась добраться до сокровища. Две летучие мыши тоже кое-как ползли. Было очевидно, что яд оставленных Отравительницей в их телах постепенно угасал. У них снова появлялись силы двигаться.

Между тем эффект от Потерянного Дурмана, действующий на Юй Бочуаня и остальных, тоже постепенно развеивался. Поэтому обе стороны, пытаясь добраться до заветной бусины раньше других, ползли так, как если бы от этого зависели из жизни… и их совершенно не смущало, что прямо сейчас они все выглядели как дождевые черви после обильного ливня.

Цилинь полз быстрее всех. Непомерно разжиревший обжора был до крайности ленив и поднимал свою задницу только тогда, когда её обжигал огонь. Но в этот момент он выглядел так, будто должен был несмотря ни на что заполучить Бусину Зелёного Дракона.

Дракономордый, с титаническими усилиями продавливая свою округлую тушку вперёд, превосходил остальных. Тем не менее, он быстро выдохся, начав вскоре задыхаться, и его скорость постепенно замедлилась.

Две группы постоянно приближались к Бусине Зелёного Дракона. Немного погодя в лидеры вырвался мастер области Небожителя, но помогла ему в этом отнюдь не высокая область совершенствования, по крайней мере не только она одна, а по большей части сноровка. Старикан выработал особую технику ползка, слегка боком, извиваясь и под углом, как песчаная змея, и прямо сейчас он протянул руку, пытаясь схватить трофей.

Вот только всё это время цилинь не спускал глаз с тех, кто вырывался в лидеры, и как только вражеский практик практически дотянулся, он открыл пасть и вытянул язык. Розовое невесть что постоянно растягивалось, приближаясь к Бусине Зелёного Дракона.

Припася туз в рукаве, зверь собирался в последний миг выхватить добычу из чужих рук.

Истинный охотник!

Когда Му Инсюэ подошла, Цинь Му опоздал всего на шаг. Тем не менее, он успел взмахнуть рукой, чтобы послать через неё стремительный поток жизненной Ци, и ловко смёл им Бусину Зелёного Дракона.

Удивительно, но девушка не пыталась ему хоть как-то помешать. Вместо этого она взмахнула рукой, поднимая Юй Бочуаня и остальных на спину белого слона. Затем здоровяк опустил хобот, чтобы помочь подняться хозяйке, которая в это время помахала пареньку рукой и прощебетала:

— Мастер семьи Юй — мой благодетель, поэтому я заберу их с собой! Молодой человек, моя тоска невыносима, как можно скорее наведайся в Западные Земли!

Цинь Му застыл в оцепенении, на автопилоте помахав ей рукой со странным волнением в сердце…

Приятно пахнущий мешочек, который Му Инсюэ всучили ему в руки, не был большой, примерно с травническую сумочку. Сам он был почти весь чёрным, а на боку золотыми нитями была вышита пара уток, плавающих рядом с лотосом.

Цинь Му открыл мешочек, обнаружив внутри горсть ярко-красных бобовых. Они были похожи на спелые яблоки, но чуть-чуть меньше.

— Красные фасоль? Она растёт в южных землях, а её стебельки и усики переплетаются вместе в весеннее время, — Сюн Сиюй встала и посмотрела на красную горстку. — Собери для меня ещё немного, я молюсь о невыносимой тоске за любимым. Владыка Культа Цинь, Отравительница сделала тебе предложение руки и сердца.

Цинь Му понюхал красную фасоль и покачал головой:

— В красной фасоли есть яд, поэтому она, скорее всего, пытается отравить меня! Может быть это и есть тот Яд Тоски? Правильно, тот поцелую и её влажные губы… На них наверняка был какой-то препарат, который при соединении с фасолью станет смертельным… Да, наверняка так и есть!

Сюн Сиюй ошеломлённо замерла, уставившись на Владыку Небесного Святого Культа блестящими чёрными глазами, её сердце было полно сомнений: «Разве красная фасоль не используется для выражения тоски и любви? Как Владыка Культа Цинь смог связать всё это с ядом? Му Инсюэ хочет отравить его?»

Наконец она поняла, что паренёк совсем не понимал, как устроены отношения между мужчиной и женщиной. Всё было совсем не так, как он думал!

«Кажется, кто-то неправильно его обучил», — подумала про себя Сюн Сиюй.

Тем не менее, Цинь Му всё же положил “ядовитую” красную фасоль обратно в чёрный шёлковый ароматный мешочек и осторожно убрал его. Затем он поднял и осмотрел Бусину Зелёного Дракона.

Полупрозрачный усатый дракон был цвета сверкающего зелёного нефрита.

Душа в бусинке радостно плавала по кругу.

Перед ним предстала душа истинного дракона, а не смешанная порода, как дракон-курица, цилинь или зелёный бык. Это был чистокровный зелёный дракон, чью ненормально мощную божественную энергию парень мог чувствовать даже снаружи бусинки. И это при том, что корневой демон частично поглотил её силу.

«Поистине великое сокровище. Может ли душа дракона внутри принадлежать драконьему богу?» — с такими мыслями Цинь Му выполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, его жизненная Ци мгновенно превратилась в жизненную Ци Зелёного Дракона. Затем он попытался воззвать к энергии в Бусине Зелёного Дракона, но вскоре понял, что не может этого сделать. Озадачившись этим, он сказал:

— Я думаю, что смогу контролировать энергию бусины, только используя уникальную технику Дворца Истинных Небес. Моя жизненная Ци Зелёного Дракона, вероятно, просто пища для души Зелёного Дракона.

Чтобы использовать силу бусины, ему нужно будет связаться с душой дракона внутри. Только техника всего, что имеет дух и душу, может быть единственным способом.

«Священная земля Западных Земель довольно примечательна!» — мысленно воскликнул Цинь Му. Между тем яд в теле цилиня уменьшился достаточно, чтобы он, наконец, смог встать. Затем зверь тут же взмахнул своим длинным хвостом, поднимая пыль позади себя, и крикнул:

— Владыка, мне нужна эта бусина!

Цинь Му не обратил на него ровным счётом никакого внимания и, с улыбкой на лице бросив Бусину Зелёного Дракона малышке Сюн Ци’эр, проговорил:

— Это для тебя, можешь играться с ней.

Сюн Ци’эр поймала Бусину Зелёного Дракона и сладко улыбнулась:

— Спасибо, большой брат!

Слюна цилиня непрерывно, обильно текла вниз, пока он, виляя хвостом, словно плешивый дворовой пёс, смотрел на Сюн Ци’эр:

— Старшая сестра, позволь мне поиграть с бусиной! Не волнуйся, я не буду её есть! Обещаю!

Цинь Му немедленно достал пару нефритовых бутылок, чтобы собрать слюну, и подумал про себя: «Я должен набрать ещё несколько бутылок на продажу в столице, без финансов совсем не весело… Верно, перво-наперво я должен буду вернуться в деревню и забрать Лин’эр. Она гораздо лучше меня разбирается в управлении финансами».

Он собрал более десятка бутылок, пока Сюн Ци’эр не спрятала Бусину Зелёного Дракона где-то у себя в нижнем белье. Только тогда цилинь перестал пускать слюни.

Цинь Му бросил взгляд на маленькую девочку. Даже при том, что она была ещё совсем маленькой, ей было не занимать сообразительности. Поняв, что от неё хотят, она снова достала бусину, и хвост цилиня начал подметать землю пуще прежнего, а его слюна, как и ожидалось, полила водопадом.

Собрав более двадцати бутылок слюны, юноша наконец был удовлетворён. Он боялся, что это повлияет на качество, из-за того, что зверь пустил слишком много слюны, поэтому он дал девчушке едва заметный сигнал убрать бусину.

Две белые летучие мыши и Сюн Сиюй тоже восстановили силы, и Цинь Му повёл всех на восток.

Сюн Сиюй была слишком сильно отравлена. Если бы это было что-то простое, токсичность была незначительной, и вылечить её было бы очень легко. Тем не менее, извивающийся яд проник глубоко в её божественные сокровища, поэтому было труден для удаления.

Может другие и посчитали бы его смертельным, но Цинь Му чувствовал, что справится. Он искал духовные травы на протяжении всего путешествия, чтобы приготовить из них духовные пилюли. После использования десяти видов духовных пилюль и столько же раз изменив рецепт, он, наконец, избавился от остатков яда в её Божественных Сокровищах Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений и Семи Звёзд.

Прошагав десять дней, они не столкнулись с Юй Бочуанем или хоть с кем-то из его людей. Вероятно, это было потому, что Бусина Зелёного Дракона была вырвана у них из рук, поэтому они чувствовали, что преследовать Цинь Му сродни самоубийству. Они определённо должны были вернуться на родину за подкреплением.

Внезапно звук журчащей воды донёсся откуда-то спереди, и глаза юнца загорелись, а лицо украсила счастливая улыбка:

— Мы достигли истока реки Вздымающейся.

Немного погодя они увидели поднимающиеся над утёсом морось и туман, а также погружающиеся примерно на километр в глубь. Сюн Сиюй и остальные тут же оглянулись и увидели Великие Руины, раскинувшиеся с запада на восток, где земля внезапно обрывалась, образуя естественный ров, простирающийся на тысячи километров с севера на юг.

Естественный ров разделил Великие Руины напополам. Западные Великие Руины располагались где-то на километр выше Восточных Великих Руин.

— Что здесь произошло? — пробормотала Сюн Сиюй.

— Землетрясение, — равнодушно говорил юноша. — Невероятное землетрясение.

Сюн Сиюй не могла не содрогнуться. Цинь Му спрыгнул со скалы, начав ступать прямо по воздуху, женщина же, поддерживая дочку, последовала следом.

Достигнув середины скалы, они увидели, что первый поток слился с другими потоками, которые, стекая с неба, образовывали собой огромный водопад. Когда они спустились дальше, то увидели, что под водопадом внизу сформировался огромный бассейн. Из него вытекала река. Она была всего десять метров в ширину, но по мере продвижения вперёд в неё втекали другие реки, ускоряя течение и расширяя русло.

Сюн Сиюй обернулась, увидев, что с естественного рва, который был утёсом позади них, скатывалось бесчисленное множество грохочущих водопадов.

Стекающая вода создала внизу огромную реку.

Вздымающуюся!

Глава 327. Эхо Истории

Они достигли реки Вздымающейся.

Цинь Му осмотрел окрестности. Когда он отправлялся на поиски деревни Беззаботной вместе со старейшиной, они побывали неподалёку от истока Вздымающейся, поэтому он знал, что где-то здесь можно было встретить вестника смерти, переправляющего души в иной мир. Отсюда к деревне Цань Лао было максимум шесть дней ходьбы.

Приближался конец восьмого месяца, поэтому солнце было по-настоящему палящим. Под огромным пылающим шаром в небе идти было довольно трудно.

Когда Цинь Му покинул столицу вместе с наследным принцем Лин Юшу, было лишь начало весны, а сейчас уже наступило позднее лето. Ещё немного и он снова отправится к старикам на празднование нового года.

Всё, что произошло с ним за это время, можно было бы назвать легендами.

Пока отряд спускался вдоль течения, над поверхностью неожиданно поднялся пар. Чистый белый туман спустился на округу, не давая путникам хоть что-то разглядеть.

Цинь Му и остальные тут же остановились, неподвижно стоя на поверхности воды.

Сердце Сюн Сиюй задрожало, она тихо спросила:

— Монстр?

Цинь Му покачал головой:

— Не похоже, скорее всего какое-то странное явление Великих Руин.

В этот момент Беззаботный Меч, находящийся в деревянных ножнах за спиной юноши, начал дрожать, отчего сердце последнего сжалось. Оружие начало издавать металлический гул. Последний раз, когда подобное происходило, он встретил на борту корабля Цинь Ханьчжэня.

Меч продолжал непрерывно дрожать, и вскоре среди тумана раздался шум передвигающихся войск. Казалось, мимо проходило бесчисленное количество солдат.

— Посмотри под ноги, вода исчезла! — воскликнула Сюн Ци’эр.

Цинь Му тут же опустил голову, обнаружив, что река бесследно исчезла, а на её месте осталась высохшая жёлтая земля.

Туман постепенно рассеивался, и вскоре сквозь него начали виднеться силуэты движущихся людей.

Цинь Му, Сюн Сиюй и остальные были ошарашены. Увидев вокруг себя безжизненную пустыню, жёлтый песок которой закрывал горизонт, их тела застыли на месте. Десятки тысяч практиков божественных искусств, одетых в старомодную одежду, тащили за собой огромных странных зверей, направляясь на строительство гигантских зданий.

Эти строения совсем не напоминали человеческие дома. Они были неимоверно высокими, пагоды достигали небес, а золотые и нефритовые дворцы просто сверкали великолепием. Казалось, что здесь будут жить дьяволы и боги.

На высоких алтарях стояли сверкающие золотом небесные божества. Они все имели человеческие тела, но их головы отличались. Некоторые были птичьими, а другие принадлежали иным видам зверей. Существа, чия глаза ярко сияли, были одеты в золотую броню.

Это были живые боги, отчего казалось, что в тех местах, где они стоят, их божественный свет будет сиять вечно.

Десятки тысяч практиков божественных искусств строили дворцы под их чутким надсмотром, строительство подобного масштаба было величественным и захватывающим.

Однако, разве Цинь Му и остальные не находились посреди реки Вздымающейся?

Откуда здесь взялась пустыня?

Несколько безрогих драконов тащили по небу карету-сокровище, с которой прогремел голос:

— По приказу Высшего Императора: Министерство Работ должно построить Западный Дворец и создать систему транспорта и орошения!

Цинь Му начал слегка недоумевать: «Высший Император? Третье движение Рисунков Меча, которым меня обучил старейшина деревни, называется Бедствием Высшего Императора. Какую связь имеет человек из названия техники с Высшим Императором, о котором говорит голос с кареты?»

Бог с головой дракона, стоящий на алтаре, поклонился, принимая приказ. После этого его тело начало дрожать, превращаясь в лазурного дракона, который созвал тучи и дождь, собирая воду для полива пустыни.

В то же время другой бог, стоящий с бронзовым плугом, превратился в гиганта, который ударом разрубил гору, прорывая канал для орошения.

Следующий бог достал драгоценную вазу, поднимая её перед собой. Перевернув её вверх дном, на землю тут же полилась растительность, превращая пустыню в цветущие луга и густые леса, неистово разрастающиеся во все стороны.

Последний бог схватил гигантский котёл. Когда тот приземлился на землю, из неё вырос горный хребет, резко изменяя ландшафт. В мгновение ока пустыня превратилась в зелёную горную местность.

Цинь Му и остальные ошеломлённо наблюдали за происходящим. Безграничные возможности богов Эпохи Высшего Императора могли изменить небо и землю, превратить синее море в шёлковые поля, при том, без приложения слишком больших усилий.

— Эта гигантская река, должно быть, Вздымающаяся? — был ошеломлён юноша, наблюдая, как бог с бронзовым плугом создавал главное русло реки, делая его невероятно длинным и направляя на восток.

Форма появившегося русла немного напоминало реку Вздымающуюся, но оно шло немного другим маршрутом.

В этот миг окрестности снова поглотил туман. Отвлёкшись на него, отряд ощутил, как резко задрожала земля, после чего раздался гром, с которым, казалось, разрывались небеса и рвалась земля. Внутри тумана возникла апокалиптическая картина. Небо кружилось в вихре, а земля переворачивалась с ног на голову. Вулканы, метеориты, густой дым и молнии накрыли некогда величественные строения, уничтожая цивилизацию.

Услышав грохот за спиной, путники обернулись, увидев, как из ниоткуда вырастает огромный ров, разделяя землю на части.

Туман снова рассеялся, постепенно меняя время и пространство. Ров медленно обретал чёткие черты, а водопады полились в реку Вздымающуюся.

Жёлтый песок под ногами отряда опять стал потоком воды, несущейся день и ночь на восток.

Бульк! Бульк!

Две летучие мыши, свисающие со щёк цилиня, были ошарашены. Потеряв хватку, они оба упали вводу. В панике выбравшись наружу, бедолаги обнялись, дрожа от страха:

— Великие Руины слишком странны! Владыка Культа Цинь, быстро отведи нас обратно в Долину Призраков!

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать:

— Братья Фу, вы ведь являетесь одной из странных вещей Великих Руин, и вам всё равно страшно? Вы хоть представляете, сколько исследователей Долины Призраков вы перепугали?

Близнецы растерянно переглянулись:

— Мы тоже странные?

Юноша был зол, но в то же время хотел смеяться. Эта парочка не имела ни малейшего представления о самих себе. Они не знали, насколько ужасающими были странности Долины Призраков, наполненной всевозможными формами жизни. Даже Небожители не могли быть уверены в том, что смогут успешно перебраться через это место. Более того, братья были стражами того места, самыми странными из живущих в ней существ.

Туман в окрестностях так и не рассеялся окончательно. В районе рва всё было очень мутным и размытым.

Внезапно облака тумана бросились прямо к отряду. Когда они приблизились, оказалось, что это были серые силуэты, проплывающие прямо сквозь тела путников.

Цинь Му и остальные в спешке обернулись, увидев, как снова собирается туман. Вскоре внутри него раздался голос:

— Что случилось с Эпохой Высшего Императора? Почему столь замечательное время прошло? То, что только что произошло, было эхом истории? Запись о случившемся, повторяющая картины прошедших времён? Эти земли и вправду удивительны, как и люди древних империй.

— Ваше Величество, у Секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара есть некоторые записи с тех времён. Можете приказать, чтобы их передали Вам.

— Отлично, пусть их отправят ко мне. Я не хочу связываться с монахами и даосами, постоянно вмешивающихся в мои реформы, без которых невозможно изменить жизнь людей. Не хочу с ними видеться.

Облако тумана подошло ко рву, говоря:

— Я не хочу, чтобы наша Эпоха Императора-Основателя закончилась таким же образом, нужно учиться на ошибках наших предшественников. Как столь величественная империя, в которой боги руководили миром смертных и работали на общее благо, оказалась в руинах? Настолько мощная и богатая эпоха…

Волнуясь, Цинь Му посмотрел в сторону облака. Император-Основатель?

В семейном реестре семьи Цинь на первом месте был именно этот человек!

Это был его предок!

Цинь Му тут же отправился вдогонку за туманом, но скорость последнего была невероятно высокой, оставляя его позади в считанные мгновения. Исполнив Божественные Ноги Небесного Расхитителя, он побежал со скоростью молнии, но несмотря на это, туман всё равно рассеялся вдали.

Он остановился в оцепенении.

Император-Основатель.

Империя Императора-Основателя.

Империя, существовавшая до появления Великих Руин, определённо пострадала от бедствия, но каким образом Император-Основатель был связан с деревней Беззаботной?

Сюн Сиюй и остальные подбежали к парню. Женщина осмотрелась, прежде чем спросить:

— Владыка Культа Цинь, что это было?

— Эхо истории, — собравшись с мыслями, он продолжил. Возле истоков реки Вздымающейся есть много странных вещей. Это место соединено с огромным количеством разных миров, поэтому после наступления ночи, здесь происходят удивительные события. Но я никогда не ожидал увидеть что-то подобное в дневное время. Судя по эху истории, в этом месте когда-то находилась одна из резиденция Высшего Императора. И здесь определённо должны остаться какие-то руины с тех времён.

«Эхо истории?» — Сюн Сиюй и остальные были поражены. Как вещи, произошедшие в прошлом, могли превратиться в подобное видение?

Однако Цинь Му уже приходилось видеть подобное. Это произошло на корабле, когда он наблюдал за засадой, в которую попал его отец.

Обычно, эхо истории были знаком, оставленным сильным практиком. В большинстве случаев их активировал человек, предмет или событие, связанные с прошлым.

На корабле эхо истории произошло из-за Цинь Му и Беззаботного Меча, но что вызвало его на этот раз?

«Это было два эхо истории!» — внезапно осознал Цинь Му. То, что они увидели, было эхом истории внутри другого эха истории.

Когда Император-Основатель пришёл в это место, он активировал первое эхо истории, увидев, как боги, служащие Высшему Императору, изменили здешнюю пустыню.

Оно стало частью второго эхо, слившись с ним воедино.

«Но что активировало второе эхо? Может быть, дело в Беззаботном Мече?»

Оружие за спиной Цинь Му успокоилось, больше не издавая никаких звуков. Эхо истории окончательно рассеялось. Над поверхностью реки не осталось ни тучки тумана, солнце снова ярко осветило её воды.

Туман появился из ниоткуда!

И так же бесследно исчез!

«Странно, почему здесь происходят подобные вещи… Хотя, минутку. Подобное произошло на корабле отца. В то время тот находился в запечатанном проходе между Юду и настоящим миром. Если здесь произошло то же самое, значит неподалёку тоже должен быть проход!»

Юноша продолжал раздумывать. Возможно, эхо истории отбивались от барьера между мирами, и когда их активировали, можно было увидеть события прошлого.

Когда он был здесь вместе со старейшиной, они повстречали вестника смерти возле прохода в Царство Живых Мертвецов Фэнду. Во второй раз побывав здесь, он тоже посещал мир живых мертвецов, чтобы взять оттуда Корабль Луны.

Царство Живых Мертвецов было где-то неподалёку, а значит и Юду.

«Исток реки Вздымающейся очень важное место, соединяющее многие миры. Может быть, здесь наложено божественное искусство, создающее проход? Здесь определённо есть двери во всевозможные миры!»

Юноша вернул себе самообладание, после чего в его глазах загорелись огни, открывающие Голубые Глаза Небес. Осматриваясь, он не обнаружил ничего странного. Однако, подняв голову вверх, он тут же увидел следы аномалий.

Небо было обычного синего цвета, но в его центре находилось два облачка, перекрывающие друг друга.

Насколько ему было известно, облака сливались, когда сталкивались. Но несмотря на то, что эти два облака почти полностью наплыли друг на друга, их форма не изменилась, будто они даже не контактировали!

Казалось, будто оба облака существовали в разном времени и пространстве, из-за чего не могли взаимодействовать…

А значит, над их головами было сразу два неба!

«Нет, их может быть и три! — подпрыгнув, Цинь Му побежал ввысь. Внезапный ветер, подув ему в лицо, заставил задрожать. — А может быть их четыре, или даже пять?..»

Глава 328. Боги Меча

Облака и ветер вокруг взбегающего Цинь Му двигались в разных направлениях. Ветер дул в другом, отличном от движения двух облаков направлении. А достигнув высоты облаков, Цинь Му почувствовал, как ветер вновь сменил направление своего движения. Причём тот не перемещался согласно направлению движения одного из облаков, неожиданно, дуя сверху вниз…

Единственной причиной возникновения такой ситуации могло быть только одно — два облака и ветер существовали в разных пространствах. Исходя из облаков и ветра, было по крайней мере три слоя!

Если бы появились небеса Юду, всегда пребывающее во мраке, и туманы Фэнду, они бы наверняка были чёрными или, соответственно, серыми. Даже при том, что в данный момент небо над Цинь Му не подходило под одно из описаний, он был уверен, что эти два мира находились совсем рядом!

Если всё так, тогда это означало, что исток Вздымающейся имел пять, пересекающихся друг с другом миров. Тьма вторгалась с наступлением ночи, и миры появлялись один за другим, словно выходя на шумную сцену!

«Когда у меня появится время, мне обязательно нужно будет наведаться в место, где Западные Земли соединяются с Великими Руинами. Тьма приходит оттуда, поэтому там я смогу раскрыть больше секретов», — чувствуя нарастающую головную боль, Цинь Му спустился с неба. Что это были за эха истории? Какие миры были связаны с истоком реки Вздымающейся? Где были точки соприкосновения?

Великие Руины было полны секретов, и, казалось, что у Вздымающейся их было ещё больше…

«Я не в силах разгадать все секреты. Если бы я попытался сделать это силой, наши жизни оказались бы в опасности. Нужно сначала вернуться в деревню», — думал про себя паренёк.

Когда они направились вниз по реке, Сюн Сиюй пристально смотрела на Цинь Му. Немного погодя она не могла удержаться от любопытного вопроса:

— Владыка Культа Цинь, ты правда вырос в Великих Руинах?

Кивнув, парень озадаченно спросил:

— Почему ты спрашиваешь об этом?

— Как ты выжил в таком опасном месте? В Великих Руинах все виды странных зверей, всевозможные странные вещи, опасности и даже вторжение тьмы ночью, когда дьяволы и монстры сеют хаос. Есть даже другие миры, часто пересекающиеся с Великими Руинами. Я до сих пор не понимаю, как ты здесь выжил!

— Старшая сестра, ты ошибаешься! Руины на самом деле очень безопасное место. Реальная опасность лежит снаружи. Впервые покинув Великие Руины, я отправился в Империю Вечного Мира. Там я остановился в корчме у реки… И в ту же ночь произошёл страшное. То место называлось уездом Речной Плотины, но за ночь практически весь уезд был истреблён. Сбежать удалось только мне и Лин’эр. В Великих Руинах мне никогда не приходилось переживать подобного, — улыбнулся юноша.

— Ты считаешь, что Великие Руины безопаснее Вечного Мира, отталкиваясь всего от одного случая? Это было всего лишь совпадение, — с ухмылкой на лице, парировала женщина.

— С тех пор, как моя нога коснулась земель Вечного Мира, меня постоянно кто-то хотел убить, ты даже не представляешь сколько покушений мне пришлось пережить. Для сравнения здесь, в Великих Руинах намного безопаснее. Самой большой опасностью, с которой мне довелось здесь столкнуться, было вторжением извне. Таким образом, Великие Руины — самое безопасное место, — спокойно объяснил Цинь Му.

Сюн Сиюй был озадачена, она не понимала, как парень мог чувствовать, что Великие Руины были безопаснее внешнего мира. Между тем цилинь, с дурацкой ухмылкой на морде, сказал:

— Дворцовый Мастер может не знать, но, когда Владыка путешествует, он даже не использует своё настоящее имя. Все хотят его убить, и, если бы он раскрыл себя, люди бы выстроились в очередь от Империи Вечного Мира до Цань Лао. Все праведные практики жаждут убить его.

Неодобрительно уставившись на зверя, Цинь Му сразу же объяснил:

— Наш Небесный Святой Культ на самом деле очень праведный, так что не заблуждайся. Ну ладно… Как только мы доберёмся до моей родной деревни, я смогу избавиться от твоего яда. Что ты планируешь делать после?

«Вернуться во Дворец Истинных Небес?» — глубоко задумалась Сюн Сиюй. Теперь, когда у неё осталась только Сюн Ци’эр, она была не уверена, что сможет вернуться и захватить власть. Кроме того, она беспокоилась о жизни дочери. Хотя, конечно, ей было тяжело смириться с отказом от наследия предков.

— Даже при том, что я могу избавиться от Извивающегося Яда, твоё совершенствование не сразу вернётся на былой уровень, нам с тобой предстоит большая работа по восстановлению твоей жизненной Ци. Если ты не можешь принять решение, у меня есть предложение. Почему бы тебе на некоторое время не последовать за мной в Империю Вечного Мира? Я академик Имперского Колледжа, поэтому могу порекомендовать тебя, как преподавателя, — с улыбкой на лице, проговорил Цинь Му.

Прекрасный взгляд Сюн Сиюй походил на чистую, родниковую воду, пока она задумчиво смотрела в глаза парня, при этом подсознательно испуская ауру правителя священной земли:

— Я Госпожа Дворца Истинных Небес, а ты просишь меня преподавать в Имперском Колледже?

Задумавшись на мгновение, Цинь Му сказал:

— Тогда как насчёт того, чтобы преподавать в моём Небесном Святом Культе?

Сюн Сиюй не знала, смеяться ей, или плакать:

— Позволь мне сначала посетить Имперский Колледж.

Через пять дней они наконец добрались до окраин деревни Цань Лао. Первым делом Цинь Му отправился к хижине Ху Лин’эр. Оказавшись на месте, он увидел, как из её комнаты вышло несколько белых лисиц, заговоривших на человеческом языке:

— Старшая сестра отправилась в Империю Вечного Мира искать Вас, её не было уже несколько месяцев!

— А по подробнее? — спросил Цинь Му.

Одна из лис ответила:

— Сюда наведался Великий Король Демонов, попытавшись заставить старшую сестру выйти за него, поэтому она избила его. Затем Великий Король Демонов позвал отца, которого старшая сестра не смогла одолеть, поэтому она убежала, сказав, что найдет Вас в Империи Вечного Мира.

Попрощавшись с ушастыми, Цинь Му продолжил путь в деревню. Сделав несколько шагов, он громко закричал:

— Старейшина, целитель, я дома! Я вернулся!

Посмотрев в сторону деревни, Сюн Сиюй увидела у выхода старика с неряшливой бородой, сидящего на кресле-качалке. У него не было ни рук, ни ног, только крайне грязная борода, да и такие же волосы. В самой же деревне патрулями маршировали цыплята, выглядя при этом достаточно впечатляюще.

— О, Му’эр вернулся? Ты опять подрос, — грязный старик покачнулся в кресле, глядя на Сюн Сиюй и двух белых летучих мышей, греющихся на солнце. Через мгновение его лицо приняло удивлённое выражение. — Девушка рядом с тобой очень красива, да и совершенствование ничего. Жаль только, что отравлена. Летучие мыши тоже любопытные экземпляры.

Две летучие мыши повисли вверх тормашками на дереве и с интересом осмотрели старейшину деревни:

— Ты очень силён!

Осмотрев старейшину, Цинь Му нахмурился и побежал в деревню. Перво-наперво он заскочил за ножом для убоя свиней, потом в комнату бабушки Сы за полотенцем.

Вернувшись, юноша смочил ткань в тазу горячей воды и накрыл ею лицо старика. Через некоторое время он убрал ткань и использовал нож для убоя свиней, чтобы помочь ему побриться:

— Дедушка, где все остальные? Целитель? Он не здесь? Посмотри, твоя борода почти волочится по земле.

— Целитель сбежал, — вздохнув, заговорил старейшина. — Сюда прошло несколько женщин и спугнули его. В итоге я остался один, а из-за отсутствия конечностей не мог вернуться в комнату.

Цинь Му в шоке вскочил и закричал:

— Дедушка, как долго ты просидел здесь?

— Почти два месяца.

Юноша потерял дар речи. Старикан не двигался с места целых два месяца. Избивающие дожди, режущие ветра, да что уж тут, даже свирепая тьма… Он, не обращая внимания на “неудобства”, и правда просидел всё это время у входа в деревню!

Как минимум его нужно было наградить достижением новой области совершенствования в лени!

Сюн Сиюй же подпрыгнула в шоке. Судя по расположению каменных статуй, лучи от них не освещали вход в деревню. Как же тогда старикашка пролежал здесь два месяца? Может ли он быть богом или странные вещи во тьме не интересовались им?

Сбрив бороду старейшины, Цинь Му умыл его лицо. После он отрезал его засаленные, пыльные белые волосы и помыл голову, затем он поволок его в дом, чтобы…

Проделав немалую работу по приведению старейшины в порядок, включая смену одежды, старую нужно было стирать, Цинь Му усадил его обратно в кресло-качалку, налил чашечку чая и спросил:

— Дедушка Ма и остальные не возвращались?

— Старый Ма наведывался. Мастер Дао и старый Жулай тоже нашли свой путь. Последний сказал, что он больше не Жулай и отрубил одну из своих рук, после чего попросил передать Ма, что он не может вернуть ему его семью, но может отдать свою руку.

— Старый Жулай отрубил себе руку?! — воскликнул Цинь Му.

— Так и было. Его руку, кстати, уволокла курица-дракон, вот только съесть не смогла, поэтому бросила валяется в курятнике, — вздыхал старейшина. — Старый Ма может выглядеть холодно и ненавидеть мир, но узнав, что старый Жулай отрубил свою руку, чтобы подарить её ему, он был очень тронут и даже заплакал. Через некоторое время Ма отправился в Монастырь Великого Громового Удара, сказав, что вернётся, как только придёт новый Жулай. Но думаю, он больше не вернётся. Он планирует ждать нового Жулая, не понимая, что он и есть новый Жулай.

Пребывая в небольшой прострации, Цинь Му сказал:

— Я собираюсь в Долину Призраков, поэтому смогу наведаться к нему. Где дедушка одноногий? Разве он не ошиваются всегда вместе с дедушкой Ма?

— Они неразлучны, поэтому он, естественно, отправился погостить в монастыре. Но перед этим изрёк целую тираду про то, как он обеспокоен положением старого Ма и тем, что не может допустить, чтобы тот оказался в невыгодном положении, — старейшина показал обеспокоенность. — Я боюсь, что после того, как Ма станет Жулаем, он обнаружит, что вся гора — просто иллюзия.

Цинь Му также давненько не видел мясника, слепого и немого, поэтому спросил и о них. Слепой и мясник убежали со старым Мастером Дао и старым Жулаем, сказав, что они хотят взглянуть на Маленькую Нефритовую Столицу. Немой, казалось, не имел никаких планов покидать деревню, но, как раз перед побегом целителя, он внезапно собрал свои вещи и, словно потеряв всякий рассудок, бросился что-то преследовать во тьму… и до сих пор не вернулся. Бабушка Сы не наведывалась, она, должно быть, всё ещё в Империи Вечного Мира, подавляет своего сердечного дьявола и затачивает свою природу.

Цинь Му прибрался в деревне и положил все сокровища и вещи, которые выглядели как сокровища, в свои два мешка таоте. Затем он подошёл к саду с травами у входа в деревню и протянул руку. Летающие мечи вонзились в окрестности и прорыли огромный круг в земле.

Подняв обе руки, словно поднимая что-то, Цинь Му заставил взлететь весь травяной сад, а после залететь в бывший мешок Паньгун Цо. Тот был намного лучше, чем у него, и места в нём с запасом хватило даже для такого куска земли.

Собравшись уходить, Цинь Му взял корзину с травами целителя и закинул в неё старейшину.

— Негодяй, что ты делаешь? Отпусти меня! — возмутился старик.

— Я не могу позволить тебе остаться здесь, — юноша поднял корзину себе на спину. — Если с тобой что-то случится, кто об этом узнает? Отныне дедушка всегда будет со мной!

Старейшина замолчал, что-то ёкнуло в его сердце, и улыбнулся:

— Отпусти меня. Глупый ребёнок, я стар и больше не могу двигаться. Я даже пообещал Яме отправиться после смерти в его Царство Живых Мертвецов. Когда я умру, птичий бог придёт и заберёт меня.

Цинь Му мгновенно почувствовал, что корзина с травами стала несравнимо тяжёлой, будто на его плечи водрузилась гора. Зная, что дедушка не хочет покидать Великие Руины и упрямится, он невинно моргнул и сказал:

— Разве дедушка не хочет встретиться с Имперским Наставником? Старый Бог Меча не хочет увидеть нового Бога Меча? Имперский Наставник наречён святым, который появляется раз в пятьсот лет, так что он определённо достоин встречи.

Корзина с травами на спине Цинь Му мгновенно стала легче, старейшина вдруг с неким героизмом в голосе сказал:

— Нового Бога Меча? Ну ладно, встретиться с ним перед смертью хорошая идея. Идём, пора увидеться с Имперским Наставником!

Глава 329. Море Крови

В Монастыре Великого Громового Удара неостановимо раздавался звон колокола. Это был сигнал для приветствия гостей.

Таская старейшину деревни по горе, Цинь Му увидел, как гордый Жулай повёл монахов навстречу гостям. В этот миг юноша слегка смутился. Холодный, но всё равно согревающий его сердце, Ма Ваншэнь всё-таки согласился стать Жулаем Монастыря Великого Громового Удара, Буддой.

Старый Ма так и не смог забыть о месте, в котором вырос несмотря на то, что собратья-монахи убили его семью и детей. В конце концов это было сделано не по приказу Жулая, а по воле монахов.

Он был учеником старого Жулая, поэтому они отлично знали друг друга. Из-за своего возраста старик уже был не в силах контролировать своих подданных, и в результате Архаты Обители Архатов спустились с горы вместе с другими монахами, отобрав жизнь детей и жены старого Ма.

Старый Жулая отрубил свою руку, отдав её ученику в качестве извинения. Несмотря на то, что подобный жест не смог успокоить ненависть в его сердце, ему всё равно пришлось принять рясу своего учителя. Нельзя было позволить Монастырю Великого Громового Удара кануть в небытие таким бесславным образом.

Когда Ма вернулся на родину и впервые сел на трон Жулая, поднялся ветер, отправивший облака лазурного цвета в его сторону. Когда буря утихла, он достиг истинного просветления, достигая последнего неба Махаяны Сутры Жулая и успешно познав Брахму.

Между Сакрой и Брахмой был момент просветления, своего рода пробуждение.

Стоя на золотой вершине Монастыря Великого Громового Удара, Цинь Му посмотрел на старого Ма, который когда-то учил его быть взрослым, и с которым у него была сильная эмоциональная связь.

— Старший брат, — поздоровался он.

Жулай Монастыря Великого Громового Удара совершенствовался до самой высокой области, области Брахмы. Его физическое тело, дух и татхата достигли идеала, отчего позади него сформировались двадцать небес, на которых в позе лотоса сидел Брахма, окружённый богами и дьяволами всевозможных форм, сияя, будто дневное солнце, и выглядя святым и милосердным.

— Старший брат, — поздоровался в ответ Ма.

Лицо Цинь Му помрачнело. Теперь, когда старый Ма занял новое место, он перестал быть старым Ма из прошлого, — он стал Жулаем. Старик был вынужден забыть о своих мирских делах, четыре элемента были для него просто суетой.

Одноногий всё ещё был вместе с ним. Несмотря на то, что, по его словам, старик собирался лишь посмотреть на церемонию, на самом деле он сильно волновался о безопасности Ма. Он боялся, что монахи Монастыря Великого Громового Удара навредят ему.

Однако теперь, когда старый Ма достиг высшей области Махаяны Сутры Жулая, он не нуждался в защите, и одноногий думал уже совсем о другом. В Монастыре Великого Громового Удара повсюду были сокровища, из-за чего старый мошенник с трудом держал себя в руках.

Он так и думал о том, чтобы что-нибудь стащить, но понимал, что последствия подобного поступка будут не слишком хорошими. Поэтому, встретив Цинь Му и старейшину, старик сразу решил, что нужно покидать это место.

Поначалу, Цинь Му планировал остаться здесь на несколько дней, но с наступлением ночи увидел яркий свет, сверкающий на севере возле Перевала Цинмэнь. Учитывая яркость вспышек, было очевидно, что там разразилась ожесточённая битва.

Неподалёку от перевала находилась Долина Призраков, в которой жили две летучих мыши. Это место было совсем недалеко от Монастыря Великого Громового Удара.

— Когда я встретил старого Ма, тот был самым известным констеблем мира по прозвищу Божественный Констебль Ма. Тогда он почти меня арестовал, — одноногий посмотрел в сторону сверкающей золотом вершины горы Сумеру, из которой раздавалось буддистское пение. Оно материализовалось, принимая облик лотосов и будд, окруживших священную землю по кругу.

Впадая в оцепенение, одноногий тихо продолжил:

— Он много раз меня ловил, и мы с ним часто бились. Из всех людей я больше всего боялся и уважал именно его… В детстве я был сиротой, не имея ничего за спиной, единственное, что мне оставалось — это просить милостыню. Когда голод становился невыносимым, я начинал воровать. Приходилось быть крайне осторожным, так как я был худым и хрупким, и не мог себя защитить… Спустя некоторое время, меня арестовал старый констебль. Он не стал отдавать меня властям, а просто заставил завязать с воровством. Старик обучил меня многим искусствам, будучи для меня как отец. Блуждая вместе с ним, я мечтал о том, что тоже стану констеблем. Старый Ма напоминает мне о нём, особенно, когда злится…

Молча сидя на спине цилиня, Цинь Му вместе со старейшиной внимательно слушали рассказ одноногого.

— У меня не было отца, поэтому я всегда воспринимал старого констебля, как папу. В то время, когда мы были вместе, я был очень трудолюбивым и счастливым. Но в один прекрасный день, старика не стало, — глаза одноногого оторвались от вершины горы, его голос успокоился. — Посреди ночи старика нашли его враги. Я спал, когда проснулся от внезапных криков. Он ворвался в мою комнату, в спешке меня прогоняя: “Дитя, будь добрым человеком… Беги!”. Я сбежал голышом, не успев даже одеться. Я бежал, пока моя скорость становилась всё выше и выше, выше и выше. Сколько бы я не звал на помощь, никто так и не откликнулся…

Худой, хрупкий, да к тому же голый мальчишка бежал, зовя на помощь, но никто так и не решился ему помочь.

Одноногий бежал всю ночь и весь день, преодолев более десяти тысяч километров. Придя в себя, он вернулся в дом старого констебля, но тот уже сравняли с землёй. Под завалами он нашёл лишь обгорелые кости старика.

— Он хотел, чтобы я был хорошим человеком, но что с ним стало? Я не хочу быть добрым человеком! Он не хотел, чтобы я воровал, значит я буду воровать! — одиноким голосом, одноногий продолжил. — Я бежал, воруя на ходу, а моя репутация постоянно росла, и в один момент меня начали называть Богом Воров. Все сраные печати и запрещённые искусства казались мне пустым местом. Я обгонял ветер, тучи и молнии, обворовывая целый мир. Независимо от того, насколько сильной была секта или священная земля, я всех их обворовал, — переведя дыхание, старик продолжал. — В какой-то момент я нашёл врагов старика и украл их головы. Затем я отправился отдать ему дань уважения, стать добрым человеком и завязать с воровством. Однако, к тому времени у меня выработалась привычка воровать, и как бы я не старался, ничего не выходило. Вскоре после этого я встретил старого Ма. Тот напомнил мне старого констебля, из-за чего я начал бояться и уважать его. Теперь, когда он Жулай, мне кажется, будто старый констебль превратился в будду…

Старейшина деревни высунул голову из корзины:

— Старый Ма не станет буддой. Когда он передаст свою рясу следующему Жулаю, он опять будет стариком из прошлого.

Подняв голову, одноногий всмотрелся в небо:

— Надеюсь…

Взволновано вздохнув, Цинь Му тихо проговорил:

— Старый Ма обязательно вернётся.

По дорогу юноша закончил лечить Сюн Сиюй от отравления, и уже начал кормить её пилюлями для усиления жизненной Ци. Спустя некоторое время они наконец добрались до Долины Призраков, и две летучие мыши тут же расслабились. Повиснув на дереве, они попрощались с Цинь Му и остальными.

— Владыка, приходи поиграть, когда будет время, мы не будем тебя есть! — проговорил Фу Юйцю.

Юноша громко рассмеялся, махая им рукой. После этого близнецы в спешке полетели вглубь, радостно крича:

— Давай разбудим древних предков и попросим их родить нам парочку девиц для размножения!

— Даже если они нас послушают, девицы окажутся нашими прабабушками, как мы будем с ними спариваться? А что, если оба предка мужчины?

— Заткнись!..

Цилинь покинул долину призраков, и вскоре отряд приблизился к невероятных масштабов полю боя, разворачивающегося впереди. Леса Зоны Утиного Языка уже давно сравнялись с землёй. Несмотря на то, что эта местность растягивалась на полторы тысячи километров, все её горы и растительность исчезли, превращаясь в место сражения Империи Варварских Ди и Империи Вечного Мира!

Когда Цинь Му и остальные пришли сюда, битва как раз была в самом разгаре. Десятки тысяч солдат обеих сторон, расположившиеся на горных перевалах, мчались навстречу друг другу, исполняя свои поражающие божественные искусства. Огромные странные звери взмывали в воздух, унося с собой сотни практиков, как только те заканчивали забираться им на спину.

Внизу под гигантскими странными зверями орудовали своими мечами и ножами практики боевых искусств. Неистово несясь вперёд, они сталкивались с противником на земле, после чего кровь и плоть заполняла небо.

Над головами странных зверей небо кишело летающими кораблями под разноцветными флагами. На протяжении долгих дней они непрерывно вели огонь из пушек, бомбардируя противника толстыми, будто бочка, струями света, которые своей разрушительной силой испаряли всё, к чему касались!

Кроме того, в воздухе вертелись бесчисленные пилюли меча и ножа, чьи лучи с лёгкостью пронзали плоть.

Часть великих шаманов Дворца Золотой Орхидеи превратились в золотых птицеголовых мутантов. Взмахивая своими крыльями и руками, они отправляли во все стороны огромное количество убийственных лучей.

На земле, в свою очередь, орудовали слоноголовые монстры, яростно мчась прямо на ряды противника.

С обеих сторон горных перевалов находились гигантские зеркала, которые светили в небо, целясь в души практиков божественных искусств. Возле них развевались огромные флаги, каждое движение которых изменяло ветер и тучи, отчего на поле боя сыпались молнии и проливной дождь.

По небу носились запряжённые гигантами облачные колесницы, оставляя за собой след из разрубленной плоти и крови.

Добравшись к границам развернувшегося поля брани, гиганты неожиданно остановились, открывая колесницы, после чего раздалось жужжание бесчисленного количества ядовитых насекомых, которые тут же закрыли собой солнце и небо, расползаясь в поисках пищи.

Золотые великие шаманы Дворца выстраивали жертвенные алтари, с помощью которых наносили какие-то заклятия, убивающие лидеров армии Вечного Мира, что служило причиной хаоса в её рядах.

Тем временем, Империя Вечного Мира отправляла отряды практиков божественных искусств меча пробивать дорогу сквозь леса и кустарники, чтобы зайти в тыл к алтарям и уничтожить шаманов.

Зрелище было поистине шокирующим. Обе стороны убили огромное количество людей, отчего поток крови превратился в реку, превращая Зону Утиного Языка в своего рода ад.

Цинь Му увидел что-то подобное впервые в жизни, его сердце чуть не выпрыгивало из груди. Это было настоящее поле боя, место, где убивали людей.

Таская на себе Сюн Ци’эр, Сюн Сиюй побледнела, тихо спрашивая:

— Как мы перейдём через эти земли? Моё совершенствование ещё не восстановилось.

Женщина восстановилась до области Небожителя, чья сила в подобных условиях была просто несущественной. На поле боя практик области Небожителя мог умереть в любой момент, столкнувшись с формацией мастеров области Семи Звёзд.

Даже сильным экспертам области Жизни и Смерти было бы сложно защититься, бездумно ворвавшись в такую битву.

Сюн Сиюй была существом уровня мастера культа и, осматривая представшую перед взором картину, её цепкий взгляд сразу заметил, что в тех местах, где собиралось более тридцати солдат, вспыхивали символы построений. Они появлялись в небе или на земле, неостановимо меняясь.

Это говорило о том, что даже не смотря на огромные размеры поля боя, построения создавались безошибочно.

Если бы кто-то по глупости запрыгнул в эту мясорубку, то тут же бы умер. Даже если первое построение не сумеет уничтожить их, следующее определённо закончит работу, как только отряд сделает несколько шагов вперёд.

Цинь Му поправил корзину на спине, когда изнутри её раздался голос старейшины:

— Просто иди вперёд. Му’эр, ты ведь владеешь Мечом Императора-Основателя, Море Крови, не так ли? Давай я тебе ещё разок покажу.

Сердце юноши вздрогнуло, когда в сторону сражения понеслись бесчисленные огни меча. В мгновение ока они окутали область между двух горных перевалов, искупав солдат в море лезвий. Извиваясь и вращаясь вокруг них, оружие не позволяло практикам сделать ни малейшего движения!

Большинство солдат, находящихся на двух перевалах, смотрели вниз, ощущая, как их волосы встают дыбом от ужаса. Всё вокруг не неисчислимые расстояния превратилось в море мечей, в котором они все до единого и утонули!

— Бейте в гонги отступления! — тут же закричали люди на смотровых башнях вокруг.

Однако, все на поле боя замерли, не осмеливаясь сделать шаг. Никто из солдат не отступал, даже летающие корабли застыли в воздухе.

Любое движение стоило бы им жизни.

Если мечи двинутся, поле брани станет морем крови!

— Пришёл эксперт! — на башне Перевала Цинмэнь возник мужчина средних лет, опуская свой взгляд на цилиня, неспешно шагающего сквозь море мечей.

— Имперский Наставник! — солдаты вокруг поздоровались с мужчиной на башне.

Глава 330. Долгожданная встреча

У мужчины средних лет на городской башне было бледное лицо. Судья по всему, он был серьёзно ранен. Мужчина был не кем иным, как раненым богом Имперским Наставником Вечного Мира. Из-за специфики травмы его было трудно вылечить, даже несмотря на то, что его лечили Цинь Му и Маленький Король Ядов Фу Юаньцин.

Империя Варварских Ди воспользовалась этим шансом для вторжения в Империю Вечного Мира. Они собирались пробиться через Перевал Цинмэнь. Имперский Наставник знал, что его империя понесла большие потери, и, после двух огромных бедствий, была не так сильна, в дополнение к этому, он и Император Яньфэн ещё не восстановились до своей пиковой формы. К тому же травмы императора были ещё серьёзнее, чем у него.

Имперский Наставник опасался Империи Варварских Ди, поэтому вызвал мощную армию для охраны перевала, и даже лично вышел на поле боя, чтобы командовать.

Когда старейшина выпустил на волю свои мечи, внимание Имперского Наставника привлёк вид одного меча, уничтожающего всё на своём пути. Поле боя превратилось в море крови, запугивая солдат и кавалерию обеих сторон.

Жизнь каждого сражающегося была во власти меча.

Данное движение меча определённо не являлся частью навыков меча, а скорее глубокого и непостижимого пути, по крайней мере максимально приблизившегося к нему, тем самым позволяя наставнику увидеть ещё более высокий уровень пути меча.

Старейшина деревни дал волю огням меча, неисчислимому множеству огней меча, или, если угодно, световых вспышек. Но по-настоящему ужасающим было то, что движение каждого мечеобразного сгустка света, сдерживающего того или иного практика боевых или божественных искусств, было различным.

Просто невозможно, немыслимо.

На поле боя оказались десятки тысяч людей с разными уровнями совершенствования. Боевые и божественные искусства, которые они изучали, также имели различия. Кроме того, нельзя было сбрасывать со счетов разного рода боевые построения. Если старик хотел сдержать всех, он попросту не мог позволить себе растрачивать энергию понапрасну, а значит должен был ограничить в силе под стать ситуации и противнику все свои божественные и боевые искусства, а также духовное оружие.

Производить расчёты нужно было на невообразимом уровне!

При достижении такого уровня, можно было бы назвать себя Богом… Богом Меча!

«Меч Императора-Основателя, Море Крови, я видел этот вид мастерства меча раньше… На картине Святого Искусств», — думая про себя, Имперский Наставник сосредоточил взгляд на цилине, а точнее на стоящих на его горбу Цинь Му и остальных. Несмотря на то, что каждый из них был силён, этого было недостаточно, чтобы привлечь его внимание.

«На той картине мне довелось лицезреть доведённое до крайности мастерство меча некого мужчины. Я даже потратил последние двести лет на его изучение. После каждого пристального изучения я достигал значительного прогресса на своём пути, а когда больше не смог разглядеть ничего нового, подумал, что уже достиг его уровня», — вспомнив о картине, мужчина пытался отыскать взглядом человека с неё, но не мог его найти. Как вдруг его взгляд упал на спину Цинь Му.

Юноша нёс корзину с травами, внутри которой он увидел седовласого старика без конечностей. Бедолага не был похож на мужчину с картины, ведь тот был Богом Меча в период своего расцвета. Его острый дух взрывался остротой испивших крови мечей.

Старик в корзине же отживал свои последние дни. Он выглядел так, будто его свеча жизни могла угаснуть в любой момент.

Прямо сейчас в нём было невозможно разглядеть было величие и остроту духа Бога Меча.

Тем не менее, Имперский Наставник был уверен, что этот старик и был тем самым Богом Меча, в конце концов приобретённые им просветления касательно меча пришли от нарисованного Бога Меча!

Слегка дрожа телом, Имперский Наставник нервно выдохнул, прежде чем дать некоторые наставления людям вокруг себя и крикнуть:

— Приветствую уважаемых гостей!

Городские ворота открылись. Солдаты в городе выстроились по обе стороны. Цилинь вошёл с высоко поднятой мордой, словно такая честь была предоставлена только ему самому. Между тем все те мечеподобные огни наводнением хлынули к Цинь Му, заканчивая свой путь нырком в корзину с травами за его спиной.

Старейшина высунул голову, увидев подошедшего его поприветствовать мужчину средних лет. Тот был человеком, который, как говорили, был святым, появляющимся раз в пятьсот лет, практиком номер один под богами, человеком, который был признан Богом Меча нынешнего поколения!

Взгляды двух мастеров пересеклись, лёгкая эйфория поселилась в их сердцах. Бог Меча предыдущего поколения и Бог Меча текущего поколения наконец встретились!..

Звоны от ударов по бронзовым гонгам обеих сторон разносились по всему полю боя, давая команду всем солдатам отступать. Десятки тысяч практиков чувствовали, как будто огромная ноша была снята с их плеч, в то время как их тела мгновенно пропитывались холодным потом…

Перевал Цинмэнь.

Старейшина вдруг вылетел из корзины и, словно отрастив руки и ноги, зашагал навстречу Имперскому Наставнику.

Два сильнейших человека своих поколений встретились!

— Как ты научился владеть мечом? — спросил старейшина.

Имперский Наставник традиционно поприветствовал старика и почтительно сказал:

— Ученик научился владеть мечом в ранние годы, но не пользовался им, пока ему не стукнуло сто шестьдесят лет.

— Ты понял меч в сто шестьдесят лет?

— Я подробно изучил все техники и высшие искусства в мире и постиг безграничные божественные искусства, таким образом, я понял меч и начал создавать свои собственные навыки меча, — торжественно ответил Имперский Наставник.

— Покажи мне свои навыки меча, — улыбнулся старейшина.

Имперский Наставник обнажил свой меч, и свет меча, заполнив небеса, осветил мир. Его навыки меча содержали в себе бесчисленные, чрезвычайно сложные изменения, как и непостижимые бесчисленные звёзды в небе, но просты, как счётные стержни.

Прямые, извилистые, непредсказуемые, как порывы ветра, казалось, словно они были способны трансформироваться во все навыки в мире… Неописуемое чувство.

Напирая своими навыками меча, ему было на что положиться, у него, казалось бы, была осязаемая основа, и дух, напоминающий пылающий огонь, разрывающийся яркими цветы преобразований. Казалось, что он хочет поджечь всё в мире, изменить присущие небеса и землю, никогда не меняющееся Великое Дао, реформировать всё, что является банальным, уничтожить недостатки старого поколения!

Мужчина хотел использовать свой меч, чтобы изменить пустые и банальные пути этого мира, открыть новые пути и позволить миру войти в новую эпоху!

Его навыки меча уже превзошли уровень техник и стали содержащими его философию навыками. Всего один шаг, и он сможет достичь области пути. С философией, жизнь была отдана навыкам, поэтому его навыки меча были пропитаны жизнью. Сделав лишь шаг вперёд, он сможет увидеть путь!

Имперский Наставник вернул меч в ножны и начал тяжело дышать. Его раны ещё не были исцелены, так что его совершенствование было не таким, как раньше. Тем не менее, перед Богом Меча предыдущего поколения, он был как ученик, желающий показать своё совершенное умение меча и с нетерпением ожидающий услышать его оценку.

— Превосходные навыки владения мечом, — похвалил старейшина деревни. — Без сомнения, ты человек номер один под богами, святой, появляющийся раз в пятьсот лет. Перед смертью я, наконец-то, встретил кого-то, с кем могу пообщаться. Я помогу тебе обрести свой путь.

Имперский Наставник гордо сказал:

— Сегодня на Перевале Цинмэнь дислоцируется миллион солдат, многие из которых мои ученики, однако, я твой ученик. Есть также многочисленные ученики из Имперского Колледжа, которые пришли сюда, помочь перед катастрофой, поэтому пусть учитель, пожалуйста, изложит свою мудрость и развеет наши сомнения!

— Лучше не стоит, мы просто пообщаемся, — улыбнулся старейшина.

Двое мечников шли бок о бок. Цинь Му следовал за ними. Сюн Сиюй же, подняв голову, со странным взглядом смотрела на идущих старика и мужчину средних лет, говоря себе под нос:

— В моём Дворце Истинных Небес Западных Земель нет таких выдающихся мужчин. Во главе одни женщины, а мужчины делают всё, что им велят. Но если бы мужчины Западных Земель были такими же смелыми и способными, как они, тогда женщины бы наверняка не были во главе…

Группа вошла в город, и Цинь Му увидел многих учеников Имперского Колледжа. Все они сидели со скрещёнными ногами и тихо ждали, но, тем не менее, не могли скрыть волнение, которое отражалось на их лицах.

Теперь, когда Империя Варварских Ди начала полномасштабное вторжение в Империю Вечного Мира, пострадавшую от массовых восстаний и снежной катастрофы, у людей не было возможности зарабатывать на жизнь. Население сократилось, становясь в основном обездоленным и бездомным. Прежде чем страна смогла оправиться от тяжёлых ударов, всё ещё чувствовалась острая нехватка пайков. Нехватка была даже у армии, поэтому ученики колледжа экономили на еде после приезда сюда.

Цинь Му увидел Вэй Юна, Цинь Юй и остальных. Вэй Юн всегда был настоящим толстяком, но теперь похудел от голода. Только когда они соберут осенний урожай, тяжёлая ситуация немного улучшиться.

Старейшина и Имперский Наставник сели.

— Цель моего визита — не говорить о навыках меча, — заговорил старик. — Я буду говорить только о пути. Пути меча. А сколько ты сможешь узнать из моей речи, будет зависеть лишь от твоего понимания. Раньше в этом мире не было такого понятия, как путь меча, но с тех пор, как было создано оружие, такое как меч, всё изменилось.

Многочисленные солдаты, вернувшиеся с передовой, подошли. Некоторые из них сняли свои доспехи и сели на землю, а некоторые просто стояли и слушали. Многие люди показали озадаченность, когда услышали лекцию старика.

— Может ли быть создано Великий Дао? — кто-то тихо сказал. — Разве мы не практики божественных искусств, изучающие естественное Великое Дао небес и земли?

Сердце Цинь Му слегка сжалось. Он вспомнил свой разговор с Небесным Королём Юем о том, как изменилось Великий Дао небес и земли. Творчество людей породило многие Великие Дао, которые не существовали в изначальном мире, а также оно изменило старое Дао, на нечто новое. Когда изменяется Великий Дао, меняются и навыки, это считается реформой.

Небесный Король Юй чувствовал, что реформы могут затронуть интересы богов и дьяволов, однако то, что сказал старейшина, было гораздо более глубоким.

Все были озадачены, потому что все они были людьми, которые совершенствовали Ци, и их неотъемлемыми знаниями было изучение путей, навыков и божественных искусств, которые передавались им. Кроме того, божественные искусства полагались на путь и навыки, так что если бы они изменили своё понимание, можно было бы представить, насколько большим потрясением это было бы для их сердец!

— Как создаётся Великий Дао? — спросил Имперский Наставник.

— Достигнув крайности, понимание придёт. Имперский Наставник, твои навыки владения мечом достигли своего пика?

— Ещё нет, — удивлённо ответил мужчина.

Старейшина улыбнулся:

— Позволь мне помочь тебе.

Старик нанёс колющий удар в сторону Имперского Наставника.

Всё вокруг начало меняться.

Тысячи гор и рек хлынули в лицо мужчины, и в долю секунды вместо перевала или даже поля боя с кровавой река всё окончательно изменилось. Вокруг раскинулся совершенно новый мир, в котором зелёные горные хребты переполнялись полной жизни зеленью, а реки текли вдаль. Каждая волна выглядела предельно ясной и реальной, в то время как жилки каждого листа на деревьях и кустах были абсолютно уникальны.

Все встали, были даже некоторые люди, которые поднимались в горы, а некоторые прыгали в реку. Были даже такие, которые срывали цветы, образованные огнями мечей, в то время как Цинь Му протянул руку, чтобы поймать каплю росы, стекающую с листа.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам.

Старейшина выполнил Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Это было движение, которое имело верховную власть, но в руках старика было совершенно безвредно. Вместо того, чтобы нанести ущерб, он привёл всех в странный мир. Как будто это место было реальным миром, сформированным путём меча.

Вся эта ситуация сильно повлияла на людей в округе, особенно на Имперского Наставника. Его тело дрожало, его душа дрожала. Он присел на корточки и приласкал землю, затем поднял голову посмотреть на звёздное небо. Старик показал ему истинное явление пути, тем самым позволив прикоснуться к пути меча.

Вдруг мужчина почувствовал, как распахнулась некая дверь, и он неподвижно замер с пустым выражением лица и взглядом.

Увидев это, старейшина мысленно воскликнул: «Святой, который появляется раз в пятьсот лет, действительно обладает гораздо лучшими способностями, чем Му’эр. Ему и правда удалось постичь путь за такое короткое время».

Глава 331. Подглядывание

Взгляд Цинь Му приземлился на каплю росы, застывшую на кончике его пальца. Неужели искусство меча могло достичь подобного уровня?

Навык меча, который в этот раз исполнил старейшина деревни отличался от всего, продемонстрированного им в прошлом. Показывая Цинь Му Меч, Шагающий по Горам и Рекам, тот учил его лишь технике, обращая внимание только на основы.

Несмотря на то, что в этот раз старик исполнил ту же самую технику, в ней было что-то дополнительное, отчего результат вышел совсем иным.

Казалось, будто старейшина исполнял метод создания земли и небес, порождая всё вокруг.

Меч Дао секты Дао использовал математику для анализа всех элементов природы, после чего Четырнадцать Писаний Меча Дао пытались воссоздать увиденное, обретая огромную мощь.

Меч старейшины, казалось, шёл совсем другим путём. Он создавал природу, используя меч как инструмент.

Трудно было сказать, какой подход был более эффективным. Однако, теоретически, выбор был очевидным. Меч Дао руководствовался философией повторения природы, в то время как Рисунки меча создавали её с нуля, что давало им неоценимое преимущество.

Повторение природы было способом учения, исследования окружающей среды. Созидание, с другой стороны, давало результат из ниоткуда. Судя по учениям секты Дао о том, что путь производит одно, одно производит два, два производя три, а три производят все вещи, — навык меча старейшины уже научился производить все вещи. Меч Дао повторял все элементы природы, но игнорировал все возможности.

Цинь Му сосредоточил свой взгляд на прозрачной, сверкающей глянцем капле росы. На её поверхности и вправду виднелись отражения безграничных вселенных, изображённых в малейших деталях.

— Голубые Глаза Небес, проснитесь! — с завертевшимися построениями в зрачках, Цинь Му попытался разглядеть мечи света, создавшие этот мир, с помощью Голубых Глаз Небес. Однако, несмотря на свой навык, и к своему глубокому разочарованию, он так и не смог их увидеть. Но он всё-таки заметил кое-что интересное. Капля отбивала объекты вокруг, и смотря на неё, можно было разглядеть бесчисленные детали отражений.

Посмотрев на отражение Имперского Наставника, Цинь Му увидел, что тот вошёл в какое-то удивительное состояние.

Глаза мужчины может быть и казались пустыми, но смотря на их отражение, юноша увидел бесчисленные изменения в сетчатке его глаз. Всматриваясь глубже, он, словно видел, как внутри глаз просветлённого формируется новый мир.

Успокаивая свой дух, Цинь Му поддерживал работу Голубых Глаз Небес. Продолжая смотреть, он начинал видеть всё чётче и чётче, и превращения сетчатки глаз Имперского Наставника будто открывали перед ним новый мир, демонстрируя магию созидания!

Цинь Му казалось, что он лично присутствовал в том мире, который открывался перед глазами Имперского Наставника. И он начинал понимать то же, что и последний.

Владея незаурядным талантом, наставник как раз осваивал путь меча. Не было ничего странного в том, что Патриарх Небесного Дьявольского Культа, старый Мастер Дао и Жулай ощутили к нему симпатию при первой же встрече и без раздумий передали сильнейшие искусства своих священных земель.

Цинь Му уступал ему в способностях к пониманию. Увидев навыки старейшины деревни впервые, Имперский Наставник тут же сумел провести с ними аналогии, обретая свой собственный путь меча.

Наблюдая за подобным талантом, нарушающим все законы природы, юноша был вынужден признать свою слабость. Тем не менее, он использовал силу капли росы, одалживая способности гениального мужчины, чтобы улучшиться самому.

— Поистине великолепно! — увидев происходящее, старейшина печально вздохнул, обращаясь к одноногому. — Несмотря на то, что понимание Цинь Му нельзя сравнивать с талантом святого, появляющегося раз в пятьсот лет, его смекалке и усердиям позавидует любой святой.

— Чего и стоило ожидать от моего ученика! — гордо хвастанулся одноногий.

— Как и стоило ожидать от нашего ученика! — добавил старейшина.

— Что ты думаешь о Имперском Наставнике? Он сошёл бы на роль Императора Людей? — спросил одноногий.

На мгновение замолчав, старик тихо ответил:

— Он ничем мне не уступает, и возможно, когда-то меня превзойдёт.

Одноногий бросил на него сомнительный взгляд:

— Я знаю, что ты всегда что-то недоговариваешь. Почему не сказать всё, что думаешь, с первой попытки?

Старейшина вздохнул:

— Я невероятно силён, и достиг предела искусства меча, но посмотри, что отрубило мои конечности, — обычный меч.

Одноногий ничего не ответил, и старик продолжил:

— Мои конечности были отрублены, отрублены человеком с мечом в руках. Имперский Наставник, святой, появляющийся раз в пятьсот лет, может быть и станет сильнее меня, но, если ему не улыбнётся удача, он так и застрянет в области Божественного Моста. И если ему не удастся отстроить свой божественный мост, то он закончит не лучше моего.

Дрогнув телом, одноногий посмотрел на Имперского Наставника, после чего перевёл взгляд на Цинь Му и с вопросительным видом спросил:

— После твоей, моей и Имперского Наставника смерти, что станет с Цинь Му?

— Поначалу, я надеялся, что тот окажется обычным человеком, который проживёт нормальную жизнь. Однако, он превысил все мои ожидания, и все мои планы на него один за другим разрушил. Я не уверен в его будущем. Сочтя его обычным человеком, я всё-таки занялся поисками деревни Беззаботной, осознавая, что у него могут быть невероятные качества.

Одноногий рассмеялся:

— Обычным? Старик, кажется, у тебя крыша едет. Разве Тело Тирана может быть обычным? У Му’эра Тело Тирана, как он может быть простым человеком?

Лицо старейшины замерло, и он с трудом выдавил из себя смех, после чего продолжил:

— Всё верно, я забыл, что у него Тело Тирана, и делать такие вещи для него вполне обычно. Впрочем, в этот раз он всё равно превзошёл мои ожидания. Я думал, что он сможет понять что-то о пути меча, но увидеть понимание Имперского Наставника в отражении на капле росы. Это слишком… слишком…

Он не мог подобрать нужного слова, на что одноногий громко рассмеялся:

— Слишком немыслимо!

Старейшина кивнул, не зная смеяться ему или плакать:

— Это и вправду немыслимо! Му’эр, наш малыш, я думал он никогда не пробудет свой духовный эмбрион, но он справился. Я думал, что он застрянет в этой области без нужной техники, но он нашёл технику Тела Тирана… Кхм, технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Я думал он будет как все, но он избил каждого из трёхсот шестидесяти Мастеров Чертога Небесного Дьявольского Культа, становясь их Владыкой. Я не ожидал, что он сможет изучать то, что мы показывали, со столь шокирующим успехом, — старик горько улыбнулся. — Я думал, что никогда не признаю его и не передам ему своё наследие, но я всё это сделал. Я даже отдал ему свою ответственность и ношу, — вспоминая прошлое, он почувствовал желание рассмеяться. — Поначалу я не доверял ему, не думая, что он сможет достичь чего-то выдающегося. Однако, с каждым днём он поднимает мои ожидания всё выше и выше. В конце концов я осознал, что доверяю ему больше, чем кому-либо другому. Честно говоря, воспитывая его, мы и сами сильно выросли.

Давя фирменную лыбу, одноногий спросил:

— Что ты имеешь в виду?

На лбу старейшины проступили морщины, после чего его лицо озарилось идущей от самого сердца улыбкой:

— Я имею в виду, что я высшего мнения о Цинь Му, выращенном нами малыше, чем о Имперском Наставнике. Ребёнок, которого нам пятнадцать лет назад принесла Вздымающаяся, родился необычным! Его талант не такой высокий, как у Наставника, не говоря уже о способности к пониманию, но в нём есть что-то, чего я пока не смог понять…

— Это Тело Тирана! — эмоционально воскликнул одноногий.

Улыбка на лице старейшины вновь замерла, и под давлением каши из эмоций в голове он пробормотал:

— Может быть дело в Теле Тирана. По воле случая обычный человек может совершить чудо однажды, и возможно дважды, если удача будет на его стороне. Но после трёх-четырёх раз. Дело будет не в удаче и не в случае. На самом деле, он и вправду не такой как другие, он Тело Тирана, достойное нашего уважения. Наш Му’эр унаследовал все хорошие стороны нас, неудачников, забившихся в уголке Великих Руин, и научился на наших ошибках. Он определённо сможет достичь большего, чем его учителя!

Имперский Наставник Вечного Мира постигал путь, его понимание становилось всё глубже и глубже. Смотря на его отражение в капли росы, Цинь Му мог видеть весь процесс в малейших деталях.

Наблюдая за тем, как мужчина постигает путь меча, он многому бы научился, так как тот был на много областей выше его.

Несмотря на то, что Цинь Му пока что находился на начальной стадии навыка, пользуясь талантом Имперского Наставника он мог заглянуть в области пути меча.

Количество пользы, которую это ему принесёт, было тяжело представить!

По сравнению с гигантом вроде Имперского Наставника, Цинь Му казался лишь маленьким ребёнком. Тем не менее, у этого ребёнка появился шанс забраться на плечо гиганта, чтобы посмотреть на мир с его высоты.

Хотя каждый солдат на Перевале Цинмэнь пытался освоить Меч, Шагающий по Горам и Рекам старейшины, число тех, кому удавалось что-то понять было очень малым. Большинство из них смогли изучить лишь одно-два движения, чего, впрочем, им хватило бы до конца жизни. Никому больше не повезло выучить столько же, сколько Цинь Му!

Эффект был таким же огромным, как от изучения главных чудес меча от старейшины или Имперского Наставника, двух богов меча!

Спустя длительное время, Имперский Наставник наконец вышел из своего транса, обретая неописуемую ауру.

Взобравшись на самую высокую вершину, можно было рассмотреть любую гору, бросив не неё мимолётный взгляд.

Теперь, когда он достиг предела навыка меча, наблюдение за всеми навыками меча и божественными искусствами мира вызывало у него грусть. Здесь не осталось ничего, что могло бы заставить его глаза зажечься.

Лицо Имперского Наставника обрело горькое выражение, но спустя некоторое время, он ощутил что-то странное, он чувствовал, как кто-то пялится прямо на него, на его сердце Дао, на его познание пути!

Удивившись, Имперский Наставник повернулся в сторону источника взгляда, его глаза упали на Цинь Му. Замирая на мгновение, он внезапно разразился смехом, качая головой:

— Вижу, Владыка Небесного Святого Культа отлично использует других себе на пользу.

Цинь Му сразу же ощутил на себе его взгляд. В нём было что-то жгучее, из-за чего он тут же повернулся, а когда их взгляды пересеклись, радостно улыбнулся:

— Небесный Король, извините, что помешал.

Имперский Наставник улыбнулся в ответ:

— Без проблем.

Внезапно горы и реки вокруг исчезли вместе с мечами света. Пряча их, старейшина обратился к Имперскому Наставнику:

— Ты постиг путь.

Тот поклонился, демонстрируя свою благодарность:

— Если бы не урок брата Дао, я не знаю, сколько ещё времени бы мне понадобилось для того, чтобы постичь путь.

Руки и ноги старейшины, созданные из жизненной Ци, рассеялись, когда старик проговорил:

— Подойди поближе и осмотри раны на моих отрубленных конечностях. Я оставил их на память, не смея вытирать или лечить. В будущем, ты можешь встретить бога, который их оставил.

Имперский Наставник Вечного Мира торжественно подошёл, после чего присел, тщательно осматривая раны.

То, что он увидел, было шрамами, оставленными на старом Императоре Людей мечом бога, чей навык превзошёл старика. Практик меча был повержен мечом. В глазах Имперского Наставника, навыки меча старейшины достигли области пути, а значит сильно его превосходили. Но в ранениях он увидел путь, который был даже более сильным!

— Ты уверен, что сможешь его одолеть? — спросил старейшина.

— Не сейчас. Однако, может быть когда-то смогу. Ты передал мне путь меча, становясь просветлением для моего навыка меча, теперь ты мой учитель. Ты не хотел бы передать мне ношу, которую тащил на себе? — с угрюмым лицом спросил Имперский Наставник.

Старейшина деревни покачал головой, улыбаясь:

— В этом нет необходимости. Я уже кое-кому её передал.

Сердце Имперского Наставника яростно задрожало, но он внезапно всё осознал.

Посмотрев на Цинь Му, мужчина тихо спросил:

— Новый Император Людей?

Глава 332. Божественна пушка

Новый Император Людей!

Имперский Наставник стоял с непонятным взглядом и странными мыслями в голове. Как Император Людей предыдущего поколения, старейшина не заботился о славе и богатстве и даже не желал власти. Он не боялся никого из мира смертных, за это его и уважали!

Однако, будет ли Цинь Му, новый Император Людей, как старейшина?

Императоры Людей были невероятно могущественны, настолько, что даже Император Яньфэн был им не ровней. Их харизма была даже выше, чем у Имперского Наставника!

Имперский Наставник был в Маленькой Нефритовой Столице и узнал некоторые секреты, относящиеся к силе Императора Людей. Он и Император Яньфэн хотели объединить все секты и священные земли в мире, но было не так много тех, кто бы подчинился им. Однако это было возможно для Императора Людей. Он мог заставить секты подчиняться ему. Сила Императора Людей не была дана ему в бою на поле боя, она была дана ему большими сектами и священными землями!

Если бы в Маленькой Нефритовой Столице знали, что Цинь Му новый Император Людей, они бы, вероятно, поддержали его. Если юноша одурманится властью, он может захватить трон Вечного Мира, полностью уничтожив великое дело Имперского Наставника и Императора Яньфэна!

— Если ты и Император Яньфэн потерпите неудачу, Император Людей всегда будет рядом, как ещё одна надежда на спасение, — сказал старейшина.

Сердце Имперского Наставника дрогнуло, он отвёл взгляд:

— Я не потерплю неудачу.

— Надеюсь, ты не подведёшь. Я не хочу, чтобы Му’эр пострадал.

Цинь Му подошёл к ним, из-за чего они закрыли рты и перестали разговаривать.

Взгляд мужчины снова упал на юношу, и в его сердце возникло странное чувство. Примерно шестнадцатилетний мальчик перед ним, можно сказать, обладал величайшим авторитетом в мире, но он ничего об этом не знал. Он был нынешним Владыкой Небесного Дьявольского Культа, имперским академиком Имперского Колледжа, преемником деревни Цань Лао, но что его действительно выделяло, так это титул Императора Людей. Его власть была даже выше, чем у Императора и Наставника, но он, казалось, не знал, что всё это значит, это было действительно странно.

Одноногий заметил выражение лица Имперского Наставника и с улыбкой подумал: «Имперский Наставник, вероятно, не знает, что у Му’эр есть сокровище, которое символизирует имперскую силу семьи Лин. Если бы он знал, что Диск Императора был у него, он, вероятно, подпрыгнул бы вверх от ярости».

Старик отдал нефритовый диск юноше для развлечения. Изучая его десятки лет, но так и не сумев постичь заключённого в нём чуда, он не видел больше смысла хранить побрякушку у себя. Однако он знал, что диск символизирует, ведь тот был подарен семье Лин богом, тем самым даруя им имперскую власть. Доподлинно известно, что техника Девяти Монархических Драконов семьи Лин была изучена с Диска Императора.

Воровство такой вещи стало довольно серьёзным инцидентом, но Император Яньфэн не позволил информации о нём просочиться, поэтому об этом не знал не то, что обычный люд, а даже приближенные двора.

Поэтому никто даже представить не мог, что Диска Императора в руках Цинь Му!

С диском и печатью Императора Людей, юноша был человеком с наибольшим авторитетом в этом мире, но он даже не догадывался об этом.

«Если бы этот глупый мальчик узнал об этом, он был бы шокирован до такой степени, что не смог бы закрыть рот!» — эта мысль приятно порадовала одноногого.

Помощник министра Министерства Работ Шань Юсинь подошёл и поприветствовал Имперского Наставника, после обратился к Цинь Му тихим голосом:

— Владыка, пушки в летающем корабле должны быть отремонтированы после сражения. Могу я попросить Владыку помочь нам?

— Твои навыки ковки ничуть не уступают моим, так зачем тебе моя помощь? — в замешательстве, спросил юнец.

— Есть проблемы с формированием разметки в основании пушки. После активации пушки около девять раз, её ствол раскаляется, а маркировки построения повреждаются, мощность построения резко уменьшается и даже может привести к взрыву орудия, — Шань Юсинь был Мастером Чертога Небесных Изделий, собрав все мысли в голове, он сказал. — Во время борьбы с Империей Варварских Ди, более десяти пушек уже взорвались, и более ста практиков божественного искусства погибли от этого. Маркировки построения пушек была разработана Чертогом Небесных Изделий и залом Множества Элементов вместе. Я думаю, что это может быть вызвано несовместимостью чёрного золота, видимо, его недостаточно, чтобы справиться с напряжением…

— Я не думаю, что это несовместимость чёрного золота, — юноша покачал головой, — скорее всего, это связанно с построением, которое вызвало термический распад. Я пойду с тобой и проверю лично.

— Термический распад? — глаза Шань Юсиня загорелись, он добавил. — Это возможно! Но проектировка зала Множества Элементов совершенна, боюсь, что её будет сложно улучшить.

Имперский Наставник поднял брови, смотря в спину двум уходящим людям:

— Владыка на самом деле знает путь ковки сокровищ так хорошо, что даже Помощник Министра Шань приходит посоветоваться с ним!

— Му’эр очень хорош в ковке, — улыбнулся одноногий.

Мужчина взглянул на него и вспомнил, как этот бесстыдный старый вор нагадил на его кровать и помочился в чайник, в результате чего его лицо немного помрачнело. Кроме того, картина Бога Меча также была украдена им!

Цинь Му и Шань Юсинь пришли на летающий корабль и увидели многочисленных чиновников из Министерства Работ, старающихся отремонтировать повреждённые части на корабле. Несколько пушек пребывали в повреждённом состоянии явно после самодетонации, на стволах этих пушек даже остались пятна крови.

Такие пушки назывались Пушками Истинного Происхождения. На торговом судне их не было, Фань Юньсяо действительно хотел получить несколько, но их нельзя было купить на рынке.

Цинь Му сначала проверил, откуда произошёл взрыв, а затем изучил причину взрыва. После этого он проверил секцию металла, взглянул на батареи и пробормотал про себя:

— Кроме проблем в ковке, построения неправильные. Их трудно изменить. С войной у нас не будет времени перековывать батареи и переделывать построения. В этом случае мы можем только внести изменения в пушку. Мне кажется нужно добавить кольцеобразные сокровища в отверстия пушек и глубины их стволов, используя их для концентрации света.

Он отрезал огромный кусок чёрного золота от пушки и расплавил его своей жизненной Ци, выковывая прямо на месте. Многочисленные чиновники из Министерства Работ пришли понаблюдать за его работой. Они все были полны похвал, доставая бумагу и кисть, записывая его методы ковки.

Немного погодя Цинь Му выковал два кольца и оставил на них отметки построений. Ими оказались Небесные Отметины техники Пробуждения Глаз Девяти Небес, перенятой им у слепого. Два кольца выглядели как глаза, только без зрачков. Одно из колец было размещено в глубине отверстия пушки, а другое в противоположном конце.

Цинь Му превратил жизненную Ци Красной Птицы в пылающий огонь и соединил знаки построения Пушки Истинного Происхождения с построениями на двух кольцах, говоря:

— Мастер Шань, попробуй активировать Пушку Истинного Происхождения.

Энергия для Пушки Истинного Происхождения подавалась из целебных печей летающего корабля. После их улучшения, Пушки Истинного Происхождения могли выпускать всю свою мощь.

Шань Юсинь немедленно отдал приказ солдатам запустить печь и подняться в воздух. Летающий корабль плыл в воздухе и отправился в сторону Зоны Утиного Языка.

Невероятно яркий луч света, выстрелил по прямой и ударил солдата Империи Варварских Ди, который очищал поле битвы. Обнося трупы в поисках сокровищ, солдат полагался на свою высокую скорость, но откуда ему было знать, что сегодня его жизни придёт конец? Его пронзил свет, труп упал на землю. Чиновники на летающем корабле были ошеломлены. Они удивлённо смотрели друг другу в глаза. Первоначально луч Пушки Истинного Происхождения мог достигать только тридцати километров, но теперь он мог охватить более ста километров!

Шань Юсинь лично отрегулировал батарею и выстрелил второй раз. Еще один луч света выстрелил, и ещё один солдат Империи Варварских Ди рухнул на землю, умирая неестественной смертью. Другие солдаты Империи Варварских Ди начали защищаться, поскольку Шань Юсинь стрелял неоднократно, убивая солдат один за другим. Ни один из них не сбежал живым, остались только их лошади, которые ускакивали к горному перевалу.

Мастер Шань дотронулся до ствола пушки и с удивлением сказал:

— После семнадцати выстрелов пушка в полном порядке! Имперского Наставника, Имперского Наставника! Быстрее, пригласите Имперского Наставника!

Через мгновение Имперский Наставник подошёл к кораблю. Шань Юсиню было трудно скрыть своё волнение, он поклонился:

— Имперский Наставник, теперь мы можем захватить Империю Варварских Ди!

Сердце Имперского Наставника сильно дрожало, и он с мрачным лицом сказал:

— Помощник министра Шань, отставить шутки на войне!

— Имперский Наставник, это не шутка! Пушки Истинного Происхождения на нашем летающем корабле могли стрелять только в радиусе тридцати километров. На поле битвы, где много экспертов, практики области Семи Звёзд могут использовать свои пилюли меча и забирать жизни людей также за тридцать километров. Вот почему Пушки Истинного Происхождения на летающем корабле могли быть расположены только в средней гвардии, и они могли стрелять только восемь-девять раз. Теперь Пушка Истинного Происхождения может стрелять в радиусе ста шестидесяти километров; радиус увеличился в пять раз!

Имперский Наставник вскочил в шоке и закричал:

— Сто шестьдесят километров? Ты уверен, что она стреляет на сто шестьдесят километров?

Шань Юсинь тяжело кивнул и сказал:

— Сто шестьдесят километров, не меньше. Кроме того, после улучшения Владыки Культа Цинь, ствол не становится горячим, и это самый важный момент, мы можем стрелять столько раз, сколько захотим! Летающие корабли первоначально были в средней гвардии, но теперь, они могут полностью выстроиться в линию и быть использованы для атаки! Наша армия насчитывает более двухсот летающих кораблей, и по обе стороны от кораблей есть два ряда Пушек Истинного Происхождения. Каждый ряд имеет восемь пушек, а также четыре пушки в передней и задней части кораблей, в общей сложности сорок пушек. С помощью более чем двухсот летающих кораблей — от восьми до девяти тысяч пушек, мы сможем убивать врагов с расстояния более ста километров, убивая их волнами. Мы определённо сильнее!

Имперский Наставник, глубоко вздохнув, пробормотал:

— Мастер Шань, с этой пушкой мы можем не отказывать себе в еде, а также бесчисленное количество солдатских жизней будет спасено…

Шань Юсинь поклонился:

— Это работа Владыки, я не смею брать на себя его заслуги.

Цинь Му в настоящее время зарисовывал построения отметин Глаз Небес, а когда закончил, он передал их чиновнику Министерства Работ.

Имперский Наставник пошёл вперёд, прежде чем с подозрением спросить:

— Это какой-то зрачок божественного искусства! Ты использовал такой на Пушке Истинного Происхождения?

Юноша вымыл кисть и кивнул:

— Основание пушки — это зрачок, а свет — взгляд, это и правда сработало.

Мужчина был удивлён:

— На Этажа Небесных Записей Имперского Колледжа есть более сотни навыков зрачков, и среди них самый сильный называется Солнечный Удар, который даже я, возможно, не смогу совершенствовать. Я записал построения отметин Божественных Глаз Солнечного Удара, хочешь посмотреть? Ты сможешь сделать огромную пушку?

Его жизненная Ци вырвалась наружу, и появились слои отметин построения, превращаясь в несравнимо сложный зрачок.

Осмотрев его в деталях, Цинь Му уменьшился всем телом. Пройдясь прямо посреди отметин построения, его тело, вернувшись к нормальному размеру, приземлилось на землю, и он сказал:

— Для создания этой пушки потребуется много людей, для такой работы нужно от двух до трёх фабрик. Одна пушка будет изготавливаться в течение двух месяцев. Кроме того, такая пушка будет чрезвычайно огромной, намного тяжелее любого другого духовного оружия! Откуда у Имперского Наставника такой сложный божественный глаз?

— Великие Руины, — сказал тяжёлым голосом мужчина. — Я также был потрясён, когда впервые увидел этот навык зрачка, но можешь ли ты понять, для чего он используется?

Цинь Му покачал головой.

— Убийство богов, — спокойно объяснил Имперский Наставник. — Если ты сможешь создать его, тогда станешь мастером небесных изделий номером один в мире. Пушка, которую ты изготовишь, будет способна убивать богов!

Юноша немедленно махнул рукой, очень искренне говоря:

— Я не смею называть себя лучшим в небесных изделиях, я всего лишь номер два.

Глава 333. Божественные Глаза, Откройтесь Заново!

Имперский Наставник Вечного Мира, казалось, смеялся, но говорил серьёзно:

— Священный Владыка Культа не слишком скромен.

Цинь Му слегка недоумевал, ведь определённо был скромным, но в то же время довольно объективным, признавая то, что был всего лишь на втором месте, а не на первом. Он никогда не хвастался, как его поведение могло вызвать подобную реакцию?

Помощник Министра Шань Юсинь был Мастером Чертога Небесных Изделий Небесного Дьявольского Культа, чьи навыки ковки считались одними из лучших в мире. Несмотря на то, что в других сектах было немало талантливых людей, никто из них не мог сравниться с мужчиной.

Тем не менее, тот уступал Цинь Му, который в свою очередь чувствовал, что уступает немому. Поэтому признавая, что он на втором месте в мире можно было считать скромностью и объективностью. Старый Ма всегда учил его не быть самовлюблённым и вспыльчивым, не льстить и не подавлять людей, и юноша слепо следовал этим указаниям.

Дело было лишь в том, что остальным людям казалось, что быть на втором месте во всём мире в столь юном возрасте было невероятным достижением. Более того, когда юнец признавал, что он к тому же был вторым в мире врачом, слушатели просто сходили с ума.

Недолго поразмыслив над ситуацией, Цинь Му составил список материалов, прежде чем передать его Имперскому Наставнику. Это были приблизительные подсчёты количества ресурсов, нужного для создания подобной пушки. Если бы их не хватило, всегда можно было достать ещё.

Взяв список в руку, Имперский Наставник быстро его осмотрел, после чего спросил:

— Владыка Небесного Святого Культа хочет опустошить имперскую сокровищницу?

— С чего Имперский Наставник это взял? — недоумевая спросил юноша.

— Чёрное золото и медь из списка не станут проблемой. Даже если понадобится больше, чем запас нескольких шахт, империя переживёт. Однако, где я, по-твоему, должен найти божественное золото и другие божественные материалы? — выбросив список, мужчина искренне на посмотрел на юношу. — Владыка хочет положить руку на имперскую сокровищницу? В таком случае, для него подготовлено место у входа на рынок.

— Имперский Наставник, то, что ты собираешься создать — орудие для убийства богов, что-то намного более значимое, чем наследное сокровище культа, способное убить кучку мастеров культа! Ах да, я ещё забыл добавить, что нужно будет платить зарплату некоторым последователям Небесного Святого Культа, так как в создании пушки потребуется их помощь.

Продолжая размышлять, Цинь Му посчитал расходы на зарплату и количество заводов, которые понадобятся для производства. Кроме того, он вписал имена некоторых высокопоставленных чиновников первого ранга, которые тоже должны будут принять участие в процессе.

— Чтобы создать божественное орудие, мне понадобятся все практики божественных искусств, хорошо владеющие алгеброй. Лучше всего было бы призвать экспертов секты Дао! — записав название секты Дао в список, он добавил. — Каждая часть божественного орудия требует невероятной точности, поэтому придётся провести очень много расчётов. Боюсь, что одним лишь ученикам Имперского Колледжа уйдёт на это несколько сотен лет, а их подсчёты обязательно будут иметь кучу ошибок. Эксперты секты Дао очень сильны в этой области, мы определённо нуждаемся в их помощи.

Имперский Наставник слегка изменился в лице, чувствуя, как стопка бумаги в его руках тяжелеет. Он был уверен, что даже с возможностями всей империи им не удастся построить более чем одну Божественную Пушку Солнечного Удара!

Самой большой проблемой было заручиться поддержкой секты Дао. Старый Мастер Дао пытался убить Императора Яньфэна, и почти преуспел в этом. Более того, они присоединились к восстанию предыдущего наследного принца, едва не сумев посадить его на трон. После произошедшего Император Яньфэн и наследный принц Лин Юшу начали безжалостно мстить даосам, поэтому две стороны были не в лучших отношениях. Они ладили не лучше, чем огонь и вода.

Просить экспертов секты Дао о помощи было очень сложной задачей.

Однако, орудие обязательно нужно было создать. В противном случае, когда случится новая катастрофа, как они защитят себя?

Имперскому Наставнику ещё предстояло вернуться в свою лучшую форму, откуда можно было знать, что он вылечится до того, как придёт беда?

— Имперская Сокровищница опустошена, у нас нет столько денег. Возможно, Владыка сделает нам скидку? — поинтересовался наставник.

Подсчитав, Цинь Му ответил:

— После захвата Дворца Золотой Орхидеи, Имперский Наставник позволит мне выбрать себе сотню сокровищ. В таком случае я сам заплачу своим людям.

Мужчина хотел продолжить торговаться, когда Цинь Му добавил:

— Небесный Король, я не прошу платы за мои услуги. А пригласить второго в мире мастера небесных работ совсем не дёшево! Более того, я все ещё Владыка Небесного Святого Культа!

Имперский Наставник вздохнул:

— Зря я согласился стать Небесным Королём Небесного Святого Культа, мои руки связаны, и я не могу даже поторговаться. Я собираюсь обсудить этот вопрос с Императором и попросить его принять решение. За последние годы Империя Вечного Мира аннексировала много земель и уничтожила бесчисленное количество сект, поэтому в её сокровищнице должны быть некоторые запасы божественного золота и материалов. Нужно лишь чтобы Император кивнул головой. Подожди две недели, и его величество выдаст указ!

Цинь Му обернулся, чтобы помочь ковать Кольца Небес. Он не слишком беспокоился о божественном золоте и других материалах, так как не находил их очень ценными, потратив огромное количество сокровищ на изготовление своей пилюли меча. В конце концов ему они достались из сокровищницы культа, правда взамен собственных артефактов, но расставание произошло быстро и безболезненно.

Министерство Работ, ученики Имперского Колледжа и он занялись ковкой Колец Небес, проделывая работу с невероятной скоростью. В войне скорость была решающим фактором, и несмотря на то, что им всего лишь нужно было модернизировать существующие орудия, количество последних превышало семнадцать тысяч, отчего масштаб проекта становился поражающим.

Как только Кольца Небес соединялись с символами построений, они могли концентрировать свет истинного происхождения в центре орудия, не позволяя ему контактировать со стенками. Из-за этого свет становился тонким как горлышко чашки, благодаря чем оружие не перегревалось, а чёрное золото не страдало от теплового распада.

Луч Пушки Истинного Происхождения изначально был толстым, как бочка, но теперь он значительно сузился. Площадь поражения уменьшилась, но дальность стрельбы увеличилась до шокирующих высот. Более того, стрелки теперь могли производить столько выстрелом, сколько им хотелось, не волнуясь о том, что орудие взорвётся от перегрева. Это превратило летающие корабли в боевые.

На самом деле, Глаза Небес были не самым лучшим улучшением, которое можно было применить к Пушке Истинного Происхождения. Из числа Навыков Пробуждения Глаз Девяти Небес, Глаза Небес были базовым, в то время как остальные восемь умения владели намного большей силой.

Самым сильным было девятое небо, Огненные Глаза Небес.

Однако, построение Глаз Небес было самым простым для изучения. Его создание не требовало огромной работы или излишнего количества ресурсов, поэтому Цинь Му решил использовать именно его.

Если бы его выбор пал на Огненные Глаза Небес, ему пришлось бы потратить десять-пятнадцать дней на создание одного кольца. Символы построений этой техники были невероятно сложными, используя их луч света можно было бы сделать тоньше иголки, благодаря чему значительно увеличилась бы поражающая дальность. Однако, для активации подобного орудия требовалось бы огромное количество энергии, которое даже имперская сокровищница не смогла бы себе позволить.

«Если выковать Огненные Кольца Небес, способные сузить луч света до размеров иголки, в мире не останется крепости, которую тот не сможет одолеть. Даже армия из десяти тысячи людей и лошадей не сможет захватить священную землю, вооружённую таким оружием!» — Цинь Му подсчитал сколько будет стоить создание подобного оборонного орудия, тут же разочаровываясь. Небесному Святому Культу, может быть, удастся построить его, но денег для использования и ведения огня не останется, так как для этого потребуется огромное количество медицинских камней.

Его мысли снова куда-то углубились. Несмотря на то, что Огненные Глаза Небес не будут такими сильными, как Божественные Глаза Солнечного Удара, навык Пробуждения Глаз Девяти Небес слепого содержал в себе символы построения девяти слоёв небес, сила которых равнялась объединённой силе девяти небес. Это было поистине ужасающе!

«Когда у слепого ещё были его глаза, он что, мог убивать одним лишь взглядом?» — увлёкся подобной мыслью Цинь Му. Немой был не очень высоким, поэтому всегда приподнимался, опираясь на бамбуковую трость, в попытке продемонстрировать свою высокую грамотность. Было сложно представить, насколько ужасающим был взгляд старика, когда у него ещё были глаза.

И что за существо умудрилось выколоть эти божественные глаза?

Если Бог Копья тех времён владел столь ужасающими глазами, кто оказался в силах так его ранить, опуская в столь жалкое состояние?

«Секта Дао? Монастырь Великого Громового Удара? Ли Тяньсин? А может Маленькая Нефритовая Столица?» — раздумывая, Цинь Му внезапно вспомнил юношу по имени Сюй Шэнхуа. Может быть, Высокие Небеса, место откуда тот пришёл, стоит за этим?

Слепой прослыл Богом Копья, но его сила лежала в божественных глаза. Но их выкололи.

Мясник был известен как Бог Ножа, и однажды прорубил себе путь к самим небесам. Легенда гласит, что появился бог, разрубивший старика напополам.

Старейшина деревни был известен как Бог Меча, но его конечности отрубил меч.

Может быть, здесь была какая-то связь?

Одноногий был известен как Бог Воров, но его ногу отрубил Имперский Наставник, когда тот осмелился обворовать имперский дворец. Его история отличалась от историй слепого, мясника и остальных. Немой тоже когда-то потерял свой язык, но старик ничего не мог об этом рассказать.

Целитель сам сорвал своё лицо, ввязываясь в серьёзные проблемы из-за любовных интрижек. Глухой тоже сам отрезал свои уши за то, что не обращал внимания на мирские дела. У бабушки Сы в сердце поселился дьявол Ли Тяньсина, ведя борьбу за её божественную красоту. Старый Ма отрубил свою руку чтобы расплатиться за доброту его учителя. Все эти события определённо не были связаны.

Только у ранений мясника и старейшины была одинаковая причина… — бог.

Между тем человек, вырвавший глаза слепого, так и оставался неизвестным.

«Где сейчас находятся глаза слепого? — впал в оцепенение Цинь Му, но вскоре потряс головой, отбрасывая подобные мысли в самый дальний закоулок своего разума, и продолжил прежние рассуждения. — Исходя из механизма работы Пушки Истинного Происхождения, я могу воспользоваться Навыком Пробуждения Глаз Девяти Небес для создания божественного искусства зрачка. Дедушка слепой обучил меня лишь технике, не показывая божественных искусств. Но я и сам могу их придумать! Как только мне удастся совершенствовать божественные глаза, посмотрим, кто осмелится попытаться их выколоть!» — он тут же начал воплощать свои мысли в действие, исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Используя Семь Писаний Создания Великих Небесных Дьявольских Рукописей, он исполнил техники создания Короля Людей и Земного Эона. В тот же миг сила его жизненной Ци начала скапливаться в его глазах.

Вокруг зрачков юноши появились символы построений, превращаясь в Голубые Глаза Небес. Как только он исполнил технику, наружу выстрелили два луча.

Глаза Цинь Му разразились пламенем, чей свет становился всё интенсивнее и интенсивнее. Сфокусировавшись на орудие впереди, он тут же разделил её на три части!

Люди на корабле немедленно оглянулись, из-за чего он в спешке отвёл свой взгляд в сторону и, улыбаясь, проговорил:

— Не паникуйте, я просто подумал, что эту пушку уже не починить, поэтому решил её переплавить.

Удивление на лицах зрителей не исчезло, в то время как сердце Цинь Му начало неистово биться, отчего он сжал кулаки: «Божественные глаза невероятно могучи, любой, на кого я посмотрю, умрёт…»

Одноногий и старейшина сидели перед вратами поместья городского лорда, купаясь в лучах солнца. Увидев пару лучей, одноногий тут же покачал головой:

— Му’эр, негодник, снова буянит. Он совсем не боится, что его глаза могут не выдержать огня. Слепой тоже хорош, обучить юнца такой опасной штуке.

Старейшина посмотрел на него, отвечая:

— Смотря на Цинь Му, несложно представить, насколько сильными были божественные глаза слепого. Человек, выковырявший их, определённо не обычное существо. Если где-то есть кто-то способный на подобное, тебе нужно быть осторожным. Может ему понравятся твои ноги.

Одноногий задрожал, поворачивая к нему голову, после чего тихо ответил:

— Ты имеешь в виду, что кто-то собирает части, достигшие области бога? Для чего они ему?

— Чтобы слепить из них бога, — вздохнул старейшина. — Я не единственный представитель моего поколения, кому повезло выжить. Возможно, когда-то ты встретишь кого-то подобного.

Одноногий удивлённо откинул голову:

— Я очень быстрый, так что не пытайся меня напугать. Я просто убегу!

Старейшина посмотрел на Цинь Му, стоящего не корабле, говоря низким тоном:

— Как бы я хотел срубить все препятствия, которые возникнут перед Цинь Му, чтобы тот мог спокойно расти. Но я не знаю, удастся ли мне прожить так долго… Му’эр ещё слишком молод. Если бы он был хоть немного сильнее…

****

Во Дворце Золотой Орхидеи Паньгун Цо сидел в окружении могущественных физических тел, стоящих на алтарях, каждое из которых поочерёдно исполняло заклятие, бомбардируя древнюю книгу в центре зала. Впрочем, им так и не удавалось её открыть.

Это была одна из тех книг, которые он стащил с древнего корабля.

Бум!

Раздался оглушительный взрыв, и печать на книге наконец разбилась. Паньгун Цо был не в силах сдержать свою радость, в спешке её открывая. После прочтения нескольких строк, его лицо ужасно почернело, и книга тут же полетела на землю:

— Снова Великие Небесные Дьявольские Рукописи! Бог из деревни Беззаботной принадлежит к Небесному Дьявольскому Культу, что ли?

Пол под его ногами был завален старинными книгами. Лишь одна из них ещё была закрыта.

Собравшись с мыслями, Паньгун Цо использовал остатки сил, чтобы активировать древние тела и открыть её.

Когда он открыл первую страницу, из неё полился золотой свет, полностью освещая священный зал.

Паньгун Цо испытал невероятную радость.

Глава 334. Священные руки

«Что это за техника такая?» — думал про себя Паньгун Цо. Эта книга была золотой, её было чрезвычайно трудно уничтожить. В ней было не так много слов, и все они были вырваны из контекста. Например, были такие словосочетания, как “Сорочий Мост”, “Загадочный Путеводитель”, “Пересекающийся Бог”, значения которых были неизвестны.

Парень посмотрел на первую страницу, где увидел великолепное, ослепляющие небесное облако. Золотистым сиянием озарили зал именно лучи, исходящие от рисунка. Несмотря на то, что это был явно рисунок, но уж слишком реалистичный. Казалось, словно небесные облака на нём реальные. Перед ним предстал сломанный мост, а на его конце стояла богоподобная фигура.

Паньгун Цо был ошеломлён. Всё это ему что-то напоминало. Затем он внимательно осмотрел картинку и заметил солнце и луну, а также пять элементов:

— Божественное Сокровище Божественного Моста! А фигура бога должна быть исконным духом! Что такая картинка делает в золотой книге? Божественный мост деревни Беззаботной ведь завершён, верно? Тогда почему он нарисован сломанным?

На других страницах были разные картинки, изображающие различные пути циркуляции: способ циркуляции жизненной Ци Духовного Эмбриона, как контролировать Пять Ци Пяти Элементов, как определить Шесть Направлений по стабилизации неба и земли, как связать Семь Звёзд, как объединить душу и жизненную Ци для укрепления исконного духа, как войти в Жизнь и Смерть, чтобы увидеть Юду.

Когда дело дошло до восьмой диаграммы, ею вновь оказалось Божественное Сокровище Божественного Моста, и сердце старика вдруг сильно заколотилось. Первые семь изображение как будто сложились воедино на восьмом… Необъяснимая трансформация. Большая часть жизненной Ци, казалось, была захвачена неописуемой силой. Было похоже, что сороки летели вперёд через сломанный мост.

— Сорочий Мост! — сердце Паньгун Цо неистово билось. Это был метод совершенствования Сорочьего Моста, который мог восстановить сломанный мост!

Он поспешно открыл следующую страницу и увидел, что изначальный дух подошёл к концу Сорочьего Моста, однако, перед ним ещё было непроходимое расстояние до небесных облаков. В этот момент путь циркуляции жизненной Ци чудесным образом трансформировался и приобрёл непередаваемое ощущение пересечения с небесными облаками. Он был нарисован в его направлении, и оттуда медленно возвышался мост.

— Тайны Загадочного Путеводителя! — глаза юноши сверкнули от волнения, но он быстро собрался, переворачивая на следующую страницу.

Методы, записанные в золотой книге, были очень сложными. Если бы он был автором, он не смог бы придумать даже первый шаг для такой сложной и запутанной техники, чтобы восстановить божественный мост. Тем не менее, люди деревни Беззаботной могли воссоздать его, это было просто невообразимо!

— Золотая книга содержит столько знаний, сколько я не получал на протяжении всех своих жизней! А что, если Цинь украл часть моих богатств? С этой золотой книгой, я смогу прорваться через область Божественного Моста и наконец стану богом! — Паньгун Цо встал на ноги, чувствуя головокружение. Он знал, что был слишком взволнован, это привело к тревоге его сердца Дао. Несмотря на то, что он был старым монстром, который прожил более десяти тысяч лет, кровь хлынула к его голове от счастья, отчего ему было трудно успокоить разбушевавшиеся волны в сердце Дао. После недолгих размышлений, он добавил. — Пока я развиваю Божественный Мост и пробуждаю Божественное Сокровище, я смогу стать богом. Я должен начать совершенствование с невероятной скоростью!

В этот момент явился Великий Шаман Дворца Золотой Орхидеи:

— Гроссмейстер, линии фронта в настоящее время находятся под атакой. Хан Жуаньди послал сообщение, что Имперский Наставник вместе с Владыкой Небесного Дьявольского Культа достигли линии фронта. Он продемонстрировал своё божественное искусство владения мечом, в результате чего огни меча были подобны морю, контролируя всё поле боя в радиусе нескольких сотен километров.

В изумлении Паньгун Цо разразился смеющимся припадком:

— Жуаньди сошёл с ума? Владыка Небесного Дьявольского Культа — отродье Цинь, где же он получил такую великую способность? Контролировал несколько сотен километров? Даже в моей прошлой жизни, у меня не было таких навыков! Я сомневаюсь, что даже Имперский Наставник сможет это сделать, и сейчас он даже ранен. Ерунда, такого быть не может.

— Хан Жуаньди надеется на личное участие Гроссмейстера, а также мобилизацию экспертов Дворца Золотой Орхидеи для поддержки, — проговорил Великий Шаман.

Паньгун Цо был в хорошем настроении и, с улыбкой на лице, негромко проговорил:

— Жуаньди слишком труслив. Я уже разослал соответствующие приказы во все уголки наших земель. На данный момент в прерии обитает сто племён и, соответственно, сто готовых его поддержать ханов. Способности этих ханов очень даже неплохи. Кроме того, страна Волчьего Убежища атакует Перевал Зимнего Железа на севере, чтобы рассеять армию Вечного Мира, и после этого ему всё ещё нужна поддержка Дворца?

— Гроссмейстер, что ответить Жуаньди? Море огней меча, кажется, серьёзной проблемой, — тихим голосом, сказал Великий Шаман.

Паньгун Цо начал ходить туда-сюда, бормоча себе под нос:

— Море огней меча, море огней меча… Я видел этот вид мастерства меча раньше! Хе-хе, похоже, я знаю, кто за этим стоит. Старый Император Людей не может спокойно дождаться своей смерти.

Великий Шаман содрогнулся:

— Старый Император Людей?

— Если старый Император Людей с ними, нам это даже на руку, — улыбнулся маленький варвар. — Это шанс для нашего Дворца Золотой Орхидеи показать себя. Отправляйся к божественной горе Западных Земель и пригласи людей Высших Небес. Скажи им, что их старый Император Людей вышел из Великих Руин. Тем временем я приведу экспертов Дворца Золотой Орхидеи, чтобы помочь нашим на границах.

Выражение лица Великого Шамана резко изменилось, он закричал:

— Трижды подумайте, Гроссмейстер! Старый Император Людей невероятно силён, его навыки меча достигли совершенства. Боюсь, наш дворец…

— Наш Дворец Золотой Орхидеи — священная земля, разве нам стоит бояться того старого пердуна? Имперский Наставник и Император Яньфэн оба бесполезны, мастер Дао и Жулай стары, секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара не имеют никого во главе. Это отродье Цинь, который является Владыкой Небесного Дьявольского Культа, ещё мал и не представляет никакой угрозы, поэтому Вечный Мир должен быть уничтожен, — неторопливо декламировал Паньгун Цо.

Великий Шаман был ошеломлён, сразу сказав:

— Гроссмейстер, Империю Вечного Мира нельзя недооценивать.

Паньгун Цо спрятал золотую книгу в одежде и, улыбаясь, подошёл:

— Ты переоцениваешь их. С дворцом шутки плохи, ведь у нас более десятка экспертов уровня Владыки Культов. Кроме того, в прерии также более сотни ханов, так что нам не нужно бояться Вечного Мира. На самом деле, теперь, когда появился старый Император Людей, судьба Империи Вечного Мира уже определена. Небеса, безусловно, будут готовы помочь нам искоренить Вечный Мир. Старый Император Людей нам не помеха!

Смеясь, парень вышел из священного зала. После созыва всех сильных практиков Дворца Золотой Орхидеи, которые находились в областях Небожителя, Жизни и Смерти, а также Божественного Моста, он собирался на пограничье.

Великий Шаман не смел колебаться, немедленно отправившись к Западным Землям.

Паньгун Цо привёл всех экспертов, достигших совершенствования исконного духа. Погрузившись на корабль-сокровище, некоторые из Шаманов Королей области Небожителя высвободили свои крылья, перетаскивая корабль через небо. Скорость, с которой они двигались, была молниеносной. Несмотря на это, им потребовалось почти шесть дней, чтобы добраться до границ.

Позади них были коровы и козы, бродящие по горам, но ханы со всех концов прерии пришли со своими войсками, и убили их всех до последнего ради еды.

Империя Вечного Мира была ослаблена самоубийствами, поэтому Паньгун Цо лично приказал объединить все прерии. Жуаньди, как полководец, начал вторжение. В то же время они объединились со страной Волчьего Убежища, собирающейся атаковать с севера, а когда Вечный Мир падёт, они договорились разделить земли поровну.

Армия прерий, оказавшись в тупике, пополнялась постоянно пребывающими для подкрепления войсками. Множество экспертов прибыло к ним на помощь, но к Перевалу Цинмэнь тоже подтягивались подкрепления.

Когда Цинь Му и остальные прибыли, битва за Зону Утиного Языка достигла своего апогея, однако, старейшина подавил её Мечом Императора-Основателя, Море Крови.

Когда Хан Жуаньди услышал, что Паньгун Цо идёт с сильнейшими практиками Дворца Золотой Орхидеи, он сразу же повёл большинство ханов прерий поприветствовать его. Несмотря на то, что Паньгун Цо был его сыном по имени, но истинной личностью последнего был Гроссмейстер.

После того, как Паньгун Цо захватил тело, отношения со Дворцом Золотой Орхидеи изменились в лучшую сторону. Все полностью поддерживали его, чтобы он стал повелителем прерий.

— Мы отдаём дань уважения Гроссмейстеру! — закричал Жуаньди, ведущий за собой остальных ханов.

Парень немедленно вышел вперёд, лично приветствуя его с улыбкой:

— Ты мой отец в этом поколении, нет необходимости быть слишком формальным. Я пришёл, чтобы успокоить тебя. Я знаю про огни меча, знаю, кого к нам занесло на этот раз.

Поклоняясь, Хан Жуаньди содрогнулся от воспоминаний об огнях меча, которые покрывали небо и землю, словно огромное море:

— Способности Владыки Небесного Дьявольского Культа и его умения меча непобедимы. Из-за него мы не можем реализовать наши возможности! Гроссмейстер…

— Владыка Небесного Дьявольского Культа? — парень громко рассмеялся и топнул ногами, заглушая своё веселье. — Так называемый Владыка всего лишь шестнадцатилетний мальчишка! Его способности очень поверхностны, разве стоит вообще обращать на него внимание? Не волнуйся о нём, раз он на другой стороне, позволь мне встретиться с ним и успокоить тебя.

Хан Жуаньди вздохнул с облегчением:

— Если бы мы могли получить помощь Гроссмейстера и Шаманов Королей, мы бы определённо одержали победу в завоевании Средиземья!

Паньгун Цо собрал всех в перевале, и городские ворота перед ним открылись, позволяя им выйти из неприступного перевала и направиться к Зоне Утиного Языка. Как только они оказались между двумя неприступными перевалами, парень приказал кому-то крикнуть:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь Му, Гроссмейстер вышел поговорить с Вами. Сможете показать себя?

Человек, который крикнул был Шаманом Королём уровня Мастера-Владыки секты-культа. Его голос разнёсся и резонировал по всему Перевалу Цинмэнь.

Цинь Му ковал Кольца Небес, как вдруг услышал крик Шамана Короля:

— Старый мошенник осмелился появиться? Как только я убью его, его шаманское заклятие уважения к душе больше не будет иметь значения! Жаль только, что здесь нет мясника, он бы определённо не стал тянуть с его убийством.

Имперский Наставник встал около Цинь Му, рядом с ним был одноногий, старейшина и многочисленные генералы армии Империи Вечного Мира.

Юноша достал портрет Паньгун Цо, отдающего дань уважения душе, и словно живое проявление нарисованного дьявола.

— Я никогда не видел такого раньше, — покачав головой, сказал старейшина деревни.

Одноногий тоже покачал головой, как и армейские генералы за его спиной:

— Этот дьявол какой-то странный, мы никогда не видели его раньше.

Цинь Му посмотрел на Имперского Наставника, который немного задумался, прежде чем сказать:

— Когда меня и мою жену пригласили в Маленькую Нефритовую Столицу, я, кажется, видел подобную скульптуру, однако, я не интересовался этим.

Пока они разговаривали, снаружи продолжали раздаваться крики.

Юноша отложил портрет и встал с улыбкой:

— Если мы убьём Паньгун Цо, не придётся ехать в Маленькую Нефритовую Столицу! Старейшина, пойдём со мной, пора избавиться от него. Сделаем это без лишних слов.

Старейшина покачал головой:

— Я Император Людей, поэтому я не могу вмешиваться в войну смертного мира, в противном случае, никто не будет слушать слова Императора Людей.

— Тогда какая польза от печати Императора Людей? — Цинь Му настолько ненавидел печать Императора Людей, что хотел её выбросить. Эта вещь была абсолютно бесполезна, да и к тому же налагала на владельца так много ограничений. Однако, если он выбросит её, то сделает больно старейшине. Кроме того, он всё ещё не смог одолеть старика, поэтому ему приходилось держать своё обещание.

«Паньгун Цо, этот зверь, на самом деле осмелился украсть вещи моей семьи Цинь, и теперь даже появляется, чтобы покрасоваться передо мной. Разве это не то же самое, что в неуважении танцевать на могилах моих предков?» — думал про себя юнец.

— Одноногий, пойдём со мной! Давай украдём у него всё до последней нитки, — голосом полным гнева, безжалостно процедил Цинь Му.

Глаза одноногого загорелись, он усмехнулся:

— Пойдём и посмотрим, на что способен Бог Воров со священными руками!

Глава 335. Молодой и Старый Божественный Вор

Одноногий и Цинь Му покинули Перевал Цинмэнь, тем самым заставив многочисленных оставшихся позади генералов нахмуриться. Бянь Чжэньюнь тут же посоветовался с Имперским Наставником, который спокойно покачал головой:

— В компании калеки никто не сумеет убить Владыку Культа Циня.

— Калеки? — все посмотрели на старика, все конечности которого были на месте. Разве он калека?

— Его сердце покалечено, — лицо Имперского Наставника обрело неприятное выражение. — Его мораль и поведение покалечены, тело неполноценно, тень грязна, а намерения нездоровые. Да и вообще, не стоит о нём говорить. Шань Юсинь, сколько Колец Небес выковало Министерство Работ и Имперский Колледж?

— Четырнадцать тысяч, — ответил Шань Юсинь, — их уже разместили на Пушки Истинного Происхождения. Ещё один день, и мы закончим оставшиеся несколько тысяч. Когда этот момент наступит, можно будет атаковать вражеский лагерь.

Имперский Наставник Вечного Мира посмотрел на неприступный перевал впереди, безразлично проговорив:

— Можно не ждать. Передайте солдатам приказ готовиться и формировать построения с летающими кораблями, мы скоро наступаем! Генерал Бянь, Великий Генерал Венценосной Армии, Великий Генерал Таящего Превращения, Опоры Государства, Великий Маршал, Герцог Вэй, Генерал Белой Лошади, Генерал Опор Государства, Генерал Поддержки Государства! — называя имена одно за другим, он тыкал пальцем, и генералы Империи Вечного Мира выходили из строя в ожидании приказов.

После восстания старого наследного принца Лин Юйся, большинство высших чиновников лишились своих должностей, но Вечному Миру всегда хватало талантливых людей. Из числа чиновников низшего ранга Император отобрал лучших людей, так что страна ни на минуту не оставалась без верхушки.

— Пусть мобилизованные войска останутся позади летающих кораблей. Те проложат путь, а армия позади зачистит остатки противника. Между тем вы займётесь экспертами областей Божественного Моста и Жизни и Смерти, убивая их при первой же возможности.

Лица генералов сразу же стали невероятно суровыми.

— Имперский Наставник, Владыка Культа Цинь до сих пор находится на передовой. Если мы атакуем сейчас, боюсь, он попадёт под удар противника! — высказался Герцог Вэй.

Наставник улыбнулся:

— Мы атакуем в тот миг, когда он вернётся. Но волноваться не стоит, пока с ним калека, в мире немного людей, способных навредить ему.

— Кто будет командовать воздушным флотом? — спросил Бянь Чжэньюнь.

Изначально летающие корабли распределялись между войсками, находясь под управлением генералов, которое в то время находились в бою. Но когда Имперский Наставник изменил тактику их использования, отправляя судна пробивать дорогу, появилась нужда в новой армии сильных практиков, отлично владеющих искусством нападения. Только они могли бы справиться с динамичной ситуацией боя.

Глаза Имперского Наставника вздрогнули, когда он торжественно проговорил:

— Призовите всех военных офицеров высокого ранга! Кроме того, я хочу увидеть всю дирекцию Имперского Колледжа!

Спустя мгновение несколько сотен высокоранговых чиновников и бесчисленные члены дирекции колледжа в спешке выстроились перед мужчиной.

— В общей сложности у нас двести сорок летающих кораблей, что можно сравнить с таким же количеством летающих мечей, — проводя взглядом по рядам солдат, торжественно твердил наставник. — Те, кто владеет навыком меча и в силах контролировать двести сорок пять мечей, сделайте шаг вперёд!

Более пятидесяти высокопоставленных чиновников и военных офицеров вышли вперёд.

Жизненная Ци Имперского Наставника вырвалась наружу, превращаясь в летающие мечи, окружившие его тело:

— Атакуйте меня. Тот, кому удастся пробить мою защиту и поразить меня, станет новым главнокомандующим нашей армии!

Услышав приказ, пятьдесят практиков немедленно исполнили свои навыки меча, нагло атакуя первого под богами. В мгновение ока бесчисленные лучи заполонили всё вокруг, а затем… Затем загрохотала какофония оглушительного лязгающего звона.

Имперский Наставник продолжал неподвижно стоять, контролируя облако лезвия силой своей мысли, успешно блокируя любые попытки полусотни военных офицеров и членов дирекции.

Внезапно свет его меча поразил грудь одного из генералов, не нанося ни малейшего повреждения. Вместо этого мужчина просто отлетел в сторону.

Спустя некоторое время солдаты начали отлетать один за другим, пока на ногах не осталось около десяти продолжающих атаковать практиков.

Герцог Вэй, Бянь Чжэньюнь и остальные от подобного зрелища восклицали про себя в удивлении. Оставшиеся люди были ослепительными экспертами навыка меча, их владение оружием находилось на невероятно высоком уровне. Единственное, в чём была их слабость — совершенствование.

Империя Вечного Мира определённо могла гордится тем, что вырастила столько талантов.

Прошло ещё некоторое количество времени, и из десятка экспертов на ногах осталось стоять лишь трое, продолжая настойчиво атаковать мужчину.

Внезапно неподалёку разгорелось красное солнце, пылающий свет которого озарил собой окрестности. Затем из огромного шара вылетел свет меча, пробивший защиту Имперского Наставника и оставивший крохотную дырку в уголке одежды.

Наставник тут же поднял руку, останавливая состязание. Смотря на мужчину, ударившего его, он спросил:

— Мастер зала Скрытого Света?

Мужчина, испортивший уголок его одежды, оказался никем иным, как Мастером Чертога Меча. Поклонившись, он ответил:

— Зал Скрытого Света, Цзянь Саньшэн.

Имперский Наставник кивнул, и кинул взгляд на другого генерала, который создал красное солнце. Именно эта техника позволила Мастеру Чертога Меча добиться успеха.

— Генерал Полевого Командования Юйюань Чуюнь?

Мужчина поклонился, здороваясь:

— Имперский Наставник.

Наставник улыбнулся:

— Цзянь Саньшэн, отныне ты новый главнокомандующий. Юйюань Чуюнь, а ты новый помощник главнокомандующего. Я даю вам один час, чтобы ознакомиться с названиями кораблей и их военными офицерами. Запомните все до единого, и помните, командуя кораблями, вы должны воспринимать их не как летающие судна, а как ваши летающие мечи!

Глаза Мастера Чертога Меча загорелись, и он торжественно спросил:

— Что мы должны сделать?

Указывая пальцем на величественный, неприступный перевал впереди, Имперский Наставник проговорил:

— Сровняйте Перевал Хэлань с землёй.

Мускулисто-жилистое тело Мастера Чертога Меча задрожало, и он повернул голову, с разгорающимся в сердце героизмом смотря в сторону перевала.

Тем временем Цинь Му и одноногий уже добрались к Зоне Утиного Языка.

— Цинь Гунцо, надеюсь, со времён нашей последней встречи у тебя всё было хорошо? — громко спросил Цинь Му, не скрывая своей улыбки.

Паньгун Цо улыбнулся, осматриваясь по сторонам:

— Хан Жуаньди, перед тобой Владыка Небесного Дьявольского Культа. Он определённо не является человеком, способным создать море из мечей, тебе не кажется?

Глаза, стоящего чуть позади Хана Жуаньди, молниеносно пронеслись по Цинь Му, и мужчина серьёзно проговорил:

— Это определённо тот самый парень. Как только он появился на поле боя, всю округ залил ужасающий навык меча. Всем даже пришлось дыхание задержать.

Смотря в сторону Паньгун Цо, Цинь Му слегка растерялся. За спиной противника стояло огромное количество ханов и Шаманов Королей Дворца Золотой Орхидеи. Однако, среди них особо сильно в глаза бросался лишь один человек.

Его силуэт возвышался над всеми остальными, мужчина был даже выше, чем Мастер Чертога Меча или целитель. Несмотря на то, что был конец лета, одеждой ему сложили енотовые шкуры. Также на его поясе висел золотой нож, а из-за спины выглядывал колчан полный стрел.

Ощутив на себе пронзительный взгляд дикаря, ну или, если точнее, варвара, Цинь Му тут же смог догадаться о происхождении незнакомца:

— Могущественный владыка прерий, Хан Жуаньди!

В те времена, когда Великий Шаман лично дарил этому человеку титул хана, Хан Жуаньди считался лучшим божественным лучником мира. Его племя также отлично владело верховой стрельбой из лука, и с того момента власть мужчины постоянно росла. Его боевые способности почти достигли предела мощи, поэтому он уже не был просто божественным лучником.

Когда Цинь Му и Канцлер Ба Шань встретили настоящего Паньгун Цо, их поразило кулачное искусство юноши. Но этот навык передался ему от Жуаньди, что говорило о том, что боевые способности последнего не ограничивались лишь луком и стрелами.

Люди часто сравнивали Хана Жуаньди и Императора Яньфэна. Они оба были могущественными лидерами, внедряющими решительные реформы. Впрочем, Жуаньди всё же считался подражателем Яньфэна, ведь его тактика по объединению прерии, племена которой были сами за себя, до жути напоминала таковую в Вечном Мире. Он поочерёдно захватывал земли племён, уничтожая шаманские секты одна за другой. После этого он вербовал захваченных экспертов в ряды своей армии.

Если бы Дворец Золотой Орхидеи не стоял у него на пути, он давным-давно объединил бы под собой всю прерию.

В то время Дворец Золотой Орхидеи был так обеспокоен тем, что Хан Жуаньди продолжит повторять действия Императора Яньфэна и уничтожит их секту после объединения прерии, что они не решались предлагать ему свою поддержку. Лишь когда Гроссмейстер реинкарнировал в Паньгун Цо и взял на себя управление дворцом, они начали оказывать поддержку в его объединяющих потугах.

«Способности Хана Жуаньди ничем не уступают Императору Яньфэну», — улыбнувшись, Цинь Му встал перед одноногим и громко крикнул:

— Паньгун Цо, так выходит Хан Жуаньди твой отец?

Тот остался спокоен, улыбаясь в ответ:

— Маленькая потаскушка, всё ещё пытаешься вывести меня из себя?

— Старший брат Жуаньди! — Цинь Му радостно поздоровался с мужчиной. — Владыка Небесного Святого Культа отдаёт дань своего уважения лидеру прерий!

Хан Жуаньди нахмурился, слегка растерявшись от понимания того, что юноша пытается поиздеваться над Паньгун Цо. Если мужчина поздоровается в ответ, то выйдет, что Паньгун Цо уступает Цинь Му по старшинству и ему придётся называть парня дядей. Однако, отказать в приветствии — это великая грубость, и, если Хану повезёт захватить Империю Вечного Мира, Цинь Му, будучи Владыкой Небесного Дьявольского Культа, доставит ему огромное количество проблем.

Понимая о чём тот задумался, Паньгун Цо улыбнулся:

— Хан Жуаньди, подобными шуточками мерзавец Цинь сводит людей с ума. Несколько слов с его уст могут заставить человека задохнуться от желания порубить его на куски. После встречи с ним, тебе должно быть известно, что его способности лежат в его длинном языке, ведь он больше ни на что не годен.

— В таком случае море из мечей света создал старик за его спиной?

Паньгун Цо не узнал одноногого, поэтому покачал головой:

— Нет, не он. За морем из мечей стоит безногий, безрукий старый пердун. Не переживайте, он не станет вмешиваться в наши дела просто так, есть огромное количество правил, которых он вынужден придерживаться, иначе умрёт. Более того, через несколько дней за ним придут люди из Высших Небес, — улыбнулся парень. — После его смерти, ты сможешь захватить Перевал Цинмэнь, беспрепятственно войти в Средиземье и стать его повелителем!

— К тому времени Дворец Золотой Орхидеи останется единственной священной землёй мира, — добавил Хан Жуаньди.

— Не нужно быть настолько осторожным. Я не стремлюсь к тому, чтобы Дворец Золотой Орхидеи стал самой сильной священной землёй, или вообще единственной, — рассмеялся Паньгун Цо.

Парень вспомнил о своей золотой книге, которую он спрятал в своей одежде, и его сердце загорелось. Он рефлекторно сжал руки в кулаки.

В этот момент Цинь Му широким шагом двинулся им навстречу, до жути искренне улыбаясь от уха до уха:

— Хан Жуаньди очень груб. Я поздоровался, но так и не дождался ответа. Твои манеры абсолютно ничего не стоят, поэтому не странно, что ты вырастил Паньгун Цо таким.

Выражение Паньгун Цо помрачнело, он хотел что-то ответить, но Цинь Му внезапно бросился на него, крича:

— Паньгун Цо, тебе лучше называть меня дядей! Давай-ка я отшлёпаю тебя по заднице!

Впав в ярость, Паньгун Цо посмотрел на одноногого, и, увидев, что старик стоял довольно далеко, не двинувшись с места, сразу же набрался смелости. Ухмыляясь, он полетел навстречу Цинь Му:

— Мерзавец Цинь, я не убил тебя на корабле, так что ты умрёшь прямо сегодня!

Парочка столкнулась, их магическая сила вырвалась наружу. Со взрывом их божественных искусств, неистовые потоки закружились в воздухе, расширяясь во все стороны!

Паньгун Цо почувствовал, что его рука онемела, и невероятно удивился:

— Я уже достиг вершины области Шести Направлений, но мерзавец всё ещё не уступает мне в магической силе!

Цинь Му сложил руки вместе, и из мешочка таоте на его спине вылетело бесчисленное количество мечей света, атакуя противника.

Паньгун Цо немедленно попытался защититься. Однако, мечи внезапно остановились, превращаясь в огромный металлический шар, попросту падающий вниз на него. Он поднял руки, чтобы остановить гигантскую пилюлю, но лишь вскрикнул, когда её вес прижал его к земле.

Хан Жуаньди и остальные в спешке подбежали, пытаясь его спасти, поэтому Цинь Му открыл свой мешочек таоте, отзывая пилюлю обратно. В это время старик, стоящий неподалёку, внезапно исчез, и вокруг каждого присутствующего замелькали его скоростные послеобразы. Варвары, кто-когда успел среагировать, поочерёдно подпрыгивали, думая, что тот собрался атаковать их.

В этот миг возник силуэт Паньгун Цо, вылетающего из ямы:

— Не нужно пытаться его убить. Покажем им свою силу на поле боя…

Цинь Му и старик и не собирались оставаться для продолжения боя, вместо этого они в спешке побежали обратно к Перевалу Цинмэнь, оставляя за собой лишь две тропы из поднявшейся пыли.

Любезный с виду старик держал в руках гору наворованных сокровищ. Одежда, украшения и оружие всех мужей прерии, включая самого Хана Жуаньди, теперь принадлежали ему, а жертвы его вороватой руки так и стояли с растерянными лицами ещё несколько мгновений позади.

Безумно мчась в сторону Перевала Цинмэнь, Цинь Му держал в руках предмет нижнего белья, в котором была спрятана золотая книга.

Ошеломлённый Паньгун Цо неожиданно заглянул себе в штаны, после чего издал оглушающий визг. Золотая книга, которую он спрятал у себя в одежде, исчезла вместе с нижним бельём!

— В погоню! — строго прокричал юнец не свойственной ему тональностью.

Прямо в этот миг ворота Перевала Цинмэнь широко распахнулись, и сквозь них вылился бесконечный поток солдат и лошадей. Летающие корабли поднялись в небо за сторожевыми башнями, и их носы повёрнуты в сторону Перевала Хэлань.

На носах кораблей стояли гиганты, стуча в боевые барабаны. Звук, которые они издавали, напоминал раскаты грома.

По всему городу пронёсся голос Имперского Наставника Вечного Мира:

— Солдаты, сровняйте Перевал Хэлань с землёй!

Глава 336. Тридцать километров

Паньгун Цо решил возглавить Хана Жуаньди и остальных экспертов в погоне за Цинь Му, как вдруг увидел более двухсот летающих кораблей, парящих под их флагами. Они заслоняли собой небо и солнце, словно облака, плывущие над их головами к постоянно убегающему, недосягаемому горизонту. Под летающими кораблями выскочила армия странных зверей. Оседланные существа размером с маленькие горы неостановимо двигались вперёд. За ними двигались колесницы, конные всадники, а затем строем чеканила шаг пехота.

Военная процессия делилась на различные типы войск в соответствии с атрибутами своего духовного тела. Взору наблюдателя раскрывалось поистине величественное зрелище. Но несмотря на кажущуюся грандиозность, Хан Жуаньди был озадачен…

В прошлом Империя Вечного Мира всегда вела армию странных зверей и пехоту впереди, в авангарде, а колесницы и всадники двигались позади. Что касается летающих кораблей, то они держались в центре армии. Несмотря на то, что корабли могли парить в воздухе, их поражающая дальность была не слишком велика, делая их уязвимыми и зависимыми от защиты средней гвардии.

Но прямо сейчас летающие корабли оказались на самом фронте…

Чтобы “потопить” их, мастерам пилюль ножа с дистанции тридцати километров будет достаточно мановения руки. А если поразить целебную печь, все солдаты на борту погибнут ещё при взрыве.

Улучшив печи летающих кораблей, Цинь Му резко увеличил их огневую мощь, однако, при их детонации происходил невиданный доселе взрыв. Обычные практики божественных искусств не могли выжить. Конечно, в этом нельзя обвинить паренька, ведь тот улучшил печи, чтобы ускорить корабли.

«Имперский Наставник сошёл с ума?» — думал про себя Хан Жуаньди, как вдруг раздался голос Паньгун Цо:

— Жуаньди, отродье Цинь должен умереть!

Хан Жуаньди был голым, ведь его штаны были стянуты одноногим донизу. Также ему не повезло потерять свой золотой нож, колчан и роскошный плащ из шкур енотов. Тем не менее, будучи предводителем целой империи, на его стороне по-прежнему было совершенствование. Услышав Паньгун Цо, он подтянул штаны, но как только попытался перевязать их поясом, ничего там не нашёл. Его пояс, инкрустированный золотом и нефритом, тоже исчез.

«Способности этого эм… калеки слишком невероятны! Если бы он пришёл не обворовывать меня, а убить, то разве я не был бы уже мёртв?» — вздрогнул Жуаньди, пока холодный пот стекал по его спине.

Однако Хан переоценил одноногого. Несмотря на то, что руки и ноги старика были до жути проворными, все его способности использовались для кражи с последующим немедленным побегом. Его техника тела была непредсказуемой, но как жаль, в ближнем бою он полагался только на ноги, поэтому его рукам не хватало боевых способностей.

Божественные искусства физического тела одноногого были небрежными и обычными, без каких-либо сильных атакующих движений. Если бы кто-то действительно напал на него, ему было бы трудно обменяться ударами. Самое страшное в нём — техника тела.

Несмотря на то, что у Хана Жуаньди пропали лук и стрелы, его совершенствование всё ещё было с ним. Его жизненная Ци внезапно взорвалась, и фигура, одновременно похожая на бога и дьявола, медленно материализовалась позади. У неё было четыре руки, голова птицы и по всему телу полыхал свирепый огонь. Таким и был исконный дух Жуаньди.

Четыре руки проявления бога, казалось бы, натянули тетиву лука, и в тот же миг воздух Зоны Утиного Языка вспыхнул обжигающим пламенем, с потрескиванием начавшим стягиваться к нему, образуя несравнимо яркую заряженную в не менее яркий лук стрелу.

Вшшш.

Послышалась вибрация, стрела сорвалась с тетивы. Небо и земля потеряли всякую влагу, а от жара пламени начали проявляться видения и миражи. Везде, где пролетала стрела, от неё разлетались кружащиеся огненные драконы, сея хаос на своём пути!

Все ещё отсвечивая филейной зоной на солнце, Хан Жуаньди поднял правую руку с сложенными вместе указательным и средним пальцами и прижимающимся большим пальцем к безымянному и мизинцу. Затем он протянул руку ко лбу, а точнее к межбровью, исполняя искусство меча.

Фьють!

Стрела пламени была несравнимо быстрой и устремилась прямо в бегущих одноногого и Цинь Му. Она была настолько быстрой, что никто не мог её разглядеть, разве что чёрную линию дыма позади!

Паньгун Цо был потрясён. Хан Жуаньди был признан божественным лучником номер один в прерии, и сила, проявленная его стрелой, заставила даже его сердце трепетать!

«Если я возьму золотую книгу и сделаю ещё один шаг для того, чтобы стать богом, мне нужно будет защититься от моего отца… Моя золотой книга!» — вспомнив о том, как Цинь Му украл золотую книгу, ему показалось, словно кто начал раздирать его сердце изнутри, при этом также пытаясь сдавать со всех сторон.

По дороге к приграничью он украдкой прочитал золотую книгу и запомнил схему циркуляции внутри. Но она была чрезвычайно сложной, поэтому даже простой намёк на разницу равносилен походу на тысячу километров в неправильном направлении. Ошибок в починке божественного моста быть не могло, а он не был уверен, что сможет воспроизвести всё, что увидел, без единой ошибки.

Свет стрелы догнал Цинь Му и одноногого, который внезапно выбросили всё, что украл, и протянул руку, чтобы схватить юношу рядом с собой. Затем он, чтобы уклониться от стрелы, задвигался как призрак.

— Способности старика не так высоки, как я думал… — бормоча подозрительно нахмурился Жуаньди, не шевеля прислонёнными ко лбу пальцами, однако, сверкающая стрела всё же изменила своё направление в воздухе, снова направляясь в одноногого.

Техника тела старика менялись одна за другой, могло даже показаться, что он находился сразу в нескольких местах, сбрасывая с себя сковывающие путы пространства. Задействовав все имеющиеся в арсенале движения, он изо всех сил старался увернуться от стрелы, ошарашивая всех смотрящих. Хан так и не смог попасть в него.

Расстояние между одноногим и флагманским летающим кораблём постоянно сокращалось. Герцог Вэй поднялся в воздух с мечом на перевес, как вдруг полоснул им в сторону пылающей стрелы!

Буум!

Прогрохотал ужасающий взрыв, от вибраций которого Герцог Вэй был подброшен вверх, но на этом всё. Чуть погодя первый рот столицы, ну или второй, вопрос спорный, хохоча приземлился на корабль:

— Жуаньди, а ты действительно что-то умеешь!

Способности Жуаньди действительно оказались выше, чем у него. Внезапно вперёд шагнул Великий Генерал Венценосной Армии. Его квадратная алебарда взлетела в воздух и превратилась в драконьи когти, устремившиеся в хватательном выпаде к стреле. Но уже в следующий момент он слегка застонал, чувствуя, как его жизненная Ци чуть не лопнула и не развеялась от столкновения. Его ноги под гнётом давления невольно заскользили в обратном направлении, но он, всё же, подавил стрелу.

Генерал был шокирован. Если бы не Герцог Вэй, атаковавший стрелу первым, ему, возможно, и не удалось бы поймать её.

— У Хана Империи Варварских Ди заслуженная репутация. Он всего лишь немного слабее Имперского Наставника и Его Величества! — сказав, Великий Генерал Венценосной Армии протянул руки вперёд.

Длинный дракон прилетел назад и превратился в кроваво-красную квадратную алебарду в его руках. Коготь дракона же превратился в небольшое ответвление наконечника, всё ещё гудящее от вибрации.

В Зоне Утиного Языка все Ханы и Шаманы Короли подтягивали свои штаны, но все они не могли найти поясов. Как вдруг из-за Перевала Хэлань, который был позади них, послышалось гудение горна. Армия всех племён хлынула, как потоп. Войска прерий хорошо владели верховой ездой, поэтому первым появившимися была армия козлов. Принадлежавшие ей практики божественных искусств не ездили на обычных горных козлах, а на варварских, странных зверях с двумя ногами. Они были выведены через скрещивание козлов, коз и странных зверей Великих Руин, но оставшись по-прежнему травоядными, силы им было не занимать.

Несмотря на то, что это определённо были козлы, во время скоростного забега они напоминали бескрылых птиц. Природа одарила их высоким телосложением, поэтому, стоя на своих двоих, они походили на маленькие здания. Самой сильной частью варварского козла были его изогнутые по спирали рога. Когда звери бросились вперёд с опущенными мордами, они стали похожи на вспарывающие землю плуги, способные снести всё на своём пути.

Тем временем, воздух заполонили волко-орлы прерий. Они представляли из себя своеобразных плотоядных странных зверей с телом огромного крылатого волка. На спинах летунов расположились самые сильные практики лука и пилюль ножей.

Армия Империи Вечного Мира не могла занять более выгодное положение как раз из-за того, что варвары налетали со скоростью штормового ветра и также быстро отступали. К тому же армию Вечного Мира превосходили числом.

Ханы подвязали штаны вокруг талии грязными тряпками.

— Украв наши сокровища и одежду, думаешь ты смог нас остановить, маленький вор? — громко рассмеялся Жуаньди. — Мы настоящие мужчины с текущей по жилам горячей кровью, поэтому мы можем покорить поле боя даже голышом! Всё, что может вывести нас из себя, это скудные земли и недостаток скота, ведь для нас главное, чтобы наши соплеменники смогли жить лучшей жизнью. Прерия огромна, но даже у её земель есть конец. С другой стороны, Империя Вечного Мира богата и процветает, у неё много женщин и необжитых, а главное плодородных земель! Давайте вложим в сегодняшнюю сечу все наши сердца и души! Рано или поздно мы покорим Перевал Цинмэнь, и Вечный Мир будет нашим!

Кровь в жилах всех обнажённых до поясов ханов вскипела, они одновременно начали издавать боевые, героические кличи к небу, рассеивая ими белые облака, словно отмывая недосягаемую лазурь в вышине. Их совершенствование не было слабым, среди них было довольно много практиков областей Небожителя и Жизни и Смерти. Было даже несколько ханов, от которых распространялась мощь области Божественного Моста.

Жизненная Ци каждого вырвалась вперёд, проявляя исконные духи. Все виды чрезвычайно могучих божьих и дьявольских явлений формировались за их спинами, пока они сами ожидали подступающую армию, а дождавшись, каждый из них пришёл в движение. Некоторые побежали по земле, в то время как другие устремились по воздуху к флоту Империи Вечного Мира.

Паньгун Цо поколебался, но не последовал за ними, подозвав Шамана Короля и скомандовав:

— Сопроводи меня обратно к перевалу.

Шаман Король принял приказ, но все остальные Шаманы Короли бросились к флоту Империи Вечного Мира.

На носу флагманского корабля флота стоял Мастер Чертога Меча, его одежда развевалась на ветру. Юйюань Чуюнь стоял рядом с ним. Два генерала смотрели на бесстрашно приближающуюся варварскую армию.

— Генерал, противник приблизился к нам на расстояние ста шестидесяти километров! — сигнальщик на мачте, отвечающий за измерение расстояния, громка отрапортовал, крепко сжимая верёвки.

Выражение лица Мастера Чертога Меча оставалось неизменным, он сказал:

— Продолжаем продвигаться, сообщи мне, когда будет восемьдесят километров.

Юйюань Чуюнь тоже не дрогнул даже одним лицевым мускулом. Однако, услышав про восемьдесят километров, он слегка поднял брови и достал пилюлю меча.

— Скажи мне, когда будет сорок километров, — скомандовал Мастер Чертога Меча.

Юйюань Чуюнь слегка нахмурился, глядя на мечника, но ничего не сказал.

Немного погодя снова раздался голос сигнальщика, но очень нервный:

— С-сорок километров.

Юйюань Чуюнь испустил судорожный вдох, а в его глазах вспыхнул свет, озаряя всё вокруг подобно солнцу.

— Пошли приказ всем кораблям разогреть Пушки Истинного Происхождения, мы будем стрелять, как только они достигнут тридцати километров, — скомандовал Мастер Чертога Меча.

Ладони Юйюань Чуюня были потными, он стиснул зубы и прошептал:

— Генерал Цзянь уверен, что сможет сдержать их! Ждать до тридцати километров… Тридцать километров, диапазон досягаемости врагов…

Сигнальщик немедленно взмахнул флагом, отдавая команду всеми кораблями. Батареи пушек мгновенно начали черпать энергию из целебных печей, а накопив достаточно для атаки, застыли в ожидании.

Мастер Чертога Меча посмотрел на состоящию из практиков области Небожителя и Жизни и Смерти армию прерии. Она лилась и вздымалась, заслоняя собой горизонт. Затем он объяснил:

— Приказ Имперского Наставника был сровнять Перевал Хэлань с землёй, а не просто победить врага. На расстоянии ста шестидесяти километров от нас у врага будет шанс сбежать, их главная сила останется цела. В восьмидесяти километрах смогут убежать шестьдесят процентов. На сорока километрах убежит только тридцать процентов врагов, ну и главнокомандующим удастся уйти. На расстоянии тридцати километров от нас даже выживаемость главнокомандующих составит не более тридцати процентов!

Юйюань Чуюнь вздохнул от восхищения:

— Учитель Цзянь по-прежнему учитель Цзянь. Я готов к бою!

Более двухсот летающих кораблей вдруг со скрипом развернулись боками, выстраивая собой в воздухе настоящую баррикаду. Пушки оглушительно взревели. Несколько тысяч толстых столбов света с рёвом разрывали воздух!

Лишь после первого залпа многие Шаманы Короли и Ханы были превращены в горстки пепла. Множество сильных практиков области Жизни и Смерти, а также области Божественного Моста, которые бежали позади первой волны, были поражены. В то же время Герцог Вэй, Великий Маршалл, Великий Генерал Венценосной Армии и Великий Генерал Таящего Превращения бросились атаковать их!

На флагмане Мастер Чертога Меча лично махнул флагом, и пушки изменили направление, указывая на землю. Они были как огненные меча, рассекающие несущуюся вперёд армию!

Мастер Меча взмахнул флагом и разделил двести и более кораблей на два флота, один из которых летал высоко в небе, а другой парил в трёхстах метрах от земли. Юйюань Чуюнь контролировал флот выше, атакуя летающих волков, в то время как Мастер Меча контролировал флот ниже, убивая подступающих к ним пехотинцев. С пушечными лучами, проносящимися по полю боя, люди и козы умирали один за другим, где бы они ни проходили!

Тем временем Цинь Му и одноногий вернулись к Перевалу Цинмэнь, где увидели на городской башне старейшину деревни и Имперского Наставника, неторопливо готовящихся к чайной церемонии. Они были полностью равнодушны к ситуации снаружи.

— Цзянь Саньшэн может сдержать их, его достижения в навыках меча экстраординарны. Он профессионал своего дела, — задумчиво проговорил Имперский Наставник, услужливо налив чаю старейшине. Старик замер, словно ожидая, что ему кто-то поднесёт чашу к губам, как вдруг он вздрогнул, вспомнив, что человек перед ним не целитель, поэтому он был вынужден использовать свою Ци, чтобы поднять чайную чашку и сделать глоток:

— Его навык меча имеет лишь тень твоего навыка меча, но странно то, что он также имеет тень и моего навыка меча.

Мужчина покачал головой:

— Я никогда не учил его раньше.

Парочка одновременно повернула головы к Цинь Му, который только что поднялся на башню. Если Мастера Чертога Меча учили не они, то это мог быть только Великий Владыка Культа Цинь. Они оба сразу нахмурились, когда увидели, что он держит странную золотую книгу одной рукой и нижнее бельё в другой.

— Му’эр, я был вынужден выбросить вещи, которые украл, но ты этого не сделал, так что теперь ты божественный вор номер один в мире! — поднимая большие пальцы вверх, похвалил одноногий.

Юноша покачал головой и сказал:

— Мои способности намного хуже, чем у тебя.

— Выброси это, выброси! — завопил одноногий, закрывая нос рукой. — Что хорошего в нижнем белье Гроссмейстера? Быстро выбрось его!

Цинь Му выбросил нижнее бельё из городской башни, затем подошёл к двум чаюющим и бросил золотую книгу на чайный столик. Он понюхал аромат чая и улыбнулся:

— У меня есть хорошие чайные листья. Они от молодого мастера по имени Сюй Шэнхуа, который прибыл с Высших Небес. Я бесстыдно попросил у него половину мешка.

— Высшие Небеса? — сердца Имперского Наставника и старейшины ёкнули.

— Ты встретил гостя с Высших Небес? Он напал на тебя? — поспешно спросил старейшина.

— Нет, — растерянно сказал Цинь Му. — Сюй Шэнхуа дружелюбный человек. Мы проверили друг друга на силу, и оказались одинаково превосходны. Старейшина, он обладает Телом Тирана! Таким же Телом Тирана как у меня! — разволновался юноша.

Глава 337. Особенности Тела Тирана

— Тело Тирана? — слегка недоумевающе пробормотал Имперский Наставник. Так и не вспомнив о подобном телосложении, его сомнительный взгляд упал на старейшину.

Тело Тирана, казалось бы, намного превосходило обычное духовного тела, но разве в мире могло существовать нечто подобное?

Если да, то почему он никогда о нём не слышал?

К тому же, в мире, судя по всему, было как минимум два Тела Тирана.

Лицевые мускулы старика так напряглись, что ему показалось, словно кожа лица вот-вот пойдёт по шву. Он так часто испытывал подобную неловкость, что рано или поздно это и вправду произойдёт: «Опять Тело Тирана! Му’эр, негодник, никак не успокоится…»

Ему ничего не оставалось, кроме как тяжело вздохнуть. Он уже постарел, теперь даже такая маленькая ложь, как эта, могла заставить его сердце дрожать от страха перед разоблачением. Однако, разве кто-то мог его и вправду разоблачить?

Будучи старым Императором Людей, он всего лишь сказал невинную ложь, так к чему это самобичевание и стыд? Для чего он постоянно пытался скрыть свой проступок?

«С тех пор как я придумал Тело Тирана, я лгал больше, чем за предыдущие восемьсот лет», — подумав, старейшина воспрял духом, качая головой:

— Му’эр, в мире не может быть ещё одного Тела Тирана! Сюй Шэнхуа определённо не владеет Телом Тирана!

Цинь Му недоумевал, так же, как и Имперский Наставник.

Одноногий радостно сжал кулаки: «Будучи единственным человеком, которому известно о Теле Тирана, старейшина так никогда нам о нём и не рассказывал. Наконец-то старик поведает немного секретов!»

Лицо старейшины оставалось спокойным, когда он проговорил ровным тоном:

— По Воле Небес ты оказался единственным Телом Тирана зав всю историю мира. Остальные, кто будет похож на тебя, всего лишь подделки. В одной эре может быть лишь один человек с Телом Тирана! Запомни это!

Имперский Наставник был не в силах скрывать своё удивление. Воля Небес? Единственное Тело Тирана в мире? Подделки? В этом мире было намного больше тайн, чем он мог представить!

Слова старейшины насторожили и взволновали его. Воля Небес, единственное Тело Тирана — за всем этим стояла невообразимая сила!

Одноногий не слишком заморачивался над услышанным, радостно воскликнув:

— Как я и предполагал, в мире есть лишь одно Тело Тирана!

Цинь Му тоже слегка взволновался, но внезапно его охватили сомнения:

— Но совершенствование Сюй Шэнхуа совсем не отличается от моего. Находясь со мной в одной области, он определённо должен быть Телом Тирана!

— У этого может быть лишь одна причина, — серьёзно ответил старейшина. — Дело в том, что ты просто недостаточно усердно тренируешься! Тебе должно быть очень стыдно, что с силой Тела Тирана сравнилось обычное духовное тело или подделка. Подумай хорошенько над своим отношением к делу!

Тяжело кивая, Цинь Му торжественно ответил:

— Не волнуйся, дедушка старейшина. Я определённо начну работать усерднее! Раз об этом зашла речь, я и вправду ленился последние несколько дней. Если я тренируюсь, Сюй Шэнхуа идёт в ногу со мной, однако, если я буду бездельничать, он окажется сильнее!

Старейшина окончательно успокоился, думая про себя: «Му’эр ещё слишком молод, раз мне с такой лёгкостью удалось заставить его работать усерднее. Если Сюй Шэнхуа побьёт его, он уже будет знать, в чём причина, а у меня появится ещё больше способов выкрутиться».

Взгляд Имперского Наставника остановились на старике, когда он с искренним интересом спросил:

— Брат Дао, ты говорил, что существует настоящее Тело Тирана и подделки, но между ними есть какая-то связь. Ты не мог бы объяснить?

Глаза старейшины мгновенно полезли на лоб. Обмануть Цинь Му оказалось несложно, об одноногом вообще не стоило беспокоиться, так как тот думал лишь о воровстве, не вникая в дела мира боевых искусств. Но Имперский Наставник был совершенно другим человеком.

— Кхм, кхм… Тело Тирана и его подделка ведут борьбу за судьбу, — мрачно начал старик. — В мире есть и может быть лишь одно настоящее Тело Тирана, в то время как подделок может быть много. Когда-то я слышал легенду, в которой говорилось, что, если подделка убьёт Тело Тирана, она сможет украсть его судьбу, становясь настоящим Телом Тирана. Правдива ли эта легенда, я не знаю.

Имперский Наставник глубоко погрузился в свои мысли, после чего поднял голову и проговорил:

— Борьба за судьбу между Телом Тирана и подделкой и вправду пугает. Однако, откуда подделка знает, что перед ней настоящее Тело Тирана? Если они не знают противника в лицо, как они могут его убить?

Старейшина был на грани ярости. Этот мерзавец когда-то успокоится? Что ещё можно было додумать к этой истории?

— Между Телом Тирана и подделкой существует невообразимо сильная связь. Когда они встречаются, то могут прочувствовать друг друга, — успокаивая свои мысли говорил старейшина. — После первой встречи у них возникает уважение к таланту друг друга, но они врождённые враги, которым придётся сражаться на смерти…

Когда у него закончились идеи, чтобы продолжать, глаза Цинь Му неожиданно загорелись, и он удивлённо хлопнул ладонями:

— Когда я встретил Сюй Шэнхуа, произошло то же. Теперь это не странно, совсем не странно! Мы встретились у реки, когда он отдыхал на лодке. Тогда он остановился, увидев меня, и пригласил на борт. Оказывается, это было из-за связи между настоящим Телом Тирана и подделкой.

Имперский Наставник уже не сомневался в его словах, поднимая голову и вдумчиво смотря в небо:

— Сюй Шэнхуа пришёл из Высших Небес, также как бог, который навлёк на нас катастрофу. Что это за место, в котором живут настоящие боги и Тела Тирана? Брат Дао тебе ведь что-то о нём известно?

— Они просто поддельные боги, — пробормотав, старейшина тоже поднял голову, всматриваясь в лазурное небо. На западе от них было кровавое поле битвы, но никто даже не думал о нём, не переживая о происходящем.

— Высшие Небеса — не более чем кучку слуг, они глаза бога, надсматривающего за нашим миром, — тихо продолжал старик. — Снежная Катастрофа Империи Вечного Мира поставила людей в ужасное положение, а ваши земли всё ещё не успели восстановиться. Но катастрофа, призванная Высшими Небесами — всего лишь метеорологическая атака. Если настоящий бог решит вас наказать, хе-хе… — отрывая взгляд от неба, он продолжил. — Глубина Восточного Моря десять километров, но оно наполнилось за одну ночь. Великие Руины когда-то были морским дном, но за день они превратились в горы и сушу.

Волосы Имперского Наставника встали дыбом.

— Я изо всех сил боролся против Высших Небес, в итоге с трудом совладав с их мощью. Однако, существа, стоящие за ними, намного сильнее… — старейшина посмотрел туда, где должны были находиться его ноги и руки, замирая. Он начал бормотать себе под нос. — Ты их встретишь, и Му’эр их встретит…

Имперский Наставник посмотрел на шрамы от ранения старейшины. Следы, оставленные мечом, показались бы вполне нормальными обычному человеку, но в его глазах, глазах Бога Меча этого поколения, в них крылось безграничное чудо. Он отлично понимал, насколько страшным был человек, которые отрубил конечности старика!

— Высшие Небеса снова навлекут катастрофу на Империю Вечного Мира, — мрачно вздохнул старейшина. — Однако, их главным врагом является Император Людей. Я сражался с ними на протяжении нескольких сотен лет, но мне осталось лишь два-три года жизни. Теперь, когда ты понял путь меча, ты тоже можешь вступить с ними в бой. В будущем этим займётся Му’эр. Так как я покинул Великие Руины, в последующие несколько дней они отправят к нам гостей. Я встречусь с ними ещё один раз… — он говорил равнодушно, но трое слушателей ощутили в его голосе нотку решительности.

— Император Людей не может умереть лёжа в постели, — улыбнувшись, подытожил старейшина. — Кровать — не то место, где я упокоюсь.

Имперский Наставник вновь поднял глаза, спокойно говоря:

— Высшие Небеса… Однажды кавалерия Империи Вечного Мира ворвётся в это место! Но сначала, мы ворвёмся в Перевал Хэлань!

Поднявшись, он приказал:

— Отправляемся к перевалу!

К центру города подъехала карета-сокровище. Цинь Му заволок старейшину внутрь, в то время как Имперский Наставник с улыбкой уселся на носу:

— Продолжим разговор, когда приедем.

Одноногий поднял золотую книгу, бросая её Цинь Му со словами:

— Книга Гроссмейстера, понятия не имею, какие ужасные и дьявольские техники кроются внутри.

Хватая книгу, юноша покачал головой:

— Она не принадлежит Гроссмейстеру. Это книга моей семьи Цинь, он просто украл её.

Одноногий возмущённо фыркнул:

— Му’эр, ты определённо недостаточно трудолюбив. Как, владея Рукой Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, ты позволил себя обокрасть? Ты и вправду останешься всего лишь вторым по мастерству вором мира.

— Я же говорил, что хочу остаться на втором месте. Ты всегда хочешь подтолкнуть меня вперёд, — рассматривая книгу, Цинь Му изумлённо воскликнул. — Паньгун Цо умудрился её открыть! Она ведь была запечатана, когда я встретился с отцом!

Мозг старейшины вскипел от услышанного, и он истерически выпалил:

— Ты встретил людей из деревни Беззаботной?!

Цинь Му положил книгу на стол, а его лицо сразу же заволокло печалью:

— Я встретил его на корабле в Долине Призраков, но, использовав запрещённую технику он превратился в дерево… Он подписал Соглашение Графа Земли с Владыкой Сатурна, поэтому даже не смог открыть глаз, чтобы посмотреть на меня. После того, как он кое-чему меня обучил, наши пути разошлись, — договорив, юноша смотрел вперёд опустевшими глазами. Затем он покачал головой, отбрасывая все плохие мысли. После его рассказа о случившемся в Долине Призраков, трое слушателей были ошарашены. Подобные вещи порождали в них тоску, смешанную с чувством страха. Множество секретов, спрятанных внутри судна, заставили их сердца дрожать.

Имперский Наставник был потрясён до глубины души. Мало того, что Цинь Му владел Телом Тирана, так его отец был сродни богу!

— Как люди деревни Беззаботной становятся богами? — внезапно Имперский Наставник вспомнил, что божественные мосты жителей Беззаботной были соединены с небесами!

Люди Маленькой Нефритовой Столицы рассказывали ему, что божественные мосты всех жителей мира людей были разрушены, за исключением жителей деревни Беззаботной, чьи божественные сокровища были в полном порядке!

Разве это не значило, что божественный мост Цинь Му тоже был соединён с небесами?

Имперский Наставник повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Му. Юноша понятия не имел, о чём тот думал, и спокойно открыл книгу, рассматривая её текст.

Флот летающих кораблей впереди уже раздавил всё, что оказалось у него на пути, подбираясь к Перевалу Хэлань. Зона Утиного Языка была завалена трупами практиков божественных искусств Империи Варварских Ди, убитых Пушками Истинного Происхождения.

Мастер Чертога Меча Цзянь Саньшэн и Генерал Полевого Командования Юйюань Чуюнь использовали летающие судна в качестве мечей. С их помощью два мастера меча устроили настоящую резню, уничтожая армию варваров быстрее, чем сгорает палочка благовоний. Их боевой дух разрушился от встречи с четырнадцатью тысячами Пушек Истинного Происхождения. И теперь выжившие солдаты в спешке мчались в сторону перевала.

После этого началась безжалостная расправа. Даже Шаманы Короли и Ханы, прилагая все свои усилия, так и не могли остановить поток беглецов, врывающийся сквозь ворота.

Имперский Наставник Вечного Мира неспеша ехал вперёд. Его скорость была рассчитана таким образом, что, когда Мастер Чертога Меча захватит перевал, они как раз войдут в город.

Внутри кареты Цинь Му с серьёзным лицом смотрел на первую страницу книги. Внезапно он поднялся, а его жизненная Ци вылетела из кончика пальца, создавая в воздухе кучу разных линеек. Они были круглыми, треугольными, квадратными и полукруглыми, сверкая всевозможными углами и обозначениями, чтобы измерить чертёж на первой странице.

— Му’эр, что ты делаешь? — с любопытством спросил одноногий.

— Измеряю Сорочий Мост, — не отвлекаясь ответил юноша. — Техника в книге моей семьи очень странная. Чтобы совершенствовать её, мне нужно идеально измерить каждый угол жизненной Ци. Здесь может быть нарисовано… Возможно это…

Глава 338. Широкое мышление

— Что это? — спросил недоумевающий одноногий.

— Я думаю… — заговорив, Цинь Му погладил подбородок… — что техники в этой книге подробно описывают способ соединения Божественного Моста.

— Какого моста? — словно не расслышав, переспросил одноногий.

— Божественного Моста, — ответил парень. — Божественные Сокровища не похожи на меридианы в человеческом теле, так что можно выполнить технику только одним взглядом. Божественные Сокровища — это пустые пространства, поэтому, когда жизненная Ци проходит через них, каждый миллиметр обладает различной измеряемой величиной. Поэтому мне нужно узнать конкретные размеры. Трудно определить координаты в пространстве, любая неосторожность приведёт к ошибке…

Лицо одноногого было абсолютно пустым, когда он уставился на продолжающего измерять изображения в золотой книге Цинь Му.

— Если допустить ошибку с вычислением размеров… Скажем так, даже самую маленькую ошибку в цифрах Мо Ху можно сравнить с тысячами пройденных километров не в ту сторону, — юноша достал кисть и бумагу, чтобы записать данные своих измерений, продолжая даже не поднимая головы. — Мои расчёты должны быть точными и доходить до Мо Ху. Кроме того, размер человеческого тела на картинке отличается от размера реального человеческого тела. Размер божественного сокровища здесь также отличается от божественных сокровищ реального человека, поэтому позволь мне сначала вычислить основные числовые значения. Размер каждого Божественного Сокровища Божественного Моста отличается, но с лежащими в основе числовыми значениями… можно будет совершенствоваться, используя соотношение. Тогда получится достичь Секретов Сорочьего Моста…

— Какого моста? — снова выпалил одноногий.

— Сорочьего Моста, — улыбнулся сбитый с толку Цинь Му. — Дедушка, ты, кажется, немного не понимаешь, о чём идет речь. Я не буду больше говорить с тобой, это дольно хлопотная работёнка. Мне придётся очень долго…

Внезапно с каким-то волнением выкрикнул старейшина деревни:

— Какого моста?

— Старейшина и ты туда же? Сорочьего Моста! — поразился Цинь Му.

— Не в этом дело! — обернувшись, быстро сказал Имперский Наставник. — Нет! Перед Сорочьим Мостом ты ясно говорил о Божественном Мосте!

— Соглашусь! — выкрикнул одноногий. — Я тоже слышал про Божественный Мост!

Старейшина несколько раз кивнул:

— Да, был Божественный Мост.

Цинь Му пришёл к осознанию и улыбнулся:

— Божественный Мост этого человека на картинке сломан, а техника, которую он использует для его ремонта, называется Сорочий Мост. Я просто проводил необходимые корректировочные математические расчёты, необходимые в Секретах Сорочьего Моста. Эту технику очень трудно совершенствовать, ведь в неё имеет место быть много требуют расчётов тонкостей…

— Техника, используемая для ремонта Божественного Моста!

Аура трёх мужчин внезапно вспыхнула, и карета, которая летела в воздухе, разлетелась на куски. Затем осколки превратились в порошок от вибраций, вызванных ужасающей аурой!

Цинь Му немедленно поднялся в небо, прижимая золотую книгу и записанные им измерительные данные к груди. Вся его одежда была заляпана пролитыми чернилами.

Имперский Наставник, старейшина и одноногий хотели тут же схватить книгу. Но увидев, как парень прижимал её к груди, остановились и убрали свои руки, едва в состоянии сдержать волнение в сердцах.

— К счастью золотая книга не запачкалась чернилами. Иначе ваши грехи были бы непостижимы, — проворчал Цинь Му.

— Сначала приземлимся на землю! — тут же скомандовал старейшина.

Четвёрка приземлилась на землю, земля вокруг них была повсюду усеяна трупами. Некоторые места до сих пор пылали огнём вперемешку с клубящимся едким дымом. Такое могли сотворить только божественные искусства огня.

Тем временем армия Империи Варварских Ди лихорадочно прорывалась через ворота Перевала Хэлань в надежде сбежать, но местные стражи держали городские ворота плотно закрытыми, не желая никого впускать. Варвары разгромленной армии были вынуждены начать пробивать себе путь силой. Высокая стена непрерывно рушилась от ударов многочисленных сильных практиков, во все стороны разлетались осколки камней. Им удалось прорваться через внешнюю городскую стену, так как та была достаточно широкой, но внутренняя всё ещё не поддалась.

Солдаты, охранявшие перевал, выстреливали своими божественными искусствами и духовными оружиями со стен. Они нападали как на находящихся внизу союзников, так и врагов. Братская кровь лилась рекой, хотя ещё недавно они сражались плечом к плечу. Если коротко — жуткое зрелище. Люди умирали один за другим, а трупы под городскими стенами образовывали собой настоящие холмы.

Флот под чутким руководством Мастера Чертога Меча и Юйюань Чуюня остановился в шестидесяти километрах от Перевала Хэлань, явно больше не собираясь продвигаться дальше. Как вдруг с очередным залпом Пушек Истинного Происхождения городские башню и ворота разнесло на куски. Бесчисленные беглецы в тот же миг хлынули в город наводнением.

Руки и ноги находящегося в городе Паньгун Цо оледенели от ужаса. Городские ворота пали, потерпевшая поражение армия ворвалась в город. Перевал потерял свою ценность, ведь совершенно не мог остановить наступления противника. Отступающие чуть было не растоптали выстроившиеся в построении гарнизонные войска, поэтому теперь бежали уже все. Если враг воспользуется таким удобным шансом и разберётся со всеми ими прямо здесь и сейчас, тогда прерия, безусловно, понесёт колоссальные потери!

— Уведите меня, немедленно! — отринув все страхи, рявкнул Паньгун Цо. — Покидаем город, бросаем Перевал Хэлань!

Шаман Король немедленно поднял его, вылетая из перевала. По дороге парень строго обронил:

— Ученики нашего Дворца Золотой Орхидеи должны покинут поле битвы!

Дрогнув в сердце, Шаман Король спросил дрожащим голосом:

— Гроссмейстер, если наши ученики отступят, у армии не будет шанса выжить!

— Но Дворец Золотой Орхидеи выживет, — спокойной парировал Паньгун Цо. — Держа здесь оборону, все наши ученики попросту перемрут. Мы должны поберечь наши силы. Истинное поле боя развернётся в прерии. Репутация нашего Дворца Золотой Орхидеи не связана с уважением и поклонением племён. Если Имперский Наставник хочет захватить прерию, ему придётся заплатить большую цену!

Шаман Король немедленно собрал свою жизненную Ци и превратил её в сотрясающий мир крик, который распространился по всему полю боя. Он приказал ученикам Дворца Золотой Орхидеи отступить. После этого ситуация стала ещё более беспорядочной. Каждый хотел просто сбежать и спасти свою жизнь. Они бежали через городские ворота, протискивались друг к другу, затаптывали павших. Некоторые совершенствовались в воздушных божественных искусствах, но даже в небе их доставали Пушки Истинного Происхождения.

Юйюань Чуюнь контролировал небо, поэтому ни один практик божественных искусств Империи Варварских Ди не мог убежать таким образом. Мастер Чертога Меча тем временем контролировал землю, но он не блокировал людей от побега обратно через перевал. Вместо этого он уничтожил всех врагов на земле перед собой, заставив остальных бежать ещё более отчаянно. Под летающими кораблями армия Империи Вечного Мира хлынула вперёд, добивая остатки выживших.

Паньгун Цо повернулся взглянуть на Перевал Хэлань, который уже начал рушиться. В городе полыхал огонь, в небо поднимался густой едкий дым. Солдаты Варварских Ди спасались бегством. Некоторые из них пытались взобраться на гору Хэлань, когда не могли выбраться из города, но большинство падало вниз, разбиваясь в лепёшку.

Многочисленные великие шаманы и Шаманы Короли прилетели и собрались вокруг Паньгун Цо. На лицах каждого отражались страх и отчаяние, но парень был спокоен, когда сказал:

— Немедленно разойдитесь и отравите все источники воды в прерии шаманским ядом, чтобы чума распространилась по земле. Когда армия Империи Вечного Мира пойдёт за нами, они все погибнут!

— Гроссмейстер! — сердца всех великих шаманов и Шаманов Королей в ужасе дрогнули, и один Шаман Король рыдающе добавил. — Все соплеменники в прерии тоже будут отравлены!

— Прерия достаточно большая, — Паньгун Цо был равнодушен. — Мы не будем травить большие города, так что основной племенной костяк выживет.

— Но есть так много небольших кочевых племён…

— Среди них одни бедные и непритязательные люди, — юноша был непреклонен. — Они умрут вместе с практиками божественных искусств Империи Вечного Мира, это того стоит. Немедленно разойдитесь и отравите воду. Не может быть никаких задержек. В противном случае, когда армия Империи Вечного Мира доберётся сюда, их первой целью будет Дворец Золотой Орхидеи!

Большинство великих шаманов и Шаманов Королей на миг оцепенели, но всё же разошлись во всех направлениях.

Паньгун Цо не обращал внимания на Перевал Хэлань, где дым поднялся из огня войны, окутывая рушащийся когда-то неприступный перевал. Он повернулся и пошёл ко дворцу, бормоча:

— Прошло столько лет, около семи или восьми тысяч лет, верно? Моё сердце уже спокойно, как старый колодец, без единой ряби. Это ведь в первый раз, правда? В первый раз, когда я чувствую желание бороться изо всех сил в моей жизни… Империя Вечного Мира, Имперский Наставник, Владыка Небесного Дьявольского Культа, вы, ребята, снова зажгли мой боевой дух!

****

На поле боя Цинь Му переместил несколько трупов в одну сторону и открыл золотую книгу, наконец позволяя Имперскому Наставнику, старейшине и одноногому увидеть её содержимое.

Три головы скучковались в одном месте и нервно уставились на письма и рисунки, отчаянно запоминая и вычисляя всё. В какой-то момент трио удивлённо воскликнуло:

— Чудесно, поистине чудесно! Как люди деревни Беззаботной смогли подумать о таком сложном способе соединения божественного моста?

— Прежде чем придумать такую технику, насколько велика должна быть вычислительная способность, необходимая для таких точных расчётов?

— Братья, могу я перевернуть страницу? — сказал Имперский Наставник. — Сорочий Мост не должен ограничиваться этим, на следующей странице определённо должна быть другая техника! Однако расчёты там будут ещё более запутанными и в качестве основы потребуют результата расчёта по Сорочьему Мосту.

После переворота страницы, последовала очередная волна восклицаний:

— Действительно ещё одна техника, и без предыдущих расчётов не обойтись. Секреты Загадочного Путеводителя поистине замечательны. Он буквально строит павильон в воздухе! Расчёт до такой степени, безусловно, божественный!

— Один человек не мог рассчитать всё это. Техника, вероятно, была выведена всеми мудрецами Беззаботной!

— Быстро, быстро, быстро, переверни на следующую страницу… Что ты на меня смотришь? У меня нет рук! — процедил старейшина.

Спустя довольно длительный промежуток времени издалека донеслись громкие взрывы и возгласы. Цинь Му поднял голову и кашлянул:

— Перевал Хэлань завоёван, — ничего не отвечая, трио продолжило испепелять взглядами золотую книгу. Юноша беспомощно покачал головой. — Разве мы не должны идти туда? Скоро небо потемнеет. Если мы останемся в Зоне Утиного Языка, то окажемся в опасности, когда ночью вторгнется тьма. В конце концов, это Великие Руины, — трио вновь промолчало. Цинь Му заскучал до смерти, но всё же выждал ещё некоторое время, прежде чем сорвался, говоря. — Независимо от того, как долго вы смотрите, если вы не можете провести математические расчёты по математическим рассуждениям в технике, ваши изучения закончатся впустую.

Они, наконец, подняли свои головы и неохотно отвели взгляды от золотой книги.

— Дедушка старейшина, у тебя есть уверенность в исправлении своего Божественного Моста? — немедленно спросил юноша.

Качая головой, старейшина сказал:

— Мне осталось не так много жить, так что от моей судьбы будет зависеть, смогу ли я починить Божественный Мост или умру от старости. Из трёх видов техник в этой книге, исправление Божественного Моста — непростая задача.

Имперский Наставник кивнул:

— Перед этим нам сначала нужно просчитать все три техники. Этот момент очень важен, и мы должны рассчитать всё как можно скорее. Как только это будет сделано, мы сможем распространить это знание.

— Имперский Наставник, ты хочешь распространить технику, которая могла бы заставить людей стать богами и дьяволами, но ты просил разрешения у человека из семьи Цинь деревни Беззаботной? В конце концов три техники тебе не принадлежат! — усмехнулся одноногий.

Мужчина был ошеломлён на мгновение, затем извиняясь сказал:

— Я начал рассуждать о распространение техники, но забыл спросить владельца. Владыка Культа Цинь…

Цинь Му улыбнулся:

— Я и не собирался держать это лишь при себе. Я тоже подумывал распространить техники.

Имперский Наставник посмотрел ему в глаза в попытке узнать его истинное намерение, но он видел лишь несравнимо ясный взгляд Цинь Му. Вдруг он вздохнул:

— Старый Император Людей, я наконец-то понимаю, почему ты выбрал его своим преемником. Он действительно обладает качеством и широтой ума Императора Людей. Он может быть молод, но его мышление достаточно широко!

— Му’эр учился у нас, так что, конечно, его мышление достаточно широко! — ответил старейшина.

Глава 339. Генерал Бянь

Если Имперский Наставник Вечного Мира знал бы о прошлом девяти стариков, он сразу бы понял, откуда взялась мудрость и широта ума Цинь Му, несопоставимая с его возрастом.

Старики деревни Цань Лао были самыми родными людьми парня, а также его учителями.

Среди них был новый Жулай, Бог Копья из прошлого, озорной немой, кто к тому же был лучшим кузнецом мира, когда-то красивый и безжалостный Безликий Король Ядов и Святейшая Небесного Дьявольского Культа, способная очаровать даже бога или дьявола.

Кроме того, был глухой, кого Имперский Наставник удостоил чести Святого Искусств, одноногий, которому удалось сбежать от рук Наставника даже с отрубленной ногой и мясник, поднявший свой нож на небеса, удостаиваясь чести Бога Ножа.

Кроме того, Император Людей прошлого поколения тоже входил в девятку.

Все они были невероятно мудры и открыты. Кто-то был эмоциональным, кто-то милосердным, уверенным, скрытным, безжалостным, хитрым, спокойным или умелым. Но единственное, в чём старики были похожи — это абсолютная искренность и чистое сердце.

Именно из-за того, что Цинь Му рос в такой деревне и с такими людьми, он стал тем, кем стал, человеком, которым восхищался даже святой, появляющийся раз в пятьсот лет.

Тем не менее, Цинь Му не видел в себе ничего особенного. Покинув деревню Цань Лао, он не думал, что владеет огромной силой. В конце концов, будучи владельцем Тела Тирана, в его достижениях не было ничего странного, так что он не видел смысла суетиться по этому поводу.

Впрочем, в глазах других, он был настоящим монстром. Независимо от того, было ли это искусство ядов или лечения, ковка, воровство, рисование или каллиграфия, он был одним из лучших мастеров мира.

Только боевые навыки Цинь Му не привлекали особого внимания. Он тщательно совершенствовался, оттачивая свои способности, но в Империи Вечного Мира, где таланты были повсюду, никто ему не удивлялся.

Но даже этот, самый незаметный талант парня, заставлял Паньгун Цо страдать раз за разом, не говоря уже об остальных сверстниках юноши.

Когда Цинь Му покинул деревню Цань Лао, его достижения в алгебре не были слишком выдающимися, однако с того времени он значительно улучшил свои знания. Даже члены секты Дао не всегда владели настолько хорошим пониманием Трактата Высшей Тайны, как у него. И несмотря на отсутствие принадлежности к секте Дао, он детально изучил это писание.

Он начал с опозданием, но всё равно дошёл до конца быстрее остальных. В этом мире осталось не слишком много людей, которые лучше него владели алгеброй.

Чем лучше Имперский Наставник его узнавал, тем сильнее чувствовал, что этот юнец был не таким, как все.

— Чтобы построить алгебраические модели из нарисованного в золотой книге, нам определённо понадобится помощь настоящих мастеров, — спрятав золотую книгу, Цинь Му продолжил. — Я могу закончить расчёты и построить модель первой техники, Секреты Сорочьего Моста, за месяц. Однако, вторая техника, Секреты Загадочного Путеводителя, и третья, Секреты Пересекающегося Бога, намного сложнее. Если я буду работать в одиночку, то потрачу около года. Это слишком долго.

Имперский Наставник, старейшина и одноногий помрачнели в лицах. Чтобы построить алгебраические модели, им придётся измерить каждый угол пространства из золотой книги, используя цифры для изображения координат техник. Это было чрезвычайно важной задачей!

При наличии алгебраических моделей, можно будет использовать соотношение божественного моста в книге к божественному мосту человека, чтобы понять, каким образом нужно использовать техники из книги.

Только тогда мастер мог бы изучить Секреты Сорочьего Моста и построить свой собственный Сорочий Мост. Когда тот отстроит часть божественного моста, можно будет сделать следующий шаг, которым была техника Секретов Загадочного Путеводителя, опуская загадочный мост с небес на противоположной стороне.

После того, как Секреты Загадочного Путеводителя будут изучены, можно будет приступить к Секретам Пересекающего Бога.

Если в расчётах Сорочьего Моста будет допущена ошибка, мосты Загадочного Путеводителя и Пересекающего Бога не соединятся друг с другом. Все приложенные усилия окажутся напрасными, и вся работа пойдёт впустую!

— В секте Дао лучшим знатоком алгебры являлся Старый Мастер Дао. Однако, он покинул свой трон и ушёл бог знает куда. Следом за ним идёт новый Мастер Дао, Даоцзы Линь Сюань, — говоря, Цинь Му продолжал измерения. — Его достижения в алгебре невероятно высоки. Когда-то я видел Меч Дао в его исполнении, парень определённо хорош.

Имперский Наставник ощутил головную боль, проговорив:

— Секта Дао и Империя Вечного Мира находятся в не слишком хороших отношениях, но нам нужна их поддержка. Более того, кроме золотой книги, нам нужно провести расчёты для Божественной Пушки Солнечного Удара! Это оружие чрезвычайно важно для нас, мы определённо должны его построить. Усилий одной лишь секты Дао точно не хватит для всей предстоящей работы, так что мне придётся посетить Маленькую Нефритовую Столицу.

Мужчина посмотрел в сторону прерий, и его головная боль усилилась ещё больше.

Теперь, когда Империя Варварских Ди потерпела поражение, наступил идеальный момент для захвата прерий. Нельзя было упускать такой возможности!

Заручиться поддержкой секты Дао, посетить Маленькую Нефритовую Столицу, вторгнуться в прерии, чтобы захватить Дворец Золотой Орхидеи, — всё это были чрезвычайно важные задачи, но мужчина не владел техникой клонирования, чтобы заняться ими одновременно.

В то же время на севере страна Волчьего Убежища продолжала атаковать Империю Вечного Мира. Разбираясь со столькими проблемами, Имперский Наставник вот-вот должен был взорваться.

— Я близко знаком с Мастером Дао, так что могу отправиться в секту Дао в одиночку. Возможно, мне удастся убедить Линь Сюаня, — улыбнувшись, заговорил Цинь Му. — Кроме того, я могу посетить Маленькую Нефритовую Столицу, когда-то я встречался с Ван Мужанем и его учителем, Странником Чжэнем.

— Я убил странника Чжэня, — проговорил Имперский Наставник. — А ты Владыка Небесного Дьявольского Культа, так что Маленькая Нефритовая Столица не слишком обрадуется твоему визиту.

Юноша повернулся к старейшине и одноногому:

— Мне нечем заняться, так что я не против прогуляться.

Имперский Наставник понял, что тот имел ввиду, и согласился:

— Хорошо, вы трое отправляйтесь в Маленькую Нефритовую Столицу, а я в это время сровняю с землёй прерии и уничтожу Дворец Золотой Орхидеи!

— Сотня сокровищ из дворца — мои! — напомнил Цинь Му. — Ты мне обещал!

— Не волнуйся, я всегда выполняю свои обещания, — торжественно ответил мужчина.

Цинь Му расслабился и улыбнулся:

— Старейшина, дедушка одноногий, давайте вернёмся к Перевалу Цинмэнь. Нам нужно сходить с Сюн Сиюй, её дочерью и жирным драконом в секту Дао и Маленькую Нефритовую Столицу.

Имперский Наставник тут же направился к Перевалу Хэлань, в то время как Цинь Му и остальные вернулись к Перевалу Цинмэнь, чтобы забрать Сюн Сиюй и её дочь.

Схватив старейшину, Цинь Му поместил его в корзину для трав и отправился в путь. Но спустя некоторое время он кое о чём вспомнил:

— Чёрт, я же никогда не был в Маленькой Нефритовой Столице!

Старейшина равнодушно проговорил:

— Я бывал там раньше. Там живут лишь старые мешки с костями, воняющие и упёртые. Даже если ты придёшь к ним, они могут отказаться помогать.

Одноногий радостно потёр ладони:

— Я тоже никогда не был в Маленькой Нефритовой Столице! Если в мире есть священная земля, которую я не успел обокрасть, моя жизнь будет напрасной! Жаль, что старый Ма не с нами…

Сюн Ци’эр подняла голову, бросая на старика серьёзный взгляд:

— Дедушка одноногий, за воровство тебя там побьют до смерти.

Старик умилился словами девушки и погладил её голову, спрашивая:

— Ци’эр хочет стать третьими в мире божественными руками?

— Да! — громким и ясным голосом ответила девушка.

****

На Перевале Хэлань солдаты были заняты починкой своего оружия, в то время как высшие генералы вышли навстречу Имперскому Наставнику, сообщая о потерях. Армия потеряла не слишком много людей, которые не шли ни в какое сравнение с предыдущей битвой. Духовное оружие и припасы почти не пострадали.

Мастер Чертога Меча и Юйюань Чуюнь тоже подошли с отчётом:

— Имперский Наставник, у нас закончились медицинские камни.

— Что? — воскликнул мужчина.

— Запас медицинских камней армии исчерпался, — повторил Мастер Чертога Меча.

— Невозможно! — внезапно поднялся Имперский Наставник. — Летающие корабли были укомплектованы трёхмесячным запасом медицинских камней, как мы могли растратить их за один день?

Мастер Чертога Меча не нашёл более длинного объяснения:

— Стреляя из пушек.

— Имперский Наставник, пушки, улучшенные Академиком Цинем, потребляют огромное количество энергии, так же как и новые печи. В этой битве луч из орудия был в сто раз сильнее, чем в предыдущей! Естественно, что и энергии он потреблял в сто раз больше. Поэтому медицинские камни и исчерпались так быстро.

Имперский Наставник собрался с мыслями и ответил:

— В таком случае, мы не можем отправлять новую армию вслед за противником. Пусть кавалерия и летающие войска отправляются в погоню. Ваша новая армия должна отдохнуть и перегруппироваться. Когда прибудут новые медицинские камни, я придумаю вам новое задание.

— Имперский Наставник, наша новая армия ещё не имеет названия. Не могли бы вы что-нибудь придумать? — спросил Юйюань Чуюй.

— Я пойду против закона, если наделю вас именем. Это задача Императора.

Взмахнув рукой, Имперский Наставник отпустил солдат, думая про себя: «Как они могли так быстро закончиться? Вещи, созданные Владыкой Культа Цинем, совсем не принимают во внимание то, насколько тяжело империя зарабатывает свой капитал, всеми способами накапливая силу. Кажется, будто он боится, что силы орудий окажется недостаточно…»

В этот миг подлетел посланник из летающих войск. Со свистом девятиглавая птица приземлилась на землю и покатилась вперёд, превращаясь в практика божественных искусств:

— Имперский Наставник Вечного Мира. Генерал Бянь просит божественного врача Циня прийти на передовую!

Сердце Имперского Наставника слегка вздрогнуло. Большинство войск сейчас отдыхали и перегруппировались, лишь армия Генерала Бяня отправилась преследовать противника. Тот был готов обрушить свою силу прямо на Поместье Жёлтого Дракона, столицу Империи Варварских Ди.

Бянь Чжэньюнь круглогодично охранял Перевал Цинмэнь, и отлично знал прерии. Выдвинувшись вслед за противником, он, можно было сказать, двигался под благословлением богов, и захват столицы противника был для него посильной задачей.

— Божественный врач Цинь Му отправился в секту Дао и не сможет выполнить приказ, что случилось?

— Шаманский Яд! — выкрикнув, практик божественных искусств расстегнул рубашку, показывая грудь.

На его коже были видны лихорадочные струпья и обширные изъязвления. Люди, стоящие неподалёку, начали шептать:

— Наши братья пострадали от шаманских ядов, и многие из них уже умерли! Военный врач из Имперского Колледжа говорит, что великие шаманы отравили воду!

Имперский Наставник с помрачневшим лицом оглянулся, после чего быстро поднялся:

— Покажи мне яд, я хочу взглянуть.

Практик исполнил божественное искусство физического тела, пытаясь превратиться в девятиглавую птицу, когда наставник использовал свою магическую силу, окутывая тело мужчины, заставляя его неподвижно зависнуть в воздухе неподалёку. Он торжественно проговорил:

— Не используя свою магическую силу, в противном случае шаманский яд будет распространяться быстрее. Просто покажи мне путь.

Его скорость была невероятно высокой, отчего казалось, что пространство под его ногами резко искривляется. Мужчина преодолел полторы тысячи километров и догнал войска Генерала Бяня быстрее, чем смогла бы сгореть палочка благовоний.

Когда с неба спустился Имперский Наставник, тот был ошеломлён.

По всей прерии валялись трупы людей и скота, принадлежащие не только солдатам Империи Вечного Мира из армии под руководством Генерала Бяня. Большинство мёртвых были простыми пастухами прерий, жившими здесь на протяжении долгих поколений.

Скорость с которой разлагались их тела, поражала.

В воздухе кишело мухами, летающими вокруг неподвижных трупов, однако, ни одна из них не осмеливалась приземлиться на их тела.

Уголки глаз Имперского Наставника задрожали. Внезапно практик божественных искусств за его спиной воскликнул и выблевал свежую кровь вместе со своими внутренностями. Он умер неестественной смертью, а его тело камнем полетело к земле.

Сердце первого под богами заволокли чёрные тучи. Даже если божественный врач придёт сюда, он окажется беспомощным. Дворец Золотой Орхидеи отравил все прерии, масштаб проблемы был слишком огромным!

Наставник крепко сжал кулаки, проходя сквозь моря и горы трупов. Среди них были бесчисленные солдаты Генерала Бяня, чьи тела быстро разлагались несмотря на то, что они всё ещё были живы.

Дрожащим взглядом Имперский Наставник посмотрел на Бянь Чжэньюня. Совершенствование мужчины было очень плотным, отчего шаманское вещество не нанесло ему вреда. Однако, глаза старика опустели. Он сидел возле молодого офицера, который приходился ему сыном, смотря на то, как его тело разлагается от отравления.

— Генерал Бянь… — генерал в оцепенении поднял голову, его глаза казались совсем безжизненными. Отвернувшись, Имперский Наставник ушёл, внушительно говоря. — Оставайтесь здесь, не возвращайтесь к перевалу.

Бянь Чжэньюнь посмотрел вслед его уходящему силуэту, внезапно прокричав:

— Имперский Наставник, здесь осталось много сынов Империи Вечного Мира, нельзя позволить им умереть в этом месте!

Тело Имперского Наставника задрожало, но он не остановился, продолжая идти в сторону Перевала Хэлань.

Добравшись к перевалу, мужчина посмотрел на практиков божественных искусств, таскающих на спине зелёные тыквенные бутылки. Никто не издал и звука.

— Начинайте, — закрыв глаза, первый под богами махнул рукой. — Затопите прерии и смойте шаманский яд.

Крышки тыквенных бутылок открылись, извергая чёрные тучи, заполнившие небо прерий. Затрещали разряды молний, ударяя землю, после чего пошёл густой дождь.

Примерно через десять дней, дождь медленно закончился. К тому времени прерии превратились в царство воды.

Имперский Наставник Вечного Мира снова вошёл в эти земли, увидев огромное количество утонувших людей и животных. Затем он обнаружил армию Перевала Цинмэнь, от которой остался лишь генерал Бянь. Все остальные были мертвы.

— Генерал Бянь, давайте вернёмся к перевалу, — тихо проговорил мужчина.

Бянь Чжэньюнь, в оцепенении посмотрев на него, прохрипел:

— Я привёл их сюда, но не отведу обратно, мне стыдно смотреть в их глаза… Имперский Наставник, верните трупы в Империю… Мне стыдно вас видеть!

Тот открыл рот, собираясь ответить, когда Бянь Чжэньюнь вытащил меч, отрубая свою голову. Крепко держа её обеими руками, он поставил её перед мужчиной.

Имперский Наставник поднял седоволосую голову, в то время как труп Генерала Бянь Чжэньюня повалился на землю.

Глава 340. Расчёты Секты Дао

Имперский Наставник убрал голову Бянь Чжэньюня, а когда взглянул на трупы, его сердце затрепетало. Он понял, что в течение десятидневного свирепствующего ливня старый генерал упорно, но аккуратно укалывал трупы солдат Перевала Цинмэнь.

Мужчина шёл вперёд, мертвецы лежали по обе стороны от него. Все павшие были упорядоченно уложены в одном месте, и подле абсолютно каждого бездыханного тела была оставлена деревянная табличка с именем. Даже пребывая в таком состоянии, Бянь Чжэньюнь смог распознать своих!

— Благородный генерал, — Имперский Наставник остановился, явно не собираясь делать вперёд даже шага, как вдруг он развернулся, его мантия затрепетала на ветру, а бесчисленное количество трупов взлетело, следуя за ним обратно к Вечному Миру.

Семьи солдат по-прежнему ждали их возвращения. Некоторые из павших были маленькими сыновьями, некоторые старыми отцами, а другие ушедшими на войну мужьями, чьих возвращения всё ещё ждали жёны, дочери и матери. Он хотел вернуть их домой.

— Дворец Золотой Орхидеи, — посмотрев на восток, пробубнил Имперский Наставник, затем отвернулся и направился к Вечному Миру.

Наступила ночь, другой мир пересёкся с текущим. Проплыла древняя лодка с призрачными огнями, под многочисленными точками света появились старцы, сворачивающие бумажных человечков и лодок. Павшие души тихо, не издавая даже звука, расселись по лодкам.

Имперский Наставник, чтобы не мешать посланникам Юду, прошёлся по краю. Герои, павшие в бою, и скотоводы прерий, умершие от ядов, отправлялись в таинственный Юду. Никто не знал, кто их принимал и чем закончится их путешествие.

****

Цинь Му взобрался на гору Куньлунь Нефритовой Пустоты. Прослыв раем Нефритовой Пустоты, это место не походило на реальный мир. Куда ни глянь, чувствовалось бессмертие священной земли. Даже беспощадная снежная катастрофа, окутавшая всю Империю Вечного Мира, ни в малейшей степени не повлияла на это место.

Гора Куньлунь не была похожа на гору Сумеру, расположенную на самом пике и обрамлённую десятками тысяч монастырей, а когда путник бросал на неё взгляд издали, то видел нечто невероятное, ослепительное, отчего сердце проникалось самой идеей буддизма… его необъятности.

Рай Нефритовой Пустоты был расположен между двумя горами и спрятан в глубине. Если бы кто-то захотел пойти туда, путнику пришлось бы пересечь тысячи гор и рек, и даже тогда ему не удалось бы найти эту загадочную священную землю…

Последователи секты Дао, любители самозабвенно совершенствоваться, не любили, когда чужаки нарушали их покой, да и вообще, все они редко показывали свой лик миру.

Цилинь спустился к подножью очередной горы. Не было никаких странных зверей, охраняющих ворота горы Нефритовой Пустоты, только соломенная хижина, в которой жил старый даос. Когда группа подошла к месту, он готовил еду.

Цинь Му спрыгнул со зверя и поприветствовал даоса:

— Владыка Небесного Святого Культа здесь, чтобы встретиться с Мастером Дао. Пусть старший брат сообщит ему.

Старый даос был удивлён и внимательно посмотрел на него, затем он взглянул на корзину с травами на спине и на светящегося искренней улыбкой одноногого.

— Ты и есть Владыка Небесного Дьявольского Культа? Во время той столичной заварухи ты убил довольно много братьев секты Дао, — проговорив, даос перевёл подозрительный, словно пытаясь что-то вспомнить, взгляд на одноногого.

Цинь Му с улыбкой сказал:

— Даосы не хотят, чтобы люди нарушали их покой, тем не мене, сами решили нарушить покой людей. Их смерть была заслуженной.

— Когда вопрос касается судьбы людей всего мира, иногда даосы вынуждены что-то предпринимать, — покачал головой старик. — Владыка Небесного Дьявольского Культа, я не стану с тобой спорить. На гору вам всем придётся подняться самостоятельно. Не мешайте моему совершенствованию.

— Последователи секты Дао такие лентяи, им даже лень сопроводить нас на гору. Похоже здесь не так уж много правил, — улыбнулся одноногий.

Старый даос снова посмотрел на сияющего искренней улыбкой старика, как вдруг переменился в лице:

— Этому запрещено идти с вами, он должен остаться здесь! — Цинь Му был озадачен, а распалившийся даос продолжал. — Сначала я его не узнал! Но как только услышал его голос, я вспомнил! Когда Бог Воров убегал с горы Нефритовой Пустоты, он украл почти всё, что у нас было!

— Сколько уже минуло лет? Я давно начал новую жизнь, — пробормотал одноногий.

Проигнорировав речь старика, даос позвал свою собаку:

— Фиють, фиють, фиють!

Огромное жёлтое существо вынырнуло из туалета и, виляя хвостом, неуклюже подбежало к старому даосу, который тем временем показательно продолжил:

— Собаку нельзя отучить есть дерьмо!

— Этот старый пердун унизил меня! — разозлился одноногий, но несмотря на распирающую изнутри ярость, он всё ещё был полон тёплых улыбок, заставляющих людей чувствовать, будто они купались в весеннем ветерке.

Сердце Цинь Му ёкнуло, и он мысленно помолился за благополучие даоса, после чего со старейшиной на спине и семенящим позади цилинем немедленно двинулся в гору.

Одноногий внезапно замерцал призраком и исчез, послышалось только его гоготание:

— Если ты запрещаешь мне подняться на гору, тогда попробуй остановить!

Старый даос поспешно погнался за ним, и они вдвоём исчезли на горе Нефритовой Пустоты. Через некоторое время, примерно на полпути к вершине горы, Цинь Му увидел раздетого догола и беспомощно сидящего на скале даоса.

Когда старик увидел едущего верхом на цилине юношу, он быстро схватился руками крест-накрест за свои плечи, но юноша притворился, что ничего не видит, и прошёл мимо него.

Старый даос вздохнул с облегчением, но Цинь Му внезапно повернулся:

— Где я могу встретиться с Мастером Дао?

— Мастер Дао Линь находится на вершине горы в Монастыре Нефритовой Пустоты! — от смущения гневно гаркнул старик.

Поблагодарив его кивком, Цинь Му достал одежду, хотя она больше напоминала тряпку, и кинул её ему. Сразу же подхватив тряпки, старый даос хотел было поблагодарить юношу, но тот уже пошёл прочь…

Поднявшись на вершину горы, путники увидели водопады и родники. Многие ученики секты Дао в настоящее время практиковали свои движения мечей под водопадом, рядом с которым находились Четырнадцать Писаний Меча Дао. Писания были помещены туда для всеобщего обозрения.

Ученики секты Дао практиковались со своими мечами достаточно странным образом, ведь перво-наперво проводили всевозможные расчёты со всеми видами измерительных инструментов. Среди таковых Цинь Му заметил диаграммы Уцзи, Тайцзи, Четырёх Символов, Пяти Элементов и Восьми Триграмм. Собой они образовывали структуру трёхмерного пространства для продолжения выполнения расчётов.

«Эти даосы больше похожи на геомантов», — подумал про себя Цинь Му.

Рассчитывая до определённого вывода, ученики подпрыгивали, а их летающие мечи покачивались. Их навыки владения мечом были экстраординарны.

Цинь Му не мог оторвать глаз от них, вскликнув в своём сердце: «Секта Дао действительно священная земля. Её последователи очень серьёзны в своём обучении».

Молодая даосская ученица пыталась решить уравнение, но безрезультатно, из-за чего расстроено дёргала уши. Но как только она увидела гостя, то сразу же подошла поприветствовать его:

— Старший брат, кого ты ищешь?

— Мастер Дао Линь Сюань здесь? Меня зовут Цинь Му, мне нужно найти его, — спрыгнув со спины цилиня, спросил юноша.

— Мастер Дао находится в Монастыре Нефритовой Пустоты. Тебе повезло, ведь он вернулся из Маленькой Нефритовой Столицы всего два дня назад, — проговорила молодая даосская ученица, указывая пальцем на даосский монастырь.

Цинь Му посмотрел на её инструменты расчёта и, с улыбкой протянув руку, дважды стукнул пальцем по пластине восьми триграмм:

— Шестьдесят четыре гексаграммы астрономического явления можно решить и так.

Даосская ученице тут же посмотрела на свою пластину восьми триграмм и на мгновение ошеломлённо застыла, прежде чем прийти в восторг.

Когда группа ушла, старая даосская последовательница спросила:

— Кто это был?

— Он назвался Цинь Му, и сказал, что пришёл встретиться с Мастером Дао, — улыбаясь, щебетала ученица. — Он помог мне эффективно решить трудное астрономическое явление, теперь я даже могу рассчитать количество звёзд Млечного Пути!

Старая даосская последовательница была поражена:

— Цинь Му? Это Владыка Небесного Дьявольского Культа! Этот дьявол убил бог знает сколько наших старших братьев, и всё же посмел наведаться в нашу секту Дао!

Молодая ученица в шоке прыгнула:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа? Он здесь, чтобы убить Мастера Дао? Что мы должны сделать?

Старая последовательница улыбнулась:

— В нашем Монастыре Нефритовой Пустоты совершенствуются все сильнейшие эксперты секты Дао. Если он попытается что-то сотворить, Небесному Дьявольскому Культу придётся выбрать другого Владыку. Давай тренироваться. Нет необходимости беспокоиться о нём.

В Монастыре Нефритовой Пустоты Цинь Му увидел кучу старых даосских последователей и последовательниц. Некоторые из них сидели на корточках в саду, с интересом разглядывая только что распустившийся цветок, другие валялись на земле, глядя на драку муравьёв, ещё одни неторопливо пили чай, играя в го, парочка играла на флейте возле павильона, в то время как все остальные ходили вокруг в рваной обуви, из дыр которых торчали пухленькие пальцы.

Цинь Му отступил и поднял голову посмотреть на горизонтально исчерченную доску, висящую на вершине даосского монастыря. Убедившись, что он точно попал в Монастырь Нефритовой Пустоты, он снова вошёл, сразу же обратившись к старому даосу:

— Где Мастер Дао Линь Сюань?

— Мастер Дао! — повернув голову, крикнул даос. — Кто-то ищет тебя!

Голос Мастера Дао Линь Сюаня был слышен из глубины Монастыря Нефритовой Пустоты:

— Понял, одну секундочку! Пожалуйста, помоги мне, я на решающем этапе готовки моих пилюль!

Старый даос повернул голову назад и сказал:

— Будь как дома!

Цинь Му облегчённо вздохнул. Подождав мгновение, он услышал громкий взрыв, и грибовидное облако поднялось в небо, как раз оттуда недавно был слышен голос Мастера Дао. Кучка старых даосских последователей и последовательниц засмеялись:

— Мастер Дао снова взорвал печь!

Линь Сюань вышел с закопчённым лицом и сказал:

— Дядя, если бы ты не кричал, я бы не взорвал печь… Владыка Культа Цинь!

Увидел Цинь Му, Линь Сюань был поражён. Он немедленно вытер копоть с лица и праведно спросил:

— Откуда у Владыки Небесного Дьявольского Культа появилось время посетить нашу секту Дао?

— Владыка Небесного Дьявольского Культа? — все даосы повернулись посмотреть на Цинь Му, отчего тот почувствовал исходящие от их взглядов убийственные намерения!

Первый конфликт между сектой Дао и Небесным Дьявольским Культом завязался ещё как минимум десять тысяч лет назад, а может все двадцать. Конфликтные отношения между последователями двух сект было вырезано в их костях, не говоря уже о том, что, чтобы подавить восстание Лин Юйся, Цинь Му недавно убил почти половину экспертов секты Дао в столице. Неудивительно, что все практики вокруг, услышав его титул, излучали убийственное намерение.

Цинь Му абсолютно не изменился в лице, но голова полная белых, седых волос выскочила из корзины на его спине.

Старейшина деревни огляделся, и куда бы ни направился его взгляд, старые даосские последователи и последовательницы отводили глаза. Не смея посмотреть ему в глаза, они все поспешили заняться своими делами.

Не имея больше цели для гляделок, старик нырнул обратно в корзину, а Цинь Му достал золотую книгу и улыбнулся:

— Старый Мастер Дао позволил мне прочитать Четырнадцать Писаний Меча Дао, и я благодарен ему за это. Теперь, когда старший брат Линь стал Мастером Дао, я пришёл показать тебе эту книгу, тебе надо прочесть её. Я даю тебе три дня.

Мастер Дао Линь Сюань улыбнулся:

— Ты также позволил мне увидеть Великие Небесные Дьявольские Рукописи, так что ты ничего не должен моей секте Дао. Эта книга… — как только его взгляд упал на первую страницу золотой книги, которую Цинь Му раскрыл, ему было трудно отвести взгляд. Он начал измерять рисунки и изучать писания. После измерения, он продолжал бормотать разные расчётные методы.

Когда даосы вокруг услышали бормотания Мастера Дао, сначала они не обратили на них внимания, однако, когда его расчёты становились более глубокими, им становилось очень любопытно.

Старый даос подошёл, и его взгляд был немедленно пленён рисунком в книге. Со временем всё больше и больше старых даосских последователей и последовательниц собиралось вокруг, самозабвенно погружаясь в измерения и вычисления.

Они были буквально очарованы расчётом. Время незаметно пролетело.

Внезапно протянутая рука отвелась обратно, а вместе с ней и книга. Голос Цинь Му окончательно пробудил старших от транса:

— Мастер Дао, братья, три дня истекли.

— Прошло уже три дня? — Линь Сюань и остальные были удивлены.

— Прощайте, — вежливо улыбнувшись, юноша развернулся, явно собираясь уйти.

— Стой!

— Владыка Культа Цинь, подожди!

Самодовольно улыбнувшись, юноша обернулся.

Глава 341. Сердечная Боль

Мастер Дао Линь Сюань пришёл в себя быстрее остальных. Подняв руку, чтобы остановить Цинь Му, он искренне проговорил:

— Владыка Культа Цинь, постой! Ты ведь принёс золотую книгу сюда не просто для того, чтобы дать Молодому Дао почитать её на протяжении трёх дней, а для того, чтобы подсадить меня на крючок! Так как ты уже дал мне наживку, а я проглотил её вместе с крючком, может быть присядем и обсудим детали?

Старые Даосы кивнули, заговорив в унисон:

— Нужно обсудить! Нет ничего, в чём нельзя договориться!

— Все мы люди, совершенствующие Дао и Ци, нет ничего, в чём мы не смогли бы договориться!

— Праведный и дьявольский пути, всё-таки оба являются путями, мы одна семья!..

Мастер Дао Линь Сюань пригласил Владыку Цинь Му присесть, а старая даоска немедленно отправилась приготовить чаю, который принесла спустя считанные мгновения. Попивая его, Цинь Му улыбнулся:

— Удивительный чай, он лишь слегка уступает напитку из Высших Небес. Что это за сорт, можно мне немного?

— Можно!

Старая даоска ухмыльнулась, обнажая парочку оставшихся зубов:

— Это Драгоценный Зелёный Аромат Небес нашей секты Дао. Только листья деревьев, растущих возле Источника Нефритовой Пустоты, удостаиваются такого названия. Их существует лишь три, и каждый год мы собираем только несколько килограммов чая. Сколько насыпать Владыке Культа Циню?

Положив корзину для трав на землю, юноша позвал старейшину наружу. Налив старику чая, он спросил:

— Дедушка, тебе нравится этот вкус?

— Драгоценный Зелёный Аромат Небес обладает лёгким, но длительным послевкусием, мне определённо нравиться его вкус! — улыбнулся старик. — Даже Император такого не пьёт! Дайте нам килограмм, будет на следующую весну.

— Принесите нам один килограмм самого лучшего качества, — юноша обратился к даоске.

Женщина быстро куда-то убежала, вскоре возвращаясь с огромным пакетом чая.

Спрятав подарок, Цинь Му оглянулся, после чего продолжил:

— Секта Дао, оказывается, бедна.

Старая даоска поспешно ответила:

— Мы не бедные, у нас было много имущества, но кто-то его украл. Владыка Культа Цинь, твоя золотая книга…

— Она принадлежит моей семье Цинь, — отложив книгу в сторону, ответил Цинь Му. — Между мной и Сектой Дао есть некоторые обиды, за которые я давно хотел извиниться, однако, у меня не появлялось на это времени. Сегодня я пришёл, чтобы дать Мастеру Дао почитать книгу и, надеюсь, решить наши конфликты.

— Владыка Культа, этого вполне достаточно! — уверенно ответил Линь Сюань. — Мы можем решить наши конфликты, но боюсь, что отличия между нашими учениями всё равно слишком велики. Даже если обиды забудутся, вскоре на их место придут новые. Владыка Культа Цинь, но я всё равно хотел бы поговорить о золотой книге.

Цинь Му мысленно воскликнул, услышав столь верное суждение, говоря:

— Взор Мастера Дао Линь Сюаня и вправду хорош, я глубоко поражён. В таком случае, давай поговорим о золотой книге. В ней записаны три техники: Сорочьего Моста, Загадочного Проводника и Пересекающегося Бога. Вам должна быть понятна причина, по которой я принёс книгу сюда… В ней записаны техники для восстановления божественного моста!

Сердца бесчисленных даосских монахов и монахинь вздрогнули. Они были настолько взволнованы, что с трудом держали себя в руках.

Восстановление божественного моста и преодоление последнего препятствия на пути к становлению богом было мечтой почти каждого мастера мира. Эксперты Секты Дао не были исключением!

Совершенствование до уровня бессмертия ничего не значило для людей секты Дао. Для них это был лишь способ слегка себя утешить.

Титул бессмертного происходил из Маленькой Нефритовой Столицы, с которой зачастую имели дело эксперты секты Дао. Люди, которые там жили, считали себя бессмертными, живя на горе вдалеке от мирских дел. Они были даже более спокойными и возвышенными, чем члены секты.

Когда старые приверженцы Дао заглянули в книгу, они были немедленно потрясены Секретами Сорочьего Моста. До них сразу же дошло, что это была техника для восстановления божественного моста, чья сложность поразила их до глубины души, не давая спать, есть или отдыхать на протяжении всех трёх дней.

Как только Цинь Му подтвердил их мысль о том, что техника использовалась для восстановления божественного моста и была способна проложить дорогу к небесам, у стариков тут же возникло желание стащить книгу.

Однако, глядя на безрукого-безногого старика, попивающего чай, они тут же успокаивались.

Три дня назад этот старик высунул голову из корзины, бросив на них свой взгляд, в котором они увидели возможности его навыков меча.

Смотря в глаза старика, они чувствовали, будто им навстречу мчится атакующий меч. Никто не был в силах увернуться или защититься от подобной атаки, отчего им пришлось отворачиваться от взгляда.

Все они были легендами секты Дао, и несмотря на то, что до уровня старого Мастера Дао никто из оставшихся не дотягивал, каждый из них был мастером уровня владыки культа, владея отличными навыками меча. Тем не менее, старик из корзины заставил их поверить, что любая попытка стащить книгу приведёт к жалкой смерти.

Взгляд Мастера Дао Линь Сюаня задрожал. Его жизненная Ци вырвалась наружу, формируя алгебраическую модель звёзд небесного цикла:

— Владыка Культа, реши это.

Цинь Му улыбнулся, зная, что парень хочет проверить его владение алгеброй. Если оно окажется слишком низким, секта Дао поднимет свою цену. Но если его способности заставят зрителей поверить, что он в силах справиться в одиночку, ему удастся заручиться их поддержкой.

— Это техника Звёзд Шахматного Превращения Великого Небесного Цикла, — пальцы Цинь Му неистово засвистели в воздухе, тыкая по звёздам то тут, то там. — Великий Небесный Цикл состоит из трёхсот шестидесяти пяти звёзд, размещённых вокруг триста шестьдесят шестой звезды, спрятанной внутри. Это Созвездие Нефритового Императора. Ты не отметил Нефритового Императора, чтобы я самостоятельно вычислил Число Звезды Нефритового Императора, верно? — сказав это, с помощью своей Ци юноша нарисовал звезду посреди великого небесного звёздного цикла. — Число Звезды Нефритового Императора вот здесь!

Сердца всех даосов подпрыгнули, и старики начали переглядываться: «У Владыки Небесного Дьявольского Культа чрезвычайные познания в алгебре и математике в целом, он так быстро всё разрешил! Если для вычисления Числа Звезды Нефритового Императора ему нужно так мало времени, то он определённо в силах самостоятельно разобраться с техниками из золотой книги. Это просто вопрос времени».

Линь Сюань рассеял свою жизненную Ци, с сомнениями спрашивая:

— Если Владыка может справиться самостоятельно, зачем он пришёл в секту Дао?

— Я в силах решить всё в одиночку, но на это уйдёт слишком много времени. Я не могу позволить себе подобного, — уверенно ответил Цинь Му. — Кроме того, мне нужна ваша помощь для расчётов алгебраической модели божественной пушки. Для решения этих двух проблем понадобятся усилия многих экспертов, владеющих алгеброй. Если Секта Дао желает мне помочь, она получит копии трёх техник, чтобы восстановить свои божественные мосты.

В Монастыре Нефритовой Пустоты все глубоко вдохнули, и место поглотила мёртвая тишина.

Забирая с собой золотую книгу, Цинь Му поднялся:

— Если Мастер Дао Линь Сюань заинтересован, жди меня в Имперском Колледже. Сначала я должен посетить Маленькую Нефритовую Столицу и пригласить несколько её экспертов. Кстати, Мастер Дао Линь, ты не мог бы дать мне Математический Трактат Непостижимой Женщины?

— Без проблем, — ответил Мастер Дао, протягивая книгу Владыке.

Пряча её в мешочек таоте, Цинь Му поблагодарил кивком и затем добавил:

— Молодой мастер, старый Мастер Дао тоже в Маленькой Нефритовой Столице, не так ли? У него осталось не так уж и много времени. Если нам удастся разобраться с техниками для восстановления божественного моста…

Тело Линь Сюаня вздрогнуло, но он промолчал.

Цинь Му вышел из Монастыря Нефритовой Пустоты и, подозвав к себе ожидающих снаружи Сюн Сиюй и её дочь, начал спускаться с горы.

Мрачно вздохнув, Мастер Дао посмотрел на старых Даосов Монастыря. Все они смотрели прямо на него. Поднявшись, парень торжественно проговорил:

— Соберите всех, кто владеет алгеброй. Мы спускаемся с горы и идём в столицу.

— Подумайте трижды, мастер Дао! — немедленно ответил старый даос. — Вы действительно хотите работать вместе с Небесным Дьявольским Культом? У этих людей намерения диких волков, а Владыка Небесного Дьявольского Культа этого поколения чрезвычайно умён. Он тоже питает злые намерения и убил огромное количество наших младших и старших братьев во время боя в столице!

Какая-то даоска добавила:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь и вправду намного умнее и безжалостнее, чем Ли Тяньсин, с ним намного сложнее иметь дело! Скорее всего, он принёс книгу, чтобы затащить нас в ловушку!

— Между Сектой Дао и Небесным Дьявольским Культом пылает конфликт, а Владыка Культа внушает страх. Мастер Дао, пожалуйста, подумайте трижды!..

— Нужно идти в столицу! Мы должны заполучить способ становления богом! — Мастер Дао Линь Сюань встряхнул рукава и равнодушно продолжил. — Дорогие старшие братья, больше ничего не говорите. Владыка Культа Цинь прав. Если мы ему не поможем, он всё равно окажется в силах разобраться в книге самостоятельно. Более того, в Имперском Колледже и Маленькой Нефритовой Столице есть люди, владеющие алгеброй, так что вычисление алгебраических моделей это всего лишь вопрос времени. Если наша секта Дао окажется на шаг позади, мы медленно начнём отставать от других, и вскоре Небесный Дьявольский Культ окажется значительно сильнее. Мы просто не выдержим их давления! — он развернулся, чтобы собрать свои вещи. — Наша Секта Дао нуждается в своём собственном боге, живом боге, способном её защитить. В мире полном изменения, священная земля не готовая подстраиваться не сможет выжить!

Бесчисленные даосы не нашли что сказать, начиная молча собираться в дорогу. Они выбрали своих самых талантливых учеников, готовясь к путешествию в столицу.

Внезапно раздался крик старой даоски:

— Чёрт подери, кто украл кнут лидера?

С противоположной стороны горы прозвучал ещё один визг:

— Кто съел мою рыбу?

— Кто украл мою занавеску горы и рек? Это драгоценный артефакт, над которым я работал столько лет!

— Кто-нибудь видел мою Бухту Вселенной? Это поддельная гора, которую я создал, заполучив Бухту Вселенной!

— Моя шпилька лежала на столике, где она?..

У подножия Горы Нефритовой Пустоты, Цинь Му прошёл сквозь горные ворота. Старый даос, стоящий на страже, ждал его возле соломенной хижины. Возвращая юноше одежду, он с подозрением спросил:

— Старый Бог Воров снова спёр сокровища Секты Дао?

Забирая своё имущество, Цинь Му покачал головой:

— Не знаю, я не видел его на горе.

Старик топнул ногой, говоря:

— Дерьмо! Если бы ты его видел, это значило бы, что старик спокойно отсиделся, однако, если нет, значит он уже переворачивает могилы предков в поисках сокровищ! — закончив, он подозвал к себе жёлтого пса и отправился к вершине горы.

Огромный пёс с невероятной ловкостью запрыгнул наверх. Обнюхав округу, он начал лаять, поднимая настоящий хаос.

— Если мы не уберёмся отсюда, эксперты секты Дао порубят нас на куски! — из корзины донёсся голос старейшины.

Опомнившись, Цинь Му начал подгонять цилиня:

— Беги быстрее!

Зверь немедленно помчался в сторону горного хребта Куньлунь.

Пробежав некоторое время, они наконец покинули горный хребет. С волнением на лице, Цинь Му проговорил:

— Интересно, сумел ли скрыться дедушка одноногий…

Прежде чем он успел договорить, в тени под деревом неподалёку возник силуэт одноногого. Казалось, тот сидит там уже довольно долго.

Цинь Му был ошарашен и собирался что-то сказать, но старик внезапно вскочил на ноги, будто под его задницей загорелся огонь. Взмыв к небу, он мгновенно исчез со словами:

— Му’эр, отправляйся в Маленькую нефритовую Столицу, я буду ждать там!

Неподалёку приземлилась огромная собака, на спине которой сидела группа даосов, чьи лица были переполнены желанием убивать.

Зверь обнюхал землю, и под его ногами разразились огромные тучи. Поднявшись в воздух, он отправился в том направлении, где исчез одноногий. Скорость существа была невероятно высокой, отчего тот двигался будто мерцающий огонёк.

Цинь Му был удивлён, после чего с милым выражением лица повернулся к цилиню:

— Жирный, ты можешь его догнать?

Зверь покачал головой:

— Этот парень очень быстр, я ему не ровня.

— Он бегает быстрее, питаясь дерьмом! — болезненным голосом проговорил юноша. — Откуда у тебя совесть берётся после этого есть духовные пилюли и остальные блюда?

Глава 342. Стихотворение

Подлизываясь, цилинь завилял хвостом:

— Я величественнее.

Цинь Му потерял дар речи… когда эта огромная фрикаделька с хвостом успела стать величественной? Дракономордый ел больше, чем кто-либо, и ладно бы он уступал в скорости только зелёному быку, так его ещё и плешивая собака уделала!

— Владыка, я тебе разонравился? — цилинь повернул морду со слезящимися глазами. — Неужели ты меня больше не любишь?

— Нет, — юноша фыркнул, его брови смягчились, — в конце концов через несколько месяцев новый год, разве я могу тебя не любить? Как насчёт того, чтобы я увеличил твой паёк до двух вёдер Алого Огня в день? Как говорится — больше еды, больше мяса.

Цилинь вздрогнул, а Сюн Ци’эр взобралась на его голову. Она осторожно схватила пучок волос на затылке, пытаясь не упасть, и прошептала ему на ухо:

— Не ешь больше, а то тебя зарежут на новый год!

— Да знаю я! Просто не могу себя контролировать… — чуть ли не рыдая, мягким голосом посетовал зверь.

Маленькая Нефритовая Столица располагалась в небе, далеко от секты Дао. Со скоростью цилиня, чтобы добраться до места назначения, им нужно будет бежать в течение десяти дней, поэтому Цинь Му изготовил кресло-качалку, закрепил его на широкой спине зверя, а после усадил в него старейшину.

Надо сказать, что у жирности дракономордого всё же было одно преимущество, а именно, тот мог стабильно поддерживать одну скорость, и его не сносило встречным воздушным потоком, так что не стоило беспокоиться, что старейшина ненароком вывалится. Сюн Сиюй иногда пила с ним чай, в то время как Цинь Му, всякий раз, когда они пролетали мимо городов, спускался вниз на закупки разного рода духовных трав, в конце концов ему по-прежнему нужно было продолжать её лечение. Девушка тоже не нарушила своё обещание, передав Цинь Му технику Природы Десяти Тысяч Душ Дворца Истинных Небес.

Техника Природы Десяти Тысяч Душ заключала в себе суть всех, имеющих духи и души, вещей. Метод совершенствования Дворца Истинных Небес Западных Земель отличался от метода совершенствования Средиземья. Их путь немного напоминал таковой у секты Дао, так как они оба были близки к природе. Тем не менее, секта Дао тщательно изучила математические рассуждения, один из Дао следует природе, в то время как Дворец Истинных Небес в основном сосредоточился на взаимодействии со всеми вещами, материализуя душу. Техника Дворца Истинных Небес совершенствовала несравнимо сильную мощь взаимодействия, даруя всем вещам душу.

Задумавшись на мгновение, Цинь Му почувствовал, что эта техника больше подходила женщинам. Женские мысли были более дотошными, а восприятие более острое, поэтому они, естественно, в этом превзошли мужчин. Пойди он по этому пути, ему удалось бы добиться некоторых успехов, вот только это не принесло бы ему большой, значимой пользы. Единственное, что было полезно в этой технике — метод создания.

Дарование души всем вещам — своего рода творение, создание. И по сравнению с Семью Писаниями Создания в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, техника Природы Десяти Тысяч Душ более прямая, но также более сложная, поэтому из неё однозначно можно было извлечь много чего полезного.

— Техника Дворца Истинных Небес не похожа на что-то из этой эпохи, — пока Сюн Сиюй учила Цинь Му технике Природы Десяти Тысяч Душ, старейшина, тоже внимательно слушая, анализировал то, что слышал. — Дворцовый Мастер Сюн, техника твоего дворца, кажется, немного древней и отличается от техник Эпохи Императора-Основателя. Когда была основана священная земля Западных Земель?

— Я ничего об этом не знаю. В тот момент, когда я стала дворцовым мастером, семья Юй восстала и захватила власть, так что у меня не было времени, чтобы посмотреть записи моего Дворца Истинных Небес. Но я знаю, что он чрезвычайно древний, и уходит корнями к забытому, далёкому прошлому. Однажды я услышала от Най Куй, что наш Дворец даже старше всех священных земель Средиземья… — покачав головой, грустно ответила девушка, но уже вскоре она приободрилась. — Если бы вы двое помогли мне вернуть власть над Дворцом Истинных Небес, я бы позволила вам прочитать там любые книги, что душе угодно!

Старейшина зевнул и закрыл глаза, пытаясь уснуть. Сюн Сиюй выжидающе посмотрела на Цинь Му, но тот уже игрался с Сюн Ци’эр. Используя кисть, он нарисовал несколько птиц, которые тут же ожили, начав летать вокруг. Пернатые кружили вокруг маленькой девочки, заставляя ту хихикать без остановки щебетом и игривостью.

Сюн Сиюй вздохнула и больше ничего не сказала. Было очевидно, что Цинь Му и старейшина не собирались помогать ей вернуть власть. Поход во Дворец Истинных Небес был хлопотным делом, к тому же она не могла ничего предложить им взамен, вот они и не проявили никакой заинтересованности.

«Единственный оставшийся для меня метод — занять должность в дирекции Имперского Колледжа Вечного Мира и подробно обсудить это с Имперским Наставником, — размышляя об этом, её взгляд мерцал. — Однако после того, как Имперский Наставник покорит прерии, он, вероятно, не перестанет расширяться. Даже ледяным равнинам на севере будет трудно остановить его. Могут ли Западные Земли быть одной из его целей?»

Если она решит обсудить этот вопрос непосредственно с ним, это будет сравнимо с тем, как покуситься на кусок сочного мяса в пасти тигра. Совершенно не удивительно, что её одолевали со мнение, однако, когда девушка вспомнила, что из семьи Сюн остались лишь они двое, она ожесточила своё сердце: «Семья Юй уничтожила мою семью Сюн, поэтому я должна отомстить! Пусть даже я пущу врага в свой дом, но месть должна свершиться!»

Цинь Му взглянул на женщину. Да, ещё недавно Сюн Сиюй считалась правящей верхушкой Западных Земель, но в действительности её поведение и подход к делу не соответствовал статусу принцессы Дворца Истинных Небес. Ей не хватало смелости и способностей. Причиной, из-за которой Цинь Му не хотел помогать Сюн Сиюй, была в том, что ей не хватало способностей. Поэтому, даже захватив власть, она не сможет нормально править. Открыв Божественное Сокровище Божественного Моста, она внесла себя в число сильнейших практиков мира сего, вот только для контроля священной земли одной личной силы было недостаточно.

Разорения, падения и уничтожения семьи Сюн вскоре после того, как Сюн Сиюй заняла должность дворцового мастера, было достаточно, чтобы доказать, что она не годилась на роль лидера. Когда Цинь Му рекомендовал Сюн Сиюй пойти преподавать в Имперский Колледж, у неё появился шанс встретиться с амбициозным и способным Имперским Наставником. И если она не передумает отомстить, ей придётся уплатить вескую цену. Но все эти проблемы уже никак не касались его.

Внезапно старейшина открыл глаза и удивлённо посмотрел вдаль.

— Дедушка, что случилось? — что-то почувствовав, спросил Цинь Му.

— Старый враг приглашает меня на бой, — старейшина поднял брови. — Не обращай внимания. Мы почти в Маленькой Нефритовой Столице. Поговорим, когда окажемся на месте.

— Приглашает тебя на бой? — парень ошалелым взглядом уставился на старика. Оглянувшись вокруг, он подумал про себя: «Пригласить старейшину на битву? Кажется, кто-то не дорожит своей жизнью!»

****

Сюй Шэнхуа, прямо сейчас находящийся в Маленькой Нефритовой Столице, внезапно встал и с выражением сомнения на лице посмотрел вдаль. Старые Мастер Дао и Жулай также были тут, поэтому, смотря в сторону Перевала Цинмэнь, тоже почувствовали это.

— Довольно сильные ауры, — удивлённо пробурчал слепой, подпирая себя бамбуковой тростью. — Мясник, ты чувствуешь?

Подстригая ногти на руке ножом для убоя свиней, мясник приподнял брови:

— У них есть кое-какие способности. Их происхождение очень любопытно.

Юй Лю и остальные девушки не почувствовали ничего особенного и в недоумении спросили:

— Молодой мастер, что случилось?

— Спустились мои мастера, — удивлённо сказал Сюй Шэнхуа. — Так много богов сошло на землю. Что-то случилось на Высших Небесах?

— Молодой мастер Сюй, аура, которую они выпускают, кажется, бросает вызов кому-то. Высшие Небеса в порядке, — улыбнулся старый Жулай.

— Бросают вызов кому-то? — напряжённо думая, заговорил Сюй Шэнхуа. — Это либо старый Император Людей, либо Имперский Наставник. Последний может быть известен как человек номер один под богами, но он всё ещё не достоин их, поэтому это может быть только старый Император Людей. Отшельник Цин Ю, прости, что беспокою тебя последние несколько дней. Спасибо за гостеприимство, но сейчас я уйду.

Отшельник Цин Ю попытался остановить его:

— Почему молодой мастер Сюй не останется ещё на несколько дней? Несмотря на то, что наша Маленькая Нефритовая Столица не может сравниться с Высшими Небесами, она всё же считается спокойным местом, которое не так легко найти.

— Увидев искусство Маленькой Нефритовой Столицы за эти несколько дней, я расширил свои горизонты и изучил много полезного. Однако, так как мои мастера выступили, бросая вызов старому Императору Людей, я не могу пропустить это, — сказал Сюй Шэнхуа.

Цин Ю не стал продолжать свои уговоры.

Сюй Шэнхуа повёл Цзин Янь, Юй Лю и остальных девушек вниз с горы. Они подошли к лодке, на которую быстро сели. Создавая рябь и постепенно удаляясь, они плыли по гладкому, как водная гладь, небу. Когда они покинули Маленькую Нефритовую Столицу, небо, которое напоминало слега волнистый пруд, тоже успокоилось, став обычным небом, лодка же медленно исчезала вдали.

Мясник бросил взгляд на слепого, который улыбнулся:

— Я не вижу, когда ты смотришь на меня. Я слепой. Старший брат Цин Ю, старый даос, старый монах, мы, братья, тоже покидаем гору.

Отшельник Цин Ю сразу поинтересовался:

— Старшие братья, почему вы хотите уйти из Маленькой Нефритовой Столицы? Мир смертных грязен, зачем вам туда?

Мясник качнул ножом, тут же расширившемся в пространстве до лезвия размером с дверь, которое прислонилось к его плечу. Он улыбнулся:

— Я мясник, позволишь ли ты открыть мне свою мясную лавку здесь? Если я не смогу продавать мясо и зарабатывать деньги, как мне выживать?

Лицо отшельника Цин Ю застыло, слепой махнул рукой:

— Разве весну можно удержать в саду? Встретившись, познакомившись, проводя время сейчас, разве нам нужно было знать друг друга раньше? Время бесценно! Старший брат Цин, не надо нас провожать!

Отшельник Цин Ю ошеломлённо застыл. Пока он пытался понять, что означают эти строки стихотворения, мясник и слепой покинули Маленькую Нефритовую Столицу.

Глядя на слепого, мясник спросил:

— Слепой, твоя первая строчка означает, что мы уходим, верно? Не способный удержать весну сад означает, что Маленькая Нефритовая Столица не способна удержать нас. Вторая строчка должно быть вежливая форма, говорящая, как незнакомцы случайно собираются вместе, и в конечном итоге как друзья болтают в течение ночи о пути, навыках и божественных искусствах. Третья строчка ещё лучше, как говорится, краткость, сестра таланта. По сути, ты так рассказал о том, что у нас есть неотложные дела и мы должны как можно скорее идти, поэтому время бесценно. Скажи, я мыслю в правильном направлении?

Слепой был очень горд:

— Мясник, ты и правда мой брат, так сказать родственная душа! Всё, что ты сказал, абсолютно правильно. Глухой продолжает говорить, что я легкомысленный, но он даже не может понять выражение моих эмоций!

С большим восхищением мясник похвалил его:

— Ты действительно становишься всё более и более талантливым. Твои чувства подобны стихам, от которых даже отшельник Цин Ю был ошеломлён! Даже старый даос и видный монах были ошарашены!

****

Отшельник Цин Ю был ошарашен. Старые Мастер Дао и Жулай также сидели с удивлёнными выражениями лиц. Но вскоре после ухода мясника и слепого, издалека раздался голос:

— Нынешний Император Людей прибыл посетить Маленькую Нефритовую Столицу!

Сердце отшельника Цин Ю яростно задрожало. Не смея проявить небрежность, он поспешно ударил в бронзовый гонг, звук от которого распространился по всей священной обители. Мудрые старейшины и старцы повыползали из небесных гор. И все как могли, растеряв при этом свою мудрёность и витающую вокруг ауру бессмертного, со всех ног рванули к отшельнику.

Глядя на спокойную водную гладь неба, они увидели чёрный ком, пролетающий над ними и создающий на своём пути рябь. Отшельник Цин Ю тряс рукавами, как будто стряхивал пыль, но Маленькая Нефритовая Столица была священной землёй бессмертных, так откуда тут могла появиться пыль?

Цин Ю сделал шаг вперёд и поднял руки высоко над головой, как вдруг ему в руки упал чёрным ком, с виду совсем ничего особенного. Отшельник сделал шаг назад и опустил руки. Другие старые бессмертные столицы немедленно вышли вперёд поглазеть с важными физиономиями

— Печать Императора Людей! Мы польщены твоим присутствием. Император Людей, прошу! — прокричав это, они увидели осторожно проходящего через водное зеркало, или если угодно, гладь, пузатого цилиня. А его брюхо, касаясь воды, создавало рябь.

Очаровательная и, как показала практика, умная девочка, кстати уже сидящая возле уха зверя, тихо прошептала:

— Толстячок, втяни свой животик.

Сделав, как было велено, цилинь выпрямился и втянулся, после чего величественно зашагал вперёд. Тем не менее, он сделал всего несколько шагов, прежде чем его пузан, предательски выскользнув из-под не справившихся с нагрузкой мышц, плюхнулся в воду.

Глава 343. Секрет Маленькой Нефритовой Столицы

— Водяное небо Маленькой Нефритовой Столицу очень впечатляет.

Цинь Му осматривал поверхность под ногами цилиня, восклицая от удивления. Водяное небо поражало. Смотря на него снизу, можно было увидеть лазурно синее небо днём, и звёздное небо ночью, а поднявшись над его поверхностью, снизу виднелся другой мир.

Водяное небо подняло Маленькую Нефритовую Столицу ввысь, отделяя её от остального мира. Стоя на нём, можно было увидеть под ногами тучи, витающие над облаками, иногда приоткрывающие зелёную землю и извивающиеся, будто драконы, реки.

«Из чего оно сделано?» — с такой мыслью Цинь Му внезапно спрыгнул со спины цилиня, протягивая руку. То, к чему он прикоснулся, напоминало настоящую воду. Набрав немного жидкости в ладонь, он смог держать её в руках. Она даже вытекала из щелей между его пальцами.

Встав, Цинь Му топнул ногой. Поверхность воды тут же покрылась рябью.

«Странно, это не вода, и не воздух, но что тогда? — юноша удивлялся всё сильнее и сильнее. — Неужели это материал, которого не существует в нашем мире? Нужно будет когда-то спуститься на дно!»

Парень переполнился волнением. Изучая искусство ковки у немого на протяжении долгих лет, у него выработалась привычка тщательно изучать любые материалы, которые попадались ему впервые.

Открыв Голубые Глаза Небес, Цинь Му тщательно рассмотрел структуру вещества, пытаясь найти рунные знаки, из которых оно могло состоять. Однако, к своему разочарованию, он не обнаружил ничего подобного.

«Это невозможно! Водяное небо определённо является сокровищем, и в таком случае, на нём должны быть руны для увеличения мощи. Не верю, что здесь нет ни одного символа!» — был ошеломлён Цинь Му. Он видел божественные техники печатей, к примеру те, которые были использованы в подземном мире Долины Призраков. Внутри последних сверкало огромное количество рунных символов. Неужели техники ковки, использованные в водяном небе, были лучше техник богов? Почему он не смог разглядеть рунных символов?

К этому времени цилинь уже добрался до Маленькой Нефритовой Столицы и спустился на летающий остров. Сюн Сиюй обернулась, чтобы осмотреться, увидев, что Цинь Му до сих пор игрался с водой. Она не смогла сдержать улыбки: «Владыка Культа и Император Людей Цинь кажется зрелым, но в душе он все ещё ребёнок».

Отшельник Цин Ю немедленно вышел им навстречу, поднимая Печать Императора Людей высоко над головой. Смотря в сторону цилиня, он сразу же заметил мать с дочерью, вместе со старейшиной деревни, который издалека напоминал бочку. Люди на мгновение растерялись.

Цин Ю улыбнулся первым:

— Император Людей, пожалуйста, возьмите свою драгоценную печать!

Старейшина спустился со спины цилиня, но не стал забирать Печать Императора Людей, а лишь покачал головой:

— Я больше не Император Людей. Я отрёкся от этого звания и передал свои обязанности следующему поколению.

Отшельник Цин Ю быстро взглянул на мать с дочерью, на мгновение заколебавшись:

— Император Людей этого поколения — женщина? Не странно, что она не выглядит слабой, и уже достигла уровня владыки культа. Это невероятно. Впрочем, она не слишком напоминает жительницу Средиземья, а скорее человека из Западных Земель…

Среди предыдущих Императоров Людей было много женщин, но Сюн Сиюй происходила из западного племени, что было немного странным. Однако, она всё-таки была человеком, поэтому теоретически могла бы быть Императором Людей.

Отшельник Цин Ю и старые бессмертные из Маленькой Нефритовой Столицы поприветствовали Сюн Сиюй, которая тут же улыбнулась:

— Старшие братья, я не новый Император Людей. Не пугайте меня, я не справлюсь с такой ответственностью!

Отшельник Цин и остальные посмотрели на неё с тревожным выражением лиц.

Сюн Сиюй знала, что они ошибаются, и снова улыбнулась:

— Новый Император Людей стоит за моей спиной.

Бессмертные жители Маленькой Нефритовой Столицы посмотрели в сторону водяного неба, увидев юношу, который продолжал играться с водой. Их лица тут же помрачнели.

— Тот парень стал новым Императором Людей? Даже эта маленькая девочка лучше подойдёт на эту роль!

Цинь Му продолжал тщательно рассматривать воду, но так и не смог разглядеть её структуры. Затем он тайком наполнил ею нефритовый пузырёк, воткнул в него пробку и спрятал в мешочек таоте, чтобы продолжить изучение, когда появится время. Подобный метод создания сокровища совсем не походил на простую ковку метала, а слегка напоминал сокровище немого. Метод, который не придавал предмету конкретной формы, определённо стоил изучения.

Сокровище немого не имело конкретной формы, и старик умел ковать чёрное золото и железо таким же образом, достигая уровня, при котором они могли превращаться по воле владельца. Цинь Му было ещё далеко до такого.

«Никто ведь не заметит, что немного воды исчезло», — подняв голову, юноша с удивлением обнаружил, как в его сторону ошеломлённо смотрит толпа бессмертных стариков. Его лицо тут же замерло, и он внезапно рассмеялся, подмигивая. Скрестив руке в жесте приветствия, он проговорил:

— Новый Император Людей отдаёт дань своего уважения дорогим старшим братьям и сёстрам. Извините, что нарушил ваш покой, мне очень жаль.

Старые бессмертные вернули приветствие, а отшельник Цин Ю поднялся и проговорил:

— Пожалуйста, забери Печать Императора Людей. Кстати, водное небо Маленькой Нефритовой Столицы… Не мог бы Император Людей…

— Старый Мастер Дао, старый Жулай! Вы тоже здесь, старшие братья! — схватив Печать Императора Людей, Цинь Му тут же бросил её в таоте. Громко смеясь, он пошёл в сторону двух стариков. — Вы пришли сюда обрести бессмертие? Отлично, отлично, теперь вы можете забыть о своих заботах.

Старый Мастер Дао и Жулай немедленно поздоровались в ответ:

— Старый Дао и я освободились от своих бремён, и нам осталось не слишком много времени. Провести наши последние годы в таком тихом месте отличная идея.

Мастер Дао улыбнулся:

— Неужели Император Людей тоже хочет стать бессмертным, и перестать заботиться о мирских делах? Если это так, то ты делаешь миру услугу!

Цинь Му покачал головой:

— Меня связывают мои обязанности, я не могу от них уклониться.

Парочка стариков с улыбкой поздоровались со старейшиной деревни:

— Старший брат отрёкся от звания Императора Людей и даже покинул Великие Руины, неужели он решил стать беззаботным бессмертным Маленькой Нефритовой Столицы?

Старейшина покачал головой, мрачно проговорив:

— Му’эр просто боится, что мне будет скучно сидеть самому в деревне, поэтому он таскает меня за собой.

В этот момент подошёл отшельник Цин Ю, улыбаясь:

— Старый Император Людей, Новый Император Людей, друзья Дао, идём за мной.

Цинь Му пошёл следом за ним в сторону небесной горы, где перед ними открылся завораживающий пейзаж, в котором соединялись всевозможные нотки. Небесные горы, парящие в небе, были соединены канатными мостами, которые вместе создавали удивительное построение, которое и держало остров в воздухе.

«Закон, заимствующий силы неба и земли, такая техника определённо не происходит из мира смертных!» — вздрогнуло сердце Цинь Му.

Такое построение использовало закон заимствования, чья сила превышала уровень человеческого воображения!

Несмотря на то, что Цинь Му не был экспертом в построениях, он знал, что все они подчинялись законам поведения, и нуждались в источнике энергии для работы. К примеру, он когда-то думал над созданием Пушки Истинного Происхождения Девяти Небес, используя Огненные Глаза Небес для защиты Горы Святого Пришествия, однако, количество медицинских камней для её работы оказалось настолько огромным, что идею пришлось отложить.

Построение канатных мостов и небесных гор, в свою очередь, использовало закон заимствования неба и земли. Оно питалось их энергией, так что в медицинских камнях и печах не было нужды.

По уровню владения построениями, Маленькая Нефритовая Столица была на тысячи километров дальше, чем Империя Вечного Мира.

Цинь Му хотел изучить построение более детально, но после того, как разозлил местных кражей воды, он не решился подкидывать дров в огонь.

«Маленькая Нефритовая Столица немного напоминает мой Небесный Святой Культ. Они оба используют одинаковые построения, неужели здесь есть какая-то связь?» — взгляд Цинь Му задрожал. Гора Святого Прибытия Небесного Святого Культа тоже витала в воздухе и использовала защитные построения, использующие закон заимствования сил неба и земли. Их Великие Небесные Дьявольские Рукописи тоже были выдающимися, но не превосходили Империю Вечного Мира в вопросах пути, навыков и божественных искусств. Впрочем, технику телепортации можно было считать легендарным божественным искусством, с которым не могли сравниться божественные искусства Империи!

Водяное небо Маленькой Нефритовой Столицы демонстрировало, что их навыки ковки тоже достигли невероятных вершин, будучи не менее удивительными, чем техники немого.

Было очевидно, что Маленькая Нефритовая Столица владела огромным количеством техник и искусств, значительно превышающие искусства мира смертных. Она, без сомнений, была лучшей священной землёй мира!

Отшельник Цин Ю обратился к старейшине:

— Брат Дао уединился в Великих Руинах, исчезая на несколько сотен лет. Многие люди начали думать, что ты умер. Теперь, когда мир в покое, зачем ты снова появился? Как только ты вернулся, люди снова окажутся в ужасной ситуации! Если ты не собирался выходить из уединения, почему Императору Людей удалось вытащить тебя наружу?

— Большинство людей нашего поколения уже умерли от старости. Несмотря на то, что многие из них владели невероятной сильной и совершенствованием, они решили похоронить свой талант и тихонько умереть в этом поддельном раю. Но я не хочу подобной участи. Я хочу умереть, как и подобает Императору Людей — с размахом, — безразлично ответил старейшина.

Отшельник сделал глоток чая, улыбнувшись:

— Брат Дао, и что с того, что мы были столь выдающимися? Ты был лучшим в мире, одним мечом испепеляя огромное количество гор и рек. Насколько выдающимися мы были на твоём фоне, брат Дао? Но что случилось потом? Чем ты стал? — старейшины угрожающе прищурился, но отшельник Цин не испугался и, отставив свою чашку в сторону, продолжил. — Старые Жулай, Мастер Дао, я, Лин Цзин, и здешние бессмертные, все восхищались тобой! Мы завидовали тебе, чувствуя, что твои подвиги сотрясут мир. Но, даже такой талант, как ты, был опущен до столь жалкого состояния, — старейшина молчал, а Цин Ю демонстративно вздохнул. — Твои высокие стремления стёрлись вместе с твоими конечностями, но не все такие, как ты. Му думаем, что оставаться здесь — хорошая идея. Ты не рыба, так откуда тебе знать о том, как ей жить? Я — не ты, я не разделяю твоих чувств.

Своей жизненной Ци старейшина поднял чашку, медленно попивая чай.

Посмотрев в сторону Цинь Му, отшельник улыбнулся:

— Император Людей Цинь, я уже слышал твоё имя. Ты ведь ещё и священный Владыка Небесного Святого Культа.

Сердце юноши вздрогнуло, и он ответил:

— Вы ведь бессмертные, и держитесь вдалеке от мирских дел. Зачем вам о них знать?

Отшельник Цин Ю улыбнулся, ничего не объясняя. У него возникло желание держать юношу на расстоянии тысячи километров от себя:

— Когда Император Людей допьёт чай, пожалуйста, покиньте Маленькую Нефритовую Столицу.

Цинь Му не пил чай, и вместо этого достал золотую книгу:

— Бессмертный не мог бы взглянуть на это книгу? Интересно, сможет ли она тронуть ваше сердце.

Отшельник Цин Ю открыл золотую книгу, и его лицо резко изменилось. Аура старика внезапно вспыхнула, но тут же постепенно успокоилась. Он перевернул на вторую страницу, затем на третью. Через некоторое время он закрыл книгу, возвращая её юноше с улыбкой на лице:

— Она и вправду меня тронула. Император Людей Цинь, пожалуйста, уходите.

Цинь Му был поражён. Все, кто видел книгу, не могли держать себя в руках, не говоря уже о том, чтобы отдавать её обратно. Но этот старик, казалось, совсем не удивился, не позволяя ему себя убедить!

— Бессмертный Цин…

До того, как он успел договорить, старик пронзительно посмотрел парню в глаза, проговорив:

— Все прежние Императоры Людей были такими же, вас невозможно заставить сдаться. В таком случае, давайте я всё объясню, — поднявшись, он спросил. — Император Людей Цинь не находит это место знакомым? Оно не напоминает тебе Гору Святого Пришествия?

Парень был ошеломлён, тоже поднявшись с места. Это место и вправду показалось ему знакомым. Особенно сильное сходство он нашёл в построении, которое Маленькая Нефритовая Столица использовала, чтобы заимствовать силу неба и земли. Она была почти такой же, как на Горе Святого Пришествия!

— Это из-за того, что Маленькая Нефритовая Столица и Гора Святого Пришествия происходят из одного места! — отшельник Цин Ю посмотрел на завораживающие небесные горы Маленькой Нефритовой Столицы, спокойно говоря. — Святой Небесного Святого Культа и основатель Маленькой Нефритовой принадлежали к одному поколению. Они происходят из одного места. И не только Небесный Святой Культ и Маленькая Нефритовая Столица… — он обернулся к старейшине деревни, делая упор на каждом слове. — Первый Император Людей из Зала Императоров Людей тоже происходит оттуда! Более того, Маленькая Нефритовая Столица, Гора Святого Пришествия и Зал Императоров Людей являются осколками одного и того же места! Брат Дао, когда-то побывавший в Зале Императоров Людей, должен знать, о чём я говорю, не так ли?

Глава 344. Перед Тобой

Цинь Му был потрясён, у него даже загудело в ушах. Сказанное отшельником Цин Ю слишком удивительно и невероятно!

Маленькая Нефритовая Столица, Небесный Святой Культ и Зал Императоров Людей на самом деле происходили из одной эпохи, и они были созданы людьми, которые пришли из одного и того же места. Три священные обители на самом деле были фрагментами одного и того же!

Цинь Му обернулся посмотреть на старейшину. Выражение лица старика было нормальным, без каких-либо колебаний. Слов отшельника Цин Ю как будто было недостаточно для того, чтобы его сердце дрогнуло или, скорее всего, он уже знал о связи между тремя священными обителями, поэтому сказанное и не смогло на него повлиять.

Однако старые Жулай и Мастер Дао были в шоке. Было очевидно, что два предыдущих лидера двух больших священных обителей не знали этой истории. Происхождение этих двух обителей было ещё более древним, но не вся история была записана.

Отшельник Цин Ю отвёл взгляд от старейшины и посмотрел на Цинь Му:

— Похоже, Император Людей не рассказывал тебе никакой внутренней информации. Ты также не был в Зале Императора Людей. Молодой Император Людей, тебе стоит отправиться туда, там ты узнаешь много секретов.

— А мог бы бессмертный Цин рассказать подробнее? — громко спросил юноша.

Отшельник Цин Ю посмотрел на старейшину, выражение которого было похоже на старый колодец, и улыбнулся:

— Если ты молчишь, значит не против, ну а раз так, тогда я вмешаюсь в ваши дела, хотя это и не моё дело. Император Людей, следуй за мной.

Он спустился с горы, а Цинь Му последовал за ним. Старейшина также тихо следовал за ними. Сюн Сиюй на мгновение замешкалась, затем оттянула назад Сюн Ци’эр и покачала головой:

— Мы не должны вмешиваться в дела Средиземья.

Сюн Ци’эр не могла понять этого, но у Сюн Сиюй были свои собственные заботы. Вопросы Дворца Истинных Небес уже причиняли ей головную боль, но вопросы Средиземья были ещё более ужасающими. Она чувствовала, что некоторые секреты лучше не знать.

Старые Мастер Дао и Жулай посмотрели друг на друга, Мастер Дао улыбнулся:

— Мы уже свободны от нашего бремени и стали бессмертными Маленькой Нефритовой Столицы. Нам больше не нужно знать секретов и портить себе настроение.

Жулай взглянул на него и сказал:

— Ты видел, что записано в золотой книге в методе соединения божественного моста. Сердце друга Дао не тронуто?

— Ну и что? — неторопливо ответил Мастер Дао. — Где сейчас человек, который создал метод соединения божественного моста?

Жулай был ошеломлён и громко рассмеялся. Он тоже не планировал следовать за ними:

— Все предыдущие Императоры Людей потерпели неудачу, так что нет необходимости присоединяться к веселью.

Что касается цилиня, он также не последовал за ними. Он растянулся в сторонке на траве и начал громоподобно храпеть.

— Ты будешь съеден, — прошептала зверю на ушко Сюн Ци’эр.

Цилинь немедленно поднял морду и осторожно огляделся. Увидев, что Цинь Му нет рядом, он сказал маленькой девочке:

— Я буду тренироваться после того, как вздремну.

И Сюн Ци’эр действительно поверила ему.

****

Паренёк последовал за отшельником Цин Ю по длинному верёвочному мосту и прошёл мимо нескольких небесных гор, пока не подошёл к одной из них. Отшельник привёл их на вершину горы через чрезвычайно древний зал. Он, казалось, не восстанавливался много лет и был немного ветхим. Стены были сломаны, и не было многих столбов, которые поддерживали потолок. Они были уничтожены в огне войны.

Огромный зал назывался Залом Исторических Записей. Горизонтальная надпись на начертанной доске были немного размыта, но Цинь Му сразу понял, что человек, написавший эти три слова, имел чрезвычайно высокие достижения в каллиграфии и живописи. Слова “Зал Исторических Записей” таили в себе глубокий исторический смысл, заставляя читающего ощутить множестве перевоплощений прошлого.

— В Эпоху Императора-Основателя Зал Исторических Записей был известным местом, — отшельник Цин Ю зашагал по залу, но там не было книг. Остались только ряды древних книжных полок. Интерьер помещения, в которой они находились, имел круглую форму, а сам он был очень просторным. Цинь Му видел многочисленные полки на круглых стенах, так что любой, кто хотел их прочитать, должен был немного пройтись. Однако жаль было, что все книги пропали.

— Многие книги в этом месте были уничтожены в огне войны, а оставшиеся книги были перемещены в другие залы для их сохранения. Группа бессмертных, которая основала Маленькую Нефритовую Столицу, сначала планировала снести Зал Исторических Записей, но в конце концов они сочли значимым оставить его, — проходя мимо рядов пустых книжных полок, лаская их рукой, говорил Цин Ю.

Последовав за ним, парень удивился. От стены исходила гравитационная сила, которая, притянув его тело к себе, позволила ему свободно ходить по ней.

— Те бессмертные, которые основали Маленькую Нефритовую Столицу, отвечали за запись истории в Эпоху Императора-Основателя. Не только в ту эпоху, но и задолго до неё. Благодаря тому, что они записывают всё, мы можем видеть провалы в истории и знать опасности, которые приходят с ними, в лицо. Вот почему, когда Эпоха Императора-Основателя канула в забытье, они вышли из Зала Исторических Записей, чтобы найти Маленькую Нефритовую Столицу, эту священную землю. Маленькая Нефритовая Столица находится далеко от мира смертных и не участвует в мирских делах. Мы только тихо плывём за пределы мира смертных, чтобы зафиксировать процветание и упадок мира. Знает ли Император Людей, где в Эпоху Императора-Основателя располагался Зал Исторических Записей?

Цинь Му покачал головой.

Отшельник Цин Ю подошёл к куполообразной крыше, головой, обращённой к земле, и ногами, двигающимися по крыше:

— В таком случае, знает ли Император Людей значение Нефритовой Столицы?

— Это столица, в которой живёт Небесный Император, — сказал Цинь Му.

Отшельник Цин Ю вздохнул:

— Это верно, столица, где живёт Небесный Император. Нефритовая Столица — Небесные Облака. Имя Маленькая Нефритовая Столица использовано для того, чтобы чествовать столицу, в которой пребывает Небесный Император. Все истории, записанные в Зале Исторических Записей, на самом деле были для Небесного Императора.

Сердце Цинь Му было потрясено. С туманным взглядом уставившись на старика, он пробормотал:

— Маленькая Нефритовая Столица из Нефритовой Столицы?

— Правильно, Маленькая Нефритовая Столица из Нефритовой Столицы! — отшельник Цин Ю отвернулся от него посмотреть на старейшину. — Маленькая Нефритовая Столица происходит из столицы Эпохи Императора-Основателя, Нефритовой Столицы! Зал Императоров Людей тоже оттуда. А также гора Святого Пришествия! Все они — фрагменты Нефритовой Столицы! Те, кто создал три больших священных обители, независимо от того, были ли они бессмертными Маленькой Нефритовой Столицы, Императором Людей Первого Поколения Зала Императоров Людей или Святым Дровосеком Небесного Святого Культа, все они были из Нефритовой Столицы Эпохи Императора-Основателя!

Глаза старейшины сверкнули:

— Так как мы все из одного теста, почему бы Маленькой Нефритовой Столице не протянуть руку помощи? Император Людей Цинь также является Владыкой Небесного Святого Культа. Основываясь на чувствах и здравомыслии, ваша Маленькая Нефритовая Столица должна поддержать нас всеми возможными способами!

Отшельник Цин Ю спустился с куполообразной крыши и покачал головой:

— Старый Император Людей, твои великолепные стремления трудно искоренить, ты всё ещё упрямо поглощаешь древние знания, но не перевариваешь их. Я действительно хочу показать тебе историю, записанную в Маленькой Нефритовой Столице, я действительно хочу показать тебе жестокость этого и сокрушить все твои убеждения, увидеть, как ты ползёшь по полу и беспомощно плачешь, видеть, как ты опустошён и лишён жизни! — старик испустил дрожащий, успокаивающий вздох, затем равнодушно добавил. — Но мне не нужно этого делать. Ведь мне достаточно показать тебе всего лишь несколько каменных статуй, и ты рухнешь.

Он вышел из Зала Исторических Записей и посмотрел на небесную гору неподалёку. Цинь Му и старейшина также покинули зал, бок о бок.

Облака над небесной горой вдали поднимались по спирали, а небесные лучи напоминали собой радужные ленты, окружающие величественные каменные статуи. Статуи излучали разнообразную ауру, а какие небесные руки сотворили их, было загадкой.

Отшельник Цин Ю спустился с небесной горы и направился в сторону верёвочного моста. Подойдя к небесной горе с каменными статуями, уголки глаз Цинь Му внезапно дёрнулись. Он увидел каменную статую дровосека с топором в руке. Изваяние было очень высоким, будто человек был великаном. Хотя дровосек явно был высечен из камня, он казался живым, будучи больше похожим не на скульптуру, а на окаменевшего настоящего человека.

— Это святой, которому поклоняется Небесный Святой Культ, дровосек, который передал свой путь на скале, — отшельник Цин Ю посмотрел на каменную статую Дровосека. — Передав своё наследие, свой путь другому, его воля сломилась, и он пришёл в Маленькую Нефритовую Столицу. Затем он решил превратить себя в каменную статую. Видишь, куда направлен его взгляд?

Сердце Цинь Му содрогнулось, он прохрипел:

— Великие Руины.

— Он смотрит в сторону Великих Руин. Когда-то это была его родина, но прямо на его глазах она стала бесплодной землёй. Он не мог ничего ни сделать, ни изменить.

Слова Цин Ю были словно ножи в сердце Цинь Му, обычные слова человека были как самое ужасающее божественное искусство, которое могло разрушить его волю:

— Все предыдущие Владыки твоего Небесного Святого Культа были выдающимися, но какие из их достижений превосходят достижения Дровосека? И что с того, что он твой святой? Разве он не расстроился до такой степени, что решил стать каменной статуей в Маленькой Нефритовой Столице?

Он подошёл ко второй каменной статуе, на которой был запечатлён учёный. Взгляд мужчины оплакивал состояние вселенной и жалел судьбу человечества, а сам он держал в руке свиток, но несмотря на то, что тот был развёрнут, он не смотрел на него. Учёный тоже смотрел на Великие Руины.

— Это один из бессмертных, основавших Маленькую Нефритовую Столицу. Он был одним из историков, ответственных за Зал Исторических Записей в Эпоху Императора-Основателя.

Отшельник Цин Ю подошёл к третьей каменной статуе:

— Это тоже историк из Зала Исторических Записей. Точнее два, мужчина и женщина.

Пройдя мимо тех статуй, он подошёл к одной очень большой и высокой. Статуя изображала мужчину с необычной харизмой и героической аурой. Руки мужчины касались рукояти воткнутого в землю меча, а его взгляд был направлен вдаль, как и у всех остальных, в сторону Великих Руин.

— Какими бы доблестными или свирепыми они ни были, их великолепные устремления были сокрушены, а родина превратилась в руины, — отшельник Цин поднял голову и с серьёзным выражением лица продолжил. — Мужчина перед вами в древнюю эпоху, когда Эпоха Императора-Основателя подошла к концу, изо всех сил пытался спасти мир. Но даже он, тот, кто боролся за выживание всей человеческой расы на пике её могущества, потерял свой дух, в итоге превратившись здесь в статую. Старый Император Людей, разве в твоём Зале Императора Людей, среди трупов прошлых Императоров Людей, нет пропавших? Так вот, он находится прямо здесь, — выражение лица Цин Ю стало печальным, когда он прошептал. — Прямо перед тобой…

Старейшина деревни был невероятно тронут, он поднял голову, чтобы посмотреть на необыкновенную величественную каменную статую. Основатель Зала Императора Людей, первый Император Людей, тот, кто спас множество больших и малых сект, сохранив их для будущих цивилизаций, человек, которого почитали все секты как императора людской расы, но даже эта легенда в конце концов потеряла свой смысл к существованию. Он превратился в каменную статую в Маленькой Нефритовой Столице!

Грохот, даже рокот послышался из сердца старейшины. Это был звук его рушащейся настойчивости и уверенности. Старик не думал, что этот день когда-нибудь настанет. Все его упрямость, настойчивость и убеждения внезапно рухнули, превратив обратно в беспомощного старика с отсечёнными конечностями. Он хотел бороться, но у него не было рук, чтобы схватиться за что-либо, он хотел встать, но у него не было ног, на которые можно было опереться, он мог только извиваться на земле!

Старик вернулся к своему прошлому состоянию!

Только после того, как Цинь Му пришёл в деревню Цань Лао, он медленно избавился от тех беспомощности и отчаяния. Однако в момент, когда бог в его сердце рухнул, его бросило обратно в то болото страданий!

Глаза старика затуманились, он хотел протянуть руки, чтобы схватить что-то, но не мог ни за что схватиться. Валясь на земле, он хотел встать, но не мог.

Цинь Му обнял седовласого и беспомощного старика.

— Му’эр… — умоляя, сказал старый Император Людей. — Давай вернёмся в деревню Цань Лао, давай вернёмся, давай больше никогда не уходить оттуда… Верни печать Императора Людей мне, верните её мне! Я не могу позволить тебе пойти по моим стопам, я должен унести её с собой в могилу! Ты не справишься с этой ответственностью…

Глава 345. И что с того?

Цинь Му впервые видел старейшину деревни в столь беспомощном и отчаянном состоянии. Тот цеплялся за него, будто за спасательный круг, умоляя утащить обратно в деревню Цань Лао, в его собственный маленький мир.

Парень не мог поверить, что перепуганный и опустошенный старик перед ним на самом деле тот самый эксперт, когда-то обучавший его. Он никогда бы не подумал, что тот так легко сдастся.

Старейшина всегда говорил, что он слишком силён для этого мира, но его убеждения разрушились невероятно легко.

Потерпев поражение впервые, он отправился в деревню Цань Лао, чтобы превратиться в старика-инвалида без каких-либо амбиций. Если бы старый Ма, немой, целитель и остальные не присоединились к нему, страшно было представить, что бы с ним стало.

Цинь Му всё ещё помнил вид одинокого старейшины после того, как ушли целитель и остальные. Упавший духом старик просто сидел у входа в деревню, терпя удары дождя, ветра, тьмы и отпуская длиннющую бороду. Всё это случилось потому, что у него всего-навсего пропало желание просто сдвинуться с места.

Старик не думал о своей внешности, не ел и не пил. Казалось, будто он хотел сгнить прямо на месте. Тем не менее, когда старейшина пострадал впервые, он, должно быть, разочаровался ещё сильнее. Тогда личная неудача заставила его потерять любой интерес к жизни, превращаясь в не более чем живой труп.

Однако теперь, старейшина пострадал не от личного поражения, а от неудач прежних Императоров Людей, включительно с Императором Людей первого поколения!

Цинь Му чувствовал отчаяние когда-то великого человека. Он напоминал испуганного ребёнка, который хотел вернуться в свой мир, чтобы зализать раны, а может быть просто для того, чтобы спрятаться в тёмном уголке, где никто не сможет видеть, как он обращается тленом.

Не испытав подобного разочарования в жизни, юноша не мог представить, что именно сейчас чувствовал старейшина деревни.

Отшельник Цин Ю, стоя неподалёку, посмотрел на старейшину глазами полными жалости и тяжело вздохнул. Он не хотел так сильно ранить не старого Императора Людей, а нового, Цинь Му. Он хотел преподать маленькому мерзавцу, который ещё не знал о величии неба и земли, жестокий урок, дать ему понять, что всё, к чему он стремился, и вся ответственность, которую он на себя взял, в конце концов окажется шуткой. Все его надежды и усилия окажутся напрасными!

Тем не менее, разрушающий удар попал не в Цинь Му, а в его старого друга, в мужчину, вместе с которым он через многое прошёл в молодости.

В те времена, старейшина пригласил его спуститься с горы, на что тот согласился, но что с того? Вернувшись в Маленькую Нефритовую Столицу, он был покрыт ранами. Даже его сердце было разбито. С того момента его воля была сломлена, а горячая кровь остыла.

В последующие годы он прочитал всевозможные записи Маленькой Нефритовой Столицы, многое узнав об истории. Чем обширнее становились его знания, тем меньше оставалось от того парня, что в молодости спустился с горы.

Когда Цинь Му пришёл к нему с техникой, способной восстановить божественный мост и позволить человеку стать богом, он и вправду на мгновение был тронут. Его холодная кровь вновь зашевелилась.

Но в следующий миг, она снова остыла.

И что с того?

Даже если он сможет восстановить свой божественный мост, разве он станет сильнее бессмертных, создавших это место?

И что с того, если старый Император Людей сможет восстановить свой божественный мост? Сможет ли он стать сильнее первого Императора Людей, основавшего Зал Императоров Людей?

И что с того, что Цинь Му станет богом? Окажется ли он сильнее Святого Дровосека Небесного Святого Культа?

— И что с того? — услышав голос Цинь Му, отшельник Цин Ю был слегка ошеломлён. Юнец повторил фразу ещё раз, после чему улыбнулся разочарованному старейшине. — И что с того? Дедушка старейшина, что с того, что они потерпели неудачу?

— Наивный ребёнок, — отшельник Цин Ю разразился смехом, качая головой. — Новый Император Людей — всего лишь наивный ребёнок, которому нравиться играть с водой. Когда-то я тоже был таким, наивным ребёнком…

Цинь Му улыбнулся:

— Прежние Императоры Людей и дедушка старейшина потерпели неудачу. И что с того? Когда провалился первый Император Людей, разве на его месте не появился второй? А после него, разве не появился третий? Старейшина, даже если у тебя ничего не получилось, разве меня нет?

Старейшина был ошеломлён. Его белые волосы качались, когда старик завертел головой:

— Я не хочу, чтобы ты стал таким, как я… — проговорил он сквозь рыдания.

В этот миг он был всего лишь обычным человеком, а не Императором Людей, способным перевернуть небо и землю. Он не был Богом Меча, чьи навыки меча достигли области пути. Он был искалеченным стариком, который хотел, чтобы его дитя не пошло по его стопам.

— Я Тело Тирана, ты забыл? — с улыбкой проговорил Цинь Му. — Единственное Тело Тирана, которое вырастили все вы. Разве этого недостаточно?

— Тело Тирана?! — старейшина и отшельник воскликнули в унисон, после чего старейшина продолжил. — Тело Тирана! Эээм, точно… Му’эр, просто идём домой, ладно? Прошу тебя!

Жизненная Ци юноши тут же вырвалась наружу, поднимая старейшину с земли. Улыбка парня сверкала как утреннее солнце ранней весной. Казалось, она в силах разогнать тёмные тучи в сердцах окружающих, принося им тепло и надежду.

— Тело Тирана никогда не примет поражения, никогда не примет смерть! — выпрямив спину, Цинь Му заговорил с неописуемо заразительным, внушительным и уверенным голосом. — Я стану лучше всех вас и больше не буду номером два во всём мире!

— Я превзойду тебя в навыках меча, становясь Богом Меча и достигну вершины пути меча. Я превзойду целителя в искусстве лечения, одноногого в скорости, немого в ковке, глухого в рисовании, старого Ма в навыках кулака, дедушку мясника во владении ножом, а бабушку Сы в божественных искусствах! Я стану самым сильным в мире!

Отшельник Цин Ю громко рассмеялся:

— Амбиции Императора Людей похвальны, но сможешь ли ты стать лучше этих каменных статуй? Превзойдёшь ли ты богов Великих Руин? Даже если да, станешь ли ты сильнее Императора-Основателя?

Его голос постепенно становился суровым, будто он читал юноше лекцию:

— Ты всего лишь наивный, самоуверенный ребёнок, который никогда не сталкивался с неудачами или испытаниями, так что возвращайся обратно играться с водой! Разве не хорошо быть обычным человеком и жить обычной жизнью? Ты не в силах понять мир взрослых!

Цинь Му поднял голову, осматривая каменные статуи, и спокойно ответил:

— Если я буду работать недостаточно усердно и не стремиться к успеху, то, естественно, не смогу превзойти первого Императора Людей. Но если я буду идти шаг за шагом, то появиться шанс и надежда. Если не работать и идти к успеху, вместо этого постоянно думая о поражении, то ничего не выйдет!

Он бросил взгляд на старика:

— Бессмертный Цин Ю, если ты бессмертный, значит, ты никогда не умрёшь?

Старик покачал головой:

— Каждый бессмертный когда-нибудь умрёт.

— Что ты оставишь после себя? — спросил юноша.

Отшельник ответил:

— Я не принёс с собой ничего, когда родился, так что и не оставлю, когда уйду.

Цинь Му улыбнулся:

— Но бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы оставили после себя каменные статуи, так же, как и первый Император Людей и Святой Дровосек. Разве они по-настоящему мертвы? Когда в Великих Руинах наступает ночь, я видел, как каменная статуя небесного короля верхом на цилине отправилась убивать божественных драконов, я видел, как статуи оживали, возвращаясь в битву. Я даже видел, как они сверкают божественным светом, защищая людей Великих Руин ночью. А что оставишь по себе ты, когда умрёшь? — он не дождался ответа старика, отвечая вместо него. — Ничего!

Отшельник Цин Ю разозлился, с натяжной улыбкой качая головой:

— Ты все ещё маленький ребёнок, который только и знает, как хвастаться, ничего не понимая о достижениях и потерях. Когда-то твоя голова, тело и сердце полностью покроются ранами, как и случилось со мной и старым Императором Людей. Когда настанет этот момент, твоя семья погибнет, и не останется даже ребёнка, чтобы проводить тебя в путь. Тогда ты и поймёшь, что мои слова были великой мудростью.

Юнец поднял взгляд на каменные статуи, спокойно говоря:

— Они оживут, и когда в мире снова появиться надежда, они продолжат за неё сражаться. Но когда наступит это время, сможет ли Бессмертный Цин Ю вернуться вместе с ними и вступить в бой? Нет, потому что он уже умер.

В ярости отшельник сделал шаг вперёд. Его одежда начала трепетать, несмотря на отсутствие ветра, а волосы колебаться, как вдруг он кричал:

— Даже если ты Император Людей, что ты можешь сделать?

Юноша взглянул ему в глаза:

— Я — Тело Тирана.

— В мире не существует Тела Тирана! — оглушительно прокричал отшельник. — Что это бл*ть вообще такое? В мире не существует ничего подобного! Кого ты собрался обмануть?

— В мире есть Тело Тирана, — внезапно открыл рот старейшина. Цин Ю ошеломлённо повернул свой взгляд на него. Старейшина с трудом выбрался из объятий жизненной Ци Цинь Му, подлетая в воздух с торжественным лицом. — В мире существует Тело Тирана. Тело Тирана из деревни Беззаботной.

Сердце отшельника вздрогнуло, когда он в спешке повернулся к Цинь Му, прокричав:

— Ты имеешь ввиду, что…

— Его фамилия Цинь, фамилия Императора-Основателя.

Старейшина, казалось, избавился от своей прежней депрессии, но в тоне его голоса до сих пор чувствовалась нотка истощения:

— Цинь из деревни Беззаботной, Цинь, который стёр с лица земли восемь стран, объединив весь мир. Он Тело Тирана, несравненное Тело Тирана!

— Деревня Беззаботная? — сердце отшельника неконтролируемо стучало, отчего старику понадобилось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Затем он спросил. — Цинь из Деревни Беззаботной? Фамилия Императора-Основателя? Золотая книга из деревни Беззаботной? В деревне Беззаботной остался кто-то из семьи Цинь?

Старейшина деревни кивнул:

— Мы не можем ничего сделать, но семья Цинь может.

На лице Цин Ю появилось взволнованное выражение, но вскоре старик смог его скрыть, захихикав:

— Старый брат Дао, кажется, не слишком много знает об Эпохе Императора-Основателя. Что может сделать семья Цинь? Разве они не горстка неудачников, как и мы? Деревня Беззаботная не более чем кучка людей, пытающихся выжить. Какая разница между ними, и Маленькой Нефритовой Столицей? На самом деле, ты даже сам в это не веришь.

Старейшина на мгновение замолчал, после чего внезапно открыл рот:

— Надежда есть несмотря на то, что она ускользает.

С безразличным выражением лица, Цин Ю проговорил:

— Не используй деревню Беззаботную, чтобы надавить на меня. В ней нет Тела Тирана. В этом мире нет Тела Тирана.

— Му’эр может доказать противоположное, — торжественно ответил старейшина. — Он может доказать, что он единственное Тело Тирана в мире!

Цин Ю громко рассмеялся, качая головой:

— Брат Дао, ты теперь умеешь только лгать? Тело Тирана, хе-хе, Тело Тирана… — его голос внезапно стал невероятно громким, звеня в каждом уголке Маленькой Нефритовой Столицы. — Последователи Маленькой Нефритовой Столицы, ко мне!

Цинь Му был слегка ошеломлен.

Лицо отшельника обрело торжественное выражение, когда он уставился на юношу жестоким взглядом, его рукава начали дрожать:

— Докажи! Маленькая Нефритовая Столица подготовила лишь трёх учеников, и, если ты сможешь их одолеть, я спущусь с горы следом за тобой!

Юнец напряг свои мышцы, приподнимая брови и улыбаясь:

— Бессмертный Цин Ю, ловлю тебя на слове. Но три — это слишком мало, почему бы все бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы не объединили свои силы, и атаковали меня вместе? Мастер Дао и Жулай тоже могут присоединиться, — аура парня внезапно вырвалась наружу, когда он яростно заревел. — Я побью вас всех до смерти!

Глава 346. Очень Свиреп

— Император Людей свиреп, — усмехнулся отшельник Цин Ю. — Ты как раненый котёнок, размахивающий когтями, бравирующий, пытаясь напугать меня. На самом деле, ты скрываешь страх в своём сердце. Однако, раз уж ты спросил, бессмертные из Маленькой Нефритовой Столицы будут ждать в Зале Трёх Эонов и Зале Пяти Ци для обучения. Однако, если ты хочешь бросить нам вызов и войти в залы, тебе всё равно придётся одолеть трёх учеников моей Маленькой Нефритовой Столицы. Если ты не сможешь с ними справиться, тогда спускайся с горы!

— Цин, большое спасибо, — с загоревшимся взглядом проговорил старейшина.

— За что ты меня благодаришь? Я просто хочу, чтобы вы двое отказались от своего безрассудства! Ах да, чуть не забыл, до вашего прихода нас навестил Сюй Шэнхуа с Высших Небес. Ему понадобилось десять дней, чтобы пройти через Залы Трёх Эонов и Пяти Ци. Если вы даже не можете сравниться с ним, быстро спуститесь с горы, не позорьте предыдущих Императоров Людей и Святых Небесного Святого Культа! — буквально сплёвывал слова отшельник Цин Ю.

Духовно окрылившись, Цинь Му рассмеялся:

— У Сюй Шэнхуа всего лишь ложное Тело Тирана, в то время как у меня истинное. Если он смог пройти, тогда и я смогу!

Цин Ю был ошеломлён и покачал головой:

— Я не знаю, откуда берётся твоя больная уверенность.

Улыбка юноши исчезла, он посмотрел на три быстро приближающиеся фигуры. Ему это вдруг что-то напомнило, и он тихо спросил:

— Дедушка, только что я был очень свиреп?

Старейшина кивнул головой, казалось бы, выйдя из тени своих крушащихся верований, и сказал:

— Даже очень.

— Я был страшен?

— Не то слово.

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и улыбнулся:

— Я могу быть ещё страшнее.

От циркуляции жизненной Ци в его теле послышался штормовой свист. Старейшина и Цин Ю удивлённо приподняли брови. Среди воя шторма также можно было расслышать, как если бы огромные волны обрушиваются на скалы. На самом деле рокот и гул исходил от врезавшегося в скалу быстрого потока жизненной Ци Цинь Му!

Прогрохотал раскат грома, на пару со звуком потрескивающей молнией, обычно вспыхивающей в глубинах тёмных облаков, хотя должен был послышаться только после. Гром, который, словно живой, быстро перекатывался из одной точки пространства вокруг в другую, на самом деле создавался жизненной Ци юноши, текущей по небу в его божественных сокровищах!

Три ученика Маленькой Нефритовой Столицы всё ещё мчались и находились на расстоянии трёх небесных островов.

— Бессмертный Цин Ю, — говоря это, Цинь Му с волнительной улыбкой посмотрел на старика, его аура достигла пика с неприятным сдерживаемым чувством. — Почему бы нам не сразиться до их прибытия!

Отшельник Цин Ю покачал головой:

— Пока ты не одолеешь их, ты не имеешь права бросать мне вызов…

Треск!

Цинь Му сделал шаг, вокруг его тела раздался звук грома. Воздух перед бессмертным был сжат до плотности каменной стены, тут же взорвавшейся от давления!

Уголки глаз Цин Ю дёрнулись, он, наконец, разгневался. Подняв ладонь, зелёные лучи заполнили всё небо.

— Цин, шесть направлений! — немедленно крикнул старейшина.

— Я знаю! — выкрикнул отшельник Цин Ю, громкие звуки закрытия ворот исходили из его тела, когда он запечатывал свои Божественные Сокровища Божественного Моста, Жизни и Смерти, Небожителя и Семи Звёзд. Затем его жизненная Ци вырвалась наружу, а сам он гневно оскалился. — Маленький Император Людей, меня уже давно раздражает твоё поведение! Ты просто сопляк, который играет с водой и который… — не успев договорить, он получил удар, от которого отлетел далеко назад и с грохотом врезался в каменную статую. Скульптура оказалась несравнимо плотной и, подобно каменным изваяниями в Великих Руинах, была нерушимой. Из-за такого столкновения она даже не дрогнула.

— Его совершенствование… — воздух в груди отшельника Цин Ю был почти полностью вытеснен. Но с раскрасневшимся от натуги лицом, он всё же выдавил. — Старый брат Дао, ты уверен, что он только в Шести Направлениях?

Цинь Му бросился вперёд, как сошедший с ума дракон. Когда он рванул, его тело казалось тяжёлым, как гора, тем не менее, его скорость была невероятно высокой. Объединив невероятно тяжёлое тело с богоподобной скоростью, он создал что-то невообразимое, никто бы не смог повторить этого в его юном возрасте.

У отшельника Цин Ю не было времени думать об этом. Когда он пошевелил руками, его зелёная Ци внезапно изменила цвет, став чёрно-белой, как две огромные рыбы, которые внезапно превратились в наносящих по Цинь Му удар драконов-близнецов.

— У него определённо область Шести Направлений, — старейшина также не мог скрыть своего удивления. — Но его совершенствование намного сильнее, чем раньше.

Совершенствование области Духовного Эмбриона Цинь Му достигло высоты, которую старейшина никогда не ожидал увидеть в этой области. Но в итоге, когда юноша достиг области Пяти Элементов, а затем и Шести Направлений, разрыв между ним и теми, кто находился в той же области, не увеличился, а остался прежним. Однако, судя по всему, после того, как он путешествовал по Призрачной Долине и вернулся из Юду, его совершенствование резко возросло!

Подобная несравнимо плотная магическая сила удивила и потрясла даже старейшину!

Услышав два громких удара, Цинь Му сжал руки и сокрушил двух огромных драконов простой грубой силой, его скорость не уменьшалась ни в малейшей степени. Отшельник Цин Ю поднялся в воздух и собрал Ци в меч. Когда он указал пальцем вниз, десятки тысяч Ци меча выстрелили в сторону юноши, словно метеоры.

Точка Движущегося Звёздного Света, Десять Тысяч Мечей Пробивающихся Сквозь Небо!

Цинь Му прыгнул в небо, меч вспыхнул. Его жизненная Ци была похожа на дрожащего всем телом дракона, как вдруг наружу вырвалось десять тысяч драконов.

Техника Девяти Монархических Драконов!

Драконы и мечи столкнулись. Отшельник Цин Ю ещё раз болезненно хмыкнул, а его ноги, чтобы рассеять подавляющую силу божественного искусства Цинь Му, тут же быстро понесли его в небо.

Драконы и мечи рассыпались и превратились в метеорный дождь, внутри которого кулак юноши начал резко увеличиваться в размерах. Отшельник постоянно двигался, пытаясь избежать удара.

Старейшина покачал головой: «Нельзя одержать верх, когда конкурируешь с методами движения ног и тела одноногого…»

Не сумев избежать удара, Цин Ю с грохотом отлетел назад. Облако пыли поднялось над поверхностью небесного острова, а через мгновение послышался звук от столкновения тела из плоти и крови с горой.

«Только поражение ждёт того, кто собирается конкурировать против навыка кулака Старого Ма. Эх, Цин», — старейшина ещё раз покачал головой.

Цинь Му самозабвенно бежал по воздухе, между тем трое учеников Маленькой Нефритовой Столицы поднялись на вершину небесной горы. В этот момент они увидели, как юноша превращается в след света, врезаясь в место, где приземлился отшельник Цин. Они не могли не быть ошарашены этим зрелищем, так как не знали, что произошло. Заметив эту троицу, старейшина улыбнулся:

— Бессмертный Цин уже проиграл, нам пора идти, — сказав это, он поднялся и направился к небесной горе.

Три человека посмотрели друг на друга и сразу последовали за ним. На других небесных горах и небесных островах старые бессмертные вышли из своего уединения и с удивлением смотрели на гору, где происходила битва.

— Что там? — старые Жулай и Мастер Дао тоже были встревожены, поэтому посмотрели в том направлении.

Проницательные глаза старого Жулая были бесподобны, и он с удивлением сказал:

— Похоже, что Император Людей Цинь избивает неспособного дать отпор отшельника Цина.

Старый Мастер Дао улыбнулся:

— Да, судья по всему он больше не может сопротивляться. Он потерял ключевой переломный момент и теперь подавлен магической силой Императора Людей.

На небесном острове горы простирались далеко вдаль. Два человека, молодой и старый, пробились от подножия горы к вершине. Магическая сила Цинь Му, будучи свирепой и резкой, в попытке задавить противника превратилась в огромную мудру. Отшельник Цин Ю пытался увернуться от атаки, но уже в следующий миг бесчисленные деревья вокруг были сплющены ладонью юноши. Огромный отпечаток руки площадью шесть соток появился на земле!

Цинь Му показал все свои сильные движения, подавляя Цин Ю на всём пути от подножия горы до вершины. Наверху располагался зал, построенный из зелёного кирпича и красной черепицы, а также медные столбы толщиной с водяной котёл. Отшельник врезался в стену зала. Подойдя тяжёлым шагом, юноша пнул один из таких столбов. Старейшина покачал головой, посетовав бранящим голосом:

— Му’эр, это Нефритовая Столица Эпохи Императора-Основателя, дворец, который был построен богами. Ты хочешь сломать его?

Прежде чем он успел это сказать, медный столб был расколот ударом Цинь Му.

Молодой человек рядом с ним мягко объяснил:

— Уважаемый старший, этот зал был построен старшим дядей Цин Ю. Он не такой крепкий, как основной зал…

Цинь Му вонзил пальцы в медный столб толщиной с водяной котёл, подняв его. Используя столб как копьё, он ударил стену зала. Громкий гул раздался изнутри. Несмотря на то, что столб был толстым, парень мог использовать его так же ловко, как копьё. Воздух взорвался стенающим свистом. Всего за несколько ударов стена зала была покрыта тысячами дыр, а кирпичи разлетелись во все стороны.

Отшельник Цин Ю был избит и истощён. Он ухватился руками за столб, и тут же почувствовал, как тот стал несравнимо палящим, что совершенно не удивительно, ведь под воздействием магической силы Цинь Му столб начал плавиться и уже вскоре частично растёкся медной жижей по полу.

Успевшая растечься жидкая медь превратилась в тут же взмывшие в воздух медные мечи. Около десяти тысяч мечей полетели прямо в Цин Ю.

Старый бессмертный отлетел и врезался в небесную гору на другом небесном острове. Цинь Му применил силу, бросив всё ещё плавящийся столб вслед за противником. Столб врезался в грудь Цин Ю, вбивая того в гору. В то же мгновение Цинь Му промелькнул вперёд и, подняв колено, падающей звездой врезался в наконечник столба. Вся небесная гора содрогнулась, а деревья трескуче зашумели.

Старейшина и трое учеников Маленькой Нефритовой Столицы немедленно полетели следом. Как только они достигли небесного острова, то увидели Цинь Му, вытащившего из скалы столб, прежде чем схватить отшельника Цин Ю за воротник. Он безжалостно бросил старика на землю, что привело к громкому взрыву с последующим образованием глубокого кратера.

— Меня давно раздражает твоё нытье. Это такое удовольствие! Ты заставил старейшину плакать! Я изобью тебя до смерти! — сказав это, Цинь Му повернул голову в сторону четырёх парящих в воздухе людей, улыбнувшись трём ученикам Маленькой Нефритовой Столицы. — Не стоит так пугаться. Я не сражался в течение нескольких дней, поэтому был вынужден сделать дополнительный разогрев мышц, я однозначно не хочу мстить или убивать. Теперь, когда я закончил разогрев, я чувствую себя намного лучше!

Троца была слишком напугана, чтобы что-то сказать. Они просто смотрели на отшельника Цина, который лежал на дне кратероподобной ямы.

— Старший дядя… — робко сказала девушка.

— Я в порядке! — Цин Ю лежал неподвижно, но его голос всё ещё был полон энергии. — Не нужно заботиться обо мне, просто дайте мне полежать здесь некоторое время.

Трио расслабилось, а старший из них сказал:

— Старший дядя Цин Ю в порядке.

Цинь Му посмотрел в сторону троицы, один из них был ему знаком. Им оказался Ван Мужань, с которым он однажды встречался.

Ван Мужань был учеником Странника Чжэня, одного из бессмертных Маленькой Нефритовой Столицы. Старик был приглашён к подножью горы Восьмым Имперским Дядей Лин Иньфэном, чтобы остановить Имперского Наставника, но вместо этого был убит им.

В то время, когда Цинь Му впервые встретил Ван Мужаня, тот был по своей натуре озорным мальчишкой. Странник Чжэнь ловил рыбу под водопадом, а он бросал камни. Тогда Юэ Цинхун даже сказала, что, если бы он не был ребёнком Странника Чжэня, она избила бы его до смерти.

Ван Мужань был озорным мальчишкой, но после последних двух лет он стал гораздо более устойчивым и уравновешенным.

Глава 347. Машина для Убийства Людей

Цинь Му посмотрел на двух других, парня и девушки, которые тоже обладали изящной внешностью. Вспомнив, что Ван Мужань говорил, что в Маленькой Нефритовой Столице не было много людей его возраста, он предположил, что все три его противника росли вместе, несмотря на то, что слегка отличались возрастом.

Девушке было около семнадцати, максимум восемнадцати лет, и она уже выглядела милой, нежной и элегантной. Незнакомка была одета в голубую одежду, а её воротник и рукава украшала тёмная вышивка. Ленточки в её волосах сверкали зелёными и белыми цветами, в то время как на лбу висела цепочка, нанизанная нефритовыми бусами, одна сторона которой свисала со лба, а вторая была вмотана в волосы.

Она, должно быть, сильно любила нефрит, так как из него были выполнены даже украшения на её голове.

Было сложно сказать, из-за чего ленточки за её спиной трепыхались. Был ли виновником сильный горный ветер или же жизненная Ци, что-то однозначно заставляло их переплетаться, будто зелёные и белые змеи.

«Она слишком тощая, и не такая красивая, как Юйсю, грудь Юйсю намного пышнее», — с такой мыслью Цинь Му отвёл взгляд в сторону мужчины. Тот казался более зрелым, чем “нефритовая” девица. Он не уделял слишком много внимания своей одежде и внешнему виду, натянув на себя длинную мантию с рукавами, и обмотав пояс нефритовой подвеской. Однако, у него всё же был заметный стиль, походивший на мудреца.

Его взгляд был невероятно глубоким, иногда напоминая звёздный свет, а иногда превращаясь в ослепительное солнце, окутанное пылающими языками пламени.

«Маленькая Нефритовая Столица — это главная священная обитель в мире. Техники, которые они совершенствуют, сильно отличаются друг от друга, и ни одна из них не уступает искусствам Монастыря Великого Громового Удара или секты Дао» — подумал про себя Цинь Му.

— Старший брат Цинь, — увидев его, поздоровался Ван Мужань. Его чёрные глаза загорелись оттенком смелости, тем не менее, в следующий миг, тот угас. Было очевидно, что Цинь Му напомнил ему об учителе, старом Страннике Чжэне.

Когда Ван Мужань вместе со стариком пришёл в Империю Вечного Мира, чтобы перехватить Имперского Наставника, и не позволить ему подавить восстание, он встретил Цинь Му. Так как тот, вместе с Чэнь Ваньюнем, Юэ Цинхун и остальными были почти одинакового с ним возраста, впечатления от встречи надёжно закрепились у него в голове, несмотря на то, что встреча была короткой.

После того, как Странник Чжэнь был убит Имперским Наставником, Вань Мужань отнёс его труп обратно в Маленькую Нефритовую Столицу, с того времени он больше не встречался с Цинь Му.

— Брат Мужань, — поздоровавшись, Цинь Му спросил. — А кто эти старшие брат и сестра?

— Моя старшая сестра Му Циндай и старший брат Лун Юй, — представил Ван Мужань. — Старшая сестра Му является ученицей Странника Дин Си, а Лунь Юй ученик Отшельника Тянь Юня.

Сердце Цинь Му слегка задрожало. В Маленькой Нефритовой Столице было много династий, которые могли бы владеть более чем десятком техник уровня Махаяны Сутры Жулая Монастыря Великого Громового Удара или Поднебесной Высшей Тайны Секты Дао.

Так называемые бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы владели одной или даже более техниками, но, может быть, в этой священной обители была какая-то ещё уникальная техника, сильнее их всех?

Даже если ничего подобного не существовало, независимо от того, сколькими легендарными техниками они не владели, у человека всегда был ограниченный запас сил, отчего было невозможно развить все искусства до максимума. В конце концов, не у каждого было Тело Тирана.

Внезапно отшельник Цин Ю заговорил снова:

— У Сюй Шэнхуа были невероятные способности, и он смог одолеть Му Циндай за двадцать семь движений. Лунь Юй сдался после двадцать четвёртого движения, а Ван Мужань уже после двадцать третьего. Однако, не стоит думать, что Мужань слабее остальных. На самом деле, его способности самые лучшие из троицы. Тем не менее, в бою с Сюй Шэнхуа, самые сильные проигрывают первыми.

Цинь Му был слегка ошеломлён. Он опустил голову, увидев, что Цин Ю уже выбрался из ямы. В этот момент старик стоял возле старейшины деревни, будто ничего и не произошло. На его теле не было ранений, а его одежда выглядела свежо, без пятен и потёртостей. Казалось, что никакого боя с Цинь Му и не было.

— Старый Бессмертный и вправду удивителен, твоя скорость невероятно высока, — похвалил юноша. — Я не видел, когда ты успел подняться и привести себя в порядок.

После услышанного, лицо отшельника позеленело от злости, но Цинь Му не обратил на это внимания:

— Что ты имел ввиду под словами, что самые сильные проигрывают первыми в бою с Сюй Шэнхуа.

Цин Ю посмотрел на Вань Мужаня, говоря:

— Мужань, объясни.

Паренёк послушался, отвечая:

— Техника Сюй Шэнхуа очень странная, она становиться сильнее, когда сталкивается с сильным противником. Его божественные искусства тоже необычны, они, вероятно, принадлежат к адаптивному типу. Большинство из них, казалось, мгновенно подстраивались, обретая свою настоящую форму в последний миг. Чем выше способности его врага, тем сильнее становятся его собственные навыки. Чем сложнее божественные искусства противника, тем сложнее становятся его собственные.

Лицо Цинь Му обрело хмурый вид:

— Он уже покинул область техники, продвинувшись к области навыка?

— Я не смог этого разглядеть. Казалось, что дело было в его технике, но в то же время, область навыка тоже могла бы объяснить подобное.

Цинь Му оцепенел, задумавшись. Если дело было в технике, она определённо была невероятно интересной. Искусства, использующие фантазию, встречались очень редко, но, когда он столкнулся с тем, что Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была неполной, ему пришлось развить в себе эту фантазию. Учения Дровосека тоже были способом развития того таланта.

Тем не менее, настоящая техника Трёх Эликсиров Тела Тирана долгое время хранилась в руках семьи Цинь. Когда отец юноши, Цинь Ханьчжэнь, передал ему полную версию, нужда в фантазии исчезла.

Если бы техника Сюй Шэнхуа использовала подобную фантазию, она определённо находилась совсем на другом уровне.

С таким противником, сколько движений решат исход боя?

Одно?

Или несколько сотен?

— Он и вправду ужасный противник, — пробормотал себе под нос Цинь Му.

Выражение лица отшельника Цин Ю замерло, когда старик посмотрел в сторону старейшины, он тихо спросил:

— Брат Дао, забудем об настоящем Теле Тирана, откуда взялась его подделка?

Взгляд старейшины слегка помрачнел, и старик прохрипел:

— Твои знания слишком поверхностны, лучше тебе не спрашивать о таком.

Цин Ю фыркнул, посмотрев на Ван Мужаня и остальных:

— Император Людей Цинь является Владыкой Небесного Святого Культа и Императором Людей, он человек, одновременно унаследовавший наследия двух династий. Более того, его техники и божественные искусства невероятно странны. Сила его магии поражает воображение, так что не пытайтесь её перебороть. В противном случае, он вас раздавит, — сказав это, он внезапно ощутил невероятный стыд. Сражаясь с Цинь Му, он попытался подавить магическую силу юноши, отчего потерпел унизительное поражение. У него попросту не осталось времени для исполнения сложных движений.

Ван Мужань, Му Циндао и Лун Юй немедленно хорошенько запомнили совет.

— У его атак неисчислимые вариации, движения тела воистину удивительны, а скорость столь велика, что ни в коем случае нельзя позволить ему себя поймать, так как освободиться будет очень трудно, а точнее, невозможно, — отшельник Цин Ю продолжал давать троице советы. — Навыки его кулака это Восемь Громовых Ударов Монастыря Великого Громового Удара. Это первое божественное искусство области Сакры, владеющее невероятной мощью. Если вы попробуете сразиться с ним используя кулаки, его сила и мощь вас раздавит, так что нужно быть крайне осторожными. Кроме того, он совершенствовал технику Девяти Монархических Драконов семьи Лин, так что его божественные искусства заклятий тоже не слабы. Более того, в своих боевых техниках он использует искусства создания артефактов. Будьте осторожны!

Именно это вызывало у него самую сильную головную боль. Цинь Му выдернул из земли медный столб, используя его как копьё для мощной атаки. Затем он расплавил оружие, превращая в неисчислимые мечи. И именно эта атака принесла ему окончательную победу.

И то, что Цинь Му исполнил в тот миг, было ничем иным, как техникой создания сокровищ.

Отшельник Цин Ю никогда раньше не встречался с человеком, который в разгаре боя смел ковать себе оружие, тут же используя то для атаки!

На лице Му Циндай возникло тревожное выражение:

— Старший дядя, как нам тогда сражаться?

Отшельник Цин Ю внезапно замер. Он только сейчас осознал проблему. Если юный Император Людей настолько силён, как можно сражаться с его невероятной магической силой, постоянно изменяющимися движениями тела и ног, ослепительной скоростью, превосходными навыками кулака, мощными божественными искусствами и способностью использовать навыки ковки во время боя? У трёх учеников Маленькой Нефритовой Столицы не было шансов на победу!

— Поразите его навыками меча! — торжественно посоветовал старик.

Отшельник Цин Ю взглянул на человека-бочку, лицо которого расплылось в улыбке. Старик был на грани истерического смеха.

С трудом сдерживая своё веселье, старейшина сделал небольшое предупреждение:

— Если говорить о навыках меча, Му’эр давно достиг области навыка.

Старый отшельник стиснул зубы. Впервые в жизни у него настолько сильно болела голова. Когда Сюй Шэнхуа пришёл в Маленькую Нефритовую Столицу, желая посмотреть на навыки священной обители, он на самом деле бросил им вызов. Но даже тогда Цин Ю не испытал такого стресса.

Цинь Му, очевидно, был машиной для убийства людей, которая достигла максимальной результативности во всех искусствах. Он мог раздавить любого оппонента в своей области.

Кроме невероятных способностей, он также владел пугающей уверенностью в себе, что ставило троицу в ещё более трудное положение.

«Интересно, как у него дела с выносливостью? — уголки глаз Цин Ю задрожали. — Если она не слишком развита, можно затянуть битву, пока он не выбьется из сил».

Однако, когда он взглянул на телосложение Цинь Му, стало очевидно, что юнец крепко сложен. После избиения Цин Ю, он выглядел так, будто сделал утреннюю зарядку. Юношу до сих пор распирала невероятно мощная сила.

«А что у него с боевым опытом?» — задумавшись, отшельник вновь покачал головой. Боевой опыт Цинь Му можно было назвать несравненным. Тактики, которые он использовал, были яростными, доходя даже до использования искусства ковки прямо на поле боя. Он, очевидно, был боевым маньяком!

Исходя из этого, его опыт был невероятно обширным. Маленькая Нефритовая Столица, в свою очередь, всегда держалась в стороне от мирских дел, отчего её последователи определённо уступали Цинь Му.

«Может быть, у него проблемы со способностью мгновенно адаптироваться к ситуации? В таком случае он может проиграть, даже владея огромной силой… Минутку! Судя по его самоуверенности и тому, что его ещё не избили до смерти, у парня определённо нет подобных проблем!»

Отшельник Цин Ю посмотрел на человека-бочку, на котором к этому времени не осталось и следа от пережитого разочарования. Выражение старика казалось счастливым, он готовился посмотреть, как Маленькая Нефритовая Столица потерпит унизительное поражение.

Стиснув зубы, Цин Ю заговорил к Ван Мужаню:

— Действуйте по ситуации!

Троица переглянулась, мысленно бормоча: «Старший дядя столько сказал, но результат такой же, если бы он молчал. Вместо этого, он сильно надавил на наш боевой дух. Лучше бы старик просто промолчал».

Взгляд Лун Юя вздрогнул, он сделал шаг вперёд, проговорив:

— Император Людей, я хочу сразиться с тобой на мечах.

Цин Ю чуть не проблевался кровью. Из всех вещей, который мог сделать Лун Юй, этот мерзавец решил сразиться на мечах!

Человек-бочка, сидящий неподалёку, уже ведь сказал, что искусство меча Цинь Му достигло области навыка. Это значило, что парень уже начал создавать свои собственные навыки. Его понимание меча достигло уровня гроссмейстера, или было недалеко от него.

Конечно, если мировоззрение Цинь Му было не слишком широким, а начальная, отправная точка так себе, навыки, которые он создаст, оказались бы слабыми. Однако, дело было в том, что его мировоззрение и отправная точка не казались таковыми. Даже наоборот, ведь Маленькая Нефритовая Столица не могла научить своих учеников тому, что знал учитель парня!

Но как только Лун Юй заговорил, отшельник Цин Ю уже не мог изменить его решения.

Удивлённо перекосившись, Цинь Му предложил:

— Старший брат Лун Юй, я изучал навыки меча секты Дао, насколько хорошо искусство Маленькой Нефритовой Столицы по сравнению с ними?

Лун Юй улыбнулся:

— Четырнадцать Писаний Меча Дао, возможно, не смогут сравниться с искусством меча моей Маленькой Нефритовой Столицы.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Так как навык его противника не уступал Мечу Дао, тот, вероятно, переживёт первый удар.

— Мой меч довольно тяжёлый и иногда я использую вес своей пилюли для всяких уловок. Однако, так как мы сражаемся в навыках меча, я не буду делать ничего подобного против старшего брата Лун Юя, — после сказанного, Цинь Му по-доброму предупредил. — Старший брат, будь осторожен.

Вьюх!

Дождь из покинувших мешочек таоте мечей заслонил собой небо, а после каждый клинок вонзился в землю.

— Прошу, — улыбнулся Цинь Му.

Глава 348. Полон Недостатков

Лун Юй осмотрелся вокруг. Всю гору устилали мечи Цинь Му. Как же он собирался сражаться? Вес всех этих мечей может раздавить его насмерть!

Юноша посмотрел на отшельника, который, казалось, ничего не замечал. Управление восемью тысячами мечей может выглядеть простой задачей, но это израсходует все силы большинства практиков божественных искусств области Шести Направлений. Только Цинь Му со своим невероятно плотным совершенствованием мог владеть таким огромным количеством летающих мечей одновременно!

Кроме того, управление таким количеством мечей требовало чрезвычайно высоких достижений в математических вычислениях. Для того, чтобы контролировать каждый из летающих мечей, дабы они не мешали друг другу, был необходим мозг с хорошей скоростью реакции. Просто расчёт маршрутов для восьми тысяч мечей требовал высочайшего уровня вычислительных знаний!

Было очевидно, что Цинь Му уже объединил Меч Дао секты Дао с навыками меча старейшины, поэтому он был в состоянии контролировать так много летающих мечей.

«В этом мире действительно есть Тело Тирана?» — засомневался отшельник Цин Ю. Если бы это было так, в Маленькой Нефритовой Столице определённо существовали бы записи. Живя здесь, он перечитал множество книг, но ему никогда не попадались на глаза такие записи, не было даже какого-то упоминания, намёка о Теле Тирана!

Книги, собранные в Маленькой Нефритовой Столице, были всеобъемлющими, беря своё начало с самых давних, древних эпох. Другие секты и священные обители такого попросту не могли себе представить. Но даже при всём при этом… в Маленькой Нефритовой Столице не было никаких записей о Теле Тирана, поэтому его не могло существовать!

Из-за этого отшельник первоначально был уверен, что старейшина лжёт. Однако, испытав на себе умения юноши, его уверенность пошатнулась.

— Старший брат Лун Юй, прошу, — снова сказал Цинь Му.

— Император Людей, прошу! — гордо проговорил Лун Юй, думая про себя с полыхающим в глазах огоньком: — «Император Людей должен контролировать столько летающих мечей, что определённо должно быть утомительно для него. Один или два обмена с ним, вероятно, исчерпает весь объём его совершенствования. Мне просто нужно продержаться несколько обменов, и я смогу превратить поражение в победу!»

Однако вскоре Лун Юй обнаружил, что глубоко заблуждался. Цинь Му не оставил ему шанса продержаться, немедленно использовав четвёртую форму писания Меча Дао — Тихое Вращение Небесного Цикла, Встречая Каждое Явление Природы!

Восемь тысяч мечей мгновенно распространили небесный цикл звёзд и исполнили проявление природы!

Когда Мастер Дао Линь Сюань тестировал Цинь Му на его достижения в алгебре, он использовал расчёт звёзд шахматного превращения небесного цикла. Математические рассуждения там были четвёртым писанием Меча Дао!

Цинь Му исполнил Тихое Вращение Небесного Цикла, Встречая Каждое Явление Природы, заставляя звёздное небо над ним ярко засиять!

Каждое движение Четырнадцати Писаний Меча Дао было сильнее предыдущего, и когда дело дошло до четвёртого писания, восемь тысяч мечей превратились в заполонившие небо небесные звёзды.

Лун Юй был пойман в ловушку построения меча. Времени на раздумья не было. Как вдруг из его глаз вырвалось пламя, затем он моргнул, и из глаз выстрелили две белоснежно-белые мечеподобные вспышки!

Его навык меча отличался от обычных путей и был своего рода высшим искусством в Маленькой Нефритовой Столице. Он в основном совершенствовал свои глаза, но в отличие от других глазных навыков, совершенствовал в них навыки меча. Его глаза и меч стали одним целым, происходя из искусства под названием Секреты Небесных Глаз Сердца Меча.

Сила такого рода навыков меча заключалась в том, что не было необходимости развивать духовное оружие или мечи. Вместо этого сами глаза служили пилюлями меча, и меч всегда указывал острием на то, что видели глаза. Такой подход был гораздо более прямолинейным и простым. Кроме того, это искусство обладало уникальной техникой. Когда глаза превращались в огромные пылающие солнца, свет меча мог преодолеть все препятствия, а когда они засияют звёздным светом, столь же ослепительным, как галактика, ни один враг не сможет защититься от них.

Если Лун Юю удастся постичь сердце меча, то с сердцем и мечом как единым целым, он станет ещё страшнее, чем просто с глазами-мечами, ведь как только сердце пожелает, движение меча уже будет исполнено. Но благо, что он ещё не достиг этой области, хотя даже просто его глаза-мечи заслуживали отельного внимания.

Между тем бесчисленные летающие мечи-сокровища Цинь Му направились к двум, полностью состоящим из Ци, светящимся росчеркам меча Лун Юя. Мечи-сокровища были выкованы из драгоценных материалов всего Небесного Дьявольского Культа, поэтому по качеству они превосходили два мечеподобных огня, к тому же, из-за чрезвычайно плотного совершенствования Цинь Му, мечи Лун Юя были полностью подавлены!

Звёздный свет вырвался из глаз Лун Юя, сталкиваясь лоб в лоб с трансформацией четвёртого писания Меча Дао. Навыки меча сражающихся, возможно, казались похожими, но были различны по своей сути.

Дао меч использовал математические рассуждения для построения небесных звёзд и имел состав математических рассуждений о преобразовании. Секреты Небесных Глаз Сердца Меча, однако, делали всё, что им заблагорассудится, меняясь вместе с сердцем. Их сложность нельзя сравнить с Мечом Дао, но они превзошли секту Дао в трансформации, преобразовании. Хотя, если всё-таки сравнить эти два меча, свет меча ученика Маленькой Нефритовой Столицы был намного хуже.

Лун Юй болезненно хмыкнул. Звёздный свет, который вырвался из его глаз, был развеян в ничто. Восемь тысяч мечей превратились в дождь мечей.

— Пощади его! — вдруг послышался крик отшельника Цин Ю.

В следующий момент Лун Юй увидел, как летающие мечи окружают его, как будто он стал огромной пилюлей меча. Он находился внутри них, а покачивающиеся наконечники мечей были направлены на каждую часть его тела. В его голове появился вопрос, если бы они вонзились в него, осталось бы от него хоть что-нибудь?

Пилюля меча раскололась и мечи вернулись в мешок таоте на спине Цинь Му.

Лун Юй быстро ощупал себя, проверяя всё ли с ним в порядке. Только тогда он вздохнул с облегчением. Он хотел поблагодарить парня, но все его конечности в какой-то момент онемели. Его горло также пересохло, из-за чего он не мог издать даже звука.

Му Циндай вышла вперёд, принеся ему чистой воды. Лун Юй сделав пару глотков, проговорил:

— Большое спасибо, что пощадил меня, Император Людей. Тем не менее, я не проиграл в навыках меча! Ты завалил меня своим сокровищем!

Не отрицая, Цинь Му смиренно сказал:

— Старший брат Лун Юй прав. Я не слишком усердно изучал Меч Дао, только десять дней. Вообще-то, у меня это не очень хорошо получается.

Лун Юй мгновенно переменился в лице, почувствовав, что в его горле опять сухо, как в пустыне, но он, хрипя, всё же сумел выдавить:

— Не очень хорош в Мече Дао?

Юноша взглянул на старейшину и сказал:

— Я обучался навыкам меча у старейшины, однако то, чему он меня обучил, слишком могуче… могуче настолько, что мне очень тяжело сдержать свою силу. А так как мои достижения в Мече Дао не высоки, ты был способен блокировать мои атаки и выжить.

Лун Юй вновь сделал несколько глотков воды, но его всё ещё немного сушило в горле. Взгляд Му Циндай блеснул, когда она спросила:

— В таком случае, может ли Император Людей Цинь продемонстрировать свой самый сильный навык меча?

Взгляд Ван Мужаня также сверкнул, показывая предвкушение. Всем было очень интересно, какой же самый сильный навык меча молодого Императора Людей.

Цинь Му показал обеспокоенное выражение лица, посмотрел на старейшину и стыдливо сказал:

— В моём навыке меча есть кое-какие недостатки… Нет, совсем не кое-какие, у меня огромные проблемы! Особенно в последнее время, всё постоянно ухудшается!

Лун Юй, Му Циндай и Ван Мужань были ошарашены. Отшельник Цин Ю тоже был удивлён: «Он не всегда такой самоуверенный и гордый?»

Лицо Цинь Му было полно стыда:

— Мой самый сильный навык меча был побеждён старейшиной, мне никогда не удавалось одолеть его. Затем я встретил своего отца, его я тоже так и не смог одолеть… А когда Имперский Наставник постигал путь, я подглядел за ним, и количество недостатков в моих навыках только прибавлялось.

Несколькими месяцами ранее на корабле-сокровище Цинь Му потерпел наибольшею неудачу. Оказавшись внутри живописи, Цинь Ханьчжэнь побеждал его раз за разом, и, если бы он не избивал Паньгун Цо время от времени, чтобы почувствовать себя лучше, ему не удалось бы сохранить хоть кроху от своей уверенности.

Когда Имперский Наставник постигал путь, Цинь Му, заглянув в его сердце Дао, наблюдал за всем процессом. И это потрясло его до крайности. Однако это привело и к другим последствиям. Его горизонты резко расширились и достигли высоты, которую он никогда не представлял раньше…

Когда Цинь Му подумал о улучшенным им навыке меча, он понял, что в нём появилось ещё больше недостатков, чем было раньше!

Старейшина продемонстрировал удивлённое выражение лица и сказал:

— Му’эр, исполни свой навык меча, который полон недостатков, я хотел бы взглянуть.

— В таком случае я опозорюсь, — некоторое время поколебавшись, все же ответил Цинь Му. Затем он вздохнул с глубокой концентрацией, а его Беззаботный Меч загудел, покидая ножны и приземляясь в руке. Лезвие меч вспыхнуло светом, а бесчисленные летающие мечи вылетели из мешка таоте на его спине, тут же влетая один за другим прямо в Беззаботного.

Три тысячи мечей слились воедино.

Беззаботный Меч являлся основным, а остальные мечи, способный войти в него, дочерними. Как профессионал в ковке сокровищ, Цинь Му знал, что существует два типа форм пилюль меча. Вошедшие в основной меч дочерние мечи — лишь один из них. Но поскольку его магическая сила и мощь были ограничены, он мог сплавить воедино только три тысячи мечей. Если бы он добавил ещё, было бы не так просто использовать Беззаботный Меч, не говоря уже об использовании каких-либо навыков.

Взгляд парня был сосредоточен на острие меча, как будто в мире больше ничего не существовало. Затем он исполнил свой навык, меч в его руке начал неуклюже двигаться.

Вьюх!..

Послышался звук порыва ветра. Беззаботный Меч Цинь Му двигался очень медленно, но издавал звук проходящего через воздух невообразимо тяжёлого предмета!

Когда Беззаботный, исполняя навык меча, двинулся, дочерние мечи начали вылетать из него, как будто они были его остаточными образами. Огни меча продолжали непрерывно разрушаться, каждый вылетевший меч выполнял разное движение меча. Семнадцать основных движений меча были показаны траекториями летающих мечей, однако, когда неуместные движения накладывались друг на друга, навык меча также становился беспорядочным и неправильным.

Юноша исполнил Меч, Ступающий по Горам и Рекам. Тот полностью отличался от того, чему учил старейшина. Его навык меча был очень неуклюж и не имел чувства ловкости. Но подвижность Беззаботного постепенно росла. Дочерние мечи в воздухе, танцуя с основным мечом, тоже медленно наращивали скорость!

Выражение лица отшельника Цин Ю становилось всё мрачнее, в то время как Лун Юй, Му Циндай и Ван Мужань не понимали абсолютно ничего, что видели.

Рассуждения о мече, которые были задействованы в мастерстве меча Цинь Му, становились всё сложнее и глубже. В небе над небесной горой время от времени собирались и рассеивались три тысячи летающих мечей, превращаясь в величественные горы, рассеивающие водяной пар, или же в длинную реку в небе, а также пышущие зеленью и жизнь десятки тысяч деревьев. Они были настолько детализированы, что можно было даже увидеть линии жилок на листьях!

Через мгновение все огни меча исчезли. Юноша встряхнул свой Беззаботный Меч, и все летающие мечи вылетели из него, возвращаясь в мешок таоте на его спине.

— Нет необходимости состязаться! — сказала Му Циндай, сразу же добавив. — Моё совершенствование уступает старшему брату Лун Юю, так что давай не будем сражаться!

Ван Мужань покачал головой:

— Нет необходимости состязаться, я признаю поражение.

Выражение лица Лун Юя было бледно-белым, а рот так широко открыт, что туда мог залететь воробей. Он понял, что у него снова пересохло в горле, немедленно выпив два глотка воды, и сказал:

— Твой навык меча… Я не понимаю его.

Отшельник Цин Ю впал в оцепенение, посмотрев на Цинь Му, затем старейшину, и под конец вздохнул:

— Старый брат Дао, ты взял хорошего ученика. Его навыки меча уже вступили на путь.

Старейшина покачал головой и сказал:

— Я не учил его совершенствовать меч таким образом, он осознал всё это сам. Му’эр, твой навык меча действительно имеет много недостатков, он похож на сломанное решето, которое пропускает воздух повсюду. Ты должен продолжать работу. Если ты встретишь кого-то, чьи знания выше твоих, ты даже не поймёшь, как умрёшь!

Волосы юноши встали дыбом, и он пробормотал:

— Я тоже вижу слишком много недостатков, но пока не могу их исправить.

«Кто учит своего ученика таким образом? Этот навык меча можно считать одним из самых мощных в мире! Те, кто сможет превзойти его, будут людьми, достигшими пути меча!» — отшельник Цин Ю, не знал, смеяться ему, или плакать.

Глава 349. Прорыв Трёх Эонов

Оценка, которую отшельник поставил умениям Цинь Му, была невероятно высокой. Для создания одного из лучших навыков меча в мире было недостаточно просто изучить несколько сложных приёмов. Для этого мастер должен владеть невероятно высоким пониманием меча и достичь области навыка… области, только достигнув которой он окажется в силах придумывать свои собственные искусства.

Уровень, на котором сейчас находился Цинь Му, определённо достигал области навыка. Несмотря на то, что юнец утверждал, что в его технике полно недостатков, их могли увидеть лишь эксперты, находящиеся за шаг от области пути, или те, кто уже её достиг!

Такие люди встречались так же редко, как перья феникса или рога единорога, которые можно было сосчитать на пальцах.

Цинь Му, достигший области навыка в столь юном возрасте, несмотря на большое количество недостатков, о которых он твердил, казался завораживающим произведением искусства в глазах тех, кому ещё не удалось подняться на такой уровень.

Тем не менее, старейшина всё ещё был недоволен успехами своего ученика, утверждая, что он напоминал поломанное сито, которое даже не сможет понять, как его настигла смерть.

Его требования были просто слишком высоки.

Но Цинь Му и вправду согласился со словами старика, совсем не обижаясь и не споря. Подобное смирение казалось более искренним, чем та скоромность, которую он продемонстрировал к Лун Юю после победы.

Отшельник Цин Ю покачал головой: «Эта парочка, ученик и учитель, очень странные».

Его глаза сверкнули, когда старик торжественно проговорил:

— Император Людей Цинь, победа над тремя учениками моей Маленькой Нефритовой Столицы ещё не говорит о силе твоих способностей. Они лишь на десять-двадцать процентов выше нормы. Зал Трёх Эонов и Пяти Ци будет твоим настоящим испытанием!

После этих слов на лицах Лун Юя и Му Циндай возникли выражения стыда, так как они поняли, что отшельник пытался сохранить их репутацию. Ван Мужань, в свою очередь, думал о чём-то своём.

— Суждения бессмертного Цин Ю и вправду удивительны, — кивнул Цинь Му. — Мои способности действительно лишь на десять-двадцать процентов лучше, чем у них.

Эти слова уже не были проявлением скромности, а констатацией факта. Четверо юнцов находились в области Шести Направлений, где преимущество в десять-двадцать процентов давало возможность одержать победу всего лишь за одно-два движения.

В конце концов, знания, которыми они обладали, оказывались совершенно разными!

Когда способности мастера достигали их уровня, для улучшения своих сил на десять процентов требовалось огромное количество тяжёлой работы. В подобных условиях любой прогресс давался невероятно сложно!

Получить преимущество в десять процентов было невообразимо трудно!

Если бы Цинь Му не достиг области навыка, ему определённо понадобилось бы более двух движений для победы над Лун Юй и Му Циндай.

— Мужань, ребята, можете быть свободны. Император Людей Цинь, иди за мной. Я отведу тебя в Зал Трёх Эонов, — отшельник Цин Ю пошёл вниз по горе.

На лицах Ван Мужаня и остальных проявилась зависть, а Лун Юй тихо пробормотал:

— А когда же мне позволят войти в Зал Трёх Эонов?

Старейшина тут же проговорил:

— Огромное спасибо, друг Дао Цин Ю!

Отшельник покачал головой, говоря:

— У Императора Людей есть врождённое право входить в Залы Трёх Эонов и Пяти Ци.

Цинь Му пошёл следом за стариками, недоумевая: «Судя по их словам, Залы Трёх Эонов и Пяти Ци не являются испытанием, а наоборот, огромной возможностью. Дедушка старейшина даже поблагодарил бессмертного Цин Ю, если он пошёл на такой шаг, значит это место определённо необычное. Однако, разве Сюй Шэнхуа уже не успел там побывать? Ему понадобилось лишь десять дней, чтобы полностью их пройти, так что они не кажутся местом, достойным благодарности дедушки».

Первоначально он думал, что Зал Трёх Эонов и Пяти Ци окажутся местом, где с ним лично сразятся бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы, проводя своего рода испытание. Однако, он уже не был в этом слишком уверен.

Подлетев поближе, старейшина улыбнулся:

— Раз уж Му’эру можно войти в Залы Трёх Эонов и Пяти Ци, может быть, ты также откроешь Зал Шести Направлений?

Отшельник Цин Ю ухмыльнулся:

— Друг Дао, научись ценить маленькие достижения!

Старейшина ухмыльнулся в ответ:

— Ты позволил Сюй Шэнхуа из Высших Небес войти в Залы Трёх Эонов и Пяти Ци, разве Император Людей ему уступает?

Цин Ю покачал головой:

— Высшие Небеса невероятно сильны, ничем не уступая Залу Императоров Людей. Может быть, они даже сильнее. Для начала мне пришлось бы вас хорошенько сравнить, так как если я лично выберу более сильного, у меня будут проблемы.

Старик-бочка без конечностей продолжал его убеждать:

— Маленькая Нефритовая Столица считается самой сильной священной обителью мира, неужели ты и вправду боишься Высших Небес?

Отшельник Цин Ю равнодушно ответил:

— Можешь не пытаться меня переубедить. Самой сильной сектой мира нас называют люди извне, мы никогда не делали подобных заявлений лично. Друг Дао, забудь об этом.

Продолжая разговаривать, они добрались до небесной горы, и вскоре забрались на её вершину, где увидели перед собой Зал Трёх Эонов. Снаружи строения их ожидали трое бессмертных Маленькой Нефритовой Столицы, которые, судя по виду, были намного старше старейшины, Мастера Дао и остальных. Их глазницы давно провалились внутрь черепа, отчего глаза выглядели маленькими и круглыми. Белые волосы и длинные брови стариков свисали до земли, и несмотря на то, что бессмертные стояли ровно, их рост был невероятно маленьким. Рост троицы стариков был примерно таким же, как у Сюй Ци’эр.

— Старшие братья, спасибо за ваши усилия, — поздоровался отшельник Цин Ю.

Старые бессмертные вернули приветствие:

— В гости пришёл Император Людей и мы должны принять его подобающим образом.

Взгляд старейшины вздрогнул, когда он проговорил:

— Три Эона Маленькой Нефритовой Столицы? Как вы дожили до наших дней? Вы ведь намного старше меня!

Троица стариков смерили его взглядами, и старуха с провалившимся беззубым ртом ответила:

— Граф Земли, вероятно, попросту забыл о нас, и не приходит забрать наши жизни.

Старейшина был сбит с толку.

Троица бессмертных поволокли свои длиннющие брови внутрь зала со словами:

— Император Людей, пожалуйста, сюда.

Цинь Му догнал их, слегка опасаясь, что старики наступят на свои собственные волосы или брови. К счастью, этого не случилось. Волосня стариков, казалось, была ивой, каждый раз умудряясь избежать их ног.

«Неужели они настолько стары, что их волосы тоже обрели духи и разум?» — пытался разгадать секрет Цинь Му.

Внезапно он наступил на кромку ветра, поднимаясь в воздух. Его жизненная Ци завибрировала, превращаясь в крылья за спиной. Взмахнув ими, он завис в небе, качаясь вверх-вниз. Перед ним вспыхнуло яркое пламя, ослепляя глаза. Слой за слоем в его зрачках появлялись символы построений, превращаясь в Зелёные Глаза Небес. Только после этого он смог смело смотреть на бушующий огонь впереди.

Пламя закрыло собой всё небо, после чего внезапно исчезло. Гигантское испепеляющее солнце отлетало всё дальше и дальше, прежде чем остановиться в воздухе.

Затем из-за спины подул холодный ветерок. Обернувшись, Цинь Му обнаружил огромную луну, закрывшую собой небо позади. Она тоже устремилась вдаль.

— Эон небес в виде солнца, эон воды в виде луны, но где эон земли?

Цинь Му посмотрел себе под ноги, увидев грязные жёлтые потоки воздуха, несущиеся со всех сторон. Собираясь вместе, они медленно превращались в горы, хаотично пробивающиеся из-под земли.

Когда сила трёх эонов слилась вместе, она тут же превратилась в цветущие холмы, шумящие прозрачной водой и всевозможными живыми существами, растущими в удивительном мире.

— Император Людей, ты собираешься пробиться сквозь небесный, земной или водный эон? — спросил гремящий оглушающий голос.

Цинь Му посмотрел в сторону источника звука, увидев сверкающего золотого бога, выпрямившегося внутри солнца. За его спиной стоял трёхногий ворон. У божества тоже было три ноги, а посреди его бровей находился третий глаз, в то время как в руке существо держало огромный колокол.

Юноша обернулся, смотря на луну, увидев внутри небесного тела женщину. Та сверкала серебряным светом, а её волосы напоминали серебряные нити. Огромная жаба находилась за её спиной, смотря на юношу тёмными затуманенными глазами. Женщина-бог держала в руке дерево османтуса, её серебристо-белая одежда развевалась на ветру.

Посмотрев вниз, Цинь Му увидел третьего бога. Тот был высоким и стоял прямо, в окружении жёлтых драконов, извивающихся вокруг. Жёлтый воздух пульсировал вверх-вниз под его ногами, постоянно норовя вырваться наружу.

Паренёк глубоко вдохнул, ощущая различные виды энергии, несущиеся ему навстречу. Из-за этого его духовный эмбрион начал медленно расти.

Он не мог не удивиться. Достигнув своего нынешнего уровня, он думал, что давно раскрыл все секреты Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, и развиваться больше не было куда. Однако, в этом месте его духовный эмбрион, казалось, вновь начал становиться сильнее!

— Что это за место? — громко спросил Цинь Му. — Где троица старцев, которых я видел раньше?

— Это Божественное Сокровище Духовного Эмбриона Бога, — ответил сияющий золотой бог внутри солнца, его голос пронёсся по пространству, будто раскат грома. — Бог давно умер, осталось лишь его тело. Я Духовный Мастер Небесного Эона, с помощью запрещённой техники я превратился в небесный эон этого божества.

— Я Духовный Мастер Водного Эона, — проговорил голос внутри луны. — Использовав запрещённую технику я стала водным эоном бога.

— А я Земной Эон.

Земля под ногами Цинь Му завертелась и поднялась. Гигант продолжал неподвижно стоять, но его тело подлетело ввысь, поднимая ветер. Вскоре прямо перед Цинь Му возникла огромная извивистая гора.

Стоящий на ней гигант посмотрел на юношу:

— Духовный Мастер Земного Эона отдаёт дань уважения Императору Людей Цинь Му.

Ошеломлённо застыв на несколько секунд, Цинь Му внезапно осознал:

— Вы намного старее дедушки старейшины, и продолжаете жить не из-за того, что Граф Земли забыл о вас, а потому, что заимствуете Божественное Сокровище Духовного Эмбриона бога, чтобы жить!

Духовный Мастер Земного Эона уже не выглядел так странно, как когда был за пределами зала. Низким тоном он проговорил:

— Ты правильно догадался! Императоры Людей и вправду очень умные люди. Наш возраст давно перевалил за две тысячи лет. Обычные люди на нашем месте успели бы умереть три или четыре раза. Даже если они сильные практики. Приблизившиеся к уровню бога, им не удалось бы избежать судьбы рождения, старения и смерти. Мы, в свою очередь, воспользовались шансом продолжить жить.

Золотой свет сверкал вокруг Духовного Мастера Небесного Эона, а из его спины выросли языки пламени, напоминая крылья и радугу:

— Мы не цепляемся за жизнь, стоя на пороге смерти, а пытаемся выбрать лучшие таланты Маленькой Нефритовой Столицы и подтолкнуть их на шаг вперёд. Мы помогаем им заглянуть в секреты божественных сокровищ бога, чтобы достичь нового прорыва.

— Однако, чтобы обрести нашу поддержку, они должны пройти испытание трёх эонов, — за спиной Цинь Му Духовный Мастер Водного Эона поднялась в воздухе, будто радуга, подлетая к юноше. — Чтобы пройти испытание трёх эонов, нужно бросить вызов одному из мастеров, созданных из эонов бога. Ты чувствуешь их? В этом месте, плотности трёх эонов достаточно, чтобы подтолкнуть твой духовный эмбрион на шаг вперёд! Однако, с незапамятных времён нашлось очень немного людей, сумевших достичь прорыва трёх эонов, и все они были невероятно талантливы!

«В Маленькой Нефритовой Столице и вправду есть подобное место?»

Глаза Цинь Му загорелись. Земной, Водный и Небесный Эоны были тремя эонами. Если он сумеет воспользоваться ими всеми, его область Духовного Эмбриона перейдёт на совершенно новый виток в развитии!

Его духовный эмбрион и так был неестественно сильным, какого уровня он достигнет после этого?

Однако, исходя из слов трёх Духовных Мастеров, ему придётся бросить вызов мастерам трёх эонов, чтобы получить их помощь. От мысли о битве с богом парню становилось не по себе.

— Бросить вызов Залу Трёх Эонов можно лишь раз! Какого прорыва ты хочешь достичь? Прорыва Земного Эона, Водного или Небесного? — в унисон спросила троица богов.

Хорошенько подумав, Цинь Му спросил:

— Старшие, какой прорыв является самым сильным?

— Прорыв Трёх Эонов, естественно, — продолжая одновременно говорить ответила троица.

Боевой дух Цинь Му тут же поднялся, и юноша громко и ясно проговорил:

— В таком случае, я бросаю вызов всем трём!

Троица богов переглянулись, увидев удивление в глазах друг друга.

— Как пожелаешь!

Солнце тут же задрожало, извергая язык пламени. В этот миг серебряные и жёлтые лучи света вылетели из луны и земли, превращаясь в трёх юнцов, владеющих внушающими аурами. Странным было то, что внешность у всех трёх была одинаковой.

Все трое юношей находились в области Шести Направлений. Внезапно они вошли друг в друга, и их тела соединились в одно. Аура этого тела невероятно усилилась, отчего уголки глаз Цинь Му задрожали.

«Наверное, Прорыв Небесного Эона был бы более безопасным решением…» — подумал он про себя.

Глава 350. Попробуй угадать, какая у него фамилия

За пределами Зала Трёх Эонов старейшина деревни спокойно парил в воздухе, отчего отшельник Цин Ю не удержался и, взглянув на него, процедил:

— Брат Дао достаточно расслаблен, ты, кажется, не беспокоишься о том, сможет ли твой ученик пройти испытание трёх эонов. Уверенности в нём тебе не занимать.

Старейшина вспоминал о кресле-качалке, изготовленном для него на заказ Цинь Му, и улыбнулся:

— Я уверен в способностях внучка. Несмотря на то, что испытание Зала Трёх Эонов не самое простое, на протяжении веков многие люди с ним успешно справлялись, а Му’эр не слабее кого бы то ни было из них.

Взгляд Цин Ю замерцал:

— В Зале Трёх Эонов проверяют три эона бога, и брат Дао должен знать все за и против данного дела. В конце концов ты был одним из тех, кто тоже побывал там.

— Как и ты сам, — вздыхая, сказал старейшина. — Я выбрал Прорыв Небесного Эона, а ты?

— Прорыв Водного Эона, — ответил Цин Ю. — Я проиграл, а ты победил. Вот почему ты превзошёл меня.

— Причина, по которой я превзошёл тебя, лежит не в том, что я достиг Прорыва Небесного Эона, а в том, что я больше старался. Вот и весь секрет, — старейшина посмотрел на него, говоря с серьёзным выражением лица. — Мой боевой дух сильнее твоего, как и способность противостоять неудачам и невзгодам. Просто небольшая разница в личности привела к тому, что разрыв между нами медленно, но постоянно увеличивался. Наследие Маленькой Нефритовой Столицы на самом деле не уступает Залу Императора Людей. Если бы твой боевой дух был сильнее, твои достижения не уступали бы моим, а может даже превосходили.

Чувствуя себя некомфортно, отшельник Цин Ю фыркнул и сказал:

— Прорыв Небесного Эона, Прорыв Земного Эона и Прорыв Водного Эона, как ты думаешь, что из этого выберет Император Людей?

— Он выберет сильнейшее, — не колеблясь ответил старейшина.

Тело Цин Ю вздрогнуло, а на его лице расцвело неверующее выражение:

— Прорыв Трёх Эонов?

Кивнув, старейшина неторопливо сказал:

— Его вера сильнее, чем моя в его годы, не говоря уже о боевом духе. Он обладает не имеющими себе равных несравненной верой в себя и боевым духом, поэтому он обязательно выберет Прорыв Трёх Эонов!

— И всё же ты ни капельки не волнуешься?! — не удержавшись, закричал отшельник. — Ты же проходил подобного рода испытание! Ты ведь знаешь, насколько сложен Прорыв Трёх Эонов? У него нет шансов одержать верх!

— На самом деле… — улыбнулся старик, отчего его лицо сморщилось, как высушенный мандарин. Его улыбка была уродливой, но полной счастья. — Му’эр уже сильнее, чем я в его возрасте, просто он сам этого ещё не понял. И я не просто бахвалюсь! Он должен пройти Прорыв Трёх Эонов!

Лицо Цин Ю внезапно похолодело, он усмехнулся:

— Брат Дао, я не думаю, что его уверенность непобедима, просто твоя уверенность в нём непобедима! Тем не менее, ты не из нашей Маленькой Нефритовой Столицы, так что ты не знаешь, насколько ужасен Прорыв Трёх Эонов. Ему придётся столкнуться с молодым богом в той же области, что и он!

— Тело Тирана никогда не проигрывало практикам божественных искусств в одной области! — гордо проговорил старейшина.

Отшельник Цин Ю практически впал в безумие…

Снова это пресловутое Тело Тирана!

— В истории был только один человек, который прошёл Прорыв Трёх Эонов! Он был признанным Небесным Святым Культом Святым, который появляется раз в пятьсот лет. За всю историю существования Маленькой Нефритовой Столицы, только он сумел пройти Прорыв Трёх Эонов, — отшельник усмехнулся, добавив. — А потом он умер, его попросту забили до смерти секта Дао, Дворец Золотой Орхидеи и все праведные практики в мире! После этого было несколько других провозглашенных Святыми, но, когда они вошли в Зал Трёх Эонов, попробуй угадать, прошли ли они тест? Нет! Они были избиты до состояния полумёртвых свиней, их даже вытаскивать пришлось из Зала Трёх Эонов, ибо самостоятельно сделать это они попросту не могли, я уже молчу про то, что никто из них не попал в Зал Пяти Ци!

Старейшина был поражён:

— Были такие бесполезные Святые?

Отшельник Цин Ю был явно недоволен последней ремаркой и закатил глаза:

— Тот бог не один из тех фальшивых богов небес, а истинный бог. В противном случае Сюй Шэнхуа из Высших Небес не задержался бы в нашей Маленькой Нефритовой Столице на такой долгий срок. На небесах довольно много так называемых богов, но ты ведь знаешь разницу между фальшивыми и истинными богами? Истинный бог достигает области бога во всех аспектах, в то время как ты обладаешь только аспектом Бога Меча!

Старейшина промолчал, но вдруг улыбнулся и сказал:

— Му’эр никогда не проигрывал раньше, так что первый проигрыш тоже будет полезен для него. Если он не сможет одержать верх, это будет означать, что он недостаточно усердно трудился, чтобы раскрыть весь потенциал Тела Тирана.

Отшельник Цин Ю, готовый в любой момент свихнуться, был по-настоящему удивлён: «Неужели в этом мире существует такой учитель?»

— Я хотел бы знать происхождение этого бога, — взгляд старейшины сверкнул. — Интересно, может ли друг Дао поведать мне об этом?

****

Выражение лица Цинь Му, находящегося в Зале Трёх Эонов, помрачнело. Было три молодых бога, и, если бы кто-то из них был помещён в Империю Вечного Мира, каждый оказался бы величайшим в Шести Направлениях. Они могли оказаться даже сильнее, чем такие люди, как Даоцзы и Фоцзы. И самым важным было то, что независимо от опыта или широты горизонта, молодые боги намного превзошли бы их… Хуже ситуацию и не придумаешь!

Каждый молодой бог представлял один Эон, а когда они объединились, их способности были почти равны истинному юному богу в области Шести Направлений. То есть его способности были невероятны!

Три старых бессмертных не провожали практиков, осмелившихся бросить вызов трём эонам. Ведь гении, естественно, обладали сильной уверенностью. Но уверенность была просто уверенностью. По белу свету бродило не так много тех, кто действительно мог пройти испытание трёх эонов. Однако, так как Цинь Му пошёл именно по этому пути, его конечный результат будет зависеть от удачи.

Молодой бог перед ним был невыразителен и выглядел как бесчувственная машина. Внезапно его сила вырвалась вперёд, а сам он за один шаг оказался перед юношей.

«Никто не сравнится с моей скоростью!» — был удивлён Цинь Му, когда гром пророкотал в его ушах. Звук достиг его только после того, как бог уже сблизился с ним.

Буум!

Юный бог послал удар, гром разразился от вибрации пространства. Это не было силой божественного искусства, а ненормальным явлением, вызванным высвобождением чистой силы физического тела. Практики божественных искусств физического тела полагалось не на божественные искусства, а на сугубо мощное тело.

Цинь Му не сдвинулся с места, чтобы увернуться, а отправил свой собственный удар на встречу. Их удары двигались по воздуху и мелькали как миражи.

Зрачки Цинь Му сократились. Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого встретили своего первого достойного противника.

Так как одноногий был Богом Воров номер один в мире, его скорость, естественно, должна была быть несравненно высокой, настолько высокой, чтобы враги и преследователи не могли поспевать за ним. Именно таким образом старик тренировал себя. Если бы кто-то и сказал, что он в какой-то степени стал богом, то это благодаря его ногам.

Когда Цинь Му был ещё совсем молод, он совершенствовался рядом со стариком, а когда достиг Шести Направлений, совершенствовал их до предела самостоятельно. Говоря исключительно о скорости, даже Паньгун Цо был не так быстр. Но молодой бог перед ним не уступал ему в скорости!

Внезапно раздался громкий взрыв, их кулаки столкнулись. В долю секунды Цинь Му выполнил Восемь Громовых Ударов Тысячерукого Будды. Он был похож на огромного Будду с тысячей рук, направляющего бесчисленные кулаки на своего противника. Его кулаки были настолько быстры, что ослепляли глаза и не могли быть пойманы обычными взглядами!

Кулаки старого Ма были провозглашены кулаками Будды!

Область Будды также была областью бога. Совершенствование Ма было сосредоточено на его кулаках, властных и непоколебимых. Тем не менее, у них также было множество изменений, поэтому даже при том, что он остался только с одной рукой, та всё ещё могла быть как тысяча рук!

Даже если старик не использовал магическую силу, сила его физического тела могла сделать его движения ещё более мощными, чем божественные искусства!

Когда Цинь Му повторял за дедушкой Ма, пытаясь совершенствоваться, он страдал больше всего. Восемь Громовых Ударов также были кулачным навыком, в который он вложил максимум усилий, но молодой бог смог блокировать его.

И даже больше, ему удалось ударить в ответ!

Цинь Му закричал, его аура внезапно стала дикой и властной. Парень из Великих Руин естественным образом унаследовал их дикую и властную природу. С яростью и дикостью, навыки ножа появились среди его кулачных навыков. Своими руками, как ножами, он фанатично рубил все препятствия перед собой, рассекая всю несправедливость, которая осмелилась встать на его пути!

Ножи мясника, ножи безумия!

Небесный Нож был безумен, ведь осмелился поднять свои ножи на небеса. Его навыки ножа были навыками ножа безумца. С переполненной убийственной аурой и двумя клинками в руках, он осмелился убить всех членов королевской семьи, включая самого императора, а также направить свои ножи на небеса, на богов!

Две быстро движущиеся фигуры промелькнули в небе, звенящие звуки раздавались с частотой цоканья дождя. Цинь Му в неистовой манере применял свои навыки, по-видимому, воспроизводя сцену, когда мясник потерял всякий рассудок, понося небеса и вызывающе указывая на них своими ножами!

Небесный Нож… Но его богоподобные ножи были заблокированы богом.

Сердце Цинь Му начало неистово биться. Узорчатые знаки различных запутанных форм бешено закружились в его глазах, являя миру четыре неба.

Пробуждения Глаз Девяти Небес!

В Шести Направлениях его магической силы было достаточно, чтобы отобразить в его глазах слой Глаз Небес Киновари, и, как правило, этого вполне хватало. Глаза Небес Киновари, Голубые Глаза Небес, Зелёные Глаза Небес и просто Глаза Небес — с эффектами этих четырёх глаз, перекрывающих друг друга, из его глаз вырвались пять цветов. Чёрные зрачки в центре стали насыщенней, даже, казалось бы, глубже, благодаря чему можно было чётко уловить каждое движение противника.

Глаза слепого были глазами бога!

Они могли видеть сквозь все выдумки, несуразицы и ложь, все движения и все божественные искусства. Будучи способными захватить каждое движение противника и предсказать следующий ход, они могли видеть чудо божественных искусств противника и решать их, чтобы нацелиться на слабые места.

В этот момент Цинь Му увидел глаза своего противника. Тот использовал другой навык пробуждения глаз, не похожий на Пробуждение Глаз Девяти Небес. Лоб молодого бога раскололся и показался третий глаз, в котором завертелось пять звёзд.

— Не может быть… — Цинь Му увидел лучи света, начинающие сиять в божественном глазу противника. Божественный глаз активировал свою силу!

Противник был также опытен в божественных глазах, но его божественный глаз имел соответствующие божественные искусства, в то время как слепой, обучая Цинь Му, не передавал ему божественные искусства!

Жизненная Ци начала собираться в глазах паренька, и узорчатые знаки построений небесных глаз стали Кольцами Зелёных Глаз Небес, Голубых Глаз Небес и Глаз Небес Киновари. Это был не первый раз, когда он использовал свои глаза в качестве Пушки Истинного Происхождения. Когда он был в Перевал Цинмэнь, ему уже доводилось опробовать эту силу!

— Ты тоже Тело Тирана? — глаза Цинь Му загорелись. — В таком случае, давай посмотрим, чьи божественные глаза лучше!

Их божественные глаза вспыхнули светом, и пять блистательных лучей бросились друг на друга. Скорость была настолько высокой, что никто не мог увернуться!

Прежде чем божественные глаза молодого бога активировались, Цинь Му определил их атрибуты. То, что вырвалось, было пятицветным светом, который отличался от глаз-мечей Лун Юя. Больше было похоже на пятицветный божественный меч, который шёл прямо на него. У молодого бога было три глаза. Три луча пятицветного света определённо не обладали обычной силой!

Буум!

Две фигуры упали с неба. Они оба были поражены божественным светом и рухнули на землю, поднимая огромное облако пыли.

Вскочив, Цинь Му сделал глубокий вдох холодного воздуха. Чтобы блокировать атаку, он использовал технику очищения тела и Ци Великих Небесных Дьявольских Рукописей — Девять Трансформаций и Три Состояния. Эта техника была чрезвычайно опасна, ведь в прошлом, когда он совершенствовался в ней, она высосала из него всю энергию. Тогда его тело стало похоже на спичку, а сам он почти умер.

Совершенствование этой таинственной техники требовало от него достаточного количества пополняющих энергию духовных пилюль. В течение последующих двух лет после того неудачного эксперимента, он с особой аккуратностью, даже опаской использовал эту технику для совершенствования своего физического тела и жизненной Ци. И на данный момент он уже достиг четвёртой трансформации и второго состояния.

Его жизненная Ци была на четвёртой трансформации. Первая трансформация была Ци как радуга, вторая как свинец и ртуть, третья как огненный дракон, а четвёртая трансформация открывала великую печь.

Словно спрятав огромную круглую печь для пилюль в своём теле, жизненная Ци внутри него была похожа на пылающий, защищающий его тело огонь. А когда она соединилась с его физическим телом, похожим на закалённую сталь, он смог отразить удар.

— У меня есть Великие Небесные Дьявольские Рукописи, техники, оставленные моими предками! — Цинь Му проворно выскочил из ямы. Через несколько шагов он взобрался на гору и посмотрел туда, куда приземлился молодой бог, тихим голосом добавив. — Я не верю, что ты сможешь превзойти мои божественные глаза!

Внезапно его зрачки сузились, он увидел фигуру, медленно выходящую из пыли и проясняющуюся.

— Ещё жив? — издав протяжное шипение, Цинь Му взялся за Беззаботный Меч, но тут же обнаружил, что не может его здесь использовать. Тем не менее, его жизненная Ци вырвалась вперёд, в то время как он сам устремился к молодому богу. — Если я не могу использовать своё духовное оружие, я создам его!

****

За пределами Зала Трёх Эонов отшельник Цин Ю улыбнулся и неторопливо сказал:

— Бога зовут Чунмин, если подумать, какое совпадение, он тоже из деревни Беззаботной. Попробуй угадать, какая у него фамилия?

Глава 351. Удивительный Меч

Удивлённо моргнув, старейшина деревни предположил:

— Неужели его фамилия тоже Цинь?..

Отшельник Цин Ю ухмыльнулся:

— Ты прав, его фамилия и вправду Цинь. Может быть, у Цинь Чунмина тоже Тело Тирана? Брат Дао, ты меня запутал. Даже мы, Маленькая Нефритовая Столица, никогда не слыхали о Теле Тирана, откуда у тебя такая уверенность, что что-то подобное существует в нашем мире?

Старейшина качался в воздухе. Он ничего не объяснил, вертя головой:

— Интересно, как бог из деревни Беззаботной оказался в Маленькой Нефритовой Столице?

— Этот старший является одним из основателей Маленькой Нефритовой Столицы, — объяснил Цин Ю. — Из записей я узнал, что он заключил с кем-то Соглашение Графа Земли, но после решил его расторгнуть. Была какая-то причина, по которой он не мог поступить по-другому, и в результате Граф Земли заполучил его исконный дух. Перед смертью, мужчина превратил свои божественные сокровища в семь залов. Хорошенько всё продумав, он сделал так, что после его смерти эти семь залов продолжат воспитывать новые поколения.

Старейшина посмотрел на Зал Трёх Эонов, с подозрением спросив:

— Семь божественных залов? Неужели кроме первых трёх, есть ещё Залы Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, Божественного Моста? Почему я их не вижу?

— Семь божественных сокровищ в теле человека собраны воедино, и с семью божественными залами всё так же. Все они находятся внутри Зала Трёх Эонов, —проговорил Цин Ю. — Ты просил меня открыть Зал Шести Направлений, так как я с лёгкостью согласился открыть два предыдущих зала. Но дело в том, что Маленькая Нефритовая Столица попросту не в силах этого сделать. Бог из Беззаботной припрятал для нас много секретов, и не мне решать, открывать их, или же нет. У нас не хватит людей чтобы открыть Зал Шести Направлений, хотя теперь, когда старые Мастер Дао и Жулай здесь, можно попробовать. Впрочем, они лишь недавно пришли сюда, пусть сначала ознакомятся с новым окружением.

В Маленькой Нефритовой Столице было не многим более десятка бессмертных, а для открытия Зала Шести Направлений требовалось шести высококлассных мастеров. А если говорить о зале Семи Звёзд, для этого и вовсе требовалось семеро человек их уровня. Подобное начинание было за пределами возможностей Маленькой Нефритовой Столицы.

— Как я и думал, несмотря на свою скупость, вы бы не посмели отказать человеку из деревни Беззаботной. Так вот в чём настоящая причина, — улыбнулся старейшина.

Отшельник фыркнул:

— Это существо совершенствовало все свои возможности до уровня бога. У него божественные глаза, ноги, физическое тело, более того, его исконный дух тоже достиг уровня невероятной чистоты. Плотность его магической силы тоже соответствует богу, как и мудрость! Брат Дао, если Император Людей выбрал Прорыв Трёх Эонов, я боюсь, он не заполучит поддержки эонов!

Немного задумавшись, старейшина медленно ответил:

— Его магическая сила достигла уровня бога? В таком случае, Му’эр наконец нашёл себе достойного противника.

Отшельник не понимал, что тот имел ввиду.

— У нас, старых пердунов деревни Цань Лао, у каждого есть своя специализация, в которой мы достигли уровня богов. Однако, никто из нас не достиг божественного уровня магической силы. Лишь Му’эру удалось подобное. Несмотря на то, что его область совершенствования ещё низкая, о такой плотности магической силы, как у него, остальные могут лишь мечтать. Если в мире и сесть человек подобного уровня, то это определённо не Имперский Наставник, а Му’эр! — уверенно ответил старейшина.

Цин Ю, тоже заметив силу совершенствования Цинь Му, спросил:

— Ты говорил, что в его навыке меча полно недостатков, и когда он встретит кого-то, владеющего с лучшими знаниями, то даже не поймёт, отчего умер. Думаю, что он как раз нашёл такого противника.

Сердце старейшины резко вздрогнуло:

— Он тоже Бог Меча?

Иронично улыбнувшись, отшельник кивнул:

— Брат Дао, можешь рассказать мне о Теле Тирана?

Старейшина улыбнулся, расслаблено говоря:

— Тело Тирана уникально, и значительно превосходит четыре духовных тела, это самое редкое строение в мире. Если оно появилось, значит больше нигде не может быть ещё одного подобного. Все остальные являются подделками, пытающимися сразиться с ним за судьбу…

****

В Зале Трёх Эонов шаги Цинь Му стали длиннее, пытаясь догнать молодого бога. Громко стуча ногами по земле, он достиг невероятной скорости. Каждый раз, когда его нога касалась земли, в воздух подлетала туча пыли и раздавался ощутимый толчок.

Земля и осколки разбитых камней, поднявшиеся в воздух, тут же плавились, превращаясь в глиняные и каменные мечи. Иногда попадались камни, содержащие в себе металл, и он тут же создавал из них сверкающие лезвия!

Использование искусства ковки во время боя было уникальным умением Цинь Му, которому его никто не учил. Применение знаний по-новому было его отличительной чертой.

Так как он не мог использовать духовное оружие, которое принёс с собой, ему не оставалось ничего другого, кроме как создать его на месте!

Когда противники отдалились друг от друга на триста метров, вокруг Цинь Му уже свистели около сотни мечей. В этот миг он исполнил свой навык меча.

Движение, которое он выбрал, было Мечом, Ступающим по Горам и Рекам!

С героизмом в сердце, парень произнёс название:

— Можно ли убить бога? Скажи: можно!

Со вспышкой света меча, туча лезвий понеслась в сторону молодого бога. Несмотря на яркое сияние оружия, сотни мечей было недостаточно, поэтому из тела юноши вылетело ещё больше лучей, пытаясь дополнить нехватку.

С невероятной скоростью он бросился вперёд, в то время как Меч, Шагающий по Горам и Рекам, создал вдали горы и реки, напоминая раскрывшийся свиток. Это движение соединяло в себе всевозможные вещи: собственные знания Цинь Му, учения старейшины, просветление Имперского Наставника и наставления Цинь Ханьчжэня. В своём мече парень объединил всё, что знал!

Сила мечей света резко увеличивалась.

Это было самое сильное движение Цинь Му. Даже второй навык Рисунков Меча, Меч Императора-Основателя, Море Крови, уступал ему по мощи. Причина этого была в том, что Цинь Му вложил все свои знания в Меч, Шагающий по Горам и Рекам, делая его лучше остальных.

По сравнению с тем вариантом техники, что использовал старейшина, его сила была в несколько раз большей!

Пока он исполнял свой навык, из ладони молодого бога тоже вырвались бесчисленные мечи света. Они тут же полетели навстречу Цинь Му, который, увидев их, был слегка ошеломлён. Он увидел таинственную логику, прячущуюся в их движении.

«Навык меча деревни Беззаботной! Он из деревни Беззаботной!»

Но у Цинь Му не было времени размышлять об этом. Два навыка меча столкнулись, полностью поглощая противников мечами света. Сила, прячущаяся в завораживающих горах и реках, вырвалась наружу, сопротивляясь с мощью техники деревни Беззаботной!

Троица старых эонов стояли над луной, солнцем и высокой горой, наблюдая за происходящим. В этот миг они увидели, как взорвались горы и реки, превращаясь в два белых шара энергии, быстро увеличивающихся в размерах.

— Восхитительно, — восторженно воскликнул стоящий на солнце Духовный Мастер Небесного Эона.

Сила двух техник пронеслась залом, после чего иссякла. Цинь Му и молодой бог отлетели в стороны, врезаясь в землю. Их тела продолжили двигаться, катясь вниз по склонам и, будто куклы, беспомощно размахивая конечностями.

Плюх!

Цинь Му врезался в скалу, всё его тело было покрыто ранами от меча, отчего узоры на горе покрылись свежей кровью.

— Мой навык меча… — сплёвывая кровь, юноша спрыгнул со скалы. С хлопком приземлившись на землю, он не мог контролировать своего удивления. — Я проиграл…

Это был первый раз, когда он использовал свой лучший навык меча и проиграл. Противнику удалось заблокировать его движение.

Молодой бог тоже хлопнулся о скалу, откалывая от неё огромные осколки, тут же упавшие вниз. На его теле не было видимых ранений, но сила атаки Цинь Му оказалась слишком высокой, выходя за пределы того, что он мог выдержать.

Если говорить о навыках меча, то бог и вправду превосходил Цинь Му. Несмотря на то, что последний контролировал сотню мечей и несколько сотен мечей света, ни один из них не попал в цель.

Тем не менее, огромная мощь движения Цинь Му нанесла противнику серьёзные ранения. Когда навык меча обрушился на молодого бога, он подавил его своей ужасающей энергией. Несмотря на отсутствие прямых попаданий, при дыхании из грудной клетки парня слышался хруст.

Но молодой бог, казалось, не чувствовал боли. Он потряс руками, выбираясь со скалы. Затем он соскользнул вниз, через несколько сотен метров оказавшись на земле.

К этому времени сломанные рёбра успели проткнуть кожу у него подмышкой, торча снаружи. Впрочем, это никак не отразилось на его лице, он даже, подняв руку, выдернул поломанные, торчащие кости, тут же отбросив на землю.

У подножия скалы. Цинь Му неуверенно, покачиваясь, поднялся. Он проревел, исполняя технику Создания Короля Людей, чтобы залечить свои раны.

Он решил не использовать слюну дракона, так как воля меча противника до сих пор была спрятана в его ранах. Не избавившись от неё, лекарство не смогло бы помочь.

Более того, противник тоже не использовал лекарств, а Цинь Му предпочитал вести бой по-честному.

— Тело Тирана не имеет равных в мире. Если я не смогу победить, значит я просто работал недостаточно усердно!

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, внезапно превратившись в человека с коровьей головой, стоя на двух драконах. Бычьи глаза выросли на его лбе, вращаясь по сторонам. Вокруг его тела загорелись языки пламени, и парочка драконов понесли его навстречу молодому богу.

Использование Меча, Шагающего по Горам и Рекам, значительно исчерпало его силы, если продолжить сражаться подобным образом, он довольно скоро вымотается, поэтому решение изменить тактику было оправданным.

Тело юного бога тоже превратилось, принимая форму Владыки Венеры, также возвышаясь над парочкой драконов. Отличие было лишь в том, что они были созданы из металлической Ци, в то время как драконы Цинь Му использовали огненную Ци.

Драконы-близнецы под ногами обоих бросились друг другу навстречу, как вдруг они внезапно свернули в сторону, двигаясь к горе неподалёку. Добравшись до неё, драконы вонзили свои когти в камень, наперегонки мчась к вершине. Между тем сражающиеся, до сих пор находясь в облике божеств, исполняли свои самые сильные божественные искусства, атакуя друг друга!

Гора была невероятно высокой, именно на ней стоял Духовный Мастер Земного Эона.

Несмотря на то, что она возвышалась на три тысячи метров, Цинь Му и молодой бог уверенно двигались к вершине, продолжая сражаться. Они меняли техники одна за другой, вскоре перебрав все пять божественных превращений области Пяти Элементов. Иногда они, извергая друг на друга всю свою мощь, отчего их волосы окрашивались алым цветом, обретали тело птицы с головой человека Владыки Юпитера, а иногда становились Владыкой Сатурна, превращаясь в змею с человеческим лицом, или Владыкой Меркурия.

Духовный Мастер Земного Эона поднял руки вверх, заставив огромную гору начать расти ввысь. Горный хребет расширялся, становясь шире и больше.

Цинь Му и молодой бог продолжали нестись вверх, своими атаками заставляя осколки скалы разлетаться во все стороны.

«Его магическая сила не уступает моей! У него определённо Тело Тирана!» — несказанно удивляясь, Цинь Му неосознанно отдал своё преимущество, и теперь лишь защищался от атак противника, одновременно с этим расплавляя камни, чтобы создать каменные, железные и медные мечи, пытаясь одержать перевес в виде оружия. Однако из-за того, что он отвлекался, противник начал потихоньку подавлять его.

Несмотря на то, что молодой бог находился слегка ниже, Цинь Му был вынужден отступать. Его мечи от ударов врага постоянно отлетали в сторону, и вскоре траектория движения парочки была отмечена торчащими из скалы лезвиями.

Стоя на земле, два силуэта уже было невозможно разглядеть, однако скорость их движения совсем не уменьшилась.

«Если я сделаю эту гору выше, она рухнет под собственным весом», — нахмурился Духовный Мастер Земного Эона, собираясь покинуть вершину и позволить парням сражаться сколько влезет. В этот миг Цинь Му внезапно задействовал всю оставшуюся у него магическую силу.

— Император Людей ещё слишком молод, он потратил огромное количество сил, куя оружие. Теперь, сражаясь лишь грубой силой, он рискует проиграть, — как только старик это сказал, неистовый толчок отбросил сражающихся назад.

Цинь Му скользил по горе, в то время как юный бог понёсся вниз в свободном падении. Попытавшись остановиться, раны на теле Цинь Му вновь раскрылись, брызгая во все стороны кровью.

— Исход боя предрешён! — прокричал юноша, бросившись вниз. В тех местах, где он проносился, в воздух взмывали каменные, а железные и медные мечи, тут же отправляясь в молодого бога.

Поверхность горы была покрыта мечами, которые он создал по дороге вверх, поэтому в этот миг под его контролем оказалось невероятное количество оружия.

Все эти лезвия атаковали молодого бога, не оставляя ему времени на защиту, отчего тот начал выполнять свой собственный навык меча. Буря из мечей света столкнулась с летающими мечами. Навык бога был и вправду невероятно развитым, но он уже потерял свою выгодную позицию, несясь к подножию горы под давлением силы вверху!

Тем временем из поверхности скалы продолжали подниматься каменные мечи, присоединяясь к бесконечному потоку. Скорость каждого из них была разной, так же, как и траектория движения. Они были быстрыми, медленными, иногда наступали, а иногда и вовсе летели в обратную сторону!

Цинь Му вновь исполнил Меч, Шагающий по Горам и Рекам, технику, владеющую невероятной мощью. Время от времени мечи света, отправленные богом, пробивались сквозь дождь несущегося оружия, нанося новые удары по его телу.

Но казалось, что Цинь Му не чувствовал боли, используя свой меч и ум на полную, чтобы окончательно раздавить молодого бога.

Земля становилась всё ближе и ближе.

— Ты проиграл! — Цинь Му улыбнулся в тот миг, когда бесчисленные мечи безжалостно пригвоздили молодого бога к земле!

Бум!

Земля резко вздрогнула, а поток ветра разбросал осколки скалы во все стороны. У подножия горы появился огромный глубокий кратер, окружённый разбитыми мечами.

Бам!

Цинь Му тоже свалился на землю, создав второй кратер, лишь слегка уступающий первому по размерам. Изнутри раздался его обессиленный голос:

— Ты… подделка Тела Тирана, хех, хе-хе…

В этот миг внутри соседнего кратера послышался шорох, от которого кровь в жилах Цинь Му застыла:

— Ты всё ещё жив?

Глава 352. Сердце как тофу

Цинь Му изо всех сил пытался встать, но от его ног послышались трескучие звуки, явно говоря о том, что кости были сломаны. Всё его тело выворачивало от боли, его руки, судя по всему, тоже были сломаны. Он больше не мог двигаться. Всего лишь лёгкий вдох и едва заметное шевеление телом были для него проблематичны, он даже опасался, что более глубокий вдох может окончательно разрушить все его кости. Его магическая сила была полностью исчерпана, так что он также не мог достать слюну дракона из своего мешка таоте, чтобы подлечиться.

Нанесённые мечом раны по всему телу были раскрыты, свежая кровь вытекала. Цинь Му почувствовал, как ему вдруг стало тепло, а чуть погодя даже горячо, словно он окунулся в раскалённую лаву, однако, он знал, что это была всего лишь иллюзия. Поскольку он потерял слишком много крови, его тело постепенно остывало, создавая иллюзию в мозгу. Об этом он узнал от целителя, и если он продолжит терять кровь, то обязательно умрёт.

От огромной ямы неподалеку донёсся взрыв, заставив Цинь Му почувствовать себя беспомощным: «Может быть, я не настоящее Тело Тирана?.. Нет, я просто недостаточно усердно тренировался, и как результат… не раскрыл все способности Тела Тирана…»

Рискнув своей жизнью ради победы, он исчерпал всю боевую мощь, как вдруг три потока воздуха вырвались из огромной ямы и, приземлившись прямо на него, подобно трём длиннохвостым радугам, вошли в его тело.

Цинь Му мгновенно почувствовал, как его кости снова соединились, трещины стянулись, а раны на теле быстро восстановились!

Несколько зубов, которые он потерял в бою ранее, также медленно вырастали!

Цинь Му был ошеломлён, но тут же услышал поток. Звук исходил из его тела, а точнее от вздымающейся жизненной Ци.

Его совершенствование быстро восстанавливалось!

Собственно, как и его сила, и он почувствовал прилив бодрости. Вскоре все его раны были более или менее исцелены. Мало того, так он ещё чувствовал, что странная сила, исходящая от трёх радуг, заставила Божественное Сокровище Духовного Эмбриона претерпеть радикальные изменения. Его жизненная Ци, казалось бы, сжижалась, утопив в себе эмбрион, а тот, будто окунулся в тёплые морские воды, заставил его почувствовать несравнимый комфорт.

«Последний раз я испытывал такой комфорт, наверное, когда мне было года три. Я уснул на бабушкиной кровати и во сне так старался найти уборную, что, когда я, наконец-то, нашёл её, всё закончилось обмоченной кроватью. Затем бабушка подняла меня за ногу и бросила в снег», — моргнул Цинь Му, всем своим естеством ощущая сейчас так называемые три эона: Небесный, Земляной и Водный.

Энергия трёх эонов хлынула, и Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, достаточно быстро развиваясь, претерпело огромные изменения. Духовная Платформа под ногами эмбриона тоже стала больше, начав напоминать крошечную землю посреди бескрайнего моря.

Жизненная Ци вырвалась из носа духовного эмбриона, поднялась в воздух и, забурлив вокруг него, образовала ярко-красный, парящий шар.

Но тот не выглядел как солнце, нет… он больше напоминал шар воды. Его Божественное Сокровище Духовного Эмбриона до сих пор нельзя было сравнить с таковым у того бога.

Попытавшись исполнить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, Цинь Му почувствовал, что ему это даётся с трудом. Должно быть после боя всё ещё остались какие-то незажившие скрытые травмы.

— Поздравляю Императора Людей с прохождением Прорыва Трёх Эонов.

Внезапно горы исчезли, солнце и луна в небе тоже бесследно исчезли. Цинь Му лежал в огромном зале, чувствуя под своей спиной ледяной пол. Приложив немалые усилия и приподнявшись, он увидел пятерых старцев, сидящих в пяти положениях. Они находились где-то в вышине, и выглядели такими же древними, как старцы трёх эонов.

Цинь Му огляделся, но увидел вокруг себя не Зал Трёх Эонов. Место было похоже на другой огромный зал. Внешность пяти старцев также отличалась от прошлых. Он попытался встать, его мышцы продолжали болеть, а руки неконтролируемо дрожали.

— Где трое старых бессмертных? — дрожащим голосом, спросил парень.

— Старцев трёх эонов здесь нет, — один из древних стариков, несмотря на свою короткорослость, говорил чрезвычайно басисто и ясно. — Мы Странники Пяти Элементов, а это Зал Пяти Ци. Мы видели, как Император Людей достиг Прорыва Трёх Эонов из Зала Пяти Ци, и мы действительно восхищаемся тобой. После того, как Император Людей прорвался, ты был направлен в наш зал, чтобы пройти испытание Пяти Ци.

— Я прошёл Прорыв Трёх Эонов? — Цинь Му был удивлён и восхищён. Его ноги не слушали его и постоянно дрожали. — Он действительно не настоящее Тело Тирана, я истинное Тело Тирана!

Услышав его слова, Странники Пяти Элементов смутились. На их лицах проявились запутанные, сомневающиеся выражения, поскольку они не знали, что такое Тело Тирана, не говоря уже о том, что значит не настоящее Тело Тирана.

Цинь Му изо всех сил старался стоять, но его ноги продолжали сильно дрожать. Его руки также отказывались слушаться его.

Нахмурившись, один из старцев спросил:

— Император Людей — второй человек, который прошёл Прорыв Трёх Эонов. Ты планируешь бросить вызов Прорыву Пяти Ци?

Цинь Му просто уселся на землю, чтобы не продолжать позориться, ведь ему было трудно даже просто стоять на ногах, и спросил:

— Каков из себя Прорыв Пяти Ци по сравнению с Прорывом Трёх Эонов?

— Немного сложнее. Когда Император Людей достиг Прорыва Трёх Эонов, твоя основа стала ещё прочнее, так что Прорыв Пяти Ци не должен представлять для тебя проблемы, — по-доброму сказала старуха.

— Но всё же он немного сложнее? — испугавшись, парень покачал головой. — Пять уважаемых старших, не могли бы вы немного отклониться от правил, позволив мне бросить вызов в другой день?

Цинь Му был сейчас слишком слаб, чтобы бросить вызов Прорыву Пяти Ци. Несмотря на то, что он достиг трёх эонов, одолев молодого бога, а раны почти исцелились, его физическое тело было почти бесполезно. Он попросту не мог устоять на ногах. Мало того, что его тело сейчас ничего не стоило, даже его душа колебалась и норовила вот-вот вылететь из тела.

Видя плачевное состояние тела парня, пять странников переглянулись между собой, и один из них сказал:

— В нашей Маленькой Нефритовой Столице такого никогда не было. Если кто-то проходит испытание трёх эонов, он должен прийти в наш Зал Пяти Ци и уйти только после победы или поражения. Никто не останавливался на полпути.

— Однако Прорыв Трёх Эонов слишком редок. Последний, кто прорвался, жил семь тысяч лет назад. Мы должны позволить ему пройти испытание в другой день, он слишком слаб, — произнесла старуха.

Пятеро старцев обсуждали это некоторое время, затем самый старший из них сказал:

— Мы приняли решение. Когда Император Людей поправится, он сможет прийти и бросить вызов нашему Залу Пяти Ци.

— Большое спасибо! — Цинь Му изо всех сил пытался встать и поблагодарить пятерых старейшин. Как только он выпрямил спину, перед его глазами всё поплыло, а уже в следующий миг он появился за пределами Зала Трёх Эонов. Старцы трёх эонов говорили с отшельником Цин Ю, который в данный момент уставился на них с искренне-поражённым выражением лица, в то время как старейшина деревни сохранял скромный, но гордый вид.

— Император Людей! — старцы трёх эонов поприветствовали его.

Духовный Учитель Небесного Эона спросил:

— Почему Император Людей вышел, не проходя испытание Пяти Ци?

Ноги Цинь Му всё ещё дрожали, и он ответил:

— Странники Пяти Элементов увидели, что я нахожусь, мягко говоря, не в своём пиковом состоянии, поэтому они позволили мне вернуться позже и бросить вызов, когда наберусь сил. Бессмертный Цин Ю, могу ли я отдохнуть несколько дней до испытания Зала Пяти Ци?

Выражение лица отшельника смягчилось, и он твёрдо сказал:

— Состояние Императора Людей сейчас действительно не подходит для продолжения боя. Ведь ещё есть Зал Шести Направлений, идущий после Зала Пяти Ци, к тому же старым Мастеру Дао и Жулаю всё ещё нужно некоторое время, чтобы ознакомиться с ним. Ну что ж, Император Людей может посетить нашу Маленькую Нефритовую Столицу и попытаться пройти оба зала в другой день.

Юноша проговорил:

— В таком случае, ты помнишь о своём обещании спуститься с горы?

Цин Ю улыбнулся:

— Я обещал пойти с тобой, если ты одолеешь трёх учеников моей Маленькой Нефритовой Столицы. Теперь, когда ты достиг Прорыва Трёх Эонов, ты уже превзошёл все мои ожидания. Я сдержу своё обещание и не откажусь от своих слов.

Цинь Му был поражён, что не удивительно, ведь с момента, как он поднялся на гору, отшельник Цин Ю всегда пребывал в угрюмом состоянии, кидался колкостями и презрительными взглядами, но сейчас с ним было так легко разговаривать.

Отшельник посмотрел на старцев трёх эонов и сказал:

— Три старших брата, я последую за Императором Людей вниз по горе, чтобы уладить некоторые мирские дела. Пусть старшие братья помогут мне выполнять мои обязанности в дни мои отсутствия

Духовный Учитель Водного Эона сказал:

— Мирские дела полны отвлекающих факторов, а сердца бессмертных не так-то легко восстановить до умиротворённого, спокойного состояния. Когда спустишься с горы, будь осторожен и не потревожь своё чистое сердце.

Отшельник Цин Ю улыбнулся:

— У меня есть опыт в мире смертных, моё сердце смертного давно умерло. Не волнуйся, я обязательно вернусь.

Он позвал Ван Мужаня, Му Циндай, Лун Юй и сказал:

— Я спускаюсь с горы вместе с Императором Людей, так вы пойдёте со мной. Нет необходимости оставаться в Маленькой Нефритовой Столице всю жизнь, я ведь знаю, что в постоянном нахождении среди стариков и старух мало чего веселого.

Трио были удивлены и восхищены. Они давно хотели спуститься с горы, но что они могли сделать, когда у Маленькой Нефритовой Столицы были такие строгие правила. И если бы не сложившаяся ситуация, старый отшельник никогда бы не позволил им спуститься с горы.

Цин Ю извинился перед старым Мастером Дао и старым Жулаем, на что оба старика улыбнулись:

— Мы только что освободились от мирских дел и пришли в Маленькую Нефритовую Столицу за миром. Но сейчас ты прыгаешь в мир смертных. Бессмертный Цин Ю, я боюсь, что, запятнавшись суетой смертных, ты не сможешь восстановиться!

— Вы, ребята, слишком беспокоитесь. Я просто спущусь, чтобы сдержать своё обещание, и вернусь, как только исполню его. Мирские дела не удержат меня, — торжественно сказал отшельник.

— Я очень на это надеюсь.

Отшельник Цин пригласил ещё двух старых бессмертных:

— Ю Юнь, Ю Хэ, старшие братья, вы опытны в математических вычислениях. Пойдёте со мной вниз?

Два бессмертных улыбнулись и одновременно сказали:

— Неплохо было бы прогуляться, развеяться.

Ван Мужань поехал на олене Странника Чжэня, мастера, павшего от рук Имперского Наставника. Но паренёк сберёг его ездовое животное.

Олень ни в чём не уступал цилиню, а так как последний был достаточно толстым, то в сравнении с ним он казался более мускулистым.

Рогатый посмотрел на дракономордого краем глаза, от которого буквально сквозило презрением к заплывшему жиром толстяку.

Цилинь давно привык к такому отношению, поэтому не обращал никакого внимания.

— Жирный дракончик, олень смотрит на тебя сверху вниз, — шепнула ему на ухо Сюн Ци’эр.

— Даже если он плюнет мне в морду, плевок высохнет сам по себе, мне даже вытирать его не придётся, — цилинь, казалось, давно достиг некого истинного буддистского просветления спокойствия. — Пусть он думает, что хочет, это просто прохладный ветерок, обдувающий гору, сытую гору.

Все покинули Маленькую Нефритовую Столицу, отшельник Цин Ю кинул за спину беглый взгляд, печально вздохнул и сказал старейшине:

— Много лет назад я покидал это место вместе с тобой. Моё сердце было полно амбиций, и я хотел совершить с тобой сотрясающий мир подвиг. Когда я вернулся, мои амбиции были полностью стёрты. Я думал, что моя нога больше никогда не ступит во внешнем мире, но откуда мне было знать, что твой ученик пригласит меня, уведя из Маленькой Нефритовой Столицы? Судьба действительно делает из людей дураков.

— Не Му’эр пригласил тебя, а твоё сердце, — многозначительно сказал старейшина. — Движется ветер или знамя? Человеческое сердце движется само.

Отшельник Цин засмеялся:

— Ты ошибаешься, моё бренное сердце уже мертво. Оно не оживёт!

Старейшина с улыбкой покачал головой:

— Твой язык острый, как лезвие, а сердце мягкое, как тофу. Му’эр, не обращай внимание на недавнюю свирепость этого старика по отношению к тебе, на самом деле он очень добр. А если ты заставишь его взгрустнуть, его мягкое сердечко лужей растечётся по земле, и мы уже ничем не сможем ему помочь!

Ухмыльнувшись, отшельник Цин Ю сказал:

— Ничем не сможете помочь мне? Ты сам-то минуту назад валялся на земле и плакал как дитя малое!

Старейшина разъярился:

— Когда Фея Сюэ Ци бросила тебя, кто лежал на земле и рыдал как дитя?

— Да когда это было-то, а вот ты только что плакал, нуждаясь в объятиях Императора Людей.

— Когда ты бессовестно взывал о примирении, ты думал, что я буду использовать это для унижения?

— Ты даже вытер сопли о грудь Императора Людей!..

Цинь Му смотрел с широко распахнутыми глазами. Двум старикам на пару было почти тысяча шестьсот лет, но они ругали друг друга без остановки, пытаясь вспомнить какие-то обидные моменты из прошлого.

«Они становятся всё моложе и моложе, они как старые дети, — качая головой, думал юноша. — И куда делся дедушка одноногий? Если эксперты секты Дао не догнали его, то он уже давно должен был войти в Маленькую Нефритовую Столицу. Я задержался здесь на два-три дня, так что ему должно было хватить времени несколько раз обчистить столицу. Кроме того, мне интересно, как протекает битва в прерии, Имперский Наставник достиг Дворца Золотой Орхидеи?»

****

На большой снежной горе возле Дворца Золотой Орхидеи произошла резня. Имперский Наставник держал руки за спиной, стоя с невыразительным лицом. Его взгляд переместился на величественный дворец, который был изобильно украшен золотом и нефритом. За его спиной в аккуратные ряды выстроилась армия Вечного Мира, насчитывающая десятки тысяч человек. Солдаты не издавали ни звука, молчали даже странные звери армии.

Генерал вышел вперёд и громко крикнул:

— Имперский Наставник, Хан Жуаньди готов сдаться!

Глава 353. Четыре Владыки Высших Небес

— Пусть поднимается, — равнодушно ответил Имперский Наставник.

Хан Жуаньди был крепко связан цепями, позади него шёл отряд солдат, подталкивая мужчину вперёд.

— Преступник Жуаньди …

Пленник пытался встать на колени, но Имперский Наставник успел вовремя его остановить. С улыбкой, за которой пряталась невероятная серьёзность, он проговорил:

— Старший брат Жуаньди пытается меня подкупить?

Воспользовавшись возможностью, Хан Жуаньди поднялся, улыбаясь:

— Если я смог бы рассорить тебя с Императором Яньфэном, у меня появился бы ещё один шанс на успех.

Имперский Наставник покачал головой:

— Тебе не удастся нас рассорить. Даже если ты отдашь мне честь перед всей моей армией, Император меня ни в чём не заподозрит. На это обратят внимание лишь представители оппозиции, и я бы предпочёл избежать подобной головной боли. Старший брат Жуаньди, сними свои цепи, я не приму твоей капитуляции. Ты сдашься лично в руки Императора, когда мы вернёмся в столицу.

Хан встряхнул своим телом, и цепи, связывающие его, начали рассыпаться, сантиметр за сантиметром. Ошеломлённые солдаты за его спиной тут же бросились в сторону узника, когда Имперский Наставник спокойно поднял руку:

— Нет смысла быть настороже.

Глаза Хана Жуаньди загорелись:

— Я слыхал, что Имперский Наставник сразился с богом и получил сильные ранения. Несмотря на то, что Маленький Король Ядов и Божественный Врач занимались твоим лечением, твоё совершенствование ещё не восстановилось до максимума. Ты не опасаешься, что я могу внезапно атаковать тебя?

— Нет, — ответил Имперский Наставник. — Может быть, я и увидел бы в тебе угрозу месяц назад, но теперь, когда я освоил путь меча, мне нечего бояться даже с такими ранениями. Если ты попробуешь меня атаковать, то тут же умрёшь.

Хан Жуаньди впал в ужас.

Имперский Наставник поднял голову, смотря на находящийся впереди Дворец Золотой Орхидеи, расслаблено проговорив:

— Старший брат Жуаньди, взгляни на это. Дворец Золотой Орхидеи отлично защищён, его охраняют великие шаманы и Шаманы Короли. Дворец легко защитить и трудно захватить, поэтому моя армия определённо понесёт великие потери при штурме. Более того, я ощущаю ужасающие ауры, спрятанные внутри, которые скорее всего принадлежат предыдущим телам Гроссмейстера. Я чувствую восемнадцать сущностей, близких к богам, именно поэтому я пока остаюсь здесь, не начиная атаку.

— Эти восемнадцать физических тел, напоминающие богов и дьяволов, и вправду являются телами из прошлых жизней Гроссмейстера. Они невероятно сильны, будучи самым мощным средством защиты, которое есть у Дворца Золотой Орхидеи. Кроме них, у нас также есть двенадцать мастеров уровня владыки культа, достигших области Божественного Моста. Самым сильным из них является сам Гроссмейстер, его сила ничем не уступает моей, — ответил Хан Жуаньди.

— Сколько у вас мастеров области Жизни и Смерти? — спросил Имперский Наставник Вечного Мира.

Хан Жуаньди улыбнулся, отвечая:

— Откуда мне знать?

— Ты подражаешь Императору Яньфэну, так что определённо должен знать, — смотря мужчине прямо в глаза, мягко ответил Имперский Наставник. — Я, к примеру, знаю наизусть все имена, способности и виды духовного оружия экспертов Небесного Святого Культа, секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара. Империя находится выше любых священных земель, и ни одной из них не позволено вмешиваться в жизни обычных людям. Ты владыка прерий, и должен делать всё возможное, чтобы не позволить Дворцу Золотой Орхидеи вмешиваться в жизни твоих подданных. А для этого тебе нужна информация.

— Я не ровня Императору Яньфэну, ведь он заполучил поддержку Имперского Наставника. Если бы у меня был такой помощник, как ты, разве мне пришлось бы сдаваться в плен? Я составил список всех практиков области Жизни и Смерти и Небожителя, в качестве подарка Имперскому Наставнику, — сказав это, он достал свёрнутый лист бумаги.

Имперский Наставник передал список Герцогу Вэю, который стоял неподалёку, приказывая:

— Пусть солдаты осмотрят список, найдут себе врагов и подготовятся их убить.

Герцог Вэй подозвал всех именитых генералов областей Жизни и Смерти и Небожителя, начиная вместе изучать список.

Затем, Имперский Наставник проговорил:

— На Дворец Золотой Орхидеи наложены защитные построения, способны убивать и блокировать противников. Их создали прежние Гроссмейстеры и Великие Шаманы. Теперь, каждая из них активировалась для защиты от моей армии. Если Хан Жуаньди желает сменить власть во Дворце, тебе нужен план, способ одолеть эту крепость.

Хан Жуаньди не ответил, вместо этого спросив:

— Почему Имперский Наставник не спросит, из-за чего я сдался? Я просто пришёл, сдаваясь, а ты сразу же начал мне доверять, совсем не думая о собственной защите. Ты даже спрашиваешь, как захватить Дворец Золотой Орхидеи. Тебе не страшно, что я просто притворяюсь, и на самом деле пришёл, чтобы предоставить тебе ложную информацию и привести твою армию к гибели?

Имперский Наставник покачал головой, отвечая:

— Ты пришёл из-за шаманского яда.

Хан Жуаньди замолчал.

— Гроссмейстер приказал всем великим шаманам и Шаманам Королям отравить воду, что привело к тому, что девять из каждых десяти домов прерий опустели. От прежнего населения племён осталось лишь десять процентов, в живых остались лишь жители больших городов. Ты — император прерий, и огромное количество твоих подданных погибло. Кому ты хочешь отомстить? Определённо Дворцу Золотой Орхидеи. Именно поэтому я тебе верю, нет смысла сомневаться в твоих словах.

Хан Жуаньди продолжал молчать некоторое время, после чего взволнованно вдохнул:

— Мирные жители не должны умирать в войне между двумя государствами. Если бы я вторгся в Империю Вечного Мира, жители страны стали бы моими подчинёнными, и я не причинял бы им вреда. Если бы Император Яньфэн вторгся в прерии, здешние люди стали бы его подданными, и он ничего бы им не сделал. Тем не менее, Дворец Золотой Орхидеи решил убить моих людей, и я не могу оставить это просто так. Имперский Наставник, я расскажу тебе о всех слабостях Дворца Золотой Орхидеи, не скрыв ни малейшей детали.

На лице Имперского Наставника засияла улыбка:

— Знаешь, как долго я ждал тебя? Теперь, в мире станет на одну священную обитель меньше!

Хан Жуаньди окончательно сдался:

— Пока будет жить Имперский Наставник, Жуаньди не посмеет восстать! Если я нарушу эту клятву, пусть мои глаза выклюет кречет, а сердце вырвет орёл! Пусть мои потомки станут рабами!

****

Столица была местом, где собрались девять драконов. Девять здешних горных хребтов напоминали извивающихся монстров, чья жизненная Ци, слившись воедино, превратила этот клочок земли в столицу Империи.

— Спустившись в мир смертных и взглянув на вторжение Империи Вечного Мира в прерии, мы, наконец, заметили, что имперская армия начинает походить на небесную армию. Они понемногу напоминают войско богов и дьяволов из Эры Императора-Основателя.

В небе над столицей витал небрежно построенный шатёр шириной около шестидесяти метров. На облаке под ним сидела парочка странно выглядящих мужчин и женщин. Сидя в тени шатра, они смотрели вниз, наблюдая за судьбой Империи Вечного Мира.

Эти люди были невероятно красивыми, и несмотря на то, что их лица были молоды, совершенствование незнакомцев достигало ослепительных высот.

Одним из них был Владыка Звезды Цяо, которому прислуживали Юй Лю и остальные девицы. Сюй Шэнхуа тоже был вместе с ними, но стоял неподалёку, вместе со своим учителем, Нефритовым Владыкой.

Они были не единственными, кто спустился. У Высших Небес было четыре лидера, и кроме Владыки Звезды Цяо и Нефритового Владыки, на землю сошли ещё Владыка Звезды Янь и Цветочная Владыка.

Так как старейшина деревни покинул Великие Руины, все четыре лидера отправились за ним.

Четверо людей смотрели вниз, на их лицах сияло ошеломление.

— Я не рассматривал их мир достаточно подробно, когда в прошлый раз посылал им катастрофу, — промямлил Нефритовый Владыка. — Тогда я лишь пробежался взглядом по венам девяти драконов, которые позволяли Империи Вечного Мира становиться столь великой силой.

Цветочная Владыка была красивой женщиной, своим мелодичным, как щебетание жёлтого трупиала, голосом, она проговорила:

— Девять драконьих вен — это горный хребет Жёлтого Дракона, неподалёку от него текут четыре вены водного дракона: реки Мутная, Вздымающаяся, Золотая и Ли.

Нежно проведя по воздуху ладонью, она превратила свою жизненную Ци в зеркало, которое показало подземный мир Империи Вечного Мира.

Зеркало смотрело на десять километров под землю, показывая троицу огромных драконов. Ими были реки магмы, текущие под городом.

— Учитывая три вены огненных драконов, спрятанные под землёй, в Империи Вечного Мира встречаются шестнадцать драконьих вен, — проговорил Нефритовый Владыка.

Владыка Звезды Цяо покачал головой:

— Это ещё не всё. Посмотрите на побережье Империи Вечного Мира. Здешние горные хребты невероятно искривлены, напоминая двух извивающихся драконов. Хоть я и не знаю их настоящего названия, это ещё две вены в копилке империи. На территории страны находятся восемнадцать драконьих вен, так что нет ничего странного в том, что здесь так много талантов и прогресс идёт столь быстро.

— Аннексия прерий Вечным Миром это всего лишь вопрос времени. Скорее всего, Имперский Наставник уже добрался до Дворца Золотой Орхидеи. Сколько драконьих вен течёт по землям прерий?

Сердца трёх остальных владык резко вздрогнули.

— А что со снежными равнинами севера, там, где находится страна Волчьего Убежища? Сколько там вен?

— Количество драконьих вен в Империи Вечного Мира превысило мои ожидания. С одной веной им было бы сложно что-нибудь изменить, однако, если все они смогут взойти до небес, то людям удастся украсть судьбу неба и земли! В таком случае убийство старого Императора Людей — это второстепенная задача, нам нужно найти главную вену дракона и уничтожить или изменить её! Нужно оставить здешних драконов без лидера!

Нефритовый Владыка что-то пробормотал себе под нос, после чего проговорил:

— Если главная драконья вена исчезнет, то драконы останутся без лидера, и судьба страны разрушится. В таком случае все здешние герои восстанут и разрушат Империю Вечного Мира. Это и вправду хорошая идея. Какая из этих вен главная?

Четверо владык долго оглядывались по сторонам, но так и не смогли понять, какая из вен главная.

— Кажется, на поиски нам нужно будет пригласить Владыку Выращивания Драконов. Он занимается драконами, так что ему будет несложно обнаружить различия между типами вен.

— Цин Инь, Яо Хуа, вернитесь на Высшие Небеса и пригласите нам помочь Владыку Выращивания Драконов, — приказал Владыка Звезды Цяо.

Парочка девиц послушалась, в спешке отправляясь в путь

Нефритовый Владыка улыбнулся:

— Бог Меча до сих пор не появился, вот зануда. Я думал, он явится сразу после того. Как мы высвободим свою ауру, но он притворяется, что ему страшно. Такого никогда не случалось, кажется, он и вправду состарился.

— Это бремя смертного тела, — улыбаясь сказала Цветочный Владыка. — Независимо от того, насколько сильными они становятся в свои лучшие годы, их Ци и кровь увядают и застывают после прихода старости. По моим подсчётам, ему осталось два года с этого момента. Как жалко с его стороны решить прожить их в тишине, избегая битвы. Сюй Шэнхуа, ты уже нашёл его наследника?

— Ученик познакомился с ним случайно, но не сумел распознать с первого раза. Однако, я подарил ему пакетик чая, и он пригласил меня выпить в столице Империи Вечного Мира. Думаю, что мы снова встретимся, если я отправлюсь туда.

Нефритовый Владыка заинтересованно спросил:

— Как ты оцениваешь способности нового Императора Людей?

— Они впечатляют, — Сюй Шэнхуа вспомнил, своё столкновение с Цинь Му. — Его Магическая сила была невероятно плотной, а совершенствование Ци было даже выше, чем у меня. Однако, его движения и техники уступали моим, так же как и понимание божественных искусств.

— Его совершенствование выше, чем у тебя?

На лицах четырёх владык Высших Небес проявилось невероятное удивление. Совершенствование Сюй Шэнхуа поражало всех жителей Высших Небес, превышая даже совершенствование владык. Однако, в мире всё-таки нашёлся человек, который оказался сильнее!

— Впрочем, я побывал в Маленькой Нефритовой Столице и исправил недостатки своего совершенствования, — добавил парень. — Если он не сделал так же, то теперь у меня есть преимущество.

Нефритовый Владыка улыбнулся:

— Отправляйся в столицу, убей его и возвращайся на Высшие Небеса как можно быстрее. Мир людей испорчен, здесь нельзя задерживаться. Мы найдём убежище, чтобы дождаться прихода Владыки Выращивания Драконов, после чего проверим драконьи вены. Было бы хорошо, если Бог Меча принял наш вызов, но, если он не придёт, мы вернёмся домой после того, как уничтожим главную вену.

Сюй Шэнхуа послушался.

— Я прикажу Цзин Янь и Юй Лу идти вместе с тобой, чтобы никто не смог учинить тебе неприятностей, — добавил Владыка Звезды Цяо.

Юй Лю и Цзин Янь тайком обрадовались. Первая подняла с земли нефритовую вазу, в то время как вторая потащила пипу, отправляясь следом за юнцом.

Четыре владыки увидели, что небо начинает темнеть, и начали спускаться вместе с облаком. Найдя тихое место, они приземлили свой шатёр на землю.

Они оказались в окружении зелёных холмов и чистых рек. Несмотря на то, что ближайшая деревня была очень далеко, перед ними стоял дом. Когда его дверь открылась, наружу вышла элегантная женщина, таща маленькое ведро, чтобы набрать воды.

Четыре владыки Высших Небес уставились на неё, а их сердца начали неистово биться.

Даже Цветочная Владыка, самая красивая женщина Высших Небес, почувствовала стыд за свою внешность, понимая, что значительно уступала этой незнакомке. Впрочем, это не мешало её ощущать к ней симпатию.

— Это настоящая красота, которой даже боги могут позавидовать!

Пока владыки пытались успокоить свои сердца, женщина заметила появившийся из ниоткуда шатёр. Посмотрев на четверых людей, она поздоровалась:

— Дорогие гости, небо уже темнеет, лучше вам не оставаться снаружи.

С преклонением в сердце, Нефритовый Владыка улыбнулся в ответ:

— Милая, мы ведь не в Великих Руинах, почему ночью нельзя находиться на улице? И даже если бы мы были там, нам всё равно ничего бы не угрожало.

Звёздные Владыки Цяо и Янь тоже не могли перебороть в себе увлечение её красотой. Они хотели познакомиться с неё поближе, отчего их лица расплылись в улыбках:

— Прекрасное время года, живописный пейзаж и красотка по соседству — это и вправду священная земля.

Цветочная Владыка кольнуло злостью и завистью, но, когда её взгляд вновь упал на женщину, от этих эмоций не осталось и следа.

Незнакомка изумлённо проговорила:

— Значит вы почти что бессмертные люди, способные выжить во тьме Великих Руин. Извините, выходит, я слегка преувеличила проблему, — договорив, она пошла набирать воду.

Когда наступила ночь, трое владык продолжали смотреть в сторону дома перед ними. Цветочная Владыка тоже питала кое-какие мечты, улыбаясь:

— Если ваши сердца так тронуты, почему бы не пригласить её в гости?

Как только она это сказала, дверь дома напротив открылась. Прозвучал смех, от которого кровь в жилах кипела, начиная течь быстрее:

— Ко мне пришли четыре дорогих гостя, а я, будучи хозяйкой этого места, так сильно опоздала.

Четыре увидели силуэт, освещённый туманным лунным светом, воскликнув в унисон:

— Действительно безупречная красота, способная зачаровать даже бессмертного!

Глава 354. Маленькая Девочка

— Боги с Высших Небес не скрывают аур, и похоже, они отправились к старой Сы, — проговорил слепой. Мясник и слепой остановились в префектуре Отдыха, которая располагалась за тысячу километров от столицы, чуть погодя слепой со странным выражением лица добавил. — Сейчас ночь, а это значит, что наступило время старого дьявола Ли.

— Дьявол Ли под ликом внешности старой Сы, эх, что-то мне подсказывает, что Высшие Небеса недосчитаются нескольких богов, — обыденно декламировал мясник.

Выражение лица слепого стало ещё страннее:

— Дьявол Ли разговаривает с ними.

— Тогда они точно трупы. Когда Ли в прошлый раз показался в деревне, кто из нас остался безучастным? Даже старейшина не посмел на него посмотреть, и только ты сумел проигнорировать красоту тела Сы. Как думаешь, когда владыки поссорятся друг с другом и начнут сражаться? — словно вопрос был уже решён, спросил мясник.

— В конце концов они боги, разве такие существа станут сражаться за женщину? — покачал головой слепой. — Я думаю… Что? Они уже начали сражаться?.. — слепой, казалось бы, “присмотрелся” на мгновение и облегчённо вздохнул. — Нет, они просто соревнуются друг с другом, но их дух соперничества на высоте, они недалеки от сражения. Старая Сы действительно ходячий нарушитель спокойствия!

— Сы не такая, она очень добрая и никогда не навредит нам. Но как только появился старый Владыка Ли… В общем, ты прекрасно помнишь, как деревня почти погрузилась в хаос. Когда ты последний раз видел глухого и немого? Они, как правило, никогда не отходят далеко друг от друга, — покачал головой мясник.

— Последний раз я видел, как немой бежал за кораблём, а глухой побежал за ним, но догнать его, скорее всего, не смог. Скорость немого что-то с чем-то, она лишь чуть-чуть уступает скорости одноногого. Как ты думаешь, когда эти четыре бога станут врагами? — улыбнулся слепой.

Мясник усмехнулся:

— Всё будет зависеть от того, как долго захочет забавляться с ними Владыка Культа Ли. Хотя у всего происходящего есть и положительная сторона, теперь нет необходимости беспокоиться об четырёх богах с Высших Небес. Нам пока не нужно подходить слишком близко. Проверим их после того, как Ли вдоволь повеселится.

****

На спине цилиня, Цинь Му вдруг вспомнил что-то и спросил об этом Цин Ю:

— Отшельник Цин, когда Сюй Шэнхуа вошёл в Зал Трёх Эонов, какой прорыв он выбрал?

— Он не сказал, но Старцы Трёх Эонов, как понимаешь, в курсе всего происходящего там, и они доложили мне об всём, парень выбрал Прорыв Небесного Эона. Он легко прорвался и сказал, что сожалеет, что не выбрал Прорыв Трёх Эонов, — сказал отшельник.

— Тогда какой прорыв он выбрал в Зале Пяти Ци? — снова спросил юнец.

— Прорыв Земного Элемента. Среди Пяти Элементов Ци, земной элемент сильнейший.

Цинь Му кивнул. Сюй Шэнхуа был действительно очень силён. Его способности были не слабее, чем у него, и даже при том, что его совершенствование было немного слабее, его божественное искусство было гораздо более сложным.

Так как Сюй Шэнхуа прорвался через Залы Трёх Эонов и Пяти Ци, его слабость в совершенствования должна была быть исправлена. Цинь Му же, достигнув Прорыва Трёх Эонов, исправил основание Божественного Сокровища Духовного Эмбриона. Шэнхуа добился как Прорыва Небесного Эона, так и Прорыва Земного Элемента, который был частью основы Божественного Сокровища Пяти Элементов. Теперь стало трудно судить, сможет ли Цинь Му подавить такую магическую силу.

«В самом начале я не знал, что он ученик Высших Небес, и даже попросил у него чаю. Мы ещё договорились с ним выпить», — на мгновение задумался Цинь Му, по его мнению, Сюй Шэнхуа был хорошим человеком с достойной манерой поведения. Став для него редким противником, он очень хотел встретиться с ним снова, но, с другой стороны, не хотел… довольно противоречивое чувство.

— Дедушка, что это за место, Высшие Небеса?

— Псарня, место, где истинные боги выращивают собак, — сказал старейшина. — Это очень таинственное место Западных Земель, но я никогда не ходил туда, поэтому не в курсе, где именно оно находится. Я только знаю, что некоторые людей, чтобы связаться с Высшими Небесами, порой поднимаются на божественную гору Западных Земель, предлагая подношения в виде подожжённой палочки благовоний. Однако, это должен быть не самые простые благовония, они определённо предлагали что-то особенное. Если бы я знал, что именно, то показал бы им на что способен.

Цинь Му не знал, смеяться или плакать. Старейшина и сильнейшие практики Высших Небес, вероятно, противостояли друг другу на протяжении всей своей жизни, так что старику не очень нравилась эта священная обитель.

— Может Дворцовый Мастер знает что-то о Высших Небесах? — обращаясь к Сюн Сиюй, спросил паренёк.

— Высшие Небеса действительно находятся где-то среди Западных Земель, люди моего Дворца Истинных Небес даже видели представителей Высших Небес. Тем не менее, их священная обитель очень таинственна, даже больше, чем Маленькая Нефритовая Столица, — блеснув взглядом, Сюн Сиюй мягко продолжила. — Упомянутая старейшиной палочка благовоний называется божественной, во Дворце Истинных Небес есть три такие. Если Владыка Культа Цинь поможет мне вернуть должность Дворцового Мастера, я отдам их.

Цинь Му моргнул, не ответив ей. Поразмышляв над этим вопросом, он сказал:

— Интересно, есть ли во Дворце Золотой Орхидеи хоть одна такая божественная палочка благовоний? Паньгун Цо, старый подлец, прожил столько жизней, что у него определённо должно быть множество разнообразных сокровищ. Имперский Наставник всё ещё должен мне сотню сокровищ… Если подумать, почему дедушка одноногий не вернулся? Маленькая Нефритовая Столица уже должна быть разграблена, не так ли?

Сюн Сиюй вздохнула.

****

После приезда в столицу Цинь Му привёл всех в Имперский Колледж, где осталось немного учеников. Большинство учащихся ушли на фронт.

— Это священная земля Империи Вечного Мира, Имперский Колледж? — почти все с любопытством осматривались вокруг, ведь кроме Цинь Му и цилиня, остальные пришли сюда впервые. По сравнению с другими священными обителями, Имперский Колледж был самым молодым. Он был не так величествен, как гора Сумеру Монастыря Великого Громового Удара, не так безмятежен, как гора Куньлунь Нефритовой Пустоты секты Дао и не так таинственен, как гора Святого Пришествия Небесного Дьявольского Культа. Конечно, его нельзя был сравнить с Маленькой Нефритовой Столицей, счастливой обладательницей глубокой и стойкой основы.

Чисто по внешнему виду, Имперский Колледж не мог сравниться даже со Дворцом Истинных Небес Западных Земель. Тем не менее, это место обучило бесчисленное количество знаменитых генералов и чиновников, подарив миру огромное количество истинных экспертов!

Несмотря на то, что Имперский Колледж считался молодым, он уже показал свою экстраординарность, превосходя другие секты в определённых местах!

Юноша пришёл в Резиденцию Божественных Искусств и обнаружил, что его резиденция была аккуратно убрана. Он был сбит с толку: «Лин’эр была в Имперском Колледже?»

Внезапно снаружи раздался голос:

— Пастушок, ты, наконец, вернулся? Ты знал, что Канцлер Ба Шань повёл меня и Святейшую Сы за моим вторым братом на север, чтобы сражаться со страной Волчьего Убежища, пока…

Цинь Му обернулся и увидел Лин Юйсю, которая, увидев за его спиной целую толпу людей, от удивления замолкла. Затаив дыхание, она изящно зашагала, входя во дворик, как и полагается леди. Встав рядом с юношей, как маленькая птичка, девушка спросила:

— Пастушок, кто они?

— Это мой дедушка, старейшина деревни, — сняв кресло-качалку со спины цилиня вниз, ответил Цинь Му. Старейшина и не думал вставать с пригретого места, но, когда его представили, он с улыбкой на лице посмотрел на Лин Юйсю.

— Это старые бессмертные из Маленькой Нефритовой Столицы: бессмертные Цин Ю, Ю Юнь и Ю Хэ, — после знакомства с тремя старцами Маленькой Нефритовой Столицы, он добавил. — Эта троица, которая стоит рядом с ними, старшие братья Маленькой Нефритовой Столицы: Ван Мужань, Лун Юй и Му Циндай. А вот эта парочка, мать и дочь, Дворцовый Мастер Истинного Небесного Дворца Западных Земель Сюн Сиюй и маленькая принцесса Сюн Ци’эр.

Лин Юйсю поприветствовала их одного за другим, получив от каждого ответное приветствие.

— Моих комнат недостаточно для всех. Сестра, у тебя не найдётся место для моих гостей? — спросил Цинь Му.

Лин Юйсю улыбнулась и сказала:

— Девочки могут остаться у меня. Я буду рядом с ними по соседству.

Юноша поблагодарил её, сказав:

— Сестра, спасибо за уборку моей комнаты во время моего отсутствия.

Лин Юйсю покачала головой и сказала:

— Это не я, это сделала твоя маленькая лисичка.

— Лин’эр и правда здесь? — был удивлён и восхищён Цинь Му. Он очень скучал по Ху Лин’эр.

— Она не так давно убежала на уроки и ещё не вернулась, — улыбнулась Лин Юйсю, после чего словно нарочито оговорилась. — Эта маленькая девочка точно знает, как выслужиться. Все те дни, что тебя не было рядом, она с удовольствием посещала уроки, понравившись каждому члену правления колледжа.

«Маленькая девочка?» — был удивлён Цинь Му, но он не стал много думать об этом и организовал жильё для бессмертного Цин Ю и остальных. Его внутренний двор не был маленьким, к тому же у него также было довольно много комнат, поэтому каждому досталось по одной свободной, в то время как Сюн Сиюй, Сюн Ци’эр и Му Циндай оставались в противоположном доме.

Когда Цинь Му всех хорошо устроил, к нему подошла Лин Юйсю и прошептала:

— Несколько дней назад в Имперский Колледж тебя пришла искать группа даосов. Гу Линуань позаботился о них, разместив всех у себя дома, теперь он каждый день ходит перепуганный и бледнолицый. За последние дни он так истощал, что на нём живого места нет.

Парень улыбнулся:

— Прибыли математические маньяки секты Дао.

— Мой отец издал указ о том, чтобы сделать тебя Смотрителем Божественных Оружий. Он сказал, чтобы ты будешь отвечал за создание божественной пушки. Императорский указ хранится у твоей маленькой лисички. Также отец наказал экспертам по алгебре Имперских Колледжа и Двора разместиться в пяти крупнейших фабриках и беспрекословно тебе подчиняться. Кроме того, Небесные Короли Юй и Ши священного культа не могли найти тебя в Призрачной Долине, поэтому во время непрерывного поиска почти сошли с ума!

Голова юноши начала болеть. Так как он вернулся в столицу, ему придётся уладить так много дел, что было совсем не отдыха.

— Ах да, ещё тебя искал человек по имени Сюй Шэнхуа. Его сопровождали две девушки. Он сказал, что ждёт, когда ты угостишь его выпивкой.

Лин Юйсю немного подумала, прежде чем добавить:

— Жена Имперского Наставника родила и прислала приглашение. Она говорит, что хочет пригласить Великого Владыку Культа Циня стать крёстным.

Удивлённый Цинь Му спросил:

— У Имперского Наставника уже есть ребёнок? Мальчик или девочка?

— Мальчик.

— Стать крёстным отцом? Жена Имперского Наставника, наверное, шутит. Я сам ещё ребёнок, какой из меня крёстный? — улыбнулся паренёк.

Старейшина многозначительно посмотрел на Лин Юйсю и, кашлянув, сказал:

— Му’эр, ты не так уж и молод, ты уже вполне можешь завести детей.

Цинь Му раскраснелся и пробормотал:

— Почему ты вдруг заговорил о детях? Я ещё не готов… Дедушка, мне только пятнадцать!

— В пятнадцать человек уже считается достаточно взрослым. Моя мать и вдовствующая императрица торопят меня выбрать супруга. Кроме того, мой отец также поддерживает их, — засмеялась Лин Юйсю. Она была довольно смелой, моргая глазами и ожидая ответа Цинь Му.

— Император такой несерьёзный? — парень покачал головой. — Они делают это неправильно. Как можно так быстро выбрать себе супруга?

Лин Юйсю удивлённо уставилась на него, ведь парень, кажется, совсем не понимал намёков.

Цинь Му встал и пошёл в Зал Высшего Учения. Увидев его, Гу Линуань, казалось бы, освободился от страшного бремени:

— Владыка, скорее… скорее забери даосов из моего дома. Я в долгу не останусь!

Многочисленные даосы секты Дао остались у него, заставив его понервничать в эти несколько дней. Секта Дао была лицом праведного пути, а он был великим мастером дьявольского пути. Он беспокоился, что в какой-то момент даосы захотят избавятся от дьявола.

Цинь Му не спешил встречаться с экспертами секты Дао, поэтому сел и улыбнулся:

— Как c алгеброй у Великого Ректора?

Гу Линуань улыбнулся и сказал:

— Я авторитет на дьявольском пути, ты думаешь мои достижения в алгебре могут быть слабоватыми?

— Хорошо! С Лордом Гу и экспертами секты Дао я могу взять передышку.

Гу Линуань сидел с испуганным лицом:

— Я по-прежнему должен буду жить с людьми секты Дао?

— Император приказал мне соорудить Божественную Пушку Солнечного Удара и цель этой пушки — боги. Люди секты Дао знают своё место, и никто не посмеет навредить тебе, — утешающие, проговорил парень.

Лорд Гу всё ещё не мог спокойно сидеть. Он чувствовал себя небезопасно рядом с даосами, так как его репутация была не из самых чистых.

Цинь Му отправился на встречу с Мастером Дао Линь Сюанем обменяться приветствиями.

— Как только я закончу приготовления, мне придётся побеспокоить всех вас. Пожалуйста, подождите новостей от меня.

— Понятно, хорошо.

Цинь Му ушёл, и когда он проходил мимо Зала Множества Элементов, там закончились уроки. Более десятка учеников вышли из зала, и среди них была девочка семи-восьми лет. Прыгая вокруг, она выглядела умной и очаровательной, а также использовала порывы демонического ветра, чтобы нести аккуратно расположенные за спиной книги. Маленькая девочка была низкой, но у неё за спиной покачивались три длинных, пушистых белоснежных хвоста.

«Лин’эр? Но она же была такой неграмотной…» — уставившись на неё, остановился Цинь Му.

Глава 355. Глухой Продаёт Картины

Цинь Му был не слишком уверен в своём предположении. В Имперском Колледже было много студентов-представителей демонической расы, так как в отличии от других сект, тут не придерживались строгих правил при наборе учеников. Любой способный пройти тест, имел возможность быть зачисленным.

Из-за этого в Имперском Колледже было довольно много женщин, которые составляли почти половину от общего числа учеников. В большинстве случаев они занимали высокие должности в разных частях Империи или отправлялись в армию, становясь генералами.

Тем не менее, книги, летящие следом за маленькой девушкой были аккуратно сложены, что было как раз в стиле Лин’эр.

Впрочем, она не знала даже букв, так что ей не было смысла таскать за собой такую огромную стопку книг. Это определённо не было в стиле лисы.

Не заметив Цинь Му, маленькая девочка вскоре отсоединилась от группы учеников. Но она не отправилась к Резиденции Божественных Искусств, а вместо этого начала спускаться к подножию горы. Юноша остался ждать у входа в Зал Множества Элементов, но оттуда больше никто не вышел.

«Юйсю сказала, что Лин’эр отправилась в зал Множества Элементов послушать лекцию, но в здании больше никого не осталось, скорее всего, она и вправду стала той маленькой девочкой, что я видел. Она изменила свой облик? — Цинь Му был ошеломлён. — Великий Король Дьяволов и вправду заслуживает смерти. Он хотел жениться на ней несмотря на то, что она ещё так молода! — он пошёл вниз по склону, недоумевая. — Если это действительно Лин’эр, то куда она отправилась? Почему она не вернулась в Резиденцию Божественных Искусств?»

Тайком идя по её следах, он увидел, как маленькая девочка с тремя хвостами подпрыгивала, спускаясь вниз. В этот миг она внезапно распласталась по земле, громко воскликнув “Ай!”, после чего проползла несколько шагов вперёд. Встряхнув троицу своих хвостов, она наконец смогла подняться, но через несколько шагов упала снова.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать. Он наблюдал, как девочка оглянулась, и поняв, что вокруг никого нет, побежала вперёд на своих четырёх. Радостно подпрыгивая и виляя хвостами, она, вероятно, очень сильно гордилась собой.

Скорее всего, она обрела новый вид совсем недавно, и ещё не привыкла ходить на двух ногах, из-за чего, пытаясь идти как человек, постоянно падала.

После превращения она начала выглядеть, как маленькая девочка, но все ещё чувствовала себя более уверенно, передвигаясь как лиса.

Ху Лин’эр покинула Имперский Колледж и пошла в сторону города. Однако, так как теперь по дороге встречались люди, ей пришлось опять подняться на ноги, размахивая хвостами чтобы удержать равновесие.

Бум!

Цинь Му увидел, как маленькая девочка снова упала лицом в землю, а её хвосты замерли, торча вверх. Спустя некоторое время они содрогнулись, расслабляясь.

— Быть человеком не так уж и весело…

Нахмурившись, маленькая девочка поползла вперёд. Она скрылась за старым деревом, и спустя некоторое время оттуда вышла крохотная белая лисичка. Зверёк понёсся вперёд, напоминая облако дыма, размахивающее тремя длинными пушистыми хвостами.

Её скорость была намного выше, чем прежде, и вскоре лисичка уже находилась возле Сада Редких Сокровищ. По дороге она успела прикупить себе немного еды и несколько фруктов.

Сад Редких Сокровищ был рынком подержанных товаров. Здесь продавался антиквариат, всяческие реликвии, редкие сокровища и даже духовное оружие. Ученики, оказавшиеся в скверной финансовой ситуации, приходили сюда продавать свои писания, книги и рисунки.

«Лин’эр пришла сюда продать книги?» — недоумевал Цинь Му. Он увидел, как перед входом в Сад Редких Сокровищ зверёк превратился обратно в маленькую девочку, осторожно пробиваясь сквозь толпу. Используя демоническое заклятие, она подняла свои книги над головами посетителей ярмарки.

Добравшись до улицы Каллиграфии и Живописи, девочка вздохнула с облегчением и осмотрелась. Внезапно с загоревшимися глазами она помчалась в сторону какой-то лавки.

Внутри этой лавки сидел обнищавший старый учёный. Лицо мужчины было скрыто за длиной бородой, сложа руки он сидел на корточках в углу здания. Его голова была опущена, обнажая два серебристых металлических уха.

За его спиной висело несколько картин и каллиграфий, а в передней части лавки была разложена парочка свитков. По углам строения валялись огромные валуны, вероятно для того, чтобы его не сдуло ветром.

— Дедушка глухой, сколько картин ты продал сегодня?

Ху Лин’эр подошла к лавке, положив фрукты и еду на стол.

Глухой тут же начал поглощать пищу, даже не поднимая голову:

— Мне не повезло встретить человека, способного оценить моё мастерство. Ты пришла вовремя, я умираю с голоду.

— Глухой дедушка должен продавать свои работы перед поместьем Имперского Наставника, этот человек определённо захочет купить их по высокой цене.

Сказав это, Ху Лин’эр что-то внезапно вспомнила, отчего нахмурилась:

— Хотя нет, у Имперского Наставника тоже нет денег. Его жена недавно родила сына и приказала старейшине Фу отправить приглашение молодому мастеру, но так как его не было в городе, я пошла туда вместо него. Наставник тоже где-то пропадал, а сам банкет оказался довольно скудным, на столах было лишь несколько блюд. Мать с сыном были оставлены голодать. Дело в том, что он ведёт войну, и так как имперская сокровищница почти исчерпалась, мужчина решил пожертвовать все свои деньги для расходов армии. Узнав об этом, моё сердце на мгновение тронулось, и я подарила бедолаге мешочек денег, отчего она решила, что теперь Цинь Му должен стать крёстным отцом ребёнка… Лишь когда сам Император узнал об их ситуации, мать с ребёнком вернулись к нормальной жизни, которую обеспечил им дворец.

— Человек может быть бедным, но его принципы не должны от этого страдать. Имперский Наставник и вправду моя родственная душа, — проговорил глухой, после чего достал лист бумаги. — Я написал несколько слов пунктирными линиями, тебе нужно просто по ним провести.

Маленькая девочка отложила свой багаж в сторону, доставая кисть и чернила, когда глухой её остановил:

— Не используй чернил, просто проведи кистью по линиям. В таком случае ты сможешь попробовать несколько раз не испортив бумагу. Дай я почитаю те книги что ты притащила, чтобы я мог объяснить тебе что там написано.

Рассевшись на полу, Ху Лин’эр начала с невероятной внимательностью проводить по линиям, нарисованным глухим.

— Я хотел бы купить у вас картину.

Услышав голос, девушка не могла удержать своей радости и удивления. Она немедленно подняла голову, смотря на юнца, стоящего перед лавкой.

— Молодой мастер!

Маленькая девочка вскочила на ноги и бросилась в объятия Цинь Му. Как только он её поймал, она вернулась в облик лисички, выскользнула из объятий и обмоталась вокруг шеи парня.

Взволнованная лиса металась вокруг Цинь Му, нечаянно перевернув банку с чернилами, которые тут же запачкали несколько листов бумаги. Убирая за ней, глухой пробормотал:

— Лин’эр, ты слишком непослушна, эта бумага стоит денег, и теперь, когда ты её запачкала…

— Глухой дедушка! — громко рассмеялся Цинь Му, без предупреждения и лишних вопросов обнимая старика обеими руками. Глухой не привык к подобным нежностям, отчего тут же попытался вырваться на волю.

— Старейшина деревни тоже здесь! — взволнованно добавил Цинь Му.

С внезапно почерневшим лицом старик спросил:

— Зачем он покинул деревню? Чтобы посмотреть, на какое дно я опустился?

Зная об огромном размере эго дедули, юноша улыбнулся:

— Старейшина в Имперском Колледже. Собирай свои вещи, идём со мной!

Глухой покачал головой:

— Я зарабатываю на жизнь продажей картин, меня не нужно обеспечивать. Ещё два месяца, и мне удастся накопить на новогодние подарки. Я начну рисовать Богов Дверей, они неплохо продаются.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать. Сняв Ху Лин’эр со своей шеи, он начал гладить её по голове, улыбаясь:

— Лин’эр, дедушка учил тебя читать? Ты уже понимаешь слова в книгах?

Лиса превратилась в маленькую девочку, мило улыбнувшись:

— Я частенько сюда забегала, чтобы поучиться у глухого дедушки, и теперь и правда могу прочитать слова из книг. Вот только я всё ещё не понимаю, что они значат.

Юноша поставил её на землю, его глаза сияли:

— Глухой дедушка не сможет продавать свои картины так, как он этого хочет. В городе не слишком много людей, способных оценить их настоящую стоимость. Более того, живопись и каллиграфия пользуются спросом лишь в мирные времена, а в период войны люди начинают бережно относиться к своим деньгам. После двух лет катастроф и бедствия осталось очень мало богатых людей, и чтобы заработать на торговле, нужно придумывать какие-то уловки.

Отложив все картины и писания глухого, он достал свою кисть, начиная рисовать.

Вскоре из-под его руки вылетели бабочки, покидая лист бумаги и кружась вокруг лавки. Следом за ними отправились соловьи, своими песнями привлекая проходящих мимо людей, которые в удивлении цокали языками.

Юноша продолжал рисовать, отчего стая бабочек и птиц постоянно увеличивалась. В небе начали извивались юрки, а огромный лебедь, вылетевший наружу, расправил свои трёхметровые крылья, проносясь над головами посетителей и заставляя их воскликнуть от восторга.

— Фокусы! — усмехнувшись, проговорил глухой. — Я не такой легкомысленный, как слепой, мне не нужно так себя вести. Те, кто знают ценность моих работ, и так их купят, а тем, кто не может увидеть моего таланта, я ничего не продам даже если они упадут предо мной на колени!

Цинь Му проигнорировал слова старика, и из листа бумаги вылетел переливающийся радугой феникс. Зверь пролетел вдоль улицы Каллиграфии и Живописи, привлекая ещё больше зрителей.

После следующего взмаха кисти парня, из картины выпрыгнул живой Бог Дверей. Его высокое, мясистое тело заставило людей благоговеть, отступая на несколько шагов назад от страха.

— Твои навыки ещё недостаточно сильны!

Чем дольше глухой наблюдал за происходящим, тем злее становился. Внезапно он достал свою кисть, нарисовав ещё одного Бога Дверей. В тот же миг наружу вырвалась аура дьяволов и богов, заставляя всех на улице отступать назад от ужасного вида трёхсотметрового божества. У существа были красные глаза феникса и борода дракона, а на поясе висело божественное лезвие, способное мгновенно испепелить любое зло. Один лишь его вид свидетельствовал о невообразимой силе.

— Вот настоящий Бог Дверей!

Старик взмахнул кистью, и гигантский бог тут же исчез, превращаясь в невероятно детальный рисунок на бумаге. Между тем от всех бабочек, птиц, феникса и Бога Дверей, которых нарисовал Цинь Му, остались лишь капли чернил, тут же упавшие на землю.

Стало очевидно, чей навык был сильнее.

В унисон со всеми людьми в окрестностях Цинь Му восхищённо воскликнул. К лавке тут же выстроилась очередь желающих купить себе Бога Дверей, и когда они предложили свою цены, мозг глухого вскипел. Он продавал свои картины на протяжении двух месяцев, и если бы не поддержка Ху Лин’эр, то давно бы уже помер с голоду. Он уже был не в силах поверить, что его работы могут продаться по такой невероятной стоимости.

Лисичка тоже вскочила от удивления, немедленно начиная торговаться несмотря на то, что люди предлагали в несколько раз больше, чем стоила баночка драконьей слюны.

Одна картина глухого стоила достаточно, чтобы роскошно и беззаботно прожить остаток жизни.

Ху Лин’эр продала картину дверного бога и взяла деньги. Затем она в спешке скрутила остальные картины в свиток и спрятала их в мешочек таоте.

Девочка и юноша переглянулись, невинно моргая. Они оба думали об одном и том же.

Редкий товар стоил ожидания. Если продать всё и сразу, его цена резко упадёт.

Цинь Му тут же оттащил глухого в сторону, улыбаясь:

— Дедушка глухой, теперь у нас есть деньги. Давай купим тканей, чтобы пошить тебе новую одежду и хорошенько покушаем. После это можно будет встретиться со старейшиной. Кстати, на корабле из деревни Беззаботной я увидел путь живописи, который совершенно отличался от твоего. Твои картины покидают бумагу, входя в настоящий мир, в то время как на корабле я увидел рисунки, создающие новый мир внутри картины!

Поначалу глухой не слишком горел желанием отправиться вместе с Цинь Му, но услышав его слова, сердце старика тронулось:

— Мир внутри картины? Такой путь действительно существует? Расскажи мне поподробнее!

Цинь Му отправился купить тканей в магазине одежды, после чего лично пошил глухому несколько костюмов. Затем он достал нож для убоя свиней, чтобы подстричь волосы и бороду дедушки, придавая ему приличный вид перед походом в Имперский Колледж.

Закончив, он проговорил:

— Дедушка глухой, если ты сможешь соединить свой путь живописи с тем, что я увидел на корабле, то сделаешь огромный шаг вперёд. Но сначала ты должен нарисовать Пушку Божественного Солнечного Удара. Имперский Наставник попросил меня её построить, и для этого мне понадобится твоя кисть.

Глава 356. Банкрот

— Дедушка глухой избавит меня от необходимости рисовать схему. Структура Божественной Пушки Солнечного Удара сложна, но, если дедушка сможет втянуть её в реальный мир, мне будет намного проще измерить её. В таком случае нам потребуется гораздо меньше времени на изготовление, — облегчённо вздохнул Цинь Му.

Глухой много месяцев пытался продавать свои работы, но безрезультатно. А когда пришёл Цинь Му и помог ему продать одну картину, полученные деньги стали его самым большим заработком в жизни. Наследственный Принц Небесной Живописи мог лишь печально вздыхать. А что ему оставалось? Сердца людей уже были не такими, как в прежде, в былые времена.

После того, как старику больше не нужно было беспокоиться об одежде и еде, у него не было причин отказывать юноше.

Вернувшись в Имперский Колледж, Цинь Му даже и не думал об отдыхе. Он сразу принялся за работу. Ему помогали Цин Ю, Ю Хэ и Ю Юнь из Маленькой Нефритовой Столицы, Мастер Дао Линь Сюань и десять самых опытных в алгебре даосов секты Дао, эксперты Имперского Колледжа, Имперского Двора и Небесного Святого Культа, а также старейшина… в общей сложности двадцать шесть человек, ну и ещё цилинь. Общими усилиями они будут отвечать за рисование изображений из золотой книги и приведение в порядок модели пространственной математики.

Достижения цилиня в вычислительных науках тоже были не так плохи, не хуже тех старых даосов. Зверь пролил слезы благодарности за предоставленный шанс. Ему, наконец, дали выслужиться, ведь он совсем не хотел оказаться на новогоднем обеденном столе, поэтому, естественно, работал с удовольствием.

Им не была нужна помощь Цинь Му в работе с золотой книгой, благодаря чему вся его энергия была сосредоточена на Божественной Пушке Солнечного Удара.

Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй попросили Цинь Му проверить модели пространственной математики и массы с экспертами секты Дао, Имперского Колледжа и Небесного Святого Культа.

Большинство министров Этажа Небесных Записей Имперского Колледжа были экспертами в навыках построений. Они владели божественными искусствами заклятий и буквально ходили по библиотеке техник, поэтому парень также пригласил и их.

В основе Божественной Пушки Солнечного Удара лежал навык зрачков Божественных Глаз Солнечного Удара. Навык был найден Имперским Наставником, и затем размещён им на Этаж Небесных Записей, поэтому, собственно, все собравшиеся знатоки математики и нуждались в направлениях тамошних секретарей.

Цинь Му координировался с ними в течение нескольких дней, в итоге овладев навыками построений и структуры Божественных Глаз Солнечного Удара. Затем, исходя из всего этого, он доработал новую последовательность необходимых для пушки построений и закончил структуру Божественной Пушки Солнечного Удара.

Всё это время глухой наблюдал со стороны, а когда Цинь Му, наконец, определился со структурой, он сразу же начал рисовать. Даже тому, кого нарекли Святым Искусств, потребовалось пять дней, чтобы закончить рисунок Божественной Пушки.

Закончив рисовать, глухой принёс нарисованные чертежи на окраину города, выбрал пустующую землю и разложить их. Мгновением позже на этом месте материализовалась ужасающая трёхсотметровая пушечная батарея.

Заняв собой огромное пространство площадью в шестьдесят шесть гектаров, она отличалась от Пушки Истинного Происхождения, так как у неё не было пушечной трубы, выглядя так же, как огромная платформа.

Также рядом с ней находились две рамы, вытянутые по бокам и образующие собой закруглённые дуги. Сверху каждой из них располагалась толстая и прочная ось. Обе оси были симметричны и не соединялись друг с другом. В конце осей была полукруглая развилка и пространство в двести сорок метров. Две развилки имели божественные глаза, которые, время от времени грохоча, полыхали огнём.

Когда глаза открывались, огненный луч вырывался наружу, а когда закрывались, луч вращался на месте. Это была Божественная Пушка Солнечного Удара, которую Цинь Му создал благодаря Божественным Глазам Солнечного Удара!

Несколько сотен экспертов-математиков тут же окружили материализовавшийся чертёж и забрались на все углы огромной пушечной батареи. Они рисовали, измеряли, вычисляли и разбивали огромную конструкцию на множество компонентов, составляющих, абсолютно безошибочно записывая их структуру и длину. Руны построений на каждом из компонентов также должны были быть учтены. Было проведено много расчётов.

Цинь Му спроектировал только основной корпус Божественной Пушки Солнечного Удара, что не удивительно, ведь, чтобы построить за один раз настолько огромную пушку, в Империи Вечного Мира попросту не существовало такой большой фабрики. Вот почему, если он хотел построить её, ему нужно было разбить её на более мелкие компоненты и, прежде чем собрать их во единую конструкцию, отдельно выковать.

Это и было причиной, почему ему понадобилось так много экспертов-математиков. Когда они все работали вместе над измерением и вычислением, координация между друг другом также была своего рода обучением. Ошибкам места не было.

Цинь Му пригласил Императора Яньфэна заняться координацией всех собравшихся экспертов по алгебре. К текущему моменту его раны полностью восстановились, однако, так как они были чрезвычайно тяжёлыми, его божественные сокровища всё ещё пребывали в плохом состоянии, а совершенствование не полностью восстановилось. Ему по-прежнему нужно было заботиться о своём здоровье.

Некоторое время назад Цинь Му и Маленький Король Ядов Фу Юаньцин лечили Императора Яньфэна богатырскими дозами трав, из-за которых он и Имперский Наставник сполна настрадались. И хотя на данный момент прошло уже не так уж и мало времени, в глубине своего сердца он всё ещё обижался.

— Ваше Величество, все эти эксперты по алгебре были приглашены мной и не являются подданными Вашего Величества. Если они чем-то Вас разозлят, Ваше Величество не может просто казнить их, — проинструктировал Цинь Му.

Император Яньфэн улыбнулся и сказал:

— Я не тиран, который любит казнить людей на право и лево за косой взгляд.

Чиновники из Министерства Работ вернулись с передовой вместе с Мастером Чертога Небесных Изделий Шань Юсинем. Когда на войне в прериях отпала особая нужда в их участии, Имперский Наставник отправил всех обратно в столицу.

— В настоящее время Имперский Наставник атакует Дворец Золотой Орхидеи. Когда мы уходили, сражение ещё не началось, — Министр Министерства Работ докладывал Яньфэну.

Немедленно созвав всех чиновников Министерства Работ, Цинь Му раздал им указания. Министр Министерства Работ опять отчитался перед императором:

— Смотритель Цинь нашёл пять фабрик, предоставленных ему Вашим Величеством, слишком маленькими и слишком далёко расположенными друг от друга. Он планирует снести их все и построить новую фабрику на берегу реки.

— Разрушить пять моих фабрик? Они были построены из настоящего золота и серебра! Он тратит столько денег, потому что они не его! Голову с плеч! — в гневе приказал Император Яньфэн.

— Ваше Величество забыли? Фабрики нашей Империи Вечного Мира были спроектированы и улучшены Смотрителем Цинем, — сказал Министр Министерства Работ.

Выражение лица императора смягчилось:

— Он действительно способный человек. Запиши, что он должен мне голову.

Вскоре Цинь Му мобилизовал летающие корабли, чтобы разобрать пять фабрик и перевезти их в заранее подготовленное место рядом с рекой Мутной. Лин Юйсю была прирождённым руководителем, поэтому он пригласил её помочь заправлять людьми, которые займутся постройкой новой фабрики. Затем он приказал перевезти все виды божественных металлов и редких сокровищ из сокровищницы к месту постройки новой фабрики. Император был занят координацией всех экспертов по алгебре, поэтому проблем возникнуть было не должно.

Примерно десять дней спустя расчёты относительно Божественной Пушки были завершены. Каждый эксперт-математик преобразовал свою жизненную Ци в заранее изученный перечень компонентов. Затем они собрали десятки тысяч частей вместе без единой ошибки, образуя совершенную Божественную Пушку Солнечного Удара.

Находящийся неподалёку Цинь Му почти полностью опустошил сокровищницу, ему даже пришлось запрашивать чёрные золото, железо и медь из шахт по всей империи. За пределами новой фабрики всевозможные виды сокровищ были свалены в гору.

Фабрика уже была запущена, а разработанный им новые лечебные печи обеспечили ещё большую огневую мощь. Между тем сотни огромных механических великанов либо колотили чёрные золото и железо, либо аккуратно раскладывали металлы по типу.

Император Яньфэн вызвал Министра Министерства Работ:

— Что осталось в моей имперской сокровищнице?

Министр на мгновение замешкался:

— Ваше Величество, практически ничего. Все материалы в сокровищнице были опустошены Смотрителем Цинем!

Войдя в новую фабрику, Император Яньфэн увидел, как внутри всё бурлит активностью. Всевозможная новая техника уже во всю работала. Лечебные печи пылали, поддерживая работу механических великанов. Котлы всех размеров парили горячим воздухом, испуская ослепительные лучи.

— Количество лекарственных камней, потребляемых новой фабрикой за один день, эквивалентно количеству лекарственных камней, потребляемых во время войны среднего масштаба за один день, — вводил в курс дела Министр Министерства Работ. — Смотритель Цинь также разработал источник энергии для пушки, а это пятьдесят шесть сильнейших печей. Количество лекарственных камней, расходуемых за одну активацию, будет почти таким же, как количество лекарственных камней, которые Имперский Наставник взял, чтобы вести войну со всей Империей Варварских Ди.

Император Яньфэн был ошарашен. Помолчав некоторое время, он медленно сказал:

— Смотритель Цинь тратит не свои деньги. Где он, кстати? Я хотел бы спросить у него, понравилось ли ему меня разорять.

— Смотритель Цинь повёл принцессу выпить, — отчитался Министр Министерства Работ, после чего решив осторожно уточнить. — Он сказал, что должен кому-то проставиться, и что этот человек уже заждался его. В принципе, здесь от него больше нет толку, поэтому он отправился угостить того человека. Когда принцесса услышала это, она решила последовать за ним. Маленькая лисичка тоже увязалась. Затем Смотритель Цинь сказал, что у него нет хорошего вина, поэтому принцесса тут же побежала за подарочным вином во дворец.

Император Яньфэн разгневался:

— Я был приглашён им, из-за чего в последние дни мне пришлось хорошенько напрячься и помотаться, и сейчас я должен спокойно смотреть, как он убегает пить вино… Моё вино? Мало того, так он ещё мою дочурку уволок, явно вознамерившись провести с ней время за бокалом вина! Голову с плеч!

Министр тут же сказал:

— Ваше Величество, Божественная Пушка Солнечного Удара ещё не готова…

Император Яньфэн расслабился:

— Тогда запиши, что он должен мне голову.

— Смотритель Цинь сказал, что выплату зарплат нельзя откладывать. Он уже составил список, Ваше Величество может взглянуть.

Император Яньфэн посмотрел и снова пришёл в ярость:

— Так много? Он уже опустошил мою сокровищницу, где же мне взять деньги для него? Голову с плеч!

— Ваше Величество, Империя Варварских Ди и страна Волчьего Убежища уже завоёваны, поэтому скоро у нас будут деньги, — немедленно отчитался Министр Министерства Работ.

Разгневанный Яньфэн начал улыбаться, словно дитя:

— Хорошо, тогда просто запиши, что Смотритель Цинь должен мне голову. Я не могу плохо относиться к работникам с золотыми руками. Мы заплатим им, как только получим деньги. Есть свежие новости с северной границы?

— Ваше Величество, Генерал Небесных Стратагем прислал рапорт о победе. Они ворвались во двор короля страны Волчьего Убежища, заставив того сдаться. Генерал Небесных Стратагем остался стоять на страже, в то время как наследный принц выступил в качестве сопровождающего бывшего короля Волчьего Убежища. Сегодня, максимум завтра, они должны быть здесь.

Император Яньфэн кивнул и улыбнулся:

— Беспокоюсь о Юйшу гораздо меньше, чем о его старшем брате.

— Смотритель Цинь…

Император Яньфэн властно поднял руку:

— Не смей говорить о нём! Сменить человека, сменить тему.

— Великий Ректор Гу Линуань сделал запрос в Министерство Доходов, желая узнать, может ли он получить зарплату на месяц вперёд…

— Нет денег! — усмехнувшись, Император Яньфэн добавил. — Великий Ректор Гу всегда подхалимничает ради личной выгоды, как ему может не хватать денег?

— Лорд Гу действительно обнищал, — Министр Министерства Работ улыбнулся. — Он потратил всё свои сбережения на выкуп Младшего Защитника. Я слышал, что Святейшая Небесного Святого Культа заявилась к нему с мечом и спросила, не хочет ли он его вернуть. Вот так Лорд Гу и обанкротился. К тому же он помогал с рисованием и измерением божественной пушки, поэтому, прося аванс, он давил своим вкладом в дело.

Император Яньфэн в замешательстве спросил:

— Разве Меч Младший Защитник был не во владении Смотрителя Циня? Как он успел попасть в руки Святейшей Небесного Святого Культа… Чёрт, мы снова говорим о нём, тебе надо отрубить голову! Я потерял не только состояние семьи, я потерял состояние всей империи. Откуда я должен достать средства? Все вы хотите денег от меня, но я уже продал почти все вещи во дворце, которые только можно было продать, остались только драконья мантия и драконий трон! Мне больше нечего продавать!

Министр сказал:

— Ваше Величество, как только Вы объедините прерии и снежные равнины, деньги, естественно, появятся. Кроме того, Смотритель Цинь улучшил фабрику, и теперь мы изготавливаем всевозможные виды кораблей и механизмов, всё это можно задорого продавать, скоро деньги рекой вольются в нашу казну…

Император Яньфэн вздохнул:

— Запиши, что он и ты должны мне свои головы. Интересно, с кем Смотритель Цинь планирует выпить, и куда он повёл мою драгоценную дочурку?

Глава 357. Тело Тирана и Подделка

— Молодой мастер Сюй, ты когда-нибудь пробовал вино Имперского Дворца?

В столичном Павильоне Слушания Дождя Цинь Му налил Сюй Шэнхуа немного вина под аккомпанемент музыки и танцев здешних девиц. Улыбнувшись, юноша проговорил:

— Это имперское вино, что нам принесла шестая принцесса. Я очень редко употребляю спиртное, так что не могу сказать насколько оно хорошо, как тебе?

Одетая в мужской наряд Лин Юйсю осматривалась вокруг своими прекрасными глазами, слегка волнуясь в душе: «Пастушок притащил меня в бордель, если отец узнает об этом, парень останется без головы! Это самое известное заведение подобного рода в столице… Но оно не слишком напоминает то эротическое место, о котором шлось в легендах…»

Ху Лин’эр и девушки из Павильона Слушания Дождя отлично знали друг друга, поэтому лисичка давно исчезла, чтобы посплетничать с друзьями.

Несмотря на то, что Сюй Шэнхуа оказался в столь неприличном месте, он всё равно казался чистым и невинным, спокойно попивая вино:

— Вино имперского двора неплохо, но не идёт ни в какое сравнение с винами Высших Небес. Вероятно, оно провело слишком мало времени в подвале. Если бы Владыка Культа Цинь попробовал наше вино, прежде чем выпить это, то определённо почувствовал бы разницу.

Лин Юйсю с любопытством взглянула на юношу, сидящего напротив Цин Му. Сюй Шэнхуа казался настолько изящным, будто был сделан из нефрита, не слишком напоминая настоящего человека.

В его внешности, одежде, действиях или даже словах не было недостатков.

Цинь Му, в свою очередь, просто пестрил мелкими недочётами.

Его вид был не слишком привлекательным. Несмотря на то, что парня нельзя было назвать некрасивым, он не шёл ни в какое сравнение с гостем из Высших Небес. Будучи крепко сложенным, он сверкал силой, и даже когда у него было полно дел и не было времени для сна, он всегда был энергичным.

Сюй Шэнхуа наоборот казался сдержанным и осторожным. Возникало впечатление, что его сердце не вздрогнет даже если небо упадёт на землю.

Иногда Цинь Му вёл себя невероятно скромно, а иногда был омерзительно высокомерным. Несмотря на своё доброе сердце, он мог делать плохие вещи. В основном он был недогадливым, но при нужде мог дёргать за душевные струны людей, будто срывая весенние цветы.

Работая над чем-то, он мог демонстрировать невероятную осторожность, не упуская и малейшей детали, а мог использовать крайне грубый подход, идя напролом посредством грубой силы, что огромное количество раз доставляло окружающим ужасных хлопот.

Иногда он был невероятно умным, и в то же время настолько тупым, что люди от злости скрежетали зубами.

Ничего подобного нельзя было сказать про Сюй Шэнхуа. Тот был будто идеальным человеком, лишённым малейших изъянов. Может быть называть мужчину прекрасным было чересчур, но не в его случае.

Таким он был человеком. Независимо от того, был он другом или врагом, у любого человека, имеющего с ним дело, возникало невероятно приятное впечатление.

«Он невероятно фальшив, в нём нет ни капли истины», — с такими мыслями Лин Юйсю посмотрела на двух девиц, стоящих за его спиной, ощущая к ним жалость. Она видела их пылкие взгляды, отлично понимая, что их выбор пал на неправильного парня.

Настолько идеальный человек, как Сюй Шэнхуа, был не в силах их полюбить. И даже если бы смог, ни одна из девушек не осмелится принять его чувства, так как в их умах они сами были не идеальны. Они всегда чувствовали бы себя низкопробными.

Такая любовь не продлилась бы долго. Она оказалась бы всего лишь несбыточной мечтой.

— Когда мы встретились впервые, я и подумать не мог, что мы окажемся врагами, — положив свой бокал на стол, проговорил Цинь Му. — Узнав об этом, я невероятно расстроился. Мы могли бы быть друзьями, но я радуюсь тому, что есть. Мне нужен такой враг, как ты, — он улыбнулся. — В мире очень мало таких выдающихся, как ты и я, людей. Было бы очень жаль, если бы мы с тобой оказались друзьями.

Лин Юйсю тыкнула его пальцем, тихо проговорив:

— Пастушок, веди себя немного скромнее…

— Я просто говорю как есть, — ответил Цинь Му.

Стоящая позади Сюй Шэнхуа Юй Лю улыбнулась:

— Император Людей и вправду высокомерен. Высшие Небеса — это не мир смертных, и Сюй Шэнхуа тоже не смертный. Как ты смеешь сравнивать его с собой?

Покачав головой, Сюй Шэнхуа проговорил:

— У Императора Людей есть такое право. Будучи наследником Зала Императоров Людей, который сражался с Высшими Небесами на протяжении двадцати тысяч лет, он определённо может сравнивать себя со мной. Если ты оскорбляешь его, то и меня тоже, — лицо девушки мгновенно покраснело, а парень продолжил. — Я спустился с горы, чтобы избавиться от нового Императора Людей, но встретив тебя впервые, подумал, что предо мной Даоцзы из секты Дао. Никогда бы не подумал, что ты и есть тот, кого я ищу. Лишь некоторое время спустя я узнал, что упустил тебя. Проведя много времени в мире смертных, я встретился с огромным количеством выдающихся мастеров, но всё-таки, ты поразил меня сильнее остальных, — подытожил он.

Цинь Му налил ему ещё вина, улыбаясь:

— Я предложил тебе выпить, и когда мы закончим, независимо от того, убьёшь ты меня, или я тебя, я всё равно буду радоваться этому событию. Здесь не будет о чём сожалеть.

Сюй Шэнхуа приподнял свой бокал, и парни чокнулись, прежде чем залпом выпить всё, что было налито.

— Между нами всё-таки есть отличие, отличие между оригиналом и подделкой Тела Тирана. То, что ты меня нашёл, — это не просто стечение обстоятельств. Нет, это связь Тела Тирана с его подделкой. Нам с тобой суждено быть врагами, а не друзьями.

— Тело Тирана? — растерялся гость.

— Брат Сюй не знает о Теле Тирана? — указав на себя пальцем, улыбнулся Цинь Му. — Я Тело Тирана, а ты моя подделка. Между нами существует незримая связь, и дело не в том, что ты потомок Высших Небес, а я новый Император Людей, что вынуждает нас сражаться до смерти. Дело в том, что мы с тобой оба владеем Телами Тирана. Ты поддельное Тело Тирана, а я истинное, и ты должен меня убить, чтобы украсть мою судьбу и стать настоящим.

После этого ответа, Сюй Шэнхуа казался ещё более растерянным.

— Не странно, что брат Сюй не знает деталей, — серьёзно продолжал Цинь Му. — Информация о Теле Тирана хранится в тайне, о нём знает очень мало людей. Но сам подумай, изо всех выдающихся мастеров нашего мира, именно ты стал наследником Высших Небес, а я — новым Императором Людей. Думаешь это совпадение? Нет! — сжав кулаки, юнец властно сказал. — Это деяния судьбы Тела Тирана!

Сюй Шэнхуа был ошеломлён. Спустя некоторое время, он промямлил:

— Я — Тело Тирана? Мой учитель Нефритовый Владыка никогда об этом не говорил…

— Тело Тирана — это самый сильный вид телосложения! Разве ты не достиг успехов в тренировках, познавая любые науки с первой попытки? До того, как обычные духовные тела успевают приступить к изучению нового искусства, ты уже полностью его осваивал, не так ли? — с мрачным выражением лица спросил Цинь Му.

Кивнув, Сюй Шэнхуа изумлённо ответил:

— Так дело в Теле Тирана…

— Именно! — поставив бокал на стол, взволнованно воскликнул Цинь Му. — Тебе не казалось, что совершенствование других людей намного слабее твоего? Разве одни и те же божественные искусства не обретают намного большей мощи в твоих руках?

Снова кивнув, Сюй Шэнхуа ответил:

— Когда мне было четырнадцать, в Высших Небесах не осталось для меня достойных противников. Даже когда мой учитель запечатывал свои божественные сокровища, его совершенствование значительно мне уступало.

— Дело в Теле Тирана! — с искренним взглядом объяснил Цинь Му.

Сюй Шэнхуа пробормотал себе под нос:

— Так дело в Теле Тирана… Но почему брат Цинь говорит, что он оригинал, а я подделка? Какая между нами разница?

Выражение лица парня было невероятно серьёзным.

Снова налив ему вина, Цинь Му улыбнулся:

— Ты не можешь меня одолеть, поэтому ты подделка. Давай выпьем, ведь мы оба Тела Тирана!

Парни снова выпили вино залпом, после чего Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Как мы можем знать, кто победит, а кто проиграет, если мы никогда не сражались? Может быть это я настоящее Тело Тирана, а ты подделка? Может быть это тебя невидимая связь привела украсть мою судьбу и стать оригиналом?

Ошеломлённый Цинь Му почесал голову со словами:

— Это вполне возможно. Давай ещё разок за Тело Тирана!

Он подтолкнул одну бутылку вина к Сюй Шэнхуа, и схватил вторую, тут же принимаясь пить с горла, высоко задирая голову.

Сюй Шэнхуа нахмурился. Несмотря на то, что он уже пил вино, он всегда знал свой предел, останавливаясь вовремя. Никогда раньше он не шёл во все тяжкие, напиваясь до отвала. Тем не менее, Цинь Му уже крепко схватил свою бутылку, мгновенно опустошая её, так что ему не оставалось ничего другого, кроме как присоединиться.

Лин Юйсю снова тыкнула Цинь Му пальцем, нежно говоря:

— Пастушок, ты почти пьян, хватит!

Делая глубокий глоток, Цинь Му чувствовал, что уже слегка поддатый. Улыбаясь от уха до уха, он ответил:

— Редко встречаешь человека со схожим путём, так что нет ничего странного в том, чтобы напиться. Сестрёнка, принеси ещё вина из имперского дворца.

— Там больше не осталось, я взяла три последние бутылки. Остальное вино было продано отцом, чтобы наполнить сокровищницу, — покачала головой девушка. — Он продал даже часть моих украшений и нарядов.

Громко рассмеявшись, Цинь Му стукнул бутылкой о стол и поднялся:

— Я хотел пить до отвала, и сразиться с братом Сюем когда протрезвею, но не предвидел того, что вино может закончиться быстрее, чем наши силы. Брат Сюй, пошли.

Положив свою бутылку, Сюй Шэнхуа встал. Цзин Янь немедленно поднесла влажное полотенце, чтобы вытереть ему руки и лицо:

— Идём.

Двое парней вышли наружу. По дороге Цинь Му обернулся, попросив:

— Сестра Юнь’эр, запиши на мой счёт.

Фу Цинюнь захихикала:

— Владыка, должно быть, шутит. Павильон Слушания Дождя — это Ваша собственность, о каком счёте может быть речь?

Лин Юйсю побледнела: «Так пастушок открыл бордель! Я никак не могла понять, почему он привёл меня в такое место, а оказывается, что это его собственность!»

Она быстро вышла, Ху Лин’эр выбежала следом. Возле них шли Юй Лю и Цзин Янь, несущие с собой пипу и нефритовую вазу.

За пределами столицы раздавался звон производственной фабрики, работающей над Божественной Пушкой Солнечного Удара. Цинь Му и Сюй Шэнхуа бок о бок вышли из города, неподалёку от источника шума.

Юй Лю и Цзин Янь чувствовали себя неспокойно. Повсюду были люди Цинь Му, отчего девушки боялись, что парень в любой момент отдаст экспертам приказ убить Сюй Шэнхуа!

Ведя гостя вперёд, Цинь Му спросил:

— Как брату Сюю Империя Вечного Мира?

— Поистине невероятная, — осматривая огромные печи и механических гигантов на фабрике, юноша похвалил. — Невероятное мастерство!

Взяв в руки часть механизма, Цинь Му осторожно провёл рукой по рунным символам на её поверхности. Разглядывая безупречное качество, он сказал:

— Я много сделал для этой божественной пушки. Я нашёл огромное количество экспертов-математиков и использовал все деньги из сокровищницы Империи Вечного Мира. Через два месяца работа будет закончена. Если ты доживёшь до этого дня, обязательно приди посмотреть на неё. Она создана, чтобы испепелить Высшие Небеса.

Сердце Сюй Шэнхуа вздрогнуло, когда он внимательно осмотрел руны. Выражение его лица постепенно мрачнело, когда глаза перепрыгивали из одного механизма на другой.

Цинь Му позволил ему беспрепятственно блуждать по фабрике, спокойно сопровождая со сложенными за спиной руками. Он думал: «Твоё сердце растерялось ещё до начала боя, ты уже проиграл. Брат Сюй, у тебя всё ещё слишком мало опыта!»

Глава 358. Истощён до смерти

Не только совершенствование, божественные искусства и техники влияли на сражения жизни и смерти. Ум и знания также влияли на них. Что касается этого вопроса, Цинь Му был достаточно опытен.

В секте Дао было множество экспертов, которые обычно успокаивали свои сердца, сжиганием палочек благовоний и принимали ванну перед битвой жизни и смерти. Некоторые даже медитировали в течение трёх дней, чтобы избавиться от всех отвлекающих мыслей в голове, не позволяя абсолютно ничему помешать им.

Несмотря на то, что Сюй Шэнхуа сказал, что он одолел всех на Высших Небесах и не имел противников в той же области, бои на там, как правило, не были битвой жизни и смерти. У него было слишком мало опыта в этой области, его даже можно было сравнить с чистым листом бумаги. Даже если в его понимании мир смертных был “грязным”, здесь, постоянно происходили битвы не на жизнь, а на смерть…

Независимо от того, был ли это Мастер Дао Линь Сюань, чья сила была сравнима с таковой у Паньгун Цо, молодые эксперты, такие как Лин Юйсю, Сы Юньсян, Чэнь Ваньюнь, или даже авторитетные люди в возрасте, такие как Имперский Наставник и Император Яньфэн, все они поднялись над другими через множество битв жизни и смерти. С точки зрения знаний о сражениях, они во много раз превзошли Сюй Шэнхуа.

Если бы это был Цинь Му, он бы никогда не пошёл проверять компоненты вражеской божественной пушки перед битвой жизни и смерти, ведь это бы слишком сильно истощило его разум.

Для разработки Божественной Пушки Солнечного Удара Цинь Му пригласил сотни экспертов по алгебре и даже профессионалов и талантов в ковке сокровищ. Он буквально с нуля переделал фабрику и, чтобы выковать божественную пушку, собрал знания всех тех людей, которых привёл. Если Сюй Шэнхуа действительно хотел понять её чудеса, ему придётся за короткое время запомнить все их знания, что неминуемо приведёт к истощению его разума. Истощение разума, безусловно, повлечёт за собой ухудшение его способностей, а приспособляемость в бою значительно уменьшится.

Если реакция Сюй Шэнхуа замедлится хотя бы на миллисекунду, этого будет достаточно для Цинь Му, чтобы нанести ему поражение!

Сюй Шэнхуа изучил руны на компонентах в производственной фабрике и рассчитал форму и мощность божественной пушки. Там находились десятки тысяч компонентов, руны на каждом из которых разнились, то же самое касалось построений. Также он, надеясь на свои познания, рассчитывал всё не по порядку, что истощило его разум ещё больше. Внезапно он почувствовал лёгкое головокружение и пришёл к осознанию. Он поспешно закрыл глаза, а когда открыл, посмотрел на Цинь Му.

Юноша показал улыбку и кивнул ему. Его улыбка сияла, как солнечный свет в ночи, а сам он был похож на большого мальчика, который даже не знал, что означает интрига. Однако в глазах Сюй Шэнхуа эта сияющая улыбка казалась несравненно злой.

— Большое спасибо, брат Цинь. Я научился новому движению, — собравшись с мыслями, подошёл Сюй Шэнхуа. Делая это, он старался изо всех сил забыть все руны, которые запомнил ранее. Это всё-таки было лучше, чем ничего не делать.

Цинь Му слегка улыбнулся, покидая фабрику, и неторопливо сказал:

— Брат Сюй, ты всё ещё думаешь, что для тебя полезно оставаться на Высших Небесах?

Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Пребывая там, я никогда не испытывал истинных сражений, из-за чего мой рост замедлялся. Мир смертных — это действительно место для роста, а так как брат Цинь вырос здесь, ты действительно самый ужасающий противник, которого я встречал.

Двое шли бок о бок вверх по реке Мутной.

Ху Лин’эр, Лин Юйсю, Юй Лю и Цзин Ян последовали за ними и ступили на поверхность реки. В этот момент многочисленные даосы вышли из производственной фабрики во главе с Мастером Дао Линь Сюанем. Они шли за ними шаг за шагом и подходили к реке.

Линь Сюань посмотрел с удивлением. Игнорируя четырёх девушек, его взгляд упал прямо на идущих по реке Цинь Му и Сюй Шэнхуа.

— Мастер Дао, эти двое очень сильны! — пробасил старый даос. — Мы все знаем Владыку Культа Циня с его непостижимыми способностями, но каково происхождение другого юноши?

— Сюй Шэнхуа с Высших Небес, я встретил его, когда последовал за мастером в Маленькую Нефритовую Столицу, — взгляд Линь Сюаня мерцал. — Он одолел меня за пять движений.

Сердца многочисленных даосов секты Дао вздрогнули. Даже Цинь Му вряд ли смог бы одолеть Линь Сюаня за пять движений. На протяжении многих лет молодой Мастера Дао совершенствовался вместе со старым Мастером Дао, в итоге несравненно глубоко постигнув математическую науку. Как результат, его понимание Меча Дао также стало феноменальным, поэтому способностями он определённо не уступал таковым у старого Мастера Дао во времена молодости, а скорее даже превосходил!

Мастер Дао Линь Сюань не остановился, ведя всех вперёд, и мягко добавил:

— Его техника становится сильнее, когда он встречает более сильных противников. Самое страшное, что чем сильнее его противник, тем больше силы будет вызвано его техникой и божественными искусствами. В Маленькой Нефритовой Столице он одолел много людей. Я хотел бы знать, есть ли кто-то, кто сможет принять его божественные искусства, кто-то, кто сможет заставить его прорваться через пределы его техники и божественных искусств, чтобы достичь предела!

Дух Мастера Дао стал весьма энергичным, но он попытался усмирить его, чтобы не помешать двум идущим впереди:

— Император Людей может быть таким человеком!

Вода в реке заволновалась.

Цинь Му и Сюй Шэнхуа не остановились, продолжив идти вперёд. Вскоре они перешли на противоположный берег реки, но опять не остановились.

«Он даёт мне возможность отдохнуть, — Сюй Шэнхуа выучил ещё одно движение, и его сердце слегка дрогнуло. — Он привёл меня на фабрику, чтобы мой разум был истощён, и одержал верх. Теперь он даёт мне возможность отдохнуть, это показывает, что ему всё равно, исчерпан ли мой разум или нет, словно он был с самого начала лучше! Мой разум был истощён несколько минут назад, и теперь он оказывает давление на психическом уровне. Он заставляет меня чувствовать, что я уступаю ему!»

Несмотря на то, что Сюй Шэнхуа понимал образ мыслей Цинь Му, он уже угодил в его ловушку и не мог вырваться из неё. Битва уже началась, когда он встретился с ним выпить вина в Павильоне Слушания Дождя!

Уже там он поддался темпу паренька, план которого сработал без сучка и задоринки. Если бы они продемонстрировали свои движения, можно было бы легко представить, насколько властной и безудержной оказалась бы атака Цинь Му!

«Тело Тирана действительно экстраординарно. Тем не менее, я тоже Тело Тирана! Поэтому я не слабее!» — оглянувшись, подумал Сюй Шэнхуа.

Их шаги постепенно становились одинаковыми, но один шёл первым, а другой вторым. Всякий раз, когда Цинь Му делал шаг вперёд, Сюй Шэнхуа делал то же самое. Он был как тень, вызывая у людей странное чувство.

Четыре девушки, следующие за ними, увидели это зрелище. Два больших мальчика шли один за другим, один впереди, раскрывая для удара свою спину, другой позади, не рискуя нанести смертельный удар. Вместо этого он выглядел так, будто был скован и неохотно шёл вперёд.

«Молодой Мастер в невыгодном положении!» — сердца Юй Лю и Цзин Ян слегка вздрогнули, ведь им впервые довелось увидеть, как Сюй Шэнхуа оказался в невыгодном положении ещё до начала боя.

На Высших Небесах Сюй Шэнхуа далеко превзошёл определение слова “выдающийся”, он поразил там всех богов. Его восхваляли как человека с самыми высокими способностями за пятьсот лет, а когда он спустился в мир смертных, то подтвердил истинной такой репутации.

Паньгун Цо из Дворца Золотой Орхидеи увильнул от битвы, Монастырь Великого Громового Удара не захотел сражаться, Даоцзы Линь Сюань принял вызов и был побеждён вместе со всеми экспертами Маленькой Нефритовой Столицы, а тамошние испытания Зала Трёх Эонов и Зала Пяти Ци были успешно пройдены… Но сейчас он встретил своего самого страшного противника!

Пройдя с Сюй Шэнхуа сто километров, Цинь Му был слегка удивлён. Красавчик всё ещё шагал неуверенной, неохотной походной, но не раскрыл ни одной слабости!

Уму непостижимо!

Даже Паньгун Цо, тот старый монстр, проживший не одну тысячу лет, не смог бы продолжать идти так уверенно!

Паньгун Цо был экспертом в техниках и божественных искусствах Монастыря Великого Громового Удара, секты Дао, Маленькой Нефритовой Столицы и Небесного Дьявольского Культа. Но если бы он был подавлен Цинь Му и продолжал идти за ним, он начал бы колебаться уже после десяти километров, в итоге изменив движение своего тела, чтобы убедиться, что не раскроет никаких недостатков.

Когда дело дошло бы до двадцати километров, Паньгун Цо начал бы раскрывать свои слабости, и ему стало бы трудно продолжать. На двадцати одном километре он бы, в попытке не упустить переломный момент, определённо атаковал Цинь Му первым. В противном случае его ждала бы смерть!

Если бы Паньгун Цо так и не напал, продолжив следовать по стопам Цинь Му, он бы умер на двадцать четвёртом километре. Тот убил бы его с одного удара!

Тем не менее, Сюй Шэнхуа до сих пор шёл по стопам Цинь Му… и даже несмотря на свою ведомость, его шаги и движения тела не дрогнули, что говорило о неуязвимости!

От реки Мутной и на протяжении более ста километров, он не раскрыл никаких недостатков!

«Ван Мужань сказал, что его техника и божественные искусства очень странные, они становятся сильнее при встрече с более сильными противниками. Чем сильнее враг, тем быстрее он проиграет! Все его божественные искусства приспосабливаются на месте и создаются прямо в бою. Этот вид техники, безусловно, чрезвычайно высокого уровня. Должно быть он превзошёл технику и сразу овладел уровнем навыка!» — Цинь Му становился всё более взволнованным. Он не повернул назад, вместо этого продолжал идти вперёд на ещё большей скорости!

Техника Сюй Шэнхуа была очень мистической, позволяя ему превзойти технику и перейти прямо на уровень создания божественных искусств. Цинь Му хотел проверить пределы этой техники и посмотреть, какова она по сравнению с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Шаги Цинь Му становились всё быстрее, а аура всё сильнее. Он летел вперёд со скоростью молнии, но его шаги были по-прежнему спокойны. Не было никакого смысла спешить. Сюй Шэнхуа следовал за ним, его шаги тоже были по-прежнему устойчивыми, без каких-либо признаков на ошибки.

Их скорость становилась всё выше…

Внезапно лицо Сюй Шэнхуа побледнело, но он проследовал за Цинь Му ещё одну сотню километров, прежде чем подошёл к своему пределу и вырвал свежей кровью.

Цинь Му продолжал двигаться вперёд, а Сюй Шэнхуа продолжал бежать за ним и сплёвывать кровь. Несмотря на то, что его на ходу рвало кровью, в его движениях всё равно не было никаких недостатков.

Однако, если его продолжит так выворачивать кровью, он израсходует её всю и умрёт!

С самого начала и до конца Цинь Му ни разу не атаковал его, вот только он всё равно оказался раненым. Во время всего путешествия их ауры, техники тела и божественные искусства были на самом деле в бою. Несмотря на то, что казалось, что не было никакой опасности, битва уже началась, и для ошибок места не было.

Техника и божественные искусства Сюй Шэнхуа основывались на адаптации на месте и создании, таким образом, они имели чрезвычайно высокие требования к умственному развитию. Он исчерпал свой разум на фабрике, и даже при том, что противник дал ему время на отдых, его разум не мог восстановиться так легко. С того момента, как его впервые вырвало кровью от истощения из-за продолжительной ходьбы, нагрузка на мозг только увеличивалась.

Цинь Му не хотел атаковать его, ожидая пока тот будет истощён до смерти!

Если он продолжит идти, его мозг определённо исчерпает свои последние силы.

Чёрные пряди волос Сюй Шэнхуа постепенно начали становиться белесо-серыми. Пока он кашлял кровью, он шёл по стопам Цинь Му. Истощение его умственной силы уже повлияло на его тело. Если ничего не изменится, он скоро загонит себя до смерти!

Внезапно Цинь Му остановился и улыбнулся:

— Если я убью тебя вот так, ты определённо не примешь этого, а я не почувствую удовольствия от битвы. Брат Сюй, вылечи свои раны и восстанови жизненную Ци. В следующий раз, нас ожидает битва жизни и смерти.

Сюй Шэнхуа остановился и открыл рот. Он хотел что-то сказать, но внезапно упал на землю и потерял сознание.

— Действительно почтённый и ужасающий противник, — похвалил Цинь Му. Оставив Сюй Шэнхуа лежать на земле, он повернулся, собираясь уйти. Кровь просочилась в уголке его рта, но он немедленно всё проглотил.

Да, Цинь Му почти истощил Сюй Шэнхуа до смерти, но сам еле выдержал это. Деревенские старики говорили, потерпеть поражение в битве — это ещё ладно, но ни в коем случае нельзя себя посрамить поведением.

Глава 359. Еда Мира Смертных

Сюй Шэнхуа медленно проснулся, заметив, что находится на больничной койке, а на его лбу лежит тёплое, мокрое полотенце. Юноше казалось, что его череп собирается треснуть от тысяч голосов и криков, звенящих в уме и ушах. Будучи на грани взрыва от сильной боли, ему захотелось отрубить голову, пнув куда подальше, чтобы наконец расслабиться!

Не удержавшись, Сюй Шэнхуа прокричал, и снаружи тут же послышался голос Цзин Янь:

— Молодой мастер проснулся?

Девушка в спешке вбежала внутрь, заполнив комнату ароматом лекарств. Радуясь и удивляясь, она посмотрела на больного.

— Я… проиграл… — лицо Сюй Шэнхуа обрело ошеломлённое выражение.

— Молодой мастер проспал очень много времени, сейчас я сварю лекарств… — тут же ответила девушка.

— Как долго я спал? Где мы? — ошарашенно спросил он, чувствуя оглушающий стук сердца в ушах.

— Мы всё ещё в столице, мастер проспал больше двух дней, — Цзин Янь помогла ему приподняться в кровати, продолжая. — Сестра Юй Лю где-то узнала, что в столице есть божественный врач, владеющий невероятными способностями, поэтому отправилась его найти.

Сюй Шэнхуа хотел пошевелить рукой, но внезапно снова вскрикнул от боли. Ему казалось, что его голову разрубили ножом.

— Молодому мастеру лучше не двигаться и ни о чём не думать, — немедленно предупредила девушка. — Плохиш Цинь повёл тебя за собой, на что ты неосознанно согласился. Он нападал, а ты защищался, отчего оказался в невыгодной ситуации. Кроме техники, тебе понадобились божественные искусства, чтобы суметь выдержать его давление, что привело к полному истощению мозга. Если начнёшь думать, то мозг напряжётся, так что пока он не восстановился, лучше отдохни. Давай дождёмся прихода божественного врача.

Ничего не проговорив, Сюй Шэнхуа закрыл глаза и больше не пытался двигаться. Он вспоминал произошедшее. Сначала Цинь Му показал ему Божественную Пушку Солнечного Удара, чтобы истощить часть энергии его разума, после чего заставил прогуляться в своём темпе, умственно давя.

Идя вперёд, они сражались друг с другом посредством ауры, но у Цинь Му оказалось выгодное положение, так как он атаковал первым. Замечая убийственные намерения противника, Сюй Шэнхуа тут же готовился к защите и последующей контратаке, изменяя течение своей Ци и движения тела, чтобы быть полностью готовым к любому повороту.

Его техника была невероятно изящной и могла создавать новые божественные искусства, чтобы защититься от атак противника. Однако, так как Цинь Му не решился начинать бой, ему пришлось постоянно создавать всё новые искусства, так и не используя их по назначению.

Таким образом противник продолжал безостановочно давить на него своей аурой, вынуждая защищаться. Пройдя всего лишь триста километров, он полностью исчерпал свои умственные силы, оказавшись не в состоянии продолжать. Его тело тоже было на пределе, отчего его вырвало кровью, а чуть погодя покинуло и сознание, приводя к неминуемому падению в обморок.

Если бы Цинь Му не остановился, увидев ситуацию, а продолжил идти вперёд, то пройдя ещё несколько метров, Сюй Шэнхуа выблевал бы всю свою кровь вплоть до того, что его мозг умер бы от истощения.

Противник мог запросто довести его до смерти… Ему нанесли сокрушительное поражение!

Сюй Шэнхуа ещё ни разу не оказывался в столь беспомощной ситуации, и в его сердце поселилась невероятная горечь. Впервые в жизни он чувствовал себя настолько плохо.

Снаружи раздался голос Юй Лю:

— Янь, выйди на минутку!

По дороге из комнаты, девушка спросила:

— Молодой мастер пришёл в себя, но ещё не может двигаться. Ты нашла божественного врача?

— Да, но…

В этот миг Цзин Янь переступила через порог, тут же издавая ошеломлённый визг:

— Почему он?

— Я удивилась даже сильнее, чем ты, но после недолгих просьб он согласился помочь… — горько улыбнулась Юй Лю.

Открыв глаза, Сюй Шэнхуа проговорил слабым голосом:

— Где врач? Пусть войдёт.

— Брат Сюй! — занавеска распахнулась, и из-за неё показалась лисья улыбка Цинь Му.

Ошеломлённо уставившись на вошедшего, больной ощутил, как головная боль резко усилилась. Но врач в спешке бросился на помощь. Достав несколько пилюль Духовного Будды и с улыбкой затолкав их ему в рот, он сказал:

— Постарайся не слишком беспокоить свой разум. Когда-то я тоже побывал в подобной ситуации. Совершенствуя технику, я полностью истощил своё тело, почти доведя себя до смерти. Твои симптомы свидетельствуют о перенапряжении мозга. Но на самом деле, ранения не слишком серьёзны, поэтому за месяц-два ты сможешь медленно, но, верно, оправиться. Впрочем, с моей помощью ты станешь здоровым за день.

Наконец сглотнув пилюли, Сюй Шэнхуа начал чувствовать себя лучше. Его голова продолжала болеть, но уже не так сильно, как раньше. Он понемногу возобновлял контроль над своими конечностями, чувствуя, что к нему возвращается контроль над собственным телом.

— Так ты ещё и божественный врач?

— Меня нельзя считать божественным врачом. В лучшем случае мои знания потянут на второе место в мире. Тем не менее, в Империи Вечного Мира ты не найдёшь более умелого целителя.

Потратив некоторое время на осмотр состояния Сюй Шэнхуа, Цинь Му составил список лекарств, улыбнувшись передал его Юй Лю и проговорил:

— С помощью моих духовных трав, твои силы возобновятся за два-три дня. Победа и поражение идут бок о бок в мире войн, собственно, как и в жизнях людей, преследующих путь самосовершенствования, то есть нас, практиков. Так что не бери близко к сердцу.

Посмотрев ему в лицо, Сюй Шэнхуа неожиданно вздохнул:

— Есть моменты, в которых я тебе и вправду уступаю. Ты смог одолеть меня обманом, но я не держу на тебя зла. Я пришёл убить тебя по приказу моих учителей, думая лишь о том, чтобы побыстрее закончить миссию и вернуться на Высшие Небеса. Никогда не ожидал, что начну относиться к тебе, как к другу.

Цинь Му тоже вздохнул:

— Тело Тирана трудно найти. Тем не менее, мы с тобой врождённые враги, нам никогда не удастся стать друзьями.

Оба парня замолчали.

Спустя некоторое время Юй Лю вернулась с травами, и Цинь Му занялся готовкой лекарств для Сюй Шэнхуа.

Приняв их, молодой человек начал неуверенно ходить вокруг кровати, дрожа всем телом.

— Я ясно ощущаю, что мои ранения зажили, почему я всё ещё не могу ровно стоять? У меня до сих пор дрожат руки… — нахмурился он.

На мгновение задумавшись, глаза Цинь Му внезапно зажглись, и он улыбнулся:

— Я знаю, что за болезнь тебя мучает. Идём со мной. — сказав это, он пошёл на улицу.

Сюй Шэнхуа попытался идти следом, но его ноги всё ещё дрожали, поэтому Юй Лю и Цзин Янь пришлось ему помочь.

Так как он был наследником Высших Небес, ему было негоже останавливаться в каком-то потрёпанном и невзрачном месте. Корчма была для него слишком шумным заведением, поэтому он арендовал целый дом, который оказался довольно тихим.

Выведя его на улицу, Цинь Му начал осматриваться по сторонам. Увидев то, что искал, он улыбнулся:

— Вот лекарство для лечения твоей болезни.

Сюй Шэнхуа и две сопровождающие его девицы были ошеломлены. Усевшись перед одной из лавок, Цинь Му заговорил к её владельцу:

— Десять тарелок лапши, самых больших. В первую тарелку не добавляй масла чили, просто слегка посоли. И когда будешь замешивать тесто, добавь ещё лишнее яйцо. Что вы уставились, присаживайтесь!

Юй Лю и Цзин Янь нахмурились, смотря на стоящую посреди улицы лавку с лапшой. Прямо перед ней двигался бесконечный поток людей, так что нельзя было избежать попадания пыли в еду. Все её посетители были грубыми мужчинами, одного взгляда на них было достаточно чтобы понять, что это простые чернорабочие.

Разве гости из Высших Небес могли обедать в обычных уличных лапшичных? Им становилось гадко от одной лишь мысли об этом.

Следовало помнить, что Высшие Небеса были священной обителью богов, находящейся высоко в небе, так что её жители ели и пили лишь то, что в мире смертных считалось редкими деликатесами. Более того, тамошние люди были невероятно аккуратны, избегая даже малейших пылинок.

Владелец лавки тоже был грубоватым мужчиной. Доставая лапшу голыми руками, он с громким хлопком бросал её на тарелку. Было очевидно, что еда была не слишком чистой.

Тем не менее, Сюй Шэнхуа пыхтя сел.

Юй Лю и Цзин Янь не оставалось ничего другого, кроме как сесть возле него и начать стирать со стола масляные пятна чистыми полотенцами. Вскоре девушки нахмурились не в силах совладать с грязью. Они не могли успокоиться, чувствуя, что даже кресла под их задницами были покрыты жиром.

Тем не менее, Сюй Шэнхуа сидел спокойно, дожидаясь своей лапши.

Вскоре подали первую тарелку размером с умывальник, доверху наполненную супом с чистой яичной лапшой. Обладая безупречной формой, лапша напоминала нити из белого нефрита, положенные в суп и посыпанные нарезанными овощами.

Сюй Шэнхуа посмотрел на блюдо, понятия не имея, как его есть.

Цинь Му передал ему палочки для еды, но он всё равно не знал, что с ними делать. Вонзив их в клубок лапши, он не смог вытащить её из тарелки. На Высших Небесах ему не приходилось пользоваться палочками, так как он питался лишь духовными пилюлями, а пил лишь росу. И прямо сейчас ему впервые в жизни довелось вкусить пищу смертных…

Но немного понаблюдав за местными, он, наконец, понял, как пользоваться парой палочек.

— Не спеши, — сказал Цинь Му, тыкая на него пальцем. — Ты голодал последние несколько дней, так что существует риск повредить желудок если есть слишком быстро. Твоя болезнь — голод, из-за того, что ты перенапряг мозги, все твои силы направились именно туда. Израсходовав свою энергию, ты упал в обморок, после чего не ел ещё два дня, так что нет ничего странного в твоей слабости. Выпей сначала суп, он поможет с пищеварением.

Послушавшись совета, Сюй Шэнхуа начал с супа.

Вскоре подали тарелки Цинь Му, Юй Лю и Цзин Янь. Пара девиц были слегка насторожены, но Цинь Му не обратил на это внимания, щедро доливая в свою лапшу масло чили.

Закончив со своей едой, Сюй Шэнхуа нетерпеливо посмотрел на остальных.

Цинь Му тут же предупредил:

— Сначала перевари, потом подадут вторую тарелку.

Послушно сидя, гость ждал, и к тому времени, когда Цинь Му доел, на столе оказалось ещё три тарелки лапши:

— Брат Сюй, можешь приступать.

Парень тут же набросился на еду. Повторяя за соседом, он полил свою лапшу жгущим маслом чили, и после первой пробы его тело начало испускать горячий пар.

Когда Юй Лю и Цзин Янь доели, Сюй Шэнхуа уже опустошил седьмую тарелку, после чего откинулся в кресле с довольным лицом.

Двое девушек тревожно переглянулись… у их молодого мастера никогда раньше не было проблем с манерами, а теперь он развалился на всё кресло!

«Император Людей поистине злой человек. Если молодой мастер проведёт с ним ещё немного времени, то и вовсе начнёт вонять!» — смотря друг на друга, тревожились девушки.

Поднявшись с места, Цинь Му спросил:

— У брата есть монеты Великого Изобилия?

Оцепеневший Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Обычно Юй Лю занимается деньгами…

С тревогой на лице девушка тихо проговорила:

— Молодой мастер, мы потратили все наши деньги на травы для твоего лечения. Я даже заложила свою собственную заколку, только после этого смогла купить всё, что нужно…

Цинь Му достал монету Великого Изобилия и оплатил счёт, качая головой:

— Я представить не могу как вы вообще выживаете. На этот раз я оплачу. Брат Сюй, поднимайся. Ты очень много съел, так что нужно пройтись.

Сюй Шэнхуа встал на ноги, Юй Лю и Цзин Янь немедленно бросились ему на помощь, но парень тут же их остановил:

— Можете не помогать. Я и вправду страдал от голода, и уже чувствую себя намного лучше. Теперь я могу передвигаться самостоятельно.

Четверо людей пошли на прогулку.

Юй Лю не переставала беспокоиться: «Император Людей снова собрался измотать молодого мастера до смерти?»

Добравшись до окраин столицы, Цинь Му повёл их в сторону производственной фабрики. Увидев её перед собой, Сюй Шэнхуа взволнованно спросил:

— Зачем брат Цинь снова привёл меня сюда?

Улыбаясь, Цинь Му ответил:

— Не подумай ничего дурного. Пока ты лежал без сознания, мы закончили строить основание Божественной Пушки Солнечного Удара, и уже приступили к её сборке. Мне нужно лично сложить основание, чтобы убедиться, что всё прошло гладко. Кстати, ты собираешься оплатить мои услуги? Моё лечение невероятно дорого стоит.

Сюй Шэнхуа простонал:

— У меня нет денег!

— В таком случае, брат Сюй… — глаза Цинь Му зажглись, когда он шёл вперёд, говоря загадочным тоном. — Ты когда-нибудь слыхал о Небесном Святом Культе?

Глава 360. Его сердце уже не то…

Сюй Шэнхуа был сбит с толку и сказал:

— Ты не только Император Людей, ты также Владыка Небесного Дьявольского Культа, я, естественно, слышал об этом. Почему брат Цинь спросил об этом?

Цинь Му буквально сиял от счастья:

— Если брат Сюй захочет присоединиться к нашему Небесному Святому Культу, тебе не придётся мне платить. Несмотря на то, что я Император Людей, я также Владыка Небесного Святого Культа. Зал Императоров Людей может иметь глубокую обиду на Высшие Небеса, но Небесный Святой Культ их не имеет, верно? Если брат Сюй присоединится к Небесному Святому Культу, это будет беспроигрышная ситуация.

Выражения лиц Юй Лю и Цзин Янь странно перекосились. Действия этого юноши были поистине абсурдными и нелогичными. Высшие Небеса и Зал Императоров Людей являлись заклятыми врагами, но он всё же пригласил своего врага присоединиться к Небесному Святому Культу!

«Император Людей подумал, что девять чаш лапши и лечение могут заставить молодого Мастера Сюя присоединиться к его Небесному Святому Культу? Какой же он наивный», — подумала Цзин Янь.

Сюй Шэнхуа замолчал на мгновение, прежде чем ответить:

— Брат Цинь, прекращай шутить. Не волнуйся, я верну тебе деньги как можно скорее.

Цинь Му не возлагал особых надежд на то, что он согласится присоединиться к его культу. Несмотря на то, что Небесный Святой Культ не был заклятым врагом Высших Небес, Святой Дровосек Небесного Святого Культа и Император Людей Первого Поколения Зала Императоров Людей происходили от Эпохи Императора-Основателя. У них была одна и та же цель, но разные методы её достижения.

Зал Императоров Людей, чтобы достичь своей цели, полагался на прямое противостояние, в то время как Небесный Святой Культ, полагаясь на философию простых людей, добивался своего через подталкивание к улучшению мира в целом. Конечной точкой для обоих священных обителей было свержение господства богов и построение мира в их сердцах. Что касается этого момента, их философия, естественно, противоречила Высшим Небесам.

Многочисленные практики божественных искусств хлынули из производственной фабрики. Приведя в движение свою Ци, они подняли в небо огромные детали. Пока те там парили, Цинь Му ходил по воздуху, регулируя их положение. Даже при том, что это была только основа божественной пушки, руны построений были чрезвычайно сложны.

Особенно пятьдесят шесть лечебных печей, которые он разработал самолично. Каждая печь была огромна, из-за чего тяжело поддавалась ковке, не говоря уже о том, что состояла из доброй сотни частей разных форм и размеров, а на швах построения рун должны были быть безукоризненными. Однако, на выхлопе получался чрезвычайно стойкий к любым внешним воздействиям, а особенно внутренним, артефакт. Не малую роль в этом сыграла придуманная Цинь Му структура шипа, когда детали могли нанизываться друг на друга стержнями и заранее подготовленными для них выемками, благодаря чему для соединения больше не нужно было использовать ковку.

Надо отметить, что даже если Божественную Пушку Солнечного Удара повредят в бою, из-за чего какая-то её часть перестанет нормально функционировать, последнюю можно будет быстро удалить и заменить на новую, исправно рабочую. После замены божественная пушка будет стрелять с такой же мощью и удалью, как и прежде.

Соединяя основание божественной пушки, многочисленные чиновники собрались за пределами фабрики. Даже Император Яньфэн показался, было очевидно, что он придавал большое значение производственному процессу.

— Структура шипа Смотрителя Цинь может быть также использована для духовного оружия и летающих кораблей на поле боя, — Император был полон похвал, когда говорил с Министром Министерства Работ. — Я чувствую, что нужно внести кое-какие инновации в нашу армию. Если бы летающие мечи и корабли были сделаны с использованием такой технологии, нам удалось в значительной степени уменьшить потери в военное время.

Министр Министерства Работ кивнул головой:

— Однако, их очень трудно ковать.

— С новой фабрикой, которую спроектировал Смотритель Цинь, выковать каждый компонент летающего меча будет не так сложно, — Император Яньфэн задумался над этим ещё на мгновение, а после добавил. — Если бы все фабрики производили большое количество компонентов для замены повреждённых частей духовного оружия, летающих кораблей и облачных колесниц, то даже с крупномасштабной войной потери не были бы слишком высокими! Твоё Министерство Труда должно учиться и популяризировать этот вид новой производственной фабрики, — как только последние слова слетели с его уст, Цинь Му отдал приказ собрать всё воедино. Сотни практиков божественных искусств соединили компоненты в центре, образовывая круглую пластину площадью шесть соток. После этого вернувшийся с передовой на севере Канцлер Ба Шань, подняв обе руки, использовал свою плотную магическую силу, чтобы поднять огромную и толстую круглую пластину.

Несколько сотен практиков божественных искусств снова вышли из фабрики. Среди них находился человек, непрерывно зачитывающий цифры. С каждым названным числом вперёд выходил практик божественных искусств и добавлял к круглой пластине деталь. Чем больше деталей, компонентов добавлялось, тем больше и толще становилось круглое основание. Когда было прикреплено почти десять тысяч частей, ноги Ба Шаня начинали дрожать. Из-за веса ему было трудно даже выпрямить спину.

Гу Линуань вышел вперёд помочь, и, полагаясь на их плотную магическую силу, они подняли круглую, площадь в двадцать гектаров, пластину. Когда число компонентов достигло двадцати семи тысяч, круглая пластина, имевшая площадь в шестьдесят шесть гектаров, была окончательно сформирована. Ниже стояло четыре сильных практика уровня владыки культа, использующих магическую силу, чтобы поднять в небо основание Божественной Пушки Солнечного Удара.

На пластине Цинь Му и многочисленные должностные лица Министерства Работ быстро передвигались, чтобы проверить руны в каждом месте соединения между компонентами. Когда они убедились, что не было никаких проблем, Цинь Му отдал приказ, и огромные звери подтянули большие повозки. Многочисленные целители на повозках тут же спрыгнули вниз и перенесли лекарственные камни на круглое основание.

— Запустить печь, — приказал Цинь Му.

— Запустить печь!

Пятьдесят шесть лечебных печей были запущены, в них были вброшены лекарственные камни. Каждый целитель исполнил свою жизненную Ци, чтобы зажечь их, и пламя мгновенно вспыхнуло. Пламя превратилось из красного в белый, потом в зелёный, а затем в синий. Эта несравнимо ужасающая энергия быстро прошла сквозь руны построений на круглой пластине, активируя одно огромное глобальное построение!

Под круглой пластиной четыре сильных практика уровня владыки культа сразу почувствовали снижение давления. Огромная пушечная батарея больше не нуждалась в них, она держалась сама по себе!

Чиновники начали восхвалять работу:

— Сверхъестественно прекрасное ремесло! Истинное чудо!

Выражение лица Императора Яньфэна поникло. Цинь Му всего лишь собрал основу божественной пушки и проверил работу печей и построений, однако, одна такая простая проверка сожрала столько лекарственных камней, сколько требовалось для ведения войны среднего масштаба целый день!

— Он тратит не свои деньги… — почувствовал боль в сердце император.

Юноша закончил осмотр и спрыгнул с основания. Затем он громко сказал:

— Потушите печи и опустите основание.

Печи постепенно угасали, огромное основание в небе медленно приземлялось на землю. Ветер поднялся и пронёсся мимо всех присутствующих. Их одежды трепетали, а лица страдали от давления воздуха, пока воздушные потоки, наконец, не потеряли силу.

Цинь Му громко сказал:

— Целители, подготовьте лекарственные камни, как только завершим корпус пушки и сбор развилок, мы снова активируем лечебные печи.

Целители приняли приказ.

Лицо Императора Яньфэна побледнело, и он немедленно приказал кому-то пригласить Цинь Му, а когда тот оказался перед ним, с вежливым выражением лица спросил:

— Смотритель Цинь, зачем тебе ещё раз активировать печи?

— Ваше Величество, у Божественной Пушке Солнечного Удара слишком много компонентов, поэтому не допустить никаких ошибок достаточно трудно. Дабы в решающий момент не возникло проблем, после сбора корпуса пушки и развилок мне нужно будет активировать их снова. Ошибки недопустимы.

Император спросил, не отводя взгляда от паренька:

— Сколько раз ещё тебе нужно активировать их?

— Если всё хорошо, то двух-трёх раз будет достаточно, — рассчитав всё, ответил Цинь Му, но тут же добавил. — А если возникнут проблемы, нам нужно будет выявить их. В таком случае я не могу сказать, сколько раз нам придётся активировать их. Особенно на положении божественного глаза, который использует структуры шипа и трёхмерной подвесы шестерни. Это очень сложно, поэтому всегда есть шанс на появление какой-то ошибки. Не волнуйтесь, Ваше Величество, с таким количеством экспертов по алгебре, мы обязательно найдём ошибку в кратчайшие сроки. Я постараюсь контролировать количество активаций, чтобы не перейти за десять и не потратить слишком много денег. Ваше Величество, в следующий раз печь будет запущена через полмесяца. Ваше Величество, может Вы…

— В таком случае всё хорошо. Я больше не приду сюда, поэтому тебе придётся уладить все дела самостоятельно. Министр Министерства Работ, сопроводи меня во дворец.

Цинь Му проводил взглядом императора вместе с несколькими чиновниками. Глядя на него, он задумался: «Неужели император всё ещё не исцелился? Быть такого не может, я с Маленьким Королём Ядов явно вылечили его…»

Сюй Шэнхуа посмотрел на огромную круглую пластину с мрачным лицом. Цинь Му подошёл к нему и с улыбкой спросил:

— Брат Сюй, что ты думаешь об этой пушечной батарее?

— Это работа богов, сверхъестественно прекрасное ремесло, — Сюй Шэнхуа посмотрел на него, добавив. — Брат Цинь тратит всю свою энергию на такие вещи, поэтому я думаю, что он скоро будет побеждён мной. Будучи одновременно божественным врачом и небесным ремесленником, твоя энергия не идёт на совершенствование. Со временем твоё развитие будет превзойдено моим, и ты потерпишь сокрушительное поражение!

— Брат Сюй знает, как использовать тактику разума, — улыбаясь, сказал юноша. — Ты не хочешь, чтобы я выковал эту божественную пушку, а также хочешь принизить мою уверенность. Но для меня, независимо от того, является ли это искусством исцеления или небесными работами, а может и ещё что-то, всё это своего рода совершенствование, где я могу применить свои способности. На самом деле, если бы я хотел одолеть тебя, мне было бы очень просто отравить тебя или даже выковать мощное оружие, коим будет крайне легко разорвать тебя в пух и прах. Как не крути, всё это мои способности.

— Так нельзя, — с замеревшим сердцем проговорил Сюй Шэнхуа

Цинь Му громко рассмеялся и похлопал его по плечу:

— У нас Тела Тирана. Мы не можем сосредоточиться просто на совершенствовании, ведь всегда должны узнавать что-то новое. В следующий раз бросив мне вызов, откуда тебе будет знать, решу я избить тебя голыми руками, отравить, или же нашинковать сокровищами? Плата за моё лечение — тысяча монет, так что заплати их мне как можно скорее. После этого ты снова сможешь бросить мне вызов. Я буду ждать тебя.

Сюй Шэнхуа был ошеломлён, как вдруг через реку перепрыгнула молодая девушка с тремя белыми хвостами, покачивающимися из-за спины. Она быстро выписала долговое обязательство, а после громким, тоненьким голоском заявила:

— Молодой Мастер Сюй, пожалуйста, подпишите!

Сюй Шэнхуа, словно пребывая в прострации, подписался. Девчушка тут же предельно заботливо отложила долговое обязательство, после чего последовала за Цинь Му.

— Я спустился с Высших Небес… И не только не убил Императора Людей, а даже задолжал ему тысячу монет… — покачал головой парень и с горечью в своём сердце вздохнул. — Разве я могу вернуться в таком виде? Юй Лю, Цзин Янь, как мне заработать деньги?

Девушки тоже не смогли найти решение. Самый быстрый способ заработать деньги — продать сокровища. Они принесли довольно много всяких побрякушек с Высших Небес, поэтому продать парочку было не так уж страшно. Однако, когда Сюй Шэнхуа пострадал, они продали всё, что могли. Остались только нефритовая ваза и пипа. Но те являлись сокровищами Владыки Звезды Цяо, поэтому они не могли их продавать.

— Я хорош в музыке, можно как-то подзаработать этим? — спросил Сюй Шэнхуа.

— Молодой Мастер хочет побыть певцом? — воскликнула Цзин Янь. — Нет смысла! Никто не интересуется пением!

— У меня есть некоторые знания в ковке духовного оружия. Может быть я смогу выковать несколько духовных оружий и обменять их на монеты… — пробормотал Сюй Шэнхуа.

— Молодой Мастер планирует стать кузнецом?

Сюй Шэнхуа улыбнулся и сказал:

— Я — Тело Тирана, если не браться, то ничего и не получится, однако, если я возьмусь, то определённо стану лучшим! Не волнуйтесь, даже если это кузнечное дело, я определённо стану лучшим. Ни за что не уступлю Императору Людей Циню, сильнейшее Тело Тирана — Я!

Юй Лю и Цзин Янь обеспокоено переглянулись. Они думали об одном и том же: «Молодой Мастер Сюй, вероятно, больше не вернётся на Высшие Небеса. Его сердце уже не то, что было…»

****

Месяц спустя.

Цинь Му встретил Сюй Шэнхуа в кузнице. Теперь у самого выдающегося ученика Высших Небес больше не было того безупречного, незапятнанного образа. В настоящее время он, орудуя огромным молотом, имел дело с чёрным золотом.

Глава 361. Пробный Выстрел

Когда Цинь Му пришёл в кузницу, то увидел, что Сюй Шэнхуа одел фартук, пытаясь закрыть себя от летящих со всех сторон искр. Однако, это не спасло его изысканную одежду от превращения в обгорелые тряпки.

Парень работал над шпилькой для волос, тысячи раз ударяя по чёрному золоту молотом. Вскоре материал превратился в тонкий лист бумаги, после чего был изогнут в форме ювелирного изделия. Украшение, сделанное подобным образом, обретало тончайшие линии, отчего пользовались огромной популярностью среди представительниц высшего общества.

На самом деле Сюй Шэнхуа успел заработать себе неплохую репутацию в кузнечных кругах столицы. К нему частенько наведывались практики божественных искусств области Шести Направлений, желая выковать себе духовное оружие. Кроме них бывали и дворяне, которым он ковал странное оружие в виде заколок и браслетов.

Практики божественных искусств области Шести Направлений нуждались в мастере, способном выковать божественное оружие, зародившееся внутри их божественного сокровища, поэтому требования к его мастерству были чрезвычайно высоки. Сюй Шэнхуа, был невероятно способным и мог с лёгкостью проделать подобную работу. Его постоянно меняющиеся техники и божественные искусства позволяли ему создать любой артефакт, совместимый с практиком божественных искусств.

— Император Людей Цинь, подожди меня в мастерской, я подойду к тебе, когда закончу с заколкой, — увидев приближение гостя, прокричал Сюй Шэнхуа. — Янь, Император Людей пришёл, прими его!

Цинь Му вошёл внутрь, улыбаясь:

— Можешь называть меня Владыкой Культа. Когда ты говоришь — “Император Людей”, я вспоминаю, что мы враги.

Цзин Янь была одета в деревенский наряд, сменивший элегантную и завораживающую одежду, в которой она спустилась с Высших Небес.

Девушка принесла чай, предлагая Цинь Му присесть.

Чай оказался вполне обычным.

Когда он впервые встретился с Сюй Шэнхуа, тот угостил его редчайшим чаем Высших Небес под названием Зелёная Судьба, который оказался лучшим, что ему доводилось пробовать в своей жизни. Но теперь ему поднесли ничем не выдающийся напиток.

— Владыка Культа Цинь, прости, хорошего чая у нас нет, — покраснев от стыда, наполнила чашку Цзин Янь, — чай Зелёная Судьба закончился где-то месяц назад, — тихо закончила девушка.

Сделав глоток, Цинь Му сказал:

— Я привык к обычному чаю. Откуда у вас эта лавка?

— После приезда молодой мастер купил дом в столице, теперь мы его продали и купили мастерскую. Сестра Юй Лю не смогла выдержать столь тяжёлой жизни, поэтому нашла отмазку, чтобы вернуться на Высшие Небеса, а я осталась в одиночку присматривать за мастером.

Цинь Му предложил ей присесть сбоку, улыбаясь:

— Ты хорошая хозяйка.

Сюй Шэнхуа отодвинул занавеску и вошёл в комнату, вытирая руки полотенцем. Повесив его на крючок на стене, он сел за стол и налил себе чашку чая. Залпом всё выпив, парень потянулся к чайнику, чтобы снова наполнить свою чашку.

Цзян Янь собиралась встать, но он остановил её взмахов руки:

— Здесь нет правил. Ты хозяйка этой кузницы, так что можешь сидеть.

После этого девушке оставалось лишь продолжить сидеть с ними.

Моргнув глазами, Цинь Му улыбаясь спросил:

— Брат Сюй, как твоя повседневная жизнь?

Вздохнув, Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Не слишком легка, но зато наполнена смыслом. Я никогда не подумал бы, что зарабатывать деньги настолько тяжело, ведь на Высших Небесах не приходилось о них переживать. Теперь я знаю настоящую цену монеты Великого Изобилия! Брат Цинь, ты заплатил одну монету за десять тарелок лапши, это ведь ужасное расточительство! Этих денег было вполне достаточно, чтобы купить сто тарелок!

Безучастно смотря на парня, Цинь Му ответил:

— Я тоже не слишком хорошо знаю ценность монеты Великого Изобилия. У меня никогда не было проблем с деньгами, я просто даю одну монетку, если хожу куда-нибудь поесть.

— Ты просто никогда не был бедным, — выпив ещё несколько чашек чая, Сюй Шэнхуа мрачно выдохнул. — Денег, которые я заработал за все это дни, по-прежнему недостаточно, дай мне ещё немного времени. Я смогу отдать тебе долг через два года.

Улыбнувшись, Цинь Му сказал:

— Сумма не слишком большая, так что я не тороплюсь. Лин’эр никогда не забывает о чужих долгах. На самом деле я пришёл, чтобы пригласить тебя на церемонию, работа над Божественной Пушкой Солнечного Удара закончена.

Сюй Шэнхуа на мгновение застыл, после чего вздохнул:

— За два месяца ты спроектировал и построил божественную пушку, пока я просто сидел в кузнице, делая украшения. Пятнадцать дней назад я ощутил, что ты дважды зажигал огонь в её печах, должно быть, вы тестировали основание?

— Да, — одним глотком допив чай в чашке, проговорил Цинь Му. — Я задействовал мощь всей Империи, чтобы выковать божественную пушку, работая совершенно бесплатно, так как денег мне и так хватает. Если бы я захотел зарплаты, даже Император не смог бы мне её предоставить. Давай взглянем на результат.

Сюй Шэнхуа поднялся, снимая свой фартук, и обратился к Цзин Янь:

— Идём с нами.

Девушка согласилась, и троица покинула кузницу, двигаясь в сторону окраин столицы.

Добравшись до места назначения, они увидели перед собой гигантское духовное оружие, занимающее площадь в шестьдесят шесть гектаров. Работа над глазом в его центре была закончена, и тот витал в воздухе между развилками для сбора света.

Когда они подошли к передней части орудия, лица Сюй Шэнхуа и Цзин Янь сияли удивлением. Они подняли головы, смотря на гигантское строение. Было сложно представить, как Цинь Му смог выковать подобное всего лишь за два месяца!

Конечно, это была не только его заслуга. Строение было плодом работы всех мастеров алгебры и ковки Империи Вечного Мира, сложивших свои знания воедино. Но даже здесь вклад Цинь Му оказался наибольшим.

Если бы не его чертежи и новый подход к изготовлению, со своими старыми технологиями Империя Вечного Мира даже не могла мечтать о том, чтобы построить что-нибудь подобное!

Цинь Му продвинул искусство ковки Империи Вечного Мира на сто лет вперёд!

Вскоре прибыл Император Яньфэн вместе с военными и гражданскими чиновниками. Также пришло огромное количество дворян и простых людей, чтобы посмотреть, как работает Божественная Пушка Солнечного Удара. Даже старейшина деревни, отшельник Цин Ю и остальные в спешке примчались поглядеть на событие.

— Осмотр печи закончен успешно, трещин не обнаружен! — громко прокричал чиновник Министерства Работ.

— Осмотр построений закончен успешно, разрывов не найдено!

— Осмотр рун закончен успешно!

— Осмотр основания пушки закончен успешно!

— Осмотр вилок сбора свет закончен успешно!

— Осмотр божественного глаза закончен успешно!..

Голоса раздавались один за другим. Когда Шань Юсинь посмотрел на Цинь Му, юноша кивнул. После этого старик прокричал:

— Зажечь медицинскую печь номер один! Испытание мощности, максимальная нагрузка!

Спустя мгновение, мужчина возле печи прокричал в ответ:

— Печь номер один на максимальной нагрузке, результаты нормальны!

— Зажечь печь номер два для испытания!

— Печь номер два на максимальной нагрузке, результаты нормальны!..

Сюй Шэнхуа посмотрел на такой подход к испытаниям, впадая в ступор. Он пробормотал себе под нос:

— Владыка Культа Цинь, когда же я достигну твоего уровня в искусстве ковки? Мои навыки слишком плохи для подобного…

Цинь Му тут же его утешил:

— Не волнуйся, все идут маленькими шагами. У меня тоже бывали неудачные дни.

— Серьёзно? — с подозрением спросил парень.

Призадумавшись, Цинь Му всё-таки покачал головой:

— Нет, я стал известным почти сразу же после того, как покинул деревню.

Сюй Шэнхуа немного помолчал, после чего проговорил:

— Владыка Культа Цинь, тебя изобью до смерти, если ты продолжишь таким вот образом утешать людей.

— Живя в деревне, я в пять лет взял в руки железный молот, начав изучать кузнечное искусство у дедушки немого, — спокойно ответил юноша. — Ты начал учиться только сейчас, и понятия не имеешь, сколько сил я потратил за последние десять лет.

Сюй Шэнхуа кивнул в знак соглашения:

— Тело Тирана всё равно не в силах добиться успеха без приложенных усилий. Твой совет пойдёт мне на пользу.

Наконец, пятьдесят шесть печей достигли своей максимальной мощности. В тот же миг руны на основании Божественной Пушки Солнечного Удара зажглись, активируя построения. Огромное орудие медленно взмыло в небо, испуская волны ужасающей силы, встряхивающие пространство вокруг.

Энергия печей медленно потекла в сторону развилок сбора света, которые превращали её в четыре толстых луча, направленных в центр божественного глаза.

Внутри глаза раздавался скрип шестерёнок, скорость их движения становилась всё выше и выше. Внезапно, шум исчез, и двухсотсорокаметровый глаз, казалось, превратился в пустоту. Всевозможные формации, использованные в его конструкции, активировались одна за другой, и чёрное железо, чёрное и божественное золото, из которых он был сделан, исчезли. На их месте появился настоящий глаз бога, окутанный ярким светом.

Глаз был закрыт.

Вжжж.

Гигантский глаз вращался внутри на вершине пушки, вызывая ужасающий звук ветра. Однако, ещё более ужасной была пульсация, доносящаяся изнутри. Даже сильные практики уровня владыки культа чувствовали в своих сердцах страх.

— Владыка Культа Цинь! — стоя на платформе орудия, Шань Юсинь поклонился юноше. — Подготовка Божественной Пушки Солнечного Удара закончена!

Поднявшись, юноша обратился к Императору Яньфэну:

— Ваше Величество, пожалуйста!

Император глубоко вдохнул и повёл за собой военных и гражданских чиновников, поднимаясь на пушку. Стоя на ней, он торжественно проговорил:

— Смотритель Цинь, ты был занят работой над этим строением на протяжении последних двух месяцев, так что право сделать первый выстрел принадлежит тебе!

У Цинь Му не оставалось выбора, кроме как согласиться. Вскоре Шань Юсинь принёс ему нефритовый диск, который разразился ярким сиянием, как только соприкоснулся с его жизненной Ци. Лучи диска превратились в карту шириной в один метр, показывающую ему окрестности.

После осторожного соприкосновения парня к карте, божественный глаз пушки повернулся. Целясь в небо, он направил взгляд погибели богов к облакам.

Чуть погодя он легонько стукнул по диску, и божественный глаз тут же открылся, разрывая мир над ними напополам. Небо неистово задрожало, а в его центре проявился разрыв. Все тут же увидели гигантское чёрное пятно, в котором исчез луч.

Спустя мгновение вверху раздался грохот. Казалось, что одновременно прогремели десятки тысяч молний!

В месте, куда выстрелило орудие, осталась лишь пустота. Спустя некоторое время, разрыв начал исчезать.

Сюй Шэнхуа почувствовал на душе огромную тяжесть. Никто из Высших Небес не в силах выдержать такой удар. Если бы это был Нефритовый Владыка или кто-то другой, они бы мгновенно умерли от луча Божественной Пушки Солнечного Удара.

Это не было оружие мира смертных! Это было оружие для убийства богов!

— Мои деньги не пропали даром… — Император Яньфэн смотрел на медленно исчезающий разрыв, бормоча. — Имперский Наставник, жаль, что ты этого не видишь.

****

Посреди прерий.

Имперский Наставник вёл свою армию обратно в Империю Вечного Мира, когда внезапно поднял голову вверх, смотря на чёрный разрыв в небе. Его сердце неконтролируемо заколотилось:

— Владыка Культа Цинь, ты, наконец, закончил работу над оружием для убийства богов…

****

Стоящий на вершине пушки Цинь Му развеял свою жизненную Ци, вместе с которой исчезла и карта из нефритового диска. Медицинские печи потухли одна за другой, отчего построения перестали работать, а божественная пушка медленно спустилась на землю.

Юноша поднял взгляд в небо, бормоча себе под нос:

— Раз она называется Божественной Пушкой Солнечного Удара, может быть, надо когда-то попробовать выстрелить в солнце?

Люди вокруг вздрогнули, услышав это, а Император Яньфэн тут же выхватил из рук парня диск, крича:

— Смотритель Цинь, если ты уничтожишь солнце, мы все умрём! Твоя идея слишком опасна, голову с плеч!

Один из чиновников оппозиции немедленно воскликнул:

— Ваше Величество, правитель всегда должен выполнять свои обещания!

Повернув голову в сторону мужчины, император махнул рукой:

— Я не собираюсь выполнять этого обещания. И сели ты не можешь понять почему, то зачем ты мне сдался? Покинь свой пост и иди домой. Дорогой министр Цинь, как пользоваться нефритовым диском?

Глава 362. Толщина Неба

Для активации Божественной Пушки Солнечного Удара, Цинь Му использовал круглую нефритовую пластину, а по сути — диск. Поскольку пушечная батарея вышла слишком большой, её было сложно контролировать, поэтому Цинь Му создал инструмент для взаимодействия с ней. Диск, отвечающий за управление, мог выстрелить из божественной пушки в любое указанное её владельцем место.

Цинь Му показал Императору Яньфэну, как использовать нефритовый диск. Тот был прост в освоении и использовании. Будучи великим мастером в ковке, он мог упросить работу практически чего угодно, в этом плане на голову превзойдя любых других великих мастеров.

Император убрал круглую пластину, но через некоторое время вновь взял повертеть в руках, опять положил на место, а чуть погодя взял её ещё раз.

Цинь Му любезно сказал:

— Ваше Величество, попробуйте выстрелить.

Император Яньфэн посмотрел на него, неприятно сказав:

— Один выстрел и сокровищница будет опустошена! Я не уподоблюсь тебе, растратчику, относящемуся к деньгам как воде.

— Разве наследный принц не вернулся со снежных равнин? Он должен был привезти с собой довольно много сокровищ, — проговорил паренёк.

— И всё же я не могу бездумно стрелять! Разве можно так небрежно разбазаривать казённые средства? Неужели в империи нет более полезных дел, на которые можно направить эти деньги? — строго проговорив, Яньфэн убрал диск, но через мгновение Цинь Му заметил, как он украдкой снова его достал, и невольно покачал головой. Если он не попробует выстрелить, мысли об этом не дадут ему нормально спать, ведь его разум будет постоянно твердить, что ему нельзя использовать пушку безрассудно. Внутренняя борьба так и продолжится.

«Пусть решит сам», — подумал про себя паренёк.

Внезапно к ним подошло несколько чиновников с толстыми свитками из Отдела Надзора за Небом. Их руководитель, Хо Шаньлин, поприветствовал Цинь Му кивком, сказав:

— Смотритель Цинь, на Платформе Надзора за Небом мы заметили некоторые особенности после твоего выстрела. Смотритель руководит многими экспертами-математиками, поэтому я хотел бы пригласить тебя помочь нам с вычислениями.

— Какие особенности? — в замешательстве спросил паренёк.

— Когда небо раскололось, произошло изменение астрономического явления.

Хо Цзинлин из Отдела Надзора за Небом, который стоял рядом, добавил:

— После раскола неба астрономическое явление сместилось, вернувшись к норме только после того, как разрыв стянулся. Мы зафиксировали сдвиг, но так как наши достижения в алгебре оставляют желать лучшего, нам трудно вычислить, что именно произошло. Смотритель Цинь, пожалуйста, взгляни, это предыдущие звёздные карты.

Парень открыл карты. Постранично их просматривая, он заметил, что небесные тела, которые Отдел Надзора за Небом отмечал из года в год, имели закономерность. Их изменения были крайне незначительными.

— А это звёздная карта после выстрела Смотрителя Циня, — Хо Цзинлин перевернул на последнюю страницу и указал на звёздную карту. — После выстрела небо на мгновение потемнело, и армиллярная сфера зафиксировала небесные тела. Солнце сдвинулось на пять сантиметров, но, когда разрыв восстановился, солнце вернулось на место. Во время темноты другие звёзды тоже сдвинулись. Между прочим, в месте разрыва не было никаких звёзд. Это определённо не нормально. В месте разрыва должно было находиться сто семь звёзд!

Цинь Му был по-настоящему озадачен:

— Может такое искажение образа произошло из-за того, что мощь божественной пушки была слишком велика? Разве смещение небесных тел не могло произойти по этой причине?

— Могло, — ответил Хо Цзинлин. — Однако, Отдел Надзора за Небом использует армиллярную сферу, которая является духовным оружием, а также тяжёлым духовным сокровищем. Наш обзор может быть искажён, но сферу так обмануть нельзя. Звёздная карта на неё движется вместе с небесными телами в небе. Если звёздная карта на армиллярной сфере сдвинулась, значит звёзды действительно двигались. Но самое главное… Почему в месте разрыва не было звёзд?

Сердце юноши слегка забилось чаще, и он прощупал:

— Что ты имеешь в виду?

Люди переглянулись друг с другом, и Ху Шаньлин слегка кашлянул:

— Делая какие-либо выводы, мы в Отделе Надзора за Небом не полагаемся на чьи-то догадки. Пожалуйста, прости нас, Смотритель Цинь.

«Какие загадочные», — смотря на них, подумал Цинь Му, а после сказал:

— Моя команда в основном состоит экспертов-математиков из секты Дао и Маленькой Нефритовой Столицы. В настоящее время они планируют вернуться по домам. Я не уверен, захочет ли кто-то из них остаться помочь.

Сюй Шэнхуа подошёл и взволнованно сказал:

— Я не плох в алгебре.

— Не откажусь от помощи брата Сюя, — сказал с улыбкой юноша. — Я также приглашу Мастера Дао Линь Сюаня и Ван Мужаня.

Цзин Янь немедленно сказала:

— Так как мой мастер поможет тебе, ты спишешь с нас дол…

— Даже если он не поможет, я найду себе других сведущих в математике помощников! — не поворачивая головы в её сторону, ответил паренёк.

— Скряга! — выпалила девушка.

— Цзин, не сердись. На самом деле я тоже хотел бы знать, что случилось с небом после выстрела Владыки Культа Циня. А то, что он сказал, не так уж неправильно, с нашей помощью или без, это ничего не меняет для него, вопрос лишь во времени, — сказал Сюй Шэнхуа.

Цинь Му нашёл Линь Сюаня, Му Циндай и остальных молодых дарований. Собрав всех, Ван Мужань спросил:

— Что ты рассчитываешь на этот раз, Владыка Цинь?

Цинь Му посмотрел на Хо Цзинлина из Отдела Надзора за Небом, который с искрящимся взглядом сказал:

— Астрономическое явление.

— Астрономическое явление? — улыбнулся Линь Сюань. — Владыка Культа Цинь изучал Меч Дао нашей секты Дао, а четвёртое писание Меча Дао является не чем иным, как астрономическим явлением. Если тут и так всё понятно, зачем тебе мы?

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Четвёртое писание Дао Меча вычисляет нормальное астрономическое явление, а отдел Надзора за Небом хочет, чтобы мы вычислили аномальное.

Мастер Дао и другие даосы были сбиты с толку. Есть разница между нормальным и аномальным астрономическим явлением?

После попытки объяснить, Хо Цзинлин подытожил:

— Звёзды должны медленно передвигаться, а не мгновенно исчезать, такое астрономическое явление определённо не является нормальным. Это похоже на, похоже на…

— Похоже на звёзды на куске занавеса! — ляпнула Му Циндай.

Хо Цзинлин хлопнул в ладоши и сказал:

— Правильно! Как будто они все подвешены на куске занавеса. Лучом выстрела Смотритель Цинь разорвал этот занавес, как результат, солнце, луна и звёзды разделились на две части!

Все присутствующие переглядывались с мрачными выражениями лиц.

Астрономическое явление было подвешено в небе?

Подняв голову, Сюй Шэнхуа посмотрел на небо и спросил:

— Владыка Культа Цинь, что нам нужно посчитать?

— Согласно вызванному лучом смещению звёзд, нам придётся рассчитать толщину неба и высоту до него! — переведя взгляд на чиновников, Цинь Му добавил. — Вам это было нужно?

Переглянувшись друг с другом, чиновники из Отдела Надзора за Небом кивнули.

— Смотритель Цинь мудр, — хрипло проговорил Хо Цзинлин. — В прошлом мы всегда считали, что небо безгранично, как и его толщина, но этот выстрел заставил нас понять, что мы могли ошибаться. Звёзды на небе не так далеко, как мы думали, даже солнце… — вдруг он резко замолчал, не произнося больше ни слова.

Цинь Му окинул всех взглядом и сказал:

— Что думаете?

Все они были молоды, поэтому, несмотря на различия в происхождении, наследиях и философии, любопытства им было не занимать. Каждый из них задрал голову к небу.

Отведя взгляд, Линь Сюань сказал:

— Так как луч Владыки Культа Циня показал нам, что небо расположено на определённой высоте и имеет толщину, давайте рассчитаем всё!

Все согласно кивнули.

— Нам нужно знать даты смещения звёзд, тогда у нас будет возможность произвести расчёты, — сказал Ван Мужань.

— Мой Отдел Надзора за Небом всё записал, — сразу сказал Хо Цзинлин.

— Тогда это упрощает нам задачу!

Все тут же взялись за работу, и спустя долгое время они закончили подсчёт. Когда они впервые увидели результат, их лица стали мрачными и ошалевшими.

— Я не могу в это поверить! — внезапно встав, даос из секты Дао бросил свои восемь триграмм на землю, разбивая их на куски. Уходя, он добавил. — Я не верю!

Другие эксперты молчали. Лун Юй пробормотал:

— Невозможно, мы, должно быть, неправильно рассчитали, это абсолютно точно невозможно…

Эксперты из секты Дао ничего не понимали, и они глупо хихикали:

— Должно быть, мы неправильно всё рассчитали, небо не может быть таким тонким…

— Определённо неправильно! — твёрдо сказал Хо Цзинлин.

— Да, это определённо неправильно! — встревали другие.

Сюй Шэнхуа покачал головой и сказал:

— Чтобы мы все ошиблись в расчётах… Такого быть не может. Цифры у всех одинаковые, поэтому результат правильный, небо именно на такой высоте и такой толщины.

— Т-такое просто невозможно! Н-невозможно… — в оцепенении запинался Лун Юй. Могло даже показаться, что он сошёл с ума.

У Му Циндай закружилась голова. Она припала к земле, а после присела.

Цинь Му посмотрел на результат расчётов, погрузившись в глубокие раздумья. Небо располагалось на высоте тринадцати тысяч километров, а его толщина оказалась жалкой тысячей метров. Это означало, что внутри этой тысячи разместились солнце, луна, галактика и бесчисленное множество других звёзд! Как такое могло произойти?

— Хе-хе-хе-хе… — Цинь Му, казалось бы, тоже сошёл с ума, начав неконтролируемо хохотать. Он смеялся до слёз и потери равновесия, а когда присел на корточки даже начал колотить кулаком по колену.

— Владыка Культа Цинь, над чём ты смеёшься? — глядя на него, сердито выкрикнул Линь Сюань.

— Отвергнутые люди… — выдавил через громкий, истеричный смех Цинь Му, тыча пальцем на его нос. — Ты — отвергнутый! И ты тоже отвергнутый! Ты, ты и ты, вы все отвергнутые люди!

Взгляды всех похолодели, пока его палец указывал на каждого из них. Когда он наконец указал на Сюй Шэнхуа, его смех утих, а лицо стало ужасно холодным:

— Ты тоже отвергнутый!

Сюй Шэнхуа нахмурился. Небо было только такой высоты и толщины. Не говоря уже о солнце, луне и многих звёздах, даже гора не уместилась бы в нём. Тем не менее, задрав голову к небу, взглядом можно было увидеть солнце, луну и галактику…

Был возможен только один вариант…

Блистательные звёзды, пылающее солнце, блестящая луна и подобная реке галактика, которая была заполнена миллионами, миллиардами звёзд, были подделками — все они были нарисованы!

Небо было похоже на печать, которая запечатала их мир, показывая им поддельные небесные тела. В Великих Руинах, был горный хребет Разрушенный Богом, вокруг которого не было видно солнца. Когда дело доходило до ночи, вторжения темноты, звёзды и луну тоже нельзя было увидеть.

Люди Великих Руин считались отвергнутыми, брошенными и покинутыми богами. Тем не менее, формы жизни во всём мире тоже были такими… Точно такими же, как и в Великих Руинах… Они все были отвергнутыми!

Линь Сюань внезапно встряхнул рукавами и холодно сказал:

— Я не отвергнутый! Ученики секты Дао, нам пора, возвращаемся на гору! — когда он зашагал, внезапно по его щекам покатились слёзы. Молодой Мастер Дао напряг горло и взревел к небу. — Дао следует природе… следует, чёрт возьми, фальшивой природе! Все мои усилия в совершенствовании были использованы для фальшивой природы!

Глава 363. Небесный Союз

Измерение высоты и толщины неба оказалось сильным ударом для Цинь Му и остальных, но больше всех пострадал Мастер Дао Линь Сюань.

Учения, техники и навыки секты Дао базировались на том, что Дао следует природе. В основе их навыков и даже мышления было изучение сущности всех живых существ и природы. А теперь, когда Мастер Дао обнаружил, что астрономическое явление природы было ненастоящим, не было ничего странного, что в такой ситуации его разум не выдержал!

Какое великое Дао можно было постичь, изучая поддельную природу?

Линь Сюань одиноко шагал вперёд, как вдруг его ноги подкосились, и он упал на колени. На его лице возникло ошеломлённое выражение, а взгляд был пуст.

Несколько даосов немедленно подбежали к нему, слыша, как Мастер Дао бормочет себе под нос:

— Ещё никому не удалось постичь четырнадцатое писание Меча Дао, учитель потратил всю свою жизнь, изучая его. И даже когда его таланта и знаний оказалось достаточно, он всё равно не добился успеха… Оказывается, это не его вина, а просто природа поддельна. Как можно было освоить навык, базирующийся на неправильной природе?.. Кхм, кхм! — он резко закашлялся, на уголках его губ выступили капли крови.

Парень был разбит. “Дао следует природе” было главным учением секты Дао, но природа, которую они изучали, оказалась поддельной. Можно было представить как сильно он пострадал, узнав об этом.

Посмотрев на Сюй Шэнхуа, Цинь Му спросил:

— Небо в твоих Высших Небесах такое же, как и у нас?

Парень поднял голову, смотря ввысь, после чего кивнул.

То же небо, те же звёзды… Высшие Небеса не были исключением.

Слова Цинь Му о том, что Сюй — отвергнутый человек, не были шуткой.

Небо было клеткой, и независимо от того, были это Высшие Небеса или Великие Руины, все они оказались птицами, запертыми в ней.

Собравшись с мыслями, Цинь Му подошёл к Мастеру Дао Линь Сюаню, помогая ему подняться. Тихим голосом, он проговорил:

— Правда холодна и её тяжело принять, так что лучше не разглашать о ней на весь мир. Догони тех даосов, которые ушли, и прикажи им не говорить лишнего. Ты должен защитить их надежду.

Со странным выражением, Мастер Дао посмотрел ему прямо в глаза. Хриплым голосом он спросил:

— Ты думаешь, люди поверят их словам?

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Люди поверят тебе.

— Ты просишь меня не рассказывать? — Мастера Дао переполнило презрение, и он захихикал. — Предыдущие Мастера Дао, и множество других даосов пытались понять Четырнадцатое Писание Меча Дао. Они приложили невероятные усилия, изучая природу неба и земли, но последнее писание оказывалось неразрешимой задачей, неприступной крепостью. И в конце концов всё свелось к тому, что они использовали поддельное астрономическое явление. Хе-хе… что за издевательство, настоящее бл*дь издевательство!

Несмотря на то, что он был Мастером Дао секты Дао, священной земли, парень всё ещё обладал юношеской натурой, отчего не смог удержаться от вульгарностей.

— Предыдущие Мастера Дао не знали в чём была ошибка, поэтому не добились успеха в освоении четырнадцатого меча, но теперь ты о ней знаешь. Возможно, Мастер Дао Лин Сюань станет первым человеком, кому удастся овладеть последним писанием! — утешил Цинь Му.

Сердце Линь Сюаня вздрогнуло, и он повернулся к парню.

— Опасность всегда идёт в ногу с возможностью. Сложившаяся ситуация опасна, но её можно обратить на пользу, — улыбаясь, продолжил Цинь Му. — Обычные люди могут увидеть лишь опасность, но мудрецы видят скрытые возможности. Лишь самые способные могут ею воспользоваться! К какой категории принадлежит Мастер Дао?

Грудь Линь Сюаня тяжело двигалась вверх-вниз…

Он узнал, что небо поддельно, так же, как и астрономическое явление. Именно это останавливало прогресс пути секты Дао, не позволяя её последователям изучить Четырнадцатое Писание.

Однако, слова Цинь Му заставили его увидеть в этом возможность. Теперь, когда он знал о подделке, оставалось лишь пойти и посмотреть на настоящее небо. В таком случае у него появится шанс освоить последнее искусство Меча Дао!

— Теперь я полностью уверен, что ты годишься на роль Императора Людей, — собравшись с мыслями проговорил Мастер Дао. — Думаю, что конфликт между учениями секты Дао и Небесного Дьявольского Культа можно закрыть.

Цинь Му кивнул:

— Я тоже об этом думал. Думаю, что мы можем заключить союз, и когда наши способности вырастут, мы вместе пробьёмся сквозь это небо!

В этот момент к ним подошёл Ван Мужань, протягивая руку:

— Ван Мужань из Маленькой Нефритовой Столицы хочет вступить в союз с Императором Людей и сектой Дао!

Цинь Му и Лин Сюань тоже протянули руки. Обернувшись, парни увидели, что к ним приближается Сюй Шэнхуа:

— Сюй Шэнхуа из Высших Небес хочет вступить в союз с Императором Людей, сектой Дао и Маленькой Нефритовой Столицей. Может, придумаем себе название?

Улыбнувшись, Ван Мужань предложил:

— Почему бы нам не называться Небесным Союзом?

Трое парней одновременно ответили:

— Отлично! Пусть будет Небесный Союз!

Юноши пожали друг другу руки, после чего Мастер Дао кивнул, и отправился вместе с остальными экспертами секты Дао в дорогу.

— Лорд Цинь, об этом стоит рассказывать Императору? — шепнул на ухо Цинь Му Хо Шаньлин.

— Конечно, Император должен знать, — ответил юноша. — Тем не менее, никто, кроме него, не должен быть в курсе. Позаботься об этом, а не то твоя голова упадёт с плеч.

Хо Шаньлин кивнул, немедленно подозвав к себе остальных чиновников Отдела Надзора за Небом, после чего ушёл вместе с ними.

Ван Мужань взволновано выдохнул:

— Император Людей, извини, но мне придётся рассказать об увиденном старшем дяде Цин Ю!

Тот кивнул в ответ:

— Бессмертный Цин Ю знает о чём стоит рассказывать, а о чём нет. Можешь поделиться с ним.

— Старшая сестра, найди старшего брата Лун Юя, а я отправлюсь за старшим дядей! — Ван Мужань обратился к Му Циндай, после чего они разошлись в разные стороны.

Остались лишь Цинь Му, Сюй Шэнхуа и Цзин Янь. Взглянув на Сюй Шэнхуа, Цинь Му спросил:

— Брат Сюй не кажется слишком удивлённым. Даже Мастер Дао не смог удержать своих эмоций, и как только его разум пошатнулся, он побледнел в лице. Тем не менее, брат Сюй выглядит вполне нормально, я впечатлён. Даже я слегка потерял самообладание, а значит, моё совершенствование широты ума уступает твоему.

С неизменным выражением лица, Сюй Шэнхуа ответил:

— Я удивлён и до сих пор не могу отойти от шока. Изначально я думал, что расположены в небе Высшие Небеса находятся вдалеке от мира смертных. Никогда не поверил бы, что мы все заперты в одной клетке. Это оказалось сильным потрясением.

Цинь Му всмотрелся в лицо парня, но так и не заметил никаких признаков удивления. С подозрением в голосе, он спросил:

— Серьёзно?

— Владыка Культа Цинь, молодой мастер всегда так выглядит, когда испытывает удивление. В лучшем случае он может слегка нахмуриться, — тихо ответила Цзин Янь.

— А как он ведёт себя, когда не удивляется?

— Точно так же.

Цинь Му был ошеломлён. Сюй Шэнхуа поднял взгляд в небо, внезапно спросив:

— Брат Цинь, как ты думаешь, что по ту сторону неба?

— Я не знаю, — он развернулся, чтобы вернуться обратно в город. — Когда мы станем достаточно сильными, поднимемся посмотреть.

Сюй Шэнхуа отправился вместе с ним, и трое людей вскоре вошли в город. Сюй Шэнхуа и Цзин Янь вернулись в кузницу, а Цинь Му пошёл в Имперский Колледж. Бесчисленные эксперты алгебры уже закончили создавать математическую модель золотой книги. Секта Дао сделала себе копию, так же, как и Имперский Дворец, Имперский Колледж и отшельник Цин Ю. Естественно, Небесный Дьявольский Культ тоже получил отдельный экземпляр.

Появление золотой книги вело к тому, что многие эксперты, застрявшие в области Божественного Моста, наконец, обретут шанс перейти на следующий уровень, так что вскоре можно было ожидать появления огромного количества богов.

Естественно, не все смогут отстроить свой божественный мост, ведь для этого требовались огромные познания в вычислительных науках. Без отличного понимания таковых, нельзя было восстановить божественный мост, независимо от наличия техник и математической модели из золотой книги.

Цинь Му вернулся в свою резиденцию, где встретил угрюмые лица отшельника Цин Ю, старейшины деревни и остальных. Ван Мужань стоял неподалёку, так что стало понятно, что он только что рассказал им об открытии.

— Я тут вспомнил одного человека, — смотря в небо, проговорил старейшина. — Может быть ему известны кое-какие подробности. Друг Дао Цин Ю, ты знаешь, о ком я говорю?

— Знаю. О том, кто поднял ножи на небеса, — уголки глаз отшельника задрожали. — О Небесном Ноже.

Цинь Му был ошеломлён:

— Дедушка мясник?

— Исходя из слухов, Небесный Нож поднял своё оружие на богов, и многие люди стали свидетелями этого. Его нож разрубил небо, из-за которого появились боги, с которыми он сражался, пока его тело не полетело обратно на землю. Старика считали безумным маньяком, и после этой битвы он бесследно исчез.

Отшельник Цин Ю продолжал:

— Если бы Небесный Нож не исчез, Имперскому Наставнику не удалось бы уничтожить школу боевых техник, и он бы не обрёл имени Бога Меча. Бог, с которым сражался Небесный Нож, на самом деле не из Высших Небес, а из открытого космоса. Раньше я об этом не задумывался, но теперь мне кажется, что Небесный Нож многое знает. Некоторое время назад он вместе с Богом Копья приходили в Маленькую Нефритовую Столицу, но тут же ушли, ощутив ауры богов из Высших Небес. Жаль, что я не знаю куда они отправились.

Немного поразмыслив, старейшина проговорил:

— Скорее всего… безумец отправился на поиски поддельных богов Высших Небес. С тех пор, как ему пришили обратно нижнюю половину тела, старик почти сошёл с ума. Тяжело представить, что он натворил бы, если бы с ним не было слепого. Он знает много тайн, так что нужно его найти. Му’эр, отправляемся на поиски мясника.

Цинь Му на мгновение заколебался:

— Имперский Наставник всё ещё должен мне сотню сокровищ, и он скоро вернётся в столицу…

Старейшина покачал головой:

— Сокровища Дворца Золотой Орхидеи стоят внимания? Гроссмейстер не более чем старьёвщик. Одноногий даже не стал бы смотреть на тот хлам, что он насобирал за свои прошлые жизни.

Цинь Му слегка засомневался, но потом подозвал к себе Ху Лин’эр:

— Лин’эр, Имперский Наставник задолжал мне сотню сокровищ, так что когда он вернётся, ты должна пойти их забрать.

Глаза лисички тут же загорелись, и она улыбнулась:

— Молодой мастер, что ещё за сокровища?

— Он принесёт трофеи из Дворца Золотой Орхидеи, ты можешь выбрать сто любых! — ответил парень.

Ху Лин’эр была вне себя от радости, но слегка взволновалась:

— Молодой мастер, я не так хорошо разбираюсь, как ты. Боюсь, я не смогу выбрать что-то достойное.

— Я научу тебя навыку пробуждения Глаз Девяти Небес, чтобы ты смогла увидеть настоящую ценность артефактов… — обучив лисичку соответствующему навыку глаз, Цинь Му разбудил цилиня и помог старейшине забраться на его спину. — Дедушка, как мы найдём мясника?

— Очень просто, я активирую свою ауру, чтобы обратить внимание гостей из Высших Небес. Вместе с ними нас заметят слепой и мясник. Когда отродья из Высших Небес примут вызов, раскрыв свою ауру, мы пойдём к ним, и там встретим наших стариков, — затем он тихо добавил. — Пришло время завершить наши дела с гостями с Высших Небес.

Старик собрался активировать свою ауру, но внезапно ошеломлённо замер. Отшельник Цин Ю и остальные сильнейшие практики Маленькой Нефритовой Столицы посмотрели в том же направлении, куда смотрел старейшина, на их лицах виднелось удивление.

Цинь Му собирался узнать, что произошло, когда ощутил ужасающие импульсы, раздающиеся вдали.

— Там люди с Высших Небес. Странно, я ещё не активировал свою ауру, а они уже ответили… Секунду, они начали сражаться! — бормотал под нос старейшина. Затем он прокричал. — Четыре Владыки Высших Небес пытаются убить друг друга! Му’эр, мне нужно спешить!

Бум!

Из кресла-качалки раздался оглушающий хлопок, и старейшина деревни бесследно исчез. В этот миг раздалось ещё три толчка, и троица старых бессмертных тоже растворились в воздухе.

— Мужань, когда Циндай найдёт Лун Юя, поспешите к нам! — раздался вдали голос Цин Ю.

Глава 364. Владыка Выращивания Драконов

Ван Мужань, скача на своём олене, покачал головой:

— Старики всегда такие назойливые…

— Твои тоже? — был удивлён Цинь Му.

— В Маленькой Нефритовой Столице есть тринадцать старцев. Теперь их пятнадцать, если считать недавно прибывших старого даоса и старого монаха.

— В моей деревне только восемь с половиной, так что можно сказать, что я немного удачливее, — улыбнувшись, сказал Цинь Му.

— К счастью, у меня есть старшая сестра Циндай и старший брат Лун Юй, они помогают мне разделить бремя, — проговорил Ван Мужань.

Цинь Му немного призадумался. Он был единственным молодым в деревне Цань Лао. Бабушку Сы, конечно, тоже старой не назовёшь, но ей всегда нравилось притворяться старухой.

Двое продвигались вперёд в устойчивом темпе, ожидая, пока Му Циндай найдёт Лун Юя. Некоторое время спустя она притащила его обратно. Только видок у того был, мягко говоря, неряшливый. Когда она нашла его, он практически голышом, из одежды у него оставались только трусы, бегал по столице, танцевал, пел и бормотал всякую несуразицу.

Му Циндай прописала старшему брату три увесистые пощёчины, чтобы тот хоть немного пришёл в себя. Затем он сплюнул полный рот “одержимой” крови и последовали за ней с низко опущенной головой.

Ван Мужань позволил им сидеть на спине оленя. Несмотря на то, что Лун Юй пришёл в чувство, он всё ещё вёл себя немного странновато.

Цинь Му улыбнулся и сказал:

— Старший брат Юй, в чём разница между знанием и незнанием правды о небе? Оно там, независимо от того, знаешь ли ты об этом или нет. Небо всё ещё существует. Не дай своему сердцу сбиться с пути и тяжело совершенствуйся. Ты должен сосредоточиться на том, как разорвать небо и выйти наружу, как только наберёшься достаточно сил.

— Я понимаю, что Император Людей пытается сказать, но всякий раз, когда я думаю, что всё это фальшивка, я теряю свой боевой дух, — печально проговорил Лун Юй.

Цинь Му понимал это чувство. Не все могли выйти из тени так быстро, как Мастер Дао Линь Сюань. Инцидент с поддельным астрономическое явление нанёс наитяжелейший удар по юному даосу. Тем не менее, Лун Юй не имел позиции и ответственности Мастера Дао, поэтому его способность справляться с шоковым состоянием была не так развита. Однако, учитывая достаток свободного времени, он должен справиться.

— Так как старший брат Лун Юй прибыл, давайте поторопимся, — Ван Мужань отдал приказ, облака немедленно заклубились под копытами оленя. Цилинь последовал за ним, но олень, стрельнув презрительным взглядом, увеличил свою скорость.

Цилинь всё же разъярился и изо всех сил постарался не отстать. Тем не менее, после ста километров дракономордый начал тяжело дышать, а его предательски закатывались назад:

— Мне нет необходимости опускаться до уровня глупого оленя, верно? Владыка, я ведь прав, не так ли? Мы же соревнуемся не в скорости, а в выносливости!

Услышав зверя, Цинь Му помрачнел, но ничего не ответил. Цилинь замедлился, смотря на постепенно исчезающего точкой в горизонте оленя…

Цилинь пробежал ещё пять тысяч километров и был настолько уставшим, что не мог отдышаться. Он скулил о перерыве, поэтому парень позволил ему остановиться.

Цинь Му решил развести огонь, чтобы приготовить еду, в то время как толстяк, распластавшись на земле, уже храпел непробудным сном. Но как только Цинь Му, закончив есть и пить, позвал зверя, тот, медленно поднявшись, нехотя поспешил. Он бежал с утра до ночи и с ночи до утра, но так и не смог догнать оленя.

— Выносливость глупого оленя весьма неплоха, — вздыхая, стыдливо проговорил заплывший жиром зверь.

Цинь Му, мрачно на него уставившись, бросил ему духовную пилюлю Алого Огня:

— Твой обед на сегодня.

Осознавая свою беспомощность и всю безвыходность своего положения, цилинь тщательно облизывал пилюлю, ведь не хотел съесть её за один укус. Но удовольствие не может длиться вечно… после того, как он облизал её больше десятка раз, от неё ничего не осталось. В конце концов Цинь Му, смотря на толстяка, сжалился над ним и кинул ещё немного.

Немедленно съев всё, зверь тут же приободрился и проговорил:

— Владыка, сейчас я буду бежать изо всех сил и обязательно догоню глупого оленя!

— Это не олень глупый, а ты, — раскритиковал парень.

Цилинь рассекал небо, как вдруг до них донеслись протяжные ноты флейты, и Цинь Му в изумлении осмотрелся вокруг. Толстяк, с воем раздирая воздух, бежал вперёд, и даже при том, что его скорость не могла сравниться с оленем из Маленькой Нефритовой Столицы, он был быстр.

Обычный человек не мог произвести такие звуки, они бы попросту не достигли Цинь Му и цилиня. Когда парень подумал в таком ключе, дракономордый внезапно покачал головой и, будто пьяный, последовал за мелодией, войдя в стремительное пике к земле.

Звук флейты был поистине очаровательным. Музыка играла в стиле народных баллад, иногда с высокой тональностью, иногда с низкой, а иногда она звучала очень весело и беззаботно, из-за чего зверь начинал радостно приплясывать прямо посреди неба. Его большой хвост свистел, когда он крутил им.

Ещё одна длинная нота донеслась из флейты, и цилинь ринулся вниз к лесу.

— Толстяк, остановись! — немедленно закричал Цинь Му, но это никак не помогало, цилинь, казалось, был полностью очарован. Он не слышал ничего, кроме музыки, и, судя по всему, не имел никакого контроля над своим собственным телом.

Цинь Му поспешно поднялся в небо и мелькнул перед зверем. Он надавил двумя руками на его голову и, с не дюжим усилием толкнув, прокричал:

— Жирдяй, очнись!

Цинь Му использовал буддистские заклятия, отчего его голос прогремел, как гром. Тем не менее, цилинь, будто ничего не слыша, продолжал мчаться вперёд. Парень вспыхнул со всей своей силой, но не смог подавить слетевшего с катушек зверя, из-за чего его оттолкнуло в лес, а на лбу проступил холодный пот.

Звук флейты становился всё яснее и громче. Обернувшись, он увидел огромного красного дракона с не менее огромной головой, лежащей на земле, и телом, обвившим гору. Его пасть была широко распахнута, словно гигантская пещера, в то время как зубы были похожи на острые, капающие слюной сталактиты.

Звуки флейты исходили от головы красного дракона, где сидела девушка в длинном платье. Несмотря на всю весёлость мелодии, лицо девушки было ледяным.

— Лун Цзяонань! — был удивлён юноша, быстро оглядываясь. Дракон Наводнения должен принадлежать королю драконов, а так как тот сейчас находился рядом с девушкой, означало ли это, что король драконов был поблизости?

Мелодичный звук флейты плутал по округе, а цилинь счастливо бежал к пасти красного Дракона Наводнения.

Холодный блеск промелькнул в глубине глаз Цинь Му, и Беззаботный Меч взмыл в воздух. Восемь тысяч мечей мгновенно вылетели и полетели в сторону Лун Цзяонань без каких-либо объяснений. Но та лишь ухмыльнулась, а уже в следующий момент хвост дракона хлестанул по мечам, отчего те со звоном разлетелись в разные стороны.

Сердце юноши начало биться быстрее. Дракон Наводнения перед ним был существом уровня мастера секты… другими словами, слишком силён. Сбежать будет тяжеловато.

В этот момент огромная рука внезапно протянулась со стороны неба и раздался громоподобный голос:

— Какая удача, я просто спустился в мир смертных прогуляться, а в итоге поймал Дракона Наводнения.

Рука, покрытая шероховатой чешуёй, схватилась за красного дракона. Выражение морды существа отображало террор и ужас в его сердце, у зверя пропала всякая воля к борьбе и неповиновению. Цилинь также рухнул на землю, не смея двигаться.

Лун Цзяонань тут же собрала свою жизненную Ци, начав играть на флейте, но красный дракон просто замкнулся в себе и не двигался. Видя, как обстоят дела, она немедленно взлетела, избегая руки, но та, похоже, совершенно не обращала на неё внимания. Рука мягко обняла красного дракона короля драконов и потянулась обратно к облакам.

Голос в небе засмеялся:

— Ох, тут ещё и дракон породы цилинь, но как жаль, он ещё слишком молод. Пожалуй, я вернусь за ним немного позже, пускай ещё подрастёт. Да, сегодня я определённо не зря спустился в мир смертных.

Разум Цинь Му был буквально подорван, когда он поднял голову посмотреть вверх. В облаках, ступая на двух Драконов Наводнения, зелёного и красного, летел великан. На его ушах висели ещё два жёлтых Дракона Наводнения.

— Бог… — юноша потряс головой, не будучи в состоянии поверить в увиденной. Когда он ещё раз оглянулся, зелёный и красный драконы улетели вперёд, унося бога на юг.

— Дракон моего отца! — завизжала Лун Цзяонань, отчаянно побежав следом.

Попытавшись успокоиться, Цинь Му взмахом руки призывая Беззаботный обратно. Восемь тысяч мечей превратились в облако мечей, которое внезапно обрушилось вниз, устилая собой весь горный холм.

Хмыкнув, Лун Цзяонань скользнула, как змея, избегая огней меча. Тем не менее, она всё же попалась.

— Лун Цзяонань, помнишь, что я тебе говорил? Я сказал, если ты снова покусишься на мою жизнь, я больше не проявлю милосердия! — проговорил Цинь Му.

Юноша пробегал мимо цилиня и с пинка разбудил его. Затем сверкая мечом, словно приливной волной, он атаковал Лун Цзяонань. Тело девушки двигалось как у духовной змеи, с чрезвычайно высокой скоростью и проворностью, но в следующий момент скорость парня достигла предела, и он, взмыв в воздух, бросился вперёд со своим облаком мечей.

Лун Цзяонань непрерывно шипела, распространяя свою магическую силу для выполнения божественных искусств, чтобы остановить мечи. Между тем цилинь, наконец, проснулся и поспешно сорвался с места. А когда он взревел, вибрации дезориентировали девушку.

Несмотря на то, что Лун Цзяонань была сильным практиком области Семи Звёзд, ей не хватало сил для равной борьбы против цилиня. Её аура рассеялась от рёва, и Цинь Му немедленно воспользовался представившимся шансом. Указав на неё пальцем, бесчисленные летающие мечи закружились вокруг Беззаботного и направились одним огромным мечом в её сторону!

— Кто смеет запугивать моего сына?! — внезапно прогрохотал низкий, басистый голос.

«Король драконов всё-таки здесь!» — яростно задрожало сердце Цинь Му, и он поспешно отозвал свои мечи, желая как можно скорее убраться подальше, но тёмное облако в форме дракона помчалось к ним на невероятной скорости.

Лун Цзяонань подняла голову, выкрикнув:

— Отец, это Владыка Небесного Дьявольского Культа!

Цинь Му бросился к цилиню и крикнул:

— Толстячок, миленький, я растил тебя тысячу дней, но в этот всему хорошему может прийти конец, так что беги! Беги что есть мочи!

Цилинь собирался вложить все свои силы в попытку побега, как вдруг его конечности снова онемели, заставляя всем телом растянуться по земле.

— Владыка, он вернулся… — выкрикнул зверь.

— Кто вернулся?

Юноша поднял зверя обеими руками, собираясь убежать с ним на горбу, когда небо снова потемнело и раздался громовой голос:

— Мне нужен невинный мужчина и невинная дева, чтобы взращивать драконов, как всё совпало, я могу забрать вас двоих…

Текущую вялость цилиня можно было сравнить разве что со смертью. Он был буквально полностью парализован… и только сейчас Цинь Му понял, кто вернулся. Мир перед его глазами завращался, а в следующий момент он упал против своей воли на облако. Рядом с ним плюхнулась шокированная Лун Цзяонань.

— Что за магия такая? Положи моего сына обратно! — донёсся издалека быстро приближающийся голос короля драконов.

Рядом с собой на облаке Цинь Му увидел две толстые, крепкие, покрытые шероховатой чешуёй ноги. В облаке под этими двумя ногами летели два дракона, несущие их на юг. Подняв голову, он увидел тридцатиметрового с вершком в высоту великана. Его одежда развевалась на ветру, раскрывая чешуйчатое лицо. Его брови были густыми, а из головы торчали рога.

— Шумный жук, — бог сделал щелчок, и король драконов секты Наездников Дракона отлетел назад, по пути брызжа кровью из всех щелей. Он врезался в огромную гору, выжил он или умер, было неизвестно.

— Невинный мужчина и невинная дева, будут хорошо служить моим драконам, — бог опустил голову, посмотрел на парочку и ухмыльнулся, показывая рот, полный острых зубов. — В противном случае я использую вас как зубочистки.

Цинь Му положил цилиня и смело сказал:

— Старший, мой изначальный Ян уже давно рассеялся, я больше не невинный мужчина…

Лун Цзяонань сразу же добавила:

— Мой изначальный Инь тоже давно рассеялся, я тоже не невинная дева!

Бог ухмыльнулся и сказал:

— В таком случае нет нужды держать вас в живых, лучше просто съесть вас.

— Я — невинный мужчина! — праведно выкрикнул Цинь Му. — Но эта непослушная девочка уже не девственница, так что старший, пожалуйста, съешь её!

Глава 365. Специалист в узкой области

Лун Цзяонань бросилась вперёд, крича:

— Мерзавец, это из-за тебя я такой стала!

В миг столкновения из руки Цинь Му разразились буддистские лучи. Их тела содрогнулись от ударов, как вдруг прекрасные волосы Лун Цзяонань полетели к земле, обнажая лысые пятна, а кожа на её лице тут же обвисла.

Ци и кровь парня кипели. Он собирался атаковать, но внезапно ошеломлённо замер, не решаясь продолжать…

На восточном море Лун Цзяонань чуть не погибла от совместной атаки Лин Юйсю и Сы Юньсян. Пытаясь сбросить кожу, она почти исчерпала все предоставленные ей годы жизни. Несмотря на то, что Мастер Дао забрал её с поля боя, девушка так и не смогла полностью оклематься. Как результат, когда она столкнулась с Цинь Му, с её головы слетел парик, а подтянутая кожа вновь обвисла.

Заметив разлетающиеся по сторонам волосы, Лун Цзяонань пронзительно завизжала и немедленно начала размахивать руками, хватая их. Каждый раз, когда ей удавалось словить локон, она пыталась вонзить его обратно в голову, но так как парик уже был разорван на части, у бедолаги ничего не выходило.

— Сестра Лун, тебе недолго осталось жить. Если ты не будешь сражаться изо всех сил на износ, то сможешь прожить ещё десяток лет обычной жизнью. Но если попытаешься меня убить, мне даже не придётся напрягаться. Любое серьёзное ранение поставит твоё выживание под вопрос, — отрицательно качая головой, юноша продолжил. — В этой жизни, тебе уже не удастся мне отомстить, так к чему эти потуги?

— Это ведь ты опустил меня до такого состояния, как ты ещё смеешь издеваться? — она прокричала в ответ.

— Ты сама виновата в том, что произошло с тобой и твоим отцом, также, как и он виноват в том, что произошло с тобой. Обвиняя меня, ты просто пытаешься выплеснуть на кого-то свою злость.

Осмотрел толстые крепкие ноги сбоку, Цинь Му поднял голову вверх. Взгляд бога был как раз опущен вниз, но не на них, так сказать, невезучую парочку пленников, а в сторону Империи Вечного Мира.

Было очевидно, что они его не интересовали, так как он не видел в них опасности. Всё, на что они были способны, — это вырастить новое поколение драконов.

Цинь Му собрался с мыслями, рассчитывая свои шансы на успешный побег с помощью Божественных Ног Небесного Расхитителя. Закончив, он немедленно отбросил подобные надежды. Несмотря на огромную скорость, в четыре раза превышающую скорость звука, или даже выше, если приложить все усилия, ему не удастся использовать технику в течение длительного времени. Его жизненная Ци и тело полностью исчерпают себя всего лишь за семь минут.

Исходя из скорости двух Драконов Наводнения, на которых передвигался бог, у парня был шанс слегка оторваться, но его определённо догонят, когда он выбьется из сил.

Кроме того, проблема была в том, что цилинь был парализован, и не мог подняться на ноги несмотря ни на что. Если бы Цинь Му пришлось тащить зверя на спине, он определённо не смог бы убежать далеко.

Дракономордый был слишком жирным и тяжёлым!

«Разве от меня не требуется попросту вырастить дракона? Я ведь занимаюсь этим каждый день, воспитывая цилиня, здесь нет ничего сложного!» — с такими мыслями Цинь Му уселся прямо на теле Дракона Наводнения. Владея нужным навыком, он был в безопасности. И если ему удалось прокормить даже цилиня, то разве он может оказаться не в силах совладать с Драконом Наводнения?

— Как я могу обратиться к старшему? — уверенно спросил юноша.

— Можете называть меня Владыкой Взращивания Драконов, — голос бога прогремел будто гром, когда он ответил, смотря по сторонам. — Я бог Высших Небес, и если вы будете мне служить, то останетесь жить. Более того я даже соизволю забрать вас из мира смертных на Высшие Небеса, где вы сможете насладиться своей жизнью, взращивая моих драконов.

Глаза Лун Цзяонань загорелись, она громко проговорила:

— Основатель, я последовательница секты Наездников Дракона, той, которую Вы создали!

Цинь Му вздрогнул от неожиданности: «Вот дерьмо! Владыка Взращивания Драконов — это основатель Наездников Дракона!.. Он ужасно пожалел о том, что спросил, как зовут бога. Теперь, когда Лун Цзяонань нашла с ним контакт, он определённо умрёт!

Юноша попытался бежать, но как бы он не старался и не пинал цилиня, жирдяй продолжал лежать, намертво отказываясь подниматься.

«Я востребованный специалист! Я сведущ в узкой области!» — утешал себя Цинь Му, пытаясь совладать со своими эмоциями.

— Секта Наездников Дракона? — двое драконов под ногами Владыки Взращивания Драконов замерли, и бог наклонился, смотря на Лун Цзяонань. — Я и вправду основал эту секту, хоть это и было довольно давно. В то время эта затея показалась мне интересной, но вернувшись на Высшие Небеса я полностью о вас позабыл. Ты и вправду её последователь? Что за идиот только что назвал тебя своим сыном?

Лин Цзяонань удивилась и обрадовалась. Она немедленно упала на колени, отвечая:

— Это было отец последователя, нынешний Владыка секты Наездников Дракона!

— Его совершенствование невероятно слабо, он даже не выдержал щелчка моих пальцев. К счастью, бедолага выжил, — двое драконов под ногами бога, казалось, начали спускаться, когда он продолжил. — Так как ты последователь секты Наездников Дракона, я не доставлю тебе проблем. Кажется, твоя жизненная Ци сильно пострадала, вот тебе драконья бусина. Она не вернёт твоей прежней красоты, но восстановит твои силы и продлит жизнь.

Сверху спустился яркий оранжевый шар, и Лун Цзяонань тут же его схватила. Затем девушка несколько раз преклонилась, серьёзным тоном отвечая:

— Основатель, этот парень является заклятым врагом нашей секты, именно из-за него мы почти вымерли!

Удивлённо втянув шею, Цинь Му покачал головой:

— Сестра Лун, не наговаривая на невинного человека. Посмотри на моё совершенствование, как я мог бы истребить целую секту Наездников Дракона? Это великая священная земля, у которой столько могучих экспертов, сколько у коровы волосков на спине. Каждый из них владеет выдающимися, необыкновенными способностями. Более того, драконы, которых они выращивают, невероятно могущественны, откуда у меня силы, чтобы вас уничтожить?

Владыка Взращивания Драконов смерил парня взглядом. Тот казался невероятно честным юнцом, намного порядочнее, чем Лун Цзяонань:

— Это чистое дитя, слабое, как цыплёнок, смогло уничтожить секту, которую я основал? Вы что, настолько ничтожны?

Стиснув зубы, Лун Цзяонань прокричала:

— Этот мерзавец призвал дьявольского бога, который убил всех моих братьев!

С милым выражением лица, Цинь Му продолжал защищаться, заикаясь от волнения:

— Когда это я такое сделал? С самого юного возраста я изучал искусство лечения, и завоевал себе звание божественного врача. Каждый день я выписываю рецепты и ращу цилиня, откормив его до текущего состояния ожирения. Как я смог бы призвать дьявола, приносящего людям беду? Ты не просто на меня наговариваешь, т-ты меня оскорбляешь!

Впадая в ярость, Лун Цзяонань прыгнула вперёд, пытаясь его задушить и крича:

— Ты — Владыка Небесного Дьявольского Культа, твой ум полон злых идей и помыслов, приносящих людям беды. Ты самый злой из дьяволов!

Цинь Му начал задыхаться, его глаза неконтролируемо закатились.

Внезапно Владыка Взращивания Драконов щёлкнул пальцами, заставляя Лун Цзяонань несколько раз кувырнуться в воздухе.

Упав на землю, она обнаружила, что они приземлились. Парочка драконов высадили её возле реки Золотой.

— Так это из-за тебя цилинь такой толстый? — ладонью подняв Цинь Му, Владыка Драконов заинтересованно рассматривал парня. Улыбнувшись, он продолжил: — Ты отлично его откормил. Совсем неплохо, ты мне нравишься.

Столкнувшись с ним лицо к лицу, Цинь Му ощутил, как его сердце дрожит. Одна голова Владыки Взращивания Драконов была выше, чем всё тело парня. Мужчина был покрыт драконьей чешуей, лишь его брови были нормальны, напоминая два больших пёрышка.

— Старший… — собрав всю свою волю в кулак, сказал Цинь Му. — Я изучал искусство лечения с раннего детства… и владею отличными лекарственными техниками. Я скармливал цилиню половину ведра пилюль Алого Огня каждый день.

— Полведра пилюль Алого Огня? — Владыка Взращивания Драконов усмехнулся. — Похоже, твои техники приготовления пилюль отнюдь неплохи, раз ты в силах готовить столько пилюль каждый день. Но для чего столь юному ребёнку, как он, полведра пилюль в день? В таком возрасте, ему нужно не больше чашки, вот и всё, — лицо Цинь Му мгновенно потемнело, а бог продолжил. — Впрочем, все эти лишние скормленные пилюли не пропали даром. Они превратились в его, дракона и цилиня, жизненные силы, хранящиеся внутри тела. Как только их способности высвободятся, дитя сможет совершенствовать свою драконью бусину и огонь цилиня, обретая невероятную мощь. Лишь после этого его можно будет назвать взрослым. Смотрю, хоть ты и умеешь готовить пилюли, тебе ничего не известно о взращивании драконов. Хочешь научиться?

— Ученик хочет!

Лун Цзяонань была в ярости. Бессердечное отродье осмелилось воспользоваться возможностью окончательно вылезти ей на голову, становясь учеником основателя её секты!

— Я спросил, не хочешь ли ты у меня поучиться, а не стать моим учеником. Ты всего лишь маленький мальчик, — проговорил бог, улыбаясь. — Не спеши отдавать мне дань уважения. Я не собираюсь вербовать тебя в свои ученики. Но если ты будешь хорошо обходиться с моими драконами, то у тебя появится шанс в будущем. А теперь, приготовь мне котёл пилюль Алого Огня, чтобы я оценил твои способности.

Жизненная Ци юноши тут же вырвалась наружу и, достав из мешочка таоте горстку трав, в полёте начала готовить из них пилюли. Пока Владыка Взращивания Драконов говорил, он уже закончил создание первой пилюли Алого Огня.

На лице драконьего бога возникло удивлённое выражение, медленно превращающееся в радостную улыбку. Громко рассмеявшись, он проговорил:

— Ты зачислен. Это освободит меня от огромного количества повседневных забот. С сегодняшнего дня, ответственность за приготовление пилюль переходит тебе. Наконец я смогу расслабиться, — подняв ногу, он пнул цилиня и продолжил. — Кроха, я покажу тебе технику совершенствования драконьей бусины и огня цилиня, чтобы ты мог помогать разводить огонь для котла.

Зверь наконец смог подняться, удивившись и обрадовавшись.

Настроение Цинь Му резко улучшилось: «Глухой дедушка всегда говорил, что любое обучение — высшая ценность, за исключением искусства лечения дедушки целителя, которое абсолютно бесполезно. Неправильный диагноз может разорить врача до банкротства, в то время как живопись всегда позволит неплохо заработать. Впрочем, в конце концов глухой дедушка чуть не умер от голода и бедности, а медицинские знания дедушки целителя помогли мне заработать целое состояние, да и в целом облегчали жизнь, куда бы я не пошёл…»

— Маленькая девочка, подойди.

Склонив голову, Лун Цзяонань подошла к Владыке Взращивания Драконов, позволяя ему детальнее её осмотреть. Покачав головой, он сказал:

— У тебя тоже есть кое-какие знания о взращивании драконов, так что ты будешь его помощником. И запомни… не пытайся на него клеветать, а не то я тебе этого не прощу!

Девушка кипела от гнева, но ей ничего не оставалось, кроме как кивнуть и повиноваться.

Радуясь этому, Цинь Му спросил:

— Что Владыка Взращивания Драконов делает здесь, возле реки Золотой?

— Ищу главную вену дракона Империи Вечного Мира.

Серьга на ухе бога зашевелилась и сползла вниз, превращаясь в жёлтого Дракона Наводнения. Его тело становилось всё длиннее и длиннее, а аура усиливалась и увеличивалась, пока существо медленно погружалось в реку.

Течение реки Золотой было очень стремительным, и как только в её русло втиснулся гигантский дракон, округа тут же погрузилась в хаос. Воды немедленно взмыли в воздух, создавая в небе речной поток.

— В этом месте находится живот дракона реки Золотой, его когти распростёрты неподалёку, — Владыка Драконов посмотрел на речное дно, разочарованно скривившись, — но это не главная вена Империи.

Цинь Му тоже бросил взгляд на речное дно, слегка удивившись. Камни, которые течением выбрасывало на берег, и вправду напоминали кусочки драконьей чешуи. Часть из них и вовсе выглядела, как когти!

— У реки есть собственная Ци, которая, собравшись вместе, формирует водную вену дракона. Горная Ци, в свою очередь, превращается в горную вену. А если вену создаст Ци магмы, то она становится огненной. Это три вида драконьих вен, известных человечеству. Впрочем, существует ещё и четвёртый — ветер. Преодолевая десятки тысяч километров, он высекает драконье следы на камнях и земле, — подняв взгляд ввысь, Владыка Драконов проговорил низким тоном. — Я проверил вены ветра и гор, реки Мутную и Золотую. Дальше я должен осмотреть три огненных вены дракона, спрятанные под землёй. Если под контролем Империи Вечного Мира и дальше будет столько вен, то боюсь, скоро здесь появится новый, гигантский монстр. Но если мне удастся уничтожить главную, то все здешние драконы останутся без лидера, и ваш мир утонет в хаосе…

Глава 366. Истинный Владыка Драконов

«Империя Вечного Мира полна катастроф. После мятежа и восстания, произошло стихийное бедствие, затем на них напали Империя Варварских Ди и страна Волчьего Убежища. Теперь объявился Владыка Выращивания Драконов, который хочет забрать главную вену дракона», — печально вздохнул в своём сердце Цинь Му.

Последнее время Яньфэну действительно тяжело жилось на посту Императора. Слишком уж часто ему приходилось за всеми подчищать.

«С Божественной Пушкой Солнечного Удара можно убить этого Владыку Драконов. Хотя батарея всё ещё находится в столице, Императора Яньфэна здесь нет…» — вдруг задумался Цинь Му. Он никогда не был частью Империи Вечного Мира, так почему тогда он должен был рисковать ради неё своей жизнью?

Покинув Великие Руины, парень хотел только совершенствоваться и получать опыт. В то время у него даже мысли не было о защите Империю Вечного Мира, когда же тогда в его сознании успели произойти такие изменения, что он начал задумываться об этом?

Не так давно он рассматривал империю, как врага, который обращался с отвергнутыми людьми из Великих Руин как с рабами… Когда его взгляды изменились, и он начал относиться к проблемам Вечного Мира как к своим собственным?

Разве он не должен был только совершенствоваться и получать опыт?

Разве он не должен был бороться за выживание людей Великих Руин?

Когда же он начал относиться к Империи Вечного Мира, как к своему второму дому, подсознательно рассматривая её вопросы как свои собственные?

Цинь Му заглянул глубоко в своё сердце и открыл там жестокую и завораживающую правду. Множественные, сложные изменения человеческого сердца превосходили любые реформы и изменения в путях, навыках и божественных искусствах.

Цинь Му соответствовал своему спокойному сердцу. Как Император Людей, он делал вещи не для Империи Вечного Мира, а для людей этой земли. Если бы Император Яньфэн оказался злым и некомпетентным, он бы заменил его. Если бы Имперский Наставник потерпит неудачу в реформе, он бы продолжит её реализацию сам.

Да даже если реформа Империи Вечного Мира окажется успешной, но Император Яньфэн всё же вторгнется в Великие Руины и сделает из людей Великих Руин рабов, он избавится от него…

Цинь Му моргнул и почувствовал, что всё чисто и просто.

— Мы приехали! — два дракона под ногами Владыки Драконов внезапно замедлились и остановились. Юноша ошеломлённо огляделся. Повсюду возвышались огромные вулканы, и из них поднимался густой дым. Тем не менее, не было никакой лавы.

Время от времени люди, совершенствующие Ци, поднимались на гору собрать подземный огонь, который использовался для практики божественных искусств огня.

Это был уезд Вулканов Империи Вечного Мира, названный в честь многочисленных вулканов на его территории. Девяносто процентов вулканов Империи Вечного Мира располагались именно там. Также в уезде находился самый большой вулкан под названием Великая Белая Гора. Такое название вулкан получил из-за чудовищной высоты и покрытой снегом вершины, но в его устье всё же бурлило лавой.

Оглядевшись, взгляд Владыки Драконов упал на Великую Белую Гору.

— Глаза дракона там! — улыбнувшись, сказал чешуйчатый великан. Два дракона под его ногами взмыли в воздух, поднимаясь на вершину Великой Белой Горы. Там находилась секта, которая, в отличие от трёх больших священных обителей империи, как и остальные секты страдала от огромного давления… у них был дефицит учеников из-за расположенных повсюду начальных школ и колледжей.

Секта на вершине Великой Белой Горы называлась сектой Великого Белого Меча, а в их рядах состояло не больше сотни человек.

Владыка Драконов с Цинь Му и Лун Цзяонань спустился прямо на гору и пошёл вглубь владений секты Великого Белого Меча, именно там располагался входом в вулкан. Эксперты секты были встревожены. Когда они увидели Владыку Драконов и кучу драконов, они впали в оцепенение и не смели двигаться.

Огненный Дракон Наводнения под Владыкой Драконов вылетел и ударил в вулкан. Через мгновение в небо вырвался разноцветный свет, тут же превращаясь в чистой золотой, а в месте удара был открыт проход.

Цинь Му посмотрел внутрь жерла, и у него закружилась голова. На самом деле там не оказалось лавы, вместо этого стены жерла испещряли сияющие золотым светом драконьи чешуи. Они тянулась изнутри горы с самых неизведанных глубин.

Практики секты Великого Белого Меча тоже были ошеломлены. Их секта занимала эту землю в течение нескольких тысяч лет, но они не знали, что внутри вулкана был совершенно другой мир. Они продолжали стоять на месте как вкопанные.

— Старший… — лидер секты Великого Белого Меча собрал своё мужество в кулак и пошёл вперёд, но как только он собирался сказать слово, огромные драконы унесли Владыку Драконов, Цинь Му и Лун Цзяонань в вулкан.

— Лидер секты, эти люди ворвались в запретную зону нашей секты меча! — выкрикнул мужчина средних лет. — Что нам теперь делать?

Уставившись с непонятным выражением лица, лидера секты сказал:

— Я узнал того юношу, он — Владыка Небесного Дьявольского Культа. Этот старый дьявол привёл такого ужасающего эксперта, который вырастил так много драконов! Священная земля дьявольского пути имеет поистине оправданную репутацию, их основа действительна глубока. Наша секта Великого Белого Меча не противник им, так что мы можем сделать? Конечно, мы подадим жалобу в имперский двор!

Все в секте меча были ошеломлены. Подать жалобу в имперский двор? Не будет ли это слишком смущающе?

— Если мы подадим жалобу в имперский двор, Император и Имперский Наставник не проигнорируют её, — поднявшись, сказал лидер секты. — Я направлюсь в столицу, чтобы подать жалобу, и, безусловно, Император заставит Небесный Дьявольский Культ ответить перед нами!

В вулкане Цинь Му и Лун Цзяонань следовали за Владыкой Драконов, осматривая просторное подземелье. Стены были сделаны из лучистой драконьей чешуи. Юноша протянул руку, чтобы коснуться одной из них, и почувствовал, что она обжигает, словно магма.

— Может быть тут окажется главная вена дракона. Драконья Ци, скапливающаяся в этом подземелье, собирается превратиться в божественного дракона и улететь! — проговорив, Владыка Драконов в удивлении добавил. — Эта вена, кажется, немного лучше, чем девять горных вен в столице Империи Вечного Мира.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Владыка Драконов посещал девять драконьих вен в столице? Какая там ситуация?

Хоть парень и был несколько раз в столице, он никогда не видел те горы. Столица обрамлялась девятью драконами, отчего драконья Ци в том регионе была плотной и необыкновенной. Живущие там люди, как правило, имели более длительную продолжительность жизни и могли совершенствоваться в два раза быстрее. Особенно в Имперском Колледже и имперском дворце. Именно там в основном концентрировалась драконья Ци.

— Вены драконов в столице Вечного Мира — это девять жёлтых драконов. Я вошёл внутрь горы и увидел, что они уже выдолбили центр горы и превратились в Ци, у которой были чешуя и когти, — сказал Владыка Драконов. — Но всё же это только Ци, тела сформированы не были. Здесь же, огненный дракон уже почти принял форму.

Цинь Му был озадачен. Лун Цзяонань коснулась драконьей чешуи и спросила:

— Драконья чешуя этой вены — настоящая драконья чешуя, а не проявление?

— Конечно настоящая, — сказал бог. — Драконы Наводнения не считаются настоящими драконами, они просто огромные змеи, которые впитали драконью Ци и претерпели метаморфозу. Настоящие драконы рождаются из Ци и трансформируются из вен драконов. Всё в мире рождается из яйца или матки, однако настоящие драконы рождаются из Ци. Ци рождает настоящего дракона, который затем рождает яйца или плод. Ты бывал в Великих Руинах, верно? Там есть множество руин королей драконов, но почему же их так много именно в Великих Руинах? Всё потому, что в прошлом существовали сотни вен драконов, и их судьба процветала до такой степени, что они превращались в настоящих драконов!

Сердце Цинь Му дрожало… Сотни драконьих вен, процветающая судьба, драконьи вены превращаются в настоящих драконов!

Он действительно видел Храм Короля Драконов в водоёме Восточного Моря! У реки Вздымающаяся также был Храм Короля Драконов! Могли ли те короли драконов быть настоящими драконами?

— Настоящие драконы, превратившиеся из вен драконов Великих Руин, сдались и отдали свою верность… хе-хе! — Владыка Драконов, казалось, боялся последствий окончания своей мысли и не продолжил. Вместо этого он добавил. — Империя Вечного Мира всё ещё считается маленькой, с десятью-двадцатью венами драконов. Однако, чтобы предотвратить неприятности в будущем, я должен найти главную вену. В противном случае если Империи Вечного Мира будет позволено продолжать расти, это может привести к ещё одному бедствию. Нужно найти главную вену дракона и уничтожить её как можно скорее.

Посмотрев в глубину, они вдруг услышали глухой рёв дракона.

Цинь Му ощутил подъём духа, даже азарт и подумал: «Неужели вена огненного дракона действительно превратится в настоящего дракона?»

Толькой подойдя ближе он заметил, что рёв доносился не от настоящего дракона, а от подземной реки магмы шириной в десятки километров. Четыре стены вокруг были покрыты драконьей чешуёй, которая сияла блестящим золотом, ослепляя их глаза!

Цинь Му почувствовал чрезвычайно сильную драконью Ци. Практикуя технику Девяти Монархических Драконов семьи Лин, он добился довольно высоких результатов, поэтому сразу уже прочувствовал, что здешняя драконья Ци ничем не уступала таковой в столице!

Вот только в столице драконья Ци собиралась с целых девяти вен, а тут была только одна вена огненного дракона… Одна! Может быть здесь и правда то самое место, где лежит главная драконья вена всей Империи Вечного Мира?

— Странно… — нахмурившись, сказал Владыка Драконов, осматривая течение реки магмы. — Странно… Путь вены здесь кажется неправильным…

Владыка Драконов спустился со спины двух Драконов Наводнения. Цинь Му взглянул на его ноги и увидел, что они не человеческие, а в виде двух драконьих когтей. Владыка Выращивания Драконов достал маленький золотой котёл… ну по крайней мере это было так для него, а для юноши же котёл был достаточно большим, настолько большим, что в нём можно было бы без проблем приготовить двух-трёх человек.

Бог зачерпнул магму, прежде чем вынуть некоторую золотую силу, чтобы рассеять её внутри котла. Затем он замолчал в ожидании.

Цинь Му подошёл посмотреть на процесс в котле, увидев в нём постепенно меняющийся, сливающийся с магмой золотой порошок.

Владыка Драконов бросил ему золотую книгу и мешочек таоте, сказав:

— Вена дракона здесь какая-то странная, она, похоже, не самая обычная. Я хочу наложить заклятие, дабы разобраться в проблеме. Тебе же предстоит усовершенствовать несколько пилюль, чтобы накормить драконов. В этой книге есть рецепты, так что не облажайся.

Утвердительно кивнув, Цинь Му взял золотую книгу, на обложке которой писалось —Писание Взращивания Дракона. Пролистывая, он понял, что в ней записаны всевозможные методы для выращивания драконов, там даже перечислялись все типы драконов, их привычки и особенности, как держать их под контролем и, наконец, рацион, идеально подходящий для каждого типа драконов.

Юнцу было всё равно на записи о духовных пилюлях. Что его заинтересовало, так это метод их готовки. Целитель научил его многочисленным видам ручных техник для создания пилюль, но в Писании Взращивания Дракона было много таких, которых он никогда раньше не видел.

«Как и ожидалось от бога, который выращивает драконов… Существует так много методов готовки пилюль. Исходя из этих рецептов и методов создания пилюль, способности Владыки Драконов на пути создания пилюль, судя по всему, немного слабее, чем мои», — осторожничал Цинь Му. Если бы он вознамерился приготовить для Владыки Драконов смертельный яд, это, вероятно, оказалось бы не так уж легко, поэтому он тайно прогнал эту мысль побыстрее и продолжил изучать книгу.

Драконы разных атрибутов потребляли разные духовные пилюли. Например, цилинь относился к атрибуту огня, поэтому для него самыми подходящими были духовные пилюли Алого Огня. Однако, после проверки он обнаружил, что пилюли Алого Огня не были наиболее подходящим для зверя. Просто на вкус они были для него лучшими.

Для цилиня больше всего подходила некая Божественной Пилюля Живучести Огненного Элемента. Рацион из таких пилюль поможет его росту и поспособствует резкому увеличению скорость бега. Тем не менее, она была немного острой и не вкусной, хотя это уже на любителя.

— Неудивительно, что этот ненасытный всегда хочет есть духовные пилюли Алого Огня, да ещё в таком количестве! — воскликнув и помрачнев лицом, юноша зыркнул на с любопытством осматривающегося цилиня. Чуть погодя он скомандовал неприятным, даже немного мерзковатым тоном. — Служанка, подойди, поможешь мне приготовить пилюли.

Стиснув зубы и в сердцах желая съесть его, Лун Цзяонань пошла вперёд.

Цинь Му пнул цилиня:

— Жирный, ты слышал когда-нибудь о Божественной Пилюле Живучести Огненного Элемента?

— Я никогда не слышал о такой раньше, — виновато пробубнил цилинь.

Цинь Му фыркнул и открыл мешок таоте бога-переростка. Внутри хранились всевозможные духовные травы. Рассортировав их, он швырнул Лун Цзяонань охапку трав и приказывал приготовить её в соответствии с рецептом. Затем он скомандовал цилиню извергнуть огонь, пока сам выполнял технику готовки пилюль. Он демонстрировал всевозможные, ослепляющие глаза, техники рук. Некоторое время спустя он приготовил целую партию пилюль.

Многочисленные маленькие драконы на теле бога учуяли аромат и немедленно побежали вниз по его телу, окружая Цинь Му. Наибольшие были трёхметровой длины, в то время как самые маленькие были чуть меньше трёх сантиметров. Имели место быть драконы всех размеров, цветов и даже видов, и все они, подняв свои мордочки, пристально уставились на него.

Цинь Му неподвижно стоял. Большинство из драконов были Драконами Наводнения, и каждый из них был несравненно силён. Для них избавиться от него было плёвым делом, это как для людей сдуть пыль!

Владыка Выращивания Драконов, в настоящее время произносивший заклятие и направлявший жизненную Ци в котёл, чтобы золотой порошок, сливающийся с магмой, претерпел изменения, сказал:

— Положи духовные пилюли в таз, они будут есть сами.

Цинь Му посмотрел на Лун Цзяонань, которая, порывшись в мешке таоте, достала огромный таз. Превышая в диаметре тридцать метров, таз можно было даже назвать прудом!.. Пересыпав все духовные пилюли в таз, парень увидел, как десятки драконов мгновенно бросились внутрь. Они плавали в духовных пилюлях, резвились и играли.

Размахивая хвостом, цилинь нетерпеливо смотрел на хозяина. С беспристрастным лицом достав огромный таз, Цинь Му закинул в него несколько духовных пилюль Алого Огня вперемешку с Божественными Пилюлями Живучести Огненного Элемента.

Дракономордый был вне себя от радости и немедленно отправился есть, но юноша тут же заметил, как тот тайком выбирал “впервые увиденные” Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента и незаметно выбрасывал в магму рядом.

Впав в ярость, Цинь Му гаркнул:

— Служанка, избей привереду!

Всё же сорвавшись, Лун Цзяонань сбила ударом кулака Цинь Му с ног, затем уселась на него верхом и начала колошматить:

— Я слишком долго терпела тебя! Я забью тебя до смерти!

Владыка Драконов щёлкнул пальцем по Лун Цзяонань, отшвыривая её в сторону. Но уже мгновение спустя она врезалась в чешую дракона и от столкновения вырвала полный рот крови. Владыка покачал головой и сказал:

— Ты же мастер, разве можно позволять служанке избивать себя? А что будет дальше?

Цинь Му подполз и стыдливо сказал:

— Я всё ещё нахожусь в Шести Направлениях, в то время как она в Семи Звёздах. Владыка Драконов даже подарил ей драконью бусину, так что теперь её распирает грубая сила. Мне не одолеть её.

— Это имеет смысл, — Владыка Драконов достал драконью бусину и бросил её ему. — Касательно области твоего совершенствования, тут я бессилен, но у меня есть много драконьих бусин. Я дам тебе ещё лучше. Драконья бусина, которую я дал ей, всего лишь маленькая игрушка, исходящая от непородистого дракона области Божественного Моста. Хотя эта бусина также от зверя Божественного Моста, её родословная намного чище и ближе к истинному дракону. Если она снова захочет тебя побить, ты сможешь взорвать её одним ударом.

Схватив драконью бусину, Цинь Му почувствовал дикую силу, тут же заполняющую всё его тело. Его сила быстро увеличивалась, что не могло не обрадовать.

Лун Цзяонань побледнела. Похоже, Владыка Драконов был на стороне Цинь Му!

— Я уже обнаружил уловку в вене дракона, — бог подошёл к золотому котлу с мрачным лицом. — Это не главная вена дракона, а всего лишь её ветвь, пришедшая сюда охранять других драконов. Кроме того, кажется, что главная вена дракона связана с венами дракона в Великих Руинах…

Юноша подошёл и увидел внутри котла плавающих в магме золотых драконов, они окружили огромного, грозного, но всё ещё спящего дракона!

— Отребья Великих Руин действительно талантливы! — усмехнулся Владыка Выращивания Драконов. — Они передали судьбу Великих Руин в Империю Вечного Мира, желая использовать судьбу двух династий, чтобы породить истинного владыку драконов! Хе-хе, но я заберу его вену, тем самым уничтожая их, разрабатываемый десятками тысяч лет, план за один день… и увижу, как они взвоют к небесам и земле!

Глава 367. Подземелья Великих Руин

«Заклятие Владыки Выращивания Драконов для вычисления драконьих вен очень изящно», — Цинь Му внимательно рассматривал Ци в облике дракона, свободно плавающую внутри золотого котла. Подобная техника ведения расчётов, казалось, была способна вычислить местонахождение магических гор и земель. К примеру, секта Великого Белого Меча была возведена на драконьих глазах, которые, судя по всему, являлись благоприятным местом. Тем не менее, судя по изображению в котле Владыки Драконов, оно не являлось таковым. На самом деле здесь попросту случился конфликт между группами драконов, одна из которых отвоевала сокровища противника, поддерживая истинного владыку драконов!

У сект, находящихся неподалёку, отобрали большую часть богатства, отчего те пришли в упадок, а их численность уменьшалась изо дня в день.

«Неудивительно, что секта Великого Белого Меча опустилась до своего нынешнего состояния», — мысленно воскликнул юноша.

Владыка Драконов отставил золотой котёл в сторону, и Цинь Му немедленно подал ему Писание Взращивания Драконов.

— Сначала изучи её, — покачал головой бог. — Как мальчик, выращивающий драконов, ты доложен отлично разбираться в поведении всех их видов. Кроме того, есть много навыков, которыми тебе нужно овладеть. Я дам тебе два дня, а то, сколько ты успеешь выучить, зависит исключительно от твоих способностей. По истечении этого времени я заберу книгу.

Лицо Лун Цзяонань тут же помрачнело. Владыка Выращивания Драконов ничего не знал о таланте Цинь Му к обучению, но она-то знала!

На безлюдном острове посреди восточного моря, Мастер Дао позволил юноше изучать Четырнадцать Писаний Меча Дао на протяжении десяти дней, и в результате тот овладел ими не хуже, чем Даоцзы Линь Сюань.

Несмотря на то, что Писание Взращивания Драконов было техникой богов, её изучение было не сложнее, а может и легче, чем понимание Меча Дао. Последний был очень требователен к познаниям в алгебре, и чем выше были последние у ученика, тем быстрее тот овладевал техникой секты Дао. Но насколько сложной была алгебра?

В Писаниях Взращивания Драконов рассказывалось об уходе, контроле и жизни с драконами. Техника, которая в них описывалась, Секреты Драконьего Контроля, была уникальным учением секты Наездников Дракона, связанным с перерождением и сменой кожи.

Несмотря на то, что секта Наездников Дракона была основана Владыкой Выращивания Драконов, ей так и не повезло овладеть настоящим Писанием Взращивания Драконов. Даже Владыка секты получил лишь незаконченную копию.

Тем не менее, секта Наездников Дракона считалась невероятно сильной. Естественно, она не шла в сравнение с тремя великими священными обителями, но её высоко ценили в мире боевых искусств. В противном случае Император Яньфэн не позволил бы им собственноручно возглавить армию.

Изначально у Империи Вечного Мира была армия драконов, которой управляла секта Наездников Дракона. И несмотря на то, что Владыка Драконов лично основал её, он решил не передавать ей полную версию Писания Взращивания Драконов. Тем не менее, он вручил её этому мерзавцу Цинь Му. Что не могло не сводить Лун Цзяонань с ума, и в этом не было ничего странного, ведь бог поверил Цинь Му лишь из-за его милого внешнего вида, и по похожей причине решил не доверять Лун Цзяонань. Она чувствовала себя абсолютно беспомощной.

Владыка Выращивания Драконов не знал, о чём она думала. Для бога вроде него, сотрудничество с ней и Цинь Му не несло в себе ничего важного. Это было почти то же самое, что таскать с собой двух мурашек, ему не нужно было понимать хода их мыслей.

Если бы Цинь Му не оказался более полезным, бог не стал бы относиться к нему лучше, чем к Лун Цзяонань.

Учитывая власть, которой он владел, это было вполне логично.

Он был богом, которому ничего не угрожало. Крохотное насекомое вроде Цинь Му ничего для него не значило, из-за чего не было особого смысла с ним заморачиваться. Его интересовала лишь помощь парня, и чтобы заставить последнего её предоставить более охотно, он решил просто подкупить мальца.

Даже если у муравья были злые намерения, его можно было убить щелчком пальцев.

Кроме того, судя по тому, как Цинь Му и Лун Цзяонань вели себя, стало очевидно, что парень был более надёжным. Кроха вёл себя приземлённо и искренне, тем самым вызывая к себе доверия больше, чем девушка.

Владыка Драконов вёл их против течения, постепенно отдаляясь от поверхности земли. Река магмы была спрятана глубоко в недрах Империи Вечного Мира, простираясь на несколько тысяч километров. Вверх по течению находился её исток, лежащий на глубине десятков километров.

Спустя некоторое время в дороге, они начали чувствовать, что воздух вокруг становится теплее. Посмотрев вниз на течение, Цинь Му увидел, что количество чешуек возрастало, и кроме них даже начала встречаться драконья плоть и кровь!

Чешуйки вырастали из чешуек, формируя длинные кровеносные сосуды. В сравнении с гигантской веной дракона, они были невероятно крохотными несмотря на то, что их толщина была сопоставима с бочкой для воды.

«В них течёт кровь!» — затем юноша обнаружил, что эта кровь принадлежит истинному дракону. Её течение сопровождалось тихим звоном ртути.

— У этой вены дракона выросло сердце, — внезапно проговорил Владыка Выращивания Драконов.

Цинь Му тоже услышал слабое биение сердца. По мере их приближения оно становилось всё четче и чётче, пока, наконец, перед путниками не возник его источник.

Тот напоминал гору, подвешенную в воздухе на толстых сосудах. Многие из них брали своё начало в озере внизу.

В унисон с биением, магма внутри горы подымалась и опускалась, циркулируя сквозь сердце, будто очищалась.

Когда сердцебиение на мгновение останавливалось, магма с всплеском возвращалась обратно в озеро, ожидая следующего удара.

Вокруг озера магмы со стен торчали гигантские осколки бриллиантов, напоминая сталактиты и кристаллические колонны. Кроме них на земле лежал золотой песок и большие куски застывшего золота.

Цинь Му и Лун Цзяонань были поражены подобной картиной.

Несмотря на то, что по всей территории Империи Вечного Мира были разбросаны шахты, ни одна из них не была столь богата на минералы. Впрочем, у страны не было шансов пробраться до этого места.

Глаза парочки опустели. Хотя главной валютой Империи были монеты Великого Изобилия, золото также пользовалось огромной популярностью. Бриллианты, в свою очередь, были чрезвычайно твёрдым и “выносливым” материалом для создания духовных сокровищ, многие выдающиеся монахи использовали их в подобных целях. Поэтому такие огромные камни стоили бы невероятное количество денег!

«Если бы я могла… как жаль», — мысленно вздохнула Лун Цзяонань.

«Я богат! — радостно колотилось сердце Цинь Му. — Как только я избавлюсь от Владыки Драконов, все эти сокровища станут моими!»

— Если бы мы были в каком-то другом месте, то я определённо подумал бы, что это и есть главная драконья вена. Как жаль, что это всего лишь обманка, созданная отродьями Великих Руин! — Владыка Выращивания Драконов не обращал никакого внимания на золото и бриллианты, ухмыляясь. — Может им и удастся кого-то обмануть, но не меня! Если в этом всём замешаны Великие Руины, то вена определённо не может быть столь малой и слабой! — он достал золотой котёл, проверяя свои расчёты, после чего проговорил. — Неподалёку есть ещё одна вена дракона! — схватив котёл, он быстро помчался к водопаду из магмы. Улыбаясь, бог воскликнул. — Вот здесь!

Взмахом руки Владыка Выращивания Драконов отодвинул поток водопада в сторону, обнаруживая ещё одну реку позади.

— Вот чёрт, мне нужно пересечь ещё несколько вен дракона, чтобы найти ту, что принадлежит истинному владыке драконов, — с возросшим боевым духом, улыбающийся Владыка Драконов повёл Цинь Му и Лун Цзяонань сквозь водопад. — От этого становится только интересней. Путешествие в мир смертных определённо не пройдёт впустую!

Вена дракона, в которую они попали, была даже необычнее, чем предыдущие. Кроме чешуек, кровеносных сосудов и узоров плоти на стенах, в некоторых местах выросли внутренние органы!

Если бы не вена огненного дракона сбоку, Цинь Му подумал бы, что находится внутри истинного дракона!

«Если группа драконов уже достигла подобной формы, боюсь представить, как будет выглядеть вена истинного владыки драконов?..» — удивлялся Цинь Му.

Продолжая спускаться вниз, они, преодолев пятнадцать тысяч километров, наконец, добрались до третьей подземной вены.

Они повернули на запад, из-за чего Цинь Му слегка нахмурился.

Уезд Вулкана находился в глубине Империи Вечного Мира, почти в самом её сердце. Преодолев столь огромное расстояние, двигаясь на запад, они, должно быть, приближались к горному хребту Разрушенный Богом.

Цинь Му не знал, был ли Владыка Драконов знаком с географией Империи и Великих Руин, но так как Небесный Дьявольский Культ частенько занимался контрабандой, преодолевая этот горный хребет, юноша понимал, что они сейчас находятся именно под ним.

Тем временем драконья вена продолжала вести их на запад. Если она никуда не свернёт, то вскоре они окажутся посреди Великих Руин!

«Сейчас там, должно быть, ночь!» — Цинь Му с трудом подавлял панику в своём сердце. Безопасно ли находится в подземельях Великих Руин ночью? Может быть они тоже поглощаются тьмой?

Он не знал, чего ожидать.

Тем не менее, можно было не переживать. Способности бога под боком были невероятно велики, и даже если их настигнет тьма, он сможет их защитить.

Отряд продолжал двигаться, пока дорога впереди не поглотилась непроглядной тьмой. Это место было ярко освещено огнями магмы, но теперь, даже те не могли пробиться сквозь тьму.

Цинь Му тут же пнул цилиня, и тугодум наконец понял, что происходит. Он немедленно подполз вперёд, пытаясь держаться поближе к Владыке Выращивания Драконов.

Увидев это, Лун Цзяонань сразу осознала в чём дело, тоже приблизившись к богу.

«А девка-то не дура. Лучше избавиться от неё как можно скорее, чтобы меня не настигла неожиданная неудача» — подумал про себя Цинь Му.

Не успев отойти далеко, они увидели перед собой возвышающуюся статую бога, чьё лёгкое сияние отгоняло тьму в округе.

— За этим всем и вправду стоят старики Великих Руин! — ухмыльнулся Владыка Драконов, продолжая идти вперёд. — Если бы я не спустился проверить драконьи вены Империи Вечного Мира, им удалось бы меня обмануть!

Он сдерживал свою ауру, не позволяя ей вырваться наружу. Казалось, что его одолевал страх, что она разбудит статую.

Река магмы текла на протяжении многих километров, на каждом её отрывке была возведена статуя бога, охраняющая вену дракона. Было тяжело сказать, сколько они прошли, прежде чем добрались к четвёртой вене.

Она принадлежала уже не Империи Вечного Мира, а Великим Руинам!

Войдя в четвёртую вену дракона, Цинь Му провёл расчёты и пришёл к выводу, что они оставили позади город Пограничный Дракон и деревню Цань Лао, становясь всё ближе и ближе к центру Великих Руин.

Скорость двух драконов под ногами бога была невероятно высокой. Они двигались в несколько раз быстрее, чем жирный чревоугодник, коим являлся цилинь. Путешествие, на которое ему ушло бы более десятка дней, они совершили всего за сутки.

К тому времени, когда отряд добрался к пятой вене дракона, тьма уже отступила, заменившись днём. А когда они оказались внутри шестой вены, Цинь Му уже был уверен, что над ними центральная часть Великих Руин.

— Мы неподалёку вены истинного владыки драконов! — настрой Владыки Выращивания Драконов поднялся, и он улыбнулся. — Как тебе Писание Взращивания Драконов? Твоё время почти истекло.

Цинь Му уважительно передал ему книгу, проговорив:

— Я не слишком сообразителен, и сумел выучить лишь маленькую часть из написанного. Остались некоторые моменты, которые я не смог понять.

— Ты честный, искренний и лишённый хитрых намерений, нет ничего странного в том, что твои мозги не слишком хорошо варят, — ответил Владыка Драконов. — Если ты будешь хорошо обходиться с моими драконами, я соизволю объяснить тебе то, что ты не понял.

Цинь Му был вне себя от радости.

Лун Цзяонань увидела выражение его лица, отчего ей захотелось наброситься и задушить парня на смерть. Ему удавалось сохранять свою искреннюю улыбку, даже смотря в глаза смерти!

— Мы внутри главной драконьей вены! — радуясь, улыбнулся бог. — Я заберу её от старых хитрецов и испорчу их великий план, длящийся на протяжении десятков тысяч лет за одно мгновение… Подождите-ка, это ведь…

Выходя из шестой вены, он озадаченно скривил лицо. Бог осмотрелся вокруг, недоумевая всё сильнее и сильнее.

Глава 368. Драконий Нефрит, Неминуемая Катастрофа

Цинь Му и Лун Цзяонань пошли вперёд. Огромные ворота соединяли шестую вену дракона с главной веной. На обоих сторонах ворот красовались многочисленные барельефы в форме драконов. Они, подобно истинным драконам, выглядели яркими и реалистичными, интересными и притягательными. Различные формы узоров говорили о принадлежности к различным породам, ничем не уступая Портретам Ста Драконов.

В сокровищнице Монастыря Великого Громового Удара располагалось только сто видов небесных драконов, здесь же их было более тысячи. Драконьи барельефы всех размеров окружали огромного дракона, который извивался и поднимал голову вверх, глядя прямо на людей за стеной. Некоторые из драконов танцевали в воздухе, другие ползали по земле, а третьи растягивались на полу в спячке. Были также драконы, смотрящие на землю, как будто внизу было что-то интересное, или большие драконы, смотрящие на маленьких, играющих вокруг, некоторые из чешуйчатых даже забрались на усы огромного дракона. Они свисали и резвились во всевозможных позах.

Огромный дракон был создан грозным и страшным. Он обладал аурой божественного дракона, а также имел дикие и свирепые черты. Его пристальный взгляд смотрел прямо на людей, которые пришли к этому месту, но те не могли смотреть ему в глаза.

«Этот огромный дракон — истинный владыка драконов? Если бы я смог постичь это, моё понимание Восьми Громовых Ударов достигло бы своей крайней точки, и я, вероятно, смог бы даже создать новые божественные искусства!» — сердце Цинь Му было сильно тронуто. Старый Ма был искусен в создании скульптур, глухой в живописи, а немой в кузнечном деле, и они многому научили его.

Он мог любоваться красотой барельефов тысяч драконов, но видел гораздо больше. Барельефы на воротах были высечены топором, он даже мог представить бога, мастерски владеющего огромным, тяжёлым топором. Но в руках бога громоздкий инструмент становился самой тонкой, как грубой, так и жёсткой, кистью, позволяя ему свободно и осмысленно творить. Бог использовал свои потрясающие навыки топора в удовольствие.

— Странно, странно! — тревожный голос Владыки Взращивания Драконов раздался с другой стороны ворот. Казалось, он столкнулся с чем-то, чего не понимал.

Тоже пройдя через высокие ворота, Цинь Му был ошеломлён. Под его ногами располагалась пустая бездна, в то время как по четырём стенам текла густая магма, издавая сотрясающие мир рокотания.

Они стояли у большой и идеально круглой пропасти, которая была настолько совершенна, что казалось, будто её вырезали вручную. Но там не оказалось главной вены дракона, которую ожидал увидеть Владыка Высших Небес!

Подняв золотой котёл, Владыки Драконов полетел к центру пропасти, внимательно осматривая истинного владыку драконов внутри сокровища. Между тем на его лице проявлялась всё более явная озадаченность.

— Не понимаю, драконья вена истинного дракона должна быть прямо здесь, так почему она исчезла? Может быть её кто-то перенёс или же она уже превратилась в дракона и улетела? — ведя себя тревожно, или даже беспокойно, гигантский бог сразу же ринулся ко дну пропасти.

Цинь Му немедленно прыгнул на спину цилиня, который, ступая по волшебным облакам, полетел вниз. Лун Цзяонань взлетела, а затем тоже полетела вниз. Спустя некоторое время, они, наконец-то, добрались до дна огромной пропасти и оцепенели. Осмотревшись вокруг, они увидели лаву, стекающую по стенам пещеры, омывая блестящим золотом подземное пространство!

Оказавшись в чрезвычайно обширном пространстве, они увидели магму, льющуюся сверху и стучащую о металлическую землю. Все окрестности были плотно набиты Эссенцией Чёрного Золота, та была буквально везде, как в столбах, так и в скалах. Коротко говоря — роскошное зрелище.

Странные письмена, руны и изображения проявлялись на чёрном золоте, иногда светясь, а иногда затемняясь, но неизменно стекая. Группа могла чувствовать чрезвычайно мощные, ужасающие и загадочные ауры вокруг. Можно было даже едва расслышать отголоски рёва грозного, свирепого дракона.

«Странно, письмена и руны кажутся мне немного знакомыми, я, кажется, видел их где-то раньше…» — будучи сбитым с толку, Цинь Му подошёл к одному из столпов Эссенции Чёрного Золота и подробно изучил его. Письмена действительно были ему знакомы, но вот откуда…

— Дракон не здесь, не здесь… — смотря на золотого дракона, в боге нарастало раздражение, как вдруг он оглушительно крикнул. — Есть только драконье гнездо! Кто откопал истинного владыку драконов?!

«Его откопали?» — мысленно удивился юноша, посмотрев на огромное подземное гнездо дракона. Оно было очень широким, с Эссенцией Чёрного Золота повсюду. Однако, судя по расположению колонн, там должен был находиться огромный дракон.

Центр драконьего гнезда, представляя собой пространство в форме кольца, пустовал. Конечно, эта область была чрезвычайно обширной, с окружностью более десятка километров. Огромная вена, поглощая Ци дракона, казалось, не сформировалась окончательно. Её выкопали и унесли прежде, чем она смогла стать божественным драконом.

— Истинный владыка драконов был усовершенствован в драконий нефрит! — бог-переросток прошёлся вокруг гнезда с мрачным лицом. — Однако… этот человек просчитался. Он не ожидал, что я, Владыка Взращивания Драконов, приду сюда, и не предвидел, что он не сможет покинуть драконье гнездо истинного владыки драконов!

«Человек, который утащил вену истинного владыки драконов, действительно превратил её в драконий нефрит? У него есть такая великая магическая сила?» — был невероятно удивлён паренёк.

Драконий нефрит являлся своего рода нефритовым кулоном, который изображал свёрнутого дракона, чья форма была такой же, как у круга, но с разрывом. Исходя из формы драконьего гнезда, голова и хвост дракона не были связаны, это и считалось формой драконьего нефрита.

Но была одна загвоздка… Всё гнездо покрывала Эссенция Чёрного Золота, в то время как драконий нефрит должен состоять из нефрита. Кроме того, самый большой драконий нефрит мог быть размером с ладонь. Тогда как мог истинный владыка драконов, длина которого значительно превышала десять километров, быть превращён в драконий нефрит, да ещё и размером с ладонь?

Цинь Му вскоре понял, почему Владыка Драконов сказал, что это был драконий нефрит. Бог снял слой Эссенции Чёрного Золота с одного из столбов, раскрыв внутри нефрит.

Юноша поднял голову и подробно осмотрел его. Магма вокруг них содержала расплавленную Эссенцию Чёрного Золота, и когда она омывала гнездо дракона, она покрывала нефрит и придавала ему цвет золота.

Гнездо дракона, о котором упоминал Владыка Драконов, было сделано исключительно из высококлассного нефрита. Драконья вена истинного драконьего гнезда должна была быть взращена до конца, поглощая Ци дракона, исходящую из Великих Руин и Империи Вечного Мира. Тем не менее, кто-то нашёл вену, прежде чем та повзрослела и стала настоящим драконом, превратив её в драконий нефрит и забрав. Неудивительно, что в этом месте была такая огромная пропасть. Человек, который забрал драконий нефрит, должен был найти драконью вену истинного владыки драконов и прорыть землю, чтобы найти гнездо!

Тело Владыки Взращивания Драконов вздрогнуло, и огненные драконы мгновенно выглянули из его одежды. Сотрясая свои тела, они превратились в огромных Драконов Наводнения и извергли интенсивный огонь во всех направлениях, выплавляя всю Эссенцию Чёрного Золота.

Расплавленное золото непрерывно текло по всему драконьему гнезду, из-за чего Цинь Му вздохнул с жалостью. После того, как Эссенция Чёрного Золота утекла, можно было увидеть намного больше нефритовых горных пород, каждая из которых, подобно нефритовому кристаллу, крайне нежно отражала от магмы разноцветные огни света.

— Человек, который забрал истинного владыку драконов, должно быть, покинул драконье гнездо, чтобы продолжить поглощение Ци дракона. Когда накопление было достаточно большим, он использовал драконье гнездо для питания истинного владыки драконов. Таким образом, и гнездо дракона, и истинный владыка драконов оказались под защитой! — Владыка Драконов непрерывно смеялся и смотрел на драконье гнездо ниже, которое постепенно показывало свою форму, высокомерно добавив. — Однако, это бесполезно! Ведь я, оказавшись на шаг впереди, заберу драконье гнездо! Кто-то забрал истинного владыку драконов, чтобы превратить его в драконий нефрит, но я буду контролировать драконье гнездо и сдержу драконий нефрит. Как только я заберу гнездо, я смогу почувствовать направление нефрита. Как только я найду его, вена истинного владыки драконов будет завершена!

Цинь Му прикоснулся к своей груди, нефритовый кулон стал обжигающе горячим, что он даже чувствовал себя некомфортно. На его шее висели две нефритовые подвески. Одна была передана ему от предков — нефритовый кулон из деревни Беззаботной, а другая была Диском Императора, который одноногий подкинул ему не так давно. И именно диск в настоящее время испускал жар.

«Минуточку!» — моргнув, юноша схватился за грудь. Диск Императора, который дал ему одноногий, казалось, имел форму драконьего нефрита!

Внезапно его сердце заколотилось в два раза быстрее. Диск Императора представлял собой нефритовый кулон с многочисленными загадочными рунами, письменами и светящимися время от времени изображениями. Легенда гласит, что нефритовый диск — это представляющее собой императорскую власть сокровище, дарованное богами семье Лин. Чтобы украсть этот предмет, одноногий даже потерял свою ногу от рук Имперского Наставника.

Заполучив Диск Императора, старик изучал его десятки лет, но до сих пор так ничего и не понял, поэтому перестал обращать на него внимание. Оказавшись бесполезной побрякушкой в его руках, он в итоге просто всучил диск в руки юноши.

После возвращения в деревню Цинь Му планировал вернуть Диск Императора одноногому, но тот отказался забирать его обратно. Пришив свою ногу, старик потерял всякий интерес к побрякушке. Вот так вот с тех пор это сокровище и висело на шее Цинь Му, связанное вместе с его собственным семейным кулоном.

«Таких совпадений ведь не бывает, верно?» — капельки холодного пота образовались на лбу паренька. На Диске Императора действительно красовалось несколько рун, надписей и образов, похожих на руны, надписи и образы вокруг драконьего гнезда. Они также светились и время от времени текли, делая себя неспособным понять.

«Однако, мой Диск Императора не является драконьим нефритом… он просто похож на него. Нет никакого разрыва. Возможно, письмена и образы на диске, похожи на те, что я увидел в драконьем гнезде, просто совпадение», — юноша осмотрелся вокруг, думая о том, как Владыка Драконов заберёт драконье гнездо. Однако Диск Императора становился всё обжигающее и палящее. До такой степени, что терпеть было невыносимо.

Внезапно Цинь Му почувствовал, как что-то движется по его груди, и его сердце начало неистово биться. Он протянул руку, пытаясь прикоснуться к этому.

Диск Императора раскололся и стал драконьим нефритом!

Мало того, он даже мог чувствовать, как нефрит становился слизисто-скользким, как будто тот стал живым существом. На ощупь это было, казалось бы, как маленький дракон!

Тутум! Тутум! Тутум!

Юноша услышал яростное биение своего сердца, которое нельзя было подавить. Чувствуя онемение в ногах и проступившие на лбу большие капли пота, он почти потерял способность дышать.

Глядя на него, Владыка Драконов спросил:

— Что с тобой не так, малыш?

— Я только что вспомнил, что сегодня пропустил кормёжку драконов… и теперь боюсь наказания Владыки Взращивания Драконов… поэтому я чувствую себя тревожно… — ответил юноша.

Владыка Драконов улыбнулся и сказал:

— Я вижу. Здесь слишком жарко, да и магма повсюду. Здесь не место для готовки пилюль. Если хочешь накормить драконов, для тебя будет лучше вернуться назад. Не бойся ты меня так, со мной легко общаться и иметь дело.

Цинь Му, со всё ещё ватными ногами, утвердительно кивнул и сказал:

— В таком случае ученик отлучится приготовить пилюли.

Вздрогнув всем телом, Владыки Драконов заставил многочисленных драконов всех размеров и мастей тут же вылететь из одежды. Затем он передал свой мешок таоте юноше и сказал:

— Пусть твоя служанка проследует за тобой и поможет. Проучи её как следует, нельзя же ей быть всегда такой дикаркой.

Цинь Му с цилинем немедленно поднялись в воздух, в то время как толпа Драконов Наводнения последовала за ними, чтобы получить свой законный обед. Лун Цзяонань также села на хвост.

Подойдя к воротам пещеры, Цинь Му остановился и, глядя на девушку, сказал:

— Служанка, ты останешься здесь, я сходу туда приготовить пилюль.

Усмехнувшись, Лун Цзяонань ответила:

— Владыка Драконов заставил меня ходить за тобой, так как он боится, что ты убежишь.

— Я убегу? Я? Ха-ха-ха, а ты шутница! — лицо Цинь Му было мрачнее самой тёмной грозовой тучи.

Владыка Драконов начал произносить заклятие, пытаясь переработать огромное гнездо дракона, чтобы забрать его.

— Странно-то как… Из гнезда есть реакция, словно истинный владыка драконов совсем близко… — удивлённо пробурчал Владыка Взращивания Драконов. — По крайней мере недалеко… Как же странно… В любом случае сначала нужно взять драконье гнездо. Как только закончу с этим, я узнаю, где истинный владыка драконов!

Глава 369. Месть в Загробной Жизни

Перед воротами, на которых красовались барельефы тысячи драконов, огромное стадо драконов шло следом за Цинь Му в ожидании своего обеда.

Лун Цзяонань шла вместе с ними, её взгляд взволнованно дрожал, время от времени падая на красного Дракона Наводнения. На этот раз среди монстров, отправленных Владыкой Выращивания Драконов пообедать, был зверь, которого вырастил её отец, владыка секты Наездников Дракона.

Красный Дракон Наводнения короля драконов был существом уровня владыки культа, и отлично знал Лун Цзяонань. Несмотря на то, что Владыка Драконов украл его, играя на своей нефритовой флейте, девушка всё ещё могла его контролировать.

Глаза Цинь Му оставались невероятно спокойными, но его мозг работал с молниеносной скоростью, ища пути для побега. Если бог, овладев гигантским драконьим гнездом, активирует его, он вместе со своим Диском Императора, скорее всего, послушно падёт к ногам гиганта. Как ему тогда объяснить происхождение своего кулона?

При самом вероятном исходе, его разорвут на части и сожрут драконы, но как сделать так, чтобы выжить?

Если он попытается сбежать прямо сейчас, его тут же настигнет толпа драконов, идущих следом. Более того, Лун Цзяонань также была неподалёку, и при попытке бежать она определённо его убьет.

— Служанка, достань мне трав для приготовления пилюль, — с такими словами Цинь Му бросил ей мешочек таотэ, его выражение было чем-то средним между мрачностью и спокойствием.

Несмотря на то, что он уже отошёл на некоторое расстояние от драконьего гнезда, Диск Императора до сих пор дрожал, будто собираясь ожить. Между артефактом и гнездом была неописуемая связь. Более того, диск становился всё более горячим, отчего казалось, что он вот-вот превратится в дракона и улетит в своё гнездо.

Сдерживая свой гнев, Лун Цзяонань начала рыться в мешочке, доставая из него нужные травы. Между тем Цинь Му держал в руке бусину дракона, поглощая её энергию. Ужасающая сила проносилась по его телу, даруя ему невероятную мощь!

«Неважно как, но я должен сбежать. В противному случае, как только Владыка Выращивания Драконов заполучит гнездо, мне конец! — Цинь Му протянул руку, и из реки неподалёку поднялся поток магмы, двигаясь ему навстречу. — Раз уж ты хочешь, чтобы я накормил твоих драконов, так я и сделаю! И я не просто накормлю их, я их украду! Я не в силах самостоятельно сбежать от тебя, но кто знает, может мне удастся сделать это верхом на драконе!»

Его жизненная Ци приняла атрибут Чёрной Черепахи, отчего магма начала охлаждаться, впрочем, поток не окаменел. Из него посыпались бесчисленные кусочки металла, звеня о землю.

Вещество, которое окаменело, было Эссенцией Чёрного Золота. Его температура плавления была значительно выше, чем у магмы.

Используя подобный метод, Цинь Му мог быстро извлекать чёрное золото из магмы. Более того, полученный металл был невероятно чистым, лишённым всяких примесей.

Вскоре у него скопилось достаточно материала, чтобы выковать золотую флейту. К этому времени Лун Цзяонань всё ещё занималась духовными травами и была не слишком близка к концу.

Цинь Му приложил флейту к губам, использовав Секреты Драконьего Контроля, о котором говорилось в Писании Взращивания Драконов. Направив свою Ци в музыкальный инструмент, он смог извлечь несколько нот.

Он впервые исполнял Секреты Драконьего Контроля, так что получившаяся мелодия была не слишком изящной. Впрочем, после нескольких попыток, его мастерство значительно подросло. Более слабые Драконы Наводнения тут же начали носиться туда-сюда, повинуясь звукам флейты, будто наслаждаясь ими.

Цинь Му подошёл поближе, и ещё несколько драконов оказались под его контролем. Постепенно, он начинал чувствовать, как через звуки флейты сознания семерых монстров соединяются с его.

Бум!

Его мозг вскипел, и он ощутил, как его сознание соединилось с семью драконами, разум которых был широким, как море!

Глаза Лун Цзяонань замерцали, и она немедленно позабыла о травах. С испуганным взглядом, она тут же достала свою флейту, начиная играть в попытке отвоевать контроль над драконами.

— Служанка, тебе захотелось умереть? — разозлился Цинь Му, немедленно отставив флейту в сторону. Продолжая играть на ней с помощью своей Ци, он двинулся вперёд, ударяя Лун Цзяонань кулаком.

Парень был вне себя от ярости, эта девица продолжала создавать проблемы! Если он её не убьёт, она не даст ему сбежать!

— Я тоже терпела тебя слишком долго! — не могла не разозлиться Лун Цзяонань, в который раз услышав слово “служанка”. Она тоже выпустила флейту из рук, продолжая играть своей Ци и протягивая руку в готовности ответить на удар Цинь Му.

«Она не такая уж и глупая. Ей определённо известно, что Владыка Выращивания Драконов дал мне драконью бусину получше, но всё равно осмеливается сражаться со мной. Здесь что-то не так», — с такими мыслями Цинь Му задействовал всю свою силу, и в тот миг, как их ладони столкнулись, в его сторону полетел красный Дракон Наводнения, который оказался тем самым, что принадлежал мастеру секты Наездников Дракона!

Как только Владыка Выращивания Драконов увлёкся драконьим гнездом, всё его внимание было уделено именно ему. Из-за этого сила его контроля над драконами ослабла, благодаря чему Лун Цзяонань смогла командовать красным драконом!

Цинь Му ожидал чего-то подобного, успев вовремя отступить. Зелёный Дракон Наводнения немедленно выпустил свои когти, сталкиваясь с красным зверем.

По драконьей вене тут же пронеслись ужасные потоки воздуха, отправляя парня и девушку в длительный полёт!

Цинь Му приземлился на раскалённую реку магмы. Та немедленно загремела, и из-под её поверхности вырвались два огненных дракона, унося его от опасности.

Лун Цзяонань, в свою очередь, с грохотом ударилась о стену. Мелодия её флейты усилилась, забирая ещё одного Дракона Наводнения под свою власть. Горло последнего немедленно раскалилось до красна, и когда зверь раскрыл свою пасть, из неё вырвался поток огня Ли, остервенело сорвавшийся в сторону Цинь Му будто огненный дракон во плоти!

Этот огонь был в силах расплавить любое вещество, и даже превратить магму в пар!

В ответ, флейта Цинь Му приказала одному из монстров наброситься на голову красного огненного дракона. Питомец испустил поток воды Кань, подавивший огонь Ли, и оба существа начали извиваться в сражении!

Цинь Му сложил пальцы, тыкнув вперёд, после чего Беззаботный Меч вылетел из ножен, пронзая слои пламени и со свистом мчась в место между бровей Лун Цзяонань.

Девица была поражена, и не имея времени для уклонения, она просто откинула голову назад. Беззаботный Меч пронёсся перед её глазами, вонзаясь в драконью чешую позади.

«Почти!» — прежде чем она успела сделать вдох, из-за стены огня возникли тысячи летающих мечей!

В этот миг красный Дракон Наводнения извился вокруг её тела, защищая его. Бесчисленные мечи беспомощно зазвенели о чешую, не в силах навредить дракону уровня владыки культа!

Монстры внутри вены дракона впали в панику, начиная неистово рычать. Вибрации их голосов почти взорвали барабанные перепонки Цинь Му и Лун Цзяонань.

Жизненная Ци Цинь Му ринулась к золотой флейте, пытаясь взять под контроль больше Драконов Наводнения. Лун Цзяонань сделала то же самое в ответ, опасаясь оказаться в невыгодном положении.

Драконы Наводнения находились под контролем парочки, их сознания были в тесной связи с хозяевами, заставляя монстров сражаться друг с другом. Совершенствования этих существ соответствовали мастерам, приближающихся к уровню богов, каждый из них был несравним по-своему. Они лишь изредка использовали божественные искусства, сражаясь в основном своими физическими телами.

Лишь теперь Цинь Му смог увидеть, насколько на самом деле ужасающими телами владеет раса драконов. Двигаясь, они задействовали тысячи мышц, а когда их сухожилия резко растягивались, в воздухе раздавался громкий хлопок, напоминающий гром среди ясного неба!

Подобная сила могла переместить горы и заполнить моря, и вся она была спрятана внутри тела дракона. Подобная мощь превосходила людей в сотни раз!

И это было ещё не всё. Если дракон использовал свои божественные искусства, извлекая свою настоящую силу, зрелище становилось намного более впечатляющим!

Однако, Цинь Му и Лун Цзяонань не осмеливались шутить с подобными вещами. Они почти погибли от столкновения драконьего огня и воды, так что не рисковали приказывать драконам исполнять божественные искусства, по молчаливому согласию разрешив им использовать лишь грубую физическую силу.

Несмотря на то, что их совершенствование отличалось, и Лун Цзяонань находилась в области Семи Звёзд, в то время как Цинь Му был лишь практиком божественных искусств области Шести Направлений, плотность Ци парня ничем не уступала таковой у девушки.

Золотые флейты сражающихся могли полностью контролировать лишь трёх драконов, ведь их Ци было недостаточно, чтобы превысить этот лимит. Кроме того, их сознание тоже не выдержало бы большей нагрузки.

Цинь Му только начал совершенствовать Секреты Драконьего Контроля, но зато ему повезло изучать полную версию техники. Лун Цзяонань, в свою очередь, владела техникой уже тридцать четыре года, но пользовалась неполной копией. Из-за этого уровень их мастерства был приблизительно одинаковым.

Впрочем, у Лун Цзяонань всё ещё было преимущество. Красный Дракон Наводнений короля драконов был с ней знаком, и его было легче контролировать. В бою он оказался наиболее яростным, повинуясь всем её приказам.

Цинь Му же, наоборот, лишь недавно установил связь с тремя драконам, и те оказались не столь послушными. И это незначительное отличие предопределило исход боя!

По приказу Лун Цзяонань, красный дракон вонзил свои клыки в шею жёлтого дракона, с грохотом ударяя его о каменную стену. Затем конечности монстра коснулись земли, и он пополз вперёд, пробираясь сквозь поле боя в сторону Цинь Му.

— Гадёныш, я хочу отомстить за всех людей секты Наездников Дракона! — яростно прокричала девушка.

Глаза юноши загорелись, и он быстро отступил назад. Его тело превратилось в тень, проникая внутрь стены. Двигаясь вдоль вены, он смог избежать красного дракона, стремящегося откусить его голову.

— Сестра Лун, мне жаль, — со стены раздался голос парня, быстро приближающийся к противнице.

Удивлённая Лун Цзяонань увидела, как за её спиной появилась огромная тень. Цилинь долго поджидал момента, когда красный Дракон Наводнения отдалится от неё, и как только его пасть открылась, наружу вырвался испепеляющий поток исконного огня.

Девушка в спешке обернулась, протягивая перед собой бусину дракона, пытаясь защититься от пламени. Как только они соприкоснулись, сокровище разразилось разноцветными лучами, блокируя огонь цилиня.

Способности жирдяя были сопоставимы с практиком области Небожителя. Его огонь был невероятно опасным, мгновенно поджарив руку, которой Лун Цзяонань держала бусину. Впрочем, остальные части её тела остались нетронуты.

В тот же миг тень, в которую превратился Цинь Му, спустилась с потолка и материализовалась, атакуя сердце Лун Цзяонань со спины.

Бум!

От удара девушку снесло, а после впечатало в стену вены дракона. Столкновение привело к тому, что все кости её тела потрескались.

— Если загробная жизнь существует, найди меня, чтобы отомстить! — Цинь Му щёлкнул пальцами, и в следующий миг Беззаботный пронзил сердце Лун Цзяонань. Вероятно, её тело сползло бы со стены вниз, но лезвие пригвоздило её намертво.

Вьюх!

Восемь тысяч мечей со свистом рассекли воздух, вонзаясь в стену.

Палец, которым Цинь Му контролировал мечи, отодвинулся, и восемь тысяч лезвий вернулись в мешочек таотэ на спине, а Беззаботный в ножны. На стене больше не было тела Лун Цзяонань, его заменила кучка фарша на полу.

Она уже не могла сбросить кожу, чтобы переродиться.

Жизненная Ци Цинь Му сыграла на флейте новую мелодию, приказывая огненному Дракону Наводнения подлететь ближе. Запрыгивая на его спину, парень прокричал:

— Жирдяй!

Цилинь немедленно запрыгнул на спину дракона, радостно виляя хвостом. В этот миг Цинь Му заметил, что тот держит в зубах мешочек таотэ Владыки Выращивания Драконов.

— Отличная работа!

Редкая похвала Цинь Му наполнила сердце зверя радостью. Звук флейты ускорился, красный Дракон Наводнения ринулся в противоположную сторону, туда, откуда они пришли.

— Если этот дракон продолжит двигаться с такой скоростью, мы покинем Великие Руины меньше, чем за день. А ещё через сутки окажемся в Империи Вечного Мира!

Цинь Му был крайне взволнован. Но обернув голову, он тут же помрачнел в лице. Несмотря на то, что скорость красного дракона была огромной, остальные монстры, будто тени, следовали прямо за ними. Некоторые летели в воздухе, другие бежали по земле, а третьи даже плыли в реке магмы.

И всех этих зверей объединяло только одно — их головы были повёрнуты в сторону Цинь Му, ожидая кормёжки…

— Я только раз вас накормил, ребята! — умолял Цинь Му. — Вы свободны, идите, куда вам хочется, не нужно меня преследовать!

Драконы Наводнений всевозможных цветов продолжали идти следом, пронзительно смотря на парня в ожидании обеда.

— Все вы такие же, как и жирдяй!.. — потерял дар речи от гнева Цинь Му.

Ему осталось лишь достать мешочек таотэ Владыки Выращивания Драконов, чтобы приготовить дармоедам порцию пилюль.

Глава 370. Покинуть Гору

Для Цинь Му приготовить духовные пилюли Драконам Наводнения было плёвым делом. Пилюли, которыми питались драконы, были разных видов, поэтому ему пришлось приготовить их целое множество. Однако, он всё же до отвала накормил этих бездельников. Цинь Му думал, что драконы разойдутся после того, как насытятся, но они продолжали следовать за ним. Он хотел улететь лишь на одном драконе, отпустив остальных на волю. Такой ход привёл бы к тому, что Владыке Выращивания Драконов потребовалось бы какое-то время, чтобы поймать всех, а значить и неплохо задержать.

Драконы уже признали его своим кормильцем и не желали расставаться, тем самым сводя сума от беспомощности.

«Владыка Выращивания Драконов описал только как подчинить драконов, а не как прогнать их», — смотря на драконов, моргнул юноша.

Огненный Дракон Наводнения под его ногами бежал во весь опор. Его скорость была в два, а может даже в три раза выше по сравнению с той, когда они впервые добрались туда. Нельзя отрицать, что дракон являлся сильной формой жизни, даже если это был просто Дракон Наводнения. Их физические тела намного превосходили таковые у людей, а выносливость была ещё более поразительной. Пробежав двадцать-тридцать тысяч километров, их скорость не замедлялась.

«Драконы действительно сильны. Конечно, если не считать моего раскабаневшего жирдяя… позор всех драконов», — в восхищении мысленно воскликнул Цинь Му. Зелёный бык Канцлера Ба Шаня также имел родословную дракона, а именно зелёного дракона с ужасающе высокой выносливостью. Бык как-то привёз его и Лин Юйсю из Дворца Золотой Орхидеи прямо в столицу. Практически невозможный подвиг.

Юноша ещё раз взглянул на толстячка рядом, в очередной раз убеждаясь, что тот был позором для всех драконов. Цилинь начал бы тяжело дышать после пробежки в триста километров во весь опор, а неторопливый бег полностью истощил бы его за пять тысяч километров. Надо признать, после такого он просто бы улёгся на землю и, подобно полумёртвой свинье, начал бы тяжело дыша храпеть

«Поддерживая такую скорость, я достаточно скоро смогу вернуться в Вечный Мир!», — юноша был полон уверенности. Если бы он вернулся в Империю Вечного Мира, он мог бы либо отправиться в столицу, чтобы активировать Божественную Пушку Солнечного Удара, либо найти слепого, мясника, старейшину деревни и остальных… И ему больше не пришлось бы бояться Владыку Выращивания Драконов.

В этот момент голос Владыки Выращивания Драконов раздался рядом с его ухом:

— Малыш, куда ты торопишься с моими похищенными драконами?

Со вставшими дыбом волосами, Цинь Му почувствовал, что начал буквально обливаться семью потами. Он резко повернулся, но не увидел бога.

«Он разговаривает со мной телепатически!» — мурашки побежали по телу паренька.

Мог ли здоровяк уже забрать драконье гнездо?

«Как ему удалось забрать настолько большое драконье гнездо так быстро? Конечно, для бога переместить его не проблема, чего не скажешь о невероятной трудности необходимого перерабатывания до маленьких размеров», — голова Цинь Му начала болеть. Чтобы превратить гнездо в нефритовый кулон, требуется несравнимо плотное совершенствование. Для практиков божественных искусств Шести Направлений, как он, это было чем-то, что было совершенно невозможно даже вообразить.

Владыка Драконов, несомненно, был богом Высших Небес. Чтобы забрать драконье гнездо за такое короткое время, требовалась самая плотная магическая сила, с которой когда-либо сталкивался Цинь Му!

«Должно быть, он забрал гнездо только тогда, когда обнаружил, что я сбежал с драконами, поэтому и передал свой голос. У меня всё ещё есть шанс добраться до Вечного Мира», — оглянувшись, подумал про себя юнец. Огненный дракон под его ногами начала замедляться. К текущему моменту зверь уже пробежал почти тридцать тысяч километров, поэтому даже если его скорость немного замедлилась, такой подвиг всё ещё был удивителен. Невероятная выносливость.

Цинь Му изменил звуки флейты, заставив другого дракона подойти ближе и перепрыгнув на него. Цилинь прыгнул следом. Золотой дракон немедленно применил всю свою силу, тем самым они вдвое увеличили скорость.

— Хе-хе-хе, малыш… — был слышен голос бога. Он использовал магическую силу, и его слова распространялись очень далеко. Цинь Му когда-то видел такое великое божественное искусство в исполнении Канцлера Ба Шань. Тем не менее, тот передавал свой голос на расстоянии тысячи километров, в то время как Владыка Драконов мог передавать его почти на тридцать тысяч километров.

Цинь Му чувствовал, как его голос приближался с чрезвычайно высокой скоростью. Было очевидно, что Владыка Драконов говорил во время бега. Но что было ещё хуже, после каждого предложения он сокращал расстояние на тысячу километров!

— Я не виню тебя за похищение моих драконов, поэтому буду относиться к тебе хорошо и позволю быть моим мальчиком, воспитывающим драконов. Ты должен знать, что я тобой очень восхищаюсь, а особенно твоим талантом… Погоди минутку! Странно! — в голосе Владыки Драконов был намёк на удивление. — Я чувствую через гнездо, что истинный владыка драконов очень быстро движется!

Диск Императора на груди Цинь Му стал тёплым, а драконий нефрит начал растягиваться и непрерывно извиваться. Он, казалось, был в состоянии почувствовать гнездо дракона.

— Хе-хе, малыш. Истинный владыка драконов бежит в том же направлении, что и ты, поэтому в твоём побеге нет ничего неудивительного, ведь он у тебя! — его голос был одновременно восторженным и яростным. — Истинный владыка драконов всегда был у меня под носом! Как смело с твоей стороны так долго прыгать у меня под носом. Если бы ты смог сбежать, разве моя репутация Владыки Выращивания Драконов не была бы разрушена тобой?

— Когда это я прыгал у тебя под носом? Я был всегда честен с тобой… — обиженно сказал Цинь Му.

Вдруг послышался странный, острый свист, пронзающий пространство на расстояние в двадцать тысяч километров. Драконы всех размеров, которые бежали вместе с Цинь Му, замедлили свой шаг. Золотой дракон под его ногами тоже замедлился, а после и вовсе развернулся, собираясь бежать в направлении свиста.

Цинь Му немедленно начал играть на золотой флейте, пытаясь контролировать золотого дракона, но тот отказывался подчиняться, поэтому он, стиснув зубы, спрыгнул с его спины и пересел на цилиня:

— Толстячок, вперёд!

Цилинь немедленно бросился вперёд, как вдруг свист изменился, заставив его тут же замереть, а остальных драконов окружить их. Было очевидно, что Владыка Драконов использовал свой свисток, чтобы контролировать все чешуйчатых вокруг. Даже цилинь был готов укусить за кормящую руку.

Драконы Наводнения окружили его так плотно, что между них не могла просочиться даже капля воды. Подняв свои морды, они все уставились на него, но, как ни странно, ничего не предпринимали. Внезапно один из драконов протянул длинный язык и облизал паренька, а точнее его ладонь.

Свист внезапно стал свирепее, и по его звуку было понятно, что Владыка Драконов пребывал в ярости. Он выполнил Секреты Драконьего Контроля, чтобы Драконы Наводнения напали на Цинь Му, вот только ни один из драконов не наложил на последнего свои когти.

Бог непрерывно свистел, но драконы не слушали его приказов.

Холодный пот скатился со лба юноши, когда он попытался пошевелить плечом. Десятки окружающих его драконов опустили морды, слегка покачнув своими драконьими усами.

— Ма Цзу Ша… — странный рёв донёсся из уст драконов, в то время как они сами становились послушными и даже покорными.

Цинь Му был ошеломлён и, слегка опустив голову, увидел, что “Диск Императора” выскочил из-под его одежды. Он был похож на чрезвычайно прекрасного дракона, который, опираясь на его воротник, высунул мордочку.

«Диск Императора — истинный владыка драконов!» — осенило Цинь Му.

Совершенствование Владыки Выращивания Драконов наголову превосходило таковое у него. Не говоря уже о достижениях в Секретах Драконьего Контроля. Тем не менее, Диск Императора помог ему выжить, именно поэтому драконы не атаковали его и не слушались бога.

Цинь Му прыгнул на спину Дракона Наводнения и крикнул:

— Уничтожить эту драконью вену для меня!

Более десятка драконов задрожали телами, а затем… затем прогрохотал оглушительный, громоподобный, буквально гнев с небес, рёв. Они все как один резко увеличились, раскрывая свои истинные формы и затапливая округу всевозможными дикими, жестокими и необузданными аурами.

Более десятка драконьих пастей раскрылись, а уже в следующий миг пространство вокруг от звука буквально запульсировало, апогей чего стал разрушительный взрыв.

Драконья чешуя и каменные стены вены были уничтожены, своими обломками полностью перекрывая проход.

Лава будет течь, пока вскоре полностью не затопит вену.

Цинь Му скомандовал, и группа драконов с молниеносной скоростью двинулась дальше, пока за их спинами продолжала литься лава. Средняя часть вены дракона была разрушена, поэтому уже совсем скоро она будет полностью уничтожена!

Но он, успев проскочить через проход и попасть в вену другого дракона пока этого не произошло, с облегчением вздохнул: «Разрушенная вена ненадолго остановит Владыку Выращивания Драконов».

Цинь Му с группой драконов не стал замедляться, пытаясь как можно скорее покинуть подземную вену и оказаться в Империи Вечного Мира.

На Великой Белой Горе многочисленные ученики секты Великого Белого Меча тщательно охраняли зёв вулкана. Они даже принесли наследное сокровище секты — Сто Футляров Построения Меча.

Сто футляров с мечами, каждый по двадцать метров в длину, окружали вход в вулкан.

Наследное сокровище, оставленное основателем их секты Великого Белого Меча, имело довольно высокую репутацию среди школ техник меча. С момента основания секты сотня футляров изо дня в день плавилась и переплавлялись в вулкане, благодаря чему их сила становилась только выше. Правда они были больше похожи на сто огромных чёрных каменных скрижалей, стоящих вертикально, но построение меча было готово в любой момент разразиться всей своей мощью.

На вершине горы непрерывно падал снег. Несмотря на то, что там находилось отверстие вулкана, было очень холодно. Только возле устья было теплее.

Несколько учеников секты меча, выдыхая белые пары из ноздрей, потёрли руки, чтобы почувствовать хоть какое-то тепло.

— Откуда Владыка Небесного Дьявольского Культа, этот старый дьявол, знает, что в горах нашей секты Великого Белого Меча есть необычное сокровище? Мы жили здесь так долго и ничего не знали об этом, — спросила ученица.

— Откуда мне об этом знать? — опираясь на огромный футляр от меча, чтобы избежать холодного ветра, покачал головой рядом стоящий ученик. — Однако, последователи Небесного Дьявольского Культа очень коварны. Раз они тут же пришли выкрасть сокровище, должно быть они всё же как-то пронюхали о нём. Но они слишком сильно недооценивают нашу секту. Даже не поприветствовали нас. Как же высокомерно.

Старейшина секты меча сказал:

— Разве путь дьявола не всегда был таким? Что за человек нынешний Владыка Небесного Дьявольского Культа? Приведя Императора и Имперского Наставника в храм, он убил наследного принца, который восходил на трон, прямо на их глазах. Он может сделать всё, что ему заблагорассудится. Однако, так как лидер секты отправился в столицу с официальной жалобой, мы определённо одержим верх! Сокровище будет принадлежать нашей секте Великого Белого Меча! Но теперь, когда лидера нет рядом, нам нужно быть во всеоружии и охранять это место, чтобы не дать дьяволу вытащить сокровища и сбежать.

Многочисленные ученики, которые были размещены у входа в вулкан, рассмеялись:

— Сокровище глубоко под землёй, к тому же там безусловно очень опасно. Старый дьявол рискует своей жизнью, чтобы найти сокровище, не ожидая, что всё, что он найдёт, будет передано нам, секте Великого Белого Меча!

Как только они это сказали, вулкан внезапно заурчал, и старейшина секты сразу громко крикнул:

— Ученики, старый дьявол выходит, задействовать Сто Футляров Построения Меча, поймать это дья…

Рууууар!

Драконий рёв донёсся из вулкана, а уже в следующий миг произошло извержение. Лава хлынула из устья и выстрелила прямо в небо. Прежде чем в секте Великого Белого Меча хоть кто-то смог задействовать построение меча, весь пик разорвало от толчка.

Футляры мечей, похожие на чёрные каменные скрижали, разлетелись во все стороны. Все были ошарашены, не зная, что делать и предпринимать. Они могли только наблюдать, как лава извергается из вулкана, а Цинь Му с кучей драконов улетает.

— Ученики секты Великого Белого Меча, быстро покиньте гору, спасайтесь! — голос паренька раздался сверху. — Великан приближается!

— Какой великан? — все в секте меча были в ярости.

Ещё более сильный грохот донёсся из глубин жерла вулкана, и вся Великая Белая Гора начала покрываться паутиной огромных трещин, через которые начала просачиваться лава.

Глава 371. Сундук Немого

— Даже шум от извлечения сокровища нашей секты Великого Белого Меча из-под земли поражает!

Почти все последователи секты сбежали с горы. Тем не менее, трое старейшин поступили наоборот, бросившись к жерлу вулкана, крича:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа не в силах забрать сокровище, он пытается нас отвлечь, и до сих пор старается его извлечь! Не разбегайтесь!

— Это благословление мастера-основателя секты Великого Белого Меча, он решил передать нам сокровище из Великой Белой Горы. Это знак, что наша секта движется к процветанию! — прокричала какая-то старуха.

— Небеса смилостивились над нами! — седоволосый старик поднял голову к небу, тяжело вздохнув. Затем он громко сообщил. — Мастер-основатель секты Великого Белого Меча говорил, что в этом месте процветали драконы, и нам предначертано разделить их величественную судьбу. Сегодня его пророчество наконец сбылось! Ученики, слушайте внимательно, сегодня наша секта Великого Белого Меча вступит в новую, богатую жизнь и превзойдёт три великих священных обители! Вернитесь, и сражайтесь вместе, чтобы отвоевать наше сокровище!

Большинство последоватей секты Великого Белого Меча немедленно остановились, услышав его слова. Они перестали разбегаться, вместо этого обернувшись.

Количество членов этой секты никогда не было очень большим. Кроме лидера, отправившегося в столицу, чтобы подать жалобу на Цинь Му, остались лишь три старейшины и около десятка мастеров среднего звена. Они отвечали за обучение сотни последователей.

В этот миг горстка людей решилась остаться, собирая разбросанные вокруг футляры для меча. Чёрные обелиски с грохотом приземлились на полуразрушенную гору. Артефакты открылись, и в воздух взмыли бесчисленные мечи, напоминая потоки горной реки.

Между тем Цинь Му возвышался в небе над двумя драконами, которые что есть мочи мчались вдаль. Огромное стадо монстров держалось неподалёку, летя следом за ним. Развернувшись, он увидел, как над Великой Белой Горой формируется облако из мечей, направленных в сторону вулкана. В одно мгновение все они ринулись в жерло, брызжущее раскалённой лавой.

Цинь Му был ошеломлён, тут же прокричав:

— Почему вы не бежите, вам что, умереть вздумалось?

Три старца на вершине одновременно ухмыльнулись:

— Ты пытаешься нас обмануть, и заграбастать сокровище себе? Сердце Владыки Небесного Дьявольского Культа и вправду до ужаса злобное. Если бы мы не знали, что Великая Белая Гора — место, где процветает драконья раса, тебе, возможно, и вправду удалось бы обвести нас вокруг пальца!

Тяжело вздохнув, юноша бросился прочь.

«Великий Белый Горный Хребет построен на глазу драконьей вены, тем не менее, это всего лишь ответвление вены Владыки Истинных Драконов. Это не место процветания драконьей расы, а наоборот, здесь рушатся все судьбы. Секта Великого Белого Меча очень долго страдала от её пагубного влияния, и сегодня их время, скорее всего, вышло, — думал про себя Цинь Му. — К счастью, здесь всего лишь сотня людей, так что это не должно закончиться огромной катастрофой…»

В этот миг Великую Белую Гору с оглушительным грохотом разнесло на куски. От огромного вулкана осталось лишь подножье.

Как только это случилось, Сто Футляров Построения Меча разрушились, облако лезвий расплавилось в воздухе, превращаясь в дождь из жидкого металла. Последователи секты Великого Белого Меча испарились, не успев даже завизжать от боли.

Совершенствование трёх старейшин было очень высоким, но даже оно оказалось бесполезным перед столь ужасной силой. Они начали блевать кровью, и отлетели назад от ударной волны, после чего увидели потоки расплавленного металла, летящие им в лицо с неистовой скоростью.

Лица бедолаг скривились в отчаянии. Вскоре огненные капли проткнули их тела, и их жизни оборвались. Но за мгновение до этого, они увидели, как из-под обломков Великой Белой Горы восстаёт гигант.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа говорил нам правду. Внутри горы и вправду находилась огромная опасность…

Троица старейшин подняли головы, смотря на невероятно крепкого бога. Он постепенно поднимался из-под завалов, двое драконов, один лазурный, а другой алый, под его ступнями издали оглушающий рёв.

Пшшш, пшшш!

Тела стариков загорелись под потоком расплавленного железа. Их останки унесло прочь вместе с обломками горы. Трупы погибших последователей секты оказались погребены.

Мастеру-основателю секты Великого Белого Меча не стоило создавать свою секту в этом месте.

В этот миг тело Владыки Выращивания Драконов было в несколько десятков раз больше, чем раньше, напоминая гигантского извивающегося дракона с чрезмерно развитыми мышцами. Под его лапами находилась парочка монстров поменьше, уносящих его навстречу юноше с молниеносной скоростью. Впрочем, от последнего уже и след простыл.

С ушей бога всё ещё свисало несколько Драконов Наводнения, спрятавших морды под его одеждой. Драконы остались с ним, так как помогали переработать гнездо. Именно из-за их помощи он сумел справиться столь быстро.

Огненный росчерке от передвижения Владыки Выращивания Драконов постоянно удлинялся на небе. Бог осматривался вокруг, но не мог обнаружить следов Цинь Му. Открыв свою ладонь, он достал нефритовый артефакт размером со стол и, ухмыльнувшись, проговорил:

— Кроха, ты думаешь, что сможешь сбежать?

Основание нефритового артефакта напоминало гладко вырезанный круглый стол. На нём находился полукруглый купол, поверхность под которым была разделена на девять уровней. Каждый из них состоял из нескольких нефритовых колонн и переплетённых нефритовых клыков. На последнем, девятом уровне, была кольцеобразная выемка со щелью внутри.

Это было не что иное, как гнездо Истинного Владыки Драконов!

Когда Цинь Му пришёл в гнездо, большая часть этого места была погружена в огненную магму. Его глазам открывалась лишь верхушка айсберга.

Владыка Выращивания Драконов потратил огромное количество сил, обрабатывая и извлекая гнездо, чтобы его можно было унести.

Сейчас он вновь активировал сокровище, определяя направление движения Цинь Му. Впрочем, тот, казалось, исчез, артефакт был не в силах наладить связь даже с истинным владыкой драконов.

Владыка Выращивания Драконов был потрясён. Не жалея магической силы, он снова активировал артефакт, но так и не смог определить местоположение Диска Императора.

«Ему удалось спрятать истинного владыку драконов? Нет, нет, независимо от того, где он спрятался, невозможно заблокировать связь между драконом и его гнездом!»

Раз за разом активируя гнездо, он безрезультатно пытался найти “вора”.

По лбу Владыки Драконов катились капли пота. Цинь Му украл более десятка его драконов, каждый из которых владел неописуемой мощью. Красный дракон короля драконов был просто ребёнком по сравнению с ними. Взращивая монстров с невероятной заботой, их боевые способности поражали воображение!

Если Цинь Му и вправду удастся их украсть, его потерю нельзя будет описать словами.

Кроме того, целью его поездки было нахождение главной вены дракона Империи Вечного Мира. Если его план провалится, с каким лицом он вернётся на Высшие Небеса?

— Единственное, что мне остаётся, это использовать Золотой Драконий Котёл, чтобы найти моих драконов! — Владыка Драконов потянулся рукой к своему мешочку таотэ, но не смог его нащупать, тут же ужасно скривившись в лице.

Он отдал свой мешочек Цинь Му, чтобы тот смог накормить драконов. Мешочек же так и остался в руках юноши!

Золотой Драконий Котёл тоже был в мешочке!

— Мерзавец с честным лицом… — зубы Владыки Драконов скрипели от злости, иногда, в его рту даже сверкали искры. — Если я когда-нибудь встречу человека с таким же милым видом, то разорву на части в тот же миг! Ты думаешь, я не смогу найти тебя без своего мешочка таотэ? Ты слишком наивен!

Бог поднял руку, выдернув из головы кучку волос. Все они оказались кудрявыми, в пучке не было ни одного прямого волоса. Более того, когда волосок выдёргивался из кожи, его корень, казалось, издавал звук зевания, напоминая молодого дракона, только что проснувшегося от длительного сна.

Некоторое время Владыка Драконов читал заклятия, после чего открыл ладонь, сдувая с неё волоски. Подлетев в воздух, те немедленно ожили, превращаясь в крохотных драконов.

Они начали расти на ветру, в мгновение ока превращаясь в чёрных Драконов Наводнения длиной в три метра. У зверей были худые тела, их шеи, бёдра и прочие конечности были невероятно тонкими. Преодолевая горы и реки, они унеслись в даль, ища пропавшего юношу.

— Если ты не в небе, тебе не удастся сбежать далеко, — выражение лица Владыки Выращивания Драконов мерцало между ясностью и злостью. Он выдернул ещё одну горстку волос, проделывая ту же процедуру снова, отправляя сотни младших драконов вдаль.

Вырывая свои волосы раз за разом, он остановился, оставшись почти лысым.

Скорость нескольких тысяч чёрных Драконов Наводнения была невероятно высокой. Каждый из них отвечал за круг радиусом в полтора километра, и они быстро расширили зону поиска до нескольких тысяч километров.

Чёрные драконы ощущали запах других драконов, и независимо от того, насколько надёжно Цинь Му спрятал Диск Императора, они определённо его найдут. Если возле него есть хоть один Дракон Наводнения, шансов скрыться нет.

— Меня ещё никто так не обманывал! Найдя тебя, я позабочусь о том, чтобы твоя судьба была хуже, чем просто смерть!

****

Страна Речной Тени. Цинь Му смотрел на деревянный сундук. Всё ещё чувствуя слабое беспокойство, он спросил:

— Владыка Выращивания Драконов и вправду не почувствует Диска Императора, если тот находится внутри? Он смог переработать драконье гнездо, а Диск Императора — это истинный владыка драконов, который вырос именно там, так что это очень странно!

— Аба! Ах! Ах! — человек, таскающий за собой деревянный сундук, был крепко сложённым, одетым по-дорожному мужчиной. Он взмахнул рукой и ухмыльнулся, раскрывая рот без языка.

Цинь Му кивнул, отвечая:

— Я знаю, разве я осмелился бы сомневаться в способностях дедушки немого? Я просто волнуюсь, что даже если сундук сможет заблокировать связь с драконьим гнездом, Владыка Выращивания Драконов всё-таки умудрится нас найти. Он бог с Высших Небес, отлично вырастивший своих драконов, все из которых невероятно сильны!

Сбежав, парень встретил серебряную лодку, проносящуюся в небе, будто падающая звезда. Он немедленно позвал немого, и лодка тут же развернулась в обратную сторону. Естественно, внутри неё оказался немой.

Цинь Му вкратце объяснил ему, что произошло, и старик немедля превратил свою лодку в кучку пилюль, приземлившихся в деревянный сундук. Кроме того, он приказал положить Диск Императора вместе с ними.

— Ах! — беспокойно выдавил немой.

— Дедушка, не стоит его недооценивать, — Цинь Му помрачнел в лице, чувствуя, что старик слишком расслаблено относится к ситуации. — Ну ладно. Старейшина деревни говорил, что ты погнался преследовать какой-то корабль. Что это был за корабль? Ты смог его догнать? Я тоже нашёл судно, на нём я встретил своего отца!

Улыбка на лице немого исчезла, и он, казалось, слегка загрустил. Ничего не сказав, он потащил свой сундук вперёд.

Цинь Му немедленно отправился вдогонку, спрашивая:

— Дедушка так и не нашёл свой корабль?

Старик всё ещё был удручён, на языке жестов сообщив, что корабль отправился в мир, в который он не смог войти из-за сильных практиков, избивших его на входе.

Спустя мгновение раздался радостный, удивлённый голос:

— Император Людей Цинь, что ты здесь делаешь? Твой цилинь просто великолепен, он смог от нас оторваться!

Цинь Му ошеломлённо повернулся в сторону источника звука, где увидел Ван Мужаня, Лун Циндай и Лун Юй в походной одежде, мчащихся ему навстречу верхом на гигантском олене.

Услышав подобное, цилинь был вне себя от счастья и, радостно оттопырив хвост вверх, будто флагшток, бросил свой самый презрительный взгляд на гигантское существо из Маленькой Нефритовой Столицы.

Огромный олень смотрел на него с широко открытыми глазами и ртом. Его торчащий хвост тут же безвольно повис. Поджав его под зад, существо уважительно взглянуло на жирдяя.

Затем он заметил неподалёку от Цинь Му Драконов Наводнения всевозможных цветов и размеров, которые послушно шли по следу цилиня. Уважение в его глазах стало ещё более глубоким.

Цинь Му был поражён:

— Вам понадобилось аж три дня, чтобы сюда добраться?

Он добрался из столицы до секты Великого Белого Меча, после чего преодолел добрых сто тридцать тысяч километров к центру Великих Руин и вернулся обратно за те же самые три дня!

Однако Цинь Му был уверен, что, если он расскажет им об этом, ему не поверят.

Глава 372. Поджог

Ван Мужань и остальные были озадачены. В самом начале путешествия, кода Цинь Му ехал верхом на цилине, последний, очевидно же, бежал очень медленно, поэтому они не ожидали, что тот опередит их. Мог ли цилинь, это воплощение чревоугодия, скрывать свои истинные способности и только притворяться слабым?

Люди обменялись приветствиями. Лун Юй выглядел намного лучше, чем несколькими днями ранее. Он чувствовал себя нормально и выглядел вполне здоровым.

— Знакомьтесь, это мой дедушка, он немой кузнец, — представил старика юноша.

Усмехнувшись, немой протянул деревянный сундук Ван Мужаню, но Цинь Му успел вовремя крикнуть:

— Не бери его!

Ван Мужань был ошеломлён, однако, вовремя отвёл руки назад, что заставило немного нахмуриться. Старик мычал, стонал и издавал прочие не поддающиеся переводу неподготовленному слушателю звуки по отношению к непослушному внучку.

Цинь Му ничего не объяснил Ван Мужаню, потому что очень хорошо знал, насколько тяжёл сундук немого. Если бы бедолага взял его в руки, то точно был бы раздавлен.

Попроси кто-нибудь его выбрать самого озорного старика в деревне, он бы определённо проголосовал за немого!

Несмотря на то, что во времена, когда он был ещё совсем ребёнком, одноногий крал у него конфеты из боярышника, если он начинал плакать, старик откусывал конфетку и отдавал ему оставшуюся часть. Поэтому немой был самым озорным в деревне, его буквально распирало от злых трюков и опасных для здоровья подшучиваний. От мала до велика, Цинь Му был обманут им бесчисленное количество раз.

— Битва, которая началась два дня назад, закончилась, но мы не знаем, каким образом, — сказал Ван Мужань. — Чувствуя столкновения аур тех богов, мы всю дорогу спешили, как могли. Исходя из места, откуда чувствовались ауры, бой должен был происходить в центре префектуры Отдыха и Бачжоу.

Парень достал карту Империи Вечного Мира и, найдя префектуру Отдыха и Бачжоу, нарисовал метку в центре.

Цинь Му был ошеломлён. Именно там останавливалась бабушка Сы!

«Место, где сражались боги, совсем недалеко от места жительства бабушки, поэтому она, вероятно, в опасности!» — его тревожное сердце успокаивало только то, что в самом начале туда отправили старейшина деревни и отшельник Цин Ю. Благодаря их высокой скорости, они должны были давно оказаться на месте.

— Нам осталось недалеко дотуда, всего лишь около тысячи километров, думаю доберёмся за пол дня! — заметила Му Циндай.

— Нам не понадобится столько времени, — Цинь Му достал золотую флейту и, используя жизненную Ци, начал играть на ней. Когда он соединился с сознанием Дракона Наводнения, последний тут же затрясся всем телом и начал резко увеличиваться в размерах до десятков метров.

Запрыгнув зверю на спину, Цинь Му сказал:

— Шевелитесь, нам потребуется около часа, и мы будем на месте.

Ван Мужань и остальные были сбиты с толку, но всё же запрыгнули на спину Дракона Наводнения. Олень подозрительно посмотрел на дракона, прежде чем перевести взгляд на цилиня, который к текущему момент с удобством расположился на его спине. Толстяк смотрел на свой нос, не обращая ровным счётом никакого внимания на откровенно презрительный взгляд рогатого.

Немой взял сундук и тоже прыгнул на дракона, но как только его ступня коснулась спины величественно выглядящего зверя, тот, словно червяк, был мгновенно намертво придавлен к земле, а обо всей величественности теперь и говорить не стоило. Бедолага извивался, как придавленная булыжником змея, его четыре когтя изо всех сил пытались помочь телу хоть чуть-чуть приподняться, но единственное что получалось — выкапывать глубокие ущелья в земле. Как бы он ни старался, встать не получалось.

— Дедушка, спускайся, спускайся! — закричал юноша. — Ты раздавишь его до смерти!

Немой обиженно спрыгнул вниз, начав жестикулировать рукой.

— Дедушка, почему ты ругаешь меня? Я не проявляю неуважение к тебе, твой сундук слишком тяжёл… Ну вот, ты снова меня ругаешь! — покраснев, ответил Цинь Му.

Ван Мужань и остальные с тревогой переглянулись. Цинь Му же, сыграв на флейте, заставил более десятка драконов подлететь поднять немого. Только тогда старик остался доволен. Все драконы были чрезвычайно сильны, сравниваясь по силе с сильнейшими практиками уровня мастера секты, поэтому их скорость, естественно, не была медленной.

Продвигаясь вперёд на всех парах, невооружёнными взглядом можно было заметить лишь размытые кляксы зелени, коими являлись деревья. Даже горы было невозможно особо чётко рассмотреть. Олень на спине дракона продолжал буровить презрительным взглядом цилиня, с каждой секундой всё больше кривясь от отвращения, он даже громко чихнул в сторону толстяка, что было верхом презрения и неуважения.

Свесив хвост, цилинь опустил стыдливый взгляд на свою морду, что не могло не порадовать Цинь Му: «Толстячок всё ещё способен испытывать стыд, значит он не совсем пропащий. Завтра я накормлю его Божественными Пилюлями Живучести Огненного Элемента, надеюсь на сей раз он не станет избавляться от них».

Внезапно появилось несколько стройных чёрных Драконов Наводнения. Некоторые взбирались на верхушки деревьев, а другие летали в небе. Они подняли морды, чтобы посмотреть на драконов, а затем на группу, которую те несли.

Цинь Му удивлённо обвёл их взглядом.

— Драконы Наводнения, крайне малочисленны, так почему же они сейчас повсюду? — в недоумении спросила Му Циндай

Взлетев, чёрные Драконы Наводнения подняли морды и странно зарычали, издавая что-то похожее на “маха, маха”.

Все оглянулись назад и увидели рой их сородичей, который насчитывал несколько тысяч летящих к ним особей. Они представляли собой плотное облако, которое покрывало собой всю горную вершину. Чёрные драконы, передвигаясь всеми возможными способами, направлялись прямо к ним.

Цинь Му успел увернуться от них: «Только Владыка Выращивания Драконов мог это сделать! Большинство его драконов со мной, так откуда же взялись все эти черныши? Они какие-то не совсем реальные».

Открыв украденный у бога мешок таотэ, он достал Писание Взращивания Драконов. Изучив его в деталях, он увидел предложение, в котором упоминалось использование драконьей Ци для питания тела.

«Поглотить Ци дракона, стать драконом, распространить технику преобразования. Мышцы, волосы и кожа… нет этого не может быть, — был ошеломлён парень и обернулся посмотреть на чёрных драконов, которые отчаянно преследовали их. — Если это так, значит все эти чёрные Драконы Наводнения должны быть частью Владыки Драконов, и так как их много, это могут быть только его волосы. Как и ожидалось от богов Высших Небес, способных превратить даже свои волосы в драконов. Так как они волосы, они должны бояться огня…», — невинно моргнув, Цинь Му слегка изменил звучание флейты.

Один из несущих немого огненных драконов замедлился, а уже в следующий миг рванул к лесу внизу. Цинь Му контролировал других драконов, чтобы никто не отставал, но облако чёрных драконов неумолимо догоняло.

Когда чёрное облако пролетело над огненным драконом, ужасающий исконный огонь вырвался из его пасти вверх и мгновенно покрыл радиус в несколько десятков километров. Бесчисленные чёрные драконы извивались, сгорая в свирепом пламени. Густой чёрный дым заволок собой небо, а существа, выросшие из волос Владыки Выращивания Драконов, канули в небытие.

Завершив своё грязное дело, огненный дракон быстро погнался за группой, радостно кивая и виляя хвостом. Вскоре он догнал их и продолжил помогать тащить старика.

Немой выдал взгляд восхищения, показывая Цинь Му большие пальцы, на что тот смущённо улыбнулся и махнул рукой:

— Дедушка, не хвали меня так…

Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй с широко открытыми глазами смотрели на тысячи чёрных Драконов Наводнения, которые были превращены в пепел. Каждый из них вздрогнул.

— Мужань, ты хороший ребёнок, уходи от Императора Людей, — тайно сказал Лун Юй. — Он слишком демонический!

— Старший брат, когда ты был не в себе, мы с ним, основав Небесный Союз, уже создали альянс. Я один из четырёх великих лидеров, так что мы с тобой в одной лодке… — заколебался Ван Мужань.

Лун Юй смотрел с широко открытыми глазами и через некоторое время вздохнул:

— Он введёт тебя в заблуждение.

****

Через некоторое время Владыка Драконов, наконец, пришёл к месту, где Цинь Му сжег чёрных драконов. Увидев гору, припорошённую слоем пепла, его лицо вновь помрачнело. Он был так зол, что его руки бесконтрольно дрожали:

— Честно выглядящий ублюдок, честно выглядящий… Аргх — на его голове осталось всего несколько прядей кудрявых волос, и они, казалось, ожили сами по себе, когда начали дрожать от страха. — Я определённо не отпущу тебя! Даже если ты попадёшь на небеса или в ад, я найду тебя! Я разорву твой труп на тысячи кусочков! Я порублю тебя на мясо и скормлю драконам! — он сорвал оставшиеся пряди волос, которые извивались в его руке, изо всех сил пытаясь вернуться на голову. Было очевидно, что гибель их “товарищей” заставила их бояться.

С мрачным, как у грозовой тучи, лицом, Владыка Драконов вдохнул своей Ци в пряди волос жизнь. Они приняли облик чёрных драконов и обнюхали окрестности. Они чувствовали запах, оставленный другими драконами, но не осмеливались вести преследование.

— От вас нет никакой пользы! — был в ярости бог. Беспомощно покачав головой, он вернул чёрных драконов обратно в форму волос и посадил на голову. Затем он порезал запястье и пролил свежую кровь. Капли мгновенно превратились в кровавых Драконов Наводнения, которые начали поиски Цинь Му.

****

«Впереди место, где бабушка живёт в уединении», — юноша перестал играть на флейте и посмотрел вперёд. Он был потрясён от представившегося вида.

Бабушка Сы осела пожить у подножья горы, которая считалась центром префектуры Отдыха и Бачжоу. Рядом с домом находилось чистое озеро. Выбранное место было во всех отношениях очень спокойным, а окрестности вокруг бесплодны и пустынны. Поскольку Ли Тяньсин любил выходить забавляться, Сы выбрала место подальше от мирских дел…

Вот только перед взором Цинь Му появилась отнюдь не уединённая, дикая глушь, а скопление несравненно роскошных, построенных из золота и нефрита, дворцов. Расположенные рядом друг за другом небесные дворцы превратили некогда дикую горную местность в священную обитель бессмертных. Там были мраморные колонны, с барельефами драконов и фениксов или и вовсе высеченные в форме последних, гладкий белый нефрит, служащий полом, и несравнимо толстые, но при этом не лишённые стиля, золотые колонны, поддерживающие крыши!

Горы в окрестностях также претерпели изменения. Там были странные сосны и скалы, устилающие собой всю землю вокруг духовные травы, яркие цветы и всевозможные странные, непонятные звери, а также летающие существа, слоняющиеся вокруг. Повсюду виднелись сады разнообразных форм и размеров с множество целебных трав, которых даже Цинь Му не узнавал.

Духовные источники, летающие водопады, извилистые тропинки и ручьи, каждая маленькая деталь, помогали добиться горам и рекам такой красоты, которую обычно можно было увидеть только на картинах. Несмотря на то, что все в группе были из авторитетных и больших сект и привыкли видеть роскошь, входя в такую священную обитель, они чувствовали себя немного несчастными. Они боялись испачкать пол и испортить всё к чему прикоснутся.

Немой продемонстрировал подозрительный взгляд и дважды помахал Цинь Му рукой, на что тот в изумлении сказал:

— Я сам не понимаю откуда это всё. Когда я был здесь последний р… бабушка! Бабуля! — он крикнул дважды, но никто не ответил. Только несколько огромных рыб выпрыгнули из воды, превратившись в красивых женщин, похожих на русалок. Они прислонились к фальшивым горам и спели успокаивающую песню своими очаровательными и нежными голосами.

Немой два раза вздохнул, а Цинь Му кивнул:

— Это действительно слишком роскошно. Я тоже не знаю, как бабуле удалось заполучить всё это…

Они пришли в божественный зал, украшения которого были просто слишком изысканны. После входа они сразу же вышли, опасаясь загрязнить девственно чистое место. Немой сделал ещё несколько шагов, а затем опустил свой деревянный сундук.

— Никого, — Цинь Му в недоумении обратился к Ван Мужаню и остальным. — Бабули должно быть нет дома, давайте немного подождём. Если она не вернётся до темноты, нам придётся уйти. Нельзя будет задержаться даже на минутку! Если бабуля придёт с появлением темноты, значит это уже не она, а старый демон!

Глава 373. Небесный Создатель

— Неужели вечером в это место вторгнется тьма? Почему нам нужно уходить после наступления ночи? — спросила Му Циндай.

Цинь Му покачал головой, но не стал ей ничего объяснять.

Пока все ожидали снаружи божественного зала, небо внезапно потускнело, и вдали послышались раскаты грома. Цинь Му поднял голову, смотря ввысь, где ещё мгновение назад не было ни единой тучи, но сейчас всё вокруг заволокло чёрными кучевыми.

Зима ещё не закончилась, и погода была не слишком тёплой, так что гром и бури случались невероятно редко. Но прямо сейчас округа над их головами часто освещалась разрядами молнии. Тёмные облака продолжали сгущаться, окончательно поглощая собой небо.

Внезапно начался проливной дождь, и отряд поспешил в укрытие под крышей божественного зала, чтобы скрыться от ледяной воды.

В эту пору года дожди не бывали столь сильными, но этот, казалось, нарушал это правило.

Десяток Драконов Наводнения тоже втиснулись под крышу здания, овившись вокруг бронзовых колонн. Цилинь мирно дремал у входа, куда тоже не долетали капли.

Гигантский олень подошёл к нему, наклонил голову и своими рогами вытолкал жирдяя наружу, занимая его место.

Цилинь впал в ярость, промокнув до нитки. Он ворвался обратно в зал оскалив зубы, отчего олень вскочил на ноги, размахивая рогами в готовности защищаться.

Внезапно над землёй начали подниматься клубы пара. Лун Юй протянул руку наружу, ладонью словив несколько капель воды, и тут же воскликнул в изумлении:

— Вода горячая!

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, и он тоже высунул руку наружу. Дождь, падающий с небес, и вправду был горячим. Вода обжигал кожу, как кипяток!

Парень немедленно вышел из зала, его жизненная Ци разделила поток дождя на две части, не позволяя ему попадать на тело.

Подняв взгляд вверх, он увидел, как небо продолжает чернеть. В его непроглядной тьме, время от времени сквозь тучи проносилась молния, а последующий гром слышался на расстоянии тысячи километров. Гром прокачивался над их головами незримой волной на невероятно высокой скорости, после чего уносился вдаль, в мгновение ока преодолевая свыше трёх тысяч километров.

Вот только громыхание совсем не напоминало гром, созданный молнией!

Ван Мужань и остальные также вышли из божественного зала и подняли головы ввысь. Перед их глазами сверкало всё больше и больше молний, разряды, пересекающиеся в небе, создавали невероятно ужасающее зрелище. Между тем температура капель дождя продолжала подниматься.

— Кажется, в небе что-то происходит… Жирдяй, оставь его в покое! — обернувшись, воскликнул Цинь Му.

Цилинь ослабил хватку своих челюстей, отпустив шею оленя. Тот был вне себя от ярости, и собирался атаковать в ответ, но оказался не в силах сдвинуться с места под весом толстяка, который больше смахивал на неподвижную гору, чем на живое существо.

Гром в небе звучал всё чаще и чаще, напоминая удары военного барабана. В то же время молнии превратились в освещающие тьму и носящиеся туда-сюда шары света.

В глазах Цинь Му открылись слои небес, и он пристально всмотрелся в тьму. Внезапно он сумел разглядеть призрачные силуэты, мерцающие вдали. Они неистово носились сквозь тучи, сражаясь друг с другом.

Ван Мужань, Лун Юй и Му Циндай из Маленькой Нефритовой Столицы тоже владели навыками третьего или божественного глаза. Они исполнили их, после чего тут же воскликнули в удивлении.

Неожиданно в толстом слое чёрных туч появился разрыв, в котором возник высокий, внушительный силуэт. Тот взмахивал двумя ножами, обретая невероятно дикий и дьявольский вид во свете молний.

— Дедушка мясник! — изумлённо воскликнул юноша.

Он уже видел мясника в состоянии безумства, так как тот зачастую выходил из-под контроля в деревне Цань Лао. В таком настроении тот был способен зарубить даже старейшину деревни. Лишь когда взор старика падал на него, в его глазах мелькали нотки доброты.

Когда раздался удивлённый крик парня, в разрыве между тучами появилось ещё несколько силуэтов, мчась прямиком на мясника!

«Это ножи дедушки разорвали тучи!» — когда Цинь Му наконец это осознал, разрыв уже успел закрыться, и небо вновь оказалось полностью чёрным. Как оказалось, раскаты грома были вызваны не погодными условиями, а хлопками от сверхскоростных движений тел.

Ножи мясника разрезали тучи, которые вмиг вскипели от температуры их лезвий. Из-за этого температура дождя становилась всё более и более высокой.

Неожиданно, Цинь Му увидел огромный кусок земли, спускающийся с неба сквозь облака. На нём возвышались горы и текли реки, совсем не напоминая местность вокруг. Казалось, тот собирается столкнуться с Империей Вечного Мира.

— Аба! — торжественно произнёс немой.

— Всё верно, это старейшина деревни! — закивал головой Цинь Му. — Он тоже там, так почему они сражаются?

Земля в небе будто встретила своего заклятого врага. Продолжая падать вниз, горы и реки на её поверхности постепенно рушились.

Цинь Му был ошеломлён. Навык меча старейшины не смог выстоять против противника!

Бум!

Небо неистово задрожало. Колонна, толщиной в несколько десятков метров спустилась на землю, проникая сквозь тучи. Казалось, что она пришла в мир людей прямиком с небес.

Тем не менее, это была не колонна. На самом деле это был лишь поток воздуха в форме копья, созданного парочкой извивающихся вокруг друг друга драконов. Кто-то собрал дождевую воду, используя её как оружие!

— Навык копья слепого дедушки! — ум Цинь Му вскипел. Невероятно толстое копьё из воды были ничем иным, как оружием слепого. Старик очень редко использовал настоящее оружие и, встречаясь с практиками уровня владыки культа, полагался лишь на бамбуковую трость.

Ему хватало обычной бамбуковой трости, чтобы сломать любые заклятия и божественные искусства в этом мире.

Но в этот момент он решил создать копьё из воды, а значит, встретил сильного врага, способного причинить огромные неприятности.

С торжественным выражением лица, немой обернулся, возвращаясь в божественный зал. Таща свой сундук, он тыкнул пальцем на Цинь Му со словами:

— Ах ах! Ах, ах ах!

Юноша уверенно кивнул в ответ:

— Дедушка, не волнуйся, я не стану дурачиться. Впрочем, я могу им помочь, ведь привёл с собой стаю мощных драконов.

Брови старика приподнялись, и на его лице появилось что-то напоминающее улыбку:

Покраснев, парень тихо ответил:

— Но ведь они всё равно очень сильны…

Немой подпрыгнул, неподвижно зависая в воздухе на высоте трёх метров.

Сквозь проливной дождь кровавые Драконы Наводнения выползали со всех сторон, окружая священную землю.

Пум!

Ноги немого приземлились на землю, создавая в ней два глубоких следа. Земля вокруг него треснула, а каменные плиты неподалёку взорвались с оглушительными хлопками.

Старик положил на землю сундук, крышка которого тут же распахнулась, открывая глазам целую кучу серебряных пилюль размером с большой палец.

На спине дедушки висел котёл, которым он часто пользовался. Однако, он не стал снимать его вместе с сундуком, продолжая держать не спине. Последняя искра в угольно-чёрной печи давно погасла.

Немой крепко сложил руки, и его Ци ринулась наружу. В печи на его спине внезапно заискрилось ослепительное пламя.

Драконы Наводнения остановились на подходе ко дворцу. Они взбирались вверх по перилам, сидели на головах каменных львов, спокойно ожидали на каменных ступенях или сидели на крышах залов за спинами отряда Цинь Му.

Окружение находилось под покровом темноты, в которой слышались невероятно тяжёлые шаги. В унисон с ними раздалось глубокое дыхание, кажущееся спокойным, и в то же время обезумевшим.

Сундук, лежащий у ног немого, непрерывно дрожал и подпрыгивал. Диск Императора внезапно вылетел наружу, приземлившись в руке Цинь Му. Старик даже не повернул голову в его сторону. Он просто оттопырил руку, передавая сигналы пятью пальцами.

Юноша повесил диск себе на грудь, торжественно говоря:

— Дедушка немой попросил нас спрятаться в божественном зале! Жирдяй, быстро поднимайся, хватит сидеть на олене, ожидая, что он задохнётся!

Цилинь тут же слез со своего противника, который беспомощно раскинулся на полу. Он тяжело задыхался, высунув язык.

— Тьфу! — цилинь плюнул на поверженного оленя.

«Обжора невероятно расточительный, он только что потратил несколько баночек слюны впустую!» — впал в ярость Цинь Му.

Шаги в темноте казались всё ближе и ближе. Первыми в поле зрения показались два дракона с головами размером с гору. Вскоре стали видны длинные шеи зверей, острые когти и, наконец, пара ног, стоящие на их спинах.

Сильный дождь пронзал воздух, кипящая вода текла водопадом, до нитки пропитывая гигантское тело. Она отчистила чешую на теле гиганта, отчего та начала сверкать, отражая разряды молний в небесах.

Два Дракона Наводнения остановились, и в небе сверкнула молния, полностью освещая тело гиганта.

Это был Владыка Выращивания Драконов.

На голове бога Высших Небес осталось лишь несколько волосков, а его лицо было мрачным, как смерть!

— Ты собрался меня остановить? — его взгляд пронзал тьму как молния, напоминая два луча света, светящих на тело немого, таскающего горящий котёл на своей спине. Казалось, что бог пытался увидеть его насквозь. Гремящим голосом, гигант продолжил. — Ты хочешь остановить меня в одиночку? Выдай мне того мерзавца с честным лицом, который сжёг мои волосы, и я обещаю, что твоя смерть не будет мучительной!

Немой ошеломлённо почесал голову.

— Дедушка, он имеет ввиду меня! — выпрыгнув из божественного зала, честно признался Цинь Му. — Владыка Выращивания Драконов, это я сжёг твои волосы, но сделал это случайно. Ты попросил меня накормить драконов, что я и сделал, и теперь они следуют за мной. Позже, когда я увидел, что твои волосы тоже решили бежать, я счёл это неуважением к тебе, и сжёг три тысячи предателей.

Уголки глаз Владыки Драконов содрогнулись, но он так и не отвёл взгляда от немого. Он крайне сильно хотел это сделать, но понимал, что в тот миг, когда потеряет бдительность, старик может нанести ему смертельный удар.

— Так ты пережиток Эпохи Императора-Основателя, — его взгляд упал на печь за спиной немого, и бог ухмыльнулся. — Ты потомок Небесного Создателя из поддельных Райских Небес времён Императора-Основателя. Твоему предку было даровано звание Небесного Создателя и приказано построить деревню Беззаботную.

— Затем вы должны были создать Ковчег Парамиты, направляющийся в деревню Беззаботную, впрочем, корабль так и не смог туда доплыть. Хе-хе, мы, небесные боги, пленили вас всех, надеясь, что рано или поздно вы все вымрете. Никогда бы не подумал, что кому-то и вправду удастся сбежать! Почему ты молчишь?

На лице немого не было ни единой эмоции. Старик лишь сделал несколько жестов рукой.

Из зала высунулась голова Цинь Му, громко закричав:

— Владыка Выращивания Драконов, он говорит, что ты шл*ха! Я не пытаюсь тебя оскорбить, это всё он!

Лицо Владыки Драконов стало даже мрачнее, чем раньше. Парочка Драконов Наводнения, свисающих с его ушей, тайком потянулись, забираясь на плечи хозяина. Затем они поползли вниз по рукам, становясь всё больше и больше. Чешуя монстров напоминала невероятно сложные механизмы, постепенно покрывая его кожу.

Под одеждой бога было ещё несколько драконов, которые также начали расти, овиваясь вокруг его пояса и бёдер.

Хлоп!..

Владыка Драконов спрыгнул со спин драконов, которые в этот миг со всей силы вцепились в землю когтями. Внезапно они уменьшились, превращаясь в две гигантских дубинки.

— Пережиток Министерства Работ поддельных Райских Небес! — громко прокричал бог. Его тело извилось, будто пружина, извергая брутальную варварскую силу. Крепко сжав свои острые как бритва зубы, он замахнулся дубинками, целясь ими прямо в немого. — Приготовься умереть!

Глава 374. Искренняя улыбка

У Владыки Выращивания Драконов было физическое тело бога. Пять драконов обвивались вокруг тела, а ещё два служили оружием, с ними его сила приумножилась в несколько раз.

Несмотря на то, что секта Наездников Дракона была основана богом с Высших Небес, у них были только способности контролировать необычные породы драконов и змей, они не могли заимствовать их силу. Но Секреты Драконьего Контроля Владыки Драконов были способны на такое. Кроме того, его Писание Взращивания Драконов не содержало всех техник, которые у него были, ибо он скрывал некоторую информацию.

Несмотря на то, что Писание Взращивания Драконов в руках Цинь Му было гораздо более полным, чем переданное секте Наездников Дракона, самые важные боевые методики не были записаны в нём. При использовании Драконов Наводнения в качестве дубинок, его сила была настолько огромной, что, когда он ударил, Цинь Му, Ван Мужань и остальные услышали громкий звон в ушах, на мгновение лишаясь слуха.

Удар получился такой мощи, что, казалось бы, всосав весь воздух в округе в одну точку, практически воссоздал снаружи вакуум. Могло даже показаться, что огромный кусок пространства, потеряв былую стабильность, начал искажаться.

Цинь Му довелось повидать множество битв между сильнейшими практиками мира сего, например, ему повезло запечатлеть в памяти битву между взбунтовавшимися лидерами сект-культов и Имперским Наставником. Божественные искусства бунтарей обычно не стягивали всё вокруг в одну точку, дабы после разрушиться изнутри, а с разрушительной силой взрывались во всех направлениях.

Тем не менее, тело Владыки Выращивания Драконов было настолько могучим, что удар фактически был обращён сам в себя. Практически ни грамма силы не было потрачено впустую. Вся разрушительная мощь была сконцентрирована в одной области, а после сила бога вырвалась наружу без каких-либо ограничений!

Несмотря на то, что удар, разразившийся во всех направлениях, выглядел обширным и имел удивительную разрушительную мощь, его энергия распылялась. Божественное искусство ударило противника, но его сила была чуть-чуть ослаблена.

Своей атакой Владыка Драконов показал, что достиг крайнего контроля над своей силой. Так называемая красота силы… и такой красотой могли восхищаться лишь немногие, кто посвятил всю свою жизнь изучению силы до предела.

Находящиеся в зале дворца Цинь Му и остальные, ощутив ужасное давление, не успели полюбоваться зрелищем. Воздух в зале был моментально высосан, им всем показалось, что даже их лёгкие были полностью опустошены!

Давление, казалось, сжимало их, в то же время, оставшись практически без воздуха, они чувствовали, что их тела пытаются расшириться, словно надувные шарики. Их глазные яблоки, сердце, лёгкие, мочевой пузырь расширялись, в то время как их кровь и моча чуть было не начали бесконтрольно вытекать. Их тела против собственной воли поднялись в воздух. Они взмахивали руками, пытаясь опуститься на землю, но были совсем бессильны и летели к дубинкам бога, как будто отправлялись на смерть. Если они окажутся под дубинками, то будут раздавлены как муравьи.

Цинь Му быстро протянул одну руку, чтобы ухватиться за рог оленя, а другой поймал руку Му Циндай. Пояс девушки обвился вокруг ног Лун Юй, который, в свою очередь, схватил Ван Мужаня.

Непреодолимая сила тянула четырёх человек по прямой, и огромный олень начал шататься, пытаясь удержаться всеми возможными способами, однако, он всё же поднялся в воздух вместе с ними. Олень открыл рот и впился зубами в хвост цилиня, который, почувствовав острую боль, неистово зарычал. Что удивительно, неважно насколько ужасной была втягивающая сила, дракономордый словно прирос к земле.

Бум!.. Сотрясающий мир взрыв прогрохотал снаружи зала. Удар Владыки Драконов должен был высвободить всю свою силу в столкновении с немым. Гулкая дрожь затрясла людей в воздухе, как будто они были поражены бесчисленными молниями. Но так произошло немного по другим причинам. Когда столкнулись атаки немого и бога, сила их физических тел создала колеблющуюся туда-сюда рябь в пространстве. Таким образом, группа, которая была в воздухе, двигалась вверх и вниз, страдая от тряски.

Кровь просочилась из ртов бедолаг. Такая пульсация не только заставила их трястись вверх-вниз, их тела также исказились вместе с пространством, в результате чего их внутренние органы сместились в неправильные места. Их кости потрескивали, так как они больше не могли выдержать такого давления!

— Огромная мощь! — рявкнул цилинь. — Меня сейчас вырвет!

Цинь Му и остальные чувствовали себя так ужасно, что их чуть не стошнило кровью, но толстый дракон мог говорить и казалось, был полон энергии!

В этот момент снаружи вспыхнул яркий, белоснежный, ослепляющий глаза всех присутствующих свет. Когда яркость достигала экстремального уровня, она перешла во тьму, они понятия не имели, чьё божественное искусство превратило всё перед их глазами в кромешную тьму. Слёзы просочились из их глаз, и они немедленно выполнили свои божественные искусства зрачков, чтобы предотвратить повреждение сетчаток.

Бац, пум, пам…

Их тела шлепнулись на землю, однако в следующий момент подошла вторая волна столкновений. К счастью, она оказалась намного дальше. Тем не менее, подземные толчки всё ещё превращали землю в нечто похожее на поверхность моря, поднимаясь волнами. Даже такой обжора, как цилинь, был подброшен.

Хруст, хруст, хруст…

Послышалось несколько потрескивающих звуков, когда Цинь Му и остальные отлетели к потолку.

— Какая прочность… Кто же построил бабушке эти дворцы, — ворчал юноша. Кровь просочилась из уголка его рта. Из-за столкновения, он проглотил остатки, которые пузырились в его горле.

В прошлом Великий Владыка Культа Цинь разрушил множество домов и дворцов, и за всю его карьеру ходячего крушителя он никогда не встречал настолько прочных построек. Дворцы на горе Святого Пришествия Небесного Дьявольского Культа разрушались на раз-два. Даже строения имперского дворца, Имперского Колледжа и Дворца Золотой Орхидеи сносились по одному мановению его руки… Да что там дворцы, он даже разрушил драконью вену!

Однако дворец, принадлежавший бабушке Сы, казался невообразимо прочным. Когда они врезались в потолок, их кости почти сломались, но на потолке не было ни единой трещины, не говоря уже о признаках её разрушения. Пульсация, вызванная третьим столкновением, заставила Цинь Му и остальных свалиться на пол в одну кучу. Му Циндай была придавлена всеми в самом низу, затем шли Ван Мужань, Лун Юй, Цинь Му, олень и в самом верху разместился цилинь.

Все встали в спешке и увидели, что старшая сестра Маленькой Нефритовой Столицы уже закатила глаза. Цинь Му немедленно напоил её из бутылки драконьей слюной. Лишь только после этого ей полегчало.

Четвёртая пульсация была ещё дальше от того места, где они находились, но она была такой же мощной. Движение в пространстве растягивало их тела вверх и вниз, затем оттягивало в стороны и толкало внутрь. Когда они были растянуты в стороны, даже Му Циндай, самая худая из группы, выглядела как пышечка. Когда они были втянуты, даже толстый цилинь выглядел очень стройным, без всякого намёка на пузо.

Когда дело дошло до пятой пульсации, её эффект был уже очень мал, и все, наконец, вздохнули с облегчением. Борьба бессмертных могла заставить смертных только страдать. Несмотря на то, что они были выдающимися среди практиков божественных искусств, они умрут несчастной смертью, если будут хоть немного небрежны, столкнувшись с противостоянием между настолько сильными практиками.

— Маха! Маха! — снаружи послышались странные крики, и Цинь Му, который только что вздохнул с облегчением, снова почувствовал себя будто на иголках. Немедленно достав свою золотую флейту, он увидел прыгающих с крыши и приземляющихся на свои длинные конечности кровавых Драконов Наводнения. Несколько сотен существ окружили их, блокируя со всех сторон.

Цинь Му заиграл на флейте, и Драконы Наводнения, обвивающиеся вокруг бронзовых колонн, медленно сползли вниз, чтобы стоять на страже перед залом.

Внутри все неописуемо нервничали.

Кровавые драконы, преобразованные из крови бога, были многочисленны. Кроме того, даже в Маленькой Нефритовой Столице слышали о силе крови бога. Подростки были преемниками священной обители номер один Империи Вечного Мира, так что секреты, которые они знали, были не меньше, чем те, что знал Цинь Му.

Цинь Му не в первый раз видел кровь бога или дьявола. Он видел эту силу, когда был со старейшиной деревни в Великих Руинах, он также видел Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа, который питался кровью бога и дьявола. Вдобавок видел пруд крови бога, оставленную после битвы Имперского Наставника и бога с Высших Небес. Тем не менее, он понятия не имел насколько были сильны кровавые драконы, сформированные из крови Владыки Выращивания Драконов. Хоть он и управлял флейтой, пытаясь контролировать своих драконов, у него не было уверенности, что те смогут защитить их. Самой опасной вещью была специфическая энергия, содержащаяся в крови бога, которая сформировала кровавых Драконов Наводнения!

Драконы быстро прыгали туда-сюда. Они были похожи на стаю гиен, ожидающих своего шанса нанести удар. Вдруг один из них дважды взревел, и его собратья синхронно хлынули в огромный зал.

Звук флейты Цинь Му громко зазвенел, и охраняющие драконы взревели, набросившись на кровавых драконов!

Существа, которыми управлял паренёк, были несравнимо сильны. Они были драконами, которых Владыка Выращивания Драконов тренировал много лет, поэтому их способности были чрезвычайно высоки, легко блокируя сотни кровавых драконов.

Вражеские существа были измельчены дюжиной или около того настоящих Драконов Наводнения, превращаясь в шары кровавого тумана. По сравнению с Драконами Наводнения, которые были выращены богом, способности кровавых Драконов Наводнения были слишком слабы.

Рёв снаружи постепенно утих. Был слышен только стук дождя и мелодичный звук флейты… Пока и та не затихла.

Стук дождя стал ещё громче. Все в зале стояли с нервными выражениями лиц, не решаясь расслабиться. Они выглянули из зала и увидели, как молнии вспыхивали в небе, раз за разом освещая темноту. Лица юноши и остальных мерцали между светом и тьмой.

Дракон Наводнения медленно отступил, отойдя от входа в зал. Сердце юнца начало биться быстрее. Он увидел, как второй дракон отступает, а затем третий, четвёртый…

Дюжина или около того Драконов Наводнения, казалось, встретили своего врага, что-то, что испугало их.

Они отступали один за другим.

— Кто снаружи? — спросил Лун Юй.

Снаружи послышался громкий звук. За ним последовали тяжёлые шаги, которые звучали, как будто он наступал на их сердца, человек приближался шаг за шагом.

Цинь Му снова заиграл на флейте, но все драконы опустили морды на пол и замерли. Холодный пот проступил на его лбу, когда высокая и крепкая фигура появилась у входа в зал. Ею оказался покрытый кровью Владыка Выращивания Драконов.

Когда цилинь увидел его, то обмяк всеми мышцами. Он распластался на полу, не смея пошевелиться, а уголки глаз Цинь Му дёрнулись.

Бог усмирил Драконов Наводнения, которых сам же и вырастил. Кроме того, вокруг его тела витала особая аура, заставляющая цилиня не сметь сопротивляться ему.

— Кузнец, которого ты позвал, обладал действительно сильными способностями, — показывая свои зубы, говорил окровавленный Владыка Выращивания Драконов. Его кроваво-красные глаза пристально смотрели на парня. — Он не смог защитить тебя. Малыш, покажи мне ещё одну искреннюю улыбку.

Цинь Му выдавил улыбку и крикнул остальным:

— Это просто скопление крови бога, давайте объединимся и уничтожим его!

Глава 375. Правильное и Праведное

— Я не об этой улыбке, — Владыка Выращивания Драконов пристально смотрел на лицо Цинь Му, качая головой. — В прошлом твоя улыбка могла заставить любого забыть о своей защите. Даже если бы в твоей руке оказался нож, и ты вонзил бы его в чьё-то сердце, тот так бы и не начал сопротивляться. А теперь твоя улыбка фальшива, она не исходит от всего сердца.

Слушая его слова, Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй, стоящие возле Цинь Му, содрогнулись. Даже глаза гигантского оленя вылезли из орбит от страха.

Они провели не слишком много времени вместе с Цинь Му, но всё равно считали друг друга друзьями. Находясь в его компании, было легко забыть о том, что у него, кроме звания Императора Людей, было и другое — он был Владыкой Небесного Дьявольского Культа!

Самым злобным дьяволом Небесного Дьявольского Культа!

Проблема было в том, что, когда он был неподалёку, можно было запросто забыть о его других личностях. Независимо от того, был он Владыкой Небесного Дьявольского Культа или Императором людей, в первую очередь он казался стоящим другом.

Однако, слушая слова Владыки Драконов, они ощутили, как по их спине проносится дрожь.

«Чего и стоило ожидать от Владыки Небесного Дьявольского Культа, не странно, что люди считают его дьяволом… — подумал про себя Лун Юй. — С Императором Людей нашего поколения и вправду тяжело совладать, даже бог Высших Небес пострадал, повернувшись под его руку».

Покачав головой, Цинь Му проговорил:

— Владыка Выращивания Драконов, ты делаешь из меня настоящего монстра. На самом деле я никогда не встану на пути своих друзей.

Выражение его лица было настолько искренним, что все, кто его заметил, сразу же успокоились, уверившись в надёжности парня. Беспокойство Ван Мужаня и остальных бесследно исчезло.

— Вот это уже лучше, — ухмыльнувшись, прокомментировал бог. — Эта искренность идёт из самого сердца! Твоя улыбка теперь такая, как раньше, в ней даже есть нотки застенчивости. Как иронично, что именно с ней на лице ты смог в мгновение ока украсть моих драконов!

Внезапно его аура неистово вырвалась наружу, отправляя потоки ветра во все стороны. Ударившись о стены, они вызвали оглушающие хлопки, напоминая морские волны, разбивающиеся о берег.

Цинь Му был поражён. Он сразу же начал циркулировать технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, отчего его физическое тело обрело невероятную прочность. Между тем ножны его меча открылись, и Беззаботный Меч принял защитную позицию перед грудью.

В следующий миг раздался громкий удар, и Цинь Му вместе со своим мечом полетел задом наперёд. Его ноги двигались с ослепительной скоростью, исполняя навык ног Божественный Расхититель, чтобы избежать плачевных последствий. Однако, сила Владыки Драконов оказалась попросту слишком огромной. Даже чудесная техника вроде навыка ног одноногого не смогла полностью защитить его от удара. В конце концов он так и не смог убежать, под порывом силы полетев в стену позади!

Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй без любых колебаний двинулись в атаку, используя свои самые сильные навыки против бога.

Троица была последователями Маленькой Нефритовой Столицы, которая практиковала самый популярный способ отбора учеников. Мастера секты путешествовали по миру людей, выбирая самых талантливых, понятливых и одарённых детей, обращая огромное внимание на их характер, в частности терпеливость, понимание и приспособляемость. Затем потенциальные ученики проходили огромное количество испытаний, после чего, наконец, зачислялись.

Именно таким образом трое подростков оказались в Маленькой Нефритовой Столице, где начали изучать лучшие техники и божественные искусства, поднимая своё совершенствование до невероятных высот. Можно было сказать, что каждый шаг в совершенствовании, который они совершали, был тщательно проработан, отчего ни на одной области у них не было значительных недостатков. В области Шести Направлений почти не было мастеров, которым они уступали!

Лун Юй исполнил Небесные Глаза Сердца Меча и из его зрачков вырвались два лучи божественного света. Один из них пронёсся горизонтальной линией, а второй вертикальной, мчась навстречу Владыке Выращивания Драконов.

Му Циндай, в свою очередь, использовала Странное Дао Строгой Цзя. Эта техника совершенствовала как буддизм, так и даосизм. Она была тихой, как дерево бодхисатвы, а её движение напоминало бессмертного странника. Когда девушка подняла ладонь в небо, та разразилась десятью тысячами лучей, обретая невообразимые размеры, и в то же время сохраняя невероятную изысканность.

Парочка искусно владела техниками Маленькой Нефритовой Столицы, вложив в них невероятное количество усердной работы. Ван Мужань, впрочем, шёл абсолютно противоположным путём. Он долго размышлял над смертью своего учителя, Странника Чжэня, и не оставлял надежды отомстить. В своём уме он воспринимал Имперского Наставника как врага, поэтому начал изучать всевозможные техники.

Парень понимал, что, используя одни лишь техники Странника Чжэня, он не сможет превзойти своего учителя, независимо от стараний. И всё же, его учитель оказался слабее Имперского Наставника и погиб. Единственное, что в подобной ситуации ему оставалось, это создание нового пути. Лишь в таком случае у него может появиться шанс превзойти Имперского Наставника.

Отшельник Цин Ю и остальные отлично понимали ход его мыслей, начав относиться к нему с особой заботой. Они лично занимались его обучением, делясь своими самыми сильными божественными искусствами. Поэтому несмотря на то, что Ван Мужань был самым младшим из троицы, его способности на самом деле были самыми высокими.

Впрочем, их божественные искусства были не в силах даже прикоснуться к Владыке Драконов. Скорость бога попросту была слишком высокой. Их искусства попадали лишь в послеобразы, оставленное в воздухе. Лишь когда оно разбивалось, становилось очевидно, что атака не достигла цели.

Владыка Выращивания Драконов не обращал внимания на троицу, пытаясь поймать Цинь Му, который изо всех сил норовил скрыться. Его скорость была настолько высокой, что гении Маленькой Нефритовой Столицы могли позабыть о любых попытках его поймать!

Ошеломительно быстро перебирая своими четырьмя копытами, гигантский олень смог встать перехватить Владыку Выращивания Драконов, начиная размахивать перед ним своими рогами, будто духовным оружием.

— Уйди, животное! — бог громко крикнул, после чего олень отлетел в сторону, пробивая стену и оказавшись под проливным дождём.

— Откройте свои глаза! — строго прокричал Ван Мужань.

Му Циндай и Лун Юй тут же поняли, что он имеет ввиду. Скорость Владыки Драконов была настолько огромной, что его перемещений нельзя было отследить невооружённым глазом. Только активировав божественные искусства глаз, можно было хоть как-то различить его настоящий силуэт.

Когда олень перехватил Владыку Драконов, скорость последнего слегка снизилась. Но вскоре он смог её возобновить, своим давлением превращая воздух в стену.

Стоящие позади него Ван Мужань и остальные немедленно ощутили силу, тянущую их вперёд, и решили воспользоваться ею, отправляясь вдогонку.

Между тем убегающий Цинь Му сглотнул кровь, накапливающуюся у него во рту. В этот миг бесчисленные мечи вылетели из его мешочка таотэ, поднимаясь в небо, а мгновением после он исполнил Меч, Шагающий по Горам и Рекам.

Первое движение, которому его обучил старейшина деревни, загорелось огнями меча. Их сила ещё не успела достичь своего предела, а горы и реки уже обрушились.

Владыка Выращивания Драконов пробился сквозь их завесу, полагаясь лишь на грубую силу.

Глаза Цинь Му загорелись, когда в сторону противника полетел Беззаботный Меч.

Он ждал этого шанса!

Цинь Му находился всего лишь в области Шести Направлений, так же, как и Ван Мужань с остальными. Гигантский олень был не в силах справиться с цилинем, который, в свою очередь, распластался на полу от страха вместе с остальными драконами. Было очевидно, что у бедолаг не было шанса одолеть кровяную копию бога.

В таком случае единственным способом убить Владыку Выращивания Драконов было использование Рисунков Меча в качестве обманного манёвра, чтобы затем исподтишка нанести удар Беззаботным Мечом!

Когда бог пробился сквозь Меч, Шагающий по Горам и Рекам, пришло время нанести удар Беззаботным!

Цинь Му был не в силах победить противника в честном бою, ему оставалось лишь попытаться схитрить.

Разрушив навык меча парня, Владыка Драконов обнаружил приближающийся луч холодного света. Он в спешке поднял руку, прикрывая место у себя между бровей, но меч с лёгкостью её проткнул, после чего расколол череп и разделил мозг на две половины.

Беззаботный являлся божественным мечом Цинь Ханьчжэня. Его острота не знала себе равных, и защититься от него было практически невозможно.

Владыка Выращивания Драконов был ошеломлён, а между тем меч за его спиной развернулся и, пронзив сердце, вырвался через его грудь.

Цинь Му освободил всю свою магическую силу. Направляя её внутрь меча, он воскликнул. Восемь тысяч мечей поднялись в небо, мчась по направлению к Владыке Взращивания Драконов.

В то же мгновение бог превратился в гигантскую круглую пилюлю меча. Рукояти мечей сомкнулись друг с другом, не оставляя и малейшей щели для воздуха. Они напоминали огромный круглый шар, идеально круглой формы.

Вздохнув, Цинь Му сплюнул кровь, скопившуюся во рту.

Вскоре примчались Ван Мужань и двое остальных. Увидев шар, они с облегчением вздохнули.

В этот момент сфера неожиданно завибрировала, и на её поверхности появились трещины. Это свидетельствовало о том, что связь между рукоятями ослабла, а значит пилюлю скоро разорвёт.

— Быстро, прячьтесь! — выкрикнув, Цинь Му отчаянно побежал из зала. Ван Мужань и остальные бросились следом, тоже понимая к чему всё идёт. Пилюля за их спинами взорвалась с оглушительным хлопком, посылая мечи во все стороны.

В центре построения появился внушающий силуэт сверкающего холодным взглядом Владыки Выращивания Драконов. В месте, где его кровь столкнулась с божественной энергией Беззаботного Меча, мерцало небольшое пятно испортившейся крови.

Атака Цинь Му оказалась невероятно подлой и эффективной. Если бы Владыка Выращивания Драконов не покрыл своё тело слоем крови, то мгновенно умер бы от меча умелого мерзавца.

Тела группы сверкали то тут, то там, пытаясь уклониться от летящих мечей. Воздух рассекало восемь тысяч лезвий, их скорость была в несколько раз выше, чем при атаке Цинь Му.

Вьюх!

Лучи света меча пронзили Му Циндай, прибивая её к бронзовой колонне. Несмотря на то, что та была талантливым учеником Маленькой Нефритовой Столицы, владела невероятно высоким совершенствованием и развитым телом, она оказалась бессильной против столь огромного количества несравнимо быстрых лезвий. Ей не удалось увернуться от них всех.

К счастью, мечи принадлежали Цинь Му, а в теле Владыки Выращивания Драконов не осталось ни капли магической силы, и тот полагался лишь на способности своего физического тела. Из-за этого ему не удалось использовать оружие юноши, чтобы окончательно разобраться с группой.

Тем не менее, Му Циндай была серьёзно ранена.

Когда она пропустила удар, раздались крики Лун Юя и Ван Мужаня. Первого пришпилило к стене, а второго — к полу.

Цинь Му вскрикнул, чувствуя, как меч света пронзает его грудь. Он успел сдвинуть своё сердце в сторону, и меч прошёл за нить от жизненно важных органов. Затем его прибило к двери дворца, на высоте нескольких сантиметров над землёй.

Снаружи вбежал только что очнувшийся гигантский олень, которого тут же пронзило несколько десятков лезвий, отправляя обратно под ливень.

— Разве тебе не нужен Истинный Владыка Драконов? Я готов его тебе отдать! — на уголках рта Цинь Му выступили капли крови, когда он, стиснув зубы, начал циркулировать свою жизненную Ци. Из мешочка таотэ вылетел Диск Императора, двигаясь в сторону Владыки Выращивания Драконов, пока парень строго кричал. — Можешь убить меня, но отпусти моих друзей!

Сердца учеников Маленькой Нефритовой Столицы были тронуты. Лун Юй подумал про себя: «У меня были предрассудки касательно Императора Людей, а на самом деле он настолько предан своим друзьям… Я помнил лишь о том, что он Владыка Небесного Дьявольского Культа…»

Диск Императора продолжал лететь к Владыке Выращивания Драконов, уже превратившись в драконий нефрит. Бесчисленные надписи, руны и изображения переливались на его поверхности, создавая завораживающее зрелище.

— Истинный Владыка Драконов… — сердце бога начало биться чаще. С ухмылкой на лице он потянул руку, хватая Диск Императора. — Истинный Владыка Драконов и так по праву принадлежит мне, и даже если бы ты не согласился его отдать, я бы всё равно его заполучил, убив тебя… Ээм?

Выражение его лица резко изменилось, мужчина взмахнул рукой, отбрасывая артефакт в сторону, сердито визжа:

— Ты его отравил!

Тело бога начало разлагаться и становиться короче, напоминая кубик льда, положенный на горячую сковороду. Лужа испорченной крови под его ногами начала постепенно расти.

Владыка Выращивания Драконов закричал, после чего его тело покрылось волдырями. Спустя несколько мгновений те лопнули, и наружу вырвались крохотные Драконы Наводнения. Визжа во все глотки, они пытались сбежать, и нескольким это на самом деле удалось. Остальные, впрочем, спаслись лишь частично, потеряв добрую половину тела.

Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй пребывали в оцепенении. Их мозги замерли от шока.

Цинь Му схватился за меч, прибывший его к стене, пытаясь освободиться. Тем не менее, дверь была невероятно прочной, ему не удалось даже слегка сдвинуть лезвие. Осознав проблему, он отказался от нерациональной затеи и протянул руку, со всей силы ударяя по рукояти. Оружие со свистом прошло сквозь тело, даруя ему свободу.

Юноша поднялся на ноги, его глаза были красные от боли. В спешке поливая дыру в груди слюной дракона, он со справедливым тоном проговорил:

— Если я не могу победить, то, конечно, использую яд!

Ван Мужань впали в ещё более глубокий шок. Цинь Му говорил так, будто использование яда в сложной ситуации было правильным и праведным делом. Из его уст это казалось так же просто, как есть и спать.

«Люди, которые воспитывали Императора Людей, кажется, не слишком добрые…» — подумал Лун Юй.

Глава 376. Бой не на жизнь, а на смерть

Использование яда в качестве победы, было презренной вещью в глазах большинства людей. Именно по этой причине в недавнем прошлом Безликий Король Ядов привёл в ярость многих людей. Тем не менее, такого рода вещи не имели психологического эффекта на Цинь Му. В его глазах отравление кого-то в качестве победы, было правильным и уместным. Отравление противника также было его способностью. Его логика была такой: “Если я не могу одолеть врага в бою, а тот продолжает меня бить, яд — подходящий способ решить проблему”.

Например, битва между ними была не честной изначально. Повелитель Выращивания Драконов был богом Высших Небес, который намного превосходил Цинь Му, так что клон, сформированный из его свежей крови, также имел чрезвычайно высокие способности. Даже сильные практики области Небожителя не могли сравниться с ним, не говоря уже о молодых ребятах, совсем не оперившихся в плане совершенствования.

Раз противник бог, отравить его единственное верное решение. Яд, который использовал Цинь Му, был тем самым Порошком Трёх Разрушений, созданным им во время сражения с отравительницей Му Инсюэ с Западных Земель, а также названным ею. Повезло, что у него были хорошие привычки. Каждый раз готовя яд или лекарство, он обычно делал больше, чем могло понадобиться, поэтому у него оставалось ещё половина того порошка. Кто знал, пригодится ли ему это в будущем?

Таким образом, Цинь Му распылил на Диске Императора Порошок Трёх Разрушений. Он исполнил пять фаз и смешал Инь и Ян, заставляя тело разрушаться вместе с духом и душой. Вот почему яд назывался Порошком Трёх Разрушений.

Используя большую добавку для питания, он создал несравненно чудесный яд. Этот вид яда был использован специально для борьбы с кровью бога и дьявола Корневого Демона Одинокого Горного Кряжа. И лишь этот яд можно было использовать против Владыки Выращивания Драконов.

Тогда Корневой Демон был прикован на месте Бусинкой Зелёного Дракона, не будучи способным даже двигаться, поэтому его был легко отравить. Тем не менее, Владыка Драконов мог свободно передвигаться, так что Цинь Му распространил Порошок Трёх Разрушений на Диске Императора. А когда тот прикоснулся к нему, то тут же был отравлен…

Многочисленные карманные кровавые драконы извивались во всех направлениях, чтобы избежать Диска Императора и испорченной крови, а затем пытались собраться вместе. Цинь Му сразу же бросился к ним, крича:

— Если мы не избавимся от этой крови бога, мы не выживем!

Его восемь тысяч летающих мечей заполнили зал, но с его совершенствованием, он не мог призвать их всех обратно. Его жизненная Ци вместо этого превратилась в нить, чтобы вытащить пригвождённого к колонне Беззаботного. Меч был божественным, поэтому обладал несравненной остротой. Несмотря на то, что он был глубоко в колонне, его всё ещё можно было вытащить, в отличие от других мечей.

Юноша собрал оставшуюся жизненную Ци и исполнил все виды основных форм меча в сторону кровавых Драконов Наводнения, которые бегали по земле.

Лун Юй застонал, также не будучи способным вытащить летающий меч из своей груди, поэтому он, смотря на Цинь Му, сильно ударил по рукоятке, и летающий меч прошёл прямо через его грудь. Стиснув зубы, он испустил леденящий кровь крик от боли, но к нему тут же прилетели две нефритовые бутылки драконьей слюны, своевременно брошенные Цинь Му. Лун Юй в спешке поймал бутылки и, решив не терять время понапрасну на откупоривание пробок, с силой раздавил их. Драконья слюна полилась, но его жизненная ловко подхватила её и понесла к ране.

Эффект слюны был быстрым, плоть на его груди начала заметно расти. Грудь полыхала болью и всё чесалось, но у Лун Юй не было времени заботиться о таких “мелочах”. Он бросился вперёд убивать беспорядочно бегающих вокруг маленьких кровавых драконов.

Ван Мужань и Му Циндай повторили за ним, чтобы освободиться, теряя плоть и кровь в процессе. Цинь Му бросил две бутылки драконьей слюны и им, и они сразу же вылили всё на свои раны. Если бы лечение происходило при нормальных обстоятельствах, они бы использовали свою жизненную Ци, чтобы вытеснить свернувшуюся кровь и предотвратить любой возможный скрытый ущерб, но у них не было времени заботиться об этом. Они контролировали своё духовное оружие, убивая маленьких и хрупких кровавых драконов.

— Не наступайте на испорченную кровь! — крикнул им в предупреждение Цинь Му. — Яд, который я приготовил, слишком силён, мне не по силам сделать противоядие!

Трое испугались и сразу стали осторожнее, избегая испорченной крови на земле. Четверо скакали, как кролики, и летали, как соколы, вырезая драконов один за другим. Однако их сил было недостаточно, чтобы уничтожить их всех, поскольку они были сформированы кровью бога. После того, как драконы были убиты, они мгновенно восстанавливали себя. Только Беззаботный Меч Цинь Му мог уничтожить часть злосчастной крови бога.

— Одолжите мне свою магическую силу. Давайте используем меч вместе.

Ван Мужань и остальные немедленно стянули свою жизненную Ци, превратив её в нити, полетевшие к Беззаботному. С их магической силой, мощь меча мгновенно резко возросла. Орудуя Беззаботным, Цинь Му исполнял навыки меча, отрезая головы всем бегающим вокруг кровавым драконам. Затем свет меча внезапно изменился в Форму Бурящего Меча, подобно серебряному дракону начав своё путешествия у поверхности, измельчая все обезглавленные тела!

Несколько существ прижались друг к другу и покатились по земле, избегая света меча. Когда маленькие, хрупкие драконы остановились, они исчезли, а на их месте появился Владыка Выращивания Драконов, вот только высотой тот вышел не больше тридцати сантиметров.

— Владыка Драконов, поделом тебе! — удивившись, обрадовалась четвёрка, не будучи в состояния удержаться от смеха. Внезапно маленький и компактный Владыка Драконов, сделав шаг вперёд, исчез, а уже в следующий миг большеберцовая кость левой ноги Лун Юй треснула от его удара!

— Глаза, пробудитесь! — закричав, Ван Мужань пробудил свои божественные глаза, однако, был в состоянии рассмотреть маленького, молниеносно движущегося Владыку Драконов с большим трудом. Тот вспыхивал то тут, то там, словно призрак какой-то, из-за чего было практически невозможно разглядеть его фигуру.

Цинь Му использовал Беззаботный Меч, ударяя снова и снова, но его тот не мог попасть по маленькому бегуну. Поразить его было совершенно невозможно!

— Старшая сестра, будь осторожна! — заметив миниатюрного бога около Му Циндай, Ван Мужань попытался предупредить старшую сестру.

Владыка Драконов ударил Му Циндай быстро и внезапно, как призрак, но её лентам удалось обвиться вокруг его руки, и она ударил по нему ладонью в ответ. Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, распространяя мистическую технику Девяти Трансформаций и Трёх Состояний. Его тело быстро сжалось, и он стал человеком, ростом в тридцать сантиметров, беззаботный же сократился до семисантиметровой длины. Он контролировал меч, чтобы атаковать коротышку.

— Не сталкивайся с ним лоб в лоб, его сила огромна!

Пум!..

Получив ранение, Му Циндай увидела, как из её ладони хлынула свежая кровь. Цинь Му быстро двигался по воздуху и, используя Ци, чтобы контролировать меч, атаковал Владыку Драконов.

Маленький бог избегал Беззаботного Меча с фантомной скоростью. Ван Мужань собрал свою Ци в сеть и попытался захватить мальца, но был отброшен прочь.

Лун Юй встал на одну ногу и прыгнул на сторону Му Циндай, объединившись с Цинь Му и остальными, чтобы напасть на маленького бога.

— Его тело слишком мало, вы не сможете его атаковать, сожмите ваши тела! — выкрикнул Цинь Му.

Му Циндай применила технику Странного Дао Строгой Цзя, и её тело мгновенно сжалось до размера тридцати сантиметров, пока её волосы волочились за ней. Рядом Ван Мужань также уменьшил своё тело и стал очень маленьким.

Только Лун Юй не изучал такие техники, он просто стоял на одной ноге и защищался. Выполнив Небесные Глаза Сердца Меча, из его глаз выстрелил свет меча. Перед ним бегали четыре маленьких человечка, но даже при том, что его глаза меча были быстрыми, им всё ещё было трудно подловить маленькое и щупленькое тело Владыки Драконов. Единственное на что он был способен — наблюдать за крохами, которые вспыхивали то здесь, то там.

«Слишком быстро! Я не могу поймать его…» — Лун Юй увидел бегущего к нему Владыку Драконов и поспешно оттолкнулся от земли одной ногой. Но в момент прыжка до его ушей донёсся ясный хрустящий звук, а посмотрев вниз, он увидел, что его другая нога сгибается под невообразимым, явно неестественным углом.

Пум.

«Будь ты проклят!», — с такими мыслями Лун Юй упал на колени, чуть было не потеряв сознание от боли. Между тем крошечное чешуйчатое тело появилось позади его головы, кончиком ноги протягиваясь прямо к незащищенной цели. Если кровавой копии бога удастся нанести удар, его голова определённо взорвётся!

В этот момент семисантиметровый Беззаботный Меч промелькнул мимо и пронзил ногу коротышки, заставив того промахнуться.

Лун Юй вздохнул с облегчением и безжалостно к самому себе повернул шею на сто восемьдесят градусов назад. Свет меча вырвался из его глаз и ударил Владыку Выращивания Драконов, сдувая того прочь!

— Я старался изо всех сил! — крикнув, Лун Юй упал на землю, чуть было не сломав шею из-за неестественного поворота.

Владыка Драконов летел назад, вовсю стуча ногами по воздуху, чтобы избавиться от силы двух мечей. Его тело было сделано из свежей крови, так что он не имел никакой магической силы и мог полагаться только на силу физического тела, чтобы иметь дело юными гениями. Однако, даже его истощённая кровь бога была поразительна. Но будучи ограниченным в боевом арсенале, у него не было выбора, кроме как использовать для победы движения божественных искусств физического тела.

Внезапно у дверей зала появилась огромная чёрная фигура. Олень, покрытый мечами, потряс головой. Его рога слетели с головы, вонзаясь одним из маленьких ответвлений в спину маленького бога.

Тело Владыки Драконов взорвалось, бесчисленные шары крови покатились прочь, а бог стал ещё меньше, чем был раньше. Он тут же подскочил с рогов оленя и, приземлившись на его голую голову, ударил кулаком вниз, пытаясь сокрушить череп.

Цинь Му отправил свой меч. Владыка Драконов увернулся от него и увидел, как три маленьких человека один за другим приземлились следом за ним на голову зверя. Огромный олень моргнул глазами и показал вид ужаса. С четырьмя свирепыми крохами, бегущими по его телу тут и там, его кости потрескивали, как будто они собирались сломаться.

— Вы, вы… — в удивлении воскликнул олень, поспешно бросившись к цилиню, который лежал в углу огромного зала, и попытался столкнуть всех на тело дракономордого.

Из тела цилиня тоже торчало несколько дюжин мечей. Из-за естественного страха перед Владыкой Выращивания Драконов, его мышцы и кости были вялыми, а сам он всё это время не двигался. Другие Драконы Наводнения распластались рядом с ним, некоторые из них тоже были поражены мечами, однако, они все тоже не осмеливались двигаться.

Хорошо, что кожа цилиня была грубой, а плоть толстой. К тому же с жиром, окружающим всё его тело, не возникло большой проблемы даже после того, как в него впилось несколько дюжин мечей.

— Не подходи… — слабо застонал дракономордый.

Огромный олень собирался дотянуться до него, как вдруг из его тела послышались трескучие звуки. Он изогнулся всем телом и щёлкнувшими конечностями, заставившими его рухнуть на землю и скользнуть вперёд. Цилинь исчерпал всю свою силу, чтобы развернуться и отползти от оленя. Другие Драконы Наводнения также пришли в движение, с трудом уползая в другом направлении. Запугивание Владыки Выращивания Драконов было попросту слишком властным, делая их неспособными сопротивляться.

Вдруг Му Циндай отлетела назад и, врезавшись в цилиня, который изо всех сил полз прочь, упала в обморок. Бог немедленно бросился к ней, желая забрать беззащитную жизнь, зверь же уже полностью парализовано обмяк на земле.

Цинь Му схватил Беззаботный Меч и громко закричал:

— Брат Мужань!

Ван Мужаня вырвало свежей кровью, но он всё же приложил все свои силы, чтобы поднять парня и бросить.

Цинь Му оттолкнулся ногами несколько раз и помчался со скоростью молнии. Свет семисантиметрового меча в его руке резко поднялся, создавая собой участок маленьких, тонких зелёных гор и синей воды, утопивших в себе Владыку Драконов.

Звенящие звуки раздавались без остановки, и Меч, Ступающий по Горам и Рекам, вдруг рухнул. Осталась только фигура прыгающего с мечом в руке Цинь Му.

Тело Владыки Драконов вновь уменьшилось, а под его ногами появилось ещё больше испорченной крови. Он чередовал свои пальцы и ладони, чтобы непрерывно блокировать Беззаботный Меч, и мощные толчки распространились по телу парня, заставляя его неоднократно блевать кровью.

Оказавшись под таким давлением, Цинь Му превратился в тень, чтобы двигаться по полу, но крошечный бог нанёс удар, отбросив его в сторону.

Ван Мужань громко закричал, его волосы развевались на ветру, когда он бросился вперёд. Два маленьких человека яростно сражались, пока среди искр от столкновений слышались звуки ломающихся костей. В итоге гений номер один Маленькой Нефритовой Столицы тоже был отброшен назад.

Цинь Му лежал на полу, использовав последние крохи своей силы, чтобы поднять меч и нанести удар. Владыка Выращивания Драконов, который на текущий момент был уже не более пяти сантиметров в высоту, мёртвой хваткой рук сжал Беззаботного, используя всю свою силу, чтобы противостоять беспощадному натиску.

Юноша яростно крикнул:

— Толстячок, ты хочешь есть? Если я умру, тебе придётся умереть с голоду!

Глаза цилиня были полны страха, когда он в оцепенении смотрел на крошечного бога. Однако, услышав зов хозяина, особенно высказанный в таком ключе, он внезапно издал свирепый, превозмогающий всё на свете рёв и поднял коготь, чтобы ударить по рукояти меча.

Шшшш.

Свет меча пронзил Владыку Выращивания Драконов, и тот был разделён на две половины. Свежая кровь всё ещё извивалась, пытаясь собраться воедино, но цилинь издал разъярённый рёв, и, с хлынувшей в меч магической силой, свет резко увеличился, взрываясь во всех направлениях. Последняя кровь бога увяла и безжизненно расхлябалась по земле.

Цинь Му был ошеломлён. Сила неостановимым отливом покинула его тело, а руки, держащие меч, ослабли. Он рухнул на землю, но цилинь продолжал яростно реветь, подняв когти, желая ударить по мечу ещё раз.

— Перестань… Если ты ударишь ещё, я так и помереть могу, — слабо проговорил Цинь Му, а после закашлялся. Его магическая сила была полностью исчерпана, а тело постепенно возвращается к своему нормальному размеру. Он хотел подползти, чтобы залечить свои раны, но не мог пошевелиться.

Цилинь поднялся и посмотрел на пятна крови на земле. Затем он окинул взглядом окрестности, среди которых увидел множество несравненно могущественных Драконов Наводнения, но, тем не менее, не смеющих смотреть ему в глаза. Их головы были опущены, а глаза переполнялись страхом.

Глава 377. Падение Бога

Цинь Му, Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй были тяжело ранены и не могли двигаться. Ноги Лун Юя были поломаны, Му Циндай потеряла сознание, почти все кости в теле Ван Мужаня треснули, а Цинь Му больше всего пострадал от удара, который пропустил, превратившись в тень. Атака противника чуть не разорвала его на части.

Все четверо просто лежали на земле…

Язык Лун Юя торчал, а шея, которую он умудрился собственноручно скрутить, при этом едва не сломав, неестественно вывернулась. Ему оставалось лишь беспомощно смотреть, как цилинь, высунув свой язык, походит к нему, начиная облизывать с ног до головы. Закончив половину работы, зверь перевернул его на живот и снова лизнул. Чуть погодя его голова встала на место, вот только язык так и продолжал торчать, вывалившись изо рта.

Дракономордый ещё разок лизнул бедолагу, отчего тот почти утопился в слюне.

Тело Лун Юя начало зудеть, так как поломанные кости срастались, связки воссоединялись, а плоть отрастала. Используя свою Ци, он поправлял положение костей, не позволяя им соединяться криво.

Если бы он этого не сделал, то даже после полного выздоровления мог бы оказаться неспособным двигаться.

Лежавший неподалёку Ван Мужань, увидев, как старшего брата “штукатурят” слюной, не удержался от громкого хохотания. Огромный язык цилиня продолжал переворачивать того со стороны на сторону, боясь пропустить даже малейший участок тела.

Тем не менее, из-за хохота во всё горло, его раны снова открылись, а по лицу покатились слёзы боли. Неожиданно цилинь зашагал к нему, протягивая свой длинный язык, и его смех резко оборвался. Язык зверя накрыл его лицо, будто тёплое одеяло, после чего начал переворачивать туда-сюда.

Разобравшись с Ван Мужанем, жирдяй занялся лежавшей без сознания Му Циндай. Чувствуя на себе его тёплый язык, девушка проснулась, однако решила притвориться спящей, чтобы избежать неловкости.

После этого, цилинь отправился к Цинь Му, но тот тут же скомандовал:

— Не лижи меня! Старший брат Лун Юй, как ты? У меня в сумке есть несколько баночек с драконьей слюной, ты можешь просто нанести их на мои раны…

— Лижи его! Здоровяк, ты должен и его облизать! — немедленно прокричал Лун Юй.

Ван Мужань энергично кивал головой, крича:

— Нас всех облизали, тебе тоже не удастся этого избежать! Здоровяк, лижи!

Му Циндай тоже быстренько открыла глаза, переставая притворяться спящей, и, с улыбкой на лице, проговорила:

— Мы должны радоваться и делить горе вместе. Дракон, лижи!

Выражение лица Цинь Му резко изменилось. Он пытался уползти, но цилинь поднял лапу, схватив его за край штанов. Оказавшись обездвиженным, Цинь Му впал в ярость:

— Жирдяй, на моём теле яд! Если ты меня оближешь, то умрёшь, у тебя изо всех щелей пойдёт кровь!

Зверь на мгновение заколебался, что рассмешило троицу учеников Маленькой Нефритовой Столицы:

— Кто вообще способен додуматься нанести яд на своё тело? Здоровяк, можешь лизать его, сколько влезет. Если ты умрёшь, мы тебя должным образом похороним.

Цилинь наконец расслабился, начав лизать и поворачивать хозяина до тех пор, пока тот не оказался полностью мокрым. Юнец был его кормильцем, поэтому зверь, естественно, прилагал для него особые усилия, обрабатывая его даже тщательнее, чем остальных.

Лицо Цинь Му было мрачнее тучи, когда он перевернулся обратно на спину. Он больше не боролся и не уклонялся, смирившись со своей участью.

Вскоре цилинь спрятал свой язык, но увидев, что причёска хозяина испортилась, вновь быстро высунул его, поправляя её.

— Толстяк, хватит, — строго проговорил Цинь Му. — Хватит, перестань лизать… Я уже в порядке, как и моя причёска… Да хватит уже!

Увидев, что кормилец в ярости, цилинь неохотно остановился. Сложив передние лапы на коленях, он покорно уселся в углу.

У Цинь Му осталась торчать одна прядь волос, прилипшая ко лбу. Цилинь смотрел на неё, чувствуя, как от неудобства, некой незавершённости неистово сжимается его сердце. Несмотря на то, что лицо парня уже было темнее угля, он высунул свой язык, ставя её на место…

И вот тут Цинь Му чуть было не взорвался от безумного бешенства.

Гигантский олень, переломанный на все ноги, беспомощно лежал. Когда Цинь Му и остальные уменьшались в размерах в бою с Владыкой Выращивания Драконов, ему сильно досталось. К счастью, его жизнь не была под угрозой, несмотря на серьёзность ранений.

Когда олень увидел, как цилинь лечит ранения подростков, он немедленно нахмурился и закричал:

— Эй-эй, жирдяй! Оближи и меня!

— Тьфу! — сплюнув полведра слюны на землю возле оленья, цилинь высокомерно ответил. — Сам себя намажь!

Огромный зверь впал в ярость, но лечение ранений было крайне важной задачей, поэтому, с трудом извиваясь всем телом, он нанёс слюну дракона на свои раны. На протяжении всего процесса, его лицо корчилось от боли.

Цилинь смотрел на него пока обрабатывал свои ранения, чувствуя глубокое удовлетворение: «Проклятый олень постоянно унижает меня перед кормильцем, постепенно портя мою репутацию. Теперь я всем дам знать насколько я силён, и унижу его перед его кормильцем!»

Дракономордый немедленно почувствовал, что самым счастливым моментом его жизни уже не был тот день, когда он обнял ногу молодо выглядящего Патриарха, прося о еде.

Цинь Му и остальные постепенно восстановили немного сил и поднялись, активируя свою Ци. Они извлекли свёрнутую кровь из своих тел, чтобы избежать любых скрытых ранений.

Троица из Маленькой Нефритовой Столицы тоже обучалась искусству лечения, и их познания в этой области были достаточно высоки. Лишь в сравнении с Цинь Му можно было заметить их недостатки, так-как существовало много нюансов, в которых они не слишком разбирались.

Избавившись от свёрнутой крови, Цинь Му задействовал свою Ци, чтобы извлечь осколки сломанных костей. Издав негромкий крик, его исконный дух вылетел наружу, осматривая конечности и кости, а также оценивая общее состояние тела и ранения божественных сокровищ.

Осмотрев всё в малейших деталях, исконный дух вернулся обратно в тело. После этого Цинь Му проглотил несколько пилюль Духовного Будды, быстро восстанавливая свой дух и Ци. Затем он выпил лекарства, базируясь на результатах осмотра, и подготовил пилюли, чтобы предотвратить скрытые травмы.

— Исконный дух! — ахнула Му Циндай, застыв удивлённым выражением лица.

Ван Мужань и Лун Юй тоже были ошеломлены.

Исконный дух нельзя было совершенствовать в области Шести Направлений, поэтому тот факт, что Цинь Му использовал его, оказался для них огорошивающе-неожиданным!

И несмотря на то, что его исконный дух был ещё довольно слабым и выглядел как прозрачная тень, он всё-таки был настоящим!

Овладев исконным духом, Цинь Му получил огромное преимущество в развитии. Его совершенствования теперь будет продвигаться намного быстрее, чем у других. Исконный дух был одним из самым важных боевых методов области Небожителя, и, вступив с ним в контакт столь рано, было очень важно сразу же заняться его развитием!

Только что Цинь Му пробудил глаза своего исконного духа, чтобы осмотреть свои ранения. Отряд был озадачен, так как не понимал, как парень смог его совершенствовать.

— Император Людей невероятно силён, я окончательно повержен, — вздохнув, проговорил Лун Юй. — Чтобы совершенствовать исконный дух в области Шести Направлений, и даже заставить его покинуть тело, Император Людей должен владеть лучшим в мире талантом и пониманием!

Покачав головой, Цинь Му подошёл к Му Циндай, осматривая её:

— Мой талант и понимание определённо не лучшие в мире. И в совершенствовании исконного духа в области Шести Направлений нет ничего сверхъестественного, сестре Юйсю тоже это удалось. Это вышло неосознанно, в один момент наши духи просто покинули тело.

Лун Юй ошарашено покачал головой.

— Шестая Принцесса Империи Вечного Мира тоже смогла пробудить свой исконный дух? Империю и вправду нельзя недооценивать, среди её молодого поколения есть огромное количество выдающихся экспертов. Если я так и останусь замкнутым в Маленькой Нефритовой Столице, то рано или поздно отстану от вас! — с благоговением в голосе, произнёс Ван Мужань.

Он начал волноваться. Маленькая Нефритовая Столица владела необъятным количеством божественных искусств, каждого из которых было достаточно, чтобы основать новую секту. Но пока реформа Империи Вечного Мира пылала, будто яркий огонь, навыки и пути менялись. Вместе с ними происходили изменения и с божественными искусствами. Если Маленькая Нефритовая Столица не зашагает в ногу со временем, то рано или поздно исчезнет с лица земли.

То, что Цинь Му и Шестой Принцессе удалось пробудить свои исконные духи в области Шести Направлений, было ещё одним доказательством эффективности реформы.

Цинь Му и Лин Юйсю не знали, насколько сильно их достижение повлияет на других мастеров. Если им удастся разузнать, как именно они достигли подобного, и распространить это знание по миру, то войдут в историю совершенствования как гроссмейстеры. Их будут уважать не меньше, чем Имперского Наставника, а может и больше!

Ещё одним доказательством эффективности реформы было то, что Имперский Наставник создал три новых базовых движения меча, что послужило началом его оглушительной славы.

Более того, совершенствование исконного духа в области Шести Направлений было намного важнее, чем владение тремя дополнительными формами меча. Это пошло бы на пользу любому практику божественных искусств, значительно повышая уровень его силы во всех последующих областях!

Ван Мужань поделился этими мыслями с Цинь Му, на что тот удивился:

— Я и не думал об этом… Впрочем, твои слова вполне логичны. Как только я вернусь в столицу, то поговорю с сестрой Юйсю. Возможно, вместе мы сможем понять, что именно произошло.

Используя Голубые Глаза Небес, Цинь Му осмотрел Му Циндай, отмечая все скрытые травмы. После этого он приготовил пилюли для её лечения.

Девушка слегка стеснялась его пронзительного взгляда, повторяя в уме: «Он божественный врач, он просто божественный врач».

Затем она услышала, как парень бормочет себе под нос:

— Строение тела женщины, кажется, отличается от мужского. Если у них нет той штуки, как они писают?..

Покраснев в лице, она бросила на него ошарашенный взгляд.

Цинь Му в спешке отправился проверять ранения Лун Юя, и вскоре закончил осматривать своих напарников.

— Владыка, осмотри мечи в моём теле… — бормоча, подполз поближе цилинь. Из его живота всё ещё торчало более дюжины мечей.

Взглянув на него, Цинь Му усмехнулся:

— Мои волосы в порядке?

— Да, они ровно лежат. Подожди минутку, одна прядь всё ещё торчит…

Как только цилинь высунул язык, собираясь снова облизать Цинь Му, тот поднял руку, приказывая мечам вернуться в мешочек таотэ. Более десятка лезвий вырвались из тела зверя, после чего в воздухе засверкали фонтаны крови, а сам он взвыл от боли.

— Будешь ещё лизать? — безжалостно спросил Цинь Му.

Несмотря на свои слова, он достал несколько баночек драконьей слюны, поспешно нанося её на отверстия от мечей. Затем он извлёк свернувшуюся кровь с помощью своей жизненной Ци и зашил раны.

Пытаясь подлизаться, цилинь спросил:

— Владыка, я сделал доброе дело, мой обед…

Цинь Му сделал вид, что не слышит, и отправился в сторону гигантского оленя, состояние которого было намного плачевнее, чем у цилиня. Из его тела торчало в три раза больше мечей, и бедолага до сих пор продолжал кататься в слюне на полу.

Покачав головой, Цинь Му помог огромному зверю вернуть свои кости в порядок. Затем он достал более десятка баночек драконьей слюны, чтобы остановить кровотечение, однако, прежде чем нанести её, вынул мечи.

Состояние Ван Мужаня уже значительно улучшилось. Подняв с земли оленьи рога, он подбежал к зверю, пытаясь воткнуть их обратно.

— Молодой Мастер, ты неправильно их вставил, — проговорил тот.

— Ой! — Ван Мужань немедленно выдернул рога, заставив оленя сбить дыхание от боли, из-за чего по мохнатой голове вновь потекла кровь. Затем он, поспешно развернув рога другой стороной, опять воткнули их, а после попросил у Цинь Му баночку драконьей слюны, чтобы обработать рану.

Цинь Му занялся лечением Драконов Наводнения. Провозившись с ними полдня, он внезапно заметил, как небо снаружи стало невероятно белым. Впрочем, уже в следующий миг оно покрылось непроглядной тьмой.

Отряд выбежал наружу, увидев, что ливень прекратился. В небе сиял гигантский разрыв, будто кто-то проделал в нём дыру.

— Это… — пробормотал Цинь Му, чувствуя неистовое биение своего сердца. — Божественная Пушка Солнечного Удара.

Увидев, как с неба потекли красные капли, Цинь Му протянул руку, пытаясь словить одну. Тем не менее, неожиданно переменившись в лице, он резко увернулся, избегая жидкости.

Красные капли стучали о крыши дворцов вокруг. Там, где они приземлялись, расцветали цветы, и всё вокруг покрывалось густой травой и высокими деревьями.

Божья кровь капала с, казалось бы, горюющего неба.

Бог пал.

Глава 378. Справедливость

Кровавый дождь шёл в предгорье, области, где находилась группа. Цинь Му на глаза бросались многочисленные деревья и цветы, растущие с поразительной скоростью. Стволы растений были высокими и пышными на зелень, в то время как духовный воздух в окрестностях достигал такой плотности, что, казалось бы, пребывал на грани материализации, зримыми лентами плавая вокруг. Среди цветов был молочно-белый туман, из-за которого те выглядели необычно яркими и нежными.

После долгого дождя, озеро, ров и река были заполнены, множество рыб отчаянно росли, превращаясь в рыбных монстров, как те, что обитали в Великих Руинах. У некоторых из них выросли ноги, после чего они, выпрыгивая на берег, открывали рты, раскрывая взору острые как бритва зубы, и ловили капли дождя.

Тела зверей в горах также расширялись, отращивая на себе всевозможные виды костяных шипов и становясь ужасающими. Русалок в озере тоже не обошло. Став ненормально большими, их некогда прекрасные лица стали, мягко говоря, странными.

Энергии в крови бога содержалось слишком много, превращая все формы жизни в деформированных монстров. Такой рост нельзя было контролировать, и в местах, где шёл кровавый дождь, всё росло быстрее, чем в других местах. Земля и насекомые также были живыми, поэтому, когда они пропитались кровавым дождём, предгорье превратилось в место, напоминающее Великие Руины!

В глазах Цинь Му это была мощная Ци Инь и Ян, четыре символа и пять фаз, которые изменили баланс в телах различных форм жизни, приводя к аномальным преобразованиям. Но это отличалось от того, что было у него дома. Большинство странных зверей в Великих Руинах имели наследственные родословные богов и дьяволов. Странные звери в предгорьях, однако, были преобразованы мощной энергией в крови бога.

— Какой бог пал? Это что, Владыка Драконов? — спросила шёпотом Му Циндай.

За пределами огромного зала вся гора была покрыта разноцветными огнями и белым туманом, украшая место, как будто это была священная обитель. Однако, если бы им не повезло попасть под кровавый дождь, они, вероятно, трансформировались бы как те формы жизни в горах. Тем не менее, обезопасив себя от контакта с кровью, они могли совершенствоваться под крышей и поглощать мощную божественную энергию снаружи. Для практика божественных искусств это определённо была священная земля для совершенствования!

Основываясь исключительно на духовной и божественной энергиях, три самые большие священные обители Империи Вечного Мира значительно уступали. В конце концов, независимо от того, был ли это Небесный Дьявольский Культ, секта Дао или Монастырь Великого Громового Удара, никто из них не был способен убить бога для подпитки своей собственной земли.

«Бабушка решила остаться в этой пустынной местности, чтобы удержать здесь Ли Тяньсина, но она явно не ожидала, что это место станет священной землёй для совершенствования», — со странным выражением лица парень использовал Беззаботный Меч, чтобы осторожно поймать им каплю крови бога для изучения.

— Это не кровь Владыки Выращивания Драконов. Его кровь — кровь дракона, но божественная энергия в этой иная… И, кажется, я видел её раньше, — после того, как Цинь Му закончил, выражение его лица стало ещё более странным. Он опустил клинок, и капля крови потекла к кончику меча. С его запястьем, поднимающим и опускающим лезвие, капля непрерывно, не соскальзывая текла по мечу.

Внезапно энергия вырвалась из меча, и сила в капле крови бога ожила. Со стороны это было похоже на взрыв божественного искусства. Бушующая энергия столкнулась с силой движения Цинь Му, заставляя его отойти на пару шагов назад и с кивком серьёзно проговорить:

— Я видел кровь этого бога раньше. Год назад, когда снежная катастрофа внезапно прекратилась, Имперский Наставник нашёл бога, ответственного за бедствие. Затем они сошлись в ожесточённой битве, по окончанию которой оба получили тяжёлые ранения. Тогда бог потерял довольно много крови. Когда я лечил раны Имперского Наставника, мне довелось увидеть кровь того бога, и энергия в ней очень похожа на эту.

Паренёк использовал пилюлю меча, которую немой дал ему для соединения в качестве соединяющего моста между остатками божественного искусства и кровью бога. Пилюля активировала их энергию, чтобы уничтожить её, таким образом помогая с травмами. Только тогда он смог вылечить Имперского Наставника.

Тем не менее, уничтожение той энергии поглотило большую часть пилюли меча. Передав ему пилюлю, старик хотел, чтобы он, во-первых, мог иметь дело со старейшиной деревни, а во-вторых, постиг более высокий уровень техники ковки. Поэтому он уже успел пожалеть о том, что случилось с ним в течение того времени.

Цинь Му очень хорошо помнил те дни, а всё потому, что Император Яньфэн был окружён старыми Мастером Дао и Жулаем, почти умирая от их рук, если бы он не протянул руку помощи и не спас его. Тогда Имперский Наставник и Император Яньфэн оба стали бесполезными и находились в ужасном состоянии. Имперский Наставник так вообще, собрал все свои немногочисленные пожитки и ушёл со своей беременной женой пожить в какую-то долину.

— Бог, убитый выстрелом Божественной Пушки Солнечного Удара — это бог, пославший снежную катастрофу! — взгляд парня мерцал между светом и тьмой, когда он тихо добавил. — Это возмездие, он заслужил смерть. Во время снежной катастрофы пострадали бедняки, а население Империи Вечного Мира мгновенно сократилось на двадцать-тридцать процентов. Число погибших было даже больше, чем в большинстве войн.

Трое из Маленькой Нефритовой Столицы ничего не сказали. Когда разразилась снежная катастрофа, Имперский Наставник отправился в Маленькую Нефритовую Столицу. Отшельник Цин Ю пытался остановить его, желая, чтобы он остался у них и забыл о своей реформе. Бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы думали, что причина, по которой произошла снежная катастрофа, лежала в реформе Имперского Наставника и Императора Яньфэна, поэтому её нужно было остановить, дабы холода отступили.

Ван Мужань и остальные тоже были наслышаны об этом. Пребывая в дурном настроении в течение нескольких дней, Имперский Наставник покинул Маленькую Нефритовую Столицу, и уже совсем вскоре снежная катастрофа прекратилась. Тем не менее, Цин Ю не одобрил это, сказав им, что Империя Вечного Мира полна решимости продолжить реформу.

В то время независимо от того, был ли это Имперский Наставник или бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы, никто из них не ожидал, что события разовьются до такой стадии. Никто не ожидал, что бог падёт, тот самый бог, который послал катастрофу. Трудно было сказать, какие перемены принесёт его смерть Империи Вечного Мира. Никто не мог ни предсказать, ни даже предположить.

Цинь Му использовал чистую воду для мытья Диска Императора, но всё ещё не смел прикасаться к нему. Он смешал несколько трав и дал им впитаться, прежде чем, наконец, поднял диск и повесил на шею.

Снаружи, кровавый дождь постепенно прекратился, тёмные облака в небе рассеялись. День снова стал, как и полагается дню, ярким. Цинь Му и остальные вышли из огромного зала и поднялись в воздух, чтобы избежать кровавой воды на земле. Небо было чистое, без облаков на десять тысяч километров вперёд. Битва над Империей Вечного Мира была похожа на сон, которого никогда не было. Ласкаемое солнечным светом с запада, голубое небо выглядело ясным, как будто было вымыто, а воздух, казалось, стал намного свежее.

Группа поднялась в небо и осмотрела окрестности. Внезапно Цинь Му посмотрел на север и увидел огромный объект, пролетевший над ним.

Это была Божественная Пушка, она на самом деле спешила к ним через небо!

Император Яньфэн и Имперский Наставник стояли на батарее, их одежды развевалась на ветру. Рядом с ними также находились многочисленные чиновники. Цинь Му научил Яньфэна управлять божественной пушкой, поэтому он, вероятно, и был тем, кто выстрелил ранее.

Пламя целебных печей на батарее испускало лучи белого цвета, в то время как божественный глаз в центре медленно вращался и испускал ужасающую мощь. Лицо Императора светилась от счастья, он явно был полон энтузиазма.

— Божественная пушка, которую ты выковал, сбила бога, — сказал Лун Юй. — Эпоха изменилась, даже смертный может убить бога, казалось бы, недосягаемого в вышине. Император Людей, к добру ли это или худу?

— Я не знаю. Но я уверен, что боги больше не посмеют вести себя бессовестно! — разум Цинь Му волновался. Выкованная им Божественная Пушка Солнечного Удара сбила бога Высших Небес. Для него это было своего рода высшей честью!

Лун Юй посмотрел на него, как вдруг многозначительно вздохнул:

— Император Людей, в нашей Маленькой Нефритовой Столице много коллекций. Если у тебя есть время, я бы посоветовал тебе почитать об истории предыдущих эпох.

Цинь Му был слегка удивлён и, поднимаясь к батарее, улыбнулся:

— Я должен вернуться в столицу и провести с сестрой Юйсю исследования касательно развития исконного духа в области Шести Направлениях. Нужно добиться ещё одного значительного шага в реформе. Когда у меня выкроится свободное время, я обязательно посещу Маленькую Нефритовую Столицу. В конце концов старые бессмертные пообещали дать мне шанс войти в Зал Пяти Ци.

Вздохнув, Лун Юй больше ничего не сказал. Ван Мужань был фанатиком совершенствования, а Му Циндай настоящей непоседой. Среди трёх учеников Маленькой Нефритовой Столицы, он был единственным, кто был достаточно спокоен, чтобы просмотреть многочисленные книги их священной обители. Выстрел, убивший бога Божественной Пушки Солнечного Удара, был шокирующим, но последствия, которые могли произойти, беспокоили его не меньше.

Ван Мужань и Му Циндай также направились в сторону батареи, Лун Юй последовал за ними.

— Ваше Величество, Имперский Наставник! — Цинь Му и остальные приземлились на батарею и поприветствовали людей.

Император едва мог скрыть своё волнение, махнув рукой, сказал с улыбкой:

— Нет необходимости в формальностях, министр Цинь! Эта Пушка…

Улыбнувшись, юноша перебил:

— Ваше Величество, Вы чувствуете себя бодрым?

Император был полон энтузиазма и громко рассмеялся:

— Ха-ха, спрашиваешь ещё! Управляя пушкой, я убил бога, который послал ту катастрофу, это нечто большее, чем бодрость. Это справедливость! Жаль, что другие боги убежали слишком быстро, иначе мы могли бы позволить Имперскому Наставнику тоже почувствовать себя великолепно, и даже министру Циню!

Кашлянув, писарь позади него тихо сказал:

— Ваше Величество, следите за своими словами…

Император Яньфэн махнул рукой и улыбнулся:

— Просто не записывай их, и всё будет хорошо. Мне давно хотелось сделать хотя бы один чёртов выстрел. Но что я могу сделать, когда он исчерпывает так много лекарственных камней? Если бы я не услышал, что министр Цинь был в опасности, будучи похищенным странного вида богом, и что здесь сражаются боги, у меня не было бы шанса использовать эту огромную пушку! Ах да, министр Цинь, подойди и познакомься с одной интересной жертвой, Главой секты Великого Белого Меча. Он пришёл, чтобы подать имперскую жалобу, сказав, что ты привёл странное существо и кучу Драконов Наводнения, чтобы захватить его секту, — Цинь Му увидел позади императора улыбающегося старика. — Этот глава сказал, что ты и тот странный человек захватили сокровища его секты Великого Белого Меча, — улыбаясь, говорил Император Яньфэн. — Я тут же почувствовал, что здесь что-то не так, поэтому пригласил Имперского Наставника. И он сказал, что в твоём Небесном Дьявольском Культа не так много Драконов Наводнения, так что ты, скорее всего, в опасности.

Юноша поблагодарил мужчину. Имперский Наставник покачал головой:

— Нет необходимости благодарить меня, просто поблагодари Главу секты Великого Белого Меча. Если бы он не заявился с твёрдым намерением подать жалобу, никто бы не узнал, что ты в опасности.

Глава Великого Белого Меча немедленно сказал:

— Тот, кто не знает, не виновен. Я думал, что Владыка Культа Цинь хочет захватить нашу секту и забрать наши сокровища, поэтому я поспешил в столицу, даже не предполагая, что в итоге совершу благородный поступок. Владыка Культа Цинь, есть ли сокровища в нашей Великой Белой Горе? Если Владыка действительно получил сокровище, может ли оно быть возвращено в нашу секту Великого Белого Меча?

— Я… — пребывая в недоумении, Цинь Му показал обеспокоенное выражение лица. Он не знал, должен ли сказать правду Главе секты Великого Белого Меча.

Внезапно прилетел солдат и отчитался:

— Ваше Величество, труп бога найден!

Император Яньфэн был очень рад и, немедленно махнув рукой, улыбнулся:

— Сюда его!

Глава 379. Преемник

Спустя некоторое время, группа экспертов подняла тело бога ввысь, и его мощь тут же заполнила воздух. Впрочем, оно оказалось полностью разрушенным, напоминая кучу фарша, которую уже нельзя было сложить обратно.

Целой осталась лишь голова бога, и можно было распознать его лицо.

— Это тот самый бог, с которым я встречался. Он говорил, что спустился с Высших Небес, — осмотрев лицо, проговорил Имперский Наставник. — Его способности были невероятно высоки. Сражаясь с ним, мне пришлось использовать всю свою силу, но даже несмотря на это, он умудрился меня покалечить.

Исходом той битвы стало решение Имперского Наставника уйти в уединение и поселиться возле озера крови вместе со своей женой. Если бы Цинь Му его не нашёл, возможно, мужчина провёл бы там остаток своей жизни.

Осмотрев голову бога, Цинь Му был слегка ошеломлён. В ней было что-то знакомое.

Казалось, что она была сделана из чистого нефрита, и даже несмотря на то, что бог умер жестокой смертью, его вид был безупречен. Мужчина выглядел достаточно молодо, а не как старик его возраста. Впрочем, боги жили так же долго, как небо и земля, и определить их возраст по внешности было невозможно.

— Голова этого бога напоминает…

На лице Цинь Му было странное выражение. Бог и Сюй Шэнхуа были невероятно похожи!

Их сходство было не только внешним. Сюй Шэнхуа был безупречным человеком, который, казалось, был высечен из чистого нефрита. Такой же была и голова. Она напоминала человеческую, но выглядела будто скульптура, а не что-то живое!

«Неужели погибший бог является Нефритовым Владыкой, о котором упоминал Сюй Шэнхуа?» — смотрел на голову широко открытыми глазами Цинь Му.

Выстрел пушки Императора Яньфэна мог убить учителя Сюй Шэнхуа, Нефритового Владыку!

«Нефритовый Владыка был человеком, отправившим катастрофу на Империю Вечного Мира, так что он определённо заслужил смерти. Интересно, как отреагирует Сюй Шэнхуа, когда об этом узнает?» — Цинь Му долго обдумывал эту ситуацию, но ничего не проговорил. Он не собирался раскрывать эту тайну посторонним, ведь если Император узнает, что Сюй Шэнхуа был учеником Нефритового Владыки, парня определённо убьют!

Император никогда не повиновался правилам мира боевых искусств. А так как Цинь Му сильно восхищался Сюй Шэнхуа, он не проговорился, не желая, чтобы жизнь парня оборвалась столь нелепо.

— Министр Цинь выковал Божественную Пушку Солнечного Удара, его вклад в процветание страны нельзя переоценить. Я ещё не успел его наградить, поэтому сейчас я дарю ему голову этого бога, — проговорил Император Яньфэн.

— Не хочу!

Выражение лица Императора резко изменилось, он хмыкнул, чувствуя, как рушится его репутация.

Юноша тут же улыбнулся, отвечая:

— Я не внёс никакого вклада в убийство бога, так с чего бы мне заполучить трофей? Ваше Величество выстрелил из оружия, израсходовав огромное количество лекарственных камней, так что я думаю, что лучше отдать его в имперскую сокровищницу.

Эти слова мгновенно сняли напряжение, и Император почувствовал, как его репутация в глазах чиновников восстановилась.

Мужчина был крайне доволен. Улыбнувшись, он проговорил:

— Министр видит общую картину, поэтому я не стану заставлять тебя брать трофей, и с радостью позволю пожертвовать им в имперскую казну в счёт долга за выкованную пушку.

Лицо Цинь Му мгновенно помрачнело, а Император громко рассмеялся. Но вскоре он вспомнил, сколько лекарственных камней ушло, чтобы сделать выстрел, и ощутил острую боль в сердце. Стрелять было весело, но сумма денег, которая для этого требовалась, ужасала.

Битва между богами и дьяволами вынудила его вместе с другими экспертами покинуть город и выдвинуться с Божественной Пушкой Солнечного Удара в холмы. Им пришлось долгое время удерживать орудие в воздухе, отчего количество потраченных камней было значительно большим, чем если бы он просто выстрелил.

Хоть Имперский Наставник Вечного Мира и Лин Юйшу принесли огромное количество сокровищ, захватив страну Волчьего Убежища и Империю Варварских Ди, божественная пушка была будто бездонная бездна, напоминая монстра, питающегося золотом. Если играть с ней слишком долго, страна обанкротится.

— Это первый бог, который погиб от руки Империи Вечного Мира! — Император Яньфэн поднял голову, смотря в небо, и ухмыльнулся. — Скоро появится второй, третий, и так далее! Мои люди не мясо, и не рыба, а я не трус, над которым могут издеваться боги! Возвращаемся обратно во дворец!

Божественная Пушка Солнечного Удара постепенно изменила своё направление. Немного колеблясь, Цинь Му проговорил:

— Ваше Величество, у меня здесь остались некоторое дела, так что я немного задержусь…

Посмотрев на него, мужчина ответил:

— Министр Цинь, неужели ты знаешь тех сильных практиков, что сражались с богами? Ты собрался с ними встретиться?

— Это мои старики, — кивнул парень.

На лице Императора появилась какая-то странная улыбка:

— В твоей семье довольно много стариков. Можешь меня с ними познакомить? Империя нуждается в талантливых мастерах, и я бы хотел встретиться со столь выдающимися личностями.

Немедленно показывая пальцем на Ван Мужаня, Цинь Му сказал:

— Там были и его старики. Мои родственники не слишком любят встречаться с незнакомцами, но Вы можете спросить его.

Ван Мужань тоже покачал головой:

— Ваше Величество, мои старики такие же.

Лицо Императора Яньфэна тут же помрачнело.

Имперский Наставник кашлянул, подходя поближе к нему. Его тело неуверенно качалось, когда он прошептал Императору на ухо:

— Их старики чрезвычайно выдающиеся люди. Среди них есть старый Император Людей, который отправился жить в уединении в Великих Руин вместе с мастерами вроде Небесного Ножа. Также в бою принимали участие бессмертные Маленькой Нефритовой столицы. Ваше Величество не сможет перетащить на свою сторону никого из них.

Император Яньфэн удивлённо вскочил. Он многое знал о Маленькой Нефритовой Столице. Несмотря на то, что она редко давала о себе знать, секта находилась выше трёх священных обителей, и состояла в основном из загадочных старых бессмертных. Тем не менее, судя по тому, как говорил Имперский Наставник, семья Цинь Му была даже сильнее. Неужели они происходили от некой священной обители, спрятанной в глуши Великих Руин?

— Имперский Наставник, ты упоминал о старом Императоре Людей. В таком случае, новый…

Имперский Наставник покачал головой:

— Павильон на берегу встречает лунный свет раньше остальных. Ваше Величество уже не станет Императором Людей.

Сердце Яньфэна вздрогнуло, и он уставился на Цинь Му, чувствуя головокружение.

Юноша снова попросил его отпустить, и мужчина на мгновение заколебался. Имперский Наставник знал, о чём тот думал, понимая, что он начал настороженно относиться к новому Императору Людей.

— Ваше Величество? — кашлянул он.

Император наконец пришёл в себя, махнув рукой:

— Министр Цинь, твои дела более важны, можешь быть свободен.

Цинь Му тут же спрыгнул с пушки, Ван Мужань и остальные отправились следом.

Император Яньфэн смотрел на их отдаляющиеся силуэты, Имперский Наставник молча стоял за его спиной, как вдруг он внезапно спросил:

— У Вашего Величества появилось желание убить?

— На мгновение, — искренне ответил Император. — Тот факт, что он является Владыкой Небесного Дьявольского Культа, заставляет меня быть крайне осторожным. Несмотря на то, что Небесный Дьявольский Культ называют дьявольским, он всё ещё самый сильный из трёх священных оснований. Может быть, он считается сектой, но, по сути, это страна, страна внутри нашей страны. Я всегда сомневался, даруя ему высокое звание. Теперь, когда он стал новым Императором Людей, я волнуюсь намного сильнее, — вздохнув, он продолжил. — Владыка Небесного Дьявольского Культа невероятно выдающийся, подобного человека очень трудно контролировать. Мои сыновья и дочери никогда не смогут с ним сравниться. Моя жизнь рано или поздно закончится, и тогда, хе-хе, Империя Вечного Мира окажется у него в кармане, так что у меня и вправду пробудилось желание убить, — он стоял, смотря как Цинь Му и остальные исчезают вдали.

— Но оно исчезло, — Император Яньфэн поднял голову в небо, его голос становился всё спокойнее и спокойнее. — Имперский Наставник, несмотря на то что ты министр, а я правитель, на самом деле мы братья, и наши сердца единены. Мы оба достигли успеха в этом мире, но работая вместе над реформой, она всё равно даётся нам с трудом. Мы будто управляем крохотной лодкой, которую в любой миг могут перевернуть сильные ветра и высокие волны. Я иногда думаю, что будет, если мы провалимся? Что если мы умрём? Кто станет нашим преемником? — с торжественным лицом, он повернулся и, протянув руки и схватив Имперского Наставника за плечи, заговорил с горящими глазами. — Я думаю о семье Лин, Империи Вечного Мира, нашей цели, реформе! Поэтому у меня не может быть желания убить его! Нашей цели нужен преемник, кто-то, кто пойдёт по нашим следам после нашего поражения! Моим детям это не под силу, но он справится! Я прав, друг Дао?

После слов “друг Дао”, сердце Имперского Наставника тронулось. Мужчина спокойно кивнул:

— Он справится.

Все знали, что он был сторонником реформы, все его мысли и усилия были сконцентрированы исключительно на ней. Записав свои идеи в письме, он пытался стать святым, обретая заслуги и добродетель. Тем не менее, никто не догадывался, что у него тоже были моменты слабости, растерянности, до такой степени, что иногда он был готов сдаться.

Человек, который дарил ему главную поддержку и заставлял продолжать, был его близким другом.

Император Яньфэн был его лучшим другом, самым надёжным соратником!

Подобную дружбу не мог понять никто другой. Это была дружба Дао.

Ему было достаточно того, что он встретил друга Дао в своей жизни.

— Я буду на твоей стороне, — Имперский Наставник Вечного Мира всмотрелся вдаль, его сердце было абсолютно спокойным. — Всегда.

****

Цинь Му и остальные вернулись во дворец, который был напрочь пропитан духовной Ци и энергией. Приземлившись на землю, они увидели, что внутри здания их ожидала группа стариков.

— Му’эр, возвращайся в Великие Руины вместе с нами, — проговорил опирающийся на свою бамбуковую трость слепой, затем он подошёл к Цинь Му, потянул его за руку и уверенно продолжил. — Мясник, старейшина деревни, нет смысла продолжать разговоры, нужно немедленно отправляться в Великие Руины!

Мясник быстро поднялся, держась за ножи за спиной. Холодным тоном, он ответил:

— Слепой, ты боишься?

Тот ухмыльнулся в ответ:

— Я уже наполовину в гробу, чего мне бояться? Наоборот, это тебе страшно, не так ли?

Мясник впал в ярость, напоминая сердитого льва:

— Когда это мне было страшно?

— Тогда, когда был почти мёртв, разве тебе не было страшно? — издеваясь, ответил слепой. — Ты валялся в грязи, и должен был выбираться, используя лишь свои руки! Может быть я и слепой, но это не значит, что я не вижу страха в твоём сердце!

— Проклятый слепец, в то время ты был ничем не лучше меня!

Мясник схватился за ножи, а слепой отпустил руку Цинь Му, чтобы крепко взяться за трость. Оба старика сияли убийственной аурой.

Цинь Му поспешно втиснулся между ними, чтобы не позволить им начать драку. В этот миг раздался голос лежащего на кресле старейшины:

— Ладно, хватит ссориться! Обычно вы неплохо ладите, какой смысл выходить из себя по этому поводу? Мясник, слепой, как правило, отлично умеет думать наперёд, и сейчас он хочет, чтобы Цинь Му вернулся для его же безопасности. Немой, ты немногословен, но твои мысли очень важны. Что скажешь?

Отшельник Цин Ю махнул рукой, подзывая Ван Мужаня и остальных поближе. Они немедленно встали неподалёку от него, тихо спрашивая:

— Старший дядя, что случилось?

— Император Яньфэн убил Нефритового Владыку из Высших Небес, — ответил старик.

— Мы уже в курсе. Но почему все начали ссориться? — спросила Му Циндай,

Вздохнув, Цин Ю ответил:

— Если бы Нефритовый Владыка умер от моей руки, или от рук старого Императора Людей, то всё было бы в порядке. В худшем случае между нами и Высшими Небесами разгорелся бы конфликт. Но так как того убил Император Яньфэн, Империя Вечного Мира в смертельной опасности. Слепой хочет, чтобы новый Император Людей вернулся в Великие Руины, подальше от “падающей стены”. Небесный Нож, в свою очередь, хочет остаться в Империи Вечного Мира, и называет его трусом. Они уже довольно долго ссорятся из-за этого.

Немой сидел посреди зала на своём деревянном сундуке. Достав сумку с табаком, он закурил, пуская кольца дыма:

— Ах, ах ах!

— То, что сказал немой, вполне логично, — кивнул старейшина. — Молодое поколение может справиться самостоятельно, нам, старым пердунам, не стоит беспокоиться. Сколько нам осталось жить? Разве мы можем защищать Му’эра до конца его жизни?

Слепой настроился ещё решительней, говоря:

— Я хочу, чтобы он любой ценой вернулся в деревню. Я найду ему женщину, чтобы родить детей, и он сможет прожить честную жизнь! Зачем заставлять его делать то, что вы не смогли сделать сами? Тебе отрубили конечности, а этого болвана и вовсе разрезали напополам! Если Му’эр пойдёт по вашим стопам, то ему отсекут всё ниже головы! Му’эр, идём домой!

Глава 380. Принудительная Любовь Длится Долго

Мясник, не удержавшись, проговорил:

— Проклятый слепой, ты принял решение сам, а спросить у Цинь Му не подумал?

— Мне не нужно его спрашивать! Он был воспитан мной, поэтому я могу принимать решения самостоятельно! — проговорив, слепой потянул руку юноши и вышел из огромного зала. За ними сразу последовали Драконы Наводнения.

— Мясник, не гонись за слепым. Он всё продумает, — нахмурившись, сказал старейшина деревни.

Мясник, покачав головой, ответил:

— Характер этого старика ещё более взрывной, чем у меня.

Отшельник Цин Ю печально вздохнул, обратившись к Ван Мужаню и остальным:

— Император Людей пригласил нас спуститься с горы, чтобы рассчитать математическую пространственную модель для исправления божественного моста, и теперь, когда дело сделано, нам не нужно оставаться в Империи Вечного Мира, в этом месте неприятностей. Вы вернётесь со мной в Маленькую Нефритовую Столицу?

Лун Юй и Му Циндай стояли с задумчивым видом. Лун Юй хотел вернуться, но не был до конца уверен в этом, поэтому его взгляд подсознательно упал на Ван Мужаня. Среди трёх учеников Маленькой Нефритовой Столицы у последнего было больше всего идей. Му Циндай же славилась игривым сердцем, поэтому, пережив столь прекрасные, яркие и запоминающиеся испытания в течение последних нескольких месяцев, она уже решила пока не возвращаться.

Замолчав на несколько вдохов времени, Ван Мужань сказал:

— Ученик только что встретил Имперского Наставника, — отшельник Цин Ю приподнял брови, в то время как парень продолжил. — Но тот даже не узнал меня.

— Он — Имперский Наставник, поэтому, естественно, не вспомнит тебя, — вздохнул Цин Ю.

— Имперский Наставник работает над реформой, чтобы изменить мир, создавая совершенно новую структуру. Его путь, навыки и божественные искусства видят новое развитие каждый день, улучшаясь с божественной скоростью. Если я останусь в Маленькой Нефритовой Столице, чтобы усердно совершенствоваться, независимо от того, буду ли я стараться в сто раз больше, чем он, в этой жизни я никогда не смогу превзойти его. Кроме того, он также чрезвычайно трудолюбив.

— Ты хочешь остаться здесь? — спросил Цин Ю.

Ван Мужань поклонился:

— Ученик хотел бы стать частью изменяющейся эпохи… Эпохи, которая уже показала множество вещей. Три формы меча Имперского Наставника, Исконный Дух Шесть Направлений Императора Людей Циня, а также выстрел Божественной Пушки Солнечного Удара и метеорологические божественные искусства. Всё это показывает, что пути, навыки и божественные искусства уже меняются. Если я останусь в Маленькой Нефритовой Столице и пропущу эту эру, Имперский Наставник никогда не вспомнит меня. Даже когда я приду за местью, он не вспомнит кто я такой, убив лишь одним ударом.

Отшельник Цин Ю вздохнул в своём сердце:

— В таком случае, ты останешься здесь. Циндай, Юй, ваш ответ?

Му Циндай улыбнулась и сказала:

— Я тоже остаюсь. Должна же я приглядывать за своим младшим братом.

Поколебавшись мгновение, Лун Юй проговорил:

— Так как младшие брат и сестра решили остаться, я, как старший брат, должен остаться и присмотреть за ними.

У Цин Ю заболела голова:

— Ну ладно. Старшие братья, давайте вернёмся домой.

Три старых бессмертных Маленькой Нефритовой Столицы поднялись и помахали на прощание старейшине древни, немому и мяснику. Когда они поднялись в небо, отшельник Цин Ю обратился к Ю Хэ и Ю Юню:

— Я беспокоюсь об этих трёх учениках, так что вы, ребята, должны вернуться в Маленькую Нефритовую Столицу сами, а я останусь приглядывать за ними из тени.

Ю Хэ сразу попытался разубедить старика:

— Убив бога Высших Небес, Яньфэн, сам того не подозревая, запустил цепочку непредсказуемых событий, что обязательно случатся. Если ты останешься, тебя тоже могут втянуть. Это место неприятностей не слишком подходит для коротания времени!

— Не волнуйся, я всё понимаю. Моё смертное сердце давно оставило меня, я не буду привязан к этому миру, — убегая, улыбнулся отшельник Цин Ю.

****

Цинь Му сел на спину цилиня и отправился в путешествие со слепым в устойчивом темпе. Он позвал старика сесть на зверя, но тот отказался, так и продолжив прокладывать себе путь к Великим Руинам тростью.

Некоторое время спустя слепой внезапно встал, как вкопанный. Цинь Му заставил цилиня остановиться, многочисленные драконы рядом последовали их примеру. Через мгновение старик с разочарованием вздохнул:

— Му’эр, мясник хотел узнать твоё мнение, но я этого не сделал. Теперь я спрашиваю тебя, готов ли ты вернуться в Великие Руины?

— Если дедушка хочет, чтобы я вернулся, я вернусь. Допустим, я скажу, что хочу остаться, ты позволишь мне остаться? — улыбнувшись, спросил юноша.

— Конечно нет! — крякнул старик.

Изменив тему, Цинь Му спросил:

— Неужели дедушка старейшина расспросил дедушку мясника касательно поддельности солнца, луны и звёзд?

— Спроси убийцу свиней сам! — ещё более недовольно крякнул старик.

Юноша больше не говорил. Двое продолжали путь, пока не наступила ночь.

Остановившись на привал, Цинь Му разжёг костёр, чтобы приготовить поесть. После того, как они набили брюха, слепой поднял бамбуковую трость и, обведя ею вокруг парня, сказал:

— Подожди здесь и не выходи оттуда… Хотя ты всё равно не сможешь! Я украду для тебя жену, и когда мы вернёмся в деревню, ты женишься и заведёшь детей!

Цинь Му подпрыгнул в шоке. Слепой взял трость и взмыл в небо, бесследно исчезнув.

«Украсть жену? Завести детей?» — подумал про себя юнец, осматриваясь вокруг. Он тут же попытался выйти из круга, но вдруг услышал гул, неведомая сила с ярким светом отбросила его назад.

«Ограничение дедушки очень сильное, но одноногий научил меня Божественным Ногам Небесного Расхитителя, которые не боятся никаких ограничений!» — с такими мыслями Цинь Му применил навык ног, но был вновь отброшен обратно. Круг, будучи нарисованным слепым крайне чудесно, легко противостоял Божественным Ногам Небесного Расхитителя. Техника одноногого требовала экстремальной скорости, чтобы прорваться сквозь оковы пространства, только тогда можно было игнорировать все ограничения.

«Дедушка слепой научил меня навыку Пробуждения Глаз Девяти Небес, разве он научил меня этому не для того, чтобы преодолевать ограничения? Глаза пробудитесь!» — открыв Голубые Глаза Небес, в зрачках Цинь Му закружились слои узорчатых построений. Сосредоточив свой взгляд на круге, он почувствовал себя немощным, совершенно не понимая, что видит.

Слепой был не только основателем навыка Пробуждение Глаз Девяти Небес, он ещё был известен как Божественный Глаз Бога Копья. Из-за его мощных божественных глаз, он имел чрезвычайно высокие достижения на пути построений. Даже если Цинь Му пробудит все девять небес навыка глаз, он всё равно не сможет вырваться на свободу.

«У меня ещё есть два огромных глаза, нефритовые глаза солнца и луны. Может быть, они смогут пошатнуть ограничение дедушки! Вот только…» — выражение его лица стало обеспокоенным. Круг слепого был настолько мал, что два глаза не могли уместиться внутри.

Взглянув на цилиня и Драконов Наводнения, Цинь Му немедленно достал Диск Императора и с помощью флейты исполнил Секреты Драконьего Контроля. Драконы зарычали и атаковали круг, но даже они не смогли разорвать круг. Яркий свет продолжал разрушаться и собираться, постоянно меняясь, чтобы держать свою жертву в ловушке.

Цинь Му также не решался позволить драконам использовать всю свою силу. Если круг не выдержит атак и разобьётся, он также мог быть разорван на куски. У него совсем не было идей, он мог только ждать в кругу, пока старик не украдёт для него жену.

****

Божественная Пушка Солнечного Удара всё ещё летела в небе, направляясь обратно в столицу. Император Яньфэн на батарее с болью в сердце смотрел на полыхающую целебную печь… в его глазах горели не лекарственные камни, а мешки с монетами. Количество сжигаемых денег заставляло его чувствовать муки боли!

В этот момент человеческая фигура внезапно промелькнула мимо батареи и исчезла.

— Как быстро! — в восхищении воскликнул император

Имперский Наставник подошёл и, смотря вдаль, сказал:

— Кажется это тот слепой, что сражался с богами Высших Небес. Копьё Бога.

— Жаль, что я не могу нанять его, — сожалеюще вздохнул Император Яньфэн.

Когда на дворе стояла непроглядна тьма, старик промелькнул мимо батареи, в спешке умчавшись в обратном направлении. Император взглянул на него и подозрительно спросил:

— Почему Копьё Бога несёт огромный мешок?

— Понятия не имею, — Имперский Наставник также был слегка озадачен. — У экспертов за пределами мира смертных есть странные увлечения. У старейшин в семье Владыки Культа Циня есть странные, труднопонимаемые пристрастия.

Когда солнце стояло высоко в небе, они прибыли на окраину столицы и опустили батарею. Стража во дворце немедленно выбежала и опустилась на колени:

— Ваше Величество, у нас проблема! Шестая принцесса была похищена прошлой ночью стариком с тростью!

Император Яньфэн был в оцепенении:

— Старик с тростью? Имперский Наставник, мог ли это быть тот старик?

****

Цинь Му проснулся, когда небо уже было ярким. Примерно в то же время вернулся и слепой. Старик положил огромный мешок, из которого раздавался женский стон.

— Жирная свинья, подойди, покажи свою истинную форму! — слепой подозвал цилиня, заставив его превратиться в огромного, свыше чем стометрового в длину монстра. Он закинул мешок на спину зверю и подошёл к парню, стирая круг бамбуковой тростью. — Му’эр, возвращайся в деревню, у тебя скоро свадьба!

— Дедушка, жениться нужно только по любви! — немедленно сказал Цинь Му.

— Да-да, конечно, — слепой повёл его к спине зверя, добавив. — Если не понравится, я найду тебе другую. Тебя ждет угощение, мальчик! Жирная свинья, остановись в городе напротив и купи диадемы феникса и свадебные платья.

Безоговорочно послушавшись, цилинь, пребывая в своей чрезвычайно огромной форме, побежал устойчиво, как огромный корабль.

Открыв мешок и увидев красивые чёрные волосы, Цинь Му тут же учуял знакомый аромат.

Лин Юйсю подняла голову, крича и пытаясь выплюнуть тряпку, плотно затыкавшую её рот. Слепой стоял в сторонке и гордо улыбнулся.

Юноша тут же вытащил девушку из мешка и увидел, что та была крепко связана золотой верёвкой по рукам и ногам. Она совершенно не могла пошевелиться. Он вытащил кляп из её рта и собирался развязать верёвку, как вдруг мешок дёрнулся. Внутри находилась ещё одна девушка, которая тут же высунула свою маленькую головку.

Цинь Му был шокирован и немедленно шагнул вперёд, чтобы вытащить из мешка вторую девушку, которой, кстати говоря, оказалась Сы Юньсян. Её красивые волосы были спутаны, а на лице читалась растерянность.

— Де-дедушка, ты похитил двоих… — заикнувшись, в шоке промямлил Цинь Му.

В мешке всё ещё что-то двигалось, отчего лицо парня побледнело. Маленькая девочка высунула голову и беспомощно посмотрела на него, заставив на некоторое время потерять дар речи.

— Зачем ты похитил Лин’эр? — он поспешил вперёд, чтобы вытащить девочку, которой на вид было около шести-семи лет.

— Когда я похищал принцессу и святейшую, я подобрал её по дороге, — смотря на паренька, слепой сиял. — Они все жили в Резиденции Божественных Искусств по соседству друг с другом. Нет времени лучше настоящего, так что сегодня ты женишься и выполнишь свой брачный долг! Кто тебе больше нравится? Выбирай любую!

Цинь Му вытащил ткани из ртов Сы Юньсян и Ху Лин’эр. Лин’эр обрадовалась и застенчиво спросила:

— Мы сегодня женимся? Я ещё не готова… — обрадовавшись, застенчиво промямлила Лин’эр.

Слепой улыбнулся и сказал:

— Неважно, принцесса это или святейшая, или даже маленькая демоническая лиса, сойдёт любая. Если ты хочешь жениться на всех троих сразу, это тоже хорошо, мне быстрее достанутся внуки. Скажи, кого ты выбираешь?

Три девушки нервно посмотрели на хранившего безмолвие парня.

Цинь Му решил подойти развязать золотую верёвку, но вдруг та обнажила голову, открыла пасть и чуть было не укусила, заставив его немедленно отдёрнуть руку и шокировано отскочить.

— Это сухожилие дракона, а не обычная верёвка, лучше не прикасайся к ней, — усмехнувшись, сказал слепой. — Это драконье сухожилие — сухожилие настоящего дракона, а не что-то вроде тех Драконов Наводнения.

Вздохнув, Цинь Му сказал:

— Дедушка, опять балуешься… Аа? Бабушка, а ты что здесь делаешь?

Старик немедленно обернулся, а парень в это время, исполнив Божественные Ноги Небесного Расхитителя, рванул к небесам в попытке убежать.

Слепой поднял бамбуковую трость и коснулся пустоты, а в следующий момент Цинь Му потерял всю свою силу в воздухе и упал с неба.

Пум.

Тяжёлый объект приземлился вдалеке.

— Эх, зря ты так, — слепой покачал головой и достал ещё одну золотую верёвку. Та подлетела к Цинь Му, будто живая, и крепко связала по ногам и рукам, а после притащила на спину цилиня.

— Дедушка, принудительная любовь не… оумм…

Старик заткнул рот юноши кляпом, бросил к трём девицам и пробормотал:

— Рано или поздно, с одной из них, это неизбежно…

Глава 381. Брачная Ночь

Цилинь принёс всех в деревню, лежащую впереди, где слепой немедленно занялся покупками. Для девушек он купил диадемы феникса и свадебные платья, а для жениха парочку костюмов и огромный красный шёлковый цветок-запонку. Затем он пригласил парочку старух, чтобы помочь переодеть четверых “счастливчиков”.

— Дочь Императора Яньфэна пропала, так что он может найти нас. Кто знает что случится, если мы затянем, лучше поторопиться! — проговорив, слепой достал горстку монет Великого Изобилия из сумки лисички, чтобы купить огромный дом со двором. Кроме того, он нанял несколько горничных и разобрался с остальными делами, пытаясь успеть закончить свадьбу в этот же день.

Цинь Му был крепко связан, но всё ещё мог воспользоваться своим совершенствованием. Тайком подув в свою флейту, он заставил Драконов Наводнения скрытно наброситься на старика в попытке хоть на немного задержать.

Однако, как только раздался звук флейты, слепой почувствовал неладное. Ещё до того, как парень успел установить связь с драконами, он ткнул ему между бровей, и внутри тела Цинь Му раздались оглушительные хлопки. Его Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов и Шести Направлений закрылись одно за другим.

Слепой испугался, что тот провернёт ещё какие-то фокусы, поэтому также запечатал божественные сокровища Лин Юйсю и Сы Юньсян.

Ху Лин’эр заметила, как старик шагает к ней, подпрыгивая от волнения:

— Дедушка, не переживай, Лин’эр не сбежит!

Внезапно старик размотал связывающие её верёвки:

— Я освобожу тебя, помоги мне присмотреть за ними. Мне нужно заказать несколько столиков для банкета и пригласить театральную труппу.

— Запросто! — без колебаний ответила маленькая лиса.

— Предательница! — Лин Юйсю и Сы Юньсян бросили на неё злостные взгляды.

Ху Лин’эр невероятно собой гордилась. Запрыгнув на кресло, она начала радостно играться со своими косами.

«Дедушка слепой невероятно опытен…» — мысленно воскликнул Цинь Му, восхищаясь стариком. Тот с лёгкостью запечатал их божественные сокровища, отчего они оказались не в силах предпринять никаких попыток побега.

— Жирдяй, иди сюда, — с умоляющим взглядом парень подозвал к себе цилиня. — Унеси нас!

Зверь спокойно покачал головой:

— Если я не в силах бежать быстрее него, то какой смысл пытаться? — сказав это, он, качая хвостом, вернулся к своему месту у двери.

Цинь Му был ошеломлён. Он почувствовал, что цилинь должен срочно похудеть.

Когда наступила ночь, Цинь Му и Лин Юйсю заставили жениться, их удерживали на месте группа старух. Слепой пригласил почти всех жителей маленькой деревни стать свидетелями свадьбы. Он не принимал подарков, а театральная труппа состояла из обычных людей, играющих на трубах и соне. Церемония оказалась крайне простой.

Впрочем, как и все свадьбы, эта тоже была довольно шумной. В конце концов деревенские жители отправили Цинь Му и Лин Юйсю в комнату для молодожёнов.

Ху Лин’эр крайне расстроилась, поняв, что ей так и не повезло стать невестой, отчего сильно напилась и начала нести пьяный бред.

Махнув рукой, слепой проговорил:

— Приходите завтра, устроим ещё одну свадьбу. Жених будет тот же, а невеста новая.

— Везучий же парень! — удивившись, люди начали расходится.

Ху Лин’эр запрыгнула на стол, держа в руках бутылку вина больше её самой. Пьяным голосом, она прохрипела:

— Дедушка, я хочу быть завтрашней невестой!

— Хорошо, хорошо, — несколько раз кивнул старик.

Цинь Му и Лин Юйсю, слушая как шум вдали постепенно утихает, сидели в комнате на краю кровати. Они чувствовали себя слегка испуганными и измотанными. Спустя некоторое время, Лин Юйсю приподняла уголок своей фаты, тайком поглядывая на Цинь Му, который нервно теребил шёлковый цветок у себя на груди, как вдруг она громко рассмеялась.

Цинь Му взбудоражено уставился на неё:

— Как ты ещё можешь смеяться? Если твой отец об этом узнает, я труп!

Желая, чтобы с неё сняли фату, Лин Юйсю закатила глаза и захихикала:

— Говорят, если девушке приходится самой снимать свою фату, это плохая примета.

— Есть и такое правило? — был поражён Цинь Му. Сняв с неё фату, он ошеломлённо замер. Припудренная, розовощекая девушка была невероятно завораживающей в свете свечи.

Смущённо покраснев, она снова закатила глаза:

— На что ты уставился?

— Ты очень красивая, — сказав это, Цинь Му поднялся, пытаясь открыть дверь, но та оказалась запертой. — Дедушка слепой нас закрыл, нужно проверить окна.

Он открыл окно, собираясь выпрыгнуть, когда увидел направленную в его сторону бамбуковую трость:

— Спи, даже не думай сбежать.

Вскочив от шока, Цинь Му со злостью ответил:

— Дедушка слепой, почему ты сидишь под окном?

— Такие правила, — ответил тот. — Не переживай, я ведь слепой и ничего не вижу.

— Ага, конечно! — закрыв окно, он вернулся на край кровати. — Слепой дедушка следит, чтобы мы не сбежали, так что мы можем позабыть об этом, — разочаровано добавил Цинь Му.

Парочка продолжала сидеть на краю кровати. Лин Юйсю держалась за уголок своей юбки, в то время как Цинь Му продолжал теребить гигантский шёлковый цветок. Спустя некоторое время, снаружи раздался кашель слепого:

— Где-то там на столе лежат брачные чашки, выпейте и спите!

Цинь Му схватил бутылку с вином, в ярости разбивая её о пол. Слепой услышал грохот, и разозлившись, куда-то ушёл, стуча своей тростью. Вскоре они услышали, как старик бьёт петуха:

— Какой толк от маленького петуха, который не кукарекает? Если ты не начнёшь кукарекать, я сломаю тебе лапу!

«Дедушка злится на петуха, или угрожает мне?» — был озадачен Цинь Му.

Спустя мгновение окно в комнату открылось, и в нём показалась бамбуковая трость с оторванной лапой петуха. Парень закрыл окно, вернулся сесть на край кровати и пробормотал:

— Мы с тобой давно не виделись.

Лин Юйсю рассмеялась:

— Ты так и не научился говорить. Я хочу спать, пожалуй, прилягу.

— Хорошо, — проговорил Цинь Му.

Он смотрел, как она извивалась под одеялом, как вдруг её маленькая голова высунулась наружу, моргая:

— Я сплю.

— Ладно, — вновь проговорил Цинь Му.

Хмыкнув, Лин Юйсю обернулась к нему спиной.

Цинь Му тоже прилёг, накрываясь. Парочке досталась одна подушка, умостившись на которой, они посмотрели друг другу в лицо. Цинь Му не осмеливался дышать, отчего Лин Юйсю рассмеялась, ударив своим дыханием ему в лицо. Он тут же покраснел, и она исподтишка чмокнула его в губы.

— Пахнет неплохо, — моргнув, проговорил Цинь Му. — Поцелуй ещё разок.

Хихикая, девушка поцеловала его снова.

— Какой смысл в поцелуях? — раздался снаружи нетерпеливый голос слепого, постепенно удаляясь. — Молодой петух не умеет кукарекать, так что пойдёт на бульон… Эм? Император Яньфэн нас нашёл? Если подумать, он теперь наш родственник, поэтому мне нельзя вести себя грубо. Нужно пригласить его на свадебный пир, пожалуй, я зарублю молодого петуха, чтобы угостить родственника!

Услышав, как шаги старика отдалились, Цинь Му быстро соскочил с постели. Он подошёл к окну, тихонько его открывая. Затем он высунул голову наружу и, увидев, что там никого нет, взмахом руки подозвал к себе Лин Юйсю. Впрочем, девушка не послушалась.

Повернувшись, ему показалось, что она и вправду уснула.

Спокойно подойдя к ней, он тихо проговорил:

— Хватит притворяться, быстро вставай.

Лин Юйсю покраснела и немедленно вылезла из-под одеяла. Обувшись, она перевалилась через окно, где ей помог спуститься ожидающий снаружи Цинь Му.

Парочка пробралась вдоль стены к комнате Сы Юньсян, и Цинь Му тихо спросил:

— Сестра Сян, ты спишь?

— Ещё нет, — её голос раздался у него за спиной, заставив его подпрыгнуть в молчаливом испуге. Обернувшись, он обнаружил, что она скрытно следила за ними.

— Когда ты вышла? — изумлённо спросил он.

Сы Юньсян, казалось, улыбалась, но была вполне серьёзной. Я давным-давно выбралась из дома, собираясь подслушать вас со стены. Впрочем, я услышала лишь как маленькая кошка звала к себе молодого кота, но тот так и не подошёл.

— У некоторых кошек даже нет права звать к себе молодых котов, — ухмыльнулась Лин Юйсю. — Пастушок, что будем делать с лисичкой?

— Лин’эр взбунтовалась! — покачал головой Цинь Му. — Отправляемся без неё!

— Куда Владыка собрался? — появился из ниоткуда цилинь, шокировав троицу.

— Предатель! — Цинь Му стиснул зубы. — Если ты хочешь есть, то не шуми, в противном случае превратишься в новогодний банкет!

Вздрогнув, цилинь отправился следом за ними:

— Слепой дедушка ушёл, чтобы пригласить Императора на свадебное веселье. Можем попытаться скрыться.

Цинь Му выглянул из-за задницы цилиня, увидев, что их преследует более десятка Драконов Наводнения. Он не знал, смеяться ему, или плакать:

— Оставлять Лин’эр здесь наедине не самая лучшая идея, где она?

Цилинь опустил голову, на его лбу оказалась мирно спящая белоснежная лисичка.

— Идём, быстро! Если Император нас увидит, он отрубит мне голову! — схватив двух девиц, юноша со всей силы запрыгнул на спину дракономордого. — Не создавай огненных облаков, у дедушки очень хорошее зрение, он обязательно нас заметит!

Зверь вытащил их из деревни и отправился на юг. Когда они преодолели сто пятьдесят километров, Цинь Му наконец успокоился и проговорил:

— Теперь можешь использовать свою полную силу!

Цилинь увеличил скорость, пробежав так всю ночь. Спустя четыре тысячи километров Цинь Му улыбнулся:

— Глаза дедушки слепого не должны видеть так далеко. Жирдяй, можешь отдохнуть… Впереди нас река Вздымающаяся, давайте пойдём вдоль неё, чтобы достичь восточного моря. Затем доберёмся к столице в объезд. Лин’эр уже проснулась? Свяжите предательницу!

— Она ещё не протрезвела.

Они подошли к Вздымающейся, собираясь найти корабль, когда внезапно увидели, как какое-то судно плывёт вниз по течению. На его носу стоял слепец, опираясь на бамбуковую трость.

Лицо Цинь Му мгновенно побледнело.

— Я гнался за Императором Яньфэном аж до Монастыря Великого Громового Удара, — спокойно проговорил слепой. — Му’эр, я жду вас уже более двух часов, вы сильно запоздали. Я разочарован.

Цинь Му был слишком шокирован для слов, а цилинь немедленно проговорил:

— Старый мастер, я знал, что ты здесь. Поэтому мчался сюда что было сил!

Им оставалось лишь погрузить свои тушки на корабль, который тут же отправился в Великие Руины.

— Как только мы вернёмся в деревню, то проведём две оставшиеся свадьбы, — проговорил старик, тыкая в Цинь Му пальцем. — Вчера я угостил Императора Яньфэна курицей, так что он, скорее всего, не против вашего брака.

Перед лицом Цинь Му возникла картина, как его уводят на рыночную площадь, чтобы отрубить голову.

Неожиданно речная вода забурлила, скорость её течения возросла. Цинь Му и остальные слегка растерялись, после чего увидели, как река вновь становится спокойной, но её уровень возрастает. Постепенно он стал столь же высоким, как горы и деревья вокруг.

Лин Юйсю побежала к корме, а Сы Юньсян отправилась на нос, смотря вверх и вниз по течению. Обе девушки были ошарашены, обнаружив, что река поднимается над каналом, напоминая длинную нефритовую цепочку.

Всё больше и больше воды поднималось в воздух, будто водный дракон.

Отряд в оцепенении смотрел на происходящее. Крохотный корабль плыл вдоль длинной реки в небе, выглядя в сотни раз крохотнее, чем раньше.

Глава 382. Вена свирепого дракона

Помимо корабля группы, были корабли-сокровища, перевозившие такие руды, как чёрные золото, железо и медь, и рыболовецкие суда. Также на глаза бросались торговые суда с разного рода товарами и транспортные суда с пассажирами.

Река Вздымающаяся процветала, рыба в ней водилась толстая и вкусная, поэтому её водные просторы бороздило много судов, находящихся как в открытом плавании, так и будучи пришвартованными в портах. Но прямо сейчас горы с обеих сторон буквально исчезли под рекой, на её поверхности остались только корабли. Все они остановились, и бесчисленное множество людей вытянули головы, чтобы выглянуть наружу, не зная, что произошло.

Практики божественных искусств взлетали со своих кораблей, в изумлении глядя на Вздымающуюся. Река плыла в воздухе, её воды простирались на десятки тысяч километров в длину. Она продолжала течь по небу, отсвечивая разноцветными солнечными лучами.

Фиють!

Торговое судно, перевозившее товары, не успело остановиться и соскользнуло с реки. Падая с неба, оно беспомощно сближалось с горами, становясь для взора с каждой секундой всё меньше. Спустя мгновение оно разбилось в лесу, потребовалось довольно много времени, чтобы глухой звук от столкновения достиг людей на воде. Благо владелец корабля успел выпрыгнуть ещё во время падения, а многочисленные практики божественных искусств помогли спасти экипаж, так что жертв было не так уж много.

На правительственном грузовом корабле были чиновники Империи Вечного Мира, они немедленно приказали практикам божественных искусств спасти простолюдинов с других кораблей, отправив тех на землю. Некоторые солдаты также были отосланы, чтобы обратиться за помощью к близлежащему городу и пригласить людей для спасения всех на Вздымающейся.

— Это не моя вина, не смотри на меня так, я тут не причём, — Цинь Му и остальные смотрели на слепого, который качал головой с мрачным выражением. — Тот, кто поднял реку, намного сильнее меня в магической силе. Я ещё не видел человека с такой плотной магической силой… Посмотрите ниже!

Паренёк и остальные немедленно посмотрели вниз. Река Вздымающаяся была поднята и плыла в небе, её вода отделилась от земли. Река была мутной, но потом, когда она поднялась в небо, весь песок и грязь в ней исчезли, а точнее, остались на месте, ведь движение продолжила только вода. Из-за этого речной поток стал несравнимо чистым, да так, что они могли видеть через неё землю внизу. Группа увидела изумительное зрелище огромных плавающих рыб.

Поскольку Вздымающаяся возникла в Великих Руинах, там обитали многочисленные, растущие в различных формах и размерах, водные монстры, которые обычно оставались в её глубинах. Цинь Му жил около реки с детства и видел всевозможных рыб и прочих водных чудовищ, однако, прямо сейчас ему бросались в глаза совершенно новые, невиданные ранее представители местной водной фауны. Они, должно быть, обитали в самых глубинах, редко поднимаясь на поверхность.

Волосы у всех встали дыбом. Несравненно огромное и длинное существо проплыло мимо дна корабля группы, двигаясь вместе с течением на запад. Огромное чудище задело корпус корабля, из-за чего всё судно на мгновение встряхнуло, но после оно снова стало устойчивым.

Плывя, существо вообще не поднимало волн. Коснувшись корпуса корабля, оно не повредило его, а всего лишь немного встряхнуло, как будто быстрые течения ударили по дну корабля.

Существом оказался несравненно огромным сапфировым синим Драконом Наводнения.

Драконы Наводнения на борту взбудоражились. Некоторые из них забирались на шею Цинь Му, в то время как другие высовывались из-под его подмышек и оглядывались.

— Ма ха! Ма ха! — закричало более дюжины драконов.

Фиють.

Огромная голова поднялась из воды и с любопытством посмотрела на них, прежде чем нырнуть обратно, уплывая вдаль. Где бы зверь ни проходил, водяные монстры реки Вздымающейся избегали его. Некоторые крупные так пугались, что моментально выпрыгивали и покидали воду, начиная хлопать плавниками и падать с неба. Рыба дождём падал из облаков, что давало простолюдинам повод для обсуждения в течение нескольких дней. Тем не менее, поднятая в небе река намного сильнее удивляла их.

«Этот Дракон Наводнения такой огромный…» — яростно стучало сердце Цинь Му. Сапфировый синий дракон был намного больше, чем истинные формы маленьких драконов вокруг него… По крайней мере в десять раз больше!

Сапфировый дракон мог быть даже сильнее, чем Владыка Выращивания Драконов. Цинь Му, однако, не знал, служил ли этот дракон тому богу с Высших Небес или был вызван откуда-то из вне.

— Этот синий дракон развивался до области бога. Его сила контролировать воду очень мощная, ужасающе мощная, — у слепого было мрачное выражение лица, когда он смотрел на запад, добавив хриплым голосом. — Я видел человека с чешуёй по всему телу, он выглядел очень странно. Он поручил божественному королю Драконов Наводнения поднять Вздымающуюся.

Цинь Му был слегка ошеломлён:

— Владыка Выращивания Драконов с Высших Небес пришёл, чтобы взять вену дракона? Однажды я видел его способность передвигать реки.

Слепой крепко сжал свою бамбуковую трость, он слегка нервничал:

— Такая плотная магическая сила действительно нечто. Этот парень должен был позаимствовать силу божественного короля Драконов Наводнения, чтобы поднять свою магическую силу до крайности… нет, это неправильно, этого всё равно было бы недостаточно, чтобы поднять реку… он также заимствует силу реки Вздымающейся!

Юноша исполнил технику Пробуждения Глаз Девяти Небес и посмотрел вверх по течению. Он смог пробудить только до слоя Глаз Небес Киновари, поэтому не видел среднюю часть реки, где должен быть дракон. Если он хотел поднять реку, то средняя часть была лучшим местом для приложения силы.

Цинь Му считал, что Владыка Драконов не на столько силён, что способен поднять реку. Бог должен был позаимствовать силу у божественного короля Драконов Наводнения. Он, скорее всего, предложил последнему поднять Вздымающуюся в устье, в то время как сам он поместил Драконов Наводнения в других местах, чтобы вызвать хаос, поднимая всю реку.

Владыка Драконов был хорошо осведомлён о венах дракона и умел направлять их силу. Помимо божественного короля Драконов Наводнения, он даже призвал других драконов, но самым главным было то, что он, вероятно, воззвал к силе драконьей вены. При поддержке мощи самой реки Вздымающейся, он поднял гигантский объём воды, простирающийся по небу на десятки тысяч километров.

Вздымающаяся была очень древней, она была драконья веной со времён загадочной и полной секретов Эпохи Императора-Основателя. Из-за этого она могла в скором времени превратиться в дракона. Сила вены реки была чрезвычайно велика, и если Владыка Выращивания Драконов сможет управлять ею, он, вероятно, станет непобедим.

— Планирует ли он отнять вену дракона у реки Вздымающейся? — пробормотал Цинь Му.

— Дело не в этом, — слепой покачал головой. — Засранец планирует изменить путь драконьей вены, чтобы она стала свирепым драконом. Если он добьётся успеха, судьба Империи Вечного Мира уже не будет прежней.

Юноша был ошеломлён, немедленно вынув из мешочка таотэ Писание Драконьего Контроля и перевернув одну из страниц. Там были описаны все виды драконьих вен, и в одном абзаце упоминалось, как изменить путь такой, изменяя судьбу и удел. В ней подробно рассказывается, как изменить судьбу целой страны!

— Он планирует направить Великие Руины в Империю Вечного Мира! — закричал Цинь Му.

Исходя из того, что было записано в Писании Драконьего Контроля, последствия действий Владыки Выращивания Драконов не будут незначительными. Просто изменив путь русла реки Вздымающейся, он перенесёт опасность Великих Руин в Вечный Мир!

Если ему это удастся, Империя Вечного Мира постепенно превратится в место, похожее на Великие Руины, которое было захвачено тьмой!

— Поразительный человек, — глазницы слепого были пусты, но он, казалось, мог видеть, где находился бог. Он крепко сжал свою бамбуковую трость и постучал по поверхности реки. — Даже муравьиная нора может вызвать крушение великой дамбы… Ему просто нужно немного изменить путь вены дракона, чтобы заимствовать её силу и направить тьму из Великих Руин в Империю Вечного Мира, изменяя судьбу последней. Его исследования драконов чрезвычайно глубоки, а достижения поражают.

Бамбуковой тростью он мягко постучал по поверхности реки, корабль под их ногами рванул вперёд, словно покинувшая тетиву стрела. Они плыли прямо к среднему потоку реки, их скорость была настолько высокой, что корабль начал скрипеть, не в состоянии справиться с давлением. Он, казалось бы, собирался развалиться в любой момент.

Треск!

Корабль всё же развалился на части, бесчисленные деревянные осколки разлетелись во всех направлениях. Цинь Му и остальные задействовали свою магическую силу, чтобы бежать по поверхности реки. Вода под их ногами бурлила. Послышался свирепый рёв драконов, а после показались и сами виновники рёва — водяные драконы. Они понесли группу вперёд на экстремально высокой скорости!

Слепой держался за трость, сидя на голове дракона. Цинь Му и остальные нервно озирались по сторонам, глядя на тысячи драконов, ревущих и летящих вперёд!

— Вздымающаяся — это территория слепого! — под их ногами хлынула река, и одежда слепого развевалась на ветру, когда он переполнялся убийственным намерением. — А ты спросил этого короля драконов, прежде чем передвигать её?

Водяные драконы устремились на запад. Подростки не знали, как далеко их занесёт, как вдруг слепой поднял свою трость и тяжело постучал по голове дракона. Вода в радиусе нескольких сотен километров сильно бурлила, делая реку похожей на длинного дракона, чья талия была серьёзно повреждена, из-за чего она бесконтрольно упала на землю!

Ноги Владыки Выращивания Драконов, собственной персоной находящегося у русла реки, скользя двигались по округе, словно у дракона. Подняв руки вверх, его яростная магическая сила хлынула наружу и подняла вверх прерывистые участки реки. В то же время огромный каменный зверь на дне реки, высота которого составляла десятки метров, был обёрнут его магической силой и выброшен к подножью горы.

Техника Преследования Дракона из Писаний Драконьего Контроля.

Владыка Выращивания Драконов поспешил вверх по течению, по пути разглядывая множество каменных существ — Зверей Подавления Рек. Те были выкованы чиновниками Империи Вечного Мира, и на них были запечатлены всевозможные руны. Они использовались для подавления вены дракона на случай, если та станет причиной неспокойствия вод.

В Империи Вечного Мира было довольно много экстраординарных людей, которые могли распознавать вены дракона, поэтому они приказали опытным кузнецам выковать Зверей Подавления Рек, чтобы подавить вены. Обычно, из-за них, драконья вена реки Вздымающейся была послушной, но как только они один за другим оказывались вне реки, сила вены всё больше высвобождалась.

Кроме Зверей Подавления Рек, было также много странных предметов, которые плыли вниз по течению, каждый из них был более странным, чем другой. Владыка Драконов старался избегать их, чтобы не столкнуться с ненужными неприятностями.

Чем ближе он подходил к Великим Руинам, тем больше странных предметов появлялось у него на пути. На самом деле Вздымающуюся всё ещё подавляло некоторое количество каменных статуй, поэтому ему было трудным поднять её. К тому же его целью не было забрать реку с собой, так что не было необходимости утруждать себя этим. Ему нужно было просто изменить путь вены и её происхождение, чтобы стать свирепым драконом.

Река Вздымающаяся, всё это время находящаяся в воздухе, внезапно начала обрушиваться вниз.

Владыка Выращивания Драконов потрясённо остановился, подняв руки над головой, как вдруг речная вода превратилась в огромный столб, сорвавшийся острым копьём в стремительное пике вниз!

Глава 383. Слепой Бог Копья

Давление атаки впитало в себя мощь реки Вздымающейся, а также невообразимую магическую силу божественного искусства слепого. Владыка Выращивания Драконов ощутил себя в смертельной опасности ещё до того, как его настиг удар!

— Откуда в таком крохотном месте, как Империя Вечного Мира, столько выдающихся экспертов? — у бога было недостаточно времени, чтобы увернуться, ему оставалось лишь активировать всю свою магическую силу и, стиснув зубы, принять на себя удар слепого.

Столб из воды неистово вращался, его скорость была настолько высокой, что воздух вокруг начал скрипеть, будто разрывался на части!

В передней части столба сжатая вода превратилась в голову дракона, несясь прямо на Владыку Выращивания Драконов.

«Он использует драконье заклятие, сражаясь со мной? — вздохнув с облегчением, бог встряхнулся. Ци в облике дракона вырвалась наружу и, извиваясь вокруг его головы, превратилась в огромную Тарелку Тысячи Драконов. Он поднял её над головой, после чего бесчисленные Драконы Наводнения взмыли в небо, обнажив свои клыки и сверкая когтями. — Несмотря на то, что этот человек настоящий эксперт, сегодня ему повезло встретить своего заклятого врага. Я бог, выращивающий драконов, мои глаза улавливают все детали драконьих божественных искусств. Бояться его не стоит», — как только он об этом подумал, драконья голова завертелась, превращая колонну воды в гигантское драконье копьё. Лицо дракона растеклось по лезвию, в то время как из речной воды образовался невероятно острый наконечник.

«Это не драконье божественное искусство!» — задрожал от ярости Владыка Выращивания Драконов. Копьё слепого воткнулось в Тарелку Тысячи Драконов, поражая тучу монстров одним ударом.

Сила, которой разразилось копьё, оказалась невероятно малой. Тем не менее, Тарелка Тысячи Драконов беспомощно треснула под её давлением, после чего тела тысячи драконов начали искривляться, хаотично разлетаясь по округе. В центре артефакта бога появилась огромная дыра!

Владыка Выращивания Драконов поднял голову, смотря на невероятно толстое копьё, пробив защиту, несущееся к нему: «Полная сила копья не освободилась, столкнувшись с Тарелкой Тысячи Драконов, это скорее всего случится лишь когда она настигнет меня. Атака старика просто великолепна, собственно, как и его контроль над божественным искусством. Он видит слабые места моих техник!»

Бог не мог терять времени, он уже не пытался поднять реку Вздымающуюся над землёй, сконцентрировав всю свою магическую сил в руках, создавая многочисленные слои барьеров. Впрочем, копьё противника с лёгкостью проткнуло их все, будто не встретив по пути никакого сопротивления. Его рука протянулась вверх, хватаясь за кончик копья, а уже в следующий миг он болезненно простонал, его лицо покрылось кровью. Драконья чешуя на его коже не смогла остановить оружие противника.

«Его магическая сила слабее, чем у меня! Ломайся!» — с такими мыслями, бог заставил своё тело неистово расширяться, быстро поднимаясь над речной долиной. Достигнув трёхсотметрового роста, он грубой силой схватился за лезвие, начиная вращаться.

В этот миг сила драконьего копья вырвалась наружу, отчего оно начало вращаться в унисон с противником. Прозвенел его драконий рёв, проносясь над долиной в момент столкновения. Гигантское копьё разрушилось, превращаясь в потоки воды, полившиеся донизу.

Владыка Выращивания Драконов полностью промок, его раненные ладони дрожали. Ему удалось разрушить копьё лишь за счёт перевеса в магической силе. Тем не менее, атака слепого всё равно оказалась невероятно мощной, проникаясь энергией Вздымающейся.

Из-за давления реки сила удара оказалась слишком великой. Соединившись с мощью копья она серьёзно ранила его руки.

До того, как Владыка Выращивания Драконов успел перевести дыхание, в его сторону понеслось очередное драконье копьё. На этот раз он сумел увернуться, лишь чтобы увидеть, как противник посылает третью атаку.

Его тело постепенно отступало на запад, раз за разом избегая ударов. Каждый из них немедленно обрывался, не позволяя даже капле силы рассеяться.

Хоть Владыка Выращивания Драконов успешно уворачивался, копья прошивали важные точки драконьей вены, постепенно ставя её на место.

«Эксперт заклятий Дао!» — был ошеломлён Владыка Выращивания Драконов. Каждая атака слепого постепенно возвращала вену дракона на место, не позволяя ему заимствовать её силу.

Без магической силы бога, удерживающей её в полёте, река Вздымающаяся начала падать.

Тем не менее, она была поднята очень высоко, поэтому ей требовалось довольно много времени, чтобы вернуться в своё изначальное русло.

«Его владение заклятиями Дао очень развито, старик не уступает немому небесному рабочему!» — на лбу Владыки Выращивания Драконов проступил холодный пот. Поток драконьих копий становился всё более густым, постепенно делая попадание неизбежным, поэтому у него не осталось выбора, кроме как сражаться. Но сражение идёт рука об руку с ранениями.

Всё больше и больше точек вены дракона возвращались на место.

Драконы Наводнения находились далеко вверх и вниз по течению, поэтому Владыка Выращивания Драконов не мог подозвать их к себе, чтобы использовать силу монстров.

Между тем, божественный король драконов наводнения уже закончил свою работу и исчез.

Владыка Выращивания Драконов недавно сразился с немым, который оказался более чем достойным противником. Пытаясь избавиться от старика, богу пришлось сильно истощить свою жизненную Ци.

С тех пор он ещё не успел полностью оправиться, к тому же, пытаясь изменить русло реки Вздымающейся, растратил огромное количество сил. Слепой появился в самый неподходящий момент, и теперь он снова и снова терпел поражения, постоянно получая новые ранения.

Тем временем на поверхности висящей вверху реки, слепой опирался на бамбуковую трость, забираясь на спину водного дракона, который понёс его вдоль реки. Вода за спиной старика забурлила, и из-под неё поднялся гигантский призрачный облик, которым оказалась Божественная Чёрная Черепаха, почти совершенствованная до материальной формы.

Божественной Чёрной Черепахой оказался старик в черепашьем панцире. Вокруг него извивался летающий змей, размахивая своими крыльями будто пытаясь улететь вдаль.

Это зрелище показалось Цинь Му довольно знакомым. Исконный дух слепого в облике Божественной Чёрной Черепахи сильно напоминал одну из деревенских статуй, отличаясь лишь лицом. Озорничая в детстве, юноша частенько мочился на все статуи в округе, и Чёрной Черепахе не удалось избежать столь ужасной участи.

Двигаясь на поверхности реки, слепой будто летел, а его трость неостановимо тыкала в водную гладь, отправляя атаки в Владыку Выращивания Драконов.

Цинь Му впервые в жизни повезло увидеть слепого, сражающегося в полную силу. Когда в Великие Руины приплыл маленький генерал Цинь Фэйюэ, старик просто стукнул своей тростью по воде, отчего та несколько раз неистово содрогнулась. Тем не менее, в то время Цинь Фэйюэ был лишь экспертом области Семи Звёзд, и чтобы напугать его до смерти дедушке не требовалось прилагать огромных усилий.

Но теперь, сражаясь с Владыкой Выращивания Драконов, слепой раскрывал всё, что у него имелось. Каждый раз, когда бамбуковая трость касалась реки, вниз летел огромный столб, вода в котором превращалась в ужасающее драконье копьё. Атака пронзала слабые места техник бога, заставляя того постоянно уклоняться и тратить драгоценные силы.

У слепого была особая техника совершенствования ума, дополняющая навык Пробуждения Глаза Девяти Небес, но он не стал обучать её Цинь Му. В деревне она не была самой лучшей, зато Пробуждение Глаз Девяти Небес не имело аналогов в мире.

Именно этот навык он использовал, сражаясь с врагом. Тем не менее, его навык пробуждения глаз совершенствовал не просто девять небес, но и божественные глаза разума.

Под их взглядом даже бог с Высших Небес вроде Владыки Выращивания Драконов просто пестрил недостатками. Магическая сила слепого не шла ни в какое сравнение со способностями последнего. Ведь даже несмотря на то, что бог потратил огромное количество энергии, пытаясь изменить вену дракона, старик всё равно ему уступал.

Если Владыка Выращивания Драконов снова заполучит контроль над Драконами Наводнения, обретая их способности, то запас его энергии окажется в десять раз больше, чем у слепого. Тем не менее, самой сильной атакой старика были божественные глаза разума, позволяющее видеть любое божественное искусство насквозь. Даже если в техниках противниках нет недостатков, тот всё равно их найдёт.

Что касалось совершенствования, плотность Ци слепого уступала старейшине, старому Ма, немому, мяснику и даже бабушке Сы, в сердце которой поселился дьявол. Слабее старика в этом плане были лишь целитель и одноногий.

А если речь шла о силе его божественных искусств, то даже картины глухого были мощнее, не говоря уже о старейшине, старом Ма и мяснике.

Тем не менее, кроме старейшины и загадочного немого, никто в деревне не осмелился бы утверждать, что может устоять в бою со слепым.

Как только в ход шли божественные глаза разума, совладать с движениями старика становилось невозможно. Любое божественное искусство мира рушилось, встретившись с его тростью.

— Крыса мира боевых искусств, ты можешь только прятаться? Почему бы тебе не спуститься и не сразиться со мной? — из русла реки раздался голос Владыки Выращивания Драконов. Часть воды уже успела упасть обратно на землю, поэтому он был вынужден извиваться в грязи. Несмотря на то, что ему удавалось уворачиваться от атак слепого, он так и не смог выбраться на берег, летящие с небес копья заставляли его держаться в центре.

К этому времени вода в русле смешалась с кровью бога и грязью, превращаясь в настоящее болото. В нём барахтались бесчисленные вьюны, которые, поглотив кровь бога, принимали драконоподобный облик. Носясь туда-сюда в грязи, они свирепо обнажали свои клыки и размахивали когтями.

— Ты и вправду веришь, что я не осмелюсь? — прокричав, старик оставил Цинь Му и остальных, проникая сквозь воду, чтобы наброситься на Владыку Выращивания Драконов, до сих пор находящегося посреди русла реки. Водяной дракон, на котором он летел, вернулся обратно, сбросив подростков на спину цилиня.

Божественные сокровища Цинь Му и двух девушек до сих пор были запечатаны, и без их магической силы они не могли стоять на поверхности воды. К счастью, совершенствование цилиня никуда не делось, и он мог с лёгкостью выдержать их всех.

Сы Юньсян и Лин Юйсю были ошарашены. Топча ногами, они кричали:

— Как дедушка может быть настолько безрассудным? Всего лишь несколько неприятных слов заставили его броситься в бой, позабыв обо всём. Для чего идти на противника в лоб?

Цинь Му радостно улыбнулся:

— Если Владыка Выращивания Драконов не погибнет, то, как минимум, получит тяжёлые ранения. Божественные искусства дедушки не слишком сильны, так как он из школы боевых техник.

Обе девушки были ошеломлены.

Старый слепец происходил из школы боевых техник?

Каким образом драконьи копья, которые он только что создавал, могли быть исполнены человеком из школы боевых техник?

Эксперты школы боевых техник могли разразиться поразительной силой в ближнем бою, мгновенно освобождая всю мощь, спрятанную в их теле или ножах. Но копья, которые создавал слепой, тоже были невероятно могущественными. Подобного уровня могли достичь лишь практики божественных искусств и заклятий!

Цинь Му и девушки выглянули из-за головы цилиня, смотря вниз. В этот миг юноша обнаружил, что Ху Лин‘эр, вернувшись в свою настоящую форму, все ещё крепко спала. Он тут же взял её в руки, опасаясь, что она свалится в воду.

Река была невероятно чистой, и сквозь неё можно было увидеть то, что происходило внизу.

Поток воды продолжал становиться всё ближе и ближе к земле. Ещё немного, и гигантская река упадёт обратно в своё русло!

В самом низу слепой стоял напротив Владыки Выращивания Драконов, напоминая крохотную точку в сравнении с трёхсотметровым богом. Впрочем, гигант оказался на удивление ловким, двигаясь в окружении грязи с неистовой скоростью и сражаясь с человеком.

Слепой носился по небу на ослепительной скорости, двигаясь вокруг Владыки Выращивания Драконов и избегая его атак. Бамбуковая трость быстро стучала по воздуху, а его копьё напоминало дракона и молнию, поражая тело противника настолько резко, что этого нельзя было заметить невооружённым глазом.

Наконец падающая с небес река Вздымающаяся достигла земли. Невообразимое количество воды свалилось в русло, сопровождаясь оглушительным хлопком.

Трость слепого тыкнула между бровей Владыки Выращивания Драконов, сразу после чего старик скрылся.

Бог стоял в оцепенении, когда на него свалилась река. Внутри его тела раздались бесчисленные взрывы, все его кости разрушились, связки разорвались и… бедолага исчез в водных пучинах.

Цилинь завис в воздухе над рекой, избегая ужасного столкновения с землёй. От удара воды реки вспенились, волны на их поверхности поднялись к небу.

Тем временем слепой стоял на скале неподалёку, опёршись на свою трость. Протянув руку, он стукнул по бушующей реке, и её воды успокоились.

Глава 384. Всплеск радости

Когда речная вода приземлилась, горы в окрестностях содрогнулись от удара, некоторые из них даже рухнули и нанесли чрезвычайно ужасающий ущерб от которого пострадало немало жителей окрестных деревень.

Слепой был беспомощен. Если он не избавится от Владыки Выращивания Драконов, который хочет изменить вену дракона, пострадают не только жители деревень, а вся Империя Вечного Мира!

— Дедушка, Владыка Выращивания Драконов может сбрасывать кожу, чтобы исцелить свои раны! — стоя на голове цилиня, выкрикнул Цинь Му. — Не будь беспечным! Он всё ещё жив!

— Что ты сказал об этом Владыке Угрей? — был слегка озадачен слепой. — Я раздробил его конечности и кости, переломал всю его чешую и даже река Вздымающаяся обрушилась на него. Как он может быть ещё жив?

— Он не умер! — громко прокричал паренёк. — До тех пор, пока ты не отрубишь ему голову, независимо от того, насколько серьёзны его травмы, они полностью заживут после того, как он сбросит свою кожу!

В этот момент речная вода внезапно поднялась и пошла против течения, поднимая волны, похожие на горные вершины. Под водой плавало существо.

— Божественный король драконов наводнения Владыки Угрей! Похоже тот пресмыкающийся ещё не помер, — поражённый, слепой поднял бамбуковую трость, чтобы постучать по реке. Владыка Выращивания Драконов был придавлен водой, когда упал с неба. Огромного давления и атак слепого было достаточно, чтобы разорвать его тело на куски.

Подобно тому, как трость слепого постучала по поверхности Вздымающейся, тело божественного короля драконов наводнения сапфирового синего цвета свернулось. Его огромная голова выскочила из воды, чтобы столкнуться с тростью!

Бум!

Река Вздымающаяся была разделена на две части, раскрывая её глубокое русло. Цилинь полетел вверх, чтобы избежать последствий этого удара. Цинь Му наклонился за спину зверя, пытаясь посмотреть ниже, и увидел, что Владыка Драконов распластался в большой, глубокой яме. Весь в грязи от ударов слепого, поверженный бог раскинулся на спине и выглядел крайне несчастно. Однако, Цинь Му ожидал, что он ещё жив и ему придётся сбросить свою кожу.

Цинь Му быстро пригляделся и увидел, что голова Владыки Драконов уже раскололась. Новая голова в настоящее время пыталась выйти из маленькой трещины.

«Если Владыка Выращивания Драконов успешно сбросит свою кожу и присоединится к битве с божественным королём драконов наводнения, слепой ничего не сможет сделать им!» — у него не было времени думать. Он внезапно спрыгнул со спины цилиня и отчаянно побежал к распластанному на дне реки богу!

Сы Юньсян и Лин Юйсю вскрикнули от удивления и протянули руки, чтобы поймать его, но им это не удалось. Цинь Му ускользнул прямо из-под их рук.

Вжух!

Скорость паренька становилась всё быстрее и быстрее. За долю секунды он превзошёл скорость звука, оставляя позади себя только след белого дыма. Слепой запечатал его три божественных сокровища, не позволяя использовать свою жизненную Ци, однако, Божественные Ноги Небесного Расхитителя считались божественным искусством физического тела. Это силу старик не мог запечатать.

Цинь Му со свистом спрыгнул с неба и направился прямо к Владыке Драконов. Тем временем вода реки Вздымающейся начала сливаться воедино. Исконный Дух Чёрной Черепахи появился за спиной слепого и сразился с божественным королём драконов наводнения. Слепой “увидел” паренька, спускающегося с неба, и выругался на него в своём сердце за то, что он был слишком смелым, параллельно сделав щелчок.

Цинь Му всё ещё был в воздухе, когда получил щелчок в межбровье порывом ветра. Три грохота мгновенно донеслись из его тела, открывая один за другим Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пять Элементов и Шесть Направлений. С вернувшейся в его тело магической силой, он не мог не радоваться.

Слепой отчаянно сражался рядом с берегом, поставив на карту свою жизнь в сражении с сапфировым драконом, чтобы Цинь Му случайно не был убит его хвостом.

«Он так смел и дерзок даже после того, как я запечатал его божественные сокровища! Вот же ж негодяй, почему я не заметил с его стороны такой энергичной удали в постели?» — брови слепого развевались на ветру, он был действительно в ярости. Когти божественного короля драконов наводнения обрушились на него, заставляя несколько раз постучать тростью.

Речная вода закружилась и собралась воедино, формируя собой огромное копьё, которое направилось прямо к сердцу сапфирового синего дракона. У существа не было выбора, кроме как подняться в небо, дабы избежать удара.

Вшш!

Прежде чем речная вода полностью слилась, Цинь Му нырнул в грязь на дне реки. Затем последовал сотрясающий мир гул, речная вода столкнулась и сошлась. Зрелище огромных волн, поднимающихся в небо и устремляющихся на восток, было поистине захватывающим. Он задержал дыхание под рекой, но давление речной воды чуть не раздавило его до смерти. Его грудь почти прогнулась внутрь, а в ушах продолжало звенеть.

Через мгновение Цинь Му пришёл в себя и вырыл туннель в грязи. Его тело двигалось как рыба и подошло к яме, где распластался Владыка Драконов.

Река Вздымающаяся вымывала грязь и песок, которые продолжали накапливаться в яме, похоронив почти половину тела бога. Цинь Му поплыл в его сторону и увидел повсюду мягкую плоть. Даже кровь бога была вытеснена давлением и сметена водой. За короткое время большую часть крови смыло водой.

Тело гиганта было очень плотным и тяжёлым. Даже сильнейшим практикам области Божественного Моста было бы трудно перенести его, поэтому тот не был сметён течением и просто лежал там. Даже когда большая часть его крови была потеряна, голова всё ещё извивалась. К текущему моменту уже выскочили два драконьих рога.

Юноша протянул руки вперёд, чтобы проплыть вокруг его тела, пытаясь перевернуть: «Где истинное драконье гнездо? Где ты его спрятал…»

Хрусть.

Голова Владыка Драконов раскололась шире, волны силы бога исходили из трещины. Изумившись, Цинь Му увидел, что голова дракона уже на полпути наружу. Он быстро поплыл к его лысой голове, вытаскивая свой Беззаботный Меч. Используя свои три великих божественных сокровища и пробуждая свою жизненную Ци, он изо всех сил его ударил, но услышал только звон, когда меч коснулся чешуи и отскочил назад. На ней появилась трещина, но на этом всё.

Цинь Му поднял руки, ударяя ещё с десяток раз, пока, наконец, не пронзил чешую. Затем он подобрался вместе со своим мечом в бою стойку, чтобы снова нанести удар. Беззаботный на половину вошёл в голову дракона, в то время как он достал огромный железный молот, сильно ударив им по рукояти меча.

Беззаботный Меч пробил его физическое тело, которое сбрасывало кожу. Голова дракона не извивалась, боясь потревожить силу бога, скрытую в мече. Он мог только медленно сбрасывать кожу, но как только он был закреплён на месте Беззаботным, он больше не мог этого делать.

— Добродушно выглядящий уб… мальчик, это снова ты… — слабым голосом, говорил Владыка Драконов. — Я хочу убить тебя, я должен убить тебя…

Парень распространил свою жизненную Ци, поднимая грязь и песок, и набивая ею ему рот и нос, чтобы заткнуть. Затем он достал остатки Порошка Трёх Разрушений и с помощью жизненной Ци засыпал ему в рот, продолжая поиски.

— Даже если у меня не получиться отравить тебя до смерти, я как минимум заставлю тебя сбросить кожу ещё разок! — переворачивая бога, Цинь Му продолжал искать истинное драконье гнездо.

Тело Владыки Драконов вздрагивало, пока токсичность Порошка Трёх Разрушений постоянно извергалась. Она была действительно мощной, заставляя его почти мёртвое тела трещать, пока то всё же не было ещё раз сломлено вместе с духом и душой.

Бог ещё не сбросил свою кожу полностью, поэтому он не был отделён от неё, из-за чего его новое тело тут же отравилось. Ему приходилось переживать действительно невыносимые страдания.

Цинь Му нашёл у Владыки Драконов странные и непонятные предметы, такие как барабан драконьей кожи, рога дракона, посох когтя, короткую флейту драконьей кости, но он не мог найти гнездо Истинного Владыки Драконов.

«Странно, он должен был спрятать гнездо где-то на своём теле, он не мог потерять его…» — юноша достал Диск Императора, чтобы почувствовать его, но у него ничего не получилось. Затем он попытался активировать диск ещё несколько раз, из-за чего записи на нём изменились, но он всё ещё не мог найти местоположение драконьего гнезда.

В этот момент Цинь Му внезапно почувствовал вокруг аномальное движение потоков. Речная вода была очень мутной, так как грязь и песок были взбаламучены потоками, поэтому его видение было очень ограниченным. Он быстро полетел к голове бога и, держась за рукоять меча, внимательно огляделся.

Другой обильный поток пронёсся мимо его тела, но он оставался неподвижным. Он увидел несравнимо толстое тело дракона с тёмно-зелёными чешуйками. Каждая из них была больше, чем его тело. Зверем оказался Дракон Наводнения, которого, должно быть, взрастил Владыка Драконов. И, судя по всему, он был привлечён аурой своего хозяина.

Дракон был несравнимо силён, даже сильнее, чем обычные существа уровня мастеров сект, он определённо не был ему ровней.

Взгляд Цинь Му мелькнул, а другая рука вынула короткую флейту из драконьей кости, найденную им у бога. Тайком использовав жизненную Ци, чтобы поток воды начал через неё течь, он хотел использовать Секреты Драконьего Контроля для установления связи с драконом, а после взять того под контроль.

В этот момент он почувствовал раскалывающуюся головную боль. Судья по всему, Владыка Драконов пробудил последние крохи своего сознания, чтобы поразить его разум, почти заставив упасть в обморок.

Страдая от боли, Цинь Му взглянул на бога под его ногами, который прямо сейчас изо всех сил извивался, да так, что Беззаботный покачивался из стороны в сторону. От движений клинок даже разрезал бедолаге на части голову.

«Он смог сбросить кожу после Порошка Трёх Разрушений? Мой яд действительно хуже, чем у дедушки целителя. Если бы это был яд, приготовленный им, он умер бы даже после успешного сбрасывания кожи десять раз к ряду», — паренёк немедленно попытался вытащить свой меч, но как он мог это сделать, если собственноручно вколотил его внутрь железным молотом. Ему потребуется некоторое время, чтобы вытащить его. Голова дракона, с воткнутым в неё Беззаботным, появлялась из бога…

Сжимая рукоять меча, Цинь Му стоял на голове Владыки Выращивания Драконов. Под его ногами располагались большие глаза бога. Они были открыты и смотрели прямо на него. Лицо бога было зелёным, что явно говорило об отравлении… и прямо сейчас он использовал всю свою силу, чтобы подавить Порошок Трёх Разрушений.

Между тем позади юноши появилась огромная морда свернувшегося в воде дракона. Тёмно-зелёный дракон открыл пасть, обнажив острые как бритва зубы.

Осматриваясь влево-вправо, Цинь Му украдкой протянул руку к Диску Императора. Ухватившись за него, он быстро обернулся, посветив им в огромную пасть Дракона Наводнения, который уже почти оттяпал ему голову. Острые зубы торчали буквально в сантиметрах от его головы!

Цинь Му поднял Диск Императора выше несмотря на то, что его ноги дрожали. Владыка Выращивания Драконов под ним пытался освободиться.

Клак, клак, клак…

Цинь Му открыл рот, пытаясь что-то сказать, но услышал только стук зубов. Пузыри выходили изо рта, когда он произнёс:

— Не д-двигайся, б-будь хо-хорошим…

Тёмно-зелёный дракон остановился, затем медленно двинулся назад.

Взгляд существа упал на Диск Императора.

— Ма ха… — с такими словами Дракон Наводнения медленно опустил голову.

Цинь Му облегчённо вздохнул и, топнув по глазам Владыки Драконов, гаркнул:

— Ты почти убил меня! Быстр говори, где ты спрятал истинное драконье гнездо? У меня здесь сотни ядов, ты думаешь, что я не превращу тебя в пепел?

Бог холодно посмотрел на него, продолжая извиваться. Внезапно в его голове появилась ещё одна трещина, через которую проснулась очередная голова дракона. Он страдал от яда Цинь Му, и чтобы полностью очиститься, одного сбрасывания кожи явно было недостаточно… Ему приходилось снова и снова сбросить кожу.

— Ма ха, Ма ха!

Тёмно-зелёный дракон за спиной юнца уменьшился в размерах и взобрался на его плечи. Сложив два когтя на одном плече, зверь шокировал его, открыв пасть.

Цинь Му увидел внутри истинное драконье гнездо и, показывая богу большую палец, разразился всплеском радости:

— Ты хитёр, действительно очень хитёр!

Глава 385. Дракон Подавления Реки

Если бы Владыка Выращивания Драконов спрятал гнездо в каком-нибудь другом месте, то Цинь Му не похвалил бы его хитрость. Стоит отметить, что в деревне Цань Лао, назвать кого-то хитрым считалось невероятно высокой похвалой.

Обычный человек с лёгкостью бы догадался, что гнездо Истинного Владыки Драконов может быть спрятано на теле Владыки Выращивания Драконов или божественного короля Драконов Наводнения, и в таком случае найти его было бы крайне просто. Тем не менее, выбрать рот зелёного Дракона Наводнения было крайне необычным решением, и такое мышление было достойно похвалы.

Именно поэтому Цинь Му от всего сердца хвалил бога с Высших Небес.

Впрочем, тот проигнорировал его слова и продолжил сбрасывать свою кожу, пытаясь выбраться наружу. Если ему удастся повторить этот процесс дважды, он, наконец, будет иметь достаточно сил, чтобы избавиться от юноши и забрать гнездо Истинного Владыки Драконов обратно.

Цинь Му коснулся сидящего у него на плече Дракона Наводнения, и тот потёрся головой об его ладонь, издавая детский крик:

— Ма Ха!

Исполняя Секреты Драконьего Контроля, Цинь Му установил связь с существом, после чего дал ему Беззаботный Меч, надеясь, что сможет заставить того убить Владыку Выращивания Драконов. Тем не менее, монстр не осмеливался атаковать бога, и сумел освободить свой разум из-под контроля.

Тёмно-зелёный Дракон Наводнения не просто был выращен Владыкой Выращивания Драконов, у него также был врождённый страх перед богом, который не позволял ему причинить вред хозяину. В то же время способностей Цинь Му не хватало, чтобы собственноручно нанести смертельный удар даже с божественным мечом в руке. В лучшем случае, ему удастся всего лишь проткнуть кожу врага.

Ранения Владыки Выращивания Драконов были невероятно серьёзными, каждое из них было смертельно опасным. Атаки слепого ранили невероятно глубоко, а после того, как Цинь Му ещё и накормил его ядом, богу требовалось как минимум дважды сбросить кожу, чтобы вылечиться. И даже если он сможет это сделать, запас его жизненных сил значительно уменьшится.

«Порошок Трёх Разрушений закончился, и у меня нет времени, чтобы приготовить ещё. Несмотря на то, что жирдяй находится в области Небожителя, ему, скорее всего, тоже не удастся добить Владыку Выращивания Драконов Беззаботным… Может попробовать Нефритовый Глаз Солнца?..» — юношу осенило, и он тут же потянулся в мешочек таотэ, доставая нужный артефакт. Внезапно его рука замерла на полпути и, после недолгой паузы, вытащила Нефритовый Глаз Луны.

Течение реки Вздымающейся было очень стремительным. Так как Нефритовый Глаз Солнца выстреливал лучом пламени, его сила значительно уменьшится при контакте с речной водой.

Происхождение силы Нефритового Глаза Луны, в свою очередь, всё ещё было загадкой. Тем не менее, она определённо не пострадает от воздействия реки, поэтому на речном дне его можно было использовать максимально эффективно.

Цинь Му залез на шею Владыки Выращивания Драконов, ставя огромный шар ему на плечо. Бог не обратил на это совершенно никакого внимания, погрузившись в процесс сбрасывания кожи.

Подправив положение Нефритового Глаза Луны, целясь в шею бога, юноша начал готовиться к выстрелу.

Он впервые использовал этот артефакт. Когда он тестировал Нефритовый Глаз Солнца, его сила оказалась невероятно великой. Выстрел разрезал Святыню Бога Изогнутой Горы напополам, разрушив подводное строение.

Проектируя Божественную Пушку Солнечного Удара, он позаимствовал много структурных решений и методов ковки из Нефритового Глаза Солнца. В конце концов Имперский Наставник лишь показал ему технику Божественных Глаз Солнечного Удара, на тот момент никто даже представить не мог подобного орудия.

Лишь получив огромные знания в процессе изучения Нефритового Глаза Солнца, он смог превратить Божественные Глаза Солнечного Удара в орудие.

Он пришёл к выводу, что Святыня Бога Изогнутой Горы была построена в эпоху до наступления Эры Императора-Основателя. Это подтверждал тот факт, что здешние руны сильно отличались и от современных, и от тех, которые использовались во времена Императора-Основателя.

Потратив некоторое время на изучение Нефритового Глаза Луны, он, наконец, смог его активировать.

Глаз перед ним медленно открылся, и гигантское глазное яблоко постепенно зажглось, будто внутри него пряталась круглая, чистая луна.

Божественные Глаза и Пушка Солнечного Удара нуждались в источнике энергии, поэтому Цинь Му выковал для них лекарственные печи. Тем не менее, в конструкции Нефритовых Глаз Солнца и Луны не было подобного устройства. Юноша долго ломал над этим голову, но так и не понял, откуда берётся энергия.

У него было несколько смелых догадок. Во-первых, внутри глаз могли находится настоящие солнце и луна, служащие источником неограниченной энергии. Тем не менее, подобная версия была на грани фантастики, и он не слишком охотно в неё верил.

Вторая догадка казалась более реалистичной, базируясь на том, что древние мастера могли выковать странное построение, способное заимствовать энергию у неба и земли.

Однако, недостаток этой версии состоял в том, что, активируя устройство, Цинь Му так и не ощутил потоков энергии вокруг себя.

Ещё было третье предположение, но он считал его самым абсурдным. Возможно, артефакты использовали метод телепортации пространства. Тем не менее, те были намного сложнее, чем обычные построения мгновенного перемещения, больше напоминая дверь.

Для подобного сокровища требовалась настоящая дверь, построенная на поверхности солнца или луны и ещё одна, вмонтированная внутрь глаза. В таком случае, энергия звезды свободно перемещалась бы между дверями, как только глаз откроется. Если атаки производились именно таким образом, то нужда в источнике энергии пропадала.

Однако, такое предположение казалось совершенно нереалистичным. Кто в мире смог бы полететь к солнцу, и построить на нём дверь?

Кроме того, исходя из расчётов Цинь Му и остальных, все астрономические явления были поддельными, включая солнце и луну. Они попросту были нарисованы. Выбраться за их пределы было невозможно, тогда как кто-то смог бы построить дверь мгновенного перемещения на поверхности солнца и луны?

Он хотел разобрать глаза, чтобы изучить их внутреннее строение, но не осмеливался этого сделать.

Наконец, внутри Нефритового Глаза Луны скопилось достаточное количество энергии. Цинь Му взял её под свой контроль, и из зрачка вырвался прямой луч света, напоминая тонкое лезвие!

Владыка Выращивания Драконов почти выбрался на свободу, и когда луч попал в его шею, ничего не произошло. Тем не менее, вскоре возникло странное явление. Всюду, где проходил свет, формировался тонкий слой льда, быстро распространяясь на невероятную ширину. Вскоре река Вздымающаяся разделилась на две половины.

Под водой находилось огромное количество рыб и монстров, одному из которых не повезло быть разрезанным тонкой стеной из льда.

Тем не менее, монстр, казалось, ничего не почувствовал и продолжил плыть. Однако его тело разделилось на две части, каждая из которых начала двигаться сама по себе.

Из раны не вытекло ни капли крови, но Цинь Му отчётливо видел внутренние органы и ткани мозга.

Две половинки монстра плавали туда-сюда, даже не подозревая, что отсоединились друг от друга.

Цинь Му был ошеломлён, не понимая, что происходит.

— Может Нефритовый Глаз Луны не имеет никакой силы, и просто разделяет людей на две части? — недоумевал он. — Или раны монстра просто замёрзли, из-за чего кровь не вытекает? Тем не менее, слой льда должен быть невероятно тонким, в противном случае, он не смог бы так легко двигаться.

Внезапно из двух частей рыбьего монстра вырвались потоки крови. Замёрзшие разрезы, должно быть, растаяли, тут же окрашивая воду красным цветом. Вскоре на зверя набросилась стая рыб, в мгновение ока превращая в груду костей.

Владыка Выращивания Драконов перестал извиваться в попытках сбросить кожу. Он замер, двигая лишь зрачками. Увидев, что произошло с рыбьим монстром, кровь в его жилах застыла.

Подправив положение глаза, Цинь Му выстрелил в очередного рыбьего монстра, которого тоже разделило напополам. Жизненная Ци парня вырвалась наружу и, схватив две половинки, сложила их обратно вместе.

Как ни в чём небывало, монстр поплыл дальше.

Ошеломлённый Цинь Му обрадовался: «Так вот какой эффект у Нефритового Глаза Луны!»

Зрачки Владыки Выращивания Драконов беспомощно носились по кругу. Вместо того, чтобы ползти наружу, его тело начала двигаться обратно, прячась в старой коже.

— Владыка Драконов, не двигайся!

Схватив глаз, Цинь Му аккуратно провёл им вокруг шеи бога.

Владыка Выращивания Драконов замер, боясь пошевелиться. Его драконьи глаза наполнились страхом, в то время как линия льда вокруг шеи становилась всё отчётливее.

Цинь Му попытался столкнуть его голову с шеи, но сдвинуть её с места оказалось слишком трудно, поэтому он достал гигантский железный молот, со всей силы стукнув им по линии разреза.

Бам!

Раздался хруст, и волосы на голове бога встали дыбом.

— Остановись! — прохрипел тот.

Цинь Му снова замахнулся молотом, производя тяжёлый удар. Раздался очередной хруст, и Владыка Выращивания Драконов отчаянно проревел:

— Остановись, я хочу кое-что сказать!

Чувствуя любопытство, юноша приостановился:

— Что Владыка Драконов хочет сказать?

— Какой толк с того, что ты меня убьёшь? — бог говорил очень осторожно, опасаясь, что его голова отлетит от вибраций. — Даже если ты это сделаешь, то попросту натравишь на себя месть Высших Небес. За тобой придут более сильные бог. Они найдут тебя, убьют, и изменят русло реки Вздымающейся, чтобы превратить Империю Вечного Мира в ещё одни Великие Руины!

Замахиваясь молотом, Цинь Му ответил:

— Разные ситуации требуют разных решений, и в таком случае, думаю, мне просто придётся их убить!

— Подожди! Мы, Высшие Небеса, всего лишь сторожевые псы. Если бог умрёт, в этом нет ничего плохого, но если умрут сразу двое, то настоящие боги определённо обратят на это внимание. Это приведёт к полному уничтожению вашего мира! — твердил Владыка Выращивания Драконов. — Я не пришёл чтобы вступать с тобой в конфликт, у меня просто был приказ. Так для чего нам мучать друг друга, ожидая, что кто-то умрёт?

Успокоившись, Цинь Му улыбнулся:

— Каким образом уничтожение Империи Вечного Мира связано со мной? Я из Великих Руин, и если эту страну сделают их подобием, мне от этого будет даже лучше. Более того, а что, если ты попытаешься меня убить, как только я тебя отпущу? Вернувшись на Высшие Небеса, ты наговоришь всякого об Империи, так почему я должен оставлять тебя в живых?

Выражение лица Владыки Выращивания Драконов колебалось между добротой и злостью. Стиснув зубы, он ответил:

— Я могу заключить Соглашение Графа Земли. Тогда, если ты меня отпустишь, я не буду тебе мстить!

Молот Цинь Му вновь поднялся над головой бога:

— Если я тебя убью, ты тоже не сможешь отомстить.

Голос бога задрожал:

— Стой! Я могу научить тебя собирать вены дракона и использовать силу Истинного Владыки Драконов!

Цинь Му опустил свой молот, его глаза горели:

— А ещё что?

Мышцы на лице Владыки Выращивания Драконов содрогнулись, но он продолжил:

— Я могу охранять драконью вену реки Вздымающейся и работать на тебя!

На лице Цинь Му возникло торжественное выражение:

— Клянись Графу Земли!

Владыка Выращивания Драконов прошипел сквозь зубы:

— Даю клятву Графу Земли!

Юноша отставил молот в сторону, но всё ещё держал в руках Нефритовый Глаз Луны. Он принял облик Владыки Сатурна, за его спиной возвысились Врата Небесной Воли.

Врата открылись, обнаруживая зловещую тьму Юду.

— Теперь ты можешь произнести клятву Графа Земли, но не пытайся меня обмануть. Я уже заключал это соглашение, поэтому у тебя нет шансов обмануть такого честного парня, как я!

— Честный парень…

Уголки глаз Владыки Выращивания Драконов содрогнулись, но ему ничего не оставалось, кроме как повиноваться. Он поклялся, что будет охранять реку Вздымающуюся и не восстанет. В этот момент он принял свою истинную форму, и его тело превратилось в гигантского трёхсотметрового Дракона Наводнения. Внезапно его окружила чёрная Ци в виде цепи. Один её конец был присоединён к душе бога, а второй к Вздымающейся!

Если он нарушит клятву, то цепь затянет его душу в Юду!

Цинь Му тщательно обдумал слова его клятвы, проверяя, не сможет ли бог его обмануть. Затем он улыбнулся:

— Когда лёд растает, твоё тело снова будет целым. Позови божественного короля Драконов Наводнения обратно, и вместе с ним охраняй реку Вздымающуюся!

Голова гигантского Дракона Наводнения, в которого превратился Владыка Выращивания Драконов, была размером с гору. Она смотрела на Цинь Му с ошеломлённым выражением:

— Я всегда называл тебя честно выглядящим парнем, но это ведь не твоё имя. Как тебя зовут на самом деле?

Поднимаясь к поверхности реки вместе с тёмно-зелёным Драконом Наводнения, Цинь Му ответил, но его голос звучал слегка странно из-за воды:

— Цинь Му из деревни Цань Лао, Владыка Небесного Святого Культа, Император Людей нынешнего поколения.

Услышав это, бог был ошеломлён, тихо спрашивая:

— Так ты Император Людей… Кто тебя так воспитал? Со старым богом меча было намного проще иметь дело…

Глава 386. Техника Захвата Судьбы

Пока Цинь Му поднимался из воды, огромный король драконов наводнения проплыл мимо него, ныряя в глубины. Заметив бамбуковую палку, застрявшую во лбу сапфирово-синего божественного зверя, а также булькающую из его раны кровь, он на мгновение остановился и подумал: «Дедушкина трость!»

Некоторое время спустя Цинь Му вынырнул из реки и направился к берегу. Цилинь вёл за собой более десятка Драконов Наводнения, осторожно неся на себе Лин Юйсю, Ху Лин’эр и Сы Юньсян. Битва между слепым и божественным драконом закончилась, но во время боя они должны были избегать любых воздействий со стороны сражающихся, поэтому всё ещё приближались медленно и осторожно.

Ху Лин’эр наконец протрезвела и с любопытством огляделась. Не зная, как её угораздило оказаться тут после банкета, она была очень озадачена.

Цинь Му заметил слепого, испачканного в грязи и выглядящего крайне несчастно. Его одежда была растрёпана, а по всему телу виднелись раны. Было очевидно, что битва прошла в невероятно ожесточённом ключе, и не удивительно, ведь на деле существо оказалось чрезвычайно сильным. Дракон Наводнения — бог, одно это о многом говорило. Зверь обладал удивительными способностями, не говоря уже о том, что, обладая водным атрибутом, сражался в родной от природы среде.

Слепой использовал всю свою силу и причинил довольно-таки много проблем божественному королю драконов наводнения, но и сам получил сполна.

Наконец подлетев, цилинь приземлился на землю. Ху Лин’эр, пребывающая в форме маленькой лисы, спрыгнула со спины толстяка, запрыгнула на плечо Цинь Му и только потом заметила тёмно-зелёного дракона на другом плече, из-за чего её мех встал дыбом, а хвост колуном. Во время попоек она всегда принимал свою истинную форму. И проснувшись, она забыла превратиться обратно в человека.

— Лин’эр, не бойся, это Дракон Наводнения, которого я только что приручил. И он уже даже успел выслужиться, — смотря на слепого, юноша успокоил лисичку, а после он прищурился и искренне заулыбался. — Сестра Юйсю, Святейшая Юньсян, сейчас я покажу вам здоровяка.

Сгорая от любопытства, девушки незамедлительно спросили:

— Какого такого здоровяка?

Стоя у реки, Цинь Му закричал:

— Подавляющий Реку Король Драконов, разве ты не хочешь показаться?

Волны хлынули в разные стороны и вздыбились к небу. Огромный дракон, которым оказался никто иной, как Владыка Выращивания Драконов, высунул из реки гороподобную во всех смыслах голову. Его длинные свисающие с носа усы развевались на ветру, сверкая и просвечивая на солнце. Они имели длину метров так в триста, но были эстетично красивыми.

Владыка Выращивания Драконов опустил голову:

— У Вашего Величества есть какие-нибудь указания?

Обе девушки были ошеломлены, причём не меньше, чем слепой.

Цинь Му был крайне доволен собой, когда осматривался. Разглядев выражение лица каждого, он скрестил руки на груди и, лучезарно улыбаясь, сказал:

— Ничего особенного, я просто хотел, чтобы ты вышел поздороваться.

Удерживая серьёзное выражение лица, богу с Высших Небес стоило больших трудов не измениться в лице и не ударить мальца ладонью. Но как только он было собрался погрузиться обратно в воду, Цинь Му добавил:

— Подожди, не спеши так. Ты обещал научить меня собирать драконьи вены и взывать к силе Истинного Владыки Драконов, — Владыка Драконов моментально остановился, не смея погружаться в воду, а юноша гордо огляделся и добавил. — Дедушка, как тебе такое?

— Крутой, как сваренные в крутую яйца, — слепой был полон улыбок.

Блеснув взглядом, Цинь Му тайно достал золотую флейту. Затем он исполнил Секреты Драконьего Контроля, и многочисленные Драконы Наводнения подлетели к слепому. Каждый из них был чрезвычайно силён, и если они схватят старика, ему определённо не удастся двигаться!..

Но в этот момент слепой внезапно щёлкнул пальцем, и Цинь Му захрипел. Три великих божественных сокровища в его теле были в очередной раз запечатаны. Звук флейты прекратился, и драконы оглянулись в изумлении, отойдя от старика как можно дальше.

— Му’эр, ты слишком крут, но не для меня, — слепой сделал ещё один щелчок, и золотая верёвка вылетела, чтобы связать ему руки и ноги. — Каждая эпоха порождает нового гения на сей благородной земле, но молодое поколение всегда умирает на песчаном пляже, а имбирь становится острее только с возрастом. Ты слишком медленно двигался, пытаясь контролировать Драконов Наводнения в попытке удержать меня. Это не так-то просто, верно?

Цинь Му упал на землю с чёрным как уголь лицом. Он хотел приказать Владыке Драконов повалить слепого, но старик уже засунул ему в рот кляп.

— Свадьба должна продолжиться, ребёнок должен родиться! — слепой подобрал парня и, посмотрев на бога, добавил. — Переправь нас по реке в Великие Руины. Мы вернёмся в деревню, чтобы продолжить свадьбу! Есть ещё две невесты, и если ты всё организуешь красиво, я угощу тебя свадебным банкетом.

Глядя на Цинь Му, Владыка Драконов колебался. Приглушённые крики доносились изо рта юноши, он явно пытался бороться, но спустя некоторое время просто покорно кивнул. Бог тайно почувствовал себя счастливым: «Этот обманчиво-честный на вид мальчишка такой хитрый, но даже он оказался в невыгодном положении. Ну и поделом ему».

Владыка Драконов наклонился, давая возможность залезть к нему на спину, которая больше напоминала узкий остров посреди воды, и закричал:

— Забирайтесь ко мне на спину!

Слепой потащил Цинь Му на плавучий “остров”, цилинь поспешно побежал следом, а многочисленные Драконы Наводнения засеменили суетливой вереницей за ним.

«Это выращенные мной драконы, какие же они все нахлебники…» — бог почувствовал, как его сердце в очередной раз болезненно кольнуло, но ничего уже нельзя было поделать. Если бы он мог всё изменить, то убил бы этого честного девственника при первой встрече.

Находясь на спине дракона, Цинь Му, казалось, уже принял свою судьбу и больше не боролся. Он также не пытался заставить временный “транспорт” атаковать.

— Пусть Владыка Угрей поучит тебя, — сказал слепой, доставая кляп из его рта.

Цинь Му протянул руки, слепой снял золотую верёвку. Однако верёвка на ногах осталась, отчего взгляд паренька дрогнул:

— Почему ты так осторожен? Я собираюсь просто поучиться собирать драконьи вены у Владыки Выращивания Драконов… К тому же для этого мне нужна магическая сила. Ах да, Драконы Наводнения уже голодны, так что мне нужно приготовить пилюли, чтобы накормить их. Ты думаешь я смогу убежать, если ты снимешь с меня печать? Даже если я захочу убежать, смогу ли я сбежать от дедушки? Разве поймать меня не так же просто, как щёлкнуть пальцем для тебя?

Приподняв брови, старик протянул руку к межбровью паренька. Тут же услышав гул, Цинь Му был в восторге. Его Божественное Сокровище Духовного Эмбриона было открыт, но Пяти Элементов и Шести Направлений всё ещё пребывали в запечатанном состоянии.

— Жизненной Ци в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона достаточно, чтобы ты мог учиться, — спокойно сказал слепой.

Юноша вздохнул с восхищением и, показав старику палец вверх, похвалил:

— Как и следовало ожидать от старых и опытных, которые научили меня быть взрослым, постоянная осторожность — это всё!

Сердце слепого разорвалось от радости, и он засмеялся:

— Перестань мне льстить! Давай уже, начинай!

Лин Юйсю и Сы Юньсян посмотрели друг на друга в ужасе. Учения в семье пастушка, казалось, отличались от таковых в других семьях. Под каким углом не посмотри на ситуацию, казалось, что он прошёл основательную подготовку неортодоксального пути.

Цинь Му приготовил духовные пилюли и накормил драконов. Цилинь также съел несколько, но вдруг почувствовал, что вкус был какой-то неправильным, поэтому он украдкой вскрыл одну пилюлю Алого Огня, тут же помрачнев мордой. Внутри пилюли Алого Огня он увидел Божественную Пилюлю Живучести Огненного Элемента… неудивительно, что она показалась ему острой!

— Владыка, это не те пилюли! — крикнул цилинь. После этого он демонстративно вскрыл остальные пилюли, выковырял начинку в виде Божественной Пилюли Живучести Огненного Элемента и выбросил её в реку, поедая только вкусную оболочку.

Юноша заиграл на золотой флейте, зелёный Дракон Наводнения начал бить цилиня. Толстяк жалобно вскрикнул и больше не строил из себя придирчивого.

Пока Владыка Выращивания Драконов подплывал к Великим Руинам, он обучил Цинь Му ещё более глубокому пониманию Секретов Драконьего Контроля.

Писания Взращивания Драконов, которые он дал пареньку, не содержали в себе исчерпывающую информацию, множество важных моментов были в них попросту опущены и даже не упомянуты.

Цинь Му усердно учился, даже не пытаясь хоть как-то схитрить. Полдня спустя он изучил все Секреты Драконьего Контроля и решил поинтересоваться о способе призыва силы Истинного Владыки Драконов.

— Я понятия не имею, кто превратил его в сокровище, — заговорил Владыка Выращивания Драконов, — но теперь он уже стал сокровищем судьбы, а значит никогда не сможет стать настоящим драконом. Тем не менее, разместив его в гнезде, ты поможешь ему поглотить Ци дракона… — помолчав несколько вдохов времени в раздумьях, он продолжил. — С уникальной техникой поглощения судьбы Истинного Владыки Драконов, совершенствование человека, носящего его при себе, будет расти не по дням, а по часам! Я никогда не изучал эту технику раньше, но думаю, что человек, который хотел собрать сокровище, должен был запечатлеть технику прямо в нём. И после захвата судьбы, уже ты станешь Истинным Владыкой Драконов!

— Уникальная техника? — был ошеломлён Цинь Му, сразу же подумав о технике Девяти Монархических Драконов, которую узнал от Императора Яньфэн. — Своего рода техника захвата судьбы?

Владыка Выращивания Драконов вновь задумался, а чуть погодя покачал головой:

— “Своего рода” техника может захватить только Ци, заимствуя Ци дракона для совершенствования, так что её нельзя назвать техникой захвата судьбы. Мы, раса драконов, рождаемся от небес и земли, естественным образом наследуя знание вселенной, и превращая его в язык, известный как язык драконов. Каждый дракон от рождения владеет им, поэтому в его изучении нет необходимости. Письмена и руны Истинного Владыки Драконов и его гнёзда — не что иное, как письмена моей расы драконов. Я видел только те, что на гнезде, но в писаниях, записанных там, действительно есть техника захвата судьбы. Однако она не полная.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Он должно быть сможет изучить полную технику после объединения истинных владыки драконов и драконьего гнезда. Легенда гласит, что бог даровал Диск Императора предкам семьи Лин, и что тот символизировал императорскую власть. Также доподлинно известно, что техника Девяти Монархических Драконов была изучена благодаря дарованному богом сокровищу.

Кроме того, такой гений, как Император Яньфэн, смог усовершенствовать её и развить до уровня, на котором она могла конкурировать с Великими Небесными Дьявольскими Рукописями и Махаяной Сутрой Жулая!

Можно себе представить, насколько ужасающей была бы техника, сочетающая записи на Диске Императора с записями на гнезде!

— Владыка Драконов, научи меня драконьему языку! — внезапно сказал Цинь Му.

Бог повиновался, научив его драконьему языку, что он знал, и под конец добавил:

— На самом деле он скрыт в родословной. И чем чище родословная, тем больше драконьих слов можно знать. Я не настоящий дракон, так что есть некоторые части, смысл которых я не знаю.

Цинь Му запомнил все слоги и письмена драконьего языка, отчего у него появилось чувство, словно его голова начала набухать. Стиль написания и сами символы этого языка выглядело крайне странно, а если точнее — архаично и непредсказуемо, из-за чего было крайне трудно отследить хоть какую-то закономерность. Поэтому после изучения ему стало очевидно, что без строгих знаний написания языка было невозможно понять смысл письмен!

Кроме того, фонетика драконьего языка отличалась от таковой у человеческого. У неё была необычная каденция, из-за чего некоторые слоги не могли быть произнесены человеческим горлом. Для него использовать этот язык для общения с драконами было почти невыполнимой задачей.

Цинь Му запомнил язык дракона настолько, насколько смог, затем достал Диск Императора, который висел у него на шее. Глядя на него, он мгновенно смог распознать и понять смысл некоторых символов и рун.

Тем не менее, так как Владыка Драконов не знал всего языка, Цинь Му не мог узнать всё, что было написано. Записи на диске непрерывно менялись, и у него закружилась голова от их прочтения.

Юноша закрыл глаза и, покачав головой, сказал низким голосом:

— Только настоящие драконы могут распознать все писания расы драконов. И так… где же мне тогда найти дракона, которого я мог бы попросить научить меня языку?

— В Великих Руинах есть подобные, — сказал Владыка Выращивания Драконов.

Дух Цинь Му был тут же взбудоражен. Он вдруг поднял голову посмотреть вперёд, где увидел Секретные Водяные Проходы. Скорость бога была поистине поразительной, всего за полдня он доставил их в Великие Руины.

Секретные Водяные Проходы были блокированы армией Империи Вечного Мира. Если Владыка Выращивания Драконов захочет пересечь границу, ему придётся уничтожить весь город.

Юноша немедленно заставил его остановиться. Все спрыгнули с его спины и вошли в Секретные Водяные Проходы.

Фэн Сююнь привела многих людей поприветствовать Цинь Му и поклонилась в знак приветствия:

— Мы отдаем дань уважения Владыке!

Парень улыбнулся и сказал:

— Избавь меня от формальностей. Уже поздно, поэтому мы должны отдохнуть, завтра мы войдём в Великие Руины. Мастер Ладана Фэн, пожалуйста, обустрой комнаты.

Сияя, слепой проговорил:

— А эта девушка неплоха… Подготовь банкет, сегодня ночью произойдёт второе цветение твоего Владыки, ведь он женится.

Глава 387. Взрослый

Секретные Водяные Проходы полностью разукрасили всяческими фонарями и цветными флагами. Фэн Сююнь быстро справилась со всеми делами, и спустя недолгое время, несколько женщин-солдат уже помогали Сы Юньсян приодеться к свадьбе. Она одела диадему феникса и фату, а Цинь Му вновь пришлось напялить на себя огромный красный цветок. Затем его заставили поклониться и взять её себе в жёны.

«Молодая Фэн тоже хороша собой, она быстро разобралась со всеми делами, избавляя меня от лишней головной боли, — рот слепого расплывался в улыбке, пока он думал про себя. — Интересно, жената ли она?..»

На свадебном банкете Ху Лин’эр приняла облик маленькой девочки, по её лицу катились слёзы, напоминая капли росы на цветущей груше. Крепко схватившись за бутылку вина и с трудом держась на ногах, она рыдала от того, что дедушка слепой её обманул.

Бесчисленные солдаты Секретных Водяных Проходов, прибывшие поздравить пару молодожёнов, озадачено пересматривались друг с другом, не понимая почему семилетняя девочка так плачет по этому поводу.

После радостного празднования, жениха и невесту отправили в комнату для молодожёнов. Сы Юньсян припрятала на своём теле нож, ожидая, когда Цинь Му снимет с неё фату. Как только это произойдёт, она сможет выполнить свою давнюю мечту — убить развратного тирана, коим был Владыка Культа.

Она ждала довольно долго, но парень так и не показался, отчего в её сердце вспыхнула ревность: «Неужели я хуже той жирной девицы, Лин Юйсю? Может дедушка и слепой, но его сердце всё видит, в то время как кое у кого ослепло как сердце, так и глаза. Ему что, нравятся только девушки с пышной грудью?»

Сы Юньсян решила подождать ещё некоторое время, но Цинь Му так и не появился, чтобы снять её фату.

Она тайком приподняла её самостоятельно, с удивлением обнаружив, что парень сидит неподалёку и тщательно изучает какую-то книгу. Девушка ужасно огорчилась и разозлилась. В ночь своей свадьбы с такой красоткой, выглядящей как цветок, дурак учился! Это было уже чересчур!

Полностью сняв фату, Сы Юньсян со злостью отбросила её в сторону. Подойдя к Цинь Му, она улыбнулась:

— Что так поглотило Владыку?

— Математический Трактат Непостижимой Женщины, — подняв на неё взгляд, юноша взмахом руки пригласил её сесть сбоку. Затем он искренне проговорил. — Дедушка слепой всегда играет дурачка, извини, что впутал тебя во всё это. Я знаю, что он беспокоится о моей безопасности, и хочет, чтобы я женился на хорошей девушке и завёл детей, чтобы те привязали меня к одному месту, не позволяя вернутся в Вечный Мир. Старик боится, что в будущем я попаду в опасность. Сестра Сян, прими мои извинения за то, что заставил тебя страдать, — сказав это, он встал с места и поклонился.

Сы Юньсян тут же ответила жестом, после чего с уверенностью проговорила:

— Ты всегда с уважением к нам относился, и не воспользовался ни мной, ни принцессой. Я всё это заметила, и хорошо понимаю твоё поведение. Ты Владыка, поэтому находишься наполовину выше меня по старшинству, не стоит вдаваться в формальности.

Сы Юньсян была даже моложе Цинь Му, имея лишь четырнадцать лет отроду. У неё были белые зубы и яркие глаза, и несмотря на то, что обычно она вела себя неуважительно и безразлично, становясь серьёзной, она немедленно казалась великодушной и изящной.

Святейшая из семьи Сы была запасным вариантом Владыки Культа. Если тот, не дай бог, умрёт, девушка тут же займёт его место. Этот факт тоже добавлял её персоне особой важности.

— Владыка так и не сказал, почему решил изучить Математический Трактат Непостижимой Женщины именно сейчас, — сказала она, улыбаясь.

Юноша вернулся к чтению, отвечая:

— Я хочу сбежать из плена дедушки слепого, но превзойти его в скорости я не смогу. Отравлять старика тоже будет не слишком вежливо, он всё-таки приходится мне дедушкой. Поэтому я решил использовать божественное искусство мгновенного перемещения.

Сы Юньсян ошеломлённо воскликнула:

— Ты уже достиг такого высокого уровня?

Божественное искусство мгновенного перемещения было невероятно трудно совершенствовать, и в Небесном Святом Культе было не слишком много людей, добившихся в нём успеха. Все Мастера Чертогов использовали флаги или одежду, так как для использования техники без соответствующего артефакта требовались огромные познания в математике!

По сложности это божественное искусство ничем не уступало Мечу Дао. Для совершения мгновенного перемещения, математика пространства должна быть развита до максимально возможных высот. В противном случае, путешественник окажется в совершенно неправильном месте, где может встретить опасность. Худшим вариантом было переместить себя внутрь скалы, ведь тогда тело человека попросту сливалось с ней воедино.

Но сама большая проблема состояла не в этом. Используя божественное искусство мгновенного перемещения, человек мог разорвать себя на части, которые тут же разлетятся в разные стороны мира.

Главной трудностью было вычисление огромного количества точек перемещения за считанные мгновения. Более того, во время самого перемещения расчёты нужно было безостановочно продолжать, и количество вычислений становилось настолько огромным, что их было почти невозможно провести правильно!

За всю историю Небесного Святого Культа появлялось огромное количество мастеров, пострадавших, погибших, или вовсе бесследно исчезнувших из-за использования божественного искусства мгновенного перемещения.

Цинь Му изучал Математический Трактат, одновременно проводя расчёты. Он пытался вычислить все точки перемещения.

— Несколько месяцев назад Мастер Дао Лин Сюань дал мне Математический Трактат Непостижимой Женщины, и с тех пор я его изучаю. Что касается Математического Трактата Высшей Тайны, то я уже давно его прошёл. У секты Дао и вправду самые лучшие познания в математике. Совместив два её математических писания, мне удастся постичь чудо божественного искусства мгновенного перемещения.

— Не волнуйся, к сегодняшнему вечеру я закончу изучать Трактат. Как только наступит утро, и тьма Великих Руин рассосётся, я исчезну. Как только дедушка об этом узнает, он перестанет вас мучать.

На лице Сы Юньсян возникло озадаченное выражение, девушка спросила:

— Зачем ты борешься? Несмотря на то, что дедушка украл нас и заставил на тебе жениться, ты все ещё думаешь лишь о себе. Ты хоть спросил, согласны ли мы выйти за тебя замуж?

Юноша ошеломлённо отвлёкся от вычислений. В тусклом свете лампы Сы Юньсян казалась скромной и неотразимой.

— Сестра Юньсян, ты согласна выйти за меня? — широко открыв глаза, спросил Цинь Му.

Девушка отвернула взгляд и застенчиво опустила голову. Бусины диадемы феникса медленно качались, отражая сияние свечи.

— Я не верю, — Цинь Му вновь наклонился над книгой. — Ты спрятала нож в своём рукаве, и если я подойду поближе, ты тут же меня убьёшь. Поэтому я тебе не верю.

Руки Сы Юньсян сжались в кулаки настолько сильно, что те захрустели, а её зубы заскрипели от трения. Внезапно она выхватила небольшой нож и набросилась на парня.

Засмеявшись, Цинь Му поднялся. Он уклонился от лезвия, щёлкая по нему пальцем. Сы Юньсян закружилась вокруг парня, её красное платье трепетало от ветра. Холодный металлический свет сверкал в её руке, яростно атакуя противника.

Шум разбивающейся мебели раздался снаружи, внутри комнаты молодожёнов начался настоящий погром.

— Как шумят, — слепой опустил бокал, его уши содрогнулись. Продолжая спокойно сидеть, он бросил взгляд на Фэн Сююнь, находящуюся неподалёку. — Генерал Фэн, Вы женаты?

Цинь Му некоторое время боролся с Сы Юньсян, пока наконец не одержал верх. Схватив её нож, он бросил его на кровать, после чего несколько раз шлёпнул девушку по заднице, мстя за то, что она опустошила его скромную сокровищницу. Закончив, он вернулся к книге.

Девушка сердито накрылась одеялом, повернувшись к нему спиной.

Небо постепенно светлело, но мир Великих Руин всё ещё был поглощён невероятно плотной тьмой. На протяжении всей ночи Цинь Му тщательно читал книгу, но по-прежнему был вполне энергичным.

Сы Юньсян проснулась. Повернув голову и увидев Цинь Му, она обиженно фыркнула.

Обернувшись к ней, парень улыбнулся:

— Ты храпишь во сне, но не слишком громко, а как котёнок. В твоём горле что-то есть, и скорее всего, это из-за отката Ци. Я приготовил тебе пилюлю, съешь её как можно скорее и всё пройдёт.

Девушка вылезла из кровати и потянулась, после чего приняла духовную пилюлю.

Цинь Му мрачно вздохнул, его глаза загорелись:

— На этот раз мне точно удастся сбежать! Вот только дедушка открыл мне лишь божественное сокровище Духовного Эмбриона, так что запаса моих магических сил не хватит, чтобы сбежать достаточно далеко. Поэтому мне придётся исполнить Секреты Драконьего Контроля и заставить Драконов Наводнения обвиться вокруг моего тела, чтобы позаимствовать часть их сил.

Сы Юньсян подпрыгнула от удивления:

— Ты всё ещё собираешься сбежать?

Улыбаясь, Цинь Му ответил:

— Естественно. Дедушка слепой считает, что в Империи Вечного Мира я погибну, поэтому я хочу доказать ему, что могу с лёгкостью могу сбежать от него, а значит и от любой катастрофы, которая наступит в будущем! В мире нет никого, кто смог бы меня убить!

Переполненный уверенностью, он открыл дверь. Сы Юньсян вышла наружу следом, увидев, как у входа в сад стоит, улыбаясь, слепой.

Девушка в спешке посмотрела на юношу, чьё лицо также сияло улыбкой.

Слепой приподнял брови, откуда-то у него взялась новая бамбуковая трость. Легко стукнув ею по земле, он проговорил:

— Му’эр, невестка, пора завтракать.

Цинь Му улыбнулся:

— Как раз вовремя.

Сы Юньсян чувствовала, что между стариком и юношей непрерывно сверкают искры. Несмотря на то, что у слепого не было глаз, парочка будто сражалась, пристально смотря друг на друга.

К столику с завтраком также подошла Лин Юйсю в качестве “первой” жены. Обиженная Ху Лин’эр ела с опущенной головой. Её негодование чётко отображалось на лице в виде надутых щёк. Никто не мог сказать, что именно её так разочаровало.

— Жирдяй, я побью тебя до смерти, если ты продолжишь придираться! — маленькая девочка внезапно разразилась гневом на цилиня, который со страху чуть не перевернул свой миску с рисом. Крохотные драконы наводнения были в восторге, закричав своё “Ма Ха”.

Цилинь улыбнулся ей в ответ:

— Сестра Лин’эр, я не придираюсь, смотри, я сбросил уже пол таэля в весе.

После завтрака, слепой приподнял брови, продолжая улыбаться. Он неторопливо проговорил:

— Му’эр, впереди Великие Руины, делай то, что считаешь нужным.

Взгляд Цинь Му вспыхнул, и он сказал:

— Дедушка, ты ведь запечатал мои божественные сокровища Пяти Элементов и Шести Направлений, как я осмелюсь что-то сделать?

Слепой зевнул и протянул руку, стукнув парня между бровей:

— Чтобы потом не говорил, что я не оставил тебе шанса.

Внутри тела Цинь Му раздались два громких хлопка, и его божественные сокровища Пяти Элементов и Шести Направлений неожиданно открылись. Магическая сила вновь оказалась под его контролем, превращаясь в поток энергии, пульсирующий по венам.

— Дедушка слепой невероятно самоуверен, — уголки глаз Цинь Му сузились, и он воспылал желанием биться.

Опёршись на бамбуковую трость, слепой всмотрелся в его глаза:

— А что в этом плохого?

Внезапно Цинь Му тяжело топнул ногой, и вокруг его тела замерцали всевозможные утончённые построения мгновенного перемещения. Они зажглись, он немедленно исчез!

Божественное искусство мгновенного перемещения!

Как только это произошло, слепой стукнул своей тростью по земле, и Цинь Му свалился с небес. Вокруг парня тут же загорелся новый набор построений, снова унося его в даль.

Слепой подбросил трость в воздух, и та, сверкая нефритовым светом, начала извиваться будто зелёный дракон. Она тыкала в точки пространства, раз за разом прерывая божественное искусство беглеца.

Тело Цинь Му мелькало воздухе, постепенно возвращаясь во двор. Наконец, трость слепого окончательно разрушила его божественные искусства, заставив приземлиться неподалёку. Однако, прежде чем его ноги коснулись земли, раздался звук флейты, и Драконы Наводнения набросились на старика, и тот в мгновение ока был обездвижен парой монстров!

Но слепой даже не обратил на ни внимания. Его бамбуковая трость подлетела поближе и ткнула в шеи двум драконам. Те немедленно замерли, будто умерев.

Между тем к Цинь Му подлетели два других Дракона Наводнения, и он немедленно ощути прилив силы, начиная раз за разом разрезать воздух ладонями.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!

Всяческие символы построений мгновенного перемещения вырвались наружу, зависая в воздухе между Цинь Му и слепым. Расстояние между противниками начало неистово увеличиваться, наполняясь построениями всевозможных цветов и размеров!

Слегка изменившись в лице, дедушка отправил вдогонку за внуком бамбуковую трость, которая в диком темпе рушила его божественные искусства.

Тем не менее, внезапно все построения в округе набросились на старика, заключая его в самом их центре. Он остановился, позволяя им себя поглотить, в то время как на его лице засияла улыбка:

— Му’эр, ты победил…

Вьюх.

Вспыхнул луч света, и божественное искусство переместило старика вдаль.

Слепой вышел из луча за пределами Секретных Водяных Проходов и осмотрелся. Мгновение помолчав, он заулыбался:

— Ты уже взрослый.

Глава 388. Копьё Чёрного Дракона

Расстояние, на которое Цинь Му переместил слепого, было невелико, не дальше километра от Секретных Водяных Проходов, что не удивительно, ведь для старика остановить процесс перемещения не было сложным делом.

Слепой тихо вернулся в Секретные Водяные Проходы, чтобы найти Цинь Му. Не говоря ни слова, он снял печати с божественных сокровищ Лин Юйсю и Сы Юньсян и, опираясь на трость, зашагал прочь.

— Дедушка… — был ошеломлён Цинь Му.

— Взрослый, совсем взрослый… — из глаз старого слепца потекли тёмные слёзы, и чем быстрее он шёл, тем быстрее те падали. Ребёнок, которого он вырастил, наконец-то вырос, но вместе с этим на его сердце нахлынуло чувство пустоты и угрюмости, ведь тот, скорее всего, больше не вернётся в деревню Цань Лао. Парень уже не был маленьким мальчиком, которого ему довелось некогда тренировать. У подобранного им дитя уже были свои идеи и достаточно способностей для самозащиты. Его сердце было диким и, увидев внешний мир, он не хотел оставаться в деревне полной калек, среди которых была только кучка стариков и одна старуха.

Слепой шёл так быстро, что, когда юноша бросился к городским стенам Секретных Водяных Проходов, он смог разглядеть только неумолимо отдаляющиеся очертания спины своего деда, одинокой спины.

Чувствуя некую подавленность в сердце, Цинь Му лишь молчаливо помахал слепому на прощание. Старик был к нему спиной, но он, казалось, видел прощание внука, так что помахал рукой в ответ. Но не обернулся. Парень увидел, как слепой опустил руку после того, как потёр глаза. Казалось, он вытирает слёзы…

Слепой быстро прошёл через реку, а через некоторое время добрался до деревни Цань Лао. Там больше никого не было, это место уже давно стало миром размножившихся куриных драконов. Все они с удобством разместились в домах старейшины деревни, целителя и остальных.

Когда пернатые увидели возвращающегося слепого, один молодой и гордый куриный дракон бросился в бой, планируя прогнать старика со своих территорий. В тот же момент это существо пронзила бамбуковая трость, лишая перьев, а после зверь был незамедлительно зажарен на костре. Другие куриные драконы тут же разбежались по укромным уголкам, дрожа от страха.

Слепой наведался в комнату мясника и выкопал несколько заныканных кувшинов вина. После обжарки некогда пернатого, он начал слегка выпивать, закусывая сочным мясцом. Насытившись, он разбросал куриные кости по земле, встал и потянулся за бамбуковой тростью, но она уже превратилась в пепел от огня.

Ошеломлённо пощупав оставшийся пепел, слепой встал и большими шагами выдвинулся к реке Вздымающейся, протекающей совсем рядом за пределами деревни.

— Сколько лет… — старик бормотал себе под нос. — Брат, сколько лет ты сопровождал меня? Когда я облажался и притащил тебя сюда, старейшина сказал, что моё сердце разбито, и я больше не заслуживаю тебя. Он заставил меня похоронить тебя в этой реке. Он сказал, что я никогда не буду нуждаться в тебе в деревне Цань Лао.

Волны засеменили по поверхности реки. Со дна доносился мягкий гул. По окрестностям с равномерной частотой распространялась пульсация.

Слепой вошёл в воду, его изодранная одежда развевалась на ветру:

— Когда я бросил тебя, моё сердце было мертво, я больше не видел ничего, ради чего стоило бы жить в этом мире. В прошлом ты следовал за мной из-за моей силы, моей непобедимости, моего высокомерия!

Пока он стоял в воде, несравнимо ужасающая воля к бою внезапно вырвалась из его маленького тела. Она устремилась прямо в небо, искривив облака и превратившись в черепаху со змеёй, извивающейся вокруг неё. Черепаха была чёрной и имела голову дракона, в то время как змея была летающей змеёй, парящей с тысячей крыльев!

Вдруг со дна реки донёсся очень странный шёпот, звучащий как рёв дракона, но в то же время, казалось бы, как перешёптывания давно умерших. Голос говорил на драконьем языке, и доносился из другого мира… Если бы кто-нибудь услышал его, то смог бы почувствовать, как будто длинное и мягкое тело постепенно поднялось из реки и обвилось вокруг маленького худощавого слепца.

— Са то, мо ба са, си цюй ми то (Ты потерпел поражение, глаза слепы, не заслуживаешь меня)!

— Да, потерпел, — выпрямился слепой. Ростом он не отличался и был намного ниже всех в деревне, если не считать старейшину и мясника. Но несмотря на свои маленькие габариты, он давал другим ощущение, что он был ненормально высоким и внушительным!

Лицо старика было печальным, и он тихо добавил:

— Мои божественные глаза были вырыты, моё сердце Дао было побеждено. Я не заслуживаю тебя, и я бы не сказал, что я тебя бросил, это ты бросил меня. В то время я потерпел поражение, а следовательно — не заслуживал тебя.

Волны на поверхности реки становились всё больше и больше, пульсация начинала закручиваться. Посреди реки образовался огромный водоворот, и изнутри раздался странный голос, принося с собой ужасающую, внушающую трепет ауру:

— Си цюй ми то, и хэ су по со? (Не заслуживаешь меня, так зачем ты пришёл?)

— Я нашёл своё сердце Дао! — брови и волосы слепого развевались на ветру, одежда разорвалась и разлетелась по сторонам. Его голос, как грохочущий гром, резонировал в облаках. Его воля к борьбе стала несравненно острой и могущественной, как будто бог снова вернулся в мир смертных. — Я в прошлом только гнался за крайностями божественных глаз, я мог видеть сквозь всё, но не мог видеть через человеческое сердце! А теперь у меня есть тот, кого я хочу защищать. Для этого ребёнка я снова нашёл свой боевой дух и, приобретя уверенность, подобрал своё сердце Дао! — он протянул руку к поверхности реки, его голос заурчал. — Мой Лун То, я бросил тебя в прошлом, но ты всё ещё готов следовать за мной? Ты ещё вспоминаешь времена, когда мы купались в крови? Если ты хочешь, если готов, я сделаю, как ты пожелаешь! Я позволю тебе испытать драки и горечь, которую ты никогда не испытывал. Один человек, одно копьё, мы убьём всех богов и дьяволов, стоящих на нашем пути!

Бум!

Поверхность реки взорвалась, рёв дракона разнёсся во всех направлениях. Со дна реки поднялся огромный чёрный как смоль дракон, образованный чёрными костями. Медленно выплыв из воды, его многочисленные суставы непрерывно трещали, когда он обвился вокруг маленького, худого слепого.

Чёрные как непроглядная тьма в ночи кости дрожали и грохотали без остановки. Звук становился громче и громче, появились лучи кровавого света. Несравнимо ужасающая аура распространилась вместе с непревзойдённой свирепостью. Слепой крепко сжал одну из костей, и дракон внезапно отступил. Кости столкнулись друг с другом, выбив во все стороны искры, и изменились в форму копья чёрного дракона!

— Лун То, наконец-то ты проснулся! Я тоже проснулся! — с копьём чёрного дракона в руке, слепой был полон восторга. Он даже не повернул головы, когда покинул деревню Цань Лао. — Я больше никогда не вернусь в эту деревню! Следуй за мной, и мы снова переживём те дни, когда купались в крови!

****

Находясь посреди Секретных Водяных Проходов, Цинь Му почувствовал ужасающую ауру, разрывающуюся в Великих Руинах, он на мгновение поднял голову посмотреть в том направлении, прежде чем отвернуться. Время от времени там происходили всевозможные странности, поэтому то, что сейчас случилось, было в порядке вещей.

— Я планирую посетить Колодец Солнца. Девочки, вы со мной? — осматривая окрестности, его взгляд остановился на Лин Юйсю, Сы Юньсян и Ху Лин’эр. — Я иду туда, чтобы выполнить обещание, но я не знаю, будут ли к вам хорошо относиться там, — он показал извиняющийся взгляд, добавив. — Вы, девочки, отличаетесь от нас, чужаков, мы — отвергнутые люди Великих Руин.

Ху Лин’эр превратилась в маленькую лисицу и прыгнула на плечо Цинь Му. Прогнав тёмно-зелёного дракона и шарфом обернувшись вокруг шеи, она сказала:

— Я также отвергнутая Великих Руин, так что пойду с ним!

— Если ты женишься на курице, следуй за курицей, если ты женишься на собаке, следуй за собакой, так как я уже Владычица, я определённо должна следовать за Владыкой, куда бы ты не пошёл, — застенчиво сказала Сы Юньсян.

Лин Юйсю усмехнулась и сказала:

— Владычица относится к первому и второму варианту, верно?

Сы Юньсян усмехнулся и сказала:

— Предыдущая Владычица хочет что-то сказать?

Лин Юйсю была в ярости, но потом рассмеялась:

— Я не буду драться с тобой из-за этого, я просто не пойду туда. Дедушка слепой похитил меня, так что мой отец, должно быть, очень беспокоится. Я вернусь, чтобы сообщить ему, что я в целости и сохранности. Брак был просто игрой старика, поэтому не в счёт. Если Святейшая Юньсян действительно относится к нему как к настоящему, то она может быть Владычицей. Пастушок, какое обещание ты собираешься исполнить?

— Я дал обещание Хранителю Солнца, что помогу разжечь солнце на Корабле Солнца, — юноша приласкал голову лисички на своей шее. — Найдя Нефритовые Глаза Солнца, я был занят и постоянно затягивал с поездкой. Но чем дольше я тяну, тем короче будет жизнь Хранителя Солнца. Раз я уже в Секретных Водяных Проходах, заодно можно совершить поездку в Колодец Солнца и, надеюсь, мне удастся помочь.

Секретные Водяные Проходы были не далеко от Моря Созвездия, и оттуда Цинь Му мог направиться к Колодцу Солнца. Ему очень хотелось вновь встретиться с Хранителем Солнца, но он боялся, что её ноги уже поглотило судно.

Лин Юйсю и Сы Юньсян никогда не слышали о Море Созвездия или Колодце Солнца, но Лин Юйсю раньше видела Корабль Солнца. Ведя себя безразлично, она спросила:

— Когда Корабль Солнца прибыл в город Пограничный Дракон, я пропустила его и не встретила этого Хранителя Солнца. Я до сих пор даже не знаю, мужчина это или женщина?

— Девушка. Её зовут Янь Цзинцзин, — ответил Цинь Му. — Она примерно твоего возраста.

Лин Юйсю тепло улыбнулась и сказала:

— Так как мы одного возраста, мы, безусловно, можем хорошо поладить. Позволь мне расширить свои горизонты и встретиться с сестрой Янь.

Сы Юньсян закатила глаза:

— Я была легко поймана слепым и была вынуждена выйти замуж, но у Владыки нет нежных, защитных чувств к слабому полу. Раз я уже здесь, было бы хорошо пойти и встретиться с Хранителем Солнца, чтобы расширить свои горизонты.

Цинь Му кивнул, сказав:

— Положение Хранителя Солнца чрезвычайно высоко. Она из расы бога, и её статус немного выше, чем у меня, отвергнутого человека Великих Руин.

— Расы бога? — две девушки потеряли дар речи.

Цинь Му вызвал Дракона Наводнения, и тот немедленно превратился в своё истинное тело. Все отправились на его спину, однако, когда цилинь хотел прыгнуть, парень сбил его ногой. С приятным выражением лица, он тепло сказал:

— Толстячок, ты должен больше тренировать своё тело. Лин’эр, присмотри за ним.

Ху Лин’эр понимающе кивнула. Цилинь моргнул и не мог не содрогнуться, когда увидел яркую улыбку Цинь Му, закричав:

— Владыка, я больше не посмею быть придирчивым!

— Нет? — с приятным лицом, переспросил паренёк. — Так почему же тогда Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента спрятаны за твоими щеками, а не съедены?

Цилинь подпрыгнул в шоке и закричал:

— Как ты узнал, что я спрятал их за щеками?

Цинь Му достал зеркало и огорчённо сказал:

— Посмотри на себя! Из всех мест, где можно было их спрятать, ты выбрал свои щёки, и зачем ты спрятал так много?

Зверь посмотрел в зеркало и увидел свои щёки, выпирающие, как будто во рту были два огромных шара.

Глава 389. Истинный Дракон в Гнезде

Цилинь собирался сплюнуть Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента, но когда увидел приятную улыбку на лице Цинь Му, тут же передумал и со страху их проглотил.

— Как жаль, что он пойдёт на новогодний стол, — пробормотал Цинь Му.

Услышав это, зверь содрогнулся и послушно побежал позади следом. Между тем Ху Лин’эр стояла у него на голове, непрерывно подгоняя:

— Жирдяй, если ты будешь так медленно бежать, тебя зарежут!

Цинь Му расслабился. Секретные Водяные Проходы находились недалеко от города Пограничный Дракон, а судя по географической карте Великих Руин, Море Созвездия было расположено в Звёздном Дворце Небесного Дракона, за триста километров на север от города. Несмотря на то, что на карте оно было обозначено как Море Звёзд, местные жители окрестили его Морем Созвездия.

В Великих Руинах было огромное количество мест, названия которых изменились с течением времени. Вероятно, это произошло из-за падения Эры Императора-Основателя.

Согласно тому, что знал Цинь Му, после окончания Эры Императора-Основателя в исторических летописях произошёл большой разрыв. За последующие тысячу лет почти ничего не было записано или хотя бы упомянуто. Даже три священные обители и Маленькая Нефритовая Столица владели нечёткими записями с тех времён, а все остальные секты и вовсе ничего не знали об этом периоде.

Цинь Му подозвал к себе тёмно-зелёного Дракона Наводнения, и тот открыл пасть, показывая гнездо Истинного Владыки Драконов.

Полутораметровое гнездо всё ещё было довольно громоздким, даже бог вроде Владыки Выращивания Драконов мог уменьшить его лишь до размера стола. Чтобы сделать его ещё меньше, потребовалась бы сила, которой даже тот не владел.

«И всё-таки Истинный Владыка Драконов был уменьшен до размеров нефритового кулона. Неужели совершенствование человека, создавшего Диск Императора даже выше, чем у Владыки Выращивания Драконов?» — был ошеломлён Цинь Му. Кто сумел украсть практически успевшего родиться на свет истинного дракона и превратить его в кулон? Для чего он передал его в руки семьи Лин? Чем он руководствовался?

Тёмно-зелёный дракон выплюнул драконье гнездо. Схватив артефакт, Цинь Му мгновенно пожалел о своей идее:

— Быстро забери его обратно…

Хрясь!

Пара девушек испугались, увидев, как под весом гнезда плечи молодого Владыки вывихнулись в обратную сторону.

— Эта штука, кажется, тяжелее, чем пилюля меча Владыки, — прошептала Сы Юньсян, с улыбкой вспоминая, как дала Цинь Му эссенцию чёрного золота для изготовления оружия, отчего тот провалился сквозь землю.

Парень хмыкнул, прилагая все силы, чтобы вытащить пальцы из-под гнезда. К нему немедленно подбежал цилинь, пытаясь подлизаться:

— Владыка, я могу облизать твои руки!

— Не стоит! — руки Цинь Му беспомощно качались туда-сюда, и он тут же активизировал свою Ци. Терпя боль, он поставил кости на место, после чего достал баночку слюны дракона, чтобы намазать пальцы. Закончив, он вздохнул с облегчением.

После появления гнезда Истинного Владыки Драконов, Диск Императора на его шее снова начал вибрировать. Он становился горячим, обжигая кожу, “потягивался” и извивался, будто маленький дракон, пытаясь вернуться обратно в гнездо.

То же произошло и раньше, когда Драконы Наводнения едва не убили Цинь Му. Тогда Диск Императора высунул наружу свою мордочку, отчего толпа монстров сразу же перешли на его сторону.

Тем не менее, Истинный Владыка Драконов уже был превращён в Диск Императора. Если верить словам Владыки Выращивания Драконов, вернуть его прежний облик было невозможно.

Истинные драконы рождались из Ци и судьбы, которые взращивали их физические тела. Истинный Владыка Драконов был главной драконьей веной, но как только его превратили в артефакт, пути назад уже не было.

Цинь Му снял Диск Императора с шеи, и как только его пальцы отпустили артефакт, тот взмыл вверх, растягиваясь в воздухе. Размер миниатюрного дракона в виде сокровища становился всё больше и больше, но в итоге его длина не превысила тридцати сантиметров. Как вдруг он исчез внутри гнезда дракона!

Заглянув внутрь, Цинь Му увидел, что Диск Императора свернувшись лежит на девятом уровне гнезда, в самом его центре.

Когда Истинный Владыка Драконов вернулся в своё гнездо, наружу вырвалась сотрясающая мир аура. Драконы Наводнения возле Цинь Му ошеломлённо замерли, припав к земле. Даже монстр, на спине которого они летели, быстро нырнул вниз и, приземлившись, неподвижно застыл.

Цилинь тоже немедленно остановился. Его шерсть и чешуя встали дыбом, но он оказался не в силах бороться с давлением ауры драконьего гнезда, отчего мгновенно прислонился к земле и не осмеливался даже поднять головы.

Цинь Му не обращал на это внимания, рассматривая бесчисленные руны, мерцающие на гнезде, — это были писания драконьей расы. Тысячи из них непрерывно изменялись, без единого повторения!

Каждое слово несло в себе уникальное значение, вместе создавая невероятно сложную технику, написанную на поверхности гнезда.

Истинные драконы рождались из судьбы, которая брала своё начало из Дао неба и земли, поэтому монстры были невероятно близкими к Дао, каждый из них владел драконьим языком с рождения, первого вдоха. У них не было нужды его изучать.

В таком случае не нужно было дважды повторять одно слово, ведь драконы могли передать фразу, предложение, или даже целую книгу одним лишь словом!

Именно поэтому представители других рас, пытающиеся выучить этот язык, сталкивались с непреодолимым барьером.

Родословная Владыки Выращивания драконов была невероятно чистой, но он всё-таки был Драконом Наводнения, а не настоящим драконом. Поэтому, даже несмотря на то, что бог сумел обучить Цинь Му основам драконьего языка, на гнезде встречалось много надписей, которых попросту не понимал.

Среди слов, которым его научил Владыка Выращивания Драконов, значение некоторых было невероятно сложным. Для того, чтобы передать их смысл на языке людей, потребовались бы десятки тысяч слов. К тому же, часть из них и вовсе было невозможно перевести!

Цинь Му тщательно запоминал увиденное, сохраняя в уме язык дракона из гнезда.

В этот момент к нему подошла пара девушек, и Сы Юньсян спросила:

— Что это за текст?

— Писания драконьей расы, — ответила ошеломлённая Лин Юйсю. — Все эти слова написаны на языке драконов! Когда-то отец обучал меня ему, но я могу понять лишь часть из написанного, несвязанные обрывки.

Задумавшись, Цинь Му спросил:

— Сестра Юйсю, у тебя есть изначальный вариант техники Девяти Монархических Драконов семьи Лин?

Изначально техника Девяти Монархических Драконов не была слишком мощной, но после того, как эксперты улучшали её на протяжении многих поколения, она стала одной из лучших в мире.

Тем не менее, Цинь Му был уверен, что её изначальная версия всё ещё была в руках имперской семьи, в противном случае Император Яньфэн не учил бы свою дочь языку драконов. Если думать в таком ключе, то становилось очевидно, что изначальная версия была написана на языке драконов, и Император Яньфэн обучал ему своих детей только для того, чтобы те могли её прочитать.

— Откуда ты знаешь, что она существует? — была поражена Лин Юйсю. — Самая древняя версия техники Девяти Монархических Драконов написана на драконьем языке, и я на самом деле видела её. Отец заставил меня выучить её наизусть, прежде чем показал свой вариант.

Улыбнувшись, Цинь Му ответил:

—  Если ты продиктуешь мне древнюю версию, я смогу здорово помочь тебе в будущем.

Девушка покачала головой:

— Я не могу её выговорить, но могу записать.

Цинь Му быстро достал бумагу и кисть, после чего Лин Юйсю записала несколько странно выглядящих символов:

— Вот и всё. Техника Девяти Монархических Драконов была записана на Диске Императора, но, к сожалению, его украли. Интересно, что за дьявольский вор посмел это сделать.

Лицо Цинь Му слегка покраснело, но он не ответил, продолжая внимательно смотреть на написанный ею текст.

«Кажется, техника Девяти Монархических Драконов это вводная часть техники, записанной на Истинном Владыке Драконов и его гнезде», — размышлял он, когда прошёлся взглядом по бумаге, после чего рассмотрел руны, которые продолжали неостановимо мерцать на гнезде, и, наконец, освоил основу техники Истинного Владыки Драконов.

После этого, Цинь Му продолжил изучение, и в его сознании начала постепенно вырисовываться изысканная техника, становясь всё богаче и совершеннее.

Техника Девяти Монархических Драконов семьи Лин была лишь введением, а не божественной или чудесной техникой. Тем не менее, раз им удалось развить её до уровня одной из лучших в мире, способной конкурировать с искусствами трёх священных обителей, можно было представить, насколько мощной она была на самом деле!

Постепенно разгадывая её секрет, Цинь Му с каждым разом всё сильнее удивлялся. Это была техника для захвата судьбы, о которой говорил Владыка Выращивания Драконов, но в ней было что-то ещё. Совершенствуя её, чтобы поглотить Ци Истинного Владыки Драконов, он мог и сам превратиться в Истинного Дракона!

Сильные стороны техники заключались в том, что она делала магическую силу практика невероятно плотной и даровала ему мощь истинного дракона. Среди тех техник, которые Цинь Му встречал раньше, лишь Три Эликсира Тела Тирана позволяли совершенствоваться до такого высокого уровня.

Тем не менее, если взять в учёт ту часть, где техника помогала развивать силу и физическое тело, то с этим не могла сравниться даже техника Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Несмотря на то, что достижения физического тела Цинь Му нельзя было назвать незначительными, Три Эликсира Тела Тирана всё же нуждались в сильном искусстве для их развития, и у него его как раз и не было. Варианты из Великих Небесных Дьявольских Рукописей нельзя было назвать лучшими в мире.

Техника из гнезда Истинного Владыки Драконов, в свою очередь, позволяла обрести физическое тело короля драконов!

— Превосходная техника, превосходная техника… Император Яньфэн тоже молодец! — освоив около половины техники, разразился похвалами Цинь Му. Взгляд ему удалось отвести лишь после встречи с огромным количеством абсолютно непонятных символов. Взволнованно выдохнув, он проговорил. — Его Величество очень выдающийся человек! Чтобы развить введение в такое превосходное божественное искусство, нужен талант не меньше, чем у Имперского Наставника! Сестра Юйсю, когда семье Лин досталась эта техника?

— Думаю, что около семисот лет назад, — Лин Юйсю вспомнила уроки Яньфэна. — Отец когда-то упоминал, что предки семьи Лин встретили бога, который передал им Диск Императора и даже обучил их языку драконов. К сожалению, наш предок имел слабый характер, и не слишком усердно учился.

— В то время он любил одну женщину, на которой и были сконцентрированы все его помыслы. Ею оказалась наша прабабушка. Поэтому, когда предок решил учиться, то оказалось, что бог уже ушёл. В конце концов ему удалось освоить лишь десять-двадцать процентов языка, чего хватило лишь для того, чтобы понять изначальную технику Девяти Монархических Драконов.

«Слова дедушки глухого всё-таки правда! — подумал про себя Цинь Му. — Не странно, что слепой твердил, что от женщин одни проблемы, это и вправду так! И дедушка мясник говорил, что женщины приносят хлопоты. Старый Ма тоже держится от них подальше, и теперь я вижу, что для этого и вправду есть причины! Я не могу вести себя как предок семьи Лин и замедлить своё совершенствование! Однако, сестра Юйсю хороша собой, и даже сестра Сян, несмотря на свою худощавость, тоже выглядит неплохо…» — встревожившись в сердце, Цинь Му сразу же выбросил нечистые мысли из своей головы. Он вытащил Владыку Истинных Драконов из гнезда, и тот превратился обратно в нефритовый кулон, голова которого соединилась с хвостом.

Увидев это, Лин Юйсю с подозрением спросила:

— Этот кусок нефрита довольно сильно напоминает Диск Императора… но в нём что-то не так. Я слышала, что наше сокровище — это цельный нефритовый кулон, в то время как это состоит из нескольких частей, сложенных вместе. Между ними виднеются щели.

Улыбнувшись, Цинь Му ответил:

— Я говорил, что научу тебя кое-чему, и теперь я готов передать тебе технику Девяти Монархических Драконов, которую только что изучил.

Девушка рассмеялась:

— Этой технике меня учил отец, неужели ты смог освоить больше, чем он?

Цинь Му медленно начал объяснять ей технику Девяти Монархических Драконов, и лицо Лин Юйсю постепенно обретало более серьёзный вид. Девушка осознала, что поначалу это была изначальная техника семьи Лин, но по мере изучения она становилась всё более и более изысканной, оказавшись даже сильнее и сложнее, чем та, которую разработал Император Яньфэн!

Глава 390. Неизвестность Моря Звёзд

«Могло ли случиться так, что я выучила поддельную технику Девяти Монархических Драконов, а пастушок выучил истинную?» — пребывала в небольшом оцепенении Лин Юйсю. Исходя только из того, чему её учил Цинь Му, получается, что семье Лин принадлежала только вступительная часть “техники Девяти Монархических Драконов”? Впоследствии же содержание на голову перепрыгнуло всё то, что она до этого знала… и не просто перепрыгнуло, а превзошло на фундаментальном уровне.

Тем не менее, самым ужасающим было не это, а то, что Девять Монархических Драконов семьи Лин казались ветвью, развитой из вступительной части, в то время как Девять Монархических Драконов, которым учил Цинь Му, была стволом.

Техника Девяти Монархических Драконов в самом примитивном её виде, понимании и исполнении походила на маленькое деревце, которое совсем недавно вырвалось из оков обросшей дёрном земли. Техника Девяти Монархических Драконов, отточенная семьёй Лин, походила на расколотый ствол, продолживший обрастать ветвями, в то время как у Цинь Му она росла как полноценное дерево.

Девять Монархических Драконов совершенствовались поколениями и поколениями людей, пока, наконец, не были закончены поколением Императора Яньфэна. К тому времени техника уже выросла до своего предела, весь её потенциал был раскрыт, однако, в исполнении Цинь Му она всё ещё обладала безграничным потенциалом!

Но почему непрерывная тяжёлая работа многих поколений семьи Лин не могла сравниться с приобретённым за короткое время пониманием ещё совсем юнца? Может ли он быть святым, который появляется раз в пятьсот лет?

Цинь Му не особо заморачивался по этому поводу. Техника Девяти Монархических Драконов, которую он узнал из истинного драконьего гнезда, также не была полной. Просто научив Лин Юйсю тому, что понял сам, он компенсировал должок семье Лин.

Он не мог вернуть Диск Императора, ведь тот было подарен ему одноногим, а правила Великих Руин гласили, что вещи, данные кому-то, не могут быть возвращены. Кроме того, гнездо и диск были парой, один не мог существовать без другого.

Семья Лин не могла использовать Диск Императора без гнезда. Полную технику Девяти Монархических Драконов можно было увидеть только тогда, когда они объединялись.

Цинь Му достал диск из гнезда, и давление на всех, в ком текла хоть капля драконьей крови, мгновенно исчезло. Поднявшись, драконы смотрели на него глазами, полными уважения, и он приказал им продолжать свой путь к Звёздному Двору Небесного Дракона. Когда он посмотрел на драконье гнездо, его сердце слегка дрогнуло.

— У меня есть очень хорошее место, чтобы совершенствовать технику Девяти Монархических Драконов. Сестра Юйсю, пойдём со мной, давай прыгнем в драконье гнездо, — договорив, он тут же схватил принцессу за руку и прыгнул в гнездо.

Лин Юйсю была поражена, думая о том, как им прыгнуть в настолько маленький поддельный горный бассейн. Но по мере приближения, он становился только больше.

Их фигуры спускались с высокой скоростью, по ощущениям им казалось, будто они падали несколько тысяч метров с неба. Между тем бассейн, казалось, был более двадцати километров в длину и ширину!

Всего лишь периметр девятого уровня гнезда мог уже похвастаться более чем десятью километрами!

Как только они приземлились, с неба послышались удивлённые возгласы. Сы Юньсян, кстати, незамедлительно прыгнула следом, и когда она приземлилась в пространстве драконьего гнезда, она с удивлением поняла, что там был совершенно другой мир.

Увидев, как троица исчезла со спины дракона, Ху Лин’эр тут же подпрыгнула к гнезду. Посмотрев на него, она увидела ставших его частью Цинь Му и двух других муравьёв. Тем не менее, они двигались и разговаривали, хотя их голоса и звучали очень неясно.

Все трое с любопытством осматривали это место. Несмотря на то, что Цинь Му побывал с Владыкой Выращивания Драконов в драконьем гнезде раньше, большая его часть была погружена в магму, поэтому только теперь он мог нормально его осмотреть целиком.

Гнездо было разделено на девять уровней, каждый из которых имел многочисленные светящиеся столбы. Некоторые из них состояли из сталактитов, а другие из драконьих зубов. Вспыхивающие на земле письмена, образы и непрерывно трансформирующиеся структуры содержали неописуемые таинственные принципы.

Лин Юйсю вздохнула и мгновенно почувствовала хлынувшую к ней несравнимо плотную драконью Ци. Она не могла не вскрикнуть от удивления. Ци дракона в истинном драконьем гнезде было даже плотнее, чем в столице. Кроме того, сравнение здешней Ци дракона с Ци девяти драконов было похоже на сравнение неба и земли. Их качество было совершенно другим!

Драконья Ци в гнезде была гораздо более высокого качества, буквально подавляя таковую у девяти драконов в сердце всей империи. Что не удивительно, ведь последняя, в конце концов, сформировалась на основе девяти, собравшихся в одном месте, драконьих вен, в то время как драконья Ци в гнезде собрала всю драконью Ци всех вен Империи Вечного Мира и Великих Руин!

— Совершенствоваться здесь гораздо эффективнее, чем в столице! — Лин Юйсю выполнила технику Девяти Монархических Драконов, которую ей передал Цинь Му, и мгновенно почувствовала, как её совершенствование возрастает. Её жизненная Ци также стала намного чище!

Великие Небесные Дьявольские Рукописи содержали техники, которые исследовали божественных драконов, поэтому Сы Юньсян, тоже попытавшись, почувствовала, как драконья Ци буквально затопила её. Спустя совсем короткий промежуток времени ей начало казаться, будто она изучала технику в течение десятков дней.

Как такое могло не потрясти её? Изумительный эффект!

Если бы ей удалось задержаться здесь для совершенствования на дней так десять, это было бы эквивалентно усердному совершенствованию во внешнем мире в течение десятков лет. Если бы не было никаких ограничений в областях совершенствования, её достижения в техниках и божественных искусствах были бы невообразимы!

Конечно, даже если взять в учёт ограничение в виде области совершенствования, эффект был всё равно экстраординарным. Гнездо определенно являлось священной землёй для совершенствования техник драконьего атрибута и божественных искусств.

— Жаль, что это не приносит мне большой пользы, — покачала головой Сы Юньсян, в конце концов она в основном развивалась в писаниях создания Великих Небесных Дьявольских Рукописей, переданных ей лично Патриархом. Тот изучил Семь Писаний Создания до их возможного предела, в итоге передав ей все свои постижения и познания.

Тем не менее, даже несмотря на то, что Сы Юньсян не получила учения техники Единства, которые получил Цинь Му, она считалась одним из редких экспертов молодого поколения.

Цинь Му также поглощал Ци истинного дракона. Лин Юйсю совершенствовала технику Девяти Монархических Драконов, в то время как он пытался включить её часть, отвечающую за закалку тела, в свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Сильной стороной Девяти Монархических Драконов была мощь магической силы, причём совершенно не уступающей таковой у Трёх Эликсиров Тела Тирана, однако, последней всё же не хватало техники для закалки тела.

Цинь Му, естественно, хотел исправить эту слабость, поэтому ранее он уже включил технику Девяти Монархических Драконов, в своё время переданной ему Императором Яньфэном, в технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, вот только новая техника, что он совсем недавно понял, оказалась намного сложнее. Язык расы драконов также отличался от человеческого, из-за чего на практике соединить эти две техники оказалось намного сложнее. Даже попытка поглотить технику закалки тела саму по себе была очень трудной, за короткое время такое точно не провернуть.

Чуть позже снаружи раздался голос Ху Лин’эр:

— Мы в Звёздном Дворце Небесного Дракона!

Цинь Му оставил Лин Юйсю совершенствоваться внутри гнезда дракона, и вместе с Сы Юньсян рванул к “небу”. Во время всего полёта вверх их тела постепенно становились больше. К тому времени, как они приземлились на спину дракона, их тела вернулись в норму. Во всём процессе не было никакого дискомфорта.

«Владыка Выращивания Драконов удивителен. Он не сжал драконье гнездо, а уменьшил пространство, в котором оно существует!» — в восхищении, мысленно воскликнул паренёк. Такую способность можно было сравнить с эффектом мешочка таотэ, но последний содержал пространство внутри себя, в то время как бог с Высших Небес использовал великую магическую силу, чтобы сжать пространство из десятков километров в несколько метров.

— Звёздный Дворец Небесного Дракона прямо перед нами! — сказала Ху Лин’эр.

Смотря вперёд, Цинь Му увидел полуразрушенные дворцы. Звёздный Дворец Небесного Дракона был скоплением старых построек. Там можно было насчитать множество деревень, а над ними, подобно горам, летали огромные камни. Они были разных цветов, но больше выделялись чёрные, красные и синие.

Валуны были испещрены тысячами отверстий. Снова и снова сталкиваясь, они осыпались каменными осколками от мала до велика, но те никогда не приземлялись на деревню. Вместо этого, они падали где-то рядом.

Некогда высокие, величественные божественные дворцы и святыни превратились в руины, но они до сих пор могли защитить людей, живущих в них.

Цинь Му посмотрел на грубовато выглядящих сельских жителей в одежде из шкур зверей и не мог избавиться от чувства фамильярности. Между тем лицо Сы Юньсян слегка покраснело. Даже зимой деревенские носили короткие штаны и облегающие рубахи из шкур зверей, к тому же прямо перед ними некоторые из детей чуть старше десяти лет сидели на корточках, позорно показывая половину ягодиц.

— Я тоже был когда-то таким! — взволнованно сказал Цинь Му.

Попытавшись представить себе Великого Владыку Культа Циня, показывающего половину своих ягодиц, Сы Юньсян невольно прыснула слюной на землю.

Цинь Му вышел вперёд и поприветствовал старших в деревне. Спросив их о направлении к Морю Созвездия, через мгновение он вернулся обратно, взволнованно сказав:

— Старец сказал, что Море Созвездия очень опасно из-за падающих звёзд. Но это великолепное зрелище, которое можно увидеть ночью! Пойдём туда, быстрее!

Сы Юньсян бесконечно проклинала его в своём сердце. Подозвав кучу драконов, они направились в огромную долину, ниже которой раскинулась глубокая, казалось бы, бездонная пропасть. Тем не менее, в её непроглядной темноте сверкало бесчисленное множество белых пятен. Глядя сверху вниз, казалось, что они смотрят на звёздное небо.

— Как красиво! — взволнованно пролепетала Ху Лин’эр. — Они действительно похожи на ночное небо! Млечный Путь существует!

Голова Святейшей начала болеть. Млечный Путь в бездне Моря Звёзд был действительно похож на Млечный Путь в небе, но “звёзды” непрерывно сталкивались, как будто они были в миске с кипящей кашей. Одним словом, место казалось несравненно опасным!

Фиють!

Странный чёрный как смоль ветер дунул из бездны, и “звезда” была взорвана. Она была огромна, как гора, но не приземлилась на землю. Вместо этого она отправилась в небо.

Внезапно ещё одна “звезда” вылетела из пропасти. А когда две огромные скалы столкнулись, они взорвались с глухим хлопком. Вырвавшаяся сила заставила сердце Сы Юньсян биться чаще:

— Владыка! Море Звёзд не то место, куда люди нашего уровня совершенствования могут войти, даже существо уровня мастера секты или владыки культа может больше не вернуться оттуда!

— Не волнуйся, у нас есть Драконы Наводнения, в случае чего, они помогут нам, — сказал Цинь Му, правда не особо веря своим собственным словам. — Колодец Солнца находится довольно далеко отсюда, где-то в центре Великих Руин. Тем не менее, Янь Цзинцзин говорила, что они пришли из Моря Звёзд и вернуться обратно через него же. У Моря Звёзд есть какой-то потайной проход, через который можно быстро добраться до Колодца Солнца?

Он задумался на мгновение, а затем дунул в свою золотую флейту, чтобы Драконы Наводнения полетели к Морю Звёзд. Сы Юньсян напряглась, как будто столкнулась с опасным врагом, но затем внезапно расслабилась и отрицательно покачала головой: «Если звёзды придут, защищаться будет бесполезно, так зачем волноваться. Я хочу проверить, есть ли у Владыки какие-нибудь мысли по этому поводу».

Тщательно следя за исполнением Секретов Драконьего Контроля, Цинь Му всячески избегал звёзд, постепенно сближаясь с галактикой в Море Звёзд.

Они явно уходили в подземелье, некое огромное, глубокое пространство, но это место выглядело как другой мир. Вокруг них кружились звёзды размером с горы.

Цинь Му оглянулся назад и увидел в месте откуда они пришли лишь огромную трещину. Поверхности была скрыта.

Яркие звёзды испускали лучи всех цветов, в то время как пространство кружилось. Миллионы так называемых звёзд двигались и сталкивались непрерывно, заставляя волны силы острыми ножами атаковать группу.

— Заслон Божественного Дракона! — рявкнул Цинь Му, и Драконы Наводнения, сцепившись хвостами и задними когтями, изменили построение. Смотря мордами вниз, они создали шар, чтобы защитить группу, держа их подальше от любой опасности.

Юноша посмотрел в центр Млечного Пути и увидел, что там были Инь Ян Рыбы, выглядящие как диаграмма тайцзи. Они напоминали два несравнимо огромных и глубоких колодца, в то время как бесчисленные звёзды непрерывно кружились вокруг них. Над глубокими колодцами, казалось, виднелась пара разломов.

Это должно быть Великие Руины, где расположены Колодцы Солнца и Луны!

Сердце Цинь Му начало яростно биться. Море Звёзд не выглядело так, как будто было изготовлено искусственно. Наоборот… оно казалось совершенно другим миром, реальным миром, вот только в бесчисленное количество раз меньше!

Глава 391. Колодец Солнца

«Всё же этот мир был создан вручную!» — на удивление быстро добравшись к самому верху, все в отряде тут же поняли, что такой крохотный мир не мог быть создан естественным образом.

Цинь Му приказал Драконам Наводнения защищать их и лететь над Млечным Путём, но поднимаясь, они наткнулись на незримый барьер. Будучи невидимым для глаз, барьер всё же существовал, исполняя роль своего рода стены мира, в котором они находились, не позволяющей пробраться на противоположную сторону.

Причина, по которой они думали, что находятся в искусственном мире, состояла в том, что после столкновения на поверхности барьера засияло бесчисленное количество печатей, напоминающих пчелиные соты. Те стали видимы лишь на мгновение, на протяжении которого отряду показалось, что они попали внутрь улья.

Эта картина показалась Цинь Му очень знакомой, с чем-то подобным он встречался в Долине Призраков.

Древние боги использовали подобную структуру чтобы заблокировать разлом ведущий из мира людей в Юду. Теперь же она служила стеной мира, который тоже, по всей видимости, создали боги.

— Пойти в обход невозможно, нам придётся идти напрямую через Млечный Путь, — говоря, Цинь Му осматривал тьму вокруг. Из-за барьера, стоящего на их пути, отряду придётся двигаться сквозь Млечный Путь, пробивая себе дорогу к Колодцу Солнца. — Это место какое-то странное. Оно не кажется огромным, и расстояние между Колодцами Солнца и Луны тоже не слишком большое. Здесь максимум восемь километров, — проговорил он. — Тем не менее, судя по карте Великих Руин, колодцы находятся друг от друга на расстоянии десятков тысяч километров. Что здесь произошло?

Сы Юньсян на мгновение задумалась, после чего сказала:

— Божественное искусство мгновенного перемещения… Нет! Скорее всего, это перекрывающиеся пространства… хотя опять нет! Здешнее пространство в порядке, в нём нет аномалий. Что это за божественное искусство?

Два колодца Великих Руин находились на огромном расстоянии друг от друга, но в Море Звёзд между ними было лишь восемь километров. Тем не менее, смотря на звёзды над Империей Вечного Мира казалось, что те находятся близко друг к другу, хотя на самом деле это было совершенно не так. Этот мир был полной противоположностью реальности, отчего отряд стоял с раскрытыми от удивления ртами.

Сы Юньсян была сбита с толку. Она представить не могла, какое божественное искусство могло вызвать столь необычный эффект.

Улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Боги древних Великих Руин владели невероятными способностями и многими божественными искусствами, которые не дожили до наших дней. Возможно, они создали это место лишь для того, чтобы использовать его как проход для более удобного перемещения по Великим Руинам.

Девять Драконов Наводнения прикрывали собой группу, направляясь в сторону Млечного Пути. Вскоре монстры начали нервничать, так как вокруг них появлялось огромное количество гигантских глыб размером с гору. Сталкиваясь друг с другом, они сеяли вокруг хаос. А когда на горизонте появлялась звезда, несущаяся им навстречу, драконам приходилось использовать свои божественные искусства, чтобы откорректировать её курс.

Эти звёзды тоже были искусственными, их размер нельзя было назвать чересчур большим. Тем не менее, среди них иногда встречались особенные экземпляры, которые будто были сделаны из чистого нефрита, придающего им сияние и прозрачность. Проносясь мимо отряда, они ослепляли их глаза.

— Как красиво… Вот чёрт! —  Цинь Му резко изменился в лице, после чего раздался звук флейты. Тела стаи драконов тут же уменьшились, и те сбились в кучу, забираясь на его тело. В то же время он посадил Ху Лин’эр себе на плечо и схватил Сы Юньсян, крича. — Жирдяй, быстро в гнездо!

Он затащил Сы Юньсян и лисичку внутрь гнезда, следом за ними в спешке запрыгнул цилинь. В этот миг сияние одной из нефритовых звёзд усилилось, а уже в следующее мгновение по близлежащему пространству пронеслись мечи света всевозможных цветов, полностью поглощая всё вокруг и с грохотом вонзаясь в гигантские валуны и звёзды.

Те не смогли остановить мечи, тут же покрываясь десятками тысяч дыр!

К счастью, Цинь Му успел затащить стаю драконов, Ху Лин’эр, цилиня и Сы Юньсян внутрь драконьего гнезда.

Бесчисленные мечи света пронеслись над их головами, отчего лисичка в спешке втянула шею, всё-таки потеряв несколько волосков с макушки. Свино… дракономордый, в свою очередь, быстро спрятал хвост, мимо которого пронёсся луч, срывая две чешуйки.

Отряд впал в панику, но звезда из нефрита внезапно исчезла, не оставив после себя и следа.

— Какая огромная пилюля меча! — изумлённо воскликнула Ху Лин’эр.

Цилинь пробормотал:

— Она даже больше, чем у Владыки…

Цинь Му тоже был ошарашен. Он и представить не мог, что столь огромная пилюля существует. Он считал, что его оружие и так было гигантским, но на фоне увиденного его размер начинал казаться сущим пустяком.

— Может быть это сокровище бога?

Они вылетели из гнезда дракона, и Цинь Му приказал части стаи драконов вновь создать Заслон Божественного Дракона, в то время как остальные потащили гнездо. Он действовал всё более и более осторожно.

Построение “заслона” было божественным искусством Божественного Огненного Савана Девяти Драконов семьи Лин. Изначально оно задумывалось для нападения, но парень решил использовать его в качестве защитного построения.

Цинь Му искренне верил, что подход к использованию чего-то лежит в душе и сердце. Для него никогда не существовало строгих правил. Некоторые люди считали, что его мысли владели непринуждённым стилем, в то время как другие твердили, что тот сбился с пути. Впрочем, он не обращал на это внимания.

В хаосе Млечного Пути звёзды время от времени сталкивались друг с другом, и даже Заслон Божественного Дракона, состоящий из крайне могучих Драконов Наводнения, страдал. Кости ломались, связки постоянно разрывались, и Цинь Му приходилось непрерывно готовить духовные пилюли и чудесные лекарства, чтобы лечить раненных. На это время место пострадавшего занимал другой дракон, чтобы сохранить целостность построения. По окончанию кропотливого и изматывающего путешествия они оказались в центре Млечного Пути, неподалёку от которого находились два Колодца.

Это место было относительно безопасным, так как большинство звёзд вращались вокруг Колодцев Луны и Солнца, не подбираясь к самому центру.

Сы Юньсян вздохнула с облегчением и недоумевая проговорила:

— Владыка, это место невероятно опасно, и нам понадобилось более дюжины драконов, чтобы добраться сюда в живых, как тогда Хранитель Солнца смогла сюда попасть?

Цинь Му поднял голову, увидев Колодцы Солнца, Луны, а также гигантский толстый столб света, светящий ввысь. В небе над ним находились две круглых дыры, напоминающие отверстия колодцев.

— Они Хранители Солнца, поэтому обычно передвигаются на Корабле Солнца. Кроме того, способности Хранительницы невероятно высоки, она существо уровня небесного бога.

Сы Юньсян вскочила от удивления. Существо уровня небесного бога?

Парень не продолжил объяснять, между тем драконы подлетели к столбу света впереди, как вдруг он посмотрел вниз, испытав от увиденного шок. Внутри Колодца Солнца находились огромные шары из света, сияющие, будто настоящее солнце!

Конечно, они не были такими уж огромными, поэтому скорее всего являлись просто сокровищами, выкованными богами. Тем не менее, огромное количество этих сокровищ, втиснутых в колодец, оставило его потрясённым!

«Раз уж солнце на судне погасло, почему бы им просто не вытащить из колодца новое?» — как только он об этом подумал, сверху донёсся металлический звон, а уже в следующий вдох времени через отверстие колодца начала медленно спускаться невероятно толстая чёрная цепь. Она постепенно опускалась на дно, приближаясь к солнцам внутри.

— Молодой мастер, Хранители Солнца пытаются выловить себе новое солнце? — удивлённо спросила Ху Лин’эр.

Цинь Му тоже был поражён. С цепи свисало несколько гигантских крюков, словно люди наверху и вправду пытались вытащить солнце, будто какую-то рыбу.

Однако, вскоре он увидел, как цепь из чёрного железа начинает медленно краснеть от температуры. Не успев добраться к средней части колодца, она уже была на грани плавления. Жидкий металл медленно стекал вниз, капая в воду.

Кроме того, крюки тоже стали мягкими от жары, и до того, как чёрное железо успело достичь солнца внизу, они уже бесследно исчезли. В следующий миг цепь тоже разорвалась, не выдержав температуры.

Наверху раздался грохот, и по ту сторону колодца кто-то вздохнул:

— Снова не получилось…

Драконы Наводнения полетели к отверстию колодца. Чем больше они приближались, тем шире тот становился, и когда они, наконец, вылетели наружу, тот достиг восьмисот километров в диаметре.

Посмотрев в сторону дна, Цинь Му не смог ничего рассмотреть, кроме ослепительных лучей солнц, освещающих небо!

Колодец Солнца больше походил на зеркало, отражающее лучи света обратно в небо!

— Ээм, нам не удалось вытащить солнце, но получилось выловить Дракона Наводнения?! — неподалёку от колодца раздался ошеломлённый голос.

Цинь Му и остальные посмотрели в сторону его источника, увидев нескольких гигантов из племени Пастухов Солнца, стоящих неподалёку.

Сделав несколько шагов вперёд, юноша подошёл к голове дракона и с улыбкой проговорил:

— Человек деревни Беззаботной, Цинь Му, пришёл встретиться с Хранителем Солнца. Старшие, сообщите ей, пожалуйста.

— Гость из деревни Беззаботной! — практики племени Пастухов Солнца были ошеломлены и быстро отбросили свои цепи в сторону, громко здороваясь. — Гость из деревни Беззаботной, пожалуйста, подожди минуту, пока мы ей сообщим, — договорив, они немедленно ушли.

«Кажется, они меня неправильно поняли. Я сказал, что я человек деревни Беззаботной, а не то, что я оттуда пришёл», — почесав голову, Цинь Му приказал остальным Драконам Наводнения приземлиться неподалёку. Судя по тому, насколько вежливо себя вели Пастухи Солнца, они, вероятно, убедят старших племени провести для него масштабную церемонию приветствия.

Сы Юньсян постучала по гнезду и прокричала:

— Принцесса Юйсю, мы в Колодце Солнца, быстро выходи!

Лин Юйсю оторвалась от состояния медитации и выпрыгнула наружу, превращаясь в поток драконьей Ци. Приземлившись на землю, она снова вернулась в свой обычный облик. Сы Юньсян почувствовала невероятную зависть: «Совершенствование “пышногрудой” принцессы значительно увеличилось за столь кроткое время, теперь она даже сильнее меня!»

Лин Юйсю оглянулась, и её сознание яростно сотряслось. Прямо сейчас она уставилась на гигантский корабль, стоящий неподалёку от Колодца Солнца. Несмотря на то, что она видела его раньше, подавить шок в своём сердце ей так и не удавалось.

Корабль Солнца был просто слишком огромным. К тому же, ступая по земле, он тащил за собой чёрное солнце, прикреплённое на длинных цепях, что делало его вид ещё более грозным.

Палуба корабля имела достаточную площадь для жизни и размножения десятков тысяч людей.

Она осмотрела окрестности, отчего её сердце содрогнулось с новой силой. Колодец Солнца был накрыт куполом, который создавал пространство, наполненное энергией, заставляющее гостей трепетать от удивления.

Ци чистого Ян!

Между тем Цинь Му был занят изучением огромной каменной таблички возле колодца. Ху Лин’эр проявила инициативу, достав бумагу, кисть и чернила, собираясь переписать текст с камня. Начав изучать грамоту у глухого, она стала невероятно усердной, записывая любое попавшееся ей слово.

Тем не менее, она не понимала значения текста с таблички, поэтому спросила:

— Молодой мастер, что здесь написано?

— Это текст на языке богов, в нём говорится об истории Колодца Солнца, — сказав это, он начал читать. — Император приказал Цзы Цин выковать Колодцы Луны и Солнца, но та оказалась непослушной и озорной. По истечении ста лет работа так и не была начата. Император впал в ярость и приказал её казнить. Дрожа от страха, Цзы Цин выковала колодцы за пятьдесят лет, но луны и солнца внутри не излучали свет. Тогда она выковыряла свои глаза и бросила их на дно. С того момента луны и солнца начали светиться, а Император приказал дворцовому писарю возвести памятную табличку… — он поднял голову, чтобы посмотреть на летающее в воздухе чёрное солнце и проговорил. — В этом солнце течёт кровь Цзы Цин, поэтому оно способно сиять столь ярко. Тем не менее, я все ещё не понимаю, почему оно погасло.

— Солнце потухло из-за сильных врагов!

Цинь Му повернулся в сторону голоса и увидел, как к ним движутся сотни Пастухов Солнца. Тела каждого из них были невероятных размеров, а во главе толпы шёл старейшина племени. Увидев Цинь Му, он был ошеломлён, а после на его лице отразилось разочарование:

— Так это наш маленький друг из города Пограничный Дракон, а я думал, пришёл гость из деревни Беззаботной. Маленький друг, для чего ты пришёл?

Улыбаясь, Цинь Му ответил:

— Встретиться с Хранителем Солнца.

Старейшина покачал головой:

— Хранительнице осталось жить недолго, и мы уже заняты выбором её наследника. Так как у маленького друга есть глубокие связи с деревней Беззаботной, ты можешь остаться, чтобы посмотреть на церемонию.

Сердце юноши вздрогнуло, обеспокоившись:

— Разве Янь Цзинцзин не проживёт ещё много лет? Почему…

— Дьявольские боги из чужих земель атаковали Колодец Солнца. Хранительница лично повела всех в бой, из-за чего длительность её жизни почти исчерпалась, — вздохнул старейшина. — Идём со мной, после встречи со старым другом она сможет с улыбкой покинуть наш мир.

Лица Пастухов Солнца вокруг были угрюмыми, их одежда развевалась от сильного ветра, отчего толпу окутывала атмосфера скорби. Старейшина оглянулся, после чего прокричал:

— Почему вы все так скорбно выглядите? Когда она становилась Хранительницей Солнца, мы знали, что ей придётся слиться с кораблём и встать в ряд со своими предками. Это честь! Почему вы чувствуете печаль? Небо темнеет, дьявольские боги из чужих земель вот-вот нападут снова, так что соберитесь с духом!

Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на старика, заметив, что седые волосы последнего дрожат. Янь Цзинцзин была его внучкой. Он спросил, почему все скорбно выглядят, так как не позволял себе демонстрировать своих истинных чувств.

Глава 392. Зажечь Солнце

На Корабле Солнца Ци чистого Ян была ещё плотнее. Но место не было паляще-жарким, а излучало весеннее тепло. Корабль был крайне большим, следовательно, внутренняя территория имела соответствующие размеры, однако, в понимании Пастухов Солнца свободного места для отдыха было не так уж много. А всё потому, что все они были как минимум тридцатиметровыми в высоту великанами!

Когда Лин Юйсю и Сы Юньсян смотрели на них, они не могли сдержать свои возгласы удивления. Даже дети Пастухов Солнца имели около десяти метров в высоту. Их тела были покрыты узловатыми мышцами, раскрывающимися взору от каждого движения.

«Хранитель Солнца тоже должна быть великаншей, — подумала Лин Юйсю, прежде чем вздохнуть. — Пастушок и правда хочет помочь возродить солнце, а не флиртовать с девушкой. Великану не понравится такая мелочь, как он. Кроме того, Янь Цзинцзин —бог. И несмотря на то, что она женщина, она всё равно должна быть мускулистой и сильной, скорее всего даже от лёгкой улыбки на её лице забугрятся мышцы. Хотя у пастушка очень странный идеал красоты, мне всё же хочется на неё посмотреть!»

Цинь Му огляделся. Пастухов Солнца называли так, потому что они были людьми, которые приглядывали за солнцем. Они были похожи на Пастухов Луны. Тех называли по тому же принципу, так как их задачей было приглядывать за луной.

Поскольку они пастухи, было очевидно, что солнце и луна существуют не в единственном экземпляре. В прошлом Пастухи Солнца прогоняли многочисленные солнца по земле в темноте. Они двигались с востока на запад, чтобы отогнать тьму. Когда наступала ночь, Пастухи Луны выводили луны, чтобы путешествовать по Великим Руинам, петляя туда-сюда.

Корабль Солнца выглядел ещё более обветшалым, чем раньше. В прошлый раз, когда Цинь Му видел передвигающегося исполина, палуба выглядела очень даже прилично. Даже несмотря на многочисленные следы сражений, Пастухи Солнца явно следили за его благоустройством и чистотой, благодаря чему всё вокруг сохраняло свою святость.

Тем не менее, теперь в глаза бросались рушащиеся заборы и полуразрушенные стены, также среди местных было много раненых. Но видя старейшину, ведущего группу гостей, они сразу же затаивали дыхание. Только когда процессия проходила дальше, они, стиснув зубы, чтобы как можно сильнее приглушить голос, издавали тихие стоны. Вот что значит — сохранить своё достоинство.

— Старейшина, во всём мире у тебя самые героические воины! — с глубоким уважением, сказал Цинь Му.

— Среди Пастухов Солнца нет малодушных! — резонирующим голосом, ответил старейшина.

Цинь Му заметил ленты чёрного дыма, выходящие из ран Пастухов Солнца. Ранами были ожоги, оставленные сильными небесными дьявольскими богами. Но Ци чистого Ян Колодца Солнца помогала им очищаться от скверны.

Через какое-то время они прошли мимо захудалого храма, где в центре огромного зала была воткнута полуразрушенная алебарда. Вокруг неё клубился чёрный дым, изнутри которого слышались стенания.

— Владыка, это оружие дьявольского бога! — тихо проинформировала Сы Юньсян.

Цинь Му кивнул, но ничего не сказал. Будучи Владыкой культа номер один дьявольского пути во всей Империи Вечного Мира, он, естественно, не был незнакомцем в этом вопросе. Для него было свойственно с особым упорством гнаться за новыми знаниями и применять на практике всё то, что узнавал. Нужно лишь от всего сердца использовать все те чудеса на правое дело.

Перед ним были учёба, открытия и достижения, в то время как позади свобода природы, так называемое Дао.

Вот почему он не заботился о различии между богами и дьяволами.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи были хорошим тому примером. Если бы сердце человека обладало нутром дьявола, то его владелец увидел бы в рукописях техники дьявольского пути. Если бы чьё-то сердце брало своё начало от природы бога, то его владелец нашёл бы в рукописях только техники пути бога. Если у людей сердца Будды, тогда, соответственно, они увидят техники Будды.

Из ран Пастухов Солнца и оружия дьявольского бога было ясно, что атаковавшие Колодец Солнца практики имели чрезвычайно высокие достижения на дьявольском пути. Их знания намного превосходили то, чем он, Владыка Небесного Дьявольского Культа, обладал.

«Когда Хранитель Луны столкнулся с нападениями дьяволов с чужой территории, он решил сбежать и покинуть своих соплеменников. С другой стороны, Хранитель Солнца решила сопровождать своих соплеменников и умереть, защищая их, — Цинь Му вспомнил несравнимо хрупкую девушку, чьи ноги грыз Корабль Солнца. — Моральная целостность Хранителя Солнца намного выше, чем у Хранителя Луны»

Проходя мимо руин, они увидели огромный, свыше тридцати метров в высоту, золотой колокол. Время от времени он вибрировал, из-за чего из-под него просачивался чёрный дым. Судя по всему, внутри должно было быть подавлено нечто невероятно могучее.

Некоторые Пастухи Солнца стояли рядом с золотым колоколом, используя свой исконный огонь солнца, чтобы опалить сильную нечисть внутри него. Межу тем другие складывали трупы монстров странной формы в одну кучу, а чуть погодя в попытке спалить их они устроили настоящий пожар, что привело к тошнотворному запаху.

Сы Юньсян и Лин Юйсю хмурились. Они не знали, из какой расы был враг и почему им понадобилось атаковать Колодец Солнца.

— Пастухи Солнца являются защитниками Великих Руин, притом многим, даже сильным мира сего, неведомо, что Колодец Солнца спас их от многих опасностей. Когда Имперский Наставник вторгся в Великие Руины, его заставили отступить Пастухи Солнца. Когда боги и дьяволы других рас решили вторгнуться в Великие Руины, они также должны были сначала пройти через них. Все Пастухи Луны мертвы, поэтому остались только Пастухи Солнца, — объяснил Цинь Му.

Лицо Лин Юйсю слегка покраснело. Когда Имперский Наставник вторгся в Великие Руины, она была среди его войск, отвечающих за разведку. Именно в это время она вступила в контакт с Цинь Му. А если бы Имперский Наставник всё-таки вторгся в Великие Руины, его бы определённо ждал несравненно болезненный урок.

Они подошли к центру Корабля Солнца и, наконец, встретили Хранителя Солнца… а если точнее Хранительницу.

Янь Цзинцзин осталась только с головой и руками, тело уже погрузилось в Корабль Солнца. Однако, её четыре руки по-прежнему держались за толстые колонны, испуская ужасающий авторитет бога.

Старый старейшина подошёл к ней и тихо сказал:

— Цзинцзин, юный Цинь Му из Пограничного Дракона пришёл увидеть тебя.

— Ко мне пришёл пастушок? — ослабив хватку на колоннах, девушка попыталась освободиться от Корабля Солнца, но её тело уже слилось с ним, да так, что двигаться было практически невозможно. Тяжело задыхаясь, она добавила. — Я не могу встретить гостя как полагается. Я не вижу тебя, подойди.

Цинь Му подошел к ней. Лицо Янь Цзинцзин по-прежнему было детским, как вдруг она подняла глаза на него и улыбнулась:

— Ты правда пришёл? Как же замечательно снова встретить друга детства.

Стоя перед ней и смотря ей в глаза, Цинь Му прошептал:

— Я здесь. Я немного подрос.

Глаза девушки были заполнены полыхающим пламенем, похожим на два маленьких солнца. Они были полностью наполнены исконным огнём солнца, застилающим ей обзор и не дающим ничего видеть.

Янь Цзинцзин, слегка ослабив хватку на колоннах в очередной момент слабости, опять быстро сжалась в размерах, как и земля Корабля Солнца под ней, удерживая её в ловушке… удерживая несмотря ни на что.

Сопротивление бесполезно.

Хранители Солнца были такими, Хранители Луны тоже были таким.

Беря на себя ответственность Хранителей Солнца и Луны, они медленно сливались с Кораблями Солнца и Луны, отдавая свою жизнь. Корабли поглощали их жизненную силу, пока они не становились единым целым.

Лицо Цинь Му имело сложное выражение. Он стал Хранителем Луны, когда искал деревенских стариков, однако, он использовал корабль только в течение короткого периода времени, поэтому это особо не истощило его. Янь Цзинцзин, с другой стороны, уже слилась с Кораблём Солнца, прямо сейчас доживая свои последние дни. Чем больше энергии использовалось на исполинском корабле, тем сильнее она сливалась ним, и тем больше истощалась её жизнь. И прямо сейчас её плоть и кровь полностью слились с ним. Поэтому даже если он снова зажжёт солнце, стопроцентной гарантии на её спасение нет.

Когда девушка не держалась за колонны, она выглядела хилой, жалкой… её шея была настолько тонкой, что даже не могла удержать собственную голову, могло даже показаться, что та в любой момент переломится щепкой.

Сказав, что Цинь Му её друг детства, хотя они и встретились лишь единожды, Янь Цзинцзин не солгала, ведь у неё никогда не было с кем поиграть, не было настоящих товарищей. Она была Хранителем Солнца, уважаемым соплеменниками богом, из-за чего молодое поколения не хотело с ней веселиться. С самого своего рождения она несла тяжёлое бремя защиты своего племени и Великих Руин.

Но рядом с городом Пограничный Дракон к ней на корабль поднялся юноша другой расы, с кем в итоге она весело и по душам поболтала. Просто из-за этого она относилась к нему как к своему приятелю и близкому другу.

В определённой степени Цинь Му был похож на неё. Когда он был молод, у него тоже не было товарищей по играм, и ему приходилось постоянно усердно тренироваться, узнавая о всевозможных важных жизненных вещах у кучки деревенских стариков. У него не было друзей такого же возраста, никто не играл с ним. Однако, у него всё же было девять старших, которые относились к нему с особой заботой, в то время как у Янь Цзинцзин были старшие, которые видели в ней лишь объект для уважения и почитания.

Сы Юньсян, Ху Лин’эр и Лин Юйсю подошли к Янь Цзинцзин, их сердца были наполнены печалью. Девушка перед ними была примерно того же возраста, что и они, но бремя, которое она несла, было в бесчисленное количество раз тяжелее.

Сы Юньсян не удержалась и спросила:

— Солнце погасло, но в Колодце Солнца ещё много других. Почему бы тебе не сменить солнце? Почему ты не можешь использовать цепи, что удерживают чёрное солнце, чтобы захватить новое солнце?

— Эти цепи были выкованы небесными ремесленниками расы бога, но, к сожалению, они все уже мертвы, — сказал старый старейшина. — Цепи, которые мы, Пастухи Солнца, куём с использованием исконного огня, не могут противостоять исконному огню солнца, поэтому мы не можем выловить новое солнце. Мы уже пытались бесчисленное количество раз.

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло, когда он вспомнил слова Владыки Выращивания Драконов, сказанные во время перепалки с немым, и он сказал:

— В этом мире ещё есть небесные ремесленники, которые могли бы создать такую цепь.

Старый старейшина взглянул на него и покачал головой:

— Все оставшиеся небесные ремесленники теперь обитают в деревне Беззаботной. Если ты когда-нибудь вернёшься туда, то сможешь привести одного, чтобы спасти наше племя Пастухов Солнца. Но ты ведь ещё не нашёл её, верно?

— Я действительно не нашел деревню Беззаботную, но я пришёл, чтобы помочь вам, ребята, возродить солнце. И даже если мне не удастся его разжечь, у меня есть ещё и другие способности. В недавнем прошлом я прошёл полный курс обучения кузнечному делу у одного из небесных ремесленников, поэтому, возможно, я смогу создать новые цепи для вас, чтобы выловить новое солнце, — переведя взгляд на Хранительницу и покачав головой, Цинь Му продолжил. — Я пришёл, чтобы выполнить своё обещание. Я обещал тебе, и я не отступлюсь от своего слова, — закончив веским, но спокойным словом, он встал, поднял голову, чтобы посмотреть на чёрное солнце в небе, и со спокойным выражением спросил. — Ты однажды сказала мне, что если я зажгу это солнце, ты сможешь вырваться на свободу. Если я сейчас зажгу его, ты сможешь освободиться от Корабля Солнца?

— Я не знаю, — пламя в глазах Янь Цзинцзин внезапно заполыхало ещё более энергично. Казалось, в её сердце вновь поселилась надежда.

Лицо старейшины поникло, и он заговорил:

— Маленький друг Цинь, хоть ты и гость из деревни Беззаботной, тебе ещё предстоит отправиться туда, и у тебя нет возможности выловить солнце. Но даже если ты это сделаешь, Хранительница не сможет жить долго, ведь её жизнь практически исчерпана. Смерть как погасшая лампа, масло её жизни почти закончено… — внезапно старик воспрял духом и уже с напором продолжил. — Не трать свои усилия понапрасну! В настоящее время мы выбираем следующего Хранителя Солнца, а так как ты гость из Беззаботной, окажи честь своим присутствием при рождении нового Хранителя! Сегодня вечером дьяволы снова нападут, поэтому мы должны выбрать следующего Хранителя Солнца, чтобы быть готовым к любым несчастным случаям!

Цинь Му покачал головой:

— Независимо от того, смогу ли я зажечь солнце или нет, я должен попробовать!

Покачав головой, старый старейшина повёл соплеменников готовиться к выборам следующего Хранителя Солнца.

Достав Нефритовый Глаз Солнца, Цинь Му положил его на землю. Затем он поднял голову посмотреть на чёрное солнце и на мгновение задумался, прежде чем поднять нефритовый глаз ввысь, совсем рядом с чёрным солнцем на цепи, и сказать:

— Подожди меня здесь, я вернусь после восхода солнца!

Лин Юйсю сразу громко крикнула:

— Когда солнце взойдёт, оно сожжёт тебя дотла!

— Не сожжёт! — после беззаботного ответа тут же послышался звук флейты, и огненные драконы взлетели в небо, следуя за Цинь Му. Отлетев довольно далеко, он добавил. — С этими драконами я выживу!

— Хранительница, твоё солнце настоящее или фальшивое? — в спешке спросила Лин Юйсю.

— Это артефакт Бога. Говорят, что солнце было сокровищем, выкованным Небесным Богом Цзы Цин, — сказала Янь Цзинцзин.

— Вот дерьмо! — застыла в замешательстве Лин Юйсю, даже не заметив, что начала сквернословить. Её любимый пастушок ринулся прямо в пекло, даже не узнав всех подробностей. Когда сокровище запылает, мощь небесного бога распространится и, вероятно, превратит в пепел как его, так и всех драконов вокруг!

— Ух ты, кажется, я скоро стану Владыкой, что думаешь? — мгновенно загорелись глаза Сы Юньсян.

Лин Юйсю холодно на неё зыркнула, и Сы Юньсян поспешно рассмеялась:

— Я просто шучу, шучу… мне не улыбается стать вдовой в таком юном возрасте. Я подумала, раз они — Пастухи Солнца, тогда должны быть способны противостоять божественному огню солнца. Возможно, тот вредный старик сможет защитить Владыку.

Глава 393. Ваша Высочество

— Жирдяй! — подозвала Ху Лин’эр.

Цилинь понимал всю тяжесть ситуации. Он встряхнулся, принимая свои истинный облик. Лин Юйсю и Сы Юньсян запрыгнули на его спину, и Янь Цзинцзин проговорила:

— Они у Святилища Солнца нашего племени Пастухов Солнца. Идите туда, и ищите самое высокое святилище!

Немедленно приложив все свои силы, цилинь отправился в сторону места, где выбирали нового Хранителя Солнца.

Добравшись к Святилищу Солнца, они увидели на двери перед собой рисунок трёхногого ворона, стоящего внутри солнца. Два гиганта стояли у входа, опёршись на гигантские боевые топоры. Будучи взрослыми Пастухами Солнца, они владели невероятно крепкими и огромными телами. Скрестив свои топоры, они не позволяли посторонним входить внутрь.

— Посторонние, стоять! — с торжественным видом, гулко воскликнула парочка гигантов. — Святилище — священная земля, сюда не может войти любой проходимец.

Ху Лин’эр спрыгнула со спины цилиня, проговорив:

— Нас отправила сюда Хранительница Солнца! Быстро сообщите старейшине, что назревает страшная беда!

— Подождите минутку, — один из пастухов немедленно отправился в храм. Спустя некоторое время, он вернулся и с уважением сообщил. — Старейшина пригласил всех вас внутрь посмотреть на церемонию.

Войдя в святилище, они мгновенно почувствовали себя ничтожно крохотными. В этом месте собрались все великаны племени Пастухов Солнца, возвышаясь на десятки метров. Гуляя между них, девушки едва доставали до их лодыжек.

Гиганты стояли вокруг круглого возвышения, на котором и происходила церемония выбора. Время от времени в зале раздавались удивлённые вскрики. Ху Лин’эр подпрыгивала, пытаясь разглядеть что к чему, но не могла достать, как бы не старалась. Её тело было невероятно крохотным, и даже подлетая на пять метров от земли, она всё равно не могла увидеть церемонию.

Неистово вращая хвостом, её тело начало постепенно подниматься. Наконец она смогла увидеть возвышение.

Толпа мужчин и женщин была разделена на две группы. В самом центре возвышения находились три статуи богов, каждый из которых был мутантом с тремя ногами и широко раскрытыми крыльями. Их тела были согнуты под весом гигантской печи на спине.

Печь отличалась от обычных, имея круглую форму и отверстия по бокам. Внутри же не было ничего напоминающего на лекарственные камни.

Сильный подросток племени Пастухов Солнца разрезал своё запястье, позволяя крови попасть внутрь гигантской круглой печи. После этого он использовал исконный огонь, разжигая в ней пламя.

Вскоре появился огненный шар, его языки непрерывно росли. Внезапно из отверстия печи разразились ослепительные лучи, постепенно становясь всё ярче и ярче.

Внутри печи раздались ужасающие пульсации и рёв странных зверей, способный заставить кровь в жилах застыть.

Лица стоящих вокруг пастухов сияли от восторга, но в этот миг лучи неожиданно потускнели и пламя в печи погасло.

— Следующий!

К статуям подошла невероятно мускулистая девушка, спокойно разрезая себе запястье. Вскоре она тоже провалилась, но всё же сумела показать себя лучше предшественника. В этот раз внутри огней печи появился настоящий призрак огненного дракона.

Проблема была лишь в том, что тот исчез спустя несколько мгновений.

Ху Лин’эр посмотрела на противоположную сторону возвышения, где увидела старого старейшину и ещё каких-то седовласых великанов племени Пастухов Солнца, наблюдающих за испытаниями. Сердце лисички на мгновение замерло, и она быстро подлетела к ним.

В этот миг она услышала голос главного старейшины:

— Тело чистого Ян слишком трудно найти. Цзинцзин продержалась десять лет, но если мы не сможем найти ей замену, сегодня может наступить ночь, когда Колодец Солнца падёт под поступью врагов.

На лицах всех стариков можно было заметить беспокойство. Никто иной, кроме обладателя тела чистого Ян, не мог выдержать ужасающую и безграничную энергию Корабля Солнца. Если кто-то попытается силой заполучить над ним контроль, то определённо сгорит дотла.

— Тел чистого Ян слишком мало, — вздохнув, проговорил старейшина. — Если мы не сможем найти его, я лично возьму корабль под контроль и остановлю атаку ценой своей жизни!

У старика не было тела чистого Ян, но его совершенствование было невероятно плотным, поэтому он смог бы продержатся некоторое время.

Совсем юные мужчины и женщины посреди возвышения, продолжающие попытки зажечь печь, друг за другом терпели неудачу. Из-за этого лица стариков становились всё более угрюмыми.

Лин Юйсю и остальные подошли к старому старейшине, и тот поднял руку. Внезапно зелёная плита под их ногами подлетела в воздух, позволяя им комфортно наблюдать за церемонией.

— Старейшина, Император Людей Цинь пытается помочь вам зажечь солнце. Если он достигнет успеха, то превратится в пепел! — в спешке произнесла Лин Юйсю. — Вы не могли бы ему помочь?

Девушка была невероятно смекалистой. Понимая, что остальные звания Цинь Му не смогут подтолкнуть старика пойти на помощь, она решила упомянуть о том, что тот являлся также и Императором Людей.

Старый старейшина покачал головой и ответил:

— Зажечь солнце невозможно. Оно давным-давно умерло и вернуть его к жизни смог бы лишь настоящий бог чистого Ян. Не переживай, маленький друг Цинь не то, что не сможет зажечь солнце, он даже не подберётся к нему, так как там слишком жарко. Несмотря на то, что оно уже не полыхает как раньше, его сила все ещё довольно велика. Взгляни, — он протянул руку, длиной с подвесной мост, и показал пальцем на центр возвышения. — Когда мы, Пастухи Солнца, выбираем нового Хранителя Солнца, то ищем человека с врождённым чистым Ян, кровь которого сможет разжечь печь. Это всего лишь обычное сокровище, а у нас уже возникают огромные трудности с достижением этой цели, так что о солнце даже не стоит говорить.

— У Императора Людей Цинь есть божественный глаз, высок шанс что ему удастся… — со злостью проговорила Лин Юйсю.

— Мы, Пастухи Солнца, тоже находили бесчисленное количество божественных глаз и крови, пытаясь снова разжечь солнце, но ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Можешь не продолжать, наблюдай за церемонией, — перебил её старейшина.

Лин Юйсю впала в ярость:

— Мы пришли помочь вам разжечь солнце, искренне надеясь на успех, а вы даже не пытаетесь попробовать. Разве вы, Пастухи Солнца, не разочаровываете нас своим поведением?

Взгляд старика упал на неё, и он серьёзно ответил:

— Дело не в том, что мы не разумны, а в том, что сейчас главная задача — выбор нового Хранителя Солнца. Как только наступит ночь и ворвётся тьма, Корабль Солнца поглотит душу Хранительницы. Она больше не в силах продолжать. Без Хранителя Солнца наше племя Пастухов Солнца окажется не в силах защититься от атаки злых дьяволов.

— Пастухи Луны уже уничтожены, и если нас не станет, дьявольские боги воцарятся в Великих Руинах. Ты думаешь, что внешний мир сможет противостоять им? Сейчас невероятно важно выбрать нового Хранителя!

Лин Юйсю была ошеломлена.

Ухмыльнувшись, заговорила Сы Юньсян:

— Даже если вы сможете найти нового Хранителя, что с того? Разве он не умрёт спустя некоторое время, слившись с судном?

— Это честь, умереть защищая племя и Великие Руины, — торжественно ответил старик.

— Маленькие друзья, не волнуйтесь, с Императором Людей всё будет в порядке. Он не сможет даже подобраться к чёрному солнцу, и уйдёт, как только обнаружит, каково оно на самом деле, — добавил какой-то другой старик.

Остальные стрики закивали головами, но в этот миг сквозь стены здания пронеслась ужасающая волна тепла. Выражения лиц старейшины и остальных резко изменились. Они содрогнулись, в их глазах виднелось удивление:

— Эта пульсация… погасшее солнце! Это плохо! Маленький Друг Цинь!

Бум!

Старый старейшина и остальные бросились в небо, создавая дыру в величественной крыше Святилища Солнца. Ху Лин’эр подозвала к себе цилиня, отправляясь следом за гигантами. Выбравшись наружу, она посмотрела в небо.

Её глаза залил яркий солнечный свет.

Чёрное солнце бесследно исчезло. А на его месте появилась звезда, сверкающая ослепительными жёлто-белыми лучами и извергающая невероятную жару.

— С молодым мастером всё будет хорошо, верно?

Ху Лин’эр немедленно приказала цилиню отправляться в сторону солнца. Лин Юйсю тоже была обеспокоена, раз за разом подгоняя жирдяя. Одна лишь Сы Юньсян оставалась спокойной, её сердце пылало от радости: «С меня выйдет очаровательная вдова…»

Они были на полпути, когда цилинь резко повернул в сторону, направившись к колоннам внизу и ошеломляя девушек. Спустя мгновение они посмотрели вперёд, увидев перед собой два силуэта и стаю Драконов Наводнения.

Дракономордый приземлился, и девушке и в спешке спрыгнули на землю. Перед их взором появился Цинь Му, кладущий рядом с собой хрупкую, тощую девушку из Корабля Солнца.

Лин Юйсю быстро подбежала к ним:

— Пастушок, ты…

— Тссс, — Цинь Му приложил палец к губам, тихо говоря. — Она потеряла сознание. Но я неплохо умею лечить девушек. Когда-то мне повезло набраться опыта на аллее Цветочной.

Безжалостно ущипнув его подмышкой, Лин Юйсю проворчала:

— Я чуть не умерла от беспокойства!

— Я ведь говорил, что всё будет хорошо, — с улыбкой проговорил юноша, а после с напором добавил. — Пробудитесь!

В его глазах сформировалось несколько слоёв построений, открывая Глаза Небес Киновари. Затем он исполнил Секреты Драконьего Контроля, заставляя одного Дракона Наводнения подлететь поближе. Тот приземлился на его плечо, обвивая своё длинное тело вокруг пояса.

Заимствуя Ци дракона, Цинь Му значительно усилил своё совершенствование, что позволило ему использовать ещё больше слоёв построений. Открыв все девять Глаз Небес, он осмотрел состояние Янь Цзинцзин.

Спустя мгновение он закончил использовать Секреты Драконьего Контроля и девять слоёв построений в его глазах рассеялись. Впрочем, Дракон Наводнения не покинул его плеча, продолжая расслаблено на нём сидеть.

— Ма Ха! — открыв рот, монстр зевнул, чувствуя себя сонным.

Девочка-лисичка немедленно подбежала к парню, хватаясь за уголок его рубашки, чтобы взобраться:

— Уходи, уходи! Спи в другом месте, это уже занято!

Дракону Наводнения оставалось лишь уйти, в то время как она удобно уселась на давно обжитом плече, забавно барахтая ногами из стороны в сторону, пока её белоснежные хвосты гордо раскачивались.

Цинь Му что-то пробормотал про себя, после чего сообщил:

— Лин’эр. Я прочитаю рецепт, а ты достань травы.

Послушавшись, лисичка вернулась в свою настоящую форму и запрыгнула в мешочек таотэ. Чуть погодя парень начал произносить названия нужных трав, а вихрь внутри мешочка выбрасывал тех наружу.

Заметив их симбиоз, Лин Юйсю почувствовала лёгкий укол ревности, но затем её взгляд упал на Сы Юньсян, и она улыбнулась:

— Шансов стать очаровательной вдовой не осталось.

Хихикнув, Сы Юньсян ответила:

— Владыка любит играть со смертью, поэтому рано или поздно он доиграется. У меня ещё есть все шансы оказаться вдовой.

Цинь Му приготовил несколько котлов духовных пилюль, после чего скормил их лежащей без сознания Янь Цзинцзин. Когда он начал делить оставшиеся лекарства, вернулся старейшина вместе с остальными. Вдалеке раздались их разочарованные голоса:

— Мы не смогли найти маленького друга Цинь, скорее всего. Он сгорел дотл… — прежде чем старик успел закончить, его взгляд упал на Цинь Му.

Группа с трудом скрывала своё удивление. Между тем парень закончил делить лекарства:

— Лин’эр, давай ей одну порцию днём и одну на ночь. Старейшина, работа сделана.

Подавляя волнение в сердце, старейшина спросил:

— Как маленький друг Цинь смог зажечь солнце? Как ты смог выжить?

Улыбаясь, тот ответил:

— Всё очень просто. Я использовал Секреты Драконьего Контроля, чтобы заимствовать магическую силу Драконов Наводнения. После этого я извлёк максимальную мощность из Глаза Нефритового Солнца и бросил его внутрь чёрного солнца, которое сразу же загорелось.

Объяснение Цинь Му было предельно простым, но старейшина понимал, насколько великой была его жертва. Сокровище, способное воспламенить звезду, не было пустяком, но он без колебаний согласился с ним распрощаться.

Из-за этого, старик чувствовал себя виноватым. Юноша перед ним оказался невероятно самоотверженным, в то время как он даже не соизволил выйти ему на помощь. Сравнивая себя с ним, он покраснел от стыда.

— Сестре Цзин нужно несколько дней отдыха. Её тело слишком измотанно, и мои духовные пилюли могут восстановить лишь часть её Ци, — с торжественным выражением говорил Цинь Му. — Продолжительность её жизни почти иссякла, и вернуть её обратно очень трудно. Я могу лишь улучшить состояние её здоровья и остановить процесс дальнейшего изнашивания тела.

Старейшина вздохнул с облегчением, проговорив:

— Спасти её жизнь — уже невероятная помощь. Более того, ты помог нашему племени, вновь поджигая наше солнце. Я до самой смерти не забуду такой доброты. Маленький друг Цинь, теперь, когда Янь Цзинцзин лежит без сознания, нам всё ещё нужен новый Хранитель Солнца, чтобы отбиться от предстоящей атаки дьявольских богов. Идём, посмотрим на церемонию… Стой! — резко прокричал переменившийся в лице старик, когда увидел, как ладонь Цинь Му двинулась в сторону колонны. Он тут же бросился остановить его, но опоздал. Пальцы парня уже прикоснулись к поверхности строения.

В тот же миг наружу вырвалась безграничная энергия, поглощая Цинь Му. Яростно прорычав, он окутался языками исконного огня. Его физическое тело становилось всё больше и больше, вскоре второй рукой дотягиваясь до соседней колонны.

Мышцы в его теле расширились, а из подмышек выросли ещё две руки, тут же потянувшихся к остальным колоннам. Спустя мгновение, он превратился в бога, окутанного исконным огнём солнца!

Божественная аура волнами вырывалась наружу, сотрясая окрестности, отчего людям вокруг казалось, что те попали в ожесточённый шторм.

Защитив Ху Лин’эр, Лин Юйсю и остальных, старый старейшина с ошеломлённым взглядом поднял голову вверх, осматривая трёхсотметрового гиганта. Внезапно старик осознал, что произошло и преклонился на одно колено.

Опустив голову, он отдал дань уважения:

— Ваше Высочество.

Старики за его спиной также преклонились и опустили головы:

— Ваше Высочество.

Лин Юйсю и остальные были озадачены, наблюдая как все великаны племени Пастухов Солнца молча подходят, преклоняются на одно колено и произносят “Ваше Высочество”.

Наклонившись к уху Лин Юйсю, Сы Юньсян прошептала:

— Принцесса Юйсю, кажется, что у пастушка даже более весомое происхождение, чем у тебя…

Глава 394. Клетка Неба и Земли

Лин Юйсю и остальные были поражены, видя, как подходило и становилось на колени всё больше и больше Пастухов Солнца, и отовсюду слышалось — Ваше Высочество.

Вскоре здесь собрались почти все. Около сотни тысяч гигантов приклонились на колено с опущенными головами. Среди них не было императора, а Цинь Му даже не был Пастухом Солнца, так в каком же месте он был особой голубых кровей?

— Может ли пастушок быть Его Высочеством Великих Руин? Или деревни Беззаботной? Пастушок наследный принц Великих Руин? — была в недоумении Лин Юйсю. Неужели её пастушок имел настолько невероятное происхождение? Как ему удалось взять под контроль силу Корабля Солнца?

Ху Лин’эр, с другой стороны, была слегка разочарована:

— Разве молодой мастер не лис, обретший разум?

Цинь Му ослабил хватку, и его габариты постепенно вернулись к норме. Две руки, которые появились ранее, тоже исчезли. Затем он сразу же помог старому старейшине встать и сказал:

— Старейшина, пусть все соплеменники встанут.

— Благодарю Вас, Ваше Высочество, — старый старейшина встал и торжественно добавил. — Я раньше не знал о личности Вашего Высочества, так что простите меня, если я Вас чем-то обидел, — уважительно извинившись, он повернулся, высоко поднял руки и крикнул приклонившимся внизу. — Люди племени Пастухов Солнца, все вы, браво защищавшие Колодец Солнца, к нам наведался Его Высочество деревни Беззаботной! Деревня Беззаботная не забыла нас! Долгое ожидание, кропотливые двадцать тысяч лет, но мы сделали это! Колодец Солнца не падёт! Пастухи Солнца не будут изведены на тот свет!

Восторженные выражения расцвели на лицах Пастухов Солнца. Повсюду разразились ликование и громкий смех, хотя плач радости тоже был нередок. Давление, вызванное днями борьбы и жестокостью войны, исчезло бесследно.

Нашествие дьявольских богов накрыло Пастухов Солнца у Колодца Солнца тёмным облаком неостановимого истребления. Каждый соплеменник боролся за будущее всего племени ценой своей жизни, однако, никто из них не был до конца уверен в возможности одержать верх. Давление на них становилось всё тяжелее, а атмосфера в племени всё более удушающей и беспросветней.

Тем не менее, с прибытием Цинь Му исчезнувшая надежда возродилась!

Начались гуляния с ликующе бегающими великанами. Одни плакали от счастья, другие танцевали и пели. Некоторые из них отправились к раненым солдатам, умирающим старейшинам, дабы сообщить эту новость, в то время как другие решили поджечь палочку благовоний своим предкам и поблагодарить их за благословение.

— Могло ли случить так, что старейшина ошибся? — в замешательстве, юноша посмотрел на людей внизу. Переведя взгляд на гигантского старика, он добавил. — Я не ваш Его Высочество…

Старейшина уверенно покачал головой:

— Если Вы не являетесь Пастухом Солнца, то контролировать Корабль Солнца возможно лишь одним способом — будучи благородных кровей! Когда Цзы Цин создала Корабль Солнца по приказу Императора, кроме Хранителя Солнца с телом чистого Ян, им могли управлять лишь отпрыски королевской семьи. Ваше Высочество не Пастух Солнца, поэтому Вы, естественно, должны принадлежать королевской семье из деревни Беззаботной!

— Я Тело Тирана, а Тело Тирана также является телом чистого Ян, — покачав головой, ответил Цинь Му.

— Тело Тирана? Какое Тело Тирана? — старейшина запутался.

Между тем гуляния внизу только набирали обороты, шум там стоял ещё тот.

— Ваше Высочество, Тело Тирана — это имя королевской родословной? — спросил старик.

Цинь Му не мог не быть подозрительным. Тело Тирана действительно относилось к королевской семье? Тем не менее, казалось, что-то в этом вопросе было не так.

Если Тело Тирана было наименованием королевской родословной, может ли Сюй Шэнхуа тоже происходить из подобной?

Если он был из благородных кровей, то о каких так называемых Телах истинного и псевдо Тирана упоминал старейшина деревни?

Могут ли существовать и псевдо королевские родословные? Если Тело Тирана не принадлежало королевской семье, тогда это было тело чистого Ян?

Если это было тело чистого Ян, почему он мог управлять Кораблём Луны?

Сомнение нарастало в его сердце. Он хотел найти старейшину, чтобы попросить разъяснений. Он всегда знал себя как Тело Тирана, имея непобедимую веру в это. В связи с чем он твёрдо верил словам старика. Однако, слова старейшины Пастухов Солнца пробудили в нём подозрения.

После гулянки старейшина приказал продолжить выбор следующего Хранителя Солнца, чем немного озадачил пастухов, однако, они всё же вернулись в Святилище Солнца. Цинь Му привёл с собой Лин Юйсю и остальных. Будучи особой голубых кровей, их ждали как почётных гостей.

Цинь Му посмотрел вниз и увидел многочисленных пастухов, идущих вперёд, чтобы зажечь печь солнца. Однако, они сразу умрут, после того как печь воспламенится, ни один из них не сможет продержаться долго.

Ещё более странным было то, что, когда они зажигали печь, в ней появлялись чудесные явления. Там были изображения необычных пород зверей, таких как огненные драконы, фениксы, драконы наводнения и цилинь, которые издавали прекрасные звуки.

Лин Юйсю и остальные чувствовали себя очень странно. Сы Юньсян тихо сказала:

— Изображения в печи похожи на духовные тела, но выглядят непохоже.

Все кивнули. Было всего Четыре Великих Духовных Тела: Красная Птица, Чёрная Черепаха, Зелёный Дракон и Белый Тигр. Четыре Великих Духовных Тела — лишь общий термином, также имели место быть наименования, выделенные в отдельную от них категорию, но, тем не менее, неизменно с ними связанные… по крайней мере по устоявшемуся мнению всех вокруг. У человека может не быть форм Красной Птицы, Чёрной Черепахи, Зелёного Дракона или Белого Тигра в чистом их проявлении, но у него могут быть одни из многочисленных духовных тел Дракона-Волка страны Волчьего Убежища, который, к примеру, происходил от тела Зелёного Дракона.

Однако из явлений, появившихся в печи солнца, духовные тела Пастухов Солнца имели огненных драконов и фениксов. Все они выглядели как ветви духовного тела Красной Птицы. Вот только духовное тело Красной Птицы, казалось, не было так называемым телом чистого Ян, оно имело атрибутом огня. Поэтому духовные тела Пастухов Солнца нельзя быть отнести к классу духовных тел Красной Птицы.

— Старейшина, разве в мире может быть больше Четырёх Великих Духовных Тел? — с подозрением, спросил Цинь Му.

— Четыре Великих Духовных Тела? Вы имеете в виду Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красную Птицу и Чёрную Черепаху? — покачав головой, переспросил старик. — Тело чистого Ян не входит в число этих четырёх.

— Как и ожидалось! — сердца всех яростно вздрогнули. Всё же помимо Четырёх Великих Духовных Тел были ещё и другие!

— Четыре Великих Духовных Тела — термин людей, живущих за пределами Великих Руин, верно? — поинтересовался старый старейшина. — В этом мире есть не только они, есть ещё тело чистого Ян, тело чистого Инь, и даже ещё более могучие тела. Высказывание “Четыре Великих Духовных Тела” пришло в период последней фазы. В моём племени ходят легенды, что в прошлом было много духовных тел, несколько сотен типов. Однако, после великого бедствия, большинство из них исчезли. Ограничения были введены к людям за пределами Великих Руин, поэтому осталось только Четыре Великих Духовных Тела.

Лин Юйсю и Сы Юньсян смотрели друг на друга, их взгляды были пустыми и полными страха. Это полностью отличалось от того, что они слышали раньше!

Отвергнутые люди руин, предположительно, были запечатаны и прокляты, и им никогда не разрешалось покидать место их заточения, Великих Руин! Если они выходили, их безжалостно убивали! Как же так получилось, что на самом деле запечатанными оказались люди за пределами Великих Руин?

— Только Четыре Великих Духовных Тела, — сказал старейшина. — Тем не менее, в Великих Руинах может быть множество других типов духовных тел, поэтому те отрезали себя внешнего мира. Люди снаружи живут под фальшивым звёздным небом, созданным богами, но сами не знают об этом. Они все просто кучка жалких букашек.

Лин Юйсю и Сы Юньсян хмыкнули. Когда люди Империи Вечного Мира видели отвергнутых Великих Руин, они считали их жалкими пресмыкающимися. Откуда им было знать, что в глазах людей снаружи настоящими жалкими букашками были именно они? Великие Руины были свободны, ведь там было настоящее небо!

Слова старого старейшины привели их сердца в смятение!

Однако, когда Цинь Му связал это с расчётом Небесного Союза, обнаружив, что солнце, луна и звёзды были поддельными, он чувствовал, что слова старика были довольно логичны. Запечатаны были не Великие Руины, а внешний мир!

— Старейшина, у этого мира тоже должно быть Тело Тирана, верно? — уверенно спросил юнец.

Старейшина покачал головой:

— Ваше Высочество, я никогда раньше не слышал о Теле Тирана. В записях племени нет ни одного упоминания о нём.

Цинь Му махнул рукой и с улыбкой сказал:

— Если ты не знаешь, это не значит, что его не существует. Твои знания слишком поверхностны, не как у старейшины моей деревни, опытного и знающего. Старший, окажись я Его Высочеством, той самой особой королевских кровей, смог бы я зажечь печь солнца?

Улыбнувшись, старый старейшина сказал:

— Несмотря на то, что Ваше Высочество из знатного правящего рода, вероятно, Вы всё же не сможете зажечь печь солнца. Чтобы зажечь печь исконным огнем, нужно использовать кровь из тела чистого Ян в качестве проводника, и никак иначе. Без подходящего телосложения, дело гиблое. Мы, племя Пастухов Солнца, широко известны своими телами чистого Ян, и только мы можем зажечь печь солнца. Даже королевские особы не могут.

Цинь Му спрыгнул и направился к печи солнца:

— Тем не менее, кровь Тела Тирана может зажечь печь солнца!

Подойдя к платформе, он порезал запястье, и свежая кровь потекла в печь солнца. Призвав исконный огонь, который хлынул в печь солнца, его сердце слегка сжалось.

Бум!

Печь мгновенно запылала, как будто взошло солнце, выпуская волны тепла и тепловую энергию. В долю секунды солнечный свет озарил всё Святилище Солнца!

В печи солнца не было никаких явлений огненных драконов или цилиня. Вместо этого там появилась человеческая фигура, она становилась всё больше и больше, пока не заполнила собой всю печь. Затем она вышла с руками, сжатыми вокруг печи солнца, как будто держа солнце перед своей грудью!

Цинь Му рассеял исконный огонь, и печь солнца была немедленно потушена. Человеческая фигура исчезла в то же время, а печь приземлилась обратно на спины трёх статуй богов.

Уверенность Цинь Му возродилась, он вернулся обратно и улыбнулся ошарашенному старейшине Пастухов Солнца:

— Теперь, это доказывает, что я Тело Тирана?

Старик был ошеломлён, чувствуя себя немного озадаченным. Он пробормотал:

— Королевская особа также может обладать телом чистого Ян… Определённо!

— Это эффект Тела Тирана! — переполняясь уверенность, проговорил качающий головой юноша, а после подумал: «Старейшина деревни мне действительно не лгал! В этом мире и правда есть Тело Тирана!»

Тем не менее, ему было невдомёк, что он обладал самым обычным телом, которое не имело никаких атрибутов. И из-за того, что он, по сути, был листом чистой белой бумаги, ему было под силу изменять свой атрибут по желанию. Тот мог трансформироваться в Четыре Великих Духовных Тела и контролировать жизненную Ци Алой Птицы, Чёрной Черепахи, Зелёного Дракона и Белого Тигра. Он также мог трансформироваться в тело чистого Ян и контролировать жизненную Ци чистого Ян. И какое-то Тело Тирана тут было совсем не причём.

С тех пор, как старейшина деревни упомянул Тело Тирана, Цинь Му старательно боролся и совершенствовался. Строение нормального человека также может претерпеть невообразимые изменения. Он трудился в тысячу раз более тяжело, чем другие, чтобы снова и снова преобразовывать своё строение, медленно идя к неизведанному. Как результат, это создало многочисленные возможности, которых попросту нельзя было предсказать.

Парень считал это Телом Тирана, игнорируя тяжёлую работу при совершенствовании.

— Старейшина, небо темнеет! — сказал один старец племени Пастухов Солнца.

Сердце старого старейшины сжалось, и он посмотрел в сторону Цинь Му:

— Ваше Высочество, монстры с чужой территории собираются вторгнуться ещё раз. Пусть Ваше Высочество поможет нам!

Юноша кивнул и увидел, что небесный барьер Колодца Солнца окутан тьмой. Окрестности сияли ярким светом, а снаружи стояла кромешная тьма!

Глава 395. Ярость Его Высочества

Пастухи Солнца подлетели в небо над Кораблём Солнца, осматривая барьер вокруг Колодца, будто готовясь к приходу мощного врага.

Барьер был создан из лучей, извергнутых из Колодца Солнца, своим видом напоминая гигантскую полусферу. Он накрывал строение внутри, маскируя его под участок земли и неба радиусом в несколько сотен метров.

Цинь Му никогда раньше не видел Колодца, но догадывался, что полусфера из света, должно быть, каким-то образом была замаскирована. В противном случае, новость о том, что посреди Великих Руин возвышается огромный золотой купол давным-давно просочилась бы во внешний мир.

Фэнду был чем-то похожим. Он появлялся лишь ночью, и даже тогда оставался полностью невидимым. В это место можно было попасть исключительно по воле случая.

Колодец Солнца также нуждался в подобной защите. Люди, находящиеся в Великих Руинах, не могли увидеть это место. Именно поэтому его было столь трудно найти. Дьявольским богам, скорее всего, пришлось приложить огромное количество усилий, чтобы сюда попасть.

Небесный барьер Колодца Солнца извергал яркий свет, будто был выкован из золотых листьев. Внезапно с его обратной стороны появилось гигантское лицо, тут же попытавшееся пробиться внутрь.

У лица был неестественно длинная борода, напоминающая ручку мотыги, на самом кончике которой находился рот. Весь его центр был занят единственным глазом невероятного размера. Он напоминал гигантский шар, воткнутый над переносицей, придавая существу очень странный вид.

— Из какого мира пришёл этот дьявольский бог? — был ошеломлён Цинь Му, ведь раньше ему никогда не доводилось встречать столь странно выглядящего дьявольского бога.

В этот миг со всех сторон прозвучали громкие хлопки. Бесчисленное количество странных лиц прилипли к небесному барьеру. В мгновение ока они полностью заполнили поверхность гигантской полусферы.

Каждое лицо отличалось размером, форма тоже не повторялась. Впрочем, их строение было схожим — огромный, непропорциональный глаз в центре и рот, размещённый на самом конце длинной бороды.

Глаза существ неистово вращались, наблюдая за интересными вещами, находящимися внутри барьера, а их рты скривились в странных ухмылках, от которых у людей внутри бежали мурашки по коже.

Внезапно глаза всех существ повернулись к солнцу, витающему в небе, наполняясь изумлением.

— Это Телесные Подражатели, — с торжественным видом сообщил старейшина. — Эта дьявольская раса отличается от своих сородичей, они отлично владеют искусством слияния. Встретив существо, они поглощают его, превращая в себе подобных или даже в часть своего тела.

Цинь Му был ошеломлён. Поглотить противника и превратить его в союзника, или даже в часть собственного тела?

Подобная раса и вправду существовала?

— Самая странная особенность Телесных Подражателей в том, что у них единый разум, — на лице старейшины виднелся страх, но он быстро с ним совладал. — Если они тебя схватят, твой разум присоединится к ихнему.  У Дьявольского Бога Телесных Подражателей около миллиарда тел. Его разум невероятно силён, если кто-то из них тебя схватит, твоё сознание с лёгкостью разрушится, и ты станешь одним из них!

Лин Юйсю, Сы Юньсян и остальные ощутили холодок, лизнувший их спины. Если такой бог вырвется из Великих Руин и войдёт в Империю Вечного Мира, страна превратится в часть дьявольского бога за считанные дни.

Кто может оказаться в силах противостоять миллиардам умов, соединённым воедино?

Казалось, будто слова старого старейшины были правдой: если Пастухи Солнца вымрут, то дьявольские боги Великих Руин окажутся на свободе и сотрут внешний мир с лица земли.

Внезапно лица в небе исчезли, и старейшина быстро проговорил:

— Ваше Величество, помогите нам, возьмите Корабль Солнца под свой контроль!

Юноша немедленно подлетел к колоннам и протянул руку, прикасаясь к одной из них. Безграничная энергия Корабля Солнца хлынула к нему, заставляя его физическое тело резко увеличиться в размерах. Его аура тоже неконтролируемо вспыхнула, пробиваясь сквозь области Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти, и Божественного Моста, достигая неизвестного уровня.

Бум!

Внутри его тела раздавались хлопки, вызванные открытием божественных сокровищ. Впрочем, всё случилось настолько быстро, что в результате они сложились в один единственный оглушающий взрыв!

Его тело вспыхнуло божественной аурой, на мгновение вызвав деформацию пространства, после которого то задрожало мелкой рябью.

— Как мощно! — из уст Цинь Му раздался встряхнувший землю голос. К этому времени он уже полностью слился с судном, из которого исходила энергия, намного превышающая ту же у Корабля Луны. Что не удивительно, ведь луна последнего давно погасла и вот-вот должна была разрушиться, в то время как солнце над Кораблём Солнца вспыхнуло с новой силой, тем самым значительно увеличив его энергию!

Это была энергия Ци чистого Ян, ярость которой наполнила сердце парня желанием уничтожать.

Из его подмышек выросли две дополнительных руки, мгновенно схватившиеся за колонны неподалёку. Энергия в его теле росла в невероятном темпе, когда внезапно за его спиной раздался хлопок. Обернувшись, он обнаружил, что из его копчика выросла третья нога: «Ээм, у сестры Цзин тоже вырастет третья нога?»

Стоя на земле тремя ногами, Цинь Му было намного легче удерживать равновесие, поэтому его уверенность в себе ещё больше возросла. Он немедленно поднял голову ввысь, смотря на небесный барьер.

На мгновение замерла тишина, после чего раздался неожиданный взрыв, и гигантское лицо проткнуло барьер. Его рот раскрылся, и наружу вырвались бесчисленные Телесные Подражатели.

Они выглядели как стая насекомых. Чёрные как ночь, они напоминали чёрную тучу, постепенно превращающуюся в чёрное море.

Рванув вперёд, они набросились на Корабль Солнца. Лин Юйсю, Сы Юньсян и остальные подняли головы, смотря на происходящее, отчего их глаза полезли на лоб. Бесчисленные дьяволы Телесные Подражатели двигались вверх-вниз, будто волны. Их количества было достаточно, чтобы одним махом затопить судно.

Длиннющий подбородок, проткнувший барьер, извергал всё больше и больше дьяволов. Лин Юйсю и Сы Юньсян уже бывали на поле боя, пройдя в Стране Волчьего Убежища крещение боем. Столкновение десятков тысяч солдат посреди пустошей поразила девушек своим масштабом. Как только практики божественных искусств, гигантские звери и летающие корабли сошлись в бою, кровь и плоть начала разлетаться во все стороны.

Однако, та картина кардинально отличалась от того, что происходило сейчас. Она казалась незначительной и не заслуживала быть упомянутой.

— В атаку!

На борту Корабля Солнца Пастухи Солнца яростно взревели, доставая своё духовное оружие. Их боевой дух был на высоте и люди с радостью бросились в битву.

Ху Лин’эр тоже загорелась от их горячей крови и подняла руки вверх, и она, с красным от волнения лицом, пропищала:

— В атаку!

Драконы Наводнения за её спиной тоже прониклись боевым духом и вытянули свои шеи, переполняясь желанием убивать. Синхронно открыв пасти, они прорычали:

— Ма Ха!

Запрыгнув на спину тёмно-зелёного Дракона Наводнения, Ху Лин’эр достала свой крохотный меч, тыкая им в небо. В этот миг она присоединилась к рёву драконов:

— Ма Ха!

Стая драконов была невероятно взбудоражена. Даже до того, как бой начался, они ринулись в небо вместе с лисичкой, пробивая себе путь сквозь группу дьяволов, бросившихся наперехват.

— Лин’эр, эта девица, не менее безрассудная, чем Владыка! — взбесилась Сы Юньсян, и немедленно забралась на цилиня, бросаясь вслед за Ху Лин’эр, чтобы не позволить ей попасть в руки врага. Как только зверь собрался оторваться от земли, на его спину запрыгнула Лин Юйсю.

Посмотрев друг другу в глаза, девушки одновременно проговорили:

— Осторожно!

Бум!

Корабль солнца столкнулся с Телесными Подражателями, сильно задрожав от удара. На его бору находилось лишь сто тысяч солдат, в то время как счёт дьяволов шёл на миллионы!

Бесчисленные дьяволы приземлились на судно, и в следующий миг началась ужасная резня. Воины племени Пастухов Солнца с самого рождения поглощали Ци чистого Ян, так что их совершенствование было на невероятно высоком уровне, собственно, как и боевые навыки. Сила их физических тел тоже значительно превышала представителей других рас, и даже их “дети” в возрасте десяти-пятнадцати лет имели рост около пяти метров и физические способности уровня бога.

Владея удивительно чистой магической силой, они с раннего детства совершенствовали исконные огни чистого Ян и солнца. Божественные искусства племени тоже были великолепны, и воины владели различными видами духовного оружия, такими как колокола, котлы, мечи и даже пагоды, что значительно отличалось от обычных ножей и мечей Империи Вечного Мира.

С лёгкостью разрывая тела Телесных Подражателей, их удары не встречали достойного сопротивления, но несмотря на это, количество врагов оказалось слишком высоким. Сотни дьяволов напоминали потревоженный улей, шершни из которого вырвались наружу, поглощая Пастухов Солнца одного за другим.

Вьюх, вьюх, вьюх.

Телесные Подражатели открывали свои глаза, покрывая тела противника тысячами дыр. Получая ранения, становилось тяжело избежать контроля над разумом. В этот миг дьяволы объединялись, и чёрный свет их глаз падал на тела жертв, после чего лица бедолаг искривлялись, а сознания постепенно рушились. В последствии, даже их лица не могли избежать серьёзных повреждений…

Сливаясь воедино, пара глаз бедолаг превращалась в один огромный круг над переносицей, рот сдвигался в низ, а борода удлинялась. И вскоре человек становился Телесным Подражателем и отправлялся в бой вместе со своими сородичами!

Старейшина племени Пастухов Солнца и несколько других стариков сражались, не жалея сил. Среди дьявольской расы Телесных Подражателей было достаточно сильных противников, которые являлись мощными практиками, тела которых были захвачены. Владея невероятными способностями, иногда они даже использовали в бою оружие уровня дьявольских богов.

Старейшина поднял голову, увидев перед собой десятки Драконов Наводнения, убивающих врагов в воздухе. Монстры привлекли к себе довольно много сильных экспертов, и от их битвы дрожала земля, а небо, казалось, вот-вот рухнет.

Однако, количество дьяволов, постоянно рвущихся в бой, было слишком большим.

«Почему Его Высочество ничего не делает?» — как только он об этом подумал, двенадцать ног Корабля Солнца неожиданно распрямились и двинули судно в сторону барьера. Их скорость становилась всё выше и выше.

Гигантский корабль, напоминающий полноценный город, ускорялся, двигаясь к небесному барьеру.

— Ваше Высочество, что вы делаете? — разгневавшись, старейшина в спешке разорвал сильного практика дьявольской расы напополам. Затем он бросился к центру Корабля Солнца. — Ваше Величество, нельзя…

Бум!

С оглушающим взрывом, корабль пробился сквозь барьер, покидая пределы территории Колодца Солнца.

Гигантский дьявольский бог Телесных Подражателей стоял на коленях, склонившись над барьером. Опираясь лапами, он проткнул своей бородой барьер Колодца Солнца. За спиной существа возвышались два костяных крыла, непрерывно вибрируя. Время от времени они взмахивали, поднимая порывы чёрного ветра.

В тот миг, когда Корабль Солнца пробился сквозь барьер, порыв ветра тут же начал дуть в его сторону. Дьявольский бог пытался взлететь, но Цинь Му резко схватился за цепь, к концу которой было прикреплено солнце, и со всей силы замахнулся ею в воздухе.

Глаза старейшины опустели, наблюдая как юноша размахивает солнцем… драгоценным сокровищем… радостью очей его… да в конце то концов — наследием предков племени Пастухов Солнца!.. Будто какой-то булавой!

В следующее мгновение солнце беспощадно столкнулось с дьявольским богом Телесных Подражателей, единственным ударом разбивая его вдребезги!

— Боже мой… — ноги старика подкосились, и он плюхнулся на задницу. — Его Величество слишком яростный. Как только он видит возможность, его не остановить…

Глава 396. Игла с ниткой

Прятаться в Колодце Солнца и подвергаться нападениям людей было определённо не в стиле Цинь Му. Суть его пути заключалась в том, чтобы, улучив любую возможность, нанести молниеносный смертельный удар. Мясник однажды сказал ему, что подметить шанс не так уж и трудно, но только тот, кто осмелится воспользоваться им, в последствии прослывёт героем. А всё остальные, кто видел возможность, но так и не воспользовался ею, решив спрятаться и не дёргаться, просто трусы.

Сильнее мясника было несчётное количество людей, но все они были побеждены им, потому что он был храбр и смело продвигался вперёд. Он никогда не отличался благоразумием и просто хватался за каждый шанс, что видел!

Поэтому Цинь Му неприменул воспользоваться моментом, когда дьявольский бог через себя посылал Телесных Подражателей внутрь и не мог вырваться на свободу. Вот почему он заставил Корабль Солнца прорваться через мир, образованный Колодцем Солнца, и взмахнул цепью с солнцем, чтобы разнести своего противника в пух и прах!

Быть запертым в Колодце Солнца и защищаться от атак противников не было его стилем. Это только заставило бы его следовать ритму противника и страдать от непрерывного окружения, позволяя противникам атаковать, как те того желали. Вот почему он изменил ритм, сразу же бросившись и уничтожив предводителя.

«Ты воюешь по-своему, а я буду воевать по-своему. Моя победа равносильна твоей смерти».

Всё было настолько просто.

В этом была вся суть навыков ножа мясника.

Слегка ослабший старый старейшина пастухов посмотрел на грохочущие в руках юноши цепи, что волокли солнце, которое только что буквально сокрушило дьявольского бога. Солнце жгло окрестности вокруг, превращая в бурлящую лаву.

Внезапно уголки глаз Цинь Му дёрнулись, собственно, как и у старейшины. Они слышали доносящийся от солнца треск.

Моргнув, юноша осторожно встряхнул цепи, чтобы поднять солнце ввысь. Он не использовал всю свою силу, так как, казалось, боялся, что солнце, чего доброго, возьмёт да треснет. Покачиваясь, старик встал, как вдруг прямо посреди полёта солнца вверх он услышал громкий треск. Подняв голову и увидев тревожную трещину на сокровище своего племени, он не поверил своим глазам.

— Всё в порядке, всё в порядке, — утешающе, проговорил юнец. — Оно не разрушится! Не волнуйся!

Дьявольский бог Телесных Подражателей был сокрушён одним ударом, но повсюду всё ещё роилось бесчисленное множество дьяволов, отчаянно атакующих Корабль Солнца. Они продолжали убивать и ассимилировать воинов племени Пастухов Солнца, но одновременно с этим они также пожирали друг друга. Большие проглатывали меньших, неумолимо увеличиваясь в размерах, пока их совершенствование возрастало со скоростью катящегося с горы снежного кома. Три дьявола, которые становились со временем только больше, стояли на Корабле Солнца, в то время как остальные бросались в их рты, кормя их собой.

— Тот дьявольский бог Телесных Подражателей не был истинным телом? — был поражён Цинь Му. Вскрикнув, он заставил солнце в небе вспыхнуть несравненно интенсивным пламенем, тут же затопившим весь Корабль Солнца!

Солнце полыхало исконным огнём, превратив Корабль Солнца в горящий божественный корабль. Дьяволы противно верещали, сгорая до состояния чёрного дыма, постепенно исчезающего в пламени.

Цинь Му управлял Кораблём Солнца. Хоть оно и было сокровищем, несущим солнце с востока на запад, оно также имело чрезвычайно сильную мощь. В прошлом, когда Янь Цзинцзин контролировала его, она не могла высвободить всю свою силу, потому что солнце было потухшим. Но как только он снова зажёг его, мощь корабля мгновенно высвободилась!

Несмотря на то, что исконный огонь солнца был несравненно страшен, он не представлял опасности для Пастухов Солнца. Они жили на корабле с самого рождения, и то, чем они дышали, было Ци чистого Ян, так что они имели чрезвычайно высокое сопротивление к исконному огню.

Между тем Ху Лин’эр, Лин Юйсю и Сы Юньсян сражались вместе с кучей драконов, но огонь солнца не коснулся их области. Маленькая лисичка, стоя на тёмно-зелёном драконе, была очень взволнована и продолжала кричать, но в бою она мало чем могла помочь. По сравнению с толпой Драконов Наводнения, её способности были незначительны.

Цинь Му сжёг бесчисленное количество Телесных Подражателей, но три аномально больших дьявола сумели выжить. Они быстро ползли среди интенсивно полыхающего огня, как вдруг вскочили, захлопав костяными крыльями на спине, и бросились к центру корабля, к нему!

Спикировав, один из дьяволов протянул лапу, чтобы вытащить алебарду дьявольского бога, которая всё это время была воткнута в огромном зале. Его аура тут же вспыхнула!

— Не используйте солнце! — закричал старый старейшина, когда увидел, что паренёк снова хочет взмахнуть солнцем. — Ваше Высочество, если Вы ударите им ещё раз, оно действительно расколется! Мы сами остановим дьяволов!

— Ах, как же хлопотно-то! — остановившись, Цинь Му осмотрелся в поисках истинного тела дьявольского бога.

Главный старейшина пастухов громко закричал, призывая других старейшин выступить против трёх дьяволов, тела которых были несравнимо огромны, собственно, как и их сила. Даже столкнувшись с сильнейшими стариками Пастухов Солнца, они не оказались в невыгодном положении.

Старейшина схватил бронзовый колокол, начав трезвонить в него. Он не был похож на сокровище из мира смертных, так как на его стенках появились слои рун. Звон без остановки кружил вокруг колокола, как вдруг к врагам устремились солнцеподобные огненные шары. Тем не менее, сломанная алебарда была оружием дьявольского бога, поэтому смогла с относительной лёгкостью рассечь все божественные искусства бронзового колокола. Столкновение породило впечатляющее своей мощью зрелище.

Цинь Му оглянулся и увидел непроглядную тьму Великих Руин. Он до сих пор не знал, где находится истинное тело дьявольского бога Телесных Подражателей.

Внезапно из тьмы донёсся топот тяжёлой поступи, из-за которого земля непрерывно вздрагивала и вибрировала. Шаги, казалось бы, слышались со всех сторон и становились всё быстрее и быстрее. Внезапно шум исчез, а затем превратился в свистящий звук чего-то прорывающегося сквозь воздух.

Звук был очень острым и пронзительным, как вдруг Цинь Му поник, увидев множество огромных Телесных Подражателей, пролетающих сквозь темноту прямиком к Кораблю Солнца.

— Все они не истинные тела! — процедив сквозь зубы, Цинь Му заставил Беззаботный Меч покинуть ножны, чтобы тихо и неподвижно замереть в небе.

Солнце зависло высоко над Кораблём Солнца. Воины внизу тревожно сжимали своё оружие, наблюдая за неисчислимыми огромными дьяволами, всё больше и больше застилающими собой солнечный свет. Размер их теней вселял страх в их сердца…

В этот напряжённый момент резко вспыхнули огни меча, могло даже показаться, что посреди Корабля Солнца появилось ещё одно солнце, только серебряное. Ужасающий меч и Ци меча выстрелили во всех направлениях, омывая всё вокруг, подобно вездесущему свету!

Божественная мощь Беззаботного пронеслась по небу, и на врага начал падать чёрный дождь. Множество сломанных конечностей практически затопили Корабль Солнца!

Тем не менее, в небе был дьявол, который, избежав всех огней меча, сумел оказаться рядом с четырьмя колоннами. Пролетев мимо двух, он направился прямо к Цинь Му.

Пшшш.

Огромный глаз, находящийся прямо посреди лица дьявола, забурлил чёрной флуктуацией, направляя свой пристальный взор на Цинь Му!

Четыре когтя схватили его за грудь, вонзившись глубоко в плоть. Чёрный свет глаза дьявола становился всё темнее и насыщенней, как будто он поглощал душу человека.

На корабле пронеслась волна тревожных восклицаний. Старейшина и другие старцы резко переменились в лицах, поспешно разорвав дистанцию с тремя дьяволами и отчаянно бросившись к пареньку. Но дьяволы немедленно попытались задержать их, из-за чего старики так и не смогли помочь.

— Ты смог прийти сюда только потому, что я позволил тебе, — глаза юноши смотрели прямо в дьявольское око. — Я хочу использовать твой общий ум, чтобы узнать, где скрывается твоё истинное тело!

С отражающимся в глазах Цинь Му взглядом дьявола, бесчисленные голоса зарождались в его сознании. Ему казалось, словно он видел множество фигур, каждая из которых принадлежала Телесному Подражателю. Спустя вдох времени в его ви́дении исчезло всё, за исключением леса фигур дьяволов, который даже и не думал сокращаться… нет, он, наоборот, постоянно разрастался, словно миллионы дьяволов попытались броситься в рассыпную!

Разум и сознание дьяволов затопило разум парня в попытке ассимилировать его…

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и его Духовный Эмбрион слился с душой. В тот же миг в его разуме зажглось огромное солнце, окружившее Духовный Эмбрион. Защищая Духовную Платформу, оно испепеляло все чужеродные сознания.

В темноте появлялось всё больше и больше фигур, что заставляло его сердце трепетать. С учётом количества собравшихся в одном месте разумов дьяволов, его Духовная Платформа долго не продержится. Как только она падёт, для ассимиляции его Духовного Эмбриона не потребуется много времени. Вот почему он должен был найти дьявольского бога до захвата Духовой Платформы!

В этот момент его взгляд, казалось, преодолел неисчислимые дивные зрелища, пока не наткнулся на дьявольского бога, ползающего среди гор и рек. Находясь между двумя горами, он держал их своими четырьмя конечностями. Прямо между горами текла река, а за ней возвышались врата. Как раз из них дьяволы и выливались, подобно нескончаемому потоку воды!

Бесчисленные дьяволы бежали по водной глади реки и летали в небе. Они снова и снова поглощали друг друга, чтобы превратиться в больших дьяволов. В тот момент, когда Цинь Му “увидел” дьявольского бога, дьявольский бог тоже “увидел” его. Он поднял голову со своим огромным глазом, как будто был озадачен.

Дьявольский бог, который ползал между двумя горами, увидел яркий свет, сияющий во тьме. Со временем тот становился лишь ярче. В итоге в нём стало возможно разглядеть шар, пылающий и несущийся на огромной скорости. Шар становился всё больше, но его скорость также становилась всё выше, и уже вскоре он превратился в огромное солнце, которое, словно соскользнув под углом с неба, появилось над руслом реки.

Где бы ни проходило солнце, речная вода моментально испарялась, и все дьяволы на пути превращались в пепел или тоже испарялись!

Огромное солнце исказило пространство вокруг и заставило горы содрогнуться. Со стороны это выглядело так… будто оно стало странно приплясывающим великаном.

Язык дьявола сорвался с уст дьявольского бога, передаваясь прямо в разум Цинь Му волнами сознания:

— Маленький ребёнок, который любит уничтожать всё лишь по прихоти…

Тело дьявола яростно задрожало, заставив костяные крылья за его спиной загрохотать. Их форма была похожа на форму сломанной алебарды на Корабле Солнца. Как вдруг костяные крылья, словно став ожившим оружием, сорвались с его тела и устремились навстречу огромному солнцу!

Фух, Фух, Фух.

Алебарды атаковали солнце, заставив его резко потерять в скорости, пока оно, наконец, не приземлилось в долине реки, прокатившись ещё примерно на тысячу метров вперёд до полной остановки.

Треск.

Солнце Корабля Солнца раскололось надвое, и на лице дьявольского бога проступила мерзкая ухмылка, однако, в этот момент выкатился несколькометровый в высоту Нефритовый Глаз Солнца. Прокрутившись один раз, он внезапно направил свой зрачок прямо на дьявола, режа его огромный глаз пополам.

Уворачиваясь от луча, дьявольский бог издал жалкий, сотрясающий мир визг. Луч света разрезал кожу рядом с его глазом настолько глубоко, что можно было увидеть кость.

Беззаботный Меч, всё это время находившийся за расколотым солнцем, превратился в росчерк света, который вошёл в его рот, пронзил его мозг и вышел с другой стороны. Затем меч забурился в затылок и вышел уже спереди.

Беззаботный был похож на иглу с ниткой, тысячи раз входя и выходя через голову дьявольского бога. Со стороны казалось, что вокруг его шеи на молниеносной скорости отсвечивали блики холодного, металлического света!

Когда меч вернулся за спину ещё совсем юного хозяина, голова древнего дьявольского бога была полностью усеяна дырами.

Шея покачнулась, и его голова, размером с гору, соскользнула.

Тело же упало на расположенные позади врата, заставив горные хребты вокруг содрогнуться от грохота.

Глава 397. Безупречная Небесная Одежда

Труп небесного дьявола соскользнул вниз, хватка когтей, держащихся за вершины соседних гор, ослабла, и тело упало в речной канал вниз. Гигантские врата позади оказалась полностью закрыты.

Тем временем на борту Корабля Солнца воины племени Пастухов Солнца были вовлечены в ожесточённую битву, количество навалившихся дьяволов всё ещё было слишком велико. Несмотря на то, что гиганты были прирождёнными бойцами, они всё равно едва выдерживали давление врага. К этому времени много людей погибло и стали частью армии противника.

Неожиданно все дьяволы неподвижно замерли, их глаза засияли недоумением. В следующий миг лица существ начали искривляться, будто внутри них сражались две души, пытаясь заполучить контроль над телом. Глаз некоторых дьяволов то разделялся надвое, то склеивался обратно, что выглядело невероятно странно.

Большинство сильных Пастухов Солнца прервали свои атаки, растерявшись. Ещё секунду назад их враг яростно сражался, а теперь, казалось, совсем позабыл зачем пришёл.

Спустя мгновение дьявол, сражающийся со старейшиной племени, упал на землю, рассыпаясь на стадо обычных Телесных Подражателей. Лицо главного из них изменилось, и дьявольские символы на его теле начали исчезать. Спустя некоторое время он превратился в женщину, одетую в полупрозрачную одежду из чешуек. У незнакомки была элегантная фигура, чистая, и даже слегка прозрачная кожа.

Женщина озадаченно осматривалась вокруг, совсем не подозревая, что её чешуйки не слишком хорошо прикрывают тело.

— Что это за место? — её глаза наполнились растерянностью. Она не открывала рот, чтобы говорить, а передала сообщение мысленными волнами, из-за чего все вокруг чётко услышали её голос и поняли, что она сказала. — Как я сюда попала?

Вскоре ещё больше дьяволов превратились.

Все они были одеты так же, как эта женщина, — их одежда вовсе не была одеждой. На самом деле это были нежные крылья, созданные из чешуек. Но вместо одной пары их тела были усеяны огромным количеством крыльев всевозможных форм и размеров.

Их перья были созданы из чешуек, что было невероятно редким свойством даже среди зверей. Лишь несколько видов, живущих в Великих Руинах, владели чем-то подобным.

Тем не менее, людей с подобными перьями здесь не было.

Более того, они могли изменять свой вид. Женщина, проснувшаяся первой, быстро заметила что её одежда не прикрывает её должным образом, после чего её перья немедленно превратились в более подходящий наряд. Замерцав, они быстро обрели чёрный цвет, отчего казалось, будто она переоделась в чёрную мантию.

Чешуйчатые перья на остальных людях тоже изменили свой цвет, прикрывая их тела. Приодевшись, толпа незнакомцев начала взволнованно осматриваться вокруг, не понимая, где находятся и что с ними произошло.

Пастухи Солнца на борту корабля тоже были озадачены. Они тоже не знали, почему дьяволы прошли через такое превращение.

Впрочем, у старого старейшины племени Пастухов Солнца возникла догадка:

— Скорее всего, они — неизвестная нам раса, которую поглотил дьявольский бог Телесных Подражателей. Теперь, когда его сознание погибло, теряя над ними контроль, они вновь обрели свободу. Это значит, что дьявольский бог и вправду погиб!

На лицах стариков, стоящих неподалёку, вспыхнуло выражение восторга. Внезапно за их спинами раздался звон металла, и все тут же обернулись. Их взгляды упали на Цинь Му, две руки которого всё ещё держались за колонны, в то время как две его другие руки тянули к себе гигантские цепи.

Те были вонзены вглубь солнца, к тому же являлись сокровищами, способными подавить его необъятную силу, так что сдвинуть их с места было невероятно сложно.

Старейшине не оставалось ничего, кроме как снова обеспокоиться. Он немедленно приблизился к колоннам посреди палубы и посмотрел ввысь:

— Ваше Высочество, что Вы сделали с солнцем на этот раз?

Опустив голову и увидев в глазах старика искорки надежды, Цинь Му некоторое время неловко молчал, пока не выдавил:

— Ээм…

Спустя мгновение старейшина увидел солнце, которое подтягивал к себе юноша. Звезда раскололась на две чёрных половинки, напоминающих гигантские полусферические горы.

Старейшина и остальные старики опустевшими глазами уставились на сокровище. Остальные пастухи на борту Корабля Солнца тоже повернули свои головы и ошарашенно смотрели в сторону двух осколков.

Их солнце не просто погасло, оно и вовсе раскололось на две части!

Дзинь, лязг, дзинь!..

Звон тянущихся по земле цепей было невероятно больно слышать.

Притянув две половинки солнца поближе, Цинь Му подозвал Беззаботный Меч. Тот поднял Нефритовый Глаз Солнца и расслаблено направился к владельцу.

— Старейшина, у меня две хороших новости. Первая — дьявольский бог Телесных Подражателей на самом деле пал, — проговорил парень, чувствуя невероятную вину перед стариком.

Тот ошарашенно уставился на подростка, а когда он заговорил, казалось, что голос исходит из неживого механизма:

— А вторая?

— Теперь у нас будет новое солнце!

Старейшина повернул голову, собираясь всплакнуть, но на его глазах так и не появилось слёз:

— Превосходно, поистине превосходно… — бормотал он.

Цинь Му продолжил тянуть две половинки солнца обратно, следом за ними двигались десятки тысяч мутантов с чешуйчатыми перьями, подбираясь к Кораблю Солнца.

Некоторым людям не повезло подоспеть за солнцем, и они погибли во тьме Великих Руин. Остальные, поняв, насколько опасна тьма вокруг, предупредили своих сородичей. Они в спешке догнали солнце, избегая смерти.

Существа не использовали голос для общения, вместо этого пользуясь мысленными волнами. Даже без слов они всё равно с лёгкостью могли передавать друг другу информацию, что было крайне необычно.

Цинь Му как раз вытаскивал две половинки солнца обратно на борт корабля, когда в его голове раздался голос:

— Клан Небесного Пера, Юй Чжаоцин, отдаёт дань своего уважения владельцу этого места.

Юноша был слегка ошеломлён, повернувшись к женщине в чёрной мантии, медленно двигающейся в его сторону.

Её движения казались искренними, естественными и непринуждёнными. Угрюмо-чёрная одежда на её теле постепенно окрашивалось в жёлтый цвет. Когда она приблизилась к Божественным Колоннам Солнца, её одежда не просто обрела новый цвет, но и стиль, становясь чем-то на подобии нарядов племени Пастухов Солнца. Это значило, что перья на её теле могли изменяться на только в цвете, но и в форме.

Цинь Му отпустил солнечные колонны, и две руки, выросшие из его подмышек, постепенно исчезли. Ноги, торчащей из-под его зада, тоже не стало, а ужасающая энергия корабля медленно покинула его тело. Спустя некоторое время он вернулся к своему обычному виду.

Юноша в спешке спрятался за одной из колонн, переодеваясь из порванной одежды в новую. Приведя себя в порядок, он вернулся к женщине.

Держась за солнечные колонны, его сила увеличилась в бесчисленное количество раз, а физическое тело проходило через удивительное превращение, разрывая рубашку в клочья. Несмотря на то, что та была духовным оружием, Цинь Му стал трёхсотметровым гигантом вроде небесных богов. Это превзошло пределы возможностей его одежды, и она уже не годилась к использованию.

— Старейшина Юй, — поздоровался парень.

Юй Чжаоцин из Расы Небесного Пера изумлённо смотрела на юношу. Ещё мгновение назад он был небесным, богоподобным существом, а теперь превратился в обычного подростка.

Шурша своей одеждой по земле, она искренне отдала дань своего уважения. Улыбаясь, Цинь Му немедленно указал пальцем в сторону старейшины племени Пастухов Солнца:

— Это не я не владелец этого места, а он. Я не смею преувеличивать свою роль.

Старейшина покачал головой:

— Любое место под небом является собственностью Вашего Высочества. Племя Пастухов Солнца тоже Ваша территория, и Вы, естественно, её владелец.

Цинь Му оставалось лишь принять слова женщины:

— Старейшина Юй, это место не подходит для разговора, пусть ваши люди забираются на борт. Поговорим возле Колодца Солнца.

Сознание Юй Чжаоцин послало мысленную волну, и вскоре все члены Клана Небесных Перьев погрузились на борт.

Цинь Му вновь активировал судно и вернулся в земли Колодца Солнца.

Миллионы находящихся на корабле людей Небесного Пера осматривались по сторонам, видя вокруг странный маленький мир. Цвета их одежды неостановимо переливались.

Их тела были немного выше и худее, чем у обычных людей. И мужчины и женщины обладали невероятно красивой внешностью, а их одежда изменялась в зависимости от настроения. Когда существа чувствовали себя хорошо, та сверкала яркими красками.

Отпустив солнечные колонны, Цинь Му начал опасаться, что ему придётся снова взять корабль под контроль. Солнце было разрушено, а без него ужасающая энергия корабля уже начала поглощать его жизненные силы, за считанные минуты проглотив стопы. Вот почему при первой же возможности он решил выпрыгнуть, но всё ещё чувствовал усталость и слабость в ногах.

— Ваше Высочество, Вам нужно более серьёзно относиться к старейшине Клана Небесного Пера, нельзя ею пренебрегать, — старейшина пригласил парня в Святилище Солнца, после чего позвал на встречу с ним Юй Чжаоцин.

В Святилище Солнца.

— Ваше Высочество, — Юй Чжаоцин подошла к Цинь Му, и, схватив его лицо с двух сторон, мягко коснулась его лба своим.

— Что ты делаешь? — Ху Лин’эр, вошедшая внутрь вместе с Сы Юньсян и Лин Юйсю, как раз успела заметить произошедшее и злостно завопила. — Как ты смеешь целовать…

Юй Чжаоцин с любопытством взглянула на маленькую девочку, едва достающую до её бедра. Наклонившись, она схватила её за щёки и коснулась её лба своим с невероятной нежностью.

Лисичка немедленно ощутила, что в её уме появилось что-то странное. Это был язык Клана Небесного Пера. В то же время ей казалось, что женщина отдала его взамен на язык мира людей.

— Так это не поцелуй… А я думала, что ты пытаешься воспользоваться мастером… — наконец осознала Ху Лин’эр.

Улыбнувшись, женщина наклонилась, ловко чмокая её в губы. Ху Лин’эр немедленно покраснела, теряя рассудок. Она смущенно проговорила, качаясь, будто была пьяна:

— В поцелуе ведь тоже нет ничего плохого…

Юй Чжаоцин подошла к Лин Юйсю, сердце которой неконтролируемо застучало, когда её взгляд случайно опустился на грудь женщины. К счастью, та не стала её целовать, лишь коснувшись лбом, отчего принцесса облегчённо вздохнула.

Сы Юньсян тоже коснулась лбами с гостьей, улыбаясь:

— Так это обмен языками… Это подарок Клана Небесного Пера, или какое-то божественное искусство?

— Это подарок, — открыв рот, гостья заговорила на языке людей. Несмотря на то, что её владение было не столь хорошим, как у носителей, мастерство женщины увеличивалось на ходу. — Ваше Высочество убил дьявольского бога Телесных Подражателей и освободил наш клан. Мы не в силах выразить всю благодарность, которую чувствуем.

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Я сделал это не для вашего спасения, а чтобы защитить свой мир, так что можете не благодарить. Ваш Клан Небесного Пера тоже живёт в Великих Руинах?

— Наш дом не здесь, а в другом мире, — проговорила женщина. — Место, откуда мы пришли, захватил дьявольский бог, поглотив всех наших сородичей. К счастью, Ваше Высочество спасло нас от уничтожения. Несмотря на то, что Вы не просите нас отдать долг, мы не можем поступить по-другому.

— Вход в мир, из которого вы пришли, должно быть находится позади трупа дьявольского бога, верно? Почему он связан с Великими Руинами? — с любопытством спросил юноша.

— Около двадцати тысяч лет назад наш мир столкнулся с другим, и пространство между ними перекрылось. После этого, смотря на ночное небо, перед нами возникала завораживающая картина, — отвечала Юй Чжаоцин. — Император того мира послал к нам бога и приказал Клану Небесного Пера сдаться и поклясться в верности. Лишь после этого мы узнали, что тот мир назывался Империей Основателя. Впрочем, в один несчастный день произошла катастрофа, и Империя превратилась в Великие Руины. Наш Мир Небесного Пера тоже пострадал. С того времени звёзды исчезли с ночного неба, заменившись непроглядной тьмой. А спустя некоторое время к нам вторгся дьявольский бог Телесных Подражателей…

Глава 398. Лучшие Божественные Глаза

Цинь Му изумлённо застыл. Мир Небесного Пера перекрыл мир, в котором существовали Великие Руины. Как результат, небом Мира Небесного Пера стали Великие Руины. Должно быть зрелище было фантастическим и неземным. Жаль только, что ему не суждено это увидеть.

Мир Небесного Пера располагался прямо под Империей Основателя, но из-за того, что последнюю настигло бедствие, они потеряли всякую защиту. Из-за этого дьявольский бог смог найти их мир, в итоге ассимилировав всех местных обитателей.

Двадцать тысяч лет назад произошло Бедствие Основателя… И именно тогда образовались Великие Руины.

«Территория Империи Основателя простиралась не только на Великие Руины, но и на другие миры», — заплутал в диких и чудных мыслях юноша. Империя, принадлежащая Императору-Основателю, покоряла другие миры, управляя даже таким причудливым кланом, как клан Небесного Пера, а также множеством других видов разнообразных форм жизни. Жизнь в ту эпоху наверняка была интересной.

— Я слышала, что это место было известно, как Райские Небеса, — проговорила Юй Чжаоцин. — Император — это тот, кто правит всеми небесами.

Цинь Му сразу вспомнил о времени, когда путешествовал через Великие Руины вместе с Сюн Сиюй и её дочерью, и о том, что они видели в руинах Дворца Западных Небес.

Напоминая собой диагональный кусок земли, на землях руин повсюду располагались всевозможные некогда величественные сооружения, окружённые ветхими заборами и полуразрушенными стенами. Везде где только можно валялись порушенные или по крайней мере накренённые колонны, в то время как среди горных пород были сокрыты осколки огромных механизмов…

Немедленно отбросив странные мысли, Цинь Му проговорил:

— Дьявольский бог Телесных Подражателей мёртв, поэтому вы, ребята, в безопасности. Старейшина Юй, что планируешь делать дальше?

— Восстановить нашу страну и вернуться на родину, — одежда Юй Чжаоцин защебетала нежным, вибрирующим звуком, вскоре превратившись в доспехи. Её боевой дух смешался с убийственной аурой, которая разлилась по небу. — Я хочу отправиться с моим кланом обратно в Мир Небесного Пера! Там есть много других дьявольских рас, прихлебателей того дьявольского бога, захвативших драгоценные земли нашего клана Небесного Пера. Мне нужно отвоевать их и убить всех врагов, дабы мы могли восстановить родину!

— В Мире Небесного Пера есть другие дьявольские расы? — удивившись, поинтересовался Цинь Му. — У клана Небесного Пера осталось только несколько миллионов представителей. Как ты собираешься отвоевать Мир Небесного Пера?

Юй Чжаоцин была полона уверенности:

— Из-за смерти дьявольского бога Телесных Подражателей другие наши соклановцы тоже должны были прийти в себя. Мы, клан Небесного Пера, полагаемся на мозговые волны, чтобы общаться друг с другом. Нам не составит проблем отвоевать наш мир.

— Старейшина Юй, пути, навыки и божественные искусства нынешней эпохи отличаются от тех, что были в прошлом. Вы, ребята, контролировались дьявольским богом расы Телесных Подражателей в течение многих лет, поэтому, вероятно, не понимаете текущую эпоху. На поле боя ваши мозговые волны могут быть легко перехвачены. Вы были под контролем в течение многих лет, так что ваши враги уже должны были узнать о вас всё, что только можно. В их глазах все вы — ягнята на заклании, — с последними словами из парня вырвалась жизненная Ци, исполняя божественное искусство, превратившись во всевозможные виды странных рун и сформировав собой огромный перевёрнутый вок.

Руны непрерывно дрожали, испуская звуковые волны, которые было трудно услышать обычным людям. Тем не менее, в ушах Юй Чжаоцин волны громыхали непрерывно звенящим и резонирующим колоколом, повергая её разум в хаос. Шум оглушил её, лишив возможности установить связь с членами собственного клана.

— Старейшина Юй, не стоит торопиться, время есть, — рассеяв своё божественное искусство, сказал Цинь Му.

Сердце Юй Чжаоцин пребывало в беспорядке, а одежда на её теле пестрила разными цветами. Появились грязные отметины всех оттенков, делая очевидным тот факт, что её разум потерял устойчивость.

Цинь Му взаимодействовал с кланом Небесного Пера в первый раз, но он быстро понял, как может быть использована умственная связь между ними во вред… а если понял он, то разве сильнейшие практики дьявольской расы после долгих лет изучения не справились бы? Если клан Небесного Пера не сможет обрести новые способности, о никаком восстановлении родины и речи быть не может. Возвращение в Мир Небесного Пера закончится для них неминуемой смертью!

— Империя Вечного Мира в настоящее время проводит реформу, благодаря которой все виды путей, навыков и божественных искусств быстро прогрессируют, — спокойно говорил Цинь Му. — Почему бы вам всем для начала не поселиться в Империи Вечного Мира, чтобы подучиться? Когда вы все изучите что-то новое, то сможете вернуться в Мир Небесного Пера и попытаться вернуть свою землю.

Юй Чжаоцин немного колебалась. Будучи старейшиной, она больше всего на свете хотела вернуться домой и уничтожить всех поселившихся там дьяволов. Тем не менее, Цинь Му сказал, что возвращение обернётся для них неминуемой гибелью, и осознав, что это действительно так, она, как настоящий лидер, всё же решила не торопиться.

— Старейшина Юй, вероятно, ты до сих пор не знаешь, но человек рядом с тобой далеко не посторонний, а наш Его Высочество, — внезапно сказал старейшина Пастухов Солнца.

— Наш Его Высочество? — недоверчиво переспросила Юй Чжаоцин. — Какой Его Высочество?

— Его Высочество нашего племени Пастухов Солнца, а также Его Высочество твоего клана Небесного Пера, — глубоко и многозначительно, ответил старик.

Сердце Юй Чжаоцин яростно задрожало, и она немедленно упала на колено. Её доспехи превратились в странную одежду необычного цвета, и она отдала честь Цинь Му.

— Откуда берутся все эти этикеты? Империя Основателя уже давно позади, так что я больше не ваше Его Высочество. Сестра Юй, пожалуйста, не пугай меня, — помогая ей встать, юноша дотронулся к одежде на её теле, почувствовав, что текстура последней была гладкой и влажной, после чего он улыбнулся. — Из чего сделана одежда сестры?

Женщина посмотрела на старого старейшину Пастухов Солнца, который, в свою очередь, нахмурился. Цинь Му, казалось, не хотел признавать тот факт, что происходил из правящей семьи деревни Беззаботной. Он не признавал свою личность как перед ним, так и перед Юй Чжаоцин.

— Ваше Высочество, одежда на моем теле — это моя кожа и крылья, — объяснила Юй Чжаоцин. — Структура тел людей из клана Небесного Пера отличается от вашей. Наши тела усеяны неисчислимым множеством тоненьких, практически прозрачных крыльев, но они покрыты не перьями, а чешуёй. Когда наше настроение меняется, чешуя также меняется в цвете. Все члены клана Небесного Пера обладают такими возможностями.

Услышав, что одежда девушки не что иное, как кожа, юноша снова прикоснулся к ней и обнаружил, что чешуя не отличалась жёсткостью, даже наоборот, она была мягкая, нежная, как кожа.

— Ваше Высочество, так нельзя, — покраснев от щипков, прощебетала Юй Чжаоцин.

Оставив её в покое, Цинь Му не мог отделаться от чувства разочарования. Он хотел попросить у Юй Чжаоцин несколько комплектов подобной одежды, но чешуя оказалась частью тела, поэтому её нельзя было снять, и ему пришлось отбросить эту мысль.

Сы Юньсян, Лин Юйсю и Ху Лин’эр подошли и начали трогать одежду на теле женщины, удивлённо поцокивая языками. Лицо Юй Чжаоцин покраснело ещё больше. Она не хотела, чтобы её кто бы то ни было трогал, но была слишком смущена, чтобы отказать. От неловкости ей хотелось буквально провалиться сквозь землю.

— Текстура действительно замечательная, она даже более гладкая, чем мех Лин’эр, — девушки не могли не вздохнуть от восхищения.

Лин Юйсю с любопытством спросила:

— Старейшина Юй, если придёт зима и мир замёрзнет, разве тебе не будет холодно?

Юй Чжаоцин покачала головой и сказала:

— Все четыре сезона нашего Мира Небесного Пера комфортно тёплые, нет холодной погоды. Кроме того, если зима придёт, наша чешуя надувается воздухом и держит нас в тепле. Взгляните.

Чешуя на её теле стала толстой и опухшей, но выглядела по-прежнему очень приятна глазу, вызывая среди толпы бесконечные восхищённые восклицания. Между тем старейшина пастухов растеряно стоял в стороне, даже не представляя, как себя вести дальше. Они пришли в Святилище Солнца, чтобы обсудить важные вопросы клана, но это стало встречей, где все любовались одеждой.

После неловкой паузы Цинь Му сказал:

— Старейшина Юй, ты можешь повести своих людей в Великие Руины или последовать за мной в Империю Вечного Мира. Когда придёт время, ты сможешь отправить свою армию обратно в Мир Небесного Пера. Что ты думаешь на этот счёт?

Юй Чжаоцин на мгновение задумалась:

— Ваше Высочество, подождите минутку, позвольте мне обсудить это с членами моего клана, прежде чем принять решение.

Юноша кивнул, и девушка ушла посоветоваться со своими.

— Старейшина, пойдём глянем на солнце! — поднявшись, Цинь Му направился со всеми к расколотому на две части солнцу.

Тем временем многочисленные гиганты расы пастухов пытались вытащить из половинок цепи. Они планировали использовать цепи корабля, чтобы вытащить ещё одно солнце из Колодца.

Их Величество расколол солнце корабля, поэтому им нужно было достать новое, чтобы получить для него источник энергии. Иначе новый хранитель будет поглощён огромным кораблём. Но имела место быть одна проблемка, цепи всё ещё были погружены в солнце, и даже когда оно было разделено пополам, их всё равно было очень трудно извлечь.

Цинь Му подошёл к внутренней части полушария и увидел, что на его поверхности были запечатлены сложные трёхмерные построения. Тысячи построений должны были быть активированы в солнце, некогда бывшим золотым шаром, чтобы заставить излучать удивительные лучи и огневую мощь. Но из-за того, что он сделал, построения были повреждены. Когда солнце попало по цели, многие компоненты были потеряны.

Между тем дюжины вошедших в солнце пастухов пытались вытащить цепи. Тем не менее, независимо от того, сколько сил они прикладывали, справиться не могли.

— Есть ли кто-нибудь, кто владеет навыками построений? — громко спросил старец. — Цепи застряли в более чем дюжине построений, мы должны стереть их…

Многочисленные Пастухи Солнца, которые были заняты работой, немедленно остановились и поприветствовали Цинь Му, на что тот ответил взаимностью, после чего подробно осмотрел внутренние построения.

Четыре цепи проникали до самого ядра солнца, где были оставлены десятки построений, крепко их удерживающие.

Старый старейшина тоже осмотрел структуру построений. Сложные руны на компонентах заставили его глаза полезть на лоб, и он беспомощно покачал головой:

— У Пастухов Солнца нет мастеров построений, поэтому мы ничем не можем помочь.

Цинь Му обдумал это, прежде чем сказать:

— Я, наконец, понял, почему Цзы Цин не стала ковать Колодцы Солнца и Лунный на протяжении первых ста лет!

Все посмотрели на него немного озадаченно. Они не знали, почему он вдруг заговорил о том, что Цзы Цин ковала Колодцы.

— Структура построений на этом солнце — это структура божественных глаз, — говоря, юноша ходил между всеми построениями и дифференцировал руны на них. — Император приказал Цзы Цин выковать Колодцы, должно быть, из-за её способностей. Скорее всего она имела лучшие божественные глаза среди всего своего поколения или даже всего того времени! Достижения в её божественных глазах были несравненными, поэтому Император и приказал ей выковать Колодцы Солнца и Луны!

Он быстро осмотрел структуры построений, которые запирали цепи, после чего вышел из солнца, внимательно осмотрев поверхность обратной стороны. Она не была гладкой, имея многочисленные отметины и бугристости, словно зернистая поверхность дерева.

— Причина, по которой Цзы Цин ничего не делала в течение ста лет заключалась в том, что на момент приказа она уже поняла, что для того, чтобы выковать Колодцы Солнца и Луны, от неё потребуется использовать свои божественные глаза в качестве жертвы. Завершение Колодцев — жизнь во мраке слепоты. Вот почему она потратила сто лет, чтобы в полной мере насладиться жизнью.

Цинь Му ощупал всю поверхность солнца, пока в одном месте не нашёл круглую выпуклость. Его жизненная Ци потекла наружу, и он мгновенно увидел, как выпуклость загорается и начинает непрерывно вращаться. Между тем более десяти построений, сдерживавших цепи, словно ожили, начав медленно ослабевать. Кивнув, он продолжил:

— Только когда Император разгневался, она вложила всё своё сердце и волю, чтобы выковать сокровища. Затем она отдала глаза, чтобы зажечь Колодцы Солнца и Луны.

Внутренняя структура солнца перед ними непрерывно менялась по мере того, как построения решались с последующими громкими взрывами. Поверхность солнца и сложная разметка также непрерывно освещались…

Огромные куски на поверхности начали слой за слоем перемещаться назад!

Половина солнца, казалось, ожила, и это испугало всех и заставило в тревоге отступить назад. Они видели, как солнце непрерывно менялось, пока не превратилось в сплошную металлическую стену, возведённую прямо перед ними.

Цинь Му подошёл к другой половине солнца и повторил процедуру. В итоге та тоже превратилась в стену.

Две стены стояли перед всеми. Они были золотистого цвета, простые и без прикрас. Их высота достигала примерно трёхсот метров, в то время как длина составляла добрых несколько километров.

— Бог Цзы Цин знала, что, чтобы завершить миссию Императора, ей придётся пожертвовать своими божественными глазами, поэтому она, дабы насладиться жизнь в полной мере, потратила на это сто лет… А уже после она использовала оставшиеся пятьдесят лет, чтобы исполнить приказ Императора. Какая необыкновенная женщина! — с уважением смотря на две стены, в восхищении воскликнул юноша. Затем он продолжил, но уже тихо, почти шёпотом. — Её зовут Цзы Цин, Цзы означает старшая сестра, а Цин — зелёный. Здесь говорится, что она была старшей сестрой, которая в кругу своей семьи любила одеваться во всё зелёное. Как жаль, судьбой мне не предначертано встретиться с таким необычным человеком… мм? Что с вами не так, ребята?

Цинь Му оглянулся и увидел, что все ошалело, в оцепенении уставились на него…

После недолгой паузы и всё ещё пребывая в растерянности он подумал, что имеет место быть некое недоразумение или недопонимание, и решил объяснить:

— Цзы означает сестра, а Цин зелёный. Цзы Цин означает старшая сестра в зелёном.

— Н-не в-в эт… этом дело! — заикнулся старец. — Ваше Высочество, Вы решили построения солнца!

— Было достаточно просто. Я провёл некоторые исследования в отношении божественных искусств глаз. В Империи Вечного Мира я даже выковал божественный глаз, который имеет достаточно похожую структуру. Конечно, он был не так сложен, как это солнце. Цзы Цин была действительно замечательной! — подняв голову, Цинь Му улыбаясь посмотрел на две стены. —  Я узнал довольно много вещей. Мне уже не терпится нырнуть в колодец, чтобы заглянуть ей в глаза…

Глава 399. Ловля Солнца

Когда речь заходила о божественных глазах, здесь у Цинь Му был довольно большой опыт, благодаря которому он отлично разбирался в их структуре. Он выучил Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, сумел выковать Божественную Пушку Солнечного Удара и к тому же заполучил Нефритовые Глаза Солнца и Луны. Независимо от того, насколько сложным было внутреннее строение солнца, выкованного Цзи Цин, и насколько изощрённым оно казалось с первого взгляда, подход, лежащий в его основе, был вполне обычным.

Когда кто-то другой видел столь сложную структуру, то скорее всего оказывался не в силах разобраться в ней. Тем не менее, он мог быстро понять что к чему, отмечая главные особенности построений.

Цзи Цзин выковала солнце не для того, чтобы использовать его в качестве оружия. Вместо этого главная функция артефакта состояла в том, чтобы освещать окрестности, поэтому использованные в нём построения не владели особой мощью и не несли в себе угрозы. С ними можно было работать без опасности для жизни.

Кроме того, Цзи Цин оставила механизм для расформирования солнца. Как только тот активировался, артефакт превращался в металлическую стену. Впрочем, так как Цинь Му умудрился разломать солнце на две части, в этот раз стен тоже оказалось две.

Подавляя шок в своих сердцах, бесчисленные Пастухи Солнца извлекли огромные цепи из артефакта.

— Как мы сможем выловить новое солнце из Колодца, не имея подходящего крюка?

Глаза всех вокруг с надеждой повернулись к Цинь Му.

Старейшина тут же покачал головой:

— Совершенствование Его Высочества недостаточно высокое. Он не сможет опуститься вглубь Колодца Солнца и вытащить для нас солнце.

Температура в Колодце Солнца была невероятно высокой, настолько, что всё, что смогли выковать Пастухи Солнца, плавилось, не сумев достичь дна. Будучи всего лишь практиком божественных искусств области Шести Направлений, Цинь Му не имел шансов выдержать подобное.

— Старейшина, ты что, забыл? — улыбнувшись, юноша сказал. — Становясь Хранителем Солнца, я получаю контроль над силой Корабля Солнца. В таком случае моя магическая мощь достигает уровня небесного бога. Если я выловлю новое солнце, то стану свободным и перестану переживать о том, что судно меня проглотит.

— А что, если Вам не удастся достать солнце? — с сомнением спросил старейшина.

— Никаких “если”! Раз уж это я разрушил ваше солнце, то и мне придётся доставать новое! — быстро приняв решение, Цинь Му протянул руку, хватаясь за одну из колонн неподалёку. Пока его тело росло, он что-то вспомнил, обращаясь к старику. — Старейшина, приготовьте мне новый набор одежды. Мои запасные наряды закончились.

Старик не знал, смеяться ему или плакать. Каждый раз, когда Цинь Му превращался в Хранителя Солнца, его одежда разрывалась на куски, и ему приходилось искать новую. К этому времени его запасы закончились, и наряд, который вот-вот должен был прийти в непригодность, был последним.

Если он закончит вылавливать солнце, и под рукой не окажется нового набора одежды, то ему придётся засветить голый зад толпе своих подданных. Так как полная форма Хранителя Солнца отращивала третью ногу, его штаны определённо порвутся в процессе.

— Возьмите Молодой Золотой Шёлк Небесного Ян, сделайте из него ткань и пошейте новый набор одежды для Его Высочества! — сказав это, старейшина что-то вспомнил и добавил. — Позовите старейшину Юй из клана Небесного Пера, пусть она изготовит ткань и позаботится о том, чтобы одежда подходит по размеру и выглядит подобающе.

Группа пастухов немедленно ушли, берясь за работу.

Цинь Му контролировал Корабль Солнца, двенадцать ног которого быстро несли судно к Колодцу Солнца.

На корабле не было солнца, поэтому тот начал поглощать жизненные силы юноши, отчего его тело постепенно проваливалось вглубь палубы, медленно становясь частью судна.

Скорость его истощения была во много раз выше, чем когда над кораблём всё ещё висело погасшее солнце!

Он должен был вытащить солнце как можно скорее. Если затянуть, над его жизнью повиснет огромная опасность!

Неподалёку от Колодца грубая магическая сила Цинь Му подняла цепи, забрасывая их внутрь. Напоминая чёрных драконов, они извивались, будто спускаясь к ядру другой галактики.

Это место было Колодцем Солнца, круглой бездной, внутри которой находились бесчисленные солнца. В то же время в небе над ними ярко сияли звёзды. Имея всевозможные формы и цвета, вместе они формировали Млечный Путь, неостановимо вращающийся вокруг двух колодцев.

Несмотря на то, что цепи Корабля Солнца были невероятно толстыми, на фоне огромного Колодца они напоминали тонкую леску, отчего и правда казалось, будто люди наверху рыбачат. Цинь Му, стоящий у самого края Колодца, выглядел как настоящий рыбак.

Цепи полетели ко дну Колодца, и ладони Цинь Му задрожали. Внезапно его лицо помрачнело, ведь цепи полностью погрузились в бездну, так и не достигнув солнц.

— Старейшина, прикажите всем покинуть корабль! — громко прокричал юноша.

Старейшина пастухов немедленно передал его приказ, и все, кто находился на борту, в спешке подлетели в воздух. В следующий миг они увидели, как Корабль Солнца расправил свои двенадцать ног, наклонился и вошёл в колонну света Колодца Солнца.

Стоя между четырьмя колоннами, гигантское тело Цинь Му напоминало небесного бога, качающегося от езды по слегка ухабистой дороге. На невероятно огромном корабле, он вошёл в Море Звёзд.

— Ваше Высочество, Корабль Солнца уже поглотил Ваши бёдра! — прокричал старейшина. — Не задерживайтесь, а не то корабль проглотит Вас!

В Море Созвездия, корабль спускался вдоль колонны света. На его носу стоял гигант, держащий в руках цепи, пытаясь достать дна бездны. Вокруг него неостановимо кружились бесчисленные звёзды всевозможных цветов.

Внутри бездны гигантские солнца излучали ослепительные лучи, отчего было почти невозможно держать глаза открытыми.

Лицо и грудь Цинь Му покраснели от ужасной температуры, будто вот-вот должны были расплавиться. Он исполнял навык пробуждения Глаз Девяти Небес, чтобы иметь возможность беспрепятственно осматриваться вокруг, не опасаясь жарких лучей.

Корабль Солнца, приближающийся к бездне, постепенно обретал красноватый оттенок. К счастью, он был выкован древними богами, так что расплавить его было почти невозможной задачей.

Наконец, Цинь Му увидел, как цепи коснулись одного из солнц. Теперь он вздохнул с облегчением.

В этот момент он заметил, что Корабль Солнца уже проглоти его талию.

«Вот чёрт! Без солнца в качестве источника энергии, скорость с которой он меня истощает слишком велика!» — собравшись с мыслями, Цинь Му стиснул зубы. Держа в руках четыре цепи, он осторожно прикоснулся к поверхности солнца в поисках места, где находился механизм.

Его тело продолжало постепенно погружаться в корабль, и вскоре тот добрался к животу.

Без солнца, использование силы Корабля Солнца имело огромный недостаток. Скорость, с которой иссякали его силы, значительно превышала любые ожидания!

— Это не символ построения… и это тоже не он…

Даже активировав все девять слоёв навыка слепого, он не мог разгадать символов на поверхности солнца. Ему оставалось лишь положиться на четыре цепи, ощупывая артефакт.

Цепи напоминали четырёх гигантских драконов, медленно рыскающих по поверхности солнца. Магическая сила парня протекала сквозь них, формируя нити из Ци на другом конце, которые затем ощупывали структуру символов на сокровище.

— И это не оно…

Несмотря на то, что его тело провалилось под палубу до шеи, он всё ещё не нашёл механизма. Из его пор выступали капли холодного пота, но даже не успев начать катиться по коже, они испарялись под давлением ужасной температуры, превращаясь в горячее облако вокруг него.

Корабль Солнца проглотил его по шею, вынуждая поднять голову, чтобы рот оставался снаружи. Он изо всех сил пытался повернуть корабль таким образом, чтобы лицом продолжать смотреть в сторону колодца.

Глаза Цинь Му яростно всматривались вглубь, а тело неумолимо проваливалось вниз.

Вскоре даже его рот исчез внутри корабля…

А его нос вот-вот должен был пойти следом!

В конце концов даже его глаза оказались на грани. Переносица постепенно проваливалась, и за миг до того, как его глаза ушли за ней, они увидели глаз внутри солнца.

Цинь Му был слегка ошеломлён: «Божественный глаз Цзи Цин!»

Глаз сиял не менее ослепительно, чем само солнце, и, казалось, смотрел на Цинь Му.  Наблюдая за глазом, он немедленно почувствовал, как в его зрачках возникли новые слои построений!

Это чувство продлилось всего лишь мгновение, после чего Корабль Солнца окончательно проглотил его лицо!

«Нашёл!» — сознание юноши задрожало, и он ощутил, как нить его Ци коснулась чего-то странного. Немедленно собрав свою магическую силу, он направил жизненную Ци сквозь четыре цепи, пробираясь внутрь механизма на поверхности солнца!

В следующий миг снаружи раздался звон, с которым активировалось построение. Цепи пробились внутрь солнца, следуя формации.

Находясь внутри Корабля Солнца, Цинь Му немедленно ощутил безграничную силу, рванувшую к нему из сокровища. В этот миг корабль почти закончил его поглощение, снаружи торчал лишь кончик его носа!

Вьюх!

Четыре цепи вытащили солнце из колодца, и то подлетело в небо над судном, натянув их до предела.

За пределами Колодца старейшина нервно вглядывался в колонну света:

— Прошло слишком много времени. Слишком много. Его Высочество мог не продержаться столь долго… Ещё немного, и он не сможет покинуть Корабль!

Внезапно внутри Колодца вспыхнул яркий свет, и в колонне медленно возникло гигантское солнце. Людям вокруг пришлось отступить назад, так как им в лицо дунули волны испепеляющей жары.

После этого из бездны выбрался Корабль Солнца, медленно перебирая своими ногами, чтобы встать на землю.

Хлоп!

Тело исполина опустилось на землю, отчего та содрогнулась, а каналы вокруг наполнились горящей лавой.

Судно, казалось, стоит довольно уверенно.

Старейшина торопливо взлетел в воздух, направляясь к четырём колоннам. Добравшись туда, он увидел голого Цинь Му, неподвижно лежащего на борту.

Корабль поглотил слишком много его жизненной силы. Несмотря на то, что ему удалось выловить солнце и спасти свою жизнь, запас его сил не восстановился.

— Отойдите, все, отойдите! — Ху Лин’эр в спешке неслась к Цинь Му, её ноги шипели от раскалённой земли, извергая клубы зелёного дыма. — У меня есть лекарство!

Старейшина и остальные отступили в сторону, пропуская её, и лисичка подлетела к парню. Не обращая внимания на то, что её ноги дымились от жары, она быстро впихнула пострадавшему в рот пилюли, которые он же и приготовил, правда для Янь Цзинцзин. Затем она использовала свою жизненную Ци, чтобы ускорить их продвижение по желудку и усвоение.

Когда Ху Лин’эр закончила, Цинь Му начал постепенно приходить в себя. Чувствуя невероятную слабость в теле и задыхаясь, он не имел сил даже для открытия глаз.

Вздохнув с облегчением, лисичка, наконец, ощутила ужасное жжение в ногах, отчего в панике забралась на голову старейшины племени, и её глаза наполнились слезами.

Старик немедленно поднял Цинь Му на руки и прокричал:

— Быстро, к озеру!

Спустя некоторое время парня поместили в горячий источник посреди небольшого острова в центре Корабля Солнца. Сбоку от него лежала хрупкая маленькая девушка.

— Маленький брат-пастушок, — с трудом улыбнулась она.

Ху Лин’эр продолжала сидеть на голове старейшины, не осмеливаясь коснуться земли ногами. Громким и чётким голосом, она намекнула:

— Мои ноги тоже ранены!

Старику ничего не оставалось, кроме как поместить её в источник:

— Маленький предок, в этом источнике не обычная вода, а конденсированная Ци чистого Ян. В ней можно помокнуть, но нельзя мочиться.

— Тьфу, разве что ты стал бы сюда писать! — парировав замечание, Ху Лин’эр радостно уселась, чувствуя, как волны энергии наполняют её тело, очищая конечности и кости. Её божественные сокровища, духовный эмбрион, все души и духи без исключений находились в уюте. Посмотрев на хрупкую девушку сбоку, она восторженно проговорила. — Сестра Цзин из семьи Янь, так ты здесь! Молодой мастер, почему ты не открываешь свои глаза? Кстати, когда ты распластался по земле, все мы увидели твой зад!

Юноша постепенно открыл глаза, и пара девушек тут же была ослеплена ярким белым светом. Казалось, что несколько солнц разразились одновременно, отчего глаза всех вокруг заслезились от колющего давления!

Глава 400. Похищение

Цинь Му закрыл глаза, и спустя некоторое время Ху Лин’эр и Янь Цзинцзин начали постепенно восстанавливаться.

— В Колодце Солнца я увидел божественный глаз Цзы Цин, — не открывая глаз, говорил юноша. — После этого многое открылось в моих глазах… как будто её глаза запечатлели что-то в моих.

— Ты что-нибудь видишь? — с нервозностью, спросила Янь Цзинцзин.

— Да.

Глаза Янь Цзинцзин были ранее обработаны Цинь Му, и к текущему моменту они более-менее исцелились. Она могла видеть, но её тело до сих пор было ослабшим.

Тем не мене, Янь Цзинцзин немедленно подошла к Цинь Му и, опёршись на его плечи, мягко проговорила:

— В нашем племени Пастухов Солнца есть техника совершенствования глаз, она называется Круги Плеяд Солнечной Звезды. Дай мне время, чтобы исполнить её, после чего откроешь глаза, я хочу осмотреть их.

Цинь Му ждал, пока Янь Цзинцзин не сказала:

— Готово.

Он открыл глаза, и из них вырвался наружу божественный свет, омывая собой окрестности белоснежным сиянием. Затем он обратил внимание на хрупкую девушку, которая двигалась перед его лицом, серьёзно всматриваясь в его зрачки. В её глазах, казалось, виднелись звёздные круги, застилающие её зрачки и, непрерывно циркулируя, противостоящие силе его божественных глаз.

Погрузившись в самозабвенное изучение, Янь Цзинцзин придвинулась к его глазам, чтобы различить малейшие узоры. Она находилась так близко, что он не смел дышать, так как боялся выдохнуть ей в лицо.

— Надо же… Тип рунических узоров, что выстроили собой настоящие многомерные построения, — задумчиво выдохнула Янь Цзинцзин, заставив Цинь Му почувствовать запах орхидей и ириса, и, рассматривая его глаза, продолжила. — Внешний слой выглядит как Круги Плеяд Солнечной Звезды нашего племени Пастухов Солнца, но во внутренних слоях мне удалось рассмотреть другие узоры. В общей сложности два, три, четыре… — внимательно осматривая пылающие зрачки юноши, она увидела внутри слои пространства. Руны образовали собой странную структуру, чем-то напоминающую слои солнечных кругов, непрерывно растягивающихся назад.

Она не могла ясно видеть, сколько их на самом деле было.

— Внутри твоего глаза, в самой центральной области слоёв Круга Плеяд Солнечной Звезды, кажется, есть солнце. Оно также может быть сформировано звёздными кругами… — закончив осмотр, Янь Цзинцзин добавила. — Я научу тебя Кругам Плеяд Солнечной Звезды, моему божественному искусству зрачков. Попробуй и посмотри, сможешь ли ты контролировать узоры в своих глазах.

Цинь Му с трудом кивнул. Только тогда Янь Цзинцзин заметила, что её лицо было так близко к его лицу, что они почти прикасались друг к другу. Парень не мог нормально кивнуть, потому что боялся ударить её лбом. Их взгляды встретились, и звёздные круги в их глазах вспыхнули блестящими лучами.

В этот момент прозвучал голос Ху Лин’эр:

— Молодой мастер, осмотр уже закончен? Почему никто не сказал мне?

— А он разве закончен? — тут же сказал юноша, и девушка, глядя на него, рассмеялась.

Услышав игривый смех и немного насторожившись, Ху Лин’эр начала во всю плескать своими маленькими ручонками и ножками по воде в попытке подплыть, в то время как её хвосты буйками болтались на поверхности.

Взгляд её молодого мастера был слишком ярким, поэтому она не могла на него смотреть, однако, ей удалось сориентироваться по звуку и, как результат, оказаться прямо у того под боком. Выскочив из воды и начав трясти хвостами, она забрызгала водой лица парочки, из-за чего юноша и девушка немедленно разошлись и подавили бродячие мысли в своих сердцах.

Цинь Му закрыл глаза. Ху Лин’эр стояла между ними, разделяя их неприступной стеной.

— Я научу тебя Кругам Плеяд Солнечной Звезды, слушай внимательно, — тут же проговорила Янь Цзинцзин, дабы не появилось неловкой паузы.

Девушка объясняла, а парень всякий раз уточнял, когда в чём-то сомневался, и уже вскоре освоил новую технику зрачков. Недолго думая, он решил опробовать её на деле, и слои звёздных кругов в его глазах погасали один за другим. Но не до конца, некоторые руны всё же остались.

Цинь Му открыл глаза, больше не излучая во все стороны поразительные лучи… хотя, время от времени, в глубине его зрачков вспыхивал луч света.

Круги Плеяд Солнечной Звезды не закрыли солнечные узоры в самом ядре.

Подойдя поближе, Янь Цзинцзин осмотрела его зрачки:

— Круги Плеяд Солнечной Звезды должно быть являлись частью техники божественных глаз. А так как они были не завершены, узоры невозможно сокрыты полностью…

Ху Лин’эр подошла к Цинь Му, осмотрев его правый глаз, как будто знала, что делает:

— Молодой мастер, в твоих глазах звёзды!

— Это Круги Плеяд Солнечной Звезды, мы с сестрой Цзинцзин сейчас обсуждаем их, так что не создавай проблем, — юноша не знал, плакать ему или смеяться. — Сестра Цзинцзин, отпечатки глаз бога Цзы Цин отразились в моих, поэтому мы могли бы просто овладеть ими. В Эпоху Императора-Основателя её божественные глаза определённо были номер один. Освоив их, мы совершим нечто экстраординарное!

Поразмышляв над сказанным, Янь Цзинцзин сказала:

— Невозможно овладеть божественными глазами номер один только по отпечаткам. Несмотря на то, что я изучила Круги Плеяд Солнечной Звезды, я не смогу, полагаясь на них, вывести технику божественных глаз подобного уровня. Слишком сложно…

— Кто-то наверняка справится! — глаза Цинь Му загорелись, он был полон уверенности. — Слепой из моей семьи определённо сможет восстановить технику бога Цзы Цин полагаясь только на эти отпечатки!

— Слепой? — с любопытством спросила Янь Цзинцзин. — Разве он не слеп?

Будучи полностью уверенным в способностях своего дедушки, юноша объяснил:

— Несмотря на то, что он слеп, его зрение очень хорошее. Он человек с высшими достижениями в божественных глазах!

Девушка совсем не понимала о чём идёт речь. Озадаченная, она спросила:

— Он слеп, тогда как его зрение может быть очень хорошим?

— У слепого лучшее зрение, немой немногословен, но может обругать так, что потом будет стыдно появляться на пороге отчего дома, однорукий старый Ма владеет лучшими навыками кулака, мясник, у которого есть только половина тела, является самым жестоким бойцом, а дедушка глухой, несмотря на свою полную глухоту, лучший в понимании сердец других, — улыбался Цинь Му. — Также у меня самые красивая бабушка Сы и симпатичный дедушка целитель во всём мире, последний, кстати, также номер один в лечении и отравлении других. Однако! Самым могущественным из них остаётся старейшина деревни, у которого нет ни рук, ни ног. Его навыки меча являются лучшими под небосводом!

Отойдя от лёгкого состояния недоумения, Янь Цзинцзин с волнением выпалила:

— Я хочу на них посмотреть!

— Когда поправишься, я познакомлю тебя с ними! — сказал Цинь Му. — Почти новый год, я думаю, что на этот раз мы будем праздновать в хоромах бабушки. Хочешь, пойдём вместе?

— Конечно! — девушка была неописуемо взволнована, но её лицо вскоре поникло. Покачав головой, она поправилась. — Мне нужно остаться в племени, никто кроме меня не может присматривать за Кораблём Солнца. Если дьяволы снова придут…

Парень улыбнулся и сказал:

— Всё в порядке, я поймал новое солнце и убил дьявольского бога Телесных Подражателей, поэтому не должно быть никаких вражеских атак в течение некоторого времени. После нового года я отправлю тебя обратно.

Янь Цзинцзин была в восторге, но нервничала:

— Я никогда не оставляла своих соплеменников…

— Когда я рядом, ты можешь быть спокойна!

Не будучи способной влезть в разговор, Ху Лин’эр могла только ворчать в своём сердце.

Спустя некоторое время подошло несколько женщин Пастухов Солнца. Положив одежду, они почтительно сказали:

— Ваше Высочество, новая одежда готова.

Цинь Му встал, как вдруг почувствовал холод, приласкавший его ягодицы. Он поспешно сел обратно и сказал:

— Лин’эр, сестра Цзинцзин, отвернитесь, я хотел бы переодеться.

Янь Цзинцзин и Ху Лин’эр отвернулись, и он немедленно выбрался из воды.

Ху Лин’эр повернула голову, но Янь Цзинцзин сразу же приглушённо окликнула:

— Не подглядывай!..

— Я хочу посмотреть, есть ли у молодого мастера хвосты, — прошептала она в ответ.

— Давай, только аккуратно… Ну как, у него есть хвосты? — с любопытством спросила Янь Цзинцзин.

— Нет, на его заднице не то что хвостов нет, а даже нормальной растительности, — в голосе Ху Лин’эр сквозило разочарованием.

Одевшись, Цинь Му увидел, что наряд был голубого цвета. На перекрытии сторон халата возле груди были вышиты узоры солнца и луны, а подол был расшит узорами драконов и фениксов. Стиль и пошив были очень уместны, выглядя одновременно роскошно, и не слишком бросающимися в глаза.

Если описать всё вкратце — сплошная элегантность и сдержанность.

— Неплохая одежда, — парень был поражён комфортностью ощущения. Когда он попытался выполнить технику Девяти Монархических Драконов, его мышцы расширились как у драконов, но и одежда также расширилась. Не было никакого диспропорционального эстетического уродства, всё по-прежнему выглядело очень уместно.

— Действительно хорошо сделано! — был удивлён и восхищён Цинь Му, чувствуя, как его жизненная Ци пульсирует по телу вместе с одеждой, будто та была кожей. Кроме того, одежда могла самостоятельно подстраиваться под любые изменения.

— Это работа клана Небесного Пера! — улыбаясь, сказал Цинь Му. — Если клан Небесного Пера окажется в Вечном Мире, они выживут, полагаясь лишь на своё ремесло в пошиве одежды, — договорив, он прыгнул обратно в воду. Несмотря на своё нахождение в воде, одежда не промокала, поэтому, когда он вышел из воды, она всё также оставалось сухой, и это не могло не заставить его в изумлении цокнуть языком.

Водоём полный “воды”, по сути, был сжатой до жидкого состояния Ци чистого Ян, которая, впитываясь в тела людей, могла восполнить исчерпанную жизненную силу.

Янь Цзинцзин имела тело чистого Ян, благодаря чему она извлекала наибольший положительный эффект.

Цинь Му тоже мог поглощать Ци чистого Ян, поэтому он постоянно использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Мало того, что он чувствовал, как его жизненная сила непрерывно восстанавливалась, так ещё и его совершенствование росло, а жизненная Ци становилась чище.

Им нужно побыть в воде в течение нескольких дней, и их тела восстановят былую силу.

Травмы Ху Лин’эр уже давно прошли, но она оставалась рядом, не желая уходить, поэтому Цинь Му использовал это время, чтобы обучать её божественным искусствам, путям и навыкам, а также тому, как использовать меч. Он также обменялся советами с Янь Цзинцзин в отношении знаний о божественных глазах.

В результате пара дней пролетела совершенно незаметно.

Несмотря на то, что жизненная сила Янь Цзинцзин восстановилась, она всё ещё была очень слаба. Когда она протянула руку, было видно лишь кожу да кости. Корабль Солнца поглощал её физическое тело слишком долго, для неё было попросту невозможно восстановиться за столь короткое время.

Парень вынес Ху Лин’эр из воды, в то время как Янь Цзинцзин справилась сама.

— Скорее всего старейшина не позволит мне уйти. Я никогда раньше не уходила далеко от Корабля Солнца…  — с некоторым колебанием, сказала девушка.

— В таком случае, давай не будем ему говорить. Мы просто улизнём, — улыбнулся парень.

Янь Цзинцзин была так взволнована, что её лицо покраснело, а пальцы сжались в кулаки:

— Разве так можно?

Цинь Му сказал им ждать поблизости, а сам отправился на поиски старого старейшины Пастухов Солнца и Юй Чжаоцин.

Юй Чжаоцин уже уладила вопрос касательно дальнейшего будущего с членами своего клана, решив временно отправиться в Империю Вечного Мира и поселиться там. Прямо сейчас они лишь ждали команды к отправлению.

Цинь Му взял с собой Сы Юньсян, Лин Юйсю, а также цилиня вместе с забавляющимися в озере, словно дети малые, Драконами Наводнения. Затем он попрощался со старейшиной пастухов, пока Ху Лин’эр дала знак Янь Цзинцзин слиться с толпой членов клана Небесного Пера.

Старейшина собрал всех, чтобы проводить их, сказав:

— Ваше Высочество, Хранителю Солнца нездоровится, так что пусть Ваше Высочество позаботится о ней.

От неожиданности юноша остолбенел, а старик лишь махнул рукой на прощание.

Когда они оказались достаточно далеко от Колодца Солнца, Янь Цзинцзин подошла к Цинь Му и взволнованно прощебетала:

— Старейшина не заметил меня!

Цинь Му одолевали противоречивые чувства: «Как мог тот старый лис не заметить тебя…»

Лин Юйсю была шокирована и вскрикнула:

— Пастушок, ты похитил Хранителя Солнца? Как смело с твоей стороны!

— Он даже похитил принцессу Империи Вечного Мира, — усмехнувшись, сказала Сы Юньсян, затем она, окинув взглядом величественное зрелище шествия миллионов прекрасных людей клана Небесного Пера, следующих за Цинь Му в Империю Вечного Мира, добавила. — Владыка даже похитил клан Небесного Пера… а также более десятка Драконов Наводнения. Он действительно обладает природными качествами Владыки Небесного Дьявольского Культа. Решение Патриарха было правильным. Если бы это была я… я бы не смогла похитить столько последователей… что касается Ли Тяньсина, он даже не достоин подтирать ему задницу!

Глава 401. Шокирующее Превращение Одноногого

По дороге назад, Цинь Му сначала посетил деревню Цань Лао, обнаруживая что та превратилась в царство куриных драконов. Они громко кудахтали и бросали на незнакомцев яростные взгляды, будто собираясь объявить войну миллионам членов Клана Небесного Пера.

Цинь Му убил самого яростного из них. Когда зверя пожарили, остальные куриные драконы наконец поняли, где их место и больше не осмеливались наглеть.

В деревне не было людей, а значит целитель ещё не вернулся. Цинь Му оставил записку, в которой просил всех, кто придёт в деревню, идти в дом Бабушки Сы для празднования нового года, после чего отправился в путь.

В величественных Секретных Водяных Проходах, армия Империи озадаченно наблюдала за приближением миллиона людей. Город охраняли всего несколько десятков тысяч солдат, которые никогда не видели перед собой столь ужасного зрелища.

К счастью, Лин Юйсю отправилась к ним навстречу и объяснила солдатам свои намерения. Лишь тогда генерал, возглавляющий оборону города, согласился открыть врата и впустить их.

Прокормить настолько огромное количество людей было невероятно сложной задачей. Члены Небесного Пера были вегетарианцами, поэтому не ели мясо или рыбу. По дороге, они питались лишь фруктами, мёдом и корнями цветов, кое-как перебивая свой голод.

Несмотря на это, количество еды, которую потреблял миллион людей, все ещё было огромной проблемой.

Цинь Му спросил Юй Чжаоцин о фруктах пилюльных дерев, которыми клан Небесного Пера питался в мире Небесного Пера. Несмотря на то, что на самом деле это были духовные пилюли, они были очень сочными, напоминая полупрозрачные сверкающие кристаллы. В то же время, они владели всеми особенностями духовных пилюль, и лишь один такой фрукт полностью утолял голод и жажду человека.

Употребление обычных фруктов тоже могло удовлетворить их потребности, вот только вкус был не настолько хорошим.

— Пилюльные деревья… В Великих Руинах или Империи Вечного Мира нет растений, на которых растут духовные пилюли.

Юноша расспрашивал об эффекте плодов пилюльного дерева, и Юй Чжаоцин тщательно всё описала. Затем парень несколько раз попытался приготовить подобную пилюлю, но пробуя их женщина каждый раз разочарованно покачивала головой.

Наконец, Цинь Му смог создать пилюлю цвета дождевого неба, потратив на неё необъятное количество усилий.

Попробовав её, Юй Чжаоцин похвалила:

— Вкус уже наполовину напоминает оригинал.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му передал ей рецепт, чтобы она приказала лекарям клана Небесного пера заняться готовкой. Таким образом, им больше не придётся рыскать по округе в поисках съедобных фруктов.

«Для жизни людям Небесного Пера подойдут только южные регионы, там, где тепло.»

Голова Цинь Му разболелась, думая над тем, где бы пристроить столь огромное количество людей. В конце концов, он решил оставить эту проблему и головную боль, которую она вызывала, Императору Яньфэну.

Летающий корабль поднялся в небо над Секретными Водяными Проходами, с молниеносной скоростью доставляя письмо Цинь Му в столицу.

Между тем, юноша призвал Владыку Выращивания Драконов, заставляя его принять свою истинную форму и доставить миллион людей на своём гигантском теле. Сложившаяся картина поражала глаза зрителей.

Ян Цзинцзин удивлённо цокнула языком. В Колодце Солнца она никогда не видела существа столь огромного, как Владыка Выращивания Драконов, поэтому была слегка ошеломлена.

Когда они добрались к югу префектуры Отдыха, Цинь Му попросил людей Небесного Пера расположиться в здешних лесах. Сам он вместе с девушками отправился в дом бабушки Сы, чтобы дождаться там получения распоряжения от Императора Яньфэна.

Добравшись к поместью бабушки, все были ошеломлены. Это место выглядело как священная земля посреди мира смертных, напоминая настоящий рай. Духовная Ци и энергия здесь были столь плотными, что почти превращалась в капли росы.

Здесь стоял невероятный шум, поднятый носящимися туда-сюда горничными. Ошеломлённая Лин Юйсю подозвала двух из них к себе:

— Цзянь Ци, Цинь Ци, разве вы не должны служить Матушке Императора? Что вы здесь делаете?

Парочка девушек была никем другим, как близняшками, которые однажды сопровождали Цинь Му, пытаясь защитить его от Маленького Короля Ядов. Они немедленно поздоровались. У каждой из них была ямочка на лице, у одной на левой щеке, а у другой на правой, дополняя друг друга.

Цзянь Ци улыбнулась:

— Матушка Императора здесь, поэтому мы, естественно, тоже.

Лин Юйсю была поражена:

— Она здесь? Что она забыла в этом месте?

Цзянь Ци и Цинь Ци встревоженно переглянулись. Цзянь Ци на мгновение заколебалась, после чего проговорила:

— Она преследовала Жиголо Юй, и в результате забрела сюда… Принцесса, не говорите никому, иначе Матушка Императора отрубит нам головы, узнав, что мы проговорились!

Цзянь Ци прошептала на ушко Лин Юйсю:

— За Жиголо Юем гналось бесчисленное количество женщин, и когда он продемонстрировал своё истинное лицо, они с ужасом обнаружили, что оно изуродовано. Впрочем, никто не покинул своих намерений. Все его поклонницы невероятно жестоки и обрели славу в мире боевых искусств. Терпение Матушки Императора иссякло, и она начала ожесточённую битву. Впрочем, Её Величество так и не сумела совладать со всеми, и теперь они сидят здесь, в ожидании чуда.

Лин Юйсю взволнованно посмотрела на Цинь Му:

— Жиголо Юй тоже из твоей деревни?

— Он дедушка целитель, также известный как Нефритовый Король Ядов, — обрадовался новостям Цинь Му. — В таком случае, он тоже должен быть где-то неподалёку! Его окружило стадо женщин, и он не может бежать!

Янь Цзинцзин осмотрелась, и кроме носящихся повсюду девиц обнаружила неподалёку странные формы жизни. Одной из них был яростный водяной с головой человека и телом рыбы, а другой был водяным с телом человека и головой рыбы. Они тоже куда-то спешили, прихорашивая поместье к новому году.

Кроме того, здесь обитали деревянные, цветочные и другие демоны, поселившиеся в горах и дикой местности. Из голов деревянных демонов торчали ветки, на которых зеленело несколько листиков. У существ был дикий характер, и они зачастую сражались с демонами-оленями.

— Негодяй, зачем ты привёл столько девиц на новый год?

Осматриваясь, отряд ощутил приятный аромат и тут же повернул свои головы в сторону голоса, с удивлением обнаружив что к ним приближается прекрасная женщина. Она не выглядела как человек из мира смертных, а скорее, как существо из легенд. Её красота казалась божественной, не имея даже малейшего недостатка.

Девушки были ошарашены, чувствуя свою неполноенность. Впрочем, их сердца также наполнились восхищением и желанием познакомиться с ней поближе.

— Тётя! — Сы Юньсян бросилась вперёд, восхищённо восклицая. — И ты здесь!

Рассмеявшись, бабушка Сы ответила:

— Лисичка Сян, держись подальше от моего Му’эра!

— Мы ведь семья, как тётя может становиться на его сторону? — с помрачневшим лицом возмутилась Сы Юньсян.

Бабушка отодвинула её в сторону и подошла к остальным девушкам. Осмотрев их, она улыбнулась:

— Я его вырастила, и Му’эр намного ближе мне, чем ты. Сян, я никогда не могла терпеть тебя. Держись от этой вертихвостки подальше, Му’эр, её голова полна плохих мыслей, ты должен быть предельно осторожен.

Ху Лин’эр вскочила, прокричав:

— Я знала, что она вертихвостка! Бабушка, я хорошо присматривала за молодым мастером и не давала ей шанса подобраться к нему!

Бабушка подошла к парню, собираясь погладить его по голове, после чего яростно прокричала:

— Ты вырос! Почему не наклоняешься?

Юноша тут же присел, и старуха начала гладить его по голове, вздыхая:

— Ты почти такой же высокий, как мясник. Когда ты успел настолько повзрослеть, что начал заигрывать со всеми подряд и приводить ко мне девушек… — Её глаза покраснели. наполняясь слезами. — Ты покинул дом всего лишь год назад, и уже начал создавать свою собственную семью…

— Бабушка, я не создаю свою семью! Это дедушка слепой меня заставил! Ты уже знакома с Юйсю, а это Хранительница Солнца из племени Пастухов, та, кто прогнала Имперского Наставника с Великих Руин. Её зовут Янь Цзинцзин! А это старейшина клана Небесного Пера из Мира Небесного Пера, Юй Чжаоцин. Я сказал, что отправляюсь домой на празднование нового года, и они решили присоединиться.

Слёзы бабушки превратились в радостный смех, и она проговорила:

— Хорошо, что эти девушки здесь, и встретят своих новых родственников. Быстро, садитесь!

Лица девушек мгновенно покраснели.

Юй Чжаоцин, тем не менее, была старейшиной клана и владела сильным совершенствованием. Будучи главным человеком мира Небесного Пера, она проговорила:

— Старшая сестра, не пойми меня неправильно, но я не жена Его Высочества.

Смотря на её привлекательное лицо, бабушка Сы чувствовала всё более сильную симпатию:

— Тогда можешь называть меня бабушкой. Старшая сестра — это уж слишком вежливо.

Юй Чжаоцин на мгновение заколебалась. Она ещё не успела толком разобраться в том, как люди этого мира обращались друг к другу, поэтому ей не оставалось выбора, кроме как использовать слово “бабушка”.

— Отлично! — обрадовалась старуха.

Сы Юньсян подошла к ней, открывая рот:

— Бабушка…

Лицо последней тут же побледнело:

— Называй меня тётей!

Сы Юньсян почувствовала ужасную обиду, и опустив голову, продолжила обращаться к ней “тётя”. Вскоре, бабушка привела их во дворец и отправила Цинь Му прочь:

— Иди в соседний зал и найди одноногого. Тот пережил ужасную потерю и теперь сильно страдает.

— В какой зал? — уточнил юноша.

— Здесь всё сделано, как в деревне, так что он в своём доме.

Цинь Му немедленно отправился на поиски, а бабушка обернулась ьк девушкам, становясь всё веселее и веселее. Она заговорила к Янь Цзинцзин:

— Хранительница Солнца очень тощая, тебе нужно больше кушать. У Юйсю, впрочем, очень крепкое, плотное тело. Когда-то я встречалась с твоим отцом, но мы не разговаривали. Когда будем приглашать родственников…

Цинь Му нашёл дом одноногого, обнаружив, что там были слепой, немой, глухой и мясник. Кроме того, на раскладушках лежали два старейшины деревни. Однако, в то время как один из них был настоящим, другой оказался одноногим, ноги которого куда-то пропали!

Цинь Му немедленно бросился к нему, прокричав:

— Дедушка одноногий, что…

Лицо старика было наполнено слезами, он заныл:

— Му’эр, ты вернулся? Дедушка одноногий пал!

Цинь Му собрался с мыслями и осмотрелся, своим взглядом расспрашивая остальных о произошедшем:

— Человек, выковырявший мои глаза, вернулся, и отобрал ноги одноногого. Немой уже посетил Монастырь Великого Громового Удара и предупредил старого Ма, чтобы тот был осторожен. Скорее всего, тот человек вернётся, чтобы отобрать его божественные кулаки!

Сердце Цинь Му вздрогнуло, и парень глубоко вдохнул, после чего торжественно спросил:

— Старейшина, что это за человек?

До того, как старик успел открыть рот, в комнату вошёл высокий и крепкий целитель:

— Когда я бежал, спасаясь, то встретил Даоса Лин Цзина, который сказал мне, что за ним гонится богоподобное существо, пытаясь отобрать его божественную кровь, поэтому он просил меня изменить её, чтобы спастись. Я спросил кто именно его преследует, и он ответил, что это существо было ровней старейшине деревни в его лучшие годы, и называло себя богом.

Старейшина мрачно вздохнул и проговорил:

— Его имя состоит из одного слога, Ань. Его фамилия тоже довольно странная — Син. Он ужасный эгоист. Судя по всему, ему столько же лет, как и мне, так что он умрёт через два года.

— Даос Лин Цзин говорил, что он выглядел довольно молодым, будто подросток, — на лице целителя виднелось беспокойство. — Судя по тому, что ты знаешь, он сумеет найти старого Ма? Тот теперь стал Жулаем, четыре элемента ничего для него не значат, поэтому он не придёт к нам на новый год, и окажется в опасности, сидя на горе Меру!

Не удержавшись, Цинь Му спросил:

— Этот человек, Син Ань, насколько он силён? Он и вправду сможет пробиться к вершине Монастыря Великого Громового Удара?

— Я не знаю, насколько велика его сила сейчас. Тем не менее, мне известно, что сил человека хватит лишь для того, чтобы развить одну часть тела до божественного уровня. Если всё тело достигает этого уровня, то существо становится богом. Поэтому он определённо отправится на поиски старого Ма, — ответил старейшина.

Глава 402. Син Ань

Помимо бабушки Сы, все остальные старики деревни Цань Лао были гениальны в каком-то определённом аспекте, или можно было даже сказать — неповторимы. Каждый из них в том или ином виде достиг области бога.

Так как для них было невозможно продолжить путь по разрушенному божественному мосту, а значит им был не суждено продвинуться к ещё более высокому уровню совершенствования, они потратили все свои усилия на исследования в одной, определённой, узконаправленной области. Как результат, их способности стали сопоставимы с таковыми у богов с Высших Небес, сильнейших богов, с которыми Владыка Выращивания Драконов даже рядом не стоял.

Достижение области бога в конкретном направлении позволило им бороться против практиков Высших Небес, а что бы произошло, если бы они достигли область бога по всем направлениями? Разве они не стали бы истинными богами?

Было очевидно, что чудовищно сильный практик по имени Син Ань следовал по такому пути, но стратегия, которую он выбрал, не состояла в том, чтобы исследовать вещи самостоятельно. Вместо этого он забирал части тел у других людей.

В конце концов энергия людей была ограничена, и без восстановления божественного моста их продолжительность жизни также имела свой предел. В лучшем случае, они могли прожить только восемьсот лет. Если бы Син Ань сосредоточился на усердном совершенствовании и исследовании, он мог бы достичь область бога только в двух областях. С другой стороны, забирая части тел у других, он мог собрать тело области бога, сделав его истинным богом!

Будучи практиком наравне по силе со старейшиной деревни, по логике вещей, он должен быть также стар, как и последний, однако, со слов очевидцев он выглядел всё ещё очень молодо. Из всего этого напрашивался очевидный вывод — он забрал не только ноги одноногого и глаза слепого, от его смертоносных рук определённо пострадали и другие!

Никто не мог ясно определить, какого уровня достигли его способности.

Глаза слепого были сильнейшими божественными глазами, а ноги одноногого — сильнейшими божественными ногами. Только эти две части позволили ему подняться на вершину среди сильнейших практиков всего их мира.

Син Ань определённо взял больше частей тела области бога от других людей. С таким сильным практиком, желающим забрать руки старого Ма, последний не сможет ничего поделать, даже являясь теперь Жулаем.

— Я найду старого Ма, — встав, твёрдо проговорил мясник.

— Мясник, твои ножи — твоя самая сильная сторона? — вдруг спросил старейшина.

Замерев, мясник ответил:

— Нет. Моя самая сильная сторона — это сердце.

Грохот исходил из его тела, подобно рокотанию небесного грома. Звук чем-то напоминал гигантские барабаны войны, своим ритмичным стечением призывающие несметные легионы к резне. Вот только всем вокруг заложило барабанные перепонки всего лишь от стука его сердца.

Пробудил свою Ци и кровь, звук его сердцебиения дал всем ощущение, будто свои ножны покинул самый толстый, тяжёлый Небесный Нож.

Нож не знал предела своей необъятности и остроте, он был способен преодолеть любые препятствия!..

Нож Небесного Ножа не был Ножом для Убоя Свиней в его руках, им был он сам…

Небесный Нож требовал сильный источник энергии, коим и было его сердце.

Цинь Му открыл Глаза Небес Киновари и посмотрел на мясника, и то, что он увидел, было не человеком, а ножом!

В центре было бьющееся сердце. Кровеносные сосуды тянулись от него, как драконы, сетью опутывая все части ножа. И с каждым ударом сердце посылало несравненную Ци и кровь ко всем уголкам Небесного Ножа!

Мясник усовершенствовал своё сердце в божественное.

— Ему нужно твоё сердце, божественное сердце, — декламировал старейшина.

Покачав головой, мясник сказал:

— Я его не боюсь.

— Как и он тебя. Даже если ты сразишься с ним, твои шансы на победу невелики. Если ты пойдёшь искать старого Ма самостоятельно, тебя точно перехватят на полпути. Немой, какая у тебя самая сильная сторона?

Немой сидел, куря табачную трубку, а когда услышал слова старика, он, постучав трубкой, чтобы выбить из неё пепел, засунул её себе за пояс. Как вдруг печь на его спине загорелась без огня, но вскоре все заметили, что та воспламенилась не благодаря его жизненной Ци, и даже то, что горела и вовсе не печь, а его тело.

Его жизненная Ци стала нестерпимо палящей, как будто в его брюшной полости яростно горела печь. Со стороны она выглядела как маленькое солнце, которое бешено кружилось, становясь мощнее!  Казалось, что солнце непрерывно накапливает энергию для потрясающего мир взрыва!

— Немой, твой даньтянь превратился в божественную печь, Син Аню это тоже понадобится, — покачав головой, старейшина перевёл взгляд на глухого. — Глухой, несмотря на то что твой путь живописи достиг своего предела, Син Аню нет интереса до твоего тела. Он не сможет лишить тебя мастерства.

Глухой поднял голову и взглянул на целителя:

— Шарлатан не должен попасться ему на глаза. Его совершенствование слишком мало, всего лишь в области Небожителя.

Целитель улыбнулся и сказал:

— Куда бы я ни пошёл в боевом мире, по крайней мере я не умру с голоду, в отличие от самоуверенного художника.

Глухой не придал значения его словам, гордясь собой добавив:

— Дохода от одной моей картины может хватить на покупку двух особняков, в то время как ты быстро останешься без гроша в кармане, если не сможешь никого вылечить.

— Син Аню нужен целитель, — вдруг сказал старейшина, чем удивил всего, а после продолжил. — Ему нужны умения целителя, чтобы изменить своё тело.

Целитель вздрогнул.

— Вам, ребята, не нужно беспокоиться. Мясник, немой, целитель, следуйте за мной, мы отправимся в Монастырь Великого Громового Удара. Глухой, одноногий, слепой, вы должны остаться. Цель Син Ань — это мы, так что он не придёт за вами. Что ж, тогда пора в путь. Ах да, Му’эр, останься здесь на празднование нового года. В Монастыре Великого Громового Удара опять придётся обедать сякой вегетарианщиной. В путь!

— Мой Лун То хотел бы встретиться с ним снова. Божественное копьё было повержено им, долгожданная месть должна свершиться, — со спокойным выражением лица проговорил слепой.

Старейшина деревни покачал головой и сказал:

— Дело не только в тебе. Здесь также нужен сильный практик, одноногий не в счёт. Когда у него была одна нога, он мог бегать, но теперь лишился обеих. Будет лучше, если ты останешься.

Слепой нахмурился, но ничего не сказал. Целитель принёс корзину с травами и поместил в неё старейшину, после чего двинули в путь вместе с мясником и немым. Множество женщин планировали уйти с целителем, но он уговорил их остаться:

— Сестрицы, я вернусь через несколько дней. Я не сбегу, не волнуйтесь!

После этого женщины отпустили его. Когда в зале остались только одноногий, слепой, глухой и Цинь Му, одноногий начал жалостливо горлопанить:

— Теперь Му’эр самый быстрый в нашей деревне, я не смогу побежать, даже если захочу!..

Юноша немедленно утешил старика, и его эмоции постепенно стабилизировались. Но через какое-то время увидев, что ноги то больше нет, ему вновь стало на сердце грустно:

— Я мог прыгать, я мог бегать, но теперь я не могу ничего!

— Дедушка, я могу прикрепить тебе две оленьи ноги. Я видел, что в горах довольно много демонов оленей. Такие изменения мне по плечу, думаю, это можно провернуть без особых проблем, — предложил Цинь Му.

— Ноги оленя кривые, я упаду на колени после нескольких шагов. Не хочу!

Юноше пришлось оставить старика в покое.

Глухому не нравилась шумливость одноногого, поэтому он вернулся в свои покои. Тот рыдал на износ, сетуя на то, что теперь глухомань избегает его ещё откровенней.

Слепой также планировал уйти, но Цинь Му остановил его:

— Дедушка, я встретил божественные глаза номер один Эпохи Императора-Основателя, глаза Цзы Цин. Они запечатали некоторые руны в моих глазах, но есть только отпечатки, никакой техники, поэтому я не понимаю, как их активировать.

— Когда ты вошёл, я увидел, что у тебя очень необычные глаза. Я чувствую странную энергию в них, но она нестабильна, — слепой отложил свои мысли о поиске Син Аня, и сосредоточился на лучших божественных глазах прошлой эпохи. — Можешь ли ты снова зажечь эти руны? Я хотел бы проверить их.

— Мои ноги… — скулил одноногий, в попытке привлечь внимание.

Слепой нахмурился и сказал:

— Скулёж одноного — это надолго.  Поэтому давай обсудим это в другом месте, по крайней мере пока он не успокоится.

Цинь Му оставил одноногого, отправившись вместе со слепым к озеру, что располагался рядом с залом. Несколько русалок с рыбьими головами и человеческими телами появились с тарелкой полной сорванных в горах фруктов:

— Старый мастер, отведай фруктов.

Юноша взял красный плод, но тот тут же заверещал:

— Не ешь меня!

Немедленно бросив фрукт в тарелку, он увидел, как в ней катались более десятка подобных:

— Ай, ай! Я истекаю кровью!

— Не смотри. После того, как кровь бога окропила собой гору, вся флора и фауна стали крайне странными, — покачав головой, сказал слепой. — Все плоды стали демонами.

Во время их разговора у одного ярко-красного фрукта выросли руки, после чего из его тела начал сочиться красный сок.

— Я истекаю кровью, я умираю! — прокричав это, тот потерял сознание.

Остальные фрукты тотчас же перевернулись и жалобно завопили, отчего у паренька начала болеть голова. Он поспешно отложил тарелку в сторону, чем несказанно обрадовал все эти фрукты, даже тот, что упал в обморок, тоже очнулся. Демоны быстро покатились прочь к телу демона дерева, которое проходило мимо. Они залезли на него и только потом вздохнули с облегчением.

Внезапно демон оленя, который был рядом с демоном дерева, украдкой откусил от плода. Демоны фрукты в ужасе ахнули и снова завопили, проклиная демона оленя. Демон дерева впал в ярость, начав сражаться с демоном оленя.

Цинь Му был поражён, уставившись на двух сражающихся демонов пустым взглядом. Русалки подбежали и снова сорвали плоды с дерева демона, поднеся тех к их лицам.

— Я уже привык видеть подобные странные вещи, — проговорил слепой. — А это ты ещё на гору не подымался, вот где действительно твориться не поддающаяся логике вакханалия. Даже лозы травы могут обглодать тебя до костей. Так, не обращай на них внимания. Му’эр, активируй отпечатки в божественных глазах и покажи их мне!

Цинь Му сделал, как его просили, и исполнил Круги Плеяды Солнечной Звезды, которым его научила Янь Цзинцзин. Звёздные круги мгновенно загорелись в его глазах, и солнце, которое было в центре звёздных кругов, мгновенно взорвались ослепительным солнечным светом. Демоны, которые создавали суматоху, были напуганы, не решаясь двигаться, присели на землю.

Брови слепого на мгновение вздёрнулись в удивлении:

— Эта Цзы Цин действительно невероятная, её божественное искусство сильнее моего. Тем не менее, ты продемонстрировал только свет её божественных глаз, нет никакой силы… Повтори.

Парень снова исполнил Круги Плеяды Солнечной Звезды, и старик улыбнулся:

— Вот он, навык зрачка, однако, сила рун не была активирована. Как интересно. Если бы мои глаза были со мной, возможно, я бы смог улучшить их. Какая жалость… Му’эр, позволь мне попробовать объединить навык Пробуждения Глаз Девяти Небес с этими рунами. На изучение может уйти несколько дней, но как только я закончу, то сразу же обучу тебя.

Цинь Му кивнул.

Улыбаясь от уха до уха, слепой запомнил руны в его божественных глазах и сказал:

— Проведи время с любимыми жёнами, не нужно всё время следовать за старикашкой вроде меня. Я не отправлюсь на поиски Син Аня, можешь быть спокоен.

Цинь Му волновался, что слепой пойдёт искать Син Аня, чтобы отомстить, поэтому у него было неспокойно на душе. В это время Лин Юйсю крикнула издалека:

— Пастушок, мы поднимаемся на гору, чтобы собрать фрукты и подготовиться к новому году! Ты идёшь?

— Иди, — улыбаясь, проговорил слепой.

Парень подбежал и обратился к Лин Юйсю:

— Плоды на горе стали демонами, они будут кусаться.

— Бабушка сказала, что на горе есть фрукты, которые ещё не стали демонами, и их можно есть. Просто русалки не особо внимательны, — сказала Ху Лин’эр.

Поднявшись на гору, они увидели много фруктовых деревьев, однако, когда плоды слышали, что те пришли их собирать, то тут же вырвали свои корни и улепётывали, заставив всех безучастно смотреть вслед.

— Ты топчешь меня! — сердито закричала маленькая трава. — Где мои братья?

Убегая без оглядки, все пытались спаси свою жизнь. Среди суматохи они нашли фруктовый сад, упомянутый Сы, где фрукты не превратились в демонов.

Цинь Му откусил кусочек, фрукт оказался очень сладкими и ароматными.

Янь Цзинцзин, Лин Юйсю и Сы Юньсян носили корзины и собирали фруктовый урожай, в то время как Ху Лин’эр, бездельничая на ветвях дерева, просто наминала за обе щёки. Вскоре её животик вздулся, и она, опустив хвосты, расслабленно откинулась.

— Какой ароматный фрукт! — внезапно кто-то проговорил.

Цинь Му обернулся на голос, увидев выходящего из гор и несущего огромный сундук юношу в белом. Затем он достал пару фруктов из корзины и улыбнулся:

— Откуда ты, брат? И куда направляешься?

Поблагодарив и откусив кусок, юноша начал распинаться в похвалах по отношению к плоду, прежде чем перейти к делу:

— Есть аромат крови бога, воистину вкусно. У меня нет постоянного места жительства, я брожу то тут, то там. Мне нужно встретиться с божественным врачом Цинем и попросить его о помощи в лечении моей болезни.

Моргнув, Цинь Му переспросил:

— Божественный врач? Лечение? И чем же ты болен?

Юноша вздохнул и сказал:

— Болезнью смерти.

— Как мне обращаться к брату? — мерцая взглядом, спросил Цинь Му.

Аккуратно зарыв плод в землю, юноша ответил:

— Син Ань.

Глава 403. Друг Издалека

— Син Ань? — Цинь Му бросил на юношу ошеломлённый взгляд, тщательно всё обдумывая. Затем он спросил Лин Юйсю и остальных. — Вы когда-нибудь слыхали это имя?

Покачав головами, девушки ответили:

— Никогда не слышали о ком-то подобном. Впрочем, фамилия Син довольно редкая.

— Пастушок, спроси что за божественного врача он ищет. Может быть мы знаем кто ему нужен, — проговорила Сы Юньсян.

Согласившись, Цинь Му спросил:

— Моя младшая сестра интересуется, что за божественного врача ты ищешь?

Гость улыбнулся, отвечая:

— Это очень известный человек. В столице у него самая внушительная репутация, а зовут его Цинь Му. Будучи Владыкой Небесного Дьявольского Культа, он также является божественным врачом.

— Несмотря на то, что мои познания в искусстве лечения тоже неплохи, после долгих лет самолечения, я чувствую, что что-то не так. Чем больше я занимаюсь своим здоровьем, тем больше проблем возникает. Мои части тела начали отвергать друг друга, и их всё сложнее соединить вместе. Недавно я встретил гроссмейстера Дворца Золотой Орхидеи, приходящегося мне старым другом, и он посоветовал мне одного человека. Судя по его словам, у божественного врача выдающиеся способности в сфере лечения, так что я должен его найти.

Цинь Му впал в ярость: «Снова этот негодяй, Паньгун Цо! Он продолжает создавать мне проблемы! Почему Имперский Наставник не убил его, когда захватил Дворец Золотой Орхидеи, а позволил убежать?»

— Так это Владыка Небесного Дьявольского Культа, — удивлённым голосом ответил Цинь Му. — Судя по тому, что я о нём слышал, это довольно необычный человек.

Син Ань улыбнулся:

— Насколько мне известно, Владыка Небесного Дьявольского Культа смог помочь Имперскому Наставнику модернизировать летающие и военные корабли, позволяя ему захватить прерии с первой попытки, покорить всех Ханов и уничтожить Дворец Золотой Орхидеи. Более того, парень помог Императору Яньфэну построить божественную пушку, выстрел которой убил бога Высших Небес, что достаточно впечатляет. Это очень опасный человек, тем не менее, мне не остаётся ничего другого, кроме как найти его, так как Безликий Король Ядов ещё более опасен, — вздохнув, спустя мгновение он добавил. — Совершенствование Владыки Небесного Дьявольского Культа находится всего лишь в области Шести Направлений, так что контролировать его несложно. Безликий Король Ядов, в свою очередь, очень жестокий, и совладать с ним совсем непросто. Кстати, тебя называли пастушком, это твоё имя?

Немедленно улыбнувшись, Цинь Му ответил:

— Нет. Я просто занимаюсь выпасом скота, так что мои старшие и младшие сёстры иногда называют меня пастушком.

— Понятно, — осмотревшись, проговорил Син Ань. — Неподалёку произошла битва, в которой погиб бог, и я слышал, что в ней принял участие Владыка Небесного Дьявольского Культа, поэтому и пришёл, надеясь встретить его здесь. Я съел ваш фрукт, так что не могу уйти, не вернув ничего взамен. Поднимись!

Он протянул палец, и семя фрукта, которое он посадил в землю, мгновенно проросло, превращаясь в гигантское дерево, которое, спустя некоторое время, полностью покрылось новыми плодами.

— Техники Создания! — изумлённо вздохнула Сы Юньсян.

Син Ань бросил на неё мимолётный взгляд и взмахнул рукой. В тот же миг фрукты посыпались на землю, разлетаясь во все стороны. Приземлившись, они начали пускать корни, и спустя некоторое время вся округа покрылась фруктовыми деревьями. Продолжая расти, они засияли весенним цветом, который быстро высох, заменяясь созревшими плодами.

— Попробуй, вкус похожий? — улыбнулся Син Ань.

Янь Цзинцзин собралась сорвать один из фруктов, когда Цинь Му покачал головой:

— Сестра Цзинцзин, не ешь, фрукт испорченный.

Девушка отпустила плод, пристально в него всматриваясь. Впрочем, тот был ярко-красным, напоминая те, которые они ели до прихода гостя. В нём не было ничего необычного.

— Пастушок невероятно внимателен, ты смог меня раскусить, — с полуулыбкой, проговорил Син Ань. — Техники создания позволяют изменить процесс роста растения, так же, как и его вкус. С их помощью его можно сделать ядовитым и даже модифицировать строение, превращая в представителя совершенно другого вида. Если знать как, можно заставить его контролировать действия жертвы.

Юноша протянул руку к ярко-красному фрукту, неожиданно двинувшемуся ему навстречу, превращаясь в крохотную змею и обвиваясь вокруг запястья. Плоская голова маленького гада поднялась над его ладонью, её раздвоенный язык высунулся наружу, шипя на группу незнакомцев.

Отряд Цинь Му удивлённо вздрогнул, когда со всех сторон послышалось шипение. Десятки тысяч фруктов, что ещё вдох времени назад свисали с растущих по всей горе деревьев, в одно мгновение превратились в красных змей, уставившихся на них.

— Техники создания Небесного Дьявольского Культа неплохи, не так ли? — улыбнувшись, проговорил Син Ань. — Я выучил их у гроссмейстера Дворца Золотой Орхидеи. Как жаль, что тот разочаровал меня, не сумев постичь главного секрета. Но Небесный Дьявольский Культ ещё больше меня разочаровал, так как никто в нём тоже не знает, каким именно образом их использовать. Впрочем, девушка молодец, ты хотя бы сумела их разглядеть, не говоря уже о Владыке Культа Цине, который увидел, как я изменил фрукт.

— Ты нас узнал? — удивлённо воскликнула Сы Юньсян.

Улыбнувшись, Син Ань ответил:

— Вас, девушки, я вижу впервые. Но гроссмейстер дал мне портрет Владыки Циня, будто боясь, что я его упущу.

Цинь Му осмотрел гору, усеянную красными змеями, и выражение его лица слегка дрогнуло. Он знал, что техники создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей очень эффективны, и даже использовал технику создания Земного Эона, чтобы вырастить дерево с жёлтыми грушами. Впрочем, уровень, на котором ими владел Син Ань находился далеко за пределом его мечтаний!

«Молодо выглядящий Патриарх тоже совершенствует техники создания. Интересно, под силу ли ему что-нибудь подобное», — уголки глаз Цинь Му содрогнулись. Несмотря на то, что Патриарх был невероятно сильным, подобные фокусы могли оказаться вне его возможностей.

Син Ань напоминал бога, способного на всё!

Посадить дерево, заставить его плодоносить, а затем превратить все фрукты в ядовитых змей было божественным деянием!

Красные змеи качались на верхушке деревьев, будто танцуя под музыку. Но почему они двигались в унисон?

Син Ань только что сказал, что потребление таких “фруктов” может отобрать у человека контроль над телом, и оказывается, это не пустые слова!

От подобной идеи шли мурашки по коже!

Цинь Му сделал глубокий, долгий вдох, после чего торжественно спросил:

— Для чего старший брат Син Ань меня нашёл? Он рассчитывает на мою помощь?

Тот вздохнул и протянул руку, рассматривая её:

— Потому, что это тело не всегда меня слушает, а иногда даже отвергает. Я знаю, что на твоей стороне много экспертов, и даже знаком с некоторыми из них, к примеру с Богом Меча. Он несёт в себе некоторую опасность, и хоть она не слишком велика, её не стоит сбрасывать со счетов. К счастью, старик отправился в Монастырь Великого Громового Удара, как смешно…

Сердце Цинь Му замерло. Совладать с Син Ань было даже сложнее, чем он ожидал. Старый Ма был всего лишь отвлекающим манёвром, способом прогнать тигров с горы. Он попросту хотел, чтобы старейшина и остальные отправились в Монастырь Великого Громового Удара.

Он не нуждался в руках старого Ма, так как уже, по всей видимости, нашёл божественные руки!

Единственной целью, которая у него осталась, был Цинь Му!

— Насколько смешно, что незаметно для себя, человек сбрасывает свою мёртвую кожу, меняет кости, волосы, плоть и кровь. Всего лишь за семь лет все органы в теле полностью меняются.

У Син Аня был странный взгляд, а из его глаз вырвался необыкновенный свет. В его зрачках возникли девять круглых слоёв, образуя девять небес!

Божественные глаза слепого.

— Это значит, что семь лет назад ты был совершенно другим человеком, нежели сейчас. По сравнению с тобой тогда, изменился ли ход твоих мыслей? Ты думаешь, что ты всё ещё ты, даже не подозревая, что семь лет находился под незаметным влиянием и превратился в абсолютно другое существо, — Син Ань улыбнулся. — В таком случае, почему бы не взять инициативу в этих изменениях? Почему бы не присоединить к себе часть чужого тела? Какая разница между тем, чтобы заменить свою слабую часть на более сильную, и тем, чтобы ждать семь лет, пока она изменится сама по себе? Именно поэтому я пытаюсь превратить себя в бога!

Взгляд его глаз запылал, наполняясь одержимостью:

— Я начал изучать навык изменения тела, и вскоре последовали первые достижения. Мой учитель был выдающимся практиком, поэтому я отрубил его голову, когда тот потерял бдительность, и поставил на её место свою. Это оказалось огромным успехом, впрочем, старик оказался слишком слабым, и его способности меня не удовлетворили. Поэтому я начал поиски других экспертов. На протяжении долгих лет…

Он положил огромный сундук, который таскал на спине, на землю, и открыл крышку. Цинь Му, Янь Цзинцзин, Лин Юйсю и остальные прекрасно понимали, что находится у него внутри, но всё же не удержались, заглянув внутрь.

Лица девушек мгновенно побледнели, и они отвернулись, начиная блевать. Ху Лин’эр, спрятавшаяся за деревом неподалёку, тоже окинула содержимое мимолётным взглядом, после чего также не удержалась.

Сундук был выкован из кости таотэ, кроме того, его внутренняя часть была оббита кожей зверя, отчего пространство внутри оказалось невероятно большим, имея триста метров в длину и ширину. Оно было полностью заставлено полками, на которых лежали части чьих-то тел!

Только рук оказалось более десятка!

Также здесь были сердца, глаза, кости, ноги и даже головы!

Кроме того, в сундуке были разные виды крови, кожи и органов. Даже волос нашлось несколько цветов!

С невероятным волнением на лице, Син Ань заглянул внутрь сундука:

— Взгляните. Сколько произведения искусства я сумел собрать! Я считаю своё тело шедевром, который можно перестроить заново, создавая всевозможные версии. Я даже менял свой мозг! Впрочем… — на его лице отобразилась растерянность. — Я всё ещё замечаю некоторую несовместимость между частями своего тела. Иногда они отвергают друг друга, и мне не хватает медицинских знаний, чтобы решить эту проблему. Бог Меча думает, что я пытаюсь заполучить божественные кулаки Жулая, он и не подозревает, что я вовсе в них не нуждаюсь. Мне нужен лишь Владыка Культа Цинь, именно поэтому я пустил слух, что ищу Жулая…

Закрыв сундук, он забросил его обратно на спину, обернулся посмотреть в сторону подножия горы и слегка улыбнулся:

— Тело человека меняется раз в семь лет, так же, как и ход мыслей и чувств. Так почему ты всё ещё пытаешься вернуть свои божественные глаза, Бог Копья?

Повернув свой взгляд, Цинь Му обнаружил, что впереди стоял слепой, вокруг тела которого извивался гигантский чёрный дракон.

— Они много для меня значат, — спокойно ответил он. — Гость пришёл с далёкой дороги, но несмотря на это, я всё ещё должен его убить. Син Ань, я долго ждал этой встречи.

На лице гостя возникла улыбка, и он зашагал в сторону подножия:

— Владыка Культа Цинь, подожди меня, я хочу встретиться со старым другом.

Глаза Цинь Му загорелись, и он взглянул на Лин Юйсю и остальных, давая им понять, что нужно идти следом. В то же время он исполнил Секреты Драконьего Контроля, пробуждая Драконов Наводнения.

Между тем глухой, отдыхающий в соседнем зале, глубоко вдохнул. Затем старик достал кисть, начиная рисовать.

Неподалёку от него, одноногий, опираясь на руки, уселся в свою инвалидную коляску.

— Мужья, пришло время действовать! — раздался холодный, угрюмый голос бабушки Сы.

Множество экспертов торжественно вышли из залов.

Внезапно раздался громкий, чёткий голос:

— Министр Цинь, я здесь! Где моя драгоценная дочь? Министр Цинь, быстро покажитесь! Голову с плеч!

Глава 404. Непобедимый

— Тесть здесь, чтобы убить зятя! — лицо Сы Юньсян было красным от азарта и нездорового волнения. — Владыка, Император пришёл за твоей головой, поэтому тебе нужно собрать силу нашего Небесного Дьявольского Культа и избавиться от него, чтобы занять его позицию. А так как принцесса Юйсю уже замужем за тобой, она станет одной из твоих имперских наложниц. Вы влюблены в друг друга, но она должна будет отомстить за смерть отца, ведь долг превыше всего, поэтому её сердце, разрываясь на части, будет метаться между льдом и пламенем. Если ситуация окажется недостаточно драматичной, ей также придётся защищаться и от других наложниц. Так же там будет Святейшая Юньсян, то есть я, планирующая убить Владыку, чтобы стать Императрицей. Принцессе Юйсю придётся защищать тебя от моих коварных планов, но в мыслях она будет желать тебя убить. Ах, истинный садомазохизм!

Лин Юйсю закатила глаза:

— Лапочка, ты слишком много думаешь. Мой отец здесь по делам старейшины Юй Чжаоцин. Он должен лично присутствовать при заселении стольких людей клана Небесного Пера. Кроме того, старейшина Юй стоит во главе Мира Небесного Пера, поэтому ему пришлось несмотря ни на что прийти лично. Отец здесь не для того, чтобы убить моего пастушка.

Прозвучала флейта Цинь Му, и перед ними появились Драконы Наводнения. В этот момент раздался драконий рёв, и по всей стране беспрепятственно пролетела Ци дракона…  с неба спустился Император.

Яньфэну не очень понравилась слова Лин Юйсю, даже прямо-таки кольнули в сердце, ведь он пришёл не только ради клана Небесного Пера и Юй Чжаоцин, но и ради своей любимой дочурки. Слепой похитил её, а после заманил его в Монастырь Великого Громового Удара, где ему пришлось обсуждать буддизм с Жулаем в течение нескольких дней, прежде удалось освободиться.

Вскоре после ему доставили отчёт Цинь Му. Получив его, он на всех парах бросился сюда, оставив далеко позади Пернатых Хранителей Леса.

Ему нужно было найти маленького засранца и получить должные объяснения. В его глазах тот был действительно смелым, даже силой схватил дочь. И несмотря на то, что, по сути, схватил даже не он, Лин Юйсю ушла от него, не сказав ни слова… Она не могла уйти без его разрешения! И это ещё не всё, слепой старпёр, всучив ему в руки курицу, сказал, что угощает пиром по случаю породнения. В свете всего этого у него было плохое предчувствие, как если бы его капусту испортила свинья, отчего сердце испытывало непонятную ноющую боль.

Тем не менее, приземлившись в имении, он ощутил, что что-то не так. Вокруг витала какая-то дурная атмосфера. Укравший его дочь слепой был маловат ростом, но обладал чрезвычайно могучей аурой. Кости чёрного дракона танцевали вокруг него с холодным убийственным намерением. Между тем перед огромным залом стояли женщины-эксперты, полыхая убийственными взглядами, как вдруг уголки его глаз дёрнулись.

Среди своры женщин он заметил свою мать, Вдовствующую Императрицу!

«После того, как она покинула дворец, я приказал людям исследовать вопрос, но всё, что мне удалось узнать, что она получила новости о Безликом Короле Ядов и погналась за ним, — думая про себя, лицо Яньфэна стало черней грозовой тучи. — Как я мог допустить, чтобы с королевской семьёй произошло что-либо позорное? Поэтому я приказал, чтобы новости о Безликом Короле Ядов просочились, дабы все его обожательницы и любовницы стянулись к нему. Я планировал использовать их, чтобы заставить мать вернуться, так почему мне кажется, что она помирилась с теми старыми кошёлками? Она планирует остаться здесь с ними?» — он хотел плакать, но слёзы не текли. Женщины семьи Лин были бесстрашны, в отличие от хорошеньких дочерей других скромных семей, они смели бороться за собственное счастье. Однако, позор семьи не мог стать общеизвестным, репутация Императора не могла пострадать.

Заметив бабушку Сы, разум Император Яньфэн затуманился, горло пересохло, а три тысячи красавиц-наложниц поблекли в глазах. Когда Цинь Му спас его от рук старых Мастера Дао и Жулая, ему пришлось поселиться здесь. Он помнил это место, но никогда прежде не видел истинного облика своей сиделки, ведь она всегда приносила ему еду в корзинке. Но теперь, увидев её внешность, он был поражён до глубины души и изо всех сил старался отвлечься, вот только не мог…

— Ваше Величество, Вам всё ещё важна Ваша Империя Вечного Мира? Это Владыка Культа Ли! — громко сказал Цинь Му.

Император Яньфэн подавил удивление и, хоть и с титаническими усилиями, отстранил свой взгляд, не смея больше смотреть в её сторону, на что бабушка Сы лишь захихикала:

— Негодник, портящий мои планы. Эта империя могла бы быть уже нашим Небесным Святым Культом! Император, как твои раны? Твоё совершенствование вернулось к пику? Если нет, тебе конец!

Осмотревшись вокруг, Яньфэн заметил похожую на иностранку Юй Чжаоцин и подумал про себя: «Она старейшина Небесного Пера, о котором упоминал министр Цинь? Её совершенствование чрезвычайно сильно… Почему тогда она держится настороже?»

Затем он увидел одноногого, который раскинулся в инвалидном кресле, глухого, который быстро размахивал кистью, а после его взгляд непреднамеренно повернулся к спускающемуся с горы с сундуком молодому человеку. Присмотревшись к нему, его сердце тут же яростно заколотилось. При всей своей молодости, юноша испускал чрезвычайно мощное присутствие, которое было даже подавляющей, чем у богов Высших Небес!

«Нужно было взять с собой Божественную Пушку Солнечного Удара!» — стиснул зубы Император Яньфэн. В прошлом его божественные сокровища были слишком серьёзно повреждены, следовательно, совершенствование было не то, что прежде. Однако, Цинь Му собрал вместе сильнейших экспертов-математиков мира и создал математическую пространственную модель божественного моста, которая позволила ему выяснить много трюков и хитростей, поспособствовавших восстановлению божественных сокровищ. Его совершенствование восстановилось на девяносто процентов, он снова был одним из лучших экспертов всего мира.

Тем не менее, столкнувшись с юношей, у него возникло чувство, что тот дракон, держащий его за пустое место и собирающийся содрать с него кожу. Этот человек был чрезвычайно опасен, гораздо сильнее, чем старые Мастер Дао и Жулай вместе взятые!

— У императора неплохое совершенствование, — поприветствовал его Син Ань. — Вольнолюбивый Дикарь Син Ань отдаёт дань уважения Вашему Величеству. Ваша магическая сила уже достигла уровня бога. Сначала Ваши божественные сокровища были разрушены, а потом восстановлены, становясь сильнее, чем таковые у кого-либо другого. Кажется, они достойны моей коллекции!

Юноша обладал глазами слепого, которые, судя по всему, имели своеобразную магию, способную видеть сквозь всё вокруг. Всего лишь один взгляд, и он узнал, что божественные сокровища Яньфэна прошли через процесс разрушения-восстановления, становясь непревзойдённо прочными. При виде аппетитной добычи, как он мог не обрадоваться?

Вот только добыча, а по факту император целой империи, почувствовал себя так, словно был взят на прицел хищником, отчего его сердце учащённо заколотилось.

Переведя взгляд на слепого, на лице Син Аня отобразилось удивление, и он похвалил:

— Разум друга Дао необычайно силён. Поскольку у тебя не осталось глаз, ты решил пройти другой путь и достиг пика другого вида божественных глаз. Глаза разума? Ты использовал свой исконный дух вместо божественных глаз. Глаза разума, не имеющие себе равных во всём мире… Знаешь, мне приглянулся твой исконный дух.

Слепой холодно фыркнул, а Син Ань посмотрел на Юй Чжаоцин, и его глаза загорелись:

— У тебя хорошая кожа. Мне нужно установить ещё один отсек в сундуке, чтобы поместить её туда.

Затем его взгляд упал на одноногого, который сидел в инвалидном кресле, но тут же скользнул им дальше, чем несказанно разъярил последнего.

— Старый пердун, верни мне мои ноги! — скрежеща зубами, верещал старик.

Проигнорировав его, Син Ань посмотрел на глухого, рисующего в холле неподалёку:

— В твоём мозгу бескрайние горы и реки, многочисленные овраги и перевалы, боги, бессмертные, призраки и монстры, только благодаря этому ты рисуешь необъятные миры. Мне нравится твой мозг.

Глухой остановился и посмотрел на него.

Между тем взгляд Син Аня пролетел мимо тел женщин, не обращая на них ровным счётом никакого внимания. Женщины, которые преследовали целителя, возможно и были сильными, авторитетными практиками боевого мира, а некоторые из них даже находились на уровне мастеров сект, но большинство из них всё же не дотягивали до стандартов, способных привлечь его внимание. Наконец, он остановился взглядом на бабушке Сы, и на его лице снова отобразилось удивление. Но он не был поражён её красотой, просто пробормотав:

— Как может простая смертная быть такой красивой? Это тело, оно мне нравится, я хочу его…

— Ты опоздал, — усмехнулся Ли Тяньсин. — Син Ань, это тело принадлежит мне!

— Владыка Культа Ли? — с улыбкой на лице, спросил Син Ань, неторопливо добавив. — Я видел тебя раньше. Ты был замечательным, полным амбиций талантом, так что же изменило тебя и что ты есть сейчас? Верно, именно эта божественная красота заставила тебя потерять себя. Ты поместил свой исконный дух в сердце Дао этого тела, желая захватить его и стать владельцем. Однако, это произведение искусства привлекло моё внимание, так что тебе остаётся только отдать его мне.

Ли Тяньсин кокетливо улыбнулся, да так, что даже девушки упали бы навзничь, но Син Ань остался равнодушным. Он оглянулся и, восторгаясь, сказал:

— Я искал божественного врача Циня для лечения, совершенно не ожидая, что встречу так много произведений искусств, мне действительно повезло! Я должен забрать вас всех! Всех, до последнего! За такие дары, огромное вам всем спасибо!

Терпение одноного лопнуло, и он, покатив своё кресло-каталку вперёд, проверещал голосом перехваченного за глотку петуха:

— Я не только божественные ноги, я также и божественные руки! Техника Небесного Расхитителя, Подменившего Солнце — это не только техника ног…

Фиють!

Инвалидное кресло взлетело, и руки одноногого претерпели бесчисленные изменения, ослепляя всех смотрящих. Техника Небесного Расхитителя, Подменившего Солнце, была разделена на Божественные Ноги и Руки Небесного Расхитителя! Причина, по которой одноногий мог быть известен как Бог Воров, заключалась в том, что мастерство его рук было также чрезвычайно ужасающим, способным игнорировать все печати и ограничения, обворовывать небеса и подменять солнце!

Бум!

Инвалидное кресло разбилось вдребезги, и одноногий полетел назад, пока не грохнулся в зале, не будучи в силах даже подняться.

— Слабовато для божественных рук, — повернувшись, рассмеялся Син Ань. Раздался рёв дракона, и его ладонь сжалась вокруг наконечника копья слепого, божественного копья Лун То, изготовленного из костей чёрного дракона.

Копьё, взревев, драконом рвануло вперёд. Шаги слепого были гибкими, его оружие напомнило иллюзию, коля в сторону Син Аня бесчисленными чёрными драконами!

Достижения слепого в навыках копья уже были на пике. Совсем недавно он сумел приблизиться к Владыке Выращивания Драконов, прежде чем тот мог заметить что-либо, в одно мгновение закончив битву. Несмотря на то, что у него не было глаз, божественные глаза разума были ещё более сильны, чем обычные божественные глаза, поэтому он по-прежнему мог видеть сквозь недостатки всех движений. Лун То двигался, буквально, как хотел, его атаки были непревзойдёнными.

Тем не менее, слепой встретил ещё более ужасающее существо. Глаза Син Аня были его глазами, и они лишь немного уступали божественным глазам разума. Не говоря уже о магической силе, явно достигшей области бога.

От каждого удара Син Аня Лун То неконтролируемо дрожал, собственно, как и его владелец, слепой. Чтобы погасить импульс от атаки, он был вынужден отступить, и тут же почувствовал онемение в руках.

— Ха! — брови слепого сошлись, а позади него появился Исконный Дух Чёрной Черепахи. Он, используя всю свою силу, бросился вперёд вместе с Вдовствующей Императрицей и всеми другими женщинами. В тот же миг в поместье вспыхнули всевозможные виды света, подобно необъятному, мощному божественному искусству.

Бум!

Прозвучал изумлённый возглас, пока Вдовствующую Императрицу и многочисленных женщин, летящих в обратном направлении задом наперёд, рвало кровью.

Син Ань улыбнулся и сказал:

— Не позорьтесь, людишки, у меня даже нет желания забрать вас!

— Ты ударил мою мать? Ну держись… — процедив, Император Яньфэн, дрожа всем телом, буквально взорвался жизненной Ци. Открываясь, его божественные сокровища рокотали рёвами драконов и урчаниями тигров. Он протянул руку, и с неба спустился Божественный Огонь Девять Драконов.

Син Ань ухмыльнулся, как вдруг макушка его головы открылась, в итоге улетев в виде огромной золотой чаши для подаяний. Божественный Огонь Девяти Драконов был пойман ею, прежде чем вернуться на его голову.

Император Яньфэн был поражён, но сразу после этого небесные драконы, что обвились вокруг него, полетели к Син Аню. Слепой не упустил удобного момента, атаковав вместе с ними.

Между тем огромная кисть глухого была похожа на луч, который с силой щёлкнул. Закончив картину, он выпрыгнул из зала, и, владея кистью, воспарил. Внезапно опустившись, он вошёл в картину, а уже в следующий миг кольнул кистью изнутри наружу, дабы измазать тело Син Аня, и тот был насильно втянут внутрь.

В воздух вспорхнули другие картины. Внутри них были запечатлены десятки тысяч богов и дьяволов, которые, окружив Син Аня, неостановимым потоком нападали на него. Но тот пробился сквозь картины, расправившись со всеми запечатлёнными на них творениями, превратив их в лужи чернил…

Внезапно изнутри мира картин выпрыгнул глухой, тут же мазнув своими огромными кистями по картинам.

Раздался громкий, сотрясающий мир взрыв, когда внутреннее пространство картины рухнуло и сжалось, прежде чем взорваться ужасающей силой!

Глухой облегчённо вздохнул, как вдруг из эпицентра взрыва появилась ладонь, хлопнувшая по его животу. Слепой поспешно выбросил вперёд превратившегося в чёрного дракона Лун То.

Сила обоих мужчин взорвалась, и глухой, блюя кровью, отлетел назад. Он поднялся на ноги, вновь сплюнул кровь и с ослабшими вконец конечностями распластался на земле, из последних сил проговорив:

— Его магическая сила и физическое тело слишком могучи, я не смог ранить его, однако теперь он в ловушке моей картины, быстрее, она не продержится долго…

Император Яньфэн бросился к центру взрыва, драконы полетели к Син Аню. Между тем чёрное копьё слепого, Лун То, непрерывно атаковало, двигаясь со скоростью молнии, но при этом не задевая Императора.

Каждый удар был направлен именно на Син Аня.

— Теперь моя очередь! — летя, выкрикнул Ли Тяньсин.

Глава 405. Неуязвимый

Одежда Ли Тяньсина трепетала на ветру. Будучи прежним Владыкой Небесного Дьявольского Культа, он определённо владел невероятными способностями, несмотря на незначительные изменения в поле. Двигаясь, женщина сияла ужасающим боевым мастерством.

Силуэт бабушки Сы носился туда-сюда, и в каждой точке, где тот оказывался, раздавался громкий, тяжёлый толчок.

Ли Тяньсин отлично соединяла тяжёлые и лёгкие движения воедино.

Протянув руку, пространство вокруг неё будто обрушилось, направляясь к центру. Шар воздуха сжался вокруг его ладони, образовывая плотное облако тонких как нить линий, напоминающих вены.

Каждый узел, образованный ими, представлял собой звезду. Несколько десятков узлов формировали созвездие, а вместе они создавали пространство и сеть всеобъемлющих небес, насчитывающих триста шестьдесят пять звёзд.

Это была Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд!

Если внимательно рассмотреть детали звёзд, то можно было заметить, что они покрыты всевозможными рисунками. К примеру, внутри Фиолетовой Звезды находился небесный дворец, так как та олицетворяла дворянство.

Семь особняков западного неба состояли из более чем семисот звёзд и сорока пяти созвездий, формирующих рисунки вроде Деревянного Волка Куй, Металлического Пса Лоу и Фазана Вэй. Сила, которую в себе несла каждая из звёзд тоже была особенной.

Ли Тяньсин был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, поэтому он, освоив учения Дровосека, познал свою собственную технику Единства.

Если бы его разум не помутился, талант и усилия сделали бы его одной из самых лучших экспертов мира. Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд являлась высшим искусством, обладающей невероятной мощью. Постичь её можно было лишь после успешного изучения Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

“Бабушка Сы” отправила свою атаку в сторону центра взрыва, и начала сражаться бок о бок с Императором Яньфэном. В тот же миг, из эпицентра раздался резкий толчок, от которого бесчисленное количество монстров в поместье начали блевать кровью. Они в спешке спрятались в зале, пытаясь скрыться от ударов.

Находящиеся на полпути к горе Цинь Му и Лин Юйсю приказали Драконам Наводнения остановиться перед ними, своими телами прикрывая всех, кто был рядом от последствия столкновения.

Юноша положил руку на Беззаботный Меч и открыл в своих глазах несколько слоёв зрачков, всматриваясь в разразившуюся впереди битву.

Его пальцы непрерывно стучали по рукояти меча проводя расчёты, отчего вокруг сверкали руны уцзи, тайцзи, четырёх символов и восьми диаграмм.

В эпицентре взрыва мир из картины медленно исчезал. Император Яньфэн и Ли Тяньсин окружили это место, неистово носясь вокруг и не прекращая атаковать. Между тем чёрное копье в руках слепого становилось всё длиннее и длиннее. Оттолкнувшись от земли, старик неожиданно полетел вперёд, нанося удар по картине!

Изнутри эпицентра вырывались руки и ноги, отправляя атаки во все стороны, с лёгкостью сдерживая давление трёх экспертов.

Магическая сила Яньфэна оказалась невероятно мощной. Несмотря на то, что его совершенствование ещё не успело полностью восстановиться, она всё же превосходила таковую у любого другого практика этого мира. Даже Ли Тяньсин и слепой уступали мужчине по этому качеству, которое наполняло его удары размахом, тяжестью и властью.

Ли Тяньсин, в свою очередь, был выдающимся экспертом божественных искусств. Его техника Единства хоть и не была истинным учением, но всё же позволяла объединить Великие Небесные Дьявольские Рукописи и использовать их свободно. Кроме того, Цинь Му замечал в его движениях то, чего не знал сам.

Он видел перед собой наиболее сложные божественные искусства, хранящееся в Великих Небесных Дьявольских Рукописях.

Впрочем, они оказались смесью всевозможных навыков из Рукописей. К примеру, Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд объединяла в ладони более трёхсот различных божественных искусств, из-за чего и обретала свою удивительную силу!

«Владыка Ли без сомнений гений нашего культа, жаль, что его разум помутнел», — непрерывно удивлялся Цинь Му.

О слепом, естественно, можно было даже не говорить. В бою с Владыкой Выращивания Драконов старик уже успел продемонстрировать свою силу. Тем не менее, сейчас он показывал себя даже более впечатляюще, чем тогда. Его божественное копьё становилось всё длиннее и длиннее, так же, как и сила. От каждого его движения у зрителей перехватывало дыхание.

Тем не менее, его главное достоинство состояло в способности компенсировать недостатки Ли Тяньсина и Императора, спасая их своими атаками.

Он был поддержкой для своих напарников, позволяя им атаковать как заблагорассудиться и не слишком заморачиваться защитой.

Несмотря на это, троице становилось всё сложнее и сложнее сдерживать Син Аня в картине.

Рисунок носился туда-сюда, а божественные искусства кулака и ног, вырывающиеся изнутри, могли не просто отбивать их атаки, а ещё и наносить ответные удары!

Мощь божественных искусств Син Аня поражала, как и его магическая сила. Физическое тело “подростка” было даже более ошеломительным, оно быстро заставило противников сплёвывать кровь из уголков ртов. Даже картина, в которой он был заключён, часто разрывалась от толчков!

Он вот-вот освободится!

Слегка нахмурившись от невыгодной ситуации, Цинь Му прокричал:

— Старейшина Юй!

Юй Чжаоцин быстро подбежала, перебирая ногами будто собираясь взлететь. Сложив два пальца вместе, женщина ткнула в сторону картины.

Вьюх!

Двигаясь с ослепительной скоростью, она мерцала то тут, то там, будто молния. Луч света слетел с кончиков её пальцев, мгновенно вонзаясь в картину, напоминая острое лезвие меча!

Закончив атаку, Юй Чжаоцин сразу же ощутила, как из картины вырвалась ужасающая сила, отбившая удар, отчего её хрупкое тело задрожало, отлетая назад.

Внезапно крылья на её теле открылись, поднимая всё тело в воздух. Неподвижно зависнув в небе на некоторое время, она начала неистово размахивать перьями, в тот же миг покрыв свою одежду бесчисленными рунами и оукатв лучами света, которые затем выстреливали в сторону картины.

Внутри последней засверкали следы крови, поднявшие боевой дух Императора Яньфэна и Ли Тяньсина, отчего атаки парочки стали ещё более свирепыми.

Цинь Му с нервным лицом приказал девушкам, стоявшим за его спиной:

— Воспользуйтесь этой возможностью, спрячьтесь в зале.

Лин Юйсю в спешке повела Янь Цзинцзин и остальных вниз по горе, прячась в одном из залов.

Цинь Му слегка нахмурился. Вычисления всё ещё кружились вокруг его тела, в невероятном темпе двигаясь вперёд, но он уже понимал, что его мудрости не хватит, чтобы определить шанс того, смогут ли слепой с остальными одержать верх.

Юноша оттолкнулся вперёд, на ходу вычисляя лучший угол и шанс успеха для своей атаки. Используя Секреты Драконьего Контроля, он приказал Драконам Наводнения обвиться вокруг своего тела, одалживая их магическую силу.

Его аура резко вспыхнула, а тело, питаясь мощью драконов, начало увеличиваться в размерах. Его магическая сила тоже возрастала, а кожа покрывалась драконьей чешуёй.

Дзинь. Дзинь. Дзинь.

В его зрачках появилось девять слоёв небес.

Теперь, он мог использовать технику пробуждения глаз Девяти Небес на полную силу!

Кроме того, что Цинь Му в своих расчётах полагался на превосходные математические познания, он ещё и задействовал божественный глаз, собирая максимальное количество информации для своих вычислений!

«У Син Аня есть недостаток! Части его тела не слишком хорошо адаптируются и начинают отторгать друг друга!»

Его глаза загорелись, а умственная сила вспыхнула, связываясь с разумом Юй Чжаоцин. Затем, контролируя волны её мозга, он сообщил о своём выводе Императору Яньфэну, слепому и Ли Тяньсину.

На полпути к вершине горы, Цинь Му остановился и присел. Магическая сила Драконов Наводнения на его теле вскипела, отчего его аура, казалось бы, вышла из-под контроля.

Его ладонь, держащая рукоять Беззаботного, двинулась, и небо заполнилось светом меча.

Сила его ног освободилась, и он, разогнавшись, почти достиг скорости одноногого!

Бум!

Где бы ни проходил Цинь Му, он оставлял за собой след из сотен послеобразов, наложенных друг на друга и непрерывно двигающихся к картине.

Он добрался к ней в тот момент, когда яркость Беззаботного Меча достигла своего предела!

Двигаясь с молниеносной скоростью, лезвие пробилось сквозь картину, будто огромный бур!

Меч проткнул грудь Син Аня, а также картину в которой тот находился, разбивая её на крохотные осколки!

В то же время прилетела атака слепого. Копьё Чёрного Дракона Лун То вошло в спину Син Аня и, лишая того сердца, вырвалось из груди.

Император Яньфэн и Ли Тяньсин использовали Разбивающую Горы Ладонь Девяти Драконов и Великую Всеобъемлющую Силу Ладони Небесных Звёзд, одновременно ударяя по левому и правому виску Син Аня, посылая в его мозг волны взрывной силы!

Между тем свет, протекающий сквозь тело Юй Чжаоцин, полетел вниз, пронзая ноги противника и прибивая того к земле.

— Неужели это конец?

Все вздохнули с облегчением. Юй Чжаоцин сыграла в битве ключевую роль. Наладив мысленную связь между членами отряда, она позволила слепому, Ли Тяньсину и Яньфэну действовать, как единое целое. Лишь после этого они смогли отправить во врага свои самые мощные удары, мгновенно убивая.

— Хе-хе, а вы, ребята, не пальцем деланы, — хваля противников, Син Ань, проткнутый мечом и копьём, внезапно поднял голову. Из уголков его рта и бесчисленных ран текла кровь. Неожиданно он, будто ожив, двинулся в противоположном направлении, возвращаясь в тело.

— Вы совсем неплохи, — громко рассмеялся юноша.

Лицо Цинь Му резко изменилось, и он в спешке попытался вытащить свой меч обратно, но Син Ань уже протянул руку, отправляя в болезненный полёт. Его тело неистово задрожало, а Драконы Наводнения начали тревожно кричать, разлетаясь во все стороны.

Его сила немедленно снизилась. Слепой качнул своим копьём, подбрасывая Син Аня в воздух, чтобы заставить его отвлечься от Цинь Му.

Тяжело стукнув по копью в ответ, Син Ань отправил его обратно в сторону слепого, отчего плоть и кожа рук старика превратились в кашу от трения. Но божественное копьё Лун То, увидев, что летит в грудь хозяина, вернулся в облик костяного дракона и обвился вокруг его тела, со всей силы пытаясь избавиться от влияния противника.

Кости божественного копья Лун То прогремели драконьим рёвом. Лишь после этого он сумел стряхнуть с себя силу врага и крепко овиться вокруг слепого.

Син Ань громко повалился на землю. В его груди сияло две дыры, одна из которых была проделана мечом Цинь Му, а вторая — копьём слепого.

Его голова почти треснула под давлением божественных искусств Ли Тяньсина и Императора Яньфэна. В то же время от атаки Юй Чжаоцин в ногах бедолаги появилось несколько десятков отверстий.

— Вы, ребята, действительно неплохи! — лицо Син Аня сузилось и удлинилось от удара, его внешность претерпела значительное изменение. Впрочем, на нём осталась искренняя улыбка. — Вы достойны того, чтобы я использовал свою полную силу!

Вжух!

Сундук, который тот принёс с собой, раскрылся, и наружу вылетели три головы. Протянув руки, Син Ань снял свою раздавленную голову с плеч, и на её место приземлились три новых.

Из раздавленной головы вылетели глаза слепого, занимая новое место в другой голове.

Затем из сундука вылетели четыре дополнительных руки, врастая в его тело.

Закончив их разминать, Син Ань протянул одну из рук, доставая из груди проткнутое сердце, чтобы поставить на его место новое. Затем он вырвал поломанные рёбра и покачал головой:

— Даже если все вы погибнете, это нельзя будет назвать потерей. Каждый из вас — выдающийся эксперт, достоин стать частью моей коллекции.

Выражение лица слепого резко изменилось, и он протянул руку, сжимая ладонь в воздухе. Лун То влетел в его хватку, превращаясь в чёрное копьё.

— Нельзя ждать, пока он закончит превращение! — громко прокричал слепой.

Гигантское копьё в его руках полетело вперёд, в то время как Император Яньфэн и Ли Тяньсин двинулись вправо и влево, атакуя со сторон. Юй Чжаоцин тоже использовала всё, что могла, но несмотря на это, Син Ань оставался абсолютно спокойным, двумя руками продолжая ремонтировать своё повреждённое тело.

Бум!

Пропустив бесчисленное количество ударов, Император Яньфэн отлетел назад. Свободной рукой Син Ань схватил кончик копья слепого и резко им взмахнул, отправляя старика в небо.

Затем рты двух его голов открылись, издавая оглушительный вой. От громоподобных голосов из уголков рта Юй Чжаоцин потекла кровь, и та, потеряв контроль над своим сознанием, полетела к земле!

Сила ладони Ли Тяньсина вырвалась наружу, но в следующий миг он увидел, как Син Ань заканчивает менять части своего тела и готовиться встретить его со своими тремя лицами и шестью руками!

«Как я должен сражаться с чем-то подобным?» — ошарашенно задумался он.

— Владыка Ли, ты превратился в дьявола в сердце Дао? — на лицах Син Аня засияли странные улыбки. Каждое их них имело уникальный вид, состоя из частей мужчин и женщин, молодых и старых. — Его несложно уничтожить! После твоей смерти, я хорошенько позабочусь об этом теле!

Глава 406. Воспитание и Наследие

Выражение лица Ли Тяньсина слегка изменилось, и Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд мгновенно изменилась. Его достижения в божественных искусствах заклятий практически наверняка являлись номер один во всём мире.

Переплетениями Великой Всеобъемлющей Силы Ладони Небесных Звёзд, по сути, были звёзды, и когда они вращались, атрибуты силы ладони менялись, благодаря чему его сила также становилась другой. Сила ладони могла казаться божественным искусством физического тела, но в корне она была божественным искусством заклятий. Обладая внутренним пространством со множеством изменений и форм, она была близка к безграничному и вечному.

На самом деле, после того как Ли Тяньсин преуспел в совершенствовании Великой Всеобъемлющей Силе Ладони Небесных Звёзд, он потерял свою мотивацию к улучшению. Такого рода божественное искусство было слишком совершенным, настолько совершенным, что все другие божественные искусства, созданные после этого, не могли превзойти его.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи имели технику Единства, и он нарёк Великую Всеобъемлющую Силу Ладони Небесных Звёзд своей техникой Единства, способной контролировать все божественные искусства рукописей!

Тем не менее, независимо от того, сколько раз его сила ладони трансформировалась, Син Ань не обращал на это ровным счётом никакого внимания, даже не пытаясь угадать изменения его ладони или божественного искусства. Независимо от того, сколько раз менялось его божественное искусство, он разрывал всё на части лишь с грубой силой!

Кулак бога, сила бога, магическая сила бога — он был богом, который игнорировал все его изменения и просто сокрушал всё на своём пути!

Кровь просочилась изо рта Ли Тяньсина, и он почувствовал ужасающую силу, исходящую от силы ладони Син Аня. Ладонь атаковала его жизненную Ци и поразила семя дьявола!

Старейшина деревни и слепой не могли ничего сделать, чтобы спасти Сы Юю. Старый Жулай также не сумел просветить Ли Тяньсина, но цель Син Аня лежала в уничтожении!

Император Яньфэн и слепой пошли в атаку. Юй Чжаоцин также поднялась и начала сражаться. Пока четыре руки Син Аня сдерживали атаки Яньфэна и слепого, с его головы поднялась жизненная Ци, превратившаяся в божественный мост. Его исконный дух, встал на него и начал сражаться с Юй Чжаоцин, блокируя движения трёх человек и даже калеча их!

Слишком ужасающее зрелище… Император не мог пробиться через три головы и шесть рук. Слепой был способен на прорыв защиты Син Аня, но мощь врага, чья магическая сила намного превосходила таковую у него, была слишком велика, делая его атаки не смертельными.

Битва на божественном мосту между Юй Чжаоцин и Син Анем, чей исконный дух был чрезвычайно странным и ужасающим, была наполнена опасностью. Его исконный дух менялся без остановки, становясь Богом Зелёного Дракона, Богом Белого Тигра и иногда Богами Чёрной Черепахой или Алой Птицей. Он даже захватил исконные духи экспертов, которые взрастили их до области бога!

— Неуязвимый, неуязвимый… — кровь продолжала вытекать изо рта Ли Тяньсина, пока его дьявольское семя постепенно сотрясалось. Но падёт первым не семя, а физическое тело… в конце концов оно принадлежало Сы Юю.

Ли Тяньсин превратил свой исконный дух в сердечного дьявола, поместив его в сердце Дао. Затем он позаимствовал тело Сы Юю, чтобы постоянно подпитываться и становиться сильнее. Только недавно он попытался слиться и завладеть телом, из-за чего её совершенствование так резко возросло, позволяя ей пробиться через область Жизни и Смерти год назад и совсем недавно входя в область Божественного Моста.

Тем не менее, исконный дух Сы Юю не мог противостоять атакам Син Аня. Прежде чем дьявольское семя Ли Тяньсина будет убито, Сы Юю, вероятно, умрёт от рук Син Аня.

— Как только Юю умрёт, это тело будет принадлежать мне, я смогу сбежать, и Син Ань не сможет удержать меня… — Ли Тяньсин был вне себя от радости. Он всегда боролся за безупречное тело с Сы Юю, но всегда был слепой, старейшина деревни, а также старый Жулай, которые мешали ему, а теперь он, наконец, получит своё.

Он любил Юю не за её личность, а за её тело. Как хорошо быть женщиной с красотой, которой позавидуют даже боги! Самым красивым, что есть на этом свете!

С таким телом Ли Тяньсин будет привлекать внимание всех, независимо от того, где он окажется. Бесчисленное множество мужчин потеряют голову от любви и впадут в безумие из-за него. Все будут любить его в обличии женщины.

Он получит всё, о чём только пожелает!

Так как он был предыдущим Владыкой Небесного Дьявольского Культа, его способности не ограничивались великой боевой доблестью. Пожелай он сбежать, мало кто из бродящих под этим небом смог бы остановить его. Последователи Небесного Дьявольского Культа были опытны во всех видах навыков побега, и он, разумеется, был великим мастером в этой области!.. Теперь ему просто нужно было подождать, пока Син Ань избавится от исконного духа Сы Юю, и он сможет убежать, чтобы жить счастливой и благословенной жизнью!

Сердце Ли Тяньсина внезапно стало растерянным без причины. Он подумал о ярком и прекрасном утре столетней давности, когда Патриарх привёл маленькую девочку из семьи Сы.

— Это Сы Юю, Святейшая Небесного Святого Культа сего поколения, я не могу обучать её. По сравнению со мной, ты молод и крепок, так что справишься с этой мучительной занозой в… гхм-гхм, — не договорив, молодо выглядящий Патриарх развернулся и оставил маленькую девочку позади, убегая так, словно за ним гналось полчище чрезвычайно опасных зверей.

Впервые увидев лицо Сы Юю, у Ли Тяньсина не появилось никаких плохих мыслей. На тот момент ей было всего тринадцать лет, он до сих пор помнил их первую встречу. Он почувствовал удар в сердце, как будто на него свалилось величайшее счастье, а сердце оказалось в её теплых руках, казалось, весь мир исчез с появлением этой девчушки.

Он знал, что, будучи её мастером, не мог иметь никаких злых мыслей по отношению к ученику. Долгое время он выполнял обязанности учителя, уча Юю от всего сердца и передавая ей всё, что знал сам. Тем не менее, злые мысли продолжали время от времени вылезать наружу, затуманивая его разум и сердце Дао.

Сы Юю была очень озорной, из-за чего все последователи Небесного Святого Культа были измучены ею, что привело к большим неприятностям. Ли Тяньсин всегда был занят уборкой беспорядка, оставленного его юной ученицей, улаживая все вызванные ею проблемы. Тем не менее, это было время, когда он был самым счастливым. Несмотря на то, что он всегда был занят уборкой за ней, он также получил удовольствие, балуя её. Перед ним Сы Юю была послушной и понимающей. Она очень быстро развивалась, заслужив его симпатию. В семье Сы не было глупых женщин.

Тогда у них были очень крепкие отношения, как у мастера и ученика, и он привык скрывать и подавлять злые помыслы глубоко внутри себя.

Когда он начал меняться? Сы Юю выросла. Её озорной и ребяческий характер постепенно исчез, и на смену ему пришло удивительное очарование. Каждое действие, каждое слово излучало очарование, до такой степени, что он мог только смотреть на неё. В то время он знал, что он мастер и не должен иметь злых мыслей по отношению к своему ученику, но он больше не мог сопротивляться этому.

Подглядев за Сы Юю, когда она купалась, он собрал её одежду… он был до крайности влюблён в неё. Тогда она заметила его и уплыла в другое место. Должно быть, именно тогда его увлечение исказилось, переросло в жадность. Чем больше он не мог получить её, тем больше он хотел её, и чем больше он думал об этом, тем больше его сердце изменялось. У него больше не было мыслей о том, что она его ученик, все его мысли сосредоточились на ней и её теле.

Он чувствовал свою перемену, ему было страшно. Крах, искажение и деформация сердца Дао ужасали его. Было только одно решение, которое могло спасти его. Поскольку существовало правило, запрещавшее отношения учителя и ученика, ограничивавшее чувства между ним и его учеником… он мог только стать Сы Юю и жить с этим прекрасным телом.

Он решил использовать свою силу и престиж, чтобы решить всё это. Все, кто выступал против него в культе, были изгнаны, убиты или заключены в тюрьму.

Наконец, его желание исполнилось, и он развёлся со своей первой женой, чтобы жениться на своей ученице. В ту ночь Сы Юю боролась изо всех сил, пытаясь убить его, но это было в пределах его ожиданий, и как результат, он стал затаившимся сердечным дьяволом в её сердце Дао, ожидая дня, когда ему удастся стать ею.

Ли Тяньсин вспомнил всё это, и его глаза стали пустыми.

«Я проиграл. С того яркого и прекрасного утра, когда я впервые увидел её, моё сердце Дао было побеждено…» — под натиском тяжёлых атак Син Аня, Ли Тяньсин кашлял кровью и непрерывно отшагивал назад.

В то утро, когда Патриарх привёл Сы Юю, он уже тогда влюбился в своего ученика, влюбился с первого взгляда. Это не она разрушила его сердце Дао, а он сам. Из-за влюблённости и запретных отношений между мастером и учеником, его сердце Дао постоянно искривлялось, пока, наконец, не стало тем, чем оно было сегодня, шуткой в глазах других. Он не был влюблён в её тело, он любил её, от начала и до конца. Только его развращённое сердце Дао заставило его думать, что он хотел стать Сы Юю.

— Когда я впервые встретил её, я потерпел поражение. Патриарх, ты навредил мне…

Ли Тяньсин пробудил свой дух и вспомнил, что сказал Патриарх тем утром, приведя к нему девочку: «Великие Небесные Дьявольские Рукописи содержат правила воспитания и наследия. Будучи Владыкой, ты не должен забывать об этом».

В то время в его глазах была только девушка, и эта фраза проскочила мимо его ушей. Однако теперь ему всё стало предельно ясно.

— Я никогда раньше не следовал этим правилам! — яростно процедил Ли Тяньсин, и ужасающий дьявольский свет вырвался из тела Сы Юю, выстрелив из её сердца и ударив прямо в сердце Син Аня.

Чёрный свет был словно мостик, по которому исконный дух Ли Тяньсина бросился на Син Аня.

— Мой ученик, теперь ты свободна, — он вошёл в сердце Дао Син Аня и почувствовал покой, как никогда раньше.

Бабушка Сы пришла в себя и была очень удивлена его словам. Юй Чжаоцин упала с неба, кашляя кровью, божественное копьё слепого было согнуто, и его рука была сломана, Император Яньфэн был высоко поднят Син Анем, прежде чем был брошен головой в землю. Вдовствующая Императрица и остальные стояли с дрожащими ногами. Одноногий попытался вскарабкаться руками. Кровь вытекала изо рта глухого, в то время как он дрожащими руками держал кисть, не в состоянии её контролировать. Цинь Му отчаянно улучшал духовные пилюли, леча раненых Драконов Наводнения.

Все потерпели поражение, сокрушительное поражение.

Все и каждый.

Син Ань направил ладонь на бабушку Сы, желая уничтожить её исконный дух, как вдруг его ладонь остановилась перед её лицом и начала нежно гладить её красивые волосы. Одна голова Син Аня опустилась, чтобы посмотреть на неё нежным взглядом, как будто это было утро столетней давности.

— Юю, будь красивой женщиной и живи счастливо, а теперь быстро, иди, — молвил голос Ли Тяньсина из головы Син Аня, а после строго добавил. — Син Ань, нам пора умереть! Небесный Дьявол Распада…

— Владыка Ли, ты слишком самонадеян! Простым семенем дьявола ты хочешь захватить моё физическое тело?

Свирепые крики исходили из двух голов Син Аня, в то время как от его тела послышался гул с последующим взрывом. Он дрожал, конечности выходили из-под контроля…

Одноногий силой вытолкнул себя, чтобы вылететь из зала, его руки приблизились к глазам Син Аня. Юй Чжаоцин взорвалась последней силой, и разноцветные лучи удерживали тело Син Аня на месте. Слепой поднял копьё одной рукой и использовал всю свою силу, чтобы ударить врага в сердце. Император Яньфэн зарычал и взмыл в воздух, будучи вверх ногами. Он призвал молнии толщиной с драконов, и отчаянно ударил своего противника!

— Кучка мусора! — тело Син Аня внезапно сломалось, головы, руки, грудь, сердце и ноги отлетели в стороны. Все головы пылали гневом. — Вы все кучка мусора, вы использовали Небесного Дьявола Распада, но как это повлияет на меня?

Все разлетелись во все стороны и кашляли кровью без остановки. Цинь Му встал на ноги и побежал на встречу врагу, в то время как Драконы Наводнения гнались за ним, чтобы обернуться вокруг его тела, резко поднимая его ауру. Он поднял меч и ударил Син Аня, который собирал своё тело.

— Проваливай отсюда!

Руки Син Аня упали с его тела, постучав более десятка раз за долю секунды и серьёзно ранив Драконов Наводнения, в итоге рухнувших на землю не в силах подняться.

Син Ань откинул руки и продолжил присоединять новые части к своему телу. Он отбросил Цинь Му пальцем и холодно сказал:

— Ты был бы уже давно мёртв, если бы не был мне нужен, понимаешь?

Рука, которую он только что соединил, внезапно упала на землю.

Син Ань был ошеломлён, посмотрев на эту руку, затем из глазницы внезапно выпал один из его глаз, покатившись по земле.

«Что происходит?» — он не понимал с чем это связанно. Ухо начало сползать, он попытался поймать его другой рукой, но та внезапно упала, точно так же, как и предыдущая.

Он в спешке поднял голову, чтобы посмотреть на Цинь Му, но та скатилась с плеч, и ему не оставалось ничего другого, кроме как закричать с земли:

— Ты что, отравил меня?

Юноша встал на ноги и вытер кровь со рта, безжалостно говоря:

— Я только что приготовил добавку специально для тебя! Знаешь, она сработала на отлично!

Глава 407. Сундук Син Аня

— Добавку?

Син Ань был ошеломлён. Его грудь внезапно разорвало, а рёбра пробились наружу сквозь плоть и кровь. Казалось, что его тело пыталось от них избавиться, что выглядело невероятно ужасно и леденяще кровь.

Божественная кровь в его теле тоже пыталась вытечь наружу, а спустя мгновение, нога, вырвавшись из-под контроля, убежала в неизвестном направлении!

— Ты действительно дал мне добавку? Не яд? — когда отлетела вторая голова, на лице Син Аня наконец проявилась нервозность. Его нос, глаза и уши соскользнули, падая на землю.

Потерянные части лица отпрыгивали от земли и носились туда-сюда, пытаясь вернуться к хозяину. Однако, даже умудрившись это сделать, они не могли присоединиться и падали обратно.

Император Яньфэн, слепой и остальные узрели лучик надежды, немедленно бросившись в атаку. Син Ань попытался перехватить божественное копьё Лун То, но, дотронувшись к нему, его рука полетела вместе с оружием старика.

Затем он заблокировал удар кулака Императора, внезапно ощутив, что его хребет вылетел наружу. Тот тоже не принадлежал ему, а какому-то божественному скелету.

— Это определённо не добавка, не добавка! — был ошарашен Син Ань. В этот миг бабушка Сы стукнула его в грудь ладонью, с помощью Великой Всеобъемлющей Силы Ладони Небесных Звёзд Ли Тяньсина, сумев проткнуть тело противника насквозь.

Его сердце выскочило и, стукнувшись о землю, дважды отскочило.

— Что это за добавка такая? — всё ещё был жив Син Ань, изо всех сил отбиваясь от атак и становясь всё более и более испуганным.

Разве добавки не делают сильнее? Тогда почему его тело начало распадаться на части?

Бам! Бам! Бам!

Его тело неожиданно взорвалось, брызгая кровью во все стороны. Та принадлежала сильному эксперту, и не происходила из того же тела, что и сердце или другие органы, поэтому пыталась отторгнуть все остальные части.

— Что за яд ты мне дал?  — голова Син Аня упала на землю, после чего подпрыгнула в воздух, направляясь в сторону Цинь Му, который не был готов уклоняться, но в этот миг одноногий, молниеносно двигая руками, помчался к нему. Внезапно старик взмыл в небо и, схватив голову, громко прокричал:

— Отдай мне мои ноги!

Голова громко проревела, сдувая одноногого вдаль. Впрочем, старик тут же вернулся, вновь начиная сражение.

Нога, недавно сбежавшая от хозяина, внезапно бросилась в сторону Цинь Му. В этот миг глухой достал свою кисть и взмахнул ею неподалёку от юноши, после чего агрессивно настроенная нога исчезла в мире картины.

Глухой повалился на спину, задыхаясь. Он истратил последние крохи своих сил, чтобы нарисовать картину Яростного Тигра. Внутри неё, злой тигр схватил ногу в зубы и убежал в неизвестном направлении.

Цинь Му облегчённо вздохнул. То, что он дал Син Аню, и вправду было добавкой, настоящим лекарством.

Использовать яд против такого противника было почти невозможно. Даже дедушке целителю подобное было не под силу, поэтому он сразу же оставил надежду создать достаточно мощное вещество.

Син Ань сумел избить слепого, глухого, одноногого, Ли Тяньсина и Императора Яньфэна, всех этих несравненных практиков, до такой степени, что они оказались не в силах защищаться. Вдовствующая Императрица и остальные эксперты и вовсе проиграли в мгновение ока.

Он был в разы сильнее, чем Владыка Выращивания Драконов, даже которому Порошок Трёх Разрушений не нёс в себе угрозы для жизни. Поэтому пытаться отравить этого монстра было определённо провальной идеей.

Кроме того, Син Ань отлично разбирался в медицине. Его достижения в искусстве лечения можно было назвать одними из лучших в мире, так что он запросто смог бы разглядеть, что именно приготовил Цинь Му.

Для божественного врача, идущего к определённой цели, отравление противника было своего рода искусством. Искусством, которое не всегда нуждалось в использовании яда.

Син Ань был невероятно сильным, но его недостатки были очень отчётливо видны. Части его тела принадлежали другим сильным практикам, не будучи его собственными, поэтому постоянно пытались отторгнуть друг друга.

Целитель когда-то учил Цинь Му, что у человеческого тела есть система самозащиты — иммунитет. После пересадки органов, организм запросто определял чужеродное тело, рассматривая его как паразита, от которого нужно избавиться.

Именно поэтому части тела Син Аня начали бороться друг с другом.

Кроме того, целитель говорил, что большинство болезней берут своё начало с ослабления этой системы самозащиты. К примеру, эпидемию гриппа можно остановить, усиливая организм и иммунитет человека.

Зная эти две вещи, Цинь Му с лёгкостью придумал способ разобраться с Син Анем, который состоял в приготовлении сильной добавки. Той, которая могла бы заострить отторжение органов, повышая его до предела!

Будучи единственным молодым жителем Цань Лао, парень с самого детства проходил через строжайшие тренировки, полностью оказавшись во власти девяти стариков.

Строгая семья заставила его запомнить все уроки и наставления наизусть, превращая их с навыков в манеру поведения.

У целителя был благородный характер и бесспорная честность. Он считал, что медицина — это искусство, в котором не существовало чёткой грани между ядом и лекарством. Отравой можно было спасать жизни, а лекарством — убивать миллионы.

Готовя пилюли для лечения Драконов Наводнения, Цинь Му создал сильную добавку. Главным её ингредиентом была драконья слюна, сила которой затем увеличивалась с помощью различных трав, в результате чего получалось вещество, достаточно мощное для драконов.

Когда монстры поглотили эти пилюли, их раны быстро зажили, мышцы восстановились, а разорванные связки и сломанные кости соединились обратно.

Затем, используя Секреты Драконьего Контроля, он повёл их в атаку, надеясь занести добавку в организм Син Аня. Достигнув цели, она быстро пробралась в сердце, после чего распространилась по остальным частям тела.

Цинь Му приготовил самое сильное вещество, способное вылечить даже раненного Дракона Наводнения. Проникнув в тело противника, его сила тут же разразилась, в бесчисленное количество раз увеличивая эффект отторжения иммуной системы!

Отравление не привело бы к смерти Син Аня, но добавка смогла разбить его тело на части. Именно это было искусством лечения, которому Цинь Му научил целитель.

Юй Чжаоцин, матушка императора и остальные, подавляя свою боль, вновь отправились в бой. С тех пор как тело Син Аня разделилось на части, головы на земле постоянно подлетали, вскрикивая:

— Собрались меня убить? Вы слишком наивны!

Валяющиеся вокруг органы отправляли в их стороны смертельные удары, но так как они потеряли поддержку физического тела, магическая сила Син Аня была слабее, чем раньше. Кроме того, украденные им божественные сокровища не принимали участия в бою, а его собственные божественные сокровища находились далеко друг от друга, что усложняло контроль над ими. Любое движение, которое он исполнял, оказывалось намного слабее, чем раньше.

Несмотря на это, его способности всё ещё были невероятными. Кроме того, от витающих повсюду ног, голов, рук и глаз, волосы у людей вокруг вставали дыбом.

Внезапно несколько ног подбежали к Син Аню, присоединяясь к его сундуку. В следующий миг они вспыхнули силой, поднимая тот высоко в небо.

— Он пытается убежать! — продолжая использовать свои руки в качестве ног, одноногий бросился вперёд со скоростью птицы, хватаясь за пару ног. — Скотина! Верни мне мои ноги!

Сундук открылся, и остальные глаза и головы вылетели наружу, атакуя старика.

Яростно прокричав, Император Яньфэн выплюнул изо рта стрелу крови. В следующий миг та превратилась в дракона крови, вздымаясь высоко в небо. Он запрыгнул сотворённому зверю на спину, отправляясь в погоню за сундуком.

Отталкиваясь своим копьём от земли, слепой полетел следом. Божественное копьё Лун То встряхнулось, таща своего хозяина в сторону сундука.

Бабушка Сы, Юй Чжаоцин, Вдовствующая Императрица и остальные тоже исполнили свои техники, вздымаясь в небо.

Бум!

Император Яньфэн громко грохнулся о землю, после чего начал неостановимо кашлять кровью.

Одноногий полетел следом, но так и не отпустил ноги, за которые держался, явно не собираясь их отдавать. Цинь Му бросился вперёд в попытке поймать дедушку, но в следующий миг его раны открылись, и он споткнулся, упустив старика, из-за чего тот впечатался в землю.

— Му’эр, что ты за внук такой… — одноногий отскочил от земли и затем опять упал. Его глаза закатились, а сам он потерял сознание. Впрочем, его руки продолжали крепко держаться за пару ног, даже не думая ослаблять хватку.

Почесав голову, Цинь Му подумал: «Если бы я исполнил Секреты Драконьего Контроля, чтобы использовать драконов, то, может быть, и успел бы…»

Юноша тут же исполнил Секреты Драконьего Контроля, и стая монстров, несмотря на раны, мгновенно бросились к нему.

Бам! Бам! Бам!

Эксперты продолжали сыпаться с неба, а Император Яньфэн с огромными усилиями пытался встать на ноги. Увидев летящую к земле матушку, он попробовал подбежать, чтобы поймать её, но из его рта пошла кровь, и он повалился на землю.

Когда Цинь Му наконец заполучил силу драконов, он увидел падающую Юй Чжаоцин и собрался её поймать, однако, внезапно одежда старейшины превратилась в чешуйчатые крылья и начала замедлять её падение.

Он остановился, но в следующий миг Юй Чжаоцин исчерпала все свои силы, её крылья онемели, и она с грохотом стукнулась о землю. У него попросту не осталось времени, чтобы успеть её поймать.

В небе остались только бабушка Сы и слепой, продолжающие атаковать сундук.

Цинь Му немедленно полетел к ним. Все Драконы Наводнения были тяжело ранены, их сил не хватит надолго, поэтому он должен закончить битву как можно быстрее.

Сражение в небе оказалось невероятно странным. Тела бабушки Сы и слепого покрылись тяжёлыми ранами, они стояли на сундуке, отбиваясь от летящих со всех сторон атак.

Их атаковали части тела Син Аня. Например, его божественные глаза сверкали божественными лучами, крышка черепа подлетала вверх, превращаясь в чашу, а кулаки, ноги и даже сердце, желудок, печень, селезенка, лёгкие, почки и кожа отправляли в их стороны неистовые удары.

О таком странном виде боя никто из них даже не слышал раньше!

Чёрный дракон слепого извивался и вращался с ослепительной скоростью, он защищал бабушку Сы, позволяя той сконцентрироваться на атаках. Она использовала Великую Всеобъемлющую Силу Ладони Небесных Звёзд, поражая одичавшие органы.

Цинь Му мчался в сторону поля битвы на невероятной скорости, когда внезапно неподалёку от него мелькнул глаз.

Вьюх!

Глаз исчез, правда вместе с одним из Драконов Наводнения, что покинул тело Цинь Му. Тот пытался убраться от сундука с глазом в когтях как можно быстрее. Чем сильнее он отдалялся, тем слабее становился контроль Син Аня над органом, отчего его шансы вернуть потерю снижались.

Цинь Му повернулся, хватая второй глаз своими Божественными Руками Небесного Расхитителя, который ещё миг назад, паря в воздухе, стрелял божественными лучами. Ещё один Дракон Наводнения взял багаж и отправился бежать.

Носясь по небу, Цинь Му “воровал” различные части тел, разбросанные вокруг сундука, после чего Драконы Наводнения уносили их подальше.

Монстров оставалось всё меньше и меньше, поэтому его скорость постепенно снижалась. В этот миг воздух вокруг наполнился чёрными волосками, которые, будто дождь, полетели в его сторону!

— Му’эр, осторожно!

Бабушка Сы и слепой бросились к своему внуку в попытке защитить от удара. Ладонь женщины столкнулась с чёрным дождём, отчего чёрные волоски полетели в обратную сторону.

Слепой взмахнул копьём, со свистом пронзая сундук. Внутри него тут же пронеслась волна энергии, выталкивая божественное копьё Лун То обратно, после чего все части тела, находящиеся в воздухе, влетели внутрь сквозь созданное им отверстие.

В следующий миг сундук освободился и сбежал!

Старик сделал несколько шагов, пытаясь отправиться в погоню, как вдруг болезненно простонал от раскрывшихся ран и чуть было не упал с неба.

Скорость сундука оказалась невероятно высокой, тот преодолел более тысячи километров в считанные мгновения, вот только в этот момент по небу прокатился громкий голос:

— Нет Худа… — горизонтальный и вертикальный свет ножа засияли в небе, после чего оно вновь окуталось темнотой. — Без Добра!

Глава 408. Две бизнес леди

Цинь Му исполнил навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, чтобы посмотреть на два разреза, вертикального и горизонтального, света ножа. Сундук был рассечён надвое, и трудно было сказать, сколько конечностей из него выпало, когда те разлетелись во всех направлениях. Какие-то взлетели в небо, другие улетели в лес, а некоторые даже зарылись в землю.

— Небесный Нож! — голос Син Аня раздался со всех сторон. — Рано или поздно вы все станете частью моей коллекции!

Величественная фигура, мчась по небу, подняла руки, с которых сорвались вспышки ножей, рубанувшие по разного рода конечностям, что не успели вовремя смыться.

— Дедушка, не отпускай Син Аня! — закричал Цинь Му.

Но его совершенствования было недостаточно, чтобы голос мог путешествовать так далеко, поэтому бабушка Сы немедленно передала свой голос за него, и мясник взорвался боевым кличем. Нож для убоя свиней упал с неба и ударил в землю. Ци ножа полоснула во всех направлениях под землёй, пытаясь вытеснить пытающиеся скрыться части тела. В это же время взлетел другой нож и рассёк воздух.

Через мгновение два ножа полетели назад, мясник схватил их и, отпрыгнув, как будто летя, сказал:

— Он был поражён моей Ци ножа и не сможет убежать! Я вернусь через некоторое время!

— Старейшина деревни и остальные не вернулись?

— Они до сих пор в гостях у старого Ма. Мне было неспокойно, поэтому я вернулся раньше!

Цинь Му расслабился, но в этот момент слепой, который находился неподалёку, вдруг покачнулся и начал падать с неба. Он немедленно схватил его, тут же почувствовав на своём теле несравненную тяжесть. Божественное копьё Лун То тоже потеряло сознание, так как оно получило серьёзные повреждения, как и его мастер. Копьё состояло из костей чёрного дракона… божественного, ясновидящего, умного, а также по-настоящему тяжёлого дракона, всем своим непомерным весом давящего на Цинь Му.

Бабушка Сы протянула руку, чтобы схватить его, и тоже начала спускаться с неба. Им удалось остановиться в воздухе только за несколько мгновений до падения.

Три человека благополучно приземлились, и последний дракон на теле парня соскользнул вниз и, задыхаясь, мёртвой змеёй распластался на земле. Кровавая пена продолжала вытекать из его пасти.

Цинь Му заставил себя встать прямо, несмотря на то что его руки и ноги бесконтрольно дрожали. Его раны были также чрезвычайно тяжёлыми, едва не приведшими к летальному исходу. Если бы не слепой, одноногий и глухой, которые вовремя его спасли, он был бы схвачен или убит Син Анем. И даже позаимствовав силу Драконов Наводнения, чтобы присоединиться к битве, это лишь показало острую нехватку боевой мощи и опыта. В борьбе не на жизнь, а на смерть с таким существом, как Син Ань, он исчерпал все свои силы, применив лишь пару умных трюков.

К счастью, это ему помогло. Однако, оглянувшись и увидев, что поместье было покрыто тяжелоранеными экспертами, он ужаснулся. Не говоря уже о таких существах, как слепой, глухой, одноногий, Яньфэн и Ли Тяньсин, даже его Драконы Наводнения были намного сильнее и ужаснее, чем некоторые существа уровня мастера-владыки секты-культа боевого мира!

Многие очень сильные практики, такие как Вдовствующая Императрица и прочие воительницы, а также такие существа, как Юй Чжаоцин, были фактически побеждены. Если бы не та доза добавки, все, вероятно, были бы убиты Син Анем!

— Силён, он действительно чертовски силён… Ай! — Цинь Му начал было сквернословить, как вдруг почувствовал боль в ушах. Бабушка Сы потянула за их мочки.

— Опять грубишь! — неприятно сказала она. — Кто тебя этому научил? Мясник или Патриарх? Или это какая-то теневая банда негодяев, с которыми ты подружился?

— Ай! Я больше не буду, бабуль, отпусти, пожалуйста!

Бабушка Сы отпустила, и Цинь Му вздохнул с облегчением. Потирая ухо, он решил прощупать ситуацию:

— Бабуль, теперь, когда Ли Тяньсин ушёл, тебе не нужно прятаться под уродливой кожей, верно? Не грусти…

— Кто грустит? Ли Тяньсин мёртв, так что я наконец могу освободиться от бремени. Я должна быть счастлива, разве нет? — сказав это, она не показала улыбки, даже наоборот, была заметна грусть.

Бабушка Сы вызвала демонов для помощи в переноске раненых, чем избежала продолжения беседы с Цинь Му, потому что она не хотела, чтобы тот видел её во времена слабости.

Цинь Му, в свою очередь, подозвал раненых Драконов Наводнения, каждый из которых держал в пасти по части тела Син Аня. Они по очереди подходили и бросали их в истинное драконье гнездо. Внутреннее пространство гнезда могло блокировать любую связь с внешним миром, но он решил перестраховаться, бросив в него Диск Императора, который во время падения превратился в истинного владыку драконов.

Одноногий, обнимая свои ноги, всё ещё был без сознания, так что ему пришлось потратить немало усилий, чтобы выдрать их из его загребущих рук. Затем он нашёл картину глухого и бросил её в печать истинного драконьего гнезда.

Только сделав всё это, он, вздохнув с облегчением, направился в зал для оказания помощи раненым. Вот только там он обнаружил людей, чьи травмы были слишком тяжёлыми, и они могли умереть в любой момент. Если бы он лечил их одного за другим, это заняло бы слишком много времени и, очевидно, некоторые из них умерли бы так и не дождавшись своей очереди.

Цинь Му подозвал цилиня и сказал:

— Толстяк, я растил тебя тысячу дней, и сейчас ты, наконец-то, окажешься полезным. Иди, оближи их всех.

Цилинь колебался, скуля:

— Владыка, откуда мне взять столько харчи?

— Тссс, не говори харча, — Ху Лин’эр немедленно прыгнула на ухо зверю и прошептала. — Называй это слюной дракона. Если ты будешь называть их харчей, мы не сможем продать их в будущем. Оближи их как следует, и я попрошу молодого мастера увеличить твой ежедневный паёк.

Цилинь был мгновенно мотивирован и отправился на работу:

— Сестра Лин’эр, только не забудь об обещании.

Цинь Му выбрал людей с самыми тяжёлыми травмами и продиагностировал их. Он принёс серебряные иглы, чтобы запечатать и подавить их травмы. Затем он усовершенствовал лечебные пилюли, но его руки всё ещё дрожали, из-за чего две печи были испорчены, поэтому он решил сначала вылечить свои собственные раны, и только после того, как дрожание в его руках прекратилось, он приступил к лечению. Было много пострадавших с различными тяжёлыми травами, поэтому перво-наперво он обработал их раны, чтобы избежать заражения, а после начал тщательно их диагностировать.

Его Драконы Наводнения также были сильно ранены. Они показали цилиню свои раны, чтобы тот их зализал, но он не смог сделать это, заставив тех драконов проклинать его:

— Ма ха, ма ха.

Лин Юйсю, Янь Цзинцзин, Сы Юньсян и Ху Лин’эр тоже пришли на помощь и за пол дня тяжёлой работы все были поставлены на ноги. Тем не менее, Цинь Му был полностью истощён, не будучи в состоянии продолжать. Раны на его теле ещё не были исцелены, поэтому он решил пойти отдохнуть. К счастью, смертельных ранений больше не осталось. Большинство пациентов уже проснулись, проснулись даже те, чьи раны были невероятно тяжелы.

Цинь Му проспал почти всю ночь. Проснувшись, он обнаружил, что солнце ещё не взошло, и услышал доносящий снаружи голос бабушки. Выйдя из комнаты, он увидел, как она руководит десятком русалок, чтобы приготовить завтрак. Сев на каменную лестницу, он уставился ей в спину с предельно спокойным чувством в сердце.

Это была бабушка Сы, а не Ли Тяньсин. Старый Владыка Культа умер.

Что касается последнего, Цинь Му недолюбливал его. Ли Тяньсин не подходил на звание Владыки, из-за чего Небесный Святой Культ понапрасну потратил целых сорок лет. Если бы не Патриарх, который действовал как стабилизирующая сила, культ уже давно был бы аннексирован Имперским Наставником и Императором Яньфэном. Тем не менее, в самом конце он всё-таки поступил, как подобает Владыке… он понял смысл Великих Небесных Дьявольских Рукописей… он постиг их и передал по наследству. Вот только проблем создавал гораздо больше.

Обернувшись, бабушка Сы увидела сидящего на каменных ступеньках и улыбающегося Цинь Му. Восток был белым, как будто огромная рыба перевернулась на брюхе. Солнце встало и “поджарило” его кожу до красновато-жёлтого цвета.

После завтрака, Цинь Му сначала полечился сам, а когда его раны стали немного лучше, пошёл лечить других, в то время как девочки опять поспешили на помощь.

Загрузив себя работой на добрую половины дня, было трудно сказать, сколько лечебных пилюль ему удалось приготовить, но одно он знал точно — травы в его мешочке таотэ почти израсходованы, а последние крупицы сил опять на исходе. Закончились даже травы из мешочка Владыки Выращивания Драконов, и даже пожелай он достать ещё, сил на это предприятие у него попросту не осталось. Ему ничего не оставалось, кроме как написать список с нужными травами и передать Ху Лин’эр.

Сразу же после лисичка залезла на цилиня, готовясь отравится в префектуру Отдыха.

— Владелец магазина трав из Небесного Святого Культа, так что, Святейшая Сян, отправляйся с ней и заставь их приготовить травы. Если там никого нет, используй быстрый корабль, чтобы транспортировать их оттуда. Кроме того, подготовь двадцать шесть огромных котлов и пароварку, которые можно было бы использовать для лечения людей. Здесь есть люди с тяжелейшими травмами, так что мне придётся кипятить и распаривать их.

Янь Цзинцзин была взволнована:

— Я тоже хочу туда!

Цинь Му колебался некоторое время:

— Сестричка, я обещал пригласить тебя поиграть, совершенно не ожидая встретить что-то подобное. Сейчас у меня нет времени на забавы, так что тебе не навредит отправиться в префектуру Отдыха и прогуляться.

Сы Юньсян была в восторге:

— Даже если это имущество культа, мне всё равно придётся платить за травы, да и использование быстрых кораблей тоже влетит в копеечку.

Парень махнул рукой:

— Деньги у Лин’эр, не волнуйся.

Ху Лин’эр и Сы Юньсян переглянулись, искры разлетались между демоном и человеком, будто огромная битва вот-вот разразится.

Две девушки сидели на спине цилиня и вышли из поместья. Ху Лин’эр усмехнулась:

— Святейшая Сян, ты можешь обмануть молодого мастера, но не меня. Даже не думай о том, чтобы воспользоваться мной.

Сы Юньсян рассмеялась и сказала:

— Я знаю, насколько ты хороша, поэтому и сказала эти слова Цинь Му. Подумай об этом, большинство раненых не из Небесного Святого Культа. Но так как он хочет, чтобы наш священный культ подготовил лекарства, мы, естественно, должны получить плату, но от кого? Не от Владыки, конечно же. Мы получим её от Императора! Сестра Лин’эр, перестань торговаться со мной. Вместо этого ты должна поднять цену как можно выше и позволить нам безжалостно обчистить Императора!

Ху Лин’эр покачала головой:

— В торговле есть мораль. Ты не можешь обмануть Императора. За духовные травы придётся заплатить согласно их рыночной стоимости.

Сы Юньсян спорила с Ху Лин’эр, но она не сдавалась, несмотря ни на что. Две девушки договорились о ценах, и лисичка в человеческом обличие подумала про себя: «После покупки трав я запрошу у императора другую сумму. Таким образом я смогу сколотить состояние! Если я погрязну в трясине с тобой, мне придётся разделить добычу с тобой, но, если я исключу тебя из сделки, вся добыча будет принадлежать мне!»

Потребовалось около десяти дней, чтобы в префектуре Отдыха подготовили все травы. Тем временем Цинь Му закончил восстанавливаться, но были некоторые скрытые травмы, которые ещё не зажили. После нескольких дней бездействия и не видя возвращения мясника, он вдруг подумал: «Проницательность Ван Мужаня экстраординарна, он предложил сестре Юйсю и мне объединиться, чтобы найти метод совершенствования исконного духа в области Шести Направлений. Если мы добьёмся успеха, это принесёт пользу будущим поколениям. Будучи очень занятым в последние дни, я совершенно забыл об этом».

Цинь Му нашёл Лин Юйсю и рассказал ей об этом, на что та удивлённо спросила:

— Если мы первопроходцы в методе совершенствования исконного духа Шести Направлений, можем ли мы считаться мастерами?

— Мастерами? — расхохотался Цинь Му. — Имперского Наставника тоже можно считать мастером?

Когда Лин Юйсю говорила об Имперском Наставнике, она была полна уважения:

— Как Имперский Наставник может быть просто мастером? Трёх основных форм меча достаточно, чтобы его имя вошло в историю и никогда не было забыто миром!

Юноша улыбнулся и сказал:

— Заслуга его трёх основных форм меча несколько незначительней, чем у нашего исконного духа. Если мы сможем завершить технику и метод совершенствования исконного духа в области Шести Направлений, пути, навыки и божественные искусства смогут сделать огромный шаг вперёд, принося пользу миллиардам людей!

Разум Лин Юйсю был взорван, ей было трудно поверить в услышанное:

— Исконный дух Шести Направлений, который мы случайно постигли, действительно так важен? Тогда чего же мы ждем? — ещё даже не договорив, она немедленно ухватилась за руку юноши, взволнованно утаскивая из зала прочь.

Император Яньфэн, Вдовствующая Императрица и остальные люди были выведены демонами оленями погреться на солнце.

Император Яньфэн был тяжело ранен и разговаривал с Юй Чжаоцин, но вдруг увидел, что пара подростков куда-то взволнованно бежит:

— Юйсю’эр, куда ты собралась?

— Совершенствовать исконных дух!

Император Яньфэн уставился на неё:

— Изначальный дух? Как его совершенствовать?

Держась за руку Цинь Му и убегая, голос Лин Юйсю раздавался издалека:

— Двойное Совершенствование Исконного Духа! Да, мой брат сказал, что это называется Двойным Совершенствованием Исконного Духа!

Глава 409. Преодолевая Сто Тысяч Километров

Император Яньфэн немедленно почувствовал себя так, будто дикий кабан, однажды попытавшийся сожрать его белую капусту, снова забрёл в огород. Мужчина тут же попытался встать на ноги, собираясь остановить подростков, но в этот миг к нему подошла группа демонов оленей. Схватив бедолагу, они не оставили ему выбора, кроме как смириться.

Самка демона оленя, держащая в руке какие-то цветы, жестом приказала ему не двигаться, после чего положила букет на его голову.

Затем к нему подошло несколько русалок, поднося ему тарелку с обезумевшими от страха фруктами. Те громко визжали, повергая его в шок.

Демоны дерева осматривали койки больных, наказывая тех, кто плохо себя вёл, шлепком по заду. Вскоре затихли все известные люди мира боевых искусств, Император и Вдовствующая Императрица.

После того, как демоны закончили осмотр, Император собрался догнать подростков, но его матушка расслабленно проговорила:

— Император, не беспокойся по пустякам. Молодое поколение отлично справляется в одиночку. Если ты продолжишь так всё контролировать, Юйсю’эр никогда не осмелится выйти замуж.

— Возможно матушка не знала об этом, но в Двойном Совершенствовании Исконного Духа кроется ужасная опасность. Его нельзя проводить, если пара не является мужем и женой. Если Юйсю’эр сделает это с ним, то их исконные духи вступят друг с другом в резонанс, и они познают блаженство.

— Если после этого она выйдет замуж, то не сможет вступить в резонанс с моим новым зятем. А без этого у них не возникнет никаких чувств! Если пара окажется лишена удовольствия от резонанса исконных духов, то рано или поздно она расстанется!

Вдовствующая Императрица улыбнулась, отвечая:

— Тогда смирись с тем, что он станет твоим зятем. С чего бы здесь так беспокоиться? Кроме того, кто в жизни осмелится развестись с принцессой королевской семьи?

Император на мгновение замолчал:

— Матушка, он Владыка Небесного Дьявольского Культа, и к тому же Император Людей, так что я не могу воспринимать это спокойно.

Женщина тоже замолчала, понимая, что тот имеет в виду — у Владыки Небесного Дьявольского Культа было слишком сильное влияние.

Император был самым влиятельным человеком имперского двора, в то время как Владыка Небесного Дьявольского Культа был самым влиятельным человеком боевого мира. Власть культа просочилась в каждый уголок страны, включая имперский двор. Она лишь усилилась после того, как должность Владыки досталась Цинь Му, так как во время его правления секта достигла невероятной силы, большей, чем когда-либо.

Секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара серьёзно пострадали от конфликта с Цинь Му, и теперь, даже имперский двор был не в силах совладать с ним. В конце концов в стране проводилась реформа, поэтому она нуждалась в поддержке Владыки, так как многочисленные чиновники двора на самом деле оказывались его подданными.

Империя Вечного Мира от основания до самой вершины, пронизывалась влиянием Небесного Дьявольского Культа.

Кроме того, разум Цинь Му был более открытым к новому, чем у Мастера Дао или Жулая. Научившись на идеях Имперского Наставника, он реформировал Небесный Дьявольский Культ и создал Чертог Школы, подарив своему культу бесконечный поток новых экспертов.

Всего лишь за два года после того, как парень стал Владыкой, он полностью видоизменил Небесный Дьявольский Культ, что сильно взволновало императора и его мать.

Ещё сильнее их тревожил тот факт, что имея огромное количество союзников, Цинь Му также являлся Императором Людей. Достав свою печать, он мог бы с лёгкостью заставить секту Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Маленькую Нефритовую Столицу слушаться его приказов!

Одна лишь мысль об этом ужасала.

Исходя из этого, Цинь Му явно не был лучшим кандидатом на роль императорского зятя.

Если бы парню досталось ещё и это звание, он смог бы с лёгкостью отобрать у старика его власть.

Именно об этом волновался Император Яньфэн. Конечно, пока он жив, Цинь Му не сможет возглавить Империю Вечного Мира, но как только его жизнь подойдёт к концу, тот окажется в силах сделать это по щелчку пальцев!

Незаметно для всех, простой и искренний ребёнок, пришедший в Империю Вечного Мира два года назад, превратился в жестокого тигра, способного сражаться с драконами. Это было поистине ужасающе.

Даже если Цинь Му не стремился захватывать власть, что насчёт следующего Владыки Небесного Дьявольского Культа?

Откуда черпать уверенность, что наследник, которому достанется вся власть Цинь Му, воздержится от мысли стать Императором?

— Как Император, ты и вправду не должен оставлять свою власть на милость других. Ты сделал то, что было верно, — проговорила Вдовствующая Императрица. — Но почему я всё ещё вижу в тебе сомнения? Ты настороженно относишься к Владыке Культа Циню, но в то же время потакаешь его действиям, это не твой стиль. Чтобы иметь возможность внедрять реформу Имперского Наставника, ты позволил меня отравить, вынуждая меня многие годы проваляться в койке и не мешать твоим политическим делами. Именно таким безжалостным человеком был Император семьи Лин.

Мужчина наполнился чувством вины:

— Я и вправду дал негласное разрешение отравить дражайшую матушку. Если бы я этого не сделал, твоё влияние в имперском дворе оказалось бы слишком сильным, и мне с наставником было бы намного сложнее контролировать ситацию. Я плохой сын, но я всего лишь отстранил матушку от дел на некоторое время. Даже если бы министр Цинь не пришёл на помощь, я приказал бы Фу Юаньцину вылечить тебя от яда, как только заполучил бы полный контроль над двором.

Вдовствующая Императрица вздохнула:

— Хорошо сработано. Ты и вправду мой сын, а твоя безжалостность даже превосходит мою. Так почему твои руки ещё не добрались до Владыки Циня?

Император некоторое время помолчал, после чего ответил:

— Я боюсь. Я боюсь, что однажды мы с Имперским Наставником провалимся и встретим жалкую смерть. Судьбу Империи и жизни людей нельзя связывать исключительно со мной или с семьёй Лин. Мне нужен наследник, который продолжит реформу, когда нас не станет. В семье Лин нету достойного человека, но Владыке Небесного Дьявольского Культа это под силу.

Женщина пристально взглянула ему в глаза и вздохнула:

— Никогда бы не подумала, что мой сын окажется таким человеком. Я смотрела на тебя слишком поверхностно. Император, пусть Юйсю’эр идёт вместе с министром Цинем. Если ты считаешь его достойным наследником, то пусть она будет с ним. Тогда наша семья Лин не исчезнет, даже если ты и Имперский Наставник провалитесь.

Сердце Императора Яньфэна слегка вздрогнуло, когда он внимательно размышлял над значением её слов, после чего он медленно кивнул.

— Ты хороший Император, а Имперский Наставник хороший имперский наставник, — с умиротворённым выражением лица Вдовствующая Императрица смотрела на заснеженные горы неподалёку, нежно говоря. — Я больше не буду вставлять вам палки в колёса. Ты свободен изменять этот мир как считаешь нужным и проводить столько реформ, сколько захочешь. Я буду жить в изоляции посреди этого леса, сражаясь с теми вертихвостками за своего любовника!

Лицо Императора Яньфэна помрачнело, бедолага пробормотал:

— Матушка, репутация королевской семьи…

Греясь на солнце, женщина ответила с многозначной улыбкой на губах:

— Ты хороший сын, так почему ты не беспокоишься о счастье своей матери? Я много лет пролежала на больничной койке, и прекрасно понимаю, что это была твоя с наставником затея. Тем не менее, я сделала вид, что ничего не случилось. Теперь у меня осталось лишь это желание, так что отпусти меня. Дай мне разобраться с вертихвостками и получить немного счастья напоследок.

С торжественным выражением лица, Император кивнул:

— Матери нужна моя помощь для устранения конкурентов?

— Я прошла к своему положению сквозь бесчисленные трудности в комнатах наложниц, а ты думаешь, что мне нужна твоя помощь? Ты меня недооцениваешь.

****

Озеро возле поместья.

Цинь Му достал палочку благовоний и, воткнув её в землю, зажёг. Лин Юйсю вдохнула необычный аромат, интересуясь:

— Для чего они?

— Это Проводящее Душу Благовоние, — с улыбкой ответил Цинь Му. — Я нанёс на его поверхность руны Проводника Душ и добавил более сотни различных парфюмов. Несмотря на то, что в нём нет никакого божественного искусства, оно всё равно может показать дорогу. Если наши исконные духи заплутают, то руны сработают, и как только наши физические тела учуют запах благовоний, исконные духи вернутся обратно. Таким образом мы не будем нуждаться в помощи посторонних.

Лин Юйсю держала правую руку Цинь Му, когда тот протянул ей левую.

Парочка взялась за руки, смотря друг другу в глаза. Они улыбнулись, и их исконные духи тут же вылетели из тел.

Когда-то исконные духи Цинь Му и Лин Юйсю уже покидали тела, отправляясь в полёт. После этого они пытались повторить это в одиночку, но результат не был слишком впечатляющим.

Они пробовали повторить понятое в первый раз, но так как это, по сути, было попыткой превратить случай в закономерность, сделать это было очень сложно.

В тот день Цинь Му встретился с Сюй Шэнхуа, и, подумав, что незнакомец владел Телом Тирана, его разум сильно возбудился. Именно это привело к тому, что его исконный дух покинул тело, отправляясь блуждать по миру вместе с Лин Юйсю.

Когда это случилось, парочка поняла, что произошло. Им невероятно повезло, так как это было чистой воды совпадением, но прямо сейчас главной задачей было превратить это из случайности в закономерность.

Теперь их исконные духи вновь покинули тела и отправились в полёт, пытаясь определить эту закономерность. Они заметили, что их духи связались друг с другом, вступая в резонанс, что сильно отличалась от Двойного Совершенствования Исконного Духа, которое произошло с ними в первый раз.

Исконный дух формировался духовным эмбрионом и душой. А когда он покидал тело, души начинали резонировать друг с другом, так же, как и духи, отчего по всему телу раздавались оглушающие пульсации.

Подобное чувство долго не проходило и забыть его было невозможно.

Бродя по пустоте, парочка замечала цветы размером со стог сена, названий которых они не знали. Под их ногами была неизвестная трава, острая как мечи. В облаках витали медузы, создавая удивительную картину, сильно отличающуюся от пейзажей Империи Вечного Мира.

Среди всё этой потусторонней красоты блуждала пара подростков.

— Это реальность, или просто совместная галлюцинация? — наслаждаясь путешествием, они совершенно позабыли, что нужно возвращаться обратно.

Но в этот миг они внезапно ощутили сильный, необычный аромат, тут же почувствовав, как неизвестная сила тянет их домой. Вернувшись к своим физическим телам, они увидели, как те стоят, смотря друг другу в глаза.

Вьюх!

Безграничный пейзаж постоянно менялся, как вдруг видение исчезло. Они вернулись в свои тела, стоя, держась за руки и смотря друг другу в глаза.

Лин Юйсю отпустила ладонь Цинь Му, увидев, что в её руке трепещет небольшая рыбка.

— Она настоящая, как чудесно!

Наклонившись, девушка бросила рыбу в воду. Та начала барахтаться и бороться, после чего перевернулась на живот и почти утонула.

Лин Юйсю сразу же подбежала и вытащила бедолагу из воды. Крохотная рыбка со всей силы кашляла, выплёвывая воду из желудка, после чего расправила свои непропорциональные плавники и улетела ввысь.

Принцесса изумлённо уставилась на неё, как вдруг рыбка подлетела обратно, выплёвывая ей в лицо струю воды.

Впадая в ярость, девушка протянула руку, пытаясь схватить летающую негодяйку, но та взмахнула плавниками, исчезая в небе.

— Глупая рыба! — умыв лицо, она обернулась, с любопытством спрашивая. — Пастушок, где мы были?

Немного поразмыслив, Цинь Му ответил:

— Скорее всего это была область восточного моря Великих Руин. Когда-то там располагалось гигантское море, от которого остался лишь бассейн. Вся вода исчезла, но формы жизни остались. Многие рыбы научились летать, собственно, как и цветы.

— Восточное море Великих Руин? Это далеко?

— Больше ста тысяч километров.

— Мы преодолели сто тысяч километров за время горения одной палочки благовоний? — вскочив в шоке, воскликнула девушка.

Кивнув, юноша молча уставился вдаль:

— Преодолеть сто тысяч километров за столь короткое время и вправду невероятно. Почему физическое тело не может передвигаться так же быстро? Если бы у него была скорость исконного духа, можно представить себе возможности…

Принцесса задорно рассмеялась:

— Ты слишком несерьёзный. У исконного духа нет массы, нет ничего странного в том, что он быстр. У физического тела она есть, так что оно медленнее. У тебя ещё есть Проводящее Душу Благовоние? Мы слишком заигрались, позабыв о технике совершенствования исконного духа. Нужно повторить.

Вспомнив о чудесном резонансе их исконных духов, Цинь Му почувствовал невероятную жадность и немедленно согласился:

— Нам определённо нужно попробовать ещё раз. Впрочем, нельзя так сильно заигрываться, у нас важная миссия!

Когда догорела вторая палочка благовоний, их исконные духи вернулись обратно, после чего Цинь Му почесал голову:

— Хочешь попробовать ещё раз?

Лин Юйсю серьёзно кивнула:

— На этот раз мы уж точно не заиграемся!

Глава 410. Проводник Исконного Духа

— Молодёжь знает толк в трате времени, — слепой, валяющийся перед залом, грелся на солнце и разговаривал с глухим. — Посмотри на их сверкающую задором молодость. Они полны энтузиазма и энергии, будучи настолько старательными с двойным совершенствованием. Глухой, ты когда-нибудь думал найти напарника?

Глухой проигнорировал его и указал на свое ухо, словно говоря — я тебя не слышу.

— Глухонемого включил! — слепой ухмыльнулся и подпёрся тростью, чтобы встать, после чего поковылял в сторону Императора Яньфэна. — Дражайший родственничек, прямо сейчас твоя дочь занимается двойным совершенствованием с моим Му’эром… Эх, так почему ты блюёшь кровью? Ты до сих пор поносишь меня? Разве Император может такое себе позволять? А как же законные обоснования? Что? Хочешь избить меня? Думаешь я тебя боюсь?

****

Цинь Му и Лин Юйсю пытались снова и снова, пока не наигрались вдоволь и не пришли к одному и тому же мнению — если они продолжат в том же духе, им будет не суждено закончить метод совершенствования исконного духа. С осознанием данного, без сомнений, неоспоримого факта, они начали всерьёз анализировать метод совершенствования исконного духа в области Шести Направлений.

— Я чувствую, что нам следует начать с резонанса душ и исконных духов! — серьёзно сказала девушка. — Если они смогу резонировать друг с другом, тогда также смогут обменяться силами, положившись на которые, наши исконные духи и покинут тела.

Задумавшись на мгновение, Цинь Му кивнул:

— Однако, именно тогда исконный дух уже совершенствуется. А что, если попробовать по-другому? Перед резонансом исконных духов соединить душу и духовный эмбрион.

Лин Юйсю разволновалась:

— В таком случае мы начнём с резонанса душ! Используем резонанс душ, чтобы направить духовный эмбрион, а после соединим его с душой для формирования исконного духа!

Глаза Цинь Му загорелись, и он сказал:

— Технике понадобится два совершенствующихся вместе человека! Я буду использовать свою душу, чтобы направлять твой духовный эмбрион, а ты будешь использовать свою душу, чтобы направлять мой. В тот момент, когда души соединятся, мы оба покинем наши тела. Затем наши души поменяются местами, и исконные духи естественным образом сформируются!

Парочка чрезвычайно взволнованно уставилась друг на друга.

Им удалось придумать теоретическую часть, согласно которой душа Цинь Му будет направлять душу Лин Юйсю, а после наоборот. Следующий же шаг будет самым важным. Души и духовные эмбрионы покинут их тела, и, заимствуя резонанс, чтобы призвать друг друга, души сольются с духовным эмбрионом партнёра. А сам резонанс между исконными духами будет гарантировать, что те не разделятся обратно на духовный эмбрион и душу.

Таким образом исконный дух и станет возможно совершенствовать в области Шести Направлений!

— Как превратить эту теорию в технику, чтобы направлять чужую душу и духовный эмбрион? — внезапно забеспокоилась девушка.

На что юноша нерешительно пробормотал себе под нос:

— Техника должна помогать использовать исконный дух, душу и духовный эмбрион одновременно. Самое главное, чтобы практикующие не были врагами, то есть, максимально близкими людьми, как родственники, без всяких эгоистических помыслов по отношению друг к другу. Только в таком случае они смогут без каких-либо оговорок обменяться духами и душами.

Лин Юйсю кивнула и почувствовала сладость в своём сердце. Разве слова Цинь Му не означали, что она была его ближайшей родственницей, и он доверял в её руки всего себя?

— То, как будут совершенствоваться другие, пока не важно! Давай сначала создадим технику! — юноша пробудил свой дух и подготовил ещё несколько палочек Проводящих Душу Благовоний. Затем они использовали свои души, чтобы направлять духовные эмбрионы друг друга, постигая свой собственный метод циркуляции жизненной Ци, а после записав его.

Повторив весь процесс несколько раз, они немного устали и решили отдохнуть. Они и до этого момента слишком много раз исполняли подобное, в результате чего их жизненная сила была истощена.

Через шесть дней Цинь Му и Лин Юйсю привели в порядок общую идею техники и, наконец, определились с общими принципами. Что касается всего остального, то они должны будут внести подробные исправления на основе общих принципов.

Мясник до сих пор не вернулся, что заставляло всех слегка волноваться. В конце концов Син Ань был слишком силён, ведь если бы ему удалось перебороть добавку Цинь Му, тем самым восстановив физическое тело к норме, любитель поножовщины не смог бы даже подойти к нему. Его медицинские познания нельзя было сбрасывать со счетов, если бы они не были великолепными, разве смог бы он по желанию менять части своего тела? В долгосрочное перспективе, злополучная добавка не должна оказаться для него серьёзной проблемой.

Сы Юньсян, Янь Цзинцзин и Ху Лин’эр сидели на высокоскоростном корабле, только что прибывшем из префектуры Отдыха с различными травами, котлами и пароварками на борту. Цинь Му отложил вопрос о мяснике, преследующем Син Аня, в сторону, сразу же занявшись делами насущными. Он поднял котлы и, упорно трудясь, сварил лекарственные отвары для пропаривая пациентов.

— Му’эр, практиков с низким уровнем совершенствования нельзя пропаривать, они попросту сварятся заживо! — сразу предостерегла бабушка Сы.

— Я понимаю, — кивнув, юноша сделал всё как надо и, заставив демонов оленей приглядывать за контролем тепла, нырнул в истинное драконье гнездо, где выцепил пять ног и спросил одноногого. — Дедушка, какие из этих ног твои?

— Вот эти, — осмотрев ноги и выбрав пару, старик спросил. — Му’эр, почему у тебя здесь так много ног? Для чего они нужны тебе?

Цинь Му улыбнулся и сказал:

— Если твои снова пропадут, остальные три можно использовать для замены.

— Тьфу ты! Детские слова не могут пророчить! Постучи по дереву, постучи по дереву!

Одноногий дважды сплюнул, после чего Цинь Му немедленно начал свои приготовления. Он вскипятил полный котёл лекарственной смеси и приготовил свой Беззаботный Меч, мазь и слюну дракона, чтобы пришить ноги обратно.

Для него это оказалось плёвым делом. В конце концов он уже пришивал части тела одноногого и мясника, поэтому очередное пришивание двух ног не оказалось напряжённым… Во время всего процесса ему даже удалось расслабиться и отдохнуть.

— Умения Му’эра становятся всё лучше и лучше! — похвалил одноногий.

Со стороны глухой поднял брови и сказал:

— Это потому, что тебя слишком часто резали другие, благодаря чему у него было достаточно много практики.

— Тьфу ты, тьфу, слова всяких старых пердунов не могут пророчить! Постучи по дереву, постучи по дереву! — одноногий впал в ярость прямо на руках парня, несущего его, чтобы впитать лекарственную смесь.

Пока ссора только набирала обороты, Цинь Му принёс Нефритовую Чашу Дракона и обратился к слепому:

— Дедушка, какие из этих божественных глаз твои?

В чаше валялось более десяти различных божественных глаз, собранных Син Анем. Пока они не были приведены в действие, нельзя было сказать, в каких сокрыты девять небес. Внешне, все глаза были очень похожи.

Слепой протянул руку прощупать и выхватил два глаза, затем он нахмурился и сказал:

— Прошло много времени с тех пор, как я лишился своих глаз, раны уже полностью зажили. Есть ещё надежда вернуть их?

Цинь Му бросил остальные глаза обратно в истинное драконье гнездо с Нефритовой Чашей Дракона, прежде чем детально рассмотреть глаза дедушки.

Некоторое время он серьёзно в них всматривался, между тем всё это время выражение лица слепого было спокойным, чуть погодя он даже улыбнулся и сказал:

— Ничего страшного, если ты не сможешь их вернуть. Я уже привык быть таким.

— Я могу восстановить глаза, но некоторые нервы в них уже засохли, поэтому сначала мне нужно поухаживать за ними несколько дней, а потом с подходящим лекарством, возможно, я смогу полностью восстановить попорченные нервы… — улыбаясь, парень поднял голову. — Дедушка, не волнуйся, несмотря на то что мои медицинские познания не так хороши, как у целителя, я всё ещё номер два в мире.

Цинь Му задумался на мгновение, а затем приготовил травы для лечения слепого. Строение нервов в глазах было ещё сложнее, чем в сердце, максимально приближаясь в этом аспекте к мозгу, из-за чего ему нужно быть очень осторожным.

Он позаботился о том, чтобы все травы были чистыми и не было никаких побочных эффектов. Он использовал все свои знания, дабы убедиться, что лекарственная энергия будет нежной, но в состоянии активировать нервы.

Для него это оказалось одним из величайших испытаний.

Цинь Му подготовил различные методы для повышения активности и оживления нервов в глазах. Помимо внутреннего и внешнего применения, он даже изготовил небольшой механизм, который содержал в себе лекарственную смесь, автоматически подогревая её и питая глаза. Также постоянно готовился питательный отвар, который снова и снова вводился в полумёртвые глазные мышцы слепого с помощью полой серебряной иглы.

Можно с уверенность сказать, что была продемонстрирована реализация совокупности всех методов.

После нескольких дней “кормления” слепой почувствовал жжение в глазницах, в них, казалось, выросло много тонких щупалец. Только тогда Цинь Му занялся восстановлением глазных нервов. Он использовал бинт, чтобы обернуть им голову и в месте глаз прижать несколько раздавленных духовных пилюль.

— Дедушка, после того как мышцы и нервы полностью исцелятся, ты сможешь снять бинт, — проинструктировал юноша, затем вызвал демона дерева, наказав ему, чтобы тот вовремя менял слепому лекарство. Демон несколько раз кивнул ветками и в прямом смысле слова укоренился перед стариком.

Цинь Му облегчённо вздохнул и проверил драконье гнездо, подумав про себя: «Если я сложу вместе все части тела Син Аня, мне удастся собрать тело бога. Жаль только, что я не знаю какую технику он практиковал. Он определённо сохранил какую-то часть своего тела… или исконный дух, в противном случае он был бы мёртв. Интересно, какую часть тела он сохранил?»

Когда Цинь Му боролся с Син Анем, последний изменил свою голову, так что его мозг, естественно, тоже стал другим. Его кровь, сердце и ноги бога тоже заменялись. Что было ещё более ужасающим, так это то, что у него были разные исконные духи, он мог по желанию менять и их!

Сражаясь с Юй Чжаоцин, Син Ань использовал свои исконные духи, постоянно меняя их во время атаки и серьёзно раня её. Но должна была остаться часть тела, что-то, что не изменилось. Он мог изменить любую часть тела, кроме неё.

Она была вратами к его жизненной силе!

И только уничтожив её, можно убить его!

«Все его части тела были заменены, но с душой такое не провернуть… попросту невозможно», — подняв глаза, Цинь Му отправился на поиски бабушки Сы, так как её познания в душах были гораздо более глубокими, чем у него.

— Душа делится на души и духи. Души — это Душа Неба меж бровей, Душа Земли в копчике и Душа Жизни в пупке. Семь духов — Собачий Труп в верхней части головы, Скрытая Стрела, тоже меж бровей, Инь Воробей в кадыке, Захват Вора в сердце, Неядовитый в пупке, Очистка от Грязи в промежности и Вонючее Лёгкое в лёгких. Согласно логике изменение этих частей будет означать, что его душа неполноценная, но она явно была нормальная.

Цинь Му ломал себе голову. Согласно пониманию бабушки Сы — голова, даньтянь, позвоночник, шея, лёгкие, сердце и кишечник Син Аня должны быть в сохранности, иначе ему придётся паразитировать душой в чужом, захваченном теле. Однако, когда слепой и остальные разрушили его сердце, раздавили голову и даже заставили позвоночник выскользнуть из тела, его душа не получила никаких тяжёлых травм и могла восстанавливать тело.

— Это означает, что голова, даньтянь, позвоночник, шея, лёгкие, сердце и кишечник первоначального тела Син Аня всё ещё при нём. Если всё так, то его душа должна жить именно в них, вселяясь в насильно захваченные тела только при необходимости! Тогда его настоящие части тела должны быть скрыты в…

Переглянувшись с бабушкой Сы, они одновременно моргнули. Сундук Син Аня!

Первоначальное тело должно быть спрятано именно в нём. Мясник расколол его, но тело могло избежать повреждений.

— Он до сих пор слаб, — сказал Цинь Му. — Если мясник не сможет убить его, тогда, как только он появится с сундуком в следующий раз, это подтвердит мою догадку!

Бабушка Сы кивнула:

— Если он опять появится с сундуком, это будет означать, что его первоначальное тело скрыто внутри, и он не такой уж непобедимый! Зная всё это, убить его будет намного проще!

Глава 411. Успех

По всему поместью расставили котлы, к каждому из которых приставили демона оленя, ответственного за охрану и подкидывание дров в огонь. Внутри сосудов варились эксперты, отчего вся округа заполнилась ароматом лекарств.

Помимо котлов, экспертов помещали в гигантские пароварки для отпаривания. Цинь Му блуждал между ними, проверяя медицинские отвары, меняя травы и вонзая иголки в больных с повреждёнными божественными сокровищами. Полые серебряные иголки позволяли пару проникать внутрь их тел.

Вскоре тело Императора Яньфэна полностью ими покрылось, поэтому он посмотрел на врача с мрачным выражением.

Юноша силой прижал мужчину ко дну, но тот снова поднялся, продолжая пристально на него глазеть.

— Ваше Величество хочет что-нибудь сказать? — улыбнувшись, спросил Цинь Му.

Выражение лица Императора внезапно стало невероятно приятным, и он проговорил:

— Министр Цинь отлично поработал, его заслуги очень высоки. Ты не хочешь повышения? — выражение Императора становилось всё более милым, отчего Цинь Му слегка недоумевал. — Ты до сих пор на пятом ранге, несмотря на столь великие деяния: улучшение летающих кораблей, создание Пушек Истинного Происхождения и Божественной Пушки Солнечного Удара, постройка инфраструктуры для орошения и транспорта, и к тому же неоднократное спасение моей жизни.

— В этот раз ты даже присоединил к нам клан Небесного Пера. Твои заслуги слишком велики, я даже не могу представить, как тебя отблагодарить. Скажи мне, чего ты хочешь?

Чеша голову и напрягая мозговые извилины, юноша ответил:

— Ваше Величество, количество денег, требуемых на покупку трав для лечения всех пострадавших очень велико. Я потратил огромную сумму своих собственных средств на котлы, пароварки и серебряные иголки, Ваше Величество не мог бы…

Лицо Императора мгновенно помрачнело:

— Это не считается наградой, Министерство Финансов разберётся с денежной проблемой! Но оно не сможет вознаградить тебя так, как я! Чего ты хочешь?

Юноша задумался. Деньги? У него их всегда было вдоволь. Официальная должность? Подобное не слишком его интересовало. Слава? Владыку Небесного Дьявольского Культа знают во всём мире, так какая ещё ему нужна была слава?

Сокровище?

Он заполучил бесчисленные сокровища и даже успел порыться в карманах Владыки Выращивания Драконов. К тому же у него был Беззаботный Меч и пилюля меча, так что в сокровищах тоже не было нужды.

Драгоценные травы и материалы, духовные пилюли, или чудесные лекарства? Всё это совсем его не привлекало, так как он был божественным врачом.

Покачав головой, парень наконец понял, как себя чувствует Имперский Наставник. Награды, которые мог предложить Император, совсем его не интересовали, поэтому он не желал вознаграждения за свои труды.

— Подумай ещё раз, — Император медленно вёл парня к правильному ответу. — Это не обязательно должен быть предмет или звание, можешь попросить о человеке…

Цинь Му наконец всё осознал, и многозначно улыбнулся:

— Так Ваше Величество хочет дать мне дворцовых горничных? Большую часть времени я скитаюсь по миру, так что мне не нужна прислуга. Впрочем, бабушка Сы осталась жить в этом месте, кишащем гадкими демонами и монстрами. Если Император подарит мне несколько горничных, чтобы те убирали в поместье, я определённо не откажусь! Две девушки вроде Цзян Ци и Цин Ци, служащих Вашей матушке, совсем не помешают. Они хорошо выглядят, и к тому же очень нежны и понимающие…

Теряя терпение и впадая в ярость, Император Яньфэн погрузился на дно пароварки:

— Катись!

— Как прикажете! — закрыв пароварку, Цинь Му пробормотал себе под нос. — Притворяется щедрым, говорит, что хочет меня наградить, а на самом деле даже не готов поделиться парочкой горничных. Вот скряга…

— Что ты сказал? Повтори! — впал в ярость лежащий в парилке Император. — Голову с плеч!

Затем к нему донёсся с улицы голос Цинь Му:

— Юйсю, ты как раз вовремя! Твой отец сказал, что хочет меня наградить, потом передумал, а теперь и вовсе хочет отрубить мне голову!

— Почему ты обращаешь на него внимание? Последние несколько лет он вне себя, постоянно желая отрубить то одну голову, то другую. Это всё из-за изнурительной политики. В конце концов несмотря на то, что он пообещал отрубить бесчисленное количество голов, большинство из них всё ещё на плечах. Игнорируй его, и скоро бедолага успокоится.

— Ты пришла ради двойного совершенствования?

— Да, наша техника почти закончена, но так как вокруг полно раненых, пришлось немного отлучиться, чтобы им помочь. Нужно ковать железо, пока оно горячо. В противном случае, как только раны отца исцелятся, и он решит забрать меня обратно в столицу, наш успех отложится на неопределённое время…

Парочка ушла, и Император Яньфэн, лежа в пароварке, разочарованно задумался: «Юйсю’эр, я сделал всё, что мог. Этот негодник слишком тупой, тебе осталось надеяться лишь на себя».

Спустя несколько дней тщательной работы, Цинь Му и Лин Юйсю наконец отполировали полную технику Исконного Духа Шести Направлений. Они были слегка обеспокоены, так как не знали, позволит ли она кому-то совершенствовать свой исконный дух так рано.

— Давайте я попробую! Я в области Шести Направлений! — с огнём в глазах проговорила Сы Юньсян.

Цинь Му покачал головой:

—  Эта техника состоит из двух искусств, используемых одновременно. Она разделяется на мужскую и женскую, у каждой из которых есть свои особенности. Из-за этого её должны вместе совершенствовать двое людей, полностью доверяющих друг другу. Кроме того, они должны оставить всякие грязные мысли, иначе ничего не выйдет. Но как только успеха достигнет один, второму тоже всё удастся.

— Владыка, потренируйся со мной, — в спешке ответила девица.

Голос Цинь Му стал более серьёзным:

— Святейшая, мы должны быть настолько близки, что между нами даже иголка не пролезет. Нужно полностью довериться друг другу, даже кроха злых помыслов недопустима!

Хихикнув, девушка сказала:

— Ты ведь Владыка, какие у меня могут быть злые мысли по отношению к тебе?

Юноша закатил глаза. У неё нету злых мыслей? Маленькая бестия считала бабушку Сы своим кумиром, не прекращая мечтать о том, чтобы заменить Владыку Небесного Дьявольского Культа и совсем не собираясь перенимать хорошие стороны “старухи”.

Тем не менее, у Сы Юньсян всё ещё была черта, которая слегка напоминала бабушку Сы. В любой ситуации, когда им грозила опасность, девушка первой, без каких-либо сомнений, бросалась спасать людей. Это говорило о том, что на самом деле она была не такой уж и плохой, просто не имела хорошего воспитания.

«Если бы она была так же отлично воспитана, как я, то не пошла бы столь злым путём», — вздохнул с сожалением Цинь Му. Несмотря на испорченные мысли Сы Юньсян, он всё же должен был проверить, работает ли техника, которую он создал вместе с принцессой, поэтому, кивнув головой, он ответил:

— Я не в силах что-либо поделать с твоими мыслями. В последний раз я готов тебе поверить. Если ничего не выйдет, ищи другого человека, которому можешь довериться.

Сы Юньсян взволнованно бросилась к Лин Юйсю, чтобы получить технику для женщин. Та без любых колебаний взялась за её обучение. К ним также присоединилась Янь Цзинцзин, и принцесса спросила:

— Сестра Цзинцзин, ты тоже хочешь совершенствовать свой исконный дух с пастушком?

Янь Цзинцзин покачала головой:

— Я уже давным-давно совершенствовала свой исконный дух. Приступайте, я просто посмотрю.

— Двойное Совершенствование Исконного Духа крайне приятно! — всерьёз проговорила Лин Юйсю.

Сердце Янь Цзинцзин было тронуто, но в то же время девчушка слегка смутилась. В этот миг Сы Юньсян поинтересовалась:

— Цзинцзин, какое у тебя сейчас совершенствование? Как ты смогла овладеть исконным духом так рано?

— Должно быть, я в области Божественного Моста, — ответила она мягким, слегка смущённым голосом. — Впрочем, я ничего не совершенствовала, это всё заслуга Корабля Солнца. У меня тело чистого Ян, и так как на протяжении долгих лет я заимствовала силу корабля, то смогла открыть свои божественные сокровища. Поначалу, когда я отделялась от судна, они закрывались обратно, но в один прекрасный момент этого не произошло.

Сы Юньсян и Лин Юйсю были ошеломлены. Цинь Му тоже широко открыл глаза, не в силах поверить в услышанное.

Янь Цзинцзин была того же возраста, что и они, но уже стала экспертом уровня владыки культа!

За всё это время они так и не заметили, что Янь Цзинцзин была сильнее их всех!

Когда-то Цинь Му брал Корабли Солнца и Луны под свой контроль, но его божественные сокровища закрывались и запечатывались сразу же после того, как он отпускал колонны. Он никогда бы не подумал, что, после нескольких попыток, божественные сокровища так и останутся открытыми!

— В таком случае разве мы не можем использовать Корабль Солнца, чтобы быстро создать несколько экспертов уровня владыки культа? — неожиданно предположила Сы Юньсян.

Лин Юйсю покачала головой:

— Это невозможно, чтобы взять корабль под контроль нужно владеть телом чистого Ян. Даже Племя Пастухов Солнца не может найти ещё одного такого человека, не говоря уже об остальных частях мира.

— Владыка может! — Святейшая немедленно обернулась к Цинь Му. — Он может контролировать корабль, и скорее всего смог бы заимствовать его силу, чтобы открыть свои божественные сокровища.

Сердце юноши вздрогнуло, когда Янь Цзинцзин проговорила:

— Божественные сокровища, открытые с помощью Корабля Солнца, могут запросто оказаться незрелыми. Дедушка говорил, что хоть это очень удобная лазейка, она не настолько эффективна, как тщательное совершенствование. Отчасти, я отправилась в это путешествие именно для того, чтобы увидеть, как вы совершенствуетесь и обнаружить свои просчёты.

После таких слов Цинь Му оставалось лишь позабыть о подобной идее.

Традиционное совершенствование и вправду было более занимательным и непредсказуемым. Если бы он не пошёл таким путём, то никогда бы не обнаружил божественные превращения области Пяти Элементов и Исконный Дух Шести Направлений.

Янь Цзинцзин, открывшей все свои божественные сокровища посредством Корабля Солнца, скорее всего придётся начинать всё сначала, постигая значение каждой области и осваивая её секреты.

Тем не менее, когда человек стоял слишком высоко, было тяжело разглядеть то, что лежало в самом низу.

Сы Юньсян выучила женскую часть техники, а после попросила Лин Юйсю взглянуть, не делает ли она ошибок в циркуляции Ци. Лишь тогда она вместе с Цинь Му приступила к совершенствованию исконного духа.

Вдалеке от них, слепой с завязанными глазами заговорил к Яньфэну:

— Император, твоя дочь невероятно щедра, так просто отдавая твоего зятя на потеху вертихвостке Юньсян.

Мужчина холодно фыркнул:

— Юйсю’эр определённо не понимает значения Двойного Совершенствования Исконного Духа. Если бы она знала, что технику могут исполнить лишь муж и жена, то не была бы столь щедрой.

— Ты скажешь ей? — поинтересовался слепой.

— В этом нет нужды, — покачал головой Император. — Лишь одна пара может совершать Двойное Совершенствование Исконного Духа. После того, как их исконные духи вступят в резонанс, больше никто не сможет достичь резонанса с кем-то из них. Министр Цинь успешно исполнил технику вместе с Юйсю’эр, так что даже если Святейшая Юньсян будет совершенствоваться вместе с ним, у них ничего не выйдет. Девушке не удастся пробудит свой исконный дух. Это всего лишь дети, они не знают, что делают, — мужчина вздохнул. — С древних времён в комнатах императорских наложниц живёт более трёх тысяч красоток. Но никто не вспоминает, что исконный дух Императора резонирует лишь с Императрицей, так что даже когда он ищет любви и ласки у наложниц, то не в силах достичь абсолютной радости. Именно поэтому в имперской семье так мало членов.

Слепой улыбнулся:

— В компании наложниц удовольствия не так уж и много, поэтому младшее поколение королевской семьи столь немногочисленно.

Император кивнул:

— Так что я не волнуюсь о Юйсю’эр. Она уже воспользовалась возможностью, и даже если у Владыки Циня будут другие женщины, он всё равно вернётся к ней. Дело в том, что он уже не сможет вступить в резонанс с кем-то дру…

— Мой исконный дух пробудился!

Внезапно раздался визг Сы Юньсян. Когда Император услышал её радостные крики, глаза бедолаги помутнели и потеряли всякий фокус. Лин Юйсю также преисполнилась торжеством и присоединилась к празднованию вместе с Цинь Му.

Спустя довольно длительное время, Император Яньфэн так и не вернулся в чувства.

— Ты забыл, что Му’эр — Тело Тирана. Исконный дух обычного человека не может резонировать с двумя партнерами, но Тело Тирана может, — опёршись на трость, слепой спокойно говорил. — Император, я восхищён твоим выражением, но, к сожалению, я не художник, и не могу на веки запечатлеть его на бумаге.

— А я смог, — раздался неподалёку голос глухого.

Парочка стариков захихикали, невероятно довольствуясь собой.

— Владыка, принцесса Юйсю, как вы назовёте технику, которую создали? — спросила Сы Юньсян.

— Давайте назовём этот вид двойного совершенствования “Проводник Исконного Духа”, — в унисон ответили Цинь Му и Лин Юйсю.

Глава 412. Надвигающаяся Буря

Проводник Исконного Духа был разработан Цинь Му и Лин Юйсю через объединение теоретической части самой базовой техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его основа опиралась на технику Даоинь, использующуюся для направления жизненной Ци.

Между тем Проводник Исконного Духа направлял духовный эмбрион одного человека, чтобы смешаться с душой другого, прежде чем вылететь из обоих тел практикующих. Затем душа и дух менялись местами, используя шанс слиться с исконным духом.

Причина, по которой исконный дух Цинь Му мог резонировать с исконным духом Сы Юньсян, крылась в особенности его духовного эмбриона… а именно, у того не было никаких атрибутов в отличие от атрибутных духовных тел Сы Юньсян и Лин Юйсю. Резонанс между духовными эмбрионами происходил от слияния исконных духов и создания фиксированной частоты. Поскольку у всех были разные атрибуты, от человека к человеку, от исконного духа к исконному духу, имели место быть те или иные различия и, следовательно, различная частота.

Пара, занимаясь двойным совершенствованием исконных духов, резонирует и координируется, чтобы оказаться на одной частоте. Если они решат заниматься двойным совершенствованием с исконными духам других людей, тогда, из-за отсутствия одинаковой частоты, им не удастся достичь резонанса исконных духов.

Исконный дух и духовный эмбрион Цинь Му не имели атрибутов какого-либо духовного тела, они были как белый лист бумаги. Если совершенствоваться с Лин Юйсю, частота будет исходить от Лин Юйсю, а если совершенствоваться с Сы Юньсян, частота будет исходить от Сы Юньсян.

Император Яньфэн никогда не испытывал интереса к “Телу Тирана” Цинь Му, поэтому и не обращал на это никакого внимания, как результат, Лин Юйсю осталась в неведении относительно табу на резонанс исконных духов.

И теперь он мог испытывать лишь горькое сожаление.

Цинь Му и Лин Юйсю закончили мужские и женские техники Проводника Исконного Духа, подробно записав методы совершенствования и замены душ, что заставило их обоих ощутить прилив счастья… как вдруг они пришли к неописуемому пониманию, касающемуся не только Дао в целом, но и их сердец Дао.

Испытав совместный процесс создания техники, их сердца Дао совершили прыжок, конечно, один, но качественный!

Хотелось бы сказать, что это произошло внезапно, но ведь всё случилось совершенно не так. Создание было трудным. Они создали технику из ничего и втянули исконный дух к области Шести Направлений, буквально изменив систему совершенствования данного этапа. Придуманное ими изменение далеко превзошло три базовые формы меча, которые основал Имперский Наставник!

Можно даже сказать, что если Цинь Му и Лин Юйсю смогут развить чудо Исконного Духа Шести Направлений до крайности, тогда это изменение, вполне возможно, поможет людям перейти в область Небожителя намного раньше, соединяя ту с областью Семи Звёзд и создавая из двух одну! Кроме того, это изменение затронет всех практиков божественного искусства будущих поколений!

Области Духовных Эмбрионов и Пяти Элементов были областями практиков боевых искусств, людей, которые ещё не ступили на порог божественных искусств. Людей же в области Шести Направлений уже можно было назвать практиками божественных искусств и считать официально переступившими порог божественных искусств.

После области Шести Направлений шли Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть, Божественный Мост. Все они были областями, в которых практикам божественных искусств приходилось шаг за шагом продвигаться к области бога. Четыре области были четырьмя шагами, но каждый из них был намного сложнее предыдущего, поэтому каждый шаг занимал очень много времени.

То, чему положили начало Цинь Му и Лин Юйсю, могло изменить четыре шага на три, позволяя практикам божественных искусств достичь области бога ещё быстрее!

Подобное достижение не могло быть недооценено, даже одна мысль об этом греховна, к тому же, участие в создании этой техники было большой честью!

В мире не существовало дорог, поэтому люди протаптывали их. Изменение в системе совершенствования может привести к изменению путей, навыков и божественных искусств. Великое Дао небес и земли также изменится в соответствии с ним.

Огромная перемена, принесённая Проводником Исконного Духа, скорее всего окажется за пределами всяких ожиданий парочки. Основать технику было трудно, поэтому им приходилось постигать множество вопросов. Превзойдя своими сердцами Дао таковые у многих великих мастеров, они оба погрузились в свои собственные понимания…

Имперский Наставник создал три основные формы меча, тогда он стал великим мастером, а его понимание поднялось от техники к области навыка. И именно это в данный момент испытывали Цинь Му и Лин Юйсю.

Проводник Исконного Духа завершён, но вопрос о том, как укрепить исконные духи в Шести Направлениях всё ещё оставалось пустой областью для изучения. Их укрепление путём совершенствования было на самом деле вопросом области Семи Звёзд. Ни одна техника в Шести Направлениях не имела метода для укрепления исконного духа. А это означало, что, будучи основателями, у них появилась возможность оказаться на шаг впереди других в понимании техник совершенствования области Шести Направлений, создавая ещё больше ранее неизведанных вещей.

— Император! — слепой внезапно зарядил тростью по бедру Императора Яньфэна, только на сей раз он, судя по всему, совсем не шутил. — Чувствуешь ли ты изменения среди небес и земли?

Император Яньфэн хотел взорваться праведным гневом, но был слишком ошеломлён услышанными словами, как вдруг в удивлении сказал:

— Действительно есть незаметные изменения, такие странные…

— Глухой, одноногий, проснитесь, осторожно прочувствуйте великое Дао небес и земли! — гаркнул по отношению к двум старикам слепой, и те тоже почувствовали неуловимое движение, будто весенний дождь соединялся с ветром в ночи.

Действо было спокойным и медлительным.

— Что случилось? — удивлённо спросил глухой.

— Когда Му’эр и принцесса Юйсю основали Проводник Исконного Духа, произошло это изменение. Странно-то как, — проговорил слепой. — Прочувствуйте внимательнее, великое Дао небес и земли, кажется, где-то претерпевает чудесные изменения. Это пульсирование очень слабое, но оно не может избежать моего сердца Дао!

Независимо от того, был ли это одноногий, глухой или даже Император Яньфэн, все они были великими мастерами.

Одноногий самостоятельно постиг чудо божественных ног, тем самым прорываясь своей скоростью к области бога. Он использовал технику, которую самолично основал, поэтому его сердце Дао было чрезвычайно сильным.

Глухой развил до крайности свой путь живописи, переступив на уровень бога и святого!

Император Яньфэн полагался на технику Девяти Монархических Драконов, развив её до самого высокого уровня и сделав равной высшим искусствам трёх крупнейших священных обителей. Кроме того, техника Девяти Монархических Драконов, на которую он опирался, была всего лишь несколькими примитивными записями драконов на Диске Императора!

Другие люди в поместье, даже такие эксперты, как бабушка Сы, Юй Чжаоцин и Вдовствующая Императрица не достигли уровня великого мастера, поэтому они, естественно, не могли ощутить пульсирующие и неописуемые изменения в великом Дао небес и земли.

— Ваше Величество, будущие достижения Вашей дочери намного превзойдут Ваши, — внезапно сказал глухой. — Вы когда-нибудь думали сделать её наследной принцессой?

Император Яньфэн удивлённо приподнял брови и посмотрел на Лин Юйсю, которая погрузилась в невыразимую область.

Сделать принцессу Юйсю наследной принцессой?

У него действительно появилась такая мысль в тот момент.

— Пожалуй мне следует на некоторое время отправить Юйсю руководить пограничными войсками. На северных снежных равнинах есть какая-то повстанческая армия, которая ещё не искоренена. Она и Юйшу должны возглавить армию, — сердце Императора успокоилось. Дело было не в том, что раньше никогда не существовало наследной принцессы, а в том, что их количество не было таким большим как принцев. В конце концов есть множество женщин, практикующих божественные искусства, и некоторые секты даже избирают их лидерами.

Императрицы могут существовать, просто они в меньшинстве.

«Если Юйсю’эр окажется лучше, чем Юйшу…» — вздохнул уже не император, а отец.

Цинь Му и Лин Юйсю пробудились от своих мысленных постижений. Они осознали многочисленные чудеса об исконном духе, и, как результат, это привело их к методам совершенствования в области Шести Направлений. Некоторые постижения можно было записать для других людей, но другие могли быть поняты только ими, так как словами их было не передать, требовалось самостоятельное осознание.

— Юйсю’эр, мои раны почти исцелились, мы возвращаемся в столицу, — сказал Император Яньфэн.

Лин Юйсю не стала спорить, переведя взгляд на Цинь Му:

— Пастушок, ты пойдёшь с нами в столицу? Мы можем продолжать Двойное Совершенствование там…

— Ступайте. Мне нужно подождать возвращения дедушки мясника, у меня до сих пор остались к нему вопросы, — юноша покачал головой и, передав полную версию мужской техники Проводника Исконного Духа девушке, добавил. — Передай её Имперскому Наставнику для продвижения в массы.

Лин Юйсю кивнула и, после неловкой паузы, спросила:

— Могу ли я показать своему отцу технику Девяти Монархических Драконов, которую ты улучшил?

— Изначально это и предназначалось для семьи Лин, так что ты вправе учить кого захочешь, — с улыбкой ответил Цинь Му.

Лин Юйсю внезапно чмокнула его в щёку и убежала, словно испуганный котом воробей. Император Яньфэн беспомощно покачал головой, поведя её попрощаться со своей бабушкой:

— Я не разрешил чиновникам следовать за мной, приказав остаться в префектуре Тирана. Им лучше не знать обо всём, что произошло в этом поместье. Мать, береги себя.

Вдовствующая Императрица вздохнула и возвышенно сказала:

— Ты должен позаботиться и о себе! То, что вы с Имперским Наставником хотите сделать, не закончится простой смертью, так что вы должны быть осторожны. Несмотря на то, что ты уже вырос, я беспокоюсь о тебе.

Император Яньфэн развернулся, Лин Юйсю последовала за ним:

— Отец, пастушок научил меня технике Девяти Монархических Драконов, которая отличается от того, чему научил меня ты. Я хотела бы поделиться этим с тобой. Будешь учиться?

Император Яньфэн громко рассмеялся и покачал головой:

— Несмотря на то, что твой маленький любовник переполнен талантом и имеет экстраординарные способности, совершив с тобой удивительный подвиг, но, когда дело касается техники Девяти Монархических Драконов, он намного уступает мне. Не говоря уже о том, что этой технике научил его я.

— Ты будешь учиться или нет? — со злостью и нажимом в голосе, спросила принцесса.

— Хорошо, хорошо, расскажи мне всё, что он тебе поведал… х-гхм

Лин Юйсю рассказала ему о технике Девяти Монархических Драконов, которой Цинь Му научил её, и выражение лица Императора Яньфэна постоянно менялось. А когда она закончила, его лицо было черней самой тёмной грозовая туча, как вдруг он холодно спросил:

— Говоришь, он научил тебя этому?

Девушка чувствовала, как его переполняет ненависть:

— Отец…

— Диск Императора у него! — с переполняемый яростью лицом, мужчина в гневе расхохотался. — Эта техника была понята благодаря Диску Императора! Всё это время сокровище нашей семьи Лин находилось в руках твоего маленького любовника! Я сейчас… — развернувшись, он собрался было вернуть своё законное имущество, но вдруг остановил свой шаг и посмотрел на белоснежное имение. Покачав головой, он обратился к всё ещё растерянной, на грани паники Лин Юйсю. — Возвращаемся в столицу.

— Диск Императора с ним, так что я пойду и попрошу его. Отец, не сердись на меня.

— Я изучал его тысячи раз, но так ничего путного и не понял. Предки семьи Лин тоже изучали его бесчисленное количество раз, но так и не постигли чудо внутри. Трон принадлежит семье Лин не из-за Диска Императора. Нет необходимости ссориться с Небесным Святым Культом.

Лин Юйсю украдкой взглянула на лицо отца.

Император Яньфэн выглядел спокойным, словно воды тихого, без единой ряби пруда. Его истинные намерения были неизвестны.

— Юйсю’эр, никогда не упоминай, что Проводник Исконного Духа был основан тобой и министром Цинем. Об этом нельзя кому-либо рассказывать, — сказал мужчина. — Если проболтаешься, моих сил может оказаться недостаточно, чтобы защитить тебя.

Ошеломлённая Лин Юйсю молча кивнула.

Цинь Му пошёл проверить глаза слепого в поместье. Раны на ногах старика уже зажили, но глаза до сих пор были обёрнуты бинтами, которые время от времени приходилось снимать, чтобы поменять лекарство.

— Му’эр, касательно вопроса основания Проводника Исконного Духа, не говори, что ты основатель, — внезапно сказал слепой. — Каждый, кто видел это, должен держать рот на замке, без лишних слов. Понятно?

Цинь Му был озадачен:

— Почему?

Бинт был снят, и слепой плавно открыл глаза. В них не было духа, но их чёрные зрачки медленно наполнялись божественным светом. Слои построений закружились в них, несравнимо глубокие девять небес приняли форму.

Голос слепого был ненормально спокоен, когда он продолжил:

— Изменился закон, изменился путь, изменилось небо. Смена небес приведёт к смерти. Все великие мастера мира почувствуют необычное движение. Грядёт буря…

Глава 413. Поражающее Состояние Мира

В столице.

Фу вошёл в поместье Имперского Наставника, сообщая:

— Старый господин, Его Величество пришёл Вас навестить!

Мужчина поднялся, чтобы принять гостя, и пара героев Империи Вечного Мира наконец встретились. Лин Юйсю вошла следом за Императором, который бросил на своего друга глубокий взгляд. Понимая, что это значит, Имперский Наставник взмахнул рукой, приказывая Фу выйти.

— Ваше Величество пришёл меня навестить до того, как побывал в имперском дворце, полагаю, произошло что-то важное, — он бросил на Лин Юйсю вопросительный взгляд. — Здесь лишь мы трое, можете рассказывать.

— Имперский Наставник почувствовал колебания небес и земли пять дней назад? — спросил Император Яньфэн.

Имперский Наставник кивнул:

— Колебание и вправду было изумительным. Закон и путь изменились, так же, как и великое Дао небес и земли. Кто-то создал нечто реформаторское, и я отчётливо это почувствовал.

Император Яньфэн достал две версии техники Проводника Исконного Духа, протягивая их собеседнику:

— Имперский Наставник, взгляни.

Пока мужчина внимательно перелистывал страницы, его лицо становилось всё более и более торжественным. Спустя некоторое время, он закрыл Проводника Исконного Духа и проговорил:

— Вижу почерк принцессы и Владыки Циня. Реформа Шести Направлений изменила Семь Звёзд, Небожителя, Жизнь и Смерть и Божественный Мост, поэтому нет ничего странного в столь сильных колебаниях. Принцесса Юйсю отлично себя показала, её будущие достижения не будут уступать твоим или моим.

Он был невероятно мудр, поэтому даже без подсказок Яньфэна смог догадаться, что виновниками произошедшего были Цинь Му и Лин Юйсю. Более того, он также понял, к каким последствиям приведёт их достижение.

Император Яньфэн кивнул:

— Эти два свитка являются истоком реформы. Я мчался к тебе, не останавливаясь на отдых, так как ситуация плачевная. Эффект от реформы был не слишком большим, и те, кто не является великим мастером, достигшим уровня навыка, не смогли его заметить. Однако для экспертов, познавших путь, он был невероятно огромным. Ты говорил, что отчётливо его ощутил, а это значит, что ты превзошёл меня и достиг столь высокого уровня первым.

— Я не так уж давно поднялся на уровень пути, и всё ещё не слишком хорошо во всём разобрался. Тем не менее, колебания неслись со всех сторон, будто волны, в то время как я стоял в самом их центре, чувствуя изящное изменение Дао небес и земли.

Внимательно выслушав его слова, Император Яньфэн похвалил:

— Область пути невероятно чудесна. Если тебя так сильно задело, то что тогда ощутили боги?

— Даже больше! — глаза Имперского Наставника сияли тусклыми лучами, когда он проговорил. — Вашего Величества не было в столице на протяжении последних нескольких дней, поэтому Вы не знаете, что здесь пронеслась настоящая снежная буря из обращений. Взгляните.

Он достал десятки писем, отправленных бесчисленными руководителями уездов со всей империи.

Император Яньфэн открыл обращение из уезда Предложения Мира. В нём говорилось о землетрясении, случившемся в Храме Бабушки Ци Юэ. Толчки не задели близлежащих земель, разрушив лишь храм, под завалами которого погибло несколько десятков паломников.

А когда судья того уезда вместе с группой людей отправились разбирать завалы, они увидели, что гора, на которой стоял храм, раскололась напополам. Внутри трещины виднелась верхняя половина статуи бога, которая обрела цвет живой плоти и покрылась пульсирующими рунами.

Император слегка нахмурился, задумавшись. Он передал обращение Юйсю, после чего взял ещё одно.

Его отправил губернатор префектуры Изгиба, рассказывающий о странных происшествиях возле Великого Озера Изгиба. В полночь, над водой сверкали неестественные огни, полностью покрывая небо. Из озера подымался силуэт гигантского существа, чьи глаза горели, будто лампы. Судя по слухам, это был Владыка Озера Изгиба, который требовал от прибрежных жителей жертвоприношений в виде девственных девушек и юношей. Губернатор отправил судебного пристава оценить ситуацию, в результате чего погибло огромное количество практиков божественных искусств.

Просматривая остальные письма, брови Императора всё больше сходились на переносице. В некоторых говорилось о расколовшихся святилищах, из которых появились статуи богов, немедленно начавшие разбивать скульптуры местных идолов. Другие рассказывали о землетрясениях и статуях богов, поднимающихся со дна реки. Некоторые из этих статуй не двигались, но другие требовали у местных людей жертвоприношений.

Кроме того, было огромное количество мест, в которых вспыхивали странные огни и появлялись невероятно чудные монстры, с которыми никто не был в силах разобраться.

— В нашей Империи Вечного Мира нет подобных богов, — осмотрев письма, Лин Юйсю отложила их в сторону. Немного поразмыслив над прочитанным, она спросила. — Откуда взялись эти статуи богов? Они не могли просто так пробиться из-под земли. Кроме того, сокровища, о которых упоминалось в обращениях, не могли попросту быть кем-то утеряны, так как они принадлежат богам.

— Не из-под земли, — ответил Император Яньфэн. — Если бы они жили под землёй, мы бы давно их нашли. Скорее всего каменные статуи и сокровища происходят из другого мира.

— Они не могли все прийти из одного и того же мира, — торжественно проговорил Имперский Наставник. — В Великих Руинах есть много подобных статуй, и говорят, что это боги, чьи тела окаменели. Они находятся в спячке, чего-то ожидая, и могут проснуться в любой момент. Если эти каменные статуи пришли из другого мира, то они выбрали для этого очень подозрительное время.

— Принцесса и Владыка Цинь создали Проводника Исконного Духа, изменив этим великое Дао небес и земли, и в следующий миг по всему миру возникли бесчисленные каменные статуи и странные сокровища, здесь определённо есть какая-то связь, — добавил Император. — Имперский Наставник, нужно исследовать этот вопрос.

— Это напоминает мне о случае двухлетней давности, когда в наш мир спустился Король Дьяволов Дутяня. Для этого ему понадобился жертвенный алтарь и ритуал Владыки Циня. Более того, переместиться смогла лишь часть его сознания и силы, так как настоящее тело требовало намного большего количества жертв и смертей.

Яньфэн и Лин Юйсю спокойно слушали, не перебивая. Наставник пытался сказать что-то крайне важное, так что они не смели отвлекаться.

— Это значит, что для путешествия между мирами нужно огромное количество энергии, и чем сильнее путешественник, тем больше её требуется.

— После изменения великого Дао небес и земли, появились каменные статуи богов. Скорее всего боги смогли переместить лишь свои каменные статуи, так как для переноса их истинной силы не хватило энергии. Они нуждаются в огромном количестве жертв и смертей, чтобы переправить свои настоящие тела.

Сердца Император Яньфэна и Лин Юйсю задрожали, когда страшная мысль посетила их головы. Имперский Наставник помог им выговорить её вслух:

— Они должны создать масштабную катастрофу, которая погубит несчитанное количество людей, чтобы окончательно к нам добраться.

Кровь в жилах мужчины и его дочери застыла.

Предыдущая катастрофа и так отобрала жизни многих жителей страны, и даже Имперский Наставник ещё не оклемался после своей первой встречи с богом. Если что-то подобное повторится, Империя превратиться в руины, а жизни большинства живых существ будут погублены!

— Исходя из этого предположения, боги Высших Небес вскоре получат приказ послать на Империю Вечного Мира новую катастрофу, — твёрдо проговорил Наставник. — Она определённо окажется не слабее, чем предыдущая снежная катастрофа. Это может быть землетрясение, извержение вулкана, торнадо, засуха, или новая снежная буря. Может произойти любое событие, способное привести к смерти миллиардов!

Император прошипел хриплым голосом:

— Ты имеешь в виду, что мы должны…

— Истребить Высшие Небеса, — спокойно ответил Имперский Наставник. — Нужно убить богов Высших Небес, так как если моя догадка верна, именно они несут ответственность за катастрофы нашего мира. Если мы сможем от них избавиться, каменные статуи не смогут превратиться в богов или дьяволов и люди будут спасены от гибели. Нужно сделать шаг первыми и убить их всех!

Голова Императора разболелась. Схватившись рукой за лоб, он сжал зубы:

— Высшие Небеса находятся в Западных Землях, и мы понятия не имеем, сколько богов и дьяволов там живёт, так как нам удастся их уничтожить? Нам осталось ждать всего несколько лет, чтобы некоторые эксперты отстроили свой божественные мосты и стали богами…

— Ваше Величество, они не позволять нам ждать. Если моя догадка верна, то сокровища, о которых говорилось в письмах, это метеорологическое оружие!

Сердца Лин Юйсю и Императора Яньфэна замерли.

Метеорологическое оружие было идеей, которую предложил Цинь Му. Закупоривая погодные явления вроде снегопадов, градов, смерчей, извержений вулканов и землетрясений в тыквенных бутылках, можно было контролировать погоду в спокойные времена.

Кроме того, метеорологическое оружие можно было использовать для убийства врагов во времена войн.

Когда Император Яньфэн атаковал прерии, Паньгун Цо приказал великим шаманам отравить водоёмы. Чтобы очистить после этого земли и спасти местных кочевников, Имперский Наставник использовал закупоренную бурю, вызывая десятидневный дождь, который очистил местность и смыл отраву.

Впрочем, в порывах бури умерло огромное количество местных жителей, из-за чего оппозиция сильно раскритиковала его, создавая целую кипу неприятности.

Если он был прав, то все сокровища богов и дьяволов были метеорологическим оружием, богам Высших Небес оставалось лишь найти и активировать их, посылая всевозможные бедствия и вызывая огромное количество жертв в Империи Вечного Мира!

Такое непомерно большое количество погибших может оказаться достаточно великой жертвой, чтобы позволить энергии богов и дьяволов потечь бурлящей рекой. Как только каменные статуи обретут свои настоящие формы, начнётся ужасная резня, в которой этот мир сотрётся с лица земли!

— Я немедленно отдам приказы охранять каменные статуи и сокровища. Нельзя отдать их в руки Высших Небес! — по лбу Императора Яньфэна катились капли холодного пота, в то время как он сам начал ходить туда-сюда. — Мы не можем позволить им их найти… Почему они это делают? Разве нельзя позволить людям этого мира жить лучшей жизнью? Я не понимаю…

— Реформа посягает на интересы богов и дьяволов. Она меняет Дао, которое не пощадит их, если они не смогут измениться вместе с ним, — проговорил Имперский Наставник. —  Вероятно есть и более глубокое объяснение, но мы знаем слишком мало, чтобы к нему прийти. Ваше Величество, я хочу лично встретиться с Императором Людей.

Император бросил на него пристальный взгляд.

Имперский Наставник Вечного Мира всмотрелся вдаль, бормоча:

— Только по зову Императора Людей все священные земли и сильнейшие практики послушаются и объединятся, чтобы уничтожить Высшие Небеса! Только Император Людей, которого почитают все секты, заставить всех людей мира последовать за ним!

Лин Юйсю была ошеломлена. Разве нынешним Императором Людей не был Цинь Му?

Разве Печать Императора Людей не находилась в его руках?

Исходя из этого, Цинь Му, получается, тоже придётся идти в атаку на Высшие Небеса?

— Мне нужно поговорить с Императором Людей! — Имперский Наставник поднялся и вышел.

В это время Цинь Му как раз совершенствовал свой исконный дух вместе с Сы Юньсян, и парочка блуждала по миру. Они пришли к горе, которая неожиданно раскололась, обнаруживая гигантскую статую бога в своих недрах.

— Что происходит? Это Великие Руины?

Парочка была поражена, как вдруг они почувствовали сильный аромат, от которого их сердца содрогнулись:

— Мы ведь только подожгли Проводящее Душу Благовоние, оно не могло догореть так быстро! Кто-то помог ему сгореть!

Их исконные духи вернулись обратно в тела. Открыв глаза, Цинь Му увидел перед собой старейшину деревни, мясника, немого и даже старого Ма!

Глава 414. Каменные Статуи

Цинь Му был поражён. Так как мясник вернулся с ними, старейшина деревни и остальные, должно быть, уже знали о серьёзных ранениях Син Аня, следовательно, было удивительно, что старый Ма не остался в Монастыре Великого Громового Удара, вместо этого придя со всеми.

— Старейшина, Син Ань…

Старейшина покачал головой:

— Син Ань сейчас не так важен. Я вернулся, потому что случилось кое-что серьёзное. Ты можешь связаться со своим Патриархом?

Пропустив удар в сердце, Цинь Му спросил:

— Случилось что-то серьёзное? Патриарх и Старший Надзиратель отправились бродить по миру, и он сказал, что Старший Надзиратель вернёт его прах после смерти. Старейшина, что именно происходит? Я и Святейшая Юньсян обнаружили кое-что странное, во время нашей внетелесной прогулки мы увидели раскалывающуюся гору и поднимающуюся из щели каменную статую. Вы все здесь из-за этого?

Сы Юньсян кивнула и добавила:

— Та каменная статуя была очень ужасающей и, казалось, росла прямо из горы, быстро поднимаясь вверх!

— Это не единственная каменная статуя, — старый Ма заставлял других чувствовать, что его мудрость гладка и кругла, словно жемчужина. — Каменные статуи появились по всему миру, их около сотни. Также есть множество странных сокровищ. Все эти объекты появились внезапно и являются вещами не из нашего мира. Некоторые каменные статуи даже вырвались из-под горы Сумеру, ударив по ней, но так и не сумев расколоть, в результате оказавшись подавленными.

Цинь Му пребывал в недоумении. Между тем немой, демонстрируя неподдельно-мрачное выражение лица, начал жестикулировать.

— Все эти каменные статуи играют для нас роль предвестников… Предвестников спуска богов и дьяволов, — говорил глухой, одним глазком смотря на руки немого. — Боги и дьяволы из другого мира не могут легко пересечь барьер нашего мира, поэтому они решили отправить сюда частички себя, обращённые в каменные статуи. Благо что их исконные духи и магическая сила осталась у них на родине, ведь чтобы воплотиться у нас из плоти и крови, им понадобятся кровавые жертвы. А вот если они их получат, то смогут призвать сюда свои исконные духи. Мы видели несколько сокровищ по пути, и это метеорологическое оружие, используемое для того, чтобы привлечь большие бедствия для массового уничтожения населения… Не смотрите так на меня, всё это сказал немой, не я.

Все перевели взгляды на немого, и старейшина, не удержавшись, спросил:

— Откуда ты так много знаешь? Ты понимаешь наше ткущее положение дел даже лучше, чем я.

Немой ухмыльнулся, жестикулируя руками, и глухой добавил:

— Старый пердун опять включил глухонемого, я не понял, что он показал.

— Происшествие слишком ужасающее. Нет необходимости искать Патриарха или кого-либо ещё. Нужно срочно возвращаться в Великие Руины! — сказала бабушка Сы. — В Вечном Мире появилось слишком много каменных статуй, и как только все они оживут, кто сможет оказать им хоть какое-то сопротивление? Старый Ма, не будь Жулаем, пусть им будет тот, кто жаждет этот сан. Давайте все сейчас же вернёмся в Великие Руины!

Мясник покачал головой и сказал:

— Старая Сы, негоже уходить вот так. Разве мы не будем трусами, если спрячемся в Великих Руинах? Человек должен обладать неукротимым духом и вести энергичную борьбу!

Уставившись на него, бабушка Сы холодно добавила:

— Умереть захотел? Смотрю ты просто жаждешь вернуться к прежней, несчастной жизни только с верхней частью тела, не так ли?

— Я не буду опускаться до твоего уровня! — покраснев лицом от гнева, гаркнул мясник.

Старейшина кашлянул и сказал:

— Сы, Император Людей должен взять на себя ответственность…

— Взять на себя ответственность? — выпалила бабушка Сы. — А ты можешь взять на себя ответственность? Не смей сталкивать моего Му’эра в яму! Если такой умный, тогда сам возьми на себя эту долбанную ответственность! Только посмотри на себя сейчас, прячешься в Великих Руинах, притворяясь дохлой веткой, и после всего этого у тебя всё ещё хватает наглости заикаться об ответственности!?

— Ты, ты!.. — сильно разозлившись, не мог выдавить из себя даже слова старейшина.

— Я? Что я? Ну же, говори! — безжалостно напирала бабушка Сы. — Появилось более сотни каменных статуй, и если ты такой сильный, то выкорчую их все. А если не можешь, то покорно вернёшься в Великие Руины и будешь дальше притворяться мёртвым, собственно, как и я!

Глухой кашлянул и сказал:

— Старая Сы, ты перебарщиваешь…

— Почему ты вмешиваешься? Я поставила Му’эра на ноги, убирала за ним мочу и какашки. Если бы ты не умел хорошо писать и не научил его читать, я бы давно забила тебя до смерти или скормила той курице!

На этот раз начал заикаться от ярости глухой:

— М-можно учиться без избиений… Т-ты неразумная женщина! Только скромный человек мог бы…

Бабушка Сы продела через голову глухого бычью шкуру, и тот мгновенно превратился в мычащего быка.

— Бабушка, я думаю… — начал говорить целитель.

— Проваливай! — холодно перебила бабушка Сы. — Возвращайся к своим бабам!

— Хорошо, — откровенно ответил целитель и повернулся ко всем спиной, собираясь уйти.

Немой постучал в курительную трубку и подал сигнал:

— Ах, ах…

— Непутёвый, а ты вообще заткнись! Твоя голова всегда полный озорных идей!

Тут же “умолкнув”, немой опустил голову, чувствуя себя очень обиженным. Одноногий открыл было рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент на него упал строгий, тяжёлый взгляд бабушки Сы. Старик тут же вздрогнул и сухо засмеялся:

— Зачем так свирепствовать? Любые вопросы можно решить мирно, через обсуждение, ха-ха. Всё же хорошо… Старый Ма, скажи уже что-нибудь! Если ты захочешь, я послушаюсь и вернусь в деревню. Одно лишь слово!

Бабушка Сы взглянула на старого Ма:

— Если ты не вернёшься в Великие Руины, я наведаюсь в твой Монастырь Великого Громового Удара, и ты увидишь сколько монахов останется в нём!

Старый Ма не сказал ни слова.

— Слепой, скажи что-нибудь, — старейшина посмотрел на слепого.

— Если Му’эр захочет остаться, тогда мы останемся. Если Му’эр захочет вернуться в Великие Руины, мы вернёмся, — бабушка Сы холодно посмотрела на слепого, на что тот лишь закрыл глаза, продолжая. — Сы, если ты хочешь забрать Му’эра, им тебя не остановить, но я — исключение. Однажды я уже забирал его, поэтому знаю его истинные намерения. Мы все стары, а если старейшина не сможет починить свой божественный мост… скажем так, он, вероятно, не справится с ним до следующей весны, так почему мы должны напрягать наши отношения? Просто послушай, что скажет Му’эр.

Сердце бабушки Сы смягчилось, и она, посмотрев на Цинь Му, нежным голосом сказала:

— Му’эр, ты уже взрослый. Злодеи деревни научили тебя быть таким, но ты не должен перенимать у них плохое. Следуй за своей бабулей. Ты должен пожениться на любой девушке, которая тебе приглянётся, и, наконец, подарить этой старухе внуков…

Цинь Му ошеломлённо огляделся, прежде чем опустить голову.

Сы Юньсян тоже немного растерянно осмотрелась вокруг. Она не понимала, что происходит, думая: «Тётя внушает благоговение, ругая всех этих богоподобных существ. Когда я смогу стать такой же впечатляющей…»

Через мгновение Цинь Му поднял голову:

— Все эти каменные статуи похожи на статуи богов и дьяволов Великих Руин, которые по собственной воле обратили себя в камень. Но новые внезапно появились потому, что Юйсю и я основали Проводник Исконного Духа. Каменные статуи пришли, чтобы уничтожить Вечный Мир, верно? В таком случае проблема вызвана мной, не так ли? Они здесь, чтобы убить меня?

— Возможно это не из-за тебя, Император Яньфэн убил Нефритового Владыку Высших Небес из пушки. Основываясь на сроках, небеса должны были сообщить об этом своим хозяевам. Кроме того, это могло случиться из-за реформы Имперского Наставника и Императора Яньфэна. Эти изменения лежат не только на твоих плечах, они произошли и из-за прочих вмешательство в порядок вещей. Во-первых, пушка Императора привлекла внимание хозяев Высших Небес. А во-вторых, лишь во-вторых, вы основали Проводник Исконного Духа, который внёс некоторые изменения в великое Дао небес и земли, — объяснил старейшина.

— Так или иначе, я причастен, — задумался на мгновение паренёк, затем обратился к бабушке Сы. — Бабуль, я не вернусь. У меня много друзей здесь: Вэй Юн, Чэнь Ваньюнь, Му Циндай и Юэ Цинхун. Я не хочу услышать новости об их смерти несколько лет спустя. Я должен убирать за собой — твои слова.

Бабушка Сы остолбенела:

— Мясник научил тебя быть преданным, ты правда так предан? Чем поможет тебе эта преданность? Может ли она спасти твою жизнь?

Цинь Му покачал головой:

— Нет, но это успокоит моё сердце.

Бабушка Сы сначала удивилась, но потом вздохнула:

— Успокоит? Я не знаю, сможешь ли ты чувствовать себя спокойно, когда Империя Вечного Мира будет уничтожена огнём войны. Но ты вырос и имеешь свои собственные идеи. Хорошо, тогда я не буду тебя заставлять. Попроси Патриарха вернуться.

Юноша моргнул и с любопытством спросил:

— Почему я должен возвращать его?

— Мы, старые кости, всё обсудили и считаем, что Высшие Небеса хотят активировать сокровища, которые вырвались из земли, и выпустить различные стихийные бедствия, используя последующие смерти в качестве жертвы богам, чьи каменные статуи появились в Вечном Мире. Дабы остановить это, предотвратить их действия, у нас созрел план нападения на Высшие Небеса.

— Поскольку эти статуи — тела богов и дьяволов, почему бы нам просто не разбить их? — в замешательстве, спросил парень.

— Как только боги и дьяволы окаменеют себя, они становятся несравненно прочными, их невозможно разбить, — сказал слепой. — Ты когда-нибудь видел в Великих Руинах разрушенные каменные статуи?

Цинь Му задумался над этим, понимая, что это действительно так. Он много раз бродил по Великим Руинам, но редко видел разрушенные каменные статуи. Тем не менее, в Восточном Море ему довелось увидеть множество каменных драконов, чьи головы впоследствии были отрублены хозяином Храма Небесного Короля.

Тот оседлал цилиня, чтобы подавить восстание в Восточном Море, отрубая головы статуй Клинком Полумесяца Зелёного Дракона.

— Можем ли мы перетащить каменные статуи в Великие Руины? — спросил Цинь Му. — Если мы перетащим их туда, поместив рядом с тамошними каменными статуями, нам не придётся беспокоиться о том, что они оживут и наведут шума.

Одноногий улыбнулся и сказал:

— Нести эти каменные статуи, это как нести бога. Кто может нести бога и пройти десятки тысяч километров до Великих Руин? Кроме того, их более сотни!

Юноша нахмурился. Статуи бога действительно были ужасающе тяжёлыми. Такое могучее существо, как старый Ма, умолял об отдыхе после прогулки всего в тысячу метров. Кроме того, тот к тому же ещё был человеком с сильным физическим телом!

— Святейшая Юньсян, каким способом священный культ может связаться с Патриархом или Старшим Надзирателем? — повернув голову, юноша обратился к девушке.

— У моей семьи Сы есть два Смотровых Зеркала Сердец, которые действуют как пара. Говоря имя другого человека и представляя его голос и внешность, можно связаться с этим человеком, а также увидеть и услышать его голос. Патриарх и Старший Надзиратель имеют одно такое зеркало, поэтому связаться с ними не составит больших проблем. Я сообщу леди старейшине и попрошу её связаться с Патриархом!

— В нашем священном культе есть такая игрушка, как Смотровые Зеркала Сердец? — с удивлением, спросил Цинь Му.

Сы Юньсян закатила глаза:

— Ты стал Владыкой священного культа два года назад, сколько раз ты поднимался на гору Святого Пришествия? Семья Сы священного культа, семья Юй, семья Ши, ты хоть не забыл про них? Если бы ты не был достойным Владыкой, я бы давно восстала против тебя!

Юноша улыбнулся:

— Ты не сможешь, у тебя не будет возможности.

Сы Юньсян была готова сойти с ума, но ей нужно было связаться с прабабушкой её семьи. Она хотела выглядеть такой же впечатляющей, как бабушка Сы, но паршивец не дал ей шанса покрасоваться.

— Мясник, солнце, луна и звёзды на небе, Млечный Путь и созвездия — всё это подделка, — посмотрев на мясника, сказал паренёк. — Дедушка должен знать все эти секреты, да и многие другие, верно?

Мясник достал ножи для убоя свиней и начал точить их:

— Когда я говорю об этом, я не могу не говорить о боевом искусстве, которое я основал, Нет Худа Без Добра. В то время я был великим мастером боевых техник, и всё, что меня волновало — создание непревзойдённого искусства. Тогда я был переполнен уверенностью и чувствовал, что мне нет равных под небесами, что любое божественное искусство может быть уничтожено одним ударом ножа. Тем не менее, однажды ко мне пришла мысль, что раньше я никогда не сражался с самими небесами, поэтому я загорелся желанием разделить небо и наброситься на небеса…

Глава 415. Талантлив и в Литературе, и в Живописи

В те времена, мясник был маньяком, он был властным, непобедимым одиночкой, переполненным амбиций, а не таким чёрствым стариком, каким стал сейчас. Он был мастером не только в навыках ножа, а обладал глубокой эрудицией, и писал смелые, наполненные смыслом стихи, в итоге прослыв талантливым учёным.

Навык ножа старика назывался “Небесный Нож”, что позже стало прозвищем и его самого. Каждое его движение было наполнено поэтическими качествами, свободно выражая его мысли и чувства.

Если бы стариков деревни отсортировали по литературному таланту, на первом месте оказался бы глухой, а на втором мясник. Несмотря на то, что он сошёл с ума и постоянно извергал вульгарности, когда-то он был известным гигантом литературы.

В своё время он бросил вызов почти всем экспертам, включая и Паньгун Цо. Гроссмейстеру Дворца Золотой Орхидеи пришлось прятаться, так как тот не смел встретиться со столь опасным противником.

Мясник чрезвычайно гордился своим успехом, и несмотря на надоедливого ученика, Ба Шаня, его жизнь казалась полным успехом.

Ученика, кстати, больше знали как Ножа Гегемона.

На сорок, или даже пятьдесят лет, дождь и ветер поглотили небо. Но как нет тучи без светлой стороны, так и нет худа без добра.

Не стоит унывать, ведь после кризиса всегда появляется надежда. Смотря на широту неба и моря, пройдённый путь кажется мгновением!

Мясник создал Нет Худа без Добра, после чего школа боевых техник поднялась до невиданных прежде высот. В то время в мире боевых искусств было много людей, изучающих путь ножа, и школа боевых техник обрела невероятную популярность, превозмогая над школами божественных искусств заклятий и меча.

Именно в это время мясник не удержался, чтобы атаковать небо. Он не был похожим на Имперского Наставника с его реформой, будучи человеком, желающим сражаться для утехи!..

— Создав своё движение, я сразу же решил его протестировать, и мой нож разрубил небо напополам.

Мясник взмахнул ножом, исполняя навык Нет Худа Без Добра, но не вложил в удар никакой силы, просто повторив технику движения. Затем он спрятал нож, и на его лице появилось странное выражение.

Старик собрался с мыслями, скорее всего вспоминая о тех временах, когда его разум испытал крах:

— Предо мной возникло странное зрелище. Небо раскололось напополам, но за ним не оказалось звёзд. Я был очень осторожен, поэтому не пошёл смотреть что там, а вместо этого нашёл несколько своих друзей, владеющих математикой.

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Мясник умел быть осторожным? Он ведь владел ужасным характером и всегда первым бросался действовать, рубя всё вокруг взмахами своих ножей.

«Подобный образ, — это всего лишь прикрытие, созданное дедушкой. Те, кто поверил, что он и вправду такой, должно быть, давным-давно погибли», — думал про себя Цинь Му.

— Мои друзья рассчитали толщину и высоту неба, и я снова обрушил на него свои ножи. Но в тот раз возникла проблема.

Мясник замолчал. Спустя мгновение, он скорбным голосом продолжил:

— Мои друзья погибли. В расколе, созданном моими ножами, появился глаз. Гигантский глаз. Когда он посмотрел на нас, я почувствовал, что моя душа дрожит, будто её вот-вот вырвут из тела. Тем не мене, моё физическое тело было невероятно сильным, и моё сердце вместе с исконным духом подавили дрожание. Однако, моим друзьям не удалось этого сделать.

Уголки глаз старика вздрогнули, и он снова на некоторое время затих.

— Я не отправился вдогонку за владельцем глаза. Вместо этого я отнёс трупы моих друзей домой, позволяя их семьям провести достойные похороны, — взгляд мясника потускнел, когда он продолжал. — Я упал перед ними на колени, прося прощения, особенно у семьи моего старшего названного брата. Старшая сестра была невероятно добрым человеком, но она дала мне пощёчину. Затем она приказала мне бежать как можно быстрее, и не пытаться отомстить. Я понял, что она имела ввиду: если я отправлюсь искать мести, то определённо умру. Но я всё равно пошёл.

Улыбнувшись, он сказал Цинь Му:

— Мои друзья, старший брат, все они умерли, даже не понимая, что произошло. А произошло это из-за меня, так как я мог не пытаться отомстить? Двух с половиной метровый мужчина, испещрённый мышцами, с двумя ножами в руках и героизмом в груди, как он мог не попытаться отомстить, не пойти по зову сердца? Старшая сестра пеклась обо мне, и хотела, чтобы я остался жить, но мои ножи и сердце были просты и прямолинейны, поэтому я был вынужден отомстить. Именно поэтому я поднял их на небеса. Хе-хе, много кто утверждает, что я сошёл с ума, не так ли?

Цинь Му молча кивнул.

Слишком много людей утверждали, что Небесный Нож, поднявший свои ножи на небеса, сошёл с ума, и решил сразиться с небесными богами посреди тёмного неба, наполненного разрядами молний.

Поговаривали, что в той битве Небесный Нож, самый сильный практик школы боевых техник, попал под влияние дьявола, который приказал ему атаковать небеса. Его поступок превратился в легенду, которую передавали из поколения к поколению.

Небесного Ножа разрубили напополам вдоль пояса, его кровь окропила мир смертных. Школа боевых техник потеряла своего самого сильного мастера, но продолжала процветать. Однако, всему приходит конец. Мастеров боевых техник настигла несчастная участь, когда Имперский Наставник, понимая, что они ведут себя слишком жестоко и губят несметное количество жизней, решил в корне изменить ситуацию, перебив их.

С того момента школа боевых техник пошла к упадку.

— Я сразился с небом, и оно оказалось вот настолько тонким.

Мясник свёл большой и указательный палец, оставляя между ними около семи сантиметров пространства.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать. Исходя из результатов вычислений Ван Мужаня, Сюй Шэнхуа и Лин Сюаня, небо находилось на высоте пятнадцати тысяч километров, а его толщина составляла триста метров. Но мясника часто тянуло поболтать, написать поэму или преувеличить, так что семь сантиметров очевидно были лишь метафорой.

— Я пробился к небу, где увидел бесчисленное количество странных построений, — старик задумчиво посмотрел ввысь. — Оно было толщиной с лист бумаги, но содержало в себе кучу автоматических формаций, изображающих формы луны, солнца, звёзд, Млечного Пути и созвездий. В тот миг я впал в ярость. Сраное небо оказалось поддельным, а упёртые ослы секты Дао усердно вычисляли небесные циклы и созвездия. Обычные люди и вовсе каждый день поклонялись солнцу и луне, отдавая дань своего уважения этим игрушкам. Мне захотелось порубить их на куски и, разрушив, посмотреть, как они после этого продолжат обманывать людей. Но тогда…

Затем Небесный Нож встретил богов… Богов, которые защищали поддельные астрономические явления.

Старик сразился с ними, и был разрублен напополам, полетев обратно на землю.

Нижняя половина его тела досталась Великому Шаману, которому так же удалось стащить руку бога, которую потом украл Цинь Му.

Мясник до сих пор держал руку при себе.

— Я так и не встретил того, кому принадлежал глаз, поэтому не смог отомстить за своих друзей, — взгляд старика обезумел, но его разум оставался спокойным. — Мне было стыдно возвращаться к семьям моих друзей, попадаться на глаза старшей сестре, или даже умереть. Те друзья всё ещё наблюдают за мной… — со слезами, которые не казались грустными, и безрадостной улыбкой, он проговорил. — Я не хотел, чтобы они отхаживали покалеченного меня, и даже не хотел, чтобы меня видел Ба Шань. В этом мире жил Небесный Нож, погибший в битве, а не Небесный Нож, промучившийся много лет в ожидании смерти.

— Тогда я ползал под дождём и снегом. Я полз, пока не добрался к Великим Руинам, где земля была покрыта холодной грязью. Именно слепой нашёл и притащил меня в деревню. Проклятый старик продолжает использовать это против меня и по сей день… — вскоре лицо мясника вновь стало скорбным. — Когда в прошлом году мы с ним покинули Великие Руины, я не удержался и навестил старшую сестру. Она состарилась и начала плохо видеть, даже её голова уже не соображала так хорошо, как прежде… бедолага не смогла меня узнать. За ней присматривают внуки, так как она не могла ходить и просто лежала на кровати. Они сказали, что чаще всего она повторяет одну фразу “не нужно было отпускать второго брата”, — мясник заплакал мужскими слезами, но его голос всё ещё был спокойным. — Когда я проводил с ней последние моменты её жизни, она продолжала беспокоиться обо мне, не подозревая, что я сижу сбоку. Она говорила, что причинила мне боль…

Цинь Му не осмеливался издать и звука.

Собравшись с духом, старик продолжил:

— Несмотря на то, что я провёл в небе не слишком много времени, я успел многое увидеть. Солнце, луна и звёзды оказались всего лишь построениями, созданными внутри небольшого пространства. Казалось, будто это… — он посмотрел на глухого, превращённого бабушкой в корову. — Казалось, будто это картина. Однако, луна, солнце и звёзды не были нарисованы. Они существовали по-настоящему, полноценно работая внутри картины. Я уже видал работы глухого, они хороши, но не настолько.

Цинь Му был слегка ошеломлён:

— На картине есть построения, которые создают для нас удивительные солнце, луну и звёзды?

— Му! — большой чёрный бычок, стоящий сбоку, сердито завопил. К нему подошло несколько демонов оленей, пытаясь куда-то утащить.

Мясник прогнал их, после чего поднял свой Нож для Убоя Свиней над головой животного. Качая им верх-вниз и заставляя бедолагу дрожать от страха, он вдруг вонзил лезвие в его шею, после чего осторожно содрал с него кожу, отчего демоны олени в панике разбежались.

Выкарабкавшись из кожи, глухой прокричал:

— Мясник, ты чуть меня не ранил!

— Небо напоминает картину, но на самом деле звёзды, солнце и луна внутри него являются выкованными сокровищами. Рисунок скрывает настоящее небо и поддерживает построения на протяжении десятков тысяч лет. Тебе подобное не под силу, ведь твоё совершенствование слишком слабо, — пряча Нож для Убоя Свиней в ножны, мясник проговорил. — Боги, которых я встретил в небе, должно быть не являются настоящими богами, их задача состоит лишь в охране Картины Астрономических Явлений. Все они очень сильны, ничем не уступая богам из Высших Небес. Впрочем, я так и не встретился с владельцем божественного глаза. Скорее всего он не из этого мира, ведь он заметил меня и взглянул, лишь когда я исследовал астрономическое явление.

Весь мир окутывала картина. Солнце, луна, звёзды, созвездия и млечный путь были построениями, способными работать автоматически. Толщина этого творения составляла всего лишь триста метров, а находилось оно на высоте пятнадцати тысяч километров.

У Цинь Му разболелась голова.  Разве люди могли создать что-нибудь подобное?

— Я не сумел рассмотреть, что находится по ту сторону неба, — на лице старика засияло разочарование. — Мой нож разрубил лишь астрономическую картину, но не затронул то, что находится за ней. В те времена моё тело было очень сильным, поэтому я выжил, хоть и сошёл с ума.

По правде говоря, старик до сих пор иногда терял самообладание и начинал с ужасным цинизмом проклинать небеса.

После пережитых неудач, ни у кого из жителей Цань Лао не осталось полноценного тела, а их сердца были разбиты прошлыми поражениями, поэтому каждый из них, в том или ином роде, был озлоблен на мир.

— Я мог бы нарисовать то, что увидел в небе, — продолжил мясник. — Впрочем, мои навыки в живописи не настолько хороши, как у глухого. Му’эр, дай мне несколько дней, я нарисую построения, чтобы ты их осмотрел.

Цинь Му был поражён.

Мясник был настолько грубым и хамоватым, смелым и сильным, что напоминал реинкарнировавшего демона быка. Более того, щетина на его лице тоже была удивительно прочной, извергая искры при попытке побрить её Ножом для Убоя Свиней!

Такой необузданный старик оказался мастером в литературе и живописи. Он даже сумел удостоиться звания Небесного Ножа!

Глухой, с другой стороны, казался совсем не удивлённым:

— В деревне, самым неграмотным и бескультурным является слепой. Литературные произведения и картины мясника — удивительные. Проблема лишь в том, что он не вложил в них всё своё сердце, в противном случае, он навеки вошёл бы в историю.

Повернувшись к слепому, Цинь Му увидел, как тот уставился на глухого блестящими глазами.

На протяжении следующих нескольких дней, мясник сидел у себя в комнате, непрерывно рисуя. Цинь Му не смел входить и отвлекать его. Между тем Сы Юньсян сумела связаться с молодо выглядящим Патриархом, после чего сообщила:

— Патриарх отправился к Западным Землям, но он уже возвращается.

Цинь Му был поражён.

Патриарх отправился на запад?

Он что, ищет свою старую любовницу?

В этот момент снаружи раздался голос:

— Имперский Наставник Вечного Мира пришёл просить аудиенции с Императором Людей!

Обернувшись в сторону источника звука, Цинь Му громко рассмеялся:

— Почему Небесный Король ведёт себя так вежливо? Можно было просто сказать, что ты пришёл навестить Владыку! Называть меня Императором Людей это слишком торжественно!

Сы Юньсян была в восхищении: «Стойкость Владыки к лести — это то, чего я никогда не обрету».

Глава 416. Явление Печати Императора Людей

Имперский Наставник вошёл в поместье и, удивлённо оглядевшись, похвалил:

— Когда я, наконец-то, уйду на пенсию после успеха реформы, мне хотелось бы найти такую же приятную обстановку, чтобы наслаждаться домашним блаженством с женой и детьми.

Цинь Му с улыбкой поприветствовал гостя:

— Зачем ко мне пожаловал Небесный Король?

— Я здесь не как Небесный Король, желающий встретиться с Владыкой, а как Имперский Наставник, который ищет Императора Людей, ведь нам нужна помощь Императора Людей!

Выражение лица Цинь Му тут же стало серьёзным:

— Имперский Наставник, пожалуйста, говори!

Мужчина огляделся, прежде чем сказать:

— Где старый Император Людей? Могу я пригласить его поговорить тоже?

— Старейшина греется на солнце и пьёт чай.

Двое нашли старейшину, пьющего чай с целителем. Множество женщин окружали их, прижимая чашки к губам, благодаря чему им даже не приходилось протягивать руки.

Уголки глаз Имперского Наставника дрогнули, ведь среди всей этой толпы молодых, и не совсем, дам была Вдовствующая Императрица. Испытав неловкость, он сразу же прикрыл лицо рукавами, делая вид, что ничего не видел…

Имперский Наставник был в ссоре с Вдовствующей Императрицей, ведь та всегда была политически настроена против него. Кроме того, Маленький Король Ядов Фу Юаньцин отравил её, и ни для кого не было секретом, что эта идея принадлежала именно ему. Однако, он был подданным Империи Вечного Мира, поэтому, увидев мать императора, прислуживающую такому человеку, он, естественно, должен был притвориться слепым.

Вдовствующая Императрица увидела его и усмехнулась, но не стала прятаться.

Целитель, заметив ситуацию, улыбнулся:

— Думаю, нам пора. Я знаю место с очень красивыми видами. Хватайте свои музыкальные инструменты, и все за мной.

Уходя вместе со своим обожаемым, женщины восторженно танцевали и пели. Только тогда Имперский Наставник отвёл рукава от глаз и поприветствовал старейшину. После того, как Цинь Му сел, он последовал его примеру.

— Аномальные события происходили в Империи Вечного Мира один за другим. Появились многочисленные сокровища и сотни каменных статуй, хотя, я думаю, вы уже знаете, не так ли? Я уверен, что не должен объяснять опасность этой ситуации двум Императорам Людей.

Имперский Наставник перешёл прямо к сути:

— Я пришёл сюда, чтобы попросить Императора Людей явить Печать Императора Людей и приказать всем героям мира объявить войну Высшим Небесам, дабы предотвратить очередной геноцид и необоснованные страдания!

Старейшина посмотрел на него и спросил:

— Ты когда-нибудь бывал на Высших Небесах? — мужчина покачал головой, а старик продолжил. — Если бы ты знал истинную силу Высших Небес, ты бы, возможно, пришёл к другому решению. Когда-то я собрал всех героев мира под своё командование, планируя борьбу не на жизнь, а на смерть с Высшими Небесами Западных Земель, но в результате я потерял как руки, так и ноги. У Высших Небес есть не только четыре владыки, но и другие поддельные боги. И дело даже не в них всех, их не стоит бояться, самый опасный противник — истинный бог.

Его старое лицо было испещрено глубокими морщинами, за которыми, казалось, крылся старый фермер, всю жизнь простоявший согнутой спиной к солнцу. Морщины были землёй, которую он пахал.

— Истинный бог, который является областью бога во всех аспектах, — спокойно подытожил старейшина. — Мой навык меча уступил его навыку меча, и он отрубил мне ноги и руки. “Император Людей? Ха!” Это то, что он сказал, прежде чем выбросить меня как мешок с мусором, — старик посмотрел на мужчину. — В то время ты даже ещё не был рождён, так что не мог знать об этом. Сильные практики, которые следовали за мной, либо умерли, либо сбежали, либо распались. Я, как Император Людей, полностью провалился. Я потерпел полное, сокрушительное поражение. Твои достижения в навыке меча уже превзошли мои, даже если достижения на пути меча немного уступают моим. Однако, если ты попадёшь на Высшие Небеса, твой конец будет таким же, как и мой.

Имперский Наставник нахмурился:

— В таком случае, что нам делать?

— Не нужно идти на Высшие Небеса, они сами придут к нам, — сказал старейшина. — Тот, кто спустится, должен быть убит. Где первый, там и второй. Каждый, кто будет спускаться, будет убит нами. Не беспокойся об этом истинном боге. Ему нужно много жертв из плоти и крови, чтобы спуститься. В прошлый раз ему это удалось только потому, что в качестве жертвы был использован бог Высших Небес.

— В таком случае… — мужчина посмотрел на Цинь Му и серьёзно добавил. — Могу ли я попросить Печать Императора Людей?

Цинь Му достал чёрный комок, которым оказалась печать. Та выглядела так отвратно, но при этом была сделана из самых драгоценных сокровищ всех кланов и сект прошлого.

Сокровища были сплавлены в одно целое и представляли власть Императора Людей.

Цинь Му приподнял брови и достал печать, тем самым объявляя, что отправится на фронт и подвергнет себя невероятной опасности. Переняв титул Императора Людей от старейшины, у него пропал выбор, ему нужно было спасти человеческий род. За его спиной будет лететь множество скрытых стрел!

Согласно учениям деревенских, такая вещь, как Печать Императора Людей, должна была быть выброшена как можно дальше, но также они научили его быть ответственным. Каждый из девяти учил его разным, иногда противоречившим друг другу, вещам, поэтому он должен был выбирать сам и следовать своему сердцу.

Цинь Му глубоко вздохнул и спросил:

— Старейшина, как я могу использовать печать?

— Влей в неё свою жизненную Ци, а затем мы поможем тебе.

Цинь Му подтолкнул свою жизненную Ци внутрь, и она влилась в Печать Императора Людей. Чёрный комок, казалось, имел вид сознания, который, ожив, потёк к хозяину.

Парень мгновенно почувствовал взрыв в своей голове, как будто непреклонные сильные практики и их несгибаемые духи были скрыты внутри и теперь бросались на него. Ослеплённый, он подумал, что увидел группу людей в рваной одежде, идущих к нему. За ними стояли бесчисленные простолюдины разных рас, принадлежавшие к каждому клану и секте Империи Вечного Мира.

Они были предками людей этой земли.

Их лица выглядели измождёнными, тая в себе следы трудностей и огня войны, а также знания о многих жертвах, отчего их взгляды были полны печали и страха. Они несли в себе память и историю прошедшего бедствия, заставлявшего людей отчаиваться.

Боги и дьяволы посеяли хаос, но именно Император Людей избавил их от отчаяния, приведя в новые, неизведанные земли. В итоге каждый из них достал свои сокровища и запечатлел в них своё сознание. Затем сокровища были переплавлены и выкованы в огромную печать, прежде чем та была почтительно предложена тому человеку.

«Тот, кто будет владеть этой печатью, будет Императором Людей! — их сознание трансформировалось в голоса, которые взорвались в сознании Цинь Му. — С Печатью Императора Людей не ослушается никто!»

Сердце Цинь Му дрожало, между тем Имперский Наставник и старейшина деревни выпустили свою жизненную Ци, чтобы помочь активировать Печать Императора Людей, как вдруг та взлетела высоко в небо и ослепительно засияла!

Непоколебимое сознание трансформировалось в физическую субстанцию, и явления патриархов и императоров, основателей сект и стран, засияли, запечатлевая их величественные фигуры на небесах и земле.

Ужасающее сознание ринулось во все стороны, принося их преемникам той же родословной повестки с призывом выдвигаться. Это было их обещание, бессмертный обет, который они дали Императору Людей за его деяния!

С Печатью Императора Людей не ослушается никто!

Обещание, данное предками двадцать тысяч лет назад, должно было исполниться даже по прошествии стольких лет!

Через мгновение старик и мужчина отозвали свою магическую силу, а Цинь Му с болезненной пульсацией в висках развеял свою жизненную Ци.

Это была Печать Императора Людей, сокровище, которое все кланы и секты предложили Императору Людей. У печати не было власти, но у неё была невероятная способность к сплочению соратников!

— Ну, остаётся только ждать. Через несколько дней будет видно, что произойдёт, — равнодушно проговорил старейшина.

Имперский Наставник согласился:

— Могу я спросить, сколько экспертов соберётся на призыв? Практики обычной области Божественного Моста не будут слишком полезны. Они лишь потеряют свои жизни.

— Те, кто осмелится и придут, будут экспертами, — улыбнулся старейшина.

Имперский Наставник всё ещё не расслабился. Сильнейшие эксперты этого мира обычно происходили из священных обителей, и на ум приходили лишь старый Жулай, старый Мастер Дао и мастера Маленькой Нефритовой Столицы.

Однако, старые Жулай и Мастер Дао теперь держались в стороне от мирских дел.

Желающих прийти должно было выйти не так уж много.

Сердце Цинь Му слегка взволновалось:

— Когда я увидел явления, не все они были людьми. Некоторые из них явно являлись представителями других рас.

— Я также видел множество странных рас, — сказал Имперский Наставник.

— Кланы, спасённые Императором Людей в прошлом, состояли не только из людей. Некоторые из них отказались от этой земли Вечного Мира, чтобы найти другие дома, на других территориях.

— Отправились за море? — приятно удивился мужчина.

****

Огромный остров медленно двигался в Восточном Море. Там жила странная раса. Мужчины с рогами на головах ловили рыбу для пропитания, у женщин же рогов не было. Когда мужчины прыгали в море, их тела дрожали и превращались в тела огромных китов, тем не менее, их головы сохраняли острые, сверлообразные рога, с помощью которых они, словно летя, путешествовали сквозь воды.

Монстры в море не были им противниками.

Каждый раз, когда был удачный улов, киты прыгали обратно на остров и, ещё до приземления на землю, вновь превращались в людей, в итоге относят улов в деревню.

Внезапно все люди на острове почувствовали невыразимый крик от их родословной. Они начали смотреть в сторону далёкой страны.

— Призыв Печати Императора Людей.

В святилище, которое располагалось в центре одного из островов, сердца старейшин в белом ускорили свой бег, и они закричали:

— Быстро, разбудить старого предка!

Ааанг…

Со дна моря донеслось мелодичное китовое звучание, и остров задрожал. Когда кит пробудился, он выбросил стометровый в высоту столб воды.

Вдалеке располагалось ещё несколько островов, также принадлежащих огромным китам. Люди и дворцы на одном морском острове взлетели, улетая к другим островам. Затем огромный кит постепенно опустился к морским пучинам, но через некоторое время из воды вынырнул длинноволосый и крепкосложенный мужчина с обнажённой грудью, который затем ступил на остров.

В Зале Морского Короля ждали многочисленные старейшины в белом.

— Король Кунь! — увидев мужчину, все поклонились.

— Предок расы Кунь дал обещание двадцать тысяч лет назад, и оно до сих пор течёт в нашей крови! — Король Кунь осмотрелся вокруг. — Печать Императора Людей призывает меня, я лично должен пойти. Вызовите священный артефакт!

Многочисленные старейшины в белом разошлись на два ряда перед жертвенником в Зале Морского Короля. Внутри него находился длинный, спиралевидный золотой рог, похожий на золотое копьё.

Король Кунь отдал дань уважения и вытащил рог. В тот же миг во все стороны от острова разошлись огромные волны, в то время как старейшины почтительно поклонились в сторону моря.

Король Кунь держал золотое копьё и, пробегая над морем, превращался обратно в огромного длиннорогого кита, держащего свой путь к Вечному Миру. Как только он сделал очередной величественный прыжок из-под волны, мимо него пролетела огромная птица, расправившая свои тысячеметровые крылья.

Увидев его, птица, закрутившись всем телом, вдруг спикировала стрелой. Бесчисленные перья развевались на ветру, превращаясь в женщину, у которой вместо ног были когти, а на голове красовался победоносный головной убор из перьев.

Король Кунь улыбнулся и сказал:

— Королева И, ты тоже пришла?

— Как я могла не прийти? Император Людей снова призвал нас, мы должны выполнить обещание, данное нашими предками.

Внезапно море взбаламутилось, и из-под воды вырвался чёрный как смоль черепаховый корабль. Из-за слишком высокого прыжка, он ещё раз вошёл в морские воды и вновь появился, прежде чем покачнуться и окончательно стабилизироваться.

— Поднять флаги! — раздался голос на корабле.

Вжух.

Поднялись огромные промоченные до нитки флаги, на них были запечатлены черепаха и змея.

****

В Маленькой Нефритовой Столице старый Жулай слегка нахмурился и вздохнул:

— Я думал, что здесь мы наконец сможем хорошенько отдохнуть от мирских дел, но, кажется, нам придётся спуститься с горы.

Старый Мастер Дао улыбнулся и сказал:

— Если мы не покинем гору, наши приемники окажутся в должниках. К тому же без нас они, чего доброго, ещё погибнут. Разве не так? Пойдём уже.

Вздыхая, старый Жулай кивнул и последовал за старым Мастером Дао из Маленькой Нефритовой Столицы.

Глава 417. Непреодолимый Ужас

Ранним утром над морем в префектуре Реки повис туман. То, что произошло в следующий миг, стражники, находящиеся в это время на посту, не смогут забыть до конца своих дней.

Серый туман распространился над поверхностью моря, и из-под воды выпрыгнул гигантский нарвал. Его тело пролетело над их головами, накрывая порт префектуры, будто туча.

Постепенно кит уменьшился в размере, приземляясь посреди города.

Прежде чем солдаты успели прийти в себя, перед ними возникла следующая гигантская тень, выплывающая из тумана. Это был черепаший корабль, на теле которого копошились всевозможные панцири. Флаг на его мачте развевался от лёгкого морского бриза.

Огромное судно плыло прямо к порту, и казалось, будто оно вот-вот врежется в стену, как вдруг четыре громадных ноги подняли его над поверхностью моря. Затем корабль прошёлся по воздуху над пришвартованными судами и вошёл в город.

Находящиеся внутри него солдаты в оцепенении смотрели на приближающуюся громадину. Вокруг неё обвился гигантский змей, размахивая своими крыльями над мачтой. Более того, воины на борту тоже выглядели невероятно странно. На их спинах висели черепашьи панцири, а вокруг тел витали летающие змеи, формируя своего рода симбиоз.

В префектуре Пруда тоже произошёл незаурядны случай. Это место было известно своими прудами трёхсотметровой глубины, чьё дно было поглощено мраком. Но одним днём пруды внезапно пересохли, а вся живущая в них рыба бесследно исчезла. Люди, поспешившие к месту происшествия, увидели, что на дне на самом деле находилась бронзовая дверь.

Губернатор префектуры Пруда приказал своим людям спуститься вниз и осмотреть это место, после чего те сообщили:

— Бронзовые двери на дне запечатаны, и их нельзя открыть.

Пока губернатор недоумевал, дверь неожиданно открылась и из неё вышел мужчина, покрытый чешуёй. Он обернулся, закрыл дверь, а затем прокричал:

— Я знаю, знаю! Вот надоедливая женщина. Император Людей призвал меня, так что я всего лишь помогаю исполнить обещание наших предков… Я буду осторожным и не стану ввязываться в драку. Ты ведь знаешь, что среди Подземных Путников у меня самый лучший характер! Что смотри? Сам смотри, как я одним ударом разобью тебе колено… да я не тебе, а тем деревенским гигантам наверху… Да, я закрыл дверь. Ты даже назойливее, чем моя мать!

Стоящий возле ямы губернатор префектуры Пруда и остальные наблюдали как полутораметровый карлик с густой бородой закрывает дверь и выбирается наружу.

Губернатор сделал несколько шагов вперёд и с любопытством спросил:

— Старший брат…

Покрытый чешуёй карлик бросил на него взволнованный взгляд:

— Деревенский гигант, не обращай на нас, Подземных Путников, внимания. Когда-то мы заключили соглашение, по которому поверхность страны принадлежит вам, а всё, что внизу — нам.

Губернатор был ошеломлён, когда услышал, как гном кричит в яму:

— Женщина, выпусти воду! Нельзя позволить гигантам украсть наш мир!

В ямы вокруг потекла вода, вскоре наполняя их доверху. Синеватая нефритовая рябь на их поверхности напоминала чешую, под которой вновь начала плавать рыба.

Как только Губернатор префектуры Пруда собрался начать расспрос, странный гном неожиданно провалился под землю и исчез.

Губернатор и остальные были в шоке: «Под землёй живут люди? Как они там выживают?»

Тем временем на юге, в префектуре Ивы, поклоняющейся Бессмертным Ивам, люди стали свидетелями того, как гигантское дерево превратилось в дракона и улетело вдаль.

Многочисленные странные происшествия происходили по всей стране, сея огромное количество разговоров среди простолюдинов.

****

— Му’эр, вот построения, которые я когда-то увидел в небе. Я не смог внимательно их исследовать, это всё, что мне удалось запомнить.

Находящийся в поместье мясник отдал Цинь Му все рисунки солнца, луны и звёзд, которые он создал за последние два дня.

Волосы на голове юноши встали дыбом, когда он увидел полностью заваленную бумагой комнату. Схватив один из листов, он увидел на нём изображение звезды, строение которой было невероятно сложным, сверкая мельчайшими деталями.

Это была Звезда Старейшины, построение которой слегка напоминало чёрное лицо и бивни призрачного бога, держащего в одной руке кисть, а в другой золотую печать. Под его ногами находился жертвенный алтарь рыбьего дракона.

Затем он достал ещё один рисунок, на котором оказалась Звезда Жадного Волка. Её построение изображало драконью черепаху, под ногами которой тоже находился алтарь для жертвоприношений.

Цинь Му нахмурился, осматривая остальные изображения. На большинстве из них он встретил жертвенные алтари, созданные из построений, а также богов и дьяволов, находящихся внутри звёзд.

— Для чего все эти алтари и построения богов и дьяволов? Они используются для работы астрономических явлений, или чего-то другого?

Его сердце наполнилось беспокойством. Не было смысла создавать настолько сложные построения исключительно для того, чтобы подделать астрономические явления. Вполне хватило, если бы они попросту светились.

Если они могли быть настолько простыми, зачем их усложнять?

«Жертвенный алтарь, и алтарь для жертвоприношений из костей, с помощью которых я призвал Короля Дьяволов Дутяня, довольно схожи с этими. Вот только структура построения слегка другая», — Цинь Му почувствовал, как в его жилах стыла кровь. В небе витало бесчисленное количество звёзд, внутри которых было спрятано огромное число алтарей, готовых призвать богов и дьяволов.

Если когда-то прольётся достаточно много крови, призывая всех этих существ, насколько ужасным окажется появление в мире смертных десятков тысяч богов и дьяволов?

Не говоря уже о Вечном Мире, даже Эра Императора-Основателя не выдержала бы подобного удара, не так ли?

«Защита от Империи Вечного Мира определённо не стоит таких усилий, тогда от чего же пытается защититься это поддельное астрономическое явление?»

У Цинь Му было невероятно много вопросов, на которые он не мог найти ответа.

Все построения на изображениях, нарисованных мясником, были незакончены. У старика не было времени осмотреться, прежде чем его атаковали охраняющие их боги. Впрочем, он всё-таки сумел вспомнить приблизительные схемы.

Подавляя сомнения в своём сердце, Цинь Му продолжил изучать строение построений. Его брови нахмуривались всё сильнее и сильнее, прежде чем он спросил:

— Дедушка мясник, насколько хорошо ты разбираешься в построениях?

— Так себе, я уступаю слепому, — прозвучал честный ответ старика.

— Я позову дедушку слепого, чтобы он взглянул! — Цинь Му отправился за слепым, попросив старика посмотреть на рисунки. — Это очень странные построения, я не видел их раньше. Дедушка, тебе встречалось что-нибудь подобное?

Слепой рассматривал рисунки один за другим, становясь всё более и более серьёзным в лице, пока не покачал головой:

— Я никогда не видел подобных построений. Странно, очень странно. Они могут создать тела богов и дьяволов, и в то же время сияют, будто солнце, луна и звёзды. Подобное строение очень сложное. Жаль, что ни один из рисунков не полный…

— У меня было слишком мало времени, поэтому я не успел запомнить так много…

Вновь осмотрев рисунки, слепой подсчитал:

— Эти построения могут создать тела богов и дьяволов, но в то же время позволяют увидеть их строение. Мясник, ты понимаешь, что это значит?

Немного пораскинув мозгами, мясник проговорил:

— Ты имеешь ввиду, что если мы выстроим практиков божественных искусств так, как на построении, то сможем заполучить силу богов и дьяволов?

Сердце Цинь Му слегка вздрогнуло. Выстроить мастеров в соответствии со структурой построения и активировать их силу, это то же самое, что заполучить силу бога?

Если активировать подобное построение, насколько велика окажется его мощь?

— Жаль, что построения незакончены, — покачал головой слепой. — Ты нарисовал так много, но ни один из рисунков неполноценен. Впрочем, есть и другой подход.

Старик вышел из зала, извергая из своих глаз ослепительные лучи. Он поднял взгляд на небо, бормоча:

— Скорее всего структура этих построений является схемой циркуляции Ци богов и дьяволов. Построения внутри звёзд могут быть их полными техниками! В небе находится невероятно богатая сокровищница, как жаль, что я не могу подняться туда, чтобы осмотреться…

Сердце Цинь Му неистово застучало. Звезды хранили в себе техники богов и дьяволов?

Сколько звёзд и созвездий было в небе?

Разве это не значит, что в нарисованном небе хранились десятки тысяч техник богов и дьяволов?

Высшие искусства трёх священных обителей — секты Дао, Монастыря Великого Громового Удара и Небесного Святого Культа, считались техниками, способными превратить человека в бога, будду или дьявола. Если они смогли просуществовать столько времени и не исчезнуть с лица земли, их эффективность и вправду была выдающейся.

Тем не менее, прямо над их головами находились десятки тысяч искусств, ничем не уступающих последним. Одна лишь мысль об этом повергла его в восторг!

Но после восторга, Цинь Му ощутил всепоглощающий страх и ужас.

Непреодолимый страх и ужас.

«Надеюсь, это небо никогда не получит достаточно крови. В противном случае…» — с такой мыслью его тело начало неконтролируемо дрожать. Если небо Империи Вечного Мира оросится достаточным количеством крови, солнце, луна и каждая его звезда превратятся в ужасающих богов и дьяволов, которые тут же спустятся в мир людей!

Это будет конец света, в прямом смысле!

Внезапно Цинь Му что-то ощутил, и повернул голову на восток. Там, среди гор, шагал гигантский черепаховый корабль. Его змей размахивал крыльями, а огромный флаг развивался на ветру.

Имперский Наставник Вечного Мира также ощутил какое-то движение, и посмотрел на восток. К нему двигалась громадная волна потопа, на верху которой стоял полуголый мужчина с золотым копьём в руке.

В небе над ними летела женщина с крыльями на спине. Когда те двигались, поднимался ветер и сверкали молнии, сопровождающиеся раскатами грома.

— Они пришли, они и вправду пришли… — старейшина деревни подлетел ввысь, на его лице засияло радостное выражение. — Я старый, но они не изменились. Они до сих пор живы…

Черепаховый корабль подошёл к поместью и остановился. Человек с панцирем на спине спустился на землю. Он принадлежал к расе чёрных черепах.

Нос судна, вокруг которого извивался гигантский змей, внезапно задрожал, и из него высунулась наружу драконья голова. Из ноздрей монстра вырывались языки пламени и клубы дыма, а его глаза завращались по сторонам, после чего тот громко прокричало:

— Чёрная Черепаха Сюань Шэну пришёл встретиться с Императором Людей.

Крепкий мужчина, управляющей гигантской волной, снизил свою скорость и со свистом приземлился перед поместьем. Масса воды за его спиной бесследно исчезла:

— Король Кунь пришёл встретиться с Императором Людей.

Крылья женщины в небе неподвижно замерли, а молнии вернулись в её перья. Затем она приземлилась на землю:

— Королева Крыльев И пришла по зову!

Цинь Му немедленно достал Печать Императора Людей, после чего зашагал вперёд, чтобы поздороваться:

— Дорогие лорды пришли издалека, за что я не в силах выразить свою благодарность. Пожалуйста, входите в поместье, там поговорим.

Король Кунь, Королева И и Сюань Шэну были ошеломлены. Чёрный черепаший корабль внезапно задрожал, уменьшаясь в размерах, после чего превратился в мужчину средних лет. Спокойным голосом, он проговорил:

— Император Людей становиться всё моложе и моложе. Когда-то он был взрослым мужчиной…

— Брат Шэну, тот Император Людей, о котором ты говоришь, скорее всего уже умер. Люди совсем не такие как мы, они не живут долго, — проговорил Король Кунь.

Вздохнув с облегчением, Сюань Шэну улыбнулся:

— Это хорошо, очень хорошо. Тот парень без любых на то причин искал себе неприятностей. Он всегда чем-то был недоволен и звал нас делать то одно, то другое, сильно надоедая.

Старейшина хотел встретиться со своими старыми друзьями, но после таких слов замер, выходя из себя от злости.

Внезапно из-под земли раздался голос:

— Вождь Подземных Путников Тусин… Ай! — здание задрожало, и спустя некоторое время из-под земли перед ним высунулась голова с огромной шишкой на макушке. Открыв рот, её владелец прокричал от злости. — Какой засранец сделал здешние камни такими твёрдыми?

Глава 418. Котёл Землетрясения

Голова была очень большой, да и набухшую шишку не назвать маленькой. Тем не менее, появившийся из-под земли человек имел всего полтора метра роста и неряшливую, торчащую во всех направлениях бороду.

— Вождь Подземных Путников, над этим имением потрудились четыре владыки Высших Небес, пустив по ветру большую часть своего капитала, — объяснил Цинь Му.

— Опять те негодяи! — гном выпрыгнул и с грохотом приземлился на пол. Несмотря на свою короткорослость, бородач оказался удивительно тяжёлым. Подняв голову, он добавил. — Страна… великан, ты Император Людей? А тот надменный Император Людей уже помер? — не став ждать ответа, он был не в силах сдержать свою радость и выпалил. — Замечательно! Он же несчастно помер? И наверняка с позором, да? Да?! Ха-ха-ха, я знал, что тот парень, будучи таким надменным каждый день и призывая нас так часто воевать, жалко кончит. Если бы это было только один или два раза, я бы промолчал, но, если часто стоять у реки, разве обувь не промокнет? Чем больше он атаковал, тем быстрее должен был провалиться. Но теперь он уже мёртв, верно?

Юноша повернул голову назад, но не увидел старика: «Старейшина был здесь минуту назад, куда он запропастился?»

— Я Тусин Фэн Подземных Путников, нынешний вождь. Мой предок был Земным Лордом во времена Эпохи Императора-Основателя, и да, в нашей семье такие низкие все. Ты видел Храм Земли в Великих Руинах, верно? Там люди поклоняются предку нашей семьи, — гном самозабвенно рассказывал. — Наша раса очень плодовита, поэтому во время Эпохи Императора-Основателя повсюду были Земные Лорды, а также Храмы Земли, и у каждой горы были боги наших Подземных Путников. Кстати, среди нашего народа считается, что чем меньше ты, тем лучше. Но с тех пор, как закончилась Эпоха Императора-Основателя, наша родословная изменилась, и со временем мы начали становиться всё выше и выше. Мой рост можно считать гигантским среди Подземных Путников, после моей кончины мои предки будут презирать меня. У меня двадцать восемь братьев, я самый старший. Моего второго брата зовут…

Цинь Му кашлянул:

— Всё, пожалуйста, проходи.

Внезапно пронёсся демонический ветер. Пятеро человек со странной внешностью стояли на том чёрном ветру, хором проговорив:

— Предводители демонической расы, Пять Бессмертных Старейшин здесь по приглашению Императора Людей.

Цинь Му был поражён. Имперский Наставник встал рядом с ним и сказал:

— Они представители демонской расы, их способности чрезвычайно сильны.

Сердце парня дрогнуло. Пять Бессмертных: Лиса, Жёлтый, Белый, Ива и Крыса — были изречением смертного мира. Бессмертной Лисой была, очевидно, лиса, Бессмертным Жёлтым — хорёк, Бессмертным Белым — ёжик, Бессмертной Ивой — змея и Бессмертной Крысой — крыса. Пятёрка предводителей демонической расы и представляли пять элитных демонических рас.

Император Людей Первого Поколения спасал не только людей, а даже демонов. Когда люди ковали Печать Императора Людей, предводители демонов, получается, тоже предложили свои сокровища.

— Гости, прошу! — Цинь Му пригласил всех в поместье и, войдя в главный зал, занял место. Старейшина деревни тоже пришёл, однако, из-за того, что он напоминал собой сухую ветку, его никто не узнал.

Помимо старейшины, также свои места заняли мясник, немой, слепой, старый Ма, одноногий, глухой, целитель, и бабушка Сы.

Тусин Фэн несколько раз посмотрел на старейшину, находя старика довольно знакомым, вот только от этого последний испытывал некоторую неловкость.

Через мгновение появился отшельник Цин Ю, ведя за собой Ю Хэ с Ю Юй, и поприветствовал Цинь Му, прежде чем с улыбкой поприветствовать старейшину:

— Мы опоздали!

— Младший Цин’цзы, и младшие Ю’цзы! — Тусин Фэн не мог сдержать своей радости и вскочил. — Вы, ребята, всё ещё живы? Я думал, что вы мертвы! Младший Цин’цзи, твои отношения с предыдущим Императором Людей были довольно хорошими. Этот негодяй же умер, верно?

— Разве ты не заметил старого Императора Людей? — Цин Ю слегка неловко указал на старика.

Старейшине было стыдно, он желал где-то спрятаться. Тусин Фэн и остальные громко рассмеялись и пошли вперёд, чтобы поприветствовать его:

— Мы давно тебя узнали, просто хотели подразнить. Даже несмотря на то, что ты часто призывал нас, мы скучаем по тем временам! Это было огромной честью, сражаться плечом к плечу с тобой!

Старейшина вдруг расплакался, как дитя малое. Даже Имперский Наставник был глубоко тронут, ведь у Бога Меча предыдущего поколения было так много близких друзей, о которых ему приходилось только мечтать.

Старый Жулай и старый Мастер Дао тоже прибыли. Все были навеселе.

— Люди до сих пор процветают, как и ожидалось от расы, которая должна править землёй, — видя всё больше и больше собирающихся экспертов-людей, Король Кунь печально вздохнул в своём сердце. Если собрать все расы вместе, то у них получится продемонстрировать мощь, равную лишь одной людской расе.

Бессмертная Ива посмотрела на Цинь Му:

— Император Людей достал Печать Императора Людей, какая миссия нас ожидает на этот раз?

Бессмертная Ива была женщиной, и, если судить по её имени, она должна быть превратившейся в демона ивой, но на самом деле она была зелёной змеёй, у которой имелась родословная зелёного дракона, превращённого в демона. Никто не знал сколько ей лет, ведь даже несмотря на её слова о том, что она стара, внешне это не понять.

Люди имели продолжительность жизни не более восьмисот лет, но продолжительность жизни других рас превзошла этот предел. Цинь Му не мог догадаться, как долго жила Бессмертная Ива. Однако, так как большинство сильных практиков сражались вместе со старейшиной раньше, они были не слишком молоды.

Другие бессмертные, Белый, Жёлтый и Крыса были мужчинами, а Лиса была единственной оставшейся женщиной.

— Перехватить Высшие Небеса, — Цинь Му осмотрел окрестности. — Братья и старшие сёстры, я думаю, вы уже видели каменные статуи и сокровища в Вечном Мире, не так ли? Боги Высших Небес выйдут, чтобы освободить природные катастрофы в сокровищнице и активировать астрономические явления. Землетрясения, оползни, цунами, извержения вулканов и бури будут вольно мчаться по земле. И я не уверен, что ваши кланы смогут пережить это.

Все нахмурили брови. Во время их пути сюда они действительно заметили множество каменных статуй, и если всё действительно было так, как сказал юноша, то, когда катастрофа разразится, никто не сможет избежать уничтожения.

— Прежде чем прийти, я принёс сокровище, которое появилось из-под земли. Дамы и господа, пожалуйста, взгляните, — сказав это, Имперский Наставник достал мешочек таотэ и осторожно открыл его, циркулируя своей магической силой, чтобы достать красный круглый котёл, прежде чем осторожно поставить его на землю.

Все стопились вокруг него, внимательно рассматривая. Котёл был красного цвета, и из него вырывалось пламя, снова и снова взрываясь огненными шарами вокруг. Обладая площадью шести соток, в его центре располагалось отверстие, плотно закрытое огромной крышкой, вокруг которой виднелись запечатывающие руны.

Казалось, в котле была безграничная ужасающая сила, которая непрерывно сотрясалась. Зал также непрерывно дрожал, а глазурованная черепица на крыше дребезжала.

Всё поместье сотрясалось, а деревья вокруг него мягко подрагивали.

Имперский Наставник был чрезвычайно осторожен, как будто боялся активировать яростную энергию в котле.

— Это Котёл Землетрясения, — Тусин Фэн сделал два шага в сторону от котла, говоря громоподобным голосом. — Котёл Землетрясения содержит в себе силу землетрясения, и, если дать ему волю, десятки тысяч гор по всей Империи Вечного Мира будут разрушены до самого основания! Мой предок когда-то выковал такое сокровище по приказу императора и использовал его для сбора энергии землетрясений со всего мира.

Гном достал острый роговидный молот, передняя часть которого была плоской, а задняя — острым рогом. С громким лязгом он ударил им по Котлу Землетрясения.

Имперский Наставник хотел остановить коротышку, но было слишком поздно. Поместье было в порядке, но холмы в радиусе трёхсот метров от него начали сильно дрожать, как будто собирались броситься в пляс.

Горные хребты дрожали, пока земля содрогалась.

Но спустя вдох времени горные скалы разрушались, а бесчисленные деревья завились!

Отшельник Цин Ю был в ярости и вырвал молот из рук гнома. Однако, будучи почти раздавленным под весом оружия, он сразу же отпустил его, яростно крича:

— Семисантиметровый Гвоздь, ты с ума сошёл?

Тусин Фэн поднял свой огромный молот, держа его, как будто тот был очень лёгким:

— Я очень хорошо знаком с этим предметом, я знаю, что делаю. Район поблизости пустынный и поблизости никого нет… Нет же, верно?

Цинь Му покачал головой:

— Поблизости никто не живёт. Однако, будет лучше, если вождь Тусин впредь не будет таким безрассудным.

— Дай мне попробовать! — вышел вперёд вождь Чёрной Черепахи Сюань Шэну. — Семисантиметровый Гвоздь, ударь по Котлу Землетрясения. Посмотрим, смогу ли я подавить ударную волну.

Глаза Фэна засветились, и он улыбнулся:

— Щит Чёрной Черепахи известен как самая сильная защита, я думаю ты запросто сможешь подавить Котёл Землетрясения! Хорошо. Давай попробуем!

Цинь Му собирался остановить их, но бабушка Сы протянула руку, чтобы остановить его, и, слегка покачав головой, прошептала:

— Му’эр, они уважают Печать Императора Людей, а не тебя, поэтому не послушаются. Пусть попробуют. Не пострадав, они не станут сражаться с тобой против Высших Небес.

Цинь Му сразу же передумал их отговаривать:

— Имперский Наставник, перемести этот котёл, дай им попробовать.

Магическая сила мужчины хлынула наружу, и он осторожно переместил Котёл Землетрясения из зала.

Все последовали за ним, и Сюй Шэну, с овившимся вокруг него летящим змеем, шагнул вперёд. Он крикнул, и вылетели слои рун черепахового панциря, чтобы запечатать область вокруг Котла Землетрясения. Это сформировало систему печатей с почти сотней слоёв, сияющих струящимся светом и переливающимся цветом!

Тусин Фэн поднял свой острый рогатый молоток, с напором стукнув им по Котлу Землетрясения, в результате чего энергия внутри него мгновенно взорвалась.

Разрушительная ударная волна пробила все сто уровней защиты Сюй Шэну, заставив того перемениться в лице. Чёрная черепаха и летящий змей завопили в один голос, и мужчина показал своё истинное тело, превращаясь в огромную чёрную черепаху, чтобы подавить ударную волну со всей своей силой.

В результате он закашлялся кровью, в то время как его огромное тело взлетело в небо!

Изменившись в лицах, все выполнил свои самые сильные защитные методы, чтобы запечатать безудержную энергию со всей своей силой. В ту же долю секунды раздался взрыв, словно был произведён залп из огромной пушечной батареи, и божественные сокровища каждого были открыты один за другим. Их исконные духи поднялись, потянувшись по небу вместе с разрушенными божественными мостами и извергая доминирующую магическую силу в попытке подавить Котёл Землетрясения!

Энергетическая ударная волна на мгновение успокоилась, прежде чем вспыхнуть ещё раз, взрывом расшвыряв гуманоидные фигуры во всех направлениях и впечатав их в разные сооружения поместья.

Все и каждый побледнели, а когда встали, недоверчиво взглянуть на красный котёл. Даже при том, что ужасающая энергия была заблокирована ими, она ранила их всех.

— Семисантиметровый Гвоздь, сколько энергии в этом Котле Землетрясения активировал твой молот? — громко спросил Сюй Шэну, вытирая кровь с уголка рта и возвращаясь в своё человеческое обличье.

Тусин Фэн покачал головой, ответив:

— Где-то чуть меньше одного процента…

Сердца каждого присутствующего замерли.

Здесь собрались сильнейшие представители со всего мира, но им так и не удалось полностью заблокировать даже одного процента мощности Котла Землетрясения.

Если бы боги Высоких Небес спустились и активировали полную мощь таких сокровищ…

Имперский Наставник опасался, что Тусин Фэн захочет ещё раз пошалить и быстро убрал Котёл Землетрясения:

— Есть ещё семнадцать сокровищ, похожих на это. Их трудно передвигать, и любая неосторожность приведёт в движение сокрытую них силу.

— Одного из них достаточно, чтобы уничтожить Империю Вечного Мира, но их восемнадцать… до чего же безумно нелепая мощь, — заметил Король Кунь. — Это уже не проблема людей, а общая угроза против всех рас, которые живут в этом мире. Если сила восемнадцати сокровищ вырвется наружу, не выживет даже мой народ в море.

— Все Подземные Путники в подземельях, вероятно, умрут от сотрясения, — сказал гном.

— Когда буря наполнит небо, моему народу будет трудно убежать невредимым, — добавила Королева И.

— В таком случае… — Цинь Му окинул взглядом окрестности и серьёзно добавил. — Давайте перехватим Высшие Небеса!

Глава 419. Старики

—  Му’эр, перехватить Высшие Небеса не так просто, так что не принимай в этом участия, — тихо проговорила бабушка Сы.

Цинь Му в спешке готовил духовные пилюли, чтобы накормить Драконов Наводнения. Так как он отправлялся в длительное путешествие, ему нужно было накопить небольшой запас. Услышав слова бабушки, он на мгновение замер, после чего улыбнулся:

— Бабуль, это ведь я их пригласил, как же я могу не пойти вместе с ними?

Покачав головой, она ответила:

— Ты находишься всего лишь в области Шести Направлений. Если ты не пойдёшь, они не станут возмущаться. В этой битве Высшие Небеса скорее всего задействуют свою полную силу. В ней примут участие не только четыре владыки Высших Небес, но и другие боги… Если мы проиграем, вернись в Великие Руины и больше никогда не выходи за их пределы.

Лицо Цинь Му помрачнело, но как только он собрался что-то ответить, раздался голос старейшины деревни:

— Сы, не стоит о нём беспокоиться, пусть идёт!

Наблюдая как старейшина смеётся вместе с остальными, бабушка Сы впала в ярость:

— Совершенствование Му’эра слишком низкое, даже если он пойдёт с вами, с него не будет толку!

— Как это не будет толку? — улыбаясь, старик повернулся к ней. — Всегда нужен кто-то, чтобы отнести трупы домой.

Бабушка Сы была слегка ошеломлена, не зная, что сказать.

Кто-то должен был вернуть трупы домой. Независимо от того, принадлежали они врагу, или своим.

Издалека раздался громкий смех группы старых мужчин и женщин. Старейшина со своими друзьями вели весёлую беседу. Тусин Фэн рассказывал о их прошлых постыдных деяниях, заставляя всех раз за разом заливаться хохотом, отчего лица людей сияли радостью.

У них было много историй о том, как когда-то они вместе оказывались на грани жизни и смерти, постепенно становясь братьями по оружию. Им было о чём вспоминать.

В конце концов с тех пор, как старейшина лишился конечностей, его великие устремления зачахли, превращая в старого инвалида, бессмысленно валяющегося в деревне Цань Лао и терпящего издевательства дождя и молний. От прошлого Императора Людей не осталось и следа, так же, как и от целенаправленности его старых боевых товарищей. С тех пор они не появлялись в мире и не встречались друг с другом.

Однако, теперь старейшина вернулся, и они тоже решились прийти по зову его наследника. Несмотря на то, что со времён их последней встречи прошло довольно много времени, союз, казалось, вернулся к тем временам, когда сердца его участников яростно пылали.

Цинь Му взглянул на группу, замечая, насколько все его члены отличались друг от друга. Некоторые из них оказались не самыми жизнерадостными людьми, к примеру отшельник Цин Ю, на лице которого всегда было выражение, будто люди вокруг задолжали ему денег. Впрочем, сейчас даже он сиял улыбкой.

У всех них были очень высокие звания. Один являлся вождём подземной расы, другие были бессмертными, возвышающимися над остальными существами, некоторые оказались великими демонами, которым поклонялось местное население, а некто и вовсе таскал свой народ на спине, бороздя моря.

Печать Императора Людей смогла собрать здесь совершенно разных личностей.

— Вспомним прошлое, перевернём будущее, пусть кровь в наших сердцах снова загорится! — поднимая всем дух, бравировал старейшина.

Отшельник Цин Ю зашёлся смехом:

— Твоя задница пусть загорится! Разве твои дни не должны иссякнуть на следующий год? Что у тебя может гореть?

— Как бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы смеют говорить такие грубости? Говори это у себя на небесах. Цин Ю, тебе тоже недолго осталось гореть, и вскоре ты отправишься вслед за мной!

Старики громко рассмеялись, топча ногами. Едва дыша, Бессмертная Ива проговорила:

— Вы помните? Когда только речь заходила о битве, маленький Цин’цзы всегда мчался быстрее остальных. Вот только не к врагу, а в убежище!

— А ты всегда скатывалась в шар, так что была ничем не лучше меня!

Старики продолжали высмеивать друг друга, их смех становился всё громче и громче:

— Маленький Цин’цзы даже полюбил красавицу Сюэ Ци, всеми силами пытаясь её догнать.

— Да, припоминаю тот случай. Лицо бедолаги до сих пор остаётся угрюмым. Тьфу!

— В тот день красавица Сюэ Ци погибла в битве, и маленький Цин’цзы плакал так, будто был сделан из слёз.

На этот раз никто не рассмеялся, а отшельник Цин Ю начал громко орать. Тусин Фэн, по вине которого среди отряда воцарилась крайне неудобная атмосфера, почесал свои грязные волосы, после чего вздохнул и проговорил:

— Помню Даоса Лу Фэна. У нас с ним были тесные отношения, и он погиб, остановив своим телом смертельную атаку, летящую в мою сторону…

Все окончательно замолчали. Спустя мгновение, старики вновь зашлись оглушительным смехом, тут же рассеивая угрюмую атмосферу.

Покачав головой, Цинь Му исполнил Секреты Драконьего Контроля. Драконы немедленно приняли свои истинные формы, превращаясь в гигантов, и вскоре все присутствующие погрузились на их спины.

Поместье осталось абсолютно пустым.

Драконы понесли их в сторону Великих Руин. На спине монстра, мясник начал раздавать всем бутылки с вином, обнимая которые, сильные практики предыдущих поколений начали пить до отвала. Время от времени звучал их смех, и мясник подымал свой напиток над головой, вскрикивая:

— Пьём за встречу!

На спине дракона по соседству, одноногий жалко визжал:

— Я не герой, как вы, а просто мелкий воришка, так зачем мне всё это?

Обернувшись к старому Ма, старый Жулай проговорил:

— Монастырю Великого Громового Удара всё ещё нужен Жулай, так что возвращайся. Я справлюсь сам.

— Ты Жулай, также, как и я. Тебе известно, что я думаю, — безразлично ответил старый Ма.

Старый Жулай был слегка ошеломлён:

— Если ни ты, ни я, не вернёмся, то что произойдёт с Монастырём Великого Громового Удара? Что случится с буддизмом?

Старый Ма сложил ладони вместе, его лицо засияло двадцатью оттенками просветления:

— Следуй буддизму, и он никогда тебя не подведёт.

Старый Жулай сразу же понял его намерения:

— Отлично. Независимо от того, есть Жулай, или нет, дхарма никуда не исчезнет. Она существует не из-за Жулая, и его смерть никак на неё не повлияет. Если они продолжат учиться, то смогут стать Жулаями, а если нет, то они не монахи.

Цинь Му находился на спине другого дракона вместе со старейшиной, не переставая смотреть на него. В конце концов он не удержался и спросил:

— Старейшина, ты смог восстановить свой божественный мост?

На морщинистом лице старейшины засияла улыбка, и он проговорил:

— Разве это так просто? Восстановление божественного состоит из трёх шагов, каждый из которых сложнее предыдущего. Первый — Секреты Сорочьего Моста, второй — Секреты Загадочного Путеводителя, а третий — Секреты Пересекающегося Бога. Пока что я на втором шаге, что и так довольно быстро. Цин Ю, ты уже отстроил свой божественный мост?

Отшельник покачал головой:

— Я всё ещё на Секретах Загадочного Путеводителя.

Радостно улыбнувшись, старейшина продолжил мучать бедолагу:

— Возможно в этот раз ты таки умрёшь, пытаясь перехватить Высшие Небеса.

— Старый ублюдок, ты умеешь лишь издеваться надо мной! — проклял его Цин Ю.

Покалеченный старик продолжал смеяться:

— Патриарх Небесного Дьявольского Культа, старый подросток, всё ещё в пути! — в ответ раздался лишь смех, в отряде царила радостная атмосфера.

****

Солнце исчезало на западе, и небо постепенно начало темнеть.

В небе над жертвенным алтарём Высших Небес раздался загадочный, странный голос. Это был язык богов, звуки которого, казалось, было не под силу выговорить человеку. Владыка Звезды Цяо, Цветочная Владыка и Владыка Звезды Янь внимательно слушали. Когда бог замолчал, троица сделала несколько шагов назад, в унисон отвечая:

— Как прикажете.

Над жертвенным алтарём повисла тишина.

У его подножия с торжественными лицами стояли трое владык. Спустя мгновение, Владыка Звезды Янь спросил:

— Мы и вправду должны это сделать? Если да, то в Империи Вечного Мира выживет не слишком много людей…

— У нас нет выбора, — уверенно ответил Владыка Звезды Цяо. — Империя Вечного Мира не прекращает развиваться, а Император Яньфэн уже успел выковать божественное оружие, которым убил Нефритового Владыку. Смена Императора Людей, изменения закона и пути разозлили тех, кто наверху. Если мы не послушаемся, то нам не удастся спастись. Наши жизни более важны, чем тех примитивных существ мира смертных!

— Но их бесчисленное количество… — проговорила Цветочная Владыка.

— Нет смысла что-то обсуждать, — подняв руку, Владыка Звезды Цяо произнёс безразличным тоном. — Мы всего лишь должны исполнить свои обязанности, не раздумывая над тем, правильно ли то, что мы делаем. Пробудите богов Высших Небес, скоро произойдёт битва.

Выражение лиц Цветочной Владыки и Владыки Звезды Янь помрачнели. Последний подошёл к гигантскому рогу возле жертвенного алтаря и подул в него. В тот же миг тяжёлый, протяжный звук пронёсся по Высших Небесах.

Вокруг местных величественных гор бродили многочисленные странные звери. Впрочем, даже сильнее за них, в глаза бросались удивительные статуи.

Они изображали невероятно странных с виду богов всевозможных форм и размеров. Как только раздался звук рога, поверхность статуй затрещала, и цвет камня мгновенно изменился. Он превратился в мёртвую кожу, тут же упавшую на землю, или в плоть и кровь.

Внезапно приклонившаяся на колени статуя, стукнув кулаком о землю, поднялась.

После этого все статуи, находящиеся среди гор, ожили. Их глаза открылись, наполняясь божественным светом, который тут же осветил горизонт.

Со взглядом, похожим на молнию, Владыка Звезды Цяо осмотрелся вокруг, после чего прокричал:

— Встречающий Чиновник, опусти мост!

В небе появился сверкающий золотой мост, на котором возвышался силуэт Встречающего Чиновника. Мужчина вращал в руке золотистый компас, отчего тот начал излучать всё более сильный свет. Внезапно из артефакта вырвался луч света, превращаясь в мост, пробившийся сквозь барьер между Высшими Небесами и миром под ними.

Глаза Владыки Звезды Цяо вздрогнули, и он внезапно стиснул зубы:

— Все боги, слушайте мой приказ! Спуститься в мир смертных!

Существа поднялись, превращаясь в лучи света, которые полетели вдоль моста, опущенного с Высших Небес. В одно мгновение над Западными Землями начался яркий звездопад.

Сквозь ночную тьму пробивались восемнадцать звёзд, которые мчались на восток, оставляя за собой длинный след.

****

Во тьме Великих Руин шёл снег, и молодо выглядящий Патриарх вместе со Старшим Надзирателем сидели посреди полуразрушенного святилища, греясь у костра.

— Идёт снег, — Старший Надзиратель поднял голову, увидев, как из непроглядной тьмы внутрь их убежища залетают снежинки.

Патриарх поправил дрова в костре палкой, отчего тот стал гореть более ярко. Под его треск, в воздух подлетали искры и клубы дыма.

— Это ещё нормально. Новогодние праздники уже прошли, верно? — улыбнулся Патриарх. — После них должно потеплеть.

В этот момент к ним донеслось чьё-то хихиканье:

— Подкинь больше дров. Я тоже хочу согреться.

Парочка оглянулась, увидев, как из тьмы впереди выходит мужчина в бамбуковой шляпе. На его руках было девять пальцев, а от холода из ноздрей извергались потоки пара.

— Друг Дао Лин Цзин, — поднявшись, поздоровался Патриарх.

Даос поздоровался в ответ, после чего снял свою бамбуковую шляпу и потянул руки к костру, чтобы согреться.

— Друг Дао из Небесного Дьявольского Культа тоже откликнулся на зов Императора Людей, и идёт на встречу с ним? — с мерцающим взглядом спросил он.

Патриарх покачал головой:

— Я не иду им навстречу. Мне уже и так известно, что произошло, так что теперь я просто жду, пока они придут сами. Даже если остальные не успеют, я смогу первым перехватить богов Высших Небес. А ты, Друг Дао Лин Цзин?

— Я долго сомневался, так как нахожусь не в слишком хороших отношениях со многими людьми, в том числе и со старым Богом Меча. Именно он отрубил мне палец. Но хорошенько всё обдумав, я всё-таки решил присоединиться. Всё сводится к обещанию наших предков. Если его не выполнить, то я провалюсь, как человек, так что я пришёл их встретить.

— В таком случае можешь не идти, — ответил молодо выглядящий Патриарх. — Оставайся здесь. Если остальные не придут, мы справимся сами.

Даос кивнул, и троица не произнесла больше ни слова.

Когда наступила полночь, снегопад прекратился, и в небе засияли лучи яркого света, бегущие со стороны востока на запад.

Патриарх улыбнулся Старшему Надзирателю:

— Если сможешь найти наши с Другом Дао Лин Цзином труппы, подбери.

Старший Надзиратель поклонился:

— Прощайте!

Когда он поднял голову, Даос Лин Цзи и Патриарх уже исчезли, а в небе засияло на два луча света больше. Они направлялись по диагонали, собираясь перехватить восемнадцать падающих звёзд.

Глава 420. Звуки, Исчезающие во Тьме

Тьма в Великих Руинах была тихой, но оживлённой. Люди, не имевшие способностей, прятались в деревнях и развалинах. Прогуливаясь в это время, могло угораздить наткнуться на всевозможные странные виды и столкнуться с бесчисленными сверхъестественными инцидентами. Если бы кому-то выпал жребий, даже можно было бы войти в чудесные миры. Конечно, совсем другое дело, удалось бы вернуться оттуда живыми…

Ночь в Великих Руинах была исключительно очаровательной. Поскольку метель только что закончилась, на ветвях спокойно дремали светящие комки снега. Со стороны всё выглядело так, словно окрестности нарядились в красивую серебряную одежду.

Небо внезапно стало несравненно ярким, заставив поднять головы многие формы жизни Великих Руин. Темнота наполнилась многочисленными яркими красками, но они образовались не от природного явления, а возникли из взрывов великолепных божественных искусств, которые, освещая мир, шарами света разлетались по сторонам.

Тем не менее, темнота, казалось, была вещественной, даже осязаемой, всегда возвращаясь и затмевая каждый кусочек света.

Лучи света менялись, становясь всё страннее и необычнее. Местные формы жизни видели, как звёзды, сражаясь друг против друга, крайне быстро передвигались.

Движение звёзд в небе было очень странным, восемнадцать впереди и две позади. Восемнадцать звёзд неслись вперёд, в то время как другие две вели преследование. Каждый раз, когда восемнадцать звёзд останавливались и готовились окружить своих преследователей, две звезды улетали на запад, но спустя какое-то время вновь догоняли. Это повторялось из раза в раз, как по заранее продуманному сценарию, а более опытному и внимательному наблюдателю могло даже показаться, что две звезды пытались любыми способами максимально снизить скорость восемнадцати звёзд.

Старший Надзиратель, находящийся посреди руин подле костра, увидев происходящее, возродил надежду в своём сердце. Патриарх и Даос Лин Цзин думали лишь о том, как задержать богов Высших Небес, не смея сталкиваться с теми лоб в лоб, и, если они продолжат в том же духе, то у них появится шанс на выживание.

Внезапно звёзды на небе потускнели и исчезли.

Сердце Старшего Надзирателя сжалось. боги Высших Небес решили скрыть свои следы, провоцируя Патриарха и Даоса Лин Цзина отправиться на их поиски. Если они начнут искать их, то попадут в ловушку.

— Не надо… — Старший Надзиратель занервничал и схватился за воротник, как будто хватался за сердце. Он неустанно смотрел на две звезды, которые двигались в небе. — Не так близко, не так близко! Быстрее, спасайтесь…

Две звезды двигались нерешительно, как вдруг они потускнели, пока и вовсе не пропали из виду. Небо погрузилось в непроглядную тьму.

Уголки глаз Старшего Надзирателя дёрнулись, его сердце сильно колотилось, каждый удар был более тяжёлым, чем предыдущий. Он очень нервничал.

Боги скрыли свои следы, из-за чего им пришлось искать друг друга в темноте. Этот период времени был самым опасным. Возможности Патриарха и Лин Цзина были гораздо более ограничены, чем у их визави, которые могли подождать или просто уйти. Но два старика не могли ждать слишком долго, они должны были убедиться, что враги не проскользнут!

Наконец, зажглась звезда. Одна, испускающая свет, звезда.

В следующее мгновение небо вспыхнуло, когда все виды странных божественных искусств вырвались наружу, заглушая звезду. Среди них были ослепляющие глаза драконы, фениксы, часы, здания, котлы и пагоды всевозможных странных форм. Со вспышкой силы ото всех этих божественных искусств, тёмное небо снова озарилось разными цветами, прогнавшими всю тьму за раз.

Можно было заметить восемнадцать величественных богов и дьяволов, парящих чуть выше либо с благородными лицами, либо со злобными. А когда лучи божественных искусств падали на их могучие, крепки тела, вверх вздымались разноцветные руны.

Даос Лин Цзин был окружён их атаками, но Патриарха с ним не было.

— Даос Лин Цзин — приманка! — сердце Старшего Надзирателя дрожало. Будучи приманкой, он, наверняка, умрёт. Разве кто-то способен пережить одновременно восемнадцать атак богов и дьяволов?

Целью Лин Цзина было использовать себя в качестве жертвы, чтобы выманить богов Высших Небес и дать Патриарху возможность совершить скрытную атаку!

Способности Лин Цзина были чрезвычайно сильны, и даже больше, он был одним из самых сильных людей прошлого поколения. В своё время ему даже хватило смелости бороться со старейшиной деревни за титул номера один в мире, но он всё же потерпел поражение и потерял палец.

Вот только в ситуации, когда нужно было напасть из засады, Лин Цзина мало что мог сделать. Как говорится — в чём плох, в том плох. Из этого следует, что лучшего способа, чем использовать одежду или флаг перемещения Небесного Дьявольского Культа для внезапной атаки, не было. И если выманить восемнадцать богов, Патриарху не составит труда провести скрытную атаку… Это единственный шанс серьёзно ранить их!..

— Восемь Методов Лин Цзина! — вдохновляющий крик пришёл с неба и потряс сердца людей. — С этого момента, вы прекращаете своё существование!

Старший Надзиратель поднял голову, решаясь посмотреть на последнюю демонстрацию силы Даоса Лин Цзина. Даже при том, что его Восемь Методов Лин Цзина не уступали Рисунку Меча старейшины, они были бесполезны против атак аж восемнадцати богов. Старик просто собирался раскрыть своё высшее искусство, свою высшую гордость. Он был как художник, страстно разбрызгивающий чернила и получающий удовольствие от щеголянья своим талантом, он был как ученик, использующий всё, что мог для написания эссе. Он хотел оставить свой след в мире, свою тень.

В этот момент разверзся огромный флаг, и Патриарх появился позади дьявольских богов, исполняя по отношению к ним свои самые смертельные атаки. Флаг пронёсся над ними, и его фигура, казалось, появилась рядом со всеми богами, атакуя одновременно. В одно мгновение он ранил более десяти богов и дьяволов.

В небе грохотал гром. На момент, когда звуки взрывов божественных искусств распространились до земли, было совершено множество новых атак. Ударные волны от столкновений заставляли воздух быть иногда жарким, а иногда холодным, иногда обрушивать ураганы с неба, а иногда таять снег, в следующий миг обращая весь процесс вспять.

Флаг перемещения молодо выглядящего Патриарха был уничтожен ужасающей ударной волной божественного искусства, оставляя его только с одеждой перемещения.

Старший Надзиратель поднял голову и увидел, как сверху льётся кровь. Всё началось с мороси, переросшей в сильнейший кровавый дождь.

Одна из двадцати движущихся в небе звёзд дрогнула и потускнела, прежде чем внезапно упасть с неба.

Даос Лин Цзин пал.

Лицо Старшего Надзирателя поникло. Остался только Патриарх, который всё ещё яростно боролся. Даже несмотря на всю опытность в Семи Писаниях Создания Великих Небесных Дьявольских Рукописей, ему всё равно будет трудно изменить исход битвы.

Старший Надзиратель, стоящий посреди руин, больше не поднимал головы, он изо всех силы пытался не смотреть на разразившуюся в небе битву. Вместо этого он уставился на пламя костра, подсознательно добавляя к нему ещё дров. Пламя становилось всё выше и выше, интенсивность тепла также росла, но он ничего не чувствовал.

— Почему эта зима такая холодная… — дрожа от холода, он добавил ещё дров. — Что с этим огнём не так? Я добавил так много дров и пламя такое высокое, но мне всё равно очень холодно…

В небе потускнела ещё одна звезда, но вдруг, словно обретя второе дыхание, вновь разразилась несравненной энергией. Освещая собой всё небо, она породила исключительно великолепное зрелище.

— Чудо создания, свет и тень доминируют! — крик прорвался сквозь тьму, вдохновляющий и шокирующий.

Дон… дон… дон…

Мелодичный звук колокола спускался с неба, разносясь во всех направлениях. Но вскоре всё затихло, а вместе с этим перестало существовать и чудо создания. Огни в небе постепенно рассеялись, и темнота, возвращаясь после взрыва приливной волной, медленно но верно, взяла своё.

Звезда пала.

Старший Надзиратель молча прислонил руки к лицу. Он ждал рассвета, чтобы забрать трупы двух стариков. Восемнадцать звёзд остановились на мгновение в небе, прежде чем продолжить движение на восток.

****

Горный хребет Разрушенный Богом острыми лезвиями заснеженных вершин взирал к небу Великих Руин, по которому неслись Драконы Наводнения, чьи усы и гриву сдувал назад сильный ветер.

Сы Юньсян, стоящая рядом с Цинь Му, пыталась использовать Смотровые Зеркала Сердец, чтобы связаться с Патриархом, но несколько мгновений спустя она впала в оцепенение:

— Патриарх сказал, что не вернётся. Также он добавил, что нам не нужно скучать по нему.

Цинь Му был ошеломлён. Бабушка Сы обернулась, чтобы тайно утереть слёзы.

— Тот старик действительно ушёл раньше нас, — вздыхая, проговорил старейшина. — Как всегда так нетерпелив.

Они подлетали всё ближе и ближе к Разрушенному Богом, вглядываясь в окутанные тьмой Великие Руины. Там они увидели звёзды, движущиеся в их направлении.

— Му’эр, остановись на горе! — вдруг приказал старейшина.

Цинь Му дал команду, и драконы, снизив свою скорость, вытянули свои тела. Когтями похожими на лезвия, они вонзились в горный пик, чтобы остановить себя. С их развевающимися усами и сильными телами, они сокрушили множество мистических Жемчужных Арбалетов.

Снег был белым, в то время как горы — чёрными. Однако Драконы Наводнения были всех цветов: белые, чёрные, красные и даже сапфирово-синие. Их тела сияли светом, который исходил от естественных рунических узоров их расы.

Озаряя собой снег вокруг, они придавали тому красочный оттенок.

— Давайте сразимся здесь, — оглядевшись, предложил старейшина. — Что вы, ребята, думаете об этом месте?

Король Кунь, осмотрев окрестности, сказал:

— Хорошее место, правда немного холодновато.

Тусин Фэн спрыгнул со спины дракона и, одевшись потеплее, пробормотал:

— Это проклятое место всё ещё такое холодное, куда лучше быть в тепле под землёй. Император Цинь, если ты отправишься в наш подземный мир, твои горизонты определённо расширятся. Всё подземелье покрыто нефритовым стеклом и толстыми, свисающими с потолка кристаллами. Есть даже с шестью и восемью гранями, они сгруппированы вместе, как яркие украшения. Когда свет от магмы отражается от них, они такие красивые. Есть также многочисленные растения, которые растут в магме, какой же у них удивительный вкус. Они обжигают горло, как хорошее вино, но вкус остаётся п…

— Прекрати болтать, — змей на плече Сюй Шэну проглотил слюну. — Я проголодался лишь от одних твоих описаний.

Тусин Фэн поднял голову, чтобы посмотреть на приближающиеся звёзды, а после схватил свой острый роговидный молот и молвил:

— Интересно, будет ли у меня шанс вернуться под землю и снова отведать нашу пищу. В нашем подземном мире растёт Пылающий Плод, рождающийся от силы магнитного элемента. Этот вкус…

Старейшина посмотрел на юношу и сказал:

— Му’эр, проводи драконов и своих новоиспечённых жён вниз с горы. Вы здесь больше не понадобитесь, и не забудь завтра собрать трупы.

Цинь Му кивнул и подозвал драконов. Затем он повёл Сы Юньсян, Ху Лин’эр и Янь Цзинцзин с горы.

Между тем звёзды в небе становились всё ближе и ближе.

— Мы просто будем смотреть, как они бьются за Вечный Мир? — Сы Юньсян была не готова просто так уйти. — Что мы можем сделать? Разве мы действительно не можем ничего сделать?

— Мы можем отправиться в Великие Руины! — взгляд Цинь Му мерцал оттенком неповиновения. — Там мы найдём Корабли Солнца и Луны! Но эта тьма преграждает нам путь! Однако, у нас есть мощный телохранитель. Где Король Драконов Реки Вздымающаяся?

— Здесь! — под горными хребтами у речной воды, из темноты поднялся огромный дракон. Свернувшись, он опустил свою огромную морду. — Ваше Величество, какие будут приказы?

Глава 421. Атака Высших Небес

Владыка Выращивания Драконов нёс их вдоль реки Вздымающейся, преодолев Секретные Водяные Проходы и добравшись к Великим Руинам. Он подплыл к городу Пограничный Дракон, когда вода неподалёку забурлила, и из-под неё появился Дракон Наводнения.

— Ваше Величество, меня связывает клятва, поэтому я не могу покинуть Вздымающуюся. Я заключил Соглашение Графа Земли, и умру, если нарушу его. Вам нужно добраться к Морю Звёзд, но я не в силах здесь помочь, — Владыка Выращивания Драконов погрузился обратно в реку. — Впрочем, я могу приказать Божественному Королю Драконов Наводнения доставить Вас туда.

Появившийся неподалёку монстр был почти того же цвета, что и вода. Им оказался никто иной, как достигший божественности драконов наводнения, способности которого были очень высокими, ничем не уступая Владыке Выращивания Драконов.

Если Цинь Му и остальные будут путешествовать по Великим Руинам в его компании, тьма вокруг будет вынуждена отступать.

Вместе с Сы Юньсян, Янь Цзинцзин и сидящей на плече Ху Лин’эр, Цинь Му забрался на спину, не будет преуменьшением сказать, бога.

Прокричав “ма ха”, Драконы Наводнения очень медленно и осторожно взобрались на тело своего короля, демонстрируя своё почтение.

Цилинь тоже запрыгнул наверх, ведя себя крайне уважительно.

Божественный Король Драконов Наводнения взмыл в небо, отправляясь прямиком к Морю Звёзд.

Цинь Му обернулся, чтобы осмотреться, но уже был не в силах разглядеть кого-то на горном хребте Разрушенный Богом. В то же время звёзды в небе с неистовой скоростью неслись друг другу навстречу.

Внезапно кто-то будто зажёг удивительные маяки в горах Разрушенного Богом. Выстроенные в ряд, они создавали невероятное зрелище, украшая скучный пейзаж ночных Великих Руин.

Божественный дракон притащил группу к Морю Звёзд, откуда уже было невозможно разглядеть Разрушенного Богом.

— Почему Патриарх ещё не пришёл? — недоумевая, спросил цилинь. — Он ведь скоро появится, верно?

Сы Юньсян открыла рот, но так и не смогла ничего выговорить. Цинь Му ответил:

— Ночью в Великих Руинах очень опасно, так что он может слегка задержаться. К тому же, прежде чем встретиться с ним, мы должны посетить Колодец Солнца.

Цилинь кивнул, но спустя мгновение спросил:

— Почему Святейшая не сказала мне, что он не придёт?

— Сейчас темно, так что нет ничего странного в том, что он не может прийти. Жирдяй, хватит этих вопросов.

****

На вершинах Разрушенного Богом.

За спиной немого ярко пылало пламя печи. Глаза слепого сияли будто две звезды, а одежда мясника, держащего в каждой руке по ножу, развевалась от сильного ветра. Старейшина деревни повис в воздухе, его жизненная Ци обрела видимую форму, превращаясь в новые конечности.

Выпрямившись, они торжественно стояли на вершинах гор.

Одноногий и старый Ма стояли вместе. Бабушка Сы, глухой и целитель тоже находились на одной вершине. Старые мастер Дао и Жулай, Отшельник Цин Ю, Имперский Наставник Вечного Мира и Юй Чжаоцин разделились, выбирая себе отдельную гору.

Тусин Фэн, Сюань Шэну, Королева И, Король Кунь и пять бессмертных представителей расы демонов владели невероятными способностями, и также стояли вдалеке друг от друга.

Исконные духи всех людей вырвались наружу, почти принимая материальную форму. Напоминая богов и дьяволов, они стояли за спинами мастеров, тихо ожидая начала битвы.

Небо было окутано тьмой, но свет восемнадцати звёзд становился всё ярче и ярче, приближаясь с неистовой скоростью.

Аура старейшины вспыхнула, и с горы в небо направился поток Ци меча, будто пропасть блокируя восемнадцать звёзд, летящих навстречу.

— Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря!

Мясник взмахнул своими ножами, и их лучи поднялись в небо, превращаясь в гигантское солнце. В этот миг раздалась оглушительная звуковая волна, которая пронеслась по небу, отбиваясь от солнц.

— Поистине лучший навык ножа в мире! Небесный Нож достоин своего звания!

Тело старого Ма начало стремительно увеличиваться в размерах, в то время как меж его бровей вырос вертикальный глаз. Старик превратился в гиганта, вокруг тела которого извивался зелёный дракон. За его спиной засияло огромное солнце, сопровождаясь раскатами грома и порывами ветра:

— Куа-фу в Погоне за Солнцем!

— Аба! — немой положил свой деревянный сундук на землю, показывая старому Ма большой палец. Сундук открылся, испуская поток переливающихся серебряных пилюль.

Из корзины целителя хлынули ядовитые вещества, будто потоп разлетаясь во всех направлениях. Внезапно следом за ними выпрыгнули пауки, начиная возводить посреди гор необъятную паутину. Они двигались по воздуху, работая без остановки.

Построение Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд появилось за спиной бабушки Сы, постепенно уменьшаясь в размерах. Окончательно сжавшись, его сила сконцентрировалась в её ладони.

Одноногий, в свою очередь, начал нервно оглядываться, будто был готов убежать в любой момент.

— Гори, подземный огонь! — Тусин Фэн громко рассмеялся, и горных хребет Разрушенный Богом неожиданно взорвался под его ногами, будто гигантский вулкан.  Мужчина ударил по нему своим молотом, отчего гора спонтанно начала расти, становясь всё выше и выше.

Король Кунь рассмеялся со словами:

— Семисантиметровый Гвоздь наполнился героизмом. Взгляните-ка на мою Воду, Разбивающую Звёздное Небо!

В небо за его спиной поднялась гигантская волна, возвышаясь между небом и землёй, будто море.

— Король Кунь, передай мне свою силу! — Сюань Шэну громко рассмеялся, принимая свой истинный облик. Он запрыгнул в море, превратившись в гигантский черепаший корабль, и поплыл по воде перпендикулярно к земле.

Королева И протянула руку и неожиданно вздрогнула. Её конечность покрылась перьями, превратившись в крыло. Трясь друг о друга, её перья звенели, принимая форму ножа гусиного крыла.

Пятеро бессмертных из расы демонов тоже достали своё оружие. Бессмертная Ива размахивала хлыстом, Бессмертный Белый вынул клубок нитей, Бессмертная Лиса обняла пипу, а Бессмертная Крыса и Бессмертный Жёлтый схватили серый и, соответственно, жёлтый мешки.

— Они здесь! — громко прокричал мясник. — Враг попытается пробиться силой. Мы должны остановить его любой ценой, нельзя, чтобы он пересёк горный хребет Разрушенный Богом!

Горящие следы звёзд становились всё ближе и ближе, двигаясь по прямой. Они напоминали восемнадцать комет, мчащихся прямо в море, воздвигнутое Королём Кунем, собираясь проткнуть его единым ударом.

Лучи ножа мясника повернулись, сияя прямо на поверхность воды. В мгновение ока они отразились от неё, устремившись навстречу звёздам.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Когда мясник заблокировал первого противника, раздался громкий звон. Вторая звезда последовала сразу после первой, умудрившись пробить Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря, отчего старик тяжело вскрикнул. Погрузившись в морскую глубь, он использовал силу Короля Куня, чтобы рассеять силу атаки противника.

Как только вторая звезда врезалась в море, её настигли паутины, вылетевшие из задниц мчащихся навстречу пауков. Запутавшаяся жертва пошла ко дну моря, будучи не в силах освободиться.

Третья и четвёртая звёзды влетели в воду вслед за ней. Впрочем, море расступилось, обнаруживая кровавую бездну внизу.

Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Из-за высоко скорости, две звезды уже были не в силах остановиться вовремя, всё, что им оставалось, — это собраться с духом, прежде чем попытаться пережить неизбежное столкновение.

Бум! Бум!

Раздались два громких толчка, и спустя некоторое время из моря крови выбрались два покалеченных тела бога и дьявола, громко визжащих от боли.

Впрочем, их сила всё ещё была невероятно огромной. Несмотря на то, что они потеряли всю энергию своей атаки, парочка по-прежнему оставалась богом и дьяволом. Объединив свои усилия, они попытались разрушить технику старейшины.

Тем не менее, в следующий миг они вновь столкнулись с морем крови.

Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Оружие Имперского Наставника Вечного Мира задрожало, мужчина использовал ничто иное, как Меч Императора-Основателя, Море Крови. Это была та же техника, которую только что продемонстрировал старейшина, впрочем, её исполнение значительно отличалось от версии старика, базируясь на совершенно других постулатах.

Имперский Наставник освоил движение, изучая спину Бога Меча на картине глухого. Можно было даже сказать, что та вдохновила его на создание своих навыков меча.

Бог и дьявол впали в ужас, не имея пути для отхода. Им осталось лишь ворваться в мир света меча, напоминающий море крови.

Чи! Чи! Чи!

Раздался громкий свист, после чего с неба полилась божественная кровь и посыпались божественные кости.

Следующая примчавшаяся звезда столкнулась с Рисунками Меча Имперского Наставника, разрушая его технику, отчего он кашлянул кровью. Увидев, как остальные враги вот-вот пересекут горный хребет, Бессмертная Крыса открыл свой мешок, размахивая им на ветру. Артефакт немедленно увеличился, превращаясь в какое-то подобие пещеры, в которой тут же исчезли остальные звёзды.

Бессмертная Крыса поспешно затянул отверстие мешка, собираясь отправить смертельные удары на заточённых внутри богов и дьяволов, когда артефакт взорвался, отправляя демона в длительный полёт.

Бессмертная Ива немедленно отреагировала, взмахнув рукой, которая, будто не имела костей, обхватила Крысу, чтобы вернуть обратно на поле боя. Но как только она прикоснулась к телу союзника, то ощутила ужасающую силу богов и дьяволов, сокрытую в его теле. Её лицо исказилось, а рука начала извиваться, будто была сделана из теста!

Бессмертная Ива обернулась и упала, неистово качаясь по земле в попытках сбросить с себя ужасающую энергию. Понимая тяжесть ситуации, Бессмертный Белый немедленно подлетел к женщине. Иголки его оружия одна за другой вонзились в тела двух бедолаг, выпуская энергию наружу. Лишь после этого их жизни оказались в безопасности.

Плюх, плюх, плюх.

Огромные волны поднялись над поверхностью воды, над ними возвышались силуэты удивительных существ, отталкивающих воду во все стороны. Владыка Звезды Цяо, Цветочная Владыка и Владыка Звезды Янь находились впереди, создавая треугольное построение. Остальные тринадцать богов и дьяволов двигались следом за ними.

Шестнадцать богов и дьяволов надавили на Короля Куня, и вскоре его руки задрожали, не в силах удержать море. Он несколько раз вскрикнул, после чего его конечности с хрустом сломались.

Противники продолжали давить, отчего Кунь начал блевать кровью, а уровень воды в его море значительно снизился.

Горы пробились над его поверхностью, раскрывая всех людей, которые стояли на вершинах, окружённых бушующей водой.

Море не было глубоким, около ста метров.  Черепаший корабль, в который превратился Сюань Шэну, всплывал на поверхность. Глаза летающего змея и чёрной черепахи мерцали, наблюдая за размытыми силуэтами богов и дьяволов в ожидании возможности для атаки.

Старейшина деревни взглянул на Владыку Звезды Цяо, Цветочную Владыку и Владыку Звезды Янь:

— Владыка Звезды, и остальные, вам должно быть известно о последствиях открытия этих сокровищ. Вы действительно готовы стереть с лица земли всех жителей Империи Вечного Мира?

С неизменным выражением лица, Владыка Звезды Цяо ответил:

— Если ты собрался кого-то обвинять, то вини себя за незнание необъятности небес и земли. Вы сами разозлили Высшие Небеса и тех, кто выше, так что не стоит считать нас ответственными за произошедшее. Старый Император Людей, мы просто исполняем приказ.

— Обсуждение невозможно?

Владыка Звезды Цяо покачал головой:

— Несмотря на то, что я до глубины души ненавижу всех вас, к обычным людям этого мира у меня хорошее отношение. Я тоже не хочу так с ними поступать, но, когда Император Яньфэн взорвал Нефритового Владыку выстрелом из своей пушки, любые возможности для диалога исчезли. Кроме того, вы сумели изменить закон и путь, что…

Сюань Шэну воспользовался моментом, чтобы неожиданно атаковать Владыку Звезды Цяо. Летающий змей с ловкостью пробился сквозь воду, настигая свою цель. Сразу после этого последовала атака черепашьего корабля, пытающаяся убить противника одним махом.

— … убило последние надежды на диалог.

Владыка Звезды Цяо позволил летающему змею обвиться вокруг своего тела, после чего чёрная черепаха подлетела на расстояние для атаки. Как только она оказалась достаточно близко, её внезапно встретили Цветочная Владыка и Владыка Звезды Янь, вонзая в голову цветок и флейту, что тут же сокрушило её мозг.

Летучий змей зашипел, собираясь броситься на помощь, когда божественный меч Владыки Звезды Цяо замахнулся на него, разрубая на части:

— Только стерев всех обычных людей этого поколения с лица земли, те, кто наверху, смогут успокоиться.

— Сюань Шэну! — прокричал Король Кунь, и золоторогое копьё в его руке ярко вспыхнуло, полетев в сторону Владыки Звезды Цяо. Тусин Фэн стиснул зубы и замахнулся своим острым молотом в форме рога, атакуя, в то время как боги за спиной Владыки Звезды выдвинулись им навстречу.

После этого слепому, немому, пятерым бессмертным и Королеве И не оставалось ничего другого, кроме как атаковать вместе с ними.

Внезапно горный хребет Разрушенный Богом задрожал, погружаясь в землю под давлением божественных искусств такого количества мастеров.

Тем временем Море Звёзд становилось всё ярче и ярче, внутри него раздавался звон цепей. Солнце медленно поднималась из его бездны, разгоняя тьму вокруг.

Глава 422. Юду, Фэнду

На западе взошло солнце. От длинных цепей до всего Корабля Солнца распространялись бурный огонь и яркий солнечный свет, озаряющие собой окрестности и отражающие тьму Великих Руин. Множество монстров во тьме шипели, когда попадали под свет, в результате чего появлялись следы чёрного дыма.

В деревне неподалёку отвергнутые люди были грубо разбужены, после чего они в оцепенении уставились на гороподобный корабль, если так вообще можно было сказать, размашисто шагающий своими двенадцатью ногами-колонами.

Корабль Солнца прошёл мимо деревни, но местные жители не ощутили ни капли дискомфорта, когда свет омыл собой их тела. Они чувствовали себя очень тепло и комфортно, в то время как монстры во тьме бежали, спасая свои жизни.

С полным окончанием Эпохи Императора-Основателя, такое зрелище стало редкостью, но перед её концом, когда тьма только-только спустилась, десятки Кораблей Солнца регулярно отправлялись на запад Великих Руин отражать тьму и приносить людям свет.

Тем не менее, после Эпохи Императора-Основателя последний Корабль Солнца был растерзан, а его солнце угасло. Остались только Хранитель и Пастухи Солнца, неутомимо перемещающие чёрное солнце и тайно защищающие Великие Руины. Былая слава судна и его команды уже давно канула в лету…

Сейчас же Корабль Солнца был восстановлен, а над ним необузданно пылало пронзающее тьму солнце. Везде, где он проходил, появлялся свет, а на его борту расхаживали окутанные золотым ореолом великаны. С постоянной дрожью гиганта, они приближались к горному хребту Разрушенному Богом.

Старейшина пастухов, находящийся на борту, разнервничался, почувствовав что-то громадное, идущее в их направлении, и немедленно сообщил об этом управляющей кораблём Янь Цзинцзин:

— Хранительница Солнца, кажется, что-то нас преследует!

Услышав слова старика, Янь Цзинцзин, величественная, словно небесный бог, всмотрелась во тьму и тоже почувствовала приближение страшного существа. Чужак сближался с Кораблём Солнца на невиданной скорости, намного большей, чем у него.

Взгляд девушки был похож на два несравненно толстых столба света, которые разорвали тьму, показывая ей скрытую за ней правду. Туман рассеялся, раскрывая её взору высокие горы с обрывистыми хребтами, что не могло не удивить. Почему удивить?.. Хотя бы потому, что сами по себе горы состояли из бесчисленных белых костей, которые, попав под божественный свет из её глаз, начали извиваться и верещать, пытаясь скрыться, словно смертельно боялись его.

Спустя мгновение туман за костяными горами стал гуще, и Янь Цзинцзин заметила, что две горы, казалось бы, были связанны одной цепью, тем самым напоминая собой врата, ведущие в таинственный мир. Врата Ада, проход к Фэнду.

Перемещаясь с запредельной скоростью, вскоре Фэнду настиг Корабль Солнца, проносясь вокруг и через него неуловимым туманом. Все на борту тут же поняли, что законы небес и земли изменились, ведь от их тел из плоти и крови остались лишь белые кости. Они превратились в скелеты, буквально.

Белые костяные горы в тумане проходили сквозь всё на своём пути. Оказавшись в их “объятиях”, даже солнце над гигантским кораблём потускнело, став зелёно-туманным.

Янь Цзинцзин протянула руку, но Фэнду не изменил её тела. Судя по всему, она была слишком могуча, из-за чего этот мир попросту не мог на неё повлиять. Но она так же чувствовала, что тот был, казалось бы, нематериальным. Всё видимое и невидимое находилось в другом измерении, к чему было не под силу прикоснуться даже ей.

Затем она увидела и сам Фэнду, величественный город-призрак, на городских стенах и башнях которого стояли неукротимые адские боги, будто собравшиеся столкнуться с сильным врагом.

Между тем в самом центре Фэнду всё заволокло клокочущей тьмой, но присмотревшись, она поняла, что это был развевающийся во все стороны плащ дьявольского бога, а его владелец был ещё выше и внушительнее, чем весь Корабль Солнца.

Дьявольский бог прошёл через их тела, но Янь Цзинцзин не смогла увидеть его лицо, разглядев во тьме лишь два огненно-красных глаза.

Вжух!

Мир Фэнду пронёсся мимо, туман продолжал расти впереди, исчезая во тьме. Солнце постепенно восстановило свой блеск, а люди на корабле посмотрели на свои тела. Их плоть и кровь вернулись, но они не понимали, что произошло.

«Туман Мира Фэнду направляется к Разрушенному Богом…» — Янь Цзинцзин подняла голову, чтобы взглянуть в сторону далёкого горного хребта, места, где старейшина и остальные преградили путь богам Высших Небес и вели ожесточённую битву. Разрушенный Богом иногда вырастал высоко к небу, а уже в следующий миг опускался глубоко в землю. Вспышки меча и ножа время от времени рассекали небо, шокируя всех присутствующих, также раздавались всевозможные голоса, как рёв дьяволов, так и шёпот богов.

«Пастушок на божественном короле драконов наводнения отправился за Кораблём Луны… Он сказал, что путь неблизкий, и ему нужно доставить корабль из Колодца Луны Моря Звёзд, поэтому он хочет, чтобы я защитила его дедушек. Интересно, сможет ли он вернуться вовремя… А это что?» — вдруг удивилась торопящаяся изо всех сил Янь Цзинцзин. От горного хребта Разрушенного Богом к Великим Руинам летели блуждающие огоньки, и она понятия не имела, откуда те взялись.

— Круги Плеяды Солнечной Звезды! — огненные слои в её глазах превратились в звёздные круги, и она посмотрела на огоньки. Ими оказались светящиеся фонарики, которые были подвешены на плывущих из темноты бумажных лодках. Также можно было разглядеть множество бумажных человечков, бешено скачущих в туман на точно таких же бумажных лошадках.

На бумажных корабликах под фонарями сидели старцы в изодранных чёрных одеждах. А в тумане можно было разглядеть внушительные фигуры, похожие на богов и дьяволов.

Вёлся ожесточённый бой.

Время от времени в двух мирах сиял призрачный свет, но, что удивляло, ударные волны из них не достигали этого мира. Они совершенно не влияли на Великие Руины, не оказывали какого-либо влияния на эту реальность.

«Это… вестники смерти из преданий!» — была удивлена Янь Цзинцзин. Вестники смерти Юду начали бороться с Фэнду? Что происходит? Она ничего не понимала.

Грохоча, Корабль Солнца продолжал мчаться к горному хребту, параллельно подступая всё ближе и ближе к битве между Фэнду и Юду. Недалеко от них происходило сражение старейшины деревни, Имперского Наставника и богов Высших Небес. Несмотря на то, что эта битва очень ожесточённая, её нельзя было сравнить с таковой у Фэнду и Юду.

Каждый сражающийся на горе был чрезвычайно силён, будучи сопоставимым с богами и дьяволами, обладающими поразительными способностями. Однако, никто из них не имел ни малейшего представления о том, что прямо под их ногами происходит ещё одна битва, которая была ещё более масштабной и гораздо более шокирующей.

Корабль Солнца направлялся к подножью горного хребта Разрушенного Богом, как вдруг Янь Цзинцзин внезапно почувствовала невыразимую пульсацию. Из темноты появились новые блуждающие огоньки, и бумажные кораблики, коими те огоньки и являлись, устремились в Мир Фэнду. Все вестники смерти на борту этих корабликов выглядели совершенно одинаково, они были холодны, молчаливы и детально всё рассматривали своими невидимыми лицами, покрытыми слоем скрывающего их истинную внешность тумана. При взгляде на них у человека возникнет лишь ощущение того, что у них самые обычные лица.

Бесчисленные бумажные кораблики острыми стрелами продвигались вперёд, но позади них девушка увидела нечто ужасающее… из темноты медленно поднималась пара пылающих бычьих рогов. Они были настолько огромны, что на них были куски земель уничтоженных миров. Бесчисленные души визжали и боролись, непрерывно отпадая от рогов с девятью изгибами!

— Граф Земли! — занервничала Янь Цзинцзин, отлично понимая, что битва между двумя мирами будет чрезвычайно опасной. Но бой над хребтом достиг переломного момента, поэтому у неё не было выбора, кроме как собраться с духом и подтолкнуть Корабль Солнца, чтобы как можно скорее добраться к Разрушенному Богом.

— Ба ту… Сы ба ту… — гул доносился из темноты. Сильные практики, которые яростно сражались на горе, не слышали и не замечали никаких изменений. Они лишь увидели приближающийся Корабль Солнца.

Тем временем Корабль Солнца и Мир Фэнду пронеслись мимо друг друга. Янь Цзинцзин на корабле услышала загадочный язык Юду, но не поняла значения слов. В то время как в Фэнду, Король Яма в чёрной, как самая непроглядная ночь, накидке пронёсся через столицу своего мира. По сравнению с ним боги всех размеров выглядели крошечными.

Бумажные люди и кони сражались с богами и дьяволами в тумане. Старцы встали и подняли фонари. Свет засиял, и скелеты, которые неслись на них, волнами попадали, превращаясь в чёрный дым. Между тем поднял руку Король Яма, и весь Фэнду, казалось, остановился. Могло даже показаться, что прекратило своё течение само время. Затем он поднял другую руку, и появился божественный меч, тут же устремившийся в сторону бычьих рогов из потустороннего мира. Везде, где проносился чёрный меч, пространство сжималось, заставляя рушиться слои пространства.

У Янь Цзинцзин начала болеть голова, но ей было всё равно. Она использовала всю силу Корабля Солнца, чтобы устремиться к Разрушенному Богом. Половина судна уже вошла в Фэнду и Юду, затрудняя продвижение вперёд, но внезапно оно освободилось от оков двух миров.

Девушка облегчённо вздохнула и обернулась, только чтобы увидеть, что Фэнду и Юду исчезли, как будто битва между ними закончилась. Ей это показалось очень странным: «Хм, как это могло произойти?»

Между тем на горном хребте Разрушенном Богом.

Старейшина и остальные сражались с богами Высших Небес, которые имели либо четыре головы и восемь рук, либо три головы и шесть рук, а их тела, казалось, были выкованы из золота.

Все виды сокровищ прорывались с безграничной силой, разрушая небеса и раздирая землю.

Каждый погрузились в ожесточённую битву, которая, к слову, оказалась чрезвычайно изнурительной для старого, покрытого ранами Бога Меча.

Тем не менее, Ци и кровь каждого были сильны, вздымаясь в небо со светом крови.

Пух!

Огромная фигура рухнула с неба и приземлилась перед Кораблём Солнца. Ею оказался низвергнутый исконные дух Имперского Наставника. Даже если он был святым, который, как ходила молва, появлялся только раз в пятьсот лет, он находился в крайне невыгодном положении против абсолютной мощи!

Мужчина вновь поднялся в небо, заполнив всё вокруг светом своего меча. Его навык непредсказуемо трансформировался, внезапно полоснув в сторону одноглазого бога.

Однако бог открыл глаз, из которого прорвался безграничный божественный свет, хлынув на Имперского Наставника!

Лязг, лязг, лязг.

Непрерывно доносились звуки столкновений мечей, как вдруг свет меча Имперского Наставника закружился и прорвался сквозь божественный свет ока, пронзив его и выйдя с другой стороны головы. Однако, в следующее мгновение кулак одноглазого бога сокрушительным ударом приземлился прямо на него самого.

Удар чуть было не раздавил его, впечатав в горную вершину, в итоге сравняв ту с землёй.

Голова одноглазого бога разделилась надвое, но уже в следующий миг появился ещё один огромный глаз, в то время как сам бог отправил ещё один безжалостный удар кулака по отношению к Имперскому Наставнику!

— Так зловеще… — мужчина кашлянул кровью и поднял голову, чтобы посмотреть на приближающийся к нему кулак. Одноглазый бог повернул голову, презрительно смотря на него.

— Впрочем, я тоже неплох… — улыбнулся Имперский Наставник. — Первая Глава Мира Меча, Грань.

Одноглазый ошеломлённо застыл. Свет меча, скрытый в его голове, внезапно взорвался!

Глава 423. Лес Лавы

Мир Меча был навыком, созданным Имперским Наставником после того, как он достиг области пути под руководством старейшины деревни. Путь отличался от всего того, что мужчина использовал в прошлом, так как тогда он ещё находился по ту сторону ворот этой области, и ему лишь предстояло пройти сквозь них.

Даже несмотря на то, что его тогдашние навыки были очень сильными, позволяя ему обрести звание Бога Меча, создавшего три новых базовых движения, мужчина не шёл ни в какое сравнение со старейшиной. Но как только он достиг области пути, его способности значительно выросли.

Имперский Наставник владел незаурядным талантом, у его способностей не было недостатков. Путь меча, который он освоил, значительно отличался от того, по которому шёл его кумир.

Основывая Рисунки Меча, старейшина увековечил в них достижения старых героев и воспоминания о прошлом. Имперский Наставник, в свою очередь, открывал новые горизонты и шагал вперёд со своей реформой, владея сильным духом и широтой ума. В конце концов он самостоятельно создавал свои достижения.

Время поколения старейшины деревни прошло, в то время как эпоха Имперского Наставника лишь начиналась.

Его Мир Меча был создан совсем недавно, так что была закончена лишь первая глава, под названием “Грань”.

Он устанавливал грани для гор и рек, для империи, подавлял хаос в четырёх морях, останавливал катастрофы в шести направлениях и восьми пустошах, создавая мир мира и благополучия.

Воля и амбиции Имперского Наставника крылись внутри его меча, создавая лучший навык меча, который когда-либо существовал в этом мире.

Когда лезвие проткнуло единственный глаз бога, внутри его головы сокрылась грань.

Одноглазый бог обманывал всех вокруг, ведь на самом деле у него было два глаза. Используя особые техники, и отлично владея искусством создания, он сместил один из своих глаз к центру лба, в то время как второй спрятался на макушке. Большинство времени тот был сокрыт волосами, отчего люди верили, что мужчина и вправду одноглазый.

Никто не знал, что он может видеть как спереди, так и позади себя. Понимая, что Имперский Наставник Вечного Мира был опасным противником, к тому же являвшимся главным человеком Империи, возглавляющим реформу, он был готов пожертвовать своим глазом, лишь бы отправить врага в небытие.

Несмотря на то, что бог оказался хитрым и целеустремлённым, Имперский Наставник всё равно на шаг опередил его в играх разума.

Грань, сокрывшаяся внутри раны, взорвалась, отчего вся поверхность головы “одноглазого” покрылась трещинами, из которых наружу вырывалось слабое сияние меча.

Глаза, уши, рот и нос бедолаги внезапно обрели белоснежный оттенок, после чего со всех отверстий его лица вырвался ослепительный свет. Всё больше и больше трещин покрывали его голову, сияя лучами меча. В мгновение ока они осветили горы вокруг дневным светом!

Хлоп!

Кулак одноглазого приземлился на тело Имперского Наставника тяжёлым ударом, отчего земля под ногами последнего затрещала.  Во все стороны протянулись глубокие расколы, исчезающие далеко за горизонтом.

Имперского Наставника вырвало кровью, он даже услышал треск собственных костей.

Но всё, что находилось выше шеи одноглазого бога, исчезло. Его труп зашатался, после чего с грохотом свалился вниз.

Имперский Наставник был полностью обездвижен в кратере внизу. Задыхаясь, он умолял:

— Безликий Король Ядов, пожалуйста, помоги…

В этот момент одноногий, неся целителя на спине, отчаянно убегал от объятий битвы. Целитель непрерывно готовил лекарства, и делал он это с гораздо более высокой скоростью, чем мог Цинь Му, раз за разом бросая яд во врагов или лекарства в старейшину и остальных стариков:

— Одноногий, беги быстрее! Быстрее! Разве ты не хвастался, что твоя скорость самая высокая в мире?

— Если бы ты не сидел у меня на спине, то так бы оно и было! — одноногий пыхтел от истощения. — Почему бы тебе не попробовать отрубить себе ноги, а затем пришить их обратно? Дважды, я дважды оставался без них! Я только что пришил их снова, так что боюсь, что если попытаюсь бежать быстрее, они оторвутся от верхней половины моего тела и убегут сами по себе!

— Всё хорошо, Му’эр очень умел, так что они не отлетят так просто. Беги быстрее. Бог позади почти нас догнал, — утешительно проговорил целитель.

За их спинами бежал что было сил трёхголовый бог. Целитель давным-давно выпустил “малышей”, которых самостоятельно вырастил, поэтому сейчас противник находился под непрерывным дождём из ядовитых насекомых.

На протяжении многих лет он выращивал этих существ, используя духовные пилюли, чудесные лекарства и всевозможные отравы. Из-за этого способности насекомых выросли до невероятных высот, и они даже обрели возможность превращаться на бегу. В мгновение ока увеличиваясь в размерах тела, выпучивая наружу мышцами и костями, монстры становились ужасающими гигантами, способными поглощать тучи, плеваться туманом, огнём, водой или ядом.

Тем не менее, их сил хватало лишь для того, чтобы слегка замедлить бога.

Тот был невероятно ужасен, своими ударами разбивая ядовитых существ в клочья, отчего во все стороны разлетались капли разноцветной слизи и сломанных конечностей. Его рёв сдувал их вдаль, не позволяя подобраться слишком близко.

Когда в тело бога попадал яд, одна из трёх голов вспыхивала яростным огнём, и он буквально выгорал изнутри, используя энергию божественного огня для очистки своего тела. Огонь протекал по его венам раз за разом, постепенно нейтрализуя вещество.

Между тем вторая голова бога обретала сапфирово-синий цвет. Сверкающие из неё лучи света также очищали тело, выводя токсин наружу.

Можно было сказать, что яды целителя встретили своего заклятого врага.

Кроме того, без помощи ядовитых существ, способности целителя оказывались самыми слабыми среди всех деревенских. Он едва добрался до области Небожителя, так как все его усилия и время уходили на изучение отрав и ядовитых существ.

Если взять в учёт силу ядовитых существо, то его способности было невозможно оценить. Он мог отравить бога до смерти, но также мог погибнуть от пощёчины.

Когда одноногий таскал кого-то на плечах, его скорость уступала той, которою он мог развить в одиночку. Кроме того, старику приходилось избегать скрытых атак от других богов, что делало ситуацию ещё более сложной.

Даже со своей непревзойдённой скоростью. Одноногому было крайне опасно путешествовать среди всех этих сотрясающих мир божественных искусств. Любая неосторожность привела бы к смерти обоих.

— Имперский Наставник не в силах продолжать бой. Нужно немедленно ему помочь!

Одноногий потащил целителя к кратеру, в котором лежал Имперский Наставник, но в этот миг трёхголовый бог неожиданно содрогнулся, и две его головы взмыли в воздух, поливая стариков огнём и водой!

Некоторое время одноногому удавалось успешно уклоняться от атак, но внезапно земля перед ним резко раскалилась, превращаясь в кипящую лаву. Заснеженная гора начала медленно опускаться, в то время как над её вершиной возвысился бог, держащий в руке чистое зеркало. Артефакт подлетел ввысь и повис в небе, отбивая свет в сторону лавы.

Подземный мир неожиданно стал прозрачным озером, отчего всё в нём было видно насквозь.

У бога была козлиная голова с двумя изогнутыми рогами. Острым взглядом, он осматривал подземелья.

Внезапно свет зеркала упал на Тусин Фэна. Тот мчался под землёй, но как только на него обрушились лучи артефакта, его скорость снизилась. Он и дальше мог свободно двигаться под землёй, но свет связывал его, значительно замедляя.

— Умри!

Козлиноголовый ухмыльнулся, и его рога вылетели из головы, ныряя в лаву, чтобы догнать Тусин Фэна.

В этот миг из лавы вырвался поток, формируя гигантское лицо. Оно открыло рот, пытаясь проглотить бога:

— Даже если я умру, то заберу тебя с собой!

Целитель и одноногий смотрели под землю, увидев, как Тусин Фэн застыл на месте под воздействием лучей зеркала. Пара рогов проткнула его, один вошёл в спину, а другой в грудь.

Божественное искусство Тусин Фэна потянуло козлоголового, утаскивая в самые недра земли.

— Одноногий, укради зеркало! — в спешке закричал целитель.

Послушавшись, старик подбежал к богу, исполнив Руку Небесного Расхитителя, Подменившую Солнце, и чистое зеркало бесследно исчезло в каком-то из его карманов.

Находящийся под землёй Тусин Фэн тут же вернул себе способность двигаться и с полной силой набросился на козлоголового бога. Впрочем, без света зеркала целитель и одноногий не могли наблюдать за их сражением.

Лава вокруг кипела, излучая волны тепла. Внезапно она поднялась в воздух, принимая форму гигантской ладони, которая тут же окаменела. После этого из земли начали вырываться новые ладони, кулаки, молоты и ноги. Потрясённой до глубины души парочке стариков пришлось замереть посреди неба.

Прячась от опасности за спиной целителя, одноногий прокричал в сторону земли:

— Семисантиметровый Гвоздь, хватит сражаться и выбирайся наружу. Пусть целитель вылечит твои раны…

Нежно хлопнув его по плечу, целитель тихо проговорил:

— Не стоит его звать. Пусть сражается в своё удовольствие. Когда он был обездвижен и пострадал от удара рогами, его исконный дух был пробит насквозь. У бедолаги остался последний вдох, как только он закончится…

Он не продолжил.

Одноногий на мгновение замер в ошеломлении, после чего стиснул зубы и не оглядываясь бросился туда, где лежал Имперский Наставник.

Море лавы продолжало непрерывно дрожать, и из-под земли поднимались всевозможные странные камни. Отчаянную битву, происходящую внизу, было тяжело представить. Но внезапно она прекратилась, оставив по себе лишь торчащие из-под земли скалы в форме ладонь и кулаков.

Вьюх!

Лава расступилась, медленно открывая дорогу козлоголовому богу, чьё тело становилось всё больше и больше.

Хлюп, хлюп, хлюп.

Он вышел из моря лавы, и та начала стекать по его телу, превращаясь в чёрные камни, прежде чем долететь до земли. Глаза бога казались пустыми, а его вид был невероятно жалким. Впрочем, он всё ещё горел удивительным боевым настроем.

Целитель и одноногий были в шоке. Но в этот миг козлоголовый повалился на землю, обнаруживая острый молот, торчащий из его затылка. Коротенькое тело Тусин Фэна упал вместе с ним, продолжая держаться за рукоять, а из его спины и груди до сих пор торчали два рога противника.

Алый огонь в глазах вождя Подземных Путников медленно угасал.

— Вкус Пылающего Плода подобен вкусу крепкого вина. Когда он растекается во рту, перед глазами проходит вся жизнь, — алый огонь в его глазах исчез, пока мужчина бормотал. — Я чувствую этот вкус снова, так что моя жизнь, скорее всего, заканчивается… Лучше бы я не откликнулся на зов Печати Императора Людей, но мои предки дали клятву, и Подземные Путники никогда не нарушают слов своих предков… — он закрыл глаза и начал погружаться в лаву вместе с трупом козлоголового бога.

Горящая жидкость медленно проглотила их тела.

Одноногий потащил целителя к Имперскому Наставнику. Пока тот занимался лечением, во тьме неподалёку разразился невероятно яркий свет. Подняв головы, старики увидели, как к ним подплывает Корабль Солнца, на борту которого стоял силуэт небесного божества, своими руками держащегося за цепи и направляя звезду к полю боя.

— Это та девушка, что приходила вместе с Му’эром! Она Хранительница Солнца! — целитель тут же узнал Янь Цзинцзин, невероятно удивляясь. — Хранительница, быстро, помоги нам!

Янь Цзинцзин повернула взгляд в их сторону, руками натягивая цепи. Солнце, висящее высоко в небе, мгновенно поддалось её грубой силе, стремительно падая вниз на врагов.

Выражения лиц десятков тысяч Пастухов Солнца на борту резко изменились. Все они одновременно прокричали:

— Хранительница Солнца, нет!

— Молодой предок, нельзя учиться у Его Величества! — воскликнул старейшина пастухов солнца.

Звезда замерла на полпути, неподвижно зависая в воздухе, а её несравнимо острые золотые лучи выстрелили в сторону стоящих внизу богов Высших Небес!

Глава 424. Шарипутра

Поле битвы простиралось на несколько сотен километров и было разделено на несколько областей, однако, все они были вдоль линии горного хребта Разрушенного Богом.

Пять бессмертных демонической расы, Король Кунь, Королева И, слепой, старый Ма, мясник, немой, глухой, Имперский Наставник, старейшина деревни, бабушка Сы, старый Мастер Дао, старый Жулай и отшельник Цин Ю были вовлечены в свои собственные сражения. Поскольку они были сильнейшими из своих рас, для них было редкостью встретить того, кто мог бы завязать достойный поединок. Вот только по сравнению с богами Высших Небес они все были на уровне ниже.

Имперский Наставник и Тусин Фэн были первоклассными практиками. Мужчина боролся изо всех сил, чтобы убить одноглазого бога, но до сих пор страдал от тяжёлых травм, в то время как битва гнома закончилась взаимным уничтожением. Это показало разрыв между их способностями.

Способности пяти бессмертных и бабушки Сы были немного слабее, но у них было много трюков, поэтому они полагались на блуждание вокруг и борьбу с божественными искусствами. Способности противников были слишком сильны, однако, они быстро утомлялись.

Янь Цзинцзин пришла как раз вовремя. Когда появилось светило со своим верным поводырём — Кораблём Солнца, Бессмертный Жёлтый открыл мешок на спине, изнутри которого тут же извергся жёлтый, вонючий дым, заставивший своего противника почувствовать тошноту, как если бы его печень и кишки были разорваны на куски прямо внутри него. Бессмертный Жёлтый пошёл вперёд, чтобы высосать его души и духи, но был сбит с ног противником.

В другом месте Бессмертная Ива показала свою истинную форму огромной зелёной змеи, которая была похожа на зелёного дракона, свернувшегося вокруг вершины снежной горы. Её противник также незамедлительно показал свою истинную форму — гороподобное существо с белым мехом и стреляющими искрами во тьме из глаз.

Бессмертную Иву вырвало кровью от полученных трав, кровь текла без остановки из её глаз, ушей, рта и носа.

Бессмертный Белый, Бессмертная Крыса и Бессмертная Лиса тоже пострадали от травм. Бабушка Сы была единственной, кто мог держаться с флагом перемещения и Великой Всеобъемлющей Силой Ладони Небесной Звезды, избегая атак со стороны своего противника. Пять бессмертных обычно действовали вместе, чтобы сражаться против одного врага, но из-за нехватки людей им пришлось взять на себя два бога, что оказалось для них очень утомительно. С бабушкой Сы им было чуточку легче, но борьба с двумя богами одновременно была невероятно тяжела.

С другой стороны, Меч Дао старого Мастера Дао уже был выполнен к четырнадцатому писанию. Он развил только половину движения четырнадцатого писания, которое использовал, чтобы бороться против своих противников, раскалывая горы и землю. Тем не менее, недостаток в его движении вскоре был обнаружен его противником. След божественного света пронзил слои огней мечей, пригвождая старого Мастера Дао к горе.

— Меч Дао… так себе! — огромная ладонь бога ударила в сторону Мастера Дао, который вжат в горе!

Старый Жулай исполнил все двадцать небес в Махаяне Сутра Жулая, и его тело стало подобно огромному будде. Столкнувшись со своим противником с грубой силой, его окружили десять тысяч будд, тем не менее, он тоже оказался в невыгодной ситуации, и его двадцать небес в итоге разрушились.

Трёхголовый, шестирукий бог, с которым он сражался, находился около него, обменивались лишь ударами кулаков. Вскоре старик был с ног до головы покрыт устрашающими синяками и кровавыми ранами, окрасившими его белоснежные брови в красное. Он уже был стар, его Ци и кровь не были так сильны, как раньше, собственно, как и его телосложение. Если бы это было в прошлом, с силой Махаяны Сутра Жулая, он мог бы продолжать сражаться, не уставая. Его энергичная Ци и кровь могли стремительно увеличить силу божественных искусств, но теперь он обладал меньшими способностями, в конечном оказавшись подавленным своим противником.

Находящийся поблизости старый Ма хотел спасти старого Жулая несколько раз, но ему всегда мешал его собственный, постоянно атакующий противник. Его положение было почти таким же, поскольку он также достиг последней области Махаяны Сутра Жулая, области Брахмы… и боги с буддами окружили его двадцатью слоями драгоценных изображений. Вот только его сила крылась в молодости, а тело было сильным и крепким, в то время как Ци и кровь старого Жулая иссохли, поэтому тот больше не мог держаться.

— Шарипутра, форма не отличается от пустоты, пустота не отличается от формы! —от старого Жулая исходили песнопения, из-за которых его Ци и кровью внезапно стали энергичными и необузданными. Сила его движений становилась всё более и более ужасающей, постепенно превосходя силу противника.

Сердце старого Ма вздрогнуло, и он крикнул:

— Мастер!

Старый Жулай, с улыбкой на лице, обернулся:

— Буддизм предоставлен тебе, проповедуй его ради мне! То же самое касается чувств, восприятий, импульсов, сознания!

Свет будды сиял ярко, поглощая в себе как старого Жулая, так и его противника.

В отличие от всех остальных, слепой летал между всеми полями сражений, используя свой божественный разум, чтобы прорваться сквозь недостатки врагов и скрытно атаковать. Тем не менее, он мог заставить богов только переходить в защиту и спасать жизни своих, а не наносить им критические удары.

Мясник и его противник, Владыка Звезды Янь, можно сказать, были сумасшедшими. Они боролись со всем, что у них было, ведь как только они вытащили свои ножи, весь мир для них попросту перестал существовать. Один человек — один нож. Независимо от того, насколько тяжелы были их травмы, независимо от того, насколько сильны были атаки противника, они просто использовали свои ножи, чтобы порезать друг друга!

Великая печь на спине немого переполнилась божественным пламенем, и из его груди вытекли серебряные пилюли, непрерывно меняясь и превращаясь во все виды божественного оружия. В его даньтяне, казалось, была огромная печь с безграничной энергией, с двумя пылающими печами он обладал непревзойдённой силой.

Глухой рисовал чернилами, а они красили небеса и землю. Он рисовал на снегу горы и землю, позволяя своим картинам переплетаться с реальностью. Они были спрятаны посреди настоящих гор и рек, представляя собой странный, но в то же время элегантный мир. Он заставлял своего противника путешествовать между реальностью и живописью, даже не пытаясь бороться с ним напрямую. Он определённо не хотел сражаться как все.

В этот момент его кисть нарисовала сотни километров гор и рек. На картине изображался мир в мире, который не мог не смутить его противника. Будучи крайне озадаченным, тот попросту не мог найти выхода.

Глухой выскочил из картины в реальность, думая уничтожить горы и реки вместе с миром в картине, как вдруг оттуда вылетел свет меча и пронзил его грудь. Старик был отброшен назад, тем не менее, используя всю свою силу, ему всё же удалось взмахнуть кистью. Последний штрих… и все горы в районе ста километров рассыпались одна за другой, исчезая внутри и взрываясь с чрезвычайно ужасающей энергией!

— Простой смертный не должен обладать силой богов и дьяволов! — гневный рёв раздался под аккомпанемент взрыва рушащегося мира, и окровавленная ладонь в хватательном движении протянулась к летящему в обратном направлении глухому.

Король Кунь и Королева И раскрыли свои истинные формы, передвигаясь по морю и небу взад-вперёд. Они были похожи на двух неукротимых богов зверей, чей рёв оглушал уши. Огромные звери и боги вели сражение друг против друга, раскалывая небеса и раздирая землю. Тёмные тучи скрывали луну, время от времени разделяясь, и только тогда та могла на миг, но как следует похвастаться собой.

Король Кунь и Королева И были покрыты ранами, но их всё ещё переполнял боевой дух. Королева порхала над морем в форме огромной птицы, и где бы она ни пролетала, море вспенивалось. Всякий раз начиная вращаться завораживающей, но пугающе быстрой юлой, она обрушивала свой нож, раскалывая им воздух и рубя бога, атаковавшего Короля…

Её нож в очередной раз разрезал небо, но привычное лунное мерцание не появилось, вместо него через разрез полился солнечный свет, тем самым сбивая её столку. Однако, так как в дело уже пошёл нож, возвращаться его обратно было трудно. Ей пришлось использовать всю свою мощь, чтобы сразить бога, который атаковал союзника.

В этот момент тёмные облака снова разделились, и появился ещё один бог со злобной физиономией. Его рука поднялась, а пять гороподобных пальцев потянулись в направлении Королевы И!

Бог, скрытый в облаке, заметил падающее солнце и был ошеломлён:

— Что это за божественное искусство?

В этот момент солнце яростно вспыхнуло, и из-под него к нему направились лучи чрезвычайно острого золотого света!..

Но пострадали от нападения и другие боги Высших Небес, не только он. Золотые лучи были несравнимо острыми и пронзали тела всех богов.

Янь Цзинцзин не была такой же жестокой, как Цинь Му, додумавшийся использовать светило Корабля Солнца в качестве наконечника цепной булавы, которым он попытался сокрушить противника, но в итоге повредив само солнце. Хотя основная причина, почему он поступил именно так, крылась банально в незнании способа контроля солнца, как высвободить его силу. Но Янь Цзинцзин, будучи с самого детства Хранительницей Солнца, неоднократно брала под контроль Корабль Солнца, благодаря чему она знала всё об использовании солнца, и управлять последним для неё было пустяковым делом. В её умелых руках исполинское судно могло высвободить величайшую силу с минимальным ущербом солнцу.

В этот момент тысячи километров вокруг горного хребта были полностью освещены. Король Кунь в море использовал свой золотой рог, чтобы пробить противника, в итоге пригвождая бога к водной поверхности… у того попросту не было времени избежать этой атаки, из-за чего он умер под лучами солнечного света.

Рука, которая схватила глухого, сломалась под сиянием, и ладонь, которая собиралась ударить старого Мастера Дао, тоже была пронзена лучами.

Под солнечным светом виднелось лицо бога.

Лучи будды были крайне интенсивными, но даже они были отогнаны солнечным светом, раскрывшим взору всех присутствующих две стоящие внутри фигуры. Старый Жулай удерживал бога.

Лучи продолжали светить от солнца, освещая величественные снежные горы. И та, на которой стояла Бессмертная Ива, была окрашена в красный цвет. Огромная змея, похожая на зелёного дракона, упала с горы. Между тем мешок Бессмертного Жёлтого был усеян дырами, а его владелец лежал раздавленным в мякоть под ногой бога, который, в свою очередь, был полностью покрыт серебряными иглами Бессмертного Белого, выглядя как огромный дикобраз.

Солнечный свет продолжал светить вдаль, освещая всё поле боя. Мясник и Владыка Звезды Яня были освещены сражающимися посреди воздухе, в то время как Цин Ю и Цветочная Владыка были вытянуты во время падения.

Лучи солнца сияли на ещё большем расстоянии, и можно было увидеть девятое движение Рисунков Меча. Владыка Звезды Цяо и ещё один бог были заглушены им.

Под Кораблём Солнца две головы трёхглавого бога только что тяжело ранили одноногого и целителя, из-за чего те были подброшены вверх. Но прям в этот момент из тела целителя вылетел небесный шелкопряд, изо всех сил сплетая шёлк, чтобы обернуть им Имперского Наставника, не давая тому помереть от ран.

Бум!

Корабль Солнца сильно задрожал, трёхглавый бог успел призвать две свои головы перед приземлением на борт, немедля бросившись к Янь Цзинцзин, которая стояла в центре четырёх столбов. Лица главного старейшины и остальных пастухов резко изменились, и они попытались остановить бога, но в итоге все как один были разнесены в пух и прах, но так и не смогли его замедлить.

Появление Корабля Солнца оказало огромное влияние на поле боя, так что, если Янь Цзинцзин продолжит свои атаки, боги Высших Небес потерпят полное, сокрушительное поражение. В конце концов она контролировала древнее божественное оружие под названием Корабль Солнца, чья сила была столь яростна, что была способна угрожать сразу всем. Вот только, поскольку она контролировала его, это влияло на её мобильность, тем самым ставя в крайне опасную ситуацию… если кто-то нападёт на неё, ей попросту не удастся защититься.

Когда Корабль Солнца только появился, трёхглавый бог преследовал бегающих по окрестностям одноногого и целителя. Он был ближе всего к исполину, но никто не ожидал, что он просто запрыгнет на борт, позабыв о своих первоначальных целях.

Старейшина Пастухов Солнца поднял колокольчик и громко позвонил, но ему было невероятно трудно блокировать атаку бога, уже успевшего приблизился к колоннам. Две головы снова вылетели, но пролетели мимо старика, направляясь к своей истинной цели.

Одна голова изрыгнула струю воды, в то время как другая извергла пылающий огонь в сторону Янь Цзинцзин, которая, тут же попытавшись защититься от атаки рукой, в итоге вырвала кровью. Сила солнца мгновенно уменьшилась.

Между тем, с другой стороны, сила девятого движения Рисунков Меча была полностью высвобождена. Ослепительные огни мечей освещали мир, затмевая собой даже лучи солнца…

Но вскоре они потускнели…

Там, где они возникли, стоял Владыка Звезды Цяо, холодно смотрящий туда, где стоял его старый враг, прошлый Император Людей.

— Ты стар, — Владыка Звезды посмотрел на старика с презрением, в то время как меж его бровей начала распространяться трещина. — Если бы ты сражался со мной во времена своего пика, я бы определённо умер от этого движения, но теперь, твои Ци и кровь почти исчерпаны. С самого начала у тебя не было даже малейшего шанса убить меня, а всё пото… — вдруг его тело закачалось, а изо рта потекла кровь. Усмехнувшись, он всё же добавил. — Ты всё равно уничтожил мою жизненную силу. Но я тоже неплох, по крайней мере я заберу тебя с собой.

Бог, сражающийся на его стороне против старого Бога Меча, внезапно разорвался на посыпавшиеся вниз куски плоти.

Глава 425. Бог Войны

Плюх!

Владыка Звезды упал на колени, с ухмылкой опираясь на свой божественный меч и наблюдая за идущем к нему стариком:

— Прошлый Император Людей, мы с тобой всего лишь куклы на верёвках, игрушки истинных богов. Какой толк от твоих попыток меня остановить? Из Высших Небес спустилось два отряда, мы здесь лишь для того, чтобы отвлечь вас. На самом деле метеорологическое оружие должна активировать вторая группа. Империя Вечного Мира обречена быть уничтоженной…

Исконный дух старейшины деревни ярко вспыхнул перед ним, напоминая бога, поглощённого языками пламени. Впрочем, этот бог выглядел невероятно измотанным, с трудом стоя на ногах. Его свет то затухал, то вновь ярко вспыхивал. Это повторялось раз за разом, свидетельствуя о том, что старый Бог Меча был готов отдать последние капли своей Ци и крови, лишь бы сохранять боеспособность.

— Владыка Звезды Цяо, где второй отряд? — старейшина подошёл к нему, игнорируя всё, что происходило на поле боя вокруг. — Мы с тобой давние знакомые, так что теперь, за шаг от смерти, прояви доброту своими словами. Ты и правда хочешь, чтобы оборвались бесчисленные жизни Вечного Мира?

Шум разрушающихся внутренностей донёсся изнутри тела Владыки Звезды Цяо. Привлекательный бог обрёл трупный цвет и усмехнулся:

— Какое мне дело до жизней представителей низших рас? — подняв голову, он пробормотал. — Звезда, принадлежащая мне, наконец упадёт.

Хрясь.

Тихий хруст донёсся от его меча, после чего раздался следующий. Треск учащался, и вскоре звук, с которым разрушалось тело бога, перебил шум битвы вокруг.

Исконный дух за спиной старейшины снова потух, но тот опять попытался активировать свою Ци и кровь, чтобы восстановить полную силу духа, вот только несмотря на все усилия ничего не вышло. Он напоминал покрытый дырами, потрёпанный кузнечный мех… как бы он не старался, ему не удавалось разжечь былой огонь своей жизненной силы.

Старик был калекой, потерявшим все четыре конечности. Это сильно отражалось на его физическом теле и боевых способностях. Впрочем, главной его слабостью был возраст.

Он был настолько стар, что его жизненный путь был близок к завершению. Изначально ему оставалось чуть более года, и при условии спокойной жизни в постоянном совершенствовании, у него был шанс успеть восстановить свой божественный мост и достичь области бога.

Однако, в этой битве ему пришлось потратить последний запас своей Ци и крови.

Он уже был не в силах вновь разжечь свою жизненную силу.

— Скажи мне куда отправилась вторая группа! — прокричал старейшина. — Владыка Звезды Цяо, откуда ты пришёл? Разве в прошлом ты не был таким же, как все эти люди, представителем низшей формы жизни?

Владыка Звезды Цяо уже закрыл глаза в ожидании смерти, но внезапно его тело задрожало, и он вновь их открыл, безжизненно смотря в пустоту. Раны от меча в его теле начали медленно открываться одна за другой.

Они продолжали становиться всё глубже и глубже, будто невидимый меч медленно резал его тело на части.

Последний удар старейшины разрушил его жизненную силу, что привело к постепенному рассыпанию божественных сокровищ. Его физическое тело также было изувечено, так что он был обречён умереть в этом месте.

— Что это даст? — Владыка Звезды опустил голову, презирая старейшину. — У тебя ещё остались силы, чтобы их остановить? Тебе также суждено умереть, старый друг, так что знай своё место и усядься, следуй за мной на ту сторону. Мы можем составить друг другу компанию в дороге к Жёлтым Источникам…

— Скажи мне, какой дорогой они двигаются? — торжественно спросил старейшина.

Владыка Звезды Цяо поднял голову, взглянув на него, после чего его пустой взгляд упал на тьму Великих Руин. Мужчина начал тяжело дышать:

— Они скоро будут там… кмх… кхм… если у тебя остались силы, иди и попытайся их остановить, — резко изменившись в лице, он внезапно схватился за край одежды старейшины и хриплым голосом прокричал. — Я вижу огни ада, огни бесчисленных мёртвых людей Вечного Мира, желающих, чтобы я вернул им их жизни! Останови их! Не позволь гибели этих людей стать моим грехом… Не подходите, не подходите! Это не моя вина, я всего лишь исполнял приказ… За каждое горе кто-то несёт ответственность, на каждый долг есть свой должник. Это не я хотел вашей смерти!

С трудом вырвавшись из его хватки, старейшина в спешке отправился в путь.

Зрачки Владыки Звезды всё сильнее суживались, будто он видел перед собой что-то невообразимо страшное.

— Это не моя вина, я тоже ничего не мог сделать, не просите меня вернуть вам жизни! — кричал обезумевший мужчина. — Я вижу бесчисленных бумажных корабликов, плывущих из Империи Вечного Мира во тьму… Господи, что это? Рога Графа Земли… Ад! Это ад! Спасите меня! Истинные боги, где истинные боги, присматривающие за мной? Придите мне на помощь! Вы обещали, что не отдадите меня на суд Графу Земли… Спасите…

Спустя мгновение дыхание Владыки Звезды Цяо остановилось, а на его лице застыла маска ужаса.

Пуф!

Божественный меч в его руках внезапно превратился в пыль, рассыпавшуюся по земле. Его безжизненное тело упало лицом вниз, как вдруг раны от меча одновременно взорвались, разрывая труп на части.

Старейшина мчался во весь опор во тьму Великих Руин. Его исконный дух продолжал гаснуть и загораться… гаснуть и загораться… пока он делал всё возможное, чтобы активировать остатки своей Ци и крови, не позволяя своему физическому телу умереть, а целеустремлённости исчезнуть.

Старик чувствовал зов смерти, его физическому телу становилось всё труднее и труднее удерживать душу. Смерть подбиралась всё ближе.

Старейшине казалось, будто что-то бежит за ним следом, впрочем, по правде говоря, это чувство преследовало его уже несколько последних лет. Скорее всего это был зов мира Юду. Именно закон небес и земли Юду сковывал его, пытаясь отобрать душу.

Из-за постепенной гибели физического тела старика, сковывающая сила становилась только больше, вместе с чем усиливался и зов из мира тьмы.

Это было воздействием Соглашения Графа Земли, которое каждый человек подписывал в момент рождения. А когда наступало время, и физическое тело умирало, душа должника передавалась Графу Земли, в итоге продолжая вечно жить в тишине мира Юду.

Сохранение физического тела живым позволяло избежать выполнения соглашения. Совершенствуя тело до божественной области, боги добирались до последнего сокровища, в котором был спрятан божественный мост. Перебравшись по нему, исконный дух становился богоподобным, а Соглашение Графа Земли теряло над ним силу.

У старейшины деревни была подобная возможность, но перед смертью, Владыке Звезды Цяо удалось сделать её недостижимой.

Старику оставалось лишь надеяться, что он успеет найти второй отряд богов и дьяволов из Высших Небес. Но даже в этом случае он не был уверен, что окажется в силах дать им достойный бой.

— Я и вправду стар… — бормоча, старик чувствовал колебания своей Ци и крови, едва поддерживающих исконный дух, как вдруг тот задрожал, вот-вот вырываясь из тела, но он и не думал останавливаться для отдыха. Скорее всего, остановившись, он уже не сможет продолжить путь.

Старейшина отчаянно продвигался вперёд, находясь в окружении всевозможных монстров, шуршащих во тьме. Они шли по следах жертвы, ожидая её смерти. Как только он рухнет, они набросятся и разорвут его на части.

Скорость старика постепенно снижалась, он чувствовал, как его покалеченное тело становится всё тяжелее и тяжелее. Внезапно он переполнился печалью и, желая остановиться, горько рассмеялся:

— Кажется, я действительно умираю…

В этот момент он увидел огромную птицу, махающую своими крыльями во тьме. Обогнав его, она приземлилась на вершине горы и сложила крылья, превращаясь в бога с головой птицы и телом человека. Своим клювом существо начало поправлять перья.

— Время вышло, — из клюва раздался человеческий голос.

Старейшина продолжал идти вперёд, но его скорость становилась всё ниже.

— Дай мне ещё минуту! — старик услышал свой голос, будто раздавшийся на расстоянии десятков тысяч километров, отдалённый и неясный. — Дай мне ещё минуту, у меня незаконченные дела.

Птицеголовый бог бросил на него странный взгляд, после чего повторил:

— Время вышло.

— Пожалуйста, подожди, — старейшина услышал всхлипывание в своём голосе. — Пожалуйста, подожди ещё минуту. Я не хочу, чтобы Империя Вечного Мира превратилась в ад. Я всё ещё могу сражаться. Я Император Людей этой земли, в конце то концов. У меня есть ноша и ответственность…

Во тьме раздалось хихиканье, птицеголовый бог будто издевался, отчего старейшина впал в ярость:

— Ты смеешь смеяться надо мной? Несмотря на то, что я стар, мои стремления не изменились!

Бог взмахнул своими крыльями, подлетая ввысь, чтобы отогнать монстров, спрятавшихся во тьме. Сделав несколько кругов, он приземлился на ветке неподалёку:

—  Я смеюсь с воина в упадке, погрязшем в бессмысленной горечи от того, что у него не осталось сил.

Проигнорировав его слова, старейшина продолжил плестись вперёд. Спустя мгновение он увидел, что птицеголовый бог остановился впереди, зовя к себе:

— Время идти. Если ты не сделаешь этого, придёт вестник смерти! Тебя заждался старый друг из Фэнду.

— Я всё ещё могу сражаться…

Старик увидел, что его лицо почернело, а аура смерти поглотила тело по шею, подталкивая мозг к смерти.

Его божественные сокровища начали рушиться, но исконный дух всё ещё стоял на Сорочьем Мосту, вот только под ним уже раскинулась бездонная, безграничная тьма.

Это было его Божественное Сокровище Божественного Моста, место, в котором не могло быть ничего инородного, но сейчас что-то пыталось прорваться внутрь.

Это был мир Юду.

Физическое тело старика уже было мёртвым, поэтому Юду пытался добраться к нему в его божественных сокровищах…

Из бескрайней тьмы вокруг в божественное сокровище вплыл бумажный кораблик, приближаясь к исконному духу.

Он должен идти, в противном случае, Граф Земли заберёт его исконный дух.

Он посмотрел на противоположный конец Сорочьего Моста, на котором начинался Мост Загадочного Путеводителя. Впрочем, между двумя мостами было приличное расстояние, а чтобы войти в область богов, нужно было совершенствовать Секреты Божественного Перехода.

Тем не менее, его Ци и кровь окончательно иссякли, следовательно, Ци уже некоторое время совершенно не циркулировала по его мёртвому телу.

Выполнить Секреты Божественного Перехода было невозможно.

— Будучи Императором Людей, я хочу продолжить сражаться! — он сердито взревел, но так и не услышал своего голоса. В этот миг перед ним возник корабль, вплывающий во тьму Великих Руин.

Судно напоминало трёхногую жабу, созданную из гор и лучей лунного света. На его борту гигант размахивал полуразрушенной луной, едва не убивая с первого удара какого-то бога!

Старейшина ошеломлённо застыл.

Это был Корабль Луны.

Раньше ему уже доводилось видеть этого исполина, ведь именно на нём Цинь Му добрался к “деревне Беззаботной”, когда искал его и остальных.

Разве он мог ожидать, что увидит Корабль Луны снова?

В этот миг с ним пытался сразиться бог Высших Небес, но Цинь Му оказался более жестоким в сравнении с Янь Цзинцзин… он попросту замахнулся луной и врезал ею по врагу, совершенно не задумываясь о последствиях.

Помимо юноши, на борту находился цилинь, на спине которого сидела белая лиса и Сы Юньсян. Кроме того, неподалёку извивался сапфирово-синий Божественный Король Драконов Наводнения, готовый сразиться с другими богами Высших Небес.

— Му’эр… — по лицу старейшины потекли слёзы, и его сердце неожиданно успокоилось, постепенно останавливаясь.

Птицеголовый бог повернулся к нему, говоря:

— Теперь ты спокоен? Идём, Король Яма ждёт тебя.

С последним ударом сердца старейшина улыбнулся:

— Я не собираюсь сдаваться перед старостью, — его исконный дух оттолкнулся от Сорочьего Мост, устремившись в сторону Райских Небес на противоположной стороне. — Я был рождён богом войны! Я никогда не приму смерть!

Исконный дух старика громко рассмеялся, а его жизненная Ци беспрепятственно вырвалась наружу, с ослепительным сиянием двинувшись к Райским Небесам.

Казалось, что этот миг длился вечность…

Тем не менее, его физическое тело упало.

Посмотрев в сторону звука, Цинь Му увидел, как старейшина деревни медленно превращается в каменную статую.

Глава 426. На Мосту Беспомощности

Бах.

Окаменевший старейшина деревни без четырёх конечностей упал около Корабля Луны. Теперь он был скульптурой старика, пережившего множество жизненных перипетий. Морщины на его лице, казалось, были вылеплены трудностями и сформированы эрозией времени. Но даже окаменев, он с облегчением смотрел в сторону своего внука.

Цинь Му вспомнил нежную и любящую улыбку старейшины, с которой тот смотрел на него пока лежал в кресле-качалке, и его сердце затопила неописуемая печаль:

— Старейшина…

Тьма была вокруг него, отчего призрачное свечение, исходящее от каменной статуи, напомнило ему о слегка упрямом старике, который хотел упорно защищать его даже после того, как он ушёл.

— Дедушка… — капельки слёз, похожие на лунный свет, скатились с глаз юноши. Они парили в небе, сверкая в лунном свете, как вдруг раздались жалкие крики Божественного Короля Драконов Наводнения, и он закрыл глаза, чтобы избавиться от слёз.

Благодаря защите дракона Цинь Му удалось забраться глубоко в Великие Руины и ворваться в место, которое он некогда ошибочно принял за деревню Беззаботную, место, где был огромный сухопутный корабль, построенный Министерством Небесных Работ.

Управляя Кораблём Луны, он собирался войти в Колодец Луны, но встретил другую группу богов Высших Небес. Правда их было всего трое.

Три бога не вели себя хвастливо, как Владыка Звезды Цяо и остальные, превращаясь в звёздный свет, чтобы второпях пройти свой путь. Они путешествовали по земле, да к тому же ещё и подавляли свой божественный свет, испуская лишь слабое свечение, достаточное чтобы отогнать монстров обратно во тьму.

Когда Цинь Му столкнулся с ними, один из богов подумал, что он был всего лишь особенностью тьмы, и сразу же обратился к нему на языке бога:

— Высшие Небеса заняты важным делом, монстры, изыд… — не успев даже закончить мысль, он, само собой разумеется, сразу же получил от Цинь Му разрушительный удар.

Будучи застигнутым врасплох луной, которая обрушилась на него сокрушительной кометой, все его кости были переломаны!.. И только тогда два других бога поняли, что встретили сильного врага!

Цинь Му отличался от Янь Цзинцзин. Той нужно было осторожничать, чтобы не повредить солнце, но ему не о чем было беспокоиться, ведь его не интересовали никакие последствия. Он сражался с двумя богами на протяжении тысячи километров, пока ему таки не удалось покалечить второго бога с одной лишь грубой силой. Причиной же такого долго боя послужила сломанная луна Корабля Луны, явно уступающая в этом вопросе солнцу Корабля Солнца…

Корабль Солнца обладал полным солнцем, в то время как луна Корабля Луны уже погасла и даже треснула. После такой длительной битвы, Корабль Луны пребывал в плачевном состоянии, в то время как две цепи, удерживающие луну, просто оборвались. И в придачу ко всему этому… Цинь Му, увидев старейшину в таком состоянии, был шокирован до глубины души. Вид его дедушки, превращающегося в каменную статую и падающего с неба, пробудил в нём эмоции неописуемой печали.

Боевая мощь бога-дракона была похожа на таковую у Владыки Выращивания Драконов, чьи способности уступали другим богам Высших Небес, поэтому в момент дезориентации своего боевого напарника, бедолага получил тяжёлое ранение.

Между тем Цинь Му открыл глаза и поднял руку, чтобы ослабить хватку на божественных колоннах, желая прикоснуться к по доброму улыбающейся ему каменной статуе, но его огромная ладонь, не тронув изваяние, прошла мимо.

Вьюх!

Схватив ладонью свисающую вниз цепь, его волосы вздыбились в гневном порыве. Цепь пронеслась сквозь тьму, чтобы связать ранившего дракона бога Высших Небес, плотно обвиваясь вокруг него. Другой рукой он потянул луну, обрушив её прямо на бога.

Божественный Король Драконов Наводнения совсем не по драконьи вскрикнул от удивления, что не удивительно, ведь он находился совсем рядом, и если бы попал под удар, то был бы уже мёртв или близок к этому!

Он покатился и поспешил уйти, чтобы избежать удара, но луна скользнула мимо него, соскабливая огромную чешуйку и заставляя стиснуть клыки от жгучей боли, а по щекам покатиться слёзы.

Бабах!

Сломанная луна ударила в тело вражеского бога, встряхнув все горы в округе. Монстры во тьме завизжали от изумления или даже страха, разбежавшись во все стороны.

Бум!

Цинь Му не сказал ни слова и взмахнул сломанной луной, ударяя ей снова, снова и снова. Куски камней размером с горы отпадали от неё, прежде чем ею же превращались в порошок.

Раненый бог посмотрел на гиганта со страхом и, игнорируя страшную боль, быстро убрался прочь. Слышал приближающийся позади него шаги врага, его сердце трепетало, а тело покрывалось мурашками.

«Этот парень сумасшедший. Он, должно быть, сумасшедший… Я не потеряю свою жизнь столь жалко! Я здесь, чтобы выполнить поручение вышестоящих, я не должен умереть!» — он поспешил вдаль, как вдруг сзади раздался громкий треск.

Из-за такого обращения луна попросту раскрошилась, заполоняя камнями всё небо.

Без поддержки луны Цинь Му тут же почувствовал угасающую силу, и теперь ему приходилось полагаться на божественные искусства области Шести Направлений. Если бы искалеченный бог обернулся, он мог бы легко убить ослабшего паренька лишь поднятием пальца, вот только он был напуган до смерти и не оглядываясь бежал прочь.

Тяжело задыхаясь, Цинь Му сидел на потрёпанном Корабле Луны. Цилинь смотрел на него в страхе, в то время как другие Драконы Наводнения, прячась за своим собратом, дрожали… смотря на юношу, в их взглядах читался лишь ужас.

Толстые цепи свисали вниз, но у Корабля Луны больше не было былой ужасающей ауры, а кольца струящегося лунного света бесследно исчезли под напором клокочущей тьмы, но монстры внутри неё держались на отдалении, не решаясь приблизиться.

Цинь Му посмотрел на улыбающуюся каменную статую перед Кораблём Луны.

Улыбка была удовлетворённой.

— Ты всё ещё жив, ты должен быть жив! Божественный король! — изо всех сил пытался встать паренёк, говоря. — Иди, подними эту статую!

Дракон был покрыт ранами с лап до головы, еле как передвигаясь, но он всё же послушался и напрягся в попытке поднять каменную статую, в итоге поднимая. Цинь Му очень нервничал и крикнул:

— Ну как? Она тяжёлая?

Божественный Король Драконов Наводнения быстро положил каменную статую вниз и правдиво ответил:

— Очень!

— Ношение каменной статуи эквивалентно ношению бога, слепой не солгал мне… Ты действительно жив. Ты просто живёшь не в нашем мире, а в каком-то другом месте! Ты похож на другие каменные статуи Великих Руин, иногда просыпающиеся во тьме, — Цинь Му громко рассмеялся, и после какого-то времени вдруг начал вытирать слёзы с глаз. — Я видел, как каменная статуя ожила и оседлала цилиня, чтобы подавить восстание, ты тоже можешь это сделать, верно?

Сы Юньсян посмотрела на ещё совсем молодого Владыку священного культа и вдруг почувствовала, что сердце несравненно хитрого мальчишки, прозванного великим дьявольским королём, было на самом деле чистым. Мало того оно было ещё и хрупким.

Можно было с уверенность сказать, что под его твёрдым и стойким покровом скрывалось мягкое сердце.

Цинь Му вытер слезы и громко крикнул:

— Ты вернёшься, не так ли? Если я заплачу, ты будешь смеяться надо мной и скажешь, что я всё ещё слабый ребёнок!

Подозвав к себе дракона-бога, он забрался на его спину вместе с остальными. Горе и радость на его лице исчезли, оставив после себя только пустоту:

— Давай! В погоню за тем убегающим богом. Мы не можем позволить ему добраться до Вечного Мира живым!

Сапфировый дракон кивнул и погнался за искалеченным богом. Цинь Му обернулся, глядя на постепенно исчезающую во тьме каменная статуя старейшины, и крепок-накрепко запечатлел это место в своих воспоминаниях.

— Неважно, куда отправится твоя душа, я найду тебя. Ты — моя семья, моя родня… — он поднял голову, чтобы посмотреть на безграничную тьму. — Даже если ты окажешься в руках Графа Земли, я наведаюсь к нему и потребую вернуть!

— Ваше Величество, мои раны очень тяжелы, даже если мы догоним того бога, мы не сможем оказать ему достойное сопротивление, — осторожно сказал Божественный Король Драконов Наводнения.

Цинь Му поморщился:

— Я приготовлю пилюли, чтобы исцелить твои раны, так что ты можешь быть спокоен. Кроме того, вокруг так много драконов наводнения — он не сможет вырваться из моих рук.

Сапфировый драконий бог всё ещё немного волновался: «Надеюсь тот бог пройдёт мимо Вздымающейся…»

****

В Фэнду, в Царстве Живых Мертвецов. Бог с птичьей головой провёл старейшину деревни мимо каменной скрижали.

Старик опустил голову, в итоге увидев, как его тело медленно восстанавливается. Его сердце росло, за ним последовали голова, тело и даже конечности.

Он почувствовал, как в нём заплескалась жизнь.

— Царство Живых Мертвецов поистине удивительный мир, — он посмотрел на бога с птичьей головой. — Если я уйду отсюда, я буду жив или мёртв?

Бог покачал головой и ответил:

— Конечно, ты будешь мёртв. Но ты оказался очень даже удачлив, прежде чем умерло твоё физическое тело тебе удалось остановить дыхание. Но перестань думать о нём. Если ты пройдёшь мимо этого пограничного камня, твоя плоть и кости растворятся. Ты больше не принадлежишь реальному миру. Пойдём, тебя ждёт старый друг.

Старейшина последовал за ним, как вдруг он остановился и с горькой улыбкой сказал:

— Я не привык к тому, что у меня есть ноги и руки…

Пройдя через врата ада Фэнду, он пришёл в первый большой город, один из многих в Фэнду. Место, куда они вошли, казалось, только что пережило огромную битве, поскольку повсюду виднелись следы войны.

— Твой старый друг ждёт на Мосту Беспомощности, это прямо там! — бог с птичьей головой остановился и поднял когти, двигая клювом вперёд.

— Ты всё ещё ненавидишь меня? — с улыбкой спросил старейшина.

— Я ненавижу запах живого, — бог взмахнул крыльями, пытаясь улететь. — Ты до сих пор можешь дышать своим физическим телом, это делает твой запах мерзким для меня.

Зашагав вперёд, через несколько вдохов времени старик увидел тот самый Мост Беспомощности.

На мосту спиной к нему стоял высокий и крепкосложенный человек, а под ним всё было туманно, не хватало ясности.

Старейшина был ошеломлён, чувствуя, что спина была несколько знакома. Он быстро подошёл к Мосту Беспомощности. Его шаги становились всё быстрее и быстрее:

— Ты…

Человек повернулся, улыбаясь:

— Наконец-то ты пришёл. Я ждал тебя очень долго. Все эти годы…

Старейшина в наглую сбросил его с моста, яростно ругая:

— Ты, старый ублюдок, обманул меня, чтобы я стал Императором Людей, и нёс бремя, пока ты прятался здесь, живя свободной и счастливой жизнью! Перестань притворяться мёртвым и заберись на мост, чтобы я мог забить тебя до смерти! Мастер? Ты там живой?

Под мостом закружился туман, и появилось чудовище, которое попыталось схватить падающего человека, дабы утащить вниз.

Потрясённый старейшина хотел спасти мастера, но вдруг остановился. Спустя всего мгновение мужчина отбился от монстра и, тяжело дыша, снова взобрался на Мост Беспомощности.

Старейшина поднял ногу, желая пнуть его, но мужчина сразу поднял руки:

— Хватит, стой. Я действительно мёртв, иначе я бы не передал тебе Печать Императора Людей. Мой труп и кости уже разложились в грязи, будучи похоронены вне Зала Императоров Людей. Если ты мне не веришь, можешь пойти и выкопать их!

Старейшина подозрительно спросил:

— Ты ведь не врёшь мне опять?

— Для чего? Сюда попадают лишь мертвецы, — сказал мужчина, улыбаясь. — Я познакомлю тебя с твоим старшим мастером. Он умер чуть раньше меня.

Глава 427. Из общего происхождения

Старейшина деревни шёл следом за мужчиной, увидев в городе Фэнду следы недавней битвы. Некоторые боги и дьяволы до сих пор были окружены бумажными человечками и лошадками, что повергло его в недоумение.

— В Фэнду только что произошла ужасная битва. Король Яма лично повёл нас сражаться против Юду, — проговорил мужчина. — Впрочем, это не впервые, между нами часто возникали конфликты. В этот раз всё произошло из-за вторжения Юду. Они всегда наблюдают за ситуацией за пределами Великих Руин, и когда узнали, что на Империю Вечного Мира надвигается великая катастрофа, сразу же бросились собирать себе души погибших, но мы сумели отогнать их обратно.

Старейшина был ошеломлён. Война между Юду и Фэнду?

Он представить не мог, что во тьме Великих Руин могло происходить что-то подобное!

Между двумя мирами бушевала война, но мир Великих Руин оставался тихим и мирным. Не существовало никаких следов происходящего, что казалось попросту невозможным!

“Великая катастрофа” и “собирание душ”, о которых говорил мужчина, повергали старика в ещё больший шок. По его коже пробежал мороз, всего лишь несколько слов старого мастера хватило, чтобы погрузить его в глубокие размышления.

Более того, незнакомец упоминал, что между Фэнду и Юду произошло несколько конфликтов. Это значит, что существовало много секретов, о которых люди смертного мира ничего не знали!

Они подошли к какому-то особняку, и мастер постучал в дверь, улыбнувшись мужчине вышедшему навстречу:

— Старый пердун, я привёл к тебе подопечного твоего ученика! Ученик, будь добр, войди и поздоровайся со своим праучителем!

Старейшина злостно пнул его в промежность, крича:

— Как ты смеешь так говорить с моим праучителем? Тебе он тоже приходится учителем, так что прояви немного уважения!

Мастер старейшины разозлился:

— Он обманом вынудил меня взять на себя эту роль, и ты даже представить не можешь, сколько всего мне пришлось из-за неё вытерпеть! Моя семья развалилась, друзья погибли один за другим, так что называя его старым пердуном я ещё сильно сдерживаюсь! Кроме того, я ведь тоже твой учитель, где твоё уважение? Ну и характер у тебя появился, нужно его выбить!

— Прекратите! — старик впал в ярость. — Мы все — Императоры Людей, нам не гоже так себя вести. Идём, я отведу вас к своему учителю. Старый мерзавец обрадуется, когда увидит, что вы тоже мертвы!

Старейшина и высокий старик сбоку разозлились. Первый проговорил:

— Праучитель, несмотря на то что он ваш мастер, нам он тоже приходится праучителем, нельзя называть его мерзавцем.

Старец ухмыльнулся:

— Подлец обманом заставил меня стать Императором Людей, что сделало мою жизнь невообразимо тяжёлой и забрало из неё любую радость. Если бы он ещё не умер, то я сделал бы всё возможное, чтобы убить его! Идём, я вас с ним познакомлю!

Старейшина и его учитель тревожно переглянулись:

— Добрый ученик, ты передал звание Императора Людей?

Старик кивнул.

Мрачно вздохнув, высокий мужчина проговорил:

— Когда твой последователь умрёт, он обязательно найдёт это место чтобы избить и отругать тебя за то, что ты испортил ему жизнь.

Нервно качая головой, старейшина проговорил:

— Му’эр хороший ребёнок, он не посмеет сделать чего-то подобного. Он самый добрый…

Обернувшись к нему, мастер ухмыльнулся:

— Я ожидал, что после смерти ты обнимешь меня и расплачешься от разлуки, но вместо этого ты меня пнул! Если ты так себя ведёшь, то что уже говорить о человеке, которого ты воспитывал? Просто подожди, пока он умрёт и побьёт тебя! Ты когда-нибудь лгал ему?

Лицо старейшины мгновенно стало темнее грозовой тучи, и он пробормотал:

— Я солгал, что у него Тело Тирана, из-за чего парень начал довольно усердно трудиться.

— Что за Тело Тирана? — с любопытством обернулся старик.

Старейшина рассказал им всю историю, чем ошеломил парочку старых дьяволов. Потеряв дар речи на некоторое время, они смогли лишь протянуть к старейшине руки, показывая большой палец.

— Ты труп! — раз за разом повторяли они. — Такой безжалостной лжи мы ещё не слышали, он точно тебя убьёт. Несмотря на то, что мы тоже лгали своим ученикам, до подобного уровня мы не скатывались. Молодец, ты заставил его прожить всю жизнь во лжи. После смерти он точно не остановится лишь на избиении и назывании тебя старым пердуном.

На лице старейшины до сих пор было мрачное выражение. Он начал себя успокаивать:

— Му’эр не сделает подобного, не сделает, он самый добрый ребёнок…

— Разве ты когда-то не был верным ребёнком? Ты невероятно хорошо ко мне относился, но сбросил с моста, как только увидел снова!

— Заткнись, старый ублюдок!

****

Божественный Король Драконов Наводнения мчался по следу раненного бога вплоть к горному хребту Разрушенный Богом. Борясь со слабостью, Цинь Му непрерывно готовил пилюли для лечения ранений монстра.

Использование Корабля Луны сильно его истощало. Луна была сокровищем, выкованным богиней Цзы Цин, но уже давно погасла и не могла предоставить достаточно энергии для судна. Чтобы приводить его во движение, Цинь Му приходилось жертвовать своей жизненной силой.

Выловив новое солнце для Пастухов Солнца, он исчерпал почти весь запас своих жизненных сил и едва сумел восстановиться, валяясь в пруду Чистого Ян. И использование Корабля Луны тоже сильно истощило его. К сожалению, повреждения трехногого исполина были намного серьёзные, чем у “солнцеликого” собрата, а пруд Чистого Инь давно высох, отчего у него не было возможности восстановиться. Возвращаясь в норму, он мог надеяться лишь на себя.

Однако, так как преследование раненного бога ещё не закончилось, у парня не было времени заняться своим лечением.

— Бог Высших Небес не пошёл вдоль Вздымающейся, — уголки глаз Цинь Му сжались, а его сердце на мгновение замерло.

Если бы бог проходил неподалёку от реки Вздымающейся, можно было заручиться поддержкой Короля Драконов Реки Вздымающейся. Его силы, объединённой с мощью Божественного Короля Драконов Наводнения, могло бы хватить, чтобы разобраться с противником.

Но так как они не проходили возле реки, даже если бы сапфировый дракон смог догнать врага, шансов на успех в битве было немного.

— Если я использую Секреты Драконьего Контроля и заполучу силу Драконов Наводнения, то смогу сражаться, — юноша обернулся, смотря на Драконов Наводнения, лежащих возле цилиня. Он слегка сомневался в своей идее, так как участие в такой сложной битве означало, что монстры могут сильно пострадать, либо и вовсе погибнуть. Как только это произойдёт, у него не окажется сил для самозащиты.

К Разрушенному Богом на границе Великих Руин оставалось около трёх тысяч километров, но даже с такого расстояния они смогли разглядеть происходящую там битву.  Цинь Му ощущал на себе ужасающие волны силы, время от времени вызываемые столкновениями оружия и божественных искусств.

Он даже видел размытые силуэты ножей мясника, а высоко в небе издавала красное свечения печь немого.

Без сильного старейшины деревни, кто из мясника, немого и Королевы И выживет?

«Старейшина…» — Цинь Му ощутил острую боль в сердце и немедленно отбросил любые отвлекающие мысли, снова фокусируясь на приготовлении пилюли и лечении ранений Божественного Короля Драконов Наводнения.

Перед ними засияло светлое небо, на горизонте поднималось солнце, своими первыми лучами освещая поле боя.

Сердце Цинь Му сжалось. Бог уже вступил на территорию Империи Вечного Мира, по всей территории которой было разбросанно метеорологическое оружие… и если ему удаться найти хотя бы одно из них, империя потерпит катастрофические потери. Счёт жертв пойдёт на сотни миллионов!

Состояние ран Божественного Короля Драконов Наводнения значительно улучшилось, отчего скорость их движения начала увеличиваться. Осматривая следы бога, монстр неожиданно обрадовался:

— Ваше Величество, ранения бога разорвались, и он замедлился! Мы быстро его догоним!

Цинь Му расслабился:

— Сохраняй спокойствие и продолжай погоню. Его ранения и вправду очень серьёзны, в противном случае он бы сбежал, не оставив после себя и следа.

Дракон успокоился, ведь несмотря на то, что он владел необычайной мощью, его нервы и выдержка значительно уступали даже цилиню. Каждое его действие сопровождалось страхом и переживанием.

Преодолевая последние три тысячи километров к Империи Вечного Мира, отряд замечал, что скорость бога продолжает снижаться. Они становились всё ближе и ближе к следу крови, который оставлял после себя бог, заставляющем траву и растительность стремительно расти. Стало очевидно, что раны противника и вправду разорвались, полностью открывшись, и он не мог контролировать божественную кровь в своём теле…

Но внезапно божественная кровь и остальные следы исчезли.

— Он заметил, что мы его преследуем, и спрятал свой след!

Сапфировый дракон обнюхивал окрестности, но так и не смог найти ни малейшего следа бога. Неожиданно его тело задрожало, порождая бесчисленное количество водяных Драконов Наводнения, начавших рыскать вокруг.

Сы Юньсян подлетела в воздух, оглядываясь. Она смогла разглядеть город впереди, и проговорила:

— Владыка, на юге от нас находится город Фиолетового Целомудрия. Неужели бог отправился туда?

Цинь Му хотел встать со спины дракона, но его ноги подкосились, заставив упасть обратно. Задыхаясь, он проговорил:

— Город Фиолетового Целомудрия? У нашего священного культа там есть какая-то власть?

— Да, северная сторона города, граничащая с Великими Руинами, тепла, будто весна, на протяжении всего года. Это место отлично подходит для выращивания странных зверей, так что живёт там мастер Чертога Десяти Тысяч Зверей. Его предприятие огромно, и использует все окрестные горы в качестве пастбищ. Когда животные вырастают, их продают армии имперского двора, — Сы Юньсян происходила из семьи Сы, контролирующей все деньги Небесного Святого Культа, поэтому хорошо разбиралась в делах подобного характера. — Чертог Десяти Тысяч Зверей — это очень важный источник дохода нашего культа.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му улыбнулся:

— Тогда отправляемся в город. И вызови Мастера Чертога Десяти Тысяч Зверей на встречу со мной. Бог вошёл в Империю Вечного Мира, а значит вошёл в земли нашего священного культа. Как бы он не старался, разве возможно спрятаться от моих ушей и глаз?

Сы Юньсян забралась на цилиня, отправляясь в город Фиолетового Целомудрия. Цинь Му, в свою очередь, осматривал окрестности вместе с драконами, поэтому продвигался немного медленнее. Впрочем, ему так и не удалось найти следов бога.

Спустя некоторое время они добрались к окраинам города и, даже не успев войти в него, Цинь Му увидел крупного мужчину, движущегося ему навстречу вместе с Сы Юньсян.

Мужчина поклонился в приветствии, на что юноша махнул рукой:

— Мастер Чертога знает, как можно найти след раненного бога?

— У Владыки случайно нет обрывка его одежды? — спросил Мастер Чертога Десяти Тысяч Зверей.

— Нет, но я захватил немного его божественной крови, — достав маленькую бутылочку, ответил Цинь Му. — Можно её как-нибудь использовать?

Вздохнув с облегчением, Мастер Чертога засвистел. Внезапно к нему подбежала стая огромных чёрных собак. У зверей были худые талии, шеи и ноги, что помогало им развиваться невероятно высокую скорость.

— Это смесь Небесных Собак Великих Руин и домашних псов, им нет ровни в нахождении следа, — Мастер Чертога Десяти Тысяч Зверей взял нефритовую баночку и дал чёрным собакам понюхать кровь внутри. Несколько существ тут же подпрыгнули, будто взлетая, и отправились в погоню. Спустя некоторое время земля задрожала, и из-под неё выбрался отряд гигантов, которыми оказались крысы, напоминающие дикобразов. Обнюхав баночку, они вернулись обратно в землю, начиная поиски.

В небе раздался одинокий крик, с которым к земле понеслась стая огромных птиц. До того, как они приземлились, в воздух поднялось гигантское облако пыли, после чего перед отрядом возникла группа золотых орлов с размахом крыльев в несколько метров. Понюхав кровь бога, они взмахнули крыльями и улетели вдаль.

— Владыка, осталось дать запах жертвы Угрям Кровяных Драконов, — проговорил Мастер Чертога Десяти Тысяч Зверей. — Они отлично умеют искать в воде.

— Владыка Чертога очень внимателен, — похвалил Цинь Му.

Войдя в город Фиолетового Целомудрия, Цинь Му спросил:

— В окрестностях не происходило ничего странного за последнее время? К примеру, появление из-под земли каменных статуй или сокровищ?

— Случилось, в самом сердце города. Около десяти дней назад в самом известном месте города — Благоухающем Колодце, внезапно перестала течь вода. Земля задрожала, и наружу показалась гигантская бутылочная тыква. Она обделана золотом и имеет пятнадцать метров в высоту. На её поверхности много рун, но я не могу понять их значения, — сообщил Мастер Чертога Десяти Тысяч Зверей. — Местный судья приказал перекрыть окрестности Благоухающего Колодца, запрещая к нему кому бы то ни было приближаться. Он сказал, что таков приказ Императора.

Сердцебиение Цинь Му начало ускоряться, и он проговорил:

— Быстро, идём туда!

Спеша к колодцу, Мастер Чертога улыбнулся:

— Перед Благоухающего Колодца … Ээм?

Золотые орлы кружились в небе над строением, в то время как огромные чёрные собаки мчались по земле в его сторону. Под ногами отряда пронеслась дрожь, гигантские крысы время от времени высовывали головы из-под земли, осматриваясь.

Сердце Цинь Му немедленно подобралось к горлу. Бог из Высших Небес прямо сейчас в городе, рядом с Благоухающим Колодцем!

— Пусть все быстро покинут город Фиолетового Целомудрия!

Глава 428. Угрозы и Обещания

Сердце Мастера Чертога Десяти Тысяч Зверей сжалось, и он отправился сообщить об этом местной администрации, как вдруг Цинь Му, склонив голову набок, остановил его:

— Постой, им нельзя уходить, — Мастер Чертога был ошеломлён, но Ху Лин’эр и Сы Юньсян мгновенно поняли, что имел в виду Цинь Му, к тому же он это тут же подтворил дальнейшими словами. — В этом нет смысла. Если метеорологическое оружие активируется, никто не сможет убежать. Даже если они доберутся к столице, им всё равно не удастся избежать разрушительных последствий взрыва. Подобно оружие может выстрелить на тысячи километров, не говоря уже о том, что если использовать его на полную катушку, оно, вероятно, сможет накрыть всю Империю Вечного Мира.

Холодок пробежался по спине Мастера Чертога Десяти Тысяч Зверей. Они находились за десятки тысяч километров от столицы, но даже оказавшись там, они всё ещё будут в опасности? Что за оружие такое появилось в Благоухающем Колодце?

Цинь Му поправил рубашку и неспешными шагами направился к колодцу. Ведя себя совершенно расслабленно, он сказал:

— Людям нельзя покидать город, — Сы Юньсян удивлённо приподняла бровь, в то время как он продолжил с шёпотом, но с напором. — Люди в этом городе — заложники бога. Если мы их отпустим, он тут же активирует артефакт, начав стихийное бедствие!

Посмотрев на него, Сы Юньсян вздрогнула. Сила метеорологического оружия была слишком велика, они в этом убедились на собственной шкуре ещё в поместье бабушки Сы. Тогда из Котла Землетрясения было высвобождено меньше одного процента силы, тем не менее, та навредила Имперскому Наставнику, старейшине деревни и остальным экспертам своими толчками. Остаточная энергия даже преодолела путь в несколько сотен километров и солидно сотрясла горы!

Если бы люди в городе остались, они оказались бы в эпицентре взрыва, а значит умерли бы в разы быстрее и с меньшей болью.

— Кхе-кхе, — бог дважды кашлянул, его тело было слабым. Следом за кашлем из Благоухающего Колодца послышался насмешливый голос. — Малыш, ты преследовал меня всю дорогу, а не боишься ли ты, что я активирую Кувшин Пяти Гроз?

— Кувшин Пяти Гроз? — поднимаясь по ступенькам вместе с явно принуждённым Божественным Королём Драконов Наводнения, Цинь Му приближался к колодцу. — Это сокровище называется Котлом Пяти Гроз? Могу я спросить, какие Пять Гроз в нём?

Сапфировый дракон посмотрел на двор спереди и слегка нахмурился. Он потряс своим телом, и оно мгновенно уменьшилось, приняв форму юноши в сапфирово-синей мантии. В некоторой степени он выглядел свирепо, но в то же время неплохо.

Цилинь встряхнул своим телом и втянул живот, но тот предательски выскочил обратно. Ху Лин’эр немедленно закрыла лицо и со смущением сказала:

— Толстячок, больше не называй меня сестрой Лин’эр. Мне так стыдно…

— Ма-ха-ха-ха, — вскрикивая, другие Драконы Наводнения обнажили свои клыки и размахивали когтями. Они также потрясли телами, но никто из них не принял людской облик, вместо этого они все втянули животы и резко их расслабили.

«Присоединившись к нам, эти ребятки становятся всё жирнее. У них даже начали выпирать маленькие животики! Я должна сказать молодому мастеру, чтобы он посадил их на диету!» — осмотрев драконов с серьёзным лицом, подумала Ху Лин’эр.

Драконы Наводнения не учились искусству трансформации, Владыка Выращивания Драконов растил их только для сражений. Он никогда не относился к ним, как к своим ученикам, поэтому не учил их человеческому языку.

Цинь Му заставил всех подняться по ступенькам, оказываясь перед огромным двором, как в большом поместье. В центре находился Благоухающий Колодец, известный на весь город Фиолетового Целомудрия.

Место было историческим. Ходили слухи, что когда-то земля была бесплодна, поэтому, когда группа беглецов убегала от солдат без питьевой воды на про запас, большинство из них умерло от жажды. Выжившие тогда молились небесам, и, как бы это невероятно не прозвучал, произошло чудо. Земля закружилась и треснула, открыв глубокий колодец с невероятно вкусной водой. Так и появился, якобы, тот самый Благоухающий Колодец.

Вокруг него был выстроен кирпичный двор с хорошей охраной, многие из которых были практиками божественных искусств. Было три уровня защиты внутри и три снаружи, но прямо сейчас все практики спали на земле непробудным сном. Было очевидно, что это дело рук бога.

— Пять Гроз классифицируются по направлениям — север, юг, восток, запад и центр, образуя собой пять великих грозовых облаков.

Паренёк вошёл во двор и увидел, что Благоухающий Колодец попросту перестал существовать, так как раскололся изнутри от огромного сокровища. На самом деле он не выглядел как бутылочная тыква, а как специально сделанный в такой форме из зелёного нефрита. Он было примерно пятнадцать метров в высоту, и руны, которые появились на нём, выглядели как облака, но не облака, как дракон, но не драконы, как молнии, но не молнии…

Под бутылочной тыквой сидел довольно несчастный мужчина с рогом. Он был весь в травмах, из-под его кожи даже торчали несколько довольно ужасно выглядящих сломанных костей. Его нога была сломана, сильно кровоточа, а большая часть ступни уже даже сгнила.

Цинь Му не мог не чувствовать печали, спросив с беспокойством:

— Как твои травмы, брат?

— А ты как думаешь? Это же ты искалечил меня! — ответив грубым тоном, однорогий недовольно взглянул на юношу, чуть не превратившего его в котлету луной. После чего, как если бы этого было недостаточно, тот преследовал его до самого города… и сейчас осмелился с такой вежливостью спросить, что у него с травмами?

Юноша покраснел от стыда, показывая извиняющуюся улыбку:

— Врач относится к пациенту, как родители к ребёнку. По правде говоря, я обучен искусству исцеления и известен как божественный врач со священными руками. Я крайне милосердный, и часто лечу людей только увидеть их выздоровление, а большего мне и не надо. Я не могу безучастно смотреть на раненых людей, и, когда я увидел твои раны, моё сострадание пробудилось. Если ты готов мне поверить…

— Нет! — однорогий бог ехидно оскалился. — В словах больше нет нужды. Кувшин Пяти Гроз содержит пять грозовых облаков, которые не очень велики, но их вполне хватит, чтобы накрыть собой всю территорию Империи Вечного Мира. В облаках есть божественное оружие огненного колокола, один звонок в колокол и вся империя будет уничтожена! Ты преследуешь меня всё это время, а ты не боишься, что я активирую его?

Цинь Му сделал пару шагов, приближаясь к сокровищу и сказал с улыбкой:

— Как я могу не бояться? Но если я перестану за тобой гнаться, ты же всё равно активируешь Кувшин Пяти Гроз? Да и не только его, ты активируешь все метеорологические оружия. Одного котла будет недостаточно, чтобы убить всех людей Вечного Мира, однако, если ты активируешь и остальные, это обернётся воистину смертельной катастрофой. Подожди, как мне обращаться к тебе, старший брат?

Однорогий бог посмотрел на юношу, которым был Божественный Король Драконов Наводнения, и тот сказал:

— Ваше Величество, это Бай Си с Высших Небес.

— Старший Брат Бай Си, — серьёзно сказал Цинь Му. — Тот факт, что ты до сих пор не активировал Кувшин Пяти Гроз, означает, что ты готов на переговоры. В таком случае почему бы нам не перейти к делу?

— Что ты предлагаешь? — спросил Бай Си, чьи глаза располагались немного дальше друг от друга чем у обычных людей, к тому же они были маленькими и круглыми.

— Ты отправишься в Великие Руины и превратишься в каменную статую, так ты сумеешь выжить, — с улыбкой, сказал юноша.

Бог громко рассмеялся, его голос звучал как огромный колокол:

— Такой сопляк, как ты, ожидает, что я добровольно превращусь в каменную статую? Я — бог Высших Небес! Если бы я согласился на твои условия, разве я не стал бы посмешищем всего мира?

Цинь Му приготовил полную целебную печь пилюль, чтобы вылечить себя и пополнить жизненную силу:

— Я слушаю твоё предложение.

— Я активирую Кувшин Пяти Гроз, и ты меня отпустишь, тогда я не стану трогать другие метеорологические оружия!

— Нет, так не пойдёт, — тихо проговорил юноша, проглатывая духовные пилюли.

Бай Си прищурился и без того крошечным глазами:

— Не вынуждай меня идти по пути невозврата! Если я не смогу выполнить задание, данное мне высшими богами, мне конец. Либо ты дашь мне активировать Кувшин Пяти Гроз и отпустишь меня, либо я активирую его и буду сражаться до смерти! Если я погибну, вы все умрёте вместе со мной.

Цинь Му покачал головой:

— Ты никого не сможешь убить, — сказав, покачал головой Цинь Му, на что Бай Си громко рассмеялся, но он не обратил на это внимание и со спокойным выражением лица достал истинное драконье гнездо, чтобы вытащить конечности богов, украденные у Син Аня. Затем он собрал эти конечности в форме четырёхглавого и многорукого дьявольского бога и сказал. — Старший брат Бай Си, я могу защитить себя. Я мастер в искусстве перемещения, а также знаю искусство призыва. Это тело подготовлено для моего старого друга. Если ты не согласишься на мои условия, я вызову его из Мира Дутяня, и ты будешь мёртв, даже не успев моргнуть.

Бог посмотрел на четырёхглавое и многорукое тело, и его глаза стали ещё меньше:

— Ты пытаешься напугать меня? Я не думаю, что ты знаешь кого-то из дьявольских богов.

Цинь Му понимающе улыбнулся и достал белый костяной алтарь, а также деревянное изваяние дьявольского бога. Затем он исполнил Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны… и через мгновение волнами подул злой ветер, а также заклокотала дьявольская Ци.

Все виды рун начали освещать деревянную копию дьявольского бога.

Бай Си слегка изменился в лице и немедленно закричал:

— Остановись! Я тебе верю! Хватит, перестань!

Цинь Му немедленно остановился и тайно вздохнул с облегчением. Продолжи он процесс призыва, и даже если бы у него получилось связаться с Королём Дьяволов Дутяня, последний мог попросту не обратить на него внимания.

Король Дьяволов Дутяня нёс тяжёлое бремя и после ухода больше не выходил на связь с ним. Не говоря уже о том, что он зарёкся не возвращаться в этот мир, а если бы он к тому же узнал, что в Империи Вечного Мира появились сто статуй богов вместе с метеорологическим оружием неизмеримой силы… тогда бы он точно не осмелился явить свой “великий” лик.

— Теперь мы можем поговорить? — со всё ещё понимающей улыбкой, юноша убрал деревянное изделие и ранее собранное тело.

Лицо бога Бай Си мерцало между ясностью и мрачностью. Немного прикинув в уме, он стиснул зубы:

— У меня есть малыши и старики на Высших Небесах, если я не смогу завершить эту миссию, вся моя раса будет уничтожена! Мне нужно вернуться и вывести их!

— Ваше Величество, не верьте ему, — тихим голосом, сказал Божественный Король Драконов Наводнения. — У него действительно есть своя раса на Высших Небесах, но Высшие Небеса — это не место, куда можно вот так просто прийти и уйти. На Высших Небесах есть Встречающий Чиновник, без его разрешения никто не входит или выходит!

Цинь Му улыбнулся, а выражение лица Бай Си резко изменилось, и он оскалился:

— Как Владыка Выращивания Драконов, вырастил такого предателя, как ты?

Юноша в сапфирово-синем плаще в ответ ухмыльнулся:

— Если Владыка Выращивания Драконов служил Его Величеству, почему это я стал предателем?

Ошарашенный, Бай Си вскрикнул:

— Владыка Выращивания Драконов был покорён им?!

— Подобно тебе, Владыка Выращивания Драконов был серьёзно ранен мной, поэтому у него попросту не было выбора. Так он и был подчинён, — с тёплой, семейной улыбкой говорил парень. — Мои условия были чрезвычайно щедры — стать королём драконов реки Вздымающейся! Люди, которые совершают самоубийство в реке, и те, кто тонет в кораблекрушениях, — это его еда. Кроме того, около реки есть более сотни храмов короля драконов разных размеров, где все поклоняются ему. Владыка Выращивания Драконов проживает свои дни в непревзойдённом комфорте.

Бог Бай Си улыбнулся от гнева:

— Но ты хочешь, чтобы я превратился в каменную статую. Я не могу этого принять! По-твоему, я уступаю тому чешуйчатому подонку?

— Старший Брат Бай Си, что тебе не нравится? Просто скажи, и, если я в чём-то смогу удовлетворить тебя, я точно не поскуплюсь. Вопрос приведения в действие Котла Пяти Гроз крайне деликатный. Если ты активируешь сокровище, нам всем ведь придётся умереть! — с полной искренностью, проговорился Цинь Му.

Бог нерешительно бормотал, не в состоянии принять решение. В то время как юноша мерцал взглядом, глядя на Кувшин Пяти Гроз. Он действительно боялся бутылочной тыквы, поэтому решил прощупать ситуацию дополнительно:

— Как насчет того, чтобы тебе подождать несколько дней? Если боги Высших Небес одержат победу и приведут в действие другое метеорологическое оружие, я повернусь и уйду, позволив тебе делать с Кувшин Пяти Гроз всё, что пожелаешь. Я вернусь в Великие Руины и больше не буду вмешиваться в мирские дела, позволяя истинным богам спуститься и уничтожить мир. Если ты не получишь никаких известий о богах Высших Небес, активирующих другое метеорологическое оружие, мы снова вернёмся к разговору. Что думаешь?

Бог Бай Си стиснул зубы и твёрдо сказал:

— Хорошо!

Цинь Му громко рассмеялся, из-за чего с отдышкой несколько раз кашлянул:

— Старший брат, я не хорошо себя чувствую, мне нужно идти.

Удивлённый Бай Си подумал про себя: «Оставляя меня здесь, этот паршивец совершенно не беспокоится… Если мои старшие братья смогут активировать другие метеорологические оружия, тогда не будет никакого смысла в активации Котла Пяти Гроз. Но если ничего не произойдёт, это будет означать, что они все умерли, следовательно, в моём подчинение не будет ничего постыдного».

Когда Цинь Му вышел из двора, его лицо помрачнело и перекосилось, тем самым напугав Сы Юньсян и остальных. Он переменился в лице слишком быстро.

— Святейшая Сян, сообщи Императору, чтобы сюда немедленно доставили Божественную Пушку Солнечного Удара! — безжалостно процедил юноша. — Кроме того, я выпишу рецепт, по которому ты, Святейшая, будешь обязана подготовить мне травы. Я хочу приготовить яд. Далее, созови всех экспертов, опытных в технике Перемещения Пяти Демонов, в случае чего мы должны будем переместить Кувшин Пяти Гроз так далеко, насколько это вообще возможно!

Сы Юньсян на мгновение поколебалась, но всё же спросила:

— Владыка, разве это не перебор?

— На всякий случай. Если что-то пойдёт не так, мы будем должны переместить Кувшин Пяти Гроз и убить бога!

Глава 429. Врач Относится к Пациенту, как к Своему Ребёнку

Цинь Му достал кисть и составил список нужных духовных и ядовитых трав. Судья города Фиолетового Целомудрия пришёл проведать его, но был остановлен Ху Лин’эр на входе:

— Молодой мастер не желает видеть посетителей на протяжении следующих нескольких дней.

Мужчине ничего не оставалось, кроме как развернуться и уйти.

Сы Юньсян в спешке связалась с семьей Сы, прося их приказать братьям культа как можно быстрее сообщить Императору Яньфэну о происходящем. Кроме того, старшие культа должны были выбрать лучших экспертов техники Перемещения Пяти Демонов и отправить их к Владыке в срочном порядке.

Когда Цинь Му передал девушке рецепт, она обнаружила, что тот состоит из более чем сотни различных трав, о большинстве из которых она не раньше даже не слышала:

— Найти эти духовные травы будет непросто, так что тебе придётся обыскать все лекарственные лавки Империи, чтобы закончить поиск. На это уйдёт какое-то время, — Цинь Му устало вздохнул, улыбаясь. — Я дал богу Бай Си несколько дней именно для того, чтобы мы успели собрать травы и дождаться прихода экспертов культа и Императора. В противном случае, с чего бы я позволил ему думать так долго?

Сы Юньсян вздохнула:

— Твоим врагам даже рис стоит есть с осторожностью, а не то подавятся. Я уже сообщила священному культу. За исключением кучки стариков, владеющих техникой Перемещения Пяти Демонов, остальные мастера придут из Чертога Лёгких Пальцев.

— Чертог Лёгких Пальцев? — с недоумением переспросил Цинь Му.

— Лёгкие пальцы означают, что они воры, — улыбнувшись, ответила Сы Юньсян. — Большинство людей из Чертога Лёгких Пальцев являются представителями этой профессии. Обычно они воруют у богатых, передавая имущество зажиточных семей нам. Впрочем, в большинстве случаев они работают над небольшими делами. Тем не менее, часть из них недавно нанял Император, присоединяя к армии для воровства вражеских припасов. В результате многие добились невероятного успеха и обрели неплохие чиновнические звания.

— Понятно, — разобравшись что к чему, похвалил Цинь Му. — В каждом деле рано или поздно найдётся настоящий мастер. Даже вор может выслужиться и заработать богатство. Нужно рассказать об этом дедушке одноногому.

В глубине души, Цинь Му волновался. Он не знал как обстоят дела на горном хребте Разрушенный Богом, где одноногий вместе с остальными пытались остановить богов Высших Небес.

«С дедушкой целителем они будут в безопасности», — несмотря на то, что в его голову пришла эта мысль, он продолжал беспокоиться. Целитель мог вылечить ранения, но стоило помнить, что речь шла о поле боя богов и дьяволов. Если кто-то погибнет, даже целитель окажется не в силах вырвать того из лап смерти.

Сы Юньсян приказала последователям культа приготовить травы, в то время как Цинь Му составлял рецепт для лечения своих собственных ранений. Когда он закончил, Ху Лин’эр собрала нужные ингредиенты, носясь по лекарственным лавкам города Фиолетового Целомудрия, чтобы максимально эффективно позаботиться о теле мастера. В конце концов изнурение, вызванное Кораблём Луны, было серьёзной проблемой, и если можно было восстановить потраченные силы, он был готов сделать всё от него зависящее.

Спустя три дня Цинь Му начал чувствовать себя намного лучше. Взяв с собой Божественного Короля Драконов Наводнения и стаю остальных монстров, он пошёл во двор Благоухающего Колодца, спрашивая:

— Старший брат Бай Си, не хочешь, чтобы я осмотрел твои ранения?

— В этом нет нужды! — встревожено ответил бог. — Человек, владеющий медицинскими знаниями, должен отлично разбираться и в ядах. Если я приму твои лекарства, то боюсь, что даже не пойму отчего умер!

Взглянув на его раны, Цинь Му заметил, что они больше не кровоточат. Впрочем, снаружи до сих пор торчало довольно большое количество разломанных костей, что делало вид бога невероятно жалким:

— Если не вылечить твою ногу, то она начнёт хромать, и тебе придётся учиться передвигаться на одной ноге. Через два дня хромую ногу и вовсе придётся отрезать. Более того, гниение ран распространится по оставшихся частях тела, которые пока что в порядке. Ты сгниешь заживо.

Бай Си ухмыльнулся в ответ:

— Ты пытаешься меня запугать? Я бог, как моя плоть и кровь могут испортиться? Атакуя меня, ты использовал луну, а не божественные искусства.  Моё тело не сгниёт от грубой силы!

Цинь Му вздохнул:

— Луна, которую я использовал, — это сокровище, созданное богом времён Эры Императора-Основателя, оно определённо является божественным искусством. Кроме того, будучи высшим Инь, её Ци не имеет равных в порче физического тела. Скрывать болезнь из-за страха к лечению, никогда не ожидал, что удивительный бог может так себя вести, — сказав это, Цинь Му развёл руками и ушёл.

Бог Бай Си начал непрерывно ухмыляться.

Цинь Му вышел из двора Благоухающего Колодца, увидев, что Сы Юньсян ужа закончила готовить порцию духовных трав:

— Осталось несколько трав, которых я пока что не смогла найти, но я приказала братьям культа добыть их как можно быстрее. Как только им удастся это сделать, их отправят сюда на быстром корабле.

Осмотрев набор трав, Цинь Му проговорил:

— Их не хватит, чтобы отнять у бога жизнь, в лучшем случае он останется без ноги.

Вскочив от шока, Сы Юньсян немедленно спросила шёпотом:

— Ты собираешься что-то делать с его ногой?

Улыбнувшись, Цинь Му отдал инструкции:

— Пусть все люди в округе уйдут, если у них есть ранения на теле, даже если речь идёт об уколе иголки. Они должны убраться как минимум на полтора километра от Благоухающего Колодца.

— Что произойдёт, если кто-то, уколовшийся иголкой, не уйдёт?

— Ничего хорошего — Цинь Му выбирал травы, его глаза были полностью сконцентрированы на них. — Место, где они укололись, сначала превратится в маленькую дырку, которая начнёт медленно расширятся. Спустя четыре-шесть часов, гниль распространится по всему телу, даже кости жертвы пострадают от некроза.

По спине Сы Юньсян пробежался мороз, и она убежала прочь.

Благоухающий Колодец был историческим местом, поэтому вокруг него жило не слишком много людей.

Цинь Му подготовил и сварил вещество без цвета и запаха, отчего то было невероятно сложно заметить, и уже спустя буквально два дня бог приказал кому-то подозвать его к себе. Закрыв баночку с отравой и спрятав её в мешочке таотэ, он вернулся во двор Благоухающего Колодца, где встретил лежащего на земле бога. Рана на его ноге начала гнить и распространятся на плоть, которая ещё недавно была полностью здоровой.

— Твои руки всё-таки добрались до меня? — пристальным взглядом смотря на юношу, прохрипел Бай Си. — Ты тайком что-то сделал, из-за чего моя нога так быстро разлагается!

Цинь Му подошёл, внимательно осматривая бога, и покачал головой:

— Я же говорил, что ты скрываешь болезнь от страха к лечению, а ты не поверил. Как луна из Корабля Луны могла оказаться обычным камнем? Она ранила тебя, и если бы ты послушал меня раньше, то мог бы сохранить свою ногу, но теперь уже поздно. Плоть и кровь уже сгнили, костный мозг также умер. Теперь я могу лишь отпилить её, чтобы остановить распространение гнили.

Уголки глаз Бай Си сжались, бог смотрел на Цинь Му жестоким взглядом. Впрочем, обнаружив искреннее выражение на лице последнего, он скорбно проговорил:

— Если я её отпилю, то останусь лишь с одной ногой, отчего потеряю свою силу и влияние в переговорах.

— Мои медицинские познания невероятно высоки, думаю, что смогу пришить тебе ногу другого человека. У меня с собой есть три запасных, выбирай, какая нравится. Закончив пилить, тебе придётся два дня отдохнуть, прежде чем я смогу прицепить её к твоему телу.

Выражение на лице Бога Бай Си менялось между злостью и благодарностью от мысленных сомнений, как вдруг он спросил:

— Ты знаешь, почему меня зовут Бай Си?

Цинь Му покачал головой.

— Когда белый жеребец проноситься возле щели, его видно лишь на мгновение, — равнодушно проговорил Бай Си. — Моя скорость достигает подобного эффекта. Она самая высокая в мире, ты даже не успеешь разглядеть моего силуэта, а я уже убегу на полторы тысячи километров. С раненой ногой, как я смогу сохранить это?

Цинь Му кивнул. Встретившись с тремя богами Высших Небес, он успел застать первого врасплох и быстро убить, в то время как совладать с Бай Си оказалось невероятно трудной задачей. Его скорость была невообразимо высокой, позволяя носиться туда-сюда, будто молния. Даже когда Цинь Му исполнил навык открытия Глаз Девяти Небес, он сумел лишь увидеть нечёткий силуэт. Именно поэтому их драка затянулась на несколько тысяч километров, прежде чем ему наконец удалось ранить ногу врага.

— С одной ногой ты тоже сможешь очень быстро бегать. — успокаивал Цинь Му. — Одноногий дедушка из моей деревни также остался без ноги, но его скорость всё ещё не имеет равных в этом мире. Посмотри на свою разлагающуюся ногу, её нужно отрезать!

Тело Бай Си задрожало, он прохрипел:

— Разве ты не божественный врач? У тебя что, нет способа её лечения?

На лице Цинь Му возникло грустное выражение:

— Если бы мы начали на два дня раньше… Если отрезать её сейчас, то у тебя всё ещё останется одна нога, но если продолжить медлить, то мне придётся полностью отрубить твою нижнюю половину. Но это не страшно, дедушка мясник из моей деревни имел подобное ранение, когда я ещё был ребёнком, и ему всё равно удавалось неплохо справляться. Он быстро бегал, полагаясь на свои руки, и говорил, что не писать — очень удобно.

Мышцы на лице Бога Бай Сы неконтролируемо задрожали, прежде чем он стиснул зубы:

— В таком случае, режь!

Цинь Му достал Беззаботный Меч, проговорив извиняющимся тоном:

— Ты бог, поэтому я не в силах отрубить тебе ногу. Лучше сделай это сам.

Мужчина схватил оружие, собираясь приступить, когда внезапно по его лицу покатились слёзы.

Не в силах наблюдать за происходящим, юноша собрался что-то сказать, но уже в следующий миг бедолага громко вскрикнул, и со всей силы рубанул мечом, отсекая собственную ногу чуть выше торчащей кости.

Ошеломлённый Цинь Му немедленно бросился к Бай Си, помогая тому остановить кровотечение. Затем он, отложив Беззаботного в сторону, вынул из рюкзака три ноги, искренне говоря:

— Можешь выбрать одну. Я искренне хочу спасти этот мир от катастрофы, поэтому сделаю всё возможное, чтобы присоединить тебе новую конечность и позволить тебе снова проноситься вдоль щели в мгновение ока. Не переживай, это ноги из коллекции Син Аня, так что они наилучшего качества и ничем не уступают твоим собственным. Ты ведь знаешь, кто такой Син Ань, верно? Безумец, любящий собирать вещи. Он не стал бы брать часть тела, не достигшую уровня бога.

Бай Си терпел боль, по его лбу катились капли пота. Окинув взглядом три разложенных на земле ноги, он проговорил хриплым голосом:

— Откуда мне знать, что ты ничего с ними не сделал? Человек, умеющий лечить, умеет и отравлять. Может быть ты пытаешься меня обмануть?

Цинь Му посмотрел на него искренними глазами.

Увидев его выражение лица, Бай Си ощутил лёгкий стыд, но всё-таки не слишком охотно доверился ему. Дрожащей рукой он показал на ногу покороче:

— Я выбираю вот эту.

Улыбнувшись, Цинь Му протянул ему выбранную конечность, после чего спрятал две других обратно в мешочек:

— Не переживай, можешь держать её у себя. Через два дня, когда твоё состояние улучшится, я приду и помогу присоединить её обратно. Если она будет с тобой всё это время, ты ведь не станешь опасаться, что я попытаюсь тебя обмануть?

Бог кивнул, вздыхая:

— Не стоило в тебе сомневаться. Теперь я верю, что ты врач, который относится к своим пациентам как к собственным детям. Но не выписывай мне никаких лекарств для восстановления. Я сам это сделаю.

Цинь Му усмехнулся:

— Ты всё ещё мне не доверяешь. Ладно, если тебе понадобятся какие-нибудь лекарственные травы, просто прикажи практикам божественных искусств у двора принести их. Я не буду вмешиваться, — договорив, юноша развернулся и ушёл.

Бай Си подозвал к себе практиков и дал им список трав, которые он посчитал нужными.

Мерцая взглядом, Сы Юньсян тихо спросила за пределами двора:

— Владыка, ты собираешься что-нибудь сделать с его ингредиентами?

— В этом нет необходимости. Вы уже собрали все нужные травы?

— Осталось еще немного.

Цинь Му подошёл к травам, осматривая и пересчитывая их:

— Этого вполне хватит, — вытащив две божественных ноги, он начал готовить для них яд.

— Владыка, ты… — удивлённо воскликнула девица.

— Несмотря на то, что я позволил ему хранить божественную ногу у себя, он определённо не станет её использовать. Через несколько дней он попросит меня дать ему две других и выберет одну из них.

Цинь Му тщательно готовил яд, собираясь нанести его на ноги. Его серьёзное лицо выглядело слегка ужасающе:

— Я не знаю, какую именно ногу он выберет, так что нужно подготовить обе. Оставшийся яд я…

Активизировав свою жизненную Ци, он начал неистово перебирать техниками рук:

— Попробую вернуть обратно Син Аню! Как тебе такая идея?

— Владыка, я больше не посмею мечтать о том, чтобы отобрать у тебя звание Владыки! —побледнев лицом, перепуганным голосом проговорила содрогнувшаяся Сы Юньсян.

— Что за глупости ты несёшь? — обернувшись к ней, Цинь Му улыбнулся…

Его мальчишеская улыбка казалась невероятно яркой, будто сияющее солнце, преисполненное молодостью.

Кровь в жилах Сы Юньсян тут же застыла…

Глава 430. Северное Божество

Цинь Му потратил много времени и усилий, чтобы приготовить многокомпонентный яд. Из-за сложности последнего, ему приходилось по множество раз начинать заново и корректировать процесс готовки. Ему пришлось создать сотни базовых ядовитых пилюль, чтобы затем использовать их для питания ядовитых существ, таких как ядовитые черви, жабы и различные насекомые, и как только те достигали нужной кондиции, он использовал их в качестве удобрения для ядовитых грибов и трав.

Через множество повторений ему удалось приготовить пару ядовитых яиц, которые он всадил в костный мозг двух ног. Яйца, само собой разумеется, не растворятся сами по себе, однако, когда костный мозг начнёт снова производить кровь, их оболочки разорвутся и яд потечёт во все части тела через кровоток, портя божественные сокровища, разъедая исконный дух и уничтожая душу человека.

Цинь Му закончил готовить странный яд и оставил несколько ядовитых яиц на, так сказать, “про запас”, и в этот момент пришла с новостями Сы Юньсян:

— Прибыли все самые лучшие эксперты в технике Перемещения Пяти Демонов.

— Пожалуйста, пригласи их, — облегчённо вздохнув, серьёзно сказал Цинь Му.

Девушка пригласила людей из Небесного Дьявольского Культа, после чего юноша окинул всех взглядом. Многие последователи культа, как оказалось, были армейскими генералами, они бросились к нему, даже не сняв свои доспехи и прочие знаки отличия.

Техника Перемещения Пяти Демонов не была чрезвычайно мощным заклятием, также как не была основной. Она была заклятием низших профессий, но на самом деле даже самые слабые заклятия содержали в себе невообразимую силу, ведь не было такого понятия, как хорошие и плохие заклятия, всё зависело от того, как их использовать.

Если бы Цинь Му захотел пробиться во внутренний двор Благоухающего Колодца, то даже если бы его люди изучили самые мощные божественные искусства заклятий и в придачу к этому находились в области Божественного Моста, они не смогли бы остановить бога Бай Си от активации Кувшина Пяти Гроз. Но с помощью техники Перемещения Пяти Демонов можно безопасно переместить разрушительный артефакт, и все останутся живы-здоровы, может быть даже никто не пострадает.

— Господа! — юноша поклонился и поприветствовал всех. — В этой миссии возможен лишь успешный исход. В противном случае, как только молния накроет весь Вечный Мир, я даже представить не могу, сколько невинных жизней несчастно погибнет! Покажите всё, на что способны, или мы умрём!

— Это часть нашего долга. Мы не подведём Владыку Культа! — поспешил ответить на приветствие член культа.

Цинь Му выпрямил спину и торжественно сказал:

— Север, юг, восток, запад и центр — пять великих грозовых облаков находятся в Кувшине Пяти Гроз, в то время как в самих грозовых облаках есть божественное оружие огненного колокола. Даже если это простое перемещение божественного сокровища, мы должны быть очень осторожны, чтобы не активировать силу внутри него. Кто-нибудь понимает суть пяти великих грозовых облаков?

Все смотрели друг на друга в ужасе, между тем из рядов вышел старец и сказал:

— Владыка, у меня есть некоторое понимание в отношении пяти великих грозовых облаков и огненном колоколе. В ранние годы я наткнулся на странную книгу в Храме Чёрной Черепахи Великих Руин. В ней были записаны разные байки о Северном Божестве.

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось. Снова Великие Руины.

— Пять великих грозовых облаков и божественное оружие огненного колокола — сокровища, выкованные Северным Божеством, — продолжил говорить старец Сы Гун из Небесного Дьявольского Культа. — Северное Божество также известно, как Великое Божество Чёрной Черепахи и владеет божественным искусством заклятия грома. Пять великих грозовых облаков и божественное оружие огненного колокола — его шедевры и обладают чрезвычайной силой. В Храме Чёрной Черепахи эта странная книга была вырезана на спине Чёрной Черепахи. Всё его тело состояло из литого железа, поэтому было очень трудно пролистывать книгу. Мне удалось открыть две страницы и прочитать несколько записей. Император-Основатель однажды устроил банкет и пригласил Северное Божество, которое в итоге призвало грозовые облака пройтись через все миры, чем несказанно удивляя Императора-Основателя. Что касается значения этой странной книги, я не имею понятия.

Цинь Му был поражён. Северное Божество и Император-Основатель? Между ними была какая-то связь? Северное Божество когда-то было приглашено Императором-Основателем в качестве гостя?

— В книге были упомянуты некоторые из чудес пяти великих грозовых облаков Северного Божества, и после этого я исследовал некоторые заклятия грома, — вздохнув, Сы Гун продолжил. — Заклятие Великих Грозовых Туч давно утеряно, но в Великих Небесных Дьявольских Рукописях есть заклятие Малых Грозовых Туч, его я и совершенствую. Несмотря на то, что я видел только две страницы этой странной книги, это позволило мне значительно продвинуться в заклятии Малых Грозовых Туч, так что я извлёк довольно много пользы. Если Владыка мне доверяет, я могу быть ответственным за Перемещение Пяти Демонов!

Цинь Му кивнул:

— Сила заклятия Малых Грозовых Туч не незначительна, и так как старший Сы Гун совершенствует это заклятие, почему бы Вам не поделиться со мной? Расскажите мне о своём понимании в отношении этого заклятия.

На глазах у всех, Сы Гун рассказал Цинь Му об искусстве, которое постиг. Парень внимательно слушал старика, подтверждая слова Великими Небесными Дьявольскими Рукописями, а когда тот закончил говорить, он поведал о своём собственном понимании относительно него.

Цинь Му получал наставления от девяти старых монстров деревни Цань Лао с самого раннего детства. Высота его горизонтов и познаний давно достигла таких вершин, о которых обычные люди даже не смели мечтать. Кроме того, ему довелось встретить и другие удачные возможности, например он постиг священные писания Дровосека, познал истину Монастыря Великого Громового Удара, осмыслил Меч Дао с каменной скрижали, набрался понимания в Маленькой Нефритовой Столице и, глядя на Имперского Наставника, постиг Дао в Перевале Цинмэнь. Несмотря на то, что его горизонты нельзя было назвать номером один в мире, было не так много людей, кто бы мог превзойти его.

Заклятие Малых Грозовых Туч было одним из заклятий в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, и камень, на котором Дровосек передал свои учения, имел глубокое объяснение этого заклятия. С разъяснениями глухого, и его собственным пониманием, так как он был основателем Исконного Духа Шести Направлений, понять смысл заклятия Сы Гуна не было проблемой.

Пока Цинь Му читал лекцию, все выглядели, словно были пьяны. Они явно обрели собственное понимание.

После того, как Сы Гун всё услышал, он начал восхищаться своим Владыкой, похвалив:

— Владыка — гений, прирождённый Владыка нашего священного культа.

Несмотря на то, что юноше исполнилось шестнадцать лет, а его совершенствование было в Шести Направлениях, его познания были велики, а глубина его понимания уже могла превосходить практиков постигающих божественный мост.

— Нужно всё продумать. Мы переместим Кувшин Пяти Гроз через несколько дней, — обернувшись, Цинь Му спросил Сы Юньсян. — Где Император?

— Он достиг префектуры Безмятежной, которая находится в десяти днях пути отсюда, — ответила девушка. — Его Величество ещё не будет десять дней. Попробуй договориться хотя бы на восемь дней. По истечению этого времени, он выстрелит из пушки с расстояния в пять тысяч километров и убьёт Бай Си.

— Бай Си не даст нам восемь дней, — покачал головой юноша. — Он примет решение через три-пять дней. Что там с битвой у Разрушенного Богом?

— Округа там полностью разрушена, последствия божественных искусств можно увидеть буквально повсюду. Тем не менее, даже эксперты области Небожителя до сих пор не могут войти внутрь. Император приказал солдатам на границе Империи Вечного Мира отступить, а в Секретных Водах покинуть Секретные Водяные Проходы, чтобы не втянуть их в битву. Что касается исхода битвы… — она покачала головой. — Император приказал генералам двух проходов всё осмотреть, но до сих пор нет никаких новостей. И никто… не выходил.

Сердце Цинь Му сжалось, и он испустил дробный вздох, но уже в следующий миг его взгляд стал резким, как наточенный мясником нож:

— В таком случае после решения вопроса с Бай Си, я сразу же наведаюсь туда лично. Я хочу увидеть их, если они живы, или их тела, если они мертвы! Старший Сы Гун, как можно скорее подготовьте людей, у нас есть всего два дня. Мы больше не можем ждать Императора!

Сы Гун и остальные испытывали благоговейный трепет, сразу же отправившись практиковаться и изучать, как правильно создавать заклятие. Заставить сотню людей работать вместе и выучить одну технику за два дня, не испортив и не активировав силу Кувшина Пяти Гроз, было воистину сложным делом, но время поджимало… у них попросту не было выбора, кроме как практиковаться как можно больше и усердней.

Внезапно практик божественного искусства, охраняющий внутренний двор Благоухающего Колодца, пришёл с докладом:

— Владыка Культа Цинь, бог приглашает тебя!

Цинь Му слегка засомневался, но всё же поднялся, чтобы направиться во внутренний двор с колодцем.

Бай Си выглядел намного лучше, было очевидно, что он приготовил пилюли для лечения собственных травм. Его совершенствование также стало намного лучше и стабильней, однако, так как он отрубил одну из своих ног, не мог сбежать. Из-за этого Цинь Му боялся, что он впадёт в депрессию и активирует Кувшин Пяти Гроз, рядом с которыми проводил всё своё не самое приятное время.

— Маленький друг, я смотрю в последнее время у тебя было много гостей, — рог на Бай Си светился, кольцами света скользя вниз от кончика и протекая через всё его тело.

Юноша осмотрел свет, слегка вздрогнув в сердце. Тело бога непрерывно потряхивало, вытесняя испорченную кровь. Должно быть это была своего рода техника очищения тела, способствующая более быстрому восстановлению.

Бай Си был довольно сильно избит, у него даже не было возможности сбежать, чтобы спасти свою жизнь. Но теперь, когда часть его совершенствования начала восстанавливаться, он уже пытался восстановить силу своего физического тела.

— Пришедшие люди — всего лишь маленькие фигуры и не могут угрожать богу, такому как ты. Разве я не прав? — с улыбкой, спросил паренёк. — Я вижу, что твои способности восстанавливаются довольно быстро, это заставляет меня волноваться. Я боюсь, что ты заберёшь назад свои слова, своё обещание. Я уже ждал около семи дней, я не думаю, что есть смысл ждать ещё. Будет лучше, если мы подпишем Соглашение Графа Земли, и я думаю нет лучшего времени, чем сейчас.

— Какое обещание? Я давал тебе обещание? Ха-ха-ха! — Бай Си рассмеялся, его голос был словно гром, резонирующий по всему городу. — Я пошутил. Посмотри на своё бледное лицо, оно стало такое белое. Поскольку ты ждал каких-то семь дней, почему бы тебе не подождать ещё немного? Разве ты не говорил, что хочешь пришить мне божественную ногу? Как только у меня будут обе ноги, мы подпишем Соглашение Графа Земли!

Лицо Цинь Му слегка изменилось, и он холодно сказал:

— Твои способности уже восстановились, так что, если я пришью тебе ногу, ты применишь Кувшин Пяти Гроз и сбежишь, а мне придётся нести на себе грех за то, что я позволил тебе убить столько невинных людей Вечного Мира! Твоя нога может подождать. Я пришью тебе ногу после того, как мы подпишем Соглашение Графа Земли!

Мужчина положил ладонь на Кувшин Пяти Гроз, смотря в сторону парня:

— Тебя зовут Цинь Му, верно? Я опросил практиков божественных искусств, Цинь Му, Владыка Небесного Дьявольского Культа, вдобавок ещё и Император Людей. Ты очень силён, раз смог сломать мне ногу. Сюй Шэнхуа отправился на поиски тебя, но так и не вернулся, похоже ты уже избавился от него. Но это и не удивительно, разве он тебе ровня? Подойди, пришей мне ногу, и мы сможем спокойно поговорить. В противном случае, я немедленно активирую этот Кувшин!

Цинь Му крикнул:

— Божественный Король Драконов Наводнения!

Позади него начал пульсировать водяной свет, из которого появился юноша в сапфировой мантии с луком:

— Король Драконов Наводнения здесь. Что прикажете, Ваше Величество?

Бог Бай Си усмехнулся:

— Не валяй дурака, Владыка Культа Цинь. Моя рука до сих пор на Кувшине Пяти Гроз.

Цинь Му прищурился, а сразу же после суровое выражение его лица, подобно весеннему ветерку и дождику, исчезло, и он громко рассмеялся:

— Старший Брат Бай Си действительно силён, я пришью тебе ногу. Божественный Король Драконов Наводнения, не нужно нервничать. Иди лучше принеси мне лекарство, которое я приготовил для бога! Старший брат Бай Си, где нога, что ты выбрал?

Бог Бай Си выбросил короткую ногу, с улыбкой сказав:

— Мне не подошла длина этой ноги. Можешь забрать её, я хочу выбрать другую.

С неловко застывшей на лице улыбкой, Цинь Му еле заметно нахмурился.

Стоя на одной ноге с самодовольной улыбкой, Бай Си неторопливо спросил:

— Что-то не так, Владыка Культа Цинь? Может ты против?

Юноша глубоко вздохнул, а затем вынул две другие божественные ноги, крепко стиснув зубы:

— Я? Конечно нет. Старший брат, пожалуйста, выбирай!

Бай Си взглянул на Цинь Му и рассмеялся, когда увидел на его лице ожидаемую недовольную гримасу, словно тот проглотил мерзкого слизня.

— Мальчик, тебе не нужно так переживать, — его магическая сила излилась, поднимая две божественные ноги и детально изучая их. Но так и не обнаружив в них ничего неладного, он продолжил. — Мне нравится вот эта. Божественный врач Цинь, помоги мне.

— Приляг, — едва сдерживая гнев, процедил Цинь Му.

Бог прикоснулся к Котлу Пяти Гроз, неторопливо говоря:

— Не пытайтесь играть в какие-либо трюки. Если моя рука сделает лёгкое движение, Кувшин Пяти Гроз взорвётся, стирая своими грозовыми облаками весь мир. Сокровище Северного Божества могло превратить в Великие Руины даже империю Императора-Основателя, каков шанс, что Вечный Мир выстоит? Хе-хе!

Глава 431. Приготовленная Утка

Бог Бай Си не отрывал взгляда от серьёзного лица Цинь Му, который добросовестно и осторожно пытался пришить ему новую ногу. Юноша присоединил край ноги бога к конечности, которую тот выбрал.

— Старший брат Бай Си не человек, верно? — Осмотрев рану, Цинь Му активировал находящиеся внутри неё нервные окончания, обрабатывая их лекарством. — Насколько я вижу, строение твоего тела отличается от человеческого, к какой расе ты принадлежишь?

Между бровей бога засиял луч яркого света, и его исконный дух вылетел наружу. Он оказался драконьим конём с крыльями на спине и длинным рогом на голове. Грива зверя трепетала на ветру, а тело сверкало белоснежным цветом. Существо казалось оживлённым и энергичным, поистине обладая жизненной силой, приписываемой представителям его рода!

Цинь Му поднял голову, осматривая дух, после чего похвалил:

— Ты божественный жеребец! Такой вид исконного духа крайне редок!

— Называть меня божественным жеребцом начали разве что в наше время, — исконный дух бога Бай Си наблюдал за действиями парня. — На я всё равно не слишком часто показываю свою настоящую форму. Во времена Эпохи Императора-Основа… Кхм, кхм. В прошлом, до твоего рождения, божественные жеребцы вроде меня занимались лишь доставкой писем и использовались как верховые животные. Поистине пустая трата наших талантов.

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось, он спросил:

— В таком случае, как старший брат Бай Си оказался на Высших Небесах?

Бог вздохнул:

— Небо и земля изменились, и пришло время даже для низших богов вроде меня. Спустя некоторое время после катастрофы, я сдался. Вскоре, появились Великие Руины. В тот период, многие, кто решил сдаться вместе со мной, сияли ярче моего и более охотно выполняли приказы, поэтому они покинули этот мир чтобы наслаждаться жизнью, оставив позади лишь несколько человек. В отличии от меня, все они отлично умели угодничать. Однако, я смирился с этим, лучше быть клювом курицы, чем задом коровы.

Он улыбнулся:

— Несмотря на то, что они умели лизать чужие задницы, добравшись к высшей области, они оказались там худшими из худших. Поэтому, теперь они намного злее тех, кто остался на область ниже, и жестоко относятся к людям, оставаясь сидеть наверху и наслаждаться преклонением и жертвоприношениями.

— Тем не менее, ты так и остался не больше, чем просто бегуном, — с улыбкой ответил Цинь Му.

Бог Бай Си впал в ярость, его аура вырвалась наружу:

— Что ты сказал?

Юноша улыбнулся:

— Не дёргайся, а не то я соединю неправильный нерв, и ты начнёшь хромать после того, как я закончу работу.

Бог Бай Си вздохнул:

— Ты прав, я действительно простой бегун. Раньше я бегал, доставляя письма, а теперь бегаю, чтобы отправить на эту землю катастрофу. Мне достаётся вся грязная работа, и теперь я опустился даже ниже, чем был раньше. Но что поделаешь? Если я не повинуюсь их приказам, то не смогу избежать смерти. Насколько сильными являются четыре Владыки Высших Небес? Их способности намного выше моих. Но они так же, как и я, всего лишь бегуны. Более того, нам приходится рисковать своими жизнями! Нельзя угадать, скольким из нас удастся вернуться в живых!

Глаза мужчины сузились от волнения. До сих пор, ни одно из остальных метеорологических оружий не было активировано. Это значило, что Владыка Звезды Цяо и остальные скорее всего погибли.

—  Если ты сдашься мне, то сможешь стать богом горы и получать жертвоприношения. Почему бы тебе не поселиться возле реки Вздымающейся и не составить компанию Владыке Выращивания Драконов? Все люди, повесившиеся на местных деревьях или спрыгнувшие со скалы будут твоей пищей. Я знаю неплохое место возле уезда Оленя под названием гора Столетия. Там прекрасные пейзажи, а её высота составляет более ста километров. Быть её богом — великая честь.

— Тьфу! — улыбнулся Бай Си. — Я не такой бесстыдный, как Владыка Выращивания Драконов. Однажды я уже сдавался, как я могу сделать подобное снова? Что случится с моей репутацией? Более того, я вегетарианец, и не ем людей. В прошлом я мечтал стать богом горы, но, к сожалению, я оказался слишком быстрым и был вынужден доставлять письма. Если бы я бегал немного медленнее, то мог бы получить чиновническое звание.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать:

— Твои способности принесли тебе беду.

Бай Си улыбнулся:

— Ты неплохой человек, к тому же довольно добрый, я тобой восхищаюсь. Как только ты присоединишь мою ногу обратно, мы сможем поговорить. Даже если Империю Вечного Мира сотрут с лица земли, ты сможешь отправиться вместе со мной на Высшие Небеса. Не могу обещать ничего значительного, но думаю, что смогу защитить тебя и твою семью.

Цинь Му поблагодарил:

— Хорошо иметь запасной путь. Я давно хотел посетить Высшие Небеса, но у меня не было божественного ладана, чтобы с вами связаться.

— Это не проблема, у меня есть немного, — моргнув, ответил бог. — Когда ты закончишь лечение моих ранений и я вызову катастрофу, мы отправимся на Высшие Небеса.

Посыпав раненную часть ноги каким-то порошком, Цинь Му наблюдал, как нервные окончания в ране начали расти, извиваясь, будто земляные черви:

— Я планировал заключить Соглашение Графа Земли, чтобы не позволить тебе вызвать катастрофу, а ты предлагаешь мне сдаться. Старший брат, когда я присоединю твою ногу, нужно тут же заключить Соглашение. Я не позволю тебе не сдержать слова в этот раз!

Наблюдая за техниками рук юнца, бог Бай Си увидел, как пальцы последнего неистово носятся вверх-вниз. Скорость их движения была слишком высокой для глаз, но в то же время они успевали проделывать сложные манипуляции, будто орудуя невидимой иглой в целях лечения:

— Ты учился шить? Твои руки двигаются как у портного, — с недоумением в голосе проговорил бог.

— В некотором роде, — жизненная Ци Цинь Му превратилась в нить и начала соединять нервы. — Я учился этому несколько лет.

Бог Бай Си почувствовал поинтересовался:

— Что ещё ты учил?

Всё быстрее и быстрее двигая пальцами, Цинь Му проговорил:

— Навыки построений, кулака, зрачка, ножа, техники тела, ковки, рисования, каллиграфии, плотничества, поэзии и пения. Я знаю всего понемногу.

Нервы раненой ноги Бай Си соединились с божественной ногой, и мужчина сразу же почувствовал её, отчего обрадовался. Взглянув на Цинь Му, он подумал: «Способности этого хитреца неплохи, так же, как и его сердце. Я и вправду не хочу убивать его просто так… Как жаль.»

Юноша приступил к соединению вен, используя драконью слюну для отращивания плоти и крови:

— Костный мозг ещё не воссоединился. Это самая сложная часть лечения. Старший брат, костный мозг невероятно важен, он отвечает за создание крови и сильно влияет на твою силу. Сначала его нужно обработать лекарством, а потом выходить, чтобы он заработал. Как только лечение закончится, мы сможем подписать Соглашение Владыки Земли. Ты не вызовешь катастрофу, и вернёшься на Высшие Небеса.

Осмотрев все травы, которые притащил юнец, бог убедился, что тот не собирается его обманывать и улыбнулся:

— Без проблем.

Вздохнув с облегчением, Цинь Му приказал практикам божественных искусств притащить гигантский котёл. Вбросив травы в воду, он развёл огонь и проговорил:

— Через два дня костный мозг начнёт вырабатывать кровь.

— Подвиньте котёл поближе, моя рука должна оставаться на кувшине Пяти Гроз, — немедленно приказал Бай Си.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Старший брат любит вести дела очень тщательно. Неужели ты до сих пор боишься, что я что-нибудь попытаюсь тебе сделать? Кувшин рядом, и ты знаешь, что я не в силах сдвинуть его с места. Если твоя рука продолжит на нём лежать, то я буду переживать, что ты случайно его активируешь.

Бог посмотрел на Цинь Му, и их взгляды встретились. Впрочем, юноша даже не думал отступать.

Бай Си чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Громко рассмеявшись, он ответил:

— Ладно, как скажешь.

Усевшись рядом с ним, Цинь Му начал спокойно ждать. Божественный Король Драконов Наводнения охранял его, сидя в сторонке. Исконный дух Бай Си надзирал за небом, приготовившись активировать Кувшин Пяти Гроз в любой момент, в то время как сам бог спокойно мок в котле, ощущая, как лекарственная энергия медленно просачивается в его раненную ногу и питает плоть. Постепенно, она добралась к костям, воскрешая костный мозг.

— Приятно, — богу Бай Си стало скучно, поэтому он решил развлечься разговором. — Владыка Культа женат?

— Да, — Цинь Му достал солнечные часы, наблюдая за движением тени. На поверхности артефакта было огромное количество обозначений, позволяющих измерить время с невероятной точностью. — Дважды.

— Как жаль. По приходе в Высшие Небеса я уже собрался познакомить тебя с несколькими представительницами моей расы, — захихикал бог. — Ваши дети оказались бы наполовину людьми, а наполовину лошадьми. От одной лишь мысли об этом мне становится смешно. Ха-ха-ха!

Цинь Му промолчал, не отрывая взгляда от солнечных часов.

Бог, казалось, был в хорошем настроении и продолжал нести всякую ерунду, время от времени смеясь. Он невероятно радовался происходящему.

Незаметно для него, прошло полдня, и смех бога становился всё громче и громче. Взгляд, с которым он смотрел на Цинь Му, постепенно наполнялся злостью.

— Владыка Культа Цинь, давай я расскажу тебе анекдот. Когда-то был человек, решивший приготовить утку. Как только он закончил и собрался поесть, утка внезапно подпрыгнула и улетела прочь. Ха-ха-ха… Почему ты не смеешься?  Давай я расскажу тебе ещё один. Позже, приготовленная утка вернулась, и сама сожрала неудачника! Ха-ха-ха…

Продолжая молчать, Цинь Му все ещё смотрел на солнечные часы.

Яростно на него посмотрев, бог ухмыльнулся:

— Ты не смеёшься, не говоришь, будто что-то задумал. Ты что-то задумал! Я тебя убью!

Цинь Му поднял голову, улыбаясь:

— Время вышло, к действию.

Как только он это сказал, внезапно раздался толчок, и Благоухающий Колодец окружили пять зелёнолицых демонов. Вертясь вокруг Кувшина Пяти Гроз, они неожиданно исчезли вместе с сокровищем!

Исконный дух Бай Си протянул руку, пытаясь его схватить, но уже было слишком поздно, и в руке бога оказался лишь один из пяти демонов. От его разъярённого рёва по округе пронеслась дрожь, встряхивая город Фиолетового Целомудрия.

За спиной Цинь Му, Божественный Король Драконов Наводнения взревел, принимая свою истинную форму, после чего извился вокруг двора Благоухающего Колодца, уставившись на исконный дух противника.

Раздавив демона в руке, Бай Си немедленно призвал исконный дух к себе. Как только тот вернулся в тело, мужчина ощутил дьявольскую Ци, исходящую из раненной ноги, распространяясь по всем частям его тела, исконному духу и божественными сокровищами. Кровь в его жилах застыла, когда бедолага попытался подавить яд своей магической силой.

«Вот дерьмо! Со всей осторожностью, я так и не смог защитить себя от беды!»

Божественный Король Драконов Наводнения воспользовался шансом наброситься на бога, тесно связывая Бай Си своим телом, отбирая способность двигаться. Его хватка оказалась настолько тугой, что на лбу противника проступили вены.

Поднявшись, Цинь Му вытащил меч Беззаботный, бросая его на землю. С улыбкой на лице, он проговорил:

— Старший брат Бай Си, утки, которых я готовлю, никогда не сбегут. Возьми меч, можешь отрубить им отравленные части своего тела. Божественный Король Драконов Наводнения, можешь его отпустить. Когда я готовлю уток, то люблю, чтобы они сами разрубили себя на части без моего вмешательства. Теперь, когда я тебя отравил, старшему брату осталось лишь отрубить всё, что у него ниже шеи. Ничего нельзя оставлять.

Мгновение поколебавшись, Божественный Король Драконов Наводнения всё-таки отпустил противника.

Бай Си громко взревел, его божественная аура волнами вырвалась наружу, разрывая котёл с лекарствами на части. Бог двинулся в сторону Цинь Му с желанием убивать.

Божественный Король Драконов Наводнения начал нервничать. Он собрался броситься в атаку, когда аура Бай Си внезапно рассеялась и мужчина упал на колени, вздыхая:

— Однажды я уже сдавался, что с того, если я сделаю это снова? Я готов повиноваться.

Цинь Му улыбнулся:

— Не переживай, пейзажи горы Столетия очень красивые, это место отлично тебе подойдёт. Дай клятву Графу Земли. Как только ты это сделаешь, я позволю тебе стать богом горы Столетия, и ты сможешь принимать жертвоприношения.

***

Спустя полдня, лицо бога Бай Си ужасно почернело. Оседлав ветер и тучи он поспешил к уезду Оленя, неподалёку от реки Вздымающейся. По всему уезду были разбросаны холмы высотой около километра и стремительные реки. Но где же находилась стокилометровая гора с прекрасными пейзажами?

Спустившись на землю, бог спросил сельского жителя:

— Где гора Столетия?

— Вон там, — посмотрев туда, куда указывал палец старика, бог обнаружил, что гора Столетия оказалась небольшим холмом, окутанным атмосферой смерти. Ужаснувшись, бог яростно прокричал:

— Это ведь похоронный курган, место, где закапывают трупы! Почему оно называется горой Столетия?

Селянин улыбнулся:

— Что происходит с обычным человеком за сто лет? Естественно, смерть! Именно поэтому она и называется горой Столетия. За сто лет к ней добирается каждый.

Бай Си ошеломлённо застыл:

— Разве она не должна иметь сто километров в высоту?

— Ты дурак рогатый! — не удержавшись, старик начал издеваться. — Когда человек ложится, его рост составляет всего лишь несколько сантиметров. Для трупа, эта гора и вправду имеет сто километров в высоту.

Впадая в ярость, Бай Си сердито полетел в сторону горы Столетия:

— Будь ты проклят, мерзавец Цинь!

Неожиданно, поверхность реки Вздымающейся раскололась, и в её центре появилась гигантская голова, любопытно осматривая бедолагу. Смеясь, она заговорила:

— А я-то думал, у кого это такая сильная божественная аура. Так это брат Дао Бай Си. Почему ты здесь? Ты проклинал мерзавца Цинь, что он тебе сделал?

— Владыка Выращивания Драконов! — поздоровался Бай Си, стоя на вершине холма. — Я пришёл отправить катастрофу на Империю Вечного Мира, но по дороге встретил Владыку Небесного Дьявольского Культа…

— Можешь не продолжать, я понял! — Гигантский дракон посреди реки задрожал, превращаясь в человекоподобного Владыку Выращивания Драконов. С торжественным лицом он проговорил:

— У него было очень искреннее лицо и его, казалось, несложно запугать, верно?

— Откуда ты знаешь? — со странным взглядом спросил Бай Си.

Владыка Выращивания Драконов топнул ногой:

— Из-за его честно выглядящего лица я теперь Король Драконов Реки Вздымающейся!

Глава 432. Вторжение

Два бога молча смотрели друг на друга со страхом во взглядах. Один из них стоял на хлюпающей волнами реке, а другой на шепчущей травой горе Столетия. Речной бриз насвистывал тягучими, протяжными мотивами, а горный ветер завывал обрывистыми. Несмотря на то, что на дворе стояла ранняя весна, они оба чувствовали пронизывающий до самых костей холод.

Спустя несколько вдохов времени Владыка Выращивания Драконов плавно погрузился в воду, сказав:

— Сначала приведи в порядок свою гору, а затем возведи храм горного бога. Позже я устрою банкет в твою честь. Твоя гора слишком укромна, люди будут посещать её только во время Фестивалей Яркой Чистоты или Призраков, к тому же не жди много податей в виде благовоний. Если тебе не будет хватать еды, зови, поделюсь.

Бог Бай Си чувствовал себя опустошённым. Владыка Выращивания Драконов ел мясо, соответственно поделиться мог только утопленниками. Он же был вегетарианцем… а на подведомственной ему горе в поле видимости не было ни фруктов, ни деревьев. Хотя трупов было довольно много, но ведь…

«Я думаю, что сначала я должен построить храм. Как только он будет готов, появятся верующие, которые принесут мне плоды, а также принесут палочки благовоний. Пока плоды не испортятся, я могу их есть…» — размышлял Бай Си.

****

Между тем в городе Фиолетового Целомудрия.

Цинь Му, стоя перед пятнадцатиметровым Кувшином Пяти Гроз и смотря на него, начинал чувствовать подступающую к вискам пульсирующую боль. Не такая уж большая тыквенная горлянка содержала в себе достаточно энергии, чтобы уничтожить целый мир. Если случайно выпустить пять великих грозовых туч, быть страшной катастрофе, настолько страшной, что от мира может ничего и не остаться!

— Владыка, что нам делать с Кувшинном Пяти Гроз? Спрятать? — практики культа окружили артефакт и, бродя по нему оценивающими взглядами, чувствовали, как их сердца переполняет ужас.

— В этом нет смысла, — покачал головой Цинь Му, — ведь в каком бы месте он не оказался, он будет представлять страшную опасность. Малейшая неосторожность и сила внутри будет приведена в действие. Небесная молния убьёт несметное множество невинных жизней.

Парень обошёл тыквенную горлянку несколько раз и пришёл к осознанию, что самым печальным во всём этом было то, что кувшин не был единственным метеорологическим оружием в империи. Таких было десятки и каждое могло уничтожить Вечный Мир.

Цинь Му внезапно щёлкнул пальцем по Кувшину Пяти Гроз, и все вокруг ощутили, как у них встали дыбом волосы. Грозовые тучи, в мгновение ока распространившиеся на десятки метров, ударили божественными молниями в пяти разных направлениях!

После разрядов молний, люди снаружи выглядели как уголь от пят до кончиков волос. Внутренний двор, в котором они все стояли, был полностью разрушен. В одно мгновение тысячи разрядов молнии обрушились на здания… даже земля расплавилась!..

Юноша откашлял полный рот чёрного дыма и, с промелькнувшей в голове мыслью, проговорил:

— Неплохая вещичка для закалки тела. Использование силы пяти великих грозовых туч для совершенствования полезно для быстрой прокачки физического тела. Нужно доставить его к нам домой… в священный культ».

— Владыка! — взмолился Сы Гун, выражение лица каждого было перекошено. — Если мы доставим его в наш священный культ… и оно случайно взорвётся, нам всем конец!

— Если это сокровище не может быть использовано нашим культом, не будет ли оно потрачено впустую? — в замешательстве, спросил юнец.

— Вовсе нет, вовсе нет! — немедленно ответил старец.

— У этой штуковины есть столько способов применения, — Цинь Му нахмурился и печально вздохнул, — но вы, ребята, не осознаёте, насколько та хороша. Ладно, я просто оставлю её себе. Переместите в моё истинное драконье гнездо.

Все в ужасе переглядывались. Кувшин Пяти Гроз был чрезвычайно опасен, почему же тогда Владыка Культа Цинь считает его полезным? Ведь это бомба замедленного действия, способная в любое время взорваться! Конечно, если поместить артефакт в истинное драконье гнездо, молния не сможет распространиться так далеко, как могла бы, однако, если его сила разгуляется на полную, даже боги будут испепелены пятью великими грозовыми тучами!

«Кроме закалки тела, Кувшин Пяти Гроз можно использовать для уничтожения сект и культов. Если я вдруг встречу кого-то сильнее меня, будет достаточно просто шлёпнуть ладошкой по игрушке, чтобы утащить задиру вместе с собой в загробный мир! Отличный козырь в переговорах!» — подумал про себя Цинь Му.

Все работали не покладая рук, чтобы успешно выполнить технику Перемещения Пяти Демонов и переместить Кувшин Пяти Гроз в истинное драконье гнездо. Но никто из них даже представить не мог, что Владыка замышляет нечто столь безрассудное и опасное.

Цинь Му поблагодарил всех и призвал Божественного Короля Драконов Наводнения с цилинем, собираясь к горному хребту Разрушенный Богом проверить ситуацию, как вдруг Сы Юньсян сказала:

— Владыка, Император в настоящее время держит сюда свой путь и достигнет города Фиолетового Целомудрия где-то через семь дней. Может стоит подождать?

Цинь Му уставился на неё с широко распахнутыми глазами:

— Разве ты не сообщила ему, чтобы он не прилетал?

Сы Юньсян покачала головой:

— Ты только сказал, что его нет смысла больше ждать, но слова о том, чтобы он повернул назад. Император пытается доставить сюда Божественную Пушку Солнечного Удара, а судя по тому, как он спешит, духовные камни расходуются очень быстро…

Парень впал в оцепенение, в то время как в его голове уже появились неприятные мыслишки о том, как Император Яньфэн готовится отрубить ему голову.

— Быстро, сообщи ему, чтобы не прилетал! — выкрикнув, он повернулся и прыгнул на спину сапфирового дракона, собираясь улететь к горизонту.

— Тогда вместо тебя император казнит меня! — пожаловалась девушка.

— Разве ты не знаешь, как приукрасить плохие новости? — улетая, его голос раздался издалека. — Чуть-чуть приукрась всё, и, если ты с этим справишься, он даже вознаградит тебя!

— Приукрасить плохие новости? — Сы Юньсян сначала была ошеломлена, но затем пришла к осознанию и сразу же попросила Сы Гуна сопровождать её во время пути.

Между тем Император Яньфэн стоял на пушечной батарее вместе со свитой из гражданских и военных чиновников, окружённых внушающей благоговение имперской стражей. Пятьдесят шесть печей на огромной пушке без остановки жгли бесчисленное множество духовных камней. Было очевидно, что они изо всех сил спешили к городу Фиолетового Целомудрия.

Когда Сы Юньсян добралась до них, Император Яньфэн как раз приказывал своим людям позаимствовать духовные камни из города на пути. Те, что были загружены на батарею ещё в столице, уже давным-давно закончились, и единственным выходом было использовать запасы встречаемых по пути городов.

— Поздравляю, Ваше Величество! — Сы Юньсян выступила с докладом. — Бог Бай Си с Высших Небес, осознав невообразимую мощь Вашего Величества, не осмелился выступить против Вас и подчинился. Теперь он принадлежит Вечному Миру и сторожит в качестве горного бога гору Столетия уезда Оленя. Империя заполучила ещё одного верного сторожевого пса!

Император Яньфэн довольно улыбнулся и, окинув гражданских и военных чиновников с лева на право, громко рассмеялся:

— Умеют же мятежники подобрать хорошее время для сдач. Узнав, что я прибуду лично, он, видать, ужасно перепугался. Ладно, думаю нам здесь больше делать нечего.

— Как он посмел оскорбить небесную мощь Вашего Величества? Ему пришлось сдаться, иначе он бы умер несчастной смертью! — немедленно сподхалимничал натасканный на это дело Лорд Янь.

Остальные чиновники тоже смекнули, что настал их час, и начали проявлять чудеса креативности в поздравлении Императора Яньфэна, отчего тот улыбнулся от уха до уха:

— Вы следовали со мной до конца, поэтому вас всех ожидает награда.

Чиновники были в восторге.

После суматохи божественная пушка остановилась на мгновение, готовясь вернуться обратно в столицу. Между тем Император Яньфэн вызвал к себе Сы Юньсян и, тут же помрачнев в лице, усмехнулся:

— Маленькая Святейшая из семьи Сы, тебя послал Владыка? Почему он не соизволил встретиться со мной лично?

— Владыка использовал Печать Императора Людей, дабы призвать героев со всех частей страны для защиты от вторжения Высших Небес, удерживая тех за пределами Разрушенного Богом и защищая Вечный Мир…

— Хорошо, хорошо, я понял! — вздохнул Император Яньфэн. — Я знаю, что он приложил много усилий. Благодаря ему Вечный Мир снова не был уничтожен, как и живущие в нём люди. Я не могу его винить в чём-либо. Только расскажи, как он подчинил себе Бай Си из Высших Небес?

— Классика — с угрозами и обещаниями, показывая врагу, что он слаб, и используя сотни прочих методов.

Сы Юньсян рассказала, как именно Цинь Му покорил очередного бога, чем ошеломила Императора Яньфэна:

— Министр Цинь помог Вечному Миру покорить двух богов в столь юном возрасте, в итоге заставив тех охранять горы и реки. Мне иногда даже кажется, что он лучше меня. Я тоже беспокоился о битве у горного хребта Разрушенный Богом, поэтому приказал людям отправиться на расследование, и, наконец, появились новости, — сердце Сы Юньсян сжалось, а мужчина продолжал. — Генерал Границ доложил, что вокруг Разрушенного Богом постоянно происходят землетрясения, из-за чего все тамошние горы солидно просели, потеряв в высоте, не говоря уже о поднятом тумане и вторгшейся тьме. В тумане постоянно виднеются призрачные боги, но нам так и не удалось обнаружить никаких следов от Имперского Наставника и остальных. Я хотел бы лично посмотреть на происходящее, но не могу себе это позволить из-за политических соображений… Империя не должна вмешиваться… Генерал Границ сказал, что это место скорее всего станет частью Великих Руин. Прямо сейчас их тьма вторгается в Вечный Мир…

Девушка была очень обеспокоена, и посмотрела на запад: «Владыка сейчас направляется туда! Что же там происходит?»

Цинь Му летел на драконе до наступления вечера, в итоге достигнув окрестностей Разрушенного Богом. Он поднял голову, чтобы посмотреть вперёд, и его сердце внезапно подскочило, куда не глянь, он видел только серый туман, покрывающий это место слой за слоем. Вскоре погасло даже садящееся на западе солнце.

— Что-то не так…

Горный хребет Разрушенный Богом был очень протяжённым, а его горы славились своей огромной шириной. Обычно он отделял сотнями километров Великие Руины и Вечный Мир, но теперь… теперь он солидно просел, а везде вокруг клубился густой серый туман, из которого время от времени исходили подземные толчки.

— Имперский Наставник активировал Котёл Землетрясения и сломал этот участок горной гряды, погрузив горы в землю! — Цинь Му чувствовал, как от серого тумана исходила дрожь, отчего в его сердце возникло плохое предчувствие. Если Имперский Наставник использовал Котёл Землетрясения, значит он был обессилен и, будучи не способным больше защищаться, должен был уничтожить их всех, чтобы не дать кому бы то ни было пересечь горный хребет Разрушенный Богом!

Когда солнце полностью село с запада начала вторжение тьма, напоминая собой чёрный потоп, на всём своём пути простирающийся от земли к саму небу, а каждое место, к которому тот касался, бесследно исчезало.

Тьма, казалось, направлялась к горному хребту с целью проглотить и его.

Чёрная как смоль тьма хлынула к лицу юноши, но внезапно остановилась!

Цинь Му поднял голову и увидел, что она была похожа на прямой утёс, вершину которого нельзя было увидеть. Она отделила ночь Вечного Мира от ночи Великих Руин!

— Поглотив горный хребет Разрушенный Богом, Великие Руины распространись к Империи Вечного Мира. Тьма поглотила сотни километров, — юноша наклонился и достал флаг, чтобы воткнуть его там, где тьма Великих Руин коснулась ночи Вечного Мира. — Через несколько дней мы узнаем, распространяется ли тьма или она остановилась. Если тьма Великих Руин расширяется, это будет катастрофой для Империи Вечного Мира. Божественный Король Драконов Наводнения, идём!

Дракон тут же превратился в юношу и, вспыхнув божественным светом, повёл Цинь Му и цилиня в руины Разрушенного Богом.

— Драконы Наводнения, ко мне! — властно гаркнул Цинь Му, исполняя Секреты Драконьего Контроля. Драконы полетели к нему, обвиваясь вокруг его тела. Двое даже свесились серьгами с ушей. Магическая сила драконов мгновенно слилась с его, заставив стремительно расти его способности.

— Девять Небес, пробудитесь! — с закружившимися в глазах узорами построений, Цинь Му открыл Глаза Девяти Небес, и из его глаз выстрелили божественные огни, прошивая собой тьму насквозь. Со стороны даже могло показаться, что тьма и серый туман образовали в себе светящуюся дыру.

У Божественного Короля Драконов Наводнения не было такой способности, отчего он испытал лёгкий укол зависти, но Цинь Му не обратил на это ровным счётом никакого внимания, давая ему понять, что нужно следовать рядом с ним.

Они медленно углубиться в руины горного хребта, пока внезапно не остановились. То, что они увидели перед собой, было лоскутами изодранной картины, тихо дрейфующей мимо. Картина некогда была написана глухим, но на ней уже ничего не было. Что-то, казалось, выскочило из неё, разрывая на части, вот только внутри всё ещё присутствовал остаток ужасающей силы, и если они случайно коснутся её, то столкнутся с большой опасностью.

Цинь Му уклонился от картины и пошёл дальше, но тут же вновь остановился. Он увидел сотни изодранных картин всех размеров, тихо паривших в сером тумане, среди них также были куски больших горных пород, и не мог не нахмуриться.

Будучи специалистом в живописи, он догадался, что они, должно быть, оказались посреди места, где глухой вёл ожесточённую битву. Старик мог создавать в своих мирах живописи тысячи различных грандиозных видов и форм, и даже такие эксперты, как Син Ань, были бы запечатаны внутри и им было бы трудно вырваться на свободу. Такое множество парящих картин глухого говорило лишь об одном — битва была до безумия жестокой!

— Ваше Величество, осторожнее! — Божественный Король Драконов Наводнения поспешно прыгнул перед Цинь Му, защищая его. — Не прикасайтесь к этим камням. Они содержат ауру богов, внутри остались их божественные искусства!

Юноша поспешно отстранился, но затем разглядел нечто исполински громадное, медленно движущееся во тьме и сером тумане.

Оно шагало прямо к ним.

По мере приближения, они заметили лишь крупную ногу, верхней части тела не было видно.

Цинь Му поднял голову, сияя божественным светом из своих глаз, и через какое-то время разглядел такую же огромную грудь, а взглянув ещё немного выше, увидел уже лицо бога.

«Каменная статуя!» — он не верил своим глазам.

Каменная статуя шла в темноте и сером тумане!

Юноша-дракон почувствовал, как в его жилах стынет кровь. Перед ними была несравнимо высокая и крепкая каменная статуя, размер которой был за пределами их воображения! И что ещё фантастичней — каменная статуя даже могла ходить во тьме!

— Ма, ха… — Драконы Наводнения на теле Цинь Му испугались и откинули головы.

— Не войте, — с бледной мордой, на сколько это вообще было возможно, цилинь шептал. — Если вы приманите его, он будет летать и убивать людей… всю ночь…

Внезапно каменная статуя нагнулась, словно что-то услышав, и пробилась своим огромным лицом сквозь тьму, появляясь прямо перед группой.

Ху Лин’эр закатила глаза и рухнула на земли, как будто упала в обморок, при этом задрав лапки вверх и выпрямив хвост.

Когда драконы и цилинь увидели статую, они резко повторили за лисичкой и прикинулись дохлыми.

— Молодой мастер… — Ху Лин’эр прищурила глаза и ткнула Цинь Му.

Юноша мгновение колебался, прежде чем рухнуть на спину и высунуть язык, делая вид, что умер от немыслимых страданий.

Глава 433. Контакт с Другим Миром

Увидев, что Цинь Му тоже лежит на земле и притворяется мёртвым, Божественный Король Драконов Наводнения растерялся. Он был богом, уважаемым лидером Драконов Наводнения, как он мог пытаться избежать неприятностей, бесстыдно притворяясь мёртвым так же, как это делала Ху Лин’эр?

Плюх!

Божественный Король Драконов Наводнения повалился на землю, его конечности дрожали. Казалось, что его смерть наступила даже более жалким образом, чем у Цинь Му, что явно свидетельствовало о том, что он не впервые имитирует подобное состояние.

Гигантская голова наклонилась ближе, но её зрение оказалось невероятно плохим. Огромное лицо едва не касалось лежащих не земле тел, затаивших дыхание и не двигающихся.

Псссс.

Каменная статуя прошипела, после чего медленно выпрямилась и ушла во тьму. Её стучащие шаги постепенно отдалялись.

— Кажется, что эта каменная статуя что-то ищет, — поднявшись, Цинь Му начал размышлять. — Откуда она взялась? Из Великих Руин, или другого мира? Что ей нужно?

Ху Лин’эр и Драконы Наводнения встали на ноги, и Божественный Король Драконов Наводнения встряхнул пыль со своего тела. Лисичка решила похвалить его:

— Божественный Король Драконов Наводнения, из всех нас, ты лучше всего умеешь притворяться мёртвым. Вероятно, ты много раз это делал! Как только у тебя появится время, ты должен меня обучить!

Лицо дракона покраснело, и он пробормотал:

— Не делал, не говори ерунды. Это просто врождённый талант…

Шагая вперёд, Цинь Му проговорил:

— Нужно продолжать поиски. Будьте осторожны, мы не знаем, нет ли неподалёку других статуй. Божественный Король Драконов Наводнения, ты можешь что-нибудь сказать о той статуе, что мы встретили?

На мгновение задумавшись, юноша в сапфировых одеждах ответил:

— Скорее всего, она не из Великих Руин.

Слегка ошеломлённый, Цинь Му спросил:

— Не из Великих Руин? С чего ты это взял?

— Каменные статуи Великих Руин страдают от ветра и дождя, отчего выглядят старыми и изношенными. А та, что мы встретили, казалась довольно опрятной и свежей, будто только что превратилась в камень, — впрочем, он был не слишком уверен. — Однако, в Великих Руинах есть довольно много странных мест. Возможно, она долго находилась в каком-то запечатанном уголке, где к ней не могли добраться стихии.

Размышляя, Цинь Му неразборчиво пробормотал себе под нос:

— Неужели под горным хребтом Разрушенный Богом было столько каменных статуй?.. И как только он разрушился, они наконец выбрались из-под земли.

— Такое возможно, —   ответил Божественный Король Драконов Наводнения. — Ваше Высочество, Владыка Выращивания Драконов когда-то говорил, что у Разрушенного Богом очень необычное происхождение. Когда-то Великие Руин были поглощены хаосом, в то время как за их пределами царил мир. Судя по этому, с этим горным хребтом определённо что-то не так.

Углубляясь в странную местность, они заметили, что серый туман и тьма вокруг становились всё плотнее и плотнее. Воздух был затхлым, способным свести человека с ума, а время от времени, вдали раздавались толчки Котла Землетрясения.

Цинь Му двигался в их сторону, и спустя некоторое время, отряд встретился со второй каменной статуей. Она, казалось, тоже что-то искала.

«Слова Божественного Короля Драконов Наводнения имеют смысл! — избегая каменной статуи, подумал про себя Цинь Му. — Статуи скорее всего выбрались из-под Разрушенного Богом!»

Горный хребет, способный сдерживать всю странность Великих Руин, сам по себе являлся необычным местом. Откуда он черпал силу, способную совладать со столь дикой местностью?

Из-за того, что Имперский Наставник использовал Котёл Землетрясения, чтобы сравнять Разрушенного Богом с лицом земли, тьма распространилась на сто пятьдесят километров вглубь Империи Вечного Мира. Исходя из этого, становилось очевидно, что горный хребет и вправду каким-то образом мог удерживать Великие Руины на месте.

Должно быть, тот появился после того, как Империя Императора-Основателя исчезла, превратившись в Великие Руины. Цинь Му когда-то слышал, как люди говорили о боге, создавшем Разрушенного Богом, чтобы отделить Империю Вечного Мира от Великих Руин и не позволить жителям последних покидать их пределы. Создавая горы, он наткнулся на окрестности горы Сумеру, которую пришлось взять в обход из-за сильного существа на вершине Монастыря Великого Громового Удара.

Нельзя было сказать точно, но именно бог, создавший горный хребет, мог похоронить под землёй статуи богов.

— Молодой мастер, может быть это такие же статуи богов, как те, что появились на территории Империи Вечного Мира? — повергнув Цинь Му в шок, заговорила Ху Лин’эр. — Они тоже могли оказаться статуями из лежащего неподалёку горного хребта. Так как здесь погибло много сильных практиков и богов Высших Небес, каменные статуи могли использовать их как подношения, чтобы вернуться к жизни. Впрочем, так как количества погибших всё ещё было слишком мало, существа не сумели полностью ожить, и всего лишь обрели способность бездумно блуждать вокруг.

— Это вполне возможно, — с подозрением ответил Цинь Му. — Но если это действительно правда, то что ищут все эти статуи?

— Естественно им нужен Котёл Землетрясения, сумевший уничтожить горный хребет Разрушенный Богом! — проговорила лисичка, будто называя очевидную вещь. — Это их оружие, и они готовы найти его любой ценой и освободить остатки его силы. Несмотря на то, что Имперский Наставник разрушил это место, он, скорее всего, не освобождал всей силы, сокрытой внутри артефакта.

— Лин’эр очень умна! — похвалил Цинь Му, тем самым обрадовав маленькую лису, отчего та начала невероятно довольствоваться собой.

— Проблема в том, что если каменные статуи могут двигаться, то почему бы им не поискать какое-то другое метеорологическое оружие? — покачал головой Цинь Му. — Найти другой артефакт оказалось бы намного проще. Кроме того, Котёл Землетрясения продолжает порождать ужасающие толчки. Статуи могли бы запросто его найти, попросту следуя в сторону источника колебаний. Исходя из этого, твоя догадка ошибочна. Версия Божественного Короля Драконов Наводнения звучит более логичней.

Радость на лице Ху Лин’эр бесследно исчезла.

Внезапно Цинь Му остановился и упал на землю, вновь прикидываясь мёртвым. Перед отрядом раздались невероятно тяжёлые шаги, в их сторону двигался высокий каменный исполин. Прищурив глаза, юноша увидел, что спина гиганта покрыта флагами. Они тоже окаменели, но в центре каждого до сих пор находился огромный глаз, что создавало довольно странную картину.

Потоки чёрной Ци полились внутрь флагов на статуе. Наполнившись ею, один из глаз на флаге начал постепенно превращаться из камня в плоть и кровь. Он медленно оживал.

Глаз резко завращался по сторонам внутри флага, отчего становилось очевидно, что ему не хватало энергии, чтобы окончательно освободиться от окаменевшего состояния.

«Дьявольский глаз! Каменная статуя — дьявол!» — кожа на голове Цинь Му онемела, он едва удержался, чтобы не вскочить от удивления. Так как статуя перед ним оказалась дьяволом, она определённо не могла происходить из горного хребта Разрушенный Богом. Во тьме Великих Руин шагали монстры дьявольской расы. Они не боялись тьмы, ведь сами являлись её самой страшной частью!

Однажды Цинь Му встречался с дьявольским богом во тьме. Тот заманил его в ловушку, заставив принять окрестности Фэнду за деревню Беззаботную. Старейшина деревни даже вступил с ним в битву!

«Что-то здесь не так. Если эти статуи — дьявольские боги, то почему они превратились в камень? Когда я встречал их раньше, они были переполнены сил!» — в голове парня роились мысли, внезапно приводя его к странному предположению. Мир каменных статуй не был пересечением Империи Вечного Мира и Великих Руин. И они не являлись дьявольскими богами последних, а пришли из другого мира. Именно из-за этого им пришлось оставить свои настоящие тела и силу позади!

«Что здесь происходит на самом деле?» — ум Цинь Му постепенно закипал. Ночью в Великих Руинах появлялось от трёх до пяти других миров, но теперь, после разрушения горного хребта, их стало ещё на один больше!

«Этот новый мир будет пересекаться с Вечным Миром? Как что-то столь невообразимое вообще могло случиться?» — пока он размышлял, дьявольский глаз на флаге начал вращаться, осматривая окрестности, как вдруг его взор упал на валяющихся “опоссумов”, наполняясь любопытством.

Сердце юноши вздрогнуло от страха.

Неожиданно флаг упал со спины каменной статуи, приземляясь прямо перед ними. Попрощавшись с идеей притворяться мёртвым, Цинь Му мгновенно вскочил, крича:

— Божественный Король Драконов Наводнения!

Услышав его зов, монстр немедленно вернулся в свой истинный облик. Схватив Ху Лин’эр, Цинь Му запрыгнул на его спину, в то время как цилинь повёл Драконов Наводнения следом. Затем Божественный Король Драконов Наводнения в спешке поднялся в воздух, улетая прочь!

Каменная статуя за их спиной развернулась, с неистовой скоростью ударяя рукой!

Божественный Король Драконов Наводнения заревел, его жизненная Ци вырвалась наружу, превращаясь в бушующий поток. Будто длинная река, она быстро обвилась вокруг руки каменной статуи, пытаясь разрушить её.

Конечность противника согнулась, затем выпрямилась, простым движением разрушая божественное искусство сапфирового дракона.

Ощутив, как кровь в его жилах застыла, он прокричал:

— Ваше Величество, это истинный бог!

— Дьявол, а не бог! — поправил его Цинь Му.

Каменная статуя зашагала вперёд, в несколько шагов догоняя беглецов. Её вторая рука понеслась в их сторону, и Божественному Королю Драконов Наводнения пришлось уворачиваться. В то же время флаг противника взмыл в небо, приземляясь недалеко от отряда. Глаз на нём продолжал безумно вертеться.

Как только Божественному Королю Драконов Наводнения удавалось отдалиться на небольшое расстояние, флаг снова подпрыгивал и приземлялся неподалёку, будто жаба.

— Зрение каменной статуи полагается на глаз! Без него дьявольский бог не сможет нас найти!

Поспешно всё обдумав, Цинь Му достал Нефритовый Глаз Солнца из своего мешочка таотэ. Быстро разместив его на спине дракона, он молча активировал сокровище.

Хммм!

Луч божественного солнечного света пронзил тьму и туман, врезаясь в глаз на флаге. Последний выстрелил дьявольским чёрным лучом в ответ, блокируя подступающую атаку.

Схватив свободной рукой Нефритовый Глаз Луны, Цинь Му прицелился, как вдруг тонкое невесомое лезвие выстрелило из артефакта, и всюду, где оно проносилось, воздух превращался в твёрдую материю!

Объединённые лучи солнца и луны с лёгкостью преодолели технику противника и разрушили глаз. Вместо него на флаге осталась лишь огромная дыра!

«Совместное использование Нефритовых Глаз Луны и Солнца приводит к ещё большей мощи!» — подавляя изумление в своём сердце, Цинь Му поднял голову и посмотрел на каменную статую. Движения гиганта внезапно остановились, и он повернулся к ним ухом, будто собираясь что-то расслышать.

— Не двигайся, — как можно тише шептал Цинь Му. Божественный Король Драконов Наводнения тут же остановился. — Иди медленно, не спеши…

Сапфировый дракон медленно крался вперёд, в страхе издать лишний звук, в то время как Цинь Му пристально всматривался в каменную статую. Казалось, будто она, ударяя и пиная всё вокруг, осматривается. Впрочем, ей так и не удалось заметить отряд.

Внезапно Божественный Король Драконов Наводнения остановился и заговорил дрожащим от страха голосом:

— Ваше Величество…

— Продолжай двигаться, — взволновано проговорил Цинь Му.

— Ваше Величество, посмотрите вперёд! — прохрипел дракон.

Голос Ху Лин’эр тоже начел хрипеть:

— Молодой мастер, посмотри вперёд!

— Вперёд? — слегка ошеломлённый, Цинь Му повернулся, осматривая картину впереди. Как только его взор обнаружил то, о чём говорили остальные, его глаза опустели, а чувства покинули тело. Между тем каменная статуя позади разрушала всё подряд, быстро приближаясь.

Но Цинь Му, казалось, ничего не замечал. Спустя некоторое время, он пробормотал:

— Имперский Наставник, что же ты наделал…

Глава 434. Впечатляющее Зрелище

Перед ними открылся вид, казалось бы, слитых друг с другом небом и землёй, но не это было самым шокирующим, а огромная дыра на и между ними. Увиденное было достаточно трудно описать, ведь небо само по себе было пустым, тогда как в нём могла образоваться дыра, ну или хотя бы её часть?.. Земля же была крайне толстой, и даже если пробурить в ней глубочайшую дыру, разве возможно добраться до чего-то обозримого?.. Но прямо сейчас перед ними открылось невообразимое, впечатляющее зрелище!

Имперский Наставник, скорее всего, использовал Котёл Землетрясения в решающий момент, заимствуя божественное искусство метеорологического оружия, чтобы пробить землю и небо двух миров, и порождая столь завораживающее зрелище. Кроме того, сила сокровища оказалась настолько велика, что разрыв между двумя мирами до сих пор не исчез. Барьеры двух миров попросту не могли самовосстанавливаться!

Перед огромной дырой в Великих Руинах и Вечном Мире стояла ночь, в то время как за дырой было восходящее солнце, озаряющее собой чёрный, высокий дьявольский замок.

Небо другого мира было расположено под горизонтом, а значит на земле Разрушенного Богом, в то время как земля над горизонтом, а значит в небе. Глазея на землю того мира, Цинь Му видел различные возвышающиеся острые здания, похожие на длинные ножи, мечи и копья, они были по три километра в высоту и располагались очень плотно друг к другу.

По сравнению с Вечным Миром, это был совершенно другой стиль архитектуры. Грандиозные и зловещие дьявольские замки были разбросаны на разных высотах огромных гор, без конца простирающихся вдаль. Некоторые из них даже парили в небе и под лучами солнца отбрасывали тени на Разрушенного Богом.

Деревья и горы этого мира тоже имели аномальные формы, выглядя извращёнными и ужасающими.

Солнечный свет из другого мира сиял от земли их мира и достигал Цинь Му и остальных, которые, стоя перед несравнимо огромной круглой дырой, казались столь же миниатюрными, как муравьи. Солнечный свет удлинил их тени, вот только на фоне дыры те выглядели крайне незначительными. Под их ногами располагалось солнце, а над их головами земля. Со стороны казалось, что они стояли перед зеркалом, которое отражало вещи вверх ногами. Вдобавок ко всему дыра слегка дрожала, заставляя горы в окрестностях Разрушенного Богом подскакивать в воздух от непрерывных толчков.

Тела группы онемели от толчков, а их исконные духи стали неустойчивыми. Можно было только представить, какая ужасающая энергия была высвобождена, когда Имперский Наставник использовал Котёл Землетрясения!

— Землетрясения исходят из дыры. Это определённо не Имперский Наставник, — сердце парня упало в пятки. Войдя в горный хребет Разрушенный Богом, он, время от времени чувствуя толчки, думал, что наставник до сих пор использует Котёл Землетрясения, поэтому для него оказалось большой неожиданностью, что толчки выходили из соединяющей два мира дыры.

Имперского Наставника там не было, жив он или мёртв, было неизвестно. Цинь Му поднял голову и посмотрел на землю, парящую в небе. Там стоял сильный дьявольский бог, который имел окаменевшее тело, но при этом высвободил свой исконный дух. Дьяволы различных странных форм, которые выглядели как тяжело работающие муравьи, окружили окаменелое тело дьявольское бога, чтобы построить большой жертвенный алтарь. Между тем десятки тысяч рабов были приведены на казнь для кровавой жертвы во имя божества.

Колдун, носящий белые кости и перья на голове, использовал заклятие на большой жертвенник. Вид крови, парящей вокруг него, был навеки запечатлён в глазах Цинь Му и остальных. Если кратно — красота в жестокости. Зрелище было одновременно шокирующим, жестоким и ужасающим.

Этот мир явно переживал варварскую, кровавую эпоху, а их божественные искусства были очень примитивными.

— Можно сказать, благодаря Имперскому Наставнику у нас появились новые, большие проблемы! — почесал голову паренёк. Котёл Землетрясения открыл проход в другой мир, где, судя по всему, обитало много дьявольских богов, которые, увидев Империю Вечного Мира, естественно, были счастливы от появления новой добычи. Желание покорять поселилось в их сердцах, и они, абсолютно не колеблясь, даже окаменели свои тела, чтобы отправиться сюда!

Но кое-что всё же настораживало, после того как каменные статуи дьявольских богов отправились в новый мир, они не попытались использовать ещё большую жертву, чтобы полностью раскрыть дыру, созданную Котлом Землетрясения, а вели какие-то поиски.

— Почему дьяволы не могут пройти через такую огромную дыру? — был озадачен паренёк.

Божественный Король Драконов Наводнения, похоже, кое-что обнаружил, сказав:

— Ваше Величество, армия дьяволов на жертвенном алтаре, вон там!

Цинь Му посмотрел в сторону, и его сердце наполнилось страхом. Рабы дьявольского мира строили большой жертвенный алтарь, который был во много раз больше, чем тот, что он видел ранее. Алтарь был похож на огромную выбритую плоскую гору, между тем вокруг него порхали десятки тысяч дьявольских колдунов, использующих кровь рабов, чтобы рисовать различные руны.

Тем временем на границе жертвенника армия дьяволов шла с величием к центру. Они должны были подготовиться и использовать предоставленную им возможность, они должны были отправить свою армию в Вечный Мир!

— Возможно они не могут пересечь эту дыру и только с помощью жертвы их воины смогут пройти? — не отрывая взгляда, юноша смотрел на них. Он протянул руку, пытаясь попасть в другой мир, но встретил невидимый барьер. Перед ним был другой мир, но он не мог в него войти.

Божественный Король Драконов Наводнения и цилинь тоже попытались, но чем сильнее ты, тем сильнее сопротивление. Они не могли просто так войти в чужое время и пространство, но внезапно послышался громкий удар, словно на землю приземлился некий тяжёлый объект. Звук поразил Цинь Му и остальных, приводя в чувство.

С другого мира была послана каменная статуя дьявольского бога. Стоя справа от них примерно в трёхстах метрах, она возвышалась на высотку около четырёхсот метров, в то время как руны на ней, образованные свежей кровью, непрерывно перемещались и меняли форму, постепенно погружаясь в камень.

Статуя вдруг дёрнулась и медленно начала двигать телом. Было очевидно, что колдуны в другом мире использовали рабов в качестве кровавых жертвоприношений, чтобы дать дьявольским богам возможность двигаться самостоятельно, ведь те не могли передать свою необъятную энергию, а следовательно, не могли двигаться сами по себе.

— Быстрее, уходим! — сапфировый дракон немедленно рванул вдаль, сделав оборот вокруг огромной дыры, между тем Цинь Му запрыгнул ему на спину и обернулся. Он увидел, как каменная статуя наклоняется и ползёт к земле, пока её руки дрелями не вонзились в неё, а она сама полностью не вошла в неё головой вперёд. В мгновение ока больше не было никаких признаков того, что статуя когда-либо там была.

«Кажется, эта каменная статуя тоже что-то ищет! Но что именно? Имперский Наставник, слепой, они ещё живы? Если да, тогда где они прячутся?» — с такими мыслями он применил Девять Глаз Небес Бог и, двинувшись на север, начал тщательные поиски следов стариков. Со временем он заметил признаки битвы, оставленные мясником и слепым после сражения с богами Высших Небес.

— Осторожнее! — предупредил Цинь Му, увидев в воздухе чёрную линию. Божественный Король Драконов Наводнения тут же удивлённо остановился, но ему тоже показалось, что здесь что-то не так…

Он обогнул чёрную линию и, обернувшись, увидел, что та стала шире. Линия была светом ножа, который буквально застыл в воздухе. Он разрезал пространство на части, но потом застрял, однако, так как сила божественного искусства в ноже не исчезла, пространство не могло восстановиться!

— Какой ужасающий навык ножа! — Божественный Король Драконов Наводнения не мог сдержать дрожи в теле. Такой навык ножа был известен как божественный нож. Достигая области Дао, он становился безупречным и чрезвычайно ужасным.

— Небесный Нож дедушки мясника — Забой Свиней! — в удивлении, воскликнул парень. Раньше он тоже изучал этот навыки ножа, но не мог сравниться со своим дедушкой.

Нож мясника был слишком дикий, и даже если другие люди научатся его навыкам, им будет трудно высвободить их силу. Только став такими же сумасшедшими, как он, они смогли бы раскрыть полную силу его навыков ножа.

Затем группа увидела море палящего пламени в горах, которое даже тьме было трудно поглотить.

«Печь немого разрушена!» — был поражён Цинь Му. Такое пламя могло быть произведено только печью немого, но как только она разрушилась, море пламени внутри вырвалось во всех направлениях.

«Мог ли умереть дедушка немой?» — оглядевшись, он продолжил вести группу.

Оставив море пламени позади, Цинь Му вдруг увидел старого Жулая. Тот сидел в позе лотоса, окружённый двадцатью небесами и сидящими вокруг богами и буддами разнообразных размеров.

Рядом со старым Жулаем находился бог Высших Небес.

Двое мужчин сидели лицом друг к другу.

Цинь Му был на мгновение ошеломлён, а затем вздохнул. Поклонившись старому Жулаю, он посадил его на спину Божественного Короля Драконов Наводнения, после чего продолжил свой путь.

Ху Лин’эр повернула голову назад, с любопытством спросив:

— Молодой мастер, почему старый монах не двигается?

Цинь Му покачал головой:

— У него была тяжёлая битва.

Ху Лин’эр была удивлена.

Вскоре Цинь Му увидел держащего в обоих руках мечи старого Мастера Дао, от которого веяло небесной аурой. Стоя с поднятой головой и улыбаясь, старик смотрел на бога, который наполовину вылез из горы.

Божественный свет выстрелил из его глаз, помогая увидеть пронзённое мечом межбровье бога. Оставленная рана была очень тонкой, почти незаметной.

Цинь Му перевёл взгляд на старого Мастера Дао и увидел, что его тело было изувечено. Травмы были повсюду, но без кровотечений.

— Старый даос жив? — спросила лисичка.

Юноша покачал головой и, спустившись, чтобы принести старого Мастера Дао на спину дракону, мягко проговорил:

— У него нет крови. Его последняя атака мечом, которым он пронзил межбровье бога, была сотворена исконным духом. После удара его исконный дух трансформировался в Дао и, взорвавшись с могучей силой, самоуничтожился… как только сила движения исчерпана сама себя, исконный дух попросту рассеялся.

“Люди, которые идут разными путями, не могут вместе строить планы”.

Несмотря на то, что пути Небесного Дьявольского Культа и секты Дао были разными, Цинь Му до сих пор был очень почтителен к старому Мастеру Дао.

Ху Лин’эр посерьёзнела и, поправив одежду, почтительно поклонилась старому даосу:

— Благородный и праведный человек в возрасте, твоё сердце полно яростной страсти. Приветствую!

Увидев это, Драконы Наводнения встали на задние лапы и сложили когти вместе:

— Ма ха!

Они шли вперёд, пока не заметили огромную змею, лежащую на земле.

Это была Бессмертная Ива.

Каменных статуй из другого мира стало гораздо меньше, но атмосфера стала лишь угнетающе-удушающей.

Уголки глаз Цинь Му содрогнулись в страхе… он разглядел трупы одноного, бабушки Сы и остальных.

Положив Бессмертную Иву на спину Божественному Королю Драконов Наводнения, он прошептал:

— Старейшина деревни говорил, что я должен буду забрать трупы. Бессмертная Ива, я здесь. Скоро мы отправимся домой…

Они увидели Бессмертного Белого, покрытого серебряными шипами, на которых запутался клубок ниток. В ладони он держал тарелку с серебряными иглами, а из дыры в груди торчала чужая рука. Он убил своего противника, но совсем не ожидал, что враг перед смертью заберёт его с собой.

Окрестности были очень тихими, горные скалы парили во тьме и тумане. Они подошли ближе, как вдруг магнитная сила под их ступнями, казалось, исчезла.

— Великие Всеобъемлющие Небесные Звёзды! — попав в странное силовое поле, Цинь Му, подняв голову, посмотрел на звёзды, и его сердце облилось кровью: «Бабуля…»

Над ним раскинулось звёздное небо, сформированное Великими Всеобъемлющими Небесными Звёздами, посреди которого он увидел неподвижно сидящую бабушку Сы.

У женщины была вытянута ладонь, как будто она только что использовала своё искусство.

Она выглядела воистину великолепно.

Глава 435. Возвращаются, будто Ласточки

Подавляя беспокойство в своём сердце, Цинь Му отвёл взгляд от тела бабушки Сы. Вскоре он увидел мясника, стоящего на небесной звезде с ножом в руке.

Его тело было высоким и крепким, два ножа скрестились в воздухе, но он тоже не двигался.

Затем юноша заметил Отшельника Цина. Раньше он использовал в бою кнут из конского волоса, но сейчас оружие лежало сбоку, возле его локтя. Старик сидел в позе лотоса, также возвышаясь над звездой.

После этого Цинь Му посмотрел на немого, стоящего на огненной звезде Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд. Его сердце задрожало, и он едва удержался, чтобы не выблевать кровью.

С трудом повернув голову, он наконец обнаружил Имперского Наставника.

Мужчина сидел на Котле Землетрясения, под которым сияла ещё одна из Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд.

Продолжая осматриваться, Цинь Му заметил Бессмертных Крысу, Лису и остальных. Одноногий вытащил целителя, из ран которого до сих пор шла кровь, на одну из звёзд. Слепой опустил голову, опёршись на свою бамбуковую трость. Под его ногами тоже находилась звезда.

Старый Ма принял облик будды, немой до сих пор держал в руке кисть, а Королева И свой нож-крыло, между тем рог на голове Короля Куня всё ещё находился на месте. Все они находились внутри Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, созданных бабушкой Сы.

Под каждым мастером сияла звезда.

— Где сестра Цзин? Почему она не здесь? — Цинь Му нервно оглядывался, не в силах обнаружить Янь Цзинцзин. — Даже Кораблю Солнца не было под силу остановить богов Высших Небес?

Внезапно возле них пронёсся луч света, и Цинь Му увидел солнце вдали. Оно наполовину почернело, из-за чего стало заметным лишь обернувшись к отряду яркой стороной.

Корабль Солнца был чрезвычайно огромным, поэтому, даже когда его корпус находился за горными вершинами, в небе был заметен свет его солнца.

Тем не менее, судно не подавало следов жизни. Его аура исчезла.

Сердце Цинь Му замерло. В этот миг раздался голосу Ху Лин’эр:

— Молодой мастер, я не могу найти Бессмертного Жёлтого и Тусин Фэна…

Собравшись с мыслями, Цинь Му продолжил озираться, пронзая округу божественными лучами своих глаз. За спиной бабушки Сы он увидел бога, чьи пальцы были сложены в форме меча и указывали в её затылок.

Но этот бог тоже замер на месте, совершенно не двигаясь.

Затем Цинь Му увидел Цветочную Владыку из Высших Небес. Из-под ног женщины цвели цветы, закрывая собой небо, будто росли в воздухе. Она висела вверх ногами, держась за одну из ветвей, в готовности атаковать Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд.

Впрочем, замерев на месте, она тоже не двигалась.

После этого в небе над Кораблём Солнца Цинь Му заметил третьего бога. Тот протянул когти, атакуя кого-то на борту. Однако, он тоже не мог пошевелиться.

Всматриваясь вдаль, Цинь Му увидел остальных богов Высших Небес. Приняв различные позы, они выглядели будто находились в разгаре ожесточённой битвы. Но ни один из них не двигался.

— Они мертвы? — Цинь Му пытался успокоиться, но это оказалось не так просто сделать. Увиденное оказалось слишком странным. Все вокруг неподвижно замерли, будто время в этом месте остановилось. Но если это и вправду было так, почему это никак не влияло на них?

— Ваше Величество, они до сих пор живы, — внезапно проговорил Божественный Король Драконов Наводнения. — Я всё ещё чувствую их ауры. Их дыхание слабое и растянуто, но только некоторые уже не дышат. Что странно, их исконные духи не в телах. Их будто вытащили снаружи…

Юноша был ошеломлён:

— Их исконные духи кто-то вытащил?

Божественный Король Драконов Наводнения продолжил:

— В этих телах нет исконных духов. Судя по положению бабушки Сы и Имперского Наставника, они используют какое-то построение исконного духа. Как только их божественные искусства подействовали, исконные духи остальных вылетели наружу. Судя по этому, думаю, что их ранения оказались настолько сильными, что они решили продолжить сражение используя только исконные духи.

Цинь Му облегчённо вздохнул, его сердце расслабилось:

— Они не мертвы, а просто сражаются в виде исконных духов. Божественный Король Драконов Наводнения, ты хорошо в этом разбираешься, не знаешь, куда отправились их исконные духи?

— Скорость исконного духа невероятно высока, он может преодолеть десятки тысяч километров в мгновение ока, двигаясь в безграничной пустоте. Так что они уже далеко от этого места, и я понятия не имею, куда они могли отправиться.

Цинь Му был в шоке от услышанного, и в следующий миг он неуверенно спросил:

— Кто из них уже не дышит?

Сапфировый дракон указал на одноногого, целителя, глухого, Короля Куня и Бессмертную Крысу.

На сердце Цинь Му становилось всё тяжелее и тяжелее.

— Кроме того, у некоторых богов Высших Небес тоже оборвалось дыхание. Их исконные духи, должно быть, проиграли битву, — тихо проговорил дракон.

С мрачным лицом, Цинь Му отправился к Кораблю Солнца. На его борту все тоже замерли. Судя по всему, после того как бабушка Сы с остальными исполнила построение, исконные духи всех вокруг покинули тела, независимо от того, был это бог или обычный смертный!

— Молодой мастер, — увидев лицо Цинь Му, на душе Ху Лин’эр стало тревожно. — Молодой мастер, они…

— Они не умрут, — Цинь Му на мгновение закрыл глаза. — Божественный Король Драконов Наводнения дай мне свою силу! Я использую способности бога, чтобы исполнить Проводника Души! Пока их души не погасли, я могу их вернуть!

Божественный Король Драконов Наводнения на мгновение заколебался, после чего ответил:

— Молодой мастер, твоё физическое тело не сможет совладать с моей магической силой. Я отличаюсь от Драконов Наводнения, — я бог, а они нет. Твоё Божественное Сокровище Божественного Моста может контролировать их мощь, но если я дам тебе свою, оно взорвётся, ведь твой мост и так разрушен…

— Я сказал тебе дай, значит дай! — уверенно проговорил Цинь Му.

Божественный Король Драконов Наводнения оказался беспомощным, ему осталось лишь послушаться и положить тела старых Жулая и Мастера Дао на землю:

— Ваше Величество, я превращусь в божественного дракона и обопрусь на твоё хребет, чтобы он выдержал нагрузку. Тем не менее, я не в силах защитить твои божественные сокровища. Если Ваше Величество не сможет выдержать давления, просто скажи. И я остановлю поток силы.

— Вперёд!

Форма Божественного Короля Драконов Наводнения резко изменилась, бог превратился в метрового сапфирово-синего Дракона Наводнения, который быстро прицепился к спине юноши. Монстр начал постепенно исчезать, заменяясь синим рисунком на его коже, напоминая татуировку.

Цинь Му исполнил Секреты Драконьего Контроля, мгновенно заполучая силу Драконов Наводнения. Внутри его тела раздались взрывы, с которыми проснулись Божественные Сокровища Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста.

Магическая сила Драконов Наводнения была невероятно плотной, до краёв наполняя его божественный мост. В следующий миг он направил силу Божественного Короля Драконов Наводнения, и в тот же момент мощь зверя пронеслась по Божественному Мосту, направляясь прямо к Райским Небесам!

Исконный дух Цинь Му наполнился силой и перешёл по Божественному Мосту на другой берег. Поток мощи дракона поднял его, неся к небесным дворцам.

Тем не менее, силы Божественного Короля Драконов Наводнения не хватило, чтобы доставить его к Райским Небесам. Исконный дух был вынужден остановиться у Южных Райских Ворот, которые находились в самом начале области.

«Божественный Мост Вашего Величества не разрушен!» — Божественный Король Драконов Наводнения был крайне шокирован, но в этот миг Цинь Му активировал несравнимо яростную силу, и с его уст слетел древний дьявольский язык, исполняя Проводника Души!

Это было заклятие секты Девяти Призраков, которое в Империи Вечного Мира не считали выдающимся божественным искусством, но в то же время сумевшим однажды погрузить часть страны в хаос.

Когда Цинь Му впервые пришёл в Имперский Колледж, чтобы изучать техники и божественные искусства, его внимание не упало на навыки, владеющие большой силой. Вместо этого он нашёл Проводника Души и Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны, почувствовав, что их необычные способности способны предоставить безграничные возможности.

Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны были заклятием, которое принёс в Империю Вечного Мира Король Дьяволов Дутяня, надеясь обмануть людей этого мира и заполучить их землю.

Проводник Души тоже не брал своё начало в секте Девяти Призраков. Его способности выходили далеко за пределы возможностей секты, к тому же он, казалось, имел какую-то связь с Юду, что, собственно, и заставило Цинь Му однажды предположить, что именно оттуда он и произошёл…

Проводник Души был заклятием, принадлежащим категории души из Юду.

Проблема была в том, что его владение языком Юду оставляло желать лучшего, поэтому он всё ещё не мог использовать заклятие в полную силу.

Впрочем, в его руках сила Проводника Души уже давно превзошла то, что однажды продемонстрировала секта Девяти Призраков.

— Врата Небесной Воли, откройтесь! — воскликнул Цинь Му, и за его спиной открылась ужасающая дверь.

Его магическая сила была невероятно высокой, поэтому Врата Небесной Воли тоже оказались неестественно высокими и массивными. Их две дверцы высотой в несколько сотен метров распахнулись, открывая во тьме за собой мир Юду. Из него немедленно потекла дьявольская Ци, распространяясь по Великим Руинам с аурой, от которой даже сердца богов застывали в страхе!

Практики божественных искусств секты Девяти Призраков не могли создавать Врата Небесной Воли. Они лишь заимствовали силу Проводника Души, который связывал их со входом в мир Юду.

Однако, Цинь Му мог.

Врата, созданные им, были подлинными.

После того, как врата открылись, мгновенно вспыхнула сила Проводника Души, и в мир Юду понёсся поток рун, излучающий едва заметный свет. Они освещали свою траекторию во тьме, напоминая летающий мост, протянувшийся в глубину другого мира.

Спустя мгновение скалистые горы по ту сторону ворот задрожали, переворачиваясь под давлением скелетов, рвущихся на свободу, танцуя и размахивая руками от радости.

В Империи Вечного Мира и Великих Руинах начала дрожать земля. Всевозможные трупы и скелета выбирались наружу. Их рты открывались и закрывались, но не могли издать ни малейшего звука.

Цинь Му нахмурился. Он призывал из Юду всё больше и больше душ. Несмотря на то, что они принадлежали всевозможным формам жизни, погибшим неподалёку, он так и не смог призвать целителя, одноногого и остальных.

— Они не в Юду? Кто бы вас не забрал, я вас найду! — сжав зубы, Цинь Му яростно взревел. Врата Небесной Воли неожиданно расширились, а сила Проводника Души увеличилась. — Дедушка целитель, тащи свою душу сюда!..

****

— Фэнду прямо перед нами, — в мире живых мертвецов, птицеголовый мутант вёл группу людей вперёд, говоря с целителем, одноногим и глухим. — Ваш старый друг ждёт на Мосту Беспомощности.

— Старый друг? — целитель растерялся. — Что ещё за старый друг?

Птичий бог улыбнулся:

— Узнаешь. Когда будешь на месте.

Когда они подошли к Мосту Беспомощности, целитель, одноногий и остальные были ошеломлены, увидев стоящего посреди строения старейшину с целыми конечностями:

— Вот мы и встретились снова на Мосту Беспомощности. Вы всё ещё…

До того, как он успел договорить, вокруг Моста Беспомощности закружил чёрный туман, формируя огромную воронку. Внутри неё раздался злостный крик:

— Дедушка целитель, тащи сюда свою душу!

Целитель, одноногий и остальные неожиданно ощутили, как мир вокруг начинает кружиться, утаскивая их с непреодолимой силой. Они пошли ко дну, не имея малейших шансов на сопротивление.

Внезапно гневный крик пронёсся по Фэнду:

— Что за демон смеет шуметь в моём мире?

Постепенно над горизонтом поднялось тело Короля Ямы, но заглянув в глубины воронки и увидев там лицо Цинь Му… Он был ошеломлён!

Глава 436. Козлы Отпущения

Смотря вниз на мост, боги и дьяволы города Фэнду окружили Короля Яму. Увидев водоворот, их лица резко изменились, и они собирались было ринуться в атаку, но Король Яма поднял руку, серьёзно сказав:

— Всем стоять на своих местах.

Боги и дьяволы были озадачены:

— Под мостом божественное искусство из Юду. Оно пришло к нашему Фэнду, чтобы украсть наших людей, почему мы бездействуем?

Другой бог добавил:

— Если Юду продолжит безнаказанно создавать шум, мы не сможем долго удерживать Фэнду! Король Яма, мы должны атаковать!

Покачав головой, Король Яма заговорил с немного странным голосом:

— Человек, который использовал божественное искусство Юду не является ни богом, ни дьяволом Юду, он гость из деревни Беззаботной. Я видел это лицо раньше, оно очень похоже на того человека… Нет нужды в это вникать, — прячась под накидкой темноты, его взгляд был подобен свече, горящей призрачным сиянием. — Вот он, человек из Беззаботной. Я ждал старую ласточку предыдущей династии и старые мечты, чтобы вернуться и восстановить своё гнездо, но что я могу сделать, когда вместо старой ласточки появляется новая.

— Пришло время для возвращения ласточек. Трудно отличить старую от новой, — сказал старейшина деревни.

Король Яма опустил голову, посмотрев на него. Его плащ развевался в небе над городом Фэнду, а фигура удалялась вдаль.

Старейшина осмотрел мост и вздохнул:

— Я думал, что у меня будет воссоединение с целителем и остальными, но Цинь Му призвал их обратно. Интересно, их физические тела мертвы или нет? Если это так, нам всё равно придётся воссоединиться в Фэнду… Мастер, что за река ниже Моста Беспомощности?

— Легенды гласят, что она берёт начало в Юду. Мы называем её Рекой Забвения, — старейшина смотрел на реку, пока к нему не подошёл говорящий мастер. — Я мог бы рассказать тебе очень много историй о ней, но у нас нет столько свободного времени. В реке обитает огромное количество очень страшных монстров из Юду. Могучий практик, исполнивший божественное искусство Юду, чтобы похитить тех людей, держал свой путь сюда именно через неё. Ты ведь хорошо знаком с ним, я прав? — он мерцающим взглядом уставился на лицо старейшины. — Ты находился к нему ближе всех, но, когда услышал его голос, не стал вмешиваться.

Кивнув, старейшина с намёком на гордость в голосе сказал:

— Он мой ученик, нынешний Император Людей! Как тебе, старый ублюдок? Ученик, которого я выбрал, лучше, чем ученик, которого ты выбрал!

— Тупица, ведь ты и есть мой ученик!

— Умри, старый ублюдок!

****

В Силовом Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёздах, целитель, одноногий, Король Кунь и остальные внезапно открыли свои глаза.

— Чёрт, моё физическое тело уже умерло. Я не могу защитить свой исконный дух! — резко сказал глухой.

Король Кунь и Бессмертная Крыса тоже проснулись. Их исконные духи покинули тела слишком надолго, в результате чего те начали разлагаться!

Причина, по которой Божественный Король Драконов Наводнения заметил, что они не дышали, была как раз из-за смерти их физических тел.

— Му’эр, как долго ты сможешь продержаться? — спросив, целитель в спешке поднялся и, на ходу доставая всевозможные травы и серебряные иглы, с нервозностью на лице добавил. — Если ты продержишься ещё немного, я смогу продлить нашу жизнь и оживить наши физические тела!

Цинь Му стоял перед Вратами Небесной Воли, продолжая заимствовать силу Драконов Наводнения и Божественного Короля, чтобы поддерживать Проводника Души:

— Дедушка, не волнуйся, я могу продержаться несколько дней и ночей!

— Так долго не придётся, — достав улей, целитель заговорил. — Сначала я использую Термитов Души, чтобы связать наши физические тела и исконные духи, после начну питать их ядом, который разорвёт связь между исконным духом и Фэнду, а также Юду. Затем я выращу Заменяющих Жизнь Насекомых, чтобы они убили нас.

Целитель подбросил улей вверх, и тот, порхая, начал быстро расти. Внутри него были яйца насекомых и странные семена различных размеров. Насекомые в молочно-белых яйцах отличались друг от друга.

Старик быстро усовершенствовал яд и лекарство, после чего постучал по телам всех присутствующих разнообразными непредсказуемыми ручными техниками, и вскоре из их тел послышалось сердцебиение.

Целитель немедля использовал серебряные иглы, прокалывая их тела, между тем глухой нервно смотрел на яйцо насекомого, но уже в следующий момент оно оказалось у него во рту благодаря покладистому лекарю, и он тут же стал бледным, как простыня.

Целитель ловко выкопал ямы и посадил несколько семян. Через мгновение они проросли, вырастая в огромные бутоны. Цветы закружились, распускаясь лепестками наружу.

— Идите к цветам!

Все сделали так, как он сказал, одноногий спросил:

— Врачеватель боевого мира, что это за цветок? Он мясистый на ощупь.

У целителя было нервное выражение:

— Это не цветы, а Заменяющие Жизнь Насекомые. Не двигайтесь, пусть они вас проглотят.

— Заменяющие Жизнь Насекомые? — все были ошеломлены, но не успели они прийти в себя, как огромные цветы откинулись назад и захлопнули на них свои лепестки, плотно обвивая их внутри.

В действительности цветы не были цветами, а каким-то странным насекомым. Проглотив всех, они начали искажаться, пока не начали прорастать головами, телами и прочими конечностями. Их внешность была идентична тем, кого они проглотили.

Цинь Му был ошеломлён, узнавая в них Короля Куня, целителя и остальных, но что ещё удивительней, у насекомых также были и их ауры. Они даже подражали их душам и исконным духам со сверхъестественным сходством, никто бы не заметил разницы!.. Затем произошла очередная странность… “целитель” и остальные быстро постарели, став седыми. В мгновение ока они постарели от средних лет к их последним годам.

Казалось, они вот-вот умрут.

Через какое-то время они всё-таки исчерпали свою продолжительность жизни и бездыханно рухнули на землю.

Цинь Му развеял Проводника Души, а уже в следующий миг из неизвестных мест хлынули своеобразные ауры. Из глубин пространства заклокотала тьма, в которой сияли одинокие ламы на бумажных корабликах. Оказавшись у бездыханных “целителя” и “остальных”, старцы на корабликах подняли лампы, вытягивая из трупов пребывающие в смятении “души”. Следуя за светом, те направились к корабликам с запутанными выражениями лиц. Вестники смерти повесили лампы обратно на свои места, а после погрузились во тьму, и странные ауры тут же исчезли.

— Отлично, вестники смерти обмануты! — раздался голос целителя, а уже в следующий миг земля вздулась, и из-под неё выскочили мешочки мясистых насекомых.

Целитель, одноногий и остальные выбрались из них, покрытые липкой жидкостью.

Целитель вынимал иглы из крайне ослабших тел всех присутствующих. Их исконные духи всё ещё были немного неустойчивы. Осмотрев каждого, он проговорил:

— Половина Термитов Души находится в душе, а другая половина — в физическом теле. Сначала мне нужно поухаживать за вашими телами, чтобы они восстановились, прежде чем я смогу полностью оживить вас. Но я уже исчерпал все духовные травы…

— На Корабле Солнца есть источник чистого Ян, который может быстро восстановить жизненную силу, — немедленно сказал Цинь Му.

— Хорошая новость! — вздохнув с облегчением, сказал целитель. — Чтобы восстановить наши тела, нам нужно к тому источнику. Заменяющие Жизнь Насекомые не смогут долго обманывать вестников смерти.

Все поспешили к Кораблю Солнца, и так как Цинь Му был знаком с его обустройством, он быстро привёл их к источнику чистого Ян. Все вошли в него, начав постепенно восстанавливать свои тела, однако “вода” тоже постепенно уменьшалась.

Увидев, что все идут на поправку, он спросил:

— Куда делись ваши исконные духи?

— В самый разгар битвы нам на помощь пришла Хранительница Солнца на своём гигантском корабле, — наконец вздохнув с облегчением, заговорил Бессмертная Крыса, — но боги Высших Небес оказались слишком сильны. В их арсенале были всевозможные могучие божественные искусства и сокровища богов. Хранительницу оттеснили, а мои старшая сестра и второй брат пали в бою, мы были на грани провала. Но в этот момент Имперский Наставник решил убить всех, активировав Котёл Землетрясения. Он ранил всех богов подземными толчками, но затем случилось что-то странное…

Цинь Му посмотрел на него с недоумением, как вдруг пришел к осознанию и закричал:

— Котёл Землетрясения пробил барьер к другому миру?

— Нет, — покачал головой одноногий, — сила котла была поглощена горным хребтом.

Парень был ошеломлён.

— Увидев, что Имперский Наставник, этот негодяй, вынимает Котёл Землетрясения, я сразу смекнул что дело дрянь и сказал целителю, что нам нужно бежать как можно скорее и дальше, если мы хотим выжить. Вот почему мы оказались дальше остальных. Глухой, ты был намного ближе, расскажи ему.

Глухой выдернул свои два железных уха со штырями и сполоснул их в источнике чистого Ян, прежде чем воткнуть обратно в ушные проходы:

— Когда разразилась сила Котла Землетрясения, я понимал, что хорошим это не кончится, и планировал спрятаться в мире картины, чтобы уйти невредимым. Но откуда мне было знать, что его сила окажется настолько ужасающей? Я не успел вовремя убежать, и мир картины был уничтожен. Но прямо в этот момент от Разрушенного Богом распространилась невообразимая сила, в итоге поглотившая силу Котла Землетрясения. Затем в небе и земле образовалась огромная дыра с совершенно другим миром на противоположной стороне.

Находясь посреди ожесточённого побоища, Имперский Наставник перестал заботиться о каких бы то ни было последствиях, чем напугал всех до полусмерти. Тем не менее, огромные изменения в Разрушенном Богом позволили всем уйти невредимыми, но у них не было времени на осмотр другого мира, ведь яростная битва тут же продолжилась.

Способности Цветочной Владыки и Владыки Звезды Цяо были слишком сильны. Никто не мог сравниться с ними, поэтому Цветочная Владыка отправилась атаковать Корабль Солнца, планируя убить Янь Цзинцзин.

Ситуация была хуже некуда.

Бабушка Сы была вынуждена собрать всех, чтобы создать Построение Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд. Закончив его, она смогла высвободить максимально возможную силу искусства, вытягивая из тел каждого исконные духи.

Она планировала начать грандиозную битву с одними лишь исконными духами.

— Затем мы вошли в странный мир, — говоря это, глухой был слегка напуган. — Под горным хребтом был странный мир. Возможно, это был…

У Короля Куня было больше опыта, поэтому он объяснил:

— Внутренний мир сокровища бога!

Глухой кивнул:

— Мы оказались в ловушке, где нам пришлось убивать всех без остановки, но так не могло продолжаться вечно и нас убили. Умерев, мы заметили странную энергию, вторгшуюся в тот мир, затем мы увидели бога с птичьей головой. Он привёл нас в Фэнду, сказав, что мы встретимся там со старым другом. Но как только мы увидели старейшину, ты нас утащил к себе, Му’эр.

— Старейшина в Фэнду? — был удивлён Цинь Му, почувствовав боль в сердце, но тут же крепко сжал свой кулак, думая: — «Дедушка, я обязательно спасу тебя!»

Тем не менее, самым удивительным было то, что какая-то неизвестная энергия смогла заблокировать силу Котла Землетрясения под горным хребтом Разрушенный Богом. Ей даже удалось втянуть в себя исконные духи каждого…

Что это было за сокровище?

Почему оно было похоронено там?

Кто выковал его, а кто скрыл?

«Возможно именно это сокровище и ищут каменные статуи! Кроме того, исконные духи бабушки Сы и других до сих пор должны быть там!» — пока Цинь Му напряжённо думал, внезапно задрожала земля. Вдалеке грохотали скалы, пока каменная статуя прорывалась сквозь землю к поверхности.

Тот дьявольский бог опередил их.

Между тем из тьмы донеслась пульсация, заставившая всех посмотреть в её сторону. Сквозь туман в их сторону шагали многочисленные каменные статуи.

«Они нашли сокровище!» — выражение лица Цинь Му резко изменилось.

Глава 437. Огромный Нож

Гигантские каменные статуи подошли к своему сородичу, только что выбравшемуся на поверхность, и начали неистово рыть землю. Их руки разбрасывали почву, будто вихри, выдёргивая из неё даже огромные валуны.

Цинь Му и остальные на борту Корабля Солнца были поражены. Статуи дьявольских богов рыли с невероятной скоростью, несмотря на свой неуклюжий вид. Вскоре в земле возникла огромная яма, в которой гиганты исчезли. Впрочем, камни так и продолжали вылетать на поверхность.

— Они копают быстрее собак! — пробормотал одноногий.

Король Кунь посмотрел на Бессмертную Крысу, спрашивая:

— Когда речь идёт о копании ям, Бессмертная Крыса в этом деле первый после Тусин Фэна.

Поднявшись, Бессмертная Крыса проговорил:

— Давайте я посмотрю, что они пытаются сделать, — встряхнув телом, он превратился в огромную серую крысу. Бросившись вперёд, будто взлетая, он в мгновение ока спустился с борта Корабля Солнца к земле и зарылся в неё, бесследно исчезая.

— Бессмертная Крыса отлично умеет искать сокровища, и даже заработал себе звание Дяди Сокровищ. Он может беспрепятственно передвигаться под землёй, так что определённо найдёт то, что ищет, — объяснил Король Кунь.

Цинь Му поднял голову, осматривая роскошные цветы, покрывающие небо над их головами. Распустившись, они полностью окутали Корабль Солнца, отчего стоящая посреди одного из них Цветочная Владыка выглядела так, будто проросла из цветка.

— Нужно избавиться от богов Высших Небес!

Цинь Му посмотрел на целителя и остальных:

— У вас есть какие-нибудь идеи?

Целитель улыбнулся:

— Раньше мы не знали как это сделать, но теперь всё намного проще.

Доставая свой золотой рог, Король Кунь проговорил:

— Давайте я это сделаю, — он поднялся над источником, отдавая дань уважения своему оружию, священному артефакту, превращённому в золотое копьё.

Когда мужчина закончил свой ритуал, золотой рог взлетел, с пронзительным свистом пробиваясь сквозь воздух. За ним оставался лишь след золотого света.

Золотой след пронзил межбровье Цветочной Владыки, вылетая наружу с обратной стороны. В следующий миг он повернулся, направляясь к следующему врагу.

С невероятной скоростью рог вновь сменил направление своего движения. Спустя мгновение всех богов, включительно с Владыкой Звезды Янь, настигла смерть.

Послышался мелодичный свист, с которым оружие вернулось обратно в руки Короля Куня.

Золотой след в небе постепенно потускнел и исчез.

Цинь Му осматривал золотой рог, его сердце взволнованно вздрогнуло. На поверхности оружия не было видно ни капли крови несмотря на то, что оно только что убило несколько богов вроде Цветочной Владыки и Владыки Звезды Цяо. Более того, на нём не осталось ни царапины.

Следовало отметить, что физические тела богов Высших Небес были невероятно крепкими, даже наследные сокровища культов были не в силах причинить им вред. Пытаться атаковать подобных существ грубой силой было тем же самым, что надеяться разрушить камень, стуча по нему яйцом.

Но священный артефакт народа Кунь Восточного Моря не получил даже малейших повреждений. Это хорошо говорило о том, какой мощью обладало сокровище.

Тем не менее, несмотря на силу оружия, многое зависело и от человека, который им орудовал. Когда Король Кунь сражался с богами Высших Небес, он не смог победить, так как его способности оказались недостаточно высокими.

— Король Кунь, я разгласил всему миру методы трёх мостов, позволяющие восстановить Божественный Мост, почему бы тебе не прийти в наш мир и не выучить его?

Мужчина удивлённо ответил:

— Так это Император Людей передал миру эти знания? Я уже их заполучил. По правде говоря, люди Кунь часто выходят на берег Империи Вечного Мира, обменивая то, что у нас есть, на то, чего у нас нет.

Услышав эти слова, Цинь Му расслабился:

— Хорошо.

Внезапно на борт Корабля Солнца запрыгнула огромная крыса. Подбежав к ним, она превратилась в запыхавшегося старика в серой мантии:

— Под землёй действительно что-то есть! Я увидел пустоту, в которой находились императорские дворцы, гигантская каменная статуя бога и огромный нож!

Целитель немедленно затащил его в источник чистого Янь, проговорив:

— Твои раны ещё не зажили, не говори так быстро.

Бессмертная Крыса сделал ещё несколько тяжёлых вдохов:

— Под землёй есть проход, и каменные статуи уже к нему добрались. Он ведёт к ядру земли, где находится огромная пустота. В её центре стоит статуя бога, будто пробившаяся из-под почвы. Она окутана цепями, ведущими бог знает куда. Я понятия не имею, как она оказалась в таком положении, но цепи, связывающие её, даже толще чем те, что на Корабле Солнца!

Все ошеломлённо переглянулись.

Цепи, удерживающие солнце, были выкованы во времена Императора-Основателя. Людей, способных создать божественный артефакт подобного рода, не осталось.

Тем не менее, цепи под горным хребтом Разрушенный Богом были даже толще. Неужели они тоже были артефактами Эпохи Императора-Основателя?

— Если цепи на Корабле Солнца способны удержать звезду, неужели те, что находятся под землёй, используются для обездвиживания каменной статуи? — внезапно проговорил глухой.

Сердца всех вокруг вздрогнули. Зачем приковывать статую бога?

Бессмертная Крыса покачал головой:

— Нет, вы неправильно поняли. Под землёй протянуты цепи, соединяющие дворцы. Скорее всего статуя попросту каким-то образом оказалась посреди них. Следуя за каменными статуями, я увидел летающие вокруг здания, и громадина, судя по всему, выскочила между ними, ну или как-то забурилась. Её не было там с самого начала. К тому же она сильно напоминает статуи, появившиеся в Империи Вечного Мира. Скорее всего она пришла вместе с ними, но ей не повезло очутиться на дне Разрушенного Богом. Замотавшись в цепях, громадина не смогла выбраться на поверхность.

— Во дворцах определённо есть много сокровищ, так что пошли воров… Тьфу! Пошли собирать! — радостно предложил одноногий.

— Ты только что воскрес из мёртвых, может хватит носится как угорелый и пытаться погибнуть снова? Бессмертная Крыса, что ещё ты там нашёл? — нахмурившись, ответил целитель.

— В воздухе летал мост, связанный с дворцами вокруг статуи бога…

— Там ведь есть цепи, для чего нужен мост? — недоумевая, спросил Король Кунь.

На лице Бессмертной Крысы возникло странно выражение, он собирался что-то сказать, но ему не хватало смелости:

— Кроме того, над головой статуи висел огромный нож. Он также был связан цепями… Когда каменная громадина выбиралась из-под земли, она, вероятно, стукнулась о него головой, разрубив себе череп…

— Что ещё за нож? — удивлённо спросил целитель.

— Огромный нож, невероятно огромный нож, — Бессмертная Крыса обнажил два длинных передних зуба, его усы дрожали. — Оружие Небесного Ножа невероятно большое, но по сравнении с этим, оно просто крошечное. Его лезвие простирается от севера к югу, одной стороной торча из головы статуи. Оно очень-очень длинное. Но когда я его увидел, то обнаружил кое-что странное, — собравшись с мыслями, он продолжил. — Мне показалось, что старая Сы, Имперский Наставник и боги Высших Небес находятся внутри него. Лезвие ножа напоминало чистое зеркало, внутри которого сражались их исконные духи, не замечая ничего странного.

Цинь Му и остальные с трудом представили подобное зрелище, вздрогнув, чувствуя бегущий по спинам мороз. Бабушка Сы исполнила построение Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, вытаскивая исконные духи всех сражающихся наружу, и те сразу же всосались внутрь ножа?

Имперский Наставник Вечного Мира хотел погибнуть, забрав с собой богов Высших Небес, но энергию Котла Землетрясения поглотил ужасающей силой из-под земли. Неужели это тоже было заслугой ножа?

Побледнев в лице, Король Кунь посмотрел на Бессмертного:

— Мы оказались в странном пространстве, абсолютно пустом и безграничном. Никогда бы не мог подумать, что оно находится внутри ножа… Сражаясь так долго, мы ничего не заметили! — мужчина с трудом верил, что всё действительно так.

Затем Бессмертная Крыса добавил:

— Каменные статуи добрались туда на шаг раньше меня, и несколько из них начали строить какое-то подобие жертвенного алтаря невероятных размеров. Понятия не имею, для чего он им.

Сердце Цинь Му замерло, и он спросил:

— Бессмертная Крыса не мог бы нарисовать набросок этого алтаря?

Старик использовал свою Ци в качестве кисти, рисуя в воздухе. Спустя мгновение перед ними появился жертвенный алтарь. Он напоминал тот, что Цинь Му увидел перед проходом в другой мир и должен был использоваться для переправки дьявольской армии в Империю Вечного Мира.

На поверхности нарисованного сооружения сияли схожие руны, которые всё-таки имели несколько отличий.

Юноша был немного удивлён, чувствуя ужасное любопытство:

— У кого-нибудь есть зеркало?

Улыбнувшись, одноногий ответил:

— Глухой ужасно печётся о своём внешнем виде, так что у него оно определённо должно быть.

Фыркнув, глухой достал зеркало. Цинь Му тут же добавил:

— Мне нужно два. У кого-нибудь есть ещё?

— У меня тоже есть, — пробормотал целитель.

Глухой уставился на него:

— У тебя даже лица нет, зачем тебе зеркало?

— Чтобы поправлять одежду, — торжественно ответил целитель.

Взяв два зеркала, Цинь Му разместил их по сторонам от жертвенного алтаря, нарисованного Бессмертным Крысой, после чего сказал:

— Бессмертный, можешь втолкнуть алтарь внутрь зеркала?

Мужчина слегка растерялся, но в следующий миг рисунок, созданный из его Ци, влетел внутрь одного из зеркал. Посмотрев на него, Цинь Му осенило.

— Эти два алтаря являются отражениями друг друга! Тот, что строится под землёй, — это отражение сооружения в другом мире. Вероятно, они планируют переправить армию дьяволов под землю. Алтарь — это своего рода построение мгновенного перемещения, но оно сильно отличается от того, что используют в моём Небесном Святом Культе. Их методы намного примитивнее и требуют кровавых жертв.

Одноногий засмеялся:

— Почему они пытаются отправить туда свою армию? Они что, хотят принести её в жертву, чтобы воскресить бога?

Никто не засмеялся вместе с ним, и вскоре старик тоже затих.

Если дьявольская армия доберётся к богу и принесёт себя в жертву, чтобы пробудить статую бога, то к чему это приведёт?

— Скорее всего, статуя под землёй не бог, а предок дьявольской расы. Каменные статуи хотят её спасти, — проговорил глухой. — После принесения армии в жертву, статуя воскреснет. Хе-хе, несмотря на то, как отчаянно мы сражались, это всё впустую! Сыновья и внуки камня вскоре его разбудят!

Все замолкли. Старейшина деревни, старые Жулай и Мастер Дао погибли, даже Бессмертные Белый, Бессмертный Жёлтый, Сюань Шэну и остальные были мертвы. Но в результате им так и не удалось предотвратить пришествие богов и дьяволов.

Они не могли продолжить сражение. Как только истинный дьявол проснётся, все погибнут.

Продолжая осматривать зеркала, Цинь Му неожиданно спросил:

— У кого-нибудь ещё есть зеркало? Мне нужны ещё два.

Перевернув свою корзину с травами, целитель достал ещё два зеркала, передавая их юноше. Удивлённо приподняв брови, глухой фыркнул:

— Какой кокетливый!

Цинь Му разместил одно из зеркал между первыми двумя, отражая их свет. Затем он повторил это с четвёртым, получая в результате отражение пустого зеркала. Мгновение поразмыслив, юноша проговорил:

— Что, если дьявольская армия не сможет переместиться? Разве статуи под землёй могут самостоятельно пробудить бога?

— Что молодой Император Людей задумал? — с любопытством спросил целитель.

На лице юноши засияла застенчивая улыбка:

— Дедушка целитель, не издевайся… Я просто хочу выковать два дополнительных алтаря мгновенного перемещения, чтобы вмешаться в их. В таком случае, армия дьяволов не сможет сюда попасть. Это так же просто, как разместить дополнительные зеркала. Если я правильно их поверну, отражение не сможет добраться на противоположную сторону.

Глава 438. Грех

Цинь Му совершенствовал божественное искусство перемещения Небесного Дьявольского Культа, и оно сильно отличалось от кровавой жертвы, используемой дьявольскими богами другого мира. Та была более примитивной и древней, в то время как божественное искусство перемещения культа зиждилось на пространственной математике, но для него требовались чрезвычайно высокие достижения в ней.

Разница в двух видах божественных искусств заключалась в том, что божественное искусство перемещения Небесного Дьявольского Культа требовало высоких познаний в математике и правильных расчётах. В то время как перемещение с помощью кровавой жертвы было очень примитивным, не требуя даже малейших достижений в точных науках. Оно было простым и удобным, позволяя Цинь Му вмещаться в процесс.

— Бессмертная Крыса, проведи меня и глухого под землю. Мне нужно увидеть схему рун на их жертвенном алтаре, затем я выполню божественное искусство перемещения, а глухой нарисует её. Божественный Король Драконов Наводнения, следуй за мной, мне понадобится твоя магическая сила, — раздавал приказы Цинь Му. — Целитель, останься с остальными, вы все должны охранять тела бабушки Сы и Имперского Наставника.

План был готов, и Бессмертная Крыса немедленно вывел их с Корабля Солнца.

— Не двигайтесь, я проведу вас под землю, — сказав это, он встряхнулся и превратился в огромную крысу. Демонический ветер захлестнул троицу, потянув их в землю.

Цинь Му успел только почувствовать очень быстрой перемещение через землю, как вдруг его тело уже остановилось. Пространство перед его глазами стало несравнимо обширным, и, оглянувшись, он увидел величественное, немногим ранее описанное крысой зрелище…

Огромная статуя бога поднималась из недр земли, пока не угодила в ловушку. Везде, где несравнимо огромные цепи сходились, располагались держащиеся за них дворцы, но внизу было ещё больше цепей, сложной паутиной обёрнутых вокруг длинного, простирающегося с севера на юг ножа.

Будучи невероятно ярким, нож был скованным, как будто кто-то боялся, что он улетит. Его длина была слишком велика, отчего парень даже представить себе не мог, кто был бы способен контролировать его!..

Поднимаясь, неудачливая статуя бога ударилась о клинок, из-за чего её несравнимо крепкая голова была разрезана в месте межбровья. Между тем на её поднятой ладони, хлопоча над строительством огромного жертвенного алтаря, туда-сюда мельтешило свыше десяти высоких, крепких каменных статуй. Но по сравнению со статуей бога они казались чрезвычайно маленькими.

Исходя из этого можно было легко представить, насколько юноша, старик, крыса и дракон были ещё более незначительными.

Цинь Му исполнил Пробуждение Глаз Девяти Небес, внимательно изучая руны на жертвенном алтаре и запоминая их. Бессмертная Крыса водил его по кругу, помогая ему внимательно всё осмотреть со всех сторон, пока он, наконец, не запомнил все руны.

— Бессмертная Крыса, достаточно, — нерешительно пробормотал Цинь Му. — Нам нужно к тому дворцу, я должен всё рассчитать.

Бессмертная Крыса доставил их в один из дворцов, соединённый длинным мостом, который, в свою очередь, соединялся вдалеке со скалами. Могло даже показаться, что тут жили люди, заботившиеся о подземелье.

Цинь Му ступил на твёрдую землю и, оглядевшись, увидел, что дверь в ярко-красный зал плотно заперта. Своими божественными глазами он увидел чрезвычайно сложную, трудную для вскрытия печать.

— Ладно, придётся здесь, — он протянул руку к мешочку таотэ и порылся в нём, доставая всевозможные виды вычислительных инструментов, таких как пластины уцзи, тайцзи, восьми триграмм и бусины пяти элементов. Все они имели разную структуру, а так как всевозможные виды сплошных и прерванных линий могли быть сдвинуты, разные структуры требовали разных инструментов расчёта.

Цинь Му использовал жизненную Ци, чтобы поднять инструменты расчёта, и уже через вдох времени они соединись воедино, ошарашивая глухого и Бессмертную Крысу.

В воздухе появился несравнимо сложный инструмент расчёта, длиной в несколько метров. Двоичная, четвертичная, шестеричная, восьмеричная, девятеричная, десятичная, шестнадцатеричная и вавилонская системы исчислений — он состоял из бесчисленного множество странных компонентов, постоянно хрустя движущихся вместе с его жизненной Ци.

Разнообразные виды счётных бусин появились в небе, непрерывно двигаясь вверх-вниз. Были также кубики и кубические столбы. Иногда они были длинными, а порой короткими, так как постоянно продвигались.

— Ты что-то понимаешь в этом? — украдкой спросил Бессмертная Крыса.

Глухой махнул рукой:

— Я не слышу тебя.

От комичности ситуации, Бессмертная Крыса не знал смеяться ему или плакать.

Внезапно Цинь Му встряхнул свой мешочек таотэ, и инструменты расчёта полетели к нему, бесследно исчезая.

— Расчёт готов! Глухой, дело за тобой! — воспряв духом, юноша привёл в движение жизненную Ци, как вдруг, загораясь всевозможными рунами, в небе появилось построение божественного искусства перемещения.

Глухой поднял глаза, тут же начав рисовать в воздухе. Его кисть двигалась подобно крадущемуся дракону и скользящей змее, быстро рисуя построение, не отличающееся своими рунами от только что исполненного. То, что он использовал, было техникой пути живописи, а если точнее — техникой мира в живописи, недавно переданной ему Цинь Му. В недавнем прошлом его путь живописи был только наружным, рисуя ветер, появлялся ветер, рисуя молнию, появлялась молния, но теперь его живопись стала внутренней, в ней скрывались целые миры.

Развеяв своё божественное искусство перемещения, Цинь Му снова привёл в движение жизненную Ци и в воздухе появился другой вид построения перемещения.

Глухой нарисовал второе построение, и когда Бессмертная Крыса посмотрел на картину, он буквально не знал, что сказать. Старик определённо рисовал на плоской поверхности, однако, заглянув внутрь, он видел объём, или, если быть точнее, внутренне физическое пространство. К тому же не было никакой разницы с божественным искусством перемещения парня!

Из-за ограничений в совершенствовании, область, покрытая божественным искусством, была незначительной, да и мощи тому недоставало. Но даже несмотря на то, что нарисованная глухим картина не выглядела такой уж большой, Бессмертная Крыса был шокирован, когда заглянул внутрь неё…

Пространство в картине охватывало область радиусом в километры, оно было чрезвычайно обширным!

Цинь Му снова выполнил божественное искусство перемещения, а глухой нарисовал третью картину. Но сразу после окончания Цинь Му попросил его положить картину под свои ноги, чем достаточно сильно удивил.

Старик не понимал причин, но всё равно поступил, как было велено.

Из глаз Цинь Му выстрелил луч, направившись в пространство над огромным ножом:

— Дедушка, отправь туда первую картину.

Глухой махнул кистью, отправляя первую картина к месту, куда падал свет от глаз. Постепенно картина бесследно исчезла.

Цинь Му молча всё рассчитал, и из его глаз снова выстрелил луч света, но на этот раз направляясь к брюху статуи бога:

— Отправь туда вторую картину.

Сделав широкий росчерк, глухой отправил вторую картину. Улетев без малейшего промедления, уже через мгновение она тоже исчезла без следа.

Цинь Му облегчённо вздохнул и улыбнулся:

— Ну всё, благодаря нам дьявольская армия не сможет перемещаться с помощью жертвенного алтаря.

— Этого будет достаточно? — спросил крыса, на что юноша утвердительно кивнул, но он по-прежнему сомневался. — Точно? Если дьявольская армия переместится и пожертвует собой для статуи бога, случится необратимая катастрофа! Ты уверен, что два вида твоего божественного искусства перемещения смогут разрушить их жертвенный алтарь?

Глухой тоже не был уверен, нервозно спросив:

— Му’эр, куда эти три картины отправят армию?

Цинь Му замешкался на мгновение, прежде чем ответить:

— Я не могу изменить перемещение, я могу лишь нарушить его…

Бессмертная Крыса вздохнул:

— Значит ты остановил их на время, но они всё равно смогу перемещаться?

Цинь Му кивнул и объяснил:

— Перемещение включает в себя сдвиг в пространстве, что требует очень точных математических вычислений. Я использовал два вида построений перемещения, чтобы разрушить зеркальные изображения двух жертвенных алтарей. Несмотря на малую степень разрушения, для несравнимо точного математического вычисления даже сантиметр разницы может быть разницей в тысячу километров. Нельзя допускать даже малейшей ошибки. Если они активируют два жертвенных алтаря, они будут…

— Император Людей Цинь, этого мало! — решительно заговорил Бессмертная Крыса. — Сейчас решается вопрос выживания и полного искоренения миллиардов. Мы не можем полагаться только на сантиметр разницы! Нужно найти Короля Ядов! Он должен попытаться отравить всех дьяволов, которые переместятся! Следуйте за мной, мы уходим!

Его демонический ветер подхватил их, собираясь покинуть подземелье, но вдруг внушительная энергия пересекла пространство и время, атаковав их из другого мира!

Пространство вокруг них искривилось и исказилось, собственно, как и огромный каменный потолок над их головами, образуя огромный водоворот. Всё в нём искажалось, постепенно превращаясь в пустоту.

Омммм…

Несравнимо яркий свет перемещения сиял из водоворота, освещая собой большой жертвенный алтарь на ладони статуи бога.

Свет исходил от глубокого неба другого мира, но на жертвенник он приземлялся только после того, как проходил сквозь первую картину глухого!

Каменные статуи на ладони, наполовину преклонив колени в сторону жертвенного алтаря и что-то серьёзно скандируя на дьявольском языке, будто зачитывая какое-то заклятие, держали спины прямо, как штыки.

В этот момент загорелось второе построение, но несравнимо яркий свет перемещения получил крохотное изменение, настолько крохотное, что его было практически невозможно заметить. Внезапно бесчисленные войска дьяволов появились за светом перемещения!.. Десятки тысяч солдат пришли из другого мира!

— Слишком поздно… — Бессмертная Крыса почувствовал, как его сердце сковывает холод.

Но вдруг произошло аномальное изменение. За светом перемещения тела бесчисленных солдат внезапно деформировались и разлетелись на куски в потоке света.

Погибли все до единого!

Столб света перемещения стал кроваво-красным, бесчисленные формы жизни кричали в агонии, но все их действия были совершенно бесполезны!

Пока Бессмертная Крыса пребывал в оцепенении, Цинь Му скомандовал:

— Божественный Король Драконов Наводнения, ко мне!

Отчасти придя в себя, Бессмертная Крыса перевёл взгляд на Цинь Му, только чтобы увидеть, что он уже стоит в центре третьей картины, а сапфировый дракон, прикоснувшись к его спине, завершал процесс превращения в татуировку в форме дракона.

Аура Цинь Му экспоненциально выросла, а лицо слегка помрачнело:

— Врата Небесной Воли.

Величественные врата появились позади него, искажая в свою сторону столбы света перемещения.

Один за другим бесчисленные солдаты дьявольской расы проходили через врата, как вдруг у ног Цинь Му приземлился труп, вылетевший из них.

Труп принадлежал дьяволу. Его конечности были искривлены, а голова стала частью груди. Такому исходу явно поспособствовал несчастный случай, произошедший во время пространственного перемещения. Тело дьявола было искривлено, как и его исконный дух, и всё это случилось из-за крохотной ошибки в расчётах!

Физическое тело умерло неестественной смертью, а исконный дух остался в Юду!

Бум… Бум… Бум!..

Внезапно бесчисленные трупы начали выпадать из Врат Небесной Воли, и уже через несколько вдохов времени вокруг Цинь Му образовалась гора трупов!.. Она становилась всё выше и выше, заполняя зал!..

— Пожалуйста, не вините меня…

Внезапно была активирована третья картина глухого, и огромное построение перемещения вырвалось вперёд, ослепительным светом проносясь вокруг дворца.

Бессмертная Крыса и глухой, переместившись наружу, появились посреди воздуха. Прежде чем они смогли приземлиться на землю, множество сломанных конечностей появилось в небе рядом с ними, трупным дождём обрушиваясь на Великие Руины.

Они подняли головы, увидев по другую сторону света перемещения возвышающиеся Врата Небесной Воли.

Юноша, стоявший перед дверью с влажными глазами, похоронил десятки тысяч солдат из другого мира.

Глава 439. Сердце — это Ад

Дождь из трупов длился около часа, было сложно сказать, сколько именно тел упало на землю. Зрелище оказалось поистине ужасающим!

Когда поток мёртвых тел остановился, Бессмертная Крыса с глухим быстро отправились обратно под землю. Там они увидели, что каменные статуи неподвижно стоят, окружив жертвенный алтарь. Впрочем, свет мгновенного перемещения давно погас.

Повернув головы в сторону дворца, они увидели сапфирово-синего дракона, овившегося вокруг крыши сооружения и смотрящего ввысь с развевающимися на ветру усами. Между тем Цинь Му, взобравшись на его голову, осматривал строение на ладони статуи.

Парочка стариков в спешке перебрались через длинный мост и, добравшись ко дворцу, спустилась на крышу здания. Посмотрев вниз, глухой ошарашенно застыл.

Громадные статуи под ними, неподвижно застыв, подняли головы, смотря на них своими каменными глазами.

— Му’эр, что произошло? — нервно спросил глухой.

— Они смотрят на меня, — тихо ответил юноша. — Как думаете, они винят меня за то, что я убил их соплеменников?

Глухой покачал головой:

— Их армия должна быть использована для жертвоприношения, так что даже если бы она не умерла от твоих рук, то всё равно погибла бы. Не стоит винить себя. С другой стороны, ты остановил их, не позволив пробудить дьявольского бога, что очень хорошо. Это спасло людей Империи Вечного Мира.

Цинь Му посмотрел в глаза старику:

— Дедушка глухой, я никогда раньше не убивал так много людей. Возможно, из-за меня многих настигла смерть, но прямо сейчас погубив столько жизней собственноручно, я сильно потрясён. Когда дьяволы перемещались, некоторые из них всё ещё были живы, но войдя во Врата Небесной Воли, их жизнь обрывалась.

— Я считал, и в сумме их оказалось более десяти тысяч. Никогда раньше я не убивал столько… По ту сторону Врат Небесной Воли я увидел бесчисленное количество проводников душ, плывущих на бумажных корабликах, чтобы проводить исконные духи погибших из-за меня…

Глухой был ошарашен, не зная, что ответить, чтобы утешить юношу. Спустя мгновение, старик проговорил:

— Когда я был наследным принцем страны Небесной Живописи, то однажды проснулся от своего уединения, увидев, что мою страну стерли с лица земли. В одиночестве я блуждал по дворцу, встречая заваленные трупами улицы. Из-за того, что мы яростно защищались, страна Военного Волка потерпела огромные потери. Выливая свою злость, их лидер приказал вырезать весь город… — пустым взглядом уставившись вдаль, он будто до сих пор находился в тени тех событий. Замолчав на некоторое время, старик продолжил. — Я увидел головы отца и матери, висящие на двери дворца, трупы консортов и дворцовых старух. Солдаты даже насадили голову отца на копьё, носясь с ней повсюду и утешаясь своей победой… Я выбежал на улицу, где увидел, как солдаты Военного Волка грабят, отрубают людям головы и насилуют женщин. Вернувшись в поместье Наследного Принца, я нашёл трупы своей жены и детей… свою дочь, растоптанную военным конём…

Он уставился в темноту широко открытыми глазами, будто вернувшись в тот миг. В глубине его глаз виднелось зрелище разрушение страны Небесной Живописи, напоминая ад в мире смертных.

— Я помешался на каллиграфии и рисовании, на пути живописи, и совершенно позабыл о делах страны. Тогда я оторвал свои уши. Так как я не прислушивался к миру вокруг, какой с них толк?.. Используя трупы людей как кисть, и кровь, текущую по улицам, как чернила, я превратил то место в ад. Хе-хе, армия Военного Волка оказалась заперта в нём, я похоронил миллион их солдат… Но что с того? Мой дом не вернуть, мёртвых не воскресить. Поэтому я ушёл в Великие Руины, — подняв голову, глухой посмотрел на Цинь Му. Выпрямив палец, старик ткнул в сердце юноши. — Му’эр, уйми свои эмоции, не будь как я, наполняясь безжалостностью только после разрушения моего дома. В таком случае слишком поздно. Это поле боя, здесь нет добра или зла. Здесь твоё сердце — ад, твоё сердце — Юду!

В голове Цинь Му внезапно прояснело, и он поклонился:

— Твой совет пойдёт мне на пользу.

Улыбнувшись, глухой ответил:

— Отдай грех, мучающий твою душу, Графу Земли, пусть он займётся людьми, которых ты убил. Тебе стоит думать лишь о том, как отправить больше врагов на встречу с ним!

Цинь Му громко рассмеялся:

— Отправлять их на встречу с Графом Земли!

Бессмертная Крыса с недоумением смотрел на статуи внизу, спрашивая:

— Что с ними произошло?

— Не знаю, они просто перестали двигаться.

Цинь Му тоже был слегка озадачен:

— Они невероятно сильны, а их окаменевшие тела несравнимо прочны. Раз уж попытка принести жертвы провалилась, они определённо попытаются предпринять что-то новое, и не сдадутся так легко.

Внезапно каменные статуи, стоящие вокруг алтаря, спрыгнули в пропасть внизу.  Цинь Му поспешно обернулся и, смотря им вслед, увидел, что те зарываются в землю, исчезая из поля зрения.

— Они…

Троица в ужасе переглянулась, после чего Цинь Му перевёл взгляд на нож, свисающий над головой каменной статуи. Его лезвия сияло невероятно ярким светом, и казалось, что оно без лишних усилий смогло разрубить голову гиганта, почти разрубив дьявола напополам.

Поверхность божественного ножа была невероятно гладкой, на неq нельзя было разглядеть даже малейшей вены. Оружие сияло ярче и чище самого качественного зеркала мира. Исконные духи бабушки Сы, Имперского Наставника, немого, мясника и остальных будто находились на ровной поверхности, сражаясь с богами Высших Небес, но в то же время не могли видеть мир снаружи.

Внезапно, из ниоткуда полился густой серый туман, быстро заполняя подземное пространство. Горы и реки появились вместе с ним, потопляя всех людей внизу. Более того, даже пробившаяся из подземелья статуя бога, и огромный нож над её головой были полностью поглощены. Единственным, что можно было разглядеть, оказались слабые очертания гигантских цепей.

Спустя мгновение, поток тумана остановился, обнаруживая белые костяные горы. По их вершинам ползали белые кости, создавая завораживающую, зловещую картину.

— Царство Живых Мертвецов!

Сердце Цинь Му неистово вздрогнуло, и юноша посмотрел вглубь тумана. В самом его сердце находилась платформа, которая была единственным входом в Царство Живых Мертвецов!

Оно и Фэнду вместе пришли в подземелья Разрушенного Богом, пересекаясь со странным подземным миром.

— У кого-нибудь есть монеты Фэнду?

Бессмертная Крыса и глухой никогда раньше не видели подобного зрелища, и отрицательно покачали головами. Божественный Король Драконов Наводнения был богом Высших Небес, поэтому у него, естественно, тоже не было нужных монет.

В этот момент, в море тумана проплыл потрёпанный корабль, и Цинь Му махнул ему рукой, крича:

— Лодочник, можешь нас подвезти?

Скрипя вёслами, лодка отплыла от гор из скелетов, приближаясь к юноше. Цинь Му был вне себя, наблюдая, как Бессмертная Крыса и глухой нервно смотрят на судно, будто готовясь встретить ужасного врага.

Спустя мгновение, лодка подплыла ко дворцу, зависая перед огромной головой Божественного Короля Драконов Наводнения, выглядя невероятно крохотной на его фоне. Лодочник, стоящий на её борту, был одет в тканый плащ и бамбуковую шляпу, закрывающую его лицо.

Божественный Король Драконов Наводнения наклонил голову, и Цинь Му был готов спрыгнуть на борт, когда из-под плаща протянулась костяная рука:

— Маленький друг, у тебя есть деньги?

Цинь Му покачал головой.

— Лодка сокровищ не перевозит гостей без денег, — проговорил лодочник. — Я всего лишь веду небольшой промысел. Как только у тебя появятся деньги, никогда не поздно попасть в Фэнду.

Цинь Му был разочарован. Внезапно, он увидел, что из костяной ладони торчат лишь четыре пальца. Пятый был отрублен, и судя по форме ранения, мечом.

Дрожа всем телом, парень провожал взглядом лодку, пока та не исчезла вдали:

— Когда в Фэнду сменился лодочник? — громко крича, спросил он.

Из моря тумана донёсся зловещий голос, в котором всё же чувствовалась нотка радости:

— В тот день, когда я погиб!

— Ты не знаешь где Патриарх Небесного Дьявольского Культа?

— Хе-хе, когда у тебя появятся деньги, приходи искать…

Цинь Му молча всмотрелся в даль. Недоумевая, Бессмертная Крыса спросил:

— Император Людей Цинь, ты узнаёшь этого призрака?

Юноша кивнул:

— Он напомнил мне старого друга, у которого тоже было только девять пальцев. Десятый был отрублен старейшиной деревни.

— Ты хочешь сказать, что это Лин Цзин? — Бессмертная Крыса понял, о ком идёт речь, обрадовавшись. Мужчина громко прокричал: — Старший брат Лин Цзин, ты помнишь меня?

Из моря тумана не было слышно ответа.

Бессмертная Крыса прокричал ещё несколько раз, но ему так и не ответили. Мужчина разочаровался, погружаясь в раздумья.

Внезапно, туман сдвинулся с места, отлетая на запад, где быстро исчез, не оставляя и следа. Подняв голову, Цинь Му увидел, что божественное лезвие всё ещё висит над головой статуи бога. Оно продолжало ярко сиять, но внутри не было признаков бабушки Сы и остальных.

— Фэнду схватил бабушку Сы и остальных?

Цинь Му был поражён, тотчас выбегая на поверхность земли вместе с глухим и Бессмертной Крысой. Внезапно, их глаза ослепил яркий свет, вызывая резкую боль. На востоке сияло солнце, его лучи попали прямо на лица троицы. За их спинами, тьма Великих Руин отступала с невиданной скоростью.

— Вот где оказались трупы десяти тысяч солдат, — глухой показал пальцем на место посреди Великих Руин. — Ты переместил их на сто пятьдесят километров.

Активировав Огненные Глаза Небес, Цинь Му осмотрелся, обнаружив впереди гору из белых костей. От десяти тысяч солдат дьявольской расы остались лишь скелеты. Их плоть и кровь уже успели исчезнуть в желудках монстров Великих Руин.

Гора костей сияла под солнечным светом, выглядя невероятно странно.

Цинь Му развернулся, отправляясь в сторону Корабля Солнца:

— Моё сердце — это ад, мне нет дела до греха!

Глухой улыбнулся, отправляясь следом за ним. Возле судна, звёздное небо, сформированное Великими Всеобъемлющими Небесными Звёздами начало быстро тускнеть. Женщина, создавшая его, закрыла глаза и полетела к земле.

Юноша сразу же ускорился, собираясь поймать эту женщину.

Ещё один человек полетел долой, крича слабым голосом:

— Аба, аба…

Колеблясь в выборе, руки Цинь Му вертелись то влево, то вправо. Но в этот миг, слепой полетел вниз головой, отчего юноша рефлекторно бросился к нему.

— Му’эр, ты собираешься глазеть, как мы со старым Ма разбиваемся насмерть? — громко прокричал мясник.

Оглянувшись, парень увидел двух падающих с небес дедушек. На его лбу выступили капли холодного пота, бедолага понятия не имел кого ловить.

Что касалось Имперского Наставника и Королевы И, Цинь Му даже не думал о том, чтобы пытаться им помочь.

Выбегая из Корабля Солнца, Ху Лин‘эр прокричала:

— Ма Ха, Ма Ха!

Стая Драконов Наводнения разлетелась во все стороны, будто ветер, спасая всех падающих людей.

Наконец вздохнув с облегчением, Цинь Му вытер со лба капли пота.

Хрясь!

Неподалёку, Имперский Наставник Вечного Мира с оглушительным грохотом врезался в землю, отчего Цинь Му испуганно вскочил. Он немедленно повернул взгляд на Дракона Наводнения, который должен был схватить мужчину, и тут же замер. Держа в лапах Котёл Землетрясения, монстр радостно бежал в сторону Корабля Солнца вместе со своими братьями, понятия не имея, что словил не тот предмет.

Глава 440. Цветок, Растущий из Пустоты

Находясь в столице Вечного Мира, Цинь Му рассматривал появившуюся из-под земли каменную статую истинного бога. Минуло три месяца после суматохи с Высшими Небесами, поэтому пострадавшие успели пройти полный курс лечения от целителя, быстро пойдя на поправку.

Отшельник Цин Ю вернулся в Маленькую Нефритовую Столицу, но забывать старых друзей не стал, время от времени навещая. Бессмертные Крыса и Лиса доставили Бессмертных Иву, Жёлтого и Белого в префектуру Ивы. Король Кунь и Королева И вернули черепаший панцирь Сюань Шэну народу Чёрной Черепахи, домой, в лоно его клана.

Старший Надзиратель похоронил прах молодо выглядящего Патриарха под священным деревом. Цинь Му лично доставил тело старого Мастера Дао в секту Дао, в то время как старый Ма упокоил тело старого Жулая в Пагоде Десяти Тысяч Будд Монастыря Великого Громового Удара.

Среди жертв был и Тусин Фэн, но он похоронил себя и своего противника глубоко в магматических подземельях. Отшельник Цин Ю направился в подземелье, где встретил женщину почти такого же роста, как у бравого гнома. Ею оказался его вдова. Отдав дань уважения, она обратилась к Цинь Му:

— Подземные Путники никогда не вернутся к обещанию, данному Императору Людей. Но если ты призовёшь нас снова, найдутся те, кто согласятся помочь.

После битвы горный хребет Разрушенный Богом исчез, из-за чего тьма поглотила часть Империи Вечного Мира.

Цинь Му отправился проверить ранее воткнутый в землю флаг, и, увидев, что тьма не распространяется, он немного успокоился. А касательно огромной дыры, образованной Котлом Землетрясения посреди Разрушенного Богом, она до сих пор была там. Другой мир был открыт для взора людей, и дьяволы в нём к чему-то готовились.

Каменные статуи, движущиеся вокруг руин Разрушенного Богом, время от времени появлялись, как и низшие дьяволы всевозможных размеров. Имперский Наставник даже приказал ученикам всех колледжей отправиться туда за боевым опытом. Они должны были избавляться от новоприбывающей нечисти, тем самым мешая той собрать силы.

Всё в Империи Вечного Мира вернулось в норму, и переполох, вызванный каменными статуями и аномальными сокровищами, медленно исчерпал себя. Тем не менее, огромные и величественные статуи истинных богов до сих пор стояли, как горы.

Они не исчезли.

И одной из них была каменная статуя перед Цинь Му. Смотря в сторону столицы, она была настолько невероятно высока, что даже привлекла многих недалёких умом людей, ищущих покровительства, а следовательно, начавших отдавать ей дань уважения и приносить палочки благовоний.

Цинь Му поднял голову, осматривая статую. Его мысли были подобны облакам на небе, собирающимся и рассеивающимся.

— Ты ведь всё понимаешь, что эти каменные статуи рано или поздно оживут и уничтожат мир? — сказал кто-то, и Цинь Му обернулся, увидев юношу примерно своего возраста с поклажей на спине. Им оказался Сюй Шэнхуа в компании Цзин Янь, держащей в руках крошечную сумочку.

Подойдя к нему, Сюй Шэнхуа осмотрел каменную статую и продолжил:

— Стихийное бедствие не наступило, а значит человечество продолжит существовать, следовательно, будут происходить новые войны, смерти, поклонения. Даже если ты помешал Высшим Небесам выполнить их задачу, люди, банально, умирают каждый день, и статуи богов будут использовать их трупы в качестве жертвоприношений. Однажды они накопят достаточно энергии, чтобы пробудиться и уничтожить этот мир.

Цинь Му продолжил осматривать каменную статую со спокойным выражением лица:

— Я знаю, Имперский Наставник знает, а старейшина деревни знал, но у нас не было выбора, мы должны были сделать это. Чем сильнее мы, тем крепче будет Вечный Мир. В прошлом мы не были способный сопротивляться, поэтому они могли легко раздавить нас, но, учитывая данное нам время, мы можем учиться и становиться сильнее… И совсем скоро мы не будем им уступать. Старейшина чувствовал то же самое, что и Имперский Наставник — есть жизнь, есть надежда.

Сюй Шэнхуа не мог сдержать улыбки, отчего в сердце Цзин Янь начало пробуждаться странное чувство…

Её молодой мастер был очень серьёзным человеком и редко улыбался, но при каждой встрече с Цинь Му он делал это, причём искренне. Владыка Небесного Дьявольского Культа и правда обладал некой странной магией.

С улыбкой на лице, Сюй Шэнхуа достал мешок с деньгами:

— Я здесь, чтобы вернуть долг. Мне нужно уходить, держи.

Цинь Му был слегка удивлён и, взяв мешок с деньгами, сказал:

— Брат Сюй заработал деньги довольно быстро.

Улыбнувшись ещё шире, Сюй Шэнхуа ответил:

— Я взялся за большую работу. Духовное оружие, которое я ковал, было хорошего качества, поэтому, когда Император призвал всех способных мастеров в мире, чтобы восстановить мистические Жемчужные Арбалеты, я согласился. В итоге я оказался единственным, кто смог справиться с задачей. Подготовив соответствующий чертёж армии, Император наградил меня достаточной суммой денег.

— Когда ты планируешь уходить? — спросил Цинь Му.

Поправив ремешок, к которому крепилась поклажа на спине, Сюй Шэнхуа повёл Цзин Янь к причалу, ответ был очевидным:

— Я прибыл в Вечный Мир, чтобы убить тебя. После успешной миссии я должен был отравиться обратно на Высшие Небеса, чтобы совершенствоваться остаток своих дней в тишине и покое. Однако встретив тебя и тренируясь в путешествии по Вечному Миру, я не только стал сильнее, а также изменил своё понимание предназначения.

Цинь Му следовал за ними. Причал был очень далеко. Они странно шагали.

— После улучшения моего сердца Дао, я получил множество постижений, о которых раньше никогда и подумать не мог. Но моё обучение здесь закончилось, мне пора оставить Вечный Мир, — Сюй Шэнхуа поднял голову, осматривая небо. — В моём сердце всё ещё много неразгаданных тайн, ожидающих моего внимания. Мне нужно найти ответы.

— Почти все боги Высших Небес мертвы, почему бы тебе не вернуться на Высшие Небеса? Теперь, когда у них нет лидера, ты можешь вернуться и взять их под контроль.

— Я не вернусь, — отрезал Сюй Шэнхуа. — На самом деле Высшие Небеса, несмотря на своё помпезное название, просто пустота. Люди там не могут принимать свои собственные решения и не вести свою собственную жизнь… Они просто собаки истинных богов. Как цветок, растущий из пустоты, мне нужно найти свой собственный путь. Брат Цинь, моё обучение в Вечном Мире подошло к концу, я хочу отправиться в Великие Руины, чтобы найти ответы, которые ускользают от меня. А как у тебя дела?

Цинь Му был удивлён, но вдруг улыбнулся:

— Мое обучение только началось.

Они шли очень странно, спотыкаясь до самого причала. Дойдя до него, они хлопнули ладонями, и волны в реке, как и ветер вокруг вздыбились к небу, заставив облака защебетать разлетающейся по окрестностям молнией!

Цинь Му громко рассмеялся, с силой сжав ладонь оппонента, и их плечи столкнулись.

Отпустив друг друга, Сюй Шэнхуа повёл Цзин Янь на борт, после чего повернул голову назад и улыбнулся:

— В этот раз я проиграл, признаю. Но когда я вернусь, мы увидим кто истинное Тело Тирана, а кто псевдо!

Парень улыбнулся:

— Ты определённо псевдо!

Сюй Шэнхуа громко рассмеялся и махнул рукой, прежде чем провести Цзин Янь в трюм корабля. Цинь Му поднял голову, наблюдая за постепенно взлетающим летающим кораблём. Чуть погодя тот унёсся вдаль и, утонув в озаряемых пылающим солнцем облаках, исчез.

Отведя взгляд, Цинь Му направился обратно к каменной статуе, смотрящей в сторону столицы. Множество глупых людей во славу ей поджигали палочки благовоний и читали молитвы, надеясь на благословление.

Никто не знал деяний доброжелателей, они так и остались безымянны.

Старейшина деревни, Тусин Фэн и остальные умерли, чтобы спасти этих людей, но никто о них не знал, никто не возносил им благовония и молитвы. Зато каменные статуи, которые пришли уничтожить мир, были окружены густым лесом ритуальных палочек благовоний. Иронично, неправда-ли?

«Сюй Шэнхуа был прав, люди Империи Вечного Мира рождаются, старятся, болеют и умирают. Все они станут жертвами статуй, накапливая энергию для пробуждения истинных богов», — думая в таком ключе, Цинь Му направился к столице.

Жестокая борьба за горный хребет Разрушенный Богом и жизни многочисленных сильных практиков… лишь на время остановили неминуемое. Рано или поздно статуи пробудятся от жертвоприношений глупых людей и уничтожат всё царство смертных!

«Мне нужно сделать реформу Имперского Наставника более распространённой. Огонь должен гореть от масла ещё яростней. Мы будем ждать того дня, когда эти каменные статуи пробудятся!» — смотря в небо, думал юнец.

****

Имперский Колледж снова был открыт для набора учащихся, десятки тысяч учеников со всего мира прибыли в столицу.

Император и Имперский Наставник лично присутствовали на экзамене, но также были и даос Линь Сюань из секты Дао, Жулай Ма из Монастыря Великого Громового Удара, Отшельник Цин Ю из Маленькой Нефритовой Столицы и Цинь Му в роли Владыка Небесного Дьявольского Культа.

Император Яньфэн видел, что слишком много учеников желают попасть в Имперский Колледж, и предложил открыть другие академии, чтобы разделить ответственность Имперского Колледжа. Он основал Академию Речной Гробницы, Академию Реки Вздымающейся, Академию Реки Ли и Небесную Святую Академию.

Ученики со всех земель теперь могли сдавать экзамены в четырёх крупных академиях.

Народ выбирал изучение путей, навыков и божественных искусств, и те из них, кто преуспевал в учёбе, позже могли войти в имперский двор или стать чиновниками.

Небесный Дьявольский Культ получил название Небесной Святой Академии, а Цинь Му, будучи его Владыкой, стал первым Великим Ректором, которого повысили до четвёртого ранга.

Цинь Му упорно трудился, чтобы обустроить Небесную Святую Академию в поместье, где жила бабушка Сы. И только к началу жаркого лета академия была готова к приёму новеньких. Были возведены всевозможные учебные заведения, приманившие таланты со всех земель. Ученики Чертога Школы Небесного Дьявольского Культа стали первой группой учеников Небесной Святой Академии.

Цинь Му также пригласил Сюн Сиюй и Юй Чжаоцин в качестве преподавателей. А ещё он попросил Мастера Дао Линь Сюаня, Жулая Ма, Отшельника Цин Ю и Бессмертную Лису время от времени приходить на лекции, что сделало его академию поистине необыкновенной.

****

Одним днём в гости наведался Имперский Наставник, спросив:

— Небесная Святая Академия Великого Ректора довольно оживлённая и энергичная.

Цинь Му улыбнулся:

— Небесный Король не посещает меня без причины, что случилось?

Мужчина выдержал паузу, прежде чем всё же сказать:

— Я готовлюсь уничтожить Высшие Небеса, но сначала мне нужно разведать дороги Западных Земель. Мне нужен человек с тех краёв.

Юноша удивился, но сразу же после позвал Сюн Сиюй.

— Хочет ли Дворцовый Мастер вернуть себе Дворец Истинных Небес? — перешёл сразу к делу Имперский Наставник.

Сюн Сиюй была удивлена и восхищена:

— Дворец Истинных Небес был захвачен предателями, Имперский Наставник уверен, что хочет помочь мне вернуть его?

Кивнув, мужчина сказал:

— Я хочу отправиться в путешествие к Высшим Небесам, чтобы предотвратить будущие неприятности. А так как они расположены в Западных Землях, по пути я смогу помочь вернуть Дворец Истинных Небес.

Сердце Цинь Му слегка взволновалось, и он с любопытством посмотрел в сторону Сиюй, которая, стиснув зубы, сказала:

— После того, как Вечный Мир разрушит снежные равнины и прерии, рано или поздно он отправит свою армию к границам Западных Земель. Я не хочу войны и готова покориться Империи!

— В таком случае Дворцовый Мастер может идти готовиться, мы отправимся в ближайшие несколько дней. Владыка с нами? Мы отправляемся к Западным Землям не на войну, а лишь на разведку, ты можешь оказаться полезным.

Цинь Му замешкался на мгновение, между тем Сюн Сиюй смотрела на него умоляющим взглядом, и он улыбнулся, ответив:

— Хорошо, я составлю вам компанию. В конце концов я должен выполнить обещание, данное мной отравительнице Му Инсюэ… она попросила меня найти её. Однако перед этим мне нужно призвать несколько душ в Великие Руины.

Имперский Наставник был ошеломлён, но затем понимающе кивнул:

— В таком случае мы с Дворцовым Мастером отправимся первыми. Если ты встретишь его, поблагодари за меня и отдай причитающуюся половину дани уважения мастеру.

Цинь Му кивнул.

Глава 441. Пылающая Пустыня

Цинь Му был Великим Ректором Небесной Святой Академии, поэтому, прежде чем отправиться в путь, ему пришлось передать свои полномочия другому человеку. Большинство учеников Академии принадлежали к Небесному Святому Культу, так же, как и многие члены дирекции, следовательно, даже если его не было на месте, всё и дальше находилось под контролем. Ему не стоило ни о чём волноваться.

Писания Выращивания Драконов он передал Сы Юньсян, чтобы та позаботилась о Драконах Наводнения во время его отсутствия.

— Они едят только духовные пилюли, кроме того, каждый вид ест особый сорт, — инструктировал Цинь Му. — Я записал сорта и количество, не перепутай, Святейшая. Если они не станут тебя слушать, позови Ху Лин’эр, она их подчинит.

Сы Юньсян улыбнулась:

— Имея в своём распоряжении Писания Выращивания Драконов, разве я окажусь хуже маленькой лисички? А ты не берёшь драконов, чтобы защитить себя? И разве лиса не идёт с тобой?

— Лин’эр начала учиться заклятиям у Бессмертной Лисы, поэтому она остаётся. К тому же, я отправляюсь в Западные Земли просто на разведку, там безопасно.

Дав ей ещё несколько указаний, Цинь Му попрощался с бабушкой Сы и остальными. Как только он и цилинь были готовы отправляться в путь, ему в глаза бросилась девочка шести лет, сидящая возле зверя.

— Сестра Цин’эр, разве ты не отправляешься в Западные Земли вместе с Най Куй? — растерянно спросил Цинь Му.

Сюн Ци’эр покачала головой:

— Мама сказала мне идти вместе с тобой. Она не доверяет Имперскому Наставнику Вечного Мира и думает, что тому недостает человечности. Он готов пожертвовать всем, чем угодно, лишь бы добиться своей цели.

— Твоя мать очень осмотрительная. Идти со мной и вправду хорошая идея. В этот раз у Имперского Наставника масштабные планы, поэтому со мной тебе будет намного безопаснее.

Подсадив девочку, Цинь Му забрался на спину цилиня:

— Жирдяй, вперёд!

Зверь немедленно бросился вперёд, поднимаясь в воздух на облаках дыма:

— Владыка, меня не покидает чувство, что последними днями вкус пилюль Алого Огня стал каким-то странным. Ты что-нибудь поменял?

Юноша покачал головой:

— Жирдяй, у тебя паранойя. Разве ты бы не замети разницу, если бы я изменил состав пилюль?

Такой ответ, казалось, не убедил цилиня, а Сюн Цин’эр удивлённо проговорила:

— Скорость толстяка намного выше, чем в прошлый раз! И животик не такой большой, как раньше!

Её слова только усилили подозрения в сердце зверя. Несмотря на то, что он каждый раз раздавливал таблетки, проверяя, не изменил ли чего Цинь Му, он не замечал ничего странного.

Юноша улыбнулся. Он улучшил пилюли Алого Огня и Божественные Пилюли Огненного Элемента. Вкус оставался почти таким же, как у первых, будучи лишь слегка острее.

Цилинь замечал, что что-то не так, но не мог определить, что именно изменилось. Его скорость стала намного выше, чем раньше, так же, как и выносливость, поэтому спустя два-три дня они уже добрались к Великим Руинам.

Цинь Му нашёл по памяти Корабль Луны и стоящую неподалёку от него статую старейшины деревни, и не мог не удивиться, увидев, что в этом месте уже стояло два дома. Семьи, построившие их, обнаружили, что статуя отталкивает тьму, поэтому решили поселиться здесь.

Когда они увидели Цинь Му, едущего верхом на монстре, напоминающего дракона, но являющегося чем-то другим, они обеспокоились. Парочка молодых охотников достали военные вилы и настороженно встали у дверей, в то время как их жёны выглядывали сквозь окна.

Остановившись, Цинь Му помог Цин’эр спуститься со зверя. Затем он поздоровался с охотниками, и те тут же спросили:

— Ты горный разбойник или вор?

— Я просто путник, пришедший навестить старого друга. Не переживайте, я не причиню вам вреда, — юноша встал перед статуей старейшины, положив на землю жертвоприношение. — Это старший из моей семьи, я пришёл отдать ему дань своего уважения. Если бы он знал, что его разбитое тело может вас защитить, то был бы невероятно рад.

Закончив отдавать дань своего уважения, он исполнил Проводника Душ. Тучи в округе мгновенно стали мрачными и тёмными, со всех сторон хлынула тьма. За пределами деревни проснулось несколько скелетов, но каменная статуя старейшины не шевелилась.

Вскоре магическая сила Цинь Му была почти исчерпана. Он уже был готов закончить исполнение Проводника Душ, когда каменная статуя внезапно ожила, бросая на землю несколько золотых монет, со словами:

— Му’эр, в полнолуние, во время Фестиваля Призраков, я буду ждать тебя возле Врат Ада! — договорив, он снова окаменел.

Цинь Му поднял с земли золотые монеты, которые оказались валютой Фэнду.

Жители деревни ужасно недоумевали.

Юноша обернулся, чтобы отблагодарить людей, протягивая им деньги:

— Будьте добры, чистите статую время от времени, чтобы она не выглядела слишком грязной, — сказав это, он развернулся и ушёл.

Люди смотрели ему вслед, когда одна из женщин неожиданно пришла в себя, закричав:

— Вы обратили внимание на его внешность? Разве он не напоминает небесного бога, который той ночью контролировал корабль?

— Он действительно кажется похожим! Когда тот гигантский корабль пролетел возле нашей деревни, я увидела на его борту небесного бога, который выглядел так же, как этот парень! — прокричала ещё одна женщина.

— Не несите глупостей! Это всего лишь юнец, он даже моложе, чем мы. Как он может быть божественным богом с корабля?

****

Цинь Му и Сюн Цин’эр забрались обратно на цилиня и отправились на запад, останавливаясь для отдыха только в ночное время.

Они прошли мимо бассейна древнего Дворца Западных Небес, осмотрев его руины, прежде чем продолжить путь. Спустя десять дней они, наконец, добрались к самой западной части Великих Руин. Перед ними находился горный хребет, вершины которого отрезали Великие Руины от внешнего мира.

— Здесь тоже есть горный хребет Разрушенный Богом?

Верхом на цилине, они забрались на одну из вершин, и внезапно в их сторону полетела гигантская стрела из Мистического Жемчужного Арбалета, поднимая за собой сильный ветер. Взмахнув лапой, зверь с лёгкостью остановил её в полёте, после чего удивлённо воскликнул:

— Владыка, я стал сильнее!

Осмотревшись вокруг, Цинь Му увидел Мистические Жемчужные Арбалеты. Работая автоматически, оружие само наводилось на цель, отчего он воскликнул:

— Жирдяй, бежим отсюда!

Вьюх!

Сила Мистических Жемчужных Арбалетов вырвалась, превращаясь в оглушительный поток из стрел и снега. Цилинь немедленно подпрыгнул, будто взлетая, и перебрался на другую сторону горы.

Невообразимо толстая стрела просвистела за их спиной, превращаясь в огромную колонну из льда, в то время как остальные стрелы продолжали лететь им навстречу. Цилинь громко взревел, клубы огня под его ногами заполнили небо, испепеляя часть ледяных снарядов. Впрочем, другая часть из них оказалась нетронута, продолжаясь мчаться в цель!

Исполняя рукой технику меча, Цинь Му подпрыгнул, выпуская восемь тысяч лезвий, которые тут же разрубили ледяные копья на части.

Цилинь спустился с горы, избегая дождя из стрел. Лишь когда зверь добрался до подножья, поток наконец остановился.

Цинь Му облегчённо вздохнул, когда внезапно ему в лицо ударили волны ужасающей жары. Посмотрев вперёд, он увидел широкую пустыню, простирающуюся за горизонт. В ней сияли ослепляющие огни, придавая небу красный оттенок.

Обернувшись, он увидел, что снежные горы были уже за его спиной.

— Перебравшись через эту пустыню мы окажемся в Западных Землях, — громким, звонким голоском проговорила Сюн Ци’эр.

Парень был озадачен:

— Откуда между Великими Руинами и Западными Землями взялась пустыня?  Почему она поглощена огнём?

— Моя мама говорила, что этот огонь зажгли боги, чтобы не выпускать отвергнутых людей Великих Руин, — Сюн Ци’эр неожиданно запрыгнула в пламя, шокируя Цинь Му. Бегая вокруг него, она улыбалась. — Огонь не причинит мне вреда, он действует только на людей из Великих Руин. Для нас его языки совсем не горячи, но они несут в себе огромную опасность для отвергнутых!

— Я слышала, что если кто-то из Великих Руин войдёт в пустыню, посреди его бровей загорится символ огня, свидетельствуя о происхождении человека. Чем выше его положение, тем ярче он будет сиять!

Цинь Му протянул руку, касаясь огня, и немедленно почувствовал жгучую боль. Быстро отдёрнув её обратно, он обнаружил, что кончики его пальцев до сих пор горят.

Поспешно погасив пожар, он нахмурился.

Огненная пустыня и вправду была невероятно опасным местом для людей из Великих Руин. Войдя в неё, они мгновенно сгорали дотла.

— Ци’эр, поднимайся! — жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, схватив девочку, чтобы усадить на цилиня. — Имперский Наставник и Дворцовый Мастер вышли на два дня раньше за нас, так что мы не можем задерживаться. Жирдяй…

— Старший брат, что у тебя с лицом? — внезапно спросила девчушка.

Недоумевая, юноша посмотрел на неё:

— А что с ним не так?

— На нём полно символов! — изумлённо воскликнула Сюн Ци’эр. — Они извиваются, и всё ещё продолжают появляться! Ты болен? Я знаю, что ты отвергнутый человек из Великих Руин, но символов слишком много!

Недоумевая, Цинь Му быстро достал зеркало, доставшееся ему от целителя. Посмотрев на своё отражение, он увидел, что на его лице и вправду появилось полно красных и зелёных символов. Все они были кривыми, но всё же равномерно распространёнными по коже!

Разорвав свой воротник, он обнаружил, что его грудь также покрылась символами!

Он протянул руку, и оказалось, что они появились даже на запястье, продолжая медленно распространяться на тыльную сторону ладони!

Окончательно сняв рубашку, Цинь Му достал из мешочка таотэ ещё несколько зеркал. Его тело полностью покрылось красными и зелёными символами!

Сюн Ци’эр с изумлением наблюдала за происходящим, смотря на полуголого парня, стоящего на спине цилиня. Символы огня почти полностью поглотили его тело!

«Матушка говорила, что чем выше положение отвергнутого человека, тем больше символов появится на его теле. У обычных людей должен появиться один знак между бровей, но старший брат полностью ими покрылся, — маленькая девочка была ошарашена. — Кто же он такой?»

— Может быть это эффект огня? — задумавшись, проговорил Цинь Му. — Я прикоснулся к пламени, и оно проникло внутрь моего тела, создавая эти странные символы… Жирдяй, возвращаемся в снежные горы!

Цилинь не понимал, что тот имел в виду, но всё равно отошёл подальше от пустыни. Стоя неподалёку от снежных гор, Цинь Му достал зеркало, увидев, что символы постепенно тускнеют. К тому времени, когда отряд оказался у подножия, они совсем исчезли.

Держа зеркало под рукой, Цинь Му надел рубашку и равнодушно проговорил:

— Жирдяй, можем продолжать путь. Всё хорошо, эти символы просто для того, чтобы отметить меня как отвергнутого человека.

Послушавшись, зверь немедленно бросился в пылающую пустыню. Символы на коже Цинь Му начали появляться снова, но он не обращал на это никакого внимания.

Пейзажи пылающей пустыни были невероятными. Повсюду свистели огненные смерчи, время от времени подбираясь к отряду. Владея огненной природой, цилинь находил их очень интересными, и с радостью бросался внутрь явления. Впрочем, в один момент, Цинь Му чуть не сгорел до смерти, поэтому ему было приказано прекратить.

Драконоподобный заметил, что лицо парня почернело от ожогов, подскочив от удивления. Только после этого он послушно поспешил к пункту назначения. Огонь не наносил ему никакого вреда, но владел убийственной силой против его мастера.

— Старший брат, впереди оазис! — радостно прокричала Сюн Ци’эр. — Там есть вода!

Цинь Му удивлённо закричал:

— В этом месте можно найти воду?

Вскоре он увидел оазис посреди пылающей пустыни. Возле прекрасного озера росли бесчисленные оливковые деревья, под которыми стояло несколько белых шатров из козлиной кожи.

Цилинь тут же подбежал к водоёму. Спрыгнув с него, Цинь Му проговорил:

— Мы пришли издалека, извините за беспокойство.

Одна из палаток открылась, и наружу вышел улыбающийся юнец:

— Вы не мешаете. Наоборот, я совершенствую сильное заклятие, и должен принести что-то в жертву… Так это ты, мерзавец!

Выражение юнца резко изменилось, в то время как Цинь Му без объяснений достал меч, в тот же миг посылая в его сторону восемь тысяч мечей!

Глава 442. Блуждающие в Пустыне Драконы

Быстро среагировав, юнец отступил назад к шатру в тот же миг, как Цинь Му пустил в ход свои мечи, пока всем телом не завалился внутрь него. Шатёр был немедленно разрезан на лоскутки бесчисленными вспышками меча, как вдруг все они замерли, прежде чем длинными драконами вонзиться в землю в погоне за скрывшейся в ней мишенью.

Пуш!..

Восемь тысяч летающих мечей, вылетев из подземной пещеры пылающей пустыни в километре от места погружения, вели неутомимое преследование. Оказавшийся мишенью юнец, быстро осознав всю плачевность ситуации, подпрыгнул в воздух и распахнул руки, как вдруг за его спиной расправилось два золотых крыла. Отчаянно захлопав ими, он столкнулся своими золотыми мечами с вспышками мечей противника. Под непрекращающийся лязг завораживающие искры украсили собой воздух близлежащего пространства, между тем летающие мечи, отскакивая от столкновений, разлетались во всех направлениях.

Цинь Му вытянул вперёд руку, заставив летающие мечи резко остановиться в воздухе, но уже в следующий миг они, с лязгом грохоча, превратились в трёхметровый, постоянно вращающийся металлический шар…

Именно так выглядела пилюля его меча!

Огненный торнадо пронёсся над юнцом, поглотив его целиком, но в следующий вдох времени он уже появился над ним, безумно хохоча:

— Владыка Культа Цинь! Император Людей Цинь! А ты так просто от меня не отвяжешься, да?! Думаешь я буду тебя бояться только потому, что твоё тело покрыто татуировками? Тогда прими от меня поклон…

Юнцом оказался не кто иной, как Паньгун Цо. Стоя на торнадо, он отдал дань уважения Цинь Му, но ещё в момент сгиба спины позади него образовался зловещий алтарь, на котором появился дьявольский бог, тоже уже готовый отдать дань уважения поклоном!

Растопырив пять пальцев, Цинь Му с силой ударил ладонью вниз. Земля под огненным торнадо мгновенно искривилась, а песок с камнями закружились, поглощая всё на своём пути и втягивая в землю.

Паньгун Цо не мог устоять на ногах, отчего его поклон сбился. Спешно подняв голову, он увидел, что пилюля меча в какой-то момент времени разделилась, и прямо сейчас в его сторону устремились восемь тысяч мечей, вращающихся распахнутой, клыкастой, леденящей кровь акульей пастью!..

Это была безумной опасная Форма Спирального Меча!

— Пальцевая Стабилизация Гор и Рек! — выкрикнул Паньгун Цо, и прогремело четыре мгновенных щелчка, что явно говорило об открытии в его теле божественных сокровищ.

Заполучив возросшую в геометрической прогрессии магическую силу, он указал своей левой рукой на землю, под которой тут же расцвёл огненный лотос, стабилизируя её. Правой же рукой он указал на огромную пасть, вот-вот собирающуюся проглотить его, и в ней тут же вспыхнули огненные лотосы поменьше, но много.

Столкнувшись со спиральными мечами, они заблокировали вражеское движение.

Паньгун Цо презрительно зыркнул:

— Владыка Культа Цинь, я уже в области Семи Звёзд. Я на ступень выше и теперь могу сокрушить тебя! Ты ведь чувствуешь, что моя магическая сила заставляет тебя содрогаться, верно?

Внезапно огненные лотосы треснули, и Паньгун Цо был поражён: «Его магическая сила ничуть не уступает моей! Но я ведь уже в области Семи Звёзд!.. Как ему удалось отточить её до такого степени?»

Будучи существом, перевоплотившимся более десяти раз, Паньгун Цо, возможно, не осмелится бы сказать, что он был номером один в отточке магической силы, но по свету бродило определённо не так много индивидуумов, способных превзойти мощь его магической силы.

Даже когда Цинь Му удалось сделать это, он превзошёл его на совсем чуть-чуть.

Паньгун Цо сражался против него уже много раз. При их первом сражении они находились в одной области, в области Шести Направлений, а их магическая сила была почти одинаковой. В то время Цинь Му, ведя его, полагался на преобразование путей, навыков и божественных искусств, и очень быстро адаптировался. Так он, собственно, и сумел воспользоваться решающей возможностью, нанося ему поражение.

Однако же, столкнувшись во второй раз, Паньгун Цо, из-за более стремительного развития, сумел подавить своим совершенствованием, как и магической силой, таковые у Цинь Му. В то время тому даже пришлось полагаться на свою огромную пилюлю меча и восемь тысяч мечей, чтобы оказаться достойное сопротивление. Но теперь он был практиком божественных искусств области Семь Звёзд, а Цинь Му до сих пор застрял в области Шести Направлений, а значит должен был бояться его магической силы, не смея не то что в открытую сражаться против него, а даже тайно приблизиться!

Вот только даже несмотря на то, что он, Паньгун Цо, находился в области Семи Звёзд, летающие мечи Цинь Му уничтожили его божественное искусство. Конечно, парень, возможно, полагался на остроту своих летающих мечей, но это также означало, что его магическая сила ненамного уступала таковой у него.

Когда Имперский Наставник напал на Дворец Золотой Орхидеи и Хан Жуаньди сдался, он осознал, что всё кончено. Именно поэтому он не стал дожидаться полномасштабного нападения имперской армии и убежал под покровом ночи, оставив позади в неведении всех шаманов, Шаманов Королей и даже Великого Шамана.

Дворец Золотой Орхидеи был уничтожен, а Великий Шаман убит лично Имперским Наставником.

Паньгун Цо быстро смекнул, что больше не может оставаться в прерии, а в следствии того, что Имперский Наставник приказал своим подчинённым искать его след повсюду, он решил спрятаться в пылающей пустыне.

Он был перевоплощённым человеком, так что его совершенствование возрастало с сумасшедшей скоростью. У него было преимущество, с которым не мог соперничать ни один другой практик божественных искусств, и, спрятавшись в оазисе, он захватывал людей Западных Земель и использовал их для совершенствования. Вот так, всего за полгода, он и прорвался к области Семи Звёзд…

Он планировал восстановить совершенствование своих предыдущих жизней и отомстить Вечному Миру, ведь когда придёт время, если говорить на чистоту, кто вообще сможет остановить его смертоносный поклон?

Однако новая встреча с заклятым врагом заставила его слегка взволноваться. Он поднял своё совершенствование до области Семи Звёзд и должен был сокрушить его, но способности мальчугана, казалось, развивались не менее стремительно, чем у него. Находясь прямо перед ним, он до сих пор не мог получить ни капли преимущества!

— Паньгун Цо, ты явно отстал от времени! — Цинь Му внезапно выбежал из оазиса в пылающую пустыню, его тело перемещалось горизонтально, пересекая в таком положении километры расстояния. Судя по всему, он управлял ветром. Мышцы его тела бугрились, подобно извивающимся в бою Драконам Наводнения, явно говоря о несравненной мощи физического тела. — Ты прятался здесь, поэтому должно быть не знаешь. После того, как Дворец Золотой Орхидеи был уничтожен, пути, навыки и божественные искусства быстро развивались. Мы уже можем совершенствовать исконный дух в области Шести Направлений. Если сравнивать наши силы, то не будет никакой разницы. С точки зрения области совершенствования, ты отнюдь не выше меня!

Паньгун Цо столкнулся телом, похожим на золотого будду, с телом Цинь Му, и рёвы драконов и голоса будд разнеслись во все стороны эхом какофонии.

Но он тут же побледнел в лице, почувствовал, как его рука, треснув, сломалась, в то время как он сам полетел в обратном от противника направлении.

— Ты… это не техника Девяти Монархических Драконов! — в отчаянии завопил парень.

Техника Девяти Монархических Драконов прослыла на весь мир чрезвычайно высокими достижениями в вопросах физического тела, и тем, что являлась высшим искусством Императора Яньфэна. Несмотря на то, что Паньгун Цо не сумел наложить на неё свои загребущие руки, ранее он уже обменивался ударами с использовавшим её Цинь Му.

Да, в то время сила этой техники поразила его, но у него в арсенале всё ещё было достаточно много божественных техник, способных на равных соперничать с ней.

Так с чего это ему было бояться её?

Тем не менее, прямо сейчас он был полностью подавлен так называемой “техникой Девяти Монархических Драконов”.

Движения Цинь Му были чрезвычайно властными, а мощь физического тела несравнимо высокой, как если бы он был истинным драконом в форме человека. Со стремительно взорвавшейся силой, его мышцы, сухожилия и кости были похожи на свирепых, работающих как единое целое драконов!

Столкнувшись с такой грубой силой, золотое тело будды Паньгун Цо не выдержало, рука сломалась, а из локтя вылезла торчащая кость.

— Взрыв меча! — выкрикнув, Цинь Му направил ладонь вниз.

Вжух, вжух, вжух!..

Бесчисленные летающие мечи полились с неба огненным дождём, пытаясь окропить собой Паньгун Цо, но тот, несмотря на чувство невыносимо острой боли, начал утопать в песках пустыни в попытке убежать. Он должен был любой ценой избежать мечей.

Восемь тысяч мечей упали, и пустыня вскипела. Между песчинками туда-сюда перемещались крошечные вспышки меча!

Цинь Му приземлился на землю, его одежды развевались. Подняв сильный ветер, чтобы подавить пламя пустыни, он оттолкнулся носком ноги от земли и снова взмыл вверх. Везде, где он проходил, пустыня кипела и пламя расходилось в стороны…

Как вдруг бесчисленные вспышки меча устремились в небо, а он, взревев, заставил свою жизненную Ци броситься вперёд, оставляя позади себя лишь красный песок с камнями. Но уже в следующий вдох времени в пустыне появились следы десятков красных песчаных драконов, которые, перемещаясь туда-сюда по красному песку, внезапно появлялись и неуловимо исчезали. Очень скоро они добрались до места, где свет меча переполнял небо. Сила его божественного искусства внезапно взорвалась, в результате чего мощный рёв дракона зарезонировал в воздухе, а песок песчаной бурей разлетелся в разные стороны!

В песке вспыхивали летающие мечи, между которыми можно было едва различить силуэт Паньгун Цо, стоящего на огромном котле. Звуковые волны котла, казалось бы, материализовались и отражали летающие мечи, как вдруг он резко зарылся глубоко под песок.

Цинь Му быстро погнался за ним, крича:

— Цинцин, принеси воды, поторопи жирдяя!

Сбитая с толку, Сюн Ци’эр обратилась к цилиню:

— Старший брат глуповат. Он назвал меня Цинцин.

Цилинь покачал головой:

— Ты не знаешь, на что способен этот Паньгун Цо. Зная твоё имя, он может убить тебя даже находясь за тысячу километров, вот Владыка и не называл твоё настоящее имя.

— Наверное Владыка Культа не хочет убивать его, поэтому он попросил нас принести немного воды и следовать за ним. Владыка — отвергнутый человек, поэтому он не может долго оставаться в пылающей пустыне. В ней также нет водяного пара, поэтому он не может использовать божественные искусства с атрибутом воды. Давай быстренько принесём воды и поспешим за ним! — поняв стоящий за словами Цинь Му смысл и закричав в изумлении, Сюн Ци’эр направилась за водой к озеру.

Цилинь немедленно подбежал к ней и увидел, что по всему дну озера были разбросаны белые кости. Трудно было сосчитать, сколько трупов оно в себе похоронило!

Полагаясь на дух и душу других людей, чтобы совершенствоваться, Паньгун Цо убил бесчисленное количество экспертов Западных Земель. Он не особо заморачивался с их погребением и просто сбрасывал трупы в озеро.

— Мы будем брать отсюда воду? — лицо девочки было бледным.

Цилинь прикусил язык и выплюнул несколько капель крови в озеро. Его поверхность мгновенно вспенилась, и бесчисленные жуки душ заплескались вокруг, сражаясь за кровь. Зверь немедленно оттащил Сюн Ци’эр, не давая ей коснуться воды.

— Это озеро отравлено, из него нельзя пить, — сказал цилинь. — Поднимись на кончик моего хвоста, сядь должным образом и держись.

Он опустил хвост, и Сюн Ци’эр немедленно взобралась на него. Она как следует присела, не забывая придерживать хвост, чтобы не упасть.

Цилинь поднял хвост, и девочка сползла с кончика на спину, завизжав от восторга:

— Ещё разок, пожалуйста!

— У нас нет времени на игры. Держись крепче. Мы должны догнать Владыку, — объяснил зверь.

Девочка взобралась на длинную гриву зверя, крепко хватаясь своими крошечными ручками за два пучка, как вдруг драконья чешуя последнего поднялась и укутала её.

Цилинь сделал это, так как боялся, что она упадёт, если он будет бежать слишком быстро. Цинь Му всегда защищал девочку, поэтому ему не нужно было волноваться, однако, пока парня не было рядом, он должен был заботиться о ней сам…

Цилинь также использовал магическую силу, чтобы сформировать барьер вокруг Сюн Ци’эр и сказал ей быть осторожней, прежде чем последовать за Цинь Му. Его скорость постепенно росла, он не мог сразу максимально ускориться. Он бежал всё быстрее и быстрее, вскоре превысив скорость звука.

Пылающие дюны мелькали мимо них, как мерцающие огни и тени.

— Толстячок, ты бежишь намного быстрее, чем в прошлый раз! — закричала девочка. — Почему ты не бегал так быстро перед старшим братом?

— Что может знать такая маленькая девочка? Если хочешь, чтобы лошадь бежала быстрее, её следует нормально кормить, — цилинь был доволен собой и ухмылялся. — Я намеренно бегаю медленнее, чтобы вынудить Владыку давать мне лучшие духовные пилюли в надежде, что я стану быстрее от них. Если я буду медленно увеличивать свою скорость, он будет знать, что пилюли идут мне на пользу, а следовательно, будет ещё больше стараться в их приготовлении. Кроме того, он также позаботится об их вкусе и качестве. Если я резко увеличу скорость, он не станет улучшать качество духовных пилюль, а просто накормит меня теми отвратными Пилюлями Божественной Живучести Огненного Элемента. Только не говори об этом Владыке, иначе он совсем обленится.

Сюн Ци’эр не понимала о чём говорил зверь, но несколько раз кивнула.

Цилинь бежал долгое время, но так и не догнал парочку, что совершенно не мешало ему постоянно удивляться видом взорванных дюн.

Было очевидно, что Цинь Му и Паньгун Цо вели здесь свой смертельный бой.

Вскоре после этого цилинь увидел дюну вдали, превращающуюся в красного песчаного великана, который безжалостно ударял кулаком землю.

— Это техника Дворца Истинных Небес Западных Земель! — девочка вскрикнула от удивления. — Это что, старший брат?

Цилинь покачал головой, немного беспокоясь:

— Владыка не обладает такой плотной магической силой. Давай обойдём.

Идя в обход, он увидел ещё одного песчаного великана и впал в оцепенение.

Глава 443. Коварные Западные Земли

Посреди пустыни виднелись огромные руины. Больше половины землисто-жёлтых дворцов рухнули, оставляя после себя лишь камни и ветхие останки стен. Вокруг них пылал огонь даже более яркий, чем в других местах.

Руины занимали обширное пространство, сопоставимое с несколькими тысячами полей. Но прямо сейчас вдоль их улиц носился гигант… и несмотря на то, что у него не было ног, его скорость всё равно была невообразимо высокой, а окружённое огнём тело накалилось до красна.

Под песчаным здоровяком свистел ужасающий, вращающийся, будто смерч, поток песка, отчего тот и владел столь высокой скоростью.

В этот момент гигант был занят погоней за Цинь Му и Паньгун Цо. В парочку часто летели удары, сопровождаясь непрерывными хлопками. Атаки песчаного преследователя были невероятно тяжёлыми, из-за чего, как только они обрушались на землю, во все стороны выстреливал песчаник, напоминая острые мечи.

И всё же, песчаный гигант не осмеливался рушить руины. Напоровшись на разрушенные заборы и ветхие стены, он просто переплывал через них, оставляя здания нетронутыми.

Божественные Искусства Западных Земель отличались от таковых в Империи Вечного Мира, ведь они базировались на предположении, что у всех вещей есть душа. Даже камень можно было превратить в гиганта, способного одним ударом разрушить гору. Воистину непреодолимая сила.

Если Цинь Му и Паньгун Цо пропустят удар, его ужасающей силы хватит, чтобы тяжело ранить их обоих!

Несмотря на это, они продолжали предпринимать попытки убить друг друга, в то же время всеми силами уклоняясь от атак здоровяка.

Сломанная рука Паньгун Цо усложняла ему движения. Цинь Му контролировал восемь тысяч мечей, но несмотря на сложность и изящность его навыков меча, он был не в силах ранить песчаного гиганта. Даже когда ему удавалось разрушить его конечность, та быстро отрастала, не оставляя и следа от повреждений.

Техника его тела была очень необычной, а атаки мощными. Впрочем, так как существо использовало в бою лишь кулаки, а не божественные искусства или заклятия, оно не несло серьёзной угрозы для жизни парочки.

Тем не менее, монстр, казалось, атаковал только Цинь Му, совсем не обращая внимания на Паньгун Цо, которому прилетало под раздачу лишь заодно, когда попадался под руку.

— Заклятие Дворца Истинных Небес! — оглядываясь, недоумевал цилинь. — Где тот, кто его сотворил?

— Это страж пустыни, а не божественное искусство, — Сюн Цин’эр забралась на голову зверя, держась за его гриву. Оглядываясь, чтобы оценить ситуацию, она продолжала. — Мама говорила, что в пустыне много древних руин, которые являются местами, где когда-то жили боги, охранявшие это место. Когда они куда-то уходили, то оставляли стража пустыни, чтобы тот присматривал за их землями, а также атаковал любого отвергнутого, забредшего сюда.

Внезапно красный песок в руинах зашипел, превращаясь во второго песчаного гиганта, тут же присоединяющегося к погоне.

Цинь Му протянул руки, и вперёд рвануло бесчисленное количество драконов из красного песка, бросаясь на песчаного гиганта. Пока он гонялся за Паньгун Цо, его жизненная Ци начинала циркулировать всё быстрее и быстрее, повышая силу его божественных искусств. И прямо в этот миг его боевые способности достигли максимума!

От атаки красных песчаных драконов, парочка гигантов мгновенно рассыпалась!

— Ээм?

Цинь Му был поражён, ощущая, как магическая сила его божественного искусства куда-то пропадает. Как только песчаные драконы проникли внутрь гигантов, те начали поглощать их энергию!

Увидев удачный момент, Паньгун Цо с гигантским котлом на голове немедленно бросился на противника. Между тем два песчаных гиганта поглотили силу божественного искусства вместе с драконами, и тоже пошли в атаку.

Сложив ладони в кулаки и оттопырив большие пальцы, Цинь Му обрушил удары на кулаки Паньгун Цо, который тут же ощутил, что его атака не несла в себе огромной мощи, но владела всасывающей, притягивающей к себе силой.

От вида оттопыренных пальцев врага, Паньгун Цо вздрогнул.

«Сила его атаки лежит в этих пальцах!» — с такими мыслями, с осознанием того, что приём врага вовсе не был навыком кулака, он изо всех сил пытался вырваться на свободу. На самом деле это была техника меча, использующая палец как оружие, и если он не сумеет освободиться, и один из больших пальцев прикоснётся к нему, мощь лезвия мгновенно разрубит его напополам!

«Когда боевые техники засранца успели так сильно улучшиться и стать такими жуткими? С нашего последнего боя прошло менее полугода, а он сделал такой огромный шаг в развитии!»

Всеми силами Паньгун Цо пытался освободиться от кулака Цинь Му, но как только ему это наконец удалось, он увидел, как свет меча в злосчастных пальцах начал быстро становиться всё более и более интенсивным.

Жизненная Ци Цинь Му превратилась в нить, напоминающую поток лезвий, извивающихся вокруг друг друга, и как только он согнул один из пальцев, свет меча рубанул сверху вниз!

Паньгун Цо мгновенно превратился в чёрную тень, провалившуюся под песок и быстро помчавшись вдаль.

Цинь Му поднял руку, после чего ладонью вниз обрушил вниз, создавая на поверхности песка огромный отпечаток. Паньгун Цо облегчённо вздохнул: «Промазал!»

Тем не менее, в следующий миг бесчисленное количество мечей света, прячущихся в облаках, с неистовым гулом понеслись к земле. Площадь, которую они могли покрыть, была невероятно обширной, отчего спрятаться от них было невозможно.

Внезапно из-под ног Цинь Му начал подниматься третий гигант, вынуждая поток мечей с неба прийти в беспорядок.

Паньгун Цо, прекратив использовать форму тени и снова став человеком, выпрыгнул из-под песка и, мерцая между лезвиями, скрылся от дождя, покидая руины. Он повернул голову, смотря как трое гигантов набрасываются на Цинь Му. Было трудно сказать, удастся ли ему выжить.

«Когда засранец получит серьёзные ранения, у меня появится отличный шанс его добить, — радовался он, когда внезапно заметил несущегося навстречу цилиня. — Как это животное смеет меня атаковать?»

Поклонившись, он торжественно проговорил:

— Жирный дракон!

За спиной юнца появился гигантский алтарь, стоящий на котором бог также сделал поклон.

Зверь совершенно не отреагировал на технику, отчего Паньгун Цо растерялся и в спешке поклонился снова:

— Драконоподобный Цилинь!

Жирдяй был уже недалеко от цели, из его рта извергались языки пламени.

Паньгун Цо выблевал кровью. Его ранения были достаточно серьёзны, а божественное искусство, отдающее дань уважения душе, невероятно сильно истощало жизненную силу. Исполнив его дважды, он почти исчерпал запас своей энергии.

— Цинцин! — сжав зубы, Паньгун Цо решил попробовать ещё раз.

Схватившись за гриву цилиня, Сюн Цин’эр взобралась на голову зверя, любопытно поглядывая на юнца впереди.

В тот миг, когда Паньгун Цо в очередной раз сплюнул кровь, из пасти цилиня вырвался луч огня, в мгновение ока преодолевшего более десяти километров. Дюны, по которым тот проносился, сравнивались с землёй!

Тотчас спрятавшись внутри своего котла, Паньгун Цо услышал доносящиеся снаружи громкие хлопки. Сосуд подлетел в небо, приземляясь за несколько десятков километров.

— Моих способностей и вправду не хватило, чтобы его остановить? Те, кто живёт десять тысяч лет и вправду удивительные. Его умение убегать даже лучше, чем у Владыки! — удивлённо воскликнул цилинь.

Внезапно в руинах за спиной зверя прогремел взрыв, и он обернулся, увидев четвёртого гиганта, поднимающегося над городом. Его рост составлял более ста метров, что было сопоставимо с Пагодой Десяти Тысяч Будд Монастыря Великого Громового Удара. Двигаясь с невероятной скоростью, существо самозабвенно пыталось догнать Цинь Му.

— Я не могу допустить, чтобы Владыку ранили! — цилинь немедленно рванул вперёд, как вдруг увидел, что тело Цинь Му попросту исчезло, но уже в следующий миг он появился на горизонте, зависая в воздухе. Его тело полностью покрылось языками странного пламени, а вокруг него самого быстро кружились руны мгновенного перемещения.

Цинь Му поспешно погасил пламя, раскрывая лицо полное чёрных ожогов. К счастью, одежда, которую он носил, была пошита Юй Чжаоцин и другими сильными практиками расы Небесного Пера, поэтому осталась целой.

Услышав раздающиеся позади странные звуки, он обернулся. Песчаные гиганты сумели вылететь из руин, на полной скорости несясь вдогонку.

— Жирдяй, уходи! — размахивая руками, Цинь Му остановил цилиня, который спешил ему навстречу.

Песчаные существа двигались очень быстро, поэтому вскоре догнали парня. Разделившись на две группы, они решили взять его в клещи, атакуя одновременно слева и справа.

Но как только они должны были столкнуться, вокруг тела Цинь Му зажглись руны мгновенного перемещения, и он бесследно исчез!

Гиганты столкнулись, превращаясь в тучу песка в воздухе. Впрочем, спустя несколько мгновений они вернулись к своему прежнему облику и, развернувшись, поспешили обратно к руинам. К сожалению, не успев вернуться вовремя, они рассыпались, создавая посреди пустыни четыре новые дюны.

Цилинь быстро добрался к месту, где в воздухе парил Цинь Му. Под ним находился наполовину разрушенный дворец, внутри которого виднелось святилище с деревянной статуей бога, покрытой странными символами. Её голова валялась на полу.

Цинь Му поднял руку, и Беззаботный Меч вернулся обратно к нему. Он бросил на голову статуи мрачный взгляд.

Выманив гигантов наружу, он вернулся в руины, чтобы осмотреть их Глазами Небес Киновари. В процессе он обнаружил странные символы, пульсирующие на теле деревянной статуи, после чего одним ударом отрубил ей голову!

Как только это произошло, символы, прежде ярко сиявшие, резко потускнели.

Ужасающая мысленная волна бросилась в его сторону. Впрочем, её тут же заблокировал нефритовый кулон, висящий у него на шее.

— Как странно… — повернув голову, Цинь Му спросил. — Цин’эр, во Дворце Истинных Небес есть боги?

Сюн Цин’эр покачала головой:

— Никогда не слышала ничего подобного.

Держа в руке нефритовый кулон, Цинь Му тихо проговорил:

— Внутри этой статуи было спрятано сознание бога, атаковавшее меня, как только я отрубил ей голову. Должно быть, владелец статуи до сих пор жив.

— Владыка, Паньгун Цо сбежал, — сообщил цилинь.

Цинь Му не слишком волновался по этому поводу:

— Он сбегал на протяжении десяти тысяч лет, поэтому давным-давно довёл своё владение этим искусством до предела. Избавиться от него с первой попытки почти невозможно. Разве он не сумел бежать, когда Имперский Наставник окружил Дворец Золотой Орхидеи? Больше всего меня сейчас волнует то, что во Дворце Истинных Небес Западных Земель может быть живой бог…

Он поднял голову, смотря на запад. Деревянная статуя смогла контролировать песок, создавая гигантов. Было очевидно, что она использовала высшее искусство Дворца Истинных Небес.

Оно называлось техникой Природы Десяти Тысяч Душ, и отлично подходило для совершенствования женщинами. Несмотря на то, что Сюн Сиюй передала ему это искусство, его достижения в нём оказались не слишком большими.

«Имперский Наставник отправился во Дворец Истинных Небес, и скорее всего на этот раз удача окажется не на его стороне, — отводя взгляд в сторону, думал юноша. — Надеюсь, способности бога не слишком велики, иначе… — он покачал головой. — Меня куда больше волнует причина, по которой бог оставил этот дворец. Песчаные гиганты определённо предназначены убивать людей из Великих Руин. Как Дворец Истинных Небес выглядел в прошлом?»

Запрыгнув на спину цилиня, Цинь Му отправился на запад. Спустя несколько вдохов времени они преодолели пятнадцать километров.

В руинах застыла тишина, но вскоре послышался тихий шелест, и на двух половинках статуи начали медленно наращивать интенсивность сияния символы.

Внезапно голова оторвалось от пола, присоединяясь к шее…

Символы на её поверхности горели всё ярче и ярче. Статуя начала медленно меняться, её деревянное тело превращалось в плоть и кровь.

Ещё более ужасающим было то, что она начала поворачивать голову…

Её глаза медленно открылись, смотря вслед Цинь Му.

Открыв рот, статуя прохрипела:

— Дворянин отвергнутых людей, я…

Вьюх!

Двигаясь низко над землёй, воздух пронзил свет меча, внезапно пронзая голову статуи, начавшей превращение. Затем луч замелькал, разрубая статую на бесчисленное количество кусков!

Спустя некоторое время, примерно за тридцать километров от руин, он вернулся в ножны Цинь Му.

— Бог, я уже убивал таких, как ты, — сложив руки, Цинь Му стоял на голове цилиня.

Его тело то поднималось, то опускалось вместе с движением зверя.

Глава 444. Проклятие

Под садящееся на западе солнце, пылающая пустыня была окрашена в огненно-красный цвет. Между тем Цинь Му, сидя на голове цилиня, придал своей жизненной Ци атрибут Красной Птицы, чтобы усовершенствовать все свои летающие мечи…

Занимаясь уплотнением рунических узоров на мечах, он вдруг опустил голову, увидев в ухе цилиня спящую Сюн Ци’эр. Там было тихо и безветренно, ведь зверь заботливо прикрывал ухо, чтобы защитить маленькую девочку от любых невзгод.

«Толстяк на самом деле хороший, — мысленно похвалил Цинь Му. — Если взять в учёт его разборчивость, вкус у тех духовных пилюль Алого Огня и Божественной Живучести Огненного Элемента действительно не так хорош, каким мог быть… Пожалуй, мне стоит улучшить их для него, но только когда найдём хорошее место, а пок…»

— Владыка, впереди оазис! — внезапно крикнул зверь, прерывая его мысль.

Юноша посмотрел вперёд, бормоча:

— Интересно, есть ли там вода? Я, конечно, могу прожить ещё один день без воды, но боюсь за Ци’эр.

Пылающая пустыня была несравненно палящей, в воздухе совершенно не было влаги. Цинь Му не мог получить воду, даже когда он переходил на жизненную Ци Чёрной Черепахи. Раньше ему никогда не приходилось беспокоиться о питьевых запасах, но с появлением девчушки, он больше не мог игнорировать эту проблему.

Через несколько вдохов времени цилинь достиг оазиса, возле озера которого они увидели пару белоснежных палаток из козьей шерсти. Прямо сейчас люди, одетые в одежды Западных Земель, разводили там огонь, чтобы приготовить еду.

— Интересно, мог ли Паньгун Цо прибежать сюда? Владыка, нужно держать ухо востро. Он серьёзно ранен, и не мог убежать далеко, — настороженно огляделся зверь.

Цинь Му спрыгнул и открыл ухо цилиня, с улыбкой доставая оттуда спящую девочку:

— Не беспокойся. Даже если он рядом, ему не хватит смелости напасть. Если он решит появиться, мне будет удобнее избавиться от него.

Дикари Западных Земель, носящие вышитые повязки, увидев чужаков, переменились в лицах, но не осмелились издать и звука.

Цинь Му огляделся и увидел, что в лагере было намного больше мужчин, чем женщин, лица которых были красными от ежедневной работы на солнце. В оазисе также были двуногие жёлтые газели и разные товары, поэтому эти люди, скорее всего, торговцы. Несмотря на то, что у таких газелей была высокая скорость передвижения при полной загрузке товарами, езда на них была очень ухабистой. Из-за этого только торговцы использовали этот вид странного зверя в качестве транспортного средства, ведь хоть на двуногих газелях и было ухабисто ехать, зато они могли доставить больше товаров.

Цинь Му подошёл к пожилому торговцу и спросил:

— Старейшина, моя младшая сестра спит. Могу я воспользоваться палаткой?

— На здоровье, — немедленно кивнул пожилой торговец.

Цинь Му поблагодарил старика и занёс Сюн Ци’эр в палатку. Ночью в пустыне было очень холодно, поэтому обзавестись уютной и тёплой козлиной палаткой — везение. Кроме того, внутри были тёплые одеяла из козьего меха. Уложив до сих пор спящую девочку, он увидел, как её крошечные ручки схватились за одеяло, а зубки дважды прикусили губы от голода, но она так и не проснулась.

Цинь Му вышел из палатки, увидев, что солнце уже зашло. Рядом раздавались звуки трескающего костра, и он спросил:

— Старейшина, вы все торговцы Западных Земель?

Все смотрели на лицо юноши, не смея говорить, и только пожилой торговец решился ответить:

— Да, мы отправились торговать в Великие Руины. Большой брат оттуда?

Цинь Му на миг ошалел, но потом расхохотался. Несмотря на то, что он вырос довольно высоким, он даже близко не был достоин называться большим братом. Торговцы боялись его, очевидно, из-за меток пламени на лице, и как раз из-за них сделали вывод, что он родом из Великих Руин.

— Я действительно из Великих Руин, я планирую отправиться в Западные Земли, — юноша достал свежую говядину и фрукты из своего мешочка таотэ, с улыбкой передавая их местным. — Старейшина, спасибо, что дали моей младшей сестре место для отдыха. Если Вы не возражает, то может звать меня просто малец Цинь.

— Я не смею называться старейшиной, — приняв подарки, заговорил старец. — Положение мужчин в Западных Землях несколько ниже, только старшие женщины заслуживают звания старейшин. Брат Цинь, ты человек Великих Руин, поэтому тебе не стоит идти в Западные Земли. Эта огненная пустыня простирается на десятки тысяч километров, и на всём её протяжении пылает огонь. Кроме того, этот огонь представляет множество опасностей для таких людей, как ты, так что для тебя было бы лучше развернуться и пойти домой.

Цинь Му покачал головой:

— Я дал обещание отправиться в Западные Земли, как я могу его нарушить? Там заправляют женщины? В Империи Вечного Мира также есть женщины-генералы и чиновники. Когда Имперский Наставник настаивал на равенстве между мужчинами и женщинами, он встретил довольно много несогласных, поэтому для меня стало неожиданностью, что вы, ребята, ещё дальше продвинулись в этом вопросе.

Старый торговец переменился в лице, и немедленно шикнул:

— Тихо! Тебе нельзя говорить о равенстве между мужчинами и женщинами, или тебя казнят! Как мужчины и женщины могут быть равны? Женщины могут рожать, мужчины — нет, поэтому, конечно, мужчины на уровень ниже!

Парень был ошеломлён.

Старый торговец оглянулся вокруг и тихо продолжил:

— Когда достигнешь Западных Земель, не говори таких слов. Конечно, если ты вообще сможешь добраться туда…

Цинь Му даже растерялся.

— Но если всё же окажешься в Западных Землях, не говори, что ты из Великих Руин, — серьёзно подытожил старик. — Если проболтаешься, тебя убьют.

— Почему? — нахмурившись, спросил юноша.

Торговец не захотел вдаваться в подробности, а Цинь Му не стал ничего выпытывать, продолжив использовать свою жизненную Ци для обработки летающих мечей. Когда его совершенствование истощалось где-то наполовину, он принимал несколько восстанавливающих духовных пилюль. Между тем летающие мечи становились всё меньше и меньше.

— Мне не хватает способностей превращать мечи в воду дедушки немого, — юноша схватил летающий меч, начав натирать его руками, в итоге превращая в маленькую пилюлю меча. Затем он взмахнул Беззаботным Мечом и восемь тысяч мечей, сойдясь в одном месте, превратились в пилюлю меча. Несмотря на то, что она стала намного меньше, чем раньше, она всё равно была аномально большой…

Только когда он усовершенствует пилюлю меча до размера большого пальца, его технику обработки можно будет считать “сделавшей качественный скачок в развитии”. В таком случае ему может даже удаться превратить мечи в воду.

Цинь Му разобрал пилюлю меча и схватился за рукоять Беззаботного. Восемь тысяч летающих мечей просвистели в воздухе, в итоге сливаясь с ним, главным мечом.

Беззаботный становился всё тяжелее и тяжелее, и когда последний меч слился с ним, рука Цинь Му начала дрожать…

Меч был невероятно тяжёлым, но ему по-прежнему хватало сил удерживать его!..

Он попытался взмахнуть им, и, хотя тот двигался очень медленно, с неба послышались трескающиеся хлопки и гулкое, словно что-то толкающее, взрывное жужжание. Могло даже показаться, что падала огромная гора, но на самом деле виной всему был несравненной тяжёлый меч, что сжимал собой пространство!

Цинь Му дважды взмахнул Беззаботным, из-за чего его руки начали сильно болеть. Он немедленно извлёк лишние мечи, перестав себя мучить: «Те записи на драконьем языке в Диске Императора и истинном драконьем гнезде действительно полезны. Техника Девяти Монархических Драконов на них закаляет моё физическое тело с невероятно высокой скоростью! В прошлом я совершенно точно не мог поднять меч! Как жаль, что я до сих пор не могу понять многие драконьи письмена…»

В последние пару дней он пытался соединить технику Девяти Монархических Драконов с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, благодаря чему его физическое тело закалялось с поистине божественной скоростью. В недавнем прошлом он изучал техники закалки тела только из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, но даже так этого ему хватило, чтобы подавить большинство практиков божественных искусств разных путей только чистой силой физического тела.

Исполни он Восемь Громовых Ударов и Нож для Убоя Свиней, их сила бы умножилась в несколько раз!

Сила его физического тела оказала необычайное влияние на боевые техники!

Торговцы Западных Земель уснули в своих палатках, в то время как Цинь Му так и продолжил сидеть у озера. Цилинь же, уменьшившись в размерах, попросил у него Писания Взращивания Драконов, затем приляг рядом и под пламя пустыни начал читать.

«Толстяк начал прилагать усилия, как Лин’эр!» — юноша был несказанно рад этому.

Цилинь лизнул когти и перевернул открытые Писания Взращивания Драконов. Внимательно вчитываясь, он думал про себя: «Владыка Выращивания Драконов написал Писания Взращивания Драконов, поэтому я тоже хочу написать свои собственные писания, и называться они будут — Писания Взращивания Людей…»

Вскоре после этого Цинь Му прилёг на цилиня и уснул, который, опустив морду, тоже решил отдохнуть. Несмотря на то, что пустыня полыхала даже в ночное время, температура здесь была очень низкой, заставляя покрыться ледяной коркой поверхность озера, но тело цилиня было достаточно тёплым, а из его ноздрей время от времени выдувалось пламя.

Ближе к полуночи среди пламени за пределами оазиса из-под земли появился Паньгун Цо, уставившийся на спящего Цинь Му. Колеблясь, он задавался вопросом, не должен ли он сейчас приблизиться к нему и убить?.. Ведь его враг спокойно спал на звере, казалось бы, не имея понятия, что происходит вокруг.

Паньгун Цо всё хорошенько обдумал, прежде чем всё же решиться нанести смертельный удар, как вдруг он увидел драконью Ци, вылетающую из мешочка таотэ Цинь Му. Скользя вокруг него, она была похожа на тончайших извивающихся драконов.

Паньгун Цо увидел, что рука Цинь Му погрузилась в мешочек, и его сердце упало в пятки. Он тут же передумал нападать и повернулся, чтобы снова погрузиться в землю, думая: «Неужели ублюдок заметил меня?»

Цинь Му открыл один глаз и огляделся, прежде чем вновь закрыть его. Он вынул руку, которую мгновением ранее запустил в мешочек таотэ, и, громко храпя, продолжил направлять драконью Ци в истинное драконье гнездо.

На этот раз он действительно уснул.

Между тем потоки истинной драконьей Ци поглощались его телом, улучшая жизненную Ци и повышая совершенствование.

Цинь Му полагался на истинное драконье гнездо и Диск Императора, тренируясь подобным образом последние несколько месяцев, собственно, отчасти именно поэтому его совершенствование и росло настолько стремительно, что даже Паньгун Цо, перевоплощавшийся более десяти раз, не мог опередить его. Конечно, немалый вклад в это дело внесло частое Двойное Совершенствование Исконного Духа с Юйсю и Юньсян.

Учитывая всё вкупе, Цинь Му извлекал поистине фантастическую пользу, благодаря которой совершенно не отставал в вопросе совершенствования от Паньгун Цо, уже вошедшего в область Семи Звёзд.

Когда наступил день, Сюн Ци’эр проснулась и захныкала, что голодна. Цинь Му приготовил кашу из мясного фарша и овощей. Он также состряпал пару пирожных, прежде чем приготовить несколько улучшенных пилюль для цилиня.

«Мои Писания Взращивания Людей, безусловно, уже начали приносить плоды! — цилинь был полон уверенности. — Владыка думает, что ему удалось постичь Писания Взращивания Драконов, но он даже не представляет, что в моих руках скоро будут совершенные Писания Взращивания Людей!»

Когда караван был готов отправиться в путь, старый торговец попрощался с Цинь Му и снова предупредил:

— Брат Цинь никогда не должен говорить, что он из Великих Руин, в противном случае быть большим неприятностям!

Поблагодарив старика, Цинь Му сел на голову цилиня и продолжил путь к Западным Землям. Позади него слышался постепенно слабеющий звон колокольчиков на шеях загруженных товарами газелей, взявших путь на восток, на Великие Руины.

Скорость зверя была высокой, но, пробежав почти весь день и вечер, они так и не достигли Западных Земель.

Пролетая мимо огромной горы, Цинь Му захотелось осмотреть её, но цилинь, набрав стабильную крейсерскую скорость, попросту проскочил мимо.

— Толстяк, вернись! — закричал парень.

Зверь был озадачен, но немедленно сделал, как его просили.

Осмотрев гору, Цинь Му осознал всю её величественность. На ней не было видно следов пламени, и, несмотря на свою обширность, везде виднелись сломанные заборы и обветшалые фундаменты от зданий…

Он мог лишь представить, насколько величественной была гора раньше.

Неподалёку валялись похороненные в песке иссохшие трупы, которых Цинь Му неприменул осмотреть.

Ими оказались великаны с аномально высокими и крепкими телами.

Затем он подошёл к колонне и прикоснулся к ней.

Рядом лежали толстые цепи.

— Владыка, что случилось с этой горой? — спросил цилинь, парящий на огненных облаках.

Цинь Му поднял палец, указывая на пустыню:

— Посмотри-ка вон туда.

Зверь посмотрел в указанном направлении и увидел смолянисто чёрный шар, ласкаемый ветрами и песком.

— Это Корабль Солнца, разрушенный Корабль Солнца, — сказал Цинь Му. —  Идём.

Цилинь посмотрел на его лицо, но так ничего и не сказал, продолжив нестись на запад.

Вскоре после этого они столкнулись со вторым исполинским кораблём.

Им оказался разрушенный Корабль Луны.

Через какое-то время они столкнулись с третьим кораблём, похороненным в пустыне.

Им вновь оказался Корабль Луны.

Было очевидно, что тот был разрушен из-за чрезвычайно свирепой битвы.

Цинь Му внезапно пришёл к осознанию:

— Техника Природы Десяти Тысяч Душ — проклятие Кораблей Солнца и Луны!

Глава 445. Ночная Атака

Когда в конце Эпохи Императора-Основателя кардинально изменилось метеорологическое явление, выкованные богами Корабли Солнца и Луны использовались, чтобы разгонять тьму. Именно из-за их защиты люди могли выживать и продолжать свою деятельность.

Кроме того, оба судна оказывались невероятно эффективными в битве. Хранители Солнца и Луны могли мобилизовать их невообразимую энергию, поднимая свои собственные способности до уровня небесных богов. Они обретали способности, которых хватало, чтобы изменять небеса и землю.

Однажды Цинь Му брал Корабль Солнца под свой контроль, так же, как и его собрата, Луны, поэтому отлично знал об их особенностях.

Используя Секреты Драконьего Контроля Владыки Выращивания Драконов, он мог заимствовать силу Божественного Короля Драконов Наводнения и остальных, открывая свой божественный мост, что позволяло исконному духу добраться до Райских Небес. Тем не менее, тот попадал лишь в Южные Врата Небес, которые находились в самом начале области. Энергия Кораблей, в свою очередь, переправляла его сразу к Нефритовому Павильону, находящемуся возле Нефритового Озера!

Впрочем, у Кораблей Луны и Солнца было проклятие, которым оказалась техника Природы Десяти Тысяч Душ.

Два судна передавали свою силу Хранителям, следовательно, способности последних происходили от них, а не из их собственных тел. Заимствуя огромную энергию кораблей, питающуюся от выкованных богами луны и солнца, они с лёгкостью могли разгонять тьму.

Техника Природы Десяти Тысяч Душ базировалась на том, что у всех вещей был дух и душа. Чувствуя её, мастер мог создавать духи, пробуждать предметы небес и земли, призывая их к бою.

Бог, совершенствующий технику Природы Десяти Тысяч Душ, мог пробудить духи Кораблей Луны и Солнца, заставляя их сражаться на своей стороне.

В таком случае Хранителей Луны или Солнца, а также Пастухов Луны или Солнца ожидала лишь кровавая резня и погибель. Даже сами Хранители оказывались бессильными!

— Судя по всему, много лет назад здесь произошла ужасающая битва. Корабли Луны и Солнца столкнулись с богом, владеющим техникой Природы Десяти Тысяч Душ, после чего погибли один за другим. Между тем этот… — Цинь Му посмотрел на запад, его глаза моргали от сильного ветра. — Дворец Истинных Небес Западных Земель каким-то образом к этому причастен.

Он всегда чувствовал, что Дворец Истинных Небес — это священная земля наравне с сектой Дао и Монастырём Великого Громового Удара. Впрочем, несмотря на то что Дворцовый Мастер владела необыкновенными божественными искусствами, она всё равно была всего лишь сильным практиком, застрявшим в области Божественного Моста. Её секта ничем не отличалась от других.

Однако, судя по всему, Дворец Истинных Небес прятал бесчисленные тайны и, возможно, даже ужасающее создание!

Само название “Дворец Истинных Небес” уже порождало в уме некоторые предположения.

Небесный Святой Культ получил своё название из-за того, что дровосека, передавшего секте свои учения, сочли святым. Монастырь Великого Громового Удара был назван из -за высоты горы Сумеру, чья вершина находилась выше грозовых туч. Когда голос будды резонировал с раскатами грома, звук получался настолько громким, что его слышали даже глухие.

Секта Дао прославилась за счёт Меча Дао и горы Куньлунь, в то врем как Маленькая Нефритовая Столица была частью Нефритовой Столицы времён Императора-Основателя.

Названия священных земель в какой-то мере говорили о их происхождении.

Каким тогда было происхождение Дворца Истинных Небес?

Почему их бог решил уничтожить Корабли Луны и Солнца?

Развалины божественного дворца посреди пустыни и странные песчаные гиганты, скорее всего, тоже были делом его рук. Тогда пламя, покрывающее здешний песок в попытках сжечь отвергнутых людей, и странные символы, появляющиеся на их телах, тоже имели какое-то отношение ко Дворцу Истинных Небес?

Для чего на лицах отвергнутых людей появлялись огненные символы, как только те ступали на здешнюю землю? Для чего сжигать жителей Великих Руин, в то время как другие могли блуждать по пустыне без угрозы для жизни?

Сколько ещё секретов скрывал Дворец Истинных Небес?

Пустыня была поглощена языками пламени, ужасно обжигая Цинь Му. Неожиданно на горизонте перед ними появились новые руины. До того, как цилинь успел к ним приблизиться, между зданиями начали свистеть потоки песка, постепенно превращаясь в парочку гигантов, под ногами которых неистово свистели потоки ветра.

Цилинь собрался обойти руины, когда Цинь Му проговорил:

— Не стоит, идём прямо.

Зверю оставалось лишь продолжить стремительно нестись к песчаным гигантам, которые постепенно окутывались убийственной аурой. Цинь Му всмотрелся вдаль, в его глазах закружились символы построений.

Песчаные великаны бросились им навстречу, быстро приближаясь, как вдруг раздался гул меча, с которым Беззаботный устремился вперёд, летя над землёй и поднимая вихрь, сдувающий песок в стороны!

Находясь на расстоянии меньше ста пятидесяти километров от отряда, песчаные великаны внезапно рухнули на землю. Волны песка покатились вперёд, отчего цилиню пришлось громко взреветь, сдувая их с дороги.

Цинь Му отозвал меч Беззаботный, и вскоре цилинь добрался в руины. Посреди них они увидели статую бога, разрубленную на восемь частей, разбросанных по святилищу. Проведя по ней взглядом, они улетел прочь.

— К завтрашнему обеду мы доберёмся к Западным Землям.

****

Юноша развёл костёр на борту разрушенного Корабля Солнца, дав цилиню и Сюн Ци’эр отдохнуть. Сам он мог бы продолжить путь, но после долгой дороги зверю нужно было восстановить силы. Девочка тоже устала из-за своего юного возраста.

Смотря на запад, его взгляд проносился по странным огням пустыни, как вдруг в них появился чей-то силуэт.

Улыбнувшись, Цинь Му помахал рукой. Силуэт тут же испугался и убежал.

— Кишки гроссмейстера становятся всё тоньше и тоньше, — рассмеялся юнец.

Паньгун Цо сбежал с Корабля Солнца, его лицо мерцало между страхом и удивлением. Парень уже успел исцелить свою сломанную руку, и его ранения почти восстановились. Тем не менее, ему всё равно не удалось подкрасться к цели.

Он, разумеется, не оставлял мыслей наброситься на Цинь Му исподтишка, или даже встретиться с ним лицом к лицу, но осознавая, что шансы на победу у него невысоки, ему оставалось лишь позабыть о своей затее.

Собираясь уйти, он внезапно увидел беззвучно текущий песок, отчего его сердце слегка вздрогнуло, и быстро повернул голову в сторону пламени.

Ночная пустыня всё ещё была довольно светлой из-за непрерывно пылающего огня, и Паньгун Цо смог разглядеть человеческий силуэт вдали, напоминающий деревянную марионетку, шагающий в сторону корабля. Его суставы неестественно извивались, делая походку очень страной.

Поток песка двигался в такт с шагами марионетки, и к его удивлению, не издавал абсолютно никаких звуков.

Сердце Паньгун Цо поднялось к его горлу, когда он увидел второй силуэт, а за ним третий и четвёртый…

Когда силуэты подобрались ближе, он понял, что на самом деле эти создания были деревянными статуями богов. Впрочем, их глаза были настоящими. Бесшумно передвигаясь, они становились всё ближе к Кораблю Солнца.

Пока парень пытался совладать с биением своего сердца, одна из статуй повернула к нему свой взгляд и странно улыбнулась. Подняв к губам деревянный палец, она приказала ему не шуметь.

Юнец моргнул и неподвижно замер, наблюдая как статуи окружают судно.

Поток песка хлынул вперёд, поднимая их в воздух. Постепенно его размер становился всё больше и больше.

Начиная нервничать, Паньгун Цо неосознанно сжал руки в кулаки. Песчаные гиганты отрезали все пути отхода с корабля. Подняв свои огромные руки в воздух, они готовились нанести удар по Цинь Му!

«Мерзавец Цинь не жилец!» — едва не прокричал от радости Паньгун Цо.

В этот миг в воздухе засвистел серебряный свет меча, пронзая голову деревянной статуи. Раздался взрыв, и оружие поразило вторую, третью, а затем четвёртую цель.

После серии хлопков, руки песчаных великанов замерли в воздухе, прежде чем рассыпаться своими телами и поглотить половину Корабля Солнца.

— Вздумали со мной сразиться? — на борту раздалась насмешка.

Паньгун Цо окончательно уверился в своём намерении уйти, и развернулся: «Любые попытки обмануть мерзавца обречены на провал! Впрочем, почему отвергнутый человек вроде него припёрся в Западные Земли? Он что, вздумал умереть? Я знаю владелицу этих статуй. Когда-то мы встретились, и я бы с радостью забыл тот день. Хе-хе, подлец Цинь, если я хочу тебя убить, зачем мне заниматься этим лично? — он улыбнулся. — И даже если я не воспользуюсь её силой, у меня полно друзей в Западных Землях, так что убить тебя очень просто! Ты вздумал перейти мне дорогу? Убив тебя, я заставлю твой труп ползать предо мной на коленях!»

На следующий день цилинь наконец выбрался из пустыни, и огненные символы на теле Цинь Му начали постепенно исчезать.

Прибыв в пограничный городок в Западных Землях, они встретили множество мужчин и женщин, носящих вышитые головные повязки. Их одежда была великолепной, сверкая золотом и серебром. Те, чей статус был достаточно высоким, носили серебряные головные уборы в форме фениксов и красных птиц, а их костюмы были окрашены в красные или чёрные цвета, буквально ослепляя глаза своим видом.

Вокруг бродило огромное количество красивых девушек, в то время как мужчины выглядели довольно просто и обычно.

Когда троица вошла в маленький городок, Сюн Ци’эр начала ныть о кислой рыбе, костях чили, рисовой лапше и чае из какашек жуков. Девчушка не была дома более полугода, поэтому не могла сдержать радость от возможности вновь попробовать родные деликатесы, и, судя по всему, собиралась съесть всё и сразу.

В Западных Землях в качестве денег использовалось золото и серебро, поэтому Цинь Му достал немного драгоценного металла, покупая малышке всё, что ей хотелось, да и сам отведал местной кухни. Пища Западных Земель оказалась довольно острой и кислой, отличаясь от той, что была в Империи Вечного Мира. Правда чай из какашек жуков он пробовать не стал. Тот готовился из отходив жизнедеятельности насекомых, которых кормили чаем, и несмотря на необычный аромат, он решил держаться подальше от напитка.

«Дедушка целитель любит чай, нужно принести немного ему на пробу» — подумал он, после чего решил осмотреться. Архитектура Западных Земель была совсем не такой, как в Империи Вечного Мира. Местные обычаи и традиции тоже были совершенно другими, но больше всего удивляли дома. Все они были построены из дерева и имели круглую форму. Также в глаза бросалась ещё одна деталь — именные доски с висящими на них странными статуэтками богов.

Расспросив местных, Цинь Му узнал, что те использовались для блокирования заклятий, пробуждающих дух.

Поскольку заклятия Западных Земель базировались на том, что в каждом предмете был дух и душа, любой практик божественных искусств мог заставить дом подняться на ноги и сбежать, оставляя семью без крыши над головой.

Но если в доме поклонялись такой статуе, сделать подобное становилось невозможным.

Услышав такое объяснение, Цинь Му ошарашенно моргнул. Картина сражения между домами соседей определённо была чем-то новым даже для его достаточно гибкого, творческого ума.

Тем не менее, могла ли статуя и вправду остановить практика божественных искусств от пробуждения здания?

— В горах есть огромное количество святынь, подавляющих их духи. Они также возведены на дне рек, чтобы практики божественных искусств не могли ими воспользоваться. Впрочем, у гор и рек уже есть владельцы, — ответил старик.

Оглянувшись, Цинь Му удивлённо цокнул языком. Смотря на горы вдали, он наконец понял, почему вершины Западных Земель ещё не сравнялись с землёй, сверкая хрустальной водой и живностью.

— Как это у гор есть хозяева? — спросил он. — Кто они?

— Все они, естественно, принадлежат мастерам Дворца Истинных Небес. Некоторые находятся во власти местных практиков божественных искусств или сект, — ответил старик. — Владельцы есть не только у гор и рек, но и у травы, цветов и деревьев. Если случайно им навредить, то даже продав себя в рабство не сможешь расплатиться!

Пока он говорил, внезапно задрожала земля, и людей вокруг поглотила паника. Они быстро отскочили в сторону, и когда Цинь Му посмотрел на источник суматохи, то увидел огромное, шагающее сюда дерево. На его кроне стояла женщина, держащая в руках разрисованный свиток:

— Сегодня в Западные Земли пришёл беглец из Великих Руин. Дворец Истинных Небес приказал схватить его! Повесьте этот портрет!

Глава 446. Девицы на сундуке

Женщина носила чёрные топ и юбку, а её голову украшали серебряные аксессуары. Также на запястьях можно было заметить более десятка серебряных браслетов с колокольчиками. Если коротко — пёстрый, но впечатляющий внешний вид.

Вскоре к женщине подошёл человек, чтобы взять из её рук портрет и повесить его на доске объявлений, между тем она, посмотрев на всех сверху вниз, сказала:

— Этот беглец из Великих Руин чрезвычайно важен, он прибудет из пылающей пустыни в ближайшие несколько дней, так что вы все, ребята, должны быть начеку. Если увидите его, постарайтесь не поднимать шума, чтобы не спугнуть.

Сюн Ци’эр побежала посмотреть, но Цинь Му успел схватить её за крошечную руку, чтобы она не потерялась. Перед доской объявлений была большая толпа, но девочке всё же удалось протиснуться вперёд, пока он шагал следом.

Подняв голову, он увидел на портрете себя, а чуть ниже надпись: “Беглец Цинь Му из Великих Руин”.

Девочка была одновременно удивлена и восхищена:

— Толстячок, ты тоже стоишь со старшим братом! Только меня не хватает… эх.

Мгновение назад окрестности были полны шума, но в этот момент можно было услышать даже упавшую на землю булавку. Все уставились на Цинь Му, но тот, казалось, ничего не замечал, с улыбкой глядя на доску объявлений:

— Эту работу нарисовал лично Паньгун Цо. У Син Аня тоже был мой портрет, нарисованный им, поэтому я могу узнать его штрихи.

Вжух!

Окружение мгновенно опустело, толпа пыталась убраться от него как можно дальше, но он не обращал на это внимания, продолжая всё так же невинно улыбаться:

— У Гроссмейстера воистину широкий круг друзей, он знает стольких людей. Жаль только, что он тогда убежал слишком быстро, лишая меня возможности убить его.

— Беглец Великих Руин, умри! — сердитый крик донёсся из-за спины, сопровождаемый свистом корней человекоподобного дерева, пытающегося ими растоптать его. Дерево было несравнимо тяжёлым, а сила огромной. Так как деревьев было много и цены на них были низкими, практики божественных искусств Западных Земель обычно выбирали их в качестве основного средства передвижения или оружия в бою.

Однако дерево, которое выбрала ученица Дворца Истинных Небес, было другой породы. Его ветви, ствол и листья были малиновыми, как кровь, и, если судить по его внешнему виду, оно прошло через множество битв.

Цинь Му протянул руку, и из дерева вылетел шар зелёного света, заставляя его замереть на месте. Он буквально вырвал душу этого дерева…

Сюн Сиюй передала ему технику Природы Десяти Тысяч Душ, но из-за того, что мужчинам она давалась намного сложнее, чем женщинам, ему пришлось приложить много усилий, чтобы довести её до ума.

Женщина была поражена, но уже в следующий миг серебряные аксессуары на её голове взлетели, превращаясь в серебряного феникса, а серебренные браслеты в острейшие иглы, бросившись к юноше. Феникс к телу, а иглы к голове!..

Вокруг тела Цинь Му заклокотало яростное пламя, и, прежде чем серебряные феникс с иглами смогли достигнуть его, они превратились в лужицы расплавленного металла.

Осознав, что дело плохо, ученица Дворца Истинных Небес немедленно попыталась скрыться. Её одежда запорхала, помогая ей взлететь в небо без использования каких-либо заклятия полёта.

— Техника Природы Десяти Тысяч Душ действительно хороша, даже с помощью одежды можно летать, — с восхищением воскликнул Цинь Му. — Кажется, я недооценил эту технику.

Женщина болезненно застонала и упала с неба.

— Большие неприятности! — толпа в окрестностях носилась кто куда, но при этом перекрикиваясь. — Низший мужчина собирается убить женщину-мастера!

К моменту, когда Цинь Му огляделся, улица уже полностью опустела. Двери и окна всех домов были плотно закрыты, в окрестностях не было видно буквально ни души. Рядом с ним стояли только цилинь и Сюн Ци’эр, в то время как ученица, распластавшись, валялась на земле. Казалось, падение потрясло её.

— Ты знаешь, как добраться до Дворца Истинных Небес? — с дружелюбным выражением лица, спросил Цинь Му.

Ученица дворца внезапно кувыркнулась вперёд, в то время как шпильки, всё это время спрятанные в её волосах, выстрелила ему в глаза, словно мечи. Она быстро подбежала к ближайшему дому и, подняв руку, сорвала висящую на именной доске статуэтку бога.

Бум!

Дом внезапно встал и превратился в великана. Две маленькие комнаты стали его кулаками и направились в сторону врага!

Между тем шпильки застыли на месте, так и не поразив глаза Цинь Му, в которых к этому моменту уже закружились построения. Шпильки потекли капельками серебра, после чего Цинь Му поднял голову, раскрывая в глазах сияющие звёздные огни. Через окно дома-великана он увидел семью, дрожащую от страха и не решающуюся даже двинуться.

— Я знал, что эти статуи бесполезны, — сказал юноша, и из его глаз выстрелили два луча света, проносясь мимо ученицы, затем он равнодушно добавил. — Как практик божественного искусства, ты не заботишься об обычных людях. Я презираю тебя.

Два луча становились всё короче и короче, возвращаясь обратно в его глаза. Построения, ещё миг назад кружившиеся в безумной огненной пляске, исчезли, а звёзды постепенно тускнели. Великан с грохотом упал, превратившись обратно в круглый дом.

Цинь Му повернулся, собираясь уйти, женщина же замерла прямо на крыше, не способная хоть как-то пошевелиться.

Когда он подхватил Сюн Ци’эр, запрыгнув с ней на спину цилиня, снизу донёсся звук открывающейся двери. Ученица Дворца Истинных Небес ужаснулась, что отчётливо отобразилось на её белом, как простыня, лице, и она прошептала:

— Не открывай дверь…

Скрип.

Дверь медленно открылась, и женщина перешла на крик:

— Не открывай две!..

Её жизненная Ци больше не могла удерживать её тело вместе, раскрывая взору кровавые полосы, например, на шее и талии. Затем с её талии соскользнули две половинки тела, приземляясь на прохожую улицу, а после с крыши упали и две ноги.

— Владыка действительно доброжелателен, — за пределами маленького города, цилинь не мог не воскликнуть в восхищении. — Та женщина была настолько безжалостна, но Влады… — не успев договорить, зверь услышал позади крики женщины и тут же обернулся. Увидев, как отваливается её нижняя часть тела, его бросило в дрожь.

— Я не доброжелателен, — печально вздохнул Цинь Му. — Для практиков божественных искусств возложение рук на обычных людей — табу. Мы все люди, так как мы можем безрассудно лишать жизни других только потому, что мы сильнее? Когда я был в Империи Вечного Мира и Великих Руинах, в битвах между практиками божественных искусств редко участвовали невинные. Даже когда я сражался с Паньгун Цо, мы тоже боролись за городом. Когда бабушка Сы сражалась с Лордом города Пограничный Дракон, она делала это в небе над городом, а не безумствовала посреди оживлённых улиц, где ходили совершенно обычный люди.

Цилинь закрыл пасть, больше не проронив ни слова. Первоначально он планировал восхвалить Цинь Му за благосклонность, за то, что он не забрал жизнь той ученицы. Откуда ему было знать, что она всё же была убита им?.. Доброжелательность, о которой он упоминал, была направлена только на обычных людей.

Цинь Му обучали девять деревенских стариков с ограниченными физическими возможностями со времён раннего детства. Несмотря на свой титул Владыки Небесного Дьявольского Культа, он мог чётко различать правильное и неправильное… по крайней мере в той или иной степени. Основываясь только на этом, он превзошёл многих праведников большинства самых авторитетных сект.

— Ци’эр должна знать как добраться до Дворца Истинных Небес, верно? — спросил юноша.

Девочка покачала головой:

— Моя мать хотела спасти меня, поэтому мы шли через разные пустынные места, я не помню обратного пути.

Цинь Му на мгновение нерешительно пробормотал про себя, прежде чем сказать:

— Толстяк, пойдём по главной дороге. Мы можем спросить дорогу, как только доберёмся до большого города. Люди там определённо должны знать, как добраться до Дворца Истинных Небес.

Цилинь прошагал по главной дороге более десятка километров. Постепенно людей, путешествующих по суше, становилось всё больше. Дорога была очень широкая и ровная, превосходя в этом плане таковую в Вечном Мире, а река рядом с ней была настолько прозрачной, что было видно дно, отчего отчетливо виднелись плавающие рыбы, черепахи и змеи, причём все достаточно больших габаритов. Также можно было увидеть практиков божественных и боевых искусств, бегущие над водой, но среди них женщины встречались гораздо чаще, чем мужчины.

Скорее всего все эти люди совершенствовали технику, в которой у всего неживого были души и духи. Некоторые женщины и мужчины время от времени останавливались на поверхности реки и, казалось бы, взывали к ней, немедленно поднимая высокие волны, которые ускоряли их вперёд.

Сухопутная же дорога тоже пользовалась популярностью, правда перемещались на ней по-другому, например, при помощи деревьев или виноградных лоз, правда последние продвигались с меньшей скоростью, чем первые.

Имели место быть также практики божественных искусств верхом на всех видах летающих зверей в небе. Их разноцветные крылья отражали свет, делая их очень привлекательными.

— Похоже мы находимся недалеко от города, — вздохнул юноша, увидев увеличивающееся количество людей.

Внезапно послышались грохочущие звуки, и Цинь Му немедленно бросилось в глаза странное зрелище в виде появившихся из-за перевела дев, на своём пути к главной дороге сметающих маленькие возвышенности, камни и прочие преграды ландшафтного характера. Разумеется, так вульгарно и по-мужлански вели себя не сами девицы, а огромный, четырёхметровый в длину сундук, размашисто и быстро шагающий вперёд.

Мгновение после из-за перевала неподалёку появилось ещё несколько девушек, но их несла деревянная лодка, точно также полагающаяся на ноги, чтобы бежать по земле.

Цинь Му был ошарашен. Казалось, словно сундук и лодка превратились в духов, способных бежать, как живой цилинь. Действительно странное зрелище.

«В безграничном мире есть всё и вся, а ведь заклятия и божественные искусства других мест могут быть использованы также и в Вечном Мире. Если использовать там подобные заклятия, разве это не было бы замечательно? — невинно моргая, думал Цинь Му. — Однако, это также принесёт немало проблем. К примеру, те, у кого есть могучая магическая сила, вероятно, будут хвататься, управляя целыми горами».

Увидев цилиня, верхом на котором сидел юноша, девушки испытывали любопытство, как вдруг сундук с более чем дюжиной ног направился к ним. На сундуке располагалось множество очень просторных двориков, а сверху лежали шёлковые, похожие на облака подушки. Семь особ прекрасного пола сидели на них и глазели на цилиня с пареньком.

Девушка, сидевшая ближе всех, должно быть была лидером, а следовательно, именно она использовала свою магическую силу, чтобы контролировать сундук. Она выглядела очень красиво, когда улыбалась, а огромные глаза под кисточками, сплетёнными серебряными подвесками, были похожи на полумесяцы. В её голосе слышался уникальный акцент Западных Земель, когда она начала хихикать:

— Маленький братишка, твоя большая свинья бежит очень быстро. Где ты её взял?

Цинь Му был на мгновение ошеломлён, но затем, улыбаясь, ответил:

— Это дракон-цилинь, смешанная порода между драконом и цилинем.

Сюн Ци’эр выскочила из меха цилиня и показала свою маленькую, с любопытством оглядывающуюся голову. Девушки были сильно удивлены, но найдя малышку по душе, они тут же возжелали её расцеловать и потискать.

Цинь Му ничего не мог поделать, позволив цилиню приблизиться к ним, затем он поднял девочку и поставил её на сундук.

Болтая с девушками, он узнал, что причина, по которой они были удивлены, была в том, что он путешествовал с Сюн Ци’эр, что не удивительно, ведь социальные обычаи Западных Земель отличались от того, с чем он был знаком. После того как мужчина и женщина вступают в брак, если рождается ребёнок, сын направляется в дом мужчины, а дочь остается у женщины.

Этот социальный обычай привёл к достаточно странному положению дел в Западных Землях. Семьи состоят либо из женщин, либо из мужчин, даже многие деревни состоят исключительно из мужчин или женщин. Поэтому, когда девушки увидели Цинь Му с Сюн Ци’эр, первое что им пришло в голову, что она его дочь, однако, глядя на то, насколько он молод, они отбросили этот вариант. А с учётом вышеназванной разницы в обычаях, как они могли не изумиться?

— Сестрички, могу я вас кое о чём спросить? — юноша был озадачен обычаями и осторожно прощупывал почву. — Однажды я встретил девушку, и она пригласила меня к себе домой, но при этом сказав не входить через главную дверь, а пролезть через окно. Что это за этикет такой?

Все девушки начали хихикать, и глаза девушки лидера снова изогнулись в полумесяцы:

— Возможно, маленький братишка не глуп. Когда девушка просит тебя пролезть через окно, это означает, что она хочет обниматься с тобой, точно так же, как трутся друг о друга шеи мандаринских уток.

Цинь Му в замешательстве почесал голову:

— Что ещё за мандаринские утки?

Девушка запрыгнула на голову цилиню.

— Не двигайся, — сразу же после сказанного или приказанного, понять было сложно, она потупилась носом в его грудь и схватила его за руки, чтобы положить их на свою грудь. Затем она приподняла голову, и её длинная шея вошла в его объятия. Она нежно, но в то же время агрессивно потёрлась щекой о его щёку, ритмично переходя к шее…

Цинь Му ощутил целую палитру ярких чувств, интимных чувств… От мягкости кожи, от очаровательности девушки, от нового опыта, да в конце-то концов — неожиданности.

Пребывая в недоумении, всё его лицо было красным, а в носу продолжал стоять девичий аромат.

Девушка усмехнулась и перепрыгнула обратно на сундук, а её подружки, глядя на опьянённый взгляд юноши, громко смеялись от восторга.

— Старшая сестра, твоё сердце тронуто? Может ты прикарманишь его для совместного проживания в браке? — одна даже решила подначить.

Девушка взглянула на Цинь Му, чувствуя, что её сердце и правда было тронуто, и нерешительно сказала:

— Я не знаю, готов ли он…

Другие девушки быстро обработали её, подтолкнув к правильным действиям, поэтому она достала ароматический мешочек и, бросив его Цинь Му, захихикала:

— Маленький братишка, ты можешь залезть ко мне в окно сегодня вечером, я научу тебя, как это делают мандаринские утки.

Девушки Западных Земель явно были гораздо более смелыми и огненными, чем в столице Вечного Мира.

Цинь Му чувствовал, что не может переварить происходящего, окончательно запутавшись, а ведь в самом начале хотел выведать немного информации, поэтому он сразу же сменил тему:

— Вы знаете, как добраться до Дворца Истинных Небес?

Глава 447. На Вид Талантливые Люди

Несмотря на то, что девушки совершенствовали некоторые заклятия Западных Земель и знали о существовании места под названием Дворец Истинных Небес, они понятия не имели, как к нему добраться.

Западные Земли были огромны, не уступая размером Империи Вечного Мира. Большинство жителей последней хоть и знали о существовании секты Дао, но тоже могли сказать, где именно она находилась. То же можно было сказать о людях Западных Земель.

Цинь Му начал слегка сожалеть о том, что убил ученицу Дворца Истинных Небес.

Перед его глазами появился великолепный город, и девицы сообщили, что отправляются туда на фестиваль. Среди зданий цвели свежие цветы, именно из-за которых он получил название города Ароматного Цветения. Его стены были окутаны зелёными лозами, на них и городских башнях сверкали огромные цветки, сияющие фиолетовыми и красными оттенками. От их вида было невозможно оторвать глаза.

Подойдя ближе, Цинь Му увидел, что эти цветы напоминали духи, внутри которых жили прекрасные девы. Они нежно пели народные песни, которые он не понимал, даже овладев заклятиями местных жителей. Впрочем, они всё равно значительно усиливали атмосферу города Ароматного Цветения.

Среди высоких зданий витали девы сциндапсуса, одетые в зелёное, и девы бегонии, носящие на себе красивые красные цветы.

Кроме того, по городу шагали каменные гиганты, стуча в барабаны, а в небесах над ними дрейфовало ещё больше цветов. Аккомпанируя громадинам, их духи играли на пипах и флейтах.

Цинь Му чувствовал себя деревенщиной. Гигантские объекты шагали по улицам, ими оказались дома, отрастившие себе ноги. Парни и девушки стояли в их окнах, осматриваясь вокруг и громко хихикая. Из одного окна к другому протягивались ленточки, формируя трепещущие на ветру мостики. Здешние девушки, одетые в великолепные платья, ступали по этим ленточкам, забираясь в окна к своим любимым.

— Это Фестиваль Цветущей Горы!  Радостно проговорила Сюн Ци’эр. — Когда-то матушка приводила меня поиграть здесь. Но Фестиваль Цветущей Горы во Дворце Истинных Небес даже оживлённее, чем этот.

Вскоре юноша попрощался с девушками на сундуке, и цилинь понёс их вниз по завораживающей улице. Цветущие пейзажи Западных Земель были поразительными. Они были невероятно далёкими от Империи Вечного Мира, имея свою уникальную привлекательность.

Они гуляли по переполненному бесчисленными девицами городу, некоторые из которых бросали в Цинь Му ароматные мешочки. Одна из них даже оказалась достаточно смелой, чтобы ступить на ленточку и подбежать, хватая его за руку и зовя на встречу в доме.

Цинь Му отпустил руку, и незнакомка, будто фея, полетела обратно в дом в поисках другого красивого парня.

Ученица Дворца Истинных Небес, которую он встретил в Западных Землях, оказалась невероятно жестокой, отчего у него сложилось не слишком хорошее впечатление о местных женщинах, но придя в город Ароматного Цветения, местные обычаи и традиции начали ему нравиться.

Фестиваль Цветущей Горы, который проводился раз в год, оказался невероятно оживлённым.

Пробиваясь сквозь толпу людей, гигантов и оживших зданий, Цинь Му наконец добрался к центру города. Здесь было намного тише и спокойнее.

— Один из здешних жителей должен быть городским Лордом. У него или других чиновников я определённо смогу узнать о Дворце Истинных Небес.

В этот миг зелёная виноградная лоза резко сорвалась с места, подлетая к лицу Цинь Му. На её кончике неожиданно расцвёл огромный цветок, из которого выскочила мило улыбающаяся девушка в розовом:

— Ты молодой Владыка Цинь?

Цинь Му кивнул.

Девушка вышла из цветка, к её спине был присоединён стебель. Она продолжала улыбаться:

— Молодой Владыка, у моего хозяина есть для тебя приглашение. Идём со мной.

— Здесь есть кто-то, кто меня знает? — ошеломлённый, Цинь Му спустился со спины цилиня. — Госпожа, показывай дорогу.

Девушка также встала на ноги, и повела их в дом, напоминающий поместье с внушительным стилем.

Два каменных льва у входа поднялись, осматривая юношу и цилиня, прежде чем вернуться на каменную платформу.

Цинь Му отправился следом за дамой в цветке в дом, где увидел огромное количество мужчин и женщин, носящихся вокруг. В здании была оживлённая атмосфера, но большинство гостей оказались духами цветков, трав, деревьев и нефрита. Некоторые даже были созданы из чёрного золота и меди.

— Это поместье построено не в стиле Западных Земель, а Вечного Мира… Подожди-ка, эта чёрная медь и золото…

Цинь Му был ошеломлён, когда его взгляд упал на ходящий котёл с едой. Тот запрыгнул на голову мужчины из огня, начиная готовить еду внутри себя.

— Этот огромный котёл — духовное оружие. Даже оно может превратиться в дух?

Цинь Му внезапно почувствовал, что всё становиться понятным. Он постепенно остановился, впадая в оцепенение, ведь придумал новый виток реформы!

Если привить Империи Вечного Мира веру в то, что у всех вещей есть духи, страна вновь перейдёт на новый уровень!

Если духовное оружие практиков божественных искусств обретёт дух, способности мастеров страны значительно возрастут!

Кроме того, совмещая две разных системы, можно будет создать ещё больше заклятий и божественных искусств, открывая перед собой новые способности!

Духовное оружие мастеров Империи Вечного Мира не было полноценным, будучи всего лишь артефактом, выращенным внутри божественного сокровища. Но если они начнут использовать идеологию Западных Земель, то эти сокровища в прямом смысле станут духовным оружием!

«Заклятия Вечного Мира отдают особое внимание силе атаки, создавая всевозможные странные техники и удивительные навыки. Заклинания Западных Земель уступали им в силе и методах нападения, но позволяли духовному оружию становиться по-настоящему духовным! Объединив две системы воедино, мы сможем дополнить их друг другом! Главная сложность состоит в том, чтобы придумать способ соединения идеологии Западных Земель с искусствами Вечного Мира, позволяя практикам последнего ощущать духи и пробудить духи оружия! — как вдруг его мысли унеслись совершенно в другую степь. — Это мужчина!»

Город Ароматного Цветения определённо процветал, и, если говорить на чистоту, этим поместьем должна была управлять женщина. Как так получилось, что мужчина оказался в столь высоком положении?

Он снова посмотрел на красивого молодого мужчину, приветствующего его. Тот показался ему знакомым, будто они уже где-то виделись несмотря на то, что этого не случалось.

Цилинь внезапно заволновался, тихо спрашивая:

— Владыка, тебе не кажется, что он поход на молодо выглядящего Патриарха?

Цинь Му был ошеломлён. Ему и вправду показалось, что эти двое выглядели похоже, отчего он ощутил к незнакомцу некоторую симпатию. Чуть погодя он поздоровался:

— Владыка Небесного Святого Культа Цинь отдаёт дань уважения владельцу этого места.

Юноша ответил на его приветствие, руководствуясь правилами этикета Империи Вечного Мира:

— Владыка Культа Цинь, Гэ Кэ отдаёт тебе дань своего уважения. Недавно по всем Западным Землям развесили твои портреты, что вызвало много волнения и повлияло на твою репутацию. Много молодых талантов мечтают с тобой встретиться. Владыка, идём за мной.

Лицо Цинь Му помрачнело. Взяв Сюн Ци’эр с собой, он рассчитывал, что Имперский Наставник и Сюн Сиюй отвлекут всё внимание местных на себя. У парочки была более громкая репутация, так как первый был Имперским Наставником Империи Вечного Мира, а вторая являлась предыдущим Дворцовым Мастером Дворца Истинных Небес. Интерес здешних людей должен был быть прикован к ним, позволяя им беспрепятственно передвигаться по стране.

Он отправился в эти земли, чтобы ознакомиться с особенностями Западных Земель. В будущем Империя Вечного Мира определённо введёт сюда свои войска и присоединит их к своим территориям.

Имперский Наставник пытался использовать нисходящий подход. Прежде чем оглашать войну, он хотел завладеть Дворцом Истинных Небес, что позволило бы избежать огромного количества потерь в бою.

Цинь Му не ожидал, что из-за вмешательства мерзавца Паньгун Цо о его появлении в Западных Землях узнает весь мир, а портреты украсят собой стены каждого города и посёлка страны.

— Брат Гэ Кэ очень вежливый, — прогуливаясь с ним, Цинь Му заметил, что женщины и мужчины, окружившие лорда, были сильными практиками, владеющими довольно выдающимися способностями. Впрочем, они бросали на него неприятные взгляды, ожидая возможности сразиться. Но находясь на территории Гэ Кэ, они были вынуждены держать себя в руках.

Цинь Му подозрительно посмотрел на Гэ Кэ. Юноша был похож на Патриарха, а его поместье было построено в стиле Империи Вечного Мира, не слишком напоминая круглые здания Западных Земель. Этикет незнакомце тоже был довольно знакомым, неужели он мог быть плодом брака Патриарха, о котором тот говорил?

«Что-то здесь не так! Он не выглядит слишком старым, на вид ему шестнадцать-семнадцать лет. Несмотря на харизму и кокетливость старика, семнадцать лет назад он уже был горсткой старых костей, как ему тогда удалось успешно заключить брак в Западных Землях? Впрочем, Патриарх владел техникой, позволяющей сохранять молодость, и этот парень тоже мог изучить Великие Небесные Дьявольские Рукописи, заполучая что-то подобное».

Гэ Кэ привёл их к высокому зданию, к которому непрерывно прибывали гости, все из которых имели довольно высокий статус. Некоторые из них передвигались на тучах, а другие на деревьях, всевозможных странных зверях или даже на оживших горах!

Внутрь поместья позволялось входить только высокопоставленным лицам. Все гости выглядели довольно молодо и, должно быть, были важными шишками, пришедшими на Фестиваль Цветущей Горы. В конце концов на подобном мероприятии никто бы не выбрал старуху или старого деда себе в партнеры.

Гэ Кэ пригласил всех занять свои места, и Цинь Му послушался, подавляя сомнения в своём сердце. Хозяин хлопнул ладонями, и слуга внёс в зал свёрнутую картину.

Юнец развернул её, демонстрируя всем портрет Владыки Небесного Дьявольского Культа. С улыбкой на лице он проговорил:

— Дворец Истинных Небес прислал нам портрет Владыки Культа Циня, сообщая, что ты беглец из Великих Руин. Мне было интересно, осмелится ли Владыка прийти в мой город Ароматного Цветения, и я никогда бы не поверил, что это и вправду произойдёт. Способности и смелость Владыки Циня очень выдающиеся, и сегодня ему предстоит взглянуть на таланты Западных Земель. Героическая девушке перед тобой — это Юй Цзиньфан из города Ароматного Цветения. Её предки происходят из семьи Юй Западных Земель. Владыка ведь слышал о них, верно?

Кивнув, Цинь Му ответил:

— Сегодняшний Дворцовый Мастер Дворца Истинных Небес принадлежит к семье Юй.

Улыбнувшись, Гэ Кэ продолжил:

— Сестра Юй владеет десятью тысячами великих полей, восемнадцатью горными хребтами и является наследником семьи Юй. Её совершенствование находится в области Семи Звёзд.

Повернувшись к девушке, Цинь Му улыбчиво кивнул.

Она улыбнулась в ответ.

Затем Гэ Кэ заговорил снова:

— В Западных Землях также есть мужчины, владеющие поместьями. Это молодой мастер секты Небесной Провинции, Юэ Циншань. Секта Небесной Провинции возглавляется мужчинами, их методы совершенствования похожи на те, что ты встречал в Империи Вечного Мира, и они завоевали широкую известность в Западных Землях. Брат Юэ находится в области Шести Направлений.

Цинь Му поздоровался.

Будучи довольно тщеславным, незнакомец проговорил:

— Несмотря на то, что я нахожусь в области Шести Направлений, заклятия и божественные искусства моей секты Небесной Провинции очень древние и достались нам от богов.

Переполняясь любопытством, Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Я повидал много техник богов. Они и вправду неплохи.

— Вот эта женщина — старшая сестра Тин Фан. Она очень необыкновенна, но, к сожалению, происходит не из нашего города, а из Дворца Истинных Небес, — сказал Гэ Кэ.

Посмотрев на женщину, Цинь Му увидел как она, будучи одетой в роскошную одежду, шагает навстречу. Её внешность была поразительность, и он похвалил:

— “Сад полный цветов”, у старшей сестры очень красивое имя.

Улыбнувшись, женщина ответила:

— Владыка Культа Цинь, старшие во дворце хотят привлечь тебя к ответственности. Я не имею против тебя ничего личного, пожалуйста, извини.

Затем Гэ Кэ представил всех остальных, чьё происхождение оказалось не менее высоким.

Цинь Му улыбнулся каждому из них. Совершенствование собравшихся людей было довольно высоким, все они считались выдающимися талантами молодого поколения.

Когда все представились, Цинь Му с улыбкой спросил:

— Брат Гэ Кэ познакомил меня со столькими людьми, почему он не представится сам?

Засмеявшись, хозяин проговорил:

— Я просто владелец этого места. Город Ароматного Цветения достался мне в наследие от моих родителей, здесь не о чём рассказывать. Владыка Культа Цинь, что ты думаешь о том, что все эти мастера пришли, собираясь тебя повергнуть?

Оглянувшись, парень искренне проговорил:

— Братья и сёстры, вы все на вид талантливые люди, зачем вам искать себе смерти?

Глава 448. Потомок

Услышав сказанное, все начали насмехаться, но Цинь Му, не обратив на это внимания, лишь улыбнулся:

— Если бы не Великие Руины, разделяющие Западные Земли и Вечный Мир, Западные Земли были бы давно уничтожены Вечным Миром. По правде говоря, ваши пути, навыки и божественные искусства ужасно отстали от времени по сравнению с Вечным Миром, чьи пути, навыки и божественные искусства, в свою очередь, уже в моих глазах немного отстают от времени, поэтому я ищу перемен. Братья и сёстры Западных Земель, слишком опасно находиться так близко ко мне, и я говорю не только о тех из вас, кто в области Шести Направлений, но и в области Семи Звёзд, например, ты, ты, ну и ты. Когда вы так близко ко мне, в моих глазах вы всё равно что… — указав на присутствующих практиков области Семи Звёзд, он покачал головой, — говорящие и двигающиеся трупы. Вопрос только в том, когда вы станете таковыми по-настоящему.

Все вспыхнули убийственным намерением. Юэ Циншань внезапно встал и усмехнулся:

— Владыка Культа Цинь, как высокомерно с твоей стороны! Городской Лорд Гэ Кэ, ты хозяин этого места, поэтому я прошу у тебя разрешения познакомиться с Владыкой Культа Цинем поближе. Это возможно устроить?

Гэ Кэ рассмеялся:

— Посетив Фестиваль Цветущей Горы моего города Ароматного Цветения, вы все стали моими гостями, так зачем нам тогда обнажать друг против друга кинжалы? Каждый должен найти свою любовь, которой насладиться сполна, и весело провести вечер, разве такая перспектива не более замечательна? Конечно, если вы все будете настаивать на драке, я не смогу вас остановить, не так ли?

Было очевидно, что он хочет посмотреть шоу, поэтому Юэ Циншань тут же вышел из здания, насмехаясь:

— Владыка Культа Цинь, выходи, я хочу получить вознаграждение от Дворца Истинных Небес.

Цинь Му невинно улыбнулся и, вынув шестидесятисантиметровый металлический шар, покачал головой:

— Не обязательно спускаться, и здесь довольно хорошо, — расслабленно проговорив, он поднял металлический шар с одной лишь физической силой. Здание немедленно затряслось, постепенно погружаться в землю. Оно скрипело, пока под землёй не исчез первый этаж, затем второй и, наконец, третий, после чего внеплановая корректировка фундамента прекратилась.

— Какой тяжёлый! — похвалил Гэ Кэ, пока все остальные удивленно охали.

— Народ, пожалуйста, взгляните, — проговорил Цинь Му, между тем ловко вращая рукой металлический шар. — Это моя пилюля меча.

Донг!

Пилюля меча раскололась, и из неё вырвались восемь тысяч, тонких как нити, мечей. Их кончики были направлены в центр сферы. Чтобы иметь возможность выковать что-то настолько изысканное, нужно не только владеть экстраординарным мастерством, но и подстать ему расчётами…

Восемь тысяч мечей излучали холодный, стальной свет, залив им все четыре стены здания, собственно, как и лица всех присутствующих. Каждый меч был подобен самому совершенному произведению искусства.

Цинь Му поднял пилюлю меча ещё выше, и она взмыла в воздух, медленно вращаясь и позволяя всем увидеть свою внутреннюю структуру:

— Без постоянного прогресса в путях, навыках и божественных искусствах можно отстать на сотню лет, или даже на тысячу. Пути, навыки и божественные искусства ваших Западных Земель были переданы вашим предкам двадцать тысяч лет назад. Да, полагаясь на них, можно было пробудить душу и дух всего сущего, дабы что угодно могло сражаться само по себе, тем не менее, скорость активации ваших божественных искусств слишком медленная, и даже ваши эксперты области Небожителя не исключение, хотя они и более гибки в этом вопросе… А ведь божественные искусства могут претерпевать мириады изменений в мгновение ока. Разве кто-то будет давать вам время? Позвольте мне продемонстрировать навык меча, и может кто-нибудь из вас сможет помочь мне с наставлением. Не двигайтесь.

Тин Фан Дворца Истинных Небес усмехнулась:

— Если мы будем неподвижны, разве ты не убьёшь нас?

Цинь Му слегка улыбнулся и сказал:

— Если двинешься, платить за последствия тебе. Меч Императора-Основателя…

Внезапно пилюля меча окончательно рассыпалась, и мечи заполнили собой всё здание!

Видя восемь тысяч плавающих мечей, каждый присутствующий в здании неподвижно замер в защитной позе, как вдруг огни меча исчезли, а вместе с ними, казалось бы, исчезло даже здание. На смену ему пришло море крови, утопившее небеса и землю!

Рисунки Меча Второй Формы — Меч Императора-Основателя, Море Крови.

Как только движение достигло своего апогея, скорбное чувство охватило людей, ведь бесчисленное множество богов и дьяволов боролись в море крови, а после становились трупами в огнях мечей, прежде чем кануть в море крови!..

Меч Императора-Основателя, Море Крови, в широком сердце существуют горы и реки, однако, осмотревшись по сторонам, уже не встретишь одетых в одежду родины людей…

Внезапно все услышали, как кто-то хлопнул по столу и сердито закричал, а сразу же следом звуки столкновения божественных искусств.

Цвет моря крови исчез также молниеносно, как появился, и гости увидели спину оборачивающего головой человека, несущего божественный меч. Чувство одиночества и немощности пробудилось в их сердцах.

Человек исчез и вновь появился. Между тем рука Цинь Му всё ещё была поднята, а в её ладонь вернулась пилюля меча, всё ещё без остановки кружась. Все тарелки и миски, а также блюда перед гостями, остались такими же, как и раньше, нетронутыми.

Холодный пот буквально прорвался у всех на лбу, и они поспешно испуганно огляделись, только чтобы увидеть трупы Юй Цзиньфан и Тин Фан, упавшей на её стул с красным пятном крови в межбровье. Неподалёку также валялось два трупа служанок. Они попытались оказать сопротивление свету меча, как итог — смерть.

Остальные же своим бездействием подарили себе право на жизнь.

Лицо неподвижно стоящего Юэ Циншаня было бледным, как простыня. Он не двинулся не потому, что не видел ужасающей мощи Цинь Му, а наоборот, потому что видел, а следовательно, понимал, что сопротивление бесполезно.

Гэ Кэ махнул рукой и появились люди, которые тут же начали уносить трупы. Люди неподвижно сидели с бледными лицами, боясь сделать малейшее движение.

Шок, вызванное движением Цинь Му, было слишком силён. Навык меча был чересчур быстрым, они попросту не могли среагировать… будучи способными только сидеть на своих места… и, надо сказать, такая беспомощность в ожидании смерти им совсем не понравилась. Особенно практикам области Семи Звёзд, которые могли позволить своим могучим исконным духам покинуть тела, если не несколько “но” — слишком тесное здание и чрезвычайно быстрый вражеский меч. Огни меча уничтожили бы их прежде, чем они смогли даже среагировать.

За движением Цинь Му стояла огромная сила, а каждый его меч был изготовлен с использованием наилучших материалов, таким образом на кону оказались бы жизни каждого!

Кроме того, их божественные искусства всего сущего, имеющего души и духи, были действительно намного медленнее в скорости активации, чем меч юноши. Если бы им пришлось сражаться, они могли бы только попытаться отдалиться от него, прежде чем исполнить свои искусства, вот только в здании у них не было никаких шансов.

Цинь Му убрал свой меч и извинился:

— Брат Гэ Кэ, я надеюсь ты простишь меня за испачканное здание.

— Изысканность мастерства Владыки Культа Циня не имеет себе равных. Несмотря на атаку бесчисленными мечами, ты не повредили моё здание — вот что я называю истинными способностями. Могу ли я поинтересоваться, является ли это движение меча придуманным после реформы Империи Вечного Мира?

Цинь Му покачал головой:

— Это движение не является божественным искусством после реформы, оно было основано четыреста-пятьсот лет назад, следовательно, оно также отстало от времени, но в Западных Землях я могу использовать его, чтобы убить любого практика областей Шести Направлений и Семи Звёзд. Никто не сравнится со мной. Несмотря на то, что все здесь присутствующие очень сильны, вы всё же не ровня Паньгун Цо. Будучи намного сильнее всех вас вместе взятых, он способен блокировать это моё движение, в худшем случае отделываясь тяжёлыми ранами.

Все холодно фыркнули и хотели хоть как-то возразить, но осознали, что из-за сухости во рту они охрипли, не говоря уже о дрожащих голосах, поэтому они немедленно прокашлялись, пытаясь скрыть это.

— Городской Лорд Гэ Кэ, у меня появились срочные дела, прощай! — Юэ Циншань внезапно сложил руки и повернулся к выходу.

Его примеру тут же последовали остальные.

Вскоре в здании остались только Цинь Му и его хозяин.

— Владыка Культа Цинь, в этот раз ты привёл не так много экспертов, только цилиня области Небожителя. Западные Земли полны экспертов, разве ты не боишься здесь умереть? — полюбопытствовал Гэ Кэ.

— Брат Гэ Кэ знает цилиня? — Гэ Кэ не ответил на встречный вопрос, на что Цинь Му улыбнулся. — Многие хотят убить меня, но до сих пор безуспешно. Я отправился в текущее путешествие не для того, чтобы бросить вызов всем элитам в мире, а для того, чтобы исследовать здешние земли. Брат Гэ Кэ знает, где Дворец Истинных Небес?

— Дворец Истинных Небес — священная обитель наших Западных Земель, все это знают, — с улыбкой на лице, сказал Гэ Кэ. — Если Владыка Культа Цинь хочет пойти туда, я могу показать дорогу.

Цинь Му поблагодарил кивком и улыбнулся:

— Брат Гэ Кэ относится ко мне как к почётному гостю. Ты не боишься, что Дворец Истинных Небес может причинить тебе неприятности?

Гэ Кэ громко рассмеялся и покачал головой:

— Даже при том, что Дворец Истинных Небес силён, они не посмеют вести себя настолько бессовестно. Несмотря на то, что в Западных Землях Дворец Истинных Небес — священная обитель, Западными Землями управляют Высшие Небеса. Дворец Истинных Небес не будет тревожить Высшие Небеса из-за такой мелочи. Слуга, принести копию географической карты наших Западных Земель Владыке Культа Циню!

Цинь Му стал серьёзным. Слова Гэ Кэ раскрыли важную часть информации — Дворец Истинных Небес и Высшие Небеса, судя по всему, были связанны.

Взяв принесённую слугой карту Западных Земель, Цинь Му не удержался и спросил:

— Городской Лорд Гэ Кэ, твоё поместье, кажется, построено в стиле Вечного Мира.

Гэ Кэ улыбнулся:

— Владыка Культа Цинь, ты должен идти. Убийство Тин Фана Дворца Истинных Небес и Юй Цзиньфан семьи Юй — огромная проблема. Те люди, что в спешке покинули Фестиваль Цветущей Горы, отправились за подкреплением. Если ты сейчас же не уйдёшь, у тебя возникнут большие неприятности.

Посмотрев ему глубоко в глаза, Цинь Му твёрдо спросил:

— Как долго Патриарх оставался здесь?

Гэ Кэ замолчал на некоторое время, но затем всё же ответил:

— Недолго. Он приходил раз в год и учил меня многим вещам. Но, уходя в последний раз, он сказал мне, что может никогда больше не вернуться. Владыка Культа Цинь, он умер?

Молча подойдя к окну, Цинь Му посмотрел на цилиня внизу. В этот момент зверь навострил уши, и было очевидно, что он пытается подслушать их разговор.

— Нет, — показывая улыбку, сказал юноша. — Вероятно, Патриарх уже стал богом.

Уши цилиня, находящегося ниже, снова опустились, а сам он просто лёг на землю с распростёртым хвостом.

Подойдя к нему, Гэ Кэ тоже посмотрел вниз, где увидел Сюн Ци’эр, взобравшуюся на кончик хвоста цилиня.

Зверь поднял хвост, из-за чего девочка скатилась по нему вниз и залилась радостным хохотом.

— Я встретил цилиня, когда был молод, но он, кажется, не помнит меня, — Гэ Кэ покачал головой. — Ты путешествуешь с маленькой принцессой Дворца Истинных Небес, но по-прежнему надеешься добраться до него живым? Неудивительно, что дворец так сильно хочет твой голову. Тебе и правда не нужна моя помощь? Я, как городской Лорд, имею в рукаве пару трюков! Отец научил меня многим вещам!

Цинь Му вышел из здания, покачав головой:

— У тебя есть собственная семья, я не хочу тебя впутывать. Жирдяй, Сюн Ци’эр, в путь!

Гэ Кэ посмотрел на них из поместья и помахал рукой. Цинь Му, казалось, заметил это и повернулся, чтобы помахать в ответ.

Не удержавшись, Гэ Кэ задал последний вопрос:

— Могу ли я встретиться с ним снова?

— После того, как станешь богом, ты, вероятно, увидишь его, — громко крикнул Цинь Му.

Гэ Кэ улыбался, провожая их взглядом, но когда они оказались вне поля зрения, его выражение лица помрачнело: «Каждый раз упоминая отца, он говорит “вероятно”. Отец действительно умер…»

Глава 449. Большой Бронзовый Колокол

Цилинь, в свою очередь, казался невероятно счастливым. Таская Цинь Му на спине, теперь он бежал с двойным упорством. Его скорость была молниеносной, значительно превышая ту, что он демонстрировал в пустыне.

Несмотря на то, что его мысли иногда бывали очень глубокими, он всё-таки не был ровней Гэ Кэ. Услышав, как Цинь Му сказал, что Патриарх не умер, а стал богом, жирдяй обрадовался и решил работать более усердно…

Тем не менее, Цинь Му было невероятно тяжело обманывать зверя.

«В море тумана Царства Живых Мертвецов лодочником оказался даос Лин Цзин, — думал юноша. — Исходя их этого, Патриарх тоже должен быть где-то там. Старейшина деревни дал мне восемь монет Фэнду, так что нужно снова туда отправиться и всё разузнать!» — с такими мыслями он достал и развернул подаренную Гэ Кэ географическую карту, осматриваясь. Спустя некоторое время он нашёл место, где находился Дворец Истинных Небес и город Ароматного Цветения. Затем, подняв голову, он определил свою позицию и немедленно приказал цилиню повернуть на юго-запад.

На горизонте прямо перед ними раскинулась огромная гора, вид которой казался немного странным. Она напоминала торчащего из земли гиганта, из плеч которого росли две горных вершины, которые становились толстыми и круглыми у основания, напоминая колокола, что также было довольно подозрительным.

Двигаясь в том направлении, у Цинь Му было два варианта. Он мог пройти между двумя колоколами, или пойти в обход.

Когда дракономордый подбежал поближе, парень поднял голову, увидев элегантную женщину в чёрной одежде, поднимающуюся вверх по горе. Она приземлилась на самой вершине, где висел лист золотой бумаги, напоминающий печать.

Зрачки Цинь Му сузились, когда он увидел, что незнакомка собирается сорвать бумагу!

— Это плохо! Жирдяй, идём напролом!

Как только он это сказал, гигантская гора неожиданно задрожала, вставая на ноги. Несмотря на свои габариты и вес, она выкорчевала себя из земли!

Цинь Му понимал, что дело плохо, и меч Беззаботный тут же вылетел из ножен за его спиной. Рассекая воздух, его лезвие отправилось прямиком к женщине на вершине!

Есть поговорка — охотясь на бандитов, сначала нужно схватить главаря. Чтобы двигаться, горный исполин определённо требовал магической силы сильного практика, следовательно, убив женщину, он сможет остановить процесс его пробуждения.

Женщина повернулась, бросая на него взгляд, и улыбнулась:

— Так как ты осмелился убить ученицу моей семьи Юй, даже окажись ты отцом Императора, тебя это уже не спасёт. Я отправлю тебя следом за ней!

Огромный гигант достал ногу из-под земли, топнув ею по земле, отчего во все стороны полетели потоки грязи. Затем он достал вторую, медленно вставая на землю.

Когда громадина окончательно выбралась на поверхность, её пояс достиг облаков, а две горных вершины скрылись в небесах, пока по их склонам катились валуны. Сваливаясь с неба, они быстро перекрыли дорогу под собой.

Женщина продолжала стоять на голове великана, между тем Беззаботный неожиданно начал вертеться, превращаясь в Форму Бурящего Меча, продолжая мчаться прямо к ней.

Женщина из семьи Юй понимала, что положение её дел не слишком хорошее, поэтому она тут же вскрикнула, отправляя свои обручи навстречу мечу. Свистя в полёте, они пытались остановить оружие противника!

Динь, динь, динь!..

Один за другим раздались лязгающие перезвоны, будто цокающий дождь. Летающие обручи обмотали меч Беззаботный, мгновенно уменьшаясь в размерах. Впрочем, их тут же разорвало на части неостановимым вращением лезвия.

Совершенствование женщин не было слабым, но техники Дворца Истинных Небес не шли по пути усиления боевых способностей мастера. Вместо этого они использовали предметы небес и земли, заставляя их сражаться на его стороне, поэтому собственная сила здешних практиков была намного ниже, чем у людей из Империи Вечного Мира, находящихся в той же области. В сравнении с Цинь Му, Владыки Небесного Дьявольского Культа, который привык прокладывать себе дорогу убивая всё по пути, женщина сильно уступала.

Беззаботный был божественным оружием, острота которого не имела себе равных. После разрушения обручей, его скорость совершенно не снизилась. Пронзив нижнюю челюсть незнакомки, лезвие вышло с обратной стороны головы.

На вершине горы сверкнул красный след крови.

Цинь Му отозвал меч обратно, но, не успев даже обрадоваться, он увидел, что валуны, падая с неба, обнажали сверкающую поверхность медных колоколов. Две вершины и вправду не были настоящими горами, а просто были покрыт слоем камня!

Ему уже приходилось видеть несколько духовных оружий подобных размеров, все из которых оказалось наследными сокровищами культов или сект!

Несмотря на то, что духовное оружие Западных Земель не было таким утончённым, как артефакты Вечного Мира, наследные сокровища подобных организаций всё же поражали. Они были плодом тщательной заботы крайне сильного практика на протяжении всей своей жизни.

«Лист на вершине, должно быть, являлся печатью, сдерживающей горного исполина! Скорее всего его давным-давно пробудили, а затем запечатали, чтобы подавить драгоценное семейное сокровище!» — уголки глаз Цинь Му сжались, ведь он осознавал, что ситуация резко ухудшилась. Безо всяких объяснения исполин замахнулся двумя колоколами. Те столкнулись друг с другом, смотря своими горлышками прямо на него!

Существо не было пробуждено, с него просто сняли печать. Он всегда владел духом, а семья Юй всего лишь решила запечатать его в этом месте, чтобы, если возникнет нужда, они могли немедленно снять печать, приводя этот “ужас воплоти” в действие!

Бум!

Два колокола столкнулись, и звуковая волна рванула в сторону Цинь Му. Везде, где она проносилась, дорога поднималась, изгибаясь будто волна.

Впрочем, главной угрозой была не дорога, а звон колоколов, созданный столкновением двух наследных сокровищ!

— Дворцовая семья Западных Земель очень жестока! Жирдяй, не двигайся!

Цинь Му не мог не похвалить врага, прежде чем активизировать свою жизненную Ци. Вокруг его тела закружились бесчисленные руны, постепенно перебираясь и на цилиня. Разрушительная волна мчалась им навстречу, но до того, как её сила успела добраться к цели, рунные символы сформировали построение мгновенного перемещения.

Как только божественное искусство активировалось, Цинь Му и цилинь исчезли.

В следующий миг они очутились за полтора километра от того места, где стояли раньше. Исполняя технику в одиночку, Цинь Му мог переместиться на пятьдесят километров, а если захватывал с собой кого-то ещё, то на пятнадцать. Однако, передвигая громадного цилиня, полтора километра были максимальным расстоянием.

Для горного исполина подобное расстояние казалось смехотворным. Одним прыжком чудовище могло преодолеть более десяти километров.

Цинь Му развернулся, осматриваясь, и увидел что то место, где они находились раньше, взлетело в воздух, дрожа будто ленточки на ветру. В следующий миг ужасающая звуковая волна разрушила дорогу в труху.

Она уничтожила тридцать километров дороги, не оставляя после себя ничего целого!

— Здоровяк не владеет магической силой, но стукнув двумя колоколами, он высвободил столь ужасающую энергию… Это попросту невероятно!

Цинь Му едва сдерживал удивление. Цилинь немедленно бросился бежать, в то время как за их спиной, несравнимо огромный гигант развернулся, пытаясь сделать первый шаг… И над головами отряда внезапно всё потемнело…

Посмотрев ввысь, Цинь Му увидел, что нога гиганта уже была прямо над ними, как вдруг скорость цилиня резко увеличилась, позволяя тому всего за несколько шагов преодолеть звуковой барьер, что не могло не шокировать его. Цинь Му понятия не имел какие пилюли тот жрал, чтобы настолько превысить свои старые показатели!

В такой опасной ситуации зверь больше не думал о том, чтобы обмануть своего кормильца, заставляя его постоянно улучшить духовные пилюли. Единственным, что его беспокоило, было выживание, поэтому он продемонстрировал поистине поразительную скорость.

Бум!

Нога горного исполина приземлилась на землю позади них, создавая в ней новое озеро. В следующий миг существо замахнулось рукой, ударяя гигантским медным колоколом о землю.

Цилинь мчался на неистовой скорости, успев избежать удара колокола. Впрочем, сила последнего оказалась поразительной. Как только звуковая волна пробралась в землю, её скорость увеличилась в пять раз.

Земля за спиной дракономордого взорвалась, создавая ужасающее зрелище. Достигнув зверя, звуковая волна даже смогла подбросить его в воздух.

В тот же миг под его ногами разразились огненные облака, пытаясь унести отряд вдаль. Неподалёку от них бронзовые колокола противника вновь понеслись навстречу друг другу, собираясь зазвенеть во второй раз.

Бум!

В том месте, где колокола столкнулись, рябь от волны сжала вещество в пространстве. Двигаясь в нём, скорость звуковой волны увеличилась.

Волосы Цинь Му встали дыбом, и он быстро выхватил Нефритовый Глаз Луны. Зрачок в артефакте зажегся, выстреливая лучом прямо в волну.

Вьюх.

Разрушительная звуковая волна разделилась на две половинки, которые пронеслись мимо цилиня. От толчков по спине Цинь Му пронеслась дрожь, не имеющая ничего общего с холодом… если бы звуковая волна поразила их, то он, Сюн Ци’эр и цилинь рассыпались бы на бесчисленные мельчайшие частички и полностью прекратили своё существование, как телом, так и душой.

— Западные Земли владеют богатыми знаниями, которые, впрочем, не слишком подходят для совершенствования, — бормоча и оглядываясь, Цинь Му увидел, что луч Нефритового Глаза Луны разрезал горного великана. Половина левого плеча громадины отвалилась, и цилинь начал постепенно от него отдаляться. Из-за ранений чудовище больше не могло атаковать их звуковыми волнами…

Однако в этот миг исполин внезапно припал к земле. Когда Цинь Му это заметил, его сердце неистово задрожало. В следующий миг тот побежал, преследуя их с невообразимой скоростью!

«Боже мой… Что-то здесь не так, кто-то должен контролировать его. В противном случае с чего бы ему так концентрироваться на мне и цилине, преследуя любой ценой?»

Внезапно Цинь Му осенило. Женщина из семьи Юй, снявшая печать, уже погибла, так что это определённо не её рук дело. Следовательно, был ещё кто-то, спрятавшийся поблизости. Совершенствование этого человека должно быть невероятно высоким, иначе он не смог бы контролировать столь огромное чудовище.

Как только он об этом подумал, по воздуху неожиданно пронёсся свет меча, и с неба упала человеческая голова, после которой последовали и остальные части трупа, владельцем которого оказалась седовласая старуха с тростью в одной из рук. Последняя, кстати, тоже была разрублена напополам.

Цинь Му был слегка удивлён. Он ещё раз взглянул на горного великана, обнаруживая, что тот замер на месте, напрочь позабыв о погоне.

В таком случае именно седая старуха контролировала чудовище, пытаясь атаковать их. Иначе с чего бы тому набрасываться на них сразу же после пробуждения?

— Жирдяй, остановись.

Цилинь мгновенно послушался, хоть и не понимал, что погоня закончилась. Открыв Глаза Небес Киновари, Цинь Му посмотрел на горного великана, увидев на вершине его головы человеческий силуэт.

Им оказался Гэ Кэ.

Свет меча спустился с облаков, и дважды облетел вокруг него.

Поклонившись, Гэ Кэ попрощался:

— Приятной дороги!

Цинь Му поклонился в ответ:

— Спасибо за твои добрые слова.

Затем силуэт поднял флаг, окутывая им своё тело, прежде чем бесследно исчезнуть.

— Флаг мгновенного перемещения, — улыбнулся Цинь Му. — Он похож на Патриарха. На вид они оба не заинтересованы в мирских делах, но на самом деле владеют добрыми сердцами. Гэ Кэ определённо сын Патриарха. Жирдяй, у старика нашёлся преемник.

Глава 450. Горд Бамбука

Цилинь шагал по огненным облакам, направляясь на юго-запад, пока прямо перед ними не появилась секта Небесной Провинции, склоны двух гор которой, похожих на небесные врата, были усеяны всевозможными дворцами.

Юэ Циншань направлялся в секту, как вдруг что-то почувствовал и обернулся, только чтобы увидеть цилиня, несущего на своей спине Цинь Му. Он немедленно подпрыгнул в шоке и остановился: «Его скорость такая высокая! Если я вернусь в секту и донесу на него, он может убить меня прямо там!»

Цилинь тоже остановился, и Цинь Му поприветствовал его. Юэ Циншань ответил вежливым, но нервным взаимным приветствием.

— Почему брат Юэ не продолжил развлекаться на Фестивале Цветущей Горы и возвращается в секту Небесной Провинции? — с дружелюбным выражением лица, спросил Цинь Му.

Юэ Циншань немедленно улыбнулся в ответ:

— Я уродлив, мне трудно понравиться какой-нибудь красавице, поэтому нет смысла участвовать в фестивале.

Цинь Му тепло, даже немного по-отцовски, улыбнулся:

— Уродлив? Ты на вид очень талантлив и легко сможешь завоевать сердце красавицы. Будет лучше, если ты вернёшься на Фестиваль Цветущей Горы.

Волосы Юэ Циншань встали дыбом, в последний раз Цинь Му произнёс похожую по контексту, да и по содержанию фразу перед исполнением Меча Императора-Основателя, Моря Крови с последующим убийством четырёх человек!.. И сейчас сказанное вновь произнеслось с намёком на вполне очевидные вещи, например, если он не проявит тактичности и продолжит настаивать на возвращении в секту, его жизнь наверняка тут же закончится под острием меча!

— Большое спасибо Владыке Культа Циню за благоприятные слова, — поблагодарив, Юэ Циншань повернулся, чтобы вернуться на Фестиваль Цветущей Горы.

Цинь Му проводил его взглядом, после чего цилинь прибавил скорости, сделав крюк вокруг секты Небесной Провинции.

Юэ Циншань увидел на горизонте город Ароматного Цветения, думая про себя: «Дворец Истинных Небес приказал ликвидировать его, поэтому, если моя секта справиться с поставленной задачей, это улучшит наши с дворцом отношения, а моё положение в секте, безусловно, значительно возрастёт!» — когда его мысли дошли до этого место, он уже было планировал развернуться и вернуться в секту, как вдруг посреди равнин увидел огромную гору и впал в оцепенение. Затем он увидел разрушенные звуковыми волнами дороги и многочисленных мастеров семьи Юй, которые в данный момент кружили над конечностями расчленённой старухи, что-то громко крича.

«Старая бабушка семьи Юй мертва? — Юэ Циншань на некоторое время ошеломлённо застыл, но сразу же после того, как пришёл в себя, он направился прямиком в город Ароматного Цветения. — Даже старшая семьи Юй не смогла остановить его той огромной горой… Нашей секте Небесной Провинции точно будет трудно поймать его. Лучше избегать лишних хлопот, а мне пора на встречу с красотками».

****

— Город Бамбука прямо по курсу! — сказал Цинь Му, стоя на голове цилиня с географической картой Западных Земель в руках. Он тщательно проверил и сопоставил астрономическое явление, счастливо добавив. — Когда доберёмся к городу, до Дворца Истинных Небес останется рукой подать. Толстяк, своим очень быстрым бегом в последние дни ты славно потрудился.

За последние два дня цилинь почти не ленился, работая очень усердно. Со скоростью тридцать тысяч километров в день, они доберутся до Дворца Истинных Небес всего за пол дня. Но по пути им пришлось уладить немало неприятностей… с приказом об аресте во время путешествия им довелось повстречаться со множеством мастеров, ищущих его следы, что всегда выливалось в довольно ожесточённые сражения.

Однако, битва, столь свирепая, как с качающим колоколами горным исполином семьи Юй, не повторилась. Боевая мощь гиганта была слишком ужасающей, и те, кто мог обладать такими сокровищами, обычно были влиятельными семьями. Время подготовки у этого вида оружия было слишком долгим, поэтому они должны были пробудить его заранее, прежде чем запечатать.

Скорость цилиня была очень высокой, и, если кто-то хотел их выследить, но не имел информации о маршруте, перехват был невозможен.

Во время путешествия Цинь Му испытал странность путей, навыков и божественных искусств Западных Земель. Помимо использования гор и рек в качестве оружия, местные практики божественных искусств также выращивали монстров. Они просвещали и пробуждали духов странных зверей, после чего с юности растили их, благодаря чему те становились крайне преданными. Кроме того, звери также играли роль их духовного оружия. Используясь в таком качестве, они превосходили по универсальности и ловкости духов гор и земли. Пути, навыки и божественные искусства всего сущего, имеющего духов, были поистине великолепны.

Цилинь бежал, постоянно сближаясь с гордом Бамбука. Местность по большей части была гористой, поэтому чаще всего они встречали летающих по небу практиков божественных искусств, большинство из которых летали верхом на странных зверях.

Цинь Му приподнял брови, заметив, что многие практики наблюдали за каждым его движением.

«Нас снова отследили, похоже мы не можем войти в горд Бамбука. Там определённо будут ловушки! Придётся путешествовать через глушь», — сознание Цинь Му пульсировало, когда он использовал телепатическую технику Небесных Перьев, чтобы предупредить цилиня. Затем он сделал глубокий вдох, который заполнил всю его грудь, и с протяжным “Вууууу” резко выдохнул, заставив туман мгновенно распространиться во всех направлениях на десятки километров.

Цилинь немедленно нырнул в лес, в то время как практики божественных искусств бросились на поиски в туман, но, когда тот рассеялся, от Цинь Му и след простыл.

— Молодой Мастер, сюда! — нервно позвали практики Западных Земель.

Прилетел драгоценный экипаж, которого, казалось, тянули фениксы. В экипаже сидел молодой человек, полноватый, но не толстый, в компании многочисленных женщин. Западные Земли славились тем, что женщины там имели более высокий социальный статус, но, как бы это не выглядело странно, перед этим юношей они вели себя очень услужливо и сдержано.

Многочисленные практики божественных искусств поприветствовали юношу:

— Молодой Мастер Юй!

— Ему всё-таки удалось сбежать? — улыбался Юй, осматривая окрестности. — Ну, в этом нет ничего удивительного. В прошлом из-за его вмешательства удалось сбежать Най Куй. Но то случилось в Великих Руинах, теперь же, когда мы находимся в Западных Землях, он и правда думает, что сможет скрыться от меня?

Юношей оказался сын текущего Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес, Юй Бочуань, который в недавнем прошлом преследовал Сюн Сиюй и её дочь. Несмотря на свою молодость, он прославился безжалостным подходом к решению дел и лживостью.

Сюн Сиюй потеряла позицию Дворцового Мастера после переворота, спланированного семьёй Юй, и Юй Бочуань, совершенно не отличавшийся особым совершенствованием, заставил толпу преследовать женщину уровня мастера секты и, по пути вырезая всех лояльных ей, но в то же время сильных подчинённых один за другим, чуть было не убил её саму. Если это не демонстрация его истинных способностей, то что же тогда?

Он явно продемонстрировал способность к глубокому, может даже экстраординарному планированию схем.

Юй Бочуань мягко кивнул женщине рядом, и та тут же взлетела, чтобы исполнить своё божественное искусство, как вдруг белые облака на небе зашевелились и превратились в указывающую вниз стрелку.

Экипаж направился в лес внизу, в то время как другая женщина топнула ногой. Многочисленные камни начали скатываться в одном месте, пока не образовали собой каменного великана, указывающего в направлении, куда отправился Цинь Му.

— Человек верхом на огромном звере ушёл туда, — пробасил каменный великан, после чего женщина развеяла своё божественное искусство, и он вернулся к своему исходному состоянию — груде камней.

Фениксы тянули экипаж вперёд, пока Юй Бочуань сидел в нём и улыбался:

— Западные Земли не то место, где кто-либо может ускользнуть от Дворца Истинных Небес. Предыдущая Най Куй не смогла, а уж Владыка Культа Цинь и подавно.

— Молодой Мастер, это именно Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи попросил старейшину Би нашего Дворца Истинных Небес пленить или убить Владыку Культа Циня, — женщина очаровательно улыбнулась. — Старейшина Би и Гроссмейстер давние знакомые, поэтому соответствующий приказ был ожидаемым, однако, так как он позаимствовал силу нашего Дворца Истинных Небес, чтобы избавиться от сильного врага — за ним должок. Но почему Молодой Мастер помогает лично?

Юй Бочуань улыбнулся:

— Я не помогаю ему, именно я хочу найти Владыку Культа Циня. В прошлый раз я потерпел поражение от его руки и позволил ему урвать драгоценное сокровище — Бусину Зелёного Дракона. И сейчас он посмел наведаться в наши Западные Земли, хмпф, я просто обязан преподать ему незабываемый урок. Кроме того, раз уж он тут, то однозначно прибыл с дурными намерениями, ну или как минимум не просто так. Но если мои догадки верны, беря в учёт его участие в спасении предыдущей Най Куй и маленькой принцессы, я боюсь он попытается помочь им провести переворот. Най Куй наверняка прибыла с ним и находится где-то поблизости! — его взгляд стал холодным, как лёд, и он равнодушно добавил. — Несмотря на то, что моя мать стала Дворцовым Мастером Дворца Истинных Небес, до тех пор, пока она не родит маленькую принцессу, её место Дворцового Мастера не будет устойчивым. Мотив возвращения Най Куй очевиден. Тем не менее, Владыка Культа Цинь и предыдущая Най Куй не имеют ни малейшего понятия, насколько велика моя сила! — он поднял голову, чтобы посмотреть в направлении, в котором ушёл Цинь Му, и холодно процедил. — У меня для них большой сюрприз!

****

Цилинь бежал среди гор, как будто летел, оставляя позади один горный хребет за другим. Его скорость немного замедлилась, но всё равно считалась высокой.

Цинь Му осмотрел окрестности и слегка нахмурился. Местность здесь немного отличалась от топологии на карте Западных Земель, которую ему дал Гэ Кэ.

«Практики божественных искусств Западных Земель любят сражаться горами, и, как мне кажется, они не возвращают их на свои места после боя. Использование гор для определения моего местоположения не является чем-то точным, мне всё ещё требуются астрономические наблюдения», — он поднял голову, и в его глазах закружились узоры построений, затем он всмотрелся в небо, видя как в поле его зрения постепенно появляются звёзды и созвездия, которые ранее были заглушены солнечным светом. Определив своё местоположение, он с улыбкой облегчённо вздохнул.

— Мы прошли горд Бамбука… — как только эти слова покинули уста Цинь Му, впереди послышался грохот, заставляя его слегка нахмурился. Он посмотрел вперёд, где увидел пыль, вздымающуюся до самого неба и поглощающую целые горные хребты, не понимая, что могло вызвать такое явление.

Цилинь немедленно остановился и нервно посмотрел вперёд. Катясь вперёд и поглощая леса и горы, пыль становилась всё плотнее и плотнее.

— Владыка, что это такое? — в недоумении, спросил зверь.

Земля и деревья непрерывно дрожали. Камни скакали по земле вверх-вниз, будто от землетрясения. Однако причиной тому сложило нечто другое.

Цинь Му открыл Глаза Небес Киновари и, всмотревшись в пыль, был невероятно удивлён:

— В пыли есть город…

— Город? — в замешательстве спросил цилинь. — Как город может создать такой беспорядок?

— Потому что этот город идёт через лес, — сказав, Цинь Му почувствовал, как его волосы встали дыбом от шока, после чего он немедленно строго добавил. — И город бежит на нас! Жирдяй, двигай-двигай!

Пыль хлынула вперёд, величественный город бежал прямо на них. Ниже городских, гигантских размеров в высоту стен находились несравнимо толстые ноги. За стеной огромные дома уже стали великанами, переполненными убийственным намерением. Некоторые били в барабаны, в то время как другие несли огромные сокровища. Между тем ворота города открылись, и из них выросли бритвенно острые зубы. Они непрерывно открывались и закрывались, и всё, что проходило через них, было разжёвано на кусочки, включая горные вершины!

Всё, что не могло быть разжёвано на куски, попадало в город и разбивалось в дребезги монстроподобными великанами…

Город продолжал бежать к ним, на его воротах было два слова — горд Бамбука.

Практики божественных искусств Западных Земель фактически пробудили целый город!

Глава 451. Восемнадцатая Форма

Цилинь немедленно развернулся и нервно прокричал:

— Практики божественных искусств Западных Земель обезумели! Владыка, они определённо сошли с ума! Кому могло прийти в голову пробудить целый город и использовать его в качестве оружия?

За их спинами всё, что оказывалось на пути города Бамбука, стиралось с лица земли.

Громадный город походил на новую форму жизни, большими шагами пытающуюся их догнать. С невероятной скоростью он перепрыгивал через горные хребты, сравнивая с землёй всё, что оказывалось под ним.

Создание было будто ужасающий рот, способный проглотить и уничтожить всё живое. Более того, за его стенами тысячи гигантов вертелись, будто волчки, окончательно разрушая то, что не смогли пережевать челюсти города.

Позади города катилось облако пыли из всех вещей, которые тот разрушил.

Оно распространилось в радиусе ста пятидесяти километров, скрывая всё в поле зрения.

Проглатывая всё подряд своим ртом, исполин выплевывал остатки из своей задней части. Можно было легко представить последствия попадания в челюсти монстра.

Цинь Му непрерывно подгонял цилиня, который прилагал все силы, чтобы убежать. Как вдруг из города Бамбука вылетела длинная река, мчась за ними вдогонку, будто хлыст.

Зверь мгновенно уклонился, но огромная река оказалась чрезвычайно проворной. Двигаясь вправо-влево, она вынуждала его непрерывно уклоняться, тем самым снижая скорость, в следствии чего город начал постепенно их догонять.

— Старший брат… — задрожал голос Сюн Ци’эр, когда она обернула голову посмотреть назад. Земля под ними дрожала, и камни размером с человека с лёгкостью подлетали в воздух. Широко открыв свои челюсти, город Бамбука начал скрипеть зубами в готовности их проглотить.

— Всё в порядке, сестра Ци’эр, не бойся, — говоря, Цинь Му обернулся, и его пилюля меча подлетела в воздух.

Река продолжала вынуждать цилиня уклоняться, и если так продолжится, то вскоре они окажутся между зубов города.

— Кто пытается нас остановить? — Цинь Му с любопытством разглядывал приближающееся существо. Врата города непрерывно двигались вверх-вниз, их шпили напоминали острые зубы, невольно пробуждая в его сердце сомнение.

«Разве нужно устраивать столь громкое действо, чтобы убить практика божественных искусств области Шести Направлений? Связей Паньгун Цо не могло хватить, чтобы мобилизовать столь огромную силу, как город Бамбука. В таком случае, кто именно хочет моей смерти?..» — внезапно он вспомнил одного человека и, улыбнувшись, пробормотал себе под нос:

— Вероятно, это он. Молодой мастер Дворца Истинных Небес. Его добыча ушла у него из-под носа, когда я спас Сюн Сиюй и её дочь, так что нас можно считать старыми друзьями. Он решил сделать мне неожиданный сюрприз?

В этот миг раздался вой цилиня:

— Владыка, какой же это сюрприз? Это шок! Вот дерьмо…

Из уст города Бамбука вырвалась вторая река, обвиваясь вокруг хвоста зверя, прежде чем резко потянуть его в сторону громадных челюстей.

Цилинь яростно вцепился в землю когтями, но так и не мог остановить своё движение в сторону лап смерти.

— Жирдяй, отруби свой хвост, как настоящий храбрый воин! —  чистым и торжественным голосом проговорила Сюй Ци’эр.

По щекам зверя потекли слёзы:

— Сестрёнка Ци’эр, мы не выживем, даже если я это сделаю, поэтому позволь мне умереть с нетронутым трупом… И я вообще не думаю, что мне удастся это сделать…

Ворота напоминали гигантский рот, клацающий, пережёвывая всё, что в него попадало. А хоть что-то уцелевшее передавалось гигантам, созданным из пробуждённых зданий, которые яростно крушили всё подряд, отчего умереть с нетронутым трупом было определённо невозможно!

Наконечники копий, толщиной с отверстие бутылки, сверкали холодным светом. Они напоминали железные прутья, покрывающие городские стены. Их острота была сопоставима с лезвием меча, а поверхность была покрыта рунами. Было очевидно, что это духовное оружие!

Попасть в подобную челюсть было сродни получению удара от нескольких десятков духовных оружий, каждое из которых проткнёт тело жертвы и оставит отверстие толщиной с тарелку.

Учитывая непреодолимую силу сжатия городских ворот, человек, вероятно, мгновенно превращался в кровавое месиво.

Всё ещё в оцепенении, Цинь Му проговорил:

— Как и следовало ожидать от молодого мастера Дворца Истинных Небес. Но ему бы не хватило сил, чтобы пробудить горд Бамбука в одиночку, верно? Его совершенствование не сильнее моего, в лучшем случае он находится в области Семи Звёзд…

— Владыка! — взвыв, цилинь продолжал лететь в сторону городских ворот.

Цинь Му наконец переборол своё удивление. Его пилюля меча неожиданно взорвалась, испуская бесчисленное количество мечей света. Восемь тысяч лезвий одновременно исполнили Форму Меча Волны, создавая удивительную картину.

Мечи сокровищ окружили острые копья города, будто облако, а уже в следующий миг бесчисленные зубы его челюстей были разрублены на части.

Городские ворота продолжали тяжело грохотать, их грубой силы всё ещё хватало, чтобы раздавить жертв в лепёшку.

Протянув руку, Цинь Му схватил меч. Возможно, он и не мог извлечь из Беззаботного его божественную силу, но остроты лезвия хватало, чтобы разрубить что-угодно, как вдруг лезвие меча в его руках зажглось.

Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Янь!

Вспыхнула сила первого писания Меча Дао, и лучи меча разделились на чёрное и белое, Инь и Янь смешались, кружась вокруг друг друга, формируя форму тайцзи. Впрочем, на самом деле это была иллюзия, созданная навыком меча.

Навык меча использовал невероятно высокие постижения в математике. Формирование каждой линии и точки диаграммы требовало огромного количества вычислений, так же, как и движение каждого меча света.

Это было чудо секты Дао, пытающейся объяснить вселенную.

Челюсти города Бамбука со всей силой вцепились в диаграмму, и часть городской стены мгновенно бесследно исчезла, между тем чёрный и белый цвета иллюзии продолжали кружиться.

Цинь Му взлетел в небо, поднимая меч Беззаботный над головой. Используя магическую силу, он удерживал оружие, пока остальные восемь тысяч мечей подлетали, сливаясь с ним. Дочерние мечи слились с главным, в итоге становясь одним целым и заставляя его мгновенно ощутить, что оружие в руке стало невероятно тяжёлым.

Это была вторая форма пилюли меча.

Первой была сама пилюля, а второй слияние с главным мечом.

После превращения, вес Беззаботного стал настолько огромным, что он больше не мог исполнять любые сильные движения, требующие магической силы.

Цинь Му поднял меч ещё выше, осознавая, что он мог исполнить только одно движение.

Рубящий удар!

Перед ним находился город Бамбука, мчащийся вдогонку за цилинем. Зверь уже прошёл сквозь ворота, и вот-вот должен был оказаться на улице, по обе стороны которой выстроились гиганты из превращённых домов, готовясь истолочь его в фарш!

В самом центре города поднялись даже величественные дворцы. Они были построены не из дерева или камня, а выкованы из чёрного золота, железа и меди.

Местные практики божественных искусств не пытались развить свои собственные боевые способности, а заимствовали мощь небес и земли, чтобы изменить природу вокруг, например, они собирали чёрные золото и медь для создания мощного оружия. Чем лучшим духовным оружием они владели, тем сильнее оно оказывалось, когда пробуждалось.

Дворцы города Бамбука были духовным оружием, выкованным самыми сильными практиками божественных искусств, отчего их сила находилась на совершенно другом уровне в сравнении с деревянными избами обычных жителей.

Поднявшись, дворцовые гиганты заблокировали улицы.

Их окружала убийственная аура.

Чего-то подобного ещё не видели раньше!

Цинь Му рубанул мечом, и дрожь, распространившаяся от его лезвия, мгновенно разрушила реку, овившуюся вокруг хвоста цилиня.

Будто огромная змея, которой отрубили хвост, она извивалась, носясь по улицам города.

Как только кончик Беззаботного коснулся улицы, его несравнимая сила вырвалась, отчего известняковые плиты на земле опрокинулись, прежде чем взлететь в воздух. Посреди города появилась гигантская трещина, неистово распространяющаяся дальше по улице. Вскоре ещё больше плит взлетели в воздух, разлетаясь на части!

Вьюх! Вьюх! Вьюх!..

Летающие мечи вылетели из Беззаботного, наполняясь жизненной Ци Цинь Му. Кружась и рубя, восемь тысяч лезвий носились по улице, атакуя всё на своём пути, оставляя за собой осколки разрушенных гигантов.

Когда восемь тысяч мечей соединялись воедино, Цинь Му не мог исполнять сложных техник, но когда те разделялись, он сразу же обретал такую возможность.

Вертясь, словно колёса, бесчисленные мечи света мчались к противоположной стороне улицы, поднимая в воздух куски дерева и камня. В мгновение ока они вонзились в дворцовых гигантов, пронзая их тела!

Руки Цинь Му дрожали, так как тяжёлый меч чуть не порвал его мышцы. Многие его кости треснули, а связки порвались, к тому же, его магическая сила наполовину исчерпалась!

Причина, по которой он решил использовать именно первую форму Меча Дао, а не Меч, Шагающий по Горам и Рекам, состояла в том, что техника секты Дао расходовала намного меньше энергии. Количество сил, которые ушли бы на технику старейшины оказалось бы слишком огромным.

И всё же, рубящий удар мгновенно израсходовал почти половину запаса его магических сил!

Тем не менее, результат оказался невероятно эффективным, одним махом стирая целую улицу. Цинь Му никогда не ожидал, что сможет овладеть такой разрушительной мощью.

Задействовав остатки своих сил, он схватил Беззаботного. Задрожав, лезвие оружия подозвало к себе восемь тысяч мечей. На этот раз он решил не использовать вторую форму пилюли, вместо этого собирая мечи в огромный металлический шар.

Открыв мешочек таотэ, Цинь Му спрятал в него пилюлю, прежде чем снова впасть в оцепенение: «Кажется, я придумал новую форму меча… Подобного приёма не было в семнадцати базовых движениях…»

В движении, которое он только что исполнил, заставило бесчисленные мечи кружиться, будто колёса, вылетев из Беззаботного. Подобная форма отличалась от остальных семнадцати. Больше всего она напоминала Форму Меча Волны, но в той только кончик меча двигался, рисуя в воздухе круг.

Форма меча, которую он непреднамеренно создал, в свою очередь, могла кружиться как колесо, овладевая силой рубящего удара, ловкостью волны и способностью парировать.

Это была восемнадцатая базовая форма меча!

Деревянные гиганты города Бамбука мчались к нему, а на противоположной стороне улицы дворцовые громадины поднимали в воздух свои круглые жёлтые купола, собираясь использовать их как молот.

Огромные городские реки ринулись с места, собираясь воедино, чтобы создать гиганта, овитого водяным драконом. Размахивая кулаками, он тоже бросился в рукопашный бой.

Цинь Му всё ещё находился в оцепенении: «Проблема лишь в том, что эта форма меча требует слишком много энергии. Более того, для её использования нужно быть невероятно богатым, ведь такое количество мечей стоит очень много. А если сделать наконечники на обеих концах меча, можно даже увеличить её силу».

Цилинь яростно заревел, извергая огонь из пасти. Огненные столбы поглотили городскую улицу, поджигая деревянных гигантов. Водяной монстр тут же их потушил, но так как вода начала испаряться от жары, его размер постепенно уменьшился.

«Но если подумать, у меня-то денег как грязи…» — всё ещё размышлял Цинь Му.

Цилинь впал в ярость. Извергая огонь во все стороны, он уже поджёг весь город. Оказавшись загнанным в угол и неспособным к побегу, он сражался за двоих.

Внезапно город Бамбука вздрогнул, замирая. Гиганты из домов, зданий и дворцов перестали двигаться, вновь превращаясь в строения. Водяной монстр тоже повалился на землю, становясь обычной рекой.

Город мгновенно успокоился. Посреди грязных улиц остались стоять лишь Цинь Му, Сюн Ци’эр и цилинь.

Глава 452. Мастер Построений Западных Земель

Цилинь осмотрелся с нервозностью, боясь, что здания, дома и дворцы снова оживут. Город Бамбука, несмотря на свою обширность, а также население, доходящее до сотни тысяч человек, погрузился в тишину… В нём не было видно никого, все его жители, казалось, бесследно исчезли.

Чтобы люди беспрекословно покинули свои дома и оставили город, человек, приказавший им сделать это, должен был обладать невообразимым авторитетом.

Город Бамбука, который ещё несколько вдохов времени назад кипел жизнью, умер, он был пуст, если, конечно, не брать в расчёт группу Цинь Му.

Но чем тише было, тем страшнее становилось, как вдруг весь город начал сильно дрожать, а земля под ногами подниматься, поглощая собой здания, дома и дворцы.

Город Бамбука мгновенно превратился в кусок пустой земли, из-за чего цилинь, наступая на огненные облака, на всякий случай поспешно поднялся в небо, а Сюн Ци’эр крепко держалась за его гриву, нервно глядя вниз.

Город внизу внезапно раскололся, квадратные камни начали подниматься из земли. Они перекрывались слой за слоем, образуя быстро растущий квадратный обелиск. Всего за вдох времени вокруг Цинь Му вырос настоящий лес из квадратных колонн, на фоне которого они выглядели совсем уж маленькими и незначительными!

Колонны быстро двигались, скрывая всякие важные изменения в построении. Любое их движение сопровождалось либо увеличением, либо сокращением их высоты. Квадратные камни самостоятельно принимали горизонтальные положение или же даже поднимались вверх, соединяясь с другими колоннами.

Встречались также горизонтальные колонны, которые в таком бревенчатом положении лежали на других колоннах. Однако длина этих “брёвен” также постоянно менялась, иногда увеличиваясь, а иногда сокращаясь.

Перед группой явно появилась дорога, но уже в следующее мгновение каменные колонны соединились и стали несравнимо толстой, преграждающей путь стеной.

Город Бамбука, казалось, возродился ещё раз, но он полностью отличался от себя прошлого — движущегося, поглощающего всё и вся города. Теперь он представлял из себя постоянно меняющееся трёхмерное пространство. Да, раньше он выглядел, как огромный, чрезвычайно опасный, пожирающий всё на своём пути исполин, но, по правде говоря, он почти не представлял угрозы, только так, тявканье без цапанья. Однако, после превращение в трёхмерное построение, его уровень угрозы резко возрос!

На сторонах квадратов мерцали различные руны, и даже при смещении и повторной сборке камней, они всегда прекрасно соединялись. И это было самым странным…

Повторная сборка камней лишь бросала пыль в глаза, в то время как истинная опасность заключалась в постоянно разделяющихся и сливались воедино рунах. Различные узоры, созданные с помощью рун, означали различные микро построения, а если вспомнить, что в городе было бесчисленное множество камней со множеством рун на поверхности, полностью отличающихся друг от друга, напрашивался нехитрый вывод — способы их соединения были неисчислимы, как и непредсказуемые изменения в построении!

Цинь Му сразу понял в чём суть. Останься они неподвижно стоять на месте, они бы не активировали построение, вот только его силу могло пробудить малейшее движение!

«Божественные искусства Западных Земель великолепны!» — мысленно воскликнул юноша. Местные божественные искусства, возможно, и не придавали значения силе, как в Империи Вечного Мира, но их странность и дикость заставляли его восхищаться ими!

Цинь Му выучил технику Природы Десяти Тысяч Душ, но никогда не прилагал сверх усилий для её изучения, и сейчас город Бамбука показал ему мудрость бесчисленных практиков божественных искусств Западных Земель.

Между тем свободного пространства становилось всё меньше и меньше. Оно постоянно сжималось, и если всё продолжится в том же духе, то город, вероятно, превратится в огромный трёхмерный куб…

Если Цинь Му, Сюн Ци’эр и цилинь не успеют выбраться, они будут раздавлены в нём.

Цилинь тоже осознал к чему всё идет, поэтому немедленно начал вычислять путь к выживанию. Так как они столкнулись с построением, следовательно, должен был быть определённый процесс исполнения, в котором и заключался их шанс к выживанию. А так как трансформация города основывалась на смещении камней, те и должны были послужить тем самым ключом к решению “шарады”.

Тем не менее, разгадать построение было несравненно сложно. Пути, выглядящие так, будто должны были привести к выживанию, вскоре оказывались тупиками. Если бы они выбрали один из таких, их ждала бы смерть, у них попросту не было права на ошибку!

— Кубическая клетка города Бамбука содержит чрезвычайно сложное математическое преобразование! — цилинь оглядывался непрерывно вращающимися глазами, напоминающими фонарики карусели бумажных лошадок, пока пытался вычислить движение всех кубов огромного построения. — Если бы мне дали достаточно времени, я мог бы вычислить путь к выживанию! Но я боюсь, что прежде, чем это случится, мы будем раздавлены! Владыка знает как нам поступить?

Глаза Цинь Му замерцали, и он сказал в восторге:

— У меня тут появилась идея, как противостоять Син Аню… Если бы духи могли проснуться в его конечностях, разве они не вышли бы из-под контроля? Так будет намного легче убить его!

Нервы цилиня были готовы вот-вот сдать:

— Владыка, мы вот-вот умрём, сейчас не подходящее время думать о Син Ане!

Парень улыбнулся:

— Контролирующий город Бамбука человек обладает крайне высокими познаниями в математике, ничем не уступающими моим. Если бы это был честный бой, я мог бы одолеть его, вот только нас опередили, сделав первый шаг, когда возникла возможность. Скажем так, теперь мне будет очень трудно решить построение, и к тому времени, как я это сделаю, мы уже будем мертвы, — цилинь окончательно отчаялся, но Цинь Му, казалось, не разделял его чувств, как вдруг крикнул. — Старший брат Юй, давно не виделись. Не хочешь поговорить со мной перед смертью?

— Нет. Если я с тобой немного поговорю, я боюсь, что умру, — голос Юй Бочуаня, казалось, слышался отовсюду. — Когда имеешь дело с таким человеком, как Владыка Культа Цинь, лучше всего убивать как можно быстрее. Я не могу так рисковать и доверюсь лишь мёртвому Владыке Культа Циню.

Лицо Цинь Му помрачнело до цвета угля.

— Но брат Цинь может быть спокоен. Найдя твой труп, я обязательно расскажу тебе о себе, — счастливо засмеялся Юй Бочуань. — Младший брат, знаешь, у меня есть очень плохая привычка, сражаясь с врагом, я стараюсь изо всех сил избавиться от него. Только когда враг умирает, я становлюсь разговорчивым и начинаю общаться с его трупом, рассказывая причину, по которой тот проиграл мне. Я не сделаю исключения и для тебя.

Цинь Му печально вздохнул:

— Какая хорошая привычка. Я в ловушке здесь и мне суждено умереть от твоей руки, но ты всё ещё так осторожен. Вот что я называю встреча достойного соперника. Я хочу нарисовать для тебя картину в знак нашей дружбы, начавшейся с оценки наших талантов.

Движения каменных стен становились всё более и более напирающим, заставляя кубическую клетку, образованную городом Бамбука, чрезвычайно быстро меняться. Каждое движение содержало в себе глубокую математическую структуру.

Становясь структурами построения, каменные кубы больше не двигались по внешнему слою, став смертельной ловушкой для группы внутри. Кубы во внутренних слоях также начали останавливаться, постепенно становясь смертоносными построениями. Когда один слой обернулся вокруг другого, стало маловероятно, что трио сбежит, а когда было завершено последнее построение, пропала даже последняя надежда.

Бедолаг ждала лишь смерть.

Решив остаться стоять на месте, Цинь Му поднял кисть и плеснул чернилами, начав рисовать быстрыми мазками. Между тем каменные колонны непрерывно смыкались, постоянно меняя построение, пока они, наконец, не оказались прямо у цели.

Развившись до последней стадии, они превратились в шесть стен, которые сжимались к центру. Шесть сторон непрерывно выдвигались вперёд, издавая громкий гул, пока все они не сошлись в одной точке в едином рывке, заставляя устремиться к центру титаническую силу.

Построения на внешнем слое активировались, зажигая руны на бесчисленных каменных кубах, придавая шести стенам ужасающую сокрушительную силу.

Весь город Бамбука дрожал от давления!

Такой удар уничтожил бы даже эксперта области Божественного Моста, не говоря уже о ком-то вроде Цинь Му или цилиня!

— Великолепно, поистине превосходно! — хлопая в ладоши, смеялся Юй Бочуань. — Мастер Построений везде Мастер Построений. Это образование действительно не имеет себе равных, никто не сравнится с ним. Несмотря на то, что Владыка Небесного Дьявольского Культа был полон трюков, он ничего не смог сделать против него. Он умер и на этом точка.

Женский голос ответил ему:

— Молодой Мастер Юй льстит мне. Я слышала, что Владыка Культа Цинь однажды сражался с надменной Отравительницей Му Инсюэ, но даже она проиграла ему, поэтому в нём есть что-то экстраординарное. Жаль, что он слишком сильно сосредоточился на ядах, упустив из виду математику и построения, в итоге уступив мне. Я соперничала с кем-то, кто был ниже меня, поэтому я смогла поймать их. У Владыки Культа Циня попросту не было выбора, он должен был умереть.

Юй Бочуань громко рассмеялся:

— Он думал, что сможет победить город Бамбука только с грубой силой, поэтому начал показывать свои впечатляющие навыки, но откуда ему было знать, что это была всего лишь приманка, приготовленная Мастером Построений? Мастер Построений, Отравительница и Мастер Меча — три Абсолюта наших Западных Земель. Какие же вы всё-таки необыкновенные! Мастер Построений, пожалуйста, отмени построение. Я хочу взглянуть на картину, которую Владыка Культа Цинь оставил мне.

Зарокотал звук, похожий на сталкивающихся мечей, и обширное построение города Бамбука постепенно обратилось вспять. Каменные колонны погрузились в землю, а дома и дворцы медленно поднялись из-под земли. Вскоре после город пришёл в норму, а на стене, у которой стояли Цинь Му и остальные, висела картина.

На лице Юй Бочуаня красовалась улыбка, он сел в экипаж и направился в направлении стены. За ним последовала толпа, состоящая из около сотни мастеров Западных Земель под предводительством женщины. У той была нежная и красивая внешность, а в руках был металлический куб, который превращался в кубы разных размеров, раз за разом сливавшихся воедино.

Женщиной была Мастер Построений Хэ Ии, она была также известна и популярна, как и Отравительница Му Инсюэ и Мастер Меча Ло Иньюй.

Все три мастера Западных Земель были женщинами, обладающими своим уникальным высшим искусством, позволившим им оказаться в их текущем социальном положении.

Мастер Построений Хэ Ии управляла городом Бамбука и прославилась своими навыками построений, которые не имели себе равных во всех Западных Землях.

Хоть Дворец Истинных Небес и был священной обителью Западных Земель, три мастера ему не поклонялись. Однако, они всё же должны были считаться с его силой. Если у местной священной обители появлялись какие-то просьбы, женщины всегда помогали.

Позади неё шагали мастера города Бамбука, каждый из которых был главой той или иной местной влиятельной семьи. Их способности были сильны, намного превосходя таковые у собратьев из города Ароматного Цветения.

Юй Бочуань подкатил экипаж прямо к стене. Рассматривая картину, он увидел, что внутри неё были Цинь Му, цилинь и Сюн Ци’эр. Они выглядели очень реалистично.

— Яркие и реалистичные! — юноша был полон улыбок. — Живопись Владыки Культа Циня действительно превосходна. Если бы он продавал картины, то мог обеспечить себя до конца жизни! Ха-ха-ха-ха!

— Жаль, что он мёртв. Молодой Мастер, взгляните, Владыка Культа Цинь улыбается на картине! — засмеялась женщина в экипаже.

Другая женщина Дворца Истинных Небес улыбнулась и сказала:

— Конечно, разве можно не улыбаться, умерев идеальной смертью от рук Мастера Построений?

Юй Бочуань громко рассмеялся и вышел из экипажа. Держа руки за спиной, он рассматривал картину на каменной стене, а чуть погодя неторопливо добавил:

— Владыка Культа Цинь, давай немного поболтаем.

— Отлично! — находящийся в картине Цинь Му внезапно повернул голову и усмехнулся. — Я тоже хотел поболтать со старшим братом Юем! Меч, Ступающий по Горам и Рекам…

Глава 453. Власть Владыки Дьявольского Культа

Выражение лица Юй Бочуаня резко изменилось, и он начал быстро отступать с криком:

— Он обманул смерть! Последователи Дворца Истинных Небес, его можно убить, уничтожив картину!

Бесчисленные женщины вокруг него немедленно бросились вперёд, атакуя картину. В тот же миг из неё наружу вырвался свет меча. Дрожа, он прошёл через удивительное превращение перед глазами зрителей. Больше не напоминая свет, он начал выглядеть как горы и реки, летящие им в лицо.

Около десятка последователей Дворца Истинных Небес были мгновенно поглощены. Их элегантные силуэты неподвижно замерли, прежде чем рассыпаться, как песок.

Скорость, с которой двигались горы и реки, оказалась невообразимо высокой, в мгновение ока затопляя экипаж и стоящего за нём Юй Бочуаня.

Мастер Построений Хэ Ии не двигалась, её лицо застыло в удивлённом выражении:

— Поистине превосходный навык меча. Он не сильно уступает Мастеру Меча Ло Иньюй.

За её спиной большинство экспертов города Бамбука были в замешательстве, готовясь убить Цинь Му, но Хэ Ии остановила их взмахом руки:

— Не стоит вмешиваться. Молодой Мастер Юй пригласил нас лишь для того, чтобы создать построение и сдержать Владыку Культа Циня из Средиземья. Он не просил ничего больше, поэтому мы не обязаны помогать.

Толпа позади была вынуждена стоять, наблюдая.

Горы и реки Цинь Му также не двигались в их сторону, что заставило Хэ Ии тихо проговорить:

— Он демонстрирует должную сдержанность.

Сила Меча, Ступающего по Горам и Рекам, убила более десятка красавиц Дворца Истинных Небес. Дрожа, Юй Бочуань громко прокричал:

— Владыка Культа Цинь, почему бы нам не поговорить?

Его одежда трепетала на ветру. Будучи мужчиной, он всё же носил огромное количество украшений вроде серебряных, нефритовых и цепных браслетов, нефритовых кулонов, колец, ожерелий, заколок и даже подвесок долголетия, которые внезапно взлетели в воздух. Все они были его духовным оружием, владеющим огромной силой, но не были выкованы лично им, а просто переданы ему старшими для самозащиты.

Сила духовного оружия оказалась невероятной. Заколка в виде зелёного дракона слегка задрожала, превращаясь в настоящего дракона. Его рёв пронзил воздух, создавая огромную дыру в горах и реках противника.

Обрадовавшись, Юй Бочуань выпрыгнул сквозь отверстие. Но внезапно он ощутил, что его связь с заколкой разорвалась, а вскоре он потерял связь и со следующим артефактом, понемногу впадая в ужас. Невероятно сложные навыки меча Цинь Му разрывали нити Ци, связывающего его с сокровищами. Из-за этого, несмотря на обилие оружия, он оказался не в силах использовать любое из них.

Подобный уровень владения мечом был попросту ужасающим!

Как только он выпрыгнул из Меча, Ступающего по Горам и Рекам, бедолага наткнулся на цилиня, мчащегося навстречу с когтями наготове. Пытаясь избежать опасности, он мгновенно снял свою верхнюю одежду, которая, трепеща на ветру, начала резко увеличиваться в размерах, напоминая облако.

Когти цилиня ударили по одежде, но та оказалась мягкой и почти неосязаемой, медленно поглощая его.

Полуголый Юй Бочуань развернулся, собираясь сбежать, но за его спиной тут же раздался яростный рёв цилиня. В следующий миг языки пламени сожгли одежду дотла.

— Мастер Построений, спаси! — прокричал Юй Бочуань. — Если я умру в городе Бамбука, вы определённо понесёте за это ответственность!

Услышав его просьбу, сотня местных мастеров нахмурилась в сомнении. Одна из женщин прошептала:

— В конце конов он Молодой Мастер Дворца Истинных Небес. Если он умрёт здесь, у нас и вправду будут проблемы. Будь это Мастер Дворца Истинных Небес или Ба Гоу, они определённо доставят нам неприятностей. Мастер Построений, подумай трижды.

Хэ Ии покачала головой:

— Не спасайте его.

Все с тревогой переглянулись, не понимая, почему она приняла такое решение.

— Я не могу убить Владыку Небесного Дьявольского Культа из Средиземья, и уже попыталась наложить на него руки, провоцируя конфликт. Если я вмешаюсь и спасу Молодого Мастера Юя, этот конфликт уже никогда не разрешится, — спокойно ответила Хэ Ии.

— Я давно слышала о том, что в Империи Вечного Мира происходит реформа. С каждым днём империя становится всё сильнее, и уже захватила всё в шести направлениях и смела с лица земли восемь пустынь. Прерии и снежные равнины давно вошли в её состав. Тем не менее, её следующей целью являются не Великие Руины, а наши Западные Земли. Если Дворец Истинных Небес проиграет в борьбе с Вечным Миром, Небесный Дьявольский Культ войдёт в Западные Земли и нам придёт конец.

Кровь в жилах всех вокруг застыла.

Но Хэ Ии ещё не договорила:

— Более того, будучи Молодым Мастером Дворца Истинных Небес, как Юй Бочуань может оказаться не в силах себя защитить? Ему ведь удалось довести Най Куй до грани жизни и смерти, что определённо не по зубам обычному человеку.

Как только она это сказала, из пояса Юй Бочуаня вылетел нефритовый ремень, превращаясь в гигантскую змею, связавшую цилиня прямо в полёте.

Затем парень начал в панике убегать, но внезапно возле него трижды вспыхнул свет меча. Всё ещё находясь в воздухе, тело бедолаги разделилось на четыре куска. Его ноги продолжили бежать вперёд, но голова зависла на месте с удивлённым выражением, а грудная клетка разделилась напополам.

Цинь Му спрятал меч в ножны. В этот миг четыре части Юй Бочуаня полетели прочь, превращаясь в деревянные поленья.

— Подменил тело? — удивившись, юноша поднял руку, чтобы схватить вылетевшую из мешочка таотэ пилюлю меча, после чего с силой её подбросил.

Шестидесятисантиметровая пилюля со свистом летела вперёд, неистово вертясь. Летающие мечи внутри неё превратились в лучи холодного света, после чего исчезли под землёй.

Внезапно из-под земли вырвался человеческий силуэт, оказавшийся никем иным, как Юй Бочуанем. Следом за ним мчались лучи мечей, только что зарывшиеся в землю, вынуждая его выбраться наружу и убегать.

Подняв голову, Юй Бочуань увидел летящую ему навстречу пилюлю меча, мгновенно изменившись в лице. Если этот несравнимо тяжёлый шарик не промахнётся, его лицо залезет в мозг, а возможно, даже вся голова окажется внутри грудной клетки.

Внезапно его тело превратилось в кусок земли, тут же начиная падать вниз.

С появившимися в глазах узорами построений, Цинь Му внимательно всмотрелся вниз. Его зрачки носились туда-сюда, как вдруг рука дёрнулась. Вылетев из города Бамбука, он ударил по куче камней неподалёку. Те разлетелись, раскрывая тело Юй Бочуаня!

— Мастер Построений, я убью его за городом, это даст вам преимущество в переговорах! — голос Цинь Му пронёсся над городом, и Хэ Ии нахмурилась. Подняв голову, она всмотрелась вдаль, где увидела юношу, вытягивающего руку, обратным хватом доставая Нож для Убоя Свиней.

Тела двух парней мерцали в воздухе, вращаясь вокруг друг друга будто волчки и непрерывно обмениваясь ударами.

Вьюх…

Мелькнул красный след крови и Цинь Му приземлился на землю с головой противника в руке. В его второй руке был нож, с лезвия которого до сих пор капала красная жидкость.

Плюх.

За его спиной приземлился труп Юй Бочуаня, дважды отскочив от земли.

Лица Мастера Построений Хэ Ии и остальных находящихся в городе застыли в оцепенении, смотря на юношу с головой в руке.

Запретное поднятие ножа, и голова императора уже в его руке!

Навыки ножа мясника были такими же дерзкими и непокорными, как и его стихи!

В этот момент Цинь Му также был дерзкими и непокорным. Он убил Юй Бочуаня, чего Хэ Ии совершенно не ожидала!

— Молодой Мастер Дворца Истинных Небес мёртв…

Уголки глаз людей в городе сжались, на их сердцах возникла ужасная тяжесть.

Владыка Культа Цинь пришёл в компании одного лишь цилиня и молодой принцессы, но осмелился пробивать себе путь в Западные Земли, убивая всех, кто вставал у него на пути. Подняв свой нож и убив даже сын Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес, он начал напоминать изголодавшегося тигра, переполненного жестокостью, полностью соответствуя своей репутации Владыки Небесного Дьявольского Культа!

Говорят, что бурный ветер — предвестник бури в горах.

Молодой Мастер Юй был единственным сыном Дворцового Мастера и Ба Гоу. Владыка Небесного Дьявольского Культа из Средиземья и вправду оказался безжалостным и решительным. Увидев малейшую возможность, он не давал ей ускользнуть, не оставляя врагу никаких надежд!

Попытки вырваться из его рук были безнадёжными. Только хитрецы вроде Гроссмейстера Дворца Золотой Орхидеи могли справиться с подобной задачей.

Способность Юй Бочуаня к побегу, очевидно, была намного ниже, чем у старого монстра, который жил десять тысяч лет, даже если он был сыном Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес и Ба Гоу.

Хэ Ии вышла из города, увидев, как Цинь Му положил голову Юй Бочуаня на землю, а после достал бутылку с вином, налил бокал и положил его возле трупа.

— Ты любил говорить с противниками, после того как убивал их, — Цинь Му сделал большой глоток вина, после чего положил бутылку возле головы Юй Бочуаня и продолжил расслаблено говорить. — Но мне такое поведение не по вкусу. Нам не о чём говорить, прощай, — поднявшись, он пошёл в сторону Хэ Ии.

— Владыка Культа Цинь, — поздоровалась женщина.

Цинь Му с приятным выражением лица поздоровался в ответ:

— Сестра Мастер Построений.

Хэ Ии бросила на него странный взгляд и с любопытством спросила:

— Владыка Культа не знает моего имени? Моя фамилия Хэ, а имя Ии. Хэ — это известная в Западных Землях семья, своим влиянием и учениями подарившая мне мои знания.

— Понятно, — ответил Цинь Му. — Достижения сестры Ии в построениях очень высоки, даже мне не удалось развязать их достаточно быстро, отчего я был вынужден спрятаться внутри картины. Оказывается это наследие влиятельной семьи. В таком случае твоя семья Хэ отлично владеет навыками построений, и тебя можно считать номером три во всём мире.

Все за спиной женщины испытывали некую злость. Навыки построений семьи Хэ считались лучшими в мире, об этом знали все, но по словам Цинь Му она была всего лишь на третьем месте, на что они не могли спокойно реагировать.

Женщина посмотрела на Сюн Ци’эр, по всей видимости узнавая девушку. Улыбнувшись, она спросила:

— Мне без разницы, на каком я месте в мире. Владыка притащил Маленькую Принцессу во Дворец Истинных Небес, что похоже на какой-то заговор. Но как по мне, подобная затей похожа на самоубийство. Впрочем, ты не похож на человека, который хочет распрощаться с жизнью. Можешь помочь мне решить эту загадку?

— Сестра Ии хочет говорить прямо здесь?

Хэ Ии пригласила его в главный зал города.

Удобно усевшись, Цинь Му заговорил с торжественным лицом:

— Мастер Построений хочет знать почему я здесь, верно?

Сердце Ии вздрогнуло, и она прокричала:

— Ты планируешь помочь Най Куй вернуть её положение! Она тоже прячется где-то здесь!

Цинь Му тихо рассмеялся, качая головой:

— Сестра Ии относится ко мне слишком презрительно. Я пришёл в Западные Земли по приказу Императора, чтобы присоединить их к Империи Вечного Мира!

Все мастера в зале растерянно переглянулись. Приказ Императора присоединить Западные Земли к Империи?

Для одного лишь Цинь Му?

Хэ Ии удивлённо моргнула:

— Тон Владыки кажется невероятно уверенным. Разве тебе под силу аннексировать Западные Земли?

Юноша улыбнулся:

— Я — Владыка Небесного Дьявольского Культа, это само по себе является свидетельством силы. У моего культа в подчинении миллион практиков божественных искусств, и по взмаху моей руки, они соберутся вместе. А если я укажу пальцем, они сотрут с лица земли всё на своём пути.

— Ваши Западные Земли находились в мире слишком долго, все здешние земли и города действуют отдельно друг от друга. Не говоря уже о боевой силе Императора, даже в глазах миллиона практиков моего культа вы не более чем щенки и цыплята, не способные выдержать даже одного удара! — юноша поднялся, сложив руки за спиной. — Я выковал Пушку Божественного Солнечного Удара, убившую Нефритового Владыку Высших Небес. Я покорил Владыку Выращивания Драконов и приказал ему охранять реку Вздымающуюся. После этого я захватил Бай Си из Высших Небес, и теперь он стоит на страже горы Столетия. Мой Вечный Мир сражался на горном хребте Разрушенный Богом и истребил всех богов Высших Небес! — будто молния, его взгляд проносился по людям в зале. — Если бы я решил уничтожить Западные Земли, это оказалось бы так же просто, как щёлкнуть пальцами!

Лица всех вокруг побледнели.

Затем, Цинь Му улыбнулся:

— Впрочем, я не желаю смерти или войны людям Западных Земель. Если Най Куй восстановится в качестве Мастера Дворца Истинных Небес, она поведёт вас за собой, присоединяясь к Империи Вечного Мира. Ни одного солдата не мобилизуют, и ни одна жизнь не оборвётся, поэтому я оправданно рискую своей безопасностью. Она не так важна, как жизни бесчисленных жителей Вечного Мира и Западных Земель. Сестра Ии, ты протянешь мне руку помощи?

Хэ Ии посмотрела на мастеров влиятельных семей города Бамбука, увидев, что их всех поглотил ужас.

Женщина нахмурилась, прежде чем на её губах расцвела улыбка:

— Владыка Культа Цинь говорил, что мои навыки построений являются третьими во всём мире. Могу я поинтересоваться, кто находится на первом месте? И кто на втором? Ии очень хотелось бы об том послушать.с

Глава 454. Её взгляд был похож на чистую осеннюю воду

Хэ Ии испытывала крайнее любопытство, ведь она прослыла Мастером Построений, номером один в навыках построений во всех Западных Землях. Хотя она и не могла со всей уверенностью утверждать, что была номером один во всём мире, но, будучи местным номером один в течение стольких лет, ей была присуща бунтарская, конкурентская жилка.  А так как Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь Му был более опытным и знающим, она неприменула у него выведать, кто был, по его мнению, номерами один и два.

— Сестра Ии, возможно, не знает, но я родом из семьи Великих Руин, чьи навыки построений лучшие в мире, — Цинь Му говорил с чрезвычайно искренним выражением лица, — а номер один в навыках построений всего мира — дедушка слепой.

Хэ Ии смотрела на него своими бездонными, чёрными глазами. Он происходил из семьи Великих Руин, чьи навыки построений были лучшими в мире? И номером один был некий слепой?

— Есть ли у Владыки Культа Циня какие-то вопросы относительно навыков построений? — спокойно спросила женщина. — Навыки построений идут по пути математики, а самым простым является Дворец Девяти Залов. Кань, Кунь, Чжэнь, Сюнь, Чжун, Цянь, Дуй, Гэнь и Ли представляют девять неповторяющихся чисел, их сумма равна сорока пяти. Если коснуться чуть более сложной области, то к ней можно отнести восемь триграмм, переходящие от восьмеричной системы к вавилонской системе счисления, как результат — они порождают бесконечные преобразования. Помимо этого, есть пять элементов. Пять Элементов Восьми Триграмм в пятеричной, восьмеричной и вавилонской системах счисления. Если взять ещё сложнее — это диаграммы тайцзи и уцзи, не имеющие конца своей окружности, но независимо от того, насколько правильны вычисления, недостатков не избежать. Так какие же достижения может иметь слепой в математике?

— Сестра, посмотри в мои глаза, — серьёзно сказал Цинь Му.

Хэ Ии не понимала, что он имел в виду, но всё же внимательно всмотрелась в его глаза, тут же ощутив трепет в разуме!..

Она увидела, как в глазах мальчика плавно формируются узоры построений, превращаясь в первые небеса. Математическое преобразование внутри увиденных построений буквально одурманило её. Но, прежде чем она смогла осмыслить его, сформировались вторые небеса с ещё более глубоким и сложным преобразованием. Затем последовали третьи и четвёртые небеса. Сияющие построения прекратились формироваться в глазах только с появлением пятых небес.

Лишь первые небеса первого слоя содержали в себе математические изыскания, которые можно было бы смело назвать вершиной совершенства!

Беря в учёт текущее совершенствованиее Цинь Му, это был предел его возможностей при исполнении навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес. Тем не менее, преобразования не остановили свой завораживающий бег, и внезапно в них родились солнце и звёзды. Звёзды сформировались в Млечный Путь, вращаясь вокруг солнца.

В главном зале сто глав влиятельных семей смотрели друг на друга в ужасе.

Хэ Ии почти прижалась лицом к Цинь Му. Они смотрели друг другу в глаза, как будто были любовниками, неспособными оторвать свои страстные взгляды.

— Кхе-кхе! — кашлянула седовласая старушка, чтобы напомнить Лорду города Бамбука о своём поведении.

В этот момент Хэ Ии опомнилась, покраснев в лице. Она немедленно отступила и твёрдо сказала:

— Де… кхм… дедушка слепой действительно заслуживает своего звания эксперта номер один в построениях. Мне стыдно за свою некомпетентность.

Лицо Цинь Му тоже было слегка красным. Близость со столь прекрасной представительницей, как оказывается, не такого уж слабого пола заставила его сердце биться чаще:

— Божественные глаза дедушки могут разглядеть пространство, преобразования, построения и всё ложное в техниках. В прошлом, когда я изучал у него навыки пробуждения глаз, я не стремился понять преобразования построений внутри них, однако, изучив математику секты Дао, я естественным образом понял их. Секта Дао использует математику, чтобы понять все вещи в мире, вплоть до фундаментальных вещей, таких как — работа вселенной. Поэтому причина, по которой божественные глаза дедушки могут видеть сквозь всё, состоит в том, что математика является истиной этой вселенной. Так я и понял, что он был человеком номер один в навыках построений.

Женщина подавила все остальные мысли, всё так же твёрдо проговорив:

— Если бы он хотел сломать построение моего города, он бы легко это сделал, он заслуживает репутацию номера один. Тогда кто же номер два?

Цинь Му улыбнулся ей с некоторым смущением, даже немного заалели щёчки. Хэ Ии уставилась на него с широко распахнутыми бездонным чёрными глазами, закричав:

— Ты эксперт построений номер два?

Цинь Му покраснел ещё заметнее:

— Сначала я не смел называть себя номером два, однако, увидев навыки построений сестры Ии, я чувствую, что могу быть номером два.

Ярость закипала в непокорном сердце Хэ Ии, после чего, выдавив улыбку и стиснув зубы, она тяжело заговорила:

— Я не смею бороться за первое место, но я не готова принять то, что меня скинули на третье место. Владыка Культа Цинь провозгласил себя номером три в искусстве ядов, одолев Му Инсюэ и заставив эту бунтарку лично признать, что её познания в этом вопросе на четвёртом месте. Теперь же ты заявляешь, что твои навыки построений номер два в мире. Откуда такая уверенность? Давай устроим дуэль.

— Какого рода? — с интересом спросил Цинь Му.

Женщина что-то пробормотала про себя, прежде чем улыбнуться ему:

— Проведём её прямо здесь и сейчас. Ты выйдешь из моего города, а я в это время выберу место, где буду просто стоять. Если затем ты сможешь войти в город и найти меня, я признаю, что уступаю тебе, и соглашусь быть номером три. Но это ещё не всё, если ты одержишь верх, то семья Хэ и её люди будут считать тебя нашим единственным проводником. Если ты захочешь поддержать Най Куй, помочь ей занять должность Дворцового Мастера, моя семья окажет тебе поддержку!

Юноша громко рассмеялся и направился к выходу из города.

Сто сильнейших практиков города Бамбука в зале переглядывались друг с другом с ужасом во взглядах. Старуха собиралась что-то сказать, но Хэ Ии махнула ей рукой:

— Слова излишни. Я воспользуюсь этой возможностью и понаблюдаю за достижениями Вечного Мира в навыках построений. Если моё построение будет разрушено, город Бамбука так или иначе падёт, и, если Вечный Мир всё равно вторгнется в Западные Земли, так почему бы нам не подчиниться ему заранее? Если Владыка Культа Цинь не сможет сломить моё построение, мы сможем сражаться, когда враг ступит на нашу землю. Отойдите. Сейчас мы начнём битву, чтобы определить судьбу города Бамбука, и, возможно, даже судьбу всех Западных Земель!

Людям оставалось лишь наблюдать за битвой. Городские ворота были широко открыты. Цинь Му приказал цилиню защищать Сюн Ци’эр. Затем он вошёл в город, который внезапно изменился. Все здания погрузились в землю и бесследно исчезли. Куски камней поднимались в воздух, превращаясь в построения.

Внешний вид города сильно изменился, большинству людей было бы трудно понять изменения в построениях из движущихся камней, но Цинь Му понимал, видя в их разнообразии великолепие…

Каждое движение камней производило на него несравненно приятное, расширяющее кругозор впечатление, каждая руна была связана переплетающейся инфраструктурой, радуя своим видом его сердце…

Независимо от того, были ли это барьеры или смертоносные построения, во главе угла всегда стояли математические рассуждения.

С появившимися узорами построений в зрачках, Цинь Му быстро пошёл вперёд. Иногда он останавливался и поднимал кисть, чтобы изменить знаки построений, а также время от времени двигался на шаг вперёд или спотыкался на три шага назад, словно пьяница. Смотря на него со стороны, могло возникнуть ощущение, что к его ногам, казалось бы, были прикреплены пружины, позволяющие ему прыгать среди движущихся камней. У одних преград он грациозно порхал, в итоге с лёгкостью преодолевая их, а у других был похож на берсерка, прорывающегося с одной лишь грубой силой и не заботящегося о своей жизни, так он снёс парочку непреступных, на первый взгляд, стен, что посмели преградить ему путь, а потом с улыбкой зашагал дальше. Он неспешно бродил, решая сложные математические задачи и всё ближе подбирался к городскому центру.

Всё в городе Бамбука трансформировалось и преображалось, исчез даже главный зал, в котором они вели переговоры. Единственное, что было неизменным — местоположение Хэ Ии. Она спокойно стояла на каменной колонне, выполняя различные преобразования с городом, перебирая всевозможными построениями в попытке остановить Цинь Му.

Текущая ситуация отличалась от прошлой.

В прошлый раз Цинь Му попал в ловушку Хэ Ии, оказавшись беспомощным перед лицом её масштабного построения. Теперь же, когда он прорывался в город в своём устойчивом темпе, так сказать, решая по одной проблеме за раз, это показывало, чьи достижения в навыках построений были лучшими.

Через некоторое время женщина занервничала, увидев, что парень хоть и медленно, но неумолимо приближался. Она отчаянно взывала к огромным камням, чтобы выложить новое построение, но он устойчиво сокращал дистанцию.

Хэ Ии стояла в центре города Бамбука, это место также было глазом глобального построения. Цинь Му находился всего в тридцати метрах от неё… как вдруг последний слой построения пал от его рук. Хэ Ии стиснула зубы, город Бамбука задрожал, построения перед ней были приведены в действие, увеличивая смертельную опасность вокруг экспоненциально…

Построения как единое целое взорвались сумасшедшей силой, бросившись к ней!

Хэ Ии активировала смертоносное построение последней инстанции, игнорирующее понятия друга и врага. Оно захлестнёт их обоих совершенно без разбору!

Будучи Мастером Построений Западных Земель, она не могла допустить, чтобы пострадала репутация её семьи, она должна защитить честь семьи Хэ даже ценой жизни!

Цинь Му слегка изменился в лице и прыгнул к Хэ Ии, схватив её за талию одной рукой, а другой подняв кисть, начиная рисовать ею прямо в воздухе. Хэ Ии закрыла глаза за мгновение до того, как смертоносное построение должно было захлопнуться…

Но ничего страшного так и не произошло, поэтому она открыла глаза, только чтобы увидеть, что они больше не в городе Бамбука, а скрылись в глубинах искусственно-созданного пространства. Однако, когда построение взорвалось уничтожающей всё на своём пути мощью, оно устремилось к ним, разрушая мир в картине…

Мир картины, в котором они прямо сейчас находились, должен был вот-вот рухнуть.

Цинь Му двигал кистью подобно драконам и змеям, отчего та, казалось, обладала тысячами форм и изменений. Внезапно Хэ Ии почувствовала вокруг своей талии силу, потянувшую её в другую картину. Ворвавшись внутрь другой картины, она увидела красивые горы и реки с романтично растущими цветами…

Место было невероятно красивым.

В следующий момент смертельное построение раздавило и этот мир, устремляясь к ним с силой, способной обратить в ничто, буквально, всё.

— Ты не используешь навыки построений, — она строго уставилась на юношу. — Даже если ты избежишь построения моего города Бамбука, я не признаю поражения.

— Ну тогда просто забирай себе звание номера два в навыках построений, я не стану с тобой спорить. Довольна? — громко расхохотался Цинь Му, расплескав повсюду чернила, и, прежде чем построение смогло уничтожить их текущий мир картины, он забрал Хэ Ии с собой в следующий…

Будто светящиеся драгоценности, блистательные звёзды усыпали собой необъятное небо, разгоняя деспотичную темноту.

Цинь Му утащил Хэ Ии с собой на звёзды, начав бегать по звёздному небу. Его кисть не останавливалась ни на мгновение, рисуя Млечный Путь, чтобы проложить путь. Между тем им в спины дышало смертоносное построение, но он полностью проигнорировал опасность и, крепко держа девичью талию, дабы не дать её хозяйке ускользнуть, прыгнул в реку в попытке уплыть.

Млечный Путь двигался вместе с ними вниз по течению. Цинь Му покрепче сжал талию Хэ Ии, чтобы её ненароком не унесло течением прочь.

Наконец встав на ноги, Хэ Ии пребывала в оцепенении, между тем Цинь Му в очередной раз взмахнул кистью и, вновь прижав её к себе, прыгнул к только что нарисованному небесному коню, который успел вырваться из картины и стать реальным ещё до того, как они приземлились на него.

Хлопая крыльями и скача, небесный конь наращивал скорость.

Они постепенно отрывались от построения.

Цинь Му снова поднял кисть и, плеснув чернилами, нарисовал напротив дверь. Заскрипев и открывшись, с противоположной стороны двери заструились яркие лучи, в сторону которых небесный конь немедленно сорвался.

Хэ Ии была ошеломлена, когда поняла, что они оказались на горной вершине за пределами города Бамбука.

Всё ещё держа её за талию, Цинь Му спрыгнул с коня, который, взмахнув крыльями, встал на задние копыта и громко заржал, прежде чем превратиться обратно в хлюпнувшиеся на землю чернила.

Заметив их, местные главы влиятельных семей поспешили к ним.

Старец собирался что-то сказать, но Хэ Ии улыбнулась и мягким тоном проговорила:

— Я проиграла, навыки построений Владыки Культа Циня — номер два в мире. Моя семья и все в городе Бамбука будут следовать за ним!

Цинь Му посмотрел на неё с недоумением.

В глазах Хэ Ии, напоминающих чистую осеннюю воду, можно было увидеть следы пробуждающихся нежных эмоций.

Глава 455. Методы Мастера Построений

Бум! Бум!

Гигантский город Бамбука нёсся вперёд, в то время как Цинь Му и Хэ Ии стояли бок о бок на одной из его башен. Несмотря на то, что он уже видел, как город двигался сам по себе, юноша продолжал удивляться зрелищу.

Хоть божественные искусства Западных Земель не улучшались на протяжении десяти тысяч лет, их идеология, по которой у всех вещей была душа, всё равно была очень необычной.

Оглянувшись, юноша увидел, как по улицам города вновь зашагали толпы людей, что заставило его удивлённо цокнуть языком.

После того, как Мастер построений Хэ Ии признала поражение, она призвала жителей города Бамбука вернуться, и на её зов откликнулось более ста тысяч человек. Зрелище громадного строения, несущего такое огромное количество людей сквозь горы было сложно представить, но именно это сейчас происходило перед глазами парня.

— Свергнуть Мастера Дворца Истинных Небес Юй будет непросто, — проговорила Хэ Ии. — Кроме моей семьи Хэ, нам также требуется поддержка остальных влиятельных семей. В Западных Землях, семьи Сюн и Юй являются самыми сильными, владея огромной властью. Впрочем, Сюн уже потерпели поражение, их положение во Дворце заняли люди Юй.

— Тем не менее, ещё есть семья Му Мастера Ядов Му Иньсюэ, семья Ло Мастера Меча Ло Иньюй, семьи Фан, Лю, Гун, Си и Фу — всего десять. Кроме них есть другие семьи, к примеру те, к которым принадлежат Гэ Кэ, Мао Чи и Ка Сян, чьи способности тоже весьма неплохи.

Цинь Му немного поразмыслил, прежде чем спросить:

— Как именно семья Сюн унаследовала своё положение во Дворце Истинных Небес?  Имеют ли другие влиятельные право на трон?

— Положение досталось семьи Сюн, так как первым Мастером Дворца Истинных Небес был именно человек с такой фамилией, — проговорила Хэ Ии. — С тех, пор, большинство правителей происходили именно и этой семьи. Несмотря на то, что изредка посторонним удавалось заполучить власть, рано или поздно Сюн возвращались на трон. Говорят, что…

Девушка взглянула на Сюн Ци’эр, стоящую возле Цинь Му:

— Говорят, что предков семьи Сюн поддерживал бог, поэтому им и удавалось столь долго удерживать власть. Впрочем, наступили другие времена. По слухам, бог был недоволен Най Кун и связался с семьёй Юй, помогая им с лёгкостью искоренить семью Сюн.

«Бог? Может быть, речь идёт о владельце деревянных статуй, которых я встретил в пустыне?»

Цинь Му всё ещё был несколько озадачен, поэтому спросил:

— Если бог всегда поддерживал Семью Сюн, почему тогда он так резко решил перейти на сторону Юй?

— Это всё из-за Ба Гоу, — ответила Хэ Ии. —  У Ба Гоу необычное происхождение, и судя по слухам, она — сильный практик, пришедший из-за верхнего рубежа. По слухам, именно он связал бога с семьёй Юй.

— Ба Гоу?

Цинь Му удивлённо моргнул. Как и Най Кун, “Ба Гоу” являлось уважительным званием. Первая была матерью принцессы, в то время как Ба Гоу приходился её отцом. Впрочем, судя по тому, что знал Цинь Му, несмотря на то что принцессой Дворца Истинных Небес была Сюн Ци’эр, отец девушки погиб в бою, из чего следовало, что тот Ба Гоу, о котором говорила Хэ Ии, мог быть лишь мужем Мастера Дворца Истинных Небес.

Впрочем, у нынешнего Мастера Дворца Истинных Небес не было дочери, поэтому мужчина на самом деле не мог носить своё звание.

Этому Ба Гоу требовалось необычайное положение, чтобы суметь выйти на контакт с богом, — продолжила Хэ Ии. — Его окружает много тайн, а слухи говорят, что он пришёл из-за верхних границ и является гостем из Высших Небес. Мастер Дворца истинных Небес уже беременна его ребёнком, и Ба Гоу твердит, что это определённо девушка, которая станет принцессой Дворца!

Рождение девушки должно было закрепить положение Дворца Истинных Небес. Цинь Му никогда раньше не слышал о таком правиле, впрочем, в Западных Землях уважали женщин, и местные обычаи сильно отличались от тех, которыми руководствовалась Империя Вечного Мира.

Кроме того, если человек совершенствовал божественные глаза, он мог без труда определить пол ребёнка в утробе.

Если Ба Гоу твердил, что нерождённый ребёнок Мастера Дворца Истинных Небес — девочка, он, скорее всего, был прав. Вскоре, женщина родит свою наследницу и ещё сильнее

— Какая настоящая фамилия у Ба Гоу?

— Юй.

Цинь Му был ошеломлён:

— Он тоже Юй? У него есть какие-нибудь связи с семьёй Юй?

Хэ Ии улыбнулась, на её лице было неприятное выражение:

— Мы тоже хотели бы узнать, какие у Ба Гоу связи с семьёй Юй. По Западным Землям ходит огромное количество слухов. Некоторые из них говорят, что Ба Гоу — предок семьи Юй, а другие — что он приходится сыном Нефритовому Владыке Высших Небес, и что семья Юй тоже берёт там свои корни. Догадок много, но уловить из них правду невозможно.

Цинь Му посмотрел на неё со странным выражением лица.

— Некоторые говорят, что дело в том, что Сюн Сиюй оказалась слишком слабой правительницей, из-за чего семья Юй решила украсть её место во Дворце Истинных Небес. Но как по мне, несмотря на то что женщине и вправду не хватало таланта, за всем этим всё равно стоит Ба Гоу.

Юноша кивнул.

Сюн Ци’эр стояла прямо возле него, но у парня не было другого варианта кроме как признать, что слова Хэ Ии были правдой. Ни по способностях, ни по хитрости, мать девушки не соответствовала настоящему Мастеру Дворца.

Она не пережила достаточного количества интриг и кровавых битв, прежде чем в юном возрасте взойти на трон Мастера Дворца, поэтому не было ничего странного в том, что женщина не сумела защитить себя от Ба Гоу и семьи Юй.

Несмотря на то, что Цинь Му тоже получил звание Владыки Небесного Дьявольского Культа в юном возрасте, он был учеником девяти стариков деревни Цань Лао. С раннего детства парень изучал всевозможные способы обмана и манипуляции, становясь злобным и хитрым. Впрочем, в глазах своих учителей он всё равно был слишком искренним.

Благодаря этому обучению, Цинь Му смог твёрдо укорениться на посту Владыки, парня с открытым сердцем принимали все его подданные.

Город Бамбука продолжал нестись среди гор и пустынь, двигаясь на запад. Впрочем, он не шёл прямиком к Дворцу Истинных Небес.

Они собирались в земли предков семьи Хэ, где в месте под названием долина реки Меча, находилась их резиденция.

Будучи одной из влиятельных семей Западных Небес, у семьи Хэ была определённая сила. Несмотря на то, что она уступала семьям Юй или Сюн, с ней всё равно следовало считаться.

После того, как город Бамбука пробежал полдня, они наконец оказались в долине реки Меча, над которой уже садилось солнце. Всмотревшись в даль, Цинь Му видел перед собой огромную реку, протянувшуюся в форме меча. На его рукояти возвышался город. С двух сторон он был окружён горами, в то время как две другие находились под защитой огромных стен.

Вид города показался Цинь Му невероятно завораживающим и удивительным. Когда город Бамбука подобрался поближе, гигантская гора у них на пути поднялась, открывая проход. Из дна реки поднялся каменный мост, который оказался отрядом гигантов, наклонившихся, чтобы позволить городу Бамбука пройтись по их спинам.

— Здесь слишком изумительно, мир Западных Земель поражает воображение, — не удержавшись, удивлённо воскликнул Цинь Му.

Взгляд Хэ Ии был похож на чистую осеннюю воду, девушка улыбнулась:

— Если Владыке Культа нравится это место, он может не уходить. Ты можешь оставаться здесь сколько угодно, и Ии присоединиться к тебе в путешествии по чудесам нашего мира

Цинь Му был в восторге:

— Если бы такая красавица, как сестра Ии составила мне компанию, я был бы неописуемо рад. Но, к сожалению, меня связывает слишком много мирских дел. Разобравшись с вопросом Западных Земель, мне придётся положить руки на Высшие Небеса, чтобы окончательно избавиться от будущих проблем. Кроме того, в Империи Вечного Мира ещё полно работы…

Парень радостно продолжил:

— Почему бы нам не поступить следующим образом: закончив дела в Западных Землях, ты можешь отправиться вместе со мной в Империю Вечного Мира, и я покажу тебе страну и её интересные моменты. Может быть, ты в неё влюбишься!

Выражение лица Ии говорило о её заинтересованности, но девушка покачала головой:

— Боюсь, что это невозможно. Семья Хэ нуждается во мне, и я не могу их оставить.

Войдя в Долину Реки Меча, город Бамбука остановился.

В этот миг, во всех городах и деревнях долины зажглись яркие огни, создавая поразительную картину. Даже местные горы и реки были поглощены светом.

— Идём в главный зал дворца, — к ногам Хэ Ии подлетел огромный валун, поднимая троицу, чтобы доставить их ко дворцу. — Скоро придут старейшины моей семьи Хэ, нужно приготовиться к встрече с ними

Спустя некоторое время, пришли бесчисленные лидеры семьи Хэ. Среди них были как женщины, так и мужчины, но всё же, первых было значительно больше. Увидев Хэ Ии, они отдали дань своего уважения.

Женщина предложила гостям присесть, всё это время находясь в компании Цинь Му:

— Перед вами Владыка Небесного Дьявольского Культа, священной земли Империи Вечного Мира из Средиземья.

Зал наполнился оглушительным шумом. Дрожащим голосом, какая-то старуха похвалила:

— Схватив Владыку Дьявольского Культа, Мастер Построений доказала свою поразительность! Теперь мы можем просить Дворец Истинных Небес о Награде!

— Просить о награде? — разразившись смехом покачала головой Ии. — Мастер Дворца Юй не более чем потаскуха, обманом захватившая трон, разве ради неё стоило бы захватывать Владыку Культа Цинь? Простите мне мои искренние слова, но без поддержки Бай Гу она не смогла бы заполучить звание Мастера Дворца. Её утроба не оправдала наших ожиданий, и родила сына. Не в силах родить дочь, разве она достойна трона?

Люди в зале встревожено переглянулись.

Хэ Ии посмотрела на Цинь Му, и юноша улыбнулся. Держа Сюн Ци’эр за руку, он громко проговорил:

— Старшие сёстры семьи Хэ, это молодая принцесса Дворца Истинных Небес!

Улыбаясь, Хэ Ии добавила:

— Маленькая принцесса из Дворца Истинных Небес стоит перед вами, а значит, Мастер Дворца Сюн тоже недалеко. Если моя семья Хэ поможет Мастеру Дворца Сюн избавиться от потаскухи из семьи Юй и вернуть себе трон, разве награда, которую мы получим, не окажется в сто раз выше той, что нам дадут за голову Владыки Культа Цинь? Что старейшины клана об этом думают?

Все в зале молчали.  Мужчины семьи Хэ не осмеливались говорить, но женщины оказались невероятно храбрыми. Одна из них начала протестовать:

— Мастер Построений, подумай трижды! Семья Хэ находится на вершине своей силы, разве мы в силах с ней бороться? Более того, их поддерживает Ба Гоу!

— Хорошо сказано, — усмехнулась Хэ Ии. — Именно поэтому нам следует объединиться с Небесным Дьявольским Культом. С его помощью, нам не стоит бояться семьи Юй. Если вы думаете, что этого недостаточно, то мы также можем заручиться поддержкой семей Му и Ло. Думаю, что они сохранили своё чувство приличия, справедливости, независимости и чести, и не смогут долго терпеть семью Юй!

Внезапно, поднялась ещё одна женщина средних лет, сердито восклицая:

— Насколько великой стала власть семьи Юй после того, как они захватили контроль над Дворцом Истинных Небес? Мастер Построений, несмотря на то что ты глава нашей семьи, мне кажется, что ты сошла с ума!

— Мастер Построений, подумай трижды, прежде чем действовать! — опираясь на трость, встала какая-то старуха. — Не стоит играть с судьбой нашей семьи Хэ.

После неё раздался чей-то торжественный голос:

— Десять тысяч лет истории нашей семьи Хэ нельзя разрушить в одно мгновение! Если Мастер Построений настаивает на чём-то, нужно снять её с должности главы нашего дома!

— Правильно, нужно лишить её звания!

…

Оглянувшись, Хэ Ии проговорила с приятным выражением лица:

— У кого ещё из старейшин есть мнение? Не бойтесь говорить, так как это внутренний вопрос нашего клана, и все вы приходитесь мне тётушками, бабушками и прабабушками. Я принадлежу к младшему поколению, так что мы определённо должны всё обсудить.

После этого, поднялось ещё несколько старух, начиная критиковать её идею.

Подождав минутку, Хэ Ии убедилась, что не осталось никого, кто ещё не успел излить своё недовольство, после чего улыбнулась:

— Кажется, вы все забыли, как именно я оказалась Мастером Построений, главой этого дома.

Лица всех поднявшихся изменились. До того, как кто-то из них успел до бежать до выхода, из-под земли города Бамбука появились огромные клетки, хватая всех недовольных. Вместе со своими жертвами, они быстро исчезли под землёй.

Потирая руки, Хэ Ии продолжала улыбаться:

— Когда я избавлюсь от семьи Юй, все вы выйдете на свободу. У остальных остались ещё какие-то мнения?

Все, кто остался в зале, встали и поклонились, одновременно проговорив:

— Пусть Мастер Построений будет нашим единственным лидером!

Хэ Ии улыбчиво посмотрела на Цинь Му:

— Как тебе мои методы, Владыка Культа Цинь?

Юноша улыбнулся в ответ:

— Сестра Ии — необычная женщина.

Взгляд женщины замелькал, а в её нежно говорящем голосе появилась нотка стыдливости:

— Сегодня, моё окно будет открыто. Если ты в него залезешь, мы будем всю ночь говорить о навыках построения и сможем копнуть поглубже…

Глава 456. Старый Интриган

В ту же ночь Хэ Ии услышала оборвавший тишину стук в окно и на мгновение растерялась, прежде чем поспешно открыть его и увидеть улыбающегося Цинь Му:

— Сестра Ии, я поднялся сюда только после того, как убедился, что никого нет рядом.

При виде освещаемого свечами возлюбленного, сердце Ии яростно заколотилось. Её сердечко стало сродни резвящейся обезьянке, а мысли ускакали лошадиным галопом вдаль. Они проговорили о навыках построений всю ночь напролёт, и перед самым восходом солнца Цинь Му, следуя обычаям Западных Земель, тайно выскользнул через окно, однако, даже не успев спуститься, он встретил пару проснувшихся раньше всех женщин. Они отвернулись, сделав вид, что не заметили его, но после того, как он отошёл чуть дальше, тихо рассмеялись.

Когда солнце было высоко в небе, Хэ Ии неохотно расставалась с Цинь Му у долины реки Меча:

— Одной нашей семьи недостаточно, чтобы противостоять Дворцу Истинных Небес, тебе нужно заручиться поддержкой Отравительницы. А я тем временем встречусь с другими влиятельных семей Западных Земель. Нам нужно хорошо подготовиться.

Цинь Му попрощался и ушёл, в то время как Хэ Ии провожала его взглядом с некоторым разочарованием, как вдруг девушка рядом с ней тихо рассмеялась:

— Сестра что-то делала с родственником Цинем? Довольно много людей видели, как он лазил через окно, а некоторые другие, как он спускался по лестнице утром.

Хэ Ии стояла с сонными глазами, ей, казалось, не хватало сил. Она сердито сказала:

— Что делали? Мы всю ночь говорили о построениях.

Другие девушки подходили с игривыми улыбками на лицах:

— Говорили о построениях всю ночь? Ты так оправдываешься? Ночь была долгой, вы были как пара летающих вместе мандаринок!

Хэ Ии так сильно стиснула зубы, что они заскрипели, а девушки подпрыгнули в шоке:

— Вы правда говорили о навыках построений всю ночь?

— Он был так взволнован, что я могла сделать? — она беспомощно посмотрела на них. — Заставить его? А как же репутация нашей семьи Хэ? К тому же если бы я применила силу, разве мы бы не разрушили всё вокруг? Думаете наш город Бамбука смог бы пережить такую ночь?.. Мы болтали всю ночь о построениях, но, к счастью, его знания и опыт были чрезвычайно экстраординарными. Мы погрузились в изучение навыков построений до такой степени, что я даже не заметила, как пролетела ночь. Думая об этом сейчас, я чувствую, что мы бы могли заняться чем-нибудь прежде, чем исследовать пути построений и обмениваться советами.

— Да уж… просто ужасно, — девушки в смятении переглянулись. Мужчина и женщина провели ночь в одной комнате, говоря о навыках построений?

— Тогда почему сестра позволила родственнику Циню искать ту потаскушку-Отравительницу? — дерзко спросила одна девушка. — Если Му Инсюэ не проявит твоей сдержанности, и схватит его, что ты будешь делать?

Хэ Ии посмеялась над ней:

— Если лапочка Му вдруг решит использовать силу… Хмпф, таким образом извлечь выгоду из моего дорого не под силу никому. Проиграв ему, она всё это время не могла забыть о нём, в то время как её любовные чувства испытывали колебания. Лапочка Му всегда борется со мной, поэтому, узнав о моём проигрыше, она точно попытается высмеять меня. Так почему бы мне не позволить ей потерпеть неудачу во второй раз, чтобы она не смогла открывать рта по этому поводу?

Девушки восхищались её словами:

— Сестра — мудрая женщина!

****

Цинь Му сел на спину цилиня и, посадив рядом Сюн Ци’эр, направился в город Горного Грома, где жила Отравительница Му Инсюэ.

— Старший брат, разве мы не хотели отправиться во Дворец Истинных Небес? — с любопытством спросила девочка.

— Я планировал пойти туда, но до сих пор не было никаких новостей об Имперском Наставнике и твоей матери. Я подозреваю… — уголки глаз Цинь Му дёрнулись, и он усмехнулся. — Имперский Наставник, этот старый интриган, всё это время не показывает своего лица по кое-какой причине! Он ждёт, чтобы я, наведя шороху, привлёк к себе внимание главных сил Дворца Истинных Небес. Добиться победы среди хаоса гораздо проще! Старый интриган… Я знал, что здесь что-то не чисто, раз уж он лично прибежал в Небесную Святую Академию позвать твою матушку в Западные Земли, и, как бы невзначай, пригласил меня присоединиться к ним.

Парень поднял голову и, осмотрев окрестности, увидел в небе несколько следующих за ними белых облаков:

— Толстяк, за нами снова наблюдают, — шепнул он цилиню.

Зверь испугался и сразу начал бежать быстрее. Скорость белых облаков также внезапно возросла, но с такой скоростью он оставил их далеко позади.

Цинь Му заметил, что не только белые облака преследовали их, в обратном направлении внезапно потекли даже воды реки Меча. Волны двигались, как драконы, но всё равно не могли догнать их.

Цинь Му озадаченно осмотрелся. Практики божественных искусств, вероятно, являлись сильными практиками Дворца Истинных Небес. Их методы отслеживания были действительно непревзойдёнными, отчего их было невероятно трудно сбросить с хвоста.

Откуда Имперский Наставник знал, что он привлечёт так много внимания после того, как войдёт в Западные Земли? И даже заставит местную священную обитель задействовать свои силы? Откуда же интриган знал, что он станет целью номер один Дворца Истинных Небес?

— Имперский Наставник — старый лис… — Цинь Му взглянул на Сюн Ци’эр, мгновенно поняв, кто был настоящей целью. Согласно приобретённому им за последние пару дней пониманию, Западные Земли придавали большое значение маленькой принцессе, в то время как новоиспечённому предводителю местной священной обители нужно было прочно закрепиться на своей позиции…

Приведя с собой маленькую принцессу, Цинь Му сделал её первостепенной целью Дворца Истинных Небес.

Сюн Сиюй не о чем было беспокоиться, в то время как Сюн Ци’эр стала целью Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес!

Юй Бочуань на самом деле преследовал не Сюн Сиюй, а Сюн Ци’эр!

Цинь Му очень хорошо помнил, почему он спас Сюн Сиюй и её дочь. Когда Юй Бочуань запугивал пятилетнюю девочку, он не мог на это смотреть и рискнул своей жизнью, чтобы спасти их. Очевидно, что Юй Бочуань хотел убить Сюн Ци’эр не без причины.

«Почему для Дворца Истинных Небес так важна маленькая принцесса?» — он не мог избавиться от чувства растерянности и присел на корточки. Схватив Сюн Ци’эр за плечи и несколько раз перевернув её, он ничего особенного в ней не увидел, что, в свою очередь, ещё больше озадачило его.

Най Куй была Дворцовым Мастером Истинных Небес, но этот титул также означал, что она была матерью принцессы, в то время как отца называли Ба Гоу. Эти два имени произошли от маленькой принцессы, показывая, как высоко Дворец Истинных Небес ценил её. Для этого должна быть причина!

Девчушка невинно посмотрела на юношу своими большими глазами. Не похоже, чтобы у неё были какие-то особые способности.

Внезапно Цинь Му перевёл взгляд на маленький рюкзачок Сюн Ци’эр и был очень удивлён. Девочка всегда носила его с собой, поэтому он думал, что в нём её одежда, и не обращал на него никакого внимания. Но сейчас ему стало очень любопытно, что скрывается в её маленьком рюкзачке.

— Ци’эр, что у тебя в рюкзачке? — спросил Цинь Му.

Девочка сняла его и открыла, заливая лицом парня зелёным светом.

— Как и ожидалось. Имперский Наставник, старый интриган… — обречённо вздохнул Цинь Му. Бусина Зелёного Дракона лежала в рюкзачке девочки. Зелёная, как нефрит, сверкающая и прозрачная, с плавно парящей внутри душой дракона.

Когда Цинь Му схватил бусину, душа зелёного дракона посмотрела на него с презрением, однако, когда он позволил Сюн Ци’эр прикоснуться к ней, та посмотрела на неё с дружелюбием. Она нежно коснулась её руки изнутри бусины.

— Невинность ребёнка — вот что нужно для совершенствования техники Природы Десяти Тысяч Душ, — печально вздохнул юноша. Причина, почему Дворец Истинных Небес нуждался в маленькой принцессе, главным образом лежала в её невинности. Без каких-либо нечестивых помыслов она сможет контролировать сокровище, раскрывая его потенциальную мощь до крайности.

Во дворце было ещё три сокровища, которые представляли собой Чёрную Черепаху, Красную Птицу и Белого Тигра. И только лишь маленькой принцессе Дворца Истинных Небес было под силу овладеть этими сокровищами!

Най Куй или другие сильные практики никогда не считались самыми могущественными людьми священной земли. Самой могущественной была маленькая принцесса, неспособная обидеть даже цыплёнка.

Имперский Наставник и Сюн Сиюй отправились в Западные Земли первыми, что же до идеи оставить Зелёную Бусину Дракона Сюн Ци’эр, та определённо принадлежала Имперскому Наставнику. Чувствуя, что тот ненадёжен, Сюн Сиюй попросила Цинь Му взять с собой Сюн Ци’эр, но откуда ей было знать, что всё это время ей придётся плясать под чужую дудку? Она собственными руками позволила Цинь Му и Сюн Ци’эр стать мишенью Дворца Истинных Небес.

Одно хорошо, Имперский Наставник и она теперь могли воспользоваться ситуацией, выполняя свои замыслы в тайне ото всех.

«Имперскому Наставнику нужно надавать по заднице. Он Небесный Король моего Небесного Святого Культа, как он посмел замышлять против своего Владыки?» — вздохнул юноша.

В этот момент цилинь внезапно остановился и сказал:

— Владыка, там что-то есть.

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел горы, простирающиеся вдаль. Чёрные гробы свисали с гор, покрывая их собой почти целиком и делая чёрными. Он бегло пересчитал гробы и понял, что их насчитывается где-то от трёх до пяти тысяч.

— Это… земля для воскрешения трупов! — он открыл Глаза Небес Киновари и увидел зловещий ветер, дующий волнами, а также окутывающие горы тёмные тучи.

Это действительно было местом воскрешения трупов. Согласно географической карте Западных Земель, они находились в округе Нижний, который находился примерно в восьмистах километрах от города Горного Грома.

Нижний считался территорией семьи Лю Западных Земель.

«Это земля для воскрешения трупов семьи Лю? Значит они хозяева?» — Цинь Му вдруг вспомнил, что у трупов не было ни души, ни духа, поэтому для местных они не будут хорошим материалом для пробуждения духа. Тела практиков божественных искусств на своей жизненной стезе проходят через множество превратностей жизни, далеко превосходя духовное оружие в силе. Кроме того, у них есть четыре конечности, положившись на которые в бою можно выполнять божественные искусства, так что они могли быть даже более полезными, чем духовное оружие.

— Восстаньте и обогатитесь! — внезапно послышался крик.

Цинь Му посмотрел в сторону источника голоса, где увидел несколько человек с вышитыми повязками, которые скандировали фразы, исполняя божественные искусства Западных Земель.

Внезапно один из чёрных гробов отрастил ноги и, оттолкнувшись от обрыва, казалось бы, взлетел, пока не приземлился на землю.

Скрип.

Открылся гроб и из него выскочила женщина. Её шея чопорно повернулась, а глаза уставились на Цинь Му:

— Ты Владыка Небесного Дьявольского Культа из Средиземья?

Цинь Му был поражён. Он не понимал, была ли эта женщина жива или мертва:

— Это я. Могу я узнать, кто ты такая?

— Лю Жуинь из семьи Лю. Я слышала, что Владыка привёл с собой в Западные Земли маленькую принцессу. Где она?

Цинь Му поднял руку Сюн Ци’эр и улыбнулся:

— Маленькая принцесса прямо перед тобой.

Лю Жуинь посмотрела на девочку, свет в её глазах ярко засиял. Запах гнили мгновенно распространился в небо, у бесчисленных чёрных гробов выросли ноги. Были даже гробы, порхающее в небе, которые громко скрипели, когда открывались. Множество “трупов”, чьё состояние Цинь Му не мог определить, бросились на Сюн Ци’эр.

Цинь Му протянул руку и достал Зелёную Бусину Дракона из маленького рюкзачка, положив положил её в руки девочки, безразлично сказав:

— Лю Жуинь, твоя семья Лю, кажется, замышляет что-то плохое.

Когда Лю Жуинь увидела Зелёную Бусину Дракона, она невольно закрыла лицо, издав жалкий, полный ужаса крик:

— Не будь безрассудным!

Глава 457. Долина Погребения Бога Семьи Лю

Сюн Ци’эр пришлось обнять Бусину Зелёного Дракона обеими руками, так как артефакт оказался довольно большим, имея размер кулака взрослого человека. Девчушка всё ещё была очень маленькой, поэтому с трудом таскала сокровище.

Увидев реакцию Лю Жуинь, Цинь Му убедился, что его догадка оказалась верной. Извлечь полную силу из Бусины Зелёного Дракона действительно могла лишь маленькая девочка.

Неудивительно, что принцесса отыгрывала столь важную роль в Западных Землях.

Лю Жуинь прикрыла лицо рукавом, смотря на них лишь одним глазом, который был ужасно белым, с чёрным зрачком размером с горошину внутри. Его вид казался невероятно странным.

— Владыка Культа, не пойми нас неправильно.

За спиной женщины раздались бесчисленные взрывы, с которыми толпа оживших трупов мгновенно возвращались в свои гробы, крышки которых тут же закрылись.

Лю Жуинь запрыгнула в свой гроб, хихикая:

— Мы всего лишь хотели проверить, в порядке ли маленькая принцесса. Теперь зная, что она в безопасности, Жуинь спокойна. Прощайте!

У гробов отросли ноги, унося их вверх по скале.

— Глава дома Лю, пожалуйста, подожди минутку, — внезапно проговорил Цинь Му.

Лю Жуинь, вот-вот собравшаяся закрыть свой гроб, остановилась, услышав его слова. Выпрямляясь, она выдавила из себя улыбку:

— Владыка Культа, отпусти нас, не будь таким жестоким, — её голос дрожал, по всей видимости женщина боялась.

Цинь Му недоумевал. Разве это не всего лишь Бусина Зелёного Дракона?

Несмотря на то, что Сюн Ци’эр могла высвободить силу артефакта, который держала в своих руках, в этом не было ничего ужасающего… Почему они все так перепугались?

— Глава дома Лю, вы пришли по приказу Дворца Истинных Небес? — с приятным выражением, спросил Цинь Му. — Если это так, то где-то в ваших землях должны быть эксперты дворца, я прав? Я хотел бы с ними встретиться, не могла бы Мастер нас познакомить? — Лю Жуинь была слегка ошеломлена, между тем Цинь Му с тёплым, как весна, выражением лица продолжил улыбаться. — Возможно, Мастер семьи Лю не в курсе, но у меня нет злых планов на Западные Земли. Я пришёл лишь для того, чтобы увидеть местные традиции и оценить положение ваших дел. А принцессу я взял потому, что она здешняя, и лучше знает местность и географию.

— Знает местность? — моргнула женщина.

Сюн Ци’эр было около шести лет, и она почти всю свою жизнь провела во Дворце Истинных Небес. Единственное с чем она была знакома — география её дома, а не Западных Земель. Даже слепец мог бы лучше показать дорогу, чем она.

«Владыка Культа Цинь из Средиземья определённо любит лгать», — с такими мыслями, женщина, тщательно подбирая слова, продолжила:

— Владыка Культа Цинь, даже сильному дракону не подавить полностью змею. Каким бы ни было твоё происхождение, с моей семьёй Лю следует считаться. Будь осторожен, а то спровоцируешь бой не на жизнь, а на смерть.

Юноша бросил на неё удивлённый взгляд:

— О чём Мастер дома Лю говорит? Я всего лишь хотел повидаться со старшей сестрой из Дворца Истинных Небес и решить наши недоразумения. У меня нет плохих намерений. Если бы я и вправду думал так, как ты говоришь, то давно бы попросил юную принцессу активировать Бусину Зелёного Дракона. Думаете, вам удалось бы сбежать в таком случае?

Выражение лица Лю Жуинь мерцало между мрачным и добрым. Впрочем, терпение Цинь Му оказалось необъятным, и он спокойно ожидал, пока она ответит.

Он не издавал и звука, в то время как трупы в гробах продолжали смирно лежать.

Спустя мгновение Лю Жуинь захихикала, отвечая:

— Раз уж Владыка Культа Цинь попросил, разве я могу быть против? Владыка, пожалуйста, ложитесь в мою могилу, и я доставлю тебя к старшим сёстрам из Дворца Истинных Небес. Интересно, хватит ли тебе смелости решиться на такое?

— Не вижу проблемы, — с этими словами и улыбкой на лице, юноша схватил Сюн Ци’эр и, спрыгнув со спины цилиня, подошёл к гробу Лю Жуинь. Но заглянув внутрь, он был ошеломлён. Снаружи гроб казался не слишком большим, но места внутри оказалось невероятно много. И в длину, и в ширину оно имело более тридцати метров, и даже высота составляла около восемнадцати, напоминая огромный дом.

Кроме того, повсюду виднелись столы, кресла и даже нефритовая кровать. Площадь была разделена на несколько комнат, включая столовую и спальню. Здесь даже было отдельное помещение для слуг, отчего апартаменты больше напоминали небольшой, аккуратный дворец…

Цинь Му цокнул языком от удивления. Когда Лю Жуинь выпрыгнула из гроба, он испуганно вскочил, думая, что его атакует зомби, но откуда ему было знать, что гроб на самом деле — это её жильё? Посмотрев на остальные гробы, он подумал: «Неужели все дома людей Лю выглядят именно так? Могилы, отрастившие себе ноги, удивляют не меньше, чем город Бамбука сестры Ии, который достиг такого же результата используя немного другой подход».

— Жирдяй, ты тоже можешь пойти с нами! — обернувшись, юноша улыбнулся цилиню.

Зверь, казалось, колебался, и покачал мордой:

— Владыка, я немного суеверен, поэтому не пойду с тобой.

Поиздевавшись над ним насмешкой, Цинь Му поднял Сюн Ци’эр и отправился внутрь, оставляя цилиня позади.

Лю Жуинь хлопнула крышкой гроба, который тут же отправился следом за остальными. Некоторые из гробов даже взлетели в небо, сопровождая женщину через горы.

Цилинь двинулся вместе с ними, но преодолев несколько гор, увидел на горизонте огромный мавзолей. Будто чёрные лодки, в воздухе вокруг него летали бесчисленные гробы семьи Лю. Выстроившись в ряд, они ожидали своей очереди войти в здание.

Зверь вздрогнул, чувствуя в своём сердце недовольство. Впрочем, набравшись смелости, он влетел внутрь вместе с гробами.

Цинь Му сидел внутри гроба, держа Сюн Ци’эр на руках. Лю Жуинь сидела напротив. Парочка внимательно смотрела друг другу в глаза. Вокруг воцарилась торжественная атмосфера.

Внезапно юноша улыбнулся, проговорив:

— Мастер дома Лю, кто возглавляет вашу семью?

Черные зрачки размером с горошину в глазах Лю Жуинь закружились, возвращаясь к обычному виду. Женщина улыбнулась в ответ:

— Владыка Культа — гость издалека, поэтому ты не знаком с нашей семьёй. Это я её возглавляю.

Цинь Му был удивлён:

— В таком случае я не ошибся, называя тебя Мастером дома Лю. Сестра Жуинь, техника твоей семьи очень странна. Когда я вас увидел, то подумал, что все вы мертвы! Можешь объяснить, почему вы ведёте себя именно так?

Лю Жуинь ощутила теплоту в душе, не удержавшись от того, чтобы бросить на парня радостный взгляд:

— Твои слова невероятно сладки. Люди из других кланов, особенно мужчины, при встрече со мной никогда не бывают так милы. Я радуюсь, если он не умирают со страху. Некоторые даже мочатся в штаны от ужаса, а души других рассыпаются на части. Владыка, с другой стороны, продолжает вести со мной приятный разговор и даже называет меня сестрой.

Недоумевая, Сюн Ци’эр подумала про себя: «Но ведь старший брат Цинь всех женщин называет сёстрами…»

Трупный воздух, витающий вокруг Лю Жуинь, понемногу рассеивался.

— Техника нашей семьи отличается от обычной. На самом деле никто из нас не носил фамилии Лю при жизни. Мы обретали её, лишь умерев, — улыбнулась женщина.

Вздрогнув в сердце, Цинь Му воскликнул:

— Вы все!..

— У моей семьи Лю из Западных Земель невероятно древние корни, берущие своё начало с духа, проснувшегося в трупе. Слухи говорят, что нашего предка похоронили под ивовым деревом, но вскоре в его трупе проснулся дух, взявший себе фамилию Лю.

— Так как мы рождены из трупов, наши физические тела мертвы, и мы не можем рожать детей. Тем не менее, продолжительность нашей жизни ограничена, и как только время духа иссякает, наши души рассеиваются. Люди извне говорят, что мы странные и пытаемся держаться вдали от остальных, но они неправы. Дело не в том, что мы не хотим иметь дело с чужаками, а в том, что все мы — духи, рождённые от трупов, поэтому боимся, что нас могут схватить и превратить в духовное оружие.

— Когда мастера местной священной обители попросили вас разобраться со мной, вы согласились. Неужели у Дворца Истинных Небес есть способ уничтожить семью Лю и превратить вас в артефакты? — холодным голосом спросил Цинь Му.

Лю Жуинь слегка изменилась в лице.

Юноша громко рассмеялся, а на его лице вновь засияло приятное выражение:

— Сестра Жуинь, если ты заняла место главы семьи Лю, твоё совершенствование должно быть намного выше моего, с чего бы тебе меня бояться? Младший брат всего лишь хвастается, на самом деле он не слишком уверен в себе.

Вздохнув с облегчением, женщина улыбнулась в ответ:

— Ты и вправду напугал сестру. На каком уровне находится твоё совершенствование?

— Я всего лишь в области Шести Направлений. Теперь сестра чувствует себя спокойнее? — искренне проговорил парень.

Лю Жуинь и вправду немного успокоилась, но всё ещё продолжала думать о Бусине Зелёного Дракона в руках девочки.

Этот предмет был главным врагом семьи Лю. Когда мощь бусины вырывалась наружу, независимо от силы эксперта, её люди не могли с ней совладать!

Именно Бусина Зелёного Дракона была причиной, по которой семья Лю встала на сторону Дворца Истинных Небес.

— Сестра Жуинь, кто именно пришёл из Дворца Истинных Небес? На каком уровне находится их совершенствование?

— К нам пришла старейшина Юй Жуи из Дворца Истинных Небес, — ответила женщина. — Мастера семьи Юй находятся в области Жизни и Смерти, они невероятно сильны.

Цинь Му кивнул. Люди Западных Земель не считали область совершенствования чем-то важным, так как эффективность техники Природы Десяти Тысяч Душ не сильно от неё зависела. Вместо этого она полагалась на понимание природы небес и земли. Чем чище были мысли мастера, тем сильнее становились его чувства, что увеличивало шансы вступить в контакт с миром вокруг.

Конечно, чем выше было совершенствование, тем сильнее оказывалось божественное искусство создания. Его уровень сильно влиял на способности человека, но для большинства жителей Западных Земель, чувства и понимание природы значили намного больше.

— Надеюсь, сейчас сестра окончательно успокоилась, — продолжал улыбаться юноша. — Твоя гостя находится в области Жизни и Смерти, а я всего лишь в Шести Направлений. Сестра Жуинь, если сестра Жуи попытается меня убить, тебе придётся встать на мою защиту.

На лице женщины возникло нервное выражение, и она неохотно ответила:

— Мы с Юй Жуи друзья, так что могу тебя уверить, что она не станет тебя трогать на территории долины Погребения Бога. Что касается земель за её пределами, ничего не могу гарантировать.

Облегчённо выдохнув, юноша поблагодарил:

— Спасибо за заботу, сестра. А что это за место, долины Погребения Бога, в которой вы живёте?

Лю Жуинь улыбнулась:

— Сейчас мы находимся именно в ней. Владыка, пожалуйста, выходи наружу.

Гроб открылся, и они вышли, осматриваясь. Группа оказалась в подземном мире, простирающемся во все стороны. Вверху над мавзолеем сияли солнце, луна и звёзды, в то время как в земле были вырыты проходы, ведущие ко всевозможным гробницам, к которым постоянно прилетали новые гробы.

Внезапно к ним подлетел небольшой гроб. Открывшись, его крышка раскрыла маленькую девочку внутри. Усевшись на краю гроба, она проговорила:

— Мама, кто это?

Цинь Му растерянно взглянул на Лю Жуинь, которая, посмотрев на ребёнка грустными глазами, тихо проговорила:

— Это моя малышка. Она умерла вместе со мной, но нас одновременно пробудил старейшина, и теперь мы живём здесь… Давай не будем об этом. Разве ты не говорил, что хотел встретиться с Юй Жуи? Давай я её позову, чтобы вы познакомились, может быть мне удастся решить ваши недоразумения. Малышка, оставайся здесь со старшим братом.

Сладко улыбнувшись, девочка послушалась.

Цинь Му не осмеливался её недооценивать. Несмотря на то, что девочка приходилась Лю Жуинь дочерью, их духи пробудились одновременно, поэтому уровень её совершенствования ничем не уступает материнскому. Они обе были экспертами области Жизни и Смерти или даже Божественного Моста!

Посмотрев в сторону центра долины Погребения Бога, он увидел возвышающийся золотой гроб. Камень был обмотан толстыми цепями и покрыт листами жёлтой бумаги, на которых сияли всевозможные руны.

— Кто в том гробу? Почему он запечатан? — с любопытством спросил юноша.

— Мать говорила, что там лежит бог, в трупе которого пробудился дух. Все боятся, что он начнёт творить зло, поэтому его решили запереть.

— Понятно, — улыбнувшись, юноша опустил взгляд. — Малышка, давай я покажу тебе магию, — сказав это, он достал огромный нефритовый глаз. — Этот глаз может сиять.

Девочка взволновано посмотрела на артефакт:

— Как он сияет?

В этот миг, послышался голос Лю Жуинь:

— Жуи, это Владыка Культа Цинь. Если между вами есть какие-то недоразумения, я не против попытаться вас примирить…

Раздался смешок, и заговорила другая женщина:

— Примирить? Отличная идея. Если он отдаст мне принцессу, наш конфликт завершится.

Внезапно луч белоснежного света рассёк тьму долины Погребения Бога, после чего тут же исчез…. А в подземелье прозвучал громкий смех Цинь Му:

— Как тебе? Сияет, правда?

Лю Жуинь ошарашенно застыла. Затем она заметила на животе Юй Жуи горизонтальный след, разделивший её напополам в следующий миг.

Глава 458. Мама Найдёт Хорошего Отца

— Ублюдок!

Смерть Юй Жуи встревожила всю семью Лю. Чёрные гробы начали непрерывно открываться, в то время как сильные фигуры одна за другой поднимались в воздух!

Порой открывались совершенно пустые гробы, из которых исходили ужасающие импульсы. Даже если их владельцы не показывали своих лиц, они внушали страх!

Несмотря на то, что семья Лю не раскрыла свою полную силу, она была одной из десяти самых влиятельных семей Западных Земель, следовательно, её возможности нельзя было сбрасывать со счетов!..

Долина Погребения Бога была священной землёй семьи Лю, поэтому, как только Цинь Му избавился от Юй Жуи, событие коснулось семейного табу. Умершая была сильным практиком Дворца Истинных Небес, что, само собой разумеется, отыграется на костях местных хозяев.

Свист, свист, свист!..

Силуэты окружили Цинь Му, ветер мгновенно стал полон зловещего холода. Фигуры мерцали, стоя на тёмных тучах. Их лица было невозможно увидеть, отчего было трудно сказать, люди они или всё же призраки. Как только одна из них собиралась разорвать высокомерного юношу на части, она увидела в руках Сюн Ци’эр Бусину Зелёного Дракона и остановилась, не решаясь сделать даже шага.

— Всем стоять! — раздражённо, приказала Лю Жуинь. — Никому не двигаться! Всем стоять на своих местах!

Повернув голову к юноше, она увидела, как тот обыденно прятал огромный нефритовый глаз в свой пространственный мешочек, а её дочь хлопала в ладоши от восторга, явно желая повторения.

Лю Жуинь почувствовала тяжесть в голове, а когда посмотрела на труп рядом, тяжесть только усилилась. Её первоначальным намерением было позволить встретиться Цинь Му и Юй Жуи, а дальше было уже не важно, смогли бы они прийти к миру или настаивали на драке, ведь все свои конфликты им пришлось бы решать вне территорий семьи Лю. Ей всего лишь нужно было проявить осторожность с Юй Жуи, не позволив ей убить Цинь Му. Что касается самого Цинь Му, тот был практиком божественных искусств Шести Направлений… так зачем ей было обращать на него внимание?

Но откуда ей было знать, что такой простой, но продуманный план приведёт к подобному исходу!?.. Как только Юй Жуи показала себя, Цинь Му, этот мелкий подлец, разрезал её на части, и сейчас ведёт себя так, словно это вышло случайно. Просто отвратительно!

Разрезание Юй Жуи было изящным и точным, и всё бы ничего, но это произошло в долине Погребения Бога, из-за чего семья Лю теперь выглядит не такой уж лояльной местным властям…

Если Дворец Истинных Небес решит наказать их, смогут ли они выкрутиться?

«Если отправить негодяя Циня во Дворец Истинных Небес, мы сможем искупить наши преступления. Тем не менее, Бусина Зелёного Дракона в руках маленькой принцессы…» — смотря на принцессу, разочарованно моргнула Лю Жуинь.

В этот момент подул благоухающий ветер, принёсший на себе летящих женщин Дворца Истинных Небес. Увидев труп Юй Жуи, в них тут же заклокотала ярость.

— Лю Жуинь, как это понимать?! — строго поинтересовались гостьи.

Лю Жуинь ощутила, как тяжесть в голове прошла, а ей на смену пришла нарастающая пульсирующая боль в висках. Недолго думая, она указала пальцем на юношу:

— Это сделал Владыка Культа Цинь из Средиземья. Наша семья Лю не имеет к произошедшему никакого отношения…

— Никакого отношения к семье Лю? — одна из женщин перешла на повышенные тона. — Лю Жуинь, тебе легко говорить, умершая — старейшина нашего Дворца Истинных Небес. Твоя семья Лю не отвертится от ответственности!

Другая женщина яростно шагнула вперёд:

— Глава Лю, если ваша семья Лю всё ещё хочет жить, быстро схватите этого мальчишку и передайте его во Дворец Истинных Небес. Если поступите правильно, Дворцовый Мастер учтёт старые отношения и не доставит вам слишком много хлопот. В противном случае вся семья Лю, вероятно, будет уничтожена и навсегда удалена из книг!

Лю Жуинь заскрежетала зубами, как вдруг её ушей достиг полный любопытства голос Цинь Му:

— Сестра Жуинь, ты же сказала, что из Дворца Истинных Небес пришла только Юй Жуи? Я думал, что она была одна. Кто эти сёстры?

Лю Жуинь посмотрела на него суровым взглядом и усмехнулась:

— Я сказала, что кто-то по имени Юй Жуи прибыл из Дворца Истинных Небес, но я не сказала, что она была одна. Я также говорила тебе, что к нам наведалось несколько старших сестёр из Дворца Истинных Небес, не так ли?

Цинь Му быстро пришёл к осознанию и улыбнулся:

— Я был безрассуден, и думал, что убийство одной сестры будет достаточно.

Лю Жуинь была готова взорваться от ярости, но удержалась, холодно сказав:

— Владыка Культа Цинь, убив старейшину Дворца Истинных Небес, ты испортил отношения между моей семьёй Лю и Дворцом Истинных Небес… Мне уже нечего терять, поэтому может ты поучишь меня, рассказав, как мне следует поступить?

Цинь Му встал и улыбнулся ей:

— Сестра Жуинь, я недавно побывал в семье Хэ, сестра Ии в настоящее время планирует собрать все влиятельные семьи, чтобы обсудить план свержения Дворцового Мастера Истинных Небес, которой удалось взойти на трон только благодаря восстанию. Если бы только это… но она продолжает делать всё неправильно, гневя небеса и людей. И как только семья Юй поднаберётся сил и упрочит своё положение, твоя семья Лю выступит лишь в роли закуски на их столах. Даже Юй Жуи и эта пара сестёр пытались укротить твою семью. К тому же семья Юй вырезала всю семью Сюн, оставив лишь мать и дочь, тебя это не смущает?

Лю Жуинь испугалась. Слова Цинь Му были логичными. После того, как Юй Жуи умерла на территории семьи Лю, Дворец Истинных Небес не отпустит их вот так просто. Семью Лю определённо вовлекут в дрязги, и даже если она не будет полностью искоренена, ей всё равно придётся предложить множество сокровищ в качестве подношений… А величайшими сокровищами семьи Лю были их же трупы…

У негодяя Цинь Му явно были плохие намерения, в конце концов он сознательно потащил семью Лю с собой, чтобы сражаться вместе с Дворцом Истинных Небес. Тем не менее, его слова о том, что Хэ Ии в данный момент собирала все влиятельные семьи для обсуждения стратегии, не могли не повлиять на мысли Лю Жуинь.

Семья Юй не имела ни к кому привязанности и проявила безжалостность по отношению к семье Сюн, убив почти всех её членов. Даже при том, что семья Сюн из поколения в поколение удерживала позицию Дворцового Мастера, отчего привлекала зависть других влиятельных семей, её представители всегда были справедливыми в решении вопросов.

Однако семья Юй была другой. В семье Сюн насчитывалось около миллиона человек, они обладали большой властью, но семья Юй фактически уничтожила их полностью, и только Сюн Сиюй и её дочь смогли сбежать из Западных Земель. Все остальные погибли. Справедливым быть опаснее, чем безжалостным.

«Если бы мы могли использовать этот шанс, чтобы свергнуть семью Юй…» — колеблясь, Лю Жуинь смотрела на Цинь Му. Другие мастера семьи Лю были в ярости, но среди них также было довольно много тех, кто думал о предложении.

Юноша улыбнулся и сказал:

— Сестра Жуинь, в семье Сюн остались только девочка и её мать. Даже если Сюн Сиюй займёт должность Дворцового Мастера, разве они смогут править Западными Землями вдвоём? Им придётся позаимствовать власть ваших влиятельных семей, однако, если главой Дворца Истинных Небес останется семья Юй, у вас, ребята, не будет права голоса в их делах. Тем не менее, в день, когда семья Сюн займёт своё место, все вы, влиятельные семьи, станете частью Дворца Истинных Небес.

Лю Жуинь наконец приняла решение и, посмотрев на маленькую девочку рядом с Цинь Му, спросила:

— Малышка, а как ты считаешь?

Девочка улыбнулась и сказала:

— Мама, ты ведь уже решила, почему ты спрашиваешь меня? Ты знаешь мой ответ.

Цинь Му с удивлением посмотрел на девочку, выглядящую почти того же возраста, что и Сюн Ци’эр, и немедленно подтянул Сюн Ци’эр к себе, делая пару шагов в сторону.

Маленькая девочка наверняка была не самой простой. Лю Жуинь не спрашивала мнения старейшин семьи Лю или гробов, испускавших божественный свет, а спрашивала о мыслях дочки. Только одно это говорило о многом. А если бы Цинь Му попросили сделать догадку, он бы сходу ответил, что девочка определённо была коварной и зловещей личностью, которая, вероятно, была мозгом всей семьи Лю!

— Я не была уверена, восстать ли против семьи Юй или нет, но Владыка помог мне решиться, — улыбнулась юноше маленькая девочка.

Лю Жуинь посмотрела на женщин Дворца Истинных Небес и расхохоталась:

— Старшие сёстры, не волнуйтесь, после того как вы все умрёте, мы пробудим духов внутри вас. Но скажу вам сразу, прежними вы уже не пробудитесь. Пора с вами покончить!

Женщины Дворца Истинных Небес ругались и пытались сопротивляться, но даже если их способности и были экстраординарными, им было трудно избежать смерти в долине Погребения Бога. Одна из старейшин Дворца Истинных Небес попыталась открыть запечатанный гроб золотого бога, желая использовать его для борьбы с мастерами семьи Лю, но как только она сняла одну печать, божественный свет внезапно вырвался из гробов и влился в её ноздри, мгновенно растворяя её исконны дух. Остался только труп.

Цинь Му невольно задрожал. Способности семьи Лю были чрезвычайно ужасающими. Если бы не Сюн Ци’эр с Бусиной Зелёного Дракона, им пришлось бы очень тяжко. Но что пугало ещё больше, так это безобидно выглядящая девочка. Лю Жуинь, как бы невзначай, попросила её остаться с ним, но как оказалось, это было заранее спланированное действие…

Если бы девочка внезапно нанесла смертельный удар, Цинь Му и Сюн Ци’эр могли бы быть уже мертвы. Причина, по которой Лю Жуинь стала главой, вероятно, была связана именно с ней.

Не обращая внимания на ситуацию вокруг, Цинь Му с добродушной улыбкой спросил:

— Милая, как тебя зовут?

Маленькая девочка подняла голову и мило улыбнулась в ответ:

— Владыка Культа Цинь, меня зовут Лю Чжэньцин.

— Лю Чжэньцин, — кивнул Цинь Му. Чистая улыбка девочки могла бороться с его честной улыбкой. Они оба могли легко заставить людей ослабить бдительность, и поэтому он знал, что шутить с ней было бы не очень хорошей идеей.

«Маленьких девочек Западных Земель нельзя недооценивать», — глядя на её улыбку, подумал юнец.

Через мгновение дворцовые женщины были убиты практиками семьи Лю, между тем Цинь Му отвёл Лю Чжэньцин и Сию Ци’эр в сторонку, краем глаза увидев, как один из местных старейшин пустил корень и, постукивая им по трупам женщин, заставил их встать…

Это было пробуждающее дух заклятие семьи Лю. Оно присутствовало в технике Природы Десяти Тысяч Душ, которую он совершенствовал, но от этого зрелище не стало менее шокирующим. Не каждый день видишь, как в трупах пробуждаются духи.

— Владыка Культа Цинь, пробуждённый в трупе дух не является душой его хозяина, — Лю Чжэньцин посмотрела на стоящую неподалёку Лю Жуинь, прошептав. — Она не Лю Жуинь, и я не её дочь.

Цинь Му был ошеломлён и озадачен:

— Но ты зовешь её мамой, а она зовёт тебя малышкой.

— Семья Лю не имеет семейных уз и кровных отношений. Наша кровь холодна, — с нейтральным выражением лица, сказала Лю Чжэньцин. — Зовя её мамой, я чувствую немного тепла в своём мёртвом теле, как будто я всё ещё жива. Она чувствует примерно то же самое.

Цинь Му посмотрел на Лю Жуинь, которая с улыбкой шла к ним. Духи, пробуждённые из трупов, имеют холодную кровь, но у них также есть человеческие чувства. Это полная противоположность некоторым людям, у которых тёплая кровь, но за душой нет ничего человеческого.

— Владыка Культа Цинь, ну что, доволен? — спросила Лю Жуинь.

Юноша громко рассмеялся и поклонился практически до земли:

— Сестра Жуинь, прости меня. Но разве сестра, оставляя рядом со мной Чжэньцин, не плела против меня интриги?

Лю Жуинь поклонилась ему в ответ, вздохнув:

— До твоей безжалостности мне далеко.

— У меня не было выбора, иначе я не смог бы объединиться с сестрой, — Цинь Му осмотрел гроб бога, с любопытством спросив. — Кто в гробу бога? Почему он запечатан? Я однозначно видел божественный свет, исходящий из тех нескольких гробов, принадлежащий богами и дьяволами. Ммм?

Лю Жуинь покачала головой:

— Старейшины, которые умирали и возрождались более десятка раз, превратили свои физические тела в тела богов, но они отличаются от бога в золотом гробу. Там труп истинного бога.

Цинь Му подпрыгнул в шоке и, не удержавшись, бросил на него ещё несколько взглядов.

Лю Чжэньцин внезапно прокашлялась, и Лю Жуинь тут же поняла намёк, многозначительно заговорив:

— Небо уже темнеет, почему бы Владыке Культа Циню не остаться на ночь? Владыка может отдохнуть у нас, а отправится в дорогу уже утром, мой гроб… будет слегка приоткрыт.

Почувствовав пронизывающий до костей холод, Цинь Му праведно залепетал:

— Я уже пообещал встретиться с Отравительницей Му Инсюэ, но откладывал встречу почти год, большей тянуть нельзя, так что Ци’эр и я должны поспешить. Прощайте! Не нужно провожать меня, дорогу помню! — он договорил, схватил Сюн Ци’эр за руку и, подозвав цилиня, убежал из долины Погребения Бога сквозь тьму снаружи…

Чуть погодя Цинь Му яростно ударил цилиня по заднице, чтобы тот прибавил ходу.

Лю Жуинь со своей дочерью смотрели, как троица уносится вдаль, чувствуя печаль и разочарованность.

— Почему так трудно найти отца с человеческой любовью… — уныло сказала Лю Чжэньцин.

— Не волнуйся, мама определённо найдёт для тебя хорошего отца, — утешающе проговорила Лю Жуинь.

Глава 459. Битва в Городе Горного Грома

Ранним утром, город Горного Грома уже проникся лекарственным ароматом. Вдохнув здешний воздух, Цинь Му сразу же понял, что в нём полно ядовитого тумана, испускаемого бесчисленным количеством токсичных веществ. Он тут же приготовил порцию пилюль Избегания Отравления, заставляя цилиня и Сюн Ци’эр засунуть их в рот.

Город Отравительницы Му Инсюэ выходил за рамки обычного. Здесь повсюду виднелись всевозможные ядовитые травы, цветы и насекомые. Люди Горного Грома выращивали их в своих садах, отчего каждый уголок был усеян жуками. Некоторые жители даже взращивали ядовитых птиц и монстров, которые скитались по улицам. Дома были оплетены ядовитыми лозами, из которых время от времени высовывали головы зелёные змеи, любопытно поглядывая на прохожих.

Внезапно мимо цилиня промчалась стая ушастых чешуйчатых опоссумов, пытающихся догнать метровую многоножку.

В утреннее время город Горного Грома был невероятно шумным, из разных концов улицы постоянно доносились какие-то крики.

— Чёрт подери, чья это ядовитая оса? Быстро несите противоядие, у меня лицо распухло!

— Какой мерзавец вылил ядовитые помои на улицу? Моя нога онемела и чернеет… Она скоро начнёт гнить! Кто разлил яд? С*кин сын, я отравлю тебя до смерти!..

Цинь Му прогуливался по улице города Горного Грома, встречая по пути довольно много торговцев, продающих яды, которые они готовили на открытом воздухе. Их громкие голоса постоянно проносились над округой.

— Город Горного Грома сестры Му довольно богат — осматриваясь, Цинь Му заметил большое количество ценных трав, и даже купил некоторые из них. В ассортименте местных торговцев нашлось несколько неплохих видов пилюль, которые он мог использовать в качестве базовых ингредиентов для более сильных ядов, поэтому он взял и их.

Незаметно для себя, вскоре он добрался к центру города, жизнь в котором текла ручьём. В этом месте находилось несколько круглых арен, на которых сражались практики божественных искусств, владеющие навыками приготовления ядов.

Юноша на мгновение остановился, увидев, что здешние мастера сражаются не совсем обычным способом. Вокруг них стояло множество баночек, а также трав, листьев и цветков.

Сначала парочка практиков исполняли свои заклятия, заставляя ядовитых насекомых или других существ внутри баночек убивать друг друга. Затем победитель выбирался наружу, начиная питаться зелёными листьями и расти. В то же время бойцы в спешке сажали семена фруктов, ускоряя их рост с помощью магии.

Оба практика божественных искусств использовали корневища или фрукты, кормя ядовитых насекомых, а также божественные искусства, пробуждающие дух всех вещей, что ещё сильнее ускоряло рост питомцев, которые вскоре начинали плеваться в друг друга ядовитым туманом или пламенем. Пока жуки сражались, их владельцы готовили противоядия и уклонялись от атак противника.

«Борьба на арене заставляет их мгновенно готовить яд, выращивать ядовитых насекомых и растения. Впрочем, способности местных очень плохи, здесь не на что смотреть», — Цинь Му продолжал идти, когда внезапно за его спиной раздался громкий взрыв, и одна из арен раскололась напополам.

Из-под земли выползло огромное существо, занимая почти половину пространства арены. Им оказался громадный паук, верхняя часть тела которого принадлежала прекрасной женщине. Визжа и вздрагивая, он поглощал тучи и выплёвывал клубы тумана, вынуждая всех зрителей отойти назад.

Юноша с удивлением посмотрел на происходящее:

— Чтобы вырастить подобное существо с помощью ядовитых трав, цветов и насекомых, этот практик божественных искусств должен владеть необыкновенными способностями!

Женщина в чёрном поднялась над телом громадного паука, её лицо было прикрыто чёрной вуалью. Но судя по видимым частям кожи девушки, в результате отравления её физиономия покрылась жабьими бородавками.

— Му Инсюэ, я вернулась! Тащи сюда свою задницу, я хочу решить кто из нас на самом деле сильнее! — суровым тоном прокричала она.

Взволновавшись, Цинь Му отправился в сторону арены, чтобы посмотреть на происходящее. Остальные практики божественных искусств Горного Грома тоже бросились на шум, создавая вокруг арены плотную толпу.

Какая-то женщина радостно проговорила:

— Отравительница наконец сделает свой ход!

Другая женщина тоже обрадовалась:

— Отравительница уже давно не занималась чем-то подобным! Слухи говорят, что с тех пор, как она познакомилась с Владыкой Дьявольского Культа из Средиземья, который также является великим экспертом пути ядов, и встретилась с ним взглядами, между ними пробудилась первая любовь. Когда она вернулась после своей любовной связи домой, её способности создания ядов значительно возросли, достигая области такой мощи, что с ней не могли совладать даже боги и духи! Кто осмелился бросить ей вызов?

— Ты не узнаёшь эту женщину? Это ведь Юй Цинчань, эксперт ядов из Дворца Истинных Небес. Она одна из сильнейших мастеров пути отравлений. Однажды она сразилась с Отравительницей, но потерпела поражение, и с тех пор её лицо изувечено…

Цинь Му удивлённо моргнул. Когда это у него с Му Инсюэ были любовные связи?

Было же очевидно, что они сражались, используя яды, и приложили все возможные усилия, превратив друг друга в изуродованных и странных существ. В этом не было ничего романтического, хотя в итоге между ними возникло глубокое взаимное уважение.

«Впрочем, она ведь меня поцеловала, — когда юноша вспомнил об этом, его сердце начало биться вдвое быстрее, переполняясь совершенно другим чувством. Внезапно, он вздрогнул. — Вот чёрт! Моё сердцебиение ускорилось, а кровь ринулась к лицу. Дыхание стало прерывистым, и когда я вспоминаю о ней, в сердце появляется тёплое чувство. Неужели это действие Яда Тоски, которым меня отравила сестра Му? Впрочем, это вещество не слишком опасно, не стоит беспокоиться…»

Мысли парня перебросились на Сы Юньсян, Лин Юйсю, Хэ Ии и остальных девушек, и тёплое чувство тут же исчезло.

«Кажется, что с Ядом Тоски не так уж тяжело совладать» — собрался с мыслями парень.

— Му Инсюэ, ты боишься выйти? — женщина в чёрном, стоящая посреди арены, усмехнулась. — Ты же не мужчина, тебе не годится убегать, поджимая хвост.

В этот момент послышался тихий смех, и зелёные лозы, покрывающие поместье вдали, начали неистово расти. Становясь всё гуще и выращивая новые листья, они начали напоминать зелёных, неистово несущихся вперёд драконов.

Спустя несколько мгновений они преодолели пять километров и добрались к арене.

Хлоп!

Раздался тихий хлопок, с которым на одной из лоз появился громадный цветок, свисая над ареной. Вскоре он открылся, и наружу выпрыгнула девушка с белоснежной кожей. Она ещё не успела приземлиться, когда на землю упало несколько семян, мгновенно превращаясь в ещё один гигантский цветок.

Наступив на него босыми ногами, Му Инсюэ проговорила:

— Юй Цинчань, ты проиграла мне в прежний раз, и даже не смогла избавиться от остатков моего яда в своём теле. Твоё некогда-то очаровательное лицо до сих пор покрыто бородавками. Ты собралась погибнуть, придя сюда снова?

Юй Цинчань тихо рассмеялась:

— Хе-хе, ты думаешь, что за последние несколько лет я совершено не стала сильнее? После того, как я потерпела поражение и потеряла свою внешность, ни один мужчина не осмеливается смотреть на моё лицо. Все мои старые мужья исчезли!

Ощущая жалость в сердце, Му Инсюэ ответила:

— И вправду, не слишком много мужчин готовы иметь дело с нами, мастерами ядов. В конце концов мы ведь можем отравить их до смерти за любой просчёт. Сестра Цинчань, мы — товарищи по несчастью, и должны сочувствовать друг другу. Впрочем… — женщина улыбнулась, и на её лице вновь засияло радостное выражение. — Я уже нашла свою настоящую любовь! Он тоже является мастером ядов, и не обычным, а номером три в мире! Моя любовь уже пришла в Западные Земли, чтобы найти меня, поэтому, сестра Цинчань, прости, но я не могу разделить твоего одиночества!

Цинь Му не мог сдержать улыбку. Му Инсюэ всегда была умной и странноватой. Впрочем, он пришёл в Западные Земли не только для того, чтобы повидаться с ней.

Юй Цинчань захихикала, проговорив:

— У тебя есть близкий друг, но, к счастью, у меня тоже. Способности моего любимого в сто раз выше, чем у твоего, он Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, и отлично владеет искусством отравления. Под его руководством я смогла совершенствовать свои навыки духовных ядов. Му Инсюэ, маленькая потаскуха, я не просто лишу тебя звания Отравительницы, но и заставлю умереть мучительной смертью!

Выражение Му Инсюэ слегка изменилось:

— Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи? Прославившийся своим владением шаманскими и духовными ядами? Не странно, что сестра осмелилась прийти ко мне в город Горного Грома. У него и правду неплохие способности.

Юй Цинчань улыбнулась в ответ:

— Теперь тебе страшно? Потаскуха, сегодня мы сделаем ставки!

Тоже улыбаясь, Му Инсюэ проговорила:

— Не могу сказать, что мне страшно. С тех пор, как я сразилась со своим любимым крохой, мои навыки отравления значительно усилились, и я совсем не та, что была раньше. Не говоря уже о тебе, даже если бы сам Гроссмейстер пришёл сразиться со мной, я смогла бы убить его щелчком пальцев. Но так как ты уже бросила мне вызов, я не могу отказать. На что ты хочешь играть?

— Мы будем играть на твоего мужчину! — внезапно, Юй Цинчань подняла руку, указывая прямо на Цинь Му, стоящего возле арены. Она захихикала. — На жизнь твоего мужчины!

Толпа вокруг парня мгновенно рассосалась, все разбежались, чтобы не быть вовлечённым в конфликт. Даже Сюн Ци’эр исчезла, сбежав вместе с цилинем.

Юноша был слегка удивлён, с улыбкой смотря на молодых женщин на арене и думая: «Здешние искусства слежения поражают. Мне никогда не удастся скрыться от их взора».

Боевой дух Му Инсюэ поднялся, и она собиралась было спрыгнуть к любимому, но внезапно остановилась.

Так как она уже стояла на арене, выход за её пределы означал бы автоматическое поражение и потерю звания Отравительницы.

Это был бы проигрыш без боя.

— Хорошо, ставлю своего мужчину! — обрадовавшись, Му Инсюэ развернулась, смотря на противницу. — Ты соединила духовные яды с заклятиями пробуждения духа наших Западных Земель, и использовала вещества с арены, чтобы подпитать этого монстра. Твои способности значительно увеличились со времён нашей последней встречи, но я могу совладать с ними, используя то, что здесь есть.

Босые ноги девушки мягко коснулись цветка, и повсюду расцвели ядовитые растения и травы, а также появились всяческие насекомые и даже жабы:

— Сестра Цинчань, ты находишься на уровне техники ядов, в то время как я уже ступаю на путь, понимая огромное количество немыслимых вещей искусства отравления. Ты думала, что сделала шаг в развитии быстрее меня и одержала перевес, совершенно не подозревая, что я тебя оставила далеко позади.

Внезапно перед глазами Цинь Му начали происходить невообразимые вещи. Ядовитые травы, цветы, насекомые и жабы начали превращаться из одного вида бытия в другой, постоянно складываясь в новые токсины.

Заклятие создания женщины было загадочным и странным, отчего юноша непрерывно восклицал от удивления.

С тех пор, как Му Инсюэ проиграла ему, её достижения в пробуждении духов всех вещей значительно выросли. Даже её техника создания значительно преобразилась.

Юй Цинчань громко закричала, и гигантский паук под её ногами взмахнул когтями. Арена была не слишком большой, а так как существо занимало почти половину её пространства, у Му Инсюэ не было места, чтобы увернуться!

Ядовитые яйца на череве паука неожиданно треснули, превратившись в десятки тысяч маленьких паучков, которые тут же покрыли собой всю арену, набрасываясь на противницу.

Однако, прежде чем ядовитые создания смогли добраться к цели, они внезапно замерли, прежде чем рассыпаться трухой. Гигантский паук издал жалкий визг и тоже умер.

Поспешно поднимаясь в воздух, Юй Цинчань прохрипела:

— Я вернусь, чтобы найти тебя снова!

— В следующей жизни, сестра, — с такими словами Му Инсюэ взмахнула рукавом, и тело Юй Цинчань превратилось в лужу крови.

Глава 460. Смелость и Жгучая Страсть

«Техника яда сестры Му достигла точки созидания, войдя в область настолько таинственную, что даже боги и духи не могут предречь её дальнейшую судьбу», — мысленно восхитился Цинь Му. Достижения Му Инсюэ на пути ядов уже опередили таковые у него, из-за чего он был вынужден признать, что она действительно была выдающейся отравительницей.

Девушка мыслила в уникальном ключе, идеально подходя для понимания и постижения пути ядов. После битвы с ним, она, должно быть, усвоила часть идеологии целителя и нашла свой собственный путь, поэтому тот факт, что ей удалось одолеть Юй Цинчань с такой лёгкостью, совершенно не удивителен.

Достижения целителя на пути ядов были поистине экстраординарны, но Цинь Му в основном специализировался на лечении и спасении людей. И если бы ему пришлось сражаться с Юй Цинчань на арене только ядовитыми веществами, ему также пришлось бы использовать изменяющие токсичность техники создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Он мог одолеть Юй Цинчань таким способом, но Му Инсюэ была намного лучше. Конечно, не стоит забывать, что он шёл как по пути лекарств, так и по пути ядов, а использование лекарств для дополнения ядов давало неожиданный эффект. Если бы это была настоящая борьба не на жизнь, а на смерть, было бы трудно сказать, кто из них окажется лучшим и выживет.

Му Инсюэ спрыгнула с арены, между тем виноградная лоза выросла из земли, тут же поднимая её своими огромными листьями и не давая коснуться пыльной земли. Девушка протянула руку к юноше, потянув его к себе.

Зелёная лоза под их ногами росла всё выше и выше, поднимая их вверх.

Му Инсюэ махнула в сторону арены, будучи полной радости и гордости:

— Посмотрите, даже мы, любители побаловаться с ядами, можем найти идеальных мужей. Это мой молодой человек, Владыка Небесного Дьявольского Культа из Средиземья, и он очень могуч!

Внизу раздались овации, а какая-то девушка засмеялась особенно громко:

— Отравительница, ты нашла своего идеального мужа после первого же посещения Средиземья, когда ты сводишь туда нас?

Му Инсюэ посмотрела на них с волнением:

— После того, как мой молодой человек закончит свои дела, я свожу вас в Средиземье, чтобы вы осчастливили там многих мужчин!

— Я слышала, что Средиземьем правят мужчины. Нужно это исправить!

— Да, верно! Нужно это исправить!

Другая девушка улыбнулась и сказала:

— Отравительнице было нелегко найти подходящую по всем параметрам пару, поэтому мы должны это отпраздновать!

Эхо смеха девушек ещё не успело затихнуть среди улиц, как вдруг откуда-то появилась группа людей. Они играли на барабанах, стучали ногами в такт, танцевали и пели. Город Горного Грома мгновенно погрузился в шумную атмосферу, парни и девушки брали друг друга за руки, напевая народные песни Западных Земель.

Некоторые практики исполняли местные божественные искусства, благодаря чему зелёные лозы, ядовитые цветы, а также трава необыкновенно быстро росли.

Мужчины и женщины, практиковавшие техники ядов, ходили по цветам и пели друг другу песни. Некоторые даже умудрялись танцевать на растущих виноградных листьях.

Зазвенели гонги и барабаны, под которые воздух пронзила громкая, ясная песня.

Стоящий на листе Цинь Му посмотрел вниз, где увидел огромную зелёную, белобрюхую жабу, ковыляющую с конца улицы, занимая большую её часть. За ней следовала куча ушастых опоссумов, демонстрирующих свои глянцевые металлические чешуйки, а рядом с ними безостановочно квакали многочисленные духи жаб.

Некоторые духи жаб выстреливали своими языками, стуча ими по чешуйкам опоссумов, отчего слышались громкие лязганья. Между тем множество других духов жаб били в гонги и барабаны, танцевали или даже играли на коротких флейтах. Несколько длинных сороконожек стучали лапками в ритм, покачивая своими телами, а также время от времени надавливали ими на выпуклые щёки духов жаб, заставляя тех квакать.

На голове большой зелёной жабы появилась красивая молодая женщина. Её чёрное платье развевалось на ветру, когда она пела.

Цинь Му с головой окунулся в песню. Несмотря на то, что зелёная лоза уже поднялась очень высоко, великолепное зрелище гуляющего города по-прежнему стояло прямо перед его глазами, пока мелодичные певучие голоса доносились до его ушей.

Страстные чувства девиц Западных Земель заливали его, как волны, слой за слоем окутывая и вливаясь прямо в сердце.

Зелёная лоза вдруг опустила его и девушку, устраивая экскурсию от одной улицы к другой. Повсюду танцевали люди со странными, но в то же время необыкновенными духами и ядовитыми существами. Все без остановки радостно танцевали, а завидев их, тут же поднимали свои руки, чтобы прикоснуться к ним.

Мелодия, которая звучала по всему городу, внезапно стала отражающей и бесстрастной, счастливой и шумной. Цинь Му чувствовал, словно попал в царство легенд, где гигантские зелёные лозы, неся его и молодую девушку рядом, проносились по всем улицам, полным радостных людей.

Зелёная лоза понесла их обратно, временами поднимаясь вверх, прежде чем плавно спуститься прямо к земле. Некоторые девушки ступали на листья различных деревьев, чтобы повесить цветочные венцы им на шею, в то время как многие другие просто лежали животами вниз на верхушках деревьев, словно на листьях, и, перебирая своими маленькими ножками, смотрели на продвигающуюся вперёд любовную парочку.

Им в след постоянно доносились песни о любви.

Зелёные лозы тянулись к центру города, проходя по несравнимо шумным улицам или просто перепрыгивая через крыши круглых домов, пока не оказались у дворца Му Инсюэ, на чердаке которого были открыты окна.

Зелёная лоза отправила юношу и девушку на листе прямо в комнату.

Цинь Му и Му Инсюэ стояли перед окном и наблюдали за двигающейся по улице внизу шумной толпой, которая так и продолжала распевать песни и кружиться в танцах.

Для них это был великий праздник, ведь Отравительница Му Инсюэ нашла себе идеального мужа.

— Так неловко, — ворча, девушка закрыла лицо руками. — Они празднуют так, как будто я не должна была найти себе мужа. Им не терпится, чтобы я скорее вышла замуж!

Цинь Му посмотрел на неё. Перед ним стояла отравительница номер один Западных Земель, в глазах которой отражались смелость и жгучая страсть. Страсть местных девицы и красивое празднование одурманили его, рассеивая всякие посторонние мысли и заставляя потеряться в своих эмоциях.

Празднование было только первым делом, поэтому с наступлением вечера Му Инсюэ не могла скрыть волнения.

Она положила голову на плечо Цинь Му, выглядя вполне счастливой.

Цилинь осторожно шёл среди ядовитых цветов и, глядя на всё ещё стоящих у окон молодых парней и девушек, мужчин и женщин, недовольно ворчал:

— Патриарх поступал таким же образом. Каждый год этот грязный, аморальный старик бросал меня, когда приходил в Западные Земли…

Цинь Му взял себя в руки, спросив:

— Сестра Му, прежде всего нам нужно уладить очень важные вопросы.

Слегка покраснев в лице, девушка начала теребить уголок его рубахи:

— Почему ты такой нетерпеливый? Ты не можешь потерпеть ещё немного? Но если это так срочно, я… нет, я не могу уступить тебе! В Западных Землях женщины главные. Мужчины должны подчиняться!

Прикрыв глаза, Цинь Му терпеливо ждал, когда она закончит говорить, прежде чем сказать:

— Сестра, я прибыл в Западные Земли потому, что пытаюсь помочь Сюн Сиюй и её дочери занять позицию Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес, и именно поэтому я навёл столько шороху. Свержение семьи Сюн семьёй Юй внутреннее дело ваших Западных Земель, но в процессе погибло слишком много людей, к тому же в этом также была замешана ты.

Му Инсюэ кивнула и приказала своим людям привести цилиня и Сюн Ци’эр, в то время как сама сблизилась с Цинь Му:

— В то время, когда семья Юй начала свержение семьи Сюн, меня заставили оказать помощь в уничтожении семьи Сюн. Семью Юй поддерживал Ба Гоу, чьё происхождение очень ужасающее, поэтому я была вынуждена согласиться помочь им отравить семью Сюн. Но мой яд не был смертелен, ты сам это знаешь.

Цинь Му кивнул. Извивающийся Шёлк — это яд Му Инсюэ, который уничтожал совершенствование жертвы, но, в общем и целом, не угрожал жизни. Когда он встретил Сюн Сиюй, она страдала именно от этого яда, на тот момент уже очень сильно ослабившего её совершенствование. Именно тогда Юй Бочуань и смог её настигнуть.

Лицо Му Инсюэ помрачнело, когда она продолжила:

— Я никогда не ожидала, что семья Юй будет настолько безжалостной, они же хотели уничтожить всю семью Сюн… Однако, даже если бы я знала, что семья Юй сделает это, мне всё равно пришлось бы помочь им, — Цинь Му посмотрел на неё с недоумением, на что девушка лишь вздохнула. — Я в ответе за семью Му и всех жителей города Горного Грома. Ты ведь понимаешь, что если бы я не согласилась, то, по сути, подписала бы всем им смертный приговор? Будучи Отравительницей, я должна думать о своей семье Му. Най Куй меня ненавидит, да? — стыд появился на её лице, но она быстро попыталась скрыть его. Вернувшись к своему обычному холодному виду, она добавила. — К сожалению, я ничего не могу поделать, даже если она меня ненавидит. Я не могу рисковать жизнью своей семьи ради её.

— Ты знаешь цель моего приезда?

Му Инсюэ была главой семьи Му, поэтому до неё быстро доходила информация.

— Я знаю, — кивнула она. — С того момента, как ты ступил в Западные Земли и Дворец Истинных Небес приказал схватить тебя, я уже была в курсе твоих замыслов. Владыка Небесного Дьявольского Культа, у тебя большие амбиции и ты не будешь рисковать своей жизнью только лишь из-за любви. Ты здесь не ради меня, и не ради нашего брака. Ты здесь, чтобы провернуть грандиозный план, — воздух вокруг неё внезапно изменился, став холодным. — Ты хочешь перевернуть Западные Земли вверх дном и полностью изменить их! Твои амбиции заключаются в присоединении Западных Земель к правлению Империи Вечного Мира! И самый быстрый способ добиться этого — поддержать Сюн Сиюй, чтобы она стала Дворцовым Мастером Дворца Истинных Небес! Кроме жажды мести у неё ничего не осталось, поэтому она могла только согласиться с условиями Императора Вечного Мира, и как только она снова станет Дворцовым Мастером, Дворец Истинных Небес объявит о слиянии с Вечным Миром.

Цинь Му тяжело вздохнул. Прибыв в Западные Земли, он встретил множество необычных женщин. Хэ Ии, которая была естественной и мудрой, очень хитрых мать с дочерью семьи Лю, а также находящуюся прямо перед ним Му Инсюэ — все они были чрезвычайно выдающимися

— Я многое задолжала семье Сюн, но я не могу рисковать жизнями моей семьи! Ты не встречался с Ба Гоу и не знаешь, насколько он могущественен, а я знаю. Я знаю, как он ужасен, и также знаю, что во Дворце Истинных Небес живёт бог. Независимо от того, сколько экспертов Западных Земель ты соберёшь под своими знамёнами и насколько вы окажитесь сильны, вы не сможете одержать верх. Для вас это просто верная смерть!

— Мне не следовало приходить, — вставая, грустно сказал юноша.

— Останься, я не хочу, чтобы ты погиб, — задрожало сердце девушки. — Но если ты хочешь уйти, я не стану тебя останавливать. Женщины Западных Земель не удерживают мужчину, который настаивает на уходе!

Цинь Му поклонился:

— Прощай, сестра Му.

— Ты! — стиснув зубы, крикнула ему в след девушка. — Ты же погибнешь, ты не понимаешь?!

Улыбаясь, Цинь Му обернулся:

— Когда я спасал их, я знал, что могу умереть, если протяну руку помощи, но я всё равно это сделал. Сестра, я не могу заставлять тебя делать то, что тебе не хочется.

Тревожась, Му Инсюэ топала ногами:

— Если ты умрёшь, я не буду думать о тебе!

Цинь Му заметил подходящих к нему цилиня с Сюн Ци’эр на спине и рассмеялся:

— Твой город душевный, но нам пора. Толстяк, в путь!

Зверь был озадачен, между тем юноша сел ему на спину и посадил перед собой девочку, поэтому ему не оставалась ничего другого, кроме как броситься вперёд, унося их к выходу из города.

— Родственник Цинь? — девушка на одной из улиц подняла голову, смотря на удаляющуюся спину юноши.

Цинь Му бросил ароматный мешочек в сторону той девушки, громко крича:

— Всегда есть способ, как из занятого дня сделать свободный. Я не могу изменить свой характер! Сестра, представь, что я никогда сюда не приходил!

Му Инсюэ смотрела на покидающего город любимого, который уже вскоре бесследно исчез. Она вышла из здания, увидев перевёрнутый с ног на голову город. Везде были следы торжества, между тем духи жаб медленно прибирались, утаскивая пьяных людей.

Несколько девушек на улице посмотрели на неё, в то время как одна из них заговорила:

— Сестра, родственник…

— Он ушёл, — сказала Му Инсюэ, казалось бы, совершенно не своим голосом. — Он, вероятно, больше не вернётся… — она прикоснулась к своему лицу и поняла, что плачет.

— Он передал это мне. Сестра, я думаю это должно быть твоим, — проговорила девушка, в руках которой был ароматный мешочек с вышитыми золотыми мандаринскими утками.

Му Инсюэ открыла мешочек и достала красную фасоль тоски.

Глава 461. Тоска и Незабываемость

Му Инсюэ, одетая в чёрное платье, замерла, крепко держа в руках ароматный мешочек, как вдруг она разрыдалась.

Она и Цинь Му были чужими людьми, встретившимися по случайности, и говорить о каких-то глубоких чувствах не было смысла. У неё всего лишь сложилось о нём хорошее впечатление, и она сочла его привлекательным. Кроме того, он владел элегантностью и характером, совпавшими с её вкусами в мужчинах.

Отравительнице было невероятно трудно найти мужчину, готового с ней сблизиться. Большинство потенциальных женихов умирали либо со страху, либо от отравления.

Но Цинь Му был готов её принять.

Люди Западных Земель уважали мастеров ядов, но не осмеливались вступать с ними в любовные отношения. Многие из старых отравителей умерли в одиночестве. К тому же, будучи довольно вспыльчивыми и ставя во главе угла безжалостный подход к решению проблем, они отталкивали от себя большинство людей.

Цинь Му хранил у себя ароматный мешочек с горсткой красной фасоли, который Му Инсюэ ему дала, и принёс его с собой в город Горного Грома Западных Земель…

Тем не менее, девушка была уверена, что юноша пришёл не к ней, поэтому её сердце было глубоко тронуто при виде мешочка. Несмотря на то, что их встреча оказалась случайной, сами того не зная, они стремились к ней всем сердцем.

Цинь Му пришёл в Западные Земли не только из-за планов Императора и Имперского Наставника, но и потому, что до сих пор держал её в своём сердце.

«Дурачок, разве стоило преодолевать пятнадцать тысяч километров, ради встречи с незнакомкой?»

Тем не менее, Цинь Му, казалось, был способен на подобное. С Сюн Сиюй он тоже не был знаком, но всё равно сразился за неё, за справедливость в его собственном понимании, и без раздумий рискнул жизнью, дабы спасти мать и дочь.

Дела Сюн Сиюй и её дочери никак его не касались, но он всё равно вмешался. Более того, он даже привёл Сюн Ци’эр обратно в Западные Земли, продолжая бороться с несправедливостью, возникшей в её жизни.

Несмотря на то, что за его действиями крылись интересы Императора и Наставника, Му Инсюэ была уверена, что целью “дурачка” было добиться справедливости для матери и ребёнка. То, что другим казалось неразумным решением, для него было кодексом чести и неоспоримым принципом.

Изучение принципов, лежащих в основе чего-либо, для обретения знания позволяло объединить знания и действия.

Изучив какое-то искусство или дело до конца, можно было овладеть его основополагающим принципом и обрести знание.

Впрочем, делать это можно было не только по воле сердца.

Единство сердца и разума не обязательно отличается от единства знаний и поступков.

Это и было качеством настоящего мастера.

Му Инсюэ была ошеломлена.

Во время их первой встречи они были врагами, питающими уважение к талантам друг друга. В тот день она проиграла. Её навыки отравления оказались слабее, заставляя её восхищаться соперником. Несмотря на то, что она подарила ему красную фасоль и поцелуй, её чувство нельзя было назвать любовью…

Но встретившись с ним в этот раз, она была поражена уже не его навыками, а личными качествами.

Личность Цинь Му покорила её.

То, что произошло с семьёй Сюн, было делом её рук. Именно её яд погубил огромное количество практиков Дворца Истинных Небес, уничтожив их совершенствование. Только после этого семья Юй смогла с лёгкостью захватить власть.

Потеряв свой костяк, семья Сюн потерпела поражение, и ответственность за ужасные смерти огромного количества её членов лежала именно на Му Инсюэ.

«Это я принесла семье Сюн беду, нельзя позволить моему любимому брать ответственность за это на себя!» — девушка подняла голову, вновь переполняясь уверенностью. Она улыбнулась:

— Западными Землями управляют женщины, так как я могу позволить маленькому мужчине противостоять катастрофе, которую сама создала? Сёстры города Горного Грома! — в её голосе слышались высокие, яркие нотки. — Собирайте свои вещи и готовьтесь к войне!

Бесчисленные практики божественных искусств города Горного Грома, владеющие искусством отравления, быстро упаковали вещи, собираясь вместе. Смотря на своего лидера, они заметили, что женщина сверкает энергией, как никогда раньше. Её лицо сияло, будто жемчужина, обретая очаровательный вид.

— Сестра, куда мы идём? — спросила какая-то девушка.

Му Инсюэ подпрыгнула, и извивающиеся в воздухе лозы бросились ей под ноги, подхватывая и поднимая ввысь. Её голос наполнился харизмой и радостью:

— Мы, ясное дело, отправляемся следом за вашим родственником, чтобы всунуть этот мешочек с красной фасолью обратно в его руки. После этого мы убедимся, что он крепко его держит и никогда не забудет о своей тоске, или о мне, Му Инсюэ!

— Хорошо! — толпа девиц разразилась оглушительным смехом. — Быстро отправляемся! Нельзя позволить какой-то вертихвостке украсть нашего родственника Циня! Нужно вернуть его обратно!

— Вернём родственника обратно!

Цинь Му вернулся в долину Погребения Бога семьи Лю. К нему постепенно присоединялись чёрные гробы, отращивая ноги, чтобы идти следом.

Всё больше и больше гробов поднимались в небо, формируя чёрное облако.

Среди них сверкали цепи, обматывающие гигантский золотой гроб, привлекающий к себе огромное количество внимания. Бесчисленные чёрные гробы сопровождали его в полёте.

Цинь Му недоумевал, не понимая зачем Лю Жуинь решила захватить с собой столь опасный предмет. Впрочем, услышав, что это была идея её дочери, его сомнения развеялись.

Маленькая девочка Лю Чжэньцин была невероятно умным и хитрым человеком. Раз она решила взять с собой тат гроб, значит с него была какая-то польза.

Когда Цинь Му вместе с силами семьи Лю пришёл к долине реки Меча, чтобы воссоединиться с силами Хэ Ии и остальных, он внезапно услышал громкий чистый голос за спиной:

— Подожди!

Повернувшись, Цинь Му ошеломлённо замер. Практики божественных искусств города Горного Грома оживлённо мчались ему навстречу верхом на всевозможных ядовитых зверях и насекомых…

Небо покрылось пауками, многоножками, жабами, змеями, ядовитыми птицами и осами. Кроме них также встречались ядовитые растения, пробуждённые практиками божественных искусств, шагающие вперёд вместе с невероятно токсичными деревянными человечками. Также виднелись тонкие лозы, цветки которых дрожали из-за находящихся внутри цветочных дев. Даже ядовитые рыбы отрастили ноги, быстро перемещаясь по суше.

Во главе армии находилась Му Инсюэ, которая радостно неслась в его сторону сквозь проход между гробов. Без любых объяснений она запрыгнула на голову цилиню и, всучив в его руку ароматный мешочек, обняла и крепко его поцеловала.

Юноша растерялся, в то время как девушка, радуясь своему поступку, громко проговорила:

— Я хочу, чтобы ты всегда держал этот мешочек с собой, и никогда не выбрасывал, помня о мне до конца своих дней. Можешь так поступить?

Чувствуя, как героизм наполняет его сердце, Цинь Му громко ответил:

— Могу!

Обернувшись, Му Инсюэ помахала рукой сёстрам из города Горного Грома:

— Он сказал, что может! Сёстры, тётушки, давайте захватим Дворец Истинных Небес и изменим мир!

Толпа разразилась радостными криками.

Неподалёку от цилиня открылся маленький чёрный гроб, и наружу показалась голова Лю Чжэньцин. Сложив руки на груди, девочка надулась от негодования.

— Вертихвостка, — пробормотала она, поглядывая на Му Инсюэ.

Гроб Лю Жуинь подлетел к девочке, и глава семьи Лю проговорила:

— Не обращай внимания на радостное лицо этой лисы. Когда она умрёт, то станет членом семьи Лю.

— Мммм!

Над долиной реки Меча развевались бесчисленные флаги, Цинь Му был ошеломлён количеством сильных семей, разбивших здесь свой лагерь.

Вероятно, это был первый раз, когда в Западных Землях происходило что-то столь масштабное. Семьи Хэ, Фан, Гун, Си и Фу подняли свои флаги высоко в небо, впрочем, они не были единственными кто пришёл. Кроме них откликнулось множество других домов.

Все влиятельные семьи специализировались на разных способностях. Семья Хэ владела построениями, Фан — контролем гор, Гун управляла речными потоками, Си оживляла деревья и травы, а Фу могли изменять погоду. У остальных семей также были свои специальности.

Собравшиеся люди в основном были женщинами. Их количество составляло несколько сотен тысяч, что ошеломляло Цинь Му.

Несмотря на то, что Империя Вечного Мира была свободной страной, где женщины могли занимать официальные должности и служить в армии, они всё равно составляли не более двадцати процентов служащих, оставляя мужчин в большинстве. Тем не менее, в Западных Землях сложилась кардинально противоположная ситуация, и основным занятием здешних мужчин было выполнение мелких поручений.

«Это редкий шанс для влиятельных семей Западных Земель. Если сбросить семью Юй с трона, упадок семьи Сюн подарит им больше независимости от Дворца Истинных Небес. Именно поэтому они решили принять участие в восстании», — Цинь Му глубоко вздохнул и сжал руку в кулак, смотря в сторону Дворца Истинных Небес.

В путешествие по Западным Землям он взял с собой лишь цилиня и Сюн Ци’эр. Был только он, слабая девочка и их верховой зверь. Однако, ему удалось собрать армию из нескольких сотен тысяч женщин, готовых пойти маршем на Дворец Истинных Небес.

Осознав это, он взволновался настолько, что его кости начали дрожать, а исконный дух, казалось, вот-вот вырвется из тела!

Держа Сюн Ци’эр за руку, он вошёл в город Бамбука вместе с Му Инсюэ, Лю Жуинь и её дочерью. Лидеры всех влиятельных семей собрались, с нетерпением ожидая его прихода!

Низко поклонившись, Цинь Му громко сказал:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа из Средиземья отдаёт вам дань своего уважения!

Бесчисленные женщины мгновенно поздоровались в ответ:

— Владыка Культа Цинь, не стоит заботиться о формальностях.

Юноша дёрнул Сюн Ци’эр за рукав, и девочка тоже поклонилась:

— Ци’эр отдаёт тётушкам дань своего уважения!

Все тут же ответили:

— Это слишком большая честь. Маленькая принцесса, быстро поднимитесь!

Выпрямившись, Цинь Му искренне улыбнулся:

— Вы укрепляете мою решимость, которой теперь хватит, чтобы заставить солнце и луну засиять в новых небесах! Сёстры, младший брат надеется увидеть вашу силу во Дворце Истинных Небес! Сестра Ии, мы можем начинать своё путешествие?

Хэ Ии взяла город Бамбука под контроль, и тот тут же выкорчевал себя из земли. Между тем лидеры семей отдали свои приказы, и вскоре земля задрожала, а тучи понеслись вперёд.

Армия из нескольких сотен тысяч женщин двинулась в сторону Дворца Истинных Небес.

Цилинь обернулся, чтобы посмотреть назад, и неожиданно вздохнул: «В своё время Патриарх не внушал такого сильного страха. Владыка Культа, в конце концов, Владыка Культа. Он ненадолго пришёл в Западные Земли и уже смог собрать армию из сотен тысяч девушек…»

****

Далеко в небе, Имперский Наставник Вечного Мира и Сюн Сиюй наблюдали за величественным зрелищем, стоя на вершине облака.

Сюн Сиюй была ошеломлена, не зная, что и сказать.

Имперский Наставник тоже потерял дар речи.

— Имперский Наставник, ты с самого начала ожидал чего-то подобного? — наконец придя в себя, Сюн Сиюй с любопытством взглянула на мужчину. — Даже я, бывшая Най Куй, не владею такой силой и властью, как Владыка Культа Цинь. По его зову собрались сотни тысяч людей! Он тебя не пугает?

Издав дрожащий вздох, Имперский Наставник пробормотал:

— Я знал, что он посеет хаос и привернёт к себе внимание Дворца Истинных Небес, но не ожидал, что ему удастся сделать что-то подобное. Дворец определённо увидит угрозу, и что даже лучше, Ба Гоу не останется ничего, кроме как показать себя. Как только он потерпит поражение, бог, прячущийся во Дворце Истинных Небес, будет вынужден показаться на свет, и у меня появится шанс нанести ему смертельный удар… — продолжая смотреть на величественную армию, он задрожал, качая головой. — Ужасающе, такая сплочённость слишком страшна. Впрочем, именно в этом и состоит талант Владыки Культа Циня. Даже я был вынужден присоединиться к его Небесному Святому Культу. Если когда-нибудь этот негодник решит восстать…

Глава 462. Крайности Навыков Меча

— Мы будем следить издалека, — смотря на собранную Цинь Му армию женщин, неторопливо подытожил Имперский Наставник. — Ждём Ба Гоу и того бога. Не высовываемся. Владыка Культа Цинь поможет нам всё уладить.

Сюн Сиюй была глубоко тронута. Прося помощи у Цинь Му в Великих Руинах, она даже подумать не могла, что он имел такие ужасающие возможности и сможет вызвать такой сильный шторм в Западных Землях. В то время она думала, что он был всего лишь способным учеником какой-то влиятельной семьи, но не более. Однако, чем больше она узнавала о нём, тем больше впечатлялась его экстраординарности, уникальности.

Огромный город Бамбука нёсся через необъятные земли, в то время как Цинь Му и главы влиятельных семей Западных Земель стояли на вершине городской башни, управляя армией в попытке предотвратить толкотню.

Ученики всех местных влиятельных семей не были обучены военному делу, поэтому управлять такой толпой было не самым простым занятием. К счастью, с ними была Мастер Построений Хэ Ии, использовавшая свои навыки по назначению, умело совладав со всеми учениками. Под её чутким руководством все проблемы постепенно сгладились, в итоге и вовсе становясь незначительным недоразумением.

— Мастер Меча Западных Земель Ло Иньюй отдаёт дань своего почтения Владыке Культа Циню из Средиземья.

Цинь Му с удивлением посмотрел на идущую к нему длинноволосую девушку и быстро ответил на приветствие.

Западные Земли имели трёх мастеров: Отравительницу Му Инсюэ, Мастера Построений Хэ Ии и Мастера Меча Ло Иньюй. Цинь Му был хорошо знаком со всеми девушками, за исключением Ло Иньюй, поэтому, увидев её сейчас впервые, он и удивился. Девушка отличалась от других женщин Западных Земель, любивших носить золото и серебро, короны, ожерелья и многочисленные браслеты на руках и ногах, так как на ней, как уже можно было догадаться, не было ни одного аксессуара. Также она отличалась достаточно простой одеждой — обычный, незамысловатый, без лишних ярких цветов, но элегантный халат. Что касается её волос, им не давала спутаться самая обычная верёвка. Её чёрные волосы достигали талии, как у других женщин, и создавали заметный контраст с её белой одеждой. Она одевалась так просто потому, что была похожа на меч, тонкое и острое лезвие, и ничего лишнего. Любые аксессуары будут только отвлекать её, ведь она была женщиной, у которой не было других радостей, кроме меча, за которым она, вероятно, уже век как замужем.

Цинь Му почувствовал, что на него направлен меч, который при поклоне Ло Иньюй ярко засиял несравненной остротой, разя прямо в его сердце Дао!.. Но когда он поклонился в ответ, ему удалось играючи отразить волю меча.

Мастер Меча подняла голову со странным взглядом:

— Владыка Культа Цинь тоже мастер навыка меча?

— Я не смею так говорить, — скромно склонил голову Цинь Му. — Сколько мастеров навыков меча в мире? С точки зрения способностей, есть бесконечное множество тех, кто превосходят меня в этом вопросе. Тем не менее, с точки зрения достижений в навыках меча, я, скорее всего, тоже могу быть им назван.

Мастер Меча Ло Иньюй стала ещё более любопытной:

— Я давно хотела посетить Средиземье, мне интересно, насколько у вас развит путь меча. Раз Владыка Культа Цинь является мечником, можешь ли ты представить меня тем, кто превосходит тебя в навыках меча?

Цинь Му задумался и покачал головой:

— Людей, которые превосходят меня в навыках меча — довольно много, и есть даже такие, кто вошёл в область пути меча, и к моему стыду я не могу назвать точное их количество. Однако, Имперский Наставник определённо выше меня. Да и в моей семье есть старейшина, научивший меня трём навыкам меча, его достижения на пути меча поистине экстраординарны. Что касается других экспертов на пути меча, я мало что знаю о них, поэтому не смею говорить.

— Путь меча? — лицо Ло Иньюй наполнилось разочарованием. — Уже есть вступившие на путь меча? Я совершенствовала навыки меча многие годы, но так и не достигала пути меча. Ты не шутишь? Действительно есть такие люди, кто уже в области пути меча?

Цинь Му понимал её разочарование. Ло Иньюй была на последнем уровне знаний, стремясь к высшему пониманию навыков меча, и она, скорее всего, уже достигла крайности в этом, но понятия не имела о пути меча, поэтому и не могла войти в него. Он же сказал ей, что в Средиземье живёт много экспертов пути меча, что не могло не расстроить её. Навыки меча и путь меча отличаются лишь одним словом, тем не менее, разница между ними, как между небесами и землёй. Независимо от того, насколько хорош был мастер навыка меча, он был незначителен перед экспертом пути меча.

Цинь Му проявил любопытство:

— Раньше я не видел навыков меча Западных Земель, поэтому мне интересно, чем они отличаются от таковых в Средиземье. У нас было четырнадцать форм меча, но затем Имперский Наставник добавил ещё три, тем самым мы достигли семнадцати форм. Не так давно я добавил ещё одну, доведя число до восемнадцати базовых форм владения меча. Сколько форм у навыков меча Западных Земель?

Девушка широко раскрыла глаза от удивления:

— В навыках меча Средиземья уже есть восемнадцать форм? Западные Земли имеют только четырнадцать, однако наши навыки меча полагаются на дух меча и подчёркивают силу. То, что мы используем, может отличаться от ваших навыков меча.

Цинь Му был заинтригован. Последние несколько дней он исследовал дух меча, но не сильно продвинулся в нём, чувствуя, что ему не хватает как знаний, так и свободного времени. А раз уж он встретил в Западных Землях такого Мастера Меча, как Ло Иньюй, то должен был улучить момент и спросить у неё совета.

Они вдвоём подробно обсудили его проблемы, и оба вынесли много интересного. Практики Западных Земель использовали духов, чтобы владеть своими мечами, что резко увеличило силу их навыков меча, почти удваивая. Однако, Цинь Му всё же считал, что местным навыкам не хватало непредсказуемости, что не удивительно, ведь они были гораздо проще по сравнению с таковыми в Империи Вечного Мира. Как результат — множество сект Средиземья опережали Ло Иньюй по достижениям в навыках меча, однако, дух меча мог поднять силу её движений меча до уровня, о котором мастера Средиземья могли только мечтать. Когда она выполнила базовые формы меча, каждое движение и каждая форма переполнялись впечатляющей силой, против мощи которой мало кто устоял бы.

Ло Иньюй обратила внимание на необычайность реформы Средиземья. Навыки меча там были коварными и имели множество вариаций. Конечно, главным образом её насторожили четыре новые базовые формы меча, основанные Имперским Наставником и Цинь Му. Они дали навыкам меча ещё больше изменений, вариаций, а следовательно, и бесчисленных возможностей!

Ло Иньюй попыталась выполнить Формы Спирального Меча, Извивающегося Меча, Бурящего Меча и восемнадцатую форму меча, которую основал Цинь Му.

— Странно, — после недолгого размышления, заговорила она. — Первые четырнадцать базовых форм меча Средиземья ничем не отличаются от таковых в Западных Землях, однако, что касается этих четырёх, даже если они тоже являются базовыми, чем дольше их совершенствовать, тем больше магической силы им требуется. Это особенно очевидно с формой меча, основанной Владыкой Культа Цинем, так как её выполнение исчерпало почти половину запаса моего совершенствования! Если девятнадцатая форма будет основана, не будет ли она полностью исчерпывать совершенствование практиков? А двадцатая? Кто-нибудь вообще сможет её выполнить?

Сердце Цинь Му яростно трепетало, у него было чувство, что он нашёл родственную душу, отчего его взгляд стал пылким:

— Ты тоже почувствовала девятнадцатую форму меча?

— И ты? — посмотрела на него с восторгом девушка.

Переглянувшись, они понимающе улыбнулись.

— После того, как я основал восемнадцатую форму, я не хотел останавливаться на этом, — Цинь Му начал изливать всё, что тревожило его ум. — В то время я чувствовал, что есть девятнадцатая форма… нет, я был уверен, что есть девятнадцатая форма меча. Но из-за того, что я сражался с сестрой Ии, у меня не было времени подробно исследовать всё это, тем не менее, девятнадцатая форма меча определённо существует. Ты тоже почувствовала её, а это значит, что я не ошибся.

— Благодаря девятнадцатой форме меча мы сможем вступить на путь меча! — кивнула девушка.

Они оба сильно взбудоражились.

— Кстати, ты мне кое-что напомнила, Империя Вечного Мира очень близка к морю, почему вы называете её Средиземьем? — спросил Цинь Му.

— Я мало что понимаю во внешнем мире, поскольку большую часть времени концентрируюсь на постижении меча, — покачала головой Ло Иньюй.

Находящаяся в стороне Фан Цайде, глава семьи Фан, улыбнулась:

— Владыка Культа Цинь, Средиземье всегда так называлось. Оно находится посередине, если смотреть со стороны Великих Руины и востока. Восточное Море рядом с Империей Вечного Мира называется Восточные Земли.

Двое молодых людей стояли вместе, исследуя навыки меча и обмениваясь идеями, между тем довольно много людей собралось вокруг них, чтобы понаблюдать. Цинь Му и Ло Иньюй были великими мастерами в навыках меча, и даже при том, что среди людей вокруг были те, чья область совершенствования превосходила их, наблюдая со стороны они восклицали в восхищении.

Цинь Му был озадачен этими словам:

— Восточное Море не имеет земли, почему его называют Восточными Землями?

Фан Цайде никогда не задумывалась над этим и, покачав головой, ответила:

— К сожалению, это мне неизвестно.

— Восточное Море когда-то было сушей, поэтому оно и называется Восточные Земли, — сказала Фу Юньси, глава семьи Фу. — В Облачной Книге нашей семьи Фу есть записи, касающиеся Восточных Земель и Средиземья. В них написано, что Средиземье и Восточные Земли уже давно не соответствуют современной географии, как таковой. Они были так названы в древние времена с совершенно другой топологией.

Внезапно подумав о Святыне Бога Изогнутой Горы, сердце Цинь Му забилось быстрее. Святыня была некогда воздвигнута на величественной горе, впоследствии нашедшей свой покой на пятикилометровой глубине Восточного Моря. Что уж говорить о предгорье, которое должно находиться ещё глубже…

Всё это означало лишь одно — Восточное Море изначально было землёй, известной как Восточные Земли!.. А так как Фу Юньси сказала, что названия — Восточные Земели и Средиземье происходят от старой географической топологии, то это значит, что их названия берут своё начало ещё до времён Эпохи Императора-Основателя. Скорее всего Облачная Книга ссылается на времена царствования Эпохи Высшего Императора!

«Эпоха Высшего Императора относилась к Восточным Землям? Теперь это Восточное Море. Третье движение Рисунков Меча — Бедствия Высшего Императора. Вероятно, это связано с Эпохой Высшего Императора», — Цинь Му погрузился в глубокие раздумья. Рисунки Меча состояли из движений, основанных старейшиной деревни, и “бедствия” было его третьим движением.

Старейшина наверняка знал часть истории Эпохи Высшего Императора.

«Старейшина, я обязательно приду в Фэнду и спасу тебя!» — тайно принял твёрдое решение юноша.

Внезапно до него донёсся громкий голос Хэ Ии:

— Мы почти у Дворца Истинных Небес! Всем приготовиться!

Мастер Меча Ло Иньюй немедленно встала и направилась в сторону семьи Ло. Фу Юньси, Фан Цайде, Му Инсюэ и Лю Жуинь тоже вернулись к своим семьям.

Цинь Му стоял на городской башне, глядя вперёд с дрожащим сердцем. Он увидел величественные, трёхкилометровые в высоту горы, стоящие в огромном количестве, словно молчаливые, существовавшие между небом и землёй великаны.

Горы были похожи на великанов, с которыми Цинь Му столкнулся возле города Ароматного Цветения, только ещё больше и опаснее. Их горные пики, выглядели как острые мечи!

Можно было также разглядеть колокольные вершины, напоминающие колокола…

Вершины котлов в форме котлов…

Вершины пагод в форме пагод…

Все эти горные вершины были духовным оружием всех видов и форм!

Кроме них под горой протекала длинная река, которая неслась с огромной скоростью через девять изгибов и восемнадцать кривых. Был также радужный водопад, льющийся с десяти тысяч метров. Море облаков можно было слабо различить в небе, в котором одновременно вспыхивали гром и молния.

Там, казалось бы, купались в золотом свете дворцы.

Это был Дворец Истинных Небес Западных Земель!

Со священной обителью, судя по всему, будет гораздо труднее справиться, чем Цинь Му мог себе представить!

Глава 463. Навыки Меча и Раны от Меча

Цинь Му поднял голову, смотря на висящие в небе дворцы. Внезапно из них начали вылетать женщины, приземляясь на горные вершины вокруг. Дворец Истинных Небес, должно быть, узнал об их приближении и как следует приготовился.

Бум!

Внезапно одна из соседних вершин взорвалась, её бесчисленные осколки разлетались во все стороны и скатывались по склонам. Вскоре гора превратилась в величественного исполина, который, наклонившись, вытащил из земли свои огромные ноги, отчего её поверхность неистово задрожала.

Хэ Ии подняла руку, и город Бамбука остановился.

Горный исполин перед ними постепенно поднялся. Его ладонь была размером с сотню полей, и от её единого взмаха засвистел пронзительный ветер. Медленно поворачиваясь, рука гиганта схватилась за вершину горы в форме меча.

Раздался оглушительный скрежет, с которым он буквально вытащил эту гору из земли.

В этот миг на землю посыпалось огромное количество скал и валунов. К тому времени, как исполин поднял меч, горная порода, покрывающая его, полностью осыпалась, оголяя ржавое лезвие.

Это был гигантский меч вершины горы!

Смотря на огромное существо и гигантский меч сквозь густой туман, Цинь Му продемонстрировал серьёзное выражение лица.

История Дворца Истинных Небес была слишком необъятной и определённо превосходила прошлое сект Средиземья. Будь то Монастырь Великого Громового Удара или секта Дао, их истоки не были столь ужасающими.

Бум! Бум!..

Воздух встряхнулся от оглушительных взрывов, с которыми облик гор менялся, а леса превращались в исполинов, высотой в несколько километров. Оживая, они хватали оружие, размеры которого были не менее поразительными!

Это были хранители Дворца Истинных Небес.

Бесчисленные последователи местной священной обители взбирались на плечи исполинов, двигаясь вверх-вниз в такт с их шагами и пылая убийственной аурой.

Цинь Му повернул взгляд к Му Инсюэ. Если бы она не отравила семью Сюн, семья Юй не смогли бы захватить власть и взобраться на трон.

Одни лишь горные исполины были невероятно поражающей силой, превосходящей армию из миллиона солдат!

— Построиться! — громко прокричала Хэ Ии, и женщины её семьи вышли из города. Каждая из них достала флаг построения, размахивая им на ветру. В тот же миг из флагов посыпалось огромное количество духовных оружий для навыков построений.

Женщины семьи Хэ быстро собрали их вместе, и перед глазами Цинь Му возникло шокирующее зрелище. Практики божественных искусств семьи Хэ умудрились использовать духовное оружие навыков построения, строя гигантские катапульты высотой в три сотни метров. Они возвышались позади города Бамбука, вертя своими лебёдками в попытке подготовиться к выстрелу.

Практики божественных искусств семьи Фан исполнили свои техники, и с горных исполинов за их спинами начали скатываться валуны, постепенно склеиваясь в огромные круглые глыбы, которые самостоятельно взбирались на рамы катапульт.

Бесчисленные практики семьи Си рассыпали семена, которые быстро разрастались, превращая горы вокруг в ринувшееся вперёд море зелени, порождающее ужасающих деревянных гигантов.

Мастер Меча Ло Иньюй подняла своё оружие, и в воздухе послышался свистящий звон десятков тысяч мечей, вылетевших из ножен женщин семьи Ло. Все они переполнились героизмом, готовясь вступить в битву.

— Сестра Фу! — вдруг прокричала Му Инсюэ.

Фу Юньси отдала приказ, и практики божественных искусств призвали чёрные тучи, создавая море из облаков, накрывшее собой две тысячи квадратных километров. Под вспышки молний и раскаты грома, среди них появились громадные смерчи. Вертясь на месте, они не продвигались вперёд, так как находились под контролем семьи Фу.

Му Инсюэ двинулась вперёд вместе с практиками божественных искусств семьи Му, развевая всевозможные отравы на ветру. Вещества мгновенно оказывались внутри смерчей и всасывались тучами, изменяя их цвет на ядовито-зелёный.

Даже разряды молний обрели зелёный оттенок.

Море облаков было переполнено самым смертельным ядом семьи Му.

Из-за спины юноши, стоящего на городской башне, подул ветер, развевая его одежду.

Лаская его прохладным дыханием, ветер оттягивал от его тела лишнее тепло.

Кровь в жилах Цинь Му кипела.

Женщины-практики божественных искусств создавали на поле боя совсем другую атмосферу, в сравнении с мужчинами Вечного Мир. Впрочем, она была не менее ужасающей!

Женщины определённо были ровней мужчинам. Несмотря на их очаровательную красоту, на поле боя они оказывались невероятно сильными воинами!

Вокруг воцарилась мрачная, опустошённая атмосфера.

Воздух перед Дворцом Истинных Небес переполнился грозными аурами противников. Чёрные тучи, готовые наброситься на город, неподвижно висели в небе, слышался лишь слабый шорох ветра. Подобная атмосфера могла свести человека с ума.

В этот момент из дворца под тучами вылетел силуэт, облетая горных исполинов, которые не обращали на него совсем никакого внимания.

— Ба Гоу!

Выражения на лицах Хэ Ии, Му Инсюэ, Фу Юньси и остальных резко изменились. Они не демонстрировали страха перед лицом исполинов Дворца Истинных Небес, однако, заметив летящий навстречу силуэт, женщины потеряли былое хладнокровие.

Хэ Ии мягко вскрикнула, и город Бамбука мгновенно рассыпался. Бесчисленные камни, из которых он был построен, подлетели в воздух, быстро выстраиваясь в защитное построение, закрывая собой семью Хэ.

Один из камней подхватил женщину, поднимая её в воздух перед построением.

Внезапно рядом с ней появился ещё один человек, которым оказался Цинь Му, отчего её сердце наполнилось теплотой.

— Духи Меча Небесных Солдат! — воскликнула Лю Иньюй, после чего десятки тысяч практиков божественных искусств из её семьи схватили своё оружие с помощью Ци. Бесчисленные мечи звеняще щебеча подлетели в небо, превращаясь в гигантские построения. Несмотря на то, что количество лезвий было поразительным, и они, казалось, заполнили собой всё вокруг, в их позициях соблюдался чёткий строй.

— Восемь Небесных Колонн! — прозвенел голос Фан Цайде, после чего горные исполины за её спиной превратились в восемь круглых столбов, соединивших небо и землю. Затем к ним подошли ещё восемь исполинов и, выкорчевав колонны из земли, подняли их себе на спины, переполняясь убийственной аурой.

Остальные семьи также исполнили свои техники, нервно наблюдая за приближением силуэта. Даже Лю Жуинь и Лю Чжэньцин взволнованно подошли к золотому гробу, готовясь в любое мгновение выпустить запертое в нём тело.

Сердце Цинь Му неистово дрожало. Ба Гоу в одиночку мог повергнуть все влиятельные семьи Западных Земель в ужас, заставляя их мгновенно достать все козыри из рукавов. Наблюдая за этим, он мог чётко представить, насколько ужасающим был этот человек!

«Как этот мужчина из Высших Небес с фамилией Юй может напугать все семьи Западных Земель, будто они встретили великого врага?» — недоумевал Цинь Му. В

Западных Землях было не так много сект, как в Империи Вечного Мира, и большинство из них находились под контролем влиятельных семей. Десять самых сильных из них владели неописуемой властью, каждая была по-своему уникальной. Не говоря уже о гостях Высших Небес, даже если бы к ним спустился бог, им не было чего бояться.

Ба Гоу определённо не был обычным гостем из Высших Небес.

Тем не менее, когда его силуэт подобрался достаточно близко, Цинь Му смог заметить, что на вид Ба Гоу не был таким извергом, каким он представлял его. У него было крепкое, стройное телосложение и приятные черты лица.

Одежда, в которую он был одет, была пошита из неизвестного узорчатого материала. Казалось, будто каждая её нить была создана из рун, которые время от времени отдавали еле заметным сиянием.

Костюм было отлично подогнан, подчёркивая его стройное телосложение.

Он был одет как житель Западных Земель, имея на голове повязку из белой вышитой ткани, обмотанную золотыми цепочками. Впрочем, в отличии от остальных здешних мужчин, он также носил кое-какие украшения.

Несмотря на высокую переносицу, его взгляд оставался нежным, вызывая у людей, встретившихся с ним впервые, приятное впечатление.

Смотря на него, Цинь Му показалось, что мужчина слегка напоминает Нефритового Владыку Высших Небес. Последний считался идеальным мужчиной, и ему однажды довелось увидеть его труп. Несмотря ну то, что бедолага погиб от выстрела пушки Императора Яньфэна, его необычайная внешность не пострадала.

«Его повадки напоминают мне Сюй Шэнхуа», — продолжая наблюдать за незнакомцем, удивлялся Цинь Му. Вскоре он ощутил, что в поведении Ба Гоу были даже черты Имперского Наставника!

Сюй Шэнхуа вёл себя так, будто в мире не было ничего, что имело бы к нему хоть какое-то отношение. Он спустился в мир смертных с небес, отчего не сильно беспокоился здешними проблемами. Это также отражалось на техниках, которые он совершенствовал.

Несмотря на то, что Цинь Му удалось привить ему обычный образ жизни, изменить столь выдающуюся личность было почти невозможно, и он, казалось, был готов бросить всё в любой момент и вернуться домой.

Манеры и речь Имперского Наставника Вечного Мира, в свою очередь, всегда казались холодными и серьёзными. Такое, казалось бы, неуязвимое поведение обычно появлялось после того, как взберёшься на самую высокую гору, взирая сверху вниз на меньшие.

Он был выдающимся мастером с невероятными достижениями, в сердце которого осталось место лишь для перемен и реформ. Любые другие вопросы его не волновали, и любое препятствие, вставшее на пути реформ, было лишь временным. Мужчина без раздумий предпринимал максимально эффективные шаги, чтобы избавиться от них.

Ба Гоу одновременно соединял в себе черты как Сюй Шэнхуа, так и Имперского Наставника.

— Глава Хэ, — мужчина с повязкой на голове подлетел, приветствуя Хэ Ии и остальных. — Глава Му, глава Лю, глава Фан…

Несмотря на то, что они были врагами, все поздоровались в ответ:

— Ба Гоу.

Затем взгляд незнакомца упал на Цинь Му, и он обнажил зубы в улыбке, прежде чем проговорить:

— Император Людей Цинь.

Сердце юноши вздрогнуло:

— Ба Гоу. Могу я спросить, откуда тебе известно о таком ничтожном существе, как я?

— Император Людей Цинь, не нужно быть настолько скромным, — ответил мужчина. —  Я всегда слежу за Императорами Людей нового поколения. Ради твоего предшественника я даже лично спустился к нижней границе. Ты ведь знаешь, как выглядят его конечности, не так ли?

Мужчина в повязке протянул руку, будто что-то хватая, отчего одна из женщин семьи Му неконтролируемо подлетела в воздух, несмотря на все попытки остановиться.

Он вытащил меч, после чего к земле полетела отрубленная рука. Затем Ба Гоу взмахнул рукой, и рука женщины повернулась, двинувшись в сторону Цинь Му:

— Владыка Культа, взгляни.

Уголки глаз Цинь Му сжались, его жизненная Ци хлынула в зрачки, позволяя тщательно рассмотреть рану. Сморщив брови, он проговорил:

— Та же самая рана.

— Это был я, — тепло улыбнулся мужчина. — Кажется, он не пытался скрыть от тебя свои раны.

****

Позади убийственных построений влиятельных семей Западных Земель скрывались Имперский Наставник и Сюн Сиюй, не осмеливаясь подобраться поближе. Впрочем, когда Наставник увидел свет меча Ба Гоу, выражение его лица резко изменилось, и он растерялся:

— Вот дерьмо! Я знаю откуда пришёл этот Ба Гоу! Быстро, все семьи должны отступить!

Сюн Сиюй покачала головой:

— Тетива уже натянута, у нас не осталось выбора, кроме как отпустить её. Отступление уже невозможно, даже если мы этого захотим. Почему Имперский Наставник так резко передумал?

Мужчина сделал глубокий вдох, его взгляд дрожал:

— Я узнаю этот навык меча, этот путь меча! Именно он отрубил конечности старого Императора Людей. Этот человек не принадлежит к семье Юй из Высших Небес, а является истинным богом из верхних границ!

Стоя перед построением, Цинь Му неожиданно расслабился и улыбнулся, не демонстрируя никаких признаков стресса:

— Твоё истинное тело не может спуститься к нижней границе, верно? Если я не прав, то с чего бы тебе прятаться в Западных Землях, будто муха? А раз это не твоё истинное тело… — он протянул руку вперёд, раскрывая обезумевшее выражение лица. — Избить тебя до смерти не составит труда!

Глава 464. Поле Боя Асуры

Мужчина с вышитой повязкой рассеял свою магическую силу, труп женщины семьи Му упал с неба:

— Такой маленький ребёнок, но уже питает себя нереальными иллюзиями, как и предыдущий Император Людей.

На первый взгляд, казалось, что его меч отрезал лишь руку женщине семьи Му, на деле же его воля меча прошлась через всё тело, расщепляя и уничтожая её исконный дух. Беря в учёт его достижениями на пути меча, ему даже не нужно было непосредственно воздействовать на противника…

Воли меча было достаточно, чтобы сокрушить исконный дух бедолаги.

Му Инсюэ сжала руки в кулаки, изо всех сил пытаясь подавлять свой гнев. У неё на глазах убили женщину из её семьи, но выступить против таинственного Ба Гоу ей не хватало смелости.

Мужчина в повязке окинул взглядом всех глав семей, позади него были величественные горы и Дворец Истинных Небес, окружённые необычной атмосферой.

— Главы семей Западных Земель, вы решили восстать против власти Дворца Истинных Небес, но вы не ведали, что его власть исходит от меня, — неторопливо говорил он. — Я дам вам один шанс. Если вы отрубите голову Императору Людей Циню, отправив её мне во дворец, и отступите мы забудем об этом инциденте.

Цинь Му вздрогнул, когда осознал, что многих глав семей начали терзать сомнения. Он собрал армию Западных Земель, чтобы вернуть им прежнюю власть, но несмотря на то, что большинство глав семьей были прекрасны, подобно цветам, и он даже имел довольно хорошие отношения с ними, они ставили благо своих семей превыше всего. Если они сейчас отступят, его это не особо удивит.

Вдруг Му Инсюэ потрясла бубенчиками на запястьях, отчётливо звеня ими в тишине, и улыбнулась:

— Вы все можете отступить, но семья Му будет стоять до последнего. У нас есть должок перед семьёй Сюн, который должен быть возвращён, в противном случае моя совесть никогда не будет чиста!

Хэ Ии равнодушно посмотрела на остальных:

— Юй Бочуань умер в городе Бамбука, мне не избежать выговора, но почему бы мне просто не свергнуть правление семьи Юй? Семья Хэ будет стоять до последнего.

Лю Жуинь на мгновение задумалась, посмотрев на Лю Чжэньцин, которая лежала на маленьком гробу неподалёку от неё и с серьёзным лицом облизывала его. Она вдруг подняла голову и мило улыбнулась:

— Как и сказал Владыка Культа Цинь, он просто клон истинного бога, его не сложно убить. Только если истинный бог спустится к нам воплоти, тогда могут появиться проблемы. Мама, я уже взяла конфеты боярышника сестры Ци’эр, мы должны помочь семье Сюн. К тому же… — её улыбка стала слаще мёда. — Кто может гарантировать, что семья Юй не устроит нам всем проблемы после этой заварушки? А если мы избавимся от них, мать и дочь семьи Сюн будут править Дворцом Истинных Небес, и все будут знать, что им помогала наша семья Лю. Я считаю, что риск вполне оправдан, разве нет, мамочка?

Цинь Му успокоился. Несмотря на то, что Лю Чжэньцин выглядела как маленькая девочка, она была старой лисой. Её слова звучали безобидно, но она оговорила то, что было у всех на уме, благодаря чему другие влиятельные семьи окончательно упрочились в своей решимости идти до конца.

Ба Гоу больше не сможет затуманить их разум парой фраз!

Среди всех глав, возможно, только Му Инсюэ желала искренне помочь Сюн Сиюй и Сюн Ци’эр, так как это было её искуплением. Остальные же были в большей или меньшей степени были озабочены только своими выгодами, но Цинь Му большего и не требовалось.

Мужчина с вышитой повязкой улыбнулся:

— Люди мрут за богатство, как птицы за пищу. Даже такие здравомыслящие, элегантные и утончённые женщины, как вы, порой проявляете свою глупость. Ладно, раз вы так сильно хотите умереть, я вам помогу.

Он собрался уходить, как вдруг послышался голос Хэ Ии:

— Ба Гоу, раз уж ты тут, то тебе нет пути назад!

Бесчисленные огромные камни позади неё устремились вперёд к мужчине. Между тем почти все главы семей задействовали свои уникальные способности.

Горные великаны позади Фан Цайде подняли огромные горные столбы, используя их в качестве оружия.

Ло Иньюй вытащила свой меч, готовясь нанести удар, и бесчисленные летающие мечи последовали за её острым клинком.

Му Инсюэ и Фу Юньси тоже показали, чего они стоят. Затрещали молнии, и буря, объединившись с ядом Отравительницы, направилась в сторону врага!

Лю Жуинь и Лю Чжэньцин сняли цепи золотого гроба, тут же взмывшие вверх, чёрными драконами устремившись к мужчине.

Главы Западных Земель не обращали внимания на правила боевого мира. Они без предупреждения устремились вперёд, любыми средствами пытаясь помешать Ба Гоу вернуться к тылу своей армии!

«Так держать», — молча кивнул Цинь Му.

Мужчина в вышитой повязке направлялся ко Дворцу Истинных Небес, в то время как позади него вспыхивал свет меча, разрезая на части атаки каждого. Построение Хэ Ии не успело захлопнуться на нём, как разрез меча открыл ему путь. Горные колонны были разрезаны на части в идеальной, ровной манере. А бурю перехватил пронзившим небо меч, который своим кончиком ловко и точно отбил в обратном направлении цепи.

— Хорошие навыки владения меча! Основываясь только на них одних, никто в Западных Землях не сможет быть ему достойным противникам! Он действительно хорош! — смотря со стороны, серьёзно проговорил Цинь Му. Мастерство мужчины в повязке достигло совершенства и стало настолько таинственным, что даже боги и духи не могли предсказать его движения. — Ци’эр, быстро активируй Бусину Зелёного Дракона!

Девочка сделала так, как ей были велено, и бусина немедленно вспыхнула зелёным светом. Пророкотал драконий рёв, и небо захлестнул зелёный свет, устремившийся ко Дворцу Истинных Небес. Где бы он ни проходил, всё зеленело, и даже вражеские горные исполины вокруг прорастали листьями. Излучая зелёный свет, их тела быстро овивались активно растущими лозами. Между тем женщины на их вершинах тоже перешли под контроль Бусины Зелёного Дракона.

Хлоп, хлоп, хлоп… Нежные ростки и цветы проросли из их лиц!

Бусина Зелёного Дракона — одно из четырёх главных духовных сокровищ Дворца Истинных Небес, и прямо сейчас она, оказавшись в руках маленькой, невинной девочки, разразилась удивительной силой. Отступающий мужчина, искупавшись в зелёном сиянии, внезапно замер, как и все остальные… Его тело, казалось бы, тоже озеленилось!

Сила Бусины Зелёного Дракона была за гранью воображения!

В этот момент из дворцов в море облаков вылетело несколько представительниц Дворца Истинных Небес, в руках которых были драгоценные бусины.

Внезапно три бусины поднялись в воздух, становясь всё ярче и ярче. Одна из них имела душу черепахи и змеи, другая душу белого тигра, в то время как последняя сверкала изнутри пламенем божественной птицы.

Три драгоценные бусины засияли, сталкиваясь со светом Бусины Зелёного Дракона. Драконий рев мгновенно отразился эхом, в то время как сам дракон вылетел из драгоценной бусины, моментально становясь несравненно огромным. Затем он полетел вперёд, овиваясь вокруг величественных гор и создавая поистине удивительное зрелище.

Свет трёх духовных сокровищ тоже становился всё более энергичным перед Дворцом Истинных Небес, как вдруг белый тигр, чёрная черепаха с летучей змеёй и красная птица вылетели из бусин.

Белый тигр присел на вершине горы, взревев к небу.

Красная птица издала затяжной, щебечущий крик и, захлопав крыльями, распространила море огня.

Чёрная черепаха ступила на море, тут же заурчавшее под её вековыми ступнями, прежде чем подняться в небо, в то время как летающая змея кружила туда-сюда внутри вод.

Три женщины Дворца Истинных Небес активировали свои духовные сокровища, чтобы сражаться против Сюн Ци’эр. Они работали вместе, пытаясь подавить силу Бусины Зелёного Дракона.

Следы озеленения на мужчине быстро исчезли, и он слегка улыбнулся. Летающий меч за его спиной влетел обратно в его ножны, в то время как он сам быстро отступил во Дворец Истинных Небес.

— Избавиться от них, — сказал он изнутри.

Когда сила Бусины Зелёного Дракона была подавлена, женщины на вражеских горных исполинах пришли в себя, в то время как сами исполины перестали сиять зелёным светом, незамедлительно двинувшись вперёд своими гигантскими телами, размашисто атакуя горными острыми мечами влиятельные семьи Западных Земель.

Хэ Ии грозно вскрикнула, и позади неё появилась огромная катапульта, с помощью которой каменные гиганты бросались на горных исполинов. Они были ничтожно малы по сравнению с последними, поэтому, когда в воздухе вспыхнуло пламя, оно сожгло большинство из них дотла ещё до достижения цели, однако, они продолжали бросаться, даже если почти всех их ждала погибель от мощи вражеского оружия.

Наследные сокровища уровня культов взрывались с ужасающей силой в руках горных исполинов, превращая каменных гигантов в порошок, который затем покрывал землю слоем пыли.

Тем не менее, довольно многим каменным гигантам всё же удавалось приземлиться на тела исполинов и даже подняться до их плеч и голов.

Ученики Дворца Истинных Небес исполняли свои божественные искусства на пределе возможностей, будто столкнулись с величайшим врагом. Они отнимали духов у наступающий каменных гигантов, и те тут же падали вниз, превращаясь в груды камней.

Нок… цок… нок… Уууу!..

Землю залил сильный дождь из зелёных капель, между тем молнии и гром сотрясали небо. Ядовитая буря, созданная практиками божественных искусств семей Му и Фу, дала о себе знать. Внутри неё даже потрескивали зелёные, явно ядовитые молнии. Смешавшись с дождём, они танцевали по вершинам всех исполинов.

Вылетело ещё больше женщин из Дворца Истинных Небес, и бесчисленные духовные оружия в виде золотых и серебренных браслетов всевозможных форм устремились вперёд, рассредотачиваясь среди гор. Вращаясь, они притягивали к себе молнии и дождевую воду, после чего, удерживая их внутри себя, отправляли вниз по склону горы.

Тёмные тучи заклокотали, порождая внутри себя множество ветряных воронок, заюливших в сторону разного рода браслетов.

Женщина, под чьим контролем была Бусиной Чёрной Черепахи, задействовала её на полную, обрушив на тучи море, тут же поглотившее собой как молнии, так и воронки!

— Убить! — крики доносились со стороны Цинь Му, огромные катапульты шагнули на несколько километров вперёд, прежде чем снова присесть. Женщины прыгали на них и бросались в бой.

Между тем множество союзных горных исполинов вышли вперёд, чтобы сразиться с вражескими горными исполинами, охранявшими местную священную обитель.

Десятки тысяч учеников стояли на них, используя духовное оружие в борьбе против учеников Дворца Истинных Небес.

Бесчисленное количество лоз простирались с неба и устремлялись к исполинам. Женщины из семьи Си ступали на лозы и, проходя мимо гор, нападали на женщин Дворца Истинных Небес, в то время как их лозы обвивали горы.

Бух…

Гора в форме пагоды придавила и раздавила огромное количество представительниц семьи Си. Однако ни у кого не было времени грустить. Те, кто выжил, взяли под контроль длинные реки, которые были похожи на Драконов Наводнения, и отправили их в горы. Они столкнулись с водопадом и длинной, спускающейся с самой вершины горы рекой. Множество водных великанов стояли на берегу той реки, вооружившись ножами и клинками, сделанными из таинственного льда. Завязалась кровожадная битва.

Земля перед Дворцом Истинных Небес стала огромным полем битвы Асуры, и воинами в нём были очаровательные женщины.

— Толстяк, защищай Ци’эр! — Цинь Му прыгнул на камень, которым управляла Хэ Ии. Огромный город Бамбука уже разлетелся на куски и превратился в поток огромных валунов, поднимающихся в небо.

Глава 465. Молния над Западными Землями

Огромное каменное построение непрерывно изменялось, его бесчисленные кубы перестраивались, формируя гигантский механизм, мчащийся в сторону битвы.

Цинь Му стоял на одному из камней, поднимаясь и опускаясь в такт с его колебаниями. Он наблюдал за непрерывным движением построения, которое то выстраивалось в стену, то рассеивалось, будто дым на ветру.

Достижения Хэ Ии в навыках построений были чрезвычайно высокими. Город Бамбука вступил в битву под её контролем, пробивая дорогу для практиков божественных искусств семьи Хэ, идущих следом.

Бум!

Горный исполин бросился наперехват, орудуя чрезвычайно странным оружием. Оно напоминало толстую булаву в форме горы, обвешанную колоколами всевозможных размеров. Впрочем, даже самый маленький из них был невообразимо огромен.

Исполин со всей силы ударил булавой о город Бамбука. В момент столкновения все колокола зазвенели, испуская ударную волну, которая обратила в порошок бесчисленное количество камней и валунов.

Хэ Ии тут же изменила своё построение, и огромное количество камней намертво вцепились в булаву исполина. В мгновение ока они полностью покрыли ужасающее оружие, отчего звук колоколов затих.

Горный исполин прилагал все усилия, пытаясь поднять булаву над землёй. Впрочем, до того, как ему это удалось, он заметил, что камни перебираются с оружия на его руку.

Хэ Ии вновь изменила построение, выплёскивая всю его силу, что мгновенно разрушило руку исполина, который, казалось, ничего не ощутил, и, будто ничего и не произошло, мгновенно протянул вторую руку в хватающем движении. Дотянувшись к каменному построению, он попытался схватить девушку, но и на его вторую конечность быстро набросились громадные валуны. Его ладонь становилась всё больше и тяжелее.

— Навыки построений семьи Хэ невероятно выдающиеся! — похвалил Цинь Му, неожиданно выпрыгивая из города Бамбука. Приземлившись на руку исполина, он вновь подпрыгнул, будто взлетая, быстро двигаясь к голове гиганта.

На вершине горы было ещё одно поле битвы, где практики божественных искусств Дворца Истинных Небес столкнулись с воинами из семьи Гун. Между двумя сторонами разгорелась ожесточённая битва, впрочем, ни одна из них ещё не успела заполучить перевес.

Мчась к ним, Цинь Му взмахнул рукой, отчего в воздухе разразился шар серебряного света, которым оказалась пилюля его меча. Поднявшись в небо, она начала неистово вертеться, выстреливая бесчисленными мечами. Превращаясь в лучи света, они ринулись в толпу сражающихся.

Все семнадцать форм меча высвободили свою силу, демонстрируя бесчисленные превращения. Исполняя всевозможные приёмы, восемь тысяч лезвий поглотили женщин на вершине.

В следующий миг Цинь Му спрыгнул с горы. Восемь тысяч мечей за его спиной разгоняли тучи, будто ветер мчась обратно к нему. С оглушительным звоном они сложились обратно в пилюлю и зависли над его головой.

Безжизненные тела практиков божественных искусств Дворца Истинных Небес повалились на землю на вершине горы. На ногах осталось стоять лишь женщины из семьи Гун.

Падающего Цинь Му подхватил травяной дракон на полпути к подножию. На голове существа стояла глава Си Юйтин, из-за спины которой постоянно выстреливали виноградные лозы, извиваясь, будто змеи.

Они росли с неистовой скоростью, цветя и плодонося. Огромное количество лоз переправляли практиков божественных искусств семьи Си на тело горного исполина, цепляясь корнями за валяющиеся вокруг валуны.

Практики божественных искусств исполняли свои техники, проращивая в телах противников травы, деревья и лозы, и раскалывая их на части.

Внезапно из Бусины Красной Птицы распространись ужасающие толчки, и из артефакта вылетела громадная птица. Волна испепеляющего пламени мгновенно понеслась в сторону Си Юйтин, стоящей среди гор.

Девушка возвышалась над головой травяного дракона, исполняя заклятие. Оно окутало её зелёным светом, который быстро материализовался в шар из растительности, готовясь столкнуться с огненной волной.

В следующий миг зелёный шар загорелся от испепеляющей волны. К тому времени, как она прошла, от него остались лишь очертания.

Затем он раскололся, и Цинь Му вместе с Си Юйтин взмыли в небо, поднимаясь всё выше и выше на виноградной лозе.

В какой-то момент Цинь Му спрыгнул с лозы, рассекая воздух в полёте. Протянув руки к пилюле меча, он достал из неё меч Беззаботный. Тысячи мечей постепенно сливались с его лезвием, быстро увеличивая его в размерах.

Скорость, с которой падал Цинь Му, становилась всё выше и выше, а аура усиливалась вместе с ней. В следующий миг прозвучал взрыв, причиной которому послужило его приземление на горную вершину. От удара такой мощи невообразимо громадный горный исполин даже споткнулся и поднялась ужасающая взрывная волна, сдувая прочь большинство практиков божественных искусств Дворца Истинных Небес.

На вершине остались лишь мастера областей Семи Звёзд и Небожителя.

Шум от удара долго не затихал, воздух продолжал гудеть и дрожать. Лезвие Беззаботного ещё не остановилось, вгрызаясь в голову гиганта.

Бум!

В следующий миг внутри горного исполина раздался звон, и на поверхности вершины засияла трещина. Несмотря на то, что Цинь Му не удалось разрубить голову напополам, сила его удара оказалась немалой.

Когда Беззаботный рубанул во второй раз, из него вырвались бесчисленные мечи, ринувшись вперёд. Восемь тысяч летающих лезвий немедленно угрожающе засвистели в воздухе, несясь от одного края вершины к другому, и отрубленные конечности посыпались на землю, будто дождь. Но ещё до того, как они успели упасть, Цинь Му уже устремился вперёд. Свет его мечей вспыхнул, набрасываясь на двух практиков области Небожителя из Дворца Истинных Небес.

Парню удалось застигнуть женщин врасплох, к тому же они уже получили серьёзные ранения. Оказавшись на столь близком расстоянии, троица начала порхать вокруг друг друга, будто бабочки. Однако, как ни крути, а двое женщин были мастерами области Небожителя. Несмотря на то, что они не владели навыками ближнего боя и были ранены, они имели перевес в плотности своего совершенствования, значительно превосходя его по этому параметру, и вскоре они вернули себе контроль над ситуацией.

Исконные духи женщин вырвались наружу. Поднимаясь в воздух, собираясь наброситься на Цинь Му, как вдруг они наткнулись на травяных драконов, прилетевших снизу. Увеличивших в размерах, существа обмотались вокруг ног парочки, обездвиживая их.

Цинь Му взлетел ввысь, в то время как на голову горного исполина приземлилась глава Си Юйтин. Женщина с удивлением обнаружила красную точку между бровей валяющихся вокруг врагов. Меч Беззаботный проткнул их тела, разрушая мозги.

Си Юйтин приземлилась лишь на мгновение позже Цинь Му, но за это время тот уже успел разобраться со всеми практиками божественных искусств Дворца Истинных Небес, находящимися на вершине. Остались лишь два мастера области Небожителя.

Женщина прекрасно понимала, что если два мастера подобного уровня высвободят свои исконные духи, то юноша определённо не окажется для них серьёзным противником и скорее всего погибнет, поэтому она и вмешалась, обездвиживая их тела. Но она совсем не ожидала, что юноша сможет так быстро закончить битву. В тот миг, как она приземлилась на вершину горы, двое мастеров области Небожителя уже были мертвы.

Оглянувшись, она увидела, как он бежит по небу. Бесчисленные мечи выстраивались под ногами парня, прокладывая ему дорогу в воздухе и унося вдаль.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа и вправду необычен! — удивлённо воскликнула Си Юйтин.

Цинь Му стремительно мчался ко второму горному исполину, когда из Дворца Истинных Небес вырвалась ужасающая аура. Из него вылетели по-настоящему сильные эксперты, присоединяясь к битве.

«Во Дворце Истинных Небес не так уж и мало экспертов. Скорее всего это старейшины, вышедшие, чтобы убить глав собравшихся здесь семей», — как только эта мысль посетила Цинь Му, его взгляд заметил Му Инсюэ, стоящую на белом облаке. За спиной девицы свои божественные искусства исполняла Фу Юньси, посылая тучи навстречу экспертам, мчащимся на них.

Спрятав свой меч, парень исполнил Божественные Ноги Небесного Расхитителя, с невероятной скоростью бросаясь на помощь. Спустя несколько мгновений, он уже стоял на облаке рядом с Му Инсюэ.

—Ты отравляй, а я буду дополнять!

Они переглянулись, улыбаясь друг другу.

Парочка столкнулась с сильнейшими практиками Дворца Истинных Небес, старейшинами, находящимися в области Жизни и Смерти или даже выше. Их исконные духи вылетели наружу и, приняв облик четырёх духовных тел, бросились на Цинь Му и Му Инсюэ.

Щёлкая пальцами, девушка использовала яд, а парень добавку. Последняя поднимала токсичность вещества, после чего оно уносилось в сторону старейшин Дворца Истинных Небес вместе с потоком туч, находящихся под контролем Фу Юньси.

Море облаков бушевало, потопляя в себе старейшин Дворца Истинных Небес вместе с их исконными духами.

Владея невероятной силой, противник делал всё возможное, пытаясь разогнать поток туч. Но вскоре выражения на лицах женщин резко изменились, ведь они заметили, что их плоть начинает растворяться, а исконные духи рассеиваться. Спустя несколько вдохов времени они превратились в груду иссохших костей, полетевших донизу.

Против третьего и четвёртого в мире экспертов пути ядов, работающих вместе, не могли выстоять даже боги, не говоря уже о каких-то стариках.

Цинь Му и Му Инсюэ разделились, отправляясь в сторону других горных исполинов.

Бум!

Горный исполин рухнул и, ударившись о землю своим непомерно гигантским телом, создал оглушительные толчки. Практики божественных искусств семьи Хэ разразились радостными криками, вслед за которыми послышался ещё один громкий взрыв. Очередной горный исполин был повержен.

Влиятельны семьи работали вместе с покрасневшими от резни глазами. Как только горный исполин уничтожался, семья Фан разбирала его на части, превращая в сотни меньших холмовых гигантов, которые немедленно начинали сражаться на их стороне. Вместе с построениями семьи Хэ, метеорологическими атаками семьи Фу, растениями семьи Си, широкими реками семьи Гун, ядами семьи Му и навыками меча семьи Ло, сила восставших постепенно увеличивалась.

Битва постепенно затихла, на поле боя осталось стоять несколько тысяч холмовых гигантов. Бесчисленные восставшие практики божественных искусств задыхались, стоя в окружении огромных валунов. Горный исполины Дворца Истинных Небес наконец были повержены.

Десятки тысяч женщин подняли головы, смотря на возвышающийся над ними Дворец Истинных Небес.

Они, наконец, смогли исполнить первый этап своего плана. Разобравшись с силами священной обители, они были готовы вступить в место, олицетворяющее власть Западных Земель!

Несмотря на то, что жертвой этой затеи стали тысячи их сестёр, свержение Дворца Истинных Небес было огромным достижением, оправдывающим любые жертвы!

Дворец Истинных Небес поглотила тишина. Но внезапно из него донёсся звон золота и метала. Постепенно, наружу начала вырываться аура бога, становясь всё сильнее и заметнее. Распространяясь во все стороны, она начала подавлять практиков божественных искусств из влиятельных семей. От давления, им было тяжело даже дышать.

Звон метала становился всё громче и громче. Наконец, сквозь дворцовые ворота вышла золотая статуя с закрытыми глазами. Её тело было крепким и высоким, имея более тридцати метров в высоту, а руны на её поверхности непрерывно мерцали ярким светом.

Статуя открыла глаза, и в небе засиял божественный свет, постепенно опускающийся на землю. Она напоминала ожившего бога!

Спустя несколько минут, сквозь ворота вышла вторая статуя, а за ней третья, четвёртая и пятая… Всего семь статуй вышли из Дворца Истинных Небес, встав перед его воротами. Божественный свет их глаз озарил всё вокруг.

Это были статуи богов, разбуженные техниками пробуждения духов. Пройдя через бог знает сколько лет молитв и ритуалов, они обрели невероятную силу, подобную божественной.

Из дворца донёсся оглушительный звон, с которым наружу вышли десятки тысяч практиков божественных искусств семьи Юй. Дворцовый Мастер подошла к воротам, наблюдая за стоящей внизу армией повстанцев, и на её лице появилось презрительное выражение.

Кровь в жилах людей внизу застыла. Более десяти тысяч их сестёр погибли или были ранены лишь для того, чтобы разобраться с горными исполинами, охранявшими это место. Но гиганты оказались лишь внешней защитой Дворца Истинных Небес. Внутри хранилась ещё более ужасающая сила!

Семь статуй богов скорее всего хватит, чтобы полностью истребить все влиятельные семьи!

А с десятками тысяч сильных практиков семьи Юй, сражающихся вместе с ними, повстанцев ждало лишь поражение!

Цинь Му оглянулся, увидев отчаяние в лицах Хэ Ии, Фан Цайде и Ло Иньюй.

Подойдя к Фу Юньси, он спросил:

— Сестра Юньси, ты умеешь контролировать погодные явления. Управлять молниями тебе тоже под силу?

Женщина кивнула и грустно проговорила:

— Моя семья искусно управляет погодой, и молниями в том числе. Однако, после этой битвы, метеорологические техники Западных Земель, вероятно, будут утеряны…

Цинь Му улыбнулся:

— Сколько молний вы можете контролировать одновременно?

Фу Юньси была слегка ошеломлена, бросая на парня вопросительный взгляд.

Достав гнездо истинного дракона, он торжественно проговорил:

— Жирдяй, иди сюда.

Цилинь немедленно подбежал. Цинь Му взобрался на его спину и, вынув из гнезда Кувшин Пяти Гроз, положил артефакт на его голову.

Зверь почувствовал, как его кости дрожат от страха, и истерично захихикал:

— Владыка Культа, Император Людей, старый мастер Цинь! Зачем ты это делаешь? У меня хрупкое телосложение и слабые кости! Разве я могу выдержать удары десяти тысяч молний?

— С помощью экспертов семьи Фу тебе ничего не грозит! Поднимайся и полетели, — утешил Цинь Му.

Неконтролируемо дрожа, дракономордый наступил на огненное облако, взлетая.

Юноша торжественно проговорил:

— Сестра Юньси, прикажи всем последователям семьи Фу следовать за мной!

Дворцовый Мастер Истинных Небес улыбнулась, увидев, как цилинь с Цинь Му на спине летят в её сторону. Цинь Му улыбнулся ей в ответ и в следующий миг подбросил свою пилюлю меча в воздух. Взорвавшись, они выпустила восемь тысяч лезвий, одновременно вонзившихся в Кувшин Пяти Гроз!

Глава 466. Старый Интриган

В тот момент, когда восемь тысяч летающих мечей поразили Кувшин Пяти Гроз, мир стал несравнимо тихим. Даже летающие мечи не издавали ни звука. Как вдруг пространство над метеорологическим артефактом взорвалось, и выстрелила молния. Её чёрный разряд потянулся вверх и, развернувшись огромной сетью, затопил собой небо.

Стоя перед воротами дворца, Дворцовый Мастер Истинных Небес увидела чёрную молнию, похожую на обнажающего клыки и размахивающего когтями Дракона Наводнения. В следующий миг молния разделилась на части, начиная напоминать целый выводок вьющихся вокруг друг друга и устремившихся вверх Драконов Наводнения. Не успела она и глазом моргнуть, как небо заполонили десяти тысяч молний, вскоре разделившихся на сотни миллионов Драконов Наводнения.

Несравнимо яркое облако сформировалось перед Дворцом Истинных Небес. Между тем Кувшин Пяти Гроз взмыл в небо, выпуская молнии, непрерывно вливающиеся вверх в грозовое облако, в то время как несколько тысяч женщин под командованием Фу Юньси исполнили свои божественные искусства, направляя грозовую погибель ко дворцу.

Выражение лица Дворцового Мастера резко изменилось, и она схватилась за Бусину Чёрной Черепахи, которую использовала одна из старейшин семьи Юй. Однако, прежде чем она успела использовать её, ужасающее грозовое облако уже достигло Дворца Истинных Небес. Где бы оно ни проходило, видения, сформированные Бусинами Белого Тигра, Красной Птицы и Чёрной Черепахи, разрушались.

Море испарилось, огонь погас, металлическая гора рассыпалась.

БУМ!

Первый разряд молнии достиг местной священной обители, попадая прямо в статую бога. Удар был подобен искре, падающей в кипящий котёл с маслом, мгновенно воспламеняя всё внутри. Вслед за первой молнией последовали миллионы остальных. Они испещряли собой небо, атакуя Дворец Истинных Небес!

— Божественный Щит Чёрной Черепахи! — закричала Дворцовый Мастер, активировав Бусину Чёрной Черепахи находясь на грани жизни и смерти.

Огромный щит чёрной черепахи закрыл собой Дворец Истинных Небес.

ТУДУМ!

Бесчисленное количество молний поразили щит, и он начал сжиматься, с каждым новым ударом теряя в прочности. Дворцовый Мастер отхаркивала кровью, упорствуя в попытке защитить своих людей, но вскоре Божественный Щит Чёрной Черепахи был уже не в состоянии защитить всех учеников Дворца Истинных Небес. Грозовое облако проникло внутрь, обращая множество женщин в дымку!

Даже статуи бога, чьи ауры были близки к аурам богов, не могли выстоять против грозы. Их попытки сразить облако приводили лишь к тому, что их конечности плавились и превращались в растекающиеся по сторонам золото и медь!

Смотря издалека, Сюн Ци’эр увидела, что Дворец Истинных Небес был окружён молниями, от разрядов которых он стал несравненно ярким. Всё это время она должна была использовать Бусину Зелёного Дракона для борьбы с тремя другими великими духовными сокровищами, но как только грозовое облако уничтожило их силу, давление на неё значительно уменьшилось, и она наконец-то могла передохнуть.

— Ци’эр, атрибут зелёного дракона — молния, — Сюн Сиюй внезапно появилась позади неё, мягко добавив. — Давай используем Бусину Зелёного Дракона, чтобы уничтожить наших врагов раз и навсегда.

— Мама! — Сюн Ци’эр была одновременно удивлена и восхищена, между тем Сюн Сиюй тепло улыбнулась, взяв её за руки. Они вместе держали Бусину Зелёного Дракона, смотря друг на друга. — Смерть семьи Сюн должна быть отомщена смертью врагов!

Безграничный зелёный свет вырвался из бусины и превратился в зелёного дракона, бросившегося к грозовому облаку. Мощь молний резко возросла.

«Вот и настал конец для семьи Юй…» — увидев это, сердце Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес впало в отчаяние. Божественный Щит Чёрной Черепахи разлетелся на куски, и гроза уничтожила её вместе с последователями семьи Юй.

Внезапно разошедшуюся не на шутку стихию пронзил свет меча. Ба Гоу прорвался через неё и направился прямо к Сюн Сиюй. Его меч, навыки и путь, казалось, были совершенны, сметая всё перед собой. Даже грозовое облако было разрезано на части, не будучи способным причинить ему какой-либо вред!

Свет меча был несравнимо быстр и выглядел так, будто пришёл из неизведанного пространства. Молнии превращались в незначительные искры, и даже самая яркая из них не могла затмить свет, вырвавшийся из меча. Однако, прежде чем тот достиг Сюн Сиюй и её дочери, внезапно появился другой свет меча, со звоном заблокировавший его.

— Имперский Наставник? — улыбнулся Ба Гоу. — Я уже давно был в курсе, что ты в Западных Землях, у тебя вульгарный характер, и ты всегда прячешься в темноте. У тебя ещё не было шанса напасть на меня, верно? В конце концов, я заставил тебя появиться.

Имперский Наставник, одетый во всё зелёное, подходил, ступая по воздуху, как по ровной земле. Совершенно не проявляя эмоций, он держал в правой руке меч, в то время как левую завёл за спину, исполняя Секреты Сжатия Меча.

Ба Гоу был одет в белое, и у него тоже была рука за спиной, исполняющая Секреты Сжатия Меча.

Две фигуры двигались вверх-вниз во время грозы, и даже при том, что звук грома был невероятно грохочущим, он не мог заглушить столкновения мечей. Звон был похож на непрерывно звенящие бусины, падающие в нефритовую тарелку.

Немногим ранее. Сила притяжения Кувшина Пяти Гроз тянула Цинь Му и цилиня к божественным молниям. Даже жирный зверь, казалось, весил не больше пылинки, будучи притягиваемым электрическим током. Он беспомощно трепыхался, но схватиться было не за что. Парень тоже чувствовал, что стал несравненно лёгким. Его волосы вздыбились ровными концами во все стороны, пока среди них потрескивали и беспорядочно танцевали молнии. Он даже чувствовал, что особенно мелкие молнии плясали меж волос всего тела, как вдруг его ударила ужасающая сила. Казалось, что он был пронзён иглами Бессмертного Белого, заставившими всё его тело ныть от боли.

Он тут же исчерпал всю свою энергию, чтобы исполнить навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, но лучи молнии заполнили его глаза, из-за чего ему едва удавалось разглядеть цилиня, чья грива тоже растопырилась острыми иголками во все стороны, а чешуйки встали дыбом. Молнии плясали по ним, отскакивая вперёд-назад.

Цинь Му достал истинное драконье гнездо, чей вес тут же придавил его, заставив невольно хрюкнуть от натуги. Тем не менее, он, наконец, подавил притяжение молний, и его тело рухнуло с неба, в итоге шмякаясь на цилиня.

Обеими руками держась за драконье гнездо, он использовал его вес, чтобы спастись от непреодолимого притяжения. Достигнув безопасного отдаления, он поднял голову и взглянул на небо. Кувшин Пяти Гроз поднимался всё выше и выше, в то время как его восемь тысяч мечей, казалось, застыли во времени и порхали вокруг него. Молнии проходили сквозь них особенно часто, отчего казалось, будто они были громоотводами.

Летающие мечи стали красными от ужасающей энергии, вливаемой в них, и Цинь Му забеспокоился… Смогут ли они выдержать воздействие божественных молний Кувшина Пяти Гроз?

Окончательно освободившись от притяжения молний, когда зелёный свет озарил собой небо, он поднял голову и увидел, как Бусина Зелёного Дракона выстреливает из грозового облака.

— С семьёй Юй покончено… — пробормотал парень.

Гром был настолько громким, что ему даже не удалось услышать своих собственных слов. Затем он увидел летящего Ба Гоу, а позади него Имперского Наставника.

Зелёная и белая фигуры сражались друг с другом в грозовом облаке.

— Старый интриган! — процедив сквозь зубы, Цинь Му стал наблюдать за битвой двух великих экспертов. Он видел, что они не использовали божественные искусства навыков меча, а держали мечи в своих правых руках, а левой исполняли Секреты Сжатия Меча.

Их движения были чрезвычайно быстрыми и трудно различимыми, секреты меча за их спинами непрерывно менялись, как будто они что-то рассчитывали.

Цинь Му был весьма удивлён. Изменения в них были слишком быстрыми, чтобы ему удалось их ясно разглядеть. Он мог лишь попытаться запомнить изменения жестов, смутно чувствуя, что их секреты меча были чрезвычайно важны.

Их битва, казалось, уже достигла определённой степени простоты. В их навыках меча не было никаких непредсказуемых изменений, только несколько основных форм. Однако, каждая атака заставляла пространство вокруг мечей вибрировать.

За заслоном вибрации едва можно было разглядеть их божественные искусства.

Путь меча был вне понимания Цинь Му.

«Как и ожидалось от психопата, который появляется раз в пятьсот лет. Его достижения на пути меча действительно прогрессируют невероятно быстро!» — юноша изо всех сил старался запомнить несколько секретов меча, как вдруг статуи бога бросились в грозовое облако. Работая как единое целое, они взорвались ужасающей аурой бога, чтобы разогнать грозовое облако. Множество молний незамедлительно хлынуло вниз, ударяя во всё вокруг.

Семь статуй разлетались в клочья, но всё ещё были переполнены боевой мощью и пытались достичь Имперского Наставника. Мужчина, казалось, совершенно не знал об этом и продолжал сражаться с Ба Гоу, в то время как Сюн Сиюй подхватила Сюн Ци’эр. Они подняли Бусину Зелёного Дракона, из которой вырывался зелёный свет, тут же озеленивший тела всех статуй бога и заморозивший их в воздухе.

Внезапно одна озеленившаяся статуя повернула шею, и странная улыбка появилась на её лице. Она протянула руку, и Бусина Зелёного Дракона вылетела из рук Сюн Ци’эр против её воли, устремляясь прямо к руке статуи:

— Маленькая девочка, спасибо!

Сюн Ци’эр была ошеломлена, потеряв контроль над бусиной, Сюн Сиюй почувствовала, как холод пробежался по её спине:

— Осторожно! Это бог Дворца Истинных Неб… — не успев закончить фразу, из головы Имперского Наставника вырвались разноцветные огни. Летающий мост, прорвав воздух, казалось, был способен достичь немыслимых мест. Безграничный божественный свет будто шёл из конца времени и пространства, заполняя девять небес. В конце моста располагались едва различимые взору небесные дворцы.

Исконный дух Имперского Наставника вырвался из туманного небесного дворца и ступил на божественный мост. Его меч пролетел, казалось бы, не обращая внимания на пространство. Свет меча прошёлся сквозь время, и в тот момент, когда статуя бога схватила Бусину Зелёного Дракона, исконный дух проник в её лоб, а из затылка уже вышло лезвие.

Кровь капала со лба “статуи бога”, в то время мозг вытекал с затылка. Судя по всему, это была и не статуя вовсе, а живое существо!

Безразличное лицо Имперского Наставника наконец расплылось в улыбке, когда его исконный дух вновь взмыл в воздух. С рукой за спиной и рукой, держащей меч, он кружил вокруг Ба Гоу:

— Ты никогда не был моей целью.

Вшух, вшух, вшух!

Имперский Наставник атаковал своим исконным духом с двух сторон, и со вспышкой его меча конечности Ба Гоу посыпались с неба.

В самом конце он занёс меч, отрубая голову клона истинного бога.

— Божественный Мост! — с тревогой, вскрикнул Цинь Му.

Имперский Наставник был, без сомнения, святым, который появляется раз в пятьсот лет. Прошло всего полгода с тех пор, как Цинь Му и остальные создали модель пространственной математики божественного моста, а ему действительно удалось восстановить его!

«Старый интриган, ты закончил “ремонтировать” свой божественный мост и вошёл в небесный дворец, ты по праву можешь считаться богом, но до сих пор прячешься по углам и плетёшь интриги против людей…» — мысленно проклинал его юноша, пока позади него раздавались крики женщин.

Под руководством глав семей, практики божественных искусств всех влиятельных семей захватили Дворец Истинных Небес.

Му Инсюэ прошла мимо Цинь Му, тихо сказав:

— Пока Имперский Наставник жив, не смей поднимать восстания. Ты не сможешь перехитрить его!

Проходя мимо, Хэ Ии тоже прошептала:

— Если ты поднимешь восстание, то умрёшь быстрой смертью! Имперский Наставник слишком хитёр!

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать, подумав про себя: «Я даже и не думал о восстании. Однако, должен признать, Имперский Наставник действительно хитёр».

Глава 467. Небесный Дворец

Цинь Му взлетел в небо, увидев, что вибрации Кувшина Пяти Гроз постепенно утихают. Вместе с членами своей семьи, Фу Юньси уводила оставшиеся разряды вдаль.

— Владыка Культа Цинь, твои мечи! — прокричала девушка.

Цинь Му призвал лезвия своих мечей обратно, собирая их в пилюлю размером с мандарин.

— Почему пилюля стала такой маленькой? — был слегка ошеломлён Цинь Му.

Он собрался схватить артефакт, когда его остановили женщины семьи Фу:

— Владыка Культа Цинь, не двигайся!

Цинь Му неподвижно замер, в то время как женщины начали неразборчиво бормотать что-то себе под нос. Внезапно из его тела вылетели разряды молний, вытащенные их заклятием.

— В твоём теле осталось несколько молний. Ты ни к чему не прикасался, поэтому их сила не освободилась, — проговорила одна из девиц. — Но если бы ты прикоснулся к какому-то предмету, она мгновенно бы вырвалась наружу. Молнии в той горлянке божественные, и владеют ужасающей силой. Теперь, когда мы извлекли их наружу, можешь двигаться.

Цинь Му отблагодарил их, как вдруг услышал гудение грома и треск молний по соседству. Повернувшись к источнику звука, он увидел, что цилинь попытался встать на огненное облако, чтобы взлететь, но в тот самый миг, как его лапа коснулась поверхности огней, раздался громкий взрыв, с которым наружу вырвалась энергия молний.

Разряды, вырвавшиеся из тела цилиня, хрустели, ударяя во всё вокруг. Огромный жирдяй напоминал шаровую молнию, подпрыгивая вверх-вниз, и спустя несколько вдохов времени полностью обуглился.

Девушки из семьи Фу в спешке бросились к нему, в то время как Цинь Му притворялся, что ничего не заметил. Вместо этого он протянул руку, хватая пилю меча. Её вес совсем не изменился, но размер значительно уменьшился. Теперь она помещалась в его ладони и ею было намного легче управлять, отчего он не смог сдержать свою радость: «Обработав свою пилюлю с помощью Кувшина Пяти Гроз я значительно её улучшил. Ещё немного, и мне удастся превратить меч в воду!»

— Владыка, разве ты не обещал, что я не пострадаю? — из рта зверя клубился чёрный дым. Юноша притворился, что ничего не услышал и, спрятав Кувшин Пяти Гроз в истинное драконье гнездо, отправился во Дворец Истинных Небес.

— Владыка!

Цилинь собирался броситься за ним вдогонку, но был остановлен толпой девушек из семьи Фу:

— Не двигайся, толстый. Твоё тело невероятно большое, и ты касался Кувшина Пяти Гроз, поэтому внутри тебя очень много разрядов. Если продолжишь носиться туда-сюда, тебя может убить насмерть!

Зверь немедленно остановился, заискивающе улыбаясь:

— Сестры, моя внешность ведь не пострадала? У меня самая красивая и величественная чешуя в мире, я не могу допустить, чтобы она пострадала!

— Ээм… — девушки бросили на него проблемные взгляды.

Заподозрив неладное, зверь попытался повернуть голову, чтобы осмотреть своё тело. Впрочем, он всё ещё был невероятно толстым и из-за чрезмерной толщины шеи не смог этого сделать.

Имперский Наставник Вечного Мира приземлился перед вратами Дворца Истинных Небес раньше всех. Вокруг этого места виднелись бесчисленные кратеры и обугленные тела, оставленные разрядами молний. Над ними до сих пор клубился чёрный дым, а в некоторых местах всё ещё бушевало пламя.

Дворцовый Мастер Дворца Истинных Небес распласталась на полу, смотря на мужчину средних лет, идущего ей навстречу. Слабым голосом она умоляла:

— Я беременна. Пожалей ребёнка в моей утробе, не убивай меня…

Подойдя поближе, Имперский Наставник равнодушно ответил:

— В семье Сюн тоже было много беременных женщин, погибших от твоей руки.

Дворцовый Мастер ошеломлённо застыла, между тем ко дворцу подошла Сюн Сиюй с дочерью. Заметив их, уголки её глаз дрогнули:

— Най Куй, я беременна…

— В моей семье Сюн тоже было много беременных женщин, которых ты казнила.

В глазах Сюн Сиюй виднелась глубокая ненависть. Она выхватила Бусину Чёрной Черепахи из рук женщины на полу, прежде чем забрать у Сюн Ци’эр Бусину Зелёного Дракона. Низким голосом она продолжила:

— Ты проявила к ним хоть каплю милосердия?

Свет Бусины Зелёного Дракона полился на Дворцового Мастера Истинных Небес. Женщина хотела сбежать, но её мышцы и исконный дух одеревенели. В мгновение ока она превратилась в деревянное изваяние, на лице которого запечатлелось стремление бороться за жизнь.

Мрачно вздохнув, Сюн Сиюй взяла Сюн Ци’эр за руку, выходя из Дворца Истинных Небес:

— Я не стану тебя убивать, но и не отпущу просто из-за того, что ты беременна. Ты станешь деревянной скульптурой, и будешь вечно стоять на коленях перед воротами дворца.

Женщины из влиятельных семей вошли внутрь, убивая всех оставшихся членов семьи Юй. Цинь Му последовал за ними, обнаруживая, что дворец был невероятно большим, с огромным количеством широких аллей внутри. В его глубинах пряталось ещё много врагов.

Часть сильных практиков семьи Юй продолжали использовать Бусины Красной Птицы и Белого Тигра, отбиваясь. Сила двух артефактов была несравнимо великой, и несмотря на то, что совершенствование практиков, орудующих ими, не было слишком высоким, они всё равно извергали на противника огромную мощь.

Пробивая себе дорогу внутрь дворца, Цинь Му думал: «Паньгун Цо, эта мразь, должен всё ещё находиться во дворце, верно? Чего бы это ни стоило, на этот раз я не позволю ему уйти!»

Внезапно округу залил металлический свет, исходящий от женщины с металлической, полупрозрачной бусиной в руках. Внутри артефакта крылась душа белого тигра, и когда металлические лучи вырвались из него наружу, люди, на которых те попадали, мгновенно превращались в прах!

Юноша в спешке использовал пилюлю меча, окружаясь восемью тысячами лезвий. Под шум битвы вдали, лучи отбросили его вдаль вместе с ними!

Прежде чем остановиться, он несколько раз отскочил от земли. Придя в себе, он увидел, что пролетел несколько десятков метров.

«Бусина Белого Тигра!» — уклоняясь с такими мыслями, Цинь Му вбежал в огромный зал за миг до того, как комната, где он только что находился, полностью поглотилась металлическим светом.

Сфокусировавшись на лучах, он обнаружил, что они оставляли за собой след из металлической Ци. Женщины, погибшие от её попадания на них, были разрублены её невероятной остротой!

Схватившись за огромную колону, Цинь Му приложил невероятную силу, собираясь выдернуть её из земли, чтобы затем бросить в экспертов семьи Юй. Впрочем, колонна совсем не сдвинулась с места.

Недовольно ворча, парень приложил ещё больше силы, но ничего не изменилось.

— Владыка Культа Цинь, это Дворец Истинных Небес, — внезапно раздался голос Лю Чжэньцин. Слегка удивившись, он увидел, как внутрь зала влетают чёрные гробы, окружившие золотую могилу бога. Вытянув из рта леденец из боярышника, девочка с улыбкой продолжила. — Дворец Истинных Небес — Дворец с Настоящих Небес! Небесный Дворец!

Цинь Му удивлённо воскликнул:

— Что ты имеешь в виду?

— Этот дворец упал с небес, он подлинный, — Лю Чжэньцин выпрыгнула из гроба, втыкая в него леденец из боярышника. Затем она забралась на гроб золотого бога, начиная сдирать с него талисманы один за другим. — Быстро отойдите, старик сейчас выйдет наружу! Крепко держите цепи!

Пока она говорила, золотой гроб открылся, из него мгновенно вырвалась божественная аура, разразившись душераздирающим визгом. В сторону металлического света бросился величественный силуэт.

Бум!

В задней части дворца раздался громкий взрыв, вслед за которым послышались звуки жевания.

Лю Чжэньцин сильно нервничала, командуя людьми семьи Лю:

— Быстро тяните цепи обратно. Быстрее, тащите старика назад! Не бойтесь, у него во рту Бусина Белого Тигра, так что его сила подавлена! Быстрее! Двигайтесь!

Цепи гремели, бесчисленные практики тащили их обратно, сидя в своих чёрных гробах. Спустя некоторое время, бог снова оказался в могиле.

Существо боролось изо всех сил, пытаясь выбраться на свободу. Лю Чжэньцин и Лю Жуинь делали всё возможное, чтобы удержать его.

Маленькая девочка забралась на голову трупа, со всей силу ударив по его носу своим крохотным кулаком, крича:

— Выплёвывай! Быстро выплюнь её!

Щёки бога-трупа были вздуты, очевидно, он что-то припрятал у себя во рту, между тем он смотрел на девочку, будто собираясь её сожрать. Впрочем, его конечности были скованны цепями, поэтому он не мог двигаться.

У него во рту находилась Бусина Белого Тигра, которую он проглотил вместе с экспертом семьи Юй. Но как только артефакт оказался между его зубов, он ощутил ужасающую силу последнего.

Бусина не просто отказывалась спускаться вниз по горлу, но и почти захватила контроль над телом мертвеца.

Лю Чжэньцин продолжала колотить нос бога, пока тот не превратился в кровавую кашу. Наконец, у трупа не осталось сил бороться, и он открыл рот, выплёвывая в сторону девочки Бусину Белого Тигра вместе со сгустком трупного яда.

Хлоп!

Гроб закрылся, и Лю Чжэньцин в спешке прилепила талисманы обратно на место, прежде чем поднять с пола бусину. Засияв от радости, девочка запрыгнула в свой гроб и схватила леденец, продолжая его лизать. Улыбнувшись, она заговорила к Цинь Му:

— Брат Цинь, мы возвращаемся. Заходи поиграть в Долину Погребения Бога, когда будет время!

Громко рассмеявшись, юноша помахал им на прощанье.

— Идём! — крышка гроба громко закрылась, скрывая девочку с поля зрения. Впрочем, её переполненный гордостью голос всё ещё доносился изнутри. — Больше никаких сражений, возвращаемся в Долину Погребения Бога! Наша семья Лю пришла сюда не для того, чтобы свергнуть Дворец Истинных Небес. С Бусиной Белого Тигра мы тоже сможем стать священной землёй Западных Земель!

Многочисленные чёрные гробы полетели следом за девушкой, сопровождая её к выходу из Дворца Истинных Небес.

«Младшая сестра Лю Чжэньцин чрезвычайно талантлива, и, может быть, ей когда-нибудь даже удастся создать священную землю трупов, — Цинь Му продолжил двигаться в глубины дворца, думая про себя. — Впрочем, не стоит называть её младшей сестрой. Её возраст почти такой же, как у Лю Жуинь. Им обеим около пятисот лет».

Во дворце находилось ещё одно духовное сокровище, владеющее невообразимой силой. Бусина Красной Птицы продолжала сжигать дотла всё, к чему прикасалось её пламя.

Единственное, что оставалось неповреждённым, были стены Дворца Истинных Небес.

Люди из влиятельных семей непрерывно бросались прямо на её огонь. Было очевидно, что они хотят заполучить артефакт до того, как он окажется в руках Сюн Сиюй.

— А вот и Владыка Культа Цинь. — из соседнего зала навстречу Цинь Му вышел улыбающийся Имперский Наставник Вечного Мира, кивнувший в знак приветствия.

Шагая к нему, юноша с подозрением спросил:

— Имперский Наставник, с твоими нынешними способностями украсть три великих духовных бусины совсем не сложно, но ты не обращаешь на них внимания. Что ты ищешь?

— Историю, — двигаясь к соседнему зданию, расслаблено проговорил мужчина. — Сокровища Дворца Истинных Небес принадлежат Западным Землям, я не собираюсь за них сражаться. Для меня, несмотря на всю заманчивость артефактов, настоящую ценность несёт история Дворца Истинных Небес. Владыка Культа Цинь, не стоит сражаться из-за всяких мелочей или желания к власти. Идём со мной, и ты увидишь настоящую историю этого места, — договорив, он явно хотел, чтобы парень последовал за ним.

— Предложение Имперского Наставника очень заманчиво. К тому же, если я не смогу перебороть своё стремление к сокровищам, то разве не упаду в твоих глазах? — с такими словами присоединившись к мужчине, юноша отправился в соседний дворец.

Здания во Дворце Истинных Небес были величественными и завораживающими. Несмотря на то, что битва продолжалась, и повсюду сверкали божественные искусства и свистело божественное оружие, первый этаж совсем не пострадал.

— Секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Маленькая Нефритовая Столица —неудачники, но даже они записали свою историю. В таком случае, победитель определённо должен был сделать то же самое.

Имперский Наставник вошёл в зал, где пряталась группа последователей семьи Юй. Они мгновенно бросились в атаку, на что мужчина просто махнул рукой, и уже в следующий миг их сила будто потеряла всяческий смысл. Они попросту прилипли к стене, неспособные двигаться.

— Я уже видел историю, записанную сектой Дао, Монастырём Великого Громового Удара и Маленькой Нефритовой Столицей. Теперь пришёл черёд взглянуть на историю победителя.

Имперский Наставник махнул рукой во второй раз, и многочисленные женщины, прилипшие к стене, неконтролируемо подвинулись в сторону, обнажая фреску за своими спинами.

Рассматривая рисунки, Цинь Му увидел, что на них был изображён бог, спускающийся с небес над скоплением дворцов. Черты его лица сильно напоминали Ба Гоу.

На второй фреске Ба Гоу встречался с женщиной-богом, которая, по всей видимости, находилась с ним на равных, и приходилась мужчине противником.

— Она не кто иной, как основательница Дворца Истинных Небес, Матушка Истинных Небес, — на лице Имперского Наставника возникло задумчивое выражение. — Так как она находилась на равных с Ба Гоу, я не должен был убить её единственным ударом… Это странно…

Цинь Му был слегка удивлён, вспомнив деревянную статую бога, которую он встретил в пустыне. Её лицо сильно напоминало женщину на рисунках. Его взгляд упал на следующий рисунок, на котором уже не было Ба Гоу. На ней Матушка Истинных Небес использовала Бусину Красной Птицы, превращая землю в поглощённую огнём местность.

— Пылающая пустыня?! — прищурился юноша. Количество магической силы, которое требовалось, дабы превратить площадь в несколько десятков тысяч квадратных километров на полыхающую огнём пустыню, было невообразимо большим!

— Владыка, как ты думаешь, мне удалось бы убить кого-то с её способностями одним ударом?

Цинь Му вздрогнул:

— Она всё ещё жива!

Имперский Наставник Вечного Мира кивнул:

— Матушка Истинных Небес, которую я убил единственным ударом, скорее всего была лишь статуей бога. Её путь создания природы владеет тысячами преобразований, и она могла превращать горы и реки в живых существ, так что создание поддельного тела не должно составить ей труда. Неужели она где-то неподалёку?

Глава 468. Пир в Райских Небесах

У Цинь Му было жуткое чувство. Ему казалось, что Матушка Истинных Небес до сих пор прячется где-то во Дворце Истинных Небес, и если она сейчас нападёт на них, разве кто-либо сможет её остановить? Он не был уверен, сумеет ли Имперский Наставник совладать с ней, но был точно уверен, что ему самому она уж точно не по зубам!

Даже если Матушка Истинных Небес не сможет убить Имперского Наставника, она точно сможет убить его…

«На кого бы она напала первым?» — моргнул юноша. Починив свой Божественный Мост, Имперский Наставник стал представлять из себя ещё большую опасность, чем прежде. Он избавился от её поддельного тела и Ба Гоу, поэтому кому как не ему быть для неё настоящей угрозой?.. Вот только в пылающей пустыне её статуи неустанно нападали на него, а после этого именно по его вине произошло вторжение во Дворец Истинных Небес.

По сравнению с Имперским Наставником, ненависть Матушки Истинных Небес к нему, Цинь Му, Владыка Культа, Императору Людей, должна быть ещё выше!

«Я должен несмотря ни на что держаться рядом с этим старым интриганом. Пожалуй, так и поступлю!» — поглядывая на мужчину, думал юнец.

Имперский Наставник протянул руку, отодвигая Цинь Му в бок, чтобы тот ему не мешал, между тем женщины вновь скользнули по стене, раскрывая четвёртую фреску. На ней была запечатлена битва Матушки Истинных Небес с Кораблями Солнца и Луны.

Напав на Великие Руины, она спровоцировала битву. Затем отступив, она заманила Корабли Солнца и Луны к себе в пылающую пустыню, где ей и удалось уничтожить их.

Зрелище битвы на фреске было чрезвычайно величественным. Огромные сухопутные корабли перетаскивали по небу Солнца и Луны, в то время как на их бортах стояли Хранители коренастого, грубого телосложения с порочными, свирепыми физиономиями. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что они злые люди.

Тем не менее, Матушка Истинных Небес была не единственной, кто сражался против них — в небе были и другие боги, хоть и выглядели они все достаточно ничтожными, в то время как женщина была доблестной, неукротимой духом и сильной.

— Неужели Матушка Истинных Небес так сильна? — юноша не верил своим глазам.

— Позволь мне рассказать тебе одну историю, и ты поймёшь, что она не такая уж и сильная. Однажды Император вывел меня и министров на охоту, а когда мы поймали свою добычу, приказал художнику нарисовать картину, на которой тот запечатлел его слишком большим, — рассказывая историю, Имперский Наставник поднял правую руку и сделал двумя пальцами жест, чтобы показать свой размер на картине. — А я был таким маленьким. Император был неукротимым, в то время как министры и я выглядели незначительными. И среди всех них я был самым крошечным, не говоря уже о том, что художник нарисовал меня очень жалким и дьявольским, с хитрым и зловещим выражением лица. Император был зол, приказав художнику перерисовать картину, но в итоге получилось то же самое. В итоге нашему любимому Сыну Небес не оставалось ничего иного, кроме как приказать художнику убраться с глаз долой.

Цинь Му понял, что Имперский Наставник имел в виду, и улыбнулся:

— Человек, нарисовавший эту фреску, пытался подхалимничать, угождая Матушке Истинных Небес. Она не так сильна, как я предполагал, иначе зачем ей использовать поддельные тела?

— Несмотря на то, что её способности однозначно впечатляющие, а магия очень сильна, в её боевой мощи проглядывается очевидный недостаток в виде заклятий, до сих пор топчущихся на пути всех вещей, имеющих дух и душу. Если она не покажется, то я не смогу с ней ничего сделать. Но показавшись, её ждет только смерть, — уверенно проговорил мужчина, но вдруг сменил тему, предупреждая юношу. — Если у Императора Яньфэна есть много подхалимов, то разве не могут быть подобные у других верхушек власти? И хотя сами по себе такие люди не страшны, страшны их замыслы. Художник изобразил меня и министров крошечными, и это можно было понять, но он не должен был рисовать меня зловещим и хитрым, так как это было связано с его личной ненавистью. Он хотел воспользоваться шансом, чтобы повлиять на суждения Императора, заставив его думать, что я зловещий и хитрый. Он хотел использовать такой трюк, чтобы избавиться от меня и остановить реформу, — мужчина быстро перевёл взгляд на юношу. — У Владыки Культа Циня важное положение, даже Император иногда не может сравниться с тобой по авторитету. Ты должен быть осторожен, в твоём окружении определённо много людей, прячущих ножи возле своих пердящих задниц.

Цинь Му был на грани слёз и смеха… Прятать ножи возле пердящих задниц?..

Имперский Наставник имел тенденцию вести себя как утончённо, так и вульгарно. Ведя себя изящно, он мог ввязаться в дебаты с глухим и мясником, говоря о великом и прочих высших материях, но становясь вульгарным, он мог изрекать подобного рода фразочки.

Однако, Имперский Наставник сказал правду. Находящемуся у власти человеку в течение жизни приходится иметь дело со многими махинаторами со своими личинными непостижимыми мотивами, готовыми без зазрения совести нанести удар в спину. Его предупреждение было очень даже кстати.

— На фреске Матушке Истинных Небес помогают другие боги, но откуда они взялись? — Цинь Му осмотрел фреску, вглядываясь в других богов в попытке узнать их лица. Внезапно он заметил одно знакомое. — Это же Нефритовый Владыка! Могут ли эти боги быть богами Высших Небес? Нет, это невозможно!

Внезапно узнав другое лицо, он быстро достал свиток из своего мешочка таотэ и, осторожно развернув, приложил его рядом для сравнения с богом на фреске.

Имперский Наставник был слегка удивлён:

— Это рисунок уважения к душе, который ты тогда нарисовал?

— Он самый, — Цинь Му поднял голову, рассматривая фреску. — Божественное искусство уважения к душе, которое использует Паньгун Цо, довольно необычное. Когда он проявляет уважение к душе, за ним появляется видение бога. Я нарисовал его. Имперский Наставник, пожалуйста, посмотри, разве бог с моего рисунка не похож на бога с фрески?

Несколько раз проверив, мужчина кивнул. На лице юноши появилось сомнение, и он погрузился в глубокие раздумья, бормоча:

— Бог Паньгун Цо появлялся в этом мире, как и Матушка Истинных Небес. Первый основал Дворец Золотой Орхидеи, вторая же — Дворец Истинных Небес. В таком случае он всё ещё в этом мире? Если он по-прежнему жив…

Мурашки покрыли его тело, несмотря на то что ему не было холодно. Божественное искусство Паньгун Цо убивало того, кого он уважал. Если сам бог мог вытворять такое, то кто бы смог устоять перед ним?

— На этой фреске записана только история Матушки Истинных Небес, это не то, что мне нужно, — покачав головой, Имперский Наставник вышел из зала. — Если Дворец Истинных Небес действительно является частью Небесных Дворцов, то на фресках должна быть ещё более древняя история, а не только история Дворца Истинных Небес! Должен быть ещё один подобный зал!

Юноша последовал за мужчиной. Битва снаружи всё ещё продолжалась, ситуация была крайне запутанной. Все влиятельные семьи сражались за Бусину Красной Птицы, мощь которой была необычайно велика и ничем не уступала Бусине Зелёного Дракона.

Будучи одним из четырёх великих духовных сокровищ Дворца Истинных Небес, оно, само собой разумеется, спровоцировало нешуточную борьбу среди желающих его.

Цинь Му пришёл за Имперским Наставником в главный зал Дворца Истинных Небес и увидел, что фрески там отличались от других.

Мужчина стоял перед одной из них и спокойно смотрел на неё, как вдруг уголки его глаз дрогнули, а страх затопил молниеносно побледневшее лицо.

Юноша посмотрел на фреску, увидев необычайные Райские Небеса, на которых был запечатлён одетый как небесный император силуэт, приглашающий богов на пир, который жаждали посетить бесчисленные личности!

— Граф Земли! — сердце Цинь Му трепетало, когда он увидел среди богов рогатого Графа Земли!

Положение Графа Земли на фреске было чрезвычайно важным, но его лицо было едва различимым для взора.

И он был такой не один!

Это означало, что было много существ, похожих на Графа Земли!

На картине все боги были запечатлены в разных позах, нарисованные так ясно, что казалось они вот-вот выйдут и оживут. Художник, который нарисовал эту фреску, был невероятно талантлив.

Цинь Му осмотрел богов, но не нашёл никаких признаков Матушки Истинных Небес или даже Ба Гоу:

— Матушка Истинных Небес в то время ещё не родилась?

Уголки глаз Имперского Наставника всё ещё дрожали, и он прохрипел:

— Это Райские Небеса… Неудивительно, что Эпоха Императора-Основателя канула в лету…

Цинь Му схватил его за руку, он весь дрожал. Страх и нерешительность можно было увидеть в глубине его растерянных глаз!

— Имперский Наставник боится фрески? — рассмеялся Цинь Му.

Имперский Наставник ответил всё тем же хриплым голосом:

— Разве тебе не страшно? Разве ты не видишь, сколько богов там? Разве ты не видишь, что Граф Земли тоже среди них? Разве ты не понимаешь, что уничтожение Эпохи Императора-Основателя, практически наверняка, связано с богами в Небесном Дворце? — отчаяние появилось на его лице, и он обречённо рассмеялся. — Я думал, что смогу уничтожить ублюдков и вернуть миру ясные небеса и землю. Я надеялся, что люди больше не будут обмануты и боги будут разбиты в своих храмах, чтобы у людей хватило смелости сражаться с небесами. Владыка Культа Цинь, ты ничего не понимаешь! Если я продолжу реформу, от Империи Вечного Мира ничего не останется! Хе-хе, реформа, хе-хе… — он был совершенно подавлен и отчасти потерял рассудок, в итоге махнув руками и добавив. — Я больше не хочу на Высшие Небеса. Когда я вернусь в Вечный Мир, я найду тихое и уединённое местечко для своей жены. Владыка ты… продолжай быть Владыкой. Что касается реформы, не трогай её.

С мрачным выражением лица, он направился к выходу. У него не осталось мужества, чтобы продолжать борьбу.

— Небесный Король, ты сказал, что я ничего не понимаю. Так позволь мне кое-что сказать!

Имперский Наставник остановился.

— Я понимаю, — улыбка Цинь Му сияла, как никогда. — Я понимаю даже больше, чем ты. У Императора-Основателя была фамилия Цинь, сирота уничтоженной Империи Императора-Основателя прямо перед тобой.

Мужчина задрожал. Он обернулся и, смотря ему в глаза, заикаясь проговорил:

— Т-ты…

Показывая свои белые зубы, юноша лучезарно улыбался:

— Я не знаю своего настоящего имени. Император-Основатель Цинь — из моей семьи Цинь. Если я не боюсь, почему ты должен бояться? Небесный Король, у меня появилась идея, помоги мне размолоть мой чернильный камень.

Имперский Наставник был в шоке от слов Цинь Му и не понимал, к чему тот клонил.

Юноша достал кисть и бросил ему чернильный камень, после чего с интересом посмотрел на фреску, сумевшую так запугать мужчину. Спустя некоторое время его глаза загорелись от понимания сути проблемы, и он с неизменной улыбкой спросил:

— Чернила готовы?

Кое-как поймав камень, Имперский Наставник всё ещё пребывал в оцепенении.

— Небесный Король, это на тебя не похоже. Где святой, который появляется раз в пятьсот лет? — улыбаясь, снова проговорил Цинь Му.

Имперский Наставник глубоко вздохнул и выбросил все лишние мысли из головы, сосредоточившись на размалывании чернил.

Цинь Му пропитал кисть чернилами и сделал несколько штрихов в правом нижнем углу фрески. Закончив, он расслабленно улыбнулся и сказал:

— Помоги мне вымыть кисть.

— Ты! — мужчина едва сдерживал свой гнев. — Эпоха Императора-Основателя закончилась более двадцати тысяч лет назад, и сотый наследник Императора-Основателя не может быть более уважаем, чем обычный фермер! Если ты выставишь меня дураком, я создам тебе неприятности и сделаю так, что они будут преследовать тебя вечно!..

Цинь Му громко рассмеялся:

— Мы уйдём после того, как ты закончишь мыть кисть.

Имперский Наставник мыл кисть с полной самоотдачей. Он был серьёзен во всем, что делал, и никогда не был беспечным…

Цинь Му убрал кисть и чернильный камень, прежде чем схватить Имперского Наставника за руку и с улыбкой потащить к фреске:

— Нам пора на пир в Райские Небеса!

Подойдя к фреске, они оба бесследно исчезли.

Глава 469. Тысяча Мужчин, Которым Некуда Смотреть

Перед глазами Имперского Наставника резко потемнело, а когда свет вернулся, он оказался среди небесных дворцов. Вдали простирались величественные горы, а строения удивляли своими размерами. Бескрайний мир сиял в свете божественных лучей.

— Это мир в картине? — был ошарашен Имперский Наставник. Если это и вправду был мир внутри картины, то его размеры были чем-то на грани возможного.

Он всмотрелся вдаль, но так и не увидел конца дворцам!

Небо над их головами кишело богами. Они выглядели внушительными и божественными, будто происходили из совершенно другого мира. Блуждая туда-сюда, они звали друзей и чокались бокалами вина, участвуя в масштабном пире.

Цинь Му затащил Имперского Наставника внутрь картины, на пир Райских Небес. Парочка оказалась в окружении длинных коридоров, напоминающих мосты, между тем над их головами висели радуги, луна, солнце и звёзды, а клетки с огненными птицами внутри служили в качестве фонарей, одновременно излучая огромное количество тепла.

На необычных струнных и ветряных музыкальных инструментах играли богини. Женщины танцевали на листьях лотоса пока сверху на них сыпался поток небесных цветов.

Пьяные боги спотыкались и поднимали бокалы, дразня богинь, которые стеснительно избегали их взглядов.

Для глаз Имперского Наставника Вечного Мира подобное зрелище оказалось слишком ошеломительным. Стоя в самом центре пира, он мог одновременно видеть огромное количество богов вокруг себя и свет от божественной горы вдали.

Граф Земли находился недалеко от них, на его голове красовались рога с девятью изгибами. Мужчина неподвижно сидел, в то время как под ним бушевало пламя, напоминая бездну.

Кроме него наверху находилось ещё несколько невероятно внушительных созданий. Их лица были размыты, но по благоговейному страху, который внушал их вид, они ничем не уступали Графу Земли.

— Имперский Наставник, теперь ты выглядишь будто такая же деревенщина как я, когда впервые пришёл в город Пограничный Дракон!

Громко рассмеявшись, Цинь Му внезапно выхватил у богини по соседству бокал с вином. Поднеся его к губам, он сделал глубокий глоток.

Богиня впала в ярость, начиная кричать:

— Откуда взялся этот сопляк? Это священное вино высших богов, как ты смеешь к нему прикасаться?

— Скверная женщина! — с такими словами замахнувшись ногой, юноша пнул богиню, отправляя её в дальний полёт. Затем он схватил ещё один бокал и подлетел к Имперскому Наставнику, впихнув напиток в его руку, после чего спокойно уселся за столом перед каким-то богом, продолжая спокойно пить.

Бог мгновенно рассердился и замахнулся, собираясь ударить парня ладонью. Впрочем, тот вынул свой меч и с лёгкостью отрубил конечность противника.

Громко смеясь, он опрокинул нефритовый стол и прокричал:

— Поэмы солнца и луны под вино бессмертных, земной герой поднялся на девять небес!

Чи!..

В следующий миг голова бога наверху слетела с плеч, и Цинь Му отправился в следующий зал. Бесчисленные боги впали в ярость, нападая на него, как вдруг в его руке вспыхнули лучи меча, и головы атакующих немедленно упали на землю, катясь под ноги Графа Земли.

Начиная развешивать их на рогах у последнего, юноша смеялся:

— Изгнанный из уважаемого реестра Пэнлай, теперь украшает драгоценную одежду перед нефритовым залом Фанчжана!

Граф Земли взорвался яростным гневом от услышанного. Его тело задрожало, принимая свою истинную форму высотой в тридцать километров. Священное пламя под его стопами начало быстро разрастаться.

П.П.: Пэнлай — (миф.) сказочный остров бессмертных, якобы расположенный где-то в заливе Бохай нашей всеми любимой КНР. Кому интересно, за подробностями в вики. Фанчжан — что-то типа кельи настоятеля (аббата в обычном храме) в буддизме или уединённая обитель даоса-праведника. Заглянул в первоисточник (кит), чтобы понять почему это оказалось так обидно, так вот, оказывается возможно всё дело в фразе “нефритовый зал”, его ещё можно трактовать как гарем или древнегреческий гинекей, и теперь Граф Земли по сути стал слугой женщин, куда, во многих культурах, пускали только евнухов, ну, фантазировать можно много по этому вопросу, китайцы такие затейники, любят выражаться двусмысленными фразами.

Задействовав свою пилюлю меча, Цинь Му окружил тело бога восемью тысячами мечей. Кружась вокруг гиганта, они превратились в Форму Спирального Меча, прежде чем разрубить его на бесчисленные кусочки…

Потерев руками, юноша заставил мечи разлететься во все стороны длинными драконами. Продолжая убивать, он радостно кричал:

— Обретаешь тело трёхсотметрового дракона, но остаёшься на уровне пёрышка феникса!

Бесчисленные боги устремились к нему будто приливная волна, способная проглотить всё на своём пути.

Луч божественного света взмыл в небеса, Цинь Му поднялся над морем отрубленных конечностей. Размахивая мечами, он пел, совершенно не сдерживая себя:

— Тысяча мужчин, которым некуда смотреть, десять тысяч богов, которые, оборачиваясь назад, не могут выдержать силы! Имперский Наставник, я разрушу богов в твоём сердце!

Имперский Наставник громко рассмеялся, его прежняя унылость бесследно исчезла. Вновь воспряв духом, он громко прокричал:

— Боги ведь в моём сердце, так почему ты должен быть тем, кто разрушит их?

Мужчина шагал вперёд, сея из руки лучи света меча. Его боевые способности были намного выше, чем у юноши, и всюду, где он проходил, на землю падали безжизненные тела богов.

Бесчисленные боги и дьяволы Зала Божественного Неба продолжали нестись вперёд, атакуя их.

Цинь Му и Имперский Наставник стояли бок о бок, убивая всех, кто подбирался к небесным вратам.

Спустя некоторое время трупы богов и дьяволов усеяли всю гору. Тем не менее, поток врагов, с криками мчащихся в бой, не иссякал.

— Сколько ещё нужно убить? — громко спросил Имперский Наставник. — Охраняй врата, я займусь Небесным Императором.

— Давай! — согласился Цинь Му.

Имперский Наставник устремился в Зал Божественного Неба, пол которого был усыпан изувеченными трупами.

Бум!

Летя спиной вперёд, мужчина врезался в стену позади юноши, отчего тот удивлённо вздрогнул.

Было очевидно, что боги, с которыми они сражались, были очень слабыми, а значит способности мастера, нарисовавшего их, не были высоки.

Их мог с лёгкостью убивать даже Цинь Му.

Тем не менее, Небесному Императору удалось отбросить Имперского Наставника обратно!

Цинь Му моргнул, понимая, что дело плохо: «Этот художник, судя по всему, тоже тот ещё подлиза. Он использовал свои лучшие техники, рисуя Небесного Императора, поэтому тот и оказался намного сильнее остальных».

Он прекрасно понимал, какой силой может владеть хорошая картина, так как был учеником глухого. Сила картины зависела не только от уровня мастерства художника, но и от того, каким элементам он уделял наибольшее внимание.

Чем лучше техника рисования, тем сильнее картина. Но количество вложенной работы тоже отыгрывает важную роль.

Автор фрески рисовал остальных богов небрежно, не прилагая больших усилий, поэтому они оказались слабыми. Даже существа вроде Графа Земли не могли считаться достойным противником.

Важно было знать, кто был главным персонажем на картине.

К примеру, когда глухой рисовал старейшину деревни, картина Бога Меча обрела огромную силу!

Когда автор фрески изображал Небесного Императора, ему пришлось приложить огромное количество сил, чтобы запечатлеть величие бога, поэтому тот оказался достаточно сильным, чтобы отбросить даже Имперского Наставника.

Цинь Му был слегка взволнован. Он затащил Имперского Наставника внутрь картины, чтобы разрушить его страх, но если тот потерпит поражение от Небесного Императора, его уверенность будет окончательно уничтожена!

Впрочем, когда тело Имперского Наставника наконец сползло со стены, он мгновенно бросился вперёд. Под его ногами пылало яростное пламя, а боевой дух стал пуще прежнего!

Спустя мгновение он вновь прилетел обратно. Цинь Му отправил свои восемь тысяч мечей в сторону богов, мчащихся к нему, взволнованно посмотрев на Имперского Наставника.

Лицо бедолаги распухло и покрылось кровью.

«Ээм, вот беда… Сила Небесного Императора в картине, вероятно, даже выше, чем у обычного бога!» — как только эта мысль посетила голову Цинь Му, Имперский Наставник уже бросился обратно в бой.

Бум!

В следующий миг он снова прилетел обратно. Затем это повторилось ещё несколько раз, а затем ещё…

Перед вратами Зала Божественных Небес уже скопилась целая гора из трупов богов и дьяволов, но Имперский Наставник продолжал раз за разом атаковать Небесного Императора, находящегося наверху. Правда все его попытки заканчивались неудачно, и после каждой из них его внешний вид становился всё ужаснее.

Взгляд Цинь Му вздрогнул, когда он потянулся к Кувшину Пяти Гроз, думая про себя: «Даже если мне придётся рисковать собственной жизнью, я не могу позволить рисунку Небесного Императора окончательно повергнуть интригана…»

В этот миг мужчина бросился в бой ещё раз, и звуки битвы внезапно прекратились. На лицах всех богов застыл ужас, и они развернулись, чтобы убежать.

Цинь Му был ошеломлен.

Обернувшись, он увидел у себя за спиной Имперского Наставника Вечного Мира, стоящего с головой Небесного Императора в руке.

На его лице, несмотря на всю серьёзность ран, сияла счастливая улыбка.

Смотря друг на друга, они громко рассмеялись.

Имперский Наставник махнул рукой, выбрасывая голову Небесного Императора из Зала Божественных Небес:

— Запретное Поднятие Ножа, и ты выходишь с головой императора в руке. Небесный Нож и вправду герой, наконец я понял суть его навыков и пути ножа!

Цинь Му чувствовал боль по всему телу, но вышел из зала с улыбкой на лице:

— Ты настоящий маньяк, твоё понимание слишком высоко. Дедушка мясник учил меня на протяжении долгих лет, прежде чем я смог освоить секрет его навыка ножа. А ты идёшь по пути меча, и всё же смог понять суть его учений. Мой талант уступает твоему.

Развернувшись, Имперский Наставник серьёзно проговорил:

— Понимание человека улучшается с обретением опыта и расширением горизонтов. То же можно сказать и о мудрости. Твоего совершенствования пока что недостаточно. Когда ты достигнешь моей области, то тоже сможешь увидеть любую сложную вещь насквозь. В будущем ты не будешь мне уступать, а станешь даже сильнее. Ты смог додуматься использовать пир в Райских Небесах, чтобы убить богов в моём сердце, а я нет. Почему Владыка себя недооценивает?

Цинь Му подошёл к трону Небесного Императора, прежде чем сбросить с него обезглавленный труп и усесться:

— Имперский Наставник думает, что я смогу его превзойти?

— Ты из молодого поколения. Будет очень грустно, если таким как ты не удастся превзойти своих предшественников. Более того, у тебя Тело Тирана.

Наполнившись уверенностью, Цинь Му кивнул:

— Это правда, у меня Тело Тирана, а значит я определённо сильнее тебя.

Лицо Имперского Наставника помрачнело.

Подвинув задницу, Цинь Му освободил немного места на троне:

— Подойди, попробуй место, на котором может сидеть только Небесный Император.

— Имперский Наставник колебался:

— Это ведь не правильно… тебе не кажется?

— Подойди, просто сядь. Отсюда открывается отличный вид!

— Ладно, — Имперский Наставник сел возле Цинь Му, и они оба всмотрелись на вид за пределами Зала Божественных Небес. Спустя мгновение, Имперский Наставник проговорил. — Перед твоими глазами безграничный мир. Сидящий здесь человек владеет неописуемой силой. Для гибель любого мира или существа достаточно единой мысли. Владыка Культа Цинь, ты когда-нибудь желал подобной власти?

Цинь Му посмотрел на мужчину, неторопливо спрашивая:

— Если я скажу “да”, ты тут же меня убьёшь, чтобы лишить Императора Яньфэна будущих проблем?

Их взгляды встретились, прежде чем Имперский Наставник отвернулся:

— Нет. Я просто буду настороже, — договорив, он встал, обретая спокойное выражение лица. Оно выглядело настолько безразличным, что, казалось, ничто в мире не сможет его изменить, и Цинь Му знал, что это так. Побывав на пире Райских Небес, его сердце Дао изменилось настолько, что теперь даже боги или дьяволы не могли предвидеть его действий.

Его сердце Дао стало нерушимым.

В сердце Дао Имперского Наставника больше не было недостатков.

Цинь Му поднялся и вышел из картины, будто пожиная плоды своих достижений: «Только разрушив отчаяние в своём сердце можно укрепить свою надежду и боевой дух».

Покинув фреску, они ступили на землю.

Оглянувшись на неё, Имперский Наставник увидел, что дворец до сих пор стоял. Впрочем, теперь он был усеян трупами богов и дьяволов. Кроме того, в укромных уголках рисунка можно было увидеть дрожащих божеств, чьи взгляды дрожали от пережитого ужаса.

Подойдя к стене, Цинь Му стёр то, что нарисовал раньше, и картина вернулась к своему прежнему виду. Чеша голову от недоумения, он проговорил:

— Художник, нарисовавший эту картину, был очень талантливым и ничем мне не уступал. Тем не менее, почему в его картины незаконченный угол? С такими способностями он мог бы запросто оживить нарисованных на ней людей и заставить их двигаться и взаимодействовать друг с другом. Но из-за недостающего куска, мир внутри мёртв.

— Скорее всего, его откололи нарочно, — ответил Имперский Наставник, выходя из зала. — Битва снаружи, должно быть, уже закончилась, как думаешь? Пришло время Сюн Сиюй вернуться на трон Дворцового Мастера, и присоединить Западные Земли к Империи Вечного Мира.

Цинь Му пошёл следом за ним, улыбаясь:

— Если бы у тебя был императорский указ назначить Сюн Сиюй в качестве Дворцового Мастера Дворца Истинных Небес, эффект был бы сильнее.

Доставая какой-то документ, Имперский Наставник проговорил:

— Прежде чем отправляться в путешествие, я попросил Императора сделать именно это.

— Император — тот ещё хитрюга, — грустно вздохнул Цинь Му.

Когда они покинули огромный зал, одна из богинь на картине зашевелилась. Увидев, что вокруг никого не было, она украдкой выбежала наружу.

Глава 470. Матушка Истинных Небес

Богиня, у которой немногим ранее Цинь Му урвал вино и отправил в дальний полёт пинком ноги, побежала к углу стены. Пробегая по пути за ширмой, с другой стороны выбежала уже совершенно другая женщина, одетая в чёрное короткое платье, с серебряным украшением на голове и в чёрных туфлях на высоких каблуках с заострёнными носками. Так одевалась почти каждая женщина Западных Земель.

«Почти попалась. Мой истинный облик был почти выпнут тем отвергнутым, буквально! Но я проболталась. Боги и дьяволы могли сказать только что-то вроде “убить” или “злое отродье”, в то время как я произнесла полноценное предложение… Хорошо, что я столкнулась с ним в самом начале, — женщина быстро выбежала из главного зала Дворца Истинных Небес. Солнечный свет озарил её красивое лицо, пока она, опустив голову, думала. — Эти двое, видимо, ещё не поняли, что я обхитрила их, но это лишь вопрос времени! Мне нужно как можно скорее покинуть это место… Или может сначала стоит забрать четыре духовных бусины?..»

Её шаги были лёгкими и быстрыми, и чуть погодя она заметила идущих впереди Цинь Му и Имперского Наставника, поэтому ей пришлось замедлиться. Она вела себя естественно и улыбалась, будто являлась обычной ученицей Дворца Истинных Небес.

— Чёрт! — внезапно лицо юноши слегка изменилось, и он ударил кулаком по ладони. — Я знаю, где прячется Матушка Истинных Небес!

Имперский Наставник был умным и сразу догадался о чём говорил паренёк, выпалив:

— Да, на той картине без уголка! Та богиня, которая несла вино! — он развернулся и, рванув обратно в главный зал, на бегу быстро проговорил. — Мы убили Небесного Императора, но даже он не мог выдавить из себя нормального предложения, а богиня, разносившая вино, смогла!.. — вскоре он вышел из зала, разочарованно качая головой. — Её там больше нет.

— Откуда взялся этот сопляк? Это священное вино высших богов, как ты смеешь к нему прикасаться? — попытался спародировать тон богини Цинь Му, после чего продолжил. — Это предложение слишком сложное для всех тех богов в картине. Лишь Матушка Истинных Небес могла сказать нечто подобное! Она всё это время пряталась прямо внутри картины. Эх… Я действительно недооценил её.

Внезапно какая-то девушка подошла к парочке и поприветствовала Цинь Му:

— Владыка Культа Цинь.

Мерцая взглядом, юноша улыбнулся ей:

— Почему сестра не приветствует Имперского Наставника?

— Имперского Наставника? Я никогда его раньше не видела. Он тот сильный практик, который убил Ба Гоу?

Выражение лица девушки наполнилось волнением, и она поспешно поприветствовала мужчину, нежно смотря ему в глаза. Имперский Наставник покачал головой:

— Это не она. После того, как я прибыл в Западные Земли, я не показывал себя, поэтому большинство местных женщин не знают меня в лицо. Однако, так как я уничтожил поддельное тело богини, она бы меня точно узнала.

Кивнув, Цинь Му обратился к девушке:

— Ты видела кого-нибудь, выходящего из этого зала?

Девушка покачала головой:

— Я следовала за главой своей семьи, чтобы захватить Бусину Красной Птицы, и никого здесь не видела, когда тогда проходила мимо.

Цинь Му что-то пробормотал себе под нос, отмахиваясь от неё. Девушка взглянула на Имперского Наставника, затем опустила голову, собираясь пройти мимо них, как вдруг Цинь Му потянул её за руку, отчего она, Матушка Истинных Небес собственной персоны, сильно занервничала, еле сдержавшись, чтобы тут же не начать отбиваться что есть сил.

— Как тебя зовут? Из какой ты семьи? Кто глава твоей семьи? — улыбнулся ей парень.

Женщина резко переменилась в лице и, тут же с дрожью в теле громко плюхнувшись на колени, пролепетала:

— Я — ученица Дворца Истинных Небес, Владыка Культа Цинь, пожалуйста, не убивай меня! Если меня узнают, моя жизнь будет потеряна! Владыка, пожалуйста, прости!

Цинь Му облегчённо вздохнул и обратился к Имперскому Наставнику:

— Я ведь и правда было подумал, что она и есть Матушка Истинных Небес. В конце концов она бог и никогда бы не стала умолять смертного. Она действительно ученица Дворца Истинных Небес, пытающаяся сохранить свою жизнь.

— Разбирайся с ней сам, — махнул рукой мужчина.

Цинь Му помог Матушке Истинных Небес подняться, с приятным выражением лица сказав:

— Сестра, не бойся ты так, не стоит верить каждому на слово. Хотя меня и называют Владыкой Небесного Дьявольского Культа, но это просто слова. На самом деле мне просто не хватает уверенности в себе, поэтому, чтобы посеять страх в сердцах людей, я назвал себя Владыкой Небесного Дьявольского Культа, на самом же деле я Владыка Небесного Святого Культа. Наш культ самый добрый в мире и никогда не навредит людям. Я тоже очень добрый. Слушай, Имперский Наставник даже один из четырёх великих Небесных Королей моего Небесного Святого Культа. Видишь, всё не так страшно. Как тебя зовут?

Матушка Истинных Небес была несколько недоверчива:

— Меня зовут Тянь Сыюй. Ты действительно не навредишь мне?

Имперский Наставник, казалось, что-то вспомнил:

— Мне нужно зачитать указ, пора идти.

Юноша последовал за мужчиной, держа за руку девушку:

— Я хочу найти кое-кого, его называют Паньгун Цо и Гроссмейстером. Он бывший глава Дворца Золотой Орхидеи и однажды посещал ваш Дворец Истинных Небес. Сестра Сыюй случайно не видела его?

Матушка Истинных Небес шла рядом с ним, и всякий раз, когда её взгляд падал на Имперского Наставника, она отбрасывала всякие мысли об атаке.

— Видела, — проговорила она. — Но я знаю только то, что его все называли Гроссмейстером, а также что он хороший друг старейшины Юй Цинчань. Но его больше нет здесь. Когда он узнал, что Владыка Культа Цинь идёт в атаку на Дворец Истинных Небес, он тут же сбежал.

— Как и ожидалось от Гроссмейстера, — вздохнув, юноша улыбнулся. — Сестра Сыюй, следуй за мной, чтобы тебя не задирали. Знаешь, прибыв в Западные Земли, я осознал, что ваши искусства слежки не имеют себе равных в мире. Божественные искусства сестры должно быть тоже экстраординарны, и ты без проблем сможешь отследить Паньгун Цо, верно? Я смогу защитить тебя, если ты поможешь мне отследить этого мерзавца, как тебе такое предложение?

Матушка Истинных Небес была в восторге:

— Я согласна! Ты правда будешь защищать меня?

Цинь Му рассмеялся:

— Зачем мне лгать тебе? Тогда договорились! Имперский Наставник, после зачтения указа ты поможешь мне поймать Паньгун Цо?

— Да. Мне хочется узнать, что за бог появляется за Гроссмейстером и где он прячется, — равнодушно ответил мужчина.

Матушка Истинных Небес слегка напряглась, ведь она думала, что только Цинь Му пойдёт с ней ловить Паньгун Цо. Оказавшись с ним наедине, ей не составило бы проблем убить этого дворянина отвергнутых, но он всё же додумался позвать с собой Имперского Наставника! Пока тот ошивался рядом, она была в опасности. Одно неверное движение, и она будет убита бессердечным мужчиной!

«Имперский Наставник очень хорош, если я хочу убить его, мне нужно заполучить четыре духовных бусины…» — оглянувшись, подумала Матушка Истинных Небес.

Влиятельные семьи Западных Земель, наконец, усмирили Дворец Истинных Небес, либо убив практиков семьи Юй, либо взяв в плен выживших. Народ снова избрал Сюн Сиюй Дворцовым Мастером и Най Куй, после чего она, держа за руку Сюн Ци’эр, приняла от них всех церемониальный поклон.

Имперский Наставник зачитал указ Императора Яньфэна перед Сюн Сиюй. Тем временем Цинь Му подозвал Сюн Ци’эр, спросив про Бусину Зелёного Дракона и Бусину Чёрной Черепахи, чтобы они могли поиграть с ними.

Матушка Истинных Небес смотрела на два духовных сокровища в его руках, чувствуя, как её так и подмывает вырвать их.

Между тем двое детишек совершенно не слушали указ, в это время играя с бусинами, бросая их то тут, то там, отчего Сюн Ци’эр непрерывно хихикала.

Женщина пылала гневом, повернув голову в сторону в пытке немного отвлечься, как вдруг юноша сунул ей в руки Бусину Зелёного Дракона:

— Сестра Сыюй, поиграй немного с Ци’эр.

Матушка Истинных Небес, держа Бусину Зелёного Дракона, в замешательстве глядела на улыбающегося Цинь Му. Она понятия не имела, о чём тот вообще думал!

«Бусина Зелёного Дракона у меня в руках, я могу воспользоваться её ужасающей силой. Если я буду действовать сейчас, все во Дворце Истинных Небес будут озеленены и заморожены! — её взгляд вспыхнул, но как только она собралась использовать бусину, она увидела Имперского Наставника, отчего в её сердце прокрался предательский страх. — Сопляк и Имперский Наставник очень хитры, они меня проверяют!» — от осознания такой возможности она почувствовала, как холодок пробежал по её спине, и она, не подав вида, послушно начала играть с Сюн Ци’эр.

Немного погодя Имперский Наставник закончил читать указ Императора Яньфэна, а Цинь Му попросил Бусину Зелёного Дракона обратно, прежде чем положить её в руки Сюн Ци’эр. После того, как все выслушали указ, Сюн Сиюй подозвала дочку, затем взяла две бусины и поклонилась:

— Я готова предложить эти две бусины Его Величеству, я никогда его не предам.

Выражения лиц Хэ Ии, Му Инсюэ и остальных слегка изменились. Сюн Сиюй знала, что ей будет трудно править Западным Землями, ведь две из четырёх духовных бусин были уже присвоены другими, поэтому она решила просто отдать остальные Императору Яньфэну, надеясь на его покровительство. И это было достаточно умный, если не единственный способ удержать все влиятельные семьи от “необдуманных” действий!

Имперский Наставник взял только Бусину Чёрной Черепахи и сказал:

— Дворцовому Мастеру тоже нужны сокровища, чтобы охранять Западные Земли, пусть Бусина Зелёного Дракона останется у тебя.

Сюн Сиюй поблагодарила его и отдала Бусину Зелёного Дракона Сюн Ци’эр.

После церемонии Имперский Наставник поспешил к Цинь Му:

— Тут повсюду девушки, с которыми ты крутил романы, но ты не можешь тратить своё время на любую из них. Будь осторожен, иначе потеряешь свою репутацию как Безликий Король Ядов. Перестань кокетничать со всеми подряд, нам пора искать Гроссмейстера.

— Я не кокетничаю… — недовольно пробурчал Цинь Му, готовясь попрощаться со всеми женщинами.

Хэ Ии посмотрела на него двусмысленным взглядом:

— Владыка останется ещё на пару дней? Кое-что ещё не сделано.

Му Инсюэ же повела себя очень просто:

— Ты волен идти куда пожелаешь, но обязательно жди меня, ведь я залезу в твоё окно, когда буду в Средиземье!

Сюн Сиюй рядом с Сюн Ци’эр неохотно прощались с ним:

— Если бы не ты, мы бы давно умерли, а наши трупы ссохлись в какой-нибудь глуши. Владыка Культа Цинь — благодетель моей семьи Сюн, если наступит день, когда тебе что-то понадобится, Дворец Истинных Небес к твоим услугам.

Цинь Му улыбнулся ей:

— Я просто действовал согласно своим убеждениям. Най Куй, Ци’эр, прощайте.

Почувствовав мимолётно сдавившую сердце тоску, Сюн Сиюй закричала ему вслед:

— Добродетель!

Цинь Му был ошеломлён и, обернувшись, с улыбкой помахал ей рукой. Единственная причина, по которой он спас Сюн Сиюй и Сюн Ци’эр заключалась в том, что ему просто не хотелось видеть, как умирает маленькая девочка от рук Дворца Истинных Небес. Однако теперь он и правда был достоин этого титула.

Цинь Му вскочил на спину цилиню и помог забраться Матушке Истинных Небес:

— Имперский Наставник, Западные Земли — очаровательный мир. Как Император отнесётся к ним?

Имперский Наставник медленно прогуливался по воздуху, спокойно говоря:

— Он будет относиться к ним так же, как к тебе. У него широкий кругозор знаешь-ли. Я объяснил Императору, что хочу завоевать Западные Земли, но не силой. Причина, по которой я не повёл за собой войска, была в том, что я боялся, что из-за неё этот прекрасный мир окажется в руинах… Женщины здесь такие красивые, и я не хотел, чтобы происходили грабежи и изнасилования. Вот почему я сказал Императору, что не поведу за собой войска, и порекомендовал ему одного человека, который был равен миллиону мастеров, и этот человек… — мужчина повернул голову назад и посмотрел на юношу. — Ты. Только Владыка Культа Цинь может в одиночку захватить Западные Земли.

Цинь Му был слегка удивлён, затем рассмеялся:

— Имперский Наставник льстит мне! Сестра Сыюй, а ты как считаешь?

На лице девушке играла улыбка, но она так ничего и не сказала.

Дав ей в руки Бусину Чёрной Черепахи, Цинь Му сказал:

— Сестра, выполни своё заклятие. Давай найдём ублюдка Паньгун Цо.

Матушка Истинных Небес в облике обычной девушки крепко сжала Бусину Чёрной Черепахи, взглянув на Имперского Наставника.

Мужчина средних лет держал руку за спиной, исполняя Секреты Сжатия Меча.

Глава 471. Недостаток

Когда Цинь Му вновь всучил в руки Матушки Истинных Небес Бусину Чёрной Черепахи, голова последней начала болеть. Для простых поисков человека совершенно не требовался столь сильный артефакт.

Это определённо был очередной тест!

«Этот мерзавец очень хитёр! Он проверил меня уже шесть раз, и ещё не успокоился!» — думая в таком ключе, Матушка Истинных Небес с тёплой улыбкой на лице отдала Бусину Чёрной Черепахи Цинь Му и сказала:

— Чтобы найти кого-то, в священном сокровище нет нужды! У Владыки Культа Циня случайно нет портрета Гроссмейстера?

Цинь Му будто ослеп, не обращая совершенно никакого внимания на её очаровательную, кокетливую улыбку. Быстро нарисовав портрет Паньгун Цо, он передал его ей.

Матушка Истинных Небес оказалась невероятно терпеливой. Исполнив заклятия пробуждения духов, она оживила белые облака, горы и деревья, и, расспросив их, быстро узнала точное местонахождение Паньгун Цо.

— Заклятия Дворца Истинных Небес совсем неплохи. Если бы ими владел констебль, он отлично справлялся бы со своей работой, — Имперский Наставник Вечного Мира задумался. — Может нам следует привести в Империю Вечного Мира последователей Дворца Истинных Небес, и назначить их констеблями?..

— Дальновидность Имперского Наставника впечатляет, — нежным голосом проговорила женщина.

Выражение лица мужчины не изменилось:

— Это ещё неотточенная идея, не стоит о ней говорить.

По дороге Матушка Истинных Небес заботилась о еде и комфорте Цинь Му и Наставника Вечного Мира. Она наливала им чай, стирала одежду и готовила. На её лице всегда сияла улыбка, придавая ей мудрый, добрый и заботливый вид.

Тем не менее, Имперский Наставник и Цинь Му воспринимали это как должное, последний даже отправлял её кормить цилиня, того ещё обжору.

У Матушки не было совершено никаких претензий к такому отношению, её поведение оставалось нежным и внимательным. Впрочем, она вела себя довольно неуверенно.

Цинь Му, казалось, был настоящим романтиком, и говорил приятные вещи, называя сёстрами всех женщин, которых встречал. Тем не менее, он будто был сделан из камня. Как бы сильно она не пыталась очаровать его, он продолжал притворяться дурачком и не обращать на это никакого внимания.

Поведение Имперского Наставника было ещё более удивительным, ведь он и вовсе не демонстрировал каких-либо эмоций, чётко зная, что ему нужно делать, и не теряя концентрации ни на миг.

Что касалось цилиня, с ним всё было предельно просто. Зверь глаз не отрывал от своей миски, и тщательно считал пилюли. Было недопустимо дать ему на одну меньше, чем обычно.

Когда он не ел, то пёкся о том, что его кожа и волосы не отрастают, а оставленные молниями дырки в чешуе до сих пор на месте. Он ворчал, что потерял свою былую красоту, после чего искал способа выманить у кормилицы больше пилюль. От его постоянной болтовни её голова чуть было не взорвалась.

«Я определённо убью их!» — Матушка Истинных Небес постоянно думала о том, чтобы броситься в атаку, но в бою с Имперским Наставником у неё не было шансов.

Мужчина не продемонстрировал ни одного недостатка. Даже когда наступала ночь, он не спал, продолжая сидеть с широко открытыми глазами.

Спустя некоторое время Матушка Истинных Небес осознала ещё один ужасающий факт. Когда Имперский Наставник кушал, он исполнял навыки меча, поднимая еду с помощью палочек. Просто протягивая руку и сгибая её обратно, он использовал несколько сотен различных движений меча!

Однако, кое-что было ещё более ужасающим… Поднимая овощи с тарелки, он координировал движения всех своих мышц и связок, а также трансформацию Ци. Он всегда был наготове, а его движения были идеальны настолько, что заметить даже малейший недостаток было невозможно!

По сравнению с ним, Цинь Му был переполнен слабыми местами, и она могла убить его в любой момент. Это не требовало совершенно никаких усилий с её стороны.

Однако, если убить Цинь Му, не избавившись до этого от Имперского Наставника, следующей погибнет именно она.

Матушка Истинных Небес не имела возможности что-то предпринять, ей оставалось лишь спокойно ожидать шанса.

— Я не верю, что он на самом деле настолько идеален, рано или поздно он раскроет какой-то недостаток. В этом мире даже у богов есть слабые места!

Во время путешествия юноша неоднократно брал у мужчины советы по навыкам меча, и женщина внимательно подслушивала их разговоры, пытаясь обнаружить какой-то недостаток. Впрочем, вскоре она осознала, что совершенно не понимает о чём они говорят.

Достижения Имперского Наставника на пути меча росли с божественной скоростью, и даже мастерство Цинь Му оказалось невероятно высоким, они оба считались знатоками в этой области. У неё же было отличное понимание пути создания природы, но её понимание пути меча оставляло желать лучшего.

Время от времени парочка подлетала в воздух, обмениваясь ударами. Цинь Му атаковал Имперского Наставника, который всегда держал одну руку за спиной. Держа меч второй, он с лёгкостью блокировал все нападки на него.

Удары юноши были невероятно яростными и постоянно менялись, ослепляя глаза. В сравнении с ним, приёмы мужчины выглядели невообразимо просто и состояли исключительно из базовых движений. Впрочем, они с лёгкостью справлялись с более сложными навыками.

Устав от сражения, Цинь Му остановился, чтобы отдохнуть. Погрузившись в размышления, он пытался найти способ улучшить свои навыки. Имперский Наставник молча сидел в стороне, не смея его отвлекать.

Матушка Истинных Небес умирала от любопытства, поэтому спросила:

— Почему Имперский Наставник не даст ему совет?

— Я не могу, — покачал головой мужчина. — Он уже достиг предела навыков меча. Совершенствуясь, ему осталось полагаться исключительно на себя.

Матушка Истинных Небес вскочила от удивления. Даже Имперский Наставник не в силах дать Цинь Му совет?

— Почему Имперский Наставник не запечатает свои божественные сокровища, чтобы сразиться с ним в одной области? — спросила она.

— Я не осмелюсь, — честно ответил мужчина. — Его совершенствование слишком велико. В одной с ним области мне придётся полагаться на путь меча, сражаясь до смерти. Плотности его магической силы хватит, чтобы убить меня одним ударом.

Смотря на Цинь Му, Матушка Истинных Небес думала: «Достигнуть такого уровня в столь юном возрасте? Этого парня нельзя оставлять в живых. В противном случае, кто сможет его остановить?»

Когда она об этом продумала, из тела парня раздался оглушительный звук, рассеявший тучи в округе. Сердце женщины яростно вздрогнуло, а на её лице застыло выражение неверия.

Это был звук разрушения стены божественного сокровища, вот только его сила была сопоставима с открытием области Небожителя!

Бум! Бум! Бум!

Из тела парня разразился свет, превращаясь в семь звёзд, кружащихся вокруг него. Они состояли из Ци чистого Ян, напоминающей пылающее солнце, и Ци чистой Инь, сверкающей будто яркая луна. Огромные Марс и Сатурн излучали жёлтый цвет, Венера белые лучи, Меркурий был окутан водным паром, а Юпитер извергал Ци зелёного дракона. Все они были окружены электрическими разрядами.

Над каждой из Семи Великих Звёзд возвышался странный бог. У одного из них была голова коровы и тело человека, у второго три ноги и голова птицы, у третьего голова тигра и хвост леопарда…

Тело Цинь Му неистово дрожало, между тем за его спиной появился пятиметровый исконный дух. Его руки были поднесены к небу, вверху над ними кружились семь звёзд.

Матушка Истинных Небес воскликнула от удивления:

— Такой сильный исконный дух! Он ведь в области Небожителя, почему тогда над ним кружатся семь звёзд?

— Ты слышала, каким громким был звук разбития “стены”? — поникнув взглядом, Имперский Наставник издал дрожащий вздох. — Я всегда думал, что у меня нет недостатков, и моя сила достигла предела. Но теперь я вижу, что это не так, это у него нет недостатков, в то время как я слабее. Неужели Тело Тирана настолько сильно?

Матушка Истинных Небес недоумевала. Она встревожилась, увидев, как Цинь Му разбил “стену” области Семи Звёзд, так как звук, которым это сопровождалось, не должен быть таким шокирующим.

Но ещё больше её шокировало Тело Тирана.

Она никогда раньше не слышала о чём-то подобном!

— Имперский Наставник, что ещё за Тело Тирана? — искренне спросила Матушка.

— Тело Тирана происходит из древней легенды, — рассказывая, Имперский Наставник пребывал в приподнятом настроении. — Когда-то мне рассказал о нём один старик, так что я могу детально всё объяснить. В одно поколении может быть лишь одно Тело Тирана…

Они преследовали Паньгун Цо на протяжении пяти дней, всё это время Цинь Му был занят упрочнением своей области Семи Звёзд. Его совершенствование становилось всё плотнее и плотнее, и когда он открывал Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений и Семи Звёзд, его способности достигали уровня цилиня.

Толстяк нервничал, чувствуя угрозу: «Дерьмо! Если совершенствование Владыки достигнет моего уровня, я стану бесполезным! Где теперь мне искать такого хорошего кормильца, как он?»

Облегчённо вздохнув, Матушка Истинных Небес улыбнулась:

— Мы недалеко от Гроссмейстера.

Цинь Му оглянулся вокруг, с удивлением обнаружив впереди пылающую пустыню:

— Паньгун Цо, должно быть, уже покинул Западные Земли. Он и вправду Гроссмейстер, никто в мире не способен сравниться с его способностью сбегать. Если бы не сестра Сыюй, он снова бы скрылся.

Пламя впереди достигало небес. Когда они подобрались ближе, по всему телу Цинь Му внезапно появились всевозможные огненные символы.

Уголки глаз Матушки Истинных Небес вздрогнули, и она обеспокоенно спросила:

— Владыка Культа Цинь, откуда у тебя взялось столько символов…

— Я думаю, это какое-то проклятье, — спокойно ответил Цинь Му. — Когда я был здесь в последний раз, они полностью меня поглотили, добравшись даже к сердцу. Как бы я не пытался, я так и не смог от них избавиться, и они исчезли лишь после того, как я покинул пылающую пустыню.

— Они были даже на пятках? — разум Матушки Истинных Небес был шокирован, она почти вскрикнула от волнений: «Член императорской семьи! Он член императорской семьи!»

За свою жизнь она убила огромное количество дворян из числа отвергнутых людей Великих Руин, но к императорской семье принадлежали лишь те, у кого была родословная Императора-Основателя. Она никогда раньше не убивала кого-то из них!

«Он не просто дворянин, а член императорской семьи!» — Матушка была вне себя от радости, всё унижение, которое она пережила за последние несколько дней, канули в лету.

Она много путешествовала, объездив весь мир в поисках кого-то подобного, а он пришёл к ней сам!

Люди наверху больше всего переживали именно из-за членов императорской семьи. Если она сможет избавиться от него, то достигнет невероятного успеха и наконец покинет эту дыру, перебравшись жить к верхней границе!

Её взгляд дрожал: «Несмотря на то, что справиться с мерзавцем очень просто, именно он здесь самый ценный. Его жизнь стоит намного больше, чем жизнь Имперского Наставника. Но прежде, чем заняться им, нужно разобраться с Наставником! Убить его будет непросто, но добравшись к пустыне, у меня появится способ это сделать! Гроссмейстер, мне понадобится твоя помощь».

Исполнив заклятие, она оживила песок, пробуждая песчаных гигантов, чтобы расспросить их о местонахождении Паньгун Цо.

Ускорившись, цилинь устремился в даль.

На следующее утро дракономордый добрался к полуразрушенным руинам посреди пустыни. Неподалёку от них лежал Корабль Солнца, рядом с которым из земли торчало погасшее солнце.

Матушка Истинных Небес улыбнулась:

— С помощью Корабля Солнца мы не дадим Паньгун Цо скрыться!

Воспряв духом, Цинь Му улыбнулся:

— Имперский Наставник, сестра Сыюй, оставайтесь здесь и присматривайте за местностью. Не позвольте ему сбежать. Сейчас я найду этого мерзавца!

Имперский Наставник Вечного Мира посмотрел на него:

— Тебе не нужна моя помощь?

— Нет! — скорость Цинь Му увеличилась, и вскоре он приземлился в поваленном зале посреди руин, громко смеясь. — Паньгун Цо, твой друг пришёл издалека, чтобы встретиться с тобой, почему ты не выходишь умереть?

— Мерзавец Цинь, ты никак не перестанешь меня преследовать! — из песка вылетел силуэт, поднимаясь в небо. С громким хлопком в противоположном конце зала приземлился юноша, которым оказался не кто иной, как Паньгун Цо. — Ты пришёл как раз вовремя. Моё совершенствование значительно увеличилось за последние несколько дней, наконец я смогу воплотить своё старое желание убить тебя и заставить упасть предо мной на колени!

Всё это время Матушка Истинных Небес смотрела Имперскому Наставнику в спину, и наконец смогла разглядеть в нём недостаток!

Глава 472. Подавленный

Имперский Наставник посмотрел на руины, казалось, беспокоясь о безопасности Цинь Му. И беспокойство, собственно, и оказалось его слабым местом, так усердно выискиваемым Матушкой Истинных Небес!

— Ииииияя… — она издала странный, протяжный, пронзительный визг. Магическая сила вырвалась из её тела, заставив её мышцы резко вздуться, мгновенно разрывая кожу. Как только она выпустила всю свою магическую силу, её божественная аура вырвалась наружу, разрывая тело, в котором она все это время находилась, на части.

Между тем пылающая пустыня, казалось, ожила, и песок начал стекаться с расстояния нескольких сотен километров в округе, превращаясь под ногами Имперского Наставника в огромный рот, крутящийся в попытке засосать его!

Обладая ужасающей силой всасывания, рот напоминал собой пропасть. Внезапно песок образовал линию, тут же обратившуюся мечом, нанёсшим колющий удар в Имперского Наставника, которого всё это время затягивало в песок.

Матушка Истинных Небес продолжала визжать, а её физическое тело раздуваться, пока не достигло трёхсот метров в высоту, отчего она теперь стала неукротимой, распираемой аурой бога великаншей. После долгой подготовки к внезапному нападению, каждое её действие сопровождалось дикой агрессией. Теперь даже и не скажешь, что та тёплая, добродетельная, заботящаяся в путешествии о группе Тянь Сыюй и она теперешняя —один и тот же человек.

Агрессивный — это прилагательное, обычно используемое при описании мужчин, но в Западных Землях дела обстояли совершенно иначе, во главе каждой местной семьи стояли женщины, поэтому в данной ситуации оно больше подходило для их описания.

Матушка Истинных Небес подняла руку, и пустыня вокруг неё забурлила и вздыбилась, образуя две несравнимо толстые стены, немедленно захлопнувшиеся перед мужчиной!

— Умри! — как только это слово слетело с уст женщины, свет меча пронзил её затылок, проходя через межбровье…

Она была ошеломлена, рокочущая пустыня резко замерла. Несравненно толстые песчаные стены, имевшие несколько сотен метров толщины, рухнули, превращаясь обратно в песок. Развернувшееся зрелище чем-то напоминало красивое наводнение.

Крутящийся воронкой рот под ногами Имперского Наставника перестал вращаться, становясь обычным песком, как и упавшие с неба песчаные мечи.

— Откуда взялся этот сопляк? Это священное вино высших богов, как ты смеешь к нему прикасаться? — Имперский Наставник повернул голову назад, смотря на внушающую благоговейный ужас Матушку Истинных Небес, после чего мягким голосом добавил. — Богиня в фреске, которую пнул Владыка Культа Цинь, произнесла это предложение, состоящее всего из пятнадцати слов. Во время путешествия он много говорил с тобой, и ты не один раз произносила слова из этого предложения. Сообразительности ему не занимать, верно? Он знал, что, если попросит тебя произнести это предложение, ты сразу же изменишь свой тон и перестанешь себя так преподносить. Однако, ненавязчиво выуживая из тебя эти слова в разных беседах, ты даже не насторожилась.

— Так вы всё знали с самого начала? — прохрипела Матушка Истинных Небес.

Имперский Наставник посмотрел на неё странным взглядом и покачал головой:

— Владыка Культа Цинь поступил опрометчиво, сунув тебе в руки Бусину Чёрной Черепахи. Я был потрясён. Если бы ты тогда напала на нас, применив её силу, я, возможно, ничего не смог бы с тобой сделать. Он переоценил мои способности, поэтому у меня не было выбора, кроме как вести себя как можно естественней. Ты думала, что мы вдвоём испытываем тебя, но этот ублюдок действовал сам по себе. Моё сердце трепетало, как никогда, и у тебя было много шансов убить меня, но ты их все потеряла.

— Снова этот ублюдок… — вздохнула Матушка Истинных Небес, из раны от меча в её межбровье внезапно хлынула кровь. — Однако, если ты и правда думаешь, что можешь справиться со мной только этим, ты глубоко заблуждаешься…

Мужчина слегка изменился в лице, ведь он осознал, что из межбровья женщины текла не кровь, а песок.

Матушка Истинных Небес улыбнулась, между тем рана по мере вытекания песка становилась всё шире и больше, как вдруг она ухмыльнулась:

— Разве ты не знал, что техника Природы Десяти Тысяч Душ была создана мной? Собственно, как и эта пустыня. Ты и правда пытаешься убить меня в месте, которое я создала собственноручно? Мечтай… — её тело распалось, а голос начал слышаться со всех сторон. — Я сражалась здесь с более чем дюжиной Кораблей Солнца и Луны, убив многих Хранителей Солнца и Луны. Думаешь моя репутация незаслуженная?

Имперский Наставник взмыл в небо и ринулся к находящемуся в пустыне Кораблю Солнца. Держав в руке меч, его свет был подобен Идеальной Ночи. Когда кто-то видел тень, он не мог видеть свет, когда кто-то видел свет, он не мог разглядеть что-либо!

Видя тень, не видишь свет, видя свет, не видишь ничего!

Прежде чем он успел добраться до Корабля Солнца, тот, казалось, ожил, поднимая ноги в попытке встать. Со звоном цепей огромное чёрное солнце рвануло вверх, а песок, покрывавший его, последовал следом…

Чёрное солнце двигалось по небу и создавало сотрясающий мир грохот, искажая пространство вокруг себя. Молнии ударяли во все уголки пустыни!

Корабль Солнца бросился на Имперского Наставника. Когда видишь, как огромное нечто несётся через пустыню, порой возникают странные, невероятные чувства.

— Это был шедевр Министерства Небесных Работ Эпохи Императора-Основателя! Они создали оружие, равное по силе небесным богам, и благодаря ему обычные люди могли противостоять им! — в центре Корабля Солнца, между четырьмя колоннами, медленно поднималась женщина, похожая на небесного бога. Касаясь колонн четырьмя руками, она радостно смеялась. — Но в итоге это оружие стало моим! Я всех уничтожила!

Вжух.

Летающие песочные змеи поднялись из пустыни. Своими несравнимо плотными телами они рыли туннели к Имперскому Наставнику!

— Ты чувствуешь это? Ты чувствуешь, как растёт моя магическая сила? — Матушка Истинных Небес приказала Кораблю Солнца рвануться вперёд и, смеясь, ударила чёрным солнцем по Имперскому Наставнику. — Позволь мне показать тебе, что такое настоящее отчаяние! Ииииияя… — пронзительные визги резонировал в пустыне. Их сопровождал огромный движущийся корабль, раскачивающий чёрно солнце, в то время как несравнимо плотные змеи окружили по-настоящему крошечного человечка.

Зрелище было воистину поразительным и завораживающим.

Матушка Истинных Небес была непомерно высока, её тело было огромным, намного больше, чем сам Корабль Солнца. По сравнению с ней Имперский Наставник был ничтожно мал. Она решила использовать Корабль Солнца, чтобы сокрушить его, и каждый её удар был за гранью воображения. Её атаки постоянно менялись, песок бурлил. Вся пустыня была её телом, её оружием!

Мужчина постоянно отступал назад, неоднократно прерывая атаки женщины. Но по мере его отступления расстояние между ними становилось только меньше.

Матушка Истинных Небес занервничала. Имперский Наставник был в невыгодном положении, а приближавшийся к нему Корабль Солнца, казалось, имел преимущество, но на самом деле это было не так. Не взяв над ним верх с самого начала, она оказалась в чрезвычайно опасном положении. Она знала, что, подойдя к нему на определённое расстояние, он нападёт на неё самой яростной атакой. Следовательно, сближение с ним приведёт к её неминуемой гибели!

Несмотря на то, что только позаимствовав мощь Корабля Солнца у неё появилось достаточно магической силы, чтобы подавить его, но оказавшись в данной ситуации она сразу же поняла, где крылась её наибольшая слабость. На самом деле всё просто — она должна была стоять между четырёх колонн и постоянно удерживать их…

Такое положение дел ограничивало её подвижность и личную манёвренность, и как только враг такого калибра приблизится к ней, ей конец.

Однако, как не крути, а она не могла остановиться на полпути. Если она не позаимствует магическую силу корабля и четырёх духовных бусин, её боевая мощь будет слабее, чем у врага. Это означало, что она должна держаться подальше от него, и убить его, прежде чем он сможет приблизиться!

Чем меньше расстояние, тем ближе она к своей кончине!

Магическая сила Матушки Истинных Небес стала ещё более ожесточённой, а атаки более сосредоточенными. Она приближалась шаг за шагом, в то время как Имперский Наставник был вынужден постоянно отступать, но не слишком далеко. Каждое сближение даже на ширину волоска было равносильно сближению со смертью.

Визг Матушки становился всё громче и громче, а пот ручьями стекал по спине. Корабль Солнца и Имперский Наставник покинул руины, оставляя Цинь Му и Паньгун Цо стоять на противоположных концах потрёпанного временем зала.

Матушка Истинных Небес восстала, но затем появился Имперский Наставник и убил её одним ударом, подняв настоящий переполох. Разве такое могло не напугать Паньгун Цо? Насколько же силён Имперский Наставник? Вот он сразу же и слинял.

Битва у Дворца Истинных Небес заставила Паньгун Цо полностью забыть о сражении с героями нынешнего поколения. Теперь он просто хотел восстановить Божественный Мост и убить, отдавая дань уважения. Однако, увидев, что Матушка избежала смерти, а Наставник ударил лишь по песчаному великану, он вздохнул с облегчением и рассеял всякие мысли о дальнейшем побеге.

Смотря как Матушка Истинных Небес берёт под контроль Корабль Солнца и подавляет им Имперского Наставника, Паньгун Цо был в полном восторге, поэтому он улыбнулся и неторопливо произнёс:

— Вычисления Владыки Культа Циня поистине гениальны. Ты нашёл меня с помощью Имперского Наставника и Матушки Истинных Небес. Я знаю, о чём ты думал, ты хотел поймать одновременно двух зайцев. Наставник совершит свирепую атаку и убьёт Матушку, в то время как ты воспользуешься шансом и попытаешься убить меня. Поистине превосходный план, но планы человека не могу идти в ногу планами богов. Ты не ожидал, что способности Матушки Истинных Небес окажутся настолько сильны. Это твоя первая ошибка… — держа руки за спиной, он неторопливо добавил. — Вторая же заключалась в том, что ты по-настоящему недооценил меня. Относится ко мне как к обычному практику божественных искусств — твоя самая крупная ошибка. Я пережил более десяти перевоплощений, скорость моего совершенствования выше всякого твоего воображения, следовательно, скорость, с которой я становлюсь сильнее, также за пределами твоего воображения!

Его аура вырвалась наружу, яростная жизненная Ци исказила воздух вокруг, образуя торнадо в изношенном зале. Оно поднимало бесчисленное количество кирпичей и даже сметало огромные колонны. Поразительное зрелище!

— Разве ты можешь что-либо противопоставить моим способностям?! — с криком, спросил Паньгун Цо.

Сила его совершенствования существенно возросла по сравнению с тем, что было, когда они встретились в пустыне.

Можно сказать, что он развивался с божественной скоростью!

Паньгун Цо шагнул вперёд, видения богов появились позади его тела, образуя слои рая. Его тело стало золотым, как у будды, и он исполнил Махаяну Сутра Жулая, достигнув Небес Сарасвати!

Юнец поднял руку и взвыл ветер с громом. Раздался запоздалый взрыв, а его ладонь, словно поток небесных цветов, практически достигла юноши напротив!

Цинь Му поднял руку.

Бум!

Половина зала рухнула, а вместе с ней упал Паньгун Цо, распластавшийся на земле.

Цинь Му начал топать, и остальная часть зала окончательно рухнула, в то время как под ним самим образовалась огромная яма. Паньгун Цо же погрузился глубоко в песок.

— Ты что-то сказал, Гроссмейстер? — наклонив голову, спросил паренёк.

Глава 473. Мир в Зеркале

Внезапно во все стороны полетели камни. Опозоренный и злой Паньгун Цо взмыл в небо, поднимая над собой огромный котёл.

Тот завис в воздухе горлышком вниз, начиная неистово всасывать валяющиеся на земле камни, песок, разрушенные колонны, поваленный забор и ветхие стены.

Громадный горшок напоминал котёл кипящего супа, которым на самом деле оказался истинный огонь. Даже маленького количества подобного пламени хватало, чтобы превратить всё, что попадало в артефакт, в пепел.

Было очевидно, что Паньгун Цо создал это оружие очень давно!

Огромный котёл был выкован в одной из его прошлых жизней. Владея невероятной мощью, его можно было сравнить с прочими сильнейшими наследными сокровищами культов, и он явно был создан руками существа, близкого к области богов.

Впрочем, из-за своего низкого совершенствования, Паньгун Цо не мог использовать его на полную. Духовное оружие могло быть как сильным, так и слабым. Как и практики, оно классифицировалось по областям. Если человек владел высококачественным мечом, это ещё не означало, что его сила увеличится в несколько раз. Всё зависело от того, насколько эффективно артефакт будет использоваться.

К примеру, меч Беззаботный был божественным оружием с неописуемой мощью, но Цинь Му в настоящее время не мог раскрыть его полного потенциала и пользовался лишь преимуществами его остроты.

У Паньгун Цо сложилась похожая ситуация. Со своим текущим совершенствованием он был не в силах извлекать полную силу из артефактов, которые создал в своих прежних жизнях. Даже находясь на вершине области Семи Звёзд, он использовал лишь около десяти процентов силы предмета.

Песок поднимался над руинами, ещё больше стен, колонн и камней рушились, и под силой всасывания неслись в сторону котла.

Все руины медленно рассыпались, исчезая в небе.

— Мерзавец Цинь, теперь ты понимаешь, насколько я силён? Способности зависят не только от уровня совершенствования! — перевернувшись, ухмыляющийся Паньгун Цо приземлился на котёл. — И что с того, что твоё совершенствование плотнее, чем у меня? У меня лучшие сокровища, я могу запросто убить тебя с их помощью!

Опустив взгляд вниз, он внезапно был ошеломлён. Цинь Му стоял под горлышком котла, совершенно не сдвигаясь с места. Независимо от того, насколько сильно артефакт пытался засосать его внутрь, он крепко стояло на земле, не поднимаясь ни на сантиметр.

— Как такое возможно? — Паньгун Цо уставился на Цинь Му широко открытыми глазами, пока наконец не заметил, что парень внизу держится за металлический шарик размером с мандарин. Внезапно тот двинулся, переливаясь будто жидкость.

— Пилюля меча! — он немедленно понял, как надоедливому мерзавцу удаётся держаться на земле. Вес пилюли меча был невероятно огромным, прижимая его настолько, что даже котёл не мог сдвинуть его с места!

— Разве его пилюля меча не имела полметра в диаметре?.. Если я не могу тебя схватить, то придётся попросту убить! — в следующий миг Паньгун Цо наклонился, ударяя ладонью по котлу, из которого тут же ринулся поток испепеляющего пламени. Всё, к чему оно касалось, мгновенно плавилось. Камни и песок в руинах превратились в кипящую лаву!

Цинь Му схватил пилюлю, и к Беззаботному со всех сторон понеслись лезвия, быстро сливаясь с ним. Крепко держа его обеими руками, он разрубил летящий ему в лицо поток огня напополам.

Где бы не проносилось лезвие, огонь мгновенно затухал. С обеих сторон пустыни пылало пламя, но там, где вспыхнула сила меча, всё снова вернулось в норму.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Исконный огонь был невероятно яростным и мощным, и он понятия не имел что за дьявольская сила его породила.

Паньгун Цо громко вскрикнул, и с его телом произошло странное изменение в виде выросших из подмышек крыльев и превратившихся в когти ног. Вокруг него затрепыхались языки защитного пламени, спустившиеся из котла вверху.

Он расправил золотые крылья, отчего его перья издали металлический скрип, а уже в следующий миг они, слегка вздрогнув, отправились в противника на невероятной скорости. Будто мечи, они рассекали воздух, сопровождаясь порывами ветра и раскатами грома.

Цинь Му скрестил руки, и меч Беззаботный вновь разделился на части, превращаясь в восемь тысяч летающих лезвий, извивающихся бурной рекой. Мощный, бескрайний поток тут же ринулся в сторону противника.

После атаки Паньгун Цо не мог уверено держаться в воздухе. Все его перья столкнулись с потоком мечей, и в следующий миг он жалостно вскрикнул, оставшись абсолютно голым. Сломанные золотые перья посыпались на землю.

Цинь Му удалось полностью уничтожить оперение противника, и теперь тот обезнадёжено махал двумя голыми крыльями.

Пламя, защищавшее тело Паньгун Цо, некогда обрело широкую известность, и называлось Покровом Пылающего Божественного Огня. Он обладал феноменальной защитной и мог поворачивать атаки противника в сторону котла. К тому же сам огонь запросто расплавлял любое слабое духовное оружие.

Тем не менее, Цинь Му с лёгкостью пробил Покров Пылающего Божественного Огня и даже порубил все его перья!

«Этот парень смог разрушить мой Покров Пылающего Божественного Огня, он определённо сильнее меня! Я ему не ровня!» — как только Паньгун Цо это понял, он без всяких колебаний подлетел в воздух и, схватив огромный котёл, нырнул под землю в попытке скрыться…

Однако, прежде чем ему это удалось, Цинь Му схватил ножку котла, с улыбкой вытаскивая его из земли:

— Гроссмейстер, куда это ты?

Ничего не ответив, Паньгун Цо превратился в луч чёрного света и нырнул в пески.

Выбросив котёл, Цинь Му тоже превратился в тень и последовал за ним.

Спустя мгновение на расстоянии километра от того места, где они исчезли, в воздух подлетело облако пыли, и двое юношей вылетели из-под песков. Паньгун Цо бежал длинными шагами, параллельно отращивая новый набор перьев. Чуть погодя он резко взмахнул ими, взмыв в небо.

— Хочешь посоревноваться со мной в скорости?

Цинь Му исполнил Божественные Ноги Небесного Расхитителя, не пользуясь заклятиями или божественными искусствами, чтобы бежать по небу. Человек с птицей продолжили игру в салки в воздухе, и после недолгих избиений пернатый вновь полетел вниз, теряя по дороге драгоценные перья.

До того, как Паньгун Цо успел упасть, из его рта раздалось трубение слона, на голове начали неистово нарастать мышцы, а шея хрустнула, порождая две дополнительные головы. Вдох времени спустя он превратился в статую бога с тремя слоновыми головами.

Его физическое тело расширилось, достигая двадцати метров в высоту. Овладев безграничной силой, он замахнулся кулаком в сторону противника и одновременно тремя своими слоновьими головами прокричал:

— Умри, мерзавец Цинь!

Бум!

Кулаки противников столкнулись, разразившись силой божественных искусств их физических тел, и вокруг них поднялся острый, будто лезвия клинков, ветер, поднимая в воздух камни и песок.

Трёхглавый слон кашлянул кровью, отлетая всем телом назад.

Цинь Му немедленно бросился вслед за ним, наблюдая как тело вдали дрожит, принимая свою обычную форму.

В следующий миг Паньгун Цо подпрыгнул, и под ним расцвёл гигантский лотос размером около трёхсот метров. Он забрался на него, и лепестки цветка закрылись, исчезая вместе с ним внутри.

Цинь Му был ошарашен.

«Техника мгновенного перемещения? Не похоже…» — как только он об этом подумал, огромный цветок появился на расстоянии более десятка километров, тихо расцветая.

Мгновенно активизировав жизненную Ци, Цинь Му взмахнул рукой, отправляя вперёд пилюлю меча. Внезапно его палец резко крутанулся в пол-оборота, и пилюля разделилась на части, превращаясь в стремительный поток из восьми тысяч мечей. Неистово мчась вперёд, она достигла цветка на полшага быстрее своего владельца!

Форма Спирального Меча!

Скорость мечей света была даже выше, чем у Цинь Му, старающегося бежать изо всех сил, и они мгновенно оказалась у цели!

Лепестки лотоса раскрылись, и Паньгун Цо выпрыгнул наружу, тут же вытаскивая кусок чёрной ткани. Дрожа на ветру, она быстро окутала его тело.

Бесчисленные летающие мечи изрубили лотос на куски, прежде чем утопить в себе чёрную ткань. Но даже несмотря на то, что она в итоге разлетелась на мелкие лоскутки, Паньгун Цо внутри уже не было.

Приземлившись на землю, Цинь Му огляделся. Восемь тысяч мечей выстроились в круг над его головой, смотря своими кончиками наружу. Независимо от того, с какой стороны покажется противник, они смогут мгновенно его атаковать!

И всё же, пустыня была абсолютно спокойной…

Закутавшись в ткань, Паньгун Цо будто исчез из этого мира.

Вдали продолжала бушевать песчаная буря. Внутри неё среди вспышек молний и грохота грома прятался Корабль Солнца и бесчисленные песчаные драконы. Время от времени кто-то с невероятной силой взмахивал огромным песчаным солнцем. Волны энергии, исходящие от него, достигали даже Цинь Му, и вызывали смерчи, поднимающие красные песок высоко в небо. Разглядеть что-то вдали было почти невозможно.

Напротив песчаной бури стоял крошечный силуэт Имперского Наставника Вечного Мира.

Тем не менее, Цинь Му не обращал внимания на развернувшуюся там битву. Внезапно он со всей силы топнул по земле, отчего пустыня содрогнулась. Слабые потоки ветра подняли в воздух кучу песка, формируя песчаное создание высотой около полутора метра.

Он тоже изучал технику Природы Десяти Тысяч Душ, но его навыки не шли ни в какое сравнение с мастерством людей Дворца Истинных Небес.

— Где прячется Паньгун Цо? — спросил Цинь Му.

Крохотное существо протянуло руку, указывая направление, и он повернул голову, но так и не смог ничего там разглядеть.

— Глаза Небес Киновари! — в его зрачках закружились символы, и взглянув снова, он был слегка удивлён. Он увидел тонкую линию света, неторопливо летящую на ветру.

Ветер и потоки песка вокруг были очень сильными, но линия совершенно не искривлялась под их давлением, что выглядело довольно странно.

Ускорившись, Цинь Му подбежал к линии, обнаруживая, что на самом деле ею оказалось зеркало, почти не имеющее толщины, высотой с человека.

Паньгун Цо использовал технику Иллюзорной Тени из Великих Небесных Дьявольских Рукописей и превратился в тень, чтобы забраться внутрь зеркала!

Цинь Му был ошеломлён. Схватив летающий меч и ударив им по зеркалу, он искренне похвалил:

— Гроссмейстер, совсем не странно, что тебе удалось дожить до наших дней!

Увидев его, Паньгун Цо резко изменился в лице. Он быстро выбросил из зеркала верёвку, начиная вылезать по ней наружу.

Меч Цинь Му пронзил стекло, разбивая его на осколки, но Паньгун Цо успел выбраться наружу, вновь бесследно исчезая.

— Что это за божественное искусство?

Осматривая окрестности Глазами Небес Киновари, Цинь Му так и не смог обнаружить никаких следов Паньгун Цо. Внезапно вздрогнув в сердце, он схватил с земли осколок зеркала и начал двигать им вокруг.

Вскоре Цинь Му опять нашёл Паньгун Цо. К этому времени тот, используя свою верёвку, успел взобраться довольно высоко.

На одном из концов верёвки был крюк, прицепленный к облаку. Судя по всему, он собирался скрыться именно там.

Но самым странным было то, что верёвка была совершенно невидимой, прячась в странном пространстве зеркала, которое будто пересекалось с настоящим миром.

Несмотря на то, что она висела в настоящем мире, её нельзя было увидеть, даже используя Глаза Небес Киновари!

— Гроссмейстер отлично овладел искусством спасения своей жизни, — воскликнул Цинь Му. Держа зеркало в одной руке, он щёлкнул пальцами другой. Меч Беззаботный взлетел в небо, разрубив невидимую верёвку под белым облаком.

Подняв с земли ещё один осколок зеркала, Цинь Му положил его там, где должен был упасть Паньгун Цо.

С громким хлопком бедолага упал в ловушку и, подняв голову, увидел стоящего снаружи юношу.

— Гроссмейстер, теперь мы можем поговорить? — с улыбкой поднял зеркало с земли Цинь Му.

Глава 474. Злодей

Стоя в центре зеркала, Паньгун Цо смотрел на осколки разбитой поверхности, которые чем-то напоминали сильно потресканную прозрачную землю, с непроходимым расстоянием между каждой её частью. Его зеркало было необычным сокровищем, которое он заполучил в Великих Руинах, а мир внутри него мог пересекаться с реальным миром совершенно незаметно для окружающих, благодаря чему его было практически невозможно обнаружить.

Единственный недостаток зеркала заключался в том, что его владелец, находясь внутри него, не был способен пользоваться божественными искусствами.

В прошлом Паньгун Цо всегда успешно использовал это сокровище как инструмент для побега, поэтому к текущему моменту у него даже мысли не возникало, что настанет тот день, когда он окажется в ловушке внутри него.

Безопасно выбраться невозможно. Цинь Му разрезал верёвку. Единственный выход — выпрыгнуть из зеркала, но, поступи он так, его сердце окажется мгновенно пронзено.

— Владыка Культа Цинь, ты ведь пришёл поговорить, а не убивать меня, да? — Паньгун Цо отбросил все мысли о побеге и поинтересовался. — Почему ты сразу этого не сказал?

Цинь Му посмотрел на мерзавца в зеркале и не знал, плакать ему или смеяться:

— Когда бы я успел? Увидев меня, ты сразу же решил действовать жестоко, намереваясь убить меня, вот я и решил тебе отомстить. К тому же в самом начале я тебе сказал — твой друг пришёл издалека, чтобы встретиться с тобой, почему ты не выходишь отпраздновать такое радостное событие?.. Было же очевидно, что я пришёл просто поговорить, а не биться насмерть. А раз всё именно так, тогда что это всё только что было?

Паньгун Цо чуть не вырвало кровью от злости. Маленький негодник ведь тогда ясно сказал — твой друг пришёл издалека, чтобы встретиться с тобой, почему ты не выходишь умереть? Когда это “умереть” превратилось в “радостное событие”? Однако, сейчас было не время придираться к словам. Так как его жизнь попала во власть вражеских рук, лучше вести себя разумно и не напрашиваться на неприятности.

— Владыка Культа Цинь — благороден, доброжелателен, с широким кругозором, поэтому я всегда восхищался тобой. Это была всего лишь шутка, чтобы ты показал мне свою силу и мастерство. Ты действительно необыкновенный, я полностью покорён, — Паньгун Цо вытер кровь, капавшую с уголков его рта, и сел с улыбкой. — Владыка Культа Цинь зашёл так далеко, чтобы найти меня, поэтому мне интересно, о чём пойдёт речь?

— Бог за твоей спиной, — улыбаясь до ушей, юноша поднял зеркало. — Мы с Имперским Наставником хотели бы встретиться с ним и отдать дань уважения этому священному предку. Даст ли нам Гроссмейстер такой шанс?

Лицо Паньгун Цо слегка изменилось. Бог, о котором шла речь, появлялся, когда он исполнял своё шаманское заклятие дани уважения к душе!.. И Цинь Му спросил о его местонахождении не для того, чтобы отдать ему дань уважения. Он хотел собрать все имеющиеся силы, дабы избавиться от него раз и навсегда!

— Владыка Культа Цинь, Император Людей Цинь, откуда мне знать о таком существе? — рассмеялся Паньгун Цо. — Ты же знаешь, какие у меня способности. Таких жалких существ, как я, Владыка Культа Цинь может одолевать одной рукой. Ты и правда думаешь, что хоть один уважающий себя бог станет иметь со мной дела? Что касается его местонахождения, то такой слабак, как я, попросту не способен этого знать. Подумай сам, Владыка Культа Цинь!

Цинь Му поднял зеркало и ударил по песку мечом, беспечно сказав:

— Гроссмейстер говорит, что не знает никаких богов, но тут и дурак поймёт, что это чистейшая ложь. Если ты не знаешь никаких богов, как ты смог призвать людей с Высших Небес, чтобы они разобрались со мной? Как ты смог выманить Сюй Шэнхуа? Если бы ты не знал никаких богов, разве бы ты узнал Матушку Истинных Небес?  Гроссмейстер, мы с тобой не дети, так что давай не будем ходить вокруг да около. Ты действительно не имеешь права знать никаких богов, но тот, кто появляется позади тебя, их определённо знает, а также очевидно, что вы очень близки. Видение бога, которое появляется за твоей спиной, когда ты отдаёшь дань уважения душе, это твой Владыка или Гроссмейстер, я правильно говорю?

Паньгун Цо посмотрел на меч, который был воткнут в песок, и его лицо замерцало между определённостью и сомнением. Внезапно он встал и начал ходить по зеркалу взад-вперёд, явно принимая трудное решение. Все вокруг считали, что основателем Дворца Золотой Орхидеи был он, но никто не знал, что в это дело был вовлечён кое-кто ещё. В далёком прошлом Дворец Золотой Орхидеи основал не он, а бог, с которым у него сложились крепкие отношения. Что касается того, как он оказался у власти… на самом деле она перешла в его руки лишь по случайному стечению обстоятельств. Ему просто повезло. В то время произошло много бесславных событий.

— Он мой Владыка, — остановившись, Паньгун Цо поднял голову, смотря на находящегося за зеркалом Цинь Му. — Ты всё правильно сказал, благодаря нему я знаком с Высшими Небесами и смог узнать Матушку Истинных Небес. Однако я бы посоветовал тебе не провоцировать его, он слишком злой! — уголки его глаз сильно дрожали, и он тихо продолжил. — Владыка Культа Цинь должен знать, что все считают меня истинным злодеем, но в сравнении с ним, я ничто. Я его ученик, но каждый раз, когда я исполняю шаманское заклятие дани уважения к душе, мне нужно заимствовать его силу. Ты ведь знал это, верно? И каждый раз, когда я использую это шаманское заклятие, я теряю несколько лет жизни! Хе-хе, если он так обращается даже со своим учеником, что насчёт других? Вот почему я не особо стремился использовать этот вид шаманского божественного искусства.

Выражение лица Цинь Му резко изменилось. Паньгун Цо действительно сказал, что кто-то был злодеем? Это была поистине фантастическая история, в которую мало кто смог бы поверить! С точки зрения злодейства в этом мире, кто может переплюнуть мерзавца, отравившего всю прерию и убившего бесчисленное количество невинных пастухов?

— Я даже не знаю его настоящего имени. Я знаю только, чем он занимается, — сказал Паньгун Цо. — Другие звали его — Шаманский Бог Куй. Я думаю, что это его фамилия, но люди нашего происхождения редко раскрывают свои настоящие имена и фамилии, поэтому его фамилия запросто может быть подделкой.

— Шаманский Бог Куй? — был ошеломлён Цинь Му. Фамилия Куй действительно существует, но не факт, что она принадлежит шаманскому богу. Куй также означает ухо или призрак. Может быть это и не фамилия вовсе, а название расы? Если это так, то Шаманский Бог Куй должен быть призраком!

— Тем не менее, Владыка Культа Цинь, тебе не под силу его найти, — добавил Паньгун Цо. — Он прибыл из другого мира и покинул меня в начале моей первой жизни, — Цинь Му подозрительно посмотрел на мерзавца в зеркале, но тот не выглядел так, будто притворялся. — Владыка Культа Цинь, тебе не стоит сомневаться во мне. Какой смысл мне лгать? Теперь я в твоей власти, вопрос моей жизни и смерти в твоих руках. Сейчас я полностью искренен.

Задумавшись, Цинь Му улыбнулся:

— Гроссмейстер, ты опять лжёшь мне.

— Когда это я тебе солгал? — беспомощно спросил Паньгун Цо.

— Если он действительно покинул тебя, почему ты до сих пор можешь выполнять шаманское заклятие дани уважения к душе? Это видение позади тебя… не является ли оно видением его исконного духа? — улыбнулся Цинь Му. — Думаешь я поверю, что он способен проецировать свой исконных дух из другого мира? Если бы у него была эта способность, то богам с верхних границ не пришлось бы окаменевать свои тела, только чтобы отправить их с приказом для богов Высших Небес активировать разрушающие мир божественные артефакты.

Выражение лица Паньгун Цо мгновенно изменилось.

Цинь Му посмотрел на мальчика, выглядящего внешне даже моложе, чем он, и неторопливо добавил:

— Кроме того, чувствуя твой призыв, он сразу же проецирует свой отдающий дань уважения фантом, чтобы помочь тебе в убийстве других людей. Я не думаю, что он настолько свободен в своих действиях, и не думаю, что шаманское заклятие дани уважения к душе выполняется таким образом. Допустим одним днём у него будет скверное настроение, и он решит не проецировать свой фантом, разве ты не пострадаешь от этого? Гроссмейстер, мы умные люди, так что скажи мне правду, и я оставлю тебя в живых.

Паньгун Цо очень удивился, но вдруг громко рассмеялся и захлопал в ладоши:

— Как и ожидалось от Владыки Культа Циня, человека, которого я считаю своим заклятым врагом. Не так-то просто обмануть тебя. Правильно, он не покидал меня. Он планировал уйти, но у меня были на него другие планы, поэтому я сильно ранил его, после чего отобрал его исконный дух!

Цинь Му уставился на него с широко открытыми глазами.

— Какой учитель, такой и ученик, — улыбка юного мерзавца была полна гордости. — Чему бы он меня ни учил, я всё схватывал на лету, и даже превосходил его! Но эта старая рухлядь так и не передала мне метод становления богом. Время шло, подходили к концу мои последние года, мне оставалось жить от силы пару лет, но он даже и не думал относиться ко мне как к настоящему ученику. Хмпф, раз уж он так хотел, чтобы я умер, я решил, что только после него! Поэтому, когда он, наконец, был готов покинуть этот мир и верхняя граница проецировала божественный луч, чтобы принять его, я сделал свой ход.

Холод проник в сердце Цинь Му.

Паньгун Цо улыбнулся и продолжил:

— Я использовал божественное искусство, которому он научил меня, чтобы нарушить приём божественного луча, разделив его на две части! Владыка Культа Цинь, ты владеешь божественным искусством перемещения, как думаешь, когда оно разделится на две части, каков будет твой конец?

— Я тоже разделюсь на две части, — сердце Цинь Му неистово задрожало.

— Приём божественного луча ничем не отличается от божественного искусства перемещения, с той лишь разницей, что это разделение физического тела и исконного духа, — Паньгун Цо был очень доволен собой, перейдя на неторопливую речь. — Я использовал шаманские заклятия, чтобы принести в жертву своего ученика и разделить божественный луч надвое. Физическое тело и исконный дух Шаманского Бога Куя мгновенно отделились и выпали из божественного света. Таким образом я сумел поймать одновременно двух зайцев. Мой ученик давно ожидал моей смерти, чтобы занять моё место, поэтому я избавился от них обоих одновременно. Исконный дух Шаманского Бога Куя было легко контролировать без физического тела и после того, как я пересадил в него душу жука!

Цинь Му почувствовал, что его волосы встали дыбом, и вздохнул:

— Гроссмейстер, ты сказал, что Шаманский Бог Куй — злодей, но в моих глазах нет никого злее, чем ты.

Паньгун Цо покачал головой:

— Ты меня переоцениваешь. Я не могу с ним сравниться. Он — истинное зло. Даже несмотря на то, что он слишком долго находился в ловушке, его физическое тело ещё не умерло, и его исконный дух тоже в порядке. Несколько раз ему даже почти удалось прорваться через мою печать, когда я использовал его, чтобы найти шаманское заклятие дани уважения к душе. Владыка Культа Цинь, такого ты точно не мог ожидать, да? В моей первой жизни я был одним из лучших существ в этом мире, сильным практиком, который был близок к уровню бога. Возможно, я перевоплощался слишком много раз, и моё желание совершенствоваться со временем угасло, но мои намерения в то время ничем не отличались от твоих.

— Это правда, — кивнул юноша. — Способности Гроссмейстера необычайны. Даже если ты изучил техники других сект и священных земель, твои шаманские заклятия — твоя самая сильная сторона. Они были наработаны из твоей первой жизни, и другие техники, которые ты изучил в последующих жизнях, просто украшают то, что уже и так идеально… они все не слишком полезны для тебя. Если бы ты сосредоточился на изучении своих шаманских заклятий, твои сегодняшние достижения не были бы такими, как сейчас.

Выражение лица Паньгун Цо стало мрачным, а голос приглушённым:

— Ну развил бы я шаманские заклятия настолько, насколько возможно, что с того? Я всё равно не смог бы стать богом. Осознав это, я начал идти другими путями, пытаясь найти способ, чтобы стать богом в других священных обителях и сектах. Как жаль, что они все не имели таких способов или даже полностью не понимали того, что было известно мне. Но в конце концов объявился Владыка Культа Цинь, человек, которого я считаю своим самым главным врагом, а также человек, который распространил для общественности метод становления богом, давая мне надежду, наконец, достичь этой стадии. Ты действительно заставляешь меня бесконечно вздыхать в восхищении, не зная, что и сказать, — его глаза на миг растеряно расфокусировались, но затем он внезапно добавил. — Если бы я встретил тебя в моей первой жизни, скорее всего мы бы стали друзьями.

Цинь Му покраснел и рассмеялся:

— Гроссмейстер, не шути, я вовсе не злой. Где ты спрятал физическое тело Шаманского Бога Куя, и где ты подавил его исконный дух?

— Если я скажу тебе, ты не убьёшь меня и отпустишь?

— Я могу дать клятву Графу Земли! — твёрдо ответил Цинь Му.

Паньгун Цо покачал головой:

— Хватит шутить.

Цинь Му громко рассмеялся и махнул рукой:

— Если ты не хочешь давать клятву Графу Земли, тогда давай дадим клятву исконному духу Шаманского Бога Куя. Если ты пойдёшь против клятвы и обманешь меня, ты внезапно умрёшь, когда встретишься с ним! То же самое будет и со мной, если я не отпущу тебя, я умру сразу, как только встречу его!

Глава 475. Дьявольские Намерения

Паньгун Цо невнятно бормотал себе под нос. Предложение Цинь Му и вправду было искренним, но несло в себе подвох. Если он нарушит клятву, его заклятие дани уважение к душе окажется бесполезным, ведь прибегнув к нему его будет ожидать мгновенная смерть.

Без помощи этого заклятия его личная сила значительно снизится, к тому же навсегда исчезнет само божественное искусство, и больше никто не сможет им пользоваться. А он сам перестанет быть таким уж опасным для остальных.

На самом деле единственная причина, по которой Цинь Му оказался достойным противником для Паньгун Цо, будучи способным одолеть его в бою, состояла лишь в том, что его заклятие дани уважения к душе не работало на него.

Если Паньгун Цо сталкивался с кем-то другим, то мог запросто убить противника с помощью своего божественного искусства, даже если тот оказывался на две области выше. При подобной встрече это был единственный возможный исход!

И только Цинь Му, используя ненастоящее имя, был неуязвим для его сильнейшей атаки, вынуждая сражаться более традиционными способами.

— Хорошо, — уверенно сказал Паньгун Цо. — Давай дадим клятву Шаманскому Богу Кую! — договорив, он немедленно исполнил заклятие дани уважения к душе, и вскоре за его спиной появился огромный жертвенный алтарь, над которым возвышался призрак Шаманского Бога Куя.

Парни произнесли свои клятвы, тщательно обдумывая слова друг друга, пытаясь найти в них уловки. Они тут же обнаружили, что в их обещаниях было всего лишь несколько едва заметных недочётов, но в каждом из которых крылась ловушка!

«Вот же ж старый лис/молодой лис!» — они мысленно проклинали друг друга.

Вздохнув, Паньгун Цо проговорил:

— Я спрятал тело Шаманского Бога Куй на горе Ян в самой южной части Великих Руин. А его исконный дух был подавлен на северном склоне горы Инь. Если ты посетишь два этих места, то найдёшь его.

— Должно быть ты наложил на них какую-то печать, верно? Почему ты не рассказываешь о ней?

Лицо Паньгун Цо скривилось в неприветливой улыбке:

— Владыка, в моей клятве об этом речи не было. Если я расскажу тебе сейчас, разве ты мне поверишь?

Цинь Му зевнул, продолжая улыбаться:

— Я не смею тебе верить на слово. Но поклявшись не убивать тебя, я ведь тоже не гарантировал, что тебя не убьёт Имперский Наставник.

Громко рассмеявшись, Паньгун Цо принял облик чёрной тени и вылетел из зеркала, после чего вернулся в свою обычную форму:

— Имперский Наставник сражается с Матушкой Истинных Небес, битва как раз в самом разгаре. Их способности почти равны, так что исход ещё не решён.

Дважды обойдя Цинь Му по кругу, он внезапно бросился в атаку, громко хихикая:

— Владыка Культа Цинь, клятва между нами состоит в том, что ты отпустишь меня и не убьёшь, но в ней не говорилось, что я не могу убить тебя!

Выражение лица Цинь Му резко изменилось, и он быстро отступил. Паньгун Цо продолжал яростно нападать. Используя всяческие приёмы и навыки, он громко смеялся, чувствуя, как все прежние избиения и унижения канут в лету.

Цинь Му с трудом защищался. Различие в их силе не было слишком большим, и если Паньгун Цо продолжит атаковать его в том же духе, а он так и будет отбиваться, то рано или поздно преимущество окажется не на его стороне!

При таком положении дел он в конце концов погибнет от руки старого мерзавца!

— Гроссмейстер, — юноша неожиданно достал меч, с улыбкой отбивая удар противника. — Я поклялся, что не стану тебя убивать, но не обещал, что не отрублю тебе руку или ноги. Не бойся, младший брат, я отлично владею искусством лечения, ты не умрёшь даже если я отрежу твою голову. В худшем случае придётся присоединить её к телу свиньи!

Чуть не оставшись без руки, Паньгун Цо быстро отступил, впадая в ярость:

— Вот сволочь!

— Сам ты сволочь! — разозлился Цинь Му. — Разве ты не скрыл свои планы, собираясь меня обмануть?

Паньгун Цо в спешке уклонялся от ударов, одновременно роясь в своём мешочке таотэ, в итоге достав футляр для меча.

Летающие лезвия взмыли в небо, исполняя Шестое Писание Меча Дао.

Семь Странных Золотых Лотосов, Любовь Великодушной Династии Цин!

Это был навык меча области Семи Звёзд секты Дао. При его исполнении, мечи влетели внутрь семи звёзд, и те мгновенно превратились в лотосы, таящие в себе пять элементов, солнце и луну. Странная сила искусства была невероятно великой.

Цинь Му вскрикнул, тоже исполняя шестое писание меча Дао. Их мечи столкнулись, и в следующий миг Паньгун Цо отлетел назад. Внезапно он зарылся под землю, и Цинь Му пришлось броситься вдогонку, громко проревев:

— Жирдяй, я его раню, а ты добьёшь!

Цилинь наблюдал за происходящим издалека, не смея приближаться. Но услышав приказ своего кормильца, он мгновенно сорвался с места.

Как только он добрался к тому месту, где исчезли Цинь Му и Паньгун Цо, за пятнадцать километров от него пустыня внезапно взорвалась и в небо над ней поднялись два силуэта. Он прибавил скорости, но вновь не успел к ним вовремя, ведь парочка, вспыхнув рунами мгновенного перемещения, опять пропала из поля его зрения…

Появившись, Цинь Му и Паньгун Цо завязали между собой звонкий бой на мечах в очередных пятнадцати километрах от цилиня.

— Они оба мастера сбегать, разве мне под силу догнать их? — ворчал жирдяй.

Когда он повернулся, чтобы снова попытаться подобраться к ним, два силуэта исчезли. В небе засияли искры меча и красный кровавый свет.

— Владыка, хватит бежать! — смотря вперёд, цилинь резко изменился в морде и прокричал. — Там поле боя между Имперским Наставником и Матушкой Истинных Небес!

Цинь Му продолжал преследовать Паньгун Цо, который думал лишь о том, чтобы спасти свою жизнь, поэтому он, стиснув зубы, бросился внутрь песчаной бури.

Даже не думая останавливаться, Цинь Му внезапно оказался между неистовых потоков ветра в виде массивной песчаной бури. Вокруг сверкали молнии и раздавались раскаты грома, а песчинки, будто крохотное духовное оружие, яростно пытались пробить его кожу, вызывая невыносимую боль.

— Тело Тирана Истинного Дракона! — прокричал парень. Используя результат слияния техники Девяти Монархических Драконов и Трёх Эликсиров Тела Тирана, он заставил жизненную Ци извиваться вокруг его тела, будто дракон. Кровь начала течь по его венам с невообразимой скоростью, а когда мышцы сокращались, раздавался оглушающий взрыв.

Песок, принесённый ветром, попросту отскакивал от его кожи, не нанося вреда и не вызывая боли. Внезапно из его глаз вырвались два луча света, испаряя песчинки до того, как они успевали добраться к ним.

Цинь Му оглянулся, но не смог разглядеть ничего вдали. Впрочем, Паньгун Цо оказался достаточно близко, и он мгновенно бросился в атаку. Под ногами противника виднелся гигантский щит с символами черепахи, которые, вспыхнув ярким светом, тут же образовали вокруг него узор панциря, предоставляя несколько слоёв защиты.

Количество сокровищ, которыми владел Паньгун Цо, было сложно представить.

Вероятно, ему удалось забрать из Дворца Золотой Орхидеи большинство сокровищ, накопившихся за последние десять тысяч лет до того, как туда вторгся Имперский Наставник. Черепаший щит определённо владел невероятной силой.

Парочке парней было невероятно сложно сохранять равновесие внутри песчаной бури, ужасающий ветер постоянно бросал их тела в стороны. Даже духовное оружие не могло отлететь на большое расстояние, оказываясь во власти стихии.

Вокруг сверкали бесчисленные молнии, время от времени ударяя в опасной близости от них, как вдруг их окатил импульс ужасающей силы, заставляя яростно содрогнуться телами и неконтролируемо вытянуться вверх. Это было искривление пространства, вызванное сражением двух сильных экспертов. Иногда оно растягивало их тела до пяти метров в высоту, а иногда сжимало до полутора. Терпеть подобное было просто невыносимо.

Вьюх!

Мимо них пролетело гигантское чёрное солнце, всё ещё излучающее испепеляющие лучи, отчего песок и ветер в округе тут же загорелись. Их пламя быстро закружилось, формируя огненный смерч.

Цинь Му и Паньгун Цо оказались не в силах что-то сделать, оказавшись втянутыми внутрь вихря. Кружась с невообразимой скоростью, он в мгновение ока поднял их над землёй.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Их мечи столкнулись более сотни раз, когда внезапно чей-то горизонтальный удар разрубил смерч напополам, но их тела так и продолжило неистово вращать, и до того, как они успели приземлиться на землю, неподалёку раздался оглушительный рёв. Широко отрыв пасть, в их сторону полетела трёхсотметровая змея.

Пока Цинь Му изо всех сил пытался сбежать, Паньгун Цо кувыркался в воздухе неподалёку. В итоге они оба едва избежали столкновения с громадной змеёй, но уже в следующий миг послышался грохот от зарывания монстра в землю. Породились вибрации такой силы, что их вырвало кровью.

Сражение между Имперским Наставником и Матушкой Истинных Небес было слишком жестоким. Парни были неспособны выдержать взрывных волн, вызванных ударами двух богов, и могли погибнуть в любой момент.

Избегая столкновений с песчаными змеями, Паньгун Цо помчался вперёд, пытаясь любой ценой выбраться из бури, как вдруг за его спиной раздался оглушительный стук.

Двое бедолаг ошарашенно застыли.

Через пустыню двигался огромный остров, и везде, где тот проходил, пространство искривлялось, покрываясь мелкой рябью.

Обычно искривления пространства были незаметны для глаз, но в этот раз они были попросту слишком масштабными!

— Нужно бежать… — вскрикнул Паньгун Цо, но его голос утонул в шуме песчаной бури.

Цинь Му тоже попытался сбежать, но даже используя Божественные Ноги Небесного Расхитителя его скорость оказалась слишком низкой, чтобы противостоять ветру.

В следующий миг на парней хлынула несравнимо сильная божественная аура, вынуждая их вновь сплюнуть кровью.

Даже Тело Тирана Истинного Дракона Цинь Му или черепаший щит Паньгун Цо оказались бессильными против её мощи.

Стоило отметить, что их совершенствование находилось на вершине области Семи Звёзд. Они были лишь в шаге от области Небожителя, но всё же этого было недостаточно, чтобы совладать с аурой внутри бури.

Бум! Бум!

Цинь Му держался за ногу Корабля Солнца, не осмеливаясь отойти. Его лицо морщилось от ветра, а рябь в пространстве неожиданно растянула его тело до шести метров в длину, заставляя почувствовать некую тонкость в мозгу и странное искажение в поле зрения.

За соседнюю ногу крепко держался Паньгун Цо, чьё тело тоже вытянулось, став напоминать по форме лапшу.

Когда волна прошла, сила ветра снизилась, и тела парочки резко вернулись в свою обычную форму.

Выхватив свой меч, Цинь Му резко обернулся, ударяя в сторону Паньгун Цо. Стоя на черепашьем панцире, тот поднял меч, собираясь отбить удар, но в следующий миг громко хмыкнул, в то время как на его ноге появился глубокий разрез.

Бум!

От гигантского корабля снова распространилась ужасающая волна, из-за которой два парня сжались в абсолютно круглые шарики.

В этот миг Цинь Му увидел луч меча, рассекающий песчаную бурю. Из ужасающей ряби в пространстве на борт Корабля Солнца взошёл Имперский Наставник, свет его меча пронзил голову Матушки Истинных Небес, стоящую между четырёх колонн.

Впрочем, на лице женщины появилась хитрая улыбка, и в тот же миг в спину мужчине полетело громадное солнце.

Чёрный шар раздавил почти всё на борту, после чего свалился с кормы на землю, отчего судно несколько раз перевернулось, прежде чем остановиться.

Непреодолимый порыв ветра поднял Цинь Му в воздух, буря продолжала подметать всё на своём пути, увеличиваясь в размерах. Даже цилинь летал среди обломков, безнадёжно пытаясь вернуться на землю, но вскоре он и его хозяин смирились с судьбой, отдавая себя во власть стихии.

Глава 476. Солнечный свет над красным морем

Цинь Му выполз из высокой песчаной дюны и огляделся, увидев только безмолвную, опустошённую пустыню. После урагана остались лишь песчаные дюны в форме чешуи.

Корабль Солнца был полностью разбит. Было очевидно, что последний удар Матушки Истинных Небес был невероятно могуч, ведь она планировала убить им Имперского Наставника. Как итог — громадный корабль был разбит в дребезги.

Пламя в пустыне исчезло. Несмотря на то, что песок всё ещё был красным, языков пламени, на протяжении веков сжигавших отвергнутых Великих Руин, больше не было.

Цинь Му посмотрел вдаль, но нигде их не увидел.

Пылающая пустыня была уничтожена.

Он был очень озадачен и поспешно поднял руку, только чтобы увидеть, что следы пламени на его коже тоже исчезли. Достав несколько зеркал, он поднимал их вверх, опускал вниз, крутил по кругу, но всё равно не заметил никаких следов.

«Матушка Истинных Небес мертва…» — бешено забилось сердце Цинь Му. Женщина специально направляла пламя на отвергнутых людей Великих Руин. Ступая в пустыню, на их лицах тут же проступали следы пламени, и чем чище была их родословная, тем больше следов появлялось…

Например, ими было усеяно буквально всё тело Цинь Му.

Матушка Истинных Небес умерла, поэтому пламя в пустыне исчезло, а значит и следы пламени на всех отвергнутых!

— Пфф, агх! — выплёвывая песок, цилинь выполз из песчаной дюны вдалеке. Прихрамывая, Цинь Му помахал ему рукой. Его раны были очень тяжелы, но не от борьбы с Паньгун Цо, а от того, что его задел последний удар Матушки Истинных Небес.

Цилинь бросился к Цинь Му, а когда оказался рядом, тут же опустил перед ним хвост.

Юноша наступил на кончик хвоста, после чего зверь поднял его, чтобы тот соскользнул к нему на спину, и рванул в сторону Корабля Солнца.

Сидя на спине цилиня, Цинь Му прокричал:

— Имперский Наставник, ты ещё жив?

— Я здесь, — раздался неподалёку голос мужчины.

Посмотрев в сторону его источника, Цинь Му увидел под тенью огромной скалы Имперского Наставника и, с улыбкой на лице спустившись со спины зверя, сказал:

— Ты снова ранен?

— Не слишком серьёзно. Раны не такие тяжёлые, как в прошлый раз, — мужчина закрыл глаза, клюя носом будто засыпая, но чуть погодя он открыл один глаз, тихо добавив. — Матушка Истинных Небес была действительно сильна. Позаимствовав силу Корабля Солнца, она превзошла богов Высших Небес.

Цинь Му посмотрел в том же направлении, что и Имперский Наставник, но ничего не увидел. Ничего не понимая, он сосредоточился на лечении собственных ран, а когда закончил, попытался переместить мужчину, но понял, что ему это не по силам.

— Владыка, ты не сможешь переместить бога, — с улыбкой на лице, сказал мужчина.

Юноша понял, что тот имел в виду, и принялся за лечение:

— Ты всё ещё планируешь отправиться на Высшие Небеса?

Имперский Наставник покачал головой:

— Матушка Истинных Небес получала преимущество от своей земли, из-за которого при последнем обмене ударами я чуть не проиграл. Отправившись сейчас на Высшие Небеса, я встречусь с богами на их территории, на их земле. Опасность, с которой мне придётся столкнуться там, будет гораздо выше, чем тут. Я подожду, когда Император и другие существа уровня мастеров сект станут богами. Это не займёт много времени.

В Империи Вечного Мира было много сильных практиков области Божественного Моста, застрявших в ней на протяжении многих лет. Но благодаря тому, что Цинь Му распространил модель пространственной математики восстановления божественного моста, у них всех появилась надежда стать богами.

— Ты отпустил Гроссмейстера? — спросил Имперский Наставник.

— Я дал ему клятву не убивать его, мне очень трудно удерживать его без причинения вреда. Способность Гроссмейстера к бегству не имеет себе равных в этом мире… я никогда не видел такого “скользкого” человека. Однако мне посчастливилось заполучить половину его ноги, — проверяя свои раны, серьёзно говорил юноша.

— Так как ему удалось слинять, в будущем мы проблем не оберёмся. Даже я не могу защититься от его шаманского заклятия дани уважения к душе. Мало кто знает моё настоящее имя, однако, если он отправится в Речную Гробницу, то определённо узнает его. Император тоже в опасности, — с задумчивым видом, добавил мужчина.

Цинь Му достал много серебряных игл, и через мгновение Имперский Наставник выглядел как огромный дикобраз. Вонзив последнюю иглу в лоб, он улыбнулся и сказал:

— Для меня Гроссмейстер больше не является проблемой. Бог, появляющийся за ним, зовётся Шаманским Богом Куем, но он уже потерпел поражение от рук Гроссмейстера. Этот старый монстр в облике юнца разорвал его дух и тело на части, после чего спрятал его физическое тело в горе Ян Великих Руин, а исконный дух в горе Инь. Как только мы уничтожим исконный дух Шаманского Бога Куя, мы сможем разрушить шаманское заклятие Гроссмейстера дани уважения к душе.

Имперский Наставник взглянул на него с равнодушным выражением лица:

— А что, если Гроссмейстер прямо сейчас опережает тебя на шаг и перемещает исконный дух Куя?

Цинь Му был ошеломлён, тут же шлёпнув Имперского Наставника по бедру, тем самым заставляя его скорчиться от боли. Поспешно убрав руку, он быстро приготовил пару полных печей духовных пилюль и сказал:

— Медицинские навыки Гроссмейстера велики, лишь чуть-чуть уступая моим. Он не умрёт, даже если потерял половину ноги. Оставайся здесь, я отправляюсь на гору Инь! Не забудь вовремя принимать лекарство!

Имперский Наставник достал Бусину Чёрной Черепахи и бросил её:

— Лови! Пусть она будет у тебя, на всякий случай!

Юноша оставил мужчине немного воды и еды, прежде чем прыгнуть на спину зверю.

Имперский Наставник прислонился к огромной скале, пытаясь встать на ноги, но тут же рухнул. Тяжело дыша, он горько улыбнулся:

— Я снова так тяжело ранен, что не могу встать… К счастью, когда этот маленький негодяй подсунул Бусину Чёрной Черепахи в руки Матушки Истинных Небес, она не напала. В противном случае он бы доигрался, и мы оба были мертвы…

Имперский Наставник до сих пор не мог избавиться от посттравматического стресса.

Цинь Му раз за разом подсовывал Бусины Чёрной Черепахи и Зелёного Дракона в руки Матушки, чтобы испытать её, при этом совершенно не беря в учёт возможность того, что Наставник может быть не настолько сильным, как он себе там навоображал…

Даже сам Имперский Наставник не верил в себя так, как в него верил Цинь Му. Путешествовать в его компании явно было куда опаснее, чем самому.

«К счастью, мальчишка ушёл. Гора Инь опасна, но находиться рядом с ним ещё опаснее», — Имперский Наставник упёрся об скалу. Между тем за огромной скалой, на которой он лежал, тихо и медленно кружился песок, образуя песчаного великана.

Прошло некоторое время.

Имперский Наставник, казалось, ничего не замечал, продолжая посапывать, но в какой-то момент его глаза медленно открылись. Он украдкой поднял руку и вытащил серебряную иглу, воткнутую Цинь Му в его межбровье ранее…

Но ею оказалась не серебряная игла, а меч — меч Беззаботный!

Мужчина держал его с прищуренными глазами, затем внезапно ударил в скалу позади себя. В тот же миг сердце улыбающегося и готовящегося к атаке песчаного великана было пронзено Беззаботным. А сразу же после восемь тысяч огней меча с треском выстрелили во всех направлениях, буквально разрывая его тело на части!

Меч Беззаботный задрожал, и восемь тысяч мечей, с наконечников которых капала кровь бога, отлетели назад. Они с хлопком объединились, сформировавшись в пилюлю меча размером с мандарин.

Имперский Наставник опирался на скалу, в то время как пилюля меча, облетая скалу, возвращалась к нему.

— Благодарю, — мужчина улыбнулся и щёлкнул пилюлей, тут же исчезнувшей вдали со свистом.

За огромной скалой песчаный великан медленно осыпался, из него вытекала кровь бога.

Всё больше и больше крови окрашивало землю…

****

Цилинь бежал на восток, как вдруг Цинь Му поднял руку и призвал пилюлю меча, тут же прилетевшую со свистом к нему в руку.

Зверь внезапно запнулся и повалился вперёд, между тем юноша с улыбкой спрятал пилюлю меча в свой мешочек таотэ:

— Матушка Истинных Небес, наконец, мертва.

Цилинь потрясённо закричал:

— Матушка Истинных Небес была ещё жива?! Разве следы пламени на твоём теле не исчезли и пламя пустыни не погасло? Как она могла быть ещё жива?

— Она хитра, и сделала так, чтобы мы думали, что она уже мертва, поэтому Имперский Наставник действовал так, как будто думал, что она мертва. Тем не менее, он посмотрел на меня предупреждающим взглядом, поэтому, когда я лечил его, я превратил меч Беззаботный в иглу и воткнул её в его межбровье, — улыбнулся Цинь Му. — Причина, по которой он вручил мне Бусину Чёрной Черепахи заключалась в том, что он боялся, что она попадёт в руки Матушки Истинных Небес. Случись такое, это, несомненно, сделало бы её ещё более могущественной. Но теперь она мертва и это уже не важно. Если не веришь, оглянись назад.

Цилинь быстро оглянулся, увидев багряно-красное море, плавно распространяющееся с огромной скоростью. Оно было сформировано из божественной крови и поглощало пустыню, устремляясь к ним. Зрелище было крайне пугающим!

Зверь немедленно прибывал в скорости.

Красное море перестало распространяться только после более чем ста километров.

— Откуда в Матушке Истинных Небес так много крови? — спросил цилинь.

— Её божественная кровь трансформировалась в кровь обычного смертного, так что, совершенно естественно, что её так много, — Цинь Му тоже оглянулся и увидел солнечный свет над красным морем. На его берегу буйно росла густая растительность. В конце концов даже такое опустошённое место, как пустыня, имело множество цепких форм жизни.

— То же самое происходит и с людьми. Независимо от того, насколько суровая окружающая среда, они всегда найдут способ выжить! — юноша открыл Глаза Небес Киновари, чтобы посмотреть вдаль. Разбитый вдребезги Корабль Солнца превратился в остров в центре красного моря. Имперский Наставник взобрался на него, совершенно не испачкавшись в крови.

— Не забудь вовремя принять лекарство, — юноша махнул рукой, и цилинь быстро побежал.

****

Паньгун Цо остановил кровотечение, сидя на куче листьев рогоза, которые принёс ураган. Небо уже темнело. Лишь спустя трое суток он добрался до Великих Руин, будучи всё это время вынужденным подлечивать свои раны. Собственно, именно из-за того, что Цинь Му отрезал ему голень, он так долго и добирался сюда.

Паньгун Цо огляделся, его глаза загорелись. Он последовал за стадом странных зверей и прибыл к местным руинам до наступления темноты.

Вшух!

Он поднял руку, чтобы отрубить оленю ногу, и странный зверь зарычал, издавая угрожающие звуки. Затем он открыл свой мешочек таотэ, из которого тут же вылетели души жуков, и усмехнулся:

— Вы смеете запугивать меня? Кучка тварей. Я ничего не могу сделать с негодяем Цинем, но я запросто могу поубивать вас всех!

Странные звери смотрели на летающих вокруг душ жуков, боясь сделать даже шаг.

— Гроссмейстер действительно напорист, — внезапно из руин раздался неторопливо говорящий голос. — Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи запугивает странных зверей, как смешно.

— Кто это? — Паньгун Цо быстро присобачил ногу оленя к своей повреждённой ноге, не волнуясь о том, что может случайно сделать это неправильно, и быстро встал на ноги, как вдруг из руин вылетел сундук.

Кряк.

Сундук открылся, две ноги выбежали из него. За ними последовали две руки и туловище, медленно соединившиеся в обезглавленное тело, которое затем подошло к сундуку, вытаскивая голову и присоединяя её к своей шее.

— Гроссмейстер, ты не узнаёшь своего старого друга? — странное тело обернулось к нему лицом. Перед ним стоял юноша с красными губами и белыми зубами, на лице которого красовалась завораживающая улыбка.

Паньгун Цо побледнел в лице.

Глава 477. Слияние Областей

— Син Ань! — вздрогнув, Паньгун Цо выдавил из себя улыбку. — Давно не виделись, старший брат. Мы старые друзья, когда ты в последний раз хотел разузнать о местонахождении Цинь Му, я с радостью нарисовал тебе его потрет. Он ведь тебе пригодился? В такой ситуации ты же не желаешь мне ничего плохого?

Син Ань уселся на свой сундук, ухмыляясь:

— Цинь Му! Опять этот Цинь Му!

Он стиснул зубы, а руины вокруг наполнились убийственной аурой, вынуждая странных зверей в страхе припасть к земле.

Сердце Паньгун Цо забилось с неистовой скоростью, дрожащим голосом он спросил:

— Брат Син Ань тоже пострадал от его руки?

— Пострадал? — рассмеялся Син Ань. — Как я мог пострадать от его руки? Но у него оказалось слишком много старших. Я просчитался, и попал в засаду. У меня не осталось выбора, кроме как отступить, чтобы избежать лишних забот.

Паньгун Цо закатил глаза. Было очевидно, что Син Ань потерпел поражение. Старшие Цинь Му преследовали его, и ему пришлось залечь не дно неподалёку Западных Земель, не осмеливаясь даже носа показать.

Паньгун Цо не подозревал, что Син Ань не был таким слабым, как ему казалось. Человек перед ним смог сильно ранить слепого, глухого, одноногого, бабушку Сы, Императора Яньфэна и остальных сильных экспертов. Более десяти мастеров уровня мастера секты получили серьёзные травмы в первом же бою с ним. А если бы Цинь Му не смог отравить старика, то битва закончилась бы совсем по другому!

Даже будучи отравленным и раненым, он смог избежать преследования мясника и сбежать с Империи Вечного Мира к тому месту, где был сейчас. Его выносливость превышала даже богов из Высших Небес!

— Что касается гроссмейстера, мне нет до тебя дела, — бросив на него взгляд, Син Ань покачал головой. — Когда ты разовьёшь своё физическое тело или исконный дух до уровня бога, может быть я тобой и заинтересуюсь. В конце концов, мы друзья, и когда-то ты дал мне две своих руки, так что я не стану тебя трогать. Что случилось с твоей ногой? Эта рана от меча… — неожиданно он схватил юнца за ногу, с лёгким усилием поворачивая её. Голень оленя, которую тот только что присоединил к себе, немедленно отвалилась.

Стиснув зубы от боли, Паньгун Цо не осмелился ничего сказать.

Между тем Син Ань внимательно осмотрел разрез:

— Рана оставлена навыком меча этого Циня! Ты, должно быть, встретился с ним и потерял в сражении ногу.

По лбу Паньгун Цо катились капли пота, и он прохрипел, имитируя улыбку:

— Меня преследовал Цинь Му и Имперский Наставник. Подловив удачный момент, мерзавец Цинь смог отрубить мне полноги. Старший брат Син Ань, если ты хочешь отомстить ему, то я могу предоставить тебе отличную возможность.

— Думаешь мне нужна твоя помощь, чтобы ему отомстить? — покачал головой Син Ань. — Если бы я хотел его убить, то никто в мире не смог бы его спасти! Где он? Я слышал, что Имперский Наставник также великий эксперт, я мог бы позаимствовать несколько частей его тела.

Паньгун Цо улыбнулся:

— Я не знаю где сейчас находится мерзавец Цинь, но мне известно, куда он направляется. Он собрался к горе Инь, чтобы найти исконный дух моего учителя. Имперский Наставник путешествует вместе с ним, и скорее всего тоже там появится, — улыбнулся Паньгун Цо.

На лице Син Аня возникло заинтересованное выражение:

— Исконный дух твоего учителя? Когда-то ты отдал мне дань своего уважения, едва не убив. Появившийся тогда призрак бога — это исконный дух твоего старшего?

Сердце Паньгун Цо вздрогнуло, и он мгновенно начал оправдываться:

— Я был вынужден так поступить. Как говорит пословица: “Не сразившись, не станете друзьями”. Если бы мы со старшим братом не сошлись в бою, то не узнали бы друг друга.

Син Ань улыбнулся:

— Я был бы очень рад заполучить исконный дух твоего учителя.

Паньгун Цо искал способ втянуть его в передрягу с Имперским Наставником, заставляя обоих сильно пострадать:

— Если на него упал глаз брата Син Аня, то он может его забирать. Вот только… старший брат, моя нога… Ты не мог бы…

Син Ань запрыгнул обратно в свой сундук:

— Мерзавец Цинь украл большую часть моей коллекции, здесь не так уж и много осталось. Думаю, что тебе пока хватит голени оленя. Когда я убью божественного врача Циня и Имперского Наставника, то найду тебе что-нибудь на замену.

Паньгун Цо осталось лишь присоединить ногу оленя обратно. В этот раз он сделал всё более тщательно, не оставляя любых скрытых недочётов: «Син Ань очень скуп, и, скорее всего, не даст мне новой ноги, когда придёт время. Впрочем, когда он будет сражаться с Имперским Наставником, я смогу заполучить всю его коллекцию!»

****

С молниеносной скоростью цилинь тащил Цинь Му обратно в Великие Руины. Через два дня они увидели, что количество странных зверей в местности уменьшается, им на замену приходят деревни и блуждающие монахи.

Видя его верхом на цилине, они останавливались, бросая на него странные взгляды:

— Владыка Культа Цинь, почему они на нас так смотрят? — озадачился жирдяй.

В глазах юноши закружились символы построений. Взглянув на проходящих мимо монахов, он обнаружил, что те оказались вовсе не монахами, а злобными великими демонами!

Затем его взгляд упал на деревенских жителей. На улицах было огромное количество существ, также оказавшихся великими демонами!

Внезапно вдали послушался мелодичный звон колокола. Сердце Цинь Му вздрогнуло:

— Мы возле Монастыря Малого Громового Удара.

Он мгновенно спрыгнул со спины цилиня, продолжая идти пешком. Монахи, пристально уставившиеся на него, тут же отвернули свои взгляды.

— Почему они перестали на нас смотреть? — недоумевал жирдяй.

— Все живые существа равны, — тихо ответил юноша.

Цилинь всё ещё не понимал, что происходит:

— Я таскаю Владыку, чтобы тот готовил мне еду. Если все живые существа станут равны, то кто будет создавать мне пилюли?

Юноша разразился смехом.

Спустя некоторое время они добрались к окрестностям Монастыря Малого Громового Удара, рассматривая который Цинь Му непрерывно восклицал в удивлении.

Монастырь Малого Громового Удара был построен младшим Жулаем, демоном-монахом из Монастыря Великого Громового Удара, учителем которого был Жулай старого поколения. Область его совершенствования была невероятно высокой, так же как и способности. Но он не был избран в качестве нового Жулая и, возмутившись, решил основать собственный монастырь, обосновавшись в Великих Руинах.

Богатство Монастыря Малого Громового Удара ничем не уступало своему старшему брату, а может быть даже превосходило его. Повсюду возвышались странные горы и горные хребты с острыми скалами. На их вершинах сверкали позолоченные каменные статуи. Храмы и монастыри всевозможных размеров благоухали ладаном, а вокруг кишело буддистскими практиками, пришедшими отдать дань своего уважения.

Задерживаясь среди гор, дым благовоний наполнял округу запахом ладана.

Цинь Му впервые был в этом месте, и, помня свой неприятный опыт со статуей будды младшего Жулая, он планировал обойти этот монастырь стороной. Но внезапно к нему донёсся знакомый, удивлённый голос:

— Что Владыка Культа Цинь здесь делает?

Посмотрев в его сторону, Цинь Му ошарашенно застыл, улыбаясь:

— Брат Сюй тоже здесь? Какое совпадение!

С рюкзаками на спине, Сюй Шэнхуа и Цзин Янь шли следом за огромным, толстым монахом. Цинь Му был крайне удивлён, встретив подобную картину. Телосложение старика было невероятно высоким и крепким. Он был никем иным, как младшим Жулаем Монастыря Малого Громового Удара!

Однажды он встречал его в деревне Великих Руинах, когда тот сражался с даосом Лин Цзином. Тогда он стал свидетелем их ночной битвы, оказавшись совсем неподалёку!

У младшего Жулая была пухлая голова с огромными ушами. Внешний вид мужчины выходил за рамки обычного, но он с невероятной вежливостью вёл себя в компании Сюй Шэнхуа, пригласив парня и его спутницу к себе в гости. Когда же его взгляд упал на Цинь Му, тот ощутил на себе лишь ослепительный белый свет, излучаемый из его глаз.

— Так это Владыка Культа Цинь,  — голос мужчины пророкотал, будто гром. — Ты гость издалека, поэтому, несмотря на наши разногласия, я должен вести себя гостеприимно. Владыка, поднимайтесь на гору, поговорим там.

Цинь Му какое-то время колебался:

— Старший брат слишком вежлив. У меня есть неотложные дела на горе Инь…

Цзин Янь улыбнулась:

— Владыка Культа Цинь направляется к горе Инь? Мы только что пришли оттуда. Молодой мастер встретил там выдающегося монаха, получив с этого огромную выгоду.

Цинь Му удивлённо посмотрел на Сюй Шэнхуа, на что тот улыбаясь кивнул головой:

— Мы с Янь’зы блуждали по миру, и пришли к горе Инь, где встретили сильного монаха, пытающегося подавить исконный дух дьявольского бога. Их бой был ещё далёк от завершения, поэтому я решил вмешаться. И несмотря на то, что моя помощь помогла лишь слегка перевесить чашу весов в наши сторону, этого было достаточно, чтобы покорить противника. А почему Владыка Культа Цинь держит туда путь?

Разум Цинь Му был взбудоражен, юноша прокричал:

— Ты покорил исконный дух дьявольского бога на горе Инь? Он не называл себя Шаманским Богом Куем?

Младший Жулай был поражён:

— Божественная стратегия и планы Владыки Культа Циня достигли такого масштаба? Старый монах наткнулся на дьявола, заточённого на горе Инь. Увидев вокруг него бесчисленное количество проклятых душ, я сразу же понял, что моя задача разобраться с ним, и бросился в бой. Я не знал, что дьявола уже кто-то подавил. Впрочем, даже после этого он оказался невероятно сильным и несколько раз едва меня не поглотил. К счастью, молодой мастер Сюй подоспел как раз вовремя, помогая мне заклятием Высших Небес.

Цинь Му неожиданно громко рассмеялся:

— В таком случае мне уже не нужно идти на гору Инь. По правде говоря, я как раз собирался покорить исконный дух этого дьявольского бога. Раз Жулай пригласил меня, то я буду его гостем. Извините, что потревожил!

Посмотрев на него, старик спросил:

— Все называют меня младшим Жулаем. Почему тогда Владыка Культа Цинь сказал просто “Жулай”?

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Жулай — это область. Достигнув её, люди не делятся на младших и старших.

Монах был доволен услышанным:

— У Владыки сердце Будды. Если ты примешь буддизм, то определённо станешь Жулаем.

Цинь Му отправился вместе с ними на гору. Наблюдая за Цзин Янь и Сюй Шэнхуа, он внезапно улыбнулся:

— Муж и жена живут полноценной жизнью, блуждая по миру в поисках красивых видов. Не то что я, постоянно делающий грязную работу и носящийся туда-сюда. Вы уже совершенствовали Проводника Исконного Духа?

Слегка покраснев в лице, Цзин Янь кивнула.

Цинь Му снова рассмеялся.

— Проводник Исконного Духа был создан Владыкой, верно? — расслабленно проговорил Сюй Шэнхуа. — Он позволил мне значительно продвинуться вперёд. На основе твоей техники я основал полноценную технику Шести Направлений и сделал следующий шаг вперёд. Мне почти удалось проложить дорогу между Божественными Сокровищами Шести Направлений и Семи Звёзд, соединяя их в одно.

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло, и он посмотрел на Сюй Шэнхуа. Спустя мгновение он неуверенно вздохнул и похвалил:

— Как и следовало ожидать от поддельного Тела Тирана, ты всего лишь чуток слабее меня.

— От слияния областей Шести Направлений и Семи Звёзд Великое Дао изменится не меньше, чем от создания Проводника Истинного Духа, верно? Владыка Культа Цинь, может это у тебя поддельное Тело Тирана?

Расслабленно улыбнувшись, Цинь Му неспешно проговорил:

— Несмотря на то, что мне не удалось объединить два Божественных Сокровища, за это время я успел создать Восемнадцатую Форму Меча.

Зрачки Сюй Шэнхуа сузились.

Младший Жулай смотрел на двух парней, чувствуя, как его разум дрожит:

— Недавно я ощутил два изменения в Великом Дао неба и земли. Неужели это работа их рук?

****

На горе Инь вспыхнул свет меча, и Паньгун Цо упал на землю. Держа свою левую ногу в руках, он корчился от боли, пока по его лбу катились ручьи пота.

— Это плата за то, что ты мне солгал, — равнодушно проговорил Син Ань. — Здесь нет исконного духа твоего учителя. Гроссмейстер, найди себе ещё одну ногу оленя и ходи на ней.

Паньгун Цо прошипел сквозь зубы, едва выдерживая боль:

— Кто-то схватил исконный дух учителя! Тем не менее, он всё ещё где-то неподалёку. Я могу исполнить шаманское заклятие и определить направление, в котором тот находится!

Глава 478. Поклонение душе Шаманского Бога Куя

Находясь в Монастыре Малого Громового Удара, Цинь Му осмотрелся вокруг и обнаружил, что большинство украшений были похожи на украшения Монастыря Великого Громового Удара. В конце концов Монастырь Малого Громового Удара существовал всего несколько сотен лет. Не имея основы, им оставалось только подражать.

Тем не менее, в их рядах состояло большое количество монахов-демонов, ничем не уступающим монахам из Монастыря Великого Громового Удара. Можно сказать, что Монастырь Малого Громового Удара был единственной священной землёй в Великих Руинах. Без каких-либо конкурентов и с чрезвычайно большим количеством обитающих здесь странных зверей, он был неестественно процветающим.

Немало монахов-демонов расхаживали то туда, то сюда. Все они были безупречно одеты и вежливы. Цинь Му даже видел Дракона Наводнения, свернувшегося кольцом в храме и передающего священные писания, проповедуя демоническим зверям, которые ещё не трансформировались. В других храмах дела обстояли примерно также, выдающиеся монахи демонической расы проповедовали многочисленным монахам-демонам, обучая их божественным искусствам и даже передавая методы ковки сокровищ.

— Это место похоже на цивилизацию демонической расы, — восхищался этим местом Цинь Му. Даже не принимая во внимание не самое приятное поведение младшего Жулая, одна только способность самостоятельно развить Монастырь Малого Громового Удара до такой степени заслуживает отельного уважения.

Младший и старый Жулаи были братьями. Их возраст был примерно одинаковым, но жизнь старого подошла к концу, и он погиб в битве на горном хребте Разрушенный Богом. В свою очередь младший был великим демоном, который достиг Дао, поэтому продолжительность его жизни была очень большой, по сравнению с таковой у людей.

С ним во главе Монастырь Малого Громового Удара становился со временем всё более и более процветающим.

Внезапно два великих демона перепрыгнули через него. Будто летя, они сражались друг с другом. Иногда они парили в облаках, а иногда углублялись в долину. Их атаки были очень быстрыми, а движения — яростными. Каждому из них было не занимать силы.

— А их способности очень даже неплохи, — подняв голову, в удивлении проговорил Сюй Шэнхуа.

— Здоровяк! — восторженно вскрикнул Цинь Му.

Один из великих демонов был мускулистым монахом-демоном с некоторым количеством чёрныв волос на лице и руках, а в бою он орудовал монашеским посохом. Услышав оклик, он тут же сбил противника с ног и перепрыгнул через него. В следующий миг с грохотом приземлившись на землю, он в изумлении прокричал:

— Кроха! Лысый, где?

Слова были адресованы младшему Жулаю, и тот явно очень рассердился, так как зарядил по его лицу смачную пощечину:

— Кто называет собственного мастера лысым ослом? Осёл не смог бы достичь Дао!

Дьявольский обезьян Чжань Кун немедленно накрыл голову и пробормотал:

— Младший, где?

Младший Жулай не знал, смеяться ему или плакать:

— Я встретил его у подножия горы, поэтому пригласил к нам.

Дьявольский обезьян усмехнулся и захотел обнять Цинь Му, но осознал, что тот был слишком мал. Юноша не особо сильно вырос и был такого же роста как мясник, и лишь немного ниже целителя, в то время как его тело было чрезвычайно величественным.

В прошлом, когда он ещё не достиг совершеннолетия, габаритам его тела могли позавидовать некоторые вековые деревья. Теперь же, когда он вырос, если бы он показал свою истинную форму, то был бы почти одного размера с цилинем. Но даже превратившись в человека, его рост приближался к шести метрам.

Великий демон, с которым он сражался, набросился на него, желая продолжить битву, закричав:

— Старший брат Чжань Кун, продолжим битву!

Дьявольский обезьян впал в ярость и, протянув руку, схватил за шею демона-монаха. Пыл бедолаги мгновенно остыл, а его конечности безвольно повисли. Хвост за его задницей также упал и завилял, как будто он выискивал благосклонность.

Дьявольский обезьян опустил его и поставил перед Цинь Му, громко говоря:

— Мясо, гость!

Посмотрев на дрожащего, словно осиновый лист, лысого монаха-демона, что стоял перед ним, юноша покачал головой:

— Поскольку он твой младший брат, я не могу съесть его, даже если ты попросишь.

Дьявольский обезьян почесал голову и посмотрел на младшего Жулая, который был рядом с ним. Жировые складки на лице последнего задёргались от гнева, и он выпалил:

— Ученик, теперь, когда объявился твой хороший друг, ты и своего мастера предложишь ему в качестве обеда?

Дьявольский обезьян поспешно покачал головой.

— Мы давно не виделись, но тебе не нужно заботиться о том, как бы накормить меня мясом. Когда ты приходишь в чужую деревню, следуй местным обычаям… Я немного побуду вегетарианцем. Мне также не по силам съесть такого крепыша, как Жулай, — с улыбкой на лице проговорил Цинь Му.

Дьявольский обезьян был очень счастлив:

— Вегетарианец, сила!

— Почему старший брат Чжань Кун упрощает свои слова, когда разговаривает? — с любопытством спросила Цзин Янь.

— Чжань Кун обладает великой природой будды и лелеет свои слова, как золото. Каждое из них имеет глубокий смысл. Разглядев в нём это качество, я сразу же принял его как своего ученика, — с непроницаемым лицом проговорил младший Жулай.

Цзин Янь была озадачена. Она видела, что он лелеет свои слова, как золото, но она не видела никакой природы будды. Разве природа будды требовала, чтобы кто-то схватил своего младшего брата, предлагая того в качестве мясного блюда для гостей?

Дьявольский обезьян последовал за ними на гору. Когда они подошли к вершине, Цинь Му посмотрел вниз и увидел, что это место было похоже на золотую вершину Монастыря Великого Громового Удара. Тем не менее, каменных статуй было намного больше. Они, очевидно, были размещены для защиты от темноты.

На вершине было множество буддистских пагод, и немалое количество монахов совершенствовались неподалёку. У большинства из них были звериные головы, и все они были завернуты в жёлтую кашаю. Выражения их лиц были серьёзными и почтительными.

Эти монахи, скорее всего, были великими демонами, которые достигли Дао в Великих Руинах. Поскольку они совершенствовались так далеко от остальных, их позиции наверняка были необычайно высоки.

Уголки глаз Цинь Му дёрнулись. Совершенствование великих демонов было крайне могуче, а демоническая аура вокруг их тел была несравнимо плотной. Это несколько напугало его, так как некоторые из присутствующих, вероятно, были сильнейшими практиками уровня мастеров сект или владык культов!

Демоническая аура даже излучала свет крови, который означал, что присутствующие убили немало существ в прошлом!

— Я больше не вынесу этого! Не вынесу воздержания от мяса и ежедневных молитв будде! В чём, чёрт возьми, смысл всего этого? Когда это закончится? — внезапно монах с птичьей головой вскочил и разорвал на части свою жёлтую кашаю. Когда он встряхнул головой, из его шеи с сумасшедшей скоростью выросли золотые перья. Его тело расширилось, и ещё больше птичьих голов появилось из-под перьев, достигнув в общей сложности девяти. Когда он расправил крылья, они распростёрлись на расстояние нескольких гектаров!

— В Великих Руинах я делал всё, что хотел, даже съел бесчисленное количество людей и зверей. Меня долго мучили грехи, так почему же я должен воздерживаться от мяса и молиться будде? — девятиглавая птица, похожая на павлина, взмахнула крыльями, пытаясь взлететь. — Эти грехи не могут быть смыты, так что позвольте мне наесться от пуза!

Другие монахи сразу же взмыли в небо, и Цинь Му увидел, что некоторые из них были людьми. Работая сообща, чтобы подавить девятиглавого павлина, они кричали:

— Старший брат Мин, тобой снова управляет сердце дьявола, быстро приди в себя!

— Не позволь единственному неверному шагу разрушить твоё тысячелетнее совершенствование!

Монахи трудились до тех пор, пока, наконец, не подавили девятиглавого павлина. Однако тот по-прежнему упрямился и вёл себя высокомерно, крича о своём желании устроить резню.

Младший Жулай вышел вперёд и резко поднял свою монашескую рясу. Он достал нож и отрезал кусок плоти от живота, бросив его к девятиглавому павлину:

— Ты хочешь есть мясо? Тогда ешь!

Излучая свирепую ауру, павлин открыл клюв, ловя кусок плоти и в конечном итоге проглатывая его. Остальные восемь голов тут же начали кричать:

— Жулай, ты должен удовлетворить желание всех голов, как одного куска мяса может быть достаточно? Остальные восемь ртов до сих пор не получили еды и голодны!

Младший Жулай отрезал ещё восемь кусков плоти и бросил их. Каждая из восьми голов схватила по кусочку и проглотила его.

Дьявольский обезьян показал восхищённый взгляд, сказав тихим голосом:

— Младший, мясо, гость.

Младший Жулай строго уставился на него, и дьявольский обезьян неловко почесал свою большую голову.

Несмотря на то, что девятиглавый павлин съел девять кусков мяса, он не смог их переварить и начал кашлять. Открыв клюв, через мгновение он выкашлял через него маленького павлина. Затем он кашлянул ещё раз…

Девятиглавый павлин кашлянул девять раз подряд, тем самым откашливая девять павлинов, которые тут же начали бегать повсюду и спотыкаться, но уже в следующий момент времени они внезапно начали сливаться друг с другом, превращаясь в другого девятиглавого павлина. Когда тот сел, перья на его ягодицах раскрылись, как разноцветный веер.

Девятиглавый павлин посмотрел на стоящего перед ним маленького павлина, и его сердце затрепетало, а дьявольская природа мгновенно исчезла. Он превратился обратно в монаха с птичьей головой, после чего сел в позу лотоса, излучая своим лицом буддистские лучи:

— Только сегодня я узнал, что все жизни похожи на меня. Старший брат Жулай, спасибо.

— Отлично, — сказал младший Жулай и закутался в своей монашеской рясе. — Старший брат Мин, сидя на горе у тебя нет мотивации совершенствоваться, поэтому бери своего сына и спускайтесь с горы. Идите в мир и совершенствуйтесь вместе.

Павлин встал и повёл маленького павлина вниз с горы.

Цинь Му смотрел как эта пара уходит, качая головой с озадаченным выражением лица.

Младший Жулай порезал свою плоть, чтобы накормить девятиглавого павлина, так почему он откашлял маленького девятиглавого павлина? Почему это его сын? Это техника создания? Или это было какое-то другое заклятие божественного искусства?

Сюй Шэнхуа и Цзин Янь тоже пребывали в растерянности. Затем Сюй Шэнхуа спросил тихим голосом:

— Техника Монастыря Малого Громового Удара отличается от Монастыря Великого Громового Удара… они, скорее всего, позаимствовали некоторые странные техники в Великих Руинах.

Цинь Му кивнул. В Монастыре Великого Громового Удара не было таких странных заклятий. Кроме того, монахи Монастыря Малого Громового Удар были в основном странными зверями, которые получили интеллект, поэтому они, естественно, имели экстраординарные способности.

Порой даже некоторые из сильных странных зверей обретают невероятные способности через необычные техники Великих Руин. И после того, как они присоединялись к Монастырю Малого Громового Удар со своими техниками, они добавляли ему намного больше вариаций, чем могло бы быть у его собрата — Монастыря Великого Громового Удара.

— Вы, трое, пожалуйста, присядьте и посмотрите на нас, просвещающих дьявольского бога и достигающих будды через усилия и понимание, — стоящий на золотом пике младший Жулай попросил троицу занять свои места.

Монахи в жёлтых одеяниях тоже расселись по своим местам, а младший Жулай достал золотую чашу для подаяний. Он мягко встряхнул ею, и она стала больше. В её центре находился жертвенник с пойманным в ловушку исконным духом дьявольского бога, который в настоящее время боролся и кричал, гремя цепями из буддистских лучей.

Дьявольский бог на алтаре был кроваво-красным, как будто он был морем крови с бесчисленными проклятыми душами, задержавшимися вокруг него.

Монахи в жёлтых одеяниях начали громко скандировать священные писания, и голос будды зарезонировал вокруг. Они приготовились просветить дьявольского бога.

— И вы, звери-кровопийцы, ещё думаете об очищении? — этим дьявольским богом был Шаманский Бог Куй, голос будды не ранил его никаким образом. Ухмыляясь, он продолжал бороться, чтобы освободиться от цепей. — Когда я прорежу через вас себе путь наружу, вы все станете моей пищей!

Цинь Му изменился в лице и поспешно вскочил, чтобы предупредить монахов:

— Жулай, этот дьявольский бог из расы призраков, его душа несравнимо сильна. Он самый сильный злой бог, у вас не получится просветить его! С помощью ваших рук он хочет очиститься от душ жуков в его теле, чтобы вырваться из печати, оставленной Гроссмейстером Дворца Золотой Орхидеи!

Монахи растерянно посмотрели на младшего Жулая, который тоже перестал напевать.

Шаманский Бог Куй на жертвеннике повернул голову, яростно посмотрев на Цинь Му:

— Значит это ты Владыка Культа Цинь. Мой бесполезный ученик несколько раз пытался отдать тебе дань уважения, но провалился. Ты снова вмешиваешься, но на этот раз ты очень сильно переоцениваешь себя!

Выражения лиц младшего Жулая и остальных монахов резко изменились, и они поспешно вскочили. Шаманский Бог Куй, находящийся внутри этого алтаря, открыл рот и выплюнул пищащие души жуков, которые, встретив буддистский свет, тут же растворялись пучками зелёного дыма.

Как только они все исчезли, свирепая аура Шаманского Бога Куя неконтролируемо вырвалась наружу. Ужасающий трепет распространился, и растительность на горе мгновенно иссохла. Всё живое погибло, и множество монахов-демонов, имеющих низкий уровень совершенствования, попадали на спины, умирая неестественной смертью!

Младший Жулай тут же отодвинул золотую чашу для подаяний и накрыл жертвенник, пытаясь поймать Шаманского Бога Куя.

— Младший брат По Ин, подави это дьявольское отродье под Пагодой Небесной Печати!

Монах в жёлтом одеянии вышел вперёд и собирался было взять золотую чашу для подаяний, как вдруг раздался смех Шаманского Бога Куя:

— Тебя зовут По Ин? Прими моё почтение!

Монах в жёлтом одеянии немедленно рухнул на спину, его душа рассеялась!

На мгновение никто не осмеливался сделать даже и шага.

— Хе-хе-хе, я чувствую где-то рядом свою Книгу Жизни и Смерти. Вы, должно быть, нашли её и спрятали, верно? Небеса действительно помогают мне! — Шаманский Бог Куй громко рассмеялся, между тем одна из буддистских пагод внезапно задрожала и разрушилась. Из неё вылетела книга, направляясь прямо к золотой чаше для подаяний!

Глава 479. Книга Жизни и Смерти

Младший Жулай и остальные демонические монаха резко изменились в лицах, мгновенно протянув руки в пытке схватить книгу.

Этот предмет случайно нашёл на горе неподалёку один монах. Не зная ценности сокровища и не понимая, как его использовать, он передал его секте. Младший Жулай и остальные тоже не разгадали секрета книги, но смогли осознать масштаб его мощи. Вокруг артефакта блуждало бесчисленное количество душ, поэтому в монастыре решили запечатать его в одной из пагод.

Тем не менее, они никак не ожидали, что сокровище принадлежало Шаманскому Богу Кую, и называлось Книгой Жизни и Смерти.

Прикоснувшись к книге, рука монаха немедленно загноилась, в мгновение ока превратившись в белую кость. Пока мужчина в спешки отдёргивал её, остальные сообразили, что к чему, и исполнили свои божественные искусства, пытаясь остановить артефакт, но безрезультатно. Пробиваясь сквозь бесчисленные слои искусств, книга неумолимо двигалась к золотой чаше для подаяний.

Младший Жулай немедленно поднял чашу над головой, начав свободной рукой исполнять мудру. Его пальцы мгновенно превратились в скопления молний, напоминающие горы, окутывая собой чашу. Было очевидно, что он пытался убить Шаманского Бога Куя.

Однако, в этот момент Книга Жизни и Смерти подобралась слишком близко, отчего его рука начала стареть с неистовой скоростью.

Он ошарашенно бросил чашу прочь, а книга мгновенно отправилась следом за ней.

— Брат Сюй!

Цинь Му двинулся вперёд с молниеносной скоростью, быстро догоняя чашу. В полёте он щёлкнул пальцами, создавая бесчисленные руны из жизненной Ци. Сияя в воздухе, они непрерывно мерцали.

В то же время Сюй Шэнхуа также бросился вперёд, ничем не уступая в скорости Цинь Му. Быстро перебирая руками, он привёл в движение свою Ци, мгновенно превращая ту в вырвавшиеся наружу руны. Впрочем, написаны они были на языке богов.

Несмотря на то, что все символы означали одно и то же слово, почерк, которыми они были написаны, отличался.

Продолжая идти вперёд, Цинь Му протянул руку, щёлкая пальцами на каждом четвёртом шаге. После четвёртого щелчка руны соединились, тесно окутывая золотую чашу для подаяний божественным искусством мгновенного перемещения.

Просвистев мимо неё, Книга Жизни и Смерти мгновенно оказалась под воздействием божественного искусства, которое отбросило её на тридцать километров.

Сюй Шэнхуа, в свою очередь, поднял ладонь, и сотня его божественных надписей прицепились к поверхности чаши. Каждая из них состояла из единого слова: “Печать”.

Слово на языке богов сильно отличалось от человеческого, содержа в себе странную силу. В конце концов Сюй Шэнхуа был потомком Нефритового Владыки, который являлся богом, следовательно, владел удивительными техниками, которые не могли заполучить жители нижней границы.

Парень покрыл золотую чашу для подаяний сотней печатей, блокируя связь между Шаманским Богом Куем и Книгой Жизни и Смерти.

Цинь Му достал из своего мешочка таотэ кисть и свиток. Развернув его, он бросил один конец Сюй Шэнхуа, который, поймав бумагу, обнаружил, что на ней ничего не нарисовано.

Затем Цинь Му взмахнул кистью, делая молниеносные штрихи. Быстро нарисовав ветер и молнии, он вбросил чашу внутрь картины, которая начала медленно витать среди стихии.

Взяв кисть в руку, Сюй Шэнхуа дополнил рисунок словами-печатями на языке богов.

После этого Цинь Му вынул свою печать, оставляя её след в уголке картины. То же самое проделал и Сюй Шэнхуа.

Парни облегчённо вздохнули.

Цинь Му свернул свиток, а дьявольский обезьян подлетел к драгоценной книге вдали, возвращая артефакт.

Младший Жулай и остальные монахи на золотой вершине встревожено переглянулись. Совершенствование Цинь Му и Сюй Шэнхуа нельзя было назвать чрезвычайно высоким, но их совместная работа оказалась безупречной.

Один из них телепортировал Книгу Жизни и Смерти, в то время как второй запечатал золотую чашу для подаяний, разрывая связь между артефактами. После этого Цинь Му нарисовал картину, а Сюй Шэнхуа помог ему развернуть свиток и запечатать рисунок, прежде чем оба из них поставили на него свои печати.

Скоординированность их действий была такой высокой, будто они проделывали их тысячи раз. Она была плавной, будто течение реки.

— Парень с фамилией Цинь, какое твоё настоящее имя? — из картины донёсся голос Шаманского Бога Куя.

Проигнорировав его, Цинь Му обратился к младшему Жулаю:

— У Шаманского Бога Куя непредсказуемые способности. Если он узнаёт имя противника, то может с лёгкостью уничтожить его душу. Жулай не знал об этой силе, поэтому понёс потери. Изначально я направлялся к горе Инь именно для того, чтобы избавиться от этого старого дьявола. Он почти смог освободиться из подавления Жулая, поэтому мы должны как можно скорее избавиться от него, чтобы избежать будущих проблем. Более того, его убийство станет огромной заслугой!

Младший Жулай колебался:

— Шаманский Бог Куй изведён бесчисленными проклятыми душами. Просветив их, я обрёл бы даже большую заслугу. Но если просто убить его, то…

Цинь Му нахмурился:

— Теперь я вижу, что разница между старшим и младшим всё же существует.

Младший Жулай удивлённо приподнял брови:

— Владыка Культа Цинь, верни мне золотую чашу для подаяний, пожалуйста. Старый монах поведёт своих последователей на гору, чтобы просветить его. Я не верю, что он окажется достаточно стойким.

Юноша передал свиток старику.

Сюй Шэнхуа кашлянул, но Цинь Му покачал головой. У них не было шансов сбежать из Монастыря Малого Громового Удара вместе со свитком, и любые попытки пробиться силой принесут им лишь проблемы.

Оставив свои надежды, Сюй Шэнхуа проговорил:

— Старший брат Чжан Кун, дай мне Книгу Жизни и Смерти, я хочу взглянуть.

Дьявольский обезьян передал ему сокровище, взглянув на которое, Сюй Шэнхуа был ошеломлён. На самом деле оно оказалось вовсе не книгой, а несравнимо толстым листом бумаги, который излучал странный, ослепляющий блеск, будто был выкован из метала.

Впрочем, даже более странным было то, что в Книге Жизни и Смерти не было ни слов, ни даже рисунков.

Взгляд Сюй Шэнхуа упал на этот пустой лист, и он обнаружил, что сквозь него можно было видеть людей, стоящих впереди.

— Какая странная книга… — его сердце внезапно задрожало. Когда позади книги оказалась Цзин Янь, над головой девушки замерцала строка текста. В ней было написано “Цзин Янь”.

Волосы Сюй Шэнхуа встали дыбом, и он сразу же повернулся к Цинь Му. Строка с именем Цзин Янь исчезла, и когда на месте девушки оказался силуэт парня, над ним засияла надпись “Цинь Фэнцин”!

— Владыка Культа Цинь! — выражение лица Сюй Шэнхуа стало невероятно серьёзным. Он передал книгу Цинь Му, который быстро догадался о её предназначении и почувствовал в сердце неистовую дрожь.

Книга Жизни и Смерти могла показать не только его имя. Если у монахов на горе оно было, то артефакт мог с лёгкостью его показать!

— Разве можно защититься от такого предмета?

Кровь в жилах Цинь Му застыла. Сокровище показывало имя, данное человеку при рождении, его настоящее имя!

Большинство монахов Монастыря Малого Громового Удара были демонами, и не имели имён пока их разум не был пробужден. Но как только это происходило, они становились монахами и обретали религиозное имя.

Их религиозное имя становилось настоящим, и Книга Жизни и Смерти могла его показать!

К примеру, когда Цинь Му был маленьким, у его лучшего друга, дьявольского обезьяна, не было имени. Он и Ху Лин’эр попросту называли его здоровяком. Но теперь, когда зверь присоединился к Монастырю Малого Громового Удара, он обрёл имя Чжан Кун.

В Книге Жизни и Смерти имя демонической обезьяны оказывалось именно таким.

Направив книгу на младшего Жулая, Цинь Му увидел религиозное имя “Юань Дин”.

— Разве Шаманский Бог Куй не сможет убить кого-угодно, владея таким сокровищем? Да что уж он, даже Паньгун Цо станет с ней непобедимым! — сердце юноши продолжало трепетать, когда он, внезапно, навёл книгу на цилиня. Как оказалось, у зверя тоже есть имя — Лун Пи.

«У жирдяя и вправду есть имя?» — был ошарашен Цинь Му.

Патриарх нашёл голодающего цилиня посреди Великих Руин, и тот так и остался с ним за обещание постоянно кормить. Как оказалось, у зверя тоже было имя, но юноша понятия не имел, кто ему его дал — старик или родители.

«Это сокровище нужно уничтожить!» — Цинь Му попытался разорвать книгу на части без предупреждений, но как бы он не старался, ничего не выходило. Сюй Шэнхуа решил помочь, и двое парней вцепились в сокровище, безнадёжно надеясь его растерзать.

— Что вы делаете? — тут же проревел жёлтобровый монах.

Цинь Му вынул пилюлю меча, извлекая из неё меч Беззаботный. Но даже его лезвие оказалось бессильным против книги, ведь на ней засияла строка рунических символов, заблокировавшая удар.

Руны выглядели очень странно, и исчезли раньше, чем он успел их рассмотреть.

«Они напоминают язык Юду! Неужели книга происходит оттуда?» — кожу на голове Цинь Му словно начали покалывать иголками. Меч Беззаботный был сокровищем его отца, Цинь Ханьчжэня, настолько сильного человека, что он мог ранить Владыку Сатурна, но даже этого не хватило, чтобы разрубить Книгу Жизни и Смерти!

Это значит, что мощь сокровища дьяволов и богов как минимум не уступала Беззаботному. А может быть оно было даже мощнее!

В таком случае можно было предположить, что совершенствование Шаманского Бога Куя тоже было на равных с таковым у Цинь Ханьчжэня!

Он явно был сильнее, чем Имперский Наставник, недавно ставший богом!

Жёлтобровый монах бросился к парням, протягивая руку, чтобы отобрать у них Книгу Жизни и Смерти:

— Владыка Культа Цинь, это сокровище принадлежит нашему Монастырю Малого Громового Удара, верни его, пожалуйста.

Взмахнув рукой, Цинь Му засунул книгу в свой мешочек таотэ, незаметно помещая её внутрь гнезда истинного дракона. Улыбнувшись, он ответил:

— Младший Жулай, разве ты не боишься, что Шаманский Бог Куй снова призовет Книгу Жизни и Смерти, когда вы будете пытаться его просветить? Лучше пусть она пока побудет у меня.

Младший Жулай пристально взглянул на юношу и отозвал жёлтобрового монаха:

— Пусть Владыка Культа Цинь несколько дней подержит её у себя. Как только мы просветим дьявольского бога, то обретём высшую заслугу и покинем эту область. Больше не будет рождения, старения и смерти, мы будет буддами. Это очень важное событие, поэтому, младшие братья, следуйте за мной, чтобы просветить этого старшего брата!

— Хорошо! — в унисон прокричали монахи.

Младший Жулай и остальные притащили всевозможные магические артефакты, подвешивая их в воздухе. Сначала они зафиксировали картину Цинь Му на месте, прежде чем нанесли на неё несколько слоёв построений, блокируя чувства Шаманского Бога Куя. Закончив, они приступили к его просветлению.

Мерцая взглядом, Сюй Шэнхуа тихо проговорил:

— Владыка Культа Цинь, должны ли мы уйти?

Цинь Му покачал головой:

— Лично я не могу покинуть их. Если Шаманского Бога Куя не удастся просветить, я не смогу успокоиться.

Демонический обезьян кивнул:

— Умрёт, спокойствие.

Юноша улыбнулся:

— Здоровяк прав! Впрочем, младший Жулай настаивает на том, чтобы его просветить несмотря на то, что это очень трудно сделать.

Поднявшись, Сюй Шэнхуа обратился к Цзин Янь:

— Владыка Культа Цинь заботится о своём мире, но мы в нём всего лишь пролетающие мимо тучки. Мы можем не оставаться.

Цзин Янь кивнула, и парочка начала спускаться с горы.

— Я совершенствовал восемнадцатую форму меча, в то время как ты был занят слиянием областей Шести Направлений и Семи Звёзд. Разве ты не хочешь выучить моё движение меча? Я бы также хотел изучить твоё искусство, — расслабленно проговорил Цинь Му.

Сюй Шэнхуа остановился, с улыбкой повернув к нему голову:

— Я думал, что Владыка Культа Цинь не станет говорить об этом, так как он самовлюблён, высокомерен и не жаждет славы или богатства. Если ты хочешь учиться, то я научу тебя!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Разве ты не хочешь овладеть моей восемнадцатой формой меча?

— Не хочу! — уверенно проговорил Сюй Шэнхуа. — Мои навыки меча не слишком сильны, и я не использую их в качестве основного искусства для атак.

Лицо Цинь Му мгновенно стало мрачнее грозовой тучи.

Глава 480. Мир Маловат

— Когда я усвоил Проводник Исконного Духа Владыки Культа Циня, это оказало на меня сильное влияние. Проводник Исконного Духа — неизмеримо чудесная техника, открывающая множество возможностей для будущего!

Сюй Шэнхуа, Цинь Му, дьявольский обезьян и остальные сидели в храме на золотом пике и говорили о Проводнике Исконного Духа, который основали Цинь Му и Лин Юйсю. Даже гость с Высших Небес не мог сдержать свою восторженную улыбку и, будучи в приподнятом настроении, восхищённо хлопал в ладоши.

— Проводник Исконного Духа позволяет использовать возможности области Семи Звёзд в области Шести Направлений. Касательно совершенствования и высвобождения силы исконного духа в области Шести Направлений, это можно сравнить с чистым листом бумаги. Есть над чем поработать, например, можно создать всевозможные виды божественных искусств исконного духа. И каждое созданное божественное искусство — это огромный прогресс в путях, навыках и божественных искусствах в целом. Следовательно, это повлияет на все области последующие области, такие как Небожитель, Жизнь и Смерть и Божественный Мост! Вот почему я восхищаюсь тобой! — после этих слов, Сюй Шэнхуа уважительно оглянулся. — Проводник Исконного Духа Владыки Культа Циня и Принцессы Юйсю может сделать их учителями всего мира! Ты определённо оправдываешь свою репутацию Императора Людей! Я почитаю тебя, но в то же время боюсь. Ты и я — Тела Тирана, но раз ты уже достиг таких высот, так что же мне нужно сделать, чтобы не отставать от тебя? Твой Проводник Исконного Духа создал бесчисленные возможности для путей, навыков и божественных искусств, поэтому я выбрал самую сложную задачу, которая, конечно, сугубо по моему мнению, заключается в слиянии Шести Направлений и Семи Звёзд.

— Слияние двух областей влечёт за собой слишком много проблем… это эквивалентно уничтожению одной из областей. Как тебе это удалось? — серьёзно спросил Цинь Му.

— Есть в общей сложности семь сокровищ: Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть и Божественный Мост. Среди них Духовный Эмбрион пробуждает духовность, позволяя ему принять форму ядра для открытия небес и земли, и когда он восходит на Духовную Платформу в качестве этого самого ядра, рождаются Пять Элементов. Металл, дерево, вода, огонь, земля, эти пять звёзд вращаются вокруг Духовной Платформы. Затем, когда они дают начало суше, появляются Шесть Направлений: север, юг, восток, запад, вверх и низ. И как только это происходит, рождаются солнце и луна, что увеличивает число звёзд до семи. Затем Семь Звёзд и Духовный Эмбрион объединяются, становясь Небожителем. Исконный дух Небожителя достаточно силён, чтобы соединить Жизнь и Смерть. Смерть это Юду, сокрытая под ступнёй исконного духа, сушей Духовной Платформы. Когда Юду сформируется, получится Жизнь и Смерть. Тогда жизнь — это Божественный Мост, который простирается над исконным духом и ведёт в Райские Дворцы. Войдя во дворцы, человек избавляется от контроля Юду и снимает с себя ограничение срока жизни, — пока Сюй Шэнхуа объяснял чудо семи великих областей, Цинь Му постоянно кивал. Его понимание областей было почти на том же уровне, как и у собеседника, лишь с небольшой разницей в области Семи Звёзд.

Солнце и луна в божественном сокровище Цинь Му были сформированы задолго до Семи Звёзд. Поэтому оно отличалось от обычного совершенствования, но Цинь Му относился к этому как к уникальным возможностям Тела Тирана и не зацикливался на этом нюансе.

— В таком случае, как ты слил Шесть Направлений и Семь Звёзд воедино? — искренне спросил Цинь Му.

Сюй Шэнхуа улыбаясь ответил:

— Обратный вычет.

— Умно, — неровно вздохнув, заявил Цинь Му.

— Я представлял себя стоящим у Южных Врат Небес Райских Дворцов и смотрящим на семь великих областей. С такой высоты они были в конечном счёте единым целым, — неторопливо проговорил Сюй Шэнхуа. — Семь Великих Божественных Сокровищ — это только одно божественное сокровище, разделённое на семь частей. Если бы люди были достаточно сильны, они могли бы превратить семь божественных сокровищ в одно. Открывая все божественные сокровища как одно, они бы сразу попадали в Райские Дворцы! К сожалению, при рождении никто не может обладать такой ужасающей силой, однако, Проводник Исконного Духа, который основали Владыка Культа Цинь и Принцесса Юйсю, позволяет Шести Направлениям и Семи Звёздам стать одним божественным сокровищем.

— Легко сказать, но трудно выполнить. Между божественными сокровищами лежат разделяющие их область и барьер. А их объединение означает слияние областей и преодоление барьера. Как тебе удалось справиться с этой проблемой и сделать божественные сокровища единым целым? — спросил Цинь Му.

— Чтобы объединить два великих божественных сокровища в одно и сломать барьер, по большей части нужно полагаться на свой исконный дух. Для этих целей я основал технику Исконного Духа Семи Звёзд и Шести Направлений, основанную на Проводнике Исконного Духа Владыки Культа Циня, и с помощью неё можно насильно объединить два великих божественных сокровища воедино, — он исполнил свою технику исконного духа, устремляя в небо яростную ауру, а жизненной Ци формируя видения.

Под ногами Сюй Шэнхуа родился лотос, внутри которого появился его Духовный Эмбрион. Лотос был ничем иным, как Духовной Платформой, которая закружилась и расцвела, мгновенно превратившись в лотосовую землю.

В тот же момент вылетели его Пять Элементов, начав вращаться вокруг лотоса пятью звёздами. На каждой из них стояло по богу с уникальной внешностью.

Затем Ци Инь и Ян превратились во взлетевших в небо солнце и луну. Когда они соединились с Пятью Элементами, получилось Семь Звёзд.

Духовный Эмбрион становился всё больше и больше, стоя на лотосе. Солнечный свет блистал от лотоса и соединял Шесть Направлений с Семью Звёздами!

Цинь Му мгновенно почувствовал, что его исконный дух стоит между небесами и землёй. С ним, как с центром, жизненная Ци двигалась по странным траекториям, и барьер между божественными сокровищами постепенно исчезал!

То, что открыл Сюй Шэнхуа, было связью между небесами и землёй!

Семь Звёзд и Шесть Направлений были двумя отдельными великими божественными сокровищами, но техника Исконного Духа Семи Звёзд и Шести Направлений соединила небеса и землю, полностью уничтожая барьер между ними!

Поднимаясь на ноги, Цинь Му полыхал жизненной Ци и кричал:

— Брат Сюй, позволь мне увидеть, на какой уровень поднялось твоё совершенствование после слияния двух великих областей! — ударом кулака он исполнил Восемь Громовых Ударов Первой Формы — Весеннего Грома на Одиноком Восточном Море. Хлынули яростные морские волны, а весенний гром разразился по всему горному хребту.

Сюй Шэнхуа поднял руку, чтобы принять его движение в лоб, и их тела яростно задрожали. Цинь Му удивился и сделал шаг назад.

Плотность жизненной Ци Сюй Шэнхуа была на уровень ниже, чем у Цинь Му, но после слияния двух великих областей он превзошёл его на уровень!

Слияние двух великих областей было поистине необыкновенным!

Сюй Шэнхуа рассеял видения и разъяснил технику, которую он основал.

Выражение лица Цинь Му изменилось. Техника Исконного Духа Семи Звёзд и Шести Направлений в основном опиралась на Духовный Эмбрион, который, сливаясь с душой, трансформировался в исконный дух.

В итоге исконный дух становился центром четырёх великих божественных сокровищ и, призывая каждую крупицу их энергии, помогал Шести Направлениям и Семи Звёздам соединиться. Он разрушал барьер между небесами и землёй, соединяя две области воедино.

«В таком случае все барьеры между божественными сокровищами могут быть преодолены. Когда дело дойдёт до Божественного Моста, семь великих божественных сокровищ станут одним…» — пребывал в оцепенении Цинь Му.

Его Проводник Исконного Духа был лишь началом, техника Исконного Духа Семи Звёзд и Шести Направлений Сюй Шэнхуа обошла его на два-три шага вперёд. Перед ними открылись бесконечные возможности, ибо Семь Звёзд и Шесть Направлений были не единственными областями, которые могли слиться воедино. Даже барьер между Духовным Эмбрионом и Пятью Элементами может быть уничтожен!

Небожитель, Жизнь и Смерть, Божественный Мост — барьеры этих областей тоже могут быть устранены!

Если кто-то после достижения области Божественного Моста объединит её с областями Небожителя и Жизни и Смерти, то семь великих божественных сокровищ станут одним целым. Между областями больше не будет никакой разницы!

Произойди это, определённо быть масштабной реформе!

Способности всех практиков божественных искусств в мире значительно возрастут. А изменения, вызванные увеличением их способностей, станут не менее выдающимися чем они сами!

— На устранение всех барьеров, наверняка уйдут десятки или даже пару сотен лет тяжёлой работы, однако, мы видим результат уже сейчас. Начало положено. Брат Сюй, ты сделал хорошее дело… — пробормотал Цинь Му.

— Если бы не Проводник Исконного Духа Владыки Культа Циня, я бы не смог основать эту технику. Владыка, это ты и принцесса совершили хорошее дело, — смиренно ответил Сюй Шэнхуа.

Цинь Му громко рассмеялся. Сюй Шэнхуа понятия не имел, что причина, по которой он смог понять Проводник Исконного Духа, была в основном из-за встречи с ним на том прогулочном корабле.

Впервые встретившись, они схлестнулись, чтобы испытать друг друга, и именно после этой встречи Цинь Му смог постичь Проводник Исконного Духа с Лин Юйсю.

Основываясь на этом, Сюй Шэнхуа также внёс свой вклад в основании Проводника Исконного Духа.

Внезапно рядом с ними раздался рокочущий гром. Тело дьявольского обезьяна начало возвращаться к своей истинной форме, превращаясь в лохматое, чёрное как смоль подобие небольшой горы мышц!

После того, как Сюй Шэнхуа разъяснил технику Исконного Духа Семи Звёзд и Шести Направлений, дьявольский обезьян немедленно задействовал свой исконный дух. Он управлял им в соответствии теории только что услышанной техникой.

Все шарахнулись назад в испуге, но продолжили наблюдать, как грохотал исконный дух обезьяна и, плавно управляя техникой Сюй Шэнхуа, пытался объединить Шесть Направлений и Семь Звёзд!

Сердце Сюй Шэнхуа задрожало, и он взглянул на Цинь Му:

— Владыка Культа Цинь, ты заметил, насколько хороши способности старшего брата Чжань Куна?

Цинь Му попытался скрыть удивление и поднял голову, чтобы посмотреть на ненормально огромное тело дьявольского обезьяна:

— Он чист помыслами. В прошлом он выучил Восемь Громовых Ударов Монастыря Великого Громового Удара гораздо быстрее меня. Поскольку его мысли сосредоточены, его продвижение в совершенствовании чрезвычайно быстрое и яростное.

— Может, он тоже Тело Тирана? — с подозрением спросил Сюй Шэнхуа.

Телосложение дьявольского обезьяна было необычайно крепким, а совершенствование очень плотным. При использовании исконного духа таким образом, он выглядел браво и свирепо, а также несравнимо властно. В своё время ему повезло получить наставления от старого Жулая, в итоге обучившего его писаниям Махаяны Сутры Жулая, а после его обучал совершенствоваться младший Жулай. Он получал наставления от двух верховных мастеров буддизма, поэтому основа его совершенствования была очень глубокой и необъятной.

Тем не менее, несмотря на то что его мысли были чисты, он был намного слабее в освоении новых горизонтов по сравнению с Цинь Му и Сюй Шэнхуа.

Цинь Му мыслил запутанно, но обычно ему удавалось постигать новые вещи по аналогии, и он находил новые методы совершенствования.

Мысли Сюй Шэнхуа были гораздо более согласованные, или, если угодно, упорядоченные, но то, что он узнавал, было более разнородным. Цинь Му воспламенял в нём непоколебимый дух соперничества, поэтому, полагаясь на его идеи, он смог создать свою технику исконного духа.

Что касается дьявольского обезьяна, у него не было такого понимания, но он очень быстро изучал техники других людей.

Эта троица совершенствовалась тремя различными способами.

Дьявольский обезьян только учился, он не хотел разбираться ни в чём новом. Ему было достаточно одного того факта, что он мог совершенствоваться. Сюй Шэнхуа же был слиянием. Он стремился постичь как можно больше вещей. Цинь Му, в свою очередь, был создателем путей: когда не было пути вперёд, он открывал его.

Цинь Му тоже имел свои слабые места. После открытия пути он обычно начинал заниматься другими вещами, вместо того чтобы продолжать следовать по этому пути. Именно по этой причине Сюй Шэнхуа первым основал технику Исконного Духа Семи Звёзд Шести Направлений.

Тем не менее, несмотря на то, что техники и божественные искусства придумывались и доводились до ума именно парочкой маньяков совершенствования чего-то нового, дьявольский обезьян намного быстрее изучил их…

Прежде чем Цинь Му даже начал практиковаться в только что узнанной технике исконного духа, Чжань Кун уже приступил к ломанию барьеров областей.

Цинь Му немедленно выбросил все лишние мысли из головы и сосредоточился на совершенствовании техники исконного духа, стремясь сломать барьер между областями Шести Направлений и Семи Звёзд.

Два дня спустя ему наконец удалось это, и только тогда он открыл глаза, правда, только чтобы увидеть Сюй Шэнхуа и дьявольского обезьяна, яростно сражающихся среди гор. Вокруг них повсюду находились громко аплодирующие демоны-монахи всех размеров.

Цинь Му собирался подбежать к ним, когда услышал знакомый голос, доносящийся с подножья горы:

— Я смотрю в Монастыре Малого Громового Удара все с характером! Как вы посмели украсть исконный дух моего мастера? Слушайте, лысые ослы на горе, передайте исконный дух моего мастера, или я уничтожу всю вашу секту!

Цинь Му посмотрел вниз и увидел Паньгун Цо, поднимающегося на гору с выгнутыми в обратном направлении ногами. Его полу-кривые и полу-приседающие движения сразу же бросались в глаза.

«Разве я не отрубил этому мерзавцу лишь одну ногу? Почему у него изменилась и вторая?» — Цинь Му был вне себя от радости и без предупреждения отправил свой меч в полёт. Тот в итоге пролетел десятки километров, но достиг своей цели.

Присобачив себе ноги оленя, Паньгун Цо было трудно среагировать вовремя. Когда он увидел свет меча и хотел уклониться от него, было уже слишком поздно. Сделав всего два шага, он осознал, что свет меча успел пройтись вокруг, оказываясь прямо перед ним.

Он резко обернулся и увидел, как позади него бешено бегут сами по себе его ноги.

— Ах ты сукин сын! — Паньгун Цо рухнул плашмя на землю, но сразу же после поднял голову и гневно взвыл. — Отродье Цинь, мы не можем существовать под одним небом!

— Да, этот мир явно маловат! — Цинь Му призвал свой меч обратно, стоя на золотом пике и держа руки на талии. Глядя вниз, он громко рассмеялся, добавив. — Гроссмейстер очень вежлив ко мне, даже подарил две оленьи ноги. Разве после этого я могу отвергнуть тебя? Пожалуй, я приму их!

В этот момент юноша с сундуком подошёл к горным воротам и поднял голову, глядя на находящегося на золотом пике паренька, как вдруг на его лице растянулась улыбка:

— Великий божественный врач Цинь, этот мир действительно маловат. Мы снова встретились.

Глава 481. Двадцать Небес Области Будды

Син Ань, как и раньше, таскал с собой огромный сундук. Как и во время встречи с Цинь Му в фруктовом саду, он был в теле молодого парня. Впрочем, теперь у него была совершенно другая внешность, будто он был абсолютно другим человеком.

Сердце Цинь Му задрожало. Кроме Имперского Наставника Вечного Мира единственным человеком, которого он боялся, был именно Син Ань.

Имперский Наставник был святым и руководствовался особенными принципами. Он без раздумий избавлялся от людей, вставших у него на пути, но пока планы другого человека не препятствовали ему, они будут хорошими друзьями.

Син Ань был совершенно другим.

Его единственной целью было коллекционирование. Он собирал части физических тел сильных практиков, достигшие области богов. Его любимым занятием было отбирание ценных вещей у других, и что нагоняло ещё больше жути — он не убивал своих жертв, в надежде что в будущем они смогут преподнести ему ещё что-нибудь полезное.

Син Ань владел невообразимой силой.

Небесный Святой Культ всё ещё не вернулся к своей былой силе, но в нём состояли все самые сильные эксперты этого времени. Можно было сказать, что половина мастеров Империи Вечного Мира собрались вместе, наряду с более чем двенадцатью Драконами Наводнения, достигшими области Божественного Моста. Но даже такая сила потерпела унизительное поражение в бою с Син Анем, в итоге будучи вынужденной полагаться на эффект от лекарства Цинь Му, который и подарил им шанс победить.

В конце концов даже Ли Тяньсин, предыдущий Владыка Небесного Святого Культа, погиб в сражении, наконец оставив бабушку Сы в покое.

По окончанию битвы эксперты, принявшие в ней участие, были вынуждены пролежать в кроватях более десяти дней, исцеляя свои раны.

Боевая сила Син Аня была чем-то, чего Цинь Му не встречал раньше.

Более того, старый монстр был наделён врождённым талантом и постиг бесчисленное количество всевозможных божественных искусств, путей и навыков на невероятно высоком уровне. А заполучив техники создания от Паньгун Цо, он достиг в них высот, невиданных даже для Цинь Му!

Подобное существо было слишком ужасающим.

Цинь Му обернулся к золотой вершине, увидев лучи будды, устремившиеся в небо над ней. Демонические монахи на соседних горах находились в странных позах. Они сидели на корточках или на земле, а некоторые даже стояли на одной ноге, широко расправив свои крылья. На лице каждого из них было неестественное выражение. Вместе с младшим Жулаем они исполняли буддистский навык, пытаясь просветить Шаманского Бога Куя.

Буддистские лучи в небе над золотой вершиной постепенно сгущались, обретая материальную форму. Будто золотой потоп, они собирались воедино, превращаясь в платформу в виде золотого лотоса, над которой медленно появлялись двадцать небес со всевозможными богами и дьяволами внутри. Их вид внушал страх, в то время как в воздухе распространялась Дхарма и непрерывно вибрировал голос Будды!

«Какой великолепной и внушительные не была бы эта Дхарма, она совершенно бесполезна против Син Аня» — подумал Цинь Му.

Так как все эксперты Монастыря Малого Громового Удара были заняты подавлением и просветлением Шаманского Бога Куя, у них не было времени заботиться о Син Ане. И даже если бы они попытались что-то предпринять, тот, вероятно, даже не заметил бы их сопротивления.

«Несмотря на то, что в Монастыре Малого Громового Удара есть несколько великих демонов уровня мастеров сект, столкнувшись с таким противником, как Син Ань, они смогут лишь потянуть время. Более того, судя по характеру младшего Жулая, он, скорее всего, и вовсе не согласится мне помогать, — собрался с мыслями Цинь Му. — Единственное, что я могу сделать, — это полагаться на себя. Яд, техника Природы Десяти Тысяч Душ, интересно, хватит ли этого, чтобы совладать с ним?..» — думая в таком ключе, он был не слишком уверен в своих силах.

Сюй Шэнхуа и демонический обезьян тоже заметили незнакомца, быстро подбежав поближе.

— Кто это с сундуком? — ошарашенно спросил Сюй Шэнхуа. — Он очень сильный! Это бог?

На лице Цинь Му возникло серьёзное выражение:

— Иметь с ним дело гораздо сложнее, чем с богом. Каждая часть его тела достигла области бога, включительно с кровью, исконным духом и жизненной Ци. Более того, я ещё не нашёл его источника…

Сюй Шэнхуа шокировано вскочил:

— Истинный Бог?

— Нет, но почти, — стиснул зубы Цинь Му.

Син Ань поднимался на гору неспешным шагом, таща сундук перед собой. Перекрыв кровеносные сосуды в ранах, Паньгун Цо со всей силы побежал следом на руках, пытаясь не отставать. Что касалось двух оленьих ног, он не стал пришивать их обратно.

— Старший брат Син Ань, теперь ты веришь, что я тебе не лгал, верно? — улыбнулся Паньгун Цо. — Я ощутил, что он находится здесь, должно быть, лысые ослы похитили исконный дух моего мастера. Взгляни на лучи будды, они пытаются его очистить!

Син Ань покачал головой:

— Не очистить, а просветить. Младший Жулай — это практик божественных искусств с неплохим совершенствованием, он не уступает по силе Даосу Лин Цзину. Когда я преследовал последнего, он проговорился, что Ци младшего Жулая достигла божественного уровня. Она определённо достойна стать частью моей коллекции, но в то время я уже ощущал проявление скрытых симптомов, и не отправился, чтобы её забрать.

Перебирая руками, Паньгун Цо продолжал следовать за ним. Несмотря на то, что походка Син Аня казалась спокойной, скорость его перемещения была очень высокой, напрочь изматывая безногого спутника.

— Ты ведь выполнишь своё обещание после того, как заполучишь исконный дух моего мастера и отомстишь божественному врачу Циню? — заискивающе улыбнулся Паньгун Цо.

— Не волнуйся, я обязательно дам, что обещал, — безразлично проговорил Син Ань, а сразу после со странным взглядом в глазах подумал про себя: «Как только он присоединит себе новые ноги, я отрублю их обратно. Таким образом, мне удастся не нарушить обещание».

Лучи будды над золотой вершиной сияли всё ярче, а лотос поднимался, будто пребывал под воздействием огромной силы, как вдруг из-под него во все стороны разразился яркий, напоминающий потоп свет, издавая оглушительный звук волны, разбивающейся о прибережные скалы!

— Лысый осёл, к подножию горы пришёл сильный практик.  Я не собираюсь больше с вами играть!

Землю встряхнул голос Шаманского Бога Куя, и его дьявольская Ци поднялась к небу. Непроглядная чёрная Ци в миг рассеяла лучи будды, а лотос, накрывающий собой золотую вершину, задрожал от удара. Двадцать небес, находящихся над ним, тоже вздрогнули, в то время как призраки богов и дьяволов на них замерцали, будто могли исчезнуть в любую минуту.

— Стабилизируйте построение! — из-под лотоса раздался приказ младшего Жулая. Монахи-демоны Монастыря Малого Громового Удара мгновенно начали громко скандировать буддистские писания, и округу вновь поглотили лучи будды, сияя даже ярче, чем раньше.

Золотой свет сгущался, продолжая течь к огромному лотосу. След лучей был будто корни цветка, протянувшиеся из золотой вершины и соседних гор.

Шаманский Бог Куй сердито взревел древним дьявольским голосом. Его слова звучали невероятно странно, но в то же время содержали необычную рифму.

«Это не тот дьявольский язык, который мне приходилось слушать раньше. Его слоги больше напоминают язык Юду! Шаманский Бог Куй и вправду пришёл из Юду?» — удивился Цинь Му. Он не слишком хорошо владел языком Юду, ведь Король Дьяволов Дутяня научил его лишь одному предложению, поэтому он не был слишком уверен, что слышит именно язык Юду.

Дьявольский голос, доносящийся изо рта Шаманского Бога Куя, становился более злобным и громким. Внезапно возле лотоса появилась гигантская дверь, из которой вырвались клокочущие потоки черноты, атакуя двадцать небес.

Раздался пронзительный скрип, и дверь приоткрылась. В тот же миг голос будды усилился, вновь закрывая её.

Бум!

Тело Шаманского Бога Куя внезапно расширилось, вырываясь из золотой чаши для подаяний. Поднимая лотос над землёй, он злостно прокричал:

— Если бы мой ученик не предал меня, и не отделил моё физическое тело от исконного духа, вам, лысым ослам, не удалось бы меня подавить!

Когда сражение между двумя сторонами зашло в тупик, младший Жулай прокричал, и из центра его бровей вылетела шарира, проникая внутрь двадцати небес.

Несмотря на то, что они были лишь видениями, шарира довольно долго передвигалась между ними, как вдруг рука будды внутри видения небес крепко ухватилась за шариру. Затем она отпустила предмет, и тот неподвижно повис в воздухе. В её свете трон лотоса и небеса будто обрели материальную форму.

Голос Будды, раздающийся с небес, мгновенно закричал с новой силой, заставляя Шаманского Короля Куя упасть на колени.

Глаза Син Аня загорелись, а дыхание участилось. Он даже похвалил:

— Гроссмейстер, твой учитель действительно силён. Его исконный дух очень хорош, я должен его заполучить! Монахи тоже неплохи. Кажется, что жизненная Ци младшего Жулая и вправду достигла области богов, как и говорил Даос Лин Цзин. Его Дхарма настолько плотная, что он вот-вот откроет двадцать небес!

Сердце Паньгун Цо вздрогнуло, и он прокричал:

— Старший брат Син Ань, ты имеешь в виду, что младший Жулай вот-вот откроет область будды?

— Когда-то я ворвался в Монастырь Большого Громового Удара, планируя взять старого Жулая в заложники и заполучить Пагоду Десяти Тысяч Будд, в которой находились бесчисленные тела прежних Жулаев, достигшие области богов.

Син Ань двигался к золотой вершине, не обращая внимания на Цинь Му, Сюй Шэнхуа и демонического обезьяна. Подняв взгляд на трон лотоса и Шаманского Бога Куя, он неторопливо проговорил:

— Тем не менее, хотя старый Жулай не был для меня достойным противником, дрожание его Дхармы пробудило физические тела прежних Жулаев и открыло двадцать небес области Буды.

— Они оказались по истине сильными, и мне едва удалось уйти. Монастырь Великого Громового Удара и секта Дао очень сильны и владеют необычайными основаниями, поэтому в них не так уж и просто ворваться силой. Но несмотря на высокое совершенствование младшего Жулая, у него нет Пагоды Десяти Тысяч Будд. С одной лишь горой, кишащей демонами, ему не удастся открыть двадцать небес области Будды. Впрочем, он сумел направить сюда силу Будды с помощью шариры, что тоже непросто.

Цинь Му поприветствовал Син Аня и удивлённо спросил:

— Монастырь Великого Громового Удара владеет подобными техниками?

Син Ань медленно провёл в воздухе рукой, разрубая следы лучей будды. Лепестки лотоса мгновенно засохли, а двадцать небес над ним постепенно растворились в воздухе.

Подпрыгнув в шоке, монахи повернулись, смотря на Син Аня. Младший Жулай подал жест рукой, приказывая им не двигаться, между тем незнакомец продолжал шагать навстречу.

Не обращая на них внимания, Син Ань повернул голову, отвечая на вопрос Цинь Му:

— Всё верно, божественный врач Цинь.

Несмотря на то, что между ним и Цинь Му была взаимная вражда, он вёл себя очень вежливо, не забывая о правилах этикета, и это вызывало у Цинь Му глубокое восхищение.

Паньгун Цо тоже пришёл к золотой вершине. Передвигаясь с помощью рук, он улыбнулся:

— Старший брат Цинь, надеюсь твои дела шли хорошо, пока мы не виделись?

— Спасибо за твои добрые слова, у меня и вправду всё хорошо, — проговорил юноша. — Гроссмейстер, твой учитель, Шаманский Король Куй, находится вон там, и большинство духовных жуков внутри его тела уже искоренены. Когда враги встают лицом к лицу, в их глазах вспыхивает пламя ненависти. Разве ты не боишься, что он отдаст дань уважения твоей душе?

Стоя на двух покалеченных ногах, Паньгун Цо с улыбкой ответил:

— С чего бы учитель преклонялся перед учеником. Разве я не прав, учитель?

Изо рта Шаманского Бога Куя донёсся скрежет зубов.

Младший Жулай подошёл к незнакомцам, и Син Ань поздоровался:

— Син Ань отдаёт дань своего уважения Жулаю Юань Дину.

Слегка изменившись в лице, младший Жулай вернул приветствие:

— Старший брат Син пришёл забрать мою жизнь?

— Нет. Я пришёл за жизнью Божественного Врача Циня, исконным духом Шаманского Бога Куя и совершенствованием жизненной Ци Жулая Юань Дина. Я очень редко убиваю. За исключением маленького мерзавца, который сегодня погибнет, все остальные останутся в живых, если не будут сопротивляться, — радостно проговорил Син Ань.

Цинь Му молча сдерживал свою злость.

Глава 482. Битва на золотом пике

Демонические облака поднимались из храмов и вздымались над окружающими горами. Выдающиеся монахи-демоны парили на своих облаках к золотому пику, переполненные убийственным намерением.

Аура Син Аня была настолько могуча, что почти все монахи в Монастыре Малого Громового Удара узнали о его прибытии. Всё произошло как гром среди ясного неба, поэтому они действовали второпях.

Стоя на золотом пике Монастыря Малого Громового Удара, Син Ань будто попал на необитаемую, никем не подконтрольную территорию. Он пренебрежительно взглянул на многочисленных монахов-демонов с улыбкой на лице, сказав:

— Почему все собрались умирать? На этой горе должен умереть только божественный врач Цинь. Давайте оставим наши старые обиды.

Радостный Паньгун Цо сделал два шага вперёд, поднял голову и беспощадно сказал:

— Божественный врач Цинь, старший брат Син Ань вызывает тебя, почему ты не идёшь умирать?

Цзин Янь посмотрела на Сюй Шэнхуа и прошептала:

— Молодой мастер…

Сюй Шэнхуа нахмурился, ведь в сложившейся ситуации в его голову не приходили какие-либо идеи решения проблемы. Младший Жулай не мог пожертвовать всеми мастерами Монастыря Малого Громового Удара, поэтому на их помощь рассчитывать не стоило. Его собственное совершенствование тоже намного уступало таковому у Син Аня. Он чувствовал себя совершенно беспомощно.

Цинь Му поднял руку, останавливая дьявольского обезьяна, который собирался было броситься на врага, и, сделав шаг вперёд, поинтересовался:

— Старший брат Син Ань, если я избавлю тебя от твоих скрытых симптомов, смогу ли я избежать смерти?

Паньгун Цо показалось это очень смешным, и он громко рассмеялся:

— Маленький ублюдок Цинь, хватит фантази…

— По рукам, — был в восторге Син Ань. — Для тебя не составит большого труда избавить меня от моих проблем со здоровьем.

Поражённый Паньгун Цо повернул голову назад, и заикаясь спросил:

— С-старший брат Син Ань сейчас ш-шутит, верно?

Сюй Шэнхуа также не поверил своим ушам. Ему даже потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя.

— На самом деле мне не нужно его убивать. Для меня естественно, что жертва сопротивляется. В прошлый раз его напарники дали мне отпор и сильно ранили, заставив тем самым отступить. С полной серьёзностью могу сказать, что я очень ими восхищаюсь. Однако, если божественный врач Цинь не хочет умирать, ему придётся вернуть мне все части тела, — неторопливо подытожил Син Ань.

— Без проблем! Но некоторые части я уже вернул их владельцам, — после того, как Цинь Му сказал это, он вынул истинное драконье гнездо и достал все части тела, которыми он всё ещё обладал.

— Ничего страшного. Раз ты их отдал, мне придётся их забрать самому, — подойдя к нему, Син Ань проверил их все по очереди. Но проверяя ногу, которую отравил Цинь Му, он на мгновение задумался, после чего подозрительно посмотрел на него. — Эта нога, кажется, изменилась. Божественный врач Цинь, я тоже достаточно опытен в искусстве исцеления, и я вижу, что эта нога отличается от её первозданного вида.

Цинь Му подошёл поближе проверить ногу и, почесав голову, проговорил:

— Я прикреплял её кое-кому ещё, смотри, здесь даже остался надрез.

Син Ань прищурился, недоверчиво взглянув на него. Даже если Цинь Му говорил правду, он всё равно побаивался его навыков.

— Гроссмейстер, я ведь должен тебе ногу, вот, возьми эту, — Син Ань бросил отравленную ногу в сторону юнца.

Лицо Паньгун Цо мгновенно пожелтело, и он выпалил:

— Отродье Цинь, ты отравил ногу, я прав? Скажи мне честно! Старший брат Син Ань, могу я не принимать эту ногу? Тут и ежу понятно, если я прикреплю себе эту ногу, то умру! Давай только не будем говорить о том разрезе. Я не хочу иметь дел с теми вещами, к которым он прикасался!

Син Ань забрал ногу и равнодушно сказал:

— Я дал тебе ногу, но ты отказался. Теперь я должен только одну ногу.

Недовольно хмыкнув, Паньгун Цо пролепетал:

— Ладно, дай мне её. Только я проверю есть ли в ней яд…

Син Ань бросил ему ногу и открыл сундук, куда он убрал остальные части тел. Кинув на Цинь Му взгляд и сразу же после отвернувшись, он подошёл Сюй Шэнхуа и дьявольскому обезьяну будучи полным похвал, глядя на них:

— Здесь все такие талантливые, когда вы чего-то добьётесь, я бы хотел вас заполучить в свою коллекцию, было бы здорово, неправда ли? Гроссмейстер, тебе нужно усерднее тренироваться. Не позволяй молодому поколению обойти себя.

Казалось, грудь Паньгун Цо вот-вот всполохнёт от ярости, но ему некуда было деваться, поэтому он приглушённо хмыкнул и промолчал.

Син Ань взглянул на золотую чашу для подаяний, которая уже была вынута младшим Жулаем и другими монахами из картины Цинь Му. Она висела в воздухе, в то время как Шаманский Бог Куй, скрестив руки, стоял на крошечной чёрной дьявольской дымке, являющейся нижней частью его тела.

Шаманский Бог Куй посмотрел на Син Аня и усмехнулся.

— Шаманский Бог Куй, Гроссмейстер однажды использовал твой исконный дух, чтобы поклонится мне, — с улыбкой на лице сказал Син Ань. — Я дам тебе ещё один шанс, поклонись мне. Посмотрим, сможешь ли ты убить меня своим поклоном.

— Твоё истинное имя уже известно, после моего поклона ты умрёшь. Но мне некуда торопиться. Я ещё хочу посмотреть, как ты прыгаешь и показываешь свои уродливые стороны. На этой горе все обречены на смерть, куда мне торопиться?

Син Ань слегка улыбнулся и перевёл взгляд на младшего Жулая:

— Главное блюдо должно быть съедено последним. Шаманский Бог Куй — главное блюдо, а Жулай Юань Дин — закуска. Жулай, ты готов к битве?

Младший Жулай сложил ладони вместе и сказал:

— Старший брат Син Ань произнёс моё религиозное имя перед Шаманским Богом Куем, поэтому мне суждено отправиться на небеса. Даже если я не умру от рук старшего брата Син Аня, я умру от поклонения Шаманского Бога Куя. Для монаха четыре элемента — тщеславие, так что ничего страшного, если ты лишишь меня совершенствования. Если я умру, Монастырь Малого Громового Удара, вероятно, будет уничтожен. Я не хочу, чтобы демоническая раса была уничтожена, посему, старший брат Син Ань, прошу тебя.

Его аура внезапно стала несравнимо энергичной, а его тело задрожало. Буддистские лучи позади него образовали кольца с двадцатью небесами внутри.

В этот момент аура младшего Жулая была похожа на гору, покрытую несравнимо тяжёлыми сокровищами будды. Позади него появился исконный дух, у которого была огромная голова и маленькое тело.

Его голова была покрыта круглыми сверкающими глазами, чей взгляд был несравнимо ярким, а на лбу виднелся козлиный рог, изгибающийся вверх. В целом голова была схожа с таковой у цилиня. Также ему достались козлиные копыта.

Исконный дух выглядел мрачно и достойно, навевая необыкновенным присутствием. Встречая его взгляд, присутствующие ощущали, как их сердца наполнились чувством вины, отчего они боялись смотреть ему в глаза.

Длинный рог был несравнимо острым. Когда Паньгун Цо увидел это, он сильно переменился в лице, и страх заполонил его сердце. Он моментально попытался скрыться от взгляда исконного духа, чувствуя, что слишком много согрешил и что в любой момент может быть поражён рогом.

— Так выдающий монах это сечжи, постигший свой путь, — Син Ань был в восторге от увиденной добычи и похвалил её. — Неудивительно, что твоё совершенствование так сильно! Тебя даже считают священным зверем! Несмотря на необъятность моей коллекции, у меня до сих пор нет такого священного демона, как ты.

П.П.: Сечжи (獬豸,xiezhi) — сказочный зверь-единорог, также символ правосудия.

Младший Жулай закричал, взорвавшись жизненной Ци. Молния собралась в небе и всполохнула среди нахлынувших демонических облаков. Образовался божественный мост, блистающий лучами света, что осветили собой весь горный хребет.

Его исконный дух сечжи вскочил на божественный мост и направился к демоническим облакам. Молния нежила его тело, он выглядел наполовину буддой, наполовину сечжи, как будто превратился в божественного сечжи. Исконный дух становился всё больше и больше, своей рукой он давил вниз, покрывая ею половину Малой Горы Сумеру.

Тело Син Аня не двигалось, поскольку его собственный божественный мост простирался по небу. Его исконный дух ступил на божественный мост и устремился по воздуху к великому исконному духу будды.

Уголки глаз Цинь Му дёрнулись. Исконный дух Син Аня снова изменился, полностью отличаясь от духа в битве у Академии Речной Гробницы.

На этот раз его исконным духом был даос с черепашьим панцирем, вокруг которого обвилась летающая змея.

БУМ!

Десять тысяч молний вырвались наружу, и исконные духи столкнулись в воздухе, порождая распространившийся во все стороны яркий свет. Каждый удар создавал сети молний, чётко различая между собой два атрибута.

Тёмный был тенью гор, деревьев и различных залов, в то время как белый был светом молнии.

Младший Жулай переместился, Синь Ань также не стоял на месте. Два божественных моста в небе двигались вместе с ними. Исконные духи тоже постоянно меняли своё местоположение.

Спустя мгновение раздался громкий взрыв, сечжи рухнул с божественной моста прямо на золотой пик. Ужасающие воздушные потоки хлынули во все стороны, сотрясая каждого…

Изо рта младшего Жулая просочилась кровь, и он встряхнул своей рясой, пытаясь втянуть воздушные потоки в рукава, чтобы они не ранили монахов-демонов на горе.

— Я потерпел поражение. Старший брат Син Ань, лиши меня совершенствования, — младший Жулай развеял свой исконный дух и божественный мост, тут же побледнев в лице. Монахи-демоны, которые находились в храме неподалёку, поспешно поднялись в небо и бросились к золотому пику с убийственным намерением.

Младший Жулай сел в позе лотоса, увеличив своё тело до невообразимых размеров, чтобы удержать монахов:

— Младшие братья, как только мои божественные сокровища будут захвачены, меня ожидает смерть. После того, как я умру, отправляйтесь в Монастырь Великого Громового Удара. Жулай Ма — племянник моего учителя. Он обязательно примет вас.

Монахи-демоны почувствовали тоску в своих сердцах и горько заплакали, распростёршись на земле.

Син Ань развеял свой исконный дух и божественный мост, неторопливо говоря:

— Почему все скорбят? Я же не убийца, я лишь забираю совершенствование Жулая Юань Дин, а не его жизнь, не нужно так горевать. Кроме того, я ещё заберу исконный дух Шаманского Бога Куя. Не волнуйтесь, ваш Жулай не умрёт. Жулай Юань Дин, пожалуйста, открой свои божественные сокровища.

Младший Жулай был спокоен, в то время как его тело сильно грохотало. Божественные сокровища в его теле открывались одно за другим, пока не вырвался интенсивный свет, осветивший всю гору. Подняв голову, он серьёзно сказал:

— Старший брат Син Ань, теперь это твоё.

Когда Син Ань подошёл, небо почернело, и с запада хлынула тьма. Она покрыла высокие горы и обрывистые хребты, скрыв Великие Руины.

Син Ань посмотрел на темноту над Малой Горой Сумеру, проговорив:

— Великие Руины действительно таинственны.

Он сделал шаг вперёд, слегка оттянув руки в стороны. Огни мечей вылетели из его ладоней и уже собирались разрезать божественные сокровища младшего Жулая, как вдруг Шаманский Бог Куй громко рассмеялся:

— Юань Дин, прими мой поклон!

Крошечная дьявольская дымка над золотой чашей внезапно превратилось в жертвенный алтарь, над которым в поклоне склонил голову исконный дух Шаманского Бога Куя.

Лицо младшего Жулая неузнаваемо изменилось, но Син Ань лишь усмехнулся:

— Пытаешься убить его на моих глазах? Мечтай!

Свет меча в его руке полоснул вниз, и тело младшего Жулая мгновенно было завёрнуто следами таинственного света, образовавшего собой слои печатей. Множество рун превратились в ловушку для младшего Жулая.

Когда Шаманский Бог Куй поклонился на жертвенном алтаре, младший Жулай тихо застонал. Даже с учётом наложенных Син Анем печатей, его исконный дух почти поклонился в ответ…

Его исконный дух раскололся, а душа почти рассеялась.

Изменившись в лице, Син Ань ударил ладонью в сторону алтаря.

Шаманский Бог Куй громко рассмеялся и встал, чтобы поклониться ему. Исконный дух Син Аня задрожал, и его душа мгновенно распалась, в то время как он сам бездыханно рухнул на землю.

Золотая чаша для подаяний с грохотом разлетелась на куски, после чего исконный дух Шаманского Бога Куя выпрыгнул вперёд, громко смеясь:

— Простые смертные, вы как глиняные куры и керамичные собаки, неспособные даже выдержать один удар. Ты думал, что я хотел убить Юань Дина, чтобы разозлить тебя, но на самом деле я хотел убить тебя! Мой лучший ученик, подойди ко мне!

Паньгун Цо обнял дарованную ему ногу и задрожал.

В этот момент открылся сундук, и Син Ань, всё это время лежавший с закрытыми глазами, начал вставать.

— Превосходные шаманские заклятия! — улыбнулся юноша.

Глава 483. Чёрное Сердце

— Здесь что-то не так. Я ведь явно убил твою душу, отдав ей дань уважения. Как тебе удалось выжить?.. — с подозрением спросил Шаманский Бог Куй, смотря на Син Аня. — Неужели твоё имя не Син Ань? Я ведь видел, как твоя душа растворилась. После такого нельзя выжить! Что за технику ты использовал, чтобы восстановить её? Это божественное искусство очень… — он задумчиво кружился вокруг “воскресшего”. — Когда твоя душа разрушилась, я ощутил, как из сундука вылетела вторая, возвращая тело к жизни. Но у меня остались некоторые сомнения. Если твоя душа погибла, то несмотря на то, что тело воскресло, оно должно было перестать быть твоим. Как тебе удалось сохранить своё сознание?

Син Ань поднялся и, рассматривая исконный дух Шаманского Короля Куя, зашагал.

Шаманский Бог Куй кружился вокруг Син Аня, точно также как тот кружился вокруг него. Двигаясь по разным траекториям, они напоминали две звезды, летающие вокруг друг друга.

Сюй Шэнхуа взглянул на Цинь Му, вспоминая как однажды проиграл ему в сражении. Тогда тот использовал свою Ци, чтобы направлять его, ауру, чтобы подавить, и изменения в техниках тела, чтобы измотать.

В тот раз Сюй Шэнхуа потерпел ужасное поражение, и упал на землю кашляя кровью, не успев даже обменяться с противником ударами. В последствии Цинь Му вылечил его ранения, делая должником, и в итоге он был вынужден работать в кузнице, чтобы рассчитаться.

Теперь Син Ань и Шаманский Король Куй демонстрировали что-то подобное, но их мастерство было ещё более высоким.

Уставившись на противника, Син Ань хвалил:

— Отлично! Шаманский Бог Куй, ты и вправду произведение искусства! Ни один из исконных духов, которые мне удалось заполучить за последние несколько лет, не был таким сильным, как ты. Ты станешь лучшим экспонатом в моей коллекции!

— Экспонатом? — к этому времени, парочка успела подняться в небо. Ухмыльнувшись, Шаманский Бог Куй проговорил. — Ты думаешь, что я статуя бога, созданная из грязи? Моя магическая сила несравнимо большая, а боевые способности не имеют себе равных. Я не фальшивый бог из поддельных райских небес, а истинный! Я стёр с лица земли старую династию поддельных райских небес и убил бесчисленное количество сильных существ. Где бы я не проходил, земля усеивалась трупами, а море крови застилало горизонт! Ты всего лишь крохотное существо, совершенствующее странную технику, и хвастливо блуждаешь по миру, обманывая мастеров божественных искусств. Но я знаю твои фокусы. Раньше из сундука вылетели семь духов, а не три души. Ты всё ещё привязан к своим собственным душам, но используешь семь духов других людей.

Выражение Цинь Му резко изменилось: «Источник Син Аня лежит в его трёх душах? Он совершенствовал их до божественного уровня? В таком случае они могут находиться не в сундуке!»

Лицо Син Аня также дёрнулось, и он похвалил:

— Восхитительно, Шаманский Бог Куй. Ты заставляешь меня восхищаться тобой всё сильнее и сильнее! Но когда ты убил меня, отдав дань уважения душе, я также смог разглядеть секрет твоей техники. Так называемое шаманское заклятие дани уважение к душе на самом деле разрушает не душу противника, а его семь духов.

— Души людей, которых ты убил, не гибнут, а попадают под твой контроль. В противном случае, с чего бы вокруг тебя было такое скопление проклятых душ? Твоё шаманское заклятие — всего лишь сильное божественное искусство души!

Тело младшего Жулая вздрогнуло, и он тихо проговорил:

—  Теперь понятно.

Старика охраняло огромное количество монахов, не позволяющих его духам и душам разрушиться в любой момент. Услышав слова Син Аня и наконец узнав секрет дьявола, они сразу же обрели просветление.

Буддистские пути, навыки и божественные искусства отличались от обычных. Глаза будды позволяли им видеть проклятые души, поэтому они сразу же заметили огромное количество душ вокруг Шаманского Бога Куя. Именно поэтому им показалось, что, просветив его исконный дух, можно обрести невероятную заслугу и, в итоге открыв двадцать небес, перейти в область Будды.

Зная имя жертвы, Шаманский Бог Куй мог разрушить дух противника, просто преклонившись перед ним. Его шаманское заклятие было невероятно сильным, и никто не мог догадаться о его секрете.

Разум Цинь Му закипел. Син Ань и вправду был невероятным!

Шаманский Бог Куй дважды отдавал ему дань своего уважения. Впервые это произошло, когда своё заклятие исполнил Паньгун Цо, правда так и не сумев убить его. Теперь это произошло снова, отчего Син Ань мгновенно “погиб”.

Столкнувшись с заклятием всего лишь дважды, он смог понять, как оно работало!

Подобные талант и уровень понимания были просто ошеломительные!

«Его понимание и талант ничем не уступают Имперскому Наставнику Вечного Мира! Жаль, что он использует их лишь для того, чтобы найти сильных практиков, достигших уровня, близкого к божественному, и отобрать часть их тел. Если бы все его усилия шли на совершенствование… Ээм, он бы умер от старости, его божественный мост, в конце концов, разрушен… Погоди-ка!» — вздрогнул Цинь Му, а в его глазах засияло неверие.

Имперский Наставник владел самым высоким талантом и пониманием, которые он когда-либо видел. Его удальство прославилось по всему миру ещё до внедрения реформы. Старый Жулай и Мастер Дао нарекли его святым, появляющимся раз в пятьсот лет!

В нестоящее время Имперский Наставник был в расцвете сил, следовательно, его предшественник мог быть ещё живым!

«Этого не может быть…», — на лице юноши возникло странное выражение. Талант Син Аня был настолько высоким, что его можно был сравнивать только с Имперским Наставником. Разве это не свидетельствовало о том, что святым, появляющимся раз на пятьсот лет, времён старейшины деревни, был именно Син Ань?

«Это вполне возможно! Имперский Наставник также склонен собирать части тел других мастеров!» — сжал руки в кулаки Цинь Му. Когда-то Наставник отобрал ногу одноногого!

Находящийся высоко над землёй Шаманский Бог Куй внезапно бросился в атаку на Син Аня, и небо над горой Сумеру разорвалось от божественных искусств. Несмотря на то, что Куй не мог успешно провести свой смертельный поклон дани уважения, он всё-таки был исконным духом истинного бога. Его совершенствование было чрезвычайно высоким, а он сам владел необычайными божественными искусствами, в основном являющиеся техниками души.

Сила его божественных искусств заклятий была невероятной, и могла разорвать тьму, обнаруживая странные лица, прячущиеся внутри. Если его божественные искусства заклятий достигали подобного эффекта даже без физического тела, боевая мощь бога должна быть намного выше, чем у младшего Жулая.

И всё же, ни одна из его атак не смогла достичь Син Аня.

Скорость этого человека попросту была слишком великой. Он был будто мерцающий свет и проходящие тени, ничем не уступая одноногому!

Противостоя такой скорости, даже божественные искусства Шаманского Бога Куя не могли ничего ей противопоставить.

Скорость одноногого считалась самой высокой в мире. Если он со всей силы пытался сбежать, то никто не мог его догнать. Когда Имперский Наставник схватил его после кражи Диска Императора, он потерял ногу до того, как успел развить свою максимальную скорость.

Второй раз он был покалечен при встрече с Син Анем.

Несмотря на то, что одноногий был невероятно быстрым, его совершенствование было не таким высоким, как у Син Аня. Он бежал на протяжении нескольких дней, но выбившись из сил позволил противнику победить.

Развивая такую скорость, он не оставлял Шаманскому Богу Кую шансов успешно нанести удар!

Бум!

Шаманский Бог Куй в небе пропустил первый удар Син Аня, задрожав всем телом. Духовный эмбрион почти вылетел из исконного духа, отчего на его лице возникло растерянное выражение.

После того, как его настиг второй удар, раздался громкий взрыв. Из его ноздрей, глаз, рта и ушей вылетели языки пламени, а духовный эмбрион ещё сильнее отделился от души.

Бум! Бум! Бум!

В воздухе раздавались частые удары, духовный эмбрион Шаманского Бога Куя шатался во все стороны. Вокруг мерцали всевозможные видения, их лица были искажены и напуганы.

У исконного духа бога не было шансов отбиться.

«Даже Имперский Наставник, этот безумец, может не оказаться достойным противником для Син Аня», — с такими мыслями Цинь Му ошарашенно посмотрел на лежащий вдали сундук.

Син Ань положил его на землю, оставив без присмотра.

Рядом с ним лежал Паньгун Цо, втянув шею и крепко прижав полученную ногу к груди: «Ему конец… Мой мастер проиграл. Он совсем не ровня Син Аню. Изначально я надеялся получить выгоду из этой ситуации, но, судя по всему, мне ничего не перепадёт… — достав свой мешочек таотэ, он спрятал отравленную ногу внутри. — Син Ань очень умён и хитёр, он определённо заставит меня пришить себе эту ногу. Если Владыка Культа Цинь её отравил, то я умру. Но даже если она в порядке, то он отрубит её и заберёт обратно. В таком случае почему бы мне не попытаться сбежать… Но ведь снаружи тьма, и я не смогу уйти…»

Размышляя, он внезапно увидел, что Цинь Му держит в руке бусину размером с кулак и что-то бормоча себе под нос, будто исполняя заклятие.

Тем не менее, Син Ань был занят сражением с Шаманским Богом Куем, поэтому не мог расслышать его слов.

— Бусина Чёрной Черепахи! — прошептав себе под нос, Паньгун Цо уставился на Цинь Му широко открытыми глазами. Он узнал артефакт в его руке. Это была Бусина Чёрной Черепахи, одно из четырёх великих духовных сокровищ Дворца Истинных Небес. За все свои прежние жизни ему приходилось видеть этот предмет, но он не касался к нему лично.

«Этому негодяю невероятно повезло. Он сумел воспользоваться беспорядком во Дворце Истинных Небес и украсть Бусину Чёрной Черепахи!»

Внезапно Цинь Му сделал резкий жест левой рукой. Небо над их головой мгновенно наполнилось странными видениями, которые быстро превратились в технику меча, легко коснувшуюся Бусины Чёрной Черепахи.

«Движение из Природы Десяти Тысяч Душ!» — сердце Паньгун Цо слегка вздрогнуло. Внезапно огромный сундук неподалёку от него задрожал, и он почувствовал, что его волосы встают дыбом. Дно сундука зашуршало по земле, и вдруг, из него пробилась нога!

Едва не закричав от удивления, Паньгун Цо увидел, как со дна пробилось ещё несколько ног, и сундук, качаясь, встал. Прежде чем он успел прийти в себя, Цинь Му запрыгнул на крышку сундука, и рванул в сторону подножия горы. На полпути туда на него забрался цилинь, сжав своё тело до минимально возможных размеров.

Паньгун Цо был ошеломлён. Его взгляд упал на Сюй Шэнхуа, который махал рукой на прощанье, стоя возле Цзин Янь.

«Вот хитрец! Он даже осмелился украсть сундук Син Аня!» — он собрался было позвать Син Аня, но внезапно передумал, и бросился вдогонку за сундуком, быстро перебирая руками.

Скорость сундука была невероятно высокой, но за миг до того, как он вторгся во тьму Великих Руин, Гроссмейстеру удалось схватиться за его край. Затем они исчезли во тьме.

Сундук был доверху наполнен божественными частями тел, поэтому тьма вокруг отступала назад, позволяя четырём ногам быстро уносить их вдаль.

— Так это Гроссмейстер! — обернувшись, Цинь Му обнаружил Паньгун Цо, барахтающегося внизу. С улыбкой на лице, он быстро достал меч Беззаботный, в то время как незваный попутчик немедленно вынул отравленную ногу, начиная отбиваться.

— Владыка Культа Цинь, остановись! — мгновенно покричал Паньгун Цо. — Если ты ударишь ещё раз, я закричу! Посмотрим, как ты тогда попытаешься сбежать!

Сверкая улыбкой, Цинь Му спрятал меч в ножны:

— О чём это Гроссмейстер говорит? Мы ведь старые друзья, разве я посмею причинять тебе вред? Находясь под сундуком, ты наешься грязи, давай я помогу тебе выбраться наверх, —договорив, он тайком пнул цилиня, и тот зразу понял, что от него хотят.

Зверь широко открыл пасть, собирая в нём истинный огонь и готовясь сдуть Паньгун Цо во тьму, как только тот заберётся на крышку сундука. Оказавшись в ней, у того не останется шансов выжить.

Откинувшись назад, Паньгун Цо устроился поудобнее, всё ещё находясь внизу:

— Спасибо за заботу, Владыка. Но мне очень нравится вкус грязи, поэтому я, пожалуй, останусь здесь. Можешь не обращать на меня внимания.

В этот момент в небе над Малой Горой Сумеру прогремел голос Син Аня:

— Божественный Врач Цинь, я хочу посмотреть, чёрное ли твоё сердце на самом деле!

— Определённо чёрное… — тихо проворчал Паньгун Цо.

Глава 484. Пересекающиеся Миры

С Малой Горы Сумеру раздался голос Син Аня, с каждым разом он становился ближе и ближе, преследуя группу. По большей части, его не особо заботили такие вещи, как принципиальное умерщвление врагов, чего не скажешь об его собственном сундуке.

Гневный смех сорвался с уст Син Аня:

— Как ты посмел?!

Находящийся под сундуком Паньгун Цо пробормотал себе под нос:

— А этот сопляк мужественнее, чем кажется…

— Тебе хватило наглости тайно сговориться с Цинем и стащить мой сундук! Гроссмейстер, как ты посмел?! — в темноте голос Син Аня доносился со всех сторон, было очевидно, что он бегал туда-сюда, пытаясь найти Цинь Му и сундук. Его скорость позволяла ему прочёсывать тысячи километров без особых проблем, следовательно, найти искомое для него было лишь делом времени.

— Ты думаешь, я не убью тебя? Ты ведёшь себя как мальчишка! — голос Син Аня раздался в сотнях километрах на западе, а к концу фразы его голос был слышен в сотнях километрах на юге.

Позеленев в лице, Паньгун Цо заскрежетал зубами:

— Я ещё и виноват оказался? Я не договаривался с ним, а просто воспользовался шансом сбежать!

«Син Ань сумел так быстро избавиться от Шаманского Бога Куя? Его способности просто ужасны!» — Цинь Му сидел на сундуке с удивлённой физиономией.

Находящийся под сундуком Паньгун Цо бормотал себе под нос:

— Мой мастер и правда прожил эти годы зря… Однако, Син Аню будет не так-то просто усовершенствовать его исконный дух, чтобы добавить его в свою коллекцию, — внезапно он повысил голос. — Владыка Культа Цинь, у меня созрел план, с помощью которого мы сможем избавиться от моего мастера и Син Аня одновременно!

— Кажется я догадываюсь о чём идёт речь. Ты хочешь отправиться на гору Ян, что на юге Великих Руин, и вскрыть тело Шаманского Бога Куя. Син Аню ещё предстоит улучшить исконный дух, и я думаю, что он отделил его эмбрион и душу, пытаясь подавить их по отдельности, — сидя на сундуке, болтал Цинь Му. — В конце концов Шаманский Бог Куй — это бог. Восстановив своё физическое тело, он сможет освободиться от подавления Син Аня. В таком случае твой мастер ничуть не будет уступать Син Аню, а даже наоборот, станет сильнее. Я правильно всё сказал?

Паньгун Цо несколько раз кивнул, прежде чем до него дошло, что собеседник не видит его.

— Владыка Культа Цинь — мой величайший враг! — похвалил он. — Мне даже кошмары сниться будут, от такого врага, как ты.

— Владыка, я думаю, он ругает тебя, — сказал цилинь.

— Это щедрая похвала. Однако, если Син Ань не будет в состоянии на равных сразиться против целого Шаманского Бога Куя, опасность для всех станет запредельной, даже страшно об этом подумать. Но если… — тревожился Цинь Му, ведь если Син Ань добавит исконный дух Шаманского Бога Куя в свою коллекцию, это также принесёт не мало бед…

Если бы Син Ань смог усовершенствовать исконный дух Шаманского Бога Куя, разве ему не составит труда убить всех и каждого? Конечно, у него были свои принципы, он не накладывал свои руки на людей, которые в его глазах ничего не стоили, например, на тех, кто так и не достиг области бога хоть в одном аспекте!.. Но с учётом его хобби, он никогда бы не оставил без внимания практиков, достигших область бога. Те, вероятно, отдали бы ему смертельную дань уважения, позволяя ему спокойно лишить их божественных конечностей.

Произойди подобное, это станет неисправимой катастрофой, которая повлияет на пути, навыки и божественные искусства.

— Если бы эти двое смогли умереть одновременно… — вздохнув, юноша одобрил идею Паньгун Цо, и приказал сундуку бежать на юг.

— Вам не скрыться! — голос Син Аня иногда слышался вдали, а иногда очень-очень близко. Даже с его способностями ему было не по силам выследить группу, находясь в такой кромешной тьме Великих Руин.

Ненамного позже Цинь Му заметил тень небесного обрыва впереди. Из темноты послышался плеск воды, и по шуму становилось понятно, что водопадов там точно больше, чем один. Было очевидно, что они находились перед чрезвычайно опасным утёсом.

— Эх, это тот самый обрывистый утёс у истока реки Вздымающейся! — Цинь Му остановил сундук у края обрыва, чтобы они смогли посмотреть вниз. Там он увидел невероятно яркий свет, исходящий от скалы, но так и не понял, что излучает его.

Его сердце слегка дрогнуло. В последний раз он был тут, когда путешествовал с Сюн Сиюй и её дочерью. Тогда он увидел небесный обрыв, разделяющий запад и восток Великих Руин на две половины. Высота скалы исчислялась в километрах.

Скалистый утёс, а по сути, огромный, простирающийся с севера на юг разлом, появился из-за ужасающего землетрясения, уничтожившего большую часть Великих Руин.

Источником реки Вздымающейся были водопады подле утёса. Водопады собирались вместе, сформировывая величественную реку, текущую на десятки тысяч километров и даже достигая Вечного Мира, где её течение считалось самым стремительным.

Кроме того, в то время с Цинь Му здесь произошёл странный случай. Когда он и Сюн Сиюй столкнулись с туманом на реке, они увидели пустыню и многочисленных богов, ковавших божественные дворцы. Они были богами Эпохи Высшего Императора, получившими приказ от Высшего Императора превратить пустыню в равнины. После этого они увидели, как боги сделали арык для реки Вздымающейся…

Однако самым странным было то, что, когда они увидели завершение Эпохи Высшего Императора, из тумана появились боги другой эпохи.

Это был Император-Основатель и его министры, некогда столкнувшиеся со странным туманом во время осмотра здешних мест. Зрелище затронуло их сердца, и они печалились о кончине такой эпохи.

Их переживания показались Цинь Му достаточно странными.

Отголоски двух историй накладывались друг на друга у истоков реки Вздымающейся, образовывая необычайное зрелище.

В то время Цинь Му пришёл к выводу, что в этой области могут быть проходы в другие миры, в итоге сделав открытие, что здесь пересекаются время и пространство аж пяти миров!

«Интересно, какие странности происходят у реки Вздымающейся, когда здесь наступает ночь?» — беспокоился юноша, но при этом был полон предвкушения. Он заставил сундук Син Аня спуститься с утёса, в то время как Паньгун Цо резко схватился за одну из ног сундука, чтобы не рухнуть вниз.

****

Тем временем младший Жулай сидел в позе лотоса на золотом пике горы Сумеру Монастыря Малого Громового Удара в окружении печалящихся монахов.  Дьявольский обезьян опустился на колени с широко открытыми глазами. Слёзы катилась по его щекам, падая на землю.

— Я восстал, чтобы покинуть Монастырь Великого Громового Удара, мой мастер был несправедлив, выбрав моего старшего брата в качестве Жулая, а не меня. Поскольку все жизни равны, почему демоны не могут стать Жулаем? Почему лишь людям позволено достичь такого титула? Поскольку Дхарма за равноправие, почему Жулаем может быть только мужчина? — лучи света блистали на лице улыбающегося младшего Жулая. — Моё совершенствование ничуть не уступало таковому у моего старшего брата, и мне не очень нравилась Дхарма человеческой расы, поэтому я возмутился. Я хотел построить священную землю для демонической расы, поэтому бросил Монастырь Великого Громового Удара, чтобы основать Монастырь Малого Громового Удара. Не имеет значения, великий или малый — это Монастыри Громового Удара. У каждого монастыря должна быть своя Дхарма… Шаманский Бог Куй отдал смертельный поклон дани уважения к моей душе, но у меня нет таких способностей как у Син Аня, поэтому моя душа скоро рассеется. Чжань Кун, подними посох Кхаккхары.

Дьявольский обезьян опустился на колени, подняв обеими руками Кхаккхару.

— Мой старший брат передал тебе Махаяну Сутра Жулая, потому что ты обладал этим посохом, и по этой же причине я взял тебя в свои ученики. Благодаря тебе Монастыри Великого и Малого Громового Удара будут снова связанны, — младший Жулай поднял руку и Кхаккхара взмыл в воздух. — Теперь ты младший брат Жулая Ма из Монастыря Великого Громового Удара. Когда я умру, доставь всех монахов на гору Сумеру в Монастырь Великого Громового Удара. Жулай Ма примет вас.

Он достал кашаю и писания, затем положил писания поверх кашаи и отдал их дьявольскому обезьяну, в то время как посох Кхаккхара приземлился и придавил писания.

— Передай Жулаю Ма, что Дхарма гласит, что все жизни равны, так почему же скульптуры демонов в храмах всегда являются горами будд и бодхисатв? Разве наша демоническая раса не заслуживает равенства? — души и духи младшего Жулая начали возвышаться в небо. — Спроси его, если демоническая раса заслуживает равенства, почему тогда Дхарма написана только людьми? Разве демоны тоже не могут писать Дхарму? Спроси его, если спасение людей — это достижение и добродетель, так не должно ли спасение демонов быть достижением и добродетелью тоже? Если съесть человека, это считается забранной жизнью живого существа, а если съесть демона, это считается забранной жизнью живого существа? Растения, деревья, они тоже могут стать демонами, так если их съесть, считается ли, что это забранная жизнь живого существа? Если он не сможет ответить на эти вопросы, передай ему это писание, написанное мной, демоном Жулаем. После этого он примет всех вас.

Младший Жулай сложил ладони вместе, с улыбкой на лице добавив:

— После того, как я умру, доставь моё умершее тело в Монастырь Великого Громового Удара, и спроси Жулая Ма, могу ли я также войти в Пагоду Десяти Тысяч Будд, — как только он закончил говорить, его душа рассеялась.

— Демон, мастер! — дьявольский обезьян распростёрся на земле, монахи в один голос начали читать Великую Мантру Сострадания.

— Младший Жулай собственноручно основал Монастырь Малого Громового Удара и превратил его в единственную священную землю в Великих Руинах, но это также и единственная священная земля демонической расы, — тихо сказал Сюй Шэнхуа. — В Дхарме не было демонической расы, но он позволил демонам иметь свою собственную Дхарму. Янь’цзы, я хотел бы взглянуть на будд людей и демонов.

— Я пойду с тобой в Монастырь Великого Громового Удара. Поскольку здоровяк проведёт всех этих монахов-демонов через Великие Руины, их наверняка будет поджидать не одна и даже не две опасности, мы заодно сможем присмотреть за ними, — сказала Цзин Янь.

— В Монастыре Малого Громового Удара не мало экспертов, я думаю им не составит проблем пересечь Великие Руины. А вот кого действительно поджидает опасность, так это Владыку Культа Циня. Он украл сундук Син Аня и даже позвал с собой Гроссмейстера. Владыка… — вены появились на лбу Сюй Шэнхуа.

Цинь Янь улыбнулась и спросила:

— Ты ему завидуешь? Завидуешь, что он живёт интересной жизнью?

Сюй Шэнхуа кивнул:

— Однако я не такой, как он. Несмотря на то, что я завидую ему, я не хочу себе такой жизни. Надеюсь, он со всем справится.

****

Огромный сундук испускал слабое свечение, в то время как на обрывистом утёсе мелькали маленькие огоньки. Тьма окутала всё вокруг, кроме места, в котором всё ещё были проблески света, что в итоге заставило Цинь Му удивлённо цокнуть языком.

Сундук остановился и направился в сторону света. Оказавшись ближе и детально приглядевшись, на лице Цинь Му появилось удивление.

Шар света в трещине не был ни существом, ни сокровищем, это был самый настоящий солнечный луч. Цинь Му прислонился поближе и попытался заглянуть внутрь, в итоге увидев там зелёные равнины, чистое небо и пылающее солнце, висящее в небе.

Паньгун Цо решил заглянуть в другую трещину, от увиденного у него отвисла челюсть.

Цилиня охватил неподдельный интерес, и ему тоже захотелось посмотреть. Через мгновение он в недоумении спросил:

— В обрывистом утёсе существует скрытый мир?

— Это не скрытый мир, а другой мир, соединённый трещиной в скале, — Цинь Му попытался рассмотреть его с других ракурсов, но безуспешно. — Я знал, что это место было странным, пять пересекающихся миров… тсс!

На вершине утёса появились два несравнимо ярких луча света, которые пронеслись мимо группы, так и не заметив их.

— Глаза Син Аня, — вздохнул с облегчением юноша, когда увидел, как два луча света внезапно разделились на сотни километров друг от друга.

Лучи света шаг за шагом освещали утёс.

— Син Ань вырвал свои глаза и теперь они летают в небе, разыскивая нас! — по коже ошеломлённого Цинь Му побежали мурашки. Его даже пробило на дрожь, когда он начал размышлять об этом.

— Владыка Культа Цинь, здесь огромная трещина! — заметил Паньгун Цо.

Цинь Му направил сундук в сторону трещины, которую отыскал Паньгун Цо, и они тут же вошли внутрь.

Глава 485. Фомальгаут

Сундук потащил группу сквозь трёхметровую трещину, но сделав два шага внутрь, застрял. Цинь Му начал в спешке помогать цилиню протолкнуть свой живот, но несмотря на все свои потуги, они так и не могли втиснуться. Лежа на земле, Паньгун Цо стонал от давления.

— Тихо! — шикнул юноша, приказав сундуку слегка отойти назад.

В этот миг мимо трещины пролетела колонна света от божественного искусства Син Аня, едва не обнаружив беглецов. Цинь Му быстро спрятал огромный сундук за торчащим из земли валуном. Скорость божественных глаз была невероятно высокой, они мелькали мимо с пронзительным свистом.

«Хорошо, что у Син Аня нет божественных глаз дедушки слепого, в противном случае нам не удалось бы спрятаться за каким-то камнем», — облегчённо вздохнув, юноша открыл сундук, схватил жирного зверя за шею и немедленно засунул того внутрь.

— Владыка… — изнутри раздался стон цилиня. — Здесь полно отрубленных конечностей, и даже голов! А ещё тут сердца! И куча пальцев и рук!

Сундук закрылся и направился в трещину. Без жирдяя наверху, он свободно протиснулся внутрь. По мере его продвижения яркий свет впереди становился всё ярче и ослепительней.

Наклонившись над крышкой сундука, Цинь Му пристально всматривался вглубь трещины, на противоположном конце которой не было видно зелёных равнин или синего неба, вместо них там находилась золото-жёлтая пустыня, сильно отличающаяся от того мира, который они видели раньше.

«Неужели это не тот мир, что был здесь до этого?» — как только Цинь Му подумал об этом, за их спинами внезапно засиял божественный свет, шокируя их. В этот раз им было негде спрятаться, поэтому единственное, что оставалось — это продолжить бежать.

К счастью, они были уже недалеко от мира в трещине, и вскоре сундук провалился в золотую пустыню. Дважды кувырнувшись по песку, он поднялся на ноги.

Оглянувшись, Цинь Му увидел, как луч божественного света вырвался из трещины, прежде чем рассеяться. Он понятия не имел, заметил их Син Ань, или нет, но уже в следующий миг его сердце дрогнуло, и он в спешке заглянул под сундук, обнаруживая, что Паньгун Цо бесследно исчез.

«Он и вправду умеет быстро сбегать!» — с такими мыслями разразился смехом юноша.

Должно быть Паньгун Цо воспользовался шансом ускользнуть, когда они провалились в золотую пустыню, надеясь спастись от Цинь Му, желающего хладнокровно его убить.

Сбегая от Син Аня во тьме Великих Руин, они были вынуждены работать сообща. Но теперь, когда тьма рассеялась, Паньгун Цо, естественно, сбежал.

Не имея ног, он совершенно не был ровней Цинь Му. Если бы он промедлил с побегом, то мог бы не успеть скрыться.

— Гроссмейстер воистину хитёр, — похвалил юноша.

Он открыл сундук, из которого с выражением ужаса на морде пулей вылетел цилинь. У него явно не осталось никакого желания приближаться к сокровищу.

Заглянув внутрь сундука, Цинь Му обнаружил, что тот был обустроен, как и раньше. Его каркас был выполнен из кости таотэ и обмотан кожей таотэ. Бесчисленные полки остались на своих местах, вот только экспонатов стало гораздо меньше. Он также заметил место, где сундук был разрезан и сшит обратно. Это был след от удара ножа мясника.

После встречи со стариком, Син Аню, по всей видимости, пришлось ремонтировать своё сокровище.

«Если мне удастся пробудить дух божественных рук, ног, душ и голов, то у меня появится шанс разобраться с Син Анем», — Цинь Му блеснул взглядом, прежде чем закрыть сундук и побежать через золото-жёлтую пустыню. Сундук следовал за ним, будто летя, в то время как цилинь, настороженно поглядывая на сокровище, тащился следом.

Спустя некоторое время зверь наконец смог перебороть свой страх и забрался на крышку сундука, чтобы сэкономить силы.

«Жирдяй достиг высшей области лени!» — оглядываясь на зверя, подумал Цинь Му.

Пустыня простиралась далеко за горизонт, поэтому путники со всех сил мчались вперёд. Но внезапно они остановились, увидев валяющийся на песчаной дюне огромный скелет, наполовину поглощённый песком.

Сделав несколько шагов вперёд, Цинь Му начал чувствовать божественную ауру и снова застыл, останавливая сундук. Спящий на нём цилинь мгновенно проснулся от толчка, поднимая голову, чтобы осмотреться:

— Син Ань нас догнал?

— Нет!

Цинь Му осматривал скелет бога, похороненный под жёлтым песком. Его огромные рёбра торчали снаружи, раскрывая под собой грудную клетку, в которой свободно мог поместиться десяток взрослых людей.

Цинь Му осторожно двинулся вперёд, сундук ступал следом. Затем он протянул ладонь, но внезапно ощутил, что что-то не так, и в итоге двинулся к скелету бога только после того, как достал гигантский котёл Паньгун Цо для защиты…

Но вдруг, услышав громкий хлопок, он болезненно застонал. Перепонка между его ладонью и большим пальцем лопнула, покрывая руку кровью. Даже одна ножка котла, некогда принадлежащего Гроссмейстеру, отлетела!

Огромный котёл был создан Паньгун Цо в одной из его прежних жизней, когда он был сильным практиком, приблизившимся к уровню бога.

Цинь Му не мог повредить сокровище даже используя пилюлю меча, и этого факта было достаточно, чтобы охарактеризовать его силу, вот только для скелета бога оно оказалось не крепче глины. Божественное искусство с лёгкостью отрезало его ножку.

Терпя боль, Цинь Му заделал рану. Затем он поднял с земли ножку котла, увидев, что поверхность разреза была плоской, будто её разрубил невообразимо острый нож. А прикоснувшись к разрезу, он почувствовал, что тот был невероятно горячим.

— Это… Ци Янь из двух Ци Инь-Ян. Владелец трупа обработал их, превращая в божественную жизненную силу, защищающую тело.

Цинь Му спрятал котёл и сломанную ножку, в то время как цилинь с любопытством всмотрелся вперёд и спросил:

— Владыка, что повредило котёл?

— Божественные сокровища бога, — ответив, Цинь Му схватил горстку жёлтого песка, легко сдувая его вдаль.  Как только песчинки подлетели произошло что-то, что нельзя было увидеть невооружённым глазом!

Внутри скелета бога, зарытого в песке, оставалось семь неповреждённых божественных сокровищ!

Изначально они были невидимы для невооружённых глаз, но как только песчинки подлетели достаточно близко, разразились божественные лучи всевозможных цветов, освещая божественные сокровища!

Труп бога был невероятно огромным, но размер его божественных сокровищ был относительно небольшим. Духовный Эмбрион, находящийся между бровей, имел площадь всего в пять квадратных сантиметров. Пять Элементов были лишь слегка больше. В даньтяне виднелось божественное сокровище Шести Направлений, в то время как Семь Звёзд скрывались между головой, сердцем и лёгкими…

Божественное Сокровище Небожителя находилось на позвоночнике, а Жизни и Смерти ниже пояса. Что касалось Божественного Моста, тот протянулся из Духовного Эмбриона, торча из головы!

Размер сокровищ не были большими, но приглядевшись поближе, можно было увидеть, что расстояние между ними составляет миллионы километров. Пространство внутри было невообразимо широким. Цинь Му сумел даже рассмотреть увядшие солнце, луну, звёзды, а также разрушенный Млечный Путь и созвездия!

В центре Божественного Сокровища Духовного Эмбриона находился духовный эмбрион бога. Однажды он был частью исконного духа, но теперь душа существа испарилась. Впрочем, само сокровище было в неплохом состоянии.

— Он умер от ранения исконного духа, — в глазах Цинь Му закружились символы построений, и его взгляд сфокусировался на Божественном Сокровище Духовного Эмбриона. В груди силуэта сияло отверстие от колющего удара, в котором остался призрак меча, свидетельствуя об его ужасной силе!

Разбитое солнце и луна летали вокруг духовного эмбриона, излучая яркие лучи света. Это была двойная Ци Инь-Ян, и именно она была той силой, что отрубила ножку котла.

— После смерти его кровь и плоть растворились, но его божественные сокровища остались целы. Духовный Эмбрион до сих пор здесь, и остатки его жизненных сил всё ещё владеют огромной силой, способной с лёгкостью уничтожить наследное сокровище культа, — невнятно пробормотал себе под нос Цинь Му.

Обычный бог не мог бы владеть подобной силой после смерти, а знал он это потому, что когда-то ему приходилось видеть труп учителя Сюй Шэнхуа, Нефритового Владыки, убитого выстрелом из Божественной Пушки Солнечного Удара.

Несмотря на то, что труп Нефритового Владыки продолжал извергать сильную божественную ауру, он не шёл в ни в какое сравнение со скелетом. Более того, его божественные сокровища разрушились в миг смерти.

— Это истинный бог, истинный бог! — с серьёзным выражением лица, Цинь Му выбросил всё из своего мешочка таотэ, пытаясь найти Бусину Чёрной Черепахи, бормоча себе под нос. — Что здесь забыл истинный бог?

Найдя артефакт, Цинь Му мгновенно использовал её силу в попытке пробудить дух скелета бога, и вскоре раздался громкий грохот костей.

Труп неожиданно дёрнулся, отчего цилинь шокировано подпрыгнул. Его чешуя встала дыбом, а хвост задрожал от страха.

Цинь Му исполнял технику Природы Десяти Тысяч Душ, изначально предназначенную для женщин. Ход его мыслей был слишком сложным, не позволяя использовать её на полную силу. Впрочем, с помощью Бусины Чёрной Черепахи он всё-таки умудрился это сделать.

Громадная белая рука скелета постепенно поднялась из песка, и труп медленно сел.  Его череп опустился к земле, будто рассматривая Цинь Му и цилиня, в то время как жёлтый песок водопадом сыпался из его глазниц и рта.

— Сражаться! — скелет встал, выдёргивая из дюны оборванный флаг. Оставшаяся в его божественных сокровищах сила наполнила воздух, и несмотря на то, что у него не было плоти и крови, он смог издать встряхнувший землю голос. — Следовать императорскому приказу! Позади родной дом, нам некуда отступать! Нужно сражаться!

Рот Цинь Му приоткрылся, и он задумчиво почесал голову. Пробуждённый им дух должен был быть новым, но, судя по всему, часть старого скелета всё ещё сохранилась и пробудилась под воздействием техники Природы Десяти Тысяч Душ.

— Старший, битва закончилась много лет назад! — прокричал Цинь Му. — Где твой родной город? Как ты погиб? По чьему приказы ты сражался? Кто твой враг?

Скелет опустил голову и, смотря на него, дрожащим голосом ответил:

— Будучи подчинёнными Высшего Императора, Его Величества из Фомальгаута, мы получили приказ защитить это место. Младший, откуда ты пришёл? Здесь поле боя, быстро убегай!

Держа огромный флаг в руке, скелет вскочил, устремившись к высокой песчаной дюне. Затем он замер, уставившись на неё.

«Эпоха Высшего Императора? Закончившаяся десятки тысяч лет назад?» — был ошеломлён Цинь Му, вместе с сундуком отправившись следом за богом. Забравшись на её вершину, он увидел перед собой ужасающее зрелище. В пустыне впереди валялось бесчисленное количество скелетов.

Разбросанные по золото-жёлтому песку части скелетов были настолько большими, что дюны не могли полностью их похоронить, раскрывая торчащие наружу кости.

Кроме них пустыня была усеяна божественным оружием и обветшалыми боевыми колесницами. Вдали сияли металлические диски размером в несколько сотен метров и полуразрушенные боевые корабли всевозможных видов.

Цинь Му ошарашенно замер.

Перед ним лежало древнее поле боя между богами и дьяволами…

Тысячи трупов валялись на земле…

Но никто так и не пришёл, чтобы их похоронить.

— Какой сейчас год? — спросил стоящий неподалёку бог, опуская голову. — Где Высший Император? Почему кости моих братьев оставлены на произвол ветра и воздуха? Почему после смерти они не получили должного уважения…

— Старший, Эпоха Высшего Императора давным-давно закончилась, превратившись в легенду. Более того, даже эпохе Императора-Основателя пришёл конец… — с сожалением в голосе проговорил Цинь Му.

— Высший Император тоже погиб в бою? — бог опустил голову. Казалось, что он плачет, но на землю не упало ни единой слезы. Он зашагал вперёд, доставая из земли белую кость. — Мой брат, мой товарищ по оружию, Эпохи Высшего Императора уже не существует, но я не дам тебе лежать в песке, не имея даже места для отдыха… Младший брат, — он повернулся к Цинь Му. — Ты можешь пробудить моих братьев? Мы похороним себя и будем наконец покоиться с миром.

Глава 486. Времена Крови и Пота

— Эмм… — на мгновение задумался Цинь Му. Это было простым совпадением, что с помощью Бусины Чёрной Черепахи ему удалость пробудить дремлющее сознание скелета бога, благодаря которому тот смог начать говорить и даже отчасти восстановить свои воспоминания.

У других скелетов может не быть сознания, оставшегося в них, даже если ему удастся пробудить их, они будут просто грудой ходячих костей…

Вдобавок ко всему, пробуждение скелета бога требовало чрезвычайно огромного количества магической силы. Даже с Бусиной Чёрной Черепахи Цинь Му, возможно, будет не по силам пробудить стольких скелетов богов.

Надо иметь ввиду, что со своим пониманием техники Природы Десяти Тысяч Душ он мог в лучшем случае вызвать трёхметрового в высоту песчаного великана. Вызвать кого-то выше ему было не под силу.

Да, с помощью Бусины Чёрной Черепахи он мог расширить своё понимание всех вещей, имеющих дух и душу и усилить своё сознание. Но пробуждение стольких скелетов богов истощит его до предела, к тому же совершенно неизвестно чем закончится эта авантюра для него лично.

Скелет бога “смотрел” на него со слабым пламенем в глазницах, полный предвкушения. Это было предвкушение того, что воин из древних времён снова встретит своего товарища по оружию…

Глядя на него, Цинь Му попросту не мог отказать, поэтому широко улыбнулся и сказал:

— Я могу попробовать, — договорив, он достал Бусину Чёрной Черепахи и исполнил технику Природы Десяти Тысяч Душ, чтобы использовать заклятие пробуждения.

Через вдох времени огромный скелет неуверенно встал. Истинный бог тут же обнял скелет товарища по оружию и разразился ликующим смехом вперемешку с рыданием.

— Генерал, — только что поднявшийся скелет смог сказать лишь одно слово, и, казалось, он не обладал большим интеллектом.

Тем не менее, даже этого одного слова хватило, чтобы растрогать истинного бога, как будто он вернулся во времена Эпохи Высшего Императора.

Чем больше скелетов пробуждал Цинь Му, тем бледнее становилось его лицо. Ему даже начинало казаться, что в его голове раздавались бесчисленные голоса, постоянно мешающие сосредоточиться.

Истинный бог поднял песок с пробудившимися скелетами и, используя последние остатки своей магической силы, создал огонь, чтобы расплавить его. Песок превратился в кипящую лаву, прежде чем затвердеть в огромные куски породы.

Истинный бог строил им мавзолей, в то время как различные скелеты делали себе могилы из камней. Одина за другой они начали обретать форму.

Когда Цинь Му пробудил последнего скелета, он рухнул от истощения.

Закончив постройку последнего мавзолея посреди пустыни, множество высоких скелетов встали прямо перед своими могилами в ожидании последних слов генерала.

Истинный бог истратил последние крохи своей магической силы, чтобы поднять изодранный флаг, и посмотрел на товарищей, которые погибли вместе с ним.

Ветер дул в изодранный флаг, заставляя его трепетать и похлопывать.

Казалось, он вновь переживает времена пролитых крови и пота.

— Если есть загробная жизнь, — истинный бог не успел открыть рот, как раздались звон метала и гонг боевых барабанов. — Если есть загробная жизнь, давайте снова соберёмся и ещё раз сразимся с небесами и землёй!  — крича своим солдатам и товарищам по оружию, его голос распространялся по всей пустыне. — Высший Император вернётся и снова поведёт нас на войну! А пока, солдаты, можете отдыхать!

— Генерал, мы ещё встретимся в загробной жизни! — закричали в ответ скелеты.

Скелеты вошли в собственные могилы и прежде, чем лечь, сложили свои оружия по бокам, они, казалось, были готовы снова броситься в бой, когда прозвучит горн.

Пламя в глазницах истинного бога замерцало, в то время как огромные каменные скрижали бесшумно подлетели по воздуху, запечатывая дверь мавзолея.

Руны закрепились на четырёх стенах. Последние скрижали запечатали дверь. Теперь построение, которое защищало мавзолей бога, было завершено.

Цинь Му вздохнул с облегчением и поднял голову, чтобы посмотреть на скелет истинного бога, который стоял радом с ним:

— Старший, ты построил для них мавзолей, так почему ты не с ними?

Высокий скелет бога сел, держась за флаг, оставшийся в его руках в прямом положении, как и его спина. Он и юноша смотрели на высокий и заброшенный мавзолей.

— Я их генерал, но я не смог доставить их домой. Я не заслуживаю собственной могилы, — истинный бог сидел тихо, пока флаг развевался на ветру. — Я должен защитить их и быть хранителем их гробницы. Я видел, что никто из них не пробудился… это ты говорил за них, — он опустил голову, чтобы посмотреть на юношу. — Спасибо.

Цинь Му был ошеломлён, не зная, что сказать:

— Я не хотел, чтобы ты чувствовал себя единственным оставшимся. И я…

Истинный бог поднял голову и улыбнулся:

— Несмотря на то, что это был ты, я почувствовал тепло в своём сердце. Я ни о чём не жалею.

Из его пустых глазниц вылетели два потока света и, подобно извивающимся драконам, влетели в глаза Цинь Му, оседая там. Это была последняя Ци чистого Инь и Ян в его божественных сокровищах. Они были подарком для него.

— Тьма надвигается, иди туда! — скелет поднял руку, указывая вдаль.

Цинь Му обернулся и увидел заход солнца, вот-вот собирающегося нырнуть за горизонт пустыни.

— Старший, что значит тьма надвигается? — спросил он. — С наступлением ночи здесь тоже всё погружается во тьму? Старший…

Скелет бога замолчал и больше не говорил…

Его воля затихла и рассеялась…

Он упокоился, оставляя после себя только скелет с указывающей вдаль поднятой рукой.

Цинь Му молча встал и призвал сундук, на котором распластался дрожащий цилинь:

— Идём туда.

Сундук последовал за ним в направлении, указанном истинным богом. Между тем цилинь собрался с духом и спросил:

— Владыка, что имел в виду огромный скелет, когда сказал, что это ты?

— Моё заклятие пробуждения не могло пробудить духов богов, погибших в битве. Скелеты, которых я пробудил, не имели сознания и могли только выполнять мои команды. Видимо заметив это, он и раскрыл меня.

— Но я слышал, как скелеты разговаривали и называли его генералом, — был удивлён зверь.

— Они могли разговорить, потому что я говорил через их уста. Я не хотел, чтобы он ощущал себя одиноким и чувствовал, что только он остался от Эпохи Высшего Императора, — Цинь Му обернулся и посмотрел на скелет бога, который сидел с боевым флагом и охранял мавзолей. Затем он отвёл взгляд и со спокойным выражением лица продолжил. — Хоть он и заметил это, но не подал виду. Я думаю, в его сердце ещё была надежда, что это говорили его товарищи, а не я.

Цилинь не мог понять таких чувств, поэтому он просто лёг на сундук, пытаясь уснуть, бормоча:

— Меня это очень пугает. Тогда, у семьи Лю, мне несколько дней снились кошмары…

Небо становилось всё темнее и темнее.

Видя, как солнце неумолимо убегало за горизонт пустыни, Цинь Му ускорил шаг.

Вскоре хлынула тьма, в одно мгновение догоняя их.

Цинь Му был ошеломлён. Мир поглотила тьма, как очередные Великие Руины. С той лишь разницей, что когда в Великих Руинах день, то здесь ночь.

«Я понял! Я понял происхождение тьмы!» — дрогнуло сердце Цинь Му, как вдруг со дна сундука послышались тихие звуки.

Цинь Му остановился, чтобы заглянуть под сундук, где увидел безногого юнца, прижимающегося ко дну.

— Гроссмейстер, — расплылся в улыбке Цинь Му. — Надеюсь, с тобой всё в порядке?

Лицо Паньгун Цо было мертвенно-бледным, когда он выпалил:

— Сопляк Цинь, этот проклятый мир играет со мной. Убей меня, порежь мою плоть, делай со мной всё, что хочешь!

Цинь Му приятно улыбнулся:

— Зачем мне резать твою плоть? Хватит дурачиться. Убивать гораздо проще, чем резать.

Во тьме засиял яркий, божественный свет. С чуть было не выскочившим из горла сердцем и не давшим дёру своим ходом, Цинь Му поспешно запрыгнул на сундук и приказал ему зарыться в жёлтый песок.

— Что ты делаешь? — закричал в панике Паньгун Цо.

— Заткнись. Глаза Син Аня вошли в это место! — властно, но тихо скомандовал Цинь Му.

Луч света из глаз пронёсся над пустыней. Ничего не найдя, он полетел вперёд.

Вскоре прилетел ещё один глаз. Два больших глаза встретились в небе, остановившись на месте. Затем ещё одно слабое свечение быстро прилетело издалека и зависло в воздухе. Им было не что иное, как голова юноши.

Внезапно два глаза влетели в глазницы головы.

— Ребятки, я знаю, вы рядом! — внезапно равнодушно рассмеялась голова в небе. — Божественный врач Цинь, Гроссмейстер, вы украли мой сундук и хотите, чтобы я оставил вас в покое? Не слишком ли вы меня недооцениваете?!

Внезапно жёлтый песок вокруг затвердел, Цинь Му почувствовал, как он сжимается всё сильнее и сильнее. Он знал, что дела обстоят плохо и немедленно исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его жизненная Ци разорвалась вокруг его тела, превратившись в изящные руны, которые образовали построение под песком.

Кровь Паньгун Цо похолодела, и он прошипел:

— Ты собираешься выполнить божественное искусство перемещения в таком месте? Если ты не хочешь жить, то я ещё хочу…

— Вот там! — закричала голова Син Аня, стреляя из глаз божественным светом.

Ууууу!..

Место, где находился Цинь Му, обрушилось и превратилось в глубокую яму. Два луча выстрелили в неё и испарили неизвестно какой объём жёлтого песка.

Будучи насильно перемещённым вместе с сундуком, Паньгун Цо был ошарашен и приглушённо пожаловался:

— Владыка Культа Цинь, твои способности слабоваты. Мы переместились не слишком далеко!

— Заткнись, это жирдяй слишком тяжёлый! — Цинь Му стиснул зубы и снова выполнил божественное искусство перемещения, создав ярко сияющие руны.

Между тем над пустыней летела голова, стреляющая двумя лучами света и испаряющая всё на своём пути!

Цинь Му выполнял перемещение божественного искусства, пока у него не закончилась магическая сила. Затем он указал в определённом направлении и сказал:

— Гроссмейстер, нам туда!

Паньгун Цо поспешил сменить его, доставая из своего мешочка таотэ маленькие флажки, на которых были запечатлены руны перемещения. Активировав флажки, группа исчезла прежде, чем божественный свет из глаз Син Аня смог поразить их.

В одной из своих жизней Паньгун Цо почти стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа, поэтому он был опытен в искусстве мгновенного перемещения Небесного Дьявольского Культа.

Он перемещал их снова и снова, пока его магическая сила тоже не иссякла. Холодный пот выступил у него на лбу, и он сказал:

— Владыка Культа Цинь, у меня кончается магическая сила! Мы ещё не на месте?

Собрав остатки магической силы, он переместил их последний раз. А когда руны построения перемещения рассеялась, они оказались в городе, где им в глаза ударил свет.

Перед ними возвышались завораживающие стены, украшенные фонарями и цветными знамёнами. Парочка подняла головы, чтобы посмотреть, насколько те высоки, застыв как громом поражённые.

На вершинах высоких зданий и башен города во тьме стояли трёхсотметровые в высоту боги, у каждого из которых было либо четыре головы и восемь рук, либо три головы и шесть рук. Были даже такие у которых были головы птиц и зверей. Некоторые из богов были похожи на чёрную черепаху, красную птицу, белого тигра или зелёного дракона.

Они испускали интенсивный божественный свет, который отбрасывал тьму.

Город был несравненно оживлён людьми, ходящими туда-сюда.

Они выглядели так, будто внезапно появились здесь, протискиваясь мимо Цинь Му и большого сундука, полные улыбок.

— Всё не так, не так… Это место было пустыней, так почему здесь оказался город? Если здесь действительно так много людей, почему никто не похоронил скелеты этих богов? И почему здесь так много богов? — у Цинь Му раскалывалась голова, и он внезапно схватил за руку проходящую мимо девушку.

Увидев, что он выглядит не так уж плохо, она захихикала:

— Развратник, зачем ты схватил меня за руку?

— Сестра, какой сейчас год? — с побледневшим лицом спросил юноша.

— А ты умеешь флиртовать. Сейчас, двадцати четырёхтысячный год Высшего Императора. Сегодня ровно двадцать шесть тысяч лет со дня рождения Высшего Императора! — улыбнулась девушка.

Глава 487. Входя в Историю

— Двадцати шести тысячный день рождения Высшего Императора? — был ошеломлён Цинь Му, и было чему, ведь он родился через двадцать тысяч лет после падения Эпохи Императора-Основателя, которая сама просуществовала около десяти-двадцати тысяч лет. Это значило, что он переместился где-то на тридцать-сорок тысяч лет в прошлое.

Неужели искусство мгновенного перемещения Паньгун Цо могло вернуть их в прошлое на такое количество времени?

Валяющийся под сундуком Паньгун Цо тоже растерялся, чувствуя как в его сердце поселилось невероятно странное чувство. Он всего лишь использовал свой флаг мгновенного перемещения, исчерпав последние капли своей магической силы. Как этого могло хватить, чтобы переместить целый отряд на сорок тысяч лет в прошлое?

Должно быть, это какой-то сон!

Он собирался ущипнуть себя, как вдруг почувствовал ужасную колющую боль в разрезе на ноге и жалостно прокричал, не выдержав…

Вытаскивая свой окровавленный меч из ноги бедолаги, Цинь Му пробормотал:

— Если ты чувствуешь боль, значит мы не во сне. Неужели мы наткнулись на очередное эхо истории? Может быть мы оказались внутри чего-то подобного?

Девушка впереди увидела, как он вонзил меч в ногу калеки под сундуком, впадая в ярость:

— Ты, как ты мог ударить калеку? Какой толк с твоей красивой внешности, если ты так себя ведёшь? Ты очень жестокий! — проговорив это, она развернулась, чтобы уйти.

— Добрая сестра, подожди минутку! — поспешно остановил её Цинь Му.

Услышав его слова, девушка не могла не остановиться, но когда она развернулась, юноша, успевший к тому моменту подбежать к ней, начал трогать её лицо рукой. Будучи застигнутой врасплох, она тут же покраснела, уклоняясь от его пальцев и лепеча:

— Что ты делаешь? Мы ведь раньше не встречались, как ты смеешь так себя вести? Ты очень странный. У тебя странный сундук, огромная свинья и ты даже избил калеку. Моему отцу и брату ты точно не понравишься… Они очень сильны и побьют тебя до смерти, если ты не прекратишь…

Цинь Му был ошеломлён. Его разум кипел, будто с небес снизошла молния, ударив прямо в его голову:

— Это и вправду происходит! Ты живая, из плоти и крови! Это не эхо истории! Мы и вправду вернулись в прошлое, в Эпоху Высшего Императора… Неужели путешествовать во времени возможно?

Девушка озадачено спросила:

— О чём ты говоришь? Что такое эхо истории? Что ещё за путешествие во времени…

До того, как она успела озвучить все свои вопросы, к ней подошла держащаяся под руку молодая пара.

— Цюй’эр, кто это? — удивлённо воскликнул ещё совсем молодой, но мужчина.

Покраснев, девушка тихо ответила:

— Брат, я думаю, что мне кто-то начал нравиться…

Паньгун Цо вылез из-под сундука, собираясь заколдовать цилиня и заставить того лизнуть рану на его ноге, когда шокировано застыл, услышав слова девушки: «Настолько просто влюбиться в него? И что с того, что он хорошо выглядит? Несмотря на внешность, с него никакого толку!»

Цинь Му тоже пребывал в оцепенении. Заметив его лицо, мужчина покачал головой и в полголоса обратился к девушке по имени Цюй’эр:

— На вид у этого парня вовсе нет духа. В мире так много талантливых юношей, почему ты выбрала именно его?

Женщина возле него улыбнулась:

— Сестра, не слушай своего брата, он всегда хвалит этих так называемых “талантов”, и не обращает совершенно никакого внимания на тех, кто тебе по-настоящему нравится.  Кстати, как давно вы познакомились?

Молодая девушка смущённо опустила голову, отвечая:

— Только что…

Женщина прикрыла рот рукавом, потеряв дар речи.

— Вы только что встретились, и он уже тебе нравится?

Молодой мужчина громко рассмеялся от гнева, бросая на Цинь Му мрачный взгляд:

— Дочь семьи Бай станет героем наших времён. Ты и вправду веришь, что достоин её? — прокричал он.

Его аура вырвалась наружу, оказавшись невообразимо мощной, между тем за его спиной разразились яркие лучи света, постепенно образуя исконный дух с телом человека, но головой и хвостом дракона. Своим видом существо заставляло сердца зрителей замирать от удивления.

Паньгун Цо широко открыл рот, удивлённо смотря на него и крича:

— Исконный дух Истинного Дракона! Что-то здесь не так, разве он не должен быть исконным духом Зелёного Дракона? Это не одно из четырёх духовных тел, разве такое возможно…

Цинь Му наконец пришёл в себя, обратив внимание на исконный дух молодого мужчины напротив, и дрогнул в сердце, когда подумал: «Естественно, в этом мире есть не только четыре духовных тела, но и другие».

Мужчина протянул руку, которая, слившись с когтями дракона, начала извиваться в попытках схватить Цинь Му, сверкая между пальцев молниями, и процедил:

— Иди сюда, дай мне проверить твои способности.

Вместе со взмахами когтей, на поверхности физического тела мужчины переливались бесчисленные руны. В движениях его пальцев прятались сотни видов построений, свидетельствуя о том, что его атаки принадлежали к первоклассным божественными искусствам тела.

Цинь Му поспешно отскочил, избегая удара, но в этот миг противник плавно соприкоснулся своими пятью пальцами, заставляя пространство перед ним взорваться, отправляя его в полёт под аккомпанемент раскатов грома.

Подпрыгнув, мужчина тут же бросился следом.

Паньгун Цо поднял голову, удивлённо всматриваясь ввысь: «Этот человек с фамилией Бай принадлежит к расе драконов! В противном случае он не мог бы развить божественные искусства физического тела драконов до такого высокого уровня! Он довольно молод, но уже находится в области Небожителя! Неужели во времена Высшего Императора все были такими сильными?»

В конце концов Гроссмейстер был старым монстром, прожившим десять тысяч лет. Он скитался по далёким странам и встречал экспертов драконьей расы. Ему было хорошо известно об их огромной силе и о том, насколько сложно было достичь области Небожителя в таком молодом возрасте.

Цюй’эр запаниковала, быстро проговорив:

— Брат, перестань его мучать!

Женщина, стоявшая неподалёку, остановила её и улыбчиво проговорила:

— Твой брат делает это ради твоего собственного блага, чтобы проверить, достоин ли тебя этот парень. Как только он одобрит его кандидатуру, отец не встанет у вас на пути. Сама подумай, если бы его проверкой занялся твой отец, то у бедолаги не осталось бы ни одной целой кости.

Бай Цюй’эр поняла, о чём та говорит, и улыбнулась в ответ:

— Невестка по-прежнему умна. Но… — на лице девушки застыло обеспокоенное выражение. — А что, если старший брат причинит ему вред?

Женщина улыбнулась, проговорив:

— Не волнуйся. Совершенствование твоего брата очень высоко, и он умеет вести себя должным образом. Он будет сражаться, используя ту же область совершенствования, что и твой друг, поэтому не сможет его сильно травмировать.

Цинь Му неистово нёсся по небу в воздухе, но способности его противника оказались слишком ужасающими. Вибрируя пальцами и ладонью, тот создавал божественное искусство физического тела, сила которого намного превышала заклятия. Оно достигало расстояния в почти триста метров и двигалось на невероятной скорости, вынуждая его быстро открыть все свои божественные сокровища.

Бах! Бах!.. Внутри его тела раздались три последовательных взрыва, после которых молодой мужчина с разочарованным выражением лица покачал головой:

— Область Шести Направлений? Твоё совершенствование слишком слабо. Ну ладно, я сражусь с тобой в области Шести Направлений и проверю твой талант и понимание! — с такими словами он запечатал свои Божественные Сокровища Небожителя и Семи Звёзд, и несмотря на то, что исконный дух за его спиной исчез, его боевые способности остались на невероятно высоком уровне. С непредсказуемыми изменениями движений пальцев ладони, он бросился в сторону Цинь Му.

Паньгун Цо смотрел на происходящее, удивляясь: «У молодого члена семьи Бай невероятно высокий талант, его божественное искусство физического тела даже лучше, чем у меня. Сразившись с ним в одной области, я не смог бы победить… Но разве ублюдок Цинь не находится в области Семи Звёзд?» — как только он об этом подумал, в воздухе раздался оглушительный взрыв, с которым мужчина из семьи Бай полетел вдаль, будто падающая звезда, только летящая в обратном направлении…

Небо над завораживающим городом пронзил луч ослепительного света.

Две девушки внизу были ошеломлены.

Тем не менее, Паньгун Цо выглядел так, будто совсем не удивился случившемуся: «Ублюдок Цинь, как и я находится в области Семи Звёзд, но если бы я осмелился принять его удар в лоб, то мои кости разлетелись бы по всему городу. А этот умник решился на такое, ещё и в области Шести Направлений? Посмотрим, как уверенно он чувствует себя сейчас…

Мужчина на невероятной скорости прилетел обратно, злостно крича:

— В Шести Направлениях невозможно владеть такой великой магической силой и могучим физическим телом! Ты определённо находишься в области Семи Звёзд, поэтому я тоже буду использовать её!

Бум!

Он снова улетел пулей в обратном направлении, но по пути его схватил поднявший руку бог, который стоял на одном из зданий неподалёку:

— Молодой Городской Лорд Цинфу отлетел во второй раз. Неужели ты нашёл себе достойного противника?

Рассмеявшись в гневе, Бай Цинфу подлетел над ладоней, прежде чем снова броситься в бой:

— И что с того, что твоя магическая сила выше, чем у меня? Попробуй мои божественные искусства!

Мчась обратно, он неожиданно изменил свой навык кулака, наполняя небо драконьими когтями, атакующими противника.

В лицо Цинь Му ударил ветер и гром, отчего его одежда затрепетала. Он чувствовал, будто на него набросится что-то яростное, и мгновенно отбросил все отвлекающие мысли в сторону, исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. В его глазах зажёгся огонь, и он взволновался:

— Интересно, каковыми окажутся навыки Эпохи Высшего Императора в сравнении с последующими поколениями? Нужно проверить раз и навсегда! Буря Девяти Драконов!

Парочка парней столкнулась, и округа мгновенно поглотилась рябью. Драконоподобные потоки воздуха на неистовой скорости пронеслись во все стороны.

— Аан! — внезапно энергия в форме дракона вырвалась наружу, сопровождаясь рёвом десяти тысяч драконов. Монстры заполонили собой всё вокруг, начав терзать друг друга.

Ступая на спины драконов, парочка полетала мимо богов в городе, которые, с улыбкой наблюдая за сражением, непрерывно восклицали от удивления.

В городе под ними бесчисленные прохожие останавливались, поднимая головы, чтобы посмотреть на происходящее. Некоторые из них подлетали в небо в попытке разглядеть всё получше.

Улыбаясь, один из богов проговорил:

— Спуститесь, не мешайте им. Я освещу их, чтобы вам было виднее, — после этих слов, его глаза засияли, и две толстых колонны света поглотили Цинь Му и Бай Цинфу.

Внезапно к нему подошёл ещё один бог. У него были драконьи глаза и мощные черты лица, сверкающие силой и властью.

— Городской Лорд Бай, — большинство богов поздоровались.

Махнув рукой, бог взглянул на Цинь Му:

— Этот юнец поистине выдающийся, несмотря на то что его методы происходят из Буддизма. Но почему его магическая сила настолько велика? И откуда у его техник аура моей драконьей расы? Странно, очень странно… — он удивлённо проговорил.

Бай Цинфу сражался на протяжении длительного времени, но так и не сумел одержать преимущества.

— Скрестим мечи с духовным оружием! — внезапно прокричал он.

Приняв облик дракона, его Ци хлынула наружу, внутри неё вращалась бусина дракона. Бесчисленные острые мечи мгновенно вырвались во все стороны, атакуя оппонента будто стая змей!

Цинь Му сдерживал часть своей силы, чтобы позволить Бай Цинфу продемонстрировать пути, навыки и божественные искусства Эпохи Высшего Императора. Однако драконьи мечи последнего оказались чрезвычайно острыми и не оставили ему другого выбора, кроме как отбиваться в полную мощь.

«Несмотря на невероятную изящность его навыков владения мечом, он использует лишь четырнадцать базовых движений. Они ещё не раскрыли секретов пятнадцатой и остальных форм» — наблюдая за противником, Цинь Му заметил слабое место Бай Цинфу и слегка шлёпнул по мешочку таотэ, извлекая пилюлю меча. И как только та оказалась в его руке, восемь тысяч мечей заструились между его пальцев, будто поток песка!

Их навыки меча столкнулись в воздухе, и Бай Цинфу болезненно хмыкнул. Получив более ста ранений, он полетел на землю.

Цинь Му выпрямил палец, и бесчисленные летающие мечи полетели обратно. Собираясь в небе над его пальцем, они постепенно превратились обратно в пилюлю меча.

— Превосходный навык меча! — вокруг раздались радостные возгласы, и Цинь Му оглянулся, увидев сотню богов, собравшихся вокруг него. Их величественные силуэты мерцали на фоне ночного неба.

Удивлённый Цинь Му поприветствовал всех вокруг, как вдруг раздался громкий смех и к нему направился мужчина средних лет, широкими шагами передвигаясь по воздухе.

Шагая будто по земле, мужчина быстро подошёл к Цинь Му, вынуждая его поднять голову, чтобы увидеть лицо незнакомца.

— Молодой талант! — громко смеялся мужчина. — Чей ты ученик? Твои способности очень удивляют, и, кажется, ты совершенствуешь искусства моей драконьей расы.

Обдумав множество вариантов ответа, Цинь Му в спешке проговорил:

— Меня зовут Цинь Му, я забрёл сюда совершенно случайно. Когда-то мне досталось гнездо дракона и несколько писаний, поэтому я совершенствовал техники драконьей расы.

В этот миг к нему подлетел Бай Цинфу, восхваляя:

— Отличные способности! Тебя сочли бы талантливым даже на Райских Небесах. Старший брат Цинь, это мой отец, Бай Ютин, Лорд города Сотен Процветаний.

Цинь Му сразу же поздоровался в ответ.

Внезапно во тьме раздался бой военных барабанов, и Бай Ютина немедленно помрачнел в лице, торжественно проговорив:

— Это из Фомальгаута! Чужеземные дьяволы снова вторгаются! Оставьте четырёх мужчин на защите ворот, а остальные пусть идут за мной на встречу с противником!

Отдав приказ, он в спешке увёл всех богов прочь.

Цинь Му был слегка ошеломлен: «Фомальгаут? Разве скелет бога, которого я пробудил, не был чиновником из Фомальгаута?»

Посмотрев в ту сторону, куда ушли Бай Ютин и остальные, он увидел бесчисленное количество ярких фонарей, сияющих во тьме, формируя единую линию.

Это был Фомальгаут, божественный город в небе.

— С тех пор, как небо потемнело, вторжения дьяволов участились, но нам не о чём переживать, — проговорил Бай Си. — Навыки меча старшего брата Циня значительно превышают мои навыки кулака, ты не мог бы меня обучить?

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— У меня есть несколько писаний драконов, которые я нее могу понять, и тоже был бы благодарен, если брат Бай обучит меня.

Когда они приземлились на земле, выражение лица Паньгун Цо резко изменилось от услышанного. Резко встряхнув головой, он немедленно мысленно передал Цинь Му свой встревоженный голос:

— Будь осторожен, чтобы не изменить историю, а не то мы не сможем вернуться отсюда!

Глава 488. Становясь Историей

После того, как Бай Цинфу, Бай Цюй’эр и остальные отправились в поместье города Сотен Процветаний, Цинь Му призвал сундук. По дороге он всё время думал о словах Паньгун Цо, чувствуя беспокойство на душе, ведь несмотря на то, что старый монстр, проживший десять тысяч лет, был ему заклятым врагом, его знания были обширны, а сказанные слова имели определённый смысл.

Эпоха Высшего Императора, в которой они находились сейчас, завершилась, по крайней мере, тридцать тысяч лет назад. Она стояла на пороге краха, ситуация была безнадёжной, но они по какой-то причине попали в это место на сундуке Син Аня, и, если они изменят что-то в истории, не будет ли вся история переписана заново?

Произойди подобное, существовала бы Эпоха Императора-Основателя, существовал бы Вечный Мир?

Самым важным было то, будут ли они живы?

Даже самая малейшая деталь может привести к изменению мира для следующих поколений!

— Брат Цинь, брат Пань, не волнуйтесь. Фомальгаут окружает и защищает небеса, поэтому их способности чрезвычайно сильны, а способности Райских Небес ещё более ужасающие. С Высшим Императором, лично наблюдающим за битвой, проблем не возникнет, — утешил Бай Цинфу, приглашая жестом руки занять свои места, между тем были зажжены фонари.

Драконьи бусины висели в небе и освещали это место, отчего могло даже показаться, что на дворе стоял ясный день.

Заметив, как Цинь Му поник в лице, Бай Цинфу подумал, что его тревожила безопасность линии фронта, и утешающе проговорил:

— Фомальгаут сражался с ними много раз, они не дадут врагу пройти. Несмотря на то, что чужеземные дьяволы обладают большим влиянием, с нашим городом Сотен Процветаний шутки плохи. Как я уже говорил, Фомальгаут, будучи одним из четырёх великих Райских Небес, очень силён.

Цинь Му вспомнил скелеты богов Фомальгаута в золотой пустыне и почувствовал ещё большее беспокойство.

Эти боги погибли в битве, защищая свою родину.

Может это и есть та битва?

«Возможно мы уже часть истории, поэтому, что бы мы ни делали, тому, чему суждено сбыться, сбудется, — вдруг подумал Цинь Му. — Может быть я сейчас нахожусь в неизвестности Великих Руин. Однажды я испытал эхо истории, так может ли всё это быть эхом времени и пространства? Божественное искусство перемещения Гроссмейстера не могло быть настолько мощным, чтобы переместить нас на десятки тысяч лет назад. Может быть это просто эхо времени и пространства из-за неизвестности Великих Руин. Время и пространство отражаются на наших телах в будущем. После рассвета всё исчезнет, и что бы мы ни делали, история пойдёт своим чередом», — решив для себя это, он успокоился, и ему полегчало, прямо как камень с души упал. После чего он завёл весёлый разговор с братом и сестрой, обмениваясь с ними мнениями о навыках меча…

Они были несказанно изумлены, Бай Цинфу даже не сдержался и закричал:

— После четырнадцати основных навыков меча, есть ещё четыре основных навыка меча?! Кто их основал? Кто так пристрастен и талантлив?

— Тот, кто основал пятнадцатую, шестнадцатую и семнадцатую формы меча, — это святой, появляющийся раз в пятьсот лет. Его пристрастие и талант настолько велики, что даже я бесконечно им восхищаюсь, — нерешительно пробормотал Цинь Му.

— Святой, который появляется раз в пятьсот лет? — была в недоумении Бай Цюй’эр. — Брат Му, существуют ли сказания, которые повествуют о святых появляющихся раз в пятьсот лет?

Цинь Му мало что знал об этом:

— Я слышал, что каждые пятьсот лет в этом мире появляется гений, переполненный врождённым талантом. Он утверждает свою добродетель, заслуги и идеи в письменном виде, тем самым становясь тем самым святым. Собственно, это всё что я знаю, что касается того, откуда это высказывание, я невежественен в этом вопросе.

— Понятно, — брат и сестра пришли к осознанию.

Жена Бай Цинфу с улыбкой на лице проговорила:

— Наш город Сотен Процветаний мал и даже не входит в рейтинг божественных городов, поэтому мы не знаем о таком сказании. Старший брат Цинь должно быть приехал из большого региона и знает очень многое.

Встревоженная Бай Цюй’эр тихо прошептала:

— Невестка, он будет презирать меня за то, что я из маленького региона?

Жена Бай Цинфу тихо рассмеялась:

— Несмотря на то, что город Сотен Процветаний — не самый большой регион, ты в конце концов юная принцесса семьи Бай, так что твой статус достаточно высок, не волнуйся. Более того, влечение друг к другу важнее, чем соответствие социальному статусу.

После услышанного, Бай Цюй’эр заметно полегчало.

— Старший брат Цинь сказал, что три формы меча были основаны святым. В таком случае, кто основал восемнадцатую форму меча? — полюбопытствовал Бай Цинфу.

— Восемнадцатая форма меча была основана мной… совершенно случайно, — покраснев, ответил Цинь Му.

Сердца всех присутствующих вздрогнули, даже бледное лицо Паньгун Цо наполнилось удивлением. Его сердце было полно ревности, но в то же время восхищения: «Ублюдок Цинь действительно силён, даже смог основать восемнадцатую форму меча, изменить путь и навыки небес и земли… Мы облажались, облажались, это безрассудное отродье передаёт навыки меча более позднего поколения нашим предшественникам и изменяет историю. Мы все исчезнем…»

Цинь Му без умолку болтал. Немногим позже он показал истинное драконье гнездо и позвал Бай Цинфу и Бай Цюй’эр внутрь, где попросил их помочь ему расшифровать драконьи записи. Несмотря на то, что он продвинулся в этом деле довольно далеко, всё ещё оставалось много записей, что он не понимал.

Бай Цинфу и Бай Цюй’эр были драконьей расы. Когда Бай Цинфу обменялся с ним ударами, он использовал божественное искусство истинного дракона, давая понять, что его родословная чрезвычайно высока.

— Эта драконья вена истинного владыки драконов? — войдя в драконье гнездо, брат и сестра были очень удивлены. Бай Цинфу добавил. — Как жаль, что истинный владыка был превращён кем-то в сокровище… иначе, он мог бы стать истинным королём драконов, поглощая силу других драконьих вен! Тем не менее, он был превращён в кулон, какая жалость…

Бай Цюй’эр тоже говорила с явной жалостью в голосе:

— Драконий предок Райских Небес родился из подобной драконьей вены истинного владыки драконов. Его способности чрезвычайно сильны, и он является одним из больших шишек в Райских Небесах. Мощь его способностей редка в этом мире, и даже Высший Император должен относиться к нему с уважением…

Бай Цинфу и Бай Цюй’эр знали, что превращение истинного владыки драконов в сокровище не дело рук Цинь Му, поэтому не слишком много думали об это и помогли ему разобраться в записях драконьей вены.

— Старший брат Цинь, благодаря тебе мы узнали много полезного, а значит наша семья Бай извлекла огромную выгоду! — Бай Цинфу был невыразимо взволнован их работой. — Мы изучили твои навыки меча и даже изучили драконьи записи из драконьего гнезда истинного владыки. Понимание драконьего языка не улучшит твои способности также сильно, как наши.

Его слова были правдой. Цинь Му не принадлежал к расе драконов, поэтому не мог совершенствовать технику истинного владыки драконов так же быстро, как они. Когда он позвал их в истинное драконье гнездо, чтобы расшифровать записи, они получили выгоду, намного превзошедшую ту, что получил он.

Бай Цюй’эр была взволнована, подумав про себя: «Если предложить ему знания о драконьем языке из истинного драконьего гнезда в качестве свадебного подарка, мой отец будет в восторге и обязательно согласится на нашу свадьбу. Интересно, женат ли он уже… Впрочем, это не так важно!

Бай Цинфу и Бай Цюй’эр постепенно расшифровали драконьи письмена в истинном драконьем гнезде, обучив им Цинь Му. Но даже так остались ещё некоторые записи, которые даже им было не под силу понять.

— Если бы отец был здесь… Его родословная намного выше, он определённо помог бы расшифровать все эти записи, — переведя взгляд на Цинь Му, Бай Цюй’эр сладко улыбнулась. — Брат Му, останься в городе Сотен Процветаний ещё на несколько дней, пока не вернётся мой отец.

Цинь Му кивнул, будучи очень довольным своими успехами.

Брат и сестра расшифровали почти все чудеса драконьих записей, осталось лишь незначительная часть, около десяти процентов. Техника истинного владыки драконов сделала огромный шаг вперёд и стала ещё сильнее!

Бай Цинфу попытался выполнить технику истинного дракона и почувствовал, что его совершенствование быстро улучшается, исправляя то, чего ему не хватало раньше. Это заставило его воскликнуть от радости:

— Старший брат Цинь, если бы я совершенствовал эту технику в истинном драконьем гнезде, ты не смог бы одолеть меня в своей области!

Когда они втроём вышли из драконьего гнезда, Цинь Му положил его обратно в мешочек таотэ и, улыбнувшись, покачал головой:

— Даже если бы ты совершенствовал технику истинного владыки драконов, ты не смог бы одолеть меня в моей области, я — Тело Тирана.

Бай Цюй’эр широко раскрыла глаза, а Бай Цинфу посмотрел на него с дурацким, запутанным выражением лица.

— Тело Тирана? Старший брат Цинь, что такое Тело Тирана? — Бай Цинфу охватил неподдельный интерес. — Я в основном перемещался по регионам, окружающим город Сотен Процветаний, и лишь несколько раз попадал на Райские Небеса, где слышал, как старшие истинные боги передавали свои пути, поэтому я не знаю многого. Я ничего не знаю о Теле Тирана, видимо старший брат Цинь много путешествовал и знает гораздо большее, чем я. Может ли старший брать Цинь обучить меня?

Цинь Му собирался говорить, как вдруг послышался громкий смех:

— Цинфу, уважаемый гость пришёл к твоей семье Бай, почему ты не сообщил нам?

— Цинфу, тебя избили на глазах у всего города! Где же твоя извечная самоуверенность?

Цинь Му посмотрел на источник голосов и увидел множество молодых мужчин и женщин. Все они были в приподнятом настроении и выглядели необычайно привлекательно.

— Это молодые мастера города Сотен Процветаний, они видимо пришли, чтобы посмеяться надо мной. Старший брат Цинь, позволь мне представить их тебе, — немедленно проговорил Бай Цинфу.

После знакомства он рассказал о том, как Цинь Му основал восемнадцатую форму меча и то, что он является Телом Тирана.

Все были крайне удивлены, между тем в толпе нашёлся пылающий боевым духом юноша, который встал и громко крикнул:

— Тело Тирана Цинь, ты сказал, что твоё Тело Тирана настолько мощно, что ты можешь подавить своих ровесников и непобедим в своей области, но я не верю тебе. Пожалуйста, просвети меня!

Цинь Му поднялся с улыбкой:

— Каждый может проверить меня!

Юноша встряхнулся всем телом и превратился в человека с птичьей головой. Он взмыл в небо, взмахивая золотыми крыльями.

Цинь Му тоже поднялся в воздух, и они обменялись ударами в небе.

Зрители внизу были ослеплены зрелищем и разразились радостными криками.

Мгновение спустя навык меча юноши был сломан, а сам он упал.

— Мой черёд сразиться с Телом Тирана Циня! — молодой женщине было невтерпёж, и она бросилась вперёд. Она принадлежала к расе драконов, поэтому её путь был жестоким и властным, а также она была опытна в заклятиях божественных искусств, способных заставить божественные искусства взорваться с удивительной силой между её пальцами и ладонью.

Цинь Му исполнил Великие Небесные Дьявольские Рукописи. С Великими Всеобъемлющими Небесными Звёздами, более трёхсот видов божественных искусств вырвались вперёд, как небо, наполненное звёздами, сдувая женщину обратно вниз.

— Превосходное божественное искусство! — снизу послышались похвалы, и ещё один молодой человек бросился в воздух.

После нескольких раундов борьбы, Цинь Му ранил его ножом.

Все терпели поражение один за другим.

Бай Цюй’эр была очень взволнована и тихо спросила:

— Невестка, что ты о нём думаешь?

— Просто потрясающе, — жена Бай Цинфу показала горькую улыбку, тихо добавив. — Я начинаю беспокоиться о тебе.

Бай Цюй’эр стало тревожно на сердце.

— Тело Тира Цинь, без сомнения, Тело Тирана! — Бай Цинфу громко рассмеялся и попросил Цинь Му присесть. Оглядевшись по сторонам, он громко спросил. — Вы чувствуете, что старший брат Цинь может пробиться на небеса и преподать урок этим высокомерным дарованиям?

— Может! — все дружно рассмеялись.

Одна из молодых женщин улыбнулась и сказала:

— Я чувствую, что техники и божественные искусства брата Циня буквально на целую эру впереди. Они действительно странные и удивительные, а также заставляют задуматься. Бесчисленные возможности можно было бы создать из путей, навыков и божественных искусств ставшего брата Циня, тем самым развив наши техники Эпохи Высшего Императора до крайности!

— У нас тоже есть такое чувство! — все кивнули с улыбками на лицах.

— Старший брат Цинь, после окончания битвы Фомальгаута, давай отправимся на Райские Небеса вместе и раскрошим всех этих наглых людишек! Народ, вы согласны? — предложил Бай Цинфу.

— Да! — звонкий смех каждого устремился в небо.

Цинь Му также громко смеялся и обменивался мнениями о путях, навыках и божественных искусствах. Он и не думал, что может изменить историю.

Пока все пировали, Паньгун Цо сидел в дальнем углу с бледным как мел лицом. Он переводил взгляд с наевшегося до отвала цилиня на скрывающийся в темноте сундук и обратно, думая про себя: «Как это поменяет историю? Это определённо оставит огромные дыры в ней! Мы облажались, так облажались… Теперь мы не сможем вернуться и в любой момент можем исчезнуть… — он чувствовал сильный страх. — Этот ублюдок даже обучил их восемнадцатой форме меча. Небеса и земля переворачиваются с ног на голову! Чёртов Цинь, из-за тебя мы обречены на смерть!»

На пиршестве все болтали и смеялись, напиваясь до такой степени, что шатались налево и направо. Бай Цюй’эр собрала всё своё мужество в кулак и потянула Цинь Му танцевать, который, покраснев в лице, не смог избавиться от её хватки. Ему ничего не оставалось кроме как пойти с ней танцевать. Глядя на это со стороны, народ не смог сдерживать свой смех.

В этот момент гулкие звуки раздались издалека, как будто небо падало. Среди громкого шума темнота и воздушные потоки хлынули вперёд, атакуя город Сотен Процветаний, из-за чего его начало сильно трясти.

Глава 489. Человеческая Жизнь Дороже Небес

Все на банкете растерялись от произошедшего. Сила удара оказалась настолько великой, что здания вокруг обрушились, а крыша дворца позади взлетела в воздух, улетая прочь.

Вместе с ней улетели все банкетные принадлежности: тарелки, миски, вино и нефритовые столы. Ужасающая сила потока воздуха сдувала всё, что оказывалась у неё на пути!

Вьюх!

Гигантское дерево сломалось посередине и кружась подлетело ввысь. Нескольких людей, стоящих возле поместья, сбило с ног, сдувая, и они в отчаянии размахивали конечностями. Бедолаги в спешке схватились за взлетевший ствол, и в следующий миг бесследно исчезли под воздействием новой, ещё более ужасающей волны энергии.

Совершенствование Цинь Му и остальных было довольно высоким, и они с трудом сумели восстановить равновесие.

Бай Цинфу взмахнул рукой, поднимая в воздух драконьи бусины, и яростно прокричал:

— Застынь!

В небе над поместьем Бай, поднятые в воздух люди и предметы, неподвижно застыли. Впрочем, дома и деревья вдали продолжали кружиться, и было очевидно, что Бай Цинфу был не в силах выдерживать давления. Краснея в лице, он топнул ногой, и за его спиной появился исконный дух Истинного Дракона, отчего бусины засияли с новой силой. Но несмотря на это, он всё ещё не мог совладать со всеми летающими предметами.

— Цинфу! — женщина с ребёнком на руках выбежала из поместья, ведя за собой группу экспертов. Каждый из них использовал по драконьей бусине, и Бай Цинфу мгновенно ощутил, как давление уменьшается.

— Мама, дяди, тёти и даже дедушка… Что вы здесь делаете? — в спешке спросил он.

— Я получила известие о падении Фомальгаута! — ответила женщина. — Его атаковал авангард чужеземных дьяволов, и город Сотен Процветаний уже нельзя сохранить, поэтому нам всем нужно быстро отступать к Райским Небесам! Мы, старшее поколение, задержим их. Идите с горожанами, мы пойдём следом!

Люди вокруг были ошеломлены:

— Фомальгаут пал? Что же нам делать? Нужно быстро вернуться к поместьям и предупредить лордов!

— В этом нет необходимости! — женщина прокричала к паникующей толпе, пытаясь её успокоить. Передав новорождённого мальчика в руки Бай Цинфу, она достала ещё одну драконью бусину, прежде чем сурово проговорить. — Ваших старших уже предупредили, не тратьте время попусту. Немедленно покиньте город и направляйтесь на Райские Небеса. Времени на сбор вещей тоже нет, уходите сейчас же! Бусина Бога-Дракона в руках Цюй’эр поможет вам разогнать тьму!

Понимая серьёзность происходящего, Бай Цинфу мгновенно повернулся к Цинь Му:

— Старший брат Цинь, идём с нами!

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, и его сундук встал на ноги. Паньгун Цо и цилинь тут же забрались на его крышку.

Они бросились прямиком к заднему выходу. Добравшись к нему, они услышали за спинами оглушающий взрыв, с которым бог, охранявший южные ворота, был подброшен в небо, улетая в их сторону.

После этого неподалёку от города появился быкоголовый гигант, окутанный цепями. Его огромное тело возвышалось даже над городскими статуями. Таща за собой цепь с привязанным к ней чёрным металлическим шаром размером с гору, он бросил артефакт вслед за поверженным богом!

Кровь в жилах Цинь Му застыла. Если чёрный металлический шар попадёт в бога, лежащего неподалёку от них, разве им удастся выжить?

В этот момент из поместья Бай раздался мелодичный рёв драконов, и, вместе с остальными, женщина, которая только что приказала им покинуть город, приняла свою истинную форму. Превратившись в гигантских драконов, они взлетели в воздух, встречая гигантский металлический шар.

Между тем остальные эксперты города Сотен Процветаний один за другим бросились в атаку, спешка к южным воротам.

Высокие и крепкие тела полулюдей-полузверей непрерывно атаковали городские ворота, которые с грохотом рушились на землю. Бесчисленные чужеземные дьяволы постепенно наполняли город, затопляя собой одно здание за другим, прежде чем столкнулись с силой защитников.

— Быстро, уходите!

Цинь Му, Бай Цинфу и остальные бросились к северным городским воротам, у которых уже образовалась толпа людей, пытающихся спасти свою жизнь. Возле прохода образовалась невообразимая толкучка, люди наступали и сдавливали друг друга, и лишь немногим удавалось пробиться вперёд.

Стоящий на городской башне бог превратил свою магическую силу в гигантскую руку, перетаскивая отступающих над воротами и крича:

— За пределами города оставайтесь в свете. Не заходите во тьму!

Цинь Му и остальные вылетели из города, увидев перед собой толпы людей, в спешке вбегающих во тьму, перекрикиваясь между собой. В следующий миг они превращались в скелеты, их плоть полностью исчезала.

Бог перенёс десятки тысяч людей, но поток отступающих беглецов к северным воротам не иссякал. Тем временем армия чужеземных дьяволов уже проложила себе путь к воротам.

Стиснув зубы, бог вылетел из города:

— Всем собраться вокруг меня! Я помогу вам добраться к Райским Небесам! Следуйте за мной! Пусть сильные останутся и задержат чужеземных дьяволов!

Что касалось людей, которые ещё не успели выбраться из города, бог уже не мог им помочь. Ему оставалось защищать только тех, кто уже находился снаружи.

Цинь Му и остальные приземлились на землю. Бай Цинфу немедленно повёл их сквозь тьму, следуя за богом, но Паньгун Цо остановил его, злостно крича:

— Вернитесь! Если хотите выжить, не стоит следовать за богом!

Бай Цинфу был ошеломлён, смотря на человека без ног. Держа ребёнка в одной руке, Бай Цюй’эр подняла над головой драконью бусину, используя её как фонарь, и удивлённо спросила:

— Почему нам не стоит идти вместе с ним?

Ребёнок начал плакать, и невестка девушки взяла его себе на руки. Он был сыном Бай Цинфу, и ещё не слишком любил отлучаться от матери.

На лице Цинь Му возникло торжественное выражение:

— Бог охраняет десятки тысяч людей, поэтому является огромной мишенью и враг определённо не отпустит его просто так. Этот парень говорит правду. Гроссмейстер лучший мастер убегать, которого я только знаю, его способности не имеют равных в этом мире! Гроссмейстер, из всех нас у тебя наибольшее количество опыта побега, поэтому говори, куда идти!

— Где находятся Райские Небеса? — в спешке спросил Паньгун Цо. Бай Цинфу поднял руку, показывая на запад от Фомальгаута, и Паньгун Цо мгновенно продолжил. — Тогда идём на восток! Быстро!

К этому времени бог отвёл беглецов вглубь тьмы. Так как Цинь Му и остальных окружал божественный свет, вскоре к ним присоединилось около сотни людей, и это количество постоянно росло.

— Двигайтесь быстрее, и убивайте тех, кто отстаёт! — безжалостно приказал Паньгун Цо.

— Как мы можем убивать собственных людей? — все впали в ярость. Бай Цюй’эр остановилась, подзывая к себе группу беглецов.

По лбу Паньгун Цо катился холодный пот, и он прокричал:

— Вы хотите здесь погибнуть? Или всё ещё надеетесь выжить? Если у вас мягкие сердца, то можете забыть о том, чтобы сбежать в живых!

Чужеземные дьяволы устремились из северных городских ворот, убивая каждого беглеца, который встречался им по пути.

Стиснув зубы, Бай Цинфу проговорил:

— Не нужно ждать остальных, двигаемся!

Они бросились во тьму, полагаясь исключительно на слабое сияние сундука. Вероятно, оно ошеломило беглецов, но ни у кого не было времени расспрашивать о его природе.

Чужеземные дьяволы за их спинами были будто акулы, почуявшие запах крови. Они неистово мчались за беглецами, вынуждая Бай Цинфу и остальных прикрывать отход, одновременно убегая и отбиваясь.

— Пока мы несём с собой это бремя, наша скорость слишком низкая! — сжав зубы, Паньгун Цо яростно взглянул на жителей города Сотен Процветаний. На его лице засияла злобная ухмылка. — С их жизней и так никакого толку, так почему бы нам их не убить? Только в таком случае у нас появится шанс сбежать! Владыка Культа Цинь согласен со мной, верно?

Цинь Му бросил встревоженный взгляд на Бай Цюй’эр:

— Цюй’эр, отдай им Бусину Бога-Дракона. Если вы хотите выжить, я могу вытащить вас отсюда с помощью сундука, в противном случае, эти люди не дадут нам сбежать!

Бай Цюй’эр покачала головой:

— Разве я могу бросить своих людей, чтобы спасти собственную жизнь? В моей семье Бай нет таких людей! Брат Му, Райские Небеса Высшего Императора были созданы для людей, чтобы боги могли принести им пользу. Высший Император заявил, что человеческая жизнь стоит дороже небес! — несмотря на то, что голос девушки был мягким, он мог убедить любого равнодушного. — Если мы не можем защитить людей, то для чего тогда существуют боги? Высший Император говорил, что перед человеческой жизнью, любой бог должен поступиться!

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Человеческие жизни стоят больше небес?

Паньгун Цо сердито рассмеялся:

— Каждый сам за себя, в противном случае, небеса и земля соединятся и раздавят нас! Человеческая жизнь дороже небес? Как по мне, окажись Высший Император в подобной ситуации, он поступил бы абсолютно так же!

Бай Цюй’эр покачала головой:

— Высший Император не сделал бы такого.

За спинами беглецов появилось ещё большее количество чужеземных дьяволов, и Цинь Му был вынужден передвинуться к хвосту отряда, чтобы помочь отбиваться от врага и прикрывать отход.

В этот момент он наконец смог разглядеть внешность этих “чужеземных дьяволов”, и они ничем не отличалась от таковой у самых беглецов. Не сумев найти даже малейших отличий, он недоумевал:

— Они тоже люди?

Ни одна из сторон ни на мгновение не колебалась, посылая друг в друга свои самые сильные атаки. Они отчаянно сражались, как вдруг жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, и он использовал пилюлю меча, присоединяясь к атаке. Летающие мечи разлетелись во все стороны и, непрерывно изменяя свои движения, начали убивать врагов один за другим.

— Убейте мятежников! — громко прокричал один из “чужеземных дьяволов”. — Нужно как можно скорее достичь цели и вернуться на Райские Небеса!

Разразилась кровавая битва. Бай Цинфу и остальные непрерывно убивали, но противники продолжали бросаться в бой непрерывным потоком, отчего почти каждый из защитников получил ранения.

Внезапно кого-то вытолкнули во тьму, монстры в которой мгновенно превратили тело бедолаги в скелет. Цинь Му на мгновение ощутил укол острой горечи, так как этим человеком оказалась девушка, бросившая ему вызов в поместье Бай.

Они сражались, одновременно отступая. Когда последний дьявол был убит, в округе стало неестественно тихо, слышался лишь шёпот существ во тьме.

Цинь Му начал лечить ранения сражавшихся, на что Бай Цинфу улыбнулся:

— Брат Цинь ещё и владеет искусством лечения? Ты и вправду очень талантлив!

Его левая рука была отрублена, но он продолжал улыбаться. Такая стойкость была поразительной.

— Не надо меня лечить, — проговорил парень, тоже недавно бросавший вызов Цинь Му. В его груди зияла огромная дыра, а дыхание становилось всё тяжелее, но он всё же поднял голову и улыбнулся. — Меня уже не спасти, я чувствую, как моя душа рушится. В приступе жадности я попытался убить противника, поэтому пропустил его удар. Не тащите мой труп за собой, оставьте здесь. Я не хочу стать для вас обузой…

Цинь Му посмотрел на него, но до того, как он успел закончить осмотр, дыхание парня оборвалось. Он ошеломлённо поднялся, чтобы заняться лечением остальных.

На протяжении ужасно длинной ночи, отряд продолжал двигаться вперёд. Во тьме вокруг них раздавались звуки битвы, свидетельствуя о том, что другие группы беглецов тоже подвергались нападениям…

Они сталкивались с преследователями, которые мчались за жертвами, будто волки.

Людей вокруг становилось всё меньше и меньше, и у Паньгун Цо не осталось другого выбора, кроме как начать сражаться вместе с остальными. Даже цилинь принимать участие в сражении.

Цинь Му перевязал левую руку Бай Цинфу, пока тот гладил сына правой, убаюкивая. Передав ребёнка жене, он тихо проговорил:

— Неподалёку есть деревня с богом поклонения, он сможет вас защитить. Старший брат Цинь, ты не мог бы одолжить мне свой сундук?

За спинами отряда раздался яростный крик, принадлежащий ещё одной группе преследователей, ступающей им по пятам.

— Давай я пойду с тобой.

— Не стоит, — улыбнулся Бай Цинфу, затем выражение на его лице смягчилось. — Ты находишься всего лишь в области Шести Направлений, в то время как я в области Небожителя. У меня есть шанс вернуться, а вот у тебя его нет. Просто оставайся здесь и жди моего прихода. Позаботься о моём сыне…

Развернувшись, он ушёл вместе с сундуком.

Цинь Му продолжил двигаться вместе с отрядом. Бай Цюй’эр и её невестка наблюдали, как Бай Цинфу исчезает в темноте.

Вскоре сундук вернулся, его крышка была вымазана кровавыми разводами.

Жена Бай Цинфу убаюкала ребёнка, который снова проснулся.

— Старший брат Цинь, людей, способных сражаться, осталось не так уж и много, — женщина передала ребёнка Бай Цюй’эр и поправила волосы, улыбаясь. — Кто-то ещё должен задержать преследователей, поэтому одолжи мне свой сундук. К сожалению, я могу оказаться не в силах вернуть его обратно.

— Госпожа, позвольте нам отправиться с вами, — поднялись несколько покалеченных молодых людей.

Цинь Му кивнул, одалживая им сундук. Бай Цюй’эр открыла рот, но так ничего и не проговорила.

Группа продолжила идти вперед.

Вскоре сундук догнал их, а далеко позади раздались звуки ожесточённой битвы.

Улыбнувшись, Цинь Му залез на крышку:

— Жирдяй, иди сюда, пришла наша очередь. Гроссмейстер, отправляйся с беглецами.

— С*кин сын! — Паньгун Цо поднялся, забираясь на сундук и ругаясь. — Я пришёл сюда с тобой, как мне вернутся обратно, если ты умрёшь? Я никогда раньше не делал ничего доброго, так что считай этот случай исключением… С*кин ты сын!

— Нет… — смотря им вслед заплакала Бай Цюй’эр.

Глава 490. Кромешная Темнота

Высоко подняв Бусину Бога-Дракона, Бай Цюй’эр развернулась и, неся ребёнка Бай Цинфу, повела толпу во тьму.

Бусина испускала мягкий, отталкивающий тьму свет. Они должны были поспешить к деревне с богом поклонения, в надежде найти там защиту.

Подле сундука цилинь издал низкое рычание, чтобы взбодриться. Между тем Цинь Му бросил огромный котёл обратно к Паньгун Цо, который, увидев, что одна из его ножек отсутствует, покачал головой и сказал:

— Котёл испорчен, его сила ослаблена, вероятно ему не хватит мощи защитить нас. К счастью, у меня есть и другие сокровища, — он засунул огромный котёл обратно в свой мешочек таотэ и достал большой калебас, с ухмылкой на лице обвязавшись лентами. — Владыка Культа Цинь, это духовное оружие моей первой жизни, оно называется Калебас Кровопролитный, с этим сокровищем я добился немалой славы. Прошло очень много времени с тех пор, как я его использовал. Я всегда думал о том, что смогу объединить все свои знания, полученные за десять тысяч лет, и усовершенствовать его, но у меня никогда не получалось объединить столько методов вместе.

Паньгун Цо нёс калебас на спине, так как сосуд был около метра в длину, но это зрелище было немного странным, потому что у него не было ног.

— Гроссмейстер, я никогда бы не ожидал, что ты тоже будешь амбициозным, — Цинь Му достал ножны из своего мешочка таотэ и закрепил их на спине. Затем он достал два ножа для убоя свиней и засунул их внутрь. — Жаль, что ты изменился, как только понял, что тебе не стать богом и сразу пошёл по неверному пути.

Паньгун Цо посмотрел на его мешочек таотэ и усмехнулся:

— Думаешь ты бы не изменился? Это же мой мешочек таотэ!

— Я взял его во Дворце Золотой Орхидеи, — Цинь Му достал огромный железный молот и осторожно взмахнул им, заставив загудеть. Треща своим бойком, он увеличивался в размерах, и так продолжалось до тех пор, пока он не достиг двух с половиной метров в длину, с ручкой в центре. Однако, когда поток магической силы прекратился, он уменьшился до своего первоначального размера.

Цинь Му вставил молот в кожаную пряжку на мешке с ножом, закрепив его там. Затем он достал бамбуковую трость и осторожно взмахнул ею, создавая серию остаточных изображений, а после закрепил и её, но уже у себя на спине.

Глядя на то, как Цинь Му достал кисть, чернила и бумагу, которые после засунул в рукава и даже прикрепил несколько свитков к мешку с ножом, Паньгун Цо рассмеялся:

— Великий Владыка Культа Цинь, ты собираешься играть пьесу? Твою спину даже не видно!

Цинь Му достал мешочек с ядом и пилюлю меча, немедленно рассыпавшуюся на восемь тысяч мечей. Достав из мешочка бутылки разных размеров, он начал наносить на мечи один яд за другим, бормоча:

— Не вижу ничего плохого в подготовке. Когда я впервые вышел из Великих Руин, я готовился точно также. Даже если это выглядит примитивно, это практично. Когда я получил высокое звание, я перестал выглядеть таким примитивным, однако, поскольку сейчас нам предстоит борьба не на жизнь, а на смерть, лучше быть как можно более простым!

Услышав его слова, Паньгун Цо достал из своего мешочка таотэ семь флагов и вставил их в землю позади себя. Затем он достал бронзовое зеркало с лентой, которую обмотал вокруг левой руки. Это было похоже на щит. Через какое-то время он достал набор летающих кинжалов и повесил их на рубаху с обеих сторон.

Цинь Му был удивлён. Между тем Паньгун Цо достал несколько футляров с мечами, поставив их около себя, и куда же без самого распространённого оружия прерий — пилюли ножа.

Пилюли ножа старого мерзавца отличались от тех, что использовали сильные практики прерий, ведь они имели гораздо более высокое качество. Он также достал тарелку тайцзи и святилище будды с маленьким буддой внутри, а после вынул толстый столб со светящимися рунами и установил его рядом с собой.

— Гроссмейстер, твоё имущество по-прежнему поражает, — похвалил Цинь Му. — Мы с Имперским Наставником столько раз грабили твой дворец, а у тебя осталось ещё так много драгоценных сокровищ!

— Как только ты проживёшь десять тысяч лет, вещей, которые ты накопишь, будет даже больше, чем у меня! — усмехнулся Паньгун Цо. — Они здесь, глаза, пробудитесь! — исполнив свои небесные глаза буддизма, его взгляд ярко вспыхнул, а уже в следующий миг среди буддистских лучей фактически сформировались глаза Дао секты Дао, превратившись в символ Инь и Ян!

Смотря в темноту, Паньгун Цо замечал мелькающие силуэты.

— Пробуждение! — Цинь Му издал низкий крик и выполнил навык Пробуждения Глаз Девяти Небес. Звёздный свет появился в его зрачках, и солнце осветило Млечный Путь.

Сформировались слои построений.

Слепой объединил свой навык Пробуждения Глаз Девяти Небес с божественными глазами номер один Эпохи Императора-Основателя, глазами богини Цзы Цин, так что их сила непомерно возросла, а божественные искусства стали ещё могущественнее. Тем не менее, этот вид божественных глаз исчерпывал гораздо больше магической силы, поэтому Цинь Му едва мог открыть Светлые Глаза Небес, с пятью небесами в общей сложности. По этой причине он в основном и использовал Глаза Небес Киновари.

Тьма перед ними была слишком плотной, из-за чего Глаза Небес Киновари не могли видеть далеко, поэтому он выполнил Светлые Глаза Небес.

Осматриваясь, цилинь широко раскрыл глаза, но ничего не увидел:

— Владыка, что ты видишь?

Паньгун Цо тоже не мог видеть слишком далеко. Всё, что было в его поле зрения, это дюжина силуэтов, идущих в темноте:

— Владыка Цинь, их больше дюжины, верно?

Цинь Му посмотрел прямо во тьму, на его лице появилась улыбка:

— Не волнуйтесь, там всего-то чуть более дюжины практиков божественных искусств.

Паньгун Цо облегчённо вздохнул и громко рассмеялся:

— Я реально подумал, что умру, как Бай Цинфу и его жена, как кучка отбросов. Я не настолько благороден. Похоже, следовать за Владыкой Культа Цинем — счастливый знак. Я сегодня не умру!

Цилинь также расхохотался:

— Владыка всегда превращает беды в счастье!

Сундук Син Аня также начал открываться и закрываться, смеясь по-своему.

Цинь Му улыбнулся и протянул руку. Сундук раскрылся и упал на землю.

Сундук Син Аня был сделан из шкур и костей таотэ. Кости использовались в качестве его основы, а шкуры, в свою очередь, были обёрнуты вокруг них.

Теперь, когда сундук был открыт, окрестности в радиусе трёхсот метров стали безопасным местом, ведь божественный свет от него защищал их от тьмы и они, стоя в нём, могли позабыть об опасности.

Паньгун Цо должным образом разместил все свои сокровища, в то время как цилинь с ужасом уставился на границы сундука. Там висели всевозможные части тела, и как только Цинь Му отвёл взгляд, Паньгун Цо украдкой повесил внутрь отравленную ногу, схватил две хорошие и закинул их в свой мешочек таотэ.

Цинь Му притворился, что ничего не видит, просто глядя вперёд, где своими Светлыми Глазами Небес увидел за спинами дюжины силуэтов небольшую армию из сотен “чужеземных дьяволов”!

Они неподвижно стояли немного позади от высокого силуэта, сидящего на мускулистом странном звере. Он, казалось, просто смотрел на дюжину практиков божественных искусств, посланных вперёд на разведку.

Бедолаги играли роль пушечного мяса, единственной целью которого было проверить способности группы!

Цинь Му сохранил в тайне увиденное и глубоко вздохнул. Пилюля меча выскользнула из его рукавов и, бесшумно рассеявшись на крошечные летающие мечи-пылинки в пределах трёхсотметровой световой границы сундука, зарылась под землю.

— Сейчас! — закричал Цинь Му и вытащил два ножа для убоя свиней из ножен.

В то же время более дюжины практиков божественных искусств бросились к нему, а цилинь раскрыл пасть, извергая пылающий истинный огонь, который превратился в пылающий столб, сметая всё на своём пути и достигая врагов. Но те успели уклониться и побежали уже в его сторону.

Он тут же встряхнул мордой, заставляя пылающий столб разлететься во все стороны, между тем один из силуэтов опустил руки на землю, пытаясь поднять её, чтобы защититься, однако, под давлением сундука, ему это было не по силам.

Другой враг использовал огни ножа с невероятно сильными навыками ножа. Они лихорадочно кружились вокруг пылающего столба, разрезая его на части. Цинь Му немедленно схватил свои ножи и бросился в бой на подмогу.

Практик был силён, поэтому знал — если к нему приблизится практик боевых техник, вопрос жизни и смерти может решиться всего лишь одним движением.

В следующий момент между ними завязался яростный бой, они быстро бегали и кружились вокруг друг друга, подобно юле, пока во внезапном взлёте и падении огней ножа не был решён исход.

— Замечательные навыки владения ножом! — голова мужчины слетела с его шеи и приземлилась где-то во тьме к концу похвалы.

Как только его труп рухнул, Цинь Му получил удар ладонью в грудь от другого практика. Он тут же скрутился всем телом подобно дракону наводнения, а жизненной Ци обвился вокруг бьющей руки. В это же мгновение два ножа полоснули с невероятной скоростью, выбрасывая бесчисленные огни ножей и убивая врага!

— Поистине замечательные навыки владения ножом! — проговорил мужчина, чувствуя, как его глаза заволокла тьма. Больше он не мог видеть ножи Цинь Му.

Тум…

Его голова упала на землю и два раза прокрутилась. Его глаза по-прежнему были широко открыты, а сознание постепенно затухало:

— Это честь умереть от таких навыков нож…

Пилюли ножа Паньгун Цо взлетели в воздух, и он атаковал одновременно с Цинь Му. Его пилюли ножа пересеклись, образовывая крестовую форму, и бесчисленные огни ножей хлынули над землёй, вырезая всё на своём пути. Между тем от Калебаса Кровопролитного послышались свистящие звуки, как вдруг кровавый водопад вздыбился к небу, унося своим потоком практика божественных искусств, пытающегося избежать огней ножа.

В водопаде жуки разных пород моментально сожрали его!

Звучали звуки столкновения, когда другие практики двигались вперёд, наступая на ножи, и приближаясь к Паньгун Цо. Один из них поднял руку, и вспыхнула божественная молния.

Паньгун Цо пошёл против молнии и поднял рукава, из которых хлынул поток бесчисленных летающих кинжалов, пронзивших лицо напавшего мужчины.

Цилинь гневно взревел и, показав свою истинную форму сто двадцатиметровой длины, начал кусать и рвать тела противников на части.

Цинь Му убил последнего врага и, пнув его труп, чтобы тот отлетел в сторону, выплюнул полный рот крови и мокроты. Совершенствование этих практиков божественных искусств не было слишком высоким, они все находились в основном в областях Шести Направлений и Семи Звёзд…

Был также один практик области Небожителя, но его сковал цилинь. Его исконных дух оказался по-настоящему силён, практически вытолкнув жирдяя во тьму, и только благодаря совместным усилиям Цинь Му и Паньгун Цо, им удалость убить его в пределах освещаемой трёхсотметровой области.

Паньгун Цо был поражён несколькими божественными искусствами, отчего его лицо было слегка побито, но он не обращал на это внимание и пытался в тайне от Цинь Му пришить к своему телу две божественные ноги.

Цинь Му закрыл на это глаза и со смехом сказал:

— Гроссмейстер, давай уже, не тяни. Противник не даст нам больше такого шанса.

— Противник? — засмеялся мальчуган. — Разве мы уже не убили их всех?

Он поднял голову, чтобы взглянуть во тьму, где увидел чёрные силуэты, мчащиеся вперёд. На его лице появилась печаль, и он поспешно повернулся, готовясь к побегу, но за ними была тьма, у него не было выхода.

— Выхода нет! — повернув голову назад, громко закричал Паньгун Цо. — Владыка Культа Цинь, выхода нет! Почему ты не рассказал мне?!

Цинь Му встал в центре пространства и вложил в ножны два ножа. С глухим стуком рядом с ним приземлился нефритовый глаз, и он закричал:

— Пересечёте границу, и вы покойники!

— Бесстыдный хвастун! — практик божественных искусств чужеземных дьяволов бросился вперёд, как вдруг из-под земли вырвался свет меча и, скользнув вдоль его груди, пронзил его голову.

Практик сделал ещё несколько шагов, прежде чем рухнуть пластом перед Цинь Му, который беззаботно улыбнулся и повторил те же слова сотням чужеземных дьяволов:

— Пересечёте границу, и вы покойники!

— Я убью тебя! — великан с огромным щитом в руках выпрыгнул вперёд и бросил щит под ноги, чтобы заблокировать поднимающиеся к нему огни меча. В то же время он гневно взревел, и его тело приняло форму бога с черепашьим панцирем за спиной и огромным змеем, овивающимся вокруг него. Он приземлился в пространстве внутри сундука и нанёс удар, в то время как змей зашипел и обвился вокруг его кулака.

Шух, шух!

Вылетели два огня ножа и разрезали великана на четыре части.

Цинь Му вытер кровь с ножей и улыбнулся:

— Пересечёте границу, и вы покойники!

— Вы вдвоём со своей свиньёй занимаете триста метров пространства, и хотите остановить мою армию? — подошёл странный зверь, на котором сидел лидер армии чужеземных дьяволов. Он снял маску и посмотрел на Цинь Му, с ухмылкой добавив. — Значит смельчак с великолепным совершенствованием? Я не позволю тебе умереть быстрой смертью! Солдаты, слушать мой приказ, сокрушить их!

Чужеземные дьяволы быстро окружили группу.

Восемь тысяч мечей взмыли вверх и превратились в Рисунки Меча Первой Формы — Меч, Ступающий по Горам и Рекам, захватив в себя всех на расстоянии трёхсот метров.

Лидер холодно рассмеялся, между тем его исконный дух поднялся в воздух, а магическая сила вырвалась наружу, снося все летающие мечи и сокрушая Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Паньгун Цо побледнел в лице, смотря на существо, способное с такой с лёгкостью сокрушить Рисунки Меча. Чувствуя отчаяние в сердце, он пробормотал:

— Даже генерал области Жизни и Смерти здесь, мы обречены. У меня нет даже малейшего шанса на побег…

— Выход есть всегда! — закричал Цинь Му, а уже в следующий миг вспыхнул яркий свет, устремившийся к глазам генерала.

В момент, когда Рисунки Меча были сломлены, свет Нефритового Глаза Солнца влетел в межбровье генерала и вылетел из его затылка!

В следующий вдох времени к Цинь Му приблизились другие практики, в то время как Нефритовый Глаз Солнца был сметён несколькими божественными искусствами и откатился в сторону.

Вновь обретя надежду, Паньгун Цо со свирепым лицом выкрикнул:

— Умрите!

— Умрите! — взревел цилинь, чешуйки на теле которого встали дыбом.

Бах, бам, бум!

Триста метров пространства быстро свернулось в себя, сводясь в ничто, черноту.

Несколько сотен чужеземных дьяволов были упакованы в сундук вместе с цилинем, Паньгун Цо и Цинь Му.

Находящийся посреди тьмы сундук испускал слабое свечение, но внутри него была непроглядная темнота.

Света совершенно не было.

Между тем в сундуке раздавались страшные звуки битвы. Ножи резали плоть, а божественные искусства взрывались.

Из сундука текла свежая кровь.

Через некоторое время в сундуке настала тишина.

Бабам!

Кровавая рука открыла сундук, и появилась голова. Её владелец хотел вылезти, но в следующий момент был убит бамбуковой тростью, прошедшей через его затылок и вышедшей в межбровье.

Сундук выплюнул труп.

Снова повисла тишина.

Спустя немного времени прозвучали глухие звуки.

Сундук снова открылся и выбросил больше трупов.

— Когда сражаешься в кромешной темноте, у слепого всегда преимущество, — стоя в сундуке со своей бамбуковой тростью, говорил Цинь Му. — И так уж получилось, что моим мастером как раз был такой человек!

Глава 491. Месть за Отрубленную Руку

Внутри сундука воцарилась настолько мёртвая тишина, что нельзя было расслышать даже звуков дыхания.

Цинь Му мог свободно, а также бесшумно, передвигаться в темноте.

Внезапно в лужу крови на полу с приглушённым звуком упала капля пота. Её владелец немедленно сдвинулся с места, но тут же ощутил колющую боль в сердце, как если бы его проткнула бамбуковая трость.

Вытащив трость из жертвы, Цинь Му продолжил бесшумно передвигаться, между тем за его спиной послышался глухой стук от упавшего трупа, после которого последовала незамедлительная реакция бесчисленных чужеземных дьяволов, начавших атаковать. Вспыхнули божественные искусства и яркие духовные оружия, мчась в сторону источника звука.

Цинь Му двигался между вспышками божественных искусств внутри сундука, будто призрак, вражеские практики один за другим гибли от его руки. Когда свет погас, и всё вокруг вновь окуталось темнотой, трупы бесчисленных практиков покачнулись и упали.

Вокруг вновь воцарилась тишина.

Внутреннее пространство сундука имело длину около трёхсот метров, его площадь составляла приблизительно десять гектаров.

Если несколько сотен человек были разбросаны на такой площади, они чувствовали себя вполне комфортно, даже если одним из них оказался бы жирдяй на подобии цилиня. Тем не менее, для практиков подобного уровня это место казалось заполненным битком.

Божественные искусства могли молниеносно достичь любой его точки, а самые сильные из них и вовсе проносились через каждый его уголок в мгновение ока.

Когда Цинь Му затащил их внутрь сундука, все в панике бросились сражаться, из-за чего артефакт начал дрожать.

Темнота посеяла хаос среди их отряда, и многие из них атаковали своих же, пытаясь защититься. Из-за этого приличное количество сильных мастеров погибли от рук своих союзников.

Впрочем, хаос длился недолго. Главой отряда был сильный практик области Небожителя, сумевший в короткое время успокоить их всех. Однако, несмотря на его способности, в следующий миг он был убит, позволяя хаосу разгореться с новой силой.

Цинь Му непрерывно убивал людей с помощью своей бамбуковой трости, и даже сильные практики области Небожителя не могли избежать смерти в ближнем бою.

Некоторое время спустя, когда внутри снова стало спокойно, кто-то попытался открыть сундук, собираясь впустить немного света, но его мгновенно проткнул удар трости.

Между тем оставшиеся продолжали бороться за жизнь, они изо всех сил заботились о своей безопасности, подавляя сердцебиение, дыхание и даже ранения. Они боялись, что кровь, вытекшая из их тел, выдаст врагу их местоположение.

Бедолагам даже пришлось закрыть глаза, чтобы те не помогли врагу их обнаружить.

Обычно практики божественных искусств совершенствовали божественные искусства зрачка, которые излучали лёгкое сияние. Во тьме эти светящиеся точки были бы идеальной мишенью для юноши с тростью, который был будто летучая мышь, непредсказуемо появляющаяся и исчезающая во тьме. Любой шорох мгновенно привлекал его внимание и приносил своему источнику смерть.

В удушающей темноте находился дьявольский король, способный в любой миг отобрать их жизни!

Когда сундук открылся, чтобы выплюнуть ещё несколько трупов, сверху засияли лучи света, и люди внутри почувствовали, как кровь в их жилах застывает. Они начали неистово носиться по сторонах, не осмеливаясь оставаться на месте. Спустя некоторое время раздались звуки столкновений божественных искусств и падающих трупов. В хаосе снова погибло ещё несколько человек.

— Я больше не могу! — выкрикнул один из чужеземных дьяволов, который, наконец, не смог вытерпеть воцарившуюся вокруг атмосферу ужаса, сломившись духом. Бросая по сторонам всевозможные божественные искусства и духовное оружие, он яростно кричал. — Умрите, все умрите!

Их сила была несравнимо великой, и быстро заполнила пространство внутри сундука. Духовное оружие практика тоже было невероятно острым и, проносясь во всех направлениях, вынуждало людей в темноте непрерывно отбиваться.

Внутри неё снова разразился хаос, заполняя пространство яростными криками. В случайных направлениях вылетели всевозможные божественные искусства и оружия.

Спустя некоторое время обезумевший практик божественных искусств начал тяжело дышать и остановился. Кроме его вдохов, не было слышно больше ни звука.

— Мёртв? — мужчина был ошеломлён и, удивившись, громко рассмеялся. — Вы все мертвы, все! А я выжил, только я один!

Вьюх!

Бамбуковая трость влетела между его зубов, вылетая наружу сквозь затылок.

Сундук открылся, его четыре стороны раздвинулись. Свет залил его внутреннее пространство, где находились Цинь Му, побледневший в лице Паньгун Цо, а в уголке дрожащий от страха цилинь.

Зверь сжался до трёх метров в длину и спрятался за стеллажами. Его толстая кожа и плоть были в порядке, но тело полностью покрылось духовным оружием всевозможных видов, среди которого было даже несколько мечей Цинь Му. Было очевидно, что в пылу битвы его настигло несколько мимолётных атак. В конце концов он был огромным, и даже сжав своё тело до минимума, всё равно не мог избежать случайных попаданий.

Вся округа была усеяна трупами, каждый из которых погиб по-своему. Некоторых проткнула бамбуковая трость, некоторым нож прорубил голову, а некоторые превратились в рисунки со стёртыми головами. Часть практиков божественных искусств напоминала дикобразов, с огромным количеством мечей, торчащих из их тел, а других попросту раздавила пилюля меча или вовсе гнездо истинного дракона.

Тем не менее, большинство погибло от рук союзников.

Сложившаяся ситуация была слишком хаотичной. Защищаясь, у них не было выбора, кроме как пожертвовать жизнями друг друга. От рук Паньгун Цо, цилиня и Цинь Му на самом деле умерла меньшая часть их отряда — не более тридцати процентов.

Паньгун Цо стёр с лица кровь, всё ещё чувствуя затаившийся в глубине души страх.

В кромешной тьме он случайно наткнулся на Цинь Му и, если бы ему в тот же миг не пришло в голову использовать высшее искусство Дворца Золотой Орхидеи, тем самым позволяя нападавшему союзнику понять кто перед ним, он мог запросто лишиться жизни.

В хаосе битвы ему нанесли многочисленные ранения, и он убил огромное количество противников, но самым опасным моментом всё равно оставалась встреча с Цинь Му.

Он почти лишился жизни!

Даже несмотря на то, что Паньгун Цо сумел избежать смертельного удара Цинь Му, в его животе всё равно появилась кровавое отверстие от бамбуковой трости, изначально нацеленной на сердце. К тому же, ему пришлось под невероятным углом согнуть шею, избегая ножа для убоя свиней.

Цинь Му, возможно, не атаковал его снова, увидев знакомые божественные искусства, но Паньгун Цо подозревал, что тот с самого начала знал кто перед ним. Он мог попросту решить воспользоваться хаосом битвы, чтобы заодно избавиться и от него.

У Паньгун Цо, конечно, не было никаких доказательств, поэтому он решил не поднимать этот разговор.

Цинь Му, покрытый пятнами крови, продолжал один за другим вытаскивать трупы из сундука. Он тоже получил довольно много ранений и побывал за волосок от смерти, едва совладав с неистовыми ударами, прилетающими со всех сторон.

Среди противников оказалось несколько сильных практиков области Небожителя. Их божественные искусства были сильнее, чем у остальных, а атаки их исконного духа были невероятно ужасающими. Если бы хоть одна из них попала в цель, он погиб бы даже используя Тело Тирана Истинного Дракона.

Тем не менее, он всё равно пропустил удары нескольких божественных искусств и духовных оружий. Если бы не внезапно сошедший с ума “чужеземный дьявол”, он мог бы оказаться не последним человеком, стоящим на ногах.

Паньгун Цо подошёл к нему, и парочка молча выбросила трупы во тьму.

Вскоре сундук был почищен. Цинь Му не стал выбрасывать оружие противника, в итоге сложив его в своём мешочке таотэ. Закончив, он созвал обратно оружие, которое потерял во время боя.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!..

Из тела цилиня брызнуло несколько фонтанов крови из-за вырвавшихся из-под его кожи летающих мечей Цинь Му, незамедлительно слившихся обратно с пилюлей меча.

Цилинь внимательно рассмотрел свои брызжущие кровью раны, прежде чем вопросительно взглянуть на Цинь Му:

— Владыка, ты меня ударил?

— Не говори ерунды, это несчастный случай, — отрицал Цинь Му.

Колеблясь, Паньгун Цо дождался момента, когда цилинь начнёт зализывать свои раны, и воспользовался возможностью, чтобы призвать ножи свой пилюлей ножа. Из задницы жирдяя мгновенно вылетело несколько ножей, сливаясь с артефактом.

— Гроссмейстер, ты тоже меня ударил?! — впал в ярость зверь.

Сплёвывая кровь, Паньгун Цо бросил растерянный взгляд на Цинь Му, который сделал вид, что ничего не видит:

— Это, должно быть, несчастный случай… Определённо несчастный случай… — мгновение поколебавшись, он продолжил. — Владыка Культа Цинь, у тебя случайно не осталось драконьей слюны? Я тоже ранен.

Цинь Му распахнул свой мешочек таотэ, доставая из него несколько баночек с драконьей слюной. Неуверенно почесав голову, Паньгун Цо не осмеливался их принимать:

— Я внезапно засомневался в том, что хочу использовать лекарство Владыки для лечения своих ран. Откуда мне знать, что оно пойдёт мне на пользу, а не убьёт на месте…

— Не пользуйся, если не хочешь, — открыв одну из баночек, Цинь Му начал обрабатывать свои раны.

Паньгун Цо посмотрел на цилиня, который как раз извергал потоки истинного огня, пытаясь расплавить духовное оружие, оставшееся торчать из его тела.

Увидев бесстыдного юношу, шагающего в его сторону, зверь разозлился и повернулся к нему задницей, на которой сияло несколько глубоких ран:

— Ты думаешь, что лизать раны весело? Хочешь, чтобы я тебе помог? Тогда полижи сначала мои!

Лицо Паньгун Цо стало чёрным, как уголь, и он осторожно проговорил:

— Я всего лишь хотел одолжить немного твоей слюны, а не простить лизнуть. Если бы ты пожалел меня…

Сердце цилиня смягчилось, и он выплюнул лужу слюны:

— Сам себя лечи!

Паньгун Цо мгновенно бросился к луже, занимаясь своими ранениями.

Закончив обрабатывать свои раны, Цинь Му достал ещё немного драконьей слюны, чтобы исцелить разрезы на заднице цилиня. Но даже после длительного отдыха, они продолжали чувствовать усталость в ногах.

Внезапно из глубины тьмы к ним донеслись звуки шагов, и Цинь Му с огромными усилиями попытался встать. Исполнив Глаза Небес Киновари, он увидел вдали силуэт, одетый в кроваво-красный плащ.

Дрожа, Паньгун Цо тоже поднялся и открыл огромную тыквенную горлянку за спиной. Из неё мгновенно вырвался водопад из крови, зависая в небе.

Цилинь тоже попытался встать, но его ослабевшие конечности оказались не в силах поднять тело с земли. Зверь почувствовал, что лучше всего — продолжать сидеть, поэтому остался на месте, выдыхая облака истинного пламени.

Руки Цинь Му обвисли, не в силах поднять пилюлю меча. Он мог лишь щёлкнуть пальцами, заставляя меч Беззаботный подлететь в воздух и зависнуть возле кончика его пальца.

К ним навстречу шагал молодой человек с огромным ножом на спине. Остановившись на полпути, он начал внимательно рассматривать сотни трупов, разбросанных по земле.

Монстры во тьме не обращали на него совершено никакого внимания. Они, казалось, были эффективны лишь против жителей этого мира и не несли в себе угрозы для гостя из другого.

— Чтобы убить отряд разведчиков Стражей Элитного Духа моих Райских Небес, вы должны быть невероятно сильны! — парень с длинный ножом встряхнул свой плащ, орошённый свежей кровью. Смотря на Цинь Му сквозь тьму, он продолжил. — Я Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа. Не желают ли уважаемые представиться?

Паньгун Цо усмехнулся:

— Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа? Никогда не слыхал о таком. Малыш, ты, кажется, силён, подойди, чтобы встретить свою смерть!

Юноша с ножом не обратил внимания на его слова:

— Я восхищаюсь тем, что двум людям и свинье удалось убить такое огромное количество экспертов. Ваши способности определённо высоки, но вам, тем не менее, противостояли всего лишь разведчики. Армия Стражей Элитного Духа состоит из лучших из лучших среди молодого поколения Райских Небес, и не идёт ни в какое сравнение с разведчиками.

— Если вы, земные жуки Высшего Императора, владеете такими выдающимися способностями, то уже достойны моего уважения. Именно поэтому я спросил ваши имена, чтобы они продолжили жить после вашей смерти. Но так как вы отказываетесь… — с последними словами он достал свой нож, ударяя им против ветра.

Свет ножа, отточенный тысячами тренировок, приземлился на поток воздуха, разделяясь на два, затем на четыре, на восемь, шестнадцать и так далее. Когда он наконец добрался к Цинь Му, то уже закрыл собой всё небо!

Паньгун Цо яростно закричал, сложив ладони. Кровавый водопад превратился в красного будду, бросившегося наперехват свету ножа. В следующий миг его техника была разрушена, но лучи ножей на мгновение задрожали, теряя равновесие.

Впрочем, Паньгун Цо упал на землю, тяжело дыша. У него больше не осталось сил.

Цинь Му поднял палец вверх, отчего меч Беззаботный промелькнул сквозь сеть из лучей меча, приближаясь к противнику.

Используя остатки своих сил, он пытался исполнить навык меча, так как больше не мог защищаться. В этот миг раздался рёв цилиня, чешуйки которого немедленно взлетели в воздух, выстраиваясь перед Цинь Му в огромный щит.

Юноша непредсказуемо перемещался, избегая лучей меча, прежде чем поднять нож для защиты. Его навыки ножа достигли совершенства и обрели определённое величие.

Цинь Му потратил последние капли сил и Ци, орудуя мечом. Восемнадцать базовых движений непредсказуемо переливались, и после последнего их взмаха противник вскрикнул. Рука, которой он держал рукоять ножа, отлетела в сторону.

Схватив её, он немедленно отступил, в мгновение ока отдаляясь более чем на километр.

— Кто вы? Назовите свои имена! — строго прокричал он.

Прикинув про себя что к чему, Цинь Му понял, что его сил не хватит для сражения на таком расстоянии, поэтому призвал Беззаботного обратно. Быстро вращая лезвием вокруг себя, он делал вид, что всё ещё в силах продолжать.

— Владыка Небесного Святого Культа, Цинь Му, — улыбнувшись, он неторопливо ответил. — А это Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи.

Выражение на лице Паньгун Цо резко изменилось.

Глава 492. Создавая Историю

Уходя, Ло Ушуан проговорил издалека:

— Владыка Небесного Святого Культа Цинь Му, Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, в будущем, когда я стану сильнее, я отплачу вам обоим за мою отрубленную руку. Только пообещайте не умирать слишком рано! — его крик затихал, в то время как он сам окончательно скрылся в густой тьме.

Цинь Му продолжал стоять прямо, как и прежде, с мечом Беззаботным, кружащим вокруг него. Он был сконцентрирован, смотря во тьму, и спустя немного времени, наконец, испустил облегчённый вздох.

С угрюмой гримасой, Паньгун Цо проворчал:

— Владыка Культа Цинь, зачем ты сказал ему наши имена? Что нам теперь делать?

— Если бы мы не сказали ему наши имена, он бы не ушёл, — аура Цинь Му внезапно ослабла, и он рухнул в сидячее положение, в то время как меч Беззаботный упал рядом, у него даже не хватало сил взять его в руки. — Если бы он остался, решив биться до смерти, нас можно было бы приписывать в ряды покойников. Только услышав наши имена, был шанс, что он уйдёт.

Паньгун Цо изо всех сил пытался встать, глядя на него подозрительным, но в тоже время расчётливым взглядом. Сгусток крови вылетел из его Калебаса Кровопролитного, в то время как он сам, притворяясь сердитым, размышлял, стоит ли ему воспользоваться шансом и напасть на Цинь Му сейчас:

— Ты же мог назвать ему фальшивые имена!

Цинь Му поднял брови, между тем меч Беззаботный, валяющийся у его ног, тайно поднял своё остриё, и он бессильно сказал:

— Представляться фальшивым именем претит моей жизненной позиции и философии. Более того, мы вернулись на тридцать-сорок тысяч лет назад, как он сможет нас найти?

В груди Паньгун Цо запылала неистовая ярость, и он стиснул зубы от гнева:

— Так Цинь Му — твоё настоящее имя? И ты никогда не представляешься фальшивым именем? Как тебе не стыдно такое говорить, — ещё больше крови вытекло из калебаса и тихо “поплыло” вверх, в то время как он сузил глаза и, изменив выражение лица, любезно добавил. — Однако, Владыка логичен. Даже при том, что этот негодяй Ло Ушуан не так плох в бою, он слишком высокомерен, поэтому могу сказать с уверенностью, что он не проживёт эти тридцать-сорок тысяч лет. Возможно даже, что он погибнет на войне. Владыка Культа Цинь, тебе нужна моя помощь?

Цинь Му поднял голову с довольным выражением лица:

— Да, спасибо. Я так истощён, что, если бы ты не предложил мне помощи, я даже не смог бы встать.

Паньгун Цо вдруг вздрогнул и поспешно отошёл со смешком:

— Мужчины не должны касаться руками. Будет лучше, если я отойду подальше, чтобы не было сплетен.

Цинь Му не придал смысла его словам и, подперевшись Беззаботным, проговорил:

— Ло Ушуан отступил, мы должны уйти как можно скорее. Он может привести армию Стражей Элитного Духа, поэтому нам не стоит здесь задерживаться.

Цилинь напряг свои драконьи чешуйки и начал выползать из зоны сундука. Оказавшись снаружи, он сразу же услышал несколько хлопков позади, источником которых стал захлопнувшийся сундук. Чуть погодя он взобрался на него, тяжело дыша от усталости.

Цинь Му тоже с трудом взобрался, в итоге обернувшись с улыбкой на лице:

— Гроссмейстер, поднимайся.

Паньгун Цо покачал головой и полез под сундук, обнимая одну из ног:

— Мне и здесь хорошо.

Цинь Му тайком пнул цилиня и расхохотался:

— Ты слишком осторожен. Мы путешествуем на одном сундуке, у нас общие враги, мы вместе разделяем жизнь и смерть. Ты действительно думаешь, что после всего случившегося я стану убивать тебя?

Между тем цилинь поднял свои передние когти-лезвия, давая понять, что если Паньгун Цо подойдёт, то будет незамедлительно заколот насмерть.

— Спасибо за такие слова, но я привык быть осторожным и никому не доверять. Владыка Культа Цинь может скажешь жирдяю, чтобы он втянул когти?

Сундук отправился во тьму. Цинь Му закрыл глаза, держа меч в руках и пытаясь вздремнуть, в то время как внизу, под сундуком, Паньгун Цо был полон энергии, изо всех сил стараясь не спать. Он тайно достал несколько духовных пилюль и закинул их в рот, чтобы как можно скорее восстановить запас своего совершенствования.

Через некоторое время он почувствовал, как часть его жизненной Ци восстанавливается, и прищурился, тайно задействуя Калебас Кровопролитный: «Сопляк сильно ранен, самое время избавиться от него…»

Внезапно он почувствовал лекарственный запах и отбросил все мысли о нападении.

Цинь Му держал одну руку в мешочке таотэ, тайно приготовив несколько духовных пилюль, которые время от времени запихивал себе в рот. Затем он приготовил несколько пилюль для цилиня, попросив его бесшумно съесть их.

Тем не менее, Паньгун Цо всё-таки учуял запах лекарств.

«Его так просто не возьмёшь», — подумал он про себя.

Спустя какое-то время вдали забрезжил свет. Они достигли безопасного места.

Бог присматривал за этим местом, поэтому там отдыхало много людей. Бай Цюй’эр тревожно оглядывалась, пока наконец не увидела окровавленный сундук, несущий Цинь Му и толстенного цилиня.

Сундук широкими шагами пересёк горы.

В сердце Бай Цюй’эр вспыхнула новая, неизведанная эмоция, и она помахала им рукой, неся сына Бай Цинфу.

Цинь Му спрыгнул с сундука и потянулся до скрежета костей, с сомнением спросив:

— Почему вы не ушли?

— Они больше не могут идти. Эти люди и так низкого совершенствования, вдобавок старики и больные в их семьях “тянут их на дно”, — Бай Цюй’эр, подавив грусть в своём сердце, тихо продолжила. — Здесь больше нет богов, я думаю, что они ушли, чтобы спасти город Сотен Процветаний. Их местоположение неизвестно, мы остались одни.

Оглядевшись, Цинь Му увидел множество людей, спящих на земле. Меньшая их часть спокойно сидела, сверкая глазами под сияющим светом Бусины Бога-Дракона.

Большинство сбежавших с ними людей были обычными простолюдинами. Богачи из города Сотен Процветаний вместе с тем богом ушли первыми. Но их группа, вероятно, была полностью уничтожена.

У простолюдинов было более слабое совершенствование, поэтому они вышли чуть позже и отправились за ними.

— Нам нельзя оставаться здесь надолго, — пробормотал Цинь Му. — Мы можем поместить их в мой сундук, положившись на который я смогу унести их.

Посмотрев на сундук, Бай Цюй’эр была слегка удивлена:

— А где тот юноша, что был с тобой? Он…

— Я здесь, — хихикая, Паньгун Цо высунул голову из-под сундука. — Не расстраивайся, я всё ещё жив. Спасибо за беспокойство.

Цинь Му заставил цилиня спрыгнуть на землю и сказал:

— Сестра, разбуди их. Мы не можем здесь больше оставаться. Поскольку нас некому защищать, мы должны оторваться как можно дальше от наших преследователей.

Бай Цюй’эр кивнула и быстренько всех разбудила. Цинь Му распахнул сундук, чтобы они могли в него залезть. Паньгун Цо тоже хотел залезть в сундук, но Цинь Му покачал головой:

— Если преследователи догонят сундук, мы будем уничтожены, если не защитим его. Давай останемся снаружи.

Несмотря на то, что сундук Син Аня был очень крепким, он не мог атаковать, ведь не имел никаких атакующих способностей. Если “чужеземный дьявол” догонит их в то время, как они все будут прятаться внутри, им конец.

— Владыка Культа Цинь, если мы сделаем так, как ты говоришь, нам самим не выжить в этом хаотичном мире! Мы спасаемся от Син Аня, у нас нет времени, чтобы спасать других! — возмутился Паньгун Цо.

Цинь Му громко рассмеялся и покачал головой:

— Гроссмейстер, я просто хочу сохранить остатки невинности и доброты в эти времена полные хаоса.

Паньгун Цо холодно фыркнул и пошёл под сундук, сердито говоря:

— Позовёшь меня, когда придут враги!

Бай Цюй’эр тоже осталась снаружи, в итоге сев на сундук рядом с Цинь Му. Цилинь прыгнул к ним и тихо лёг, через некоторое время умудрившись уснуть.

— Почему Гроссмейстер всегда под сундуком? — была озадачена Бай Цюй’эр.

— Он защищает нас от божественных искусств, которые могут вырваться из-под земли, — объяснил юноша.

— Гроссмейстер заботлив, — сказала девушка.

Сундук неторопливо шагал на восток, Цинь Му посмотрел на Бай Цюй’эр, которая пережила огромные перемены, став нищей и бездомной. Раньше она казалась молодой и незрелой, но в течение ночи в её глазах появилась непоколебимая решимость, а взгляд стал ярким и ясным. Она отбросила свою прежнюю слабость.

Только сейчас Цинь Му заметил, что она не была обычным человеком и имела некоторые отличительные черты драконов. Например, в её красивых волосах, закреплённые двумя шпильками, ловко прятались два маленьких драконьих рога. Когда при первой встрече он обхватил её лицо, то не заметил пары маленьких рогов.

На её лице застыло тревожное выражение, всё никак не желающее исчезать. Она хотела найти кого-то, на кого можно положиться, но могла только заставить себя стать сильной.

Она была не из тех девушек, что нравились Цинь Му. Что не удивительно, ведь с самого детства девять стариков деревни Цань Лао учили его, что пухленькие девушки являются самыми красивыми в мире. Старейшина деревни, целитель и мясник даже уточняли, что у девушки должно быть округлое лицо, утолщённая талия и огромные ягодицы.

Бай Цюй’эр определённо не соответствовал этим параметрам. Однако, когда она не пала духом и нашла в себе силы бороться, это взбудоражило его сердце.

— Ты устала? — развеяв свои мысли, спросил Цинь Му. — Если устала, можешь опереться на меня и немного отдохнуть.

Девушка кивнула и легонько опёрлась на его плечо. Едва слышимый храп цилиня был слышен позади.

Она не могла уснуть, ведь как только её веки смыкались, перед взором появлялись рушащийся город Сотен Процветаний, фигуры её матери и дядей, сражающихся против чужеземных дьяволов, битвы во тьме, множество умирающих людей, а также её брат и невестка, которые повернулись к ней с улыбкой на лице, прежде чем влиться в битву с дьяволами. Время от времени во тьме являлись злобные лица монстров, внезапно появлявшихся в её кошмарах.

— Я тебя не спрашивала, но, когда мы впервые встретились, ты сказал, что путешествовал во времени, — спросила девушка, открыв глаза. — Это правда?

Цинь Му кивнул.

— Откуда ты? Из прошлого или будущего? У вас нет войны?

— Из очень далёкого будущего, около тридцати-сорока тысяч лет. Там до сих пор спокойно, но трудно сказать, сколько это продлится.

— Тридцать-сорок тысяч лет? — девушка, прислонившись к его плечу, на мгновение замолчала. — Не знаю, смогу ли я прожить так долго. Дни здесь слишком горькие, настолько горькие, что жить дальше невозможно…

— Ты должна, люди в сундуке всё ещё нуждаются в тебе, — Цинь Му улыбнулся ей и добавил тихим голосом. — Ты намного сильнее, чем я себе представлял. Многие люди, даже мужчины, давно бы сломились духом, столкнувшись с такой ситуацией. Я знаю, что жить очень трудно, но ты должна нести надежды каждого, а также надежды твоего брата, невестки и, что ещё важнее, — их ребёнка.

Бай Цюй’эр вздрогнула и слегка кивнула.

— Ты пойдёшь со мной? — спросила она.

Цинь Му промолчал.

— Небо почти ясное, — он посмотрел на восток. Из-за ночных боёв его голос стал хриплым, добавляя некую нотку мужественности. — Как только наступит день, я, вероятно, исчезну. Я попал сюда по счастливой случайности, и я не знаю почему и зачем. Возможно, тебе придётся возглавить это путешествие и довести дело до конца, и жить дальше…

Бай Цюй’эр подняла голову и посмотрела на небо, наблюдая за восходом на востоке.

Цинь Му встал и сказал с улыбкой:

— Сестра, моё время подходит к концу, тебе придётся пройти остаток пути в одиночку.

Сердце Бай Цюй’эр было полно смешанных чувств. Она в оцепенении встала, посмотрев на сына Бай Цинфу, который был у неё на руках, и почувствовала, как по её щекам покатились слёзы.

Цинь Му обхватил ладонью её лицо и улыбнулся до ушей, чтобы подбодрить её:

— Не сдавайся, ты должна жить!

Сердце девушки начало биться чаще. Дрожа, она крепко обняла его одной рукой:

— Не уходи, я боюсь, что не смогу долго терпеть…

— Все следы меня, вероятно, будут стёрты в этой предыстории, и ничего, что я принёс, не останется. Тем не менее, я могу оставить после себя фразу, которая когда-то тронула меня.

Небо постепенно прояснилось, и первые лучи солнца осветили горизонт на востоке. Свет упал на гору, заставляя тьму вокруг них быстро отступить.

Цинь Му обнял девушку одной рукой, а другой указал на утёс.

Меч Беззаботный вылетел и, извиваясь подобно драконам и змеям, оставил после себя слова в камне.

Его меч отлетел назад, и он крепче обнял девушку, которую ждали непреодолимые трудности, как вдруг солнечный свет достиг его. Бай Цюй’эр обняла его в ответ, будто могла полагаться на него вечно.

Солнечный луч прошёлся через юношу, и он исчез как дым.

Сундук тоже исчез, оставив позади кучу недоумевающих людей.

Потрясённая Бай Цюй’эр вдруг повернула голову назад, чтобы посмотреть на утёс и увидела высеченные слова, оставленные мечом Цинь Му.

“Человеческие жизнь дороже небес!”

Девушка поняла смысл этой фразы. Жизни всех этих людей лежали на её плечах, и их обнадёживающие взгляды стали ужасающим давлением и источником её мотивации.

— За мной! — подняв руку, она крикнула энергичным голосом, неся ребёнка. — Я вытащу вас из отчаянного положения и найду место, где мы сможем выжить!

Надежда вновь зародилась в сердце каждого, и они последовали за ней вдаль.

«Значит ты из далёкого будущего? — Бай Цюй’эр на мгновение повернула голову, посмотрев на утёс, где Цинь Му высек слова, продолжая вести людей в направлении восходящего солнца. — Я буду жить дальше и найду тебя! Дождись меня! Я… воссоединюсь с тобой здесь. Это будет воссоединение длинною в десятки тысяч лет, так что жди меня. Когда ты ушёл, я не успела сказать, что ты мне нравишься, поэтому, когда мы воссоединимся, я надеюсь, что не пожалею об этом».

Глава 493. Каменная Табличка

Время пронеслось над горами и землями, унося людей прошлого прочь. От них остались лишь воспоминания и забытые истории. Оно было будто музыка, будто грустная, трагическая песня.

Цинь Му стоял на сундуке, держа в своих объятиях девушку, в тот миг как на них упал свет времени. Как только лучи приземлились на их тела, девушка из прошлого превратилась в сыпкий песок, исчезнувший вместе со тьмой.

Пронзительный солнечный свет оросил золотую пустыню, освещая напоминающие чешую дюны. Когда-то это место было долиной, окружённой хоть и невысокими, но завораживающими горами. Но течение времени оставило от неё лишь жёлтый песок, простирающийся далеко за горизонт.

Цинь Му спрыгнул с сундука. Несмотря на то, что он знал, что это произойдёт, он всё равно не мог сдерживать свою грусть.

Крышка сундука открылась, выпуская цилиня наружу. Артефакт тоже, казалось, недоумевал. Ещё мгновение назад в его животе находилась толпа людей, но в мгновение ока все они исчезли.

Цилинь был напуган и растерян. Он был очень суеверен и невероятно боялся призраков, и от страха даже спрятал голову в песок, как страус.

Цинь Му поднял голову, смотря на стоящую впереди каменную скалу, одиноко возвышающуюся над золотой пустыней. Выдерживая давление песчаных бурь на протяжении десятков тысяч лет, она так и не разрушилась.

На её поверхности сияла древняя надпись: “Человеческая жизнь дороже небес!”

Юноша был ошеломлён.

Он оставил в истории что-то своё.

Всё, что произошло прошлой ночью, было не эхом истории или сном. Он не понимал этого удивительного происшествия, не мог объяснить каким образом сумел вернуться на тридцать-сорок тысяч лет в прошлое и пережить вторжение тьмы вместе с жителями города Сотен Процветаний.

Более того, он понятия не имел, как он вернулся обратно в настоящее и почему Эпоха Высшего Императора исчезла вместе с тьмой.

Тем не менее, это и вправду произошло!

Он сражался бок о бок с людьми из прошлого, видел, как они отдавали свои жизни, и с какими страданиями столкнулись. Более того, он увидел, как другие Райские Небеса пытаются уничтожить Райские Небеса Высшего Императора, стал свидетелем смертей и разрушений, которые это вызвало.

«Эпоха Высшего Императора была разрушена, так же, как и Эпоха Императора-Основателя. Может быть за этим стоят одни и те же Райские Небеса? — в его сердце зародилось предположение, но у него не было никаких аргументов, чтобы его доказать. — Может быть те, кто хочет разрушить Вечный Мир — это те же Райский Небеса? Если так, то кто они?»

Из-под сундука молча вылез Паньгун Цо, поднимая голову, чтобы посмотреть на одинокую скалу посреди пустыни. Осмотрев надпись, он спокойно проговорил:

— Владыка Культа Цинь, должно быть, ты очень разочарован и опечален, не так ли? Может быть, ты понравился той девушке из семьи Бай, и, возможно, она даже понравилась тебе, но она не решилась произносить этого вслух, так как знала, что тебе придётся уйти. Время очень жестоко…

Взгляд Паньгун Цо мерцал, в то время как калебас за его спиной тихо открылся, и в воздух подлетел сгусток крови. Он уставился в спину Цинь Му, между тем сгусток крови в небе напоминал ядовитую змею, извивающуюся перед атакой, собственно, как и его голос, проникающий вглубь сердца, чтобы вцепиться в душу и разрушить сердце Дао слушавшего. Вскоре он смог обнаружить слабое место.

— Если бы ты остался в той эпохе, твоя жизнь стала бы совершенно не такой, как сейчас, — медленно двигаясь вперёд, Паньгун Цо контролировал своё дыхание, отчего его голос становился всё более и более внушаемым. Он говорил о совершено другой реальности. — Может быть, вас поглотила бы река любви, и у вас было бы много детей. А возможно, вам встретилось бы огромное количество неудач и опасностей, что сделало бы ваши жизни намного более интересными. Ваша история сверкала бы яркими цветами, которые вы испытывали бы в качестве мужа и жены… Как жаль.

Внезапно тон его голоса стал невероятно властным:

— Как жаль, что вам пришлось разделиться. Отдалиться друг от друга на десятки тысяч лет. Несмотря на любовь и симпатию, из-за течения времени ваше будущее превратилось в жёлтый песок, в фантазию! — он странно улыбнулся, а его голос исказился. — Может быть девушка из семьи Бай уже давным-давно мертва. После того, как ты ушёл, она, вероятно, погибла от рук преследователей. И даже если ей удалось сбежать, она могла выйти за кого-то замуж, родить детей и состариться. Только когда её красота увяла, она, вспомнила о юноше, появившемся из ниоткуда, чтобы погладить её по лицу! Владыка Культа Цинь, ты чувствуешь горечь в своём сердце? Она вцепилась в твою душу, отравляя её?

Паньгун Цо подбирался всё ближе и ближе. Его голос был странным, напоминая шёпот дьявольского короля, доносящийся из другого пространства, подстрекая жертву к грехопадению:

— Она умерла, превратилась в пыль тридцать-сорок тысяч лет назад, посреди этой пустыни, в которой исчезает история. Кроме тебя, никто не помнит о её существовании. Вот так просто, она утонула в пыли времени и была похоронена под золотым песком, — усмехаясь, он продолжил. — В молодости тяжело различить вкус горя и грусти, в ней привыкаешь лишь взлетать к вершинам. Привыкаешь взлетать к вершинам! Теперь ты почувствовал вкус горя и грусти, испытал горечь, ты хочешь говорить, но не в силах! Владыка Культа Цинь, твоё внутреннее сердце сейчас такое хрупкое, позволь мне закончить всё это…

Он собрался атаковать, когда за его спиной тело цилиня начало стремительно увеличиваться в размерах. Зверь быстро взмахнул своими огромными когтями, прижимая его к земле.

Паньгун Цо поспешно поднялся, но в следующий миг был снова повален на землю. Цилинь ударял по нему раз за разом, отчего он начал сплёвывать кровь:

— Поговори мне тут, давай, ещё что-то скажи!

— Жирная свинья, думаешь, я тебя боюсь? — впал в ярость Паньгун Цо.

Острые как ножи когти зверя щёлкнули в воздухе, собираясь распороть живот противника.

Внезапно раздался спокойный голос Цинь Му:

— Толстяк, не стоит его избивать, пусть уходит.

Цилинь был слегка ошеломлён. Недоумевая, он спросил:

— Владыка, этот мерзавец — чистое зло. Он отлично умеет сбегать и хочет причинить тебе вред! Если мы отпустим его сейчас, то поймать его в будущем будет намного сложнее!

— Мы сражались вместе, и он помог спасти тех людей, рискуя своей жизнью. Он заслужил шанс на жизнь, — сложив руки за спиной, Цинь Му всмотрелся в надпись на скале. На его лице застыло спокойное выражение. — Гроссмейстер, я не стану тебя убивать, просто уходи. Когда мы встретимся в следующий раз, я заберу твою голову.

Паньгун Цо поднялся на ноги, стряхивая песок со своей одежды. С дрожащим взглядом, он проговорил:

— Ты уверен, что отпускаешь меня и не хочешь убить? Если я обернусь, ты ведь не нападёшь на меня, верно?

Цинь Му равнодушно посмотрел на него:

— Прошлой ночью погибло слишком много людей, сегодня я не хочу никого убивать.

Развернувшись, Паньгун Цо начал медленно отступать. Наблюдая за движениями Цинь Му, он думал: «Несмотря на то, что случившееся было полно опасности и борьбы за жизнь, я смог получить кое-какую пользу. По крайней мере, мне достались две божественных ноги… Погоди-ка, с ними я могу…»

Осознав, что Цинь Му всё ещё повёрнут к нему спиной, глаза Паньгун Цо загорелись, и он обрадовался: «С ними мне не стоит бояться этого мерзавца! У меня есть две божественных ноги и лучшие навыки побега в мире. Даже если мне не удастся победить в бою, я всегда смогу скрыться. Более того, с такой высокой скоростью мои боевые способности также возрастут! Я могу его убить!»

От волнения его сердце начало биться чаще, а в глазах мелькнули зловещие искорки, но как только он собрался атаковать, он что-то почувствовал и мгновенно подлетел в воздух.

Из песка вылетел свет меча, отрубив его правую ногу под корень!

Задыхаясь от боли, Паньгун Цо кричал:

— Владыка Культа Цинь, ты не сдержал своего слова!

Развернувшись, Цинь Му равнодушно ответил:

— Сдержал. В прошлый раз я отрубил тебе только одну ногу, поэтому должен её отдать. Тем не менее, я не позволю тебе заполучить две божественных ноги. Гроссмейстер, я не буду тебя провожать.

Находясь в воздухе, Паньгун Цо опустил голову, смотря на упавшую божественную ногу. Он хотел её поднять, но золотой песок быстро проглотил конечность.

Внизу под ним бесчисленные огни меча то появлялись, то исчезали, переплетаясь будто серебряные иголки, надёжно охраняя божественную ногу.

Это была форма восьми тысяч мечей пилюли Цинь Му. Было очевидно, что когда Паньгун Цо пытался заколдовать его, он уже отправил свои мечи в пустыню.

Паньгун Цо мгновенно осознал, что шанс утерян, и стиснул зубы. За его спиной появился лотос размером с человека.

Шагнув внутрь, он исчез вместе с цветком.

— Владыка Культа Цинь, когда мы встретимся в следующий раз, я отрублю твою голову! — его голос постепенно отдалялся, прежде чем исчезнуть в глубине жёлтого песка.

— Гроссмейстер становится очень смелым и смекалистым, — Цинь Му обернулся, и бесчисленные летающие мечи вылетели из пустыни, отправляя божественную ногу внутрь сундука. — Это хорошо, как только он достаточно осмелеет, убить его будет не так сложно.

Сундук будто обрадовался, в спешке открывая крышку, чтобы положить божественную ногу на место.

Смотря на надпись на скале, Цинь Му тихо проговорил:

— Если ты ещё жива, то найдёшь меня? И жива ли ты? Десятки тысяч лет испытаний могли убить прекрасную девушку и превратить её в розовый скелет…

Он тихо сидел под скалой, не собираясь уходить.

Горы вокруг разрушились, так почему эта ещё стоит?

Надежда в его сердце ещё не угасла.

— Владыка, возле скалы лежит огромная каменная табличка!

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он в спешке побежал, чтобы осмотреться. Цилинь стоял возле каменной таблички, наполовину поглощённой песком. Она лежала у самого подножия горы, поэтому обнаружить её было не так уж просто.

У таблички, казалось, была странная сила, охраняющая её от песка и ветра, отчего она была в полной сохранности.

На ней виднелось несколько слов.

Прочитав их, юноша был слегка ошеломлён. Довольно грубым почерком, на табличке было написано: “Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь, Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, похоронены…”

Следующие слова было невозможно разглядеть, так как они были засыпаны жёлтым песком. Цилинь собрался сдуть его, но Цинь Му тут же его остановил:

— Жирдяй, это ловушка! Не трогай песок на табличке! — улыбаясь, он продолжил. — Используя подобный метод обмана он определённо меня недооценивает. Я уверен, что там написано, что мы с гроссмейстером похоронены в этом месте. Если я сдвину песок, то умру ужасной смертью!

Вздрогнув, цилинь ответил:

— Если бы там было моё имя, я бы сразу же всё проверил…

Оглянувшись по сторонам, Цинь Му переубедился, что в жёлтой пустыне никого не было.

Кроме него и цилиня в округе не было других живых существ, и ожидать неожиданной атаки не стоило.

— По правде говоря, мне тоже слегка любопытно, — его взгляд мелькнул, измеряя каменную табличку в песке.

У цилиня тут же возникло плохое предчувствие, и он проговорил:

— Владыка, не делай глупостей!

Цинь Му быстро отступил назад, улыбаясь:

— Я хочу посмотреть, не оставил ли человек, создавший эту табличку, своего имени. Думаю, он достаточно самовлюблённый, чтобы пойти на такое. Давай отойдём на сто пятьдесят километров, и я исполню заклятие, чтобы расчистить песок.

Глава 494. Выживший из Эпохи Высшего Императора

Отойдя на сотню километров, у Цинь Му созрел план, сундук и цилинь находились неподалёку.

Сотни километров было достаточно, чтобы ужасающая мощь ловушки не достигла их и не смогла им навредить.

Юноша схватил горсть жёлтого песка и нежно сдул его. Песок превратился в семисантиметрового человечка.

Сформировавшийся “песчаный великан” открыл рот, пытаясь яростно зарычать. Жёлтый песок вокруг его нижней части тела закружился, и он бросился к горному утёсу, находящемуся в сотне километров от него, переполненный убийственным намерением.

Цилинь был в ожидании чего-то необычного, но чем дольше он ждал, тем больше зевал от скуки. Смотря вдаль, он ничего не видел, с утёсом ничего не происходило.

Цинь Му вскочил на сундук и посмотрел вдаль на “песчаного великана”. Этот худенький малец перевернулся несколько раз пока перебегал песчаную дюну, он изо всех сил пытался добраться до утёса.

Цилинь зевнул ещё раз и спросил:

— Владыка, он уже там или как?

Задумавшись на мгновение, Цинь Му всё рассчитал и ответил:

— Ещё час или около того, и он добежит.

Зверь лёг и пробормотал:

— Тогда я немного посплю, позови меня, когда он добежит, ладно?

Примерно через час юноша разбудил толстяка пинком, и тот резко вскочил, взволнованно спрашивая:

— Что такое? Он уже на месте?

— Почти добежал! — улыбаясь, сказал Цинь Му. — Давай поднимемся в воздух. Если что-то случится, нам будет легче сбежать!

Сундук забрался на спину цилиня. Толстяк, наступая на огненные облака, поднялся в небо, глядя вдаль. С расстояния в сотню километров можно было слабо разглядеть маленькую крошку, яростно несущуюся к каменной табличке. Если бы не его хорошее зрение, ему было бы трудно отличить того от песка вокруг.

А вот Цинь Му отчётливо видел малыша. Маленький песчаный великан вопил полдня и, наконец, добравшись до основания каменной таблички, всё ещё был полон энергии. Затем он изо всех сил, всё также “грозно” рыча, начал отбрасывать песок.

Цинь Му потерял дар речи. Цилинь открыл пасть, желая что-то сказать, но сразу же закрыл её и, молча продолжив наблюдать, подумал: «Если я буду бестактным и упомяну об этом, то завтра, вполне вероятно, останусь без еды».

Через некоторое время “великан песчаной дюны” выкопал небольшую яму, и слова под каменной табличкой наконец были раскрыты. Однако, прежде чем Цинь Му успел их прочитать, песок радугой взметнулся в воздух, засыпая песчаного кроху с головой.

Мало того, что песок поглотил малыша, он покрыл собой площадь в десятки километров вокруг, превращая это место в ужасающее поле смерти, живым там места не было.

Жёлтый песок вращался и перемешивался, накрыв пустыню землисто-жёлтым шарообразным горшком, изнутри которого доносились звуки стенающих ножей!

Волосы и чешуя на теле цилиня встали торчком, как наэлектризованные. Даже Цинь Му почувствовал, как его волосы встали дыбом.

Ловушка оказалась ещё страшнее, чем он предполагал. К счастью, он проявил осторожность и предложил отойти на сотню километров, прежде чем утолить своё любопытство.

В землисто-жёлтом горшке огни ножа летали во всех направлениях, режа, рубя, кромсая и нарезая. Всевозможные превращения заполнили пространство на десятки километров!

— Необычные навыки ножа… — был слегка удивлён Цинь Му, вдруг испытав плохое предчувствие, как будто он видел что-то подобное раньше!.. И это было не в Вечном Мире, а прошлой ночью, в ту самую ночь “тридцати-сорока тысяч лет назад”, когда он столкнулся с юношей по имени Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа Райских Небес!

Навык ножа, который выполнял Ло Ушуан, имел огромное сходство с этими огнями ножа!

— Однорукий юноша ещё жив? Гроссмейстер сказал, что этот сорванец не проживёт так долго, поэтому не стоит беспокоиться… — расхохотался Цинь Му, но его улыбка постепенно застыла, а лицо позеленело.

Божественное искусство-ловушки, которое Ло Ушуан заложил здесь, было невероятно могущественное. Оно было настолько сильно, что даже Син Ань не мог обладать такой безграничной магической силой.

Это означало, что Ло Ушуан не только выжил, но и живёт до сих пор, причём довольно хорошо. И, судя по всему, он стал очень сильным богом!

Его, должно быть, питала ненависть за отрубленную руку, и, когда он стал богом, во время одного из своих путешествий он случайно наткнулся на запись со знакомым почерком. Наверняка именно тогда к нему и пришла идея оставить после себя табличку.

Если бы Цинь Му вновь оказался здесь, то определённо захотел бы узнать, что написано на табличке, и пострадал бы от огней ножа.

«Мне не следовало произносить своё настоящее имя, надо было выдумывать… Одно хорошо — не повезло не только мне. Ло Ушуан слишком мелочный, у Гроссмейстера, например, тоже была отрублена нога, и даже дважды, причём одна и та же, но он не такой злопамятный», — подумал юнец.

Божественное искусство, оставленное Ло Ушуаном, длилось недолго, и вскоре его сила рассеялась. Жёлтый песок в небе обратился пылью и наполнил воздух, развеваясь во все стороны под воздействием ветров.

Втайне удивлённый Цинь Му прищурился.

Вчера вечером, когда он и Ло Ушуан столкнулись, навыки ножа второго хоть и были восхитительны, но уступали таковым у него.

Ло Ушуан использовал навык расщепления ножа: один делится на два, два на четыре, четыре на восемь и так далее. Когда навык ножа расщепится в десятый раз, у него будет тысяча двадцать четыре огня ножа, а когда в четырнадцатый раз, получится около шестнадцати тысяч огней ножа.

При всех эти плюсах, всё же был один большой недостаток в этом навыке ножа, а именно — магическая сила Ло Ушуана. Чем больше их было, тем слабее они становились по отдельности. Чем больше было расщеплений, тем ниже была наступательная мощь.

Ло Ушуан мог доминировать над другими мастерами, но столкнувшись с кем-то вроде Цинь Му, который был экспертом навыка меча и в то же время экспертом навыка ножа, ему было трудно получить преимущество.

Из-за этого, несмотря на то что магическая сила Цинь Му была почти полностью исчерпана, а тело тяжело ранено, ему хватило сил отрезать одну из его рук.

Но сейчас Цинь Му пришлось смириться с осознанием того, что нож Ло Ушуана достиг поистине ужасающей области.

Жёлтый песок заполнил небо в радиусе десятков километров, но истинная опасность всё ещё лежала в огнях ножа, скрывающихся в нём.

Казалось, что они были повсюду, но, с другой стороны, было ощущение, что парил только один нож вместо многих, как это должно было бы быть в соответствии с навыком Расщепление Ножа.

Когда огонь ножа разрезал песчинку, она отражалась и отскакивала, а поскольку его скорость была слишком высокой, создавалась иллюзия, что огни ножа были повсюду, хотя Ло Ушуан ударил лишь единожды!

Цинь Му догадался, что после того, как Ло Ушуан стал богом и пришёл сюда, он увидел слова, оставленные на каменной стене, и, разглядев в письменах мастерство его меча, он решил воздвигнуть каменную табличку.

Стоя перед ней, он, вероятно, полоснул ножом по песку, скрывая свою волю и божественное искусство в жёлтых песках!

Годы спустя, придя в это место, Цинь Му должен был активировать их, заставив взорваться с огромной силой!

«Его навыки владения ножом достигли области пути», — уголки глаз юноши дёрнулись, и он направился к утёсу через пыль, не боясь удушливого воздуха.

Навыки ножа Ло Ушуана уже достигли области пути, и он, как и Имперский Наставник, был невероятно сильным существом области пути!

Чтобы вступить на путь с ножом, его понимание на пути ножа определённо было не хуже, чем у мясника. Более ужасающим было то, что плотность его совершенствования была намного выше!

Цинь Му был удивлён. Утёс хорошо сохранился, как и его записи, всё было в целости и сохранности, словно божественное искусство Ло Ушуана намеренно обошло его стороной.

Цинь Му не слишком долго думал об этом и посмотрел на каменную табличку.

Она была цела, без единой царапины.

Слова на каменной табличке были открыты, но вдобавок к ним появилась ещё пара предложений, написанных мелким почерком.

“Ты думаешь, что это ловушка, в которой мой навык ножа должен был убить тебя? Ошибаешься. Даже не сдвинься ты с места, то остался был невредимым. Я жду тебя, Владыка Небесного Святого Культа. Я пережил двадцать тысяч лет, целую Эпоху Императора-Основателя, но так и не нашёл никаких следов Небесного Святого Культа. Я искал до самого заката Эпохи Императора-Основателя, выжившие которой, совершенно неожиданно, только основали Небесный Святой Культ, и только тогда я понял, что человек, которого я ждал, не существовал в прошлом, а появится лишь далеко в будущем! Небесный Святой Культ содержит слово “святой” в своём названии, но, на самом деле идёт по дьявольскому пути. Владыка Небесного Святого Культа Цинь Му на самом деле Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь Му! Как только ты активируешь мою ловушку, моё божественное искусство сообщит мне, что ты здесь! Я так долго ждал, когда ты придёшь…”

Побледнев в лице, Цинь Му испустил дрожащий вздох, немедленно прыгнув на спину цилиню и крикнув:

— Быстрее! Мы не можем здесь больше оставаться, нельзя терять ни минуты!

Зверь немедленно выскочил, и сундук последовал за ним, убегая на всех парах.

Цинь Му немного успокоился и собрался с мыслями.

Это не было ловушкой.

Даже при том, что это выглядело величественно, ловушка была только в том, что Ло Ушуан почувствует активацию своего божественного искусства и узнает, что прибыл Владыка Небесного Святого Культа.

Вот что произошло на самом деле!

Ло Ушуан был старым монстром, на данный момент прожившим около тридцати-сорока тысяч лет и всё это время держащим обиду за отрезанную руку. Вот только Цинь Му это сделал прошлой ночью, а не тридцать-сорок тысяч лет назад.

Ло Ушуану держал обиду так долго, но ловушка, в которую угодил Цинь Му, была не для того, чтобы убить его, а для того, чтобы сообщить ему о его присутствии.

Ло Ушуан был по-настоящему страшен, ведь сделал свою ловушку бесполезной только чтобы забрать жизнь Цинь Му лично!..

Юноша вёл за собой сундук, они скитались до вечера, пока солнце не ушло за горизонт на западе. Солнце над жёлтой пустыней не было таким, как в Вечном Мире, и весь мир был как если бы совершенно иной.

Они отчаянно бежали по пустыне, но, казалось, ей не было конца.

Цинь Му не мог найти даже намёка на трещину, через которую они вошли.

Пот катился у него по лбу. Если он не сможет найти выход, то умрёт в этом странном месте ещё до того, как Ло Ушуан придёт по его душу!

Он мог умереть от жажды, голода, сойти с ума от одиночества или даже от старости.

«Не паникуй, не паникуй, соберись, думай, думай…» — он успокоился и вспомнил, как они пришли. В бескрайней пустыне путь, по которому он шёл, давно исчез. Даже если бы он смог найти его, он не смог вернуться назад, несмотря ни на что.

«Син Ань не успел догнать нас, поэтому он наверняка будет ждать у входа в трещину, надеясь, что я попаду прямо к нему в руки, — взгляд Цинь Му замерцал, и он поднял голову. — У истока реки Вздымающейся, где с востока на запад тянется обрывистый утёс Великих Руин, я увидел пять слоёв перекрывающегося неба! Это значит, что в этом мире есть и другие выходы, и через них я смогу вернуться в Великие Руины!» — слои построения закружились в его зрачках, в то время как он сам, сидя с ослабленными поводьями на свободно бегущем в западном направлении цилине, просто смотрел на небо.

Когда наступила ночь, цилинь побоялся бежать во тьме, поэтому запрыгнул на сундук, в то время как Цинь Му лёг рядом, продолжив смотреть на чёрное как смоль небо.

Сундук пересекал песчаные дюны, продолжая неутомимо бежать вдаль.

Когда настало утро, юноша выглядел гораздо более измождённым, а его глаза были налиты кровью, но он так и продолжал напряжённо смотреть, ни на миг не расслабляясь.

Наконец, он увидел облако.

Мир, в котором они находились, был пустыней без водяного пара, но необъяснимо появилось облако. Сначала оно казалось маленьким, но чем ближе они подбегали, тем больше оно становилось!

Цинь Му резко вскочил на ноги, попутно смеясь:

— Небеса никогда не оставляют лишь один путь, в основном сами люди, отказываясь от надежды, являются для себя преградами! Я не сдамся и выберусь отсюда живым!

Он поставил сундук на спину цилиню, который тут же устремился к облаку.

В момент, когда они пересекали грань миров, от скалы вдалеке хлынул божественный свет.

По другую сторону виднелся красочный мир с высокой растительностью и огромными разноцветными цветами.

Божественный свет вытекал из скалы, подобно водопаду, соединяя два мира воедино.

Призрак молодой девушки, наступающей на цветы, подлетел из другого мира и посмотрел на надписи на утёсе, бормоча себе под нос:

— Ещё есть около двухсот лет, с тех пор как пройдёт сорок тысяч лет, но ведь ты уже должен появиться на свет, верно? Я до сих пор жду тебя… — на её лице была какая-то скрытая горечь, и она тихо добавила. — Я выжила, но даже спустя все эти годы я не могла забыть тебя… Я не хочу стареть в страхе, что ты не узнаешь меня…

Внезапно в воздух поднялась расположенная рядом каменная табличка и разлетелась на кусочки, образуя арочную дверь.

— Владыка Небесного Дьявольского Культа Цинь Му, моё ожидание наконец подошло к концу! — по другую сторону двери появилась однорукая фигура с длинным ножом за спиной. Мужчина засмеялся, но было похоже, что он рыдает и сетует.

Когда взгляды молодой девушки в божественном свете и однорукой фигуры встретились, их сердца задрожали.

— Выживший из Эпохи Высшего Императора!

— Чужеземный дьявол!

Глава 495. Божьи Планы Заменяют Наши

Под скалой открылись две двери к разным мирам, в проходах которых каждый из богов вёл себя по-своему.

Это была не первая их встреча, собственно, как и не первое сражение. Они сражались в прошлом незадолго до конца Эпохи Высшего Императора.

После этого между ними произошло ещё много столкновений, во времена под названием Эпоха Императора-Основателя.

Под этой скалой они сражались уже огромное количество раз.

К тому времени они оба покинули пустынный мир, оставив после себя лишь враждующие призраки. Их области были слишком сильными, а способности слишком высокими. Без подходящей причины, их тела больше не могли спуститься в этот мир.

В этом месте больше не осталось существ, способных выжить.

Это были Великие Руины Эпохи Высшего Императора. Место даже более суровое, чем Великие Руины Эпохи Императора-Основателя.

Последние, по крайней мере, были усеяны божественными статуями, предоставляющими убежище местным жителям. В пустыне, в свою очередь, не было где прятаться.

На протяжении последних тридцати-сорока тысяч лет здесь не появлялось никаких существ, кроме богов.

В ранний период Эпохи Императора-Основателя боги уходили один за другим, отправляясь в другие миры. Парочка богов, сражающихся сейчас, ушли последними.

— Женщина из семи Бай, ты пришла сюда в поисках человека, оставившего эту надпись сорок тысяч лет назад?

Нож за спиной высокого однорукого бога загудел. Его лезвие, казалось, могло прорубить время и пространство, пробиваясь в другой мир.

— Кажется, к тебе тоже добралась новость, что он вернулся, — ухмыльнувшись, бог проговорил. — Я давно знал, что с твоими навыками меча что-то не так. Они превосходили Эпоху Высшего Императора и Эпоху Императора Основателя, но я не мог предположить, что всё это из-за визита Владыки Культа Циня!

Тело женщины, окутанной божественным светом, задрожало, а её сердце наполнилось радостью. Вражда мужчины, казалось, совсем её не беспокоила:

— Он и вправду вернулся? Тот, кто путешествовал во времени, наконец-то прибыл обратно?

— Тебе всё равно не удастся меня остановить! — высокомерно ответил однорукий бог. — Я хочу его убить, а ты надеешься меня остановить. Мы сражались на протяжении стольких лет, но так и не смогли убить друг друга. Причина, по которой я оставил свою отрубленную руку состоит в том, что я надеялся отомстить за поражение, за то, что он ненавистно опозорил мой путь! Если я не смогу разрушить его навыки меча своими навыками ножа, то не стану свободным, не смогу сделать следующий шаг вперёд! Я ждал этого дня почти сорок тысяч лет!

Женщина, окутанная божественным светом, вышла из лучей, возвышаясь над пустыней. Будучи лишь призраком, она тихо проговорила:

— Твои слова ничего не стоят, если ты не можешь спуститься в этот мир.

Однорукий бог обернулся, и его кроваво-красный плащ задрожал, покрывая собой дверь. В следующий миг его разрубил свет ножа, разрывая барьер между двумя мирами!

Воля ножа оказалась настолько безграничной и ужасающей, что создала проход между двумя мирами!

С оглушительным звоном свет меча вырвался из каменной двери, поднимая две огромных каменных волны. Между ними образовалась пропасть глубиной в триста метров и длиной в несколько сотен километров.

Но как только мужчина попытался пройти сквозь разрез, невидимая сила небес и земли незамедлительно отбросила его обратно.

Молодая девушка вернулась в облако божественного света, исчезая внутри скалы:

— Со всей твоей силой, твоё истинное тело не сможет проникнуть в этот мир. Оставь эту мысль.

Однорукий бог, стоящий в каменных дверях, спрятал свой нож и развернулся, чтобы уйти. Каменные ворота начали постепенно рушиться:

— Я вернусь в этот мир, простой барьер не остановит меня!

****

Цилинь потащил Цинь Му и сундук внутрь облака. Ещё мгновение назад вокруг сиял дневной свет, но как только они вылетели за пределы облака, округу поглотила непроглядная тьма.

Вдали слышался шум падающей воды, и Цинь Му посмотрел в сторону его источника, где увидел рассеивающийся свет, излучаемый разрушенной скалой.

Они вернулись в Великие Руины, к истокам реки Вздымающейся.

Здесь до сих пор находился небесный “ров”, простирающийся с востока на запад, и огромная скала, разделяющая Великие Руины на две части. Кроме того, водопады, текущие по местным горам, создавали исток реки Вздымающейся.

«Вода реки Вздымающейся может течь с других миров, или наоборот, просачиваться в них сквозь щели. Интересно, какая история за этим кроется…» — Цинь Му посмотрел на полуразрушенную скалу и его сердце внезапно застыло. У одного из разломов виднелся безглавый силуэт!

Син Ань!

Волосы юноши неконтролируемо встали дыбом. Син Ань сторожил вход в мир, в котором он недавно исчез, ожидая, что жертва сама придёт в его руки!

В мире жёлтой пустыни не было даже малейших форм жизни, он был полностью мёртвым.

Син Ань, в действительности оторвавший себе голову, оставил своё тело сторожить вход. Подумав об этом, Цинь Му пришёл к выводу, что голова и пара глаз сейчас блуждают по пустыне в его поисках!

Цилинь тоже его заметил и тихо приземлился. Сундук продолжал издавать слабое сияние, отталкивая тьму.

Когда цилинь достиг земли, Цинь Му тихо сполз по его спине, держась как можно ниже.

цилинь максимально сжал своё тело и забрался на сундук. Цинь Му залез следом, после чего артефакт длинными шагами двинулся в сторону реки.

Здешняя речная вода была истоком Вздымающейся. Так как русло в этом месте не было слишком широким, поток двигался спокойно, почти не создавая препятствий.

Сундук вошёл в реку, его ноги мягко отталкивались от потока, двигаясь вниз по течению.

Цинь Му облегчённо вздохнул. Син Ань отправил свою голову блуждать по миру, а его тело не могло наблюдать за окрестностями, поэтому оставаться незамеченными было несложно. Если они продолжат двигаться, то шансы быть обнаруженными останутся небольшими.

В этот миг сундук ударился о подводные камни. Звук был не слишком громким, но в ночной тьме показался невероятно пронзительным.

Они были совсем недалеко от водопада и Син Аня.

Цинь Му обернулся, увидев, что тот продолжает неподвижно стоять у трещины, и его сердцебиение вернулось к норме: «Я достаточно осторожен, к тому же голова Син Аня далеко. Без ушей и глаз, он не заметит, даже если мы встанем прямо перед ним».

Цилинь облегчённо вздохнул, улыбаясь:

— Шум водопада очень громкий, так что можно не беспокоиться, что он нас услышит… Владыка…

Удившись, Цинь Му резко изменился в выражении лица. Возле трещины в скале тело Син Аня резко повернулось, обнажая длинную шею, с каждой стороны которой торчало ухо.

Его физическое тело достигло уровня бога, поэтому отдавало божественным светом, невероятно бросаясь в глаза посреди ночной тьмы.

Син Ань отрезал свои уши, пришивая их к шее!

В этот миг пара ушей резко увеличилась в размерах, становясь даже больше, чем уши Слона Золотой Орхидеи!

Цинь Му мгновенно отреагировал, передавая свой голос с помощью силы разума:

— Беги! По берегу, нужно выбираться из воды!

Скорость, с которой сундук плыл по воде, была значительно ниже чем та, с которой он передвигался по суше. Так как во тьме они нуждались в артефакте, чтобы защититься, то были ограничены его способностями.

Находясь в воде, сундук не издавал звуков, но выбравшись на берег, его ноги начнут стучать по земле. Впрочем, теперь, когда Син Ань уже их услышал, сбегать по суше было наилучшим решением.

Обезглавленное тело, стоящее у трещины в скале, внезапно бросилось к тому месту, где находились Цинь Му и остальные!

Между тем из трещины в спешке вылетел глаз, зависая в воздухе. Из него вырвалась волна божественного света, позволяя осмотреть всё вокруг.

Затем из глаза упала колонна света и, осветив всё в радиусе нескольких сотен метров, он двинулся вперёд,

— Вот дерьмо…

Кровь в жилах Цинь Му застыла. Сундук предоставлял защиту от тьмы, но его скорость была не слишком высокой, теперь, когда он находился в воде, она снизилась ещё сильнее.

Хлюп!

Обезглавленный Син Ань приземлился на водную гладь неподалёку от беглецов и замер, двигая ушами, которые продолжали увеличиваться в размерах.

Внезапно колонна света в небе упала на тело Син Аня. Затем она двинулась вперёд, освещая беглецов, которые с нервными лицами стояли на сундуке.

Цинь Му улыбнулся, сундук под его ногами остановился, застывая на месте:

— Брат Син Ань, ты отпустишь меня, если я помогу тебе вылечить скрытые симптомы твоего тела?

Два уха на шее юноши вздрогнули, а его глаза подлетели поближе.

— Твоё бесстыдство поразительно. Ты всё ещё смеешь предлагать что-то подобное? — после того, как прозвучал голос Син Аня, его голова вылетела из тьмы, приземляясь обратно на шею.

Между тем два уха отклеились от шеи и вернулись на своё изначальное место.

Вскоре подлетел и второй глаз, но вместо того, чтобы вернуться в глазницу, он неподвижно замер в небе над Цинь Му, наблюдая за его действиями.

Подняв голову, Син Ань холодно проговорил:

— Теперь я не могу принять твоего предложения. Божественный Врач Цинь слишком хитёр.  Стоило мне на секунду отвлечься, как ты тут же украл мой сундук. Теперь я боюсь, что если ты займёшься моим лечением, то с такой же лёгкостью украдёшь мою жизнь! Ты настолько коварен, что я успокоюсь лишь превратив твоё тело в труп!

Внезапно на них нахлынула волна речного тумана, который был очень густым, часто превращаясь в хаотичный непроглядный покров.

Смотря в глубь тумана, Цинь Му ощутил неожиданную дрожь в сердце и улыбаясь проговорил:

— Брат Син Ань слишком осторожен. На самом деле ты не злой, а просто слишком сосредоточен на бессмертии. Ты не был в Вечном Мире в последнее время, верно? Я уже нашёл способ отстроить божественный мост и построил модель пространственной математики. Как только ты сможешь её совершенствовать, твоё божественный мост будет отстроен. В Империи Вечного Мира об этом знают все, а ты продолжаешь попытки продлить свою жизнь, воруя части тел других.

Син Ань уже был готов убить парня, но ошеломлённо застыл, услышав его слова:

— Ты лжёшь! Если бы у тебя оказалась подобная техника, разве ты бы не хранил её исключительно для себя вместо того, чтобы передавать целому миру? Ты — Владыка Небесного Дьявольского Культа, поэтому передал бы её своему культу, укрепляя его позиции! Более того, Гроссмейстер провёл со мной почти неделю, ни разу не упомянув ни о чём подобном.

Рассмеявшись, Цинь Му ответил:

— Гроссмейстер хотел украсть твои руки, чтобы избавиться от меня, и даже попытался убить тебя и Шаманского Бога Куя, ты и вправду веришь, что он рассказал бы о чём-то подобном? Более того, хранить её исключительно для себя… Ты недооцениваешь широту моего ума.

— Если ты стремишься к бессмертию, то можешь немедленно выбросить весь хлам из своего сундука и совершенствовать три моих техники: “Секреты Сорочьего Моста”, “Секреты Загадочного Путеводителя” и “Секреты Божественного Перехода”. Как только твой божественный мост будет отстроен, ты сможешь пересечь его и войти в Райский Дворец, превращаясь в бессмертного бога. Имперский Наставник уже преуспел в этом.

Туман вокруг становился всё гуще и гуще, постепенно поглощая их обоих.

Глаза Син Аня всё ещё висели в небе, постепенно подлетая поближе. Они продолжали смотреть на Цинь Му, замечая его малейшее движение даже сквозь густой туман.

— Ты и вправду очень талантлив, широта твоего ума поражает, — из глубины облака тумана раздался ухмыляющийся голос Син Аня. — Тем не менее, ты меня недооцениваешь, думая, что я использую тела только для бессмертия. Моя цель — становиться истинным богом, поэтому я не прекращу убивать кого пожелаю и воровать части чужих тел.

Из глаз Цинь Му внезапно вырвался божественный свет, а уже в следующий миг он провалился под землю. Его жизненная Ци ринулась наружу, превращаясь в бесчисленные руны, окутавшие его, цилиня и сундук!

— Зачем мне оставлять тебя в живых?

В ответ глаза Син Аня также вспыхнули ярким сиянием, мгновенно разрушая руны вокруг парня. Впрочем, тот лишь улыбнулся, доставая свои ножи. От их неистовых взмахов каждая разрушенная руна зажигалась с новой силой.

Огни ножа окружили Цинь Му со всех сторон, отчего Син Ань восхищённо воскликнул:

— Твои способности совсем неплохи, ты не уступаешь мне в молодости!

Его физическое тело бросилось в атаку, но за миг до того, как оно достигло цели, мир перед глазами мужчины завертелся, отчего он резко изменился в лице:

— Вот дерьмо!

Вьюх!..

Глаза Син Аня исчезли. Действия физического тела базировались на зрении, но теперь, когда Цинь Му телепортировал его глаза прочь, ему казалось, что мир вокруг неистово вращается!

— Кхе! — Син Ань открыл рот, чтобы выблевать, после чего попытался подавить искажённое видение с помощью своего исконного духа. Бедолага чувствовал, как всё его тело вращается несмотря на то, что это была всего лишь иллюзия, вызванная его зрением.

— Молодому тебе? Син Ань, да ты в подмётки мне не годишься! — Цинь Му громко рассмеялся, вокруг него снова засияли всевозможные руны.

Услышав его голос, Син Ань мгновенно бросился в сторону звука, быстро осознавая, что это была плохая идея. В следующий миг прозвучал громки треск, после которого он промчался на десятки километров в глубь скалы!

Он ориентировался в пространстве с помощью божественных глаз, и теперь, когда они исчезли, он попросту не мог определить своего положения!

Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, превращаясь в новый набор рун. Он ещё раз исполнил искусство мгновенного перемещения, бесследно исчезая вместе с сундуком и цилинем!

«Я могу перенести глаза Син Аня на несколько десятков километров, но, когда со мной жирдяй и сундук, радиус действия заклятия составляет всего лишь шесть километров. Впрочем, если не шуметь, я смогу добраться к руслу реки и уйти».

Находясь посреди мгновенного перемещения, Цинь Му внезапно услышал громкий грохот. Его искусство мгновенно разрушилось, а он сам врезался в гору из скелетов, внезапно появившейся перед ним. От столкновения в небо подлетели бесчисленные кости.

Он ошеломлённо застыл, растерявшись.

Размахивая руками, пролетающий мимо скелет сердито прокричал:

— Ты слепой, что ли?

Глава 496. Пограничный Камень Жизни и Смерти

Цинь Му, сундук, цилинь, а также скелеты и кости, которые летали по всему небу, рухнули вниз.

Их сердца объяло отчаяние…

Все это время они боялись издать даже малейший звук, дабы не допустить, чтобы Син Ань услышал их, однако, планы бога не чета таковым у смертных.

Проще говоря, все планы и ухищрения Цинь Му оказались бесполезны.

Хрясь, тум, треск…

Они врезались в груду костей.

Кучка скелетов в окрестностях загомонила, споря, кто кому раздробил таз или бедренную кость. Некоторые даже хватали друг друга за рёбра, крича несравненно громкими голосами.

Внезапно несколько скелетов начали драться. Неизвестно откуда они взяли костяные дубинки, но они начали беспорядочно размахивать ими, раскалывая друг другу черепа.

Такую суматоху Син Ань не мог не услышать, если он был, конечно, не глуховат!

Цинь Му встал и быстро огляделся. Плотный туман потихоньку рассеивался вокруг, благодаря чему появилось больше солнечного света.

Он посмотрел на восток, и от увиденного широко распахнул глаза.

В тумане у реки Вздымающейся быстро формировался обширный и неясный мир из костей. Он появился в центре Великих Руин, частично накрыв их!

— Ты стоишь на мне… — из-под сундука донёсся слабый голос.

Сундук испуганно подскочил, но увидев, что с ним говорила груда костей, очень обрадовался и открылся, “проглатывая” её.

После того, как Цинь Му пробудил в нём дух, он любил коллекционировать такие странные вещички.

— Призрак… — грива и чешуя цилиня встали дыбом, а его тело как если бы окоченело. Когда он увидел целую гору, заполненную скелетами, то быстро упал на землю, поднимая лапы вверх в попытке притвориться дохлым.

Когда сундук заметил, что зверь “умер”, ему захотелось поглотить и его. Он начал с хвоста и, совершенно не торопясь, дошёл до ягодиц, как вдруг зверь начал пинаться и недовольно шептать гневным тоном:

— Перестань валять дурака, я только притворяюсь мёртвым…

— Фэнду, это внешний мир Фэнду… — Цинь Му наблюдал за быстро движущимся миром. Когда тот пересекался с реальностью, горы в реальном мире, казалось, исчезали.

Со стороны подобное выглядело, как необъяснимо странное явление.

Дрогнув в сердце, Цинь Му незамедлительно пнул цилиня в бок:

— Толстяк, вставай, ты не умеешь притворяться мёртвым также убедительно, как это делала Лин’эр, но если ты не хочешь вставать, то скоро скелеты придут за мясом.

— Мясо, мясо! — под цилинем скелет учуял запах мяса и, растянувшись в мерзкой улыбке и открыв рот, обнял его ногу, пытаясь укусить.

— Мясо! Мясо! — закричала целая армия взволнованных и восторженно бегущих скелетов, создавая огромную волну, которая была около трёхсот метров в высоту.

Пуум.

Волна скелетов рухнула вниз, и бесчисленное их количество начало соединяться воедино, превращаясь в белого костяного великана, бегающего с неподдельным воодушевлением, чтобы отобедать мясом.

— У меня нет плоти, отдай мне свою плоть! Оставь свою шкуру для меня, а то моя уже сгнила.

Цилинь быстро поднялся на лапы и начал давить скелетов, которые набросились на него, оставляя за собой лишь груду костей. Но увидев огромного белого костяного великана, он чуть не потерял сознание, но уже по-настоящему.

Вокруг Цинь Му ярко засиял буддистский свет, а позади него появилось видение белого нефритового будды. Огромный скелет, который подходил к ним, мгновенно рассыпался на разбежавшиеся во все стороны скелеты:

— Противный… Это же тот юный лысый осёл! Бежим…

Цинь Му потерял дар речи, но уже в следующий вдох времени пришёл в себя, достал золотую монету и блеснул её светом к морю тумана, где тут же появилась плывущая одинокая лодка.

— Прочь, — раздался издалека голос Син Аня, который, уже вернув свои глаза, прибыл сюда на громкий шум. По мере его продвижения на него нападали скелеты, которых он незамедлительно разносил в пух и прах. В ярости он снёс с лица земли целую гору скелетов одним ударом, раздробив бесчисленное их множество, и, переполняясь силой и надменностью, набросился на беглеца.

Цинь Му принёс ему столько неудач, что в его сердце зародился истинный гнев, и всё, чего он сейчас хотел — избавиться от него, от того, кто столь раз выставлял его дураком!

Цинь Му поспешно исполнил божественное искусство перемещения и ухватился за собирающий скелеты сундук, а также дрожащего цилиня, после чего переместился к одинокой лодке, которую совсем недавно увидел в тумане!

— Ты хочешь использовать одно и тоже движение дважды? Спускайся! — один из глаз Син Аня устремился в воздух и засиял, заставляя руны перемещения Цинь Му мгновенно распасться, из-за чего тот вместе с цилинем и сундуком вылетели из пространства, начав падать прямиком в море тумана внизу.

Море тумана кишело ненормально взбудораженными монстрами, но в этот момент одинокая лодка резко направилась к падающим Цинь Му и остальным, подхватывая их.

— Старший брат Син Ань, я надеюсь, ты хорошо себя чувствуешь после нашей последней встречи? — лодочник, управляющей лодкой, поднял бамбуковую шляпу и, зловеще улыбаясь, показал своё костлявое тело.

Син Ань, который преследовал их до берега, был удивлён. Он остановился и, не в силах узнать другого, подозрительно спросил:

— Кто ты? Я не узнаю тебя…

— Старший брат Син Ань больше не узнаёт даоса Лин Цзина? Ты гонялся за мной повсюду, пытаясь добыть мою божественную кровь, а теперь ты не узнаёшь меня… Мне становится так грустно от этого, — лодочник передвинул бамбуковый шест и, улыбаясь, оттолкнул лодку подальше. — Это мир Фэнду, а ты, старший брат Син Ань — живой человек, поэтому, пожалуйста, возвращайся туда откуда пришёл, тебе здесь не место.

Синь Ань призвал назад свои глаза и сделал шаг в море тумана, которое внезапно вспенилось от разбушевавшихся, неугомонных монстров.

Монстры в тумане были несравнимо сильны, но он не боялся их ни в малейшей степени, продолжая преследовать одинокую лодку и равнодушно говоря:

— Если живым здесь не место, почему они у тебя в лодке? Даос Лин Цзин, мы с тобой, можно сказать, хорошие знакомые, ты не думаешь, что лгать не хорошо? — его скорость была чрезвычайно высокой, и даже в странном море тумана он будто прогуливался. Одинокая лодка не могла оторваться от него, расстояние постепенно сокращалось.

— У тебя есть деньги? — неторопливо спросил даос Лин Цзин. — Деньги заставят призрака толкать лодку. У этого юноши есть деньги, чтобы оплатить расходы на лодку, так что он, естественно, может сесть на моё судно и войти в Фэнду, а у тебя ветер в карманах гуляет. Возвращайся, Фэнду — не то место, где ты можешь безвольно прогуливаться. Здесь слишком много существ, которые тебе не по зубам.

Син Ань холодно фыркнул, продолжив продвигаться вперёд. Но вдруг из моря тумана поднялся огромный монстр и потащил его вниз.

Находящийся в лодке цилинь был очень удивлён, поспешно подойдя к борту, желая поглазеть на происходящее, но даос Лин Цзин тут же поднял бамбуковую трость и осторожно придавил его морду, с улыбкой на лице проговорив:

— Глупо, некоторые из ужасающих существ внизу весьма неразумны. Будь осторожен, не позволяй им укусить себя за голо… — прежде чем он закончил говорить, море тумана агрессивно забурлило, раздался рёв монстров, а огромные горы в тумане начали сильно вибрировать. Образованные из груд белых костей горы незамедлительно превратились в великанов, готовясь к побегу.

Цилинь прижался к днищу лодки и закрыл глаза двумя когтями, но продолжал подглядывать в щель между ними.

Битва в море тумана становилась всё более и более интенсивной, поднимая удивительные волны, толкающие их лодку высоко вверх, после чего та раз за разом красиво плыла вниз с кончика волны.

Цинь Му применил Светлые Глаза Небес, едва сумев разглядеть сражающего вдалеке с несколькими огромными монстрами Син Аня. От увиденного его сердце застучало быстрее, а сам он испустил нервный вздох:

— Син Ань действительно силён!

Даос Лин Цзин, который теперь был скелетом, толкнул свою бамбуковую трость и зловеще улыбнулся:

— Конечно силён. Однако он не может поднять здесь волн. Море тумана сгущается от обид мёртвых конца Эпохи Императора-Основателя. Умерев, они не могли продолжать существовать, поэтому сгустили свои обиды и превратились в монстров, которые останавливают всех, кто осмеливается ворваться в Фэнду. В конце Эпохи Императора-Основателя в Великих Руинах погибло слишком много людей, поэтому способности этих монстров равны способностям богов.

Цинь Му был ошеломлён:

— Эти скелеты — люди, погибшие во время бедствия Эпохи Императора-Основателя? Почему они не могут войти в Фэнду?

— Фэнду принимает только полезные души, — два огня в черепе даоса Лин Цзина испускали слабое свечение. — Будучи ни на что негодными, они не подходят по требованиям. Чтобы войти в Фэнду, нужно обладать способностями равными таковым у богов. Даже я едва сумел попасть в Фэнду, что уж говорить о них. Поэтому-то этим людям ничего не остаётся, кроме как оставаться здесь, не пересекая это море тумана…

Цинь Му замер со странным выражением лица. Если море тумана образовали именно обиды скелетов, превратив их в монстров, получается они же сами и преградили себе путь внутрь!

Как говорится — что посеешь, то и пожнёшь.

— Король Яма хотел выдворить их из-за того, что Фэнду слишком мал. К тому же в Фэнду ещё следует опасаться Юду…

Даос Лин Цзин, очевидно, знал много секретов, но не хотел рассказывать больше. После смерти ему был открыт Фэнду, но его нынешнее состояние было трудно описать, оно было немного странным, казалось, он одновременно и жив, и мёртв.

Тем не менее, Цинь Му не понимал, жив он или всё же мёртв.

Если бы он был мёртв, его тело покрылось бы плотью после входа в Царство Живых Мертвецов. Если бы он был жив, он бы немедленно умер и перестал существовать после того, как покинул Фэнду.

Движения под морем тумана становились всё более и более яростными. Было очевидно, что битва между Син Анем и монстрами только набирала обороты.

Развернулось воистину сердце трепещущее зрелище.

Син Ань был чрезвычайно силён, ведь даже столкнувшись с монстрами, рождёнными от обид, ему хватало сил сражаться против них.

— Этот отступник… — даос Лин Цзин взглянул на море тумана, увидев Син Аня и различных монстров, пробивающихся вверх по морю. Когда монстры достигли облаков, стало понятно, что они были даже больше, чем горы скелетов и острова в окрестностях. Их наступательная сила была несравнимо ужасающей, но даже так им не удавалось подавить ужасающего оппонента.

— Император Людей Цинь, быстро сойди на берег, — выпалил Лин Цзин. — Он скоро освободится. Кроме того, ты должен мне четыре монеты Фэнду и плюс за тот раз, получается пять монет в общей сложности.

Цинь Му достал четыре монеты Фэнду, и даос Лин Цзин тут же принял их. Затем он выпрямился и с улыбкой сказал:

— Я должен зарабатывать деньги, только собрав достаточное их количество я смогу войти в Фэнду. Мне нужна довольно приличная сумма за местечко в Фэнду… — он оттолкнул лодку, уплывая вдаль и исчезая в море тумана, но его голос по-прежнему был отчётливо слышен. — Фэнду интересуют живые люди, как ты. Если ты будешь помогать мёртвым с их делами, они отплатят тебе золотыми монетами, с помощью которых ты сможешь часто возвращаться в Фэнду. Этим то я и занимался в прошлом…

Цинь Му направился в сторону Фэнду, цилинь и сундук последовали за ним.

Немногим позже он, наконец, подошёл к пограничному камню Царства Живых Мертвецов и, увидев его, вздохнул с облегчением.

Но в этот момент позади него раздался громкий хлопок. Син Ань, судя по всему, освободился от монстров и, выбравшись из моря тумана, приземлился у причала.

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось, и он отчаянно побежал в Царство Живых Мертвецов.

Глядя на своего кормильца, цилинь прибавил в скорости, побежав следом, но буквально через мгновение он заметил, что тот исчез, а рядом с ним появился бегущий что есть мочи скелет!

Но этот скелет был одет в одежду и обувь Цинь Му!

Грива зверя встала дыбом, и он издал жалкий вопль, как вдруг увидел, что и сам стал скелетом…

Конечности цилиня обмякли, он потерял сознание, но на этот раз по-настоящему.

Цинь Му остановился, желая поднять его и продолжить бежать, но в этот момент увидел, как Син Ань приближается к границе Царства Живых Мертвецов.

Хлоп!

На шее Син Аня вытянулась другая голова, а под его рукой внезапно проросла ещё одна рука. А сразу же следом у него выросли ещё четыре ноги!

Цинь Му был потрясён, хотя Син Ань выглядел ещё более потрясённым. Вдруг раздалось ещё несколько хлопков, и из его тела выросло ещё одно тело. Вокруг его головы росло больше голов, и было трудно сказать, сколько тел пыталось вылезти из него. У него выросли десятки рук, десятки ног, от двадцати до тридцати голов, и сросшиеся вместе тела!

Шлёп.

Син Ань рухнул наземь с многочисленными руками, пытающимися схватиться за что-то со всех сторон. Его головы выли и ревели, как будто хотели выползти из его аномально огромного тела.

Было очевидно, что сознание различных конечностей не принадлежало одному человеку. Их было человек двадцать-тридцать, и каждый из них хотел вырваться и уйти!

— Царство Живых Мертвецов, Царство Живых Мертвецов… — Цинь Му развеял мысли о побеге и пробормотал. — Так вот как можно противостоять Син Аню… Его тело собрано из частей от двадцати до тридцати сильных практиков, близких к уровню бога. И придя в этот мир, пропавшие части тела появились снова…

Внезапно огромная птица вылетела из темноты и, приземлившись на гору перед ними, наклонила голову, с любопытством разглядывая гостей.

— Новоприбывший, ты Император Людей Цинь? — огромная птица взмахнула крыльями и превратилась в бога с птичьей головой. Он сложил крылья и заговорил на человеческом языке. — Твои действия были разоблачены, Король Яма уже долгое время ищет тебя!

Цинь Му был поражён:

— Я что-то натворил? Почему я об этом не знал?

Глава 497. Бог Чи Сю

Птицеголовый бог наклонился над Цинь Му, размахивая крыльями и скрипя неприятным голосом:

— Как ты можешь не знать, что натворил? Подумай ещё раз! Впрочем, скоро Король Яма тебе сам всё напомнит, прежде чем отрубить голову.

Цинь Му недоумевал. Он не мог вспомнить ничего, что вызвало бы злость Короля Ямы.

«Может быть это из-за того, что я угнал Корабль Луны? Но судно принадлежит не Фэнду, а Пастухам Луны. Король Яма презирал последнего Хранителя Луны, поэтому не принимал его к себе. Он не посчитал бы мой поступок преступлением, не так ли?» — с такими мыслями он вошёл в Фэнду, надеясь найти старейшину деревни и проверить, нет ли здесь Патриарха. Несмотря на обвинения птицеголового бога, он совсем не волновался, а наоборот, был слегка заинтригован.

Более того, он не смог бы сбежать, даже если захотел бы.

Внезапно воздух задрожал от рёва Син Аня:

— Божественный Врач Цинь, что ты со мной сделал?

Цинь Му обернулся, осматриваясь. Мужчина был сильнейшим практиком мира, но сейчас от его мощи не осталось и следа. С его тела свисало огромное количество всевозможных конечностей, а многочисленные головы, усеивавшие его, были как мужскими, так и женскими, как молодыми, так и старыми.

Ни одна из них на самом деле не принадлежала Син Аню.

Оказавшись в Царстве Живых Мертвецов, сознание частей тела проснулось, их отсутствующие конечности отросли, украденные органы вернулись под контроль владельцев. В сравнении с ними, сознание Син Аня стало не сильнее чем любое из тех, что сейчас находились в его теле.

Он больше не мог управлять столь странным телом с таким огромным количеством частей.

— Что ты с нами сделал, Син Ань? — в унисон спросили двадцать-тридцать голов, их конечности начали сражаться друг с другом, напоминая круглый шар, катящийся туда-сюда.

— Син Ань, я ничего с тобой не сделал, это ты с ними так поступил. Ты украл части их тел, создавая нынешнего себя. В мире живых мертвецов, живые стают мёртвыми, а мёртвые оживают. Взгляни на цилиня, и ты поймёшь о чём я…

Бедолага совершенно не мог двигаться, все его конечности находились под контролем других людей. Он своровал слишком много, и в результате единственной частью, по-настоящему принадлежащей ему, были лишь три души.

Даже исконный дух был украден у другого!

Птицеголовый бог наклонился, рассматривая его:

— Син Ань, Король Яма хотел бы также увидеть и тебя. У тебя есть исконный дух, которым он интересуется. Идём со мной.

Огромная котлета, в которую превратился Син Ань, взревела и со всех сил попыталась сбежать из этого мира. Впрочем, её части не слушались, начиная медленно ползти в сторону Фэнду.

— Отпусти меня! — в его голосе слышалась нотка страха. Во второй раз в жизни, у него возникло это чувство.

Впервые он ощутил страх открыв своё божественное сокровище Жизни и Смерти. Там он обнаружил, что его жизни придёт конец, мир Юду под божественным сокровищем поглотит его исконный дух и навеки запрёт во тьме!

Это был великий ужас, исход которого он не мог принять.

Открыв Божественное Сокровище Божественного Моста, он осознал, что мост разрушен и, несмотря на все свои знания, ему было не под силу его починить.

Поэтому он пошёл к бессмертию другим путём.

Он отбирал части тел других.

Поскольку сам он не мог стать богом, а его физическое тело старело, мужчина был вынужден заменять состарившиеся части своего тела на те, которые он отбирал у других.

Будучи высокомерным, он решил стать совершено новым видом бога, и его взгляд падал лишь на первоклассных экспертов, которые смогли развить часть своего тела до божественного уровня.

Несмотря на то, что он не ставил цели убить своего “донора”, все они умирали после встречи с ним.

Но теперь они ожили, а он, наоборот, умер. Эти люди разрывали на части тело истинного бога, над которым он так долго работал.

Он снова ощутил ужас, страх за свою жизнь!

Птицеголовый бог сновал ногой, пытаясь устроиться поудобнее. Наконец усевшись на горной вершине, он задрал голову:

— Син Ань, нам известно и о твоих деяниях, впрочем, сейчас Король Яма интересуется не ими, а выжившим из Райских Небес, которого ты спрятал внутри своего тела.

— Хе-хе-хе… — из тела Син Аня раздался зловещий голос. — Какой ещё Король Яма? Он не более чем пережиток старой эпохи. Вы меня ищете, верно?

— Шаманский Бог Куй! — был ошеломлён Цинь Му. Прямо перед ним из изуродованного тела Син Аня поднимался исконный дух Шаманского Бога Куя, превращаясь в огромного, яростного гиганта высотой в три тысячи метров. Его размер был даже больше, чем у гор вокруг, а глаза напоминали жерла вулканов, плюющихся огнём, но всё вокруг них было окутано непроглядной тьмой.

Опустив взгляд вниз на стоящего на горе птицеголового бога и ухмыльнувшись, он проговорил:

— Ты тоже выживший из старых времён. Я уже встречал тебя, ночной скиталец Императора-Основателя. Ты был совой, охраняющей души заключённых во времена Эпохи Императора-Основателя, богом, способным спокойно путешествовать между Юду и реальностью. А зовут тебя Чи Сю! Чи Сю, прими дань моего уважения!

Шаманский Бог Куй поклонился, но птицеголовый бог продолжал неподвижно стоять на горной вершине. Удивившись, он поклонился снова, но бог на вершине лишь задрал ногу, почесав край своего клюва.

Сердце Шаманского Бога дрогнуло, и он быстро развернулся, начав неистово убегать из Царства Живых Мертвецов.

Он ещё не умер, ведь его физическое тело было подавлено на горе Ян Великих Руин, не будучи способным воссоединиться с исконным духом. Впрочем, без тела он мог развивать неистовую скорость, с которой не могли сравниться ни одни божественные ноги.

Исконный дух бога в мгновение ока пересёк море тумана, оказавшись у границ Фэнду. Но в этот миг птицеголовый бог Чи Сю взмахнул крыльями, отправляя поток ветра в лицо Цинь Му и остальных.

Подняв голову, юноша увидел перед собой огромную птицу с человеческим лицом и крыльями неизмеримого размаха, которые, казалось, могли закрыть собой солнце. Своими острыми когтями огромное существо мгновенно схватило Шаманского Бога Куя!

В следующий миг птицеголовый бог взмахнул крыльями и прилетел обратно. Прижав Шаманского Бога Куя к земле, он начал поправлять перья, спокойно сидя на горной вершине.

Цинь Му вздрогнул, грохоча своими костями.

От такой скорости не то, что он, даже одноногий не сможет сбежать!

Облик птицеголового бога Чи Сю был очень странным. Бросившись вдогонку, его физическое тело приняло форму исконного духа, отчего обрело такую невероятную скорость, даже превысившую скорость исконного духа Шаманского Бога Куя.

По дороге назад он вернулся в свою физическую оболочку. Подобная техника, позволяющая превращаться из материальной формы в нематериальную, была невероятно странной.

«Неудивительно, что Шаманский Бог Куй сказал, что птицеголовый может свободно путешествовать между Юду и реальностью. Похоже его слова — правда», — подумал Цинь Му.

Шаманский Бог Куй со всех сил пытался вырваться на свободу, но несмотря на все свои усилия оставался обездвиженным.

Несмотря на всю жестокость и силу злобного бога, сейчас он был полностью беспомощным.

— Чи Сю, моя жизнь принадлежит небесам, а не Королю Яме! — осознав, что шансов освободиться у него нет, он успокоился и ухмыльнулся. — Что с того, что ты смог меня одолеть?

Птицеголовый бог взмахнул крыльями, связывая Син Аня изготовленной из белых костей цепью, слегка напоминающей позвонки. Трудно было сказать сколько тел пришлось разобрать для её создания.

Белая костяная цепь обмотала бедолагу, прежде чем связать руки Цинь Му, который тут же озадачился:

— Я ведь не могу сбежать, зачем брат Чи Сю так волнуется?

— Молчи, я ненавижу запах живых людей, — сказав, как отрезав, птицеголовый бог сдвинулся с места, между тем костяная цепь мгновенно натянулась, таща Цинь Му вместе с Шаманским Богом Куем к Королю Яме.

— У меня ещё остался сундук и цилинь! — немедленно прокричал юноша.

— С тобой и вправду много проблем, — Чи Сю развязал цепь и проговорил. — Разбуди своего цилиня и поторопись. И не пытайся сбежать, это тебе не удастся!

Цинь Му пнул цилиня, но тот так и не пришёл в себя. Тем временем птицеголовый вынул из своего крыла перо и нежно провёл им по лбу зверя. Почувствовав неладное, жирдяй тут же проснулся, начиная дрожать от страха.

— Толстяк, не бойся, — утешил его Цинь Му. — Вероятно, Патриарх тоже здесь. Теперь, когда мы в Фэнду, у нас появился шанс с ним встретиться.

Почувствовав помутнение разума, зверь заикаясь спросил:

— Разве ты не говорил, что он стал богом?

Юноша замолчал на некоторое время, прежде чем улыбнуться:

— Патриарх стал богом Фэнду.

Зверь замолчал и поднял лапу, чтобы утереть слёзы, однако, так как теперь у него не было плоти, слёзы так и не появились.

— Я так и знал, что ты тогда мне солгал… — цилинь опустил морду.

Размышляя, Цинь Му ответил:

— Послушай, в этом мире мы с тобой мертвы, а Патриарх продолжает счастливо жить. В нашем мире всё наоборот, мы живы, а Патриарх мёртв. Возможно, жизнь и смерть совсем не такие, как ты считал, и после смерти мы попросту начинаем другую жизнь. Не стоит так грустить.

Подняв голову, цилинь серьёзно ответил:

— Хорошо, но с сегодняшнего момента тебе запрещено меня обманывать.

Цинь Му уверенно кивнул:

— Мне было страшно, что ты слишком тяжело воспримешь новость.

— Я не маленький ребёнок, и могу справиться, — спокойно проговорил зверь. — Я очень рад, что он, по крайней мере, продолжает жить в этом мире… Владыка, твой копчик мне жмёт.

Цинь Му встал, забираясь на голову цилиня. Между тем они прошли сквозь врата ада и двинулись в сторону города Фэнду.

Следом за ними шёл сундук, качаясь из стороны в сторону. Он спотыкался на каждом шагу, будто был пьян.

Цинь Му обернулся и, увидев его, озадачился. Затем он вдруг вспомнил: «Вот беда, внутри сундука ведь полно рук и ног!» — как только он об этом подумал, огромный сундук Син Аня больше не мог держать себя в руках и раскрылся, выблёвывая всё, что было у него внутри.

Наружу вылетели странные на вид люди, а также горстка радостных скелетов:

— Мы в Фэнду!

Не успев долететь до земли, скелеты обросли плотью, превращаясь в голых мужчин и женщин. Будучи вне себя от радости, они понеслись в сторону Фэнду!

Между тем остальные люди, выплюнутые из сундука, были покалечены. У некоторых из них отсутствовали руки или ноги, а у других вместо сердца в груди зияла огромная дыра. Также были те, кому недоставало ребра, душ, или даже божественных сокровищ, что выглядело довольно странно.

Все они растерянно оглядывались. Это были конечности, украденные Син Анем.

Сундук немедленно бросился вдогонку за беглецами, собираясь вновь поймать обратно.

Цинь Му в спешке подозвал его к себе и объяснил:

— Эти люди вернулись к жизни, так что не стоит больше их проглатывать. Я дам тебе несколько сокровищ, будешь носить их…

Бам! Бам! Бам!..

Внезапно внутри сундука раздался оглушительный грохот, и он начал неконтролируемо увеличиваться в размерах. Спустя мгновение он превратился в настоящего гиганта.

Цинь Му открыл рот в изумлении, а его челюсть чуть не упала на землю, вынуждая парня закрыть её рукой.

Нижняя челюсть цилиня также чуть не коснулась земли, зверь не мог поверить в происходящее.

Их монстр-сундук превратился в огромного таотэ!

Глава 498. Зал Короля Циня

Потрясённые Цинь Му и цилинь молча подняли головы, чтобы посмотреть на чудище, которое находилось рядом с ними.

Стоявший неподалёку таотэ выглядел как горный козёл. Две его передние конечности были несравнимо крепкими, а задние толстыми и короткими, между тем волосы по всему его телу имели бронзовые круговые узоры.

Также у чудища было человеческое лицо, чьи черты были чрезвычайно странными, в то время как его глаза располагались подмышками, в том месте, где передние конечности соединялись с грудью, а его квадратная и широкая пасть была заполнена тигриными зубами. Козьи рога торчали, как шипы, и выглядели достаточно свирепо!

Сундук Син Аня был сделан из кожи таотэ, используемой в качестве облицовочного материала, и костей, которые выступали в качестве основы.

Не стоит забывать, что у Цинь Му было два мешочка таотэ, и количество кожи, использовавшееся для изготовления одного, составляло около тридцати сантиметров в длину и ширину. Однако, чтобы отделать огромный сундук целиком, требовалась вся кожа с таотэ, ни сантиметром меньше.

Если добавить кости таотэ, которые использовались для поддержки пространства внутри, можно сказать, что сундук вышел несравнимо роскошным!

Нужно понимать, что мешочек таотэ Цинь Му не преобразовался из-за того, что его внутреннее пространство ни разу не соприкоснулось с внешним миром, чего не скажешь о таковом у превратившегося в таотэ сундука.

Несмотря на то, что внутреннее пространство сундука было по факту отдельным миром, в момент выплёвывания из своего “живота” людей, ему нужно было открыться, что он и сделал, в результате чего его мир соединился с Фэнду, и на него также повлияло Царство Живых Мертвецов.

Цинь Му перестал пялиться и поспешно схватил мешочки таотэ на поясе, думая про себя: «Мои мешочки должны храниться должным образом, мне нельзя открывать их… иначе они превратятся в настоящих таотэ…»

Это будет совсем не весело, когда два мешочка, которые привязаны к его талии, превратятся в настоящих таотэ размером с горы. Неважно, прижмут они или же потянут, его ждёт неминуемая гибель.

Преобразовавшийся таотэ из сундука поднял когти, удивляясь своему изменению, но он не стал особо много думать об этом, без промедлений ринувшись в погоню за людьми, которые бежали к Фэнду. Догнав их, он восторженно открыл пасть, пытаясь проглотить всех до единого.

Несмотря на то, что он был подвержен влиянию Царства Живых Мертвецов и обрёл плоть и кровь, его разум остался прежним. В конце концов он был лишь сундуком, что пробудил Цинь Му.

Мёртвые, которых он преследовал, были напуганы до такой степени, что разбегались кто-куда.

Таотэ был одним из самых известных злых существ и ел всё, что попадалось ему на глаза. Он был не очень-то брезглив, поэтому совершенно неудивительно, что бедолаги в страхе разбегались во все стороны.

Задумавшись на мгновение, Цинь Му призвал существо. Сундук-таотэ побежал назад, неохотно посматривая на беглецов, но увидев цилиня, он подпрыгнул от радости и открыл свою зловещую пасть.

Волосы цилиня встали дыбом, и он широко раскрыл глаза, выпалив:

— Ты не можешь съесть меня! Я отношусь к тебе как к своему брату, а ты хочешь мной перекусить? Где справедливость?

— Не волнуйся, он не будет есть тебя, — Цинь Му попытался успокоить его, — он просто любит собирать кости, руки и ноги… Выплюнь меня, быстро выплюнь! Проклятый, глупый сундук! Быстро выплюнь меня…

Спустя некоторое время они наконец добрались к первому божественному городу в Фэнду. В этом месте Цинь Му увидел много странных, непонятных людей, например, у некоторых из них не было голов, у других были огромные дыры в груди, а у кого-то отсутствовали руки или ноги. Однако были и сильные практики, которые умирали в силу своего возраста, поэтому их руки, ноги и прочее были целы.

В первом божественном городе было много людей, а в воздухе витали странные формы жизни, больше похожие на духов, нежели на мертвецов.

— Это блуждающие души сильных практиков. Их неполноценные души задерживаются здесь, но даже в Фэнду у них нет своих собственных физических тел, — сказал птицеголовый бог по имени Чи Сю. — Не смотри на них, будь осторожен, если не хочешь стать одержимым.

Цинь Му поспешно отвёл взгляд. Однако его любопытство не давало ему покоя, поэтому вместо того, чтобы смотреть на блуждающие вокруг неполноценные души, он осматривал других людей. И вскоре он обнаружил нечто странное — помимо душ в небе также парили исконные духи, достаточно много исконных духов, причём чрезвычайно сильных. Однако, формы их исконных духов отличались от человеческого тела. Они обычно имели форму священных существ.

Наиболее распространёнными формами исконных духов были четыре великих духовных тела: Бог Красной Птицы, Бог Чёрной Черепахи, Бог Зелёного Дракона и Бог Белого Тигра.

Также там было ещё не мало исконных духов с фантастическими, неописуемыми внешними странностями. Например, можно было увидеть демноликих богов с зелёными лицами и клыками, быкоголовых богов с рогами и огнём, который обвивался вокруг их тел, богов с человеческими головами и телами змей, богов с тремя головами и шестью руками, собственно, как и множество других богов всевозможных форм и размеров.

«Эти люди не являются неполноценными душами… их исконные духи полноценны. Откуда они взялись? Поскольку у них есть исконные духи, а не физические тела, не означает ли это, что их физические тела до сих пор живы?» — Цинь Му внезапно понял кое-что важное…

Физические тела этих исконных духов были ещё живы!

Он уставился с широко распахнутыми глазами…

В городе было множество исконных духов разнообразных форм. За время прошедшее с того момента, как он вошёл в город, он уже увидел более двухсот из них, разве это не означает, что ещё живы более двухсот богов?

Где же они прячутся в его мире?

Но ведь более двухсот исконных духов он увидел только когда вошёл в город, не значит ли это, что на самом деле их намного-намного больше?

Кроме того, этот город был всего лишь городом одного из богов Фэнду. Судя по тому, где ему довелось побывать в прошлый раз, в Фэнду должно быть довольно много других городов. В последний раз, когда он видел это место, казалось, там было девять-десять разных городов, и каждый из них был очень большим!

В таком случае, сколько ещё живых богов в мире?

«Почему эти боги покинули свои физические тела и вошли в Фэнду? Где их физические тела?.. Минутку!» — разум Цинь Му трепетал, а в его ушах появился звон от ворвавшейся в мозг крови и Ци.

В его мире было много богов, но теперь они стали каменными статуями, которые защищают людей в Великих Руинах!

А не означает ли это, что они могут возродиться в любое время и стать богами?

Это предположение было поистине шокируемым!

Всевозможные странные происшествия в Великих Руинах беспокоили Цинь Му в течение долгого времени, но, если его предположение верно, это объясняло часть из них.

Например, инцидент в Храме Небесного Короля, в котором каменная статуя небесного короля посреди ночи оседлала цилиня, улетев, чтобы убить короля драконов!

Также не стоит забывать об инциденте с возрождением статуй белых летучих мышей!

И напоследок, когда он и старейшина деревни бродили ночью по Великим Руинам, они увидели битву между богами и дьяволами!

Конечно, было ещё много других необъяснимых вещей.

В первом случае небесный король отправился убивать восставшего короля драконов по приказу Императора-Основателя, но откуда взялся этот приказ?

В инциденте со статуями бога белых летучих мышей, почему в глубинах долины Призраков был окаменевший бог, который выглядел как Тело Тирана? Почему там был проход к Юду?

Во время битвы между богами и дьяволами, кто сражался с богами Великих Руин?

Кроме того, исконные духи богов Фэнду не объясняли видения пяти миров, пересекающихся у истока реки Вздымающейся, а также не объясняли, как Цинь Му удалось вернуться в древние времена.

«Странные места в Великих Руинах похожи на море тумана. Если развеять туман, то со временем он сгущается обратно, из-за чего трудно разглядеть реальность», — подумал юноша.

Между тем они вышли к очень широкой реке, протекающей в городе, оба берега которой соединял летающий мост.

Цинь Му подошёл к перилам, чтобы посмотреть вниз, но вместо воды увидел только плотный туман. Время от времени он видел склизкие тела, скользящие внутри него.

— Это место связано с морем тумана? — спросил юноша.

— Нет. На другом конце этого тумана находится Юду. А то что ты в нём увидел — формы жизни Юду, — ответил птицеголовый бог Чи Сю.

— Формы жизни Юду? — мысли Цинь Му перемешались в кашу. — Фэнду и Юду связаны? Разве Юду не нападал на это место?

Бог Чи Сю не стал объяснять. Он повёл их через Мост Беспомощности к священному залу также известному по названием — Зал Короля Циня.

Когда Цинь Му увидел три слова на горизонтально начертанной доске, он удивлённо раскрыл глаза.

«Почему этот священный зал называется Залом Короля Циня? Фамилия мастера зала Цинь?» — он был озадачен, а бог с птичьей головой продолжал вести их вглубь ярко освещённого зала. Но свет давал ощущение пустоты, как будто это был вовсе и не свет, к тому же он был немного туманным.

По обоим сторонам зала стояли внушающие благоговение величественные скульптуры богов-призраков. Они были высокими и имели странную внешность, ведь их части тела отличались от таковых у обычных людей. С кушаками, обмотанными вокруг их талии, они держали в руках оружия всех типов, такие как ножи, копья, мечи, алебарды, щиты, жетоны и даже огромных змей.

Цинь Му остановился перед одной скульптурой, желая осмотреть её, чтобы изучить рунические знаки, покрывающие всё её тело, как вдруг её глаза крутанулись и с любопытством посмотрели на него.

Он испуганно отскочил назад, заметив что глаза скульптуры бога-призрака снова смотрели вперёд, отчего у него возникло ощущение, что та хотела одурачить его, внушая ему, что он что-то видел.

«Это не скульптуры, а настоящие боги-призраки!» — Цинь Му мгновенно стал подобающе себя вести и пошёл следом за Чи Сю.

Дойдя до главного зала, он увидел неподвижного и прямо сидящего бога в чёрном плаще, который очень серьёзно вчитывался в мемориалы.

Бог Чи Сю поклонился и сказал:

— Король Яма, каторжники Цинь Му, Син Ань и Шаманский Бог Куй были захвачены в плен. Ждем Ваших указаний!

Бог в чёрном одеянии взял кисточку киновари в руку и поднял голову. Его лицо было скрыто под чёрным плащом, раскрывающей лишь два тусклых огонька.

— Предначертанная жизнь Син Аня ещё не закончилась, и он не находится под правомочием моего Фэнду, так что отпусти его.

Бог Чи Сю был слегка ошеломлён, но он все же последовал приказу и отпустил Син Аня.

— Син Ань, несмотря на то, что ты сделал много зла, Фэнду не имеет дело с людьми, которым ещё предстоит умереть, — сказал Король Яма. — Ты можешь уйти.

Удивившись, Син Ань очень обрадовался и с ухмылкой на лице проговорил:

— А Фэнду разумное место. Так тому и быть, можете не провожать!

Он развернулся, пытаясь уйти, но остальные двадцать-тридцать тел на нём не очень-то хотели идти с ним, из-за чего он стоял на месте, как вкопанный!

Син Ань был озадачен и зол, между тем тела боролись, кричали и ругались, желая отплатить ему сполна!

— В Зале Короля Циня не потерпят такой шум! — голос Короля Ямы стал неприятным. — Вышвырнуть его!

Внезапно две “скульптуры” богов-призраков, держа в руках вилы, сдвинулись с места и закололи Син Аня, после чего вышвырнули его из зала.

— Разве ты не сказал, что я свободен? Почему ты держишь меня в Фэнду? — сердито выпалил Син Ань.

Бог Чи Сю усмехнулся:

— Как ты можешь винить других, если сам не можешь уйти? Невежа.

Король Яма посмотрел на Шаманского Бога Куя, который, совсем не показывая страха, усмехнулся и сказал:

— Моя предначертанная жизнь ещё не закончилась. Старик Цинь, разве ты не должен меня отпустить?

«Старик Цинь? — сердце Цинь Му неистово заколотилось. — Фамилия Короля Ямы тоже Цинь? Кто он такой?»

Король Яма равнодушно огляделся:

— Для Фэнду не составит труда отнять чью-то жизнь. Ты сотворил слишком много зла, и сюда попало много людей, которые умерли от твоих рук. Их души рассеялись от твоего смертельного поклона дани уважения. Никто не будет сожалеть, если ты умрёшь.

Шаманский Бог Куй повёл себя бесстрашно, съязвив:

— И что же ты собрался делать со мной? Твой Фэнду просто территория, захваченная Юду. Фэнду — это место, где собираются выжившие подражатели, тщетно пытающиеся свергнуть небеса! Пути, навыки и божественные искусства Юду, которыми ты управляешь, всего лишь игрушки, на которые не стоит даже обращать внимания. Твоим божественным искусствам ещё шагать и шагать до таковых у Юду. Я получил феод и титул с небес, так что я не под правомочием Юду. Я могу умереть в чьих угодно руках, но я не буду ранен путями и навыками Юду! Ты не можешь меня убить!

Король Яма оставался невозмутимым, его голос был спокоен:

— Причина, по которой мы пленили тебя вместо того, чтобы убить, заключается в том, чтобы понять нашего противника через тебя. Принести Зеркало Трёх Жизней и исследуйте его пути, навыки и божественные искусства, а также его жизненный опыт. Познай себя, познай врага своего!

Король призраков в Зале Короля Циня спустился с магического алтаря и подошёл к Шаманскому Богу Кую. У него была зелёная кожа и два жалких маленьких крыла, а также рога на голове и клыки, из-за которых рот казался ненормально большим.

Он внезапно открылся и расширился так сильно, что стал больше, чем его собственное тело. Глядя на такой рот волосы вставали дыбом!

Его рот был подобен двери, в которой свет собирался принять форму огромного зеркала, сияя на Шаманского Бога Куя.

Исконный дух взвизгнул и внезапно превратился в пучок зелёного дыма, поглощённого зеркалом.

Вид внутри зеркала начал меняться. В нём отображалась жизнь Шаманского Бога Куя, но в обратном направлении, начиная с того момента, как бог Чи Сю захватил его.

Время непрерывно текло назад.

Всевозможные происшествия были показаны в зеркале в течение мимолетного момента. Например, Син Ань покоряющий Шаманского Бога Куя, его интриги с Гроссмейстером, как он использует Книгу Жизни и Смерти, чтобы сделать смертельный поклон дани уважения миллиардам людей, убийства вражеских генералов, вплоть до битвы Императора-Основателя Райских Небес…

Время в зеркале текло назад в древние времена…

Весь его жизненный опыт был как на ладони!

Голова Цинь Му начала болеть. Если разобраться, то с помощью Зеркала Трёх Жизней можно разгадать любую тайну.

Глава 499. Мастер Пыток Сердца Цинь Му

В Зеркале Трёх Жизней время продолжало течь в обратном направлении, возвращаясь во всё более древние времена. Наконец перед глазами зрителей появился совершенно другой мир. Шаманский Бог Куй и бесчисленные боги и дьяволы получили приказ спуститься к нижней границе, совершая крестовой поход против Райских Небес Императора-Основателя!

Увидев это, даже Король Яма взволнованно поднялся, чтобы получше разглядеть картину в зеркале. Он желал узнать кто именно отдал приказ разрушить Райские Небеса Императора-Основателя!

Воспоминания Шаманского Бога Куя показывались от его лица, изображая то же, что видели его глаза. Его поле зрения было шире, чем у обычного человека и отображало обширный пейзаж Истинных Райских Небес. Здесь, стоя перед своими армиями, бесчисленные боги давали клятву, готовясь стереть противника с лица земли!

Подобное зрелище пробуждало в сердцах боевой дух, но в то же время наполняло их страхом!

В конце концов даже создание вроде Шаманского Бога Куя оказалось всего лишь незначительным солдатом среди бесчисленных богов и дьяволов Истинных Райских Небес!

Взгляд в зеркале постепенно поднимался, смотря на истинных богов наверху. Гигантские тела ужасающих существ не знали себе конца, напоминая разбросанные вокруг звёзды.

Шаманский Бог Куй посмотрел на лидера, так называемого Небесного Императора Райских Небес.

Король Яма с трудом подавлял своё волнение, когда взгляд Шаманского Бога Куя сосредоточился на невообразимо величественном лице. Но внезапно изображение в зеркале исказилось!

Картина перед глазами Шаманского Бога Куя внезапно опустела, будто её стёрла несравнимо мощная сила!

Ошеломлённый, Король Яма приложил руку к зеркалу:

— Секреты Источника Света!

Картина в зеркале стабилизировалась, но в следующий миг на ней появился огромный глаз. Казалось, что тот мог проглотить любое количество света, непрерывно стирая воспоминания Шаманского Короля Куя

Король Яма громко прокричал, взмахивая своим плащем темноты, из-под которого мгновенно вылетел свет меча, врезаясь в зеркало.

Внутри Зеркала Трёх Жизней время продолжало течь в обратном направлении, показывая ранние воспоминания Шаманского Бога Куя. К этому моменту все его воспоминания об Истинных Райских Небесах стёрлись, будто их никогда и не было!

Король Яма спрятал меч, и его свет исчез внутри плаща.

— Пугающе сильный. Он ощутил, как мы пытаемся взглянуть на него через воспоминания Шаманского Бога Куя, поэтому решил стереть всё, что тот мог помнить о нём, — мощным, звучным голосом проговорил Король Яма. — Чтобы ощутить, как Шаманский Бог Куй вспоминает о нём, и передать свою силу сквозь пространство и время, он должен быть невероятно сильным!

Бесчисленные призрачные боги в Зале Короля Циня вздрогнули от страха. Существо, способное ощущать как о нём вспоминают, и стирать воспоминания на расстоянии?

Подобные божественные искусства казались просто невообразимыми!

Цинь Му также был удивлён. Зеркало Трёх Жизней могло показать всю жизнь человека, что уже было невообразимо сложной задачей. Но кто-то сумел обнаружить, что за ним подглядывают подобным образом, и стереть воспоминания человека, чью жизнь пересматривают. Подобное искусство поражало воображение!

«Если они пытались заглянуть на Истинные Райские Небеса, то, может быть, это Небесный Император стёр воспоминания Шаманского Бога Куя?» — предположил Цинь Му.

Остатки воспоминаний Шаманского Боа Куя появились в Зеркале Трёх Жизней, в них тот возвращался из Юду, где изучал всевозможные божественные искусства и заклятия. Бесчисленные призрачные короли пристально наблюдали за происходящим, записывая все увиденные богом искусства и пути с помощью кисти и чернил.

Истинные Райские Небеса в воспоминаниях Шаманского Бога Куя отправили нескольких талантливых практиков божественных искусств для обучения в Юду. В результате все они обрели довольно выдающиеся способности.

Это показывало тесную связь между Истинными Райскими Небесами и Юду.

Сердце Цинь Му дрогнуло, ведь он также захотел изучить пути, навыки и божественные искусства Юду.

Все они казались очень необычными. До сих пор ему повезло изучить лишь неполную версию Проводника Душ Секты Девяти Призраков. Несмотря на это, техника всё равно оказалась очень сильной и позволила ему вернуть души целителя, бабушки Сы и остальных.

Когда Шаманский Бог Куй отдавал дань своего уважения противнику, он также полагался на божественные искусства и пути Юду.

Если Цинь Му сможет их изучить, разве у него не появится новый, сильный способ ведения боя?

Впрочем, многочисленные призрачные короли окружили Зеркало Трёх Жизней, будто непроницаемая стена. Находясь в плену, у юноши не было шансов протиснутся.

Внезапно Король Яма повернулся к нему, его взгляд замерцал под чёрным плащом.

Удивившись, Цинь Му решил проверить, насколько скверное его положение:

— Король Яма, моя предначертанная жизнь ещё не закончилась!

— Твой проступок слишком велик, так что не думай, что тебе удастся уйти. Ты использовал заклятие Юду и увёл несколько моих людей, нарушая законы Фэнду. Твоё зло намного хуже, чем Син Аня, и ты всё ещё надеешься остаться ненаказанным? Король Яма, что с ним делать? — спросил бог Чи Сю.

— За нарушение законов Фэнду даже принц будет наказан как обычный человек, так что он определённо понесёт ответственность. Мне понадобится кое-какое время, чтобы разгадать божественные искусства, пути и навыки из воспоминаний Шаманского Бога Куя, после этого я займусь им лично.

Бог Чи Сю удивился. Король Яма собрался наказать его лично?

Следовало отметить, что даже Син Ань и Шаманский Король Куй не удостоились такой чести!

Несмотря на то, что достижения Цинь Му казались огромными, здесь они ничего не значили. Правила Фэнду отличались от Юду, но они не вмешивались в дела живых.

Для живых не было разницы между Фэнду и Юду, они оба были частями мира мёртвых. Если последний вторгался в дела живых, это имело бы непредсказуемые последствия.

Это был здравый смысл.

Фэнду не вмешивался в мир живых, так же, как и Юду.

Это было главной причиной, по которой Шаманский Король Куй утверждал, что ему здесь ничего не могут сделать. Король Яма не смел наказать исконный дух человека, чья предназначенная жизнь ещё не закончилась.

Более того, Цинь Му всё-таки был Императором Людей, поэтому бог Чи Сю думал, что Король Яма не решится идти против всех его предшественников, и просто слегка взбучит его, сводя весь инцидент к небольшому выговору.

Но, судя по всему, он определённо был настроен обезглавить Цинь Му, сделав его наказание предупреждением для других.

— Следуй за мной, — бог Чи Сю вывел Цинь Му наружу. Когда они покинули зал, он тихо проговорил. — Когда придёт Король Яма, просто извинись. Не переживай, с тобой ничего не случится, за тобой тут присматривают.

Расслабившись, Цинь Му подумал: «У старейшины деревни здесь и вправду огромный авторитет. Он ведь умер не слишком давно, интересно, он успел превратиться в призрачного героя?»

Находящийся за пределами зала Син Ань до сих пор напоминал огромный шар из голов и других частей тела. Они извивались, ссорясь и сражаясь друг с другом. Мужчина испытывал неописуемые муки, причиняемые его бесчисленными конечностями.

Неожиданно Син Ань увидел, как Цинь Му вывели из Зала Короля Циня, и усмехнулся, проговорив:

— Божественный врач Цинь, кажется, твой проступок хуже даже моих преступлений. Меня уже отпустили, а ты до сих пор находишься под надсмотром. Ты совершил слишком много зла и определённо заслужил такой исход!

Остановившись, Цинь Му спросил:

— Син Ань, сколько лет тебе предназначено?

Слегка удивившись такому вопросу, Син Ань ответил:

— Я истинный бог, моя жизнь бесконечна! О какой предназначенной длительности жизни ты говоришь?

Цинь Му покачал головой:

— Я спрашиваю сколько предназначенных лет осталось в твоём настоящем теле. В Фэнду обращают внимание именно на него. Как только он истечёт, тебя сочтут мёртвым.

Сердце Син Аня резко вздрогнуло.

Бог Чи Сю взмахнул крыльями, спокойно говоря:

— Кроме предназначенных лет, есть ещё возраст смерти. Первый принадлежит твоему физическому телу, в то время как второй — душе. Когда твоё тело умрёт, ты можешь остаться здесь навсегда.

Син Ань был в ужасе, начав изо всех сил пытаться покинуть Фэнду, но разве люди, погибшие от его рук, позволят ему просто так уйти?

Он не мог сдвинуться ни на шаг, мёртвые постепенно тянули его в сторону города.

— Король Яма, ты не держишь своего слова! — сердито проговорил Син Ань. — Ты хочешь задержать меня здесь и заточить мою душу!

— Он отпустил тебя, дело лишь в том, что ты не можешь уйти, — покачал головой Цинь Му. — Старший брат Син Ань, разве ты не понял значения слов Короля Ямы? Если ты хочешь уйти из Фэнду, то должен оставить здесь части чужих тел. Лишь используя своё собственное тело ты сможешь освободиться. В противном случае, ты умрёшь здесь от старости!

Сердце бедолаги вздрогнуло с новой силой.

Отказываясь от божественных частей чужих тел, он, по сути, отказывался от того, над чем работал всю жизнь. Это сводило все его идеалы и попытки сделать своё физическое тело и исконный дух сильными, как у истинного бога, бессмысленными!

— Ты готов умереть от старости, или хочешь рискнуть, чтобы выжить? — спросил Цинь Му. — С тех пор как ты осознал, что у тебя нет шансов стать истинным богом, у тебя пропал боевой дух, верно? После этого ты перестал быть святым, появляющимся раз в пятьсот лет, а просто жалким жуком, надеющимся улучшить себя, отбирая части тел других. Ты забыл, что после смерти всё это окажется бесполезным. По приходу сюда вся твоя работа превратится в иллюзию. Они не несут в себе никакой ценности, а являются лишь обузой. То, что не принадлежит тебе, никогда не станет твоим!

Сердце Дао Син Аня дрогнуло. Даже когда Владыка Культа Ли Тяньсин атаковал его своим сердцем Дао, он вовсе не пострадал. Но теперь всего лишь несколько слов от Цинь Му смогли обнаружить недостаток в его сердце!

В конце концов то, что он считал своей собственностью, оказалось чужим. Это стало для него ужасным ударом!

— Я уже проложил для тебя путь к становлению богом, — Цинь Му стоял напротив в виде скелета, но даже несмотря на такой внешний, в нём было что-то, из-за чего Син Ань не мог оторвать от него глаз. Между тем Цинь Му равнодушно продолжал. — Если ты откажешься от частей тела, которые не принадлежат тебе, и вернёшься в своё собственное тело, то всё ещё сможешь стать богом и идти по своему пути. Сундук, внутри тебя ещё остались части тел, не успевшие превратиться в человека?

Таотэ неподалёку крепко закрыл рот, но цилинь набросился на него, с огромными усилиями открывая рот. Протянув голову, чтобы заглянуть в желудок зверя, он проговорил:

— Владыка, внутри действительно есть несколько частей тел!

—  В мире Фэнду в людей превратились все части тел, кроме твоих, не так ли? Они ведь ещё не умерли, — проговорил Цинь Му — Сундук, выплюнь их. Пусть он уходит отсюда в своём собственном теле.

Но разве таотэ мог послушаться?

Из желудка зверя раздался приглушённый голос цилиня:

— Владыка, он снова меня сожрал!

Цинь Му впал в ярость, начиная пинать и бить таотэ:

— Выплюнь его, выплюнь его сейчас же!

Таотэ не реагировал, лишь спустя некоторое время неохотно выплюнув дракономордого вместе с оставшимися частями тел.

Цилинь немедленно спрятался за спиной Цинь Му, в ужасе поглядывая на “гигантский сундук”.

Цинь Му бросил части тел Син Аня, равнодушно проговорив:

— Отпусти их, вернись в своё тело, и ты будешь жить. В противном случае ты умрёшь. Жирдяй, сундук, идём, пусть думает.

Син Ань молчал. Десятки конечностей непрерывно избивали его, пытаясь разорвать его на части и убить, но он всё ещё не был готов принять решение.

Отказаться от работы всей жизни и признать, что она была ошибкой, было слишком сложно.

Впрочем, он знал, что вместо того, чтобы разрывать тело человека на части, можно просто пытать его сердце. Несмотря на то, что совершенствование юноши было ниже, чем у него, тот смог победить его сердец Дао. Он был полностью повержен и не мог сопротивляться!

— Владыка, Син Ань откажется от божественных частей тела? — обернувшись, спросил цилинь.

Качая головой, Цинь Му ответил:

— Всё зависит от его смелости. Если он вернётся в своё физическое тело, то сможет прожить ещё несколько лет. Нельзя быть уверенным, что за это время ему удастся стать богом. Но если он не вернётся, то умрёт от старости здесь. Кроме того, я не знаю…

В этот момент раздался громкий смех:

— Чи Сю, я слышал, что ты схватил моего пра-ученика?

Глава 500. Маленький Повелитель Фэнду

Цинь Му посмотрел в сторону источника звука и увидел высокого, крепко сложенного мужчину в рубахе, накинутой на плечи. Он казался немного ленивым, а рубаха на нём выглядела свободно болтающейся, что придавало ему определённую ауру.

— Император Людей Ци Кан, полагаю, — сказал бог Чи Сю. — Я следую приказу. Император Людей Цинь использовал заклятие Юду, чтобы похитить наших людей, даже Король Яма был встревожен. Сердца призраков Фэнду обеспокоены тем, что они могут быть вызваны в Юду, в итоге канув туда навеки-вечные. Из-за этого Король Яма хочет взять дело в свои руки. В этом нет моей вины.

Император Людей Ци Кан схватил рубаху, накинутую на плечи, и улыбнулся:

— Я знаю, что ты действуешь по приказу, поэтому не стану создавать тебе проблем. Не беспокойся, я приведу Императора Людей Циня, просто передай королю весточку.

— Так не пойдёт. К тому же Король Яма хочет наказать его, я не могу оставить его тебе… — покачав головой, ответил бог Чи Сю.

В этот момент раздался старческий голос:

— Чи Сю, я слышал, что пра-ученик моего ученика был захвачен тобой?

Выражение лица бога Чи Сю слегка изменилось, когда он увидел идущего мимо седовласого старца, которым оказался не кто иной, как мастер Императора Людей Ци Кана. Глядя на него, он немедленно объяснил:

— Сам Император Людей И Шань. Я не уполномочен решать вопросы касательно Императора Людей Циня, Король Яма хочет наказать его за создание беспорядков в Фэнду. Я не могу отдавать приказы. Император Людей И Шань, пожалуйста, не надо винить меня.

— Я не знал, насколько всё серьёзно, — седовласый старец был невысокого роста, а его белоснежная борода взлетала вверх с обоих сторон от смеха, похожего на звон большого колокола. — Я знаю, что ты не уполномочен решать подобные вопросы, так что я не позволю тебе решать их, а решу всё сам. Император Людей Цинь пойдёт со мной!

— Ты не можешь! — встревожившись, сказал Чи Сю. — Король Яма хочет наказать его лично. Император Людей И Шань, ты не посмеешь…

— Чи Сю, я слышала, что пра-пра-ученик моего ученика был захвачен тобой? — раздался ещё один голос.

Увидев женщину в синем платье, несущую маленькую бамбуковую корзинку, бог Чи Сю мысленно взмолился о помощи и сразу сказал:

— Император Людей Лань По. Касательно этого…

— Чи Сю, я слышал, что пра-пра-пра-ученик моего ученика был захвачен тобой?

— Чи Сю, я слышал, что пр…

— Чи Сю!..

Всё больше и больше людей окружали бога Чи Сю, который был близок к “взрыву”. Оглядываясь, он подумал про себя: «Мог ли я задеть осиное гнездо? Все эти Императоры Людей из Зала Императоров Людей как осы. Ты никогда не видишь их рядом, но как только заденешь их гнездо, они сразу вылезают!»

Он понимал, что не может провоцировать их, поэтому, видя, как подходило всё больше и больше проклятых Императоров Людей, мог лишь оправдываться:

— Послушайте, вы все авторитетные фигуры, зачем вы заставляете меня? Пожалуйста, не доставляйте мне хлопот. Даже если я оставлю Императора Людей Циня на ваше попечение, он всё равно не сможет покинуть Фэнду. Я должен передать его Королю Яме…

— Не волнуйся, не волнуйся, мы не доставим тебе хлопот! — шумно говорили они.

Цинь Му ошеломлённо огляделся и, заикаясь, проговорил:

— Б-бог Чи Сю, ты г-говорил, что есть люди, к-которые могут постоять за меня…

— Совершенно верно! — Чи Сю изо всех сил старался вырваться из толпы, сердито добавив. — Императоры Людей Зала Императоров Людей — настоящие хулиганы и задиры, они сила Фэнду, которую ни в коем случае нельзя провоцировать. Стоит только задеть осиное гнездо, и они сразу повылезают. Я вернусь за тобой позже!.. — выбравшись из толпы на последнем слове, он хлопнул крыльями и улетел.

Находясь в небольшом недоумении, Цинь Му прошёлся взглядом по Императорам Людей, каждый из которых улыбался, когда осматривал его. Среди них были мужчины и женщины, молодые и старые, высокие и низкорослые, толстые и худые, ухоженные, свирепые, смелые, сильные и даже выглядящие слабаками.

Цинь Му смотрел в сторону толпы, но нигде не видел старейшину деревни. Он тут же кашлянул и поздоровался:

— Меня зовут Цинь Му, я, молодой и перспективный ученик, а также нынешний Император Людей, хочу отдать дань уважения пра-мастеру, пра-пра-мастеру, пра-пра-пра-мастеру, пра-пра-пра-пра-мастеру…

— В таких формальностях нет необходимости! — все ринулись вперёд и плотно окружили маленького скелета, отчего его кости так сильно заскрежетали, что чуть было не развалились. Они собрались вокруг с ним в центре и с улыбками на лицах повели его в сторону города. — Это редкость, когда живой приходит навестить нас, давайте позабавимся и оживим всё вокруг!

— Ты не сжигал для нас бумажные деньги. Хорошо, что это маленькое отродье с фамилией Су после смерти попал в Фэнду, иначе мы бы подумали, что Зал Императоров Людей прекратил своё существование!

— Почему ты не подметал наши могилы? Если бы ты умер, мы бы знали, что у нас есть преемник. Мы даже оставили кое-какие сокровища для тебя в Зале Императоров Людей.

Было слишком много вопросов, поэтому Цинь Му ничего не оставалось, кроме как честно ответить:

— Я до сих пор не был в Зале Императоров Людей. Старейшина деревни не говорил, где он находится…

Император Людей Ци Кан очень рассердился:

— Чем занимался этот маленький паршивец, что даже не смог привести тебя в Зал Императоров Людей?! Негодяй… когда он вернётся, я обязательно преподам ему урок!

Император Людей И Шань яростно шлёпнул по ягодицам Ци Кана и, глядя на него, закричал, выдувая бороду вперёд:

— Как ты учишь своего ученика? Бить ученика неприемлемо! Именно из-за подобных учений, Император Людей Цинь не подметал наши могилы!

Толь-только закончив говорить, он получил подзатыльник от Императора Людей Лань По, отчего начал потирать затылок от боли. Глядя на него, женщина грозно высказалась:

— И Шань, разве я учила тебя этому? Как тебе хватает наглости говорить Ци Кану “как ты учишь своего ученика”?

— Лань По, такая жестокая девушка, говорит прямо в лицо!

— Кун Сянь, как ты смеешь бить моего пра-ученика? Тебе жить надоело?

Несколько стариков начали драться в городе, причём так яростно, что их нельзя было разнять.

Цинь Му сразу подметил во всём этом одну странность — прошлые Императоры Людей помогали своим пра-ученикам одолевать своих учеников.

Казалось, что ученики не дружили со своими мастерами.

Однако, способности прошлых Императоров Людей были действительно поразительны. Буквально каждый совершенствовался до области пути. Но что было ещё более странно, так это то, что у них у всех были свои специальности, ведь способности, которыми обладали ученики и их мастера, всегда были разными…

Император Людей Ци Кан был мастером старейшины деревни, наиболее опытного в навыках меча, а также известного как Бог Меча, а сам же обладал сильными, властными навыками кулака и мудры. Его техники мудры были ещё более ужасающими, чем навыки кулака Монастыря Великого Громового Удара.

В свою очередь, его мастером был Император Людей И Шань, искусный в божественных искусствах, мастером которого была Император Людей Лань По, владеющая в совершенстве духовным оружием. Что касается Императора Людей Кун Сяня — он был искусен в божественном искусстве словесных заклятий.

Казалось, они все ненавидели своих мастеров и поклялись не идти их путём, упорно желая открыть свой собственный.

Цинь Му моргнул и огляделся. Императоры Людей, которые боролись неподалёку, снесли несколько улиц всего за несколько вдохов времени. Они прекратили борьбу только после того, как были разрушены несколько залов и снесены многие дома.

Местные боги и дьяволы молча стояли в страхе, наблюдая за происходящим. Никто из них не осмеливался издать и звука. Несколько их залов были разрушены, но никто ничего не сказал. Им ничего не оставалось, кроме как мысленно горевать, посылая к залам бесов, чтобы восстановить их.

«Бог Чи Сю сказал, что наш Зал Императоров Людей — порождает насилие в Фэнду, похоже, он был прав, — подумал Цинь Му. — Прошлые Императоры Людей снесли несколько улиц, но никто не осмеливается с ними связываться. Старейшина деревни, должно быть, жил здесь в блаженстве, и мог ходить куда только вздумается. Можно даже сказать, что он молодой повелитель Фэнду. И всё же, куда он исчез?»

Лицо Императора Людей Ци Кана было в синяках, когда он вылез из-под ног Императора Людей И Шаня, вытер кровоточащий нос и с улыбкой сказал:

— Ты должен пойти в Зал Императоров Людей. Все прошлые Императоры Людей оставили там свои высшие искусства, надеясь, что кто-то из будущего поколения прорвётся и пойдёт по их пути. Кроме того, ты должен подметать могилы, а также на каждый новый год и другие праздники сжигать несколько хороших подношений для нас.

— Ты ещё можешь сжечь для нас несколько врагов. Фэнду на самом деле хорош во всём, за исключением того, что здесь иногда бывает скучно. Мы перед Священным Залом Пяти Ян Первого Предка, давай прогуляемся! — хохотнул И Шань.

— Первый Предок? — сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Первый Предок был первым Императором Людей, истинным богом, открывшим наследие Зала Императоров Людей. У него были выдающиеся способности, отчего Цинь Му ещё больше хотелось встретиться со столь невероятным человеком прошлого!

Он видел его каменную статую в Маленькой Нефритовой Столице. В то время Отшельник Цин Ю сказал, что Первый Предок Императоров Людей стал каменной статуей, когда погрузился в безысходность.

После таких слов он потерял всякую надежду встретиться с ним.

— Первый Предок покинул Фэнду на довольно продолжительное время. Он сказал, что займётся чем-то очень важным. Твой мастер пошёл искать его, но до сих пор не вернулся. Твой старик очень странный человек, он, как мы знаем, не перестал дышать полностью, поэтому ему под силу выйти из Фэнду. Мы же уже давно сделали свои последние выдохи, — проговорил Ци Кан.

Они подобно потопу продолжали свой путь, заставив двух огромных зверей, охранявших Священный Зал Пяти Ян, разойтись в стороны. Стоявший слева зверь с человеческим лицом и птичьим телом поспешно спросил:

— Императоры Людей, вы пришли в дом старого мастера как обычно в поисках пищи? Вы уже давным-давно съели здесь всё подчистую, почему вы не идёте в дом Второго Предка?

— Заткнись! — в один голос крикнули прошлые Императоры Людей. — Дом Второго Предка был объеден начисто, также, как и дом Третьего Предка! Среди всех прошлых Императоров Людей, лишь тут что-то осталось!

Птица с человеческим лицом немедленно заткнулась и сделала вид, что ничего не видит, позволив толпе войти внутрь.

Цинь Му обратился к цилиню и таотэ:

— Оставайтесь здесь, я пойду поговорю с предками.

Наблюдая за уходящим кормильцем, цилинь сел на землю и осмотрел двух огромных зверей. Через какое-то время он внезапно спросил:

— Ребятки, вы видели Патриарха Небесного Святого Культа? Он выглядит как очень красивый юноша.

Птица с человеческим лицом была больше предрасположена к разговору:

— Патриарх Небесного Святого Культа? Тебе следует отправиться в логово Небесного Святого Культа. Все его прошлые Владыки остаются там, но почти все они являются дьяволами и выглядят очень злодейски… Их не стоит провоцировать.

Услышав подобное, цилинь в восторге поспешно спросил:

— Могу я попросить братьев показать мне путь?

В Зале Пяти Ян Цинь Му не мог не вздохнуть с сожалением. Императоры Людей действительно походили на бандитов, входивших в чужую деревню, как к себе домой. Ещё до того, как они расселись, Император Людей Лань По вызвала нескольких бесов и проинструктировала их:

— Здесь Император Людей Цинь из мира живых, поэтому быстро приготовьте несколько хороших блюд, нужно принять его как следует!

Один из зелёнокожих бесов осмелился сказать:

— Старые мастера, живой человек не может есть пищу Фэнду. Посмотрите, Император Людей Цинь — скелет без плоти, крови и кишечника… он не может есть в принципе.

— Какой надоедливый! Конечно, он не может есть, зато мы можем! Я ученик Первого Предка, мне тоже не есть? Иди готовить, быстро! — крикнул Второй Предок.

Мгновенно началась беготня, зелёнолицые бесы с торчащими из пасти клыками мельтешили вокруг, готовя блюда. Смотря на происходящее, Цинь Му был немного озадачен. Они были очень похожи на призраков из Зала Короля Циня, существ, которые не были формами жизни из мира живых. Могут ли они быть формами жизни Юду?

— Никто не посылал нам подношения в течение этих лет, поэтому мы становимся голодными призраками! Поднимите сиденья! — Второй Предок использовал свои навыки мудры, как вдруг в Священном Зале Пяти Ян расцвели лотосы. Они росли всё выше и выше, поднимая их вверх.

Закончив с готовкой, бесы поспешили наверх накрыть стол. Прошлые Императоры Людей не заботились о том, как они выглядят со стороны, пожирая еду словно свиньи, сметающие всё подчистую!

Когда всё было съедено, они облегчённо отрыгнули.

Цинь Му уставился на них с широко выпученными глазами. Было ощущение, что прошлые Императоры Людей голодали несколько сотен лет. Куда же делись их статность и величественность?

Еда перед ним была нетронутой, потому что он был всего лишь скелетом и ничего не мог съесть…

— Если бы Император Людей Цинь не пришёл, я не смог бы полноценно поесть. Твой мастер, должно быть, ненавидел меня очень сильно, поэтому он никогда не подметал могилы, и морил меня голодом в течение нескольких сотен лет, — вздохнул Император Людей Ци Кан и посмотрел на Цинь Му. — Маленький сопляк Су восхвалял тебя до небес, заявив, что его ученик имеет гораздо лучшие перспективы, чем мой ученик. Позволь же мне посмотреть, насколько его ученик превосходит моего!

Цинь Му не знал, плакать ему или смеяться: «Разве не старейшина деревни ученик великого мастера Ци Кана?»

Другие Императоры Людей мгновенно взволновались, хором сказав:

— Сразимся по старым правилам!

Цинь Му встал и поклонился:

— Пра-мастера, предки, я только в области Семи Звёзд, может мы воздержимся от сражений?

Ци Кан улыбнулся и сказал:

— Не волнуйся, мы не будем издеваться над тобой. Разумеется, мы будем сражаться с тобой в одной области. Мы не причиним тебе вреда, нам просто хочется посмотреть на твоё совершенствование и дать тебе несколько дельных советов.

Цинь Му с беспокойством на лице проговорил:

— В таком случае нет необходимости сражаться. Я не хочу издеваться над пра-мастерами и предками, а также не хочу навредить вам. По правде говоря, ваши техники и божественные искусства безбожно отстали от современных…

Наступила неловкая тишина.

— Мне вдруг захотелось забить этого негодяя до смерти… — тихо пробормотал Император Людей И Шань.

Глава 501. Избиение Пра-Мастера

Старые Императоры Людей закивали головами разделяя между собой одно чувство.

Несмотря на то, что в глазах своего предшественника каждый Император Людей заслуживал взбучки, они впервые встретились с человеком, избить которого захотели все.

Все старые Императоры Людей были первоклассными практиками своих поколений. Уважение всех сект мира завоёвывал не их статус, а невероятно высокие способности, которым очень редко находился достойный соперник.

Любому Императору Людей, не успевшему несколько раз сразиться с богами Высших Небес, после смерти было стыдно встречаться со своими предшественниками. Сколько в одном поколении было людей, способных на такое?

Тем не менее, Цинь Му решился сказать всем этим людям что боится их ранить. Более того, он твердит, что их техники и божественные искусства устарели. Разве они могут держать себя в руках после такого?

Третий Предок подошёл поближе, равнодушно говоря:

— Все предыдущие Императоры Людей очень надменны, после смерти задирая головы и желая избить каждого второго. Но ты первый, кто осмелился сказать, что мы отстали от времени! Как замечательно с твоей стороны, Император Людей Цинь!

— Ученику нередко удавалось избить учителя. К примеру, я избил старого пердуна. Но избить всех пердунов вместе это очень громкое заявление! Мне интересно посмотреть, под силу ли тебе такое на самом деле? — расслабленно проговорил Четвёртый Предок.

Третий Предок бросил на него мрачный взгляд.

Со внушительным выражением лица, Второй Предок проговорил:

— Император Людей Цинь — живой человек, поэтому нам будет сложно с ним сразиться. Впрочем, у Первого Предка есть артефакт под названием «Между Жизнью и Смертью», который позволит нам провести бой на нейтральной территории.

Старики вокруг нахмурились:

— Первого Предка нет с нами, кто сможет использовать Между Жизнью и Смертью?

Улыбнувшись, Второй Предок проговорил:

— Будучи учеником Первого Предка, я становлюсь владельцем Зала Пяти Ян, когда его нет, так что могу запросто использовать артефакт. Не переживайте, я знаю это место лучше, чем свой собственный дом. Дайте мне несколько минут, чтобы принести Между Жизнью и Смертью.

Всех вокруг начало мучить любопытство, ведь они были наслышаны об артефакте, но никогда раньше его не видели. По слухам, Первый Предок настолько соскучился за своей мёртвой женой, что создал его, чтобы открывать проход в Юду и видеться с ней.

Тем не менее, его сокровище было не слишком мощным и с не несло в себе огромной пользы, так что людей, создающих подобные предметы, было очень мало. Впрочем, использовать его, чтобы позволить мёртвым сразиться с живыми, было очень умно.

Спустя некоторое время вернулся Второй Предок, и все увидели, что тот ничего не принёс. Недоумевая, они с подозрением спросили:

— Второй Предок, где артефакт?

— Вот он! — рукава одежды Второго Предка задрожали, испуская речной поток. Огромная река вырвалась из Зала Пяти Ян, становясь всё шире и шире. Протянувшись на несколько сотен километров, она поднялась в небо над городом Фэнду.

Все поспешно вышли из зала, увидев парящую в воздухе реку, протянутый над ней мост и даже украшенную лодку, стоящую у причала под мостом.

Старики удивлённо воскликнули:

— Первый Предок потратил огромное количество сил, работая над этим сокровищем для встреч с женой.

Цинь Му пошёл следом за ними. Наступив на мост, он мгновенно заметил кое-что странное. На его теле снова появилась плоть и кровь!

Оказавшись в Царстве Живых Мертвецов, мёртвые воскресали, а живые превращались в скелеты. Тем не менее, мост и река позволили ему отрастить свою плоть, что было поистине удивительно!

Старые Императоры Людей стояли на мосту, сохранив свой прежний вид. Их физические тела всё ещё были полноценными, что, очевидно, было удивительным эффектом Между Небом и Землёй.

«Когда я превращался в Хранителя Луны, взяв Корабль Луны под контроль, мне с трудом удавалось совладать с давлением Царства Живых Мертвецов и сохранять своё тело из плоти и крови. Кажется, способности Первого Предка значительно превышали силу любого из Хранителей Луны», — мысленно удивлялся Цинь Му.

Способности Первого Предка были окутаны глубокой тайной. Он без сомнений был выдающимся талантом Эпохи Императора-Основателя.

«Этот артефакт не такой уж и бесполезный, у него есть очень эффективное применение!» — юноша моргнул, а его сердце начало колотиться чаще. Ему тут же пришло в голову величайшее применение Между Жизнью и Смертью. Артефакт позволял Фэнду вмешиваться в дела живых, вмешиваться в реальность!

Между Жизнью и Смертью мог взаимодействовать с миром живых, позволяя богам Фэнду спускаться в мир смертных. Несмотря на то, что поверхность реки не была слишком обширной, это всё равно поражало!

Если подумать, то в Фэнду десятки тысяч богов и дьяволов. Если они спустятся в мир живых, разве кто-то сможет встать у них на пути?

«При правильном использовании, Между Жизнью и Смертью становится невообразимо мощным оружием!» — Цинь Му стоял на вершине моста, смотря на реку, текущую в сторону Юду. Вдали слегка виднелась его тьма. Река была невероятно прекрасной, и было очевидно, что она очень необычна.

Бесчисленные боги в городе Фэнду подняли головы, рассматривая гигантскую реку в небе. Она с лёгкостью парила в воздухе и казалась невероятно утончённой.

— Снова эти Императоры Людей! — один из богов отвёл взгляд, обращаясь к людям вокруг. — С тех пор, как они пришли в Фэнду, их численность регулярно увеличивалась, и они становились всё более и более напыщенными. Они одна из главных здешних сил, лишь те дьяволы могут сравниться с ними. Идём, пусть делают что хотят.

— Первый Предок встречался со своей женой, отправляя лодку в Юду, чтобы вывести оттуда душу женщины. Их свидания проходили на этом мосту, — Второй Предок помрачнел в лице. — После того, как в Юду узнали о происходящем, душу жены мастера забрали вестники смерти. Первый Предок не знал об этом, и продолжал стоять на мосту, ожидая её появления, но за десятки лет так и не услышал и не увидел её. Однажды я подошёл к реке, увидев, как он с каждым днём стареет, продолжая стоять… Ну всё, хватит об этом.

Воспряв духом, он улыбчиво заговорил к Цинь Му:

— Мы всё ещё не разобрались с Телом Тирана, утверждающим, что мы отстали от времени. Пришло показать младшему поколению необъятность небес и земли!

Цинь Му был поражён:

— Вы уже знаете, что у меня Тело Тирана?

Старые Императоры Людей на мосту странно улыбнулись, одновременно говоря:

— А как мы могли не знать? Старый мерзавец Су всё нам о нём рассказал, мы всё знаем!

Смотря на их странные улыбки, Цинь Му недоумевал: «Неужели все становятся такими странными после того, как погибают?»

Император Людей Ци Кан триумфально улыбнулся, хихикая:

— Мерзавец Су твердил, что выбрал себе в ученики парня с Телом Тирана, несравнимым в этом мире. Услышав его историю, мы решили, что встретившись с ним снова, ты определённо убьёшь старика, заставив его умереть во второй раз.

Цинь Му был озадачен:

— С чего бы мне убивать старейшину?

Остальные Императоры Людей испугались, что Ци Кан раскроет тайну старейшины, и несколько раз предупредительно кашлянули. Поняв намёк, старик улыбнулся:

— Тело Тирана Цинь, ты назвал нас старыми, бесполезными, устаревшими и слабыми, теперь пришло время ответить за эти слова!

— Пра-учитель, я лишь сказал, что ваши божественные искусства и техники устарели. Я не имел в виду… — спохватился Цинь Му.

— Тихо! — прокричав, Император Ци Кан спрыгнул с моста. Стоя на поверхности реки, он начал смеяться. — Хватит болтовни, давай сражаться!

Аура мужчины вырвалась наружу, и внутри его тела один за другим раздались семь взрывов. Его невероятно мощный исконный дух возвысился над божественным мостом, а вокруг начали летать звёзды, формируя Млечный Путь. Внизу под мостом лежала тьма Юду, а между небом и землёй находилось солнце, луна и пять элементов. Вместе они создавали семь звёзд, над каждой из которых возвышался величественный бог.

Под семью звёздами лежала земля духовной платформы с уже сформированными шестью направлениями.

Император Людей Ци Кан казался невероятно властным, поднимая руку, чтобы запечатать своё Божественное Сокровище Божественного Моста. Вскоре оно исчезло, и он запечатал Божественное Сокровище Жизни и Смерти, заставляя мир Юду исчезнуть. В конце концов исчез и его исконный дух вместе с Божественным Сокровищем Небожителя.

Его аура ослабла, но самоуверенность осталась неизменной. Внезапно за его спиной образовались видения пылающих чёрных вулканов!

Протянув правую руку, Император Людей Ци Кан сжал кулак, маня Цинь Му указательным пальцем:

— Тело Тирана Цинь, иди сюда!

Сердце Цинь Му начало радостно биться, будто от вида жертвы. Не в силах подавить свой восторг, он всё-таки сомневался:

— Второй Предок, Третий Предок, в родословной Императоров Людей нет наказания трёх ножей и шести отверстий за избиение учителя или старшего, верно?

Старые Императоры Людей улыбнулись:

— Мы ведь не Небесный Дьявольский Культ, для чего нам наказание трёх ножей и шести отверстий? Просто сражайся!

Расслабившись, Цинь Му сделал шаг вперёд, приземляясь на поверхность реки, и уверенно проговорил:

— Пра-учитель, если я тебя оскорб…

— Просто сражайся, если надумал сражаться! — Император Людей Ци Кан с криком бросился вперёд. Видения вулканов за его спиной внезапно задрожали, начиная извергаться. Языки их пламени разразились во все стороны, а чёрный дым и пепел рванули к небу. Вокруг быстро потемнело, а речная вода вскипела!

Дрожь от силы и воли его кулака подняли речную воду вокруг Цинь Му в воздух. Она разделилась на бесчисленные капли, которые растягивались, будто струна, продолжая лететь в небо.

Император Людей Ци Кан влетел внутрь вертикального потока воды, его кулак становился всё больше и внушительнее, а аура непрерывно усиливалась!

В глазах Цинь Му закружились символы построений, формирующие внутри зрачков Млечный Путь, обвивающийся вокруг солнца. Теперь он мог с чёткостью разглядеть лицо Императора Людей Ци Кана, сталкивающееся с крохотными каплями воды, и то, как последние взрывались от удара, разлетаясь по сторонам.

Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес слепого!

Буум!

Над поверхностью реки пронёсся сильный толчок, с которым столкнулись кулаки Цинь Му и Ци Кана. Их одежда развевалась от ветра, в то время как вулканы и магма за спиной Ци Кана внезапно обрушились, взлетая в небо. Их сдуло потоком бури!

Выражение лица старика резко изменилось, у него в груди возникло невыносимое чувство:

— Невероятное совершенствование жизненной Ци…

Капли воды в небе внезапно остановились, между тем кулак Цинь Му выпрямился в ладонь, а его жизненная Ци вскипела!

— Восемь тысяч мечей! — с его криком подлетевшая в воздух речная вода начала вытягиваться в тонкие мечи. Восемь тысяч лезвий исполнили семнадцать базовых движений, непредсказуемо меняя своё поведение в совместных попытках ударить Императора Людей Ци Кана.

С удивлённым выражением на лице, Ци Кан поднялся в воздух, отступая. Его тело свободно отлетело, будто он был лебедем, летящим над рекой. Он трижды поднимался вверх и опускался вниз, исполняя странные движения. Раз за разом он избегал превращений и атак восьми тысяч мечей!

Цинь Му зашагал вперёд на невообразимой скорости. Он поднял руки, собирая бесчисленное количество капель воды, которые вскоре превратились в длинный меч, обрушившийся на противника внизу.

Вьюх!..

Бесчисленные огни меча вырвались из лезвия, штормом затопляя старика вдали.

Громко вскрикнув, Император Людей Ци Кан подлетел в небо, взмахивая рукой. В следующий миг округа заполнилась видениями ладони, за появлением которых последовал свист мечей, пронзающих воздух.

Лезвия, созданные юношей, кружились, разрубая две ладони старика, в мгновение ока превратив их в решето.

— Ха! — огромная нога Цинь Му тяжело стукнула по поверхности реки, отчего из неё, будто дракон, поднялся поток воды. Протянув к нему свою руку, Цинь Му начал использовать его как копьё, двигаясь синхронно с оружием. Бесчисленные лучи копья обрушились на парящего в небе Императора Людей Ци Кана.

Наконец нанизав его на копьё, юноша безжалостно ударил стариком о поверхность реки, вызывая оглушающий взрыв.

Копьё в виде водяного дракона рассеялось, и Цинь Му поднял руку высоко к небу. В следующий миг гром и молнии забурлили в небе, прежде чем ударить в то место, где упал Император Людей Ци Кан!

— Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд!

Цинь Му поднял руку, исполняя мудру, отчего за его спиной небо заполнилось звёздами, формируя всеобъемлющее силовое поле божественного искусства. Внутри него появились видения трёхсот шестидесяти богов, каждый из которых ударил ладонью в сторону противника.

Этот удар был абсолютно бесшумным.

Огромная река резко задрожала, извиваясь в воздухе. Триста шестьдесят сил, объединившись, сформировали искажающее силовое поле.

Цинь Му отвёл руку в сторону и спустя некоторое время Император Людей Ци Кан всплыл из-под воды, двигаясь вдоль моста жизни и смерти.

Стоящие на мосте старые Императоры Людей вытянули шеи, наблюдая за происходящим, прежде чем растерянно переглянуться. Спустя некоторое время Четвёртый Предок тихо проговорил:

— Неужели малый Су лгал нам о Теле Тирана? Может быть оно и вправду существует?

Глава 502. Избиение Предков

Находясь на мосту, у прошлых Императоров Людей были очень странные выражения лиц. Старейшина деревни поведал им, что являлся основателем Тела Тирана, которое было полностью выдумано. Как говорится — «ложь во благо», он просто хотел замотивировать Цинь Му усерднее работать над своим смертным телом. Однако, что самое смешное, они действительно ему поверили.

Будучи в той же области, Император Людей Ци Кан проиграл буквально после первого движения. Он был избит настолько сильно, что даже трудно представить, какой невообразимой мощью обладало смертное тело Цинь Му.

Как именно он развивал его, чтобы настолько сильно избить Императора Людей?

Глядя на всё происходящее, у прошлых Императоров Людей отсеялись все мысли о том, что Тело Тирана может быть выдумкой.

Стоя на мосту, жизненная Ци И Шаня превратилась в огромную руку и ткнула пальцем в Ци Кана, который бревном плыл вниз по течению.

Император Людей Ци Кан лежал с распростёртыми руками и смотрел на небо широко распахнутыми глазами, он был неподвижен, и после того, как его ткнули пальцем, он погрузился в воду, а мгновение спустя всплыл словно буёк.

— Ученик, ты смирился с поражением от своего пра-ученика? — сдерживая смех, спросил Император Людей И Шань.

— Проклятый старик, не тыкай в меня своим пальцем, дай мне немного отдохнуть, — неприятно сказал Император Людей Ци Кан. — Не то, чтобы смирился, я просто очень удивлён тем, что потерпел поражение, поэтому мне нужно немного поразмышлять над тем, где я облажался…

Император Людей И Шань расхохотался, злорадствуя его несчастью:

— Почему ты просто не признаешь, что был слабее?

Император Людей Ци Кан был похож на поплавок, когда нырнул вниз головой, оставив торчать из воды лишь задницу и ноги, позволяя течению нести его вдаль.

— Пра-мастер, не подавись водой! — взволнованно выкрикнул Цинь Му.

Император Людей И Шань рассмеялся:

— Этот сопляк всегда такой, когда проигрывает. Не обращай на него внимания, он «вытирает» слёзы под водой, чтобы ты этого не заметил.

Цинь Му почувствовал беспокойство на сердце. Он избил своего пра-мастера до такой степени, что тому пришлось даже скрывать слёзы под водой… и отчасти ему было очень стыдно. Будучи ещё совсем юнцом, при обучении в деревне Цань Лао он всегда уважал старших, но немой и одноногий, конечно, никогда не страдали так после сражений с ним в одной области.

— Возможно, я вкладывал слишком много сил в свои удары. Пра-мастер, мои навыки кулака уступают твоим, и я полагался на более плотное совершенствование, чтобы сокрушить тебя, не грусти, прошу тебя! — Цинь Му вскочил на мост и опёрся на перила, крича уплывающему вдаль Ци Кану. — Я не хотел навредить тебе! Когда я увидел, насколько ты силён, во мне пробудился дух соперничества, и я невольно приложил как можно больше усилий в свои удары. В нынешнее время сражаясь в одной области, я редко так делаю… — он вдруг стал выглядеть немного опустошённо и опечаленно. — В конце концов, я — Тело Тирана. Я думал, что встретил эксперта, который достоин меня, кто ж знал, что способности пра-мастера немного слабоваты… Но это не твоя вина, не стоит так переживать!

Находясь на мосту, Императоры Людей сдерживали свой гнев, наблюдая за молодым Императором Людей, показывающим тоску в своих глазах при взгляде на плывущего вниз по течению Ци Кана:

— Было бы очень здорово, если бы предки и пра-мастера были того же поколения, что и я. Если бы мы родились в одном поколении, вы могли бы совершенствоваться вместе со мной и быть мне ровней. Жаль, что вы жили в далёком прошлом, и не можете догнать наше с Имперским Наставником поколение, полагающееся на радикальные реформы. Вот поэтому ваши божественные искусства, пути и навыки отстают…

Кулаки предков пошатнулись, они изо всех сил сдерживали себя.

Император Людей Лань По спрятала улыбку, стиснув зубы так, что послышался режущий уши звук.

Даже учитывая, что слова паренька были не такими обидными, буквально каждое предложение могло разозлить живых людей до смерти, а мёртвых до жизни.

Каждый прошлый Император Людей хотел отдубасить его.

— Тело Тирана Цинь, ты только одолел сопляка Ци Кана и уже говоришь, что наши пути, навыки и божественные искусства отстают от времени, не слишком ли ты много на себя берёшь? — даже несмотря на то, что Император Людей И Шань говорил это с приятным выражением лица, он сильно повысил тон. — Позволь-ка мне научить тебя божественному искусству!

Цинь Му показал обеспокоенное выражение лица, обернувшись, чтобы посмотреть на пра-мастера, который был всего сто пятидесятисантиметрового роста:

— Предок, твой путь был путём божественных искусств, и они действительно очень сильны. Однако, находясь так близко ко мне, можно сказать, что ты уже умер один, два, три, четыре… шестнадцать, семнадцать раз.

Со скрипом стиснув зубы от гнева, Император Людей И Шань поднял шар молнии, желая уничтожить наглого подлеца:

— Находясь так близко, эксперты области Небожителя не успеют даже пошевелиться, как я сделаю своё движение, — Цинь Му, казалось, не испытывал никаких эмоций, продолжая монотонно говорить. — Ты совершенствуешь божественные искусства, это означает, что твой недостаток — физическое тело. Поскольку мы так близко к друг другу, пока ты говорил это предложение я смог бы убить тебя двадцать-тридцать раз.

Почернев в лице, И Шаня чуть не стошнило кровью. Его плотная фигура спрыгнула с моста, будучи тут же подхваченной облаком, и он сердито выпалил:

— Тон негодяя довольно высокомерен! Позволь мне отойти на нужную дистанцию перед боем!

Облако под его ногами подняло его и направилось вверх по течению.

Через пять или шесть километров Император Людей И Шань подумал, что расстояние подобранно идеально, но вдруг вспомнил, насколько быстр был навык меча Цинь Му, и почувствовал, что недостаточно отдалился и отступил ещё на три километра. Но вдруг он вспомнил, насколько быстр наглый юнец и с какой лёгкостью ему удалось догнать Ци Кана во время боя, и отступил ещё на два километра.

«Я больше не могу двигаться назад, или они подумают, что я боюсь проиграть ему…» — подумал И Шань и оглянулся назад, осознав, что мост выглядел как тонкая линия, а Цинь Му был похож на маленькую точку над ней.

Он немедленно покраснел от стыда. Его побег так далеко и за такое короткое время наверняка выглядел со стороны как трусливый поступок.

— Давай, спускайся вниз! — успокоив сердцебиение, энергично выкрикнул И Шань. Ведя себя столь уверенно, он был похож на Ци Кана.

— И Шань, ты забыл запечатать свои божественные сокровища! — с моста донёсся голос Второго Предка.

Лицо Императора И Шаня снова покраснело. Он слишком нервничал, в результате забыв запечатать свои божественные сокровища. Чтобы исправить неловкую оплошность, он немедленно запечатал свои три великих божественных сокровища и снова закричал в приподнятом настроении, словно ничего и не произошло:

— Спускайся уже, а!

Бульк.

Цинь Му спрыгнул в реку.

— Стены, Объединяющие Голубые Горы!

Император Людей И Шань сделал первое движение, двигая в своих широких рукавах короткими пальцами верх-вниз. В это же мгновение забурлило более десяти километров воды в реке под его ногами, превращаясь в голубые горы.

Грохоча, хребты и вершины объединялись в ряд.

Превращение огромной реки в голубые горы выглядело красиво, но за этой красотой скрывалось божественное искусство, которое могло уничтожить всех и каждого.

Божественные искусства И Шаня вступили на путь, но в отличие от божественных искусств других людей, его искусства не взрывались силой, пока не были кем-то активированы. Но если кто-то был внутри его божественного искусства, небольшое шевеление могло привести в движение всепоглощающую катастрофу!

Яростно возвышающиеся голубые горы направились на Цинь Му, отчего тот очень сильно взволновался, а каждая частичка его жизненной Ци затрепетала даже больше, чем обычно!

«Это… основа первого движения дедушки старейшины! Меч, Ступающий по Горам и Рекам, произошёл от движения Императора Людей И Шаня! От божественного искусства до навыка меча, дедушка действительно гений!» — Цинь Му был вне себя от волнения и издал яростный рык:

— Тело Тирана Истинного Дракона!

Слишком уж взволнован!

Он не раз страдал от Меча, Ступающего по Горам и Рекам старейшины, когда обучался этому движению. В то время он терпел поражение раз за разом, но теперь, когда его горизонты и знания были уже не такими, как раньше, встреча с происхождением Меча, Ступающего по Горам и Рекам, заставила его почувствовать, что он снова конкурирует со старейшиной.

Он был так взволнован, что даже использовал Тело Тирана Истинного Дракона. Его жизненная Ци становилась безграничной, и каждая частичка, которая вытекала из его тела, представляла собой разные формы дракона.

Тело Тирана Истинного Дракона было сильнейшим божественным искусством физического тела, которое он постиг, объединив метод совершенствования расы драконов из истинного драконьего гнезда с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его жизненная Ци превратилась в жизненную силу дракона, встряхнувшую окружающее пространство, образуя всевозможные странные драконьи знаки. Они были похожи на руны и талисманы, когда непрерывно загорались на его теле!

Он использовал божественное искусство физического тела, чтобы бороться с божественным искусством заклятий!

Цинь Му рванулся вперёд, ступив на горы, и помчался прямо к Императору Людей И Шаню, который всё ещё находился в более чем десяти километрах от него.

Вжух! Бух! Вжух!..

Его кулаки и ноги двигались с молниеносной скоростью. Сотни истинных драконов танцевали вокруг него и мощно ревели, разбивая вдребезги горы и реки. Он позволил божественному искусству И Шаня атаковать его, но оно не могло пробить защиту Тела Тирана Исинного Дракона.

Выражение лица старика резко изменилось. Юноша был настолько силён, что мог использовать своё физическое тело, чтобы пробиться через его божественное искусство, поэтому он немедленно изменил своё божественное искусство и отчаянно ринулся в атаку, думая про себя: «Посмотрим, как ты справишься с этим! Тебе конец, если приблизишься!»

Горы рассыпались и превратились в поднимающиеся волны. Находящиеся на мосту прошлые Императоры Людей почувствовали, как неистовый боевой дух физического тела Цинь Му пронёсся мимо их лиц подобно сильному ветру, развевая их одежды.

— Его божественное искусство физического тела даже сильнее, чем у Второго Предка, — серьёзно произнёс Третий Предок. — То Юй, ты искусен в вычислении построений, а твои достижения в математике не имеют себе равных в этом мире, ты сможешь вычислить его недостаток?

В глазах Императора Людей То Юя загорались и тускнели бесчисленные построения, пока он изо всех сил пытался вычислить как именно работают драконьи знаки на быстро движущемся теле Цинь Му. На их основе он рассчитал принцип превращения драконьих знаков на его коже, а также рассчитал циркуляцию его жизненной Ци, движения мышц и как именно используется сила.

Затем Император Людей То Юй рассчитал порядок действий техники Цинь Му и путь циркуляции жизненной Ци в его божественных сокровищах.

Количество необходимых вычислений было невероятно большим, и они все были крайне сложными, но Император Людей То Юй был невозмутим, веря в свои силы. В конце концов он был сильнейшим экспертом построения своей эпохи, его достижения в математике даже обошли мастера Дао того времени!

Оценив по достоинству всю силу Цинь Му, прошлые Императоры Людей сошлись во мнении — если они сойдутся с ним в бою в одной области, то будут попросту избиты. Однако быть побеждённым — одно, а вот униженным — совсем другой разговор.

Вот почему они попросили Императора Людей То Юя сначала вычислить недостаток Цинь Му, чтобы иметь хотя бы какой-то шанс на победу.

Им пришлось так поступить от беспомощности.

— У него есть недостаток, — глаза Императора Людей То Юй загорелись. Тем временем находящийся внизу Цинь Му был как горячий нож, проходящий через масло, когда бежал прямо к Императору Людей И Шаню.

Император Людей То Юй важно сказал:

— Его недостаток находится у него в груди, а нет, погоди-ка, он сдвинулся, теперь он у левого плеча, нет, теперь он на спине…

— Где именно он находится? — сердито спросила Император Людей Лань По. — Пра-мастер, ты можешь точно сказать?

Император Людей То Юй открыл рот, собираясь что-то сказать, как вдруг И Шань исполнил своё самое сильное божественное искусство, которое называлось Пальцем Запечатывающим Бога, тем самым привлекая всеобщее внимание.

Палец Запечатывающий Бога запечатывал жизненную Ци и исконный дух, атакуя душу. Это божественное искусство Император Людей И Шань использовал, чтобы бороться против богов Высших Небес и всегда добивался успеха!

Когда он постучал пальцем, волны не поднялись и ветер не подул. Ничего не предвещало беды. Цинь Му был в километре от него, не подозревая об опасности… как вдруг удар мгновенно достиг его межбровье, не давая ему времени среагировать!

— Чудесно! — на мосту все восхваляли И Шаня. — Палец Бога! Давайте посмотрим, насколько надменным может такой малыш с Телом Тирана!

Пока они болтали, в месте межбровья Цинь Му образовался раскол, из которого появился крошечный Духовный Эмбрион, немедленно слившийся с душой, превращаясь в исконный дух. Слои построений бешено закружились в его глазах, принимая форму кружащегося Млечного Пути, как вдруг вспыхнуло солнце и выстрелило два жужжащих луча света.

Один из них пробил Палец Запечатывающий Бога И Шаня настолько легко, как будто проломил гнилое дерево!

От такого мощного исконного духа все на мосту уставились вниз с широко раскрытыми глазами. Но уже в следующий миг они увидели, как другой луч поразил грудь И Шаня и, с лёгкостью прорвавшись сквозь его божественное искусство защиты тела, показыл всем его изъян!

— Меч, Ступающий по Горам и Рекам! — бушующая, словно драконы, жизненная Ци вокруг тела Цинь Му внезапно превратилась в бесчисленные летающие мечи, которые утопили в себе Императора Людей И Шаня.

Внушительные горы и реки, состоящие из десяти тысяч мечей, громко грохотали. Седовласый бедолага был незамедлительно заколот, после чего упал головой в реку.

— Меч Императора-Основателя, Море Крови! — внезапно десять тысяч мечей слились воедино, а длинная река, казалось, окрасилась кровью. Множество голов богов и дьяволов всплыли вверх, создавая ужасающую сцену беспощадного кровопролития.

Цинь Му сместился в сторону и рубанул мечом вниз. Император Людей И Шань поднялся из моря крови и поплыл вниз по течению.

Через мгновение видение исчезло, и речная вода снова стала прозрачной.

Цинь Му посмотрел на горькое лицо И Шаня, которого уносило течение.

Седовласый, пухлый старец смотрел на него с обидой во взгляде.

— Предок И Шань… — почесав голову, Цинь Му хотел высказаться, но Император Людей И Шань нырнул вниз головой, оставив лишь свою задницу, повёрнутую к небу, тихо уплывая прочь.

«Нашёл!» — глаза Императора Людей То Юй загорелись:

— Его недостаток заключается в даньтяне, третьем, считая от конца позвоночника! Это его изъян!

— Я забью этого негодяя до смерти! — Лань По была полна энтузиазма, прыгая с моста с корзиной под рукой. Она с улыбкой побежала прямо к Цинь Му. — Маленький Цинь, позволь бабушке сразиться с тобой духовным оружием!

То Юй на мгновение замешкался, чувствуя, как если бы что-то пропустил. Внезапно он шлёпнул себя по лбу и закричал:

— Я ошибся! У него только три божественных сокровища, а не четыре! Он объединил Шесть Направлений и Семь Звёзд воедино! Я вычислял путь основываясь от четырёх божественных сокровищ, так что просчитанный недостаток никак не влияет на истинный недостаток…

— Ни слова больше!

Бушующая река успокоилась, и под мостом проплыла Император Людей Лань По со всеми видами духовного оружия из её корзины, плывущими рядом.

Горечь виднелась на её лице, когда она, стиснув зубы, продолжила:

— Я же сказала, ни слова больше. В тот момент, когда я сделала своё движение, я уже поняла, что ты всё рассчитал неправильно!

Покраснев лицом, Император Людей То Юй посмотрел на других Императоров Людей на мосту:

— Я больше не ошибусь в расчётах… Что вы на меня так уставились? Я правда больше не ошибусь!

Глава 503. Легенда о Теле Тирана

На лицах затихших Императоров Людей застыли странные выражения.

Среди них, То Юй всегда был самым надёжным, а его познания в математике не имели себе равных в мире. Но в столкновении с «телом тирана» вроде Цинь Му, даже в них обнаруживались ошибки, и любой недочёт мог привести к ужасному унижению!

В качестве меры предосторожности, Императоры Людей решили не полагаться на результат вычислений То Юя.

Возмутившись, Император Людей То Юй спрыгнул с моста:

— Вы мне не верите? Думаете, я могу ошибаться? Сейчас я покалечу этого мерзавца, чтобы преподать вам урок!

— Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд!..

Стоящий на мосту Второй Предок спокойно проговорил:

— Видите, я же говорил, что его расчёты неправильны. Теперь он плывёт вниз по течению. Если бы мы ему поверили, то оказались бы на его месте.

У Третьего Предка и остальных Императоров Людей были те же мысли. Вытянув шею, Цин Нин радовался чужому унижению:

— Учитель, где ты допустил ошибку на этот раз?

Император Людей То Юй выглядел так, будто потерял смысл жизни, и с ошеломлённым выражением лица проговорил:

— Исконный дух! Я неправильно рассчитал его исконный дух, он намного сильнее, чем я предполагал… Но я чувствую, что теперь смог разглядеть его насквозь!

Выпрыгнув из воды, промокший мужчина приземлился посреди моста. На его лице сияла радостная улыбка:

— В этот раз я определённо не допущу ошибки и смогу точно сказать, где находится его слабое место! Поверьте мне всего лишь ещё один раз!

Старые Императоры Людей начали зевать, в то время как Цин Нин проговорил:

— Раз уж учитель наконец смог найти его недостаток, почему бы ему не спуститься снова и наконец не одолеть мерзавца? Мы будем за тебя болеть!

Император Людей То Юй достал своё духовное оружие в виде счётов, ударяя им ученика по голове:

— Как ученик, ты не просто не поддерживаешь своего учителя, но и смеешь ликовать над моей неудачей! Чему я тебя учил? Я учил тебя пути вычислений, а ты научился лишь характеру! Спустись и избей его ради своего учителя!

Повернувшись, Император Людей Цин Нин посмотрел на радостного Императора Людей Кон Сяня, и тут же выпнул его с моста:

— Я учил тебя характеру, а ты научился лишь заклятиям слов! Спустись и избей его ради своего учителя!

Увидев, как к нему навстречу бросился Цинь Му, Император Людей Кон Сянь немедленно начал размахивать руками и качать головой:

— Император Людей Цинь и вправду Тело Тирана, нам незачем сражаться.

Цинь Му немедленно остановился и улыбнулся:

— Я тоже не слишком большой любитель драться. Мне просто кажется, что пути, навыки и божественные искусства предков и пра-мастеров можно значительно улучшить, даже несмотря на то, что они и так очень сильны. Если вы продолжите развиваться, то превзойдёте прежних себя. Особенно заклятия слов Кон Сяня, это самое великолепное божественное искусство, которое я когда-либо встречал!

Император Людей Кон Сянь был в восторге, едва сдерживая радость от услышанного:

— Ты и вправду считаешь моё божественное искусство удивительным?

Кивнув, Цинь Му продолжил идти по реке, прежде чем принять позу печати и проговорить:

— Я увидел, что ты использовал движение подобное этому, атакуя Предка Цин Нина, в итоге запечатав его. Что за божественное искусство ты использовал?

— Это Секреты Слова Печати! — Император Людей Кон Сянь был не в силах сдержать своего волнения, рассказывая о своём божественном искусстве и обучая Цинь Му как использовать жизненную Ци для Секретов Слова Печати, а также как произносить слова. — Суть заклятий слов состоит в объединении божественных искусств звуковых волн и талисманов, движений тела и ног, а также наложения слоёв рун из жизненной Ци. Только так их можно исполнить! Смотри!

Задействовав свою жизненную Ци, он скрестил руки и нарисовал ногой два круга на земле. Его Ци вырвалась наружу, и он прокричал:

— Печать!

После этого под ногами Кон Сяня сформировалась огромная печать из Ци, и в глазах Цинь Му мгновенно потемнело. Он не слышал ни звука — все его пять чувств были запечатаны, он оказался не в силах ощутить даже собственную жизненную Ци.

В следующий миг ощущение, что его чувства исчезли, прошло.

— Отличное божественное искусство!

Цинь Му был вне себя от радости, продолжая советоваться с Императором Людей Кон Сянем. Спустя некоторое время, он попробовал самостоятельно исполнить Секреты Слова Печати, прокричав:

— Печать!

На поверхности реки под его ногами мгновенно появилось огромное слово печати!

Император Людей Кон Сянь был ошеломлён: «Он научился так быстро? Ему удалось выучить сильнейшее искусство моей жизни с первой попытки? Неужели в мире и вправду существует Тело Тирана? Это не ложь, придуманная маленьким озорником Су?»

Его всё ещё одолевали некоторые сомнения, что не удивительно, ведь с тех пор, как старейшина деревни попал в Фэнду, он считал свою ложь о теле тирана главным достижением своей жизни, и, конечно же, неприменул поделиться этим успехом с остальными Императорами Людей.

Можно было даже сказать, что все Императоры Людей за исключением Цинь Му знали, что Тело Тирана — выдумка.

Юноша был единственным, кто оставался в неведении.

И всё же к текущему моменту Императоры Людей чувствовали, что Цинь Му и вправду может быть Телом Тирана.

— Давай я научу тебя Секретам Слова Силы, — с некой дрожью в глазах Император Людей Кон Сянь обучил Цинь Му Секретам Слова Силы.

Юноше вновь удалось постичь божественное искусство с невероятной скоростью, и когда он наконец его исполнил, за его спиной появилось сформированное из рун слово «сила». Объединившись с характером слова силы, мощь рун активировалась, умножая способности его физического тела!

Кон Сянь был поражён. Изучить заклятия слов настолько быстро было почти невозможно. Даже он сам достиг приличного возраста, прежде чем смог их создать. Совершенствуясь вместе с Цин Нином, он добился удивительных достижений характера, но, стремясь к свободе, он начал усердно учиться, познавая каллиграфию, руны, построения, движения тела и ног, а также навыки кулака.

Десятки лет его жизни ушли на то, чтобы объединить все его знания воедино, и лишь тогда он смог создать высшее искусство заклятий слов, занимая место Императора Людей и овладевая Печатью Императора Людей.

Разве то, что Цинь Му удалось так быстро изучить заклятия слов, не значило, что его достижения в каллиграфии, рунах, построениях, движениях тела и ног тоже были невероятно высокими?

И даже если его владение базовыми искусствами было на достаточно высоком уровне, сам факт того, что ему удалось так быстро изучить божественное искусство, на создание которого ушли десятки лет, был поразительным!

Затем Цинь Му изучил Секреты Слова Обездвиживания, и слово тут же вылетело из его ладони, зависая в воздухе перед ним. Его освоение далось ему с такой же лёгкостью, как и в прошлый раз.

Удивление Кон Сяня становилось всё больше и больше.

Внезапно Третий Предок проговорил:

— Малыш Цинь, изучи мою технику!

Кон Сянь мгновенно пришёл в себя и огляделся. Он лишь сейчас заметил бесчисленных Императоров Людей, которые некоторое время назад спустились с моста и собрались вокруг них. Присутствовали даже Лань По, И Шань, Ци Кан, да и остальные старики, потерпевшие поражение в бою и отдавшиеся на произвол судьбы течению реки.

Недоумевая, Император Людей Кон Сянь отошёл в сторону.

Поднимая ладонь, Третий Предок торжественно проговорил:

— Моя техника называется «Переворачивающие Небо Руки Инь Ян». Твоя ладонь — это Инь, а тыльная сторона руки — Ян. Они могут дополнять друг друга, а можно использовать двойной Инь или Ян, переворачивая с их помощью небеса.

Он объяснил путь циркуляции Ци, после чего повернул руку, из которой будто гром вырвалась чистая Ян, вызывая на поверхности реки сотню последовательных взрывов.

Преодолев пятнадцать километров, сила ладони внезапно взорвалась, поднимая волны высотой в несколько десятков метров.

Ладонь Третьего Предка перевернулась, отчего речная вода, не успев упасть обратно в русло, затвердела, превращаясь в странные ледяные скульптуры.

— Попробуй, — делая шаг назад, проговорил Третий Предок.

Цинь Му немного поразмыслил, прежде чем шагнуть вперёд, поворачивая руку. В следующий миг над рекой раздалась серия взрывов, распространяясь на пятнадцать километров. Затем он ещё раз повернул руку, как вдруг поднявшаяся в воздух вода мгновенно замёрзла.

Третий Предок удивлённо взвёл брови, но так ничего и не проговорил.

— Мерзавец Цинь, выучи моё движение! — Пятый Предок бросился к юноше. — Моя техника называется «Поднимающий Небо Колокол Пяти Громов», она состоит из навыков грома и кулака!

Договорив, старик ударил. В следующий миг раздался звон колокола и вокруг его тела обвилась молния, формируя в воздухе огромный полупрозрачный колокол.

Ловкие движения кулаков и ног Пятого Предка были прямыми и точными. Его атаки казались простыми, но эффективными. Любой удар кулака или пинок заставляли колокол вибрировать и то сжимаясь, то расширяясь в размерах. Непрерывно дрожа, он испускал волны энергии, сопровождающиеся то громким гулом, то слабым звоном, отчего техника обретала определённый шарм и обаяние.

Старик передал Поднимающий Небо Колокол Пяти Громов юноше, который уже долгое время находился в предвкушении.

Цинь Му что-то нерешительно пробормотал себе под нос, прежде чем поднять руки вверх. Вскоре его окутали спустившиеся с неба молнии, придавая каждому его удару и пинку чрезвычайной силы и мощи. Поднимающий Небо Колокол Пяти Громов непрерывно дрожал, по всей округе резонировал громоподобный звон. Сила колокола протекала по его ногам и рукам, которые отправляли удары во все стороны.

— Точь-в-точь! — удивлённо воскликнул Пятый Предок.

— Иди сюда, выучи мою технику! — проговорил Император Людей И Шань. — Моё божественное искусство можно сравнить с моей техникой. Меняя путь циркуляции Ци можно изменить божественное искусство, придавая ему поразительную мощь! Моя техника называется «Райская Пещера и Млечный Путь, Свисающие с Нефритовых Небес»!..

Незаметно для себя Цинь Му изучил одно-два движения божественных искусств каждого из тридцати четырёх Императоров Людей. И что самое удивительное, ему удавалось постичь их за довольно короткое время и исполнить на достойном уровне. В одной с предками области, он ничуть не уступал им в силе.

На лице Второго Предка было грозное выражение. Он переглянулся с Третьим и Четвёртым Предками, и все они молча кивнули.

— Император Людей Цинь, сходи осмотреть город, — улыбчиво проговорил Второй Предок. — Малыш Су говорил, что ты ещё и Владыка Небесного Святого Культа, так почему бы тебе не встретиться со своими предшественниками?

Цинь Му был в восторге:

— Я как раз хотел этим заняться!

Второй Предок развеял Между Жизнью и Смертью. Огромная река, длинный мост и лодка со свистом исчезли в его рукаве, между тем ожившее тело юноши снова стало скелетом в одежде.

Цинь Му разузнал о местонахождении прошлых Владык, затем попросил прощения у Императоров Людей, развернулся и ушёл в сторону города.

Второй Предок и остальные старые Императоры Людей вернулись в Священный Зал Пяти Ян, растерянно переглядываясь и опуская взгляды.

— Разве подобное смертное тело может существовать? Я не могу в это поверить! — Император Людей Ци Кан устало выдохнул, качая головой. — Я не поверю, даже если мне будет угрожать мучительная смерть от избиений!

— Я тоже не верю, — недоверчиво проговорила Лань По. — Мы все упрямы, как ослы, и отказываемся учить сильнейшее искусство своих учителей, вместо этого идя по своему собственному пути. Как результат, у нас до сих пор нет техники, которая передавалась бы от поколения к поколению, так как все решили создавать свою собственную! Разные техники, разные божественные искусства, если кому-то действительно захотелось бы их изучить, это было бы очень странно!

— Но он сумел выучить их все, к тому же очень быстро. За то короткое время, что мы провели на реке, он успел освоить всё, что мы показали, и смог повторить всё с такой лёгкостью, будто приложил сотни лет усердной работы.

Вздохнув, Второй Предок проговорил:

— Я подозреваю, что он и вправду Тело Тирана. Может быть малыш Су случайно оказался прав. Ребёнок, которого он недооценил, и вправду оказался единственным Телом Тирана.

Все вокруг недоверчиво переглянулись:

— А ты не думаешь, что мерзавец Су пытался нас одурачить? Ему должно быть известно, что у малыша Циня и вправду Тело Тирана, но он решил солгать нам, что это всего лишь обман, пытаясь нас таким образом унизить? — спросил Ци Кан.

— Такое вполне возможно! —И Шань злостно хлопнул себя по бедру и закричал. — Это в твоём стиле, негодник! Он твоё ученик, и, как и ты, врёт и не краснеет!

Кулаки Ци Кана потрескивали от сжатия, и он ухмыльнулся:

— Мерзавец отправился на поиски Первого Предка. Когда он вернётся, я преподам ему урок!

— Мы все преподадим ему урок! — прогремела толпа.

****

Между тем на секретных землях в глубине Великих Руин тьму пронзило слабое сияние. Старейшина деревни летел сквозь древние руины, входя в другой, чудесный мир. Спустя некоторое время он, наконец, улыбнулся.

Перед ним стояло скопление древних зданий, владеющих интересным, привлекательным чужеземным видом, о котором не слышало нынешнее поколение.

Немного поискав, он наконец нашёл того, за кем пришёл.

Перед каменной табличкой возле дворца стоял мужчина, читая надпись.

— Что нашёл Первый Предок? — с любопытством спросил старейшина.

— Это последние руины Эпохи Высшего Императора. После уничтожения их Райских Небес последние выжившие поселились здесь, отстроив Святилище Высшего Императора. Это место было чем-то вроде их деревни Беззаботной, но было уничтожено спустя некоторое время. Я изучаю их историю, — не оборачиваясь, ответил Первый Предок. — До наших дней дожило не слишком много записей, но я нашёл кое-что интересное.

Старейшина был слегка ошеломлён, смотря на табличку:

— Что там записано?

— Легенда о Теле Тирана, появившемся сорок тысяч лет назад!

Глава 504. Общие Корни

Старейшина деревни чувствовал себя так, будто в него ударила молния, и ошарашенно стоял перед каменной табличкой. Сказания о Теле Тирана? Сорок тысяч лет назад?

Разве не он выдумал Тело Тирана, чтобы обмануть Цинь Му и остальных стариков?

Или в этом мире действительно существует Тело Тирана?

«Нет, здесь какая-то ошибка! Может Тело Тирана, созданное сорок тысяч лет назад, совсем не похоже на то, что выдумал я? — сердце старика пребывало в смятении, всевозможные мысли заполнили его голову, однако, всё ещё будучи старейшина деревни, ему удалось быстро освободиться от ненужных мыслей, затуманивавших его разум. — Возможно в этом мире действительно было Тело Тирана, которое являлось своего рода духовным телом. Поскольку оно было слишком сильно, другие называли его Телом Тирана. Этот вид Тела Тирана будет полностью отличаться от Тела Тирана, которое я выдумал!» — окончательно собравшись с мыслями, он посмотрел на каменную табличку.

Надписи были составлены с использованием письмен расы драконов, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как обратиться за помощью к Первому Предку:

— Что здесь написано? Писания расы драконов глубоки и трудны для понимания, я никогда не изучал их раньше.

Первый Предок был очень прост в общении и сказал:

— Написано, что перед падением Высшего Императора, семья Бай из расы драконов встретила юношу, который называл себя Телом Тирана. Он был талантлив во многих областях и мог делать то, что другим и не снилось, он не имел себе равных среди сверстников и обладал блестящим обаянием и несравненным талантом. Независимо от того, были ли это навыки меча или божественные искусства, они превосходили Эпоху Высшего Императора во много раз. В итоге они спросили у него, что такое Тело Тирана, и он объяснил, что Тело Тирана не имеет себе равных, но до пробуждения Духовного Эмбриона оно выглядит как смертное тело. Тем не менее, как только оно пробудится, его владелец обретёт высшую мощь и возглавит своё поколение, обладая при этом исключительными способностями…

Старейшина деревни нервно моргнул. Цинь Му отличался от других духовных тел, потому что он вовсе не был духовным телом. Божественное Сокровище Духовного Эмбриона должно пробуждаться в первую очередь, но Божественное Сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му было закрыто!

Божественные Сокровище Духовного Эмбриона обычных людей тоже закрыты, именно поэтому они и не могут совершенствоваться.

С другой стороны, благодаря ложи старейшины и с помощью усилий остальных деревенских стариков, Цинь Му фактически открыл неоткрываемое Божественное Сокровище Духовного Эмбриона. С тех пор он совершенствовался с божественной скоростью и показывал стремительный прогресс!

Это всё очень походило на то, что было написано на каменной табличке!

«Нет… этого не может быть, наверняка просто совпадение!» — старейшина попытался освободиться от ненужных эмоций и мыслей, чтобы прислушаться к тому, что говорил Первый Предок.

— … совершенствование Тела Тирана превосходит другие духовные тела с огромным отрывом. Его понимание является выдающимся, он понимает всё сразу и способен осмысливать по аналогии, выводя многие примеры из одного случая. Тело Тирана несравненно, но даже так у него есть враги, так называемые ложные Тела Тирана.

Старейшина вжал голову в шею и выпалил:

— Чего?

— Здесь говорится, что Тело Тирана несравненно, но ещё есть ложные Тела Тирана, которые являются его врагами, — терпеливо объяснил Первый Предок. — Написано, что Тело Тирана и ложные Тела Тирана борются за свою судьбу и переплетены общими связями. Ложные Тела Тирана будут сражаться с Телом Тирана, чтобы перехватить его судьбу, тем самым делая их истинными Телами Тирана. Что это за чудное тело? Мне стыдно это говорить, но, когда я раньше слышал о Теле Тирана, я относился к этому не больше, как к сказаниям. Никогда не думал, что эти сказания окажутся правдой.

Старейшина не мог подобрать и слова, но через какое-то время, он собрался с мыслями и заикаясь спросил:

— П-первый Предок, ты и р-раньше слышал сказания о Т-теле Тирана?

Первый Предок кивнул:

— Да, было дело, но я никогда не видел Тело Тирана своими глазами, поэтому и относился к этому как к обычным сказаниям. — он сделал задумчивый вид. — Значит Тело Тирана действительно существует.

Старейшина замолчал и вдруг почувствовал, что окружающий мир стал нелепым и пёстрым…

Может ли Тело Тирана, которое он выдумал, действительно существовать? Кроме того, не исключено, что это может быть точно такой же ложью, которую он использовал, чтобы мотивировать Цинь Му!

Но ведь это немыслимо!

В то время, чтобы успокоить деревенских, он впервые солгал, сказав, что Цинь Му — Тело Тирана. На протяжении многих лет ему приходилось постоянно лгать и что-то добавлять к своей выдумке, из-за чего и получилась полноценная схема Тела Тирана.

И теперь, глядя на надписи каменной таблички, он понимал, что описание Тела Тирана было пересказано точь-в-точь его словами. Слушая Первого Предка, он сам невольно поверил в свою ложь.

Ведь каменная табличка была прямо перед ним, у него не было выбора, кроме как поверить.

Тем не менее, у старейшины ещё остались сомнения, и он, подумав, поспешно спросил:

— Если Тело Тирана действительно существовало, почему Эпоха Высшего Императора была уничтожена?

— Об этом ничего не сказано, — с печалью в глазах, оглянулся Первый Предок и добавил подавленным голосом. — Перед лицом вздымающегося ветра сила одного человека слишком незначительна. Хе-хе, и что, если он был Телом Тирана? Разве он мог подавить возмущение во вселенной и восстановить мир во всём мире? К тому же он ведь мог быть убит ещё до того, как вырос. Или, может быть, его судьба была перехвачена ложным Телом Тирана, или он мог кануть в пучину отчаяния, будучи бессильным остановить закат Эпохи Высшего Императора, и теперь где-то скрывается полный раскаяния, как черепаха… как я, — казалось, он говорил о своих собственных обстоятельствах, когда размышлял о Теле Тирана, которое существовало сорок тысяч лет назад. — Очень много возможных вариантов. Человек просто слишком мелок перед лицом истории… — закончив говорить, он вздохнул и больше не сказал ни слова.

Осмотрев каменную табличку с обеих сторон, старейшина достал чернила и бумагу, чтобы переписать надписи.

Первый Предок приподнял брови, на что старейшина с улыбкой на лице проговорил:

— Я хочу переписать эти надписи и показать их другим Императорам Людей, пусть посмотрят. Истинное Тело Тирана всегда Тело Тирана. Я принял истинное Тело Тирана в качестве своего ученика на должность Императора Людей… Только посмотри на эту каменную табличку, как же я сейчас счастлив!

Первый Предок с удивлением посмотрел на него, прежде чем продолжить идти:

— Согласно каменной табличке, Святилище Высшего Императора было уничтожено после окончания Эпохи Высшего Императора. Мне теперь как-то беспокойно за деревнею Беззаботную.

Догнав его, старейшина спросил:

— Что ты имеешь в виду?..

— Я беспокоюсь о деревне Беззаботной, — серьёзно сказал Первый Предок. — Я давно не получал никаких новостей оттуда. Несмотря на то, что они несколько раз посылали сообщения и передавали приказы Императора-Основателя, я подозреваю, что тот бесстрашный Император-Основатель уже не такой как раньше. Беззаботный, беззаботный, хе-хе. Тот, кто не задумывается о серьёзных проблемах, вскоре обнаруживает страдания поблизости! Они слишком долго оставались в деревне Беззаботной! Я ведь был против строительства и хотел бороться до конца!

Старейшина что-то нерешительно пробормотал про себя, прежде чем спросить:

— Так целью Первого Предка было найти людей Эпохи Императора-Основателя? Эпоха Высшего Императора завершилась очень давно, я не уверен, что остался хотя бы один выживший.

— Нет! Выжившие есть! — оглянулся Первый Предок. — Именно Святилище Высшего Императора собрало выживших Эпохи Высшего Императора, в итоге пройдя через многие годы развития. И они были сильны, ничем не уступая нынешней деревне Беззаботной. Хотя это место было в последствии захвачено врагами, из разрозненных записей руин снаружи я обнаружил, что были выжившие, сбежавшие отсюда в попытках построить новый родной город. Я хочу найти их, чтобы объединить с деревней Беззаботной, в наших руках лежит чьё-то будущее. Мы можем сделать благое дело!

Старейшина немедленно стал серьёзным:

— Если самый процветающий период Эпохи Императора-Основателя не смог свергнуть небеса, то даже если ты найдёшь бывших подчинённых Императора-Основателя, твои шансы будут намного ниже, чем в период расцвета. Если ты не нашёл их во время своего пика силы, какой смысл искать их сейчас?

Первый Предок, казалось, огорчился таким словам и терпеливо ответил:

— Я знаю! Но я также знаю, что если они будут продолжать прятаться в деревне Беззаботной и ничего не делать, то никогда не появится надежда! Я должен что-то сделать, нужно сосредоточиться. Если я молчу, мои мысли путаются. Я вижу, как мои товарищи умирают передо мной, я вижу, как катастрофа уничтожает всех людей, я вижу, как люди борются в ужасном месте, похожим на ад. Я должен что-то сделать…

Он был настойчив и переполняем одержимостью, однако, старейшина понимал его чувства и настрой:

— Я пойду с тобой.

****

Когда Цинь Му пришёл в резиденцию бывших Владык Небесного Святого Культа в Фэнду, он огляделся и увидел множество призрачных вестников и призрачных слуг, бегающих туда-сюда. По сравнению с обедневшими прошлыми Императорами Людей Зала Императоров Людей, это место было гораздо более оживлённым. Дворцы были необычайно внушительными, благодаря чему становилось очевидно, что прошлые Владыки Небесного Святого Культа получали много подношений. Они не были похожи на прошлых Императоров Людей, проводящих время в нищете, у которых не было никого за спиной, чтобы даже подмести их могилы.

Только Первый Предок, чьё физическое тело окаменело и находилось в Маленькой Нефритовой Столице, время от времени получал подношения, поэтому в его доме было достаточно пайков, чтобы оказать материальную помощь Второму и Третьему, а также остальным Предкам.

Дворцы Небесного Святого Культа с глазурованными изразцами и алыми стропилами выстроились в ряд. Будучи богато украшенными, а также имея не один уровень башен и павильонов, они соединялись между собой длинными коридорами различных форм. Между тем многочисленные бесы постоянно носили всевозможные букеты и тарелки с фруктами. Всё вокруг просто кипело жизнью.

Цинь Му печально вздохнул. Люди здесь тоже стали призраками, но отношение к делу в корне отличалось от всех остальных мест.

Подойдя к одному из дворцов, он поднял голову, желая осмотреть его. Это место называлось Залом Цзу Яна, поэтому он сразу подумал: «Может ли быть это место Залом Владыки Культа Цзу Яна?»

Цзу Ян был Владыкой Небесного Святого Культа перед Ли Тяньсином. Цинь Му не много знал о его прошлых достижениях, лишь то, что на горе Святого Пришествия был Зал Цзу Яна, и он никогда бы не подумал, что в Фэнду будет точно такой же.

Перед залом какой-то юноша высекал долотом льва-хранителя, в то время как бесы рядом с ним подбирали осколки камней.

Цинь Му собирался войти в зал, как вдруг тот юноша резко спросил:

— Зачем ты здесь?

Улыбнувшись, Цинь Му ответил:

— Я здесь, чтобы найти Владыку Культа Цзу Яна.

Юноша осмотрел его сверху вниз, прежде чем опустить молоток и долото. Находящийся рядом с ним бес немедленно поднял нефритовую тарелку, чтобы инструменты были положены прямо на неё. Другой бес принёс нефритовый таз, чтобы он смог вымыть руки, а третий предложил полотенце.

Юноша вытер руки и удивлённо спросил:

— Ты никогда раньше не видел Владыку Культа Цзу Яна?

— Ты Владыка Культа Цзу Ян? — удивлённо спросил Цинь Му.

Юноша с улыбкой кивнул:

— Да, это я. Я вижу, что ты в образе скелета, а это означает, что ты всё ещё жив, но вот что странно — ты не Ли Тяньсин. Он был моим учеником, поэтому я очень хорошо помню, как он выглядит. Ты следующий Владыка? — его охватил неподдельный интерес, и он взволнованно спросил. — Ты избавился от Ли Тяньсина?

Цинь Му поспешно покачал головой и сказал:

— Душа Владыки Культа Ли уже рассеялась. Он рискнул своей жизнью в борьбе против Син Аня, но ему не удалось одолеть его. Несмотря на то, что я не мог выносить характер Владыки Культа Ли, он покаялся прямо перед смертью, это было достойно восхище…

— Его душа рассеялась? Замечательно! — смеясь, Владыка Культа Цзу Ян радостно захлопал. — Чудесная смерть! В последние годы жизни я не хотел отказываться от своей позиции, в итоге этот сорванец воспользовался мной, когда я совершенствовал технику Девяти Увядающих-Процветающих Тайн, бросив мне вызов, когда моя Ци и кровь были в состоянии увядания. Он тяжело ранил меня и захватил позицию Владыки! Я был тяжело ранен, и когда моя жизнь подошла к концу, этот негодяй ещё приходил проливать крокодиловы слёзы перед моей могилой…

Цинь Му был ошеломлён, через мгновение спросив:

— Могу я спросить, где Патриарх?

— Какой Патриарх? Кто это? — Владыка Культа Цзу Ян был удивлён на какое-то время, прежде чем пришёл к осознанию. — А, ты говоришь о маленьком младшем брате мастера, верно? В последние годы правления мой пра-мастер взял себе ученика. Но он никогда не был ровней Владыке, к тому же был даже моложе меня. После того, как я забил своего мастера до смерти, он обвинил меня в этом, поэтому я захотел избавиться и от него. Однако я боялся, что последователи культа будут жаловаться, поэтому дал ему праздное назначение быть Патриархом Небесного Святого Культа, отправив его как можно дальше… Мастер, подойди сюда! Нас посетил молодой Владыка нашего Небесного Святого Культа!

Со стороны дворца вышел человек в чёрном. Он имел красивую внешность и выглядел на тридцать-сорок лет. Услышав эти слова, он подошёл и удивлённо спросил:

— Молодой Владыка Культа? Наш Небесный Святой Культ сменил Владыку? Как ты умер?

Владыка Культа Цзу Ян улыбнулся:

— Молодой Владыка ещё жив. Смотри, он в образе скелета и прибыл сюда, чтобы найти твоего младшего брата, моего маленького дядю.

Человек в чёрном подошёл поближе и с улыбкой осмотрел Цинь Му:

— Ты правда ещё не умер, а ученика ты себе уже нашёл?

Цинь Му без промедлений поприветствовал его и сказал:

— Приветствую Владыку Культа Юй Ляня. Пока нет, мне ещё предстоит принять ученика.

— Только не торопись и не принимай ученика в ближайшее время. Чем скорее ты его примешь, тем скорее умрёшь. Я тебе не вру, ты сам знаешь, что я погиб от рук своего ученика, — Владыка Культа Юй Лянь обернулся и показал меч, воткнутый в его спину. Затем он повторил своё предупреждение с добрым выражением лица. — Смотри, меч в спине, это дело рук моего ученика.

Владыка Культа Цзу Ян был доволен собой и с улыбкой сказал:

— Мастер, зачем ты держишь до сих пор этот меч? А что ты говорил, когда убивал мою пра-Владычицу?

Владыка Культа Юй Лянь усмехнулся и показал довольное выражение лица:

— Твоя пра-Владычица хотела передать эту должность своему маленькому младшему брату, как бы я стал Владыкой Небесного Святого Культа, если бы не убил её? Как бы ты тогда смог убить меня, чтобы стать Владыкой? А кого убил молодой Владыка, чтобы стать священным Владыкой?

Глава 505. Слабые Воришки

Цинь Му попытался ужасно нахмуриться, но спустя некоторое время вспомнил, что сейчас у него не было лица, которое можно было бы нахмурить.

Традиции Небесного Дьявольского Культа слегка отличались от того, что он представлял. Убийство владыки не наказывалось тремя ножами и шестью отверстиями, а наоборот, поощрялось и было своего рода достижением. Убийство своего предшественника считалось огромной честью для Владыки!

— Я никого не убивал! Я был избран Небесным Святым Патриархом, который помог мне обрести звание Владыки, — сдерживая свои эмоции, ответил Цинь Му.

— Учитель! Учитель! — Владыка Культа Юй Лянь помахал рукой молодой девушке. — Здесь молодой Владыка, и он выродок! Он стал Владыкой без убийства своего предшественника!

Молодая девушка вышла из своего дворца и направилась в их сторону, удивлённо говоря:

— Такое и вправду произошло? Ты не соблазнил своего предшественника, не разрушил его сердце Дао и не убил его в бою?

Цинь Му покачал головой:

— Нет. Небесный Святой Патриарх просто принял решение и передал звание мне.

— Осквернение традиций моего Небесного Святого Культа! — молодая девушка выглядела очаровательно, в её ушах сверкали две больших серебряных серьги. Но несмотря на это, она обращалась к Цинь Му с презрением в глазах. — Умственное и физическое сражение с учителем — это прекраснейшая традиция нашего Небесного Святого Культа, и ты осмелился позабыть о ней! Если не бросать вызов предшественнику, то как новое поколение станет сильнее старого? Ты не заслужил своё звание должным образом!

Цинь Му был ошеломлён, не зная, что и сказать.

Должно быть, молодая девушка принадлежала к семьи Сы, и, исходя из хронологии Владык, предка бабушки Сы звали Сы Юаньвэй.

Люди из семьи Сы редко становились Владыками, но за длинную историю культа это всё-таки произошло несколько раз. Сы Юаньвэй была одной из счастливчиков.

— Изначально я была Святейшей священного культа, но затем Фу Юнь сошёл с ума от любви ко мне, и его сердце Дао разрушилось. Затем он сказал, что в моих руках священный культ станет сильнее, поэтому просветил меня, расширяя мою мудрость. Ты, в свою очередь, полагался на помощь Патриарха, так что твоё звание незаслуженно!

Владыка Культа Цзу Ян ухмыльнулся:

— Пра-мастер, это младший брат мастера передал ему звание Владыки. Надеюсь, теперь тебе понятно, что не стоило брать его себе в ученики? Как только он стал Небесным Святым Патриархом, он разрушил нашу древнюю традицию! Новый Владыка не убил и даже не ранил своего предшественника, и всё равно осмелился прийти к нам!

Сы Юаньвэй слегка покраснела в лице:

— Я думала, что красота молодого Вэнь Юаня разрушит моё сердце Дао и он убьёт меня, унаследовав звание Владыки. Откуда мне было знать, что твой мастер успеет сделать это первым? Впрочем, Вэнь Юань и вправду разбил мне сердце, допустив такое. Разве он ещё не умер? Мы можем пойти и расспросить его… Мастер Ху Цзюнь, ты не видел Вэнь Юаня?

Обворожительно красивый мужчина подошёл к ним, улыбаясь:

— Я только что его видел. Его доставал какой-то огромный скелет, твердящий что пришёл из мира живых. Он обвился вокруг старика и жалостно скулил вместе с ним. Должно быть, он где-то неподалёку, вытирает свои сопли. А кто этот…

— Новый Владыка нашего священного культа, — безразлично ответила Сы Юаньвэй. — Он не заслужил своё звание должным образом. Оно досталось ему по наследству, без боя! Какой позор!

— Как подобное могло случиться? — помрачнев в лице, Владыка Ху Цзюнь ухмыльнулся. — Каждая новая эпоха порождает своего гения, и каждое новое поколение оказывается хуже предыдущего. Современные люди деградировали настолько, что даже за звание Владыки Небесного Святого Культа никто не сражается. Ты ещё в силах контролировать свою империю?

Цинь Му держал себя в руках:

— Владыки, меня поддержали мастера трёхсот шестидесяти чертогов, а также Хранители и Небесные Короли. Лишь с их поддержкой я заполучил своё звание. По правде говоря, под моим правлением культ расцвёл и стал сильнее, чем когда-либо до этого!

— Громкие слова! — подошло ещё несколько прежних Владык, в то время как красивый мужчина, услышав слова парня, улыбнулся. — Расцвёл? Я слышал, что теперь в мире живых главной силой является Империя Вечного Мира. Она аннексировала весь мир, так как тебе удалось развить культ в таких условиях? Ты что, собрался предать нас и позволить императору стать новым владыкой?

Сдерживая свой гнев, Цинь Му улыбнулся:

— Ты кто?

Красивый мужчина расправил веер, который держал в руке, и ответил:

— Ты что, никогда не бывал в Зале Юэ Гуана на горе Святого Пришествия? Я Владыка Культа Юэ Гуан!

Громко рассмеявшись, Цинь Му ответил:

— Я ни разу не отдавал дань своего уважения гнилым доскам в залах. На горе Святого Пришествия я уважаю лишь Дровосека, Мастера-Основателя и трёх королей. В моих глазах все остальные — прост мухи, не достойные моего внимания!

— Какой наглый!

Вскоре подошло ещё несколько Владык, и Цинь Му повернулся к ним. Все мужчины и женщины вокруг были красивыми и ухоженными, что создавало очевидную разницу между Небесным Дьявольским Культом и Залом Императоров Людей.

Неважно, будь то мужчина или женщина, красивый или уродливый, любой мог стать Императором Людей, поэтому старики не сильно заботились о своей внешности и не предпринимали попыток сохранить свой молодой вид.

Но Владыки Небесного Святого Культа были совершенно другими. В Великих Небесных Дьявольски Рукописях было Семь Писаний Создания, совершенствование которых позволяло сохранить молодой вид навеки. Эти техники даже позволяли вернуть себе юношескую внешность.

Цинь Му внимательно рассматривал Владык Небесного Святого Культа. Внешность каждого из них была невероятно привлекательной, и даже молодо выглядящий Патриарх пёкся о своём внешнем виде и выглядел значительно моложе своих лет.

— Скорее всего, молодой Владыка не отдал дани своего уважения мне, Фэн Цяни из Зала Цяни, не так ли? — с ухмылкой проговорил Владыка Фэн Цяни. — Твоё положение досталось тебе в наследие, ты не забрал его силой. Несмотря на своё нечистое происхождение ты осмеливаешься называть нас мухами, не заслуживающими уважениями. А с чего это мы должны тебя уважать?

— Верно, ты обрёл своё положение незаконным путём, откуда у тебя смелость навещать своих предков?

— Ты даже не руководствуешься правилами нашего святого культа и не отдаёшь нам дани уважения. Разве ты не предал своих предшественников?

— Молодой Владыка…

Подобные высказывания звучали довольно длительное время.

— ТИХО! — не в силах терпеть, злостно прокричал Цинь Му.

Все вокруг мгновенно затихли.

Цинь Му громко рассмеялся, разводя руками в стороны:

— Когда я унаследовал своё звание, жизнь большинства последователей была на грани нищеты, и мне предстояло многое сделать. Мой предшественник, Ли Тяньсин, оставил после себя ужасный беспорядок. Оказавшись у власти, я реформировал наши сильные и слабые стороны и вступил в союз с Империей Вечного Мира, что позволило искоренить буддизм и нанести серьёзный урон секте Дао, вынуждая два священные обители признать поражение, — не переводя дыхания, он продолжал. — Я изменил наши законы и пути, расширил учения, создал Чертог Школы, Небесную Святую Академию, собрал пути, навыки и божественные искусства всех сект и культов в мире, чтобы восстановить нашу репутацию!..

— Я создал восемнадцатую форму меча и нашёл способ пробудить исконный дух в области Шести Направлений…

— Сейчас, люди моего культа занимают важные места по всей стране. От простаков и пешек до Имперского Наставника Вечного Мира, люди нашего культа есть на всех уровнях общества!..

— Находясь в области Семи Направлений, я уже очень многое успел сделать, изменить, — юноша с ухмылкой осматривал прошлых Владык. — А чего добились вы?..

— В ваших руках Небесный Святой Культ свернул на дьявольский путь и начал называться Небесным Дьявольским Культом, страдая от всеобщего неуважения и издевательства!..

— Путь святого — это ежедневная польза для обычных людей, но вы, получив совершенный путь святого, смогли превратить его в дьявольский, и сделать наш культ таким же. Святой должен обрести заслуги и добродетель, сохранить свои идеи в письме, а что сделали вы?..

— Я уважаю Святого Дровосека, он передал на камне свои рукописи и отдал свои навыки всем поколениям.

— Я уважаю Мастера-Основателя, он объяснил мудрость старого мудреца, основал культ и сохранил свои идеи в письме…

— Я уважаю трёх Владык из Зала Трёх Королей, которые пожертвовали собой в опасные времена, чтобы сохранить своё наследие…

— А что можно сказать о вас? — усмехнулся юноша. — Какие вы обрели заслуги? Какую добродетель? Вы неправильно поняли учения, совершенствовали дьявольские техники, зарабатывая Небесному Святому Культу репутацию дьявольского! Откуда у меня смелость встретиться с предками? Разве ваши заслуги могут сравниться с моими? Разве вы достойны звания Владыки? Достойны называться священными учителями? Я здесь не для того, чтобы найти вас, так как вы — посредственности, и не достойны встречи со мной!

Вокруг воцарилась абсолютная тишина.

Священных Владык Небесного Святого Культа было намного больше, чем Императоров Людей, но так как большинство из них погибли жалкой смертью, они обычно не успевали достичь высокого уровня совершенствования и попасть в Фэнду, так что их численность была не слишком большой.

Несмотря на это, вокруг Цинь Му собралось около тридцати Владык, являющихся в Фэнду большой силой, которую никто не хотел провоцировать, но его длинная речь поразила всех их до глубины души, отчего вокруг воцарилась мрачная атмосфера.

Внезапно издали послышался голос Патриарха:

— Что происходит? Все уже здесь? Я опоздал, я снова опоздал!

Цинь Му оглянулся, увидев на лбу Патриарха капли холодного пота. Мужчина в спешке бежал к ним, следом за ним плёлся огромный скелет цилиня.

Наконец добравшись к ним, мужчина втиснулся в толпу. Продолжая обливаться холодным потом, он захихикал:

— Владыки, как простой разговор мог перерасти в такую ссору? Перед вами нынешний Владыка Небесного Святого Культа, непревзойдённый талант своего поколения, который проводит учения на камне. Владыка пришёл ко мне, так идём посидим у меня дома. Последователи священного культа сожгли для меня много неплохих вещей.

Владыки Небесного Святого Культа вокруг продолжали неподвижно стоять.

По лбу Патриарха стекали ручьи пота, когда он схватился за край одежды Цинь Му, стиснул зубы и нервно проговорил:

— Твои слова были слишком грубыми. Опусти голову и извинись перед предками…

— Извиняться? Не стоит, — Владыка Цзу Ян громко рассмеялся и проговорил. —Крохотное тело Владыки Культа Циня смогло разразиться такими поразительными словами, что даже глухой мог их услышать. Мы все ошарашены.

Выражение лица Патриарха слегка изменилось. Судя по всему, Владыка Цзу Ян был крайне зол. Чем приятнее мужчина говорил, тем сильнее была его ярость.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Владыка Цзу Ян пытается что-то сказать, пожалуйста, продолжай.

Патриарх крайне взволновался, но Владыка Цзу Ян просто улыбнулся:

— Владыка Небесного Святого Культа должен не только владеть бойким ртом, но и быть хорош в настоящем бою. Ты получил своё положение незаконным образом, но так как Владыка Ли Тяньсин уже мёртв, теперь нам, старым мертвецам, предстоит проверить твои способности вместо него. Давай посмотрим, есть ли у тебя право называться священным учителем!

Патриарх резко дёрнул за угол рубашки Цинь Му, давая тому понять, что ему стоит оказаться.

— Сражаться в одной области? По правде говоря, я только что одолел всех в Зале Императоров Людей, — юноша легко оттолкнул руку Патриарха и с улыбкой ответил. —— Все Императоры Людей — первоклассные мастера, и сражение с ними было невероятно изнурительным. Но когда речь идёт о сражении с дорогими Владыками в одной области… — в его голосе слышалась нотка равнодушия. — Думаю вам стоит атаковать вместе.

Пот катился по лбу Патриарха, будто дождь.

Выражения лиц старых Владык резко изменились, Юй Лиань захихикал:

— Владыка очень решителен, но разве тебе не кажется, что просить нас атаковать вместе — это слишком самоуверенно? Давай для начала я сам проверю твои техники.

Цинь Му покачал головой:

— Твоей области недостаточно. Одна область — как одно небо, один образ мыслей — как один проход. Я стою на его вершине, смотря на всех внизу, и вижу вас насквозь. Я прошу вас атаковать вместе, так как уважаю старших. Если Владыка Юй Лиань хочет сразиться со мной в одиночку, он определённо себя переоценивает.

Патриарх тяжело вздохнул, прежде чем торжественно проговорить:

— Владыки, священные учителя, вы должны сдержать своё обещание. Запечатайте свои божественные сокровища Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста. Что касается того, должны вы атаковать вместе или по одному, решайте сами. В любом случае, я не Владыка священного культа, так что не могу вам здесь приказывать.

Владыка Культа Юй Лиань первым запечатал свои три божественных сокровища и бросился вперёд. С его громким криком наружу вырвалась жизненная Ци. Великие Небесные Дьявольские Рукописи мужчины шли дьявольским путём, и он по праву считался сильным практиком последнего. Он освоил пути, навыки и божественные искусства Великих Небесных Дьявольские Рукописей до предела, и даже шагая напоминал мерцающего призрака.

«Великие Небесные Дьявольские Рукописи — всего лишь неполная версия моей техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, но они всё равно умудрились превратить её в дьявольскую технику» — прищурившись, Цинь Му ударил в землю ладонью. С молниеносной скоростью он без промахов ударил в призрака:

— Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд!

Бум!

Владыка Юй Лиань отлетел назад, пробивая в стене Зала Цзу Ян дыру в форме человека. Затем снаружи раздалась череда взрывов, с которыми бедолага пробил более десятка стен, пока за десять километров от поля боя не возвысилось огромное грибное облако. Было сложно сказать, сколько всего он разрушил по пути, прежде чем остановиться.

Прежде чем все вокруг успели прийти в себя, Цинь Му подобрался к спине Владыки Цзу Яна. Реакция старика оказалась невероятно быстрой, и он прыгнул вперёд, превращаясь в тень, которая тут же исчезла в полу.

Цинь Му топнул ногой по земле, отчего та раскололась, обнажая глубокий ров. От толчка тело Владыки покинуло форму тени, а уже в следующий миг на его лицо обрушился удар ножа. Мужчина злостно прокричал, создавая вокруг себя панцирь чёрной черепахи. Впрочем, наткнувшись на нож, тот податливо раскололся, и бедолага улетел вдаль вместе с двумя половинами сломанного щита.

Цинь Му ворвался в толпу прошлых Владык, двигаясь среди них, будто призрак. Все вокруг были ошеломлены, но не теряли времени, пытаясь вовремя отбить его атаки.

Бум! Бум! Бум!

Раздалась серия взрывов, и божественное искусство Владыки Юэ Гуана попало в тело Фэн Цяни, дьявольский меч которого вонзился в грудь Сы Юаньвэй.

В мгновение ока, все мастера были ранены.

Патриарх поспешно отступил, избегая мимолётных ударов. Затем он увидел, как земля под ногами начинает трескаться и рассыпаться. Зал Цзу Яна разлетался на части под давлением бесчисленных божественных искусств и постепенно поднимался в небо. Сражающиеся извивались среди обломков, время от времени переворачиваясь головой вниз. Иногда они становились тенями внутри колонн, а иногда летающими или прыгающими зверями!

— Ты использовал Меч Дао, предатель! — прокричал старый Владыка, пропустивший сотни ударов меча, прежде чем полететь к земле головой вниз.

— Мерзавец, это техника Монастыря Великого Громового Удара!

— Это божественное искусство Маленькой Нефритовой Столицы!

— Что это за навык меча?..

Бах! Бах! Бах!

Силуэты валились на землю, а разрушенный дворец продолжал подниматься всё выше и выше. На его глазурованных плитах и красных стропилах столкнулись тела Цинь Му и Владыки Культа Ху Цзюня.

Использовав Секреты Слова Печати, Цинь Му запечатал пять чувств противника, после чего развернулся и исполнил Переворачивающие Небо Руки Инь Ян, движением ладони вынуждая противника блевать кровью в падении.

Глазурованная плитка зала рассыпалась, и из-за неё появился Владыка Янь Цзи. Но он сразу же наткнулся на ужасающее божественное искусство Цинь Му — Райская Пещера и Млечный Путь, Свисающие с Нефритовых Небес!

Десять тысяч звёзд породили невероятную силу ладони, спустившуюся с небес. Пробившись сквозь божественное искусство Владыки Янь Цзи, как сквозь гнилое дерево, Млечный Путь безжалостно ударил последнего о землю.

Бум!

Воздух дрожал от хруста бесчисленных заборов и полуразрушенных стен, как вдруг земля резко встряхнулась. В том месте, где упали Владыки Небесного Святого Культа, появился огромный след ладони площадью в несколько полей.

— Слабые, старые воришки, вы не можете выдержать даже одного удара, — Цинь Му приземлился на землю, стряхивая пыль с одежды.

Повернувшись к ошеломлённому Патриарху, он проговорил:

— Патриарх, идём к тебе, теперь можно поговорить.

Глава 506. Священный Учитель

Молодо выглядящий Патриарх проживал в Зале Вэнь Юаня, который выглядел изношенным и жалким на фоне залов всех Владык Небесного Святого Культа. Возможно, это потому, что Патриарх никогда не был Владыкой, священным учителем, а значит его статус был намного ниже, чем у Владык.

Цинь Му считал также, но из-за такого положения дел Патриарх мог оставить свои вещи там, где захочет, и достичь того, чего не могли Владыки.

Патриарх и Имперский Наставник были друг другу наполовину учителем и учеником, а также наполовину друзьями. Когда юное дарование пришло навестить Патриарха, последний взял на себя инициативу, показав ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи, а также рассказав ему об общих учениях пути святого. Затем он лично написал рекомендательное письмо о нём для секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара.

Имперский Наставник получил немалое количество достижений благодаря ему.

Впоследствии, когда Вечный Мир начал свою реформу, это также было связано с Патриархом. Даже основание Имперского Колледжа имело очень глубокие связи с ним.

Он был первым Великим Ректором Имперского Колледжа, и когда Имперский Наставник проводил свою реформу, то часто интересовался его мнением.

В Вечном Мире было три крупных реформаторские фигуры. Две из них — Имперский Наставник и Император, они всегда были впереди, а Патриарх был третьей, стоящий за их спинами.

Даже если взять достижения священного культа на протяжении всей истории своего существования, было не более двух-трёх других людей, которые могли бы сравниться с достижениями Патриарха.

Тем не менее, поскольку он не был Владыкой, он не получал такого же отношения, какое получал любой из Владык, поэтому Цинь Му очень сочувствовал ему.

— Ты совсем не изменился, — Патриарх привёл Цинь Му в зал, между тем цилинь продолжал всё это время тереться об него своими огромными костями и чешуёй. Его одежда была порвана, а нога стала ярко-красной, и всё же он вёл себя так, словно ничего не случилось. — Что теперь? Ты побил всех прошлых Владык! Как ты думаешь, с ними легко ладить? Они — сила в Фэнду! После того, как ты умрёшь от старости, как ты выстоишь в Фэнду?..

— Патриарх… — голос Цинь Му слегка дрожал, он неожиданно обнял его и ещё очень долго не отпускал. — Я скучал по тебе.

Мальчик-скелет хотел вытереть слёзы, но слёз не было, вздохнув, он сказал:

— Я не знал, что ты останавливал богов Высших Небес в Великих Руинах, позже я узнал это от Сы Юньсян. Старший Надзиратель вернул твой прах обратно, но я не смог увидеть тебя в последний раз. Поэтому я здесь! Я скрывал это от толстяка, но я больше не могу…

Патриарх был ошеломлён. Он похлопал Цинь Му по спине и с сожалением вздохнул:

— Я живу в другом месте. Смотри, у меня есть плоть и кровь. В моих глазах это вы, ребятки, мертвы, так что, мне тоже расплакаться сейчас? Вот-вот. Владыка Культа Цинь был настолько жестоким, когда поносил на чём свет стоит и избивал всех предков, так почему же теперь ты ведёшь себя как маленький ребёнок? Хватит, цилинь, ты уже затёр мою ногу до крови! Тебе ещё не надоело?

Цилинь хотел высунуть язык, чтобы помочь ему зализать рану, но затем он вспомнил, что у него нет языка и неохотно отступил. Но через мгновение он не удержался и снова начал тереться об его ногу.

Молодо выглядящий Патриарх потерял дар речи. Он долгое время не видел цилиня, поэтому, впервые встретившись, они много плакали, ведь некогда были очень близки. Но несмотря на это, его начало раздражать безостановочное трение зверя о ногу. Всё, что он хотел, это держать его от себя подальше.

— Я думал о встрече со Святым Дровосеком, который поделился своим учением на камне, а также с Мастером-Основателем и тремя королями, — сказал Цинь Му. — Патриарх, они тоже в Фэнду?

— Ты никогда не сможешь больше увидеть Трёх Святых Королей, их души рассеялись, — печально сказал Патриарх. — Они погибли в бою, и передали учения на камне следующему Владыке, поэтому они не смогли защитить свои собственные души и войти в Фэнду. Я думал, что тоже встречу Мастера-Основателя здесь, но я его так и не нашёл, как и Святого Дровосека.

Цинь Му был потрясён. Кроме Фэнду, куда ещё могли отправиться Святой Дровосек и Мастер-Основатель?

Каменная статуя физическая тела Дровосека, смотрящая на Великие Руины, всё ещё стояла в Маленькой Нефритовой Столице. Его же исконный дух покинул его тело и отправился в другие места. После того, как Мастер-Основатель утвердил свой культ и изложил свои идеи в письменной форме, он не утвердил свои заслуги, поэтому не стал святым. Ему также не удалось стать богом, поэтому, умирая от старости, куда бы он мог пойти?

Патриарх, задумавшись, сказал:

— Ты избил прошлых Владык…

— Патриарх, я тоже Владыка, как и они, почему я должен быть ниже их? Я также Император Людей, так что мой статус даже выше. Если ты хочешь, чтобы я поговорил с ними спокойно, этому не бывать, — сказал Цинь Му. — У священного культа нет старшинства, и тот, кто знает правду, должен быть учителем. Несмотря на то, что они — прошлые Владыки, у них также есть свой стержень в характере. Если бы я не одолел их, они сказали бы, что мой титул Владыки совершенно не достоин меня, но после избиения они поняли, что я занимаю эту должность по праву. Кроме того, у священного культа в их руках не было никаких достижений, а их собственный путь был испорчен, поэтому они заслуживали поражения.

Патриарх вздохнул и с любопытством спросил:

— У тебя нет физического тела, как ты использовал свою магическую силу?

— Я однажды приходил сюда со старейшиной деревни, и тогда я понял, что превращение в скелет было просто иллюзией. Поскольку исчезновение моего тела — это иллюзия, когда вы, ребята, возвращаетесь к жизни — это тоже иллюзия. Божественные глаза слепого позволили мне увидеть всё в Фэнду, и с тех пор я могу использовать здесь магическую силу и божественные искусства. Я чувствую своё собственное физическое тело. Патриарх, ты не знаешь этого, но в моих глазах…

Безграничная печаль затопила его сердце, и он не смог себя заставить продолжить.

Перед его божественными глазами спокойно живущий юноша был всего лишь скелетом.

Идя по городу Фэнду, кроме этого, он ничего больше не видел.

В шумном городе любой проходящий был скелетом или призраком. Только он двигался по городу с физическим телом. Он был одинокой душой.

Даже когда он весело разговаривал с прошлыми Императорами Людей в Священном Зале Пяти Ян, он разговаривал лишь со скелетами. И только оказавшись на Между Жизнью и Смертью, он увидел, как прошлые Императоры Людей обрели плоть и кровь.

Цинь Му мог увидеть это только с помощью божественных глаз, которыми наградил его слепой. Он видел намного-намного больше, чем призраки в Фэнду.

В мире живых, жизнь и смерть были полностью изменены, но Патриарх, прошлые Императоры Людей и прошлые Владыки были уже мертвы.

Цинь Му не сказал всего этого. Он некоторое время просто молчал, а после добавил:

— Патриарх, ты, Имперский Наставник и Император отвечаете за реформу. Теперь, когда ты здесь, как будет продолжаться реформа?

Патриарх шёл рядом с ним, не давая цилиню снова приблизиться к ноге, и с улыбкой ответил:

— Путь реформы уже начался, и он не закончится. Имперский Наставник реформирует традиции, рабскую природу, борьбу между сектами, так что практикам божественных искусств не нужно больше сражаться за секты и истощать свою собственную силу в пустую. Это также должно изменить индивидуальное мышление сект, позволить практикам божественных искусств работать на людей и служить им. Это великая идея и отличная основа. — он пришёл в задний двор Зала Вэнь Юаня и передал Цинь Му пару ножниц. Он также взял одни для себя и, начав тщательно подстригать ветки, продолжил говорить. — Самая важная вещь в реформе заключается в том, что она меняет дурные привычки в сердцах людей, с её помощью люди должны отказаться от богов. Уничтожение богов в сердцах людей — это не то, что должны делать только практики божественных искусств, а то, что должен делать весь мир. Если бы каждый мог уничтожить бога и будду в своих сердцах, настал бы мир процветания.

Цинь Му обрезал ветки и превратил цветок в куриного дракона без перьев.

Патриарх закончил говорить, остановился и обдумал свои слова, прежде чем кивнуть:

— Люди мира молятся богам и буддам о ветре, дожде и обильном урожае, чтобы их семья процветала и имела много детей. Если бы практики божественных искусств смогли выполнить их желания, это действительно могло бы помочь уничтожить богов в их сердцах.

Патриарх посмотрел на цветы и растения, которые он небрежно обрезал, и через мгновение перевёл взгляд:

— Я уже говорил Имперскому Наставнику, что для того, чтобы уничтожить богов в сердцах, ему сначала нужно реформировать экономику, что, несомненно, улучшит государственное управление и поможет людям. Открытая экономика сделает людей более рациональными. Проще говоря, когда практики будут использовать свои божественные искусства, чтобы помочь фермерам собрать урожай, последние будут платить им, в итоге давая средства для существования, которые можно потратить на покупку еды или ресурсы, необходимые для совершенствования. В итоге всё потраченное будет возвращаться в руки людей. Также все они должны будут платить налоги империи, тем самым дополнительно обогащая её. Когда империя богата, она может открыть больше транспортных и ирригационных работ, которые будут вестись для удобства и блага людей. Таким образом, когда империя богата, люди богаты, когда люди богаты, ресурсы в изобилии. Практики божественных искусств смогут покупать все виды ресурсов, и их совершенствование, естественно, неоднократно возрастёт. Люди станут сильными, империя станет сильной.

Цинь Му был в восторге, но вдруг услышал шаги и оглянулся, увидев Владык Цзу Яна, Юй Ляня, Сы Юаньвэй и остальных, которые входили в Зал Вэнь Юаня с убийственным намерением.

Прошлые Владыки Небесного Дьявольского Культа остановились, и стали слушать.

— Обычные люди слишком долго были рабами влиятельных семей, в итоге невольно приобретая рабскую натуру. Когда становишься на колени, уже трудно встать, а Имперский Наставник как раз-таки помогает им встать, тем не менее, это требует времени. Реформа продвигается медленно, но люди хотя бы больше не преклоняют колени перед практиками божественных искусств, — мысли Патриарха были заняты реформой, он даже не заметил приход гостей и продолжил рассуждать о прошлом. — Я видел ситуацию до реформы. В то время секты и культы стояли рядами, заставляя фермеров усердно работать. Они должны были вставать на колени и называть их старыми мастерами, предлагая мясо и пайки. Чтобы изменить в людях этот вид рабской натуры, Имперский Наставник и я потратили около двухсот лет. Однако, однажды встав, человеку уже трудно преклонить колени.

Цинь Му вспомнил случай, когда люди становились на колени перед каменными статуями, которые появились из земли:

— Они преклоняли колени перед статуями богов.

Выражение лица Патриарха стало немного странным:

— Имперский Наставник сказал, что уничтожить бога в храме легко, а вот уничтожить бога в сердце — более трудная задача. Как по мне, уничтожение бога в храме также не является лёгкой задачей. Однажды я провёл небольшой эксперимент, чтобы проверить сердца народа. Я построил маленький храм за пределами столицы и освятил грязную паршивую собаку, а затем заставил её сесть в храме. Догадываешься, что случилось? — он вздохнул и продолжил. — Через несколько дней храм паршивой собаки процветал от благовоний, кучка стариков и старух постоянно приносили подношения. Ящик для пожертвований перед паршивой собакой был набит деньгами. Даже если взять не грязную собаку, а обычную жабу и положить её в храме, люди всё равно наполнят храм деньгами и оставят благовония!

Цинь Му засмеялся, но постепенно его смех затих, ведь в этом не было ничего смешного.

— Вот почему нам нужно открыть экономику и образумить народ. Только тогда мы сможем уничтожить богов в храмах и их сердцах, — сказал Патриарх. — И чтобы вдохновить людей, нам нужно, чтобы вы продолжили реформу, дабы увеличить число практиков божественных искусств. Они должны стать более привычными и стать богами. Когда практики божественного искусства станут богами и при этом продолжат служить людям, люди больше не будут молиться богам в храмах. С новыми знаниями появятся ещё больше практиков божественных искусств.

Обрезая ветки, Патриарх добавил:

— Открытие экономики и увеличение мудрости людей — путь к успешной реформе. То, что вы, ребята, делаете сейчас, очень хорошо. Божественные искусства используются для людей, но для того, чтобы люди обрели мудрость и больше не преклоняли колени перед богами в храмах, требуется время. Этот путь труден, и он сначала коснётся преимуществ сект, а после дойдёт и до преимуществ высших богов. Высшие Небеса — всего лишь собаки высших богов, и, вероятно, за этим всем стоит ещё большая опасность. Реформа Имперского Наставника добавила ещё три формы к навыкам владения меча и начала менять пути и навыки на небесах и земле. Ты распространяешь технику становления богом через исправление божественного моста, подталкивая тем самым реформу ещё на один шаг вперёд. Сы Юньсян помолилась и предложила мне благовония, сказав, что ты и принцесса Юйсю основали навык пробуждения Исконного Духа Шести Направлений. Многие практики божественных искусств в Империи Вечного Мира внесли свой вклад в создание основы и к настоящему времени создали множество техник и божественных искусств. Это великие дела… — он выпрямил спину. — Благодаря тому, что пути, навыки и божественные искусства улучшаются день ото дня, в Империи Вечного Мира будет появляться всё больше и больше богов. Со временем боги в храмах будут разрушены, и когда это произойдёт, мы будем очень близки к уничтожению богов в сердцах людей!

Разум Цинь Му трепетал, он бросил ножницы и сделал длинный поклон земле:

— Патриарх поистине священный учитель моего Небесного Святого Культа!

Патриарх поспешно выбросил свои ножницы и с улыбкой помог ему встать:

— Ты — Владыка, священный учитель нашего культа, почему ты называешь меня священным учителем? Не валяй дурака, вставай!

В этот момент все прошлые Владыки низко поклонились земле и в унисон сказали:

— Священный учитель!

Молодо выглядящий Патриарх заметил их только сейчас и растерялся.

— Священный учитель — это святой, который является учителем. Все прошлые Владыки не заслуживают того, чтобы называться священным учителем. Только ты достоин этого звания и достоин уважения всех прошлых Владык!

Патриарх был взволнован, всевозможные эмоции окутали его сердце, и он не смог сдержать слёзы, которые покатились по его щекам. Он никогда прежде не был Владыкой и всегда исключался из круга власти в Небесном Святом Культе…

Он нёс бремя священного культа только тогда, когда тот был в беде. Вот почему он никогда даже не мечтал о том, что будет получать уважение от всех прошлых Владык!

Ведь единственный, кто был достоин уважения всех Владык — Святой Дровосек, передавший своё учение на камне.

Глава 507. Расспрос

— Теперь я верю, что стремления и способности Вэнь Юаня намного превзошли наши, — в заднем саду Зала Вэнь Юаня, прежние Владыки поднялись с колен.

Горько вздыхая, Сы Юаньвэй что-то вспомнила и спросила:

— Почему я тебя тогда взяла в ученики? Кажется, мои суждения были очень глубокими!

Покраснев, молодо выглядящий Патриарх ответил:

— Когда мастер взяла меня себе в ученики, ты сказала, что у меня была красивая внешность и хорошее понимание. Естественно, внешность стала решающим фактором.

Цинь Му осмотрелся вокруг, в который раз отмечая, что все женщины и мужчины вокруг были очень красивыми.

Прежние Владыки Небесного Святого Культа и Патриарх, казалось, нормально воспринимали такое решение женщины.

Слегка покраснев, Сы Юаньвэй улыбнулась:

— Теперь вспомнила. Я взяла тебя в ученики надеясь, что моё сердце Дао разрушится от любовной интриги. Мои Великие Небесные Дьявольские Рукописи в основном совершенствовали сердце, к тому же, именно разрушив сердце Дао своего предшественника, я стала Владыкой.

— Мне был нужен кто-то, способный разрушить моё сердце Дао. Не разрушив, не построишь. Не сделав этого, ты не смог бы занять позицию Владыки. А если бы мне удалось выстоять, то я могла бы стать богом или дьяволом. Впрочем, так как я всё время пыталась защититься от тебя, Владыка Юй Лиань воспользовался моей невнимательностью и убил меня.

Гордясь собой, Владыка Юй Лиань проговорил:

— Мастер боролась со своей привязанностью к младшему брату, совсем позабыв о том, насколько тяжело защититься от атаки скрытного врага. Сколько тогда было младшему брату? Ты слишком переживала из-за него. Может быть если бы ты сильнее брала меня во внимание, то он всё-таки оказался бы Владыкой.

Цинь Му задумался. Слово «дьявольский» могло появиться в названии культа именно из-за этой странной традиции между учениками и мастерами.

Склонность мастеров позволять ученикам убивать себя уж точно не несла в себе ничего злого. К примеру, когда Ли Тяньсин погиб от руки бабушки Сы, та была всего лишь в области Небожителя, поэтому её собственных сил определённо не хватило бы, чтобы совладать с практиком, находящимся в области Божественного Моста.

И всё же, Ли Тяньсин позволил ей это сделать.

Вероятно, борьба между Владыками и последователями Небесного Дьявольского Культа берёт начало со времён Владыки-Основателя. Желая сделать каждое новое поколение сильнее старого, он внедрил правило, по которому ученик мог стать Владыкой Небесного Святого Культа только одолев действующего лидера.

Тем не менее, это правило постепенно поменялось. Учитывая странность Великих Небесных Дьявольских Рукописей, в умах последователей с лёгкостью рождались дьявольским мысли. Как результат, правило, кажущееся в теории отличной идеей, на деле оказалось тем ужасом, которым и оставалось до наших дней.

Улыбнувшись, Патриарх проговорил:

— Если бы я был Владыкой Небесного Святого Культа, то, скорее всего, был бы не лучше чем вы, и заботился бы лишь о Небесном Святом Культе, а не о людях всего мира. То, что я не удостоился этого звания, сделало меня тем, кем я есть.

Все прежние Владыки кивнули, соглашаясь с его словами.

— Что касается Владыки Культа Циня… — Сы Юаньвэй повернулась к юноше и на мгновение замолчала. — Мы больше не будем ссориться из-за того, каким образом тебе досталось твоё положение. Ты хорошо справляешься на посту главы культа, впрочем, на твоём месте мы достигли бы не меньших успехов.

Цинь Му скромно ответил:

— Естественно. Все прежние Владыки — драконы и фениксы среди живых, окажись вы на моём месте, то определённо достигли бы даже больших успехов. Вот только когда вы и вправду были на моём месте, то почему-то ничего не сделали.

Юные лица вокруг дёргались, мерцая между злостью и спокойствием, люди с трудом сдерживали желание убить парня.

Юноша вёл себя бесстрашно, но в конце концов он тоже был Владыкой. Он нёс на себе огромную ответственность за передачу званий и учений на камне, поэтому вместе с его смертью наступил бы конец Небесного Дьявольского Культа.

— Я поступил неуважительно, так как возмутился тем, что старшие используют устарелые и неправильные правила, ограничивающие новые поколения. Прошу у всех прошлых Владык прощения.

Выражения на лицах людей стариков смягчились, и Владыка Цзу Ян немедленно помог парню подняться:

— Молодой Владыка сделал то, чего мы не смогли, поэтому мы безгранично тобой восхищаемся. Из числа всех Владык ты входишь если не в тройку лучших, то определённо в пятёрку. Люди говорят, что после смерти ничего не имеет значения, так что мы не ¬будем держать на тебя злости из-за этой небольшой ссоры.

Владыка Ху Цзюнь улыбнулся:

— Но кроме восхищения твоими достижениями в совершенствовании, мы также волнуемся, что вернувшись в мир живых, ты запретишь приносить нам подношения на новый год и другие праздники!

— Ты прав! Хорошо отмечено!

Все громко рассмеялись и ответили:

— Мы не хотим закончить как нищие из Зала Императоров Людей. Для них совершено никто не сжигает подношений!

— Нынешний Император Людей совершенно ни на что не годится, он не приносит подношений на праздники и даже на новый год! Обратите внимание на то, какой славой они владели при жизни, и насколько жалкими становятся после смерти. Они совсем не ровня нам, успешным и при жизни, и после смерти!

Все вокруг громко смеялись, и даже Патриарх слегка усмехнулся, но в следующий миг он вспомнил о Цинь Му и тут же остановился.

Цинь Му и сам издал несколько смешков. К счастью, у него не было лица, иначе он бы покраснел от стыда.

Прошлые Владыки Небесного Дьявольского Культа не подозревали, что юноша был также Императором Людей, и именно из-за него старые Императоры оказались в такой нищете.

«Вернувшись в Империю Вечного Мира, я обязательно должен отправиться в Зал Императоров Людей и даровать старикам богатую жизнь. Они не заслужили бедности!» — он поставил перед собой новую цель.

— Владыка Культа Цинь, — торжественно проговорил Патриарх. — Ты уже повидался со мной, что ты будешь делать, вернувшись в мир живых?

Смех затих, и все повернулись к юноше, ожидая его ответа.

На лице парня возникло серьёзное выражение, быстро сменившееся улыбкой:

— Вернувшись в Империю Вечного Мира я первым делом построю дороги.

— Построишь дороги? — Патриарх нахмурился. — Это правда, что транспорт и дороги улучшают качество путешествий, но стоимость их возведения очень велика. Империя Вечного Мира прошла через многие войны и бедствия, её сокровищница опустошена. Ты дорожишь жизнями людей, почему тогда ты собрался строить дороги в первую очередь? В Империи Вечного Мира они и так неплохие, для чего тратить ресурсы и рабочую силу попусту?

Цинь Му тяжело вздохнул:

— Потому что недавно я захватил Западные Земли.

Сердце Патриарха резко дрогнуло, и он прокричал:

— Ты повёл армию, чтобы захватить Западные Земли? Сколько у тебя было солдат? Западные Земли ведь огромны, как ты сумел их захватить?

Сердца остальных Владык тоже дрожали, они не верили услышанному.

— Я сделал это сам с помощью цилиня и Сюн Ци’эр, — юноша едва заметно улыбнулся. — Западные Земли уже присоединились к Империи Вечного Мира, но расстояние между ними и Средиземьем составляет сто пятьдесят тысяч километров. Если кнут не достаёт, то Император бессилен, как говорится. Поначалу Западные Земли будут знать своё место, но с длинными грунтовыми дорогами их со временем проглотит хаос. Именно поэтому я хочу построить дорогу между Западными Землями и Средиземьем!

Патриарх и Владыки с трудом вверили в его слова и, схватившись за головы, начали нервно топтаться вокруг:

— Между Средиземьем и Великими Руинами находится Пылающая Пустыня шириной в пятнадцать тысяч километров! Ты и вправду готов построить дорогу длиной в сто пятьдесят тысяч километров?

— Не одну, я собираюсь построить две. Две невероятно гладких прямых, по которых можно будет двигаться на очень высокой скорости. Самый быстрый ездок сможет преодолеть эти пятнадцать тысяч километров на странном звере за сутки.

— Плохая идея! — строго прокричал один из Владык. — Где ты возьмёшь столько денег? Разве у Империи Вечного Мира есть такая сумма? Для постройки дороги нужны деньги и божественные искусства, на это уйдут жизни людей! Хотя в моём священном культе есть Чертог Небесных Работ, если он займётся постройкой твоей дороги, то не просто потратит огромное количество денег, но и многих последователей, которые умрут от истощения!

Цинь Му покачал головой:

— Когда я был в Западных Землях, то увидел, что их дороги более продвинутые, чем те, что в Империи Вечного Мира. Божественные искусства Дворца Истинных Небес можно использовать при строительстве, и так как я нахожусь в хороших отношениях с влиятельными семьями Западных Земель, то могу попросить их предоставить своих практиков для работы. Они смогут прокладывать полторы тысячи километров в день, и на дорогу длиной в сто пятьдесят тысяч километров им уйдёт около ста дней.

Глаза старого Владыки зажглись, мужчина улыбнулся и сделал шаг назад. Остальные до сих пор продолжали размышлять, блуждая вокруг Цинь Му, когда внезапно Владыка Сы Юаньвэй остановилась:

— А как же пылающая пустыня? Она шириной в десятки тысяч километров, и там совсем нет воды! Если построить в ней дороги, то их быстро проглотит песок, приводя в непригодность. Когда это случится, путники погибнут там от страха и истощения!

— Когда Имперский Наставник убил Матушку Истинных Небес, огонь в пустыне погас и теперь её можно оросить с помощью Бусины Чёрной Черепахи. Бусина Зелёного Дракона может восстановить в ней растительность и превратить пустыню в лес. Затем я смогу перенести воду с заснеженных северных вершин и создать озера, окончательно решив проблему с водой.

Улыбнувшись, Сы Юаньвэй сделала шаг назад.

Затем остановился ещё один Владыка:

— Самая короткая дорога будет проходить через Великие Руины. Днём в них спокойно, но ночью туда вторгаются монстры и тьма. Как ты защитишь путешественников?

— Я не могу утверждать наверняка, но думаю, что можно будет перенести каменные статуи, собирая их в нужных местах для защиты от тьмы. Мы построим деревню через каждую тысячу километров и город через каждые десять тысяч. Они будут расположены между двух дорог, что предоставит всем путникам место для отдыха. В таком случае наладится непрерывный поток товаров между Великими Руинами, Западными Землями и Средиземьем. В результате торговля и промышленность начнут процветать.

— Ты ещё не рассказал, как именно решишь проблему денег!

— Как только строительство дорог закончится, торговля взлетит к невиданным высотам и любые затраты будут компенсированы!

— Великие Руины — это ровная земля, к тому же, там полным-полно странных, ужасных вещей. Как ты сможешь обойти горы и реки?

— Му пробьём тоннель, столкнувшись с горой, построим мост, добравшись к реке, и отдадим дань уважения, наткнувшись на бога.

— Какой ширины будет дорога?

— Сто восемь метров, в ней будет восемь колей для повозок и четыре для солдат.

— Ширина повозок и транспорта в Западных Землях не такая, как в Империи Вечного Мира, как ты разберёшься с этой проблемой?

— Сделаю ширину одинаковой для всех!

— Традиции и обычаи двух стран отличаются, что ты будешь делать с этим?

— Сделаю их одинаковыми!

— Их письмена и божественные искусства разные, как это можно решить?

— В таком случае, я распространю один язык и открою общую систему образования!..

Внезапно двадцать восемь старых Владык громко рассмеялись и поклонились перед Цинь Му:

— Владыку тоже можно считать святым! Ты достоин называться Владыкой священного культа! Мы проверили тебя от имени Ли Тяньсина, и ты прошёл наше испытание!

Ответив на их жест, Цинь Му проговорил:

— Спасибо Владыкам за ваши вопросы и наставления! Вернувшись в мир живых, я буду знать каким образом продолжать реформу. Если она окажется успешной, и вместо барьера между странами появится оживлённая улица, то все вы обретёте огромную заслугу!

Все поднялись с колен, громко смеясь.

Молодо выглядящий Патриарх тоже был невероятно рад. Поначалу Цинь Му ужасно поссорился со своими предшественниками, но теперь всё устаканилось, что не могло его не утешить.

Внезапно к ним донёсся голос птицеголового бога Чи Сю:

— Владыка Культа Цинь, Король Яма лично хочет тебя наказать. Не соизволишь выйти?

Глава 508. Сын Юду

— Король Яма хочет наказать тебя? Что ты наделал? — в Зале Вэнь Юаня все прошлые Владыки нахмурили физиономии, и Цзу Ян спросил. — Ты сделал что-то масштабное или это просто мелкие пакости? Если что-то масштабное, почему мы не восстаём?

Остальные Владыки мгновенно взбудоражились и начали планировать как подбить мертвецов в Фэнду на восстание, более того, они даже подумали о нескольких провокационных лозунгах.

— Нет, это не слишком серьёзное дело, — поспешно заговорил Цинь Му, — поэтому нет необходимости начинать восстание. В битве, когда мы остановили богов Высших Небес на горном хребте Разрушенный Богом, я схватил исконные духи нескольких людей из Фэнду, которые только-только погибли в бою, и возродил их.

Прошлые Владыки замолчали. Через мгновение Владыки Культа Ху Цзюнь хлопнул его по бедру и сказал:

— Так чего же мы ждём? Используем флаги для восстания! И мы должны использовать флаги боевого бога…

Цинь Му улыбнулся и сказал:

— Не стоит так переживать из-за маленького недоразумения…

— Маленького недоразумения? Захват людей Фэнду — маленькое недоразумение? — многочисленные Владыки повернулись к нему c глазами полными гнева и усмехнулись. — Похищение людей на Мосту Беспомощности даже нас напугало до чёртиков… Мы думали, что Юду нападает на нас! Это точно не маленькое недоразумение, и Король Яма определённо собирается обезглавить тебя!

— Если бы это было маленькое недоразумение, мы бы проигнорировали его и позволили Королю Яме поймать тебя, чтобы он отхлестал тебя по ягодицам и со спокойной душой отпустил, но дело обстоит совершенно иначе, весь Фэнду попал под угрозу, поэтому восстание — это единственный выход! — сказала Сы Юаньвэй.

За пределами зала снова прозвучал голос бога Чи Сю, но уже чуть более нетерпеливый:

— Владыка Культа Цинь, если ты не выйдешь, я войду!

— Владыка Культа Цинь, почему Король Яма не наказал тебя изначально и позволил свободно бродить по городу? внезапно спросил Патриарх. — Если твоё преступление действительно серьёзное, разве ты не должен сейчас сидеть за решёткой под охраной?

Когда он спросил об этом, все внезапно осознали, что Цинь Му совсем не был похож на заключённого, вместо этого он мог спокойно навещать своих друзей и семью, и даже избивать их…

— До того, как Король Яма захотел наказать тебя, он ещё с кем-то встречался?

Цинь Му кивнул:

— Он имел дело с Син Анем и Шаманским Богом Куем. Син Ань был освобождён им, а Шаманского Бога Куя оставили для изучения многим призрачным королям из-за его заклятий Юду. Король Яма также хотел изучить божественное искусство Шаманского Бога Куя, поэтому он отпустил меня.

— Да, дело и правда не очень серьёзное, — улыбнулся Патриарх. — Я знаю, что Син Ань важная шишка, но Король Яма освободил его. Шаманский Бог Куй — бог Юду, совершённые им дела, куда серьёзнее, чем себе можно представить. Поскольку они были наказаны первыми, это означает, что их преступления были тяжелее твоих. Ступай за богом Чи Сю. Король Яма не доставит тебе хлопот.

Остальные Владыки кивнули и добавили:

— Просто иди. Если Король Яма захочет убить тебя, мы захватим место казни и переход к перевоплощению!

Цинь Му расслабился и направился к выходу из Зала Вэнь Юаня. Бог Чи Сю стоял на голове каменного льва, пощипывая свои перья, но увидев, что юноша выходит, он вынул клюв из перьев и сказал:

— Следуй за мной.

Цинь Му подошёл и спросил:

— Старший Чи Сю, Король Яма призывает мен…

— Не разговаривай, от тебя несёт запахом живого человека, — сказал Чи Сю. — Я ненавижу людей, у которых ещё есть дыхание жизни. Когда ты будешь делать свои последние вдохи, твои слова будут звучать намного приятнее. Кроме того, Король Яма не призывает тебя, а хочет допросить.

Они пришли в Зал Короля Циня, и Цинь Му посмотрел на переднюю часть зала. Там валялась неустанно борющаяся куча плоти. Было очевидно, что Син Ань не хотел вот так просто сдаваться и всё ещё пытался перебороть части тела других людей.

«Даже такому мудрому человеку, как Син Ань, трудно отказаться от тех выгод, которые он получил. В результате его ослепила собственная жадность», — Цинь Му покачал головой. Пребывая в нерешительности, Син Ань цеплялся за ещё доступные годы жизни, и это не удивительно, ведь всю свою жизнь он усердно собирал части тела других людей, пытаясь завладеть ими. Заставить его отказаться от них теперь означало —заставить его отказаться от своего пути и отрицать смысл всей свей жизни… Такое действительно трудно принять.

Чем могущественнее были достижения и сила воли человека, тем труднее было ему изменить себя и своё понимание. Всегда трудно признавать свою ошибку.

— Небо светлеет! — внезапно из города Фэнду раздались скорбные крики.

Цинь Му поспешно взглянул на источник шума, где увидел огромных зверей, лежащих на крышах залов и кричащих на небо:

— Все города и дома, будьте осторожны! Небо светлеет!

Блуждающие души, заполнявшие небо в городе Фэнду, разлетелись кто куда. Между тем множество внушающих благоговейный ужас богов и дьяволов на земле бегали то туда, то сюда, пытаясь найти укромное и безопасное местечко.

Цинь Му был слегка потрясён и спросил:

— Бог Чи Сю, что происходит, когда небо светлеет?

— Солнце выходит. Они должны спрятаться, иначе огонь чистого Ян с неба сожжет их. Это солнце отличается от того, которое ты видел снаружи, — равнодушно ответил Чи Сю.

Цинь Му был сбит с толку. Внезапно тьма быстро отступила, и туманный Фэнду стал несравненно светлым!

Это было впервые, когда он увидел город таким светлым, но улицы, ещё вдох времени назад полные богов и дьяволов, внезапно стали холодными и безрадостными. Все местные обитатели закрыли свои двери, бродячие души погрузились в бездну, а огромные звери на залах спрятались внутри них. Весь Фэнду мгновенно «замолчал».

Затем белый свет стал красным, как вдруг несравненно огромное солнце, пылающее пламенем, поднялось на горизонте. В одно мгновение пламя пришло с востока, вздымающееся, словно текущее море, которое утопило в себе небо и покрыло собой всю землю. Все улицы были заполнены, а дворцы и дома затоплены.

Пылающий огонь чистого Ян поглотил города Фэнду, палящая жара почти искривила пространство!

Цинь Му был окутан огнём чистого Ян и увидел плоть, кровь и меридианы, постепенно появляющиеся на его костяном теле. Глядя вниз, он даже смог разглядеть свои внутренности в рёбрах!

Между тем, когда он посмотрел в окно зала, где скрывались боги и дьяволы, их плоть и кровь понемногу исчезали, обнажая белые кости!

Истинный огонь чистого Ян был для него безобидным, что не скажешь о физических телах богов и дьяволов Фэнду, а также их душах и исконных духах, ведь они постепенно сжигались!

Огромное солнце на востоке становилось всё теплее и жарче, пока не стало ярко-красным. На нём были слабо видны несравненно огромные дворцовые залы, перед которыми, в свою очередь, располагались гигантские барабаны.

Доблестные боги и дьяволы лихорадочно били в барабаны, посылая истинный огонь чистого Ян от солнца в Фэнду.

На солнце было десять тысяч священных залов, десять тысяч барабанов и десять тысяч великанов, которые бешено били в барабаны. Истинный огонь извергался и затапливал Фэнду!

— Это… — Цинь Му потерялся в своих мыслях, но внезапно услышал крик и обернулся. Он увидел большой шар из плоти, которым был Син Ань, подожжённый истинным огнём чистого Ян. Десятки лиц искажались и корчились, визжа от ужаснейшей боли.

Многие тела исчезали после того, как были сожжены истинным огнём, раскрывая настоящее тело Синь Аня.

Син Ань тоже страдал от невыносимой боли, как вдруг он вскочил и прыгнул в Реку Беспомощности. Туман в реке под мостом начал вздыматься, а монстры в нём начали долгожданную кровавую охоту.

— Син Ань? — Цинь Му быстро подошёл к берегу реки. Туман становился всё гуще, чтобы защищаться от солнечного пламени, поэтому ему не удалось найти никаких следов Син Аня.

— Он упал в Юду, — бог Чи Сю взмахнул крыльями. Истинный огонь чистого Ян был неэффективен против него, но он всё равно торопил мальчугана. — Быстрее, Король Яма ждёт тебя!

Цинь Му собрался с мыслями и последовал за ним в Зал Короля Циня.

Находящийся внутри зала Король Яма до сих пор был одет в чёрный плащ. Его лицо и тело были спрятаны в темноте.

Цинь Му оглянулся, но не увидел ни одного из призрачных королей.

— Чи Сю, ты свободен, — Король Яма сидел на троне в Зале Короля Циня, поэтому его голос донёсся сверху.

— Слушаюсь, — бог Чи Сю покинул Зал Короля Циня.

Сидящий на троне Король Яма слегка шурша пролистывал книгу. Остались только он и Цинь Му, казалось, ему не было никакого дела до восходящего солнца.

Цинь Му беспокоился, но ничего не мог поделать.

Через некоторое время Король Яма встал, и свет в зале потускнел, отчего Цинь Му почувствовал себя так, словно был окутан тьмой.

— Ты из деревни Беззаботной? Кто твой отец?

Юноша был слегка удивлён, не понимая, почему он вдруг спросил это:

— Мой отец Цинь Ханьчжэнь и мой родной город должен быть деревней Беззаботной, но я не там родился…

— Цинь Ханьчжэнь? — Король Яма тупо уставился на него, практически сразу добавив тихим голосом. — Он из поколения Хань? Юй, Дэ, Чан, Мин, Хань, Фэн, Хуань, Чжэнь. Цинь твоего поколения должно быть уже более, чем сотым, — он поднял книгу, которую читал, и начал искать фамилию «Хань». — Хань — сто шестое поколение, Фэн — сто седьмое. Твоё настоящее имя не Цинь Му, поскольку в нём должно содержаться Фэн.

Цинь Му кивнул, но не сказал своё настоящее имя.

После встречи с Гроссмейстером он понял, как опасно говорить своё настоящее имя. А с таким человеком, как Король Яма, который контролировал Фэнду, это было ещё опаснее.

Несмотря на то, что он был в Зале Короля Циня, да и Король Яма, судя по всему, тоже относился к его родословной, Цинь Му всё же нужно было быть осторожным.

— Ты правильно поступил, что не сказал мне своё имя. Мир действительно необычайно опасен, — сказал Король Яма. — Моя фамилия тоже Цинь, но она была мне дарована. Я усыновлённый. Изначально я был никем, сиротой, который был один и на которого всем было плевать. Его Величество позволил мне попасть в семейный журнал семьи Цинь, так там и появилось моё имя.

Цинь Му понял. Яма сказал, что он не был из семьи Цинь, но ему присвоили фамилию Цинь, приняв в качестве приёмного ребёнка.

— Прошло не мало времени, когда я последний раз видел гостя из деревни Беззаботной, — Король Яма подошёл к нему в передней части зала. Глядя на залитый пламенем Фэнду, он добавил. — Первоначально я думал, что Его Величество вернётся сюда из деревни Беззаботной, но я никогда не ожидал, что даже после двадцати тысяч лет ожидания я всё равно не увижу его. Пришёл только его сто седьмой потомок. Когда ты использовал то божественное искусство Юду, чтобы ухватить у меня несколько душ, я заметил, что твоя внешность похожа на внешность Его Величества. Именно поэтому я не остановил тебя.

Цинь Му по-прежнему терзали сомнения, и он поинтересовался:

— Подожди, ты хочешь сказать, что Император-Основатель ещё жив?

Лицо Короля Ямы было окутано чёрным одеянием, и даже самые сильные языки пламени не могли проникнуть в темноту под ним:

— Его Величество всё ещё жив. После того, как была открыта деревня Беззаботная, он вывел последних богов из этого мира, сохраняя силы для будущей контратаки. Его Величество могуществен и мудр, поэтому он знал, что опасность приблизиться задолго до того, как она наступит, поэтому он приказал мне открыть Фэнду, тем самым создавая место для богов, чтобы они могли прятаться тут до нашего восстания. Это ожидание длилось двадцать тысяч лет… Ты говорил, что родился не в Беззаботной, тогда, где же ты родился?

Цинь Му какое-то время молчал, прежде чем вежливо ответить:

— Юду.

Глава 509. Великий Ужас

Даже Король Яма едва сдержал своё удивление. Он резко повернулся к Цинь Му, отчего его черный плащ волной проплыл в воздухе, будто развеваясь на сильном ветру:

— Юду? Ты родился не в деревне Беззаботной, а в Юду?

Цинь Му всё ещё не смог разглядеть лицо под чёрной одеждой и кивнул в ответ:

— Мои родители направлялись из Беззаботной в Великие Руины, но попали в засаду по пути. Они понесли ужасные потери, а выжившие счастливчики спрятались в Юду. Там я и родился.

В Долине Призраков он узнал историю своего рождения и увидел видение, свидетельствующее о том, что в момент крушения он всё ещё находился в утробе. Корабль-сокровище пострадал от атаки богов и дьяволов и упал на землю, застряв в печати между двумя мирами.

Убегая от чужеземных дьяволов, его мать повела выживших на поиски убежища в Юду. Должно быть именно там он и родился…

Цинь Му понятия не имел, как после этого он оказался в Великих Руинах, в итоге вместе с бурной рекой добравшись к деревне Цань Лао.

Услышав крик ребёнка, бабушка Сы нашла и отнесла его в деревню.

Тем не менее, он родился в Юду, и это не вызывало никаких сомнений.

— Ты родился в Юду… — в голосе Короля Ямы слышалась нотка разочарования. — Я ожидал возвращения старой ласточки, которая снова поведёт нас в бой, чтобы наконец закончить незавершённые дела. Никогда бы не подумал, что увижу уже новую ласточку. И этого могло вполне хватить, но как оказалось, на самом деле новая ласточка — цыплёнок. Хе-хе, Император-Основатель, ты и вправду беззаботный в своей деревне Беззаботной, и уже позабыл о людях, ждущих, что ты поднимешь свой флаг и вернёшься! — его голос казался слегка сердитым. — Деревня Беззаботная — это не место отдыха и безразличия, это место, с которого ты должен вернуться, а не погрузиться в забвение! Бесчисленные боги продолжают молча ждать твоего прихода в Великих Руинах. Они ждут, когда ты поднимешь свой флаг, сигнализируя о начале боя!

Его плащ продолжал трепетать. Это происходило лишь в тех случаях, когда просыпался боевой дух старика, а его сердце воодушевлялось.

Внезапно его аура ослабла, а голос стал подавленным:

— Я не верю, что Император, основавший эпоху, смог бы принять поражение и замолкнуть. Тем не менее, я жду уже больше двадцати тысяч лет, так же как и каменные статуи Великих Руин и боги Фэнду. Почему ты ещё не пришёл…

Цинь Му тихо на него смотрел, не зная что и сказать.

Король Яма провёл двадцать тысяч лет в ожидании гостя из деревни Беззаботной, всё это время надеясь получить хоть какую-то новость от Императора-Основателя.

Тем не менее, к нему пришёл Цинь Му, парень, рождённый в Юду. Несмотря на своё родство с Императором-Основателем, он не был тем, кого все они ждали. Если бы на его месте пришёл Цинь Ханьчжэнь, тот, по крайней мере, смог бы рассказать, как обстоят дела в деревне Беззаботной.

Цинь Му, родившийся в мире Юду, совершенно ничего не знал о деревне.

Появившийся потомок Императора-Основателя был не в силах успокоить сердца солдат, проживших двадцать тысяч лет в ожидании.

Спустя довольно длительное время дыхание Короля Ямы вернулось к норме, а глаза под чёрной одеждой повернулись в сторону Цинь Му, и он проговорил:

— Ты родился в Юду, это место такое же, как и Фэнду, — они оба являются мирами мёртвых. Я ни разу не слышал о рождении человека в одном из них. Нужно проверить, всё ли с тобой в порядке.

Цинь Му безучастно уставился на мужчину, не понимая о чём он говорит.

Внезапно Король Яма начал блуждать вокруг него, торжественно говоря:

— В Юду не слишком много людей, но там рождаются монстры. Они — смесь духов и природы мира мёртвых. Ты уже видел их под Мостом Беспомощности. Впрочем, эти существа рождаются от страданий неба и земли. Ты, в свою очередь, родился из утробы, но в результате мог заразиться дьявольской природой Юду.

— Заразиться дьявольской природой Юду? — переспросил парень. — Ты имеешь в виду, что… — он был шокирован. Однажды дьявольский бог сказал, что он был подобным ему дьяволом.

Неужели это была не ложь, и в нём действительно была дьявольская природа?

Она была у него с самого рождения?

Король Яма больше ничего не сказал. Вместо этого он поднял край своего плаща, наконец показывая лицо под ним.

Прежде чем Цинь Му успел его разглядеть, пара глаз старика, будто два кружащихся водоворота, быстро высосала его сознание.

— Не бойся, я просто проверяю, не отличается ли твоя душа от душ людей, родившихся в нормальном мире.

Цинь Му чувствовал, что мир вокруг вращается, будто он находился между двух глаз. Красные, как кровь, и невероятно огромные, они повернули свои зрачки в его сторону, пристально рассматривая, в то время как его тело неконтролируемо кружилось!

Казалось, он погрузился в безграничную тьму, его не покидало ощущение падения.

Когда Король Яма заговорил, его слова прозвучали на невероятно большом расстоянии, дальше, чем девять небес вверху:

— До тебя в мире Юду не рождался ни один человек, поэтому я не знаю, что именно произошло с твоим телом. Впрочем, догадываюсь, что случилось что-то невероятно ужасное.

— Дьявольская природа и души, блуждающие в Юду, пытались проникнуть в твоё тело. Возможно, твоей матери удалось отогнать души, но она могла оказаться не в силах отбиться от дьявольской природы. Я хочу узнать, что именно Юду с тобой сделал…

Цинь Му пытался успокоить свой разум, когда внезапно нефритовый кулон на его шее подлетел в воздух. Издавая тихий гул, артефакт начал излучать яркий свет, пытаясь защитить его от кровавых глаз Короля Ямы.

Пара кровавых глаз увеличивалась в размерах, но свет нефритового кулона тут же стал ярче, и так происходило от раза к разу, тем не менее, в конце концов Король Яма подавил сияние артефакта.

Цинь Му хотел бороться, но не мог приложить ни капли силы. Он продолжал ощущать как два кошмарных глаза наблюдают за ним и подавляют его движения.

Ему казалось, что его физическое тело потеряло все свои силы, будто от него отсоединили душу.

Он чувствовал, что тонет и больше не может дышать, а его душа медленно покидала физическое тело.

В этот момент вращение Цинь Му внезапно прекратилось, и он услышал тихие голоса, раздающиеся вокруг. Казалось, что в безграничной тьме скрываются бесчисленные дьяволы, перешёптывающиеся между собой.

Шёпот постепенно приближался, становясь всё громче и громче, шумнее и шумнее. Наконец, он превратился в бесчисленное количество голосов, бомбардирующие его уши словами на всевозможных языках, отчего его голова раскалывалась от боли. Они были настолько громкими, что даже его мысли и сознание искажались и обрывались.

Наконец, голоса наложились друг на друга, соединяясь воедино!

Это был дьявольский язык Юду!

— Заткнись! — сердито закричал Цинь Му, но звук, покинувший его уста, не был человеческим словом, а языком Юду!

В следующий миг из его тела вырвалась страшная энергия, и к нему вернулась способность двигаться. Он по-прежнему одиноко стоял между двух глаз, но за его спиной находилась безграничная тьма, в которой теперь зиял огромный разрез!

Разрез открылся, и шёпот раздался снова. Он начал увеличиваться в размерах, пока из него не вырвался луч света. Издавая громкий гул, с другой стороны трещины появился гигантский глаз, начиная вращать своим зрачком по сторонам.

Глаз показал свой странный зрачок, созданный из трёх зрачков, соединённых вместе. Они вращались внутри орбит, смотря в разные стороны.

Из глаза исходил дьявольский свет, напоминая крылья бабочки, торчащие у него по сторонам.

— Заткнись! — Цинь Му схватился за голову, сердито крича. — Перестань шуметь!

Вьюх!

Пространство вокруг резко задрожало, хрустя, как стекло.

Король Яма был потрясён силой рёва и, с пустым взглядом уставившись на дьявольский глаз впереди, пробормотал:

— Ты родился в Юду, и дьявольская природа и вправду не обошла тебя стороной. Она сидит внутри твоего тела, но её сдерживает сила кулона. Теперь, когда я подавил кулон, она освободилась…

— Перестань шуметь!

Язык Юду, произнесённый Цинь Му, звучал более гладко, чем когда-либо раньше, и когда он вскрикивал пространство вокруг мгновенно разрушалось. Время и пространство, созданные кровавыми глазами Короля Ямы рассыпались.

За спиной юноши появился второй разрез. Ещё один глаз вот-вот должен был открыться.

Король Яма ощутил, что его волосы встают дыбом. Он будто стоял перед огромным, страшным монстром, который вот-вот должен был пробудиться.

— Какая свирепая дьявольская природа! Я не позволю тебе освободиться! — он без раздумий принялся к действию и пара кровавых глаз мгновенно отвели свой взгляд от юноши. Чёрный плащ старика задрожал и накрыл небо и землю, полностью окутывая Зал Короля Цинь. Он бросил все силы на подавление дьявольской природы внутри Цинь Му.

По Залу Короля Цинь пронёсся дьявольский голос, умело разговаривающий на языке Юду:

— Крохотный призрак надеется меня подавить?

Бум!

Зал Короля Цинь сильно задрожал, когда раздался очередной толчок. Здание дрогнуло ещё несколько раз, и колонны внутри начали падать на землю. В крыше внезапно засияла огромная дыра, в то время как зал качался так, будто был готов обрушиться в любой момент.

Тем не менее, спустя несколько мгновений всё устаканилось.

Цинь Му открыл глаза, ошеломлённо осматриваясь. Перед ним лежало много разрушенных колонн, которых будто разрубили острыми когтями, а несколько других изогнулись от сильного удара.

Между тем сквозь трещины в зале просачивались языки истинного огня чистого Ян, обжигая дерево внутри.

Всё выглядело так, будто внутри здания произошла страшная битва, из-за которой от потолка доносился скрип обломков и время от времени сыпалась пыль и камни.

— Что произошло? — недоумевал Цинь Му.

— Разве ты не помнишь? — во тьме раздался голос Короля Ямы.

Цинь Му тут же оглянулся, увидев Короля Яму, застрявшего внутри изогнутой колонны. Судя по всему, он оказался там в результате сильного удара.

Цинь Му был ошеломлён, и сразу же бросился на помощь, но Король Яма остановил его взмахом руки и самостоятельно освободился:

— Ты и вправду не помнишь, что произошло?

Цинь Му покачал головой. Он не имел совершенно никакого представления о том, что случилось, помня лишь глаза Короля Ямы и непрерывное чувство падения.

— Хорошо, что ты не помнишь. Ты должен всегда носить с собой нефритовый кулон деревни Беззаботной. Не смей его потерять. Несмотря ни на что, не смей его потерять, — Король Яма взволновано выдохнул, прежде чем продолжить спокойно говорить. — Нефритовый кулон невероятно важен для тебя. Если ты его потеряешь. Произойдёт ужасная вещь.

Юноша спрятал артефакт обратно под одежду и спросил:

— Я могу показывать кулон другим?

Король Яма вздрогнул от такой идеи и уверенно ответил:

— Лучше этого не делать.

Затем Цинь Му улыбнулся:

— Раньше я много раз снимал кулон, показывая его другим.

Король Яма вновь выдохнул:

— Этим людям чертовски повезло, и они должны радоваться, что до сих пор живы. Теперь можешь идти. Чи Сю, проводи его!

Из-за двери показалась голова Чи Сю, любопытно осматривающаяся вокруг. Увидев, в каком плачевном состоянии теперь находился Зал Короля Цинь, птицеголовый удивлённо втянул шею и проговорил:

— Владыка Культа Цинь, идём со мной.

У Цинь Му возникли некоторые подозрения, поэтому он, быстро выбравшись из Зала Короля Цинь, тихо спросил у Чи Сю:

— Что только что произошло?

— Понятия не имею, — качая головой, ответил птицеголовый. — Похоже, на Короля Яму напало какое-то ужасное создание. Не говори, ты пахнешь человеком…

— Кстати! — из-за спины раздался голос Короля Ямы. — Ты можешь входить во тьму Великих Руин, она не сможет тебя ранить. Если будет возможность, ты также должен посетить Юду.

Цинь Му был ошеломлён и, обернувшись, прокричал:

— Я могу войти во тьму Великих Руин?

Прежде чем Король Яма смог ответить, его поглотил оглушительный грохот, и Зал Короля Циня обрушился прямо на правителя Фэнду!

Глава 510. Всё из-за денег?

Удивившись, Цинь Му перевёл взгляд на Чи Сю, но бог уткнулся головой в свои перья, делая вид, что ничего не видит.

Чи Сю был доверенным помощником Короля Ямы, и был он им не просто так. В данный момент он изо всех сил старался не смотреть на жалкий вид своего «начальника», что было явно мудрым способом уберечь себя от лишних неприятностей. Любой другой уже бы бросился к обломкам помочь.

Цинь Му грустно вздохнул в своём сердце. Спасение Короля Ямы покажет, насколько поданный верен ему, но в тоже время тот увидит его жалкое состояние, нанёсшее ущерб его мудрому и сильному образу. В этом были свои плюсы и минусы, но поскольку никто не знал, что именно их ожидает, лучше делать вид, что никто ничего не видел.

Кроме того, обрушение зала не повредит Королю Яме, поэтому лучше не показывать свою преданность, мчась к нему со всех ног.

«Король Яма сказал, что я могу пройти сквозь тьму Великих Руин, не причинив себе вреда. Как я могу знать, что это правда?» — Цинь Му стоял с задумчивым видом, в конце концов вход во тьму касался его жизни. Если это не правда, он моментально умрёт, даже не осознав это. С младенческих лет деревенские старики обучали его тому, как во тьме случаются великие ужасы, и он не должен входить в неё ни под каким предлогом. Кроме того, подрастая он лично видел все ужасы тьмы, поэтому у него даже мысли не было о том, что тьма может обойти его стороной.

Он много раз входил во тьму, но всегда полагался на сокровища или сильных практиков, которые были подобны богам, чтобы защитить себя от приближения тьмы. Он использовал сундук Син Аня, защиту старейшины деревни или защиту Владыки Выращивания Драконов, чтобы остаться невредимым.

Даже после совета он слегка опасался лично входить во тьму без какой-либо защиты.

— Идём, — поторопил его Чи Сю. — Отправив тебя, я смогу отдохнуть.

— Бог Чи Сю, мне всё ещё нужно добраться до Небесного Святого Культа и Императоров Людей, чтобы забрать сундук и цилиня.

Чи Сю ничего не оставалось, кроме как сопроводить его туда, где жили прошлые Владыки Небесного Дьявольского Культа. Все двери были плотно заперты, но Патриарх услужливо оставил цилиня снаружи. Тем не менее, тот явно не собирался сдаваться и, виляя хвостом, говорил сладкие речи, чтобы вынудить прошлого хозяина выйти.

Патриарх не признавал цилиня, несмотря ни на что, и только кричал изнутри:

— На пути жизни и смерти я уже мёртв, а ты ещё жив, поэтому мы не можем быть вместе. Ступай за Владыкой!

Цилинь вцепился в дверь и громко плакал.

Патриарх сдерживал слёзы… он хотел открыть дверь, но боялся того, что зверь снова начнёт тереться об него, поэтому попытался развеять всякие подобные мысли.

Цинь Му позвал цилиня и с улыбкой сказал:

— Толстяк, не грусти ты так. Патриарх хорошо здесь живёт, а мы прекрасно живём за пределами этого мира. В будущем мы всегда сможем к нему прийти.

Зверь подошёл, а когда его окутал истинный огонь чистого Ян, на его теле начала медленно появляться плоть. Несравненно огромное солнце взошло к тому времени очень высоко и стало настолько большим, что казалось оно может упасть с неба в любой момент.

Цинь Му поднял голову и увидел, что священные залы на солнце сделаны из золота. Между тем едва различимые боги и дьяволы перед залами до сих пор бешено били по барабанам и использовали истинный огонь чистого Ян для очищения Фэнду.

Солнце было так близко, что у Цинь Му появились подозрения о том, что боги и дьяволы могут напасть в любую секунду.

— Они не нападут на нас, — находясь посреди этого хаоса и спокойно ковыряясь в своих перьях, невозмутимо говорил бог Чи Сю. — Фэнду является частью Юду. Глядя на них, кажется, что они очень-очень близко, но на самом деле они так далеко, что ты даже представить себе не можешь. Между нами существует мировой барьер. Кроме того, в прошлом мы несколько раз сражались, и они потерпели поражение. Только и могут, что прятаться на солнце и бить в свои барабаны.

Цинь Му был озадачен этим, поэтому спросил:

— Солнце в этом небе отличается от солнца в Вечном Мире, это солнце…

— Это солнце Великих Руин. Настоящее, — сказал Чи Сю. — Солнце Вечного Мира — фальшивка.

Цинь Му потерял дар речи. Солнце перед ним было слишком страшным. К счастью, они жили с фальшивым солнцем, луной и звёздами. В противном случае если люди Вечного Мира увидят такое ужасающее солнце, даже Император может сойти с ума.

— Патриарх, у тебя есть деньги? — через щель в двери спросил юноша. — Для входа сюда требуются золотые монеты Фэнду, а у меня их осталось всего три. Мне нужны монеты, чтобы взять лодку.

Патриарх сунул в щель несколько золотых монет:

— Я ведь умер, поэтому у меня не так много монет. Будь экономнее!

Услышав это, Цинь Му пошел стучать в двери других Владык:

— Собратья по культу, если вы не заплатите, я остановлю любые пожертвования для вас и демонтирую ваши мемориальные таблички.

— Ты подонок, который издевается над своими предками? Всё из-за денег? На, подавись!

Обойдя все двери, Цинь Му насобирал в общей сложности около двухсот монет Фэнду. Затем он отправился в резиденцию Императоров Людей и спросил странных зверей перед Священным Залом Пяти Ян:

— Вернулся ли Первый Предок?

Два странных зверя вбежали в зал и выбросили таотэ:

— Старый мастер до сих пор не вернулся.

Таотэ приземлился на землю и обгорел от истинного огня чистого Ян. Буквально через мгновение он превратился в сундук, который послушно последовал за цилинем.

— Владыка Культа Цинь, нам пора! — поспешил его Чи Сю.

— Бог Чи Сю, пожалуйста, подожди минутку.

Цинь Му пошёл в дом Второго Предка, который открыл дверь, но не вышел, так как боялся быть подожжённым истинным огнём чистого Ян:

— В моих карманах ветер свистит. У меня и правда нет денег, мне даже приходится посещать обитель моего учителя, ведя жизни нахлебника.

Цинь Му достал несколько золотых монет Фэнду и улыбнулся:

— Я знаю, что у тебя благородный характер и бесспорная честность, поэтому я дам тебе несколько золотых монет, чтобы хоть как-то облегчить твоё существование. Когда я вернусь в Зал Императоров Людей, я пожертвую немного денег для всех предков.

Второй Предок был в восторге и поспешно взял золотые монеты:

— Ты более почтительный, чем маленький Су. Паршивец ещё не вернулся, но, когда вернётся, мы планируем преподнести ему огромный сюрприз!

— Второй Предок, не забудь сказать старейшине, что я заходил.

— Не волнуйся, я обязательно скажу ему! — проговорил обещание сквозь стиснутые зубы Второй Предок.

Цинь Му колебался, прежде чем сказать:

— Второй Предок, можешь ли ты одолжить мне Между Жизнью и Смертью Первого Предка? Я хотел бы заняться бизнесом…

Второй Предок был озадачен:

— Между Жизнью и Смертью для бизнеса? Что ты планируешь?

Цинь Му улыбнулся:

— В Фэнду есть много богов и дьяволов, которые не могут попасть в мир живых, поэтому я хотел бы использовать Между Жизнью и Смертью как мост для практиков божественных искусств, чтобы заключать сделки через него. Практики божественных искусств могут принять их золотые монеты или изучить их божественные искусства, пути и методы в качестве оплаты, помогая прошедшим исполнить их желания. Я считаю, что на этом можно сделать неплохой бизнес! Я планирую проложить дорогу через Великие Руины, поэтому мне нужно немного денег, чтобы финансировать расходы.

Второй Предок ещё больше удивился и спросил:

— А откуда будут браться деньги?

— Практики божественных искусств должны будут заплатить вступительный взнос, чтобы использовать Между Жизнью и Смертью, и я сколочу на этом состояние.

Второй Предок пришёл к осознанию и проворчал с улыбкой:

— Ах ты хитрый мальчуган!

Цинь Му улыбнулся, добавив:

— Между Жизнью и Смертью можно соединить с Фэнду и с миром живых, поэтому Второй Предок тоже может получать здесь деньги, собирая плату за вход у богов и дьяволов. Таким образом ты также можешь сколотить состояние. Даже если я не буду делать пожертвований, вы будете жить в достатке. Всего через несколько лет все предки станут самыми богатыми магнатами в Фэнду!

Второй Предок был ошеломлён и закричал:

— Собирать деньги с обеих сторон? Это выгодная сделка? Разве за это люди не будут ругать нас за нашими спинами?

— В наших руках Между Жизнью и Смертью, и только таким способом можно соединить мир мёртвых и мир живых, так что даже если они начнут ругаться, у них всё равно не останется выбора, кроме как заплатить нам и идти по созданному нами мосту.

Второй Предок поспешно выбежал, бросая вызов истинному огню чистого Ян, чтобы добраться до Священного Зала Пяти Ян Первого Предка. Он не заботился о пылающем огне вокруг него, когда ринулся в зал, чтобы найти Между Жизнью и Смертью.

Губы двух огромных зверей, охранявших дверь, дёрнулись, и они выпалили:

— Второй мастер, у старого мастера осталась только эта часть имущества. Рано или поздно ты всё опустошишь!

Второй Предок улыбнулся им:

— Мой учитель всё ещё считает меня неудачником? Когда я разбогатею, вы, ребята, тоже будете в плюсе.

Цинь Му взял Между Жизнью и Смертью, которой оказалась маленькая река длиной около трёх метров с лодкой и мостом внутри.

Затем Второй Предок проинструктировал его:

— Сначала усовершенствуй Между Жизнью и Смертью. Когда ты будешь совершать обряды, я смогу ощутить это здесь. Помни, совершай обряды только ночью. Если ты выполнишь их днём, то увидишь знакомое зрелище, иными словами, боги на солнце сожгут нас, и мы не сможем ничего сделать.

Цинь Му понял его и повесил длинную реку на своё тело:

— Второй Предок, жди моих новостей.

Второй Предок сразу сказал:

— Бизнес — не самое важное дело. Не трать слишком много усилий на это и сосредоточься на своём совершенствовании. Оставь сбор денег другим.

Цинь Му кивнул:

— Я понимаю, — сказав это, он вынул ещё несколько золотых монет Фэнду. — Второй Предок, пожалуйста, передай их другим предкам, чтобы они смогли продержаться эти несколько дней.

— Император Людей Цинь очень внимателен.

Цинь Му попрощался, и бог Чи Сю отправил его к пограничному камню Царства Живых Мертвецов:

— Когда ты выйдешь отсюда, истинного огня чистого Ян больше не будет. Не забудь оплатить лодку.

Поблагодарив, Цинь Му покинул Царство Живых Мертвецов и тут же увидел, как его физическое тело пришло в норму. Он махнул на прощание Чи Сю, который расправил крылья, пытаясь взлететь.

Причал был рядом, поэтому Цинь Му тут же вызвал одинокую лодку в море тумана.

Некоторое время спустя скелет даоса Лин Цзина переправил его, цилиня и сундук на противоположный берег.

Когда они оказались на месте, Цинь Му вышел из лодки и достал три золотые монеты, чтобы оплатить проезд. Даос Лин Цзин был удивлён и сразу сказал:

— Они не люди, поэтому платить не нужно.

— Даос, просто возьми их, — улыбаясь, сказал юноша.

Даос Лин Цзин поспешно принял его оплату, прежде чем поинтересоваться:

— Император Людей Цинь, случилось что-то непредвиденное?

Цинь Му громко рассмеялся:

— Я собираюсь разбогатеть! Даос, прощай.

Даос Лин Цзин проводил его взглядом и аккуратно спрятал золотые монеты, думая про себя: «Ещё несколько сотен лет, и я тоже смогу купить дом в Фэнду…»

****

Бог Чи Сю вернулся в Зал Короля Циня и увидел, что разрушенное здание уже вернулось к нормальному состоянию. Он осторожно подошёл и увидел Короля Яму, стоящего в глубине зала и смотрящего на пламя за дверью.

— Гость из деревни Беззаботной очень интересный, — внезапно сказал Король Яма. — Несмотря на то, что он родился не в деревне Беззаботной, его родословная по-прежнему принадлежит Императору-Основателю. Он необыкновенный. После этой короткой встречи я действительно возлагаю на него большие надежды. Если бы пришёл его отец, мои ожидания, возможно, были бы велики, но я всё равно был бы подавлен позже. И всё же теперь, хотя я изначально и был разочарован, когда он прибыл, в дальнейшем моё ожидание будет только расти и расти.

Бог Чи Сю не понял ничего из сказанного:

— Владыка Дьявольского Культа, Император Людей Цинь… он имеет совсем ненадёжный характер, так почему Король Яма возлагает на него надежды? Всего за полдня в Фэнду он избил всех прошлых Императоров Людей, разбил дворец Владыки Культа Цзу Яна и избил прошлых всех Владык Небесного Дьявольского Культа. Он даже пошёл вымогать деньги у них и попросил Между Жизнью и Смертью, планируя соединить мир мёртвых и мир живых, и сделать из этого бизнес! Как с таким можно вообще иметь хоть какие-то дела?

Король Яма обернулся и с улыбкой сказал:

— Фэнду слишком холодный и унылый, поэтому пусть он ведёт себя как сумасшедший, и возможно нас постигнут какие-то невообразимые изменения. Я никогда не видел такого интересного человека с подобными идеями. Может быть он сможет добиться того, чего не могли другие. Кроме того, секреты о нём не так просты, как он думает. Это заставляет меня с нетерпением наблюдать за его прогрессом ещё больше…

Бог Чи Сю был удивлён:

— Король Яма действительно позволит ему соединить Фэнду с миром живых, чтобы он занимался бизнесом?

Король Яма махнул руками и больше не сказал ни слова.

****

Несмотря на то, что солнце взошло, темнота накрыла Юду. Там не было ни неба, ни земли, ни солнца, ни луны, ни звёзд.

Син Ань парил в темноте, но в этот момент раздался слабый голос, разбудивший его:

— Син Ань, хватит спать…

Глава 511. Лу Ли

Син Ань открыл глаза, чтобы осмотреться. Из его тела до сих пор торчали бесчисленные конечности. Кроме того, к его спине прилипло странное чудище, напоминающее осьминога, которое размахивало своими крайне сильными конечностями, намертво в него вцепившись.

От удушающей хватки чудища, Син Ань потерял сознание.

— Кто со мной говорит? — слабым голосом спросил он.

— Любопытный человек из мира живых… Син Ань, опустившись до такого состояния, ты всё ещё надеешься вернуться обратно?

Владелец голоса кружился вокруг него. Иногда слова раздавались слева, иногда справа. Время от времени они доносились сверху, а иногда снизу. Он будто плавал во тьме.

— Ты святой, который появляется раз на пятьсот лет, но оказался в таком жалком положении. Наблюдая за этим, мне хочется вздохнуть с сочувствием. Как ты в таком виде покажешься людям?

Монстр сдерживал конечности Син Аня, позволяя бедолаге передохнуть. Немногим ранее неконтролируемые движения конечностей заставляли его испытывать ужасные страдания. Он ещё никогда не ощущал себя таким беспомощным и несчастным.

И всё же, теперь он тоже чувствовал себя не слишком хорошо, так как понимал, что находится в Юду.

Только оказавшись в реке он понял, где оказался… Это было место, где утопали мёртвые.

Син Ань пребывал в отчаянии. В Юду правил Граф Земли, и он не слышал, чтобы кому-то удалось выжить после визита в это место.

В самом начале он оказался в Фэнду, а теперь и вовсе держал путь в Юду. Почему небеса столь злы к нему?

— Что ты такое? Почему ты надо мной издеваешься?

Син Ань тяжело вздохнул. Он хотел вырваться из хватки монстра, но не мог собрать достаточно сил. Более того, даже если ему удастся освободиться, его бесчисленные конечности тут же проснутся и продолжат его мучить.

У него не было сил, чтобы сбежать от монстра, а если он освободится от своих старых конечностей, то жить ему останется совсем немного, прежде чем он умрёт в Юду.

— Меня зовут Лу Ли, — ответил голос, наконец застыв на месте. — Сюань Мин левая часть, Хань Лэй — правая, Лу Ли — передняя, а Цзюэ Хуан — задняя.

Син Ань едва дышал:

— Лу Ли? Ты спрашивал, не хочу ли я вернуться в мир живых. Я хочу!

— Ты не знаешь значения этого стиха? — в тоне его голоса слышались нотки разочарования. — Один из лучших практиков этого мира такой невежественен, даже не знает кто такие Сюань Мин, Лу Ли, Хань Лэй и Цзюэ Хуан. Вы уже настолько низко пали? Ну ладно, я не буду наказывать тебя за это. Я могу вернуть тебя в мир живых, и решить проблему твоего физического тела. Более того, я могу стереть запись о твоей смерти и лишить тебя забот о старости.

Выражение Син Аня слегка изменилось, и он проговорил:

— Что мне нужно сделать?

— Приятно иметь дело с умными людьми, — ответил Лу Ли. — Несколько лет назад в Юду родился ребёнок, поглотивший Ци Юду, прежде чем покинуть это место. Его забрали отсюда, и я хочу, чтобы ты вернул его обратно. Моё физическое тело слишком сильно, поэтому я не могу проникнуть сквозь барьер между Юду и миром живых, так что ты должен сделать это за меня.

— Как мне найти этого ребёнка? — спросил Син Ань.

— Очень просто. Он носит нефритовый кулон с уникальной руной, на котором выгравировано слово «Цинь», так что ты запросто его узнаешь, — объяснил Лу Ли. — Должно быть сейчас ему семнадцать или восемнадцать лет. У меня есть рисунок нефритового кулона и дата его рождения. Парень родился на восьмой день двенадцатого лунного месяца, первого года шестидесятилетнего цикла двенадцатого солнечного месяца.

В воздух подлетел рисунок и восьминогий монстр, сдерживающий тело Син Аня, рассеялся во тьме.

Между тем конечности Син Аня начали гнить, после чего его бесчисленные головы, руки, ноги и тела отпали. Его сердце резко дрогнуло, когда он почувствовал, как его тело снова становится целым, и он поспешно схватил рисунок.

В тот же миг у его уха раздался голос Лу Ли:

— Найди ребёнка. Ты можешь убить или схватить его живым, но его душа должна остаться в сохранности. Она должна попасть в Юду в идеальном состоянии! Если с неё упадёт хоть волосок, тебя ждёт мучительная, жалкая смерть! — когда он произнёс последнее слово, на теле бедолаги внезапно отрасли конечности.

Под аккомпанемент хихиканья Лу Ли, тело Син Аня вернулось к нормальному состоянию, и на его лбу проступили капли холодного пота.

— Я дам тебе зеркало. Когда найдёшь парня, используй его, чтобы подтвердить, что перед тобой именно он, — внезапно во тьме возникло зеркало, приземляясь прямо в руку Син Аня. Затем Лу Ли продолжил говорить, смеясь. — Зеркало отобразит личность цели, но тебе нельзя наводить его на него, пока ты сам смотришь ему в глаза, понятно?

— Нельзя наводить, смотря в глаза? — Син Ань безучастно смотрел на артефакт, не понимая, что монстр имеет в виду.

— Именно, ты должен повернуться к нему спиной, прежде чем использовать зеркало для подтверждения его личности!

— Я понял, не нужно повторять. Это пустяк…

— Это совсем не пустяк! — усмехнулся Лу Ли. — Если ты используешь зеркало, повернувшись к нему лицом, то создашь страшную проблему, очень страшную! Я продлю твою жизнь на тридцать лет, так что у тебя есть тридцать лет, чтобы закончить! Теперь можешь идти!

— Подожди, — улыбнувшись, Син Ань расслабленно проговорил. — Мы никогда раньше не встречались, но так как зеркало показывает личность, я могу навести его на тебя, не так ли? — он перевернул артефакт, направляя его на существо за своей спиной. — Ты… — он уставился в зеркало, увидев в отражении несравненную красотку. Голос Лу Ли определённо был мужским, но в зеркале появилась девушка!

Красавица щёлкнула пальцами и Син Ань начал вращаться, будто попав в огромный водоворот. Проснувшись, он осознал, что лежит на камне под древней сосной, будто уснул и провёл под ней всю ночь.

В окрестностях цвело огромное количество цветов, слышалось пение птиц, текли ручьи и водопады. По лесу носились обезьяны, время от времени останавливаясь, чтобы сорвать банан. Снимая с них кожуру, они с аппетитом кушали, настороженно посматривая на гостя.

Син Ань ошеломлённо оглянулся. Когда он вообще успел покинуть разрушенные горы в Великих Руинах? Теперь прямо перед ним виднелся океан!

— Что это за место? — недоумевая, он не удержался от вопроса.

— Это Южное Море, — обезьяны швырнула ему в голову банановую кожуру.

— Южное море? — растерявшись, он быстро поднялся. Теперь он находился в самой южной части Великих Руин, за пятьдесят тысяч километров от того места, где был раньше!

— Вы странные звери Великих Руин, но можете говорить. Похоже, что ваш вид сумел пробудить разум, — Син Ань снял с головы банановую кожуру, отбросив её в сторону. — Так как ты сказала, где я нахожусь, я не стану тебя убивать. Но избежать страданий не удастся.

Обезьяна быстро отпрыгнула, но приземлившись, она наступила на банановую кожуру и, поскользнувшись на ней, упала. Обезьяна впала в ярость, но встав на ноги, намереваясь отомстить Син Аню, обнаружила, что тот бесследно исчез.

— Какой жалкий, — разъярённая обезьяна запрыгнула на дерева, к своему удивлению схватив очередную кожуру вместо банана, после чего тут же упала обратно на землю.

Кожура, по всей видимости, прилипла к обезьяне, ведь как только она подпрыгивала, та подлетала, прилипая к ноге или руке, вынуждая её раз за разом поскальзываться и падать.

Будучи вне себя от злости, обезьяна схватила камень, разрывая кожуру на кусочки.

****

К тому времени Син Ань ушёл, бормоча про себя:

— Несмотря на свои способности, Лу Ли не может войти в мир живых. Как тогда она может манипулировать мной, Син Анем? Она дала мне тридцать лет жизни, и хочет таким образом контролировать? Не так просто! Божественный Врач Цинь говорил, что создал и распространил пространственную математическую модель Божественного Моста. Я отправлюсь в Империю Вечного Мира, и с моим пониманием и талантом я смогу за один-два года стать богом и освободиться от её контроля.

Внезапно возле его уха прозвучал голос Лу Ли:

— Мерзавец, я отберу у тебя пятнадцать лет жизни!

Сердце Син Аня резко дрогнуло, и он быстро обернулся. Тем не менее, вокруг никого не было.

«Это мир живых, она не может сюда спуститься. Это какая-то галлюцинация», —задумавшись, он внезапно всё осознал и открыл своё божественное сокровище Жизни и Смерти, где увидел, что оно связано с тёмным, туманным Юду. Там, во тьме, сияла пара глаз, уставившихся на него.

Кровь в жилах Син Аня застыла, ведь он понял, что никогда не сможет вырваться на свободу. Даже став богом, избежать контроля женщины будет очень трудно!

«Кто этот человек, родившийся в Юду?» — нахмурился Син Ань.

В мире было много семнадцатилетних, как он должен был найти нужного?..

****

— Жирдяй, быстрее! Небо почти стемнело! — подгонял Цинь Му. — Мы должны найти руины или деревню до наступления ночи…

С запада наступала тьма Великих Руин, в то время как Цинь Му, цилинь и сундук вошли в руины, кишащие странными зверями, которые мирно прятались от ночи.

Сундук занялся своими рутинными делами и, потратив некоторое время, откопал из-под земли огромную каменную табличку. Затем он безнадёжно пытался засунуть её себе в желудок, но предмет оказался слишком большим.

Цинь Му подошёл, сдувая пыль с таблички, на которой показалась надпись: «Мать Колесниц Большой Медведицы Неба Тьмы и Света Большой Истиной Чистоты».

«Это райские небеса Эпохи Императора-Основателя, место, где жила Мать Колесниц Большой Медведицы? Должно быть она сильная богиня, жаль, что это место превратилось в руины…» — с такими мыслями юноша встал и подошёл ко входу во Дворец Матери Колесниц, оглядываясь на тьму за спиной.

Казалось, что её остановил заслон из света у входа во дворец. Между тьмой и светом появилась чёткая граница.

Цинь Му на мгновение замешкался, прежде чем протянуть большой палец. Его ноготь постепенно приближался ко тьме.

— Владыка, не смей умирать! — цилинь набросился на него, укусив за ногу в попытке оттащить обратно.

В следующий миг в воздух поднялось огромное облако пыли, осевшее на парочку, и Цинь Му быстро поднялся на ноги, избивая за это цилиня.

В руинах мгновенно поднялась суматоха. Бесчисленные странные звери впали в ярость и, ревя, они все бросились на юношу.

Лоб Цинь Му вспотел, и он начал медленно отступать назад. Смотря на тысячи приближающихся зверей, он попытался объясниться:

— Слушайте меня, я не нарушаю правил Великих Руин специально. Это жирдяй ударил меня первым…

Он отступил к воротам, прислонившись к каменному столбу. Некоторые странные звери начали бить себя в грудь, в то время как другие оскалились, показывая острые зубы. Они острили когти или готовили божественные искусства, готовясь убить нарушившего правила Великих Руин.

Цинь Му стиснул зубы и резко обернулся. Не задумываясь, он высунул голову во тьму.

Большинство зверей были ошеломлены. Цилинь громко всхлипнул, укусив Цинь Му за штаны, чтобы вытащить его обратно. Монстры вокруг прикрыли морды руками, понимая, что сейчас увидят скелет без плоти или окровавленное тело с гладко отрубленной головой!

— Жирдяй, отпусти! — Цинь Му пнул его ногой, и волосы зверей вокруг встали дыбом, а кровь в их жилах застыла!

— Д-д-движется… — странный зверь заикался, крича. — Двигающийся труп!

В этот момент Цинь Му с хлопком вошёл во тьму. Впрочем, прежде чем звери успели облегчённо вдохнуть, он просунул голову обратно.

Плюх!

Странный зверь упал на землю, теряя сознание от увиденного.

Глава 512. Девушка во Тьме

Цинь Му повернул голову обратно и огляделся. Если бы он не нарушил правила Великих Руин и не был вытеснен странными зверями, он бы не зашёл во тьму.

Но даже так он до сих пор никогда не задумывался, что настанет тот день, когда ему удастся войти во тьму полагаясь только на свои силы.

Сейчас он был сам по себе, ни каменных статуй, ни сундука…

Сливаясь со тьмой и, казалось бы, становясь её частью, он чувствовал себя словно рыба в воде. Между тем сама тьма в его глазах теперь была больше похожа на туман.

«Это не настоящая тьма, похоже это какая-то особая субстанция», — удивился Цинь Му. Он всегда интересовался тьмой Великих Руин, но не мог войти в неё из-за своего низкого совершенствования. И даже окажись у него достаточно сил, чтобы войти во тьму, он не рассчитывал, что сможет обнаружить её чудо, ведь сильные практики, такие как старейшина деревни и Син Ань, заставляли её отступать и не позволяли приблизиться.

Возвращение тьмы всегда являлось скрытой за завесой тайны загадкой.

Однако теперь Цинь Му слился с ней, поэтому ему стало намного легче разглядеть её.

Старейшина в прошлом высказал догадку, что тьма Великих Руин не была настоящей тьмой, а миром, накрывающим собой Великие Руины и называемым Царством Тьмы.

Позже старейшина обнаружил, что в Великих Руинах было не только одно Царство Тьмы, а несколько. Например, Фэнду он тоже называл Царством Тьмы.

Однако Цинь Му, узнав больше о Фэнду, немного приподнял завесу тайны. Да, Фэнду действительно можно было назвать Царством Тьмы, но оно было только уголком, принадлежащим Юду… а также лишь частью многих Царств Тьмы Великих Руин.

Юду и Фэнду постоянно перемещались и меняли своё местоположение, поэтому они не покрывали собой все Великие Руины. Это было дело рук другого Царства Тьмы.

Войдя во тьму, Цинь Му открыл ещё одну правду о Великих Руинах — тьма была некой странной субстанцией.

«Войдя в другой мир через обрывистый утёс… я вдруг понял, что день и ночь того мира были противоположны тем, что в Великих Руинах, и у меня появилась одна смелая догадка», — прищурился Цинь Му, предаваясь воспоминаниям о своём путешествии в золотую пустыню.

Тем миром, куда он отправился, чтобы скрыться от Синь Аня, были Великие Руины Эпохи Высшего Императора. День и ночь там были противоположны дню и ночи в Великих Руинах Императора-Основателя.

Из-за этого Цинь Му предположил, что тьма появляется именно из Великих Руин Эпохи Высшего Императора. А когда заходило солнце, тьма оттуда проходился сквозь трещины и направлялась к Великим Руинам Императора-Основателя… Когда Великие Руины Высшего Императора начинали новый день, Великие Руины Императора-Основателя погружались в ночь, и наоборот.

Двое Великих Руин образовали собой песочные часы, а тьма внутри них была песком, текущим то взад, то вперёд.

Именно такой и была догадка Цинь Му.

Однако в то время ему приходилось постоянно прятаться от Син Аня, а под боком ошивался только Паньгун Цо, вот он и не рассказывал о своих мыслях на этот счёт.

И сейчас, оказавшись во тьме, Цинь Му обнаружил, что это была какая-то странная субстанция, тем самым ещё раз подтверждая свою догадку.

«Если бы трещины на простирающемся с севера на юг утёсе были закрыты, могли бы мы запереть тьму в Великих Руинах Высшего Императора? При успехе… неужели к нам больше никогда не попадёт тьма?» — считая свои рассуждения вполне имеющими право на жизнь, моргнул юноша, вот только он не мог знать наверняка, обернётся ли миссия успехом.

Кроме того, обрывистый утёс был очень протяжённым и имел множество трещин… Он был связан уж точно не с одним миром.

И самая главная проблема заключалась в том — как вообще закрыть трещины?

«Закрытие трещин возможно не лучшее решение проблемы. Всё же стоит сначала побольше разузнать о свойствах тьмы, из-за которых она может вот так просто проглатывать людей», — думая в таком ключе, Цинь Му детально изучал тёмную субстанцию похожую на туман. Чёрные пятнышки имели форму, но не имели физического вещества, так как могли проходить буквально сквозь него.

«И правда странная субстанция!» — удивившись, юноша сотворил из Ци нить и тут же использовал её в попытке зафиксировать часть чёрной субстанции на одном месте. Но в следующий миг его ладонь прошла сквозь неё, не ощущая никаких препятствий или хотя бы того, что он хоть к чему-то прикоснулся.

«Что это такое? И какими качествами обладает?» — подумал Цинь Му, как вдруг услышал нервный голос цилиня, доносящийся из руин:

— Владыка, ты ещё жив?

Звук, казалось, пришёл издалека. Могло даже показаться, что ему пришлось преодолеть толстую вековую стену.

— Не волнуйся, я жив. Я покормлю тебя завтра утром, — крикнул Цинь Му.

— Мм, — зверь издал звук признания, и добавил. — Я не о еде пекусь, а о безопасности Вкладки. Но поскольку с тобой всё в порядке, я пойду спать. Возвращайся, когда закончишь свои игры. У нас завтра долгий день.

Цинь Му какое-то время изучал окрестности, но не мог понять, что это за субстанция.

В тот момент, когда он уже было собирался сдаться и вернуться, ему в глаза бросился монстр и отовсюду вокруг послышался непрекращающийся шёпот…

Множество монстров, таящихся во тьме теней скал и лесов, тихо наблюдали за ним. Время от времени от них можно было услышать звуки быстрого топота. Они перемещались подобно призракам, прыгая от одного куска тьмы к другому с чрезвычайно высокой скоростью.

Цинь Му не мог чётко разглядеть их движения, даже когда задействовал свои божественные глаза. Как вдруг он увидел едва различимые тени, идущие сквозь тьму.

Или даже скорее не тени, а тенистые фигуры, которые, казалось, находились между пустотой и реальностью, тем не менее, они были не монстрами, а людьми!

Это были определённо тени людей!

«Почему во тьме люди?» — сердце Цинь Му слегка дрогнуло, и он поспешно бросился вперёд. Кроме него единственными людьми, которые могли ходить во тьме, были существа, обладающие способностями богов, например, старейшина деревни и Син Ань. А также не стоит забывать про вещи, которые могут испускать божественный свет, к примеру сундук Син Аня, сделанный из божественных костей и кожи таотэ.

Входя во тьму, они излучали божественный свет и отбрасывали тьму обратно. Но тени не заставили тьму отступить, совсем наоборот, они сливались с ней точно также, как и с Цинь Му.

Что было ещё страннее в них, так это то, что они казались сформированными из тьмы!

Цинь Му последовал за тенью, которая, по всей видимости, тоже заинтересовалась им, ведь она остановилась и, казалось бы, ждала его прихода.

Он ускорился и, приблизившись, с любопытством осмотрел её, замечая две длинные косы, свисающие с плеч. Тень в свою очередь осмотрела его.

Перед ним однозначно была девушка, и хоть он видел только её силуэт, он догадался, что она была молодого возраста.

Девушка-тень протянула ладонь в попытке прикоснуться к нему, и Цинь Му протянул свою ладонь в ответ. Их ладони прошли сквозь друг друга, как будто там ничего не было.

Девушка-тень удивилась и что-то сказала, однако её слова были лишь шёпотом рядом с ушами Цинь Му, который он не мог разобрать.

«Так странно!» — Цинь Му был озадачен и почесал голову:

— Ты слышишь, что я говорю?

Девушка, судя по всему, не могла слышать, что он говорит… их голоса искажались странной силой. Внезапно девушка присела на корточки, а её косы подлетели вверх от резкого движения, затем она протянула руку и что-то написала на земле.

Цинь Му опустил голову вниз, но ничего не увидел, кроме проходящего тёмного тумана.

На земле ничего не было написано.

Он также написал предложение, но девушка покачала головой, давая понять, что тоже ничего не видит.

К Цинь Му пришла мысль, и он, вытащив свой меч, исполнил Меч, Ступающий по Горам и Рекам, но девушка ещё раз покачала головой, показывая, что не понимает, что он делает.

У Цинь Му закончились идеи.

Внезапно девушка-тень побежала вперёд и через несколько шагов остановилась, чтобы подозвать его к себе.

Цинь Му последовал за ней.

Они бежали какое-то время вперёд, но немного погодя девушка вдруг резко остановилась, из-за чего он, не успев вовремя остановиться следом, прошёлся сквозь неё и по инерции оказался прямо у, казалось бы, бездонного скалистого обрыва.

Девушка попыталась схватить его за руку, но всё было тщетно. Однако Цинь Му, размахивая руками в поисках равновесия, сумел стабилизироваться и не упал с обрыва.

Девушка указала вперёд, и юноша сильно удивился от увиденного. Внизу стоял великолепный город, который был ему совсем незнаком, ведь он определённо никогда раньше не видел такого огромного и величественного сооружения в Великих Руинах!

«Странно, насколько мне известно — этого города не существует в Великих Руинах. Может это и есть то Царство Тьмы, которое покрывает Великие Руины?..» — слегка нахмурился Цинь Му. Если тёмная субстанция может свободно перемещаться между Великими Руинами Императора-Основателя и Высшего Императора, разве такое же Царство Тьмы не должно существовать в Великих Руинах Высшего Императора?

Мог ли он действительно перекрыть мир, закрыв трещины в обрывистом утёсе?

«Тьма Великих Руин намного сложнее, чем я себе представлял. Боюсь, закрытие трещин здесь не поможет…» — как только он об этом подумал, девушка-тень спрыгнула с обрыва. Спускаясь в город внизу, она бегала по воздуху, как будто шла по ровной земле.

Цинь Му тоже прыгнул вниз и, словно летя, ступал точно по её следам. Через мгновение они добрались до города, и он бегло осмотрелся. Здешнее место явно процветало, ведь туда-сюда ходило много суетящихся людей, но они были лишь тенями в его глазах.

Если бы они превратились в настоящих людей, он бы ещё не один раз посетил этот несравненно процветающий город. Он также видел богов и дьяволов во тьме, которые стояли на высоких зданиях, оглядываясь по сторонам.

Цинь Му внезапно замер, как громом поражённый. От резко нахлынувшего чувства дежавю он вспомнил, что видел подобное зрелище раньше.

В городе Сотен Процветаний сорока тысячи летней давности боги и дьяволы выглядели также настороженно. Тем не менее, тогда они защищались от тьмы за пределами города!

В таком случае, от чего защищался этот город будучи во тьме?

Девушка-тень повела Цинь Му прямо по городским улицам, и все чёрные тени, встречающиеся по пути, поворачивали головы, чтобы посмотреть на них. В глазах всех местных форма Цинь Му должна была выглядеть очень странной, поэтому они смотрели на него искоса и с подозрением.

Они прошли через множество аллей, прежде чем попасть в особняк, построенный в необычном стиле. Но вдруг несравненно высокая фигура медленно поднялась и раскрыла свои четыре руки, чтобы защитить здание.

Похоже, что прибытие Цинь Му вызвало бога, охраняющего этот особняк.

Девушка-тень вскочила на ладонь бога и прыгая вокруг, словно летая, добралась к плечу бога и шепнула ему что-то на ухо.

Бог наклонил голову и осмотрел гостя. Затем он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но его слова были просто шёпотом в ушах юноши, который не смог разобрать даже слова.

Через мгновение бог опустил ладонь и позволил гостю встать на неё.

Цинь Му некоторое время колебался, однако, когда он подошёл к ладони, то не смог на неё наступить и даже чуть было не упал при попытке сделать это, но поспешно исполнил своё божественное искусство, чтобы воспарить над ладонью.

Тёмный бог был поражён и поднял другую руку, чтобы ткнуть в Цинь Му пальцем, но в итоге прошёлся им сквозь него, как будто перед ним ничего не было.

Бог почесал голову, не зная, что происходит.

«Как же это всё странно! — сердце юноши казалось бы что-то сдавливало. — Даже всемогущий бог не может коснуться меня!»

Внезапно город разразился суматохой и тёмный бог, спустив на землю девушку-тень, немедленно поднялся в небо, бросившись к городским воротам.

Цинь Му последовал за девушкой к возвышенности с хорошим обзором.

Пространство за городом дрожало, пока в нём не появились чёрные дыры, из которых тут же выползли боги и дьяволы странного происхождения, приказывая бесчисленным солдатам штурмовать величественный город.

Развернулась крупномасштабная битва.

Вскоре город был оккупирован, и дьяволы заполонили улицы, где все начали сражаться.

Цинь Му последовал за девушкой-тенью, чтобы спрятаться от разразившегося в городе хаоса. Везде где только можно вспыхивали божественные искусства и просвистывало духовное оружие, повсюду рушились дома и дворцы.

Эта ночь тянулась очень долго, пока тишину не нарушило петушье кукареканье, от которого сердце Цинь Му тут же слегка дрогнуло.

Тьма хлынула вместе с городом. Дьявольские боги с монстрами отчаянно отступили назад в свои чёрные дыры, которые затем бесследно исчезали.

Покачнувшись от движущейся тьмы, Цинь Му собирался было схватить девушку-тень рядом с собой, но она исчезла вместе с городом!

Луч солнечного света осветил окрестности, и он огляделся, увидев возвышающиеся горы и обрывистые гряды, но ни малейшего намёка на то, что здесь буквально мгновение назад был огромный город.

— Владыка, Владыка! — издалека раздавались беспокойные крики цилиня.

Цинь Му посмотрел на источник звука и увидел руины, где они отдыхали накануне, а также зверя, который держал в зубах свой таз для еды и изо всех сил бежал вперёд.

Оказавшись подле своего кормильца, жирдяй бросил таз на землю и, виляя хвостом, со смехом сказал:

— Владыка, пора есть. Знаешь, мы чуть не пропустили время обеда…

Цинь Му оглянулся, чувствуя, что события ночи были просто сном: «Великие Руины слишком странные. Я правда был в другом мире прошлой ночью?»

Глава 513. Теория и Анализ Жертвоприношения

После долгого дневного путешествия снова наступила ночь, но в этот раз Цинь Му не удалось найти руин для ночлега, поэтому он приказал сундуку тащить на себе цилиня, в то время как сам шагал во тьме позади.

Ночью он увидел много странных вещей. С приходом тьмы из ниоткуда появлялись бесчисленные формы жизни и города. Вокруг разворачивались полномасштабные битвы, чего он не встречал, покидая деревню весте со старейшиной деревни.

Но каждый раз, когда он приближался ко свету сундука, ему не удавалось разглядеть то, что по-настоящему происходило во тьме.

Божественные лучи артефакта возвращали его в обычный мир.

И что было ещё страннее — он не замечал между двумя мирами никакого барьера.

Это было чем-то невозможным в его парадигме понимания всех вещей.

Между двумя мирами обычно должен быть барьер, путешествие сквозь который сопровождалось болезненным продавливанием. Чем больше было совершенствование путешественника, тем большая сила на него воздействовала.

И всё же, между Царством Тьмы и реальностью не было никакого барьера, что было очень странно.

Цинь Му вошёл в свет сундука и, недоумевая, уселся на крышке. Спустя некоторое время его глаза зажглись, и он улыбнулся: «Я знаю эксперта в этой области, может нужно позвать его?»

Переполняясь волнением, он приказал сундуку остановиться и, спрыгнув на землю, достал из мешочка таотэ жертвенный алтарь из белой кости, на который положил четырёхглавую, восьмирукую статую дьявольского бога.

Вынув кисть из киновари, Цинь Му нарисовал на дьявольской статуе всевозможные руны. Закончив, он активировал их с помощью своей жизненной Ци и исполнил Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны.

Спустя мгновение заклятие было исполнено, но дьявольская статуя не шевелилась.

Цинь Му подозрительно взглянул на алтарь и исполнил заклятие во второй раз. Несмотря на все усилия статуя отказывалась реагировать.

— Старший брат Дутянь, младший брат призывает тебя в страхе и трепете, предлагая тебе мясо и вкусности. Старший брат, осчастливь меня своим появлением, — молился Цинь Му. — А если старший брат Дутянь не придёт, младший брат будет молиться по сто раз на дню в ожидании твоего снисхождения и милости. И…

— Заткнись! Какой я тебе старший брат? — неожиданно статуя бога открыла глаз на одном из своих лиц, вращая зрачком по сторонам. Убедившись в отсутствии ловушки, Король Дьяволов Дутяня решился отправить в дугой мир часть своего сознания. Четыре лица статуи тут же проснулись, открывая рты, чтобы проговорить. — Мы с тобой не стали названными братьями, так что не говори, что мы близки. Мы едва знакомы! Если бы ты молился мне сто раз на день, то я умер бы от раздражения! Владыка Культа Цинь, зачем ты меня призвал?

Облегчённо вздохнув, Цинь Му улыбнулся:

— Есть кое-что, чего я не могу понять, — описав всё увиденное во тьме, парень продолжил. — Почему при пересечении двух миров нет барьера, или силы, отталкивающей меня обратно?

Деревянная статуя дьявольского бога встала с алтаря и схватила белую кость, начиная грызть её, будто леденец:

— Я думал ты призвал меня, чтобы снова обмануть, а на самом деле это всего лишь ради такого пустяка.

Сделав жест уважения к учителю, Цинь Му спросил:

— Старший брат Дутянь не соизволит меня просветить?

Король Дьяволов Дутяня тут же почувствовал, как кровь в его жилах застыла, и ответил:

— Не стоит быть таким вежливым! Когда ты так говоришь, у меня начинают возникать подозрения, что ты собираешься доставить мне проблем! И много проблем! Перейдём к делу. Описанное тобой базируется на самом простом законе природы — энергия мира всегда одинакова! Например, рождение, совершенствование и смерть человека не могут изменить её структуры.

Цинь Му задумался, прежде чем спросить:

— Процесс существования человека не может изменить энергии мира, даже если он станет богом или дьяволом, превратившись в бессмертное живое существо?

— Даже если кто-то становится богом или дьяволом, он не изменит энергии мира. Она не станет ни больше, ни меньше, — ответил Король Дьяволов Дутяня. — Энергия мира постоянна, и мало что может повлиять на её количество. А когда человек путешествует в другой мир, то забирает свою энергию из первого мира и переносит её во второй. Это приводит к тому, что на человека действует сила, в два раза превышающая его собственную, поэтому подобные перемещения очень сложны и требуют кровавых жертвоприношений.

Цинь Му с удивлением обнаружил, что всё происходящее вдруг обрело смысл:

— Суть кровавых жертвоприношений в том, чтобы приносимый в жертву одного мира передал свою энергию другому миру!

Король Дьяволов Дутяня кивнул:

— Между тем боги и дьяволы, которым были предназначены жертвы, становятся ответной жертвой и отправляются в другой мир, восполняя запас его энергии, и восстанавливая баланс между двумя мирами. К примеру, твой жертвенный алтарь. Энергия его костей была принесена в жертву и отправилась в мой мир. Взамен на это, я спустился в ваши предательский земли.

Глаза Цинь Му загорелись, и он проговорил:

— Понятно. А что ты имел в виду, когда сказал, что мало что может повлиять на количество энергии в мире?

— Во время кровавого жертвоприношения между двумя мирами протягивается мост. По нему я могу протащить некоторое количество энергии, не нарушая баланса, — улыбнулся Король Дьяволов Дутяня. — Когда ты призвал меня в последний раз, энергия жертвоприношения была не слишком большой, поэтому мне пришлось задействовать огромное количество сил, чтобы спуститься в этот мир. Проще говоря, я попытался протиснуться сквозь барьер твоего мира насильно. Вот только чтобы провернуть такое, нужно было выдержать на себе давление двух миров, а количество энергии, которое я мог взять с собой, было крайне ограниченным, и я быстро достиг предела. Мощь, которую можно перенести таким образом, зависит от способностей того, кто приносит жертву.

Будучи просветлённым, Цинь Му уже в следующий миг нахмурился:

— Тем не менее, во тьме Великих Руин между двумя пересекающимися мирами нет барьера. Как ты объяснишь это?

Король Дьяволов Дутяня усмехнулся:

— Как думаешь, что случится, если энергия, которую пытаются впихнуть в этот мир, превзойдёт предел, который этот самый мир может выдержать?

Сердце Цинь Му резко дрогнуло:

— Ты имеешь в виду…

— Крупномасштабное жертвоприношение, которое привело к созданию сотен тысяч мостов для сотен тысяч богов и дьяволов, позволяя им пропихнуть свою энергию в этот мир! — на лице Короля Дьяволов Дутяня засияла дьявольская улыбка. — Оно разрушит барьер этого мира! Как только он исчезает, другие миры смогут начинать резню без любых препятствий!

Почувствовав, как кровь застыла в жилах, Цинь Му несколько раз вздрогнул. В выражении его лица виднелось неверие, когда он прокричал:

— Ты имеешь в виду, что барьер мира во тьме Великих Руин был разрушен?

— Может быть это не у мира во тьме нет барьера, — ответил Король Дьяволов Дутяня, смотря на парня. — Ты не думал, что это ваш мир мог пострадать?

Цинь Му покачал головой:

— Если у нашего мира не было барьера, ты смог бы с лёгкостью сюда спуститься. В пространстве мира, который я видел во тьме, было огромное количество дыр, открытых бесчисленными дьявольскими богами, ведущими своих людей в атаку. Очевидно, что именно этот мир остался без барьера.

Король Дьяволов Дутяня сел на крышку сундука, зевая и размахивая ногами, в итоге проговорив:

— Твоё описание мира во тьме, пересекающимся с этими предательскими землями, напомнило мне об одной ужасающей возможности — принесении мира в жертву, — на четырёх лицах статуи возникли зловещие выражения, и она едва не подпрыгнула от волнения. — Принесение мира в жертву высвободит ужасающую энергию, которая в итоге врежется в другой мир, позволяя миллионам богов и дьяволов спуститься вместе и разрушить соседей! Это величайший из планов!

— Они собрались уничтожить тот мир? — в недоумении спросил Цинь Му.

Деревянная статуя скрипела, поворачивая свои головы. Все четыре пары её глаз упали на юношу.

Волосы Цинь Му встали дыбом, и он прокричал:

— Ты говоришь, что сотни тысяч богов, разрушившие барьер того мира, собираются принести его в жертву, чтобы спуститься сюда?

Головы Короля Дьяволов Дутяня несколько раз повернулись вокруг шеи, и статуя хлопнула ладонями, восхваляя:

— Умница! Когда Великие Руины пересекутся с другим миром, они принесут его в жертву. В результате этого высвободится настолько ужасающая энергия, что весь мир, кишащий дьяволами, спустится на Великие Руины. Кога это произойдёт, перед нами возникнет ужасающее зрелище столкновения двух миров, в котором погибнут миллиарды форм жизни. Я в захвате от одной лишь мысли об этом!

На лице Цинь Му возникло ошарашенное выражение. Неожиданно покачав головой, он проговорил:

— Невозможно, это невозможно! Тьма существует на протяжении двадцати тысяч лет. Разве это значит, что война в том мире длится уже столько времени? Как в такое можно поверить? Это невозможно!

Король Дьяволов Дутяня спрыгнул с сундука, проговорив:

— На твоём месте, я уже давно бы переехал в другой мир. Мудрый человек предвидит будущее и избегает риска. Когда гнездо перевернётся, не останется уцелевших яиц. Здесь слишком опасно, я немедленно возвращаюсь! И не смей часто мне надоедать! Я тебя боюсь! — прежде чем прыгнуть во тьму, чтобы вернуть свою душу в мир Дутяня, он прокричал. — Когда мир во тьме будет разрушен, наступит день, когда ваш мир столкнётся с дьявольскими богами, и это будет концом вашего существования!

Затем он бросился во тьму, которая тут же его проглотила. Цинь Му помчался следом, но увидел лишь куски от разлетевшейся на части деревянной статуи.

Нахмурившись, он вернулся к сундуку. Энергия белого костяного алтаря исчерпалась, и тот тоже разрушился.

«Стоит ли верить словам Короля Дьяволов Дутяня? Он кажется не слишком надёжным, и говорит ужасные вещи…» — собрался с мыслями Цинь Му. Слова Короля Дьяволов Дутяня были слишком страшными, насколько можно было им доверять?

Тем не менее, задумавшись, он понимал, что по своей природе, Король Дьяволов Дутяня любил хаос и разруху. Он хотел, чтобы весь мир поглотила катастрофа, поэтому не пугал бы его просто так.

«Вечный Мир слишком слаб, — издав мрачный вздох, подумал про себя Цинь Му. — Тем не менее, мир во тьме сражался с дьявольской расой на протяжении двадцати тысяч лет и смог продержаться до наших дней. Они не потерпят поражение прямо сегодня, и не будут мгновенно принесены в жертву, не так ли? У Вечного Мира ещё много времени до столкновения, нам не стоит слишком беспокоиться… Хе-хе, я чуть штаны не намочил от слов Дутяня. Должно быть, этот страх беспочвенный, он определённо беспочвенный!»

Спустя несколько дней Цинь Му наконец покинул Великие Руины и добрался к Вечному Миру, где немедленно нашёл быстрый корабль из Секретных Водяных Проходов, отправляясь в столицу. Написав обращение к Императору, он предложил ему Бусину Чёрной Черепахи, доставшуюся в качестве дани от Сюн Сиюй, а также рассказал о проблеме строительства дороги.

Император Яньфэн собрал всех гражданских и военных чиновников включительно с Имперским Наставником, обсуждая этот вопрос. Многие из них выступили против идеи прокладывания дорог, но Имперский Наставник не был готов с ними согласиться, отстаивая своё мнение перед большинством, и только когда Император сказал, что противников идеи казнят, вопрос был окончательно улажен.

Император Яньфэн передал указ Министерству Работ и сделал Имперского Наставника ответственным за его исполнение. Встретившись с ним после этого, Цинь Му спросил:

— Божественные искусства Западных Земель отлично подходят нашему культу. Пусть Небесный Король возьмёт с собой старейшин и мастеров чертога, чтобы найти несколько новых талантов.

Имперский Наставник недоумевал:

— Владыка Культа Цинь разве мне можно доверить такое важное дело?

— Ты — один из четырёх великих Небесных Королей нашего священного культа, нет ничего странного в том, что на тебя ложится такая ответственность.

На лбу мужчины проступили вены, и он сухо проговорил:

— А как же Владыка?

С улыбкой на лице, юноша ответил:

— Я займусь поиском друзей и родственников, с которыми можно заняться бизнесом и заработать больше денег.

Глава 514. Первое Собрание Исконных Духов

Имперский Наставник обдумывал это. После того, как Цинь Му заставил его стать Небесным Королём Небесного Святого Культа, он, будучи в новой должности, не сделал практически ничего. А вот Цинь Му и Небесный Святой Культ всегда помогали ему без лишних вопросов.

Мировоззрение Небесного Святого Культа не противоречили его мировоззрению, и поскольку он получил такую милость, ему, естественно, придётся отплатить за услугу.

— Хорошо, я отправлюсь в Западные Земли с несколькими старейшинами, Небесными Королями и Мастерами Чертогов, и сделаю всё возможное, чтобы набрать как можно больше талантливых людей для священного культа, — мужчина сопроводил юношу к выходу из своего поместья, но пройдя несколько шагов наружу, он остановил его. — Владыка Культа Цинь, как священный учитель культа, ты не очень-то много времени проводил с культом. У тебя даже не хватает времени для совершенствования, пока ты чёрт знает где разгильдяйничаешь. Не забывай стабильно поддерживать своё совершенствование. В эпоху великих перемен, пути, навыки и божественные искусства меняются и стремительно растут. Я сам, когда недавно вернулся в Вечный Мир, занялся активным самообучением. Совершенствование — это лодка, плывущая против течения, и если ты отстал, то никогда уже ничему не научишься. Владыка, прими это к сведению.

— Ты уже бог, но до сих пор должен изучать новые пути, навыки и божественные искусства? — очень удивившись, спросил Цинь Му.

Имперский Наставник кивнул:

— Теперь среди молодых экспертов поколения Владыки не мало людей с хорошими идеями. Что касается навыков владения меча, я уже поведал о трёх основных навыках владения меча, которые я основал, а также о восемнадцатой форме меча Владыки. Этих четырёх новых базовых навыков владения меча будет достаточно для создания бесчисленных новых движений меча. К тому же после того, как был основан метод совершенствования Шести Направлений Исконного Духа, в путях, навыках и божественных искусствах произошли ещё большие изменения. Новые базовые навыки меча теперь могут изменять навыки меча, а система совершенствования вышла на новый уровень.

Парень согласился с ним. Основать навык владения меча было сложно, но ещё сложнее было изменить основу, к которой все привыкли. Когда это свершилось, бесчисленное количество людей получили возможность создавать что-то новое, и каждый мог творить то, что ему по душе.

Цинь Му и Лин Юйсю основали Проводник Исконного Духа, который изменил основу совершенствования, и открылось поистине много новых возможностей. Люди использовали свои знания для работы на новой основе, благодаря которой пути, навыки и божественные искусства сделали скачок вперёд. Так и рождаются великие мастера!

Цинь Му тоже придётся изучать новые пути, навыки и божественные искусства.

— Иди в Имперский Колледж и четыре большие академии. Оставайся в каждой академии в течение некоторого времени и делись знаниями с молодёжью, — Имперский Наставник с сожалением вздохнул. — Пути, навыки и божественные искусства ежедневно меняются, у молодых людей очень много идей. Всего за несколько месяцев я отстал от ритма, и теперь мне нужно учиться у этих юношей. В будущем, безусловно, будет ещё не мало молодых поколений, которые смогут совершенствоваться в области бога! За два дня до того, как ты пришёл в столицу, Мастер Дао Линь Сюань привёл группу молодых учеников в Имперский Колледж, чтобы обменяться знаниями о путях, навыках и божественных искусствах, где даже я подчерпнул для себя не мало полезного. Когда я разговаривал с ним, у меня было довольно много мыслей и чувств. Вчера Жулай Ма привёл множество монахов и демонов для рассуждений в Имперском Колледже. Однако у меня не было времени, чтобы прийти.

— Старик Ма тоже в столице? — Цинь Му был в восторге и спросил. — Имперский Наставник, сколько богов в Империи Вечного Мира?

— Почему ты спрашиваешь? — был удивлён этим вопросом Имперский Наставник.

Цинь Му рассказал ему о том, что он видел в Великих Руинах, и поделился догадками Короля Дьяволов Дутяня:

— Столкновение с остальным миром может произойти спустя десятки тысяч лет, но это может произойти и завтра, поэтому мы должны подготовиться. Чем больше богов в Империи Вечного Мира, тем лучше. Или же нам просто не хватит сил отразить атаку противника!

Имперский Наставник нерешительно пробормотал про себя, прежде чем подозрительно спросить:

— Ты хочешь сказать, что смог войти во тьму?

Цинь Му немного помедлил, прежде чем сказать ему правду:

— Я родился в Юду. Король Яма сказал, что я могу войти во тьму Великих Руин и остаться невредимым. Я думаю, он имел в виду, что я могу быть наполовину дьяволом из Юду.

Мужчина не особо задумывался об этом и сказал:

— Если небеса хотят уничтожить мой Вечный Мир, я ничего не могу с этим поделать. На данный момент Император пересёк божественный мост, как и ещё около десятка высших чинов. Я сказал Императору, что все боги должны быть записаны и он согласился со мной, но, чтобы сражаться с таким дьявольским миром, у Вечного Мира не найдётся столько сил даже по истечению десятка лет. Если этот день действительно наступит… — он улыбнулся и спокойно добавил. — Я передам все свои обязанности тебе.

Сердце юноши трепетало, ведь он понимал, что мужчина готов пожертвовать своей жизнью ради империи:

— Дьяволы во тьме нападают на тот мир уже более двадцати тысяч лет, каков шанс, что они уничтожат Вечный Мир прям завтра? Имперскому Наставнику не нужно об этом беспокоиться. Прокладка дорог сейчас важнее.

Двое людей попрощались.

Цинь Му вместе с цилинем и сундуком отправились в Имперский Колледж, который стал намного суетливее, чем был раньше. Можно было увидеть довольно много практиков божественных искусств со всех стран, даже из прерий и ледяных равнин.

Император Яньфэн приказал остальным четырём крупным академиям разделить учеников, поступающих в Имперский Колледж, чтобы Академии Речной Гробницы, Реки Вздымающейся, Небесной Святой и Реки Ли также процветали и не пустовали. В них всех было много учеников, но до Имперского Колледжа им ещё расти и расти.

— Владыка Культа Цинь!

— Великий Ректор Цинь!

Весть о прибытии Цинь Му немедленно распространилась по всему Имперскому Колледжу, и Мастер Дао Линь Сюань прибыл с многочисленными даосами за спиной, старый Ма пришёл со своими монахами, в то время как Гу Линуань привёл имперских учеников, чтобы поприветствовать его.

Все друзья Цинь Му ещё с Имперского Колледжа махали ему руками, и он поспешно поприветствовал всю эту толпу людей.

— Великий Ректор Цинь был учеником Резиденции Учеников нашего Имперского Колледжа, и даже тогда я знал, что он определённо не будет простым учеником и взлетит, как настоящий дракон! — лицо Гу Линуаня пылало, когда он улыбался. — Кто бы мог подумать, что ученик Цинь станет Великим Ректором Небесной Святой Академии? Если подумать, я даже польщён!

Цинь Му громко рассмеялся:

— Лорд Гу, твой маленький ученик снова пришёл получать знания!

— Лорд Цинь, не говори так! — Гу Линуань был очень тронут. — Давай лучше будем относиться друг к другу как старые друзья. Когда я встретил тебя во Дворце Дракона Вздымающейся Реки, я уже знал, что ты из другого теста, иначе я бы не дал тебе свой меч Младший Защитник. Это то, что люди называют острым глазом для распознавания жемчуга, и дарения заветного меча герою. Судьба между мной и Лордом Цинем началась со Дворца Дракона Вздымающейся Реки! Ха-ха-ха-ха!

Все оживлённо слушали старину Гу, и после его слов, Цинь Му выразил своё почтение Жулаю Ма и Линь Сюаню, прежде чем обменяться обычными приветствиями с Вэй Юном, Чэнь Ваньюнем, Юэ Цинхун и остальными. Среди них был и Дьявольский Обезьян, бойко прыгающий на месте.

Вэй Юн, Чэнь Ваньюнь и остальные служили в армии в течение последних двух лет, и их совершенствование также быстро прогрессировало. Теперь они были взрослыми людьми, способными самостоятельно контролировать свою судьбу, и Цинь Му был очень рад за них.

В Имперском Колледже также было не мало мастеров, которые добились успеха и отправились в друге места, чтобы стать чиновниками. А Дьявольский Обезьян, появившийся в Имперском Колледже, превзошёл все ожидания Цинь Му.

Когда Син Ань поднял шум в Монастыре Малого Громового Удара, Младший Жулай получил поклон от Шаманского Бога Куя, и его душа рассеялась. Дьявольский Обезьян Чжань Кун привёл монахов Монастыря Малого Громового Удара в Монастырь Великого Громового Удара в соответствии с инструкциями Младшего Жулая. И путешествие туда вышло не самым простым.

Когда они добрались до Монастыря Великого Громового Удара, прибытие стольких демонов монахов вызвало настоящий переполох.

Будучи учеником Младшего Жулая, Дьявольский Обезьян Чжань Кун был на том же старшинстве, что и Старый Ма. Человек и демон обсуждали буддизм на золотой вершине горы Сумеру, пока внизу ожидало бесчисленное количество монахов.

Дьявольский Обезьян говорил мало, но каждое сказанное им слово было похоже на жемчужину. У него было только три-пять слов в предложении, но каждое из них шокировало и заставляло людей задуматься. Выдающиеся монахи с горы Сумеру буквально теряли дар речи, после общения с ним.

Это продолжалось три дня, пока все монахи не потерпели поражение. К счастью для них на гору поднялся бородатый генерал Вечного Мира, и когда он, подойдя к золотому пику снял доспехи, назвал себя монахом Мин Синем, он ещё несколько дней спорил с Дьявольским Обезьяном. Только с его помощью Монастырь Великого Громового Удара смог выкарабкаться из проигрышного положения.

Монах Мин Синь не слишком много болтал, и всё, о чём он говорил, было о жизни людей. Он не говорил ни о основах, ни о буддийских учениях, однако его слова имели глубокий смысл и заставили всех чувствовать, что сказанное им было превосходным и многогранным буддизмом.

Их споры потрясли мир.

Старый Ма похвалил их обоих за их красноречие и беспрепятственные споры, затем взял буддийские писания демонов от Дьявольского Обезьяна и признал монахов-демонов частью Монастыря Великого Громового Удара.

Две семьи слились воедино.

Произошедшее стало известно на всю Империю Вечного Мира, в итоге распространившись по всем священным землям и академиям, и стало называться спорами Дао на Золотом Пике и в течение какого-то времени переросло в анекдот.

В это время Цинь Му скрывался от Синь Аня, поэтому ему не удалось засвидетельствовать события на горе Сумеру. Что касается того, было ли это всё чистой правой или нет, он не мог знать наверняка.

Когда в одном городе находятся старый Ма, Дьявольский Обезьян, монах Мин Синь и другие монахи монастыря, а также Мастер Дао Линь Сюань со своими даосами, это можно называть великим событием!

После суматохи все расселись в зале Высшего Учения, а когда Цинь Му сказал, что он прибыл искать знания, все не могли не удивиться. Гу Линуань даже подумал, что Цинь Му сказал это только из вежливости, и никак не ожидал, что он действительно пришёл искать знания.

Гу Линуань сразу же пригласил практиков божественных искусств из всех залов Имперского Наставника, чтобы те рассказали об их постижениях. Даосы и монахи из секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара тоже выступали, рассказывая о своих собственных достижениях…

В течение некоторого времени все виды никому неизвестных божественных искусств, путей и навыков заполнили комнату, и даже Цинь Му без остановки умилялся в восхищении, будучи в восторге от творчества этих практиков божественных искусств.

Спустя два дня Лин Юйсю и Лин Юйшу приехали в столицу для выслушивания докладов, но услышав о том, что происходит в Имперском Колледже, они присоединились к обсуждению реформы и новых разработок в области путей, навыков и божественных искусств.

Ещё через несколько дней прибыла молодёжь из четырёх других крупных академий.

Учеников Небесной Святой Академии возглавляла Сы Юньсян, а ученики Академии Речной Гробницы следовали за Цинь Фэйюем, бывшим учеником Имперского Наставника и по совместительству управляющим Академии Речной Гробницы. Ученики Академии Реки Вздымающейся прибыли во главе Юйюань Чуюй, а что касается Академии Реки Ли, то её Великим Ректором был Ба Шань. Река Ли находилась дальше всех, и для создания академии требовался талантливый человек, поэтому Император назначил на эту должность Ба Шаня.

Молодёжь четырёх крупных академий собралась в Имперском Колледже, и он стал ещё более суетливым и шумным. Но ко всеобщему удивлению, Ван Мужань, Му Циндай и Лун Юй из Маленькой Нефритовой Столицы прибыли лишь спустя ещё несколько дней.

Прежде чем они успели сесть, послышался смех:

— Когда я услышал, что Владыка прибыл в Имперский Колледж, я поспешил сюда, но всё равно опоздал.

Цинь Му быстро встал, чтобы с улыбкой поприветствовать новоприбывшего:

— Брат Сюй, надеюсь всё было хорошо, после того как мы попрощались в Монастыре Малого Громового Удара?

За Сюй Шэнхуа шла Цзин Янь:

— Я давно не слышал новостей о Владыке, и, наконец, ты передо мной, что успокаивает.

Как только все присели, Имперский Колледж стал необычайно оживлённым. Практики божественных искусств всех фракций рассказали о своих навыках и путях, своём совершенствовании и исконном духе. Были озвучены все виды странных мыслей и прекрасных идей. Они настолько встревожили Императора Яньфэна и придворных чиновников, что даже они пришли послушать.

Цинь Му, Лин Юйсю, Сы Юньсян, Даос Линь Сюань, Дьявольский Обезьян Чжань Кун, Мин Син, Сюй Шэнхуа и Ван Мужань были приглашены на сцену, чтобы рассказать о своих путях, навыках и божественных искусствах. Столкновение разных типов мыслей и идей опьяняло слушателей, сидящих ниже.

У них всех были уникальные достижения в исконном духе, и, озвучив все странные мысли и изумительные идеи, они сами того не замечая, поспособствовали большим открытиям.

— У меня есть мысль! — Цинь Му вдруг сказал с улыбкой. — Вечный Мир становится всё больше и необъятней, а из-за того, что мы разбросаны по всем уголкам империи, нам становится всё труднее общаться. Однако исконный дух может быстро путешествовать и двигаться за миллионы километров в одно мгновение. Если бы мы могли общаться исконными духами, разве это не сэкономит кучу времени, пока мы путешествуем от одной точки к другой?

Его предложение было сразу же одобрено молодёжью в аудитории, и все начали ломать головы над тем, как общаться с помощью исконных духов и постоянно озвучивали свои идеи…

Император Яньфэн и Герцог Вэй с тревогой посмотрели друг на друга, после чего Герцог Вэй сказал:

— Они так хорошо общались, а теперь начали говорить какую-то ерунду. Исконный дух движется слишком быстро, в мгновение пересекая миллионы километров… Его не то, что трудно контролировать, даже невозможно узнать в каком направлении он промчался, а теперь они хотят собрать исконные духи в определённом месте для общения? Им самим то не смешно?

Император Яньфэн улыбнулся и сказал:

— Давай просто посмотрим, что у них получится.

Через мгновение Герцог Вэй с остальными уставились широко распахнутыми глазами и с потрясённым видом. Во время всеобщего обсуждения, как собрать в определённом месте исконные духи, перед залом Высшего Учения легко создавались новые всевозможные техники. И это, конечно, заставило Герцога Вэя, Императора Яньфэна и остальных представителей старшего поколения бесконечно восхищаться.

Цинь Му зря времени не терял. Поочерёдно взвешивая все идеи и размышляя о своём предложении, через какое-то время он, наконец, создал новую технику на основе Проводника Исконного Духа.

Он всем поведал о технике, что наполнило людей вокруг волнением. Они немедленно переустроили зал Высшего Учения, добавив на стены всевозможные виды рунических знаков и построений.

— Послушайте, давайте все разойдёмся на тысячу километров в северном, южном, восточном и западном направлениях, чтобы провести собрание исконных духов! — взволнованно сказал Цинь Му.

Десять миллионов учеников, который ещё миг назад находились в зале, с шумом разбежались кто-куда.

Имперский Колледж мгновенно стал пустым.

Остались только уставившиеся на пустой зал Император и чиновники.

Через два часа внезапно появился гигантский исконный дух Цинь Му.

Его сознание слегка дрогнуло, и он заявил:

— Первое собрание исконных духов объявляю открытым!

Бах, Бах, Бах!..

Зал Высшего Учения мгновенно заполнился исконными духами.

Десять миллионов исконных духов сели в пустоте.

Глядя на происходящее, Император Яньфэн и остальные долгое время стояли с открытыми ртами снаружи.

Глава 515. Ночной Визит

— Изменения в военном искусстве неизбежны! — внезапно вздохнул Герцог Вэй.

Услышав его слова, Великий Генерал Небесных Стратагем и остальные кивнули.

Цинь Му, десять тысяч учеников и практики божественных искусств священных земель развлекались, устроив собрание исконных духов. Молодёжь веселилась, воспринимая происходящее просто как интересное занятие. Однако шок, в который они повергли генералов, возглавляющих армию, было сложно недооценить.

Поля битв, берущие свои корни с древних времён, изменились в мгновение ока.

Связь армии с подкреплениями, поставщиками припасов и Императором всегда была сплошной головной болью. Собственно, именно поэтому Имперский Наставник создал в прошлом летающие корабли, бороздящие небо, а также наземные судна и дороги, увеличивая общую скорость перемещения.

Помимо того, что это ускоряло организацию встреч чиновников, новости также начали распространяться быстрее. А так как корабли путешествовали как по небу, так и по земле, количество недоступных мест уменьшилось.

Тем не менее, Империя Вечного Мира расширялась, и количество времени, требуемое для путешествия, увеличивалось. Теперь армия не могла добраться к границам так оперативно, как раньше. И даже несмотря на то, что печь для пилюль, улучшенная Цинь Му, увеличивала скорость передвижения транспорта, количество медицинских камней, требуемых для путешествия, также стало невообразимо большим.

Если летающий корабль отправлялся из столицы ко Дворцу Истинных Небес Западных Земель, путешествие отбирало несколько дней, а сожжённых камней хватало для проведения небольшой битвы.

В условиях крупномасштабной операции по переброске солдат в качестве средств передвижения пришлось бы использовать странных зверей. Летающие корабли в подобных условиях оказывались слишком дорогими.

Но с собранием исконных духов можно было передавать новости и контролировать битву даже на расстоянии нескольких тысяч километров.

Что-то подобное в руках генерала могло решить исход битвы!

— Ваше Величество, Ректор Цинь использовал слово «Собрание». У него достаточно смелости, чтобы бунтовать! — старый чиновник упал на колени, громко говоря. — Собрание всегда проводилось лишь для дворцовых чиновников, а эта новая идея подразумевает встречу гражданских и военных чиновников во дворце. Такое использование этого слова разоблачает амбиции Ректора Циня! Ваше Величество должен его казнить!

Император Яньфэн потерял дар речи, в то время как генералы начали злостно ругать старого чиновника, но тот лишь низко поклонился, громко ударяя лбом о пол, чтобы продемонстрировать свою верность.

Спустя некоторое время Император Яньфэн махнул рукой, спокойно говоря:

— Собрания используются не только чиновниками имперского дворца. Знания старейшины Юй Гэ хромают. Посещение дворца может означать вхождение во дворцовое собрание, а может быть и чем-то другим. В своё время Небесный Нож написал стихотворение, начинающееся со слов «собрание с друзьями на реке Вэй». Небесный Нож — герой литературы, его знания превосходят твои в сотню раз, а его писания до сих пор восхваляются. Он тоже не Император, но я не слышал, чтобы кто-то называл его бунтарём за использование слова «собрание», — Император помог старейшине Юй Гэ встать на ноги, прежде чем проговорить с приятным выражением лица. — Старейшина Юй Гэ, ты стар, поэтому я не буду тебя казнить. Я разрешаю тебе вернуться в свой родной город.

Остальные чиновники были озадачены: «Кажется, Его Величество сегодня в хорошем настроении. Он и вправду его не обезглавил! Юй Гэ потерял своё звание, но не жизнь, вот повезло!»

— Замолчите все, тихо! — прозвенел голос Цинь Му. — Давайте убедимся, что наши исконные духи могут говорить! Вы слышите меня?

Бесчисленные люди в Зале Высшего Учения ответили:

— Можем! Мы хорошо тебя слышим!

— Выполните свои техники и проверьте, нормально ли чувствуют себя ваши исконные духи, — приказал он.

Бесчисленные исконные духи устроили в Зале Высшего Учения настоящий хаос. Внезапно, с громким хлопком чей-то исконный дух исчез, прежде чем появиться снова. Со стороны произошедшее выглядело невероятно страшно.

Также были духи, которые время от времени угасали, в то время как другие непрерывно носились вокруг зала.

Резонирующий смех поверг здание в хаос, от шума у людей внутри начали болеть головы.

Записав всё, что случилось, Цинь Му хлопнул в ладони:

— Хорошо, можете быть свободны!

Все тут же отозвали свои исконные духи, покидая Зал Высшего Учения. Так закончилось первое в истории собрание исконных духов.

Повернув голову, Император Яньфэн бросил взгляд на писаря позади:

— Ты всё записал?

Писарь с толстым свитком в руках колебался:

— Ваше Величество, собрание исконных духов больше напоминало игру Лорда Циня с остальными практиками. Они сказали всего лишь несколько фраз, большинство из которых оказались полной чушью. Их тоже записать?

Тяжело вздохнув, Император Яньфэн постучал по свитку, в котором записывал все главные события имперского двора, и искренне проговорил:

— Если через тысячи лет пришедшие поколения Вечного Мира не смогут найти в исторических записях текста о первом собрании исконных духов, они пнут тебя в спину и проклянут! Ты не просто должен всё записать, но даже нарисовать картину собрания исконных духов!

На лбу писаря проступили капли холодного пота, и он поспешно описал первое собрание исконных духов в свитке, включая в него слова Цинь Му и остальных учеников. Делая это, мужчина горевал: «Их слова — полный бред, с чего бы пришедшим поколениям проклинать меня за то, что я их упустил? Тем не менее, если я их не запишу, Его Величество меня обезглавит…»

Спустя два часа вернулись Цинь Му и остальные ученики Имперского Колледжа. С их приходом зал был снова повергнут в хаос, становясь невероятно оживлённым.

Собрав экспертов в математике, Цинь Му начал вычислять недочёты в технике, ставшие причиной странного поведения некоторых исконных духов.

Вскоре техника достигла совершенства, и исконные духи перестали исчезать или носиться вокруг здания.

Забравшись на крышу Зала Высшего Учения, Цинь Му исправил некоторые рунные символы, и спустя полдня работы покинул здание, чтобы провести очередное испытание. В этот раз ничего сверхъестественного не произошло.

Император Яньфэн оставался в помещении до наступления ночи, молча наблюдая за процессом. Так как он не уходил, остальным военным и гражданским чиновникам не оставалось ничего другого, кроме как стоять вместе с ним.

Закончив, Цинь Му приказал секретарям Этажа Небесных Записей записать технику и рунные символы. Только после этого Император Яньфэн прервал своё молчание:

— Ректор Цинь принёс стране огромную пользу, как я могу тебя вознаградить?

Выпрямив спину, юноша улыбчиво ответил:

— Если Ваше Величество хочет меня наградить, то пусть отблагодарит всех людей в Имперском Колледже ужином. Это не я создал технику, а мудрость всех, собравшихся здесь.

— Хорошо! — отдал приказ Император. — Пригласите всех поваров из имперской кухни и прикажите им взять с собой ингредиенты. Я хочу отблагодарить всех учеников, даосов и монахов, собравшихся в Имперском Колледже едой и напитками! Если вам не хватит рабочих, пусть чиновники пригласят поваров из своих уважаемых семей! Я тоже приму участие в ужине и буду праздновать вместе со всеми!

Лампы в Имперском Колледже зажглись настолько ярко, что казалось, будто наступил день, а для приготовления ужина, вероятно, пригласили всех поваров столицы, приказывая им приготовить свои лучшие блюда. Они использовали всевозможные кулинарные техники и исполняли огромное количество божественных искусств, создавая ослепительное зрелище.

Аромат еды пробудил в каждом обжору, и вскоре Император приказал принести из дворца хорошего вина.

— У новой техники уже есть название? — мужчина повернулся, спрашивая у гостей банкета, на что Цинь Му отрицательно покачал головой, и он улыбнулся. — Путь порождает одно, одно порождает два, два порождает три, а три порождает всё остальное. Почему бы не назвать её Секретами Собрания Трёх Исконных Духов? Что скажет министр Цинь?

Прежде чем юноша успел ответить, Гу Линуань вместе с группой чиновников начали восхвалять идею Императора:

— Талант Вашего Величества поражает, мелкий чиновник поклоняется от восхищения!

Император громко рассмеялся, окончательно уверившись в названии техники, и спросил:

— Министр Цинь, для чего те руны, которые ты нарисовал внутри Зала Высшего Учения?

— Ваше Величество, руны служат путеводителем для исконных духов. Их скорость слишком велика, ведь они могут преодолевать десятки тысяч километров в одно мгновение, и чтобы направить их к столь точным координатам, требуется помощь рун.

Император Яньфэн нахмурился:

— Разве руны, способные направить исконный дух с такой точностью, не могут быть использованы врагом? Если он сможет переместить исконные духи генералов Империи Вечного Мира в одно место, то одним махом сотрёт страну с лица земли!

Испугавшись, гражданские и военные чиновники закивали головами.

Сделав шаг вперёд, Сюй Шэнхуа проговорил:

— Ваше Величество этого не знает, но руны, которые мы использовали, могут заменять друг друга. Существует бесчисленное количество способов их построения, позволяющих использовать Секреты Собрания Трёх Исконных Духов. Количество возможных комбинаций в миллиард раз превышает количество людей в мире, поэтому подобное построение попросту невозможно решить.

Император тяжело вздохнул.

Внезапно в зал вбежал даос и, взглянув на Цинь Му, набрался смелости чтобы проговорить:

— Ваше Величество, у озера видели лису, огромную свинью и гигантский сундук. Они словили двух Королей Карпов Красного Дракона и начали их жарить!

— Когда-то мои уши слышали что-то подобное, — Император с улыбкой взглянул на Цинь Му. — Министр Цинь, твои?

Слегка покраснев в лице, Цинь Му поспешно ответил:

— Ваше Величество, позвольте мне отлучится и жестоко их наказать! Они с ума сошли! — закончив, он поднялся с места и ушёл.

Придя к озеру, он увидел Ху Лин’эр, ругающую сундук:

— Посмотри, ты поднял слишком высокие волны, и встревожил даосов, охраняющих озеро! Теперь тебе достанутся лишь рыбьи кости! Жирдяй, сделай огонь поменьше, а не то сожжёшь рыбу…

Цинь Му подошёл к ним, с улыбкой говоря:

— Оставьте мне кусочек.

Поздоровавшись, Ху Лин’эр тихо ответила:

— Молодой мастер, я знаю, что ты любишь этот вид рыбы, поэтому приказала жирдяю выловить на две больше. Тем не менее, сундук нас подвёл. Когда он должен был спрятать улов у себя внутри, то попался на глаза даоса, охраняющего озеро.

Потирая руки, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Я давно мечтал о том, чтобы съесть несколько штук, но вновь воровать было не под стать моей репутации.

Когда рыба была готова, Ху Лин’эр порезала её на кусочки с помощью ветренных лезвий и раздала по одной порции себе, цилиню и Цинь Му. Между тем сундук тихо лежал в сторонке, ожидая, пока ему отдадут кости.

— Какой аромат! — внезапно неподалёку раздался чей-то смех. — Он гораздо лучше, чем имперская кухня! Владыка Культа Цинь поистине мастер пути питания! Оставь мне немного!

Обернувшись, Цинь Му увидел Дьявольского Обезьяна и молодого монаха, который оказался никем иным, как Мин Синем.

Учуяв запах рыбы, у парня пробудился немалый аппетит.

Ху Лин’эр дала монаху кусок рыбы, и в итоге Цинь Му, смотря как тот его пожирает, недоумевая спросил:

— Монах ест рыбу?

Не отрываясь от трапезы, Мин Синь ответил:

— Попрощавшись тогда с Владыкой, во время стихийного бедствия мне приходилось грызть даже кору деревьев, не говоря уже о рыбе. Я питался даже червями. Иногда, от голода я отрезал свою собственную плоть, чтобы поесть… — приподняв свою робу, он показал шрам на груди и улыбнулся. — С того времени я постиг свои собственные писания. Живые существа — это не только люди и животные, но также черви и растения. В то же время все живые существа — это только реинкарнации. Я ем их, а после моей смерти они будут есть меня, всё предельно просто. Когда человек страдает в море горечи, он ищет не будду, а противоположный берег в своём сердце, и я уже его видел.

Кивнув, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Отлично, твоё мировоззрение сейчас на очень высоком уровне!

Ху Лин’эр отрезала кусок рыбы для обезьяна, но тот покачал головой:

— Вегетарианец, сильный!

— Он не хочет, а я возьму, — сбоку протянулась рука, хватая кусок рыбы.

Мастер Дао Лин Сюань сел возле обезьяна и с улыбкой на лице проговорил:

— Аромат этой рыбы даже лучше, чем у имперских блюд!

Цинь Му улыбнулся:

— Ты тоже даосский монах, но ешь невегетарианскую пищу?

Огромными глотками поглощая рыбу, Мастер Дао ответил:

— Если даже небо ненастоящее, то как монах может быть настоящим?

— Пастушок, ты снова украл рыбу моего отца!

В ноздри группы ударила волна аромата, и Лин Юйсю, оттолкнув Ху Лин’эр, уселась возле Цинь Му. Потирая руки, она оторвала кусочек рыбы и укусила его, не боясь обжечь губы, после чего сделала несколько резких выдохов и похвалила:

— Вкусно, и вправду вкусно!

— Принцесса Юйсю, подожди на меня! — в следующий миг возле костра уселась Сы Юньсян. Девушка тоже попыталась отодвинуть Ху Лин’эр в сторону, но лиса быстро превратилась в девочку шести-семи лет. Скрестив руки на груди, она напрочь отказывалась подниматься, злостно сидя между двумя девицами. Не осмеливаясь продолжать её толкать, Сы Юньсян позволила ей сидеть на своём месте.

Деля между собой Короля Карпов Красного Дракона, все громко говорили и смеялись. Вскоре к ним нашли дорогу Ван Мужань, Му Циндай, Лун Юй и Сюй Шэнхуа. Первый с улыбкой проговорил:

— В одиночку вам не удастся съесть двух столь огромных карпов, поэтому мы решили вам помочь. Не стоит благодарить!

Оглянувшись, Цинь Му радостно ответил:

— Главы Небесного Союза редко встречаются, так что мы не можем расходиться по домах, пока не напьёмся!

— Что ещё за Небесный Союз? — озадачено спросила Лин Юйсю. — Он создан, чтобы свергнуть моего отца? Если так, то я в деле!

Сюй Шэнхуа, Линь Сюань и Ван Мужань некоторое время колебались, не зная, стоит ли им что-то объяснять.

Затем, Цинь Му проговорил:

— Здесь все свои, так что можно рассказать правду. Однако, как только мы договорим, вы тоже станете членами нашего Небесного Союза. Есть кто-то, не желающий слушать?

Цилинь немедленно поднялся, схватил сундук зубами и оттащил его в сторону, не оставляя бедолаге времени, чтобы собрать рыбьи кости.

— Чем меньше знаешь, тем дольше проживёшь! — поделился опытом жирдяй.

Внезапно костёр замерцал, и какой-то юноша, появившийся напротив Цинь Му, протянул руку, отрывая себе кусок рыбы. Затем он спокойно проговорил:

— Я тоже хотел бы узнать о Небесном Союзе. Не мог бы Божественный Врач Цинь меня просветить?

Кровь в жилах Цинь Му застыла, и он резко повернул голову к вершине, на которой стоял Имперский Колледж.

— Имперский двор может оказаться для меня достойным противником. Ваш Император очень силён, и я уверен, что он уже совершенствовал свой божественный мост, — равнодушно произнёс юноша. — Тем не менее, до того, как они подоспеют сюда, вы все будете мертвы. Божественный Врач Цинь, не делай глупостей. Давай, рассказывай мне о Небесном Союзе.

Глава 516. Принуждая

— Это Син Ань, святой до появления Имперского Наставника, — после того, как Цинь Му грубо представил гостя, все занервничали, особенно три девушки. Сы Юньсян, Ху Лин’эр и Лин Юйсю уже были знакомы с ним и знали, насколько он могущественен и страшен. Они видели его в битве у поместья бабушки Сы, где сейчас находится Небесная Святая Академия, и тогда этот злодей ранил половину экспертов со всего мира, включая Императора Яньфэна!

Он избил всех собравшихся в тот день экспертов, ему было всё нипочём, и, тем не менее, в конце концов ему пришлось отступить из-за дозы добавки Цинь Му.

А теперь этот самый убийца сидел прямо перед ними, кто бы тут не занервничал? Несмотря на то, что в Имперском Колледже собрались все самые сильные существа Вечного Мира, а паре высокопоставленных чиновников первого ранга даже удалось восстановить свои божественные мосты, Син Ань всё равно был самым сильным существом в мире!

Если он захочет убить их всех, его никто не сможет остановить, даже боги в Имперском Колледже!

— Будучи святым, который появляется каждые пятьсот лет, Син Ань из намного более старшего поколения, — улыбнулся Цинь Му, — и это хорошо, что он хочет больше узнать о нашем Небесном Союзе. Давайте все успокоимся, — несмотря на сказанные им слова, его лицо было мертвецки бледным. Он явно нервничал.

Целью Син Аня, очевидно, был Цинь Му. Будучи сильнейшим практиком предыдущего поколения, он имел свои принципы и никогда бы не выступил против младшего поколения. Даже если бы ему очень захотелось, он бы подождал пока цель вырастет, достигнет области бога в определённом аспекте и только тогда попытался бы забрать себе нужную часть тела.

Тем не менее, Цинь Му был исключением.

Он неоднократно подставлял его, раз за разом становясь костью в горле.

При битве у Небесной Святой Академии он использовал добавку, из-за чего ему ничего не оставалось кроме как бежать. Вдобавок ко всему затем его преследовал мясник, в итоге вынудивший скрыться в Великих Руинах, где ему пришлось потратить очень много времени, чтобы зализать свои раны.

А также не стоит забывать о том случае с воровством довольно большого количества частей из его коллекции, это был один самых раздражающих моментов.

После этого была битва в Монастыре Малого Громового Удара, где он по факту украл его сундук, захватив всё нажитое за жизнь имущество!

Если и этого недостаточно, то можно вспомнить, как он привёл его в Фэнду, где его сильно унизили под влиянием Царства Живых Мертвецов.

Ему вообще-то еле удалось выжить в той ситуации.

Тут даже и думать нечего, Син Ань явно жаждал отнять голову у маленького сорванца!

Но он превзошёл все ожидания, не убив его на месте при первой же встрече, да и к тому же не сказал ни одного дурного слова.

Син Ань безусловно был достоин восхищения, ведь даже когда перед ним сидел Цинь Му, он сохранял спокойствие и изящность. Поездка в Фэнду разрушила его сердце Дао, и он всё ещё был слаб духом, но несмотря на это он всё равно был на голову выше всех присутствующих.

Цинь Му, Ван Мужань, Сюй Шэнхуа и Мастер Дао Линь Сюань попытались объяснить, как они рассчитали метеорологическое явление и насколько плотным было небо. Вокруг костра было тихо, и даже Син Ань молча наблюдал за происходящим.

На костре жарился Король Карпов Красного Дракона, пока рыбий жир не начал стекать с него в огонь. Жир шипел, и аромат поднимался в воздух, разжигая их аппетит.

— Министр Цинь, ты здесь, чтобы сурово их наказать? Почему ты тогда ешь? Обманывать своего правителя — преступление, ты… — Император Яньфэн подошёл с кувшином вина, и по его голосу можно было понять, что он пьян. Но увидев Син Аня, сидящего рядом с Цинь Му, он резко развернулся, пытаясь уйти!

Син Ань посмотрел на него и равнодушно сказал:

— Император, давай поговорим, присаживайся, иначе ты больше никогда не увидишь Великого Ректора и свою принцессу.

Император Яньфэн, неся кувшин с вином в руках, направился к ним. Он сел возле костра и, «выдавливая» из себя улыбку, сказал:

— Брат Син Ань, в прошлый раз ты слишком быстро ушёл, но даже так я пролежал в кровати почти двадцать дней.

— Я лежал четыре месяца, — со спокойным выражением лица, парировал Син Ань.

Император Яньфэн, моргая, передал ему кувшин с вином:

— Кстати, за эти несколько дней, пока мы не виделись, я пересёк божественный мост и стал богом. Брат Син Ань ещё не достиг этого?

Син Ань взял кувшин с вином и сказал:

— Я «залёг на дно» на Этаже Небесных Записей и пролистывал разную классику, многократно изучая модель пространственной математики Великого Божественного Врача Циня. Совершенствоваться, чтобы стать богом, для меня не проблема, но мне потребуется ещё один год.

Он поднял голову, чтобы выпить вина, в то время как Император Яньфэн пристально уставился на его горло и хотел нанести удар, но он так и не нашёл подходящего момента.

Цинь Му и остальные были поражены, в то время как на их лбу проступил холодный пот. Син Ань прятался на Этаже Небесных Записей последние пару дней, но никто этого так и не заметил.

Син Ань поставил кувшин с вином и сказал:

— Однако, Ваше Величество, для меня неважно достиг ли ты области бога. Даже если ты теперь бог, тебе всё равно далеко до моего уровня, не говоря уже о том, чтобы быть мне равным противником, в конце концов ты просто ложный бог. Твоё совершенствование стало плотнее, чем раньше, но ты не продвинулся ни в своих путях, ни в навыках, ни в божественных искусствах. Позвав своих гражданских и военных чиновников, Герцога Вэя и Великого Генерала Небесных Стратегий, кто тоже в области бога, только тогда у тебя появится шанс выстоять против меня. Однако, Имперскому Колледжу и твоей столице придёт конец.

На висках Императора Яньфэна выскочили вены, но уже в следующий миг исчезли, и он улыбнулся, спросив:

— О чем вы болтали, ребята?

— О Небесном Союзе, — сказал Син Ань. — Они обнаружили, что небо имеет высоту в сто тысяч километров и толщину в тысячу метров, поэтому они образовали Небесный Союз, планируя разгадать эту тайну и разорвать поддельное небо.

Улыбнувшись, Император Яньфэн обругал их:

— Дурачась, вы ведёте себя как дети, которые создают себе проблемы из ничего. Я узнал об этом случае, когда Хо Шаньлин сообщил мне. При упоминании Небесного Союза я чуть не подпрыгнул в шоке, думая, что вы планировали свергнуть меня! — закончив говорить, он громко рассмеялся, но его смех не смог распространиться далеко, даже наоборот, тот постоянно отражался от окружающего пространства, отчего у всех сидящих у костра начала бурлить кровь и Ци.

Удивившись, Император Яньфэн поспешно остановился. Он планировал использовать свой смех, чтобы приманить Великого Генерала Небесных Стратагем и всех остальных, но никак не ожидал, что даже после совершенствования в область бога, магическая сила Син Аня всё равно превзойдёт его так сильно, что сможет сформировать странное силовое поле, из-за которого его смех застрянет в небольшом пространстве, не давая возможности передать какой-либо звук.

Его совершенствование было несравненно плотным, что один только его смех потряс Цинь Му и Лин Юйсю до такой степени, что их начало рвать кровь. Поэтому у него не осталось выбора, кроме как замолчать.

Син Ань посмотрел на Лин Юйсю и сказал:

— Император, не будь таким самоуверенным, под фонарями ещё темно. Твоя принцесса — герой и заводит друзей среди молодого поколения различных секта и кланов. Она однозначно станет доминировать в этом регионе. Владыка Небесного Дьявольского Культа, Мастер Дао, Высшие Небеса, Маленькая Нефритовая Столица, Буддисты — все эти будущие столпы мира дружат с ней, и как только её собственная сила окажется на пике, у тебя не останется иного выбора, кроме как уступить ей свою позицию. Ты следишь за обстановкой в мире, но не замечаешь свою собственную родную дочь.

— Старший брат, — Император Яньфэн был безразличен, — не нужно лезть в наши отношения отца и дочери с попыткой посеять семена раздора. Лучше ответь на мой вопрос, почему тебя заинтересовал Небесный Союз?

Син Ань покачал головой и ответил:

— Меня интересует не Небесный Союз, а почему небо толщиной в тысячу метров.

— Получается ты здесь, чтобы прикончить меня? — спросил Цинь Му.

Син Ань снова покачал головой:

— По началу я действительно хотел убить Божественного Врача Циня, потому что постоянно страдал от твоей руки. У меня украли сундук, захватили мою собственность, и, скажу честно, я ненавидел тебя до глубины души. Однако, когда я читал книги на Этаже Небесных Записей, и увидел модель пространственной математики твоего божественного моста, услышал твои лекции в Имперском Колледже, когда ты передавал свои навыки владения меча, и даже основал Секреты Собрания Трёх Исконных Духов всего за несколько дней, я внезапно для себя перехотел убивать тебя, и даже приобрёл некое уважение к тебе, — его взгляд был снежно-ярким, а выражение лица спокойным. Смотря прямо на Цинь Му, он хвалил его. — Все здесь — герои, а божественные искусства, пути и навыки, основанные в эти несколько дней, превосходят наши достижения в божественных искусствах, путях и навыках за последние несколько сотен лет. Я дорожу всеми вашими талантами, поэтому я оставляю вас в живых. В будущем, мир будет очень интересным. Но когда вы подрастёте, я начну на вас охоту. Это будет одна из моих важнейших целей в жизни.

Выражения лиц Сюй Шэнхуа и остальных резко изменились, между тем Ван Мужань равнодушно проговорил:

— Старший Син Ань высоко ценит себя и относится к нам как к своему имуществу, но в одной области ты не выстоишь против нас! Есть ли у старшего мужество сражаться с нами в одинаковой области совершенствования?

Син Ань прищурился и странно взглянул:

— Не думаю, что это хорошая идея. Даже в одной области вы для меня не соперники. Хотя, среди находящихся здесь людей, двое всё же смогли бы что-то противопоставить мне, и это Божественный Врач Цинь и Сюй Шэнхуа с Высших Небес. Кроме этой парочки, в Вечном Мире есть ещё один человек, кто мог бы сравниться со мной в одной области, — Имперский Наставник.

Ван Мужань побледнел в лице.

Имперский Наставник был его главным противником, и он хотел одолеть его, чтобы отомстить за смерть своего мастера. Но после того, как Син Ань сказал, что только три человека смогут достойно сразиться с ним, он почувствовал сильное отчаяние в своём сердце… в конце концов он не входил в эту тройку.

Цинь Му же, в свою очередь, чувствовал себя непринуждённо. Несмотря на то, что Син Ань был странным и с безрассудным характером, он всегда держал своё слово, что заслуживало уважения. Если он сказал, что не нападёт, значит не нападёт, если, конечно, не делать ничего безрассудного и провокационного.

Проще говоря — его жизнь была в безопасности.

— Неужели старший брат Син Ань действительно хочет подняться в небо и лично всё посмотреть? — спросил Цинь Му. — Дедушка мясник однажды поднимался туда, но он очень спешил, из-за чего успел лишь одним глазком взглянуть на многочисленные построения и богов. Старший брат, твои части тела больше не вернуть, они навсегда останутся в Фэнду, а в сундуке теперь пусто. Однако в небе не мало богов, поэтому ты сможешь пойти туда и собрать для себя несколько конечностей.

Син Ань был неподвижен:

— Рано или поздно мне придётся подняться в небо, но я пришёл не за небесами, а за человеком. Небесный Дьявольский Культ, секта Дао, Буддизм, Маленькая Нефритовая Столица, Высшие Небеса и даже Двор Вечного Мира — вы все обладаете огромной силой, и поэтому поможете мне найти этого человека, — он не дал никому возможности высказаться и продолжил. — Человек, которого я хочу найти, родился в восьмом из двенадцати лунных месяцев, семнадцать лет назад. Это был первый год шестидесятилетнего цикла, двенадцатого солнечного месяца, в полуночи. Со способностями каждого, особенно Императорскими, найти какое-каких людей того времени не составит проблем, верно? Если все согласятся помочь мне, никому не придётся умирать, — он улыбнулся и ухватил себе ещё немного рыбы, макая её в кувшин с вином и закидывая себе в рот. Выражение его лица было спокойным, когда он добавил. — В противном случае будет трудно сказать, сколько людей выживет в столице. Я не стану убивать всех тех, кто сидит здесь, но жизни остальных в Имперском Колледже и столице будут зависеть от вашей искренности.

Холодный пот скатился по лбу Императора Яньфэна, и он сказал:

— Хорошо! Я помогу тебе найти всех людей, родившихся в то время! После того, как это будет сделано, я хочу, чтобы ты сдержал своё слово!

Син Ань оглянулся и слегка улыбнулся:

— Кроме Императора больше никто ничего не собирается делать?

Цинь Му вздохнул и серьёзно сказал:

— Небесный Святой Культ тоже поможет старшему брату Син Аню найти этого человека.

Мастер Дао Линь Сюань кивнул, сказав:

— Секта Дао к твоим услугам.

Дьявольский Обезьян тоже не молчал:

— Хорошо!

Сюй Шэнхуа на мгновение поколебался, прежде чем сказать:

— Поскольку Западные Земли уже были включены в Вечный Мир, я могу вернуться на Высшие Небеса и поискать информацию. Но я не обещаю, что у меня получится что-то найти.

Син Ань хлопнул в ладоши и с улыбкой сказал:

— В таком случае проблема решена. Великий Владыка Культа Цинь, если ты свободен, почему бы тебе не остаться со мной, чтобы поухаживать за моим телом?

Холодный покатился по лбу Цинь Му, и он сразу ответил:

— У меня ещё есть дела! Мне нужно обустроить большой бизнес!

— Тогда я могу пойти с тобой, — Син Ань не возражал и продолжал улыбаться. — Ваше Величество, ты можешь идти.

Глава 517. Ослепленные Жадностью

Император Яньфэн разгневанно поднялся с места, его взгляд дрожал:

— Отдай мне моё вино!

Син Ань неподвижно сидел, прикрыв горлышко кувшина с вином рукой. С огромными усилиями Император Яньфэн медленно протянул руку к сосуду. За половину времени горения палочки благовоний ему удалось преодолеть лишь небольшую часть расстояния.

Сидящие рядом с костром Цинь Му, Сюй Шэнхуа и остальные молчали, уставившись на их движения.

Ладонь Син Аня была невероятно устойчивой, его рука, схватившаяся за кувшин, совершенно не двигалась. Протянутая рука Императора Яньфэна, в свою очередь, сильно дрожала, его пять пальцев непрерывно вибрировали. Импульс каждого движения ударял по Цинь Му и остальных с невообразимой силой.

Каждая вибрация его пальцев была равносильна исполнению божественного искусства. Можно было увидеть, как его концентрированная жизненная Ци превращается в невероятно тонких Драконов Наводнения, которые извивались между венами на его руке и ладони.

Под кожей мужчины, казалось, извивался и накапливал силы истинный дракон. Впрочем, его мощь не достигала своего предела, время от времени ослабевая.

Император Яньфэн совершенствовал технику Девяти Монархических Драконов, которой в своё время успел обучить Цинь Му. Спустя некоторое время юноша освоил другой вид этой техники и передал её Лин Юйсю, после чего она добралась и до отца девушки.

Мужчина тоже обладал незаурядным талантом. Его техника Девяти Монархических Драконов поначалу была не слишком выдающейся, но он непрерывно её улучшал, увеличивая силу до предела, что в результате сделало её крайне мощной. В конце концов, она стала ровней техникам трёх великих священных оснований.

Заполучив технику из гнезда истинного дракона, он сумел избавиться от всех своих скрытых недостатков и сделать свои божественные сокровища сильнее, чем когда-либо раньше. Их выносливость получила признание Син Аня, который считал, что они достигли области бога!

Теперь, когда он пересёк божественный мост и достиг области бога, совершенствование мужчины также значительно уплотнилось.

Когда Цинь Му и Лин Юйсю увидели, как под его кожей пульсирует сила истинного дракона, их мозги вскипели от мыслей и осознаний.

Техника Девяти Монархических Драконов, которую Цинь Му передал Лин Юйсю, была неполной, так как к тому времени юноша не сумел прочитать все писания драконьей расы. Лишь когда ему помогли брат и сестра из семьи Бай, он окончательно понял оставшуюся часть текста и достиг нового уровня владения техникой. Тем не менее, вернувшись в Империю Вечного Мира он ещё не успел поделиться полученными знаниями с принцессой.

Если Император Яньфэн достиг такого уровня совершенствования полагаясь на неполную версию Техники Девяти Монархических Драконов, она должна быть поистине невероятной! Скорость развития мужчины была такой высокой, будто он использовал её полную версию.

Тем не менее, даже после того, как божественное искусство истинного дракона Императора Яньфэна достигло области пути, ему всё равно было трудно двигаться в присутствии Син Аня.

Преодоление каждого сантиметра было огромной проблемой. Несмотря на то, что он ловко прятал превращения всевозможных божественных искусств, они всё равно ладони Син Аня, которая оставалась устойчивой, будто гора.

Когда Император Яньфэн наконец дотянулся к горлышку кувшина, Син Ань внезапно стукнул пальцами в сторону его ладони.

Палец Императора стукнул в ответ, сталкиваясь с пальцем противника. В следующий миг внутри кувшина послышался лёгкий гул, будто от их движения в сосуде поднялся лёгкий ветерок.

Два пальца двигались в горлышке кувшина, обмениваясь бесчисленными молниеносными ударами.

Хрясь!

Выражение лица Императора Яньфэна слегка изменилось, его средний палец был сломан.

Терпя боль, он с улыбкой убрал ладонь. Медленно отступая, мужчина проговорил:

— Раз уж старший брат так любит вино, я подарю ему этот кувшин.

Небрежно отодвинув кувшин в сторону, Син Ан ответил:

— Я не слишком стойкий к крепким напиткам, с меня хватит.

Когда он отпустил кувшин, Ху Лин’эр ощутила бурлящую в ней зависимость, и быстро подошла к сосуду, разнюхивая вино, прежде чем радостно проговорить:

— Раз уж вы не собираетесь пить, то я сделаю пару глотков.

Внезапно, лисичка услышала тихий ветерок внутри кувшина и заглянула внутрь. Вино кружилось в водовороте, будто в нём что-то двигалось, сражаясь.

Вытягивая шею, она попыталась рассмотреть происходящее поближе, когда кто-то резко дёрнул её за воротник и поднял в воздух.

Оттянув её назад, Цинь Му посадил лисичку возле костра. Качая головой, юноша проговорил:

— Не заглядывай, это опасно. Если хочешь вина, я могу попросить Юйсю принести ещё.

— Молодой мастер, внутри кувшина…

— Что-то страшное, — осмотревшись вокруг, тихо проговорил Цинь Му. — Сейчас здесь слишком много людей. Когда все разойдутся, я ткну его, и мы посмотрим, что произойдёт. Зрелище определённо будет потрясающим.

Едва сдерживая волнение, Ху Лин’эр непрерывно поглядывала на кувшин.

Ветер внутри него становился всё громче и громче, что лишь усиливало любопытство лисички. Она продолжала вертеть головой, не в силах ждать больше.

Аромат от сосуда, казалось, тоже становится всё сильнее и сильнее.

Император Яньфэн вернулся обратно на банкет, и к нему подошёл Великий Генерал Небесных Стратегий, спрашивая:

— Ваше Величество, нам стоит атаковать?

Брови Императора Яньфэна слегка приподнялись:

— Ты тоже ощутил?

Великий Генерал Небесных Стратегий кивнул:

— Очень сильный человек. Ваше Величество с ним сразился? Давайте я позову Герцога Вэя!

До того, как Император успел договорить, Герцог Вэй уже появился за его спиной и проговорил:

— Когда Ваше Величество атаковал, старый министр почувствовал сверхъестественное движение под землёй, Ваше божественное искусство стряхнуло линии лэй. Тот человек должен быть невероятно сильным, Ваше Величество…

Император Яньфэн покачал головой:

— Не стоит о нём беспокоиться. Это был Син Ань, и сейчас он не несёт в себе угрозы. Тем не менее… — мужчина на мгновение заколебался. — он доставит много неприятностей Министру Цинь, который оказался невероятно верным подданным. Он согласился держать Син Аня при себе, чтобы отвлечь его. Никогда не ожидал бы от Небесного Святого Культа такого героизма и смелости.

Мужчина несколько раз вздохнул.

***

— Владыка Культа сказал, что у него есть новая идея для бизнеса? — моргая, спросила Сы Юньсян. — Мы можем разбогатеть?

Ху Лин’эр прилипла взглядом к кувшину с вином, от сильного запаха из которого её сердцебиение участилось. Тем не менее, услышав слово «разбогатеть», её тело резко повернулось, прежде чем за ним подоспела голова:

— Идея для бизнеса? Разбогатеть? Молодой Мастер, что ещё за идея?

— Во время нашего со старшим братом Син Анем путешествия в Фэнду я заполучил сокровище под названием «Между Жизнью и Смертью». Оно может связать мир живых с Фэнду.

Цинь Му взглянул на Син Аня. Выражение человека, который всегда оставался спокойным, резко изменилось. Было очевидно, что он вспомнил пережитое унижение.

Слегка улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Я собрался создать бизнес в мире живых. Огромное количество исконных духов мёртвых богов и дьяволов до сих пор живут в Фэнду. Некоторые из них не успели завершить свои мирские дела, но застряли в Фэнду без возможности выбраться. Из-за этого, большинство из них готовы заплатить хорошие деньги живым, готовым сделать работу вместо них.

— У меня много забот и совершенно нет свободного времени, поэтому я хочу использовать это сокровище, чтобы открыть проход для практиков божественных искусств Вечного Мира, которые будут выполнять работу для мёртвых. Это позволит им тренироваться и совершенствоваться, а некоторые умудрятся даже разбогатеть!

Улыбнувшись, он неторопливо продолжил:

— Боги и дьяволы из Фэнду могут даже передавать свои техники и божественные искусства практикам, выполнившим их желания, или же расплатиться с ними монетами Фэнду, позволяющими войти в царство мёртвых. Что касается меня, то я собираюсь брать плату с путешественников, пользующихся Между Жизнью и Смертью.

— Техники и божественные искусства богов и дьяволов? — выражения лиц людей возле костра резко изменились, их сердца дрогнули.

Они ничего не знали о монетах Фэнду, но техники и божественные искусства богов определённо зацепили их за живое!

Стоило отметить, что Великие Небесные Дьявольские Рукописи были техникой, способной превратить человека в бога или дьявола, и они стали библией Небесного Дьявольского Культа.

Меч Дао Секты Дао и Махаяна Сутра Жулая также были подобными техниками, поэтому эти две секты смогли стать священными основаниями.

Даже если техники и божественные искусства богов и дьяволов Фэнду уступали таковым у трёх священных оснований, они всё равно были невероятно мощными!

— С тех пор как Владыка Культа Цинь разработал модель алгебры пространства и открыл всему миру Секреты Сорочьего Моста, Секреты Загадочного Путеводителя и Секреты Божественного Перехода, божественный мост перестал быть главным препятствием на пути к становлению богом, — проговорил Лун Юй.

— Настоящим препятствием теперь является отсутствие божественных техник! По правде говоря, за последнее время в Маленькую Нефритовую Столицу в поисках техник приходило множество старших, но то, что у нас есть, подходит максимум для области Божественного Моста! У нас нет искусства для следующей области!

Мастер Дао Лин Сюань кивнул, добавляя:

— У нашей секты также нету божественной техники Высшей Донебесной Тайны. Слова Владыки Культа Цинь тронули моё сердце.

Главная проблема сильных практиков Вечного Мира заключалась в том, что после того, как был проложен ранее непроходимый путь, у них не оказалось техник для совершенствования и они не знали, куда двигаться дальше.

Если бы Цинь Му использовал Между Жизнью и Смертью, чтобы соединить два мира и предоставить им возможность овладеть техниками высших областей, то сделал бы огромное дело, определённое стоящее своих денег независимо от того, какую цену он назовёт.

Даже Син Ань был слегка заинтересован. Впрочем, вспомнив о своих страданиях в Фэнду, ему оставалось лишь покинуть эту мысль.

«Если это молодое поколение и вправду заполучит техники области бога, будет сложно сказать, смогу ли я отбирать их конечности. Может быть, наступит время и они рассеют мои души.»

Взгляд мужчины задрожал, в этот миг в нём на секунду пробудилось намерение убивать. Впрочем, будучи великим мастером он смог быстро его подавить.

Дыхание Сы Юньсян и Ху Лин’эр утяжелилось, а глаза загорелись. В их головах возникла одна и та же мысль: «Мы разбогатеем! Наше богатство будет сопоставимо с бюджетом Империи! Как только мы начнём использовать Между Жизнью и Смертью, даже Император не удержится от путешествия в Фэнду!»

Пара пушистых ушей Ху Лин’эр приподнялись, радостно вращаясь по сторонам:

— Молодой Мастер, какую плату мы будем взымать с Императора?

Сы Юньсян также переполнилась волнением:

— Старые бессмертные из Маленькой Нефритовой Столицы, монахи Монастыря Великого Громового Удара, даосы Секты Дао, все они — пухлые ягнята, которых мы вот-вот зарежем!

Лица монаха Мин Синя, Мастера Дао Лин Сюаня, Ван Мужаня и Лин Юйсю позеленели. До того, как они успели что-то сказать, Сы Юньсян и Ху Лин’эр переглянулись, о чём-то вспомнив:

— Молодой Мастер, если мы взымаем плату с живых, почему бы нам не зарабатывать и на мёртвых?

— Ослеплённые жадностью! Вы двое ничего не знаете о щедрости! Оставьте и другим возможность заработать! — проговорил Цинь Му, качая головой. — Деньги с мёртвых будет собирать Зал Императоров Людей. Весь доход будет принадлежать им, так что можете забыть об этом.

Сы Юньсян и Ху Лин’эр слегка разочаровались, и торчащие хвосты лисички мгновенно опустились. Впрочем, вспомнив о том, что она вот-вот разбогатеет, они тут же вернулись в прежнее положение.

Вскоре, небо начало белеть, и банкет был окончен.

Цинь Му подождал, пока все на горе разойдутся, прежде чем оттащил Ху Лин’эр на приличное расстояние от кувшина с вином. После этого он вбросил внутрь сосуда камень.

Камень упал в вино, но ничего так и не произошло.

Ху Лин’эр с подозрением спросила:

— Молодой Мастер, неужели ты ошибся?

Покачав головой, Цинь Му повернулся к стоящему неподалёку Син Аню:

— Старший брат Син Ань, этот кувшин…

— Я его подавляю, — равнодушно ответил мужчина. — Если хочешь выпустить силу внутри него, то я запросто могу это сделать. Сколько в вашем Имперском Колледже гор, вроде этой?

— Не выпускай! — к тому времени, как Цинь Му успел договорить, Син Ань выпустил магическую силу в кувшине и засиял в странной улыбке:

— Божественный Врач Цинь, я тоже не забываю обид.

Юноша почувствовал, как его волосы встают дыбом, и немедленно схватил Ху Лин’эр, начиная бежать:

— Нам нельзя оставаться в столице, в этот раз Император определённо меня обезглавит! Бежим сейчас же!

Глава 518. Допрос Син Аня

Подготовленный писарем отчёт о зиме семнадцатого года шестидесятилетнего цикла описывал осевшую на пятьсот метров нефритовую гору Имперского Колледжа, а также алый огонь, вспыхивавший из её пещер в радиусе тысячи километров, что было необычайно красивым зрелищем.

Однако писарь не записал причину сего события, лишь использовав возвышенные, глубокомысленные слова, упоминая Великого Ректора Небесной Святой Академии Циня, пренебрегшего своими учениями и получившего наказание от Императора в виде лишения зарплаты на последующие два года, а также понижения в ранге с четвёртого до нижнего пятого.

По словам людей во дворце, ранним утром того дня Император был встревожен громким взрывом, после которого он поспешно отправился к его источнику, в итоге обнаруживая, что тот произошёл в Нефритовым Драконьем Озере.

Бесчисленные Карпы Красного Дракона были оглушены и плавали на поверхности воды, в то время как само озеро стало в несколько раз больше и глубже себя прошлого.

Император пришёл в ярость, а также, согласно сообщениям, когда он с криком отдавал приказ кого-то обезглавить, его рука была ранена.

Затем Император носил нож, блуждая по горе, но так и не смог найти этого человека, наткнувшись лишь на спящего цилиня и сундук. Он простоял на страже рядом с ними до следующего полудня, но так и не увидел того человека и, наконец, сдался.

Слухи говорят, что рано утром кто-то убежал за тысячу километров, поэтому, когда наступил полдень, проснувшемуся цилиню пришлось два дня и две ночи ехать верхом на сундуке, чтобы наверстать упущенное.

Ходили и другие слухи, например о том, что Император отправился в военный лагерь и полчаса слонялся вокруг Божественной Пушки Солнечного Удара, прежде чем наконец беспомощно вздохнуть и сказать:

— Его заслуги выше, чем созданные им проблемы, поэтому его преступление не достойно смерти. Я должен просто понизить его и забрать зарплату, — после этого он убрал свой огромный нож и ушёл.

Конечно, всё это были слухи, и проверить их подлинность было невозможно. К тому же писари Имперского Двора никогда не будут записывать вещи, не имеющие под собой никаких оснований.

****

Более десяти дней спустя Цинь Му установил Между Жизнью и Смертью в городе Пограничный Дракон Великих Руин, и по небу протянулась длинная река, связывая это место с Фэнду и на какое-то время погружая в необычайную суету и шумливость.

Пограничный Дракон изначально был собственностью семьи Цинь, и большинство торговых лавок в нём принадлежали Небесному Святому Культу. Вечный Мир доставлял сюда товары, чтобы продавать их Великим Руинам, а товары Великих Руин, в свою очередь, переправляли отсюда на продажу в Вечный Мир.

После входа в Великие Руины этот город был первым местом, где можно было безопасно остановиться, поэтому практики божественных и боевых искусств обычно выбирали его для поселения.

Тем не менее, после прибытия Цинь Му городское население сильно возросло, из-за чего резко выросли и цены, что не могло не осчастливить Сы Юньсян и Ху Лин’эр… те были так взволнованы, что сияли от радости, будто небесные светила.

Через несколько дней в Великие Руины прибыл чиновник Министерства Доходов, желая собрать налог, но лишь подвергся словесному нападению со стороны Цинь Му. В итоге он вернулся, чтобы пожаловаться Императору Яньфэну, который на мгновение даже растерялся, прежде чем сказать:

— Великие Руины не являются частью Вечного Мира, поэтому то, что он не убил тебя, когда ты пришёл собирать с них налог, уже очень удивительно. Согласно правилам Великих Руин, ты должен быть обезглавлен. Не создавай себе неприятностей, те земли ещё не наши.

— Ваше Величество, Великий Ректор Цинь зарабатывает слишком много денег. Оптовая и розничная торговля в городе Пограничный Дракон — это огромный бизнес! — протестовал Министр Доходов. — Кроме того, Ваше Величество должно проложить дороги, которые соединят Западные Земли и Вечный Мир, но они должны будут пройти через Пограничный Дракон! Обе дороги, запланированные Великим Ректором Цинем, будут проложены там! Пограничный Дракон станет первым стратегическим городом Великих Руин, и его богатство будет ведущим в мире! Я считаю, что у Великого Ректора определённо есть корыстные мотивы, ведь, по сути, он заимствует деньги Имперского Двора, чтобы проложить дороги для своего родного города!

Чувствуя беспомощность, Император Яньфэн глубоко заглянул ему в глаза, а после многозначительно сказал:

— Западные Земли были завоёваны им, что спасло нас от всех вложений и провизий, которые потребовались бы войскам. Не говоря уже о том, что он спас бесчисленное количество солдат от гибели на войне.

— Но практики божественных искусств, которые отправляются в Пограничный Дракон — люди Вечного Мира. Если они потратят там деньги, которые не будут облагаться налогом, это место станет страной в стране, и богатство нашего Вечного Мира будет потеряно! Если это будет продолжаться, какие проблемы мы на себя накличем? В нашем бюджете попросту закончатся деньги! — заявил министр.

Император Яньфэн покачал головой, сдерживая смех:

— Даос Юань Фэн, ты — эксперт по математике даосизма, как ты можешь не понимать таких простых вещей?

— Судя по всему, я не очень сообразительный. Может Ваше Величество просветить меня? — был озадачен Министр Доходов.

Император Яньфэн улыбнулся ему:

— Практики божественных искусств, которые отправляются в город Пограничный Дракон, используют монеты Великого Изобилия моего Вечного Мира. Если они хотят тратить деньги, они должны заработать их в Вечном Мире, поэтому им в любом случае придётся возвращаться.

Министр Доходов нахмурился:

— Но что, если монеты будут циркулировать только в Великих Руинах и не возвратятся в Вечный Мир?

Император Яньфэн продолжал улыбаться:

— Если монеты Великого Изобилия смогут заменить золото, серебро и сокровища, которые циркулируют в Великих Руинах, всё станет намного проще! Ведь только Имперский Двор может чеканить их, в то время как Великие Руины — нет! И разве тогда не станет понятно, насколько богаты Великие Руины? В общем, когда монеты Великого Изобилия заменят золото и серебро, Имперский Двор сможет использовать их для покупки рудников и рек. С преобладанием наших монет Великого Изобилия повсюду, объединение Великих Руин будет уже не за горами!

Министр Доходов стоял в молчаливом замешательстве.

Император Яньфэн отбросил свой мемориал и встал посмотреть наружу с глубокомысленным взглядом:

— Ни одной потерянной солдатской жизни… Если использовать лишь монеты на приобретение такой богатой земли, как Великие Руины, за какую цену они уйдут? Ты слишком прямолинеен, думая, что поступающие деньги в Великие Руины — это крах для нас. Ты не знаешь, как использовать деньги для объединения земель, а ведь это как раз-таки и является наилучшим методом наступления. Управляя страной, нельзя беспокоиться о незначительных прибылях или убытках, и приходится заглядывать в будущее на долгие десятки или даже сотни лет. Когда Великий Ректор хочет заработать деньги, это всего лишь несколько монет. Когда я хочу зарабатывать деньги, речь идёт о реках и горах, никакой крови на мечах людей, помощи людям и объединении экономики!

Министр Доходов был покорён:

— Слова Вашего Величества могут быть использованы для предупреждения будущих поколений.

****

В городе Пограничного Дракона Цинь Му смотрел на практиков божественных искусств, суетящихся на улицах, и бесконечно приходящих и уходящих торговцев. Эти люди из Империи Вечного Мира сделали это место намного более оживлённым, чем раньше.

— Если бы Имперскому Наставнику удалось привлечь практиков божественных искусств Западных Земель проложить дорогу и открыть путь между Западными Землями и Вечным Миром, людям Великих Руин не пришлось бы жить так горько, — рассуждал Цинь Му.

Прошло более месяца с тех пор, как Имперский Наставник повёл людей Чертога Небесных Изделий на запад. Таким образом, они уже должны были превратить пустыню в зелёные равнины.

Используя Бусину Зелёного Дракона с Западных Земель, они могли бы достичь этого довольно легко.

Затем, через вытягивания воды из горного снега, им нужно будет создать в пустыне реки, чтобы густая растительность оставалась в живых и непрерывно росла.

А если бы Чертог Небесных Изделий смог пробить дыру в горах к югу от пустыни, они могли бы вытянуть водяной пар над южным морем на север. В такому случае в пустыне не будет недостатка в воде, и им не придётся беспокоиться о создании снега или дождя.

Всего через несколько лет пылающая пустыня станет историей.

После того, как дело будет сделано, Западные Земли, Великие Руины и Вечный Мир станут соединены гладкой дорогой без каких-либо препятствий, на пути которой торговцам придётся проходить мимо городов и посёлков Великих Руин, в итоге обогащая местное население.

— Божественный Врач Цинь, я слышал, что ты человек из Великих Руин, — погрузившись в раздумья, спросил Син Ань, стоящий позади Цинь Му. — Ты — человек Великих Руин, но ты привносишь в него силу Империи Вечного Мира. Ты грешник.

— В Великих Руинах нет страны, почему же я грешник? — был сбит с толку Цинь Му. — Люди Великих Руин лучше всего используют местные ресурсы без какого-либо правителя. Если бы пришла Империя Вечного Мира, эти люди также бы стали частью Великих Руин. Гость здесь не становится владельцем, потому что каждый должен следовать правилам Великих Руин. Именно местные правила единственный способ выжить здесь, а никак не законы Императора.

— Я мало общался с Императором Яньфэном, — Син Ань покачал головой, — но я вижу его великолепные навыки и стратегию. В будущем он объединит Великие Руины и, когда придёт время, ты об этом пожалеешь.

— Если Император осмелится двинуться на Великие Руины, он не сможет долго сидеть на своём троне, — улыбнулся Цинь Му. — Ты должен знать, насколько ужасны Великие Руины. К тому же эти каменные статуи… — сказав это, он указал на храмы в городе, — ждут призыва к возрождению. Как только они это сделают, мир изменится. Вечный Мир никогда не станет владельцем этой земли, поскольку она уже принадлежит другому, — его взгляд мелькнул, и он улыбнулся. — Я прогнал Министра Доходов, и Император не может создать мне проблем из ничего, я ясно вижу его планы. Его идеи — пустые мысли. Только если Император сможет превзойти Императора-Основателя, у них появится хоть какой-то шанс на исполнения таких замыслов, а если же нет, то это простые иллюзии. Я собираюсь подмести могилы, старший брат Син Ань составит мне компанию?

Син Ань посмотрел на сундук, в котором выросли ноги, затем отвернулся:

— Я буду следовать за тобой, куда бы ты ни пошёл. Я уйду только тогда, когда найду нужного человека.

Цинь Му нахмурился:

— Хорошо, тогда я пойду подметать могилы после того, как ты уладишь свои дела.

Зал Императоров Людей был секретом, о котором знали только прошлые Императоры Людей. Если он приведёт туда Син Аня, его местоположение станет раскрыто, что может принести ненужные неприятности. Кроме того, кто знает, вдруг этот варвар начнёт выкапывать тела прошлых Императоров Людей, чтобы собрать их?

Через десяток дней Имперский Двор, Небесный Святой Культ, секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и другие собрали информацию о людях, рождённых в указанное время. Список состояло из примерно тридцати тысяч человек.

Чиновник, который собирал информацию, сказал:

— Информация из прерий, снежных равнин и Западных Земель ещё не собрана полностью.

Син Ань посмотрел на тридцать тысяч свитков, невольно почувствовав, как тяжёлый груз лёг на его плечи, и через мгновение сказал:

— Человек, которого я хочу найти — это мужчина, поэтому отсей всех женщин.

Чиновник немедленно дал указания тем, кто был в его подчинении, и как только всё было улажено, он сказал:

— В общей сложности семнадцать тысяч человек, из которых только восемь тысяч живы. Большинство из них погибли в битвах и катастрофах.

Ещё через мгновение Син Ань сказал:

— Исключи тех, кто не практикует божественные искусства.

Чиновник снова отдал приказ, чтобы ему предоставили подправленную информацию. Через некоторое время он сообщил:

— Осталось четыреста практиков божественных искусств.

Син Ань некоторое время молчал, прежде чем сказать:

— Проверь, были ли среди них рождённые при странных обстоятельствах, каких-либо феноменах и прочем, и нужный мне человек носит нефритовую подвеску.

Чиновник приказал проверить четыреста человек.

Цинь Му наблюдал за происходящим с сомнением, растущим в его сердце: «Каждый раз, когда Син Ань отдаёт приказ, он медлит, как будто слушает чужие приказы. Я припоминаю, как он спрыгнул с Моста Беспомощности и погрузился в Юду, который намного опаснее, чем Фэнду. Там повсюду были монстры, переполненные обидами, так как же он вернулся? Может ли…»

С мерцающим взглядом внезапно позади него появились Врата Небесной Воли. Как только они сформировались, он превратился в человека со змеиной головой и с глазом в месте межбровья.

Син Ань сразу заметил это и повернулся к нему лицом. Его глаза наполнились божественным светом, заблокировавшим взгляд Цинь Му, после чего он равнодушно сказал:

— Божественный Врач Цинь, есть вещи, о которых тебе лучше не знать.

Цинь Му развеял свою форму Владыки Сатурна и рассмеялся, но внутри он был несказанно шокирован. Посмотрев на Син Аня в момент потери им концентрации, он увидел ужасающий глаз, спрятанный в Божественном Сокровище Жизни и Смерти!

Ужасающий глаз заметил, как Цинь Му смотрит на него, и собирался перевести на него свой взгляд, но Син Ань вовремя перехватил его!

К ним подошёл чиновник с результатами поисков:

— Мы не смогли найти ни одного практика божественных искусств с нефритовой подвеской при рождении. В конце концов, родиться с нефритом во рту невозможно, это больше похоже на сказания.

— Этот человек не был рождён с нефритом во рту, — Син Ань некоторое время молчал, прежде чем достать рисунок. — Его нефритовая подвеска используется для подавления его дьявольской натуры. Вот как она выглядит. Поскольку ты не можешь найти нужного мне человека, развесь изображения этой подвески в каждом городе и найди её местоположение! Божественный Врач Цинь, прикажи своим людям сделать тысячу копий этого рисунка!

Цинь Му взял рисунок, посмотрев на нефритовую подвеску.

Син Ань заметил, что юноша подробно рассматривает рисунок и спросил:

— Божественный Врач Цинь, ты видел где-то подобную подвеску?

Цинь Му покачал головой:

— Впервые вижу.

Син Ань прищурился и достал зеркало:

— Я забыл спросить, сколько тебе сейчас лет?

Глава 519. Возвращение Старейшины Деревни

— В этом году мне исполнится двадцать три, — искренне ответил Цинь Му. — Я потерял двадцать три года своей жизни так ничего и не добившись. От этого мне хочется тяжело вздыхать и тихо проливать слёзы…

— Божественный Врач Цинь сумел столько достичь всего лишь в двадцать три? Это поистине невероятно, — оборачиваясь и поднимая зеркало в руке, Син Ань искренне воскликнул от удивления. — В двадцать три года ты не просто являешься Владыкой Небесного Дьявольского Культа, контролируя миллион практиков божественных искусств, но и владеешь другими важными званиями вроде Императора Людей и Великого Ректора Небесной Святой Академии. Ты самый богатый человек в мире, и у тебя огромное количество влиятельных друзей. Кто ещё сумел добиться подобного в двадцать три? Ты такой один! — Син Ань наконец поднял зеркало, собираясь взглянуть на отражение Цинь Му, но ко своему удивлению обнаружил, что тот куда-то пропал, и удивлённо замер.

Внезапно он услышал знакомый голос вдали:

— Жирдяй, жирдяй! Скажи новоприбывшим практикам божественных искусств не выходить из города ночью! Они в Великих Руинах, и погибнут, если нарушат это правило! Те, у кого громкий голос, подойдите ко мне и прокричите всем, что нельзя выходить за стены ночью!

Син Ань спрятал зеркало и отправился вслед за Цинь Му.

Когда юноша наконец остановился, он вновь вынул артефакт, чтобы взглянуть на его отражение, но тот вновь неожиданно исчез.

Голос Цинь Му в очередной раз раздался где-то вдали:

— Юйсю, ты не могла бы найти во дворце нескольких художников? Брат Син Ань дал мне картину, и мне нужно сделать из неё тысячу копий, чтобы разослать их во все уголки Империи.

Брови Син Аня приподнялись, когда он подумал: «Будь он тем человеком, которого ищет Лу Ли, он не стал бы так внимательно всматриваться в рисунок кулона. Неужели я слишком недоверчив? С другой стороны, почему он так упорно меня избегает? — снова догнав Цинь Му, он решил. — Если он опять попытается бежать, я обездвижу его своей магической силой!»

В этот момент рисунок попал в руки привлекательной девушки из семьи Лин, которая тут же удивлённо воскликнула:

— Кажется, я уже видела нечто подобное раньше!

Син Ань немедленно переключил своё внимание на неё, мгновенно позабыв о Цинь Му, и спросил:

— Принцесса семьи Лин, ты уверена?

Лин Юйсю была ответственной за военное положение на северных границах, поэтому её кожа стала невероятно светлой от морозов снежных равнин, а благодаря тому, что она находилась в переходном возрасте, её лицо немного удлинилось, обретая более утончённый и элегантный вид. Тем не менее, её тело всё ещё выглядело немного «пухлым».

Вернувшись в столицу с отчётом, она узнала, что Цинь Му установил Между Жизнью и Смертью, поэтому воспользовалась возможностью и прибыла в город Пограничный Дракон. Кроме встречи с любимым, она также планировала потренироваться.

— Думаю да, — пройдя армейскую подготовку, Лин Юйсю сильно повзрослела, однако, она до сих пор любила одеваться по-мужски и вела себя крайне вежливо, — в одном из заброшенных мест Великих Руина.

— Великие Руины! — сердце Син Аня пропустило сильной удар, и он поспешно спросил. — Владельцем подвески был юноша?

— Не знаю, в руинах я увидела только какие-то странные начертания. Кроме того, там была деревянная лошадка. По всей видимости, там жил ребёнок.

Цинь Му посмотрел на Син Аня, который внезапно замолчал. Было очевидно, что тот общался со странным глазом внутри своего Божественного Сокровища Жизни и Смерти. Затем Цинь Му с любопытством взглянул на зеркало в руке Син Аня, которое тот до сих пор пытался навести на него, вынуждая уворачиваться.

— Старший брат Син Ань, ты тоже любишь зеркала? Неужели у тебя в руке какое-то поразительное сокровище? — с дрожащим взглядом, Цинь Му потянул руку к артефакту. — Можешь одолжить его мне? У меня прыщ на лице, я хотел бы на него взглянуть…

Пах!

Син Ань шлёпнул Цинь Му по руке и, незамедлительно спрятав зеркало в мешочке таотэ, равнодушно проговорил:

— Не трогай моих вещей, ты ядовитый. Принцесса Лин, где-то место, о котором ты говоришь? Ты можешь меня туда отвести?

Всё это время он общался со странным глазом внутри своего божественного сокровища, и тот, судя по всему, захотел взглянуть на руины.

Немного колеблясь, Лин Юйсю ответила:

— Я хотела бы посетить Фэнду, у меня нет времени, чтобы отвести тебя. Но я помню дорогу, и могу нарисовать для тебя карту.

Син Ань поблагодарил девушку, которая, одолжив у Цинь Му кисть и чернила, нарисовала ему географическую карту. Поглядывая на неё, он спросил:

— Там есть что-нибудь опасное?

Принцесса улыбнулась:

— Если бы там была опасность, то как бы мне удалось вернуться живой? Кроме того, разве в мире есть кто-нибудь сильнее старшего Син Аня?

Тот улыбнулся в ответ:

— Если ты смогла вернуться живой, то и мне это под силу. Божественный Врач Цинь, идём со мной.

Цинь Му неуверенно ответил:

— Старший брат, зачем тебе брать меня с собой, если ты всего лишь отправляешься в Великие Руины, чтобы найти человека? Я и так помог тебе в поисках, кроме того, я согласился помочь развесить по всей Империи рисунки подвески. Как только у меня появятся какие-нибудь новости, я сразу же тебе сообщу. Ты можешь заняться поиском его следов, а я отправлюсь подметать могилы в Зале Императоров Людей. Если я продолжу медлить, то прошлые Императоры Людей проклянут меня и заставят присоединиться к ним преждевременно.

Взглянув на географическую карту, нарисованную Лин Юйсю, Син Ань серьёзным тоном проговорил:

— Принцесса Лин, если я не найду ни слова о нефритовой подвеске, то это приведёт к серьёзным последствиям. Твоя семья будет стёрта с лица земли!

Девушка дрогнула, выдавливая из себя улыбку:

— Я не лгу…

Развернувшись, Син Ань ушёл.

Цинь Му и Лин Юйсю облегчённо вздохнули.

Вытирая пот со лба, принцесса собралась что-то сказать, но парень остановил её взмахом руки. Догадываясь о мыслях друг друга, их исконные духи вылетели из тел, отправляясь вдаль.

Отдалившись от города Пограничный Дракон на десятки тысяч километров, исконный дух Лин Юйсю спросил:

— Пастушок, что это за место? Там опасно? От этого зависят жизни моей семьи Лин!

Это интересовало девушку, так как в момент, когда Син Ань отвлёкся, Цинь Му воспользовался мозговыми волнами Клана Небесного Пера и связался с Лин Юйсю, рассказывая ей что именно рисовать.

Члены Клана Небесного Пера не нуждались в словах, в общении друг с другом полагаясь исключительно на мозговые волны. Они могли излагать свои мысли не издавая каких-либо звуков, а просто взаимодействуя своими сознаниями. Это позволяло им двигаться и действовать как единое целое, что предоставляло огромные возможности.

Несмотря на то, что подобный вид общения имел много недостатков, он был очень удобным для хранения секретов.

— Не волнуйся, Син Ань найдёт там всё, о чём ты рассказала. Тем не менее, он не узнает там ничего ценного, — проговорил исконный дух Цинь Му. — Если он развернётся обратно, как только окажется на месте, то сможет выбраться. Но если он решит копнуть глубже, чтобы найти больше подсказок, то его выживание будет зависеть исключительно от его мудрости.

— Когда старейшина деревни и остальные забрели не туда, они чуть не застряли там навеки. Их спас дедушка немой. Вернувшись, Син Ань не посмеет тебя убивать, так как ты сказала чистую правду.

Син Ань пошёл в то место, в котором они когда-то искали деревню Беззаботную. Там находился огромный корабль, выкованный Божественной Расой Небесных Работ, и вместо того, чтобы оказаться в деревне, они попали в ловушку и были заточены вместе с судном внутри гигантского куба.

Божественная Раса Небесных Работ сменила много поколений и пожертвовала многими людьми, прежде чем один из их детей наконец смог выбраться из печати.

Цинь Му подозревал, что этим ребёнком был немой.

В конце концов выбираясь из ловушки, старейшина и остальные полагались именно на него.

Если Син Ань, оказавшись там, немедленно развернётся и попытается вернуться, то ему всё ещё удастся выбраться. Однако, если он зайдёт внутрь, то окажется в ловушке печатей.

Вздохнув с облегчением, Лин Юйсю спросила:

— Почему Син Ань тебя ищет? На рисунке определённо изображена твоя нефритовая подвеска.

— Я и сам без понятия, — Цинь Му покачал головой. — Тем не менее, внутри его Божественного Сокровища Жизни и Смерти прячется невероятно сильное и ужасное существо, и, судя по всему, оно ему угрожает. Мне удалось разглядеть лишь его глаз, а не всё тело, но если Син Ань смог выбраться из Юду живым, этот глаз определённо должен принадлежать богу из Юду!

Лин Юйсю нахмурилась:

— Что, если Син Аню удастся сбежать?

Цинь Му покачал головой:

— Думаю, что ловушка задержит его как минимум на полгода, а когда он наконец освободится, мы продолжим помогать ему в поисках «юноши с нефритовой подвеской», — со странным взглядом он тихо продолжил. — Вернувшись, он обнаружит что будь то Средиземье, Западные Земли или снежные равнины, повсюду можно будет встретить такие подвески. Угадай, почему так?

Принцесса закатила глаза:

— Я знаю, что ты умён. Хватит хвастаться!

Цинь Му рассмеялся, и вскоре исконные духи парочки вернулись к их физическим телам.

К этому времени небо уже успело потемнеть, а лодка, стоящая на реке Между Жизнью и Смертью, была готова отчаливать.

Ху Лин’эр впустила на борт всех, кто оплатил путешествие, и они отправились по небесной реке в сторону Фэнду. Лин Юйсю тоже находилась среди путешественников в загробный мир.

Между тем Цинь Му вошёл во тьму за пределами города, следом за ним двинулся цилинь верхом на сундуке, заполненном всевозможными фруктами и жертвоприношениями.

Артефакт был крайне недоволен таким положением дел, но не мог ничего поделать, так как Цинь Му затолкал всё это в него насильно.

«Зал Императоров Людей — это то же самое, что и Маленькая Нефритовая Столица, ещё один сколок Райских Небес Императора-Основателя».

Мерцая взглядом, Цинь Му продвигался сквозь тьму с чёрным комком в руке и думал про себя: «Второй Предок и остальные не говорили мне куда нужно идти, но сказали, что я должен активировать Печать Императора Людей. Но как она найдёт Зал Императоров Людей?..»

Его жизненная Ци наполнила Печать Императора Людей, отчего та слегка задрожала.

В этот раз артефакт вёл себя совсем не так, как при последней активации. Тогда Цинь Му увидел многие годы бед, через которые прошла человеческая раса после уничтожения Эпохи Императора-Основателя, а сознание, скрытое в Печати, хлынуло во все стороны, распространяясь по миру.

Тем не менее, надо иметь ввиду, что в тот раз ему помогал старейшина деревни и другие мастера. Теперь же он действовал в одиночку, и его сознания, естественно, не хватало, чтобы высвободить зов Печати Императора Людей.

Задействовав свою Ци, чтобы это проверить, Цинь Му внезапно ощутил, как дрогнуло его сердце. С прикосновением его жизненной Ци к символу на Печати Императора Людей, последняя мягко задрожала и разразилась лучом света, попавшим прямо в его глаза.

В следующий миг луч погас.

Встряхнув головой, Цинь Му открыл глаза, чтобы оглядеться. В этот миг откуда-то сверкнул луч света, приземляясь прямо под его ноги.

— Жирдяй, ты видишь свет? — удивлённо повернувшись, спросил он.

Спящий цилинь резко поднял морду, чтобы осмотреться:

— Какой ещё свет?

«Я что, один его вижу? — в спешке достав зеркало, Цинь Му взглянул на своё отражение. Заметив у себя в глазу странную руну, он был уверен, что именно она была причиной света! — Так вот как добраться к Залу Императоров Людей!»

****

Тем временем старейшина деревни вернулся в Фэнду, обнаруживая что это место стало невероятно оживлённым. В небе над городом протянулась гигантская река и мост. На последнем собралась толпа богов и дьяволов, наблюдающих за переполненной скелетами лодкой внизу.

«Что здесь происходит?» — был поражён старейшина. Внезапно заметив на мосту Императора Людей Ци Кана, его глаза загорелись, и он, размахивая рукой, прокричал:

— Старик Ци Кан, я тут! Я вернулся! У меня поразительные новости касательно Тела Тирана! Хе-хе, ты не поверишь! На самом деле, Тело Тирана появлялось сорок тысяч лет назад! Быстро спускайся, я принёс копию надписи!

Император Людей Ци Кан спрыгнул с моста, тыкая пальцем на старейшину:

— Никуда не уходи, не двигайся! Я позову Второго Предка и остальных!

Старейшина улыбнулся:

— Разве ты не хочешь сначала взглянуть на надпись?

— Наслаждаться радостью в одиночку не так приятно, как разделять её с другими. Давай соберёмся все вместе, прежде чем прочитать, что ты принёс, — посмотрел на него с искренностью в глазах Ци Кан.

Старейшина недоумевал: «Эта улыбка старого пердуна кажется мне довольно знакомой. Почему это он сегодня такой вежливый?..»

Глава 520. Почтение Предков в Зале Императоров Людей

— Чем там опять занимаются прошлые Императоры Людей? Почему так шумно? — находящийся в Фэнду Король Яма стоял перед Залом Короля Циня и смотрел на город. Видя, как рушится один дворец за другим, он подозрительно спросил. — Ученики снова избивают мастеров? Это выглядит довольно жестоко…

Прилетела огромная птица и, приземлившись на землю, превратилась в птицеголового бога Чи Сю, который принялся подстригать свои перья и покачал клювом:

— Догадки Короля Ямы не совсем верны. Ученики не избивают своих мастеров, они просто объединились с ними, чтобы избить самого последнего ученика. Император Людей Су вернулся и был незамедлительно избит своим мастером, пра-мастером и всеми прочими предками. Ему очень сильно досталось, но даже если он захочет умереть, ему это попросту не удастся.

Король Яма был очень удивлён:

— Они изменили правила?

— Этого я знать не могу, но, похоже, речь идёт о Теле Тирана. Император Людей Су принёс древние надписи и сказал, что это сказания о Теле Тирана, оставленные ещё сорок тысяч лет назад. Второй Предок и остальные улыбались, слушая его россказни, но потом резко окружили и начали избивать, — бог Чи Сю остановился на мгновение. — А когда Император Людей Су попытался оказать сопротивление, его стали избивать ещё сильнее и самозабвенней. Они говорили что-то о том, что он бессовестно обманул всех их, мастеров и предков, а также что он строил козни против них, чтобы они в итоге были позорно избиты молодым Императором Людей. Я слышал только отдельные отрывки из предложений, но что я могу сказать с уверенностью, так это то, что Императора Людей Су избивают довольно свирепо. Другие боги и дьяволы не осмеливаются выйти, чтобы прервать битву, в то время как Владыки Небесного Святого Культа аплодируют происходящему и желают, чтобы весь мир пребывал в хаосе. Должен ли я остановить их?

Король Яма какое-то время молчал, прежде чем сказать:

— В этом нет необходимости. Если ты пойдёшь и попытаешься остановить их, они ополчатся на тебя.

****

Глубокой ночью во тьме Великих Руин бурлила жизнь. Бесконечное количество монстров появлялось вокруг Син Аня, поспешно пытающегося пробежать мимо них. Божественный свет вокруг его тела отражал вторжение тёмной субстанции, пока он направлялся к месту, обозначенному Лин Юйсю.

Оказавшись там некоторое время спустя, Син Аня увидел запечатанное пространство и весьма удивился. Лес покрывал каждую сторону гигантского куба — вверху, внизу, слева и справа, тем временем в самом запечатанном пространстве находился огромный корабль, который был в несколько раз больше Кораблей Солнца и Луны!

Этот корабль создала Божественная Раса Небесных Работ Императора-Основателя с Райских Небес, чтобы отправиться к деревне Беззаботной, Ковчегу Парамиты!

Тем не менее, сейчас он находился в плачевном состоянии по вполне очевидной причине — на нём случилась кровопролитная битва. Будучи разрушенным, он больше не был пригоден к использованию!

Зная, что там определённо опасно, Син Ань очень долго колебался, прежде чем всё же собрался с духом и вошёл внутрь. Несмотря на своё понимание того, что туда по всем известным причинам соваться не следует, он считался сильнейшим существом текущего мира и был уверен, что сможет оттуда выбраться при возникновении малейшей опасности или даже намёка на неё.

Вскоре он добрался до небольшой деревни в лесу, и от увиденного широко раскрыл глаза. Там действительно были рисунки, похожие на нефритовую подвеску:

— Маленькая принцесса семьи Лин не солгала мне!

В этот момент он понял, что находится здесь не один.

Позади ведущей во двор двери он увидел чью-то спину.

«Это тот человек, которого я ищу?» — взволновавшись, Син Ань достал зеркало и навёл на незнакомца.

— Ах, ах! — мужчина обернулся, обнажив улыбающееся, полное морщин лицо.

Син Ань был потрясён, старик с сундуком и железной ковочной печью рядом не был тем, кого он искал.

— Ты очень силён, — глядя на старика, со спокойным выражением лица сказал Син Ань. — Заметив безграничную энергию в твоём теле, я даже испытываю радость, что нашёл такую добычу. Очень ужасающая! Возможно, ты самый страшный противник, которого я встречал за последние годы.

— Ах, ах! — счастливо улыбнувшись и что-то дважды показав пальцами, лицо старца сморщилось, словно кожа мандарина.

Син Ань ничего не понял и продолжил:

— Я хочу добавить тебя в свою коллекцию. Покажи мне свои самые сильные движения, покажи мне свои способности.

Вжух!

Печь рядом со стариком внезапно вспыхнула, и пламя из неё устремилось на десять километров в небо.

Син Ань сразу почувствовал, что пространство стало обжигающим, тем не менее, главная угроза таилась не в печи, а в теле самого старика!

Его даньтянь внезапно вспыхнул ослепительным светом, словно став маленьким солнцем, пылающим несравненной энергией!

Син Ань обрадовался, когда увидел позади старика божественный мост, уходящий в небо, на котором находился исконный дух, излучающий страшную тепловую энергию.

Исконный дух имел птичью голову и человеческое тело, как вдруг он подпрыгнул и пересёк мост, входя в находящиеся над ним Райские Небеса.

Бум!

Магическая сила старика снова взорвалось, но на этот раз с такой силой, что могла искривить даже пространство.

Внезапно сундук открылся сам по себе, начав без остановки выпускать серебренные пилюли, которые каплями воды покрывали тело старика, в итоге превратив его в генерала в серебряных доспехах. Два последних серебряных огня превратились в два огромных молота и устремились к Син Аню!

Когда молоты ударили, Син Ань почувствовал себя строптивым железом на железном войлоке. Его выковали в форму, которую пожелал кузнец!

— Сокрушительно, превосходно! Твой даньтянь даже сильнее, чем даньтяни области бога, собранные мною в прошлом у других сильнейших практиков нашего мира! — Син Ань был несказанно взволнован и поднял руку, создавая вокруг себя мощную пульсацию. Позади него появилось видение огромного моря, в то время как в небо устремились звуки волн.

Старик ударил по Син Аню молотом, отправляя его в полёт за пределы деревни, и сразу же бросился следом, явно даже не думая останавливаться наносить по нему удары огромными молотами.

Два человека сражались среди гор и лесов, двигаясь и нападая без остановки.

— Превосходное тело, превосходный даньтянь! — Син Ань громко рассмеялся. — Я обязательно добавлю тебя в свою коллекцию! Инь или Ян по одиночке не смогут привести к долголетию. Путь, который ты избрал — это путь чистого Ян, он яростен и властен, но с ним ты долго не проживёшь! Твоя огромная сила очень истощает твоё физическое тело, поэтому ты выглядишь как собирающийся в могилу старик. Пока ты не усовершенствуешь своё физическое тело до области бога, ты не сможешь выдержать божественную мощь великой печи даньтяня. Если продолжишь сражаться подобным образом, то превысишь возможности своего тела, иными словами — потерпишь сокрушительное поражение!

В этот момент старику уже было трудно продолжать, и он резко откинул свои молоты. Между тем серебряная броня спустилась к его ногам, превращаясь в серебряного коня, которого он тут же оседлал и ускакал прочь.

Син Ань поспешно погнался за ним, но его ноги внезапно погрузились в пустоту.

Парочка оказалась у пространства Ковчега Парамиты.

Повсюду были разбитые куски несравненно огромного ковчега.

Син Ань увидел, как скорость серебряного коня снизилась, и понял, насколько же сильным был даньтянь старика, ведь тот замедлился из-за сильно повреждённого даньтянем тела.

Не желая упустить такую возможность, Син Ань вновь бросился в погоню, но спустя всего несколько мгновений по его лбу покатился холодный пот… он потерял все следы беглеца и оказался в опасной ловушке.

Печати были буквально везде, и ему было трудно сделать даже шаг.

Внезапно старик снова появился в поле его зрения, только на этот раз сидя на носу маленькой серебряной лодки. Он даже умудрился откуда-то достать бамбуковую шляпу.

Син Ань успокоился и вновь бросился в погоню, но был заблокирован летящей в пространстве печатью.

Старик улыбнулся ему, показывая отсутствие языка, и сделал режущий жест по шее, после чего его маленькая серебряная лодка уплыла прочь.

Син Ань впал в ярость, но внезапно почувствовал, что улыбка мерзопакостного старикашки была слегка знакомой. Казалось, он видел её где-то раньше.

«Эта улыбка… я определённо видел её раньше, определённо…» — он успокоился и попытался оставить все мысли об улыбке и сосредоточиться на поиске выхода, но как только он собирался решить первую печать талисмана, в его голове внезапно вспыхнула улыбка Цинь Му и наложилась на улыбку старика, а уже в следующий миг он был поражён печатью талисмана из-за того, что на миг расслабился и потерял концентрацию.

Улыбки Цинь Му и старика почти полностью совпадали.

Единственным отличием было то, что улыбка Цинь Му была искренней, а улыбка старика имела намёк на хитрость!

— Я… — чувствуя поднимающуюся к горлу кровь бога, он попытался подавить рвотный позыв. — Я не буду злиться, я не буду злиться. Я не позволю ему испортить моё сердце Дао. Я… Ульгх…

Син Аня вырывало кровью бога, и он, ощущая поражение в сердце, скорбно взревел:

— Божественный Врач Цинь, я никогда тебя не отпущу!

****

Цинь Му следовал за светом, который освещал ему путь, и вышел из Великих Руин. Продолжая своё путешествие, он шёл к южным границам Вечного Мира.

По пути ему встречалось множество жуков и змей, а вот людей маловато, и чем дальше он шёл, тем пустыннее становилось место.

Вскоре после рассвета путеводный свет образовал дверь не очень большого размера на одной из горных вершин.

Это была единственная дверь на маленькой горне.

Цинь Му огляделся и увидел бесплодные горы и дикие земли.

Никаких людей, только пустая местность.

Цилинь поднял морду, чтобы осмотреть окрестности, а когда увидел восходящее солнце, то очень обрадовался:

— Владыка, Владыка, время завтракать!

Цинь Му толкнул дверь, и она открылась со светом, сияющим изнутри, после чего он вошёл в него. Цилинь поспешил за ним.

Их фигуры исчезли, между тем дверь света начала постепенно тускнеть, в итоге и вовсе исчезая.

Через мгновение Цинь Му появился на пустынной земле. Настолько пустынной, что все пустынные места, в которых ему вообще довелось побывать, были ничем, по сравнению с этой.

Перед ним раскинулись утопающие в тумане разрушенные священные залы.

Едва виднелись плиты надгробий, а за ними — погребальные курганы.

Сломанные заборы и полуразрушенные стены…

Всё это глубоко тронуло сердце Цинь Му.

Вдали находился высокий дворец, одиноко стоящий в тумане.

Оглядываясь, Цинь Му пошёл вперёд.

Пространство было чрезвычайно обширным, но бесчисленные надгробия в тумане являлись единственным пейзажем Зала Императоров Людей.

Он подошёл к погребальному кургану и посмотрел на надгробную плиту. На ней было написано: Генерал Вэй Мин с Западных Райских Небес. Рядом с надгробной плитой лежал щит, окроплённый кровью.

Цинь Му пошёл ко второй надгробной плите и прочитал: Высокопоставленный Чиновник Райских Небес, Храбрый Страж Тигров Дин Юньхэ. Под надгробной плитой покоился шлем.

Он продолжал идти вперёд в полной тишине. Даже цилинь, который совсем недавно кричал о завтраке, не произнёс больше ни слова, а лишь поджал под себя хвост и спрятался внутри сундука.

Цинь Му проверял каждую надгробную плиту по очереди, многие из них были пусты, не имея ни одного написанного слова. Возможно, человек, который устанавливал надгробия, не знал их имён.

Именные и безымянные надгробные плиты прокладывали собой путь по утопающему в тумане Залу Императоров Людей.

Трудно было сказать сколько прошло времени, когда Цинь Му наконец приблизился к концу, как вдруг перед его глазами обрела форму соломенная хижина, внутри которой сидел высохший скелет со свисающим черепом, в то время как рядом с ним располагалась обрушенная надгробная плита.

Несмотря на то, что остались только кости, Цинь Му мог видеть, что этот человек обладал высоким и крепким телосложением. А так как костяшки на его руках были толстыми и прочными, он должен был владеть навыками мудры, ладони и кулака.

Цинь Му сдул пыль с надгробной плиты, потрясаясь от увиденного.

На плите были запечатлены слова: Император Людей Ци Кан. Видя, как я ничего не добился в своей жизни, мне слишком стыдно воздвигать надгробную плиту для себя, и слишком стыдно встречать своих предков. Я умру в этой соломенной хижине, не похоронив свои позорные кости.

Цинь Му открыл сундук и достал несколько свечей, бумажных денег и подношений. Затем он с больший уважением поджёг благовония и сделал пожертвования Императору Людей Ци Кану.

Выйдя из соломенной хижины, он увидел ещё одну неподалеку. Внутри неё, около покосившейся надгробной плиты валялось несколько отрубленных рук и ног. На плите же была запечатлена только вырезанная мечом фамилия «Су»…

Она была вырезана не до конца, в то время как сломанный меч до сих пор торчал из надгробной плиты, оставляя последнюю букву незавершённой.

Посмотрев на отрубленные руки и ноги, Цинь Му с дрогнувшими уголками глаз понял, что конечности были отсечены мечом, и незамедлительно выразил своё почтение:

— Старейшина деревни!

Цинь Му теперь знал, что старейшина однажды приходил сюда, желая покончить с собой, но так как ему ещё предстояло передать наследие — Печать Императора Людей, попытка была прервана муками совести и чести. В итоге он просто бросил здесь свои конечности, даже не осмелившись написать своё полное имя.

Цинь Му пошёл к третьей соломенной хижине, где увидел скелет, который был полтора метра в высоту. Скелет принадлежал Императору Людей И Шаню.

На надгробии было всего несколько простых слов: Император Людей И Шань, побеждённый Высшими Небесами. Я предал своего учителя и не достоин встречи с ним. Последующему поколению не нужно отдавать мне дань уважения.

Цинь Му отправился в четвёртую соломенную хижину, где нашёл другой скелет, который держал в руке корзину с цветами.

«Император Людей Лань По. Я ничего не добилась в своей жизни, и мне стыдно, что все учения моего мастера прошли напрасно…»

Цинь Му вошёл в каждую соломенную хижину, чтобы выразить своё почтение.

Он был свидетелем двадцати тысячелетней истории Зала Императоров Людей, а также повстречал всех Императоров Людей в Фэнду, где они ругали и избивали своих мастеров, совсем не ладя друг с другом.

Однако здесь, в соломенных хижинах Зала Императоров Людей, он увидел, насколько они уважали своих мастеров и раскаивались в собственных неудачах.

Цинь Му подошёл к дальнему концу Зала Императоров Людей и оглянулся назад.

Глава 521. Первый Предок

Впереди виднелся высокий, крепкий силуэт.

Цинь Му поднялся по ступенькам священного зала, следом за ним грохотал сундук. Он поднял руку, давая артефакту понять, что нужно остаться снаружи, и тот, подкосившись всеми четырьмя ногами, тут же упал на пол.

Немного погодя со звонким скрипом приоткрылась крышка сундука, под которой можно было заметить явно нервничающую морду…

Выглядывая из щели, цилинь увидел вокруг себя огромное количество надгробий и, немного поразмыслив, без лишнего энтузиазма вылез наружу. Он поджал под себя хвост и двинулся следом за юношей, волоча свой живот всего в нескольких сантиметрах от пола, при этом не смея издать даже малейшего звука.

Внезапно цилинь почувствовал, как что-то наступило на его хвост, и громко завизжал, в то время как волосы и чешуя на его теле встали дыбом.

Цинь Му обернулся, увидев, как зверь засунул две свои передние лапы в пасть. Он сделал это, чтобы перестать шуметь.

Повернув морду назад, цилинь увидел крадущегося на цыпочках по их следам сундука. Именно он наступил ему на хвост, испугав до полусмерти.

У Цинь Му разболелась голова и возникло желание прогнать обоих прочь, но он чувствовал, что подобное поведение недопустимо в столь священном и важном месте. Ему оставалось лишь взять себя в руки и позволить парочке идти следом за ним:

— Если вы продолжите дурачиться, я использую одного в качестве дров, а из второго приготовлю обед!

Наконец подойдя к силуэту, он с удивлением обнаружил, что тот оказался намного ниже, чем ему показалось на первый взгляд.

Силуэт был всего лишь на два сантиметра выше Цинь Му, но своей аурой и манерой держать себя производил впечатление невероятно высокого человека, тем самым поражая его в самое сердце.

Силуэт принадлежал Первому Предку Императоров Людей, чью каменную статую Цинь Му встречал в Маленькой Нефритовой Столице.

— Ты, должно быть, тридцать шестой Император Людей, верно? — Первый Предок наклонил голову, чтобы взглянуть на юношу. На вид он оказался мужчиной за тридцать. У него была густая борода и крепкое телосложение, вызывающее впечатление надёжности.

— Я тридцать седьмой, — ответил Цинь Му. — Старейшина деревни — мой учитель, именно он передал мне звание Императора Людей. Тем не менее, я здесь впервые.

Посмотрев вперёд, он наконец увидел на что смотрел Первый Предок и слегка удивился.

Перед ним находились ряды книжных полок, с бесчисленными книгами на них. Зал Императоров Людей был невероятно огромным, но несмотря на свои ожидания, Цинь Му не обнаружил здесь золота или нефритовых украшений. Здесь также не было величественной статуи бога или какой-нибудь роскоши. Внутри виднелись лишь бескрайние полки с книгами.

Подойдя к одной из них, он взял в руки книгу. Написанные в ней слова были ему неизвестны, но от них веяло знакомой волей меча.

Это была книга, написанная дедушкой старейшиной.

В ней старик рассказывал о техниках и божественных искусствах Владыки Звезды Цяо Высших Небес. Он отметил многие слабые места и изучил его недостатки.

Вернув книгу на место, Цинь Му взял в руки вторую. В ней были записаны бесчисленные плюсы и минусы техник и божественных искусств Нефритового Владыки. Полистав также и другие книги, он обнаружил, что в большинстве из них описывались столкновения с техниками богов из Высших Небес.

Цинь Му даже нашёл Рисунки Меча. Он наткнулся на большую кучу свитков, в которых старейшина описал свою технику меча, записав путь и суть каждого движения, что говорило о том, что он планировал передать их потомкам.

Цинь Му подошёл ко второй полке, слова в книгах которой переполнялись безграничной аурой. В них крылось нечто, напоминающее извержение вулкана, что говорило о том, что их автором скорее всего был Император Людей Ци Кан.

Его записи тоже в основном говорили о техниках богов Высших Небес, а также о способах борьбы с ними. В остальных же описывались его техники и божественные искусства, однако, он предостерегал, что любой, кто решит совершенствовать его техники, — идиот. Он так и не смог одолеть богов Высших Небес, поэтому практик, использующий их, пойдёт по его стопам. В его словах ощущалась нотка разочарования.

— Неудивительно, что ни один из Императоров Людей не стал совершенствовать технику своего учителя, а вместо этого пытался создать новую, — внезапно Цинь Му понял, как себя чувствовали его предшественники.

Все они проиграли и не хотели, чтобы их ученики закончили так же. Причина, по которой они записали свои учения была в том, что те были плодом тяжёлой работы всех их жизней. Они хотели найти себе преемника, но им не мог быть их ученик.

Должно быть, именно это терзало их сильнее всего.

— Все эти книги описывают стратегию борьбы с Высшими Небесами, — Первый Предок шагал между полками, поглаживая книги рукой. — Они считали Высшие Небеса своим главным врагом и приложили все усилия для борьбы с ними. Тем не менее, никому из них, к сожалению, не удалось достичь успеха. Можешь остаться здесь и некоторое время поучиться. Это поможет тебе найти свой собственный путь.

Цинь Му покачал головой:

— Большинство богов Высших Небес мертвы, все четыре Владыки погибли. Высшие Небеса уже не являются нашей главной проблемой. Книги на этих полках уже никому не нужны. Моя цель — не боги Высших Небес и не их уничтожение.

Мужчина удивлённо взглянул на юношу:

— А какая у тебя цель?

Смотря прямо в глаза своего предшественника, Цинь Му торжественно проговорил:

— Моя цель — уничтожение фальшивого неба, реформирование этого несправедливого мира, его улучшение посредством изменений, восстановление процветающей эпохи, когда-то принадлежавшей Императору-Основателю, — с горящими глазами, он громко спросил. — Первый Предок, это ведь и твоя цель, не так ли?

— Нет, — глаза Первого Предка потускнели, и он покачал головой. — Мои устремление не под стать твоим. Я измотан временем и бесчисленными врагами… и теперь не более чем удручённые старик. Ты же всё ещё молодой и энергичен, но наступит день, и твои враги тоже тебя измотают. Когда этот произойдёт, ты придёшь в Зал Императоров Людей и оставишь здесь свою книгу, как и все твои предшественники. Ты запишешь свои поражения и будешь надеяться, что твой преемник сделает то, что оказалось тебе не под силу.

Голос мужчины был немного холодным, становясь с каждым словом всё резче:

— Ты неудачник, как и они. Рано или поздно ты тихо построишь себе соломенную хижину и осядешь в ней, горюя над своими разбитыми надеждами. Ты перестанешь мечтать, что кто-то пойдёт по тому же пути, что и ты, но ответственность, которая лежит на плечах Императора Людей заставит тебя найти себе преемника. В своей хижине ты будешь проливать слёзы сожаления, начнёшь ненавидеть своего учителя и вырежешь себе надгробный камень, на котором упомянешь о своих неудачах, — усмехнувшись, он продолжил. — Ты почувствуешь, что недостоин могилы, недостоин встречи со своими предшественниками, и сделаешь свой последний вздох, как и все остальные скелеты в соломенных хижинах!

Цинь Му смотрел на него с широко распахнутыми, неверующими глазами. Героический и мудрый Первый Предок, которого он представлял в своём сердце, внезапно рухнул!

— Ты всё ещё хочешь быть Императором Людей? Позволь мне сказать тебе жестокую правду, в этом мире нет Императора Людей! — его голос был невероятно холодным. — Спасая своих людей от катастрофы, я уже знал, что я неудачник! Я спас их из-за своей слабости, и того, что не мог смотреть на смерть обычных людей. Тем не менее, из-за этого я стал дезертиром!

Громко рассмеявшись, он указал пальцем на бесчисленные курганы возле Зала Императоров Людей:

— Я дезертир. Сбегая, я думал лишь о том, чтобы выбраться из этого ада! И я сбежал! Я не сражался, я бежал в одиночку! Я много раз думал: «Что, если бы я тогда остался?» На этот вопрос есть только один ответ — я стал бы мертвецом, как и они! — он безумно рассмеялся. — Правильно, они погибли, в то время как я сбежал, становясь Императором Людей в сердцах народа! Люди уважают меня, потому что я привёл их в место, где они смогли выжить, но что с того? Я превратил их в узников. Даже небо поддельное в этой огромной клетке, в этой тюрьме, из которой нельзя бежать! Все мы просто узники! Я не помог им выбраться, а просто посадил в тюрьму богов! Император Людей? Ха-ха, Император Людей! В этом мире нет такого понятия!

Разгневавшись, он сделал шаг вперёд со вставшими дыбом волосами и мгновенно приблизился к юноше, заставляя того непрерывно отступать под напором своей ужасающей аурой.

— Забудь о своей смехотворной мечте и избавься от своего бремени. Ты не Император Людей. С самого начала и до конца времён Император Людей был фальшивкой, простым убийцей, посадившим людей в клетку богов!

Под давлением напирающего потопа ауры, Цинь Му не мог даже дышать и, чтобы совладать с ней, был вынужден использовать свою жизненную Ци на полную силу.

— Почему ты тогда вернулся? — грудь Цинь Му почти провалилась внутрь, из-за чего он едва мог вдохнуть, но всё-таки умудрился прокричать. — Почему ты вернулся, чтобы воздвигнуть надгробия для тех, кто погиб в бою? Почему ты их похоронил? Почему ты положил их оружие возле надгробных камней?

Аура Первого Предка внезапно успокоилась, и он опустил голову:

— Я вернулся на поле битвы, чтобы их похоронить, так как моё сердце гложет вина. Я знаю, что не достоин быть Императором Людей, поэтому пришёл искупить свои грехи.

Цинь Му с трудом верил в то, что услышал:

— В твоём сердце действительно не осталось ни капли надежды?

На лице Первого Предка застыло мертвецкое выражение:

— Нет. Юноша, забудь о своей мечте. Эту комедию с Императорами Людей стоило закончить уже очень давно.

Цинь Му опустил голову, но спустя мгновение поднял её, сияя в улыбке, которая почти всегда украшала его лицо:

— Ты потерпел поражение, они потерпели поражение, но я ещё никогда не знал поражения. Раз уж ты не можешь быть Императором Людей, то им буду я.

Первый Предок ухмыльнулся, его выражение сверкало презрением:

— С чего ты взял, что у тебя что-то получится?

— Моя фамилия — Цинь, мой предок — Император Основатель. Моя семья Цинь берёт корни в деревне Беззаботной, и я владею Телом Тирана! — громко крича, декламировал Цинь Му.

Первый Предок наклонил голову, презрение всё ещё виднелось на его лице:

— В твоём сердце слишком много титулов и чести. И какой прок от твоей связи с Императором-Основателем? Он тоже потерпел поражение и не показывался на глаза миру уже двадцать тысяч лет. На что способно Тело Тирана? Я слышал об этой легенде, но не слышал ни об одном из его достижений. Ты всего лишь глупый мальчик, просто ребёнок… Позволь-ка мне разрушить твои иллюзии!

Подняв руку, он внезапно атаковал.

Ошеломлённый, Цинь Му поспешно заблокировал удар. Тем не менее, ощутив, что сила удара была не слишком большой, он невольно растерялся.

Сила Первого Предка вырвалась наружу, и рябь его божественного искусства подняла с полок книги в воздух.

— Не смей уничтожать книги! — сердито закричав, Цинь Му ударил кулаком. За его спиной мгновенно появился Будда, в то время как его самого окружили четырнадцать слоёв небесных богов, быстро превратившихся в лучи света.

— Техника Монастыря Великого Громового Удара, мелкие уловки, — Первый Предок с лёгкостью разрушил божественное искусство Цинь Му, ударив его в грудь, и продолжил равнодушно говорить. — С ней ты даже себя не сможешь защитить, не говоря уже о книгах.

Цинь Му отбросило назад, но его тело превратилось в тень, проваливаясь сквозь землю.

Первый Предок тут же топнул ногой, вытряхивая его обратно. Используя жизненную Ци в качестве меча, он ударил, целясь ему между бровей.

— С такими низкими способностями, в будущем тебя не ждёт ничего, кроме смерти, — презрительно проговорил Первый Предок. — Ты тоже неудачник.

Рассвирепев, Цинь Му собрал свою жизненную Ци в меч и тыкнул пальцем, отправляя в противника бесчисленные лезвия.

Воздух дрожал от непрерывных столкновений, каждое из которых сбрасывало с полок книги, прежде чем превратить их в прах.

Уставившись на их обрывки, глаза Цинь Му пылали ненавистью:

— Не смей разрушать их кровь, пот и слёзы!

— Тогда останови меня, — усмехнулся Первый Предок. — Если ты не можешь меня одолеть, то ты всего лишь очередная куча мусора!

Глава 522. Я могу!

Ещё несколько книг были уничтожены, Цинь Му переполнял гнев.

Первый Предок Императоров Людей не воспринимал всерьёз старания прошлых Императоров Людей. Усилия старейшины деревни, Ци Кана и остальных уничтожались, как будто они совсем ничего не значили для него!

Жизненная Ци Цинь Му закружилась и внезапно взорвалась. Ало-красная Ци обратилась морем крови с кучей плавающих трупов богов и дьяволов.

Вторая Форма Рисунков Меча старейшины, Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Мастерство меча Цинь Му отличалось от мастерства старейшины. Вместо четырнадцати базовых форм меча он включил в это движение все восемнадцать, в результате чего сила его мастерства владения меча уже намного превзошла таковую у старейшины. И это с учётом некоторых имеющих место быть недостатков.

Тем не менее, как только Цинь Му исполнил движение, фигура Первого Предка восстала из моря крови. Его мастерство меча разделило море крови, проложив ему путь, в то время как трупы богов и дьяволов танцевали, становясь его руками помощи, бросающимися в бой.

Бах, Бах, Бах!

Пока Цинь Му отлетал назад, порезы на его теле, оставленные в подарок Первым Предком, сильно кровоточили.

В конце концов он сильно ударился о стену Зала Императоров Людей, прежде чем соскользнуть и рухнуть на пол.

Цилинь впал в ярости и, громко взревев, побежал в атаку на Первого Предка.

Пять пальцев мужчины шевельнулись в растопыривающемся движении, а уже в следующий миг взорвались руны, сформировавшие собой примерно трёхметровую печать, которая прикрыла широкую пасть зверя.

Истинный огонь во рту цилиня был мгновенно заблокирован, после чего Первый Предок со взмахом рукава откинул бедолагу в сторону, «размазав» о стену.

Между тем сундук рванулся вперёд с открытой крышкой, собираясь проглотить наглеца, но Первый Предок нанёс по нему несколько, казалось бы, невесомых, ударов ногой и оправил прямо к цилиню, который всё ещё скользил по стене.

В итоге парочка выпала из Зала Императоров Людей и скатилась по ступенькам.

— Какое жалкое зрелище. Твои так называемые Тело Тирана и родословная Императора-Основателя не больше, чем пустые слова. Обычные сказки для маленьких детей, — Первый Предок махнул рукой, заставляя книжную полку взлететь в воздух. Книги начали падать вниз и, со взмахом его рукавов, все труды, усилия прошлых Императоров Людей превратились в бумажных бабочек. Первый Предок, казалось, был ко всему равнодушен. — Эти книги как ты, просто пустое место. Независимо от того, как усердно ты работаешь, всё тщетно. Зачем бороться? Ты борешься за свою смехотворную мечту, но для чего всё это?

Цинь Му встал и, постучав своими десятью пальцами по ранам на своём теле, чтобы запечатать их, немедленно атаковал Первого Предка ещё раз:

— Если тебе что-то не по силам, это не значит, что я тоже не смогу! Печать! Запрет! Укрепление! Река! Гора! — неистово бросаясь на мужчину, он исполнил Заклятие Слов Императора Людей Кун Сяня.

Слово «печать» появилось под ногами Первого Предка, слово «запрет» зафиксировало его на месте, слово «укрепление» появилось перед его лицом, а слово «река» походило на дракона, обвивавшегося вокруг него. Последнее слово, «гора», давило на его голову.

Заклятие Слов могло исполнять одновременно пять слов.

Это была поистине замечательная техника, созданная Кун Сянем.

Тем не менее, когда Первый Предок использовал ладонь, могло показаться, что небо и земля перевернулись, и все пять слов разрушились один за другим.

Цинь Му гневно взревел, его действия были полны жестокости. Его сухожилия были похожи на огромных драконов, обвивающихся вокруг костей, а позвоночник напоминал парящего истинного дракона.

Тело Тирана Истинного Дракона!

Он усовершенствовал технику из истинного драконьего гнезда, объединив её с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, и достиг своим физическим телом невиданных высот.

Оно могло извергать мощь не хуже, чем сильнейшее божественное искусство.

Его правая рука перевернулась как Ян, а левая как Инь, и он встретил удар ладони Первого Предка сердцевиной своих ладоней.

Переворачивающие Небо Руки Инь Ян!

Третий Предок Императоров Людей обучил Цинь Му всего лишь основам этой техники, но, судя по всему, тот сумел самостоятельно постичь истинный секрет использования перекрывающихся ладоней.

Прямо сейчас он совместил силу ладони чистой Инь с силой ладони чистого Ян, от слияния которых произошёл взрыв с экспоненциально возросшей мощью!

Буум!

Цинь Му отшатнулся и отлетел прочь, словно сдутый воздушный шарик.

Его левой рукой был Ян, а правой Инь, но когда он столкнулся с атакой Первого Предка, сила последней уничтожила его Инь и Ян ещё до того, как он раскрыл их полную мощь.

— Третий Предок тоже провалился, ты изначально обречён на провал, если используешь его движения, — Первый Предок Императоров Людей ударил землю ветром от своей ладони, и Цинь Му, который только что приземлился, неуправляемо взлетел от вибраций, а уже в следующий момент на него обрушилась мудра, заставляя вновь распластаться на земле.

Вжух.

Два луча божественного света вылетели из глаз мужчины и ударили юношу. Мощный взгляд, казалось, был готов сломать бедолаге спину, в то время как земля в окрестностях была обожжена докрасна.

Цинь Му вскочил и побежал прочь, чтобы избежать его взгляда. Он двигался по коридору, словно летал, а в его глазах зачинался божественный свет, как вдруг два луча вырвались из его глаз и столкнулись со взглядом Первого Предка.

Буум!

Его божественные глаза потерпели поражение, и он отлетел к стене.

— Ты встречался с ним? — Первый Предок Императоров Людей отвёл взгляд и, подойдя к книжной полке, снял книгу с техникой Третьего Предка. — Теперь ты знаешь, что техника, которую он совершенствовал всю свою жизнь, абсолютно бесполезная вещь, которую надо было смыть в унитазе ещё давным-давно! Эта книга даже задницу вытирать недостойна.

Цинь Му соскользнул со стены и, с вытекающей изо рта кровью посмотрев на рвущего книги Первого Предка, почувствовал, что потерпел поражение…

Это был первый раз, когда он встретил такого сильного противника.

Первый Предок использовал ту же область, что и он, таким образом, они оба сражались лишь с Божественным Сокровищем Семи Звёзд. Единственное отличие заключалось в том, что его Семь Звёзд уже слились с его Шестью Направлениями, следовательно, между ними не было барьера, чего не скажешь об областях Первого Предка.

Беря в учёт только это, жизненная Ци Цинь Му намного превосходила таковую у Первого Предка, но, когда дело дошло до сражений, он уступал ему по всем фронтам.

Первый Предок, казалось, был лишён слабостей. Он не соединял свои божественные сокровища, но его физическое тело намного превосходило таковое у Цинь Му. Его кулаки, ноги, мускулы, кожа, волосы, кости и сухожилия достигли недосягаемых для Цинь Му областей, точно также, как и у того молодого истинного бога!

Его внутренние органы отличались невероятной развитостью, а его сердце, обеспечивавшее тело кровообращением, было аномально сильным, словно огромный колокол, который мгновенно посылал Ци и кровь во все уголки его тела, заставляя магическую силу двигаться ещё быстрее.

Что же до дыхания, оно было крайне продолжительным. Когда он дышал, ветер и облака проносились мимо, позволяя его лёгким содержать в себе ещё больше воздуха, а почки использовали силу физического тела, позволяли ему всегда оставаться в несравненно стабильном состоянии.

Его внутренности и направления напрямую соответствовали его Пяти Элементам и Шести Направлениям, прекрасно сливаясь с его божественными сокровищами, а глаза были как солнце и луна, превосходно сочетаясь с Пятью Элементами и Шестью Направлениями, превращаясь в Семь Звёзд.

Его понимание областей достигло высоты, о которой Цинь Му никогда раньше и помыслить не смел!

Его даньтянь горел, как огромная печь, напоминая таковой у немого. Он было похоже на ярко сияющее солнце, которое служило источником энергии для управления его физическим телом и поддержания на пике своих возможностей во все времена.

Состояние его физического тела было безупречным, как у Син Аня.

Хотя, если говорить на чистоту, последнему было до такого ещё далеко!

Его исконный дух тоже достиг невероятного уровня.

Исконный дух был Духовным Эмбрионом, духом жизненной Ци… И Цинь Му по-настоящему гордился своим, так как тот был сильнее чем у кого бы то ни было среди сверстников, а также у него была гораздо более устойчивая душа.

В отличие от других, он мог позволить своему исконному духу бродить по пустоте уже в области Шести Направлений.

И не стоит забывать об основании Проводника Исконного Духа и использовании Двойного Совершенствования Исконного Духа. В итоге в течение совершенствования в области Шести Направлений его исконный дух продвинулся ещё дальше, становясь попросту бесподобным.

Даже исконный дух Сюй Шэнхуа был на уровень ниже, чем у него.

И всё же… по сравнению с духом Первого Предка Императоров Людей его исконный дух был намного слабее.

Исконный дух и физическое тело Первого Предка были идеально сочетаемы друг с другом. Движение сердца позволяло атаковать физическому телу, движение духа становилось жизненной Ци божественного искусства, а движение воли объединяло эти два вида атак воедино.

Это привело к тому, что атаки Первого Предка были несравнимо быстрыми, и Цинь Му никак не мог противостоять им. Они атаковали его подобно шторму!

Неважно, были ли это его физическое тело или божественное искусство, его атаки были полностью едины, делая из него идеального практика божественных искусств.

Он был подобен форме того юного истинного бога из Маленькой Нефритовой Столицы!

И всё же он дезертировал в последние годы эпохи Императора-Основателя, когда начались самые страшные катастрофы и войны!..

Даже такое сильное и, казалось бы, непобедимое существо побоялось умереть со своими товарищами и сбежало… Тогда насколько же был силён их враг?

— Оставь книги в покое… — переведя дыхание, сказал Цинь Му.

Первый Предок продолжал разрывать книгу на части, превращая усилия Третьего Предка в разрозненные кусочки, и равнодушно сказал:

— Какой смысл оставлять их? Люди, которые написали эти книги, бесполезны, значит и книги бесполезны. Они просто занимают место, так зачем их хранить, если можно разорвать? Логично же? И не заблуждайся, ты ничем не отличаешься от них и в будущем станешь бесполезным человеком, как они, да что уж тут, даже достигнув моего уровня, в чём я очень сильно сомневаюсь, ты всё равно останешься бесполезным, — выражение его лица стало презрительным, когда он подошёл к книжной полке Второго Предка и достал книгу, чтобы разорвать её на части, при этом усмехаясь. — Они считали Высшие Небеса своим соперником. Хе-хе, Высшие Небеса? Высшие Небеса — просто собаки! Они даже не смогли одолеть собак, о чём тут можно говорить? Ты ведь и правда ничем не отличаешься от них, такой же бесполезный человечишка. Ты даже не можешь одолеть меня, что за бред ты несёшь о мечтах и амбициях? Беги домой, мальчик, найди себе девушку и заведите ребёнка…

Сердито взревев, Цинь Му бросился на мужчину.

Духовный Эмбрион в его межбровье слился с душой, чтобы сформировать исконный дух, а после он объединил своё физическое тело и исконный дух в одно целое, ведь именно благодаря такому «ходу» Первый Предок и был настолько могущественным. Он лишь решил позаимствовать интересную, но в то же время эффективную в бою идею.

— Я сказал не трогай книги! — его скорость резко возросла, в то время как сила его ладони стала безграничной и пугающей.

Однако в следующий момент он уже отлетал назад к стене.

— Великая Всеобъемлющая Сила Ладони Небесных Звёзд! — снова ринулся вперёд Цинь Му.

Бум!

Он опять отлетел назад.

Бабах!

Некоторое время из Зала Императоров Людей раздавались звуки тяжёлых ударов, прекратившись только через некоторое время.

Первый Предок Императоров Людей посмотрел на Цинь Му, который полз по земле с большим трудом, и покачал головой:

— Почему ты не сдаёшься? Ты отличаешься от прошлых Императоров Людей. Они были обмануты своими мастерами и не имели другого выбора, кроме как стать Императорами Людей. Если бы они получили моё разрешение не становиться Императорами Людей, они бы с удовольствием воспользовались такой возможностью. Что насчёт тебя? Тебе тоже лгали, не так ли?

Цинь Му неуверенно встал, на быструю руку обработал раны на своём теле и, вытерев кровь с губ, тяжело вздохнул:

— Дедушка старейшина не лгал мне. Он говорил мне, что от становления Императором Людей нет никакой пользы, и что я буду постоянно в опасности, будучи чьей-то мишенью…

— Тогда зачем всё это? — Первый Предок был озадачен. — Почему ты не сдаёшься? Почему ты делаешь то, что не приносит тебе пользы? Ты глупый?

Цинь Му улыбнулся, раскрывая полный рот окрашенных кровью в красное зубов:

— Если никто не займётся этим, тогда у всех пропадёт всякая надежда. Если ты не хочешь этим заниматься, почему бы тебе не позволить мне это сделать?

— Потому что ты глупый! — Первый Предок напал на него, нанося удары, каждый из которых был сильнее предыдущего, и сердито кричал. — Ты тупица, которая не знает, когда нужно сдаться! Ты хочешь расстаться с жизнью?! В будущем будет ещё много врагов, таких же сильных как я, если ты не можешь сразиться против меня, как ты собрался сражаться против них? Моя ошибка не должна быть передана в последующие поколения! Сдавайся, немедленно!

Туум!

Цинь Му принял удар головой и отшатнулся назад. Атаки Первого Предка были подобно шторму, к тому же каждый удар был тяжёлым, как гора, и острым, как лезвие:

— Сдавайся! Сдавайся!

Цинь Му вылетел из Зала Императоров Людей, а когда собирался было заползти обратно, к нему подошёл Первый Предок и, скрестив на нём мудры небес и земли, отбросил ещё дальше.

Когда Цинь Му упал между двумя погребальными курганами, Первый Предок внезапно появился на его груди:

— Сдаёшься?

Цинь Му схватил его за лодыжку и отдёрнул в сторону. Он ещё раз встал и бросился на него, крича:

— Титул Императора Людей — это не то, что ты дал себе, а то, что тебе дали все расы! Тебе не по силам вернуть это назад!

— Император Людей — подделка! Позволь-ка мне разрушить иллюзию в твоём сердце, — протянув руки, мужчина схватил юношу за шею и поднял того в воздух.

Цинь Му в ответ вцепился в руки Первого Предка и, обхватив их, словно огромный питон, перевернул его.

Вжух!

Первый Предок отправил его в воздух одним ударом, после чего рухнул на землю. Затем он поднялся, подошёл к соломенной хижине и, усмехнувшись, сказал:

— Именно эти бесполезные люди создали иллюзию, что Император Людей должен жертвовать собой и бороться за людей, в итоге вынудив такого молодого юнца, как ты, действовать столь опрометчиво. Я хочу уничтожить их трупы, превратить их жаждущие славы скелеты в пыль!

Он вошёл в ближайшую соломенную хижину и разбил в дребезги надгробную плиту Второго Предка. Затем он схватил скелет Второго Предка.

— Как ты смеешь?! — с гневным рёвом Цинь Му засвистела буря.

Первый Предок повернулся и поднял ладонь, чтобы заблокировать удар окровавленного кулака, который дрожа пальцами нёс в себе безграничный гнев.

БАМ!

Бесчисленные молнии ударили по лицу Первого Предка, отбросив его прочь.

Соломенная хижина взорвалась, а уже в следующий миг окровавленный силуэт поймал скелет Второго Предка и поместил его должным образом, прежде чем выразить своё почтение. Затем он вылетел спущенной с тетивы лука стрелой за Первым Предком, который всё ещё находился в воздухе!

— Если тебе это не по силам, позволь мне это сделать! Я могу!

Глухой треск раздался издалека, когда серое облако поднялось в небо.

Глава 523. Прощение

Цинь Му приземлился на землю, подняв вокруг себя облако пыли. Его тело было покрыто кровью, капли которой смешались с грязью. Пока он шагал в сторону Первого Предка, как раз поднявшегося на ноги, его волосы развевались от ярости.

— Ты сбежал с поля битвы, у тебя нет права смотреть на кого-нибудь из них свысока! — проревел Цинь Му, бросаясь на Первого Предка.

Несмотря на тяжёлые травмы его аура была мощнее, чем раньше, а сила атак значительно возросла.

В его груди клокотала злость, ведь когда Первый Предок собрался уничтожить скелет Второго Предка, он почувствовал, будто кровь внутри его тела вот-вот вырвется наружу. Его исконный дух слился с физическим телом, и, будучи поглощённым хлынувший со всех сторон туманом Шести Направлений, возвысился над духовной платформой, держа небо у себя над головой, а ногами надёжно стоя на земле.

Жизненная Ци парня слилась с его исконным духом, который в свою очередь слился с физическим телом, позволяя ей проникнуть в самые крохотные уголки организма.

Внезапно он осознал ключевую хитрость слияния исконного духа с физическим телом Первого Предка.

Циркуляция техники требовала времени, так же, как и божественное искусство, прежде чем взорваться в полную силу. Разница была лишь в количестве этого времени и величине силы.

Если исконный дух находится внутри божественных сокровищ, жизненная Ци будет поступать к нему напрямую, позволяя сэкономить время, требуемое для циркуляции Ци.

Первый Предок владел невероятной скоростью не только из-за того, что каждая часть его тела достигла области бога, но и за счёт слияния исконного духа с физическим телом.

В этот момент пять звёзд его Божественного Сокровища Пяти Звёзд соответствовали его пяти внутренним органам. Сердце, печень, селезёнка, лёгкие и почки, олицетворяющие огонь, дерево, землю, металл и воду, соединились с пятью звёздами. Пять Владык Звезды проникли внутрь органов, и теперь в каждом из них находился настоящий бог!

В сердце вошёл быкоголовый Владыка Марса, в печень — Владыка Юпитера с телом птицы и человеческой головой. Владыка Сатурна с телом змеи и головой человека ползал в селезёнке, а тигроголовый Владыка Венеры восседал в лёгких. Владыке Меркурия, в свою очередь, достались почки.

Пять элементов и физическое тело дополняли друг друга, постепенно увеличивая силы Цинь Му, что в итоге позволило ему одним ударом отправить в полёт Первого Предка, собравшегося уничтожить скелет Второго Предка!

— Да, они проиграли, они потерпели сокрушительное поражение!

Пара ладоней столкнулась, высвобождая ужасающую силу.

Белый туман в округе зазвенел от рассёкшего его потока воздуха.

Сила ладоней напоминала несравнимо острый нож, который разрезал туман в радиусе трёхсот метров напополам.

— Они сделали хоть что-то, в то время как ты не сделал совершенно ничего. Откуда у тебя право их критиковать? — злобно проговорив, Цинь Му яростно взревел, заставляя всю свою жизненную Ци вспыхнуть, как вдруг его сухожилия, неистово извиваясь под кожей, безжалостно оттолкнули Первого Предка.

Бам! Бам! Бам!..

Земля под их ногами непрерывно взрывалась пока туман в радиусе трёхсот метров окончательно не исчез. Цинь Му использовал сжатую силу ладони, перемещая его всего за спину Первого Предка.

— Что ты ещё сделал, кроме основания Зала Императоров Людей? — спросил Цинь Му, в то время как позади него начались извергаться вулканы, поднимая языки пламени до небес. Это был навык кулака Императора Людей Ци Кана, который собирал сердечный огонь, прежде чем разразиться в ужасном взрыве.

Выражение лица Первого Предка слегка изменилось. Внезапно сила, скрытая в ладони Цинь Му, увеличилась по экспоненте, в очередной раз отправляя его в длительный полёт.

— Ты ничего не сделал!

Первый Предок был в воздухе, когда увидел, как Цинь Му поднял одну ногу над землёй и закрутился вокруг своей оси, превращая свою жизненную Ци в бесчисленные виды духовного оружия, бомбардирующие его!

Это было заклятие создания духовного оружия Императора Людей Лань По!

Рукава Первого Предка взмыли в воздух, разрушая оружие Цинь Му. Но не успев приземлиться на землю, он обнаружил, как тот направляет свой палец в его сторону. В следующий миг на него обрушились бесчисленные горы, в итоге утопившие его в себе.

— Стены, Объединяющие Голубые Горы!

— Если они слабее тебя, то обучи их! Ты можешь это сделать!

Первый Предок разрушил божественное искусство грубой силой, но так и не смог приземлиться на землю из-за гигантского колокола, мчащегося ему навстречу. Цинь Му подлетел поближе, непрерывно атакуя стенки колокола ударами кулака и ног.

Гигантский колокол яростно звенел, его сила становилась всё больше и свирепей. Время от времени он наклонялся, поворачиваясь то вниз, то вверх, но при этом постоянно направляя своё устье в сторону Первого Предка.

Поднимающий Небо Колокол Пяти Громов Пятого Предка!

Первый Предок непрерывно отступал, в то время как Цинь Му сердито кричал сквозь звон колокола:

— От чего умер Второй Предок? От старости!

Буум!

Первый Предок начал спотыкаться.

— От чего умер Третий Предок? От старости!

— От чего умер Второй Предок? От старости!

— Разве талант и понимание кого-либо из Императоров Людей уступал твоему? Если ты проиграл, то должен был передать свою технику становления богом и позволить им закончить! Почему ты допустил то, что они умирали от старости?

Цинь Му исполнил божественные искусства всех тридцати четырёх Императоров Людей, которые изучил в Фэнду. Старики тогда решили всего лишь проверить его на талант и понимание, поэтому не стали передавать ему полных версий своих техник, рассчитывая на то, что он получит их в Зале Императоров Людей.

Они обучили его только основам, не ожидая от него высоких достижений. Тем не менее, в его руках божественные искусства вспыхивали поразительной мощью, вынуждая Первого Предка непрерывно отступать.

— У тебя определённо есть техника становления богом, и ты должен был её передать! Почему ты этого не сделал? Что они от тебя получили? Сломанную печать? Кроме кучи обязанностей и бремени, ты ничего им не оставил! — продолжал отчитывать юноша. — Они не владели твоими техниками и божественными искусствами, но несмотря на это всё равно помогали тебе нести ношу, с которой ты не справился самостоятельно. Они сражались и убивали врагов, которых ты боялся! А теперь ты уничтожаешь их тяжёлую работу, и даже осмеливаешься поднять руку на их трупы! Им ведь было стыдно видеться с тобой после смерти, стыдно за то, что они не добились успеха! — не успокаивался он. — И всё же, ты собрался уничтожить всё, что они оставили после себя! Откуда у тебя наглость называть их бесполезными и слабыми?

Цинь Му исполнил своё последнее движение, но внезапно Первый Предок протянул руку, хватая его за кулак, прежде чем безжалостно швырнуть им о землю.

Цинь Му вскочил на ноги, в то время как Первый Предок контратаковал, используя навыки кулака, движения тела, техники меча и построений, каждые из которых оказывались несравнимо мощными. Он с лёгкостью останавливал его удары, вынуждая принять оборонительную позицию…

Мужчина всё-таки владел необычайной силой. Казалось, будто его недавнее отступление было всего лишь уловкой, используемой для того, чтобы ослабить юношу. Теперь он намеревался окончательно уничтожить его, раздавив уверенность и тело одним махом!

Первый Предок владел невероятно обильным боевым опытом, его физическое тело достигло почти идеального состояния и не стоит забывать об его несравненно высоком контроле над жизненной Ци. К тому же Цинь Му дал волю своим чувствам и позволил им выливаться вместе с божественными искусствами, в то время как его чувства, напротив, находились под полным его контролем. В пустую не было потрачено ни капли силы.

Бах! Бах! Бах!..

Цинь Му пропускал бесчисленные удары кулака и ног, а также божественных искусств. В сравнении с физическим телом молодого истинного бога Первого Предка, он был ещё слишком хрупким.

Он больше не мог поддерживать своё Тело Тирана Истинного Дракона, и когда палец Первого Предка коснулся его межбровья, техника была разрушена, в то время как он подлетел высоко в воздух, прежде чем полететь к земле будто порванный мешок с зерном и с грохотом приземлиться перед полуразрушенной соломенной хижиной Второго Предка.

Цинь Му изо всех сил пытался встать на ноги, но несмотря на все свои усилия продолжал неподвижно лежать на земле.

Первый Предок двинулся к нему с холодным выражением лица. Подойдя поближе, он безразлично проговорил:

— Ты так много говорил, но был ли с твоих слов какой-то толк? Если тебе это под силу, одолей меня. В противном случае тебе нельзя носить титул Императора Людей. Как только он станет твоим, враги, с которыми ты столкнёшься, станут намного сильнее и безжалостнее, чем я.

С широко открытыми глазами Цинь Му смотрел как мужчина заходит в хижину Второго Предка, поднимая его скелет над землёй.

— Нет… — Цинь Му с трудом полз вперёд, хватая Первого Предка за лодыжку. — Я прошу тебя!

Хрясь!..

Разрушенный скелет Второго Предка упал на землю.

Первый Предок поднял ногу, дважды топнув по земле, и резко проговорил:

— Если ты не можешь одолеть меня, то никогда не сможешь одолеть их. Это твоя первая встреча со мной, у тебя есть ещё тридцать четыре шанса, — картина перед глазами Цинь Му стала размытой, его щёки были холодны, как лёд. Первый Предок поднял его над землёй, прежде чем положить на крышку сундука и холодным тоном проговорить. — С каждым твоим поражением мне, я буду уничтожат по скелету Императора Людей. Если ты продолжишь в таком же духе, останки этих неудачников исчезнут. Иди!

Цилинь попытался открыть пасть и гневно прореветь, но тот до сих пор был запечатан. Он не смог издать даже малейшего звука.

Первый Предок бросил на него свой взгляд, и жирдяй мгновенно опустил морду. Схватив сундук и Цинь Му, он отправился туда, откуда они пришли.

— Я убью тебя! — с крышки сундука раздался голос Цинь Му. — Я обязательно тебя убью!

Мужчина вздрогнул, но не обернулся. В следующий миг Цинь Му вместе с сундуком и цилинем покинули древние руины Райских Небес.

— Прости…

Плюх!

Первый Предок упал на колени перед соломенной хижиной Второго Предка, поднимая вокруг себя облако пыли:

— Прости, прости, я не хотел уничтожать твои останки…

— Я уже тебя простил, — над грудой костей поднялся улыбающийся призрак, сильно напоминающий силуэт Второго Предка. — Я уже давно тебя простил. Я знаю о чём ты думаешь. Ты хочешь заставить его развиваться быстрее, так как он — Тело Тирана, верно? Он окажется в силах нести ношу, с которой мы не справились, не так ли? Я простил тебя, возвращайся в Фэнду. Они тоже тебя простили…

Скелеты в полуразрушенной хижине подняли головы, молча смотря на стоящего на коленях Первого Предка.

— Мы все тебя простили…

Все они пристально смотрели на своего предка. Первый Император Людей не передал им технику для становления богом, но передал дух, который нельзя было описать словами, бессметный дух, неспособный сдаться.

— Я не могу простить себя, — Первый Предок упал на колени, в то время как его тело медленно превратилось в каменную статую, а исконный дух улетел вдаль.

****

Сундук грохотал, неся Цинь Му по бесчисленным горным вершинам. Находящийся впереди цилинь с тревогой осматривался по сторонам на случай, если какой-то странный зверь решит их атаковать.

Два дня спустя они прибыли в город Пограничный Дракон, где Сы Юньсян и Ху Лин’эр быстро занялись ухаживанием за избитым Цинь Му. Спустя несколько дней тот выздоровел и снова стал на ноги.

— Я убью его, — с пустым взглядом Цинь Му сидел на голове драконьей колонны города. — Я обязательно его убью. Я никогда ему не прощу, — сказал он сидящей сбоку Лин Юйсю.

Последние несколько дней девушка наблюдала за его удручённым состоянием. Она не знала как утешить его, поэтому решила привести в то место, где они когда-то вместе играли, надеясь развеять тёмные тучи, скопившиеся у него на сердце.

— Отец зовёт меня обратно. Он говорил, что собирается отправить меня в Западные Земли, — мгновение поколебавшись, проговорила Лин Юйсю. — Несмотря на то, что Западные Земли подчинились нам, у Имперского Двора там ещё нет никакой власти. Ты не хочешь отправиться туда со мной? Мне страшно за тебя… Расскажи мне что тебя мучает, может быть, я что-то придумаю!

Цинь Му взглянул на неё с ошеломлённым выражением. В его глазах не было ни капли жизни. Надоедливые волоски на бороде, которые он любил выщипывать, за последние несколько дней превратились в щетину.

— Как победить истинного бога? — с безнадёжным тоном спросил он.

Лин Юйсю была ошеломлена.

Цинь Му лёг на землю:

— Отправляйся в Западные Земли. Император решил отправить тебя туда, а наследного принца Юйшу на недавно захваченный север. Если ты будешь править лучше, чем твой брат, то обретёшь титул наследной принцессы. Если хочешь, то я могу тебе помочь. В Западных Землях у меня есть связи. Но отправиться с тобой я не могу, мне нужно кое-над чем подумать.

Девушка легла рядом с парнем и, сложив руки за головой, уставилась в небо:

— Несколько лет назад, когда мы лежали здесь вместе, всё было таким беззаботным. Ты нравился мне, я нравилась тебе, так почему, когда мы повзрослели, всё внезапно стало таким сложным? Как же я скучаю по тем временам…

— Наверное всё потому, что мы выросли, — тихо ответил Цинь Му, закрыв глаза.

Повернувшись на бок, Лин Юйсю взглянула на него, вырвала длинный волосок с его бороды и спросила:

— Ты ещё тот, что был раньше?

Цинь Му был ошеломлён:

— Син Ань говорил, что за семь лет тело человека полностью меняется. С тех времён прошло около трёх-четырёх лет, так что от старого меня осталась лишь половина.

Лин Юйсю вздрогнула, безжалостно вырывая из бороды юноши ещё несколько волосков, прежде чем злостно проговорить:

— Ты снова меня пугаешь! Ты никогда не станешь Син Анем! — наклонив голову, она немного подумала. — Если ты не хочешь, чтобы я шла в Западные Земли, я могу остаться.

— Ты хочешь идти? — спросил Цинь Му.

— Хочу! — принцесса встала, смотря на горы и реки Великих Руин внизу и радостно говоря. — Я хочу стать Императрицей и превзойти своего отца! Я хочу, чтобы он знал, что я лучше и сильнее всех его сыновьей!

В безжизненных глазах Цинь Му вспыхнула искра света. Он почувствовал, как его накрывает волна вдохновения, вызванная целеустремлённостью Лин Юйсю, и его тело вновь наполняется силой.

Он будто вернулся к жизни.

Глава 524. В Поисках Пути в Маленькой Нефритовой Столице

Лин Юйсю отправила Цинь Му в Небесную Святую Академию, а сама через два дня вернулась в столицу, где ей нужно было дождаться соглашения Императора.

Когда Император изъявил желание открыть новые четыре крупные академии и сделать их высшими учебными заведениями, уступающими только Имперскому Колледжу, Мастера Чертогов, старейшины и Небесные Короли Небесного Святого Культа упорно сражались при Имперском Дворе. В итоге их труд принёс свои плоды, и Небесная Святая Академия получила официальное разрешение на учреждение, расположившись в поместье бабушки Сы, где, начиная с момента окончания битвы с Син Анем, до сих пор проживали слепой, немой, целитель и сама Сы.

При Имперском Дворе было много членов Небесного Святого Культа, среди которых самыми высокопоставленными считались Имперский Наставник и Герцог Вэй, а самыми обычными были вездесущие солдаты и управляющие, поэтому Цинь Му не нужно было сражаться за академию, ведь за него это делали другие.

Бабушка Сы, немой и слепой стали руководителями Небесной Святой Академии и время от времени проводили лекции. Остальными членами дирекции, правда более низкого звена, являлись в основном Мастерами Чертогов Небесного Святого Культа.

Цинь Му оказался в академии во время, когда должна была проходить лекция, поэтому никого не обнаружил снаружи, лишь кучу резвящихся в озере Драконов Наводнения, которые, завидев его, воспылали неподдельными удивлением и резко выбрались на берег.

Цинь Му сразу понял, что это ничем хорошим не обернётся и, развернувшись, побежал: «Разве эти прожорливые ящерицы не должны быть на горе Святого Пришествия? Святейшая Юньсян должна была забрать их туда, так почему они в Небесной Святой Академии?»

— Маха! Маха! Маха! — Драконы Наводнения стремительным вихрем пронеслись мимо цилиня и сундука, и вскоре Цинь Му был пленён ими, не будучи в состоянии пошевелиться своим собственным измученным телом. Добрый десяток чешуйчатых тёрлись о него, оставляя на его шее кровавые раны от своих рогов.

— Маха… — маленькие Драконы Наводнения прижались к нему с прищуренными глазами, из-за чего могло даже показаться, что они только-только проснулись.

Между тем тело Цинь Му стало влажным, как будто его только что выловили из воды.

Цилинь облегчённо вздохнул, но тут же осознал, что совершил наиглупейшую ошибку, ведь толпа Драконов Наводнения одновременно развернулась и взглянула на него. Понимая, что его тоже не ожидает ничего хорошего, он незамедлительно ретировался.

— Маха! Маха! Маха! — Драконы Наводнения пробежали мимо сундука, и чуть погодя Цинь Му заметил, что цилинь уже валялся на земле, не в силах пошевелить даже хвостом. Его шея, туловище и четыре конечности были стянуты драконьими телами.

— Маха! Маха! — Драконы Наводнения тёрлись о зверя до тех пор, пока тот не покрылся кровью.

— Маха? — вся банда дракономордых подняла взгляды, с любопытством уставившись на сундук, который тут же сделал очень осторожный шаг назад, чтобы медленно уйти в след за Цинь Му, но в этот момент осознал, что его ждут явные неприятности, и немедленно рванул куда-то в сторону.

Драконы Наводнения слезли с цилиня и бросились к сундуку, вопя от восторга:

— Маха! Маха! Маха!

Толстяк облегчённо вздохнул и плюхнулся на землю.

В то время как сундук, спустя не так уж много времени, прибежал обратно, но на нём нельзя было разглядеть даже одного дракона, что очень удивило Цинь Му и цилиня.

— Маха… — сундук откинул крышку, раскрывая взору более десятка драконьих голов, которые тут же в унисон восторженно заревели.

Со стороны подобное зрелище можно было сравнить с сундуком, полным выглядывающих лепестков нарциссов всевозможных цветов.

Сундук, казалось, был доволен и следовал за ними, как будто не ощущал тяжести Драконов Наводнения.

— Му’эр вернулся? — когда в конце урока прозвенел колокол, бабушка Сы вышла из большого зала и увидела Цинь Му. Она поспешно подошла, чтобы с улыбкой поприветствовать его. — Давно тебя не видела. Ты и правда Великий Ректор… другие работают, а ты бездельничаешь. Ты бросил всех этих учеников и ускользнул, сбрасывая бремя заботы о них на нас…

— Бабуля! — крепко обнял её парень, в то время как по его щекам заструились слёзы.

Бабушка Сы удивилась и нежно улыбнулась ему:

— У тебя были плохие дни, мальчик мой? Как так получилось, что Великий Ректор проливает такие горькие слёзы? Давай, успокаивайся, Великому Ректору Небесной Святой Академии не подобает себя так вести. Нельзя, чтобы ученики увидели тебя таким. Расскажи бабуле, что случилось, и я постараюсь тебе помочь.

Цинь Му почувствовал, что ему стало легче и отпустил её. Он покачал головой и сказал:

— Почему эти драконы здесь? Разве их не отправили на гору Святого Пришествия?

— Милочка Юньсян хотела отправить их на гору Святого Пришествия, но ей не понравился тот факт, что они питаются духовными пилюлями, причём каждый из них нуждался в отдельном виде пилюль, а пилюли в свою очередь были слишком дорогими, поэтому она отправила их обратно, — объяснила бабушка Сы. — Лапочка Сян очень скупа, и пристально следит за кошельком Небесного Святого Культа. С другой стороны, хорошо, что они в академии. Ученики частенько пытаются приготовить пилюли по учениям целителя, в итоге скармливая свои труды именно им. И драконы сыты, и ученики практикуются. Честно говоря, эти малыши довольно известны в академии. Когда ученики хотят рисовать драконов, совершенствовать духовное оружие в форме дракона или божественное искусство на основе дракона, они нуждаются в них. Но что с тобой случилось? Кто тебя обижал? Одноногий! Целитель! Слепой! Все сюда, над Му’эр кто-то издевался!

Бабах.

Раздался громкий гул, и рядом с Цинь Му неожиданно появился одноногий.

— Кому это жить надоело? — недоумением спросил он. — Кто издевался над тобой?

— Первый Предок Императоров Людей, истинный бог. Дедушка… — заговорил было Цинь Му, но к этому моменту одноногий успел вздрогнуть и повернуться в попытке уйти.

Слепой схватил его и с улыбкой спросил:

— Старикан, неужто ты напуган?

— Конечно, кто не испугается?! — нагло выпалил одноногий. — Даже болван Син Ань не истинный бог, но всех нас перебил. Первый Предок Императоров Людей истинный бог, если мы нападём на него, нам конец!

Подходя к группе людей, целитель задумчиво спросил:

— Первый Предок Императоров Людей? Истинный бог? Может его отравить?

Цинь Му покачал головой:

— Я хочу одолеть его честно и справедливо, сражаясь с ним в одной и той же области. И я хочу лично избавиться от него.

— Тогда я тебе не помощник, — пожав плечами, сказал целитель.

Одноногий вздохнул:

— Я тоже ничем не могу помочь. Где немой?

— Он убежал несколько дней назад, — подходя ко всем, мясник держал рубаху на своём плече, говоря громким голосом. — Этот старикан всегда ускользает время от времени, и бог знает где пропадает. Му’эр, как тебе способности истинного бога?

— Он сильнее меня во всех областях. Он бежит быстрее меня, его сила выше, чем у меня, его дух и тело едины, его божественные глаза превосходят мои, сила его кулаков поражает, а его пути, навыки и божественные искусства слились воедино с его физическим телом, — лицо Цинь Му померкло. — Он уже вступил на путь в каждой области, единственное в чём я сильнее — это магическая сила.

Слепой нахмурился и спросил:

— Он сильнее моих божественных глаз?

Цинь Му слегка кивнул.

Мясник, который не боялся ни небес, ни земли, тоже нахмурился, чуть погодя спросив:

— Мои навыки ножа…

— Были легко сломлены им.

Глухой подошёл:

— А как насчёт пути живописи?

— Нет возможности выполнить.

— Как насчёт божественного искусства Небесного Святого Культа? — спросила бабушка Сы.

Цинь Му покачал головой, и все нахмурились.

— Ты пробовал бегать? — с некоторой нервозностью, спросил одноногий.

— Он догнал меня.

— Яд… Нет, забудь об этом, — сказал целитель и махнул руками. — Я уверен в отравлении бога, но, чтобы отравить истинного бога… не думаю, что смог бы такое провернуть.

Цинь Му улыбнулся им:

— Вам не нужно беспокоиться о моём деле. Я спокойно обдумывал это последние пару дней, и кое-что понял. Несмотря на то, что он выглядит непобедимым, он дезертировал с поля битвы, а это означает, что есть люди, которые сильнее его. Он не непобедим, поэтому я смогу могу найти способ превзойти его.

Бабушка Сы улыбнулась и сказала:

— Ты редко бываешь с нами, останься в Небесной Святой Академии на какое-то время. Позволь нам помочь тебе в решении этой проблемы.

Цинь Му кивнул и пошёл в поместье, чтобы скинуть свои вещи.

Бабушка Сы, мясник, слепой и остальные, смотрели на его спину.

— Это первый раз, — заговорил хмурый мясник, — когда Цинь Му потерял уверенность в себе. Он всегда был самоуверен, но сейчас… — он покачал головой.

Слепой прищурился:

— Истинные боги действительно так ужасны и превосходят мои божественные глаза? Я не могу в это поверить!

— Пока он здесь, нам нужно натренировать его! — вдруг сказал глухой. — Учиться без мышления — это слепота, мыслить без учения — это безделье. В настоящее время он находится на стадии обучения и мышления. Его борьба с Первым Предком Императоров Людей — это не просто битва совершенствования, но и битва сердца Дао. Если он сможет осилить это, то сделает огромный шаг в совершенствовании своего сердца Дао. Если же у него ничего не выйдет, я боюсь, что Тело Тира станет абсолютно бесполезным. Давайте натренируем его как следует!

Все кивнули.

После того, как Цинь Му успокоился, он как будто вернулся в деревню Цань Лао. Мясник, слепой, глухой, одноногий и бабушка Сы время от времени вызывали его и подучивали разным движениям, от боёв в академии переворачивались небеса и земля.

Большинство учеников в академии были из Небесного Святого Культа, в то время как оставшаяся часть прибыла из разных академий со всего мира в поисках знаний. Следующие несколько дней были для них настоящим открытием, поскольку они стали свидетелями легендарных способностей всей дирекции.

Спустя несколько дней бабушка Сы и остальные недовольно хмурились. Цинь Му до сих пор боялся и нервничал, не решаясь атаковать, в результате чего он всегда получал тумаков от них. Хуже всего было то, что те несколько раз, когда он атаковал и показывал свои несравненно красивые движения, он выполнял их наполовину и останавливался.

Мясник даже потерял над собой контроль и избил его, строго ругая:

— Почему ты не заканчиваешь своё движение?

Цинь Му не ударил в ответ и просто покачал головой:

— Это всё неправильно…

— Ты в любом случае должен заканчивать своё движение, даже если это неправильно!

Бабушка Сы поспешно оттащила мясника и сердито сказала:

— Ты видишь в каком он состоянии? Перестань избивать его! Ты дураком его хочешь сделать?

Глухой кивнул и сказал:

— В его мозгу накопилось слишком много вещей, ему нужно всё обдумать. Он зашёл в тупик и не может найти выход, избиением ты ничего не добьёшься. Как только он найдёт выход, он станет великим мастером.

Мясник уставился на них:

— А что, если он не найдёт выход?

Все вновь замолчали.

— Му’эр, в академии ты ничему не научишься, тебе лучше побродить со своими мыслями в одиночку, — предложила бабушка Сы.

Цинь Му кивнул и упаковал свой вещи, покинув академию с запутанной головой.

Некоторое время одноногий следовал за ним, и когда увидел, что ему ничто не угрожает, он успокоился и вернулся в академию.

В какой-то день Цинь Му добрался до реки Вздымающейся и, сев на её берегу, почти мгновенно услышал позади себя голос:

— Паршивец Цинь!

Цинь Му обернулся и увидел позади себя роскошно одетого юношу, на лице которого застыла маска ужаса, в то время как он сам был готов убежать в любой момент.

— О, это же Гроссмейстер, — Цинь Му повернулся и продолжил смотреть на реку.

Паньгун Цо подпирал себя, так как одна из его ног была оленьей. Он планировал сбежать в тот момент, когда Цинь Му нападёт на него, но увидев, что тот продолжает сидеть на берегу без какого-либо намерения атаковать, он собрался с духом и решил подойти:

— У Владыки Культа Циня, кажется, возникли проблемы? Мы с тобой старые друзья, расскажи мне, что тебя гложет? Может я смогу помочь тебе решить эту проблему?

Цинь Му смертельно скучал и бросил камень в реку:

— Я думаю о том, как мне одолеть истинного бога в одной области. Гроссмейстер, ты можешь научить меня?

Глаза Паньгун Цо загорелись, и он, подойдя ещё на несколько шагов ближе, с улыбкой сказал:

— Понятно. Ты, должно быть, сейчас очень обеспокоен, верно? Ты чувствуешь себя бесполезным? Эта жизнь неинтересна? В таком случае, какой смысл жить? Позволь мне помочь тебе, хе-хе…

Вшух!..

Река взбаламутилась, и из-под её вод показалась огромная, горноподобная голова Владыки Выращивания Драконов, чьи усы повисли в воздухе рядом с Паньгун Цо.

Тело мерзавца практически одеревенело, а лицо пожелтело. Он немедленно повернулся, чтобы уйти:

— Извини за беспокойство, прощайте! — сказав это, он удрал, что есть сил, только пятки сверкали.

Владыка Выращивания Драконов смотрел, как он убегает, и качал головой:

— Этот мальчишка даже более скользкий, чем рыбёшка. Ваше Величество, я не могу решить Ваши проблемы. Несмотря на то, что я бог, у меня нет сил избавиться от истинного бога.

Цинь Му вздохнул, во то время как на горе позади него бог Бай Си раздражённо взмахнулся хвостом:

— Я тоже ничем не могу помочь! Ваше Величество, могу ли я сменить гору? Эта слишком мала, а мой храм очень высокий! Я даже копыто нормально не могу поставить!

Цинь Му встал и поехал верхом на цилине прочь отсюда.

— Император Людей Цинь, ты прибыл в Маленькую Нефритовую Столицу, чтобы совершить Прорыв в Пяти Ци и Шести Направлениях? — поприветствовал его с улыбкой Отшельник Цин Ю. — Прошло много времени с тех пор, как в Маленькую Нефритовую Столицу кто-то заходил. Залы Пяти Ци и Шести Направлений ждали прибытия Императора Людей. Ах да, есть кое-что, о чём я хотел бы рассказать. Несколько месяцев назад каменная статуя Первого Предка Императоров Людей, похоже, вернулась к жизни. Он покинул Маленькую Нефритовую Столицу, но я понятия не имею, куда он ушёл.

Цинь Му прищурился и сказал:

— Я встречался с ним.

На лице Отшельника Цин Ю появилось удивление:

— Ты встречался с ним? В таком случае, знаешь ли ты, что каменная статуя Святого Дровосека также вернулась к жизни и покинула Маленькую Нефритовую Столицу?

Глава 525. Другой Мир Во Тьме

— Каменная статуя Святого Дровосека вернулась к жизни? — сердце Цинь Му резко дрогнуло, он тут же спросил. — Где он?

— Он тоже ушёл. Окажись ты здесь несколько дней назад, то смог бы с ним повстречаться. Но затем он схватил свой топор и куда-то отправился. Проснувшись, я вскочил от удивления, недоумевая над тем, почему два таких существа проснулись одно за другим, — ответил отшельник Цин Ю. — Куда именно он направляется, мне неизвестно.

Цинь Му собрался с мыслями. Почти одновременное пробуждение Первого Предка Зала Императоров Людей и Святого Дровосека Небесного Святого Культа было крайне странным. Почему это произошло?

Куда мог отправиться Святой Дровосек?

Он не был основателем Небесного Святого Культа, эта честь досталась Основателю. Святой Дровосек хотел лишь передать своё наследие, поэтому он, скорее всего, не собирался встречаться с Культом.

Но куда ещё он мог направляться?

Ван Мужань и остальные не были в Маленькой Нефритовой Столице с тех пор, как отправились в город Пограничный Дракон, поэтому сейчас на горе осталось лишь несколько бессмертных. Понаблюдав за Цинь Му, Отшельник Цин Ю спросил:

— Состояние Императора Людей Цинь какое-то странное. Ты и вправду хочешь войти в зал Пяти Ци? Кажется, ты слегка измотан.

Качая головой, Цинь Му ответил:

— Могу ли я попросить Отшельника Цин Ю открыть Залы Пяти Ци, Шести Направлений и Семи Звёзд? Я хочу там осмотреться.

Отшельник Цин Ю на мгновение заколебался. Текущее состояние юноши его волновало:

— Если Император Людей настаивает на том, чтобы войти в Залы, то Маленькая Нефритовая Столица сделает всё возможное, чтобы удовлетворить этот запрос. Тем не менее, твоё состояние сейчас не самое лучшее, и пытаться пробиться силой не самая лучшая идея. В конце концов, тебе предоставлен лишь один шанс.

— Прохождение Прорыва Пяти Ци, Шести Направлений и Семи Звёзд определённо значительно улучшит твой фундамент, поэтому лучше не терять времени и приступить, как только ты будешь в своей лучшей форме.

Цинь Му улыбнулся:

— Я просто хочу взглянуть на них, а не бросать вызов.

У отшельника Цин Ю не осталось выбора:

— Иди за мной, пожалуйста, — приведя Цинь Му в Зал Трёх Эонов, он проговорил. — Ты уже совершил прорыв Трёх Эонов, поэтому войдя в здание, ты автоматически окажешься в Зале Пяти Ци. Если ты пройдёшь дальше, то окажешься в Зале Шести Направлений, после которого найдёшь Зал Семи Звёзд. Ты сейчас не в лучшей форме, поэтому чтобы спасти тебя от ошибок, я лично приму участие в этой затее.

Поблагодарив, Цинь Му вошёл в Зал Трёх Эонов. До того, как он успел собраться с мыслями, картина перед его глазами резко изменилась, и в небо поднялись пять огромных звёзд, сияя золотым, зелёным, синим, красным и жёлтым цветами. На каждой из них возвышался дворец.

Сосредоточившись, юноша также смог разглядеть в небе солнце и луну. Впрочем, они находились невероятно далеко, будто между ними и парнем находился целый мир.

Пять звёзд в небе были невообразимо большими, но находились в разных частях зала, некоторые были довольно близко к юноше, а другие — далеко. В пяти священных залах, боги, соответствующие каждой из них, поднялись.

Вдруг издалека раздался голос Отшельника Цин Ю:

— Старшая сестра Ин Хэ, позволь мне заменить тебя на этом этапе.

Рыжеволосая богиня с телом змеи поднялась и, превратившись в поток света, улетела из зала.

Другой луч яркого света подлетел в воздух, приземляясь в священном зале. Отшельник Цин Ю превратился в рыжеволосого бога с телом змеи и проговорил:

— Император Людей Цинь, Зал Пяти Ци разделён на прорывы металла, огня, дерева, воды и земли. Какой элемент ты выбираешь?

Цинь Му покачал головой:

— Я пришёл сюда просто для того, чтобы взглянуть на божественные сокровища Истинного Бога. Отшельник Цин Ю не мог бы мне в этом помочь?

Отшельник и четыре других мастера нахмурились. Один из них проговорил:

— Основатель нашей Маленькой Нефритовой Столицы оставил Зал Трёх Эонов для обучений новых поколений и заполнения их недостатков. Это не место для осмотра его божественных сокровищ.

Другая старуха нахмурилась:

— Люди, приходившие сюда, чтобы бросить нам вызов, ещё никогда не делали таких странных просьб. Старший брат Цин Ю…

— Император Людей Цинь здесь не посторонний, — Отшельник Цин Ю немого поразмыслил, прежде чем проговорить. — Он поделился с миром техникой становления богом, и мы тоже получили его милость. Маленькая Нефритовая Столица должна выполнить его просьбу. Кроме того, предка, который основал это испытание, тоже звали Цинь.

Четверо других бессмертных не сказали больше ни слова.

— Император Людей Цинь, у тебя только один шанс бросить нам вызов, и если ты победишь, то обретёшь божественную жизненную силу пяти Ци. Это сможет дополнить дефицит совершенствования твоего божественного сокровища Пяти Элементов. Ты уверен, что просто хочешь посмотреть на божественные сокровища бога?

Цинь Му поклонился:

— Дай человеку рыбу, и он будет сыт один день, но научи его рыбачить, и он будет сыт всю жизнь. Я готов отказаться от божественной жизненной силы пяти Ци.

Отшельник Цин Ю расплылся в улыбке:

— Хорошо. Я думал, что ум Императора Людей Цинь находился в нестабильном состоянии и беспокоился, что ты загубил свою мудрость и провалишь испытание, но теперь я восхищаюсь твоей решимостью. В таком случае, поднимайся!

Луч зелёного света упал на землю и оторвав Цинь Му от земли, помог ему забраться на звезду элемента воды. Рыжий бог с телом змеи, в которого превратился Отшельник Цин Ю, провёл его в свой священный зал:

— Император Людей Цинь, можешь осмотреться. То, сколько ты сумеешь понять, зависит от твоих способностей.

Поблагодарив, Цинь Му начал пристально изучать зал, невероятно тщательно осматривая рунные символы на его стенах.

На каждой из звёзд божественного сокровища Пяти Элементов возвышался священный зал, сформировавшийся естественным путём.

Любой практик божественных искусств, достигший этой области, создавал пять звёзд внутри своего божественного сокровища Пяти Элементов. Каждая из них соответствовала пятью элементам.

Звёзды формировались естественным образом, так же, как и дворцы на них. Тем не менее, в зависимости от используемых техник, стены дворцов покрывались различными рунами, которые в результате сливались с жизненной Ци и превращались в богов во дворцах.

Внутри Божественного Сокровища Пяти Элементов атрибуты жизненной Ци любого практика менялись, когда кто-то из этих богов выдыхал свою жизненную Ци. Именно отсюда и берёт свои корни понятие «пять Ци».

Божественное Сокровище Пяти Элементов Цинь Му уже было развито до предела, юноше было крайне трудно сделать даже малейший шаг в развитии. Тем не менее, его бой с Первым Предком показал, что этот предел можно было значительно превзойти.

Он тщательно осматривал руны вокруг, в то время как Отшельник Цин Ю спокойно ожидал, стоя в стороне.

Трудно было сказать, сколько прошло времени, прежде чем юноша закрыл глаза, выучив достаточно.

Открыв их спустя некоторое время, он проговорил:

— Отшельник Цин Ю, у меня странная просьба.

Догадавшись, что от него требуют, Отшельник Цин Ю превратился в луч зелёного света и вылетел из зала. После того, как Цинь Му остался наедине в священном зале, руны на стенах здания загорелись. Против его воли, тело парня превратилось в рыжеволосого бога с телом змеи.

Спустя длительное время, Цинь Му рассеял свой божественный облик и вышел из зала. Он отправился в следующий зал на звезде, чтобы осмотреть здешние руны.

Через двенадцать дней он, наконец, закончил осматривать пять звёзд и приступил к Божественному Сокровищу Шести Направлений.

В этом месте он провёл ещё двенадцать дней, прежде чем войти в Божественное Сокровище Семи Звёзд. Прошло ещё много дней. В конце концов, он не мог продолжать, так как в Маленькой Нефритовой Столице не хватало мастеров, чтобы открыть Божественные Сокровища Жизни и Смерти и Божественного Моста.

Когда измождённый Цинь Му, обросший густой щетиной, наконец вышел из зала Трех Эонов, Отшельник Цин Ю сразу понял, что юноша не спал всё это время. Сочувствуя парню, он спросил:

— Император Людей Цинь нашёл то, что искал?

Юноша пребывал в хорошем настроении. Улучшения его Пяти Элементов, Шести Направлений и Семи Звёзд здорово на него повлияли, восстановив былую уверенность. Он отблагодарил:

— Огромное спасибо, бессмертный. Сначала мне нужно проверить, действительно ли я нашёл то, что искал. Могу ли я спросить, если сравнивать способности Первого Предка и Основателя Маленькой Нефритовой Столицы, кто был сильнее?

— Я не могу быть слишком уверенным, так как они оба старшие, сумевшие стать истинными богами более двадцати тысяч лет назад. Мне не приходилось видеть их сражения. Тем не менее, в Маленькой Нефритовой Столице есть несколько свитков, в которых говорится о том, как основатель однажды отправлялся на поиски Первого Предка. Он хотел заставить его спуститься с горы, но вернулся с раздавленным поражением духом и семь месяцев лечил полученные в битве травмы.

— В свитке говорилось, что Император Людей Первого Поколения владел невероятной магической силой, позволившей ему передвинуть часть Райских Небес Императора-Основателя, а его способности были невообразимо мощными. Зал Императоров Людей в сто раз больше, чем Маленькая Нефритовая Столица, поэтому подобное достижение ужасает.

— Думаю, что предки Маленькой Нефритовой Столицы изо всех сил пытались спастись, в то время как Первый Предок постоянно собирал бесчисленных людей изо всех рас, отправляясь на поле боя.

Лицо Цинь Му ужасно побледнело. После долгого молчания он поклонился:

— Понятно. Огромное спасибо, бессмертный.

Отшельник Цин Ю нахмурился, чувствуя, что душевное состояние юноши стало ещё хуже, чем когда он пришёл:

— Ты не спал больше месяца, поэтому для начала тебе стоит отдохнуть.

Юноша кивнул.

Предоставив Цинь Му Комнату, Отшельник Цин Ю оставил его отдыхать.

Цинь Му проснулся через десяток дней, но его внешний вид всё ещё был не слишком обнадёживающим. Он настаивал на том, что должен уйти, и Отшельник больше не стал его останавливать:

— Если вернётся Святой Дровосек, как мне тебя сообщить?

— Мне придётся просить бессмертного прибыть в город Пограничный Дракон. Скорее всего, я буду там.

Старик проводил юношу, недоумевая: «Когда Император Людей Цинь приходил впервые, он был полон сил, почему же сейчас он так удручён?»

Юноша сел на крышку сундука, и тот тут же отправился в дорогу. Затем он насыпал цилиню полную миску духовных пилюль Алого Огня, удивив и обрадовав прежде нервного зверя: «Почему это Владыка Культа сегодня такой добрый? Это из-за того, что я месяц голодал, или потому, что он собрался положить меня на обеденный стол? Как бы то ни было, нужно поесть!»

После того, как он съел последнюю пилюлю в миске, юноша снова её наполнил.

Зверь на мгновение заколебался, глядя на миску, переполненную духовными пилюлями. Внезапно он начал плакать, опустив голову, чтобы продолжить есть.

Цинь Му бросил на него ошарашенный взгляд:

— Чего ты плачешь?

— Лучше умереть сытым, — с полным ртом проговорил цилинь, вытирая глаза. — По крайней мере я могу уйти с полным желудком. Владыка Культа, сделай всё по-быстрому.

Юноша покачал головой, отвечая:

— Я морил тебя голодом все эти дни, поэтому сейчас отдаю долг. Я не буду убивать тебя ради мяса.

Невероятно обрадовавшись, цилинь махом сожрал все пилюли в миске.

Когда они проходили мимо города, Цинь Му останавливался, чтобы купить лекарственных ингредиентов. Он посетил несколько городов, непрерывно готовя пилюли Алого Огня и Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента, пряча их в сундук. Цинь Му также купил немного чёрного железа и чёрного золота, по пути создавая странное духовное оружие.

Драконоподобный понятия не имел, что тот собрался сделать. Он лишь видел, что среди созданных вещей были флаги, жертвенные алтари, и инструменты для вычислений вроде восьми триаграм, диаграмм тайцзи и счётов, а также талисманы пяти элементов.

Спустя несколько дней они добрались к городу Пограничный Дракон, однако не стали заходить за его стены.

Цинь Му использовал платформу восьми триаграм, диаграмму тайцзи и множество других приборов, непрерывно оглядываясь. Наконец он нашёл нужное место и с помощью линейки измерил близлежащую гору. Затем он начертил на бумаге несколько рун. Подойдя поближе, цилинь осмотрел их, ничего не понимая.

Вычисления не заканчивались даже после того, как солнце начало садиться и наступила тьма.

Наконец закончив, юноша возвёл жертвенный алтарь и окружил его флагами. Затем он поднялся на платформу, отгоняя цилиня и сундук подальше.

— Владыка Культа, для чего всё это? — спросил зверь, прячась за сундуком.

Задействовав флаги, Цинь Му всмотрелся во тьму вокруг. Вскоре, в ней появился другой мир, пересёкшийся с Великими Руинами. В том мире, бесчисленные дьяволы с телами из дыма быстро двигались, выпрыгивая из огромных дыр в пространстве.

Перед глазами Цинь Му люди другого мира сражались с этими дьяволами. Он стал свидетелем полномасштабной битвы невероятных размеров.

— Жирдяй, я приготовил достаточно духовных пилюль, чтобы ты мог продержаться долгое время. Просто оставайся здесь с сундуком несколько дней. Я собираюсь… — его взгляд сфокусировался на бегущем по полю битвы генерале дьяволов. — Отправиться в другой мир!

Бум!

Раздался громкий взрыв, и Цинь Му внезапно исчез вместе с флагами перемещения. Вместо него, на жертвенном алтаре появился высокий, крепкий генерал дьяволов, начиная ошеломлённо оглядываться вокруг.

Под аккомпанемент затяжного воя охотничьего рога, бесчисленные флаги затрепетали на ветру, кружась, образовывая огромный вихрь. Неожиданно, Цинь Му оказался посреди огромного поля битвы, по которому мчались вперёд бесчисленные солдаты армии дьяволов.

Не обратив на него ровно никакого внимания, толпа унесла его с собой.

Впереди лежал невообразимо завораживающий город, в небе над которым летали гигантские корабли. В нём возвышались боги с божественным оружием наготове, каждым ударом сметая бесчисленных солдат и лошадей!

Цинь Му использовал заклятия жертвоприношения и мгновенного перемещения, чтобы попасть в мир девушки из тьмы!

Глава 526. Спуск

Цилинь на мгновение был несказанно потрясён, прежде чем пришёл к осознанию: «Владыка использовал метод жертвоприношения, самопожертвовав собой. Таким образом, он перенёсся в другой мир, заменив себя дьявольским генералом из другого мира, чтобы сохранить баланс двух миров! Расчёты Владыки уже достигли такого высокого уровня? Как ему удалось всё рассчитать?»

Зверь широко выпучил глаза. За долгие годы, проведённые в компании Патриарха, он тоже достиг чрезвычайно высоких познаний в расчётах. Если бы не его лень, он наверняка стал бы одним из первоклассных экспертов в мире по расчётам.

Однако, техника расчёта, которую использовал Цинь Му, невообразимо потрясла его.

Он знал теорию, но думая о том, как её выполнить, его разум был схож на чистый лист бумаги… Его черепушка буквально была пуста от идей.

Метод жертвоприношения превращал кровь и плоть в энергию и переносил её в другой мир, чтобы заменить форму жизни в другом мире. Тем не менее, Цинь Му не превращал себя в энергию, а полноценно перенёсся в другой мир.

Для этого требовалось слишком много соображений, которые превзошли возможности и горизонты цилиня.

Цинь Му не только использовал расчёты, но и включал в себя метод жертвоприношения Короля Дьяволов Дутяня, а также методы пространственного измерения и перемещения. Всё это требовало невероятных знаний, и только части того, что он сделал, было бы достаточно для многих практиков божественных искусств, чтобы потратить всю свою жизнь на обучение.

«Владыка использовал себя в качестве жертвоприношения, чтобы перенести себя в другой мир, но как он вернётся?» — подумал цилинь и резко посмотрел на дьявольского генерала, который до сих пор не понимал, как он здесь оказался. Затем он закричал:

— Стой, где стоишь, и не двигайся!

Дьявольский генерал застыл с непонимающим видом, ведь буквально минуту назад он находился посреди поля битвы, а сейчас оказался в совершенно ином месте. Он опустил голову и увидел чудовище, похожее на гибрид свиньи и дракона, покрытого чешуёй, и очень странный сундук. В его глазах это был невероятно толстый монстр, который умел говорить.

Дьявольский генерал огляделся вокруг, замечая несравненно плотную тьму и пробормотал:

— Е кэ ха эй (Что это за место)?

Цилинь поднял сундук и швырнул его в дьявольского генерала, который, холодно фыркнув, поднял руки, чтобы схватить сундук, однако в следующий момент тот открылся и проглотил его целиком!

Пам.

Сундук приземлился на жертвенный алтарь с дьявольским генералом, переворачивающим внутри него моря и реки. От его побоев, он шатался влево-вправо и изредка подпрыгивал.

В тот момент, когда цилинь бросил сундук, он взмыл в воздух. А когда сундук приземлился, он сел на него сверху и придавил своими телесами, но дьявольский генерал внутри оказался настолько силён, что чуть было не сдул его.

Стукнув хвостом по сундуку, чтобы дьявол утихомирился, цилинь поспешно сказал:

— Нам нельзя его выпускать! Несмотря ни на что, он должен сидеть там! Он должен быть рядом, и когда Владыка захочет вернутся, этот дьявол должен стать в роли жертвы! К сожалению, духовных пилюль, оставленных для меня Владыкой, хватит ненадолго… Подождите! Мои духовные пилюли же внутри! — дракономордый издал скорбный рёв.

****

Звук горна стал ещё более громким, как будто инструмент дул прямо в уши, едва не оглушая слышавшего.

Цинь Му развернулся, желая посмотреть, что позади него, как вдруг сильный поток воздуха чуть не сдул его. От звуковых волн вся его кожа начала пульсировать в такт.

Позади него шагали три огромных слона с обвитыми стальными ножами клыками более тридцати метров в длину. По всему телу слонов виднелись дьявольские метки, в то время как они сами тащили облачную колесницу. Их клыки ритмично раскачивались то влево, то вправо, постоянно нанизывая на стальные ножи десяток-другой дьяволов, которым, попав в такую ситуацию, ничего не оставалось, кроме как барахтаться и жалко кричать.

Из облачной колесницы торчал рог странного зверя, который был даже длиннее, чем клыки слона. Он был выдолблен изнутри и превращён в горн, на конце которого могло стоять два или даже три человека.

Внезапно из этого горна донёсся оглушительный звук.

На колеснице дьявольский великан пробудил свою жизненную Ци, чтобы дунуть в рог горна. Звук был настолько громким, что разнёсся по всему полю брани.

Несравненно огромная облачная колесница сокрушала всё на своём пути, будь то врага или союзника. Громадные слоны топтали всё и вся, а колёса колесницы, проезжая по телам, вкапывали их в землю. Они сокрушили так много дьяволов на поле боя, что кровь и плоть были повсюду!

Цинь Му начали окружать дьяволы в чёрных доспехах, размахивая мечами. Без долгих раздумий, он отчаянно побежал к полю боя.

— А пу гао нэнь хам (кто ты)? — дьявол сразу понял, что Цинь Му не был одним из них, и озадаченно посмотрел на него.

В следующий момент его голова уже летала куда-то в сторону.

Пилюля меча вылетела из мешочка таотэ прямо в руку Цинь Му. Она загудела, и с обеих сторон его кулака хлынули бесчисленные мечи, создавая иллюзию обоюдоострого длинного меча. Обе стороны были заострёнными, а клинок был сорок метров в длину.

Цинь Му ухватился за меч и ударил им во всех направлениях. От прыгающих на него дьявольских солдат, остались лишь конечности, которые разлетелись в разные стороны. У огромного слона, который бежал к нему, также были отрублены передние ноги, и он врезался головой в землю, щёлкая клыками.

Огромная облачная колесница поднялась в воздух и перевернулась, пролетая над головой Цинь Му.

Всё время во время полёта дьявольский великан, стоящий на колеснице вверх ногами по отношению к земле, наблюдал за парнем, и когда он разглядел того получше, то выпучил от удивления глаза, но уже в следующий миг его голову пронзил меч, а он сам был приколочен к колеснице.

Цинь Му вздохнул с облегчением после того, как избавился от огромного слона и облачной колесницы, которые могли запросто раздавить его. Затем он оглянулся, и скорчил гримасу от увиденного.

Позади него бежали бесчисленные огромные слоны, тянущие облачные колесницы, которыми управляли дьяволы, направляясь к полю битвы на противоположной стороне.

Шум от тяжёлых слоновьих ног, приземлявшихся на землю, был похож на раскаты грома.

За огромными облачными колесницами неслось множество странных зверей, которые были даже больше, чем огромные слоны. Они лихорадочно бежали со свирепо-выглядящими дьявольскими богами, стоящими на их спинах с оружием в руках.

Как вдруг это оружие взорвалось с пугающей силой и пронеслось по небу поля брани с жутким гулом, направляясь прямо к богам на противоположной стороне.

Великолепные и ослепительные, но ненормально ужасающие волны разрушили пребывающее в хаосе небо над полем брани.

Сила оружия богов и дьяволов столкнулась и деформировала пространство.

В небе танцевали всевозможные огни, и потрясающие мир ножи летали туда-сюда. Пульсация распространилась по всем направлениям, обещая верную смерть тем, кто будет лететь по воздуху!

Цинь Му понял, что дело плохо, и выражение его лица стало мрачным. Он находился прямо перед дьявольской армией!

Солдаты, расположенные в этой позиции, были, очевидно, самыми низкими по званию, то есть — пушечным мясом, расходным материалом, используемым для того, чтобы прорвать базу противника и проверить его оборону!

Поскольку Цинь Му находился среди «расходных материалов» и собирался столкнуться с вражеским народом, была большая вероятность того, что он тоже станет «расходным материалом»!

— А пу гао нэнь хань? — кто-то выкрикнул из облачной колесницы, и все дьявольские великаны резко посмотрели на юношу с подозрением.

— Ку дэ гэй лоу (один из вас)! — выкрикнул в ответ Цинь Му.

Бесчисленные дьявольские солдаты выпрыгнули из облачных колесниц, но, в отличие от обычных дьявольских солдат, они были элитой расы дьяволов, и устремились к нему неостановимым потопом, крича:

— Ха ти ла (убить)!

Цинь Му больше не медлил и повернулся, пытаясь убежать. Он был растерян: «Я сказал, что был одним из них, почему они захотели убить меня?»

Элитные дьяволы стояли позади обычных дьявольских солдат и смотрели, как те устремились вперёд подобно бесстрашному авангарду.

Они обладали мощными способностями и принадлежали к Небесной Дьявольской Орде.

Цинь Му однажды сражался с ними в Царстве Живых Мертвецов и поэтому знал, что их способности действительно поражают.

Небесная Дьявольская Орда находилась за облачными колесницами и пойдёт в атаку только после того, как низшие дьяволы в авангарде ворвутся в боевое построение врага и примут на себя их атаку.

Между тем бесчисленное количество дьяволов из Небесной Дьявольской Орды отправилось в погоню за Цинь Му, планируя избавиться от этого практика божественных искусств, бог знает откуда появившегося здесь.

Со спины послышались крики, и низшие дьяволы получили приказ атаковать убегавшего Цинь Му.

Там находилось очень большое количество низших дьяволов, и они роились, как чёрный потоп, поглощая Цинь Му.

— Восемь тысяч мечей! — яростно закричал юноша, и огромный меч в его руке вырвался наружу. Бесчисленные огни мечей безостановочно кружились, и целый авангард был разрезан на кусочки. Восемь тысяч мечей были похожи на огромный шар света, который вращался вокруг авангарда, измельчая всё на своём пути.

Вжууух!..

Катящийся световой шар раздавил орду, как вдруг среди низших дьяволов гневно зарычал сильный практик области Небожителя. Его тело расширилось, а выпуклые мышцы разорвали одежду и доспехи. Он вырос более чем на тридцать метров и начал размахивать своей огромной булавой во всех направлениях, чтобы избавиться от низших дьяволов, преграждающих ему путь.

Его булава была выкована с использованием секретных техник и могла быть разделена на тридцать шесть частей. Но они были крепко сцеплены и быстро вращались в разных направлениях, разрезая свой собственный народ на куски.

Этот дьявольский командир смёл всех у себя под ногами и, подняв огромную булаву над Цинь Му, услышал продолжительные звуки от восьми тысяч мечей, быстро собравшихся в форме щита, чтобы заблокировать его атаку.

Тело дьявольского командира покачнулось, послышалось два удара и ещё две руки выскочили из-под его подмышек. Они схватились за огромный щит, удерживая его на месте, в то время как другие две руки снова подняли булаву, пытаясь нанести сокрушительный удар.

Цинь Му превратился во Владыку Сатурна. Позади него появились и открылись десятиметровые в высоту Врата Небесной Воли, защищая его спину и забирая в Юду души всех дьяволов, которые так яростно преследовали его.

Бум!

Цинь Му поднял руки и направил ладони против дьявольского командира. Магическая сила с обеих ладоней вспыхнула вместе с божественными искусствами, и, прежде чем булава дьявольского командира успела приземлиться, он взорвал его тело и откинул в кучку обычных дьяволов. Несколько десятков этих существ сразу же умерли под громадным весом своего старшего.

Но к тому времени самые быстрые дьяволы из Небесной Дьявольской Орды уже достигли Цинь Му.

Пилюля ножа пролетела по небу, направляясь прямо к его лицу. Она бешено закружилась, и бесчисленное количество дьявольских ножей вылетели из неё в его сторону!

— Барьер Небесных Духов, — вытянув руки вперёд, крикнул Цинь Му.

Барьер Небесных Духов Канцлера Ба Шаня был исполнен безо всяких проблем, звёзды распространились как шахматные фигуры. Солнце, луна и пять элементных звёзд были главными семью звёздами, они были самыми большими и превратились в световую сетку, которая ловила изогнутые лезвия в воздухе.

Барьер Небесных Духов внезапно разрушился.

Цинь Му глухо хмыкнул и отшатнулся назад. Первым кто прибыл из Небесной Дьявольской Орды был красивый юноша расы асуры из восьмого небесного дьявольского дивизиона. Он вытянул руки, и бесчисленные изогнутые ножи полетели к нему, формируя в его руке пилюлю ножа.

Асура взмахнул рукой, и его пилюля со звоном образовала два длинных ножа. Между тем другие изогнутые ножи в пилюле стали несравнимо мелкими и, вылетев через щели его пальцев, словно струящийся песок, окружая его.

Асура поднял изогнутые ножи и набросился на Цинь Му, подобно вихрю.

Лязг!

Два юноши столкнись лоб в лоб, и Цинь Му сделал пару шагов назад: «Какая сила!»

Асура также сделал шаг назад и упал на колено. Ему потребовалась доля секунды, чтобы прийти в себя, и он бросился на противника с ещё большей скоростью.

Цинь Му отступил на шаг и ударил ладонью вперёд. Свет перед ним дрогнул, и его жизненная Ци превратилась в слово «укрепление», заставившее тело асуры на миг застыть, а когда тот вновь начал двигаться, его меч пронзил сердце последнего, отправляя то в полёт к небу.

— Даже если ты очень силён, ты слабее меня, — сказал Цинь Му и, прищурившись, посмотрел в сторону, где стояло ещё больше дьяволов из Небесной Дьявольской Орды. Каждый из них не уступал асуре по силе, что заставило его не слабо занервничать.

Однако в этот момент с поля брани донёсся сотрясающий мир взрыв… это было столкновение двух армий, мгновенно окрасившее всё вокруг в кроваво-красный цвет.

Небо внезапно потемнело, и в центре побоища появился жертвенный алтарь. Когда он приземлился, произошло лёгкое землетрясение, отбросившее прочь Цинь Му и солдат Небесной Дьявольской Орды.

Цинь Му поспешно оглянулся, чувствуя, как его сердце сдавливает тисками. Этот жертвенный алтарь использовался для жертвоприношения крови и был очень похож на тот, который он сделал, чтобы переместиться в этот мир.

Такого рода алтарь применяли только в том случае, если хотели использовать кровь и плоть в виде жертвы, чтобы призвать могущественное существо из другого мира!

«Этот жертвенный алтарь в сотни раз больше того, что я сделал… Кто зарыл его здесь?» — когда юноша упал на землю, он был атакован Небесной Дьявольской Ордой, прежде чем успел продолжить свою мысль.

Между тем жертвенный алтарь загорелся, засияв во всех направлениях рунами, кружащимися по его бока.

Кровавый свет пронёсся по небу, устремляясь в дыру в облаках.

Буум!

С неба спустился огромный топор, за которым последовал великолепный, свирепый тигр. Его тело было окружено всевозможными божественными знаками.

— Мой господин! — заревел свирепый тигр, на спине которого появилась знакомая фигура. Цинь Му посмотрел на неё с пустым выражением лица, и из-за того, что он отвлёкся, чуть было не поплатился жизнью… Его практически прикончила Небесная Дьявольская Орда.

Приглядевшись, на жертвенном алтаре он разглядел знакомого человека, держащего топор во время езды на божественном тигре.

Им оказался Святой Дровосек, некогда передавший свои учения на камне.

Глава 527. Божественные Искусства на Поле Битвы

«Откуда здесь взялся Святой Дровосек? Жертвенный алтарь, переместивший его сюда, кажется, был приготовлен заранее. Неужели его призвали жители этого мира?» — разум Цинь Му вскипел. Жертвенный алтарь находился в самом центре поля битвы, поэтому, когда две армии столкнулись, кровь и плоть жертв позволила ему сработать и призвать Святого Дровосека в этот мир.

Было очевидно, что всё было спланировано!

Цинь Му тут же вспомнил слова Отшельника Цин Ю о том, что месяц назад Святой Дровосек проснулся, схватил свой топор и ушёл в неизвестном направлении. Должно быть он получил какую-то новость, которая заставила его вернуться к жизни и использовать ритуал жертвоприношения, чтобы спуститься в этот мир.

Блокировав атаку противника, напавшего из-за спины, Цинь Му внезапно увеличил Врата Небесной Воли. Его тело начало неистово вращаться, мгновенно отправляя бесчисленные души в Юду ещё до того, как они успевали вскрикнуть от ужаса.

Вьюх!

Тигриный бог, на спине которого сидел Святой Дровосек, спрыгнул с жертвенного алтаря, направляясь ко вражескому лагерю, но когда его взгляд упал на Цинь Му, он удивлённо выпалил:

— Мой господин, кажется, это твой наследник!

Святой Дровосек повернулся на спине тигра, смотря как юноша позади сражается с Небесной Дьявольской Ордой. Его невероятно яркий взгляд осветил всё вокруг жертвенного алтаря.

— Странно, откуда он взялся на Небесах Верховного Императора? — проговорив, он повернулся обратно.

Где бы не проходил тигриный бог, дьяволы и лошади отбрасывались прочь, а когда он ревел, воздух пронзали ужасающие звуковые волны, поднимая армию противника в небо.

Увидев это зрелище, Цинь Му тут же вспомнил об огромном животе цилиня и не мог сдержать зависти ко Святому Дровосеку: «Тигриный бог называет его своим господином, должно быть, это его верховой зверь. Он просто невероятен!»

Продолжая сидеть верхом на звере, Святой Дровосек поднял свой топор высоко в воздух, разрубая летящие в него божественные искусства дьявольских богов. Спустя ещё несколько шагов, тигр наконец притащил его во вражеский лагерь.

С того момента, как тигриный бог спрыгнул с жертвенного алтаря, и до того, как он добрался ко вражескому лагерю, прошло всего лишь несколько вдохов времени.

Мужчина замахнулся огромным топором, и когда тот опустился, все четыре головы одного из дьявольских богов отлетели в сторону до того, как бедолага даже успел отреагировать.

— Ха Ти Ла!

Дьявольские боги бросились наперехват, окружая тигра. Сидящий на его спине Святой Дровосек немедленно замахнулся своим оружием снова, и свет лезвия затопил округу, будто потоп.

«Великие Небесные Дьявольские Рукописи! Хотя нет, он использовал полную версию Техники Трёх Эликсиров Тела Тирана! — Небесная Дьявольская Орда вынуждала Цинь Му непрерывно отступать и забираться на жертвенный алтарь. Между тем уголком глаз он видел атаку Святого Дровосека. — Его понимание техники Трёх Эликсиров Тела Тирана значительно превосходит моё!»

Святой Дровосек пользовался не только своим топором. Он также исполнял всевозможные божественные искусства из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Более того, последние являли собой не отдельные техники, а комбинацию различных учений, как и Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд Ли Тяньсина. Овладев различными искусствами путём тщательного учения, он смог объединить их в совершенно новый навык.

Если бы на месте Цинь Му стоял кто-то другой, то он не смог бы увидеть в искусстве Святого Дровосека даже намёка на Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Тем не менее, будучи Владыкой, он сразу же их опознал.

Вокруг Святого Дровосека взрывались всевозможные силовые поля, отталкивая дьявольских богов прочь, и в тот же миг их настигал гигантский топор, измельчая на крохотные кусочки.

Боевая мощь мужчины была невероятно огромной.

Цинь Му хотел детально рассмотреть божественные искусства Святого Дровосека, но Небесная Дьявольская Орда окружала его всё сильнее и сильнее. Сразу после того, как его призвали, он отправился за головой противника, собираясь убить дьявольских богов во вражеском лагере. Он не обращал внимание на остальную часть дьявольской армии, поэтому на поле боя до сих пор находилось огромное количество вражеских солдат, продолжающих сражаться и убивать.

В этот момент к алтарю хлынуло ещё больше солдат Небесной Дьявольской Орды, но практики божественных искусств напротив тоже продвигались вперёд.

Вокруг стоял оглушительный шум битвы.

В подобном крупномасштабном сражении божественных искусств, сила одного человека была ничтожной. Если он отвлечётся, то может погибнуть в любой момент.

Цинь Му больше не мог терять ни минуты, поэтому отбросил свои мысли в сторону и сконцентрировал всё своё внимание и силы на борьбе.

Способности солдат Небесной Дьявольской Орды были невероятно высокими. Техники и навыки практиков божественных искусств Вечного Мира и дьяволов были кардинально противоположны друг другу. Возможно, движениям последних не хватало изящности, но это с лихвой компенсировалось перевесом в магической силе.

В ней Небесная Дьявольская Орда демонстрировала невероятные достижения.

Также их физические тела отличались от человеческих. Армия делилась на восемь видов: чешуйчатые лягушки, магматические гиганты, красивые юнцы, уродливые женщины, красотки с скорпионьими хвостами, женщины с восемью когтями, мутанты с восемью щупальцами и мутанты со змеями вместо рук.

Дьяволы владели более высокой родословной и были прирождёнными машинами для убийства, чьи боевые способности поражали. Те, кто сейчас окружил Цинь Му, принадлежал к элите, и ни один из них не был слабее, чем он.

Всё больше и больше солдат Небесной Дьявольской Орды взбирались на жертвенный алтарь, теперь их численность составляла более десяти голов. Видя невероятно странные Врата Небесной Воли за спиной Цинь Му, они избегали их, атакуя сообща.

Цинь Му сражался изо всех сил, восемь тысяч его мечей свистели в воздухе, носясь туда-сюда.

Внезапно бесчисленные лучи света хлынули во все стороны, когда лезвия разлетались, будто саранча. В мгновение ока в воздухе возникли горные пейзажи, превращаясь в Меч, Шагающий по Горам и Рекам.

На жертвенном алтаре протянулись бесконечные горы, зашумели водопады и потекли длинные реки. Ужасающее сражение, бушующее всего мгновением ранее, затихло.

И всё же, в следующий миг из горного пейзажа потекла кровь, окрашивая вершины и реки красным цветом, как вдруг они рухнули, и из-под их обломков выпрыгнув гигант из магмы, размахивая огромным молотом.

Цинь Му отступил, высоко поднимая руки. Меч Беззаботный вернулся обратно, в то время как восемь тысяч лезвий устремились следом, быстро с ним сливаясь.

Магматический гигант обрушил свой молот, поднимая неистовый поток воздуха, от которого трупы на алтаре подлетели в небо.

Цинь Му держал меч обеими руками, собираясь блокировать молот, вращающийся быстрее ветра. Раздался одинокий звон и он, сильно встряхнувшись всем телом, подлетел ввысь, между тем магматический гигант и его оружие разделились напополам.

Не успев приземлиться, Цинь Му заметил женщину с восемью когтями, широко раскрывающую свои объятия. Трупы в воздухе мгновенно взорвались, захлёстывая округу кровью, которая накрыла его с головой.

Цинь Му слегка взмахнул мечом Беззаботным, и тот разделился. Затем восемь тысяч лезвий соединились, образуя два скрещённых ножа. Их лучи создали в небе некое подобие сияющей луны.

Излучая лунный свет, ножи слились воедино и внезапно взорвались.

Ножеподобные лучи посыпались на землю, будто метеоры.

Вьюх!..

Туман из крови рассеялся, и женщина увидела перед собой лунный свет, а уже в следующий миг её когти столкнулись с ним, исторгая оглушительный звон.

Лунный и звёздный свет проткнули её насквозь и расчленили.

Шестая форма навыка Ножа для Убоя Свиней мясника: Длинный Нож, Свисающий под Лунным Светом, Небесные Кони Среди Звёзд Всполошены.

Цинь Му ослабил свою хватку, и два длинных ножа подлетели, вновь разделяясь на восемь тысяч лезвий. Неистово кружась вокруг него, они блокировали тысячи полетевших в него дьявольских ножей.

Затем он перевернул ладонь, исполняя мудру. Дьявольский мастер навыков ножа хмыкнул, прежде чем разорваться на части.

Бум! Бум! Бум!..

Гром пронёсся на расстояние пятнадцати километров. Где бы он не проходил, люди и кони, оказавшиеся на пути, валились с ног.

Правая рука Цинь Му исполнила другую мудру, и всё на расстоянии пятнадцати километров покрылось слоем льда. Затем его указательный палец коснулся его же межбровья, и летающие мечи пронеслись по пути Переворачивающих Небо Руки Инь Ян, заставляя кров потечь рекой!

Спиральная Форма Меча!

Внезапно два огромных питона обвились вокруг Цинь Му, безумно сжимая. Женщина-змея подпрыгнула в воздух, обездвиживая его своими змееподобными руками.

Цинь Му поднял голову, выпуская из глаз два луча света. Женщина мгновенно погибла, когда в её груди засияли два отверстия, но змеи всё же успели поднять его над землёй.

Находящаяся внизу уродливая женщина хлопнула по калебасу за своей спиной и его горлышко открылось. С оглушительным свистом наружу вырвалась дьявольская Ци кровавого цвета, устремившись в сторону Цинь Му.

— Тело Тирана Истинного Дракона! — яростно прокричав, Цинь Му вырвался из змеиной хватки. Он исполнил мудру, вслед за которой за его спиной появился призрачный вулкан. Возвышаясь над округой, тот внезапно начал извергаться!

Магнетическая Ладонь Адского Пламени!

Он ударил ладонью вниз, и дьявольская Ци воспламенилась вместе с уродливой женщиной.

— Великолепное божественное искусство! Среди практиков области Семи Звёзд ты определённо входишь в десятку лучших!

Цинь Му удивился, услышав резкий голос. Посмотрев вниз, он обнаружил великого генерала Небесной Дьявольской Орды, бегущего в сторону жертвенного алтаря и смотрящего на него высоко подняв голову.

За спиной врага трепетали огромные флаги. Мчась в битву, его тело неожиданно задрожало, обретая четыре дополнительных головы и восемь рук. Скрестив пару ножей, он непрерывно менял движения своих ног, убивая всех практиков божественных искусств, встретившихся по пути.

— Проекция Исконного Духа!

Великий Генерал Небесной Дьявольской Орды стукнул себя по голове тыльной стороной своего ножа, и из его тела тут же выскочил тридцатиметровый исконный дух. С рёвом взмыв в небо, тот поднял руку, чтобы отправить в Цинь Му мудру, ширина которой составляла почти пол поля, а по всей поверхности извивались символы, непрерывно пульсируя и сливаясь в странные построения.

Дьявольские построения быстро двигались, но ещё до того, как они успели добраться до Цинь Му, на его теле появились странные руны в виде сковывающих движения цепей.

Ему определённо не стоило сталкиваться с силой ладони противника!

Меч Беззаботный и остальные лезвия стремительно бросились назад, но они всё ещё находились слишком далеко, чтобы успеть вовремя.

В этот момент Цинь Му увидел, как Святой Дровосек сложил свои пять пальцев, соединяя воедино всевозможные виды божественных искусств из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Наполнившись вдохновением, он сложил пальцы подобным образом.

Его техника Трёх Эликсиров Тела Тирана мгновенно начала циркулировать странным образом. Его Духовный Эмбрион и душа слились воедино, шесть направлений превратились в одно, семь звёзд поднялись в небо, а солнце и луна начали кружиться.

Бах! Бах! Бах!

Из тела Цинь Му вырвалась безграничная энергия, разрывая дьявольские рунные цепи. Затем он поднял руку, готовясь встретить яростную ладонь исконного духа великого генерала Небесной Дьявольской Орды.

Цинь Му болезненно хмыкнул и подлетел высоко в небо, почти оказавшись среди бесчисленных искусств, а также оружий богов и дьяволов. Поднявшись немного выше, он бы определённо погиб!

В воздухе появились бесчисленные руны, кружась вокруг его тела, и за миг до того, как он должен был влететь в запретную зону посреди неба, он бесследно исчез.

Бум!

Он упал на землю за пятнадцать километров от алтаря. Ужасающая сила ладони великого генерала дьяволов заставила его споткнуться, врезаясь в группу практиков божественных искусств.

Цинь Му кувырнулся несколько десятков раз, прежде чем наконец стабилизироваться.

Бесчисленные практики промчались мимо него. Спустя несколько мгновений они подняли в воздух всевозможные виды духовного оружия, прежде чем дождём обрушить его на землю впереди. Трудно было сказать, сколько дьяволов погибло от этого потока.

«Я всё ещё жив?» — юноша поспешно проверил своё тело, обнаруживая, что несмотря на то, что оно было покрыто ранами, смертельная атака великого генерала не причинила ему фатального вреда. Он с трудом сдерживал своё удивление и радость.

— Это движение Святого Дровосека обладает невероятной силой! Может быть он заметил, что я попал в беду, и преднамеренно продемонстрировал его, помогая мне выжить?

Он протянул руку, хватаясь за пустоту. В следующий миг, меч Беззаботный и остальные вернулись обратно, превращаясь в пилюлю, упавшую в его ладонь.

Внезапно за его спиной раздался чёткий голос:

— Кажется, я где-то тебя видела!

Цинь Му повернулся, увидев позади себя возвышающегося бога, на плече которого сидела девушка с двумя косичками. Она осматривала его, любопытно наклонив голову.

Глава 528. Девочка с Косичками и Мальчик-тень

— Ты… девушка с длинными косичками! — глядя на девушку с двумя длинными косичками, Цинь Му вспомнил девушку, которую повстречал по тьме, и восторженно продолжил. — Это правда ты?

Тогда у девушки тоже были две длинные косички, но так как они находились в двух разных мирах, они не могли разговаривать и даже видеть лица друг друга.

Им были видны лишь силуэты.

Затем они провели вместе долгую ночь, прячась на обрыве от Небесной Дьявольской Орды. Но с восходом солнца и отступлением тьмы всё закончилось, девушка-тень исчезла вместе с Царством Тьмы.

Девушка с косичками, стоящая на плече бога, услышала слова Цинь Му и невольно обрадовалась. Она поспешно спрыгнула с плеча бога и подошла к нему, остановившись в нескольких шагах перед ним. На её щеках появились две маленькие ямочки:

— Ты тот самый мальчик-тень! Отец, это тот мальчик-тень, который потом исчез!

Бог опустил голову и, посмотрев на Цинь Му, с подозрением спросил:

— Если ты та тень, почему у тебя сейчас физическое тело? Мы видели, как ты сражался, это было впечатляюще. Нам очень интересно, откуда взялся такой эксперт! Ты в области Семи Звёзд? Для практиков божественных искусств области Семи Звёзд, иметь такие достижения, как у тебя — очень редкое явление на Верховных Небесах Императора. Ты весьма необычный юноша!

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Здесь есть практики божественных искусств области Семи Звёзд, которые сильнее меня? Они Тела Тирана?

— Тела Тирана? — бог поднял их и двинулся вперёд, спрашивая со странным выражением лица. — Что за Тело Тирана? Я впервые слышу об этом! Они подростки со способностями истинных богов, короли среди духовных тел. Они родились со сверхъестественной силой и не являются какими-то там Телами Тирана.

— Короли духовных тел? — моргнул Цинь Му. Он никогда раньше не слышал о королях среди духовных тел, отчего сбился с толку, но уже в следующий миг в его сердце проснулось волнение. Короли среди духовных тел — подростки со способностями истинных богов, следовательно, он был прав, придя в этот мир!

Он принёс себя в виде подношения, чтобы переместить своё тело в этот мир, и, оказавшись на поле боя, довольно быстро заметил необыкновенную мощь Небесной Дьявольской Орды. Их способности были чрезвычайно сильны, и если бы кто-то из них был помещён в Вечный Мир, то был бы на уровне Паньгун Цо, а то и выше!

Конечно, с точки зрения способности к побегу, у мерзавца Цо не будет равных. Он лучший из лучших.

«Верховные Небеса Императора пережили двадцатитысячелетнее крещение войной. Пути, навыки и божественные искусства здесь, должно быть, улучшились с божественной скоростью. Здесь я могу найти способ одолеть Первого Предка Императоров Людей!» — его руки сжались в кулаки.

Победа над Первым Предком стала его главной целью, а так как у него не осталось никакой надежды победить его в Вечном Мире, он мог бы попытать удачу в Верховных Небесах Императора и найти действенный способ!

Даже если его миссия по поиску способов сразить Первого Предка в Верховных Небесах Императора обречена на провал, приобретённые знания о путях, навыках и божественных искусствах, несомненно, смогут помочь ему в совершенствовании себя.

Внезапно бог бросился на поле боя, оставив их позади:

— Ребята, оставайтесь здесь!

Вдалеке из пространства появился разлом, и шесть чёрных как смоль рук вырвались наружу. Они схватились за края разлома и попытались расширить его.

Бог побежал вперёд и вытащил свой меч, чтобы отрезать торчащие руки. Как только он отрубил две из них, внезапно появился огромный молот и ударом откинул его прочь. Обладателем молота оказался дьявольский бог, который прибыл, чтобы остановить его.

Девушка с длинными косичками некоторое время сосредоточенно смотрела на поле битвы, а когда увидела, что её отец в порядке и ринулся в бой в попытке убить напавшего на него дьявола, с облегчением вздохнула.

— Слушай, вы ведь происходите не отсюда, так как вы очутились тут? — был слегка озадачен Цинь Му.

Впервые он встретил девушку в глубинах Великих Руин, а нынешнее место было их границей. Расстояние между этими двумя местами составляло около двадцати-тридцати тысяч километров, поэтому она никак не могла оказаться где-то поблизости.

Девушка с длинными косами отвела взгляд:

— После того, как ты исчез, наш город был захвачен и погибло много людей. Отец был тем, кто спас нас и привёл в этот город Блещущих Ранений…

Она побежала вперёд, и Цинь Му поспешно последовал за ней, спрашивая:

— Когда я исчез, ночь превратилась в день, разве дьяволы на Верховных Небесах Императора не исчезли?

— Почему они должны были исчезнуть? — с недоумевающим видом спросила девушка.

Цинь Му очень удивился, ведь он думал, что Верховные Небеса Императора подобны Великим Руинам, и столкнулись со вторжением тьмы. Побывав в ней и дождавшись её отступления, его выбросило из Верховных Небес Императора. Но, судя по всему, положение дел в Верховных Небесах Императора отличались от Великих Руин. Дьяволы не исчезали с восходом солнца, беспроблемно продолжая существовать.

«Похоже, Король Дьяволов Дутяня был прав. Мировой барьер между Верховными Небесами Императора и миром дьяволов был разрушен, — Цинь Му был поражён. — Поскольку его догадка была абсолютно верной, другая, вероятно, тоже сбудется. После того, как дьяволы овладеют Верховными Небесами Императора, они пожертвуют ими, чтобы мир дьяволов столкнулся с Вечным Миром! Как я могу это остановить?»

Девушка с длинными косичками побежала в сторону алтаря, быстро сказав:

— Ты должен отдохнуть после сражений, отравляйся в город Блещущих Ранений. Мне нужно продолжить сражаться.

— Эти раны — ничто, — догнав её, сказал юноша. — Я ведь довольно известный целитель в своём мире, поэтому я сам могу о себе позаботиться. Я прибыл сюда, чтобы искать более мощные навыки, так как многие из них в моём мире были потеряны на протяжении веков.

Жертвенный алтарь, похожий на гору, уже был захвачен Небесной Дьявольской Ордой во главе с Небесным Дьявольским Генералом, который отбросил Цинь Му более чем на десять километров.

Несколько сотен воинов Небесной Дьявольской Орды сражались у алтаря с практиками божественных искусств Верховных Небес Императора, и, к огромному сожалению, последние были в проигрышной ситуации.

Небесный Дьявольский Генерал на самой высокой точке жертвенного алтаря использовал божественные искусства, от которых в небе клубились тёмные молнии, время от времени ударяя по земле. Везде, где они ударяли, плоть практиков божественных искусств Верховных Небес Императора растворялась, превращая их в бегущие скелеты.

Цинь Му прищурился. Жестокость и странность божественных искусств дьявольской расы были даже выше, чем-то, что могли показать практики божественных искусств на дьявольского пути в Небесном Дьявольском Культе!

Девушка с длинными косичками бросилась к алтарю:

— Мы с отцом видели подобное, когда наблюдали за битвой в городе Блещущих Ранений. Даже если ты очень могуч, твоя магическая сила невероятно сильна, твои божественные искусства несравненно изысканны и твои достижения в божественных искусствах чрезвычайно высоки, в твоих техниках есть дыры. Ты не показал истинных техник уровня бога, и мой отец сказал, что твоём совершенствовании есть пробелы.

Девушка столкнулась с солдатом Небесной Дьявольской Орды, которым оказался асура с невероятно сильными способностями, физическим телом и несравненно быстрыми атаками. Прямо посреди града атак он внезапно задрожал, обнажая всевозможные рунические символы, которые были словно вырезаны на его коже.

Физическое тело девушки с длинными косичками также было смехотворно сильным. Они боролись с такой скоростью, что божественные искусства не успевали раскрываться между их ладонями и пальцами.

Таким образом, исход битвы был решён в одно мгновение.

Девушка поразила сердце своего противника, проткнув его через его межбровье. Голова асуры отлетела в сторону, а его труп упал на землю, скатываясь по ступеням алтаря.

Дрогнув уголками глаз, Цинь Му увидел, что божественные искусства девушки ничуть не уступали таковым у него. По правде говоря, они были очень грубыми — но её техника имела нестандартные особенности.

— Глядя на твои руки, ноги, сердце и даньтянь по отдельности, твои достижения действительно высоки, но твоё физическое тело не объединяет их, поэтому ты и не дотягиваешь до способностей истинного бога. По сравнению с молодым истинным богом, ты немного хуже, — на протяжении своей речи она убила нескольких существ, шаг за шагом приближаясь к вершине жертвенного алтаря.

Когда она разрушила часть вражеских войск, другие практики божественных искусств собрались с духом и отчаянно бросились к вершине алтаря. Но в то же время прибыло ещё больше солдат орды, чтобы остановить надвигающегося врага.

Цинь Му превратился в форму Владыки Сатурна и призвал Врата Небесной Воли. Солдаты Небесной Дьявольской Орды, которые были пойманы вратами, моментально распрощались со своими душами и бездыханно рухнули наземь.

Оглядевшись, Цинь Му кивнул… девушка с длинными косичками была права. Практики божественных искусств Верховных Небес Императора действительно обладали преимуществами перед таковыми у Вечного Мира.

Их божественные искусства не были изысканными, но их мощь была намного выше. Их изменения в движениях нельзя сравнивать с изменениями в Вечном Мире, но из-за их могучих физических тел сила их движений была намного выше.

Это были результаты их техник.

Даже такие могущественные люди, как мясник, немой, одноногий, бабушка Сы, слепой и другие, усовершенствовали только одну свою часть до области бога.

Они не могли достичь таких высот во всех аспектах.

Даже Имперскому Наставнику, святому, который появляется каждые пятьсот лет, тоже было не по силам достигнуть области бога во всех аспектах.

Тем не менее, техники практиков божественных искусств на Верховных Небесах Императора были на порядок выше, поэтому все части их тел были натренированы. Они развивались разносторонне, стараясь охватить как можно больше аспектов, и потому их боевая мощь была намного выше!

«Не удивительно, что все практики божественных искусств и дьяволы на Верховных Небесах Императора так сильны!» — Цинь Му внезапно почувствовал, что тёмные облака разошлись, и небо стало ясным. Целью его путешествия было найти способ одолеть Первого Предка Императоров Людей, и теперь он наконец увидел луч надежды.

— Твоя магическая сила могущественна, а твои божественные искусства изящны, поэтому даже если тебе не хватает всего этого, ты всё равно сможешь удерживать своё место на поле битвы. Я уверена, что на Верховных Небесах Императора найдётся не много людей, кто будет сильнее тебя в одной области, — девушка с длинными косичками продолжала говорить громким голосом, рассказывая Цинь Му о мнении своего отца о нём. — Однако твоя техника слишком примитивна. Когда ты тренируешь свои глаза, ты просто тренируешь свои глаза. Тоже самое можно сказать и о твоих руках, и всём остальном. Ты тренируешь всё по отдельности. Если бы ты объединил все части своего тела и смог усовершенствовать своё физическое тело, магическую силу, исконный дух и божественные искусства вместе, ты бы перепрыгнул на совершенно новый уровень в совершенствовании! Вот только, как я уже говорила, из-за примитивности твоей техники, тебе будет крайне трудно провернуть такое прямо сейчас.

Цинь Му тяжело вздохнул. Девушка только передавала мнение своего отца, поскольку сама не могла иметь такого рода суждений и познаний, но она действительно указала на его слабость, или, если быть точнее, на слабость всей Империи Вечного Мира.

На протяжении всей истории этой страны, когда практики божественных искусств достигали успехов в одной области, им этого было достаточно, чтобы стоять на вершине мира. Однако, поскольку они не связывали все эти достижения вместе, техника никогда не становилась системой.

Это было потому, что все они были последними поколениями людей, которые спаслись от катастрофы двадцати тысячелетней давности, и в их наследии был огромный разрыв. Они усердно совершенствовались, и мудро исследовали божественные искусства, но никогда не могли прорваться через оковы техники.

Между тем парочка наконец-то поднялась на вершину жертвенного алтаря. Сотни практиков божественных искусств сражались против Небесной Дьявольской Орды, которая нападала снизу, в то время как остальные окружали дьявольского генерала.

— Кучка безмозглых собак и кур! — громко рассмеялся генерал, исконный дух которого переполнился пламенем. Его четыре головы осмотрели окрестности, в то время как огромные флаги за спиной развевались по ветру, как вдруг он, усмехнувшись, добавил. — Убить вас так же легко, как перевернуть ладонь!

Девушка с длинными косичками и остальные смотрели на него с мрачным выражением лица. Способности Небесного Дьявольского Генерала были чрезвычайно высоки, и даже Цинь Му не смог бы сразиться с ним лоб в лоб.

Четырёхглавый дьявол мог убить их, сделав одно лишь движение.

«Похоже, что следующий шаг реформы Империи Вечного Мира должен коснутся наших техник…» — серьёзно задумался Цинь Му, находясь рядом с девушкой, и вытащил огромный нефритовый глаз из своего мешочка таотэ, после чего, убрав руку за спину, несколько раз щёлкнул пальцами.

— Как ты думаешь, смогу ли я построить мост соединяющий Вечный Мир с Верховными Небесами Императора? — спросил Цинь Му. — Я хочу, чтобы практики божественных искусств Вечного Мира приходили сюда набираться опыта и расширять свой кругозор.

Девушка с длинными косичками очень нервничала, холодный пот продолжал катиться по её лбу, и она сердито выпалила:

— Почему ты задаёшь так много вопросов? Сейчас не время думать о других вещах! Перед нами стоит главный враг, если мы не убьём его…

Свет вырвался из нефритового глаза, Небесный Дьявольский Генерал подпрыгнул, но был разделён на части, находясь прямо в воздухе.

Цинь Му закрыл нефритовый глаз, достал кучу инструментов для расчёта вместе со стопками бумаг и присел на землю, чтобы записать некоторые числовые символы. Затем он достал кучу измерительных духовных оружий и, даже не поднимая головы продолжая что-то писать, начал говорить:

— Я хочу построить мост, который мог бы соединить два мира вместе. Однако, это требует огромного количества вычислений. У вас здесь есть какие-нибудь специалисты в области вычислений? Я думаю, что если мы сможем поддерживать баланс энергии двух миров, то всё получится… Что случилось? Почему вы все на меня так уставились?

Глава 529. Создатель Солнца Верховных Небес Императора

Две половины Небесного Дьявольского Генерала упали на землю до того, как он успел закончить свой последний вздох. Приземлившись, он ещё несколько раз дёрнулся.

Он был экспертом области Небожителя и даже сумел отрастить четыре головы. Цинь Му использовал Нефритовый Глаз Луны, разделив его напополам, но из-за своей огромной жизненной силы, он умер не сразу.

Его четыре головы жестоко смотрели на юношу, но постепенно исчерпав свои последние силы, он наконец умер.

На лицах многочисленных практиков божественных искусств Верховных Небес Императора возникло неподдельное выражение удивления. Они безучастно смотрели на парня, беззаботно проводящего расчёты посреди поля боя.

Великий дьявольский генерал был экспертом области Небожителя, завоевавшим огромную славу среди представителей своей расы. Его способности были утончёнными и невероятно мощными, и, если бы он смог продолжить сражение, на алтаре погибли бы сотни людей. Тем не менее, его остановили.

— Кто это? — тихо спросил практик божественных искусств Верховных Небес Императора.

Кто-то неподалёку ответил:

— Он был учеником Дьявольского Бога Фу Жило, и среди экспертов области Небожителя находился на седьмом месте. Его знали как сильного практика, любимого последователя Фу Жило, который рано или поздно должен был стать истинным дьяволом…

— Нет, я говорю о нём.

— Понятия не имею…

Между тем девушка с длинными косами подняла Цинь Му с земли, улыбаясь:

— Ты только что убил Фу Юйсяо. У него было очень высокое положение среди дьявольских практиков области Небожителя. Убив его, ты обрёл огромную заслугу!

Цинь Му удивлённо взглянул на труп:

— У него было высокое положение? Не странно, что он оказался таким сильным. Если бы я не выучил приём Святого Дровосека, то, вероятно, не смог бы пережить его удар.

Он снова присел, продолжая вычисления.

Взгляд девушки упал на нефритовый глаз, и она с подозрением спросила:

— Как ты его убил? Этот глаз…

— Он был создан богами Эпохи Императора-Основателя. Они возвели построение на луне, чтобы черпать её силу, — проговорил юноша, прежде чем снова вернуться к расчётам. У Фу Юйсяо было четыре головы, которые одновременно контролировали его тело. Это привело к противоречиям в его сознании, но тем не менее, когда он что-то замечал, то реагировал довольно собрано.

— Его реакция происходила от мышечной памяти. Мне всего лишь потребовалось рассчитать его поведение, понаблюдав за божественными искусствами, и я сумел предвидеть, как он поведёт себя в случае опасности. Затем, когда он подпрыгнул, чтобы избежать опасности, я активировал Нефритовый Глаз Луны, а он наткнулся на луч и убился.

Девочка с косичками смотрела на него широко распахнутыми глазами, на её лице виднелось невероятное удивление. Дьявол сам подпрыгнул и убился?

Расчёты можно использовать подобным образом? Как ему это удалось?

— У вас здесь есть эксперты, владеющие математикой? — спросив, Цинь Му открыл мешочек таотэ, пряча в нём духовное оружие для вычислений, затем он нахмурился и продолжил. — Чтобы построить мост между мирами потребуется огромное количество расчётов. Если я буду делать их в одиночку, то потрачу почти полгода, чтобы вывести уравнение для преобразования и перемещения духовной энергии жертвоприношений. Только после этого я смогу создать модель пространственной математики для постройки.

Все вокруг затихли.

Спустя некоторое время девочка спросила ошарашенным тоном:

— Что ты только что сказал? Уравнение?

— Уравнение. Математическое уравнение используется для поиска переменой… Переменная? Вы что, не знаете, что такое переменная? Переменная неизвестна, в математике это значение, которое ищут.

Цинь Му поднял голову, осматривая выражения лиц практиков вокруг. Эти люди смотрели на него так, будто слушали небесную книгу.

Он не мог не испытать дурного предчувствия и решил оценить масштаб проблемы:

— У вас здесь что, нет Десяти Математических Трактатов? Девяти базовых писаний о вычислениях? О них тоже не слышали? А как насчёт Математического Трактата Высшей Тайны? Может быть вы изучали Математический Трактат Местной Женщины? По крайней мере, вы ведь должны владеть Уравнением Цикла Циркуляции Множества Звёзд, верно? Это метод расчётов метеорологического явления!

Все вокруг стояли в оцепенении, качая головами.

Девочка с косичками спросила:

— Какая польза от изучения расчётов?

Люди вокруг начали кивать, улыбаясь:

— Мы постоянно сражаемся на поле боя, откуда у нас время учиться подобным вещам? Самый быстрый способ улучшить свои способности — это тренировка, а также изучение и освоение божественных искусств!

Цинь Му бросил на них гневный взгляд:

— Вы что, не вычисляете метеорологических явлений? По крайней мере, вы должны уметь рассчитывать движение звёзд в небе, не так ли?

На лицах практиков возникло странное выражение, вид которого заставил Цинь Му недоумевать. Внезапно один из присутствующих проговорил:

— В небе нет никаких звёзд, что мы должны рассчитывать?

Цинь Му ошеломлённо поднял голову, смотря ввысь.

Небо мира Верховных Небес Императора было абсолютно чёрным, в нём не было звёзд, а только две половинки солнца.

Он увидел на их поверхности громадные конструкции, которые, по всей видимости, не достроили. На самом деле полусолнца были выкованы. Они не были настоящими!

Но больше всего его поразило то, что эти половинки даже не были круглыми!

Войдя в этот мир, он не смог этого заметить, так как была ночь. Только теперь он обнаружил, что солнце Верховных Небес Императора состояло из двух частей, ни одна из которых даже не была круглой! Одна была кубической, а вторая — эллиптической. Поверхность обеих была покрыта вмятинами и изгибами!

Всё, что сейчас хотел сделать Цинь Му, — это подлететь в небо и разрушить эту пару солнц!

Несмотря на то, что астрономическое явление Вечного Мира было поддельным, оно было создано из построений, и боги, занимавшиеся его возведением, были настроены крайне серьёзно. Будь то солнце или луна, в их форме не было даже малейшего недостатка.

Даже звёзды, созвездия и галактики в небе были проработаны довольно тщательно, их поддельная сущность скрывалась от секты Дао почти двадцать тысяч лет. В результате даже сердце Дао Мастера Дао Лин Сюаня разрушилось, когда он узнал об этой тайне.

Но ситуация на Верховных Небес Императора была значительно хуже, так как их солнца были созданы крайне небрежно!

Цинь Му ошеломлённо потряс головой. Впечатление, которое на него произвело увиденное, было даже сильнее, чем когда он впервые увидел Корабль Солнца. Естественно, в то время как последний поражал превосходным мастерством своих создателей, два солнца поражали противоположным.

— Ни одной звезды. Вы и вправду не нуждаетесь в Уравнении Цикла Циркуляции Множества Звёзд… бормоча и неоднократно кивая, он внезапно вспомнил о цилине: «Практики божественных искусств этого мира не владеют математикой, и если бы я взял с собой жирдяя, он здорово бы помог…»

Из-за вторжения дьявольской расы практикам божественных искусств этого мира приходилось непрерывно сражаться. Если они хотели жить, то были вынуждены постоянно улучшать свои способности, и лучшим способом это сделать были тренировки божественных искусств и физических тел, а также создание лучшего духовного оружия.

Математика была для них не слишком важной, и считалась чем-то скучным и ненужным. Она не сильно влияла на их боевые способности, поэтому поколение за поколением, познания здешних жителей с каждым днём становились всё хуже.

Всё больше и больше практиков Верховных Небес Императора забирались на жертвенный алтарь, смотря вниз. Доставая длинные луки и натягивая тетивы, они стреляли в сторону основания, протыкая насквозь и убивая на месте бесчисленных дьяволов дождём из лучей.

Также было несколько практиков, орудующих пилюлями ножа и меча, атакуя врагов с расстояния.

Вдруг о чём-то подумав, Цинь Му спросил:

— Как вы создали этот жертвенный алтарь?

Девушка с длинными косичками также была искусной в стрельбе из лука и непрерывно дёргала тетиву, стреляя во врагов:

— Жертвенный алтарь существовал очень долгое время. Отец говорил, что его оставили на Верховных Небесах Императора на тот день, когда мы больше не сможем держаться. Тогда мы сможем призвать священного учителя, который придёт на помощь.

— Теперь Верховные Небеса Императора находятся на грани падения, поэтому боги города Блещущих Ранений поместили алтарь посреди поля боя. С таким большим количеством погибших воинов, в жертву было быстро принесено нужное количество плоти и крови.

На её лице появилось выражение скорби. Многие из принесённых в жертву были практиками божественных искусств её родины.

— Жертвенный алтарь, оставленный здесь двадцать тысяч лет назад, — Цинь Му повернул голову, смотря на Святого Дровосека, сражающегося вдали.

Разгоревшаяся там битва была невероятно напряжённой… Вражеский лагерь вдали уничтожался одним Дровосеком!

— Должно быть, это Святой Дровосек оставил жертвенный алтарь на Верховных Небес Императора, позволяя им призвать его в критический момент. В таком случае его цель состоит в том, чтобы предоставить Вечному Миру как можно больше времени…

Цинь Му достал Нефритовый Глаз Луны, отрегулировав направление его взгляда. В следующий миг наружу вырвались лучи света, начиная убивать экспертов дьявольской расы.

Дальность стрельбы Нефритового Глаза Луны была значительно выше, чем у луков, так же, как и мощь его выстрела. Он с лёгкостью убивал сильных практиков дьявольской расы, поэтому Цинь Му в основном целился в генералов. Как только те умирали, дьяволы теряли своих лидеров и больше не могли создавать формации и успешно продвигаться вперёд.

Тем не менее, всё больше и больше дьяволов орды подбирались к жертвенному алтарю. У людей не осталось времени, чтобы стрелять вдаль, они были вынуждены переключиться на врагов, подошедших слишком близко.

Под алтарём формировались горы из трупов, но чёрный дьявольский рой продолжал хлынуть на практиков. Он вот-вот должен был достигнуть вершины строения.

Цинь Му спрятал Нефритовый Глаз Луны и достал пилюлю меча, собираясь защищать алтарь. Между двумя сторонами началось ожесточённое сражение.

Небесная Дьявольская Орда оказалась невероятно смелой. Её солдаты не боялись смерти, и если бы не невероятные способности практиков божественных искусств Верховных Небес Императора, отбить их атаку было бы крайне сложно.

Практики возле Цинь Му и девочки с косичками начали падать один за другим, и даже положение их самих было плачевным. Несколько раз они оказывались за волосок от смерти, утопая под атаками врага.

Количество выживших практиков стремительно уменьшалось, и вскоре на вершине осталось всего двадцать-тридцать людей. Неожиданно, вдали раздался оглушительный крик, и поток дьяволов остановился, прислушиваясь к приказу. Затем он быстро хлынул в обратном направлении.

С плеч людей на алтаре будто сняли тяжёлый камень. Глубоко дыша, они упали на землю. Тела каждого были покрыты кровью.

За их спинами раздался оглушительный зов охотничьих рогов и барабанов. Из города Блещущих Ранений вырвалась армия из десяти тысяч человек, преследуя убегающего противника.

Девочка с длинными косичками изо всех сил пыталась встать, намереваясь присоединиться к преследованию беглецов, но её ноги подкосились, и она упала обратно на землю.

Смотря на уносящуюся вдаль армию города Блещущих Ранений, Цинь Му вдруг что-то вспомнил:

— Мы дважды пережили вместе ситуацию на грани жизни и смерти, а я до сих пор не знаю твоего имени! Меня зовут Цинь Му, а тебя?

Девочка валялась в луже крови, глядя на изувеченную половину солнца. Успокоив своё дыхание, она проговорила:

— Меня зовут Сан Хуа. В тот день я многое тебе сказала, но ты не слышал меня. Мне повезло, что сейчас ты здесь, ведь это прибавило мне выносливости. В противном случае я не продержалась бы так долго. Угадай! — она повернулась, обнаруживая две ямочки на щеках. — Угадай, что я тогда сказала?

Цинь Му покачал головой:

— Между нами было два мира, я ничего не смог расслышать!

Сан Хуа посмотрела на небо:

— Взгляни, какое огромное солнце. В наших Верховных Небес Императора раньше не было солнца, но затем бог помог нам построить эти два. Мы называли его Создателем Солнца, но он был убит дьявольскими богами до того, как успел закончить работу… Они изумительны, правда?

— Ээм, да… изумительны… — выдавил из себя Цинь Му, прежде чем не удержать любопытство. — Так что ты тогда сказала?

Глава 530. Неземная Красота и Радужный Меч

Сев спиной к Цинь Му, Сан Хуа расстегнула рубашку, чтобы посмотреть на раны под своей белоснежной шеей. Немного погодя она вынула нефритовую бутылку и, выдавив сгустки старой крови из своих ран, применила лекарство.

— В ту ночь я столько всего тебе рассказала, что даже уже ничего не помню, — её уши слегка покраснели.

На самом деле той ночью она, почувствовав, что больше не может бежать, наговорила Цинь Му много разных глупостей… и некоторые из них могли заставить покраснеть даже мальчиков. Тем не менее, она говорила их смело, потому что «собеседник» в любом случае не смог бы их услышать.

Неожиданно для себя она пережила эту ночь, и когда подумала о том, что больше никогда не увидит Цинь Му, девичьи бредни, что она наговорила в ту ночь, стали отдельной эмоцией в её памяти. Она никогда даже помыслить не могла, что ей повстречается в темноте какого-то мальчик, с которым они поделится всем, что у неё было на уме.

Цинь Му поднял голову и посмотрел на солнце, его переполняло желание взлететь к небу и стереть солнца в порошок, но он сдержал порыв гнева, после чего обошёл девушку и протянул свою руку, чтобы помочь ей применить лекарство.

Сан Хуа быстро прикрылась:

— Мужчины и женщины не должны касаться…

— Я целитель, и только хочу помочь нанести лекарство. У меня нет никаких нечистых помыслов, я просто помогаю людям, ухаживая за пациентами так, как за ними бы ухаживали их родители.

Только когда Сан Хуа вспомнила, как он говорил, что был знаменитым лекарем, её сердце успокоилось. Она с любопытством смотрела на то, как он наносил на неё лекарство, замечая, что его техники рук действительно хорошо натренированы и подозрительно спросила:

— Твои достижения в области математики очень высоки, как ты постиг такого же высокого уровня в искусстве исцеления?

Цинь Му подробно рассматривал рану на её груди:

— Я изучал искусство исцеления более десяти лет, в то время как на изучение математики ушло только три года. Так что исцеление — мой главный конёк.

— Ты долго пялиться собираешься? — нахмурив брови, сердито сказала Сан Хуа и подняла руки, чтобы прикрыться.

Цинь Му поспешно остановил её и, осторожно опустив её одежду на плечо, сказал:

— Я ухаживаю за пациентами также, как их родители ухаживали бы за ними. Хм, твоя кожа очень белая, а плечи такие гладкие… Подожди! — он слегка прищурился. Рана Сан Хуа была оставлена дьявольским экспертом, поэтому в ней оказалось божественное искусство и дьявольская Ци, разъедающая её плоть и жизненную Ци.

Остановить кровотечение в ране подобного вида очень трудно, также, как и избавиться от дьявольской Ци. В итоге мазь, которая была нанесена на рану, уже почернела, делая очевидным тот факт, что целебная энергия была испорчена дьявольской Ци.

Цинь Му взял почерневшую мазь и, понюхав её, покачал головой.

Эта мазь была не самым эффективным средством.

— Ай! Эта мазь предназначена для удаления яда. После нанесения она собирает немного дьявольской Ци и изменяет цвет, — Сан Хуа вскрикнула от боли и достала несколько бутылочек мази. — Для такого рода ран мне придётся применять её более десятка раз, чтобы полностью избавиться от яда… Так, и хватит на меня глазеть, дай мне уже закончить с обработкой раны!

Цинь Му достал из мешка таотэ лекарственные ингредиенты и использовал свой метод приготовления пилюль, чтобы приготовить лекарство:

— Не всё так просто, как кажется, на первый взгляд. Дьявольский яд не простой яд. Проблема в атрибутах жизненной Ци твоей техники пути бога, которую ты совершенствовала, сталкиваясь с техникой пути дьявола. Используемая тобой мазь — не мазь для вытягивания яда, а вариативность духовных пилюль, которые не были приготовлены до их лучшего состояния, поэтому они находятся в форме мази. Эта мазь портиться от дьявольской Ци, поэтому использовать её, чтобы устранить дьявольскую Ци — пустая трата времени, — пока он говорил на его ладони появилась печь для пилюль, образованная жизненной Ци, и он начал готовить пилюли внутри неё. Он поменял местами огонь и воду, смешал их и использовал многие другие методы готовки пилюль, от которых очень удивилась Сан Хуа.

Через мгновение Цинь Му рассеял свою жизненную Ци, после чего на его ладони упали более десятка пилюль.

Затем он раздавил одну из них и намазал её на рану девушки:

— В моем мире я являюсь Владыкой Небесного Святого Культа, но люди называют меня Владыкой Небесного Дьявольского Культа. У меня есть понимания относительно дьявольского пути. Дьявол рождается в сердце, будь то бог или дьявол, неважно, всё исходит от сердца. Частенько сталкиваясь с божественными искусствами дьявольского пути, я стал очень опытным в лечении ран, полученных от них.

Вскоре Сан Хуа почувствовала, что её рана начинает остывать, и дьявольская Ци была полностью извлечена. Её рана начала чесаться, это означало, что всё прошло хорошо и рана начала заживать.

— Моя рана заживает так быстро? Судя по твоим навыкам исцеления, ты должен быть самым лучшим целителем в своём мире! — Сан Хуа смотрела с широко открытыми глазами, украдкой прикрывая косичками свою грудь. Через мгновение она с любопытством спросила. — Маленький известный целитель может приготовить духовное лекарство, которое так быстро противостоит дьявольской Ци?

Цинь Му передал ей остальные духовные пилюли и улыбнулся:

— Ты права, я очень известен в своём мире и являюсь одним из лучших целителей. Ты запомнила, что я говорил о том, насколько я хороший целитель? — он был доволен собой. — Большинство людей обычно пропускают это мимо ушей!

Сан Хуа была сбит с толку:

— Ты не поможешь мне нанести лекарство?

Цинь Му шёл навстречу другим людям, чтобы помочь залечить их раны:

— Я лишь осматривал рану, лекарство ты можешь применить самостоятельно. Нужно помочь и другим людям.

Сан Хуа натянула рубашку, посмотрев на носящегося туда-сюда и помогающего людям юношу него. Откинув волосы назад, она подумала про себя: «Он и правда обращается со своими пациентами подобно родителю, ухаживающим за своим ребёнком, и не имеет нечистых мыслей. Этот человек — редкий джентльмен, просто ему нравится оглядываться по сторонам…»

Цинь Му вылечил раненых практиков божественных искусств на жертвенном алтаре, а затем посмотрел на бесчисленных людей и солдат Небесной Дьявольской Орды, лежащих на поле битвы.

Группы людей переносили раненых товарищей и добивали ещё живых дьяволов.

Всё поле боя устилало пламя, оставленное от применённых божественных искусств. Люди поджигали колесницы, бездыханные тела, флаги и духовные оружия, торчащие из земли.

Вдали, убийства ещё продолжались.

Мир, в который вошёл Цинь Му, был странно жестоким. Даже несмотря на то, что он видел не мало сражений, зрелище перед его глазами смогло шокировать его сердце.

— Искусством исцеления не спасти этот мир? — Цинь Му покачал головой, понимая, что он успел помочь всего лишь нескольким людям, а чтобы помочь всем раненым на поле боя ему потребуются месяцы. Каждые три дня происходило одно маленькое сражение, а каждые пять — большое.

Он физически не мог помочь каждому.

Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Непостоянные солнца на небе потускнели и стали красными.

Два солнца оставались на месте, они были полностью неподвижны. Вероятно, в них заложено свойство, из-за которого они в определённое время начинают тускнеть.

«У бога, который создал эти два солнца, были хорошие идеи, но его достижения в математике оставляют желать лучшего… — Цинь Му отвернулся, чувствуя, что солнца обжигали его глаза.— Как же безобразно! Если я продолжу смотреть на них, я не смогу устоять перед тем, чтобы исправить их…»

Он медленно двигался вокруг жертвенного алтаря, используя свою жизненную Ци, чтобы выполнить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его Духовный Эмбрион и душа слились в исконный дух, соединив его дух и тело воедино.

Его исконный дух ступил на Духовную Платформу и объединил Шесть Направлений. С солнцем и луной над головой, его жизненная Ци двигалась, протекая через все части тела, в то время как его волосы мягко развевались по ветру.

В битве он увидел, что делает практиков божественных искусств этого мира такими могущественными. Опыт жизни и смерти на поле битвы подсознательно изменил его менталитет в лучшую сторону.

После битвы с Первым Предком Императоров Людей он впал в депрессию. Во время боя он даже не завершал свои движения, из-за чего был жестоко отруган мясником. И нет, дело было не в том, что он не осмеливался сделать движение, он просто чувствовал, что независимо от того, какое движение или какое божественное искусство он исполнит, они все будут неподходящими.

Причина, по которой они вдруг стали в его глазах неподходящими, заключалась не в том, что его уверенность канула на дно после встречи с Первым Предком Императоров Людей, а в том, что столкновение с таким сильным врагом расширило его горизонты до невероятных высот, открыв ему глаза.

Стоя там и глядя свысока на все приёмы и божественные искусства, которые он изучал раньше, он повсюду видел недостатки!

Его познания были высоки, а горизонты широки, но ему недоставало в основах, чтобы измениться и войти в следующую область, поэтому он и не мог выполнять никаких движений или божественных искусств. Он чувствовал, что их будет недостаточно и его будет ждать смерть уже в следующее мгновение.

Он относился к своим противникам как к Первому Предку Императоров Людей, поэтому у него было такое чувство.

И всё же, на поле битвы у Цинь Му не было времени подумать обо всём этом. Ситуация там менялась каждое мгновение, поэтому ему было всё равно, имеются какие-либо недостатки в его движениях или нет. У него был выбор, исполнить свои движения и убить всех могущественных врагов или умереть.

После битвы он почувствовал, что вступил на порог огромной трансформации, а когда он пересекал эти ворота, ему удалось увидеть кусочек голубого неба… и огромную дорогу впереди!

Его тело начало сиять великолепным солнечным светом, в то время как двигающаяся внутри него жизненная Ци соединила Духовный Эмбрион, Пять Элементов и Шесть Направлений. Солнце, луна и звёзды излучали свет, который освещал божественные сокровища, превращая его в нечто, похожее на человека света.

Даже Божественное Сокровище Небожителя в его теле сияло до тех пор, пока в нём не появились врата.

Между тем, ниже Божественного Сокровища Шести Направлений, были едва различимы глубокие и тёмные врата.

Это были врата области Жизни и Смерти, которые соединялась с Юду.

Цинь Му шёл, не меняя скорости.

В Маленькой Нефритовой Столице он довольно долго наблюдал за божественными сокровища бога Маленькой Нефритовой Столицы — Цинь Чунмина.

С тех пор он начал улучшать свои божественные сокровища и исправлять то, что ему не хватало.

Роооар!..

Жизненная Ци в его теле трепетала, ритмично содрогаясь, и издавала волны драконьего рёва. Ци дракона обвивалась вокруг его тела, входя и выходя из него, чтобы закалить тело.

Внезапно Цинь Му, с руками, как ножи, ринулся в атаку, идя вокруг алтаря.

Ветер становился всё громче, а ножи падали, как дождь: Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города.

Солнце взошло за горизонтом моря: Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря.

Золотой нож, обрамлённый белым нефритом, через окно пронзает блеском ночь: Человек Пятидесяти Лет, Ничего не Добившийся в Жизни, Пересёк Восемь Пустынь, Держа в Руке Лишь Нож.

После поражений приходит надежда, и весь путь превращается всего лишь в дым!

На обширном и кровавом поле битвы навыки ножа мясника внезапно стали очень подвижными и живыми, отражая бедствие мира.

Навыки ножа Цинь Му становились всё ловчее и быстрее.

Внезапно огни ножа исчезли.

Ветер, дождь, солнце, море — тоже исчезли.

Цинь Му сложил свои пальцы вместе, образовывая жизненной Ци нить меча. Затем он мягко щёлкнул пальцами и развеял нить. Его навыки меча выглядели несравненно изысканно, как вдруг они резко ускорились. В мгновение ока его длинный меч пронёсся по воздуху, танцуя в небе над жертвенным алтарём серебряным Драконом Наводнения.

Цинь Му обошёл жертвенный алтарь, а огонь меча пронёсся по воздуху, становясь всё быстрее и острее.

Бедствие Верховных Небес Императора позволило ему обрести что-то необъяснимое… и это подсознательно заставило его высвободить все свои эмоции. Он учился через свои навыки меча, через свою жизненную Ци!

Третья форма Рисунков Меча, Бедствия Высшего Императора.

Когда бедствие достигло своей самой жестокой точки, Цинь Му внезапно рассеял огонь меча, и пальцем ткнул в своё межбровье. Он прикоснулся не только к себе, но и к межбровью Духовного Эмбриона.

Весь его дух и Ци меча были собраны в его пальце.

Он понял, что означает бедствие.

Бедствие было катастрофой, в которой люди боролись за свою жизнь.

Это было обретение надежды в аду.

Мясник как герой, использовал свои ножи, и вырезал ими надежду для людей, старейшина деревни, будучи Императором Людей, преодолевал разные тяготы и трудился для всех на протяжении всей своей жизни.

Эта была жизнь, где мёртвых хоронили каждый день.

Два пальца Цинь Му ударили вперёд, и похожий на радугу меч растянулся на десять километров. Часть солнца в небе уже потускнела, делая огонь меча хорошо различимым, между тем он в оцепенении стоял на жертвенном алтаре.

Это движение не имело ничего общего с Рисунками Меча старейшины, и Цинь Му почувствовал, что открыл свой собственный путь.

Глава 531. Меч Бедствия

«Одного лишь навыка меча всё ещё недостаточно, чтобы одолеть Первого Предка», — с такими мыслями Цинь Му спрятал свой меч и взглянул на окутанные тьмой Верховные Небеса Императора. В этот миг ошеломительный свет меча в небе погас.

На поле битвы до сих пор потрескивало пламя, которое ещё не успели потушить, а в воздухе витал запах горящей плоти.

Только что Цинь Му влил все свои эмоции и чувства в движении меча, достигая уровня, о котором даже не мечтал ранее. Впрочем, между ним и Первым Предком всё ещё была огромная разница в силе.

Тем не менее, без встречи с Первым Предком и без открытия во тьме Великих Руин, он не смог бы сделать этот шаг. Самостоятельно ему было бы крайне трудно выйти за пределы Рисунков Меча старейшины и навыков Ножа для Убоя Свиней мясника.

Сделав этот удар мечом, он не просто основал новый, собственный навык, но и атаковал тучи, сгустившиеся над его сердцем.

Сан Хуа смотрела ему в спину. Тренировка юноши на жертвенном алтаре произвела на неё глубокое впечатление.

Особенно сильно её поразило последнее движение, в котором он стукнул себя между бровей и ударил мечом. Дух, прячущийся в этом ударе, был крайне заметен. Она почти смогла разглядеть мир, изменившийся в следствии реформы, бесчисленных людей, яростно сражающихся под кровавым дождём, продвигаясь вперёд вслед за одним человеком.

В навыках меча, которые Цинь Му использовал до этого, сложность стояла превыше духа. Несмотря на то, что Меч, Ступающий по Горам и Рекам, был невероятно внушающим и владел аурой бога, смело пробивающегося вперёд, он всего лишь описывал горные пейзажи.

Меч Императора-Основателя, Море Крови был переполнен убийственным намерением и владел силой бога меча, но он всего лишь чтил память мучеников, застревая в прошлом.

Бедствие Высшего Императора было полно печали, описывая конец Эпохи Высшего Императора.

У этих трёх навыков были свои плюсы, так же, как и минусы.

Сан Хуа чувствовала, что с точки зрения силы духа, они значительно уступали новому навыку Цинь Му. Впрочем, пока ещё было трудно сказать, какая техника окажется эффективнее в бою.

— Превосходный навык меча, — поднявшись, она зашагала в сторону юноши. — Как он называется?

— Меч Бедствия.

Повернувшись, Цинь Му увидел, как девушка идёт в его сторону. В следующий миг она подняла взгляд, всматриваясь в даль.

Внезапно в их лица подул сильный ветер, превратившийся в невероятно красивого тигра. Жёлтые и чёрные полосы, которыми тот был покрыт, переливались от движения шерсти, производя ошеломляющее впечатление. Его уши, способные вращаться во всех направлениях, тоже были покрыты коротким, мягким мехом.

— Превосходное владение мечом! Твой навык был и вправду впечатляющим! — тигриный бог поднялся по ступеньках алтаря. На полпути он оторвался от земли, превращаясь в бога с головой тигра, который подошёл к Цинь Му, и своим громоподобным голосом он спросил. — Почему он называется Мечом Бедствия?

Тигриный бог был ездовым зверем Святого Дровосека, призванным в этот мир вместе с хозяином. На своей спине он нёс мужчину в бой, где продемонстрировал невероятную силу.

Сердце Цинь Му было слегка тронуто. То, что чёрный тигриный бог вернулся с фронта, значило, что его хозяин победил в бою с дьявольскими богами:

— Изменение Небес и Земли — это бедствие! Это может произойти не только в следствии природной катастрофы, вторжения небесных дьяволов, потопов и пожаров. Изменение неба и земли — это также изменения в сознании людей, реформа божественных искусств, превращение навыков в Великое Дао.

Тигриный бог повернулся, и подойдя поближе, ухмыльнулся:

— Изменение сердец людей, божественных искусств, законов и путей, что за надменные слова! Разве один лишь твой навык меча может изменить вселенную, мышление каждого живого существа? Твоё мастерство неплохо, но твоё сердце слишком самоуверенно!

Глаза Цинь Му загорелись, а тон голоса наполнился волнением:

— Если сердца людей изменятся, то они перестанут бояться богов, и когда это произойдёт, последние потеряют свою силу. Тогда можно будет свободно менять божественные искусства. Это потянет за собой изменение законов и путей. Таким образом, земля и небо также будут изменены!

Сан Хуа удивлённо посмотрела на воодушевлённого парня. Даже столкнувшись с тигриным богом он обладал удивительной аурой и казался, как минимум, бесстрашным.

Цинь Му поднял руку, указывая на ужасное поле боя во тьме. Его голос был слегка хриплым, и в условиях ночи пробирал до глубины сердца:

— Взгляни! Это бедствие, которое боги и дьяволы послали нам для того, чтобы вынудить людей испытывать страх и уважение, поклоняться им! Мой Меч Бедствия начнёт бедствие человеческих сердец, которое изменит божественные искусства и пути. Это будет первым шагом в изменении мира! — его голос становился всё более и более страстным. Несмотря на то, что Сан Хуа не слишком понимала, о чём он говорит, она чувствовала эмоции, пылающие в его сердце!

Цинь Му, казалось, владел заразительной харизмой, которая вынуждала людей прислушиваться к нему и не оставляла им возможности противостоять влиянию его эмоций.

Сделав несколько шагов, чёрный тигриный бог подошёл к основанию алтаря. Его тело было в несколько раз больше за подростков, своим видом оказывая на них сильное давление.

Тигриный бог посмотрел на Цинь Му, прежде чем улыбнуться, шевеля усами:

— Я сразу понял, что ты выдающийся человек. Хоть я и не понимаю всего, что ты сказал, я почувствовал, что это были сильные слова. Как называется то движение, что ты исполнил?

Подняв голову, чтобы посмотреть ему в глаза, Цинь Му торжественно ответил:

— Это движение меча называется Начало Бедствия!

Чёрный тигриный бог был ошеломлён:

— Открытие бедствия для изменения человеческих сердец? Для изменения божественных искусств и путей? Отличное название!

Сан Хуа тоже кое-что поняла. Юноша с другого мира, стоящий неподалёку, собрался послать бедствие на богов и дьяволов, делающих жизнь людей столь жалкой, поэтому его навык назывался Начало Бедствия.

Он шёл по пути реформы, улучшая пути прошлого и изменяя жизнь богов и дьяволов.

— Сколько движений есть в твоём Мече Бедствия? — спросил тигриный бог.

Покраснев, Цинь Му пробормотал:

— Пока что только одно. Я чувствую, что создавая его, использовал все свои знания.

— Всё правильно. В столь юном возрасте ты не смог бы освоить больше, — усы тигриного бога прильнули к его лицу. — Основать навык меча в твои годы — уже большое достижение. Мой хозяин отдал мне приказ привести тебя к нему. Обмениваясь кое с кем ударами, он захотел, чтобы ты пришёл. Идём.

Цинь Му был слегка ошеломлён, чувствуя волнение:

— Святой Дровосек хочет меня увидеть?

Тигриный бог вернулся в свою истинную форму, отвечая:

— Ты что, не расслышал? Он кое с кем сразился, когда вспомнил о тебе, и захотел, чтобы ты пришёл. Забирайся ко мне на спину. Дорога всё ещё опасна и кишит дьяволами, поэтому ты не сможешь добраться туда самостоятельно.

— Святой Дровосек с кем-то сразился… Тьфу, в таком случае, для чего я ему? — Цинь Му был озадачен, но всё-таки забрался на спину тигра.

Сан Хуа быстро запрыгнула следом, со словами:

— Мой отец тоже на линии фронта. Я хочу его найти!

Завораживающий чёрно-жёлтый тигриный бог бросился в сторону фронта. Его скорость была невероятно высокой.

Несмотря на свои габариты, его тело было покрыто одними лишь мышцами и, двигаясь, не издавало совершенно никакого шума.

«Он значительно быстрее, чем жирдяй!» — крепко сжал кулаки Цинь Му, ощутив внезапную боль в сердце. Несмотря на то, что цилинь был намного быстрее, чем раньше, его шаги не владели излишней грациозностью и, передвигаясь на полной скорости, он зачастую разбивал скалы и камни.

Сан Хуа смотрела в кромешную тьму ночи, начиная волноваться. Они покинули поле битвы и перебрались за линию фронта, двигаясь к городу Ли, в котором находился вражеский лагерь. Там собралось огромное количество дьявольских богов, среди которых был истинный дьявол Фу Жило!

Когда город Ли был захвачен, Фу Жило лично принял участие в атаке. Он исполнил свои дьявольские техники, убивая бесчисленное количество людей. От его руки погибло даже два истинных бога Верховных Небес Императора, что свидетельствовало о невообразимой силе существа!

Чёрный тигриный бог перепрыгнул через солдат, двигаясь прямиком в город. Разве он не шёл на верную смерть?

— Как практики божественных искусств Верховных Небес Императора определяют, что человек владеет способностями истинного бога? — вспомнив что-то, Цинь Му спросил девушку. — Как вы совершенствуетесь?

Едва справляясь с волнением в своём сердце, Сан Хуа ответила:

— В первую очередь мы смотрим на талант. Духовные тела с качествами короля будут демонстрировать необычные способности. Учась у хорошего учителя, их физические тела могут достичь уровня молодого истинного бога. Кроме того, в наших Верховных Небесах Императора есть испытание под названием Пагода Подавления Бога. Те, кто умудряются выйти из неё самостоятельно, считаются людьми с талантом истинного бога.

Юноша удивлённо моргнул:

— Пагода Подавления Бога? Что это?

До того, как Сан Хуа успела ответить, раздался голос чёрного тигриного бога:

— Пагода Подавления Бога — это артефакт Эпохи Императора-Основателя, который использовался для испытания достижений физического тела. Если человек может его пройти, то это ещё не значит, что он сам владеет способностями истинного бога, а лишь то, что его физическое тело едва достигло уровня молодого истинного бога.

— Из числа тех, кто успешно прошёл испытание, лишь половина действительно достигла уровня истинного бога. На самом деле, стать истинным богом невероятно сложно, вы и вправду верите, что это можно сделать, просто тщательно совершенствуя техники истинных богов?

Сан Хуа едва сдерживала любопытство:

— Старший, что, в таком случае, можно считать способностями истинного бога?

— Истинный талант кроется не только в теле, но и в исконном духе, состоящем из души и духа. Твой духовный эмбрион достиг способностей истинного бога? А твоя душа?

— Кроме исконного духа, есть также мировоззрение. Но даже если оно достигнет области бога, этого всё ещё недостаточно, чтобы становиться истинным богом, потому что есть даже больше составляющих вроде божественных искусств и путей, — объяснял тигриный бог. — Практики божественных искусств, которые по вашему мнению владеют талантами истинного бога, на самом деле ещё далеко от подобного уровня! К примеру… юнец, как тебя зовут?

— Меня зовут Цинь Му! — сказал он, а затем поспешно добавил. — Нынешний Владыка Небесного Святого Культа.

— Владыка Небесного Святого Культа? Никогда о таком не слышал.

Лицо Цинь Му ужасно помрачнело. С тех пор, как был основан Небесный Святой Культ, все считали Святого Дровосека и Патриарха священными учителями. Никто не ожидал, что ездовой зверь первого ничего об этом не знал!

Затем чёрный тигр продолжил:

— К примеру, способности Цинь Му совсем не плохи, но по вашим меркам его физическое тело не достигло уровня истинного бога. Тем не менее, он в силах сражаться с так званными практиками божественных искусств с талантом истинного бога.

— Это потому, что у меня Тело Тирана! — взволнованно перебил Цинь Му.

— Тело Тирана? Никогда не слышал о чём-то подобном, — говоря, тигриный бог продолжал мчаться сквозь ночь. — Твоё мастерство владения мечом очень близко к области пути, а следовательно, твоё понимание путей, навыков и божественных искусств почти достигло уровня истинного бога. Впрочем, твоё мировоззрение уступает им, и недостаточно развито. Что касается исконного духа, он очень силён и может считаться первоклассным среди практиков божественных искусств текущего поколения. Именно поэтому у тебя оказалось достаточно сил, чтобы сражаться с молодыми экспертами с талантом истинного бога… Мы пришли!

Перед ними сверкало пламя, достигая небес. Завораживающий город был залит ярким светом. В небе над ним стояли дьявольские боги и бесчисленные дьяволы.

Сан Хуа в ужасе смотрела на это зрелище. Тем не менее, дьявольские боги и дьяволы не останавливали тигриного бога, спокойно впустив его в город.

Глава 532. Ковка Перед Битвой

Сан Хуа была вся на нервах. Чёрный тигриный бог привёл их в гнездо врага, мог ли он перейти на вражескую сторону?

«Всё-таки он бог, и зачем ему лгать? Если бы он хотел убить нас, он бы просто убил нас или съел», — логично поразмышляв, она всё равно очень нервничала. Ведь они были во вражеском лагере!

Дьявольская раса существовала на Верховных Небесах Императора около двадцати тысяч лет, и на её памяти эти существа были жестокими и невероятно злыми. Если бы кто-то попался им в руки, их ждала бы только смерть!

А теперь, они в их лагере.

Она огляделась и увидела, как целая толпа дьяволов пристально наблюдали за ними. От их взглядов она почувствовала, как по её спине пробежал морозных холодок. Они выглядели как голодные звери, прячущиеся в темноте, готовые наброситься и разорвать их на куски!

Ладони Сан Хуа были покрыты холодным потом. Ей на глаза попался дьявольский бог, от которого она не могла отвести взгляд…

Мужчина был полуголый, но его лицо не было похоже на лицо нормального человека. Между тем всё его тело устилали огненные знаки, в то время как его глаза были очень странными, они были похожи на два огненных шара.

— Юная леди, а я тебя знаю… Твоя семья погибла от моих рук, верно? — заметив группу, улыбнулся тот дьявольский бог.

Ладони Сан Хуа сжались в кулачки, но она не обронила ни слова.

Щурясь, Цинь Му посмотрел на дьявольского бога. Он вспомнил первую встречу с Сан Хуа, тогда на их город напали небесные дьяволы, и её отец ринулся на защиту города, в итоге попав во вражеское окружение. Дьявольский бог, в свою очередь, пробился к семье Сан Хуа и убил множество людей.

Это было ужасающим зрелищем, и несмотря на то, что он не мог видеть лица девушки, он мог чувствовать, как её переполнял страх и гнев.

Цинь Му на пару с Сан Хуа постоянно где-то бегали, и только поэтому она осталась невредимой. В то время они были в двух разных мирах, так что Цинь Му никак не мог увидеть лица дьявольского бога, но судя по тому, как Сан Хуа смотрела на него, этот мерзавец был именно тем дьяволом, который устроил резню в её семье.

— Стиль построек здесь очень похож на наши Великие Руины. Я видел много разных руин Эпохи Императора-Основателя, они похожи на здешние дворцы, — вдруг улыбнулся Цинь Му. — Сестра Сан Хуа, ваши Верховные Небеса Императора могут быть связаны с нашими Великими Руинами.

Он хотел отвлечь её внимание, но она была очень сосредоточена на своём гневе, буровя взглядом убийцу своей семьи.

Вместо неё ему ответил чёрный тигриный бог:

— Верховные Небеса Императора принадлежали Императору-Основателю. Они были частью первого неба из тридцати трёх небес, поэтому я не вижу здесь ничего удивительного, что здания выглядят похоже.

— Верховные Небеса Императора из Эпохи Императора-Основателя? — сердце Цинь Му яростно содрогнулось, и он вопросительно воскликнул. — Что за тридцать три неба? Разве Эпоха Императора-Основателя не закончилась?

Чёрный тигриный бог был сбит с толку:

— Эпоха Императора-Основателя закончилась? Когда это случилось? Как она могла закончиться, если Основатель ещё жив? Пока он жив, его эпоха никогда не закончится!

Цинь Му был взволнован, его сердце бешено билось!

Эпоха Императора-Основателя ещё не закончилась!

Эта новость была поистине шокирующей!

Он сразу же вспомнил несколько случаев в Великих Руинах и Фэнду, когда статуя бога небесного короля действовала по приказу Императора-Основателя и помчалась верхом на цилине, чтобы убить короля драконов, и как Король Яма из Фэнду упомянул, что Император-Основатель собирается в деревню Беззаботную.

Эти два момента были явными признаками того, что Эпоха Императора-Основателя ещё не закончилась!

Тем не менее, когда чёрный тигриный бог лично сказал об этом, Цинь Му всё же был сильно удивлён.

— Твоё состояние ума очень неустойчиво, это плохо скажется в последующей битве, — сурово и громко сказал тигриный бог. — Твои достижения в состоянии ума не велики, так что приведи себя в порядок, лады?

— Какой битве? — с озадаченным видом, спросил Цинь Му.

— Мы здесь! — бог внезапно остановился и, тряхнув телом, сбросил Цинь Му и Сан Хуа. Когда они оба приземлились на землю, он встряхнулся и превратился обратно в бога с головой тигра. Затем он посмотрел вниз и, с хмурым видом покачав головой, громко закричал. — Милорд, эти человечишки бесполезны… их умы не спокойны! Даю гарантирую, что они проиграют с треском, если Вы отправите их сражаться!

Сан Хуа, смотревшая в глаза дьявольского бога, убившего всю её семью, не могла собраться с мыслями и даже контролировать себя. Разум Цинь Му тоже был потрясён, но от информации, которую рассказал ему бог, и он до сих пор пребывал в оцепенении.

Никто из них сейчас не мог трезво размышлять.

Однако, услышав слова чёрного тигриного бога, они оба пришли в себя и, посмотрев вперёд, от увиденного широко распахнули глаза.

Выстроенные в живописном беспорядке дворцы, были чрезвычайно странными. Некоторые из них были охвачены огнём, но не уничтожены, ведь пламя, казалось, исходило от них самих, хотя оно оставляло их почти прозрачными от палящего зноя.

Парочка могла видеть внутреннее убранство дворцов снаружи, буквально.

Пламя осветило весь город, будто сейчас был ясный день!

В небе над дворцами боги и дьяволы переглядывались друг с другом, и Цинь Му сразу же разглядел Святого Дровосека. Он также заметил множество других богов, стоящих позади него, седи которых был и отец Сан Хуа.

Напротив них стоял дьявольский бог, который не очень-то и походил на дьявола и был даже несколько утончённым и изящным, единственной проблемой было то, что у него совсем не было ушей.

На месте его левого уха было лицо и точно такое же лицо было вместо правого уха.

Цинь Му не мог видеть его спину, поэтому не знал наверняка, были ли у него лица на затылке тоже.

Внезапно поднялась чёрная колонна толщиной в несколько метров. Она была похожа на чёрную пагоду, которая пронзила по диагонали обширный двор.

Между тем в сторону площади также вылетел громадный топор. Он был таких же огромных размеров, как чёрная колонна.

Только сейчас Цинь Му заметил, что это была не чёрная колона и не чёрная пагода, а огромное копьё. Два духовных оружия пересекались между собой на площади, и от их веса образовались трещины.

— Идите на площадь, — поторопил их чёрный тигриный бог. — Как только люди впереди умрут, настанет ваша очередь.

Цинь Му и Сан Хуа вышли вперёд к границам площади, на которой находилось несколько практиков божественных искусств. Они были с ног до головы покрыты кровью и облачены в доспехи. Они стояли на месте и переводили дыхание, ведь, скорее всего, только что пришли с поля боя.

По другую сторону стояли другие молодые практики божественных искусств, но они являлись дьяволами. Они тоже должно быть только что пришли с поля боя, так как некоторые из них были ранены, тем не менее, каждый из них выглядел свирепо и храбро.

— Милорд, они здесь, — чёрный тигриный бог поклонился Святому Дровосеку, находящемуся в небе над ним.

— Почему их умы не спокойны?

— Совершенствование его состояния ума на слишком низком уровне, — немедленно заговорил бог Черный Тигр. — Когда он услышал, что Эпоха Императора-Основателя до сих пор идёт, его душа, можно сказать, улетела в полёт.

Святой Дровосек посмотрел на чёрного тигриного бога, и его два длинных уха отодвинулись назад, прильнув к затылку. Он стал покорным и больше не проронил ни слова.

Святой Дровосек перевёл взгляд на Цинь Му и увидел, как тот шарится в своём мешочке таотэ, в итоге вынув кусок чёрного железа. Затем он ткнул его в исходящий из дворца огонь.

— Ум не в порядке, зато бодрый характер. Интересно, полезен ли он? Мог ли я ошибаться в своих суждениях? Он явно не был таким любопытным и живым на поле боя… — размышлял Святой Дровосек.

Ощутив, как чёрное железо в руке стало обжигающим, Цинь Му без промедлений бросил его на землю. Ещё до того, как пламя успело погаснуть, чёрное железно превратилось в груду расплавленного железа.

Оно продолжало гореть, в мгновение ока превратившись в пепел.

— Неудивительно, что это место называется городом Ли, это Огонь Ли! — заявил юноша.

Глядя на происходящее, Святой Дровосек слегка нахмурился, а младший позади него вскрикнул от удивления, нарушая тишину.

— И не только Огонь Ли, здесь также есть дьявольский огонь! — добавил Цинь Му.

Чёрный тигриный бог попытался объяснить:

— Это место было завоёвано дьяволами и их огонь скрыт внутри Огня Ли, что и являлось их планом! Не прикасайся к нему и будь осторожен, иначе сожжёшь себя дотла. Как ты догадался, что в Огне Ли есть дьявольский огонь?

— Огонь Ли имеет высокую температуру и хорош для ковки, в виду того, что может легко расплавить чёрное железо, и не может его сжечь, — объяснил Цинь Му. — Дьявольский огонь имеет очень ужасающую коррозионную характеристику, но его температура недостаточно высока. То, что плавило чёрное железо, было Огнём Ли, а то, что сжигало его, было дьявольским огнём.

Внезапно его глаза засияли, а чёрный тигриный бог подпрыгнул в шоке.

— Дьявольский огонь можно использовать, чтобы расплавить духовное оружие, в то время как Огонь Ли — ещё лучший божественный огонь! Этот поход не был напрасным, мой меч может быть улучшен вдвое! — от волнения вскрикнул Цинь Му.

Немой научил его чуду плавления, благодаря чему он теперь знает, как использовать любой огонь. И теперь, поняв предназначение обоих огней, его охватило волнение, и он немедленно вынул железную доску и оправу, прежде чем достать чёрный железный молот.

— Братец тигр, ты этого не знаешь, но моя пилюля меча уже усовершенствована до такой степени, что её можно обернуть вокруг пальца. Ещё один шаг вперёд был бы похож на текущую воду. Всё это время я не мог найти высококачественного пламени, но теперь, я, наконец, нашёл его! — Цинь Му достал свой меч и, посмотрев на потрясённого чёрного тигриного бога, с улыбкой добавил. — Дьявольский огонь может сжечь чёрное железо, но он не может сжечь Эссенцию Чёрного Золота. Мои мечи сделаны из чёрного золота со смешанным божественным металлом. Расплавив их дьявольским огнём, я смогу удалить шлаки.

Боги и дьяволы в округе были ошеломлены. Они уставились на Цинь Му, быстро соорудившего плавильный стол и вынувшего войлочный фартук, обвязав его вокруг своей талии. Он бросил летающие мечи на плавильный стол, затем взял один из них и запихнул в огонь.

Лязг!

Звук бьющегося металла разогнал торжественную атмосферу.

Цинь Му всерьёз ковал каждое из своих духовных оружий, каждый его удар был полон фокусировки и самоотдачи.

— Эй! — тихо позвала Сан Хуа. — Откуда ты знаешь, как ковать сокровища?

Цинь Му не поднимая головы, смиренно сказал:

— Я учился этому более десяти лет, так что в этом деле я намного опытнее, чем в математике.

Сан Хуа показала ему язык, смотря как он куёт. Внезапно её сердце перестало волноваться.

Когда её отец увидел, что она тоже пришла, то слегка нахмурился и открыл было рот, однако так ничего и не сказал.

Лязг, лязг, лязг.

Цинь Му непрерывно ковал. Несмотря на то, что вокруг было больше дюжины богов и дьяволов, единственным звуком был бьющийся метал, и это очень всех раздражало.

Внезапно дьявольский бог, который стоял противоположно Святому Дровосеку, повернул голову и, посмотрев ему в лицо, сказал с приятной улыбкой:

— Я, Фу Жило, наконец встретил Небесного Наставника с поддельных Райских Небес. Глядя сейчас на тебя своими глазами, могу сказать, что ты полностью соответствуешь своей репутации. Кстати, твой преемник действительно интересен, но ты уверен, что хочешь, чтобы он сражался на твоей стороне?

У Святого Дровосека было безразличное выражение лица:

— Совершенствование сердца — это как ковка металла. Его сердце было не спокойным, поэтому он начал ковать, чтобы устранить лишние эмоции, и успокоить своё сердце. Это своего рода метод глубокого совершенствования для состояния ума. Фу Жило, разве ты не видишь этого?

Лязг, лязг, лязг.

Цинь Му взмахивал своим огромным молотом и безостановочно бил по лезвиям. Он совсем не выглядел так, будто совершенствовал своё сердце, а так, будто действительно просто ковал металл.

Святой Дровосек, дрогнув уголками своих век, будучи не в состоянии так равнодушно продолжать смотреть, непонимающие подумал: «Почему он до сих пор бьёт?».

Находящийся визу Цинь Му убрал готовые мечи и достал ещё одну огромную партию, чтобы обжечь их в огне.

На лбу Святого Дровосека проступили вены, но он тут же попытался скрыть это.

Фу Жило громко рассмеялся:

— Тебе трудно избавиться от меня, как и мне трудно избавиться от тебя. В таком случае, пусть эти юнцы сражаются за нас! Небесный Мастер, если моя сторона одержит верх, ты уберёшься отсюда и будешь молча продолжать мечтать, а где ты захочешь это делать, меня не касается. Если твоя сторона одержит верх, я оставлю город Ли тебе!

Святой Дровосек на мгновение задумался, как вдруг назойливый лязг металла снова достиг его ушей.

Цинь Му безостановочно продолжал ковать.

Лорд города Блещущих Ранений, стоящий рядом, тихим голосом сказал:

— Небесный Наставник, не волнуйся, на Верховных Небесах Императора ещё есть молодые таланты. Они все достаточно юны и имеют способности истинных богов, и уж точно не будут слабее ученика Фу Жило.

Святой Дровосек посмотрел на Цинь Му, который до сих пор ковал, и кивнул от беспомощности.

Глава 533. Бог Ножа

Святой Дровосек посмотрел на противоположную сторону, где несколько дьявольских богов привели своих лучших учеников. Молодые эксперты дьявольского пути сияли яростными аурами. Каждый из них владел ужасающим физическим телом, силу которого было сложно переоценить, и было очевидно, что они уже прошли сквозь сражения жизни и смерти.

Раньше Цинь Му уже сражался с дьяволами и отлично знал о силе их расы. Даже если физические тела практиков божественных искусств Верховных Небес Императора достигали таланта истинного бога, они всё равно оказывались слабее.

Кроме того, так как на Верховных Небесах Императора происходили бесчисленные битвы, у здешних жителей не было времени для создания учебных заведений на подобии тех, что существовали в Империи Вечного Мира. Здесь также отсутствовали условия для формирования больших сект, поэтому боги в основном лично искали выдающиеся таланты и занимались их обучением.

У этого были свои преимущества и недостатки. Первые заключались в том, что благодаря обучению у бога, каждый ученик становился элитой и владел невероятными способностями. На Верховных Небесах Императора не было недостатков в системе наследования навыков, путей и божественных искусств. Даже техники уровня бога передавались пришедшим поколениям.

К примеру, Сан Хуа была личным учеником своего отца, Сан Е.

Недостаток же крылся в том, что человек узнавал лишь то, чем владел его учитель. Ему было крайне сложно изучить высшие искусства других мастеров. К примеру, Сан Хуа совершенствовала божественные искусства и техники своего отца, и не владела искусствами, которых тот не знал. И даже если бы она каким-то образом их узнала, их владелец не стал бы обучать её так же тщательно, как Сан Е.

Не изучая чужие техники и божественные искусства, человек был обречён специализироваться только в одной области, что приводило к тому, что пути, навыки и божественные искусства Верховных Небес Императора не улучшались с течением времени, и в этом они значительно уступали Вечному Миру.

Если Цинь Му смог это заметить, то Святой Дровосек, естественно, тоже.

Он посмотрел на юношу, продолжающего ковать, питая некоторые сомнения:

«Когда этот парень оказался в опасности на поле боя, я исполнил божественное искусство, которое он сумел мгновенно постичь, в итоге успешно спасаясь бегством. Талант моего наследника по праву можно считать несравненным, он совершенно освоил переданную мною ранее технику, что позволило ему так быстро понять моё движение. Но почему он сейчас так странно себя ведёт? Неужели мои суждения были ошибочны?»

В этот момент подошёл какой-то бог, поклонившись:

— Небесный Наставник, эксперты области Семи Звёзд Верховных Небес Императора уже здесь!

Посмотрев на них, Святой Дровосек кивнул:

— Пусть подойдут.

Сан Хуа оглянулась, и её глаза внезапно загорелись:

— Молотильщик, смотри! Эту девушку зовут Юй Хэ, она самый сильный практик божественных искусств области Семи Звёзд!

Цинь Му вынул меч из стены огня и осмотрел. Металл всё ещё недостаточно прогрелся, поэтому он засунул его обратно.

Сан Хуа была вне себя от волнения, продолжая к нему обращаться:

— Юй Хэ — ученица Истинного Бога Пан Юя, она прошла испытание Пагоды Подавления Бога и уже убила трёх экспертов уровня молодого истинного дьявола, заслужив звание номера один в области Семи Звёзд! Взгляни на девушку, зачесавшую волосы вверх в виде пагоды, это она! Она очень красивая!

Чёрный тигриный бог посмотрел на девушку по имени Юй Хэ, на лице которой застыло холодное выражение. Она сняла свои серёжки, браслеты и поправила одежду. Было очевидно, что она готовилась к бою.

— Девушка действительно неплоха, настоящий эксперт, — похвалил тигриный бог. — Она сняла с себя ненужные аксессуары, чтобы те не ограничивали свободу движений. Можно сказать, что она была выкована сотнями битв!

— Молотильщик, смотри, смотри! Здесь все десять лучших практиков области Семи Звёзд!.. Погоди-ка, двух людей не хватает. Неужели они погибли в бою?

Цинь Му был сосредоточен на ковке и, задрожав, принял истинную форму Владыки Меркурия. Извергая холодный водяной пар, он остудил лезвие, прежде чем схватить его, наполняя своей жизненной Ци. Затем он растерел его руками и превратил в пилюлю.

Закончив, Цинь Му удовлетворённо кивнул.

Сан Хуа была несказанно взволнована:

— Смотри, это Шу Яо! Его учителем был Истинный Бог Янь Шуо, но он, к сожалению, погиб в последней битве с Фу Жило… Тем не менее, Шу Яо действительно невероятно сильный. У него есть задатки учителя, поэтому его техники очень властны, а божественные искусства яростны. Он идёт по пути обретения физического тела святого!

Чёрный тигриный бог осмотрел Шу Яо, обнаруживая, что тот обладает крайне спокойным характером. Казалось, что он не встревожится, даже если небо упадёт на землю. Находясь в окружении такого количества богов и дьяволов, он не подавал и виду волнения.

— Он намного более стойкий, нежели молотильщик, который непрерывно вертит головой от удивления. Шу Яо тоже настоящий эксперт.

Шу Яо подошёл поближе. На вид он и вправду казался невероятно серьёзным парнем, обладающим необычайно спокойными повадками.

Группа людей возле него также были невероятно талантливыми. Каждый из них, будь то девушка или парень, были окружены ужасающей убийственной аурой. Должно быть, они пришли сюда прямиком с поля боя.

Волнение Сан Хуа достигло своего предела:

— Эти люди смогли выбраться из Пагоды Подавления Бога, и все являются легендарными экспертами! Вон там Хуан Юэ. Он принял участие в огромном количестве великих битв, и своей великолепной военной службой снискал невообразимую славу! Он тоже ученик Истинного Бога Пан Юя, и смог выбраться из Пагоды Подавления Бога быстрее, чем кто-либо другой. Но вот его ранг слегка ниже, он номер три!

Цинь Му спрятал все летающие мечи, которые успел усовершенствовать, и тут же засунул в стену огня Ли следующую партию, продолжая непрерывно работать.

Чёрный тигриный бог смотрел на Хуан Юэ, который явно был маньяком совершенствования. Даже сейчас он на ходу продолжал исполнять свою технику, отчего над его головой собрались тучи.

Его техника была очень странной, и уже позволила ему пробудить свой исконный дух. Несмотря на то, что тот ещё не мог принимать физического облика, дух вдыхал и выдыхал жизненную Ци.

Тучи над его головой были видениями, сформированными из жизненной Ци, уплотнённой усилиями исконного духа.

— Совершенствование этого парня поразительно плотное! — глаза тигриного бога загорелись, когда он проговорил. — Несмотря на то, что он маньяк боевых искусств, его мысли очень чисты и сосредоточены только на совершенствовании, что говорит о невероятной широте ума! Молотильщик и девочка с косичками, вам есть чему у него поучиться!

Услышав совет, Сан Хуа тут же кивнула.

Чёрный тигриный бог посмотрел на Цинь Му, который достал очередную партию мечей, засовывая их в стену. Между тем он стучал молотом по железу, выдавливая из него лишние примеси.

Выражение лица тигра ужасно помрачнело.

Юй Хэ оглянулась, её взгляд упал на Цинь Му, погружённого в процесс ковки. Слегка нахмурившись, девушка спросила Сан Хуа:

— Младшая Сестра Сан Хуа, кто этот парень?

С восхищением на неё взглянув, Сан Хуа ответила:

— Это Цинь Му, он из другого мира. Его Цинь — это Цинь молотильщиков. Старшая сестра, в битве за город Ши ты прославилась на весь мир…

Выражение лица Юй Хэ помрачнело:

— Тем не менее, город Ши всё равно оказался в руках врага. Силы дьявольской армии и вправду превышают наши. Тем не менее, практики божественных искусств наших Верховных Небес Императора ничем не слабее дьяволов, которые полагаются исключительно на свой численный перевес!

Вскоре к ним подошёл Шу Яо, нежно улыбнувшись к Сан Хуа:

— Сестра Сан Хуа, ты ещё не входила в Пагоду Подавления Бога, не так ли? Я заметил, что твои способности очень хороши, и значительно улучшились со времён нашей последней встречи. Ты определённо сможешь пройти испытание!

Сердце девушки наполнилось гордостью.

Посмотрев на Цинь Му, Шу Яо слегка нахмурился. Он тихо спросил:

— Кто это?

— Цинь Му, молотильщик.

Юй Хэ почувствовала себя беспомощной:

— Он из другого мира, и его характер слегка странноватый. По всей видимости, он проделал такой долгий путь, чтобы заняться ковкой.

Покраснев, Сан Хуа тихо ответила:

— Цинь Му очень сильный. Он умеет открывать врата, которых я не видела никогда раньше. Где бы они не проходили, ничего не выживает. Он убил огромное количество экспертов дьявольской расы. Кроме того, у него есть Нефритовый Глаз Луны, сумевший убить Фу Юйсяо одним ударом. Также у него очень высокие достижения в математике, а медицинские познания даже выше. Его мастерство ковки также выше, чем знание математики…

— Он убил ученика Фу Жило Фу Юйсяо?

Удивившись, все повернули головы на Цинь Му, который продолжал ковать. Со спокойным выражением лица Юй Хэ проговорила:

— У старшего брата Цинь и вправду необыкновенные сокровища.

Все остальные кивнули. Среди младшего поколения, Фу Юйсяо был известным экспертом области Небожителя. Цинь Му мог убить его, полагаясь исключительно на огромную силу Нефритового Глаза Луны.

— Это не только заслуга артефакта, но и математических познаний молотильщика. По его словам, он использовал их, чтобы рассчитать следующий шаг Фу Юйсяо перед выстрелом…

После этих слов уверенность Сан Хуа пошатнулась.

— Математика?

Все начали качать головами, а Хуан Юэ равнодушно проговорил:

— Какой толк с математики? Она не просто не увеличивает боевую мощь человека, но ещё и отвлекает его от совершенствования.

Чёрный тигриный бог кашлянул и торжественно проговорил:

— Постарайтесь успокоиться. Вас ждёт ожесточённая битва! Мой хозяин только что несколько раз сразился с Фу Жило, но исход битвы было тяжело определить, поэтому у нас возникла новая идея. Молодое поколение будет бороться за власть над городом Ли! Нужно сделать всё возможное, если мы хотим вернуть его себе!

Шу Яо посмотрел на Цинь Му, который до сих пор продолжал ковать, и нахмурился:

— Как мы можем успокоиться, когда старший брат ведёт себя так странно?

Все вокруг кивнули.

Тигриный бог беспомощно на них взглянул:

— Пожалуйста, не обращайте на него внимания. Широте его ума ещё далеко до вашей, поэтому он вынужден ковать, чтобы успокоиться.

Внезапно взгляд Хуан Хэ уставился на силуэт вдали, и он проговорил слегка хриплым:

— Чжэ Хуали, лучший ученик Фу Жило! Я встречался с ним на поле боя, и во тьме почти погиб от его руки! К счастью, подкрепление прибыло вовремя!

Шу Яо тоже уставился на молодого дьявольского эксперта. Нож на его спине задрожал, издавая лёгкое гудение, и он тихо проговорил:

— Я тоже обменялся с ним парочкой ударов и потерпел поражение. Только старшая сестра Юй Хэ сможет с ним совладать…

Юй Хэ пристально взглянула на дьявола, качая головой:

— Я только что столкнулась с ним на поле битвы. Несмотря на то, что после двух ударов нас разделило боевое построение, я успела оценить величину его силы. Я не могу быть уверенной в своей победе на сто процентов… Вы должны быть крайне осторожны, сражаясь с ним!

Чёрный тигриный бог посмотрел на молодого эксперта, будучи слегка ошеломлённым. Перед ним стоял утончённый, культурный на вид юноша. Исходя из его внешности было сложно прийти к выводу, что он дьявол.

«Что-то здесь не так! Он не дьявол, а человек!» — сердце тигриного бога дрогнуло, и он мгновенно осознал откуда взялся Чжэ Хуали, тихо проговорив:

— Он не просто ученик Фу Жило, а к тому же человек с верхней границы!

Юй Хэ, Шу Яо и Хуан Юй были ошарашены. Они хотели узнать подробности, но чёрный тигриный бог подпрыгнул в небо, обращаясь к Святому Дровосеку:

— Милорд, с происхождением этого Чжэ Хуали что-то не так. Он не дьявол и, скорее всего, спустился с верхней границы!

Святой Дровосек кивнул и посмотрел на противоположную сторону, прежде чем торжественно проговорить:

— Фу Жило, кажется, ты связан с так называемыми Райскими Небесами. Твой ученик пришёл с верхней границы. Интересно, чьим учеником он был до этого?

Фу Жило громко рассмеялся и неторопливо ответил:

— У Чжэ Хуали стойкий фундамент, а его техники лишь немного уступают моим. Его способности непревзойдённые, он мой самый талантливый ученик. Тем не менее, твоя догадка попала в цель, его происхождение действительно высокое. У него и вправду есть второй учитель, с которым тебе уже приходилось встречаться. Этот человек — Бог Ножа, называющий себя Ушуаном. Вы уже обменивались с ним ударами.

Помрачнев в лице, Святой Дровосек кивнул:

— Бог Ножа Ло Ушуан, высший генерал Стражей Элитного Духа. Он и вправду старый друг. Никогда бы не подумал, что ты окажешься как-то с ним связан.

Непрерывно кующий Цинь Му внезапно дёрнул ушами и отставил кузнечный молот в сторону. Затем он поднял голову и спросил Сан Хуа:

— Каких стражей? Каких духов?

— Стражей Элитного Духа, Ло Ушуан.

Юй Хэ равнодушно проговорила:

— Мой учитель Истинный Бог Пан Юй когда-то о нём говорил. Ло Ушуан — это бог ножа из древних времён, истинный бог с невообразимо мощным навыком ножа. Несмотря на то, что у него одна рука, его мастерство достигло совершенства!

Цинь Му был ошеломлён. Внезапно он вспомнил ночь сорока тысячелетней давности и Ло Ушуана из Стражей Элитного Духа, с которым тогда столкнулся.

Той ночью он убегал вместе с сундуком и отрубил тому одну из рук.

Неужели это был тот самый человек?

Цинь Му поспешно взглянул на Чжэ Хуали. Заметив это, Шу Яо поспешно спросил:

— Старший брат Цинь, молотильщик, почему ты перестал ковать?

Цинь Му ничего не ответил, между тем Чжэ Хуали ощутил на себе его взгляд и их глаза встретились. Затем взор Цинь Му упал на спину Чжэ Хуали, где сверкал длинный дьявольский нож, на рукояти которого виднелся глаз.

Внезапно глаз открылся, тоже уставившись на него.

Рассмотрев лицо Цинь Му, Чжэ Хуали был слегка удивлён. В его выражении виднелось неверие, как вдруг он быстро достал свиток из кармана у себя на груди.

Осмотрев рисунок и ещё раз взглянув на юношу напротив, он радостно улыбнулся.

Между тем взгляд Цинь Му был прикован к дьявольскому ножу, и он мрачно проговорил:

— Сестра Сан Хуа, ты поверишь, если я скажу, что это я отрубил руку Бога Ножа Ло Ушуана?

Глава 534. Твёрдый Камень

— Ты лишил руки Бога Ножа Ло Ушуана? — все люди в округе находили это крайне абсурдным. Даже Шу Яо, чей разум был устойчив, подобно вековому камню, не смог сдержать свой смех. — Старший брат Цинь, просто сосредоточься на ковке.

Цинь Му отвёл взгляд, но выражение его лица стало странно серьёзным. Сбитые с толку Юй Хэ, Хуан Юэ, Шу Яо, Сан Хуа и остальные внезапно отошли на шаг от Цинь Му.

На мгновение они почувствовали, что юноша, ковавший рядом с ними, вдруг превратился в меч, который вот-вот будет обнажён, и лучи света вспыхнут во всех направлениях. Его острый дух был угрожающим, но остался в ножнах меча.

Молодые люди отшагнули благодаря природному инстинкту, избегая ужасающего боевого духа и убийственных намерений.

Лязг, лязг…

Послышался звук возобновившейся ковки от вернувшегося к обработке своих летающих мечей Цинь Му, в то время как у всех остальных вокруг возникло чувство, что у них просто разыгралось воображение, и не более.

Между тем дьявольская женщина на другой стороне, находящаяся рядом с Чжэ Хуали, перевела взгляд на картину и в изумлении сказала:

— Человек на твоей картине похож на того паршивца, который куёт по ту сторону!

Чжэ Хуали свернул картину и убрал её, равнодушно проговорив:

— Мой мастер искал его в течение долгого времени. Он сказал, что его навыки ножа достигли такого уровня именно благодаря ему, а перед тем, как я должен был отправиться на нижнюю границу, он выполнил своё мастерство и передал мне эту картину. Он хотел, чтобы я нашёл этого человека и продемонстрировал его навыки ножа.

Дьявольская женщина прикрывала рот, пытаясь не захихикать:

— Похоже, твой мастер очень беспокоится о нём. Его приказ заключается в том, чтобы ты показал этому сопляку, насколько сильны его навыки ножа? Я чувствую ненависть в сердце твоего мастера, но с намёком на уважение. Однако, этот маленький кузнец всего лишь юноша, как же он мог привлечь его внимание?

— Этого я знать не могу, — взгляд Чжэ Хуали остановился на Цинь Му. — Буквально несколько месяцев назад мастер даже пересёк несколько царств, чтобы связаться со мной, сказав, что появился тот самый человек, которого он так долго хотел найти. Он попросил меня совершить маленькое путешествие и найти его. Но с приближающейся большой битвой у меня не было времени отправиться в тот мир, где он и должен был находиться, вот почему я никак не ожидал увидеть его здесь, — он испустил неровный выдох и добавил тихим голосом. — Если Бог Ножа так сильно искал с ним встречи… Теперь и я очень хочу встретиться с ним!

Цинь Му продолжал беззаботно ковать свои летающие мечи, не проявляя никаких эмоций, вот только Чжэ Хуали отчётливо чувствовал, как его взгляд заставляет того испытывать неловкость.

Под его взглядом Цинь Му совершенно точно поправлял свою позу.

Чжэ Хуали улыбнулся, не в силах подавить своё волнение. Глаз на ноже демона также стал взволнованным и несколько раз перевернулся, увеличиваясь в размерах и становясь кровавым.

Внезапно раздался голос Фу Жило:

— Небесный Наставник, так как все уже здесь, пора начинать.

— Должны ли мы установить какие-либо правила?

— Правила? Правила в битве за жизнь и смерть? — Фу Жило громко рассмеялся, заставив задрожать чёрное копьё во дворце, а уже в следующий миг треснула площадь и из-под земли раздались взрывы, отчего овраги разлетелись во все стороны.

Земля под ногами Цинь Му и остальных мгновенно стала неустойчивой, вынуждая их поспешно пробудить свою жизненную Ци.

Святой Дровосек поднял брови, и огромный топор отправился в атаку на дьявольское копьё. Столкновение двух божественных оружий внезапно разорвало пространство в центре площади и растянуло его!

Среди потрясающих мир взрывов, выражение лиц Цинь Му и остальных резко изменились. Земля под их ногами внезапно высоко поднялась, и они, не будучи в состоянии стоять на своих двоих из-за поднимающейся земли, были вынуждены прыгать, полагаясь только на одну из ног.

Площадь несказанно изменилась. Всего лишь за мгновение времени из-под земли поднялись настоящие горы, и вся местность увеличилась втрое, а то и вчетверо раз!

От столкновения двух божественных оружий площадь многократно растянулась, как будто безграничная сила создала горы из ничего!

Овраги пересекали друг друга, а горы поднимались и убегали вдаль.

От такой ужасающей силы молодое поколение с трепетом наблюдало за происходящим.

Удивлённый Цинь Му посмотрел на преобразования перед ним. Плоская площадь была похожа на синее море, превращающееся в шелковичные поля. Всё претерпевало изменения, которые могли произойти только через сотни тысяч или даже миллионы лет, за очень короткое время!

Это была могучая сила богов и дьяволов, сила, которую смертные не могли достичь!

Только сейчас он увидел, какую мощь контролирует истинный бог. Такой силой не мог обладать даже Син Ань, собрав все нужные ему части тел.

— Фу Жило спокойно сопротивляется Святому Дровосеку, его способности весьма внушительны, — сердце Цинь Му дрогнуло, когда он почувствовал свои летающие мечи. Часть из них всё ещё была прямо посреди обжига огнём Ли и дьявольским огнём, и он не успел призвать их вовремя.

Цинь Му немедленно призвал их к себе, и летающие мечи поднялись вдалеке. Они были в двадцати километрах от него, но он сразу заметил необычайную странность — скорость летающих мечей была чрезвычайно быстрой, но расстояние между ними постепенно увеличивалось!

Очевидно, это было связано с богами и дьяволами, когда они создавали мир. Скорость, с которой расширялось пространство, превосходила скорость движения летающих мечей!

Бабах!

Внезапно пространство сильно затряслось, и горы перестали расти.

Всё стабилизировалось.

Цинь Му поднял руку и соединил просвистевшие сверху летающие мечи воедино, превращая их в шар, который вращался в воздухе. После этого он облегчённо вздохнул и огляделся, но нигде не увидел Сан Хуа и остальных.

В окрестностях было огромное количество гор, но они не были слишком высокими. Они были похожи на горы во внешнем мире, но при этом сократилась более чем в десять раз.

Цинь Му разрезал кусок скалы и, в деталях изучив его, измельчил в порошок. Через несколько мгновений скала превратилась в тонкие рунические знаки, которые, испустив своё последнее свечение, рассеялись с ветром и полностью исчезли.

— Они не настоящие, — Цинь Му выпрямил спину и огляделся. Горы, которые простирались вверх и вниз, должны были материализоваться с помощью рун Фу Жило и Святого Дровосека. Их способности, казалось, не достигли уровня, на котором они могли создать реальную материю.

Внезапно прогремел голос Фу Жило, как будто это был гром из пространства:

— В битвах за жизнь и смерть, нет никаких правил! Этот песчаный стол будет их полем битвы, и каждая сторона будет иметь по десять человек в общей сложности. Соответственно, сторона, которая одержит верх, станет победителем! Есть вопросы?

«Песчаный стол? — сердце Цинь Му слегка сжалось, и он поднял голову, чтобы посмотреть на источник голоса, где увидел несравненно огромные лица Фу Жило и Святого Дровосека. Они выглядели как планеты в пространстве. — Это означает, что если площадь выглядит в бесчисленное количество раз больше, то она должна быть такой же снаружи».

Цинь Му был очень удивлён, чувствуя, что это было просто за гранью его воображения!

Быстро придя в себя, он рассчитал размер площади.

С каждой стороны был дворец. Скорее всего они находились в левом Инь и правом Ян.

Цинь Му прошёл весь путь по главной дороге, после чего поднялся по ступенькам, чтобы войти на площадь. Она была чуть меньше сотни метров в ширину и ста пятидесяти метров в длину, между тем с обеих её сторон располагались ступени, ведущие во дворцы.

Если посмотреть с неба вниз, то два дворца и площадь представляли собой предсказательную диаграмму Пророческих Триграмм Ли, так и рождался огонь Ли.

Теперь же внутреннее пространство площади расширилось многократно, но для внешнего мира она выглядела сто на сто пятьдесят метров в ширину и, соответственно, в длину. Это была та же диаграмма Пророческих Триграмм Ли с двумя большими дворцовыми залами.

Для Святого Дровосека, Фу Жило, Пан Юй и остальных богов с дьяволами, Цинь Му находился на небольшом песчаном столе.

Все его движения были отчётливо видны, как отметины на ладони.

Цинь Му прищурился. Сейчас у него было два пути. Первый заключался в том, что ему надо было отступить в сторону большого дворцового зала и продолжить использовать огонь Ли, чтобы усовершенствовать свои мечи. Другой путь вёл к центру мира песчаного стола.

Именно там находились оружия Святого Дровосека и Фу Жило, и вместо того, чтобы искать вокруг да около, было бы лучше отправиться именно к месту, где в конечном итоге окажутся все.

Умный сразу поймёт, что первый, кто доберётся до места, где пересекаются топор и копьё, получит преимущество в последующей борьбе.

Будучи на шаг впереди, можно расставлять ловушки и построения, мешая своим врагам. Как говорится — вставляй палки в колёса и прийди к финишу первыми!

«Я усовершенствовал триста шестнадцать мечей, мне этого достаточно», — резко ускорившись, Цинь Му побежал к центру мира песчаного стола. Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого были задействованы на своём пределе, и он стал таким же быстрым, как струящийся свет!

Вшух!..

Его скорость превзошла звук, и стена воздуха перед ним взорвалась белым облаком. Пар касался его лица, после чего словно проходил сквозь.

В этот момент Цинь Му услышал громкие взрывы и посмотрел в направлении шума. Фигуры вдалеке тоже преодолели скоростной звуковой барьер, оставляя позади себя облака пара среди гор.

Облака пара распространялись кругами в чрезвычайно привлекательной манере.

Всего образовалось девятнадцать таких облаков, каждый из которых был оставлен одним из девятнадцати экспертов с несравненно мощным физическим телом, преодолевающим скорость звука!

Было очевидно, что все они поняли, если окажутся на шаг впереди другого в достижении места, где пересекаются топор и копьё, то получат огромное преимущество и возьмут верх!

Вены выскочили на голове Цинь Му. Только теперь он осознал, что был самым медленным среди двадцати человек в мире песчаного стола!

Даже скорость Сан Хуа была немного быстрее, чем у него!

Все девятнадцать экспертов были подстать молодым истинным богам, а техники, которые они совершенствовали, позволили их телам достичь высоты, превосходящую таковую даже у него!

Та самая скорость, которой он так гордился, как по щелчку пальцев уступила практикам в той же области!

Внезапно Цинь Му остановился и развернулся назад.

Все направлялись туда, где пересекались топор и копьё, поэтому то место вскоре станет самым опасным. Никто не мог оторваться друг от друга, в результате чего, рано или поздно, произойдёт столкновение двадцати практиков божественных искусств, перерастая в огромную и беспорядочную потасовку.

В такой хаотичной ситуации несчастные случаи никогда не были редкостью.

Даже если бы Цинь Му обладал лучшими способностями, его могли бы запросто окружить и убить.

Поэтому он не мог туда пойти.

В следующий момент девятнадцать фигур, которые неслись к месту, где пересекались топор и копьё, внезапно стали невидимыми и исчезли. Он не видел, куда они побежали.

Цинь Му был ошеломлён, помрачнев лицом: «Те, кто так долго жил на Верховных Небесах Императора, действительно не глупцы, они все сразу же подумали об одном и том же. Интересно, я наконец-то встретил достойных соперников… В таком случае, я не буду вас искать, ребята, а буду ждать, пока вы меня найдёте!»

Его тело внезапно прорвалось сквозь воздух и устремилось прямо к границам мира песчаного стола. Там располагалась огненная стена высотой в десятки километров, в то время как горящий дворцовый зал образовывал стену между огнём Ли и дьявольским.

Через мгновение из мира песчаного стола донёсся звук бьющегося железа. Его можно было услышать за десять километров. А уже в следующий вдох времени Цинь Му увидел, как к нему приближается человек, которым оказалась соблазнительная девушка с изящной осанкой.

— Все десять практиков божественных искусств Верховных Небес Императора очень сильны, но ты — слабое звено, — соблазнительная девушка посмотрела на спину юноши и хихикнула. — У меня нет особой уверенности, что я справлюсь с ними, поэтому я пришла сюда, чтобы заработать свою первую заслугу.

— Сестра, — Цинь Му повернул голову, чтобы одарить её сияющей улыбкой. — Мне кажется, ты ударишься ногой о твёрдый камень.

Глава 535. Чёрное, Будто Железо

Талия привлекательной женщины была невероятно хрупкой, напоминая ивовую ветвь на ветру. Покачиваясь влево-вправо, она шагала в сторону Цинь Му и, хихикая, говорила:

— Насколько ты сильный? Я заметила, что твоя скорость оказалась ниже, чем у остальных. Несмотря на то, что ты не слишком им уступил, твоё физическое тело всё же слабее. А даже малейшая разница в силе приводит к огромному отличии в способностях.

Её ноги остановились прямо перед летающими мечами, спрятанными вокруг юноши.

Летающие мечи, спрятанные Цинь Му под землёй, были первой формой Рисунков Меча — Мечом, Ступающим по Горам и Рекам. Девушке нужно было сделать ещё один шаг вперёд, и искусство бы активировалось, разрубая её на части и превращая в кровавый водопад среди горных пейзажей.

Однако, так как нога девушки остановилась прямо перед ловушкой, она, должно быть, заметила что-то не ладное.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, и он похвалил:

— Очень умно. Добрая сестра, как тебя зовут?

— Моё имя Тапо Сянъюнь, я ученица Истинного Дьявола Цянь Тапо, — девушка недоумевала от поведения юноши. — Когда люди Верховных Небес Императора встречают дьяволов, они обычно злостно кричат, а не улыбаются. Как ты можешь быть одним из них, если назвал меня доброй сестрой? Если бы все здешние жители вели себя так же, как и ты, то мне бы не пришлось убить стольких практиков божественных искусств. Интересно, откуда ты такой взялся?

Цинь Му открыл рот, чтобы ответить, но в этот миг Тапо Сянъюнь яростно топнула ногой. Земля задрожала и летающие мечи мгновенно взмыли в воздух.

Изменившись в лице, парень поднял руку в призывающем движении. Все летающие мечи собрались возле его ладони и превратились в пилюлю, которая вот-вот должна была коснуться его пальцев.

Пока он отзывал мечи, Тапо Сянъюнь бросилась вперёд со скоростью, которая совсем не уступала лезвиям. До того, как пилюля окончательно сформировалась, за её спиной возникли паучьи лапы, одним ударом разбившие артефакт на части!

Она была несравнимо хитра и, начав настоящую грозу из атак, разрушила пилюлю, чтобы не оставить Цинь Му шансов ею воспользоваться!

— Ты действительно самый слабый из всех. Сегодня я пущу первую кровь!

Тапо Сянъюнь разразилась мягким смехом, а в её руках появились два невообразимо острых шипа. В следующий миг она проткнула ими грудь Цинь Му!

— Что? — в этот миг она почувствовала, что что-то не так. Тело юноши перед ней обмякло, и упало на землю, превращаясь в лужу чернил. Но изменился не только он. Даже огонь Ли и дьявольское пламя за его спиной превратились в чернила!

Тапо Сянъюнь оглянулась, увидев вокруг себя раму картины. Снаружи находился Цинь Му, спокойно шагающий в её сторону.

Она только сейчас поняла, что, набросившись на него, оказалась внутри картины!

— Это картина? Но как рисунок может двигаться и говорить? И как я могла не заметить никаких недостатков?

Девушка была крайне удивлена и вскочила, пытаясь выпрыгнуть из картины, но оказалась взаперти. Кроме луж из чернил на земле, вокруг была лишь пустота.

Она громко зашипела, и восемь когтей за её спиной начали безжалостно пробивать путь наружу.

Чи! Чи! Чи!.. Паучьи лапы проткнули картину, что невероятно обрадовало Тапо Сянъюнь. Она надеялась разорвать картину на части и выпрыгнуть наружу.

И всё же, в этот миг Цинь Му яростно подул в её сторону, сдувая картину в стену пылающего огня Ли.

В густых языках дьявольского огня и огня Ли слышались жалкие вопли, с которыми картина превратилась в пепел. Из него сформировался силуэт паукоподобной женщины, которая продолжала бороться ещё некоторое время.

Спустя несколько мгновений вопли затихли, и она перестала шевелиться.

Сестра Сянъюнь, мне бы очень хотелось провести с тобой честный бой, но я боюсь, что здесь слишком много сильных противников, для которых нужно поберечь энергию, — виновато проговорил Цинь Му. — Ты и вправду очень сильна, но всё ещё не ровня мне… — не успев даже договорить, земля под его ногами вздыбилась, подбрасывая его в небо.

На дрожащей почве остался след гигантской ноги, и как только Цинь Му поднялся в воздух, ему вдогонку полетели невероятно острые каменные шипы.

Всё ещё находясь в полёте, он использовал свою пилюлю меча, отправляя бесчисленные вращающиеся лезвия, чтобы разрубить шипы. За миг до того, как он сумел определить местонахождение врага, земля взорвалась во второй раз, и огромная рука из магмы рванула к нему, пытаясь схватить.

Цинь Му ударил в ответ.

Раздался громкий взрыв, вместе с которым за его спиной возник огромный извергающийся вулкан, в несколько раз увеличивая силу кулака.

Кулак юноши и рука гиганта столкнулись, и камни из магмы тут же рассыпались. Они разлетелись во все стороны и несколько раз отскочили от земли, прежде чем начать вновь собираться, вновь формируя собой гигантскую руку.

Между камнями сверкал дьявольский огонь, в то время как ладонь сжалась в кулак.

— Магматический гигант Небесной Дьявольской Орды?

Рука Цинь Му, до сих пор находящегося в воздухе, едва не сломалась. Посмотрев вниз, он увидел, как земля задрожала и из-под неё выполз превратившийся в магматического гиганта дьявол Небесной Дьявольской Орды.

Встав на ноги, существо громко заревело, и тело Цинь Му в воздухе отлетело прочь под воздействием звуковых волн, а уже в следующий миг упало в стену огня.

— Слаба… — магматический гигант усмехнулся и развернулся, чтобы уйти, но в его сердце зародилось сомнение. Повернув голову назад, он увидел, как Цинь Му парит внутри огненной стены, а его тело приняло облик мутанта с бычьей головой и толстым хвостом.

— Добрый брат, ты не мог бы договорить, прежде чем уйти?

Цинь Му вышел из огненной стены. Дьявольский огонь и пламя Ли вытекли вместе с ним, превращаясь в двух красных драконов, несущих его на своих спинах.

На лице Цинь Му было холодное выражение:

— Правильно будет не «слаба», а «слабак»!

— Владыка Марса Звёзды Огненного Элемента? — гигант с подозрением взглянул на парня. — Владыка Марса может управлять огнём, но только божественным, как тебе удалось управлять дьявольским? Что-то здесь не так, ты используешь технику дьявольского пути! Ты тоже дьявол?

С каждым предположением он запутывался ещё сильнее. Цинь Му превратился в мутанта с головой быка и телом человека. У формы Владыки Марса определённо было тело бога, но из него почему-то вытекало дьявольское пламя, которое он контролировал.

Более того, на коже Цинь Му возникли узоры из огненных отметин, которые выглядели так, будто горели, а один из драконов, на которых он стоял, был дьявольским!

Только дьявол мог владеть таким сложным божественным искусством!

Находящиеся снаружи Святой Дровосек и чёрный тигриный бог увидели эту картину, и глаза последнего наполнились неверием, как вдруг он тихо спросил:

— Милорд, ты это чувствуешь?

Святой Дровосек слегка кивнул:

— Чувствую. Внешность рождается от лица, а дьявол рождается от сердца. Его дьявольская внешность происходит от лица.

Чёрный тигриный бог был озадачен:

— Но я чётко чувствую что-то странное в его теле. Кажется, он не чистокровный человек, а частично дьявол… Хозяин, ты снова меня обманываешь, не так ли?

Святой Дровосек слегка нахмурился и прокричал:

— Разве я когда-нибудь тебя обманывал?

Тигриный бог приоткрыл рот, собираясь что-то сказать в ответ, но вспомнив о богах Верховных Небес Императора у себя за спиной, закрыл его, подумав: «Нужно сохранить репутацию старого лжеца перед этими людьми…»

Взгляд Святого Дровосека мерцал, неоднократно падая на Цинь Му. Было неизвестно, о чём он думал.

Отведя глаза в сторону, он повернулся к Фу Жило, стоящему напротив. Дьявольский бог тоже с любопытством наблюдал за Цинь Му, бормоча:

— Полудьявол? Его магическая сила и вправду настолько огромна, что её можно сопоставить с силой ученика Су Мо — Ши Цюаньсуна. Он использует это преимущество, чтобы компенсировать недостатки своего физического тела, — улыбнувшись, Фу Жило обратился к Святому Дровосеку. — Небесный Наставник, кажется, твой наследник наполовину дьявол…

Святой Дровосек удивился, но ответил равнодушным тоном:

— Какой ещё дьявол? Он человек, который всего лишь совершенствовал технику дьявольского пути. Кому здесь судить, если не мне?

Фу Жило тихо рассмеялся и промолчал.

Магматический гигант глубоко вдохнул, и его тело начало медленно расширяться, мчась в сторону Цинь Му:

— Ты всё равно просто слабак! Твоё физическое тело ещё не достигло уровня молодого истинного бога. Несмотря на то, что тебе удалось совершенствовать формы владык звезды, ты не сможешь пережить даже одного моего удара!

Жизненная Ци Цинь Му была в шаге от вскипания, как вдруг два дракона под его ногами бросились навстречу противнику. За его спиной скопились ярко сияющие звёзды, соединённые между собой нитями серебряного света.

Если человек владел достаточно хорошим взглядом, он смог бы заметить, что на каждой из них возвышался бог.

Нити света, соединяющие звёзды, были лучами, которые испускали их тела. Они сплелись вместе, образовывая ужасающее силовое поле.

Это было божественное искусство, которое Ли Тяньсин создал после того, как освоил технику Единства Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд!

С точки зрения божественных искусств, Цинь Му не знал ничего сложнее, что было бы создано не богом, а обычным человеком.

Магматический гигант усмехнулся, а его громадный кулак устремился к юноше.

Раздался оглушительный грохот и во все стороны разлетелись осколки скал, между тем Цинь Му свалился с ног, но уже в следующий миг он развернулся, снова бросаясь в бой.

Гигант яростно заревел, дьявольское пламя на его теле загорелось с ещё большей силой. Как вдруг он бросился в сторону противника, в итоге снова сталкиваясь с ним.

Ужасающая сила раздавила двух драконов под ногами Цинь Му всмятку, в то время как он сам отлетел назад.

Между тем камни, из которых состояло тело магматического гиганта, разлетелись во всех направлениях, но уже в следующий миг нити дьявольского огня начали притягивать их обратно. Языки пламени текли по его конечностям, будто кровь, но в то ж время выполняя функции сухожилий.

В этот момент в воздухе просвистела пилюля меча, сливаясь с телом из магмы и скалами.

Вьюх!

Восемь тысяч мечей разорвались, разрубая камни и дьявольский огонь. В мгновение ока они пронеслись по всему телу гиганта рекой, разрезав все его связки.

Магматический гигант на мгновение застыл от удивления, прежде чем рухнуть на землю.

Цинь Му тоже упал, но сумел быстро подняться. Из уголка его губ просочилась капля крови, но он, взлетев в воздух и устремившись вперёд, продолжил неистово размахивать восемью тысячами мечей, а также яростно тыкал пальцами-мечами.

Бесчисленные камни и дьявольский огонь катились по земле, создавая две толстые магматических ноги. Смешиваясь с языками пламени, они постоянно изменялись и расширялись, и вскоре сформировался пояс.

Было очевидно, что тело дьявола постепенно восстанавливалось.

Жизненная сила существа была невероятной. Оно принадлежало к одной из рас, способных отстраивать свои тела.

— Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

Восемь тысяч мечей быстро образовали горы и реки из света. Когда магматический гигант отстроил своё тело по шею, его внезапно проглотили пейзажи, снова превращая в груду раздробленных камней.

Цинь Му бросился вперёд на полной скорости. Используя левую руку в качестве Инь, а правую как Янь, он скрестил ладони, нажимая на рисунок, созданный Мечом, Ступающим по Горам и Рекам.

Переворачивающие Небо Руки Инь Ян, Скрещение Рук!

Сила скрещённых ладоней Цинь Му взорвалась, и Ци чистых Инь и Ян слилась с рисунком меча. Сверкнули молнии Инь и Ян, отправляя осколки скал во все стороны. Наконец, последний очаг дьявольского пламени погас.

Цинь Му схватился обеими руками за колени, сплёвывая кровавую слюну. Наклонив голову, он увидел нового дьявола, спускающегося с горы неподалёку, и злостно прохрипел:

— Ещё один? Я уже сразился с двумя, может ты найдёшь себя другого противника?

Дьявольский эксперт подошёл поближе, улыбаясь:

— Кто, безо всякой на это причины, просил тебя ковать оружие?

Лицо Цинь Му почернело, будто железо.

Глава 536. Чёрное сердце, как у дьявола

— Ты был очень медлителен в небе, и когда приземлился здесь, то раскрыл своё местоположение, поэтому, очевидно, что ты привлёк внимание охотников, — дьявольский эксперт настороженно посмотрел на разбитые камни на земле, но выражение его лица было совершенно расслабленным. — Вдобавок ко всему, среди всей группы, ты выглядишь так, будто тебя проще всего запугать, поэтому я не мог не прийти. Вот только твои способности несколько превзошли мои ожидания… — молодой дьявол посмотрел на разбитые камни на земле и, прищурившись, медленно высвободил свою ауру. — Тебя легко запугать, но твои способности весьма внушительны. Даже если у тебя нет способностей истинного бога, твои навыки на том же уровне. Ты не слабее Шу Яо, Хуан Юэ и остальных. Хотел бы я знать, сколько всего ты ещё не раскрыл в битве с Ши Цюаньсуном. Очень интересно, что же ты ещё прячешь за занавесом тайны? Легко ли сорвать этот запретный плод?

Летающие мечи мягко взлетели с земли, между тем Цинь Му выпрямил спину, делая глубокие вдохи. Чуть погодя его дыхание стало нормальным, и он улыбнулся:

— С тех пор, как я стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа, никто не говорил, что меня легко запугать. Если ты хочешь сорвать этот запретный плод, почему бы тебе не попробовать?

Несколько минут назад ему было тяжело дышать, но теперь всё было в полном порядке.

Дьявольский эксперт слегка улыбнулся:

— Способности Ши Цюаньсуна чрезвычайно сильны, даже мне придётся быть очень осторожным. После смертельной схватки с ним, ты наверняка не отделался простыми царапинами. Ты скрыл своё тяжёлое дыхание, но ты не можешь скрыть свои раны. Однако, не волнуйся, если твои способности достаточно сильны, чтобы угрожать мне, я поверну назад и уйду на поиски других целей, — он осмотрел окрестности и неторопливо добавил. — В конце концов в этом лесу ещё скрывается неизвестное количество противников, поэтому я должен сохранить свои силы, чтобы справиться с ними, не так ли?

Его голос звучал дьявольски, как будто он был добрым соседским братом, который действительно беспокоился о других. Тем не менее, Цинь Му сохранял трезвый рассудок. Он был Владыкой Небесного Дьявольского Культа и несмотря на то, что он часто называл себя Владыкой Небесного Святого Культа, в нём состояло не мало опытных экспертов дьявольского пути. Великие Небесные Дьявольские Рукописи были весьма странными и изменялись вместе с сердцем практикующего их.

— Если бы в сердцах существовала дьявольская природа, Великие Небесные Дьявольские Рукописи содержали бы техники дьявола, а если бы в сердцах была природа бога, то они были бы праведными, — будучи Владыкой Небесного Дьявольского Культа, Цинь Му был не на том уровне , где его мог обмануть дьявольский голос. Он не поверил ни единому слову дьявольского эксперта напротив!

Эти слова были адресованы Цинь Му, чтобы он потерял бдительность. Вся эта чушь о том, чтобы уйти, и скрывающееся неизвестное количество противников — обычная ловушка, поведясь на которую, его ожидает лишь смерть!

Цинь Му стоял неподвижно, не двигаясь. Восемь тысяч мечей мягко парили над ним в воздухе. Они ждали в боевом построении Меча, Ступающего по Горам и Рекам, чтобы высвободить его силу.

Внезапно молодой дьявольский эксперт бросился на Цинь Му. Энергия, которая вырвалась из его физического тела, была ужасающей. Но когда Меч, Ступающий по Горам и Рекам, был выпущен, он был готов прорваться сквозь всё на своём пути.

Цинь Му закричал и Меч, Ступающий по Горам и Рекам, практически поймал тело дьявольского эксперта, но тот немедленно достал огромный флаг и направил его к свету меча, в мгновение ока стирая из этого мира огромная часть гор и рек с картины.

— Эксперт построений! — был поражён Цинь Му.

Воткнутый в землю огромный флаг, раскрывшись на ветру, показал множество всевозможных дьявольских знаков, которые закружились, принимая форму глаза.

Дьявольский эксперт отступил на шаг и прыгнул внутрь, бесследно исчезнув. Меч, Ступающий по Горам и Рекам, взорвался, но он ничего не смог сделать с этим дьявольским флагом. Было очевидно, что тот был необычным сокровищем.

Цинь Му собирался призвать Меч Беззаботный, чтобы разрезать его на части, когда позади него появился дьявольский эксперт. Цинь Му взмахнул мечом, но появился ещё один огромный флаг, и дьявольский эксперт прыгнул в него, снова исчезая, в результате чего он промахнулся. Остался только торчавший в земле огромный флаг.

Вскоре вокруг Цинь Му появились восемь флагов. Они распространялись в стороны, в конце концов соединившись своими концами друг с другом и образовав восьмиугольное построение, которое заняло площадь спортивного поля.

В центре каждого флага был открытый дьявольский глаз.

Цинь Му нахмурился, как вдруг следы дьявольской Ци вылетели из дьявольских глаз, беспрерывно атакуя его.

Жизненная Ци вокруг его тела поднялась и превратилась в огромный, не до конца проявившийся колокол. Вокруг его стен появились бесчисленные молниевые отметины. Он использовал Пять Грозовых Небес, Поднимающих Колокол, Пятого Предка Императоров Людей!

Лязг, лязг, лязг!..

Раздались громкие взрывы, когда Цинь Му ударил изнутри колокола, сражаясь с следами дьявольской Ци. Колокол был иногда большим, а иногда маленьким, иногда мощным, а иногда слабым.

Между тем дьявольские флаги непрерывно кружились, а дьявольская Ци из глаз постоянно менялась, становясь то тонкой, то большой, то слабой, то сильной. От этого колокол непрерывно звонил, заставляя Ци и кровь его владельца бурлить.

Цинь Му двинулся и Пять Грозовых Небес, Поднимающих Колокол, тоже двинулись вместе с ним, собственно, как и дьявольские флаги вокруг.

Пять Грозовых Небес, Поднимающих Колокол, были высшим искусством Пятого Предка Императоров Людей. Оно смешивало божественные искусства физического тела с божественными искусствами молнии. Пять молний были пятью большими грозовыми облаками, и он использовал своё сильное физическое тело, чтобы взять их под контроль и сформировать знаки колокола. Каждый удар и толчок заставляли пять молний распространяться, и колокол сильно сжимался, прежде чем расширяться в несколько раз. Сила пяти грозовых облаков могла увеличиться многократно, поэтому была наиболее подходящей для уничтожения дьявольских техник.

Но в данный момент Цинь Му это было не по силам.

Он внезапно превратился в форму Владыки Сатурна, и за его спиной появились Врата Небесной Воли. Он развернулся и начал размахивать ими перед восемью огромными флагами. Но вскоре они были разрушены лучами дьявольской Ци.

Врата Небесной Воли не смогли вытеснить истинную форму дьявольского эксперта.

— Глаза, пробудитесь! — слои построений закружились в глазах Цинь Му, и он огляделся. Где бы он не смотрел, он не мог найти дьявольского эксперта. Он видел лишь силуэты, быстро движущиеся сквозь флаги, словно призраки.

В пределах построений огромный колокол не мог полностью рассеять дьявольскую Ци, атакующую его. Она двигалась тонкими линиями, видимые невооружённым глазом, но те были проложены в пространстве и делили его на множество кусочков. В каждом кубическом пространстве непрерывно формировались руны дьявольского пути.

Дьявол был экспертом по построению. Прошлое нападение было лишь отвлекающим манёвром, истинной же его целью было заманить противника в ловушку и очистить!

Таким образом, он мог сохранить свои силы для сражений с другими врагами.

Он планировал использовать минимум затрат, чтобы избавиться от юноши.

Магическая сила Цинь Му намного превосходила таковую у его сверстников, а его божественные искусства являлись властными и жестокими. Было много людей, которые могли заставить его защищаться, но только несколько сильных практиков, таких как Первый Предок Императоров Людей и старейшина деревни, могли подавить его в той же области. Дьявольский эксперт, с которым он столкнулся, был также из их числа.

Первый Предок и старейшина были экспертами, которые вступили на путь, поэтому нет ничего удивительного в том, что они могли с такой лёгкостью подавить Цинь Му в той же области. Однако дьявольский эксперт тоже относился к молодому поколению, и прямо сейчас демонстрировал глубину своих достижений.

— Навык построения? — Цинь Му внезапно разогнал Пять Грозовых Небес, Поднимающих Колокол, и протянул руку, чтобы схватить свою пилюлю меча.

Наитончайшие летающие мечи заструились потоком воды, в итоге превращаясь в огромное копьё.

Если бы кто-нибудь разглядывал копьё в деталях, то увидел бы, что оно построено из бесчисленных, крошечных и безостановочно двигающихся летающих мечей. Каждый меч выполнял форму Спирального Меча, а наконечником копья служил несравненно острый Беззаботный.

В это время вокруг тела Цинь Му появились руны. Это были не могущественные знаки божественных искусств, а математические формулы, диаграммы тайцзи, диаграммы уцзи, руны солнца и луны, руны Пяти Элементов, массивы Шести Направлений, массивы Восьми Триграмм и шестьдесят четыре гексаграммы. Они непрерывно менялись, выстраивая некую систему, рассчитывающую изометрическое пространство.

Руны беспорядочно менялись, вычисляя структуру построения, которая была сформирована восемью дьявольскими флагами. Бесчисленные руны порхали вокруг, демонстрируя воистину ослепительную скорость расчёта.

Цинь Му сфокусировал своё зрение, и его тело двинулось вместе с копьём. Он устремился вперёд подобно сияющему серебром дракону, моментально разрушая каждый луч дьявольской Ци.

Внезапно восемь флагов качнулись, отлетев назад к дьяволу. Построение было разрушено, раскрывая его истинную форму.

Дьявольский эксперт поднял флаги и без промедлений пустился наутёк во весь опор. Немного отбежав, он с улыбкой до ушей громко выкрикнул:

— Редко встретишь такого эксперта по вычислениям! Твои способности очень сильны, прощай!

Флаг накрыл его, и он мгновенно исчез.

Цинь Му воткнул огромное копьё в землю, пылая не имеющим себе равных духом.

Казалось, у него не было даже секунды, чтобы расслабиться.

Спустя несколько вдохов времени его аура резко ослабла, затем он закашлялся кровью, а уже в следующий момент присел на землю переводить дыхание.

Как вдруг дьявольский эксперт появился позади него, словно призрак, и со смехом ударил своим огромным флагом, подобно копью, прямо в его спину:

— У тебя и правда не осталось сил, поэтому я снова здесь!

Странная улыбка промелькнула на лице Цинь Му. Несмотря на то, что он сидел спиной к дьявольскому юноше, огромное копьё в его руке разделилось на два огромных ножа. Держа один из них в правой руке должным образом, а другой в левой обратным хватом, он быстро завёл один из них к себе за спину и парировал удар огромного флага, который был сближался с его сердцем. Другой нож он держал спереди, перед своей грудью.

Цинь Му развернулся и полоснул огромным ножом, который он держал спереди, в сторону огромного флага. Дьявольский эксперт был поражён, флаг в его руке покачнулся, а обе его руки онемели.

Они оба наклонились вперёд, и Цинь Му проговорил на ушко:

— Знаешь технику верного убийства из школы боевых техник?

В следующий миг его ноги оторвались от земли, но он всё ещё сидел так, будто движение этого дьявола повернуло его, подобно волчку.

Это был трюк, который мясник не один раз использовал на нём, когда у него не было ног. Он использовался для проверки его движения — Запретное Поднятие Ножа.

Это было самое опасное движение среди навыков ножа мясника!

Дьявольский эксперт беспорядочно двигался, он был похож на призрака, но ему никак не удавалось отделаться от Цинь Му. Его скорость была очень высокой, но последний прилип к его спине так, словно их тела были склеены.

Фигура дьявольского эксперта непрерывно трансформировалась, делая движения его тела несказанно странными и абсолютно непредсказуемыми.

Со временем он сумел отделаться от Цинь Му и восторженно обрадовался.

Наконец-то он сможет встретиться с ним лицом к лицу.

Но в этот момент у его ушей раздался голос Цинь Му:

— Как тебя зовут?

— Меня зовут…

Свет ножа засиял, и Цинь Му поднял своё лезвие, которое держал обратным хватом. Дьявольский эксперт даже не успел договорить, как сила этого движения вырвалась наружу.

— Ой, прости, я не дал тебе закончить, — Цинь Му убрал свои ножи. Они зыбучими песками потекли из его рук, в итоге превращаясь в пилюли меча.

Живот дьявольского эксперта был разрезан, и его физическое тело рухнуло на землю.

Цинь Му испустил дрожащий вздох и покачал головой:

— Ещё один эксперт и мне крышка.

Он наклонил голову, чтобы послушать, но в окружающих его горах не было никакого шума. Через мгновение он несколько раз слабо произнёс:

— Ещё один эксперт и мне крышка.

Величественные горы в окрестностях были спокойны, не было слышно ни единого звука.

— Тьфу, — Цинь Му открыл рот и выплюнул кровь, прежде чем рухнуть на землю.

Он дважды дёрнулся и пнул ногой, прежде чем испустить последний вздох.

Окружающие горы по-прежнему молчали.

Стояла зловещая тишина.

Лицо юноши позеленело, а тело почерствело. Его кровь и плоть затвердели, но вокруг по-прежнему не было никакого движения.

Через мгновение Цинь Му встал с равнодушным выражением лица и вернулся к стене огня, чтобы продолжить ковать свои летающие мечи.

Находящаяся на вершине горы дьявольская женщина наблюдала за юношей сверху с поднятой головой, как вдруг она неожиданно развернулась и без колебаний ушла: «Это кующее отродье ещё более дьявольское, чем я. Я не могу его провоцировать!»

****

В этот момент Хуан Юэ остановился и поднял голову, чтобы посмотреть на вершину горы. Там стоял человек с длинным ножом:

— Чжэ Хуали!

Глава 537. Самый Смелый Боец Верховных Небес Императора

Облако пара клубилось над головой Хуан Юэ, его исконный дух продолжал вдыхать и выдыхать свою Ци, создавая видение. В этот момент его взгляд упал на человека на горе, и облако вверху начало стремительно расширяться, дорастая до площади равной пол поля.

Жизненная Ци в облаке начала конденсироваться в капли воды, которые незаметно для человеческого глаза полетели к земле. Приземляясь на его голову, они снова испарялись, возвращаясь в облако. Этот цикл повторялся снова и снова.

Гора была создана рунами из Ци Святого Дровосека и Фу Жило, поэтому не была слишком высокой. Смерив её взглядом, Хуан Юэ за несколько шагов добрался к вершине и остановился за сто метров от Чжэ Хуали.

— Когда я встретился с тобой на поле битвы, то едва смог выжить.

Аура Хуан Юэ резко увеличилась, а его боевой дух вскипел. Несмотря на прежнее поражение, он совершено не испытывал страха к противнику. Вместо этого его боевой дух горел с ещё большей силой!

Он был маньяком боя и не знал, что такое страх!

— Я долго искал тебя, чтобы отомстить за свою потерю, — Хуан Юэ выглядел взволнованным. — Пусть старший брат подарит мне такой шанс!

Чжэ Хуали обернулся, и его взгляд упал на парня напротив. Впрочем, дьявольский глаз на рукояти его ножа не открылся.

Его левая нога быстро сместилась, носком повернувшись по диагонали к Хуан Юэ. Правая стопа сделала похожее движения, поворачиваясь в сторону горы. В следующий миг на её вершине возник силуэт незнакомой девушки.

Выражение лица Хуан Юэ помрачнело, когда он проговорил:

— Чань Юань, не вмешивайся, а то я тебя тоже убью!

Чань Юань также была практиком божественных искусств Верховных Небес Императора. В самом начале сражения Хуан Юэ и остальные бросились к центру мира на столе, туда, где скрестились топор и копьё. Однако эта затея потеряла смысл, так как все мастера добрались бы к нему одновременно. В результате им пришлось затаиться.

Единственным, кто не стал прятаться, был Цинь Му.

Он со всех сил бежал по воздуху, своей огромной скоростью поднимая по пути тучи из пыли, протянувшиеся к самому краю стола, что сразу выдало всем его местоположение.

Затем Цинь Му не удосужился затаиться, попросту начав ковать железо, заманивая бесчисленных экспертов к себе.

Когда дьявольские эксперты отвлеклись, у практиков Верховных Небес Императора появилась отличная возможность атаковать.

Чань Юань заметила её и встала на пути, ведущему к Цинь Му, вскоре обнаружив Чжэ Хуали, стоящего на вершине горы, а также Хуан Юэ. Рассчитывая на сотрудничество третьего по силе практика Верховных Небес, она надеялась одолеть противника.

— Старший брат Хуан Юэ, ты и сестра Юй Хэ — ученики истинного бога Пан Юя, поэтому должны понимать, что глобальная ситуация намного важнее ваших обид.

Чань Юань мрачно уставилась на Чжэ Хуали, прежде чем серьёзно проговорить:

— Этот поединок не для того, чтобы решить ваши личные обиды, и не для улучшения путей, навыков и божественных искусств. От него зависит то, кто станет владельцем города Ли и судьба Верховных Небес Императора. Будь то ты или я, нам будет очень сложно справиться с этим человеком в одиночку, но вместе мы сможем одержать верх!

— Я не собираюсь работать в паре, так что уходи, — с уверенным выражением на лице он покачал головой. — Так как ты тоже принадлежишь Небесами Верховного Императора, я не стану тебя убивать. Но если ты попытаешься убить Чжэ Хуали пока я буду с ним сражаться, тебе не стоит ожидать моей милости, — полным решительности взглядом парень посмотрел на Чжэ Хуали. Его желание постичь Дао было несравнимо сильным, и он усмехнулся. — Если я смогу победить, то он погибнет от моей руки. Но если я потерплю поражение, он всё же будет тяжело ранен. Тогда ты сможешь воспользоваться возможностью и атаковать, решая судьбу горда Ли. Сейчас ты должна просто смотреть, не смей вмешиваться!

Чань Юань слегка нахмурилась, но всё-таки отступила на несколько шагов назад.

Хуан Юэ взбодрился, его аура усилилась:

— Чжэ Хуали, пожалуйста, обучи меня!

— Ты мне не противник. Так называемые истинные боги Верховных Небес Императора всего лишь анекдот в моих глазах, — на лице парня застыла маска равнодушие. — Вам не известно, что по-настоящему значит быть истинным богом. Вы думаете, что для этого достаточно всего лишь развить физическое тело до соответственного уровня и даже не подозреваете, что ещё очень далеки от цели. Молодой истинный бог состоит из трёх частей: физического тела, исконного духа и путей. Вы овладели лишь одной из них, но я не такой, — демонический нож на спине парня мягко задрожал и загудел, в то время как он неторопливо продолжал. — Ещё до того, как я спустился к нижней границе, мне удалось развить две части, испытывая лишь недостаток в путях. Стремясь совершенствоваться и найти Дао я пришёл сюда и выбрал Фу Жило в качестве своего учителя. Хуан Юэ, ты одержим путями, божественными искусствами и навыками. Я восхищаюсь твоей решимостью, поэтому лучше атакуйте вместе, не стоит гибнуть впустую.

— Не смотри свысока на меня, и на мои пути! Без разрушения не существует созидания! Человек может развиться только если встретит кого-нибудь сильнее себя самого! Гора, Преодолевающая Армию!

Хуан Юэ взвыл и яростно бросился вперёд. Между тем разразилась его атака, и удар кулака превратился в божественное искусство, как вдруг в воздухе возникли бесчисленные видения кулаков, сливаясь в гору.

Спустя мгновение, они сформировали Звезду, Преодолевающую Армию!

Кулаки парня были настолько тяжёлыми, что ветер, который они поднимали, сжимал воздух, вызывая взрывы, сопровождающиеся раскатами грома.

Движение Хуан Юэ демонстрировало его невообразимые достижения в навыках кулака. Когда он сразился с Чжэ Хуали на поле боя, то осознал свои ошибки и теперь, под давлением сильного врага, смог сделать огромный шаг вперёд. Его божественное искусство Горы, Преодолевающей Армию, находилось за шаг от совершенства.

Внезапно дьявольский глаз на ноже за спиной Чжэ Хуали открылся, лезвие начало неистово вертеться и расширяться, обретая кровавый цвет.

Чжэ Хуали протянул руку, чтобы вытащить нож, ударяя в сторону вражеской техники. В тот же миг засиял луч лезвия, сталкиваясь с видениями кулака. Свет ножа отскочил, неожиданно разделяясь на десять тысяч частей, которые сформировали гору из ножей и разрушили Гору, Преодолевающую Армию!

Внезапно десять тысяч лучей слились в один и направились в лицо Хуан Юэ.

Парень хлопнул руками, собираясь остановить лезвие, но оно внезапно разделилось надвое. Выражение его лица резко изменилось, а из подмышек начала расти плоть, создавая дополнительную пару рук, которая быстро попыталась схватить второй луч ножа.

Прежде чем он успел облегчённо вздохнуть, два демонических ножа разделились на четыре.

Хуан Юэ сердито прокричал, отращивая ещё две дополнительных пары рук, которые тут же попытались схватить четыре луча ножа, летящих навстречу.

С отчаянием в глазах он наблюдал, как четыре луча превращаются в восемь, продолжая мчаться к нему.

Чи! Чи! Чи! Чи!

Новые огни меча резко нырнули вниз. Опустив голову, Хуан Юэ начал высматривать лезвия под землёй, когда на его лице появились четыре длинных раны, постепенно расширяясь в размерах.

Чжэ Хуали встряхнул свой демонический нож и осторожно спрятал в ножны, в то время как тело Хуан Юэ разделилось на несколько частей. Затем его взгляд повернулся в сторону Чань Юань, на лице которой застыло выражение ужаса, и она сама медленно отступала.

— Уходи, я не убью женщину, — равнодушно проговорил Чжэ Хуали.

Не смея расслабляться, Чань Юань продолжила медленно отступать. Отдалившись на полтора километра, она развернулась и со всех сил побежала, пытаясь спастись. В этот миг связки Чжэ Хуали натянулись, и он бросился вперёд. С оглушительным хлопком он превысил скорость звука, прежде чем схватить свой нож двумя руками и рубануть сверху вниз!

Нож мгновенно добрался к спине Чань Юань, которая, развернувшись в воздухе, бросила свою пилюлю меча наперехват. Но до того, как мечи успели вырваться наружу, луч ножа разделил её напополам.

Чжэ Хуали остановился, убрал нож и развернулся, чтобы уйти.

— Я должен продемонстрировать человеку с рисунка свои навыки ножа, поэтому не хочу получать лишних травм и решил убить тебя подобным образом, — со спокойным выражением лица он наклонил голову, чтобы прислушаться к звуку молота. — Девушка, в тот момент, когда ты отвернулась, я отчётливо увидел твой недостаток. Никогда не смей поворачиваться ко мне спиной.

Находящийся позади труп Чань Юань с глухим стуком упал на землю.

На противоположной стороне яростно сражались два силуэта, непрерывно разрушая горы вокруг. Скалы с вершинами, напоминающими лезвия, раскалывались и разрубались, рассыпаясь на бесчисленные руны, которые мгновенно бесследно исчезали.

После недолгого сражения Юй Хэ коснулась ране на лице. Её противник погиб, но всё-таки сумел её ранить. Затем она подняла голову, увидев в небе короткую вспышку света ножа, и удивлённо приподняла брови.

«Чжэ Хуали, ты привлекаешь не меньше внимания, чем кузнец, но я не уверенна, что смогу тебя одолеть. — она развернулась, чтобы уйти. — Мне нужно найти младших братьев и сестёр, прежде чем заняться тобой».

Пустынный мир на столе был крайне огромным, что затрудняло поиски друг друга.

В нескольких горах разгорелись сражения. Практики божественных искусств встречали экспертов дьявольской расы и использовали свои лучшие навыки, пытаясь их убить.

Из-за этого битвы длились не очень долго, заканчиваясь для практиков либо гибелью, либо серьёзным ранением, что делало их общее положение довольно плачевным.

Тем не менее, несмотря на короткую продолжительность сражений, мастера преодолевали несколько десятков километров. Где бы они не проходили, горы разрубались и обрушивались, что создавало невероятную картину.

Некоторые бойцы даже использовали масштабные божественные искусства, уничтожая абсолютно всё в радиусе сотен километров, что выглядело ужасающе.

Конечно, этот мир не был настоящим, и существовал в пределах песчаного стола. Если бы сражение происходило в реальном мире, то практики не владели б такой разрушительной силой, хотя их способности всё равно оказались бы не слабыми.

Место, где скрестились топор и копьё, оказалось наиболее спокойным.

Сан Хуа расставила ловушки и тихо скрылась в укрытии. Она молча ожидала, когда первый враг попадёт в засаду.

Время шло крайне медленно.

Спустя два часа она высунула голову из укрытия, свесив две длинных косы над землёй.

Прошло ещё два часа, и она забралась на вершину топора, подпёрла подбородок кулаком и начала качать ногами от ужасной скуси.

После шести часов ожидания Сан Хуа разлеглась на огромном топоре. Смотря в небо, она задавалась вопросом: «Где все?»

Она внезапно поднялась, слегка разозлившись:

— Куда все подевались? Разве это не место, где все должны были сражаться? Покажитесь кто-нибудь, будь то друг, или враг!

Снаружи песчаного стола боги и дьяволы наблюдали за сражением, переполняясь восторгом и тревогой. Прошло не слишком много времени, но несколько боёв уже закончились.

Когда Цинь Му убил трёх дьяволов и разлёгся на земле, притворяясь мёртвым в попытке выманить четвёртого противника, большинство дьявольских богов ужасно занервничали. Обливаясь холодным потом, они наблюдали за девушкой на горной вершине.

К счастью, она не попалась в ловушку и развернулась, чтобы уйти. В этот момент боги вздохнули с облегчением.

— Хозяин, он и вправду твой наследник! — с восторгом проговорил чёрный тигриный бог.

На вид Святому Дровосеку было всё равно, но когда Фу Жило улыбнулся, их взгляды на мгновение встретились.

Когда перед их глазами Чжэ Хуали двумя ударами ножа убил двух экспертов, Хуан Юэ и Чань Юань, большинство богов Верховных Небес Императора также начали ужасно нервничать. Они по-настоящему взволновались за жизни остальных практиков божественных искусств Верховных Небес Императора.

Тем не менее, больше всех нервничал отец Сан Хуа, бог Сан Е. Он крепко сжал кулаки, обильно потея ладонями: «Добрая дочь, не выходи, смирно стой, где стоишь…»

Мужчина уставился на место, где скрестились топор и копьё, но увидев, как Сан Хуа спрыгнула вниз, выражение его лица резко изменилось, и он мысленно пробормотал: «Не выходи, не смей выходить».

Сан Хуа вышла из центра стола.

«Не встречай врагов, не встречай врагов…»

Дьяволица двинулась прямиком к ней.

Бог Сан Е едва не упал в обморок: «Она умрёт…»

Глава 538. На Полпути Невозможно Остановиться

Внезапно Сан Хуа что-то почувствовала и остановилась. Дьявольская девушка впереди тоже почувствовала опасность и немедленно остановилась.

С невысокой, но обрывистой горой, разделяющей их, они исполнили свои божественные искусства. Это произошло почти одновременно, и каждая из них оставила свой след на горе впереди.

Жестокие божественные искусства двух девушек столкнулись, и после минуты молчания гора рассыпалась, подняв в небо похожую на туман пыль.

Рунные знаки внутри начали распадаться и превращаться в пятна яркого света, словно взрываясь фейерверками.

Не будучи способными видеть друг друга, две девушки вытащили из рукавов пилюли ножа и меча, немедленно закружившиеся вокруг их прекрасных тел. Крошечные прямые мечи и изогнутые ножи парили вокруг их одежды, подобно танцующим в небе светлячкам.

Сан Хуа училась у своего отца, бога Сан Е, и хорошо знала, как использовать навыки меча. Дьяволица в свою очередь была ученицей Дьявола Ножа Фу Лото, поэтому она совершенствовала навыки ножа.

Они соприкоснулись в одно и то же мгновение, и были похожи на двух бабочек, летающих вокруг друг друга, с вращающимися позади пилюлями.

Крошечные мечи и ножи столкнулись, вспыхнув искрами.

— Навыки меча бога Сан Е, ты Сан Хуа!

— Навыки ножа Дьявола Ножа Фу Лото, ты Би И!

Две девушки сразу же узнали навыки друг друга.

Среди вспышек света ножей и теней мечей, два изящных дарования высвободили свои божественные искусства с близкого расстояния. Свет ножа проник сквозь божественные искусства, а свет меча пронёсся мимо волос. Яркий свет, испускаемый вращающимися пилюлями, ослепил их глаза и осветил их тела.

Несмотря на то, что их физические тела выглядели хрупкими, они обладали энергией, которая превосходила таковую даже у Цинь Му. Когда они увидели друг друга, их тела пришли в действие прежде, чем они успели всё обдумать. Ладонями, локтями, плечами, ногами и коленями они атаковали друг друга, как неистовый шторм!

Две девушки кряхтели и страдали от движений друг друга. Стоя на обрыве, одна из них оступилась и зацепилась за второю, после чего они обе кубарем полетели с горы, подобном рваным мешкам, и остановились только через шесть-семь километров.

Как только они остановились, пилюли меча и ножа, которые они использовали, чтобы атаковать друг друга, достигли их голов. В один миг сотни изогнутых ножей и прямых мечей полились на них сверху вниз подобно дождю.

Две девушки переворачивались, пытаясь увернутся от них. Сан Хуа убрала лук за спину и покатилась, как леопардовая кошка, выпуская более дюжины стрел с каждым кувырком. Тем временем в тринадцати километрах с другой стороны Би И вынула свой дьявольский лук, чтобы атаковать в ответ.

Позади них до сих пор сталкивались огни ножа и меча.

Две девушки обошли гору и снова ринулись в бой. Вибрация тетив создавала хрустящие звуки, что не удивительно, ведь гора пронзалась от стрел, приобретая на себе всё новые и новые отверстия.

Когда они бежали на высокой скорости, чтобы избежать стрел, мечей и ножей друг друга, Сан Хуа внезапно увидела огромный топор и копьё. Они вернулись к тому месту, где пересеклись два больших оружия.

Одна из девушек вскочила на огромный топор, а другая прыгнула на чёрное копьё. Они двигались как змеи, нападая друг на друга. Наконец добравшись до пика двух божественных оружий, они внезапно упали подобно сошедшим с небосвода звёздам после выполнения всех видов движений в воздухе.

Сан Хуа поспешно взглянула на своего врага и, увидев, что Би И попала в ловушку, которую она установила ранее, немедленно активировала построение пилюль меча, которые создала!

— Ахххх…

Как единственное дитя бога Сан Е, Сан Хуа могла иметь всё, что хотела. Несмотря на то, что она не могла усовершенствовать пилюлю меча, как Цинь Му, она не чувствовала недостатка в своих пилюлях меча.

Она поместила семь из них в Диаграмму Меча Семи Звёзд. Практики божественных искусств Верховных Небес Императора были слишком ленивы, чтобы изучать математику, поэтому они использовали самый простой метод, а именно, копировали диаграммы мечей, которые оставили предки. Путём усовершенствования сокровища в соответствии с оставленными методами, сэкономленное время могло быть использовано на совершенствование.

Диаграмма Меча Семи Звёзд была одной из таких построений.

Рисунок Меча Семи Звёзд не был очень сложным, и многие практики божественных искусств просто копировали диаграммы меча. Их сила была не велика, но с семью пилюлями меча всё начинало играть другими красками.

В борьбе за жизнь и смерть, даже если битва будет длиться недолго, любая незначительная помеха может запросто определить судьбу сражающихся. Поэтому о попадании в ловушку и говорить не стоит.

Сан Хуа действовала не задумываясь. Свишь, свишь, свишь… Изогнутый лук выстрелил многочисленными лучами в диаграммы мечей. Би И блокировала слева и справа, защищаясь от атак, но в следующий момент из руки Сан Хуа вылетела пилюля меча, сформировав своими летающими мечами линию.

Первый меч пронзил дьявольское межбровье, второй последовал за ним, собственно, как и все остальные. Несколько сотен мечей вылетали один за другим из её затылка.

Тело Би И замерло, а уже в следующий момент она была поглощена бесчисленными мечами, вырвавшимися из Диаграммы Мечей Семи Звёзд.

— Я победила? — Сан Хуа была ошеломлена, её уверенность получила огромный толчок. Убрав свой Рисунок Меча Семи Звёзд и пилюли меча, она немедленно покинула место, где пересеклись топор и копьё, чтобы продолжить поиски противников.

За пределами мира песчаного стола, с бога Сан Е ручьями тёк пот. Он был богом и достаточно опытным, поэтому он знал, что его дочь выиграла благодаря удаче.

Сан Хуа, возможно, пережила резню, потому что усердно тренировалась в течение долгого времени, побывав во множестве сражений за жизнь и смерть, но всё же она уступала дьяволице Би И, которая побывала в сотнях таких сражений.

Опыт Сан Хуа был каплей в море, по сравнению с Би И, а победа над ней была удачным событием, но не могла же она всегда выигрывать по счастливой случайности? Если она столкнётся с другими дьявольскими экспертами, разве это не означает, что единственная дочь бога Сан Е умрёт у него на глазах?

Внезапно Сан Е замер, и удивлённо осмотрел мир песчаного стола.

Внутри него закончились ещё несколько сражений, и число дьявольских экспертов значительно сократилось. Их осталось всего двое: ученик Фу Жило — Чжэ Хуали и другой ученик Истинного Дьявола Су Мо — Цзян И.

Молодых экспертов Верховных Небес Императора насчитывалось больше: Цинь Му, Юй Хэ, Сан Хуа и Шу Яо. Юй Хэ нашла Шу Яо, они работали вдвоём, убивая сильных практиков с преимуществом в количестве.

Конечно, большинство врагов были убиты Цинь Му, молотильщиком.

Именно потому, что он убил трёх дьявольских экспертов подряд, практики божественных искусств с Верховных Небес Императора смогли удержать своё превосходство.

Способности Цзян И были весьма высоки, но его травмы были довольно серьёзными после боя лоб в лоб с последним противником, так что его оставшаяся боевая мощь оставляла желать лучшего. Возможно, этого будет достаточно, чтобы Сан Хуа выжила.

«Похоже Юй Хэ и Шу Яо тоже ранены…» — сердце бога Сан Е дрогнуло. Он смотрел, как его дочь бежит в сторону маленького кузнеца.

Тем временем Чжэ Хуали, находящийся на границе мира песчаного стола, нёс демонический нож и как аскетический монах шаг за шагом продвигался вперёд. Он не использовал никаких божественных искусств, поэтому его скорость была совершенно обычной. Его шаги, казалось, были точно измерены линейкой, и каждый его шаг был ровно тридцать сантиметров длиной. Ни сантиметром больше, ни сантиметром меньше.

Это было правилом его навыков ножа.

Эксперты дьявольской расы обычно были открыты, их движения были эффектными и большими, не обременёнными мелочами. Они взрывались с удивительной боевой мощью без предупреждения.

Но всё же, Чжэ Хуали учился у Божественного Ножа Ло Ушуана, существа, который был Богом Ножа. Навыки ножа Ло Ушуана были искусны в расчётах и внушали страх другим практикам. Положение, сила, работа ног, движения тела и даже движения мышц измерялись чрезвычайно строго. Ошибкам не было места.

Циркуляция жизненной Ци на более глубоком уровне, использование исконного духа, намерения, сущность — всё должно соответствовать требованиям.

Чжэ Хуали вырос под таким учением, поэтому он отличался от практиков божественных искусств с Верховных Небес Императора. Чтобы овладеть навыками ножа Ло Ушуана, ему нужно было не просто быть опытным в расчётах, а иметь в них чрезвычайно высокие достижения.

Несмотря на то, что он прибыл на Верховные Небеса Императора по приказу и стал учеником Фу Жило, он не научился безудержному героизму у своего нового мастера. Он до сих пор использовал правила, которым его научил Ло Ушуан, сдерживать свои слова и действия, и во все времена быть бдительным.

Он подошёл к стене огня мира песчаного стола и поднял голову.

Цинь Му стоял спиной к нему и прямо сейчас поднял меч, чтобы рассмотреть своё ремесло в свете пламени.

В отличие от осторожности Чжэ Хуали, у Цинь Му был такой же безудержный героизм, как у Фу Жило.

Его фигура при поднятии меча имела своеобразную героическую осанку. Восхищение мечом перед огнём было непередаваемым чувством, которому нельзя научиться.

Сердце Чжэ Хуали начало биться немного быстрее, но уже в следующий миг он успокоил свой разум. В этот момент юноша с мечом, казалось, услышал, как меняется скорость его сердцебиения, и опустил голову, посмотрев на него краем глаза. Как вдруг он понял, что юноша смотрел не на него краем глаза, а на свой меч, используя зеркальную поверхность последнего, чтобы увидеть, что происходит позади.

«Он сделал так, чтобы попытаться обмануть мои суждения, и если бы я воспользовался шансом, сделав против него движение, я бы проиграл, а он одержал верх», — слегка приподнял брови Чжэ Хуали. Если бы такие эксперты, как они, делали неправильные выводы из мимолётного движения тела противника, враг был бы всегда на шаг впереди.

Даже малейшая ошибка может повлиять на исход битвы.

«Он опытен не по годам…» — Чжэ Хуали глубоко вздохнул и откинул плечи назад. Именно этого молодого человека не мог забыть его мастер, Бог Ножа, а также именно ему он должен был показать его навыки ножа!

Чжэ Хуали внезапно поклонился Цинь Му и серьёзно сказал:

— Мой мастер Ло Ушуан.

Цинь Му повернулся и положил свой меч на плавильный стол:

— Я знаю. Я помню его.

Не вставая, Чжэ Хуали продолжал говорить:

— Мой мастер сказал, если я встречу тебя, то должен буду показать тебе основанные им навыки ножа!

Когда он поклонился, демонический глаз на демоническом ноже за его спиной внезапно открылся, и окровавленный вертикальный зрачок закружился. Его взгляд был устремлён на юношу.

Цинь Му улыбнулся и положил ладонь на плавильный стол. Летающие мечи текли к нему, подобном мелкому песку, и собирались под ладонью, образуя идеальный круглый шар размером с большой палец.

— Очень интересно посмотреть на его навыки ножа, — Цинь Му держал пилюлю меча в руке и продолжил. — Ты будешь выполнять его навыки ножа от его имени, поэтому ты поприветствовал меня, но это было сделано только из-за того, что ты уважаешь своего мастера, а не потому, что уважаешь меня, верно?

Чжэ Хуали выпрямился и кивнул.

Цинь Му слегка улыбнулся:

— Он использует свой нож с одной рукой, ты изучал его навыки с одной рукой тоже или с двумя?

Зрачки Чжэ Хуали сжались.

Цинь Му не пропустил ни одного изменения в выражении лица юноши напротив, замечая буквально всё, и улыбка на его лице стала шире:

— Чжэ Хуали, давай, покажи мне его навыки ножа.

Чжэ Хуали мгновенно почувствовал невидимое давление, давящее на его сердце Дао!

Цинь Му спросил его, владеет ли он одной или двумя руками, и это очень давило на его сердце Дао, а всё потому, что Ло Ушуан был Одноруким Божественным Ножом!

Если он овладел навыками одной рукой, это значит, что его другая рука окажется бесполезной, следовательно, независимо от того, какие божественные искусства он выполнит, они никогда не окажутся идеально сбалансированы с его навыками ножа.

Он заведомо окажется в проигрышной ситуации.

Если же он освоил навыки двумя руками, то это значит, что он не выучил Однорукий Божественный Нож Ло Ушуана.

Выполнение навыков Ло Ушуана двумя руками будет означать, что он никогда не сможет выполнить их идеально, потому что не владеет их сущностью!

Помимо желания Ло Ушуана, Чжэ Хуали спустился к нижней границе, чтобы найти способ усовершенствовать свои навыки ножа у Фу Жило. Набравшись опыта в битвах, он должен был продвинуться ещё на шаг ближе к тому, чтобы стать молодым истинным богом в путях, навыках и божественных искусствах.

И теперь, в первом же противостоянии, он был полностью раскрыт своим противником.

Независимо от того, применит ли он свой нож, или же нет, ему нельзя останавливаться на полпути!

За пределами мира песчаного стола глаза Святого Дровосека загорелись, и он, взглянув на чёрного тигриного бога рядом с собой, серьёзно произнёс:

— Его состояние ума смехотворно сильное, он давит на Чжэ Хуали с того самого момента, как они встретились, почему ты сказал, что ему недостаёт в этом аспекте?

Чёрный тигриный бог закрыл уши и жалобно захныкал:

— Его состояние ума действительно очень слабое, к тому же и нестабильное, постоянно меняется… Разве, Вы, милорд, не говорили, что у него вспыльчивый характер и что совершенствование его состояния ума было слишком слабым?

Выражение лица Святого Дровосека не изменилось:

— Не было такого. Не говори ерунды! Неправильно услышал и на меня сваливает.

Чёрный тигриный бог надулся, но увидев, как на лбу Святого Дровосека выскочила вена, он посмотрел вниз и засмеялся:

— Всё так, именно этот маленький тигрёнок услышал неправильно…

Глава 539. Братские Чувства

Святой Дровосек воспользовался шансом выкрутиться и сохранить свою репутацию. Чжэ Хуали, в свою очередь, не имел такой возможности, так как «залез на спину тигра, со спины которого спуститься не так-то и просто», поэтому был вынужден довести дело до конца.

На лбу Чжэ Хуали проступил холодный пот, и он взглянул на свою правую руку, которая отсутствовала у Ло Ушана, вынуждая того использовать нож лишь левой рукой.

Секрет навыка ножа его мастера базировался именно на этом.

Если Чжэ Хуали хотел исполнить навык ножа своего мастера без ошибок, то должен был отрубить свою правую руку!

На его лбу проступило ещё больше пота. Он был на грани истеричного срыва!

Ему придётся потерять руку, не успев даже обменяться с Цинь Му первыми ударами? Кто сможет терпеть такое? Кто на это согласится?

Тем не менее, если он не отрубит свою правую руку, то его навык ножа не будет таким совершенным, как у Ло Ушуана. А исполнять искусств мастера с ошибками перед глазами Цинь Му он не посмеет.

— Состояние ума влияет на боевые способности не так сильно, как ты думаешь, — внезапно позади раздался чей-то голос, и задумавшийся Чжэ Хуали удивлённо застыл.

Цинь Му приподнял брови, смотря на асуру. До этого он был занят ковкой, поэтому не сразу узнал Цзян И.

Тело парня было покрыто кровью, но нельзя было с уверенностью сказать, принадлежит ли она ему, или же поверженным врагам. Тем не менее, судя по всему, он был довольно серьёзно ранен…

Он напоминал рыбу, побывавшую в пасти хищника. Всё его тело было покрыто сотнями всевозможных порезов, которые затем кто-то ошпарил кипятком.

Но даже несмотря на чрезвычайно тяжёлые травмы, его боевой дух продолжал ярко пылать, а плотность ауры поражала. Его кровь и Ци вздымались к небу, и когда он подошёл поближе, в ноздри Цинь Му ударил отчётливый запах крови и гниющих трупов, будто он принёс с собой свежее захоронение.

Взгляд Цзян И переместился с Чжэ Хуали на Цинь Му:

— Состояние ума не является частью боевых способностей. Они зависят от физического тела, исконного духа, путей, навыков и божественных искусств. Влияние ума не слишком заметно, сторонний зритель ясно это видит. Чжэ Хуали, ты оказался в его ловушке. Не собираешься выбраться из неё?

Глаза Чжэ Хуали загорелись, а его дыхание стабилизировалось.

Цзян И был одним из его немногочисленных друзей на Верховных Небесах Императора, и двое парней зачастую обменивались опытом. Будучи невероятно близкими, они поклялись защищать друг дуга ценой собственной жизни.

Цзян И несколько раз спасал Чжэ Хуана на поле боя, так же как и тот его.

— Физическое тело, исконный дух, пути, навыки и божественные искусства определяют боевые способности. Чжэ Хуали, наши с тобой физические тела значительно лучше, чем его. Твой исконный дух превосходит даже мой, поэтому он, естественно, сильнее чем его. Что касается путей, навыков и божественных искусств, ты владеешь навыками Божественного Ножа Ло Ушуана и к тому же выучил дьявольскую технику Истинного Дьявола Фу Жило. Ты искусен в обеих направлениях, так как тогда он может оказаться сильнее? Он ещё не успел развить своё тело до уровня истинного бога, откуда у него силы совладать с тобой?

Уверенность Чжэ Хуали неожиданно возобновилась, а разум успокоился. Улыбнувшись, он проговорил:

— Иногда, практик божественных искусств нуждается в хорошем учителе или добром друге. Спасибо, Цзян И, мой добрый друг!

Услышав слова Цзян И, он наконец обрёл уверенность в свои силах и его разум вернулся к наилучшему состоянию.

Обретя физическое тело и исконный дух истинного бога, он значительно увеличил свои возможности.

Несмотря на то, что его навык ножа ещё не достиг области пути, среди людей на песчаном столе он не заметил кого-то, кто был бы сильнее в этом плане.

Его преимущество состояло в физическом теле, которое определённо превосходило таковое у Цинь Му. Оно даровало ему большую скорость, силу, реакцию и мощь.

Вторым преимуществом был его сильный исконный дух, который был сопоставим с таковым у молодого истинного бога. Даже если практик божественных искусств области Семи Звёзд не мог раскрыть полную мощь своего исконного духа, его правильное использование всё равно зачастую становилось причиной победы.

У Чжэ Хуали было два учителя: Ло Ушуан и Фу Жило. Второе слово в имени последнего переводилось как «Ваджра». Дьявольский бог владел невообразимо сильным исконным духом и создал техники, позволяющие его мощи перейти на совершенно другой уровень.

Исходя из этого, он верил, что Цинь Му не окажется для него достойным противником.

Третье преимущество состояло в навыках ножа и демоническом ноже. Это духовное оружие для него лично выковал Ло Ушуан, который также передал ему своё мастерство, совершенствуемое на протяжении сорока тысяч лет!

Тем не менее, состояние его ума было слабым местом. Впрочем, оно не сильно влияло на боевые способности.

Состояние ума, которое у Цинь Му оказалось значительно сильнее, никогда бы не оказалось решающим фактором в бою!

Цзян И счастливо улыбнулся:

— Твои способности даже лучше, чем мои. Ты просто попался в ловушку, послушав его слова.

Чжэ Хуали также улыбнулся. Имея такого друга, о чём ещё ему оставалось мечтать?

Когда речь шла о таких верных друзьях, одного было вполне достаточно!

Цинь Му слегка нахмурился. Один лишь Чжэ Хуали уже вызывал тревогу в его сердце, а теперь, когда к нему присоединился ещё и Цзян И, у него не осталось почти никаких шансов на победу.

Внезапно из-ниоткуда показалось лицо Сан Хуа, её две косички качались на ветру, как вдруг она радостно махала рукой:

— Молотильщик! Не бойся, я здесь! Мы тут одни? А где старшая сестра Юй Хэ, старшие братья Шу Яо и Хуан Юэ? Они погибли в бою?

Как только она договорила, Юй Хэ вышла из укрытия с выражением беспомощности на лице. Шу Яо шёл следом, хмурясь.

— Старшая сестра Юй Хэ, старший брат Шу Яо, почему вы прятались на горе? Нас четверо, этого более чем достаточно, чтобы справиться с ними! А где старший брат Хуан Юэ? Он тоже где-то затаился?

Выражение лица Юй Хэ стало ещё более мрачным, а брови Шу Яо сжались сильнее.

Парочка пряталась во тьме, готовясь убить Цзян И и Чжэ Хуали. Тем не менее, когда девушка о них упомянула, им не оставалось ничего, кроме как выйти из укрытия. Подобное поведение показывало их не с самой лучшей стороны.

— Я давно заметил вас двух, так как вам не слишком хорошо удалось скрыть свои убийственные намерения. Что касается Хуан Юэ, то я убил его своим навыком ножа, — равнодушно проговорил Чжэ Хуали.

— Младшая сестра Сан Хуа, мы только что видели труп младшего брата Хуан Юэ. Что касается остальных, то они тоже мертвы. Остались только мы. Остальные умерли славной смертью, сражаясь со столькими дьяволами. Они пожертвовали жизнями, забирая противников вместе с собой. Именно из-за них у нас теперь есть численное преимущество.

Она чувствовала себя довольно беспомощной, думая о маленькой дочери бога Сан Е. Девочка выдала их местонахождения, полностью разрушая все надежды на неожиданную атаку из укрытия.

Более того, несмотря на то, что у них было численное превосходство, оно не давало им никакого преимущества.

Боевые способности Сан Хуа были довольно низкими, она ещё не прошла испытания Пагоды Подавления Бога. Без таланта истинного бога, с неё не было совершенно никакого толку. Юй Хэ была почти уверена, что, оказавшись на поле боя, девушка где-то спряталась. Она ещё не встретила ни одного врага, поэтому смогла выжить.

Судя по всему, Цинь Му думал лишь о ковке. Он действовал крайне опрометчиво и как только оказался в мире песчаного стола, занялся ковкой. Он не взаимодействовал с союзниками и не наблюдал за действиями врагов.

Причина, по которой ему удалось выжить, скорее всего состояла в том, что он был таким же счастливчиком, как и Сан Хуа. Дьявольские эксперты, отправившиеся чтобы его убить, должно быть были перехвачены практиками Верховных Небес Императора. Они сражались до смерти, даруя кузнецу шанс на жизнь.

По мнению Юй Хэ, поддержка Цинь Му и Сан Хуа ничего не изменит. В бою с Чжэ Хуали и Цзян И ей стоило полагаться лишь на Шу Яо.

«Надеюсь, эти два лунатика не создадут проблем…» — подумала она, не будучи уверенной, что сможет одолеть Чжэ Хуали и Цзян И в одиночку с Шу Яо.

Шу Яо бросил на Цинь Му мрачный взгляд:

— Старший брат Цинь, молотильщик, ты уже не куёшь?

Юноша улыбнулся в ответ и подмигнул, мгновенно стирая ухмылку с лица Шу Яо. Юй Хэ сделала вид, что ничего не заметила. Сан Хуа, в свою очередь, радостно подбежала к нему, спрашивая:

— Твои мечи наконец готовы?

Кивнув, Цинь Му тепло улыбнулся:

— Да, сестра Хуа, мечи готовы.

Глаза девушки загорелись:

— Насколько они сильны?

— Чжэ Хуали только что сказал, что по приказу мастера собирается показать мне свой навык ножа. Поэтому мне лишь предстоит проверить их силу.

Затем парочка недолго пошепталась о том, как лучше проверить силу мечей. Юй Хэ, понимая, что ей предстоит сразиться с самым сильным из своих врагов, изо всех сил пыталась успокоить свой ум и не обращать внимания на их разговор.

Взгляд девушки остановился на Цзян И и Чжэ Хуали, когда она проговорила:

— Младший брат Шу Яо, займись Цзян И, пока я буду сражаться с Чжэ Хуали. Я не думаю, что смогу победить, но так как твой противник тяжело ранен, ты сможешь добить его и помочь мне.

Шу Яо глубоко вдохнул, прежде чем торжественно проговорить:

— Старшая сестра, не волнуйся, я разберусь с Цзян И!

Взгляд Чжэ Хуали блеснул, и он тихо спросил:

— Старший брат Цзян И, ты выбираешь сильного, или слабого?

— Использовать слабого, чтобы остановить сильного, и использовать сильного, чтобы убить слабого, это и сесть искусство войны! — Цзян И рассмеялся, его героизм устремился к облакам. — Я остановлю сильного, пока ты убьёшь слабых. Затем мы, братья, сможем объединиться, чтобы победить!

На лице Чжэ Хуали возникло печальное выражение:

— Ты тяжело травмирован, есть шанс, что ты погибнешь.

Не стоит меня недооценивать. Я учился у Истинного Дьявола Су Мо, и ещё не исполнял своей Жертвы Небесного Дьявола, — громко рассмеялся парень. — Не бойся, я выживу!

Договорив, он подошёл к Цинь Му.

Юй Хэ и Шу Яо были ошеломлены. Цзян И чётко сказал, что остановит сильного, пока Чжэн Хуали будет убивать слабых. С какой стати он тогда решил заняться Цинь Му?

Неужели дьявол сошёл с ума и предположил, что Цинь Му сильный, а они — слабые?

— Остерегайтесь их уловок, — прошептала под нос девушка.

Шу Яо кивнул и посмотрел на идущего к ним Чжэ Хуали.

Стоящий напротив Цинь Му посмотрел на Цзян И и слегка нахмурился:

— Сестра Хуа, подожди минутку, дай мне проверить свои мечи.

Сан Хуа отступила, и Цинь Му стукнул пальцем по своему межбровью. Пилюля меча подлетела в воздух, приближаясь к его лбу.

Внезапно извне донёсся оглушительный голос Фу Жило, эхом проносясь по миру на песчаном столе:

— Мы потерпели поражение! Сдайте город Ли, не стоит продолжать сражение!

В мире на песчаном столе и за его пределами, все были шокированы. Даже боги Верховных Небес Императора едва сдерживали удивление и радость.

Выражение Цзян И наполнилось недоверием. Приподняв голову, парень прокричал:

— Я до сих пор жив, так с чего ты взял, что сражение проиграно? Фу Жило, я не выполню этого приказа!

Огромное лицо Фу Жило закрыло небо, опуская на людей внизу холодный взгляд:

— Мерзавец, ты сам не знаешь, что для тебя лучше! Су Мо, поставь своего ученика на место и заставь его признать поражение, чтобы он мог выйти живым!

Истинный Дьявол Су Мо нахмурился и проговорил:

— Цзян И, мы пришли к выводу, что этот раунд проигран. Прими поражение вместе с Чжэ Хуали.

Цзян И едва сдерживал свой гнев, крича:

— Столько наших братьев умерли, сражаясь за город Ли, а вы заставляете меня уйти просто так? Учитель, может ты и готов сдаться, но я нет!

Чувствуя свою беспомощность, Су Мо обратился к Фу Жило:

— Старший брат, я знаю, что твоя мудрость не имеет себе равных, но может быть неправильно просто так принимать поражение и отказываться от города Ли?

Фу Жило холодно посмотрел на него:

— Отказаться от города Ли намного лучше, нежели губить жизни наших учеников. Мы уже потерпели поражение в этой битве…

— Жертва Небесного Дьявола! — сквозь зубы прошипел Цзян И, и вся его магическая сила ярко вспыхнула. В тот же миг в мире на песчаном столе закипело море крови, а в воздухе возник жертвенный алтарь из плоти и крови бесчисленных гниющих трупов.

Цзян И взмыл с его вершины, мчась к Цинь Му с криком:

— Я не умру, дьяволы не проиграют!

Свет меча пронзил воздух, ослепляя всех зрителей. Он с лёгкостью пробился сквозь море крови, прежде чем проткнуть межбровье молодого дьявола. Лучи лезвия затопили всё в радиусе пятнадцати километров.

Цинь Му убрал палец от бровей, и свет вернулся обратно в пилюлю меча, которая тут же полетела на своё место.

— Чжэ Хуали, это движение называется Открытием Бедствия, — равнодушно проговорил он. Можешь вернуть этот труп своему мастеру, чтобы он взглянул на мой навык меча.

Парень посмотрел на труп, падающий с вершины алтаря. Его глаза загорелись ненавистью, два потока кровавых слёз потекли по щекам, а аура внезапно стала невообразимо яростной. Его волосы резко поднялись вверх, в то время как он сам не смог сдержать отчаянный крик.

— Признай поражение! — снаружи раздался холодный голос Фу Жило. — Ты не совладаешь с ими четырьмя!

Глава 540. Нам с Тобой Суждено Встретиться Снова

Чжэ Хуали громко крикнул и сделал ещё один шаг в сторону Цинь Му.

— Признай поражение! — за пределами неба, прогремел голос Фу Жило. — Твои навыки владения ножом чопорны, точны и полны расчётов, тем не менее, твоё состояние ума уже не спокойно, поэтому ты быстро потерпишь поражение и умрёшь ещё быстрее! Твои близкие друзья мертвы, ты должен отомстить за них. Если ты не отомстишь и так бездарно распрощаешься со своей жизнью, ты будешь самой последней скотиной!

Чжэ Хуали скривился в неприятной гримасе, и внезапно вытащил нож левой рукой.

Находящийся снаружи Фу Жило нахмурился, но на этот раз не попытался остановить Чжэ Хуали, стоящего в мире песчаного стола.

Эта земля была создана им и Святым Дровосеком, следовательно, если он вмешается, то и последний поступит также. Если это произойдёт, всё станет безнадёжно запутанным, и не факт, что всё закончится удачно именно для него.

Святой Дровосек был вызван из другого мира в начале дня и, застигнув всех врасплох, нарушил его планы. Вот почему он мог только заключить пари и не мог нарушить правила, которые сам же и установил.

В противном случае всё может закончиться очень плохо.

Ему нужно время…

Несмотря на то, что у Чжэ Хуали уже был мастер, он восхищался им и рассматривал его как своего преемника. Но ради великого дела дьявольской расы ему придётся пережить его потерю, вне зависимости от того, насколько он восхищался им.

Между тем демонический глаз на рукояти ножа стал ещё более странным, но смотрел он не на Цинь Му, а на правую руку своего владельца — Чжэ Хуали. Как вдруг уголки глаз последнего дёрнулись, и он немедленно поднял её вместе с ножом.

Цинь Му был прав — он не сможет идеально выполнить навыки ножа Ло Ушуана. Если он хочет сделать это, ему нужно отрезать свою правую руку, в противном случае она станет для него бременем… обузой.

Придя к нижней границе, его мотивировало желание найти способ держать ножи обеими руками. Он хотел, чтобы его навыки ножа вступили на путь и вышли из тени мастера.

Только что увидев, как Цинь Му использует свой меч, он в полной мере ощутил, насколько тот был ошеломляющим, и понял, что даже ему будет крайне трудно совладать с ним… И только избавившись от руки, он смог бы полностью раскрыть силу навыков ножа Ло Ушуана.

Однако, отрезав свою руку, он никогда не выйдет из тени навыков ножа своего мастера и никогда не найдёт свой собственный путь ножа. Такой поступок будет равносилен тому, чтобы собственноручно сократить свой собственный путь.

Лицо Чжэ Хуали мерцало от множества эмоций, как вдруг свет ножа полоснул по земле.

— Я потерпел поражение, — он упал и опустился на колени, но не перед Цинь Му или Юй Хэ и остальными, нет… он опустился на колени перед трупом Цзян И.

Чжэ Хуали поклонился и встал. Затем он поднял труп Цзян И, и повернул голову:

— Я видел твой навык владения меча, и я не позвоню своему мастеру увидеть его, потому что лично хочу прикончить тебя и отомстить за близкого друга!

Цинь Му кивнул с серьёзным выражением лица:

— Если этот день настанет, я умру без сожалений.

Чжэ Хуали подошёл к стене огня. Его демонический нож взлетел и разрезал её, прокладывая путь наружу, по которому он понёс Цзян И, пока их тела не исчезли.

Цинь Му прищурился. Действия Чжэ Хуали оставили его немного беспокойным.

Чжэ Хуали не уступал ему, и навык ножа, использовавшийся для того, чтобы разрезать стену огня, был чрезвычайно изысканным. Его физическое тело, магическая сила, исконный дух и даже навыки владения ножом, показали его достижения в путях, навыках и божественных искусствах, ничем не уступающих таковым у него… а физическое тело было даже на уровень выше.

Чжэ Хуали теперь был похож на Цинь Му после того, как Первый Предок Императоров Людей нанёс тому безжалостный удар. Он был на грани разрушения, но в то же время трансформации.

Если он найдёт собственный путь, то станет похож на Цинь Му, который основал первую форму Меча Бедствия. Он также найдёт свой собственный навык ножа и уйдёт от навыков ножа Ло Ушуана в поисках мести.

«Когда он шёл через стену огня, он был ко мне спиной, если бы я послал в него меч, я бы мог избавиться от него… Если бы на моём месте оказался одноногий, он бы сделал это без колебаний!» — лицо Цинь Му мерцало между определённостью и сомнением.

За пределами мира песчаного стола чёрный тигриный бог поймал его выражение лица и сразу же взбудоражился:

— Милорд, милорд! Вы это видели? Уголки глаз этого сопляка часто дёргаются, а выражение его лица сильно меняется, мерцая между определённостью и сомнением. Иногда он даже вскрикивает от удивления! У него явно плохое состояние ума!

Святой Дровосек одарил тигриного бога тяжёлым взглядом, заставив того перемениться в лице, а ушами прижаться к затылку. Затем он протянул ладонь и схватил рукоять божественного топора. Между тем Фу Жило протянул руку, чтобы взять своё дьявольское копьё.

Они оба вытащили оружия.

Цинь Му, который находился в мире песчаного стола, сразу же обнаружил, что здесь что-то не так. Пространство начало рассыпаться от того места, где пересекались топор и копьё. Всё начало непрерывно сжиматься, поглощая величественные горы!

— Бежим, быстро! — Цинь Му потянул за руку Сан Хуа без каких-либо объяснений, красивые, завораживающие руны появились вокруг него и начали кружить над их головами. Посмотрев на остальных, он выкрикнул. — Чего вы ждёте? Юй Хэ, Шу Яо, бегом ко мне!

Юй Хэ и Шу Яо до сих пор стояли в оцепенении и с ошалелыми взглядами смотрели на него. Казалось, они ещё не пришли в себя.

Разрушающееся пространство постепенно приближалось к ним, и Цинь Му, стиснув зубы, исполнил свои божественные искусства перемещения, со вспышкой исчезая вместе с Сан Хуа.

Только сейчас Юй Хэ и Шу Яо пришли в себя и быстро оглянулись, чтобы посмотреть на происходящее. Быстро собравшись с мыслями, Юй Хэ выкрикнула:

— Младший брат Шу Яо, давай разрушим стену огня и уберёмся отсюда!

Их скорость была чрезвычайно высокой, но работая во всю ногами они поняли, что недооценили опасность. Они были чрезвычайно быстры и превосходили даже скорость звука, они были быстрее, чем бегущий во весь опор Цинь Му… Вот только скорость пространственного коллапса была ещё выше!

Стена огня была прямо перед ними, но как бы быстро они не бежали, они не могли приблизиться к ней, и что ещё хуже, расстояние даже увеличивалось, словно отталкивая к разрушающемуся пространству!

Холодный пот выступил на лбах Юй Хэ и Шу Яо. Внутри разрушающегося пространства скрывалась сила столкновения божественного топора Святого Дровосека и дьявольского копья Фу Жило, чья сила ранее и создала мир песчаного стола, превратив площадь, равную сто на сто пятьдесят метров, в огромный мир с тысячекилометровым горным хребтом.

Падение этого мира, безусловно, высвободит силу, порождённую столкновением божественного топора и дьявольского копья!

Эта сила не была чем-то, от чего могли защититься практики божественных искусств области Семи Звёзд. Скорее всего, они испарились бы до такой степени, что не осталось бы ничего даже от их душ!

— Может Цинь Му звал нас, потому что хотел спасти? — только теперь они начали жалеть. Они были поражены светом меча Цинь Му и впали в оцепенение, совершенно не слыша, как он пытался позвать их, а когда пришли в себя, было уже слишком поздно.

В этот момент их озарила вспышка света, и рядом с ними внезапно появился Цинь Му. Бесчисленные руны кружились вокруг них в ярко сияющем танце. Юй Хэ и Шу Яо долгое время чувствовали, как вращается мир, пока они, наконец, не ступили на землю.

Открыв глаза, они поняли, что покинули площадь.

— Шевелитесь! — закричал Цинь Му и побежал вперёд. — Спрячемся за большим дворцом!

Юй Хэ и Шу Яо поспешно последовали за ним туда, где уже пряталась Сан Хуа. Когда четвёрка воссоединилась, Цинь Му присел на корточки, закрыл глаза, открыл рот и закрыл уши. Сан Хуа, увидев его действия, сразу же повторила.

Прежде чем Юй Хэ и Шу Яо смогли даже подумать о том, чтобы сделать то же самое, ужасающая волна вырвалась из центра площади и засияли несравнимо яркие огни. В одно мгновение они были ослеплены, и когда они закрыли глаза, две линии кровавых слёз потекли по их щекам!

Затем над ними пронеслась волна, образовавшаяся от коллапса пространства. Тела Юй Хэ и Шу Яо растягивались сильнее и сильнее, подобно готовящейся лапше.

Прозвучали ужасные звуки, после которых последовала гробовая тишина.

Они больше ничего не слышали.

Было слишком уж странно тихо!

Между тем тёплая кровь начала вытекать из их ушей!

Находящиеся над большим дворцом боги Верховных Небес Императора выпустили свою божественную силу и подняли стену божественного света, блокируя энергию, вылетающую из разрушенного пространства.

Но даже несмотря на это, оба подростка ужасно мучились.

С другой стороны, Цинь Му и Сан Хуа, которые присели на корточки, не сильно пострадали, и после того, как свет рассеялся, а волна ушла вдаль, они закрыли рты и открыли глаза.

Юй Хэ и Шу Яо приземлились на землю с глухими стуками и неподвижно растянулись. А когда они немного погодя встали, их лица были полностью в крови.

Парочка ничего не слышала и не видела.

— Старшие брат и сестра ещё слишком молоды и не испытывали ничего подобного, — Цинь Му покачал головой и двинулся к ним, чтобы осмотреть их. — Я сталкивался с чем-то подобным раньше и знаю, что произойдёт, если я буду рядом, где сражаются бог и дьявол… Они не слишком сильно пострадали. Я приготовлю несколько лекарств для них, чтобы восстановить их глазные мембраны и барабанные перепонки.

Сан Хуа была обеспокоена:

— Что случилось?

— Их глазные мембраны были сожжены, а барабанные перепонки разорваны. Это не серьёзная проблема, — Цинь Му засунул руку в свой мешочек таотэ в поисках лекарственных ингредиентов. — Если бы у них взорвались глаза и сломались кости в ушах, я не смог бы вылечить это. В таком случае даже мозг был бы полностью поджарен. Их глазные мембраны не были полностью сожжены, а в барабанных перепонках была пробита лишь небольшая дырка, поэтому они могу зарасти. Физические тела Юй Хэ и Шу Яо действительно сильны, даже сильнее, чем у меня. Если бы это был я, мои глазные мембраны сгорели бы полностью.

Сан Хуа высунула язык и огляделась. Она увидела, что почти половина зданий в городе Ли были разрушены. Повсюду были разрушенные дома и павильоны. Множество дьяволов валялись на земле, корчившись от боли.

Фу Жило вытащил своё дьявольское копьё, и три его лица закричали в унисон:

— Всегда нужно соблюдать пари! Дьяволы, покиньте город! Младший брат Су Мо, выведи всех мужчин из города Ли!

Дьявольские боги получили приказы и сдерживали своих дьяволов, готовясь к отступлению.

— Небесный Наставник, сегодня не лучший день для битвы. Мы продолжим в другой день.

— Не проблема, не проблема.

Фу Жило спрыгнул со дворца и повёл всех прочь.

Между тем Цинь Му приготовил пилюли для лечения травм Юй Хэ и Шу Яо, но увидев краем глаза выходящего истинного дьявольского бога, он поспешно перевёл на него взгляд и был очень удивлён.

Он увидел, что на затылке у Фу Жило густые вьющиеся волосы и нет четвёртого лица. Вместо этого там красовались два острых, очень прямых уха.

«У него только три лица», — таким образом Цинь Му решил один из вопросов, грызущих его сердце. С тех пор, как он увидел Фу Жило, ему жутко хотелось знать, сколько у того лиц. Всё это время он продолжал думать об этом и наконец получил ответ.

Фу Жило почувствовал его пристальный взгляд и повернул шею, раскрывая улыбающееся лицо, неторопливо сказав:

— Тебя зовут Цинь Му? Кузнец Цинь Му?

Юноша собирался что-то сказать, как вдруг перед ним промелькнула фигура, которой оказался Святой Дровосек, заблокировавший поле зрения Фу Жило, но сразу же после он высунул голову из-за него и с улыбкой сказал:

— Да, меня зовут Цинь Му. Хочу отдать дань уважения дьявольскому богу Ваджре.

— Ты понимаешь дьявольский язык? Моё имя действительно означает Ваджра, — Фу Жило кивнул и глубокомысленно добавил. — Нам с тобой суждено встретиться снова, — закончив говорить, он повернулся и, уходя, обронил. — Чжэ Хуали, идём.

Глава 541. Божественное Искусство Меняющегося Лица

Чжэ Хуали тащил труп Цзян И, следом за ним шагал Фу Жило. Проходя мимо Цинь Му, он повернул к нему голову.

Цинь Му был занят приготовлением пилюль, но поспешно кивнул в знак уважения:

— Старший брат Чжэ Хуали, надеюсь нам выпадет возможность встретиться снова.

С мертвецким выражением лица Чжэ Хуали ушёл вместе со своим учителем.

Чёрный тигриный бог спрыгнул с дворца и бросил взгляд на Цинь Му, прежде чем повернуться к Святому Дровосеку, который, отставив свой гигантский топор в сторону, наблюдал за техникой рук для приготовления пилюль парня.

Остальные боги тоже отвлеклись от своих дел и собрались вокруг. У каждого нашлось что сказать и что спросить, тем не менее, они держали себя под контролем.

Никто не осмелился издать и звука, ожидая, когда заговорит Святой Дровосек.

Бог Сан Е быстро подозвал Сан Хуа к себе. Он хотел хорошенько отругать дочь, но не смел нарушать тишину.

Цинь Му находился на решающей стадии приготовления духовных пилюль. Он был полностью сосредоточен на процессе и не думал ни о чём другом. Несмотря на то, что он не обращал внимания на людей вокруг, все их пристальные взгляды прилипли к его телу и, чувствуя на себе их ужасающее давление, его лоб равномерно покрывался каплями пота.

Спустя мгновение юноша закончил приготовление пилюль и тщательно раздавил их. Достав немного воды, он размешал в ней лекарства, прежде чем капнуть раствор в глаза и уши Бай Хэ и Шу Яо.

Внимательно наблюдая за ростом глазных мембран и ушных перепонок парочки, Цинь Му слегка нахмурился. Затем он порылся в мешочке таотэ и достал несколько трав, готовя мазь. Закончив, он осторожно нанёс её на повреждённые места.

— Почему ты применил лекарство дважды? — озадаченно спросил Святой Дровосек. — Их глазные мембраны и ушные перепонки отросли почти сразу, а второе вещество, кажется, даже немного токсичное. Для чего оно?

Цинь Му осмотрел глаза Юй Хэ и Шу Яо, прежде чем заняться их ушными перепонками. Затем он объяснил:

— Эта мазь является не ядом, а духовным лекарством, используемым для подавления роста. Первое лекарство, которое я использовал, использовалось чтобы отрастить их глазные мембраны и ушные перепонки, но так как я впервые готовил что-либо подобное, дозировка оказалась слегка неправильной и их свойства получились слишком сильными.

— Если бы я ничего не предпринял, то глазные мембраны и ушные перепонки выросли бы слишком толстыми, значительно ухудшая зрение и слух. Именно поэтому мне пришлось использовать лекарство для подавления роста. — потянувшись, он улыбчиво ответил. — Теперь они почти в порядке. Их зрение и слух будут не хуже, чем раньше.

Боги Верховных Небес Императора облегчённо вздохнули. Юй Хэ и Шу Яо были самыми сильными здешними экспертами области Семи Звёзд и среди представителей молодого поколения у них были наибольшие шансы стать богами. Если бы парочка осталась глухой или слепой, Верховные Небеса Императора понесли бы огромную потерю.

Смерти Хуан Юэ с остальными и так были достаточно большим горем.

Цинь Му выразил своё уважение Святому Дровосеку:

— Ученик Цинь Му отдаёт дань своего уважения Патриарху.

Святой Дровосек протянул руку, помогая парню встать на ноги, прежде чем улыбчиво проговорить:

— Ты, должно быть, освоил учение, которое я тебе показал. Следовательно, я лично занялся твоим обучением, поэтому ты мой ученик и не обязан называть меня Патриархом.

Цинь Му удивился и обрадовался. Если он станет учеником Святого Дровосека, то его старшинство возрастёт. При встрече с предыдущими Владыками Небесного Святого Культа, старики больше не смогут давить на него, используя своё звание!

На секунду задумавшись, он поинтересовался:

— Священный Наставник, ты слышал о Небесном Святом Культе?

— Небесный Святой Культ? — Святой Дровосек удивлённо покачал головой. — Никогда не слышал о чём-то подобном.

Лицо Цинь Му ужасно побледнело, и он поник.

На самом деле Святой Дровосек ничего не знал о Небесном Святом Культе!

Он был не готов принять этот факт и продолжил прощупывать ситуацию:

— В таком случае, есть ли какое-то глубокое значение в Священном Дереве, Камне Святого и следе от топора, которые оставил после себя Наставник?

— То старое дерево ещё не сгнило? — Святой Дровосек был поражён, делая какие-то подсчёты. — Ему где-то двадцать тысяч лет, верно? Я столько раз по нему рубанул, а оно всё ещё живёт. Должно быть, скоро оно превратится в демона.

Цинь Му продолжил говорить, заикаясь:

— С-священный Наставник, а К-камень Святого…

— Какой ещё Камень Святого? Ты имеешь в виду тот валун, на котором я сидел, передавая свои учения? А что с ним не так?

Юношу будто гром ударил, погружая его разум в хаос. Он бормотал:

— Каждый раз, когда появляется повод для празднования, наш Небесный Святой Культ кланяется Камню Святого и Священному Дереву. Только Владыки и старшие, которым удалось обрести великие заслуги, удостаиваются чести быть похороненными под его кроной в виде праха…

Святой Дровосек покачал головой:

— Столько формальностей? Я ненавижу их больше всего на свете. Неужели тот ученик создал Небесный Святой Культ? Твой старший брат не смог изучить всех навыков, и вместо этого создал огромный набор правил. Сфокусировавшись на них, он отвлёкся от моих учений. Вот шалопай, столько сил насмарку!

Под «учеником» и «старшим братом», мужчина имел в виду Основателя. Это был неуловимый человек, которого Цинь Му не встретил даже в Фэнду.

Он ни разу не появлялся в Царстве Живых Мертвецов, поэтому юноша понятия не имел, где его искать.

Лицо Цинь Му продолжало переливаться от ужаса к спокойствию. Священное Дерево и Камень Святого, которые все в культе считали сокровищами, в глазах Святого Дровосека были просто хламом!

Если информация об этом распространится, все в Небесном Святом Культе, включительно с молодо выглядящим Патриархом и прежними Владыками сойдут с ума!

Чёрный тигр заметил ошеломлённое состояние парня и открыл рот. Тем не менее, он воздержался от слов и просто подумал про себя: «Мой хозяин постоянно бранит меня, и не верит, что состояние его ума не слишком хорошо. Тем не менее, за столь короткое время выражение лица этого мерзавца сменилось более десятка раз!»

Истинный Бог Пан Ю подошёл проверить глаза Юй Хэ, прежде чем заняться Шу Яо. Обнаружив, что они были в полном порядке, он тихо проговорил:

— Маленький друг Цинь Му спас вас обоих, почему вы ещё не отблагодарили его? Причина, по которой вы смогли выбраться живыми, состоит в том, что он рискнул своей жизнью, выманивая врагов, и убил троих ещё в самом начале сражения.

Сердца Юй Хэ и Шу Яо резко дрогнули, и они прокричали:

— Он в одиночку справился с тремя сильными практиками?

— Если считать Цзян И, то с четырьмя, — вздыхая ответил Пан Ю. — Из десяти экспертов четверо умерли от его руки. Это случилось почти в мгновение ока. Если считать дьяволицу, которая погибла в бою с дочерью Сан Е, то они на двоих убили половину вражеского отряда. Все остальные, включая вас, избавились лишь от четырёх, к тому же ценой жизней шести практиков. Дьявольскую расу не стоит недооценивать, их способности всё-таки… — он покачал головой, но не договорил.

Юй Хэ и Шу Яо молчали. Они пересматривались с горькими выражениями лиц.

Девять представителей дьявольской расы погибли в ужасном бою. Цинь Му убил четырёх, а Сан Хуа ещё одного, что составило больше половины вражеских потерь.

Тем временем, Юй Хэ и Шу Яо разобрались каждый с одним противником, а потом вместе убили ещё одного. Это значило, что ценой собственных жизней остальные шесть практиков смогли убить лишь одного врага.

Боевые способности дьяволов и вправду были выше, чем у людей. Если бы не неожиданное появление Цинь Му, Верховные Небеса Императора потеряли бы лучших представителей своего молодого поколения!

Юй Хэ и Шу Яо тяжело вздохнули. Подойдя к Цинь Му, который ещё не успел прийти в себя, они отблагодарили.

Юноша, сияя улыбкой, словно его и не терзали тяжёлые думы, поспешно ответил:

— Я слишком увлёкся улучшением своих летающих мечей и не представился перед старшим братом и сестрой. Меня зовут Цинь Му, Цинь — молотильщик, а Му — пастух. Я хочу отдать дань своего уважения старшей сестре Юй Хэ и старшему брату Шу Яо.

Чёрный тигриный бог заметил, как мерцающее лицо парня в мгновении расплылось в яркой улыбке, отчего холодно фыркнул: «Мой хозяин просто не замечает, как часто меняется лицо этого подлеца!»

Юй Хэ и Шу Яо немедленно ответили на приветствие:

— Мы несколько раз оскорбили старшего брата, называя его молотильщиком и кузнецом. Надеемся, что ты не держишь на нас обиды.

С торжественным выражением юноша ответил:

— Иероглиф Цинь и вправду напоминает двух молотильщиков, и я не шучу. По правде говоря, у своего учителя я освоил многие письменные методы и языки, вроде дьявольского, языка драконов, будды, Юду и даже богов. Иногда я бываю очень дотошным в отношении слов, и это не просто ради того, чтобы похвастаться.

«Выражение лица мерзавца снова изменилось! — тигриный бог стиснул зубы. — Но мой хозяин так этого и не заметил!»

— Старшая сестра Юй Хэ, старший брат Шу Яо, — торжественное выражение исчезло с лица Цинь Му, заменившись лёгкой, как весенний ветер, улыбкой. Его брови двигались вверх-вниз, когда он продолжил. — Вы когда-нибудь слышали о Небесном Святом Культе? По правде говоря, я являюсь его Владыкой. Он был основам моим мастером, вот этим Священным Наставником. Вы, должно быть, видели его раньше и знаете, что он храбр, мудр и немногословен. Учения нашего Небесного Святого Культа очень добры и поистине великолепны. Так называемый путь святого — не что иное, как повседневная польза обычным людям…

Спустя некоторое время Цинь Му вздохнул, поглядывая на Юй Хэ и Шу Яо, которые как раз согласились присоединиться к его культу. Он подумал про себя: «Мой священный культ только что распространился на Верховные Небеса Императора. Сегодня удачный день, мне удалось завербовать двух Мастеров Чертога, которые в будущем могут стать богами! Нет ничего страшного в том, что Святой Дровосек не знает о Небесном Святом Культе, главное, чтобы он молчал об этом. Кстати, я ведь забыл о сестре Хуа!»

Чёрный тигриный бог вертел ушами от скуки: «Мой хозяин воистину слеп…»

Цинь Му бросился в сторону Сан Е и Сан Хуа, но оказался в окружении бесчисленных богов. Один за другим они начали его восхвалять, заставляя непрерывно благодарить в ответ. Получив столько комплиментов, его самоуверенность значительно возросла, а в голове роились радостные мысли.

«Мой хозяин до сих пор ничего не заметил…» — повернув одно ухо вперёд, а другое назад, думал тигриный бог.

Толпа богов не выпускала Цинь Му. Когда шум наконец затих, они немедленно мобилизовали свои армии, заселяя город Ли. Увидев, что Сан Е тоже взял Сан Хуа с собой, парень горько вздохнул.

— Пошли со мной, я хочу кое-что спросить, — проговорил Святой Дровосек.

Цинь Му поспешно отправился следом. Чёрный тигр хотел пойти вместе с ними, но Святой Дровосек развернулся, бросая на зверя пронзительный взгляд, и тот остановился, повернул голову и начал всматриваться вдаль.

Цинь Му вместе со Святым Дровосеком нашли тихое место, где последний сразу же начал расспрос:

— Ты дьявол или человек? Несмотря на то, что тебе удалось изучить мои техники и заполучить моё наследие, в твоём теле кроется странная сила дьявольской расы. Ты внезапно появился на поле боя среди вражеской армии, поэтому твои действия немного подозрительны. Расскажи мне, откуда ты взялся?

Цинь Му на мгновение заколебался, прежде чем ответить:

— Из деревни Беззаботной.

Святой Дровосек внезапно повернулся, смотря прямо на юношу, будто пытаясь понять, говорит ли он правду.

Со спокойным выражением лица Цинь Му продолжил:

— Я не родился в деревне Беззаботной. Мои родители покинули её, когда я ещё был в утробе. По пути они встретили врагов, и в результате мама родила меня в Юду. Король Яма говорил, что из-за того, что я родился там, произошло что-то странное, и дьявольская природа Юду проникла в моё тело.

«Милорд, выражение его лица снова стало спокойным, но ты не заметил этого даже стоя прямо перед ним!» — находящийся вдали тигриный бог вскипел от ярости.

— Ты говоришь, что пришёл из деревни Беззаботной. У тебя есть что-то, что это докажет? — спросил Святой Дровосек.

Цинь Му поспешно вынул висящую на шее нефритовую подвеску.

Глава 542. В Гармонии с Небесными Законами

Несмотря на то, что Цинь Му вынул нефритовую подвеску, он её не снял и, задумавшись на мгновение, неторопливо проговорил:

— Король Яма сказал, что эта нефритовая подвеска подавляет дьявольскую природу в моём теле, и поэтому я не могу показывать её всем налево и направо. Если она будет слишком далеко от моего тела, случится что-то плохое.

Святой Дровосек покачал головой:

— Если я буду рядом, что плохого может случиться? В большинстве случаев это всего лишь маленькие трюки, такие как проклятия или удары молнии, которые для меня ничего не значат.

Цинь Му стиснул зубы и снял нефритовую подвеску: «Однажды я уже снимал её и показывал своим старикам. Я также показывал её сестре Цзин, и ничего плохого не случалось. Надеюсь, на этот раз тоже ничего не случится».

Святой Дровосек взял нефритовую подвеску и, внимательно осматривая её, кивнул:

— Это действительно нефритовая подвеска родословной Императора-Основателя. Эх, эта, кажется, не совсем такая же, как те. В ней какое-то странное запечатанное построение. Возможно, это построение и подавляет твою дьявольскую природу?

— Кто-то вывел меня из Юду в Великие Руины. Меня подобрала бабушка Сы. Кроме меня, корзины и пелёнок, у меня была только нефритовая подвеска. Человек, который перенёс меня туда, умер от тяжёлых травм… — лицо Цинь Му померкло, когда он продолжил говорить. — Бабуля Сы — Святейшая из моего Небесного Святого Культа, и это она воспитывала меня, пока я не повзрослел. Эта нефритовая подвеска всегда была на мне. Бабуля Сы и остальные не могли найти ей применения, кроме как отгонять тьму Великих Руин, однако, она была достаточно большой лишь для защиты младенца. После этого мой дедушка старейшина обнаружил, что подвеска обладает способностью, которая может привести нас в деревню Беззаботную, но это была всего лишь ловушка. Она привела меня в Фэнду, где мы столкнулись с дьявольским богом, который устроил нам засаду.

— Да, эта штука намного загадочнее, чем я думал, — Святой Дровосек крутил в руках нефритовую подвеску, и вдруг резко прищурился. — Она может не только привести тебя в деревню Беззаботную, но и к Юду, поскольку была выкована там. Кроме того, человек, который её выковал, был чрезвычайно могущественным, даже более могущественным, чем я. Странно, такая сильная печать, что она пытается запечатать? — мерцающим взглядом посмотрев на подвеску, его охватил неподдельный интерес. — Как только я подавлю запечатанное построение в нефритовой подвеске, я смогу узнать, что она запечатывает…

Цинь Му тоже был полон ожиданий. Когда Король Яма попытался это сделать, он потерял сознание и не видел ничего, что происходило после, из-за чего ему тоже было очень любопытно, что запечатывает подвеска и что произойдёт после снятия печати.

Святой Дровосек посмотрел на него и, держась за нефритовую подвеску, что-то нерешительно пробормотал про себя. Затем он всучил её обратно в руки Цинь Му, тем самым сильно озадачивая его.

— Человек, который выковал эту нефритовую подвеску, очень силён и должен быть одним из самых могущественных существ в Юду. Это таинственное место, истинную сущность которого могут постичь лишь немногие. Даже Император-Основатель не знал, сколько экспертов скрываются там, — сказал Святой Дровосек. — Должна быть причина, по которой эта нефритовая подвеска должна находиться рядом с тобой. Я думаю, лучше не копаться в этом. Король Яма сказал не убирать её далеко от твоего тела, так и поступай. Делай, как он говорит.

Ему хотелось узнать, что произойдёт, если он подавит печать подвески, но он всё же пересилил себя и оставил эту затею.

Цинь Му ничего не оставалось, кроме как забрать подвеску и дальше носить её на шее.

К тому времени в город Ли уже вошло некоторое количество практиков Верховных Небес Императора, которые начали ремонтировать разрушенные здания и укреплять общую оборону.

Цинь Му огляделся, но не увидел таких оружий как Пушки Истинного Происхождения или Божественная Пушка Солнечного Удара.

Несмотря на то, что способности местных практиков божественных искусств были очень даже незаурядны и превосходили на добрый уровень таковые у практиков божественных искусств Вечного Мира, их познания в математике, мягко говоря, были крайне шаткими. Оружие, подобное Пушке Истинного Происхождения, требовало невероятно высоких достижений в математике, поэтому эти люди не могли их выковать.

Даже если Цинь Му нарисует чертежи и отдаст их им, они с большей вероятностью не смогут выковать их. Только Империя Вечного Мира, в которой обитало бесчисленное множество экспертов, подкованных в математике, могла это сделать.

— Как ты попал на Верховные Небеса Императора? — спросил Святой Дровосек.

Цинь Му примерно рассказал ему, как он изменил способ жертвоприношения и обменял себя на дьявольского генерала, перенеся себя на Верховные Небеса Императора.

Святой Дровосек покачал головой:

— Как безрассудно обмениваться людьми из вражеского лагеря. Разве ты не боишься умереть?

Цинь Му глубоко вздохнул и серьёзно ответил:

— Чтобы одолеть Первого Предка Императоров Людей, нужно было рисковать! Может ли Святой Учитель обучить меня, как стать молодым истинным богом?

Святой Дровосек был слегка ошеломлён:

— Мне не послышалось? Ты хочешь стать молодым истинным богом и одолеть этого армейского дезертира из Зала Императоров Людей?

Цинь Му незамедлительно кивнул.

Святой Дровосек улыбнулся:

— Ты знаешь о его прошлом?

Цинь Му был в оцепенении.

— Вы с ним одинаковые, ваши фамилии Цинь, и вы оба мои ученики. Фу Жило называет меня Небесным Наставником, что означает наставник, пребывающий в гармонии с небесными законами. Ещё меня называют учителем Сына Небес. В общем, я всего лишь учитель, и в прошлом, по приказу Императора-Основателя, я обучал принцев, среди которых также был армейский дезертир из Зала Императоров Людей, — Святой Дровосек, робко оглянувшись, направился к восточным воротам города Ли, вспоминая о прошлом. — Этот принц обладал необычайными способностями, а его понимание было на высоте. Однако, когда разразилась катастрофа и Райские Небеса пали в битве, принц испугался смерти и убежал. Затем по воле случая, или может быть судьбы, он спас некоторых людей и стал почитаться как Император Людей. Он знал, что я ещё жив, поэтому неоднократно приходил меня навещать, но я категорически не хотел с ним встречаться. После этого я превратился в каменную статую, в то время как мой исконный дух бродил по миру в поисках ответов, поэтому я больше никогда его не видел. Тебе будет очень тяжело одолеть его.

Цинь Му сжал руки в кулаки и громко сказал:

— Однако у Священного Наставника есть способ, не так ли?

Святой Дровосек взобрался на высокую городскую башню. Поскольку им нужно было защищаться от вторжения дьяволов, городские башни были отстроены очень высоко, так что взобраться на одну из них было сродни тому, как взобраться на гору.

— Когда я обучал его, он был самым лучшим среди всех принцев, которых я учил. Его способности, понимание, он был на уровень выше их всех. Он мастерски овладевал любым божественным искусством, которое узнавал, одно его понимание было равно сотне других. Он уважал своих учителей и придавал большое значение учениям. Несмотря на то, что я презираю его за то, что он сбежал, я всё ещё восхищаюсь им в целом. Если ты хочешь одолеть меня, бесполезно полагаться только на мои учения, — Святой Дровосек был подобен смертному, поднимающемуся шаг за шагом вместо того, чтобы использовать какое-либо божественное искусство. — Я учитель Императора-Основателя и имею репутацию Небесного Наставника, однако, с точки зрения боевой мощи, я не самый сильный представитель тех времён. И даже напротив, моя боевая мощь могла считаться стандартом среднего уровня. Если я обучу тебя, ты не превзойдёшь этого дезертира. Вдобавок ко всему, — он улыбнулся. — Разве я тебя не учил?

Цинь Му был потрясён. То, что Святой Дровосек имел в виду, было учением на камне, поэтому логично, что он уже обучил его. Тем не менее, Цинь Му был возмущён получением такого рода обучения, ведь Святой Дровосек явно обладал ещё более мощным божественным искусством… достаточно только вспомнить момент, когда Цинь Му встретился с Фу Юйсяо, в итоге будучи почти убитым им, и это бы, безусловно, произошло, если бы не Святой Дровосек, который продемонстрировал своё спасающее жизнь движение, тем самым обучив его ему и позволив избежать травм или даже смерти.

Поскольку он владел такими могущественными божественными искусствами, почему он не хотел обучить его им?

Цинь Му хотел научиться техникам и божественным искусствам, которые могли бы позволить ему стать молодым истинным богом. Он хотел объединить своё физическое тело, превзойти Первого Предка Императоров Людей в той же области, прижать его к земле, сломать кости и заставить блевать кровью. Избивать до тех пор, пока тот не упадёт на колени и не начнёт молить о прощении… прощении за прошлое всех Императоров Людей!

— Если я научу тебя своему божественному искусству, ты не будешь ломать голову, пытаясь постичь Меч Бедствия. Открытие Меча Бедствия — замечательная вещь, но я не могу научить тебя этому, — мужчина поднялся на городскую башню, сел и похлопал по ступеньке рядом с собой, давая юноше понять, чтобы тот присел подле него.

Цинь Му присел на ледяную поверхность. Он обернулся и увидел, что чёрный тигриный бог стоит под башней, явно не собираясь подниматься за ними.

— Все известные мне божественные искусства скрыты в писаниях. Тебе просто нужно использовать своё сердце, чтобы понять их, и ты сможешь всё узнать. Этим писаниям обучил меня Император-Основатель. — наставлял Святой Дровосек, — То, что я узнал, слишком многочисленно и разнообразно, поэтому, даже если бы я получил высшие искусства Императора-Основателя, мне всё равно было бы не под силу сделать шаг вперёд. Поэтому-то я и считаюсь средним уровнем среди богов и дьяволов, — объяснил он. — Со временем я понял, что учиться слишком многому может быть не лучшей идеей. Пойдём, посмотрим рассвет.

— Рассвет? — уголки глаз Цинь Му дёрнулись, когда он невольно посмотрел на небо.

Сломанное солнце постепенно испускало красное свечение, жаля глаза своей искажённой формой, буквально.

Цинь Му моментально помрачнел в лице и поспешно отвернулся, пытаясь подавить позыв в своём сердце. Рядом с ним лицо Святого Дровосека также постепенно мрачнело, пока он тоже не опустил голову.

Рассвет на Верховных Небесах Императора заставил их обоих почувствовать себя сидящими на иголках и булавках. Они оба были беспокойными.

Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа и воистину сведущим в математике. Он также учился плотничеству у старого Ма и искал совершенства во всех ремёслах, к примеру, даже мебель, лично сделанная бабушкой Сы, была впоследствии изменена им… Так как такое ужасно выглядящее солнце в небе можно оставить в покое?

В Небесном Дьявольском Культе были Чертоги Ремесла и Небесных Изделий, которые имели строгие требования ко своим работам. Оба чертога брали своё начало в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, а значит должны были быть подкованы в методах расчёта и ремесленнического мастерства. А раз сами рукописи были переданы Святым Дровосеком, то тут было и ежу понятно, что у него были удивительные достижения в математике.

Практики божественных искусств Верховных Небес Императора очень гордились тем, что солнца в небесах были выкованы их богами, но для парочки новоприбывших эти солнца были бельмом на глазу.

В небе постепенно становилось ярче и другое солнце, обе звезды висели неподвижно.

Уголки глаз Святого Дровосека дёрнулись, он изо всех сил старался не поднимать головы:

— Ребятки Верховных Небес Императора уже всё позабывали о ремесленническом мастерстве!

— Бога, который выковал солнце, кажется, называют Кузнецом Солнца, — сказал Цинь Му с опущенной головой.

— Пф! Какой Кузнец Солнца? Я знаю этого парня! Он был всего лишь поваром на Райских Небесах!

Цинь Му очень удивился.

Святой Дровосек встал и сказал:

— Ты сам должен постичь метод становления молодым истинным богом, это будет гораздо эффективнее, чем я буду учить тебя. В конце концов мои учения — это мои учения, тебе лучше поискать то, что подойдёт тебе лучше всего. Я провожу тебя к двери, но остаток пути тебе придётся пройти одному, — он поднял голову, чтобы посмотреть вдаль. На юге, западе и севере города Ли всё ещё бушевала дьявольская Ци, словно огромные крышки котелков покрывали небо и землю. — На этот раз я прибыл на Верховные Небеса Императора, чтобы не дать дьяволам пожертвовать Верховными Небесами Императора. Фу Жило мудрый командир и ушёл, потому что у него не было достаточно сил, чтобы справиться с моим внезапным прибытием. В следующий раз, когда он придёт, он нанесет сокрушительный удар!

Сердце Цинь Му яростно содрогнулось, и он поспешно спросил:

— Могут ли Верховные Небеса Императора остановить его?

Пуум!

Земля задрожала, и Цинь Му резко посмотрел в сторону источника звука.

На далёком поле битвы многочисленные практики Верховных Небес Императора сваливали трупы дьяволов и людей, погибших в битве, в горы.

Внезапно земля раскололась, и огромные жертвенные алтари постепенно поднялись из-под земли. Вспыхнуло кровавое жертвоприношение, и луч красного света устремился в небо. В нём появились высокие каменные статуи.

Бум, Бум…

Сильные толчки безостановочно сотрясали всё вокруг. Появлялись всё новые и новые жертвенные алтари. Лучи красного света на них, похожие на высокие башни, устремились в небо, а на алтарях образовались каменные статуи!

Волнение наполнило Цинь Му, и он посмотрел на Святого Дровосека, ожидая его ответа.

— Мы не можем, — Святой Дровосек словно облил его ушатом холодной воды. — Мы можем лишь задержать их на некоторое время.

Глава 543. Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии

Каменные статуи на жертвенных алтарях неспешно просыпались, между тем Цинь Му, с закружившимися в зрачках символами построений, с подозрением уставился на них.

Каждая статуя была уникальна. Одна была богом с черепашьим панцирем, другая имела хвост леопарда, третья птичью голову, четвёртая драконью и так далее. Всего появилось двадцать четыре бога, олицетворяющие двадцать четыре уникальных формы.

Тем не менее, Цинь Му чувствовал, что уже встречался с каждой из них.

«Каменные статуи Великих Руин!» — он наконец вспомнил, что видел подобные статуи в Великих Руинах.

Это значило, что они, скорее всего, пришли именно оттуда!

Статуи должны были вот-вот превратиться в богов, а это значило, что окаменевшие боги Великих Руин могли воскресать. Они могли вновь стать живыми, что подтверждало его старые догадки!

Двадцать четыре каменных статуи пришли на Верховные Небеса Императора, и теперь на защите этого места стояло ещё двадцать четыре бога. Должно быть, все они — старые друзья Святого Дровосека и владеют необычайной силой.

И всё же, Святой Дровосек сказал, что они не смогут остановить дьяволов, а только задержать их на некоторое время.

Каковым было настоящее происхождение дьявольской расы?

Откуда у них такие ужасающие способности?

Когда Цинь Му озвучил эти вопросы, Святой Дровосек повернул свой взгляд к каменным статуям, прежде чем замолчать на несколько мгновений и сказать:

— Происхождение дьяволов крайне загадочно, даже мне не слишком много о нём известно. Тем не менее, слухи говорят, что они пришли из Юду и являются его формами жизни. Считается, что в какой-то момент они отделились от мира мёртвых. Дьяволы владеют многими мирами, а их способности всегда были невероятно огромными, поэтому у Верховных Небес Императора определённо нет никаких шансов их остановить.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Какая в таком случае связь между дьяволами и так называемыми Истинными Райскими Небесами, которые уничтожили Эпоху Императора-Основателя? Чжэ Хуали пришёл именно оттуда, а его учитель, Ло Ушуан, даже возглавляет Стражей Элитного Духа. Он отправил своего ученика совершенствоваться среди дьяволов, что ясно свидетельствует о каких-то отношениях между двумя силами.

— Между ними есть связь, но не такая, как между правителем и подчинённым, — Святой Дровосек был хорошо осведомлён в этом вопросе, но не стал вникать в детали. — Они больше напоминают двух людей, использующих друг друга. Так называемые Райские Небеса часто используют дьяволов для решения не самых удобных проблем, и те тоже извлекают с этого выгоду. Мой исконный дух многие годы блуждал по вселенной в поисках истоков Райских Небес, но так и не нашёл ничего полезного.

Шагая по воздуху, он двинулся в сторону жертвенных алтарей:

— Раз ты уже на Верховных Небесах Императора, то можешь остаться здесь на некоторое время, чтобы потренироваться. Я должен заняться другими делами.

Цинь Му собрался броситься вдогонку, но увидел, что Святой Дровосек отдаляется всё сильнее и сильнее. Пространство, которое преодолевали его шаги, казалось нормальным, но на самом деле было чрезвычайно огромным, не оставляя ему шансов догнать мужчину:

— Священный Наставник, у меня ещё остались вопросы!

Тем не менее, Святой Дровосек уже скрылся вдали, и Цинь Му не хватало совершенствования, чтобы его голос преодолел такое расстояние.

— Тигрёнок, останься с ним, — вдали раздался голос Святого Дровосека. — Проследи, чтобы он не создал слишком много проблем.

Чёрный тигриный бог мгновенно послушался и подошёл к юноше со спины, накрывая того своей огромной тенью.

— Священный Наставник плохо разбирается в людях, — улыбнувшись, заговорил юноша. — Я — Владыка Небесного Святого Культа, как я могу создать какие-то проблемы?

Тигр посмотрел на него с мрачным выражением лица:

— Разве ты не заметил, что создаёшь проблемы, куда бы не пошёл?

Цинь Му удивлённо поднял голову. Чёрный тигриный бог был попросту слишком высоким, поэтому говорить с ним было довольно изнурительно:

— Старший брат, ты не мог бы уменьшиться в размерах?

— Старший брат? — выражение лица бога мгновенно стало приветливым, его уши поднялись, придавая ему завораживающего виду, и он улыбчиво ответил. — Раз уж ты назвал меня старшим братом, я не стану смотреть на тебя свысока. Ты, должно быть, уже заметил, что я не просто ездовой зверь, а ученик моего хозяина и по старшинству, ты действительно должен называть меня старшим братом.

Его тело постепенно уменьшилось, и спустя мгновение рост зверя стал таким же, как у Цинь Му, а внешность напоминала юнца с головой тигра. Тем не менее, пара его ушей всё ещё была крайне подвижной и время от времени нервно дёргалась.

— Старший брат, Священный Наставник сказал мне не создавать проблем, а то, о чём говорил ты — инцидент. Есть огромная разница между проблемой и инцидентом, это не одно и то же, — всерьёз проговорил Цинь Му.

Чёрный тигриный бог не обратил внимания на его слова и покачал головой:

— Милорд приказал мне присматривать за тобой. Я не спущу с тебя глаз.

У Цинь Му разболелась голова, но ему ничего не оставалось, кроме как позволить зверю следовать за ним: «Я надеялся, что Священный Наставник поможет мне спроектировать мост, соединяющий Империю Вечного Мира и Верховные Небеса Императора, но у него есть важные дела, поэтому придётся делать всё самому».

Жизнь в городе Ли кипела, но так как юноша никого здесь не знал, он решил поселиться в одной из городских башен. Достав несколько стопок бумаги и измерительные приборы, он начал рассчитывать и проектировать мост между мирами.

Чёрный тигриный бог долго стоял позади, наблюдая, тем не менее, со временем любопытство взяло верх над ним, и он, наконец, спросил:

— Что ты рассчитываешь?

Цинь Му не отводил взгляда от бумаги:

— Я рассчитываю уравнение для обмена духовной энергии и её перемещения. Мне нужно узнать соотношение обмена духовной энергии для практиков божественных искусств из разных миров, а также соотношение взаимного сдвига между двумя мирами.

То, что он сказал, было довольно сложным, но чёрный тигриный бог сразу понял о чём идёт речь и с полуулыбкой проговорил:

— Уравнение обмена духовной энергии используется для метода кровавого жертвоприношения, а взаимного сдвига — для божественного искусства мгновенного перемещения, верно?

Цинь Му поднял голову, неверующе уставившись на зверя.

Оба уравнения требовали огромного количества расчётов и изучения обмена душами, физическими телами и энергией. К тому же речь шла о мгновенном перемещении в пространстве и расчётах сдвига. Если рассказать об этом практику божественных искусств Верховных Небес Императора, он бы сошёл с ума, в то время как тигриный бог сумел понять и сформулировать суть идеи в двух словах!

«Всё верно, он — ездовой зверь Священного Наставника, а тот создал Великие Небесные Дьявольские Рукописи, описывающие сложные методы расчётов. Должно быть, зверь изучил их» — с такими мыслями, Цинь Му немедленно спросил:

— У брата хорошие познания в математике?

Чёрный тигриный бог поднял с земли лист бумаги, проговорив:

— Я только что заметил ошибку в твоих вычислениях. Вот здесь неправильно.

Юноша взглянул на бумагу и поспешно использовал математические инструменты, чтобы рассчитать всё заново.

Он и вправду нашёл у себя ошибку и был впечатлён:

— Вычисления брата тигра очень хороши, и даже быстрее и точнее моих. Глупый брат впечатлён. Эти два уравнения довольно сложны и требуют решения слишком многих вещей. Ты не мог бы мне помочь?

Чёрный тигриный бог улыбнулся:

— Пока ты не создаёшь проблем, нет ничего плохого в том, чтобы тебе помочь. Для чего все эти расчёты? Что ты собираешься построить с их помощью?

Цинь Му рассказал ему о мосте между мирами, который он собрался построить, прежде чем показать флаги мгновенного перемещения и жертвенный алтарь, спроектированные ранее:

— Я использовал этот метод, чтобы поменяться местами с дьявольским генералом и переместиться на Верховные Небеса Императора. Тем не менее, теперь я хочу построить мост, соединяющий Вечный Мир и Верховные Небеса Императора. Он должен быть невероятно устойчивым, чтобы человек мог свободно путешествовать туда-сюда.

Чёрный тигриный бог что-то пробормотал себе под нос, прежде чем проговорить:

— Речь идёт о Пространственном Мосте Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Его можно спроектировать в виде воронки. Когда она откроется, духовная энергия начнёт непрерывно протекать между двумя мирами. Если люди из Верховных Небес Императора захотят прийти в Вечный Мир, последнему придётся потерять часть своей энергии, и наоборот… У тебя неплохая идея, младший брат!

Он со всей силы хлопнул парня по плечу, заставив того резко перемениться в лице, затем молча вернуть вывихнутый сустав на место и мысленно смириться с тем, что ушастый покорил его.

В голове чёрного тигриного бога вспыхнула мысль, и он радостно хлопнул руками:

— У меня появилась идея! Мы можем не создавать жертвенный алтарь, так как у моего мастера уже есть то, что нам подойдёт. Кроме того, в Великих Руинах есть похожее сооружение, которое он оставил в качестве пути для отхода. Если Верховные Небеса Императора падут, он использует его, чтобы вернуться обратно.

— Оба алтаря подходят для вызова истинных богов, поэтому они подойдут для создания моста между мирами. Нам не придётся беспокоиться о том, что энергии окажется слишком много и сооружение рухнет. Единственной проблемой остаются два уравнения!

Цинь Му был крайне взволнован. Чёрный тигриный бог мог не только быстро бегать, но и владел невероятными достижениями в вычислениях, с которыми даже он не мог потягаться. С его помощью, Пространственный Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии между двумя мирами будет построен намного раньше, и скоро соединит Вечный Мир с Верховными Небесами Императора!

Внезапно он вспомнил о цилине, чувствуя ужасную горечь в сердце: «Они оба верховые звери… Но брат тигр может бежать быстрее, и находится на высшей области. Более того, он не придирчив к еде и владеет математикой даже лучше, чем я…»

Вскоре он поборол горькие чувства, полностью погружаясь в процесс вычислений.

Скорость вычислений зверя была поистине невероятной. Цинь Му даже пришлось использовать тарелки тайцзи, восьми триграмм и другое духовное оружие для вычислений, пытаясь поспевать за ним.

В конце концов он попросту отдал инструменты зверю и позволил провести расчёты самостоятельно, лишь время от времени делясь своими мыслями.

— Твоих инструментов слишком мало, нужно сделать ещё несколько!

Сказав это, чёрный тигриный бог быстро создал ещё несколько видов духовного оружия и начал работать, используя шесть приборов одновременно.

«Жирдяй даже не знает, как создавать духовное оружие…» — горечь снова вернулась в сердце Цинь Му.

Он высказал свои мысли касательно уравнений, и чёрный тигриный бог тут же смог дать свой ответ. Его скорость продолжала поражать.

Парень и тигр не спали и не отдыхали, непрерывно проводя расчёты в башне восточных ворот города Ли.

И спустя восемь дней комната была доверху завалена толстыми стопками бумаги.

Внезапно послышался голос Сан Хуа:

— Брат молотильщик, чем вы тут занимаетесь?

Цинь Му отвёл взгляд от бумаги, его глаза были наполнены кровью. Перед ним стояли Сан Хуа, Юй Хэ, Шу Яо и ещё несколько молодых практиков божественных искусств. Все они с любопытством осматривались.

Молодёжь была шокирована. Стопки рукописей были выше человека и сложены в ровные ряды, создавая лабиринт, в центре которого сидела парочка, под кровавыми глазами которых красовались тяжёлые мешки от недосыпа… Борода Цинь Му давно превратилась в грязную щетину, но он и не думал отвлекаться на свой внешний вид.

— А, это вы, — Цинь Му отвернулся, возвращаясь к работе. — Подождите немного, мы с братом тигром уже закончили с двумя уравнениями и вычислили руны для обмена духовной энергией. Сейчас мы разрабатываем конструкцию моста между мирами.

Юй Хэ, Шу Яо и остальные практики в оцепенении смотрели на парочку. Спустя некоторое время Шу Яо озадачено спросил:

— Младшая сестра Сан Хуа, ты поняла, что он сказал?

Девочка покачала головой с ошарашенным выражением.

Цинь Му и чёрный тигриный бог превратили свою жизненную Ци в невероятно сложные веса, после чего довольно долго что-то рисовали на бумаге. Некоторое время спустя они закончили и наконец поднялись.

— Вперёд, нужно построить мост и посмотреть, сможет ли он соединить два мира! — взволнованно проговорил чёрный тигриный бог.

Юноша некоторое время колебался:

— Священный Наставник сказал мне не создавать проблем. Мост между мирами нужно ещё протестировать. Если мы построим его сейчас, я боюсь…

Чёрный тигриный бог пребывал в крайне окрылённом состоянии и, стуча по своей груди, с невероятным героизмом проговорил:

— Мы не создадим проблем, а лишь инцидент, в худшем случае. Не переживай, я беру всю ответственность на себя!

Глава 544. Мы Умрём

Цинь Му до сих пор был немного обеспокоен и планировал пересчитать всё, чтобы проверить, не допустил ли он ошибок. Это было не потому, что он не доверял чёрному тигриному богу, а потому, что никто до этого не пытался соединить два мира и построить Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Он понятия не имел, что может произойти, если что-то пойдёт не так.

Например, каждый новый вид духовной пилюли, которую он усовершенствовал для лечения травм, мог вызвать странные побочные эффекты. Да, он может запросто решить любую проблему, связанную с лечением, но как ему решить проблему с Мостом Взаимного Сдвига Духовной Энергии, соединяющим два мира, если тот окажется непрочным или ещё что похуже?

Чёрный тигриный бог быстро собрал чертежи и выбежал на улицу:

— Шевелись, быстрее! Я уже горю желанием всё проверить!

Цинь Му ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

— Сестра Хуа, что-то случилось? — спросил он по дороге Сан Хуа.

— Город Ли уже восстановлен, но в окрестностях ещё много дьявольской активности. Дьяволы используют плоть, кровь и души людей Верховных Небес Императора, чтобы совершенствоваться и представляют ещё большую опасность, — ответила девушка. — Мы потратили довольно много времени на то, чтобы найти тебя, дабы вместе начать тренироваться. Мы хотим избавиться от бродячих практиков божественных искусств дьявольской расы.

— Когда Фу Жило был в городе Ли, он сдерживал дьяволов, чтобы не навредить никому из людей, но теперь, когда он ушёл, оставшиеся дьяволы больше никем не управляются. Для них мы, люди — пища и материалы для совершенствования и усовершенствования сокровищ, — сказала Юй Хэ. — Вот почему в течение этих нескольких дней деревни в окрестностях были буквально затоптаны. Младшая сестра Сан Хуа хотела пойти в Пагоду Подавления Бога, но у неё не осталось выбора, кроме как отложить эти планы.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— Фу Жило сдерживал дьяволов от причинения вреда людям? Почему? Чего он хотел добиться?

— Чтобы завоевать сердца людей, — с мрачным лицом, сказал Шу Яо. — Город может быть захвачен, империя может пасть, боги также могут умереть в битве, но сердца людей завоевать труднее всего. Фу Жило — дьявольский бог с большими амбициями, его путь завоевания был не так прост. Если бы он не причинял вреда людям, они бы не сопротивлялись, и даже если бы он надавил на них немного больше, превратив их в рабов для добычи руды и выращивания всех видов лекарственных ингредиентов, они всё равно оставались бы послушными. Полагаясь на такой способ, он мог заставить самых низших дьяволов вкладывать все свои сердца в битву, ведь тем не стоило опасаться удара в спину, а также становиться рабами самим. Враг, который может ударить в самое сердце — самый сильный враг.

Цинь Му кивнул, кардинально меняя мнение о Фу Жило.

Фу Жило не был деревенщиной, который только и знал, как вторгаться в города и захватывать земли. Он понимал метод управления и знал, что нужно сделать, чтобы извлечь наибольшую пользу для дьявольской расы.

Низшие дьяволы имели низкий статус, а их судьба на поле боя была отнюдь не завидная. Они были расходным материалом, и если их превратить в рабов, прежде чем заставить стать пушечным мясом, то править ими будет крайне сложно…

И дабы избежать такого положения дел, Фу Жило сделал рабами людей, тем самым вознося статус низших дьяволов и успокаивая их сердца. Затем они слепо бросались в мясорубку поля брани, рискуя своими жизнями, а он мог дальше поддерживать своё правление.

К тому же, поскольку люди могли жить, они не сопротивлялись, хоть и становились рабами. Таким образом, Фу Жило максимально стабилизировал свою систему. С людьми, обеспечивающими постоянный запас ресурсов, он мог спокойно прикладывать все свои усилия в битве на линии фронта.

— Фу Жило — большой талант. Неудивительно, что Священный Наставник так настороженно относится к нему, — пробормотав, Цинь Му задумался на мгновение, прежде чем спросить. — С поля битвы наверняка собралось не мало духовного оружия дьяволов? Что собираетесь с ним делать?

— Поскольку они содержат дьявольскую природу и Ци, мы спрятали их в надёжном месте, поэтому дьяволам придётся позабыть о них, — ответила Юй Хэ.

Цинь Му улыбнулся ей:

— Мы с братом тигром установим Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, поэтому нам нужно много чёрных золота и железа. Поскольку духовное оружие дьяволов бесполезно, не могли бы вы одолжить его нам? Дьявольская природа и Ци в них — как раз то, что нам нужно!

Юй Хэ улыбнулась в ответ:

— Мой мастер предоставит вам духовное оружие дьяволов. Интересно, сколько нужно Владыке?

— Чем больше, тем лучше! — довольно сказал Цинь Му. — Спасибо за беспокойство, Мастер Чертога Юй!

Готовясь уйти, она развернулась и сказала:

— Владыка слишком вежлив. Эти дьявольские штуки всё равно бесполезны. Вы, ребята, можете идти, мой мастер и я доставим оружие позже.

Цинь Му посмотрел на Сан Хуа и остальных, и на мгновение задумался:

— Сестра Хуа, брату тигру и мне нужно время, чтобы установить мост, так что вы все должны тренироваться. Возвращайся через десять дней. Мы должны закончить к тому времени, и я, возможно, даже смогу познакомить тебя с новыми друзьями.

— Кроме того, что мы искали тебя ради тренировок, у нашего визита есть ещё одна цель. Мы хотели бы присоединиться к твоему культу, — тихо сказала Сан Хуа.

Присутствующие практики божественных искусств Верховных Небес Императора поспешно кивнули.

Между тем Цинь Му ошеломлённо уставился на Шу Яо.

— После того, как Владыка рассказал нам о философии Небесного Святого Культа, старшая сестра Юй Хэ и я нашли её крайне интересной, поэтому мы присоединились и стали Мастерами Чертогов. В какой-то момент я решил рассказать своим друзьям о целях культа, и они почувствовали, что полностью разделяют его идеи и поэтому пришли, чтобы тоже присоединиться.

— Можем ли мы также получить должности Мастеров Чертогов? — с волнением спросила Сан Хуа.

Цинь Му был вне себя от радости, но не показал этого:

— Небесный Святой Культ праведен и знаменит в Вечном Мире, поэтому не каждый удостаивается такой чести, как присоединение к нему. Тем не менее, я тронут до глубины души всеми, кто сражается с дьяволами, не заботясь о своей жизни, и знает, что все здесь делают благое дело. Мы единомышленники, так что я не против вашего присоединения. Однако, чтобы стать Мастерами Чертогов, нужно владеть определённой областью. Мой священный культ имеет триста шестьдесят один чертог, и все они представляют триста шестьдесят одну профессию, поэтому дело не в силе ваших способностей.

Сан Хуа и остальные были немного разочарованы, но Цинь Му улыбнулся им:

— Тем не менее, священный культ установил новую ветвь на Верховных Небесах Императора, так что у нас слишком много работы. Нам нужно быстро разобраться с неотложными делами, поэтому не будем слишком долго в этом копаться. Каждый из вас будет назначен Мастером Чертогов священного культа на Верховных Небесах Императора.

Сан Хуа ликовала:

— Нужно ли нам вымазать наши губы кровью жертвоприношений и обещать никогда-никогда не предавать культ?

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать, и, покачав головой, сказал:

— Наш Небесный Святой Культ не является дьявольским культом с плохой репутацией, поэтому мы не делаем такие вещи, как мазание себя кровью. Никто не должен поклоняться Владыке. Просто приветствуйте меня, формального этикета нет. И Владыка — священный учитель, а не Император. В данный момент я очень спешу, мы хотим построить Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, поэтому у меня больше нет времени на болтовню. Возвращайся через десять дней. Когда два мира соединятся, я попрошу братьев из священного культа Вечного Мира, чтобы они объяснили вам всё максимально подробно.

Сан Хуа и остальные остались довольны и ушли с Шу Яо.

«Создание культа на Верховных Небеса Императора оказалось намного проще, чем я думал», — Цинь Му печально вздохнул, и когда он взглянул на чёрного тигриного бога рядом с собой, его взгляд замерцал. — Брат тигр хочет вступить в культ?

Тигриный бог закатил глаза и усмехнулся:

— Милорд никогда не признавал вашего Небесного Святого Культа. Не трать энергию попусту и давай уже построим Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии!

Вскоре человек и тигр подошли к огромному жертвенному алтарю, возвышавшемуся подобно горе. У него были ступени, которые вели к небу, где расположилась ровная платформа. Вокруг неё были отпечатаны руны кровавого жертвоприношения, в то время как бесчисленные трупы практиков Верховных Небес Императора были сложены на земле. Только из-за этого каменные статуи и исконные духи богов были вызваны из Великих Руин.

Руны Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, которые были созданы Цинь Му и чёрным тигриным богом, были сформированы на основе рун жертвоприношения, поэтому нужно было сделать лишь небольшие изменения в рунах жертвенного алтаря.

Человек и тигр немедленно выполнили свои движения, чтобы провернуть то, что им было нужно. Между тем немного погодя истинный бог Пан Юй доставил Юй Хэ вместе с многочисленными дьявольскими духовными оружиями, которые свалил в гору, и с улыбкой сказал:

— Мой маленький друг, тебе этого достаточно? Если нет, то есть ещё одна, гораздо более крупная партия в городе.

Восхищенный Цинь Му улыбнулся:

— Этого достаточно, большое спасибо, истинный бог!

— Нужна ли вам какая-нибудь помощь? — Пан Юй.

Юй Хэ также с нетерпением желала помочь.

Чёрный тигриный бог собирался принять их помощь, но Цинь Му поспешно покачал головой:

— В этом нет необходимости! Истинный бог занят, а старшей сестре Юй Хэ нужно идти тренироваться. Я не смею вас беспокоить!

Истинный бог Пан Юй был действительно очень занят, поэтому он попрощался с Юй Хэ и ушёл.

— Для Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии потребуются много частей, ковать нужно будет очень и очень много, мы потратим на это целую уйму времени, почему ты не захотел принять их помощь? — ворчал недовольный чёрный тигриный бог.

— Старший брат, посмотри на солнце в небе!

Тигриный бог поднял голову и пришёл к осознанию:

— Мы и правда не можем просить богов Верховных Небес Императора о помощи, в ином случае, невозможно будет предсказать, какие неприятности они принесут!

Человек и тигр начали плавить всё дьявольское оружие, которое у них было. Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии не требовал удаления дьявольской природы, поэтому они плавили и перековывали всё подряд.

Они были как профессионалами в ковке, так и опытными в расчёте, поэтому каждый компонент был сделан с большой точностью. Рунические знаки на всех вещах должны были быть точными и аккуратными, как числа Шунь Си.

Они стремились к совершенству.

Бог Кузнец Солнца выковал изогнутое солнце, потому что он, проектируя его, не стремился к тому, чтобы каждый его компонент был точным. В гипотезе Цинь Му, чертежи половины солнца были рассчитаны максимум до чисел Ху или Вэй, в результате чего конечный продукт получился кривым и эстетически невыносимым.

Для того, чтобы солнце на небе казалось круглым, числа должны быть рассчитаны по крайней мере до Сюй Юй или Шунь Си.

Половина солнца была в десятки раз больше, чем огромный жертвенный алтарь, поэтому степень точности, которая требовалась Цинь Му, была чрезвычайно высока. Каждый компонент должен был быть вычислен до числа Шунь Си, так как он не мог смотреть на солнце в небе, которое было действительно ужасающим зрелищем.

Святой Дровосек был экспертом в расчётах и ковке, поэтому он также не мог смотреть на солнце Верховных Небес Императора.

Через десять дней Сан Хуа, Шу Яо и остальные отправились к месту встречи, вместе с сотнями практиков божественных искусств, идущих за ними хвостом. Они пришли, чтобы посмотреть на Цинь Му и тигриного бога, активирующих Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Цинь Му и тигриный бог до сих пор носились то к жертвенному алтарю, то обратно, делая различные тесты и корректировки. Они не могли расслабиться ни на секунду. За эти десять дней они спали только два или три раза и были по-настоящему измучены, но духом не пали.

Немного позже истинный бог Пан Юй, бог Сан Е и остальные боги также пришли с тысячами практиков божественных искусств. Все смотрели на жертвенный алтарь, пестрящий всеми видами огромных чёрных компонентов, слившихся в нём. Они были разной длины и выглядели наполовину расплавленными копьями, алебардами, ножами и мечами, нацеленными в небо.

Они были покрыты мудрёными рунами, которые было трудно понять. Большинство из них находились около земли. Между тем нижняя часть жертвенного алтаря была почти очищена Цинь Му, и вместо неё были размещены многочисленные крупные компоненты.

Всё выглядело очень сложным и запутанным.

По всему строению было вырыто множество проходов, каждый из которых был сделан из бесчисленных компонентов, соединённых рунами.

Весь жертвенный алтарь был единым телом, и в то же время он имел несравненно сложную внутреннюю структуру.

Тысячи практиков божественных искусств и богов окружили эту область и прошли несколько кругов вокруг неё, восхищённо восклицая.

Цинь Му и чёрный тигриный бог показали им новую красоту, которой мог обладать огромный металлический артефакт!

Такая красота пришлась бы по вкусу не каждому. Тени падали беспорядочно, в то время как металлические части и руны демонстрировали какую-то странную красоту и привлекали этим.

Цинь Му и чёрный тигриный бог установили последний компонент и выровняли его с жертвенным алтарём в другом мире. Они посмотрели в глаза друг друга и заметили, что оба очень волнуются.

— Готов?

Тигриный бог поднял брови:

— Я готов активировать силу рун!

Цинь Му тяжело кивнул, и луч божественной энергии хлынул из чёрного тигриного бога, чтобы активировать руну. Яркий свет медленно пошёл вперёд, освещая всё больше рун. Он двигался очень медленно, но вскоре разделился надвое и потёк к ещё большему количеству рун, как проточная вода!

Послышалось гудение, когда яркий свет потёк внутрь жертвенного алтаря и просочился на ступени, медленно освещая все рунические знаки.

Наконец, он потёк ко дну и собрался там.

Бабах!..

Грянула сильная дрожь, и ступени жертвенного алтаря взмыли в небо. Они разделились на более чем девятьсот слоёв, каждый из которых вращался в разные стороны. После каждого вращения руны на разных слоях связывались друг с другом, делая процесс для зрителей несравненно сложным!

Цинь Му и чёрный тигриный бог стояли на одной из ступенек, полные волнения. Практики божественных искусств Верховных Небес Императора под алтарём и боги, стоящие в небесах, были в полном восторге.

Вид активируемого огромного металлического артефакта был великолепен!

Жертвенный алтарь непрерывно вращался, и каждую четверть вращения были выплески волн духовной энергии. Они были дьявольской Ци и природой, скрытыми в активируемом оружии!

Основываясь на тщательном расчёте юноши и мужчины, до тех пор, пока они прорвутся через барьер двух миров и построят Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, энергия двух миров будет поддерживать стабильность, помогая проходу крепко держаться. Вся дьявольская Ци и природа оружия будут полностью исчерпаны в момент соединения.

Слои жертвенного алтаря бесконечно вращались. А когда накопилось достаточно большое количество энергии, луч чёрного света внезапно устремился в небо и…

Безграничная сила взвыла, сотрясая мир!

Тысячи местных практиков, а также Цинь Му и чёрный тигриный бог подняли головы и посмотрели на небо с улыбкой, которая незамедлительно застыла на их физиономиях.

Несравнимо свирепый луч чёрного света поразил половину солнца, находящегося вверх, и жуткое рукотворное творение мгновенно испарилось.

Уши чёрного тигриного бога, стоявшие вертикально, невольно припали к затылку, а его рот широко раскрылся:

— Мы умрём… Младший брат, это уже относится к созданию проблемы или всё же только инцидента? Нам конец, да?

Капля пота, размером с фасоль, свисала с левого века Цинь Му, в итоге упав на его щёку, а уже в следующий миг пот потёк по его лбу обильными ручьями, напоминая внезапно нагрянувший дождь после затяжной, знойной засухи. Ручейки сливались в месте бровей, образовывая более крупные, стекающие по обоим сторонам от глаз.

Цинь Му с трудом повернул голову и посмотрел на своего брата по несчастью.

Чёрный тигриный бог с юной внешностью тоже был весь в поту, а вся его рубашка уже промокла до такой степени, что можно было выжимать.

— Старший брат, ты можешь посмотреть на людей внизу? — как можно тише, вопросительно прохрипел Цинь Му.

— Сам смотри! Я не хочу смотреть на них. Боюсь, они не смогут устоять и забьют нас до смерти… Думаешь, они забьют нас до смерти?

Глава 545. Сохраняя Улыбку

«Я смогу всё уладить, я смогу всё уладить! — Цинь Му продолжал себя успокаивать, выражение его лица мерцало между ужасом и спокойствием. — Деревенские старики учили меня, что если я могу создать проблему, то также могу и устранить её. В этот раз я смогу со всем разобраться…»

«Нужно быть реалистом, здесь ничего уже не уладишь…»

В этот раз проблема оказалась слишком серьёзной.

У Верховных Небес Императора не было солнца, поэтому Бог Кузнец Солнца заручился поддержкой бесчисленных практиков божественных искусств и с огромным трудом построил половину солнца, которую затем подняли в небо.

Она стала гордостью Верховных Небес Императора, но парочка полностью её разрушила.

Цинь Му рассматривал возможность создания нового солнца для Верховных Небес Императора, но эта задача была крайне тяжёлой. Построить идеальную сферу было просто, но как превратить её в звезду?

Бог Кузнец Солнца был поваром с Райских Небес Императора-Основателя, человеком, контролирующим силу божественного огня. Несмотря на низкий уровень своего мастерства и на то, что на солнце, созданное его руками, было невыносимо смотреть, оно всё-таки могло дарить Верховным Небесам Императора свет и тепло.

Подобный вид божественного огня, должно быть, был даже более качественным, чем огонь Ли, и его создание было самой сложной частью процесса.

После того, как колонна чёрного света уничтожила половину солнца, она продолжила двигаться сквозь пустоту. В следующий миг рябь в пространстве, которую она вызывала, стала заметной даже для невооружённого глаза. Напоминая волны, она распространялась во все стороны.

— Второе солнце! — сердце чёрного тигриного бога дрогнуло, когда он посмотрел на рябь, движущуюся в сторону другой половины солнца.

Бесчисленные практики божественных искусств Верховных Небес Императора, стоящие у подножия жертвенного алтаря, и боги, витающие в небе, ощутили, как их сердца поднимаются к горлу. Они нервно сжали ладони в кулаки до такой степени, что их ногти едва не вонзились в плоть.

Рябь продолжала распространяться, почти добираясь ко второй половине солнца. Когда они, наконец, соприкоснулись, солнце сжалось, начиная напоминать овальный яичный желток. Затем волна прошла насквозь, и светило растянулось, становясь в десять раз длиннее, чем раньше.

Все в ужасе смотрели вверх, но несмотря на волну ряби, звезда продолжала висеть в небе, и зрители облегчённо вздохнули.

Внезапно солнце, теперь полноценное с виду, издало оглушительный хруст, и огромный осколок отлетел от его поверхности.

Падающая часть была размером с гору и оставляла за собой длинный огненный след. Пролетев по диагонали, она рухнула где-то вдали, и вскоре в небо поднялся столб густого чёрного дыма.

Солнце в небе изначально не было круглым, но теперь оно выглядело так, будто его пожевали кривой челюстью.

— Младший брат, может сбежим чтобы спастись? — тихо спросил чёрный тигриный бог.

— Господа, я хочу поделиться с вами двумя отличными новостями! — Цинь Му взмахнул рукавом, вытирая со лба холодный пот, катящийся обильными ручьями. Продолжая стоять на алтаре, он придал себе праведного и уверенного виду, прежде чем осмотреться и продолжить. — Первая новость состоит в том, что был установлен Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии!

— Этот мост соединяет Верховные Небеса Императора и Вечный Мир, и теперь у вас есть путь для отступления. Даже если мы не сумеем остановить дьяволов, ваш народ сможет отступить в Вечный Мир и спастись!

На лицах тысяч практиков божественных искусств, стоящих у подножия алтаря, всё ещё было ошеломлённое выражение. Они медленно, даже дёргано поворачивали головы, прежде чем уставиться на юношу.

Закончив делиться первой новостью, Цинь Му сделал паузу, позволяя им хорошо обработать информацию.

Это было сделано для того, чтобы подчеркнуть величину его достижения.

У Верховных Небес Императора никогда не было пути для отступления. Проиграв, боги и практики божественных искусств превратились бы в пищу для дьяволов. Но теперь, когда Цинь Му построил Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, он подарил каждому здешнему человеку путь к спасению и шанс сохранить свою расу.

Насколько важным было подобное достижение?

Цинь Му решил обратить на него внимание всех присутствующих, так как оно было крайне важным. Несмотря на то, что практики божественных искусств и боги Верховных Небес Императора разозлились, у них не было повода убивать его и тигриного бога.

Будучи истинным богом, Пан Юй сумел прийти в себя одним из первых и медленно кивнул:

— Молодой друг Цинь Му и брат Чёрный Тигр создали Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, путь отхода для людей Верховных Небес Императора. Это и вправду огромная заслуга!

Бог Сан Е и остальные тоже кивнули. Подобное достижение было поистине важным.

Кроме того, что они соединили два мира и создали путь для отступления, теперь практики божественных искусств Империи Вечного Мира смогут предоставить свою поддержку, позволяя Верховным Небесам продержаться дольше.

В этот миг один из практиков божественных искусств заикнулся:

— Н-но солнце в небе…

Лицо Цинь Му излучало уверенность, и он засмеялся:

— В этом заключается вторая хорошая новость, которой я хотел поделиться! — проговорил он оглушительным голосом. — Ваши солнца были старыми и ветхими, и теперь мы заменим их двумя новыми! Круглыми и совершенными!

Все вокруг затихли.

Гробовая тишина.

Внезапно Сан Хуа обрадовалась, поднимая руки к небу:

— Ура!

Её крик пронзил уши всех вокруг, но тут же начал постепенно угасать, становясь мягче и тише. Наконец, девочка с двумя длинными косичками осознала неловкость своего положения и дважды кашлянула. Она больше не смела издавать ни звука.

— Не говорите, — со содержанной улыбкой на лице, истинный бог Пан Юй обратился к остальным богам. — Сохраняйте улыбки и самообладание, не смейте демонстрировать никакого убийственного намерения. В конце концов, они оба — ученики Небесного Наставника, мы должны вести себя прилично.

— Они и вправду смогут построить два новых солнца? — тихо спросил один из богов, сохраняя улыбку на лице.

— Понятия не имею, — вежливо ответил истинный бог Пан Юй. — Если они этого не сделают, мы не выпустим их из Верховных Небес Императора. Однако, судя по их уверенных выражениях, всё получится.

Цинь Му смотрел на мрачные лица бесчисленных практиков божественных искусств и богов Верховных Небес Императора, в то время как по его спине лился холодный пот. Казалось, что там начался потоп, который вот-вот должен был разрушить дамбу и затопить всё вокруг.

— Младший брат, они выглядят не слишком счастливыми. Они что, в курсе, что мы не знаем как создать божественный огонь, чтобы разжечь солнце? — тихим голосом спросил чёрный тигриный бог.

— Заткнись, старший брат, — процедил сквозь зубы Цинь Му, сохраняя улыбку на лице. — Просто сохраняй улыбку и веди себя так, будто мы знаем, как создать солнце.

Чёрный тигриный бог сделал, как ему сказали, прежде чем проговорить:

— Мы активировали Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии впервые и ещё не знаем, смог ли он на самом деле соединиться с жертвенным алтарём в Великих Руинах. Если мы не добились успеха, то они убьют нас за наши просчёты?

— Заткнись, старший брат! — Цинь Му едва сохранял улыбку. — Теперь, когда Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии построен, мы можем переместиться отсюда в Великие Руины?

— Если что-то пойдёт не так, когда мы будем пересекать мост, нас может измельчить на кусочки, и мы возникнем на другом конце в виде кучи фарша, — тихо ответил чёрный тигр.

Над тихой округой дул холодный ветер.

Небо Великих Руин вот-вот должно было потемнеть.

****

С огромными молотами для разбивания земли в руках сквозь лес блуждали каменные гиганты. В то время как они выравнивали рельеф, возвышающиеся деревья выдёргивали свои корни из земли, начиная шагать, будто люди. Создавая проход, они зарывались обратно с двух сторон от дороги.

По проложенному каменными гигантами пути шли тысячи женщин, одетых в разноцветную одежду. Они болтали, пока квадратные каменные плиты пролетали над их головами, приземляясь под ноги.

За их спинами деревянные гиганты орудовали огромными молотами, закрепляя плиты на месте и выравнивая дорогу.

Следом за ними Мастер Чертога Небесных Работ вёл бесчисленных практиков божественных искусств, покрывавших дорогу рунами. Каждая плита получала свой символ, что делало её более долговечной. Теперь колесницы и огромные странные звери не смогут её случайно повредить.

Использование каменных плит для возведения дороги делало её более удобной для будущих ремонтов. Достаточно было вытащить разрушенный кусок и заменить его новым.

Имперский Наставник Вечного Мира и Сюн Сиюй шли рядом. Они выискивали каменные статуи и перемещали их на обочину. Время от времени им везло наткнуться на деревню и, смещая её статуи и жителей поближе, они обрекали её со временем превратиться в город.

Прежде чем сдвинуть статую с места, они подносили ей благовонии, что было крайне важным. Именно это Цинь Му приказал делать Имперскому Наставнику, и теперь скорость, с которой строилась дорога, лишь немного уступала прогнозам.

Имперский Наставник и Сюн Сиюй, Дворцовый Мастер Истинных Небес, не имели даже одной свободной минутки в течение длительного периода времени, но благодаря этому к текущему времени они уже успели проложить дорогу к Великим Руинам, и спустя месяц должны были добраться к городу Пограничный Дракон. А оттуда к Вечному Миру оставалось рукой подать.

Цинь Му знал многих людей из Западных Земель, и дружил с самыми влиятельными семьями. Прокладывание дороги к Средиземью было крайне сложным проектом, но они поддержали эту идею и отправили огромное количество практиков божественных искусств, чтобы помочь.

— Давайте сделаем перерыв! — громко проговорил Имперский Наставник, смотря в небо. — Вот-вот грянет тьма, поэтому нужно немедленно отправляться к каменным статуям. Не выходите ночью наружу!

Все быстро сделали как он сказал и начали готовить ужин. Девушки радостно говорили о мужчинах Вечного Мира, бросая взгляды на практиков божественных искусств Чертога Небесных Работ и смеясь. Те краснели, не осмеливаясь ничего сказать.

Имперский Наставник пристально смотрел на заходящее солнце. Несмотря на то, что Цинь Му возложил на него всю ответственность и грязную работа, а сам ушёл развлекаться, у него не было особых претензий.

Завоёвывая Западные Земли, он также свалил всю грязную работу на плечи юноши и тот отлично справился.

В этот момент небо внезапно задрожало, и в нём разразился луч чёрного света. Неистово вращаясь, он упал на землю.

Выражение Имперского Наставника резко изменилось, и он посмотрел в сторону места, где приземлился луч.

Буум!..

От удара земля задрожала, а вибрации достигли даже ног его отряда. Казалось, будто из-под земли вот-вот вырвется ужасный монстр!

— Имперский Наставник! — из глаз Мастера Чертога Небесных Работ вырвались два луча света, когда он посмотрел на странное явление. Резко изменившись в лице, он прокричал. — В метеорологическом явлении произошло ужасное изменение! Земля превращается в огромные горы, это определённо работа демона!

Поднявшись на ноги, Имперский Наставник торжественно проговорил:

— Оставайтесь здесь, я пойду осмотреться.

Вокруг сгущалась тьма, но Имперский Наставник шагал сквозь неё, пока не пришёл в место, где луч ударил в землю. Энергия последнего исчерпалась, но из-под земли вырвался синий луч, стремясь сквозь пространство. Его сияние формировало проход из текущего света.

Этот свет излучался огромным жертвенным алтарём, напоминающим гору. В этот момент руны на его поверхности зажигались одна за другой.

Имперский Наставник осмотрел строение, внезапно поднявшееся из-под земли. Что-то пробормотав себе под нос, он взобрался на его вершину, входя в проход из синего света.

****

На Верховных Небесах Императора, лица Цинь Му и чёрного тигриного бога замерли в застывших улыбках.

Выражения истинного бога Пан Юя, Сан Е и остальных мало чем от них отличались.

Все они замерли, стоя так уже довольно длительное время.

В этот момент из луча в центре жертвенного алтаря вышел высокий силуэт мужчины средних лет. Осматриваясь в недоумении, он внезапно заметил Цинь Му.

— Так это Владыка Культа Цинь. Какое замечательное дело ты совершил на этот раз? И что это за место?

Глава 546. Контакт Между Двумя Мирами

Цинь Му протяжно выдохнул. Увидеть Имперского Наставника было как увидеть члена семьи, ведь тот, по факту, прошёл на Верховные Небеса Императора из Великих Руин и проверил работоспособность Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Вот что значит — своевременный помощник!

В противном случае было трудно сказать, как долго они оставались бы в неподвижном, подвешенном состоянии.

К примеру, Цинь Му ни за что бы не пошёл на мост, чтобы убедиться в его безопасности. Он и чёрный тигриный бог были обеспокоены тем, что могут быть разорваны на тысячи кусочков, если в конструкции будет ошибка.

К счастью, пришёл Имперский Наставник.

Их главной заботой было то, что они уничтожили солнца, и если бы Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был непригоден для использования, практики божественных искусств и боги Верховных Небес Императора, вероятно, поколотили бы их настолько сильно, что их жизнь висела бы на волоске от смерти. Но Имперский Наставник пришёл как раз вовремя.

— Солнце на небе… — Имперский Наставник поднял голову на солнце, у которого не было ещё одной стороны, и поспешно отвёл взгляд, прежде чем спросить. — Владыка, что это за место? Это друзья Дао?

— Имперский Наставник, я ждал тебя! — громко сказал Цинь Му. — Народ, позвольте мне вам кое-кого представить! Это святой, который появляется раз в пятьсот лет, Имперский Наставник Империи Вечного Мира. По правде говоря, божественные мосты народа Вечного Мира были разрушены, и Имперский Наставник — первый человек, достигший божественности. Он также является лидером реформы Вечного Мира! Имперский Наставник, это Верховные Небеса Императора, первое небо из тридцати трёх, а человек в небе — истинный бог Пан Юй!

Истинный бог Пан Юй и остальные боги направились к Имперскому Наставнику, дружно поприветствовав его. Между тем истинный бог Пан Юй с улыбкой сказал:

— Так это святой, который появляется раз в пятьсот лет! Для меня честь познакомиться с тобой! По правде говоря, я однажды слышал сказания о святом, который появляется раз в пятьсот лет, но подумал, что это какой-то бред. Даже и в мыслях не было, что когда-нибудь смогу увидеть настоящего святого!

Имперский Наставник ответил на приветствие и смиренно сказал:

— Брат Дао слишком вежлив. Я всего лишь маленький человек из сельской местности, который никогда раньше не видел большой мир. Так называемый святой, который появляется раз в пятьсот лет — всего лишь лесть моей маленькой страны.

Пан Юй громко рассмеялся и покачал головой:

— Имперский Наставник ошибается! Если ваш мир — сельская местность, то наши Верховные Небеса Императора ещё хуже. Эпохи Императора-Основателя и Высшего Императора происходили на вашей земле. Причина, по которой Верховные Небеса Императора ожесточённо боролись с дьяволами на протяжении двадцати тысяч лет, заключается лишь в том, чтобы защитить ваш мир.

Сердце Имперского Наставника содрогнулось, в то время как выражение лица Цинь Му стало удивлённым. Они не ожидали, что истинный бог Пан Юй скажет что-то подобное.

За его словами крылось слишком много ответов и ещё больше вопросов, и им нужно было время, чтобы переварить их.

— Этот Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии установил контакт между двумя мирами, что хорошо для наших Верховных Небес Императора. Если мы не сможем больше держаться, то сохраним оставшиеся силы, отправившись на Райские Небеса, — Пан Юй поклонился Цинь Му и искренне сказал. — Независимо от того, сможет ли маленький друг Цинь выковать ещё два солнца или нет, Верховные Небеса Императора будут помнить твою великую доброжелательность!

Цинь Му немедленно поклонился в ответ:

— Истинный бог вежлив. Это то, что мне нужно было сделать, так что незачем это вспоминать.

Имперский Наставник повернул голову и посмотрел на несравнимо сложный Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии и жертвенный алтарь.

— Духовная Энергия Взаимного Сдвига, сразу видно дело рук Владыки, — он восхищённо вздохнул и почесал затылок. — Я видел огромные изменения в метеорологическом явлении и как появился жертвенный алтарь с мостом света, похожим на две соединённые воронки. Мне стало интересно, какой дьявол прорвался к Вечному Миру и захотел посеять хаос на наших землях. А когда я подошёл к жертвенному алтарю и посмотрел на него, то увидел действительно впечатляющее мастерство. Используемая математика, проводящая обмен духовной энергией и взаимный сдвиг духовной энергии, была экстраординарной. Я был заинтригован и решился посмотреть, кто за этим всем стоит, а оказалось, что в действительности это был наш Владыка. Только ты можешь совершить такое чудо.

Цинь Му был очень доволен, но ответил смиренно:

— Имперский Наставник слишком хвалит меня. В основном это благодаря старшему брату чёрному тигру.

Он представил всем богам Имперского Наставника и многозначительно проговорил:

— Имперский Наставник, Святой Дровосек также находится здесь, на Верховных Небесах Императора.

— Святой Дровосек! — сердце Имперского Наставника трепетало от волнения, ведь причиной, по которой он начал реформу, послужила фраза в Небесном Святом Культе — «для повседневного использования простыми людьми».

Путь святого был тем, что он преследовал всю свою жизнь!

Чтобы стать святым, он должен был сначала утвердить свою добродетель, свои заслуги и свои идеи в письменном виде. Именно это он и сделал.

Он не думал, что легендарное существо будет в таком месте, кто бы тут не заволновался?

И он хотел встретиться со старшим, который привёл его на путь реформ.

Цинь Му редко видел его таким взволнованным и улыбающимся:

— Святого Дровосека сейчас здесь нет, он сражается с дьяволами вместе с двадцатью четырьмя богами. Имперский Наставник, ты только что прибыл и не понимаешь Верховные Небеса Императора. Как только я расскажу тебе всё, ты узнаешь, как прекрасен этот Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, — посмотрев ему в глаза, он многозначительно добавил. — Наследие путей и навыков Верховных Небес Императора никогда не было нарушено.

— Что? — неверие наполнило Имперского Наставника, и он воскликнул. — Наследие путей и навыков никогда не нарушалось? Ты имеешь в виду, что их техники, навыки и божественные искусства были полностью сохранены? Невозможно! Посмотри на это солнце в небе! Такой стандарт математики в тысячу раз уступает нашему. Это даже хуже, чем могли бы сделать ученики Имперского Колледжа!

Чёрный тигриный бог надулся, думая: «Этот святой, который появляется раз в пятьсот лет, также как и Цинь Му не совершенствовал своё состояние ума. Небольшой порции новой информации достаточно, чтобы так сильно его взволновать… И ладно бы просто взволновать, так ещё и его выражение лица так радикально изменилось, раскрывая всем вокруг тот факт, что он полностью потерял контроль над эмоциями. Так называемый святой не оправдывает своей репутации!»

Чувствуя себя немного неловко, Цинь Му пробормотал:

— На него действительно невыносимо смотреть…

Имперский Наставник усмехнулся и сказал:

— Невыносимо? Всё, что я хочу сделать, это поднести нож к солнцу! Если бы ученики Имперского Колледжа выковали такой грубый артефакт, я бы определённо изгнал их и отправил обратно заниматься совершенствованием!

Все боги в округе сгорали от смущения и молча переглядывались.

С беспомощностью в голосе, Цинь Му сказал:

— Имперский Наставник, понизь голос. Несмотря на то, что математика Верховных Небес Императора понизилась, их наследие путей никогда не нарушалось. С моими способностями, среди практиков божественных искусств той же области, я мог бы рассчитывать только на вхождение в десятку лучших.

— Владыка скромничает? — подозрительно спросил мужчина.

Цинь Му немного подумал и честно ответил:

— Совсем чуточку, но всё же, у Верховных Небес Императора есть многочисленные практики божественных искусств, которые имеют физическое тело молодого истинного бога. Их скорость быстрее моей, их сила больше моей, их реакция, мощь божественных искусств и божественных глаз и даже их техники превосходят техники Вечного Мира.

Имперский Наставник глубоко вздохнул и собрался с духом.

Причина, по которой он был так взволнован, заключалась главным образом в том, что существовал огромный разрыв в наследстве путей, навыков и божественных искусств Вечного Мира!

Этот огромный разрыв возник двадцать тысяч лет назад. В то время пути, навыки и божественные искусства стали несравнимо грубыми и вообще не могли формировать из себя систему. Зал Императоров Людей, секта Дао, Монастырь Великого Громового Удара и Небесный Святой Культ передавали свои знания во всех направлениях, но из-за ограничений, пути, навыки и божественные искусства, которые они передавали, не были полными.

Секта Дао и Монастырь Великого Громового Удара потерпели разрушение в катастрофе, в то время как Зал Императоров Людей имел только одного преемника в каждом поколении. Небесный Святой Культ был основан после случившегося и только после этого начал делиться своими путями.

Маленькая Нефритовая Столица также была построена в то время, но так как она не вмешивалась в мирские дела, у них не было предка, идущего по миру, чтобы передать их путь.

Со временем другие секты медленно формировались, и можно было с уверенностью сказать, что их пути, навыки и божественные искусства были созданы без каких-либо основ. После этого начались войны между сектами, между праведниками и злом, которые повергли мир Вечного Мира в хаос. Секты сражались друг с другом без конца, в то время как три крупнейшие священные обители перестали вмешиваться, поставив своей главной целью налаживание взаимодействия между путями, навыками и божественными искусствами.

Хаос продолжался до тех пор, пока Имперский Наставник не помог Императору Яньфэну с реформой. Только тогда всё изменилось. Борьба праведников против грешников была превращена в битвы между сектами и использована во благо Империи Вечного Мира.

А когда Цинь Му стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа, он склонил свою священную землю к поддержке Императора Яньфэна и сокрушил секту Дао, Монастырь Великого Громового Удара и все другие мятежные силы.

Только тогда борьба прекратилась по-настоящему.

Между тем объединение техник, путей и божественных искусств Империи Вечного Мира позволило сделать огромный шаг вперёд в развитии.

Затем Цинь Му распространил модель пространственной математики, чтобы все практики божественных искусств имели шанс стать богами и освободиться от ограничений человеческого, смертного тела.

Но несмотря на это, основа Империи Вечного Мира была слабой, а система совершенствования — неполной. Те, кто мог совершенствоваться до уровня бога, были в меньшинстве… и сильных практиков было не так уж много.

Тем не менее, строительство Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии позволило Имперскому Наставнику увидеть приход нового поколения!

— Владыка оказал огромную услугу народу Верховных Небес Императора и огромную услугу народу Вечного Мира! — мужчина внезапно поклонился к полу и искренне сказал Цинь Му. — Я благодарю тебя от имени всех живых существ!

Цинь Му поспешно ответил на поклон:

— Не всё так просто. Дьяволы атакуют Верховные Небеса Императора, и они долго не выстоят. Как только они будут захвачены, дьяволы пойдут на Великие Руины и Вечный Мир. Если мы поможем этим людям, они смогут продержаться ещё немного.

Имперский Наставник встал и серьёзно сказал:

— После того, как я вернусь, я обязательно пошлю доклад Императору с просьбой помочь Верховным Небесам Императора!

Цинь Му улыбнулся ему:

— В таком случае, этим делом займутся Имперский Наставник и истинный бог Пан Юй. Вы сможете установить правила, для приходящих и уходящих людей через Верховные Небеса Императора, а также решить, как Вечный Мир сможет поддержать Верховные Небеса Императора, и как обмениваться знаниями относительно путей, навыков и божественных искусств.

Имперский Наставник на мгновение замолчал, прежде чем спросить:

— Ты опять собираешься «умыть руки»? А что насчёт солнца?

Цинь Му потянулся и сказал с улыбкой:

— Брат тигр и я не отдыхали несколько дней, так что нам нужно поспать. Ещё важно посетить тренировки. Такого рода вопросы лучше решать Имперскому Наставнику. А касательно солнца, посмотрим, сможешь ли ты мне в этом помочь.

Имперский Наставник кивнул и перевёл взгляд на истинного бога Пан Юя:

— Брат Дао, несмотря на отсутствие полноценной системы совершенствования в Вечном Мире, реформа достигла многого в путях, навыках и божественных искусствах, и Верховные Небеса Императора, безусловно, найдут чему поучиться. При взаимодействии двух миров, несомненно, появится множество экспертов.

Истинный бог Пан Юй поручил нескольким богам защищать Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, и с улыбкой ответил:

— Имперский Наставник, пойдём в город Ли и обсудим всё более подробно.

— Другое дело!

Цинь Му проводил их и облегчённо вздохнул:

— Старший брат тигр, пошли, нам нужно отдохнуть после всего этого.

Они вернулись в башню и брёвнами легли на землю спать.

Некоторое время спустя Цинь Му проснулся и обнаружил, что небо снаружи было ясным. Затем он умылся и привёл себя в порядок, после чего чёрный тигриный бог тоже проснулся.

— Какие духовные пилюли ест старший брат? Давай я приготовлю тебе завтрак, — сказал юноша.

— Духовные пилюли? — чёрный тигриный бог облизал лапы, чтобы очистить лицо и покачал головой. — Я не ем такое, так что можешь не утруждать себя. Как бог, я просто ежедневно совершенствуюсь без какой-либо потребности в пище. Что угодно может заполнить мой желудок.

Цинь Му был ошеломлён. Он подумал о цилине и грусть появилась на его лице.

После того, как они позавтракали, Сан Хуа, Юй Хэ и остальные пришли на их поиски, между тем Юй Хэ сказала:

— Владыка, Имперский Наставник уже вернулся, но он сказал, что армия практиков божественных искусств и боги Империи Вечного Мира прибудут через несколько дней.

Цинь Му облегчённо вздохнул:

— Есть ли новости о Небесном Наставнике?

Юй Хэ покачала головой:

— Теперь, когда Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был построен, мой мастер, истинный бог Пан Юй, отдал приказ обычным людям покинуть Верховные Небеса Императора. Имперский Наставник подготовит солдат и летающие корабли, чтобы принять их в Великих Руинах. Мы пришли к тебе, потому что планируем проникнуть на территорию дьяволов, чтобы помочь людям мигрировать оттуда.

Цинь Му повернул голову и, посмотрев на тигриного бога, спросил:

— Старший брат, если помочь людям мигрировать с территории дьяволов, это не считается созданием проблем, да?

Чёрный тигриный бог покачал головой:

— Мы недавно солнце сбили, кого вообще волнует проникновение на территорию дьяволов? Это даже мелочью то считать нельзя. Со мной вы можете быть спокойны. Уверяю вас, ничего не случится!

Глава 547. Кошмар Цинь Му

Цинь Му был в восторге. Цель его визита состояла в том, чтобы обрести новый опыт, взглянуть на практиков божественных искусств бескрайних чужих миров и поучиться у их сильных сторон. Он хотел стать сильнее, чтобы сразиться с Первым Предком Императоров Людей.

В Верховных Небесах Императора обитало бесчисленное количество дьявольских экспертов, все они были отличными противниками для того, чтобы оттачивать свои навыки!

Более того, в компании чёрного тигриного бога не стоило волноваться о встрече с дьявольским богом!

Его скорость была невероятно высокой, поэтому, даже столкнувшись с тремя или пятью дьявольскими богами, они запросто могли сбежать.

Более того, тигриный бог сказал, что, если они создадут какую-то проблему, он возьмёт всю ответственность на себя, а он, Великий Владыка Культа Цинь, не будет к этому причастен.

Сан Хуа и Юй Хэ тоже расслабились. Вместе с чёрным тигриным богом их путешествие не будет слишком опасным.

Они спустились с городской башни. Юй Хэ казалась смелой и осторожной, а также более зрелой, нежели Сан Хуа, поэтому она первой додумалась предложить:

— Старший тигр, так как мы направляемся в дьявольские земли, тебе не стоит освобождать свою ауру. В противном случае дьявольские боги это заметят и отправятся, чтобы остановить нас. Буде лучше, если ты притворишься обычным практиком божественных искусств. Ведь причина, по которой боги Верховных Небес Императора не идут вместе с нами, состоит как раз в том, что дьявольские боги крайне чувствительны к их присутствию.

Чёрный тигриный бог втянул свою ауру, улыбчиво говоря:

— Не волнуйся, я не сдам нас и не привлеку дьявольских богов. Это ваша тренировка, поэтому я буду лишь наблюдать со стороны и не вмешиваться.

Их шаги были крайне быстрыми, поэтому практики божественных искусств с более низким уровнем совершенствования не могли отправиться следом. Так как Юй Хэ хотела проникнуть на территорию дьяволов, отряд состоял лишь из лучших мастеров и армейских экспертов. Всем им уже приходилось принимать участие в борьбе за выживание.

По мере их приближения к месту назначения, небо над их головами начало темнеть, а в лесу витали потоки дьявольской Ци. Место выглядело так, будто его окутал серый туман, разглядеть что-то вдали было невозможно.

Один из практиков захотел использовать огненное божественное искусство, чтобы осветить путь, но Шу Яо тут же его остановил:

— Мы на территории дьяволов, поэтому использовать божественные искусства, излучающее свет, можно лишь в критической ситуации. Иначе мы раскроем себя! Помните, встретившись с противником, мы должны мгновенно его убить и закончить сражение. Нельзя позволить битве затянуться и привлечь больше дьяволов.

Все тут же согласились с его словами.

— Состояние ума Шу Яо совсем неплохо, — похвалил Цинь Му, прежде чем повернуться к Сан Хуа. —Ты уже была в Пагоде Подавления Бога?

Девушка покачала головой, её длинные косички отпрыгивали от груди:

— У меня не было времени. За последние несколько дней нужно было сделать слишком много всего, я не могла отвлечься. Дьявольская активность затихла, и это меня настораживает. Кроме того, Небесный Наставник увёл с собой двадцати четырёх богов, и от них больше не было никаких вестей. Меня не покидает плохое предчувствие.

Цинь Му слегка нахмурился. Святой Дровосек ушёл вместе с двадцатью четырьмя богами, но до сих пор не было никаких известий об их сражении. Это было крайне странным.

— Будьте осторожны, мы уже на территории дьяволов!

Как только Юй Хэ раздала приказы, один из практиков божественных искусств сел в позе лотоса, а уже в следующий миг его исконный дух вырвался наружу. Второй практик подошёл к нему и, подняв от земли, понёс на своей спине.

Большинство практиков области Семи Звёзд могли высвобождать свой исконный дух. Тем не менее, не зная о реформе Империи Вечного Мира, их исконные духи были не слишком сильными и не могли преодолевать больших расстояний. Впрочем, их способностей хватало, чтобы разведать путь.

Все поспешно продвигались вперёд.

Спустя некоторое время исконный дух Дин Юня прилетел обратно, говоря:

— За триста километров на юго-запад отсюда находится городок. В нём я обнаружил около двух тысяч человек, порабощённых дьяволами, но мне так и не удалось понять, что они строят. Также я увидел неподалёку несколько деревень со стариками, женщинами и детьми. Тем не менее, на пути туда стоят шесть высоких сторожевых башен. Я не смог тщательно их разглядеть, так как боялся, что дьявольские практики божественных искусств заметят мой исконны дух.

— Как далеко они друг от друга? — спросила Юй Хэ.

Дин Юнь покраснел, бормоча в ответ:

— Мои расчёты не слишком хороши, я никогда не учил математики…

Юй Хэ нахмурилась:

— Дьяволы в сторожевой башне должны быть практиками божественных искусств областей Шести Направлений и Семи Звёзд. Они крайне осторожны и если мы себя обнаружим, то нас определённо встретит не просто горстка растерянных солдат. Им на помощь придут эксперты области Небожителя или даже Жизни и Смерти!

Дин Юнь покачал головой:

— В других городках тоже есть сторожевые башни… и довольно много.

Немного поразмыслив, Шу Яо проговорил:

— В таком случае нам остаётся лишь попытаться прокрасться в башни и избавиться от дьяволов внутри. Если нас заметят заранее, придётся отступать…

Задумавшись, Цинь Му спросил:

— У кого из нас самая сильная и выносливая жизненная Ци?

Все повернулись к нему. Их рты открылись, но никто не осмелился заговорить.

— Владея достаточно сильной жизненной Ци, можно использовать пилюлю меча на расстоянии в сто пятьдесят километров. В таком случае мы сможем уничтожить дьяволов в башнях, оставаясь незамеченными.

Рты всех вокруг оставались широко открытыми, но никто не говорил.

Цинь Му недоумевал. До того, как он продолжил говорить, Сан Хуа, будучи самой прямолинейной из отряда, сказала:

— Брат Владыка, молотильщик, разве за исключением брата тигра, не у тебя здесь самая развитая Ци?

Все вокруг энергично кивнули.

— Мы дор сих пор впечатлены тем, что Владыка сумел убить четырёх сильных дьявольских практиков в битве за город Ли. Забудь о своей скромности, мы знаем, что она обманчива, — беспомощно проговорил Шу Яо.

Цинь Му почесал голову, лишь теперь вспомнив в чём именно ему удалось превзойти Шу Яо и Юй Хэ. Помимо мастерства владения мечом, божественных искусств и исконного духа, он также владел высшим уровнем совершенствования жизненной Ци.

— Хорошо, я зачищу сторожевую башню. Следуйте за мной! — Цинь Му поднялся, касаясь пальцем своего межбровья. — Проекция Исконного Духа!

Исконный Дух парня мелькнул в воздухе и исчез.

— Какой сильный исконный дух!

Все вокруг, включая Юй Хэ, подпрыгнули от удивления. Исконный дух парня смог материализоваться и не уступал по силе тем же у практиков области Небожителя. Он был по истине сильным!

«Несмотря на то, что я считаюсь номером один на Верховных Небесах Императора и достигла уровня молодого истинного бога во многих областях, мой исконный дух всё же ему уступает» — подумала девушка.

Сан Хуа подошла, чтобы поднять Цинь Му и продолжить путь, но тот внезапно встал на ноги и побежал. Его скорость постепенно увеличивалась, оставляя девушку ошеломлённой.

Чёрный тигриный бог бросился следом за юношей:

— Чего уставились? Это заклятие Духовного Контроля, созданное моим милордом. Быстро, идём!

Все быстро послушались. Когда они, наконец, догнали Цинь Му, исконный дух прилетел обратно и вернулся в его тело. Затем Цинь Му хлопнул по своему мешочку таотэ, и оттуда вылетела пилюля меча. Неистово вращаясь, она пронеслась по воздуху с ослепительной скоростью.

Шаги Цинь Му неожиданно ускорились, и, с оглушительным хлопком преодолев скорость звука, он больше не пытался оставаться незамеченным.

Юй Хэ и остальные нахмурились.

Цинь Му мог застать врагов врасплох, но громкие взрывы определённо привлекут внимание дьяволов, ведь когда Дин Юй разведывал путь, кроме шести башен, лежащих на пути отряда, он заметил множество других…

Цинь Му издал громкий звук, который привлечёт внимание всех вокруг и не оставит им другого выбора, кроме как отступать!

Юй Хэ стиснула зубы:

— Идём за ним!

Все тут же увеличили скорость, отчаянно мчась вперёд. Раздалось несколько поочерёдных взрывов, с которыми все они превысили скорость звука. Тем не менее, сила членов отряда была разной.

Юй Хэ, Шу Яо и Сан Хуа оказались самыми быстрыми и двигались даже быстрее, чем Цинь Му. Догнав его, троица посмотрела вперёд. К этому моменту пилюля меча уже добралась к сторожевой башне!

Она находилась в тридцати метрах от здания, но бесчисленные лезвия уже начали вылетать, проникая внутрь. Более десятка мечей внезапно свернули, полетев низко над землёй, в то время как остальные вернулись обратно в пилюлю. Она, впрочем, не останавливалась, и продолжила двигаться вперёд.

Цинь Му тоже не останавливался, вскоре добираясь ко второй башне. Внизу под ней радостно пила парочка дьяволов, ещё двое наблюдали за округой, стоя на вершине.

Десяток мечей, летящих над землёй, просвистел в воздухе, не оставляя пьяным дьяволам времени, чтобы среагировать. Их головы отлетели в сторону, а мечи, окутанные кровавым светом, вернулись в пилюлю, как раз вылетевшую из башни.

Вьюх!..

Цинь Му промчался мимо, поднимая за собой яростный ветер.

Он двигался к третьей башне.

Юй Хэ, Шу Яо и Сан Хуа примчались следом за ним к третьему зданию, увидев, что он внезапно остановился, а его пилюля уже направлялась к четвёртой башне.

Стопы Цинь Му приняли странное положение. Правой рукой он исполнил технику меча, распространяя по телу Ци, и спотыкаясь, будто пьяный, он время от времени тыкал пальцами в пустоту, орудуя мечом.

Пилюля сталкивалась со сторожевыми башнями, испуская бесчисленные мечи, напоминающие летающих рыб. Они убивали всех практиков божественных искусств, стоящих на страже, и спустя некоторое время опустошили четвёртую, пятую и шестую башни.

Оставшиеся практики божественных искусств наконец подоспели к четырём подросткам.

Остановившись, Дин Юй отправил проекцию своего исконного духа вслед за пилюлей меча Цинь Му, а когда догнал её, то увидел, как она вылетает из шестой башни, а восемь тысяч мечей разделяются на две группы, превращаясь в две маленьких пилюли, отправившиеся в противоположные стороны.

Дин Юнь растерялся, но его исконный дух полетел следом за одной из пилюль. Она следовала некоему шаблону, двигаясь по дуге с ужасающей скоростью. Дьяволы в сторожевых башнях не успевали реагировать на происходящее.

Когда пилюля подлетела к последней башне, Дин Юй наконец услышал хлопок, вызванный преодолением звукового барьера. Впрочем, на таком расстоянии он был не слишком громким. Дьявольский практик божественных искусств вытянул голову, смотря в сторону источника звука, но в следующий миг пилюля влетела в здание, затопляя его лучами меча.

Дин Юй тут же отозвал свой исконный дух, а когда тот вернулся в физическое тело, две половинки пилюли уже летели обратно к Цинь Му, в итоге сталкиваясь перед ним и превращаясь в большую пилюлю, прежде чем упасть в его ладонь.

— Мне повезло выполнить задание, — подняв голову, улыбнулся юноша.

Все задыхались от истощения. Они только что остановились и даже не успели осмотреть местность с окрестностями.

Шу Яо посмотрел на Дин Юя, и тот кивнул:

— Все сторожевые башни в радиусе двухсот пятидесяти километров были уничтожены Владыкой. Те, что находятся дальше, не могли услышать взрывов от нашего бега.

— Двухсот пятидесяти километров?

На лице Юй Хэ возникло недоверчивое выражение. Изначально Цинь Му говорил об использовании меча на расстоянии в сто пятьдесят километров, но теперь он сумел уничтожить все башни в радиусе двухсот пятидесяти. Совершенствование его жизненной Ци был слишком сильным!

«Кажется, он и вправду скромничал», — подумала она про себя.

— Нужно продолжать идти! Владыка, ты контролировал огромное количество мечей, тебе не нужен отдых? — спросил Шу Яо.

Юноша покачал головой:

— Не беспокойся, моя Ци всё ещё в хорошем состоянии.

Шу Яо подпрыгнул от удивления, мысленно восклицая о том, какой же Цинь Му на самом деле выродок. Отряд торопливо прошёл мимо разрушенных сторожевых башен и вскоре оказался неподалёку от маленького городка, о котором говорил Дин Юнь.

Скрывая следы, все всматривались вдаль, чувствуя дрожь в сердце.

Место перед ними уже нельзя было назвать маленьким городком. Вместо него впереди возвышался гигантский алтарь, ничем не уступающий тому, по которому спустился Святой Дровосек!

Под присмотром дьявольских солдат его строили тысячи сильных людей.

Строение было наполовину готово, и бесчисленные дьявольские практики божественных искусств начали носить ведра с кровью, нанося на его поверхность рунические символы.

— Разве дьяволы не разрушили барьер Верховных Небес Императора? Стена между нашими мирами больше не может их остановить, так для чего им нужен жертвенный алтарь?

Цинь Му был озадачен, и спустя некоторое время он тихо проговорил:

— Разве что бог или дьявол, которого они собрались призвать, не из мира дьяволов. Неужели это…

Он вспомнил о происхождении Чжэ Хуали, и его сердце наполнилось беспокойством.

Чжэ Хуали был учеником Ло Ушуана с так называемых Истинных Райских Небес!

— Здесь есть сильный практик области Небожителя! Отведите взгляды, нельзя позволить ему нас обнаружить! — внезапно проговорил Шу Яо.

Все сделали так, как им приказали. Неподалёку от жертвенного алтаря стоял высокий и крепкий практик божественных искусств, чей исконный дух возвышался на высоту тридцати метров. Последний настороженно оглянулся, будто что-то заметил. Тем не менее, он не смог разглядеть ничего необычного.

Достав зеркало и уставившись в его отражение, Цинь Му начал оценивать обстановку:

— Дьяволов не слишком много. За исключением эксперта области Небожителя, с ними будет несложно разобраться…

В этот момент он увидел силуэт, выходящий из центра жертвенного алтаря, и резко изменился в лице.

— Фу Жило!

Ладонь Цинь Му задрожала, держа зеркало, в отражении которого Фу Жило спустился с алтаря и поднял голову, смотря прямо на него.

— Бегите… — хрипло прошептал Цинь Му.

Фу Жило, всё ещё находящийся в отражении, зашагал наружу. Его силуэт становился всё больше и больше, напоминая ночной кошмар.

— Быстро, бегите! — отчаянно прокричал юноша.

Глава 548. Фу Жило в Огне

— Почему мы должны бежать? — Шу Яо, Юй Хэ и остальные понятия не имели, почему Цинь Му сказал нечто подобное. Между тем уши чёрного тигриного бога внезапно приподнялись, в то время как он сам посмотрел на строящийся жертвенный алтарь.

Находящаяся вокруг него кучка дьявольских солдат услышали незнакомый крик и подозрительно оглянулись. Дьявольский генерал области Небожителя резко обернулся и послал к источнику крика нескольких дьяволов, чтобы проверить обстановку.

Они полетели вперёд, и один из них открыл чёрную банку, из которой вылетел целый рой ос. Достаточно скоро каждая из них выросла до шестидесяти сантиметров.

Уши чёрного тигриного бога снова опустились, и он в недоумении спросил:

— Бежать? Ты же можешь уложить этих дьяволов одной левой. Да, этот генерал области Небожителя немного хитрее, чем кажется, но не факт, что он вообще может сражаться.

Со лбом, покрытым холодным потом, Цинь Му почувствовал, что зеркало в его руках становиться всё тяжелее и неподъёмные. Это было как нести на себе огромную гору, с которой собирался сойти Фу Жило!

— Это Фу Жило! Он у жертвенного алтаря! — хриплым голосом говорил Цинь Му. — Разве вы не видите его? Он шагает в нашу сторону!

Все были удивлены и поспешно огляделись.

— Где Фу Жило? — озадаченно спросила Юй Хэ.

Тигриный бог огляделся, двигая ушами в попытке что-нибудь услышать, но затем посмотрел на паренька и покачал головой:

— Нет никаких признаков Фу Жило. Ты дурной? Фу Жило — главнокомандующий дьявольской расы, и ты думаешь, что вместо того, чтобы контролировать главный лагерь, он будет разгуливать здесь?

Зеркало в руках Цинь Му было несравнимо тяжёлым и рухнуло на землю:

— Вы не видите Фу Жило в зеркале? Он только что вышел из жертвенного алтаря, я видел его в зеркале!

Все поспешно всмотрелись в зеркало и растерянно пожали плечами:

— Владыка, в зеркале ничего нет. Может у тебя в глазах мерещится? Ты здоров?

— Враги вот-вот доберутся до нас. Приготовьтесь к встрече с ними! — скомандовал Шу Яо.

Чёрный тигриный бог посмотрел в зеркало с серьёзным лицом. Там он не увидел Фу Жило, но почувствовал что-то неладное.

Цинь Му, возможно, не так силён, как Юй Хэ, Шу Яо или Сан Хуа, но не до такой степени, что ему не хватит сил удержать зеркало!

Раз зеркало упало на землю, это значит, что оно стало слишком тяжёлым и превысило предел сил Цинь Му! Разве такое вообще возможно?!

Чёрный тигриный бог подошёл к зеркалу и громко сказал:

— Нет никаких признаков Фу Жило рядом с алтарём. Ты точно видел его в зеркале?

Глаза Цинь Му всё ещё были прикованы к зеркалу, как будто он не мог отвести взгляд, в то время как по его лбу не прекращали катиться капли холодного пота. Несмотря на то, что зеркало упало на землю, оно не разбилось, а он стоял прямо перед ним, как будто его удерживала неописуемая сила.

Чёрный тигр хорошенько пригляделся в зеркало, но так и не увидел Фу Жило, а лишь отражение Цинь Му. Как вдруг он вздрогнул в сердце и перешёл на другую сторону, чтобы посмотреть в глаза Цинь Му.

Тот до сих пор с ужасом смотрел в зеркало. В каждом из его глаз была фигура, которая постепенно становилась всё больше и объёмнее, заполняя его зрачки!

Через некоторое время чёрный тигриный бог увидел фигуру с тремя лицами. Это был не кто иной, как истинный главнокомандующий дьявольской расы, Фу Жило!

— Чёрт! Фу Жило не в зеркале, а в твоих глазах! Ты же пересекался с ним взглядом! — выражение лица тигриного бога резко изменилось, и он поспешно двинулся к зеркалу, чтобы разбить его, попутно держа другой рукой Цинь Му. — Не смотри в зеркало! Он позаимствовал твои глаза и отражение в зеркале, чтобы ты мог видеть его!

В этот момент пара чёрных рук внезапно вырвалась из зеркала и схватила за плечи юноши, мгновенно превращая того в бумажного человека, утаскиваемого в зеркало.

Чёрный тигриный бог хотел разбить зеркало, но остановился, посмотрев на свою руку, держащую лишь воздух. Затем он быстро повернул зеркало, но оно оказалось пустым, ничего не отражающим… только пара чёрных рук и юноша быстро удалялись, становясь всё меньше и крохотнее.

Чёрный тигриный бог прыгнул на зеркало, пытаясь в него войти, но услышал громкий треск — зеркало разбилось, и он поднялся в оцепенении.

Юй Хэ, Шу Яо и остальные готовились к встрече с врагами, но теперь они были слишком ошеломлены только что произошедшим, вот только у них не было времени на раздумья, им нужно и придётся сражаться с врагом.

«Фу Жило давно хотел поймать младшего брата. Когда в городе Ли они встретились взглядами, он вложил в его глаза божественное искусство дьявольского пути…» — холодный пот начал скатываться по лбу чёрного тигриного бога.

Божественное искусство дьявольского пути Фу Жило должно было скрываться от ужасающих существ, таких как Святой Дровосек и истинный бог Пан Юй, поэтому оно не должно было содержать в себе какой бы то ни было мощи.

В итоге Фу Жило лишь запечатлел свою тень в глубине глаз Цинь Му. Такой ход был единственным способом спрятать её от нежелательного внимания истинных богов.

Только когда Цинь Му ступил на территорию дьяволов и поглотил дьявольскую Ци, тень набрала мощи. Она росла, но этого всё равно было недостаточно, чтобы захватить его.

Всё дело в том, что она была только отпечатком в глазах юноши, а тело дьявольского бога внутри них было обращено вспять.

Фу Жило был перевернут горизонтально в виде отпечатка по сравнению с собой в реальном мире, и это также включало его внутренние органы, следы божественного искусства и даже самый маленький атом в теле.

А когда Цинь Му поднял зеркало и посмотрел в него, Фу Жило в его глазах выровнялся… и как раз поэтому смог исполнить своё божественное искусство, в итоге совершая похищение.

В тот момент, когда Цинь Му вошёл на территорию дьяволов и поднял зеркало, он активировал таящееся в нём божественное искусство.

«Если бы я только понял это раньше… — пот лился по лбу тигриного бога паводковым дождём, делая его веки похожими на два водопада. — На этот раз неприятности создал не младший брат Цинь, а я… Теперь, когда я потерял его, как я должен отвечать перед милордом?.. Мне конец!»

****

Цинь Му огляделся вокруг, понимая, что он появился в месте, которое было невообразимо безлюдным.

В небе было несколько огромных планет, но они были растерзаны, пустынны и одиноки.

Он находился посреди огромного болота, стоя на его поверхности.

Пламя порхало вдалеке, горя над слоем болотистой местности.

Он не знал где находился, дьявольская Ци окутала это место, словно туман.

— Фу Жило! — крикнул Цинь Му. — Ты захватил меня, но почему ты не показываешься?

Вокруг не было слышно ни звука, казалось, он был единственным живым существом.

Цинь Му нахмурился и, сделав шаг вперёд, услышал хрустящий звук. Он тут же опустил голову, желая посмотреть, на что наступил… а наступил он на гниющий труп.

Судя по одежде и размеру тела, это должен был быть давно умерший дьявол.

Потрясённый Цинь Му посмотрел на болото вокруг себя. Повсюду плавали трупы, каждый из которых был дьявольским.

Им не было конца, ими были покрыты все холмы, но все они, а также куски дерева и соломенные хижины, пылали в сжигающем всё и вся дьявольском огне.

На небе не было видно солнца, только разбитые планеты, как вдруг по нему пронеслись огненные змеи, сотнями устремляясь вниз.

Это были гороподобные осколки разбитых планет, обрушившиеся прямо на него!

Цинь Му хотел увернуться, но было слишком поздно.

Буум!.

Раздались громкие взрывы, и ужасающее пламя обрушилось на его лицо, подобно огромным волнам и несравнимо ужасающим торнадо, поглощая его.

Цинь Му стоял в пламени и торнадо, но на нём не было не единой царапины. Ужасающие волны окутывали его снова и снова, но, когда они достигли его тела, то приостанавливались странной силой.

Трупы в болоте, однако, не имели такой защиты, из-за чего и распались в разрушительном столкновении.

Искорёженные тела превратились в пепел и были унесены ветром, а само болото высохло в одно мгновение, но, прежде чем Цинь Му смог прийти в себя, он вновь оцепенел. Разбитая планета двинулась над его головой и подняла страшное цунами.

Громоподобные взрывы раздались в небе, и волна, которая была даже выше горы Сумеру, устремилась к нему. В то же время раскололась земля, раскрывая поднявшиеся вулканы, извергающиеся потоками лавы и столбами пепла, соединяющими небо и землю воедино.

В небе сверкнула молния, и Цинь Му увидел, как тысячи вулканов и пылающих столбов были сметены огромной волной. Да что уж тут, даже гром и молнии были поглощены, между тем огромная волна обрушилась на него.

Это была могучая сила небес и земли, от которой он не мог защититься.

Цинь Му стоял на месте ожидая своей участи, но, когда ужасающая волна достигла его, она снова была остановлена странной силой, незамедлительно разорвавшей её на части.

Как и в прошлые разы, он продолжал стоять без единой царапины.

Планета в небе сдвинулась назад, и всё вернулось на круги своя. Образовалось ещё одно обширное болото, а на его поверхности снова начали плавать трупы, появившиеся кто знает откуда.

«Странное место…» — собравшись с мыслями, Цинь Му пошёл вперёд.

Будучи схваченным Фу Жило, он не был убит им, а всего лишь заброшен в это место, следовательно, тот что-то задумал.

Скорость юноши была невероятно высокой, он шёл вперёд быстрее, чем когда-либо раньше. Во время путешествия он пережил ужасающее метеорологическое явление ещё несколько раз. Мир безрассудно разрушали случавшиеся наводнения, землетрясения, грозы, извержения вулканов и падающие обломки планет.

— Уважаемый король! — внезапно дьявольский бог спустился с неба и поклонился. —Уважаемый король, жертвенный алтарь воздвигнут. Пожалуйста, отдайте приказ.

Цинь Му был поражён тем, что дьявольский бог был очень почтителен к нему. Казалось, тот не понимал, что перед ним человек.

— Хорошо, — неопределённо ответил Цинь Му. — Показывай дорогу.

Дьявольский бог так и поступил, и вскоре они пришли к огромной общине городов. Там были тысячи жертвенных алтарей, похожих на золотые пирамиды. Дьявольские боги стояли прямо на них, в то время как бесчисленные дьяволы преклоняли колени у подножия каменных ступеней, ожидая жертвоприношения.

— Уважаемый король, наш мир долго не протянет. Пожалуйста, отдайте приказ! — дьявольские боги смотрели на него пылкими взглядами, и Цинь Му заторможено кивнул.

Бесчисленные дьяволы, стоящие на коленях на каменных ступенях, подняли ножи и перерезали себе глотки. Свежая кровь мгновенно полилась на жертвенный алтарь под громкие голоса, скандирующие на дьявольском языке.

Цинь Му знал их язык и мог понять, что они говорили.

Они пожертвовали собой, чтобы найти последующим поколениям путь к выживанию.

Их мир вот-вот будет разрушен, и для жизни им нужен новый мир.

Возвышающиеся пирамиды стали несравнимо яркими, столбы света вылетели в небо и раскололи его на части. Они разорвали барьер своего мира и другого, прожигая небо, как тонкую мембрану.

Через мгновение новый мир постепенно начал показывать свой истинный облик.

Цинь Му поднял голову и увидел, что это были… Верховные Небеса Императора.

Он опустил голову и, посмотрев на воду под ногами, увидел в ней совершенно точно не своё отражение.

Вода показывала три лица и острые уши за головой.

Он был правителем этого умирающего мира, уважаемый король дьявольской расы — Фу Жило.

Цинь Му поднял голову, наблюдая за несравненно великолепным, но печальным зрелищем, которое было похоже на желтеющую в огне картину.

Иллюзия исчезала.

И к нему подошёл объятый пламенем Фу Жило.

Глава 549. Слова Людей, Призраков и Дьяволов

Небо напоминало горящий свиток, в центре которого стоял Фу Жило. Всё, к чему касалось пламя, мгновенно превращалось в пепел, и спустя некоторое время половина окрестностей была сожжена дотла. Когда всё, что лежало ниже макушки Цинь Му, наконец сгорело, небо очистилось.

Дьявольский мир исчез, и перед взором возникло совершенно другое место.

Цинь Му не смотрел на Фу Жило, который шагал ему навстречу, а осматривался по сторонам. Высокие угольно-чёрные башни возвышались вокруг будто лес, окутанный серым туманом. Бесчисленные дьяволы, подобные работящим муравьям, носились туда-сюда, строя машины для осады города. Кроме них также было много практиков, оттачивающих свои боевые навыки.

Только теперь Цинь Му смог заметить тусклое полуразрушенное солнце, висящее на востоке, отчего облегчённо вздохнул.

Он всё ещё находился на Верховных Небесах Императора. Дьявольским мир, показанный ему Фу Жило, был слишком ужасным, отбивая у него всякое желание оказаться там по-настоящему.

Солнце Верховных Небес Императора было выковано богом, но его свет был не слишком ярким и не мог рассеять дьявольскую Ци на территории врага. Его слабые лучи, падающие на тело юноши, были очень холодными и совершено не согревали.

Мир, который ему показал Фу Жило, был всего лишь иллюзией.

— Старшему Фу Жило не стоило тратить столько усилий просто ради того, чтобы показать горькую историю своего народа, — торжественно проговорил Цинь Му. — Вам должно быть известно, что я не имею к ней никакого отношения. Тем не менее, теперь, когда вы вторглись на Верховные Небеса Императора и поставили расу людей в не менее горькое положение, я вынужден вмешаться.

Фу Жило подошёл к нему, медленно спрашивая:

— Маленький друг Цинь уверен, что он человек?

Взгляд Цинь Му дрогнул:

— Что Фу Жило пытается сказать? К чему эта загадочность?

— Ты дьявол, — одно из лиц Фу Жило смотрело прямо на юношу, говоря. — Более того, ты дьявол невероятно высокого качества. Твоя родословная может быть даже выше моей!

Цинь Му был ошеломлён и, хихикая, тыкнул пальцем в сторону дьявола. Он смеялся так сильно, что начал задыхаться.

Фу Жило ничего не ответил, просто ожидая, когда он затихнет, и только затем продолжил:

— Разве тебе никогда не говорили, что ты дьявол?

Цинь Му выпрямился и глубоко выдохнул. Улыбаясь, он проговорил:

— Мне и вправду говорили подобное. Когда я был ребёнком, то встретил дьявола, заточённого во Дворце Подавления Рока, и тот сказал, что я дьявол. Тем не менее, он сделал это чтобы меня обмануть, надеясь завладеть моим телом и освободиться от печати. Что тогда от меня хочет старший Фу Жило?

Фу Жило шагнул вперёд, поворачивая голову. Его затылок находился с левой стороны, и второе лицо заговорило:

— Я не пытаюсь тебя обмануть. Несмотря на то, что половина сказанного нами, дьяволами, — ложь, вторая половина всё-таки правда. Когда дьявол пытался украсть твоё тело, он сказал, что ты дьявол, надеясь завоевать твоё доверни. Он не лгал.

Тело Цинь Му внезапно рассеялось, превращаясь в чёрную тень, которая начала неистово бежать по земле.

Его скорость была невероятно высокой, и он в мгновение ока преодолел сто пятьдесят километров.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му рассеял форму тени, но в тот же миг услышал голос Фу Жило:

— Можешь не верить, но разве ты не замечал, как плавно циркулирует твоя Ци при исполнении дьявольских мудр, не встречая на пути никаких препятствий?

Цинь Му был ошеломлён. Оглянувшись, он увидел стоящего неподалёку Фу Жило, правда теперь тот находился не за его спиной, а слева.

— Тому, что ты с лёгкостью можешь изучать божественные искусства дьявольской расы и без проблем исполнять их, есть лишь одно объяснение. Ты — дьявол! — улыбчиво проговорил мужчина.

Цинь Му взмыл в небо, изо всех сил исполняя Божественные Ноги Небесного Расхитителя в попытке сбежать по воздуху.

Однако, спустя мгновение он, опять увидев перед собой Фу Жило, ужасно изменился в лице. Он моментально развернулся и рванул в противоположную сторону, в следующий миг обнаруживая, что прибежал обратно к злосчастному дьяволу, оказавшись по правую от него сторону.

Юноша остановился и упал с неба, проваливаясь под землю. Преодолев довольно большое расстояние, он высунул голову наружу, в очередной раз увидев перед собой знакомую спину.

Фу Жило всё ещё находился неподалёку от башен, шагая вперёд в спокойном темпе.

— Тем не менее, ты ещё и человек, поэтому можешь успешно совершенствовать божественные искусства расы людей, — впереди раздался голос Фу Жило. — Ты наполовину человек и наполовину дьявол, тебе с лёгкостью даются учения обеих рас. Я восхищаюсь твоим талантом, поэтому решил пригласить тебя сюда.

Стряхивая грязь со своей одежды, Цинь Му ухмыльнулся:

— Уважаемый король, у тебя крайне необычный способ приглашения гостей.

Цинь Му позабыл о попытках побега и отправился следом за Фу Жило.

Когда дьявол услышал, что юноша назвал его уважаемым королём, а не старшим, одно из его лиц улыбнулось.

Эти два имени, на первый взгляд кажущиеся случайными, на самом деле были глубоко продуманными. Называя кого-то старшим, человек давал понять, что считает себя младшим, а старшему было позорно причинять вред младшему.

Обращение «уважаемый король» также было хорошо продуманным.

Именно так дьяволы обращались к Фу Жило, и Цинь Му таким образом ставил себя на место дьявола, находящегося ниже рангом.

Ясное дело, что такие мелкие хитрость были абсолютно бесполезны против Фу Жило.

— В отличии от людей, дьяволы не владеют обширными и богатыми землями, благословлёнными богами. Мы произошли из Юду, — Фу Жило жестом приказал парню идти следом и продолжил говорить. — В Юду так много проклятых душ, что их скорбь и дьявольская природа породила предков дьявольской расы. Эти дьявольские боги пронесли свои злые помыслы через небеса и землю, и, размножаясь друг с другом, даровали жизнь дьяволам.

Цинь Му был слегка ошеломлён, не понимая для чего ему всё это знать.

— Рождённые дьяволы не снискали слишком большого уважения в Юду и были изгнаны Графом Земли. Именно из-за этого у моих приспешников с рождения не было дома, что вынуждало нас искать себе место для жизни. Другие расы нам не рады, из-за чего нам обычно достаются не самые приветливые земли. Тем не менее, несмотря на это мы до сих пор живы. Пока ещё… — обернувшись к юноше другим лицом, он продолжил. — Но наш мир поглотила разруха, не оставляя нам другого выбора, кроме как вторгнуться на Верховные Небеса Императора. На самом деле, причина, по которой я решил с тобой связаться, состоит в том, чтобы найти способ позволить людям и дьяволам жить вместе. Как только я увидел тебя впервые, в моём разуме укоренилась эта мысль! — на лице Фу Жило было невероятно искреннее выражение, с которым он предложил заманчивую идею. — Если ты поможешь мне объединить Верховные Небеса Императора, я позволю тебе возглавить человеческую расу! Таким образом, люди будут в безопасности под твоим управлением, а дьяволы — под моим! Разве это не лучший вариант для обеих миров?

Энергичный взгляд мужчины упал на юношу, ожидая его ответа.

На мгновение задумавшись, Цинь Му спросил:

— Уважаемый король, лишь половина того, что говорит дьявол является правдой. В таком случае, я хотел бы спросить, что из того, что ты сказал, правда, а что ложь?

Повернув голову, Фу Жило сменил своё лицо на то, чей вид был наиболее мрачным и равнодушным:

— А ты как думаешь?

— Предложение уважаемого короля крайне заманчиво, — улыбнулся Цинь Му. — Почему бы нам не сделать так, как ты говоришь? — Фу Жило был ошарашен, между тем Цинь Му продолжал. — Верховные Небеса Императора будут разделены на две половины, я буду править людьми, в то время как ты — дьяволами, и все будут жить мирно. Уважаемый король, теперь, пожалуйста, передай мне всех моих людей на твоих территориях.

Мрачное лицо дьявольского бога продолжало смотреть на парня, но вдруг воздух дважды сотрясся от громкого треска. Шея мужчины медленно повернулась, раскрывая третье лицо с зелёной кожей и острыми клыками. Оно выглядело одновременно злобным и ужасающим.

Юноша выдохнул, улыбчиво говоря:

— Теперь я знаю сколько из твоих слов были правдой, а сколько — ложью. Уважаемый король, твоя цель — это не Верховные Небеса Императора, а Великие Руины, верно? Этот мир — всего лишь плацдарм для тебя. Если я помогу тебе поглотить Верховные Небеса Императора, ты принесёшь их в жертву, чтобы войти в Великие Руины!

Фу Жило холодно фыркнул и повёл Цинь Му в сторону разрушенной скалы со злобным выражением лица:

— Разве мой ученик, Фу Юйсяо, не умер от твоей руки? Я готов позабыть о наших конфликтах и подарить тебе роскошь, а ты относишься ко мне, как к идиоту! Ты думаешь, что Небесный Наставник сможет меня остановить? Думаешь, твои боги в силах что-то изменить?

Цинь Му поднялся на несколько ступеней, прежде чем посмотреть вниз и резко перемениться в лице.

Впереди лежала глубочайшая пропасть, на дне которой бесчисленные люди и дьяволы строили гигантские, величественные алтари.

Их было несколько сотен!

Когда Святой Дровосек призвал своих союзников, с Великих Руин спустились двадцать четыре каменные статуи, в итоге ожившие и ставшие богами. Выстроенные в ряд, их двадцать четыре алтаря создавали зрелище, захватывающее дух!

И всё же, в пропасти внизу было значительно больше, чем двадцать четыре алтаря!

Их было несколько сотен, и каждое строение могло призвать дьявольского бога!

Дрогнув уголками глаз, Цинь Му проговорил хриплым голосом:

— Ты не сможешь призвать так много богов и дьяволов! Даже если Райские Небеса решат тебе помочь, они не подарят тебе такой огромной силы! Ты попросту не осмелишься принять здесь такого количества богов и дьяволов!

Фу Жило покачал головой:

— Я могу призвать богов и дьяволов Райских Небес к нижней границе, но ты прав, я не осмелюсь этого сделать.

По лбу Цинь Му катились капли холодного пота:

— Ваш мир уже давно связан с Верховными Небесами Императора, там не могло остаться так много богов. Если бы это было не так, то они спустились бы без помощи алтарей. А так как война продолжается уже двадцать тысяч лет, большинство ваших богов, должно быть, уже пали в бою. Их осталось не слишком много, поэтому в таком количестве алтарей нет нужды…

Фу Жило холодно посмотрел на него:

— Продолжай угадывать. Если тебе это удастся, я подарю тебе шанс уйти.

От полного осознания задумки Фу Жило, Цинь Му сжал кулаки с дрогнувшим сердцем:

— Предки дьяволов, существа, рождённые от дьявольской природы, скорби и злых помыслов Юду! Ты собрался призвать их!

Фу Жило громко рассмеялся. На его лице возникло довольное выражение:

— Как тебе такая идея?

Цинь Му успокоился, качая головой:

— Уважаемый король и вправду зашёл в тупик, раз отчаялся настолько, чтобы согласиться призвать этих существ. Учитывая их качества, можно запросто утверждать, что эта затея приведёт не к истреблению человеческой расы, а к полному уничтожению Верховных Небес Императора!

— Именно поэтому мы решили принести Верховные Небеса Императора в жертву, — Фу Жило улыбнулся, его три лица продолжили говорить в унисон. — Мы превратим Высшие Небеса Императора в плацдарм для наступления на Великие Руины! Впрочем, у меня есть идея получше. До меня дошла новость о том, что ты построил Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Если ты согласишься выковать несколько таких для моих людей, я пощажу твою жизнь.

— Уважаемый король, ты осмелишься позволить мне строить мосты для дьяволов? Тебе не страшно, что я могу что-то в них поменять? — спросил Цинь Му.

Фу Жило немного изменился в лице, отвечая холодным тоном:

— Так ты решил мне отказать?

— Старший… — тут же проговорил юноша.

Махнув рукой, Фу Жило ухмыльнулся:

— Хватит пытаться меня обхитрить! Нет смысла называть меня старшим! Я искренне с тобой говорил, глубоко уважая твой выдающийся талант. Даже Небесный Наставник не смог придумать что-то на подобии Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Но ты смог, поэтому я восхитился твоими способностями и позволил тебе дожить до этого момента! Ты и вправду думаешь, что я оставлю тебя в живых? Когда мои дьяволы успели потерять свою репутацию?

Со свирепо вспыхнувшей аурой мужчины выражение лица юноши тут же изменилось. Он не мог дышать под её ужасным давлением, поэтому отступил на несколько шагов назад и с последним вздохом прокричал:

— На самом деле я из деревни Беззаботной!

Фу Жило собрался убить Цинь Му, но услышав его слова, остановился:

— Ты из деревни Беззаботной? Как докажешь?

Лицо Цинь Му ужасно покраснело от неспособности дышать.

Фу Жило рассеял свою ауру, позволяя Цинь Му отдышаться, после чего тот, достав свою нефритовую подвеску, проговорил:

— У меня есть символ деревни Беззаботной. Уважаемый король должен его узнать, верно?

Дьявол протянул руку, и подвеска вырвался из рук юноши, летя в его ладонь.

Сердце Цинь Му яростно билось, но он держал себя в руках, пытаясь нормализовать сердцебиение: «Король Яма говорил, что мне нельзя расставаться с подвеской, а не то произойдёт что-то ужасное. Это единственное, что ещё может позволить мне сбежать. Надеюсь, всё сработает… Ээм, почему ничего не происходит? Неужели я всё ещё слишком близко к ней?»

Глава 550. Выходя из-под Контроля

Моргнув, Цинь Му незаметно отступил на два шага, но ничего плохого не произошло. Он отошёл ещё на два шага, и по-прежнему всё было в порядке.

— Эта нефритовая подвеска… Она из деревни Беззаботной! — Фу Жило не прекращал её осматривать. Его лица мерцали между сомнением и определённостью, бормоча друг другу. — Это не так, не так, он нам врёт! Как может житель Беззаботной быть наполовину человеком, наполовину дьяволом? Он врёт нам!

— Этот сопляк очень хитёр. На первый взгляд он может показаться честным, но на самом деле он слишком коварен. Нельзя верить его словам!

— Однако, эта нефритовая подвеска действительно из Беззаботной. Если бы мы поймали их человека и нашли через него деревню, Райские Небеса наградили бы нас достаточно щедро за предоставленную информацию. Тогда они, несомненно, выделят дьяволам спокойное местечко для жизни!

— Мы не можем доверять Райским Небесам! Свиньи летать быстрее начнут, чем они сдержат своё слово!

Цинь Му тайно отступил ещё на несколько шагов, но три лица Фу Жило так и продолжали безостановочно спорить. Он внезапно развернулся и побежал, но в следующее мгновение увидел перед собой Фу Жило, который до сих пор стоял на том же месте, не сдвинувшись ни на сантиметр, а три лица даже и не думали прекращать спорить, отчего его охватило отчаяние.

Фу Жило был слишком силён, настолько силён, что мог исказить пространство и не дать сбежать тем, кто был слабее него. Цинь Му не мог даже отойти от нефритовой подвески!

— Деревня Беззаботная очень загадочна. Она создала великую цивилизацию и большие Райские Небеса! Однако, разве у неё мог появиться дьявольский потомок? Как-то это всё очень подозрительно!

— Да, подозрительно, не то слово. Я думаю, мы должны убить сопляка! Давайте убьём его прямо сейчас!

— Погодите-ка, взгляните на нефритовую подвеску. Внутри спрятана печать. Для чего она? Может она скрывает секреты деревни Беззаботной?

Цинь Му ошарашенно смотрел на три лица Фу Жило, в теле которого явно существовало три разных сознания, или даже три разные души. В этот момент они сражались друг с другом, чтобы узнать, кто первым закончит изучение нефритовой подвески и разгадает секрет её печати.

Цинь Му покорно стоял и не двигался. Поскольку он не мог уйти, он решил стать послушным и честным, насколько это возможно.

В этот момент он услышал знакомый шёпот, голоса. Они были ему знакомы, поскольку он слышал их, когда Король Яма забавлялся с его нефритовой подвеской в Фэнду, и ему казалось, будто бесчисленные духи прятались в темноте, говоря заманчивые слова с искажёнными и странными выражениями в попытке заманить его.

Цинь Му встряхнул головой, но шёпот приближался всё ближе и ближе, как будто их владельцы были рядом с его ушами и нашёптывали прямо в них. Он поднял руку, чтобы отмахнуться от них, словно от назойливых мух, но не мог ни прикоснуться, ни почувствовать эти голоса в реальном мире.

В следующее мгновение он ощутил, как голоса вошли в его разум, зазвучав настолько громко, что почти раскололи его.

Цинь Му наклонил голову вправо и похлопал себя по левому уху, как если бы хотел вытряхнуть голоса из головы, но они становились всё громче и отчётливее, пока неожиданно не прекратились.

Его голова потупилась вниз, а он сам замер, ну разве что кроме слегка раскачивавшегося взад-вперёд тела и слабо колеблющихся, висящих рядом рук.

— Хе-хе, мы почти подавили печать!

— У этой штуки определённо есть какой-то секрет!

— А вдруг это позволит открыть нам чудо деревни Беззаботной!

Три лица Фу Жило непрерывно болтали, как вдруг сбоку раздался голос:

— Разбей её.

Фу Жило повернул голову и, посмотрев на источник голоса, увидел Цинь Му с опущенной вниз головой и раскачивающимся туда-сюда телом.

— Что ты сказал? — спросил с улыбкой растерянный Фу Жило.

С уст улыбающегося Цинь Му, сорвался несравненно злой голос:

— Я сказал разбей её. Тогда произойдёт что-то интересное. Быстрее, разбей её.

Три лица Фу Жило нахмурились. Степень зла в голосе заставила его содрогнуться, и точно не от холода. Он был уважаемым и, что важнее, злым королём, поэтому найти того, кто мог бы заставить его содрогнуться в страхе, было почти невозможно.

— Почему ты бездействуешь? — спросил Цинь Му, в то время как позади него внезапно открылось пространство. Жужжа, распахнулся огромный глаз, а уже в следующий миг из него вырвался дьявольский свет в форме бабочки.

Пространство в окрестностях треснуло от вибраций и выглядело готовым разрушиться в любой момент, но дьявольский свет вдруг заполнил раскол, создавая чрезвычайно чарующее и злое зрелище.

— Жалкая мелюзга, что за низшая и слабая родословная… — голос Цинь Му становился всё более и более злым, и хотя он стоял неподвижно, Фу Жило охватило ощущение, что он присутствует везде.

Дьявол нахмурился. Каждый сплюнутый слог, произнесённый юношей, буквально кричал о том, что он считал его самым жалким на свете существом, кем-то из расы с низшей и слабой родословной.

Такое отношение было неприемлемым!

Тем не менее, почувствовав намёк на опасность и необъяснимым страх, пытающийся сковать его сердце, он взволнованно спросил:

— В чём секрет твоей нефритовой подвески? В ней кроются секреты деревни Беззаботной?

В пространстве позади Цинь Му открылся второй раскол, являя миру ещё один странный дьявольский глаз. От раскола распространилась паутина пространственных трещин, но дьявольский свет тут же заполнял образовавшиеся прорехи.

— Слабое и ничтожное существо, жалкий червь, как ты посмел ослушаться меня? — с опущенной вниз головой, оскалился Цинь Му. — Ши-ши, с-с-с, ты ищешь смерти, а? Как мне убить тебя, чтобы было интересно…

Когда Фу Жило увидел третий глаз, располагающийся чуть выше межбровья, его разум затуманился. Этот глаз, казалось, содержал безграничный дьявольский свет, но даже пытаясь изо всех сил открыться, он не мог этого сделать. Можно было увидеть лишь крошечную щель, но и этого было достаточно, чтобы сила дьявольского света, скрытая внутри, заставляла людей дрожать от животного страха.

Фу Жило медленно приподнял голову и посмотрел на три злых дьявольских глаза, которые медленно поднимались. Через несколько вдохов времени он увидел величественного дьявольского бога, смотрящего на него сверху вниз и пылающего дьявольским огнём Юду.

Дьявольский бог с трудом опустил голову и посмотрел на юношу, между тем два других его лица изо всех сил пытались повернуть глаза и посмотреть, что происходит вокруг.

— Это невозможно, этого просто не может быть! — у Фу Жило пересохло горло, и он продолжил бубнить себе под нос хриплым голосом. — Для твоего тела иметь такой мощный исконный дух… это не логично! Невозможно!

— Уничтожь для меня эту нефритовую подвеску! — Цинь Му внезапно поднял голову, раскрывая полностью чёрные зрачки, а уже в следующий миг из них вырвался чёрный свет в форме крыльев бабочек. Дьявольская сущность, содержащаяся словах, что он сказал ранее, была настолько необузданной и ужасающей, что могли запугать свою цель до костей.

Фу Жило почувствовал, как сильный ветер ударил ему в лицо, заставив развеваться его одежды, а морщины, образовавшиеся на его лице от вибраций, скопиться в одном месте.

Песок и камни в округе взлетели от свирепого дьявольского голоса, сформировавшего чёрную бурю!

Фу Жило прищурился и внимательно осмотрелся. Глаз в межбровье Цинь Му до сих пор не открылся, внизу была лишь небольшая щель.

— Ты… Ты родился в Юду! — придя к осознанию, Фу Жило громко взвизгнул. — Ты…

ПАМ!..

Огромный кулак обрушился на него, моментально заставив вырвать кровью.

Окружающее пространство трещало, величественные горы проскальзывали мимо размытыми точками. Не успев хоть как-то осмыслить ситуацию, он рухнул в бездну, в итоге врезавшись в недостроенный алтарь, который рассыпался на месте, с разлетевшимися во все стороны камнями.

Фу Жило очень разозлился, и с его уст сорвалось три яростных рыка. Перестав сдерживаться, его тело начало неистово расти. Его мускулы многократно расширились, и он протянул руку, чтобы схватить дьявольское копьё, с которым хотел взмыть в небо, тем не менее, мир внезапно померк.

Будучи истинным дьяволом дьявольской расы и существом, которое другие дьявольские боги почитали как уважаемого короля, он не остановился и ударил дьявольским копьём вверх. Хоть его навыки и не были непревзойдёнными, он был первоклассным практиком на Верховных Небесах Императора, чьё копьё мог заблокировать только топор Святого Дровосека.

Но когда несравненно огромное дьявольское копьё столкнулось с огромным кулаком, оно согнулось от сокрушительной силы!

Фу Жило болезненно хмыкнул, а копьё в его руках соскользнуло, разрезая его кожу и окрашивая древко в красный цвет.

Вскоре он уже не мог сопротивляться, и копьё вылетело из его рук.

— Уничтожь эту нефритовую подвеску! — с громоподобным рёвом, ещё один огромный кулак безжалостно обрушился на тело Фу Жило. Его кости затряслись и треснули, а после онемели. Дьявольская кровь хлынула из его глаз, ушей, носа и рта, между тем всё это время он отлетел в обратном направлении

Бам. Бам. Бам.

Звучали глухие удары, с которыми его огромное тело врезалось в жертвенные алтари.

В этот момент он увидел свет, источником которого были глаза Цинь Му.

Это были два луча дьявольского света.

Вшух!..

Две вспышки пронеслись вперёд столбами света, в итоге поражая грудь Фу Жило, а уже в следующий миг взорвались, обнажая его внутренности.

Он был истинным дьяволом, поэтому обладал сильным совершенствованием и удивительной жизненной силой. Он поспешно запечатал свои раны, но всё же ещё пробил своим телом неизвестно сколько алтарей.

Внезапно камни разлетелись во все стороны, и он увидел, что Цинь Му прыгает вокруг со странной позой, проходя через завалы по воздуху и быстро приближаясь к нему.

Мощь Фу Жило постепенно ослабевала, но он, наконец достигнув последнего жертвенного алтаря, остановился. У него не оставалось сил двигаться, тем не менее, он заставил себя поднять голову, увидев перед собой Цинь Му, уставившегося на него с интересом, но в то же время со злым выражением лица.

Фу Жило чуть ли не из последних сил улыбнулся и прохрипел:

— Позволь мне рассказать тебе маленький секрет…

— Какой секрет? — Цинь Му наклонил голову. — Мне нравится слушать секреты тех, кто вот-вот умрёт. Быстро, рассказывай!

— Я… — Фу Жило поднял ладонь и ударил Цинь Му по голове. — Возвращаю тебе нефритовую подвеску!

Выражение лица Цинь Му резко изменилось:

— Ты хочешь устроить против меня заговор? Я убью тебя, маленький с…

Внезапно яростная аура вокруг его тела исчезла, а глаза снова стали ясными. Глаз в межбровье насильно закрылся, и лицо дьявольского исконного духа позади него начало постепенно исчезать.

Фу Жило выдохнул, но прямо в этот момент нефритовая подвеска, которая прилипла ко лбу Цинь Му, упала на землю, и он почувствовал, как у него в жилах стынет кровь. Он перепугался до смерти, прежде чем расслабленно выдохнуть:

— К счастью, она цела и не невреди…

Он потерял сознание с улыбкой на лице.

Спустя несколько вдохов времени поднялся Цинь Му.

Он с трудом огляделся, но увидев Фу Жило, валявшегося на жертвенном алтаре, его глаза широко распахнулись.

А когда он увидел все разрушения в бездне, у него никак не получать избавиться от чувства затяжного страха.

«Святой Дровосек был прав, как только нефритовая подвеска покидает меня, на меня обрушается великое проклятие. Даже истинный дьявол Фу Жило был избит до такого состояния, не будучи в состоянии что-либо сделать или изменить… Наверно. Похоже, это проклятие не просто небесная молния или небесный огонь! — мерцая взглядом, юноша повернулся, чтобы в спешке убежать. — Нужно воспользоваться шансом, пока он в обмороке и сбежать».

Сделав два шага, он наклонился, чтобы поднять свою нефритовую подвеску, а когда надел её, незамедлительно ушёл.

«Хорошо, что я её не потерял! Проклятие в этой нефритовой подвеске может быть полезным, поэтому не хотелось бы потерять её по глупости!»

Глава 551. Жирдяй, Чёрный Тигр и Лисичка

Спустя некоторое время Цинь Му разобрался с одним из дьявольских практиков божественных искусств и снял с него одежду. Изменив свой внешний вид, он спокойно прошёл через территории врагов, пока те отчаянно неслись в сторону пропасти.

Всё в округе внезапно перевернулось с ног на голову. Каждый здешний дьявол заметил сражение, и несмотря на то, что всё закончилось довольно быстро, количество освобождённой силы было слишком ужасающим и весь город встревожился.

Вьюх!

Два дьявольских бога полетели в сторону пропасти. Бесчисленные крылатые дьяволы спешили следом за ними.

Цинь Му двигался против течения толпы и вскоре сумел из неё выбраться, добираясь к городским воротам. Он не осмеливался лететь по воздуху, так как находился в городе дьяволов, понятия не имея, сколько дьявольских богов и практиков области Божественного Моста и Жизни и Смерти скрывались вокруг.

Даже боги Верховных Небес Императора не посмели бы поднимать здесь шум, поэтому ему оставалось лишь медленно продвигаться вперёд. По пути он снова начал волноваться.

Как только два дьявольских бога доберутся к пропасти, они найдут бессознательного Фу Жило и быстро помогут прийти в себя. Едва проснувшись, тот прикажет закрыть все выходы из города, чтобы найти его.

Если он не успеет скрыться до того, как это случится, у него не останется шансов на побег!

Когда-то это был божественный город Верховных Небес Императора, его размеры поистине поражали. Чтобы добраться к внешним стенам, требовалось некоторое время.

Спеша изо всех сил, Цинь Му наконец добрался к городским воротам, но в тот самый момент из пропасти донёсся крик:

— Уважаемый король приказал немедленно закрыть все выходы из города! Не выпускать никого!

— Активируйте построение, закройте город!

— Землю, небо, заблокируйте всё, чтобы даже комар не смог ускользнуть!

Цинь Му слегка изменился в лице, смотря в сторону ворот. Бесчисленные сильные рабочие яростно толкали гигантские ворота, закрывая их. На башнях и других высоких зданиях зажглись символы построений и руны. Стекая с крыш, будто вода, они постепенно перебирались на городские стены.

Когда символы построений и руны на городских стенах зажглись, в небо выстрелили лучи ослепительного света. Между рунами в небе начал формироваться гигантский пространственный барьер.

Огромное количество рун и символов построений начали стекать вдоль основания стен, проникая под землю!

Даже у столицы Империи Вечного Мира не было подобных оборонительных механизмов. Если символы построений в небе соединятся с символами на земле, Цинь Му останется лишь позабыть о том, чтобы покинуть город.

Внезапно его силуэт будто растаял, превращаясь в тень, которая быстро двинулась вдоль края стены. Она направлялась прямо к городским воротам!

Огромные ворота были крайне тяжёлыми, и, несмотря на совместные усилия десятков сильных дьявольских рабочих, они закрывались очень неохотно.

Рабочие совершенствовали божественные искусства физического тела и владели безграничной силой, а не заклятиями или духовным оружием. Они улучшали исключительно свои мышцы и кости, увеличивая физическую мощь.

В армиях Небесного Святого Культа и Империи Вечного Мира были похожие рабочие. Парочка людей, совершенствовавших свои физические тела до предела, была в силах нести каменную статую, в которой крылось тело истинного бога!

Тем не менее, для того чтобы столкнуть ворота божественного города с места, требовалось несколько десятков таких практиков!

Тень, в которую превратился Цинь Му, проносилась сквозь тени зданий, будто призрак. Она напоминала дух, стремящийся к нижней части городских ворот в попытке успеть до того, как они закроются, иначе путь для побега исчезнет!

Под давлением многочисленных дьявольских рабочих ворота вот-вот должны были закрыться. Между их двумя половинами оставалась лишь крохотная щель.

Внезапно по земле покатилась маленькая блестящая бусина, застревая прямо между двумя дверцами и не позволяя им окончательно сомкнуться.

Сильный рабочий неподалёку заметил его, пинком отправляя за пределы города. Недовольно бормоча себе под нос, он закрыл ворота даже не заметив, что в момент пинка его тень полетела вслед за бусиной, быстро сливаясь с её тенью.

Бусина пролетела ещё около тридцати метров и, упав в ров, медленно остановилась.

Овальная тень под бусиной постепенно расширилась. Отращивая себе конечности, её две руки становились всё длиннее и продолговатее. В следующий миг они подтолкнули артефакт вперёд и тот, покатившись вперёд, негромко хлюпнул в реку.

Спустя несколько мгновений во тьме на противоположном берегу зашевелилась приближающаяся к земле чёрная тень.

Вскоре городские ворота широко распахнулись, и толпа дьяволов хлынула наружу:

— Тот человек уже не в городе. Немедленно найдите его, нельзя позволить ему покинуть нашу территорию!

Прячась и уворачиваясь, Цинь Му избегал взгляда сторожевых башен, максимально эффективно используя технику Иллюзорной Тени. Спустя некоторое время он забрался на высоту и всмотрелся вдаль, но так и не смог разглядеть город Ли.

«Фу Жило переместил меня на территорию дьяволов, но куда именно? Как далеко я от земель людей?»

Окрестности поражали своей необъятностью, а небо тусклостью. На востоке холодно светило солнце, постепенно становясь красным, сигнализируя о наступлении ночи.

Собравшись с мыслями, Цинь Му спрятался: «На Верховных Небесах Императора нет ни одной звезды, поэтому здесь очень трудно ориентироваться. До утра у меня нет шансов вернуться».

Дьявольские разведчики обыскивали всё вокруг, в то время как Цинь Му продолжал прятаться то тут, то там. Будучи практически обнаруженным, ему пришлось убить одного из солдат врага и переодеться в его доспехи из чёрного железа. Одев шлем и повесив копьё на спину лошади, он пробивался сквозь туман над дьявольскими землями верхом на Дьявольском Огненном Кошмаре.

На второй день уродливое полуразрушенное солнце загорелось, как и раньше, и Цинь Му поднял забрало своего шлема, пытаясь определить своё местоположение. Затем на языке врага он приказал кошмару двигаться на восток.

Когда наступил полдень, он поднял голову к небу, резко изменившись в лице. Полуразрушенное солнце на востоке внезапно погасло!

«Имперский Наставник, тебе не кажется, что ты слегка переусердствовал со своим заданием?»

Цинь Му едва не плевался кровью от злости. Имперский Наставник должен был помочь Верховным Небесам Императора создать два новых солнца, поэтому он определённо был замешан в исчезновении сломанного солнца на востоке!

Должно быть, мужчина посчитал вид звезды невыносимым для глаз и привёл практиков божественных искусств на Верховные Небеса Императора, чтобы перековать её на новую!

Теперь, когда она исчезла, Цинь Му почти не мог ориентироваться в пространстве!

****

В городе Ли сверкало яркое пламя, освещающее тьму. Вдоль луча Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии Верховных Небес Императора хлынули бесчисленные практики из Вечного Мира. Они построили возле города Ли гигантскую фабрику, начав круглосуточно создавать в ней гигантов и всевозможные инструменты.

Истинный бог Пан Юй принёс чертёж, который никто из местных не мог понять. В нём Бог Кузнец Солнца описывал Великую Солнечную Печь. Последнему не удалось успеть закончить создание второй звезды, но, к счастью, его чертёж сохранился.

Вызвав бесчисленных практиков, владеющих математикой, Имперский Наставник приказал им всё пересчитать и улучшить чертёж, выставляя крайне высокие требования к точности.

И то, что прямо сейчас возле города Ли пытались создать практики божественных искусств, было именно Великой Солнечной Печью.

— Мой хозяин, я потерял младшего брата…

На одной из башен города Ли, чёрный тигриный бог припал к земле, превратившись в маленького тигрёнка ростом всего в тридцать сантиметров с шёрсткой, покрытой жёлтыми и чёрными полосками. Разжигая палочку благовоний, он начал искренне молиться.

Дым благовоний поднимался по спирали, скапливаясь в облако над его головой. Вскоре оно превратилось в лицо Святого Дровосека, уставившегося на зверя бесстрастными глазами.

Маленький тигрёнок склонил голову и прижал уши к затылку, не осмеливаясь говорить.

Спустя несколько мгновений раздался голос Святого Дровосека:

— Для чего ты мне?

Чёрный тигриный бог почувствовал, как кровь в его жилах застыла, и поспешно проговорил:

— Не волнуйся, хозяин, я обязательно найду младшего брата!

Дым благовоний рассеялся, но голос Святого Дровосека раздался снова:

— Я отправился в мир дьяволов и сейчас не могу вернуться. Если я вернусь и не увижу своего ученика, ты навсегда останешься в этой форме и никогда не сможешь принять иную!

Чёрный тигриный бог облегчённо вздохнул. В этот момент снаружи раздался громкий, чёткий голос:

— Жирдяй… несмотря на то, что твой мастер тоже в этом мире, мы можем его не найти. Разве ты не умрёшь с голоду после того, как одним махом сожрал все духовные пилюли?

Раздался смешок, и заговорил второй приглушённый голос:

— Сестра Лин’эр, должно быть, ты не заметила, но после того, как я вырвал уцелевшие пилюли из лап дьявола в сундуке, я ел только по одной штуке в день. Из-за этого моё тело превратилось в мешок с костями. Посмотри, я даже тоще, чем раньше! Чтобы избежать того, что мастер меня не узнает, я решил сожрать всё, что у меня осталось. Но даже в таком случае мне не удастся вернуться к своему прежнему состоянию…

— Я слышала, что молодой мастер потерялся. Если мы не сможем его найти, ты умрёшь с голоду!

— Владыка так умён, как он мог потеряться?

Чёрный тигриный бог посмотрел в сторону голосов. Сначала он увидел гигантский сундук, затем здоровяка с огромным животом. Когда тот поднимался по городской башне, жир под его кожей хаотически переливался. По всей видимости, у него была родословная дракона и цилиня.

На голове жирдяя сидела милая девочка пяти-шести лет. Позади неё развевались шесть лисьих хвостов, а на её голове торчали два пушистых ушка.

Сан Хуа, Юй Хэ и остальные шли следом за ними. Среди подростков также было две девушки, которых он не встречал раньше.

Заметив его, глаза маленькой девочки с пушистыми хвостами ярко загорелись. Она спрыгнула с головы жирдяя и бросилась в сторону прямоходящего тигра. Хлопая в ладоши, она улыбалась:

— Какой милый тигрёнок, дай обниму!

Учуяв запах лисы, чёрный тигриный бог помрачнел в лице. Его тело задрожало, превращаясь в красивого тридцатиметрового тигра, в то время как он сам заревел в небо, а его ярость и божественная аура затопили всё вокруг.

Девочка резко переменилась в лице и, превратившись в демоническую лису, тут же развернулась, бросаясь к двум незнакомкам. Прыгнув в объятия одной из них, она зарыдала:

— Злой тигр…

Молодая девушка унесла лисичку подальше от зверя, в то время как жирдяй упал на задницу, с благоговением в глазах смотря на гиганта перед ним.

Сан Хуа поспешно сделала несколько шагов вперёд, проговорив:

— Старший тигр, это друзья Владыки Культа Циня.

Чёрный тигр рассеял свою яростную божественную ауру, превращаясь в юношу. Спрятав клыки, он неловко хлопнул ушами:

— В детстве меня обманула лиса, поэтому я не люблю встречаться с демоническими лисами, прости моё поведение.

Лисичка высунула мордочку, улыбчиво говоря:

— Я не обманываю людей, — собравшись с духом, она вышла из-за спины Лин Юйсю, начиная осматривать тигриного бога. — Можно потрогать твои уши? — любопытно спросила она.

Немного колеблясь, чёрный тигр опустил голову:

— Я сильно тебя напугал, поэтому в этот раз можно.

Потрогав уши, Ху Лин’эр восхищённо воскликнула:

— Какие мягкие! Ребята, потрогайте!

Лин Юйсю сомневалась:

— В этом же нет ничего плохого? — сказав это, она набралась смелости и, потрогав уши тигра, восхищённо воскликнула. — Они действительно очень мягкие и гладкие! Уиии!..

Остальные девушки также протянули руки, чтобы потискать уши, из-за чего чёрный тигр почувствовал себя довольно комфортно. Однако ему всё же казалось, что происходящее не под стать его статусу и положению, ведь он, в конце концов, демонический бог, отчего сейчас испытывал некую неловкость.

Тем не менее, ему всё же было довольно приятно.

Цилинь тоже подошёл поближе, намереваясь потрогать уши чёрного тигриного бога, но тот тут же взмахнул лапой, прижимая бедолагу к земле.

Спустя мгновение все успокоились, и тигриный бог спросил:

— Как вы планируете найти младшего брата Циня?

— Очень просто, с помощью Собрания Исконного Духа! — с улыбкой проговорила Сы Юньсян.

Глава 552. Зловещая Земля

— Собрание Исконных Духов? — был озадачен чёрный тигриный бог, ведь никогда раньше не слышал об этом.

Между тем Сы Юньсян достала огромную стопку бумаг, на которых были нарисованы всевозможные руны, и разложила их в городской башне.

— Эта техника была создана Владыкой и практиками божественных искусств Вечного Мира, Император назвал её Тайное Собрание Трёх Исконных Духов, — Сы Юньсян начала копаться в своих вещах и, найдя метку исконного духа Цинь Му, достала киноварь и кисть. Растворив киноварь, она начала рисовать на столбах городской башни.

— Владыка однажды запечатлел метки исконных духов каждого человека, включая свою собственную, в зале Высшего Учения Имперского Колледжа. Собрание Исконных Духов использует их для привлечения исконного духа человека, чтобы каждый мог прибыть в форме своего исконного духа для обсуждения важных вопросов, — Лин Юйсю достала палочку благовоний и, воткнув её ниже метки исконного духа, зажгла. — Эти Проводящие Душу Благовония пастушок создал из божественного искусства Проводника Души, и они используется, чтобы перенести исконный дух. Мы хотим использовать их и метки, чтобы установить связь с его исконным духом и спросить о его местонахождении.

Две девушки переглянулись друг с другом, и Сы Юньсян выпустила свою жизненную Ци, освещая исконный дух Цинь Му. Лин Юйсю тем временем использовала свою жизненную Ци, чтобы укутать аромат Проводящих Душу Благовоний, отправляя его в метку исконного духа.

В башне все спокойно стояли и смотрели, как горят Проводящие Душу Благовония. Дым поднимался по спирали, но аромат от него не был слишком интенсивным, скорее лёгким и освежающим.

Благовония дымили не слишком долго, и когда они постепенно дотлели, сердца людей вокруг словно взяли в медленно сдавливающие тиски. Метка исконного духа и Проводящие Душу Благовония должны будут наладить связь с исконным духом Цинь Му, после чего ему нужно будет выполнить Тайное Собрание Трёх Исконных Духов, чтобы попасть к ним.

Однако, если в пути с ним случилось что-то плохое, он не сможет встретиться с ними.

Когда Проводящие Душу Благовония наполовину сгорели и до сих пор было тихо, как в гробу, всем стало крайне тревожно. Но в этот момент завыл направившийся к башне ветер, и все обрадовались несмотря на то, что увидели всего лишь едва различимый и нестабильный исконный дух Цинь Му.

— Владыка, где ты? — цилинь был чрезвычайно рад и поспешно закричал. — Духовные пилюли, которые ты приготовил, закончились. Возвращайся скорее!

— Я приготовил для тебя пилюль на три-четыре месяца, но ты уже всё слопал?

— Я… — зверь потерял дар речи.

— Молодой мастер, мы ищем тебя. Где ты находишься? — спросила Ху Лин’эр.

Цинь Му покачал головой:

— Понятия не имею. Я на территории дьяволов, тут нет ни солнца, ни луны, ни звёзд на небе. Я был похищен Фу Жило, и мне с трудом удалось сбежать. Теперь меня преследует элита дьявольской расы, поэтому мой исконный дух не может остаться здесь надолго.

Все сильно нахмурились.

Сан Хуа внезапно заговорила:

— Брат молотильщик, посмотри на окружающие тебя горы и запомни их. Проверь, есть ли поблизости города. На Верховных Небесах Императора шестьдесят четыре города, каждый из которых называется по-разному. Местность вокруг них также различна, поэтому мы найдём тебя полагаясь на любую информацию, что ты нам дашь.

Исконный дух Цинь Му взял кисточку и быстро нарисовал окружавшую его местность:

— Я не видел города богов.

Сан Хуа, Юй Хэ и остальные практики божественных искусств Верховных Небес Императора посмотрели на то, что нарисовал юноша, и покачали головами. Они были слишком молоды и раньше не бывали на территории дьяволов.

— Я поговорю с отцом! — сказала Сан Хуа и в спешке убежала.

Внезапно исконный дух Цинь Му померк:

— Враги уже здесь. Мне нужно уходить! — быстро проговорил Цинь Му, внезапно померкнув и с сильным порывом ветра вырвавшись из городской башни. Его исконный дух исчез без следа.

Вскоре Сан Хуа привела своего отца, бога Сан Е, и он изучил местность, которую подробно нарисовал Цинь Му. Некоторое время подумав, он вдруг воскликнул:

— Он рядом со старым гнездом дьяволов! Оно находится на горном хребте Чёрного Солнца, рядом с городом Вернувшейся Девы!

Юй Хэ нахмурился:

— Город Вернувшейся Девы? Разве он не был разрушен? Я слышала, что это место стало зловещей землёй…

— Когда дьяволы вторглись, — кивнул бог Сан Е, — они впервые появились в городе Вернувшейся Девы, полностью разрушив его. Перед горным хребтом Чёрного Солнца было поле боя города Вернувшейся Девы… самое жестокое поле боя на Верховных Небесах Императора, где слегкло около тысячи богов и дьяволов! Число практиков божественных искусств, которые потеряли свои жизни с обеих сторон, бесчисленно! Если он продолжит идти вперёд, то ступит на зловещую землю!

— Почему это место называется зловещей землёй? — в замешательстве спросила Лин Юйсю.

— Там умерло слишком много богов и дьяволов, и их кровь воссоединилась, образуя весьма странную зону. Она наполнена неумирающими волями богов и дьяволов, а также проклятиями и дьявольской природой проклятых душ. И так как там было потеряно множество практиков, когда там спускается ночь, территория освещается как днём, — пока он говорил, было слышно, как его голос начал дрожать. — Тогда ночь освещали сарайные фонари, каждый из которых висел на маленькой лодке, приплывающей из Юду. Бесчисленные вестники смерти плавали вокруг, превратив то старое поле боя в коварное место. В то время мне ещё предстояло совершенствоваться в область бога, и я был всего лишь незначительным солдатом…

После огромной битвы место стало несравнимо пустынным. Между тем молодой Сан Е, получил тяжёлые ранения в бою и потерял сознание, а когда пришёл в себя, небо уже потемнело. Затем он, приложив немало усилий, выполз из-под груды трупов и увидел незабываемое зрелище…

Маленькие лодки плыли из темноты, и под их фонарями сидели тысячи старцев, каждый из которых был похож на другого, словно двойник. И хотя они молча, рутинно собирали жатву после резни, ночь переполняли вопли бесчисленных душ, не желающих попадать в загробный мир. Но как жаль… никто из них не избежал цепкой хватки вестников смерти, в итоге последовав за небольшими лодками во тьму Юду.

Бог Сан Е никогда не забудет это зрелище!

— Разбитые души не были забраны вестниками смерти, поэтому со временем это место стало зловещей землёй. Там случалось много странных происшествий и скрывается множество необычных вещей, — Сан Е собрался с мыслями, прежде чем продолжить. — В итоге от этого места отказались как боги, так и дьяволы. Если Владыка Культа Цинь продолжит идти вперёд, то шагнёт на зловещую землю.

Цилинь внезапно закричал:

— Смешанная кровь богов и дьяволов может породить ужасающие вещи, такие как Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа! Быстро, сообщите Владыке, чтобы он избегал этого места!

— Насколько силён Корневой Демон Одинокого Горного Кряжа? — спросил бог Сан Е.

— Примерно, как сильный практик области Жизни и Смерти.

Бог Сан Е усмехнулся:

— Всего лишь? Существа на зловещей земле определённо сильнее, чем практики области Жизни и Смерти. Быстрее, передайте ему, чтобы он избегал того места!

Сы Юньсян и Лин Юйсю поспешно связались с Цинь Му ещё раз, но даже когда благовония закончили гореть, он не ответил.

— Его преследовали враги, он не может ответить! Это очень-очень плохо! — пролепетала Сы Юньсян. — Наверное эти враги настолько сильны, что способны даже загнать его на зловещую землю!

— Я пойду туда и приведу его обратно! — решительно сказал чёрный тигриный бог.

Бог Сан Е покачал головой:

— Тебе нельзя уходить. Путешествие будет слишком долгим и очень опасным. Если ты встретишь на своём пути дьявольского бога, тебе конец. Будет лучше, если вы, ребята, останетесь здесь и подождёте ответа его исконного духа. Если честно, нам остаётся только наедятся, что он выберется оттуда живым.

Чёрный тигриный бог нахмурился:

— Это я заварил эту кашу, мне её и расхлёбывать!

Сы Юньсян и Лин Юйсю посмотрели друг на друга и в один голос сказали:

— Мы пойдём с тобой!

— Я тоже! — посмотрев на своего спутника, выпалила поднявшая хвосты Ху Лин’эр.

Цилинь стоял с задумчивым видом, на что глаза лисички прищурились, в то время как она сама двусмысленно, с нажимом, но мягко проговорила:

— Толстячок, если мы не сможем найти молодого мастера, тебе придётся голодать.

Зверь мгновенно наполнился жизненной силой:

— Можете рассчитывать на меня, друзья!

Сан Хуа посмотрела на отца и сказала:

— Отец, они не знакомы с этим местом…

Бог Сан Е почувствовал головную боль:

— Будь осторожна, я тебя очень прошу. Через день после того, как вы войдёте на территорию дьяволов, я поведу войска в атаку и привлеку их внимание. Так вам будет безопаснее.

****

На границе зловещей земли.

Дьявольский Огненный Кошмар, находящийся под Цинь Му, испустил вопль, когда его ноги были отрублены серией ножевых вспышек.

Дьявольские практики рассекли живот лошади и напали на Цинь Му, но тот вскочил, надавил ладонью вниз и одним движением сокрушил их вместе с лошадью.

Свишь!..

Старуха бросилась вперёд с огромным калебасом, из которого в направлении Цинь Му потопом хлынул кровавый свет. Воняя кровью, он бешено закружился, прежде чем принять форму огромного алого питона, который обвился вокруг цели желая переломать ей все кости.

В глазах Цинь Му закружились узоры построений, являя солнце, вспыхнувшее посреди Млечного Пути, а уже в следующий миг выстрелили два луча.

Один отрубил голову змеи, а другой — шею старухи.

Женщина-скорпион вонзила свой колючий хвост в плечо Цинь Му. Затем она подняла его высоко над землёй и безжалостно шлёпнула о землю, в то время как дьявольский юноша с восемью большими флагами поклонился ему, вонзая их в землю вокруг него.

— Построение Дьявола, Соединяющего Горы! Подавить, подавить, подавить, подавить, подавить, подавить, подавить, подавить! — когда дьявольский юноша прокричал «подавить» восемь раз, восемь горных явлений спустились с неба, сопровождаемые громкими взрывами, от которых неистово дрожала земля.

Внезапно в видениях восьми гор вспыхнули бесчисленные звёзды, в итоге образовавшие собой Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд. А уже в следующий миг горы были сокрушены в дребезги ладонью Цинь Му.

Он выбежал из построений флагов и увидел, что более дюжины пилюль ножа яростно рассекают воздух, летя в его сторону. Он поспешно указал рукой в том направлении, и в воздухе появилось огромное слово «обездвиживание». Десятки пилюли замерли прямо в воздухе, однако уже в следующий момент они начали вращаться, выпуская из себя бесчисленные дьявольские ножи, которые разорвали слово на куски!

Цинь Му повернулся и, наступив на звёзды будучи на волоске от смерти, избежал бесчисленных дьявольских ножей. Его меч взлетел вверх и разбил все лезвия в воздухе.

Десятки трёхголовых-четырёхруких дьявольских солдат бросились к нему. Они наступали и отступали, атаковали и защищались, яростно пытаясь сразить его.

Под напором множества непрекращающихся атак Цинь Му был вынужден снова и снова защищаться, как вдруг он поспешно скрылся под землёй. Четырёхрукие дьяволы прижали к земле руки, заставив её вздуться, и ему ничего не оставалось, кроме как вылезть из неё.

Подпрыгнув, он устремился в воздух, но буквально через мгновение рухнул наземь. Он двигался, как дракон, и скользил, как змея, пытаясь добраться до огромного болота впереди.

Многочисленные дьявольские солдаты гнались за ним в сторону болота, но внезапно остановились и нахмурились.

— Нам точно надо идти в болото? — тихо спросил дьявольский практик.

Цинь Му вошёл в огромное болото и огляделся. Вокруг витал густой туман и дьявольская Ци, а под прозрачной водой плавали трупы. Иногда они всплывали на поверхность, обнажая скелеты и ржавое духовное оружие.

Цинь Му задумался на мгновение, прежде чем подойти поближе и, осторожно постучав по лежащему на земле скелету, с улыбкой спросить:

— Брат, как мне здесь ориентироваться?

Скелет выпрямился и, повернувшись, чтобы посмотреть на него, открыл свой рот:

— Это дорога к Жёлтым Источникам. Ты можешь войти, но обратного пути не будет.

Глава 553. Пробуждая Мёртвых

Цинь Му уселся рядом со скелетом и достал мазь, чтобы обработать свои раны:

— Я родился в Жёлтых Источниках, с чего мне их бояться? — улыбчиво спросил он.

Скелет встал, говоря:

— Это зловещая земля, на которой никто не может выжить. Твой единственный шанс спасти свою жизнь — развернуться и уйти.

Юноша выдавил из раны испорченную кровь и извлёк дьявольскую Ци:

— Позади меня ждёт лишь смерть, поэтому мне остаётся лишь продолжать двигаться вперёд. Ты знаешь какая из троп безопаснее?

Скелет покачал головой.

Цинь Му закончил применять лекарство и активизировал свою Ци. Когда она сделала один круг по его телу, и ни одна из ран не открылась, он поднялся:

— Ты знаешь где север, юг, запад и восток?

— Восток там! — указал пальцем скелет.

— Спасибо.

Повернувшись в ту сторону, куда указывал палец скелета, Цинь Му двинулся в путь. Но сделав всего лишь два шага, он остановился и, обернувшись, улыбнулся:

— Брат, почему ты идёшь за мной?

Скелет был прямо за спиной парня. Он поспешно остановился вместе с ним:

— Я находился в окоченении, не помня, кем был при жизни, но теперь мне удалось кое-что вспомнить. Так как меня пробудил именно ты, теперь я должен идти с тобой.

Цинь Му рассмеялся:

— У людей и призраков разные пути. Ты не можешь отправиться со мной, так что возвращайся к своим снам.

— До этого я спал, не заботясь о временах года и битвах людей. Тем не менее, ты меня пробудил, и я не смогу уснуть снова. Ты нарушил мой сон и должен нести за это ответственность.

— Какой-то ты не слишком разумный призрак, — чувствуя себя беспомощным, Цинь Му обернулся, серьёзно говоря. — Я заметил, что в тебе осталось ещё немного души, поэтому использовал технику Природы Десяти Тысяч Душ, чтобы спросить у тебя дорогу. Впрочем, ты её не знаешь. Ты не показал мне пути к спасению. Более того, ты мёртв, и даже если мне удастся покинуть эту зловещую землю, ты не сможешь проследовать со мной в мир живых. Брат, ты мёртв, возвращайся к своему сну.

Скелет покачал головой:

— Раньше у меня не было забот, но теперь они вернулись. Ты должен помочь мне их уладить.

У Цинь Му разболелась голова, но он продолжал говорить с улыбкой на лице:

— В таком случае, я использую технику Природы Десяти Тысяч Душ, чтобы вытащить твою душу обратно, позволяя тебе вернуться к небу и земле. Ты снова сможешь уснуть. Как тебе такое?

— Нет, — покачал головой скелет. — Раз уж я проснулся, рассеивать мою душу равноценно убийству. Это ужасно больно, я не хочу повторять.

Голова Цинь Му болела по-настоящему. Он обернулся, продолжая идти на восток, между тем скелет двигался следом.

Не переставая тревожиться, Цинь Му собрался снова попытаться поспорить со скелетом, как вдруг вода с обеих сторон болота забурлила. Труп, побелевший за долгие годы нахождения под водой, поднялся, смотря прямо на него.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Люди в болоте погибли бесчисленное количество лет назад, но их трупы так и не разложились. Их броня хоть и была изодранной, но всё ещё находилась на месте, а глаза продолжали сверкать кровавым светом, сигнализируя о зловещих намерениях.

При жизни эти трупы владели невероятной силой, но даже после смерти их аура оставалась чрезвычайно плотной, повергая любого в ужас.

Внезапно огромный скелет за спиной юноши издал оглушительный рёв и трупы в болоте, будто получив приказ, один за другим погрузились в воду.

Цинь Му был ошеломлён:

— Почему они тебя слушаются?

Скелет тоже недоумевал. На мгновение задумавшись, он проговорил:

— Я кажется припоминаю, что все они — мои подданные, погибшие, сражаясь со мной бок о бок. Я заметил, что они намеревались причинить тебе вред, поэтому отругал их. К счастью, они до сих пор слушаются.

Любопытствуя, Цинь Му улыбчиво спросил:

— Кем ты был до смерти? Не припоминаешь?

Некоторое время подумав, скелет покачал головой:

— Не помню.

Любопытство Цинь Му стало ещё сильнее, и он остановился:

— Я владею божественным искусством, способным установить связь с Юду и соединять души. Давай я его исполню, может быть тогда тебе удастся что-то вспомнить. В таком случае тебе не придётся продолжать идти за мной следом.

Восторженный скелет улыбчиво ответил:

— Если ты сможешь это сделать, я определённо отблагодарю тебя за такую огромную услугу!

Цинь Му вытащил из волос заколку, позволяя им упасть на плечи. Затем он принял истинную форму Владыки Сатурна с Вратами Небесной Воли за спиной. Исполняя Проводника Душ секты Девяти Призраков, он тихо забормотал на загадочном дьявольском языке.

Когда парень прочитал половину заклятия, его сердце внезапно дрогнуло. Он почувствовал, что в его разуме появились новые, незнакомые знания. Неосознанно пользуясь ими, он начал произносить даже более загадочные и древние дьявольские слова.

Дьявольская Ци вокруг него становилась всё плотнее и гуще, всё чище и однороднее. Она распространялась по болоту, будто волна непроглядной тьмы. Возвышающиеся над ней Врата Небесной Воли также постепенно обретали более внушительный вид.

Несравнимо тяжёлая дверь медленно открылась, издавая громкий скрип.

В темноте послышались вопли. Из Врат Небесной Воли хлынули бесчисленные призраки, издавая невероятно жалкие визги и нечто похожее на волчий вой!

Цинь Му дрогнул от удивления:

— Так много призраков?

Они выбрались из Юду, заполоняя огромное болото. В одно мгновение вся округа наполнилась их свечением, напоминающим ночное небо. Носясь сквозь туман дьявольской Ци, они возвращались в свои тела.

Бесчисленные трупы встали на ноги, ошеломлённо осматриваясь.

Десятки тысяч существ поднялись посреди пустующего болота. Некоторые шагали по воде, некоторые витали в небе, а другие сидели на земле с ошарашенным видом.

— Кто смеет нарушать покой Юду?

Цинь Му всё ещё исполнял заклятие, когда в его голове раздался громкий голос, отбросив в сторону и сбивая с толку. В следующий миг поток его магической силы прервался, а Врата Небесной Воли начали всасывать дьявольскую Ци, будто собирались проглотить небеса и землю. Вскоре, она вернулась обратно в Юду!

Цинь Му тут же развеял форму Владыки Сатурна, совершено не ожидая, что Врата Небесной Воли продолжат стоять, не закрываясь. Из тьмы Юду начали приближаться пятна света.

Лодки с сарайными фонарями!

Кожа на голове юноши онемела, и он поспешно откатил свою технику, но Врата Небесной Воли не закрывались.

Лодки покинули тьму, пролетая сквозь Врата Небесной Воли.

— Я вспомнил кто я!

Скелет неподалёку восторженно воскликнул, громко смеясь:

— Я вспомнил! Южная Дивизия Южной Медведицы Райских Небес, Владыка Звезды Семи Убийств. Я повиновался приказу Императора-Основателя охранять Верховные Небеса Императора и назывался губернатором провинции Вэй Ляо! Где моя броня? Где мой топор?

Буум!..

Болото под ногами Цинь Му внезапно вскипело, в небо ударил безграничный божественный свет. Части разрушенной брони пробились сквозь воду и землю, поднимаясь со дна.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!..

Раздались звонкие удары, с которыми части брони покрыли тело скелета, стоящего возле юноши. Даже сломанный шлем подлетел, накрывая его голову.

Цинь Му был ошеломлён. Внезапно огромная гора посреди болота раскололась, и из неё вылетело несколько частей божественного оружия. Соединившись в полёте, они превратились в огромный боевой топор, продолжая кружиться в небе. Скелет протянул руку, хватая его.

Боевой топор символизировал власть Небесного Императора. С одной стороны у него было лезвие топора, а с другой нож. На вершине торчал острый наконечник копья, вокруг которого извивался выгравированный дракон.

Поймав боевой топор, скелет разразился невообразимой аурой. Взмахнув оружием, он ударил по Вратам Небесной Воли за спиной Цинь Му и разрушил их грубой силой, преграждая путь вестникам смерти.

Затем он заревел от гнева:

— Где мои солдаты?

Дьявольская Ци во тьме рассеялась, обнаруживая бесчисленных солдат на поверхности болота, наблюдающих за происходящим. Внезапно все трупы издали оглушительный крик:

— Мы здесь, генерал!

Скелет громко рассмеялся и, повернувшись к небу, спросил:

— Где Его Величество?

Он долго ждал, но никто не ответил.

Спустя некоторое время Цинь Му проговорил:

— Губернатор провинции, со времён Эпохи Императора-Основателя прошло двадцать тысяч лет.

Стоя в оцепенении, скелет опустил свой взгляд на юношу, бормоча:

— Двадцать тысяч лет?

Выражение лица Цинь Му наполнилось сочувствием:

— Прошло двадцать тысяч лет. Вы были мертвы на протяжении всего этого времени…

Хрясь!

Скелет резко сел на землю, продолжая бормотать:

— Двадцать тысяч лет, как всё могло так обернуться? Кровь, которую мы пролили, жизни, которыми мы рисковали, пытаясь остановить врага. И всё же, нам не удалось спасти нашу эпоху…

Цинь Му тяжело вздохнул:

— Разбитая душа губернатора провинции бессмертна, а твой боевой дух продолжит жить вечно. Сегодня я пробудил ваши измотанные души и духи, нарушая ваш покой. Теперь вы вернулись в мир живых, и я не знаю, что с этим делать. Так как губернатор провинции был командиром Верховных Небес Императора во времена Эпохи Императора-Основателя, я думаю, что ты не будешь создавать людям проблем. Если мне удастся выбраться, я попрошу Короля Яму забрать вас к себе. Прикажи своим людям не покидать этой зловещей земли. Мне же нужно продолжить путь.

Он попрощался и развернулся, чтобы уйти.

Скелет продолжал удрученно сидеть, с искорками в глазах он бормотал:

— Двадцать тысяч лет, как это могло произойти…

****

На границе зловещей земли собиралось всё больше и больше дьявольских практиков божественных искусств. Вскоре их численность перевалила за тысячу, однако никто не осмеливался сделать шаг вперёд.

Спустя мгновение подул сильный ветер, внезапно останавливаясь у границы. Перед бесчисленными практиками возник великий генерал, начиная осматривать мрачные территории впереди.

— Генерал Сю Ло! — бесчисленные дьяволы поклонились в приветствии, чувствуя радость и облегчение.

Дьявольский генерал махнул рукой, говоря:

— Мой учитель, Фу Жило, приказал мне возглавить ваш отряд и преследовать Цинь Му. Где он?

— Он вошёл в зловещую землю.

Слегка нахмурившись, Сю Ло собирался отдать приказ войти на территорию мёртвых, когда из её глубин хлынула дьявольская Ци, напоминая ужасающее море. Посреди него возвышалась огромная дверь крайне странного виду.

Ошеломлённый Сю Ло тут же остановился, и некоторое время дьявольской Ци бесследно исчезло вместе с гигантской дверью.

— Зловещая земля и вправду очень странная… и непредсказуемая, — невнятно бормотал он. Спустя некоторое время он тихо проговорил. — Этот мальчишка скорее всего погибнет, оказавшись в подобном месте, но хозяин приказал вернуть его любой ценой, поэтому мы определённо должны догнать его… Солдаты, слушать меня! Следуйте за мной!

Тысячи практиков божественных искусств приняли приказ, отправляясь следом на территории зловещей земли.

****

Цинь Му шагал по болоту, как вдруг услышал позади звуки битвы. Визги солдат были оглушительными, но закончились на удивление быстро. Вскоре вновь воцарилась тишина, и он так и не понял, что же произошло.

— Это место и вправду странное… — Цинь Му покачал головой, не подозревая, что самой большой загадкой этого болота сейчас был именно он.

Глава 554. Райская Атмосфера

— Странно-то как… когда я выполнял Проводника Души, в моём сознании появились слова дьявольского языка, которые я раньше никогда не изучал… — бормоча, хмурился Цинь Му. В конце концов внезапно появившиеся познания в его голове относились к очень древнему языку.

С непонятным чувством в сердце он принял истинную форму Владыки Сатурна с Вратами Небесной Воли за спиной и колеблющимся видением древней книги в руке.

Он собрался с мыслями и, протянув руку, открыл книгу. Сначала он увидел внутри непонятные письмена, но уже в следующий миг они быстро исправились. Каждая крайне странная закорючка или непонятная каракуля письмен немедленно приобрели смысл, словно ранее он запомнил их наизусть!

Цинь Му впал в оцепенение, ведь книга была написана на языке Юду, в то время как он совершенно точно не знал о системе их письмен!

Король Дьяволов Дутяня тоже знал не слишком много и обучил его фразе «Врата Небесной Воли». Но он солгал ему, что почти привело к его смерти в Юду. А касательно писаний в книге, он никогда не обучал его им.

Но теперь он понимал абсолютно всё и свободно владел языком, как если бы знал его с рождения!

«Эта зловещая земля весьма странная. Я никак не мог знать значения слов в этой книге, но теперь спокойно могу их читать! Записи на первой странице выглядят как техника, но они не похожи на технику совершенствования… или могут содержать какие-то странные знания о душе, хотя это тоже всё не то… скорее они как божественные искусства… а может…» — не прекращал удивляться Цинь Му. Язык Юду в книге был слишком странным, и ему довелось впервые столкнуться с такими странными письменами, которые были похожи на технику, но не технику, как какие-то обыденные знания, но тоже не они, как божественные искусства, но опять мимо.

Всё казалось крайне запутанным.

Некоторое время поколебавшись, он всё же не смог устоять и начал читать вслух то, что было написано на первой странице. Тон его чтения был загадочным и с каким-то особенным ритмом.

Писания не могли быть выражены его языком, потому что у людей просто-напросто не было подобных фраз. Даже их значение было трудно передать, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как использовать язык Юду.

Когда Цинь Му прочитал первое предложение, его душа начала дрожать, а жизненная Ци в теле изменилась, превратившись в дьявольскую. Внезапно мимо пронеслись волны зловещего ветра, мрачные тучи повисли над его головой, а болото начало крутиться и сгущаться вокруг него.

Он немедленно остановился и огляделся, но всё тут же вернулось на круги своя. На мгновение засомневавшись, он всё же вновь продолжил читать, и ветер вернулся. Вода в болоте также начала бурлить, подобно кипящему котлу. Мрачные облака собрались над его головой и превратились в вихрь, который привлекал дьявольскую Ци со всех сторон. Одна из частей вихря была похожа на Дракона Наводнения со свисающим вниз хвостом, как будто он кружился в центре водоворота.

Разум Цинь Му трепетал. Дьявольская Ци уже вошла через его межбровье в Божественное Сокровище Духовного Эмбриона и, полагаясь на мощь его голоса, начала сливаться с Духовным Эмбрионом. Немного погодя Духовный Эмбрион открылся, одаривая обильным потоком дьявольской Ци Божественные Сокровища Пяти Элементов и Шести Направлений. Даже солнце, луна и звёзды были испорчены воздействием дьявольской Ци и потускнели.

Пока Цинь Му продолжал читать древнюю книгу, его окружили скелеты из болота, в то время как из-под воды поднялось множество трупов.

От удивления он резко перестал читать, закрыл древнюю книгу и рассеял свою истинную форму Владыки Сатурна, чтобы внимательно осмотреться.

В тот момент, когда он перестал читать, трупы и скелеты рухнули обратно.

— Хм, эта зловещая земля очень странная, — пробормотав, Цинь Му собрался с мыслями и решил уйти отсюда как можно скорее.

«А если я покину эту зловещую землю, слова Юду в моей голове исчезнут вместе со способностью распознавать писания в книге? Эх, моё совершенствование, кажется, немного возросло…» — изучив своё совершенствование, он невольно удивился.

За такое короткое время оно действительно возросло!

Ранее он установил доступ между Божественными Сокровищами Шести Направлений и Семи Звёзд, что сделало его совершенствование более плотным и не слабее, чем у экспертов области Небожителя.

Однако, у золотой монеты была и обратная сторона — из-за плотности его совершенствования он слегка замедлился в продвижении в своей области.

Тем не менее, за столь короткое время он почувствовал, что его совершенствование сильно увеличилось. И такое продвижение определённо можно назвать ужасающим!

— Что-то не так… Здесь определённо что-то не так. С книгой тоже творятся какие-то странности… — детально осмотрев себя, Цинь Му, наконец, нашёл корень проблемы.

В его теле обнаружились закрыты врата!

И они находились напротив его Божественного Сокровища Духовного Эмбриона!

И это было ещё одно Божественное Сокровище Духовного Эмбриона!

— Кажется, так быть не должно. Ведь у каждого должно быть только одно Божественное Сокровище Духовного Эмбриона? Зачем мне ещё одно? Во мне ведь нет ещё одного человека… Никто никогда не рассказывал мне, что у человека может быть два Духовных Эмбриона. Наверно это очередной плюс Тела Тирана… — Цинь Му «приписал» ещё один Духовный Эмбрион к Телу Тирана, как дополнительный приятный бонус, и перестал думать об этом.

Он вызвал свою жизненную Ци, чтобы атаковать врата, и появилась щель, через которую хлынула чистая дьявольская Ци и слилась с его жизненной Ци. Несколько мгновений спустя от врат донеслись странные дьявольские голоса и приостановили его совершенствование.

Он сразу же неподвижно замер.

«Этот Духовный Эмбрион — божественное сокровище пути дьявола, а не пути бога. Однажды я слышал таинственный голос бога, а вот теперь голос дьявола, который приостановил моё совершенствование, не позволяя открыть Божественное Сокровище Духовного Эмбриона… Я должен спросить дедушку старейшину, в конце концов он больше всех сведущ в Теле Тирана. Он обязательно сможет ответить на мои вопросы и развеять любые сомнения!» — Цинь Му временно отложил это дело и поднял голову, чтобы осмотреться вокруг. Губернатор Провинции, указавший ему направление, сказал, что ему нужно идти только на восток, чтобы покинул территорию зловещей земли. Проблема заключалась в том, что обширность болота превзошла все его ожидания.

Быстро сориентировавшись и пойдя дальше, через некоторое время он преодолел тысячу километров, но так и не выбрался из огромного болота. За это время он увидел более сотни озёр всевозможных размеров, каждый из которых был следом древнего побоища.

Подойдя к одному из них, он почувствовал ужасающую вибрацию, исходящую от воды.

— Эти озёра — следы сражений между богами и дьяволами, — Цинь Му был осторожен и не подходил ближе. Сила божественных искусств древних богов и дьяволов до сих пор была вокруг, покоясь на дне озёра. Вся эта мощь была очень нестабильна, и если он ступит на озеро, то произойдёт нечто ужасное.

Но тут он увидел ещё более странное зрелище. Из озера поднялись разноцветные, позвякивающие огни. Звук напомнил ему о столкновении сокровищ, что было весьма приятным, ласкающим слух воина шумом.

Цинь Му остановился и, оглядевшись, увидел, что разноцветные огни становились всё плотнее и гуще. Он слабо мог разглядеть лепестки лотоса, кружащиеся внутри них, как вдруг ему в глаза бросился резко поднявшийся из озёрных пучин огромный лотосовый трон. И несмотря на то, что трон, судя по всему, был разрушен, ведь все его лепестки опали, он по-прежнему обладал странной силой притяжения, заставляющей их кружиться вокруг него.

Между тем в самом центре мелькали оружия, сталкивающиеся друг с другом, подобно Драконам Наводнения.

Цинь Му повернулся и пошёл вдоль озера.

В этот момент со стороны озера послышался звонкий смех, и он посмотрел в сторону его источника, где увидел девушек, покрытых только вуалями. Коротая время у озера, некоторые из них прыгали в воду, в то время как другие сидели на поверхности и веселились друг с другом.

Глаза Цинь Му загорелись, и он достал кисть, чернила, бумагу и чернильный камень, чтобы начать рисовать. Через мгновение он закончил картину с озером, купающимися девчушками, а также лотосовым троном, и прыгнул внутрь, начав в своё удовлетворение шалить с девушками.

Картина была возведена на берегу озера, и юнец в ней был очень доволен собой, сидя на троне с опирающимися на него девушками. Он обнимал их с обоих сторон, время от времени забрасывая необычные духовные оружия в свой мешочек таотэ.

Вокруг царила райская атмосфера!

Поверхность озера внезапно озарилась ярким светом и всё вокруг померкло. Под озером, казалось, двигался какой-то огромный монстр. Он был размером с остров и быстро приближался.

Вжух.

Озеро раскололось, и из-под воды выпрыгнул огромный шар. Пламя покрывало его целиком. Вероятно, это было око дьявольского бога.

Его сознание могло проснуться со временем, или, может быть, им владела какая-то разбитая душа. Но ещё более странным было то, что у него выросли руки и ноги, вернее четыре руки и ноги, а прямо позади образовались два маленьких крылышка. Существо подошло к картине и заглянуло внутрь, буквально разрываясь от зависти к Цинь Му.

— Куку! — дьявольский глаз был чрезвычайно взволнован. Он внезапно сжался в размерах и, взмахнув крыльями, ворвался в картину с громким хлопком.

В тот момент, когда дьявольский глаз вошёл в картину, его глаз открылся и показал огромный рот, полный острых зубов:

— Куку! — взревело чудовище.

В полном страхе Цинь Му спрыгнул с трона и бросился наутёк, спасая свою жизнь.

Дьявольский глаз был доволен собой и, запрыгнув на лотосовый трон, притянул девушек. Он прижал их к себе слева и справа, чувствуя себя королём всего мира.

Цинь Му выпрыгнул из картины и сделал один мазок.

Девушки и дьявольский глаз немедленно застыли на месте.

«Какой интересный монстр. Его способности намного выше моих, но он немного глуп и не знает, насколько коварное человеческое сердце. Он пытался использовать сокровища и женщин, чтобы соблазнить меня, но вместо этого я соблазнил его, и он попал в ловушку по своей же наивности, — Цинь Му достал печать и выдохнул на неё горячим паром. Затем он поставил печать в правом нижнем углу картины, запечатав её, свернул бумагу и положил её в свой мешочек таотэ, думая. — Способности этого монстра поражают. Если встречу врага, с которым не смогу справиться, я выпущу этого чудика, чтобы он сражался вместо меня, — он продолжал идти вперёд, полный предвкушения. — Если бы только я смог найти ещё более зловещие предметы на этой земле, то мог бы их использовать с умом! Это очень хорошие сокровища. Окажись здесь Син Ань, ему бы определённо понравилось это место. Хм, если подумать, прошло много времени с тех пор, как я в последний раз видел его…»

Наконец он вышел из болота и подошёл к развалинам города. Повсюду виднелись разрушенные здания, и казалось, что сюда не ступала нога живого человека очень долгие годы. Обломки костей устилали собой все улицы, как вдруг пронёсся холодный ветер, покативший расколотые черепа.

Внезапно улица раскололась от длинного позвоночника, драконом поднявшегося из-под земли. Его рёбра, действуя как ноги, яростно побежали, чтобы атаковать Цинь Му!

На конце позвоночника располагался свирепый череп, некогда принадлежащий дьявольскому богу. Его верх, будучи заполненным костяными шипами без каких-либо следов волос, придавал ему крайне жуткий, свирепый вид.

Между тем существо распахнуло пасть и прыгнуло на юношу.

Цинь Му побежал куда глаза глядят. Перед собой он увидел поле боя, на котором бесчисленные скелеты сражались духовным оружием, поднимая песок и пыль.

Он хотел сделать крюк, но огромный позвоночник поднялся в небо, наступая на дьявольский огонь, поэтому ему ничего не оставалось, кроме как рванут вперёд.

Когда Цинь Му ворвался в самую заваруху, то понял, что это решение было явно не самым продуманным. Каждый скелет обладал невероятной силой, и самый слабый из них был лишь чуть-чуть слабее, чем он!

Тум, тум, тум!..

Звук барабанов пронёсся по полю боя. Его источником оказались два белых костяных великана трёхсотметровой высоты. Они держали в руках свои бедренные кости и, время от времени взволнованно тряся головами, использовали их, чтобы колотить в барабаны. Каждый удар производил звук, похожий на гром, и скелеты, сражавшиеся поблизости, впадали в ещё большее безумие.

Цинь Му бросился сквозь бойцов, украдкой поглядывая на позвоночник с черепом дьявольского бога, который пробивался через всех, чтобы добраться до него.

— Вэй Ляо здесь. Демоны и призраки, можете забыть о непокорности!

Цинь Му посмотрел в сторону источника голоса и увидел Владыку Звезды Семи Убийств, держащего свой боевой топор, во главе бесчисленных трупов и скелетов. С громким, лавноподобным шумом новая армия заполонила поле боя, и где бы она ни проходила, бесчисленные разрушенные черепа взлетали в небо.

Вэй Ляо взмахнул боевым топором и, разбив череп дьявольского бога, преследующего Цинь Му, громко крикнул:

— Живи как герой, умри как героический призрак! Искоренить этих дьяволов и завоевать эту зловещую землю! Мы станем здесь новыми правителями!

Цинь Му с широко распахнутыми глазами уставился на то, как Вэй Ляо вёл всех через поле боя. А уже спустя несколько вдохов времени кости лежали буквально повсюду, а победоносная армия улыбалась, подбирая целые кости на земле и заменяя ими свои, поломанные.

Вэй Ляо подошёл широкими шагами и сказал:

— Зловещая земля опасное место, мой маленький друг. Позволь мне помочь тебе!

Глава 555. Чистое Небо за Облаками

Десятки тысяч скелетов и трупов окружили Цинь Му, несясь на восток, будто волна. Где бы они не проходили, всё вокруг исчезало с лица земли.

Зловещая земля кишела всевозможными странностями. В основном её населяли странные формы жизни, созданные из горечи или разбитых душ практиков божественных искусств, погибших в масштабной битве. Их породили божественные искусства, оставленные богами и дьяволами, поэтому существа владели невероятной силой, а их вид был одновременно необычным и ужасающим.

Причиной их возникновения послужило то, что битва, которая здесь произошла, была слишком ожесточённой, и все боги, дьяволы и практики божественных искусств, погибшие в ней, переполнились злыми эмоциями. Слившись с божественной кровью, они дали начало месту, теперь известному как зловещая земля. Разум тех, кто жил здесь сейчас, был искажён и озлоблен.

По пути Цинь Му встречались бесчисленные странные вещи. Он наткнулся на горы, созданные из крови и плоти богов с дьяволами, многоножек из белых костей с сотнями голов, а также на чудище с головой дракона, телом лошади и длинным костяным хвостом.

Тем не менее, какими бы могущественными не были эти существа, Владыка Звезды Семи Убийств убил их всех. Радостная армия скелетов и трупов сравняла всё с землёй.

Обширность зловещей земли было тяжело представить. Несмотря на то, что скорость Цинь Му и остальных была отнюдь немалой, им понадобилось больше двух дней, чтобы добраться к её границе.

— Маленький друг Цинь, тебе осталось пройти совсем немного, и ты покинешь зловещую землю. Мы не можем идти с тобой дальше, — Вэй Ляо остановился, прощаясь традиционным способом. — До встречи.

Цинь Му ответил тем же жестом:

— До встречи. После того, как я уйду, я обязательно отправлюсь в Фэнду и спрошу у Короля Ямы, нет ли у него места для всех вас. Ждите от меня новостей, — договорив, он развернулся и ушёл.

Вэй Ляо провожал его взглядом, когда внезапно громко спросил:

— Маленький друг, ты носишь фамилию Цинь. Неужели ты как-то связан с Императором-Основателем?

Юноша повернулся и махнул рукой:

— Император-Основатель мой предок!

— Неудивительно, совсем не удивительно… — Вэй Ляо был слегка ошарашен и продолжал провожать глазами силуэт, покидающий зловещую землю. Затем он улыбнулся и радостно прокричал. — Солдаты, вперёд, нам предстоит захватить эту зловещую землю и править здесь! Будем ждать прибытия Императора-Основателя!

Бесчисленные скелеты и трупы следовали за мужчиной, радостно крича направляясь в глубины зловещей земли, окутанной дьявольской Ци.

Цинь Му оглянулся назад, покинув странную зону. Его достигли ужасающие вибрации, раздающие в глубине зловещей земли. Должно быть они исходили от Владыки Звезды Семи Убийств Вэй Ляо, сражающегося против какого-то местного чудища.

«Несмотря на то, что они пережили смерть, они продолжают отчаянно бороться, и даже превратившись в скелеты, всё ещё исполняют волю своего правителя. Поистине героическая армия!» — с такими мыслями он пробирался на восток сквозь тьму. Зловещие земли станут территориями Вэй Ляо и будут гвоздём, вонзённым в самое сердце дьяволов.

«Ээм, я до сих пор помню язык Юду!» — удивлённо моргнул он. Язык Юду не стёрся с его памяти! Неужели странность зловещей земли всё ещё его преследовала?

Более того, Цинь Му видел дверь ко второму божественному сокровищу духовного эмбриона. Она всё ещё находилась напротив его собственного.

«Выходит, что я вот так просто овладел языком Юду. Это уже действительно странно…» — подумав, он ещё раз принял форму Владыки Сатурна, в то время как за его спиной возвысились Врата Небесной Воли. Вслед за ними появилась древняя книга, и он тут же её открыл. Он молча читал страницы одну за другой, не произнося ни одного слова и просто запоминая их наизусть.

Спустя час он выучил книгу и развеял форму Владыки Сатурна.

Врата Небесной Воли за его спиной тоже исчезли.

«Я видел Врата Небесной Воли за спиной каменной статуи, напоминающей Тело Тирана, в Долине Призраков. Тем не менее, у неё не было книги в руках. Среди всех богов и практиков божественных искусств, которых я встречал, только у моей формы Владыки Сатурна в руке появляются древние писания! — Цинь Му задумался на некоторое время, как вдруг пришёл к осознанию. — Тело Тирана в подземельях Долины Призраков, должно быть, такое же как у Сюй Шэнхуа, они оба подделки. Только истинное Тело Тирана держит свиток в руке! Нужно будет расспросить об этом старейшину, когда мы встретимся. Ему определённо известно больше, чем мне!»

Придя к этому решению, он отбросил этот вопрос в дальний уголок своего разума. С его уст сорвались слова Юду, повторяя слова книги, и он двинулся на восток.

Дьявольская Ци хлынула к его телу, вонзаясь в межбровье. Его совершенствование дьявольского пути начало резко увеличиваться.

На этот раз не произошло ничего странного, вроде воскрешения трупов вокруг. Должно быть в прошлый раз это случилось из-за использования древней книги. Цинь Му успокоился, ведь теперь, не используя книгу, язык Юду был не более чем странным методом совершенствования. Ему не стоило волноваться о столкновении с миром мёртвых и встрече с вестниками смерти.

Он неистово бежал, притягивая к себе дьявольскую Ци, будто сигнальный дым. Он совсем не напоминал практика божественных искусств, а скорее дьявола, спешащего по делам.

Внезапно Цинь Му прекратил говорить на языке Юду, переключившись на язык богов. Дьявольская жизненная сила начала стучать в двери второго Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, и с той стороны донеслись дьявольские слова, исходящие из глубин девяти источников. Невероятно странный голос сокрушил его дьявольскую жизненную силу, не позволяя разрушить дверь.

Язык богов тоже содержал силу, способную бороться с появившимся из ниоткуда дьявольским голосом.

Когда Цинь Му открывал своё первое Божественное Сокровище Духовного Эмбриона, он слышал голос богов, доносящийся с девяти небес, не позволяя ему совершить Прорыв Области Духовного Эмбриона. В тот раз он использовал звучащие неподалёку голоса будды и дьявола, чтобы силой разрушить стену и открыть духовный эмбрион.

Тот случай можно было посчитать удачей.

Теперь он делал то же самое, с той лишь разницей, что его теперешние познания в языке богов были значительно выше, чем тогда, и используя его, чтобы противостоять дьявольскому голосу из глубин девяти источников, процесс пошёл намного плавнее.

Вскоре его дьявольская жизненная сила ударила в стену Духовного Эмбриона, не встречая по пути никаких препятствий!

Буум!..

Громоподобные взрывы раздались внутри тела Цинь Му, дверь второго Божественного Сокровища Духовного Эмбриона разрушилась. Его совершенствование дьявольского пути мгновенно увеличилось, притягивая к себе больше дьявольской Ци, а голос внизу затих.

«В этом божественном сокровище нет духовного эмбриона дьявольского пути!» — был ошарашен Цинь Му. Его Божественное Сокровище Духовного Эмбриона дьявольского пути оказалось пустым, в нём была лишь духовная платформа, на поверхности которой сверкали странные дьявольские руны.

— Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Исполнив её, Цинь Му обнаружил, что его дьявольская жизненная сила хлынула ко второму Божественному Сокровищу Духовного Эмбриона. Вспыхнул яркий свет, с которым его духовный эмбрион внезапно тоже переместился сюда и, возвысившись над духовной платформой, начал вдыхать-выдыхать дьявольскую Ци.

Почти в тот же миг в небе над ним образовалось дьявольское солнце и луна.

«Дедушка старейшина просто невероятен! Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, которой он меня обучил, подходит и для совершенствования дьявольского пути!» — пребывая в полном восторге от талантов старейшины, юноша воскликнул:

— Когда я буду столько знать и владеть такой широтой ума?

Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана не противостояла языку Юду, доносящемуся изо рта юноши. Она приводила в действие дьявольскую жизненную силу, которую тут же вдыхал и выдыхал духовный эмбрион. Между тем язык Юду притягивал к его телу всё больше и больше дьявольской Ци, непрерывно уплотняя его совершенствование дьявольского пути.

Оно непрерывно возрастало, и вскоре дьявольские солнце и луна в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона обрели свою окончательную форму. Они соответствовали звёздам в другом божественном сокровище, напоминая их зеркальное отражение.

Почувствовав, что его совершенствование почти достигло идеала, Цинь Му набросился на Божественное Сокровище Пяти Элементов. В следующий миг раздался громкий взрыв, свидетельствующий о разрушении стены. Пять звёзд стихий дьявольского пути поднялись в небо и загорелись ярким светом.

Циркуляция техники Трёх Эликсиров Тела Тирана Цинь Му становилась всё более и более сложной, в то время как его дьявольская жизненная сила соединилась с пятью звёздами, начиная двигаться странным образом.

Его совершенствование дьявольского пути продолжало расти.

«Настолько быстрое совершенствование… С такой скоростью, за несколько дней мои достижения на дьявольском пути сравняются с достижениями на пути бога».

Множество экспертов были заняты поисками Цинь Му. Они прочёсывали окрестности, разделившись на группы. Он попался на глаза нескольким дьявольским мастерам, но те не обратили на него внимания, ведь даже представить не могли, что юноша, кажущийся даже более дьявольским, чем они сами, и был тем Цинь Му, которого они искали.

Не встречая препятствий по пути, он продолжал продвигаться на восток. Он провёл шесть или семь дней в пути, как вдруг заметил в небе пятно света.

Подняв голову, Цинь Му увидел, что пятно становится всё крупнее и больше, всё отчётливее и ярче.

Круглое солнце впереди дрожало, отправляя немного света на территорию дьяволов.

Обрадовавшись, Цинь Му вздохнул с облегчением:

— Новое солнце круглое, а не плоское! Имперский Наставник молодец!

Он всмотрелся в то место, откуда поднялось солнце, прежде чем осмотреть свою тень на земле. Затем он пробежал пятнадцать километров и вычислил угол тени: «Мне осталось ещё пятнадцать тысяч километров к тому месту, где поднялось солнце. Фу Жило невероятно силён, раз умудрился перенести меня на такое расстояние!»

Круглое солнце, поднявшееся в небо, вызывало у парня чувство, будто мрачные тучи вокруг разошлись, открывая чистое синее небо, и его настроение мгновенно улучшилось.

Внезапно на горизонте появился божественный город, за стенами которого шагали бесчисленные дьяволы.

Отряды экспертов и лошадей рыскали во всех направления, останавливая для проверки личности даже проходящих мимо дьяволов.

Слегка нахмурившись, Цинь Му решил пойти в обход.

И всё же он услышал нежеланный стук копыт, а уже в следующий миг группа дьяволов помчалась к нему наперехват:

— Стоять!

Цинь Му остановился, наездник во главе отряда пристально на него посмотрел, прежде чем покачать головой и проговорить:

— Это не тот, кого мы ищем, идём дальше! — он мгновенно унёсся прочь вместе с остальными дьявольскими практиками божественных искусств.

Цинь Му облегчённо вздохнул, но за его спиной раздался знакомый голос:

— Негодник, мне нужен помощник. Иди сюда!

Юноша слегка ошеломлённо повернулся в сторону голоса перед собой, где увидел парня с огромным дьявольским ножом на спине.

Это был не кто иной, как Чжэ Хуали.

Цинь Му пошёл к нему, и глаз на рукояти демонического ножа неожиданно открылся. Он вертелся по сторонам, наливаясь кровью, прежде чем пристально уставиться на него, но спустя некоторое время он закрылся.

Чжэ Хуали тоже зашагал навстречу, говоря:

— Следуй за мной.

Цинь Му тут же послушался, отправившись вместе с Чжэ Хуали на восток, оставляя божественный город позади.

По дороге им попадались многие пропускные посты, но когда дьяволы замечали Чжэ Хуали, они не осмеливались их останавливать.

Преодолев сто пятьдесят километров на восток от города, Чжэ Хуали остановился и равнодушно проговорил:

— Можешь продолжать идти на восток.

Цинь Му сделал, как ему сказали, вскоре почувствовав на себе взгляд пары глаз, вонзившихся в спину, будто два ножа!

Его мышцы напряглись и, дважды дёрнувшись, разрушили волю ножа.

Рассыпаясь на части, она на самом деле издала звонкий хруст.

— Это ты, — позади раздался голос Чжэ Хуали.

Цинь Му рассеял дьявольскую Ци, скопившуюся вокруг его тела, и улыбчиво проговорил:

— Чжэ Хуали, твои навыки ножа значительно улучшились.

Взгляд молодого дьявола напротив него был будто лезвие ножа, что не оставило ему выбора, кроме как разбить его.

После их встречи в городе Ли, мастерство Чжэ Хуали невообразимо возросло!

— Я поражён тем, что брату Циню удалось сбежать из города Обволакивающего и даже пережить путешествие через зловещую землю. Попрощавшись с тобой в городе Ли, я тщательно изучил твой навык меча. Открытие Бедствия и вправду сильное искусство, но у меня тоже есть свои таланты, — безразлично проговорил он.

— Я не позволю тебе умереть от чужой руки, лишь мне позволено тебя убить! Тебя ищут все ученики дьявольских богов Верховных Небес Императора. Не погибни по дороге.

— Огромное спасибо, — поклонился Цинь Му.

Не реагируя на его слова, Чжэ Хуали молча ушёл.

Глава 556. Первые Успехи Тела Тирана

Цинь Му смотрел в спину уходящему Чжэ Хуали и внезапно спросил:

— Постой, а ты не хочешь показать мне навыки ножа своего мастера?

Чжэ Хуали остановился и повернул голову, чтобы ответить ему:

— Нет, я хочу показать тебе свои навыки ножа.

Цинь Му улыбнулся и неторопливо проговорил:

— Когда ты сказал мне, что хочешь показать навыки ножа Ло Ушуана, я знал, что ты мне не соперник, потому что навыки, показанные тобой, будут принадлежать Ло Ушуану, а не тебе. Независимо от того, насколько идеально ты их совершенствовал, они всё равно будут принадлежать Ло Ушуану. Но теперь ты хочешь, чтобы я посмотрел на твои навыки ножа, поэтому ты наконец имеешь право быть моим соперником. Так и быть, я буду ждать тебя!

Чжэ Хуали ушёл вдаль и пропал из виду, но его голос был до сих пор слышен:

— Только останься в живых. Мастер Фу Жило объявил награду за твою голову, множество учеников дьявольских богов собрались обогатить свои карманы, если ты понимаешь о чём я.

«Этот паренёк гораздо сообразительнее, чем его мастер Ло Ушуан. Его навыки ножа тоже значительно улучшились, продвинувшись чуть ли не с божественной скоростью», — провожая его взглядом, Цинь Му почувствовал на себе сильное давление, как вдруг его мышцы задрожали, разрушая волю ножа из глаз Чжэ Хуали. Послышались даже резкие трескучие звуки, словно его взгляд материализовался!

Такая скорость была устрашающей!

Улучшение Чжэ Хуали на пути ножа было чрезвычайно велико, и он обладал физическим телом и исконным духом молодого истинного бога. Если он доведёт до пика свои навыки ножа, у Цинь Му не останется ни единого шанса на победу.

Он уже почти достиг пика навыков ножа, поэтому, сделав всего лишь ещё один шаг, он создаст свой собственный навык ножа, подобный Мечу Бедствия. Он также найдёт свои собственные навыки ножа, максимально близкие к области пути!

Причина, по которой Чжэ Хуали прогрессировал с поистине божественной скоростью, заключалась в том, что он чувствовал давление со стороны Цинь Му. Но теперь всё изменилось. Настала очередь Цинь Му почувствовать давление со стороны Чжэ Хуали.

«Я тренирую все части своего физического тела по отдельности, это мой недостаток. Руки, ноги, глаза, сердце, я не могу объединить всю эту мощь в одно целое. Если бы я мог это сделать, моё физическое тело не было бы слабее так называемых молодых истинных богов и дьяволов. Я был бы даже сильнее их!» — думая об этом, Цинь Му направился к солнцу. Причина, по которой Чжэ Хуали, Юй Хэ и остальные имели столь сильные физические тела, заключалась в том, что техники, которые они совершенствуют были переданы им богами и дьяволами. Эти техники прошли через годы совершенствования и могли тренировать каждый аспект тела до края.

Чжэ Хуали, Юй Хэ и остальным молодым элитам не нужно было думать, почему их техники должны распространяться определённым образом. Они просто совершенствовали их в соответствии с инструкцией. Этого было достаточно, чтобы их физические тела достигли очень высокого уровня.

Однако для Цинь Му всё было совершенно по-другому. Он изучил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана от старейшины деревни, но в ней были лишь техники, без каких-либо навыков или божественных искусств. Он был вынужден смешивать и подбирать всё, что только мог, в попытке улучить эту технику. И несмотря на всё хорошее и плохое, его Три Эликсира Тела Тирана была, честно говоря, полным хламом. Её можно было бы сравнить с одеждой нищего, в которой были дыры и которую нужно постоянно штопать.

Позже он изучил Великие Небесные Дьявольские Рукописи и постиг технику Единства. Затем он узнал от Цинь Ханьчжэня, что они относятся к навыкам техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Только тогда можно было поставить жирную точку в технике Цинь Му.

Именно в тот момент она приобрела свою форму.

Затем, когда он получил истинное драконье гнездо и объединил технику истинного владыки драконов с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, последняя была улучшена во многих моментах.

Вот только улучшена не так хорошо, как хотелось бы.

Навыки кулака остались навыками кулака, навыки ног остались навыками ног, а божественные глаза остались божественными глазами.

В конечном счёте именно из-за этой проблемы в технике его физическое тело уступало таковым у Юй Хэ, Чжэ Хуали и остальных. Она даже немного уступало Сан Хуа.

Он мыслил весьма нестандартно и мог придумать то, что другие не могли, и думать о том, о чём другие не осмеливались даже помыслить. Он не был сдержан традициями, поэтому смог создать Проводник Исконного Духа, восемнадцатую форму меча, Тайное Собрание Трёх Исконных Духов, а также всевозможные другие странные техники и божественные искусства. Именно поэтому он смог создать такой огромный артефакт, как Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, чтобы соединить два мира вместе.

«Я уже решил проблему своего навыка меча, вступающего на путь… и дальше мне остаётся только понять Меч Бедствия. Тем не менее, сейчас мне нужно решить главную проблему, а именно — довести технику до области пути!» — Цинь Му остановился, выражение его лица стало пустым, он впал в оцепенение.

Внезапно его жизненная Ци хлынула вперёд и быстро сформировала Божественное Сокровище Духовного Эмбриона перед ним. Оно было показано максимально детально, даже с готовыми солнцем и луной. Затем его жизненная Ци распространилась наружу, поднимая металл, дерево, воду, огонь и земные звёзды. Духовная платформа расширилась в большое поле и создала шесть направлений, между тем пять звёзд, солнце и луна вращались вокруг друг друга.

Цинь Му соединил пальцы вместе, и превратил свою Ци в нить, чтобы окружить свой Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, непрерывно создавая путь циркуляции своей жизненной Ци.

Через мгновение у него была несравнимо сложная сеть циркуляции жизненной Ци, напоминающая кровеносные сосуды вокруг трёх великих божественных сокровищ и принявшая форму человеческого тела.

Это был путь циркуляции техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Его техника была чрезвычайно сложной, и поэтому сеть, которую он воссоздал была не менее сложной.

Цинь Му измерил и исправил некоторые моменты, в которых были ошибки. Затем его жизненная Ци вытекла наружу, чтобы создать его кости и органы, прежде чем создать плоть, кровь, сухожилия и кровеносные сосуды в несравненно сложной сети человеческого тела.

Его пять пальцев раскрылись, и человеческое тело перед ним возросло до десяти метров в длину. Обойдя его, он избавился от перекрывающихся ветвей и объединил несколько путей циркуляции, сделав технику Трёх Эликсиров Тела Тирана менее сложной.

Затем он тщательно изучил тело и добавил несколько путей, куда не могла попасть циркуляция его жизненной Ци во время тренировки физического тела.

Чем больше он исправлял, тем больше путей убирал.

Цинь Му становился всё более взволнованным. Его Духовный Эмбрион быстро двигался по всему телу, исследуя его структуру, в то время как он сам непрерывно изменял жизненную Ци человеческого тела.

Спустя долгое время его Духовный Эмбрион вернулся к своему божественному сокровищу и перешёл на Духовную Платформу. Цинь Му раздвинул руки, и плоть, кровь и кости тела, состоящие из жизненной Ци, разошлись одна за другой.

Осталась только сеть жизненной Ци и структура трёх великих божественных сокровищ.

Затем его дьявольская энергия вырвалась вперёд и воссоздала Божественное Сокровище Духовного Эмбриона дьявольского пути, соответствующее его Божественному Сокровищу Духовного Эмбриона.

С этими двумя отражениями, он продолжил доработку.

Со временем ощутив, что они были совершенны, Цинь Му исполнил только что улучшенную, даже можно сказать полностью переделанную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Он пытался тщательно прочувствовать то, чего не хватало, и делал исправления на человеческом теле жизненной Ци. Он постоянно пытался сделать свою технику ещё более совершенной.

Циркуляция его Ци постепенно становилась менее сложной и более эффективной. После улучшений она могла дотянуться практически до каждой части его тела.

«Моя техника ещё недостаточно совершенна! Что касается циркуляции дьявольской энергии, есть ещё много мест, которые стоит улучшить! Циркуляция жизненной Ци в божественных глазах также требует отдельного внимания», — перепробовав всё, он обнаружил, что требуется переработать ещё множество мест. В этот момент он не заботился ни о чём, кроме самосовершенствования.

— Цинь Му! — несколько дьяволов заметили его издалека. Один из них громко рассмеялся от восторга. — Мы прошли такой длинный путь с единственной целью —найти тебя, а оказывается это было сделать проще некуда. Знаешь, я хочу тебе сказать, прятаться ты совершенно не умеешь. Изначально я думал, что найти тебя равносильно поиску иголки в стоге сена, а оказалось всё куда проще. Сегодня тот день, когда я, То Шу, заявлю о своих достижениях! Цинь Му, выйди со мной на бой!

Цинь Му не обращал на него никакого внимания. Его десять пальцев ловко прыгали туда-сюда, улучшая сеть человеческого тела жизненной Ци, в то время как он сам продолжал двигаться вперёд.

То Шу нахмурился и взлетел. Два огромных чёрных крыла раскрылись, и он, хлопая ими, полетел вперёд.

Между тем Цинь Му будто ничего не замечал.

То Шу издал непонятный крик и приземлился перед Цинь Му где-то в десяти метрах. Внезапно он развернулся и из его крыльев вылетели бесчисленные мечи, устремившиеся в атаку.

— Ученик дьявольского бога Сю Ци, Дивизион Асуры То Шу, прошу любить и жаловать! — То Шу представился, но увидел, что Цинь Му так и шагал, не соизволив обратить на него или на летящие мечи внимание.

Однако, когда мечи подлетели к Цинь Му вплотную, он внезапно двинулся в необычной манере, играючи избегая их всех.

Казалось, навыки меча дьявола были ему не помехой.

Вьюх!..

Цинь Му прошёл мимо дьявола, его глаза были сосредоточены на сети человеческого тела жизненной Ци впереди.

Его зрение было наполнено энергией, как вдруг он слегка двинул пятью пальцами и сеть жизненной Ци человеческого тела рассеялась, оставив после себя только две сети построения божественных глаз, сформированных жизненной Ци.

В центре сети было скопление звёзд. Солнце находилось посреди них, а внешний слой представлял собой систему построений небесных узоров.

Это была техника божественных глаз, созданная слепым, путём слияния его навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес с божественными глазами Цзы Цин.

Цинь Му был до крайности сосредоточен на улучшении своего пути циркуляции жизненной Ци, поэтому он не обращал внимания на То Шу, мимо которого только что прошёл.

Крылья То Шу были похожи на ножи, которыми он безостановочно атаковал. Его тело то подлетало, то падал наземь, пока он пробовал всевозможные техники. Иногда он крутился горизонтально, а иногда кружился, как юла. Его навыки ножа были несравнимо сложными.

Перья превратились в мечи, и дьявол начал танцевать вокруг юноши. Его навыки меча тоже были чрезвычайно сложными.

Дьявольский бог Сю Ци был известен как Абсолют Ножа и Меча. И То Шу, будучи его учеником, тоже совершенствовал как нож, так и меч.

Тело Цинь Му внезапно изогнулось, и его шаги стали какими-то странными. Он вышел из зоны атаки То Шу прежде, чем тот успел нанести удар, чем несказанно удивил его.

Другие дьяволы бросились вперёд, одновременно атакуя. Все они были экспертами и гордыми учениками, которых усердно учили дьявольские боги.

Один дьявол яростно взревел и превратился в магматического великана. Дьявольское пламя окружало его, приняв форму кружащих вокруг него шаров.

Он ударил кулаком, и дьявольское пламя взорвалось с потрясающей силой.

Другой дьявол владел дьявольским драконом, обвивающимся вокруг его тела.

Дракон отлетел в сторону и начал летать везде, где можно. Извергая огонь, он покрыл им десятки метров, вдобавок его атаки были странными и непредсказуемыми.

Среди остальных дьяволов также присутствовала женщина с восемью когтями. Она плела паутину с несравнимо острыми концами, в итоге создав огромное построение.

Все в округе были потрясены.

Никто из них не мог даже прикоснуться к юноше.

Цинь Му шагнул в паутину и вошёл в смертоносное построение избегая неустанных атак женщины паука. В конечном итоге он вышел из паутины как ни в чём не бывало и оставил позади себя женщину, чьи глаза были широченно выпучены от осознания того, что вся её мощь оказалось не полезнее пустышки.

Затем Цинь Му столкнулся лицом к лицу с магматическим великаном. Наступив на кулак монстра, он поднялся по руке к его лицу и спустился по его спине.

Дьявольский эксперт, который совершенствовал божественное искусство дьявольского дракона, даже не успел прикоснуться к Цинь Му, едва заметив, как тот мимолётно пронёсся около него.

Холодный пот катился по лбу каждого. Между тем То Шу погнался за Цинь Му, строго крича остальным:

— Сообщите другим экспертам!

Магматический великан издал громкий рёв и ударил кулаком в небо. Шар дьявольского огня взорвался и превратился в пылающий дьявольский глаз, который распростёрся на расстоянии нескольких полей.

Дьяволы вдалеке, встревожились и бросились вперёд.

Спустя мгновение ока за Цинь Му уже бежала сотня молодых представителей дьявольской элиты, у одного из которых была огромная вздымающаяся в воздухе река. Вода из Жёлтых Источников, которая была улучшена в духовное оружие, хлынула на Цинь Му яростным потоком, но тот лишь беззаботно встал на его край, прокатившись вперёд на волнах.

— Землетрясение Небесных Звёзд, — сильный дьявольский практик высоко поднял руки и с неба посыпались клубящиеся в дыму метеоры. Когда они рухнули на землю, то вызвали огромные толчки. Но Цинь Му прошмыгнулся сквозь весь этот катаклизм без каких-либо травм.

— Жизненные Духи! — старуха взмахнула белым костяным знаменем и бесчисленные духи вылетели наружу. Они порхали взад-вперёд, пытаясь утопить в себе противника, но спустя лишь мгновение тот вышел из их окружения без единой царапины.

— Кровавые Скелеты! — другой практик открыл калебас и из него вылетели кровавые черепа. Они набросились на Цинь Му, но не смогли удержать его.

— Кучка идиотов! — внезапно усмехнулся дьявольский эксперт и добавил. — Нет смысла нападать на него, пока он постигает своё Дао. Эти странные глаза жизненной Ци перед ним — его понимание, уничтожьте их!

У каждого как будто открылось второе дыхание, и они направили свои божественные искусства в сторону глаз, созданных жизненной Ци Цинь Му, мгновенно разрушая их.

Все были в восторге, когда увидели, что пребывающий в прострации Цинь Му, наконец, остановился и медленно поднял голову.

— Ребятки… — мимолётное помешательство Цинь Му быстро переросло в гнев. Казалось, он улыбался, но не улыбался, плакал, но не плакал. — Вы посмели побеспокоить меня, когда я постигал свою технику…

Дьявольский эксперт, который надоумил всех атаковать глаза, сразу же закричал:

— Теперь, когда мы насильно прервали процесс его понимания, его движения тела и божественные искусства намного слабее. Убейте его!

Все бросились на паренька.

Засиял яркий свет меча, сопровождаемый яростным голосом Цинь Му.

— Я гляжу вам жить надоело!

Глава 557. Отчаявшись, Используй Немного Яда

Белоснежный свет меча вспыхнул, будто небольшое солнце, начиная быстро расширяться!

Достигнув десяти метров в диаметре, он резко сжался обратно, а уже в следующий миг превратился в пилюлю меча, зависшую перед межбровьем Цинь Му.

Разражаясь яркими лучами, пилюля вспыхнула!

Свишь!..

Свет меча, засиявший на этот раз, достигнул диаметра в триста метров. При его виде дьявольские эксперты яростно закричали и, исполняя всевозможные техники, попытались заблокировать ужасающие лучи. Один за другим раздавался звон столкновений.

— Нечего его бояться! — прокричал дьявол, который раньше додумался прервать понимание Цинь Му. — Когда-то мне уже приходилось постигать Дао. В этот момент тело сливается с ним, и каждое действие начинает содержать в себе чудо Дао, что ужасно затрудняет попадание по человеку. Но отвлёкшись, он снова становится простым смертным. Мы запросто сможем с ним разобраться.

Облако летающих мечей расширялось, на каждого дьявола приходилось по семьдесят-восемьдесят лезвий, непрерывно исполняющих базовые формы меча. Несмотря на невероятную простоту движений, они находили тысячи разных способов атаки. Каждая стая лезвий использовала особые комбинации, и удары, летящие в каждого из дьяволов, отличались.

В этот момент тело Цинь Му начало носиться между восемью тысячами летающих мечей, и время, казалось, замедлилось. Свистящие лезвия начали напоминать лепестки, медленно витающие перед его глазами. Позиции, атаки и божественные искусства дьявольских экспертов стали невероятно размеренными.

Как и сказал дьявольский эксперт, прервавший понимание Цинь Му, как только человек покидает область познания Дао, он теряет способность сохранять единство тела и Дао. Впрочем, он попросту не мог знать, что на самом деле их противник не был занят работой над путями, навыками и божественными искусствами.

Он был занят освоением своей техники.

Его техника ступала на путь.

Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана с самого начала была крайне удивительной, и позволила Цинь Му достичь невероятного уровня магической силы. Кроме того, она подарила ему исконный дух, превосходящий всех сверстников.

В противном случае ему не удалось бы убить четырёх дьявольских экспертов, обладая более слабым физическим телом.

Тем не менее, только что он понял свою технику и, развив её до уровня пути, наконец, решил проблему своего совершенствования.

Его физическое тело достигло состояния совершенства. Все его части могли работать по отдельности или объединяться, сливая свою силу воедино.

Его скорость также достигла предела, значительно превосходя свои прежние лимиты.

Смотря на него, практики, отбивающиеся от мечей, видели перед собой лишь луч света.

Вьюх!..

Цинь Му схватил летающий меч, ударяя им перед собой. Из горла дьявольского эксперта, отчаянно отбивающегося от мечей, захлестала кровь.

В следующий миг он выпустил меч из рук и оказался за спиной второй цели. Он схватил другое лезвие, которое уже вскоре оказалось вонзено в незащищённую спину, протыкая сердце и выходя с другой стороны.

Бум!..

Юноша столкнулся лицом к лицу с сильным практиком, выбравшимся из окружения мечей, их кулаки ударились друг о друга. Сила Бури Девяти Драконов, вспыхнувшая за миг до этого, не остановилась несмотря на то, что рука и кости дьявольского практика вылезли с задней стороны его собственного тела, выстреливая во все стороны.

Только когда Цинь Му оказался у очередного представителя молодой дьявольской элиты, вонзая пилюлю меча между бровей бедолаги, его божественное искусство наконец достигло предыдущей цели и разрушило его рёбра в порошок. Рубашка на спине дьявола разорвалась на части, когда из его сердца вылетело сорок пять драконов, окутанных облаком Ци и крови.

Цинь Му, казалось, находился в мире, где время текло медленнее, чем обычно. Он сумел улучшиться в каждом аспекте.

До того, как божественные искусства врагов успевали вспыхнуть силой, из их уязвимых мест начинала хлестать кровь, и они превращались в красные цветки, медленно раскрывающиеся в небе.

А когда их удары наконец начинали действовать, от Цинь Му уже и след простывал.

В его глазах божественные искусства противников также казались невероятно медленными, он мог разглядеть как жизненная Ци превращается в руны, прежде чем обрести форму заклятия. Замедленные взрывы их силы выглядели невероятно красиво.

Дьявольские практики божественных искусств не были слабаками, а учениками дьявольских богов. Среди расы дьяволов они считались элитой, владеющей сложными божественными искусствами и великой силы. Их движения перетекали из одного в другое каждое мгновение, что выглядело невероятно красиво и завораживающе.

Цинь Му восхищался подобной красотой. Его Божественными Глазами Девяти Небес было крайне приятно наблюдать за процессом расцветания божественных искусств.

Особенно красиво выглядела свежая кровь, брызжущая в небо, формируя красные цветки. Они украшали божественные искусства сотни дьявольских практиков, делая картину ещё более насыщенной и великолепной.

В этот раз Цинь Му выбрал другой путь построения циркуляции своей техники, полностью его перерабатывая. Доведя Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана до совершенства, он не просто улучшил своё физическое тело, но и значительно ускорил циркуляцию жизненной Ци, увеличивая мощь своих божественных искусств.

Он извивался среди сотни сильных дьявольских экспертов, исполняя самые базовые движения без каких-либо излишеств. Тем не менее, после резкого увеличения скорости и мощи его атак, простые приёмы оказались невероятно эффективными.

В его божественных глазах всё казалось невероятно медленным. Будь то божественные искусства, духовное оружие или движение тела, все они значительно замедлились. Он мог рассмотреть каждый недостаток своих противников.

Цинь Му остановился, его летающие мечи со свистом полетели назад. Сливаясь с мечом Беззаботным, они исчезали, и вскоре восемь тысяч лезвий слились в одно.

За его спиной взорвалось бесчисленное множество божественных искусств, а духовное оружие танцевало в небе, уничтожая самые высокие деревья в лесу.

Воздух дрожал от грохота и взрывов.

Спустя мгновение всё снова затихло.

Затем раздались глухие удары, с которыми трупы дьявольских экспертов падали на землю.

Цинь Му мягко потёр меч Беззаботный в руке, превращая его в пилюлю. Обернувшись, он посмотрел на единственного дьявольского эксперта, стоящего посреди поле боя.

Это был не кто иной, как парень, предложивший отвлечь его от понимания.

Теперь колени дьявола дрожали, по его лбу катились огромные капли пота. На его лице чётко виднелось чувство животного ужаса.

Цинь Му спрятал пилюлю меча, его жизненная Ци вытекла наружу, восстанавливая путь циркуляции Ци для божественных глаз. Тем не менее, как бы он не пытался, он не мог вернуться к состоянию познания Дао.

Дьявольский эксперт ошарашенно уставился на него, не смея пошевелиться.

Чем больше Цинь Му хотел вернуться к познанию Дао, тем труднее это ему давалось. Чувствуя, как беспокойство скапливается у него внутри, он ударил кулаком, разбивая божественные глаза, созданные из Ци.

Бум! Бум! Бум!..

Он пришёл в бешенство, яростно ударяя кулаком вперёд. В мгновение ока раздалась череда невероятно чётких раскатов грома. Воздух впереди превратился в стену, постепенно становящуюся всё толще и плотнее, пока она, наконец, не стала заметной для невооружённого глаза. Затем импульс от его кулака толкнул стену вперёд, сдувая по пути деревья и разрушая камни. Поднимая за собой облако пыли, стена преодолела более пятнадцати километров, что создало в земле глубокую пропасть.

Закончив изливать свой гнев, Цинь Му внезапно повернул голову. Краем глаза он посмотрел на дьявольского эксперта:

— Это ты сказал им прервать моё понимание? Какой ты умный у нас!

Дьявольский эксперт ошеломлённо посмотрел на него, и внезапно его желание остаться в живых перебороло страх. Издав громкий вопль, он бросился в небо в попытке сбежать, превращаясь в поток дьявольской Ци.

Цинь Му покачал головой, в его глазах появились слои построений. Внутри его зрачков быстро закружился млечный путь.

Хрясь!..

Два луча света вылетели из его глаз, перехватывая поток дьявольской Ци. Голова, две ноги и половинка тела упали на землю.

— Скажи ещё что-нибудь! — злостный Цинь Му ушёл, по дороге пинком разбивая камень ростом с человека.

Спустя некоторое время с неба спустилось несколько силуэтов, приземляясь посреди поля боя. В их главе стоял дьявольский бог с сильной аурой.

— Учитель, ученик дьявола Си Цзюэ мёртв!

— Ученик короля Яня тоже был убит!

— Ученик дьявольского короля Юя тоже!

— Ученик Сю Ци тоже здесь!

— И ученик дьявольского короля Лю Е!

— Учитель, шестой младший брат тоже пострадал!..

Дьявольский бог издал яростный рёв, отчего по лесу пронёсся сильный поток ветра. Туман в небе закружился, прежде чем исчезнуть.

— Ты убил так много элитных представителей моей расы, что почти создал дефицит в рядах наших мастеров областей Семи Звёзд и Шести Направлений! Осмелившись так жестоко вести себя с моими людьми, теперь ты можешь позабыть о том, чтобы покинуть дьявольские территории! Передайте приказ выпустить божественных псов Юду, чтобы найти его. Не жалейте усилий в поисках!

Дьявольский эксперт области Небожителя на мгновение заколебался:

— Учитель, Фу Жило приказал по возможности схватить его живым. В худшем случае мы должны принести ему нетронутый труп. Уважаемый король говорил, что в теле этого человека кроется огромная тайна…

Дьявольский бог бросил на него холодный взгляд, вынуждая тут же замолчать и передать приказ.

Цинь Му услышал рёв вдалеке, и его сердце резко дрогнуло. Не удержавшись, он начал бормотать про себя о том, как дьяволы храбры и хороши в бою.

Все они были маньяками и любили хвастаться своими боевыми способностями. Лучшим способом сделать это было убийство сильного практика, поэтому среди тех, кто отправился его убить, эксперты области Семи Звёзд были самыми воодушевлёнными.

Тем не менее, в одном лишь бою от его руки погибло большинство учеников дьявольских богов области Семи Звёзд.

В таком случае, в какой области находятся сильные практики, преследующие его сейчас?

Он был относительно недалеко от линии фронта, и количество городов и солдат начало постепенно расти. Вскоре Цинь Му узнал какие сильные практики его преследуют.

За его спиной огромные чёрные псы перепрыгивали через горы, будто летя. Они таскали на своих спинах пятерых или шестерых сильных дьяволов, одновременно обнюхивая дорогу в поисках следа. С большого расстояния они выглядели как небольшие холмы с двумя головами. Их глаза напоминали красные фонари, а тело блистало танцующими мышцами.

Вместо двух, на каждой из их голов было три глаза. Тот, что находился на лбу, время от времени выстреливал лучом красного света, сканируя окрестности.

Выражение лица Цинь Му помрачнело. Многочисленные дьявольские псы уже уловили его запах и собирались в стаю, мчась в его сторону.

«Я должен их отравить. Это мой единственный шанс бежать!»

Порывшись в своём мешочке таотэ, парень нашёл немного лекарственных трав. В этот раз он не превращал свою Ци в котёл для приготовления пилюль, а вместо этого приготовил яд в запечатанном котле.

Затем он задержал дыхание и запечатал все свои поры. Немного подумав, он снял обувь и открыл котёл, осторожно доставая оттуда яд. Аккуратно размазывая его по обуви, он думал: «Хоть у меня нет времени, чтобы приготовить яд для убийства дьявольского бога, отравление дьявольского пса не станет проблемой».

Выбросив обувь, он продолжил бежать босиком.

Спустя мгновение земля задрожала от тигриного рёва, и Цинь Му быстро оглянулся. Он увидел распространяющуюся божественную ауру и чёрного тигра, разрывающего на куски дьявольских псов и сильных практиков, сидящих на их спинах.

— Брат тигр! Я чую запах Владыки! — радостно взвизгнул находящийся вдали цилинь. — За мной! Здесь даже валяется его обувь. Какая вонючая… Вот дерьмо… Я отравлен…

Глава 558. Не проси кого-то сделать то, что можешь сделать сам

«О, толстяк! Старший брат тигр и остальные тоже здесь! Они искали меня!» — Цинь Му поспешно рванул назад, параллельно приступив к готовке противоядия. Издалека он заметил, как цилиня начало качать из стороны в сторону и рвать белой пеной.

В итоге жирдяя скосило, и он, рухнув спиной наземь, задрал лапы к верху.

Цинь Му, всё ещё находившийся на расстоянии трёхсот метров, что есть сил ринулся к нему. Закончив с приготовлением противоядия, он щёлкнул пальцами и вещество, со взорвавшейся печью из жизненной Ци, полетело прямо в пасть бедолаги.

Остановившись перед зверем, его техника рук быстро изменилась и через мгновение бесчисленные мудры окружили чешуйчато-мохнатое тело, словно то отрастило тысячу лап. Он ударил по телу четвероногого спутника, дабы как можно скорее распространить целебную энергию, тем самым предотвращая непоправимые повреждения тела.

«Мне кажется или этот оборванец снова потолстел?.. — когда Цинь Му ударил ладонью по телу цилиня, то почувствовал, как жир последнего сдвинулся, подобно желе, что затруднило выполнение его техники рук. Заметив это, он в недоумении спросил про себя. — Я ведь оставил ему не так много пилюль, тогда как он растолстел? Мог ли я в нём так сильно ошибиться? Он один из тех, что пьют воду и толстеют?»

Сан Хуа, Лин Юйсю, Сы Юньсян и Ху Лин’эр находились поблизости. Увидев, как какой-то человек сломя голову понёсся на них, они уже планировали защищаться, но в следующее мгновение заметив, что это был Цинь Му, они сразу же обрадовались, решив спокойно подождать в сторонке, пока он лечил цилиня.

Жизненная Ци Цинь Му дымилась, когда он безостановочно шлёпал толстяка, чтобы распространить лекарственную энергию по всем уголкам его тела. Только убедившись, что было сделано всё от него зависящее, он облегчённо вздохнул и вынул полотенце, чтобы вытереть пот со лба: «К счастью, яд, который я приготовил на этот раз, был не так уж опасен…»

Цилинь уставился на него с широко распахнутыми глазами, полными обиды. У него был такой вид, как будто его больше ничего не волновало.

Вздохнув, Цинь Му утешил его:

— Всё хорошо, не волнуйся, дружок. Скоро ты сможешь встать. Твоё обоняние временно притупилось, но через день или два всё будет в порядке. Сундук, не ешь его, он не умер… Стой же, говорю, он правда живой! Тебе нельзя его есть, даже если он будет мёртв, так что давай, не дури, выплюнь его… Ребята, а вы почему здесь?

Сундук неохотно выплюнул цилиня.

Ху Лин’эр создала небольшой вихрь, чтобы отбросить вонючие ботинки Цинь Му как можно дальше, и вскочила на голову цилиня, с улыбкой говоря:

— После того, как ты пропал, брат тигва сообщил об этом Имперскому Наставнику, но тот сказал, что ты в порядке и тебя не так-то просто убить, дескать ты крепкий орешек. Но, несмотря на свою уверенность в тебе, он всё же приказал кому-то передать сообщение о твоей пропаже культу, и Святейшая Юньсян привела нас сюда.

Лисичка не могла правильно выговорить слово «тигр».

Чёрный тигриный бог осмотрел Цинь Му, затем открыл его глаза, чтобы осмотреть зрачки. Только проведя такую проверку, ему полегчало, после чего он сказал:

— С тех пор, как мы вошли на территорию дьяволов, Принцесса и Святейшая пытались связаться с твоим исконным духом, но так и не получили ответа. Мы боялись помешать тебе, поэтому прекратили это делать. Изначально мы планировали отправиться к зловещей земле, но прежде, чем мы достигли её, мы встретили множество дьяволов, направляющихся на восток. Они говорили о том, что ты направляешься туда, поэтому мы проследили за ними. Цилинь был хорошо знаком с тобой, поэтому он смог легко отследить твой запах, и вот мы здесь.

Цинь Му задумался над этим, прежде чем сказать:

— Когда вы связывались со мной, должно быть я находился посреди зловещей земли. Это место очень странное, и вероятно поэтому не было никаких признаков исконных духов Святейшей и сестры Юйсю. На территории дьяволов вы не встряли в передряги?

Лин Юйсю поместила цилиня на сундук:

— Сестра Сан Хуа очень сильна, и только благодаря ей мы смогли избежать стратегически расположенных городов дьяволов. Кроме того, большинство дьяволов ищут тебя, и мы даже слышали слухи о том, что ты тяжело ранил Фу Жило. Большинство дьявольских богов собрались в главном лагере, дабы защитить своего лидера, чтобы никто не воспользовался шансом проникнуть в лагерь и убить его, пока он очень слаб.

Цинь Му расхохотался:

— Буу, — он вытянул руки и скорчился в зловещей гримасе. — Если верить слухам, теперь я самый страшный злодей? Не боитесь меня? Если на чистоту, то я тут не причём, Фу Жило был ранен от проклятья. Думаю, сейчас ему уже лучше и от ран не осталось и следа.

Сан Хуа огляделась и заметила, как на них идёт целая орда дьяволов. Она на мгновение растерялась, но через секунду собралась с мыслями и сообщила всем:

— Старший тигр растерзал не мало дьяволов, это может привлечь дьявольских богов, мы не можем оставаться здесь надолго. Первым делом нам нужно как можно скорее убраться отсюда, а уже потом обо всём поговорим! Старший тигр, твоё тело слишком большое, его видно издалека, для дьявольских богов мы будем как на ладони. Нужно с этим что-то решить.

Услышав это, чёрный тигриный бог сжался в размерах, став похожим на маленького тигрёнка высотой не больше тридцати сантиметров.

У девочек загорелись глаза, и они начали гладить его, чувствуя полную умиротворённость и покой. Чёрный тигриный бог не обращал на них никакого внимания. Кто знает, может в глубине души ему это нравилось.

«Мог ли старший брат тигр полагаться на это, чтобы достичь глубин территории дьяволов?» — задумался Цинь Му.

Они двинулись на восток, и сундук сразу же последовал за ними.

Чёрный тигриный бог подошёл к Цинь Му и, подняв голову, посмотрел на него:

— Что там насчёт Фу Жило и проклятья? Можно услышать всё в подробностях? Никогда бы не подумал, что они распускают неверные слухи, всё-таки это истинный дьявол, повелитель дьявольской расы, как его может ранить какое-то проклятье?

— Это моя нефритовая подвеска. В ней скрыто проклятье. Что касается подробностей, то тут, увы, ничего рассказать не могу. За этим нужно идти к Святому Дровосеку, ведь он мне ничего не рассказал, хотя и что-то знал.

Вскоре цилиню удалось двинуться, но его конечности всё ещё были ослабшими, поэтому он не мог твёрдо встать на лапы и с обидой сказал:

— Владыка, я голоден.

— Если ты сейчас поешь, то тебя вырвет, — объяснил Цинь Му.

Цилинь на мгновение замолчал, затем высказал:

— Владыка, я рисковал своей жизнью, чтобы найти тебя, а ты издеваешься надо мной…

Цинь Му моргнул, но ничего не сказал.

— Я всё ещё хочу есть, — упёрто сказал зверь.

Чувствуя себя беспомощным, юноше ничего не оставалось, кроме как взять несколько духовных трав и приготовить Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента.

— Мне нравятся духовные пилюли Алого Огня. И вообще, вкус у Пилюль Живучести Огненного Элемента отвратительный. Сам такие ешь.

Цинь Му гневно поднял брови, но сразу же успокоился. Он отложил в сторону пилюли, которые приготовил, и достал травы для духовных пилюль Алого Огня.

Когда он закончил с ними, зверь открыл пасть, ожидая, когда его накормят.

Вены выскочили на лбу Цинь Му, но он всё же бросил две пилюли цилиню в пасть.

Тот похрустел ими и подозрительно пробурчал:

— Вкус неправильный, они невкусные…

— Токсин повредил нервы, которые контролируют твой запах и вкус, поэтому ты не чувствуешь вкуса еды, — объяснил Цинь Му.

— Владыка, дай мне духовные пилюли. Я съем их, когда мои чувства восстановятся.

Цинь Му передал духовные пилюли Алого Огня, и цилинь, спрятав их в сундук, тихо добавил:

— Я всё ещё голоден. Я хочу попробовать Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента. Может сейчас они мне не покажутся такими отвратительными.

Цинь Му достал травы, которые убрал несколько мгновений назад, и приготовил полную печь Божественных Пилюль Живучести Огненного Элемента. Затем он кинул их в пасть цилиню, который, прожевав две штуки, сказал:

— Они не такие уж и плохие. Владыка, сделаешь мне ещё?

— До смерти обожраться захотел?! Посмотри на себя, ты похож на ходячую котлету! Даже сундуку стало трудно тебя носить! — Цинь Му больше не мог сдерживаться и высказал всё, что о нём думает.

Цилинь выглядел так, будто ему не хотелось жить, и обиженно сказал:

— Я отравлен, и даже не могу с полной уверенностью сказать, смогу ли я вообще когда-либо снова почувствовать вкус духовных пилюль Алого Огня. Жаль, что мама так рано покинула меня, и Патриарх тоже…

Цинь Му не хотел видеть его в таком состоянии и приготовил ещё несколько пилюль.

После этого цилинь немного успокоился и перестал болтать.

Тем не менее, порой посматривая на зверя, он заметил, что тот почти не прикоснулся к пилюлям, прежде чем украдкой сунуть их в сундук.

«Что случилось с толстяком, пока меня не было с ним рядом в последние дни?» — был озадачен Цинь Му.

Спокойно лёжа на сундуке, цилинь достал книгу, схватил когтями кисть и осторожно что-то написал.

Цинь Му сделал шаг вперёд, чтобы незаметно взглянуть на писанину цилиня, но тот быстро прикрылся.

— А ты знаешь, что такое усердный труд. Лин’эр, учись у него, — с улыбкой сказал Цинь Му.

Ху Лин’эр обнимала свои хвосты и вылизывала шерсть. Но услышав его слова, она отвлеклась от важного занятия и серьёзно сказала:

— В эти дни я училась вместе с дедушкой глухим, и он похвалил меня за мои знания!

Чёрный тигриный бог вскочил на сундук, желая посмотреть на то, что написал зверь.

Цилинь не стал проявлять своё высокомерие и позволил тигру сесть между своими передними когтями.

Чёрный тигриный бог взглянул на писанину и расхохотался:

— И это работает?

— Естественно, — с серьёзным выражением лица сказал цилинь. — Я пытаюсь понять челов… Кхм, путь контроля над людьми. Моя техника обязательно «выстрелит» в будущем!

Чёрный тигриный бог покачал головой:

— Ты тратишь многовато усилий на такие мелочи, и до сих пор не встал на правильный путь. Я объясню. Тебе не нужно есть духовные пилюли Алого Огня или Божественные Пилюли Живучести Огненного Элемента, ведь самосовершенствование намного полезнее, чем это!

— Братец тигр, а ты сам-то ел хоть раз духовные пилюли? — спросил цилинь.

Чёрный тигриный бог снова покачал головой:

— Милорд говорил, что самосовершенствование — это истинное совершенствование. Никто никогда не давал мне духовных пилюль.

Цилинь достал Божественную Пилюлю Живучести Огненного Элемента:

— На, попробуй.

Тигр съел пилюлю и в изумлении воскликнул:

— Такая вкуснотища? Это же намного вкуснее обычной еды!

Зверь усмехнулся над ним:

— Вот умора, посмотрите на него, ты ещё не пробовал духовные пилюли Алого Огня! Держи, попробуй эту!

Чёрный тигриный бог съел пилюлю, и его тело затряслось в судороге экстаза. Он не мог сдержать слёз, которые текли из его глаз.

— То-то же, теперь понимаешь, насколько они хороши? Если бы ты знал мою технику, твой лорд не был бы таким лентяем. Самосовершенствование является истинным совершенствованием? Ха! Беда лишь в том, что ты не трудолюбив и у тебя мало трюков в запасе! Ты подчиняешься ему вместо того, чтобы быть тем, кому он должен подчиняться. Только изучив мои Писания Взращивания Людей, ты начнёшь хорошо питаться.

Чёрный тигриный бог посмотрел на Цинь Му и с улыбкой сказал:

— Младший брат, духовные пилюли Алого Огня и правда очень вкусные. Можешь дать мне несколько печей?

Цинь Му в недоумении посмотрел на него:

— Старший брат, ты демонский бог, зачем тебе еда?

— Вкус не так уж и плох, я могу есть их как закуску.

Цинь Му нахмурился и терпеливо спросил:

— Каковы атрибуты демонической жизненной Ци старшего брата?

— Золото и вода.

Цинь Му всё рассчитал и записал рецепт:

— Это для пилюли Живучести, Смешанной с Золотой Воды. В рецепте записано, как Ци золота и воды могут возвысить твою жизненную Ци золота и воды. Я также использовал духовные травы для повышения аромата и вкуса. Старший брат, делать для тебя духовные пилюли я не буду. Ты бог, поэтому сам сможешь их создавать. Я тебя всему научу.

Чёрный тигриный бог был в восторге и с улыбкой сказал:

— Не проси кого-то сделать то, что можешь сделать сам, хе-хе. Если ты научишь меня создавать пилюли, мне незачем будет просить тебя об этом!

Цинь Му рассказал ему как готовить пилюли Живучести, Смешанные с Золотой Воды, и передал ему необходимые травы.

Чёрный тигриный бог был невероятно умён и очень быстро учился, вскоре приготовив свою собственную порцию пилюль. Спустя некоторое время он подошёл к Цинь Му, чтобы попросить у него ещё несколько лекарственных ингредиентов.

На следующий день Цинь Му показалось, что его старший брат, демонический бог, стал немного толще, и он невольно задался вопросом, могло ли это произойти на самом деле.

Тем не менее, когда маленький чёрный тигр лежал рядом с цилинем, он совершенно не выглядел толстым, так что, вероятно, это была всего лишь игра теней.

Глава 559. Божественный Расчёт

— Когда старший тигва в такой форме, трогать его ещё приятнее! — с серьёзным лицом сообщила Ху Лин’эр. Она дважды подходила погладить тигра, чувствуя, что тот слегка поправился.

Цинь Му был немного обеспокоен тем, что его старший брат не сможет остановиться, пожирая слишком много пилюль Живучести, Смешанных с Золотой Воды, и разжиреет.

Тем не менее, чёрный тигриный бог являлся его старшим братом и провёл со Святым Дровосеком значительно больше времени. Более того, он был известным богом, и Цинь Му, будучи его младшим братом, был не в праве его в чём-то упрекать.

Даже если он попросит чёрного тигриного бога есть меньше пилюль, тот, скорее всего, не послушается. Чёрный тигр чаще прислушивался к цилиню, чем к нему.

«Пусть Святой Дровосек разбирается с этой проблемой сам», — развернувшись, Цинь Му увидел потоки дьявольской Ци, стремящиеся в небо. Некоторые из них формировали лотосы, а другие тучи. Также были те, которые принимали облик павлинов и дьявольских богов. Все они были призраками, сотворёнными из дьявольской Ци.

Для их создания эксперту требовалось достичь области Небожителя или даже выше!

Тем не менее, сильные дьявольские практики не спешили догонять беглецов и не пробовали их убить. Они будто чего-то ждали.

— Прибыл эксперт области Божественного Моста!

Цинь Му сфокусировал свой взгляд, внезапно увидев божественный мост, протянувшийся в небе на десятки километров. По нему, под небесными дворцами дьявольского пути шагал исконный дух дьявольского бога.

Это был видение сильного практика области Божественного Моста.

В Вечном Мире те, кто достиг области Божественного Моста, считались существами уровня мастера секты. Именно они владели самыми сильными способностями. Впрочем, те времена уже прошли. После того как Цинь Му распространил способ восстановления божественного моста и достижения небесных дворцов, экспертами уровня мастера секты считались только те, кто сумел стать богом.

Тем не менее, практики области Божественного Моста всё равно оставались невероятно сильными существами. Если они присоединятся к погоне, только чёрный тигриный бог сможет защитить отряд!

Вскоре Цинь Му увидел второй божественный мост, вслед за которым появился третий, четвёртый…

Позади появлялось всё больше и больше сильных практиков области Божественного Моста. Все они владели всевозможными формами исконного духа, стоящих в различных частях моста, что свидетельствовало об отличиях в уровнях совершенствования.

Исконные духи смотрели на беглецов издали, мимо их тел продолжали яростно проноситься лучи дьявольского света.

И всё же, несмотря на появление такого огромного количества практиков области Божественного Моста, противник всё ещё не атаковал.

«Они ждут появления даже более сильного существа! — Цинь Му нахмурился, уставившись вдаль в размышлении. — Сильнее чем практики области Божественного Моста могут быть лишь дьявольские боги, вошедшие в небесные дворцы! Жаль, что нельзя узнать, сумел ли мчащийся к нам бог пересечь Южные Врата Небес…»

Он бросил взгляд на чёрного тигриного бога, лежащего на крышке сундука неподалёку от цилиня. Найдя общую тему для разговоров, парочка невероятно обленилась. Чёрный тигриный бог всё время валялся на сундуке, перешёптываясь о чём-то с цилинем.

Цинь Му почувствовал, как в его сердце нарастает беспокойство: «Надеюсь тот, кого они ждут, ещё не пересёк Южные Врата Небес…»

С выражением тревоги на лице, Сан Хуа тихо проговорила:

— Брат Владыка, если мы продолжим двигаться вперёд, то вскоре достигнем линии фронта. Там расположено огромное количество сильных дьявольских практиков.

Разум Цинь Му дрогнул. Он сразу же понял, чего ждали дьяволы.

«Перед нами огромное количество сильных дьявольских практиков, и, действуя сообща с преследователями, они смогут нас окружить, вынуждая беспокоиться одновременно о тыле и о фронте. Они не ждут прибытия дьявольского бога, скорее всего он скрывается среди них. Им осталось лишь дождаться пока мы попадём в ловушку!»

Цинь Му успокоился и подошёл к сундуку. Чёрный тигриный бог и цилинь всё ещё бормотали, но заметив его приближение, мгновенно затихли.

Юноша рассказал им о своей догадке и торжественно проговорил:

— Старший брат тигр, чем дальше мы продвигаемся вперёд, тем сильнее приближаемся к линии фронта и тем опаснее становится наше положение. Когда мы подберёмся достаточно близко, обязательно появится дьявол, который выведет армию, чтобы заблокировать нам путь для отступления. Между тем, второй дьявольский бог зайдёт нам в спину. Если мы окажемся между двух огней, то погибнем!

Чёрный тигриный бог поднялся, напоминая огромного кота, и громко ответил:

— Отличная тактика! Тем не менее, они меня недооценивают! Вместе с хозяином я завоёвывал север и юг, участвовал в бесчисленных битвах. Я завоевал свою славу, купаясь в крови врагов! После того, как он превратился в камень, я тоже упал в спячку. Должно быть, эти дьявольские отродья позабыли о моём величии! Не бойся. Разбуди меня, когда мы будем за тысячу километров от линии фронта.

Цинь Му открыл рот, но так ничего и не ответил.

Чёрный тигриный бог снова лёг на сундук, но спустя мгновение приподнял голову:

— У тебя есть какие-нибудь ещё духовные травы? Я уже приготовил пилюли из тех, что ты дал мне раньше. Мне нужно ещё, на полный желудок я лучше убиваю.

Юноша достал из мешочка таотэ ещё несколько духовных трав, которых должно было хватить для приготовления полного котла. Он передал их тигриному богу со словами:

— Старший брат тигр, не ешь слишком много, а не то станешь таким, как жирдяй.

Чёрный тигриный бог рассмеялся, самовлюблённо отвечая:

— Ты меня недооцениваешь. Я могу переварить их, совершенствуясь. В моём теле не останется ни грамма лишнего жира. Я знаю свой предел. Скоро я покажу тебе, каким устрашающим могу быть!

— Сестра Хуа, как далеко мы от линии фронта? — спросил Цинь Му.

Сан Хуа достала географическую карту, тщательно её изучая, прежде чем измерить что-то линейкой:

— Перед нами гора Собирающая Тучи… До линии фронта ещё шесть тысяч километров.

Взглянув на карту, Цинь Му лично измерил расстояние. Затем он покачал головой, говоря:

— Шесть тысяч двести шестьдесят один километр.

— Для чего быть таким точным? — улыбчиво спросила девушка.

Цинь Му покачал головой: «Потому что математика Верховных Небес Императора отвратительна. Даже солнце, которое вы выковали, настолько кривое, что на него больно смотреть».

Конечно, он не мог сказать ей этого прямо в лицо.

Когда Сан Хуа освободилась, Лин Юйсю и Сы Юньсян подозвали её к себе. Три девушки громко болтали, обмениваясь советами касательно путей, навыков и божественных искусств Верховных Небес Императора и Вечного Мира.

Лин Юйсю и Сы Юньсян искренне пытались разузнать у Сан Хуа способ совершенствования, позволяющий становиться истинным богом, и та рассказала им всё, что знала сама, не скрывая даже малейших деталей. Затем она расспросила их о заклятиях Вечного Мира, и две девушки обучили её божественному искусству, недавно созданному в Империи — Проводнику Исконного Духа.

— Проводник Исконного Духа использует совместное совершенствование, поэтому использовать его могут только муж и жена, — удивлённо проговорила Сан Хуа.

Лин Юйсю улыбнулась:

— Чепуха! Если их исконные духи могут вступить в резонанс, любая пара может совершенствоваться. Даже многие монахи и даосы нашего Вечного Мира смогли исполнить эту технику!

Сан Хуа была ошеломлена. Спустя мгновение она с подозрением спросила:

— Даже монахи и даосы могли его исполнить? И вы двое тоже?

— Я совершенствовалась вместе с пастушком, — проговорила Лин Юйсю.

Сан Хуа слегка разочаровалась и заревновала. Взглянув на Сы Юньсян, она спросила:

— А ты, сестра Юньсян?

Сы Юньсян улыбнулась:

— Я тоже совершенствовалась вместе с Владыкой. Его исконный дух очень силён, исполняя технику вместе с ним ты будешь быстро развиваться.

Глаза Сан Хуа широко открылись, и девушка закричала:

— Как вы могли… двое… это неправильно! Двойное Совершенствование Исконного Духа подразумевает лишь одного партнёра Дао!

Пока она окончательно не впала в безумие, Сы Юньсян успокаивающе проговорила:

— Как только ты решишь совершенствоваться с Владыкой, то всё поймёшь. Его исконный дух очень силён!

Покраснев, Сан Хуа тихо пробубнила:

— Правила Двойного Совершенствования Исконного Духа Верховных Небес Императора отличаются от тех, что существуют в Империи Вечного Мира. Здесь это табу, только мужу и жене разрешено заниматься подобным. Даже обручённым это не позволено!

Лин Юйсю и Сы Юньсян переглянулись, понимая мысли друг друга:

— Правила Верховных Небес Императора устарели, но это не ваша вина. В каждом месте существуют свои законы. К примеру, все женщины Западных Земель — вертихвостки. Строя дорогу, Имперский Наставник притащил с собой тысячи дьяволиц, что создало огромное количество проблем!

Цинь Му поднялся на высоту, всматриваясь вдаль. За тысячу километров впереди клубилась невероятно плотная дьявольская Ци, напоминая высокую стену, протянувшуюся на пятнадцать тысяч километров.

«Главный лагерь дьяволов на линии фронта!»

Используя Божественные Глаза Девяти Небес, он разглядел всевозможные виды странных, великолепных видений. Они были сформированы из призраков, созданных состоящими в армии экспертами областей Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста!

— Сестра Хуа, дай мне географическую карту!

Девушка достала карту, и Цинь Му использовал свою Ци, как линейку, проводя тщательные измерения. Затем он обернулся, смотря на преследователей и дьявольскую Ци, которая становилась всё плотнее и гуще. Его взгляд замерцал, когда она подумал: «Осталась тысяча сто километров. Старший брат тигр сказал мне разбудить его за тысячу. Кажется, за это время он слегка растолстел…»

Цинь Му повернул голову, уставившись на чёрного тигра, лежащего на сундуке, и торжественно проговорил:

— Старший брат тигр, мы за тысячу километров от линии фронта!

Маленький тигр спрыгнул с сундука, смеясь:

— Стойте здесь и наблюдайте за моими техниками! — сказав это, он бросился в сторону преследователей за их спинами.

Цинь Му смотрел вслед чёрному тигриному богу, скорость которого постепенно возрастала. Его физическое тело изменилось на ходу, превращаясь за время одного вдоха из маленького тигрёнка ростом в тридцать сантиметров в громадину размером с гору. Его вид внушал страх несмотря на то, что живот казался слегка великоватым.

Вместо того, чтобы бежать на четырёх, тигр поднялся на задние лапы. По его телу распространились всевозможные руны, целиком окутывая его, будто броня, в то время как в его передних лапах появились два огромных молота.

Спустя некоторое время он столкнулся с преследователями, ломая кости бесчисленных сильных дьявольских практиков. Их тела подлетели к небу и безжизненно упали обратно.

Дьявольский бог действительно скрывался среди отряда преследователей и бросился в небо с боевой алебардой на перевес, сталкиваясь с двумя молотами чёрного тигра. Последний был невероятно храбрым, но и дьявол владел немалой силой.

Цинь Му заметил, как в миг их столкновения в воздух подлетела горная вершина, незамедлительно разлетаясь на осколки.

— Нужно идти быстрее! — тут же приказал он. — Придвинемся на сто километров вперёд! Жирдяй, спустись с сундука!

Сан Хуа не понимала о чём он говорит, но всё же начала подталкивать сундук вперёд, заставляя его бежать быстрее. Цилинь спрыгнул, подоспевая следом за ними.

За их спинами копошились бесчисленные эксперты, сумевшие выжить при столкновении с тигриным богом. Они немедленно оставили зверя позади, отправляясь в погоню за маленьким отрядом.

Тем временем битва чёрного тигра с дьявольским богом вызвала рябь в пространстве, привлекая внимание экспертов поблизости. Между тем часть дьявольской Ци отделилось от основной её массы над лагерем, устремляясь к отряду. Судя по всему, сильный практик дьявольской расы выдвинулся, чтобы схватить их.

Пробежав со всеми сто километров, Цинь Му прокричал:

— Стойте!

За их спинами раздался оглушительный взрыв, и сражающиеся чёрный тигр и дьявольский бог стремительно пронеслись мимо них. В следующий миг зверь громко взревел, отправляя в полёт горы с растениями и сдувая случайные камни.

Яростный тигриный бог молниеносно примчался к отряду, ударами огромных молотов убивая сильных практиков, преследующих Цинь Му, одного за другим.

Оценив ситуацию, юноша тут же скомандовал:

— Отступаем на сто километров!

Сан Хуа, Лин Юйсю и остальные не понимали, что он задумал, но всё равно спешно отступили назад, как им было велено.

После того, как чёрный тигриный бог разобрался с преследователями, он пролетел над их головами, сталкиваясь с бесчисленными дьявольскими экспертами.

Отряд экспертов возглавлял дьявольский бог, но чёрный тигриный бог сумел нарушить их построение. Два бога начали очередное остервенелое сражение, в то время как остальные дьяволы пошли в обход вокруг них, направляясь в сторону отряда Цинь Му.

После того, как Цинь Му отвёл всех на сто километров назад, он остановился и радостно проговорил:

— Теперь мы в безопасности!

Спустя мгновение к ним добрались бесчисленные исконные духи сильных дьявольских практиков, их божественные искусства примчались следом. Выражение лиц всех в отряде резко изменилось, но в этот миг из ниоткуда появился огромный молот, разбивая божественные искусства и исконные духи на крохотные осколки!

Тигриный бог промелькнул мимо них, по дороге хватая свой гигантский молот. Размахивая им, он громко засмеялся:

— Надеюсь, я вас на разочаровал! Забирайтесь на мою спину, отправляемся в главный лагерь врага. Я выведу вас к городу Ли!

Облегчённо вздохнув, Цинь Му подумал:

— Брат тигр действительно растолстел за это время. Его вес увеличился, а скорость снизилась на десять процентов, поэтому я решил потревожить его на сто километров раньше, и это оказалось хорошей идеей!

Глава 560. Вестники Смерти из Юду

Чёрный тигриный бог лёг на землю, и Цинь Му, поспешно перекинув сундук ему на спину, взял Ху Лин’эр на руки и запрыгнул на него, а три девушки вместе с цилинем последовали следом.

Чёрный тигриный бог разогнался и в мгновение ока миновал горы, демонстрируя поистине непревзойдённую скорость.

Цинь Му лежал на спине тигра, слушая его дыхание. Постепенно мохнатый начал дышать тяжелее, и он подумал: «Я был прав, совершенствование всей жизни старшего брата тигра было разрушено цилинем всего за один день. Жирдяй, оказывается, мастак в промывании мозгов. Надеюсь, брат тигр не станет слишком толстым, иначе я не смогу объясниться перед Священным Наставником… Но для начала нужно прорваться через вражеский лагерь и вернуться в город Ли, надеюсь мы не попадём ни в какие передряги…» — и тут его мыслительный процесс прервал оглушительный звук, схожий с рушащейся огромной плотины и хлынувшей воды.

Цинь Му посмотрел вперёд, не обращая внимания на дующий ему в лицо ветер. Он увидел вспышки огней меча, разрывающие дьявольскую Ци и создающие огромную дыру в главном лагере дьяволов.

Затем в воздухе появились большие парящие калебасы, которыми управляли летающие рядом практики божественных искусств. Как вдруг они исполнили свои божественные искусства и калебасы разразились молниями, обрушившимися на главный лагерь дьяволов пляшущим дождём.

Между молниевых калебасов яростно кружилось бесчисленное множество пилюль меча. И когда всё вокруг утонуло в разрядах молний, десятки тысяч мечей свистящим роем налетели на лагерь дьяволов.

Позади пилюль меча можно было разглядеть летающие корабли. На их палубах располагались Пушки Истинного Происхождения, из зевов которых извергались необузданные лучи, разрушающие всё и вся.

Главный лагерь дьяволов был разнесён в щепки!

— Армия Вечного Мира! — радостно воскликнул Цинь Му. — Там сияет огонь меча Имперского Наставника! Как всегда идеальный тайминг! Дьявольский бог, который выбежал из лагеря, желая убить нас, наверняка был командиром этого лагеря. И как только тот покинул свою позицию, Имперский Наставник углядел в этом редкую возможность и решил воспользоваться ею, чтобы прорвать вражеский строй! Хитрость и беспринципность, в этом весь он!

Навык меча Имперского Наставника вступил на путь, совершенствуя его сердце Дао. Ни одному врагу не дано избежать ни его взора, ни его меча. Он превратил свой путь меча в путь войны, поэтому преуспевал в каждой битве, вне зависимости от силы противника.

Цинь Му расслабился. Несмотря на то, что чёрный тигриный бог уже задыхался, давясь собственной слюной, ему хватит сил вывести их из территории дьяволов.

Между тем находящиеся на передовой Имперский Наставник и Герцог Вэй открывали путь для воздушного флота. Солдаты, управляющие молниевыми калебасами, приземлились на палубы летающих кораблей.

Позади них продвигалась армия, состоящая из бесчисленных странных зверей и практиков божественных искусств.

Чёрный тигриный бог бросился на поле боя и, встряхнувшись, скинул всех со своей спины. Он встал на задние лапы и, схватив два своих огромных молота, начал вращаться, как ветряная мельница, уничтожая врагов вокруг себя.

Буум!

Когда тигриный бог ударил молотом по земле, его безграничная сила разошлась во все стороны, сдувая дьяволов в небо. Не прекращая атаковать вражеские боевые построения, он взревел:

— Ребята, уходите. Я останусь и переварю духовные пилюли, используя излишки жира в моём животе, чтобы милорд узнал меня!

Сказав это, демонический бог уничтожил вокруг себя всех и, взяв на себя инициативу, отправился на передовую, чтобы помочь остальным. Он уничтожил вражеское построение и широко раскрыл пасть, сдувая дьявольского бога, мчащегося выше, ярким лучом света. Луч простёрся на сотню километров и через какое-то время исчез.

Будучи ошарашенным, Цинь Му повернулся, чтобы посмотреть на чрезмерно толстого цилиня, который был подброшен в небо, и почувствовал в сердце горькая печаль: «Всё же ездовой зверь Священного Наставника лучше. Даже если он слегка прожорлив, ему всё ещё хватает ума тренироваться и поддерживать свою физическую форму и фигуру. Он не будет откладывать своё совершенствование…»

Цилинь тоже был ошарашен, а когда увидел печальное выражение лица Цинь Му, то глубоко погрузился в свои мысли.

Между тем мимо них по небу пролетел корабль, на носу которого стоял молодой генерал. Со взмахом его руки под их телами появились золотые лотосы, тут же поднявшие всех на борт.

— Цинь Фэйюэ, маленький генерал Цинь! — удивлённо поприветствовал Цинь Му.

Даже будучи закованным в доспехи, Цинь Фэйюэ всё же слегка поклонился, отвечая на приветствие:

— Владыка Культа Цинь, Принцесса Юйсю. Простите меня за моё невежество, я в доспехах и мне неудобно приветствовать вас как подобает.

Из-за его спины выбежал Цинь Юй, с обвивающимся вокруг его тела драконом.

— Цинь Юй отдаёт дань уважения Владыке Культа Циню, Принцессе Юйсю и Святейшей Юньсян, — быстро поприветствовал он.

Оба брата родились в семье Цинь Генерала Небесных Стратагем и являлись частью многочисленных учеников Имперского Наставника. Они последовали за ним, чтобы выйти на новый уровень совершенствования, и на данный момент достигли некоторых успехов, а также заняли важные позиции в армии.

Имперский Наставник имел много учеников, большинство из которых вступали в армию и занимали высокие должности. У Лин Юйсю был открытый характер, поэтому она быстро подружилась со многими героями из их числа.

В первый раз, когда Цинь Му встретил Лин Юйсю, она пришла в Великие Руины вместе с Цинь Фэйюэ, планируя создать карту местности, чтобы позже завоевать эти земли.

Молодой дракон, обившийся вокруг тела Цинь Юй, поднял мордочку и с любопытством посмотрел на Цинь Му. Затем он резко сполз вниз, забрался на него, потёрся рогами о его лицо и нежно закричал:

— Ма-ха…

Сказать, что Цинь Юй был удивлён, ничего не сказать. Он поспешно достал драконью бусину и попытался призвать своего молодого дракона обратно, но тот не хотел покидать Цинь Му.

Цинь Юй начал переживать: «В Имперском Колледже я не был для него соперником. Он несколько раз избивал меня, а после того, как он стал Владыкой Небесного Дьявольского Культа, у меня пропали последние шансы хоть как-то выстоять против него. И вот теперь мой собственный дракон не хочет возвращаться ко мне… Неужели он хочет остаться с ним?»

Цинь Му взял маленького дракона в руки и, внимательно осмотрев его, с удивлением спросил:

— Это случайно не истинный дракон из Дворца Дракона Вздымающейся Реки?

Цинь Фэйюэ кивнул:

— Имперский Наставник вызвал Маленького Короля Ядов и спас ему жизнь. Затем он отдал дракончика моему брату.

Ощутив лёгкое волнение в сердце, Цинь Му с улыбкой спросил:

— Младший брат Цинь Юй, можешь одолжить мне своего маленького дракона на несколько дней?

Цинь Юй на мгновение заколебался, в то время как Цинь Фэйюэ, растянувшись в улыбке до ушей, сказал:

— Владыка уважаемый человек, к тому же он Великий Ректор Небесной Святой Академии. Отдай ему дракона, он не обманет тебя.

Цинь Юй мог только кивнуть, на что Цинь Му с улыбкой сказал:

— Младший брат Цинь Юй, я беру его не просто так. Взамен ты получишь кое-что хорошее. После того, как я верну тебе этого малыша, ты сам всё поймёшь.

Юный дракон сжался и забрался на мочку уха юноши, повиснув там, словно серьга.

Цинь Му посмотрел вдаль и увидел, как армия Верховных Небес Императора, воспользовавшись шансом, бросилась на перехват подкрепления дьявольской армии, позволяя армии Вечного Мира прорывалась через вражеские заставы. Они были сродни двум безжалостным клыкам, вонзавшимся в жизненно важные точки противника.

Молодые офицеры, находящиеся вокруг группы, вели в бой летающие корабли. Пушечные залпы вспахивали лучами землю, практики на борту бомбардировали пилюлями меча всё, что находилось под ними, а сильные рабочие, идущие внизу немного позади, только и делали, что расчищали путь, в то время как странные звери и солдаты добивали переживших мясорубку дьяволов.

— Офицеры на кораблях тоже ученики Имперского Наставника! — осмотревшись, сказала Лин Юйсю. — Ученики Имперского Наставника обычно являются почётными директоратами Академии Речной Гробницы. Там часто читают лекции, в основном касающиеся военного дела. Смотри, вон там много наших знакомых. Это старшие и младшие братья из Имперского Колледжа!

Цинь Му посмотрел туда, куда указывала девушка, и увидел Вэй Юна, Чэнь Ваньюня и остальных, поэтому сразу же помахал им рукой. Тем не менее, они были сосредоточены на владении своим духовными оружием, атакуя врагов на земле, и не заметили его.

Спустя некоторое время летающие корабли разогнали вражеский строй. Дьявольская армия была разорвана на куски, в итоге оказавшись под тяжёлой поступью зверей.

Для дьяволов эта битва закончилась крайне печально.

Цинь Фэйюэ приказал летающим кораблям остановить пушечный огонь. Он хотел, чтобы практики с духовными оружиями продолжали атаковать врагов, которые чудом уцелели, а остальные охраняли землю. Взглянув на Цинь Му, он объяснил:

— Причина, по которой наша армия Вечного Мира является авангардом, заключается в том, что навыки математики Верховных Небес Императора слишком слабы, следовательно, их построения также слишком уж примитивны. Имперский Наставник чувствовал, что если позволит им прорываться, то быть большим потерям, поэтому наша армия Вечного Мира возглавила авангард, чтобы сломить строй дьяволов.

— Имперский Наставник — большой талант. Да, тут соглашусь, математика Верховных Небес Императора действительно хромает, — сказал Цинь Му.

Сан Хуа покраснела и молча опустила голову.

— Несмотря на то, что математика Верховных Небес Императора оставляет желать лучшего, их божественные искусства невероятно хороши. На пути совершенствования у них есть то, чего не хватает Вечному Миру, поэтому мы можем полагаться лишь на боевые построения, чтобы оказать достойное сопротивление, в то время как практики божественных искусств Верховных Небес Императора могут блистать в ближнем бою сами по себе, — Цинь Фэйюэ использовал свою пилюлю меча и посмотрел на дьяволов сверху вниз. Покачав головой, он печально вздохнул. — Я думал, что я был экстраординарным в области Небожителя, но после встречи с местными практиками божественных искусств, я наконец узрел истину. С моим текущим совершенствованием, я здесь никто! Имперский Наставник приказал нам не покидать корабли, дескать никакой самодеятельности. Единственная причина, почему он так сказал, заключалась в том, что мы будем лишь кормом для дьяволов. Они на голову выше нас всех.

Битва продолжалась до тех пор, пока солнце в небе не погасло. Только тогда обе стороны ударили в гонг и отозвали свои войска.

— Мы одержали верх, так зачем нам отступать? Почему бы нам не воспользоваться этим шансом и не захватить город, пока враги бегут как корабельные крысы? — в недоумении спросила Сан Хуа.

— Нашей военной силы недостаточно. Если мы ворвёмся в город, то только ослабим наших солдат, и у дьяволов появится шанс сломить нас. Имперский Наставник решил отступить сразу после достижения победы на поле боя, потому что хочет измотать дьяволов. Мы будем постепенно атаковать их, пока они не останутся без сил. Только в таком случае дьяволы перестанут оказывать нам сопротивление!

Цинь Му вспомнил Святого Дровосека, сказавшего, что Верховные Небеса Императора не удастся защитить, и его сердце охватило сильное волнение.

Святой Дровосек никогда не говорил чепухи, поэтому Верховные Небеса Императора определённо в большой опасности. Дьяволы под предводительством Фу Жило точно не будут плясать под дудку Имперского Наставника.

Темнота ночи. Где-то на поле боя.

Внезапно из другого мира появились многочисленные блуждающие огоньки, источником которых служили фонарики на лодках со старцами с размытыми лицами.

Они пришли за павшими в бою героями.

Независимо от того, был ли это человек или дьявол, их всех ожидала одна учесть — стать призраками и уйти в Юду.

Тем временем шагающая ниже армия молча отступала, игнорируя вестников смерти. Казалось, для них это было обыденным делом.

Цинь Му стоял на носу летающего корабля, глядя на поле боя. Он мысленно грустно вздохнул, но ничего не сказал.

В этот момент перед летающим кораблём проплыла небольшая лодка. Старец на ней встал и поднял фонарь, озаряя блеклым светом Цинь Му.

— Цинь Фэнцин, ты потревожил Юду. Граф Земли приглашает тебя к себе гости, желая поговорить о причинах и последствиях твоих действий.

Внутренне несказанно удивившись, Цинь Му с непроницаемой полуулыбкой сказал:

— Какой Цинь Фэнцин? Старший, мне кажется, Вы обознались.

Фонарь светил ему в лицо, но старец за ним ничего не говорил.

Внезапно промелькнула чёрная размытость, с которой на носу появился тигриный бог, закрывший своей спиной Цинь Му:

— Вестники смерти заботятся только о мёртвых. Когда вы начали заниматься делами живых?

Лицо за фонарём было размытым:

— Юду имеет свои правила. Неважно, жив человек или мёртв, если он нарушил правила Юду, он должен ответить за это. Цинь Фэнцин освободил сорок восемь тысяч душ из Юду, тем самым нарушив правила Юду. Пятнадцать дней назад мы пришли сообщить об этом и пригласить его в Юду, чтобы всё обсудить, но у него есть сокровище, которое блокирует вестников смерти.

Имперский Наставник подошёл и серьёзно спросил:

— А что, если я не позволю тебе забрать его?

— Тогда будет разрушено множество миров, — сказал стоящий за фонарём старец.

Цинь Му вдруг вспомнил, как Король Дьяволов Дутяня стенал во тьме и проливал слёзы горечи:

— Имперский Наставник, старший брат тигр, всё хорошо, не нужно так переживать. Я пойду с ним.

Глава 561. Изгнанный Младенец

Имперский Наставник Вечного Мира нахмурился, смотря на поле боя. По нему носились бесчисленные светлячки, на самом деле являющиеся фонарями вестников смерти. Лодки уносили людей, погибших в битве, в мир Юду.

Если бы они не позволили им забрать Цинь Му с собой, а начали сражаться, такое огромное количество вестников запросто превратили бы Верховные Небеса Императора в безжизненную пустыню!

Мужчина посмотрел на Цинь Му, что-то невнятно бормоча себе под нос.

— Я уже дважды был в Юду. Впервые меня туда заманил Король Дьяволов Дутяня…

— Тогда именно я помог тебе спастись и вернуться в мир живых, — проговорил старик, стоящий за фонарём.

Цинь Му удивлённо развернулся, но так и не разглядел его лица.

— Во второй раз я, гроссмейстер, жирдяй и братья белые летучие мыши все вместе упали в Юду, но мы снова смогли выжить.

Собравшись с мыслями, Цинь Му спустился с летающего корабля. Подойдя к маленькой лодке, он развернулся, махая всем на прощанье, и с тёплой улыбкой на лице проговорил:

— Юду не так опасен, как вам могло показаться. Я поговорю о причине и последствиях побега сорока восьми тысяч душ, и вернусь сразу после этого.

Цилинь открыл пасть, собираясь что-то сказать, но немного поразмыслив, передумал: «Владыка не понимает о чём говорит. С каких пор Юду перестал быть опасным? Там полно странных чудищ, а Владыка Звезды Сатурна, этот ужасный монстр… Тем не менее, теперь я тоже в опасности. На фоне брата чёрного тигра я выгляжу не слишком хорошо, поэтому лучше мне промолчать. В противном случае, если я выведу Владыку из себя, не видать мне больше духовных пилюль».

Чёрный тигриный бог сделал шаг вперёд, собираясь говорить, но Имперский Наставник остановил его взмахом руки:

— Владыка хочет оставить своё тело здесь?

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, ведь он сразу понял, о чём думал Имперский Наставник. Если ему не удастся вернуться, они смогут силой вырвать его душу обратно с помощью Проводника Души.

— Имперскому Наставнику не стоит беспокоиться, — Цинь Му снял с уха молодого дракона, прежде чем снова всем помахать. — Безопаснее всего для меня будет взять своё тело с собой. Как только я вернусь, я возьму маленького дракона назад.

Имперский Наставник был ошеломлён, не понимая, что задумал парень. Пока он размышлял, лодка плавно уплыла вдаль, исчезая в темноте. Молодой дракон полетел обратно на корабль, обвиваясь вокруг тела Цин Юй.

— Почему Владыка не оставил своего тела? — озадаченный Имперский Наставник продолжал невнятно бормотать себе под нос. — Если несколько богов одновременно исполнят Проводника Души, они смогли бы вытащить его из Юду…

Цинь Му оглядывался, стоя на маленькой лодке. Он видел в темноте переполненные душами лодки вестников, направляющиеся в глубины Юду. Лампы на их носах излучали тусклый свет, издали напоминая звёзды, двигающиеся по ночному небу.

Некоторое время назад Король Яма посоветовал Цинь Му посетить Юду, как только у него появится возможность. Собственно, именно поэтому он и отказался от совета Имперского Наставника.

Король Яма оказался не слишком многословным, но Цинь Му всё же понял, что его рождение не было таким обыденным, как могло показаться. Приглашение от Графа Земли было редким шансом, и ему могло повезти узнать секрет своего рождения.

Маленькая лодка плыла с невероятной скоростью, но сидя внутри, юноша не чувствовал её движения, а лишь видел, как мимо проносится тусклый мир за её пределами.

В сердце парень опасался. На Верховных Небесах Императора он забрался на борт, и теперь те медленно растворялись вдали.

Находясь в лодке, он увидел множество других миров. Из них тянулись непрерывные потоки крохотных лодок с фонарями.

Цинь Му наблюдал издалека за тёмным небом этих миров и слабым светом ламп, чувствуя, как в его разуме возникают дикие, причудливые мысли. Не удержавшись, он начал фантазировать, представляя истории о странных крупномасштабных событиях, развернувшихся там. Возможно, они были меланхоличными и переполнялись скрытой горечью, а может героические, или о простой жизни людей.

— На самом деле это твой четвёртый визит в Юду, — стоящий на носу лодки вестник смерти повесил свой фонарь и повернулся лицом к Цинь Му. Спокойным голосом он проговорил. — Ты родился в Юду, так что это четвёртый раз.

Чувствуя просыпающееся любопытство, юноша спросил:

— Старший, я ничего не помню о своём рождении. Могу ли я попросить у старшего рассказать мне что-то о том дне?

— Твоё рождение потрясло все миры Юду. В конце концов большинство важных шишек решили тебя изгнать.

Цинь Му тщательно изучал лицо старца, но так и не смог разглядеть его настоящей внешности.

— После этого, ты был изгнан. Что произошло потом, мне неизвестно.

Цинь Му был ошеломлён, разражаясь громким смехом:

— Я был всего лишь младенцем, как я мог поднять столько шума? Тебе не кажется, что когда важные шишки решают изгнать ребёнка, это немного чересчур?

— Это и так большая милость, — равнодушно ответил вестник смерти. — Как по мне, изгнать тебя было очень благородно с нашей стороны. После того, как ты исчез, они так обрадовались, что праздновали несколько дней подряд.

— А что я такого сделал? — Цинь Му недоумевал ещё сильнее. — Что младенец мог вам сделать?

Вестник смерти не ответил. Крохотная лодка вошла в другой мир, проплывая сквозь. Спустя некоторое время они попали в крохотный мирок внутри него.

Цинь Му поднял голову, смотря на солнце, луну и пять элементов, а также на невероятно красивые звёзды в небе. Все они сияли разными цветами.

В небе возвышался божественный мост, на котором стоял исконный дух в форме бога.

— Мы в божественном сокровище сильного практика области Божественного Моста! — удивился Цинь Му. — Мы действительно вошли в него!

Вестник смерти достал блокнот и открыл его. Найдя нужное имя, он проговорил:

— Хань Чжэнь, твоя жизнь закончена. Я заберу тебя через три дня, закончи всё, что считаешь важным.

Исконный дух посмотрел вниз со смутным взглядом:

— Понимаю. Спасибо, что подарил мне три дня, вестник смерти.

Старик кивнул. Его маленькая лодка покинула крохотный мир, возвращаясь в Юду. Они продолжали двигаться вперёд.

— При рождении человек заключает соглашение с Графом Земли, обещая, что его душа отправится в Юду после смерти. Вестник смерти, который должен был с тобой связаться, собирался посетить твоё божественное сокровище Жизни и Смерти и передать приказ Графа Земли, но сокровище на твоём теле не позволило ему этого сделать. Именно поэтому мне не осталось другого выбора, кроме как отправиться в мир живых на твои поиски. Чем дольше откладывать эту проблему, тем хуже она для тебя закончится.

Недоумевая ещё сильнее, Цинь Му с улыбкой спросил:

— Я всё ещё нахожусь в области Семи Звёзд, поэтому моё божественное сокровище Жизни и Смерти ещё не открылось. Как тогда вестник смерти сможет в него войти?

— Оно закрыто для тебя, но не для вестников смерти. Когда мы проникаем в божественное сокровище Жизни и Смерти, чтобы передать кому-то послание, мы будто дарим ему сон, — проговорил вестник смерти. — Тем не менее, твоё сокровище не впустило нас внутрь и не позволило этого сделать.

Цинь Му достал нефритовую подвеску, спрашивая:

— Это то сокровище, о котором ты говоришь? Откуда оно у меня? На нём какое-то проклятие?

— Носи его, никогда не снимай, — поспешно предупредил его старик.

Цинь Му оставалось лишь спрятать подвеску под рубашку.

Вестник смерти вдруг слегка насторожился и достал жёлтую бумагу для талисманов, приклеивая её на лицо Цинь Му. Затем он снял фонарь, освещая его светом тьму вокруг:

— Что за друг Дао скрывается во тьме?

Проделав две дырки в бумаге, Цинь Му осмотрелся. Вокруг было темно, и он не мог ничего разглядеть.

Внезапно свет фонаря упал на скользкое тело. Оно быстро двигалось, своей чешуёй отражая всевозможные цвета, мгновенно исчезая во тьме.

Вестник смерти что-то невнятно пробормотал себе под нос, прежде чем усмехнуться:

— Это тот, с кем хочет встретиться Граф Земли, так что не пытайся сделать ничего дурного. В противном случае ты не сможешь расплатиться за свой проступок!

Снаружи от лодки послышался мягкий смех, и во тьме загорелись странные дьявольские глаза, окружая её со всех сторон.

— Раз уж Граф Земли хочет с ним встретиться, мы не будем мешать. В конце концов, мы тоже живём в Юду и ценим своё место под Графом Земли. Тем не менее, у нас есть свои владыки, которые отдали приказ найти парня.

Голоса, смешанные со странным смехом, раздавались со всех сторон. Они напоминали червей, ползающих внутри чьего-то тела, любящих поговорить, прежде чем вцепиться зубами за кость.

— Владыка, Равный Небесам, ты Генерал-Повелитель Небесных Талисманов, Покойный Владыка Юду, поэтому мы должны демонстрировать к тебе кое-какое уважение. Тем не менее, ты закрыл его лицо, и мы не можем убедиться в его личности. Как тогда нам отвечать перед своими владыками? Сними жёлтый талисман, и мы позволим тебе уйти!

Вестник смерти усмехнулся, и глаза вокруг внезапно закрылись, исчезая. Им навстречу поплыла вторая лодка, на которой стоял старец, освещающая окрестности фонарём.

Бесчисленные скользкие существа во тьме начали убегать от света.

Взгляд Цинь Му дрогнул, он разглядел во тьме всё больше и больше маленьких лодок, плывущих им навстречу. Все они сливались с их лодкой, а вестники смерти со стариком на ней. В мгновение ока шестьдесят семь лодок и вестников превратились в одну!

— Теперь нам не о чём беспокоиться, — проговорил он.

— Кто пытался нас остановить? — тут же спросил Цинь Му.

— Боги и дьяволы, засланные сюда Райскими Небесами, — проговорил старик, качая головой. — Группа индивидуумов, которые пожинают то, что сеют другие.

Цинь Му задумался, в то время как маленькая лодка продолжала плыть вперёд. Наконец он снова увидел Графа Земли. Конечно, он не мог разглядеть его силуэт целиком, и видел лишь рога с девятью изгибами.

Последние были образованы слоями миров. Чем сильнее приближалась лодка, тем большими казались рога, являющиеся несравненной широты и размаха землями, связанными между собой бесчисленными извержениями вулканов.

Бумажная лодка проплыла мимо одного из этих миров, в котором Цинь Му разглядел бесчисленные души, с трудом передвигающиеся сквозь магму.

Лодка неторопливо плыла и, спустя долгое время и бесконечное количество миров на рогах Графа Земли, наконец остановилась.

В том месте не оказалось самого сердца ада, а лишь горстка величественных дворцов.

Крохотная лодка спустилась, останавливаясь прямо перед одним из залов. Его название было написано на языке Юду, и Цинь Му сразу же понял, что оно значит: «Поместье Доброжелательного Святого Короля Равного Небесам».

Вестник зашёл внутрь, сообщая:

— Это моё поместье. Твоё тело слишком маленькое, поэтому Граф Земли не сможет встретиться с тобой лично. Подожди немного, скоро придёт его клон и проведёт допрос.

Коротая время в ожидании, Цинь Му осматривал фрески в поместье, на которых были изображены всяческие мифы и легенды. Внезапно из центра зала потекла магма, превращая пол в кипящий камень. Затем она закружилась, и вскоре над её поверхностью поднялась пара изогнутых рогов, следом за которыми возникло тело Графа Земли высотой более тридцати метров.

Вестник смерти поклонился и достал книгу:

— Я притащил Цинь Фэнцина. Всё зло, которое он совершил, записано в этой книге. Взгляните, Граф Земли.

Цинь Му поспешно подошёл поближе и, увидев, что книга была невероятно толстой, тут же воскликнул:

— Я не делал всего этого! Мне всего лишь восемнадцать лет, когда бы я успел столько натворить?

Магматический Граф Земли взял книгу, листая её. С божественным огнём, вспыхнувшим в его глазах, он проговорил:

— То, что здесь записано, ты совершил не в мире живых, а в Юду. Нефритовая подвеска, которую я изготовил, всё ещё у тебя? Недавно я почувствовал, как ослабевала её печать.

Глава 562. Береги Себя

Полный недоверия Цинь Му, широко распахнув глаза, ощутил, как его сердце сделало настоящий кульбит. Нефритовую подвеску изготовил Граф Земли?

Его нефритовая подвеска должна принадлежать семье Цинь, да и он носил её на протяжении всей своей жизни, так причём тут тогда Графи Земли?

Они связаны какими-то родственными узами?

Может он учинил так много зла, что Граф Земли запечатал его нефритовой подвеской?

Но что такого мог учинить всего лишь младенец?

Он совершенно ничего не помнил об этом. К тому же на Верховных Небесах Императора и в Вечном Мире каждый второй знал, что Владыка Культа Цинь благороден, доброжелателен и одарён широким кругозором.

Как такой человек мог совершать злодеяния?

— Печать должно быть ослабла, — продолжая листать книгу, сказал Граф Земли. — Однажды несколько дьяволов и богов попытались сломать печать, но потерпели неудачу, однако печать, кажется, ослабла и почти освободила тебя. Ничего страшного, чуть позже я восстановлю её…

Скорость, с которой он просматривал страницы с сотворёнными Цинь Му злодеяниями, была воистину феноменально, и уже вскоре он дошёл до последней страницы и сказал:

— На зловещих землях Верховных Небес Императора, сын семьи Цинь, Цинь Фэнцин, использовал Проводник Души и нарушил правила Юду, силой захватив сорок восемь тысяч душ, плюс ко всему, ранив вестника смерти…

— Касательно использования Проводника Души и похищения сорока восьми тысяч душ, тут да, виноват, но к ранению вестника смерти я отношения не имею. Это сделал Владыка Звезды Семи Убийств Вэй Ляо, все претензии к нему.

Повернув голову, Граф Земли посмотрел на Старшего Вестника Смерти и спросил:

— Вестника смерти ранил Владыка Звезды Семи Убийств Вэй Ляо?

— Ранее в Книге Жизни и Смерти было имя Владыки Звезды Семи Убийств Вэй Ляо, но после его смерти и рассеяния души двадцать тысяч лет назад записи были удалены, поэтому он больше не находится в юрисдикции Юду. Причина, по которой сорок восемь тысяч душ ускользнули из Юду, заключалась в основном в том, что Цинь Фэнцин помог Владыке Звезды Семи Убийств Вэй Ляо вернуть и восстановить свою душу. За ранение вестника смерти, в книге Цинь Фэнцина определённо должна быть соответствующая записать. В конце концов он ещё жив, и его имя числится в Книге Жизни и Смерти, — ответил Старший Вестник Смерти, являющийся клоном Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам.

Граф Земли посмотрел на Цинь Му и сказал:

— Ты согласен, что под твоим именем мы оставим такую запись?

— Нет, — незамедлительно ответил юноша.

— Запиши это под его именем, — магматический Граф Земли тут же обратился к Старшему Вестнику Смерти. — Когда придёт время, мы вернёмся к этому делу.

Немедленно помрачнев в лице, Цинь Му риторически спросил:

— Если вы в любом случае собираетесь записать это под моим именем, зачем было спрашивать? — однако даже несмотря на возмущение, когда Граф Земли сказал, что лишь в будущем снова вернётся к этому делу, в его сердце расцвела надежда. Слова Графа Земли означали, что в данный момент он просто хотел поговорить с ним о причинах и последствиях его действий, а не искать возмещений, как минимум сопряжённых с наказаниями.

Граф Земли закрыл толстую книгу и опустил голову, чтобы посмотреть на крошечного Цинь Му, находящегося под ним:

— Почему ты нарушил порядок Юду и призвал эти души в мир живых? Ты что-то вспомнил? Может быть какие-нибудь образы Юду мелькают в твоей голове?

Цинь Му взглянул на него глупым, недоумевающим взглядом и покачал головой:

— Когда меня отпр… выперли из Юду, мне было около двух месяцев, так? Какие образы у меня могли остаться в голове? А касательно душ, у меня не было выбора, я был вынужден…

Рассказав им о причине, почему он исполнил Проводник Души, он остановился, спокойно ожидая своего наказания.

Граф Земли продолжал смотреть на него и спустя некоторое время спросил:

— Неужели в твоей голове не мелькают образы? Ты ничего не помнишь?

— Что я могу вспомнить? — покачав головой, с улыбкой спросил Цинь Му.

— Если ты ничего не помнишь, как ты овладел языком Юду? — Граф Земли смотрел на него так, словно видел его насквозь. В этот момент он начал медленно и чётко выговаривать каждое слово. — Владение языком Юду позволяет совершенствовать пути, навыки и божественные искусства Юду, открывающие врата к божественным сокровищам пути дьявола. Разве тебе не интересно, как ты смог открыть их?

— Дьяволы являются потомками дьявольских богов в Юду, поэтому они могут открывать свои божественные сокровища пути дьявола. И тебе не интересно, почему ты тоже можешь это сделать? — спросил Старший Вестник Смерти.

— Интересно! — с любопытством посмотрел на него Цинь Му. — Как я смог открыть божественные сокровища пути дьявола и пути бога?

— Это потому, что ты потомок деревни Беззаботной, а также форма жизни, рождённая в Юду… — начал было отвечать Старший Вестник Смерти.

— Ему не нужно знать это, — тут же вклинился Граф Земли, — и нам не нужно всё ему «разжёвывать». Его вызвали на допрос, а не выуживать из нас факты.

Старец быстро пришёл к некому осознанию и с улыбкой посетовал:

— Ему всё-таки удалось вытянуть из меня один факт. Он смотрел на меня со своим гнусавым выражением лица… и я попался на его уловку.

Цинь Му покраснел и смущённо оправдался:

— Мне стало очень любопытно, поэтому я и обратился с вопросом к Покойному Владыке, у меня даже в мыслях не было вытягивать из вас какие-то факты. Я ещё ребёнок, которому исполнилось лишь восемнадцать…

Старший Вестник Смерти покачал головой:

— Похоже сейчас он не врёт.

Граф Земли кивнул и сказал:

— Всем этим уловкам он научился у живых. При рождении он не имел таких навыков, но тренировки изменили его.

— В таком случае, что является правдой, а что враньём из всего сказанного им?

Граф Земли, казалось бы, зная Цинь Му как облупленного, моментально ответил:

— Когда сопляк говорил о душах и причинах их призыва в мир живых — он не врал. После этого он, казалось, очень много говорил, вот только всё сказанное им было не по существу. Он просто пытался выудить из нас факты и крупицы информации.

Старец подробно обдумал произошедшее и осознал, что всё было именно так.

— Не я такой, старики в деревне научили меня быть таким. У меня правда нет никаких воспоминаний о Юду.

— Это правда, — сказал Граф Земли. — Печать до сих пор на месте, должно быть в тебе проснулись только воспоминания о языке. Но все пережитые моменты тебе недоступны.

Пот ручьями заструился по лбу Цинь Му, и он спросил:

— В прошлом я убил несколько человек, это сделает мои грехи тяжелее?

— Даже не пытайся надуть меня, смотри, сейчас он попытался выудить из меня информацию, — проговорил Граф Земли. — Однако то, что он спросил, отнюдь не секрет, можешь ему ответить.

— За все злодеяния, совершённые при жизни, люди будут отвечать после смерти. Юду не место для суда, а место смерти. — решил ответить старец. — Если умершие не виновны в совсем уж ужасных преступлениях и не нарушали порядков Юду, они не будут съедены Графом Земли, — юноша вздохнул с облегчением, но старец ещё не закончил. — Тем не менее тех, кто виновен, ожидает страдание от грехов и сожжение огнём кармы, что крайне болезненно. Граф Земли ест их, чтобы поглотить их грехи и огонь кармы. Кстати, такие люди, как ты, которые нарушают порядки Юду и не позволяют мёртвым людям оставаться мёртвыми, также съедаются Графом Земли.

Цинь Му снова занервничал, а Старший Вестник Смерти, видя его неспокойное лицо, удовлетворённо кивнул самому себе:

— Однако Юду не лезет в дела живых. Ты ещё жив, поэтому мы ничего не можем тебе сделать, и нам остаётся только ожидать твоей кончины.

— Покойный Владыка, он снова обманул тебя своим выражением лица, — подытожил Граф Земли.

Ошеломлённый старец воскликнул:

— Но он же просто хотел поинтересоваться, накажем ли мы его сейчас или нет? Да, от него и правда трудно защит…

— Тихо. Я ещё не закончил с ним, — оборвал речь магматический Граф Земли, а после опустил голову вниз, чтобы вновь посмотреть на Цинь Му.

Цинь Му молча стоял и смотрел на них.

Граф Земли посмотрел на его покорное выражение лица и на некоторое время задумался, прежде чем всё же решить больше ничего не говорить. Он слегка приподнял палец, вынуждая нефритовую подвеску соскользнуть с шеи юного владельца и упорхнуть в его ладонь. Затем он обломал на голове один из рогов и, воткнув его вниз, заставил погрузиться внутрь подвески и бесследно исчезнуть.

Огненные кольца распространились от нефритовой подвески, прежде чем постепенно рассеяться. Затем подвеска взлетела и вернулась на шею Цинь Му, который тут же спрятал её под рубашкой, держа к себе поближе.

Граф Земли махнул рукой и проговорил:

— Я хотел посмотреть на печать подвески. Всё в порядке, можешь отправлять его обратно. Поболтаем обо всём после того, как ты умрёшь.

Старший Вестник Смерти поспешно сказал:

— После смерти не станет ли он вновь те…

Магматический гигант бросил на старца взгляд, и тот сразу же вспомнил, что ему было велено держать язык за зубами. Оставшуюся часть предложения он проглотил, банально прикусив язык.

Тело Графа Земли свернулось в кружащемся магматическом вихре, но его голос исходил из него достаточно чётко:

— Не позволяй никому прикасаться к своей подвеске! А ты, Покойный Владыка, на протяжении всего пути не разговаривай с ним.

— Граф Земли, я хочу встретиться с матерью, это возможно? — торопливо окликнул Цинь Му.

Но Граф Земли уже исчез.

Цинь Му замер с пустым выражением лица, как вдруг резко обернулся и спросил:

— Я хочу встретиться со своей матерью. Я никогда её не видел… Покойный Владыка, ты знаешь, как она выглядит?

На мгновение задумавшись, Старший Вестник Смерти кивнул, и Цинь Му тут же уставился на него глазами, полными ожидания.

Старший Вестник Смерти сильно встревожился и сквозь зубы обронил:

— Граф Земли приказал мне не разговаривать с тобой.

— Просто скажи, моя мать ещё жива? — спросил он с волнением.

Старец растерянно оглянулся. Выражение лица юноши не смогло оставить его равнодушным и он, едва заметно кивнув, сказал:

— Хватит болтать, ты заставляешь меня нервничать. Я уже и так пошёл против приказа Графа Земли, поговорив с тобой. Иди, на Верховных Небесах Императора ещё не начался день. Я отправлю тебя обратно в мир живых.

Цинь Му мог только последовать за ним и, сев в лодку, молча продолжить путешествие.

Маленькая лодка неторопливо плыла, в итоге покидая рога и исчезая во тьме.

Истинное тело Графа Земли было несравнимо огромным. Цинь Му не знал, насколько тот высок или велик, но лодке потребовалось довольно много времени, чтобы покинуть два Жёлтых Источника Девяти Изгибов.

Старший Вестник Смерти оглядывался по сторонам и время от времени поднимал фонарь, освещая всё вокруг. Через некоторое время он бросил Цинь Му жёлтый талисман со словами:

— Те, кто ищет тебя, не упустят своего шанса. Приклей этот жёлтый талисман на своё лицо, и ни боги, ни дьяволы не смогут разглядеть его. Посмотри на меня, моё лицо — фальшивка, такой же эффект будет и от этого талисмана.

Цинь Му прилепил жёлтый талисман себе на лицо, сложил руки на коленях и неподвижно уселся.

— Почему ты не проделал отверстий? — с любопытством спросил Старший Вестник Смерти.

— Не хочу, — с ноткой обиды ответил подавленный Цинь Му.

— Ути-пути, маленький ребёночек, только не заплачь.

В этот момент лодка остановилась.

Старший Вестник Смерти быстро встал и поднял фонарь, безразлично говоря:

— Вы всё не уймётесь?

— Покойный Владыка, оставь нам шанс к выживанию! — из темноты послышался голос, или, если точнее, какофония из многих, слившихся в одно целое. — Нам нужно увидеть его лицо и узнать личность в мире живых! Нам не нужна его жизнь!

— Почему вы всегда суёте свой нос туда, куда не следует? Уберитесь с дороги, иначе я использую своё истинное тело и заставлю вас пожалеть, что появились на свет! — холодно сказал Старший Вестник Смерти.

Цинь Му украдкой достал Книгу Жизни и Смерти, отнятую им у Шаманского Бога Куя, и подсветил её. Когда на странице появилось имя, он всем телом невольно содрогнулся.

— Хе-хе-хе-хе, ц-ц-ц, игре конец… — странный голос из темноты быстро удалялся.

Старший Вестник Смерти повернул голову назад и, посмотрев на Книгу Жизни и Смерти в руках Цинь Му, тяжело вздохнул со словами:

— Теперь ты знаешь его истинную личность, а он знает твою. Ты использовал Книгу Жизни и Смерти с Райских Небес, таких в природе не так уж и много. Он скоро найдёт тебя. Ты… в общем, береги себя!

Потрясённый Цинь Му наконец понял, о чём напоследок сказал голос из темноты.

Глава 563. Тёмная История

Книга Жизни и Смерти досталась Цинь Му от Шаманского Бога Куя, и об этом знал лишь Син Ань, Паньгун Цо и демонические монахи Монастыря Малого Громового Удара.

Должно быть, Шаманский Бог Куй являлся Небесным или Земным Служащим, богом, управляющим душами.

Было крайне маловероятно, что он создал артефакт собственноручно, и скорее всего тот достался ему в подарок. У Райских Небес не могло быть очень много сокровищ подобного уровня, и у каждого из них определённо был владелец. Поэтому Старший Вестник Смерти был уверен, что преследователи быстро выйдут на след Цинь Му.

Отследить историю Книги Жизни и Смерти было намного проще, чем найти Цинь Му.

— В Книге Жизни и Смерти я увидел имя Цзюэ Хуан, — приподняв жёлтый талисман, Цинь Му наполовину открыл лицо. — Что это за бог?

— Он бог из Жёлтых Источников. Вдыхая и выдыхая, он может вызывать в мирах потопы, собирающие урожаи душ. Это один из четырёх великих командиров, которых Райские Небеса разместили в Юду, — ответил Старший Вестник Смерти.

— Впрочем, он не единственный, кто тебя ищет. Есть также три других командира: Сюан Мин, управляющий душами, Хань Лэй, управляющий судьбой, и Лу Ли, управляющий тюрьмой. Тебе не стоило показывать им Книгу Жизни и Смерти. Теперь они без труда смогут тебя отследить.

Цинь Му посерьёзнел в лице. Спустя некоторое время он нахмурился и обеспокоенно проговорил:

— Если я отдам Книгу Жизни и Смерти гроссмейстеру или Син Аню, то все подозрения упадут на них и никто меня не найдёт…

Старший Вестник Смерти посмотрел на парня:

— Тебе восемнадцать лет, поэтому подставить удастся лишь кого-то твоего же возраста. Те двое, кого ты упоминал, не подойдут. Более того, после того, как кто-то из четырёх командиров вырвет душу из того, кого ты выберешь, они сразу же обнаружат обман. Сделать то, что ты задумал, не так просто, как кажется… Тьфу! Почему я помогаю тебе в таком гнусном деле?

Цинь Му опустил талисман, успев прикрыть своё покрасневшее лицо, и проговорил:

— Праведная цель непреодолимо притягивает поддержку со стороны, в то время как злая — нет. Должно быть, Покойный Владыка счёл меня за честного человека и решил поделиться своей мудростью. Если подставить кого-то не удастся, смогут ли четыре бога проникнуть на Верховные Небеса Императора или в Вечный Мир?

Маленькая лодка спокойно плыла в сторону Верховных Небес Императора. Повесив фонарь, Старший Вестник Смерти присел и продолжил:

— Их способности невероятно велики, что делает путешествия между мирами крайне сложными. Тем не менее, они найдут способ схватить тебя. Как только ты совершенствуешь Божественное Сокровище Жизни и Смерти, они смогут пройти сквозь него, определив твоё местоположение.

Цинь Му дрогнул. Прохождение сквозь Божественное Сокровище Жизни и Смерти?

Разве в таком случае все практики области Жизни и Смерти не находились в невероятной опасности?

— Тем не менее, в Юду есть свои правила. Они запрещают проникать в чужое божественное сокровище, чтобы убить человека, так что сделать это тоже непросто.

Старший Вестник Смерти уже рассказал довольно много, поэтому не видел смысла скрывать оставшуюся часть информации:

— Несмотря на то, что их тела не могут выбраться отсюда, они могут запросто отправить своих учеников на Верховные Небеса Императора или же найти кого-то, согласного выполнять их волю… Или же когда дьяволы принесут в жертву Верховные Небеса Императора, барьер между мирами исчезнет. Тогда они смогут запросто попасть в Вечный Мир самолично.

Цинь Му расслабился, улыбчиво говоря:

— Меня непросто убить, так же, как и атаковать Верховные Небеса Императора. Они выстояли двадцать тысяч лет, и теперь, с поддержкой Вечного Мира и бесконечными подкреплениями, они запросто смогут просуществовать ещё столько же.

Старший Вестник Смерти ухмыльнулся:

— Ты недооцениваешь дьяволов. Сложно предугадать сколько ещё выдержат Верховные Небеса Императора… Мы на месте, можешь снять талисман и возвращаться.

Цинь Му поспешно оглянулся, увидев себя на том же поле боя, что и раньше. Казалось, что они появились в том же месте, откуда отправились в Юду, поэтому он тут же выпрыгнул из маленькой лодки.

— Верни мне мой жёлтый талисман! — прокричал Старший Вестник Смерти.

Цинь Му сбежал с жёлтым талисманом на лице, будто вор, которого словили с поличным.

— Вот чёрт! — наблюдая, как парень убегает вдаль, старец едва сдерживал свою злость. Он собирался броситься в погоню, когда внезапно остановился и рассмеялся. — Это всего лишь жёлтый талисман. Лучше подарить его, чтобы он ещё чего-то не натворил.

Пробежав пятнадцать километров, Цинь Му наконец осмелился оглянуться. Заметив, что Старший Вестник Смерти и вправду не бросился в погоню, он облегчённо вздохнул. Отклеив талисман со своего лба, он тщательно его осмотрел, прежде чем спрятать.

«Этот жёлтый талисман — хорошая вещица. Даже боги и дьяволы не смогут меня узнать, если прилепить его себе на лицо. По крайней мере, я заполучил что-то полезное с этой поездки в Юду» — пребывая в несколько ошеломлённом состоянии, он поднял и увидел, что в нескольких сотнях километров от него в сторону города Ли неслись летающие корабли. Печи для пилюль на их бортах выплёвывали яркий свет, держа судна в воздухе.

— Меня не было в Верховных Небесах Императора как минимум шесть часов, почему тогда корабли преодолели такой короткий путь? За это время они должны были пролететь несколько тысяч километров! Если они успели добраться лишь досюда, то кажется прошло только пятнадцать минуть.

Цинь Му изо всех сил бросился вперёд, навёрстывая упущенное. Сперва он догнал армию, передвигающуюся по земле, а затем сравнялся с флотом летающих кораблей и забрался на борт главного судна.

Имперский Наставник Вечного Мира и чёрный тигриный бог переглядывались в ужасе, как и все остальные. Они как раз обсуждали то, что вестник смерти забрал Цинь Му, и думали над последствиями.

— Я вернулся. Меня долго не было? — улыбаясь спросил внезапно появившийся за их спинами Цинь Му.

— Меньше ч-часа… — от удивления, Сан Хуа заикнулась. — Тебя забрал вестник смерти, и ты так быстро вернулся из Юду?

— Вестник смерти оказался Покойным Владыкой Юду. Мы даже успели побывать в другом мире и нашли сильного практика области Божественного Моста по имени Хан Чжэнь. Вестник сообщил, что заберёт его душу через три дня. Затем он отвёл меня к Графу Земли, с которым мы обсудили причину и последствия моих действий. Граф сказал, что разберётся со мной после того, как я умру, и вышвырнул меня обратно. По дороге мы также встретили каких-то богов и дьяволов, которые хотели меня похитить.

Цинь Му рассказал обо всём, тоже находя странным то, что он успел столько сделать лишь за шесть часов. В мире живых на это ушло бы три или даже пять дней. Исходя из этого, в Юду, должно быть, всё случилось намного быстрее, именно поэтому в мире живых прошло всего лишь десятой-другой минут.

— Юду напоминает сон. Твоя поездка больше похожа на него, — глаза Имперского Наставника загорелись, когда он заговорил. — Главное, что ты вернулся живым, остальное не имеет значения. Граф Земли оказался очень страшным?

Цинь Му покачал головой:

— С ним приятно иметь дело. То же можно сказать и о вестнике смерти.

На лицах всех вокруг возникли странные выражения. С Графом Земли и вестником смерти приятно иметь дело? Только Цинь Му был способен сказать что-то подобное!

Любой, независимо от того, был ли он богом или дьяволом, вёл бы себя совершенно по-другому, встречаясь с Графом Земли, а при вестнике смерти набрал бы в рот воды.

— Ма Ха… — молодой дракон быстро соскользнул с тела Цин Юя и побежал потереться о Цинь Му.

Чувствуя себя немного обиженным, Цинь Юй подумал: «Я ещё не почувствовал его теплоты, а этот парень снова заманил его к себе…»

Поласкав дракона, Цинь Му поместил его себе за ухо. Голова зверька свисала донизу, его усы качались на ветру.

В сердце Цинь Юя укоренилась ревность.

— Младший брат Цинь, одолжи мне своего дракона на некоторое время. Возможно, мне даже придётся взять его с собой в Великие Руины, но, когда мы вернёмся, ты определённо удивишься! — с улыбкой проговорил Цинь Му. — Меня выкрал Фу Жило, вынуждая бороться за свою жизнь. И посетив Юду после всего этого, я устал, поэтому для начала хочу отдохнуть.

Цинь Юй смотрел вслед парню, уносящему его маленького дракона, думая про себя: «Интересно, будет ли этот дракон всё ещё моим через несколько дней? Он уже соблазнил его душу…»

****

Старший Вестник Смерти вернулся в Поместье Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам, и открыл толстую книгу. Это была та же книга, которую он давал магматическому Графу Земли.

Цинь Му тоже хотел её почитать, но Граф Земли поднял её слишком высоко. Кроме того, он был вынужден послушно себя вести, поэтому так и не сумел заглянуть внутрь.

Старший Вестник Смерти перевернул первую страницу, увидев внутри двигающиеся рисунки. На них был изображён клочок тёмной земли, посреди которого родила беременная женщина. Безграничная дьявольская Ци и горе разбитых душ яростно стремились к центру комнаты для родов.

Это место, казалось, содержало ужасающего дьявольского короля, поглощающего злую дьявольскую природу и Ци Юду, будто голодный кит.

Между тем за пределами крохотного клочка земли роились бесчисленные дьявольские боги, нервно поглядывая на первое в истории Юду существо, родившееся из утробы.

— Пришествие Сына Бога! — в уголке страницы проговорил дьявольский бог.

В небе над комнатой открылись ало-красные глаза. Первый, второй и, наконец, третий.

Старший Вестник Смерти перевернул на вторую страницу, на которой была изображена следующая картинка, и взглянул на большого, пухлого малыша, выпрыгнувшего из объятий женщины, а точнее на его три глаза. Мальчик сеял хаос на тёмной земле, двумя кулаками крепко держа парочку дьявольских богов, намерившихся его убить, как вдруг его три глаза открылись, извергая три луча света. Они накалили землю до красна, превратив бесчисленных монстров в прах.

Все призраки в округе, большие и маленькие, спасались бегством. Даже призрачные короли бежали вперёд без оглядки. Их злобные лица отражали лишь страх, что создавало довольно удивительное зрелище.

Малыш поднёс дьявольского бога к своему рту и откусил половину его головы. Это было крайне кровавое событие.

Старший Вестник Смерти покачал головой и продолжил рассматривать книгу. Следующая страница рассказывала о том, как маленький ребёнок проглотил бесчисленные души, становясь смехотворно огромным, своим видом ужасая всех, кто встречался по пути. Он разрушил несколько уровней ада, убивая всех богов, попытавшихся атаковать его мать или спутников. От страха дьяволы мочились в штаны и пытались сбежать.

Тем не менее, в природе ребёнка крылись невообразимо злые помыслы. Независимо от того, были ли перед ним дьявол, намеревающийся убить его родных, или призрак, спокойно живущий в Юду, он убивал и пожирал их всех.

Старший Вестник Смерти увидел в глазах матери панику и ужас. Она казалась крайне напуганной своим собственным сыном и его дьявольским характером.

Старец перевернул на новую страницу, на которой снова был ребёнок, убивающий всех вокруг. Он стоял на гигантском дьявольском драконе, разрывая его живот. Три глаза малыша сияли убийственным блеском.

И всё же, в самом конце рисунка ребёнок наелся, и снова превратившись в малыша, попросил маму взять его на руки.

Вестник смерти перелистывал страницу за страницей, рассматривая вещи, на которые было всё тяжелее и невыносимее смотреть.

Младенец раздавливал волны дьявольских богов одна за другой, шумом привлекая внимание самых сильных существ, прячущихся в Юду.

Объединившись, они сражались с ребёнком до тех пор, пока земля не треснула, а небо не разорвалось.

Ближе к концу книги, ребёнок, полагаясь на свою дьявольскую природу и безжалостность, стал одной из главных сил в Юду. Однажды он подошёл к границам мира, своими алыми глазами поглядывая на земли живых с невероятным любопытством.

На противоположной стороне картины большие шишки Юду о чём-то перешёптывались с Графом Земли. Мать ребёнка тоже была с ними, обращаясь к владыке.

Граф Земли отломал от своего рога осколок нефрита, изготавливая из него подвеску. Мать сдерживала слёзы, пока он наносил на артефакт печать. Затем она подозвала сына и одела украшение ему на шею.

Дьявольская природа внутри него тут же была подавлена, так же, как и божественная. Его тело превратилось в самого обычного младенца. Валяясь в своих пелёнках, он размахивал руками и ногами, крича «Ааа, Еее». Затем он с крайне серьёзным выражением лица начал посасывать свой большой палец.

Мать отнесла его в сторону и, несколько раз поцеловав, неохотно положила в корзину. Спустя некоторое время её подобрала какая-то женщина и, забравшись в бумажную лодку, уплыла в даль.

Находящиеся позади призрачные короли и другие призраки всевозможных видов, наряду с дьявольскими богами, яростно били в барабаны и гонги, празднуя отъезд ребёнка.

Старший Вестник Смерти перевернул на последнюю страницу, где увидел посреди зловещей земли Цинь Му с длинными волосами, свисающими до плеч. Держа меч поднятым, Цинь Му исполнил заклятие, открывая Врата Небесной Воли, чтобы призвать души солдат из мира мёртвых.

В этот миг нефритовая подвеска на его шее подлетела вверх.

— Восемнадцать лет, — закрыв книгу, Старший Вестник Смерти надёжно её спрятал, прежде чем тяжело вздохнуть. — Сейчас совершенно невозможно разглядеть, каким этот мерзавец был раньше. Надеюсь, его дьявольская природа больше никогда не проснётся и не заполучит контроля… К счастью, Граф Земли изгнал его в мир живых. Если бы не это, во что превратился бы Юду? Тем не менее, останься он здесь, он бы не дожил до восемнадцати лет. Скорее всего, Граф Земли уже давно съел бы его за все злые дела…

Глава 564. Маленький Тиран Юду

«Но во всём произошедшем с Цинь Фэнцином есть кое-что непонятное… После запечатывания Графом Земли, также должны были быть запечатаны и все его божественные сокровища, делая невозможным их открытие, а его самого лишая возможности совершенствоваться… А он как-то умудрился не то, что прорваться через неприступный барьер, но и стать практиком аж божественных искусств, — Старший Вестник Смерти расхаживал вокруг, размышляя об этом. — Он должен был жить как обычный смертный, до тех пор, пока его тело не перестанет функционировать, то есть не больше ста лет. Каким же образом он смог открыть свои божественные сокровища?»

Своим веским словом Граф Земли запечатал дьявольскую и божественную природу Цинь Му, а также подавил его память и божественные сокровища. Правда последние пострадали по воле случая, непреднамеренно от запечатывания его божественной и дьявольской природы.

Надо сказать, печать сама по себе не была настолько ужасающей, но она всё же преградила ему путь совершенствования.

Цинь Му не имел ни божественной, ни дьявольской природы.

Его сокровища обоих типов были подавлены и не могли быть открыты.

Пути к совершенствованию не было и, после ссылки в мир живых, его ожидала самая обычная жизнь самого обычного мальчугана, мужчины с семьёй и старика с внуками.

Но его божественные сокровища, казалось бы, наперекор судьбе, открылись вплоть до семи звёзд, не говоря уже о том, что он умудрился объединить области Семи Звёзд и Шести Направлений в одно целое.

Сначала он открыл сокровища своего божественного пути, в то время как его нынешняя скорость совершенствования дьявольского пути была таковой, будто ему помогал бог!

Странное явление, не иначе!

Открытие Божественного Сокровища Духовного Эмбриона требует, чтобы человек полагался на свои способности, только на себя самого и никакой внешней помощи.

К тому же не стоит забывать, что по вине поставленной печати, стены божественных сокровищ Цинь Му были в сто раз прочнее, чем у обычного человека. Если бы он попытался сломать стену Духовного Эмбриона, то активировал бы печать, низвергая на себя Божественный Язык Девяти Небес Графа Земли, а если бы попытался открыть Божественное Сокровище Духовного Эмбриона дьявольского пути, то столкнулся бы с Дьявольским Языком Юду Графа Земли.

Старший Вестник Смерти не мог придумать объяснения всему этому. Он не был всеведущим и всемогущим, и не мог вернуться в ту ночь, когда юноша впервые поглотил кровь четырёх духов, следовательно, ему также было неведомо, что в ту ночь у костра одной деревни сидел старик с отрубленными конечностями и разговаривал с окружавшими его жителями с злодейскими намерениями и физиономиями.

— Я думаю, что у Му’эр совершенно другой тип телосложения, сочетающий в себе силу четырёх великих тел — Тело Тирана, — проговорил тот старик.

Так и родилось сказание, превратившее невозможное в возможное.

Жители той деревни изо дня в день находили всё больше и больше крови четырёх духов, словно беспокоясь, что их внуку, чаду, может не хватить самой крохи, чтобы раскрыть свой потенциал, и всё окажется насмарку.

Юноша работал гораздо усерднее, чем кто бы то ни было, ведь в его сердце жила вера в непобедимость Тела Тирана, самого сильного духовного тела в мире!

Не будучи способным открыть своё божественное сокровище, он свято верил, что недостаточно усердно тренировался, и пока не заслуживал называться Телом Тирана!

И так, раз за разом, печать Графа Земли постепенно ослабевала, в итоге позволяя ему базово выучить языки дьявола и бога. Затем он воспользовался моментом, когда языки бога, дьявола и будды пресеклись, и выпустил на свободу своё божественное сокровище, тем самым открывая себе путь в новое, светлое, и местами не очень, будущее!

Печать до сих пор была с ним, запечатывая его дьявольскую и божественную природы. Однако, такой большой веры от маленького неоперившегося юнца не ожидал никто, ни самые важные шишки в Юду, ни сам Граф Земли.

История этих сказаний началась со лжи во благо старейшины деревни, который в ту ночь лежал у костра, выглядя как человекоподобный жезл-бочка.

«Но ведь есть ещё один странный случай, когда его изгнали из Юду и бросили в Великих Руинах. Что же тогда произошло? — Старший Вестник Смерти закрыл глаза, затем открыл их и через некоторое время достал Книгу Жизни и Смерти Юду. — Здесь должна быть ниточка, за которую можно ухватиться и отследить последовательность всех событий. Я должен найти ту женщину, которая унесла его, и спросить её о том, что случилось. Если она ещё жива, я смогу найти её по книге, а если она умерла, её душа должна была вернуться в Юду…»

Пролистав Книгу Жизни и Смерти Юду, старец помрачнел. Имя женщины уже было вычеркнуто из неё, что означало лишь два возможных варианта. Первый — её душа могла рассеяться, как и у Владыки Звезды Семи Убийств. Когда души перестают существовать, их имена автоматически исчезают из книги бытия. Второй — её душа могла отправиться в Фэнду или какое-то другое место, которое похоже на Юду.

«Что же она пережила? — Старший Вестник Смерти разочарованно вздохнул и закрыл Книгу Жизни и Смерти. Дрогнув телом, он разделился на множество самих себя, после чего каждый „он“ сел в лодку, чтобы уплыть. — Нынешний маленький тиран Юду мне нравится больше, чем прошлый. Лучше бы сопляк Цинь Му остался навсегда, я не хочу больше видеть Цинь Фэнцина. Однако печать уже однажды ослабла, и вдобавок его ищут Райские Небеса. Если печать сломается и Цинь Му превратится обратно в Цинь Фэнцина, боюсь Юду окажется в опасности…»

****

Находящийся в городе Ли Цинь Му удивлённо открыл глаза, чувствуя, что его лицо стало подозрительно влажным, и увидел маленького дракона Цинь Юя, лежащим на нём и старательно облизывающим его щёку.

Он сразу же ущипнул малыша за хвост и приподнял. Маленький дракон поднял мордочку и взобрался на его руку, а уже в следующий миг заскользил ловкой змейкой по плечу и шее, в итоге свесившись серьгой с уха.

Цинь Му взял ведро воды, чтобы умыться. Маленький дракон воспользовался предоставившимся шансом окунуть мордашку в воду и, набрав полный рот воды, начал выплёвывать её, своеобразно играясь.

После хорошенького сна в течение всей ночи Цинь Му вышел из каюты корабля и потянулся. Между тем Ху Лин’эр, Лин Юйсю, Сы Юньсян и Сан Хуа, вставшие раньше, чтобы приступить к готовке, увидели, что он проснулся, и помахали ему.

Сундук захлопнулся и потёрся о ноги Цинь Му, а после сразу же открылся, чтобы показать все собранные им кости.

Цилинь зубами ухватился за огромный таз и подошёл к Цинь Му, поставив таз у его ног, раболепски размахивая своим хвостом.

— Погоди-ка, толстяк, разве ты не спрятал несколько духовных пилюль в сундуке? — договорив, Цинь Му достал фартук и пошёл помогать девочкам с готовкой. Подойдя к ним, он с улыбкой сказал. — Разрешите вам помочь, юные дамы.

— Ух ты, Владыка умеет готовить? — удивлённо спросила Сан Хуа.

— Владыка является экспертом в кулинарии! Его блюда восхитительны, просто пальчики оближешь! В те дни, когда мы с Принцессой Юйсю были схвачены дедушкой слепым, который хотел женить нас на нём, всё блюда готовил Владыка. Я так пристрастилась к его еде, что действительно захотела выйти за него замуж! — взбудораженным голосом прощебетала Сы Юньсян.

Глаза Лин Юйсю засияли:

— Я сама не могла оторваться от такой вкуснотищи, и скажу по секрету, даже надеялась, что слепой поймает нас снова, чтобы поженить на нём. Предлагаю просто подождать, пускай пастушок удивит нас своими кулинарными навыками!

Цинь Му взял половник и, превратив свою жизненную Ци в огонь, кое о чём подумал. Посмотрев на девушек, он с улыбкой сказал:

— Вы ещё не пробовали стряпню дедушки немого, а какая у целителя лечебная кухня — вкуснотища. Кстати, старый Ма готовит лучшие вегетарианские блюда! Бабушка Сы тоже очень хороша в кулинарии, но никто не хочет пробовать её еду, так как никто не знает, какие ингредиенты она использует. Больше в деревне никто не умеет готовить.

Цилинь посмотрел на сундук, и тот, словно пребывая на седьмом небе от счастья, показал ему свою коллекцию костей, прежде чем бросить ему парочку. Цилинь не обратил на это ровным счётом никакого внимание и запрыгнул внутрь сундука, начав рыться в нём, пока не нашёл несколько запрятанных пилюль.

Подошел чёрный тигриный бог и прогрохотал басистым голосом:

— Толстяк, прекрати есть, сегодня я покажу тебе как надо тренироваться! Сейчас лучшее время для тренировок, пробудился и на голодный желудок начал заниматься! Ты научил меня многим вещам, теперь я собираюсь отплатить тебе тем же. Я помогу тебе избавиться от лишнего жира! Младший брат, я позаимствую эту ходячую котлету, ты не против?

— Не стесняйся, делай с ним всё, что захочешь, — поспешно ответил Цинь Му.

Цилинь попытался проглотить все духовные пилюли в тазу за раз, но, прежде чем он успел это сделать, чёрный тигриный бог схватил его за хвост и потащил за собой.

— Мой тазичек! — стенающие вопли зверя разнеслись по округе. — Я даже лизнуть его не успел!..

— Лисичка, после завтрака приходи на тренировку. Нужно привести вас в форму, прежде чем мы пойдём на вражеский лагерь! — издалека донёсся крик тигриного бога.

Ху Лин’эр приняла к сведению его слова, в то время как чёрный тигриный бог так и продолжал тащить трепыхающегося цилиня за хвост.

Цинь Му закончил готовить и, сняв фартук, сел с девочками за обеденный столом. Ху Лин’эр налила всем каши и села рядом.

Маленький дракон на ухе тайно вытянул коготки и быстро схватил кусок жареного моллюска, тут же обняв его покрепче и начав грызть.

Все ели и болтали. Лин Юйсю и Сы Юньсян тоже бывали в Фэнду и изучали некоторые наследия тамошних богов и дьяволов. Тем не менее, техники и божественные искусства, которые они совершенствовали, были неполноценны, ведь те боги и дьяволы закладывали в них азы, а всё остальное они должны были понять сами.

— Так как наследие Верховных Небес Императора завершённое, мы узнали немало полезного за эти несколько дней, проведённые здесь.

— После последней победы грандиозных сражений ожидать не стоит, ведь Имперский Наставник держит линию фронта, поэтому мы можем воспользоваться этим шансом и поучиться у старших сестёр и братьев с Верховных Небес Императора, прежде чем начнём обмениваться ударами со старшими братьями и сёстрами дьявольской расы. Довольно много учеников из Небесного Дьявольского Культа прибыло сюда. Сестра Сан Хуа также сказала, что хочет пойти в Небесную Святую Академию, и поучиться там некоторое время, — сказала Сы Юньсян.

Цинь Му задумался на мгновение:

— Мы могли бы основать на Верховных Небесах Императора филиал Небесной Святой Академии и приглашать вести лекции известных местных богов, дьяволов и практиков области Божественного Моста. Народ с Верховных Небес Императора тоже может посещать Небесную Святую Академию с целью совершенствования. Таким образом мы могли бы чаще взаимодействовать и приостановить боевое положение.

Они продолжали кушать и болтать за обеденным столом.

Закончив трапезничать, Ху Лин’эр помчалась на тренировку с тигриным богом и цилинем, а Цинь Му и девочки остались мыть посуду.

Юй Хэ подняла на борт корабля, но увидев, как Цинь Му моет посуду, очень удивилась и замерла. Со странным выражением лица она нерешительно проговорила:

— Владыка, на поле боя осталось несколько дьявольских разведчиков. Я хотела бы взять Сан Хуа и остальных для партизанской битвы, чтобы, так сказать, поболтать с ними по душам.

Цинь Му кивнул, с улыбкой одобряя:

— Да, конечно, идите, а я помою посуду.

Сы Юньсян со всех ног побежала с корабля, потянув за собой Лин Юйсю и Сан Хуа.

— По-моему мы поступили неприлично, — издалека послышался шёпот Юй Хэ, — оставив Владыку мыть посуду. Разве ему подстать заниматься такими банальными делами?..

Сы Юньсян улыбнулась ей:

— Вот такой бесстыдный Небесный Святой Культ. У нас нет строгих правил.

Юй Хэ расслабилась и, продемонстрировав лёгкую улыбку, ответила:

— Владыка однажды сказал, что наш Небесный Святой Культ не знает себе равных на праведном пути… и сегодня, своими глазами увидев, как он себя ведёт, я могу назвать его образцом для подражания. Эх… Только сейчас я начинаю по-настоящему осознавать, насколько велик наш Небесный Святой Культ на праведном пути.

— Но… — Сы Юньсян уставилась широко распахнутыми глазами, не зная, что и сказать.

Между тем Цинь Му закончил с посудой, тут же услышав, как в его сторону загремел сундук. Он вновь открылся и показал собранные кости.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Разрываясь между двумя эмоциями, он достал духовные оружия дьявольской расы и поместил их внутрь:

— Во время этого путешествия я убил много дьявольских экспертов и завладел их духовным оружием. Начни собирать его, а не просто свои любимые косточки.

Сундук «выплюнул» духовные оружия, решив продолжить собирать кости.

Цинь Му беспомощно покачал головой и достал истинное драконье гнездо. Затем он снял дракончика со своего уха и с улыбкой спросил:

— Маленький друг Дао, ты так «прилип» ко мне, потому что всё это время хотел увидеть этот предмет?

Глаза маленького дракона загорелись, и он начал радостно восклицать ма-ха, ма-ха…

Юноша рассмеялся и повёл малыша в истинное драконье гнездо.

Человек и зверь приземлились внутри, после чего дракончик немедленно взмыл в воздух и полетел облетать гнездо с невыразимо взбудораженной мордочкой.

Цинь Му достал Диск Императора и подбросил его в небо. Совмещаясь с гнездом, артефакт тут же превратился в истинного владыку драконов и вызвал волны обширной, безграничной драконьей Ци, а также бесчисленное множество писаний расы драконов.

Маленький дракон начал летать туда-сюда, пытаясь прочесть все писания. Его вопли «ма-ха, ма-ха» превратились в загадочный, труднопонимаемый драконий язык, что не удивительно, ведь он постигал наследие истинного драконьего гнезда!

Родословная маленького дракона была очень чистой, так как он был сыном Короля Драконов Реки Вздымающейся. Цинь Му называл его маленьким другом Дао, но на самом деле его возраст превышал двадцать тысяч лет. Всё это время он был заморожен в драконьей бусине своим отцом, не имея возможности расти.

Драконий язык из его пасти становился всё более загадочным. Он был сыном короля, следовательно, его родословная была даже выше и чище, чем у Бай Цинфу и Бай Цюй’эр, которых Цинь Му встретил сорок тысяч лет назад во время своего путешествия во времени в Эпоху Высшего Императора.

Слушая маленького дракона, Цинь Му удавалось постоянно расшифровывать драконий язык. Он стоял и, прислушиваясь к рёву, использовал свою жизненную Ци, чтобы проверять ранее изученную истинную драконью технику, тем самым неумолимо наращивая понимание.

Дракончик безостановочно летал вверх-вниз, влево-вправо. Трудно было сказать, сколько времени прошло, когда он, наконец, расшифровал все письмена. Затем он внезапно приземлился на землю и, задрожав всем телом, превратился в юношу с красивой внешностью и прямой осанкой, чем-то напоминая Цинь Юя.

Юноша тут же поклонился в знак благодарности:

— Большое спасибо Владыке Культа Циню за дарование техники и помощь в пробуждении моего разума.

Цинь Му поклонился в ответ и с улыбкой ответил:

— Можно сказать мы оба получили выгоду из этого, так что можешь не благодарить меня. Как мне обращаться к маленькому другу Дао?

— Моя семья носит фамилию Цзян, а моя мать даровала мне имя Мяо, исходя из этого, моё полное имя Цзян Мяо, — ответил он. — Хоть я и расшифровал письмена в истинном драконьем гнезде, я отношусь ко второму поколению, а значит моя родословная недостаточно чиста. Нам понадобится божественный дракон, чтобы расшифровать всё это и получить полную технику истинного владыки драконов.

Цинь Му нахмурился:

— На Верховных Небесах Императора нет истинного дракона, который стал бы богом. Где мы сможем найти божественного дракона?

— Полагаю, в Великих Руинах. Следуя за Цинь Юем, я время от времени слышал его зов.

Цинь Му был потрясён и с улыбкой выпалил:

— В таком случае, Великие Руины ждут нас!

****

В разбитом Ковчеге Парамиты в Великих Руинах посреди большой печати парили огромные куски земли.

Внезапно раздался долгий, протяжный вой, с которым сквозь воздух прорвался божественный мост. Исконный дух Син Аня пересёк его и взмыл к Райским Дворцам на другом берегу.

— Я выхожу! — Син Ань вернул свой исконный дух и поднялся, грозно добавив. — Немой, иди сюда! Ты постоянно вмешиваешься в мои дела. Теперь, когда я пересёк божественный мост, выйди и прими свою смерть!..

— Смерть, смерть, смерть… — ему в ответ прозвучал его же эхо.

От немного уже давно и след простыл.

Почернев лицом до цвета угля, Син Ань размашисто бросился вперёд, как вдруг слегка вздрогнул. В его Божественном Сокровище Жизни и Смерти вновь появился дьявольский глаз Лу Ли, после чего прозвучал её зловещий голос:

— У человека, которого ты ищешь, есть Книга Жизни и Смерти, которая некогда принадлежала Шаманскому Богу Кую. Найди этого человека! — договорив, дьявольский глаз Лу Ли моментально исчез, оставляя Син Аня неподвижно «стоять» прямо посреди воздуха с по-настоящему ошеломлённым взглядом.

— Великий Врач Цинь, так значит, это ты… — Син Ань был подавлен, чувствуя некую растерянность в сердце. — Так это был ты… я доверял тебе, но ты оказался ещё подлее, чем тот немой… Это ты! Хотел бы я посмотреть, как ты сумеешь отвертеться на этот раз!!!

Глава 565. Цинь Му в Отражении

Цинь Му провёл маленького дракона Цзян Мяо по Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии и, осмотревшись, едва сдержал изумление, нахлынувшее на него в этот миг.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии находился в самом центре Великих Руин. За сто метров от него с каждой стороны была проложена каменная дорога, вокруг которой возвышалось огромное количество древних храмов, святынь и божественных дворцов. Казалось, перед ними раскинулся суетливые и шумный город, превосходящий с виду город Пограничный Дракона в несколько раз.

Все здешние храмы, античные руины и многочисленные статуи, которым постоянно подносили благовонии в качестве жертвоприношений, были перенесены сюда из других мест Великих Руин для защиты от тьмы. В итоге жители многих деревень переехали жить сюда, чтобы больше не сталкиваться с ежедневной борьбой за выживание, и превратились в торговцев, работающих между Средиземьем и Западными Землями.

Также здесь была основана начальная школа и колледж, обучающие студентов всевозможным техникам и божественным искусствам. Их отличительной чертой от подобных заведений в Империи Вечного Мира было то, что их не поддерживала священная земля вроде одной из четырёх священных обителей или Имперского Колледжа.

За пределами города лежали огромные руины, позволяющие странным зверям прятаться от тьмы. Каждый элемент был тщательно продуман.

Старые и новые здания города находились в живописном беспорядке, красиво сочетаясь друг с другом. Осмотрев город, Цинь Му мог с уверенностью сказать, что человек, ответственный за его планировку, владел высокими степенью культуры, уровнем самосовершенствования, а также талантом к проектированию. Его чувство красоты определённо достигло необычайных высот.

«Подобно молодым веткам на трухлявом дереве, он подчеркнул контраст между новым и старым. Вышло и вправду неплохо. Может быть я просто провёл слишком много времени среди кривых строений Верховных Небес Императора, но теперь в Великих Руинах я ещё больше чувствую себя как дома…»

Сундук пробежал по Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, и Цинь Му тут же начал махать головой. Не обращая на это внимания, существо тут же бросилось к нему. С тех пор как цилинь и лисичка отправились на поле боя для получения опыта, сундук непрерывно следовал за ним.

— Владыка, я снова слышу зов божественного дракона, — осматриваясь, проговорил Цзян Мяо. — Идём за мной!

Задрожав всем телом, он снова принял облик крохотного дракона и мгновенно вылетел из города, вынуждая Цинь Му схватить сундук и броситься в погоню, двигаясь в глубины Великих Руин.

Несмотря на то, что Имперский Наставник Вечного Мира ужа закончил строительство двух дорог, соединяя Великие Руины с Западными Землями и Вечным Миром, они всё равно оставались обширными пустошами, в которых никто не жил.

Цинь Му двигался следом за Цзян Мяо, углубляясь в Великие Руины. Они перелетали над горами и реками, шагали среди обломков древних строений, а когда наступила ночь, дракон садился на сундук, в то время как юноша продолжал идти впереди.

Великие Руины, окутанные тьмой, были совершенно не такими, как днём. Шагая по ним, Цинь Му видел дымные силуэты Верховных Небес Императора и бесчисленных дьяволов, хаотично двигавшихся вокруг него.

Последние шагали по следам путников, иногда забираясь на деревья, а в другое время прячась за камнями, тайком наблюдая за незнакомцами и не смея подбираться слишком близко.

«Это не дьяволы Верховных Небес Императора! Верховные Небеса — не единственное царство во тьме Великих Руин!» — был ошеломлён Цинь Му. Изначально он думал, что дьяволы во тьме Велики Руин происходили из Верховных Небес Императора, и считал тайну этих земель раскрытой. Но, судя по всему, существа, носящиеся вокруг, никак не были связаны с Небесами.

Дело было в том, что, когда люди Верховных Небес Императора видели Великие Руины во тьме, те представали перед ними в виде дымных силуэтов. В глазах Сан Хуа, Цинь Му был мальчиком из тьмы, который разлетался чёрным песком на ветру с первыми лучами солнца.

Шагая среди тьмы, Цинь Му видел людей Верховных Небес Императора таким же образом. Они находились в двух разных мирах, не имея возможности коснуться друг друга или взаимодействовать каким-либо другим образом.

И всё же, монстры, преследующие их сейчас, были совершенно другими, — они и вправду находились во тьме Великих Руин!

«В Великих Руинах слишком много тайн…» — вздохнул Цинь Му, следуя за Цзян Мяо, показывающим дорогу.

Когда два дня спустя они добрались к северо-западным границам Великих Руин, солнце как обычно поднялось в небо.

— Мы не очень далеко от Ковчега Парамиты, — осмотревшись, заговорил Цинь Му. — В недавнем прошлом я добрался туда на Корабле Луны. Смотри, вот его след!

Огромный отпечаток лапы Корабля Луны превратился в небольшое озеро, на глубине которого уже завелись странные рыбы.

— Зов божественного дракона уже очень близко! — воскликнув, Цзян Мяо поднялся в небо, затем огляделся и направился на запад.

Цинь Му поспешно догнал его, и вскоре парочка приблизилась к какому-то каньону, округа которого пребывала в подозрительной тишине. Нахмурившись, Цинь Му осмотрелся и, увидев, что Цзян Мяо уже направился в глубь каньона, следуя зову, резко одёрнул его:

— Успокойся, не теряй самообладания.

Цзян Мяо не понимал, что тот имеет в виду.

Продолжая осматривать окрестности, взгляд Цинь Му упал на следы Корабля Луны:

— В этом месте был запечатан Ковчег Парамиты. Это корабль, выкованный Божественной Расой Небесных Работ. Они надеялись использовать его, чтобы перенести всех живых существ их земли, а также богов и дьяволов Эпохи Императора-Основателя, в деревню Беззаботную. Тем не менее, он разбился из-за атаки врага. Зов божественного дракона может быть поддельным, в этом месте не должно быть ни единого странного зверя…

Проходя по этим землям на борту Корабля Луны, он смог войти в пересекающееся пространство, в котором был запечатан Ковчег Парамиты…

Неподалёку от того места, где они стояли, следы Корабля Луны резко обрывались.

В тот раз он столкнулся с бесчисленными монстрами и дьявольскими богами. Они яростно атаковали Корабль Луны, и многие из них погибли. Тем не менее, оказавшись здесь сейчас во второй раз, он так и не смог обнаружить их останков.

Земля перед озерами каньона была покрыта песком.

Там не было видно ни одного камня, даже размером с ноготь.

Скалистые стены с обеих сторон были покрыты гигантскими надписями, написанными явно не на языке людей. Не имея ровных, чётких форм, они скорее напоминали сложные руны.

Цинь Му не входил в каньон, а стоял снаружи, осматривая руны на стенах. Затем он исполнил технику Природы Десяти Тысяч Душ, поднимая в каньоне небольшие вихри в попытке создать песчаного гиганта.

Однако песок быстро рассыпался, возвращаясь к обычному состоянию.

«Это невозможно! Техника Природы Десяти Тысяч Душ может пробудить любую вещь, даря ей дух, так почему здешние камни и песок не поддаются?» — с такими мыслями юноша присел на корточки и, схватив горсть жёлтого песка, натужно простонал, с трудом отрывая руку от земли.

Недоумевая, Цзян Мяо тоже попытался поднять горсть песка. Каждая песчинка была несравнимо тяжёлой, её вес был сопоставим с весом горы!

Цинь Му растопырил пальцы, и крохотные песчинки посыпались вниз. Стуча о землю, они издавали оглушительный, громоподобный грохот.

— Это не песок, а духовное оружие!

На ладони Цинь Му осталась всего одна песчинка, и он подул на неё своей жизненной Ци. Она немедленно подлетела, превращаясь в огромный кусок песчаника диаметром в десятки полей. Кружась в небе, он сжимал воздух, издавая душераздирающий свист!

Когда жизненная Ци, которую он выдул, наконец исчерпалась, гигантский камень упал на землю, снова превратившись в песчинку.

Цзян Мяо ошарашенно подпрыгнул, настороженно поглядывая на песок в каньоне.

Песчинок было слишком много, чтобы сосчитать, их счёт шёл на миллиарды. Если каждая из них на самом деле была такой огромной, как та, что поднял Цинь Му, каким огромным был их общий вес?

— Божественные надписи на обеих сторонах каньона — это печати, сдерживающие силу песка. Как только мы войдём, печати и построения активируются, — проговорив, Цинь Му открыл свои божественные глаза и подпрыгнул в воздух. Внезапно он протяжно выдохнул, покрывая небо слоем туман и туч. На землю пошёл спокойный дождь.

И всё же, он не достиг каньона, натыкаясь на невидимый барьер. Дождевая вода стекала по нему, образуя едва заметную форму куба.

— Здешние печати похожи на те, что использовались в Ковчеге Парамиты. Невозможно войти внутрь, двигаясь по воздуху, — подтвердив одну из своих догадок, парень взлетел ещё выше, хмуро всматриваясь вглубь каньона. Его длина составляла более пятнадцати километров, но примерно на таком расстоянии, он резко исчезал, словно его кто-то резко обрубал, пряча с виду!

«Должно быть, задняя часть каньона скрыта», — разволновавшись, Цинь Му проговорил:

— Если бы дедушка слепой был с нами, он мог бы попробовать в этом разобраться, но с моими способностями будет очень сложно совладать с божественными печатями и убийственными построениями. Здесь очень опасно… Цзян Мяо, нужно возвращаться. Нам нельзя туда входить.

На лице Цзян Мяо появилось разочарованное выражение. Тем не менее, его способности значительно уступали Цинь Му, поэтому если тот не смел входить внутрь, ему не стоило даже думать об этом…

Внезапно сердце Цинь Му дрогнуло от удивления. Он увидел, как в пространстве перед озером открылся разрыв, обнаруживая дверь.

Небо и земля раскрылись, и в то время, как первое оставалось на первый взгляд спокойным, почва под ногами начала неистово дрожать, а в воздухе начали появляться огромные камни, мгновенно отлетая на расстояние в сотни километров от двери.

В следующий миг Цинь Му увидел, как из неё выходит знакомый силуэт, и понял, что дело дрянь. Он тут же развернулся, хватая сундук и Цзян Мяо в попытке бежать, тем не менее, земля и небо снова исказились, неумолимо притягивая их ко двери.

— Великий Владыка Культа Цинь, — силуэт заговорил знакомым голосом, переполненным радостью и удивлением. — Какой тесный мир. Ты даже притащил с собой дракона и мой сундук… Не разворачивайся, стой ко мне спиной.

Цинь Му почувствовал убийственную ауру, бьющую ему в спину, и улыбка на его лице замерла:

— Старший брат Син Ань уже нашёл следы нефритовой подвески, не так ли? Вот видишь, я тебе не лгал!

— Ты и вправду не солгал. Я нашёл руины со следами нефритовой подвески, — Син Ань достал зеркало, которое ему дала Лу Ли. Стоя спиной к Цинь Му, он поднял его и равнодушно продолжил. — Ты не лгал, но сознательно оправил меня в ловушку, и вынудил какого-то немого хитреца задержать меня там на полгода. Если бы я не стал богом и не дал старику понять, что теперь он в опасности, кто знает сколько ещё времени я бы там провёл! Книга Жизни и Смерти в твоих руках, верно?

Цинь Му не мог пошевелиться под давлением ауры Син Аня, но его сердце неистово стучало. Не изменившись в лице, он ответил:

— Книгу Жизни и Смерти у меня отобрал какой-то юноша. Мне стыдно это признавать, но он оказался значительно сильнее меня.

Взгляд Син Аня упал на зеркало, в отражении которого стоял хорошо знакомый ему Цинь Му. Тем не менее, уже в следующий миг тот начал поворачивать голову назад, делая это дёргано, рывками и совершенно неестественно с физиологической точки зрения.

Уголки глаз Син Аня резко содрогнулись. Он увидел, как юноша в зеркале резко изменился, в то время как на его лбу открылся третий глаз, наполненный дьявольской природой и тягой к разрушению.

Глаз медленно открывался, постепенно сжимая душу мужчины.

Рука Син Аня дрогнула, и зеркало внезапно разлетелось на осколки. Он поспешно оглянулся, но Цинь Му всё ещё был повернут к нему спиной, совершенно не двигаясь с места. Вот только его отражение явно поворачивалось ранее!

Разум Син Аня впал в хаос, а его аура пошатнулась, что не ускользнуло от чуткого внимания Цинь Му, который неприменул воспользоваться шансом и, снова схватив сундук и маленького дракона, бросился вглубь каньона!

Глава 566. Десять Километров Звёздного Песка

Приведя сундук и Цзян Мяо в каньон, Цинь Му увидел свет, исходящий от огромных рун по обе стороны утёса. В следующее мгновение весь песок в каньоне взлетел, как будто поднялась песчаная буря!

— Не дыши! — закричал Цинь Му. — Закрой поры!

Цзян Мяо мгновенно понял, что происходит, и, задержав дыхание, закрыл поры.

Жёлтый песок в каньоне был духовным оружием, любая песчинка могла расшириться в любое время и стать громадным песчаником размером с десятки полей!

Если бы они вдыхали песчинки в носовую полость, горло или лёгкие, их ждал бы плачевный исход. А если бы несколько песчинок проникли в их поры и расширились наружу, очевидно, это бы тоже не закончилось ничем хорошим.

За мгновение до того, как яростный песок достиг их, Цинь Му направил жизненную Ци в свою пилюлю меча, и она мгновенно расширилась. Летающие мечи заструились подобно воде и превратились в идеальную металлическую сферу, скрывающую их внутри себя.

Даже самым изысканным навыкам меча было бы трудно защититься от такого яростного песка, следовательно, Цинь Му не мог гарантировать, что сможет заблокировать каждую песчинку, поэтому он использовал свою пилюлю меча, чтобы сформировать идеальную герметичную сферу для защиты.

В городе Ли он выковал свои летающие мечи до состояния струящейся воды. Его с немым пилюли могли превращаться в любую форму по желанию хозяина. Надо иметь в виду, что для того, чтобы усовершенствовать оружие до такой степени, его метод ковки должен был быть на уровне бога.

В тот момент, когда Цинь Му спрятался внутри «пилюли меча», яростный песок добрался до них, и в одно мгновение в местах, куда попали многочисленные песчинки, сферу исказили небольшие вмятины!

Материалы, которые Сы Юньсян дала Цинь Му, чтобы тот смог выковать свои мечи, были высочайшего качества. Возможно, когда-то он был обижен на то, что получившиеся мечи были слишком тяжёлыми, из-за чего их было трудно использовать, но теперь он был благодарен ей за то, что она дала ему наилучшие материалы. Это была главная причина, почему его сфера из пилюли меча не разбилась с первого же удара.

Тем не менее, её сильно откинуло назад, и она «летала» вокруг каньона с невероятной скоростью, появляясь то там, то сям!

Тела Цинь Му и Цзян Мяо сильно трясло и кидало внутри, они еле сдерживались, чтобы не блевануть кровью. Несмотря на то, что им всё же удалось избежать столкновения в лоб с летящим песком, спрятавшись в пилюле меча, их практически разорвало на части!

Цинь Му старался изо всех сил, используя текущую воду из незримых мечей, дабы поддерживать пилюлю меча в нужном состоянии. Благодаря этому каждый раз, когда появлялась новая вмятина, она моментально восстанавливалась, словно живая. Тем не менее, пребывая под таким напором, его жизненная Ци неумолимо ослабевала, отчего ему было всё труднее поддерживать пилюлю меча в своём защитном виде. Со временем становилось всё больше и больше вмятин на её идеально сферической форме.

«Чёрт бы побрал это построение, я совсем не ожидал, что оно окажется настолько сильным!» — отчаяние наполнило сердце Цинь Му.

Когда они вошли в каньон, Син Ань моментально рванул следом. Оказавшись внутри, он протянул руку, чтобы уцепиться за сферическую пилюлю меча, как вдруг в его сторону полетел песок. Выражение его лица слегка изменилось, а пальцы задрожали, разразившись божественными искусствами, сдувающими песок.

«С этим песком что-то не ладное. Постой, это ведь духовное оружие, а не песок! Моё физическое тело — тело истинного бога, почему я боюсь какого-то песочка?» — глядя на происходящее, Синь Ань сразу же предположил правильный ответ и бросился вперёд, преследуя пилюлю меча Цинь Му.

Его способности стали намного выше, чем были ранее, но даже так ему всё ещё было невероятно трудно продвигаться. Каждый шаг становился для него новым испытанием.

Жёлтый песок летал повсюду, портя обзор, и нападал на него со всех сторон, вынуждая буквально каждым движением высвобождать защитное божественное искусство. Часть песчинок ему не удавалось отразить, но те причиняли ему лишь боль, а не вред.

Внезапно ощутив нарастающую тяжесть в ногах, Син Ань опустил голову вниз и увидел, что в его ботинки немного намело. Он остановился и приподнял одну из ног, чтобы вытряхнуть песок, но всё это время на его тело попадало всё больше и больше песка. Со временем ему даже начало казаться, что песчинки ожили и начали ползать по его телу. Холодок пробежался по его спине, и он изо всех сил попытался отряхнуться.

Между тем неподалёку раздавались громкие взрывы. Сферическая пилюля меча Цинь Му была полностью усеяна вмятинами, отчего казалось, что ей не долго осталось.

Вскоре ноги Син Аня погрузились в цепкие пески, и ему стало ещё труднее вырваться.

Тем временем пилюля меча Цинь Му максимально искривилась под натиском песчинок. Ещё чуть-чуть и она разлетится на части.

«Если этот сопляк хочет умереть, то нам не по пути. Я убираюсь отсюда! Техника Создания Короля Людей!» — Син Ань приглушённо вскрикнул, и его тело внезапно превратилось в пылинку.

Именно таким образом он избежал собственных похорон в песке.

Эту технику создания он позаимствовал у Паньгун Цо, который ранее изучал Великие Небесные Дьявольские Рукописи, и его достижения в ней намного превзошли таковые у него и даже у Цинь Му, Владыки Небесного Дьявольского Культа.

В тот момент, когда Син Ань сжал своё тело, песчинки быстро расширились, и выражение его лица стало пустым. Перед собой он увидел бесчисленные огромные камни, размером с планеты!

Большие и маленькие — понятия относительные. Когда он уменьшился до пылинки, песчинки расширись, став огромными планетами, готовыми раздавить его. Прямо сейчас он чувствовал, что попал в огромную галактику, полную ужаса и хаоса!

«Это смертельное построение для истинных богов! Этот вид преобразования изменил звёздный песок в созвездия, меняя построение в соответствии с тем, как я изменяюсь!» — Син Ань болезненно застонал, когда очутился между двумя звёздными песчинками размером с планету, и его чуть не вырвало кровью. После того, как две «песчинки» ударились об него, они разделились на четыре и снова нанесли сокрушительный удар.

Бац! Бац! Бац!.. грохотали столкновения.

Син Ань побледнел в лице и в конце концов вырвал божественной кровью. Звёздные песчинки на самом деле были не звёздами, а духовным оружием размером с десятки полей. Сила столкновений была не такой уж и серьёзной, но скорость, с которой они атаковали, была просто поразительной. Неисчислимые удары очень сильно ранили его!

Он вскрикнул и использовал всю свою энергию, чтобы исполнить божественное искусство, «отгоняя» звёздный песок. Он вдруг взревел и из-за его спины хлынула вода, подобно огромной реке, поднимая его тело вверх.

Река несла его по воздуху, прокладывая путь между песком и избегая опасности.

Син Ань вздохнул с облегчением, но в этот момент звёздные песчинки стали несравнимо яркими и вспыхнули звёздным светом.

В небе соединились лучи, и десятки тысяч звёздных песчинок объединились, формируя огромный и странный глаз.

«Что за…» — как только Син Ань подумал об этом, луч света выстрелил из глаза, образованного звёздными песчинками, и поразил его.

Длинная река под его ногами рухнула, и он упал наземь, отхаркиваясь кровью.

Сила песка была не слишком велика, но, когда песчинки объединялись, они представляли неописуемую опасность и могли причинить неописуемую боль!

В огромной галактике бесчисленные песчинки собрались воедино и превратились в парящие по небу глаза, стреляющие в него лучами звёздного света со всех сторон.

Лучи являлись Ци звёздного меча, вдобавок невероятно острой, следовательно, даже если физическое тело Син Аня было наравне с таковым у истинного бога, ему всё равно было трудно защитить себя!

«Меня заманили в построение, я не смогу выбраться…» — отчаяние наполнило сердце Син Аня, и он поспешно посмотрел в сторону Цинь Му.

После того, как сферическая пилюля меча юноши сломалась, он оказался в крайне плачевном положении, каждый миг пребывая на волоске от смерти. В данный момент он использовал технику Иллюзорной Тени, трансформируясь в тень, дабы избежать ударов звёздного песка и хотя бы остаться в живых. Что касается сундука и маленького дракона, он, должно быть, поместил их в свой мешочек таотэ.

Весь песок объединился в Порочные Глаза Звёздного Песка, и Ци звёздного меча окружила их обоих.

Син Ань изо всех сил старался избегать лучей света, думая про себя: «Умереть вместе с этим сопляком — не такой уж плохой исход… Хотя нет! Я ведь стал богом, поэтому ещё какой плохой!»

Находящийся вдалеке Цинь Му внезапно застыл и поднял голову, желая посмотреть на Порочные Глаза Звёздного Песка. Он неподвижно стоял, словно приняв свою судьбу и ожидая конца.

Син Ань обладал сильным совершенствованием и несравнимо мощным физическим телом, поэтому стойко держался. Если он обнаружит математические преобразования внутри построения глаз, это будет его шансом на спасение.

В этот момент Цинь Му очнулся и, будто открывая в себе второе дыхание, поднял руку, чтобы исполнить мудру. Огромное звёздное построение Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд выстроилось в линию и столкнулось с Ци звёздного меча, направленной в него. И тут случилась одна странность…

Созвездие Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд было освещено Ци звёздного меча, и звёзды, из которых оно состояло, стали несравнимо яркими. С неистовым гулом плотный луч света выстрелил и сокрушил один из Порочных Глаз Звёздного Песка!

Син Ань был ошеломлён. Он узнал мудру Цинь Му. Ли Тяньсин, в прошлом умерший от его рук, выполнил против него это божественное искусство, носящее название Сила Ладони Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд!

И даже несмотря на прискорбный конец Ли Тяньсина, нельзя отрицать того факта, что это божественное искусство было невероятно мощным, ему всего лишь недоставало совершенствования в сравнении с ним.

Тем не менее, находящийся вдали Цинь Му использовал именно это божественное искусство, чтобы заблокировать Ци звёздного меча Порочных Глаз Звёздного Песка.

Поистине странно…

Между тем Цинь Му вновь исполнил Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд и ударил Силой Ладони, сокрушая очередные Порочные Глаза Звёздного Песка.

Он шёл к глубинам каньона, как будто прогуливался по лужайке.

Син Ань посмотрел на его исчезающую впереди спину и тоже попытался выполнить Силу Ладони Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, однако он изучил лишь технику создания Великих Небесных Дьявольских Рукописей, поэтому не знал, как именно выполнить это божественное искусство.

«Как этот сопляк смог разгадать построение, способное убить даже богов?» — его сердце охватило сомнение.

Спустя долгое время Цинь Му вышел из каньона, длина которого составляла десять километров, оставляя жёлтый песок позади себя. Затем он выпустил сундук и Цзян Мяо из своего мешочка таотэ.

Цзян Мяо повернул голову назад и увидел, как Порочные Глаза Звёздного Песка летают то здесь, то там. Ци звёздного меча промелькнула вокруг него, заставив его сердце задрожать от удивления, а сознание переполниться вопросами о том, как Цинь Му удалось выбраться невредимым из этой передряги.

Цинь Му молча осмотрел окрестности и увидел, что жёлтый песок до сих пор летает в небе. Он прошёл ещё немного вперёд и наконец понял из-за чего происходят все эти беды. Впереди находился огромный котёл, наполненный песком.

Именно из-за него эти десять километров были самыми опасными в его жизни.

За ним располагался величественный дворец с алыми стенами и глазурованной плиткой, на которых были выгравированы драконы и фениксы. Раскрывшаяся картина веяла необыкновенностью и духовностью. На карнизе восседали десять скульптур божественных зверей, а перед ними находился человек, едущий верхом на журавле.

От дворца во все стороны тянулись цепи, уходя глубоко в скалы каньона, что выглядело несколько странным. Цепи время от времени гремели, выглядя очень тяжёлыми.

Цзян Мяо был взволнован и тихим голосом сказал:

— Я слышу зов божественного дракона. Его голос доносится отсюда! Теперь я слышу его ещё отчетливее.

Цинь Му не мог услышать зов вероятно потому, что он не был драконом. Только те, у кого была соответствующая родословная, могли его расслышать.

— Постой, не торопись, — после предостережения, Цинь Му направился к цепям. Он внимательно осмотрел одну из них и, подняв руку, осторожно очистил. В тот же миг загорелись великолепные рунические знаки, от которых разлетались маленькие искры, тут же уносимые ветром.

Он подошёл к краю обрыва и осмотрел руны. Они были божьими писаниями, в то время как десять километров жёлтого песка были дьявольским построением, используемым для того, чтобы ни один истинный бог не смог пробраться живым. Ещё более странным было то, что дьявольское построение основывалось на божьих писаниях. Использование такого сочетания было весьма изысканным.

— Действовать открыто, освободиться от природы — вот смысл пути. Бог это или дьявол, какая вообще разница? — с равнодушным выражение лица проговорил Цинь Му, а после добавил. — Цзян Мяо, это учения Небесного Святого Культа. Протяни руку.

Цзян Мяо послушался и Цинь Му использовал киноварь, чтобы нарисовать руну на его ладони. Руна выглядела почти такой же, как оставленная богом на стене.

— А теперь пошли.

Цзян Мяо не понимал, что сделал Цинь Му, но всё равно последовал за ним во дворец.

Божественный дракон был закован в цепи посреди зала. Цепи проходили сквозь его тело, удерживая на месте. Он был несравненно высоким, крепким и выглядел священным. Его драконьи Ци и аура заставляли людей смотреть на него с благоговением.

Божественный дракон открыл глаза и, посмотрев на Цинь Му и Цзян Мяо, внезапно открыл пасть, загрохотав:

— Сородич мой, наконец-то ты прибыл!

— Владыка, давай спасём этого старшего! — быстро предложил Цзян Мяо.

Цинь Му покачал головой. Его взгляд сосредоточился на огромном, прикованном цепью драконе, и он приглушённо спросил:

— Старший, есть кое-что, чего я не могу понять, почему тебя приковал здесь мастер-основатель моего Небесного Святого Культа?

Глава 567. Старший Брат, Заточивший Дракона

Божественный дракон слегка растерялся, его зрачки начали непрерывно дёргаться. Чуть погодя он пришёл в себя и сфокусировался своими невероятном большими глазами на Цинь Му. Если бы тот встал у его века, то не смог бы дотянуться до их верхнего края даже протянув руки вверх.

Стоять под взглядом пары подобных глаз было крайне неприятно. Они вызывали у людей трепет, вынуждая их дрожать, несмотря на отсутствие холода, и вселяли в их сердца страх и уважение.

Цинь Му, казалось, был равнодушен, и медленно зашагал вперёд. Осматривая интерьер зала, он заметил несколько фресок, но почти все они были разрушены.

Драконы любили хвастаться своими достижениями, обычно запечатлевая их в фресках, а также украшали свои дворцы, делая их роскошными и сверкающими золотом. Жить в подобных местах им было приятнее как физически, так и эмоционально.

Помимо разрушенных фресок, даже сокровища дворца были разграблены. Исчезли все подставки для благовоний, нефритовые кушетки, чайники, книги, шахматные коробки и цитры. В тех местах, где когда-то находились сверкающие жемчуга, сейчас остались лишь дыры, а на полу отсутствовало огромное количество плиток. Они должны были находиться в самом центре зала, где, судя по всему, ранее располагалось какое-то изображение, олицетворяющее богатство и статус владельца этого места.

Их забрали, оставляя голые камни под ними, на что было крайне больно смотреть.

Между тем на камни были нанесены руны, и Цинь Му, внимательно их осмотрев, не осмелился к ним прикоснуться.

— Значит, человек, обманувший меня, это твой Патриарх? — с ноткой злости в голосе спросил божественный дракон.

— Для меня он не Мастер-Основатель, а просто старший брат-соученик.

Цинь Му внимательно осматривал всё вокруг, надеясь найти хоть какое-то сокровище, которое Мастер-Основатель мог упустить. Тем не менее, степень тщательности, с которой тот обчистил это место, заставила его беспомощно вздохнуть. Было очевидно, что если бы его старший брат открыл в Вечном Мире баню, его бизнес бы определённо процветал.

Мастер-Основатель настолько хорошо «отдраил» дворец, что здесь не осталось ничего, достойного внимания.

Единственное, что он после себя оставил, был сам дворец и котёл с десятью километрами жёлтого песка. Их нельзя было унести, так как оба сокровища использовались для подавления божественного дракона.

— Я наткнулся на десять километров жёлтого песка, сформировавшего Порочные Глаза Звёздного Песка. Построение звёзд, связи между их лучами, а также их атрибуты и структура соответствовали построениям божественных искусств в Великих Небесных Дьявольских Рукописях моего культа, — пробормотал Цинь Му, потративший полдня на безрезультатные поиски, прежде чем наконец обернуться к дракону и обратиться. — Как только я это заметил, меня осенило. Однажды я уже изучал Построение Бедствия Десяти Километров Звёздного Песка, спрятанное в наших Небесных Дьявольских Рукописях. Несмотря на то, что оно способно убить истинного бога, всё стало предельно простым и я смог выбраться наружу живым, — продолжая говорить, он дважды обошёл скованного дракона по кругу. — Тем не менее, я всё равно не был уверен, что именно мой старший брат-соученик создал это построение. Поэтому, выбравшись на свободу, я осмотрел божественные руны на стене и дьявольские писания на цепях.

Цзян Мяо шёл следом за ним, петляя вокруг божественного дракона. Ненадолго задумавшись, он спросил:

— То есть то, что ты мне недавно сказал, не было обращено ко мне, и не было твоим выводом?

— Нет, я просто прочитал божественные и дьявольские писания, которые оставил после себя мой старший брат, и говорил о его совершенствовании состояния ума.

Цинь Му повернулся и остановился, прежде чем усесться прямо перед божественным драконом и объяснить:

— Мой старший брат — основатель Небесного Святого Культа, и его совершенствование состояния ума достигло невероятных высот. В нашем культе говорится, что для того, чтобы стать святым, человек должен сделать три вещи: основать культ, обрести заслуги и запечатлеть свои идеи в писаниях, — выдержав небольшую паузу, он продолжил. — Старший брат создал культ и записал свои идеи, но не обрёл никаких заслуг, поэтому не может достичь уровня святого и стать ровней Святому Дровосеку. Тем не менее, из числа всех прежних Владык, лишь ему удалось выполнить аж два условия, поэтому только он мог бы запечатать божественного дракона. Остальным это не под силу.

Цзян Мяо тоже остановился, озадаченно смотря на него:

— В таком случае, почему твой старший брат решил подавить божественного дракона?

— Об этом нам придётся спросить у старшего перед нами, — ответив, Цинь Му поднял голову и посмотрел на огромного божественного дракона. Даже будучи скованным цепями и не будучи способным использовать божественных искусств и превращений, размеры его тела всё равно вынуждали парочку смотреть на него снизу вверх.

Его свисающие усы напоминали облака, окутанные светом заката. Трудно было представить человека, который разглядел бы в этом необычном, священном создании хоть каплю зла.

Глядя на гигантское существо, Цинь Му спросил:

— Мой старший брат, должно быть, сковал тебя для того, чтобы обрести заслугу и стать святым. В таком случае, какое зло ты сотворил? Просвети меня, старший!

Божественный дракон бросил на парня холодный взгляд, прежде чем улыбнуться, обнажая острые как бритва зубы:

— Ты такой умный мальчик, почему тебе захотелось погибнуть? Странно, что ты не знаешь, что сейчас тебе стоит притворяться слепым. Иногда выжить можно только не говоря правду и притворяясь глупым.

Цзян Мяо дрогнул, поднимая голову:

— В таком случае, почему старший решил звать меня к себе?

Тело божественного дракона извилось, его шея пронеслась по своеобразной дуге, а длинные усы почти коснулись парочки, но они всё ещё находились на безопасном от них расстоянии. Цепи, сковывающие его тело, заскрипели от натяжения, и он посмотрел в глаза Цзян Мяо.

Блуждая вокруг вместе с Цзян Мяо, Цинь Му с невероятной точностью вычислил длину цепей, и теперь они попросту находились вне досягаемости для атак дракона. Как вдруг из его пасти вырвался поток воздуха, сморщивший кожу на их лицах, и он заговорил:

— Естественно, я призвал тебя спасти меня, сын Короля Драконов Реки Вздымающейся…

Цзян Мяо был ошеломлён:

— Ты меня узнаешь?

— Конечно, — ответив, божественный дракон потянулся, пытаясь обвиться вокруг себя. Тем не менее, из-за цепей, пронзающих его тело, он не мог этого сделать, а лишь несколько раз пошатнул дворец, после чего продолжил. — Если подумать, то ты приходишься мне племянником. Когда-то я даже носил тебя на руках, и ты на меня помочился, после чего я слегка щёлкнул по твоей пипке.

Цзян Мяо покраснел в лице и повернулся, обеспокоенно смотря на Цинь Му и шепча:

— Владыка, никому об этом не говори…

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— А что здесь такого? Дедушка слепой и одноногий тоже часто так делали, когда я был маленьким. Это жест любви со стороны старших. Более того, до того как пробудился твой разум, ты лизал мне лицо, пока я спал, постоянно обмазывая его слюной.

Лицо Цзян Мяо покраснело ещё сильнее, напоминая недавно покрашенную ткань, и он пробормотал:

— Мы можем просто больше никогда об этом не говорить?

— Хорошо. Кстати, когда мы впервые встретились, ты набросился на меня, начиная тереться о моё лицо, прежде чем забраться на ухо и кричать «ма-ха»…

Цзян Мяо ужасно захотелось найти дыру в земле, и спрятаться в ней. Стеснительным голосом он ответил:

— Владыка, можно этого тоже не упоминать?

Юноша громко рассмеялся:

— Когда в будущем ты станешь знаменитым божественным драконом эпохи, я обязательно расскажу твоим потомкам обо всём этом! Кстати, младший брат Цин Ю всё ещё ждёт твоего возвращения. Как ты собираешься его встретить, когда мы вернёмся? Ты будешь и дальше забираться на его тело?

Цзян Мяо почувствовал невыносимую беспомощность.

Божественный дракон внезапно разозлился, спрашивая зловещим голосом:

— Вы ещё долго собираетесь беседовать?

Сделав шаг назад, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Твой дядя в ярости, поэтому хватит болтать, сначала нам нужно заняться важными делами. Впрочем, сейчас речь идёт о ваших семейных делах, поэтому я просто постою в сторонке.

Грудь божественного дракона то поднималась, то опускалась. Спустя некоторое врем он унял ярость, собрался с мыслями и торжественно проговорил:

— Цзян Мяо, этот мерзавец — младший брат одного ужасного человека. Он тоже плохой, поэтому лучше держаться от него подальше. Ты мой племянник, а я твой дядя, ты должен помочь мне выбраться отсюда.

Юный дракон колебался и обернулся, бросая на юношу обеспокоенный взгляд.

— Ты смог расслышать мой зов, а значит между нами существует тесная кровная связь. Ты мне доверяешь? Подними руку, как только наши ладони коснутся, ты узнаешь насколько мы на самом деле близки!

Цзян Мяо поднял ладонь, а божественный дракон протянул к нему свой огромный коготь, сдерживая искорки волнения в глазах. За миг до того, как ладонь коснулась когтя, странная руна, которую Цинь Му оставил ранее на руке Цзян Мяо, засияла ослепительным светом.

Она мгновенно активировала дьявольские руны, скрытые на цепях, и те разразились ярким сиянием. Их дьявольский огонь вскипел, проникая внутрь тела зверя и вынуждая его дрожать от жжения. Он извивался от боли, а его непрерывный рёв сотрясал здание!

Цзян Мяо поспешно отдёрнул руку и посмотрел на Цинь Му.

Юноша улыбнулся, подходя поближе, и неторопливо проговорил:

— Цзян Мяо, твоя мать — Король Драконов Реки Вздымающейся, и она умерла, защищая тебя. В храмах восточного моря Великих Руин поклоняются бесчисленным драконьим королям. Это произошло потому, что, оказавшись в критической ситуации, они не имели другого выбора, кроме как окаменеть, — переведя дыхание, он продолжил. — Двадцать тысяч лет назад, когда Эпоха Императора-Основателя подошла к концу, а небеса с землёй накрыли бедствия, боги и дьяволы Райских Небес либо бежали в деревню Беззаботную, либо превратили себя в камень. Так почему же твой дядя не сделал ни того, ни другого? Тебе это не кажется странным?

Цзян Мяо был ошеломлён.

Цинь Му продолжил говорить:

— Здесь подвергся нападению Ковчег Парамиты, направлявшийся в деревню Беззаботную. Он попал в засаду и был уничтожен, а после запечатан противником. Тем не менее, на его борту находились потомки Божественной Расы Небесных Работ, и чтобы не позволить им разрушить печать и выбраться наружу, врагу был нужен страж. Тебе не кажется, что, возможно, именно эту роль выполнял твой дядя?

Цзян Мяо посмотрел на божественного дракона.

Выражение лица огромного существа резко изменилось, и он холодно гаркнул:

— Ты готов поверить чужаку, а не своему родному дяде?

Цинь Му сделал несколько шагов вперёд, пристально глядя на дракона, после чего, как ни в чём небывало, продолжил:

— Цзян Мяо, когда-то я видел тебя во Дворце Дракона Вздымающейся Реки. Душа твоей матери витала вокруг тебя, поя грустную песню на драконьем языке. Ты был заморожен загадочным льдом, а из твоей груди торчал сломанный меч. Он проткнул тебе сердце… и чтобы спасти твою жизнь, твоя мать, по сути, пожертвовала собой в надежде на то, что однажды кто-то сможет тебя пробудить.

Цзян Мяо заплакал. После воскрешения он побывал во Дворце Дракона Вздымающейся реки вместе с Цин Юем и видел скелет своей матери.

— Твоя мать, Король Драконов Реки Вздымающейся, была невероятно сильной, как она могла умереть? — со спокойным выражением лица говорил Цинь Му. — Почему ты не умер сразу после того, как меч пронзил твою грудь? Может быть это сделали нарочно, ранив тебя для того, чтобы твоя мать использовала свою бусину в надежде тебя спасти? В результате её совершенствование значительно снизилось, позволяя врагам с лёгкостью её убить. В такое случае, разве с ней не должен находиться очень близкий родственник, защищающий её? — тело Цзян Мяо задрожало. — Почему твой дядя, владеющий столь выдающимися способностями, не пришёл тебя спасти, пока ты двадцать тысяч лет был заморожен? — спросил Цинь Му. — Где тот сломанный меч, которым проткнули твоё сердце?

— Я всегда держал его у собя, — открыв рот, Цзян Мяо выплюнул меч.

Взгляд Цинь Му упал на сломанный меч, пронзивший сердце Цзян Мяо. На его лезвии всё ещё были пятна драконьей крови.

— Хочешь узнать, кто его владелец? — спросил он.

Лицо Цзян Мяо наполнилось страхом, и он потряс головой:

— Владыка, моё сердце сбито с толку.

Цинь Му поднял голову, смотря на божественного дракона:

— Если это твой меч, ты можешь использовать его, чтобы убить нас и даже разрубить свои цепи. Ощутив ауру Цзян Мяо, ты позвал его, надеясь заполучить оружие, верно? Теперь оно перед тобой, старший, пожалуйста.

Божественный дракон посмотрел на парня безжалостным, щурящимся взглядом, на что тот лишь беззаботно улыбнулся в ответ.

Внезапно по мечу пронеслась волна света, и он взмыл вверх с оглушительным рёвом!

В то же время цепи ярко засияли дьявольскими лучами, утопая тело божественного дракона в дьявольском пламене. Вскоре он перестал дёргаться, и вся магическая сила, которую он успел собрать, рассеялась.

Дзинь!

Сломанный меч упал на каменный пол.

Сделав несколько шагов, Цинь Му поднял меч и глубоко вздохнул:

— Цзян Мяо, смерть твоей матери была несправедливой.

Цзян Мяо поднял голову и посмотрел на божественного дракона напротив.

Гигантское создание громко рассмеялось, упрямо говоря:

— Только выдающийся талант способен распознать важные течения! Мы с твоей матерью происходим из одного гнезда, мы превратились из единой эссенции драконьей вены. Мы были близнецами! Так почему же она стала Королём Драконов Реки Вздымающейся, а я всего лишь Королём Драконов Колодца? Райские небеса пообещали мне больше выгоды, поэтому я воспользовался возможностью! Сестра была доказательством моей верности! И что с того, что я вам рассказал? Что вы можете мне сделать? — продолжая безжалостно смотреть на Цинь Му, он глумливо оскалился. — Способности твоего старшего брата в десятки тысяч раз превосходили твои, но разве ему удалось меня убить? Он использовал всё, что умел, но смог лишь заточить здесь.

За спиной юноши широко распахнулись Врата Небесной Воли:

— В этом мире нет ничего, что я не мог бы убить. Возможно, старший брат не сумел с тобой разобраться, но для меня это не проблема, — равнодушно ответил Цинь Му.

Глава 568. Смертельная Угроза

Божественный дракон посмотрел на Врата Небесной Воли с долей подозрения, между тем Цзян Мяо шёпотом спросил:

— Владыка, ты точно сможешь избавиться от него?

— Не знаю, — шепнул в ответ Цинь Му.

— Не знаешь?! — широко распахнув глаза, воскликнул Цзян Мяо.

— Тише, не кричи. Я не пробовал убивать богов этими вратами… Только дьявольских экспертов области Небожителя. Я пытался запугать его, пока он в таком состоянии, но он всё также действует властно и необузданно, поэтому мы должны действовать более властно и необузданно, чем он, несмотря ни на что… — как только Цинь Му закончил с объяснением, он повернулся к божественному дракону и обратился извиняющимся тоном. — Старший, если я не смогу убить тебя, пожалуйста, не смейся надо мной.

Цинь Му собирался исполнить Врата Небесной Воли, как вдруг божественный дракон, словно что-то вспомнив, изменился в морде и гаркнул:

— Стой, не гони лошадей!

Цинь Му тут же остановился, как и Врата Небесной Воли позади него. Глядя на божественного дракона, он очень терпеливо спросил:

— Что такое? Пожалуйста, говори.

Божественный дракон уставился на врата с оттенком ужаса в глубине глаз и завизжал:

— Я уже видел эти врата! Ты связан с Небесным Королём Минду? У него тоже есть такие врата!

— У Небесного Короля Минду есть такие же Врата Небесной Воли? — с подозрением спросил Цинь Му. — Припоминаю, как видел человека, открывшего Врата Небесной Воли в Долине Призраков. Это мог быть Небесный Король Минду, о котором ты говоришь?

— Ты потомок Небесного Короля Минду? Неудивительно, совсем неудивительно, что ты тоже можешь открыть эти врата… — дрожащим голосом лепетал божественный дракон.

Цинь Му покачал головой и с улыбкой сказал:

— Моя фамилия Цинь, Цинь из деревни Беззаботной. Кто этот Небесный Король Минду? Его фамилия тоже Цинь?

Божественный дракон, казалось, не слушал его, хотя и впал в глубокие и ужасающие воспоминания, бормоча себе под нос:

— Небесный Король Минду управлял вратами, соединёнными с Юду. От его рук пало не мало сильнейших воинов, и Император-Основатель даровал ему титул Небесного Короля, приказав открыть Юду. Император-Основатель имел большие амбиции и хотел подчинить себе Юду. Он хотел управлять чудом жизни и смерти, чем разозлил Графа Земли. Граф Земли не хотел подчиняться, поэтому Император-Основатель приказал Божественной Расе Небесных Работ выковать божественный нож. Затем Небесный Король Минду вырезал им огромный кусок Юду, и Император-Основатель приказал людям построить на нём Фэнду…

Цинь Му был ошеломлён:

— Небесный Король Минду вырезал кусок Юду, который в последствии превратили в Фэнду? Он был настолько могущественным?

— Украв часть территории Юду, Небесный Король Минду разгневал Графа Земли. Однако Минду был умён, поэтому он окаменел, а его исконный дух сбежал в Фэнду. Умерших богов и дьяволов от его врат было настолько много, что они были неисчислимы, и за это он получил звание Небесного Короля, отвечающего за души… Твои врата не могут быть такими же, как у него!

Глаза Цинь Му загорелись, и он поспешно спросил:

— Старший, я видел каменную статую в Долине Призраков близь врат, соединяющих Юду, однако, они запечатаны богами и дьяволами печатью улья. Мог ли это быть Небесный Король Минду?

Божественный дракон пребывал в оцепенении, бормоча себе под нос:

— Твои врата не могут быть такими же, как у него. Ты не сможешь мне навредить, ты всего лишь деревенский болван, слабый, как куриный дракон…

Покраснев, Цинь Му решил оправдаться:

— Старший, этими словами ты оскорбляешь не только меня, но и всех людей! Я уверен, что видел Небесного Короля Минду раньше, и мне кажется, он псевдо Тело Тирана.

Божественный дракон, казалось бы, пришёл в себя и усмехнулся:

— Ты называешь эти врата Вратами Небесной Воли? Вот умора! Во времена Эпохи Императора-Основателя они назывались Таинственными Вратами, Убивающими Богов, потому что даже боги с девяти небес и дьяволы с девяти преисподней не могли избежать их! Когда врата открывались и захлопывались, боги и дьяволы прощались со своими душами, которые тут же возвращались к Юду, так и появилось название Убивающие Богов! Хотя откуда тебе это знать, ты же не из числа праведных! Давай, убей меня, покажи мне на что ты способен!

Цинь Му обернулся, заставив дьявольскую Ци просочилась через Врата Небесной Воли из Юду. Она была чрезвычайно плотная и быстро распространилась по залу.

Врата открылись и понеслись к гигантскому зверю.

— Остановись! — холодный пот катился по лбу божественного дракона, когда он смотрел на врата, которые собирались поглотить его.

Цинь Му остановился, демонстрируя крайнюю степень терпения:

— Что хочет сказать старший?

— Какое у тебя совершенствование? — хрипло спросил божественный дракон, не спуская глаз с Врат Небесной Воли.

— Я в области Шести Направлений, но я уже пробудил Божественное Сокровище Семи Звёзд.

Божественный дракон потрясённо замер:

— Будучи в Шести Направлениях ты пробудил Божественное Сокровище Семи Звёзд? Что за бессмыслицу ты несёшь? Допустим, если ты в области Семи Звёзд, как ты собираешься убить меня? Ха-ха-ха-ха, ты и правда куриный дракон, вдобавок бесстрашный, который не боится настоящего дракона, ха-ха, — он расслабился и гордо сплюнул каждой последующее слово. — Покажи, как ты убьёшь меня!

Цинь Му продолжал исполнять Врата Небесной Воли, и дьявольская Ци снова распространилась по залу.

— Остановись! — вновь прокричал божественный дракон.

Терпение Цинь Му было на исходе:

— Старший, если тебе есть что сказать, говори всё сразу, не тяни.

Божественный дракон усмехнулся над ним:

— Маленький паршивец, за попытку убить меня я уничтожу всю твою семью, ты понял? Это была последняя капля, твоя семья обречена на смерть!

Продолжая использовать Врата Небесной Воли, Цинь Му кивнул:

— Понятно, понятно. Если ты выживешь, то можешь уничтожить мою семью в любое время.

Врата Небесной Воли изменились, и загадочный голос дьявольского языка Юду сорвался с уст Цинь Му.

Божественный дракон поспешно выпалил:

— Остановись! Твои врата отличаются от тех, которые я видел раньше! На каком языке ты говори…

Вьюх!..

Врата Небесной Воли стали ещё выше, когда пронеслись мимо гигантского чешуйчатого тела. Внутри врат была кромешная тьма, за исключением едва заметных изогнутых рогов, объятых пламенем.

Врата резко остановились, в то время как тело божественного дракона неподвижно замерло. Внезапно его голова грохнулась на землю, а тело обмякло и распласталось.

Дракон валялся на полу, словно дохлая змея.

Цинь Му рассеял Врата Небесной Воли и ощутил острую боль в своём межбровье, от которого потекла капля чёрной крови.

Цинь Му поспешно вытер кровь и прикрыл лоб, но жгучая боль становилась всё сильнее и невыносимее. Боль была настолько адской, что он опустился на колени и схватился обеими руками за голову!

Стоя неподалёку, Цзян Мяо увидел, как Врата Небесной Воли вошли в божественного дракона, и прямо в этот момент в их тьме появилась огромная пасть, которая проглотила его исконный дух!

Цзян Мяо пребывал в оцепенении.

Пасть была такой устрашающей, что даже напугала его самого!

Когда он пришёл в себя и осмотрел бездыханный труп божественного дракона, то очень удивился. Его исконный дух и правда был поглощён огромной пастью вместо того, чтобы отправиться к Юду!

— Владыка Культа Цинь, кажется, в твоих вратах есть призрак… Владыка Культа Цинь! — Цзян Мяо услышал стон Цинь Му и поспешно подбежал к нему, чтобы помочь подняться на ноги.

Цинь Му трясло от сильной боли, но нефритовая подвеска на его груди внезапно едва заметно замерцала, заставляя боль отступить.

— Я в порядке, просто голова разболелась, — Цинь Му быстро огляделся, оттолкнув руку Цзян Мяо, затем покачал головой и добавил. — Теперь намного лучше… наверное, это был побочный эффект от применения Врат Небесной Воли. Странно, такого никогда со мной не случалось…

Цзян Мяо глупым взглядом уставился на межбровье Цинь Му, и тот с улыбкой спросил:

— Что-то не так?

— У тебя на лбу кровавая отметина, а внутри, кажется, что-то есть… — не веря в собственный слова, удивлённо ответил Цзян Мяо.

Цинь Му поспешно достал зеркало и посмотрел на своё отражение. В месте межбровья действительно красовалась кровавая отметина, около трёх сантиметров в длину. Два конца были заострёнными, в то время как центр немного расширялся.

Ещё более странным было то, что отметина слегка выпирала, словно он ударился головой и набил себе в том месте шишку.

Он протянул руку и коснулся раны. Казалось, внутри находилась какая-то круглая штука, но он не чувствовал боли, когда давил на неё.

«Может я стукнулся головой, когда упал на колени от сильной боли… Эта штука движется! — Цинь Му был шокирован. Его палец отчетливо чувствовал, как что-то движется под кровавой отметиной! — Мог ли я быть одержим божественным драконом?»

Он поспешно призвал исконный дух и заглянул в своё тело. Потратив половину дня на поиски каких-либо аномалий внутри себя, он ничего не обнаружил, и даже когда его исконный дух добрался до межбровья, он не нашёл никаких следов той штуки, что двигалась под кровавой отметиной.

Цзян Мяо внимательно осмотрел его межбровье и внезапно поднял палец:

— Владыка, взгляни на мой палец.

Цинь Му сделал так, как его просили, и Цзян Мяо начал водить пальцем, глядя на его межбровье. Цинь Му сразу же понял, что штука в отметине двигается вместе с пальцем.

Цзян Мяо проверил всё, что его интересовало, и с облегчением вздохнул:

— Под кровавой отметиной должно быть есть глаз.

— Глаз? — был озадачен Цинь Му. В Великих Небесных Дьявольских Рукописях есть странные техники для того, чтобы он смог вырастить третий глаз, но сейчас он не в форме Владыки Сатурна или Марса, откуда взялся третий глаз?

— Владыка Культа Цинь, я видел призрака в твоих вратах! — собравшись с мыслями, заговорил Цзян Мяо. Вспомнив злую пасть, он вздрогнул от холода, который словно сковал его на мгновение, и продолжил. — Когда дядя был поглощён Вратами Небесной Воли, его исконный дух направлялся к богу с рогами. Но в этот момент внезапно появилась огромная пасть и съела исконный дух моего дяди!

— Огромная пасть съела твоего дядю? — ошеломлённый Цинь Му потёр лоб. — В Юду обитает множество ужасающих чудовищ, образованных из осколков душ и дьявольской природы. Они злые и страшные, мог ли этот призрак быть одним из них?

Цзян Мяо покачал головой:

— Этого я знать не могу. Я только видел, как огромная пасть проглотила моего дядю. Она ещё злобно оскалилась перед тем, как исчезнуть, а потом твои врата захлопнулись.

Цинь Му задумался на мгновение и вздохнул:

— Графу Земли становится всё труднее контролировать Юду, поэтому монстры и появляются там, где им не место, будь они неладны. Мы пришли сюда в поисках истинного дракона, чтобы расшифровать надписи в истинном драконьем гнезде, но теперь мы снова в тупике…

Вдруг он заметил, как цепи спали с божественного дракона, и дьявольские письмена на них начали постепенно угасать, отчего его сердца учащённо забилось.

«Чёрт! Построение Бедствия Десяти Километров Звёздного Песка также остановилось!» — Цинь Му выбежал из зала и увидел, как жёлтый песок, кружащийся в небе над каньоном, подобно дракону, летел обратно в огромный котёл.

Между тем руны, расположенные на каменистых стенах обоих сторон каньона, сгорали и превращались в пепел.

В небе полном жёлтого песка находился Син Ань, окровавленный с ног до головы и волочащий себя тяжёлыми шагами. Выражение его лица было до чёртиков мрачным.

Цинь Му поспешно подбежал к огромному котлу и, ухватившись за него, застонал от неспособности его поднять.

Вес звёздного песка явно превосходил его физические возможности.

Понимая, что грубой силой тут не поможешь, он использовал свою жизненную Ци и попытался привести в движение звёздный песок в котле.

Несколько песчинок подскочили, медленно направившись к небу.

Лицо Цинь Му стало ещё мрачнее, чем у Син Аня.

Глава 569. Владелец Диска Императора

«Звёздный песок, созданный старшим братом, слишком тяжёлый! Со своими способностями я не смогу его использовать!» — оставив огромный котёл, Цинь Му повернулся, бросаясь в сторону дворца.

Цзян Мяо растерянно наблюдал как парень вбежал в здание и забрался на труп божественного дракона, не понимая, что он задумал.

Цинь Му исполнял Писания Взращивания Драконов, но как они могли сработать на мёртвом драконе? «Злой дух» уже проглотил исконный дух монстра, поэтому использовать его силу было невозможно. Она могла бы помочь Цинь Му справиться с Син Анем, но увы.

Смотря на Цзян Мяо, Цинь Му покачал головой: «Его совершенствование слишком слабое, оно даже уступает моему. Нет смысла использовать на нём Писания Взращивания Драконов… Божественное искусство мгновенного перемещения!»

Окутавшись рунами, он собрался исчезнуть вместе с Цзян Мо. Вот только они могли преодолеть лишь несколько десятков километров… подобное расстояние Син Ань пробежал бы за считанные секунды.

Не успев активироваться, руны мгновенного перемещения перестали двигаться, неподвижно зависая в воздухе.

Замерли не только руны, но также невероятно замедлились движения Цинь Му и Цзян Мяо.

Они не могли сдвинуться с места.

С мрачным выражением лица в зал вошёл Син Ань, протягивая руку. Когда он растопырил пальцы, с них продолжала капать кровь. Он уже восстановил свой божественный мост, невероятно увеличивая уровень своего совершенствования, и теперь его способности были настолько непостижимы, что могли попросту заморозить Цинь Му на месте.

Оказавшись в десяти километрах желтого песка, он получил серьёзные ранения, но будучи богом, владеющим несоизмеримой силой, он мог запросто поймать юношу даже с остатками своих сил.

По лбу Цинь Му катились капли холодного пота, он с трудом выдавил с себя улыбку:

— Старший брат Син Ань, я с радостью отдам тебе твой сундук…

— Мне нужен не сундук, а ты, — проговорил Син Ань, прежде чем сплюнуть кровь.

Его тело было покрыто ранами всевозможных размеров, все они выглядели ужасно. В некоторых местах виднелась плоть, а в других даже проглядывались белые кости.

Если задуматься, то Син Аню действительно не везло в последнее время.

Взять хотя бы последние полгода, проведённые в невероятно опасной ловушке на Ковчеге Парамиты. Там его постоянно окружали всяческие печати и убийственные построения, а также время от времени притеснял немой.

А как только он выбрался наружу, то напоролся на свою «несчастливую звезду», в итоге заманившую его в Построение Бедствия Десяти Километров Звёздного Песка. Несмотря на то, что сам Цинь Му с лёгкостью выбрался наружу, ему пришлось невероятно туго, и с каждой секундой его положение становилось всё плачевнее и безвыходное.

Только используя все свои силы, он смог продержаться так долго, но если бы построение внезапно не остановилось, то он бы рано или поздно погиб!

— Великий Божественный Врач, почему тебя так трудно поймать? — спросил Син Ань, проглатывая кровь, скапливающуюся в его горле. — К счастью, в этот раз тебе не удалось от меня бежать!

Под его ногами начала распространяться невероятно густая тьма, олицетворяющая Божественное Сокровище Жизни и Смерти.

Он шагал по нему вперёд, будто по чёрной воде.

В этот миг во тьме ниже открылись два глаза. Вслед за ними появилось лицо красивой женщины, а её манящая фигура показалась следом.

Син Ань шагал по чёрной воде, а существо внизу двигалось, соответствуя каждому его движению, словно отражение. Однако, вверху был мужчина, а снизу — красивая женщина.

Зрелище выглядело крайне странно.

Двое людей, шагая в унисон, одновременно подошли к юноше.

За миг до того, как тьма должна была коснуться Цинь Му, Син Ань остановился, прекратив двигаться вперёд. Красотка тоже остановилось. Казалось, будто она не могла двигаться без помощи Син Аня, как вдруг с её уст сорвался крайне грубый и тяжёлый мужской голос:

— Син Ань, почему ты встал? Затащи его в своё Божественное Сокровище Жизни и Смерти и передай мне. Как только он окажется в моих руках, наш договор будет выполнен!

— Лу Ли, я уже нашёл его, как и обещал. Сможешь ли ты схватить его, или нет — твои проблемы. Я не люблю, когда мне угрожают, — равнодушно парировал Син Ань.

Красотка под его ногами на мгновение ошеломлённо застыла, а после ухмыльнулась:

— Думаешь, что достигнув райских небес и став поддельным богом, ты в силах со мной торговаться? Син Ань, не слишком ли ты много не себя берёшь?!

— Торговаться? — Син Ань покачал головой. — Мы не торгуемся. Ты помог мне выбраться из Юду, взамен на что я помог тебе найти юнца. Это сделка, и я уже выполнил свою часть. Сможешь ли ты его схватить зависит лишь от тебя.

Он протянул руку, будто что-то хватая, и тело божественного дракона подлетело вверх, в то время как удивлённые Цинь Му и Цзян Мяо полетели к земле, восстанавливая полный контроль над своими телами и жизненной Ци.

Недоумевая, Цинь Му поднял голову, глядя, как тело божественного дракона уменьшается в размерах, а цепи упали на землю из-за изменения его габаритов.

Син Ань схватил труп божественного дракона и выпрямил его, прежде чем обмотать вокруг своего пояса, будто ремень. Затем он холодно гаркнул:

— Лу Ли, убирайся из моего Божественного Сокровища Жизни и Смерти!

Красавица под его ногами впала в ярость:

— Как ты смеешь так со мной говорить? Думаешь крохотный бог вроде тебя может от меня уйти?

— Кто ты такой, чтобы говорить в моём божественном сокровище? Брысь! — Син Ань громко закричал, и его исконный дух мгновенно появился в Божественном Сокровище Жизни и Смерти. Солнце, Луна и пять элементов выстроились в ряд над ними, излучая яркий свет и вынуждая красотку избегать их лучей. Вскоре свет семи звёзд заставил её отступить.

— Син Ань, как ты смеешь обманывать высшего бога? Я обязательно…

— Вали! — гаркнув, Син Ань разразился божественной аурой, отчего его одежда и волосы затрепетали на ветру. Божественные сокровища внутри его тела ярко засияли, освещая Божественное Сокровище Жизни и Смерти и отталкивая женщину обратно в Юду!

В следующий миг аура Син Ань вернулась к норме, и его развивающиеся чёрные волосы упали обратно на плечи. Он привёл свои одежды в порядок и обратился к Цинь Му:

— Где мой сундук?

На мгновение заколебавшись, Цинь Му достал сундук из своего мешочка таотэ.

Сундук тут же бросился к Син Аню, но на полпути обернул «голову», бросая прощальный «взгляд» на юношу, а после встал сбоку от своего владельца.

Син Ань развернулся и вышел из зала, равнодушно говоря:

— Божественный Врач Цинь, постарайся сделать так, чтобы мы больше не встречались.

— Почему ты не убил меня? — неожиданно спросил Цинь Му.

— С чего бы мне тебя убивать? — остановившись, обернулся Син Ань. — Во время принятия решений у меня есть свои принципы. Секреты Сорочьего Моста, Загадочного Путеводителя и Божественного Перехода позволили мне совершенствоваться до божественного уровня и перестать переживать из-за смерти, поэтому наши старые обиды можно забыть, — выдержав короткую паузу, он продолжил. — Я нашёл тебя только для того, чтобы завершить договорённость с Лу Ли. Теперь о ней тоже можно забыть. Ты великий мастер, но с чего ты взял, что я не являюсь таковым? Ты меня слишком недооцениваешь.

Юноша ненадолго замер, прежде чем улыбнуться:

— Я и вправду раньше тебя недооценивал.

Син Ань заметил его улыбку, и уголок его глаза дёрнулся. Холодно фыркнув, он развернулся и, выйдя из зала, злобно обронил:

— Не стоит улыбаться. Я вернусь за тобой. Ты создал много всего, включая Восемнадцатую Форму Меча и Проводник Исконного Духа, а я глубоко уважаю талантливых людей. Но когда твоё физическое тело достигнет уровня, достойного моего внимания, я определённо тебя найду. Мне нужно физическое тело Тела Тирана.

Цинь Му ошеломлённо смотрел вслед скрывающемуся вдали Син Аню, но когда тот подошёл к огромному котлу, на его лице возникло противоборствующее выражение. Наконец решившись, он собрался было забрать сокровище с собой, но песок внутри внезапно зашевелился, постепенно поднимаясь и формируя силуэт молодого мужчины.

Изумившись, Син Ань рванул прочь, в мгновение ока пересекая десятикилометровый каньон. Он явно боялся, что построение снова активируется.

Цинь Му и Цзян Мяо вышли из зала, разглядывая песчаного человека, стоящего в центре огромного котла. Звёздный песок медленно переливался по его телу.

— Старший брат? — пытался угадать Цинь Му. — Мастер-Основатель Небесного Святого Культа, я — нынешний Владыка и недавно встречался со Святым Дровосеком. Старший брат, ты всё ещё жив?

Песчаный человек открыл рот, но так и не смог заговорить. Внезапно его тело рассыпалось и растеклось по земле, формируя рисунок.

Цинь Му быстро осмотрелся, увидев, что округа превратилась в географическую карту, на поверхности которой были отмечены горы, реки и прочие топографические элементы.

Ландшафт и местность карты непрерывно менялась, между тем Цинь Му пытался изо всех сил всё запомнить. Звёздный песок изменил свой вид более десяти раз, прежде чем снова сформировать котёл.

Цинь Му слегка нахмурился. Он никогда не видел всех этих карт, за исключением первой, местность которой совпадала с Великими Руинами.

Первая карта изображала Великие Руины, но остальные тринадцать не совпадали ни с Вечным Миром, ни с Западными Землями. Верховные Небеса Императора также не слишком их напоминали.

— Что старший брат пытается мне сказать? — прищурился Цинь Му. Мастер-Основатель Небесного Святого Культа, должно быть, обнаружил, что божественный дракон умер, и, так как тот был его заслугой, он активировал звёздный песок, чтобы разобраться, что произошло. Тем не менее, он, скорее всего, находился за пределами Вечного Мира или Великих Руин, поэтому не мог передать сюда свой голос и нарисовал карту из звёздного песка, надеясь, что юноша сможет добраться к нему.

«Четырнадцать географических карт невероятно сложные, какой смысл даже начинать его поиски? — размышлял Цинь Му. — Мои горизонты слишком узкие, но Святой Дровосек, скорее всего, побывал во всех этих мирах и сможет узнать карты! Впрочем, мне всё-таки стоит проследовать за первой картой, может быть я найду там что-то интересное», — хорошенько всё обдумав, он расслабился и проговорил:

— Цзян Мяо, идём!

В этот момент Цинь Му неожиданно обернулся и обнял огромный котёл, изо всех сил попытавшись оторвать его от земли, в то время как Цзян Мяо задумчиво чесал голову.

— Ты что, не собираешься помочь? — криком спросил у него Цинь Му.

Цзян Мяо быстро подошёл, и парочка быстро покраснела в лицах, пытаясь поднять гигантской артефакт, который, впрочем, так и не поддался.

Задыхаясь, Цзян Мяо осмелился спросить:

— Владыка, может нам стоит просто забыть о нём? Способности твоего старшего брата слишком высоки, даже Син Ань не решился унести котёл с собой. Мы определённо не сможем оторвать его от земли…

Цинь Му оставалось лишь сдаться, но в этот момент его взгляд упал на огромную цепь, которая раньше сковывала дракона, и его глаза загорелись снова, в то время как он сам поспешно бросился к ней.

— Если нам, по крайней мере, удастся унести кусок этой цепи, будет тоже неплохо. Она могла удержать божественного дракона, а значит в ней использованы материалы высочайшего качества! Даже если её просто переплавить и превратить в сокровища, они окажутся лучшими из лучших!

У Цзян Мяо не было другого выбора, кроме как помочь ему с этой затеей. Парочка с трудом растянула толстую цепь, едва умудряясь вытащить её из зала.

Цинь Му открыл мешочек таотэ, пытаясь засунуть цепь внутрь, но она оказалась слишком толстой и не залезала внутрь. Но даже если бы залез, её другой конец по-прежнему был закреплён в стене, и вытащить его не представлялось возможным.

Двое юнцов переглянулись, исчерпав все идеи, после чего Цинь Му яростно развернулся, чтобы уйти:

— Что ты за старший брат такой, скупердяй!

Цзян Мяо быстро последовал за ним, и Цинь Му подлетел в воздух с мрачным выражением лица. Осматривая окрестности и сверяя их с картой, он двинулся в том направлении, которое показал ему песчаный человек.

Два дня спустя они пришли в крохотную деревню, которая была отмечена на карте.

Войдя внутрь, Цинь Му и Цзян Мяо начали осматриваться по сторонам. Маленькая деревня на первый взгляд казалась совсем обычным поселением для Великих Руин, за исключением статуй богов, всех как на подбор с головами драконов и телами людей.

«Почему старший брат отправил нас именно сюда?» — мысленно недоумевая, Цинь Му заметил седовласого старца, который плёл рыболовную сеть, сидя перед маленькой соломенной хижиной. Он быстро подошёл к нему и почтительно поздоровался:

— Старший, что это за место?

Седовласый старик посмотрел на него мутными, но удивлённым глазами:

— Я отдал Диск Императора семье Лин, как он оказался у тебя? — улыбчиво спросил он.

Потеряв дар речи, Цинь Му уставился на него широко распахнутыми глазами.

Глава 570. Древняя Печать Командира

Седовласый старец был одет в зелёную робу, застиранную до такой степени, что она уже наполовину выцвела. Пока он перебирал рыболовецкую сеть в своих руках, Цинь Му почувствовал, как что-то зашевелилось на его груди, а уже в следующий миг увидел, как Диск Императора превратился в дракончика, высунувшего мордочку из-под воротника.

Цзян Мяо увидел дракончика и сразу же принял свою истинную форму, став маленьким драконом. Он инстинктивно спрятался за Цинь Му и тихо зарычал «ма-ха», звуча одновременно почтительно и испуганно.

Дракончик, высунувший свою морду, являлся истинным владыкой драконов. Он открыл пасть, чтобы зевнуть, а после медленно выполз из-под воротника юноши и скользнул к руке седовласого старца, свернувшись на ней калачиком с сонно прикрытыми веками.

В этот момент юноши и девушки выбежали из маленькой деревни, окружив Цинь Му и Цзян Мяо, в то время как один из них, достаточно крепкого телосложения, спросил:

— Старый Предок, они пришли сюда, чтобы навлечь на нас беду?

Седовласый старец улыбнулся:

— Нет, что ты. Не пугай их, эта парочка переплетена судьбой с нашей деревней.

Юноши и девушки успокоились и, поубавив свой враждебный настрой, начали внимательно рассматривать Цинь Му и маленького дракона Цзян Мяо.

Цинь Му пригляделся в ответ и ошеломлённо замер. Он почувствовал, что тела местных распирало от энергичной жизненной Ци, которую они старательно скрывали. Но самым невероятным было то, что когда толпа окружила их, он услышал семь последовательных взрывов от открытия божественных сокровищ у самой молодой девочки, что могло значить лишь одно — она являлась экспертом области Божественного Моста!

Но при всём этом, она наверняка была самой слабой в деревне, так как всё защищали её!

Если самый слабый житель находился в области Божественного Моста, тогда насколько сильны остальные?

Цинь Му думал, что деревня Цань Лао была самой сильной деревней в Великих Руинах, но, судя по всему, Великие Руины скрывали в себе действительно много никому неизвестных талантов.

— Помимо Диска Императора, у тебя ещё есть истинное драконье гнездо? — посмотрев на талию юноши, седовласый старец удивлённо приподнял брови.

Цинь Му снял мешочек таотэ и достал истинное драконье гнездо, почтительно положив его перед старцем:

— Пусть старший взглянет на него.

Истинный владыка драконов немедленно воспрял духом и полетел в драконье гнездо.

Наблюдая за происходящим, местные ребята тоже воспряли духом и возжелали последовать за дракончиком в истинное драконье гнездо, однако, они изо всех сил воспротивились этому неконтролируемому порыву.

«Может быть, все местные — драконы, а не люди? Неужто я попал в драконью деревню?» — заметив реакцию каждого присутствующего, Цинь Му сделал соответствующие выводы.

— Диск Императора семьи Лин был украден моим дедушкой одноногим, и в конечном итоге был передан мне. Что касается истинного драконьего гнезда, оно было усовершенствовано Владыкой Выращивания Драконов с Высших Небес, а так как я его покорил оно тоже попало в мои руки. Старший, ты бог, который усовершенствовал Диск Императора, верно?

Взгляд старца остановился на истинном драконьем гнезде, и он заговорил с улыбкой, которая была вовсе не улыбкой:

— Когда я превратил истинного владыку драконов в Диск Императора и отправился в Средиземье, чтобы найти преемника, я встретил молодого человека с необычайными способностями и пониманием. Он был старым предком семьи Лин. Я увидел, что у него есть Ци истинного дракона, поэтому я отдал ему Диск Императора, обучил драконьему языку и передал драконью технику Диска Императора. Тем не менее, несмотря на все мои усилия, он решил выбрать другой путь, ударившись за какой-то девушкой. Что я мог сделать? В итоге ему удалось покорить эту девушку, но к тому времени он уже забыл большую часть языка и техники, которым я его обучал. Именно тогда я понял, что ему не суждено стать истинным владыкой драконов.

Цинь Му однажды слышал подобную историю от Лин Юйсю, и нашёл её достаточно забавной. Но ему даже и в голову не приходило, что это может быть правдой!

— Я ленив по своей природе, но меня попросили усовершенствовать истинного владыку драконов и найти преемника. Поскольку преемник не так уж и бесполезен, я позволил этому случится, — улыбаясь, рассказывал старец. — Кто бы мог подумать, что даже несмотря на то, что тот молодой человек не был трудолюбив, его потомки трудились не покладая рук и сумели укрепить Империю Вечного Мира до её нынешнего состояния. Поскольку Диск Императора попал в твои руки, вдобавок ещё и с истинным драконьим гнездом, ты должно быть хочешь узнать технику, скрытую в нём, я прав?

— Старший, меня действительно интересует техника истинного драконьего гнезда, но в первую очередь я прибыл сюда из-за Мастера-Основателя Небесного Святого Культа. Будучи моим старшим братом-соучеником, он оставил географическую карту, на которой была отмечена эта деревня, так я и нашёл вас всех, — почтительно объяснил Цинь Му.

Седовласый старец на миг удивился и задумался, прежде чем пробормотать:

— Мастер-Основатель Небесного Святого Культа? Тот паренёк, по имени Вэй Фэнсуй?

Цинь Му замешкался, ведь не знал имени своего старшего брата по учителю.

Старец подметил изменение в выражении лица юноши и улыбнулся:

— Однажды он пришёл ко мне и спросил, как заработать заслуги. Он был неплохим юношей, а его способности заслуживали отдельно внимания. Наставник нашёл хорошего ученика. Однако, если Вэй Фэнсуй хотел стать святым, он должен был это заслужить и показать себя на деле, но избранный им путь, а именно путь Наставника, был невероятно сложен. Я ничему не мог его научить. Если ты его младший брат и пришёл сюда, преследуя ту же цель стать святым, то можешь не тратить своё время попусту, я ничем не смогу тебе помочь.

Вероятно, он имел в виду Святого Дровосека, когда упомянул о Наставнике, который когда-то был Небесным Наставником Райских Небес Императора-Основателя. Он был ответственным за обучение всех принцев и принцесс родословной Императора-Основателя.

— Могу я спросить, мой старший брат не говорил, куда он хотел отправиться? — спросил Цинь Му.

Седовласый старец покачал головой:

— Об этом он никогда не трепался, однако он кое-что оставил. Если он заставил тебя искать меня, то, должно быть, именно из-за этого предмета, — договорив, он встал и вошёл в соломенную хижину. Чуть погодя он вышел, после чего всучил в руки парня красную коробку.

Цинь Му открыл её и увидел жетон размером с ладонь, на котором был изображён свирепый зверь. Он переворачивал его, внимательно осматривая, но так и не находил никаких идей, чем это может быть. Взглянув на старца, он искренне спросил:

— Старший, для чего нужен этот жетон?

— Это печать командира, используемая для вызова солдат. Там есть построение с позициями для богов, но она чрезвычайно древняя, поэтому сейчас, скорее всего, бесполезна, — ответил старец. — Даже я не узнаю некоторые руны на ней, возможно эта печать командира Эпохи Высшего Императора или даже древнее, — проговорив, он забрал печать командира и активировал её своей магической силой. Посмотрев, как звёзды поднимаются от артефакта и кружатся вокруг них, он продолжил. — Эти звезды — позиции для богов. Если взять их, то это построение можно использовать, чтобы противостоять врагу, направляя все свои силы в атаку.

Цинь Му поднял голову и заметил, что звёзды, которые вылетели из печати командира, на самом деле не были звёздами. Это были видения, и их было чрезвычайно много, вероятно около тысячи.

— Построение из нескольких тысяч богов… — пробормотал он с дрогнувшим сердцем. — В какой битве нужно столько богов и дьяволов?

— У тебя слишком узкие горизонты, — проговорил старец и отозвал свою магическую силу, после чего звёздные видения исчезли. — В Эпоху Императора-Основателя было не одно такое сражение. Теперь построение в печати командира бесполезно, зато эта вещица довольно хорошо впишется для какой-нибудь коллекции. Коллекционируешь старые безделушки?

Цинь Му в недоумении посмотрел на него:

— Почему бесполезно?

Старец передал ему печать командира и объяснил:

— Великое Дао Небес и Земли изменилось, поэтому построение в печати командира больше не совместимо с ним. Мощь построения в нём также иссякла из-за крайней древности. Я даже не могу с уверенностью сказать с какой эпохи эта печать, понимаешь, насколько она древняя?

Цинь Му положил печать обратно в красную коробку и убрал её в свой мешочек таотэ.

Если уж Мастер-Основатель Вэй Фэнсуй оставил её, то явно неспроста. Он, очевидно, планировал, что рано или поздно кого-то направит сюда на её поиски. За этим всем стоял некий, пока ещё неведомый мотив.

— Прошу прощения за свою дерзость, но как зовут старшего? — спросил Цинь Му.

Седовласый старец улыбнулся ему:

— Я думал, что потомок семьи Цинь знает моё имя, но видимо я ошибся. Я — драконья вена, которая достигла Дао и усовершенствовала себя в истинного дракона. В то время я последовал за твоим предком по очевидным причинам и даже не мог говорить, будучи способным лишь восклицать «ма-ха», поэтому твой предок так и назвал меня. Моя фамилия Ма, а зовут меня Хацин, его, видите ли, это забавляло, и он решил поиздеваться надо мной.

Цинь Му посмотрел на него со странным выражением лица:

— Ма Хацин…

Цзян Мяо высунул голову из-за спины Цинь Му и робко сказал:

— Ма-ха…

Седовласый старец продолжил рассказ:

— После этого я стал чиновником Райских Небес, которые состояли из четырёх великих Райских Дворцов. Я курировал Дворец Зелёного Дракона и его Шестьдесят Звёздных Божественных Дивизионов. Все они находились под моим управлением. Я был почитаем как Зелёный Император, но мне не нравился этот титул, так как он был слишком властным, и я изменил своё имя на Цин Хуан. Теперь, когда Райские Небеса Императора-Основателя уничтожены и Райского Дворца Зелёного Дракона больше не существует, ты можешь называть меня просто старший Цин Хуан.

Цинь Му поклонился ему и сказал:

— Сто седьмой потомок семьи Цинь, Цинь Му, отдаёт дань уважения старшему Цин Хуану.

Цин Хуан жестом поспешно попросил его выпрямиться:

— Пожалуйста, не надо. Когда я увидел тебя, то сразу узнал твою родословную и догадался, что ты потомок Императора-Основателя. Ты хочешь выучить драконий язык с этого истинного драконьего гнезда? Я могу тебя обучить.

Цинь Му был вне себя от радости и поклонился в знак благодарности:

— Спасибо за всё, старший.

Цин Хуан привёл его в истинное драконье гнездо и сказал:

— Я вижу, что твои пути, навыки и божественные искусства уже достигли небольшого успеха, и ты, кажется, совершенствуешь пути как бога, так и дьявола. Хм, ты смог открыть божественные сокровища обоих путей, что очень странно… Ну да ладно. Раз ты уже ступил на свой собственный путь, изучение техники расы драконов будет украшением к тому, что уже идеально. С другой стороны, этот маленький дракон сможешь извлечь очень много пользы.

Цзян Мяо, пребывающий в данный момент в форме маленького дракона, крадучись перемещался позади Цинь Му, но когда он услышал слова Цин Хуан, то откинул морду назад и сказал:

— Ма-ха…

Цин Хуан улыбнулся ему:

— Не надо меня благодарить. Если уж кого и благодарить, то его, — он указал на Цинь Му и перевёл на него взгляд. — Я чувствую что-то очень странное в твоём теле, а точнее на твоей шее. Кажется, это нефритовая подвеска с очень мощной печатью.

— Вы почувствовали это? — Цинь Му достал свою нефритовую подвеску и продолжил. — Граф Земли сказал мне, что создал её для того, чтобы запечатать мою дьявольскую природу. Я родился в Юду и был одержим ею, поэтому он был вынужден создать подвеску для её подавления. Пока она на мне, вся эта гадость подавлена.

Цин Хуан посмотрел на нефритовую подвеску и усмехнулся:

— Граф Земли запечатал твою дьявольскую природу? С какой стати он стал таким заботливым? Дай мне её, я помогу снять печать!

— Но… — Цинь Му посмотрел на него с обеспокоенным выражением лица и тихим голосом сказал. — Старший, Король Яма однажды пытался снять её и ощутил на себе проклятье нефритовой подвески. Кроме того, Фу Жило из дьявольской расы также пытался снять печать и тоже был проклят… на него после этого было жалко смотреть. Наставник и Король Яма сказали, что лучше не снимать печать с подвески, и дали строгий наказ, чтобы она не подкидала моё тело, иначе произойдут ужасные вещи…

— Боятся всего лишь проклятья? — с улыбкой высказал Цин Хуан. — Однако, если даже сам Наставник так сказал, тогда на это должна быть очень весомая причина. Пойдём, нас ждёт истинная техника дракона в истинном драконьем гнезде!

Глава 571. Техника Высшей Тайны Древнего Дракона

В гнезде истинного дракона Цинь Му наконец добился того, к чему так долго стремился, и полностью выучил все надписи на языке драконов, покрывающие стены сооружения.

Старик Цин Хуан был божественным драконом, поэтому владел языком драконов в совершенстве. Его способности были настолько велики, что даже Цинь Му не мог определить в какой именно области тот находился.

Тем не менее, чтобы стать Мастером Дворца Зелёного Дракона, он определённо должен быть сильнее, чем Святой Дровосек или Король Яма.

Совокупность звёзд называлась Райскими Небесами, но по отдельности они были известны как пять дворцов. Райский Дворец Зелёного Дракона управлял шестьюдесятью звёздами Восточных Небес, а Райский Дворец Белого Тигра — двадцати семью звёздами Западных Небес, под управлением Райского Дворца Красной Птицы находились тридцать девять звёзд Южные Небес, а Райский Дворец Чёрной Черепахи возглавлял Северные.

В самом центре находился Райский Дворец Небесного Императора, который правил над Звёздами Небесного Императора.

Более того, Райский Дворец Зелёного Дракона стоял во главе четырёх Райских Дворцов, поэтому было нетрудно представить, насколько сильным был старец Цин Хуан.

Вместо того, чтобы расшифровывать технику истинного владыки драконов слово за словом, как это делал Цзян Мяо, он попросту превратил все писания в техники и обучил им обоих парней, начиная от самых простых, и заканчивая самыми сложными.

Основная техника называлась техникой Высшей Тайны Древнего Дракона. Используя язык драконов, она заставляла душу и физическое тело вибрировать, издавая драконий рёв. В её писаниях крылись все методы совершенствования жизненной Ци, божественных искусств и тела.

Эта техника улучшала все стороны человека, занимающегося совершенствованием. Кода речь шла о силе жизненной Ци, изысканности божественных искусств и мощи физического тела, все её первоклассные искусства достигли в них области Дао!

Если Цинь Му удастся выучить их всех, достижение области пути техники станет простой задачей. Надо отметить, что это был первый раз, когда он видел технику подобного уровня, не говоря уже о её полной версии.

Четырнадцать Писаний Меча Дао были неполными, так как небо и звёзды в нём оказались поддельными. Четырнадцатым писанием было невозможно овладеть, из-за чего оно никогда не достигло бы области пути.

Махаяна Сутра Жулая Монастыря Великого Громового Удара могла совершенствовать до области пути лишь ум, в то время как область совершенствования ограничивалась лишь двадцатью небесами. Как только кто-то достигал уровня Брахмы, ему не было куда двигаться дальше.

Техника Маленькой Нефритовой Столицы позволяла людям достичь лишь области бога, после чего также обрывалась.

Великие Небесные Дьявольские Рукописи Небесного Святого Культа были невероятно хороши в божественных искусствах, но не могли ничего предложить человеку, ставшему богом.

Так как в наследственности Империи Вечного Мира был огромный пробел, в ней также были свои недостатки. В техниках каждой из её священных обителей были свои недочёты.

Наследственность Верховных Небес Императора никогда не была нарушена, и их населяло огромное количество богов и дьяволов, но Цинь Му не встретил там техники, позволяющей достичь области пути. Он даже не слышал о чём-то подобном.

Даже истинные боги Верховных Небес Императора могли развить лишь одну из своих сторон до области пути. Для того, чтобы сделать это во всех других аспектах, им нужно было продолжать учиться и тренироваться.

Техники Верховных Небес Императора не позволяли совершенствоваться до области пути.

Единственной техникой, позволяющей беспрепятственно достичь области пути, была Высшая Тайна Древнего Дракона. С её помощью можно было совершенствовать исконный дух Древнего Дракона и овладеть пониманием области пути божественных искусств драконов. Физическое тело тоже могло ступить на путь, что делало эту технику невообразимо мощной!

«Она превосходит даже мою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана!» — не удержавшись, горько вздохнул Цинь Му.

Попрощавшись с Чжэ Хуали на Верховных Небесах Императора, он впал в состояние постижения Дао и начал перерабатывать все божественные искусства техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. К сожалению, когда он был занят слиянием божественных глаз, его прервал отряд дьявольских экспертов молодого поколения.

Несмотря на это, он уже сделал первый шаг в достижении техники, встающей на путь.

Тем не менее, его техника находилась ещё далеко от достижения области пути. Техника, которая лишь встала на путь, позволяла развить физическое тело, божественные искусства и исконный дух только до уровня молодого истинного бога.

Техника, уже достигшая области пути, позволяла физическому телу, божественным искусствам и исконному духу развиться до области пути. Более того, её можно было использовать и после достижения области бога.

«Несмотря на то, что эта техника хороша, она больше подходит для драконов. Если я буду её использовать, мои способности явно будут уступать Цзян Мяо. Самой лучшей техникой для меня будет та, которая мне подходит», — размышляя в таком ключе, Цинь Му почувствовал, как огромный камень упал у него с души. Несмотря на то, что техника Высшей Тайны Древнего Дракона была невероятно хорошей, ему всё равно лучше использовать технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Тем не менее, техника Высшей Тайны Древнего Дракона всё ещё была крайне полезной. Цинь Му мог заимствовать её путь улучшения физического тела, исконного духа и божественных искусств, доводя свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана до совершенства.

Описанный в ней метод улучшения под названием «Восемь Голосов Древнего Дракона» владел невообразимой эффективностью. Он состоял из голосов Прилипания, Убийства, Захвата, Поглощения, Ведения, Вращения, Стука и Улучшения.

Цинь Му тут же испытал его на деле, и циркуляция его Ци завибрировала в странном ритме. Когда прогремел голос Прилипания, Ци стала невероятно вязкой, дрожа с невообразимо высокой частотой. Он ощутил заметные изменения в то же мгновение, ведь его кровь стала удивительно липкой, а её движение сопровождалось оглушительными взрывами!

Циркуляция его крови и Ци стала ещё более свободной, напоминая лавину, несущуюся по горным склонам. Как только она достигла его ладони, то стала огромной, будто пальмовый лист, и из неё донеслись звуки взрывов.

С помощью голоса Прилипания он обработал кровеносные сосуды в своём теле и, закончив, почувствовал себя невероятно освежённым.

Затем Цинь Му исполнил голос Убийства. Тот встряхнул его сознание, очищая его до невероятного уровня.

После исполнения голоса Захвата его три души едва не рассыпались в прах.

Голос Захвата улучшал три души, голос Поглощения — семь духов, Ведения — сердце, Вращения — дух, а голос Улучшения — сердце Дао.

Цинь Му совершенствовал их один за другим, обретая некоторое понимания Восьми Голосов Древнего Дракона. Затем, приподнявшись духом, он рассеял свою Ци, выстраивая путь циркуляции техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Следующим шагом было внедрить то, что он только что изучил, в свою собственную технику.

Жизненная Ци формировала перед ними различные пути циркуляции, превращаясь в подобие человеческого силуэта. Впрочем, присмотревшись поближе можно было разглядеть его сложную внутреннюю структуру.

Эта структура олицетворяла Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов и Шести Направлений. Его жизненная Ци циркулировала сквозь них невероятно сложным образом, двигаясь в каждом из них по совершенно иному пути.

Более того, если присмотреться на каждый орган в этом теле, можно было заметить, что в почках жизненная Ци двигалась совершенно не так, как в сердце, а в ногах её маршрут был совсем не похожим на те, что были в пяти внутренних органах и шести кишках. Все они были крайне изысканны.

Цинь Му пытался внедрить Восемь Голосов Древнего Дракона в схему циркуляции своей Ци. Удивительно, но мест, в которых нужно было внести изменения, оказалось не слишком много. Ему пришлось использовать только голос Ведения, когда Ци достигала сердца, голос Прилипания в кровеносных сосудах и голос Вращения внутри духовного эмбриона.

Всё было предельно просто.

Стоя внутри гнезда истинного дракона, он улучшал свои техники, совершенно игнорируя всех вокруг. Его действия мгновенно привлекли внимание Цин Хуана и Цзян Мяо, их взгляды приклеились к диаграмме циркуляции перед парнем.

— Хватить смотреть, — проговорил Цин Хуан, поворачиваясь к Цзян Мяо. — Ты не сможешь этого выучить. Этот парень будто монстр, он владеет невероятно широким кругозором и гибким умом. Его фундамент и мудрость достигли уровня, на который ты никогда не сможешь ступить. Давай ещё поговорим о технике Высшей Тайны Древнего Дракона, я отвечу на все вопросы, которые могли у тебя остаться.

— Ма-ха, — тихо ответил Цзян Мяо.

Цин Хуан улыбнулся:

— Тебе не стоит меня бояться.

Набравшись мужества, дракончик вернулся в человеческий облик и послушно встал возле старика.

Цин Хуан объяснил Цзян Мяо технику Высшей Тайны Древнего Дракона, пытаясь упростить всё на случай, если он не в силах что-то понять.

Лекция длилась на протяжении четырёх-пяти дней, пока Цинь Му, наконец, не закончил внедрять Восемь Голосов Древнего Дракона в технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Теперь во время её исполнения Восемь Голосов Древнего Дракона улучшали его физическое тело, исконный дух, жизненную Ци и сердце Дао.

Восемь Голосов Древнего Дракона задействовались даже во время исполнения божественных искусств, совершенствуя их!

Цинь Му носился по гнезду истинного дракона, выполняя божественные искусства одно за другим. Воздух безостановочно дрожал от рёва дракона, а сила исполняемых приёмов становилась всё выше и необузданней. Замечая это, он едва сдерживал свою радость.

Дзинь!..

Достав два Ножа Для Убоя Свиней, он начал исполнять Ночную Битву по ту Сторону Бурного Города. Однако, как только он взмахнул оружием, пара ножей в его руках разбилась вдребезги от мощных вибраций.

Удивившись, он достал из мешочка таотэ бамбуковую трость и ударил ею. В следующий миг она превратилась в мелкий порошок.

«Сила Восьми Голосов Древнего Дракона слишком велика! Обычное духовное оружие не может с ней совладать!» — с такими мыслями он вынул пилюлю меча, и летающие ножи затопили округу, прежде чем слиться в огромный нож.

Схватив рукоять, Цинь Му потянул её в разные стороны, разделяя оружие на две части, а уже в следующий миг он исполнил ими Нет Худа без Добра!

Огни ножа пересекались друг с другом, их сила становилась всё больше и свирепей. Они едва не разрубили колонны гнезда истинного дракона, после чего парень поспешно опустил оружие, избегая тотального разрушения.

Осмотрев два ножа, Цинь Му подбросил их в небо. Они быстро разделились на бесчисленных летающих мечей, начавших кружиться вокруг него.

Детально оценив их состояние, он облегчённо вздохнул: «К счастью, мои мечи были обработаны достаточно хорошо. В противном случае я остался бы без оружия».

Он снова погрузился в свои мысли. Кроме Восьми Голосов Древнего Дракона, было ещё много техник и божественных искусств, которые он мог бы изучить.

Техника Высшей Тайны Древнего Дракона сочетала в себе многочисленные божественные искусства, переливающиеся бесчисленными изменениями, из которых можно было создать всё, вплоть до буддистских искусств. Некоторые из них могли бы даже подойти секте Дао, или же быть использованы как дьявольские!

Цинь Му чувствовал, что некоторые из этих искусств могли быть преобразованы в навыки меча. В качестве навыков ножа они также обрели бы немалую силу.

В записанных в ней техниках движения тела или божественных искусствах зрачков также было много необычных моментов.

Чем глубже Цинь Му изучал технику Высшей Тайны Древнего Дракона, тем лучше понимал, насколько хорошей она была. Он начал ненавидеть себя за то, что не родился драконом и не имел возможности высвободить её полную силу.

Отвлёкшись снова, он заметил, что старик Цин Хуан и Цзян Мяо уже покинули гнездо истинного дракона. Он тут же вылетел наружу, увидев, как последний совершенствует технику Высшей Тайны Древнего Дракона.

Юноша превратился в сапфирово-синего дракона, который носился туда-сюда, выполняя всевозможные божественные искусства и навыки. Он использовал боевые техники Высшей Тайны Древнего Дракона, и всего лишь за несколько дней его совершенствование значительно увеличилось. Изменения в его способностях были более, чем заметны.

Цинь Му вздохнул и увидел толпу молодых мужчин и женщин, наблюдающих за тренировкой Цзян Мяо, стоя в стороне. Немного подумав, он подошёл к молодой девушке примерно того же возраста, что и он сам. Вероятно, она была всего лишь на год-два моложе.

— Как я могу обратиться к маленькой сестре? — улыбаясь, спросил он.

Лицо девушки мгновенно покраснело, и она ответила:

— Меня зовут Цин Я. Не стоит называть меня маленькой сестрой, мне уже триста лет. А тебе сколько?

Тоже покраснев, Цинь Му отвёл взгляд на юношу неподалёку. Тот, казалось, был ещё совсем подростком:

— Брат…

— В этом году мне исполнится шестьсот тридцать семь, — ответил юноша.

Цинь Му уныло хмыкнул. На самом деле, все молодые девушки и юноши в деревне были ужасно старыми. Между тем мужчина средних лет улыбчиво ответил:

— Мне двадцать тысяч восемьсот лет.

После этого Цинь Му перестал спрашивать о возрасте местных жителей.

Тем не менее, внезапно воспряв духом, он с невинной улыбкой проговорил:

— Вы когда-нибудь были в Вечном Мире? Я Владыка Небесного Святого Культа, и сейчас мы остро нуждаемся в новых людях…

Схватив свою рыболовную сеть, Цин Хуан подошёл поближе с мрачным выражением лица:

— Даже не смей думать о моей деревне! Я уже передал тебе технику, так что уходи!

— Старший, теперь, когда Верховные Небеса Императора борются за своё выживание, даже мой учитель пришёл на помощь… — поспешно проговорил Цинь Му.

— Цин Я, проводи гостей, — строго приказал старик Цин Хуан.

Молодая девушка по имени Цин Я вспыхнула невообразимо ужасающей жизненной Ци. В мгновение ока она обездвижила Цинь Му, не позволяя ему сдвинуться с места.

Затем Цин Я протянула вторую руку, чтобы схватить Цзян Мяо, со словами:

— Не двигайтесь. Я отошлю вас на тысячу километров отсюда, — договорив, она подула, мгновенно заполняя небо тучами, которые тут же отбросили двух подростков далеко за пределы деревни.

«Такое ужасающее совершенствование?» — немного потрясённый, Цинь Му закричал:

— Старший, я ещё не всё сказал…

Внезапно облака рассеялись, и парочка приземлились на гору. Всё ещё недоумевая, Цинь Му начал растерянно искать крохотную деревню, но так и не смог её обнаружить.

Ещё до того, как он успел договорить предложение, девочка сумела выбросить их за тысячу километров из деревни.

— Ма-ха! — на лице Цзян Мяо виднелась зависть.

— Когда-то ты тоже будешь таким сильным, — тяжело выдохнул Цинь Му.

Внезапно гнездо истинного дракона прилетело им вдогонку, и юноша резко изменился в лице. Вес артефакта был невообразимо большим, поэтому он тут же бросился в сторону, избегая столкновения, но вдруг увидел, как тот резко остановился в воздухе, прежде чем мягко приземлиться на землю. Недоумевая, он вздохнул с облегчением.

«Неужели это Цин Я бросила гнездо? Разве её магическая сила не слишком велика? Я могу лишь перенести двести килограмм летающих мечей на расстояние в триста километров, а она сумела орудовать драконьим гнездом на расстоянии в тысячу…»

— Ма-ха! — вновь завистливо воскликнул Цзян Мяо.

Чувствуя себя беспомощным, Цинь Му повернулся к нему:

— Друг Дао Цзян, теперь ты можешь говорить на человеческом языке. Странно, я ведь не сделал ничего плохого, почему старший Цин Хуан не позволил мне остаться?..

Глава 572. Встреча со Старым Другом

Выдворив гостей из деревушки драконов, Цин Я привела в движение свою жизненную Ци, обернула её вокруг истинного драконьего гнезда и отправила его на тысячу километров в сторону Цинь Му. Переведя взгляд на Цин Хуана, она спросила:

— Старый Предок, почему ты так быстро выпроводил брата Циня? Ведь он потомок Императора-Основателя, разве нет?

Остальных местных тоже очень интересовал этот вопрос, поэтому они скучковались рядом, желая услышать ответ старшего:

— Старый Предок, ты нам рассказывал, что поклялся жить и умереть вместе с Императором-Основателем, поэтому нам кажется, что прогонять брата Циня было весьма неразумным поступком.

— Это я значит поступил неразумно? — Цин Хуан окинул всех тяжёлым взглядом. — Когда мы с Императором-Основателем поклялись жить и умереть плечом к плечу, я всегда страдал, а он постоянно получал выгоду за счёт других! Император-Основатель привёл свою семью в деревню Беззаботную, чтобы, так сказать, сбросить с плеч груз тяжёлого бремени, и оставил после себя сущий беспорядок, который по сей день приходится разгребать именно нам. Он живёт безо всяких забот, а я должен подчищать за ним оставленное дерьмо? Чёрта с два!

Цин Я и остальные в ужасе переглянулись.

Цин Хуан настолько разозлился, что сплёвывал слова, сквозь скрежещущие зубы:

— Что вы так уставились, никогда не видели, когда я сквернословлю? Я был самым известным грубияном на Райских Небесах Императора-Основателя, и однажды даже довёл своей бранью до смерти бычьего бога! Хмпф… Император-Основатель оставил после себя беспорядок, но многие друзья Дао и по сей день ждут его возвращения, вот только, где он? — старец повернулся вместе с рыболовной сетью и, выйдя из деревни, с намёком на гнев и обиду в голосе запричитал. — Он до сих пор не показал даже намёка на своё присутствие. Сколько сердец наших братьев охладело? А тот Цинь Му — его сто седьмой потомок, упавшее перо феникса, что уступает даже куриному дракону. Сто седьмой потомок… только задумайтесь — сто седьмой потомок! Титул и не более. Разве он всё ещё может быть принцем? Такой далёкий потомок истинного дракона даже уступает длинному червю! Если Император-Основатель хочет попросить меня уйти с горы, ему придётся высунуть свою задницу из деревни Беззаботной, и сделать это лично! В противном случае, даже если придёт его наследный принц, мне будет плевать!

Все последовали за ним к холодному пруду.

Цин Хуан забросил сеть в воду, но так и не вытащил её даже спустя некоторое время. Внезапно он нарушил тишину:

— У этого Цинь Му есть кое-какие способности, но их недостаточно. Далеко не недостаточно… Он посетил нас с целью забрать печать командира и изучить технику Высшей Тайны Древнего Дракона… и он получил желаемое. Я передал ему технику и печать, так что род зелёных драконов больше ничего ему не должен… Мы больше ничего не должны семье Цинь…

Цин Я и остальные молча стояли, но один мужчина, сделав шаг вперёд, кашлянул:

— Старый Предок, если ты не вытащишь сеть, вся рыба сбежит.

Цин Хуан, словно не замечая сказанного, бормотал себе под нос:

— Цинь Му… этот подросток, привыкший делать из мухи слона… создавать проблемы из ничего. Я никогда не ошибаюсь в людях. Никогда!.. Его характер похож на характер Императора-Основателя… два сапога пара, что один, что второй, оба любители бедокурить без весомых на то причин. Я боюсь, что, если вы последуете за ним, то окажетесь в опасности. Мы живём в этой деревне двадцать тысяч лет, и хоть живём очень просто, но хотя бы мирно…

— Старый Предок, рыба сбежала! — нервно воскликнула Цин Я.

— Несмотря на то, что Император-Основатель по-настоящему отвратен и мне изо дня в день приходилось бояться за свою жизнь, находясь рядом с ним, я скучаю по тем временам. Когда я вспоминаю об этом, моё сердце наполняется теплом. Бывает даже такое, когда я пускаю слезу…

Цин Я резко занырнула в холодный пруд и через мгновение вытащила огромную ало-красную рыбу.

Между тем Цин Хуан всё наборматывал, изредка восклицая:

— Почему я скучаю по тем временам? Может я уже состарился… Нет, я не могу выпустить вас из деревни. Цинь Му дьявольски хитёр, я с первого взгляда понял, что он полон озорных идей!

Жители деревни драконов изрыгали огонь, чтобы зажарить рыбу, предоставив Цин Хуана самому себе. Находясь на приличном отдалении от старца у пруда, Цин Я сказала:

— Я думаю, что у брата Циня утончённые черты лица и галантный характер. Разве владелец таких больших, невинных глаз может быть плохим?..

— Хватит болтать. Старый Предок ведёт войну между человеком и небом в своей голове. Кроме того, наш старик по своей природе грубиян. Ты сама-то веришь, что он мог сказать о ком-то что-то хорошее? — тихим голосом, буркнул мужчина средних лет.

— Дядя Янь, а это правда, что Старый Предок довёл бычьего бога до смерти своей бранью и оскорблениями? — с любопытством спрашивали младшие.

Мужчина средних лет по имени Цин Янь задумался, прежде чем кивнуть, и прошептал:

— Бычьего бога ругали три дня и две ночи подряд! Старый Предок даже ни разу не повторился… представляете, какой у него запас грубых словечек? Бычий бог не мог отомстить ни словесно, ни физически, поэтому так сильно разгневался, что в конечном итоге умер от злости. Ходили слухи, что кровь, которую он изрыгал, образовала реку, а также что он стенал и плакал в течение трёх дней, прежде чем испустить свой последний вдох…

Все изумились и повернулись, чтобы посмотреть на старика у пруда, который всё не унимался и продолжал бормотать себе под нос:

— В этом озорном отродье есть дьявольская природа, настолько мощная, что даже Граф Земли должен был подавить её. Обычно до рук Графа Земли доходит только самое-самое большое зло… Однако, этот малец учится довольно быстро, к тому же в его озорной черепушке уже рождаются собственные идеи, что делает его талантливым. Но если у него такая неконтролируемая страсть к учинению проблем, то он вскоре окажется в цепких объятьях смерти…

Поедая жареную рыбу, Цин Я с недоумением спросила:

— Старый Предок хвалит брата Циня или всё же ругает?

Цин Хуан так и продолжал вести войну в своей голове:

— Нельзя, чтобы молодое поколение тратило свои жизни вместе со мной. Может выпустить их из деревни не такая уж и плохая идея?..

Когда они доели рыбу, по всей земле вокруг были разбросаны рыбьи кости.

Цин Хуан, наконец, закончил своё противостояние и начал ловко подтягивать сеть. Он приготовился вытащить её, с улыбкой говоря:

— Цин Янь, сегодня у нас будет жареная рыба. После того, как мы прикончим эту вкуснотищу, я позволю вам, ребятки, пройтись по Великим Руинам.

Цин Я и остальные радостно похлопали в ладоши, и тут же разошлись.

Цин Хуан на мгновение ошеломлённо замер, а после покачал головой и направился следом в деревню.

****

Цзян Мяо превратился в юношу, выглядящего несколько похожим на Цинь Юя, и последовал за Цинь Му. По пути он совершенствовал технику Высшей Тайны Древнего Дракона и выполнял всевозможные движения и божественные искусства, непрерывно тренируя своё тело. Иными словами — очень усердно трудился.

Между тем Цинь Му исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, благодаря которой при каждом обращении Ци по телу был слышен рёв Восьми Голосов Древнего Дракона. С, казалось бы, нескончаемым драконьим рёвом он непрерывно закалял своё тело.

Парочка направлялась к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, шагая при этом быстрее обычного.

Во время пути Цинь Му приготовил для Цзян Мяо несколько Божественных Пилюль Живучести Водного Элемента, чтобы пополнить его энергию после изнуряющей тренировки. Цзян Мяо не был придирчивым, но вкус этих пилюль был, мягко говоря, не очень, тем не менее, они были совместимы с его жизненной Ци, поэтому он съел их и поблагодарил Цинь Му.

Цинь Му вспомнил о цилине и грустно вздохнул, как вдруг остановился и огляделся. Цзян Мяо поспешно повторил и полюбопытствовал:

— Что случилось, Владыка?

Цинь Му задумался, прежде чем ответить:

— Я чувствую, как что-то быстро приближается к нам, но как только я пытаюсь сосредоточиться на этом, то ничего не вижу. Странно, возможно, я ошибся… — под конец пробормотав, он продолжил путешествие.

После того, как парочка отбежала на приличное расстояние, в месте, где они недавно останавливались, пролетел целебный цветок пиона, похожий на дымку. Он покружился вокруг, как вдруг превратился в Паньгун Цо с оленьей ногой.

«Этот сопляк и вправду меня заметил. Моё совершенствование явно резко возросло, но он всё равно обнаружил меня. Судя по всему, его совершенствование тоже не стоит на месте. А тот парень рядом с ним выглядит как дракон. Чёртовому сопляку как обычно везёт, теперь он даже заручился помощью истинного дракона… Может он где-то похищает их и продаёт? Кто-то идёт!» — череду размышлений Паньгун Цо прервали посторонние звуки, и он тут же затрясся всем телом, превратившись в огромное дерево, на ветвях которого появились два глаза.

Ууууу.

Проходящий мимо сильный шторм нёс в себе толпу зелёных драконов. Зрелище ошеломило Паньгун Цо, ведь самый маленький из драконов был длиной около ста пятидесяти метров, к тому же они, казалось, преследовала Цинь Му.

Вьюх!

Сильный шторм пронёсся дальше, а десятки зелёных драконов остановились в окрестностях Паньгун Цо. Самый маленький из них скрутился всем телом в себя и превратился в молодую девушку в зелёном одеянии. Она проверила окрестности и отчиталась:

— Он ушёл, но не очень далеко! Если поторопимся, то догоним!

Внезапно самый большой зелёный дракон обвился вокруг превратившегося в дерево Паньгун Цо и уставился на него:

— Это дерево очень странное.

Паньгун Цо не хотел испытывать судьбу и показал свою истинную форму, а после миленько улыбнулся:

— Старшие драконы, вы гонитесь за юношей по имени Цинь Му? Я видел, как он убежал в ту сторону. Рядом с ним был похищенный мальчик-дракон.

— Ты видел его? — восторженно удивилась Цин Я. — Куда он направился?

— Я могу сопроводить вас. Ему не сбежать! — праведно воскликнул Паньгун Цо.

Все обрадовались и улыбнулись ему:

— Ты очень поможешь нам, если доставишь нас к нему.

Паньгун Цо действовал вежливо и, быстро ковыляя вперёд, растягивал свою улыбку во все тридцать два зуба:

— Этот сопляк скользкий тип. Однако, ему не по силам сбежать от меня. Пожалуйста, следуйте за мной!

Многочисленные зелёные драконы превратились в молодых мужчин и женщин вместе с мужчиной средних лет Цин Янем, после чего последовали за Паньгун Цо, который повёл их по следу Цинь Му.

****

Скорость продвижения Цинь Му и Цзян Мяо была довольно высокой, и вскоре они смогли увидеть свет, поднимающийся от Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Они поднабрали скорости и прибыли в город. Цинь Му собрал нужные травы и сказал:

— Когда мы вернёмся на Верховные Небеса Императора, тебе придётся остаться с Цинь Юем, так как я пообещал взять тебя с собой всего на несколько дней.

Цзян Мяо посмотрел на него с обеспокоенным выражением лица:

— Ранее мой разум ещё не был пробуждён, поэтому я оставался с ним, но сейчас я не могу себя вести как раньше и… и оборачиваться вокруг него… Владыка, может ты поговоришь с ним? Я благодарен ему, но мне так неловко говорить об этом.

Цинь Му задумался над этим и с улыбкой ответил:

— Я одолжил у него дракончика, а теперь возвращаю человека, я тоже не могу говорить об этом. Скажи ему сам.

Цзян Мяо нахмурился.

Они пришли к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, но Цзян Мяо начал мешкать и сомневаться, на что Цинь Му улыбнулся ему:

— Когда мы окажемся на Верховных Небесах Императора, я попрошу вас стать названными братьями, так сойдёт?

Цзян Мяо облегчённо улыбнулся в ответ:

— В таком случае, спасибо за помощь, Владыка.

Как только они собирались войти на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, перед их взором внезапно появился громко смеющийся Паньгун Цо:

— Владыка, как же тесен этот мир! Надеюсь, с тобой ничего не случалось?

Глаза Цинь Му загорелись, и он улыбнулся:

— Сам Гроссмейстер пожаловал. Помнишь, что я говорил, когда ты стоял за моей спиной и пытался навредить мне? Когда мы встретимся в следующий раз, я заберу твою голову. Как ты хочешь умереть?

— Вот как ты заговорил, — усмехнулся Паньгун Цо. — Хочешь забрать мою голову? Посмотри, кто стоит за моей спиной!

Цин Янь, Цин Я и остальные сильные практики драконьей деревни вышли вперёд. Цин Я взволнованно махнула рукой Цин Му и с улыбкой прощебетала:

— Брат Цинь, Старый Предок позволил нам покинуть деревню!

Удивившись, Цинь Му поспешно радостно ответил:

— Старший Цин Хуан позволил вам покинуть деревню, чтобы вы смогли поднабраться опыта? По правде говоря, Небесный Святой Культ как раз нуждается в пополнении…

Паньгун Цо ошеломлённо замер, а уже в следующий миг его радостное выражение лица сменилось ужасом. Вытаращив глаза, он окинул взглядом людей, стоящих перед ним, и подумал: «Этот сопляк похитил не только того молодого дракона, а целую толпу! Это плохо, ой как плохо… Нельзя терять времени, нужно валить!»

Как только он собрался сорваться с места, позади него появился мужчина средних лет, который положил на его плечо свою руку, весящую, казалось бы, целую гору.

Цин Яна посмотрел на Паньгун Цо с улыбкой:

— Брат Цинь, этот маленький друг Дао твой давний товарищ, да? Именно благодаря ему мы смогли найти тебя так быстро.

Цинь Му посмотрел на них с улыбкой, которая на самом деле не выглядела как улыбка:

— Гроссмейстера действительно стоит поблагодарить! Брат Янь, держи его крепче, ведь ему нет равных в побегах! Он лучший из лучших!

Глава 573. Пришествие Лу Ли

Как только Цзин Янь договорил, Паньгун Цо освободился от его хватки, превратившись в тень, и провалился под землю!

Ошеломлённый Цин Янь протянул руку вслед за тенью, но та лишь громко хлопнула, рассеиваясь, будто облако дыма.

Разделившись на десяток частей, дым полетел прочь. Молодые эксперты драконьей деревни поднялись в воздух, набрасываясь на них со всех сторон. Несмотря на то, что они быстро рассеяли все облака дыма, обнаружить Паньгун Цо так и не удалось.

Внезапно Цинь Му поднял руку, и из неё вылетел луч меча. Воздух тут же окропился брызгами крови, а на землю упала отрубленная нога, хлеща кровью во все стороны. Между тем Цинь Му продолжал орудовать своим мечом с помощью Ци, его лучи вспыхивали то тут, то там, но он так и не сумел попасть по цели снова.

По улицам носилось всё больше прядей дыма, каждая из которых норовила сбежать, как вдруг отовсюду послышался ошарашенный и злобный голос Паньгун Цо:

— Мерзавец Цинь, мы с тобой не можем существовать под одним небом!

По улицам ходило огромное количество людей, поэтому, когда округу окутали облака дыма, все они начали удивлённо восклицать или ругаться.

Из-за толпы драконьим экспертам было крайне трудно выискивать следы Паньгун Цо.

Лицо Цин Яня мерцало от унижения. Он был драконьим богом, но всё же позволил Паньгун Цо сбежать из-под присмотра. К тому же беглец был всего лишь калекой, с одной ногой длиннее второй, которая, ко всему этому, была оленьей. И всё-таки, юнец сбежал, вынуждая его краснеть от стыда.

Тем не менее, Цин Яня не было в чём винить. Паньгун Цо не был его врагом, поэтому вместо того, чтобы схватить парня, он попросту держал того за плечо. До того, как Цинь Му успел всех предупредить, было слишком поздно что-то предпринимать.

Навыки побега Паньгун Цо не имели себе равных, даже Цинь Му был вынужден признать, что уступает ему в этой области. Когда Син Ань хотел его схватить, он так и не сумел скрыться, в отличии от Паньгун Цо.

Заметив, насколько удрученными становятся жители драконьей деревни, Цинь Му утешающе проговорил:

— Не нужно расстраиваться. Я должен признать, что уступаю Паньгун Цо в навыках побега. Мы часто сражались, находясь в одной области, но мне так и не удалось его убить. В самом удачном бою я сумел лишь отрубить одну из его ног.

— Теперь, когда он на одну область выше, чем я, и является великим экспертом области Небожителя, его способности снова сделали огромный скачок. Он может исполнять новые божественные искусства, поэтому схватить его ещё сложнее, чем раньше. То, что я сумел отрубить его ногу, — уже большое достижение.

— Он очень талантлив, раз овладел такими выдающимися способностями уже в области Небожителя, — восторженно вздохнули жители драконьей деревни.

Впрочем, они всё же чувствовали себя ужасно неловко. У Паньгун Цо осталась лишь оленья нога, но он всё равно сумел вырваться из их рук. Его навыки побега просто поражали!

Покидая деревню, они надеялись прославиться в первой же битве. Никто не ожидал встретить кого-то на подобии Паньгун Цо и столь быстро потерпеть неудачу.

— Встретив такого занимательного человека в первый же день после выхода из деревни, я вижу, что этот мир намного интереснее, чем я полагала! — взволнованно проговорила Цзин Я.

Тем не менее, остальные жители драконьей деревни не разделяли её радости.

Заметив это, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— С тех пор как вы контактировали с внешним миром прошло много времени, и ваши пути, навыки и божественные искусства слегка устарели, поэтому не стоит спешить возвращаться обратно. Почему бы вам не отправиться со мной на Верховные Небеса Императора, чтобы немного потренироваться и познакомиться с современными путями, навыками и божественными искусствами?

Все тут же согласились.

— Когда мы покидали деревню, Старый Предок приказал нам не подходить слишком близко к тебе… — немного колеблясь проговорил Цин Янь.

Подняв с земли отрубленную ногу Паньгун Цо, Цинь Му запечатал разрез, прежде чем приготовить немного медицинской жидкости и поместить в неё конечность. Затем он миролюбиво улыбнулся:

— Старший Цин Хуан слишком осторожен. Вы должны были заметить, что я не злой человек. Как только вы доберётесь к Верховным Небесам Императора, можете спросить о Владыке Небесного Святого Культа Цинь Му. Я гарантирую, что моя репутация там очень хороша!

— Дядя Янь однажды посещал Империю Вечного Мира и, вернувшись в деревню, рассказал о Небесном Святом Культе, который чаще называли Небесным Дьявольским Культом. Его репутация была не слишком хорошей, — проговорила Цзин Я.

Цинь Му сверкал лучезарной улыбкой:

— Это, должно быть, какое-то недоразумение. Теперь, когда всё встало на свои места, каждый житель Вечного Мира будет восхвалять мой Небесный Святой Культ!

Великий Владыка Культа Цинь развернулся, и пошёл по Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, думая про себя: «Я покалечил почти всех, кто называл Небесный Святой Культ дьявольским. Тем не менее, много кто может продолжать говорить гадости за моей спиной, поэтому лучше отправиться на Верховные Небеса Императора. Там моя репутация выше, чем где бы то ни было, и если они о ней услышат, то будут лишь в шаге от присоединения…»

Цин Янь ступил вместе с юношами и девушками на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, и небо вокруг них внезапно закружилось. Они почувствовали мимолётность времени и пространства, а перед их глазами постепенно возникал огромный новый мир!

Все удивлённо цокнули языками.

Цинь Му всмотрелся в даль, тут же мрачнея в лице.

Ремесленники Вечного Мира уже наполовину закончили собирать второе солнце в небе. Тем не менее, даже света двух звёзд не хватало, чтобы осветить Верховные Небеса Императора.

Небо вдали было невероятно тусклым. Там витала дьявольская Ци, окутывая небо и землю, будто вязкий туман.

Впереди лежали дьявольские земли, покрытые высокими, будто горы, дьявольскими алтарями, которые время от времени вспыхивали ярким чёрным светом. Его лучи напоминали дым, стремящийся прямо к тучам. Время от времени по нему спускались огромные силуэты.

«Дьявольские боги снова совершают кровавые жертвоприношения. Они что, переносят из Юду своих старых предков, этих дьявольских богов, рождённых из дьявольской природы и горя?» — Цинь Му собрался с мыслями. После того, как его похитил Фу Жило, он увидел в старом гнезде дьяволов огромное количество жертвенных алтарей. К тому же он узнал, что тот собирается использовать их для призыва дьявольских богов из Юду!

В тот раз Фу Жило активировал проклятье в подвеске и потерпел поражение. Он получил сильные ранения, а многие жертвенные алтари разрушились.

Но, судя по всему, дьяволы быстро сумели их восстановить!

В тот же день алтари активировались, и дьявольские боги прорвали барьер между Юду и Верховными Небесами Императора, начиная спускаться один за другим. Их поток, казалось, никогда не остановится!

«Ситуация накаляется…» — пытаясь успокоиться, Цинь Му подозвал к себе стражника из Верховных Небес Императора, несущего ответственность за Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии:

— Если по мосту попытается пройти юноша с одной оленьей ногой, просто убей его. Не оставляй ему шанса договориться!

Стражник взял из руки Цинь Му портрет и передал приказ остальным солдатам.

— Не волнуйся, Владыка. Если юноша с ногой оленя и вправду попытается пройти по мосту, он не сможет избежать смерти!

— Надеюсь вы, парни, сумеете с ним разобраться…

Цинь Му в спешке отправился вместе с остальными в город Ли.

Это место выглядело так, будто уже встретило своего великого врага, в каждом здешнем уголке ковалось и закалялось оружие. Имперский Наставник Вечного Мира, Пан Юй и остальные боги стояли на городской башне, наблюдая за тысячами солдат, исполняющими построения внизу. Цинь Му поднялся к ним вместе с Цин Янь и остальными. В конце концов, башня считалась местом для отдыха.

— Владыка Культа Цинь, кто эти люди? — спросил Имперский Наставник, ошарашенно осматривая Цин Янь, Цин Я и остальных.

Он чётко видел, что тридцать семь людей за спиной Цинь Му были невероятно сильными. За исключением Цзян Мяо, все они владели удивительно плотным совершенствованием. Двое из них могли даже оказаться богами.

Он понятия не имел откуда Цинь Му мог привести такую большую группу экспертов.

— Имперский Наставник, они из одной драконьей деревни в Великих Руинах. Она находится довольно далеко от деревни Цань Лао, но мне, с огромными усилиями, удалось убедить их присоединиться ко мне — затем юноша представил мужчину гостям. — Брат Цин Янь, сестра Цин Хэ, это Имперский Наставник Вечного Мира, святой, появляющийся раз в пятьсот лет.

— Как можно сравнивать какого-то святого, появляющегося каждые пятьсот лет, со столь редким телом тирана? Владыка Культа Цинь, деревни Великих Руин и вправду скрывают настоящие таланты. Сначала я встретил девятерых стариков деревни Цань Лао, а теперь тридцати шестерых драконов драконьей деревни. Твоя родина действительно загадочна и непредсказуема, — похвалив, Имперский Наставник сразу же поздоровался с Цин Янем, Цин Хэ и остальными, улыбчиво говоря. — Меня постоянно терзали мысли о том, как нам выстоять в этой битве, но заручившись вашей поддержкой, я почувствовал, что это давление значительно ослабло.

Цин Янь поспешно ответил на приветствие:

— Я давно слышал о репутации Имперского Наставника, и наконец смог повстречаться с тобой лично. Легенда о святом, появляющемся раз в пятьсот лет, берёт свои корни в далёком прошлом. Я знал о ней ещё во времена Императора-Основателя. А брат Цинь действительно владеет телом тирана? — он посмотрел на Цинь Му, улыбаясь. — По правде говоря, старший Цин Хуан когда-то рассказывал мне о легенде про тело тирана!

Поражённый, Имперский Наставник Вечного Мира задумался: «Неужели в мире и вправду существует тело тирана? А я до сих пор в этом сомневался…»

Поднявшись духом, он проговорил:

— Дьяволы призвали огромное количество подкреплений, а Небесный Наставник ещё не вернулся из дьявольского мира. Мы понятия не имеем, что с ним произошло. Несмотря на то, что Верховные Небеса Императора заручились поддержкой Вечного Мира, у нас не так уж много богов, и мы не идём ни в какое сравнение с тем, что призвали дьяволы…

На лице истинного бога Пан Юя и остальных были мрачные выражения. Между тем бог Сан Е проговорил:

— Дьявольские боги Юду — это предки дьяволов, умеющие лишь убивать. Они более злые, чем дьяволы, и к тому же привели с собой бесчисленное количество ужасных монстров. Их способности значительно выше, чем у высших дьяволов, а их формы удивительно разнообразны. Боюсь, что мы больше не сможем защищать Верховные Небеса Императора…

Все вокруг замолчали.

Цинь Му всмотрелся вдаль. Всё больше и больше дьявольских богов Юду спускались вдоль лучей чёрного света, и он подумал: «Женщина Лу Ли в Божественном Сокровище Жизни и Смерти Син Аня также была из Юду. Почему она меня искала? Интересно, Фу Жило призвал её сюда?..»

****

В великой столице дьяволов Фу Жило смотрел на жертвенный алтарь впереди, почёсывая грудь. Чёрный свет яростно извивался в небе, в то время как бесчисленные дьяволы убивали людей и низших дьяволов, принося их в качестве кровавого подношения.

В этот раз подношений было больше, чем обычно, что явно свидетельствовало о том, что призывающийся бог владел незаурядными способностями.

В противном случае никто бы не беспокоил Фу Жило этим событием.

Спустя некоторое время дьявольский свет в небе резко сжался и упал на землю. Как только он рассеялся, в центре жертвенного алтаря показалась умопомрачительная красавица.

Увидев её, Фу Жило резко изменился в лице, наполняясь радостью. Засмеявшись, он проговорил:

— Лу Ли из четырёх великих командиров Юду, почему ты решила лично ответить на мой зов и прийти сюда?

Красотка медленно спускалась по ступенькам жертвенного алтаря, оглядываясь по сторонам. Когда она открыла рот и улыбнулась, с её уст сорвался грубый мужской голос:

— Я ищу человека, юношу восемнадцати лет. Он всегда носит с собой нефритовую подвеску с надписью «Цинь».

Фу Жило тихо простонал, чувствуя острую боль в груди. Она исходила от раны, которую ему нанёс Цинь Му.

— Лу Ли, я встречался с юношей, которого ты ищешь, — равнодушно ответил дьявол. — Его подвеска очень странная, но сам он ещё страннее.

— Должно быть, ты сорвал с него украшение и опробовал на себе скрытую в нём печать, — захихикала женщина. — Твоя свежая рана, должно быть, от него, верно? Вот дурак!

Фу Жило резко помрачнел в лице, но Лу Ли лишь улыбнулась в ответ:

— Если ты схватишь этого парня с фамилией Цинь, я помогу тебе захватить Верховные Небеса Императора.

Фу Жило расплылся в улыбке, едва не касаясь уголками губ до ушей:

— Командир Лу Ли, твоё появление — огромная честь для нас! Оно приносит свет в наш скромный дом!

Глава 574. Шпион

— Фу Жило, мудрейший из дьяволов, как именно ты хочешь поймать юнца с фамилией Цинь? — поинтересовалась Лу Ли.

Улыбнувшись, Фу Жило неторопливо объяснил:

— Лу Ли, одна из четырёх великих командиров Юду, как ты собираешься помочь мне захватить Верховные Небеса Императора?

Лу Ли взглянула на огромные жертвенные алтари дьявольской расы и идущих от них дьявольских богов Юду. Один из таких безо всякой причины схватил своей огромной рукой более сотни низших дьявольских практиков и закинул их себе в рот. Это очень насторожило дьяволов вокруг, и они в панике разбежались куда глаза глядят.

Находящиеся рядом с жертвенным алтарём местные дьявольские боги рванули вперёд, чтобы перехватить новоприбывших. Дьявольские боги из Юду были предками дьявольской расы и умели только убивать, как говорится сила есть — ума не надо, и последним они как раз не славились.

Множество дьявольских богов создали огромное укрытие и попытались заманить туда предка, а когда им это удалось, тот громко взревел и попытался сломать ограждения, но всё тщетно.

Дьявольские боги призвали обратно многочисленных дьявольских практиков божественных искусств. Между тем сотня сильных рабочих притащила к укрытию, в котором сидел предок, огромную повозку. Изнемогая от боли, они переволокли укрытие на повозку, после чего тысячи дьявольских практиков упёрлись в неё сзади и начали толкать. Им нужно было вывести предка на передовую.

— Твоя армия очень слаба, а дьявольские предки неуправляемы. Всё, что им интересно — как можно больше сожрать, — холодно говорила Лу Ли. — Если ты хочешь прибегнуть к помощи огромных болванов, чтобы сокрушить армию Верховных Небес Императора, то хорошим это, очевидно, не закончится. Ты потеряешь столько же, сколько и твои враги. Проще говоря, когда ты захватишь Верховные Небеса Императора, от них останутся только руины, а положение твоих Небес Лофу будет лишь немногим лучше.

Взгляд Фу Жило дрогнул:

— Тебе следует знать, что Верховные Небеса Императора не являются моей основной целью, моя основная цель — Райские Небеса Императора-Основателя.

— Фу Жило, — Лу Ли посмотрела на него с полуулыбкой, — ты хочешь использовать Верховные Небеса Императора, как отправную точку, жертвуя ими, чтобы соединить Небеса Лофу, Верховные Небеса Императора и Райские Небеса Императора-Основателя. Последствия твоих желаний также коснутся и этого мира.

Фу Жило слегка улыбнулся:

— Брат Дао тоже дьявол. Разве ты не хочешь увидеть, как наша дьявольская раса становится сильнее?

Лу Ли промолчала, а затем покачала головой:

— Твои амбиции велики, но тебе не достаёт способностей, лишь проблемы себе наживёшь. Однако, несмотря на это, я тоже дьявол, поэтому я помогу тебе. К тому же, ты не сможешь контролировать дьявольских предков, зато это под силу мне, — она подняла рукава, и укрытие на огромной повозке вдалеке внезапно раскололось. Дьявольский предок внутри резко выпрыгнул наружу и гневно взревел к небу, начав бить себя по груди, распираемый дьявольской Ци.

Фу Жило переменился в лице, в то время как дьявольские боги вокруг встревожились и рванули к предку, чтобы остановить его.

Дьявольский предок внезапно поднялся в воздух и направился к Фу Жило. Оказавшись рядом, он приземлился на землю и неподвижно встал рядышком с Лу Ли.

Дьявольские боги тоже практически подоспели, но Фу Жило поднял руку:

— Всё в порядке. Не приближайтесь, — он посмотрел на дьявольского предка, а именно на его зелёное лицо и клыки. Древний дьявольский бог был покрыт необычайно древними отметинами, которые, казалось, были вырезаны на его коже.

Фу Жило испустил шаткий выдох и спросил:

— Сколько дьявольских предков ты сможешь контролировать?

На прекрасном лице Лу Ли расцвела улыбка:

— Я могу контролировать столько, сколько ты сможешь призвать.

Три лица Фу Жило приобрели задумчивый вид. Если Лу Ли могла контролировать бесконечное множество дьявольских предков, в теории она также могла напасть на его народ и свернуть его!

Причина, по которой он не хотел связываться с Райскими Небесами, заключалась в том, что он хотел сохранить своё правящее положение. Он боялся, что дьяволы могут попасть под контроль Райских Небес, поэтому и не осмелился попросить их о помощи. Вместо этого он вызвал дьявольских предков из Юду.

Однако его план отнюдь не был совершенным, хотя бы потому, что Райские Небеса уже контролировали дьявольских предков из Юду, что означало — они хотели взять под контроль всех дьяволов!

После того, как Фу Жило призвал Лу Ли, он перестал управлять дьяволами!

— Теперь ты можешь раскрыть мне свой план по поимке юноши с фамилией Цинь? — спросила Лу Ли.

Фу Жило собрался с мыслями и ответил:

— Поймать его не составит труда. Нужно всего лишь-то захватывать города, территории, безжалостно уничтожая всё, что попадается на пути. Их слабость заключается в жителях, а именно в людях. Практики божественных искусств Верховных Небес Императора боятся смерти, и таких не мало, скажу по секрету, некоторые из них перешли на нашу сторону. Кроме того, один из них даже бог. Пока солдаты следуют моим приказам и захватывают территории, кто-нибудь обязательно схватит его и приведёт ко мне.

Глаза Лу Ли загорелись:

— У тебя есть шпион на Верховных Небесах Императора, вдобавок ко всему ещё и бог? Кто?

****

Цинь Му стоял перед башней города Ли и смотрел на чёрного тигриного бога, который порхающе прыгал по воздуху. Он нёс на себе цилиня и лису с дальних территорий дьяволов, вместе с ними также вернулись сотни практиков божественных искусств Верховных Небес Императора и Вечного Мира.

— Толстяк, если меня не обманывают глаза, похудел! — оживился взгляд Цинь Му. Пока его не было рядом, цилинь, судя по всему, немного похудел. Несмотря на то, что у него всё ещё был большой живот, тот, по крайней мере, больше не волочился по земле.

Цинь Му был очень даже рад таким изменениям. Между тем чёрный тигриный бог достиг городских ворот и, подняв глаза, посмотрел на своего младшего брата-соученика, стоящего сверху. Затем он подхватил парочку зверьков, приземлился рядом с ним и встряхнулся, превращаясь в улыбающегося юношу:

— Младший брат, наконец-то ты вернулся! Толстяк, выплюнь свою драконью бусину, можешь похвастаться уже!

Цилинь смотрел на Цинь Му, словно встретил давно утерянного, кровь от крови, родственника. Он собирался броситься к нему и начать ластиться, чтобы выклянчить духовные пилюли, но после слов тигриного бога послушно сел и выплюнул бусину. Было очевидно, что в течение последнего времени он частенько получал тумаков, став покладистым и послушным.

Бусина поднялась в небо, разразившись пламенем. Оно переливалось разноцветными, необыкновенными и невероятно красивыми цветами, освещая всё вокруг на десятки километров!

Внутри бусины плавали странные переплетения в форме дракона, который создавал аномально сильное колебание водяного пара!

Цинь Му ликовал, но при этом чувствовал, что во всём происходящем было что-то не так. Драконья бусина цилиня была намного меньше, чем другие драконьи бусины, которые он когда-либо видел. Она была размером с большой палец, в то время как самая маленькая драконья бусина, что он встречал, была размером с кулак.

«По-моему, атрибут толстяка огонь или я что-то путаю? Почему его драконья бусина с атрибутом воды? Вдобавок она какая-то маленькая… Может я кормил его неправильными духовными пилюлями?..» — как только он подумал об этом, зверь выплюнул бусину, похожую на пылающее в небе солнце и излучающую поистине жаркую энергию.

Жар был таковым, что даже Цинь Му почувствовал жжение, когда свет упал не него!

«Две драконьи бусины! Нет, другая — бусина цилиня!» — сначала он удивился, но тут же понял, что произошло. Вторая бусина не была драконьей, внутри неё находились странные переплетения в форме цилиня, стоящего на огненных облаках с открытой пастью и готового вот-вот издать свой громоподобный рёв.

Бусина с цилинем была необычайно большой, почти размером с корзину шириной в шестьдесят сантиметров, и внутри неё свирепствовал несравненно ужасающий огонь!

От неистового огня цилиня исходил свирепый жар, глядя на который могло возникнуть ощущение, что зверь прорвался в область Жизни и Смерти.

«Бусина его драконьей родословной имеет атрибут воды, а бусина его родословной цилиня имеет атрибут огня. Может ли быть, что у толстяка два атрибута?» — с пустым взглядом уставился Цинь Му. Всё что он знал о цилине, так это то, что тот любил есть духовные пилюли Алого Огня и Живучести Огненного Элемента, поэтому ему даже в голову не приходило, что у него будет также атрибут воды!

Одна из двух бусин была очень большой, а другая очень маленькой. Было очевидно, что это произошло из-за придирчивости цилиня к еде!

Чёрный тигриный бог гордился своими достижениями и с улыбкой сказал:

— Младший брат, цилинь стал таким толстым из-за того, что постоянно лопал духовные пилюли. К тому же этот кусок сала ещё тот лентяй, раньше он никогда не совершенствовался своими силами, полагаясь только на духовные пилюли, вот и набрал избыточного веса. Но когда я послал его на битву с дьявольскими отродьями, это выжало из него все соки, и он, наконец, смог показать свой истинный потенциал, а также переработал энергию от духовных пилюль в бусины и похудел. Я возвращаю тебе толстяка. Жаль только, что за эти дни я так и не нашёл ни одного дьявольского бога, с которым смог бы сразиться от всего сердца!

Цинь Му был полон благодарности и улыбнулся ему:

— Старший брат, спасибо за твои старания.

Чёрный тигриный бог улыбнулся в ответ:

— Я ухожу! Очень тебя прошу, не учуди тут никаких проблем, просто дождись меня! Чуть не забыл, не корми больше толстяка духовными пилюлями Алого Огня и Живучести Огненного Элемента, потому что он до сих пор перерабатывает энергию. Как только он закончит очищать своё тело, бусина цилиня станет ещё больше, примерно в раза три, — закончив, он спрыгнул с башни и исчез.

Как только цилинь увидел, что его мучитель ушёл, он начал захлёбываться слезами, не в силах внятно что-либо произнести.

Глядя на ревущего зверя, юноша улыбнулся:

— Толстяк плачет из-за долгой разлуки со мной. Как трогательно… кажется, всё это время я ошибался в тебе…

Ху Лин’эр засомневалась, прежде чем всё же прошептать:

— Молодой мастер, толстяк плачет, потому что он голоден, а также из-за тренировок брата тигва. Он съел оставленные тобой духовные пилюли давным-давно, а всё что касается еды… ты сам знаешь, какой он придира. Он постоянно голодал, потому что ничего не хотел, кроме духовных пилюль. Брат тигва заставлял его драться с сильными дьявольскими практиками на голодный желудок и совершенно не давал ему времени на отдых. Теперь, когда его угнетатель наконец ушёл, он начал плакать от учинённой с ним несправедливости.

Цилинь несколько раз кивнул, всхлипывая.

Цинь Му достал травы для усовершенствования пилюль и с улыбкой сказал:

— Я знал, что ты будешь голоден, поэтому после возвращения первым делом купил множество духовных трав. Но сейчас мне больше всего хочется найти для тебя технику совершенствования! Жаль только, что у тебя родословная цилиня, из-за которой техника Высшей Тайны Древнего Дракона не позволит тебе раскрыть весь свой потенциал, — договорив, он быстро приготовил духовые пилюли и передал их цилиню. Это были Божественные Пилюли Живучести Водного Элемента, те же духовные пилюли, которыми он кормил Цзян Мяо.

Цилинь лизнул одну духовную пилюлю, сразу заметив, что вкус был другим. Сдерживая слёзы, он съел её, а остальные убрал.

— Толстяк, почему ты убрал их? — с любопытством спросила Ху Лин’эр.

— Я не хочу голодать, поэтому припасу несколько. Кроме того, вкус этой духовной пилюли неправильный, это не пилюля Алого Огня, — пожаловался цилинь и повернулся в сторону Цинь Му. — Владыка, можешь сделать мне ещё несколько вёдер духовных пилюль Алого Огня?

Цинь Му отвернулся от него и позвал Цзян Мяо:

— Младший брат Цзян Мяо, обучи толстяка технике Высшей Тайны Древнего Дракона, а я тем временем приготовлю ещё пилюль Живучести Водного Элемента, чтобы прокормить вас обоих.

Цзян Мяо кивнул и начал обучать цилиня технике Высшей Тайны Древнего Дракона, разжёвывая ему моменты, которые были трудны для понимания.

Цилинь был достаточно умным, просто его природная лень всё портила, однако, после столь суровой тренировки с чёрным тигриным богом, он не расслаблялся ни на секунду и быстро разбирался во всём, что ему рассказывали.

Цинь Му приготовил ещё пилюль, передав их Цзян Мяо и цилиню.

— Владыка Культа Цинь, ты вернулся! — раздался обрадованный голос Цинь Юя, бежавшего вверх по башне. Спустя вдох времени он встал рядом с группой и, улыбаясь до ушей, продолжил. — Владыка — человек слова. Надеюсь, ты вернёшь моего дракончика…

Улыбка на лице Цзян Мяо застыла, и он рассеяно огляделся.

Цинь Му поприветствовал гостя и с улыбкой заговорил:

— Младший брат Цинь Юй, позволь мне рассказать тебе замечательную новость. Твой дракончик научился очень мощной технике бога, поэтому в будущем он сможет стать королём драконов!

Цинь Юй пребывал в приподнятом настроении и огляделся:

— Большое спасибо, Владыка! Где мой малыш?

— Младший брат Цзян Мяо, подойди, тебя зовёт младший брат Цинь Юй, — Цинь Му поманил Цзян Мяо рукой, и тот, собравшись с мыслями, сделал шаг вперёд.

Ху Лин’эр раскрыла рот, с глупым выражением лица глядя, как Цзян Мяо подходил к Цинь Юю. Придя в себя, она пнула цилиня и спросила:

— Толстяк, у тебя попкорн есть?

Цилинь покачал мордой.

Цинь Юй с пустым выражением лица уставился на подходящего к нему юношу, чем-то похожего на него, только красивее. Несмотря на то, что тот был несколько застенчив, у него была впечатляющая внешность и весьма внушительные способности.

— Владыка Культа Цинь… — Цинь Юй дёргано повернул голову и посмотрел на Цинь Му со взглядом, полным удивления, страха, беспомощности, замешательства… и вообще, он не знал, что ему делать.

— Цзян Мяо — это твой дракончик, сын Короля Драконов Реки Вздымающейся. Он совершенствует родовую технику Высшей Тайны Древнего Дракона, благодаря которой не будет иметь никаких проблем в будущем в плане совершенствования на пути бога драконов или короля драконов, — объясняя, Цинь Му достал несколько палочек благовоний и вонзил их в стены башни. — Я вернул его тебе, как и обещал, думаю вам двоим есть о чём поболтать.

Он собирался уходить, когда Цинь Юй схватился за его рука, словно утопающий за бревно в бескрайнем море, и беспомощно прохныкал:

— Владыка Культа Цинь, я дал тебе дракона, а ты вернул мне…

Цзян Мяо схватил другой рукав, и Цинь Му почувствовал нарастающую пульсирующую боль в висках. Посмотрев на их лица, он сказал:

— Я возьму на себя ответственность и сделаю вас названными братьями, что скажете? Младший брат Цинь Юй, сколько тебе лет?

Всё ещё пребывающий в шоке Цинь Юй кивнул:

— Мне семнадцать лет…

Цинь Му посмотрел на Цзян Мяо, который на некоторое время задумался, точно рассчитывая свой возраст:

— Мне двадцать тысяч восемьдесят семь лет.

— В самый раз, разница не слишком велика! — хлопнув в ладоши, с радостной улыбкой воскликнул Цинь Му. — С сегодняшнего дня Цзян Мяо будет названным старшим братом Цин Юя, а Цинь Юй будет названным младшим братом Цзян Мяо. Теперь мы практически уладили возникшую между вами неловкость! Нуже, можете уже поклониться и стать назваными братьями, — сказав это, он заставил парочку опуститься на колени.

Цзян Мяо и Цинь Юй поклонились несколько раз с пустыми выражениями лиц.

Цинь Му вытер холодный пот со лба и, пользуясь шансом, быстро сказал:

— Поздравляю! Лин’эр, толстяк, я хочу вас познакомить со старшим драконьей расы. В путь…

Ху Лин’эр хотела остаться и понаблюдать за развернувшимся шоу, но почувствовала, как Цинь Му подхватил её и посадил на спину цилиня, после чего она начал удаляться.

В городской башне остались только Цинь Юй и Цзян Мяо.

— Молодой мастер, я хочу посмотреть, что произойдёт дальше! — распираемая любопытством, Ху Лин’эр вытянул шею в попытке увидеть, чём всё закончиться…

Но…

Цинь Юй и Цзян Мяо, потеряв дар речи, так и продолжили неподвижно стоять друг напротив друга.

Глава 575. Странные Друзья Владыки

По Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии спустился молодой человек с двумя оленьими ногами, и поднял голову, ошеломлённо осматриваясь и бормоча:

— Это место намного обширнее, чем Вечный Мир. Здесь повсюду боги и дьяволы… Маленький мерзавец сумел построить мост, соединяющий два миры, и качество его работы просто поразительно. Он постоянно занимается подобной ерундой, забывая о тренировках. Постройка моста должна была отобрать у него довольно много времени, когда он успел так продвинуться в совершенствовании?

— Лидер! — нахмурившись, прошептал один из стражников. — Взгляни на того юношу с оленьими ногами. Это не он изображён на рисунке, который нам дал Владыка Культа Цинь?

Стражник поспешно достал портрет и, сравнив парня с изображением, оживился во взгляде: «Точно такой же! Впрочем, у юноши на картинке лишь одна оленья нога, в то время как у этого две. Это и вправду он?.. — колеблясь, он смотрел как юноша с оленьими ногами начинает спускаться по каменным ступеням. — Мы любой ценой должны убить его первыми!»

Стражник провёл взглядом по остальным солдатам, и они тут же поняли молчаливый приказ. Пилюли меча и ножа, пагоды, огромные котлы и другое духовное оружие тут же взмыли в воздух с огромной скоростью, окутывая собой юношу с оленьими ногами. Ужасная рябь распространилась во все стороны, не рассеиваясь ещё долгое время.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был крайне важным для обоих миров, поэтому его стражники были сильными практиками. Самый слабый из них находился в области Жизни и Смерти, в то время как большинство в области Божественного Моста.

Всё ещё держа своё духовное оружие в руках, они направились в сторону основания строения, чтобы осмотреться. Там они увидели голую землю, без любых следов юноши.

Стражники удивлённо оглянулись. В следующий миг из их глаз выстрелили лучи света, проникая сквозь всё в радиусе ста пятидесяти километров. Внезапно они обнаружили за сто пятьдесят километров от моста юношу с оленьими ногами, бегущего вперёд бесшумными шагами.

— Давайте пристрелим его божественными глазами! — приказал стражник, и в глазах бесчисленных стражников тут же начал скапливаться свет. Затем он разразился невероятно мощными лучами, отправившимися в сторону странного юноши.

За миг до того, как его настигли лучи божественных искусств зрачка, силуэт юноши испарился. Затем он возник в другом месте, за сто пятьдесят от того места, где был прежде. Теперь он находился на расстоянии трёхсот километров от Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Все были готовы исполнить божественные искусства зрачка во второй раз, но юноша с ногами оленя исчез снова, и уже не появился в поле зрения.

Стражники в ужасе переглянулись, не зная, что им делать дальше.

В этот миг из-за их спин донеслись звуки шагов, и по Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии спустился другой юноша. Следом за ним ковылял огромный сундук, у которого было несколько пар ног. Торопясь за своим хозяином, он достаточно громко грохотал.

— Похоже на сундук Владыки Культа Циня, но этот парень — не Владыка.

Юноша с глазами, напоминающими звёзды, обратился к сбитым с толку стражникам:

— Это Верховные Небеса Императора? Где тут истинные дьяволы?

— Младший брат пришёл из Вечного Мира? С чего бы ты искал встречи с истинными дьяволами? Если ты так хочешь их найти, просто отправляйся в земли дьяволов вот там. Имперский Наставник сейчас занят тренировкой солдат в городе Ли, поэтому сперва тебе было бы лучше пойти именно туда. В таком случае тебе будет намного безопаснее.

Юноша покачал головой:

— Я хочу заполучить исконные духи и физические тела дьявольских богов, для чего мне видеться с Имперским Наставником? Он пока что недостоин стать частью моей коллекции.

Он уже собрался уходить, как вдруг по мосту спустился старик с морщинистым лицом. Держа в руках гигантский сундук и таская печь на спине, он широко улыбался, выглядя крайне счастливым.

«Почему все люди, спускающиеся сегодня из Вечного Мира, таким странные? — недоумевали стражники. — Сначала парень с оленьими ногами, теперь эти двое с сундуками…»

Недавно прибывший юноша резко изменился в лице, увидев старика с сундуком и печью, и ужасно нахмурился:

— Немой, я давно тебя искал!

Старик тоже заметил парня, его радостная улыбка мгновенно застыла:

— Аба, ах, ах!

— Ты прав, это я, Син Ань!

Убийственное намерение Син Аня взмыло к небесам, и он холодно проговорил:

— Несмотря на то, что я уже не вижу смысла отбирать какую-то из частей твоего тела, я всё ещё хочу отомстить за то, что ты заточил меня на том корабле…

— Немой, ты слишком быстро бегаешь!

На Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии снова вспыхнул свет, и по нему спустился невероятно крепкий мужчина в возрасте, окутанный плащом. Держа огромный нож на плече, он проговорил:

— Твой сундук, умеющий превращаться в лодку для путешествий, очень хорош. Мне едва удалось за тобой угнаться… Син Ань!

— Небесный Нож! — уголки глаз Син Аня дёрнулись, а сундук за его спиной неожиданно втянул ноги, прячась за хозяином. Было очевидно, что он ещё помнил, как мясник изрубил его на части.

Сложив руки за спиной, Син Ань равнодушно проговорил:

— Вы тоже восстановили свои божественные мосты и вошли в райские дворцы? Один немой, один Небесный Нож, оба боги, оба — враги! Хе-хе, можете атаковать вместе.

Глаза мясника загорелись, и он громко рассмеялся:

— Син Ань, я гнался за тобой восемьдесят тысяч километров, но ты всё же сумел сбежать. Ты и вправду хорош! Старый старейшина, земля ему пухом, говорил, что твои способности невероятно высоки. Но в отличии от него, ты всё ещё жив, и я давно мечтал встретить тебя снова!

Слегка улыбнувшись, Син Ань неторопливо ответил:

— Император Людей, который Бог Меча? Он больше мне не ровня. Вы можете атаковать вместе, сведя с вами счёты я планирую пойти поохотиться на дьявольских богов, чтобы обогатить свою коллекцию.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии вспыхнул снова, и из него вышел старик в зелёном. Владея необычайными манерами, он напоминал принца, возвышающегося над простыми людьми. Потрогав свои железные уши, он облегчённо вздохнул, убедившись, что они всё ещё на месте. Затем он с подозрением спросил:

— Неужели этот мост и вправду построил Му’эр? Он становится всё более и более способным… Син Ань?

— Глухой, этот мерзавец Син Ань достиг области богов! — прокричал мясник. — Ты здесь самый слабый, так что будь осторожен!

На мосту Взаимного Сдвигу Духовной Энергии снова засиял ослепительный луч, и глаза всех вокруг тут же загорелись, увидев, как из него появляется сногсшибательная красотка. Её взгляд, пронёсшийся по округе, заставил всех оцепенеть.

— Син Ань? — изумлённо воскликнула она.

— Бабушка Сы, прими облик постарше, а то я не могу сосредоточиться! — злостно прокричал мясник. — Давайте набросимся на этого мерзавца и убьём его!

С Моста Взаимного Сдвига Духовной энергии спустился старый коротышка с чёрным копьём на спине. Он расслаблено проговорил:

— Син Ань, ну ты заносчивый.

Следом за ним спустился тощий старик с подозрительно честной улыбкой на лице. Заметив Син Аня, он резко изменился в лице и поспешно развернулся, собираясь отправиться обратно. В тот же миг его схватил слепец с копьём, начиная тянуть за собой вперёд.

Взгляд Син Аня отвернулся от лица бабушки Сы и упал на тело слепого, после чего он холодно проговорил:

— Здесь собрались все мои старые враги. В таком случае я не стану вас задерживать.

В этот момент по мосту, тяжело дыша, спустился высокий мужчина в бронзовой маске:

— Вы бегаете слишком быстро. Мне пришлось потратить все свои силы, просто чтобы не отстать… Что? Син Ань тоже здесь?

Син Ань резко переменился в лице и схватил сундук, тут же сбегая вдаль. Его силуэт с грохотом взлетел в воздух, оставляя за собой лишь облако пара. Он отдалился на сто километров до того, как кто-то успел отреагировать.

Все уставились вдаль, ошеломлённые его скоростью.

Целитель коснулся маски на своём лице, заговорив довольно странным голосом:

— Почему он так быстро бегает? У меня даже не было времени как-нибудь отреагировать!

— Учитель Небесный Нож! — из Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии прогремел оглушающий голос. — Я тебя вижу, остановись! Зелёный бык, беги быстрее! Учитель, я хочу многое тебе сказать!

Мясник мгновенно побледнел, выпаливая:

— Нас догоняет Ба Шань! Быстро, бегите!

После его слов бабушка Сы и остальные мгновенно скрылись. Спустя мгновение крепкий зелёный бык в облике человека спустился с неба, держа цветок пиона во рту. Тряся мышцами, он взволнованно вышел из луча света. Вслед за ним появился громадный мужчина, радостно осматриваясь вокруг:

— Свет меча учителя слишком бросается в глаза, он не сможет от меня скрыться! Зелёный бык, покажи свою истинную форму!

Зелёный зверь громко замычал, превращаясь в быка ростом в сто двадцать метров. Его тело было покрыто зелёными волосами и драконьей чешуёй. Мужчина запрыгнул на его спину, и парочка тут же поднялась в небо.

Стражи Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии встревоженно переглянулись. Спустя мгновение их лидер вздохнул:

— Сегодня у нас и вправду много странных гостей… — ещё до того, как он успел договорить, на мосту снова вспыхнул свет и по нему спустились двое молодых и один старый монах. У последнего было гордое выражение лица, а за его спиной возвышались двадцать небес. На них сидели несколько сотен выдающихся монахов, некоторые из них были людьми, а некоторые демонами.

Лицо одного из молодых монахов напоминало полную луну, в то время как второй был крепким, будто чёрная пагода, и держал в руке посох Кхаккхару.

— Чжань Кун, спроси дорогу, — проговорил старый монах.

Волосатый монах, напоминающий чёрную пагоду, сделал несколько шагов и поздоровался со стражниками взмахом руки. Он спросил в лидера:

— Дорога?

Мужчина был сбит с толку, уточняя:

— Зло? Добро?

— Добро, — ответил чёрный монах.

— Там! — подняв руку, стражник указал в сторону города Ли.

Старый монах зашагал в указанном направлении, двое молодых последовали за ним вниз по мосту. Пока они спускались, Мин Синь восторженно воскликнул:

— Жулай, старший брат Чжань Кун был очень лаконичен, спрашивая путь. Он сумел сделать это всего двумя словами! Я очень многому у него научился!

Кивнув, Жулай Ма ответил:

— Он обладает необъятной мудростью.

Стражники проводили их своими ошарашенными взглядами, но, не успев вернуться в чувство, были потревожены отрядом старых даосов и монашек, окружавших молодого даоса, которые как раз спустились по мосту.

— Это Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, построенный старым дьяволом Цинем? Его математические познания достигли невероятных вершин!

Бесчисленные старые даосы и монашки достали всевозможные вычислительные приборы. Не обращая внимания на стражников, они начали измерять рунные символы на поверхности моста и взволнованно их обсуждать.

Стражники растерянно переглядывались, собираясь расспросить молодого даоса о том, что делают старики, когда с удивлением обнаружили, что тот был ещё более поглощён процессом, чем все остальные. Парень измерял и рассчитывал всё вокруг, бормоча себе под нос. Он казался почти одержимым, но точно опьянённым своей работой.

«Люди Вечного Мира очень странные!»

Даосы всё ещё были заняты измерениями, когда по мосту спустились несколько стариков, окутанных аурой бессмертия, а также группа юношей и молодых девушек. Наткнувшись на даосов, один из них улыбчиво спросил:

— Мастер Дао Лин Сюань, что вы все здесь делаете?

— Так это старшие из Маленькой Нефритовой Столицы! Старший брат Мужань тоже здесь! — Мастер Дао Лин Сюань поднял голову, радостно говоря. — Математика, которую Владыка Культа Цинь использовал при строительстве этого моста попросту поражает! Мы всё ещё её рассчитываем!

Ван Мужань продолжал улыбаться:

— Мастер Дао, даже если вы продолжите рассчитывать, вам не удастся извлечь все скрытые здесь знания. Почему бы тебе просто не попросить Владыку Культа Циня дать тебе чертежи?

Лин Сюань тут же осознал свою ошибку и, приказав всем даосам остановиться, улыбчиво ответил:

— Наткнувшись на этот мост, мы совсем позабыли, что можно взять короткий путь. Старший брат Сюй Шэнхуа прибыл с вами?

— Вернувшись с Высших Небес, Сюй Шэнхуа отправился на Верховные Небеса Императора, поэтому он, должно быть, уже здесь. Он собирался отправиться к пагоде Подавления Бога, чтобы проверить, удастся ли ему пройти испытание истинного молодого бога.

Гомоня, они направились в сторону горда Ли. Было очевидно, что некоторые из этих людей были в этом месте раньше, так как они быстро нашли нужную дорогу и оставили растерянных стражников позади.

— Неужели все эти люди — друзья Владыки Культа Циня? Они очень странные! — пробормотал себе под нос лидер стражников. — Как такой хороший и нормальный человек, как Владыка, смог познакомиться со всеми этими чудиками?

Глава 576. Меня Зовут Ча

— Воистину прекрасный мир! — Ван Мужань, Мастер Дао Линь Сюань и остальные восхищались великолепием Верховных Небес Императора. В небе над ними красовалось два светила, заставляющие гостей бесконечно восхищаться, а огромные жертвенные алтари вдалеке задымляли дьявольскими облаками небо, время от времени вспыхивая чёрным лучами. Группа понятия не имела, что такой эффект получался из-за нисхождения дьявольских предков.

— Когда до меня донеслись слухи, что на местное солнце невыносимо смотреть, это отбило у меня всякое желание появляться здесь, — с улыбкой проговорил Линь Сюань. — Но после того, как Имперский Наставник провёл реконструкцию, я решился прийти.

Болтая о том, о сём, они подошли к окраине города Ли, где держало пост множество солдат, проверяющих новоприбывших. Но когда солдаты услышали, что они являются практиками божественных искусств Вечного Мира, то поспешно объяснились:

— В последнее время дьяволы слишком зачастили, поэтому нам пришлось усилить охрану. Не держите на нас зла, мы просто выполняем свои обязанности.

Ван Мужань огляделся и увидел, что за пределами города тренируется армия. Под хлопающие на ветру боевые флаги практики божественных искусств бегали, будто волки, и пробивались сквозь огромные построения, словно кабаны. Они явно могли похвастаться великолепным совершенствованием и невероятной боевой мощью, отчего ему сразу же захотел испытать себя.

— Мужань, успокойся, — посоветовал Отшельник Цин Ю. — Наследие Верховных Небес Императора никогда не обрывалось, следовательно, они пребывают на совершенно ином уровне и превосходят на голову наследственность Вечного Мира. Несмотря на то, что ты заполучил наследство из Фэнду, ты всё равно уступаешь практикам божественных искусств Верховных Небес Императора. Если ты хочешь с кем-нибудь посостязаться, тебе стоит подыскать практика, который на область ниже, чем ты.

Ван Мужань посчитал такое положение дел неприемлемым и покачал головой:

— Старший дядя, в Вечном Мире для меня нет соперников в одной области, кроме Владыки Культа Циня!

Линь Сюань приподнял брови и прокашлялся, словно на что-то намекая.

Ван Мужань посмотрел на него и со спокойным тоном спросил:

— Мастер Дао Линь Сюань хочет что-то сказать?

Линь Сюань с улыбкой ответил:

— Мы никогда не сражались раньше, так откуда тебе знать, что кроме текущего Владыки Небесного Дьявольского Культа у тебя нет соперников?

Глаза Ван Мужаня заиграли энергичностью и азартом:

— Хм, а ведь и правда. Мы с тобой оба лидеры Небесного Союза, но никогда раньше не сражались, ведь ты Мастер Дао секты Дао, следовательно, твоё положение намного выше моего. Я всего лишь скромный ученик Маленькой Нефритовой Столицы. Однако, чем выше твоё положение, тем меньше тебе приходится сражаться. Интересно, способен ли ты ещё хоть на что-то?..

— Ты сражался со многими людьми, но все они были слабее тебя. Иногда битва с одним сильным практиком может превзойти сотню с обычными. Что думаешь об этом? — неторопливо, даже наставнически излагал молодой Мастер Дао Линь Сюань.

Они оба пылали боевым духом и уже было собирались накинуться друг на друга, как вдруг громыхнуло. Повернувшись на звук, они увидели двух девушек-генералов, сражающихся в строю, одной из которых была Принцесса Юйсю из Вечного Мира и Святейшая Юньсян из Небесного Святого Культа.

Две девушки отвечали за подготовку в разных лагерях и развернули по-настоящему яростное противостояние между собой с первого тренировочного боя.

Между тем Лин Юйсю подняла ногу и, с остервенением ударив оземь, заставила землю подлететь высоко в небо, где тут же закружилось множество молний, которые в следующий миг образовали огромный вихрь из молниевых зелёных драконов.

Буум!.. Столкнувшись, девушки оказались в окружении разящих во все стороны молний.

В пылу боя, Лин Юйсю взмахнула молотом, заставляя бессчётных молниевых драконов спуститься с неба. Различные божественные искусства безостановочно грохотали, и их необузданная сила была такова, что веки Ван Мужаня и Линь Сюаня бешено дёргались.

Путь, по которому шла Лин Юйсю, заключался в сочетании боевых техник и заклятий Дао. Скрывая заклятия в боевой технике, она использовала молнию, чтобы закалить своё тело, и полыхала невероятно плотной магической силой, мощь которой позволяла ей исполнять поистине ужасающие божественные искусства.

Между тем Сы Юньсян, противостоящая ей, шла по пути сокрытия мечей в своих божественных искусствах. Она переняла все сильные стороны божественных искусств Небесного Святого Культа, включая их странность и непредсказуемость. И хотя с точки зрения совершенствования она уступала Лин Юйсю, объединив все виды божественных искусств Небесного Святого Культа, она могла взрываться с не менее ужасающей силой.

— Как же глупо со стороны Владыки было передавать тебе технику Высшей Тайны Древнего Дракона! Лапочка Юйсю, даже если ты убьёшь меня, я всё равно истинная Владычица!

— Девочка моя, не смеши меня, какая же из тебя Владычица? Я вышла за него замуж первая, ты была после меня! Мы с ним с раннего детства симпатизировали друг другу! Кстати, это он подарил мне этот огромный молот!

— Если он подарил тебе молот, это что, значит он тебя любит? Что за нелепейшие предположения? Я думала, ты намного умнее, но видимо я ошибалась. Владыка связан со мной на всю жизнь с тех пор, как он отдал мне свой меч Младший Защитник!

— Хах! Ты же выклянчила его, а потом продала!..

Мастер Дао Линь Сюань, Ван Мужань и остальные стояли с широко распахнутыми глазами. Все виды божественных искусств и навыков безостановочно взрывались, демонстрируя поистине ужасающую силу девушек. Позволив своему гневу взять верх, они пропустили момент, когда изменилось боевое построение, и продолжили сражаться, хотя должны были остановиться.

Внезапно перед ними появилась молодая девушка, попытавшаяся разнять их:

— Сёстры, это учебная тренировка, а не настоящая битва за жизнь и сметь!

— Сан Хуа, чего ты влезаешь? Уйди с дороги!

Три девушки сражались до тех пор, пока не упали небеса и не раскололась земля.

Линь Сюань и Ван Мужань в изумлении переглянулись друг с другом, чувствуя, как их сердца тяжело колотятся практически в их горле. Они не были знакомы с Сан Хуа, но зато хорошо знали Сы Юньсян и Лин Юйсю, которые тоже являлись членами Небесного Союза. В Вечном Мире способности девушек считались выдающимися, но по сравнению с ними им всё же недоставало в аспекте боевых способностей.

Линь Юйсю и Сы Юньсян прибыли на Верховные Небеса Императора раньше, чем они, и всего за один месяц их совершенствование улучшилось до невообразимой, казалось бы, недостижимой степени.

Такое положение дел оказывало на них огромное давление!

— Мы не видели их всего месяц, и теперь я не могу с уверенностью сказать, сможем ли мы их одолеть, тогда какой вообще смысл выяснять, кто из нас сильнее? — горько улыбнулся Лин Сюань. — Мы должны проявить ученическую кротость и как следует изучить путь совершенствования Верховных Небес Императора.

Ван Мужань кивнул:

— Судя по тому, как быстро Принцесса Юйсю и Святейшая Юньсян улучшили свои навыки здесь, в системе совершенствования Вечного Мира есть огромные дыры. Когда мы исправим эту слабость, наши способности сделают большой скачок вперёд!

Боевое построение изменилось, и на поле боя появилось ещё больше войск. Линь Сюань оглянулся и увидел многочисленных учеников Вечного Мира, тренирующихся с войсками. Способности Вэй Юна, Цинь Юя, Чэнь Ваньюня, Юэ Цинхун и остальных тоже значительно возросли, собственно, как и их боевое мастерство и удаль.

Сей факт только добавил давления, которые они ощущали.

— Сюй Шэнхуа прибыл на Верховные Небеса Императора на несколько дней раньше нас. Знаешь, он довольно умён, и я считаю, что он уже понял чудо совершенствования Верховных Небес Императора и с лёгкостью прошёл испытание Пагоды Подавления Бога.

Войдя в город, они увидели множество учебных залов Небесной Святой Академии, располагающихся по обе стороны улицы. Ученики в них слушали и постигали путь совершенствования, а их учителями были сильнейшие практики области Божественного Моста и боги Верховных Небес Императора.

— А Владыка не промах, всегда знает, как ухватиться за пирог и оторвать себе самый лакомый кусочек! В любой ситуации остаётся в выгодном положении, — удивлённо воскликнув, Линь Сюань повернул голову к старым даосам и добавил. — Наша секта Дао слишком закрыта. Мы должны изучить путь совершенствования Верховных Небес Императора, в противном случае, мы никогда не сможем поднять головы из-за давления Небесного Святого Культа. Методы Владыки Культа Циня хороши, и пока они полезны, мы будем учиться у них.

Дань Янцзы и остальные кивнули, соглашаясь с вышесказанным.

Проходя мимо дворца, они услышали резонирующие в воздухе буддийские мантры. Внутри находились самые выдающиеся монахи Монастыря Великого Громового Удара с сидящем в самом центре Жулаем Ма. Все они начитывали буддийские мантры, в то время как над их головами парили слои небес будды.

Двадцать небес становились всё более реальными, между тем будды, боги и бодхисатвы на каждом небе становились различимы, как будто они шли в реальность из пустоты!

— Старший дядя, что они делают? — взглянув на Отшельника Цин Ю, спросил Ван Мужань.

— Открывают проход в Царство Будды, — объяснил старик. — Согласно записям в Маленькой Нефритовой Столице, буддизм имеет свой собственный мир, называемый Небесами Буддизма. Во времена Эпохи Императора-Основателя многочисленные будды возвысились к Небесам Буддизма и покинули Монастырь Великого Громового Удара. После того, как Эпоха Императора-Основателя подошла к концу, путь в Царство Будды был перекрыт… Фальшивое небо выступало в роли огромной печати, не дающей им возможности попасть туда. Однако мировой барьер Верховных Небес Императора несравнимо тонок, поэтому Жулай Ма, должно быть, планирует открыть здесь Небеса Буддизма и установить контакт с древнейшими буддами.

— Жулай Ма хочет вывести Махаяну Сутра Жулая на новый уровень? — спросил Лун Юй.

— Скорее всего, — кивнул Цин Ю. — Махаяна Сутра Жулая может быть усовершенствована только до двадцати небес, и когда кто-то достигает области Будды, ничего нового он открыть для себя не может. Последующих техник просто-напросто не существует. Жулай Ма амбициозен, поэтому он делает это для пути совершенствования к небесам и улучшения Махаяны Сутра Жулая.

Линь Сюаня охватила зависть, и он спросил Дань Янцзы:

— Старший дядя, есть ли у нашей секты Дао Царство Дао?

Дань Янцзы покачал головой:

— Никогда не слышал о таком.

Линь Сюань опустил голову, немного сгорбившись, и грустно вздохнул:

— Когда не трудятся предки, страдают потомки. Не были ли прошлые Мастера Дао слишком равнодушны к мирским выгодам? Если мы не будем усердно работать, то потерпим поражение даже от Монастыря Великого Громового Удара! Разве в таком случае мы всё ещё будем считаться священной землёй даосизма? Нам нужно встряхнуться и выйти из тени!

Дань Янцзы прошептал:

— Мастер Дао, хоть у нас и нет Царства Дао, у нас есть боги, которые достигли Дао и скрываются в чужих небесах. Я уверен, что на Верховных Небесах Императора тоже есть эксперты нашей секты Дао. Когда мы кого-нибудь найдём, то сможем завершить систему совершенствования даосизма секты Дао и закончить Четырнадцатое Писание Меча Дао. Я думаю, что мы даже сможем завершить технику Высшей Донебесной Тайны…

Линь Сюань окреп духом, но вскоре снова стал подавленным:

— Я не думаю, что мы сможем найти здесь экспертов секты Дао, иначе как могла местная математика скатиться до такой степени?

Пока они говорили, к ним подошёл бог Верховных Небес Императора, одетый в даосские наряды и держащий в руке метёлку с конским хвостом. Испуская ауру бессмертного, которому нет никаких дел до мирской суеты, он спросил:

— Вы из секты Дао, друзья?

Все даосы Вечного Мира были вне себя от радости, между тем Линь Сюань поспешно ответил на приветствие и дрожащим голосом спросил:

— Младший Линь Сюань стыдится быть Мастером Дао секты Дао. Является ли старший экспертом, достигшим Дао нашей секты Дао?

Обрадовавшись, даосский бог ответил:

— Вы действительно из секты Дао! Меня тоже считают членом секты Дао. Меня зовут Ча, по религиозному даос Ча. Изначально я был странным зверем, охраняющим врата Куньлуня, но, когда нагрянула катастрофа, я последовал за даосом Цин Тянем, чтобы достичь Дао. Но затем он погиб в битве, а я остался на Верховных Небесах Императора.

Все даосы уставились с широко распахнутыми глазами, не зная, как себя вести. По-видимому, Дань Янцзы был прав и на Верховных Небесах Императора действительно проживал эксперт из секты Дао, но он был странным зверем, который охранял врата, до того, как достиг Дао.

Это означало, что он не владеет техниками Высшей Донебесной Тайны и Мечом Дао!

А всё потому, что высшие искусства секты Дао зиждились на высшей математике, а так как та здесь пребывала на очень низком уровне, о её познании не могло идти и речи!

Поэтому даос Ча должен был полагаться на другие методы, чтобы достичь Дао!

Даосы были разочарованы, но Линь Сюань заставил себя улыбнуться:

— Старший Ча пережил много взлётов и падений. Старший может помочь нам решить одну проблемку? Эти немногие — друзья Дао из Маленькой Нефритовой Столицы, нам нужно где-то временно поселиться.

Даос Ча улыбнулся им:

— Не проблема, Владыка Культа Цинь и Имперский Наставник распорядились, что всем друзьям из Вечного Мира нужно помогать и не оставлять в беде. Вы знаете Владыку Культа Циня, ребята? Весьма многогранная личность, у него очень высокая репутация на Верховных Небесах Императора, и я также слышал, что он является Владыкой Небесного Святого Культа, рождён святым и известен как непревзойдённое Тело Тирана. Многие местные восхищаются его репутацией и поэтому решили податься в Небесный Святой Культ…

Мастер Дао Линь Сюань посмотрел на него со странным выражением лица, мысленно проклиная паршивца: «Разве его культ не дьявольский?»

— Небесный Святой Культ берёт свое начало от Небесного Наставника, который, я полагаю, в представлении не нуждается, но хочу заметить — наша секта Дао не уступает им. Перед тем, как даос Цин Тянь погиб, он оставил мне кое-какие вещички. Я берёг их как зеницу своего ока … — похвастался даос Ча.

Глава 577. Глупые Косули

Лин Сюань и остальные были вне себя от радости. Даос Ча снял со своей головы корону Дао и нежно покрутил находящуюся на ней диаграмму тайцзи. Затем он достал изнутри стопку книг, вилку и несколько обломков стены, истерзанных ударами меча. Вилка, вероятно, была его духовным оружием.

— Я всегда носил эти книги с собой, но так и не смог понять странных символов, записанных в них, — проговорил он.

На макушке мужчины росли седые волосы, в то время как волосы на висках были чёрными. В отличии от остальных даосов, которые заплетали на голове спираль, его причёска была выполнена в виде гладкой платформы, придавая ему довольно оживлённого виду.

Даос Ча воткнул вилку в корону Дао и запечатал её диаграммой тайцзи, прежде чем одеть артефакт обратно на голову.

Мастер Дао Лин Сюань пролистал книги и осмотрел следы от меча на каменных плитах. Его сердце начало яростно биться, и он, не удержавшись, прослезился:

— Мой учитель и прежние Мастера Дао изучали Четырнадцатое Писание Меча Дао на протяжении всей своей жизни, но так и не смогли полностью им овладеть. Оказывается, что его сложность заключалась не в мече, а в астрономическом явлении. Если бы мастер всё ещё был жив, он бы невероятно обрадовался…

Вспомнив о старом Мастере Дао, толпа даосов расплакалась.

Закончив читать книги, Лин Сюань передал их остальным даосам. В текстах говорилось о технике Высшей Донебесной Тайны и учениях даоса Цин Тяня, которые он разработал после изучения Меча Дао.

Цин Тянь записал всё в мельчайших деталях, а его вычисления были невообразимо сложными. Не удивительно, что даос Ча не смог в них разобраться.

— Старший дядя Цин Ю, у Маленькой Нефритовой Столицы тоже есть такое великое наследие? — тихо спросил Ван Мужань.

Отшельник Цин Ю покачал головой:

— Нет.

— Разве наша Маленькая Нефритовая Столица не является сильнейшей священной обителью Вечного Мира? Если у секты Дао и Монастыря Великого Громового Удара есть великие наследия, а у нас их нет, то как мы сможем с ними бороться? Даже у Небесного Святого Культа есть Небесный Наставник, почему тогда у нас нет техник божественного уровня, которые достались от сильных практиков вроде Нефритового Императора и ему подобных? — с ноткой злости в голосе спросил Ван Мужань.

— Маленькая Нефритовая Столица всегда держалась в стороне от мирских дел и никогда не сражалась за звание сильнейшей священной обители в мире, — спокойно ответил отшельник Цин Ю. — Это ложная репутация, которой нас удостоили жители внешнего мира. Было бы лучше, если бы этого не произошло.

От гнева Ван Мужань потерял дар речи, ему оставалось лишь развернуться и беспомощно спросить даоса Ча:

—Даос, не знаешь где сейчас Владыка?

— Владыка Культа Цинь? Сегодня его много кто пытался найти, большинство из этих людей показались мне какими-то странными. Тем не менее, он сейчас не в городе Ли. Недавно он ушёл, сообщив, что собирается тренировать своего ездового зверя на дьявольских территориях.

Ван Мужань изумлённо воскликнул:

— Он в одиночку отправился на дьявольские территории?

— Не совсем. Мои Верховные Небеса Императора уже отвоевали часть своих земель, после чего в городе Безучастия была возведена сторожевая башня. Там расположился бог Сан Е, а округу в поисках дьяволов прочёсывают бесчисленные практики божественных искусств Вечного Мира и Верховных Небес Императора.

— Последние дни были довольно мирными, мы не приняли участия ни в одном сражении. Армии ещё не были задействованы, поэтому сейчас лишь отдельные практики божественных искусств бросают друг другу вызовы на линии фронта. С Владыкой Культа Цинем всё будет хорошо.

То, о чём он говорил, было неписанным правилом Верховных Небес Императора. На здешних землях царили военные обычаи, поэтому как люди, так и дьяволы, уважали боевые способности. Во времена, когда не происходило масштабных сражений, практики божественных искусств обеих сторон скитались около границы, время от времени обмениваясь друг с другом ударами.

Боги и дьяволы почти не вмешивались в происходящее, позволяя ученикам обоих сторон мериться силами. Это был наиболее эффективный способ обучения практиков, о котором знали все местные. Тем не менее, так как Ван Мужань лишь недавно прибыл на Верховные Небеса Императора, он ещё об этом не знал.

— Владыка уже прошёл испытание Пагоды Подавления Бога? — спросил парень.

— Для чего ему это? — на лице даоса Ча возникло восхищённое выражение. — Почти сразу же после прибытия на Верховные Небеса Императора он убил четырёх сильнейших дьявольских практиков в пари за город Ли и вынудил сильнейшего ученика Истинного Дьявола Фу Жило признать поражение. После этого он стал легендой. Но немногим позже уже был похищен Фу Жило, сбежал от него и пробежал сто тысяч километров, попутно убив почти всех дьявольских практиков областей Шести Направлений и Семи Звёзд. Тогда от его руки погибло даже некоторое количество экспертов области Небожителя! С такими способностями он определённо не нуждается в прохождении испытания Пагоды Подавления Бога.

Ван Мужань резко вздрогнул, его лицо скривилось в неверии. Внезапно он повернул голову:

— Старший дядя, у нас и вправду нет никакого великого наследия?

Отшельник Цин Ю улыбнулся:

— Разве наследия Маленькой Нефритовой Столицы недостаточно? Несмотря на все его недостатки, оно состоит лишь из первоклассных техник. Если доработать все слабые места, ты ничем не будешь уступать Мастеру Дао. И Верховные Небеса Императора — наиболее подходящее место, чтобы это сделать. Ты можешь учиться на чужих сильных сторонах и сливать их с техниками нашей Маленькой Нефритовой Столицы.

— У Маленькой Нефритовой Столицы так много техник, разве можно вот так просто их объединить? — угрюмо пробормотал Ван Мужань.

Отшельник Цин Ю бросил на него воодушевляющий взгляд:

— Когда есть желание, находится решение. Я возлагаю на тебя очень высокие надежды! Как только ты всё постигнешь, поделись своими учениями со мной. Я стар и мои мозги уже не такие хороши, как у вас, молодых.

****

— Молодой мастер, почему толстяк не превращается так, как Цзян Мяо? — спросила Ху Лин’эр. Город Безучастия лежал за три тысячи километров от города Ли. Ху Лин’эр шагала следом за Цинь Му, попутно наблюдая как цилинь сражался с сильным практиком области Небожителя. — Если Цзян Мяо мог изменить свой облик, то и ему это должно быть под силу!

Цинь Му глубоко вздохнул, и по его телу начала циркулировать техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, в то время как жизненная Ци издала драконий рёв:

— Понятия не имею. Может быть он просто слишком толстый и не может сжаться? Но кажется, дело не в этом…

— Я думаю всё потому, что он всё ещё слишком ленивый.

Драконья бусина цилиня была невероятно прочной, поэтому его совершенствование не уступало великим экспертам области Жизни и Смерти. Тем не менее, его боевые способности оставляли желать лучшего, и в бою с первым же дьявольским практиком бедолага получил огромное количество ранений.

Цинь Му не вмешивался, а просто стоял сбоку, наблюдая. Эксперты на противоположной стороне также не смели помогать своему сородичу, мирно смотря на ход боя.

Правила Верховных Небес Императора были очень странными. При встрече практики божественных искусств обычно сражались один на один, не бросаясь друг на друга толпой. Впрочем, когда Цинь Му пробежал сто тысяч километров, спасая свою жизнь, ситуация была совершенно другой. Причина, по которой в тот раз дьяволы не придерживались правил и пытались задавить его числом, заключалась в том, что дьявольский бог отдал приказ убить его любой ценой.

Цилинь отчаянно сражался и спустя некоторое время он внезапно постиг технику Высшей Тайны Древнего Дракона. В следующий миг он использовал свою бусину, превращая пламя цилиня в бесчисленные огни в форме дракона, которые тут же полетели в сторону противника. Затем его тело задрожало, а драконья чешуя взмыла в воздух, превращаясь в яркие зеркала, отражающие божественные искусства врага.

Сильный дьявольский практик растерялся, наткнувшись на огненных драконов и своё собственное божественное искусство, как вдруг драконьи чешуйки цилиня развернулись, начиная неистово кружиться вокруг бедолаги.

Дьявол не мог атаковать, так как любое его божественное искусство мгновенно отражалось обратно, между тем расстояние, на котором кружились чешуйки, постепенно уменьшалось. Затем бусина цилиня влетела внутрь окружённого пространства, прежде чем разразиться яркими огнями. Раздался пронзительный визг, и дьявольский практик превратился в пепел.

Цилинь снова потряс своим телом, и драконья чешуя вернулась на место. Проглотив бусину, он удивлённо прокричал:

— Владыка, я победил! Я впервые победил, наконец-то!

Цинь Му с подозрением спросил:

— Лин’эр, толстяк что, ни разу не побеждал за время, проведённое со старшим братом тигром?

Ху Лин’эр кивнула:

— Ни разу. Тигва говорил, что поначалу стыдился толстяка и хотел заставить его кланяться и извиняться перед одолевшими его дьяволами. Но спустя некоторое время они оба привыкли к происходящему… Тигва совладал со стыдом, а толстяк смирился с неизбежностью поражения.

Цинь Му потерял дар речи.

Цилинь высокомерно подпрыгивал на кончиках своих лап, гордо подняв хвост. Он несколько раз обошёл Цинь Му и Ху Лин’эр по кругу, невообразимо радуясь своему достижению.

С противоположной стороны подошёл дьявольский эксперт, крича:

— Ты Владыка Культа Цинь Му?

— Да. Могу я узнать, кто ты? — спросил Цинь Му.

— Никто, прощай!

Дьявольские эксперты тут же разбежались в разные стороны, и Цинь Му нахмурился. Все они были сильными практиками области Небожителя, поэтому одолеть их вместе было бы крайне трудно. Тем не менее, они приняли неразумное решение разделиться. Разве это не давало ему шанса убить их по одному?

— Молодой мастер, дьяволы, похоже, бегут, спасая свои жизни, — озвучив очевидное, Ху Лин’эр достала огромный тазик, набирая в него слюну дракона, чтобы обработать раны цилиня, и с подозрением продолжила. — Их объединённые силы значительно превосходили наши, но они всё равно решили разбежаться. Неужели они просто разведчики? По соображениям безопасности нам лучше немедленно вернуться в город Ли!

Цинь Му удивлённо приподнял брови:

— Если продолжить двигаться вперёд, мы доберёмся до сторожевой башни города Безучастия. Город Ли слишком далеко, башня намного ближе. Пока там находится бог Сан Е, обычные дьяволы не посмеют к нам подойти.

Юноша запрыгнул на спину зверь, следом за ним забралась лисичка вместе с тазиком, и они все вместе устремились в сторону города Безучастия.

Им предстояло ещё триста километров пути, но Цинь Му уже мог разглядеть божественную ауру вдали. Свет, излучаемый Сан Е, поднимался к небу, будто колонна.

Задание сторожевой башни состояло именно в том, чтобы указывать практикам божественных искусств на укрытие. Находясь в опасности, они могли двигаться к ней в поисках защиты.

Внезапно неподалёку раздался чей-то восторженный голос:

— Владыка Культа Цинь?

На склоне небольшой горы посреди глухомани находилась деревня. В ней остановились отдохнуть несколько практиков божественных искусств. Они были единственными людьми в радиусе многих километров.

Группа состояла из знакомых лиц. Одной из девушек была эксперт области Небожителя Гуань Хэ, с которой Цинь Му познакомила Юй Хэ. Она была ученицей бога и специализировалась на навыках меча. Владея чрезвычайно высокими способностями, она считалась номером девять в своей области.

Активно продвигая Небесный Святой Культ на Верховных Небесах Императора, Цинь Му решил назначить Гуань Хэ Мастером Чертога Меча новой ветви.

— Гуань Хэ, что вы здесь делаете? — спрыгнув со спины цилиня, Цинь Му посмотрел на остальных практиков божественных искусств. Все они тоже были Мастерами Чертогов или Благовоний Небесного Святого Культа Небес Верховного Императора.

— Это и вправду Владыка, — улыбчиво проговорила Гуань Хэ. — Мы тренировались неподалёку, когда наткнулись на дьявольских экспертов. Один из них оказался чрезвычайно сильным и мне пришлось использовать всю свою мощь, чтобы его убить.

Цинь Му посмотрел в ту сторону, куда указала девушка, и узнал в мёртвом эксперте одного из членов сбежавшего отряда. В округе всё ещё виднелись следы напряжённого сражения.

— Понятно, — Цинь Му улыбнулся. — Мастер Чертога Гуань, тебе хорошенько досталось. Небо почти стемнело, поэтому я собираюсь вернуться к башне. Вы не хотите пойти с нами?

Глаза Гуань Хэ загорелись, и она подошла поближе, улыбаясь:

— Мы тоже планировали вернуться!

Остальные практики тоже подошли к отряду, и они все вместе направились в сторону башни города Безучастия.

Гуань Хэ поспешно подобралась к Цинь Му и с всё той же улыбкой спросила:

— Почему Владыка Культа так торопится? Мы все — эксперты культа, разве нам стоит кого-то бояться?

— Меня опознали дьяволы, и теперь они сообщат сильным практикам, чтобы те перехватили нас впереди, — с улыбкой ответил Цинь Му. — Мастер Чертога Гуань, можешь напомнить кто твой учитель? Я забыл спросить об этом, когда нас познакомила Юй Хэ.

— Мой учитель — Тянь Фэнгоу, Владыка уже с ней встречался.

— Так это богиня Тянь Фэнгоу, — кивнув, Цинь Му с любопытством повернулся к остальным практикам. — Мастера Чертогов и Благовоний, а кто ваши учителя?

— Мы тоже ученики Тянь Фэнгоу, — ответил один из практиков.

Цинь Му снова кивнул, хлопая толстого цилиня по шее:

— Мастер Чертога Гуань и вы, ребята, судя по всему, быстро закончили битву с сильным дьявольским практиком области Небожителя. Но исходя из следов, оставленных вашими божественными искусствами, ваши атаки не были смертельными несмотря на свою сложность. На самом деле смертельный удар был нанесён мечом, проткнувшим спину дьявола и мгновенно убившим его исконный дух. В тот момент расстояние между тобой, Мастер Чертога Гуань, и дьявольским экспертом было не больше, чем между нами сейчас. Ты убила его, подобравшись очень близко.

Выражение лица Гуань Хэ слегка изменилось, и в тот же миг в воздух поднялась огромная бусина цилиня. В мгновение ока разразилось ужасающее пламя, поджигая всё вокруг!

Среди огня раздался оглушительный свист летающего меча. Как только Гуань Х исполнила свой навык, Цинь Му коснулся указательным пальцем своего межбровья. Его пилюля меча превратилась в ослепительный свет, разрушая её атаку и проламывая её лоб.

Рассеяв лучи меча, Цинь Му осмотрелся вокруг, наблюдая за жалкими криками Мастеров Чертогов и Благовоний Небесного Святого Культа. В следующий миг их головы слетели с плеч от удара гигантских драконьих чешуек!

Тело цилиня задрожало, и все чешуйки вернулись обратно.

Схватив пилюлю меча, Цинь Му нежно проговорил:

— Толстяк, ты выиграл ещё несколько сражений.

— Молодой мастер, это и были те люди, которых собирались позвать дьяволы? — из-за уха цилиня показалась голова Ху Лин’эр. — В таком случае, богиня Тянь Фэнгоу…

Цинь Му собирался ответить, когда его уши дёрнулись, и он резко обернулся:

— Кто здесь?

Из леса выбежала косуля, и с любопытством посмотрела на него, виляя хвостом. Вслед за ней выбежала остальная часть стада, все звери странно уставились на отряд.

— Это просто толпа глупых косуль, — вздохнул с облегчением Цинь Му.

Глупые косули шагнули вперёд, их взгляды набрались смелости.

Между тем сердце Цинь Му внезапно дрогнуло, а уже в следующий миг из леса донёсся отчётливый голос:

— Владыка Культа Цинь, ты только что убил моих учеников. Тебе не кажется, что такой поступок требует объяснения?

Глава 578. Упрямые Глупые Косули

Цинь Му впопыхах достал Нефритовые Глаза Солнца и Луны, приподняв их позади себя. Вокруг него развевались стяги, подавляющие всевозможные формы жизни в радиусе десяти шагов…

Стягами являлись флаги перемещения. Чтобы использовать божественное искусство перемещения, он нуждался в некотором времени на подготовку, что делало флаги перемещения гораздо более удобными, ведь те позволяли ему активировать их буквально по щелчку пальцев и моментально переместиться туда, куда нужно.

Он настроил их так, чтобы автоматически избегать любых атак богов или дьяволов, и больше не попадать в ситуации, подобные той, когда его схватил Фу Жило.

Даже при том, что флаги были лишь чуть-чуть быстрее, чем божественное искусство, в опасных ситуациях даже доля секунды могла спасти жизнь!

Флаги кружились вокруг, сияя разнообразными рунами, как вдруг они, громко хлопнув, разорвались на куски. Лоскуты тканей танцевали в воздухе, подобно весенним бабочкам, в то время как из земли остались торчать только флагштоки!

«Скорость бога намного выше, чем я ожидал!» — не теряя времени зря, Цинь Му активировал два нефритовых глаза. Ци высшего Инь превратилась в пульсирующее лунное мерцание, в то время как Ци высшего Ян обратилась пылающим солнечным сиянием, которые были несравнимо интенсивными. Держа два глаза в своих руках, он был готов встретиться с врагом лицом к лицу!

Широкие лучи из глаз пронизывали всё, что находилось перед ним. Пока их зрачки пребывали в расширенном состоянии, сияние становилось менее мощными, будучи пригодным разве что в качестве источника света. Однако, контролируя их нервную систему, он мог изменить построения внутри них и объединить свет двух звёзд в одну, невероятно тонкую линию!

Две линии света были способны ранить даже богов!

Он очень хорошо знал это, ведь лично испытывал их на Владыке Выращивания Драконов некоторое время назад.

— Богиня Тянь Фэнгоу, это ты? — осмотревшись, серьёзно спросил Цинь Му.

— Да, это я, — женщина в белоснежной одежде медленно вошла в лунный свет нефритовых глаз, раскрывая свой прекрасный облик. Её волосы были свёрнуты в пучки на макушке и слегка наклонены в сторону.

Движение её платья очаровывало, дворцовая ткань на её верхней части тела сидела довольно свободно, а её талия была очень тонкой, настолько тонкой, что могла быть обнята одной рукой.

Она держала себя отлично от большинства женщин, её глаза были крайне холодны, словно в этом мире не существовало того, что могло тронуть её ледяное сердце.

Цинь Му прищурился.

Решись такая женщина на что-то, её будет бы невероятно трудно переубедить.

Глупые косули рядом с ним совершенно не боялись подходившую Тянь Фэнгоу, продолжая кусать его одежду и облизывать языками. Некоторые из них стояли с поднятыми мордами, с любопытством глядя на него, пока один из самцов выл на него.

Цинь Му вёл себя так, словно столкнулся с сильнейшим врагом, и нервно смотрел на Тянь Фэнгоу, не спуская с неё глаз. Между тем косули внезапно потянули его одежду так сильно, что ему пришлось грубо выдернуть её из их пастей.

— Иа, ууу… — самцы косуль разгневались и опустили головы, чтобы боднуть его. Один из самцов ударил его и отошёл в сторону, чтобы восстановить силы, прежде чем снова нанести удар, между тем другой точь-в-точь повторил за ним.

Цинь Му стоял неподвижно, как гора, позволяя рогатым атаковать его снова и снова: «Неудивительно, что Гроссмейстер захотел прикрепить к себе оленьи ноги, эти косули слишком хороши в истязании людей!»

Тянь Фэнгоу посмотрела на косуль, которые атаковали Цинь Му, и заметила два нефритовых глаза:

— Разве ты не должен объясниться передо мной? За что ты убил моих учеников, причём всех сразу? Я усердно наставляла всего нескольких людей, но тут появился ты… и убил их всех. Даже если ты ученик Небесного Наставника, ты всё равно должен отвечать за свои деяния.

— Судя по всему, богиня Тянь Фэнгоу понятия не имеет, что натворили её ученики, — нервное выражение лица Цинь Му исчезло, и он, испустив протяжный, но облегчённый вздох, с искренним взглядом продолжил. — Фэнгоу, твоя ученица Гуань Хэ и все остальные подчинились дьявольской расе и пытались навредить мне. У меня не было выбора, кроме как безжалостно убить их, иначе сейчас я был бы кормом для червей.

— Владыка Культа Цинь говорит, что мои ученики — предатели, а подкрепить какими-то аргументами такое обвинение ты можешь? У тебя есть доказательства? — недоверчиво спросила Тянь Фэнгоу.

Цинь Му медленно двинулся назад, держась за нефритовые глаза:

— Богиня Фэнгоу, пожалуйста, следуй за мной.

Ступая по одному осторожному шагу за раз, он крепко держал два нефритовых глаза, явно не собираясь расслабляться даже на секунду. Цилинь шёл сразу же следом, неся на себе лисичку, в то время как девять косуль постоянно били их своими головам.

Рогатые демонстрировали вершину возможного упрямства.

Цинь Му медленно добрался до маленькой горной деревни:

— Фэнгоу, смотри, — серьёзно произнёс он.

Тянь Фэнгоу посмотрела на труп сильного дьявольского практика области Небожителя, и её зрачки сократились.

— Оставленные здесь следы божественных искусств принадлежат твоим ученикам, не так ли? Судя по следам, их владельцами являются пять разных человек. Гуань Хэ говорила мне, что она жестоко сражалась с этим дьяволом и смогла убить его только после того, как приложила все свои усилия… Но если всё именно так, тогда откуда здесь следы от божественных искусств пяти человек?

— Возможно она хотела похвастаться, — равнодушно парировала Тянь Фэнгоу.

— Видишь смертельный удар на его трупе? Конечно, видишь, ты же эксперт навыков меча. А значит также знаешь, что, чтобы нанести столь молниеносный удар по исконному духу, нужно находиться очень близко к цели, — объяснял Цинь Му. — Судя по шокированному выражению лица трупа, он абсолютно точно не ожидал атаки со стороны Гуань Хэ. Она находилась к нему практически вплотную, что говорит о том, что он не видел в ней угрозы и вёл себя расслабленно, предоставляя ей отличную возможность молниеносно уничтожить его исконный дух. Но тогда возникает вопрос — почему они стали врагами? Поскольку он не считал её угрозой для своей жизни, значит он считал её своим другом, по крайней мере в какой-то степени. Для меня очевидно, что твои ученики вступили в союз с дьяволами. Тебе нужны ещё какие-то доказательства?

Взгляд Тянь Фэнгоу мелькнул, и она тихо заговорила:

— Нужны, я не вижу в этом логики. Если они были в союзе с дьяволами, зачем ей было убивать этого дьявола?

— Потому что она хотела использовать его жизнь, чтобы завоевать моё доверие, — терпеливо продолжил объяснять Цинь Му. — Только таким образом она смогла бы сблизиться со мной. Богиня Фэнгоу, приглядись, ты видишь хоть один след от дьявольских божественных искусств? Если это была битва, почему дьявол умер прежде, чем смог продемонстрировать хотя бы одно своё божественное искусство? С твоими познаниями это не так трудно заметить.

— И что дальше? — невыразительно поинтересовалась женщина.

— Если не приглядываться, оставленные здесь следы божественных искусств подталкивают нас к, казалось бы, очевидному выводу — здесь произошла крайне интенсивная битва. Вот только божественные искусства не то, что не повредили эту маленькую горную деревню, они даже не коснулись её. Из всего этого я могу сделать не менее очевидный вывод — пятёрка действовала сообща и только пыталась придать местности видимость прошедшего боя. Я думаю, что сейчас ты уже согласишься со мной, что я предоставил тебе достаточно доказательств, верно?

Тянь Фэнгоу испустила судорожный вздох и, нехотя продемонстрировав невыразительную улыбку, мягко сказала:

— Владыка Культа Цинь мудр и беспристрастен. Похоже, мои ученики действительно подчинились дьявольской расе и стали предателями. Я была небрежена в выборе учеников, ещё немного и я навлекла бы на себя большую беду.

Ху Лин’эр сидела на спине зверя и подозрительно осматривала всё вокруг, а Цинь Му как раз наоборот выглядел так, словно тяжёлое бремя спало с его плеч, и он с улыбкой подбодрил:

— Я не могу винить того, кого держали в неведении. Дьяволы — злые существа, вдобавок и очень хитрые. Ты была ослеплена их лукавством и двуличием, но теперь мы во всём разобрались, и я думаю, что впредь ты будешь придерживаться справедливости превыше всего прочего.

Глупые косули до сих пор бодали его своими головами.

Цинь Му потёр свои жгущие от боли ягодицы: «Эти косули не только глупы, но и безжалостны…»

Тянь Фэнгоу до сих пор стояла с улыбкой на лице:

— Поскольку недоразумение разрешилось, я не буду тебя беспок… Кто там?

Её оклик стал слегка режущим для ушей, но тут же её оборвал голос бога Сан Е:

— Фэнгоу, не буду обманывать, это я.

Цинь Му наконец расслабился и, опустив нефритовые глаза, понял, что его ладони обливались холодным потом.

Ху Лин’эр тоже почувствовала, что с её плеч свалилось бремя, и тихо заговорила:

— Молодой мастер…

— Не сейчас, — покачав головой прервал Цинь Му.

Некоторое время назад он заметил, что божественный свет бога Сан Е внезапно исчез из часовой башни города Безучастия. И если ничего важного не произошло, это могло значить только одно — держащий пост Сан Е должно быть обнаружил здесь активность и решил проверить, что происходит.

Надо отметить, что Цинь Му убил Гуань Хэ первой формой Меча Бедствия. Открытие Бедствия было чрезвычайно масштабным, свет меча утопил в себе практически всё на десять километров от эпицентра. Кому-то на уровне бога было бы трудно не заметить подобную активность.

Поскольку Сан Е видел это движение Цинь Му и раньше, то, увидев его сейчас, он определённо рванул бы разведать что к чему.

Если парню приходилось использовать такую могучую технику, значит тот столкнулся с достойнейшим из возможных врагов!

Тем не менее, когда Сан Е оказался на месте и понял, что Цинь Му хоть и на взводе, но в безопасности, он решил затаиться и послушать его болтовню.

Пока Цинь Му неторопливо возвращался назад к маленькой горной деревушке, со стороны это выглядело так, будто он что-то объяснял Тянь Фэнгоу, но на самом деле он разъяснял сложившуюся ситуацию богу Сан Е.

— Старший брат Сан Е, — расслабилась Тянь Фэнгоу, в то время как её лицо приобрело гораздо более спокойны вид. — У нас с Владыкой Культа Цинем было некоторое недопонимание, но теперь всё разрешилось.

Бог Сан Е подошёл ближе и заговорил:

— Это, конечно, здорово, что недоразумение разрешилось, но у меня есть один вопрос. Почему все ученики старшей сестры Фэнгоу подчинились дьяволам? Я бы понял, если бы у них не было выбора и за отказ их ждала смерть… в такой ситуации трудно оставаться верным лишь добру или злу, но когда целая семья предаёт родину, это уже выходит из ряда вон.

Тянь Фэнгоу приподняла брови, спрашивая:

— Что ты хочешь этим сказать?

Бог Сан Е прошёл мимо Цинь Му и, остановившись перед Тянь Фэнгоу, продолжил:

— Когда ученики подчиняются дьяволам, сразу же невольно начинаешь подозревать, что учитель мог сделать то же самое. Ты была владычицей города Соединения, так? Тысячу пятьсот лет назад, когда в него вторглись, из местных выжило только несколько человек и ты. С другой стороны, когда мой город Приближения пал, я защитил довольно много местных простолюдинов несмотря на то, что вся моя семья погибла в битве, оставив только меня и мою дочь в качестве единственных выживших. Мне удалось сохранить в десять раз больше жизней, чем тебе, — он убрал руки за спину. — Не стоит забывать про города Украшений, Возвращения, Единых Разумом, Великих Владений и других, в которых выживших было больше, чем в твоём городе Соединения.

Внезапно Цинь Му заметил, что бог Сан Е, держа руки за спиной, подаёт своими ладонями недвусмысленные знаки.

Судя по всему — ситуация критическая и ему нужно срочно ретироваться.

«Бог Сан Е не ровня Фэнгоу?» — с такими мыслями, удивлённый Цинь Му кашлянул:

— Боги, я тут вспомнил, что у меня остались незаконченные дела, так что мне пора.

Отступая шаг за шагом, он не выходил из тени бога Сан Е, потому что это был единственный способ избежать взгляда Тянь Фэнгоу.

— Владыка Культа Цинь планирует отправиться в город Безучастия? Ты уверен, что бог Сан Е не предатель? Почему ученики, которые предали нас, были так близко к городу Безучастия? Часовой этого города — бог Сан Е, и, если он предатель, ты просто попадёшь в руки врага. Я уверена, что там тебя уже поджидает дьявольский бог. Ты достаточно умён и не подвергнешь себя опасности, не так ли?

Пытаясь обмозговать новую порцию жизненно важной информации, лисичка, закрыв глаза, покачала мордочкой от непонимания и тихо спросила:

— Молодой мастер, я уже запуталась, кто всё-таки предатель?

Тянь Фэнгоу продолжила говорить:

— Именно бог Сан Е был инициатором постройки часовой башни в городе Безучастия, верно? Она находится на территории дьяволов, но прошло уже более полумесяца, как стройка завершилась, а дьявольские боги так и не пришли, чтобы уничтожить её. Ты думаешь это простое совпадение или стоит копнуть поглубже?

Цинь Му остановился, его голова тоже забилась разными мыслями.

Это действительно странно, что ни один дьявольский бог не мешал стройке часовой башни на их территории. И даже по истечению такого времени, никто из них даже не попытался напасть на бога Сан Е.

Тянь Фэнгоу добавила:

— Несмотря на малочисленность выживших моего города Соединения, мне удалось спастись с ещё двумя богами. А сколько богов выжило в твоём городе Приближения? Никто, кроме тебя, я права? И вот в чём вопрос, умерли ли они от рук дьявольских богов?

— Где те два старших брата, которые вышли с тобой из города Соединения? — спокойно парировал Сан Е. — Если я не ошибаюсь, несмотря на то что им удалось выбраться с тобой, в последствии они погибли в битве за город Безучастия. Получается, ты единственный выживший бог города Соединения.

Ху Лин’эр обняла свои шесть хвостов:

— Молодой мастер, у меня уже кружится голова…

Цинь Му посмотрел на неё:

— У меня тоже… Есть один действенный метод, который поможет нам определить настоящего предателя, нам нужно пойти к руинам города Безучастия. Если бог Сан Е действительно предатель, то там нас будут поджидать сильные практики дьявольской расы, а если их там нет…

Как только он это сказал, с неба спустилось огромное тело, приземляясь справа от него.

Новоприбывшим был дьявольский бог, чьё тело с ног до головы покрывали следы пламени, а глаза напоминали два танцующих огня!

Цинь Му слегка дрогнул уголками глаз, ведь ему уже не впервой было видеть его. Впервые они встретились в битве за город Приближения, где была вырезана вся семья Сан Е. Второй же раз был в городе Ли. В то время он и Сан Хуа были доставлены туда чёрным тигриным богом…

Тогда ещё Сан Хуа буровила этого дьявольского бога пристальным взглядом.

— Дьявол Хо Чало решил выбраться из твоего города Безучастия, да? — тихо спросила Тянь Фэнгоу.

Бог Сан Е прищурился и проскрежетал зубами:

— Хо Чало убил всю мою семью, кроме моей дочери! Как я мог подчиниться этому чудовищу?

Слегка нахмурившись, Хо Чало прогремел сотрясающим лес голосом:

— Теперь, когда мы двое против одного, можно раскрыть все карты. Хватит притворяться, меня сейчас стошнит. Уважаемый Король Фу Жило больше не может ждать, ему нужен этот сопляк Цинь!

Вокруг воцарилась тишина.

Но уже через мгновение Тянь Фэнгоу мягко рассмеялась:

— Владыка Культа Цинь любит искать правду по зацепкам, мне просто захотелось поиздеваться над ним и посмотреть, как далеко это всё зайдёт. Каждый дьявольский бог любит издеваться над своей жертвой, разве не так?.. Хе-хе… — кровь Цинь Му похолодела, между тем Тянь Фэнгоу улыбнулась и продолжила. — Хо Чало, выруби мальчишку, а я займусь Сан Е.

Дьявольский бог повернул голову и посмотрел на нервно пятящегося юношу.

В этот момент Цинь Му в очередной раз болезненно боднули, и он, наконец не сдержавшись, обнажил меч, тут же положив его на шею самца косули и безжалостно процедив:

— Бодни меня ещё раз, и я пущу тебя на мясо!

Богиня Тянь Фэнгоу усмехнулась и набросилась на бога Сан Е. Между тем Хо Чало с усмешкой наклонился и протянул руку, чтобы схватить Цинь Му:

— В день моего триумфа это ведь ты был чёрной тенью в городе Приближения? Тем, кто защищал девушку из семьи Сан, верно? Как по-геройски. Тогда мне не удалось убить тебя, однако, как ты собираешься сбежать сейчас?

Косуля под мечом Цинь Му внезапно разделилась на две части, и захватывающий дух свет ножа пронёсся по лесу и расколол небо. Свет ножа прошёл через ладонь и шею Хо Чало, оставив на небе несравнимо тонкую чёрную линию!

Она была настолько тонкой, как будто её и вовсе не существовало.

Казалось, пространство было разрезано на части, не будучи способным восстановиться!

Ужасающий свет ножа внезапно остановился перед шеей Цинь Му, между тем из расползшейся на части косули встал высокий, крепкий мужчина в возрасте. Нося неопрятную, торчащую во все направления густую бороду, он выглядел крайне свирепо.

Держа нож у шеи юноши, мужчина еле как подавлял пытающийся вырваться из-под контроля гнев и с напором ворчал:

— Му’эр, ну ударил я тебя головой разок, что такого-то?! Одноногий, слепой, немой били тебя всю дорогу и ничего. А я один раз ударил, и ты сразу же захотел пустить меня на мясо! Ответь честно, ты как-то предвзято ко мне относишься? Думаешь они любят тебя сильнее, чем я?

Глава 579. Нечистое Происхождение

Цинь Му поспешно отвёл меч в сторону и, смотря на высокого старика с восторгом и удивлением в глазах, радостно прокричал:

— Дедушка мясник!

До того, как он успел договорить, шкуры остальных косуль внезапно разорвались на части, а их силуэты бросились в небо, чтобы перехватить Тянь Фэнгоу. Та как раз ударила своим мечом в сторону бога Сан Е, поэтому уже не могла изменить своих движений.

Длинное копьё слепого превратилось в чёрного дракона, тут же начиная перехватывать лучи света, вынуждая тело Тянь Фэнгоу неистово задрожать. Дракон продолжал целиться в самое сердце её ударов меча, раз за разом обрубая магическую силу и усложняя использование их полной мощи.

Женщина была крайне опытной на пути меча, её достижения в навыках меча считались номером два или даже один на Небесах Верховного Императора. Естественно, это было ещё до того, как Цинь Му установил связь между Верховными Небесами Императора и Вечным Миром. А когда навыки последних передались здешним мастерам, её мастерство перестало быть таким незаурядным и непогрешимым.

В конце концов в Империи Вечного Мира проживало слишком много экспертов, чьи навыки владения мечом превосходили таковые у неё.

Тянь Фэнгоу повергло в ужас драконье копьё, умудряющееся разрушать её навыки меча и прерывать заклятия, прилагая лишь небольшое количество силы.

В небе засияли звёзды, выстраиваясь в Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд. Как только она в очередной раз столкнулась с чёрным драконьим копьём, они резко обрушились на её грудь.

Это был необычный вид божественного искусства, базирующийся на звёздах и астрономии.

Что касалось превращений, превосходство божественных искусств Вечного Мира над Верховными Небесами Императора было попросту слишком огромным.

Тянь Фэнгоу вскрикнула, блюя кровью, и поспешно отступила назад, как вдруг она ощутила холод возле сердца… в какой-то миг у неё за спиной оказался старик с ножом, в то время как она, отступая, наткнулась прямо на его оружие, которое тут же пронзило её спину.

Сила ножа не была слишком огромной, поэтому было очевидно, что старик с честным лицом умел наносить удары только исподтишка и не владел излишней физической мощью.

Тянь Фэнгоу взмахнула мечом у себя за спиной, но до того, как свет лезвия настиг врага позади, другой старик с печью на спине нанёс ей удар молотом!

Из печи на его спине вырвалось высокое пламя, а удар его молота оказался несравнимо тяжёлым, обладая ошеломительной силой. Её кости и связки мгновенно разрушились, в то время как она врезалась в землю, прежде чем отпрыгнуть от неё несколько раз.

Способности Тянь Фэнгоу были исключительно высоки и превосходили даже бога Сан Е, поэтому ей всё-таки удалось выжить. Оказавшись в засаде, она мгновенно осознала, что не сможет совладать с таким большим количеством экспертов, и приняла решение сбежать.

Она отпрыгнула на сто пятьдесят километров, прежде чем развернуться, обнаруживая перед собой несравнимо высокого старика, который лёгким взмахом руки смёл небо в сторону.

Тянь Фэнгоу была ошеломлена. У этого ужасного старика была пара железных ушей, а его рост значительно превосходил истинных богов и дьяволов. Более того, он с лёгкостью мог искривлять пространство, в котором она находилась!

«Он не может обладать такой великой магической силой…» — лишь подумав об этом, она тут же осознала, что на самом деле странный старик не мог искривлять пространство. На самом деле, пропустив удар от старика-кузнеца, она попала в картину. Теперь она пыталась сбежать, всё ещё находясь внутри неё.

Тянь Фэнгоу немедленно использовала свой божественный меч, делая разрыв в пространстве, и в картине немедленно появился выход, через который в тот же миг полетел другой луч меча, целящийся прямо в лицо железноухого старика.

Несмотря на свой устрашающий вид и поразительные, на первый взгляд, способности, тот оказался не слишком сильным. Увидев мчащийся навстречу луч меча, он сразу признал поражение и развернулся, чтобы сбежать.

Внезапно в воздухе пронеслось чёрное драконье копьё, прерывая движение божественного меча богини.

Тянь Фэнгоу выпрыгнула из картины, тут же наткнувшись на невероятно крепкого мужчину, одетого в соболиный мех и сидящего верхом на зелёном быке. Он исполнил навык ножа, которого ей не приходилось видеть раньше, скрывая внутри движений заклятия, обладающие несравнимой силой!

Недооценив этого противника, она мгновенно поплатилась. В воздухе вспыхнул свет ножа, грубой силой отрубив её держащую меч правую руку, и воздух в округе окропили брызги крови.

Хмыкнув от боли, Тянь Фэнгоу схватила меч левой рукой и собралась нанести мужчине на зелёном быке ответный удар, но внезапно заметила неподалёку ошеломительную красавицу, медленно сжимающую свою ладонь.

В такт с её движением пространство разрушалось и сжималось, вынуждая тело богини неконтролируемо полететь в её сторону.

Бум!

Старый кузнец подоспел наперехват, оглушая Тянь Фэнгоу ударом молота в голову, в то время как чёрное драконье копьё продолжало блокировать удары её божественного меча. Внезапно его лучи по странному развернулись в воздухе и вонзились в её грудь.

Бум!

Её лицо наконец столкнулось с ладонью красотки, которая тут же разразилась Великой Всеобъемлющей Силой Ладони Небесных Звёзд, превращая его в кровавое месиво.

Красавица молниеносно перебирала руками по её телу, запечатывая исконный дух и души.

Тянь Фэнгоу упала на землю, её исконный дух больше не мог бежать, оказавшись запечатанным внутри тела.

Богиня продолжала дышать, но её взгляд постепенно тускнел. В этот миг к ней подошёл мужчина в бронзовой маске, начиная вонзать в её тело серебряные иголки. Пока он говорил, его голос становился всё дальше и эфемерней:

— Под моей опекой она не умрёт. Не переживайте, мы можем попросту запечатать её душу и вытащить её для допроса, когда захотим.

Бог Сан Е стоял в оцепенении, ещё не поняв, что только что произошло. Странные незнакомцы разобрались с Тянь Фэнгоу ещё до того, как он успел начать бой.

Надо заметить, что предательница была невероятно опасным существом. Несмотря на то, что по силе она уступала истинным богам, она была не слишком далеко от их уровня. Он определённо не был ей ровней.

Ранее Сан Е был готов пожертвовать собой ради благой цели, но был крайне удручён тем, что Цинь Му, скорее всего, погиб бы вместе с ним. К счастью, из ниоткуда появилась толпа этих чудиков, сумевших сильно ранить Тянь Фэнгоу и запечатать её душу.

В противном случае, у него и юноши за его спиной не было шансов на выживание.

Стоящий неподалёку Цинь Му попытался аккуратно оттолкнуть огромный нож, зависший возле его шеи. Мясник хмыкнул, и оружие осталось там, где и было.

Юноша толкнул его снова, но старик всё ещё не позволил лезвию сдвинуться. Было очевидно, что тот продолжал злиться.

— Дедушка мясник, ты был одет в шкуру косули. Заклятие бабушки настолько изящное, что я не могу увидеть сквозь него, поэтому я понятия не имел, что ты скрываешься внутри. Если бы я знал, то никогда бы не приложил меч к твоей шее… — предельно осторожно объяснился Цинь Му.

— Мне плевать! — холодно огрызнулся мясник. — Я так усердно тебя воспитывал, а ты готов убить меня лишь за то, что я легко боднул тебя по заднице. Ты убил моё сердце!

Между тем за его спиной пять пальцев Ху Чало внезапно отделились от ладони и упали на землю, будто колонны из мяса.

— Ло… — из горла дьявола донёсся странный звук, его руки медленно поднялись. Дрожа, он потянулся к шее, пытаясь сохранять равновесие. Каждое его действие было крайне осторожным, он не осмеливался делать резких движений.

Тем не менее, до того, как он успел коснуться шеи, его голова наклонилась, соскальзывая в сторону.

Руки Ху Чало резко дёрнулись, хватая её!

Хлоп!

Раздался громкий хлопок, с которым его ладони столкнулись над шеей, в то время как его голова упала на землю, брызжа кровью во все стороны.

— Какой быстрый нож…

Голова Ху Чало издала пронзительный визг и дважды отскочила от земли, прежде чем пламя в её глазах окончательно погасло.

Чувствуя ужасную зависть, Цинь Му похвалил:

— Божественный нож дедушки мясника достиг совершенства. Я значительно ему уступаю.

— Не смей подлизываться! — выражение мясника всё ещё было ужасно мрачным, его рука не двигалась с места, продолжая держать меч у шеи юноши. — Ты предвзято ко мне относишься! Ты любишь немого, одноногого и слепого, этих подонков, но не меня! Я видел, как они утешались, бодая тебя, поэтому я тоже решил разок попробовать, но ты сразу же захотел меня убить!

— Младший брат! — Ба Шань спрыгнул со спины быка, радостно подбегая поближе. —Младший брат, неужели ты разозлил учителя? Он согласился снова взять меня в ученики при условии, что я буду говорить немного тише и меньше, — не переводя дыхания, он продолжил. — Когда мне сказали, что все отправились на твои поиски, я сразу же ответил, что младший брат очень умён и не попадёт в беду. Как видите, этого и вправду не произошло! Учитель Небесный Нож, а почему ты держишь нож у горла младшего брата? Опусти его, мы все одна семья и определённо сможем найти компромисс…

Взмахнув ножом, мясник положил его на плечо Канцлера Ба Шаня, тем самым заставляя этого говоруна немедленно заткнулся и начать постепенно краснеть от попыток сдержать рвущиеся на свободу слова.

— Старший брат Ба Шань, дедушка мясник лишь инсценировал свою смерть и никогда не выгонял тебя из своей семьи, так почему тебе пришлось ещё раз становиться его учеником? — озадаченно спросил Цинь Му.

Внезапно осознав это, Ба Шань оттолкнул нож старика в сторону, и в два, или даже три раза громче, чем обычно, прокричал от злости:

— Старик, ты меня обманул!

Уши мясника задрожали от вибраций, и он бросил яростный взгляд на Цинь Му.

Юноша потёр задницу, которая до сих пор болела.

Слепой, немой и одноногий и вправду не знали жалости.

На его заднице не осталось живого места.

«Я должен был заподозрить неладное ещё когда эти глупые косули начали меня бодать. Дедушка немой, слепой и одноногий самые подлые из всех стариков, они даже умудрились переманить на свою сторону мясника…»

Вскоре к нему подошёл слепой со своим чёрным копьём. Добравшись к Цинь Му, он ухмыльнулся, на что тот лишь бросил на него мрачный взгляд и отправился на поиски бабушки Сы. Почесав голову, старик злостно проговорил:

— Мясник, ты меня подставил!

Чувствуя себя немного виноватым, мясник тоже растерянно почесал свою макушку:

— Когда? Старый слепец, хватит обвинять меня в том, чего я не делал!

Глухой подошёл поближе, говоря:

— Я всё слышал. Ты сдал немого, слепого и даже одноногого.

— Ты глухой, что ты мог услышать? — от распирающего его гнева мясник истерически рассмеялся.

Огромный молот в руке немого снова превратился в пилюлю меча, которая тут же вернулся обратно в сундук. Таская его перед собой, он торжественно проговорил:

— Аба, аба!

— Хорошо сказано! — хлопнул ладонями одноногий. — У мясника рот не запирается!

Закатив глаза, мясник отвёл нож от горла Ба Шаня, ласково говоря:

— Ба Шань, я не могу переспорить этих двоих, мне нужна твоя помощь!

Два кулака Ба Шаня потрескивали от напряжения, и он большими шагами вышел в центр. Прочистив горло, он собрался открыть рот и начать свою речь, когда раздался голос Сан Е:

— Старшие пришли из Райских Небес?

— Старшие? Райские Небеса? — хихикая, слепой поднял голову, смотря на бога. — Мы из Великих Руин, а не из Райских Небес. Могу я для начала узнать сколько лет старшему?

Бог Сан Е улыбнулся:

— Когда-то Великие Руины были Райскими Небесами Эпохи Императора-Основателя. Мне двадцать тысяч восемьдесят четыре года.

Слепой удивлённо проворчал:

— Мне пятьсот шестьдесят два года…

Все вокруг вдруг почувствовали себя молодыми и полными сил.

Цинь Му подошёл к бабушке Сы, увидев, что та держит Тянь Фэнгоу в воздухе с помощью своей магической силы. Используя заклятия из Великих Небесных Дьявольских Рукописей, она вытащила исконный дух богини наружу, чтобы провести допрос.

Находящийся неподалёку целитель непрерывно готовил лекарства, используя обезболивающее для души, чтобы ослабить сопротивление Тянь Фэнгоу.

В Великих Небесных Дьявольских Рукописях было записано огромное количество странных заклятий. Зачастую казалось, что они следовали дьявольскому пути, но праведный ум мог найти им совершенно иное применение. Цинь Му потратил огромное количество времени на исследование этого вопроса.

Когда бог Сан Е посмотрел в их сторону, его сердце дрогнуло при виде заклятий бабушки Сы: «Кажется, происхождение друзей из Райских Небес не слишком чистое. Они подозрительно искусны в заклятиях дьявольского пути… Ээм, получается, происхождение Владыки Культа Циня тоже не слишком хорошее…»

Глава 580. Техника Императорского Трона

Цинь Му восторженно смотрел на божественные искусства бабушки Сы. Каждый из девяти стариков деревни Цань Лао отличался своей собственной, уникальной сильной стороной. Бабушка Сы, к примеру, помимо своей несметной красоты, славилась изысканностью своих заклятий.

Но она не хотела обучать им парня, ведь избрала дьявольский путь совершенствования, и поначалу разрешала обучать его только старейшине деревни, мяснику и старому Ма.

Позже, когда он стал молодым Владыкой Небесного Дьявольского Культа, она всё же передала ему Великие Небесные Дьявольские Рукописи, но на этом всё. Он должен был постичь их, полагаясь лишь на своё собственное понимание.

Она даже не думала учить его каким-либо техникам или божественным искусствам.

Идя по дьявольскому пути, понимание Великих Небесных Дьявольских Рукописей бабушки Сы было искажённым, поэтому она надеялась на то, что если Цинь Му будет равняться на глухого, старого Ма и остальных праведников в совершенствовании и складе ума, то сможет правильнее понять наследие Небесного Святого Культа.

Изначально Цинь Му плохо понимал, что подразумевалось под добром или злом, но со временем он понял, что они оба рождались в сердце. Если намерение злое, то неважно насколько праведными кажется заклятие или любой иное божественное искусство со стороны, по своей сути оно будет дьявольским, и наоборот. Именно по этой причине он никогда не выбирал на какую сторону ему встать.

Спустя какое-то время Цинь Му обнаружил, что борьба между добром и злом — это борьба сердец, а борьба между богами и дьяволами — борьба за точку зрения и выживание, поэтому он стал ещё более безразличным к противостоянию добра и зла.

В прошлом, сражаясь с Монастырём Великого Громового Удара, сектой Дао и другими крупными сектами, он уже отбросил все предрассудки и не позволял борьбе между добром и злом снова возникнуть в его сердце и отвлекать от по-настоящему важных дел.

Теперь он даже открыл божественное сокровище дьявольского пути, тем самым встав наполовину ближе к этому самому пути.

Однако, в итоге его кругозор несомненно стал шире, нежели раньше.

Можно даже сказать, что он сделал очередной шаг вперёд.

Обычно люди никогда не замечают, как со временем становятся умнее, по крайней мере осознанно, и лишь оглядываясь назад, в прошлое, они начинают понимать, насколько их ум окреп и какое они приобрели здравомыслие.

Несмотря на то, что Сан Е был богом, возвышающимся над всеми вокруг, его горизонты не были бы колоссально шире, чем у Цинь Му.

Помимо личных способностей и понимания, случайности также были частью всего этого. В раннем детстве Цинь Му подвергся воспитанию девяти эксцентричных деревенских стариков, а затем покинул Великие Руины, как раз во время реформы Вечного Мира. Если добавить его рождение в Юду и опыт в Фэнду, трудно даже представить, насколько высоко расширились его горизонты.

Между тем бабушка Сы изъяла исконный дух из тела Тянь Фэнгоу, чтобы той не удалось сбежать, в противном случае, она могла бы захватить тело другого человека или даже дух травы или дерева.

Если бы она взяла чьё-то тело, это было бы искусством владением, а если бы она взяла тело духа травы или дерева, это бы относилось к совсем иному искусству совершенствования.

— Кто из вас будет её допрашивать? — поворачивая голову назад, спросила бабушка Сы. — Очевидно, что она знает немало секретов дьявольской расы, поэтому если мы сможем вытянуть из неё эту информацию, это будет очень полезно для Верховных Небес Императора. Вы же знаете, мои методы слишком жестоки и не подойдут для допроса такой красавицы.

Бог Сан Е представился слепому и остальным, но когда он услышал, что сказала бабушка Сы, то содрогнулся и, взглянув на тело поверженной богини, подумал: «Как безжалостно. Прежде чем расплющить лицо Фэнгоу, эта женщина раздавила её грудь…»

Чуть погодя он перевёл взгляд на бабушку Сы и замер, не будучи способным оторвать от неё глаз. В его голове внезапно всплыли мысли о том, что неплохо было бы найти мачеху для Сан Хуа, но он поспешно развеял эти мысли и отвёл взгляд, пытаясь больше не думать о подобном:

— Пускай допросом Тянь Фэнгоу займётся истинный бог Пан Юй. В конце концов Тянь Фэнгоу — богиня Верховных Небес Императора и лидер с высоким местным званием. Мне кажется, устраивать допрос своими силами — неуместно.

Одноногий усмехнулся и спросил:

— К чему усложнять? После того, как целитель накормит её насекомыми, в течение нескольких часов она обязательно расколется.

— Мы также можем попросить дедушку слепого использовать скорость его чёрного дракона, чтобы отделить духовный эмбрион и душу от её исконного духа, в итоге превращая её саму в обычного смертного! — с умным видом предложила Ху Лин’эр.

Слепой погладил её маленькую головку и с улыбкой поправил:

— Моё копьё зовут Лун То, а не чёрный дракон.

— В точку! — копьё черного дракона на спине старика внезапно ожило и, закружившись вокруг лисички, треща костями медленно продолжило. — Меня зовут Лун То, я король драконов дьявольской расы. Кстати, лисичка совершенно права, я могу отделить душу Фэнгоу от её исконного духа, но хочу сказать сразу, это будет невероятно болезненно.

Ху Лин’эр осмотрела Божественное Копьё Лун То, как вдруг её посетила очередная мысль. Она поспешно подняла руку со сверкающими от волнения глазами:

— Стой, погоди! У меня есть идея получше! Мы можем попросить дедушку немого выплавить её в своей печи, чтобы превратить её исконный дух в воду, и вылить на неё расплавленное железо! Посмотрим, проболтается она или нет!

«Эта лисичка тоже не так проста, как кажется!» — вздрогнув, Сан Е поспешно сказал:

— Позвольте мне унести её для допроса. Господа, прямо перед нами город Безучастия, я отправлюсь туда, а вы, надеюсь, поможете мне защитить его в течение двух последующих дней! — договорив, он быстро подхватил тело и исконный дух Тянь Фэнгоу и поспешно ретировался, чтобы кто-то не успел предложить ещё более абсурдный план пытки.

— Бабуль, дедушка целитель, зачем вы все прибыли на Верховные Небеса Императора? — немедленно поинтересовался Цинь Му.

Бабушка Сы подняла руку и погладила юношу по голове, на что тот сразу же опустил голову, чтобы ей стало удобнее его гладить. Вдоволь насладившись, она заговорила:

— Ты стал ещё выше, ещё чуть-чуть и догонишь целителя. Скоро слепой не сможет дотянуться тебе до талии.

Слепой был не очень рад это слышать:

— Старая Сы, моё тело всё ещё растёт. Видела какой бог Сан Е? Такая дылда высоченная. Ему двадцать тысяч лет, что значит лишь одно — чем дольше ты живёшь, тем выше становишься!

Бабушка Сы пренебрежительно закатила глаза:

— Надеюсь и ума ты тоже наберёшься. Му’эр, мы пришли проведать тебя и посмотреть на твои методы совершенствования, вдруг мы и для себя откроем что-то новенькое. Немногим ранее мы все достигли барьера в своём совершенствовании, но ты нам очень помог с этой проблемкой, когда прислал в Небесную Святую Академию практиков с Верховных Небес Императора. Наблюдая за ними, мы понемногу учились у них и в итоге пришли к пониманию, что если мы хотим постичь всю их систему совершенствования, нам нужно отправиться на Верховные Небеса Императора и найти более глубокие, утончённые методы.

Цинь Му действительно обсуждал с Имперским Наставником и истинным богом Пан Юем вопрос отправки некоторых молодых практиков божественных искусств в Вечный Мир. Попав туда, те должны были изучить местные пути, навыки и божественные искусства, а также передать свои техники Верховных Небес Императора, тем самым устраняя слабость Вечного Мира в виде прерванного наследия.

Поскольку практики божественных искусств обеих сторон дополняли друг друга, все они могли продвигаться в совершенствовании с удивительной скоростью.

Вот только это относится лишь к области божественных искусств. Для таких личностей, как бабушка Сы, пересёкших свой божественный мост и вошедших в Райские Дворцы, или для практиков, только собиравшихся войти в них, этого было недостаточно.

В конце концов практики божественных искусств Верховных Небес Императора, направленные в Вечный Мир расширить кругозор и чему-то научиться, обычно не имели высокого уровня совершенствования и глубоких познаний. А ведь бабушке Сы и остальным требовалась система совершенствования на уровне богов.

Цинь Му задумался на мгновение, прежде чем спросить:

— Если вы здесь, тогда кто отвечает за Небесную Святую Академию?

— Небесный Король Ши, Небесный Король Юй и остальные. Там также есть несколько старейшин, — посмеиваясь, ответила бабушка Сы. — Ученики Верховных Небес Императора очень глупы и жалки. Они даже с математикой совладать не могут, поэтому пускай лучше старшие нашего Небесного Святого Культа мучаются с этими лоботрясами. Бог Сан Е попросил нас помочь ему с защитой города, нужно выдвигаться.

Цинь Му кивнул. Все болтали друг с другом и смеялись, поэтому он быстро забыл о своих окровавленных ягодицах. Он весело проводил время с любимыми стариками.

Зелёный бык увидел четыре короткие лапы цилиня и, блеснув взглядом, подскочил. Он встал, как человек, и обошёл вокруг него несколько раз.

Морда цилиня помрачнела, но он не сказал ни слова, продолжая идти вперёд.

Божественное Копьё Лун То трансформировалось в образ гремящего костями в воздухе скелета чёрного дракона, который тут же подлетел к Ху Лин’эр и спросил:

— Они не ладят друг с другом?

— Мягко сказано. Они ненавидят друг друга из-за одного забавного происшествия. Я называю это ненавистью из-за потерянной жены! — прошептала лисичка, после чего рассказала всё что знала о вражде между цилинем и зелёным быком, начиная со времён, когда Цинь Му попал в Имперский Колледж. Зеленый бык был кокетливым парнем, но почему-то не замечал очевидного и думал, что цилинь самка. Он преследовал его каждый день, когда проходил мимо горных ворот, и даже дарил ему цветы и траву.

Цилинь знал, что не сможет одолеть Ба Шаня, поэтому ему приходилось молча всё это сносить ровно до тех пор, как Цинь Му согласился вырубить зелёного быка с помощью наркотика — Потерянного Дурмана. Тогда Имперские Лекари подглядели процесс его приготовления и устроили в Имперском Колледже настоящий хаос…

После всего произошедшего зелёный бык узнал, что драконоподобный цилинь — самец, и впал в депрессию от разбитого сердца, но время шло и со временем он вернулся к заигрыванию с некоторыми коровками.

Так эти звери и начали враждовать друг с другом.

— Зелёный бык думал, что цилинь — самка, а он оказался самцом, поэтому я и называю это ненавистью из-за потерянной жены, — шепча объяснила Ху Лин’эр.

Чёрный дракон удивлённо спросил:

— Ты не шутишь? Они правда пережили такое?

Цилинь спокойно посмотрел вниз, выглядя равнодушным, но всё же дёргал ушами.

Зелёный бык усмехнулся:

— Зачем ты дёргаешь своими ушами? Дурацкий толстяк, ты был такой худой и стройный, что я даже видел в тебе самку… почему тебя так разнесло? Я даже не могу сказать с уверенностью, ходишь ли ты на своих лапах или просто катаешься на животе. Посмотри на меня! — он согнул руку и напряг свои мышцы. — Это мышцы, а у тебя только жир! Борьба делает тебя смелым и сильным только тогда, когда ты похож на меня. Каждый из моих ударов использует все мои мышцы, и каждый может стать для врага последним!

Цилинь прищурился и, открыв пасть, выплюнул шестидесятисантиметровую бусину цилиня, пылающую в воздухе яростным пламенем, освещая окрестности.

Зелёный бык вздрогнул и отступил на шаг, превращаясь обратно в большого зелёного быка. Поджав хвост, он убежал обратно к Ба Шаню.

Цилинь открыл пасть, чтобы призвать бусину обратно, и усмехнулся:

— Жир? Ты даже понятия не имеешь, сколько усилий потребовалось, чтобы усовершенствовать такую большую бусину.

Ху Лин’эр прошептала:

— Толстячок, получив небольшое преимущество, знай, когда остановиться. Если вы начнёте сражаться по-настоящему, не факт, что тебе удастся победить! Ты за всю жизнь духовных пилюль меньше съел, чем он проводил боёв с Ба Шанем. Будь осторожен, или он увидит, что ты силён лишь на словах.

Цилинь вздрогнул от страха, ведь хорошо знал невероятную удаль быка в бою. Его скорость была выше, чем у него, не говоря уже о выносливости, поэтому если они действительно начнут сражаться, он не будет для него соперником.

«Я должен как можно больше совершенствовать технику Высшей Тайны Древнего Дракона. Если бык увидит, что я ему не ровня, он обязательно наваляет мне!» — с такими мыслями дракономордый исполнил технику Высшей Тайны Древнего Дракона, приступив к усердной тренировке.

Заметив это, Цинь Му почувствовал себя невероятно счастливым и с улыбкой похвалил:

— Теперь толстяк сам знает, что ему нужно тренироваться, и мне больше не нужно заставлять его делать это. Второй, подойди!

Зелёный бык поспешно подбежал и улыбаясь сподхалимничал:

— Младший мастер, не говори так, я ведь третий! Лин’эр — старшая сестра, первая, толстяк — второй по важности, а я лишь третий. Тем не менее, вскоре я смогу избавиться от цилиня и занять второе место!

Цинь Му похвально улыбнулся:

— У тебя ведь тоже есть родословная Зелёного Дракона? Не так давно я заполучил технику, превосходящую даже технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Она лучшая, что я когда-либо видел в своей жизни, и поскольку у тебя родословная расы драконов, я обучу тебя ей.

Зелёный бык пребывал в восторге и задыхаясь от эмоций поблагодарил:

— Младший мастер так добр к маленькому бычку, но я не могу ничего дать взамен. Я могу отплатить за твоё благодеяние, лишь пожертвовав своей жизнью!

— Ты спас мне жизнь во Дворце Золотой Орхидеи, и я до сих пор не отблагодарил тебя. Поэтому не стоит делать из мухи слона, — с улыбкой ответил Цинь Му.

Он исполнил технику Высшей Тайны Древнего Дракона, очаровав ею не только зелёного быка, но даже мясника, бабушку Сы, слепого и всех остальных.

— Отличная техника! — испустил дрожащий вздох мясник, а сразу же после серьёзно добавил. — Новая никому неизвестная божественная техника! Му’эр, эта техника может достичь Зала Непостижимого Неба Райских Дворцов и возвыситься до Императорского Трона, верно?

Цилинь почувствовал в своём сердце неконтролируемо нарастающую опасность и про себя выругался: «Ну и что хорошо в том, что этот проклятый бык выучит технику Высшей Тайны Древнего Дракона? Он ведь изобьёт меня до смерти! Я не должен этого допустить! Мне нужно как можно больше совершенствоваться и удвоить потребление Божественных Пилюль Живучести Водного Элемента!

Глава 581. Тело Тирана Дьявольской Расы

В городе Безучастия собрались бесчисленные практики божественных искусств Небес Верховного Императора и Империи Вечного Мира. Среди них можно было даже встретить учеников Небесной Святой Академии. Заметив Цинь Му, они удивились и обрадовались, тут же бросаясь к нему, чтобы поздороваться:

— Ректор! Учительница Сы, учитель слепой!

Также здесь находилось несколько учеников Академии Реки Ли, которые сразу же бросились к Канцлеру Ба Шаню.

Место стало невероятно оживлённым, между тем Ба Шань улыбнулся:

— Хитрецы, вы определённо бегаете быстрее меня, раз сумели прибыть сюда так рано!

Старик являлся Великим Ректором Академии Реки Ли, и на самом деле отправился на Верховные Небеса Императора не в поисках мясника, а для того, чтобы овладеть путём для прорыва. Но проходя мимо Небесной Святой Академии он заметил своего учителя и остальных, готовящихся к отбытию, и сразу же решил отправиться в погоню за ними.

После его ухода дела Академии Реки Ли были переданы Великому Генералу Венценосной Армии Ма Диншаню, сильному эксперту, ничем не уступающему ему самому.

После подавления восстания Император позволил Ма Диншаню сохранить своё звание и даже назначил Канцлером Академии Реки Ли, делая заместителем Великого Ректора.

В округе также можно было встретить учеников Академий Речной Гробницы и Реки Вздымающейся. Великим Ректором первой был Имперский Наставник, в то время как второй управлял Высший Чиновник Су Юньчжи, правда полагаясь на надёжную поддержку Юйюань Чуюнь и Юйюань Чуюй.

В недавнем прошлом Су Юньчжи даже отправлял Юйюань Чуюй на поиски Цинь Му, в надежде одолжить у того Владыку Взращивания Драконов и Бога Горы Столетия Бай Си, чтобы те провели для Академии Реки Вздымающейся несколько лекций.

В то время Цинь Му не оказалось в Небесной Святой Академии, поэтому Юйюань Чуюй встретили Ху Лин’эр и Сы Юньсян, которые тут же возымели плату за услуги Владыки Выращивания Драконов и бога Бай Си. Они предоставили ученикам Академии Реки Вздымающейся разрешение посещать реку Вздымающуюся и гору Столетия и приносить богам подношения, что растрогало тех до слёз.

Вернувшись к старикам, Цинь Му спросил у мясника:

— Дедушка, ты упоминал технику Императорского Трона. Техники божественного уровня тоже разделяются на уровни?

— После того, как я пересёк божественный мост и вошёл в Райские Дворцы, я оказался у Южных Небесных Врат. Впрочем, оттуда мне удалось разглядеть все Райские Дворцы и какие-то невероятно загадочные священные земли, окутанные удивительной аурой. Исходя из этого я предположил, что божественная область делится на семь частей, каждая и которых соответствовала одной из этих священных земель. Самой высокой и могущественной из них был Императорский Трон в Райском Дворце Непостижимого Неба!

Все подошли поближе, отчего мясник начал чувствовать себя неловко:

— Я совсем не понимаю, как устроена божественная область, и не знаю как именно она разделена. Немой, немой, иди сюда, они уставились на меня, будто стадо косуль! Объясни им сам, у тебя лучше выйдет!

Немой положил свой сундук на землю и, достав курительную трубку, сделал пару затяжек. Затем он расслаблено проговорил:

— Ах, ах, аба…

Бесчисленным ученикам Имперского Колледжа, естественно, не впервые приходилось слушать речь немого, поэтому они немедленно повернули свои взоры в сторону глухого, который, внимательно посмотрев на старика, выпустившего облако дыма в форме врат, объяснил:

— Первая божественная область — это Преддверие Южных Небесных Врат. Люди, которые добрались к ним, считаются почитаемыми богами, находящимися на первом шаге пути по божественному мосту. Проход Южных Небесных Врат — это вторая область, и достигшие её люди называются истинными богами. Там не менее, лишь когда каждая часть тела совершенствуется до уровня бога, человек может выстоять под давлением Южных Небесных Врат и пройти под ними.

— Немой, как и раньше, знает больше всех. А что происходит после этого? — хвалебно спросил слепой.

Немой снова выпустил кольцо дыма, которое тут же приняло форму Яшмового Бассейна, и глухой продолжил:

— Третья область называется Яшмовым Бассейном, также она известна как Небесный Бассейн или Яшмовая Терраса. Люди, достигшие её, считаются небесными богами.

Между тем дым немого превратился в платформу для казни. Несмотря на то, что это была священная земля, её окутывала чрезвычайно тяжёлая аура убийства. Один лишь её вид заставил толпу вокруг вздрогнуть.

— Четвёртая область называется Сценой Казни Бога, и в ней скрывается ужасная угроза. Если практик не сможет её пройти, то погибнет.

Дым из трубки немого превратился в пятую картину, изображая скопление дворцов.

— Эта священная земля называется Нефритовой Столицей, имперским городом, в котором живёт Небесный Император. Нефритовая Столица — это пятая божественная область.

Немой выпустил очередное кольцо дыма, которое превратилось в Зал Непостижимого Неба:

— Это Зал Непостижимого Неба, который смог разглядеть мясник. Скорее всего, именно так называется шестая божественная область.

Все взволнованно наблюдали, как немой выпустил последний клуб дыма, постепенно влетевший внутрь Зала Непостижимого Неба, в итоге превращаясь в Императорский Трон, седьмую божественную область.

Взгляд Ба Шаня упал на немого, затем повернулся на глухого. Переполняясь сомнениями, он тихо спросил:

— Младший брат, что на самом деле сказал старший дядя немой?

— Именно то, что нам перевёл дедушка глухой, — прошептал Цинь Му.

Ба Шань почесал макушку, всё ещё сомневаясь:

— Откуда старший брат так много знает? Даже практики божественных искусств Верховных Небес Императора не владеют информацией о высших божественных областях. Как он смог так подробно их описать?

Цинь Му бросил на него взгляд, полный беспомощности:

— Среди жителей нашей деревни дедушка немой знает больше всех, но в то же время он самый молчаливый и страшно не любит говорить. Предполагаю, что он, являясь потомком расы Небесных Работ, узнал все эти секреты на Ковчеге Парамиты…

Когда наступила ночь, все практики божественных искусств различных сект пошли отдыхать. Цинь Му вместе с бабушкой Сы, слепым и остальными покинул сторожевую башню, чтобы осмотреть руины города Безучастия.

Прошедшая здесь битва должна была быть крайне ожесточённой. На Верховных Небесах Императора было воздвигнуто сорок шесть городов богов, в каждом из которых произошли масштабные бои, но большинство из них остались почти целы. Было очень мало городов, полностью разрушенных в ходе боя, но город Безучастия как раз был одним из таких.

Но даже несмотря на то, что вокруг были лишь руины и полуразрушенные стены, можно было разглядеть былую красоту этого города.

Повсюду ждали своего времени бесчисленные божественные искусства дьяволов и богов, оставленные во время ожесточённой войны. Выглядя, будто летающие пузыри разноцветного света, они излучали едва заметное во тьме сияние. Их вид напоминал цветы лотоса, медленно растущие среди обломков.

Лотосы тихо цвели, привлекая людей, по ошибке забредших в это место. Как только кто-то пытался их сорвать, сила божественного искусства, оставленного дьяволом или богом, мгновенно освобождалась!

Если это происходило, последствия были попросту ужасающими. Взрыв мог запросто переломать кости сильных практиков божественных искусств областей Небожителя или Жизни и Смерти!

Божественные искусства, разбросанные посреди руин, принимали не только форму лотосов, но и всяческие другие. Ограничений по размеру также не было. Они превращались в участки леса, пышные луга, странных зверей, напоминающих белых лисиц и летунов вроде красных птиц. Некоторые даже обретали облик дьявольских и божественных сокровищ, после прикосновения к которым человека ждала болезненная смерть.

Цинь Му оглянулся. Божественные искусства, оставленные дьяволами и богами, были сформированы из рунических символов, поэтому они не рассеивались с течением времени. Это привело к тому, что эти земли были невероятно опасными.

Юноша уже видел подобное на зловещих землях, но, к счастью, в тот раз ему удалось не натолкнуться ни на одно из них.

Задумавшись над этим, он смог представить сколько времени и усилий пришлось потратить богу Сан Е, чтобы расчистить достаточно места для строительства сторожевой башни. Теперь она стала местом для отдыха местных практиков божественных искусств.

Бабушка Сы, слепой и остальные тщательно изучали божественные искусства с очарованными лицами. Божественные глаза слепого могли увидеть секреты, кроющиеся внутри них, поэтому он объяснил их всем другим.

Путь совершенствования стариков был совершенно не таким, как у Цинь Му и Сюй Шэнхуа. Бабушка Сы, мясник, немой и остальные не нуждались в том, чтобы видеть божественные искусства в действии. Чтобы понять метод их работы им хватало лишь увидеть то, что осталось от них после боя. Затем они могли использовать суть увиденного, чтобы усилить свои слабые места.

— Божественные искусства этих богов и дьяволов довольно грубые и нуждаются в улучшении, — осторожно осмотрев искусство впереди, бабушка Сы покачала головой. — Так как на протяжении двадцати тысяч лет практики божественных искусств Вечного Мира не знали способа становления богом, они использовали всё это время развивая свои божественные искусства, делая их невообразимо изящными. Мы постоянно создавали что-то новое, поэтому обрели в этом плане огромное преимущество перед Верховными Небесами Императора.

— Тем не менее, их методы совершенствования значительно эффективнее, чем наши, а их техники могут тренировать все части тела одновременно, — продолжая осмотр, проговорил слепой. — Если боги и дьяволы могли освобождать такую несоизмеримую силу, пользуясь столь примитивными божественными искусствами, их физические тела, исконные духи и плотность жизненной Ци должны были быть намного выше, чем у людей из Вечного Мира. Му’эр, не стоит недооценивать их только потому, что у тебя Тело Тирана.

Цинь Му смиренно кивнул, прежде чем уважительным тоном ответить:

— Не волнуйся, дедушка слепой. Я никого не буду недооценивать.

Ху Лин’эр на мгновение засомневалась, но так и не осмелилась что-то проговорить.

Слепой и остальные только что попали на Верховные Небеса Императора, поэтому ещё не знали, что Цинь Му успел совершить за последнее время. После боя в городе Ли он уже стал считаться самым сильным практиком области Семи Звёзд этого мира. Более того, затем он сумел пробежать сто тысяч километров по вражеским землям и убить почти всех дьявольских практиков областей Шести Направлений и Семи Звёзд.

В данный момент ни один рядовой мастер области Небожителя не осмелится вступать с ним в бой. Если расспросить у местных, можно было запросто узнать о славе, которую успел завоевать Цинь Му.

Внезапно он остановился, заметив посреди руин тень. Она двигалась среди обломков, будто божественные искусства совсем на неё не влияли.

— Му’эр, на что ты уставился? — озадаченно спросил глухой.

Тело Цинь Му слегка дрогнуло, и он внезапно оставил всех позади, бросаясь вслед за тенью.

Старики деревни Цань Лао замерли от ужаса, в конце концов вся округа была усеяна божественными искусствами богов и дьяволов.

Если юноша прикоснётся к любому из них, то не сможет совладать с последствиями.

А если взрыв вызовет за собой цепную реакцию, то даже они не смогут выбраться невредимыми.

Слепой поспешно бросился в погоню, крича:

— Стойте здесь, я его найду!

По дороге Цинь Му активировал Навык Пробуждения Божественных Глаз Девяти Небес, пытаясь избежать разбросанных вокруг божественных искусств, и постепенно подбирался к тени. Носясь по запрещённой зоне, та была едва различимой, время от времени рассеиваясь, будто песок, и собираясь заново.

Чуть погодя тень, казалось, тоже заметила его, внезапно остановившись.

Уклонившись от последнего оставленного божественного искусства на пути к ней, Цинь Му остановился прямо напротив. Его глаза оживились, а лицо наполнилось волнением.

Чёрная тень смотрела на него, не скрывая своего любопытства.

Они не видели внешности друг друга, а лишь нечёткие, будто сделанные из песка, силуэты.

Цинь Му протянул руку, и тень сделала то же самое. Их ладони коснулись, а затем, безо всякого сопротивления, прошли сквозь друг друга.

Цинь Му удивлённо вздрогнул, после чего застыл, молча глядя на силуэт.

В этот миг к юноше подбежал слепой и оттянул его в сторону, сердито говоря:

— Му’эр, эта тень — остаток божественного искусства бога или дьявола. Как ты можешь быть таким беспечным? Почему ты погнался в запретную зону?

Во тьме раздалось шуршание, напоминающее шёпот монстра, и парочка удивлённо повернулась в сторону тени.

Это был её голос!

— Дедушка слепой, он не остаток чьего-то божественного искусства, а живое существо, — изумлённое выражение не покидало лица Цинь Му, пока он говорил. — Он, как и я, может передвигаться во тьме Великих Руин. Он такой же, как я… Только слившегося со тьмой дьявола можно увидеть на Верховных Небесах Императора! Я думаю, что он может быть Телом Тирана дьявольской расы! Но что он делает в Великих Руинах?..

Глава 582. Создатель Тьмы

Поскольку на Верховных Небесах Императора у практиков были ужасные познания в математике, циклы местных солнц не соответствовали двадцатичетырёхчасовым суткам, следовательно, было сложно определить, когда именно здесь начинались день, а когда ночь.

Но после того, как Цинь Му уничтожил одно из светил, Имперский Наставник выковал другое, использующее двадцатичетырёхчасовой цикл Империи Вечного Мира.

Так как Имперский Наставник страдал обсессивно-компульсивным расстройством, он пытался всё усовершенствовать, доводя до идеала. Поэтому в тот момент, когда новое солнце зажглось, его часы идеально совпали с таковыми в Вечном Мире. Это означало, что, когда на Великие Руины спускалась тьма, то же самое происходило и на Верховных Небесах Императора, следовательно, прямо сейчас в Великих Руинах шла ночь.

Существовало только два возможных способа выжить, находясь во тьме Великих Руин, и если ещё живой человек не прибегнет к ним, то погибнет от проклятья или будет сожран монстрами, обитающими во тьме.

Первый способ заключался в том, что нужно обладать богоподобными способностями, а второй… всего-то и нужно, что родиться в Юду, как Цинь Му.

Первый способ в основном подходил для могучих практиков, способных использовать свои божественные, отгоняющие тьму ауры. Второй способ требовал необычного рождения, благодаря которому можно совершенно не опасаться проклятия тьмы и нападок таящихся там монстров.

Однако, пользующиеся первым способом практики не могли увидеть Верховные Небеса Императора, а все, кто находился на Верховных Небесах Императора, в свою очередь, не могли увидеть их.

Если же пройти через Верховные Небеса Императора с помощью второго способа, то здешние жители увидят новоприбывшего в виде тени, будто сделанной из чёрного песка.

Именно при таких обстоятельствах Цинь Му и познакомился с Сан Хуа.

Тем не менее, несмотря на то что последний способ позволял видеть людей Верховных Небес Императора, они не могли общаться или передавать друг другу какую-либо полезную информацию.

Именно поэтому Цинь Му, увидев, что кто-то ещё смог пройти сквозь тьму Великих Руин, очень удивился.

«Король Яма и Граф Земли говорили, что я первая форма жизни, когда-либо рождённая в Юду… а может ли быть такое, что помимо меня в Юду рождались и другие? Почему Граф Земли не упомянул об этом?» — озадачившись этим вопросом, он осмотрел тень, а та, в свою очередь, осмотрела его и, казалось бы, о чём-то задумалась.

Они обошли друг друга, пытаясь найти какие-то зацепки.

Цинь Му остановился, и тень тоже остановилась. Затем тень повернула голову в сторону, чтобы что-то сказать, но слова были неясны.

«Кто-то находится рядом! — сердце Цинь Му слегка дрогнуло. — И этот кто-то отгоняет тьму, а не находится в ней, поэтому я его не вижу».

Тень вдруг повернулась и резко подпрыгнула, мгновенно исчезая где-то в вышине.

Цинь Му не стал гнаться за тенью, в конце концов она находилась в Великих Руинах и, если захочет, может с лёгкостью скрыться в тех же руинах со статуями.

«Тело Тирана дьявольской расы… Как он оказался в Великих Руинах? Это невозможно… Рядом с ним есть какое-то существо уровня дьявольского бога, но если бы оно попыталось пройти через Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, то тут же бы выдало себя, откуда тогда…» — думая в таком ключе, Цинь Му пробормотал себе под нос:

— Может существуют другие способы попасть в Великие Руины?

Великие Руины скрывали в себе много секретов, Цинь Му даже довелось побывать во времена Эпохи Высшего Императора. Он также бывал в Юду, попав туда через долину Призраков, и даже трижды посещал Фэнду.

Всё это означало, что Великие Руины соединены со множеством других миров.

«Бог Сан Е и остальные называют Великие Руины Райскими Небесами Императора-Основателя, мне предстоит раскрыть ещё не мало секретов, которые они в себе таят… Хм, надо расспросить об этом Покойного Владыку Юду!» — Цинь Му пробудил свой дух и задрожал всем телом. Позади него тут же появились Врата Небесной Воли, которые, медленно распахнувшись, пропустили через себя дьявольскую Ци, делая темноту ещё темнее и мрачнее.

Слепой слегка нахмурился, но немного подумав не стал вмешиваться: «Му’эр всегда полон идей. Можно просто стоять и с любопытством смотреть на то, что он предпринимает».

Цинь Му собрался с мыслями, и из его уст вырвалась растянутая каденция дьявольского языка Юду. Он повторял одни и те же слова, при этом не выполняя Проводник Души.

Спустя несколько вдохов времени в глубине врат засияла лампа. Слепой пригляделся и увидел под светом лампы маленькую бумажную лодку, плывущую сквозь тьму. Сама же лампа, служащая единственным источником света, висела на носу той самой лодки.

— Вестник смерти! — слепой был поражён, в то время как Божественное Копьё Лун То позади него издало низкий драконий рёв, в котором чувствовалась крайняя нервозность.

— Дедушка слепой, старший Лун То, не нужно нервничать. Это Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам Юду, важная шишка загробного мира, между прочим. Также он известен как Покойный Владыка Юду, — объяснил Цинь Му.

Слепой смотрел с широко распахнутыми глазами, мысленно поражаясь: «Му’эра ведёт какие-то дела с Юду? И к тому же с самим Покойным Владыкой Юду? Ай да сопляк, ай да мой внучок, растёт не по дням, а по часам! Я не видел его всего парочку дней, а тут такое…» — несмотря на слова «внучка», он всё равно не расслаблялся. Между тем Лун То принял форму копья и обвился вокруг него, готовясь нанести удар в любое время.

— Опять ты… — бумажный кораблик выплыл из Врат Небесной Воли, в то время как старец снял фонарь и, посветив им на лицо Цинь Му, равнодушно продолжил. — Не нужно создавать проблем на пустом месте и не надо использовать язык Юду, когда тебе заблагорассудиться, иначе это всё может плохо для тебя кончиться. Касаясь печати, будь осторожен, ведь однажды всё может обернуться бедой и сожалеть будет уже поздно.

Цинь Му немедленно извиняющееся улыбнулся и заговорил:

— Покойный Владыка, на этот раз я пригласил тебя…

Покачав головой, Старший Вестник Смерти прервал:

— Ты не приглашал меня, а заставил своими словами, у меня попросту не было выбора. Ты опять что-то учудил? Что на этот раз? Рассказывай быстрее, и если это не будет противоречить правилам Юду, то я, так уж и быть, помогу тебе, но если это что-то из ряда вон, тогда увы, не обессудь.

Глаза слепого засияли, и он посмотрел на лицо старца за лампой. Он старался изо всех сил, но так и не смог разглядеть внешность вестника смерти, сильно удивляясь. Его совершенствование значительно возросло, и он даже пересёк божественный мост, встав за Южными Небесными Вратами, следовательно, мощь его божественных глаз также солидно выросла, но он всё равно не мог увидеть лица Покойного Владыки…

Это показывало, насколько силён был Старший Вестник Смерти.

«Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам и Му’эр — друзья! — мысленно воскликнул в восхищении слепой. — Му’эр похож на меня, и тоже имеет друзей по всему свету. Мои учения не прошли зря, хе-хе».

Цинь Му не стал медлить и поинтересовался:

— Могу я спросить Покойного Владыку, после моего рождения была ли вторая форма жизни, которая родилась из утробы живого в Юду?

Старший Вестник Смерти усмехнулся:

— Нам и одного Цинь Фэнцина хватит, второй бы нас попросту окончательно доконал. После твоего рождения Граф Земли осмотрел все Царства Юду, и, хвала небесам, никого не нашёл!

Цинь Му озадачился и вновь спросил:

— В таком случае, почему какая-то тень смогла войти во тьму Великих Руин, как и я?

— А с чего ты взял, что только рождённый в Юду может входить во тьму? — продолжил Старший Вестник Смерти. — Тьма в Великих Руинах — это проклятье, но также печать. Очевидно же, что она не могла взяться просто из воздуха, а значит была кем-то создана. Вот создатель тьмы в Великих Руинах, к примеру, тоже может пройти сквозь неё.

Тело Цинь Му задрожало, а разум затрепетал!

Старший Вестник Смерти был прав. Создатель тьмы в Великих Руинах, безусловно, мог входить во тьму безо всяких последствий!

Встретившись с тенью, он подумал, что наткнулся на себе подобное Тело Тирана из Юду, и не рассмотрел другие возможные варианты. Но теперь он был просветлен и тут же понял, что тень является юношей, обычным подростком.

В конце концов скорость тени не была слишком уж впечатляющей, что точно означало одно — она всё ещё не достигла области бога.

Если тень могла с такой лёгкостью перемещаться во тьме, то она однозначно была как-то связана с создателем тьмы в Великих Руинах. Возможно даже, что она являлась его преемником, а значит также была опытна в проклятьях и печатях тьмы, поэтому-то та и не причинила ей вреда!

— Я решил твою проблему, — Старший Вестник Смерти сел в свою бумажную лодку, явно собираясь уйти, и, повесив лампу, холодно добавил. — Не используй язык Юду понапрасну! Я забирал душу Хо Чало, когда услышал твой голос и чуть было от страха не потерял свою собственную! Если накличешь на себя проблем, то помрёшь раньше сроку и я приду за тобой! — огрызнувшись, он толкнул бумажную лодочку, уплывая обратно во Врата Небесной Воли.

Цинь Му помахал ему рукой и с улыбкой крикнул вдогонку:

— Покойный Владыка, после того как я умру, я захвачу с собой всяких вкусностей и немного игрушек для тебя!

— Оставь их себе! — грубый голос донёсся из Врат Небесной Воли.

— Му’эр, я смотрю ты умеешь заводить друзей. У тебя есть друзья по всему свету и даже в Юду, — искренне похвалил слепой. — Ты явно нравишься Доброжелательному Святому Королю, Равному Небесам.

— Это всё благодаря твоим учениям, дедушка. Я всегда придерживался их и вёл себя очень скромно, поэтому и смог добиться благосклонности Покойного Владыки, — смиренно оправдался Цинь Му.

— Скромно? Ага, рассказывай дальше, — послышался далёкий голос Старшего Вестника Смерти.

Цинь Му и слепой сделали вид, что ничего не слышали, и продолжали льстить друг другу, в этот момент они оба будто открыли второе дыхание и набрались сил.

Цинь Му закрыл Врата Небесной Воли и чуть погодя погрузился в раздумья: «Почему ученик создателя тьмы оказался в Великих Руинах? С какой целью он пришёл туда?»

Слепой убрал своё Божественное Копьё Лун То и, направившись в сторону бабушки Сы и остальных, спокойно заговорил:

— Разного рода существа повылезали отовсюду из-за реформы Вечного Мира. Взять хотя бы кучи каменных статуй и метеорологические оружия. Одно хорошо — в ближайшее время они нам не доставят проблем, ведь Имперский Наставник забрал божественные оружия и, запечатав их, где-то спрятал. Но у этого есть и обратна сторона — появляются любопытные носы, жалующие посмотреть на всё своими глазами. Тебе не стоит так беспокоится о Великих Руинах, там всё в полном порядке и до сих пор безопасно, но Вечному Миру нужно быть осторожнее.

Цинь Му временно отложил этот вопрос.

Рядом с учеником создателя тьмы должен был находиться бог, и Цинь Му никак не мог узнать обычный бог это, или же дьявольский. Но одно точно — парочка очень опасна.

Вечный Мир сейчас не так защищён, как раньше, однако там осталось много экспертов и несколько богов. Император Яньфэн, к примеру, находился в столице, поэтому проблем возникнуть не должно.

****

— Две фигуры, которые мы только что видели, были какими-то странными, — во тьме Великих Руин остановился юноша примерного одного возраста с Цинь Му, обращаясь к богу рядом с собой. — Тот юноша осмотрел меня с ног до головы и, казалось, удивился моей внешности, но при этом вёл себя так, будто такое ему уже приходилось видеть и раньше. Владыка Солнца, этот тип очень подозрительный.

Рядом с ним полыхал огнём трёхногий бог, крылья за спиной которого делали его похожим на движущееся солнце. Посмотрев на юношу, он громко сказал:

— Молодой мастер Ци слишком много думает. Я спустился с солнца, чтобы помочь тебе найти юношу по имени Цинь Му, поэтому могу я полюбопытствовать, зачем он тебе? Что он такого натворил?

— Новости из Юду гласят, что он дьявол, рождённый в Юду, который позже был сослан в Вечный Мир. Начальство считает это важным, но они не могут послать райских воинов и генералов к нижней границе, поэтому они послали меня, чтобы я поймал его. Начальство не доверяет дьяволам, у Лу Ли определённо есть свои планы. Например, она может хотеть схватить Цинь Му только для того, чтобы стать одним из повелителей Юду. Другая причина, по которой меня выбрали для этой миссии, — активировать метеорологические оружия и погрузить Вечный Мир в хаос как можно скорее.

Трёхногий Владыка Солнца нахмурился:

— Метеорологические божественные оружия забрал Имперский Наставник, и никто не знает, где он их спрятал.

Молодого мастера Ци, казалось, это никак не тревожило, и он спокойно улыбнулся:

— А разве рождённый в Юду Цинь Му не является сильнейшим метеорологическим божественным оружием? Когда мы сломаем его печать, он сам разрушит Вечный Мир. Куда проще-то?

Тело Владыки Солнца сильно задрожало, и он с искренним волнением похвалил:

— Молодой мастер Ци, как же ты мудр!

Глава 583. Открытие Третьего Глаза

Цинь Му продолжил исследовать руины города Безучастия вместе с бабушкой Сы и остальными. Каждый из стариков специализировался на чём-то своём, поэтому по-разному понимал оставленные богами и дьяволами божественные искусства, поэтому слушая, как они обсуждают увиденное, он извлёк для себя огромную пользу.

Несмотря на то, что он уже понял свою технику и ступил на путь, каждая часть его тела была значительно слабее, чем у бабушки Сы и остальных.

Главной причиной этого было то, что его техника одновременно совершенствовала все части физического тела, исконный дух и жизненную Ци, поэтому он не мог развиваться так быстро как слепой, немой и остальные, специализирующиеся лишь в одной области. Кроме того, он не провёл так много времени совершенствуясь и участь, как они.

Тем не менее, когда слепой и другие обсуждали божественные искусства, это шло на пользу всем остальным, так как они могли улучшать свои недостатки, исходя из чужой критики. Более того, все они были сильными практиками, достигшими предела в определённой области.

Рассматривая божественные искусства, оставленные богами и дьяволами Верховных Небес Императора, они отмечали их слабости и сообщали об этом друг другу.

— Бабуль, я уже объединил все системы совершенствования Верховных Небес Императора и освоил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, позволяющую тренировать всё тело! — договорив, Цинь Му распространил свою жизненную Ци, формируя внутреннее строение человеческого тела. Затем он изобразил путь циркуляции Ци в божественных глазах, мозге, даньтяне, четырёх конечностях, костях, духовном эмбрионе, пяти элементах, шести направлениях и семи звёздах, ничего не скрывая.

Бабушка Сы, мясник, слепой, немой и остальные тут же с любопытством подошли к нему, тщательно рассматривая структуру человеческого тела.

Чем дольше они смотрели, тем сильнее удивлялись.

В божественных глазах, созданных Цинь Му, была чётко изображена схема циркуляции жизненной Ци. В мозгу также тянулись бесчисленные запутанные нити, по которым двигалась Ци, постепенно наращивая его силу. Будь то руки, ноги, кожа, пять органов или шести кишок, внутри всех них был отчётливо виден путь её движения.

Между тем жизненная Ци по очереди циркулировала сквозь божественные сокровища. Сначала она посещала духовный эмбрион, соединённый с душой, усиливая исконный дух. Затем она попадала в Божественное Сокровище Пяти Элементов и, разделившись на пять элементов, омывала пятерых Богов Элементов, сидящих в святилищах внутри звёзд. Путь её движения в каждой из них был совершено другим.

В Божественном Сокровище Шести Направлений Ци земли текла с огромной скоростью, превращаясь в магнетическую силу земли.

Божественное Сокровище Семи Звёзд контролировало пять звёзд, солнце и луну, объединяя их силу, что поддерживало исконный дух.

Боле того, духовный эмбрион Цинь Му, соединённый с душой, был тесно объединён с физическим телом. Таким образом его Ци могла двигаться по телу единым потоком. Причём если жизненная Ци в исконном духе шла тем же путём, он мог совершенствовать его одновременно со своим физическим телом!

Путь циркуляции техники Цинь Му был невообразимо изящным трёхмерным строением. В каждом органе его физического тела крылась невероятно сложная логика, метод совершенствования любого из них можно было с лёгкостью использовать для развития какой-то части тела до области богов!

Даже более удивительным было то, что он сумел объединить эти невероятно сложные техники слияния исконного духа с физическим телом, будто отделяя пшеницу от плевел. Он смог соединить мудреные техники, которые, казалось, нельзя слить воедино!

Это было величайшим достижением Цинь Му!

— Твоя техника Трёх Эликсиров Тела Тирана просто бесподобна!

Старики восхищённо восклицали, чувствуя, будто густые тучи в небе рассеялись, и они наконец увидели солнечный свет. В прошлом они были вынуждены тщательно совершенствовать отдельные части тела, постепенно доводя их до области богов. В конце концов они натыкались на непреодолимое препятствие, понятия не имея, как совершенствовать все части тела одновременно.

— Главная сложность техники Му’эра состоит в запутанной схеме циркуляции. Совершенствуясь обычными методами, нам пришлось бы поочерёдно использовать десятки различных искусств, в то время как ты сумел упростить их всего лишь к одному.

Мясник восхищённо вздохнул:

— Главное то, что ему удалось слить исконный дух с физическим телом. Звёзды пяти элементов теперь соответствуют пяти органам и шести кишкам, солнце и луна — глазам, а земля шести элементов, созданная из духовного эмбриона — даньтяню. Таким образом, ему и вправду удалось объединить все техники.

Бабушка Сы кивнула:

— В таком случае, это и есть главное достоинство техники Трёх Эликсиров Тела Тирана. Без подобного подхода к объединению исконного духа и физического тела, он не смог бы объединить техники. Му’эр, ты придумал всё это, учась у богов Верховных Небес Императора?

Лицо Цинь Му помрачнело, и он покачал головой:

— Я понял этот метод после встречи с Первым Предком Императором Людей.

— Первый Предок Император Людей? — старики мгновенно приободрились, начиная страстно восхвалять этого человека. — Способности старшего просто поразительны. Его метод совершенствования решил проблему, которая терзала нас на протяжении многих лет!

Слушая их слова, Цинь Му чувствовал себя всё более и более подавленным.

Мясник и бабушка Сы были правы. Причиной такого успеха техники Трёх Эликсиров Тела Тирана было именно слияние исконного духа и физического тела, которые теперь были неразделимы, будто превратились в одно целое.

И это было именно тем, чему он научился у Первого Предка.

Поставив себе за цель одолеть Первого Предка, Цинь Му отправился на Верховные Небеса Императора и начал невероятно усердно работать над собой. Он тщательно учился, отмечая для себя сильные и странные стороны местных богов и дьяволов.

И всё же, он никак не ожидал что причиной, по которой ему удастся достичь огромного прорыва, так и останется Первый Предок.

Он больше всего желал одолеть мужчину, но даже находясь с ним в одной области эта задача становилась невообразимо сложной.

Тем не менее, у него был способ это сделать!

— Бабуль, дедушка мясник, это только половина пути циркуляции моей техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, — внезапно проговорил Цинь Му.

Старики были заняты изучением человеческого тела, созданного из Ци, учась на его сильных сторонах. Услышав слова юноши, мясник на мгновение замер, прежде чем прокричать:

— Это только половина техники Трёх Эликсиров Тела Тирана?

Цинь Му кивнул, и человеческое тело из Ци перед ним резко изменилось. В нём появились божественные сокровища дьявольского пути, и путь циркуляции Ци разделился надвое, демонстрируя технику дьявольского пути.

Сердце всех вокруг дрогнуло, они потеряли дар речи.

Божественные сокровища дьявольского пути не были чем-то, что могли совершенствовать люди!

На самом деле в теле Цинь Му было два вида божественных сокровищ, которые он смог объединить. Они владели аналогичной структурой, в то время как их пути циркуляции были крайне похожи!

Повернув голову, слепой взглянул на Цинь Му. Его глаза молниеносно осматривали тело парня, который и не собирался что-то скрывать. Открыв свои божественные сокровища дьявольского пути, он позволил их осмотреть.

Ранее он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана совершенно не для того, чтобы похвастаться, а из-за искреннего желания помочь старикам освоить его технику и достичь прорыва как можно быстрее, чтобы те не задерживались на неправильном пути.

Все столпились вокруг него, тщательно осматривая. Они долго пытались что-то понять, но даже мяснику не удалось достичь хоть малейшего успеха.

— Я не могу этому научиться, — потерпев неудачу, мясник покачал головой. — У меня не Тело Тирана. У вас, стариков, также ничего не выйдет. Старейшина деревни был прав, Му’эр — это единственное в мире Тело Тирана.

Даже когда Цинь Му продемонстрировал свои техники, старики не смогли ничего выучить. У них попросту не было божественных сокровищ дьявольского пути.

Слепой долго осматривал юношу, прежде чем перевести взгляд на след в форме ивового листа между его бровей:

— Му’эр, несмотря на то что твои техники невероятно изящны, техника твоих глаз неполноценна.

Цинь Му кивнул и рассказал, как во время освоения техники божественных глаз его прервали молодые дьявольские эксперты.

— Понятно, — улыбнувшись, слепой проговорил. — Тем не менее, на самом деле у тебя есть ещё один глаз, поэтому нет ничего плохого в том, что ты ещё не успел закончить технику. Я помогу тебе это сделать! Дай мне немного времени, и я обещаю, что сумею открыть глаз между твоих бровей!

Взволновавшись, старик тут же захотел приступить к работе, но у Цинь Му уже долгое время были подозрения касаемо глаза, внезапно появившемся между его бровей, поэтому он решил предостеречь:

— Проблема этого глаза, возможно, не в технике. Боюсь, что его открытие может оказаться довольно опасным.

Все подошли поближе, с любопытством рассматривая третий глаз Цинь Му. Тщательно всё осмотрев, целитель покачал головой:

— Это дьявольский глаз, созданный из божественного сокровища дьявольского пути, так что его открытие не сулит ничем ужасным. Можно смело это сделать. Если слепой не сумеет дополнить технику, то я могу помочь закончить дело грубой силой.

Старики оттолкнули целителя в сторону, продолжая тщательно осматривать глаз в надежде разгадать его секрет.

Спустя некоторое время они вернулись в сторожевую башню и разделились, чтобы в одиночестве осмыслить увиденное и доработать свои собственные техники. Наблюдение за схемой циркуляции техники Цинь Му принесло им намного больше пользы, чем прогулка по руинам города Безучастия. Это позволило им увидеть короткий путь к преодолению предела своего совершенствования!

Математические познания бабушки Сы были не особо глубоки, поэтому она училась медленнее всех. Ей оставалось лишь искать совета слепого и других, поэтому старики собрались, чтобы объединить свои сильные стороны и обговорить идеи друг с другом. Последним временем Ху Лин’эр носилась вслед за глухим в надежде научиться каллиграфии и живописи, между делом набираясь математических знаний у слепого, поэтому сейчас, смешавшись с толпой, ей тоже удалось извлечь пользу.

Вскоре к ним присоединился Канцлер Ба Шань, и их прогресс стал ещё быстрее.

Когда наступило утро, они наконец закончили, обретая для себя несоизмеримую пользу.

Позавтракав, Цинь Му обнаружил, что бабушка Сы, слепой и остальные провели всю ночь, обсуждая свои идеи. Теперь они отшлифовывали сильные стороны каждого, создавая из них основание техники, поэтому он решил их не беспокоить и позвал Ху Лин’эр кушать.

— Владыка, я хочу Пилюль Божественной Живучести Водного Элемента, — схватив зубами свой тазик, цилинь подошёл поближе. — Мне нужно полведра!

Будучи вне себя от радости, Цинь Му похвалил:

— Жирдяй и вправду повзрослел. Я с радостью дам тебе целое ведро!

Цилинь тоже был в восторге. Но Цинь Му, закончив готовить пилюли, повернулся к зелёному быку:

— Третий, какие пилюли ты ешь?

Зелёный бык тоже не спал всю ночь, совершенствуя технику Высшей Тайны Древнего Дракона. Несмотря на это он всё ещё был полон энергии и, подойдя, поклонился:

— Младший мастер, я не ем духовных пилюль. Совершенствование с их помощью приводит к отложению излишнего жира.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Духовные пилюли могут быстро повысить твоё совершенствование, а если тщательно тренироваться, то их излишнюю энергию можно обработать. Техника Высшей Тайны Древнего Дракона исчерпывает огромное количество сил, если не компенсировать их духовными пилюлями, ты повредишь своё физическое тело, оно иссохнет, и над твоей жизнью повиснет угроза. У тебя родословная зелёного дракона, который обладает атрибутами ветра и молнии… в таком случае я пропишу тебе Пилюли Ветра и Молнии Солнечного Бога! Погоди минутку!

Обрадовавшись, зелёный бык тут же проговорил:

— Ты растрогал маленькую коровку до слёз. А если мастер смог бы добавить пилюлям цветочного аромата, я был бы даже более счастлив!

Цинь Му кивнул и начал отбирать травы для создания Пилюль Ветра и Молнии Солнечного Бога. Затем он попросил зелёного быка принести травы и цветов, прежде чем приготовить пилюли, от которых по округе распространился странный запах.

Попробовав пилюлю, зелёный бык переполнился радостью и под непрерывные восхваления Цинь Му тут же приступил к совершенствованию.

Цилинь почувствовал, как кровь в его жилах стынет, и поспешно сожрал все пилюли Божественной Живучести Водного Элемента, прежде чем приступить к тренировке. Но в этот миг его внезапно осенило: «Что-то здесь не так! Владыка, кажется, просёк мою слабость. Сначала он передал зелёному быку технику Высшей Тайны Древнего Дракона, а теперь и вовсе начал готовить ему пилюли! Из-за этого мне приходится тяжело учиться! Неужели… мои Писания Взращивания Людей!»

Поспешно убедившись, что Писания Взращивания Людей всё ещё на месте, он успокоился: «Я слишком недоверчив…»

Цинь Му и Ху Лин’эр сели завтракать. Юноша достал небольшую книгу, расслаблено перелистывая страницы, в то время как лисичка тут же предупредила:

— Молодой мастер, сожги её, как только прочтёшь. Жирдяй не должен узнать, что я сделала копию!

Кивнув, юноша продолжил листать книгу, ухмыляясь:

— Ай да жирдяй, так нагло пытался меня провести. К счастью, я быстро это заметил, а не то превратился бы в его кормильного раба! Не переживай, Лин’эр, я тебя не сдам.

Внезапно раздался восторженный голос слепого:

— Му’эр, я доработал незавершенную технику твоих божественных глаз! Иди сюда и попробуй её исполнить! — Цинь Му отложил миску и палочки в сторону и в спешке отправился к слепому, который с помощью своей Ци изобразил новый путь циркуляции техники и улыбчиво продолжил. — Мы провели небольшое исследование и думаем, что этот способ поможет тебе пробудить третий божественный глаз. Осмотри его для начала, может чего-то не хватает.

Цинь Му тщательно осмотрел доработанную технику. Слепой и остальные тщательно восполнили то, чего не хватало его божественным глазам, а также добавили путь циркуляции для третьего глаза.

Проведя некоторые расчёты, он покачал головой:

— Дедушка слепой, я не могу найти здесь никаких недостатков.

Запомнив путь циркуляции жизненной Ци, он тут же исполнил новую технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Все нервно смотрели на межбровье юноши, ожидая, когда откроется глаз.

Цинь Му продолжал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, его жизненная Ци, стремящаяся к межбровью, издала драконий рёв.

Внезапно из отметины в форме ивового листа вытекла капля чёрной крови.

Затем веки отодвинулись в стороны и глаз открылся.

Глава 584. Судный День

В межбровье Цинь Му постепенно открывался глаз в форме листа ивы, сверкающий из отверстия ослепительным, в форме крыльев бабочки светом.

— Ух ты, как мило! — восхищённо воскликнула бабушка Сы, вот только даже несмотря на всё великолепие крыльев бабочки, внутри них, казалось, таилось нечто чрезвычайно страшное.

Мясник, слепой и остальные вышли вперёд, чтобы всё детально разглядеть, между тем Цинь Му так и выполнял свою технику, постепенно раскрывая свой вертикальный глаз всё шире и шире.

Из-за игры пляшущих теней и света, со стороны могло даже показаться, что его голова превращалась в огромную бабочку!

Но на самом деле эта бабочка росла перед его лбом.

Внезапно мясник и остальные почувствовали ужасающие импульсы, как будто в бездне просыпался какой-то ужасающий монстр, постепенно открывающий свой кроваво-красный глаз!

— Что это было? — мясник, слепой и немой были первыми, кто пришёл к осознанию, что что-то неладно, и выпустили волны божественной мощи!

Они почувствовали настолько явную угрозу своим жизням, что их тела инстинктивно на неё отреагировали …

Скорость мясника была самой высокой, поэтому он, громко крикнув, заставил божественный нож взмыть вверх и описать круг, прежде чем повиснуть в воздухе.

Немой был следующим, и из кузнечной печи, находящейся позади него, в небо вырвался луч пламени. Пылающий столб яростно закружился, сжигая воздух в ало-красном пламени.

Скорость слепого была немного медленнее. Божественное Копьё Лун То дрогнуло и превратилось в чёрного дракона, обвивающегося вокруг его тела, накапливая силу, чтобы нанести сокрушительный удар.

Затем свою ауру выпустила бабушка Сы. Бесчисленные звёзды появились позади неё, образуя Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, чтобы противостоять ужасающим импульсам!

Буум!..

Одноногий рванул прочь с поистине спасающей жизнь скоростью и, только пробежав сотню-другую километров, пришел к осознанию: «Это исходит от тела Му’эра, нет никакого ужасного монстра…»

Вшшух!..

Ба Шань выхватил нож и, испуганно оглядевшись, громко закричал:

— Где монстр?

Он также был великим мастером, и хоть его навыки ножа не дотягивали до подобных мяснику практиков, всё же он смог создать фракцию боевых заклятий, поэтому был очень чувствителен к надвигающейся опасности.

Глухой и целитель стояли с пустыми выражениями лиц. Особенно целитель, который выглядел так, словно вообще не понимал, что происходит.

Совершенствование глухого ещё не достигло области бога. Он постиг только половину области Божественного Моста и ещё даже не начал процесс исправления. Его проблема заключалась в том, что он был опьянён путём живописи и не обращал внимания на мирские дела, поэтому и реагировал медленнее.

Целитель же прорвался через Стену Жизни и Смерти два года назад, но до сих пор не ушёл дальше неё. Ранее он не слишком сильно ценил своё совершенствование, поэтому у него не было в нём почти никакого прогресса. Однако после того, как Цинь Му распространил Секреты Сорочьего Моста, Загадочного Путеводителя и Божественного Перехода, он всё же начал сосредотачиваться на совершенствовании. Жаль только, что толпы женщин, которые всегда вьются вокруг него, стопорят этот процесс.

Эта парочка была самой медленной, но вскоре и до них дошло, что здесь что-то не так. Импульсы, которые внезапно прошли мимо них, казалось, исходили от несравнимо ужасающего монстра, который постепенно пробуждался ото сна.

И их источником оказался третий глаз, который открывал Цинь Му!

Все уставились на его межбровье. Из отверстия до сих пор исходил свет, становясь всё ярче и великолепнее. Внутри него едва виднелась чёрная фигура.

Похоже, что там находился ребёнок, который наступал на свет и медленно выходил из глубин раскрывающегося глаза. Во время ходьбы он непрерывно рос и становился больше, пока вскоре не заполнил весь третий глаз Цинь Му!

— Му’эр, прекрати выполнение техники Трёх Эликсиров Тела Тирана! — громко закричал мясник, как будто встретил ужасного врага. — У тебя что-то странное в глазу! Остановись, быстро!

Но было уже слишком поздно — чёрная фигура заполнила вертикальный глаз юноши и собиралась выбраться наружу.

— Я чувствую, как меня наполняет сила… — бредил Цинь Му. — Сила, способная уничтожить всё живое!

Когда он сказал это, старики деревни Цань Лао почувствовали, что кровь стынет в их жилах. Им казалось, что они слышали два голоса одновременно и лишь один принадлежал Цинь Му!

Пам!

Свет исходящий из третьего глаза начал искажать пространство, заставляя всех вокруг чувствовать, словно даже небо вибрирует. Ужасающая сила просочилась наружу, дестабилизируя пространство и порождая появление трещин под раскаты грома!

Из-за действий дьяволов пространство на Верховных Небесах Императора было не слишком стабильным, следовательно, его можно было легко разорвать, с одним лишь но… подобное не было под силу рядовым практикам, здесь нужна хотя бы мощь богов.

Сила глаза Цинь Му непрерывно разрушала пространство, в то время как глубокие, зверские трещины без конца и края растягивались во все стороны!

Десятки практиков божественных искусств на караульном посту заметили продольные трещины, которые направлялись в их сторону, и поспешно разбежались.

Занятый тренировками цилинь резко поднял морду и моментально отскочил в сторону, когда увидел, что к нему приближается трещина. Та разорвала землю, на которой он стоял несколько мгновений назад, где появилась длинная канава, протянувшаяся более чем на десять километров. Она становилась всё глубже и бездоннее!

Цилинь вздрогнул, между тем Ху Лин’эр запрыгнула ему на макушку и закричала:

— Толстячок, беги! Молодой мастер возвращается к истинной форме!

Зверь со всех ног побежал, позади него раздавались сотрясающие мир взрывы. Ху Лин’эр обернулась и увидела зелёного быка, спасающегося бегством от грохочущей караульной башни высотой около трёхсот метров.

Башня исказилась трещинами в пространстве и раскололась на бесчисленные куски, каждый из которых попал в участки разрушенного пространства!

Вскоре воздух сотрясли новые взрывы, вызванные тем, что были задеты божественные искусства посреди руин города, оставленные богами и дьяволами. Произошла цепная реакция, взрывы звучали один за другим, в разрушенном пространстве расцвёл неописуемой красоты фейерверк.

У Ху Лин’эр не было времени любоваться такими красотами. Её взгляд был прикован к свету в форме крыльев бабочки, и она немного разочаровалась:

— У молодого мастера дух бабочки, а не лисы…

Цинь Му стоял на земле, которая безостановочно осыпалась вокруг него, заставляя его погружаться всё ниже и глубже. То же самое происходило под мясником, слепым и остальными, пока под их стопами не оказалась огненно-красная магма!

Руины города Безучастия ушли под землю. Огромные скалы и полуразрушенные стены превратились в пузырящуюся, бурлящую пламенем магму.

Все пытались максимально собраться с мыслями и действовать сообща. Мясник, немой, слепой, бабушка Сы и Ба Шань сопротивлялись разрушенному пространству, защищая целителя и глухого, в то время как одноногий просто носился туда-сюда сломя голову, пытаясь хоть как-то приблизиться ко всем остальным.

Все вокруг были поражены происходящим.

Слепой протянул руку, чтобы схватить Божественное Копьё Лун То. Двигаясь вместе с его телом, копьё в одно мгновение создало бесчисленное множество остаточных изображений, каждой из которых, несомненно, было направлено на блокировку опасной силы в окружающем их пространстве.

— Мясник, помоги мне добраться до него, чтобы я смог закрыть его глаз! — крикнул слепой.

Мясник схватил свой Небесный Нож покрепче и бросился к нему:

— Сы, немой, защищайте остальных!

Объединившись, они шаг за шагом приближались к цели. Однако, когда пространство непрерывно разделялось, пересечь расстояние между ними и Цинь Му было отнюдь нелёгкой задачей.

Они пытались подойти к нему как можно ближе, минуя странную силу, разбивающую пространство вокруг. Внезапно мясник опустил взгляд и увидел, что весь город Безучастия погружается в магму.

Под ними раскинулось лишь море из огня.

Внезапно несравненно странная дьявольская Ци вырвалась из огня. Она отличалась от той, что витала на дьявольской территории Верховных Небес Императора, ведь там была всего лишь разновидность духовной Ци, загрязнённой дьявольской природой, в то время как дьявольская Ци из моря огня веяла древностью.

Это была дьявольская Ци Юду!

Было очевидно, что монстр в теле Цинь Му пробудился и разорвал барьер между миром живых и миром мёртвых, соединяя реальность с Юду!

Двое старцев медленно приближались к юноше, им оставалось преодолеть около трёх метров. Но это расстояние казалось несопоставимо большим, ведь каждый миллиметр вперёд преодолевался ими с огромным трудом.

Нож мясника и копьё слепого были заблокированы в воздухе мощной энергией, с которой они не могли бороться!

Их физические тела хрустели от силы, давившей на них со всех сторон. Тело слепого стало ещё меньше, а мясник стал намного короче.

Со временем они почти стали круглыми, как мячи.

Мясник из последних сил проложил путь слепому, отхаркиваясь кровью. Слепой воспользовался предоставленной возможностью, чтобы своими дрожащими руками ударить Божественным Копьём Лун То по третьему глазу Цинь Му.

Он был экспертом построения, а его искусство запечатывания было чрезвычайно высоким. Однако его копьё не смогло коснуться межбровья внука.

— Му’эр, очнись! — слепой стиснул зубы и с трудом протолкнул Божественное Копьё Лун То вперёд. Кожа на его обоих руках начала лопаться, обливаясь из рваных ран струйками крови, которые незамедлительно испарялись.

— Мясник, я больше не могу терпеть… — когда слепой начал говорить, из его рта хлынула кровь.

Голова дракона Божественного Копья Лун То издала крик:

— Милорд, я тоже не выдержу…

Наконечник копья уже начал ломаться, руки слепого сильно дрожали, в то время как плоть на них разрывалась и из них непрерывно текла испаряющаяся кровь.

Цинь Му поднял руку и схватил нефритовую подвеску, сдернув её со своей шеи.

— Стой, не бросай её… — тяжело, кряхтя выдавил слепой.

Выражение лица Цинь Му было безразличным. Он отпустил подвеску, уронив её вниз прямо к морю из огня.

Все уже потеряли всякую надежду, как вдруг появился одноногий, который сломя голову носился по пространству в попытках схватить нефритовую подвеску, но было уже слишком поздно.

В этот момент магма вскружилась, и из неё вынырнули два острых рога с девятью изгибами, а сразу же следом бычья голова с глазами тигра величественного бога.

— Граф Земли! — одноногий поспешно отбежал в сторону.

— Граф Земли, ты снова нарушил мои планы! — со скрежетом сжимая зубы от злости, процедил Цинь Му.

Граф Земли схватил нефритовую подвеску и щелчком указательного пальца пульнул её вверх. Нефритовая подвеска коснулась межбровья Цинь Му и запечатала дьявольский глаз, тут же исчезая в нём.

Аномалии в окружающей среде внезапно прекратились, разорванное пространство вернулось в норму. Между тем магматическое тело Графа Земли хлюпнуло вниз, превращаясь обратно в кипящую магму.

Цинь Му полетел камнем вниз, и слепой поспешно бросил вслед за ним Божественное Копьё Лун То. Оно тут же приняло форму чёрного дракона, хватая падающее тело. Взмыв в небо, он приземлился за пределами руин города Безучастия.

Слепой сплюнул полный рот крови, в то время как мясник, бабушка Сы и остальные облегчённо вздохнули и, выйдя из руин, отправились к Цинь Му.

Юноша без сознания лежал на земле с закрытым третьим глазом. Одноногий в спешке подбежал и посмотрел на мальчугана с затяжным страхом на лице:

— Эта штука в его глазу, она всё ещё там? Почему бы нам не открыть его веко, чтобы проверить…

Все сердито уставились на одноногого, вынуждая того резко заткнуться.

Бабушка Сы что-то пробубнила себе под нос, прежде чем сказать:

— Несмотря на то, что эта странная вещь в глазу была запечатана Графом Земли, мы должны убедиться наверняка…

Она протянула дрожащую руку, чтобы открыть веко третьего глаза. Но прежде, чем ей удалось до него дотянуться, он открылся сам собой.

Удивлённая бабушка Сы упала назад, а Цинь Му сел на свою пятую точку и, посмотрев на неё с недоумением, спросил:

— Бабуля, почему вы все толпитесь вокруг меня?

Глава 585. Враг

Мясник, слепой и немой подошли поближе, осматривая юношу яркими, эмоциональными взглядами. Они, не моргая, смотрели в его третий глаз.

Внезапно к ним донёсся громкий хлопок, с которым одноногий убежал на сто километров вдаль. Обернувшись и увидев, что мясник и остальные всё ещё стоят возле Цинь Му, он, несмотря на весь свой эгоизм, наконец покраснел от стыда и мгновенно вернулся.

Все и так знали о его пугливости, поэтому не стали смеяться. Вместо этого старики сконцентрировались на изучении глаз внука.

Растерянно оглядевшись по сторонам, Цинь Му пробормотал:

— Бабушка, дедушки, на что вы уставились?

Бабушка Сы невероятно внимательно смотрела на его третий глаз, но так и не смогла обнаружить в нём ничего странного. Единственным, что она отметила, был узор в форме бабочки внутри зрачка. Линии вен также были необычными, их структура тоже напоминала бабочку. Более того, они непрерывно двигались и изменялись.

— Му’эр, ты и вправду не помнишь, что произошло? — спросила бабушка Сы.

Цинь Му досадно задумался, когда внезапно его глаза загорелись:

— Я вспомнил! — старики не могли сдерживать волнения, когда юноша заговорил. — Я исполни технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Когда циркуляция Ци достигла третьего глаза и начала двигаться в соответствии с техникой, которую дополнил дедушка слепой, я ощутил, как меня накрывает волна безграничной сил, будто я стал всемогущим. После этого… — оборвав рассказ, он сжал брови, с головой погружаясь в мысли. Вместо воспоминаний о том, что случилось позже, в его голове была пустота. Казалось, будто он потерял часть своей памяти.

Подобное случалось не впервые. Когда в Фэнду Король Яма заблокировал печать нефритовой подвески, исход был таким же. Затем всё повторилось, когда Фу Жило снял артефакт с его шеи.

На этот раз дело было не в подвеске, но он всё равно потерял все воспоминания о произошедшем.

— Нефритовая подвеска… Где моя подвеска?! — внезапно Цинь Му почувствовал мороз по коже и быстро вскочил на ноги. Обыскивая свои карманы, его ноги начали неметь, и он дрожащим голосом проговорил. — Наследственное сокровище моей семьи пропало… Тьфу, это не наследственное сокровище. Нефритовая подвеска, созданная Графом Земли для подавления моей дьявольской природы, исчезла! Бабуль, дедушка слепой, вы случайно её не видели?.. Дедушка одноногий, должно быть, это ты её украл! Хватит играться, сейчас сработает проклятие! Быстро верни её мне!

Одноногий покачал головой:

— Я не воровал твоей подвески, но проклятие и вправду сработало.

Цинь Му резко вздрогнул, ошарашенно замирая. Только теперь он заметил огромную яму, появившуюся перед и под ним.

Там, где когда-то стоял город Безучастия, появилась глубокая пропасть, дно которой покрывала кипящая лава.

Море огня поражало своими размерами.

— Должно быть, сила этого проклятия была ужасающей. Её последствия в сто раз хуже, чем когда я попал в лапы Фу Жило… — пробормотал юноша.

— Му’эр, здесь был Граф Земли, он засунул подвеску внутрь твоего глаза.

Помрачнев в лице, Цинь Му кивнул.

Бабушка Сы бросила взгляд на слепого, и тот тут же насторожился. Он собрался бежать, но застрял между немым и мясником, тесно сжавших его со сторон. Первый схватил его за левую руку, а второй за правую.

— Что вы делаете ребята? — слепого потащили прочь, не позволяя ему даже коснуться ногами земли, пока он кричал. — Мы все из одной деревни! Что вы собрались со мной делать? Оставьте мне хоть немного достоинства! Му’эр, Му’эр!

Хитро улыбаясь, мясник и немой потащили его в неизвестном направлении. Цинь Му развернулся, желая узнать, что происходит, но бабушка Сы лишь нежно улыбнулась в ответ:

— Му’эр, нам со стариками нужно кое-что обсудить. Тебе нельзя идти вместе с нами, отдохни пока что. Одноногий, глухой, пошли. Ба Шань, ты тоже.

Послушавшись, все поднялись и ушли.

— Не перегибайте палку, не стоит быть такими грубыми! Мы часто с вами встречаемся, и все вы приложили руку к созданию техники божественных глаз. Когда я обучал ей Цинь Му, вы кивали головами в знак одобрения… вы и вправду смеете меня бить… одноногий, даже ты с ними заодно? Ба Шань, я твой старший дядя, у нас с тобой очень хорошие отношения… Вы предвзято ко мне относитесь! Цинь Му был причиной проблемы, так почему вы его не трогаете? Му’эр, Му’эр, спаси!

Чувствуя некоторые подозрения, Цинь Му достал зеркало, чтобы осмотреть свой третий глаз. Тот выглядел настолько обычно, насколько это было возможно, в нём не было ничего особенного, поэтому он невольно задался вопросом: «Какой с него прок?»

Спустя некоторое время вернулись старики, их выражения сияли радостью. Между тем лицо слепого распухло от синяков, а его одежда потрепалась.

Повернув к ним голову, Цинь Му проговорил восторженным, радостным голосом:

— Бабушка Сы, я только что исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и, наконец, раскрыл секрет третьего глаза!

Волосы на телах всех стариков встали дыбом. Они собрались броситься в бегство, но когда юноша снова исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и ничего ужасного не произошло, они облегчённо вздохнули, чувствуя себя немного пристыженными.

Цинь Му был переполнен радостью, демонстрируя им то, что только что обнаружил:

— Используя этот глаз я могу увидеть безграничный Юду, находящийся под Божественным Сокровищем Жизни и Смерти каждого человека. Думаю, что с его помощью мне удастся разорвать Юду области Жизни и Смерти, убивая противника!

Ошарашенно кашлянув, мясник проговорил:

— Му’эр, убивать людей взглядом не слишком хорошая идея, верно? Она вредит естественному течению вещей и твоей добродетели. Всё-таки лучше использовать в таких случаях нож. Не стоит пускать этот глаз в ход.

Бабушка Сы, слепой и остальные безостановочно кивали головами. Затем одноногий проговорил:

— Если у тебя возникнет возможность вонзить кому-то нож в спину, это намного лучше, нежели убивать их взглядом своего третьего глаза.

Цинь Му был озадачен:

— Разве здесь есть какая-нибудь разница?

— Конечно здесь есть разница. Если ты используешь свой глаз, я боюсь… — громко проговорил Ба Шань.

С праздничным выражением лица мясник приложил свой нож к шее своего говорливого ученика, и тот немедленно заткнулся, в то время как Цинь Му бросил на них подозрительный взгляд.

****

— Фу Жило, ты это чувствуешь? — Лу Ли ощутила ужасающую энергию, исходящую от третьего глаза Цинь Му и искажения пространства, которые та вызывала. Затем она тихо продолжила. — Это сила сына Юду! Я помогу тебе в восхождении на трон Высших Небес Императора, но ты должен помочь мне его поймать! Овладев им, я обрету несоизмеримую силу!

Фу Жило посмотрел в сторону города Безучастия с мрачным выражением лица. Он тоже чувствовал ужасающие пульсации, исходящие из вышедшего из-под контроля Цинь Му:

— Хо Чало мёртв. Неужели это как-то связано с парнем? Тянь Фэнгоу, не разочаруй меня…

Находящаяся вдали от них армия монстров, возглавляемая дьявольскими богами Юду, двигалась в сторону города Ли. Как только Цинь Му потерял контроль над собой, тела дьявольских предков замерли, и они в страхе повернулись в сторону ужасающей ауры.

Армия монстров Юду начала мятеж. Солдаты были испуганы до полусмерти, не осмеливаясь продолжить движение вперёд. Вместо этого они развернулись и бросились назад, растаптывая друг друга.

В мгновение ока монстры разбежались во все стороны. Некоторым из них не нравилась низкая скорость их товарищей, и в следующий миг в ход пошло оружие, а армию дьяволов поглотил хаос.

Более того, даже предки дьяволов развернулись, начиная разбегаться. Они мечтали лишь о том, чтобы вернуться обратно в беспросветные глубины Юду.

Монстры испытывали к Цинь Му глубокий страх. Несмотря на свой посредственный интеллект, они были не в силах забыть гигантского ребёнка, раздирающего их товарищей на куски!

Внезапно раздался громкий крик Лу Ли, а уже в следующий миг с её уст сорвалось странное выражение на языке Юду. Предки дьяволов тут же успокоились и прекратили бежать. Убив всех дезертиров, они начали сдерживать армию монстров.

Спустя некоторое время появился Граф Земли, запечатавший Цинь Му. Как только его ужасающая аура рассеялась, монстры успокоились и армия, перегруппировавшись, продолжила движение на восток.

****

В мире дьяволов, Святой Дровосек и двадцать пять богов из Великих Руин подняли головы к небу. Даже стоя посреди Небес Лофу они чувствовали аномальные пульсации, доносящие с Верховных Небес Императора.

— Это освободилась дьявольская природа, подавляемая нефритовой подвеской, — Святой Дровосек издал дрожащий вздох и тихо проговорил. — Повезло, что я не пытался блокировать печать на его шее. Услышав о том, что он родился в Юду, я сразу понял, что здесь что-то не так…

— О ком говорит Небесный Наставник? — спросил один из богов.

Святой Дровосек почувствовал лёгкую головную боль:

— Мой маленький ученик… давай не будем об этом и продолжим.

Двадцать пять богов снова принялись за работу, начиная строить на Небесах Лофу гигантские жертвенные алтари в форме пирамид.

****

В городах Ли и Блещущих Ранений Имперский Наставник, истинный бог Пан Юй и остальные тоже ощутили мощные пульсации. Они тут же подлетели в небо, ошарашенно смотря в сторону их источника.

— Кажется, источник находится в городе Безучастия! Возле сторожевого поста! — прокричал бог Сан Е. — Чёрт! Владыка Культа Цинь и странные друзья Дао всё ещё там!

В то же время на Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии вспыхнул свет, из которого вышли юноша и трёхногий бог с крыльями. Они немедленно ощутили на себе жестокую, неконтролируемую ауру и на их лицах возникли ошарашенные выражения.

— Почему этот Цинь вышел из-под контроля именно сейчас? Если он начнёт убивать здесь, затащить его в Вечный Мир будет почти невозможно… — взгляд молодого мастера Ци дрогнул, но вскоре яростная аура Цинь Му утихла, и он облегчённо вздохнул, улыбаясь. — Вот так, хороший мальчик.

Внезапно Владыка Солнца прокричал:

— Молодой господин, я чувствую свою руку!

Он поднял правую руку, обрубленную ниже запястья.

— Небесный Нож, отрубивший мою правую руку, находится на Верховных Небесах Императора! Он на самом деле до сих пор жив! — выражение лица Владыки Солнца слегка изменилось, и он хищно оскалился. — Я разрубил его напополам, а он сумел выжить!

****

Возле пропасти, возникшей в городе Безучастия, сердце мясника замерло, и он начал рыться в своём мешочке таотэ. Артефакт был немного меньше и проще, чем тот, что был у Цинь Му, но в нём всё равно можно было хранить довольно много вещей.

Отрубленная рука внутри мешочка начала безостановочно подпрыгивать вверх-вниз, будто желая вернуться к своему владельцу.

Небесный Нож на спине мясника завибрировал, издавая визг.

— Я ухожу, — громко проговорил старик, поправляя одежду. — Сюда прибыл мой старый друг. Пришло время раз и навсегда решить наше с ним недоразумение. Ба Шань, не иди за мной, оставайся здесь.

Тигриные глаза Канцлера Ба Шаня загорелись, и он ухмыльнулся:

— Учитель, ты всё ещё хочешь меня оставить? Это ведь тот бог, что разрубил тебя вдоль талии, верно? В тот раз ты упал на землю, опозоренный, и уполз в Великие Руины, оставив нижнюю часть своего тела позади. Мне пришлось долго тебя искать, непрерывно выкрикивая твоё имя! Если ты собрался встретиться с ним наедине, то возьми меня по крайней мере для того, чтобы я мог вернуть твой труп. Даже если ты снова проиграешь, я хочу увидеть, как ты делаешь последний вздох, прежде чем сдаться.

Рука мясника дрожала, едва сдерживая порыв разрубить говорливого ученика напополам.

— Дедушка мясник, твоё тело сейчас в полном порядке, а у твоего старого друга нет руки, верно? В таком случае, сейчас не ты, а он находится в невыгодном положении. Более того, даже если ты не пойдёшь его искать, он сам тебя найдёт. Зачем тогда тратить силы на поиски, если можно просто сидеть здесь и ждать его появления? — быстро предложил Цинь Му.

Глава 586. Рисуя Кистью Горы и Реки

Стражники, охраняющие Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, увидели молодого мастера Ци и Владыку Солнца. Несмотря на то, что они, ощутив силу последнего, были удивлены, они не задавали ему лишних вопросов, поскольку в Вечном Мире обитало довольно много богов, которые часто приходили на Верховные Небеса Императора, чтобы приобретать новые знания.

Боги Верховных Небес Императора обладали гораздо более могучими способностями, нежели боги Вечного Мира, но при всём при этом они отставали в аспекте божественных искусств и должного уровня математики. Поэтому некоторые из богов Верховных Небес Императора, пользуясь мирным положением, уходили в Вечный Мир, чтобы изучать математику и осваивать новые божественные искусства.

— Старший, — стражник с кисточкой в руках поклонился и попросил, — пожалуйста, запиши своё имя.

Владыка Солнца взял кисть и записал своё имя в регистрационный журнал. Затем он перевёл взгляд на молодого мастера Ци.

— Моё тоже, — равнодушно обронил юноша.

Владыка Солнца кивнул и записал его имя в журнал, прежде чем вернуть кисть в руки стражника и уйти.

«Хм, неужели бог подчиняется этому юнцу? На первый взгляд и не скажешь, что у него есть какие-то сильные способности, но как тогда он заставил бога ему подчиняться?» — удивлённый стражник опустил голову и посмотрел в журнал.

Юноша был записан под именем «молодой мастер Ци Цзюи».

У всех на уме был только один вопрос: «Кто такой этот Ци Цзюи?»

****

Рядом с морем из огня, находящимся в пропасти города Безучастия, цилинь и зелёный бык пялились друг на друга, бесцельно тратя своё время, вместо того чтобы тренироваться. Два огромных зверя были давними врагами. Бык боялся бусины цилиня, а цилинь знал, что боевой опыт и выносливость быка намного превышали его собственные, поэтому начал усерднее совершенствоваться.

Зелёный бык всегда знал, что проклятый толстяк интриган, давно вынашивающий планы избавиться от него. А когда он увидел, как тот начал усердно совершенствоваться и увеличивать в размерах свою драконью бусину, то почувствовал растущую опасность, поэтому также начал отдавать всего себя тренировкам.

Пока Цинь Му радостно наблюдал за соперничеством двух зверей, его тело вдруг громыхнуло от прорыва сквозь Стену Божественного Сокровища Шести Направлений дьявольского пути, немного улучшая его жизненную Ци.

Он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, которая делилась на божественную и дьявольскую части. Жизненная энергия бога и дьявола текла по соответствующим друг другу циркуляционным путям, однако, поскольку Божественное Сокровище Семи Звёзд дьявольского пути ещё не было открыто, они не полностью соответствовали его технике.

Если бы они идеально совпадали, ему было бы намного легче исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Теперь его жизненная энергия дьявола должна была остановиться в Божественном Сокровище Шести Направлений и ждать пока жизненная энергия бога пройдёт через Божественное Сокровище Семи Звёзд, прежде чем продолжить путь циркуляции.

Из-за этого ему приходилось выжидать какое-то время, но главная проблема заключалась в том, что он мог запросто отвлечься, и к тому же не мог сосредоточить энергию на открытие области Небожителя.

«После открытия Божественного Сокровища Семи Звёзд дьявольского пути, мне ещё нужно объединить Семь Звёзд с Шестью Направлениями. Только так моё совершенствование стабилизируется и у меня появится шанс открыть область Небожителя», — думая в таком ключе, его жизненная Ци непрерывно циркулировала по телу и третьем глазу, запечатанному немым. Бабушка Сы сказала, что это для его же блага, но несмотря на то, что глаз был запечатан, он не ощущал никаких проблем в нём, его жизненная Ци всё ещё могла войти в него и циркулировать согласно пути, повышая его силу.

Чтобы запечатать его третий глаз, немой использовал золотой ивовый лист, на ковку которого он потратил не мало времени. Слепой, бабушка Сы, мясник, глухой и все остальные тоже не сидели сложа руки и помогали всем чем можно. Слепой лично разработал запечатывающее построение, и каждый должен был оставить отпечаток своей магической силы на крошечном золотом листе… так сказать, нанося последний завершающий штрих.

Бабушка Сы прикрепила золотой лист на межбровье Цинь Му, а остальные старики проинструктировали и предупредили, чтобы он никогда не снимал его, кроме тех случаев, где ему угрожает смертельная опасность.

Множество изысканных прожилок появились на золотом ивовом листе, выглядя со стороны очень красиво. Глядя на него, Ху Лин’эр испытала жуткую зависть, затопала ножками и заворчала, что тоже хочет себе такой.

Слепой, глухой и остальные всегда баловали её, поэтому им пришлось уговорить немого выковать ещё один такой золотой ивовый лист, но на этот раз без печати. Вместо неё слепой и глухой запечатлели на нём невероятно сложное построение божественного глаза и мира внутри картины.

Глухой прикрепил его на лоб лисички, и та, необъяснимо взбудоражившись, растянулась в счастливой улыбке. Время от времени она активировала его, и лучи света вылетали из её межбровья, разрезая горные породы и создавая огромные ямы в земле.

Ху Лин’эр научилась заклятиям у Бессмертной Лисы, одной из Пяти Бессмертных, так что её совершенствование не было таким уж плохим. Бессмертная Лиса была другом Дао ныне «почившего» старейшины деревни и отвечала за демоническую расу Империи Вечного Мира. Цинь Му несколько раз приглашал её, чтобы она проводила уроки для учеников Небесного Святого Культа, так что они поддерживали хорошие отношения.

Бабушка Сы, мясник и остальные подобрали себе подходящие техники, чтобы беспрепятственно совершенствоваться. Обсуждая путь циркуляции жизненный Ци внутри человеческого тела, они создали образец, вобравший в себе самые сильные стороны каждого из них.

Тем не менее, они все специализировались на совершенствовании разных областей, поэтому каждый из них внёс некоторые корректировки в основах, чтобы максимально «подогнать» технику под себя.

Цинь Му попросил у бабушки Сы схему циркуляции жизненной Ци внутри человеческого тела, которую они усовершенствовали, полагаясь на таковую у него, и тщательно её спрятал.

— Му’эр, у тебя есть техника получше, зачем тебе наша? — была озадачена Сы.

— Бабуль, вы сделали великое дело. Усовершенствованная вами схема циркуляции жизненной Ци, по сути, является техникой, которая может тренировать все аспекты физического тела и исконного духа, — праведно похвали Цинь Му. — Другим людям будет трудновато изучать мою технику, потому что её может полностью освоить только Тело Тирана. Я считаю, что техника, которая вобрала в себя все ваши сильные стороны, очень проста в совершенствовании, поэтому мы поделимся ею с другими. Я хочу, чтобы она передавалась из поколения в поколение, и возможно, что, спустя некоторое время, все боги Вечного Мира будут вашими учениками и преемниками!

Бабушка Сы была ошеломлена и со смущённой улыбкой сказала:

— Мы даже о таком не думали.

Цинь Му ощущал необъяснимое волнение в своём сердце. Когда он впервые построил путь циркуляции жизненной Ци внутри человеческого тела, то совсем не думал об этом. Его целью было лишь рассмотрение разных, наиболее подходящих для него техник, но именно благодаря этому ему и удалось вступить своей техникой в область пути.

Позже он передал её своим старикам, которые в итоге тоже не придали этому большого значения, жалея только собрать воедино все свои сильные стороны, чтобы восполнить то, чего им не хватало, и открыть способности истинных богов.

Тем не менее, такое непреднамеренное действие сотворило технику, которая могла тренировать все аспекты физического тела и исконного духа.

Это была первая техника Вечного Мира на уровне истинного бога, которую можно было передавать и распространять повсюду!

Это достижение привнесёт огромный вклад в развитие будущих поколений!

Бабушка Сы и остальные, возможно, не осознавали этого, но Цинь Му уже всё видел, как наяву… как только эта техника будет распространена, большинство богов из Империи Вечного Мира в будущем станут учениками бабушки Сы, мясника и остальных. Можно даже сказать, что у стариков будут ученики по всему миру!

Цинь Му огляделся и увидел, что город Безучастия действительно сильно пострадал от катастрофы, превратившей его в огромную огненную пропасть: «Что мы скажем богу Сан Е в своё оправдание? Он попросил нас позаботиться о сторожевом посте, пока его не будет. Города Безучастия уже нет, как и сторожевого поста. Может восстановить его?..»

Слепой внезапно слегка дрогнул и, закрыв глаза, «глядя» на запад серьёзно сказал:

— Дьяволы ведут сюда свою армию. Авангард уже недалеко от этого места!

Цинь Му поспешно посмотрел на запад и увидел, как вокруг гор распространяется дьявольская Ци. Его взгляд мог охватить несколько сотен километров, но ему не удавалось увидеть хоть каких-то следов дьявольской армии.

Бабушка Сы и остальные взглянули в том направлении, увидев там лишь дьявольскую Ци и ничего более. Ни следа армии, о которой говорил слепой.

— Авангард дьявольской расы в пяти тысячах километрах отсюда, — слепой открыл глаза и добавил. — Твои божественные глаза не достигли достаточного уровня и твои божественные глаза разума ещё не открылись, из-за чего ты не можешь видеть так далеко.

Цинь Му знал, что божественные глаза разума слепого были очень мощные, но никогда бы не подумал, что он может видеть на расстоянии пяти тысяч километров.

— Авангард состоит из бесчисленных элитных дьявольских монстров. Они невероятно быстры, а их способности ужасно мощны, — снова закрыв глаза, протараторил слепой. — Армию контролируют дьявольские боги, даже трудно сосчитать сколько их! Они страшны как тьма в Великих Руинах и кажется заметили, что я наблюдаю за ними. Они идут сюда, чтобы понять из-за чего произошёл весь этот сыр-бор. Быстро, сообщите Имперскому Наставнику пока не поздно!

— Я использую Секреты Собрания Трёх Исконных Духов, чтобы сообщить Святейшей Юньсян и остальным в городе Ли! — немедленно ответил Цинь Му, а уже в следующий миг исконный дух вышел из его тела, чтобы связаться с Сы Юньсян, Лин Юйсю и остальными.

За пять тысяч километров от них толпа несравнимо высоких дьявольских предков вытянули свои тела, разразившись из глаз лучами бушующего пламени, когда они почувствовали, как на них кто-то смотрит. Они пытались обнаружить откуда именно за ними подглядывают.

Слепой использовал божественные глаза разума, чтобы «наблюдать» за каждым шагом врага. Дьявольским предкам не удалось найти шпиона, и они, гневно взревев, отправили монстров Юду через горы на восток.

Слепой продолжал шпионить, говоря с серьёзной физиономией:

— Дьявольских богов очень много, и каждый из них крайне силён. Мы должны свалить отсюда, как можно скорее! Они невероятно быстры!

Целитель покачал головой:

— Но в окрестностях тренируются практики божественных искусств Верховных Небес Императора и Вечного Мира. Мы безусловно можем уйти, а что на счёт них? Местные практики сами смогут позаботиться о себе, но большинство практиков из Вечного Мира — это всего лишь ученики колледжей и академий. Если все они здесь погибнут, мы потеряем половину элиты молодого поколения!

Канцлер Ба Шань нахмурился:

— Если мы позволим дьяволам прорваться, Имперский Наставник не успеет организовать армию и будет застигнут врасплох. Нам нужно помочь ему и потянуть время!

Цинь Му отозвал свой исконный дух и уверенно сказал:

— Мы можем использовать пропасть города Безучастия против них!

Мясник засмеялся:

— Хорошая идея! Остановим это дьявольское отродье!

— Учитель, как мы это сделаем? — полюбопытствовал Ба Шань.

Все вдруг повернули головы, чтобы посмотреть на глухого.

— Имперский Наставник однажды сказал, что есть человек, который может в одиночку противостоять миллионной армии. Он нарёк его Святым Искусств и построил в его честь Павильон Святого Искусств! — торжественно произнёс мясник и перевёл взгляд на глухого. — Этот человек не знает себе равных как в каллиграфии, так и в живописи, и однажды в Вечном Мире он уничтожил стотысячную армию. Итак, Наследственный Принц Небесной Живописи, твои способности улучшились с тех пор?

Глухой достал кисть и легонько встряхнул её, заставив стать большой, как бревно. Затем он спокойно сказал:

— Смогу ли я сделать это, рисуя кистью горы и реки чтобы создать мир богов и дьяволов?

Глава 587. Старый Учёный, чья Поэзия Льётся Рекой

— Сможешь! — в унисон прокричала бабушка Сы и остальные.

Глухой указал рукой в сторону бездны города Безучастия, его магическая сила вырвалась наружу, поднимая в воздух колонну из магмы. Используя раскалённый камень в качестве чернил, а землю вокруг как бумагу, он начал вертеть кистью, рисуя.

Старик использовал хвост огненного волка, почти совершенствовавшегося до области бога, в качестве волоса для кисти, а кость бога, найденная им в развалинах посреди Великих Руин, служила ему рукоятью. В детстве Цинь Му часто ею игрался, за что не раз получал от него по рукам.

Хвост огненного волка не разрушался даже при контакте с огнём, а кость бога позволяла глухому освобождать любое количестве силы, не боясь её сломать. Подобным инструментом можно было рисовать сколько влезет!

Глухой всегда был вежливым и культурным, а иногда даже немного заносчивым. В зажиточные времена он напоминал принца, скитающимся по миру в поисках удовольствия, а когда его карманы были пусты, он не осмеливался просить в долг, вместо этого пытаясь заработать на продаже своих картин, тихо сидя в уголке какой-то улицы.

Но в этот миг кончик кости, за которую он держался, будто одичал, а следом за ним обезумел и он сам. Теперь его переполнял дух учёного, переполненного энергией, что было совершенно не свойственным ему качеством.

— Глухой, давай я тебе помогу! — увидев, как кончик кости начал рисовать в огне сверкающую картину, мясник не мог сдерживать пробуждающийся внутри него героизм. Взмахнув ножом, он выровнял землю, позволяя глухому рисовать до отвала!

Сформировав из своей жизненной Ци колонну, мясник непрерывно размешивал магму, не позволяя ей затвердеть. Между тем он повторял:

— Кисть для живописи двигается как дракон или змея, а поэзия течёт рекой, обретая старческий характер и навык! После доклада в главном императорском зале лично избрал и возглавил отряд героев, ведь кто не возжелает отрубить голову дракона, прокладывая себе прямой путь к богатству и великим достижениям?

— Создаёт что-то великое, наперерез ожиданиям обретая громкую репутацию! Старые воспоминания — место преклонения, страна Небесной Живописи в первый раз, город Безучастия во второй. Седовласый старик в зелёной одежде снова создаёт врата для гостей. Тщательно дарит им книгу поэзии, полагаясь на силу бессмертного ветра, дующего в сторону океана!

— Старый учёный, вернувшийся на землю с новыми произведениями!

Его страсть к поэзии вылилась в поэме, наполненной глубоким, странным чувством, описывающим жизнь глухого. Из Наследного Принца Небесной Живописи, имеющего доступ ко всем книгам мира, он превратился в человека, чья страна разрушилась, а люди умерли. Он оказался в тяжёлом положении и был вынужден продавать свои картины, чтобы выжить. Поэма не просто вызывала в людях злость, но и жалость к стареющему человеку.

— Аба! — немой поднял свой большой палец вверх, и в его даньтяне раздался оглушительный взрыв, напоминающий горение солнца. Котёл за спиной старика извергся, будто вулкан, его магическая огненная энергий начала вливаться в магму.

Посреди языков пылающего огня мясник продолжал помешивать магму колонной из Ци. Яркий свет, исходящий от пламени, бил ему в грудь и лицо, поджаривая кожу до красна.

Совершенно себя не сдерживая, глухой громко рассмеялся, будто был пьян. Он начал спотыкаться, а движения его кисти становились всё менее и менее ровными. Они напоминали полёт феникса или дракона, стрекозу, осторожно касающуюся воды, ласточку, учащуюся летать, или старого быка, бороздящего землю.

За спиной старика появился его исконный дух, и тот, достав свою кисть, тоже начал рисовать. С невероятной кропотливостью он изливал свои сочинения и рисовал горы и реки, постепенно разворачивая впереди необъятный пейзаж.

Стоящие сбоку Цинь Му, Канцлер Ба Шань, бабушка Сы и остальные ошарашенно застыли.

Они никогда бы не поверили, что у сдержанного и тихого глухого была такая дикая и необузданная сторона.

Используя магму в качестве чернил, а землю, как бумагу, он быстро покрыл десяток полей огненными рисунками. Картина, сверкающая языками пламени, была поистине удивительным зрелищем.

Кто бы мог подумать, что старый учёный может обладать таким диким героизмом?

Безостановочно рисуя, глухой создавал белое небо и зелёную землю. На ней он изображал величественные горы и богов во всевозможных позах, среди них не было двух одинаковых. Из-под его кисти возникали суровые и жестокие на вид солдаты, их мышцы напоминали железо, а острые ножи и мечи сверкали ярким светом.

Он нарисовал поле боя и бесчисленных воинов, застывших в прыжке. Цинь Му и остальные были уверенны, что боги и яростная армия на картине только и думали о том, чтобы выпрыгнуть на свободу.

Взрывная сила мышц, с которой они размахивали своими ножами, гром и молнии, готовые разразиться из слоя туч, проливной дождь, собирающийся политься на головы всех внизу, штормовые ветра, ожидающие своего времени, торнадо, способны посеять хаос, трещащие по швам горы и кипящее море выглядели невероятно реалистичными!

Глухой рисовал обширный мир, воплощая его в реальность!

Стих мясника накрыл его волной вдохновения, и теперь оно выливалось в его картинах. Пробудившийся героизм и сила творения в груди погрузили его в состояние безумства. Он творил, не сдерживая себя ни в чём, полностью отдаваясь собственной фантазии.

Спустя некоторое время раздался нервный голос слепого:

— Армия дьяволов почти здесь! Им осталось сто пятьдесят километров!

Не обращая на него внимания. Глухой продолжал рисовать.

Нахмурившись, слепой повторил:

— Сто двадцать километров!

Цинь Му поднял голову, смотря на непроглядно-чёрную дьявольскую Ци, катящуюся над землёй, будто туман. Открыв в глазах символы построений, он ощутил, как его сердце резко дрогнуло. Впереди между гор продвигались бесчисленные гигантские дьявольские монстры. На бегу они размахивали всевозможными видами странного духовного оружия и издавали оглушительный крик.

Одежда, в которую они были одеты, была изодрана, едва покрывая тело. Монстры не выглядели, как дьяволы из Небес Лофу, а скорее как люди, сбегающие от беды.

Их тела были невероятно большими, и они бежали так, будто летали. Солдаты владели всевозможными формами, будто их склеили из различных частей других существ. Все их мышцы и органы были деформированы, придавая даже более устрашающего чем у дьяволов виду.

Головы некоторых монстров принадлежали всевозможным жизненным формам, а их руки были созданы из огромного количества конечностей, соединённых вместе. Другие же состояли из бесчисленных скелетов, склеенных воедино. Также были существа, на лицах которых сверкали глаза странных форм и размеров, и многоножки, чьи лапы невозможно было сосчитать.

Они орудовали чрезвычайно примитивным оружием — громадными костяными палками, покрытыми плотью, и с жаждой крови в глазах уничтожали всё на своём пути.

— Это не дьяволы, а монстры из Юду!

Цинь Му подавил дрожь в своём сердце. В их сторону неслись монстры, рождённые из странствующих душ, поглотивших дьявольскую Ци и природу Юду!

Граф Земли не имел полного контроля над Юду. Блуждая по этому миру, Цинь Му быстро обнаружил, что тот не придавал власти особого значения.

Больше всего Граф Земли заботился о правилах — правилах Юду.

До тех пор, пока их никто не нарушал, он не вмешивался в дела существ на своих землях.

Рождение монстров Юду было именно результатом его невнимательности.

Внезапно из-за спины дьявольской армии в воздух взмыли несравнимо толстые лучи дьявольского света, неся с собой чёрный огонь. Колонны пламени упали перед армией врага, расплавляя горы, испаряя реки и поджигая деревья!

Цинь Му отвёл взгляд от армии монстров, фокусируясь на источнике дьявольского света. Рассматривая тыл дьявольской армии, он увидел высоких и крепких дьявольских богов, своим видом напоминающих пылающие вулканы. Они очень медленно перебирали ногами, но длина их шага была такой огромной, что для её преодоления дьявольскому монстру требовалось бежать довольно длительное время.

— Это дьявольские боги, рождённые из злых помыслов и дьявольской природы Юду, древние предки дьявольской расы!

Разум Цинь Му вскипел, как вдруг он заметил большой отряд практиков божественных искусств, сбегающих от вражеской армии. Было очевидно, что они были заняты тренировкой и не знали о приближении армии монстров из Юду, а когда наконец её обнаружили, было уже слишком поздно.

Вуууу!

Колонна чёрного пламени пронеслась мимо них, мгновенно испаряя более десятка практиков божественных искусств, не оставляя от них даже следа. Остальные поспешно уклонились, едва избегая взгляда дьявольского бога, но уже в следующий же миг их проглотила армия монстров.

Практики божественных искусств не смогли составить им какого-то противодействия и бесследно исчезли.

— Шестьдесят километров, — нервно проговорил слепой. — Глухой, ты закончил? Пятьдесят километров! Приготовьтесь к битве!

Как только он договорил, глухой внезапно опустил свою кисть и стукнул по картине, оживляя её. По гигантскому рисунку, покрывающему сотню полей, пронеслась волна огня.

Используя кисть в качестве копья, старик тяжело ею взмахнул, и картина вдруг поднялась вертикально, испуская неописуемую ауру.

Рисунок слился с небом и землёй, становясь невидимым для глаз.

Бум! Бум!..

Воздух задрожал от грома, все вокруг вздрогнули от разряда молнии. Подняв головы вверх, они увидели, как чёрные тучи обволакивают небо, а внутри них бушует пламя, сила которого выходила за пределы воображения.

Площадь, которую покрывали чёрные тучи, становилась всё больше и больше. Внезапно, поднялся сильный ветер, и на землю спустился толстый смерч. Вслед за ним появился второй, третий, четвёртый…

В мгновение ока бесчисленные смерчи, подобно дракону Повелителя Небес, ударили своими хвостами о землю, раздирая её на части. Неистово несясь вперёд, они поджигали всё на своём пути!

Вьюх!

Начался проливной дождь, но вместо воды он поливал землю магмой. Куски лавы валились с неба, врезаясь в ряды монстров Юду и повергая армию в хаос.

Следом за ним пришли торнадо, усеивая всё вокруг изуродованными трупами. Те катались по земле и подлетали в воздух, прежде чем разрывались на крохотные кусочки жестоким ветрами или сгорали под ударами молний.

Внезапно с облаков спустились боги и тысячи солдат, атакуя армию на земле. Бойня сопровождалась оглушительным звоном.

Боги и солдаты составляли миллионную армию, и как только они сталкивались с монстрами Юду, в воздух подлетели бесчисленные конечности, создавая внушающую трепет картину настоящей бойни.

Цинь Му, слепой и остальные смотрели на происходящие с ошарашенными взглядами. Им даже не приходилось вступать в бой и рисковать своими жизнями. Авангард дьявольской расы был остановлен с невероятной лёгкостью…

Усилиями всего лишь одного человека!

Глухой продолжал расслаблено рисовать. Из-под его кисти непрерывно выпрыгивали дьяволы и боги, тут же бросаясь на поле битвы. Ни один из них не боялся смерти. Дождь, ветер, молнии и гром постоянно вспыхивали своей силой, но ни разу не попадали в армию богов. Они били исключительно по рядам монстров.

Армия богов была частью картины, поэтому все разбушевавшиеся стихии не обращали на них никакого внимания.

«Неужели монстры Юду попали в мир, нарисованный дедушкой глухим?» — с такой мыслью Цинь Му внутренне вздрогнул, и у него возникла догадка. У картины глухого определённо должна быть граница, но где она лежала?

Он оглянулся, но так и не смог её обнаружить.

Путь живописи глухого заставил Цинь Му вновь посмотреть на него снизу — своего невежества, вверх — как на неподъёмную, почитаемую гору. Он был настолько глубоким и непостижимым, что Цинь Му снова пришлось приступить к его изучению!

«Имперский Наставник Вечного Мира говорил, что дедушка глухой может в одиночку справиться с армией из миллиона бравых воинов, и теперь я вижу, что его слова не были пустым трёпом! Тем не менее, такую оценку Имперский Наставник дал после того, как страна Небесной Живописи была стёрта с лица земли и превращена в восемнадцать уровней ада…»

Глава 588. Реальность? Или же нет?

Миллионная армия ринулась на орду монстров Юду, а в следующий миг кровь павших окропила всё вокруг, в то время как воздух пропитался её запахом. В таких безумных битвах дьяволы желали лишь одного — убивать. Они никогда не оставались в строю и всегда полагались на свои собственные способности, не обращая внимания на своих братьев по оружию, как итог — их сторона несла колоссальные потери.

Битва развернулась в десяти километрах от города Безучастия. Бесчисленные солдаты из мира в картине глухого погибали, оставляя после себя лишь камни и никаких трупов.

Тем не менее, в то же время бесконечное множество солдат армии богов постоянно заменяли павших, подавляя врагов безо всяких изысков — числом!

Владыка Ветра управлял воздушными потоками в небе, помогая Повелителю Дождя, Богу Грому и Богине Молний давить армию монстров из Юду.

Рывок вражеского авангарда захлебнулся, но чуть погодя раздался рёв огромных, гороподобных дьявольских предков. Несколько раз ударив себя по груди, они устремились к эпицентру битвы, и там, где ступали их ноги, будь то друзья или враги — все оказывались втоптаны в землю с переломанными костями!

Ворвавшись на поле боя, дьявольские предки сметали перед собой всё и вся, словно любая преграда на их пути была равносильна ветвям, иссохшим от течения времени и постоянного воздействия непогоды.

Ууууу!..

Взоры дьявольских предков наполнились бушующим чёрным пламенем, ринувшимся к армии богов. Столбы пламени кружились в яростном, беспощадном танце и сжигали всё, что встречалось им на пути. Даже нарисованные глухим боги не могли избежать столь ужасающего божественного искусства!

Физические тела дьявольских предков были самым мощным орудием разрушения! А когда они размахивали своим оружием, у врагов не оставалось никаких шансов!

«Боги картины глухого бессильны против дьявольских предков!» — пылая боевым духом, мясник азартно сжимал свой огромный нож, как вдруг он перевёл свой хищный взгляд в сторону и серьёзно произнёс:

— Ба Шань, раз уж ты мой ученик, позволь мне увидеть, насколько ты прогрессировал за последние годы!

Громко хохоча, Ба Шань подозвал своего зелёного быка и, вскочив на него, прокричал:

— Учитель, просто следуй за мной, и ты увидишь, на что я способен!

Божественное Копьё Лун То превратилось в чёрного дракона, и слепой протянул руку, хватая его. Встряхнувшись от резкой остановки, чёрный дракон выпрямился копьём и издал низкое, воодушевлённое рычание.

Позади бабушки Сы появились Великие Всеобъемлющие Небесные Звёзды, в то время как за спиной немого загудело пламя печи, выстреливая к небу. Одноногий немного помедлил, прежде чем сказать обеспокоенным голосом:

— У меня нет божественного оружия, которым я мог бы воспользоваться, поэтому я, наверно, не пойду…

Целитель запрыгнул одноногому на спину и с улыбкой сказал:

— Я и есть твоё божественное оружие! Давай сеять хаос!

Старое лицо одноного помрачнело, казалось бы, состарившись ещё на десяток-другой лет, и он обиженно спросил:

— Целитель, а ты не боишься, что все твои женщины станут вдовами?

— Ха! Не болтай ерунды! Чем выше удача, тем больше награда! — бесчисленные насекомые вылезали из корзины на спине целителя и вырастали буквально на глазах. Они превращались в чудищ, которые либо бегали по земле, либо летали в небе. Их яды были настолько токсичны, что образовывали собой смертоносные облака в небе.

— Пора поохотиться на дьявольских предков! — крича, мясник бросился первым к полю боя. — Му’эр, приглядывай за глухим. Если ты увидишь, что ситуация ухудшается, забирай его и бегите, что есть сил!

Цинь Му кивнул и посмотрел на Ба Шаня, въезжающего на огромном зелёном быке в мир картины, за ним следовала бабушка Сы, слепой, немой и все остальные. Оказавшись внутри, они дружно, единой группой напали на дьявольских предков.

Зелёный бык прыгал так, словно летал, несмотря на своё огромное тело, он был очень проворным. Всячески избегая вражеских атак, он наступал на огромных монстров копытами, разбивая ими их черепа вдребезги. Было очевидно, что с его быстротой и сообразительностью он мог вытворять с врагами всё, что только пожелает.

Цинь Му посмотрел на цилиня, который тоже хотел отправиться в бой, чтобы сразиться с монстрами, но после раздумий всё же сдержался.

«У толстяка хорошая скорость, но ему не хватает выносливости. Его реакция не такая бесподобная, как у зелёного быка, и если он решит броситься на поле боя, то очень быстро умрёт. Сказывается недостаток подготовки…» — он достал флаги перемещения и взмахом руки водрузил их вокруг глухого. Затем он завёл внутрь них цилиня и Ху Лин’эр, чтобы они тоже смогли покинуть это место в любой момент.

Дьявольские боги, находящиеся позади монстров Юду, возглавляли армию дьяволов, продвигающуюся сплочёнными рядами. Чеканка строевого шага дьяволов сразу давала понять, что тут не обошлось без твёрдой руки армейской дисциплины, сделавшей из них не тот разношёрстный сброд, коими являлись монстры Юду.

Монстры Юду в глазах дьявольских богов были лишь пушечным мясом, единственной целью которого являлось ослабление обороны города Ли. По плану они должны были воспользоваться созданным хаосом и одним махом сокрушить город Ли или даже всё сопротивление Верховных Небес Императора.

Однако, они никак не могли ожидать, что в городе Безучастия, ранее разрушенном и обращённом в руины их дьявольской расой, непонятно откуда появятся миллионы солдат, которые будут всеми способами останавливать их пушечное мясо!

Пехотинцы дьявольской армии были намного медленнее монстров Юду и со временем расстояние между ними постоянно увеличивалось, так что они никак не могли своевременно поддержать линию фронта.

Центральная армия маршировала ещё дальше, и где-то посреди её рядов находился Фу Жило, нахмурено смотрящий на далёкое поле боя. Немного погодя он огляделся по сторонам и удивлённо спросил:

— Кто знает, откуда взялась эта армия богов?

Дьявольские боги рядом с ним растерянно покачали головами.

Дьявольские монстры Юду и дьявольские предки всегда полагались на свои инстинкты, поэтому у них было на уме лишь одно — убивать и жрать, в то время как обычные дьяволы вели себя в основном как люди, и не удивительно, ведь они обладали чрезвычайно высоким интеллектом. В противном случае разве они смогли бы создать такую великую цивилизацию и систему совершенствования.?

Но даже с учётом их выдающегося интеллекта они понятия не имели, откуда появилась миллионная армия и почему вступила в бой.

Вечный Мир был очень силён, но всё же не дотягивал до Верховных Небес Императора, чья армия по-прежнему являлась главной силой, в то время как их практики божественных искусств выступали лишь в роли поддержки.

Имперский Наставник не имел ни малейшего представления об этой внезапной атаке, поэтому он совершенно точно не мог привести так много солдат, чтобы остановить армию монстров Юду.

В таком случае откуда взялась эта армия богов?

Фу Жило скосился на Ли Лу, но красотка также пребывала в замешательстве:

— Уважаемый король, я тоже не знаю, откуда они взялись. В Вечном Мире не так много экспертов, а вот в Великих Руинах предостаточно. Может, они оттуда?..

Удивившись, Фу Жило скомандовал:

— Внимайте моему приказу! Немедленно разбиваем лагерь, строим город и создаём оборону от возможных вражеских атак! Также отправьте разведчиков выяснить, откуда именно прибыла эта армия богов!

К тому времени, как он закончил говорить, первый отряд под предводительством дьявольского бога практически достиг руин города Безучастия.

Они находились примерно в четырёхстах километрах от поля боя, когда получили приказ не вступать в бой и немедленно разбить лагерь.

В то же время многочисленные дьявольские солдаты и сильные рабочие слегка сдвинули горы, начав воздвигать камни между ними, быстро строя городскую стену. Затем они убили много огромных зверей и использовали их кровь, рисуя на стенах дьявольские письмена, чтобы укрепить оборону города.

Между тем дьяволы в городе строили разные сторожевые башни.

Все были заняты работой.

Дьявольский бог громко закричал и вывел нескольких генералов из города на передовую. Наблюдая за сражающейся впереди армией Верховных Небес Императора, они поднялись на вершину горы прямо перед полем боя, и дьявольский бог воздвиг огромное, тридцатиметровое в высоту зеркало, чтобы отразить ситуацию с поля боя.

Тем временем Фу Жило достал своё зеркало и посмотрел на отражение в нём, со временем становясь всё подозрительнее. Обладая цепким взглядом, он сразу заметил некоторые несостыковки. Внезапно появившаяся армия богов на самом деле не состояла из живых существ, и хоть их способности были невероятны, они являлись богами, призванными искусством создания.

Также он заметил, что по полю боя носилось несколько очень сильных людей, которые пользуясь хаосом разрубали дьявольских предков на кусочки!

Они явно были экспертами уровня бога. Один из них был мясником крепкого телосложения, другой старым кузнецом, а третий коротышкой с копьём из кости чёрного дракона. Эта троица была самой ужасающей. Когда они сплочённо атаковали, даже дьявольские предки не могли им ничего противопоставить!

Кроме них там сражалось ещё несколько людей, а именно: невероятно красивая женщина, крепкий мужчина верхом на зелёном быке и старик в зелёных одеждах, несущий на себе мужчину в бронзовой маске и бегающий туда-сюда по всему полю боя. Целая куча ядовитых существ извергали свои яды и волнами убивали монстров Юду.

Мужчина в бронзовой маске казался самым пугающим из этой группы. Везде, где он проходил, его яд убивал волны монстров. Нанесённый им ущерб армии превышал таковой у всех остальных сильных практиков вместе взятых.

Многочисленные монстры были либо отравлены до смерти, либо уже догнивали в кашеобразном состоянии. Его методы были гораздо страшнее, чем у других богов!

Армия монстров, которую дьявольская раса призвала из Юду, абсолютно точно не могла совладать с ядами этого мужчины!

— Откуда все они взялись? Откуда появилась созданная армия богов? — непонимающе, гневно кричал Фу Жило. — Лу Ли, армия богов на другой стороне одновременно реальна и нет. Среди иллюзий скрываются настоящие боги, и я не знаю, сколько их там на самом деле. Призови обратно армию дьявольских монстров, нам нужно хорошенько подумать о следующем шаге!

Лу Ли соблазнительно пошевелилась и подняла свои прекрасные брови. Она выглядела крайне красивой, но её голос был очень груб:

— Фу Жило, ты должен понимать, что способности врага не так уж велики, среди них всего пять-шесть настоящих богов. Тебе просто нужно убить их, и твоя дьявольская армия сможет прорваться дальше! Но если мы сейчас отступим и дадим Верховным Небесам Императора время перевести дыхание, в следующий раз их будет намного труднее сокрушить!

Фу Жило твёрдо покачал головой:

— Противники уже настороже. Мы потеряли возможность напасть на город Ли неожиданно, так почему бы нам не отступить и не выяснить, что реально, а что нет? Кроме того, откуда такая информация, что богов всего пять-шесть? А что, если их намного больше, и они просто скрываются? Если мы продолжим сражаться, то понесём ещё больше потерь. Я не могу рисковать будущим моей дьявольской расы!

Испытывая беспомощность, Лу Ли громко закричала на дьявольском языке Юду, заставляя находящихся на передовых позициях дьявольских предков тоже закричать.

Армия монстров подчинилась приказу и отступила.

Между тем Цинь Му услышал голос Лу Ли, и слегка вздрогнул:

— Это же… дьявольский язык Юду?! Я его знаю!

Недолго думая, он громко закричал на дьявольском языке Юду. Его голос можно было услышать даже за двадцать-тридцать километров от него.

Услышав его голос, дьявольские предки тут же остановились и, обернувшись, ответили ему монотонным дьявольским языком.

Цинь Му громко выкрикнул несколько фраз, и дьявольские предки, опустив головы, встали на одно колено.

Покрытые с ног до головы кровью мясник, немой и остальные собирались было пуститься в погоню, но, увидев это зрелище, остановились, понятия не имея, как им поступить и что предпринять дальше.

Находящийся вдали Фу Жило увидел, как дьявольские монстры и предки остановились, и сразу понял, что здесь что-то не так. Хмуря брови, он перевёл взгляд на Лу Ли и увидел, что по её лбу катился холодный пот.

— Фу Жило, не слишком ли ты бесполезен? — усмехнулась Лу Ли. — Ты позволил ему остаться в живых! Нужный мне сопляк прямо в стане врага! Значит хочешь отнять моё право контролировать их? Мечтай!

Её голос приобрёл скорбные нотки, и она закричала так громко, что казалось разразился гром. Её голос заглушал другой настолько сильно, что его практически не было слышно.

Цинь Му хмыкнул и попытался перекричать её, но безуспешно.

Дьявольские предки с пустыми выражениями лиц поднялись с колен и вместе с монстрами Юду отступили.

Глава 589. Повтори

Мясник, немой, слепой и остальные бросились следом за армией богов, догоняя бесчисленных дьявольских предков, пытающихся сбежать вместе с монстрами Юду.

Пробежав около восьмидесяти километров, армия богов неожиданно остановилась, в то время как одноногий с целителем на спине пролетел мимо них сломя голову. Внезапно обнаружив, что союзников вокруг не осталось, старики задрожали от страха и мгновенно развернулись, успокоившись лишь тогда, когда вернулись к армии богов.

— Это граница картины глухого, мы не можем двигаться дальше. Если продолжить их преследовать, мы себя выдадим, — прошептала бабушка Сы.

— Нужно было предупредить нас наперёд, тогда мы бы не отбежали так далеко… — ворчал одноногий.

Целитель сполз с его спины, его ноги продолжали дрожать:

— Чёртов одноногий, из-за тебя я чуть не погиб в дьявольских руках!

Вдали от них глухой всё ещё размахивал своей кистью, краснея лицом от напряжения. Цинь Му заметил неладное и тут же подошёл к нему, дёргая за край одежды. Понимая, что тот никак не реагирует, он прокричал так громко, что могло показаться взревел дракон:

— Дедушка глухой, враг отступил, очнись!!!

Глухой немедленно опустил кисть, в то время как на его лице застыло ошеломлённое выражение. В следующий миг он ощутил сладкий привкус в горле, следом за которым из его рта потекла свежая кровь.

Цинь Му резко изменился в лице, его рука быстро дёрнулась, тыкая в районе сердца и горла старика, чтобы запечатать вышедшие из-под контроля Ци и кровь. Затем он стукнул по его межбровью и начал быстро носиться вокруг, исполняя технику Создания Небесного Дьявола и непрерывно ударяя по различным точкам, чтобы восстановить контроль над разбушевавшейся энергией.

Было очевидно, что глухой исчерпал все свои силы, сильно повреждая сердце и исконный дух. Сердце было напрямую связанно с Ци и кровью, поэтому, как только те вышли из-под контроля, ни оно, ни сосуды, не смогли выдержать напряжения, отчего он начал кашлять кровью.

Цинь Му запечатал сердце и горло старика, вынуждая кровь оставаться на месте.

Исконный дух глухого тоже был крайне измотан и выглядел очень неустойчивым, будто находился на грани обрушения. Из-за этого Цинь Му решил использовать технику Создания Небесного Дьявола, запечатывая его три души и семь духов, чтобы не позволить им покинуть тело.

Таким образом, он выиграет немного дополнительного времени для лечения старика.

Цинь Му быстро достал травы для создания пилюль. Спустя несколько мгновений они были готовы, и он силой открыл рот глухого, засыпая их внутрь. Затем он использовал всевозможные техники рук, чтобы ускорить усвоение лекарственной энергии.

Вскоре вернулись бабушка Сы, слепой и остальные, и целитель тут же взял инициативу на себя. Леча глухого, он говорил:

— К счастью, Му’эр вовремя заметил его состояние, так что проблемы глухого не отберут слишком много времени. С моей помощью он будет жить, и уже сегодняшним вечером сможет прыгать, как ни в чём не бывало.

Возмущённо фыркнув, глухой ответил:

— Не буду. Какой учёный будет прыгать, как обезьяна?

Все облегчённо вздохнули, и бабушка Сы спросила:

— Глухой, сколько времени просуществует твоя картина?

— Если не разрушать мир картины, то армия богов будет жить вечно.

Глухой уселся на земле, и целитель заботливо занялся его лечением, непрерывно носясь туда-сюда. Цинь Му держался неподалёку, тоже принимая участие в процессе, в то время как Ху Лин’эр таскала за ними тарелку с иголками.

Троица оживлённо общалась, работая сообща.

— Впрочем, уничтожить мир картины не так уж и сложно. В этот раз мне удалось разобраться с дьяволами только благодаря тому, что мы сумели застать их врасплох, и они не успели понять, что реально, а что нет.

Лицо глухого быстро покрылось серебряными иголками, уголки его глаз безостановочно дёргались. И как только целитель вонзил последнюю иголку ему в веко, дёргание прекратилось, но вместо него онемела половина его лица.

Его глаза замерли, смотря в одну сторону, а глазные яблоки покосились, одно поднялось выше второго. Пуская слюну изо рта, он пробормотал:

— Если мне удастся восстановить свою Ци до вечера, то я нарисую вторую картину, которая повергнет их в ещё больший ужас… Целиитель, я чувствую, буто моё лицо уже не софсем моё… Я не чувствую ясыха…

— Эта иголка должна вонзиться и прижечь твой исконный дух, но она также блокирует нервы на твоём лице, поэтому они потеряют чувствительность на некоторое время. Не переживай! Му’эр, ты хорошо поработал, запечатав его души и духи. Видишь эту иглу? Куда я должен её поставить? — указывая на место возле позвоночника глухого, целитель выглядел не слишком уверенным в своём решении и, посмотрев на Цинь Му, спросил. —Стоит вонзить её здесь, или нет?.. —

Внимательно всё осмотрев, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Дедушка целитель определённо меня испытывает. Если использовать иглу в этом месте, то она пронзит его душу земли и пришьёт его исконный дух к гениталиям. Кроме того, она проделает дыру в божественном сокровище Жизни и Смерти, позволяя дьявольской природе Юду пробраться в его промежность и душу земли, поглощая их. В таком случае дедушка станет бесплодным, а его характер ужасно изменится!

Не меняясь в лице, целитель отодвинул серебряную иглу в сторону и медленно кивнул:

— Я и вправду тебя испытывал, и ты умудрился это заметить.

Цинь Му улыбнулся:

— Я так и знал! Должно быть, дедушка целитель собирался пронзить этой иглой божественные сокровища Жизни и Смерти и Божественного Моста, позволяя жизненной Ци дедушки глухого свободно перемещаться между ними! Проткнув Божественный Мост, ты направишь его жизненную Ци в область Жизни и Смерти, подавляя дьявольскую природу Юду и не нанося вреда детородной функции!

Подняв палец немного выше того места, что показал целитель, Цинь Му посмотрел на него в ожидании:

— На самом деле ты собирался воткнуть иглу — вот здесь. Верно?

Целитель утвердительно хмыкнул. Он не покраснел в лице, его сердце не дрогнуло, но он незаметно вздохнул от стыда: «Малец Му’эр и вправду человек, установивший модель пространственной математики божественного моста. Его понимание этой области немного лучше моего…»

Как только глухой разобрал их разговор, его лоб покрылся холодным потом, покатившемся по лицу огромными каплями.

— Что, если мы проткнём дедушку глухого вот здесь? — энергично спросила Ху Лин’эр, указывая на море Ци глухого.

Цинь Му и целитель немедленно объяснили:

— Здесь нельзя. Если быть неосторожным, то таким образом можно полностью разрушить его совершенствование!

Резко побледнев в лице, глухой уставился на девочку:

— Лин’эр, я ведь учил тебя читать! За что ты так со мной?

Медицинские знания целителя всё же превосходили таковы у Цинь Му, владеющего более глубоким пониманием лишь в области Божественного Моста, в то время как он лучше знал все другие. Именно поэтому тот просто наблюдал большую часть времени.

Наконец исконный дух глухого стабилизировался, и целитель начал подбирать травы, чтобы помочь ему восстановить жизненную Ци.

Когда наступила ночь, вдали послышались скорбные вопли. Дьяволы не затихали, и время от времени даже били в свои барабаны, делая вид, что готовятся к атаке. Тем не менее, они так и не осмелились броситься в бой. Их цель состояла лишь в том, чтобы побеспокоить Цинь Му и остальных, не позволяя им нормально отдохнуть.

На следующий день оставшаяся часть дьявольской армии наконец добралась к импровизированному городу. Их военная сила постоянно накапливалась, со всех сторон тянулись непрерывные потоки подкреплений.

Бесчисленные дьявольские боги подоспели к линии фронта, издали всматриваясь в сторону бездны города Безучастия. Не в силах сдерживать удивление, они обнаружили завораживающий город богов, внезапно появившийся вместо городских руин!

Высота нового города достигала трёхсот метров. Его стены напоминали горы, протянувшиеся между землёй и небом, а здания возвышались над всем вокруг. Более того, вдоль укреплений были установлены божественные пушки. На высоких башнях можно было сосчитать около сотни Пушек Божественного Солнечного Удара, своей формой напоминающих глазное яблоко!

На стенах виднелись бесчисленные боги и солдаты, одетые в золотые доспехи, один лишь вид которых внушал страх. Шагая туда-сюда, они непрерывно патрулировали округу.

В небо над божественным городом по спирали поднимались благодатные облака и сияли тысячи разноцветных лучей. Это было видение, созданное аурами богов!

Среди дьяволов начала сеяться паника, командиры армии тревожно переглядывались. Место, где должны были лежать руины, превратилось в великолепный божественный город, стены которого охраняло огромное количество богов!

Верхняя часть города была переполнена ужасающими божественными пушками. Их количества более чем хватало, чтобы стереть приближающуюся армию дьяволов с лица земли раз и навсегда.

Пушки Божественного Солнечного Удара, стоящие немного дальше, и вовсе заставляли волосы дьяволов вздыматься от злости. Разве это всё ещё можно было назвать войной? Их огневая мощь могла уничтожить целый мир, не говоря уже об их армии.

Увидев сложившуюся перед ними картину, дьявольские боги были поглощены страхом и даже не думали атаковать, молясь о том, чтобы противник не решится пойти в бой первым.

Расправив крылья, один из дьявольских богов тихо проговорил:

— Сначала нужно сообщить о происходящем уважаемому королю. Будьте внимательны, нельзя позволить врагу прорвать оборону главного лагеря!

Преодолев довольно большое расстояние, дьявольский бог приземлился перед Фу Жило, возглавляющим главную часть армии. Поздоровавшись, он доложил обстановку.

Фу Жило удивлённо посмотрел на дьявольского бога:

— У них и вправду есть что-то подобное? Не атакуйте первыми, отправьте отряд разведчиков, чтобы проверить настоящие ли их оружие. Моя армия доберётся к вам не позднее этой ночи.

Получив приказ, дьявольский бог полетел обратно. После прибытия он отправил группу солдат в разведку, и когда они подобрались на расстояние пятидесяти километров от города, десятки пушек внезапно произвели залп лучами света, превращая разведчиков в пепел.

Дьявольский бог улетел обратно, докладывая перед Фу Жило:

— Уважаемый король, я отправил разведчиков, но пушки сумели расстрелять их с расстояния в пятьдесят километров! Они настоящие!

Фу Жило почувствовал, как кожа на его макушке онемела, и прокричал:

— Откуда там мог взяться божественный город? Если бы что-то подобное действительно существовало на Верховных Небесах Императора, мою дьявольскую расу давным-давно бы истребили! Ни они, ни Вечный Мир, не владеют подобной силой! Этот город не может быть настоящим!

Дьявольский бог с крыльями не посмел сказать ни слова в ответ.

Выражение лиц Фу Жило исказились от злости, между тем он продолжал кричать:

— Передайте приказ на линию фронта, никому нельзя отступать! Если кто-то ослушается, я лично принесу их голову в жертву! Когда прибудет моя армия, мы сотрём этот город с лица земли!

Дьявольский бог смиренно послушался и полетел назад.

По наступлению ночи главная армия Фу Жило наконец добралась до линии фронта. Издали глядя на богов в городе, он не смог разглядеть в них ничего подозрительного. Выражения его лиц постоянно мерцали от того, что он не мог принять решение.

Если город богов был настоящим, то даже дьявольские боги могли бы получить серьёзные ранения при осаде. Он не смел рисковать будущим своей дьявольской расы.

Между тем находящиеся за стенами города Цинь Му и остальные упаковали свои вещи, готовясь отступать…

Город богов был подделкой, нарисованной глухим всего за одну ночь. Но несмотря на это, пушки на его стенах были настоящими. Цинь Му передал Сы Юньсян приказ доставить их с помощью Собрания Исконных Духов.

Именно они заставили дьяволов дрожать от страха. Теперь ни дьявольские боги, ни Фу Жило не могли отличить настоящее от подделки.

Тем не менее, если Фу Жило примет решение атаковать, ему даже не понадобится поддержка основной армии. Одних лишь дьявольских богов и монстров Юду хватит, чтобы уничтожить город.

Из-за этого Цинь Му и остальным оставалось только бежать. В противном случае, когда начнётся атака Фу Жило, у них не останется шанса выбраться из поля боя.

Юноша и старики вышли через городские ворота и бросились в сторону города Ли. Но внезапно чёрная ночь стала яркой, будто день, и в небо медленно поднялось солнце, освещая всё в радиусе нескольких тысяч километров!

Всего лишь несколько мгновений назад была ночь, но теперь, без любых на то причин, наступил день!

«Неужели Имперский Наставник попутал часы, когда ковал солнце?»

Цинь Му и остальные недоумевали, прежде чем заметить впереди шагающий им навстречу силуэт трёхногого бога, окутанного ослепительными лучами божественного света.

Куда бы он не шёл, солнце двигалось следом!

— Владыка Солнца, это то место, где я встретил тень юнца, появившуюся в Великих Руинах, — раздался звенящий голос. Перед трёхногим богом шагал красивый молодой человек. Взглянув на юношу и стариков, он улыбчиво проговорил. — С ним был коротышка, таскающий на спине оружие, напоминающее копьё. Узнать их будет несложно.

Его взгляд упал на слепого, который как раз выходил из города, затем прошёлся по всем старикам, прежде чем наконец остановиться на Цинь Му. С улыбкой на лице он проговорил:

— Сын Юду Цинь Му, Цинь Фэнцин? Ты совсем неплох. Я никак не ожидал, что ты окажешься тем, кого я видел в Юду. В тот момент я почувствовал себя довольно странно и мне показалось, что ты очень силён и необычен.

Цинь Му не обратил на него внимания, его взгляд уставился на правую руку трёхногого бога с крыльями. Та была отрублена ниже запястья: «Это бог, разрубивший дедушку мясника напополам, он охраняет поддельное солнце Вечного Мира!»

Достав отрубленную руку, мясник спокойно проговорил:

— Бог небес вверху, ты нашёл меня, следуя за аурой этой штуки? Ты пришёл отомстить за свою отрубленную руку? Я тоже хочу отомстить за то, что ты со мной сделал. Тем не менее, твоя рука всё ещё у меня, в то время как моё тело снова целое. Я не буду этим пользоваться, — договорив, он бросил отрубленную кисть, и та пронеслась по небу, будто метеор, прежде чем упасть на правое запястье Владыки Солнца и немедленно с ним воссоединиться.

Взгляд Владыки Солнца упал на конечность, и он, шевеля ею, проговорил:

— Ты вернул мне кость руки, демонстрируя удивительную прямолинейность и честность. Но где плоть, кровь и кожа?

— Их сожрал гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи. Он не сумел разжевать кость твоей куриной лапы, поэтому её кость осталась, — подняв нож, безразлично ответил мясник. — Будем сражаться прямо здесь?

Владыка Солнца посмотрел на Цинь Му, колеблясь. Затем он повернулся к молодому мастеру Ци Цзюи не зная, что ему делать.

Цинь Му тоже повернулся к юноше, с любопытством спрашивая:

— Брат, что ты пытался мне сказать? — он смотрел на незнакомца извинительным взглядом. — Ты не мог бы повторить? Я не обратил на тебя внимания.

Глава 590. Молодой Мастер Ци Цзюи

Ци Цзюи поднял брови, но не повторил своих слов, проигнорировав просьбу Цинь Му. Он был очень умён и сразу заметил в сказанных словах скрытый подвох.

Цинь Му был экспертом по битвам разума и умел оказывать давление на психологическое состояние противника. Встречая сильных практиков, он приходил в ужас, если это служило его целям, и убегал, если это давало ему то, чего он хотел. Но когда он встречал противника подстать себе, то начинал давить на его разум с того самого момента, как их глаза пересекались!

Сначала он прощупывал состояние ума и дух противника, пытаясь подавить их. Любое его действие или слово, выглядящее со стороны обронённым случайно, оказывало давление на оппонента, выявляя его слабые стороны.

Проще говоря — подавляй дух, выводи из равновесия и властвуй.

И если всё шло по его плану, то противник сбивался со своего привычного ритма и, делая то или иное движение, невольно отклонялся от привычной себе нормы.

Со временем такое небольшое преимущество будет становиться всё очевиднее, а неточности в движениях нарастать снежным комом, приводя к разгромному поражению.

Паньгун Цо и Сюй Шэнхуа не понаслышке знают этот метод борьбы, ведь они на своей шкуре испытали его, когда сражались с Цинь Му.

После такого переживания в головах некоторых людей воздвигались непреодолимые ментальные стены, в то время как его виновник ложился на их сердца Дао назойливой тенью. Другие же относились к нему как к источнику для мотивации и заставляли себя работать ещё усерднее, достигая новых вершин.

К первому типу людей относился Паньгун Цо, ко второму — Сюй Шэнхуа и Чжэ Хуали.

Из-за того, что Цинь Му раз за разом подавлял Паньгун Цо, со временем тот стал его бояться и потерял всякий запал сражаться с ним лицом к лицу. Изредка встречаясь, бедолага тут же подсознательно ставил себя в проигрышное положение и отступал, даже не пытаясь вступить в бой.

С другой стороны, Сюй Шэнхуа, после того как его одолел Цинь Му, начал сражаться всё яростнее и свирепее, и со временем даже основал метод объединения Божественных Сокровищ Шести Направлений и Семи Звёзд.

В итоге всё закончилось тем, что Цинь Му захотел поучиться у него. Такой исход, если смотреть на него под определённым углом, был равносилен признанию превосходства в определённой области.

Чжэ Хуали тоже пережил подобный горький опыт, но и он не опустил руки, постоянно прогрессируя на своём пути навыков ножа. А чуть позже даже спас обидчика, когда тому угрожала опасность.

Видя столь радикальные изменения в сердце Дао Чжэ Хуали, Цинь Му почувствовал огромное давление, грозовой тучей зависшее над его головой, и воспользовался им, вступая на путь в своей технике.

Хоть битвы разума и не захватывали дух, они были настоящим испытанием для сердец Дао сражающихся, но также и лучшим способом стремительно прогрессировать.

«Подобным ментальным атакам он мог научиться только у этого эксперта ножа, — Ци Цзюи посмотрел на мясника. — Битва Владыки Солнца и бога ножа неминуема, но он взял на себя инициативу и вернул ему кость его же руки. Таким превосходным навыком можно легко сокрушить сердце Дао противника. Могло показаться, что он просто вернул ему руку, но на самом нанёс удар по сердцу Дао. Владыка Солнца, казалось бы, всего лишь спрашивал о недостающей крови и плоти на своей руке, но на самом деле он пытался отразить ментальную атаку. Этот Цинь Му должно быть тоже научиться действовать так же».

Последний шаг в обучении — принимать решения к действию на основе полученных знаний, и было очевидно, что Цинь Му этот урок хорошо усвоил.

Ци Цзюи улыбнулся ему:

— Это не самое подходящее место для боя. Дьявольская армия находится прямо перед нами, и, как мне кажется, может легко прорваться сюда, уничтожив ваш, без сомнения необычайно великолепный город богов. В итоге с лица земли исчезнет не только город, но и каждый из вас. Не буду лукавить, Владыка Солнца тоже не такой спокойный, как мог бы показаться. Например, сейчас он опасается того, что вы можете объединиться и, напав на нас, убить сначала его, а затем и меня. Вы беспокоитесь о своих жизнях, а он о моей, так почему бы нам не сменить поле боя? — после того, как он договорил, слепой, немой и все остальные сосредоточили на нём свои взгляды. Между тем Цинь Му, испытывая мрачное восхищение, был вынужден переоценить его.

Изначально он думал, что юноша являлся учеником Владыки Солнца, но после таких слов становилось очевидно, что тот был не так прост, как казался на первый взгляд, и у него явно было поистине экстраординарное происхождение.

Более того, только что сказанные им слова по большей части дали ответ на его вопрос, показывая, что у него были чрезвычайно высокие достижения в сердце Дао!

Оно превосходило даже сердце Дао Сюй Шэнхуа тех времён, когда Цинь Му впервые сразился с ним и почти полностью сокрушил!

— Му’эр, этого мерзавца одолеть будет непросто, он очень силён, — прошептал слепой. — Он видит сквозь фасад города богов, нарисованного глухим! Даже Фу Жило и остальные дьявольские боги не смогли этого сделать… Он явно обладает удивительными достижениями в области божественных глаз!

Поскольку юноша напротив мог видеть картину глухого насквозь, то действительно должен был быть выдающимся.

Цинь Му кивнул и, посмотрев на него, сразу же спросил:

— Брат, как мне к тебе обращаться?

Ци Цзюи слегка улыбнулся, и Владыка Солнца сказал:

— Это молодой мастер Ци Цзюи.

Слегка удивлённо приподняв брови, Цинь Му неторопливо произнёс:

— Ци означает, что ты всегда, с самых ранних лет отличался умом, и исключительно благороден. Цзюи означает, что ты настолько умён, что одна голова не может вместить всю твою мудрость, поэтому тебе нужно девять. Я также слышал, что Цзюи можно трактовать как древнее древо фирмиана с сидящим на кроне фениксом. Другими словами — место обитания Феникса, следовательно, Цзюи также можно перевести как феникс. Молодой мастер Ци, ты не человек?

Ци Цзюи удивлённо посмотрел на него:

— Брат Цинь очень хорошо осведомлён. Могу я спросить, у кого ты учился?

Цинь Му поднял руку и, жестом подозвав глухого, серьёзно ответил:

— Мой учитель, глухой или же Святой Искусств!

Ци Цзюи поприветствовал его и похвалил:

— Поскольку ты — Святой Искусств, этот город должен быть твоей работой. Поистине великолепное зрелище. Ты заслуживаешь моего уважения.

Глухой принял приветствие с высокомерным выражением лица, в то время как Цинь Му сразу же улыбнулся и продолжил:

— Молодой мастер Ци сказал, что это место не подходит для боя, тогда, где, по-твоему, мы должны сражаться?

— Я слышал, что брат Цинь — Владыка Небесного Дьявольского Культа Вечного Мира, так почему бы нам не отправиться в Вечный Мир? Если мы будем сражаться на вашей территории, я уверен, вам всем будет спокойнее, — неторопливо предложил Ци Цзюи.

У Цинь Му заблестели глаза:

— Брат Ци, путь к Вечному Миру не близкий, минимум несколько дней. К тому же теперь, когда дьяволы напали на Верховные Небеса Императора, нам нельзя покидать эти земли на столь долгое время. Брат Ци, почему бы тебе не предоставить мне выбор места боя?

Ци Цзюи слегка нахмурился:

— В таком случае, какое место выбрал бы брат Цинь?

Цинь Му указал назад.

Ци Цзюи улыбнулся и равнодушно сказал:

— Этот город? Его нарисовал Святой Искусств, ты не боишься, что разрушишь его и потерпишь поражение?

Цинь Му покачал головой:

— Я имел в виду не город, а возле дьявольской армии. Ты пришёл за мной, да? В таком случае я выбираю это поле боя! Я хочу сразиться между миллионом отважных дьявольских воинов и этим городом богов! Брат Ци, ты примешь мой вызов?

Ци Цзюи приподнял брови.

Немой, слепой и остальные посмотрели друг на друга, чувствуя некоторую неловкость.

Цинь Му сказал, что они будут сражаться между двумя армиями, но на самом деле настоящая армия была только одна — дьявольская армия. В конце концов город богов являлся всего лишь картиной, следовательно, все боги и большинство пушек — фальшивые. Неважно, были ли это Пушки Истинного Происхождения или Солнечного Удара, по большей части они были здесь просто для вида и не имели большой силы.

Это означало, что, если дьяволы нападут на них, им не удастся выжить!

Мясник громко рассмеялся и сказал:

— У Му’эра, несомненно, самый смелый дух! Отлично, так тому и быть! Я тоже буду сражаться с тем богом между двумя армиями! Птичий бог, ты выйдешь против меня?

Владыка Солнца на мгновение замешкался и невольно посмотрел на Ци Цзюи, но тот лишь пробормотал что-то себе под нос и вдруг расхохотался:

— Даже брату Циню хватило смелости, а я что, хуже? Владыка Солнца, тебе нужно успокоиться. Ты слишком зациклен на мне и если будешь драться с таким могучим экспертом в таком состоянии, то легко потеряешь преимущество и проиграешь. Тебе нужно собраться с мыслями и очистить голову от ненужных мыслей.

Владыка Солнца был поражён.

Ци Цзюи улыбнулся:

— В таком случае, если брат Цинь настаивает… Начнём!

Цинь Му повернулся и пошёл к городу богов, преисполненный восхищения: «Ци Цзюи очень необычен… Интересно, откуда он на самом деле? Его сердце Дао натренировано до такой степени, что ни капли не уступает моему. Почему я испытываю такое странное и одновременно прекрасное чувство?!»

Мясник широкими шагами подошёл к нему. Бабушка Сы и остальные последовали за ними, хмуро переглядываясь, в то время как глухой вопросительно шепнул:

— Может, мы просто избавимся от этого Владыки Солнца и девятиглавой птицы? Если мы нападём вместе, будет нетрудно их одолеть. Мы уничтожим их минут за пятнадцать!

— Если мы будем сражаться здесь, то дьяволы сразу же заметят, что реально, а что нет, — покачав головой, отверг идею слепой. — С этим Владыкой Солнца будет отнюдь нелегко справиться. Огромное солнце следует за ним по пятам и, должно быть, уже давно привлекло внимание дьяволов, но пока они не знают, являются ли новоприбывшие друзьями или врагами, они выжидают, не решаясь сделать следующий шаг. Начав с ним сражаться, даже успешно подавляя, дьяволы сразу же поймут, что мы встретили врага.

Все помрачнели в лице. Если они не смогут быстро избавиться от Владыки Солнца, Фу Жило быстро поймёт, что они используют пустой город в качестве уловки. А если Владыка Солнца уничтожит город богов во время битвы, то тут и говорить не о чём…

Предложение Цинь Му открыто бросить им вызов перед дьяволами, чтобы одолеть или даже убить Владыку Солнца и Ци Цзюи — было лучшим вариантом!

Несмотря на всю опасность — лучшего плана к выживанию и не придумать!

Находящиеся в главном лагере дьяволов дьявольские боги применили свои техники глаз, чтобы осмотреть город богов на другой стороне.

Фу Жило потерял терпение и уже было собирался пойти на город богов приступом, но тут его врата внезапно отворились.

Поражённый Фу Жило «проглотил» слова, которые собирался сказать, и поднял руку, чтобы остановить дьявольскую армию, готовящуюся отправится в атаку.

Цинь Му, Ци Цзюи, мясник и Владыка Солнца продолжали идти вперёд. Казалось, будто они собираются войти прямо в главный лагерь дьяволов.

«Только несколько человек вышли из города. Что задумал истинный бог Пан Юй?» — подумав, Фу Жило тут же усмехнулся:

— Всего лишь несколько слабых богов! Кто пойдёт со мной, чтобы отрезать им головы?

— Постой! — увидев Ци Цзюи с Владыкой Солнца, воскликнула переменившаяся в лице Лу Ли. Затем она поспешно подняла руку, указывая вдаль, и серьёзно продолжила. — Там, на другой стороне, благороднейший с Райских Небес. Фу Жило, нельзя оскорблять благородных!

Сердце Фу Жило подпрыгнуло:

— Благородный? Неужели…

Выражение лица Лу Ли мерцало между определённостью и сомнением, когда она сквозь стиснутые зубы процедила:

— Мне не померещилось, он и правда здесь. Зачем благородному спускаться к нижней границе? Неужели начальство уже прознало о маленьком отродье семьи Цинь и пришло сюда, чтобы пожинать плоды?.. Должно быть, меня предали те отбросы из Юду! Чёрт возьми, это был Хань Лэй или Сюань Мин? Или Цзюэ Хуан? Когда надо кого-то подставить, то они с удовольствием это сделают, даже уговаривать не придётся, но, когда я хочу, чтобы они мне помогли, они даже задницами своими не пошевелят!

— Друг Дао Лу, юноша с фамилией Цинь идёт рядом с упомянутым тобой благородным! — с серьёзным выражением лица, сказал Фу Жило.

Лу Ли перевела взгляд на Цинь Му, который, тут же почувствовав это, поднял голову и посмотрел в сторону главного лагеря дьяволов. Не имея ни малейшего понятия, кому принадлежал взгляд, он как обычно лучезарно улыбнулся.

Лу Ли фыркнула:

— Похорошел, значит. Во времена молодости он был так уродлив, что мог напугать призрака до смерти!

Цинь Му остановился в ста километрах от главного лагеря дьяволов и громким, ясным голосом заговорил:

— Владыка Небесного Святого Культа Цинь Му отдаёт дань уважения всем героям дьявольской расы и героям Райских Небес. Могу я спросить выдающихся талантов среди дьяволов, есть ли среди вас кто-нибудь, кто осмелится прийти и преподать мне урок?

Его голос не сразу достиг армии впереди, но даже при том, что он оказался не слишком громким, каждый дьявольский бог отчётливо его расслышал.

Вражеский лагерь сразу же засуетился в нерешительности, что совершенно не удивительно, ведь дьявольские боги не воспитали такого ученика, который бы выстоял перед Цинь Му, по крайней мере, находясь с ним в одной и той же области.

— Эксперты областей Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста тоже могут преподать мне урок, — голос Цинь Му продолжал звучать громко и отчётливо, — как и те, кто обладает слабым совершенствованием. Подходите, я просто запечатаю своё божественное сокровище и буду сражаться с вами честно! Кто-нибудь осмелится сразиться со мной?

Выждав некоторое время, но так и не получив ответа, его голос снова разнёсся по всему лагерю дьяволов:

— Дьяволы — трусы. Брат Ци, похоже нам с тобой придётся сражаться между собой.

Внезапно ворота главного лагеря дьяволов открылись и через них рванули разъярённые, громко кричащие дьявольские эксперты:

— Маленькое человеческое отродье, как ты смеешь называть нас трусами!

Цинь Му довольно улыбнулся и обратился к Ци Цзюи:

— Как на счёт того, чтобы немного размяться?

Глава 591. Девять Навыков Небесного Ножа

— Неужели Владыка надеется переложить свою грязную работу на чужие плечи? — посмотрев на Цинь Му, Владыка Солнца проговори неприятным голосом. — Несмотря на свою молодость, Владыка Культа Цинь не страдает от нехватки сообразительности. Молодой мастер Ци, не позволь ему себя обмануть. Если ты начнёшь убивать дьяволов, мы потеряем своё превосходство.

Ци Цзюи был совершенно спокоен:

— Не волнуйся, Владыка Солнца. Дьяволы — это обычные псы, взращённые Райским Небесами. Если убить парочку, ничего ужасного не произойдёт. Брат Цинь хочет воспользоваться этим шансом, чтобы увидеть мои способности, и я тоже не против поглядеть на него в действии.

Цинь Му улыбнулся:

— Ум брата Ци намного шире, нежели у Владыки Солнца, слишком уж много он волнуется. Кстати, в тоне его голоса я подметил покорность и кротость, должно быть это потому, что его звание намного ниже твоего. Брат Ци, прибыл сюда из так называемых Райских Небес, верно? А цель твоего визита — найти меня?

Ци Цзюи слегка улыбнулся:

— Брат Цинь очень умный. Тебя стоило назвать Цинь Ии.

— Догадаться о твоих намерениях совсем нетрудно, поэтому о моём уме ещё рано судить, и меня вряд ли стоило называть Ии. Тому, что ты пригласил меня в Вечный Мир, тоже должно быть объяснение.

Скрывая своё удивление, Ци Цзюи лишь улыбнулся, не проговорив ни слова.

Цинь Му поднял голову, смотря на трёхногого бога:

— Владыка Солнца, почему ты не сосредоточен на битве с дедушкой мясником? Таким образом ты умрёшь от первого же взмаха его ножа. Запомни мои слова!

Владыка Солнца фыркнул:

— Владыка Культа Цинь пробует разбить моё сердце Дао?

Цинь Му проигнорировал его слова и повернул свой взгляд в противоположную сторону, смотря на бесчисленных дьявольских практиков, мчащихся к ним. Среди них было довольно много экспертов области Божественного Моста, а также Небожителя и даже Пяти Элементов. Должно быть после его вызова они просто не смогли удержаться от атаки.

Среди дьяволов высоко почиталось боевое мастерство, каждый их практик занимал определённый ранг в своей области. В городе Ли Цинь Му уже сражался с экспертами области Семи Звёзд, все из которых были учениками богов и входили в десятку лучших.

И среди них Чжэ Хуали считался номером один.

Во всех других областях были такие же рейтинги.

Среди мчащейся на них толпы дьяволов почти не было практиков областей Семи Звёзд или Шести Направлений. Большинство из них уже погибли от рук Цинь Му.

Окутавшись яростными аурами, они обезумевши бежали вперёд. Один из практиков области Божественного Моста вырвался вперёд, и остальные, заметив это, остановились.

Сильный практик области Божественного Моста был близок к становлению богом и владел огромными способностями, своим присутствием ошарашивая бабушку Сы и остальных.

Даже они увидели в нём угрозу.

Несмотря на то, что они доработали недостатки своих техник, с того момента у них не было достаточно времени для совершенствования. Они всё ещё слегка уступали практикам дьявольской расы, которые совершенствовали техники становления истинными богами с самого рождения.

Тем не менее, спустя некоторое время им тоже удастся развить все части своих тел до области бога. Более того, схема циркуляции Ци, которая досталась им от Цинь Му, была дверью для вхождения техники на путь. Улучшая все аспекты тела, она позволяла практику становиться истинным богом. Она развивала не только физическое тело, но и исконный дух, очищала жизненную Ци и улучшала пути, навыки и божественные искусства.

Когда только физическое тело достигало уровня молодого истинного бога, практик был ещё далёк от становления таковым.

— Владыка Культа Цинь из Вечного Мира! — взгляд сильного практика области Божественного Моста упал на Цинь Му, и он торжественно проговорил. — Ты не нашёл себе достойного противника в области Семи Звёзд, но это не значит, что таковых нет в других областях. Я Шу Е, ученик Фу Жило, хочу тебя испытать!

— Старший брат Шу Е, какое место ты занимаешь среди практиков Божественного Моста? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Номер Два! — равнодушно ответил Шу Е. — Первое место занимает Ту Юнь, но он близок к вхождению в Райские Дворцы и вскоре станет дьявольским богом, поэтому не принимает участия в битве. Скоро я буду номером один!

Цинь Му покачал головой:

— Тогда лучше сходи и пригласи его, ты не подходишь. Я уже убил Фу Юйсяо, ученика Фу Жило, находящегося в области Небожителя. Его способности были очень высоки, но он всё же значительно уступал мне в одной области.

Шу Е впал в ярость, но внезапно с неба спустился Фу Жило, приземляясь перед отрядом дьявольских практиков. Шу Е и остальные тут же поприветствовали:

— Уважаемый король!

Подняв руку, Фу Жило приказал им отбросить формальности в сторону:

— В одной с ним области, никто из вас не сравниться с маленьким другом Цинем. Если вы не занимаете первого места в своей области, то нет смысла бросаться в бой и гибнуть понапрасну!

Немой, мясник и остальные ошарашенно замерли. К врагу спустился истинный бог, и теперь, даже атакуя сообща, они могли потерпеть поражение!

Взгляд Фу Жило прошёлся по лицу мясника, затем упал на немого и Владыку Солнца, прежде чем остановиться на Цинь Му.

Юноша встревожился, тут же потянувшись рукой к груди, но в этот миг он вспомнил, что там больше не было нефритовой подвески…

Граф Земли спрятал её внутри его вертикального глаза!

Заметив его движение, Фу Жило ощутил, как его сердце замерло. Вспомнив тот случай, когда Цинь Му вышел из-под контроля, он почувствовал боль в груди и рассмеялся:

— Маленький друг Цинь, не стоит тревожиться, я не причиню тебе вреда. Я пришёл исключительно в качестве свидетеля и не буду тебя трогать.

Цинь Му облегчённо вздохнул и забрал руку с груди. Поклонившись, он ответил:

— Фу Жило всегда справедлив. Старший, я тобой восхищаюсь!

Скользнув взглядом по груди Цинь Му, Ци Цзюи с дрожью в сердце улыбнулся: «Так он и вправду носит свою подвеску на шее. Теперь, когда я знаю где её искать, всё пройдёт намного легче».

Внезапно к ним подошла удивительная красавица с сияющим лицом. Остановившись возле Фу Жило, она провела взглядом мимо мясника, немого, Владыки Солнца и остальных, прежде чем уставиться на бабушку Сы. Сияние в её глазах мгновенно погасло.

Хоть она и была красивой, на фоне бабушки Сы её внешность казалась крайне бледной.

Одна была удивительной красавицей, в то время как красоту второй можно было назвать ослепительной. Они находились на совершенно разных уровнях.

Увидев женщину, Цинь Му спросил:

— Лу Ли из Юду?

— Да, это я, — ответила Лу Ли, ощущая как в её сердце прорастает корень зависти. Мило улыбаясь и кокетливо двигаясь, она проговорила грубым мужским голосом. — Ослепительная красавица, ты вызываешь у меня чувство сожаления и даже немного зависти. Как я могу к тебе обращаться?

Бабушка Сы уже собиралась ответить, когда Цинь Му покачал головой и прошептал:

— Бабуль, заклятия Юду нацелены на душу, узнав твоё имя, она получит лёгкий способ тебя одолеть.

Бабушка Сы сразу же передумала называть своё настоящее имя.

Лу Ли усмехнулась:

— Цинь Фэнцин, я никогда бы не подумала, что ты достигнешь такого уровня, ты меня по-настоящему разочаровал. Я ведь планировала захватить тело ослепительной красавицы и немного с ним поиграть… Благородный, твоя фамилия случайно не Ци?

Ци Цзюи улыбнулся:

— Ци Цзюи из семьи Ци отдаёт дань своего уважения Губернатору Провинции Лу Ли.

Голос Лу Ли всё ещё был очень грубым, но теперь в нём появились сладкие нотки жалости:

— Кажется, Райские Небеса недостаточно мне доверяют, раз решили отправить сюда ещё и молодого мастера Ци Цзюи… всё это не может меня не разочаровывать.

— Если у Губернатора провинции нет злых намерений, то какое ей до меня дело?

Лу Ли продолжала улыбаться:

— Раз я уже здесь, ты не заберёшь с собой его!

Ци Цзюи улыбнулся:

— Я даже не думал о том, чтобы его забирать. Я отдам его тебе, как только использую в своих целях.

Глаза Лу Ли загорелись:

— Договорились!

Ци Цзюи улыбнулся, ничего не отвечая.

Цинь Му нахмурился… Фу Жило, лично спустившийся с небес, полностью разрушил его планы. Он хотел, чтобы Ци Цзюи сразился с дьявольскими практиками, демонстрируя свои способности и подвергаясь дьявольской ярости.

Тем не менее, Фу Жило спустился и остановил дьявольских практиков, желающих бросить им вызов.

Лу Ли, раньше скрывавшаяся в Божественном Сокровище Жизни и Смерти Син Аня, показалась следом за ним. Контролируя мужчину, она пыталась схватить Цинь Му, но в последний момент тот осмелился прогнать её прочь.

Она и Ци Цзюи были соперниками, каждый из которых желал схватить Цинь Му. Но всего лишь несколько его слов ослабили вражду между ними и теперь Цинь Му стал их общей целью.

«Мои планы не успевают за всеми этими поворотами событий…» — он начинал волноваться.

— Подлец облажался… — за его спиной пробормотал одноногий.

Владыка Солнца посмотрел на Цинь Му, и почувствовав внезапное облегчение, улыбнулся:

— Кажется, ум Владыки Культа Циня пришёл в беспорядок из-за нарушенных планов. Это волнение сделает тебя лёгкой жертвой для молодого мастера Ци. Может Владыка Культа Цинь хочет взять паузу, чтобы прийти в себя?

— Да! — тут же ответил Цинь Му. — Мне и вправду нужно привести свой разум в порядок. Дедушка мясник, Владыка Солнца, может сначала вы займётесь своим недоразумением?

Улыбка на лице Владыки Солнца застыла. Он попросту не ожидал, что юноша согласится с ним вот так просто.

Рассмеявшись, мясник расстегнул рубашку, оголяя грудь. Подняв голову к небу, он прокричал:

— Проклятые небеса, я так долго вас ругал и наконец могу пролить вашу кровь! Владыка Солнца, с твоего позволения!

Его воля ножа рванула в воздух, разрывая тучи напополам!

Его боевой дух поднялся над небесами, прежде чем обрушиться на тело противника.

Владыки Солнца был ошарашен, почувствовав, как взгляд мужчины пронзил его, будто нож, и тут же подлетел в небо, засияв золотым светом. Его крылья широко раскрылись, а тело начало резко увеличиваться в размерах, полностью покрываясь золотыми перьями

Продолжая оперяться, Владыка Солнца превратился из человека в трёхногую божественную птицу, сияющую яркими огнями. Он начал напоминать солнце, внутри которого сидел золотой ворон!

Птица издала пронзительный визг:

— Небесный Нож, в прошлый раз я разрубил тебя напополам и сломил все твои навыки ножа, так что ты вообще забыл здесь в этот раз?

— Ты думаешь, что я ничего не делал все эти годы в деревне Цань Лао?

Издав громкий рёв, мясник вытащил свой нож и поднялся в небо, будто ступая по тучам. Его тело задрожало, становясь невероятно высоким и крепким, а луч ножа в воздухе стал ярче, затмевая даже палящее солнце, навстречу которому он летел!

— Нож, Открывающий Яркое Кольцо Луны! — взволновался Цинь Му. — Девятое движение Ножа для Убоя Свиней!

Ба Шань уставился в небо шокированным взглядом. Нож для Убоя Свиней, о котором говорил Цинь Му, также назывался Восемью Навыками Небесного Ножа. Тем не менее, как следовало из названия, тот состоял лишь из восьми движений…

Мясник же выполнил удар, которого он не видел раньше!

У Небесного Ножа было девятое движение!

Девять Навыков Небесного Ножа!

Нож, Открывающий Яркое Лунное Гало!

В небе начал формироваться белоснежный луч меча, в то время как тело мясника исчезло, оставляя после себя лишь сверкающий свет ножа, быстро превращающийся в мерцающую круглую луну, собирающуюся столкнуться с палящим солнцем напротив!

Бесчисленные золотые перья на поверхности солнца собрались в меч, наполненный палящим истинным огнём, тут же выстреливая вперёд.

Бдзинь!

Истинный огонь золотого меча вонзился в яркую луну, и та внезапно засияла ослепительным светом. Будто настоящее светило, она поглощала солнечный свет, отражая его обратно в виде лунного…

Внезапно нож загорелся в несколько раз интенсивнее!

Серебристо-белая луна рассеялась, превращаясь в поразительный свет ножа!

Несказанно волнуясь, Цинь Му громко произнёс:

— Вступив в Нефритовый Перевал, прогнал варваров горы Вэй. Играя мелодию на цвету сливы, нож раскрывает яркое лунное гало!

Стих являлся Секретами Ножа, Открывающего Яркое Кольцо Луны!

С неба густым дождём начали капать капли крови.

Крепкое тело мясника возвышалось между небом и землёй. Он омывался в крови бога и пылающем огне, в то время как его Небесный Нож, разрубив солнце напополам, сиял ярким светом. Громко смеясь, он проговорил:

— Над морем пронёсся гром барабанов, аура солдат поднялась до небес. В надежде обезглавить небесного бога, прогнать его из Перевала Невинности!

В этот момент из главного лагеря дьяволов вышел смотрящий в небо юноша с демоническим ножом…

Его разум задрожал, и он вошёл в состояние понимания.

Голова Владыки Солнца с громким хлопком упала на землю перед дьявольским лагерем.

Глава 592. Зловещая Аура

— Превосходные навыки ножа! — Фу Жило посмотрел на сияющего ярким светом мясника и не смог удержаться от похвалы. — Поистине превосходные навыки ножа! Настолько сильный, выдающийся герой смог бы прославить даже Райские Небеса Императора-Основателя! И это в эпоху, когда пути, навыки и божественные искусства не на своём пике. Какое прекрасное место!

Увидев, насколько хорош мужчина с ножом, он ещё больше возжелал Великих Руин.

В сравнении с ним, мясник был очень молод и не получил полную систему совершенствования, но даже так его навыки ножа уже ступили на путь. Надо иметь в виду, что этого не смогли добиться даже многочисленные боги и дьяволы на Верховных Небесах Императора.

Фу Жило понимал, что если мясник исправит все свои недостатки, у него появится возможность стать истинным богом. Достичь такого уровня в столь молодом возрасте ему определённо помогли Великие Руины, или, если быть точнее, Райские Небеса Императора-Основателя!

— Он никогда не учил меня этому движению… — когда Ба Шань открыл рот, его голос пророкотал, словно раскат грома, затем он повернулся и посмотрел на Цинь Му. — А тебя он учил этому?

— Да. Однако моя область недостаточно высока, поэтому я не могу выполнить его, — честно ответил Цинь Му.

Ба Шань пришёл в ярость:

— Старик необъективен! Это движение слишком сильное, слишком…

Но на самом деле всё обстояло несколько иначе.

Когда располовиненный мясник приполз в деревню Цань Лао, большую часть времени он вёл себя как сумасшедший и постоянно винил проклятые небеса, желая разделить их на части. Но в те редкие периоды жизни, когда его рассудок прояснялся, он был не слишком многословным молчуном.

Ему было очень горько, но не от того, что от него осталась только верхняя часть тела, а от того, что он не смог пробиться к небесам и отомстить за своих добрых друзей, стирая все сожаления со своего ножа.

Чтобы справиться с Владыкой Солнца и остальными богами в небе, он трудился как сумасшедший, размышляя о бесчисленных навыках ножа, но никак не мог придумать как сломить божественное искусство в небе.

Он сходил с ума потому, что слишком много думал.

Но с тех пор, как бабушка Сы нашла малыша на берегу реки, его обезумевшее сердце медленно раскрылось. Он нашёл на кого мог положиться… и с того самого момента всё реже терял рассудок и чувствовал себя всё лучше. Обретя душевный покой, он начал ощущать всё то, что ускользало от его взора на протяжении всего этого времени, и в итоге вступил своим навыком ножа на путь и создал девятую форму Небесного Ножа — Нож, Открывающий Яркое Лунное Гало.

Это движение позволило ему ступить на путь и стать непревзойдённым великим мастером пути ножа.

Ба Шань давным-давно овладел восемью навыками Небесного Ножа. На протяжении всей своей жизни он вечно досаждал мяснику своим пустословием, как результат — тот всегда старался избегать его. И только недавно они встретились, так что у мясника попросту не было времени обучить его этому движению.

Кроме того, Нож, Открывающий Яркое Лунное Гало, требовал не только чрезвычайно высокого совершенствования, но и невероятно больших достижений в навыках ножа. Ба Шань же пошёл путём боевых заклятий, поэтому он не сможет вступить на путь с навыками ножа даже если мясник решит обучить его…

Это ему теперь попросту не под силу.

Кровь Владыки Солнца разлетелась по земле и превратила стокилометровую область в море из огня. Его кровь являлась кровью золотого ворона с сущностью солнца, и, как только коснулась земли, превратилась в неугасающее пламя.

Внезапно огромное солнце врезалось в землю, вызывая землетрясение. Между тем место, где разбилось солнце, тоже превратилось в море из огня.

Ци Цзюи нахмурился, но вскоре его брови приобрели первозданный вид.

Владыка Солнца умер, но разве это что-то меняло?

Убитый бог был всего лишь помощником, который сопровождал его к нижней границе только потому, что был «местным» и хорошо знал здешние земли, а значит мог помочь ему побыстрее найти Цинь Му.

Поскольку дело было сделано, жив или мёртв Владыка Солнца — уже не важно.

Мясник возвращался, держа в своей руки длинный нож. После того, как кровь убитого бога окропила его тело, он вспламенился, но так как его духовным телом была Красная Птица, ему было всё нипочём… он совершенно ничего не чувствовал.

— Великолепно! — на груди мясника зияла огромная дыра, можно было разглядеть рёбра и даже бьющееся под ними сердце. Было очевидно, что битва с Владыкой Солнца была не из лёгких, но даже несмотря на всю тяжесть ран, он продолжал улыбаться. — Несколько сотен лет сумасшествия, наконец, закончились благодаря моему ножу, как же, чёрт его дери, здорово!

Целитель тут же подбежал к нему и, осмотрев рану, нахмурился:

— Мясник, тебя чуть не убили, чему ты так радуешься? В твоей ране есть остатки божественного искусства Владыки Солнца. Я здесь бессилен, тебе придётся справиться с этим самому, поэтому будь осторожен, не разжимай своё сердце, иначе оно разоврётся на куски… В конце концов ты не Син Ань, который может заменить сердце, когда ему заблагорассудится. Возможно, ты чувствовал себя великолепно, когда убивал его, но ты сам чуть не лишился жизни. Тебе нельзя быть таким безрассудным!

— Навыки ножа не имеют столько же преобразований, как навыки меча, собственно, именно поэтому истинные навыки ножа начинаются и заканчиваются смертельными ударами. Понимая это — будешь жить, а если же нет — тебя ожидает только смерть! Всё просто! — мясник вложил нож в ножны и, вскрикнув, заставил бесчисленные крошечные ножи сверкнуть перед раной на его груди, «стирая» божественное искусство, оставленное Владыкой Солнца. — Раньше мои навыки ножа отличались изысканностью, сложностью и постоянными изменениями, но, когда они вступили на путь, я сменил всю сложность на простоту. Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города и Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря тратили много усилий. Длинный Нож, Свисающий под Лунным Светом и Нож, Открывающий Яркое Лунное Гало, куда проще и легче.

Фу Жило окинул взглядом многочисленных дьявольских практиков божественных искусств и заговорил:

— Запомните его слова, они очень логичны. Заклятия, божественные искусства, боевые техники, всё это вы должно упростить. Однако не стоит забывать, что его упрощение является производным от сложного, поэтому путь к усложнению является обязательным составляющим. Без этого вам никогда не достичь такой простоты. Так называемая простота собирает вашу силу и мощь в одно целое.

Дьявольские практики, казалось, не особо поняли смысл вышесказанного, но всё равно кивнули в знак согласия.

Услышал речь Фу Жило, Цинь Му мысленно похвалил его: «Горизонты Фу Жило поистине велики, он один из удивительнейших великих мастеров. Он, без сомнения, истинный дьявол и уважаемый король. Когда я создал первую форму Меча Бедствия, я также сменил всю сложность на простоту. Хотя так называемая простота вовсе не является такой уж простой. Навык меча может показаться простым, но на самом деле таит в себе всю возможную силу и несёт очарование пути… Именно таким образом и возможно получить настолько необычную мощь».

Обычные люди могли использовать всего лишь десять-двадцать процентов от всей своей силы, и не спроста, ведь они не могли использовать все возможности своего тела одновременно. Например, левая и правая руки могут иметь до сорока пяти килограммов силы каждая, ноги, допустим, столько же, в сумме выходит около ста восьмидесяти килограммов силы, но, когда человек атаковал, он не мог использовать всю эту мощь.

Что же до практиков божественных искусств, у них дела обстояли гораздо сложнее и запутаннее, ведь сила их тел складывалась из силы Ци и крови, силы сухожилий, исконного духа, божественных сокровищ, а также различных видов рун…

И только используя все эти силы, можно исполнять божественные искусства.

В результате появилось множество божественных искусств, разнящихся по тому, сколько они позволяли высвободить силы тела, от совсем плохеньких, до великих, задействовавших от пятидесяти до шестидесяти процентов силы. Такие божественный искусства были поистине редки и удивительны, и каждое из них было кем-то создано во время попытки наилучшим образом высвободить как можно больше силы своего тела.

А вступая своим божественным искусством на путь, количество силы, которое можно было высвобождать, становилось чрезвычайно ужасающим.

Задействовалась вся сила, что имелась в теле. Вопрос заключался лишь в том, раскрыл ли ты все сильные стороны своего тела?

— Хм, Фу Жило не так плох в понимании, — похвалил Ци Цзюи.

Цинь Му взглянул на него и произнёс:

— Знания брата Ци также очень хороши.

Ци Цзюи слегка улыбнулся.

Целитель проверил рану мясника и серебряными иглами вывел огненный яд:

— Не стоит беспокоить меня такой маленькой раной. Му’эр, тащи сюда своего толстяка, чтобы он тут всё как следует вылизал. Ему всего лишь то нужно стабилизировать кровообращение и заставить мышцы работать.

Перебирая короткими, утопающими в жиру лапками, толстый цилинь торопливо подбежал и виновато улыбнулся:

— Дедушка мясник, дракончик сейчас всё вылижет.

Мясник поспешно взглянул на Цинь Му:

— Му’эр, у тебя есть что-нибудь в бутылках?

— Лучше всего свежая драконья слюна. Та, что в бутылках, уже не первой свежести, поэтому рана будет заживать гораздо медленнее! — твёрдо настоял целитель.

Мясник был настроен скептически.

— Брат Цинь, Владыка Солнца уже уладил свой спор, и рана Небесного Ножа не такая уж большая проблема, так что твой разум должен был освободиться от ненужных хлопот, верно? — проговорив, Ци Цзюи посмотрел на Цинь Му и с улыбкой добавил. — Теперь наша очередь.

Цинь Му собирался что-то сказать, но вдруг вспыхнул свет ножа. Он разделился на два, потом на четыре, потом на восемь и так далее!..

«Чжэ Хуали!» — сердце Цинь Му слегка дрогнуло, между тем свет ножей, успевший заполнить собой небо, внезапно собрался в одном месте, превращаясь в единственный свет ножа, росчерком обрушившийся сверху вниз.

Там, где проходил свет, воздух с гулом и хлопками раскалывался надвое!

Фу Жило взмахнул рукавами и отодвинул всех, оберегая от атаки, рассекающей всё на своём пути.

Свет ножа пытался поразить Ци Цзюи с расстояния десяти километров!

Зрачки юноши сузились, он расслабился и не успевал уклониться.

Внезапно свет ножа затрясся и разделился, превращаясь в более чем дюжину светов ножей, приближающихся к Ци Цзюи когтистой лапой или павлиньим хвостом. Но под конец они вновь соединился в единый свет ножа, появившийся у кончика носа Ци Цзюи.

Находясь на расстоянии десяти километров, Чжэ Хуали спрятал свой демонический нож за спину и свет ножа исчез. Несмотря на всю свою мрачность, он выглядел полным уверенности и шагал вперёд широкими шагами. Было очевидно, что, чтобы прорваться в совершенствовании, за последние дни ему пришлось пережить много трудностей.

Мясник посмотрел на Чжэ Хуали и вдруг вздохнул:

— Два моих ученика, — говорил он с мрачным выражением лица. — Один из них избрал путь боевых заклятий, а другой постиг путь меча… и никто из них не овладел сутью навыков ножа. Но тот парень только единожды увидев мой навык ножа смог понять его.

Канцлер Ба Шань покраснел, в то время как Цинь Му сказал безо всякого стыда холодным и серьёзным голосом:

— Мои навыки владения меча вступили на путь. Я более многообещающий, чем старший брат Ба Шань, и старейшина деревни мною гордится.

Фу Жило посмотрел на Чжэ Хуали и воскликнул:

— Чжэ Хуали, ты можешь закончить своё ученичество!

Чжэ Хуали поклонился и поблагодарил. Затем он выпрямил спину и своим острым взглядом посмотрел на Цинь Му, а потом на Ци Цзюи.

— Цинь Му — мой, — в его глазах появился свет ножа, — если ты попытаешься убить его раньше меня, тогда мне придётся убить тебя.

Одноногий был поражён:

— Му’эр, ты очень популярен.

Лицо Цинь Му мгновенно помрачнело. Судя по всему, его не особо радовала такая популярность.

— Чжэ Хуали, ты находишься в ученичестве Верховного Генерала Ло Ушуана из Стражей Элитного Духа? В твоих навыках ножа я вижу его след. Он отвечает за обучение молодого поколения Стражей Элитного Духа на Райских Небесах. Хорошо, что ты постиг его истинные учения, но знаешь ли ты, кто я такой? — безразлично спросил Ци Цзюи.

Чжэ Хуали покачал головой:

— Мне неинтересно, кто ты такой. Если ты попытаешься убить его, то умрёшь первым.

Ци Цзюи тоже покачал головой:

— Ученик Ло Ушуана, а ты не переоцениваешь свои способности? Ты изучил только одно движение, и думаешь, что сможешь выйти из тени Ло Ушуана и даже надеешься соперничать со мной? Брат Цинь, тебе ещё интересно посмотреть, как я буду сражаться с дьявольским экспертом? Что ж, у тебя будет такая возможность.

Цинь Му прищурился и почувствовал, что от стоящего рядом с ним юноши исходит невероятно зловещая аура!

Казалось, в его теле постепенно пробуждается доисторический зверь!

Это чувство было схожим с тем, когда истинный дракон выполнял технику Высшей Тайны Древнего Дракона, но Ци Цзюи не был драконом… Он был фениксом!

«Ой-ой-ой, это хорошим не закончится! — сердце Цинь Му сильно задрожало. — Ци Цзюи совершенствует технику, которая может возвыситься до Императорского Трона!»

Незаметно для него, позади появился одноногий и убедительно пробормотал:

— Му’эр, быть трусом в ситуациях, когда нужно бежать, это нормально. Верь в мои учения.

Цинь Му вдруг взбудоражился и, крепко сжав кулаки, слегка хрипло проговорил:

— Дедушка, я ещё не побеждал того, кто совершенствовал технику Императорского Трона!

Глава 593. Девять Фениксов, Сидящих на Древнем Древе Фирмиана

Впадая в ярость, одноногий прокричал:

— Му’эр, ты забыл все хорошие традиции дедушки одноногого! Ты умеешь только быть храбрым и жестоким, как мясник, поэтому рано или поздно тебя тоже разрубят напополам… Мясник, что с твоим лицом? Опусти свой нож! У нас тут дружеский разговор, я лишь пытаюсь помочь Му’эру!

Он осторожно отодвинул нож от своей шеи.

Цинь Му улыбнулся:

— Дедушка, не волнуйся, я знаю, что делаю. Так называемую технику Императорского Трона, которую он использует, создали его предки, а не он сам, поэтому количество силы, которое он может освободить, всё же зависит от его собственного понимания и совершенствования. Из-за этого в его исполнении она опускается на область ниже, к Непостижимому Небу, — всё ещё расслабленно улыбаясь, он продолжил. — Более того, Вечный Мир постоянно реформируется, в то время как Райские Небеса стоят на месте, а следовательно, технику Императорского Трона Ци Цзюи можно считать слабее ещё на одну область, она соответствует Нефритовой Столице, — всего лишь оперируя несколькими факторами, он без зазрений совести понизил уровень техники парня на две области.

— Даже если это всего лишь техника Нефритовой Столицы, она всё же на несколько областей выше, чем у тебя! — фыркнул одноногий. — Сначала идёт Истинный Бог, затем Нефритовое Озеро, Сцена Казни Бога и лишь затем Нефритовая Столица!

Цинь Му переполнялся самоуверенностью:

— Так как я сам создал свою технику истинного бога, её можно считать на область выше, поднося до Нефритового Озера. Более того, у меня Тело Тирана, а значит мою технику можно с лёгкостью приподнять к Сцене Казни Бога. Оставшаяся разница не такая уж и большая.

Одноногий потерял дар речи от гнева, но тут бабушка Сы взяла слово:

— Одноногий, именно поэтому ты всё ещё не можешь пересечь божественный мост и войти в райские дворцы. Ты слишком робкий, боишься того и сего, переживаешь, что тебе не удастся добиться успеха. На самом деле, твоего совершенствования уже вполне достаточно для становления богом. К счастью, Му’эр не перенял у тебя этого качества, а не то он тоже не смог бы ни в чём преуспеть.

Одноногий не смел на неё злиться, и лишь обиженно ответил:

— Продолжай его холить, мне всё равно. Рано или поздно я погляжу, как его побьют до смерти!

Несмотря на сказанные им слова, он по-прежнему ужасно волновался за Цинь Му. После того, как бабушка Сы нашла того на берегу реки, он был первым, кто принял ребёнка. А когда бабушке Сы надоедало менять обмоченное бельё, и она попросту выносила бедолагу из деревни, он раз за разом приносил его обратно, не обронив ни слова.

После того, как Цинь Му стал немного старше, у него не было друзей, поэтому именно этот престарелый ребёнок играл вместе с ним. Ясное дело, он также любил поиздеваться, отбирая у него конфеты, купленные бабушкой Сы, или игрушки, изготовленные старым Ма. Именно он всё время заставлял его плакать, за что потом получал от бабушки Сы.

В те годы старейшина деревни был ужасно подавлен, сердце Дао слепого было разрушено Син Анем, бабушка Сы волновалась из-за Ли Тяньсина, поселившегося в её сердце Дао, немой ковал в своей кузне, ни с кем не говоря, целителя преследовали любовные долги, глухой не обращал ни на кого внимания, старый Ма начинал горевать о своих детях и жене, каждый раз, когда видел Цинь Му, а мясник сошёл с ума, узнав правду о небесах.

Тогда им лишь предстояло развязать узы в своих сердцах. Одноногий был единственным, кого вынудил спрятаться в деревне Имперский Наставник. Его бремя было самым лёгким, поэтому он мог всецело отдать себя Цинь Му.

Фу Жило недоумевал, наблюдая за их недоразумением. Обычно, между богами царили вежливые и учтивые отношения. Даже будучи врагами, они демонстрировали глубокое уважение к противнику. Редко можно было увидеть, как они орут друг на друга так, как боги из деревни Цань Лао.

— Чжэ Хуали, ты должен быть крайне осторожен, сражаясь с молодым мастером Ци, — Фу Жило совершенно не собирался останавливать рвущегося в драку Чжэ Хуали. — Теперь, когда твоё ученичество закончилось, не осталось ничего, чему я мог бы тебя научить. То же можно сказать и о другом твоём учителе, Ло Ушане. С сегодняшнего дня тебе придётся совершенствоваться самостоятельно. Сражение с молодым мастером Ци это твоё решение, так что я не буду вмешиваться.

Будучи уважаемым королём дьявольской расы, Фу Жило обладал необычайным обаянием. Несмотря на то, что он был на стороне врага, его поведение вызывало восхищение.

Чжэ Хуали отблагодарил и посмотрел на Ци Цзюи. Казалось, в его глазах вспыхнул свет ножа. Его навык ножа только что сформировался, и он отчаянно нуждался в достойном противнике, чтобы подтвердить его дееспособность.

— Фу Жило, твой ученик не годится в соперники молодому мастеру Ци, — тихо проговорила Лу Ли. — Ты не представляешь, насколько ужасно его наследство! Его учитель — это большая шишка из прошлого, доисторическое создание! Именно он создал Великие Руины!

Левое лицо Фу Жило равнодушно ответило:

— И что? С древних времён до сегодняшних дней пути, навыки и божественные искусства постоянно изменялись, так что старые уже не могут с ними сравниться. Ты преувеличиваешь силу Райских Небес.

— Даже если Чжэ Хуали не дьявол, он всё равно унаследовал наш дух. Сталкиваясь с сильным противником, он сам становится сильнее и сражается яростнее! Более того, он обладает чрезвычайно высоким пониманием и сумел постичь Дао, когда Небесный Нож убил Владыку Солнца одним ударом. Кому ещё под силу подобное? Чжэ Хуали может победить в этой битве!

Лу Ли фыркнула, ничего не отвечая.

Вьюх!

Вспыхнул свет ножа, и Чжэ Хуали нанёс удар!

Он использовал навык ножа Ло Ушуана, начиная разделять свет ножа. Демоническое оружие в его руках тут же обрадовалось, широко открывая свой глаз, чтобы поглядеть на Ци Цзюи. Его луч продолжал умножаться снова и снова.

Ци Цзюи стоял, не двигаясь. Внезапно за его спиной затрепетали языки пламени, напоминая феникса, хлопающего своими крыльями. В следующий миг они двинулись вперёд, отправляя в противника бесчисленные перья. Обладая невообразимой силой, они не разрушались, даже сталкиваясь со светом ножа.

В мгновение ока Навык Расщепления Ножа Чжэ Хуали разделился на десять тысяч лучей, но, столкнувшись с перьями феникса, даже они не смогли пробиться насквозь.

С другой стороны, пылающие перья с лёгкостью пробились сквозь навык ножа, несясь в сторону Чжэ Хуали.

Внезапно тело последнего исчезло, прежде чем появиться в другом месте. После каждого шага он останавливался, нанося удар демоническим ножом. Исполнялись всевозможные базовые формы ножа, взрывающиеся будто пылающие солнца, дьявольские боги, разрубающие горы, или как озёра, покрытые цветами и листьями лотоса. Небо наполнилось бесчисленными видениями, несущихся в сторону Ци Цзюи.

Скорость физического тела молодого истинного бога Чжэ Хуали была невероятно высокой, двигаясь, он оставлял за собой след из своих призрачных отражений.

Он ничем не уступал Цинь Му.

Внезапно призрачные отражения, заполнившие всё в радиусе ста полей, атаковали окружённого Ци Цзюи!

Более того, даже небо кишело силуэтами Чжэ Хуали. Принимая странные положения в воздухе, они атаковали противника под всевозможными углами!

Ци Цзюи продолжал неподвижно стоять. Там не менее он, казалось, мог видеть землю и небо насквозь. Вокруг него непрерывно расцветали перья феникса, постоянно увеличиваясь в числе. Они постепенно заполнили всё в радиусе нескольких метров, не позволяя ножу Чжэ Хуали подобраться слишком близко.

Некоторые из них даже бросились вслед за противником, и даже несмотря на большую скорость и удивительные боевые способности последнего, Цинь Му и остальные видели, что перья несут в себе для него огромную опасность!

Скорость Чжэ Хуали была сопоставима с раскатом грома, но каждое перо, казалось, рассчитывало его шаги и умудрялось не отставать!

Если соединить следы его ног, то первые два шага создавали линию, следующие три двигались по треугольнику, четыре по квадрату, пять описывали пятиугольник и так далее.

Чем больше шагов он делал, тем сильнее его траектория напоминала круг.

И в центре всех этих фигур стоял Ци Цзюи.

Носясь туда-сюда, Чжэ Хуали непрерывно кружился вокруг противника. Более того, он двигался не по плоской поверхности, а в трёхмерном пространстве, иногда приближаясь, а иногда отдаляясь от врага, поднимаясь ввысь и спускаясь на землю. Если по его следу провести линию, то она создаст невероятную картину!

Частично, именно из-за такого движения его навыки ножа становились непредсказуемыми.

Должно быть, подобный стиль движения он унаследовал от Ло Ушуана. Шаги последнего, как и его нож, были крайне точными.

Тем не менее, Чжэ Хуали был вынужден постепенно отдаляться от противника.

Ци Цзюи по-прежнему стоял в центре, не двигаясь с места. Пространство, занимаемое перьями феникса, непрерывно увеличивалось, вынуждая Чжэ Хуали отдаляться на безопасное расстояние.

Перья были его божественным искусством, а не духовным оружием. Он мог сдерживать противника одним лишь божественным искусством!

Между тем, перья феникса постепенно формировали некоего рода видение в форме древней кроны древа, переливающегося лучами яркого света.

Оно возвышалось за спиной юнца, закрывая небо своей кроной. Вдоль неё стекали разноцветные лучи света, стоя под которыми Ци Цзюи напоминал молодого бога, омывающегося в ярком свете.

Лица людей, наблюдающих за битвой, скривились в угрюмых гримасах. Особенно сильно происходящее повлияло на бабушку Сы.

В деревне Цань Лао её заклятия считались самыми сильными, а её понимание божественных искусств достигло высочайшего уровня. После очищения сердца Дао она ступила на грань пути заклятий божественных искусств, что гарантировало ей светлое будущее.

Её божественные искусства можно было смело считать самыми сильными не только в деревне Цань Лао, но и во всём Вечном Мире.

И всё же, божественное искусство Ци Цзюи продемонстрировало ей даже более высокий и изящный уровень владения заклятиями.

Божественное искусство древнего дерева не было создано Ци Цзюи, а лишь досталось ему вместе с техникой. Но даже используя то, чему его попросту научили, сила его заклятия превзошла все аналоги в той же области.

Бабушка Сы, исходя лишь из изящности его божественного искусства, уже признала, что была слабее. Древнее древо было создано из огромного количества божественных искусств перьев, и она ещё никогда не видела настолько изысканной конструкции!

Наконец, сила Ци Цзюи была готова!

— Му’эр, послушайся дедушку одноногого и признай поражение, — проговорила бабушка Сы. — Посмотри, на что он способен даже без использования духовного оружия! Его совершенствование невообразимо плотное! Его божественное искусство можно считать заклятием Дао! Признать поражение в таком случае не будет позорным решением!

Цинь Му крепко сжал кулаки, наблюдая за ходом боя. Он не обращал внимания на слова своей бабушки.

Древнее древо продолжало расти и развиваться, становясь всё более совершенным.

Среди его ветвей виднелось созданное из перьев гнездо феникса.

В этот момент Чжэ Хуали находился уже за пятьдесят метров от Ци Цзюи. Несмотря на всю свою яростность, его атаки больше не несли в себе угрозы для жизни противника.

Как только гнездо окончательно сформировалось, в нём начал медленно появляться феникс!

Издавая неописуемые пульсации, феникс становился всё более и более совершенным. На его девяти тонких, элегантных шеях появились девять голов, которые высунулись из гнезда, осматривая окрестности.

Цинь Му ощутил ауру древнего зверя, исходящую от тела Ци Цзюи.

Скорее всего, она и была источником пульсаций.

Волны становились всё сильнее и сильнее, и вместе с ними девятиглавый феникс тоже становился всё красивее и реалистичнее!

Древнее древо и девятиглавая птица давили не только на Чжэ Хуали. Все, стоящие вокруг, тоже чувствовали глубокий страх.

— Брат Цинь, разве ты не хотел посмотреть на мои божественные искусства?

Выражение лица стоящего под древом Ци Цзюи стало невероятно сакральным. Чжэ Хуали, наконец не выдержав давления, нанёс удар ножом, исполняя первое движение ножа, которое он создал, войдя на путь!

За его спиной медленно открылся огромный демонический глаз, выстреливая лучом света в нож, которым он и ударил по противнику. Его сила тут же возросла, становясь сопоставимой с Началом Меча Бедствия Цинь Му, способным разрушить любое препятствие!

«Превосходный навык ножа! Он всё же может мне противостоять!»

Большой и указательный пальцы правой руки Чжэ Хуали сжались, испуская мудру, похожую на голову феникса. Нож, только что пробившийся сквозь крону древнего древа, столкнулся с ней, издавая оглушительный хлопок!

Взмахнув крыльями, девятиглавый феникс выпустил звенящий визг. Тем не менее, вместо того чтобы броситься в сторону Чжэ Хуали, он полетел прямо на Цинь Му!

Демонический нож Чжэ Хуали наконец пробился сквозь мудру противника, и в этот миг на него обрушилось громадное древнее древо фирмиана. Исполнив своё самое мощное движение, Ци Цзюи одновременно атаковал Цинь Му и Чжэ Хуали!

Глава 594. Как Такое Могло Произойти?

— Какое сильное божественное искусство! — удивился Цинь Му. Ещё до того, как появился девятиглавый феникс, шторм, поднятый силой великих божественных искусств, развязал ленту, стягивающую его волосы.

Лента отлетела назад, а следом за ней на ветру заболтались его волосы.

Кожа его лица покрылась морщинами, а от нестерпимого жара ему стало трудно дышать.

Чжэ Хуали и Цинь Му были друг другу ровней, и Ци Цзюи, дерзнувший атаковать их одновременно, показал этим насколько он уверен в своих силах!

Будучи учеником древнего существа Райских Небесах, он вне сомнений был важной шишкой. И несмотря на то, что он, даже спустившись на нижнюю границу для улаживания дел, выглядел изысканным и элегантным, а также обходился со всеми вежливо, соблюдая этикет, независимо от того, с кем контактировал… в глубине души, смотря на здешних сильных практиков, он думал, что все они деревенские простофили.

Его божественное искусство уже давно назревало. Пока они с Чжэ Хуали проверяли друг друга, он медленно завершил своё великое искусство — Девять Фениксов, Сидящих на Древнем Древе Фирмиана.

Используя исполненное великое божественное искусство техники Императорского Трона, он мог сокрушить всех врагов в одной и той же с ним области. Такая техника не имела себе равных!

Он хотел подавить Цинь Му и Чжэ Хуали, чтобы показать всем могущество Райских Небес и заставить деревенских простофиль нижней границы бояться!

Кровь Цинь Му закипела. Ци Цзюи атаковал сразу двух людей, но ему казалось, что тот атаковал только его одного…

Было очевидно, что юноша с Райских Небес был невероятно ужасным противником, которого ему до сели не доводилось встречать!

Несмотря на то, что великому божественному искусству Ци Цзюи требовалось много времени, чтобы принять форму, его мощь воодушевляла Цинь Му!

В конце концов ему никогда раньше не доводилось видел столь сильного врага!

Цинь Му издал громкий крик и рёв дракона прошёлся по его телу глухим эхом, в мгновение ока повторившимся восемь раз.

Это были Восемь Голосов Древнего Дракона, и техника Трёх Эликсиров Тела Тирана циркулировала в такт с ними!

В его сторону мчался девятиглавый феникс, от которого исходили ослепительные разноцветные огни, изучая удивительную мощь!

Девятиглавый феникс в мгновение ока достиг Цинь Му. Сидя на дереве, он выглядел невероятно огромным, но, когда он подлетел к его лицу, то оказался не больше тридцати сантиметров в длину.

Несмотря на то, что он стал меньше, его мощь только усилилась, и угроза, исходящая от него, увеличилась в несколько раз.

Между тем Ци Цзюи использовал мудру, и древняя крона древа рухнула на демонический нож. Когда они были близки к столкновению, во всех направлениях распространилась пульсация, сопровождаясь вихрями, наполненными пламенем и светом ножей. Вихри свистели и разносились во все стороны.

Земля мгновенно «растаяла» и превратилась в лаву, над которой пролетали ножи. В тот момент, когда два великих божественных искусства столкнулись, демонические ножи вылетели из лавы. На их рукоятках красовались демонические, крайне странные глаза, пристально уставившийся на Ци Цзюи… путь, который проходил каждый демонический нож, казалось, контролировался ими.

Из лавы появились маленькие древние кроны древа, дабы заблокировать демонические ножи. На деревьях были гнёзда фениксов, и когда они начали испускать разноцветные огни, демонические ножи, вылетевшие из лавы, были разбиты на маленькие кусочки.

На фоне этих событий пилюля меча Цинь Му взлетела вверх и остановилась у его межбровья. Когда он коснулся пальцами этого места, крошечная пилюля, образованная из восьми тысяч мечей, мгновенно изменила свою форму.

Восемь тысяч мечей превратились в свет меча, тут же ставший несравненно интенсивнее, когда он указал пальцами на врага. Собрав всю свою силу и энергию, он ударил ими в направлении девятиглавого феникса.

Вьюх!..

Свет меча столкнулся с фениксом. Он был невообразимо толстым в самом начале движения, но стал невероятно тонким, вырвавшись из пальцев парня, и начал больше напоминать иглу. Однако, в таком тонком луче света скрывалось огромное множество божественных искусств!

Первая форма Меча Бедствия называлась Началом Меча Бедствия, и меч Беззаботный был её основной. В общей сложности у него было восемь сторон клинка, которые отражали сияющие во все стороны руны техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Свет меча отражал руны, активируя силу главного меча, которая затем отражалась на остальные мечи. Лезвие каждого меча было похоже на восьмигранное зеркало, и в одно мгновение все восемь тысяч мечей вспыхнули, высвобождая всю свою силу!

Восемь тысяч мечей непрерывно двигались, у каждого была своя траектория, и со временем вся их мощь собралась в мече Беззаботном.

Это было чудо Начала Меча Бедствия.

Если не вглядываться в детали, то Цинь Му просто коснулся до своего межбровья и нанёс невероятно сильный удар. Всё выглядело проще некуда. Однако, вся эта простота включала в себя совершенствование всей его жизни, а также закалку его тела, исконного духа, путей, навыков, божественных искусств и даже его физическую силу.

Когда мясник и Фу Жило заговорили о переходе от сложного к простоте, причина, по которой Цинь Му высоко оценил их рассуждения, заключалась в том, что он уже прошёл через подобное!

По сравнению с великим божественным искусством Ци Цзюи, требующим некоторого времени на подготовку, его великое божественное искусство Меча Бедствия было невероятно быстрым!

Так и выражалась разница между самостоятельным созданием и обучением у кого-то.

Цинь Му использовал свою технику, вступая на путь, и создал Меч Бедствия, поэтому его скорость реакции и была такой быстрой.

Чжэ Хуали же, вступая на путь, шёл по пути навыков ножа, и, хотя его навык были созданы им самим, технику он позаимствовал у других. Он учился у Ло Ушана и Фу Жило, поэтому, ступив на путь в навыках ножа, он был немного медленнее, чем Цинь Му. Но даже несмотря на свою медлительность он выполнял своё великое божественное искусство гораздо быстрее, чем Ци Цзюи.

Но надо иметь в виду, что Ци Цзюи совершенствовал технику Императорского Трона Райских Небес, и мощь его божественного искусства была за гранью воображения. Такую технику редко встретишь в каких-либо мирах, и если сравнивать её с техникой истинных богов, то последняя провалится с треском!

Великое божественное искусство разделилось надвое. Девятиглавый феникс был нацелен на Цинь Му, в то время как древняя крона древа направлялась в Чжэ Хуали. Таким образом он рассредоточил свою силу на двух противников!

Чи!..

Свет меча Цинь Му пронзил девять голов феникса. Несмотря на свой малый размер тот был сформирован из несчётных божественных искусств, которые при соприкосновении с целью мгновенно взрывались!

Сила восьми тысяч мечей, спрятанных в мече Цинь Му, также вырвалась наружу. Тысячи несравненно прекрасных мечей, невидимых невооруженным глазом, выскочили и выполнили различные движения, вырезая божественные искусства в теле девятиглавого феникса.

В быстром столкновении девятиглавый феникс был уничтожен, в то время как мечи устремились к Ци Цзюи.

Ци Цзюи болезненно хмыкнул, когда его божественное искусство разрушилось, как вдруг за его спиной вспыхнуло пламя, и он странно повернул голову, отращивая ещё восемь элегантных шей на своих плечах, покрытых наитончайшими, семицветными перьями феникса.

Из шей выросли головы, тоже полностью украшенные перьями.

Ци Цзюи выглядел как император птиц, его каждая голова пыталась заблокировать своим клювом свет меча, которым управлял противник.

В тот момент, когда он переключил своё внимание на Цинь Му, у Чжэ Хуали появился хороший шанс незаметно провести атаку, и он объединил все свои демонические ножи воедино и обрушил их на него!

Позади Ци Цзюи раскрылись его великолепные, ножеподобные крылья, покрытые мечеподобными перьями, незамедлительно вздыбившимися навстречу приближающемуся огромному демоническому ножу.

Цинь Му немедленно последовал за светом меча. Его ноги двигались настолько быстро, что воздух громко взрывался. Сжав руку в кулак, он заставил в него втянуться весь воздух вокруг Ци Цзюи!

Между тем из его кулака во все стороны разлетелись молнии!

Ци Цзюи поднял руку, чтобы принять атаку, но в этот момент на него набросился Чжэ Хуали, словно разъярённый дьявольский бог. Закричав на дьявольском языке, он использовал свою Ци и кровь, ударяя мудрой!

Другая рука Ци Цзюи сжалась в мудру, и он приготовился сражаться против парочки, набросившейся на него с ужасающей силой.

Они столкнулись, юноша застонал, а его девять голов закашлялись кровью.

Цинь Му поднял руку, и летающие мечи, которые были заблокированы восемью головами феникса, превратились обратно в пилюлю меча, упавшую ему в руку. Он крепко сжал её и ярко-снежный свет меча, образованный восемью тысячами мечей, дребезжа направился к шее Ци Цзюи, готовый отрубить его девять голов.

Вращающийся свет меча, казалось, стал запретной зоной даже для воздуха. Если Ци Цзюи приблизится к нему, от него останутся лишь хорошо порезанные куски мяса!

Чжэ Хуали схватил свой нож, и с лязгом ударил о меч Цинь Му. Свет ножа вспыхнул и рассеял свет меча Цинь Му.

— Он мой. Владыка Культа Цинь, лучше не вмешивайся, — усмехнувшись, сказал он.

Их тела сильно дрожали, а руки немели. Демонический нож и пилюля меча вылетели из их рук от вибрации. Цинь Му протянул другую руку, чтобы схватить демонический нож, и, поймав его, махнул им вниз:

— Чжэ Хуали, ты дурак! Этот человек — наш враг, нам нельзя расслабляться, нужно объединить силы и уничтожить его, пока у нас есть такая возможность!

Удар ножа Цинь Му был внушительным и величественным. В навыках ножа он унаследовал дикий и властный дух мясника, поэтому не шибко уступал Чжэ Хуали в этом плане. Внезапно он почувствовал боль в руке, а когда посмотрел на неё, то увидел, что у демонического глаза на рукояти появился рот. Он был полон острых как бритва зубов, впившихся в его ладонь, прокусывая её до крови.

Пока Цинь Му на какое-то время потерял бдительность, Чжэ Хуали схватил пилюлю меча и несказанно удивился, ведь та под гнётом своей тяжести чуть не выпала из его руки. Ему даже в голову не могло прийти, что она может быть такой тяжёлой. Но он быстро приспособился, и пилюля меча разразилась светом меча, вот только у него не было особо больших достижений в навыках меча и вдобавок в пилюле содержалось восемь тысяч мечей, что затрудняло движения и делало контроль над ней невероятно утомительным. Однако, он всё же смог использовать меч, чтобы защититься от демонического ножа, которым управлял Цинь Му.

Безо всяких сожалений он серьёзно произнёс:

— Вы оба моя цель. Я убью вас обоих! Твоя судьба — пасть от моего ножа!

В тот момент, когда меч и нож столкнулись, Чжэ Хуали болезненно хмыкнул и отшатнулся. Цинь Му был опытен в навыках ножа, и несмотря на боль в укушенной руке, его движения были такими же сильными, как и всегда. Не говоря уже о том, что он превосходил его в магической силе…

С таким раскладом было крайне трудно защищаться.

Нож и меч вылетели из их рук, и демонический нож в воздухе начал вибрировать. Бесчисленные ножи окружили троицу и начали порхать, сталкиваясь друг с другом.

Цинь Му немедленно использовал свою магическую силу, чтобы взять под контроль пилюлю меча. Свет меча вырвался наружу и превратился в картину гор и рек, чтобы надавить на группу людей.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам!

— Какая наглость! Осмелились пренебречь моим присутствием?! — Ци Цзюи был одновременно удивлён и разъярён. Его тело снова затряслось, показывая свои девять голов на человеческом теле с птичьими когтями и крыльями. Он был готов взорваться силой и убить двух вредителей, но парочка внезапно объединилась, серьёзно ранив его.

Ци Цзюи кашлянул кровью. Цинь Му и Чжэ Хуали безжалостно атаковали друг друга, окружая его. Всякий раз, когда у него появлялась хоть малейшая мысль дать отпор, они объединялись, нанося ему тяжёлое ранение. Каждый раз, когда Цинь Му нападал, Чжэ Хуали его защищал, и всякий раз, когда удар наносил Чжэ Хуали, тот был под защитой Цинь Му.

Покрытый кровью Ци Цзюи, наконец, почувствовал, как страх и слабость наполняют его сердце. Если бы он сразился с Цинь Му или Чжэ Хуали с глазу на глаз, то выиграл бы эту дуэль десять раз из десяти, но сражаясь с обоими одновременно, он был обречён на поражение. Как говорится за двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь.

«Как такое могло произойти?» — пребывал в крайнем недоумении Ци Цзюи.

Глава 595. Безобидная Улыбка

Если бы Ци Цзюи не действовал слишком самоуверенно, атакуя Чжэ Хуали и Цинь Му одновременно, то смог бы с лёгкостью одолеть первого противника, не опускаясь до такого положения.

Цинь Му и Чжэ Хуали знали о поразительной силе божественного искусства Ци Цзюи, поэтому нанесли ему серьёзные ранения, как только тот решился их атаковать. В результате Ци Цзюи превратился в своего рода гарнир, между тем настоящее сражение происходило уже в стороне от него и без его участия…

Восемь тысяч мечей и бесчисленные лучи ножа звенели, будто дождь, непрерывно сталкиваясь друг с другом.

Ци Цзюи находился в самом центре поля битвы, не выходя из окружения мечей Цинь Му и ножей Чжэ Хуали. Как только он был готов произвести атаку, парочка одновременно обрушивали на него свои удары.

Разве он мог ожидать, что окажется в такой невыгодной ситуации?

Цинь Му и Чжэ Хуали молниеносно носились вокруг, время от времени сближаясь, а иногда отдаляясь. Сражаясь в основном ножами и мечами, они лишь изредка обменивались заклятиями или ударами физического тела.

Чжэ Хуали постепенно оказывался в невыгодном положении, и перед глазами Ци Цзюи мелькнул шанс. Когда Цинь Му нанёс очередной удар по противнику, он тоже отправил в него свою атаку, пытаясь избавиться от одного из врагов, но в тот же миг почувствовал холод, прошедшийся по его сердцу, и опустил голову. Из его груди торчал кончик меча.

Пропустив удар Цинь Му, Чжэ Хуали отлетел назад. Преодолев около пятнадцати километров, он наконец остановился, покрытый тяжёлыми травмами.

Все девять голов Ци Цзюи повернулись, уставившись на Цинь Му, зависшего в воздухе с совершенно невинной улыбкой на лице.

Цинь Му ударил рукой вперёд, растопыривая пальцы. Он исполнил Переворачивающие Небо Руки Инь Ян, которым его обучил Третий Предок, слитые с Поднимающим Небо Колоколом Пяти Громов Пятого Предка Императора Людей.

За пятнадцать километров от него Чжэ Хуали как раз сумел привести своё тело в относительный порядок, как вдруг на него обрушилась сила ладони Цинь Му. Летя назад, будто безвольный мешок, он постепенно замерзал под силой чистого Янь, превращаясь в ледяную скульптуру. Между тем неподалёку от него появился Колокол Пяти Громов, и если тот зазвенит, то его замёрзшее тело рассыпится на куски!

В то же время свободной рукой Цинь Му выхватил из пилюли меча Беззаботный, передавая свою магическую силу в восемь тысяч крохотных лезвий. Неистово носясь внутри тела Ци Цзюи, они умудрялись проникнуть даже в его божественные сокровища!

Второе движение Рисунков Меча, Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Вокруг тела Цинь Му заструилась багровая жидкость, поглощая его, будто море из крови. В ней можно было разглядеть отражение невинной, юношеской улыбки, внезапно ставшей злой и дьявольской, отчего люди вокруг вздрогнули от мурашек, побежавших по их спинам.

— Я ещё никогда не проигрывал в групповом сражении… — волосы Ци Цзюи встали дыбом от его голоса. Сила Меча Императора-Основателя, Море Крови наконец высвободилась, а Колокол Пяти Громов накрыл собой Чжэ Хуали.

В следующий миг он издал оглушительный звон!

Два молодых эксперта вот-вот должны были погибнуть от его рук!

В этот миг колокол рассыпался от удивительной силы единого взмаха ладони Фу Жило. Между тем Лу Ли стукнула по кончику меча, торчащего из груди Ци Цзюи. Летающие лезвия одно за другим вылетели наружу, покидая его тело.

Мясник тут же схватился за свой нож, слепой взял в руки копьё, а в небо за спиной немого поднялся столб пламени. Все они сделали шаг вперёд, в то время как одноногий схватил Цинь Му, в мгновение ока перемещая его за спины стариков.

Фу Жило и Лу Ли спасли Чжэ Хуали и Ци Цзюи, но не стали предпринимать никаких действий после этого.

— Маленький Друг Ци, ты провёл всю свою жизнь на Райских Небесах и не ведал о хитрости людей нижней границы. Теперь ты за это поплатился, не так ли? — улыбчиво спросила Лу Ли.

Ци Цзюи сделал небольшую паузу:

— Цзюи готов объединить свои усилия с Губернатором Провинции.

Сердце Фу Жило слегка дрогнуло, и он рассеял Ци чистого Инь, окутавшую Чжэ Хуали, освобождая того из замороженного состояния.

Не успев прийти в себя, Чжэ Хуали увидел, как земля вокруг него сложилась вдвое, а уже в следующий миг он стоял сбоку от Фу Жило, который ещё недавно находился за пятнадцать километров.

Мясник и остальные были шокированы. Способности Фу Жило значительно превзошли все их ожидания. Подобная сила подсказывала им, что перед ними стоит не обычный истинный дьявол!

Левое лицо Фу Жило посмотрело на Чжэ Хуали, спокойно говоря:

— Победа и поражение — обычные явления на войне. Истинная победа и поражение заканчиваются жизнью и смертью, а значит ты не был окончательно повержен, если остался жив. Понимаешь?

Чжэ Хуали повесил демонический нож себе на спину:

— Ученик понял.

Фу Жило обрадовался:

— Твоё сердце Дао хорошо развито, в будущем ты достигнешь большего успеха, чем Ло Ушуан.

Стоя за спиной мясника и остальных, одноногий испытывал несказанную радость, хлопая Цинь Му по плечу:

— Му’эр, ты и вправду ученик дедушки одноногого! Спрятать меч в улыбке, чтобы нанести ему удар исподтишка, это поистине злобный манёвр! Чего и стоило ожидать от моего ученика! Увидев в тот миг твою улыбку, даже я вздрогнул от страха!

Цинь Му тут же скромно ответил:

— Это всё из-за полезных уроков дедушки! Если бы не ты, я не смог бы их одолеть. А что касается сокрытия меча в улыбке, то я здесь лишь на втором месте. Первое до сих пор занимает дедушка одноногий!

Одноногий погладил свою козлиную бороду и громко рассмеялся, невероятно тешась собой.

Ухмыльнувшись, глухой проговорил:

— Нынешние люди ужасно деградировали…

Лу Ли не обращала совершенно никакого внимания на мясника и других взволнованных стариков. Со взглядом, прикованным к божественному городу, нарисованному глухим, она неожиданно улыбнулась, говоря:

— Фу Жило, ты смог разглядеть что здесь реально, а что нет?

Мужчина повернул голову, смотря на город богов тремя своими лицами. Спустя некоторое время он проговорил:

— Я не могу ничего разглядеть. Можешь меня просветить?

— Посмотри на души расположенных там богов, — ответила Лу Ли.

Недоумевая, Фу Жило всё ещё нуждался в помощи:

— Как смотреть на души?

Мясник, немой и слепой понимали, что дело плохо, и начали постепенно отступать.

Выражение лица глухого резко изменилось, а по лбу покатились капли холодного пота, ведь он смекнул, что Лу Ли смогла разгадать его хитрость. Его картина была неотличимой от реальности, то есть в её мире не было никаких изъянов, даже границы не было видно глазу.

Тем не менее, он не умел создавать души!

Раз Лу Ли смогла разглядеть секрет картины глухого, значит она была невероятно сильным практиком из Юду, владеющим крайне глубокими познаниями в области заклятий души.

Ладони стариков вспотели. Окружив Цинь Му, они непрерывно отступали. Волнение в их сердцах становилось всё отчётливее и сильнее.

Фу Жило и Лу Ли, казалось, не обращали на них внимания, позволяя уходить.

Повернувшись, Лу Ли подняла свою тонкую нефритовую руку, рисуя в воздухе круг. Из него подул поток ветра, образуя огромное зеркало, зависшее в небе:

— Уважаемый король, взгляни на отражение в зеркале.

Послушавшись, Фу Жило увидел, что зеркало отражало то место, где находился завораживающий город богов. Перед ним можно было разглядеть силуэты Цинь Му, мясника, бабушки Сы и остальных.

Некоторые из их душ стояли у Южных Небесных Врат, другие шагали по Божественному Мосту, а один из стариков всё ещё находился в области Жизни и Смерти. Под его ногами лежала непроглядная тьма Юду.

Но самым страшным было то, что вместо города богов зеркало показывало лишь огромную яму. В нём не было видно не только удивительных зданий, но даже богов и миллионной армии!

Тем не менее, отражения мясника и других стариков, отступающих в город, были крайне отчётливыми, их души можно было разглядеть в мельчайших деталях. Фу Жило взглянул на себя в зеркале, увидев свою истинную трёхглавую форму, возвышающуюся среди дьявольских райских дворцов!

На самом деле он был трёхглавым дьявольским богом. Три лица были иллюзией, созданной после того, как он сумел совершенствовать три головы в одну.

Затем Фу Жило взглянул на отражение Ци Цзюи, увидев в нём девятиглавого феникса, купающегося в ослепительном золотом свете и божественном огне. Его вид был сакральным и необычным.

Чжэ Хуали в зеркале выглядел как обычный человек, но вот его нож, наоборот, оказался одноглазым демоническим зверем, окутанным ужасающей Ци. Своим видом он внушал неподдельный ужас!

И всё же, самым страшным в зеркале был Цинь Му!

У него было три глаза, а его гигантское тело сверкало багровым светом. В следующий миг он, будто ощутив на себе чужой взгляд, обернулся в сторону Фу Жило.

Сердце последнего тут же дрогнуло, и он снова ощутил острую боль в груди.

Лу Ли поспешно отвернула зеркало от Цинь Му:

— Сейчас понятно?

Теперь зеркало было направлено в сторону дьявольского лагеря. Несколько экспертов, стоящих позади, тут же воспользовались возможностью разглядеть души дьявольских богов и обычных дьяволов за их спинами.

Ученик Фу Жило Шу Е был слегка шокирован, когда заметил среди дьявольских рядов странную душу.

Незнакомый ему человек стоял среди райских дворцов. Его душа была потрёпана и покрыта огромным количеством латок, будто была создана из многих душ, соединённых вместе!

Шу Е пытался рассмотреть его поподробнее, но Лу Ли забрала зеркало, и ему оставалось только недоумевать: «Неужели я что-то не так увидел?»

Фу Жило дрогнул, говоря хриплым голосом:

— Эти три глаза…

— Их запечатал Граф Земли, — улыбчиво ответила Лу Ли. — Можешь даже не мечтать его схватить. Твоя цель только Верховные Небеса Императора.

Собравшись с мыслями, Фу Жило торжественно проговорил:

— Наконец-то я разглядел истинную картину города богов. Он был пустотой, поддельной реальностью, которую преподносили как настоящую. Превратив картину в истинный мир, они соединили ненастоящим с настоящее, делая их почти неразличимыми. Чтобы создать богов и всё живое путём рисования, тот человек должен был достичь вершины пути живописи, — его голос достиг ушей глухого, бабушки Сы и остальных. — Друзья Дао умудрились обмануть меня и задержать армию дьяволов на несколько дней, подарив Верховным Небесам Императора шанс отдышаться и подготовиться. Даже если теперь вы погибнете, вы всё равно можете собой гордиться.

Выражения лиц стариков тут же изменились. Они с тревогой наблюдали, как пространство вокруг начинает искажаться. Несмотря на то, что они отступали, расстояние между ними и Фу Жило сокращалось!

— Нам конец, нам точно конец… — позеленев от страха, тихонько бормотал одноногий.

Зелёный бык, на котором сидел Ба Шань, громко заревел, что есть сил мчась в сторону города богов. Однако несмотря на все усилия, город становился всё дальше и дальше, в то время как Фу Жило приближался.

Зверь остановился, не видя смысла бороться.

— Уважаемый король, мне нужен только Цинь Фэнцин. Отдай его мне, и Верховные Небеса Императора станут твоими!

— Не волнуйся, теперь, когда я могу отличить реальность от подделки, они уже не смогут сбежать, — Фу Жило шагнул навстречу старикам, вокруг которых мгновенно исказился воздух, или даже пространство, заставляя их неконтролируемо полететь к его ногам.

Мясник сердито вскрикнул и взмахнул ножом, пытаясь разрубить искривлённое пространство, однако, свет его ножа согнулся вместе с воздухом вокруг и бесследно исчез.

Внезапно небо резко дрогнуло и Фу Жило, замерев, поднял голову, чтобы посмотрел вверх с ошарашенным выражением.

Лу Ли тоже удивлённо подняла голову.

С небес спустились несравнимо толстые лучи, соединяя его с землёй.

В следующий миг они превратились в бурлящий кровавый свет!

Неожиданно сквозь пространство протиснулась огромная, полуразрушенная планета, зависая в небе над Верховными Небесами Императора.

Вслед за ней появилась вторая, третья…

В небе возникло удивительное зрелище — огромный кусок земли придавил собой горстку планет, неожиданно появившихся в небе!

Глава 596. Кровавое Жертвоприношение Небес Лофу

Громадная земля в небе заставила Фу Жило задрожать и потерять контроль над своим божественным искусством. Между тем дьяволы уставились на развернувшееся зрелище из своего главного лагеря с пустыми выражениями лиц… и не только они, но также и все прочие обитатели Верховных Небес Императора.

Неважно были ли это дьяволы или люди, рабы или боги, странные звери или насекомые, обитавшие в горах и морях, в этот момент все они подняли головы и взглянули на огромные, подпирающие собой небеса планеты, а также на завораживающую и безграничную землю за ними.

Происходящее было настолько шокирующим, что для его описания невозможно было подобрать нужных слов. Подобного, даже отдалённо, никто из них ни разу не видел за всю прожитую жизнь!

Планеты находились настолько низко, что могло показаться — если протянуть руку, можно с лёгкостью их коснуться. В то время как горы на земле над ними, как если бы подвешенные вверх ногами, угрожающе смотрели своими острыми пиками к низу, а моря чем-то напоминали голубые сапфиры. Но ещё более странным было то, что вода в тех самых морях не обрушивалась вниз и не втекала в Верховные Небеса Императора.

Дрожа всем телом, Фу Жило полностью позабыл об удержании мясника и остальных. Между тем Цинь Му всё детально рассмотрел и понял, что лучи света, соединяющие необъятную землю с Верховными Небесами Императора, исходили из высоченных жертвенных алтарей. Напоминая своими размерами горы, они выглядели действительно поразительно, и, если присмотреться, были видимыми невооружённым глазом.

— Это же… Небеса Лофу! — внезапно воскликнул Цинь Му, тем самым полностью выдернув стариков вокруг из состояния молчаливого удивления.

Сердца мясника, бабушки Сы и остальных вздрогнули, а одноногий поспешно спросил:

— Му’эр, что ещё за чёртовы Небеса Лофу?

— В некотором смысле родина дьявольской расы, как раз оттуда они и вторглись в Верховные Небеса Императора, — объясняя, Цинь Му достал флаги перемещения и быстро воткнул их вокруг них. — Недавно Фу Жило похитил меня, используя своё божественное искусство глаз, и погрузил в иллюзию, в которой я был им. Собственно, так мне и удалось увидеть Небеса Лофу. Но этот мир, по сути, практически уничтожен.

— Дьяволы настолько внезапно притащили сюда свой прошлый мир… Что же они на самом деле задумали? — бабушка Сы выразила некоторую озадаченность, прежде чем вполголоса продолжить — Неужели они планируют перебросить всех своих дьяволов на Верховные Небеса Императора?

Смотря на происходящее глубокомысленным взглядом, слепой покачал головой:

— Старая Сы, судя по всему, ты не можешь достаточно хорошо рассмотреть Небеса Лофу. Дьявольская раса здесь не причём. На тех жертвенных алтарях я насчитал двадцать с чём-то богов, и я думаю, что происходящее их рук дело. К тому же они не перемещали Небеса Лофу к Верховным Небесам Императора, а… — его голос стал слегка взволнованным, — приносят их в качестве кровавой жертвы!

Все удивились и только было собрались всё детальнее рассмотреть, как вдруг Цинь Му активировал флаги перемещения, которые незамедлительно закутали их в себя и переместили в нарисованный глухим город богов.

Между тем главный лагерь дьяволов погрузился в хаос из-за внезапной атаки на истинного дьявольского бога!

Истинный дракон соскользнул с талии какого-то юноши-дьявола и атаковал, пользуясь шансом, когда все ошалело пялились в небо. Он нанёс серьёзные увечья истинному дьяволу, в то время как «юноша-дьявол», двигаясь всё это время с достаточно странной, парящей походкой, моментально оказался прямо за его спиной, а уже в следующий миг нанёс ему несколько ударов ещё более странным божественным искусством, разрезая ровно на восемь кусков.

Лагерь пребывал в полном хаосе. Прежде чем дьявольские боги успели хоть как-то среагировать, они увидели, как «юноша-дьявол» достал сундук, который, в свою очередь, тут же распахнулся и проглотил нарезанного на куски истинного дьявольского бога. Затем «юноша-дьявол» незамедлительно поднял сундук и запрыгнул на божественного дракона, моментально исчезая на нём в небе. И только сейчас дьявольские боги пришли в себя и, впав в ярость, устремились в погоню!

Примерно в то же время в городе богов вспыхнул свет, с которым вновь сформировалось построение перемещения. Ещё до того, как кто-либо пришёл в чувство, Цинь Му использовал флаги во второй раз и переместил всех за пределы города, оставляя после себя лишь медленно угасающие руны построения. Он раз за разом применял мгновенное перемещение, пока они, наконец, не оказались на расстоянии в шестьсот-семьсот километров от нарисованного города.

Исчерпав весь запас магической силы, Цинь Му со взмахом рукавов спрятал флаг перемещения и спокойно сказал:

— Всё. Больше не могу, у меня закончились силы.

— Это всё из-за слишком тяжёлого толстяка! — пожаловалась Ху Лин’эр, тем самым заставляя цилиня опустить от стыда морду.

Все вокруг тут же устремились в направлении города Ли, по пути поглядывая в небо, но даже так им не удавалось разглядеть там всё в подробностях, конечно, за исключением слепого, который, полагаясь на свои глаза, мог в мельчайших деталях разглядывать ландшафт Небес Лофу. Он видел, как бурлили озёра и даже моря, в итоге испаряясь, как крошились горы, становясь на порядок ниже, как реки извиваясь подобно змеям прямо посреди воздуха!

Воистину ужасающее зрелище!

Кровавое жертвоприношение целого мира не только завораживало, но и пробуждало чувство печали или даже скорби, как вдруг с неба донёсся громкий, стенающий вопль, отчего могло показаться, что киты в морях горестно отпевают уход мира в последний путь. Знаменуя приближающуюся смерть мира, звуки были до боли протяжные, и несмотря на то, что в них нельзя было прочувствовать столь знакомые, родные человеческому сердцу переживания, они все же побуждали в людях эмоцию, от которой так и хотелось расплакаться.

Несмотря на то, что погибающий мир принадлежал дьявольской расе, каждый мир — это мать, даровавшая жизнь всем живым существам, родившимся в ней. Поэтому, слыша столько скорбный вопль, или даже плач умирающей матери, в сердце любого человека невольно пробудится схожее скорбное чувство.

— Небеса Лофу не приближаются — внезапно поняла бабушка Сы, всё ещё спеша вместе с остальными к городу Ли, и приглушённо продолжила. — Они по-прежнему находятся на своём обычном месте, но мощь кровавого жертвоприношения создала связь между ними и Верховными Небесами Императора, из-за чего и кажется, что они прямо над нашими головами.

****

Фу Жило чувствовал, как его сердце холодеет. Он стоял с высоко поднятой головой и смотрел на Небеса Лофу, на место, которые вырастило его. Даже когда сбежал Цинь Му, или же Син Ань навёл шороху прямо в главном лагере дьяволов, ему было плевать, даже взгляда вскользь не удостоил. Между тем из-за кровавого жертвоприношения Небеса Лофу, принадлежащие его дьявольской расе и ему самому, превращались в чистую энергию и вливались в Верховные Небеса Императора.

Святой Дровосек добился успеха.

Фу Жило был невероятно умён, поэтому знал чих рук это дело.

После недавнего пари в городе Ли, Святой Дровосек внезапно бесследно исчез и до сих пор не показывался. Должно быть он, планируя принять радикальные меры, проник в Небеса Лофу, старое гнездо дьявольской расы, и воздвиг там жертвенные алтари, необходимые для жертвоприношения!

И сейчас он наконец нашёл способ принести в жертву Небеса Лофу!

Лу Ли давно привыкла к подобным зрелищам, так как на своём веку повидала не одно подобное разрушение. В Юду было уничтожено неисчислимое количество миров, в последствии ставших частью девяти изгибов рогов Графа Земли, в то время как бесчисленным осколкам душ тех миров была уготована судьба вечного жалобного стенание в этом непроглядно-чёрном мире тьмы.

— Схватить ублюдка Циня сейчас важнее! — она немедленно приняла решение и устремилась к месту, куда переместился Цинь Му.

В этот момент разрушение Небес Лофу резко остановилось, а сразу же после послышался голос, исходящий, казалось бы, из другого мира:

— Фу Жило, ты хочешь, чтобы Небеса Лофу были уничтожены, или всё же остановишь сражение?

Лу Ли поняла, что дело плохо, и повернула голову, взглянув на Фу Жило.

Три лица короля дьяволов оцепенели, но практически сразу же одно из них пришло в себя и пробежалось взглядом по Небесам Лофу.

— Небесный Наставник, мы с тобой заключили пакт о временном ненападении! — послышался взрывной голос Фу Жило. — Мы заключили мир, согласно которому моя дьявольская раса делилась здешними землями с богами твоих Верховных Небес Императора. Моя дьявольская раса заняла одну половину, а тебе досталась другая. Но поскольку ты дотянулся до слабости моей дьявольской расы, взяв под контроль Небеса Лофу… то будь по-твоему.

— Да будет так, — небо разорвалось надвое, в разрыве появилось лицо Святого Дровосека, но лишь лицо, без ушей. Оно посмотрело вниз на Фу Жило и прогрохотало голосом, подобно небесному грому. — Даш клятву Графу Земли?

Фу Жило грозно сплюнул:

— Дам!

****

Мясник, слепой и остальные, всё это время рвущие когти к городу Ли, тоже видели это и слышали беседу между Святым Дровосеком и Фу Жило.

— Кто этот старый болван? — покачала головой бабушка Сы. — Выглядя так глупо, он и правда смеет требовать клятвы Графа Земли от всеми уважаемого короля дьявольской расы? Ему нужно быть осторожнее, иначе Фу Жило обведёт его вокруг пальца, не оставив даже трусов.

Каждый старик деревни Цань Лао утвердительно закивал головой, явно соглашаясь с её высказыванием, а Цинь Му решил осторожно прояснить ситуацию:

— Бабуль, взгляни внимательнее на лицо в небе, разве оно тебе не напоминает Святого Дровосека с фрески на нашей горе Святого Пришествия?

Бабушка Сы присмотрелась и вздрогнула от осознания — и правда Святой Дровосек!

— Так это уважаемый Святой, — бабушка Сы нарочито выставила на показ свою красоту и крайне харизматично улыбнулась. — Раз так, он вряд ли окажется в невыгодном положении, если даст клятву Графу Земли с Фу Жило. В Небесном Святом Культе водится столько коварных личностей, каждый из которых научился этому в Великих Небесных Дьявольских Рукописях, поэтому, с точки зрения коварности и хитрости, Святой — наш всем уважаемый старый предок и наставник.

Сознание каждого бегущего старика было очаровано улыбкой бабушка Сы настолько, что они напрочь забыли, что ещё миг назад она бранила Святого Дровосека, так сказать, старого болвана, за неосмотрительность.

****

Блеснув взглядом, Лу Ли всмотрелась вдаль. Она всё ещё вела погоню за Цинь Му, как вдруг услышала спокойный голос Фу Жило:

— Дело касается существования моих Небес Лофу. Друг Дао Лу Ли, будет лучше, если ты не станешь предпринимать опрометчивых шагов.

Прекрасные брови Лу Ли свелись на переносице в хмуром выражении, ей предоставился редкий шанс наконец схватить Цинь Му, но она также опасалась лица в небе. Если она всё же предпримет решительные действия, то Фу Жило может попытаться остановить её из-за потенциальной угрозы.

— Не беспокойся. Я не беру обратно своих слов и обязательно приведу к твоему порогу этого мальца. — спокойно продолжил Фу Жило.

Лу Ли двусмысленно усмехнулась и сказала:

— Если ты посмеешь отказаться от своих слов, я помогу Высшим Небесам Императора извести твою дьявольскую расу под корень.

— Не поможешь, — равнодушно парировал Фу Жило, качая головой. — Небесный Наставник происходит от Райских Небес Императора-Основателя, ваши друг к другу недовольства намного выше, чем твои претензии к дьявольской расе, они неразрешимы.

Лу Ли бросила взгляд в направлении убегающего Цинь Му и подавила невольно возникший порыв. Она не боялась Фу Жило или Святого Дровосека, но если те объединяться против неё и атакуют сообща, то ей придётся туго.

— Но даже так я обещаю тебе, что определённо сдержу слово, — пока центральное лицо Фу Жило заключало Пакт Графа Земли с лицом в небе, левое продолжало вести беседу с Лу Ли. — Он уже пострадал от моего божественного искусства, поэтому неважно, заглянет ли он в зеркало, или же в отражение воды, ему уготована судьба оказаться в моих руках.

Только сейчас Лу Ли окончательно успокоилась и с радушной улыбкой похвалила:

— Твои достижения в пространственных искусствах действительно нечто.

Ци Цзюи слегка нахмурился и с намёком полюбопытствовал:

— Губернатор Провинции, касательно соглашения между нами…

Лу Ли сладко улыбнулась ему, её улыбка была настолько прекрасной и милой, что в то же время пугающе ужасающей, и затем грубым, гортанным голосом заговорила:

— Одолжу или нет зависит от того, что ты собираешься делать дальше. Молодой мастер Ци — благородный Райских Небес, но небо так высоко, а император так далеко. Даже Его Высочество не может полностью контролировать Губернатора в его вотчине, верно?

Ци Цзюи с нейтральным выражением лица ответил:

— Я понимаю. Если ты одолжишь его мне, я в долгу не останусь.

****

Цинь Му и остальные наконец оказались в городе Ли и только тогда облегчённо вздохнули. Внутри было дислоцировано множество солдат и лошадей, в то время как Имперский Наставник Вечного Мира, истинный бог Пан Юй и остальные боги отвечали за построение. Они тоже смогли облегчённо вздохнуть только тогда, когда все оказались в безопасности, за городскими стенами.

Целитель тут же достал зеркало и начал приводить себя в порядок, чтобы не показаться на людях в неопрятном, помятом виде. Цинь Му вытянул голову и, заглянув в зеркало хлопочущего над собой старика, тут же кардинально переменился в лице… и не удивительно, ведь внутри он увидел шагающего в его сторону Фу Жило!

Целитель словно случайно спрятал зеркало и с улыбкой поинтересовался:

— Му’эр, у тебя же зеркал не меньше, чем у меня, зачем тебе понадобилось моё?

Цинь Му потряс головой, словно пытаясь сбросить с себя наваждение, и воскликнул:

— Бабуль, я вновь пострадал от того же искусства!

Он рассказал о том, как был недавно застигнут врасплох Фу Жило, и все старики, как один, презрительно взглянули на него, в то время как одноногий ухмыльнулся и сказал:

— Му’эр, попавшись на одну и ту же уловку дважды, ты огорчаешь своих учителей!

Целитель тяжело вздохнул и заговорил:

— Верно, старейшина деревни всегда сетовал на то, что Цинь Му по своей натуре невинное дитя и рано или поздно поплатится за это. Старый пердун как в воду глядел. Попасть на одну и ту же уловку дважды… эх

— Хватит вести себя так цинично, — холодный пот катился по лбу Цинь Му, — что мне делать-то?

Глава 597. Фу Жило в Его Глазах

Немой произнёс несколько предложений, и глухой тут же перевёл:

— Всё просто, не смотри в зеркало. Ты ведь не маленькая девочка… Это немой сказал, не я.

Целитель достал зеркало и направил его на Цинь Му, пытаясь увидеть, что из этого получится. Зрачки юноши тут же помутнели, и казалось, будто из них наружу шагал чей-то силуэт. Поспешно спрятав зеркало обратно, он проговорил:

— Избегать зеркал просто, но что случится, когда он попытается помыть лицо? Или когда кто-то другой захочет направить на него зеркало? Фу Жило достаточно приказать дьяволу или шпиону навести зеркало, а Цинь Му взглянуть на своё отражение, и он снова окажется в ловушке. Среди нас огромное количество практиков божественных искусств, перешедших на сторону врага, Тянь Фэнгоу лишь одна из многих!

Мясник вырвал зеркало из рук целителя и навёл его на Цинь Му, чьи глаза тут же снова помутнели, а силуэт внутри них вновь начал шагать, постепенно становясь всё ближе.

Подпрыгнув от удивления, старик быстро отвернул зеркало, и силуэт в глазах юноши мгновенно исчез.

— Какая сила! — мясник не смог сдержать похвалы. — Божественное искусство Фу Жило поистине странное, он действительно может выйти из твоих глаз! Почему бы нам просто не собрать нескольких истинных богов, а затем выманить его наружу и порубить на куски? Посмотрим, как он тогда будет терроризировать тебя!

Цинь Му покачал головой:

— Это бесполезно. На самом деле, он здесь не появится. Зеркало лишь активирует божественное искусство, которое перенесёт меня к нему. У нас не получится заманить его в ловушку.

Мясник снова похвалил:

— Он невероятно хорош, раз смог добиться подобного!

В следующий миг зеркало выхватил немой, тоже начиная рассматривать отражение Цинь Му, в глазах которого шагал Фу Жило. Он быстро отвернул зеркало и злостно проговорил:

— Аба!

Не в силах совладать со своим любопытством, слепой тоже достал зеркало и собрался направить его на Цинь Му. Заметив это, бабушка Сы вышла из себя и, наградив старика ударом по голове, выругалась:

— Если вы, старые пердуны, ещё хоть раз наведёте на него зеркало, Му’эра украдёт трёхлицый!

Слепой впал в ярость:

— Старая Сы, они все наводили на него зеркало, почему ты ударила именно меня?

Бабушка Сы вырвала зеркало из его рук. Между тем одноногий, ожидающий своей очереди поглядеть на отражение, тут же отбросил все надежды, увидев её реакцию.

Она тоже хотела посмотреть в зеркало, но так как Цинь Му был ребёнком, которого она лично воспитывала, ей оставалось лишь терпеть. Тем не менее, её желание никуда не пропало, в конце концов в деревне Цань Лао она была самым игривым человеком, не считая одноногого и, может быть, немого.

— Если он не может смотреть в зеркало и выманить сюда Фу Жило, разве это не значит, что это божественное искусство навсегда останется в его глазах?

Несмотря на то, что все старики обладали выдающимися способностями, божественные искусства Фу Жило всё равно их шокировали. Они понятия не имели как с ними разобраться.

Вскоре к ним подошли Имперский Наставник и истинный бог Пан Юй:

— Друзья Дао вернулись? Мы были заняты делами армии, поэтому не могли отвлечься, чтобы спасти вас, просим прощения.

— У Имперского Наставника всегда полно идей, может он придумает что-нибудь и в этот раз?

Все быстро рассказали им о произошедшем, и Имперский Наставник ответил:

— В нём действительно спрятано что-то подобное? Я хочу посмотреть! — сказав это, он быстро достал зеркало и направил его на Цинь Му.

Лица мясника, слепого и остальных скривились в странных выражениях. Несмотря на то, что Имперский Наставник был уже не молод, он обладал красивой внешностью и хорошо одевался. Было очевидно, что он следил за своим видом и всегда носил с собой зеркало.

Бабушка Сы крепко сжала руку в кулак и готовилась нанести удар по макушке Имперского Наставника, который, заметив изменение её настроения, тут же опустил зеркало, улыбчиво говоря:

— Друг Дао Сы, разве я смогу разгадать секрет этого божественного искусства, не активируя его? Не будь так агрессивно настроена.

Бабушка Сы ответила:

— Не смотри слишком долго.

Имперский Наставник снова навёл зеркало на Цинь Му и увидел в отражении силуэт Фу Жило, медленно шагающего наружу. Шокированный, он быстро закрыл отражение и невнятно пробормотал себе под нос:

— Отличное божественное искусство! Оно высечено внутри глаз Владыки Культа Циня, а значит любой, кто встретится с Фу Жило взглядом, сразу же станет его жертвой! Никогда бы не подумал, что его искусство может быть настолько поразительным!

Бабушка Сы тут же ответила:

— Имперский Наставник знает как от него избавиться?

Имперский Наставник озадаченно шагал туда-сюда. Немного колеблясь, он проговорил:

— Почему бы мне не взглянуть ещё раз?

Бабушка Сы уже не могла совладать со своей злостью и со всей силы ударила мужчину по голове. Увидев это, все вокруг шокировано застыли. Даже Император Яньфэн не смел бить Наставника, в то время как её, казалось, ничего не останавливало.

Имперский Наставник спокойно смирился с избиением и проговорил:

— Друг Дао Сы, я не в силах разгадать божественное искусство Фу Жило, взглянув на него лишь раз. Возможно, если бы у меня была возможность осмотреть его ещё несколько раз, я смогу решить эту проблему.

Бабушка Сы холодно фыркнула:

— А что, если у тебя всё равно ничего не получится?

Имперский Наставник ответил торжественным тоном:

— Если бы утром я смог увидеть истинный путь, то уже вечером мог бы умереть без сожалений!

Бабушка Сы была не слишком хорошо знакома с Имперским Наставником, в противном случае уже давным-давно избила бы его не хуже, чем слепого. Повернувшись к истинному богу Пан Юю, она спросила:

— Истинный бог обладает выдающимися способностями, возможно, ты знаешь способ решить эту проблему?

Пан Юй немного колебался. Он тоже намеревался направить зеркало на Цинь Му, но чувствовал, что избежать удара кулаком по макушке будет непросто:

— Если это не под силу Имперскому Наставнику, то и мне тоже. Я глубоко восхищаюсь его навыками, путями и божественными искусствами. К тому же достижения Фу Жило превосходят мои, особенно когда речь заходит о божественных искусствах глаз. Боюсь, что ровней ему будет разве что Небесный Наставник, вам стоит обратиться к нему.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Способности Святого Дровосека и вправду были поразительными, поэтому он, возможно, был в силах ему помочь.

— Небесный Наставник сейчас на Небесах Лофу, найти его совсем нетрудно, — проговорив, Пан Юй немного засомневался. — По правде говоря, мне стоило бы привести вас к нему, но теперь, когда две армии столкнулись лицом к лицу, мне придётся остаться.

Сердце Имперского Наставника тоже было тронуто, и он тут же захотел встретиться со святым. Однако, он тоже был крайне занят и не мог отвлечься на поход к Небесам Лофу.

Барьер между Небесами Лофу и Верховными Небесами Императора был крайне тонким, поэтому путешествие между двумя мирами не было слишком сложной задачей. Когда дьявольская раса начала своё вторжение, дьявольские боги разорвали барьер, позволяя армии беспрепятственно проникнуть на территорию противника.

Бабушка Сы была в восторге, улыбчиво говоря:

— Я пойду вместе с Му’эром, чтобы встретиться с первым святым моего Небесного Дьявольского Культа!

Она была не в силах скрывать своего волнения. Святой Дровосек проводил учения под деревом и передал свои писания Мастеру-Основателю. Тот создал Небесный Святой Культ, все пришедшие лидеры которого должны были однажды получить его учения на камне.

Для членов Небесного Святого Культа Святой Дровосек был существом, возвышающимся над всеми. Он вызывал всеобщее преклонение и уважение!

Для последователей культа встреча с ним была невыполнимой мечтой!

Цинь Му немного колебался, посматривая на взволнованную бабушку Сы. В конце концов, он решил не говорить ей правду, думая про себя: «Святой Дровосек — основатель Небесного Святого Культа, но он никогда о нём не слышал. Передавая свои учения на камне, он руководился лишь кратковременной любопытностью, желанием обучить Мастера-Основателя и не более… Если бабуля об том узнает, то определённо расстроится».

Истинный бог Пан Юй проговорил:

— Мои Верховные Небеса Императора однажды атаковали Небеса Лофу, в то время я как раз был командиром. Хоть мы и потерпели поражение, я сумел ознакомиться с их местностью. Там повсюду болота, а осколки разбитого пространства сформировали собой огромное количество зеркал.

Бабушка Сы достала белую шёлковую ленту, чтобы завязать глаза Цинь Му:

— Это поможет. Му’эр, можешь освободить свой исконный дух. Используй его глаза, чтобы осматриваться!

Имперский Наставник тут же перебил:

— Так не пойдёт! Божественное искусство Фу Жило отражается и в глазах исконного духа, если он посмотрит в зеркало, то заклятие активируется!

Бабушка Сы удивлённо ответила:

— Способности Фу Жило настолько велики? Му’эр, освободи свой исконный дух!

Цинь Му послушался, и в воздух взмыл его исконный дух, возвышаясь над благоприятным облаком у его затылка. Достав зеркало, бабушка Сы навела его на парня, чей исконный дух тут же повернул свой взгляд к отражению и его глаза помутнели, в то время как силуэт Фу Жило внутри них снова продолжил шагать вперёд.

В этот момент он уже сравнялся с зрачками Цинь Му!

Тщательно всё осмотрев, бабушка Сы с удовлетворённым лицом спрятала зеркало, наконец избавившись от мучавшего её зуда любопытства. Улыбаясь, она проговорила:

— Истинный бог Пан Юй, как нам добраться к Небесам Лофу?

— Я открою проход в пространстве и отправлю вас туда!

Глаза Цинь Му совершенно ничего не видели, ему оставалось лишь полагаться на свои остальные чувства, чтобы ориентироваться в пространстве. Бабушке Сы пришлось взять его за руку и повести за собой.

Пан Юй создал дыру в пространстве и открыл проход в другой мир:

— Лофу не похожи на Верховные Небеса Императора, там на каждом уголке вас ожидает опасность. Будьте осторожны.

Держа Цинь Му за руку, бабушка Сы взволнованно бросилась в портал. Цилинь и Ху Лин’эр тут же попытались погнаться следом, но Пан Юй успел закрыть проход, не оставляя им другого выбора, кроме как остаться снаружи.

Целитель торжественно проговорил:

— Давайте отправимся в Великие Руины, а оттуда в Фэнду, чтобы повидаться со старейшиной. Вместе мы может быть что-нибудь придумать. Лин’эр, ты часто путешествуешь туда, используя Между Жизнью и Смертью, показывай дорогу.

Слушаясь, Ху Лин’эр повернулась к удручённому цилиню:

— Молодой мастер отправился на Небеса Лофу, жирдяй, идём с нами в Фэнду.

Сердце цилиня опустело, и он покачал мордой, говоря:

— Я хочу остаться здесь и дождаться возвращения Владыки. Он так спешил, что не успел приготовить мою пайку…

Ху Лин’эр улыбчиво ответила:

— Пока с нами дедушка целитель, разве могут возникнуть проблемы с едой? Все навыки лечения и создания пилюль молодого мастера достались ему именно от целителя!

Цилинь был вне себя от радости и немедленно задрожал, принимая свою истинную форму длинной в сто двадцать метров. Извинительно, заискивающе улыбаясь, он проговорил:

— Старые мастера, забирайтесь на спину маленького дракона, мои крохотные шаги довольно быстры, я смогу довезти вас до Фэнду! Я там уже бывал!

Одноногий, мясник, слепой и остальные забрались на его спину, между тем мясник с улыбкой проговорил:

— Раньше я говорил, что этого жирдяя стоило бы положить на новогодний стол вместе с куриными драконами. Он мог бы даже сгодиться в качестве главного блюда. Никогда бы не подумал, что у него побольше мозгов, нежели у куриц. Когда я в последний раз был в деревне, те осмелились восстать и исклевать моё лицо до крови.

Целитель улыбчиво спросил:

— Какие пилюли ты ешь? И сколько?

Цилинь поспешно ответил:

— Маленький дракон ест духовные пилюли Алого Огня, Божественной Живучести Огненного и Водного Элементов. Обычно размер блюда — одно ведро.

— Целое ведро каждый раз? — целитель воскликнул от удивления. — Три вида пилюль это уже три ведра! Три раза в день, выходит девять! Твой аппетит совсем немалый, странно, что Му’эр ещё не обанкротился, кормя тебя!

Цилинь тоже был шокирован. Изначально он надеялся выманить у целителя хотя бы одно ведро в день, и совсем не ожидал, что получит девять. Такой поворот событий не мог не радовать и не удивлять.

Немного подсчитав, целитель продолжил:

— Девять вёдер духовных пилюль это слегка многовато, но к счастью у меня есть деньги, поэтому я смогу тебя прокормить…

Слепого терзала зависть. В деревне было много богатых людей. Целитель занимался лечением чиновников и дворян, поэтому имел довольно приличный доход. Услышав о его репутации, многие богатые женщины пользовались его «услугами». Картины глухого тоже продавались, будто горячие пирожки. Мясник каждый день продавал мясо, а немой ковал инструменты, поэтому им тоже хватало денег. Об одноногом и вовсе не было смысла говорить, а что касалось бабушки Сы, то она отвечала за сокровищницу Небесного Святого Культа, и никогда не думала о деньгах на еду и питьё.

Слепому приходилось выживать, полагаясь на свой дар ясновидения, поэтому его жизнь была довольно горькой и трудной. Именно поэтому он был немного обижен на богачей из деревни. Он думал про себя: «Как повезло, что старейшина ещё беднее, чем я. Но как жаль, что он уже умер…»

Глаза Ху Лин’эр растерянно вертелись по сторонам, но она не рассказала правды: «Жирдяй будет жрать так много пилюль, что, когда молодой мастер вернётся, он будет шокирован. К тому же мне интересно посмотреть, насколько он разжиреет…»

****

Блуждая по Небесам Лофу, Цинь Му тайком поднял руку, пытаясь содрать золотой ивовый лист, закрывающий глаз между его бровей. Бабушка Сы тут же шлёпнула его по пальцам, ворча:

— Этот глаз очень странный, не открывай его понапрасну!

Цинь Му спорил:

— Бабуль, я ничего не вижу и мне очень неудобно идти. Ты ведь не сможешь вести меня за собой всё время, верно? Что если мы попадём в опасную ситуацию? Тогда я стану для тебя обузой!

— Тебе всё равно нельзя его снимать! — огрызнувшись и немного подумав, бабушка Сы улыбнулась. — Но твои слова тоже верны, ты не можешь передвигаться, ничего не видя. Давай я помогу тебе его снять. Тем не менее, тебе нельзя исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, — сказав это, она дёрнула за ивовый лист, срывая его с лица парня.

Веки между бровями Цинь Му сдвинулись в стороны, открывая третий глаз, с любопытством вертящийся осматривая окрестности.

Глава 598. Достойные Уважения

— Му’эр, дай посмотреть на твой глаз, — бабушка Сы пристально вглядывалась в его третий глаз, пытаясь найти Фу Жило, но безуспешно. Затем она достала зеркало, чтобы с его помощью попытаться найти отражение дьявола, но вновь не нашла никаких следов. Убрав зеркало, она спокойно вздохнула и проговорила. — Ты можешь пользоваться этим глазом, но не используй свою магическую силу, бабуля сама справится со всеми опасностями, которые мы встретим. А когда мы увидим Святого Дровосека, тебе всё же придётся хорошенько прикрыть свой глаз золотым листом ивы.

Цинь Му кивнул и оставил при себе ивовый лист. Желая осмотреть мир, он впервые использовал свой третий глаз. Он с любопытством огляделся и понял, что мир, увиденный им с помощью этого глаза, несколько отличался от того, что он видел своими нормальными глазами. Глядя ими на практиков божественных искусств, он мог видеть лишь их внешний облик, в то время как его третий глаз мог узреть намного больше.

Например, когда он смотрел на бабушку Сы, то помимо её внешнего облика, он также мог ясно видеть её божественные сокровища и даже исконный дух… а самое ужасное было то, что, когда он видел её исконный дух, то хотел съесть этот лакомый кусочек!

Он не понимал, откуда появилось это странное, даже дикое чувство, но ему казалось, что его желудок урчит от голода и требует, чтобы он сейчас же вырвал этот исконных дух и слопал!

Голод чувствовался по-настоящему и настолько остро, что он хотел съесть всё, что попадётся ему под руку, буквально!

Недавно, когда они очутились в руинах города Безучастия, он впервые открыл третий глаз, после показался Граф Земли, в итоге вынужденный погрузить его нефритовую подвеску в него. После случившегося немой, слепой и остальные выковали золотой лист ивы, чтобы запечатать его глаз, поэтому в тот момент он ничего толком и не увидел.

Только теперь, вновь открыв третий глаз, он заметил эту особенность.

«Проблема в моём третьем глазу или всё дело в Небесах Лофу? — Цинь Му подавил желание перекусить исконным духом своей бабули и погрузился в глубокие размышления. — Но причём тут они? Небеса Лофу — это мир дьяволов, тогда может это могло произойти из-за дьявольской Ци? Нет, такого быть не может, она не может пробудить во мне такой ужасный голод, значит дело всё же в моём третьем глазу. Странно, почему я чувствую его, когда открывается глаз?»

Несмотря на всю свою озадаченность, из-за неимения идей он отложил этот вопрос до лучших времён и последовал за бабушкой Сы к ближайшему жертвенному алтарю.

Святой Дровосек и остальные двадцать четыре бога построили целую кучу высоких, пирамидальных жертвенных алтарей, используемых для жертвоприношения Небес Лофу, чтобы вынудить Фу Жило прекратить войну. И на их страже определённо стоял лично Святой Дровосек, ведь пока они под надёжной защитой, Фу Жило и остальные дьяволы не осмелятся напасть на Верховные Небеса Императора.

Поэтому, чтобы найти Святого Дровосека, самым разумным решением было отправиться к жертвенным алтарям.

Цинь Му огляделся по сторонам и увидел, что Небеса Лофу были почти такими же, как тогда, когда ему показал их Фу Жило, с одной лишь разницей — сейчас они были ещё более ненадёжными или порой даже коварными.

Огромные планеты выше, охваченные сильными землетрясениями, разрушались силой притяжения Небес Лофу. Магнитуда землетрясения была настолько ужасающей, что вызвала извержения вулканов и увеличила скорость штормов в десятки раз!

Штормы напоминали острое духовное оружие с запредельной силой. Находясь повсюду, под их натиском превращались в пыль даже вулканы, постоянно появляющиеся из-за резких содроганий!

Тем не менее больше всего пугал океан. Ужасающие волны, достигающие неба, двигались со сверхзвуковой скоростью, уничтожая всё и вся на своём пути!

Землетрясения, штормы, волны, вулканы — земля, вода, ветер и огонь. Эти элементы, некогда даровавшие жизнь всему живому, сейчас делали Небеса Лофу непригодными для всякого обитания.

Из-за происходящих повсюду катаклизмов даже пространство стало нестабильным. Расколовшись надвое, оно образовало собой длинную, но узкую трещину между небом и землёй, которая подобно тончайшим зеркалам отражала далёкие или близкие пейзажи.

Возникшие трещины были либо настолько длинными, что было невозможно увидеть их конца, либо очень короткими, не насчитывая даже шестидесяти сантиметров. Из-за того, что они были невероятно тонкими, их было очень трудно заметить, поэтому каждый шаг должен был быть сделан с крайней осторожностью.

Если случайно пройти через такую трещину, то тебя, скорее всего, попросту разрежет надвое. Остроту пространства не стоило недооценивать, и, очевидно, пострадав от такого, вряд ли стоит надеяться на выживание.

Защищаясь от огромных волн, бабушка Сы и Цинь Му увидели, как невероятно громадную волну, свыше трёх километров в высоту, «разрезало» на две половины пространственной трещиной!

Вокруг бабушки Сы вспыхивали звёзды, образуя собой Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, на которое она положилась, чтобы отгородиться от опасностей вокруг и защититься от катастроф Небес Лофу. Она уже вступила в область бога, поэтому даже несмотря на то, что практически всё вокруг было невероятно опасным, здешние бедствия были ей не страшны.

Цинь Му огляделся и пришёл к осознанию, что это место было похоже на ад. Вокруг порхали души умерших местных дьяволов, отчего у него неистово разыгрался аппетит. Схватившись обеими руками за голову, он попытался отбросить всё мысли о пожирании душ и почувствовал, как его сердце сдавливает удавкой страх: «Во что превратил меня этот глаз?..»

В этот самый момент посреди бесплодной равнины они внезапно увидели огромный труп дьявольского бога, оказавшийся в центре шторма, но каким бы сильным ни был шторм, он не мог сдвинуть труп с места.

Они подошли поближе и поняли, что даже несмотря на своё лежачее положение, труп был более девяноста метров в высоту. Торчащие из него крылья со временем превратились в кости, а его четыре копыта напоминали бычьи, только в разы больше и переливались золотыми оттенками.

Помимо этого, Цинь Му видел в теле этого дьявольского бога светящиеся божественные сокровища. Они вошли через отверстие одного из них и увидели, что вся земля внутри оказалась полностью погребена под водой, а солнце, луна и звёзды в небе были окончательно разрушены.

От божественных сокровищ осталось совсем немногое.

Ещё более странным казалось то, что на этой земле были построены дома, многие из которых уже тоже погрузились под воду.

— Когда-то это был лагерь для беженцев дьявольской расы, похоже его уничтожили всего несколько сотен лет назад, — удивлённо проговорила бабушка Сы и после задумчиво продолжила. — Возможно ли, что после катастрофы на Небесах Лофу некоторые дьявольские боги решили пожертвовать своими физическими телами, чтобы обычные дьяволы смогли жить в их собственных божественных сокровищах?

Цинь Му огляделся по сторонам своим третьим глазом и увидел, что где-то очень далеко, над разрушенной галактикой находились принадлежащие дьявольскому богу Райский Дворец, явно сильно обветшалый, и летающий мост, тянущийся от него.

Между тем внутри дворца ему с трудом, но удалось разглядеть обитавшую там душу, крайне слабую душу. Она стояла там в одиночестве и, казалось, пребывала в печали.

Ему тут же захотелось подлететь и съесть эту скорбящую душу, но его сердце больше не чувствовало голода, а переполнилось уважением.

Душа — единственное что осталось от этого дьявольского бога.

Он отдал свои божественные сокровища соплеменникам, или может быть даже членам семьи, чтобы те спокойно жили в них. Поступив так, он защитил их жизни, однако его физическое тело не смогло защититься от стихийных бедствий и в конце концов погибло. Его соплеменники, возможно, жили в его божественных сокровищах долгое время, но и те тоже были разрушены стихийными бедствиями.

— Он истощил свой исконный дух, у него осталась только душа. Все его соплеменники давно мертвы. Его душа, судя по всему, стоит там уже сотни лет… — оглядевшись третьим глазом, Цинь Му увидел вокруг целое множество блуждающих душ, которыми были дьявольские простолюдины, умершие в божественных сокровищах дьявольского бога. Глядя на его Божественное Сокровище Жизни и Смерти, он понимал, что вестника смерти здесь не было. Дьявольский бог уничтожил Божественное Сокровище Жизни и Смерти, поэтому души всех этих почивших дьяволов оказались в ловушке.

— У каждой расы есть свои вдохновляющие и трагические личности, — Цинь Му закрыл глаз в межбровье и почувствовал отвращение от тех мыслей, когда он захотел съесть эти души.

Это не его мысли!

Это не его подсознание!

Он не может быть настолько мерзким и злым!

«Неважно кто влияет на мои мысли, ты мне отвратителен!» — с такими мыслями Цинь Му вновь открыл глаз и обернулся. Речь Юду слетел с его уст и позади него образовались Врата Небесной Воли. Когда они широко распахнулись, он не стал исполнять Проводника Душ, а вместо этого изменил божественное искусство. Он хотел отправить души этих дьяволов в Юду.

В божественных сокровищах дьявольского бога повеяло волнами холодного ветра, тут же втягивающегося во врата и улетающего во тьму. По другую сторону появилось множество маленьких лодок, которые прибыли за душами.

Вскоре холодный ветер прекратился и фонарь осветил лицо Цинь Му.

— Опять ты. Как так получилось, что на этот раз ты ничего не натворил? — во вратах послышался крайне удивлённый возглас Старшего Вестника Смерти.

Цинь Му махнул рукой и закрыл Врата Небесной Воли, говоря:

— Бабуль, пойдём.

Бабушка Сы посмотрев на него, мягко кивнула и с выражением полного удовлетворения похвалила:

— Му’эр повзрослел.

Когда они уже собирались было уходить, откуда-то издалека донёсся слабый голос:

— Спасибо…

Услышав этот голос, Цинь Му слегка удивился. Он повернул голову и увидел, как прямо на его глазах душа этого дьявольского бога рассеивается в его величественном Райском Дворце, а тот, в свою очередь, быстро разрушается, пока звёзды одна за другой затухают.

— Му’эр, смотреть больше нет смысла, его душа уже рассеялась, — бабушка Сы схватила его за руку и быстро вывела из божественных сокровищ. — Его желание не исполнялось, поэтому он не мог рассеять свою душу, иначе мы бы сейчас видели только прах. Но когда его душа рассеется, божественные сокровища тоже разрушатся!

Как раз в тот момент, когда они оказались снаружи, позади них разразилась ударная волна и божественные сокровища, одно за другим, с грохотом исчезли, а сразу же после во все стороны распространились яростные взрывы!

Бабушка Сы поспешно увела Цинь Му подальше, но ударные волны от взрывов всё же достали до них, подбросив их обоих высоко вверх. Бабушка Сы впопыхах пыталась развернуть Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, чтобы защитить Цинь Му, но в этот момент луч чего-то чёрного вылетел из эпицентра взрыва и, двигаясь извивающимся драконом наводнения, прорвался через её божественное искусство!

— Му’эр помог доставить души твоего народа в Юду, а ты смеешь нападать на него?! — бабушка Сы разъярилась и уже было хотела что-то предпринять, как вдруг этот луч черноты закружился вокруг затылка Цинь Му, в итоге превратившись в чёрное свечение. В его центре стали проступать линии интенсивного красного света, образовывавшие собой красный круг, чем-то напоминая кровавую дьявольскую луну на кромешно-чёрном ночном фоне.

Цинь Му повернул голову, но не увидел дьявольской луны. Он поспешно достал зеркало, через которое мог отразить свой затылок, и только тогда увидел дьявольскую луну, медленно кружащуюся позади. В её чёрном сиянии можно было увидеть бесчисленные, непрерывно изменяющиеся дьявольские письмена.

Гнев бабушки Сы сменился на милость, и она с улыбкой сказала:

— По крайней мере, у тебя до сих пор есть совесть. Му’эр, эта дьявольская луна сформировалась из оставшейся энергии божественных сокровищ этого дьявольского бога. Он использовал её, чтобы отплатить тебе за доброту, и благодаря этому ты сможешь значительно ускорить свой совершенствование на дьявольском пути.

Цинь Му сразу почувствовал появление этой дьявольской луны, и как его дьявольская жизненная энергия быстро возрастает, у него даже возникло чувство, что ещё чуть-чуть и он будет в состоянии за раз прорваться через Божественное Сокровище Семи Звёзд!

— Бабуль, душа этого дьявола должна была видеть, что я человек, почему он помогает мне? — озадаченно спросил Цинь Му.

Бабушка Сы сделала пару шагов в сторону жертвенных алтарей и сказала:

— Если рассуждать по твоей логике, то зачем тогда ты помог переправить души дьявольской расы в Юду? — Цинь Му удивлённо замер, в то время как бабушка Сы улыбнулась. — У тебя невинное сердце новорождённого ребёнка, к тому же ты наткнулся на дьявола, который знает, что нужно отплачивать за доброту. Среди дьяволов тоже встречаются достойные уважения герои.

Глава 599. Божественное Искусство

Цинь Му был на мгновение ошеломлён, белая шёлковая лента до сих пор закрывала его глаза. Спустя некоторое время его лицо расплылось в радостной улыбке, и он быстрыми шагами догнал бабушку Сы.

Третий глаз на его лбу смотрел на неё, и хоть он до сих пор видел её исконный дух, неостановимое желание сожрать его пропало.

Его сердце успокоилось.

Возможно, в мире было много таких же красивых лиц как у неё, но не за каждым из них крылась такай добрая и прекрасная душа.

На самом деле он был глубоко благодарен за то, что у берега реки его нашла именно бабушка Сы.

Его доброта передалась ему ни от кого другого, как от бабушки.

Несмотря на то, что она была известна, как Святейшая Небесного Дьявольского Культа и обладала репутацией злой женщины, убившей своего собственного мужа, на самом деле она была самым добрым человеком в деревне Цань Лао.

У всех других жителей были свои злые стороны и причины, вынудившие их спрятаться в Великих Руинах. Бабушка Сы была единственной, кто пришёл туда по своей собственной воле. Она понимала, что её красота сделала из неё роковую женщину, и решила скрыться под обликом старухи, не вынуждая людей сражаться из-за неё друг с другом.

Другие женщины пытались сделать себя красивее и воспринимали красоту своего рода оружием. Она же, с другой стороны, изо всех сил старалась сделать себя как можно уродливее.

«Теперь я могу контролировать желание, вызванное этим глазом», — радуясь, Цинь Му начал осматривать окрестности. Несмотря на то, что вокруг кишело разбитыми душами дьявольской расы, он уже мог смириться с тем, что видел, и не испытывал желания проглотить их.

Бабушка Сы повернула голову и мило спросила:

— Му’эр, кажется, твоя аура слегка изменилась. Что случилось?

— Что-то замечательное! — пребывая в отличном настроении, Цинь Му улыбчиво ответил. — То, что делает меня счастливым!

Бабушка Сы полюбопытствовала:

— Что именно? Расскажи!

Цинь Му громко проговорил:

— Я думаю, что моя бабуля не только самая красивая женщина в мире, но и самая добрая!

Бабушка Сы покачала головой, жемчужные серьги, свисающие с её ушей, заколебались:

— Разве дьяволица из Небесного Дьявольского Культа может быть самым добрым человеком? Я определённо не такая. Му’эр, самый добрый человек — это ты.

Рассмеявшись, Цинь Му ответил:

— Владыка Небесного Дьявольского Культа тоже не может обладать доброй душой.

Настроение бабушки Сы тоже улучшилось. Болтая и смеясь, парочка продолжила двигаться в сторону ближайшего алтаря.

Внезапно Цинь Му и бабушка Сы одновременно остановились, смотря в сторону алтаря. Возвышаясь вдали, он напоминал гору, четыре склона которой были покрыты ступенями.

Эти ступени напоминали лестницу в рай, исчезающую среди туч.

Жертвенный алтарь был настолько высоким, что выглядел как вертикальная скала. Поверхность его лестниц непрерывно мерцала всевозможными рунами, и именно они приносили Небеса Лофу в жертву.

Святой Дровосек построил этот алтарь, использовав в нём метод кровавого жертвоприношения дьявольской расы. Но для принесения в жертву целого мира одного подобного строения было недостаточно. Лишь возведя много таких, он сможет разорвать Небеса Лофу на части, превращая их в чистую энергию!

Подобный метод определённо был довольно спорным, поэтому Святой Дровосек не стал бы пользоваться им бездумно. Дело было в том, что у Верховных Небес Императора не было шансов на победу, поэтому у него, по сути, не оставалось другого выбора.

Но причина, по которой у Верховных Небес Императора не было шансов не победу, состояла не в огромной силе дьявольской расы, а в том, что именно их нужно было принести в жертву, чтобы добраться к Вечному Миру.

Дьявольская раса не была слишком сильной, но их желание уничтожить Верховные Небеса Императора было непобедимо.

В этот момент на вершине алтаря стоял бог, размахивающий боевым топором. Его Ци и кровь вздымались к небу.

У подножия строения, будто стая насекомых, роились десятки тысяч дьяволов, атакуя и карабкаясь вверх.

Стоя на вершине, бог продолжал безостановочно размахивать топором. Белоснежные лучи обрушались на армию внизу, поднимая в воздух бесчисленные отрубленные конечности.

Один человек с топором сдерживал десятки тысяч дьявольских солдат, превращая их кровь в реки и окрашивая алтарь в красный цвет.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!..

Свист взмахов боевого топора раздавался раз за разом. Ступени уже были засыпаны трупами, но остальные дьяволы не боялись смерти. Продолжая нестись вперёд, будто потоп, они обезумевши взбирались наверх желая убить врага.

— Бабуль, эти дьяволы — обычные практики божественных искусств. Они определённо не ровня богу.

Осматривая армию дьяволов, Цинь Му растерялся:

— Почему они так просто отдают свои жизни?

Бабушка Сы тоже была слегка озадачена. Дьяволы и вправду шли на верную смерть. Даже если среди них и были практики области Божественного Моста, они всё равно ничего не могли противопоставить богу на алтаре.

Тот был одним из двадцати четырёх уважаемых богов, приглашённых Святым Дровосеком, и владел поразительной силой. Несмотря на то, что Дровосек всё же был сильнее, его можно было считать крайне выдающимся.

Даже если в бой пойдёт ещё больше дьяволов, он всё равно выстоит!

— Фу Жило не настолько глуп, — задумчиво проговорила бабушка Сы. — В таком случае, чего дьяволы, жертвующие собой понапрасну, желают добиться? Они не слишком истощат силы бога… Неужели среди них прячется дьявольский бог?

Цинь Му сосредоточился, его третий глаз отчётливо увидел божественные сокровища всех сражающихся, но среди них не оказалось дьявольского бога.

— Это… кровавое жертвоприношение! — внезапно догадавшись что происходит, он прокричал. — Фу Жило планирует использовать кровавую жертву и перенести сюда какое-то ужасающее существо! Где-то неподалёку определённо прячется дьявольский бог, готовящийся выполнить ритуал!

На этом слове кровь на алтаре внезапно перестала течь. Все трупы и выжившие замерли и неконтролируемо подлетели в воздух. Будь то живой или мёртвый дьявол, их тела распались, а плоть, кровь, кости и даже исконные духи завибрировали, превращаясь в кровавую реку, кружащуюся вокруг алтаря и бога, стоящего на нём!

Бог на вершине взмахнул своим боевым топором, разражаясь невообразимой божественной мощью. Его движения были изящны, а божественное искусство заклятия, которое он исполнил, поражало, тем не менее, прервать ритуал так и не удалось!

Цинь Му немедленно оглянулся, осматривая всё вдали в попытке обнаружить дьявольского бога, приносящего своих сородичей в жертву!

Для проведения ритуала кровавого жертвоприношения требовалось личное участие дьявольского бога, поэтому он определённо находился где-то неподалёку.

Бабушка Сы тоже пришла к такому выводу и начала осматриваться.

Она уже создала свою схему циркуляции жизненной Ци, которая включала в себя божественные глаза слепого. Её божественные искусства зрачка были слегка упрощённой версией навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес, однако, учитывая её совершенствование области бога, исполняя божественные глаза она обладала ужасающим зрением.

И всё же, оглянувшись вокруг она так и не смогла найти место, где скрывался дьявольский бог, исполняющий ритуал.

— Если бы я знала, то позвала бы с нами слепого! — волновалась бабушка Сы.

Но в этот момент стоящий сбоку от неё Цинь Му тихо прошептал:

— Бабуль, я его нашёл!

Бабушка Сы была ошеломлена, но не имея времени на раздумья, она тут же спросила:

— Где он?

Парень тыкнул пальцем в небо над жертвенным алтарём, и она быстро перевела туда взгляд, но увидела лишь кровавую реку, носящуюся в воздухе кружащимся вихрем, и никаких следов дьявольского бога.

«Глаз Му’эра поистине странный, раз сумел увидеть того дьявольского бога, — недоумевала она. — Откуда он взялся? И почему Граф Земли хочет его запечатать?»

Несмотря на то, что Цинь Му мог пользоваться лишь глазом между бровей, его зрение было крайне удивительным. Он мог разглядеть то, что было невидимо для других божественных глаз, включительно с невероятно странным методом маскировки дьявольского бога. Было очевидно, что тот использовал необычное божественное искусство сокрытия.

Дьявольский бог прятался в пространственной трещине над жертвенным алтарём и произносил своё заклятие. Иногда он переворачивался с ног на голову, развевал волосами или неуверенно шагал вокруг, ведя себя довольно дико и безумно.

Цинь Му торжественно проговорил:

— Бабуль, смотри в ту сторону, куда тянется нить моей жизненной Ци! Как только я покажу тебе его точное местонахождение, убей его!

Бабушка Сы закричала:

— Тебе нельзя выполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, используй только прядь Ци! Передай мне Великие Небесные Дьявольские Рукописи!

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло и в воздух подлетел клубок ниток. В следующий миг его Ци превратилась в прядь, поднимаясь в небо над алтарём.

Прядь жизненной Ци потянулась прямо к тому месту, где прятался дьявольский бог, произносящий заклятие. В тот же миг бабушка Сы использовала Великие Небесные Дьявольские Рукописи, и в небе, будто нить, начали извиваться бесчисленные руны.

Нить, созданная из рукописей, двинулась вдоль пряди жизненной Ци Цинь Му, быстро расширяясь.

Магическая сила бабушки Сы наполнила Великие Небесные Дьявольские Рукописи, когда-то созданные Мастером-Основателем Небесного Святого Культа. Тот превратил писания в сокровище, которое, будучи закрытым, выглядело как обычный клубок нитей. Однако, если его развернуть с помощью Ци, оно превращалось в бесчисленное количество текстов.

Между тем рукописи также были духовным оружием, обладающим невероятной силой.

Однажды бабушка Сы уже использовала их для борьбы с бесчисленными практиками в городе Пограничный Дракон, а когда Цинь Му вместе со старейшиной деревни впервые вошёл во тьму Великих Руин, они были одним из сокровищ, которые он взял с собой.

Но у Цинь Му уже было своё духовное оружие, из-за чего теперь он редко использовал Великие Небесные Дьявольские Рукописи.

Теперь ему было не слишком удобно ими пользоваться.

Тем не менее, для бабушки Сы рукописи были лучшим оружием, отлично подходящим под её технику и природу. С их помощью она могла исполнять даже превращения, свойственные лишь божественным искусствам. Но так как Цинь Му был Владыкой Небесного Дьявольского Культа, которому полагалось владеть артефактом, она не смела брать их себе.

К этому моменту прядь жизненной Ци Цинь Му протянулась на восемьдесят километров и должна была вот-вот добраться к укрытию дьявольского бога, тем не менее, длина его пряди достигла предела. Исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он мог сделать её в шесть раз длиннее, но теперь это было ему не под силу.

— Му’эр, тебе нельзя исполнять свою технику! Укажи направление, в котором скрывается дьявольский бог, и я убью его!

Бабушка Сы предупредила его ещё раз, в небе за её спиной протянулся божественный мост. Затем на его поверхности возник исконный дух и зашагал на противоположную сторону, добираясь к райским дворцам!

Закричав, бабушка Сы разразилась божественной мощью. У Преддверия Южных Небесных Врат засиял свет девяти небес, а писания Великих Небесных Дьявольских рукописей начали извиваться, будто тонкая духовная змея, проскальзывая во вражеское укрытие!

Дьявольский бог находился на критическом этапе создания заклятия. Внезапно в небо взмыл луч света, и серебряная линия проткнула его между бровей.

Ошеломлённый дьявол поспешно схватился руками за лоб, пробуя нить на ощупь:

— Что это? — недоумевал он.

Сбоку от Цинь Му развевались красивые волосы бабушки Сы, её одежда трепетала на ветру, отчего она напоминала бабочку. Одно за другим, её божественные искусства понеслись в сторону врага.

Выражение лица дьявола резко изменилось, и как только он попытался выдернуть нить из своего лба, Великие Небесные Дьявольские Рукописи внезапно расширились, высвобождая силу сотен божественных искусств.

Бум! Бум! Бум!..

Из пространственной трещины донеслись бесчисленные вибрации, и вскоре оттуда потекла кровь дьявольского бога. Она напоминала рану в небе, из которой водопадом лилась кровь.

Бабушка Сы вздохнула с облегчением, всё ещё держа Великие Небесные Дьявольские Рукописи. Подняв голову, она увидела, что прервать кровавое жертвоприношение не удалось.

Несмотря на то, что дьявольский бог погиб, ритуал уже был закончен.

Глава 600. Зачахший Старый Солдат

Великие Небесные Дьявольские Рукописи всё ещё были клубком ниток, и бабушка Сы хотела передать их Цинь Му, но тот покачал головой:

— Бабуль, пускай рукописи останутся у тебя, на Небесах Лофу довольно опасно, а для меня они сейчас бесполезны.

Бабушка Сы достала маленькую бамбуковую корзинку, это была цветочная корзинка с круглым верхом и квадратным дном. В ней лежали ткани, ножницы и серебряные игры, которые, должно быть, были её духовным оружием.

Они посмотрели на бурлящую кровавую реку в небе и увидели, как она заманивает в ловушку бога с боевым топором. Судя по всему, целью жертвоприношения определённо был не самый обычный призыв бога.

Река должна была обратиться кровавым светом призыва, но вместо этого от неё отделялись сгустки крови, которые тут же превращались в разные виды чудесных, по-настоящему загадочных рун, предназначающихся для дьявольских жертвоприношений.

Цинь Му уже знал несколько подобных ритуалов. Например, Перемещающие Призраков, Отправляющие Богов Приказные Руны были методом жертвоприношения Короля Дьяволов Дутяня, который в прошлом распространил их в Вечном Мире с целью призвать себя туда. Однако после встречи кое с кем он отбросил эту мысль.

Дьявольской расе принадлежало множество небес, частью которых также были погрузившиеся в разрушения Небеса Дутяня и Лофу. Но местные обитатели обоих этих миров не сдались, всячески пытаясь выжить и увеличить численность своего народа.

На самом деле большинство способов жертвоприношения происходили от дьявольской расы, построившей свою собственную уникальную цивилизацию, кардинально отличную от Вечного Мира и Верховных Небес Императора.

Человеческая раса, в свою очередь, научилась многим способам жертвоприношения именно у дьявольской расы. Например, таковые в Великих Небесных Дьявольских Рукописей происходили именно от дьявольского пути совершенствования.

Человеческая раса научилась у дьяволов не только способам жертвоприношения, но и множеству других дьявольских техник. К примеру, шаманские заклятия Дворца Золотой Орхидеи были получены от Шаманского Бога Куя, который был самым настоящим дьявольским богом, посланным с Райских Небес в Юду.

— Здесь что-то не так! — бабушка Сы осмотрела кровавую реку вокруг жертвенного алтаря, на которой появлялась всё больше кроваво-красные рун. Тем временем бог, который прибыл из Великих Руин, уже был окончательно пойман в ловушку.

Все его потуги прорваться через жертвенный ритуал не увенчивались успехом. В очередной раз собрав все свои силы, он попытался сбежать с жертвенного алтаря, но вновь безуспешно.

Способности дьявольского бога, который проводил жертвенные ритуалы, не больно-то впечатляли, иначе он бы не погиб так просто от внезапной атаки бабушки Сы. Всё это говорило о том, что его способности должны значительно уступать таковым у бога с боевым топором, но на практике оказалось, что его метод жертвоприношения был необычайно глубок и непостижим…

Даже после его смерти жертвоприношение продолжило исполняться и смогло поймать бога в ловушку, более того, у него не было ни единого шанса на освобождение!

— Он собирается принести в жертву этого бога! — вздрогнув, бабушка Сы пробормотала. — Он хочет предложить его некоему древнему существу вместе с кровавой рекой, чтобы это существо вышло на волю…

Цинь Му не очень-то интересовался жертвоприношениями, поэтому его достижения на этой стезе были ниже, чем у бабушки Сы. Тем не менее, он видел, что бог находится не в лучшем положении, ведь прямо из-под его доспехов медленно вытекали капли крови, которые поднимались в воздух и сливались с кровавой рекой!

Даже боевой топор в его руках и доспех на его теле начали разлагаться!

Исполненный дьявольский метод жертвоприношения был слишком силён!

Бог, искусно орудовавший боевым топором, уже значительно ослаб. Чем больше Ци и крови он терял, тем труднее ему становилось защититься от этого ритуала.

— Дьявольский бог, которого убила бабуля, вероятно, был одним из лучших экспертов по жертвоприношениям! Ты убила чрезвычайно важного дьявольского бога! — воскликнул Цинь Му, смотря на размахивающего боевым топором бога.

— Но я не могу спасти его, — грустно ответила бабушка Сы. — Мы только отправим себя на верную смерть, если бросимся к жертвенному алтарю. Мы не можем ни остановить эту жертву, ни остановить нисхождение древнего существа…

Между тем бог продолжал носиться по жертвенному алтарю, всё сильнее и сильнее истощая себя. Наконец он сдался и, встав на вершине алтаря, поднял голову к небу, желая посмотреть на что-то.

Это был конец его пути, ему ничего не оставалось, кроме как принять свою участь и стать удобрением для другого древнего существа.

— Мне давно следовало умереть… — мрачный голос бога прокатился по округе глухим раскатом грома. Он стоял на жертвенном алтаре и громко говорил. — Я должен был умереть давным-давно, я должен был погибнуть в катастрофе двадцати тысячелетней давности. Я должен был умереть вместе со своими товарищами на поле боя, я не должен был бездействовать, я не должен был превращаться в каменную статую в Великих Руинах, я не должен был бороться, находясь на пороге смерти, чтобы защитить какую-то дерьмовую надежду на какое-то дерьмовое будущее…

Цинь Му и бабушка Сы были ошеломлены. Они смотрели на бога беспомощными взглядами, желая спасти его, но прекрасно понимали, что это им не по силам.

Между тем бог опустился на одно колено и, размахивая боевым топором, чтобы защититься от кровавого жертвоприношения, уже более серьёзно продолжил:

— Надежда, будущее, деревня Беззаботная… Мы слишком долго молчали, Император-Основатель! Мы были так безмолвны, что потеряли боевой дух, так безмолвны, что каменные статуи застыли, так безмолвны, что люди, которых мы должны были защищать, уже умерли. Я уже давно не видел знакомых лиц, мы так долго молчали, что даже эти горы изменились! А что на счёт тебя? — он повысил тон и оглушительным голосом отчитал в небо. — Император-Основатель, что на счёт тебя? Где ты? Идеальный мир в твоём сердце — это деревня Беззаботная, в которой ты живёшь? Ты видел, как твои подчинённые, старые солдаты, которые следовали за тобой, чахнут и умирают один за другим? Как ты можешь прятаться, когда люди, которых ты должен защищать, умирают от банальной старости? Почему ты не появился? Прошло двадцать тысяч лет, а ты до сих пор не оправился от поражения? Разве ты не должен был набраться уверенности и покинуть деревню Беззаботную? Мы всё ещё ждём твоего призыва, чтобы снова сразиться с небесами! Где ты?!

Цинь Му и бабушка Сы слышали голос, разносящийся по небу и земле вторящим эхом. Но на Небесах Лофу не было того, кто мог ответить на его упрёки, на его недовольство.

— Моё гусиное крыло, развейся со мной! — на вершине высокого жертвенного алтаря, посреди интенсивного кроваво-красного света, бог изо всех сил старался применить своё духовное оружие и в этот момент несравненно интенсивный свет вырвался к небу. Свет был таким ослепительным, что трудно было открыть глаза. — Даже без Императора-Основателя защита до сих пор существует! Я, бывший подчинённый Императора-Основателя, Небесный Император Звёзды, Солдат Дивизиона Банетнаш, Ло Юй, использую это покалеченное тело, чтобы защитить наш народ и помешать твоему гнусному появлению, зверь! Развеять оружие… Развеять дух…

Вспыхнули лучи и прогремел сотрясающий мир грохот. Ужасающие пульсации хлынули во все стороны от жертвенного алтаря, и бабушка Сы немедленно исполнила Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, чтобы защитить себя и Цинь Му, а уже в следующий миг их накрыли бескрайние волны!

Интенсивные кольца света пронеслись над Силовым Полем Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, и земля вспенилась, подобно обугленной древесине. Когда кольца света разлетелись вдребезги, разбитая планета в небе встряхнулась и подняла на своей поверхности огромные, массивные волны, подпирающие собой небеса и землю, но даже они были остановлены этим взрывом, а затем рухнули вниз и растеклись!

Взрыв был мимолётным и вскоре вокруг жертвенного алтаря воцарился покой. Кровавой реки, ещё миг назад кружащейся вокруг вершины жертвенного алтаря, больше не существовало, ранее находящиеся на жертвенном алтаре бог и его боевой топор были буквально «стёрты», а сломанный жертвенный алтарь источал кровавый цвет.

Бог уже развеял своё оружие и свой исконный дух, используя мощь своей жертвы, чтобы остановить этот жертвенный ритуал и изгнать древнее существо обратно в своё логово.

Цинь Му посмотрел на жертвенный алтарь, выкрашенный в кроваво-красный цвет, и, раскрыв рот, какое-то время неподвижно стоял.

— Му’эр, идём, — не удержавшись, заговорила бабушка Сы. — Решив освободиться, он принял правильное решение. В конце концов он выполнил своё обещание. Поторопимся к следующему алтарю, надеюсь, мы сможем встретиться со Святым Дровосеком…

Цинь Му молча последовал за ней.

Бабушка Сы не привыкла видеть его таким и с улыбкой обернулась к нему:

— Это на тебя не похоже.

— Я думаю, что мой предок, Император-Основатель, не такой великий герой, каким я его себе представлял. После того, как я узнал, что я из деревни Беззаботной, и что я потомок Императора-Основателя, у меня всегда была мысль, что я должен стать величайшим героем, как Император-Основатель, благодаря высшим идеалам которого за ним следовало неисчислимое множество уважаемых героев. Я считал его дружелюбным и почтенным. Однако… — он покачал головой и некоторое время молчал. — Он может быть не тем, кем я всегда его считал. Может он простой старик, который боится смерти. У него нет такого мужества, нет такой широты ума. Он прячется в деревне Беззаботной только для того, чтобы жить своей пьяной мечтой. Может он подвёл тех бесчисленных героев, которые следовали за ним…

Бабушка Сы моргнула и расхохоталась:

— Му’эр, ты ещё ребёнок, почему ты так много думаешь? Когда я была твоего возраста… Ли Тяньсин уже проникся ко мне симпатией, и я думала о том, как от него избавиться… Что же до старейшины деревни, в твоём возрасте он купался в грязи, как самая настоящая свинья!

Цинь Му с улыбкой сказал:

— Дедушка старейшина, к тому времени, скорее всего, уже отдал дань уважения своему мастеру и готовился к становлению Императором Людей. Разве у него было бы время купаться в грязи? Бабуль, ты опять шутишь.

Бабушка Сы увидела, что он улыбается, и улыбнулась в ответ:

— Я вырастила тебя, и хоть я плохо обращалась с тобой, когда ты писался в кровать, и не хотела тебя растить, я всегда беспокоилась о том, что ты захочешь бросить меня, когда вырастешь, и уйдешь из деревни. Я до сих пор продолжаю думать, всё ли хорошо с тобой или нет, всегда беспокоюсь, что ты можешь пострадать. Может быть это всего лишь образ мышления родителя, который не хочет, чтобы ты так быстро повзрослел и имел столько проблем, а лишь как можно дольше оставался беззаботным… Это всё старейшина виноват, именно этот старый пердун сделал тебя Императором Людей! Зачем ему это надо было? Когда мы вернёмся, я окроплю его каменную статую кровью чёрной собаки!

Приближаясь к окрестностям второго алтаря, уже издалека можно было увидеть сражение между дьявольским и обычным богом за контроль над алтарём.

Два бога яростно сражались, создавая поразительное зрелище.

— Разве Фу Жило не боится, что Святой Дровосек проявит безжалостность и принесёт в жертву Небеса Лофу? — покачал головой Цинь Му.

Бабушка Сы поставила на землю корзинку с цветами и, достав из неё ножницы, вытащила несколько лоскутов ткани. Ловко двигая пальцами вверх-вниз, она соткала изорванную рубашку и с улыбкой сказала:

— Фу Жило пытается заполучить как можно больше рычагов давления для переговоров! Чем больше жертвенных алтарей он снесёт, тем более веским будет его слово! Вверх…

Рваная рубашка, которую она только что соткала, взлетела и полетела на поле боя. Затем она приблизилась к дьявольскому богу и наделась на него.

Глава 601. Крохотная Обувь Бабушки Сы

Дьявольский бог сражался с богом из Великих Руин, всеми силами защищающем алтарь, и несмотря на то, что он мог видеть и слышать всё вокруг, сила противника была настолько огромной, что вынуждала его полностью сконцентрироваться на бое. Когда рубашка подлетела к его телу, он не заметил в ней никакой угрозы и не защитился, отреагировав лишь тогда, когда она обмоталась вокруг него, но было уже слишком поздно.

Как только рубашка наделась, она сжалась, сдавливая его грудь и ломая рёбра одно за другим. Казалось, она была покрыта иголками, которые вонзились в него, проносясь по его телу волной острой боли, выдержать которую было почти невозможно.

Бедолага не мог дышать, поэтому быстро сжал своё тело в размерах, что было довольно простым заданием для дьявольского бога. В этот миг возле него просвистел меч противника, уклониться от которого ему получилось по случайности.

Тем не менее, когда он сжался, рубашка, связывающая его, тоже уменьшилась!

— Разорвись! — с криком, его тело начало расширяться, но рубашка не растянулась обратно. Вместо этого дьявол услышал, как ломаются его рёбра!

Более того, кроме рёбер, его пять внутренних органов и шесть кишок почти одновременно раздавились и лопнули!

Его грудь сжалась до толщины большого пальца, а всё тело было покрыто серебряными иголками, торчащими из рубашки. Это делало любые действия невозможными, решение расшириться в таком положении было самоубийством, и как только его тело попробовало расшириться, бог на алтаре пронзил его голову мечом, мгновенно убивая исконный дух.

Дьявольский бог смотрел вперёд с широко открытыми глазами, из его рта потекла кровь:

— Если бы на меня не одели эту сжимающую рубашку, ты бы не смог победить… — договорив, он выдохнул в последний раз.

Рубашка тут же оторвалась от трупа и вернулась обратно к бабушке Сы. Разорвавшись на несколько кусков ткани, она спряталась в корзине.

Рассматривая куски ткани в корзине, Цинь Му поинтересовался:

— Навык шитья бабули становится всё лучше день ото дня. Откуда у тебя эта ткань, и как она смогла сдержать физическое тело бога?

— Она пошита из сухожилий богов, а также из нескольких кусков сухожилий дракона, которые я нашла в Великих Руинах. Их было очень мало, поэтому вышло лишь несколько обрывков ткани, — улыбчиво ответила бабушка Сы. — Ключ всё ещё кроется в Великих Небесных Дьявольских Рукописях. Именно они смогли сшить эти обрывки вместе, не оставив дьявольскому богу шанса выбраться.

Цинь Му удивлённо моргнул:

— Что ещё, кроме рубашки, может пошить бабуля?

— Ещё я могу пошить крохотную пару обуви, у меня до сих пор осталось две подошвы из кожи дьявольского бога, её должно хватить на две пары, — бабушка Сы достала две пары подошв, невинно моргая и улыбаясь. — Если кто-то оденет мою крохотную обувь, он станет ни живым, ни мёртвым, и никак не сможет снять её обратно. Му’эр, не хочешь носить такую?

— Не хочу! В детстве ты заставляла меня носить маленькую обувь, из-за чего у меня теперь маленькие ноги!

Пока они болтали, бог, охраняющий алтарь, позвал их к себе:

— Двое друзей Дао не хотят подняться?

Цинь Му и бабушка Сы взобрались на алтарь. Бог на его вершине напоминал нефритовое дерево, трепещущее на ветру, и выглядел очень красивым. Увидев внешность бабушки Сы, его сердце Дао задрожало, но он поспешно привёл свой дух в порядок и, поклонившись, выразил свою благодарность:

— Так это Владыка Культа Цинь. А друг Дао пришла из Верховных Небес Императора? Спасибо за помощь!

— Старший меня узнал? — удивился Цинь Му.

Бог ответил, улыбаясь:

— Небесный Наставник когда-то рассказывал о Владыке.

Цинь Му поспешно спросил:

— Где Небесный Наставник сейчас?

— Там!

Подняв палец, бог указал в даль:

— Шестой жертвенный алтарь отсюда охраняет Небесный Наставник. Я должен остаться здесь и охранять свой алтарь, поэтому не могу провести вас, простите!

Попрощавшись, Цинь Му и бабушка Сы пошли в нужном направлении. По дороге они видели другие алтари, подвергающиеся непрерывным нападениям. Их атаковала либо армия дьяволов, ударяющаяся о ступени будто потоп, или же дьявольский бог, сражающийся с противником в одиночку.

При возможности парочка помогала защищать строения, а если всё было уже потеряно, то шла в обход.

Один из алтарей был захвачен дьяволами, а бога, стоящего на его вершине, должно быть уже убили. Было невозможно избежать чего-то подобного. Угрожая Небесами Лофу, Святой Дровосек поднял руку на то, что дьявольская раса лелеяла больше всего. У неё не осталось другого выбора, кроме как жертвовать своими жизнями, чтобы заполучить больше влияния в переговорах.

— Небеса Лофу настолько опасны, но здесь до сих пор живут дьяволы!

В некоторых запрещённых зонах Цинь Му и бабушка Сы увидели торчащие из земли кости и трупы бесчисленных дьявольских богов. Среди них возвышались каменные таблички, на которых были высечены дьявольские писания. Должно быть, их использовали для защиты от стихийных бедствий.

Более того, в божественных сокровищах этих трупов жили дьяволы. Отчего казалось, будто после того, как произошла катастрофа, некоторые из местных богов принесли себя в жертву, чтобы позволить своим сородичам спастись.

— Бабуль, почему в мире дьяволов до сих пор происходят стихийные бедствия? Откуда они берутся? — недоумевая, Цинь Му поднял взгляд, смотря на полуразрушенную планету в небе. Она была невероятно огромной и непрерывно двигалась, чем вызывала ещё больше стихийных бедствий и пробуждала огонь, воду, землю и ветер.

В небе всё ещё висели осколки звёзд, время от времени спускающиеся на землю, будто огненный змеи и разбивающиеся где-то вдали.

Бабушка Сы покачала головой:

— Откуда мне знать? Может быть, это место и вправду потерпело стихийное бедствие, а может какой-нибудь бог использовал великую магическую силу, чтобы сдвинуть все эти планеты вместе, повергая здешние земли в столь ужасное состояние. О настоящей причине может знать лишь кто-нибудь вроде Фу Жило.

Наконец, они добрались к шестому алтарю.

Смотря издали, Цинь Му и бабушка Сы увидели, что дьявольская Ци над алтарём разделялась на белую и чёрную. Вращаясь вокруг друг друга, её потоки напоминали огромных рыб, медленно плавающих, схватив друг друга за хвост.

«Фу Жило здесь! — дрогнуло сердце Цинь Му. — интересно, Лу Ли тоже здесь? Если это так, то Святой Дровосек в опасности!

Смотря на вершину жертвенного алтаря, Цинь Му сумел разглядеть божественные сокровища многих существ, но за исключением Святого Дровосека и Фу Жило, никому из них не удалось войти в райские дворцы или дворцы дьявольских богов.

Среди числа тех, кто взобрался на алтарь вместе с Фу Жило, Лу Ли не было. С ним были лишь ученики, ещё не успевшие достичь области богов и не несущие в себе особой угрозы.

Все дьявольские практики области богов остались у подножия алтаря. Должно быть, Фу Жило опасался, что Святой Дровосек рассердится и принесёт Небеса Лофу в жертву, поэтому приказал им остаться подальше, избегая лишнего риска.

Успокоившись, Цинь Му последовал за бабушкой Сы в сторону шестого алтаря для жертвоприношений.

Когда они подошли к подножию строения, юноша заметил чёрного тигриного бога и обрадовавшись, помахал ему рукой.

Тигр не обратил на него никакого внимания. Держа молоты в обеих руках, он нервно поглядывал на двух дьявольских богов, стоящих сбоку.

Внезапно раздался голос Святого Дровосека:

— Цинь Му, богам нельзя ступать на алтарь, женщина возле тебя должна остаться внизу, а ты можешь подниматься.

Цинь Му послушался.

Не удержавшись, бабушка Сы проговорила:

— Святой Наставник, я прежняя Святейшая Небесного Святого Культа. Я невероятно тобой восхищаюсь, позволь мне посмотреть на тебя!

На вершине алтаря показалась голова Святого Дровосека. Посмотрев вниз, он был слегка ошарашен и медленно проговорил:

— Какая женщина, едва не разрушила моё сердце Дао! Я не имею никакого отношения к Небесному Святому Культу, к тому же, теперь ты на меня взглянула, так что оставайся внизу. В противном случае моё состояние ума пошатнётся.

Бабушке Сы оставалось лишь послушаться и остановиться рядом с чёрным тигриным богом, тихо напомнив:

— Му’эр, когда поднимешься, не смей исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Если у тебя не будет выбора, приклей золотой ивовый лист обратно.

— Не волнуйся, бабуль, я не забуду! — проговорив, Цинь Му длинными шагами поднялся по ступеням, и вскоре добрался к вершине алтаря. Там он увидел сидящих на стульях Святого Дровосека и Фу Жило, возле которого было несколько юношей. Среди них был Чжэ Хуали, а также молодой мастер Ци Цзюи из Райских Небес!

У последнего был свой стул, что свидетельствовало о том, что его высокий статус требовал, чтобы парень сидел.

Подойдя вперёд, Цинь Му поклонился Святому Дровосеку. Затем он поздоровался с Фу Жило, который продолжил неподвижно сидеть и лишь слегка кивнул головой, возвращая приветствие.

Затем Цинь Му поздоровался с Ци Цзюи и Чжэ Хуали. Парочка ответила, но в их голосах не было ноток неуважения несмотря на то, что он был их врагом.

Цинь Му подошёл к Святому Дровосеку и встал рядом с ним. Фу Жило бросил на него любопытный взгляд и увидел белую ленту, закрывающую глаза, и вертикальный глаз между бровей. Он улыбчиво проговорил:

— Маленький друг Цинь, у тебя очень странный глаз между бровей.

Третий глаз Цинь Му уставился в землю, не собираясь поворачиваться к Фу Жило.

Тот засмеялся и проговорил:

— Почему ты не решаешься на меня посмотреть, неужели тебе страшно? Ты всё ещё молодой, новорождённые телята не боятся тигров, если ты испытываешь ко мне страх, то я переживаю за твоё будущее совершенствование и сердце Дао! Давай, подними голову и посмотри на меня.

Цинь Му не обращал внимания на сказанные слова.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали тоже поглядывали на него. Недоумевая, они не понимали почему он прятал глаза и почему между его бровей появился третий глаз.

Бросив не Цинь Му взгляд, Святой Дровосек увидел, что тот слегка подавлено наклонил голову. Улыбнувшись, он спросил:

— Цинь Му, почему ты меня нашёл? И почему ты закрыл глаза? А-а, я знаю, ты снова встретился взглядами с Фу Жило?

Цинь Му кивнул головой, чувствуя себя пристыженным:

— Ученик и несколько старших из моей деревни устроили диверсию и остановили миллионную армию Фу Жило, в результате, я снова пострадал. Когда мы встретились взглядами, он поместил в мои глаза очередное божественное искусство. Если я посмотрю в зеркало, то он меня унесёт. Я не знаю как разобраться с подобным заклятием, поэтому отправился на поиски учителя.

Продолжая улыбаться, Святой Дровосек ответил:

— Фу Жило твой старший, он просто шутит. Он ведь прямо здесь, с чего бы ему пользоваться всякими фокусами, чтобы унести тебя? Сними свою шёлковую повязку, давай посмотрим, как он тебя украдёт.

Цинь Му снял шёлковую ленту и открыл глаза.

Святой Дровосек продолжил:

— Посмотри в зеркало, поглядим, сможет ли он тебя схватить.

Достав зеркало, Цинь Му посмотрел в отражение. Силуэт Фу Жило снова возник в его глазах и становился всё больше и больше, постепенно выбираясь наружу.

Руки Цинь Му дрожали, так как он не мог удержать веса зеркала. Фу Жило в отражении шагал также, как и в его глазах. Он вот-вот должен был сожрать его, будто кошмар!

Святой Дровосек внезапно взмахнул топором, ударяя по зеркалу в руках Цинь Му.

Стоящий напротив Фу Жило хмыкнул, между его бровей появилась кровавая отметина.

Цинь Му тут же почувствовал, будто его освободили от тяжёлого бремени, давление, мучающее его мгновение назад, исчезло.

Святой Дровосек опустил топор и улыбчиво проговорил:

— Я ведь говорил, что Фу Жило шутит, он твой старший, разве он посмел бы поднять на тебя руку? Думаешь он не боится, что я разозлюсь и убью его учеников?

Из лба Фу Жило потекла кровь, разделяясь на два потока на переносице. Все три его лица сверкали от злости, в то время как одно из них заговорило:

— Старый друг, тебе стоит знать, что хоть ты сможешь выжить, продолжая охранять Небеса Лофу, твои двадцать четыре друга не сумеют избежать гибели! — повернувшись другим лицом, он продолжил. — Это не наша дьявольская раса желает стереть вас с лица земли. На самом деле к этому стремится некто-то другой. С твоей-то мудростью ты должен знать, насколько он сильный, так почему ты посылаешь их на верную смерть?

Глава 602. Пара Вышитых Сапог

— Они такие же как я, люди, которые должны были умереть посреди поля боя ещё двадцать тысяч лет назад, но по воле случая вынужденные жить до сего дня, — Святой Дровосек отложил свой топор в сторону и с некоторым сожалением вздохнул. — Фу Жило, а ты знал, что если бы дело было во времена Эпохи Императора-Основателя, то маленький дьявольской бог, суетящиеся то там, то тут, как ты, был бы давно отправлен на Сцену Казни Бога, как ты уже мог догадаться, для казни?.. Но те времена уже давно прошли, — выдержав короткую паузу, он продолжил. — Я действительно восхищаюсь тобой, твоими способностями и методами. В конце концов ты не просил помощи у Райских Небес и, воюя с Верховными Небесами Императора, полагался лишь на свои собственные силы. Это говорит о том, что ты не любишь быть от кого-то зависимым или подчиняться чужим правилам, а значит у тебя есть собственные амбиции и стремления. Ты хочешь использовать Верховные Небеса Императора в качестве трамплина к Райским Небесам Императора-Основателя. Амбиций тебе однозначно не занимать.

Фу Жило слегка улыбнулся:

— Разве в этом мире существует мужчина без каких-либо амбиций? А если всё же да, то какая разница между ним и выпотрошенной рыбой?

Покачав головой, Святой Дровосек ответил:

— Ты когда-нибудь задумывался, что случится, если ты захватишь Райские Небеса Императора-Основателя? Не боишься тоже быть стёртым с лица земли? «Убрать лук только после отлёта птиц, сварить лису только после того, как она поймает зайца», ты ведь понимаешь к чему я веду? После атаки на Великие Руины, момент уничтожения Вечного Мира станет моментом твоей кончины и вымирания твоей расы. Катастрофа, способная привести к истреблению твоего народа, всего в сантиметре от твоего носа. Будучи названым Фу Жило, мудрецом дьявольской расы, ты не можешь не понимать этого, верно?

Шея Фу Жило повернулась, сменяясь на неспешно говорящее правое лицо:

— Святой Дровосек, ты истинный эксперт атак на сердце. Со стороны ты может и выглядишь так, словно печёшься обо мне, но это всего лишь метод атаки на сердце. Конечно, я понимаю стоящую за твоими словами логику, но также я понимаю, что мне нужно найти путь к выживанию для моего народа. Что касается смертельной угрозы со стороны Райских Небес, пока что это только предполагаемая возможность развития событий. Худшее, что может произойти — мне придётся встать на колени и попросить собачей милости, и разве Райские Небеса опустятся так низко, чтобы убить собаку? Не думаю, — его левое лицо улыбнулось и взяло слово. — Мужчине, живущем в этом мире, нужно быть гибким. Брат Дао, если ты всё ещё настаиваешь на использовании против меня Небес Лофу в качестве угрозы… мне даже не придётся пытаться убивать тебя, за меня это сделает кое-кто другой. Брат Дао, разве плохо порой проявлять гибкость?

Святой Дровосек вновь покачал головой и ответил:

— Если я хотел бы быть собакой, то стал бы ей ещё двадцать тысяч лет назад. Если есть хоть малейшая возможность жить стоя, не преклоняя колен, то я определённо воспользуюсь ею.

Взгляд Фу Жило блеснул:

— Но после того, как погибнет ещё больше людей, ты в конце концов станешь валяющейся дохлой собакой.

Святой Дровосек улыбнулся:

— Мне не страшна участь разорванного на куски, я готов закончить свой жизненный путь ещё более жалкой смертью. Но одно мне известно точно, я не погибну, валясь на земле. Я обдумал выдвинутые тобой условия, согласно которым я позволяю твоей дьявольской расе занять часть территорий Вечного Мира. Раз Цинь Му здесь, пожалуй, я дам тебе ответ, — внезапно похолодев в лице, он продолжил. — До тех порка, пока мы живы, мы никогда не сдадимся и не уступим даже сантиметра земли Императора-Основателя! Коснешься её своей ногой, и я отсеку её, просунешь в неё свой голову, и я отсеку её! Если твоя дьявольская раса посмеет войти в Вечный Мир, я сотру её с лица земли! — всё также холодно и властно он подытожил. — Забудь о земле Императора-Основателя!

Услышав сказанное, Фу Жило тут же посерьёзнел всеми тремя лицами, между тем одно из них тоже перешло на холодный тон:

— Я так понял, мы не договорились. В таком случае подписываем Пакт Графа Земли!

Он поднял свою кисть и элегантными движениями написал слова клятвы. Пока он отводил свою руку назад, бумага с его клятвой полетел к Святому Дровосеку, который, в свою очередь, тоже написал клятву и отправил свою бумагу с ней к нему.

Внимательно изучив клятвы другу друга на наличие каких-либо лазеек и недостатков, они использовали свои кисти, чтобы внести некоторые коррективы в них, и опять обменялись бумагами. Затем они ещё раз внимательно изучили их и исправили части, которые не могли принять. Подобное повторилось ещё не один раз, прежде чем они согласились с условиями клятв, предложенных друг другом.

Два бога встали и начали проговаривать клятвы. Фу Жило использовал дьявольский язык, в то время как Святой Дровосек божественный. Оба языка звучали одновременно, неся в себе разнообразные глубинные теории и чудеса, атакуя друг друга!

Цинь Му был сведущ в обоих языках, поэтому с лёгкостью их понимал, как вдруг он неосознанно погрузился в транс.

Пространство внезапно завибрировало, и гора под ступнями всех присутствующих яростно встряхнулась, вынуждая каждого на жертвенном алтаре инстинктивно поймать равновесие. Когда земля содрогнулась, бабушка Сы и тигриный бог, находящиеся у основания алтаря и играющие в пристальные гляделки с двумя дьявольскими богами напротив, были вынуждая как можно скорее стабилизировать себя, чтобы не дать противоположной стороне воспользоваться шансом.

Бабушка Сы качнулась влево-вправо, прежде чем сделать пару шагов назад, отчего могло показаться, словно ей не хватало совершенствования, чтобы совладать с тряской. Вышитые сапоги слетели с её ног, вынуждая искать точку опоры босыми ступнями.

Глаза дьявольского бога, который пристально смотрел на неё, блеснули. Он неприменул воспользоваться предоставившейся возможностью, не давая ей времени отреагировать, и протянул руку, чтобы схватить один вышитый сапог, а когда ему это удалось, его взгляд упал на белоснежно-белые ступни красотки. Затем он ухмыльнулся и, поднеся сапог к своему носу, показательно-вызывающе, с наслаждением вдохнул.

Бабушка Сы, казалось, разозлилась и протянула вперёд руку со странной полуулыбкой:

— Верни мне мои сапожки!

Дьявольский бог лишь в очередной раз ухмыльнулся и положил сапог в свой сундук:

— Пожалуй я сжалюсь над маленькой красавицей. Но твои сапоги теперь мои.

Бабушка Сы показательно рассвирепела и подняла другой сапог, прежде чем бросить его в него, со словами недовольства:

— Ты же дьявольский бог, высшее существо, как ты можешь вести себя так легкомысленно?..

Дьявольский бог протянул вторую руку, чтобы поймать брошенный в него сапог, пока сам по-прежнему пялился на пару белоснежных ступней. Усмехаясь, он продолжил:

— Мило то как! Теперь у меня пара! Маленькая красавица, оказывается, у нас тонкой натуры. Знаешь, в моём гареме есть наложницы человеческой расы и, если ты ко мне прислушаешься, я могу сделать тебя моей главной женой. Когда мы вернемся домой, я сразу же съем ту увядшую старуху!

Бабушка Сы усмехнулась и парировала:

— Если ты так обращаешься со своими женщинами, мне придётся беспокоиться о своей безопасности после того, как я сама стану увядшей старухой! Ты не можешь носить мои сапожки, так что можешь забирать их.

Чёрный тигриный бог нахмурился, думая про себя: «Откуда она взялась? Её слова бессвязны, к тому же она начала флиртовать с этим дьяволом… Она точно такая же ненадёжная, как и младший брат Цинь!»

Внезапно близлежащая округа погрузилась в непроглядную тьму, а сразу же после в ней вспыхнуло пламя, за которым из неё показалась пара острых рогов, медленно вырастающих из-под жертвенного алтаря. Рога имели девять поворотов и восемнадцать изгибов, а их высоты было достаточно, чтобы подпереть собой облака.

Сердце чёрного тигриного бога тяжело заколотилось и его молоты невольно выскользнули из его рук. Он быстро подобрал их и задрал голову вверх, чтобы взглянуть на пару острых, постоянно растущих из тьмы рогов.

Спустя некоторое время тигриный образ Графа Земли показал свою голову, в то время как его рога простёрлись так высоко, что оказались на ровне с планетами вдали. Его свирепое тигриное лицо было сокрыто под покровом тьмы, но время от времени освещалось пламенем из его огромных глаз, как и жертвенный алтарь.

Граф Земли спокойно ждал, пока они закончат зачитывать свои клятвы. Разумеется, он пришёл сюда не своим настоящим телом, а лишь спроецировал сгустком своей силы, чтобы засвидетельствовать клятву между этими двумя сильными практиками. Он попросту не мог показаться здесь воплоти, ведь его тело было слишком громадным. Если он решит спуститься сюда по-настоящему, этот мир попросту не выдержит такого.

Цинь Му взволновался и начал энергично махать ему рукой.

Между тем Граф Земли, демонстрируя неизменно серьёзное выражение лица, не обращал на него ровным счётом никакого внимания.

Но Цинь Му это не особо волновало, ведь он так и продолжал взволнованно махать и даже начал выкрикивать:

— Это же я! Я! Граф Земли, мы с тобой встречались раньше! Я Цинь Фэнцин, ты даже запечатал меня!

Граф Земли продолжал придерживаться политики игнорирования, а Цинь Му всё продолжал активно размахивать руками и городить неловкую околесицу.

В конце концов Граф Земли дрогнул уголками глаз и пророкотал:

— Веди себя достойнее! Не говори ко мне, я здесь по делам.

Чжэ Хуали и Ци Цзюи тревожно переглянулись, чувствуя в своих сердцах изумление.

Фу Жило и Святой Дровосек закончили зачитывать клятвы, подписав Пакт Графа Земли, и только затем величественная голова повелителя загробного мира кинула на шебутного юношу взгляд.

Цинь Му был явно невероятно взволнован, ожидая возможности поговорить с ним.

Ци Цзюи засомневался, прежде чем всё же шагнуть вперёд, чтобы поприветствовать Графа Земли. Тем не менее, его жест учтивости оставили без внимания.

— Не создавай проблем, — обронив скупую фразу, явно предназначающуюся Цинь Му, Граф Земли начал утопать во тьме, постепенно исчезая.

Между тем Цинь Му и Ци Цзюи так и продолжили стоять на жертвенном алтаре.

Немного погодя огромные рога полностью исчезли и тьмы вокруг рассеялась, возвращая округе свет.

Святой Дровосек уставился на Цинь Му.

Фу Жило уставился на Цинь Му.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали тоже глазели на Цинь Му…

За Графом Земли закрепился образ властителя над жизнью и смертью, который никогда не разговаривал, когда даже самые сильные практики мира сего приносили свои клятвы, а лишь показывал свой образ, выступая свидетелем.

Показываясь, его всегда окружала страшная тёмная аура, из-за которой люди не могли нормально дышать.

Но сегодня образ Графа Земли не только заговорил, а, казалось бы, даже был хорошо знаком с Цинь Му. Такое поведение могло навести некоторых людей на мысль, что он мог оказаться не настолько беспристрастной личностью.

Причина, по которой именно Граф Земли отвечал за заключение пактов, крылась в том, что у него не было ни грамма эгоизма.

Но если бы тот был, это было бы поистине страшно.

— Я не подозревал, что маленький друг Цинь и Граф Земли в таких хороших отношениях, — с сияющей улыбкой на лице проговорил Фу Жило.

Цинь Му закрыл все три глаза, не смея смотреть на него, и пробурчал:

— Если бы наши отношения были так хороши, он не стал бы запечатывать меня.

Фу Жило внезапно вспомнил о той злосчастной нефритовой подвеске и ощутил страх в сердце: «Так та подвеска — печать Графа Земли? Подавив её в тот день, я выпустил на свободу короля дьяволов? — казалось бы, кое-что поняв, он почувствовал, как тяжёлый камень забот наконец скатился с его сердца. — Раз Граф Земли лично запечатал его, он должен забыть о том, чтобы вырваться на свободу, а значит я могу быть спокоен, имея с ним дело. Жаль только, что этот сопляк больше не смеет смотреть на меня».

Внезапно откуда-то снизу донёсся жалобный визг и все на алтаре удивлённо замерли. Довольно быстро придя в себя, они сразу же подошли к краю алтаря и взглянули вниз, увидев дьявольского бога, который обнимал свои ноги и катался вокруг от адской боли. На его ногах были одеты деликатные, вышитые сапоги крайне малых размеров, всего около восьми сантиметров, которые пронзало множество игл, явно впившихся в ступни, отчего те постоянно кровоточили…

Тело дьявольского бога порой увеличивалось, а в другое время уменьшалось, он пытался освободиться от сапог, но те со временем только уменьшались. К текущему моменту кости обоих его ступней были полностью сломаны, вызывая неописуемую боль.

Стоящие неподалёку чёрный тигриный бог и дьявольский бог смотрели на красотку со страхом, не смея приближаться к ней.

— Ах, кажется кости обоих твоих ступней немного потрескались, — радостно, но в то же время нежно проговорила бабушка Сы. — Отрежь их, иначе, когда мои иглы проникнут до твоего сердца или лёгких, а может быть даже мозга, будет уже слишком поздно.

Дрожа от боли, дьявольский бог стиснул зубы и прошипел:

— Ты обманом заставила меня одеть эти чёртовы сапоги…

Бабушка Сы с удивлением спросила:

— Ты же сам хотел их поносить, разве я похожа на лгунью?

Находящийся на алтаре Фу Жило приподнял брови и, взглянув на Святого Дровосека, двусмысленно усмехнулся:

— Ещё один твой ученик? Брат Дао, она очень похожа на тебя, ведь точно также как ты наносит удары из-за спины.

Святой Дровосек тоже был слегка удивлён, но покачал головой:

— Не мой. Но её мышление действительно похоже на моё.

Фу Жило хмыкнул и крикнул в сторону основания алтаря:

— Му Туло, твои божественные искусства недостаточно хороши, тебе не под силу подавить её иглы. Продолжая медлить, ты подвергаешь себя большей опасности. Отруби свои ноги или умрёшь.

В текущий момент этот дьявольский бог изо всех сил старался выдавить из себя иглы, которые проникали в его кровеносные сосуды через сапоги. Они были настолько крошечными, что их было крайне тяжело обнаружить, и невероятно проворными, словно мечи. Он использовал жизненную Ци, перебирая разные божественные искусства, в попытке заблокировать распространение игл, но из-за того, что битва развернулась прямо в его теле, он не мог применять могучие божественные искусства, поэтому-то также и не мог преградить дорогу иглам.

Услышав слова своего короля, он закричал, смахнул рукой текущие по щекам слёзы и рубанул внизу, отсекая свои ноги практически под ягодицы, а уже в следующий миг из его ран струей воды вытекли воистину крошечные серебряные иглы.

«Метод ковки Божественной Расы Небесных Работ», — удивился Фу Жило, как ни как ему уже доводилось раньше видеть метод ковки дивной расы кузнецов Императора-Основателя. Взять хотя бы того старого кузнеца, которого он видел вместе с Цинь Му, и, судя по всему, серебряные иглы красотки были выкованы именно им!

«Кузнец, портниха, художник, целитель… Что за люди околачиваются вокруг Цинь Му?» — с такими мыслями, Фу Жило ощутил нарастающую головную боль, хотя ничего, вроде как, не предвещало беды.

Глава 603. Измотать до Смерти

Серебряные иглы, вылетевшие из ран Му Туло, вернулись обратно в вышитые сапоги, бесследно исчезая. Было невозможно разглядеть, где именно они спрятались. В следующий миг пара обуви избавилась от отрубленных конечностей внутри и вернулась обратно в корзину бабушки Сы.

Достав пару крепких подошв и обрывков ткани, женщина быстро сделала себе новую пару вышитой обуви. Одев её, она покачала головой:

— Ты запачкал мою обувь, и ещё смеешь так громко скулить? Раса дьяволов — просто кучка дураков. Тебе ведь больше не нужны твои ноги, верно? Кожа на твоих икрах всё ещё в хорошем состоянии, я могу сделать из неё новую обувь. Узоры на её поверхности будут неплохо смотреться, можно я их возьму? Ты такой щедрый!

Дьявольский бог Му Туло пронзительно ревел от боли, а его рука дрожала, пытаясь запечатать раны на культях в месте отсечения. Как только он остановил кровотечение, его сердце наполнилось яростью:

— Женщина с сердцем злобным, как у змеи или скорпиона! Ты… Ахх…

Он выблевал полный рот крови.

Фу Жило нахмурился, одно из его лиц улыбнулось:

— Над похотью висит смертельное лезвие, Му Туло сам виноват в том, что его порубили на куски. Чжэ Хуали, спустись с остальными и уйди так далеко, как можешь. Так как мы уже заключили Пакт Графа Земли, нам с Небесным Наставником нужно хорошенько поговорить.

Святой Дровосек улыбчиво ответил:

— Цинь Му, ты тоже должен уйти, нельзя оставаться в этом месте.

Все вокруг удивились, но они понимали, что после того, как был заключён Пакт Графа Земли, боги обязательно бросят вызов друг другу!

Цинь Му, Чжэ Хуали, Ци Цзюи и остальные пошли вниз по жертвенному алтарю. Чжэ Хуали спокойно проговорил:

— В прошлый раз брат Ци и брат Цинь одолели меня вместе, поэтому я хотел бы снова бросить вам обоим вызов.

— Без проблем, без проблем, — Цинь Му быстрыми шагами спускался с алтаря и с улыбкой говорил. — В прошлый раз я победил тебя по воле случая, сегодня мне так не повезёт.

Ци Цзюи дрогнул, говоря:

— Брат Цинь очень хитрый и отлично владеет искусством тактики. Я заметил, что ты хорошо знаком с Графом Земли и вы говорили о какой-то печати, не можешь рассказать поподробнее?

Не удержавшись, Цинь Му потянулся рукой к «нефритовой подвеске», «висящей» у него на груди, прежде чем медленно опустить её обратно. Рассмеявшись, он проговорил:

— Что ещё за печать? Я ничего такого не говорил.

Ци Цзюи усмехнулся.

Спускаясь по ступеням, троица шагала в унисон и шла в ряд, не осмеливаясь подставить спину к противнику.

Цинь Му начал беспокоиться, выражение его лица замерцало: «Эти двое уже сделали выводы из своих ошибок, поэтому убить их ударом в спину уже не выйдет. Я уже их обманывал, а они довольно быстро учатся…»

Чёрный тигриный бог взглянул на выражение его лица и фыркнул:

— Младший брат, твоё выражение снова изменилось, осторожно, не позволь им повредить твоё сердце Дао! Мой мастер и Фу Жило собираются сразиться, поэтому нам нельзя здесь оставаться. Му Туло, Юй Лоша, вы идёте, или как?

По лбу Му Туло катились огромные капли холодного пота, он с трудом поднялся, резко говоря:

— Женщина с сердцем злобным, как у змеи или скорпиона, я не осмелюсь показаться перед своими людьми, если не отомщу тебе!

Не удержавшись, Цинь Му проговорил:

— Старший, у меня огромный медицинский опыт, позволь мне присоединить твои ноги обратно. Как говорится, врач относится к своим пациентам как родитель, к детям, я не могу спокойно смотреть, как кто-то возле меня ранен. Можешь выбрать чьи ноги тебе подойдут и отрубить их, а я пришью их. Гарантирую, что ты снова сможешь бегать, будто ничего не случилось!

Выражения лиц людей вокруг сильно изменились, они тут же сделали несколько шагов назад, не желая отдавать свои ноги Му Туло, но тот, терпя боль лишь усмехнулся:

— Малыш, думаешь я тебе поверю? Если я отрублю их ноги и присоединю себе, ты обязательно меня отравишь!

Цинь Му почесал голову:

— Врач относится к своим пациентам, как родитель…

— Тьфу! Заткнись!

Цинь Му вздохнул, мрачнея в лице:

— Ты не знаешь, что на самом деле моё сердце доброе… Я уверен, что ты тоже не злой и не стал бы отрубать ноги своих людей, но Ци Цзюи не относится к таковым, так что можешь забрать его конечности. Брат Ци, не пойми меня неправильно, я не пытаюсь натравить его на тебя, а просто привожу пример.

Ци Цзюи резко изменился в лице, его ноги прижались друг к другу:

— Не стоит объяснять, я понимаю, брат Цинь.

Чёрный тигриный бог и бабушка Сы поспешно уходили вдаль, Цинь Му ускорил шаг, догоняя их. Му Туло бросил взгляд на ноги Ци Цзюи, который тут же ещё сильнее сжал их поближе и спокойно проговорил:

— Я из верхней границы, Му Туло, тебе не позволено причинять мне вред. Более того, если он владеет навыками медицины, то и в ядах разбирается. Если ты доверишься ему, то обязательно погибнешь.

Используя демоническое облако, Му Туло следовал за Юй Лоша. Ухмыляясь, он говорил:

— Женщина с сердцем змеи, Небесный Наставник и Уважаемый Король собрались сразиться, и нам предстоит то же самое.

Бабушка Сы обернулась, лучезарно улыбаясь, и Му Туло сразу же оказался под её влиянием. Хихикая, он продолжал:

— Независимо от того, насколько ты красивая, всё это бесполезно. Я обязательно схвачу тебя и сделаю своей женой!

Стоящая рядом с ним Юй Лоша разозлилась, процедив сквозь зубы:

— Му Туло, ты начал благосклонно к ней относиться! Может быть, ты и не осмелишься её убить, но она не заколеблется ни на миг!

Дьявольский бог покачал головой:

— Она не убьёт меня. Когда она только что мне улыбнулась, я заметил в её улыбке нотку восхищения…

Юй Лоша холодно фыркнула:

— Эта дьяволица уже разрушила твоё сердце Дао, очнись! Ты займёшься чёрным тигром, а я убью её!

Секунду поразмыслив, Му Туло кивнул. Он тоже чувствовал, что с его состоянием что-то не так. Несмотря на то, что он уже потерял ноги из-за её обмана, он так и не нашёл в себе сил её возненавидеть.

Он не просто не испытывал к ней ненависти, каждая её ухмылка и улыбка сжимали его душу и влияли на его мысли. Казалось, будто она поселилась в его сердце, заставляя глубоко себя полюбить.

Подобное положение было крайне опасным!

Возможно, лучше всего было позволить Юй Лоша заняться ею.

— Юй Лоша, не убивай её, — серьёзно проговорил Му Туло, — ты знаешь, что моё сердце не так легко тронуть, и как только это происходит, моя любовь уже никогда не умрёт. Можешь победить, но сохрани ей жизнь.

Юй Лоша стиснула зубы и фыркнула.

Цинь Му моргнул, думая про себя:

— Неужели это в его сердце Дао поселилось сердце дьявола из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Когда бабуля успела это сделать?

Они пробежали полторы тысячи километров, как вдруг чёрный тигриный бог резко остановился. Осмотревшись, он увидел вокруг картину конца света. Земля, ветер, вода и огонь непрерывно переливались, а вдали возвышался огромный метеорит, недавно упавший с неба. Будучи круглым и чёрным, он взаимодействовал с магнитным полем земли, искажаясь на горизонте.

— Здесь подходящее место, — чёрный тигриный бог рассмеялся. — Друзья Дао дьявольской расы, я чувствую, что это отличное место. Эта земля фэншуя отлично подходит для того, чтобы похоронить вас, или нас! Младший брат, иди к тому чёрному шару, чтобы вы случайно не пострадали.

Юй Лоша и Му Туло пошли вперёд. Первая ухмыльнулась и проговорила:

— На этой земле похоронили уже слишком многих дьяволов. В ней осталось место лишь для вас.

Наставляя Цинь Му, бабушка Сы напомнила:

— Твой третий глаз всё ещё открыт, быстро заклей его золотым ивовым листом, не смей бездумно его использовать.

Немного подумав, она добавила:

— Если ты и вправду не сможешь их одолеть, то сними его, в таком случае риск будет оправдан.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я собираюсь лишь поболтать с моими старшими братьями, мне ничего не грозит.

Бабушка Сы всё ещё волновалась:

— С Чжэ Хуали не должно возникнуть проблем, но с Ци Цзюи стоит быть крайне осторожным, его техника очень мощная, хоть для её исполнения и требуется много времени. Он питает неизвестные нам намерения и постоянно поглядывает на твою грудь. Воспользуйся шансом, пока он будет не готов, и атакуй его первым. После этого будет проще разобраться с остальными.

Цинь Му торжественно кивнул и помахал ей рукой, двигаясь в сторону метеора.

Ци Цзюи шёл рядом с ним, торжественно говоря:

— Брат Цинь, я всё слышал. Ты собрался атаковать меня исподтишка, но это не так просто, как кажется.

Цинь Му уверенно ответил:

— О чём брат Ци говорит? Я учился с раннего детства и хорошо знаком с философией святого, разве я посмел бы нападать на тебя исподтишка? Мы будем лишь говорить о ветре, цветах, снеге и луне, кто сказал что-то о битве?

Таская свой демонический нож, Чжэ Хуали подошёл к Цинь Му с левой стороны. Каждый его шаг, казалось, был идеально измерен:

— В прошлый раз вы объединились, чтобы вместе меня победить, я не могу принять это как поражение. Мы редко встречаемся, поэтому, разумеется, нам следует проверить друг друга.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Почему мы до сих пор продолжаем сражаться? Старшие братья, идём с нами, как только боги начнут сражаться, нам хорошенько достанется.

Позади них осталось ещё двое дьявольских практиков божественных искусств. Услышав слова парня, они тут же пошли вперёд, двигаясь в сторону метеора, наполовину скрытого под землёй.

Лишь подойдя поближе парочка дьяволов обнаружила, что что-то не так. Жизненная Ци Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи пересекалась, притягивая их к себе!

Движения тела и ног троицы непрерывно менялись, их ауры постоянно переливались. Каждое их движение содержало в себе глубокую теорию, в ходьбе крылись различные методы атаки, включающие в себя превращения божественных искусств и изменения Ци. Несмотря на то, что их убийственные намерения не были заметны, они были повсюду!

Пять человек быстро шли вперёд. Шаги Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи были уверенными, в то время как походки двух других практиков постепенно запутывались, и они начинали спотыкаться, будто были пьяны.

Спустя пять-восемь километров двое дьявольские практиков уже достигли своих пределов и покраснели в лицах.

Преодолев следующие пять километров, они внезапно начали сплёвывать полные рты крови и ещё сильнее спотыкаться, продолжая следовать за троицей.

Ещё через пять километров два дьявольских практика выкашляли почти всю кровь в своих телах, как вдруг исконных дух одного из них воспламенился, а его владелец превратился в факел. Сделав последний вздох, труп упал на землю в виде кучи пепла в форме человека.

Спустя ещё несколько десятков метров, ноги второго дьявольского практика сломались, вынуждая его упасть. В следующий миг его голова взорвалась, издавая громкий хлопок, а исконный дух раскололся на мелкие осколки.

Цинь Му приподнял брови и слегка улыбнулся:

— Теперь, когда нам никто не мешает, мы можем неспеша поговорить.

По лбам Чжэ Хуали и Ци Цзюи катились капли холодного пота, а уголки их глаз дрожали.

Когда их Ци пересеклась, возможность остановиться на полпути пропала. Ци Цзюи и Чжэ Хуали не работали заодно, а наоборот, тоже сражались друг с другом, поэтому Цинь Му удалось измотать двух дьявольских практиков божественных искусств до смерти.

Если бы они работали вместе, чтобы разобраться с Цинь Му, тот не сумел бы добиться успеха.

И всё же, они никогда не согласились бы работать сообща.

Ухмыльнувшись, Ци Цзюи проговорил:

— Брат Цинь говорил, что мы будем говорить, так почему же ты заманил тех двух в ловушку и измотал их до смерти? Впрочем, наши с тобой горизонты схожи, поэтому чтобы сделать с нами то же самое, тебе придётся идти один-два года!

Троица подошла к метеориту, ощущая, что сила притяжения в этом месте смещалась. Шагнув вверх, они ступили на видимо закругляющуюся поверхность и продолжили по ней идти, будто по ровной земле.

Стоя на поверхности стороны круглого камня и смотря вниз, Небеса Лофу казались плоской стеной. Естественно, её длина, ширина и высота были неизмеримы!

Такое странное зрелище было за гранью воображения.

Глава 604. Магнитный Ураган

Цинь Му поднял голову и посмотрел на Небеса Лофу. Сквозь тонкий слой тумана вдалеке слегка виднелись пирамидальные жертвенные алтари, у одного из которых находились Святой Дровосек и Фу Жило.

Местные небеса и земля напоминали только что нарисованную картину, в которой почти всё было в чёрно-белых тонах. Когда извергались вулканы, они были похожи на фейерверк во время праздничных мероприятий, освещающий эту картину гор и рек, чтобы она не выглядела слишком однообразной.

Помимо этого, с неба постоянно падали осколки звёзд, спускаясь, будто огненные змеи. На первый взгляд, казалось, что их скорость была очень медленной, но на самом деле она была пугающе высокой.

Жертвенный алтарь, у которого стояли Святой Дровосек и Фу Жило, находился в тысяче километров от парней, и, глядя на него, они видели лишь крошечное пятнышко.

Несмотря на то, что алтарь казался для Цинь Му невероятно маленьким, он мог видеть распространяющиеся от него туман и яркий свет, который настолько сильно ослеплял, что его можно было сравнить с только что взошедшем маленьким солнцем, только намного более ярким.

Тем временем чёрный тигриный бог вместе с бабушкой Сы начали захватывающую битву с двумя другими богами. Можно было отчётливо увидеть каждое их движение.

Цинь Му остановился, Чжэ Хуали и Ци Цзюи остановились следом. Трое юношей стояли на огромном метеорите и осматривались вокруг. Небо находились недосягаемо высоко, а туман был похож на утреннюю дымку. Созерцание здешней красоты расслабляло и навевало чувство беззаботности.

Внезапно огромная планета содрогаясь сдвинулась с места, отчего могло показаться, что она вот-вот развалится и упадёт. Где бы она ни проходила, небо искривлялось, а земля безостановочно раскалывалась, постоянно образуя тысячи новых гор и пропастей.

Зрелище было не из самых приятных и спокойных!

Находящиеся вдалеке чёрный тигриный бог, бабушка Сы, Му Туло и Юй Лоша неожиданно для всех рванули по вздыбившейся земле, начав там яростное сражение.

— Чжэ Хуали, ты знаешь почему Небеса Лофу сейчас в таком состоянии? — не сдержавшись от любопытства, спросил Цинь Му.

Чжэ Хуали задумался и ответил:

— Если говорить о конкретной причине, то я однажды кое-что слышал по этому поводу от мастера Фу Жило. Тогда он сказал, что в небе над Небесами Лофу внезапно появились аномальные звёзды и, исказив пространство, создали стихийное бедствие. Именно с того трагичного дня, Небеса Лофу перестали годиться для нормальной жизни.

Аномальные звёзды, которые он упомянул — это разбитые планеты в небе. Глядя на них, они казались аномально огромными, более того, ребята даже могли отчётливо разглядеть на них горы.

— Несмотря на то, что мы с мастером Фу Жило принадлежим к разным расам, я чувствую, что его сердце тоскует по дому. Мастер не всегда был уважаемым королём дьявольской расы, и он рассказывал, как прошлый уважаемый король собрал целое множество дьявольских богов, чтобы уничтожить аномальные звёзды или хотя бы попытаться оттолкнуть их от Небес Лофу. Однако, как выяснилось позже, на них обитали ужасные монстры… В то время прошлый уважаемый король и армия дьявольских богов так и не вернулись с похода. Немного позже посетив звезду, мастер обнаружил, что все его товарищи давно пали в битве, никто не выжил, — продолжил Чжэ Хуали.

— Почему Фу Жило даже не попытался уничтожить эти звёзды? — озадаченно спросил Цинь Му. — Вместо этого, он потратил двадцать тысяч лет, на то, чтобы захватить Верховные Небеса Императора. И что получилось в итоге? Напрасные смерти людей и дьяволов, и больше ничего…

Покачав головой, Чжэ Хуали ответил:

— Он никогда об этом не рассказывал. Видимо, это очень секретно.

Цинь Му посмотрел на Ци Цзюи и спросил:

— Брат Ци, ты гость с Райских Небес, может тебе что-то известно об этих звёздах?

Ци Цзюи собирался что-то сказать, как вдруг огромная планета заслонила собой небо над их головами. Мгновенно почувствовав лёгкость в теле, троица нахмурилась.

В попытке восстановить равновесие, Цинь Му поспешно использовал свой меч, обратив его толстой колонной света, ударившей по метеориту под ногами. Между тем Чжэ Хуали ударил вниз остриём своего демонического ножа, а обувь на ногах Ци Цзюи превратилась в птичьи когти, схватившиеся за поверхность метеорита, стараясь зарыться в него.

С проступившим на лбах потом, они всячески пытались избежать засасывания силы притяжение огромной планеты, но…

Свет меча из пилюли Цинь Му отскочил от метеорита.

Демонический нож Чжэ Хуали также не смог вонзиться.

А птичьи когти Ци Цзюи, несмотря на свою невероятную мощь, практически обломались о слишком твёрдое небесное тело!

Вшух!..

Противоборствующие силы притяжения закрутили воздушные потоки в ураган с пляшущими внутри разрядами молний, и в то же время могло показаться, что небо озарилось полярным сиянием ледяных равнин севера Вечного Мира.

Между тем троица невольно взлетела в воздух, но никто из них не боялся встретиться лицом к лицу с опасностью. Они выполнили свои техники, чтобы попытаться сбросить затягивающие узы урагана и избежать столкновений с молниями.

Цинь Му принял форму Владыки Марса, его голова превратилась в бычью, а тело осталось человеческим. Ступив на двух огненных драконов, он попытался прорваться сквозь западню, в которую угодил.

Чжэ Хуали поднял нож и десятки тысяч ножей света ярко запульсировали, пытаясь пробиться сквозь ураган.

Находящийся рядом Ци Цзюи превратился в девятиглавого феникса и начал хлопать крыльями, пытаясь вылететь наружу. Его скорость была настолько высокой, что многократно превосходила таковую у Цинь Му и Чжэ Хуали!

Однако, даже несмотря на то, что они были первоклассными экспертами подрастающего поколения, они не смогли вырваться из этого магнитно-молниевого урагана. Он унёс их в небо, словно осенние листья в непогоду, поднимая всё выше и относя всё дальше.

«Да уж, отправить нас к этому метеориту была не самая лучшая идея брата тигра! Мы слишком высоко, как нам тогда прорваться сквозь силу притяжения аномальной звезды?..» — с пробежавшимся по спине нервным холодком, Цинь Му внезапно очень глубоко вдохнул, затягивая в себя как можно больше воздуха.

Поскольку он был бессилен против урагана, ему оставалось лишь ждать его ослабления. Во внешнем пространстве между небесными телами практически не было воздуха, поэтому ему пришлось хорошенько вдохнуть. И благо, что он был достаточно способным, чтобы втянуть в себя достаточно много воздуха. Благодаря этому он мог не дышать почти весь день, и даже если его унесёт во внешнее пространство, он всё равно будет в силах побороться за свою жизнь!

Ци Цзюи и Чжэ Хуали были не самыми последними глупцами и быстро смекнули для чего Цинь Му сделал это, тут же повторив.

Магнитный ураган уносил их всё выше и дальше, постоянно отдаляя их от метеорита и Небес Лофу.

Холодный пот катился по лбам троицы, пока над их головами безостановочно потрескивали миллионы молний!

Трррр…

Внезапно в Цинь Му ударил разряд, а уже в следующий миг бесчисленные молнии образовали собой море из небесных молний, похожее на гудящее осиное гнездо. Цинь Му тут же швырнул пилюлю меча, окружая себя мечами, которые превращались в трёхметровый, отражающий молнии металлический шар.

Молнии непрестанно ударяли по пилюле меча, заставляя её издавать скрипучие звуки и раскаляя докрасна, отчего казалось, что она может расплавиться в любой момент. Ци Цзюи и Чжэ Хуали тоже еле как держались. Громко потрескивая, небесная молния утопила в себе всех троих!

Чуть погодя молния рассеялась, и Цинь Му, развеяв пилюлю меча, увидел, что магнитный ураган до сих пор кружил вокруг, словно длинная змея. Повсюду сверкали яркие лучи света, безостановочно переливаясь разнообразными цветами. Затем он поднял голову и его сердце чуть не ухнуло в пятки…

Они настолько далеко оторвались от Небес Лофу, что вошли в небо аномальной звезды.

«Проклятье!» — Цинь Му почувствовал, как на его голове встают дыбом волосы, но в следующий миг он заметил зелёные, пышные горы и почувствовал какую-то лёгкость и раскованность. Поскольку здесь была зелень, это означало, что здесь также должен быть воздух, однако его терзали сомнения, пригоден ли тот для дыхания.

Вьюх!..

Их выбросило из магнитного урагана, и все трое «вывалились» наружу. Некоторое время просто падая, они преодолели достаточно большое расстояние, прежде чем наконец стабилизировались в воздухе и озадачено переглянулись. Между тем девять голов Ци Цзюи начали раскачиваться, постепенно погружаясь обратно в его грудь, и в итоге осталась только одна голова, которая затем превратилась в человеческую.

«Как нам вернуться обратно?..» — с такими мыслями, они посмотрели в сторону Небес Лофу и по их коже поползли мурашки ужаса.

Небеса Лофу исчезли!

Осталось только тёмное пространство!

Группа резко переглянулась между собой со страхом и беспокойством в глубине глаз.

Аномальная звезда вращалась в открытом пространстве, и никто не мог знать наверняка, когда она вновь выйдет на орбиту Небес Лофу!

Цинь Му быстро достал расчётное духовное оружие и приготовился рассчитать круговорот звёзд. Подсчитав, когда эта аномальная звезда снова достигнет Небес Лофу, он очень удивился и поднял голову вверх, чтобы посмотреть на звёзды, заметив, что те сильно отличались от таковых в Вечном Мире. Это также означало, что все знания, которые он подчерпнул в секте Дао, были совершенно бесполезны!

Всё, что он мог сейчас сделать — наблюдать за движущимися небесными телами и вычислять траекторию аномальной звезды. Однако, чтобы вычислить её, потребуется по крайней мере год.

— Интересно, как долго длится год на этой звезде? — сердце Цинь Му похолодело. — Несколько месяцев Вечного Мира или несколько лет? Может быть несколько сотен или даже тысяч лет?

Ци Цзюи огляделся, и его глаза внезапно загорелись. Он отошёл в сторону и сказал:

— Смотрите, там следы от сражений! Лучше всего, если мы отправимся к ним и всё осмотрим, возможно мы даже сможем найти какой-то способ покинуть это место!

Цинь Му и Чжэ Хуали поспешно последовали за ним. Добравшись до места, они обнаружили оставшиеся после сражений руины, где, судя по всему, сражались боги. Вершины гор были гладко срезаны, а озёра имели форму ладоней. Повсюду валялись огромные останки дьявольских богов, которые уже давно разложились, оставив после себя только белые кости.

Вдалеке, на высокой божественной горе, расположилось огромное, изумительное святилище. Глядя на него снизу вверх, казалось, что оно совсем не пострадало.

Цинь Му удивился и на мгновение остановился, а сразу же после резко рванул к небу.

Чжэ Хуали и Ци Цзюи, недолго думая, повторили за ним, настороженно оглядываясь по сторонам во время бега по воздуху.

— Брат Цинь, ты обнаружил опасность? — прищурившись, спросил Ци Цзюи.

Цинь Му не ответил и, осмотрев ландшафт внизу с высоты птичьего полёта, слегка дрогнул сердцем.

Здешняя местность была ему до жути знакома!

Он сразу же вспомнил о том зале с драконом в каньоне за Ковчегом Парамиты и жёлтом песке, который вытекал из котла Мастера-Основателя, превращаясь в географические карты. И на одной из таких как раз была запечатлена местность этой аномальной звезды!

На ней был символ святилища, именно того святилища, которое стояло на высокой горе!

«Старший брат уже бывал здесь, да? Ты ведь был здесь уже когда-то?» — Цинь Му ничего не ответил и попытался собраться с мыслями. Мастер-Основатель использовал звёздный песок в котле, чтобы превратить его в географические карты, и первая карта позволила ему найти старшего Цин Хуана, отшельника, прячущегося в Великих Руинах, и полностью решить проблему с письменами расы драконов…

Что же он сможет найти, следуя этой географической карте?

— Возможно я ошибся, — Цинь Му покраснел от стыда и обратился к им обоим. — Я думал, что здесь есть какие-то остатки божественных искусств богов. Неважно, давайте продолжим двигаться вперёд.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали были настроены скептически, и Ци Цзюи кашлянул:

— На этой аномальной звезде никому неизвестно, что может произойти. Если брат Цинь что-то обнаружил, лучше выкладывай всё как есть. Только работая сообща, мы сможем покинуть это место… Мм?

Ци Цзюи посмотрел на божественную гору, которая приближалась к ним, и недоверчиво нахмурил брови. Чжэ Хуали тут же спросил:

— Брат Ци что-то обнаружил?

— Тебе знакома эта гора? — тихо спросил Ци Цзюи.

Чжэ Хуали посмотрел на божественную гору и с внезапно дрогнувшим сердцем кивнул:

— Она очень похожа на ту гору Райских Небес, однако эта, кажется, ненастоящая.

Ци Цзюи посмотрел на шагающего впереди Цинь Му, и улыбнувшись шепнул:

— Не будем ему говорить, чтобы оказаться на шаг впереди, нужно хвататься за любые возможности!

Глава 605. Математика Великого Круговорота Небесных Звёзд

Цинь Му, Ци Цзюи и Чжэ Хуали подошли к передней части божественной горы. Она выглядела внушающей, безмятежной и сияла необычайным изяществом. Округу омывали лучи золотого солнечного света, отчего юноши не могли сдержать своего восхищения. Они не осмеливались просто подлететь на её вершину, а решили идти пешком.

Лестница на её склоне вела прямо к золотоверхой святыне. Должно быть, здесь произошло много ожесточённых сражений, так как все ступени были покрыты пятнами крови.

Крови богов, стекающей с вершины, требовалось очень много времени, чтобы засохнуть. Даже спустя десять-двадцать тысяч лет она всё ещё источала ужасающие пульсации несмотря на то, что она уже потеряла свою эссенцию и превратилась в коричневые пятна, поражающие своим видом.

Странным было то, что за исключением пятен, нигде вокруг не осталось следов битвы.

Цинь Му взмахнул мечом Беззаботным, ударяя по поверхности божественной горы. Во все стороны разлетелись искры, а его рука онемела от вибрации, но удар не оставил за собой ни одной царапины.

Казалось, что внутри горы течёт какая-то неописуемая сила, защищающая её.

— Даже предыдущий уважаемый король и бесчисленные дьявольские боги Небес Лофу не смогли оставить во время сражения ни одной отметины, какое настоящее происхождение этой горы? — недоумевал Цинь Му.

Чжэ Хуали и Ци Цзюи переглянулись. Они поняли мысли друг друга, но не стали ничего говорить.

Взгляд Чжэ Хуали дрогнул, он подумал про себя: «Даже уважаемый король не смог повредить эту гору. Фальшивая ли она на самом деле?»

Они продолжили двигаться вперёд, вскоре увидев перед собой труп бога. Быстрыми шагами Цинь Му подбежал поближе, обнаруживая, что его одежда уже разложилась, а плоть и кровь сгнили. У трупа было три шеи и три черепа, смотрящие в разные стороны. Каждая из его шести рук крепко держала божественное оружие.

«Бог, погибший в битве!» — глаза Цинь Му загорелись, и он тут же потянулся рукой к одной из винных бочек яростного тигра, но как только его палец коснулся к сосуду, тот рассыпался, превращаясь в пыль.

Юноша ошеломлённо наблюдал, как скелет, держащий артефакт, тоже начал постепенно рассыпаться, вскоре превращаясь в кучку пыли. Его другие божественные оружия тоже разрушились, их нельзя было восстановить независимо от приложенных усилий.

Чжэ Хуали подошёл, озадачено говоря:

— Неужели их разбил его противник?

Ци Цзюи покачал головой и внезапно порезал кончик своего пальца, позволяя капле золотой крови упасть на ступени. Жидкость быстро высохла, а эссенция в ней поглотилась камнем. Помрачнев в лице, он уверенно проговорил:

— Именно божественная гора поглотила всю его эссенцию, даже ту, что находилась внутри оружия.

Цинь Му серьёзным тоном ответил:

— Брат Ци, нас вместе закинуло на сверхъестественную гору, если ты знаешь что-нибудь-ещё, то обязательно должен мне рассказать!

Рана на кончике пальца Ци Цзюи быстро затянулась, он покачал головой, улыбчиво говоря:

— Я впервые в жизни спустился к нижней границе. Откуда мне что-нибудь знать об этом месте? Брат Цинь, отставь шутки в сторону.

Смотря на порез на его пальце, Цинь Му был крайне удивлён. Раны его противника затягиваются сами по себе и не нуждаются в лечении. Он не знал, был ли это эффект его техники или особенности строения тела.

Чжэ Хуали тоже был поражён. В битве перед городом богов Ци Цзюи получил самые тяжёлые среди них троих ранения. Цинь Му сильно его избил и даже проткнул мечом, почти убивая. И всё же, лишь за несколько дней он полностью пришёл в норму. Вместо ожидаемого снижения совершенствования, его силы, наоборот, возросли!

Питая свои собственные намерения, каждый из парней продолжил двигаться вперёд, встречая по пути трупы всевозможных богов. Некоторые из них принадлежали дьяволам, а другие — людям.

Строение трупов с тремя головами и шестью руками было очень похожим, поэтому они, судя по всему, принадлежали к одной и той же расе.

Эссенция в их телах и божественном оружии была полностью поглощена божественной горой. Не осталось даже малейшей капли, поэтому лёгкого касания хватало, чтобы окончательно обрушить их останки.

Чжэ Хуали осмотрел труп трёхглавого шестирукого бога и нахмурился. Обернувшись к Ци Цзюи он тихо спросил:

— Это трупы расы богов Райских Небес?

Ци Цзюи покачал головой и тихо ответил:

— Я тоже не знаю. Там есть несколько трёхглавых шестируких богов, но они не принадлежат к известной мне расе. Более того, их здесь так много, что они определённо не могли прийти с Райских Небес. Эта божественная гора… — он недоумевающе покачал головой. — Гора, что находятся на Райских Небесах, должна быть настоящей, а эта должна быть подделкой, но почему она тогда такая сильная?

Демонический нож за спиной Чжэ Хуали открыл свой глаз и огляделся. Но даже он не смог ничего разглядеть.

— Ты имеешь в виду, что эта гора настоящая? Разве это возможно? — озадаченно спросил Чжэ Хуали.

Подняв голову, Ци Цзюи увидел, что Цинь Му быстро шагает вперёд, приближаясь к вершине горы, и поспешно проговорил:

— Эта божественная гора очень странная, нам тоже нужно подняться. Если на вершине есть какое-то сокровище, он найдёт его первым!

Они поспешно бросились вперёд, вскоре обнаружив Цинь Му, стоящего в самом конце каменной лестницы. Подойдя к нему, они увидели напротив дьявольского бога, опустившего на них свой тяжёлый взгляд, держа в руке трехконечный обоюдоострый нож и внушая своим видом неподдельный страх.

Двое парней подняли головы, увидев лицо дьявола, излучающее гордость и силу. Он смотрел на них сверху вниз, а его нож мог замахнуться в любой миг!

Тела Ци Цзюи и Чжэ Хуали застыли, они не смели шевелиться.

Цинь Му мрачно вздохнул и шагнул вперёд, обходя дьявольского бога сбоку. Там он обнаружил другое лицо. Затем он обошёл его по кругу и насчитал четыре лица: спереди, сзади, слева и справа. Улыбнувшись, он проговорил:

— Старшие братья, не стоит беспокоиться, он уже давно мёртв. Когда я залез сюда, то увидел огромные глаза на его заднем лице, уставившиеся на меня, и тоже застыл, думая, что сейчас умру.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали пришли в себя, облегчённо вздохнув и осознав, что их тела покрылись холодным потом.

Обернувшись, Чжэ Хуали изумлённо проговорил:

— Четырёхликий дьявольский бог? Неужели это предыдущий уважаемый король? Почему он здесь, а не в зале?

Тщательно осматривая труп, Цинь Му ответил:

— Четыре лица, на одно больше, чем у Фу Жило, неужели он использует такую же технику? Фу Жило ещё не сумел совершенствоваться до его уровня?

Ци Цзюи пошёл следом за ним, обходя уважаемого короля и внимательно осматривая его труп:

— Может быть, это не так. На затылке Фу Жило была пара ушей, а не четвёртое лицо. Должно быть, они из одной расы, но из разных видов. Совершенствование Фу Жило не слабее чем у него… А вот и рана!

Заметив что-то, он указал пальцем на шею четырёхликого короля.

Осмотрев то место, Цинь Му увидел едва заметную тонкую красную линию.

Должно быть, пробиваясь до этого места, уважаемый король пострадал от скрытной атаки, которая смертельно ранила его шею.

Открыв рот, Цинь Му подул в сторону головы четырёхликого уважаемого короля, и та тут же упала с плеч, ударилась о каменные ступени и рассыпалась на куски.

Следом за ней тело короля рассыпалось, будто фарфоровая статуя дьявольского бога. Его физическое тело было истощено, а плоть и кровь исчезли. Осталась лишь кожа!

Трёхконечное лезвие тоже раскололось на части!

Вздрогнув, Цинь Му развернулся, смотря в сторону святыни.

Четырёхликий дьявольский бог пропустил удар за миг до того, как должен был войти внутрь храма, его голову отрубили, мгновенно убивая исконный дух.

В этот момент дверь стоящей перед ними святыни открылась, обнаруживая тьму внутри. Время от времени в ней мерцал лучик света.

Взгляд Ци Цзюи дрогнул, и он мягко проговорил:

— Брат Цинь, ты собрался внутрь? Там может быть опасно!

Стиснув зубы, Цинь Му пошёл вперёд, уверенно говоря:

— Старшие братья, я пойду на разведку, если внутри кроется опасность, то я сообщу, и вы сможете тут же убежать!

Ци Цзюи ошарашенно посмотрел на Чжэ Хуали, чьё выражение тоже было не менее шокированным. Парочка парней недоумевала. Неужели Цинь Му действительно относился к ним, как к друзьям, с которыми прошёл через огонь и воду, и был готов рискнуть ради них своей жизнью?

Они не слишком хорошо знали Цинь Му, но уже понимали, что тот определённо не был таким человеком!

Цинь Му вошёл в храм, его силуэт исчез вдали. Во тьме продолжал мерцать тусклый огонёк. Ци Цзюи и Чжэ Хуали нервно глазели в сторону входа и внимательно прислушивались к звукам, раздающимся внутри.

Внезапно раздался отчаянный вопль, от которого кровь в их жилах застыла!

Прозвучал жалкий визг Цинь Му:

— Здесь!.. — его голос резко оборвался.

Вьюх!..

Ци Цзюи и Чжэ Хуали немедленно устремились вниз по склону горы. Их силуэты превратились в лучи света, быстро уносящиеся вдаль.

Им понадобился час, чтобы забраться на вершину, но теперь они спустились до середины горы лишь за время нескольких вдохов!

Внезапно Чжэ Хуали остановился и уверенно проговорил:

— Брат Ци, стой! Тут что-то не так!

Ци Цзюи резко остановился и обернулся с изумлённым видом.

Усмехнувшись, Чжэ Хуали продолжил:

— Его крик был довольно оживлённым, разве он напоминал вопль умирающего человека? Более того, ты думаешь, что существо, убившее прежнего уважаемого короля, дало бы ему достаточно времени, чтобы нас предупредить?

Смотря на него с широко открытыми глазами, Ци Цзюи прокричал:

— Ты имеешь в виду… быстро поднимаемся!

Парочка быстро поднялась на вершину и подошла ко входу в святыню. Глубоко вдохнув, Чжэ Хуали медленно пошёл в её сторону, держа свой демонический нож в руках.

Ци Цзюи отправился следом, отращивая свои восемь дополнительных голов.

Когда они наконец подошли к двери, одна из голов Ци Цзюи высунулась из-за плеч Чжэ Хуали, заглядывая внутрь, и на её лице показалось ошеломлённое выражение.

Внутри святыни они увидели лишь Цинь Му, сидящего посреди кучи вычислительных инструментов, собранных в один механизм. Вместе они создавали огромное духовное оружие для вычислений.

Стиснув зубы, Ци Цзюи спрятал восемь из своих голов обратно. Девять лиц соединились в одно, и он вышел из-за спины Чжэ Хуали и вошёл внутрь святыни. Последний оправился следом за ним.

Двое юношей усмехнулись. Подняв голову, Цинь Му бросил на них удивлённый взгляд, улыбнулся и проговорил:

— Старшие братья пришли вовремя, я как раз собирался рассказать вам о сложном математическом задании, на которое наткнулся в этой святыне.

Ци Цзюи ухмыльнулся и начал осматриваться вокруг. В самом центре святыни он обнаружил огромный железный трон, выкованный из мечей и ножей. Трёхглавый шестирукий бог сидел на нём, пять его рук держались за трон, в то время как шестая указывала вдаль.

Три его головы смотрели в разные стороны, рот был широко открыт, а глаза выпучились, пристально на что-то уставившись.

Казалось, будто он пытался издать душераздирающий рёв.

Даже более поражающим было то, что вся кровь и плоть в его теле иссохли и исчезли, а его высохшая кожа прилипла к костям. Его глаза тоже иссохли и погрузились глубоко в глазницы. Виднелись лишь его чёрные сморщенные зрачки.

В воздухе перед ним бесшумно витал небольшой нефритовый футляр. Из него тянулся лучик солнечного света, медленно кружась вокруг.

Между тем вокруг футляра также медленно кружились звёздные песчинки всевозможных размеров.

Шестая рука дьявольского бога указывала на фреску, занимающую всю стену. На ней было изображено скопление звёзд.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали проследовали глазами за направлением, указанным его пальцем, и обнаружили, что тот указывал на солнечную систему. В самом её центре был нарисован кусок земли, над которым возвышались слои небес.

— Звёзды, вращающиеся вокруг крохотного футляра, — это и вправду математическая задача! — тщательно осмотревшись, Ци Цзюи продемонстрировал ошеломлённое выражение лица и закричал. — Математика Великого Круговорота Небесных Звёзд Райских Небес! Чжэ Хуали, ты изучал её со Стражами Элитного Духа?

Чжэ Хуали кивнул головой и помрачнел в лице:

— Это и вправду Траектория Великого Круговорота Небесных Звёзд, внутри которого кроется сложное математическое задание, соответствующее циклу звёзд, выстроенных в убийственном построении, нарисованном на стене. Если решить его, то получится войти в построение и заполучить этот футляр!

Парочка тут же достала всяческие духовные оружия, начиная быстро считать.

В этот момент Цинь Му поднялся, а огромный механизм за его спиной влетел обратно в его мешочек таотэ.

— Старшие братья, можете не считать, ответ — тридцать три тысячи лет, — шагая вперёд, Цинь Му осматривал Убийственное Построение Круговорота Небесных Звёзд, окутавшее футляр, и говорил. — Это звёздный атлас тридцати трёх тысяч лет назад, он слегка отличается от астрономического явления Вечного Мира. Мне стыдно говорить, но только решив это задание я наконец сумел постичь правильную версию четырнадцатого писания Меча Дао! — подняв брови, он повернулся лицом к фреске и улыбчиво проговорил. — Кроме того, я совершил замечательное открытие. Звёздный атлас на стене изображает небо над южной частью Великих Руин тридцати трёх тысяч лет назад. Это место находится в непосредственной близости от Южного Моря, вам не кажется это странным? Трёхглавый шестирукий бог пришёл из Южного Моря Великих Руин тридцать три тысячи лет назад!

Ци Цзюи и Чжэ Хуали быстро переглянулись, и тут же бросились внутрь Убийственного Построения Круговорота Небесных Звёзд, стремясь к крохотному футляру.

Цинь Му уже решил задачу и предоставил им ответ, поэтому они могли воспользоваться им, чтобы с лёгкостью пробраться сквозь построение и заполучить артефакт.

— Вот дерьмо, кажется, я неправильно подсчитал! — стоя перед фреской со звёздами, Цинь Му внезапно стукнул себя по лбу и топнул ногой. — На самом деле должно было получиться тридцать пять тысяч! Старшие братья… Почему вы так поспешили? И что мне теперь с вами делать?

Глава 606. Высушенный Труп Багрового Света

Ци Цзюи и Чжэ Хуали, ворвавшиеся в Убийственное Построение Круговорота Небесных Звёзд, услышали далёкий голос Цинь Му и сплюнули полные рты крови, но не из-за гнева от его бесстыдных слов, а из-за внезапного изменения в построении, прямо на их глазах превращающегося в великолепный млечный путь.

Свет от разных звёзд притягивался друг к другу и соединялся. Переплетения цепей звёздного сияния образовывали собой неисчислимые сложные рунические божественные искусства, ставшие ожившим убийственным построением, которое серьёзно их ранило!

Между тем, если смотреть их глазами, маленький нефритовый футляр в центре млечного пути стал огромным прямоугольным сундуком, парящим в галактике вверх-вниз в окружении несоизмеримо большего луча солнечного света, который заглушал даже звёзды. Убийственное построение, в которое они угодили, было им точно не по зубам!

«Тридцать пять тысяч лет… Может он нам опять соврал? — с такими мыслями парочка, сплюнув очередную порцию подступившей к горлу крови, использовала свои лучшие защитные движения. Скрежеща зубами, они думали. — Не важно какой ценой, но мы должны использовать всё, что у нас есть!»

Задействовав мозги на полную, они вычисляли траектории звёзд и света, ловко их избегая. Со временем убийственное построение стало постепенно замедляться, а звёзды в округе вернулись до нормальных размеров, превращаясь обратно в зёрна медленно кружащегося звёздного песка.

Со стекающим со лбов холодным потом, Ци Цзюи и Чжэ Хуали переглянулись, планируя сорваться с места к центру построения, чтобы схватить этот злосчастный маленький футляр, но они увидели, что Цинь Му уже стоял прямо напротив него.

Ци Цзюи запаниковал и собирался было сделать шаг вперёд, как вдруг его кровь и Ци вскипели, заставляя несказанно удивиться. Совсем недавно его ранило задевшее по плечу сплетение звёздного света, оставившее там открытую, упрямо отказывающуюся заживляться рану. Из неё не прекращала просачиваться кровь, а после притягивалась увядшим трупом на троне. Он быстро оглянулся на Чжэ Хуали и увидел, что тот тоже был ранен и не мог обуздать свою кровь и Ци, постоянно улетавшую к трупу!

В этот момент первая капля крови упала в рот трупа и в округе стало странно тихо.

— Авввввввв… — внезапно с уст ссохшегося трупа сорвался протяжный вой, а сразу же следом от него донеслись трескающиеся звуки. Парочка ощутила животный ужас и быстро запечатала раны на своих телах, вот только это им не особо-то помогло, ведь их жизненная сила так и продолжила постепенно истощаться.

«Здесь творится что-то неладное!» — Чжэ Хуали в мгновение ока принял решение и сорвался с места, выбегая наружу из святыни.

Ци Цзюи на миг засомневался, глядя на Цинь Му внутри построения, но со скрежещущими от недовольства зубами всё же тоже выбежал из святыни. В миг, когда он оказался снаружи, его рукава закружились и появилось древнее древо фирмиана, испускающее золотое пламя, чтобы закупорить дверь.

Между тем Чжэ Хуали обернулся, поднял демонический нож и рубанул им вниз. Свет ножа тут же разделился и накрыл собой древнее древо.

Парочка сбегала с горы, подобно двум свирепым драконам, оставляя после себя лишь серии послеобразов.

Цинь Му тоже испугался и быстро схватил маленький футляр, прежде чем побежать прочь. Миг назад, когда из тела Чжэ Хуали и Ци Цзюи вытекли кровь и Ци, а после упали в рты двух других голов ссохшегося трупа, именно они стали источником трескающих звуков. Между тем три головы медленно повернулись и взглянули на него.

Истощённые глаза, запавшие в глазницах трёх голов, медленно наливались кровью и постепенно выпирали наружу.

Цинь Му уже покинул Убийственное Построение Круговорота Небесных Звёзд и оказался у двери святыни, как вдруг на него обрушилось древнее древо фирмиана.

— Засранец Ци! — процедив сквозь зубы, Цинь Му зажал маленький футляр подмышкой одной руки, в то время как другой схватил пилюлю меча. Вибрируя, бесчисленные крошечные мечи хлынули наружу и, превратившись в Меч, Ступающий по Горам и Рекам, столкнулись с древним древом!

Ци Цзюи исполнил своё великое божественное искусство в спешке, поэтому стоящая за ним мощь не была слишком невероятной и могла задержать лишь на миг. Но если бы это было полностью завершённое движение, то Цинь Му, даже полагаясь на свой Меч Бедствия, не удалось бы с ним совладать.

Меч, Ступающий по Горам и Рекам, накатил вперёд и разорвал древнее древо фирмиана, тем самым прорываясь через божественные искусства, пути и навыки Ци Цзюи. Но сразу же после перед его лицом вспыхнул свет ножа и разорвал его атаку.

«Чжэ Хуали…» — мысленно негодуя, Цинь Му уклонился от лезвий Чжэ Хуали и, крутанувшись вокруг своей оси, взмахнул мечом, исполняя Меч Дао Второй Формы — Связывание Пяти Ци и Трёх Эонов.

Разразившись невероятной мощью, он прорвался через вражеское движение и обнаружил, что дверь наружу больше не блокировало ни одно божественное искусство.

Цинь Му слегка присел и, подавшись вперёд, сорвался с места, прикладывая ногами недюжие усилия. Воздух впереди него сжался в воздушную стену, но уже в следующий миг раздался громкий хлопок, с которым она разделилась надвое, а он взлетел к небу, проскальзывая через дверной проём святыни с плавно расцветающей на лице улыбкой.

Как вдруг его тело застыло прямо посреди воздуха, а улыбка, ещё не успевшая полностью расцвести, сменилась гримасой страха. Его ступни оттягивались назад, не будучи способными коснуться земли, и неважно как он старался, какие божественные искусства использовал, всё было бесполезно.

Осознав сей неприятный, но неизбежный факт, Цинь Му поспешно привёл свою одежду в порядок и уважительно взял в руки футляр, а когда его ступни коснулись земли, он немедленно поднял его над своей головой и торжественно произнёс:

— Пощади мою жизнь, старший!

Почувствовать лёгкость в руках, он украдкой взглянул и увидел, что маленький нефритовый футляр уже парил перед трёхглавым, шестируким ссохшимся трупом.

Труп на самом деле не был трупом, просто его кровь и Ци высохли, а жизненная сила истощилась, отчего было непонятно жив он, или всё же мёртв. Но когда прибыли Цинь Му и остальные, а после раненые Ци Цзюи и Чжэ Хуали доставили в его рот свежую кровь, этого едва хватило, чтобы вновь разжечь его жизненные силы.

— Авввввввв… — леденящие кровь звуки донеслись из его глотки, словно он пытался наладить нормальную работу своего организма, а также от его тела слышались скрипучие звуки, как если бы от трения костей.

— Авв-оды… или кров-ви!

Цинь Му тут же достал флягу воды и, уважительно приподняв, предложил. После того инцидента в пылающей пустыне Западных Земель, он всегда держал в своём мешочке таотэ некоторое количество фляг, полных чистой воды.

Ссохшийся труп медленно и явно с большим трудом поднимал свою руку.

— Старший, позвольте помочь, — Цинь Му шагнул вперёд и откупорил флягу, учтиво поднеся её ко рту трупа.

После того, как фляга была опорожнена, донёсся скрипучий голос от правой головы:

— Воды…

Цинь Му достал вторую флягу и приложил её ко рту этой головы, а когда та была тоже опорожнена, он достал третью и на этот раз приложил ко рту левой головы. Глядя как левая голова с трудом глотает воду, он украдкой осмотрелся и удивился, когда увидел, что две напоенные водой головы медленно, но видимо невооружённым глазом восстанавливали плоть и кровь. Могло даже показаться, что по его телу вновь заструилась Ци. Между тем его кровеносные сосуды напоминали сухую, потресканную землю, орошаемую долгожданным дождём, и вскоре послышался звук текущей по ним крови.

«Высушенный труп… Определённо нет, это не труп, а сильный практик времён тридцати пятитысячелетней давности! Он совершенствовал технику, благодаря которой смог погрузить себя в состояние близкое к смерти и не быть поглощённым этой божественной горой. Какая же удивительная, но противоестественная техника», — думал про себя Цинь Му.

Лица «трупа» медленно распухали и вскоре можно было разобрать некоторые их отличительные черты. Они уже не выглядели как обтянутые кожей кости, однако его тело слишком сильно истощилось, поэтому он не мог восстановить свою былую внешность просто попив воды, но всё же было понятно, что это мужчина средних лет.

— Старший… — Цинь Му собирался было заговорить, как вдруг увидел, что трёхглавый, шестирукий «труп» моргнул веками, под которыми медленно распухали глаза, и уже вскоре можно было отчётливо разглядеть бело-чёрное глазное яблоко.

— Который сейчас год? — слабым голосом проговорил мужчина, хватая одной рукой маленький футляр и ложа его на свои колени.

Цинь Му на миг засомневался, прежде чем всё же ответить:

— Сейчас времена Вечного Мира, а касательно конкретного года, я точно не уверен.

— Вечный Мир? — мужчина попытался встать, но не смог, и задыхаясь спросил. — Судя по всему… это не времена Эпохи Императора-Основателя? Неужели… и она канула в лету?

Цинь Му честно ответил:

— Да, примерно двадцать тысяч лет назад. Старший, раз Вы знаете про Эпоху Императора Основателя, значит провели в спячке примерно столько же времени. Почему Вы прибыли к территориям дьявольской расы? Оказавшись у Небес Лофу, Вы погрузили здешние земли в хаос, вынуждая местных дьяволов вторгнуться на Верховные Небеса Императора. Планета старшего?..

Мужчина тяжело дышал, отвечая:

— Я один из выживших Эпохи Багрового Света… и был вынужден постоянно скрываться, меняя своё местоположение в течение многих лет. Со временем мы приняли решение вернуться к нашей стране… и покинули наше временное укрытие, отправившись к родным землям Багрового Света. Во время пути мы узнали, что сейчас шла Эпоха Императора-Основателя… а после мы напоролись на врага и были вынуждены сбежать сюда.

— Враги? — удивлённо застыл Цинь Му.

Частично восстановив дыхание, мужчина спокойно продолжил:

— Враги, повергнувшие мою Эпоху Багрового Света. Эпоха Императора-Основателя тоже была стёрта с лица земли, должно быть к этому причастны те же люди. Ха-ха, я даже слышал, что перед Эпохой Императора-Основателя была Эпоха Высшего Императора… — покачав головой, он представился. — Я Чи Си из рода Чи Минов Расы Богов Эпохи Багрового Света. В те времена я был Главным Палачом своих Райских Небес, и любому совершившему преступление богу было тяжело избежать смерти на этой Сцене Казни Бога.

Цинь Му воскликнул:

— Получается, эта божественная гора…

— Да, это Сцена Казни Бога, — Чи Си замер, прежде чем вздохнуть. — Она поглотила кровь множества нашедших здесь свой конец преступных богов, из-за чего со временем пробудит великое проклятие, от которого пострадаю даже я. Сражаясь с дьяволами, я был ранен, поэтому Сцена Казни Бога начала поглощать меня, не оставляя мне выбора, кроме как погрузиться в затяжную спячку. Помоги встать.

Цинь Му подошёл, чтобы помочь, и ладонь Чи Си сжала его плечо возле шеи. Опёршись на него, он пошатываясь встал.

— Старший, мне больно… — ощутив боль от сдавливания, пожаловался Цинь Му.

Чи Си, казалось, не услышал его и, всё также сдавливая плечо, поплёлся вперёд к фреске. Он изучил звёздное небо и пробормотал:

— Родина, мой дом прямо здесь… Я ещё не умер и могу вернуться, но они определённо поджидают меня, чтобы доложить… А знал ли ты, что причина, по которой эта Сцена Казни Бога настолько демоническая, кроется в том, что она была изготовлена из Божественного Сокровища Райских Дворцов, принадлежащего очень сильному практику Императорского Трона?

Цинь Му удивлённо пробормотал:

— Сильный практик Императорского Трона…

Ногти Чи Си вонзились в кожу плеча Цинь Му, заставив его ощутить новую порцию боли и бурление кровь и Ци, перетекающих в тело этого трёхглавого, шестирукого бога.

Лицо Чи Си постепенно приобретало некоторый цвет, а дыхание выровнялось. Усмехнувшись, он сказал:

— Ах да, тот маленький футляр может контролировать Сцену Казни Бога. Как только он будет открыт, хе-хе… А тебе почти удалось выкрасть его.

Цинь Му ощутил головокружения от потери слишком большого объёма крови и, с расфокусированным взглядом, пожаловался:

— Старший, мне действительно больно. Я истекаю кровью, а Сцена Казни Бога поглощает мою кровь и Ци.

Лицо Чи Си постепенно напухало, обрастая плотью и наполняясь кровью, и он с улыбкой сказал:

— Ты действительно истекаешь кровью, но не из-за поглощения её Сценой Казни Бога. Хотя я немного утолил жажду, воды недостаточно, чтобы восстановить мою кровь и Ци. Я исчерпал слишком много своих сил и нуждаюсь в крови. Кх-кх-агх! — его внезапно накрыло сильным кашлем.

— Старший, что случилось? — озабочено спросил Цинь Му. — С Вами всё в порядке? Вы чувствуете головокружение? Может быть даже зуд в горле?

Чи Си инстинктивно отпустил парня и, покрепче ухватившись за футляр двумя руками, поднял свои оставшиеся четыре руки, чтобы с силой ударить по его голове, но лишь покачнулся всем телом.

Цинь Му с беспокойством и нервозностью в голосе поинтересовался:

— Старший, Вы обезвожены? У меня всё ещё есть немного воды, не хотите? Ой, кажется, я кое о чём запамятовал! Я добавил в фляги с водой некоторые дополнительные ингредиенты! — он недовольно топнул ногой и пожаловался. — И что же мне теперь делать?

Цинь Му развернулся вокруг, начав нервно ходить туда-сюда и бормотать, казалось бы, решая неразрешимую задачу.

Чи Си попытался схватить его, но промахнулся и упал на колени.

— В те фляги с водой я добавил растворяющий кровь порошок! — Цинь Му ударил кулаком в ладонь и, слегка наклонившись вперёд, беспомощно, извиняющееся вздохнул. — При контакте, этот яд растворяет кровь. Как же я мог забыть, а я ведь подготовил его специально для того, чтобы избавляться от трупов! Старший, Вы в порядке?

Трёхглавый, шестирукий бог неподвижно замер на коленях, в то время как его глаза медленно поворачивались к парню.

Явно избегая этого взгляда, Цинь Му выхватил из его рук футляр:

— Совершенствование старшего действительно невероятное, поэтому Вы определённо сможете избавиться от этого яда, верно? Ну раз такое дело, я больше не стану Вас больше беспокоить. До скорой встречи! — договорив, он тут же ускользнул и был таков.

Глазные яблоки Чи Си закатались и выстрелили божественным светом, образовав две дыры в святыне!

Глава 607. Таинственный Нож Казни Бога

Цинь Му вылетел из святыни и, добравшись к ступеням божественной горы, немедленно припал к лестнице, прячась. Два толстых луча света пронеслись у него над головой, накаляя камень первой ступени до красна, но ему повезло, ведь он успел припасть ко второй и ниже!

Дождавшись, когда два луча отдалятся, он сполз вниз ещё на несколько ступенек, прежде чем подняться и побежать вперёд, оставляя за собой след из дыма, будто яростный дракон.

Несясь вниз, он нарочно использовал свою жизненную Ци, чтобы оставить позади дымный след, окутывая им всю гору. Тем не менее, из раны на его шее продолжала вытекать кровь и Ци, двигаясь затем в сторону вершины.

Эта рана появилась, когда Чи Си вонзил свои ногти в его шею. На Сцене Казни Бога даже малейший порез не мог зажить сам по себе и его нельзя было вылечить лекарствами, если ты обычный человек. Ци и кровь непрерывно поглощались, поэтому он был вынужден как можно скорее сбежать, чтобы остаться в живых!

Быстро теряя Ци и кровь, Цинь Му не осмеливался обернуться и посмотреть, поглощала ли их гора, или же Чи Си. Ему оставалось лишь мчаться вниз, стиснув зубы.

А когда он, наконец, добрался к подножию горы, его мысли начали путаться из-за слишком большой потери крови. Практически ничего не видя, он услышал громкий гул за спиной и вылетел своим исконным духом наружу, осматриваясь по сторонам. Между тем он быстро достал драконью слюну, чтобы обработать рану, и вынул несколько пилюль Духовного Будды, способных восстановить его кровь, и быстро их проглотил.

Прикоснувшись к своему телу, он ошеломлённо застыл. За столь короткое время оно иссохло, становясь тонким, будто спичка. Для полного восстановления ему определённо понадобится некоторое время.

Сцена Казни Бога и Чи Си вместе истощали его кровь и Ци, и даже то, что ему удалось выбраться в живых, можно было считать огромным достижением.

«Интересно, приложил ли Чи Си руку к тому, что моя кровь и Ци так быстро вытекали? — худой, будто бамбук, Цинь Му положил футляр себе подмышку и шатаясь поплёлся вперёд, стараясь убраться от божественной горы как можно дальше думая про себя. — Я добавил в воду порошок для растворения крови. Сначала он впитал кровь Ци Цзюи и Чжэ Хуали и пробудился, а затем выпил три фляги воды. Вместе с ней порошок должен был добраться ко всем частям его тела. Хоть он и впитал мою кровь позже, она тоже должна разрушиться вместе с остальной. Его пробуждение произошло именно благодаря крови, поэтому, как только порошок сработает, он должен снова впасть в спячку. Тем не менее, Чи Си был достаточно осторожен, и мог оставить себе немного чистой крови на потом».

Будучи великим мастером пути исцеления и ядов, он знал, как хранить чистую кровь, и знал, где её мог прятать Чи Си. Например, она могла находиться в его глазах, сияющих чистым божественным светом, и, скорее всего, именно там она и находилась.

Цинь Му не был уверен, что Чи Си вернётся в спячку, поэтому старался как можно быстрее покинуть божественную гору. К тому же если тот окажется достаточно умным, то сможет вытеснить из своего тела воду, высыхая, а после, используя чистую кровь, встать на ноги.

Активировав оставшуюся у него жизненную Ци, Цинь Му ускорил действие пилюль Духовного Будды, думая про себя: «Надеюсь, он недостаточно умён…»

****

Чи Си неподвижно стоял посреди святыни, напоминая деревянную скульптуру. Из кончиков пальцев на его шести руках крохотными ручейками струилась мутная вода, в месте с которой также выходила испорченная кровь молочно-белого цвета.

Растворяющий кровь порошок не был в силах расщепить его собственную божественную кровь, разрушая лишь ту, что он высосал из Ци Цзюи, Чжэ Хуали и Цинь Му.

Спустя некоторое время из тела Чи Си вытекла вся вода, и он снова превратился в трёхглавый шестирукий иссохший труп. Несмотря на его ужасающий вид, в глазах его переднего лица всё ещё виднелись блики жизни.

Осторожно использовав немного крови, скрытой в его глазах, он вернул часть своих жизненных функций и неуверенно встал на ноги.

Две его головы безжизненно свисали, так же, как и шесть рук.

Крови в его глазах было очень мало, поэтому он мог поддерживать лишь небольшое количество своих функций. Остальные же продолжали спать.

С трудом выбравшись из зала, он долго плёлся вперёд. Наконец добравшись к каменным ступеням, его ноги подкосились, и он повалился с божественной горы.

Его скорость не шла ни в какое сравнение со скоростью Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи, поэтому ему понадобилось довольно много времени, чтобы скатиться с вершины горы к её подножию…

Сделав долгий перерыв, Чи Си продолжил карабкаться вперёд, выискивая воду.

У озера вдали Цинь Му высыпал в воду несколько мешков порошка, растворяющего кровь. Заметив шатающегося бога на горизонте, он поспешно высыпал остатки, прежде чем исполнить божественное искусство, создавая над поверхностью воды облако, из которого в воду опустился длинный драконий хвост, энергично помешивая жидкость.

Помахав рукой на прощание, Цинь Му побежал прочь.

Вуууу!..

Из глаз Чи Си вырвались два луча света, но они пролетели мимо цели. Ему осталось лишь смотреть как силуэт Цинь Му убегает вдаль.

— Вода… — неуверенно плетясь вперёд, Чи Си был вне себя от злости. Немного погодя его тело обессилело и упало на землю. Он наконец дополз к такому близкому, но невероятно далёкому озеру, но чёртов сопляк уже успел его отравить. Чтобы найти следующее место ему в лучшем случае понадобится один-два месяца, а если удача окажется менее благосклонна, то на это могут уйти годы.

В этот момент небо украсили разряды молний и раздался гром. От шума он мгновенно пробудился и с трудом перевернулся на спину. Подняв голову к небу, он открыл рты на всех трёх своих головах, радостно ожидая, когда пойдёт дождь.

Небо заволокли чёрные тучи, освещаемые вспышками молний. Дождевые тучи продолжали сгущаться, как вдруг со стороны горной вершины неподалёку взмыли огненные драконы и, подлетев к тучам, сдули дождевую воду прочь. Спустя мгновение небо прояснилось, тёмные тучи побелели и уплыли вдаль.

Чи Си с огромными усилиями повернул голову и выстрелил двумя лучами света, пробивая в той вершине две огромных дыры!

— Если я тебя найду…

Стоящий вдали Цинь Му тут же спустился с горы. Без должных на то причин горе, на которой он стоял, хорошенько досталось, и теперь в ней зияли две дыры. Но к этому времени ему уже почти удалось восстановить свои силы, хотя его физическое тело всё ещё не достигло совей лучшей формы.

«Вероятно, дождя не будет некоторое время, пока что мне нечего опасаться. Теперь можно подлечиться и посмотреть, для чего нужен этот футляр», — с такими мыслями превратившись в чёрную тень, он продолжил движение под землёй, проворно покидая это место и не оставляя за собой никаких следов. Он пытался двигаться как можно незаметнее, чтобы Чи Си не сумел быстро его найти, когда вернётся в норму.

Спустя продолжительное время он вышел из состояния тени и, возвращаясь к норме, достал маленький футляр, чтобы тщательно его изучить.

Футляр находился в самом центре Сцены Казни Бога и был чрезвычайно древним. Его поверхность была покрыта всевозможными символами, которые, должно быть, относились к Эпохе Багрового Света и совершенно отличались от тех, что использовались сейчас.

Пути, навыки и божественные искусства Эпохи Багрового Света также должны быть не такими, как современные. Тщательно осматривая артефакт, Цинь Му пытался разгадать секрет рунных символов, но так как он никогда ранее не слышал о Эпохе Багрового Света, а значит также ничего не знал о рунах тех времён, в конце концов ему пришлось сдаться.

Вокруг крохотного футляра кружился едва различимый луч солнечного сияния. Прежде чем брать артефакт в руки, Цинь Му прикоснулся к нему своим духовным оружием, обнаруживая, что тот не несёт в себе никакой опасности. Луч не владел какой-то силой, а был лишь светом, излучаемым футляром.

Несмотря на то, что на нём не было замка, он был тесно закрыт.

Цинь Му не смог обнаружить место, где футляр открывался, и перепробовал множество способов вскрыть его, но безуспешно. Даже меч Беззаботный был не в силах оставить на его поверхности хоть малейшую царапину.

Внезапно раздался звук шагов, и Цинь Му отвлёк знакомый голос:

— Брат Цинь просто поразителен, ты сумел выбраться даже из такой сложной ситуации. Я искренне тобой восхищаюсь.

Положив футляр себе подмышку и с улыбкой обернувшись, Цинь Му посмотрел на гостя.

Несмотря на то, что Ци Цзюи сохранил свой элегантный вид, он ещё не успел восстановить кровь и Ци, украденные божественной горой и Чи Си. Впрочем, по сравнению с превратившимся в ходячий скелет Цинь Му, у него ещё осталось немного плоти и крови.

Сначала Цинь Му прилично пострадал от Чи Си, а затем ещё и от божественной горы, поэтому степень его истощения была значительно выше.

Ци Цзюи и Чжэ Хуали едва не убили его, немного задержав в святыне, поэтому он потерял намного больше Ци и крови, чем они.

В этот раз Ци Цзюи оказался хорошо подготовленным. За его спиной возвышалось древнее древо фирмиана, от которого во все стороны распространялись языки пламени. На его вершине возвышалось гнездо феникса, свитое из золотых рисовых стеблей и ветвей. Сияя ярко золотым светом, внутри него восседал девятиглавый феникс. Выплёвывая потоки пламени, он закалял своё тело.

Его божественное искусство уже накопило всю свою силу.

— Где старший брат Чжэ Хуали? — оглянувшись, спросил Цинь Му.

Ци Цзюи равнодушно ответил:

— Он бросил мне вызов, после чего получил тяжёлые травмы и был вынужден спасаться бегством. Брат Цинь, должно быть, ты не узнаёшь этот маленький футляр, верно? Давай я тебе расскажу.

Цинь Му торжественно ответил:

— Я весь во внимании.

— Я не знаю, как он назывался на Райских Небесах Багрового Света тридцать пять тысяч лет назад, но у нас его имя очень известно — это Таинственный Нож Казни Бога, — Ци Цзюи собрался с мыслями, девятиглавый феникс за его спиной поднял одну из своих голов смотря на Цинь Му. Между тем сам Ци Цзюи, пристально уставившись на футляр в руках Цинь Му, продолжил. — Чтобы узнать, что хранится внутри этого футляра, брату Циню пришлось бы стать чиновником Райских Небес. Он используется для хранения человеческой головы.

— Человеческой головы? — ошеломлённый Цинь Му потряс артефактом, но так и не услышал ожидаемого стука.

Приподняв брови, Ци Цзюи улыбчиво проговорил:

— Чтобы положить голову сильного практика на Императорский Трон, нужно использовать его в качестве ножа для казни. Брат Цинь не знает, как открыть футляр, дай его мне, я покажу.

Обеими руками протянув артефакт вперёд, Цинь Му искренне предложил:

— Конечно, держи.

Пристально смотря на крохотный футляр, Ци Цзюи глубоко вдохнул. Древнее древо за его спиной подлетело в воздух, и он начал исполнять технику Императорского Трона!

Цинь Му выпустил артефакт из рук, и тот упал на землю. На ладони под ним лежала пилюля меча, тут же начавшая вращаться.

Ци Цзюи отступил назад. Его тело прошло сквозь древо фирмиана, которое тут же начало расти, быстро достигая высоты в пятьдесят метров. Девятиглавый феникс в гнезде завизжал и взмахнул крыльями, атакуя врага, будто луч света!

Между тем внезапно вспыхнул свет меча Цинь Му, и Меч Бедствия разразился своей силой, сталкиваясь с фениксом. В мгновение ока огни удара загорелись ярче солнца, а меч и огонь взорвались среди гор, быстро расширяясь, будто две маленькие звезды!

Ци Цзюи тоже разразился силой, ударяя вперёд мудрой феникса. Вслед за птицей двинулось древнее древо, уничтожая всё на своём пути.

Глава 608. Не Изменяя Тактике

Начало Бедствия Цинь Му столкнулось с девятиглавым фениксом Ци Цзюи. Мощь двух продемонстрированных великих божественных искусств была сопоставима. Меч пронзил феникса и тут же взорвался восемью тысячами мечей, противостоящих многочисленным божественным искусствам противника.

Но древнее древо фирмиана было готово крушить всё на своём пути. С размахивающими вокруг ветвями и солнечным светом, рвущимся во всех направлениях, мощь Начала Бедствия иссякла от столкновения.

Цинь Му отступил назад и, вытащив свой меч, исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, следом за которой пророкотала череда драконьих рёвов. Вибрации от Восьми Голосов Древнего Дракона мгновенно восстановили его иссохшую Ци и сделали его кровь несравненно густой. Божественные сокровища пути бога в его теле поменялись местами с божественными сокровищами пути дьявола. Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений и Семь Звёзд перевернулись, в результате чего его божественные сокровища пути бога оказались внизу, а пути дьявола сверху!

Исконный дух, формирующийся из его души и духовного эмбриона, сошёл на Божественное Сокровище Духовного Эмбриона пути дьявола и гордо встал на дьявольской Земле Шести Направлений, сформированной духовной платформой!

В небе ярко сияли его дьявольские солнце, луна и боги пяти элементов, возвышающиеся над дьявольскими дворцами, которые располагались на звёздах пяти элементов.

Вытащив свой меч, Цинь Му ещё раз ударил первой формой Меча Бедствия — Началом Бедствия!

Шар света, образовавшийся от их предыдущего столкновения, снова раздулся, но на этот раз в него домешался чёрный свет меча. Чернильно-чёрные мечевидные полосы распространились из ядра шара света, в итоге сломив его за долю секунды!

Оба их божественных искусства были почти полностью уничтожены, но прежде чем сила от взрыва распространилась по окрестностям, бесчисленные деревья в долине уже надломились и повалились на землю, а уже после разлетелись во всех направлениях. Между тем куски горных пород взмыли в воздух и также разлетелись во все стороны с поразительной скоростью.

Цинь Му отшагнул назад и снова поднял свой меч.

Ци Цзюи подался вперёд и, сложив руки на груди, заставил гнездо феникса на древе внезапно взлететь. Золотые рисовые соломинки, из которых оно состояло, и сами ветви древа незамедлительно устремились вперёд в атакующем выпаде.

Между тем Цинь Му взмахнул мечом, заставляя восемь тысяч мечей соединиться воедино с Беззаботным в его руке и ярко вспыхнуть, встречая лоб в лоб золотые рисовые соломинки и ветви древнего древа.

На его теле появились близкие к пути заклятия Дао, а меч в его руке обратился символами постоянно меняющихся цифр.

Четырнадцатое Писание Меча Дао — Дао Питает Землю Всех Небес, Давая Начало Всем Законам, и Целый Мир Должен Обратиться в Единое Целое!

Даже старый Мастер Дао секты Дао не до конца понял это движение, сумев развить его лишь на половину. Тем не менее, этой неполной формы уже было достаточно, чтобы быть тем самым единственным, истинным богом меча в Вечном Мире.

Он не смог до конца освоить это движение не из-за недостатка способностей или понимания, всё было куда проще…

Меч Дао включал в себя математическое преобразование всех вещей на небесах и земле, но, если в расчётах допускалась хоть малейшая ошибка, совершенствовать его было невозможно. А поскольку в Вечном Мире солнце, луна и звёзды фальшивые, то, очевидно, в математике круговорота небесных звёзд были допущены незначительные, но неточности.

Получалось, что из-за этих неточностей он, совершенно естественно, и не мог полностью постичь четырнадцатое писание.

Цинь Му же, будучи прилично подкованным в математике, в прошлом тоже изучал Четырнадцать Писаний Меча Дао, и сейчас, увидев звёздный атлас прошлого, а точнее тридцати пятитысячелетней давности, и изучив оставленное Мастером-Основателем звёздообразование для защиты Таинственного Ножа Казни Бога, он наконец постиг его.

Только при таком стечении обстоятельств ему удалось понять чудо четырнадцатого писания, а также вычислить способ дезактивации убийственного построения.

Когда «Целый Мир Должен Обратиться в Единое Целое» исполнился, не использовалось ни грамма его совершенствования и жизненные Ци. Он позаимствовал своим мечом мощь небес и земли, и со вспыхнувшим светом меча золотые рисовые соломинки и ветви древнего древа фирмиана, стремящиеся к его голове, были полностью уничтожены.

Дважды исполнив Меч Бедствия, он сломил божественные искусства Ци Цзюи, но также прилично исчерпал запас своей жизненной Ци. Четырнадцатое Писание Меча Дао не содержало в себе столько невероятной мощи, как Меч Бедствия, но у него не было другого выбора, кроме как использовать его!

В момент, когда свет взорвал соломинки и ветви древнего древа, Цинь Му не отступил, а наоборот, ринулся вперёд. Пока он бежал прямиком на Ци Цзюи, его физическое тело резко набухло из-за сильно вздувшихся мышц, а из Беззаботного в его руке вылетело бесконечное множество крошечных лучей, превратившихся в полутораметровый в длину и шестидесятисантиметровый в ширину Нож для Убоя Свиней.

Со стороны казалось, что Цинь Му держал в руках маленькую дверь, которая внезапно разделилась на две части, и он ухватился за них двумя руками.

Ци Цзюи шагнул назад, как вдруг позади него появилась пара затрепетавших крыльев феникса. Из-за того, что ему пришлось долго готовить своё великое божественное искусство, он был прилично истощён и у него осталось не так много магической силы. Одно то, что ему удалось принять в лоб два Начала Бедствия и Четырнадцатое Писание Меча Дао, уже было большим подвигом.

Ци Цзюи, среди нынешнего молодого поколения этого мира, определённо был первым, кто заставил Цинь Му выложиться по полной!

Цинь Му увидел необычную силу крыльев феникса противника и, подпрыгнув, закружился, словно вихрь. Его Нож для Убоя Свиней постоянно мельках в разных местах, «обволакивая» своим светом всё его тело. Он исполнял навыки ножа мясника и Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого, чтобы непредсказуемо перемещаться по полю боя.

Высшие искусства мясника и одноногого слились воедино в его теле!

Между тем, когда Ци Цзюи молниеносно расправил и сложил вместе свои крылья, бесчисленные перья с гулом взлетели и, подобно мечам, устремились в атаку. Полагаясь на свои навыки меча, он изо всех сил пытался противостоять навыкам ножа Цинь Му…

Перья феникса были его навыками меча, а крылья навыками ножа, и он был очень искусен в их обращении.

Его достижения в боевых техниках определённо не уступали таковым у противника.

Сражаясь с невероятной скоростью, Цинь Му искусно владел своими ножами. Иногда они были подобны вихрям, а уже в следующий миг огромной волне, обрушившейся мощью восточного моря под лучами заходящего солнца, иногда они становились похожи на длинный, нависшей над луной нож, а сразу же следом обрушивались вниз со скорость и весом метеора. Полностью взяв течение битвы под свой контроль, он заставлял Ци Цзюи постоянно отступать.

Вьюх…

Два Ножа для Убоя Свиней внезапно сжались, выпуская из себя летающие мечи, похожие на маленьких серебряных рыбок. Они метались туда-сюда в воздухе, подобно энергичным, щебечущим молниям!

Сотни мечей были сродни невидимому эксперту навыков меча, который, орудуя своими мечами-сокровищами, атаковал со всех сторон!

Ци Цзюи издал долгий визг, с которым его голова на шее внезапно затряслась и разделилась на девять. Перья его девяти голов неистово задрожали и обратились шарами света, которые рванули в небо, чтобы сбить все летающие мечи.

Девять голов Ци Цзюи склонились вниз, а ножи Цинь Му скрестились в вертикальном и горизонтальном положении, готовые срубить все птичьи головы. Заметив это, Ци Цзюи резко прикрылся своими крыльями, а уже в следующий миг Ножи для Убоя Свиней Цинь Му вонзились в них, застревая в костях.

Приподняв все головы, Ци Цзюи раскрыл их клювы и, начав накапливать в них мощь шаров света, нацелился на грудь Цинь Му.

Цинь Му в тот же миг вытащил пару новых ножей, одним из которых он попытался перерезать фениксу горло, а другим ударить по его пасти. Между тем два Ножа для Убоя Свиней, застрявшие в крыльях, превратились в два летающих меча.

Два Ножа для Убоя Свиней формировались из восьми тысяч мечей и с самого начала не были единим целым, следовательно, лезвия, оставшиеся воткнутыми в крыльях, были лишь двумя увеличенными летающие мечами из восьми тысяч. Остальные же могли быть в любой момент использованы для создания новых ножей.

Ци Цзюи резко отодвинул горло в сторону, чтобы Цинь Му не полоснул по нему первым подоспевшим ножом, и пережал его лезвие боком шеи, останавливая движение, в то время как клювом он укусил за второй нож, в следующий миг обнаруживая, что в боку шеи у него застрял один летающий меч, а в клюве был схвачен второй.

Между тем Цинь Му снова полоснул ножами, но уже по второй шее и голове!

Ци Цзюи был вынужден открыть пасть и укусить первый нож, а шею использовать, чтобы удержать на месте второй.

Цинь Му вновь вытащил ножи и, оставляя в разрезе на шее и в пасти клюва лишь летающие мечи, попытался прорубить его третью голову и шею.

— Может уже наконец отрубишь одну?! — впал в ярость Ци Цзюи, но всё же вновь попытался как обычно блокировать Ножи для Убоя Свиней.

Цинь Му в очередной раз вытащил ножи, оставив после себя летающие мечи и рубанул по четвёртой голове и шее.

Ци Цзюи в гневе сжал свои острые когти, истекая кровью уже четырьмя головами. Если бы он сказал, что ему не больно, это была бы чистейшая ложь. Боль, пульсирующая от четырёх раненых голов, пробирала до костей и даже отдавала в душе!

— Я…

Цинь Му вытащил ножи из его шеи и ударил в пятый раз.

Ци Цзюи был невероятно зол, но видя очередную атаку, он был вынужден блокировать ножи своим клювом и шеей, и так из раза в раз.

Мгновение спустя из восьми его шей и клювов выглядывали летающие мечи.

— Цинь, ты довёл меня до бешенства! Не стоит недооценивать пути, навыки и божественные искусства моих Райских Небес! Щебет Феникса с Девяти Небес! — последняя голова феникса Ци Цзюи протяжно и звонко защебетала к небу.

Гуляя по небу, щебет образовал собой облако, в котором начали эхом резонировать голоса богов. Казалось, словно напевали десятки тысяч богов, как вдруг с их благословения лучи света снизошли вниз, осветив раненое тело Ци Цзюи.

Купаясь в золотом сиянии, Ци Цзюи опустил вниз свою последнюю голову, но Цинь Му не изменил себе, продолжив придерживаться прежней тактики. Но Ци Цзюи не стал уклоняться, как результат — его клюв был рассечён на двое, а кровеносные сосуды на шее перерезана. Тем не менее, золотой свет, утопивший в себе его целиком, позволил ему с помощью грубой силы повалить нож и яростно вонзить клюв в грудь Цинь Му!

Цинь Му отлетел назад и начал катиться кубарем. Он сумел остановиться только подперев себя ножом.

Всё ещё купаясь в золотом свете, Ци Цзюи взмахнул крыльями, чтобы подлететь к Цинь Му. Покачав своими девятью фениксовыми головами, он стряхнул с себя все летающие мечи и вернулся к человеческому облику, золотые крылья за его спиной тоже исчезли.

— Цинь Фэнцин! — Ци Цзюи усмехнулся и поднял зеркало, чтобы осветить Цинь Му. — Сын Юду, запечатанный Графом Земли, ты действительно думаешь, что я тебе не соперник? Следуя приказу, мне нужно схватить тебя, а не лишать жизни, поэтому я сломаю твою печать и освобожу истинного тебя. Это зеркало изготовлено Чёрным Божеством, контролирующим северные небеса Райских Небес, и предназначено для того, чтобы удержать тебя на месте! Ты неплохо ранил меня…

— Удержать меня на месте? Дай мне взглянуть! — Цинь Му протянул руки, чтобы схватить это зеркало, чем несказанно удивил Ци Цзюи.

Он вырвал зеркало из его рук и ударил по голове огромным сверкающим ножом!

Ци Цзюи почувствовал жгучую боль, его мозг был почти расквашен. Ему ничего не оставалось, кроме как принять свою истинною форму девятиглавого феникса, но из каждой его головы уже торчали Ножи для Убоя Свиней…

Они, судя по всему, были воткнуты ему прямо в мозг!

Ци Цзюи захлопал крыльями в попытке сбежать, но Цинь Му оказался на шаг впереди и, уже запрыгнув ему на спину, окатил его градом новых ударов, от которых во все стороны полетели перья.

Находящийся внизу раненый Чжэ Хуали быстрыми шагами подошёл и поднял маленький футляр. На его лице отразилось восторженное выражение, но когда он поднял глаза и увидел Цинь Му верхом на фениксе, то не смог сдержать удивления: «Брат Цинь настолько силён, что даже смог подавить Ци Цзюи. Судя по всему, его способности на голову выше моих, тем не менее… Богомол преследует цикаду, не зная о иволге позади! Теперь футляр в моих руках, мой Таинственный Нож Казни Бога сможет поднять мои навыки ножа на ещё один уровень, определённо…»

Глава 609. Горячая Картошка

Чжэ Хуали взволнованным взглядом осматривал крохотный футляр, но тот был плотно заперт и было непонятно как его вообще открыть. Даже рубанув по нему демоническим ножом, он не сумел оставить на нём ни малейшей царапины.

На его лбу проступил холодный пот, пока он продолжал перебирать всевозможные божественные искусства в надежде разрушить печать. Он даже исполнил дьявольское искусство, которому его однажды обучил Фу Жило, но так и не сумел открыть футляр.

Подняв голову, он увидел, как с неба, будто опадающие осенние листья, сыплются перья феникса. Тем не менее, «листья» были не жёлтыми, а кроваво-красными.

Цинь Му продолжал кататься верхом на Ци Цзюи, выщипывая его перья и непрерывно избивая, отчего тот полностью покрылся кровью.

Ци Цзюи тоже был чрезвычайно яростным. Несмотря на то, что все девять его голову были проткнуты, он вертел шеями, выплёвывая в сторону Цинь Му лучи таинственных огней.

Цинь Му полностью сосредоточился на нанесении ударов по Ци Цзюи, как вдруг он вынул Нож для Убоя Свиней, оставляя в птичьих головах лишь девять летающих мечей. Остальные же исполнили Меч, Шагающий по Горам и Рекам, создавая рисунок из гор и рек. И хотя у Ци Цзюи появилась возможность свободно атаковать, картина с лёгкостью выдерживала его удары.

Избиения Цинь Му были слишком жестоки. Он не ограничивался лишь божественными искусствами физического тела, во всю используя заклятия наподобие Переворачивающих Небо Рук Инь Ян и Поднимающего Небо Колокола Пяти Громов. Время от времени за его спиной появлялись десятки тысяч звёзд, формирующих собой Великую Всеобъемлющую Силу Ладони Небесных Звёзд.

Всевозможные виды божественных искусств извергались, будто вулкан, и не все из них принадлежали пути богов. Иногда он исполнял странные, злобные божественные искусства дьявольского пути, и несмотря на то, что их сила была не такой уж невероятной, она была направлена на ослабление, некую коррозию физического тела и исконного духа Ци Цзюи, снижая его способность к сопротивлению, что было для него настоящим кошмаром.

Наблюдая за всем этим, Чжэ Хуали не мог сдержать дрожь. Если бы эти божественные искусства Цинь Му ударили по его телу, то его плоть вывернулась бы наизнанку, а исконный дух умер бы после нескольких ударов…

Его физическое тело превратилось бы в кашу, буквально!

«Ци Цзюи не умер даже после столь долгого избиения, он и вправду значительно сильнее меня. К тому же у его физического тела есть какая-то странная регенеративная способность, позволяющая ему продержаться до сих пор. Тем не менее, вскоре Цинь Му изобьёт его до смерти! А когда он умрёт, следующим, на кого тот набросится, стану…» — глубоко вздохнув и приняв решение, Чжэ Хуали подлетел в воздух и вытащил из-за спины огромный демонический нож, подбрасывая его в небо.

Лезвие задрожало и позади него появился огромный демонический глаз. Лишь появившись в воздухе, он мгновенно вспыхнул светом ножа, который моментально утопил в себе всё небо, несясь в сторону Цинь Му и Ци Цзюи, будто приливная волна.

Размахивая своим широким и мощным демоническим ножом, Чжэ Хуали исполнял навыки ножа, совершенно не похожие на Девять Навыков Небесного Ножа мясника. Последние шли по праведному пути, при этом не базируясь на сложных математических теориях. Впрочем, они всё же обладали всепоглощающей, праведной и безграничной силой, превращающей литературный талант героя в свет ножа!

Искусство ножа Чжэ Хуали, в основном, было унаследовано от Ло Ушуана, чей навык базировался на глубоких расчётах. Он слегка напоминал Меч Дао секты Дао, но пока та использовала математику для вычисления великого Дао, навык Божественного Ножа Ло Ушуана создавал Дао, исходя из собственных правил. В этом и состояло главное отличие.

Схватив свой нож, Чжэ Хуали рассмеялся:

— Старшие братья, давайте позабудем о случившемся сегодня, позвольте мне решить ваш конфликт. Мы вместе оказались на чужой звезде, поэтому нам стоит объединиться и придумать способ вернуться обратно. Почему тогда мы сражаемся?

Несмотря на свои же слова, движение его ножа не собиралось решать конфликт мирным способом. Большинство его силы пришлась на Цинь Му, а та, что двигалась в сторону Ци Цзюи, остановилась на некотором расстоянии от цели.

Ци Цзюи, в конце концов, был серьёзно ранен, и если пропустит удар его ножа, то может и вовсе погибнуть. Цинь Му, с другой стороны, был ещё довольно энергичен, поэтому, чтобы его остановить, нужно было приложить некоторые силы.

Свет его ножа бросился к Цинь Му, и тот немедленно взмахнул рукой в хватающем движении. Рисунок гор и рек, созданные Мечом, Шагающим по Горам и Рекам, тут же втянулись в его ладонь и превратились в пилюлю меча.

Цинь Му взмахнул мечом и из пилюли выстрелил толстый луч света. Колонна его мечей столкнулась с демоническим ножом, но его тут же отшвырнуло прочь, сбрасывая со спины Ци Цзюи.

Неоднократно используя сложные божественные искусства, чтобы поливать феникса затяжным дождём из ударов, он потратил слишком много сил и теперь у него не осталось достаточно жизненной Ци для того, чтобы совладать с Чжэ Хуали.

Между тем Чжэ Хуали мысленно вздохнул, радуясь, что не убил его с первого же удара, и остановил лучи ножей, заполнившие собой небо.

Десятки тысяч лучей объединились воедино и превратились в демонический нож, который устремился к нему, в итоге прячась в ножнах за его спиной.

В конце концов Чжэ Хуали тоже потерпел поражение в бою с Ци Цзюи и был покрыт множеством ран. И несмотря на то, что у него сохранилось больше Ци, чем у Цинь Му, он не был уверен, что сможет одолеть его в бою.

Более того, если бы он всё же убил его, то был бы вынужден вступить в бой с Ци Цзюи, чьи способности уж точно превосходили таковые у него.

Не вытаскивая нож из ножен, Чжэ Хуали улыбчиво проговорил:

— Старшие братья, нам часто придётся видеться, так почему бы нам не успокоиться, избегая беды?

Ци Цзюи приземлился на землю и, задрожав всем своим телом, издал болезненный визг, медленно превращаясь в человека. Из его девяти голов до сих пор торчали мечи, и когда те попытались соединиться в одну, лезвия едва не разорвали её на части.

Ци Цзюи поспешно вытащил мечи. Его спина была ужасно окровавлена, многие из его костей были сломаны, а от мучавшей его боли в рёбрах он был вынужден скрючиваться.

Изначально он был красивым молодым парнем с элегантными манерами, но после полученных избиений его вид был даже более жалким, чем Чжэ Хуали и Цинь Му вместе взятые. Теперь он не слишком соответствовал своему положению.

К счастью для него, скорость, с которой восстанавливалось его тело, была чрезвычайно высокой, и до тех пор, пока он был жив, избиения не были для него большой проблемой.

Цинь Му подошёл к ним, и троица, стоя треугольником, молча уставилась друг на друга.

— Способности брата Ци очень хороши, возможно, ты бы не проиграл, если бы не попытался зафиксировать меня на месте с помощью зеркала. В сражении не на жизнь, а на смерть, у нас равные шансы на победу. Брат Ци, ты не мог бы вернуть мне мои летающие мечи? — осматривая девять летающих мечей, спросил Цинь Му.

Ци Цзюи усмехнулся, крепко хватаясь за горстку его летающих мечей:

— Равные шансы? Ты недооцениваешь божественные искусства Райских Небес. Брат Цинь, ты не мог бы вернуть мне моё зеркало?

— Нет, — махнув рукой, Цинь Му ответил. — Ну ладно, тогда можешь некоторое время подержать их у себя. Я заберу их обратно, как только убью тебя. Старший брат Хуали, не мог бы ты вернуть мне мой футляр? Я поплатился за него своими жизненными силами, к тому же, вы двое даже попытались остановить меня с помощью своих божественных искусств. Если бы не моя удаль, я мог и погибнуть.

Холодно рассмеявшись, Чжэ Хуали проговорил праведным тоном:

— Брат Цинь может забрать его только после того, как убьёт меня.

— Как бы я посмел совершить что-то подобное? — обижено парировал Цинь Му.

Глаза Ци Цзюи тоже не отрывались от маленького футляра и Чжэ Хуали с мерцающим взглядом спросил:

— Брат Ци очень уважаемая личность, а у твоего учителя крайне высокое положение на Райских Небесах. Тебе должно быть известно, как использовать этот футляр. Можешь рассказать?

Ци Цзюи сильно закашлялся, выплёвывая осколки сломанных костей, а уже в следующий миг его изогнутое тело слегка выпрямилось, а след меча, оставленный после яростного боя на истощение, начал медленно заживать.

Наблюдая за этим, Цинь Му и Чжэ Хуали начали волноваться.

Скорость восстановления Ци Цзюи была попросту слишком высокой. Исцеляясь с такой скоростью, он, по сути, владел бессмертным, неубиваемым телом. А кости он выплюнул только потому, что в его теле уже отрасли новые.

Цинь Му испытывал настоящую зависть. Подобное бессмертное тело казалось ему крайне полезным, поэтому он в последнее время задавался вопросом, был ли это эффект от техники Императорского Трона или же врождённый талант расы девятиглавых фениксов.

Откашлявшись, Ци Цзюи почувствовал себя значительно лучше, но он всё ещё тяжело дышал, когда проговорил:

— Дайте футляр, я открою его для вас.

Было очевидно, что хоть скорость его восстановления и была крайне высокой, она всё же далась ему не просто так. В противном случае он не был бы так измотан.

Покачав головой, Чжэ Хуали ответил:

— Как только артефакт окажется в твоих руках, и ты откроешь его, демонстрируя Таинственный Нож Казни Бога, наши с братом Цинем головы слетят с плеч.

Цинь Му предложил:

— Брат Хуали, почему бы нам не поступить следующим образом: сначала мы избавимся от брата Ци, а затем найдём способ открыть футляр. С нашими мозгами сделать это будет совсем нетрудно!

Чжэ Хуали улыбчиво ответил:

— Чтобы довериться тебе, я должен быть идиотом.

Троица оказалась в безвыходной ситуации.

Внезапно за их спинами раздался хриплый голос:

— Вы, ребята, не прекращаете сражаться друг с другом, но разве вы уже получили разрешение от владельца футляра? Верните его настоящему хозяину.

Резко изменившись в лицах, Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи повернулись на голос и увидели тощего, будто спичка, Чи Си. Шатаясь на своих крайне худых ногах, он плёлся в их сторону и находился уже совсем близко!

Палач Эпохи Багрового Света имел три головы, которые сейчас выглядели как чёрные, высохшие помидоры, и запавшие в их глазницах глаза, напоминающие сушёные финики.

Его три шеи испещряли ужасные морщины, отчего казалось, будто они не могут выдержать веса собственных голов.

В таком состоянии он напоминал большую, трёхголовую креветку, опирающуюся на палку тремя левыми руками, чтобы худо-бедно продвигаться вперёд.

Ещё недавно Цинь Му и Ци Цзюи отчаянно сражались, поднимая много шума, поэтому Чи с лёгкостью нашёл к ним дорогу. Тем не менее, судя по тому, с каким трудом давался ему каждый шаг, было настоящей загадкой — как он сумел прийти сюда так быстро.

В конце концов Цинь Му убежал от него на довольно большое расстояние.

Чи Си, должно быть, обладал удивительными способностями, и даже не будучи в силах нормально ходить, он мог использовать немного магической силы.

В голову Цинь Му пришло одно предположение, и с проступившими от волнения на лбу венами, он вопросительно пробормотал:

— Пошёл дождь?

— Ты угадал, пошёл дождь, — ответив, Чи Си выглядел так, будто мог умереть в любой момент, и слабым голосом продолжил. — Спустя некоторое время после того, как ты ушёл, снова начали сгущаться дождевые тучи. Небо сжалилось надо мной, наконец подарив мне немного неотравленной воды.

Невинно моргая, Цинь Му неподвижно стоял. Между тем Чжэ Хуали и Ци Цзюи начали медленно отступать, прежде чем развернуться и броситься наутёк.

Хлоп! Хлоп!

Парочка наткнулась на невидимую стену и отлетела обратно.

Чи Си равнодушно проговорил:

— В этом мире ещё не рождалось человека, способного сбежать от меня… Да, знай, ты был первым, кому это удалось, можешь гордиться собой.

Человеком, которого он имел в виду, был Цинь Му, поэтому на его лице засияла искренняя улыбка. Как вдруг Чжэ Хуали бросил маленький футляр в его руки и прокричал:

— Брат Цинь, я возвращаю тебе твоё сокровище! Зелёные горы не изменятся, а течение реки никогда не остановится! — договорив, он снова с разбега врезался в невидимую стену.

Ему оставалось лишь вернуться и послушно встать рядом со всеми.

Искренняя улыбка на лице Цинь Му застыла, и он бросил маленький футляр в руки Ци Цзюи, улыбчиво говоря:

— Брат Ци ты можешь открыть футляр, он твой по праву!

— Всего лишь иссохший труп Эпохи Багрового Света, осмеливается пойти против Райских Небес! Я тебя убью! — ухмыльнулся Ци Цзюи, в то время как его пальцы начали носиться вверх-вниз. Из-под них начали непрерывно вытекать руны, пытающиеся открыть футляр.

Спустя некоторое время выражение его лица помрачнело…

Ему не удавалось открыть артефакт!

На футляре Райских Небес, хранящем в себе Таинственный Нож Казни Бога, тоже была печать. Он знал расположение его рун, но для того, чтобы открыть таковой Эпохи Багрового Света, очевидно, требовался совершенно другой набор!

Дрогнув уголками глаз, Ци Цзюи бросил на Цинь Му отчаянный взгляд. Но тот остался беспристрастен и, подняв глаза к небу, стукнул ногой по земле, делая вид, что восхищается облаками. Затем Ци Цзюи беспомощно посмотрел на Чжэ Хуали, но тот уставился на свои ногти, прежде чем начать грызть большой палец.

Взгляд Ци Цзюи повернулся к трёхглавому шестирукому иссохшему «трупу», который продолжал неумолимо двигаться в их сторону. Почувствовав на себе волну внезапного вдохновения, он упал на колени и поднял футляр над головой:

— Старший, пощади мою жизнь!

Чи Си ухмыльнулся, неуверенно шагая в их сторону, опираясь на палку:

— Ясное дело, что этот футляр использует рунное построение Эпохи Багрового Света. Пытаться открыть его с помощью рун так называемых Райских Небес — крайне глупая затея. Почему вы больше не сражаетесь за него? Наблюдать за вами было очень весело, продолжайте.

Цинь Му моргнул, бросая взгляд на Чжэ Хуали.

Обменявшись с ним взглядами, тот подумал: «Должно быть, у него на уме то же, что и у меня. Если он упадёт на колени, моля о прощении, стоит ли мне делать то же самое?»

Он столкнулся со сложной дилеммой.

Между тем Цинь Му думал: «Кажется, Чжэ Хуали и вправду мой кровный враг, раз уж подумал о том же, что и я. Чи Си в любом случае заберёт наши жизни и использует нашу кровь, чтобы восстановить своё физическое тело, но он, как и я, будет до последнего делать из себя праведника» .

— Ну так что, никто больше не собирается сражаться за мой футляр? — усмехнувшись, Чи Си подошёл, опираясь на палку. — В таком случае, я…

— Я буду! — внезапно раздался чей-то голос.

Протянулась рука, осторожно забирая футляр от Ци Цзюи.

Глава 610. Открытие Футляра

Цинь Му, Чжэ Хуали и остальные вздрогнули и поспешно обернулись на голос. Ладонь, схватившая маленький футляр, принадлежала мужчине в бамбуковой шляпе с огромным топором, крепкими руками, круглой талией, густыми бровями и большими глазами.

В целом, внешне, поведением и одеждой он выглядел как обычный дровосек, только что нарубивший дров, но его учёные черты лица совершенно не сходились с общим образом.

Маленький футляр выглядел в его руке очень маленьким и изысканным.

— Святой Дровосек! — обрадовался Цинь Му.

— Небесный Наставник! — удивился Чжэ Хуали.

С другой стороны, Ци Цзюи, всё ещё стоящий на коленях, украдкой поднял глаза и испытал шок: «Человек, который хотел принести Небеса Лофу в жертву и принудил Фу Жило подписать Пакт Графа Земли!» — с такими мыслями он встал и сделал несколько шагов назад, желая убраться отсюда как можно подальше, но не смея.

Истощённый, увядший Чи Си с трудом поднял голову и, изучив незваного гостя, ухмыльнулся:

— Хочешь его? А посмеешь?

Святой Дровосек приподнял футляр и, изучив его, ответил:

— А почему бы и нет? Твоё совершенствование в упадке, не говоря уже о состоянии твоего физического тела. Если бы ты был на своём пике, я может быть и поостерёгся, но сейчас… у меня нет ни малейшего желания сражаться с тобой. На… — в тот же момент он надрезал свою талию и через рану хлынула его кровь бога.

Чи Си уставился на кровь, заманчиво вытекающую наружу, и, не сдержавшись, открыл три своих рта, заставив её заструиться в них. Поглощая кровь Святого Дровосека, его крайне истощённое тело постепенно, но видимо невооружённым глазом набухало, а в его кровеносных сосудах начала курсировать кровь, в то время как звук сердцебиения усиливался с каждым новым ударом.

Все иссохшие органы в его теле по очереди возвращались в норму, жизненная Ци становилась со временем лишь энергичнее, а лица медленно розовели, возвращая себе свой изначальный вид мужчины средних лет с притягательной внешностью. Его три головы выглядели абсолютно одинаково, а от его бровей-мечей исходила тяжёлая убийственная аура. Должно быть, всему была виной его прошлая профессия палача Эпохи Багрового Света. Между тем его аура постепенно набирала силу, заставляя начавших дрожать Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи сделать невольный шаг назад.

После того, как он более-менее восстановился, Святой Дровосек исцелил рану на своей талии и кровотечение прекратилось.

— Твой исконный дух всё ещё слаб после столь продолжительный спячки, ты должен как следует о нём позаботиться, — посоветовал Святой Дровосек, всё это время пристально глядя на маленький футляр и ни разу не посмотрев в глаза Чи Си, а после короткой паузы спросил. — Цинь Му, откуда этот футляр?

— Его нашёл старший брат, — ответил парень.

— Да? — удивившись, Святой Дровосек спросил. — Где он?

— Старший брат никогда не показывался воплоти. Если вкратце, некоторое время назад я нашёл злого дракона, которого он подавил в Великих Руинах, и убил его, после чего звёздный песок в котле старшего брата показал мне множество географических карт. Но самолично он так и не появился, — быстро пересказав что произошло, Цинь Му продолжил. — Окрестности Сцены Казни Бога на этой аномальной звезде как раз были среди одной из карт, следуя указаниям которой я и нашёл этот футляр. Старший брат оставил на страже этого футляра Убийственное Построение Круговорота Небесных Звёзд, но также сложную математическую задачу, решив которую можно было забрать его. Ну, собственно, я и решил её, а ответом было — «тридцать пять тысяч лет».

— Тридцать пять тысяч лет… — Святой Дровосек нерешительно бормотал себе под нос. — Почему этот идиот оставил после себя столько загадок, может он намекает мне на что-то? Какое значение кроется за всеми этими картами?.. Карты явно оставлены не для тебя, а для меня, чтобы я что-то нашёл по ним… может какие подсказки. Тебе удалось обнаружить оставленный им карты по случайному стечению обстоятельств, удаче.

— Тридцать пять тысяч лет назад шла Эпоха Багрового Света, — заговорил Цинь Му. — Этот старший Чи Си как раз с тех времён.

Святой Дровосек кивнул головой:

— Я знаю. Увидев его три головы и шесть рук, я сразу понял, что он происходит из Эпохи Багрового Света. Однажды я наткнулся на руины той эпохи, где узнал, что тогда у людей были три головы, шесть рук и наисильнейшие физические тела. Обладая поистине замечательными способности, им было под силу сдвигать горы и преследовать звёзды. Этот маленький футляр тоже с той эпохи, а его форма схожа с Таинственным Ножом Казни Бога так называемых Райских Небес, но я не знаю, кто с кого копировал.

Ци Цзюи не смел разевать рот, но мысленно усмехнулся: «Определённо именно Райские Небеса Багрового Света пытались скопировать Таинственноый Ножу Казни Бога, изготовленные на наших Райских Небес!»

Цинь Му кое о чём подумал и, достав печать командира, которую ему дал старший Цинь Хуан, сказал:

— Наставник, старший брат оставил эту штуку у старшего Цин Хуана, но даже тот не знал с какой она эпохи.

Святой Дровосек взял печать командира и, изучив её, со смешком сказал:

— Старший Цинь Хуан? Ты о Зелёном Императоре? Он всегда выставляет напоказ свой дурной характер и кажется всем вокруг холодной личностью, но на самом деле он очень мягкосердечный и ранимый. Признайся, он ведь наговорил обо мне за моей спиной всяких гадостей?

Цинь Му поспешно, но уверенно запротестовал:

— Нет! Определённо нет! Старший Цин Хуан вёл себя в высшей степени вежливо и дружелюбно. Он проявил невероятную гостеприимность, а когда мы уладили все наши дела, даже проводил меня, и ни разу не ругнулся!

— Чушь! Он определённо обругал не только меня, но и Императора-Основателя! А тебя попросту прогнал! — Святой Дровосек бросил печать командира обратно и с улыбкой продолжил. — Я знаю его как облупленного. А что же до печати, я тоже понятия не имею откуда она и сколько ей лет. Подержи её пока у себя.

— Погодите! — взгляд Чи Си упал на артефакт в руках Цинь Му, и он серьёзно попросил. — Позвольте мне изучить эту печать командира, может быть я узнаю её!

Цинь Му вопросительно взглянул на Святого Дровосека и, дождавшись его кивка, передал артефакт Чи Си.

— Эта печать командира происходит из Эпохи Дракона Хань, во времена моей эпохи можно было легко наткнуться на её руины, поэтому я частенько встречал подобные вещи в прошлом. Дитя, можешь забрать.

Цинь Му взял печать командира и озадачено заговорил:

— Старший брат передал на хранение печать командира Эпохи Дракона Хань старшему Цин Хуану. Что бы это значило? Цин Хуан — правитель всего востока Эпохи Императора-Основателя, и раз брат попросил его попридержать у себя эту печать, значит она крайне важная. Какой именно секрет скрывается за всем этим?

Святой Дровосек с улыбкой ответил:

— Ну раз он оставил после себя те географические карты, значит нужно просто следовать им. Рано или поздно ты определённо приподнимешь завесу над всеми тайнами и раскроешь все загадки.

Цинь Му кивнул, соглашаясь. Между тем Чи Си равнодушно заговорил:

— Друг Дао, этот футляр принадлежит моим Райским Небесам Багрового Света, и поскольку ты подарил мне свою кровь, недопонимание между мной и этим дитя можно считать исчерпанным.

Святой Дровосек наконец повернул к нему голову и серьёзно сказал:

— Старший друг Дао, этот футляр оставил мне мой старший ученик, поэтому он мой и я не отдам его тебе. Что же до крови, то причина, по которой я подарил её, заключалась в том, что если мы не сможем разрешить дело мирно, мне будет крайне неловко и не подстать положению избивать тебя в таком плачевном состоянии, вот я и решил помочь тебе восстановить часть совершенствования. Теперь, если мы не сможем договориться, я без зазрений совести изобью тебя. К тому же, наконец оттеснив Фу Жило, я отправился на поиски своего ученика, в итоге обнаруживая, что ты подавляешь его своей силой, а также ещё двух других младших. Знаешь, по моему мнению так не должен вести себя старший, поэтому я немного расстроился и, кстати, расстроен до сих пор.

— Даже завладев футляром, для вас он бесполезен, — усмехнулся Чи Си, — вы попросту не сможете его использовать без знания расположения рун моих Райских Небес Багрового Света. Вам его даже не открыть.

Несмотря на своё текущее состояние, его физическое тело и исконный дух не восстановились до конца, поэтому он слегка побаивался этого странного дровосека.

Святой Дровосек продемонстрировал загадочную улыбку и футляр подлетел, в итоге приземляясь в его грубой руке. Быстро перебирая пальцами, с их кончиков срывались странные руны и непрекращающимся потоком погружались в футляр.

— На протяжении всей своей жизни я занимался столькими вещами в ущерб своему совершенствованию, — неспешно говорил он, — и на самом деле частенько посещал руины Эпохи Багрового Света. Руны твоей эпохи, кстати говоря, я тоже изучил, — пока он говорил, маленький футляр в его руке начал издавать щёлкающие звуки отпирания замков. Звуки учащались, а замки внутри, судя по всему, постоянно отпирались, пока замочные стержни отодвигались один за другим.

Чи Си кардинально переменился в лице и вспыхнул могучей аурой. Он уже было собирался что-то предпринять, но вовремя взял себя в руки!

Между тем побледневшие Чжэ Хуали и Ци Цзюи мысленно выругались. Святой Дровосек являлся врагом не только дьявольской расы Небес Лофу, но и их Райских Небес, следовательно, если он откроет Таинственный Нож Казни Бога, то скорее всего принесёт ему жертву!

При каждом его открытии было тяжело обойтись без жертвоприношения, нож должен был искупаться в чужой крови!

«Характер этого дровосека, кажется, не такой уж плохой. Надеюсь, в качестве жертвы он выберет не нас, а этого трёхглавого, шестирукого», — сердца парочки сжимались от затяжного страха, но также от предвкушения…

Ведь они хотели увидеть свирепое оружие, сокрытое внутри.

Внезапно футляр приоткрылся с едва слышимым звоном, а уже в следующий момент в небе образовалась воронка из облаков, купающихся в кровавом свете. Они растекались во все стороны, окрашивая всех вокруг своим сиянием в красное, а особенно волосы.

Между тем центр воронки находился прямо над тем местом, где располагался артефакт!

Несмотря на то, что футляр источал кровавый свет, выглядя при этом достаточно тёплым, все вокруг ощутили, словно упали в ледяную пропасть.

Убийственная аура футляра сковала их исконные духи и души, а физические тела заставила застыть. Всем вокруг казалось, что, если они хотя бы слегка двинутся, свет ножа тут же пронзит их насквозь!

— Действительно свирепое оружие! — мрачный Святой Дровосек поднял руку с футляром к себе поближе и, накрыв его другой ладонью, серьёзно продолжил. — Вы, ребята, довольно долго сражались за эту вещицу, верно? Ну раз она так сильно вам приглянулась, я покажу на что она способна!

Чи Си скривился в гримасе страха и быстро отступил как можно дальше. Ци Цзюи и Чжэ Хуали тоже хотели ретироваться, вот только не могли. Им оставалось только уставиться на коренастого мужчину, открывающего злосчастный артефакт!

Постепенно открывая футляр, Святой Дровосек становился со временем лишь мрачнее, а его рука слегка подрагивала, отчего казалось, что он прилагал немалые усилия.

Подавляя свирепую мощь ауры внутри, он внезапно громко вскрикнул и, разразившись своей полной силой, в итоге всё-таки подавил её, полностью открывая футляр!

Цинь Му, Чжэ Хуали и Ци Цзюи тут же заглянули внутрь и действительно увидели внутри человеческую голову!

Только у неё не было кожи, словно ту содрали, и ни капли того, что по своему цвету напоминало бы кровь. Её плоть и кровь были кристально белыми, как если бы состояли из сгустков света. Между тем позади неё виднелись «щупальца», выглядящие как кровеносные сосуды, а также кровь и плоть, соединяющиеся с внутренними стенками футляра, или даже полностью сросшиеся с ними.

Оставалось настоящей загадкой, какое использовалось заклятие Райских Небес Багрового Света, чтобы слить голову крайне сильного практика, ни много ни мало области Императорского Трона, воедино с футляром…

Голова не была мертва и открыла свои глаза, раскрывая взору всех присутствующих свои белые зрачки. Внутри себя они пульсировали белоснежным, не способным вырваться, и, судя по всему, происходящим не от физической природы светом… а может таковыми были и они сами.

Свет распространялся из глаз на расстояние длины половины руки, иногда слегка удлиняясь, а в другое время чуть-чуть сокращаясь.

Между тем «щупальца» за головой постоянно подрагивали и издавали звук, схожий с гудением крыльев насекомых, а голова, пребывая в крайне возбуждённом состоянии, казалось, ждала, когда кого-нибудь убьют, чтобы испить крови!

Цинь Му взглянул на место, где «щупальца» соединялись с головой, и действительно увидел невероятно тонкие, почти прозрачные крылья.

Хлоп!

Святой Дровосек закрыл футляр и глубоко вздохнул. Открытие футляра и контроль той необузданной ауры кровожадности измотали его даже больше, чем бой с Фу Жило!

— Разве Наставник не станет приносить ножу жертву? — спросил Цинь Му, покосив взгляд на Ци Цзюи и Чжэ Хуали.

Глава 611. Хороший Учитель и Превосходный Ученик

Хлопнув Цинь Му по затылку, Святой Дровосек сердито проговорил:

— Что бы тогда люди подумали о моих манерах? Как я посмею поднять руку на младших? Если бы я так себя вёл, другие люди тоже могли бы попросту тебя убить. Когда старое поколение убьёт моих учеников, а я убью их, то молодое поколение попросту исчезнет! Нельзя идти против правил!

Услышав его слова, Чжэ Хуали и Ци Цзюи облегчённо вздохнули. Смотря на избитого Цинь Му, они мысленно радовались: «Выкуси!»

Потирая синяк на голове, Цинь Му кивнул:

— Это правда. Но Фу Жило поднимал на меня руку, и Чи Си тоже пытался нас убить.

— Именно поэтому я вонзил свой топор в лоб Фу Жило, к тому же, он всё-таки не слишком выходил за рамки дозволенного. Он лишь использовал своё божественное искусство, чтобы похитить тебя, и не собирался на самом деле причинять тебе вред. В противном случае ты бы не дожил до этого момента, — равнодушно ответил Святой Дровосек. — Изначально я хотел, чтобы ты избавился от этих двух мерзавцев, но увидев, что те всё ещё живы, я решил пощадить Чи Си. Хоть он и не придерживается правил, я не накормил его достаточным количеством крови, поэтому он не осмелится меня провоцировать и будет пить кровь только этих двух.

Услышав это, Чжэ Хуали и Ци Цзюи ужасно побледнели в лицах.

Цинь Му улыбнулся:

— Священный Наставник, не нужно их пугать, позволь им покинуть эту странную звезду.

Святой Дровосек удивлённо спросил:

— Ещё мгновение назад ты пытался убедить меня принести их в жертву ножу, почему теперь ты решил помочь им вернуться обратно? Чи Си — человек в изгнании, несущий на себе бремя огромной ответственности, и сделает всё, чтобы добиться своего. Он обязательно найдёт их и выпьет их кровь. Парни обречены на смерть, и в случае, если он будет её виновником, я не нарушу своих правил. Если это то, чего ты хочешь, почему бы не согласиться?

Цинь Му уверенно ответил:

— Я лишь пытался их напугать. Мне прекрасно известно, что Священный Наставник обладает очень высокой моралью, и я, будучи Императором Людей и Владыкой Небесного Дьявольского Культа, тоже обладаю своей. Брат Ци и старший брат Чжэ в конце концов именно мои враги. Если я желаю их смерти, то должен сделать это самостоятельно, а если Наставник убьёт их руками Чи Си, этот поступок будет противоречить моему сердцу Дао.

На лице Святого Дровосека возникло восхищённое выражение, он похвалил:

— Предложив использовать Чи Си, чтобы убить их, я тоже пытался слегка тебя испытать. Если бы ты согласился, то потерял бы часть моего уважения. Отлично, я отправлю их обратно на Небеса Лофу.

Цинь Му поклонился, прощаясь с парнями:

— В таком случае, я не стану вас провожать. Несмотря на то, что мы с вами соперники, я восхищаюсь вашими способностями. Я не хочу убивать вас чужими руками. Однажды я лично взмахну своим ножом и провожу вас в далёкий путь.

Чжэ Хуали и Ци Цзюи поочерёдно поклонились в ответ. Первый торжественно проговорил:

— Брат Цинь справедлив. Ты убил моего лучшего друга, поэтому я должен убить тебя. Но когда ты умрёшь от моего удара, я сломаю свой нож и буду горько тебя оплакивать!

Немного подумав, Ци Цзюи выбросил девять летающих мечей:

— Не нужно возвращать мне зеркало, мы с тобой ещё успеем честно и справедливо сразиться. В этот раз ты победил, так как я сдерживал себя и не осмеливался забирать твою жизнь, а лишь пытался обездвижить твоё тело, но в следующем бою я выложусь на полную.

Цинь Му схватил свой меч, и девять мечей тут же с ним слились. Подняв руки, он попрощался:

— Прощайте, оба. Когда мы встретимся в следующий раз, не сдерживайте себя.

— Не буду! — одновременно ответили парни.

Святой Дровосек взмахнул рукавом, и в воздух вылетели бесчисленные руны божественного искусства мгновенного перемещения, которые тут же подняли двух парней в воздух и превратились в луч света, засвистевший в небе над аномальной звездой.

Цинь Му поднял голову, наблюдая за лучом, и увидел, как тот, извиваясь в небе, уносился вдаль. Он не знал куда именно тот направился, но, должно быть, куда-то к Небесам Лофу.

Бросив маленький футляр Цинь Му, Святой Дровосек проговорил:

— Давай посмотрим, что ещё оставил нам твой старший брат.

Цинь Му испуганно подпрыгнул, опасаясь, что Таинственный Нож Казни Бога освободится, если ударится о землю. Но в тот миг, когда он крепко схватил футляр обеими руками, округу затопили бесчисленные руны мгновенного перемещения и исчезли вместе с ним.

Божественное искусство Небесного Святого Культа досталось Цинь Му от Святого Дровосека, и несмотря на то, что он не был самым сильным человеком в мире, его таланты, полагаясь на которые он с лёгкостью создавал огромное количество странных искусств и заклятий, были неисчислимы.

Просто исходя из того, что досталось Небесному Святому Культу, можно было легко представить, насколько высокими были его достижения в путях, божественных искусствах и навыках.

Впрочем, знание было как тем, что его создало, так и тем, что его разрушило. Он знал слишком много, отчего не мог добиться слишком высокого уровня в определённой технике, а значит также не мог достичь несоизмеримых высот в совершенствовании.

Вновь коснувшись ногами земли, Цинь Му обнаружил, что вернулся на Сцену Казни Бога. Ему потребовалось очень много времени, чтобы сбежать отсюда, но он вернулся обратно всего лишь за несколько мгновений.

Святой Дровосек вошёл в зал, Цинь Му поспешно двинулся следом.

Потратив некоторое время на осмотр построения, оставленного учеником, он кивнул:

— Ответ и правда «тридцать пять тысяч лет». Что именно тогда произошло?

Указав пальцем на фреску на стене, Цинь Му проговорил:

— Священный Наставник, это звёздный атлас тех времён.

Подойдя поближе, Святой Дровосек взглянул на атлас, немного что-то побормотал себе под нос и проговорил:

— Это звёздное небо, которое можно было увидеть тридцать пять тысяч лет назад над южным морем Великих Руин. Должно быть, выживший Эпохи Багрового Света нарисовал его в качестве карты, ведущий к их дому.

Цинь Му кивнул:

— Ученик тоже предполагал подобное. Те, кто уничтожил Эпоху Багрового Света, должны быть нынешними Райскими Небесами. Я чувствую, что старший брат продолжает копать в прошлое, надеясь узнать историю и разгадать правду о них. Именно поэтому он оставил нам все эти подсказки.

— Он хотел получить заслугу, чтобы стать святым, — Святой Дровосек покачал головой. — Тем не менее, он не понимает, какой глупой вещью занялся. Чем ближе он к разгадке, тем в большей опасности находится. Идти на такой риск — идиотизм, какой святой из него получится? — становясь всё злее, тон его слов становился резче.

Несмотря на то, что на первый взгляд он был безразличным к судьбе своего ученика, в его действиях и словах всё же виднелась забота. Он просто не желал этого признавать.

— Ты говорил, что он оставил какие-то географические карты, где они? — спросил мужчина.

Юноша порылся в своём мешочке таотэ и достал несколько рисунков:

— Географические карты, оставленные старшим братом, были невероятно сложными, и я перерисовал их, чтобы не забыть. Вот это карта Великих Руин, на ней обозначена драконья деревня, в которой живёт старший Цин Хуан. А вот здесь — аномальная звезда со Сценой Казни Бога.

Святой Дровосек осмотрел две карты, прежде чем быстро пролистать все остальные и тут же ужасно помрачнеть в лице:

— Мерзавец, мерзавец! Что ты забыл в таких опасных местах? Даже я не осмеливаюсь туда ходить!

Разозлившись, он поднялся и начал нервно шагать по кругу. По залу разносилось эхо шороха его одежды, но взгляд парня не успевал за его скоростью.

— Я не могу отправиться на его поиски сейчас, меня связывают дела Верховных Небес Императора. Создавая так много проблем, он что, ожидает, что я разорвусь напополам, чтобы спасти его? — бормотал он сам себе.

Цинь Му внезапно заговорил:

— Священный Наставник, раз уж старший брат нарисовал все эти рисунки и отметил важные места, он, должно быть, уже успел их посетить и оставил нам в качестве подсказок. Я чувствую, что он всё ещё жив.

Слегка удивившись, Святой Дровосек остановился и пробормотал:

— Твои слова логичны, логичны… Мои суждения помутились из-за волнения, и я не сумел до этого додуматься. Он всё ещё должен быть жив. Раз он сумел использовать звёздный песок, рисуя эти карты, значит он где-то в этом мире. Ну и назойливый парень…

Чувствуя теплоту в сердце, Цинь Му улыбнулся:

— Священный Наставник так сильно печётся о своём ученике… Что-то мне подсказывает, что он обязательно отплатит за доброту. И раз уж ты так заботишься о старшем брате, то, если я когда-нибудь исчезну, ты тоже обязательно начнёшь волноваться…

— Ты слишком много думаешь, не стоит быть таким чувствительным, — посмотрев на него, Святой Дровосек покачал головой. — Даже если ты умрёшь на краю света, я не отправлюсь на твои поиски и не буду скучать. Если окажется, что ты такой же назойливый, как твой старший брат, твоя смерть не сможет меня взволновать.

Цинь Му улыбчиво парировал:

— Острый язык, но мягкое сердце. Что именно искал старший брат, почему он ещё не вернулся? Сколько Священному Наставнику известно об уничтоженных эпохах Императора-Основателя, Высшего Императора, Багрового Света и Дракона Хань?

— Немного, — покачал головой Святой Дровосек. — Если бы я знал достаточно, нас не удалось бы застать врасплох, а Император-Основатель не просидел бы всё это время в деревне Беззаботной. Все старые династии внезапно обрушивались на вершине своего процветания, и нам определённо предстоит раскрыть много секретов.

Вздохнув, он продолжил:

— Я хочу отправиться в деревню Беззаботную и спросить Императора-Основателя почему он не хочет сразиться снова. Впрочем, я не знаю к ней дороги. Если ты когда-то туда попадёшь, спроси вместо меня.

Цинь Му кивнул:

— Ученик обязательно спросит!

Святой Дровосек продолжил:

— Уничтожь эти географические карты. Твой старший брат не понимает всей серьёзности вещей и умеет лишь суетиться. Если ты пойдёшь по его следам в надежде узнать правду, то определённо погибнешь!

Цинь Му ухмыльнулся:

— Карты уже внутри моей головы.

Мужчина злостно на него уставился, на что юноша лишь слегка улыбнулся.

Фыркнув, Святой Дровосек вышел из святыни и, осмотревшись, заметил на ступенях бесчисленное количество погибших богов:

— Это Сцена Казни Бога из райских небес сильного практика области Императорского Трона. С течением времени она превратилась в ужасное проклятие, даже более сильное, чем этот футляр! Это злая гора, лучше её уничтожить. Пожалуй-ка, я рубану её топором, а потом посмотрю, сможет ли она и дальше поглощать кровь богов.

За спиной Святого Дровосека завертелся огромный топор, с гулом поднимаясь в воздух. Переливаясь божественной мощью, он становился всё больше и громаднее, в итоге возвысившись над всем вокруг лезвием вниз.

Святой Дровосек спокойно проговорил:

— Спустись вниз, а потом я разрублю эту гору напополам.

Не смея пренебрегать его словами, Цинь Му быстро спустился с горы. Шагая в сторону каменных ступеней, он услышал внезапный грохот за спиной и поспешно оглянулся, увидев бросившегося в атаку шестирукого, трёхглавого Чи Си.

Святой Дровосек, казалось, не заметивший противника, внезапно раскрыл ладонь, сталкиваясь с атакой Чи Си.

Из его пальцев тут же слетели и закружились бесчисленные руны, и ещё до того, как атака успела добраться к нему, Чи Си бесследно исчез.

Протянув руку, Святой Дровосек схватил гигантский топор, до сих пор висящий в небе за его спиной. Проходя мимо ошеломлённого ученика, он проговорил:

— На что ты уставился? Это Сцена Казни Бога сильного практика Императорского Трона, откуда у меня силы её уничтожить? Я сделал это, чтобы выманить Чи Си.

Поспешно догоняя его, Цинь Му спросил:

— В таком случае, куда Священный Наставник отправил Чи Си?

Мужчина улыбнулся:

— В дьявольские земли на Верховных Небесах Императора. Его злоба к дьяволам глубже, чем море.

Юноша ошарашенно поклонился к земле и искренне проговорил:

— Ученик сделал выводы! Я обязательно буду усердно учиться и прислушиваться к учениям Священного Наставника, чтобы стать таким великим Владыкой Небесного Святого Культа, как ты!

Глава 612. Три Вопроса

Приняв поклон, Святой Дровосек заговорил:

— Я не брал много учеников, в прошлом я обучал лишь принцев, и им не нужно было почитать меня как своего учителя, поэтому мои официальные ученики — это ты и твой старший брат. Но по сравнению с твоим старшим братом ты намного моложе и неопытнее, поэтому тебе действительно нужно как можно усерднее учиться. Знай, я не обучаю тебя плохим вещам, а обучаю тебя всегда выходить сухим из воды и не оказываться в невыгодных положениях.

Цинь Му моргнул. После сказанного он почувствовал, будто перед ним стоит старейшина деревни, а не Священный Наставник.

— Священный Наставник, что есть святой? — спросил Цинь Му.

— Святой — это своего рода душевное состояние, — они подошли к подножию Сцены Казни Бога, Святой Дровосек осмотрел эту божественную гору, спокойно говоря. — Однажды я сказал твоему старшему брату, что, чтобы стать святым, нужно сделать три вещи, а именно: изложить свои идеи в письменной форме, основать культ и доказать свои заслуги. Как только эти цели будут достигнуты, твоё состояние ума достигнет такой высоты, что никто не сможет сравниться с тобой в этом плане. Первоначально святой должен сохранить идеи в писаниях, только затем он сможет основать культовую идеологию, обучая всех и каждого, решая их вопросы, и передавая свои учения без лишних хлопот, чтобы они могли унаследовать свой путь.

Цинь Му был ошеломлён и воскликнул:

— Основать культовую идеологию? Разве это не основание Небесного Святого Культа и передача учений?!

Святой Дровосек покачал головой, ответив:

— Основание Небесного Святого Культа закончилось лишь основанием культовой доктрины. Простое основание культа слишком поверхностно, например, при создании секты обязательно начнётся борьба между ей подобными, что в итоге повлияет на идеи в писаниях, тем самым на корню вырождая их.

Мозг Цинь Му «взорвался», он внезапно вспомнил о прошлых Владыках, которые жили в Фэнду, и не мог не представить, как по их лицам текут слёзы. Они гордились тем, что когда-то были Владыками Небесного Святого Культа, но даже представить не могли, что всё переворачивалось с ног на голову, когда дело касалось их Святого.

Святой Дровосек спускался по божественной горе, время от времени собирая горные камни. Огромные камни расплавлялись от его магической силы и превращались в покрытые причудливыми рунами каменные колонны, которые затем улетали к подножью горы, выстраиваясь в странном построении.

— Основание культа — это создание культовой идеологии. Знаешь, как её создать? Расширяешь образование, строишь школы, распространяешь таланты, делаешь необходимую работу, исследуешь пути, навыки и божественные искусства — всё для повседневного использования простыми людьми. Когда страна слаба, — создавая каменные колонны перемещения, он тихо подытожил мысль, — люди пытаются всё реформировать, чтобы стать ещё сильнее и укрепить её.

Его метод создания артефактов уступал таковому у немого, однако он достаточно быстро работал и почти сразу запечатлевал руны перемещения в каменных колоннах.

— Когда народ слаб, нужно передавать учения на пользу людям, тем самым укрепляя народ. Когда солдаты слабы, нужно ремонтировать и улучшать оружие, укрепляя народ. Против бестолковых правителей нужно делать протесты, указывать на их ошибки и советовать измениться. Если правитель не меняется, нужно делать второй протест, и, если всё так и продолжается, нужно избирать нового правителя. Когда путь к небесам закрыт, нужно проводить реформу, изменять небесные законы в соответствии с миром. Если небеса не изменятся, продолжать реформу и добиваться перемен, однако если это не поможет, нужно сносить к чёртовой матери небеса и прокладывать путь дальше, — пока он это рассказывал, они обошли вокруг горы.

Цинь Му внимательно слушал всё, что говорил Святой Дровосек, и когда тот закончить излагать свою идеологию, он внезапно спросил:

— Священный Наставник, требования к святому слишком серьёзны, я пытаюсь сейчас прокрутить в своей голове всех людей, которых повстречал за всю жизнь или о которых слышал, но не припоминаю, тех кто мог бы подходить под требования Святого. Ты сам способен на это?

Святой Дровосек остановился, горные камни в воздухе «растаяли», превратившись в каменные колонны.

Он продолжал стоять, руны на каменных столбах тоже перестали меняться.

Цинь Му стало не по себе и он, выругав себя за излишнюю болтливость, украдкой взглянул на Святого Дровосека, одетого в одежды лесничего, только чтобы увидеть, что по щекам последнего текут слёзы.

— Когда-то я думал, что мне это по силам. Когда-то я думал, что смогу стать святым, — хрипло, горестно бормотал Святой Дровосек. — Другие люди даже называли меня Святым. Я думал, что смогу создать культовую идеологию и укрепить себя посредством реформ, укрепить Империю, укрепить слабых людей, позволить людям учиться способностям, изменить слабых военных… и дать им всем власть, которая могла бы внушать страх нашим врагам. Я думал, что смогу образумить правителя, обеспечить путь на небеса и даже гарантировать, что смогу утвердить свои заслуги и перебороть деградацию в стране. Последние три пункта я с треском провалил.

Пум.

Та каменная колонна, которая была не до конца изготовлена, рухнула и вонзилась в грязь. Святой Дровосек ухватился за неё правой рукой, а свою голову уткнул в локоть, в то время как его щекам потекло ещё больше слёз. Ему не хотелось, чтобы его юный ученик видел, как он теряет самообладание, но ничего не мог с этим поделать.

— Я потерпел поражение, мне не удалось помешать Императору-Основателю отправиться в деревню Беззаботную, я позволил правителю запутаться. Я потерпел поражение, думая, что смогу изменить законы и пути, изменить путь небес, но небеса стёрли с лица земли Империю и таким образом завершили Эпоху Императора-Основателя. Я потерпел поражение, мне не удалось утвердить заслуги в той последней битве… Я потерпел поражение… Цинь Му, я не святой, которого ты ищешь, я не смогу ничему тебя научить, я всего лишь неудачник…

Цинь Му тупо уставился на него, чувствуя, как те же самые эмоции зарождались у него в груди…

Во времена расцвета реформы, Император-Основатель внезапно отступил и построил деревню Беззаботную, так и не вступив в настоящий бой.

В итоге боевой дух Святого Дровосека поутих…

Он видел, как отступает Император-Основатель, и видел, как Империя, которую они старательно строили и развивали, превращается в пепел. Он смотрел на своих товарищей, сражающихся и умирающих за те же идеалы, смотрел, как их обезглавливают, разбрызгивая ещё тёплую кровь на некогда родную землю. Он смотрел на товарищей, умирающих от старости в ожидании, что Император-Основатель снова возглавит армию и поведёт их в бой, смотрел на людей той эпохи, умирающих поколение за поколением, смотрел как молодёжь сменяет стариков.

Боль от неудачи в его сердце была такой, что другие люди не могли себе представить.

Цинь Му внезапно закричал:

— Священный Наставник, можешь ли ты передать мне путь святого?

Святой Дровосек вытер рукавом слёзы и повернулся к нему.

Цинь Му взволнованно продолжил:

— Я хочу унаследовать твоё учение и продолжать идти по этому пути, продолжать реформу, наставлять правителей и уничтожить небеса, если придётся!

Лицо Святого Дровосека помрачнело, и он покачал головой:

— Ты не сможешь.

Остудив пыл, Цинь Му в гневе сжал кулаки:

— Почему это не смогу? Не сравнивай меня с моим старшим братом, я не настолько глуп как ты думаешь!

Святой Дровосек покачал головой:

— Ты не лучше своего старшего брата. Ты моментально погружаешься с головой в работу, как только к твоей голове приливает кровь, и, хотя иногда ты проявляешь чудеса хитрости, тебе также не хватает концентрации. Ты довольно раздражительный и всегда суёшь свой нос везде, где только можно, чтобы узнать как можно больше информации. Твоё мышление также не достаточного развито. Даже если у тебя есть вера, она недостаточно стабильна, твоё сердце Дао не так сильно, как горы и реки. Ты не создан для того, чтобы стать святым, по крайней мере, тебе сейчас это не по плечу.

Цинь Му громко сказал:

— Я могу измениться, я могу обучиться!

— Я больше не могу ждать, — Святой Дровосек расплылся в тёплой улыбке и мягким голосом продолжил. — Мой хороший ученик, я действительно не могу ждать.

Цинь Му впал в оцепенение.

Святой Дровосек закончил с ранее воткнутой каменной колонной, прежде чем вновь двинуться вперёд.

Цинь Му молча плёлся следом, наблюдая за изготовлением одной колонны для перемещения за другой.

Спустя некоторое время Святой Дровосек, наконец, закончил работу и, посмотрев на удручённого Цинь Му, с улыбкой сказал:

— Не делай такое лицо, если бы я не знал о тебе так много, я бы и правда подумал, что твоё сердце Дао такое же слабое, как у моего чёрного тигрёнка. Давай поднимемся на гору.

Уныние на лице парня исчезло, и он последовал за наставником обратно на вершину Сцены Казни Бога.

Святой Дровосек исполнил божественное искусство перемещения, и каменные колонны, а также выгравированные руны ярко засияли.

Сияя в воздухе, руны превращались в странные прекрасные письмена.

Сплетаясь в воздухе, они очень быстро закружились!

Чтобы переместить всю Сцену Казни Бога, даже такому существу, как Святой Дровосек, нужно было сначала преобразовать божественное искусство перемещения в построение, и только тогда начать перемещение.

С ярко вспыхнувшим светом и дребезжащим гулом, Сцена Казни Бога закружившись поднялась, а уже в следующий миг улетела прочь, исчезая вместе со светом.

Цинь Му стоял на божественной горе и смотрел на аномальную звезду, становящуюся всё дальше и дальше, пока она и вовсе не пропала из поля зрения.

Вокруг простиралось бескрайнее, тёмное, пустое и одинокое пространство. Время от времени он видел несравненно прекрасные звёзды.

— Священный Наставник, — внезапно заговорил Цинь Му, — мне кажется, что я знаю человека, чьи способности и понимание лучше моих. Думаю, он соответствует твоим критериям. Я хочу порекомендовать ему встретиться с тобой.

Удивлённый Святой Дровосек расплылся в улыбке:

— Тебе больше не нужно называть меня Священным Наставником, называй меня просто учитель.

— Учитель.

От Небес Лофу исходил поток света и падал на клочок земли перед жертвенным алтарём.

Бесчисленные несравненно сложные, постоянно изменяющиеся руны появлялись на земле под этим светом. А когда свет исчез, на его месте, словно из ниоткуда, появилась огромная, величественная божественная гора!

Святой Дровосек прошёлся по Сцене Казни Бога, и огромный топор за его спиной взлетел, чтобы распахнуть врата, ведущие к Верховным Небесам Императора:

— Приведи его ко мне.

Цинь Му поклонился:

— Да, учитель.

****

Город Ли, Верховные Небеса Императора.

Имперский Наставник и группы учеников из всех академий разрабатывали духовное оружие для осады городов и крупномасштабных сражений. В этот момент к ним подошёл Цинь Му и, взглянув на Имперского Наставника, обратился:

— Имперский Наставник, Святой Дровосек хочет видеть тебя.

Сильно задрожав всем телом, мужчина посмотрел на юношу с удивлением и восторгом.

Они вдвоём пришли на Небеса Лофу, и Имперский Наставник поднял голову, чтобы посмотреть на величественный, высокий жертвенный алтарь, на котором стоял мужчина средних лет в одежде дровосека.

Имперский Наставник потряс головой и привёл в порядок свою внешность. Когда он захотел что-то сказать, раскатистый голос Святого Дровосека зазвенел над алтарём, словно колокол:

— Имперский Наставник Вечного Мира, у меня есть три вопроса, если ты ответишь на них, то сможешь подняться на алтарь! Выйди вперёд!

Имперский Наставник поднялся по каменным ступеням на одну треть от общей высоты алтаря, как вдруг голос Святого Дровосека вновь раздался:

— Первый вопрос, твоё первоначальное стремление? Отвечай!

Имперский Наставник остановился и громко, отчётливо сказал:

— Иметь чистую совесть перед Небесами и Землёй, обеспечить достойную жизнь людям, дать вторую жизнь учениям мудрецов прошлого, установить мир для всех будущих поколений — вот моё первоначальное стремление!

Святой Дровосек на мгновение замолчал, прежде чем одобрить:

— Поднимись выше.

Имперский Наставник продолжил идти, как вдруг на высоте двух третьих от общей высоты алтаря голос Святого Дровосека опять раздался:

— Второй вопрос, твоё сердце Дао? Не медли!

Имперский Наставник остановился и многозначительно, с неким воодушевлением выпалил:

— Никогда не менять первоначальное стремление и сердце Дао всегда останется сильным!

— Поднимись выше.

Имперский Наставник продолжал подниматься по алтарю и почти достиг его вершины.

— Третий вопрос, знаешь ли ты, что, когда ты потеряешь репутацию и умрёшь, всё последующие поколения забудут или даже возненавидят тебя? Этот путь не только может разрушить твою жизнь, но и разрушит твою репутацию, сделав тебя с сегодняшнего дня буквально никем.

— Я понимаю, — Имперский Наставник поклонился. — Я готов принять это, с чистой совесть у меня не будет никаких сожалений или обид.

Святой Дровосек улыбнулся:

— Я учил бесчисленное множество людей, но взял только двух учеников, которые никогда не получали моего наследия и истинного учения. В итоге цветок расцвёл за порогом дома, как непредсказуемо, правда? Подойди.

Имперский Наставник ступил на ступеньку и поднялся на вершину жертвенного алтаря, чтобы предстать перед Святым Дровосеком.

Динь…

Упав на алтарь, огромный топор вонзился в него.

Святой Дровосек сел на древко топора с широко расставленными ногами и, положив руки на колени, объявил:

— Теперь ты можешь официально считаться моим учеником.

Имперский Наставник схватил свою зелёную одежду и, опустившись на колени, торжественно произнёс:

— Ученик Речной Гробницы отдаёт дать уважения своему Учителю!

Цинь Му взглянул на жертвенный алтарь и почувствовал, как по его щека невольно потекли слёзы. Он был свидетелем наследования между двумя эпохами, Императора-Основателя и Вечного Мира.

Зрелище не было таким уж шокирующим, а слова помпезными или вдохновляющими, что обычно волновало сердца людей, но он был так тронут, что не смог удержать под контролем эмоции.

Глава 613. Ненависть, Которую Невозможно Забыть

Путь святого.

Всегда есть люди, живущие идеалами и суждениями, которых не разделяет никто другой из представителей их возраста или поколения. Они также наделены страстью и боевым духом, не свойственный никому другому, и говорят то, что не осмелился бы сказать кто-то другой. Возможно даже, что в глазах других они выглядят дураками, способными отдать свою жизнь за веру в что-то невозможное.

Тем не менее, теми, кто определяет ход истории и подталкивает будущие поколения вперёд, являются именно люди со смехотворными, на первый взгляд, идеалами и суждениями.

На жертвенном алтаре Имперский Наставник стал учеником Святого Дровосека.

Протянув руку, учитель поддерживал за локоть ученика и с улыбкой сказал:

— Возможно, в будущем твои успехи превзойдут мои и прогремят громче. Затем ты вспомнишь меня в этот день и поймёшь, что теперь ты годишься мне в учителя.

Цинь Му поднялся по алтарю, на вершине которого увидел Имперского Наставника, совершающего ученический обряд, стоя возле Святого Дровосека, и улыбчиво проговорил:

— Учитель, младший брат, я слегка припозднился.

Имперский Наставник нахмурился, но в следующий миг на его лице засияла улыбка:

— Второй старший брат.

Лицо Цинь Му мгновенно помрачнело:

— Я думаю, что Небесному Королю лучше называть меня Владыкой Культа Цинем, второй старший брат как-то странно звучит.

Имперский Наставник громко рассмеялся.

Цинь Му был на мгновение ошарашен, но затем тоже улыбнулся. Они не слишком долго знали друг друга, ведь встретились впервые и начали общаться лишь после его поступления в Имперский Колледж.

В прошлом Имперский Наставник казался Цинь Му человеком, не слишком любящим шутить, обладающим стойкими убеждениями и сердцем Дао, и всегда добивающимся желаемого. Его мысли были чисты, как море, а лицо спокойным, будто воды старого колодца. Глядя на него, практически нельзя было прочитать его эмоций, отчего он напоминал совершенного бога, лишённого человеческих чувств.

Однако после длительного общения Цинь Му постепенно начал замечать в Имперском Наставнике человеческие эмоции, из-за чего в его глазах тот постепенно превращался из бога в человека. Но когда Имперский Наставник громко рассмеялся, Цинь Му ощутил, будто его сердце только что перешло в новую область…

Оно напоминало бога, но не бога, человека, но всё же не человека.

Он был подвластен семи привязанностям и шести желаниям, но в то же время был независим от них. У него была абсолютная рациональность бога, но в то же время и нет.

Цинь Му уже был не в силах понять такого человека.

— Понимание Имперского Наставника и вправду значительно выше моего, раз уж такая короткая встреча с учителем так сильно на него повлияла. Хотя чего-то подобного стоило ожидать от святого, появляющегося раз в пятьсот лет, — утешая себя, бормотал под нос Цинь Му. — Впрочем, мне повезло владеть Телом Тирана, и если я буду трудиться достаточно усердно, то смогу задействовать свою силу на полную и рано или поздно превзойти его достижения!

Святой Дровосек проговорил:

— Цинь Му, можешь возвращаться на Верховные Небеса Императора, мне нужно многое обсудить с твоим младшим братом.

Колеблясь, Цинь Му спросил:

— А что насчёт старшего брата тигра и бабули? Чем закончился их бой с дьяволами?

Святой Дровосек ответил:

— Му Туло одел одежду той женщины, после чего мой чёрный тигр избил его до смерти. Что же до Юй Лоша, Фу Жило спас её, после чего женщина и тигр вернулись на Верховные Небеса Императора.

— Чего и следовало ожидать, — улыбнулся парень.

Святой Дровосек открыл проход на Верховные Небеса Императора, и Цинь Му помедлил, явно не желая уходить:

— Учитель, я немного постою рядом, послушаю. Я не буду говорить. Что касается младшего брата, то я, как старший, помогу объяснить ему непонятные моменты, если такие появятся. Не так ли, младший…

Схватив парня за воротник, мужчина грубо бросил его в проход.

Цинь Му намеревался вернуться, чтобы послушать лекцию, но проход уже закрылся.

Имперский Наставник улыбчиво спросил:

— Учитель, почему ты не позволишь старшему брату Циню послушать?

— Он не подходит, — ответил Святой Дровосек. — Его природа не создана для нашего пути. Какой он, по твоему мнению, человек?

Что-то пробормотав себе под нос, Имперский Наставник ответил:

— Игривый, нетерпеливый, непоседливый, всегда бросается вперёд с горячей головой, и в то же время хитрит и проявляет ужасную дотошность. Он очень умён и может додуматься до того, что не под силу другим, зачастую ему приходят такие идеи, что не пришли бы в голову даже мне. Более того, он очень великодушен и обладает широким кругозором. Впрочем, он до безумия самоуверен и искренне, всем сердцем верит, что является номером один в мире, несмотря на то что всегда утверждает, что он только номер два. Тем не менее, если речь идёт об уверенности, то он и вправду номер один.

— Довольно детальные наблюдения, — похвалил Святой Дровосек, потирая ладони. — Ты понимаешь его значительно лучше, чем я, хоть у меня и была схожая оценка. Он не подходит на роль святого.

Имперский Наставник кивнул:

— Второй старший брат и вправду не подходит. А что насчёт первого старшего брата?

— Твой первого старший брат — совершенно другой человек, — проговорил Святой Дровосек. — Он обладает великой силой воли и устойчивостью. Если он поставил перед собой цель, то никто не сможет его отговорить. Именно поэтому он слегка неправильно понял путь святого. На пути святого тебе уступают оба твоих старших брата. Совершенствуйся вместе со мной несколько лет, я обучу тебя всему, что сам знаю.

Имперский Наставник внимательно слушал.

Между тем Святой Дровосек медленно продолжал:

— Моя сила воли недостаточно высокая, чтобы переступить через бездну в моём сердце. Я постоянно возвращаюсь к воспоминаниям об Эпохе Императора-Основателя, в моём сердце остался узел из-за его побега, развязать который уже невозможно. Ты не такой, у тебя нет бездны внутри. Ты выучишь то, что я знаю, и пересечёшь её, в итоге становясь истинным святым! — его глаза загорелись, и он с улыбкой продолжил. — Следующие несколько лет ты должен быть сосредоточен на обучении. Будь то Верховные Небеса Императора или Вечный Мир, не вспоминай о них и не отвлекайся. Сфокусируйся на преодолении той бездны, которая меня остановила.

Имперский Наставник Вечного Мира кивнул.

Двое мужчин уселись друг напротив друга на вершине жертвенного алтаря.

****

Верховные Небеса Императора, город Гниющий дьявольской расы.

Изначально этот город являлся одним из шестидесяти четырёх городов богов Верховных Небес Императора, но, оказавшись в руках дьяволов, он был подвергнут глубокой реконструкции. Теперь здесь жили бесчисленные дьяволы, занимающиеся в основном ковкой дьявольских статуй и дворцов.

Гниющий считался сердцем дьявольской территории и был одним из первых городов, попавших в их руки. Именно поэтому люди теперь даже не могли найти сюда дорогу.

Здешние дьяволы жили мирно и счастливо работали. Город находился под охраной дьявольских богов, а также в нём служило огромное количество порабощённых людей, что делало его довольно обеспеченным.

В тот момент, когда сюда переместили Чи Си, город праздновал традиционный праздник — фестиваль жертвоприношения. Бесчисленные дьявольские подростки тащили к алтарям скот, в то время как другие стучали в барабаны и гонги. Все странно плясали под аккомпанемент необычной, экзотической музыки, а на мрачно украшенных повозках маняще танцевали дьяволицы с четырьмя лицами, четырьмя руками и четырьмя грудями, привлекая огромное количество внимания и радостных возгласов.

Они должны были бродить по городу вместе с жертвоприношениями.

Группа людей таскала за собой скот и плясала, делая круг вокруг города. Закончив, они начали вытаскивать скот на каждый из жертвенных алтарей, где их ожидали дьявольские боги, с улыбкой наблюдающие за происходящим.

В этот момент сильные дьявольские практики тащили скот на алтарь, чтобы поднести его в качестве жертвы для дьявольского бога.

Быть первым, принёсшим жертву, считалось огромной честью.

За подобную честь сражалась не одна группа, а сотни или даже тысячи дьявольских семей, что делало город невероятно оживлённым.

С неба спустился луч света, и Чи Си приземлился на один из жертвенных алтарей.

— Старый интриган, он осмелился меня обмануть! — его голос напоминал раскат грома, пронёсшийся над оживлённым фестивалем жертвоприношения.

Между тем дьяволы замерли, а их бесчисленные взгляды упали на Чи Си.

Дьявольский бог на алтаре смеялся, готовясь принять подношения, принесённые юношами, но тоже был застигнут врасплох столь внезапным появлением незваного гостя.

Ярко сияющие руны мгновенного перемещения под ногами Чи Си начали постепенно исчезать, и он медленно поднял три свои головы и осмотрелся.

— Дьявольская раса! — палач Эпохи Багрового Света внезапно взорвался злостью, три его головы в унисон издали душераздирающий рёв. — Дьявольская раса!.. Мои сородичи преодолели миллиарды звёзд и пересекли бесчисленное количество запретных зон, с огромными усилиями возвращаясь на нашу родную землю! После этого именно дьяволы уничтожили наш дом, убили моих сородичей и стёрли мою расу с лица земли!

Его иссохшие, жёлтые волосы встали дыбом и выстрелили во все стороны, будто десятки тысяч желтоватых мечей. Атака продлилась лишь мгновение, после чего все дьяволы в радиусе трёхсот метров панически схватились за горло.

Кто-то поднял руку и, прикоснувшись к шее, увидел тёплую дьявольскую кровь на ладони.

Другие же даже не успели опустить взгляды, как их головы скатились с плеч.

Купола украшенных тележек, находящихся перед алтарём, медленно соскользнули с цветочных столбиков, оголяя невероятно гладкие разрезы на дереве. Крыша дома неподалёку тоже съехала вниз, с грохотом падая на землю.

Затем, одна за другой начали соскальзывать верхушки дворцов и крыши жилых домов.

Головы всех в радиусе трёхсот метров упали на землю, орошая её красной кровью.

Невероятное количество Ци и крови, текущей из разрубленных шей дьяволов, превратилось в красные потоки, несущиеся в сторону Чи Си.

Дьявольский бог на жертвенном алтаре увернулся от внезапной атаки и, увидев произошедшее, не смог сдержать свой гнев. Издав яростный крик, он протянул руки, хватая два дьявольских оружия, прежде чем броситься в атаку на противника.

В тот же миг шесть рук Чи Си, будто шторм, быстро обрушили на него бесчисленное количество ударов, разрушая оба оружия, а также тело самого дьявольского бога!

Другие дьявольские боги быстро спустились с жертвенных алтарей и бросились в бой. Один из них узнал Чи Си и скорбно прокричал:

— Это он! Именно он спустил на наши Небеса Лофу эти планеты, именно он стёр их с лица земли! Это он убил прежнего уважаемого короля!

— Умри!

Из города Гниющий донеслись бесчисленные голоса, огромное количество сильных дьявольских практиков бросилось на кровного врага, их злость вздымалась выше небес.

Спустя несколько мгновений, над округой повисла тишина.

Чи Си тяжело дышал, его шесть глаз наполнились тёмно-красным цветом. К этому времени он уже полностью утолил свою жажду крови и Ци. Вернувшись к своей полной силе, он, по логике, должен был перестать убивать и уйти, однако, он продолжил резню до тех пор, пока не остался единственным выжившим здесь существом.

— Я повёл своих сородичей блуждать по безбрежной пустоте на протяжении тысяч лет лишь для того, чтобы найти нашу родную землю! Но вы убили их всех, оставив только меня, остался лишь я…

Его шесть рук выпрямились, протягиваясь во все стороны и что-то хватая.

Разрушенное им оружие дьявольских богов тут же подлетело в воздух, формируя огромную металлическую сферу.

Три головы Чи Си выдохнули потоки огня, расплавляя металл, после чего он выковал из него шесть сверкающих божественных ножей.

Держа оружие в каждой руке, он всмотрелся на горизонт, где собирались дьявольские боги из других городов.

Глава 614. Древо Света в Ночном Небе

Под озлобленный рёв дьявольских богов по округе разнеслись звуки разразившегося боя. Все они сражались против единственного бога.

После кровавого побоища образовались настоящие горы из трупов и даже Чи Си невольно ощутил нарастающую усталость. Совершенствуясь в технике Бесстрастного Сражающегося Бога, он был способен захватывать чужую кровь и Ци для своей подпитки и всегда пребывать на пике своего могущества. Кроме того, имея три головы и шесть рук, его способности ближнего боя, можно сказать, достигли совершенства.

Например, как только враг получал ранение, из него постоянно просачивалась кровь, в итоге вливающаяся в его тело. Собственно, именно поэтому он был настоящим королём сражений на истощение.

Подобную божественную технику можно отнести к одной из наиболее выдающихся техник Эпохи Багрового Света. В те времена многие люди совершенствовались в ней, следовательно, опытных в ней богов тоже было отнюдь не мало, и именно поэтому они обычно имели три головы и шесть рук.

Однако техника Бесстрастного Сражающегося Бога имела два недостатка.

Первый заключался в том, что прилично перегружалось тело, отчего в скором времени чувствовалась сильная физическая усталость, но, надо заметить, кровь и Ци становились со временем лишь энергичнее.

Второй же заключался в недостатке божественных искусств. Поскольку эта техника была предназначена для ближнего боя, практикующие её люди не особо отличались высокими достижениями в божественных искусствах.

Палач Эпохи Багрового Света сел на вершине кучи трупов, встречая спускающуюся ночь. Вокруг полыхали бесчисленные огни от ранее использованных божественных искусств, испуская клубы дыма к ночному небу.

Город Гниющий был сровнён с землёй. Между тем из тьмы вокруг выныривали бумажные лодки, а равнодушные вестники смерти на их борту начинали собирать души.

Чи Си молча смотрел на них, явно не собираясь что-либо говорить. Как-никак он был палачом Райских Небес Багрового Света и такое зрелище ему было не в новинку.

Сидя на горе трупов, он внезапно всмотрелся вдаль, где увидел шагающего к нему трёхликого, настраивающегося на предстоящую битву дьявольского бога. Наконец против него выступил оппонент с феноменальными способностями…

Уважаемый Король Фу Жило!

Чи Си наступил одной ногой на голову какого-то трупа, в то время как другую просто свободно свесил. В далёком прошлом он убил предыдущего уважаемого короля, полагаясь на Таинственный Нож Казни Бога, поэтому не понаслышке знал о том, с насколько ужасающим противником сейчас столкнётся, и должен был тоже настроиться на предстоящую битву. Он попросту не мог оставить противнику ни единого шанса.

Ему придавали сил злоба и жажда мести, с одним лишь «но», из-за них он мог начать действовать совершенно нерационально. Поэтому, только подавив свою ненависть, у него может получиться дожить до момента, когда решается вопрос жизни и смерти, и именно тогда он сможет спустить её с поводка, в итоге нанося врагу роковой удар. Тот момент станет поворотным, в тот момент он, распираемый своей злобой, ненавистью, сможет сразиться как следует, от всего сердца.

И если всё закончится благополучно, месть свершится, а его сердце Дао окрылится!

Между тем шагающий на расстоянии Фу Жило, если не присматриваться, не выглядел как дьявольский бог, даже близко нет, он выглядел как привлекательный, утончённый мужчина средних лет, открытый к учёбе и, вообще, ко всему новому. С каждым новым шагом его руки ритмично поднимались и опускались, исполняя одно божественное искусство за другим, однако, те не рассеивались, а наоборот, собирались вместе, удерживая в себе и не теряя ни капли мощи.

Он шагал не слишком часто, но всё же перемещался с поистине умопомрачительной скоростью. Со стороны это создавало иллюзию, что он мчится вниз с высокой горы.

Окружающая его аура буквально кричала о непобедимости!

Его внешний вид совершенно не зависел от частоты шагов, а из-за их медленности почему-то производилось впечатление непревзойдённости. Между тем скорость, с которой он исполнял божественные искусства, была пугающе высокой…

Высокой настолько, что Чи Си ощутил давление…

Со временем это чувство только усиливалось, пока он, наконец, не удержался и встал!

Слои пространства позади него внезапно начали расцветать, а город Гниющий неумолимо отдаляться. Но вместе с ним также уносилась вдаль часть горы трупов.

Фу Жило был уже готов задействовать свои божественные искусства, чтобы начать свирепую битву, а значит также мог в любой момент переместить трупы павших в бою дьяволов, чтобы те не стали для Чи Си источником крови и Ци.

Если бы он так ничего и не предпринял, его враг бы окончательно сформировал свою ауру непобедимости!

Чи Си взмыл к небу, его руки искусно размахивали шестью золотыми ножами, взрывающимися всевозможными божественными искусствами школы боевых техник. Они были подобны потоку наслаивающихся друг на друга волн. По мере накопления волны, состоящие из вспышек ножей, превращались в одну волну, всё выше и выше вздымающуюся к небу!

Шагая по воздуху на трёхсотметровой высоте и постоянно ускоряясь, после него на поверхности земли образовывались впадины, словно от некогда пересохших озёр, в форме ступней!

Земля содрогалась, впадины постоянно формировались. Даже горы оседали после того, как на них «наступали»… Он приближался к спокойно шагающему, но пугающе быстро перемещающемуся врагу.

В шестистах метрах перед Фу Жило образовалась очередная озероподобная впадина от ступни Чи Си, а уже в следующий миг два ужасающих существа, наконец, столкнулись!

****

В это время Цинь Му, находящийся городе Ли, готовился пойти отдохнуть, как вдруг увидел, что восточный горизонт, где располагались пугающие земли дьявольской расы, озарился светом.

Он стоял на городской башне и, всматриваясь вдаль, смотрел на озаряющий ночное небо свет. Даже несмотря на огромные расстояния, разделяющие их, ему приходилось из-за яркости щуриться.

Свет напоминал собой невероятно крепкое древо, которое внезапно резко выросло, устремляясь единым потоком к небу. Он находился в далёком городе Ли, но всё равно отчётливо видел древоподобную светящуюся колонну, подпирающую собой небо и землю, как вдруг она начала обрастать невероятно яркими ветвями, между которыми уже в следующий миг начали сверкать ослепительные молнии.

Наблюдая за происходящим, Цинь Му задействовал навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, чтобы разглядеть что именно там происходит, но со своим текущим зрением у него это не получилось. С учётом разделяющего их расстояния ему не удалось бы увидеть даже тридцатикилометровую гору, не то что фигуры нескольких богов!

Но с учётом того, что до него так отчётливо донеслись световые отголоски битвы, он мог легко представить, насколько та была свирепой!

«Должно быть в бою сошлись Фу Жило и Чи Си», — думал он про себя.

Все в городе Ли встревожились. Одни взлетали в небо, а другие взобрались на самые высокие из возможных мест, чтобы увидеть столь редкое зрелище.

Первая ветвь, втора, третья. Из светового ствола вырывалась одна ветвь за другой, уплотняя собой округу вокруг «древа».

Всего несколько вдохов спустя перед взором Цинь Му и всех остальных практиков города Ли на востоке возникло огромное, подпирающее собой ночной небосвод светящееся древо, чья плотная крона вальяжно покачивалась из стороны в сторону.

Внезапно «древо» померкло и немногим позже исчезло.

А темнота вновь объяла собой восток.

— Битва закончилась? — бормоча, Цинь Му до сих пор чувствовал учащённое биение своего сердца. — Кто из них одержал верх?

— Я не знаю, — раздался голос позади.

Цинь Му поспешно обернулся и увидел истинного бога Пан Юя, бога Сан Е и остальных богов Верховных Небес Императора. Они появились здесь незаметно, словно призраки, и выбрали именно эту городскую башню только из-за того, что она была самой высокой. Лучше места для наблюдения за странным зрелищем на востоке было не найти. Конечно, можно было также взлететь высоко в небо, но такое поведение не под стать их статусу, они должны были проявлять сдержанность.

— Я много раз сражался с Фу Жило, — Пан Юй покачал головой, — но всегда терпел поражение, чудом спасая свою жизнь. Есть не так уж много людей, которые могут сойтись с ним на равных. Если исходить из моего опыта, в этом бою Фу Жило выложился на полную, но я не могу с уверенность сказать, кто одержал верх. И если всё же он, то с крайне незначительным перевесом.

Цинь Му ощутил в своём сердце зуд любопытства и пробормотал:

— Так хочется взглянуть хотя бы одним глазком…

Пан Юй встревожился и сразу же посоветовал:

— Владыка Культа Цинь, Небесного и Имперского Наставников сейчас здесь нет, будет лучше не создавать проблем.

— Истинный бог, — Цинь Му серьёзно заговорил, — я нахожусь на Верховных Небесах Императора уже на протяжении полугода, и разве ты можешь припомнить хотя бы один случай, когда я стал причиной проблемы? Не обвиняй меня беспочвенно.

Пан Юй расцвёл в широкой улыбке и, закивав головой, согласился:

— Да, да, разумеется, слова Владыки Культа Циня разумны, я сказал не подумав, искренне прошу прощения.

Сан Е подошёл сбоку и шепнул на ухо:

— Городской Лорд, разве ты забыл, как он подстрелил оба солнца наших Верховных Небес Императора?

— Шшшш, — Пан Юй перешёл на шёпот, — он попросту не понимает, что натворил, но ты-то? Он ведь ученик Небесного Наставника, ни я, ни ты не можем его провоцировать! К тому же он поручил Имперскому Наставнику создать для нас два новых солнца, и, если по-честному, выглядят они гораздо лучше, чем прошлые.

Сан Е моментально заткнулся. Между тем Цинь Му всматривался в темноту на востоке, становящуюся со временем всё непрогляднее. Внезапно он с силой сжал кулаки и начал приглушённо, но взволнованно рассуждать:

— Фу Жило и Чи Си, они оба сейчас тяжело ранены. Если сейчас не воспользоваться возможностью, то когда? Как же мне хочется заполучить их головы…

Пан Юй был поражён услышанным и, тут же бросив взгляд на Сан Е, приказал:

— Приглядывай за ним, не позволь ему набедокурить.

Сан Е неоднократно закивал.

****

Снаружи города Гниющий приземлился Фу Жило и, немедленно развернувшись, растворился во тьме ночи.

Чи Си тоже приземлился, слегка спотыкаясь. Он безуспешно пытался остановить вытекающую из его трёх ртов и груди кровь, как вдруг грудь разделилась надвое и наружу ключом забила испорченная кровь.

Под звуки крошащихся и опадающих ножей его тело ссыхалось на глазах.

Ещё миг назад слышались глухие звуки от их противостояния, а уже сейчас каждый из них был тяжело ранен и смертельно истощён. До боя, на его протяжении и после никто из них не проронил даже слова.

Фу Жило так быстро развернулся и исчез из-за того, что его тело усеивали бесчисленные раны. Он волновался, что Чи Си воспользуется шансом и подпитается от него кровью и Ци, поэтому побег был лучшим решением в текущей ситуации.

К тому же сейчас ему всего то и нужно, что найти какого-нибудь полностью здорового дьявольского бога, после чего тот с лёгкостью убьёт Чи Си.

Будучи мудрецом дьявольской расы, он понимал это лучше, чем кто-либо ещё.

Чи Си тоже знал, почему Фу Жило сбежал, поэтому понимал, что ему нельзя больше здесь оставаться, ведь совсем скоро сюда заявятся дьяволы, жаждущие отнять его жизнь. Вот только его кровь и Ци были истощены, поэтому он даже ходить нормально не мог.

Единственное что ему оставалось — это ждать, когда за его головой прийдёт дьявольский бог.

— Неужели это конец? — Чи Си упал на колени и безвольно наклонил вниз головы. — Мне не удалось вернуться к землям предков… и не удалось вернуться назад к своим людям, чтобы раскатать им о произошедшем… я не могу этого принять…

Вдали, где-то посреди города Гниющий и трупов, туда-сюда плавал сгусток чёрного газа. Иногда он принимал форму маленького дерева, а в другое время угловатого камня, или даже загорался, попадая внутрь пламени того или иного божественного искусства.

Вокруг этого сгустка парили маленькие флаги, поглощающие дьявольскую Ци и втягивающие осколки душ, от которых отказались даже вестники смерти.

Вскоре чёрный газ оказался подле Чи Си и, казалось бы, засомневался. Он явно хотел подойти поближе и проверить, мёртв ли бог, а также не завалялось ли у него чего ценного, но всё же беспокоился.

— Ты человек, — внезапно заговорил Чи Си.

Сгусток дьявольского газа удивился и в следующий миг превратился в куст.

— Можешь даже не пытаться превращаться передо мной, — продолжил Чи Си, — я вижу сквозь твою маскировку. Если ты меня спасёшь, я возьму тебя в качестве ученика и обучу высшему искусству моей Эпохи Багрового Света — технике Бесстрастного Сражающегося Бога. Поверь, ты не пожалеешь.

Куст встряхнулся и исчез. На его месте оказался юноша с ногами косули, который уже в следующий миг склонился в глубоком поклоне:

— Паньгун Цо отдаёт дань уважения мастеру! Можешь не беспокоиться, в течение последних месяцев я скрываюсь в рядах дьявольской расы, что же до моих способностей к побегу — в этом мире нет того, кто посмел бы назвать себя передо мной номером один!

Глава 615. Непревзойдённая Дхарма

Ранним утром Цинь Му отправился в буддистский монастырь в городе Ли и постучал в дверь. Прося о встрече, он проговорил:

— Я хочу повидаться со старым Ма.

Монах, встретивший его, быстро отправился сообщить лидеру.

Причина, по которой Цинь Му сказал «старый Ма», а не «Жулай Ма», состояла в том, что Жулай — это лидер буддистов, ответственный за Монастырь Великого Громового Удара и продвижение религии, в то время как старый Ма приходился ему родственником.

Один был лидером монастыря, а второй — его близким человеком.

Придя на встречу с Жулаем Ма, он должен был представиться как Император Людей и Владыка Небесного Святого Культа, а придя к старому Ма, он был ребёнком, которого тот воспитал.

Спустя некоторое время монах вернулся и сообщил:

— Старый Ма приглашает тебя к себе.

Улыбнувшись, Цинь Му отправился следом за ним вглубь монастыря. Боги Верховных Небес Императора подарили монахам землю, на которой те построили монастырь и начали тщательно совершенствоваться.

По дороге он поднял голову и увидел двадцать размытых небес, нависающих над монастырём. Внизу под ними до сих пор находилось бесчисленное количество монахов, непрерывно читающих писания. Резонируя, их голоса превращались в лучи буддистского света, вливающиеся внутрь двадцати небес.

Они являлись небесами буддизма, а их образы, нависающие над монастырём, не были настоящими.

Цинь Му отвёл взгляд в сторону и увидел простоватого на вид старика, снявшего рясу Жулая и шагавшего в его сторону.

Старый Ма.

Юноша взволновался. С тех пор как старый Ма стал Жулаем Ма Монастыря Великого Громового Удара, они больше не могли видеться так часто, как раньше. Сняв свою рясу, он дал понять, что встречал его как родственник. Как тут можно было не взволноваться?

Тем не менее, в этом месте проводился буддистский обряд и повсюду блуждали бесчисленные монахи. Он должен был держать себя в руках и не создавать своему дедушке никаких проблем, особенно проблем разума.

— Дедушка Ма, я думал вам всем давным-давно удалось установить связь с двадцатью небесами, — собравшись с мыслями, Цинь Му полюбопытствовал. — Почему вы до сих пор пытаетесь это сделать? Неужели Будды Царства Будды не передали вам техник и навыком высшего уровня?

— Передали. Но их было очень мало, — ответив, старый Ма повёл Цинь Му в сторону монахов, своими песнопениями пытающихся установить связь с Царством Будды.

Внутренняя часть монастыря оказалась невероятно просторной, здесь поместилось более тысячи монахов, сидящих в позе лотоса. Некоторые из них сидели на земле, в то время как другие парили в воздухе или даже возвышались на верхушках пагод.

— Царство Будды желает, чтобы мы сфокусировались на совершенствовании и не отвлекались на страдания мира смертных. Они никогда не собирались вмешиваться в жизнь людей, будто считали её чем-то запретным. Я хотел, чтобы они передали нам более сложные техники. Сердце Будды думает о спасении людей мира, так как они могли бы отказать в помощи, увидев плачевное положение дел смертных?

Цинь Му оглянулся. Среди тысяч монахов были мужчины, женщины, люди и демоны. Все они непрерывно пели, на оставляя двадцать небес в покое.

Подобный способ борьбы слегка напоминал домогательство.

Будды каждый раз слышали, когда кто-то произносил одно из их имён, поэтому монахи попросту не оставляли бедолаг в покое.

— Сначала несколько будд согласились передать нам свои навыки, но после этого с нами больше никто не связался. Я пытался пригласить их к нижней границе, но они отказались появляться здесь и помогать нам, — старик покачал головой. — Как по мне, на самом деле они не боятся, что смертный мир их испортит, а опасаются какого-то страшного существа. Несмотря на их сложные техники и высокие области, состояние их ума значительно пошатнулось. Всего лишь несколько дней назад боги из Царства Будды не выдержали нашей назойливости и предложили провести между Сыновьями Будды состязание Дхармы.

— Состязание Дхармы? — Цинь Му тут же взволновался и улыбчиво спросил. — Как они состязаются?

— Нужно выбрать своих лучших учеников Будды и проверить, чьи достижения Дхармы выше. Это состязание проходит в отдалённых уголках космоса. Я решил отправить Чжань Куна, — указав пальцем в небо, ответил старый Ма. — Он уже там. И к этому времени успел одолеть нескольких Сыновьей Будды с двадцати небес.

Цинь Му поднял голову и увидел Чжань Куна, сидящего на одной из пагод. Та, казалось, находилась на той же высоте, что и двадцать небес, в то время как напротив находился Сын Будды, сидящий на странном слоне, обвешанном красивыми нефритом и жемчугами.

За спиной слона возвышалось великолепное скопление монастырей, среди которых стояли гигантские будды. Вокруг их гордых, торжественных лиц кружились лучи света.

Две стороны вели крайне напряжённую дискуссию. Слова Сына Будды из двадцати небес текли бесконечным потоком, будто река, его монолог длился более часа.

Время от времени его голос звучал ревностно и страстно, а иногда был глубоким и низким, вызывая у всех вокруг непреодолимое желание прислушаться как можно внимательнее.

Его речь, несмотря на её затянутость, казалось, невозможно опровергнуть.

Наконец замолчав, он улыбнулся, смотря на демонического обезьяна, который, в свою очередь, протянул свою мохнатую ладонь и, выпрямив четыре толстых чёрных пальца, грубым голосом начал говорить по слову:

— В абсолютной.

Будда не понимал о чём тот говорит и задумался, но чуть погодя обезьян продолжил:

— Пустоте.

Сын Будды нахмурился, его мысли кипели, между тем обезьян произнёс следующее слово:

— Есть.

Сын Будды дрогнул и прокричал:

— Какое «есть», если речь идёт об абсолютной пустоте?

Не обращая на него никакого внимания, Чжань Кун продолжал:

— Тишина.

Впав в ярость, Сын Будды прокричал:

— Если в пустоте тишина, то как там может что-то быть? Твои слова противоречат Дхарме!

Сын Будды не мог сдержать свой гнев и собирался опровергнуть всё услышанное, как вдруг его тело задрожало. Сидя на слоне, он ошеломлённо застыл, не в силах сказать и слова.

Огромный будда за его спиной глубоко вздохнул и проговорил:

— В Абсолютной Пустоте Есть Тишина. Поистине изумительно, каждое твоё слово будто жемчужина, как объяснение Махаяны. Когда эти слова соединяются вместе, они становятся великими и глубокими. Кун Сян, ты говорил на протяжении часа и произнёс длинную речь, но, к сожалению, она не идёт ни в какое сравнение ни с одним его словом. Ты потерпел поражение, отступи.

Сын Будды слез со спины слона и поклонился обезьяну, прежде чем уйти.

Цинь Му был удивлён и озадачен:

— Дедушка Ма, у здоровяка и вправду есть корень мудрости? — спросил он.

Старый Ма торжественно ответил:

— Его мудрость поражает! Она даже превосходит таковую у меня и Мин Синя!

В этот момент со следующих небес спустился другой Сын Будды, следом за ним шло несколько громадных будд. Усевшись, незнакомец мгновенно засиял, двадцать небес разразились ослепляющими лучами, освещая всё в монастыре.

Увидев, как монастырь поглотили удивительные лучи, монахи удивились:

— У этого Сына Будды невероятно высокое совершенствование Дхармы!

Демонический обезьян поднял руку, прикрывая лицо от лучей. Его огромная ладонь заслонила свет, из-за чего на его лицо упала тень.

Только-только усевшийся Сын Будды как раз собрался начинать дискуссию, но, увидев эту картину, замер. В следующий миг он ощутил сладкий привкус в горле, прежде чем выблевать пригоршню свежей крови и прокричать:

— Твои достижения в Дхарме настолько высоки? У меня даже не было времени заговорить, а ты уже победил! — договорив, он упал на спину, едва дыша.

Группа будд, стоящих позади, быстро бросились к парню и спустя некоторое время помогли ему прийти в себя. Один из них похвалил:

— Собираясь обсудить с тобой что такое свет, Сын Будды Пу Чжао никак не ожидал, что ты сможешь увидеть его намерения насквозь. Тебе и вправду нет ровных в дискуссиях! Восхитительно! Замечательно!

Ошеломлённый Цинь Му с трудом оторвал глаза от спины демонического обезьяна и бросил на старого Ма сомнительный взгляд.

Ему было не под силу понять дискуссию подобного толка.

Старый Ма объяснил:

— Сын Будды начал свой вопрос, разразившись яркими буддистскими лучами. Между тем Чжань Кун поднял руку, прикрываясь, и под ней появилась тьма. Этим он хотел показать, что там, где есть свет, будет и тьма, они неразлучны. Из-за этого дискуссия, которую намеревался начать Сын Будды Пу Чжао, оборвалась… он уже не мог проговорить всего того, что сдерживал у себя в груди, из-за чего начал блевать кровью. Здесь можно отчётливо увидеть корень мудрости Чжань Куна.

Цинь Му потерял дар речи.

Он видел, что совершенствование Сына Будды Пу Чжао было крайне высоким, скорее всего тот был экспертом Дхармы области Небожителя. В сражении с ним он мог оказаться не в силах одержать верх, поэтому ему даже в голову не приходило, что тот, увидев, как демонический обезьян закрывает лицо от яркого света, едва не умрёт от рвоты кровью!

Между тем дискуссии демонического обезьяна позволили ему добраться до Небес Лакшми, и на очереди были Небеса Сарасвати.

Вскоре оттуда спустился очередной молодой Сын Будды в компании нескольких будд. Медленно усевшись напротив обезьяна, он молча держал в руках цветок лотоса, прежде чем проговорить:

— Ничего.

Обезьян ответил:

— Есть.

Сын Будды нахмурился и положил лотос на землю:

— Есть.

Обезьян проговорил:

— Ничего.

Парень напротив встал на ноги и прокричал:

— Ты обычный человек?

Волосатый здоровяк покачал головой:

— Я, Святой.

Сын Будды издал оглушительный крик:

— Ты святой будда?

Обезьян в очередной раз покачал головой:

— Я, Обычный.

Лицо молодого Сына Будды покраснело, и он сердито прокричал:

— Когда в моей руке что-то есть, ты говоришь «ничего», когда в моей руке ничего нет, ты говоришь «есть». Ты говоришь, что ты святой будда, но когда я спрашиваю святой будда ли ты, ты говоришь, что ты обычный! Что ты пытаешься сказать?

Будды за его спиной нахмурились и подозвали нескольких ваджр, чтобы увести парня прочь. Один из них извинился перед демоническим обезьяном:

— Прости его, младший брат, его сердце потеряло покой. Можно считать, что ничего — тоже есть, так же и когда что-то есть, это можно считать ничем. А когда чьё-то сердце святое, то и святое сердце кажется ему обычным.

Обезьян сделал уважительный жест, но не ответил ни слова.

Цинь Му был ошеломлён, его голова начала буквально гудеть. Схватившись за лоб, он посмотрел на старого Ма и проговорил:

— Дедушка, я совсем ничего не понимаю. У меня нет корня мудрости, лучше мне не слушать их разговоров.

— Когда я был в возрасте Чжань Куна, я даже и не мечтал о подобных достижениях. Если его слова сбивают тебя с толку, то нам лучше пройтись за пределами монастыря, — с улыбкой предложил старый Ма.

Цинь Му почувствовал огромное облегчение, будто его освободили от тяжёлого бремени.

Они вышли из монастыря и старый Ма, глубоко вдохнув, посмотрел на Цинь Му, улыбнулся и заговорил:

— Му’эр, теперь я Будда, я отдаляюсь от тебя всё сильнее и дальше. Одев свою робу и усевшись на место Будды, я перестал быть старым Ма из прошлого. В моих глазах все вы — живые существа. Но когда я встаю со своего места и снимаю робу, я снова становлюсь старым Ма из Цань Лао, Божественным Констеблем Ма, а ты становишься ребёнком, которого я воспитал.

Внезапно Цинь Му крепко обнял старого Ма, который на мгновение замер, прежде чем умиротворённо улыбнуться и похлопать его по спине со словами:

— Чжань Кун очень быстро учится, Мин Син тоже делает огромные успехи. Однажды они унаследуют Монастырь Великого Громового Удара. Когда это время придёт, я оставлю своё место Будды и вернусь в деревню Цань Лао. Тогда мы сможем снова говорить и смеяться, пить вино и праздновать.

Цинь Му спросил:

— Почему будды двадцати небес не хотят делиться своими учениями или по крайней мере предоставить помощь нижней границе? Дедушка не спрашивал у них о причине?

— Спрашивал, и тогда один будда сказал мне, что причина, по которой Монастырь Великого Громового Удара дожил до наших дней, состоит в том, что мы не задаём вопросов. Как только мы начнём это делать, то потеряем защиту. Поэтому они хотели, чтобы я перестал спрашивать, — вздохнув, старый Ма продолжил. — В этот раз мы используем грязный приём, которому меня научил немой. Старик посоветовал мне приказать монахам произносить имена будды, тем самым нарушая их покой, пока у них, наконец, не закончится терпение и они не согласятся со мной заговорить. Если нам удастся выиграть дискуссию, будды двадцати небес позволят троим из нас войти в Царство Будды за знаниями. Тем не менее, они всё же не позволят своим людям спуститься нам на помощь. Тщательно всё обдумав, я решил, что три места всё-таки лучше, чем ничего.

В этот момент из монастыря донеслись радостные возгласы. Цинь Му и старый Ма переглянулись и быстро поспешили обратно, где увидели, как монахи раз за разом подбрасывают демонического обезьяна в небо.

— Мы победили, мы победили! — взволнованно вскрикивали они.

Глава 616. Проявление Силы

Демонический обезьян был в очередной раз подброшен в небо. Глядя на его лицо со стороны, казалось, что он не совсем понимал, что происходит.

Смотря на происходящие, Цинь Му подозрительно прищурился: «Судя по всему, здоровяк ещё не пришёл в себя и до сих пор не осознаёт, что уже победил, — он повернул голову, чтобы посмотреть на старика. — У дедушки Ма репутация самого честного человека в деревне, поэтому сделать выбор в пользу здоровяка, чтобы тот навалял Сыновьям Будды двадцати небес — было однозначно его лучшей идеей. И всё же, была ли это его идея?.. А Дхарма здоровяка действительно настолько глубока?.. Почему-то меня не покидает чувство, что его надоумили использовать столь подлые методы именно остальные дедушки».

Старый Ма говорил, что идею докучать буддам двадцати небес ему подкинул немой, для которого проявлять такую подлость было нормальной практикой.

Между тем манера раздражать людей до смерти и не считаться с чужой жизнью, например, посылая обезьяна на дебаты, очень напоминала легкомысленного слепого.

Его глаза божественного разума умели находить любые лазейки, и, несмотря на то, что его навыки копья не имели в своём арсенале большого количества движений или, можно даже сказать, вообще их не имели, он всегда был способен нанести удар по слабому месту своего противника…

Всё благодаря тому, что он мог видеть сквозь «правду и ложь» всех движений.

Обезьян был по-настоящему немногословным, но ему этого было достаточно, чтобы завершать любые споры ещё до их начала.

Если бы это были настоящие споры, монахи Монастыря Великого Громового Удара, вероятно, не смогли бы одолеть Сыновей Будды двадцати небес. Таким образом именно спор, который завершался ещё до своего начала, стал ключом к победе, и обезьян как раз идеально подходил на эту роль.

«Здоровяк очень мудр… и к тому же обладает удивительными достижениями в совершенствовании Дхармы, — юноша смотрел на волосатого друга, чувствуя, как его сердце наполняет восхищение. — Он не знает о победе и не знает, каким образом ему это удалось. Несмотря на то, что ему только что пришлось сражаться, его сердце совершенно чисто, а он сам абсолютно ничего не знает о победе и поражении. Возможно, он действительно Сын Будды Чжань Кун, что, в свою очередь, объясняет, почему все будды двадцати небес изменили своё обращение к нему, назвав его младшим братом. Кстати, раз уж дедушка слепой и дедушка немой помогли дедушке Ма, куда они теперь подевались?»

Бабушка Сы и чёрный тигриный бог, вернувшиеся с Небес Лофу, тоже бесследно исчезли, что не могло не озадачивать.

— Есть, сильнее! — выкрикнул демонический обезьян и Цинь Му сел рядом с ним, чтобы отобедать вегетарианской пищи.

Время от времени обезьян сжимал кулаки и, сгибая руку, показывал парню, что его тело может стать сильным, если много есть.

Вегетарианская пища в Монастыре Великого Громового Удара состояла в основном из овощей, тофу и булочек. Перед обезьяном стояла огромная, в четыре-пять раз больше обычного большого котла, железная миска. Она доверху наполнена сосновые иголки и шишки, его любимый рацион.

Цинь Му проглотил несколько вегетарианских булочек и, насытившись, перестал есть.

Старый Ма надел свою рясу, чтобы выглядеть как подобает Жулаю, и обратился к монахам:

— Будды выделили три места в Царство Будды для поисков знаний. Одно место занимает Чжань Кун, второе Мин Синь, что же до третьего… я немного сомневаюсь.

Монах Цзин Мин с улыбкой спросил:

— Почему Жулай сомневается?

— Старший брат, Чжань Кун и Мин Синь очень мудры, поэтому им нужно и дальше развиваться в этом направление. Но изучение Дхармы не проверяет корень мудрости, оно проверяет понимание. Нам нужно постичь Дхарму и преобразовать их божественное искусство, превратив его в нашу боевую силу. Только тогда мы сможем покорить демонов и дьяволов, и справиться с будущими бедствиями. Наличие природы будды не означает, что их боевая мощь может превзойти равных им по силе практиков, и это меня очень беспокоит. Чжань Кун и Мин Синь имеют природу будды, но им обоим немного недостаёт понимания, — ответил Жулай Ма.

Пожилой монах сказал:

— В таком случае, почему Жулай не пойдёт туда лично?

Жулай Ма покачал головой и произнёс:

— Я уже будда, и не могу пересечь этот мировой барьер и достичь Царства Будды, поэтому я должен найти человека с необыкновенным пониманием из молодого поколения, чтобы тот отправился вместо меня. Он постигнет высшие и чудесные техники и передаст их нам.

Монахи нахмурились. Несмотря на то, что Жулай Ма сказал, что демоническому обезьяну и Мин Синю недостаёт в понимании, его требования были слишком высоки. В конце концов их способности и понимание были лучшими среди молодого поколения Монастыря Великого Громового Удара.

Найти молодого монаха, который превзошёл бы их, было абсолютно невозможно!

Жулай Ма посмотрел на Цинь Му, который в данный момент доедал свою еду. Обезьян схватил пучок сосновых иголок и поднёс их к его лицу, угощая.

Другие монахи тоже посмотрели на юношу, заметив, как тот берёт сосновые иголки и кладёт их в печенье, прежде чем съесть вместе с булочкой.

— Ну как вам? — спросил монахов Жулай Ма.

Все монахи хором похвалили:

— Отличный выбор. Мудрость Жулая не имеет границ.

После того, как Цинь Му закончил есть, Жулай Ма подозвал его:

— Хочешь отправиться в Царство Будды вместо меня?

Услышав сказанное, он невольно выпучил глаза и воскликнул:

— Я Владыка Небесного Дьявольского Культа, к тому же у меня были некоторые разногласия с Монастырём Великого Громового Удара, разве будды не изобьют меня до смерти, если я отправлюсь в Царство Будды за знаниями?

Жулай Ма с улыбкой успокоил:

— Царство Будды и будды не держат зла ни на тебя, ни на Небесный Святой Культ. Будды совершенствовались до будд и возвели своё Царство Будды ещё до того, как Эпоха Императора-Основателя была завершена. А вражда между Монастырём Великого Громового Удара и Небесным Святым Культом произошла после того, как Эпоха Императора-Основателя была завершена. Будды — понимающий народ, они не создадут тебе лишних проблем.

Цинь Му всё ещё сомневался:

— Это шанс, за который боролись все монахи Монастыря Великого Громового Удара, и, если такой чужак, как я, отправится туда в поисках знаний, разве это не разрушит надежды монахов?

Жулай Ма покачал головой:

— Как раз наоборот, если мы отправим тебя, у нас появится надежда. Идти в Царство Будды в поисках знания — значит изучать высшую Дхарму Монастыря Великого Громового Удара, буддийскую технику, которая достигает Императорского Трона. Я боюсь, что Чжань Кун и Мин Синь не смогут понять всю суть, поэтому я хочу, чтобы ты отправился туда.

Цинь Му успокоился и поинтересовался:

— Так тому и быть. На что я должен обратить внимание в первую очередь, когда попаду в Царство Будды?

— Ничего особенного, веди себя как местный, не мешай их быту и уважай обычаи. С остальным разберёшься на месте, — ответил старый Ма и многозначительно добавил. — Царство Будды не помогало Монастырю Великого Громового Удара не потому, что не хотело, а потому, что не могло. Поэтому держи ухо в остро.

Цинь Му был поражён, но сразу же понял, что тот хотел этим сказать!

Очевидно, что помимо страха перед так называемыми Райскими Небесами, Царство Будды осторожничало из-за того, что они оставили у них много «своих глаз» и сил!

И отправляясь к ним в поисках знаний, эти глаза и силы определённо возложат свои руки на монахов, поднявшихся из нижней границы!

Можно было легко себе представить, насколько там всё под контролем.

Вероятно, именно по этой причине Жулай Ма так сильно, несмотря ни на что, нуждался в Цинь Му!

Демонический обезьян был очень мудр, но ему недоставало опыта. А монах Мин Синь как раз наоборот, был достаточно опытен. Он вошёл в мир смертных, где смог поступить в армию и продолжить обучение, но с точки зрения зловещих уловок и ситуативных реакций, он был намного хуже Цинь Му.

Цинь Му пережил намного больше опасностей и даже сталкивался с такими дьявольскими богами, как Фу Жило. Его можно назвать выдающимся среди молодого поколения за его способность адаптироваться к любой ситуации.

Помимо постижения высшей Дхармы, другим мотивом Жулая Ма, желавшего, чтобы он пошёл с ними, была защита обезьяна и Мин Синя.

— У меня тут вопросик назрел… мне голову брить нужно? — смотря на старого Ма, спросил Цинь Му.

Жулай Ма с улыбкой спросил в ответ:

— А ты видел, как я брею голову?

Юноша посмотрел на голову своего дедушки и увидел, что все его волосы превратились в насыпи из плоти, которые являлись бусинами мудрости, усовершенствованными от его трёх тысяч нитей беспокойства.

Жулай Ма продолжил:

— Некоторые люди относятся к своим тревогам, как к препятствиям, огранивающим их совершенствование, поэтому им приходится наголо брить голову. Однако будда превращает беспокойство в мудрость. Чем больше беспокойств будда испытывал до просветления, тем больше мудрости он обретал после того, как становился буддой. Если Жулаю не нужно бриться, зачем тогда это нужно тебе?

Цинь Му улыбнулся:

— Я запомнил.

Над городом Ли ярко засияли небеса.

Они выглядели иллюзорными, но, если пристально вглядеться, то можно было заметить, что они выглядели чрезвычайно глубокими, с неизмеримо обширным пространством.

Посреди двадцати небес появились огромные будды, а их голоса зарезонировали эхом. Один из будд сиял книзу, другой освещал сами небеса, а остальные указывали на монастырь в городе Ли, формируя колонноподобный поток света.

Жулай подвёл монахов к колонне света, а после кивнул головой Цинь Му и остальным:

— Будьте осторожны в пути.

Цинь Му кивнул в ответ и шагнул в свет вместе с обезьяном и Мин Синем. Огромная колонна света будды постепенно начала подниматься вверх и вскоре достигла двадцати небес, выдавливая ребят на своё основание.

Они были подняты на двадцатые небеса Царства Будды.

Мин Синь и обезьян ступили на твёрдую землю, между тем Цинь Му сразу поднял голову, желая осмотреться. Он увидел огромное скопление монастырей, а также пагод, будд и бесчисленное множество монахов.

Под их ногами была великолепная гора, и, смотря с неё вниз, куда ни глянь, виднелись буддистские страны, покрытые золотом и нефритом в необычайном великолепии.

Лишь одно небо имело такую обширную территорию, что её можно было сравнить с Вечным Миром, а все буддистских страны, несмотря на своё несметное количество, жили в гармонии друг с другом.

В это время несколько монахов вышло вперёд, чтобы поприветствовать их, и поклонились:

— Три старших брата из нижней границы, Монастырь Амитабха прямо перед вами!

Они ответили на приветствие, поклонившись в ответ, после чего Цинь Му, подняв голову, спросил:

— Могу я попросить старших братьев показать нам дорогу?

Монах, который шёл впереди всех, с улыбкой сказал:

— Достижения старшего брата Чжань Куна в Дхарме поистине глубоки. Я очень восхищён тобой! А кто эти два младших брата?

Мин Синь представился своим религиозным именем, после чего представил Цинь Му:

— А это Мирянин Цинь из Монастыря Великого Громового Удара.

Монах перевёл взгляд на парня:

— Мирянин Цинь? Тогда неудивительно, что ты совершенствуешься, не брея голову.

Цинь Му улыбнулся и спросил:

— Могу я спросить, какой великий будда построил Монастырь Амитабха?

Монах с улыбкой ответил:

— Мирянин Цинь может не знать, но этот монастырь построен Королём Дхармы Мо Лунем, он достигший пути будда Райских Небес. Под своим крылом он держит множество учеников, а его Дхарма настолько глубока, что трудно даже представить! После того, как многие старшие братья узнали о достижениях брата Чжань Куна в Дхарме, они захотели испытать его в божественных искусствах.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, даже этот монастырь, вероятно, был частью силы Райских Небес.

«Дедушка Ма дал мне хорошее поручение, однако…» — его голова начала побаливать. Как только они попали в Царство Будды, у него возникло ощущение, что Райские Небеса всеми возможными способами хотели показать, насколько они сильны.

И как показывает практика, добром это обычно не кончается.

Монах Мин Синь ответил:

— Старший брат, мы здесь, чтобы искать знания, а не соревноваться божественными искусствами. После того, как мы изучим высшую Дхарму, мы вернёмся к нижней границе, мы не хотим оскорблять старших братьев.

Они подошли к горным воротам Монастыря Амитабха, и тот монах с улыбкой произнёс:

— Только соревнуясь в совершенствовании, мы сможем узнать кто из нас сильнее, что в этом такого? Я не думаю, что стоит говорить о каких-то оскорблениях. Заходите! — сказав это, он толкнул их внутрь монастыря и захлопнул ворота.

Цинь Му, Мин Синь и демонический обезьян посмотрели вперёд и увидели перед собой горную тропу, по обеим сторонам от которой через каждые десять шагов стояли парами монахи. Держа в руках монашеские посохи, они стояли друг напротив друга с серьёзными лицами.

Внезапно молодой монах в жёлтом одеянии, находящийся на вершине Монастыря Амитабха, закричал:

— Отдайте дань уважения будде, преклоните колени на пути в гору!

Обезьян и Мин Синь слегка нахмурились.

— Владыка Культа Цинь, что нам делать? — тихо спросил Мин Синь. — Мы должны встать на колени перед ними? Назад не повернуть, мы не сможем отступить.

Монахи преградили им путь. По их лицам можно было прочесть, что они явно не довольны появлению новоприбывших.

— Не беспокойтесь, — с улыбкой сказал Цинь Му. — Просто поднимайтесь на гору.

Обезьян и Мин Синь начали подниматься в гору, на что тот молодой монах в жёлтом недовольно прищурился и громко закричал:

— В атаку!

Монахи, которые преграждали им путь, начали размахивать посохами, обрушивая всю свою мощь на непоколебимую троицу.

Пилюля меча Цинь Му внезапно вылетела и превратилась в огромный десятиметровый шар. Ярко засияв, свет меча закружился вокруг одежды ближайшего монаха с посохом, преграждающего им путь, а уже через мгновение тот стоял голый, растеряно оглядываясь по сторонам и не зная, что делать дальше.

— Старшие братья Монастыря Амитабха! — Цинь Му щёлкнул пальцами, и шар со свистом взлетел на гору. Везде, где он проходил, монахи оставались без одежды и быстро отбрасывали свои посохи, чтобы руками прикрыть нижнюю часть тела. — Вы когда-нибудь в своей жизни видели такую большую шариру?

Глава 617. Наследный Принц Юэ Гуан

В монастыре города Ли Жулай Ма привёл огромное количество выдающихся монахов, чтобы посмотреть, как Цинь Му и остальные путешествуют в Царство Будды. Их совершенствование было слишком высоким и, несмотря на всё желание, не позволяло им подняться. Только Цинь Му, Мин Синь и демонический обезьян, три практика божественных искусств не слишком высокого уровня, могли беспрепятственно переместиться в другую область.

— Жулай, они не окажутся в опасности, если мы отпустим их одних? — спросил монах Цзин Мин.

— Они определённо наткнутся на опасность, но думаю, что она будет не слишком страшной. Райские Небеса, несомненно, присматривают за Царством Будды и пытаются её контролировать, поэтому сделают всё возможное, чтобы избить наших учеников и не позволить им вернуться обратно с обретёнными знаниями, — улыбчиво говорил Жулай Ма. — Поэтому я и отправил с ними Владыку Культа Циня. В его присутствии они будут в безопасности.

Старый монах Цзин Мин на мгновение задумался, но так и не смог понять, что имел в виду Жулай. Он всё ещё боялся, что ученикам грозит опасность, поэтому спросил:

— Жулай не мог бы объяснить поподробнее?

Жулай Ма ответил:

— Царство Будды всё-таки является Царством Будды, и они отправились туда учиться. Решив поднять на них руку, Райские Небеса всё же не смогут позволить сильным нападать на слабых, так как другие будды тут же их остановят. До тех пор, пока неподалёку есть люди из Царства Будды, им придётся придерживаться некоторых правил. А если их не будут атаковать сильные, то Владыка Культа Цинь сможет разобраться со всеми врагами. В навыках кулака есть поговорка — «начав битву одним кулаком, можно остановить сотню других. Владыка — человек, начинающий драку первым».

Старый монах Цзин Мин, казалось, был поглощён мыслями, и проговорил, улыбаясь:

— А Мин Синь — человек, который сможет сгладить ситуацию.

Жулай Ма кивнул:

— Владыка Культа Цинь избивает, Мин Синь сглаживает, а если противник найдёт справедливую причину убить их, за дело возьмётся Чжан Кун. Он способен победить в любой дискуссии.

Цзин Мин был восхищён до глубины души и почтительно проговорил:

— Жулай и правда достоин звания, олицетворяющего высокую мудрость и знания.

****

Находящаяся на священной горе Монастыря Амитабха огромная «шарира», кружась, поднималась от ворот к вершине.

Молодой монах, стоящий перед монастырём, был потрясён и впал в ярость. Двигая руками вверх-вниз, он исполнил боевую технику Троицы — Слона, Дракона и Тигра и вокруг него тут же появились невероятно яростные и впечатляющие божественные искусства в форме этих трёх зверей!

Вьюх!

В следующий миг его окутал свет «шариры», превращая его одежду в разлетевшихся прочь бабочек. Стоя полностью голым, у него осталась лишь обувь на ногах.

Молодой монах был высоким и крепким, и изначально надеялся, что новоприбывшие согласятся подняться на гору, стоя на коленях, ну, а если откажутся, то он изобьёт их. Но теперь его надменность куда-то исчезла и, увидев, что дело плохо, у него возникло желание сбежать. В следующий момент из «шариры» вылетело два луча света, и он упал с подкосившимися ногами, не способный двигаться.

Молодой монах чувствовал себя ужасно опозоренным, поэтому поспешно воткнул своё лицо в землю в надежде, что его не узнают.

На золотой вершине показались силуэты великих будд. Сидя в полной тишине, они недовольно нахмурились.

Один из них щёлкнул пальцами, и молодой монах тут же почувствовал, что его ноги снова могут двигаться. Быстро прикрыв свою промежность, он поспешно скрылся.

Внезапно раздалось имя будды и из Монастыря Амитабха вылетела золотая рука, сталкиваясь с «шарирой» Цинь Му.

Должно быть, это была странная форма божественного искусства.

Между тем огромная золотая рука столкнулась с «шарирой» и раздался медный звон, эхом проносящийся над горами вокруг.

Внизу под троном великого будды сидел монах в белом. Над его головой висело небольшое облако, из которого и вылетело это божественное искусство.

— Какая же это шарира? Это всего лишь пилюля меча! — бросив взгляд на пилюлю, монах в белом захихикал. — Всего лишь маленькая уловка, чтобы нас рассмешить! Смотри, как я разберусь с твоей пилюлей!

Из облака над его головой вылетел цветок лотоса, бросаясь в сторону огромной пилюли меча. Слои лепестков расцвели, окутывая собой артефакт.

Внезапно гора резко задрожала, и монах почувствовал толчки у себя под ногами. Ещё до того, как он услышал шорох, Цинь Му уже начал взбираться вверх по горе. Из-за невероятно высокой скорости, над его телом начал подниматься туман. Несмотря на то, что ему приходилось бежать, он выглядел как тигр, мчащийся вниз по склону. В следующий миг его кулак рассёк воздух и раздался раскат грома!

Казалось, Монастырь Амитабха полностью поглотили молнии.

После удара Цинь Му, в каждом уголке начали сверкать молниевые разряды и греметь гром!

Монах в белом поднял руки, чтобы заблокировать удар, но тут же почувствовал, будто его конечности вот-вот взорвутся. Его мозг, казалось, сейчас вылетит из черепа, а разум вскипел. С оглушительным хлопком он врезался в священный пол монастыря!

Пол зала погрузился на полметра в землю, монах в белом почти полностью погрузился в камень. Плиты вокруг него покрылись множеством трещин, а в его теле время от времени искрились молнии.

Цинь Му поднял руку, и пилюля меча вернулась обратно в его ладонь. Столкнувшись с ней, цветок лотоса и огромная золотая рука противника разрушились.

Монах в белом открыл глаза, налившиеся кровью от удара. Он не мог разглядеть юношу, стоящего перед ним.

— Старший брат, твои достижения в Дхарме всё ещё слишком малы, — голос Цинь Му болезненно резонировал в его голове. — Цель совершенствования Дхармы состоит не в божественных искусствах, а в пробуждении мудрости, избавлении от забот и понимании жизни и смерти. Божественные искусства — это лишь дополнительный путь, так какая разница, использую я шариру, или пилюлю меча?

Монах в белом хотел что-то ответить, но начал блевать кровью и окончательно пал духом.

В воздухе раздался голос будды с пухлым лицом и огромными ушами:

— Ошибочные суждения и злобные учения. Ты не последователь буддизма, как ты посмел демонстрировать свои божественными искусствами в присутствии будд?

Цинь Му исполнил Махаяну Сутру Жулая и поздоровался с буддами с торжественным и праведным выражением лица:

— Ученик невежественный. Неужели будда отличает последователей от других живых существ?

Будда разразился смехом.

— Хитрый язык, — проговорив, он так и не ответил на вопрос юноши.

Великие будды в небе продолжали неподвижно сидеть.

Цинь Му оглянулся, но так и не смог узнать Короля Дхармы Мо Луня.

Другой будда улыбчиво ответил:

— Будда и вправду не отличает последователей от других живых существ. Тем не менее, только ступив на гору, ты тут же раздел всех монахов и заставил моего ученика встать перед тобой на колени. Ты пришёл сюда за знаниями или в поисках проблем? Будда обладает скрытым гневом, разве тебе не страшно?

«Вот этот — Король Дхармы Мо Лунь!» — взгляд Цинь Му упал на высокого, тощего мужчину, которым оказался Король Дхармы Мо Лунь. Его лицо выглядело крайне дружелюбным, вызывая у людей впечатление, что на них дует свежий весенний ветерок.

— Могу ли я спросить у Короля Дхармы, требует ли Будда, чтобы его ученики вставали на колени?

Мо Лунь покачал головой, отвечая:

— В этом нет необходимости.

Цинь Му продолжил:

— Так почему вы только что хотели, чтобы мы поднимались на гору на коленях?

Король Дхармы улыбнулся и с неба посыпались небесные цветы, а из земли потекли золотые ручьи. Он собирался объяснить логику своих действий, когда на вершину наконец поднялся Мин Син и демонический обезьян. Первый поспешно проговорил:

— Старший брат Цинь оскорбил старых будд, ученик просит вашего прощения!

Мо Лунь слегка нахмурился и собрался было заговорить, как вдруг Мин Синь поспешно упал на колени перед одним из будд:

— Ученик отдаёт дань своего уважения Ямарадже!

Тот будда улыбчиво спросил:

— Ты меня узнаёшь?

Мин Синь проговорил:

— В Махаяне Сутре Жулая описаны качества Дхармы Ямараджи, поэтому ученик сумел узнать! Ученик отдаёт дань своего уважения Сагаре Нагарадже!

Другой великий будда улыбнулся и кивнул в знак признания.

Затем Мин Синь поклонился Королю Дхармы Мо Луню и проговорил:

— Ученик отдаёт дань своего уважения Королю Кандры Дхармы Мо Луню!

Тот с улыбкой ответил:

— Ты уже отдал дань своего уважения, пора говорить по делу…

— Ученик отдаёт дань своего уважения Сурии!

— Ученик отдаёт дань своего уважения Маричи!

— Ученик отдаёт дань своего уважения Харити!..

Монах Мин Синь поклонился всем вплоть до Сакры и поднял голову, но так и не сумел найти Брахмы. Не имея другого выбора, кроме как остановиться, он подумал про себя: «Мне не удастся выиграть больше времени».

Король Дхармы Мо Лунь терпеливо проговорил:

— Маленький монах, ты пришёл сюда в поисках знаний, а не для того, чтобы отдать будде дань своего уважения. Твой старший брат избил моего ученика сразу же после того, как пришёл сюда, после чего начал изливать ошибочные суждения и злые учения. Если я его не поправлю, то мою гору окутает грязная атмосфера! Как мне тогда развивать Дхарму?

Проявляя уважение, монах Мин Синь искренне ответил:

— Будда, ученик не слишком хорош в разговорах, почему бы мне не пригласить старшего брата Чжан Куна, чтобы тот объяснил логику наших действий? Старший брат, подойди, поговори с Буддой.

Демонический обезьян Чжан Кун вышел вперёд и воткнул свой посох Кхаккхару в землю. Сложив ладони на груди, он молчал.

Мо Лунь нахмурился и, посмотрев на окруживших его будд, внезапно засмеялся:

— Младший брат Чжан Кун, мне даже не стоит открывать рот, я уже всё понял.

Цинь Му и Мин Синь переглянулись и оба облегчённо вздохнули.

Король Дхармы тоже вздохнул, думая про себя: «Я получил своё звание из-за приказа сверху, и не читаю Дхарму, поэтому мои знания нельзя сравнивать с местными буддами. Чжан Кун, этот чёрный монах, очень хорош в дискуссиях, и сумел беспрепятственно пробить себе дорогу из области Ямараджи до Брахмы, никому так и не удалось его одолеть. Даже будды считают его своим младшим братом, поэтому если я начну с ним говорить, то определённо опозорюсь».

Мужчина улыбчиво проговорил:

— Мирянин Цинь и вправду не виновен в произошедшем, они пришли сюда за знаниями, поэтому им нельзя мешать. Тем не менее, дискуссия Дхармы это лишь сражение на словах, и нам ещё предстоит увидеть достижения в совершенствовании каждого из вас. Достижения в Дхарме чёрного… младшего брата Чжан Куна не имеют себе равных, а значит и божественные искусства должны быть не менее поразительными. Бесчисленные Сыновья Будды поучились на твоих навыках дискутировать и теперь они хотят поучиться на твоих божественных искусствах.

Монах Мин Синь собирался что-то сказать, когда Король Дхармы Мо Лунь продолжил:

— Когда-то я был Кандрой, императором страны Лунного Света. Это мой потомок, Наследный Принц Юэ Гуан. Изучая Дхарму, я продемонстрировал невообразимое понимание и почти мгновенно стал буддой. Став буддой, я покинул страну Лунного Света и пришёл в страну Буддистскую Лунного Света, которая является Небесами Кандры, одной из двадцати небес. Наследный Принц Юэ Гуан мой ученик, его Дхарма невероятно сильна.

Взгляды Цинь Му, Мин Синя и демонического обезьяна упали на наследного принца Юэ Гуана. Волосы парня были замотаны в пучок, а на его талии висел драгоценный меч. Над его головой сияла яркая луна, освещая округу лучами лунного света.

Монах Мин Синь обратился к Цинь Му:

— Именно наследный принц Юэ Гуан дискутировал со старшим братом Чжан Кунем и прочитал ему огромное количество буддистских писаний. Чжан Кун ответил лишь одним словом, и тот, после длительных размышлений, признал поражение. Тем не менее, его способности невероятно высоки. Жулай рассказывал, что он сумел совершенствовать свой меч в луч света и превратить его в луну за своей головой. Она называется Луч Меча Лунного Света.

Цинь Му был искренне признателен, так как понимал, что монах Мин Синь дал ему совет. Он предупредил его о способностях Юэ Гуана и заставил быть начеку.

Пум!

Снова упав на колени перед Королём Дхармы, монах Мин Синь проговорил:

— Король Дхармы является Кандрой, и я уверен, что ты крайне великодушен. Мой старший брат провёл дискуссии со всеми двадцатью небесами и очень устал. Ученик желает, чтобы его заменил Мирянин Цинь. Спасибо, что ты простил его, Король Дхармы!

Мо Лунь нахмурился и посмотрел на Цинь Му.

Сакра улыбчиво проговорил:

— Король Дхармы, в таком случае, пусть Мирянин Цинь из нижней границы займёт его место. Наследный принц Юэ Гуан унаследовал от тебя высшие искусства Райских Небес, поэтому он редко находит себе ровню среди представителей своего поколения. Сразившись с Мирянином, он позволит нам оценить, насколько развились божественные искусства нижней границы.

Королю Дхармы ничего не оставалось, кроме как кивнуть и проговорить:

— Юэ Гуан, не причини вреда уважаемому гостю из нижней границы.

— Ученик понимает, — поклонившись, ответил наследный принц и, подойдя к Цинь Му, равнодушно продолжил. — На Небесах Кандры я непобедим среди своих сверстников, в этом месте я чувствую себя одиноко и нище. Поэтому я поднимался на небеса в поисках знаний и на протяжении трёх лет изучал навыки меча в Райском Дворце Меча, — сказав это, он замолчал.

Цинь Му уважительно ответил:

— Я изучал навыки меча в деревне Цань Лао, там меня учил старик без конечностей. Однажды я… в общем, я ещё никогда не был в Райском Дворце Меча или каком-нибудь подобном месте для изучения навыков меча, поэтому мне пришлось придумывать всё самому. С твоего позволения!

Наследный принца Юэ Гуан неподвижно стоял:

— С нижней границы и вправду сложно увидеть мир. Я позволю тебе ударить первым.

Цинь Му протянул Мудру Ян в одной руке перед собой и держал Мудру Инь в другой руке за спиной. Поклонившись, он выполнил Переворачивающие Небо Руки Инь Ян. Наследный принц Юэ Гуан подумал, что тот отдаёт ему дань своего уважения и вежливо поклонился в ответ, принимая жест, как вдруг раздался громкий взрыв, с которым его отшвырнуло на пятнадцать километров вдаль и впечатало в огромную гору, создавая в ней глубокую дыру.

Затем Цинь Му перевернул руку Инь, создавая в ней Мудру Ян, и руку Ян, создавая Инь. Повторив это несколько десятков раз, от отправил более двадцати Переворачивающих Небо Рук Инь Ян в сторону противника, превращая гору в осколки скал и камней!

Опустив руки, юноша немного подождал, прежде чем беспомощно спросить:

— Король Дхармы, у тебя есть другие наследные принцы?

Глава 618. Будда Брахма

В Монастыре Амитабха было ветрено. Между тем будды, находящиеся на вершине горы, посмотрели на только что взорванные отвесные, обрывистые скалы.

Король Дхармы собирался было поднять руки, чтобы остановить избиение, но битва уже закончилась. Цинь Му с такой невероятной скоростью переворачивал руки, что не дал ему ни единой возможности вмешаться, и он, испытывая беспомощность, мог только опустить наполовину поднятые руки.

Будды других небес неподдельно удивились и отвели взгляд, посмотрев на юношу.

Переворачивающие Небо Руки Инь Ян третьего Императора Людей были действительно противоречащим воле небес божественным искусством. Они демонстрировали такую скорость и взрывчатость, что никто не смог бы отреагировать вовремя.

Цинь Му исполнил этот вид мудры намного быстрее, чем кто-то перелистнул бы страницу книги!

Внезапно те скалы, что располагались в десятках километров отсюда, начали трескаться и осыпаться огромными камнями. Ещё некоторое время оттуда доносились звуки глухих ударов о землю. Цинь Му был слишком быстрым и свирепым. Буквально только что там возвышалась гора, но теперь она превратилась в скалы, осыпавшиеся по вине его божественного искусства.

Между тем скалы рухнули, но Наследный Принц Юэ Гуан так и не появился.

Монах Мин Синь был встревожен и прошептал ему на ухо:

— Старший брат Цинь, ты забил его до смерти?

— Нет. Я был к нему снисходителен, потому что опасался, что мне придётся потом объясняться. Его совершенствование довольно сильное, явно не слабее, чем у Гроссмейстера Дворца Золотой Орхидеи. Однако, он не так умён, как тот плут, поэтому я использовал только восемьдесят процентов своей силы. Так что он жив, но могу дать стопроцентную гарантию — большая часть его костей сломана. Способности этого принца действительно могучи, и, судя по всему, я действительно не могу себе позволить недооценивать героев этого мира, — произнеся это, на лице Цинь Му отразилось восхищение.

Мин Синь уставился на него широко раскрытыми глазами: «Восемьдесят процентов силы? Не смеешь недооценивать героев этого мира? Владыка Культа Цинь может по-настоящему разозлить человека до смерти своей скромностью. К счастью, Юэ Гуан уже потерял сознание, иначе его душа определённо рассеялась бы от гнева».

Молодой монах не знал, что Цинь Му сейчас говорил действительно искренне и без притворства, в конце концов его высокомерие зиждилось на знании, что он — Тело Тирана. И если его враг всё же становился для него достойным противником, то ему, должно быть, пришлось приложить много усилий и потратить бессчётное количество долгих часов, до предела совершенствуя свои навыки…

Такой человек, несомненно, заслуживал его уважения. Что же до того, о чём думают другие — ему было всё равно. Главное, о чём думал и что чувствовал он сам.

Король Дхармы Му Лунь взмахнул руками и валяющиеся вдали скалы с грохотом взорвались, раскрывая взору тяжелораненого, распластанного посреди щебня и пыли явно бессознательного Наследного Принца Юэ Гуана.

Внезапно его плавно подняла магическая сила и по воздуху доставила к нему. Осмотрев его раны, он с помрачневшим лицом заговорил:

— Разве Мирянин Цинь не хотел сражаться навыками меча? Почему ты применил навык мудры? Я начинаю подозревать, что ты хотел напасть на него исподтишка! Таким безжалостным методам не место в нашем милосердном буддизме!

Цинь Му посмотрел на Мин Синя, и тот поспешно оправдался:

— Ранее, когда старший брат Цинь использовал пилюлю меча, его обвинили в том, что он идёт по неправедному, злому пути, поэтому на этот раз он не осмелился использовать её и применил навык мудры. Будда, эта мудра, получается, тоже есть зло?

Мо Лунь не стал отвечать. Когда Цинь Му использовал пилюлю меча, именно он был тем, кто указал на неправедность. К тому же Юэ Гуан только что тоже изъявил желание сразиться на мечах. И сейчас, когда Цинь Му использовал Переворачивающие Небо Руки Инь Ян, самую, что ни на есть, настоящую мудру, если он опять скажет, что это неправедно, то будет выглядеть в глазах других шутом.

Тем не менее, он всё же затаил обиду в своём сердце. Юэ Гуан был его потомком и выдающейся фигурой последующего поколения, но его застигли врасплох, из-за чего ему даже не предоставился шанс продемонстрировать свои способности.

Представляя Райские Небеса, он, можно сказать, опозорил их.

Но он отнюдь не был слабым. Всё сложилось именно так из-за недопонимания — ему показалось, что так его приветствуют, и он даже не думал защищаться.

Прояви он элементарную осторожность, было бы трудно сказать, кто кого одолеет в открытом бою.

Король Дхармы Мо Лунь посмотрел на других будд и с улыбкой похвалил:

— Даже несмотря на то, что буддизм нижней границы «загнан в угол», их буддистские божественные искусства не такие уж забитые, поистине восхитительно. Старшие братья, раз они здесь, чтобы искать знания, почему бы нам просто не дать их им.

Будды кивнули в знак согласия.

Мо Лунь улыбнулся Цинь Му и остальным:

— На наших Небесах Кандры есть Писания Кандры, которые позволяют нам совершенствовать техники истинного будды. В них около трёх тысяч глав, но вам категорически запрещено забирать их с собой, поэтому оставайтесь в моём Монастыре Амитабха и за сотню лет вы сможете постичь их все. Как только закончите изучение, вы сможете передать эти знания нижней границе, что будет огромной заслугой для меня.

Мин Синь слегка изменился в лице. Три тысячи буддистских глав, сто лет, техники истинного будды, это явно было попыткой заточить их в тюрьму на сотню лет!

Цинь Му громко закричал:

— У будды есть писания Императорского Трона?! Если хочешь передать техники, передавай истинные техники. Если хочешь передать писания, передавай истинные писания. У нашего Монастыря Великого Громового Удара уже есть простецкие техники.

Король Дхармы помрачнел и с усмешкой обронил:

— Как ты смеешь недооценивать мои Писания Кандры? Как грубо с твоей стороны! Я предлагаю вам Дхарму и даже не прошу у вас денег на благовония. Я настолько милосерден, но ты всё равно ведёшь себя придирчиво!

Мин Синь тыкнул в неподвижного Чжань Куна, который, звеня своим посохом Кхаккхара, сделал шаг вперёд и сказал:

— Больше, фальшивка. Меньше, настоящий!

Удивлённый Мо Лунь захотел поспорить с ним, но при тщательном обдумывании этих четырёх слов у него невольно разболелась голова.

Будда Харити кашлянул и предложил:

— Король Дхармы, они пришли искать истинное писание, просто дай им его.

Король Дхармы усмехнулся и посетовал:

— Они здесь, чтобы искать истинное писание Императорского Трона, но где я его возьму? Даже у Будды Шакры его нет, оно есть только у Будды Брахмы, который никогда не интересуется мирскими делами, показывая свой лик раз в десятки тысяч лет. Я прибыл в Царство Будды так много лет назад, но до сих пор никогда не видел истинной формы Будды Брахмы, не говоря уже об истинной технике Императорского Трона. Они уже получают огромную пользу, не платя ни монетки за Писания Кандры, которые я им передаю…

Его слова нельзя было опровергнуть, в них также была доля правды.

Райские Небеса наблюдали за Царством Будды в течение многих лет, и, хотя оно было под их юрисдикцией, высшее писание Будды Брахмы так и не попало им в руки.

Райские Небеса более или менее овладели писаниями других небес. Они отправляли учеников к каждому небу, чтобы некоторые из них, становясь Сыновьями Будды, получали доступ ко всем секретам, сокрытым за завесой тайны…

Все небеса были им подвластны, кроме Небес Брахмы.

Будда Брахма редко показывался и не передавал свои учения.

Ранее обезьян Чжань Кун спорил с Сыном Будды Небес Брахмы, которым оказался древний будда, но даже он не получил истинного учения от Брахмы.

В этот самый момент они услышали имя будды и увидели спешащего с горы монаха. Добравшись до Монастыря Амитабха, он поприветствовал многочисленных будд:

— Уважаемые будды, Будда Брахма объявил, что он позволяет Сыновьям Будды всех небес и нижних границ войти в Небеса Брахмы. Старый Будда готов выбрать самого выдающегося, чтобы передать ему своё истинное учение.

Мо Лунь был поражён, а уже в следующий миг на его лице расцвело выражение восторга. Райские Небеса приглядывались к технике Брахмы в течение долгого времени, но у них никогда не было возможности заполучить её.

Цинь Му, Мин Синь и Чжань Кун, пришедшие в поисках знаний, как оказалось, дали Райским Небесам уникальный шанс заполучить технику Императорского Трона!

Помимо Короля Дхармы, Райские Небеса оставили большое множество своих сил в Царстве Будды. Например, среди того множества Сыновей Будды более половины являлись юными талантами, спустившимися с Райских Небес…

Они тоже вошли в Царство Будды, чтобы искать знания!

Наследный Принц Юэ Гуан был его учеником, но число Сыновей Будды в Царстве Будды неисчислимо. Пока Будда Брахма готов учить, этим трём деревенщинам попросту не удастся успешно воспользоваться этим шансом.

Всё достанется Райским Небесам!

У Короля Дхармы Мо Луня будто открылось второе дыхание, и он с улыбкой произнёс:

— В таком случае прикажите всем Сыновьям Будды отправиться на Небеса Брахмы для лекции. Что об этом думают старшие братья?

Все будды единогласно кивнули. Получить истинное учение Будды Брахмы было поистине редкой возможностью, которая случалась раз в десятки тысяч лет!

Многочисленные ученики также смогут засвидетельствовать, как будды постигают высочайшее искусство буддизма!

Мо Лунь подхватил Юэ Гуана и исчез в пустоте, устремившись к Небесам Брахмы. Другие будды тоже сделали свои движения и вернулись на свои собственные небеса, чтобы привести своих Сыновей Будды на Небеса Брахмы.

Вскоре Монастырь Амитабха опустел.

— Что мы должны сделать, чтобы попасть на Небеса Брахмы? — озаботился Цинь Му, как вдруг Будда Сакра сошёл со своего места и подошёл к ним.

Он был босой, но на его шагающих по земле ногах не было ни пылинки. Со струящимся за головой светом, он напоминал молодого монаха с утончёнными чертами лица.

— Ребята, я вижу, что вы совершенствуете мои навыки кулака, — проговорил он, одарив парней тёплой улыбкой.

Цинь Му и остальные поспешно поприветствовали его. Кулачное мастерство, о котором он говорил, было Восемью Громовыми Ударами. Цинь Му обучился им у старого Ма, после чего передал их обезьяну Чжань Куну. Затем тот встретил старого Жулая, который почувствовал, что их судьба переплетена, и обучил его Махаяне Сутре Жулая.

Монах Мин Синь, в свою очередь, обучился Восьми Громовым Ударам у старого монаха Цзин Мина, который не знал этот навык полностью, поэтому передал его с недостатком.

После этого Чжань Кун привёл многочисленных монахов-демонов Монастыря Малого Громового Удара в Монастырь Великого Громового Удара, чтобы провести дебаты. Никто не мог сравниться с ним, и прознавший об этом монах Минь Синь поспешил вернуться в монастырь, в итоге тоже потерпев поражение, но всё же прославившись.

Старый Ма передал ему полноценную Махаяну Сутру Жулая, таким образом он тоже получил полное наследие.

Будда Сакра с улыбкой продолжил:

— Я тоже происхожу из нижней границы, в конце концов я стал буддой в Монастыре Великого Громового Удара. Вы, ребятки, связанны со мной, поэтому позвольте мне помочь вам добраться до Небес Брахмы.

Облако лотоса заклубилось у него под ногами и подняло всех.

Юноши постепенно вздымались в небеса и проходили сквозь облака и молнии. Поднимаясь всё выше и выше, они пробирались через один слой мира за другим.

Увиденное заставило Цинь Му удивлённо цокнуть языком.

Двадцать небес Царства Будды на самом деле располагались вокруг невообразимо огромной горы, парящей по звёздному небу вселенной. У горы были свои горы, моря, солнца, луны и звёзды, они все образовывали мир, имеющий свой собственный барьер.

Мир разделялся на двадцать миров, двадцать небес, один слой за другим. В каждом слое циркулировали свои солнце, луна и звёзды, а также была земля и буддистские страны.

Если бы не Будда Сакра, им, вероятно, потребовались бы десятки лет, чтобы достичь вершины этой горы, даже если бы они мчались на полной скорости!

Будда Сакра доставил их на вершину.

Небеса Брахмы располагались на самом пике этой великолепной горы и также назывались Золотой Вершиной. Её освещали десятки тысяч лучей, поэтому там не было разделения на день и ночь, ибо всегда царил вечный дневной свет.

Золотой облачный слой на вершине выглядел священным и прекрасным. Золотой свет образовывал множество Санскрит Дхармы, которые непрерывно «протекали» в воздухе, окружая горные вершины и создавая совершенно изумительное зрелище.

Добравшись туда, они услышали объёмный, резонирующий со всех сторон голос, отчего могло показаться, словно они оказались внутри огромного, вибрирующего колокола. Они не знали, были ли это голоса Санскрита Дхармы, или же сюда доносятся голоса всех живых существ бренного мира!

Демонический обезьян Чжань Кун не мог удержаться от похвалы:

— Котёл, булка!

Цинь Му кивнул головой:

— Очень похоже на кукурузу или булочки после того, как ты вынимаешь их из своего котла. А золотой свет напоминает пар, выходящий из них.

Будда Сакра не знал, смеяться ему или плакать:

— Пример Сына Будды очень подходит. В том лесу, — он указал пальцем в сторону, — в уединении живёт Будда Брахма. Многочисленные Сыновья Будды уже ушли туда, позвольте мне вас проводить.

Он провёл ребят через слои Санскрита, оказываясь в центр золотого моря. Они приземлились в лесу, в котором было очень спокойно. Ровные тропинки сходились к монастырю, но, глядя на него со стороны, казалось, что он больше напоминал обычный дом, нежели монастырь.

Сотни Сыновей Будд уже стояли около монастыря, а сами будды, которые привели их сюда, рассеяли свои облики будд. Они выглядели как обычные молодые или старые монахи, поэтому было очевидно, что все они по-настоящему почитали Будду Брахму.

— Так много Сыновей Будды? — сердце Цинь Му «подпрыгнуло», и он пробормотал. — Как долго мы должны бороться, чтобы наконец увидеть Будду Брахму? Можем ли мы следовать правилам Великих Руин?

Монах Мин Синь и обезьян Чжань Кун содрогнулись и, вспоминая о былом поведении Цинь Му, в панике покачали головами.

— Старший брат Цинь, ты не можешь следовать правилам Великих Руин, это слишком кроваво и жестоко! Это место — высшая священная земля буддизма, мы не можем быть безрассудными!

— Как жаль… Если бы мы пошли по правилам Великих Руин, — проворчал Цинь Му, — всё было бы намного проще. Теперь нам будет вдвойне хлопотней сражаться, чтобы познать истинное писание Императорского Трона.

Будда Сакра с любопытством спросил:

— А какие правила у Великих Руин?

Демонический обезьян поднял руку и провел ею по шее. Затем он схватился за шею обеими руками и произвёл скручивающее движение.

Глава 619. Третий Глаз, Откройся

Будда Сакра наконец понял о чём идёт речь и проговорил с ироничной улыбкой:

— Хватит дурачиться! Великие Руины — дикое место, сейчас вы находитесь в Царстве Будды. Вы думаете, что вам здесь простят резню?

Демонический обезьян разочаровано скривился. Несмотря на то, что ему уже удалось пробудить свою мудрость и стать Сыном Будды, которого прославляли за высокие достижения в Дхарме, он всё же происходил из Великих Руин.

Рождённые или выросшие в Великих Руинах имели одни и те же общие черты. Они приобретали дикий и необузданный нрав, и владели свободным, яростным духом. Например, Цинь Му, даже после длительного пребывания в Вечном Мире, всё же скучал по тем дням, когда ему не приходилось себя сдерживать, не говоря уже о обезьяне.

Будда Сакра моргнул и улыбчиво проговорил:

— Но даже если я сказал, что нельзя начинать резню, если кто-то пытается тебя убить, не стоит проявлять милосердия. Такое простительно, и если дальше последует попытка обострить ситуацию, найдётся человек, готовый помочь.

Моргнув, Цинь Му с любопытством спросил:

— Интересно, кто же этот человек, который встанет на нашу сторону?

Буддистские лучи за головой Будды Сакры потускнели и погасли. Он ответил:

— Естественно, кто-то придёт тебе на помощь, так что не бойся. Более того, я тоже хотел бы взглянуть на технику Будды Брахмы, это очень редкая возможность, и если мне удастся смешаться с Сыновьями Будды, то я смогу встретиться с ним. У меня нет учеников, поэтому я вынужден отправиться лично.

Мужчина носил длинную жёлтую мантию, на его хорошо сложенном теле она свободно висела, волочась по земле. Обычно он ходил босиком, поэтому, погасив буддистские лучи, сразу же стал выглядеть как Сын Будды…

Теперь он не напоминал человека, уступающего лишь Будде Брахме.

«Даже Будда готов сражаться за такую возможность? — Мин Синь ошеломлённо задумался. — Если он решит вступить в бой, разве кто-то сможет его одолеть?»

У Цинь Му возникли некоторые подозрения, и он бросил взгляд на Будду, думая про себя: «Я впервые встретил такого хитрого Будду. Разве все другие не были невероятно серьёзными и искренними? Почему он такой энергичный? Он чем-то похож на меня…»

— Мин Синь, откуда взялся этот Будда? — прошептал Цинь Му.

Мин Синь покачал головой:

— Я почти дочитал библию Монастыря Великого Громового Удара, но в ней не слишком часто о нём упоминалось.

Моргнув, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Будда, ты говорил, что найдётся человек, готовый нас поддержать. Неужели это ты?

Будда Сакра удивлённо заморгав:

— Я такого не говорил.

— Монаху нельзя лгать! — моргая, воскликнул Цинь Му.

Сакра ответил:

— Я не монах, а Будда. Да и с чего бы мне лгать?

Невинно моргая, парочка развернулась в разные стороны, чтобы не смотреть друг другу в глаза. Между тем монах Мин Синь волновался: «Старший брат и вправду очень смел, раз может смотреть Будде прямо в глаза. Когда вернёмся, нужно будет сказать ему, что есть и лучшие способы покончить с жизнью».

— Устал? — тайком спросил Чжань Кун.

Цинь Му кивнул, чувствуя, как его глаза болели от напряжения. Он так и не сумел прочитать намерения Будды Сакры, у него не появилось даже малейшей догадки.

Сакра тоже потирал глаза. Должно быть, он тоже слишком часто моргал, и теперь чувствовал некоторый дискомфорт.

В сердце Цинь Му всё ещё остались некоторые подозрения. Сакра вёл себя совершенно не так, как подобает Будде. Он обладал невероятным любопытством, и все его действия были переполнены человеческими эмоциями. Тем не менее, он всё же был буддой Небес Сакры и уступал лишь самому Будде Брахма…

Также он не слишком напоминал человека из Райских Небес. Если бы он и правда происходил оттуда, то не вызвал бы у юношей такой духовной близости. К тому же он, настаивая на том, что кто-то придёт им на помощь, наоборот, показался им очень хорошим человеком.

В этот момент из обветшалого монастыря вышел молодой монах:

— Кто идёт первым?

Демонический обезьян вышел из толпы и проговорил своим громоподобным голосом:

— Я!

Подняв голову, монах увидел перед собой обезьяна, возвышающегося над округой, будто чёрная пагода. Замирая от его внушительного виду, он проговорил:

— Старший брат, Старый Будда говорит, что ты прошёл испытание, и приглашает тебя к себе. Иди за мной.

Чжань Кун обернулся к парочке, и Цинь Му проговорил:

— Иди первым, мы присоединимся позже.

— Хорошо!

Чжань Кун отправился вслед за монахом, широкими шагами двигаясь в сторону полуразрушенного монастыря.

Спустя некоторое время монах снова вышел наружу и огляделся. Перед ним стояли сотни Сыновей Будды изо всех небес, формируя огромную толпу. Среди них были даже великие будды, очевидно пришедшие для того, чтобы сразиться за учения и техники Будды Брахмы.

Монах обеспокоенно проговорил:

— Старый Будда сказал, что вас слишком много. Войти могут ещё двое. Обсудите всё между собой и решите кто пойдёт.

Будда Сарасвати тут же спросил:

— Старый Буда не уточнял какое испытание мы должны пройти, чтобы войти в монастырь и послушать лекцию?

Молодой монах покачал головой:

— Нет. Вы должны сами что-то придумать. Делайте, что хотите.

Небесные Будды начали бормотать себе под нос и собрались вместе, что-то обсуждая.

Цинь Му обернулся к Будде Сакре, стоящему позади него, и спросил:

— Будда, я слышал, что ты тоже из Монастыря Великого Громового Удара. Могу ли я поинтересоваться, как долго ты здесь находишься?

Сакра улыбчиво ответил:

— Ты пытаешься выманить из меня информацию, я не буду отвечать. А что это за золотой лист у тебя на лбу? Это украшение? Выглядит очень красиво.

Цинь Му собрался объяснить, но Сакра, без какого-либо предупреждения, сорвал золотой ивовый лист с его глаза. Подпрыгнув в шоке, он тут же протянул руку, пытаясь забрать его обратно. Хоть он и успел отреагировать на движение Сакры, золотой ивовый лист был чрезвычайно важен, поэтому его нужно было вернуть любой ценой!

Будда Сакра улыбчиво спросил:

— Так это печать! Твой глаз очень сильный, почему ты его запечатал?

С мрачным выражением лица Цинь Му протянул руку:

— Мой глаз слишком силён, если я исполню свою технику, произойдут страшные вещи! Я никому не хочу причинять вреда, поэтому он запечатан. Верни лист обратно!

— Ни за что, — улыбаясь, ответил Сакра. — Я хочу увидеть твою полную силу, приклеить печать обратно на твой лоб — невероятно скучное решение. А кто сказал, что этот лист работает? Ты пробовал исполнить технику без него?

Цинь Му размахивал руками, пытаясь вернуть себе лист, но Сакра быстро уворачивался.

— Если что-то случится, ты будешь виноват! Твоя лысая башка окажется в глубоком дерьме! — после недолгой борьбы сердито прокричал юноша.

Мин Синь задрожал и заговорил шокированным тоном:

— Старший брат Цинь, есть много других способов покончить с жизнью, давай я тебя научу, ты быстро схватишь…

Цинь Му так и не смог вернуть свой золотой лист, поэтому ему оставалось лишь сдаться.

Он перевёл свой взгляд на будд, и увидел, что они до сих пор что-то обсуждают. Возле них спокойно ожидали сотни Сыновьей Будд. Внезапно дрогнув взглядом, он тихо проговорил:

— Я знаю, как заполучить два места!

Потирая ладони, Сакра улыбнулся:

— Я тоже! Ты собрался просто вбежать в монастырь, пока все остальные что-то обсуждают, верно?

Посмотрев на него, Цинь Му понял, что всё плохо. Он тут же бросился в сторону обветшалого монастыря, но было уже слишком поздно.

Будда Сакра оказался лишь на шаг впереди. Превратившись в луч света, его тело мгновенно оказалось в старом монастыре. Захлопнув за собой дверь, он закрыл юношу снаружи и захихикал:

— Маленький друг Цинь, спасибо за подсказку, я внутри!

Сидящий возле входа монах лениво проговорил:

— Осталось одно место.

Бесчисленные Сыновья Будды и будды обернулись на шум, поднятый Цинь Му и Буддой Сакрой. Услышав, что осталось лишь одно место, они больше не могли стоять и ничего не делать.

— Кто вошёл? — резко изменившись в лице, спросил Король Дхармы Мо Лунь.

Лица остальных будд тоже опустели, они не догадывались, кто же мог оказаться настолько подлым, чтобы тайком пробраться в монастырь, в то время как они обсуждали решение проблемы.

Монах Мин Синь стоял на месте, и к тому времени, как он успел понять, что происходит, Цинь Му и Сакра уже бросились в сторону монастыря. В этот миг уже было слишком поздно что-то предпринимать, ведь Сакра оказался внутри, запирая Цинь Му снаружи.

«Так это и есть тот способ, что придумал старший брат Цинь! — наконец осознал он. — И вправду отличная идея! Но почему Будда Сакра запер его снаружи? Разве войти вместе с ним не было бы лучшим решением?»

Стоя перед монастырём, Цинь Му кричал:

— Будда Сакра, можешь входить, но верни мне мой золотой ивовый лист! Без него я не смогу контролировать свою силу и произойдёт беда! Разве ты сможешь потом разобраться с последствиями?

— Смогу, — голос Сакры постепенно отдалялся. — Просто окуни мою лысую башку в дерьмо…

Цинь Му впал в ярость и собирался что-то ответить, когда увидел пепельное лицо Мин Синя. Дрожа, тот проговорил:

— Старший брат Цинь, ты не хочешь выучить другие способы самоубийства?

Юноша глубоко вздохнул и обернулся. Гнев на его лице исчез, заменяясь искренней улыбкой. Смотря на угрюмых Сыновьей Будд, он проговорил:

— Старшие братья, у меня есть очень большая шарира, хотите покажу?

Он подбросил свою пилюлю меча высоко в небо, где та начала быстро кружиться, затем громко продолжил:

— Старшие братья, пожалуйста, послушайтесь меня и отдайте мне последнее место, я буду крайне признателен.

Несмотря на свою мнимую уверенность, Цинь Му волновался. Он никогда раньше не исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана с открытым третьим глазом. Бабушка Сы и слепой говорили, что это можно делать только с печатью на лбу, в противном случае последствия было сложно представить.

«Как бы то ни было… хотя старый Ма был ко мне самым строгим, теперь он смотрит на меня как на своего сына. Он воспитал меня как своего собственного ребёнка, и отдал мне всю свою отцовскую любовь! — стиснув зубы, Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его одежда и волосы начали медленно развеваться на ветру. — Чего бы там он не хотел, я обязательно должен это достать! Будь то бог или дьявол, если кто-то попытается меня остановить, я его убью!»

Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана начала циркулировать в его межбровье, наполняя третий глаз демонической аурой. Его веки раздвинулись в стороны, внутри начали медленно появляться символы построений.

Цинь Му оглянулся, отчётливо видя божественные сокровища всех вокруг, будь то будда или человек.

Он был как контролирующий жизнь и смерть бог тьмы, смотрящий на свою жертву. Казалось, что даже воздух вокруг него наполнился запахом крови и горечи.

Его сердце наполнилось строгим, жестоким духом, когда он спокойно проговорил:

— Отступите. Если не послушаетесь, я не пощажу ваши жизни.

Глава 620. Трудно Остановиться

Будда Сакра не торопясь прогуливался босиком в полуразрушенном монастыре. Судя по всему, он не особо спешил искать Будду Брахму.

— Младший брат, что ты пытаешься сделать? — позади раздался голос.

Сакра обернулся и, увидев подметающего за ним монаха, спросил:

— Я не оставляю за собой никакой грязи, зачем ты подметаешь?

— Может твоё тело и не оставило следы, — отвечал монах, — но твоё сердце оставило. Я сметаю пыль с твоего сердца.

— Сказав, что моё сердце грязно, ты обругал меня, — пожаловался Сакра, а после продолжил. — Я не стану сражаться и спорить, просто поделись со мной своей техникой. Выучив её, я уйду и избавлю тебя от своего присутствия.

Внезапно раздался другой звук метения, и Сакра обернулся.

С западного входа вошёл другой монах и, подметая пол, произнёс:

— Ты всегда хотел получить мою технику, но разве ты не понимал истинную причину, по которой я не обучал тебя? Младший брат, я не обучал тебя ей, чтобы что ты стал Буддой Сакрой. Твоё Царство Будды лишь на уровень ниже моего, ведь твоя техника достигла уровня Светящегося Неба. Если бы я обучил тебя, у тебя не было бы тех достижений, которые есть сейчас.

Сакра уставился на внезапно появившегося монаха и сказал:

— Теперь я хочу совершенствоваться дальше и подняться на уровень Императорского Трона. Я пришёл, чтобы посмотреть на твою технику в качестве примера. Ты сказал, что обучишь того, кто войдёт сюда и вот я здесь. Обучи меня, и я больше не нарушу твой покой.

Ещё один громкий звук раздался сзади и Сакра снова обернулся, увидев ещё одного подметающего монаха, теперь их было трое.

Его глаза Дхармы были непревзойдёнными, и когда он осмотрел этих трёх подметающих монахов, то заметил, что они все выглядели по-разному и совершенно непохожими на богов, но всё равно каждый из них был Брахмой, истинным Буддой Брахмой!

Он был ниже Брахмы всего на одну область, но уже был не в силах его понять.

Различие в одну область было сродни непреодолимому рву. Брахма был неизмеримо глубок, а он был всего лишь мелким прудом.

Третий монах, подметая пол, подошёл ближе и проговорил, не поднимая головы:

— В Царстве Будды нет тех, кто мог бы превзойти тебя, более того, я не вижу даже одного, который хотя бы смог сравниться с тобой. Ты наверняка должен был видеть, что глаз этого ребёнка из семьи Цинь достаточно странный. Знаешь, я уже встречал его во сне. Он глотал призраков Юду, и когда я взглянул на него, он захотел проглотить и меня. Он — самое злое и свирепое существо в этом мире. Я также был рядом, когда Граф Земли запечатал его. Я смотрел, как он медленно вырастает из обычного человека, запечатанного Графом Земли, и превращается из смертного тела в Тело Тирана. Теперь, когда ты скинул его золотой ивовый лист, ты, вероятно, вызовешь этим довольно большую резню.

Будда Сакра не хотел больше слушать его и просто пошёл вперёд, качая головой:

— Ты также должен знать, что в последние годы Райские Небеса «наплодили» большое количество своих людей в Царстве Будды. В прошлом Райские Небеса помещали людей, которые совершенствовались до будды, они более или менее поддерживали порядок, но теперь они посылают молодых талантов, которые даже не совершенствуют Дхарму. Они лишь совершенствуют божественные искусства, и если всё так и продолжится, то Царство Будды вымрет! Я не хочу видеть, как наших будд истребляют и захватывают нашу обитель. В скором времени Райские Небеса омоют Царство Будды нашей же кровью, и здесь больше не останется ни одного будды! Ты бездейственно ждёшь, но я не хочу, чтобы наш путь закончился вымиранием.

Пройдя несколько шагов, Сакра упёрся в ещё одного монаха. Игнорируя его, он просто прошёл мимо:

— Ребёнок семьи Цинь, вошедший в Царство Будды — это огромный шанс. Мы можем позаимствовать его силу, чтобы раз и навсегда избавиться от всех глаз и молодых поколений, которые помещены здесь Райскими Небесами! Ты очень мудр, поэтому, наверняка уже догадался на что я намекаю.

Не успел он сделать и нескольких шагов, как появился ещё один монах. Всего за одну фразу он прошёл мимо дюжины монахов, подметавших пол.

Монах, подметающий впереди слева от тропинки, поднял голову и поднял метлу:

— Ты хочешь позаимствовать силу ребёнка семьи Цинь, чтобы избавиться от людей, которых подкинули Райские Небеса, и это хорошая идея, но это также принесёт немало бед в Царство Будды. Если Райские Небеса захотят получить ответ, они обязательно проведут расследование и в итоге выйдут на тебя. Ты сказал ребёнку семьи Цинь, что он может окунуть твою лысую башку в дерьмо, вот только я боюсь, что ты этого не вынесешь. О чём тут можно говорить, если ты до сих пор не можешь забыть о прошлом.

— Если я забуду прошлое, разве оно не перестанет существовать? — Сакра продолжал идти вперёд, посмеиваясь. — Твоя область слишком высока, ты забываешь прошлое и думаешь, что оно поддельное, но я отчётливо его помню. Не волнуйся, я не буду впутывать в это Царство Будды. Изучив твою технику, я уйду вместе с полностью вымазанной в дерьме головой.

Другой монах на правой стороне тропинки поднял голову и спросил:

— А как насчёт Сына Циня? Я бродил во сне и смотрел, как он растёт. Я знаю, каким работящим ему пришлось стать, чтобы суметь вырваться из-под печати Графа Земли. Он ведь не был в состоянии совершенствоваться, и сейчас, ставя его в такое положение, ты доставляешь ему много опасностей!

— Старший брат, я люблю рисковать, — произнеся, Сакра спросил. — У тебя есть план получше, как сохранить традиции буддизма?

Монах, стоявший перед ним, поднял голову:

— Нет.

Дорога впереди была прямой и бесконечной, между тем по обоим сторонам на протяжении всего пути стояли монахи с мётлами в руках. Их было так много, что казалось им нет числа!

Все монахи имели разные лица, не было ни одного лица, которое бы повторялось!

Сакра бесстрашно шагнул вперёд и сказал:

— Неважно, хочешь ли ты сражаться или нет, даже если ты воспринимаешь все четыре элемента, как мирскую суету, другие люди всё равно захотят избавиться от тебя. Они не только захотят избавиться от твоих учеников, твоих достижений, твоей жизни и традиций, они будут следовать за тобой по пятам, чтобы ты никогда больше не появился. Почему же ты не сражаешься? Старший брат, ты можешь остаться здесь в своих мечтах, но я не могу! Ответь мне прямо сейчас, ты поделишься своей техникой или нет?

Голос Сакры был оглушительным, но он не вышел за грани монастыря, отразившись только в его стенах.

Послышались слабые вздохи. Монахи, стоявшие друг напротив друга у тропинки, постепенно начали исчезать один за другим.

— Хорошо, — улыбнулся Сакра.

— После того, как я передам тебе технику, задумайся о том, чтобы покинуть Царство Будды и не погибнуть здесь понапрасну.

Сакра был серьёзен и. сложив ладони вместе, поклонился:

— Спасибо, старший брат.

Раздался голос Будды Брахмы:

— Что касается Сына Циня, ты должен отплатить ему. Ради тебя он подверг себя очень большой опасности. Теперь вся ответственность на твоих плечах.

— Я в долгу перед твои учением, — сказал Будда Сакра и на мгновение заколебался. — Могу я спросить у старшего брата, насколько велика эта ответственность?

— Больше, чем ты можешь себе представить.

****

За стенами обветшалого монастыря.

Третий глаз на лбу Цинь Му был полуоткрыт. Вместе с ним божественные сокровища путей бога и дьявола очень странно гармонировали и постепенно объединялись воедино.

Раньше ему приходилось использовать божественные сокровища только с одной стороны. Если бы он использовал божественные сокровища пути бога, ему пришлось бы закрыть божественные сокровища пути дьявола, и наоборот. А если бы он попытался использовать божественные сокровища обоих путей вместе, природы бога и дьявола столкнулись бы, не способные объединиться.

Было много типов жизненной Ци. Существовали жизненности бога, дьявола, демона, дракона, феникса, будды и Дао, и, если их разделить на составляющие, то получилось бы ещё больше жизненностей. Например, четыре великих духовных тела Вечного Мира также можно разделить на четыре большие категории, каждая из которых тоже разделяется на различные малые части.

Жизненности бога и дьявола были двумя противоположными категориями, они не могли существовать рядом друг с другом. Когда Ци с атрибутом бога встречала Ци с атрибута дьявола, они «стирали» друг друга.

И теперь, когда Цинь Му открыл этот глаз, ему действительно удалось объединить пути бога и дьявола в одно целое!

Находящиеся подле монастыря будды что-то бормотали себе под нос. Внезапно Будда Ямараджа с улыбкой произнёс:

— Сын Будды Цзянь Кун, мы не станем за это сражаться.

Цзянь Кун был на мгновение ошеломлён, но затем смиренно поклонился:

— Я понял указ Будды, — сказав это, он отступил.

Будда Сагара Наджара тоже отозвал своих учеников:

— Сегодня мы не будем сражаться.

Будды других небес тоже призвали своих учеников и выразили намерение не сражаться:

— Четыре элемента — это мирская суета, а не борьба. Оставим его в покое, пусть другие сражаются.

Несмотря на то, что многие Сыновья Будд были сбиты с толку, они всё же прислушались и вернулись на стороны своих будд.

Будды призывали только учеников Царства Будды. Многочисленные Сыновья Будды, которые остались стоять, являлись молодыми талантами Райских Небес. Среди толпы были также ученики, принятые буддами Райских Небес.

Они все агрессивно подались вперёд, готовые в любой момент вступить в бой.

Король Дхармы Мо Лунь с улыбкой высказал:

— Многие старшие братья великодушны, но ведь это истинное писание Будды Брахмы Императорского Трона, как мы можем упустить такую возможность? Если не мы воспользуемся этим шансом, им воспользуются другие, разве нет?

— А ведь он прав! — с улыбкой сказал один из будд.

Ещё несколько будд вмешались:

— Два старших брата правы, мы не можем так просто отдать это непонятно кому.

Мо Лунь усмехнулся:

— Наследный Принц Юэ Гуан, твои раны в порядке?

Он использовал Дхарму для лечения Юэ Гуана, поэтому его раны более-менее зажили, а взгляд, прикованный к Цинь Му, пылал боевым духом:

— Мирянин Цинь атаковал исподтишка, ученик хочет снова сразиться с ним!

Мо Лунь с улыбкой сказал:

— Уже было сказано, что жизнь и смерть будут игнорироваться, если ты продолжишь думать только о победе и поражении, а не о борьбе за жизнь и смерть, я боюсь, что ты снова окажешься в невыгодном положении.

Юэ Гуан был поражён.

Мо Лунь посмотрел на других Сыновей Будды:

— Вы все преемники будд и должны думать только о жизни и смерти, а не о победе и поражении, вы не должны обращать особого внимания на спор о Дхарме. Наследный принц Юэ Гуан, Наследный Принц Мо Цзе, Принцесса По Лун, Наследный Принц Фу Юнь, вам понятно?

Упомянутые им люди являлись наследными принцами и принцессами буддийских стран, построенных Райскими Небесами в Царстве Будды. Если смотреть в общем и целом, большая часть местных стран уже находилась под властью Райских Небес.

Между тем эти несколько наследных принцев и принцесс считались выдающимися среди молодого поколения. Они не только совершенствовались вместе с буддами, время от времени они даже входили в Райские Небеса, совершенствуя там ещё более глубокие высшие искусства.

Все кивнули в знак согласия. Наследный Принц Жи Гуан с улыбкой сказал:

— Способности старшего брата Юэ Гуана не слабее моих, он однозначно добьётся успеха всего за одно движение, я просто подожду здесь и посмотрю, как покатится голова противника.

Юэ Гуан шагнул вперёд и позади него появилась луна, состоящая из сияющей Ци меча. Озарив всё вокруг и утопилв в своём свете небо, она выглядя со стороны очень мощно!

Даже на небесах Царства Будды такие изысканные техники и навыки меча были редкостью, не говоря уже о нижней границе!

Юэ Гуан посмотрел на Цинь Му мерцающим взглядом:

— Ты тайком напал на меня и чуть не лишил жизни, теперь, когда я готов, я покорю дьявола!

Позади его головы яркая луна напоминала колесо, а сияющая Ци меча, внезапно бросившаяся на врага, огромный сияющий столб. Между тем лунное гало, тоже состоящее из сияющей Ци меча, пульсируя распространилось по округе. Изменяя своё направление прямо в воздухе, оно пыталось отрезать для Цинь Му путь к отступлению!

Юэ Гуан без сомнений владел особым, не знающим границ навыком меча. С лунным гало, затопляющим небо, и сияющей Ци меча, танцующей в облаках, он выглядел намного более изящнее и гармоничнее по сравнению с навыками меча Заходящего Солнца Юйюань Чуюй и Юйюань Чуюня!

Цинь Му открыл все три глаза и вытянул палец. Его пилюля меча задрожала и, гудя, из неё вырвался толстый мечевидный столб.

Идеальная Форма Спирального Меча!

Восемь тысяч мечей летели вместе, вращаясь вокруг друг друга. Несмотря на то, что мечи исполняли одно и то же движение, стиль каждого был разным!

Мечевидный столб имел около метра толщины и пятисот метров длины. Лунный свет, заполнивший небо, был полностью сокрушён!

— Ты действительно думаешь, что я, не используя всей своей силы, не смогу забить тебя до смерти? — проговорив, Цинь Му сделал шаг вперёд и исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Восемь Голосов Древнего Дракона издали восемь необычных звуков, между тем он, сложив пальцы в форме меча, произвёл резкий колющий выпад, заставляя мечевидный столб пронзить луну позади головы Юэ Гуана.

Под давлением восьми тысяч кружащихся мечей, ярка луна разлетелась на куски.

Столб надавил на тело принца и разрезал его на кусочки!

Монах Мин Синь подпрыгнул от неожиданности и откинул голову назад: «Владыка Культа Цинь снова убил… Как же всё плохо, я действительно не понимаю, зачем Жулай захотел отправить именно его, я не могу быть посредником в такого рода инциденте…»

Цинь Му осмотрелся, скользнув взглядом по нескольким сотням Сыновей Будды. Он поднял руки, чтобы схватить пулю меча, и безразлично произнёс:

— Если кто-то спровоцирует меня, мне трудно остановить себя, злые мысли не покидают моё сердце, и я хочу убивать. Друзья Дао, вы можете собраться вместе, чтобы подавить дьявола в моём сердце, тем самым обретая заслуги и обогащая своё сердце добродетелью!

Глава 621. Ни Одного Меча в Царстве Будды

Несколько сотен Сыновей Будды почувствовали, как их сердца замерли от взгляда его трёх глаз. Раздались всевозможные голоса будды, с которыми они открыли свои божественные сокровища и с громкими взрывами высвободили свои ауры!

Это произошло из-за того, что они все как один ощутили на себе убийственное намерение взгляда Цинь Му и подумали, что оно направлено именно на них!

Оказавшись под взором Цинь Му, монахи невольно высвободили свои ауры и начали вести себя довольно нервно, демонстрируя всю силу своих семей. Но также это подарило Цинь Му шанс увидеть техники и божественные искусства, которые они совершенствовали.

Над головами некоторых Сыновей Будды появились облака, на которых сидели великие будды, а из затылков других вырвались яркие лучи, с кружащимися внутри внушительными буддами, повторяющие свои мантры.

Под ногами части монахов струились золотые источники, на поверхности которых плавали лепестки лотоса, в то время как они сами стояли в самом центре на красном лотосе.

Встречались и совершенствовавшие необычные буддистские техники, способные отращивать три головы и шесть рук. Их лица напоминали Якш, а к их телам, окутанным священным светом, не прилипала пыль.

Их духовные оружия тоже принимали всевозможные странные формы. Можно было увидеть пипы, зонты, драгоценные бусины, луки и стрелы, мечи, скипетры ваджры, золотые дубины и тому подобное. Некоторые из них совершенствовали зверей в духовное оружие и, управляя ими с помощью Ци, вынуждали атаковать противников.

На каждом из двадцати буддистских небес был свой Будда, поэтому техники, которыми владели их жители, совершенно отличались друг от друга.

Кроме буддистских техник, Цинь Му также бросилось в глаза огромное количество высших искусств Райских Небес. Кроме того, под пристальным взором его третьего глаза, их совершенствование и область становились отчётливо видны.

Сыновья Будды не были существами на подобии Ци Цзюи, дворянина Райских Небес, совершенствовавшего технику Императорского Трона. Даже Губернаторы Провинции Юду, вроде Лу Ли, должны были проявлять к нему глубокое уважение и преклонение.

Несмотря на то, что некоторые Сыновья Будды спустились с Райских Небес, или были как-то с ними связаны, они в глаза не видели техники Императорского Трона. В конце концов она не была доступной для всех, в противном случае Райским Небесам не пришлось бы отправлять своих людей в Царство Будды, чтобы овладеть истинными писаниями Брахмы.

— Какая дерзость! — Король Дхармы Мо Лунь впал в ярость и прокричал. — Как ты осмелился убить человека в моём Царстве Будды? Ты истинный дьявол!

Цинь Му не обращал на него внимания и отвёл взгляд в сторону. Потупив голову, он начал бормотать, смотря на свои ладони:

— Даже сражаясь с Чжэ Хуали и Ци Цзюи я не открывал свой третий глаз, поэтому понятия не имею, насколько высоко моё совершенствование.

Мо Лунь удивлённо застыл, а сразу же после едва не взорвался от злости, как вдруг изнутри полуразрушенного монастыря донёсся голос Будды Сакры:

— Младший Брат Мо Лунь, успокойся. В сражениях между учениками всегда происходят убийства, неужели теперь ты лично вступишь в бой? Жизнь человека — это всего лишь его существование в смертном теле, и теперь, когда Наследный Принц Юэ Гуан сбросил свою смертную оболочку, он свободен, не это ли огромный повод для радости? Правила уже определены: пусть Сыновья Будды бросят вызов Мирянину Циню. Тот, кто победит, получит последнее место и сможет войти в монастырь, чтобы изучить истинное писание Императорского Трона.

Ярость Мо Луня вырывалась на волю с невообразимой силой, но он сумел её сдержать, думая про себя: «Сакра Будда заступается за этого мерзавца? Даже подумать не мог, что он осмелиться сказать что-то настолько бесстыдное! — тем не менее, раз уж заговорил сам Сакра, он не мог проигнорировать его слов и задумался. — Способности этого мерзавца из нижней границы и вправду неплохи, впрочем, он переоценивает себя, бросая вызов всем Сыновьям Будды одновременно! Истинные писания Императорского Трона Будды Брахмы очень важны, нельзя отступать, нужно заполучить их любой ценой».

Находящийся в полуразрушенном монастыре Сакра, поглощённый изучением истинных писаний техники Императорского Трона, недовольно хмыкнул. В конце концов это не он заговорил, пытаясь остановить Мо Луня.

Сейчас он постигал истинные писания, так откуда у него взялось бы время, чтобы отвлекаться на внешний мир?

«Кто имитирует мой голос? Очень правдоподобно! Скорее всего, это старший Брахма, только он может имитировать мой голос так, что не различишь, — Сакра приподнял брови. — Должно быть, это первое дерьмо? И он решил лично меня в него окунуть. Надеюсь, на этом всё…»

— Наследный Принц Жи Гуан из Райских Небес пришёл подавить дьявола в твоём сердце! — Жи Гуан сделал шаг вперёд, над его головой ярко засияло солнце. Он равнодушно продолжил. — Ты из нижней границы? Если в этом бедном месте нашёлся столь редкий талант, ваше тщеславие и неповиновение можно простить.

Цинь Му не поднимал голову, чтобы посмотреть на него. Вместо этого он продолжал смотреть на свои ладони, думая: «Бабушка Сы и остальные всегда настаивали на том, чтобы запечатать мой глаз, но сделав это, я не мог узнать, насколько улучшились мои способности. Насколько большая моя настоящая сила? Наконец я узнаю…»

Внезапно он слегка задрожал, но не от страха, а от волнения. Наконец он мог высвободить свою полную силу и атаковать, не думая о последствиях. Он мог не бояться предоставить неприятности своим друзьям и родным, из-за своего слишком большого желания к разрушению и слишком сильных способностей.

Наконец он мог освободиться и снова стать молодым парнем из Великих Руин, который не боялся ничего в мире!

Юноше Великих Руин приходилось действовать, руководствуясь только правилами Великих Руин. Все остальные были лишь ограничениями, созданными во внешнем мире, они не имели к нему никакого отношения!

— Ке-ке-ке… Ха-ха-ха! — Цинь Му рассмеялся, его голос становился всё громче и раскатистее.

Жи Гуан слегка нахмурился и спокойно проговорил:

— Я Наследный Принц Жи Гуан, высочество буддистской страны Солнечного Света. Вместе с Наследным Принцем Юэ Гуаном я учился во Дворце Меча Райских Небес. Мы изучали искусство меча вместе, и наша дружба крайне близка…

— Хватит ныть, если ты так по нему скучаешь, я могу организовать вам встречу! — выкрикнув, Цинь Му взмахнул выпрямленной рукой, заставляя свою пилюлю меча резко расшириться, а уже в следующий миг летающие мечи разлетелись во все стороны, напоминая тучи, застилающие собой небеса.

Между тем солнце за спиной Жи Гуана внезапно взорвалось, и он засмеялся:

— Я уже заждался! — засмеялся Жи Гуан, в то время как за его спиной внезапно засверкало солнце. Оно сияло яркими огнями и сильно отличалось от Меча Лунного Света Юэ Гуана. Его меч переливался истинным огнём Ян и сверкал, будто солнце, каждым взмахом поджигая всё вокруг. Внутри этих огней прятались лучи меча, а их свет был настолько ярким, что никто не смел открыть глаз и посмотреть в его сторону!

Великий Божественный Меч Солнца!

Божественный меч с оглушительным грохотом столкнулся с дождём из мечей, а уже в следующий миг Наследный Принц Жи Гуан ошеломлённо застыл. Он тут же почувствовал, что его движение разрушается, и подумал: «В его навыке есть три движения… Нет, четыре движения, которых я никогда раньше не встречал в базовых навыках меча!»

Удивление в его сердце вышло за пределы того, что можно было описать словами. Четыре новых базовых навыка меча!

Не говоря уже о четырёх, даже одно новое базовое движение заставило бы переработать все навыки меча в мире. Количество изменений, которые оно добавляло, было невообразимо большим!

Что тогда можно сказать о четырёх движениях?

«Это также значит, что в его глазах мои навыки полны недостатков! — в сердце принца зародился страх, но в его разуме быстро появилась идея. — Раз уж навыки меча нижней границы так сильно улучшились, искусства Райских Небес, по сути, не в силах с ними сражаться, поэтому мне нельзя их использовать. Пока я буду использовать навыки меча, все они будут полны недостатков. Я смогу совладать с ним только с помощью ножей или заклятий, в противном случае, мне конец… А ведь верно, почему я ещё не мёртв? Что-то здесь не так…»

Он увидел, что восемь тысяч мечей сформировали собой облака, в которых, будто рыба, плавали острые лезвия. Они исполняли всевозможные движения и проходили мимо, не задевая его тела. Он ошеломлённо опустил голову и увидел, что его тело уже превратилось в подобие сломанного сита…

Оно было покрыто кровавыми отверстиями, зияющими со всех сторон.

Его разум слегка помутнел, и он поднял руку, касаясь своего лба.

Один из его пальцев провалился внутрь.

Затем он дотронулся до своего затылка и обнаружил, что в том месте тоже была небольшая дыра. Должно быть, один из мечей вонзился в его межбровье и вылетел с обратной стороны, оставляя за собой кровавый след.

«В таком случае, он уже убил мой исконный дух…» — с такими мыслями покачнувшись, Жи Гуан замертво повалился на землю.

Силуэт Цинь Му просвистел мимо изувеченного трупа Жи Гуана, совершенно не подозревая, что перед смертью тот так много думал.

— После сегодняшней битвы в Царстве Будды не останется практиков, совершенствующих навыки меча! — громко смеялся юноша из Великих Руин.

Восемь тысяч мечей начали тучами спускаться на землю, словно готовясь атаковать всех Сыновьей Будды одновременно!

Почти все монахи невольно отреагировали, становясь в защитные позы. Между тем его три глаза молниеносно пронеслись по их телам, замечая, что около сотни из них исполнили навыки меча.

Что касалось остальных, то они использовали немного другие духовные оружия и божественные искусства, но среди них нашлось довольно большое количество Сыновьей Будд, обладающих невероятно высоким совершенствованием. К примеру, здесь был Наследный Принц Мо Цзе, Принцесса По Лун и Наследный Принц Фу Юнь, о которых упоминал Король Дхармы Му Туло. Кроме них были также Сыновья Будд Пу Чжао и Кун Сян, а также все другие, кто принимал участие в дискуссии с демоническим обезьяном.

Большинство Сыновьей Будд совершенствовали техники Райских Небес, поэтому их достижения в буддизме были не слишком высокими и около сотни из них исполняли навыки меча.

Внезапно Будда Ямараджа не выдержал происходящего и закрыл глаза, обращаясь к остальным буддам:

— Идём отсюда, нам нельзя здесь находиться и смотреть, как кровь собирается в реку.

Будда Сагара Нагараджа и остальные закивали головами:

— На это действительно невыносимо смотреть, — забрав своих учеников, они подлетели в воздух и покинули это место, возвращаясь к своим родным небесам.

Сын Будды Цзянь Кун обернул голову и ощутил шок. Над полем боя перед обветшалым монастырём появилось сто лучей кровавого света!

Навыки сотни Сыновей Будд, совершенствующих навыки меча, были сломлены в мгновение ока, после чего их физические тела или исконные духи были тут же убиты!

Цзянь Куна потерял дар речи, его сердце наполнилось страхом, а конечности замерли.

До того, как он успел обернуться обратно, Цинь Му уже собрал свои летающие мечи обратно в пилюлю и превратил её в нож. Разделив его надвое, он начал непредсказуемо носиться по полю боя с молниеносной скоростью. Его тело двигалось то влево, то вправо, то вперёд, то назад. Лезвия его ножа двигались так быстро, что их нельзя было разглядеть невооружённым глазом, но одно было очевидно — с каждым взмахом на землю падали головы, а тела разделялись напополам!

Два ножа в его руках напоминали длинных драконов, носящихся вокруг, описывая широкие круги. Внезапно за его спиной появились врата, обнаруживая за собой кромешную тьму Юду. Врата двигались вслед за ним, и где бы они не проходили, исконные духи монахов исчезали до того, как успевали отреагировать, а их безжизненные тела падали на землю.

По спине молодого Сына Будды побежали мурашки, а его тело начало дрожать. Он наблюдал, как длинные ножи в руках Цинь Му превращаются в копьё, которое тут же вонзилось в Принцессу По Лун.

Наконечник оружия задрожал, заставляя тело милой, обаятельной девушки разорваться на ошмётки.

Затем Цинь Му вонзил копьё в землю и рассеял по округе бесчисленные летающие мечи, тут же превращая их в огромный колокол, который накрыл его и неистово завращался, отражая божественные искусства и духовное оружие противников.

Цинь Му яростно бил в колокол, каждый его удар и пинок издавал чёткий звон. Ужасающая сила вырывалась наружу, разрушая кости Сыновьей Будд, решившись сразиться с ним вблизи с помощью боевых техник!

— Цзянь Кун, хватит смотреть, — вздохнув, проговорил Будда Ямараджа. — Если ты продолжишь, твоё сердце Будды пострадает.

Сын Будды Цзянь Кун был ошарашен. Он собрался было что-то сказать, но его горло пересохло, не давая ему выдавить из себя даже слова. Прокашлявшись, он прохрипел:

— Мой Будда, как будды могут молча наблюдать за резнёй, которую устроил Мирянин Цинь?

— Что ещё мы можем сделать, кроме как молча наблюдать? — тихо проговорил Будда Ямараджа. — Несколько лет назад я отправился в Юду, чтобы просветить обитающие там проклятые души, и встретил его… Я думал, что он уже умер, и никак не ожидал, что он доживёт до этого момента. Кажется, он забыл, что произошло, когда он был младенцем. С тех пор прошло девятнадцать лет…

Глава 622. Божественная Мощь Трёх Глаз

Сын Будды Цзянь Кун последовал за Буддой Ямараджей, чтобы покинуть Небеса Брахмы, с озадаченным видом думая: «Что произошло с Мирянином Цинем в младенчестве? Как так получилось, что мой Будда встретил его в Юду? Почему сам Мирянин Цинь ничего не помнит об этом?»

Несмотря на обилие вопросов, Ямараджа больше не проронил ни слова, явно давая понять, что не желает продолжать разговор. Более того, он выглядел так, будто не может вынести зрелища, как Цинь Му убивает прочих Сыновей Будд, и ему хотелось как можно скорее покинуть небеса Брахмы.

«Мой Будда знает много секретов, но он не хочет делиться со мной. Мирянин Цинь действительно так страшен?» — снова подумал про себя Цзянь Кун.

****

Сражающегося перед полуразрушенным монастырём Цинь Му было трудно заметить невооружённым глазом, поэтому все присутствующие использовали божественные искусства, наподобие Глаз Будды и Небес.

Только так они могли разглядеть его практически неуловимый силуэт.

Он перемещался с поистине невообразимой скоростью, напоминая неуловимый блик света. Используя на бегу всевозможные виды божественных искусств, навыков меча, ножа, копья и кулака, он не оставлял монахам ни малейшего шанса отреагировать.

Сын Будды Кун Сян взревел, принимая форму четырёхликого, восьмирукого будды, и взмыл в небо, чтобы сразиться с Цинь Му, который нёсся к нему.

Двигаясь на невероятно высокой скорости, они молниеносно промелькнули мимо друг друга. Кун Сян имел очень крепкое шестиметровое тело, и всё же, даже несмотря на такие габариты, он был с лёгкостью подавлен.

Цинь Му использовал навыки кулака, от которых исходили звуки похожие на раскаты грома, между тем другие Сыновья Будд взмыли в воздух, готовясь окружить его, как вдруг с неба дождём хлынула золотая кровь.

Ци и кровь Кун Сяна вскипели, а уже в следующий миг от разных мест его тела послышались громкие хлопки. Его кожа лопнула, открывая путь хлынувшей наружу крови. Он столкнулся с Цинь Му, после чего его Ци и кровь вышли из-под контроля, забурлили, вырываясь наружу, и разорвали на две части не выдержавшее перегрузки физическое тело… летальный исход.

Сыновья Будд, собирающиеся окружить Цинь Му, увидели, как с неба падает покалеченное тело Кун Сяна, а в воздухе вспыхнул свет меча. Такое зрелище поразило их, и они поспешно применили свои божественные искусства, чтобы изрешетить небо и разорвать любую угрозу на кусочки.

Свет меча, который они увидели, был похож на океан крови, водопадом стекающий вниз. Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Неистовые Ци и кровь излучали свет меча, в то время как сами мечи, плавающие в этом море крови, напоминали драконов, путешествующих куда им заблагорассудится.

Некоторые из Сыновей Будды схватились за горло, а другие прикрыли межбровье, в то время как их тела неизменно погружались в море крови.

Наследный Принц Мо Цзе ступал по кровавым волнам с цветущим лотосом под ногами. Он придерживался за цветок лотоса, чтобы блокировать вражеские атаки.

Вьюх…

С развевающейся на ветру одеждой и мечом в руках, Цинь Му обернулся, раскрывая свою спину.

Мо Цзе посчитал это идеальным шансом для нападения, но как только он собирался было атаковать, море крови расступилось и его тело прошло через чёрные как уголь врата. Он ошеломлённо замер, медленно утопая в море крови. Его исконный дух уже был втянут в Юду благодаря Вратам Небесной Воли.

Спустя немного времени море крови рассеялось и с неба на землю повалились трупы. Со стороны зрелище чем-то напомнило дождь, только из мертвецов.

По сравнению со всеми этими юными отпрысками Райских Небес, Цинь Му был на голову опытнее в бою и техниках. Живя в Царстве Будды столь долгое время, Сыновьям Будд Райских Небес редко когда доводилось сражаться за свою жизнь. В конце концов здесь, словно в водах мёртвого пруда, царили мир и покой.

Живя в таком богатом, мирном месте, люди совершенно естественно жили счастливо, но также они теряли в аспектах стремления и амбиций, что, в свою очередь, привело к регрессу их путей, навыков и божественных искусств.

Когда пути, навыки и божественные искусства отходят для практика на второй план, с этим на второй план отходит и стремление в совершенствовании и обучении в целом.

Они слишком долго жили в мире, в итоге потеряв желание пробиваться вперёд, к вершине. Однако у Цинь Му дела обстояли совершенно иначе, в конце концов он вырос в невероятно опасных Великих Руинах. Будучи ещё мальчишкой, он уже путешествовал по местам, где на каждом углу его подстерегала очередная опасность.

Что касается Вечного Мира, то это была Империя, чья жизнь била ключом. Её мощь росла не по дням, а по часам, поэтому, будучи такой сильной державой, у неё неизбежно появлялись враги, всегда подстёгивающие к поиску новых путей, навыков и божественных искусств.

Солдаты сражались на передовой, в то время как практики божественных искусств использовали пути, навыки и божественные искусства на благо обычных людей в тылу, тем самым облегчая их повседневную жизнь.

А с появлением летающих кораблей, машин, пушек и прочих всевозможных странных вещей, Вечный Мир покорял новые вершины на творческой стезе, что, хоть и пассивно, но тоже помогало стремительному развитию путей, навыков и божественных искусств.

Что касается Верховных Небес Императора — их стопорила ожесточённая война. Они попросту не могли сформировать крепкий тыл, из-за чего структура их общества не была развитой. Без почвы для творчества их пути, навыки и божественные искусства никак не могли стабильно развиваться.

Цинь Му родился в Великих Руинах, где его с ранних лет с крайней самоотдачей тренировали девять сумасшедших стариков. А затем, имея крайне прочные основы, он впитал в себя все реформаторские идеи и новшества Эпохи Империи Вечного Мира.

Более того, он стал одним из лидеров реформы, а также основателем Восемнадцатой Формы Меча и Проводника Исконного Духа. Он был существом, которое уже сделало свой первый шаг на пути меча.

Ни один из Сынов Будды, живущих в Царстве Будды, не мог сравниться с Цинь Му.

Они абсолютно точно не были для него соперниками, по крайней мере в одной области.

Цинь Му поднял голову и увидел, как к нему мчится Сын Будды Пу Чжао. Тот был сильным практиком области Небожителя, который чуть не умер после того, как обезьян Чжань Кун заслонился рукой от его света…

На дебатах он провалился, однако его боевые способности нельзя было сбрасывать со счетов. Яростно несясь вперёд, его навыки мудры накладывались друг на друга. Каждое движение, каждая форма, каждый удар — всё это, казалось, не имело себе конца и внушало благоговейный трепет.

Он выполнял навык мудры, в котором был наиболее искусен, и каждая исполненная им мудра имела отпечаток одного из видов будды. Находящийся позади него исконный дух имел форму будды, в то время как вокруг него сидело множество разных по размеру фантомов будд. Они все, слов единое целое, исполняли всевозможные навыки мудр вместе с его навыком мудры!

Сын Будды Пу Чжао рванул вперёд и в облаках вспыхнул свет. Гром ещё не успел разразиться, а молния уже разделила собой небосвод.

Навык мудры, который он сейчас использовал, был великим божественным искусством Небес Лакшми, Омывающим Всё Своим Светом!

Его могли совершенствовать лишь некоторые Сыновья Будды!

Аура Пу Чжао становилась всё сильнее и могучей. Его исконный дух также постоянно превосходил самого себя, в итоге становясь подобно стреле на натянутой до передела тетиве, готовой спуститься в любой момент.

В этот момент Цинь Му сложил указательный и средний пальцы вместе в форме меча, чтобы прикоснуться к своему межбровью. Прикоснувшись к нему, он тут же сделал выпад пальцами вперёд!

Первая форма Меча Бедствия — Начало Бедствия!

Пу Чжао не смог удержаться от крика, когда увидел летящий ему в лицо свет меча. Видения будд позади него взорвались силой, высвобождая мощь десяти тысяч мудр.

Цинь Му увернулся и, приземлившись на землю, слегка озадачился: «Странно после того, как я выполняю это божественное искусство пути меча, моя жизненная Ци в некоторой степени истощается. Почему я чувствую, что она всё ещё несравнимо обильна, будто колодец полный воды. Она кажется бесконечной…»

Он чувствовал, что его жизненная Ци всегда находится на пике, совершенно не истощаясь со временем. После столь долгого сражения он использовал по разу почти все свои божественные искусства и боевые техники, и даже несколько раз исполнил великие божественные искусства, которые требовали большого количества магической силы, но его жизненная Ци до сир пор совершенно не была истощена.

Но что было ещё страннее, так это то, что он чувствовал, как его совершенствование жизненной Ци быстро растёт.

Происходящее полностью противоречило логике, как вдруг он пришёл осознанию в чём именно заключалась проблема. Всё благодаря его третьему глазу в межбровье.

Каждый раз, когда он кого-то убивал, из этого глаза исходила безграничная жизненная Ци, которая проходила по всему его телу. Будто это была своего рода награда, и чем больше людей он убьёт, тем ценнее будет награда.

«Странно, очень странно, неужели это и правда всё из-за глаза?»

Чи…

Десять километров света меча пронзили голову Пу Чжао. Свет был настолько ослепительным, что освещал почти половину неба. И даже несмотря на то, что навык — Омывающий Всё Своим Светом был распираем от собственной мощи, Пу Чжао ударил им в пустоту, так как Цинь Му исполнил Божественные Ноги Небесного Расхитителя и уже успел давно «смыться» с того места.

С пустым взглядом на лице Сын Будды Пу Чжао рухнул вниз.

Находящийся позади него свет меча внезапно отступил и превратился в крошечную пилюлю меча, которая, кружась, начала спускаться с неба. Прежде чем приземлиться на землю, она внезапно расширилась и превратилась в девять длинных драконов. Их головы были обращены вниз, а хвосты переплелись вместе, когда они накрыли Сына Будды подобно огромному покрывалу.

Из Божественного Огненного Савана Девяти Драконов вырвались наружу пламя и свет меча, измельчая бедолагу на мелкие кусочки, а сразу же после превращая в пепел.

Цинь Му поднял руку и Божественный Огненный Саван Девяти Драконов устремился к нему, быстро уменьшаясь до размеров огромного молота и приземляясь у него в руке.

Он вдруг сердито взревел, заставляя языки пламени позади него устремится в небо, подобно извергающемуся вулкану. Качнув вперёд молотом в своей руке, он бросил его со всей своей силой в грудь Сына Будды, который мчался на него.

Между тем в момент, когда он бросил молот, мышцы его обеих ног напряглись, и он внезапно рванул вперёд.

Грудь того Сына Будды от удара провалилась внутрь, пулей отшвыривая его самого в обратном направлении вместе с огромным молотом.

Пролетая мимо деревьев, они казались ему размытыми тенями, а те, что по воле случая оказывались за его спиной, с громким треском разлетались по сторонам, но он этого не слышал, слишком уж быстро летел.

Наконец остановившись, он увидел, как уже в следующий миг напротив него появился Цинь Му, протягивающий руку к своему огромному молоту. Не успел он моргнуть глазом, как молот превратился в длинное, чем-то напоминающее струящуюся воду, копьё, в то время как он сам оказался насажен на наконечник и поднят в воздух.

Цинь Му резко толкнул, Сын Будды разорвался на куски!

— Не атакуйте по одному! — закричал Наследный Принц Фу Юнь и сурово добавил. — Нужно собраться вместе, подойдите ко мне, используем буддистские божественные искусства глаз и испепелим его!

Большинство уцелевших монахов в настоящее время гонялись за Цинь Му, атакуя его всевозможными божественными искусствами и духовными оружиями. Но с учётом того, что им было невероятно трудно обнаружить его из-за запредельно высокой скорости, толку от этого было мало, поэтому, услышалв слова Фу Юня, они быстро собрались вокруг него.

Сыновья Будд внезапно образовали человеческую стену, ступив друг другу на плечи и навалившись друг на друга. Всего их было шестьдесят четыре.

— Глаза Будды, пробудитесь! — шестьдесят четыре Сына Будд сложили ладони вместе. У некоторых из них было по три головы и шесть рук, в то время как у других две стороны на одном теле, у некоторых была истинная форма Короля Мудрости, а у других тела архата… и прямо сейчас все они использовали свои глаза будды.

— Сметая миазмы демона, подчиняя демона и дьявола! — их голоса громко резонировали, а ауры переплетались. Они были похожи на железный оплот, а их внушительная манера поведения напоминала город.

Вшух…

Буддистский свет собрался в сотрясающий горы поток, прежде чем рвануть в сторону Цинь Му!

Свет мгновенно стал несравненно интенсивным, а голоса будд несравненно басистыми. Где бы их резонирующие волны не проходили, их вибрации превращали всё в пыль!

Между тем Цинь Му, сразу после того, как убил того Сына Будды, встряхнул копьё, превращая его в огромный черепаший щит, чтобы заблокировать поток света, который летел в его сторону.

Буум!

Его тело сильно задрожало, и он взлетел в воздух вместе со щитом. Щит перед ним был сформирован восемью тысячами летающих мечей, но в этот момент они больше не могли удерживать форму щита и, вибрируя под натиском света, «рассыпались»!

Цинь Му хмыкнул, вырвав кровью, и его унесло с этого острова в золотое море света будды, пока он не врезался в торчащий над ним горный пик.

Наследный Принц Фу Юй и шестьдесят четыре Сына Будд взлетели в небо и поднялись над золотым морем. Находясь в воздухе, они кричали в унисон:

— Дхарма безгранична, архат спускается к нижней границе!

Омммм…

Буддистский свет в глазах каждого снова ярко засиял и, вновь собравшись воедино, ударил в то место, куда врезался Цинь Му!

— Вы думаете, что это вам поможет? — ещё до того, как свет достиг вершины горы, они увидели, как на вершине горы взорвались горные камни. Цинь Му взмыл в воздух, его волосы легли ему на плечи, и он начал складывать странную мудру.

Когда мудра формироваться, его три глаза начали становиться всё ярче и ослепительней. В его правом глазу был истинный огонь чистого Ян, а в левом истинный огонь чистой Инь, но эти два глаза даже близко не могли сравниться с его третьим глазом в межбровье…

В его третьем глазу постепенно проступали очертания крыльев. Они расправлялись как у бабочки, готовящейся вылететь из кокона.

Между тем вертикальный глаз становился всё более демоническим.

Внезапно мудра была закончена и его руки резко качнулись назад, в то время как голова подалась вперёд. Три луча света с гулом вырвались из всех его трёх глаз.

Буддистский свет столкнулся с божественным светом его трёх глаз и человеческая стена, образованная шестьюдесятью четырьмя Сыновьями Будд, внезапно рухнула… в то время как с неба посыпались конечности!

— Са ту, мо хэ ба хэ… — Цинь Му планировал победить их всех одним махом, как из его уст вырвался загадочный язык Юду, и он резко вздрогнул: «Что происходит? Почему я вдруг начал говорить на языке Юду?»

Подумав об этом, он вдруг усмехнулся и сказал:

— Хе-хе, жертв теперь достаточно, души этих лысых дурачков не так уж плохи…

Цинь Му высунул язык и облизал губы, но мысленно он встревожился: «Это неправильно, я не собирался это говорить, я даже не думал о таком! Что со мной происходит?»

— Злое создание! — раздался гулкий голос летящего по воздуху Будды с опущенными руками. — Ты действительно неисправимый дьявол. Будда разгневан, я сотру тебя с лица земли!

— Ты не сможешь меня победить, и ты это знаешь. Если я тебе не по зубам, позволь мне показать тебе, как твоё тело разорвётся на кусочки, — сказав это, Цинь Му почувствовал, как по его спине пробежал холодок…

Эти словам были ясно сказаны им, но это не то, о чём он сейчас думал!

Глава 623. Где Я, там Юду

— Кто ты? — удивлённо воскликнул Цинь Му.

В ответ из его же рта раздался громкий, чёткий голос с нотками невинности и зла:

— Я… — между тем огромная ладонь будды над его головой начала давить вниз, и он тут же ощутил, как второй «он» просыпается у него внутри. Это сопровождалось невероятно странным чувством, как будто он разделялся надвое. — Цинь Фэнцин!

Пока голос говорил, настоящее сознание Цинь Му отодвинулось на второй план, он стал всего лишь наблюдателем!

Даже более страшным было то, что, когда второй «он» проснулся, его тело внезапно наполнила волна ужасающей силы. Он понятия не имел откуда она взялась, но сразу же ощутил, что эта сила безгранична…

Она была настолько удивительной и злой, что собственному совершенствованию и сознанию Цинь Му пришлось таиться где-то в углу, в то время как все части его тела наполнились дьявольской мощью.

— Захваченных мной исконных духов всё ещё недостаточно. Их не хватает, чтобы сломать печать Графа Земли. Вот же старый подлец… Впрочем, как только я убью этого будду, то окажусь на шаг ближе к освобождению!

Цинь Му услышал незнакомый, высокомерный голос ребёнка. Его переполняли нотки злобы и злости, заставляющие сердца людей содрогаться от страха. Из его уст раздался язык Юду, обладающий странной, бесстрашной магической силой. В нём чувствовалась безграничная жадность, будто он объединял в себе всевозможные негативные эмоции.

— Где я, там Юду…

Цинь Му увидел, как во все стороны от его тела начинает распространяться тьма, оскверняя высшие Небеса Брахмы Царства Будды. Здешнее золотое море, освещаемое вечным дневным светом, начало медленно чернеть!

Золотое море напоминало таз с водой, в который упала капля чернил. Из-за вторжения тьмы оно постепенно осквернялось, меняя свой цвет. Площадь, которую занимала тьма, становилась всё больше и обширнее.

Главная священная земля Царства Будды постепенно превращалась в Юду.

Между тем рука Будды уже достигла цели и разразилась ярки буддистским светом. В следующий миг её целиком поглотила тьма.

Удивившись, Будда закричал и выдернул руку из тьмы. От его, некогда пухлой конечности, остались лишь белые кости. Плоть на ней бесследно исчезла.

Это было странное божественное искусство, кардинально отличающееся от заклятий Вечного Мира, Верховных Небес Императора, Царства Будды и даже Райских Небес. Оно позволяло контролировать силу смерти и отбирать жизни других существ себе.

Цинь Му с хохотом подпрыгнул. Оттопырив пальцы на руке, он впечатал свою ладонь в голову Будды.

Буум!

Раздался оглушительный грохот, с которым грубая сила вдавила Будду в золотой остров, а уже в следующий миг тот внезапно взорвался и разлетелся на части.

Цинь Му также заметил странные изменения, происходящие с его телом. Оно начало неистово расти, становясь всё выше и выше. В то же время он, казалось, молодел, постепенно превращаясь в младенца.

К счастью, Юй Чжаоцин, предводитель расы Небесного Пера, создала для него необычный набор одежды. Будучи изготовленным из лучших материалов, имеющихся в распоряжении её её расы, он был удивительным духовным оружием, способным менять свою форму в зависимости от размера владельца.

В этот момент его рост достиг тридцати метров, а возраст снизился до четырёх-пяти лет. Теперь он превратился в очаровательного мальчика.

Несмотря на свой милый вид, этот мальчик обладал безграничной силой. Более того, он был настолько злым, что едва не размозжил голову Будды.

«Мальчик» схватил Будду одной рукой и поднял его над землёй. Затем он открыл рот и начал втягивать в себя воздух.

Вокруг тела Будды засияли буддистские лучи, пытаясь бороться с непреодолимым воздействием. Тем не менее, его исконный дух неконтролируемо выбрался наружу, время от времени отделяясь от физического тела.

Будда непрерывно боролся, но вскоре снаружи показались его божественные сокровища. Перед райскими дворцами стоял его исконный дух. С трудом удерживая равновесие, его несколько раз едва не высосало.

Цинь Му обнаружил, что его тело продолжает становиться всё моложе. Всего лишь несколько мгновений назад он выглядел на четыре-пять лет, а теперь он больше напоминал трёхлетнего малыша.

В этот момент к «малышу» подобрался Король Дхармы Мо Лунь, всаживая мудру прямо в его сердце.

Малыш отбросил Будду, и тот начал неконтролируемо отскакивать от земли. Пролетев над золотым морем и разрушив собой несколько гор, он наконец остановился, между тем его исконный дух высосали из тела.

Исконный дух будды не полетел в рот малыша, а вместо этого исказился и вошёл прямо в его третий глаз.

Цинь Му был шокирован, когда внезапно понял, что происходит. Наконец он догадался, почему Зал Короля Циня обрушился после того, как Король Яма из Фэнду попытался подавить его печать, и почему тот в результате оказался впечатанным в колонну. Он понял, как такое сильное создание, как Фу Жило, получило сильные травмы и бессознательно упало на жертвенный алтарь после контакта с нефритовой подвеской.

Теперь он знал, что послужило причиной бедствия в городе Безучастия, и почему Графу Земли пришлось лично появиться, чтобы восстановить печать в подвеске.

В прошлом он думал, что в ней кроется какое-то проклятье, и не слишком волновался по этому поводу. Когда он терял над собой контроль, то впадал в глубокий сон и не мог вспомнить что произошло.

Теперь он наконец всё осознал, что настоящим проклятьем был он сам, точнее, второй «он» в его теле.

Причина, по которой в прошлом он засыпал, теряя над собой контроль, состояла в том, что второй «он» был слишком силён. Теперь же он бодрствовал, так как печать Графа Земли была слишком сильной. Его вторая часть не могла полностью освободиться, что позволяло двум сознаниям одновременно разделять тело между собой.

У него ещё было немного времени, чтобы поразмыслить. Король Дхармы Мо Лунь и три других Будды набросились на него, ступая по золотому морю. Они исполнили свои движения и божественные искусства заслонили собой небо. Их сила превратилась в поразительный хаос, и огромное количество видений одновременно взлетели к небесам.

Внезапно сознание Цинь Му захватило контроль над телом. Не тратя времени, он быстро побежал прочь, исполняя Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого и уклоняясь от атак Короля Дхармы Мо Луня и остальных.

В его исполнении навык одноногого достиг невообразимой скорости, позволяя в прямом смысле проникать сквозь пространство. Если бы одноногий увидел это, то от удивления широко открыл бы рот и глаза, не веря, что его навык может достигать таких высот.

Тем не менее, в этот момент Цинь Му обладал безграничной магической силой, позволяющей ему развить навык Божественных Ног Небесного Расхитителя до максимума. Он проходил сквозь тысячи цветков и кустов, и ни один из них не задел его тела. К нему ничто не могло коснуться, включая божественные искусства Мо Лунь.

«Почему я снова могу контролировать своё тело?» — внезапно задумался Цинь Му.

Впрочем, в следующий миг сознание Цин Фэнцина вернулось, и прозвенел его детский, но злой голос:

— Граф Земли, ты снова мне мешаешь!

Сознание Цинь Му снова отодвинулось на второй план. Его тело уже целиком превратилось в гигантского младенца. Он радостно подпрыгивал, отчего золотое море под его ногами раз за разом взрывалось и в небо выплёскивались волны буддистского света.

Где бы он не проходил, золотое море осквернялось. В начале в него упала одна капля «чернил», но теперь «чернила» капали, будто дождь!

Он схватил одного из Будд, собираясь разорвать его надвое, будто непослушный ребёнок, которому надоело играться с тряпичной куклой.

Король Дхармы Мо Лунь и двое оставшихся Будд продолжали его преследовать. Судя по всему, Цинь Фэнцин не слишком углублялся в изучение божественных искусств, поэтому всё, что он исполнял, было крайне простым. В то же время заклятия Юду были невероятно странными и непредсказуемыми, поэтому защититься от них было совсем непросто.

Даже более страшным было то, что сила его физического тела выходила за рамки вообразимого. Он разорвал Будду грубой силой, орошая золотое море его кровью!

Третий глаз между его бровей тут же проглотил исконный дух жертвы. Закружившись вихрем, тот бесследно исчез.

Символ в виде бабочки, виднеющийся в этом третьем глазе, становился всё больше и больше. Вместе с ним его способности тоже становились выше. Наконец он развернулся и начал сражаться с Мо Лунем и остальными лицом к лицу.

Тем временем перед полуразрушенным монастырём монах Мин Синь подлетел в воздух. Повернувшись в сторону поля битвы, он ошарашенно наблюдал, как один за другим обрушаются острова в форме булочек. Священные горы рассыпались, а тьма непрерывно оскверняла высшую священную обитель.

Мин Синь побледнел в лице. Его тело начало дрожать, а разум опустел.

— Монах, спустись!

Внезапно внизу раздался чей-то голос, и парень поспешно опустил взгляд. Стоя у входа, ему махал рукой искренний на вид монах. Всё это время тот непрерывно подзывал его к себе, но он бы слишком шокирован, чтобы обратить на это внимание.

Искренний монах с улыбкой проговорил:

— Быстро спускайся! Великий король дьяволов скоро доберётся до этого места. Нам нужно спрятаться внутри монастыря!

Мин Синь поспешно ответил:

— Старший брат Цинь не поднимет на меня руку!

— Ты действительно думаешь, что это твой старший брат Цинь?

Монах Мин Синь посмотрел в сторону золотого моря, почти превратившегося в море из чернил. Огромный младенец, в которого обратился Цинь Му, как раз схватил Будду и, сжав его со всей силы, превратил в кровавую котлету.

Внезапно произошёл оглушительный толчок, с которым гигантское тело Мо Луня отлетело назад, покидая пределы золотого моря. Несколько раз отскочив от земли, он столкнулся с островом, скашивая лес на своём пути, словно траву.

Между тем младенец, в которого превратился Цинь Му, сожрал исконный дух очередного Будды и, радостно подпрыгивая, помчался в сторону монахов.

Монах Мин Синь задрожал от страха и без раздумий спустился на землю.

Честно выглядящий монах открыл дверь монастыря и позвал парня внутрь. Мин Синь быстро вошёл, как вдруг вспомнил: «Если Будда Брахма позволил трём людям войти внутрь и выучить истинное писание Императорского Трона, а Чжань Кун и Будда Сакра уже внутри, значит все места теперь заняты…»

Пока он думал, гигантский младенец, в которого превратился Цинь Му, схватил Мо Луня за ноги и начал раз за разом ударять им о землю. Своими ударами он разбивал горы и раскалывал землю, ставя Короля Драхмы на волосок от смерти.

Монах поспешно закрыл дверь, скрывая ужасную картину от глаз Мин Синя. Затем он толкнул парня внутрь и проговорил:

— Старший брат, тебе очень повезло! Если ты войдёшь внутрь, то встретишься с Буддой Брахмой и выучишь истинные писания Императорского Трона. Иди, иди!

Мин Синь ошарашенно шагнул вперёд, спотыкаясь. Снаружи монастырь не выглядел слишком большим, но пройдя довольно большое расстояние, он так и не смог разглядеть его края.

Снаружи доносился ужасный крик Мо Луня. Услышав его, Мин Синь почувствовал, как его волосы встают дыбом: «Вот дерьмо! Старший брат Цинь в опасности! Он убил так много Сыновьей Будды, а теперь ещё и разобрался с четырьмя Буддами, включая Короля Дхармы. Как Будда Брахма простит ему такое? — обернувшись, он побежал прочь из монастыря, думая про себя. — Я не позволю Будде Брахме убить старшего брата Циня!»

Внезапно он услышал голос Будды:

— Отлично, отлично! Развернись, и до края можно рукой дотянуться!»

Мин Синь был ошеломлён. Перед ним возник величественный Будда, олицетворяющий собой всё святое. Мужчина улыбнулся:

— Мин Синь, если бы ты продолжил идти вперёд, не оборачиваясь, то никогда бы меня не увидел. Но теперь, когда ты повернулся, ты можешь постичь мой путь, — заметив его неуверенность, величественный Будда добавил. — Пойдём, я передам тебе истинное писание Императорского Трона.

Монах Мин Синь шагнул вперёд несмотря на волнение. Он собрался начать умолять Будду простить Цинь Му, как вдруг тот улыбчиво проговорил:

— Твоё сердце младенца не такое, как у Чжань Куна. Его четыре элемента — пустота, и он обладает врождённым корнем мудрости. Твоя природа ему уступает, но у тебя есть то, чего нет у него, поэтому я передал ему Истинное Молчаливое Писание, а тебе достанется Небесная Книга Слов.

В руках Будды появились писания, и он передал их парню.

Несмотря на то, что Мин Синь заполучил истинные писания Императорского Трона, он всё ещё беспокоился о Цинь Му и не был в настроении читать.

Великий Будда улыбнулся:

— У маленького друга Циня своя судьба, тебе не стоит из-за него волноваться. Сконцентрируйся на освоении писаний.

После этих слов сердце Мин Синя успокоилось, и он открыл писания. Слова перед его глазами начали переливаться и непрерывно перестраиваться. Формируя удивительные картины, они описывали высшие рассуждения буддизма.

Находящийся за пределами монастыря гигантский ребёнок Цин Фэнцин облизывал губы после того, как проглотил Короля Дхармы Мо Луня. Радостно подпрыгивая, он раз за разом встряхивал землю:

— Печать Графа Земли снова ослабла, хе-хе, если я сожру всех в этом Царстве Будды, то смогу полностью освободиться! Я превращу это место во второй Юду и буду новым Графом Земли, своим собственным королём! Хотя, мне всё-таки придётся вернуться в Юду и забрать оттуда маму, чтобы мы могли счастливо жить, не видя перед собой лица Графа Земли… Здесь остался ещё один монастырь. Нужно уничтожить его и сожрать всех внутри, прежде чем перейти в другие небеса этого царства!

Бум!

Монастырь раскололся на части, и внутрь, на своих непропорциональных ногах, вбежал огромный младенец. Перед собой он увидел невероятно длинную дорогу.

Младенец спотыкался, несясь вперёд. Он чувствовал, что идти на двух ногах ему было очень неудобно, поэтому начал ползти на четырёх.

Внезапно вдали послышался шорох метлы, и перед младенцем появился монах. Поспешно отбросив метлу при его виде, он собрался бежать.

Младенец радостно схватил бедолагу и улыбчиво проговорил:

— Хоть ты и слегка стар, это всё же лучше, чем ничего.

Он незамедлительно оторвал монаху голову и высосал его исконный дух, поглощая его своим третьим глазом.

— Я бы не стал его есть, — внутри тела младенца обиженно проговорило сознание Цинь Му.

Поглотив исконный дух монаха с метлой, огромный младенец внезапно прокричал:

— Вот дерьмо, меня обманули! Что за негодяй осмелился это сделать?

Цинь Му внезапно почувствовал, как его сознание возвращает себе контроль над телом. Едва сдерживая радость, он постепенно вернулся к своему прежнему виду и размерам.

Он увидел, как оторванная голова старого монаха возвращается обратно на плечи.

Старик поднялся, держа в руках метлу, и с улыбкой посмотрел на гостя.

Цинь Му поклонился и поприветствовал:

— Дикий и хамоватый человек, Цинь Му, отдаёт дань своего уважения Будде Брахме!

Глава 624. Дерь… Ответственность Сакры

— Дикий и хамоватый? — держась за метлу, спросил подметающий монах. — Неужели Владыка Культа Цинь думает, что может снять с себя всю ответственность, называя себя хамоватым? Ты убил триста шестьдесят семь Сыновей Будды, а также Будду Небес Сандры и пять других будд. Более того, сейчас большая часть Небес Брахмы похожа на мир Юду. И ты надеешься на то, что я просто так тебя отпущу?

— Пусть Будда накажет меня, — праведно ответил Цинь Му.

Монах молча смотрел на него и через некоторое время улыбнулся:

— Если я скажу, что это полностью твоя вина, это будет несправедливо по отношению к тебе. Даже если ты честен и искренен, ты не сможешь принять это в своём сердце. Люди, которых ты убил, это люди, посланные в Царство Будды с Райских Небес. Причина, по которой Будда Сакра снял с твоего лба золотой лист ивы, заключается в том, что он хотел позаимствовать твою мощь, чтобы стереть ту силу, которую Райские Небеса поместили в Царство Будды. Кроме того, выпуская Цинь Фэнцина, он также навредил твоей жизни. Ты очень умён и наверняка догадался, что благодаря всему этому можешь начать бойню безо всякого страха… ведь тебя не накажут даже за такой невозмутимый проступок, Будда Сакра защитит тебя.

Цинь Му приспустил голову:

— Я не смею никого обвинять, но Будда Сакра воспользовался мной, и все эти Сыновья Будды пали от моих рук. К тому же я запятнал священную землю буддизма.

— Когда ты передо мной, тебе не нужно скрывать то, о чём ты думаешь, в этом нет необходимости и смысла, — посоветовав, подметающий монах добавил. — Ты всё правильно говоришь. Эта вина не должна лежать на тебе. Хотя я и не одобрял того, что сделал Сакра, я не возражал ему. Опусти голову.

Цинь Му наклонился, а монах вынул золотой ивовый лист и с серьёзным выражением лица приложил к его межбровью.

— Однако я не могу нести эту вину, — с улыбкой заговорил он. — Если бы я это сделал, Царство Будды прекратило бы своё существование. Райские Небеса попросту воспользовались бы шансом уничтожить его и захватить здесь власть. Поэтому эту вину могут нести только ты и Будда Сакра. Сакра — мой младший брат, поэтому он возьмёт на себя почти всю ответственность. Что касается тебя, то ты будешь нести на себе только часть вины, которая не сокрушит тебя.

Цинь Му облегчённо вздохнул и, коснувшись золотого листа на лбу, немного успокоился. Не только из-за листа, но и из-за слов Будды Брахмы.

— Не вини Будду Сакру, он тоже думает от имени буддизма и у него тоже есть своё прошлое и узел в сердце, — подметая пол, монах шагнул вперёд. — Дерь… ответственности, которую он должен взять на себя, будет более чем достаточно, чтобы он хорошенько помучился. Ему будет трудно «отмыться». И даже если Райские Небеса узнают, что я согласился на это, без доказательств они не смогут со мной что-либо сделать, поэтому нацелятся на Сакру. Я не буду избавляться от природы Юду на Небесах Брахмы. Это будет свидетельством того, что моё Царство Будды не вмешивалось и тоже пострадало.

Цинь Му последовал за ним и, проходя мимо мест, которые подметал монах, похвалил:

— Будда очень мудр.

— Райские Небеса огромны и давно прогнили. — подметающий монах продолжил. — К тому времени, когда они получат эту новость и примут меры, пройдёт несколько дней. За это время ты и Сакра покинете Царство Будды, чтобы у вас обоих не было неприятностей. Для тебя это будет проще простого, но область совершенствования Сакры слишком высока. Ему будет намного труднее сделать это.

Цинь Му задумался на мгновение и спросил:

— У Будды есть идеи, как покинуть это место?

— Есть, — подметающий монах выглядел удивлённым. — Однако ты не можешь использовать мой метод, я не должен выдавать себя перед Райскими Небесами. Если я лично отправлю Сакру, то доказательства им больше не будут нужны, поэтому вам нужно будет сделать это самим. Не нужно вовлекать меня и Царство Будды.

Цинь Му почесал затылок:

— Получается так, будто мы помогаем Царству Будды очистить силу Райских Небес, не позволяя Царству Будды попасть под контроль Райских Небес. Тогда все хлопоты и вина падут на меня и на Сакру, в то время как Царство Будды и Будда будут в полном порядке. Царством Будды и ты останетесь не приделах, в то время как мы должны будем спасать свои жизни и не попадаться врагам на глаза?

Монах поднял голову и улыбнулся ему:

— Именно так.

Цинь Му был ошеломлён:

— Неужели в старшем поколении все такие злодеи?

— Хе-хе, всё так, как ты и сказал, — усмехнулся монах. — Однако мы называем это мудростью, а не злодейством.

— Как можно назвать мудростью такую подлость? — спросил помрачневший Цинь Му.

— На самом деле наши судьбы уже давно переплетены, — монах продолжал подметать пол. — Мы встречались кучу раз. Не волнуйся, я не позволю тебе попасть в невыгодное положение. Но также я не стану передавать истинное писание Императорского Трона. Однако Цинь Фэнцин проглотил один из моих исконных духов, и этот исконный дух превратился в великого будду, который сейчас находится в твоём третьем глазу.

Цинь Му коснулся золотого ивового листа на лбу. Он хотел снять его и с помощью зеркала проверить, если ты там великий будда или нет. Однако, когда он подумал, что сможет опять обратиться в Цинь Фэнцина, то быстро отбросил эту идею.

— Этот великий будда соединился с печатью Графа Земли, помогая тебе подавить Цинь Фэнцина и мешая ему освободиться и поглотить тебя. Более того, этот великий будда знает истинное писание Императорского Трона, которое я не могу передать тебе напрямую. Тебе придётся постигать и учиться самостоятельно, а сколько ты сможешь подчерпнуть зависит только от тебя, — проговорил подметающий монах и с серьёзным лицом добавил. — Если ты окажешься способным, то поймёшь примерно столько же, сколько Чжань Кун. Если же тебе немного недостаёт в понимании, ты сможешь понять не больше, чем Мин Синь. Однако, если ты будешь слишком одержим, то возможно и такое, что ты вообще ничего не поймёшь. Я передал истинные писания и с меня уже довольно.

Пока монах подметал, перед ними каким-то образом возник двор, в котором Будда Сакра, казалось, был сосредоточен на понимании чего-то. Подметающий монах вошёл внутрь, Цинь Му последовал за ним шаг в шаг, внимательно слушая.

— Поскольку вопрос почти решён, вы, ребята, должны уйти. Младший брат, пожалуйста, встань. Я хочу стереть пыль, оставленную твоим сердцем, чтобы моё мирное жилище не было запятнано.

Сакра внезапно оторвался от того, чем он так был усердно занят и посмотрел на подметающего монаха. Затем он посмотрел на жутко мрачное лицо Цинь Му и в изумлении воскликнул:

— Старший брат, всё улажено?

Подметающий монах кивнул.

— И всё то дерьмо конечно же на мне? — прощупывая ситуацию спросил Сакра.

Подметающий монах ответил:

— Ты нырнул в него с головой, и оно останется на тебе.

— Гори оно всё синем пламенем, — вздохнул Сакра. — Ладно, я залягу на дно и подожду пока в Царстве Будды всё утихнет. Кстати, старший брат, насколько оно вонючее? Мне ведь удастся со временем отмыться от запаха?

Монах на мгновение заколебался:

— Ты не говорил, что планируешь отмыться. Есть кое-какие нюансы… но в целом, через какое-то время запах выветрится.

Однако кое о чём он всё же умолчал и оставил это при себе: «Выветрится эта вонь только после того, как изменятся сами небеса».

— Младший брат, ты должен вернуться на свои Небеса Сакры и приготовиться к спасению своей жизни. Возьми с собой Благодетеля Циня, пусть он выведет тебя из Царства Будды, — посоветовал всё ещё метущий монах.

Сакра взглянул на Цинь Му, чьё лицо всё ещё было достаточно мрачным, и рассмеялся:

— Выведет? Он? Разве у него достаточно магической силы? Старший брат, я думаю, ты должен быть тем, кто выведет меня. У тебя замечательные способности, намного превосходящие мои. Поскольку ты можешь бродить по безграничным мирам в своих снах, у тебя определённо есть способ отправить меня в безопасное место.

Монах не проронил ни слова, продолжая подметать пол. Внезапно он коснулся метлой ног Сакры, и тот почувствовал, что мир безостановочно вращается, а когда всё вернулось в норму, то его и Цинь Му уже унесло за дверь.

Теперь они стояли перед монастырём, правда кое-кем полуразрушенным.

Монах высунул голову из-за осыпающейся стены и обратился к ним:

— Мирянин Цинь, тебе не нужно беспокоиться о Чжань Куне и Мин Сине. Закончив изучать истинное писание Императорского Трона, они вернутся домой. Отправить их будет куда проще, чем вас. Я пойду чинить стены своей обители, так что провожать вас я не стану.

За головой Сакры ярко засияли буддистские лучи и осветили окрестности:

— Старший брат сказал, что я теперь весь в дерьме, да ещё и в очень вонючем. Ну, узнаем всё на практике. Маленький друг Цинь, перестань так грозно на меня глазеть. Я подвёл тебя и втянул в эту историю…

Цинь Му вёл себя так, словно хотел убрать золотой ивовый лист.

Сакра поспешно поклонился в знак извинения и сказал:

— Не нужно снимать. Даже если ты меня побьёшь, я всё равно смогу сбежать. Просто позволь мне извиниться перед тобой. Я обязательно отплачу за эту услугу в будущем. — юноша опустил руки, и он продолжил. — Я, как Будда, возьму всю вину на себя. Теперь на моих плечах лежит бремя тяжкого преступления. И, как я уже сказал раньше, я весь в дерьме. Причём совсем недавно именно старший брат кинул в меня первую лепёшку, когда заговорил моим голосом. В общем, давай для начала покинем это место. Через несколько дней Райские Небеса обо всём прознают и захотят нас схватить. Давай вернёмся на Небеса Сакры и подготовимся.

Выражение лица Цинь Му смягчилось, и он кивнул.

Сакра поднялся в воздух вместе с ним и, оглядевшись, увидел трупы Короля Дхармы Мо Луня и нескольких Будд, сильно удивляясь, но также и радуясь: «Я знал, что у него странный глаз, но откуда мне было знать, что его мощь окажется настолько великой… Ему удалось убить даже такого Будду, как Мо Лунь. И хотя его достижения в Дхарме лишь наполовину хороши, его способности поистине необычайны. Я должен вынести всё это, я справлюсь! Оно того стоит!»

После того, как он переправил Цинь Му через золотое море, от увиденного его выражение лица резко опустело, а буддистские лучи за головой почти погасли…

Свет будды в высшей священной земле Царства Будды угас почти наполовину. Повсюду виднелась дьявольская Ци и природа Юду. Множество священных гор и островов просто перестали существовать. Бесчисленные монастыри, стоявшие на священных горах и островах, утонули в море!

Это была самая настоящая катастрофа!

Сакра пялился с широко открытыми глазами. Буддистские лучи за его головой мерцали, словно их можно было погасить в любой момент. Он пришёл в себя только через некоторое время и, с трудом посмотрев на юношу рядом, спросил:

— Всё это тоже окажется на моих плечах? Можешь ли ты разделить эту ответственность со мной и понести это бремя?

Цинь Му покачал головой:

— Будда, я всё ещё виню себя…

Слегка подавленный Сакра прерывисто вздохнул. Буддистская высшая священная земля стала ещё одной частью мира Юду, и он прикинул, что вскоре здесь соберётся много духов и может даже нанесёт визит Граф Земли!

Половину этой Чистой Земли, скорее всего, придётся отдать Графу Земли!

«Мне нужно держаться, я должен справиться! Старший брат сказал, что однажды я не только отмоюсь от дерьма, но и избавлюсь от его вони. Он не стал бы мне лгать!» — Сакра глубоко вздохнул и отвёл взгляд от ужасного положения Небес Брахмы.

Доставив Цинь Му на Небеса Сакры, он произнёс:

— Старший брат сказал, что у тебя есть способ вывести меня из Царства Будды. Могу я спросить, каким методом хочет воспользоваться маленький друг Цинь?

Скорчив угрюмую физиономию, Цинь Му пожаловался:

— Я прибыл сюда за истинными писаниями, но полностью провалился… Как мне теперь объясниться перед людьми, которые всё это время надеялись и ждали меня? На мне лежит бремя вины. Вернувшись, что я должен сказать Жулаю? Я потеряю к себе всякое доверие и уважение, мне будет стыдно посмотреть ему в лицо. Позволь Райским Небесам поймать меня и казнить.

Сакра внимательно выслушал Цинь Му и с улыбкой подбодрил:

— Я научу тебя священными писаниями Сакры. Даже если они не так хороши, как истинные писания Императорского Трона, в конце концов, они являются истинными писаниями Светящегося Неба. Писания старшего брата слишком глубоки и трудны для понимания, а мои писания Сакры, с другой стороны, намного проще, смелее и могущественнее. Их легко освоить и, узнав о них, уже совсем скоро ты заметишь первые результаты. А теперь расскажи мне, как ты планируешь покинуть Царство Будды?

Глава 625. Писание Сакры

Добравшись к Небесам Сакры, они подошли к одному из храмов, который являлся дворцом Будды Сакры. На этих небесах расположилось огромное количество буддистских стран, все из которых поклонялись именно этому Будде, поэтому, когда тот подошёл к зданию, ему навстречу вышла толпа монахов, здороваясь.

Сакра махнул рукой, приказывая им отойти, и оживлённым взглядом уставился на Цинь Му, ожидая его ответа.

Казалось, он избрал путь отшельника. Он никого не брал в ученики, а монахи, жившие в его дворце, в основном были наследными принцами и принцессами буддистских стран, находящихся на его небесах.

Несмотря на то, что Сакра изредка обучал их Дхарме, делал это он исключительно при наличии хорошего настроения. Однако, хоть все эти наследные принцы и принцессы не были его учениками, их совершенствование оказалось отнюдь не слабым, ничем не уступая Сыновьям Будд, погибшим от руки Цинь Му. Должно быть причиной этого служило то, что его достижения были слишком высокими и даже его не слишком частые лекции передавали им невообразимо мощные техники.

На мгновение задумавшись, Цинь Му проговорил:

— Я могу открыть Врата Небесной Воли и отправить тебя в Юду. Способности Будды позволят тебе пройти сквозь врата вместе с физическим телом и не потерять исконный дух. Тем не мене… — немного колеблясь, он продолжил. — Я убил огромное количество Сыновей Будды, и второй «я» почти освободился. Я чувствую, что он может прятаться где-то неподалёку и готовится снова начать пожирать людей. Будда сможет его одолеть?

Сакра моргнул, задумавшись об осквернённых Небесах Брахмы. Тщательно поразмыслив, он потёр ладонями:

— Теперь я понимаю. Чтобы запечатать второго тебя, Граф Земли взял кусок Юду и заточил существо внутри него. Второй «ты» владеет огромной магической силой, и, изменив твоё божественное искусство, он соединил твои Врата Небесной Воли не с Юду, а с тем местом, где заточил его Граф Земли. В таком случае он может перехватывать исконные духи практиков божественных искусств, которых ты убиваешь, и пожирать их. Если я пройду сквозь врата, то попаду прямо в его лапы, а не в Юду.

Внутри третьего глаза Цинь Му плавал кусок земли, который Граф Земли отсоединил от своих рогов с девятью изгибами. Если посмотреть на него сверху, можно было увидеть, что этот клочок земли имеет форму нефритовой подвески, на которой длинный горный хребет формировал слово «Цинь».

Внутри этого слова был заточён гигантский младенец, не способный выбраться наружу. В небе над ним виднелся едва различимый силуэт великого будды, тоже пытающийся подавить узника.

Гигантский младенец с непропорциональными конечностями сидел на земле, а когда расслышал донёсшиеся снаружи слова Сакры, впал в ярость:

— Лысый, лысый, я оторву твою голову и сожру!

— Понятно! — осознав ситуацию, воскликнул Цинь Му. — Теперь ясно, почему я чувствовал, как совершенствование моей Ци становится плотнее, когда я убивал Сыновей Будд. На самом деле я использовал исконные духи жертв, разрушая печать! Моё совершенствование увеличивала жизненная Ци, просачивающаяся наружу!

Убив сотню Сыновей Будды своим мечом, он сразу же почувствовал, что что-то не так. Во время боя запас его Ци всегда был на максимуме. Он не просто не исчерпывался, а наоборот, увеличивался!

На самом деле, в его теле крылось второе сознание, принадлежащее Цинь Фэнцину. Оно скрывалось за Вратами Небесной Воли, ожидая появления исконного духа, чтобы полакомиться.

Между тем Цинь Му всегда открывал врата во время боя, поэтому все исконные духи Сыновей Будд, которых он убил, попали прямо в пасть второго «него».

«Похоже, мне не стоит открывать Врата Небесной Воли просто так, в противном случае я могу выпустить его на волю и снова потерять контроль над собственные телом.

— Если я войду во Врата Небесной Воли, — Сакра продолжил, — то определённо окажусь на запечатанной земле. Печать Графа Земли начнёт меня подавлять, также, как и печать старшего брата. В таком положении я не смогу тебя одолеть. Твоё предложение не сработает, есть какие-нибудь другие идеи?

Немного поразмыслив, Цинь Му ответил:

— Я могу построить Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии и соединить его с мостом на Верховных Небесах Императора, что создаст проход между Царством Будды и Верховными Небесами. В таком случае мы сможем уйти отсюда, сохраняя баланс энергии двух миров. Тем не менее, чтобы не позволить Райским Небесам пойти по нашим следам, нам придётся уничтожить здешний мост, как только мы уйдём.

Глаза Будды Сакры загорелись, и он улыбчиво проговорил:

— Это просто. Я могу оставить здесь божественное искусство, которое взорвётся, когда мы покинем Небеса Сакры, и оно уничтожит Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

— Есть ещё один нюанс, — что-то подсчитывая, добавил Цинь Му. — У меня есть с собой копия чертежей уравнений, работы рун и конструкции моста. Тем не мене, Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии — это огромное строение, у меня нет с собой достаточного количества материалов или рабочей силы, чтобы выковать все нужные элементы.

— Просто дай мне чертёж, я разберусь со строительством, — улыбнулся Сакра.

Юноша достал бумагу и кисть:

— Сначала я составлю список нужных материалов, Будда должен собрать их.

Взяв кисть в руку, он записал десять страниц материалов. Сакра осмотрел список, обнаруживая, что хоть он был не слишком длинным, количество каждого из материалов было огромным.

— Я храню некоторые из этих материалов на своих Небесах Сакры. Впрочем, этого всё ещё недостаточно, и мне придётся взять кое-что из сокровищниц буддистских стран.

Сакра ушёл в спешке, по дороге обронив:

— Подготовь чертежи, я прикажу здешним странам предоставить мне нужные материалы.

Цинь Му достал запасную копию чертежей из своего мешочка таотэ и сложил их месте.

За долгие годы он выработал полезную привычку хранить по запасной копии всего, что он делал. Чертежи, которые он создал вместе с чёрным тигриным богом, были слишком ценными, поэтому он всегда носил их с собой.

Помимо его копии чертежей, ещё одна хранилась у Имперского Наставника, что тоже было особенностью этой привычки.

Вскоре вернулся Сакра и, увидев высокие стопки чертежей, закрывающие собой стену, шокировано подпрыгнул и воскликнул:

— Так много?

Цинь Му с невинной улыбкой ответил:

— Будда, передай мне своё истинное писание Светящегося Неба и позволь мне его выучить, между тем можешь взяться за изучение моих чертежей. Когда прибудут материалы, приступишь к ковке Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Сакра осмотрел стопки чертежей, чувствуя ужас в сердце. Затем он достал тонкий буклет и бросил его юноше:

— Это писание Сакры, прочти его, а я займусь чертежами.

Цинь Му пролистал писания, обнаруживая, что в них было лишь десять страниц:

— Так мало?

— Моя техника идёт от сердца, в ней нет длинный объяснений. Я отношусь к каждому слову, как к жемчужине, — проговорив, мужчина достал стопку буддистских писаний и вывалил их в огромную кучу перед юношей. — Это объяснения каждого слова в моей технике.

Уставившись на гору из книг, Цинь Му почувствовал ужасное головокружение. Он повернул голову, смотря на Сакру, а тот повернулся, смотря на него.

— Будда, — заговорил юноша, — если мы будем сотрудничать таким образом, то не сможем покинуть Царство Будды в живых, — вынув из стены чертежей десяток листов бумаги, он продолжил. — Вот чертежи основания Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, когда ты его построишь, я помогу тебе нанести руны, так будет быстрее.

Сакра засмеялся и взмахнул рукавом. Гора книг мгновенно исчезла, после чего он достал молитвенные бусины и повесил их на шею Цинь Му:

— Тебе пришлось бы потратить десяток лет на изучение всех этих писаний, но, совершенствуясь каждый день, я создал из своей мудрости эти бусины. Одев их, ты сможешь постичь Писания Сакры, не обращаясь ко всем этих буддистским текстам.

Цинь Му облегчённо вздохнул, и парочка громко рассмеялась, смотря друг на друга.

Когда Цинь Му посмотрел на тонкий буклет, каждый символ в нём превратился в несравнимо сложный поток информации, двинувшийся в его мозг. Значение каждого слова напоминало драконий язык в гнезде истинного дракона. Количество сокрытых в тексте знаний было поразительным!

Несмотря на то, что техника в Писаниях Сакры немного уступала Высшей Тайне Древнего Дракона, она всё же была невероятно странной и мощной.

Техника подобного рода несла в себе много ключей для усиления исконного духа и повышения мудрости, а её боевые техники были ещё более выдающимися!

Высшая Тайна Древнего Дракона была техникой Императорского Трона, а Писания Сакры соответствовали лишь области Светящегося Неба. Впрочем, так как первая была техникой драконьей расы, она не принесла Цинь Му непомерно огромной пользы, в то время как эффект от изучений второй был невероятно большим!

Ключевым моментом было то, что эта техника оказалась именно такой, как и описывал Сакра. Её было несложно выучить, она требовала в два раза меньше усилий для получения в два раза лучшего результата…

Совершенствование Цинь Му начало расти с ошеломительной скоростью!

Пока Цинь Му продолжал изучение, бусины мудрости непрерывно кружились вокруг его шеи. Вскоре он уже закончил осваивать основы техники и тут же её исполнил. Позади его головы постепенно появился шар из света, начиная медленно кружиться.

Он тут же почувствовал, что на его физическом теле, костях, божественных сокровищах и исконном духе появились руны Дхармы, начиная непрерывно их улучшать.

Более того, объединяя эту технику с Восемью Голосами Древнего Дракона, можно было ещё сильнее ускорить совершенствование физического тела и исконного духа.

Ещё более удивительным было то, что теперь он мог ясно ощущать каждую свою мысль, и всё, что его отвлекало, стало напоминать бусины, непрерывно витающее в его уме.

Это позволяло чётко различать добро от зла.

«Если я буду совершенствоваться подобным образом, то смогу стать буддой всего лишь через несколько десятков лет. Тем не менее, я не хочу быть монахом, поэтому могу лишь отметить для себя полезные моменты техники Будды Сакры и добавить их в свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана!» — думал про себя юноша.

Спустя полдня бесчисленные буддистские страны на Небесах Сакры доставили ресурсы, требуемые для постройки Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Сакра взмахнул рукой и огромное количество нефритовых камней подлетели в воздух. Изменившись до нужной формы, они выстроились друг на друга, быстро превращаясь в огромный алтарь.

Затем Будда Сакра быстро выковал все остальные компоненты, нужные для постройки моста, и закончил работу над основанием Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Между тем Цинь Му придумывал способ слияния Писаний Сакры с Тремя Эликсирами Тела Тирана. Случайно обратив внимание на происходящее, он задрожал и ошарашенно посмотрел на поглощённого ковкой Сакру.

«Его методы ковки сильно напоминают техники дедушки немого, но он, естественно, никогда с ним не встречался. В таком случае, какое у Будды Сакры происхождение? Неужели он человек из Эпохи Императора-Основателя?»

Цинь Му пребывал в оцепенении. Сакра быстро выковал основание и протянул руку. Нефрит на алтаре разлетелся в стороны, в то время как основание Моста Взаимного Сдвига влетело внутрь строения. Затем нефрит вернулся на место, снова превращаясь в алтарь.

То, что находилось внутри него, теперь было скрыто от глаз.

Сакра закончил строительство и повернулся, обнаруживая уставившегося на него Цинь Му.

— На что ты смотришь? — спросил мужчина.

— Просто так, — юноша покачал головой и, подойдя к алтарю, чтобы помочь нанести руны, безразлично спросил. — Какую фамилию Будда носил в прошлом?

Сакра остановился и замолчал. Спустя некоторое время раздумий он ответил:

— Я забыл.

Глава 626. Ноты Цитры Поиска Жизни

Цинь Му заметил неестественную улыбку Будды Сакры. Она, казалось, имела намёк на горечь, поэтому он не стал больше задавать лишних вопросов… у каждого есть свои секреты, и никто не обязан рассказывать о себе то, чего ему не хочется.

Неважно какая фамилия у Сакры в мире смертных, главное, что он не плохой человек. Он был добросердечным Буддой, взявшим всю ответственность на себя, чтобы спасти Царство Будды, и на долгое время ставший изгоем. И несмотря на его нежелание говорить о своём прошлом, все вокруг чувствовали, что на него можно положиться.

Спустя полдня непрестанной, кропотливой работы они всё-таки завершили Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, после чего Цинь Му детально перепроверил всё на наличие в нём ошибок и остался доволен проделанной работой.

— Маленький друг Цинь, у нас всё ещё осталось достаточно много божественных металлов, которые мы не израсходовали. Список, который ты мне дал, кажется, не совсем точный, — Сакра покосился на гору из материалов, возвышающуюся рядом с алтарём также высоко, как настоящая гора.

Среди оставшихся божественных металлов были: Малиновый Хром Живучести Будды, а также древесина, происходящая от Материнского Древа Перьевого Будды. Он приказал всем буддистским странам Небес Сакры передать свои материалы согласно списку, и после того, как алтарь был завершён, осталось довольно много излишков.

Например, два вышеперечисленных материала вообще не были использованы.

Мужчина подозрительно посмотрел на парня и спросил:

— Что мы будем делать с этими материалами?

Цинь Му поспешно открыл мешочек таотэ и ответил:

— Сейчас главное спасти наши шкуры, а потом мы обязательно придумаем как их использовать! Закидывай их в мой мешочек.

Сакра уставился на Цинь Му, который в это время с невозмутимым выражением лица упаковывал в свой мешочек таотэ нетронутые Малиновый Хром Живучести Будды и Материнское Древо Перьевого Будды. Заполнив первый, он достал ещё один мешочек таотэ и, сложив в него оставшиеся материалы, аккуратно завязал их вокруг талии.

Два мешочка, казалось, были полностью, буквально доверху забиты.

— Маленький друг Цинь, — усмехнулся Сакра, — оставшиеся материалы тютелька в тютельку заполнили два твоих мешочка таотэ. Словно это было заранее просчитано.

— Серьёзно?! — удивившись, Цинь Му выкрикнул. — Если бы ты об этом не упомянул, я бы даже не заметил! Они действительно заполнили мои мешочки точно по размеру! Как странно! Очень странно! Двадцать небес Царства Будды поистине необычайны. Должно быть местный дух, зная, что я несу ответственность за Царство Будды, решил мне так отплатить! Отлично, отлично. Это даже заставляет меня верить в буддизм…

Сакра продолжал пялиться на него и, не придумав как намекнуть, с усмешкой сказал:

— Здравомыслящие люди с первого взгляда понимают истину. Не объясняйся, в этом нет необходимости. В общем, сейчас я внедрю своё самовзрывающееся божественное искусство, а ты, прежде чем привести в действие Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, откорректируй всё, и затем соедини нас с Верховными Небесами Императора.

Цинь Му покраснел и, кивнув, подошёл к алтарю. Он положил руки на плоскую поверхность в центре, которая с протяжным гулом превратилась во множество мелких кубиков, непрерывно перестраивавшихся в сферу, переливающуюся рунами.

Раскрыв ладони, он заставил сферу расшириться, и маленькие кубики отделились друг от друга. В разрывах между ними струилось рунное сияние, соединяющее их. Затем он достал своё расчетное духовное оружие и произвёл некоторые вычисления, чтобы откорректировать положение Верховных Небес Императора.

Между тем свет постепенно собирался в центре сферы, уплотняясь в маленькую точку.

Наконец подтвердив местонахождение Верховных Небес Императора, он снова сложил руки вместе. Сфера сжалась и превратилась обратно в плоскую поверхность, вновь погрузившуюся в жертвенный алтарь.

Сакра уже исполнил своё божественное искусство и подошёл к вершине алтаря.

Молодо выглядящий Будда посмотрел на Небеса Сакры. Казалось, он не хотел покидать их, ведь они навевали удерживающие его воспоминания.

— Будда, чем дольше мы тянем, тем в большей опасности оказываемся, — напомнил Цинь Му.

Сакра слегка кивнул и мрачное выражение исчезло с его лица:

— Со временем отмывшись от всего того дерьма, я смогу вернуться сюда и снова стать Буддой! И правда, зачем я веду себя так глупо? Маленький друг Цинь, в путь!

Жизненная Ци Цинь Му излилась наружу и вошла в руну активации алтаря, а уже в следующий миг заструился свет от постоянно зажигающихся рун. Весь алтарь стал напоминать огромного, пробуждающегося зверя, в то время как звёзды в небе начали кружиться, непрерывно видоизменяясь. Наконец, Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был активирован, и луч света устремился ввысь, достигая небес!

— Мы не будем чувствовать течения времени в этом путешествии, но я всё заранее рассчитал. Путь от Верховных Небес Императора до Великих Руин занимает где-то четверть часа, — Цинь Му обратился к идущему сбоку Сакре, а сразу же после начал говорить громче. — Путь от Царства Будды до Верховных Небес Императора может занять немного больше времени! Полные день и ночь состоят из двадцати четырёх часов, поэтому Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии с этой стороны должен быть уничтожен после того, как мы окажемся на Верховных Небесах Императора! Время в Царстве Будды рассчитывается также, как и в Великих Руинах?

— Да, у нас всё тоже самое! — громко ответил Сакра. — Моё божественное искусство взорвётся через три четверти часа и разрушит этот пространственный мост!..

Они исчезли в струящемся свете.

****

К этому времени дьявольская природа Юду заняла собой часть Небес Брахмы. Она уже превратилась в дьявольское море, в котором поселилась дьявольская Ци Юду. Можно было даже заметить, как там постепенно появляются всякие обитатели Юду. Плавая в чёрном как смоль море, они время от времени показывали свои длинные, чешуйчатые и не менее чёрные чем их окружение тела. Зрелище было действительно странным.

Внезапно дьявольское море забурлило и закружилось в водоворот, из которого медленно поднялась пара огромных, чёрных, словно уголь, рогов.

Всплески волн становились всё отчётливее и громче, между тем на острове в самом сердце Небес Брахмы из полуразрушенного монастыря медленно поднимался Будда, лежащий на невероятно огромном лотосе и ярко сияя. Он парил над полуразрушенным монастырём, в то время как монастырь, казалось, превратился в золотой источник, полный листьев лотоса и колышущихся цветов…

Лежащий Будда проснулся и поднял голову, чтобы взглянуть на чёрного бога, который возвышался из дьявольского моря. У него были бычьи рога, глаза тигра, тело быка и третий глаз в межбровье.

— Брат Дао! — Будда Брахма поспешно поприветствовал гостя. — Произошедшее на моих Небесах Брахмы настолько встревожило брата Дао, что ты даже прислал своего клона. Я страшусь.

Появившийся бог с бычьими рогами и головой тигра являлся не кем иным, как Графом Земли. Оглядевшись по сторонам, он громко заговорил:

— Будда Брахма, твои небеса стали частью Юду. Для тебя избавиться от дьявольской Ци Юду не так уж сложно, тогда почему ты до сих пор этого не сделал? Тебе нужна моя помощь?

Будда Брахма улыбнулся и объяснил:

— Я не смею беспокоить брата Дао! Кроме того, Юду на моих небесах — это доказательство, которое я должен сохранить, чтобы Райские Небеса не возложили вину на меня. Более того, если в Царстве Будды властвует только свет и нет тьмы, очень трудно продвигаться вперёд. Только с тьмой Дхарма может продолжать развиваться. Пускай этот кусочек Юду останется здесь.

— Я тебя услышал, — ответил Граф Земли, сразу же понявший причину и следствие, и продолжил. — Я не был достаточно строг с дисциплиной и позволил Сыну Юду доставить тебе столько неприятностей. Прошу прощения.

— Не стоит.

Пока эти два существа беседовали, небо внезапно ярко озарилось, а уже в следующий миг там появился древний корабль. Переливаясь всевозможными цветами, корабль имел пару крыльев, расположенных симметрично слева и справа, а на носу красовалась голова, но не дракона или прочих существ этого вида, а феникса.

Летя по небу Небес Брахмы, он сразу же бросался в глаза.

Корабль постепенно притормаживал. На носу стояли многочисленные, облачённые в доспехи золотые боги. Но они, даже увидев Графа Земли и Брахму Будду, не сказали ни слова, не говоря уже о приветствии.

— Так, так, так, кто это тут у нас? Великое Божество Юду и Будда Брахма, два брата Дао, — с корабля донёсся голос, от которого веяло всем чем угодно, но не аурой обычного смертного. Из корабля вышла женщина, чьё лицо было плохо видно из-за четырёх колец света за спиной, одетая в несравненно величественную, роскошную одежду. Она посмотрела на Будду Брахму и Графа Земли как на ровню и поприветствовала. — Сяюй приветствует братьев Дао — Старого Будду и Графа Земли.

Будда Брахма поприветствовал в ответ.

Граф Земли тоже слегка поклонился.

— Красное Божество Южных Небес, старшая сестра Ци, — поспешно проговорил Будда Брахма. — Я даже представить не мог, что двадцать небес моего крошечного Царства Будды потревожат старшую сестру Ци. Маленький Будда страшится.

— Старый Будда вежлив, — ответила Ци Сяюй. — Южные Небеса находятся под моей юрисдикцией, поэтому мне трудно свободно передвигаться. Причина, по которой я прибыла сегодня, заключается в том, что Царство Будды в беде. На днях я получила известие, что тут царит хаос. Могу я спросить, знает ли Старый Будда о деталях?

— В настоящее время я обговаривал это с Графом Земли, — заговорил в ответ Будда Брахма. — Я пренебрёг дисциплиной и в сердце младшего брата Сакры внезапно зародились злые помыслы. Он освободил Сына Юду, который в последствии убил множество Будд и Сыновей Будд и даже превратил моё Царство Брахмы в Юду. Брат Дао Граф Земли здесь, старшая сестра Ци может уточнить у него.

Ци Сяюй посмотрела на Графа Земли, и тот, кивнув, ответил:

— Всё действительно так. Убийцей был Сын Юду. Однако, я лично запечатал его, поэтому он не мог освободиться сам по себе. Должно быть его освободил тот, кто обладает колоссальной магической силой.

— Итак, — Ци Сяюй улыбнулась, говоря, — я вижу, что Сакра не тот, кто знает своё место. После его присоединения к буддизму я действительно посчитала, что он будет вести себя подобающе со Старым Буддой и станет совершенно равнодушным к мирским искушениям. Откуда мне было знать, что он будет продолжать бунтовать?! Старый Будда тоже пострадал, поэтому я не могу винить тебя или Юду. Винить следует только Сакру. Поскольку дело прояснилось, я отправлюсь на Небеса Сакры, чтобы схватить его и сопроводить на Сцену Казни Бога. Его участь послужит всем предупреждением. Прошу простить меня и прощайте.

— Всего доброго, старшая сестра, — незамедлительно ответил Будда Брахма.

Летающий корабль внезапно взмахнул крыльями и исчез из Царства Брахмы.

Будда Брахма приподнял брови, но не проронил ни слова. Между тем огромное тело Графа Земли постепенно погрузилось в дьявольское море и исчезло.

****

Тем временем на Небесах Сакры внезапно появился летающий корабль.

Ци Сяюй посмотрела на небо и слегка изменилась в лице. Она поднялась в небо с корабля и, пройдя сквозь разноцветный свет, помчалась к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии:

— Сбежал! Ты не скроешься от меня!

В тот момент, когда она собиралась ступить на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, он внезапно сильно задрожал. Божественное искусство, оставленное Сакрой, с грохотом взорвалось, и похожий на гору алтарь под воздействием пространственной пульсации исказился и в одночасье рухнул, будто домик из спичек.

— Собрался удрать от меня? — Ци Сяюй внезапно превратилась в девятиглавого радужного феникса и погналось за светом в небе.

Она попыталась догнать свет исчезающего моста, буквально.

Вьюх…

Её фигура исчезла в лучах света, но в следующее мгновение отскочила в сторону.

Свет полностью исчез.

— Корабль, сюда! — Ци Сяюй тихо, но с напором скомандовала, заставляя крылатый корабль подлететь. Она приземлилась на него и села, затем достала цитру феникса и положила её горизонтально на колени. — Этому маленькому вору удалось сбежать во времена Эпохи Императора-Основателя. Но сегодня это не повторится.

Она провела рукой по цитре и заиграла мелодию. Прежде чем исчезнуть, ритм цитры трансформировался в физическую субстанцию.

Ци Сяюй сыграла мелодию и, встав, обронила:

— Он не сможет сбежать от моих Нот Цитры Поиска Жизни. Однако, если ему всё же удастся, он заслужит моё уважение!

Глава 627. Погоня Между Мирами

Дорога от Царства Будды до Верховных Небес Императора оказалась даже длиннее, чем предполагал Цинь Му. Несмотря на то, что на Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии не чувствовалось течение времени, они все же ощущали, как вздрагивал поток света, и у них возникло плохое предчувствие.

Это значило, что они провели на мосту уже больше трёх четвертей часа. Божественное искусство, оставленное Сакрой, взорвалось и разрушило строение!

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был разрушен ещё до того, как они добрались к Верховным Небесам Императора. Цинь Му ещё никогда не оказывался в подобной ситуации и понятия не имел, что ему теперь делать.

— Что произойдёт, если преждевременно разрушить этот мост? — окутанный лучом света, громко спросил Сакра.

Цинь Му прокричал в ответ:

— Скоро узнаем!

Сакра быстро понял, что тот имел в виду, и резко изменился в лице. Между тем луч света от моста задрожал ещё сильнее. Причиной этого было то, что два потока энергии, перемещающейся между мирами, начали сталкиваться.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии соединял Царство Будды и Верховные Небеса Императора. Когда по нему путешествовали Сакра и Цинь Му, из Верховных Небес Императора в Царство Будды тоже переносился поток энергии, восстанавливая баланс. Количество этой энергии было равно количеству энергии, содержащейся внутри них.

Тем не менее, мост в Царстве Будды разрушился слишком рано. В последствии луч света, в котором они находились, столкнулся с перемещаемой энергией и начал дрожать. Энергия впереди вспыхнула всевозможными цветами, будто они оказались внутри калейдоскопа, быстро пролетающего перед их глазами.

От столкновения по физическому телу Цинь Му пронеслась волна жгучей боли, между тем разноцветные узоры растягивались в тонкие световые полоски, превращаясь в поток, состоящий из десятков тысяч цветов.

— Они уничтожат друг друга? — бормотал Сакра, чувствуя, как быстро бьётся его сердце.

Цинь Му, находящийся внутри разноцветного потока, достал своё духовное оружие для вычислений и, произведя некоторые расчёты, ответил:

— Нет. Верховные Небеса Императора и Царство Будды потеряли часть энергии, поэтому нас определённо перенесёт в другой мир. Только так может сохраниться энергетический баланс, в противном случае, оба мира тоже начнёт трясти. Поток энергии из Верховных Небес двигается по той же дороге, что и мы. От подобного столкновения нельзя защищаться с помощью божественного искусства. Если это сделать, то есть риск остановить оба потока энергии.

— Что произойдёт, если их остановить? — спросил Сакра.

— В таком случае, мы и двигающаяся нам навстречу энергия навеки застрянем между двумя мирами, — сказав это, Цинь Му уверенно добавил. — Мы не сможем продвинуться вперёд или вернуться обратно.

Сакра удивлённо поинтересовался:

— Кто учил тебя алгебре? Твои способности весьма неплохи.

Поток энергии сильно давил на Цинь Му. Боль в его теле становилась всё сильнее и сильнее. Скрипя зубами, он ответил:

— Я изучил Математические Трактаты Высшей Тайны и Непостижимой Женщины.

— Неудивительно. Эти упрямые ослы из секты Дао — удивительные люди, задравшие свои носы высоко вверх. Обычно они неуважительно относятся к буддизму, считая, что мы учимся у сердца и следуем его зову. Они думают, что именно их секта Дао контролирует истинное великое Дао вселенной, — улыбчиво проговорил Сакра. — Впрочем, их математика и вправду достигла огромных высот. В свои ранние годы я встречался с некоторыми экспертами их секты, и все они оказались не слабее меня.

Пока они говорили, дрожь столкнувшейся энергии становилась всё сильнее и напористее. Цинь Му больше не мог выдерживать боли, его физическое тело могло разрушиться в любой момент, но вокруг тела Сакры внезапно засияли едва заметные буддистские лучи, помогая ему сдерживать силу столкновения.

— Сейчас как раз лучшее время совершенствовать мою технику! — посоветовал мужчина.

Он не стал полностью защищать парня, позволяя части энергии ударить его тело, практически разрывая кожу!

Услышав совет, Цинь Му вздрогнул и сразу же попытался исполнить Писания Сакры.

Одев бусины мудрости себе на шею, он начал совершенствовать технику. За его головой мгновенно появились едва различимые, медленно покачивающиеся буддистские лучи. Всевозможные голоса будды постепенно превратились в руны и слились с его физическим телом и исконным духом. Они усилили даже его божественные сокровища, делая их гораздо более стойкими.

Сакра бросил на Цинь Му довольный взгляд, думая про себя: «У этого парня не слишком хорошие намерения, но его понимание поражает. Он быстро научился совершенствовать мою технику».

Сакра отчётливо видел, как у Цинь Му улучшалось тело. Его исконный дух и божественные сокровища тоже постепенно усиливались. Всё это значило, что у него была сильная буддистская природа.

«Если Сын Цинь захочет, то я соглашусь взять его себе в ученики», — он никогда не брал себе учеников, но лицезрев понимание и талант Цинь Му, не смог сдержать восхищения.

Внезапно его выражение лица помрачнело, и он тут же забыл о своём восхищении.

Цинь Му начал менять Писания Сакры, соединяя их со своей собственной техникой!

Разве учитель мог уважать ученика, который уничтожал его работу, изменяя технику в первую же минуту её изучения?

Лучи непрерывно переливались за головой Цинь Му. Они напоминали невероятно крохотных будд, бродящий по кругу в колесе из света. В их голосах постепенно появлялись нотки драконьего рёва.

Спустя некоторое время Цинь Му бесцеремонно изменил Писания Сакры. Теперь было невозможно определить, что это была буддистская техника!

Даже больше Сакру раздражало то, что созданную им технику теперь невозможно было узнать. Она быстро становилась всё менее и менее заметной в исполнении Цинь Му, вскоре становясь лишь крохотной частичкой его искусства!

«Хорошо, что я не согласился взять его себе в ученики. В противном случае я не смог бы удержаться и прихлопнул мерзавца!» — мрачно вздыхая, думал про себя Сакра.

Волны энергии продолжали накатывать одна за другой. Последнее столкновение было настолько мощным, что даже Сакра с трудом смог его выдержать.

От силы столкновений нельзя было защищаться с помощью божественных искусств. Если поток энергии на Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии остановится, они не смогут добраться до Верховных Небес Императора. Им оставалось лишь пытаться сдержать давление своими физическими телами, что значительно усложняло ситуацию.

Между тем от последнего столкновения даже тело Сакры начало разрываться, буквально. Его кожа непрерывно потрескивала, будто поджариваясь, а сразу же после сдиралась и на её месте быстро отрастал новый слой, что свидетельствовало о невероятных достижениях его физического тела!

Тем не менее, он продолжал изо всех сил защищать парня, не давая ему погибнуть под ужасающими волнами. В то же время он позволял части энергии попадать на его тело, тем самым подстёгивая быстрое совершенствование.

Наконец последняя волна прошла, и Сакра, облегчённо вздохнув, перестал защищать Цинь Му, но прямо в этот момент до них донёсся едва различимый звук цитры, и его выражение лица резко изменилось. Он поспешно развернулся, увидев, что поток энергии разделился на огромное количество тонких полос.

Звуки цитры становились всё отчётливее, а пространство снова начало дрожать. Энергия, двигающаяся в двух направлениях, разделилась на всевозможные цвета, выстраиваясь в радугу. Неистово дрожа, она будто превращалась в ноты!

Двигающиеся полоски пространства внезапно превратились в девятиглавого феникса, который начал постепенно от них отдаляться. Затем он неожиданно превратился в испепеляющий огонь, уничтожая энергию, с которой сталкивался!

— Красное Божество Южных Небес Ци Сяюй!

Будда Сакра ужасно изменился в лице и закричал:

— Эта безжалостная женщина нас преследует! Нам конец!

Ничего не объясняя, он подхватил парня и что было сил помчался вперёд.

Сразу же отвлёкшись от своего совершенствования, Цинь Му запаниковал:

— Будда, не беги, а не то мы собьёмся с пути к Верховным Небесам Императора!

Тот прокричал в ответ:

— У нас за спиной божественное искусство сильного практика области Императорского Трона. Оно быстро нас догонит, если не бежать, мы погибнем ужасной смертью!

— Сильного практика области Императорского Трона? — Цинь Му шокировано дрогнул, чувствуя помутнение в голове. — Меня преследует такое сильное существо? Я всего лишь маленькая сошка области Семи Звёзд, разве здесь нужен кто-то с такими способностями…

— Она гонится не за тобой, а за мной! — Сакра стиснул зубы, в то время как его буддистские лучи подняли Цинь Му, унося их вперёд с неистовой скоростью, буквально превращая в сполох яркого света. — Во времена Эпохи Императора-Основателя у меня с этой женщиной завязался конфликт. Должно быть, она разузнала, что я натворил, и решила воспользоваться возможностью, чтобы отомстить!

За их спинами непрерывно раздавались звуки цитры. Несмотря на то, что они находились в вакууме между Верховными Небесами Императора и Царством Будды, где не мог распространяться звук, божественное искусство Ци Сяюй могло передвигаться, изгибая пространство. Его скорость выходила за пределы воображения!

Цинь Му оглянулся, увидев, как пространство позади искривляется, двигаясь верх-вниз. Время от времени оно разрывалось, принимало форму колонн, длинна которых хаотично менялась, или порождало пузырьки различных размеров. Постепенно расширяясь, самые маленькие из них становились невероятно огромными, вызывая рябь в пространстве.

Подобное божественное искусство звука превосходило пределы воображения Цинь Му. Ошеломлённый, он не мог представить, как оно работает, и не мог даже приблизительно оценить, какой силой обладал такой приём практика области Императорского Трона.

Тем не менее, судя по выражению, с которым убегал бедолага Сакра, тот определённо не мог защититься от подобного божественного искусства. Если оно достигнет цели, их смерть будет неизбежной!

— Будда, ты уже сбился с пути к Верховным Небесам Императора! — подсчитав, нахмурился Цинь Му.

— Наша жизнь важнее! — крикнул Будда Сакра.

Цинь Му замолчал, больше не пытаясь остановить Будду. Он не мог сдержать своего волнения: «Будда уже сбился с пути. Если мы продолжим бежать, то будем всё дальше отдаляться от Верховных Небес Императора. Сможем ли мы потом найти обратный путь?»

Звуки цитры становились всё отчётливее и яснее. Внезапно Цинь Му заметил, что силуэт Сакры начал удлиняться, и ошарашенно дрогнул. Он не чувствовал никакой опасности. Божественное искусств Ци Сяюй не обладало убийственным намерением, но оно всё же постоянно приближалось!

— Осторожно! — Сакра громко взревел и внезапно развернулся. Ослепительно сияя буддистскими лучами, он ударил бесчисленными божественными искусствами, пытаясь остановить ноты цитры, несущиеся к ним из глубин пространства!

Буум!

Цинь Му закрыл веки. В этот миг его накрыли ослепительные лучи, отчего из его глаз неконтролируемо потекли слёзы.

— Эта женщина невероятно сильная! — возле его уха раздался голос Сакры, а сразу же после он почувствовал, как по его шее течёт кровь.

Внезапно Сакра начал материться. Если такой утончённый человек не мог сдержать своих эмоций, значит его ранения были не из лёгких…

Между тем прогремела череда столкновений, и Цинь Му открыл глаза, обнаруживая, что не видит ничего перед собой. Он лишь чувствовал, что падает куда-то вместе с Сакрой.

Спустя некоторое время они во что-то врезались, наконец остановившись.

Тайком отклеив золотой ивовый лист, Цинь Му огляделся, прежде чем ошеломлённо проговорить:

— Это…

Позади него Сакра, защищавший его до этого момента, упал на спину. Едва дыша, он проговорил хриплым голосом:

— Вторые Небеса Императора-Основателя… Дерьмо, в которое меня окунули, воняет намного больше, чем я ожидал… Аккх… — он выблевал огромную пригоршню крови.

Глава 628. Феникс Ищет Свою Пару

— Вторые небеса Райских Небес Императора-Основателя… — оглядевшись, Цинь Му увидел вокруг лишь руины: разрушенные городские стены и дворцы, крошащиеся в небе летающие города и горы, иссохшие реки и несметное множество скелетов, устилающих собой землю…

Огромные горы вдалеке выглядели сильно повреждёнными. Их горные пики напоминали кукурузные початки, которых кто-то обглодал, а середины были сильно надкушены, из-за чего они, казалось, могли рухнуть в любой момент…

Расколотую надвое землю устилали вулканы и пузырящаяся лава. Реки, казалось бы, состояли из текущей крови, но на самом деле это была лава…

В небе виднелись странные облака, являющиеся давними остатками божественных искусств, и обломки звёзд.

Ступив на землю, Цинь Му заметил, что она полностью затвердела и на ней ничего не росло. Внезапно налетел порыв ветра, и он увидел незабываемое зрелище — белые кости, валявшиеся на земле, собирались в комки, напоминающие перекати-поле.

Буквально несколько вдохов времени спустя перед ним беспорядочно кувыркалось множество огромных костяных шаров, уносимых порывами ветра. А когда тот прекратился, они тут же остановились и рассыпались по земле.

Разбитые души вылетели из костей и начали дрейфовать вокруг, словно блуждающие огоньки. Их очертания лиц, с трудом, но всё ещё были различимы, но их тела были изодраны в клочья, не имея ни рук, ни ног.

Ветер вновь поднялся и разбитые души, словно по мановению руки заклинателя, тут же погрузились обратно в скелеты и, встав, попытались убежать. Но им это не удалось, их подхватил ветер, начав туда-сюда кувыркать. Множество костяных рук ухватились друг за друга, собираясь в огромный, уносимый воздушными потоками костяной шар.

Цинь Му никогда раньше не видел и не слышал ни о чём подобном.

«Разбитые души должны принадлежать умершим здесь формам жизни. Поскольку их души не полноценны, Юду не принимает их, оставляя блуждать по этому миру, — подумал про себя Цинь Му. — Им не на что опереться, поэтому они должны влезать обратно в скелеты. Только так они могут почувствовать, что всё ещё живы…»

— Кажется силы покидают меня, — с трудом хватая ртом воздух, Сакра слабо заговорил. — Способности Красного Божества Южных Небес Ци Сяюй слишком могучи. Одной её мелодии достаточно, чтобы лишить меня жизни. Кажется, я умираю. Маленький друг Цинь, дальше тебе придётся идти одному…

— Так и быть! После того как ты умрёшь, я похороню тебя и отправлюсь в путь. Ты хочешь быть похороненным или кремированным?

Сакра уставился на него широко распахнутыми глазами и, собравшись с силами, яростно выдавил:

— Я ещё не помер, а ты уже думаешь о похоронах и кремации?!

Цинь Му с улыбкой парировал:

— Даже если я не совершенствовал Писание Сакры достаточно долго, я знаю, насколько они сильны. Физическое тело и исконный дух становятся практически нерушимыми, и хоть твои Писание и уступают технике Императорского Трона, они недалеко от неё ушли. Ты совершенствовал их в течение сотен и сотен лет, как тебя могла довести до предсмертного состояния какая-то мелодия?

Сакра моргнул и, сильно побледнев, ответил:

— Чтобы защитить тебя, у меня не было выбора, кроме как принять на себя ноты цитры Ци Сяюй. Моя жизненная сила уже сокрушена…

— Бросившись в погоню, божественное искусство Ци Сяюй пересекало вакуум пространства и подверглось воздействию взаимного сдвига духовной энергии. Благодаря этому сила её божественного искусства была уменьшена наполовину, — проанализировав, Цинь Му продолжил. — Ты столкнулся только с половиной её силы, чего точно недостаточно, чтобы угрожать твоей жизни, разве нет? Кроме того, я уже слышал мелодию, которую она играла. Она довольно известна и, кажется, называется — «Феникс, Ищущий Свою Пару».

Сакра продолжал растеряно моргать и еле-еле душа в теле говорить:

— Какой ещё феникс, ищущий пару? Я никогда раньше не слышал об этой мелодии…

— Увидев красивую женщину, я не могу её забыть. Если я не вижу её целый день, мысли о ней приводят к безумию. Я словно феникс-самец, парящий и скитающийся над четырьмя морями в поисках своей самки. Но, к сожалению, этой красавицы нет у восточной стены. Используя цитру вместо слов, я намереваюсь снять с себя бремя этих истинных чувств. В какой день я увижу твоё согласие на помолвку и избавлюсь от тяготящих меня дум?.. — громко распевая, Цинь Му поглаживая руками воздух.

Несмотря на то, что под его руками не было цитры или струн, его жизненная Ци превратилась в струны, звучащие точно такими же нотами, как и мелодия Ци Сяюй, использованная для их преследования!

Цинь Му погладил цитру и громко запел, отбросив всякую сдержанность:

— … Как нам слиться шеями как утки-мандаринки? Как нам порхать вместе? Леди феникс, леди феникс, иди со мной и будь опорой, плодись со мной, всегда будь моей женой. Настоящий обмен любовью гармонизирует наши сердца… кто узнает, если ты в полночь последуешь за мной? Трепеща, наши крылья поднимутся вместе, и мы улетим высоко. Если ты равнодушна к моим чувствам, это заставит меня страдать…

Мелодия цитры окружала их, долгое время не прекращая звучать. Она привлекла многих скелетов, стянувшихся с округи, и некоторые из них даже начали танцевать.

Цинь Му рассеял свою жизненную Ци и сказал:

— Песня «Феникс, Ищущий Свою Пару», написана мужчиной для женщины. Текст песни рассказывает о мужчине, убеждающем женщину сбежать вместе с ним. В их жизни была одна незабываемая ночь, и мужчина хотел, чтобы обожаемая им женщина с любовью вспоминала эти времена, желая бросить всё ради него и сбежать вместе с ним.

Сакра ещё какое-то время молчал, как вдруг он сел, стряхнул с себя грязь и махнул рукой, отгоняя скелетов, которые подслушивали сбоку:

— Ребята, на что вы уставились? Тут не на что смотреть. Уходите, кыш-кыш. Маленький друг Цинь, Райские Небеса Императора-Основателя имеют в общей сложности тридцать три неба. Верховные Небеса Императора — первое небо. Верховные Небеса Сияния являются вторым небом. Тридцать три неба связанны друг с другом. Теперь, оказавшись на Верховных Небесах Сияния, мы недалеко от Верховных Небес Императора…

Цинь Му, как будто не слыша его, продолжил говорить:

— Я научился этой песне у дедушки глухого из моей деревни. Он — один из лучших грамотеев в моей деревне и всегда учил меня правильным вещам. Красное Божество Ци Сяюй ведь женщина, верно? Эта песня написана мужчиной, поэтому немного странно, что она использовала эту мелодию. Более того, мне показалось, что в исполненной ею мелодии чувствуется явная обида, но не убийственное намерение. Играя её, кажется, она пытается кое-кого принизить…

Внезапно полностью исцелившись, как внешне, так и внутренне, Сакра сделал шаг вперёд и, словно ничего не замечая, продолжил:

— Если мы продолжим подниматься по Верховным Небесам Сияния, то достигнем Небес Чистого Сияния. Если мы поднимемся ещё немного, то доберёмся до Небес Тёмного Эмбриона. Когда-то это место было очень роскошным…

Те скелеты, которых он прогнал, вытягивали шеи, будто стадо любопытных, высовывающих головы альпак.

Цинь Му продолжал объяснять:

— Эту песню сыграла женщина и даже попыталась принизить человека, который её написал. Получается Красное Божество пыталась принизить…

Внезапно обернувшись, Сакра яростно спросил:

— Чего ты добиваешься?

Цинь Му подпрыгнул от неожиданности и тут же закрыл рот. Скелеты тоже быстро разбежались, гремя костями.

Сакра усмехнулся и сердито пошёл вперёд:

— Я уже отринул все свои мирские желания, так что не напоминай мне о прошлом! Мною уже всё забыто! Это она не смогла забыть меня! В прошлом она даже добыла информацию, которую можно было использована против меня, и захотела убить меня. После такого я ещё в чём-то виноват?

Цинь Му сдержал улыбку и последовал за ним.

Сакра усмехнулся и продолжил причитать:

— Она явно узколобая, меня нельзя винить. Во времена, когда я ещё не стал последователем буддизма, у меня был период романтических влечений. Я думал, что смогу жить вместе с ней и забыть о битвах между Райскими Небесами и Райскими Небесами Императора-Основателя. Что я мог поделать, если она не хотела оставлять свою должность и уходить со мной? Когда мы встретились на боле боя, скольких братьев и сестёр она убила? Она безжалостная женщина и поэтому я оборвал с ней все связи!

Цинь Му разогнал скелетов, горящих любопытством, а Сакра вздохнул:

— Причина, по которой Райские Небеса реагируют так быстро, заключается в том, что она всё ещё держит на меня зуб и думает, что я предал её. Если бы её божественное искусство сейчас убило меня, она бы прекратила преследование. Всё бы на этом и закончилось. Однако, её нежелание меня убивать означает, что она будет меня искать. Её скорость не знает себе равных, поэтому мне не сбежать вместе с тобой. Ведя себя так, словно мои раны были слишком тяжёлыми, я давал тебе шанс уйти без меня. И всё же тебе, дружок Цинь, удалось увидеть мою ложь насквозь. Иногда не слишком хорошо быть таким умным.

Цинь Му умолк, но после всё же спросил:

— Ты не сможешь скрыться от её преследования?

Сакра покачал головой:

— Её корабль может путешествовать по безграничным мирам без особых препятствий. У неё преимущество в скорости — она номер один в мире, как мне от неё сбежать? Я планирую пойти в противоположном направлении и скрыться в тридцати трёх небесах Императора-Основателя. Она отступит, если не найдёт меня. Я не могу взять тебя с собой, иначе ты погибнешь.

Некоторые корабли могли путешествовать по всем мирам, и Цинь Му на своём веку уже довелось повидать такие. Например, «Ковчег Парамиты», созданный Божественной Расой Небесных Работ. Кроме того, корабль, принадлежавший его отцу, Цинь Ханьчжэню, тоже был таким, он прилетел из другого мира к небу Великих Руин.

Совсем не удивительно, что у такого существа, как Красное Божество Южных Небес был подобный корабль.

Цинь Му слегка кивнул головой и сказал:

— Если ты возьмёшь меня с собой, я буду только под ногами мешаться. Будда, давай расстанемся здесь.

Сакра кивнул в ответ и спросил:

— Она очень скоро достигнет этого места. Нам нужно разойтись как можно скорее. Ты знаешь, как вернуться на Верховные Небеса Императора?

— Конечно, — улыбнулся Цинь Му, — я просто построю ещё один Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Я больше беспокоюсь о тебе.

Сакра увеличил скорость и, указав на восток, затихающим вдали голосом выкрикнул:

— Если ты отправишься туда, то сможешь найти дорогу к Верховным Небесам Императора!

Его силуэт быстро удалялся, постепенно исчезая.

Цинь Му открыл глаза, чувствуя, как его зрение восстанавливается. Не смея использовать свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он тут же приклеил золотой ивовый лист на свой третий глаз.

В спокойной, мирной обстановке лучше держать его прикрытым.

Он двинулся на восток и заметил, что там абсолютно не было жизни. Голая пустошь и катающие повсюду костяные шары. Порой ветер стихал и скелеты следовали за ним, словно любопытные альпаки.

Самые смелые даже касались его одежды и щипали за щёки.

Не обращая внимания на этих духов, Цинь Му продолжал свой путь на восток, как вдруг услышал игру на цитре, доносящуюся с неба.

Звучала мелодия Феникса, Ищущего Свою Пару. Несмотря на то, что она была об ухаживании и любви, в ней таились печаль и ненависть.

Тусклое небо внезапно ярко осветилось, а уже в следующий миг из другого мира прилетел корабль с крыльями феникса. После того, как он появился в небе, стало понятно, что мелодия цитры распространялась именно от него.

Цинь Му был совершенно очарован музыкой, как вдруг ужасающая волна сознания пронеслась во всех направлениях, потопом распространяясь по пустынных землях Верховных Небес Сияния. Проносясь мимо его тела, сознание немного помедлило, прежде чем устремиться дальше!

Корабль взмахнул парой фениксовых крыльев и по красивой дуге рассёк небо, но не в погоне за Цинь Му, а в другую сторону, туда, куда убежал Сакра.

Ци Сяюй не интересовал Цинь Му, её интересовал только Сакра.

— Что за история между ним и Красным Божеством? Может быть они главные герои собственной истории… — увидев, как корабль улетает прочь, Цинь Му немного успокоился и исполнил свою технику, продолжив путь на восток.

Божественные сокровища пути дьявола появились у него за спиной, и он попытался слить Божественные Сокровища Семи Звёзд и Шести Направлений.

Шло время, но он так и не увидел конца Верховным Небесам Сияния.

Внезапно Цинь Му остановился. Прямо перед собой он увидел величественный город богов полный людей, конечно же живых. Между тем на самой высокой его точке на страже стояли боги, осторожно озирающиеся по сторонам.

Осмотревшись вокруг, он слегка дрогнул. Мёртвые Верховные Небеса Сияния исчезли, заменяясь теми, которым ещё предстояло пасть под натиском войны!

Цинь Му присмотрелся к округе повнимательнее и его разум «взорвался». Те горы, что были неизвестно когда разрушены, и город, который давно пал, теперь стояли, как будто ничего не случалось. И, что самое важное, здешняя местность была почти такой же, как на одной из карт, оставленных Мастером-Основателем Небесного Святого Культа!

А то, на что указывала карта, было именно этим городом богов!

— Старший брат жил уже после того, как закончилась Эпоха Императора-Основателя, поэтому не мог нарисовать местность тех времён. Он не мог указать на город богов, которого уже попросту не должно было существовать! Это неправильно, что-то здесь не так… — пребывал в смятении Цинь Му.

Глава 629. Тёмное Ядро Земли

«Святой Дровосек твердил, что некоторые из мест, обозначенных на карте старшего брата, крайне опасны, и даже он не осмелился бы туда отправляться. Этот город богов Верховных Небес Сияния из их числа?» — взгляд Цинь Му мерцал. Он обдумывал всё снова и снова, и, наконец, решил не входить в город богов и обойти его стороной.

Шагая вдоль города богов, он уголком глаз заметил знакомый силуэт и, тут же остановившись, удивлённо воскликнул:

— Будда Сакра!

Цинь Му увидел ещё одного Будду Сакру, или, если быть точнее, Сакру времён Императора-Основателя, ещё не ставшего Буддой. Он был молодым богом с изящными чертами лица. За его головой не сияли буддистские лучи, он не был одет в буддистскую робу и не ходил босиком. Он носил пару позолоченных крылатых ботинок и носил золотые доспехи. Он не был Буддой, а высокопоставленным богом!

Цинь Му был ошеломлен, уставившись на Сакру, шагающего следом за толпой больших шишек в сторону центра города. Чуть погодя придя в себя, он с бешено колотящимся сердцем покрался следом за группой людей. Те не обратили на него совершено никакого внимания. Более того, даже боги, стоящие на страже города, казалось, не замечали его.

Он недоумевал, как вдруг услышал звуки шагов за спиной и тут же оглянулся, обнаружив, что следом за ним на цыпочках, крайне скрытно топотала толпа скелетов. Уставившись на них, он разразился смехом, думая про себя: «Эти духи выглядят так смешно, пытаясь скрытно двигаться… Ээм, что-то здесь не так, они ведь просто повторяют мои движения. Значит смешным выгляжу…»

Покраснев в лице, Цинь Му продолжил двигаться вперёд. Подойдя к Сакре, он попытался схватить его за одежду, но ему это не удалось, его ладонь попросту пролетела сквозь ткань, не коснувшись к какой-нибудь материальной субстанции. Крайне сильно недоумевая, он взмахнул рукой по широкой дуге, проходя ею сквозь тело Сакры, так ничего и не коснувшись!

«Город богов и его жители ненастоящие!» — с таким выводом Цинь Му оцепенел.

Неужели перед ним было эхо истории?

Эхо истории — это голос и силуэт сильного практика, оставившие своё отпечаток в пространстве. Если к нему кто-то касался, оно становилось видимым. Силуэты слабых практиков не оставляли после себя подобных следов.

Тем не менее, здесь остался целый город, в котором находилось огромное количество простых людей. Было очевидно, что это не было эхом истории.

А так как Цинь Му не мог дотронуться до людей или богов этого города, это также означало, что он не вернулся в прошлое.

Что, в таком случае, произошло с этим городом богов?

Сакра и другие продолжали идти вперёд, разговаривая. Судя по поведению, его спутники тоже были выдающимися людьми, чьи положения в обществе превосходили даже его!

Цинь Му подошёл поближе, чтобы разглядеть их поподробнее, и ошарашено замер, когда его взгляд упал на их лица.

На самом деле лица этих людей оказались пустыми. На них не было глаз, рта, ушей и носа, что делало их похожими на чистый лист бумаги.

Скелеты, следующе за ним, тоже обошли по кругу, оглядывая людей. Их челюсти упали на землю, что явно свидетельствовало об их удивлении.

Вьюх!..

Сакра и остальные беспрепятственно прошли сквозь тело Цинь Му, который, совершенно ничего не ощутив, ошарашенно замер.

Протянув руку, он попытался схватить кого-то из них, но его ладонь пролетела насквозь.

Между тем скелеты взволнованно рыскали в поисках свих потерянных челюстей. Когда боги прошли сквозь них, они задрожали и припали к земле, не смея двигаться.

Дух одного из скелетов, должно быть, был более целым, поэтому он сумел издать жалостный визг:

— Призрак…

Цинь Му прошёл мимо скелетов и догнал силуэты богов, думая про себя: «Теперь скелеты не повторяют за мной. Я не падал на землю от страха».

Между тем Сакра разговаривал с группой людей. Его голос был едва различим, из-за чего было почти невозможно понять, о чём он говорит, однако, его голос постепенно становился всё громче и чётче.

Цинь Му внимательно прислушался и услышал голос одного из безликих силуэтов, который, казалось, был самым уважаемым человеком из группы:

— … кроме нашей эпохи существовало ещё несколько других. Когда-то я исследовал руины тех времён, пытаясь понять происхождение врагов и понять, кто они на самом деле. Я побывал в Юду и спрашивал у Графа Земли. Я встречался с Небесным Герцогом, который присматривает за работой миллиардов звёзд. Также я посетил бесчисленных поднебесных богов. Как оказалось, всё крайне интересно. Мне удалось узнать кое-какие полезные вещи, и наш враг оказался совсем не тем, чего я ожидал. Райские Небеса…

Цинь Му двигался вслед за ними, подслушивая, но голос снова стал тише.

— Прежде чем думать о победе, нам стоит подумать о поражении. Сакра, я хочу, чтобы ты помог мне кое с чем. Собери всех умелых ремесленников и выкуй место, где мы сможем выжить даже после поражения. Изучая секреты Райских Небес, я наткнулся на удивительное место… — его голос становился всё тише и тише, прежде чем стать совершенно неразборчивым.

Цинь Му продолжал следовать за ними, но спустя некоторое время он уже не мог разобрать о чём говорили боги.

Более того, по мере их продвижения вперёд, силуэты Сакры и остальных становились всё более и более размытыми. Когда они наконец добрались к поместью и закрыли за собой ворота, их силуэты внезапно испарились!

Цинь Му был ошеломлён. Он вошёл в поместье вместе со всеми, но когда ворота закрылись, Сакра и другие боги тут же исчезли!

«Должно быть, это было… видение!» — уставившись в землю, задумался Цинь Му. Спустя некоторое время он поднял голову. Его глаза сияли, когда он стукнул ладонью по кулаку:

— Это видение! Более чем двадцать тысяч лет назад кто-то увидел произошедшее здесь своими глазами и превратил его в часть своей памяти. Я внутри чьего-то воспоминания! И я, и старший брат попали внутрь него! Это проекция увиденного на разум человека, и тот, в чьей памяти я нахожусь, не вошёл в поместье вместе с остальными! Именно поэтому силуэты исчезли, как только ворота закрылись!

Цинь Му вышел наружу и начал осматриваться, думая: «Он не видел лиц других богов, а значит, их способности были слишком высоки. Их лица, должно быть, скрывались в лучах их божественного света, отчего их нельзя было разглядеть. Но как он смог всё это увидеть? — он возвращался той же дорогой, которой пришёл, продолжая думать. — У этого человека определённо странная внешность. Чтобы видеть во всех направлениях, он должен иметь несколько голов…»

По городу ходили толпы богов и людей. Было очень сложно определить, в воспоминание которого из них он попал.

Судя по всему, этот город богов был невероятно важным местом Верховных Небес Сияния. Количество разместившихся здесь богов было огромным, и большинство из них совершенствовали странные, уникальные формы исконного духа.

Повсюду можно было увидеть исконные духи, принявшие облик одного из четырёх великих духовных тел Великих Руин. Можно было встретить даже богов с телами змей и человеческими головами, или же богов с птичьими головами и человеческими телам и наоборот. Боги с несколькими головами тоже встречались довольно часто.

Цинь Му продолжал осматривать носящихся вокруг богов, которые время от времени проходя сквозь него. Впрочем, он так и не смог найти владельца воспоминания.

«Весь город богов воссоздан по памяти, а значит тот, кого я ищу, наблюдал за ним свысока. Только так он смог бы так тщательно осмотреть это место и запомнить его детали…» — с такими мыслями подняв голову, он посмотрел на смотровую башню. На её вершине стоял всего лишь один бог.

Цинь Му поднялся в воздух и быстро добрался к вершине смотровой башни. Облетев бога по кругу, он обнаружил, что у того было четыре лица и одна голова. Более того, у него было девять глаз, включительно с вертикальными глазами между бровей. В его волосы была воткнута заколка в форме навеса пагоды, на её вершине был ещё один глаз, способный видеть во всех направлениях!

«Это ты! Я попал в твоё воспоминание!» — восторженный, Цинь Му сделал шаг вперёд, оказываясь внутри тела бога.

Внезапно картина вокруг резко изменилась и город богов рухнул.

Люди и боги вокруг мгновенно исчезли.

Скелеты до сих пор дрожали от страха, припав к земле. Как только видение исчезло, вокруг них остались только обрушенные стены и горы костей. Увидев это, бедолаги впали в ещё больший ужас и разбежались во все стороны, будто цыплята.

Там, где изначально находилась сторожевая башня, теперь появилась глубокая дыра. Один из скелетов не удержался на ногах и полетел вниз, издавая пронзительный визг.

Попытавшись наступить на воздух, Цинь Му ошарашенно дрогнул. Прежде чем успеть исполнить божественное искусство и полететь, он ощутил странное силовое поле, блокирующее все его заклятия.

Его тело быстро подало под доносящийся снизу визги скелета. Поспешно протянув руку, он выстрелил во все стороны нитями жизненной Ци. Наконец одна из них за что-то зацепилась, и он сумел остановиться. Затем он протянул ещё одну нить жизненной Ци, хватая скелета, падающего на дно ямы. Размахивая конечностями, тот вылетел наружу и упал на землю неподалёку.

Часть скелетов быстро подошла к нему. Беззвучно открывая и закрывая свои челюсти, они, казалось, пытаются успокоить своего испуганного товарища.

Вторая часть подошла к краю пропасти, чтобы посмотреть вниз. Перед их «глазами» возникла невероятно обширная пустота, находящаяся под городом богов. В её непроглядной тьме нельзя было ничего разглядеть, поэтому они не знали, насколько глубокой была эта пропасть.

Цинь Му до сих пор висел на нити жизненной Ци, напоминая крохотного жука, повисшего над бездонной пропастью. На её фоне он казался маленькой точкой.

Скелеты решительно переглянулись и схватили друг друга за ногу, выстраиваясь в линию. Они пытались сформировать канат из костей, чтобы спасти парня.

В этот момент во тьме что-то засияло. Лучи света разлетелись во все стороны, но так как расстояние к Цинь Му было слишком большим, он не смог ничего разглядеть. Затем он попытался исполнить навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, но божественное искусство рассеялось ещё до того, как окончательно сформировалось, едва не взорвавшись. Он тут же откинул эту затею в сторону.

— Спасибо вам! — выкрикнув, Цинь Му подтянул нить из жизненной Ци, подбираясь к краю пропасти. Крепко вцепившись ногами за каменную стену и опустив голову вниз, он громко прокричал. — Я спущусь, чтобы посмотреть, что там. Вытащите меня, когда я закончу!

Скелет, находящийся на конце белого каната, покачал головой.

Между тем Цинь Му со всей силы оттолкнулся ногами и будто стрела выстрелил в сторону источника света.

Казалось, он тонул в бескрайнем море тьмы. В его ушах звенел пронзительный свист ветра.

Глава 630. Голова в Сосуде

От неба тёмной пропасти до света внизу, казалось, был не самый близкий путь. Цинь Му постоянно падал и, по мере увеличения скорости, ему становилось всё страшнее. Если он и дальше будет так падать, так и не сумев применить божественное искусство, чтобы замедлить себя, то, скорее всего, разобьётся в лепёшку.

Он пытался исполнить руническое божественное искусство, но как только его жизненная Ци начинала принимать форму, она сразу же рассеивалась, неспособная окончательно сформироваться. Эта пропасть, казалось, обладала странной силой, способной нарушить работу его техник и божественных искусств.

Вскоре Цинь Му понял, что всему виной его сознание. Каждый раз, когда он пытался исполнить божественное искусство, странная сила путала его мысли. Именно поэтому у него ничего и не получалось.

«Мысленные божественные искусства?» — был поражён Цинь Му.

Несмотря на то, что такой вид божественных искусств редко встречался, о нём всё же упоминалось в Великих Небесных Дьявольских Рукописях. Такие божественные искусства полагались на интенсивные мозговые волны, направленные на разум, и создавали иллюзии. Мишень утопала в глубокой галлюцинации, становясь неспособной различать, где реальность, а где вымысел…

Чтобы вырваться из страны фантазий и, разглядев истину, убить врага, попавшему в такую ловушку нужно использовать свои божественные искусства.

Что же до мысленного божественного искусства в этом подземелье — оно было ещё более глубоким и непостижимым. Чтобы не быть сокрушённым, оно напрямую вмешивалось в работу чужого сознания.

«Мысленные божественные искусства — направление, достойное изучения. Я должен рассказать об этом Имперскому Наставнику, как только вернусь. Мы сможем обучить им некоторых учеников. Если они, находясь посреди поля боя, исполнят такие божественные искусства, враги не смогут выполнить свои. Любые битвы будут просты, как загон скота в загон… Зачем я об этом сейчас думаю? Я скоро разобьюсь в лепёшку!» — несмотря на то, что Цинь Му не мог сосредоточиться, его физическое тело по-прежнему было несравненно сильным, поэтому он сделал шаг в попытке побежать в темноте. Он хотел использовать свою удивительную скорость, чтобы бежать по воздуху.

Однако до него тут же дошло, что воздух вокруг него был очень разреженный, и чем ниже он спускался, тем сильнее тот истончался. Даже используя всю силу своих ног, ему не удавалось бежать по воздуху.

Посреди падения он внезапно увидел звезду, размером с корзину. Должно быть это была частичка звёздного песка.

«Звёздный песок старшего брата! Он когда-то был здесь!» — пребывая в восторге, юноша тут же ступил на звёздный песок, который, оказавшись под давлением его тела, тоже начал стремительно падать вниз. Но внутри него содержалась необъяснимая мощь, которая сопротивлялась этому странному силовому полю, поэтому вскоре падение звёздного песка по инерции прекратилось и даже начался подъём в исходное положение.

Цинь Му быстро присел пониже и, напрягши ноги, перепрыгнул на другую частичку звёздного песка. Прыгая сквозь темноту так, словно летя, он оставил позади себя более дюжины песчинок, постоянно приближаясь к свету в ядре земли.

Со временем ему удалось разглядеть там парящую платформу, которую со всех сторон окружали ступени. Нижняя её часть была широкой, а верхняя узкой. Она одиноко летала посреди темноты, выглядя как жертвенный алтарь, подвешенный в воздухе. Хотя, по сути, им она и являлась.

Цинь Му запрыгнул на жертвенный алтарь и обернулся, чтобы посмотреть на звёздные песчинки, летающие в темноте. Мастер-Основатель, очевидно, добрался сюда и заложил построение. Это также означало, что оставленную здесь вещицу Мастер-Основатель подготовил для Святого Дровосека.

«Интересно, что здесь? Старший брат уже оставил после себя две вещи. Одна — Таинственный Нож Казни Бога, а по сути, человеческая голова крайне сильного практика в футляре. Другая — печать командира, происходящая из какой-то там эпохи. В таком случае, что же здесь?..» — он посмотрел в центр жертвенного алтаря и увидел там каменный гроб. Он не знал, из какого камня тот был сделан, но его украшали рельефные символы, выглядящие как экзотическое запечатывающее заклятие.

Каменный гроб имел более тридцати метров в длину и десяти в ширину. Будучи крайне огромным, он не мог считаться гробом обычного человека и, судя по всему, в нём был похоронен бог.

Цинь Му попытался выполнить навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, но опять провалился. На мгновение засомневавшись, он всё же снял с межбровья золотой ивовый лист и посмотрел на гроб своим третьим глазом.

Своим глазом он не увидел никаких аномалий, но смутно разглядел, что в гробу нет трупа. Внутри находился только огромный сосуд.

Цинь Му прикрепил лист обратно к межбровью и двинулся вперёд, думая: «Зачем вообще помещать огромный сосуд в гроб?»

Он использовал свою жизненную Ци и осторожно коснулся гроба. Ничего странного не произошло, всё было в порядке. Не расслабляясь ни на секунду, он начал быстро круглеть вокруг гроба, словно ловкий призрак кошки. Он проверял снова и снова, но по-прежнему не замечал каких-либо аномалий.

Наконец, успокоившись, он всё же попытаться открыть каменный гроб. Крышка оказалась очень тяжёлой, поэтому он приложил все силы, чтобы приоткрыть её…

Внутри действительно находился огромный сосуд. Заглянув через маленький проём, он увидел голову, лежащую внутри. Она имела четыре лица и прикреплённую сверху заколку в форме навеса пагоды, на вершине которой располагался глаз.

Между тем голова была пропитана странной водой и казалась до сих пор живой. Глаз на заколке внезапно открылся и заглянул прямо в лицо Цинь Му.

Цинь Му резко содрогнулся. Пейзаж перед его глазами внезапно изменился. Ядро земли, темнота, жертвенный алтарь, каменный гроб и голова в сосуде исчезли!

Он, будто находясь в чужом теле, очутился в чрезвычайно роскошном дворце. Земля была вымощена белым нефритом, а жемчуг и бусины служили звёздами. В этот момент к нему подошёл безликий человек и сказал:

— Ин Чжао, мне нужно, чтобы ты сделал кое-что для Эпохи Императора-Основателя.

— Я буду следовать приказам Императора-Основателя.

— Сакра собирается собрать всех мастеров этого мира, чтобы создать деревню Беззаботную и построить Ковчег Парамиты. Мне нужно, чтобы ты сохранил основание для нашей Эпохи Императора-Основателя. Я боюсь, что в будущем люди забудут о деревни Беззаботной, а также волнуюсь, что враги уничтожат Ковчег Парамиты. Держи его чертежи и запомни их, в конце концов у тебя самый сильный божественный разум.

Цинь Му увидел чертежи, которые возвысились вверх, словно гора. «Он» начал осматривать их, перелистывая страницу за страницей. Диаграммы и записи на них были чрезвычайно сложны и трудны для запоминания, но «он» безошибочно запечатлевал содержимое в своей памяти.

— Ваше Величество, неужели у нас действительно нет шансов на победу? — Цинь Му услышал незнакомый голос. Это был голос бога Ин Чжао.

— Нет, — безликий человек повернулся к нему спиной и покачал головой. — Ни одного. Чем больше я узнаю о наших врагах, тем больше отчаяния чувствую. Все прошлые эпохи в истории были стёрты, и нам не избежать той же судьбы. Однако в будущем ещё есть надежда. Сохранить эти чертежи — значит сохранить надежду. В будущем мой потомок придёт к тебе и заберёт их. Он доставит вас в деревню Беззаботную, где мы все снова встретимся. Когда это время придёт, мы вернёмся и изменим небеса и землю!

— Ваше Величество…

Безликий человек вышел, оставляя его одного. «Он» начал усердно штудировать чертежи Ковчега Парамиты, и, спустя долгое время, смог запомнить абсолютно всё.

Затем он поджёг чертежи, смотря на то, как они полностью сгорают.

Как только всё было сожжено дотла, дворцовый зал погрузился во тьму.

Перед глазами Цинь Му из темноты вырвался свет, раскрывая его взору совершенно иное место. Теперь перед ним раскинулось крупномасштабное поле битвы богов. Повсюду, как в небе, так и на земле боги сражались друг с другом. Трупов было столько, что было трудно сосчитать. Если говорить кратко — ужасающее зрелище.

Цинь Му видел, как Райские Небеса Императора-Основателя падают с огромной высоты, разбивая по пути слои небес. Они оставляли за собой длинный след из огня и света, когда пролетали через другие миры.

Цинь Му, глядя глазами другого человека, видел, как «он» поднял свой божественный меч и вложил в ножны. Затем «он» вернулся в город богов и, уйдя под землю, построил тёмное пространство, выковав в нём жертвенный алтарь.

«Он» использовал своё сознание для создания аномального мысленного силового поля и подготовил себе гроб. Затем он поставил в гроб огромный сосуд и налил в него божественной воды. Она была извлечена из его сознания и жизненной силы и могла уберечь его тело от разложения.

«Он» снова вынул меч.

— Тот, кто видит это зрелище… — Цинь Му снова услышал незнакомый голос. — Ты потомок Циня? Ты следуешь приказу Императора-Основателя и пришёл за чертежами? Я не могу отплатить за доброту Императора-Основателя, поэтому могу только предложить свою голову и спокойно ждать здесь, пока Лорд Цинь воспользуется ей.

Чаа…

Сверкнул меч, и Цинь Му почувствовал сильную боль. Затем «он» увидел «себя» падающим в сосуд и смотрящим наружу. «Он» видел, как обезглавленный труп бога Ин Чжао двигает крышку гроба, постепенно закрывая «его».

Через мгновение «он» услышал снаружи, где-то в ядре земли громкий удар. Судя по всему, труп этого бога упал и разбился.

Глаза Цинь Му покраснели, и он вытер слёзы. Между тем голова в сосуде, казалось, могла видеть, и медленно повернулась, посмотрев на него. Сильные мозговые волны резонировали в его сознании, и чертежи превращались в картины, прочно заседавшие в его памяти. Чем больше появлялось картин, тем меньше оставалось божественной воды в сосуде…

Когда она иссякла, разум Цинь Му переполняли чертежи Ковчега Парамиты.

Голова бога всё ещё излучала мозговые волны, передавая остальные чертежи в его мозг. Она разлагалась со скоростью, видимой невооруженным глазом, а когда её сознание истощилось, на дне сосуда остался только череп.

Цинь Му тихо стоял перед этим каменным гробом, как вдруг сказал:

— Ты ничего не должен семье Цинь, семья Цинь должна тебе! Я не могу позволить тебе умереть, даже не имея полноценного трупа!

Он спрыгнул с жертвенного алтаря и, повиснув на нити жизненной Ци, продолжил спускаться в темноту подземелья. Спустя долгое время он подхватил безголовый скелет и направился вверх, поднимаясь по тонкой, словно паутина, пряди жизненной Ци.

Оказавшись на жертвенном алтаре, он достал огромный сосуд и почтительно положил в гроб безголовый скелет. Затем он вынул череп из сосуда и приложил его к шее скелета.

Цинь Му закрыл каменный гроб, трижды поклонившись ему, повернулся и высоко подпрыгнул. Ступая по звёздному песку, он поднимался, пока не оказался на последней песчинке. Ему всё ещё нужно было преодолеть три тысячи метров, чтобы оказаться у обрывая пропасти, с которого он спрыгнул. Поэтому он, протянув палец, заставил свою Ци устремиться вверх и обвиться вокруг белого костяного «каната» у поверхности.

Многочисленные скелеты у ямы быстро поползли вверх. Приложив немало усилий, они, наконец, смогли вытащить его из подземелья.

Как только Цинь Му вылез из ямы, из-под земли донеслась дрожь. Выражение его лица резко изменилось, а жизненная Ци молниеносно вырвалась наружу, собирая всех скелетов в окрестностях в охапку Силового Поля Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, и уже в следующий миг он рванул прочь что есть мочи.

Позади него начала проваливаться земля. Руины города богов рухнули вниз к ядру земли. Дыра становилась всё больше и обширнее.

Скорость Цинь Му быстро достигла своего предела, и он, будто молния воплоти, покинул древние руины. Дрожь постепенно прекратилась, и когда он обернулся, город богов уже превратился в глубокую пропасть, становясь частью истории.

Цинь Му поставил скелетов наземь и присел на камень. Он заглянул в пропасть, дна у которой не было видно. Его взгляд был глубоким и печальным.

Один из скелетов утешающе погладил его по голове.

Другой встал напротив и попытался утереть слёзы.

На лице Цинь Му появилась тёплая улыбка. Он встал и поклонился им:

— Теперь я в порядке. Спасибо всем, что сопровождали меня последние несколько дней. Может быть, в будущем, если я не умру, я вернусь сюда. Я соберу ваши души и оживлю вас всех. Давайте встретимся в будущем!

Широко шагая, он устремился вдаль. На этот раз скелеты не последовали за ним.

Цинь Му повернул голову, увидев, что его новые друзья машут ему своими костяшками. Он помахал им в ответ и двинулся дальше.

— Даже после смерти их кости остаются благоухающими и не позорят героев прошлого. Император-Основатель, мой предок, который находится далеко в деревне Беззаботной, ты всё ещё помнишь бога по имени Ин Чжао, который обезглавил себя из-за твоего приказа? Я всё видел своими глазами! Боюсь, что ты забыл, тогда дай-ка напомню. Сыновья Циня не предают того, кто следует за ними. А также не забывают обещание, которое они или их предки дали! — выкрикнув это, он побежал по пустынной земле, направляясь туда, куда рухнули Райские Небеса Императора-Основателя. Там должен быть вход, который ведёт к Верховным Небесам Императора или Великим Руинам, согласно памяти бога Ин Чжао. — Я выполню твоё обещание за тебя и позволю умершим героическим духам покоиться с миром!

Подойдя к пространственному разлому, его ослепил солнечный свет, через который он смутно видел другой мир. Свет исходил из искорёженного пространства, пересечь которое, судя по всему, будет крайне опасно.

Цинь Му достал из своего мешочка таотэ маленький футляр и прыгнул в разлом. Встретив интенсивное солнечное сияние, он тут же открыл футляр, а уже в следующий миг кровожадный, яростный свет хлынул в небо, превратившись в два сияющих ножа.

Всего лишь одним взмахом они рассекли солнечный свет надвое!

Прежде чем солнечный свет снова слился воедино, Цинь Му проскользнул через пространственную трещину и рухнул вниз. Под ним раскинулись пышные леса, бескрайние горы и возвышались Южные Небесные Врата.

Цинь Му слегка удивился.

Под ним находились не Верховные Небеса Императора, а Великие Руины.

Глава 631. Встреча со Старым Другом

— Я представлял Императора-Основателя великим человеком, способным спасти людей от катастрофы. Я думал, что старый предок сможет пойти на смерть вместе со своими последователями. Я верил, что он окажется именно таким, но я ошибался, — Цинь Му сидел у костра в деревне Цань Лао, уставившись на кипящую в казане воду, и с умиротворённым выражением лица разглагольствовал. — Чем больше я узнавал, тем сильнее чувствовал, что он не заслуживает звания Императора-Основателя. Он не достоин возглавлять десятки тысяч героев. Возможно, он всего лишь старик, который сошёл с ума от страха и думает лишь о мирной, спокойной жизни. Он не обладает духом, достойным уважения всех этих героев.

— Кудах! — серьёзно кивая клювом, кудахтнул куриный дракон, сидящий сбоку.

— Ты прав, — Цинь Му подкинул немного дров, выражение его лица наполнилось печалью. — Если он действительно обладал такой целеустремлённостью и уверенностью, то почему внезапно отступил в решающей битве? Почему он так легко бросил своих товарищей и братьев, оставил людей гибнуть от катастрофы? Если он и вправду герой, которым я его представлял, то чего он добился за последние двадцать тысяч лет? Ничего!

Куриный дракон вновь кивнул и торжественно кудахтнул:

— Куд-кудах!

— Хе-хе, он ничего не добился. Не странно, что все, кто когда-то следовали за ним, теперь разочарованны, — юноша разразился громким смехом, прежде чем покачать головой. — Как бы я хотел вернуться в деревню Беззаботную, перевернуть его нагретое кресло вверх ногами и лично его допросить. Возможно, мне даже удалось бы восстановить Ковчег Парамиты и отправиться к нему, в конце концов у меня всё ещё есть зеркало с картой, ведущей к Беззаботной, которое дедушка старейшина нашёл на корабле. Он твердил, что я смогу добраться туда, как только сумею разрушить печать.

— Кудах? — сомнительно кудахтнул куриный дракон.

— Ты такой добрый, выслушиваешь весь бред, что я несу, — Цинь Му медленно повернул голову к птице, незаметно вытаскивая меч, и ласково продолжил. — Тем не менее, ты знаешь слишком много моих секретов… Не пытайся бороться. Только приготовленный куриный дракон умеет держать язык за зубами. В следующей жизни, родись кем-то другим.

Деревню Цань Лао поглотила паника. Стадо куриных драконов быстро сбилось в одну кучу, с ужасом в глазах наблюдая, как юноша варит их сородича.

Спустя некоторое время Цинь Му удовлетворённо уселся, до отвала наевшись бульона из идеально приготовленной курицы, и подумал: «Дедушка слепой и остальные не вернулись в деревню, а значит они отправились в Фэнду проведать дедушку старейшину. Отсюда к городу Пограничный Дракон совсем недалеко, поэтому я могу пойти к Между Жизнью и Смертью и присоединиться к ним… Но перед этим нужно отдать дань уважения старейшине и предупредить их о моём приходе».

Он поднялся и отправился в путь. Спустя некоторое время он по памяти нашёл дорогу к маленькой деревне. Когда-то в ней жило несколько семей, полагающихся на защиту каменной статуи старейшины. Но добравшись к её окраине, он ошарашенно застыл. На этом месте появилось несколько новых статуй, но статуя старейшины исчезла!

— Ты имеешь в виду ту статую без конечностей? Её забрали, — ответили ему жители. — Сюда приходили какие-то странные люди. Среди них был кузнец, мясник, лекарь и старик, продающий картины и украшения для Фестиваля Весны. Они сказали, что эта статуя принадлежит их старому другу и, притащив сюда несколько других, забрали её с собой.

— Старая была лучше! Поднося ей жертвы, мы часто чувствовали, как пробуждается её сущность. С новыми такого не бывает.

— К тому же, среди тех незнакомцев был старый вор. Он украл свинину, которую я сушил на улице перед домом!

Цинь Му недоумевал: «Дедушка немой и остальные приходили сюда. Почему они унесли статую дедушки старейшины? — его глаза внезапно загорелись. — Точно! Должно быть, дедушка целитель хочет призвать душу старейшины обратно! Они пытаются понять, нельзя ли его воскресить!»

Едва сдерживая волнение, он немедленно покинул деревню, отправляясь в сторону города Пограничный Дракон.

****

К этому времени Пограничный Дракон успел превратиться в важную священную землю предпринимательства. За те несколько лет, что прошли с момента последнего визита Цинь Му, уровень его богатства превзошёл все ожидания.

Здесь собирались товары со всей страны.

В небе туда-сюда носились летающие корабли. Их количество было огромным, на каждом углу кто-то погружал или выгружал товары.

Здесь торговали торговцы Западных и Восточных Земель. Для них расположение этого места было крайне удобным, так как им больше не требовалось путешествовать к Вечному Миру или Западным Землям. Кроме Пограничного Дракона, остальные города Великих Руин тоже начали богатеть.

Быстрое развитие торговли послужило причиной открытия новых школ и академий, их количество в Великих Руинах тоже росло с каждым днём. Местное население стало учениками и начало изучать божественные искусства. Среди них можно было встретить даже странных зверей, принявших облик людей, чтобы пойти в школу и получить новые знания.

Цинь Му пришёл к Между Жизнью и Смертью, где наткнулся на ужасную суматоху. Бесчисленное количество пришедших сюда учеников отдавали все свои деньги, лишь бы попасть в Фэнду.

На страже Между Жизнью и Смертью стоял Мастер Ладана Небесного Святого Культа, поэтому Цинь Му, естественно, не нужно было платить за вход в Фэнду. Сев в лодку, он по длинной реке поплыл в сторону Юду. Добравшись к подножию моста, он выпрыгнул за борт и, ещё даже не успев коснуться земли, уже превратился в скелет.

— Император Людей Цинь!

Юноша повернулся в сторону источника голоса и увидел полутораметрового, широко улыбающегося Императора Людей И Шаня, который прямо сейчас протискивался сквозь толпу призраков:

— Это ты! Увидев твой скелет, я сразу же тебя узнал!

Цинь Му тут же поздоровался:

— Пра-прамастер!

Император Людей И Шань встревоженно спросил:

— Почему ты пришёл в Фэнду? Ты снова вздумал избить своих предков? Или ты пришёл вступиться за маленького Су?

Юноша покачал головой:

— Я пришёл повидаться с дедушкой старейшиной…

Император Людей И Шань облегчённо вздохнул. Повернув голову, он помахал рукой остальным старикам, чьи головы тут же показались из-за угла улицы:

— Он пришёл не для того, чтобы нас избить, выходите!

Императоры Людей Ци Кан, Лань По и остальные зашагали на встречу.

— Император Людей Цинь, мерзавец Су Мучжэ уже успел тебе пожаловаться? — громко спросил Ци Кан.

Недоумевая, Цинь Му поинтересовался:

— На что дедушка старейшина стал бы мне жаловаться?

Все переглянулись, странно улыбаясь. Они хихикали, не отвечая на его вопрос.

Цинь Му подозрительно спросил:

— Что произошло? Почему вы избили старейшину? Как он вас спровоцировал?

Пятый Предок Император Людей хмыкнул, улыбчиво отвечая:

— Су Мучжэ, это отродье, сейчас не в Фэнду. С тех пор, как Бронзовое Лицо вернул его к жизни, он стал ужасно самодовольным. Он сказал нам, что отправляется на Верховные Небеса Императора, чтобы найти тебя. Несколько месяцев назад нас навестили какие-то странные люди, они провели здесь довольно много времени. Один из них — мужчина с бронзовым лицом, сказал, что старика ещё можно спасти. Птичий бог Чи Сю тоже твердил, что мерзавец Су был полумёртвым, полуживым человеком, воняющим живой плотью. Поэтому Бронзовое Лицо помог мерзавцу Су вернуться в своё тело и воскреснуть.

Удивлённо моргнув, Цинь Му радостно проговорил:

— Отлично! Бронзовое Лицо — это дедушка целитель из нашей деревни. Его медицинские знания лучшие в этом мире. Он даже более хорош, чем я. Если он лично занялся лечением дедушки, то тот определённо будет в порядке. Кстати, почему вы тогда собрались избить старейшину?

Император Людей Ци Кан тут же начал оправдываться:

— Мерзавец нас обманул, из-за чего ты в итоге избил нас, подмочив нашу репутацию. После этого он радостно прибежал назад, рассказывая о том, что нашёл писания о Теле Тирана. Если не его, то кого ещё мы должны были избить? Что за ученика я себе выбрал? Он готов обманывать даже своего учителя! Избить его всего разок было слишком лёгким наказанием, поэтому теперь мы делаем это каждый день.

— Каждый день? — помрачнев в лице, Цинь Му ласково, но неотлагательно предложил. — Предки, я выучил много нового за последнее время. Я хотел бы получить ваши наставления.

Толпа Императоров Людей резко изменилась в лицах, они тут же начали искать себе отговорки.

— Несколько дней назад кто-то сжёг комплект одежды, принося его мне в жертву. Качество весьма хорошее, я забыл переодеться и показать его вам!

— Кто-то из людей разузнал, что я был Императором Людей, и принёс мне жертву!

— А для меня кто-то сжёг несколько бумажных девиц. Должно быть, нас ещё помнят в мире живых!

— Старый Лин, я слыхал, что Император Яньфэн посетил Храм Небес, чтобы отдать дань уважения предкам. Он восстановил семейный реестр и твердит, что ты его предок. Возможно, именно он принёс тех дев в жертву!

****

Цинь Му тоже не пылал желанием избивать стариков. Улыбаясь, он проговорил:

— Предки, я пришёл сюда ради дедушки старейшины. Если его нет…

Ещё до того, как он договорил, аура юноши ужасно задрожала, а его взгляд упал на противоположный конец улицы.

Императоры Людей вокруг ощутили резкое изменение его ауры и тоже повернули головы, смотря в конец улицы. Там стоял молодой Император Людей, тихо смотрящий на Цинь Му.

Сердце Второго Предка Императора Людей дрогнуло, и он быстро проговорил, улыбаясь:

— Император Людей Цинь ещё не встречался с Первым Предком Императором Людей, верно? Давайте я вас познакомлю. Первый Предок, это нынешний Император Людей, Цинь. Он пришёл специально для того, чтобы нас навестить! Он использовал твой Между Жизнью и Смертью, чтобы соединить мир мёртвых с миром живых! Он очень умён, правда? Император Людей Цинь, быстро иди сюда и отдай дань уважения Первому Предку.

— В этом нет нужды! — подняв руку, равнодушно ответил юноша. — Второй Предок, это он разрушил твой скелет и осквернил могилу. Ты не можешь не знать об этом. Тебе лучше всего известно о его поступках.

Ошеломлённый, Второй Предок приоткрыл рот. Тем не менее он молчал, потеряв дар речи.

Первый Предок сделал шаг вперёд, равнодушно говоря:

— Раз уж ты здесь…

— Действительно, раз уж ты здесь! — Цинь Му осторожно поднял руку, снимая со лба золотой ивовый лист.

Попав в Фэнду, он превратился в скелет, но теперь его кожа и плоть начали отрастать обратно со скоростью, заметной даже невооружённым глазом. Его тело восстановилось за несколько мгновений!

Руки и ноги Цинь Му начали дрожать:

— Прежде чем уйти, я побью тебя до смерти!

Стоящие вокруг Императоры Людей ошарашенно замерли. Несмотря на то, что юноша не стоял на Между Жизнью Смертью, его физическое тело полностью восстановилось, игнорируя правила Фэнду. Это было что-то на грани с невозможным!

Они не догадывались, что Цинь Му был рождён в Юду.

Фэнду тоже был частью Юду. В прошлом, как только он попадал в это место, то превращался в скелет. Но теперь, когда его третий лаз открылся, его сущность Сына Юду частично пробудилась. Когда третий глаз открылся, он смог восстановить плоть и кровь!

Взгляд Цинь Му был прикован к Первому Предку, который как раз шагал ему навстречу. В его сердце разбушевались волны злости. Сражаясь с ним у Зала Императоров Людей, он потерпел сокрушительно поражение и стал свидетелем уничтожения крови и пота всех прежних Императоров Людей!

И даже наблюдал, как тот разрушает скелет и надгробный камень Второго Предка!

Тогда Цинь Му потерпел величайшее поражение своей жизни, из-за которого провёл следующие несколько месяцев в подавленном состоянии. У него не осталось выбора, кроме как рискуя жизнью отправиться на Верховные Небеса Императора в поисках лучших методов совершенствования, в поисках техники, способной одолеть Первого Предка!

Его Меч Бедствия, его техника вступили на путь… Все эти достижения произошли под давлением этого человека!

В душе его самым сильным врагом не были дьявольская раса Верховных Небес Императора или Райские Небеса свыше. Им был мужчина, стоящий напротив, основатель Зала Императоров Людей — человек, которого он когда-то уважал, прежде чем его иллюзии разрушились!

На лице Первого Предка было спокойное выражение:

— Здесь? Это место не слишком подходит. Ты повредишь Фэнду, а объясниться перед Королём Ямой очень непросто. Отправляйся в Зал Императоров Людей. Одолев тебя, я смогу сразу же разрушить скелет очередного Императора Людей!

Развернувшись, Цинь Му покинул Фэнду с мрачным выражением лица:

— Жди меня в Зале Императоров Людей.

Глава 632. Прорываясь Через Зал Императоров Людей

Второй Предок проводил взглядом Цинь Му. Обернувшись, он увидел, что Первый Предок тоже исчез.

Первый Предок не был мёртв, а окаменел своим физическим телом и вошёл в Фэнду, чтобы скрыться в уединении. При желании он мог свободно перемещаться, и если взять в учёт невероятные способности его исконного духа, он вероятно, уже вернулся в своё физическое тело.

— Что нам теперь делать? — Императоры Людей перевели взгляд на Второго Предка. — Встретившись там, они без сомнений снова начнут сражаться, а страдать нам.

Третьего Предок горько скривился:

— После того, как Император Людей Цинь проиграет, будет раздавлен мой скелет.

Другие Императоры Людей нахмурились. Подняться до уровня, благодаря которому можно одолеть Первого Предка Императора Людей в одной и той же области, было невероятнейшей задачей. Все они являлись выдающимися людьми своего поколения и даже несмотря на то, что в их эпоху существовали ограничения, из-за которых они с определённого момента не могли совершенствоваться, каждый из них достиг уровня бога в той или иной области.

Однако Первый Предок был во всех аспектах на уровне бога, а возможно даже и выше. Что же до Цинь Му, ещё даже года не прошло с тех пор, как он был побеждён им. Независимо от того, насколько стремительно росли его способности, и того, что ему удалось подняться на одну область совершенствования, этого было явно недостаточно, для победы.

Практики божественных искусств не испытывали особых затруднений, когда дело касалось поднятия области, но, если им нужно было укрепить свою базу, основы, всё менялось.

Поднятие области можно было сравнить со строительством новых этажей у здания, в то время как развитие основ укрепляло и расширяло его фундамент, не повреждая ранее воздвигнутое. Такой подход позволял создавать ещё больше зданий и делать их намного выше, но он был невообразимо труден и тернист.

Только развитие основ могло дать Цинь Му шанс на победу в битве с Первым Предком в одной области. Из этого следует, что, чтобы достичь успеха, ему пришлось бы поднять свои знания и основы до уровня Первого Предка!

— А сколько лет Императору Людей Циню? — внезапно спросил Второй Предок.

Император Людей Ци Кан на мгновение задумался, прежде чем ответить:

— Мерзавец Су как-то упоминал об этом. Согласно миру живых, ему должно быть девятнадцать лет.

— Девятнадцать… — пробормотав, Второй Предок продолжил чуть громче. — Юноша полон энергии. Обычно человек начинает чего-то добиваться именно в этом возрасте. Старичьё, а сколько вам было лет, когда ваши основные техники и божественные искусства в итоге приняли свою форму?

Третий Предок почесал затылок и выговорил:

— Старик, когда ты взял меня в ученики, мне было двенадцать. Хм… Я сумел определиться со своим Переворачивающими Небо Рукам Инь Ян, когда мне было двадцать. Примерно тогда же у меня появились некоторые идеи, касательно техники Секретов Девяти Великих Вероучений Инь Ян. Затем я потратил нескольких сотен лет, чтобы, наконец, усовершенствовать до предела эти две техники.

Четвёртый Предок взял слово:

— Я не совершенствовал технику и навыки мудры мастера. Реши я всерьёз обучиться у такого неудачника, как ты, то потерпел бы неудачу. В итоге я создал свои собственные божественные искусства и технику, и знаешь, я гораздо лучше тебя, старик. Когда мне было всего лишь семнадцать, у меня уже появились идеи относительно своей техники, а в средних годах мне даже удалось одолеть тебя.

Третий Предок дунул на усы, уставившись на него:

— Ты считаешь себя настолько выдающимся, потому что одолел меня?

Четвёртый Предок с лицом, улыбающимся до ушей, произнёс:

— Именно так, я очень хорош.

Другие Императоры Людей также рассказали о возрасте, когда они определились со своими техниками и божественными искусствами. В основном им было от пятнадцати до тридцати пяти лет. Среди них только Император Людей То Юй и Шестой Предок были «поздно повзрослевшими».

— Императору Людей Циню уже девятнадцать лет. В таком случае он сейчас на пике создания, — Второй Предок подумал и продолжил. — Возможно, его техника уже имеет свой собственный путь, и его божественное искусство уже имеет форму эмбриона. Может быть, он одержит победу над Первым Предком. Если он потерпит поражение снова, удар будет слишком огромный для него… Когда техника и божественные искусства обретут форму эмбриона, будет ли у него шанс одолеть Первого Предка? Техника и божественные искусства Первого Предка не находятся в стадии эмбриона. Они уже доведены до совершенства.

Все Императоры Людей резко замолчали.

— Но он Тело Тирана… — Император Людей Ци Кан был немного напуган. — Тело Тирана должно быть очень мощным, верно? Мой ученик Су Мучжэ, старый негодяй, всегда злорадствует, что его ученик — Тело Тирана. Своим хвастовством он бросает вызов небесам…

Все закивали головами, рассуждая:

— Даже Телу Тирана нужно расти. Интересно насколько он вырос к своим девятнадцати?

Через некоторое время Второй Предок твёрдо предложил:

— Давайте материализуемся и пойдём в Зал Императоров Людей! Император Людей Цинь путешествует по миру живых, поэтому ему нужно около пары дней, чтобы добраться до него. Мы можем добраться туда до его прихода и одолеть Первого Предка все вместе!

— Хорошая идея! Давайте вместе изобьём Первого Предка! Мы должны одолеть его, чтобы он признал поражение и не посмел выйти против Императора Людей Циня! —воодушевлённо закивали головами Императоры Людей, а уже через мгновение они стали невидимыми, исчезнув из Фэнду.

Птичий бог Чи Сю смотрел на исчезающих стариков, затем он повернул голову и, взглянув на Короля Яму, спросил:

— Король Яма не собирается их останавливать? Они ведь мертвецы, разве они не нарушат правила нашего Фэнду, если вот так запросто отправятся в мир живых?

— В этом нет необходимости, — покачал головой Король Яма. — Зал Императоров Людей не принадлежит ни миру живых, ни миру мёртвых. Это место не под нашей юрисдикцией. Прошлые Императоры Людей — это люди, не страшащиеся ничего под небесами и над землёй. Их решение отправиться в Зал Императоров Людей не входит в компетенцию моего Фэнду.

— Зал Императоров Людей не принадлежит мирам живых и мёртвых? — ошеломлённо переспросил Чи Сю.

— Зал Императоров Людей — один из кусочков Райских Небес Императора-Основателя. Фэнду не имеет права прикасаться к этому месту, — Король Яма отвёл взгляд и повернулся, чтобы уйти. — Самый большой кусок Райских Небес Императора-Основателя рухнул наземь и превратился в Великие Руины. Есть ещё несколько первостепенных мест, которые когда-то были частью Райских Небес. Например, тридцать два райских дворца и семьдесят два тронных зала, к которым наш Фэнду не может прикоснуться. Зал Императоров Людей расположен в одном из райских дворцов под названием Дворец Нефритового Сияния. Они ушли туда, а значит моя магическая сила не сможет достичь этого места, чтобы вернуть их. Причина, по которой наш Фэнду может подавить эту часть Юду, тоже заключается в том, что тут спрятан райский дворец. Он называется Дворец Песчаной Границы, с его помощью можно подавлять призраков.

****

За пределами города Пограничный Дракон. Цинь Му бежал по облакам и, используя Печать Императора Людей, направлялся по отметкам к Залу Императоров Людей.

Как только он ушёл, в городе Пограничный Дракон появились трёхголовый, шестирукий бог вместе с юношей. Ими были не кто иные, как Чи Си и Паньгун Цо.

— Зачем старому учителю местные обычаи Вечного Мира? — был озадачен Паньгун Цо. — После стольких усилий мы наконец-то вернулись с Верховных Небес Императора, так почему мы не можем отправиться непосредственно к Южным Землям?

— Южные Земли уже погрузилась под воду и стали Южным Морем. Они затонули около тридцати тысяч лет назад. Поэтому не важно, если я отправлюсь сейчас или днём позже, они никуда не денутся. Поскольку я уже на родине, мне нет нужды торопиться, — ответил Чи Си, оглядываясь своими тремя головами по сторонам. — Я здесь, чтобы увидеть местные обычаи Вечного Мира. Я хочу увидеть потенциал этой эпохи и посмотреть, есть ли у них силы для борьбы с Райскими Небесами.

— Что видит учитель? — спросил Паньгун Цо.

— Здесь всё процветает, но это лишь на первый взгляд, — Чи Си продолжил. — Вечный Мир может быть уничтожен на одном дыхании. Вскоре разразится катастрофа и они не смогут выдержать даже одного удара. Здешние пути, навыки и божественные искусства развиваются с божественной скоростью, однако времени слишком мало, как и сильных практиков. Сейчас, чтобы выжить, они просто полагаются на выживших из Эпохи Императора-Основателя. Но прошлая эпоха давно закончена, поэтому полагаться на оставшихся сильных практиков того времени глупо, они не смогут вечно защищать их. Поэтому Вечный Мир определённо будет уничтожен. Нечего тут больше смотреть, пошли.

Паньгун Цо был сбит с толку. Он не знал, как тому удалось это всё увидеть. Чи Си уже далеко ушёл, и он поспешил догнать его.

****

Цинь Му спешил в Зал Императоров Людей, поэтому разминулся с Чи Си и Паньгун Цо. Во время бега он использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, заставляя божественные сокровища путей бога и дьявола работать одновременно. Между тем его жизненная Ци со временем становилась всё более и более энергичной. Путешествуя по Верховным Небесам Сияния, он объединял воедино свои Божественные Сокровища Шести Направлений и Семи Звёзд…

На данный момент он уже достиг критической точки.

Его совершенствование жизненной Ци стало предельно плотным, а стена между двумя божественными сокровищами постепенно становилась всё более размытой. Однако, так как он не выкладывался по полной на пути дьявола, было очевидно, что ему не хватало в этом опыта.

Два дня спустя Цинь Му, наконец, оказался у Зала Императоров Людей. Печать Императоров Людей осветила дверь. Через мгновение дверь открылась, и он вошёл.

Перед его глазами клубился безграничный туман, из которого выглядывали надгробия. Земля казалась бесконечной, повсюду виднелись могилы.

Цинь Му выглядел как ни в чём не бывало.

Он продолжал идти к вперёд.

Перед ним были видны следы сражений.

Исконный дух Императора Людей Ци Кана пыхтел в большой яме. Он был похож на чёрную морковку, посаженную снаружи… из-под земли выглядывала только его голова.

— Император Людей Цинь, ни шага дальше! — исконный дух Ци Кана был пойман в ловушку, буду неспособным двигаться. — Я не смог одолеть его и потерпел поражение. Другие Императоры Людей тоже с треском провалились!

Цинь Му не обращал на него внимания и продолжал идти вперёд.

Исконный дух И Шаня был распластан на земле с пустыми взглядом, время от времени подёргиваясь уголками глаз. Услышав шаги, он с трудом повернул свою жирную голову. Шея у него была толще головы, и он, сильно задыхаясь, выдавил:

— Не ходи, он слишком свиреп…

Цинь Му сделал шаг вперёд, окружённый плотной аурой бога и дьявола. Он снял с пояса два мешочка таотэ и бросил их на землю.

Неподалёку на надгробии висел исконный дух Лань По.

— Ты не сможешь. Его способности слишком ужасны… — с трудом подняв голову, взмолилась она.

Цинь Му достал свою пилюлю меча и бросил её на землю.

То Юй схватил его за ногу и тоже поднял голову:

— Не ходи. Мы все набросились на него одновременно, но всё равно не смогли победить… Ему потребовалась лишь область Божественного Моста и исконный дух, чтобы с лёгкостью подавить всех нас…

Цинь Му продолжал идти вперёд, протащив за собой исконный дух То Юя на несколько шагов, прежде чем тот отпустил его.

Исконные духи всех Императоров Людей валялись вокруг, неспособные подняться, как бы они ни пытались.

Цинь Му с полупустым взглядом подошёл к соломенной хижине. Он посмотрел вперёд и увидел Первого Предка, спокойно стоящего перед залом, ожидая его прибытия.

Он пробудил свою жизненную Ци, рядом с его ушами раздались гулкие звуки. Божественные Сокровища Шести Направлений и Семи Звёзд пути дьявола, наконец, объединились и слились в одно целое!

Первый Предок холодно произнёс:

— Ты пришёл только через год, чтобы отомстить мне, это меня расстраивает. Сделай своё движение, покажи мне, чему ты научился за этот год. Я не уничтожил их бесполезные кости потому, что ждал твоего прихода. Однако, избив тебя, я всё же сотру их в порошо…

Бабах…

Жизненная Ци Цинь Му внезапно стала несравненно интенсивной и неистовой. Он напряг обе ноги, а уже в следующий миг оказался прямо перед Первым Предком, но до сих пор могло показаться, что он всё ещё стоит в месте рывка!

Мужчина не успел договорить, да и удивиться тоже, а кулаки юноши уже обрушили на его лицо тяжёлыми ударами!

Позади тела Цинь Му извергся вулкан, пламя взметнулось в небо. Используемое им божественное искусство являлось высшим искусством Императора Людей Ци Кана!

Он взорвался магической силой, отшвыривая Первого Предка, словно тряпичную куклу, и с грохотом впечатывая в стену Зала Императоров Людей. Сорвавшись следом, он положил одну руку на другую и исполнил Переворачивающие Небо Руки Инь Ян!

В то же время его ладони заполонили собой небо, делая его тысячеруким буддой. Он исполнил Восемь Громовых Ударов старого Ма!

Два навыка мудры были выполнены в одно и то же время, и бесчисленные, накладывающиеся друг на друга руки одновременно ударили.

Весь Зал Императоров Людей яростно содрогнулся, а задняя стена попросту рухнула.

Первый Предок отлетел в обратном направлении!

Цинь Му опустил голову и побежал вперёд, словно ураган. Неистовая жизненная Ци превратилась в млечный путь, зависший где-то сверху, и Первый Предок начал неконтролируемо падать!

— Увидел, чему я научился? Если ты плохо разглядел, подойди ближе и взгляни получше! — с появившимся позади него Силовым Полем Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд, он ударил мудрой. Звёзды мгновенно вспыхнули, а бесчисленные звёздные огни соединились друг с другом, превратившись в силу ладони с огромной мощью, которая сжала весь воздух на расстоянии десятков километров и врезалась в тело Первого Предка! — Посмотри, как я использую их приёмы, мне очень интересно, смогу ли я ими забить тебя до смерти?!

Глава 633. Презрение Цинь Му

Первый Предок отлетел назад и, упав в глубины безбрежного пространства, исчез в тумане. В следующий миг из тьмы засиял луч света — его божественное искусство зрачка.

Во время их последнего сражения этого искусства хватило, чтобы пришпилить Цинь Му к стене Зала Императоров Людей, едва на разрубив его напополам!

Третий глаз в межбровье Цинь Му был крепко закрыт, даже не собираясь открываться. Бесчисленные символы построений закружились в его зрачках, разразившись двумя лучами света, которые тут же столкнулись со взглядом противника.

Столкнувшись, два божественных искусства разразились невероятно ярким светом. Они напоминали два ослепительных солнца, которые осветили всё в радиусе нескольких десятков километров, рассеивая туман.

Божественное искусство Первого Предка всё же оказалось более изящным, нежели техника Цинь Му. Оказавшись под давлением, Божественные Глаза Девяти Небес тут же рассеялись.

Первый Предок взревел, его волосы начали развеваться на ветру. Как только он поднял руки над головой, в небе появились звёздные скопления, а на землю посыпались бесчисленные метеоры!

Открыв третий глаз между бровей, Цинь Му тихо проговорил:

— Это второй раз, когда я освобождаю свою полную силу.

Внезапно его божественные сокровища дьявольского и божественного пути закружились вокруг друг друга. Жизненная Ци обоих путей потекла в одном направлении, сливаясь воедино в области его третьего глаза и в прямом смысле слова удваивая совершенствование.

В следующий миг раздался оглушительный грохот, с которым разрушилось божественное искусство зрачка Первого Предка, а два луча света вонзились в его тело, безжалостно прибивая к земле. Его божественное искусство тоже мгновенно разрушилось, в результате чего звёзды в небе исчезли, а летящие к земле метеоры испарились на полпути.

Взгляд Цинь Му надёжно пригвоздил его к земле, заставляя кости характерно хрустнуть.

Внезапно жизненная Ци вокруг тела Первого Предка превратилась в бесчисленные руны, постепенно формируя построение.

— Божественное искусство мгновенного перемещения?

Затушив божественный свет из глаз, Цинь Му создал вокруг своего тела кружащиеся руны, вычисляя место, куда собирался переместиться Первый Предок.

Жизненная Ци в его руке превратилась в невероятно тонкий луч меча. Бесчисленные лучи слились воедино, формируя огромное лезвие. Взмахнув им с молниеносной скоростью, он с невероятной точностью заблокировал мудру в том месте, где вот-вот должен был появиться противник!

Спустя мгновение показался силуэт Первого Предка. Держа в одной руке мудру земли, а во второй мудру небес, он напоминал владыку небес и земли. В достижениях навыков мудр он превосходил даже Переворачивающие Небо Руки Инь Ян Третьего Предка!

На самом деле, создавая Переворачивающие Небо Руки Инь Ян, Третий Предок вдохновлялся именно навыком Первого Предка. Тем не менее, он пошёл по пути Инь и Ян, девяти великих вероучений, девятнадцати шагов в ширину и длину, трёхсот шестидесяти одного искусства ног и трёхсот шестидесяти одного навыка мудр.

Во времена поколения Третьего Предка это сделало его неуязвимым в радиусе девятнадцати шагов.

Непобедимую легенду, Третьего Предка, одолел его ученик, Четвёртый Предок. Он создал свою технику Десяти Пересечений Закона, и смог ужасно избить его.

Между тем техника Первого Предка всё ещё находилась на уровень выше. Своими мудрами небес и земли он снискал всеобщее уважение. В то время как Третий Предок был неуязвим только в радиусе девятнадцати шагов, его мудра охватывала все небеса и земли!

И всё же, его навык мудры наткнулся на меч Цинь Му.

Цинь Му не стал использовать свою пилюлю меча. Сражаясь с Первым Предком на сей раз, он не задействовал духовного оружия и даже выбросил свои мешочки таотэ. Он хотел одолеть этого дезертира Эпохи Императора-Основателя, полагаясь исключительно на свои собственные навыки, он хотел уничтожить того, кто разрушил работу всей жизни Императоров Людей, он хотел раздавить мерзавца, посмевшего оскорбить техники его предшественников, и одним махом развеять всю его славу и гордость!

Свет меча Цинь Му был непревзойдённым и несравненным. Лёгким взмахом руки он исполнил Бедствие Высшего Императора, и между небом и землёй тут же протянулась безграничная атмосфера катастрофы, разделяющая тучи и разрубающая землю!

Это был навык меча старейшины. Будучи предпоследним Императором Людей, тот значительно превосходил всех своих предшественников в навыках меча.

В Фэнду старика избивали толпой, ни один из Императоров Людей не осмелился бросить ему вызов в одиночку. В последние дни жизни старейшине повезло стать свидетелем реформы, что позволило ему улучшить свой навык меча ещё на один шаг. Если речь шла о бое один на один, то никто, кроме Первого Предка, не был ему ровней.

В руках Цинь Му навык Бедствия Высшего Императора приобрёл дополнительные формы меча, и теперь состоял из восемнадцати движений. В сравнении с исполнением старейшины, эта версия не была столь безупречной, но обладала намного большей силой!

Его магическая сила была невероятно плотной. Не говоря уже о практиках божественных искусств той же области, даже среди экспертов области Небожителя лишь немногие могли его превзойти!

Цинь Му высвободил свою магическую силу, и свет его меча разрубил силу мудр небес и земли, разрушая легенду о непобедимости Первого Предка. Последнему ничего не осталось, кроме как изменить своё движение!

В навыке меча Цинь Му определённо был недостаток, но даже несмотря на это Первый Предок не мог его разбить, так как магическая сила Цинь Му была попросту слишком плотной и с лихвой компенсировала слабые места техники.

Пока рука Цинь Му размахивала мечом, его тело двигалось, будто дракон. Несмотря на силу мудр Первого Предка, он беспрепятственно разрушал их Бедствием Высшего Императора!

Он расслабился настолько, что даже не собирался менять своего движения!

— Вытащите меня, вытащите меня! — Император Людей И Шань изо всех сил пытался выбраться из-под земли перед Залом Императоров Людей, собираясь войти в здание и оценить ситуацию.

За его спиной раздавался отчаянный крик Ци Кана:

— Навык мудры Первого Предка заточил меня в ловушке!

Лань По и другие Императоры Людей с огромным трудом пытались подняться на ноги. Как только им это удалось, они окружили Ци Кана и начали ударять в землю вокруг него. Спустя некоторое время им удалось уничтожить мудру Первого Предка и освободить бедолагу.

Держась друг за друга, они наконец вошли в Зал Императоров Людей, который к этому времени уже лежал в руинах.

Добравшись к дальней стене зала, они ошеломлённо застыли, увидев два силуэта, неистово носящихся во тьме.

Первый Предок орудовал мудрой небес, сила которой напоминала небо, пытающееся упасть. Вторая его мудра напоминала землю, от её мощи дрожали близлежащие горы. Между тем его тело выглядело как колонна, которая поддерживала небеса и землю, не давая им обрушиться.

Подобная мудра была удивительным божественным искусством, создать которое можно было лишь достигнув невероятных высот мудры, вошедшей на путь!

Навык мудры Первого Предка олицетворял его состояние ума. В последние годы Эпохи Императора-Основателя небеса падало, а земля дрожала. Райские Небеса Императора-Основателя приближались к неминуемой катастрофе. Он был человеком, который прожил эту скорбную эпоху и хотел собственноручно её сохранить.

Его мудры небес и земли были полной противоположностью его самого. В то время как они разрушали небеса и землю, тело мужчины, будто колонна, поддерживало их, оставаясь невероятно крепким и устойчивым.

Вероятно, именно так он чувствовал себя глубоко в сердце.

Он был человеком, пережившим трагическую эпоху, и это глубоко отпечаталось в его навыке мудры.

Его навык мудры заимствовал силу падающих небес. В то же время он мог орудовать мощью дрожащей земли. Объединив их воедино, он обретал безграничны, всепоглощающие возможности.

Это было причиной, по которой никто из Императоров Людей не был ему ровней.

Несмотря на то, что все предыдущие Императоры Людей несли тяжёлое бремя, они не были свидетелями таких трагических событий, которые случились на глазах Первого Предка. Они не видели падения удивительных Райских Небес, смерти своих сородичей и товарищей, того, как столь великая эпоха канула в лету.

Только получив подобный опыт он мог обрести своё нынешнее состояние ума. Только после такого можно было создать подобную технику и божественное искусство.

Остальные Императоры Людей, в свою очередь, не владели подобным опытом или состоянием ума, поэтому техники и божественные искусства, созданные ими, оказывались слабее.

Императоры Людей переглянулись, их сердца переполнились удивлением и шоком. Даже встретившись с Первым Предком, Цинь Му не оставил ему другого выбора, кроме как принять оборонительную и локально невыгодную позицию!

Несмотря на то, что в навыке меча Цинь Му можно было заметить следы учения старейшины деревни, Меча Дао и Имперского Наставника, его мастерство уже обладало потенциалом вырваться из-под их влияния.

Настроение, кроющееся в этом навыке, совершенно отличалось от того, на котором базировалась мудра Первого Предка.

В отличии от искусства старейшины, в его навыке меча не было воспоминаний о былых временах, гениальных расчётов Меча Дао или стратегической мудрости и мыслей о мире Имперского Наставника.

В то же время он был будто испепеляющий огонь, несущийся по прерии. Он напоминал весенний ветер, дующий по опустевшей равнине, окутанной энергией и боевым духом. Казалось, что он пытался вырезать все дьявольские миазмы и отродья. Он целенаправленно пытался избавиться от всего старого и поддержать новое. Будто огонь, упавший на кипящее масло, он был готов приложить все усилия для всеобщего процветания.

Этот навык, казалось, руководствовался совершенно другой целью, состоянием ума, свойственным иной эпохе. Она отличалась от времён, переполненных катастрофами и горечью. Он стремился улучшаться, перевернуть весь мир превосходным боевым духом!

Первый Предок и Цинь Му были людьми, принадлежащими к совершено разным эпохам. Каждый из них использовал своё собственное искусство — у одного была мудра, а у второго навык меча. Но на обоих из них были оставлены следы своих собственных эпох.

Было сложно сказать, в котором из них крылось более глубокое значение. Между тем один из навыков уверенно стремился продвигаться вперёд, в то время как второй погряз в воспоминаниях о былом поражении.

Исходя из этого, победа и поражение были предопределены.

Более того, ключевым моментом было то, что сила Цинь Му была попросту слишком высокой. Подавив навык мудры Первого Предка, она сломала его, будто иссохшую ветку!

Цинь Му сражался всё яростнее и остервенелее. Размахивая своим мечом, он испытывал неутолимое желание срубить Первого Предка, колонну, поддерживающую небеса и землю. Он не оставлял противнику другого выбора, кроме как раз за разом исполнять божественное искусство мгновенного перемещения.

— Он и вправду Тело Тирана, — пробормотал Император Людей Ци Кан.

Второй Предок удручённо проговорил:

— В этом мире и вправду существует что-то подобное… Изначально я считал, что Император Людей Цинь полагался исключительно на тяжёлую работу, чтобы достичь такого уровня. Никогда бы не подумал, что он окажется Телом Тирана из легенд. Его жизненная Ци, она просто невероятная…

Остальные старики кивнули.

То, что парень владел Телом Тирана, было единственным объяснением сложившейся перед ними картины.

Объединившись, чтобы одолеть Первого Предка, они потерпели поражение. Сражаясь в одной с ними области, тот сумел с лёгкостью сокрушить их. Но прямо сейчас на их глазах Цинь Му подавлял и избивал Первого Предка в одной с ним области!

Только Телу Тирана под силу что-то подобное, не так ли?

— Су Мучжэ, этот мерзавец, и вправду заслужил тех избиений! — вздохнул Император Людей Ци Кан.

Остальные старики полностью разделяли его чувства.

— У Первого Предка остался один удар, которого он не использовал, — внезапно проговорил Второй Предок. — Когда-то он уже его использовал, я видел это своими глазами. Это три ужасающих навыка мудры.

Четвёртый Предок тут же спросил:

— Насколько они сильны?

— Небеса упадут, а земля разорвётся. Это Три Формы Переворачивающихся Небес.

Второй Предок пристально наблюдал за сражением. На теле Первого Предка виднелись бесчисленные раны от меча, оставленные Цинь Му. Сумев настолько сильно его ранить, юноша определённо имел чем гордиться.

— Три Формы Переворачивающихся Небес — это его божественное искусство, вступившее на путь. Когда-то я пытался его изучить, но в трёх навыках мудр оказалось слишком много мыслей о самоуничтожении. Исполнив все три его движения, я мог погибнуть.

Вздохнув, Второй Предок пробормотал себе под нос:

— Надеюсь, он им не воспользуется…

Прямо в этот момент небеса и земля изменились. Небосвод раскололся, и на землю, будто дождь, посыпались звёзды. Небо раскалилось до красна, а земля задрожала, покрываясь вулканами. Её накрыли всевозможные стихийные бедствия!

Терпение Первого Предка наконец исчерпалось, и он исполнил первую из Трёх Форм Переворачивающихся Небес.

Между тем Цинь Му коснулся пальцем своего межбровья. Луч света мгновенно вырвался из его третьего глаза. Ярко сияя, он молниеносно преодолел пятнадцать километров и поразил Первого Предка ещё до того, как разразились его Три Формы Переворачивающихся Небес. Пролетев несколько километров, он пригвоздил бедолагу к огромной горе.

— Ааааа! — Цинь Му проревел от гнева, разъярённо взмахивая кулаками в сторону Первого Предка. Было сложно подсчитать, сколько ударов он нанёс всего за несколько мгновений.

Ужасающая сила его кулаков слилась воедино, превращаясь в разрушительную волну, которая тут же понеслась в сторону повисшего на горе Первого Предка!

— Стой!

Император Людей Ци Кан и остальные вскочили и воскликнули от шока. Они попытались догнать удар кулака Цинь Му, но было уже слишком поздно.

Буум!..

Гора разрушилась под давлением ужасающей силы, но удар Цинь Му упал лишь на камни вокруг Первого Предка. Огромная гора превратилась в небольшую колонну, на которой до сих пор висел Первый Предок.

Цинь Му обернулся и вышел из Зала Императоров Людей. Он не удосужился оглянуться на висящего на колонне Первого Предка, со спокойным выражением лица говоря:

— Ты смеешь оскорблять предыдущих Императоров Людей, но я не ты. Я не стану тебя оскорблять.

Первый Предок держался руками за меч, вонзённый в его грудь. Внезапно он прокричал:

— Остановись! Сначала я хочу передать тебе Три Формы Переворачивающихся Небес!

Цинь Му подошёл к передней части Зала Императоров Людей. Наклонившись, он поднял с земли пилюлю меча и мешочки таотэ. Затем он повернулся и усмехнулся:

— Не заинтересован. Она не достойна моего времени.

Пытаясь освободиться их каменной колонны, Первый Предок впал в оцепенение.

Широкими шагами Цинь Му вышел из Зала Императоров Людей.

Ворота зарылись, и его силуэт исчез.

Глава 634. Достойный

Первый Предок пребывал в лёгком оцепенении. Казалось, он до сих пор не оправился от серии атак, однако, Второй Предок и все остальные знали, что он ведёт себя так, потому что Цинь Му не захотел изучать его технику и божественные искусства.

Проще говоря, Первый Предок был удивлён отказом Цинь Му.

Его первоначальным намерением было мотивировать парня, помогая ему высвободить как можно больше своего потенциала, прежде чем обучать собственной технике и божественным искусствам. И у него получилось, даже слишком хорошо…

Цинь Му рискнул своей жизнью, перенеся себя на Верховные Небеса Императора. Он прошёл через непреодолимые трудности и несколько раз был на волоске от смерти. В конец концов его техника вступила на путь, позволяя ему стать достойным противником Первому Предку в одной и той же области. Но окажись на его месте кто-то другой, наверняка всё закончилось бы скоропостижной смертью.

На Верховных Небесах Императора было попросту запредельно опасно.

Тем не менее, даже после столького пережитого и достигнутого, он сказал лишь одно — не стоит моего времени, и отверг наследие Первого Предка.

Может он презирал это наследие? Или же призирал его самого за поведение и способ ведения дел? А может и то, и другое?

Прошлые Императоры Людей переглянулись, прежде чем взглянуть на Второго Предка и, протянув к нему руки, ткнуть своими пальцами в его талию, подталкивая вперёд.

Второй Предок неохотно шагнул вперёд и, не обращая на это внимания, сказал:

— Старик… Тьфу! Ты выглядишь моложе чем я! Мастер, у Императора Людей Циня есть своя гордость. Если бы ты не уничтожил наши «кровь, пот и слёзы» и не раздавил мои скелет и надгробие, он не поступил бы так. В общем, завязывай испытывать угрызения совести. Раз он не хочет учиться, научи меня.

Первый Предок посмотрел на него и покачал головой:

— Я дал тебе восемьсот лет, но ты так и не смог этому научиться, так что я уже потерял всякую надежду на тебя. А Императору Людей Циню, у которого есть Тело Тирана, потребуется самое большее несколько месяцев, чтобы всему обучиться.

Второй Предок развернулся и яростно зашагал назад:

— Как оскорбительно. Я больше не собираюсь его уговаривать. Любой, кто хочет возиться с ним, вперёд! С таким отношением он заслуживает быть забитым до смерти!

Остальные Императоры Людей в смятении переглянулись. Первый Предок подошёл к ним. Его прежнее замешательство и разочарование исчезли, когда он сказал:

— Этот Дворец Нефритового Сияния — один из тридцати шести дворцов. Хоть вы и Императоры Людей, а это пространство является частью Зала Императоров Людей, вы никогда не посещали его. Позвольте мне вас всех сопроводить до истинного Дворца Нефритового Сияния. За мной.

Императоры Людей озадачились. Мгновение назад он был подавлен, а теперь собрался сопроводить их во Дворец Нефритового Сияния. Они действительно не знали, о чём он думал.

Тем не менее, Первый Предок был прав. Ещё при жизни они частенько приходили в Зал Императоров Людей, но мало что знали о нём, при этом чувствуя, что здешнее пространство не ограничивается только землёй, которую они видели. Однако каждый раз, когда они пытались войти в туман, чтобы исследовать что за ним скрывается, они всегда возвращались к началу Зала Императоров Людей.

Даже если они летели или бежали на полной скорости, вне зависимости от направления, результат был один и тот же — они всегда возвращались в одно и то же место. Они не были дураками, поэтому быстро смекнули, что кто-то использовал великую магическую силу, чтобы свернуть пространство вокруг…

Этот кто-то не хотел, чтобы другие узнали секреты Зала Императоров Людей, и им мог быть только Первый Предок. Скрывая Дворец Нефритового Сияния, у него определённо были свои мотивы, так почему же он решил показать его сейчас?

Первый Предок вёл их вперёд, говоря:

— Дворец Нефритового Сияния не являлся местом высшей власти, однако всё же был чрезвычайно священным местом на Райских Небесах Императора-Основателя. Сюда приходили за знаниями и образованием, а также здесь проживали четыре небесных наставника. Катастрофа разразилась как раз тогда, когда я искал здесь знания…

Второй Предок на мгновение задумался, прежде чем спросить:

— Один из наставников случайно не был похож на дровосека? Мастер-Основатель Небесного Святого Культа считал его Святым.

Первый Предок кивнул:

— Да, он был одним из четырёх. Сразу же после того, как разразилась катастрофа, он покинул Дворец Нефритового Сияния и отправился на передовую разрабатывать стратегию для битвы. После того, как во Дворце Нефритового Сияния произошли перемены, он решил, что я умер, а когда понял, что я сбежал, вместо того чтобы присоединиться к битве, начал меня игнорировать.

— Во Дворце Небесного Сияния произошли перемены? — Императоры Людей выглядели заинтригованными. Между тем Третий Предок спросил. — Первый Предок, что произошло?

Первый Предок проигнорировал вопрос, продолжая вести их вперёд. Внезапно туман рассеялся, и перед их глазами предстало великолепное зрелище. Они лицезрели скопление райских дворцов. Через каждые пять ступеней тянулись ряды зданий, а через каждые десять — павильонов. Казалось, что вокруг цвела весна.

Яркие, красивые здания напоминали шестнадцатилетних красавиц, а извилистые коридоры дворцов — их ленты. Из-за дверей доносились запахи книг и бумаг, и могло даже показаться, что они слышат едва различимое чтение.

Императоры Людей были сбиты с толку. Казалось, что здесь не было никаких признаков войны. Не было даже намёка на разрушение каким-либо божественным искусством.

Дворцы, здания, павильоны и пагоды выглядели несравненно свежо, словно были построены совсем недавно. На них не было видно даже трещинки.

Просто немыслимо.

Райские Небеса Императора-Основателя давно пали, а что же до следов войны, они встречались повсеместно за пределами Дворца Нефритового Сияния. Например, сожжённые земли и бесчисленные могилы павших в битве богов… Тогда как же это место осталось не тронутым пламенем войны?

Первый Предок не сказал ни слова. Он вёл их вперёд, проходя мимо огромного зала, в котором находилось множество молитвенных ковриков с сидящими на них молодыми мужчинами и женщинами. Глядя вперёд, они, казалось бы, слушали лекцию.

Сердца Императоров Людей пустились вскачь. Все эти юноши и девушки выглядели живыми и реалистичными, но они видели, что все они уже давным-давно мертвы!

В передней части зала находился бог, выглядящий как учитель. Подняв руку, он с улыбкой на лице, казалось бы, читал лекцию о чудесах божественных искусств подрастающему поколению внизу. Но он тоже был бездыханным трупом.

— Их физические тела не разлагаются. Что происходит? — тихим, но хриплым голосом спросил Император Людей Ци Кан.

Ответа не последовало.

Первый Предок продолжал идти вперёд, и они поспешили за ним.

По дороге им довелось увидеть ещё много чего. К примеру, маленькую девочку с двумя хвостиками, пытающуюся догнать резвящуюся чёрную божественную гончую. С озорным блеском в глазах она вела за собой девочку, которая счастливо улыбалась, пыталась хлопнуть в ладоши и что-то сказать…

Однако эта девочка и гончая были заморожены в далёком прошлом. Они умерли прямо посреди забав, запечатлевая их навеки.

Императоры Людей оглядывались по сторонам, испытывая нарастающий шок.

Неподалёку находился бог учёного виду, а перед ним стояла девушка, которая, держа в руках несколько книг, смотрела на него снизу вверх и, казалось бы, задавала ему какой-то трудный вопрос.

Также они увидели нескольких юношей. Двое из них, отрабатывая на практике божественные искусства, сражались во дворе. Выставляя на показ свои атлетические позы, они пытались исполнить своими руками какие-то божественные искусства мудры. А все остальные вокруг улыбались и, склонив головы друг к другу, словно обсуждали, кто сильнее.

Императоры Людей отвели взгляды и, подавляя дрожь в своих сердцах, продолжали следовать за Первым Предком.

Чем больше они видели, тем больше шокировались. Время в этом месте как если бы остановилось. Не было слышно ни звука. Все здесь, казалось, пребывали в анабиозе, продолжая делать то, чем были заняты за миг до смерти.

Тишина.

Неописуемая тишина.

Мёртвая, сдавливающая их тишина!

— Те, кто пришёл во Дворец Нефритового Сияния учиться — выдающиеся таланты среди молодого поколения Райских Небес Эпохи Императора-Основателя. Но когда разразилась катастрофа, все они были мгновенно уничтожены, — неохотно произнёс Первый Предок. — Напавший на это место использовал заклятие Юду. Достаточно было лишь одного божественного искусства, чтобы стереть все надежды Эпохи Императора-Основателя. Чудом спасшись, я даже не осмелился оглянуться, панически убегая. Раньше я думал, что моё сердце Дао достаточно сильное, и никто не мог заставить меня чувствовать страх. Однако, когда я увидел, как умирает так много друзей… так много юношей и богов… я был моментально сокрушён…

Все Императоры Людей молчали.

Столкнувшись с такой резкой переменой, трудно было не рассыпаться в прах.

— Я сбежал. Я был в растерянности. Я паниковал и испытывал страх, словно собака, потерявшая свою семью, — проговорил Первый Предок, прежде чем строго продолжить. — По пути я столкнулся с армией Райских Небес, пришедшей, чтобы спасти нас, но я был неописуемо напуган. Я не присоединился к ним и продолжил бежать. А когда пришёл в себя, бежать уже было некуда. Куда мне было податься? Поэтому я повернул назад и…

Его лицо слегка исказилось, боль в его сердце была невообразимой.

Он сделал несколько глубоких вдохов и продолжил:

— Я увидел их трупы. Я должен был сражаться с ними. Я должен был умереть с ними. Но я сбежал. Я продолжал жить, а они были навсегда похоронены здесь… — его плечи дрожали, он пытался сдержать слёзы. — Оставшись единственным выжившим, у меня больше не было причин жить. Я хотел умереть вместе с ними. Но в этот момент я увидел множество рас, спасающихся бегством. Среди них были практики божественных искусств, которые помогали многим обычным людям эвакуироваться, поэтому я начал защищать их, пока не нашёл место, где они могли бы осесть. Я искал очень долго и, наконец, нашёл место, где приземлились наши Райские Небеса. Они были благодарны мне и, несмотря на своё истощение после бегства, использовали последние из своих сокровищ, чтобы создать Печать Императора Людей. Они поклялись, что каждое их поколение будет помнить о том, что я сделал, и никогда не осмелится и не захочет предать. Однако они не знали, что я не был тем Императором Людей, которым они меня считали. Я был просто напуганным до смерти дезертиром! — он самоуничижительно рассмеялся и покачал головой. — Обстоятельства создали героя, но я не хотел им становиться. Я не хотел становиться Императором Людей. Они подтолкнули меня к этому.

— Значит, когда ты взял меня в ученики и бросил мне Печать Императора Людей, ты решил, что недостоин этой печати? — спросил Второй Предок.

Первый Предок кивнул головой и, подойдя к фасаду девятиэтажного здания, посмотрел на него:

— Это Павильон Нефритового Сияния. Там есть множество техник и божественных искусств Эпохи Императора-Основателя, которые лучше, чем на Верховных Небесах Императора. Вы можете пойти и узнать всё, что хотите.

Затем он с печальным видом сел на каменные ступени павильона и уставился на знакомые лица давно почивших. Хотя прошло двадцать тысяч лет, он до сих пор помнил имена каждого из них.

Второй Предок и остальные не стали входить в Павильон Нефритового Сияния.

Они стояли на месте и смотрели на него.

Внезапно Второй Предок с горечью спросил:

— Учитель, поскольку у тебя есть лучшие техники и божественные искусства, почему ты не поделился ими со мной? Почему ты не поделился ими с людьми этого мира? Ты думаешь, что те люди, которых ты спас, обычные простолюдины? Бедные людишки, не достойные этих техник? — он не удержался от вопроса и усмехнулся, громко произнеся. — Ну да, ты же тот самый Император Людей, которого почитают все расы. Мы просто бедные и обычные людишки, которых ты спас. Нас нельзя сравнивать с твоей благородной родословной. Ты принц, который высоко над нами, мы не достойны твоей техники! Если бы ты хотел поделиться, то сделал бы это двадцать тысяч лет назад. Тогда почему нет? Ты знал, что после твоего ухода я в одиночку сражался с Высшими Небесами? Я пытался бороться и несколько раз чуть не умер от их рук. Но всё, что ты мне дал, это ту дерьмовую печать. Я держался, потому что чувствовал себя Императором Людей и должен был что-то сделать для человечества! Ты мог бы научить меня! Мог бы!

Первый Предок был ошеломлён.

Второй Предок указал на прошлых Императоров Людей и яростно закричал:

— Эти люди, они тоже унаследовали твою дерьмовую печать. Они отказались от своих мечт ради тебя и боролись всю свою жизнь, выкладываясь на полную! Многие из них никогда не были женаты, никогда не имели детей, никогда не имели потомков… из-за страха, что личность Императора Людей впутает их семью, и страха, что романтика помешает им исполнять обязанности Императора Людей. А как же ты? Ты прятался всю свою жизнь, прятался двадцать тысяч лет — ты подвёл нас!

Тело Первого Предка задрожало. Он покачал головой:

— Я не мог поделиться. От Эпохи Императора-Основателя осталось всего несколько человек и, если бы я поделился с вами, все вы стали бы угрозой и были уничтожены, — он поднял голову, его глаза наполнились слезами. — Если бы я поделился с вами, то причинил бы всем вам вред. Я не мог…

Второй Предок был ошеломлён:

— Теперь, когда мы уже мертвы и остались только наши исконные духи, какой смысл передавать их нам сейчас?

Первый Предок уткнулся лицом в локти:

— Во Дворце Нефритового Сияния осталось много тел, — прохрипел он. — Они умерли слишком быстро, поэтому их физические тела сохранились. Вы можете просто овладеть ими и оживить себя. Вы нужны Императору Людей Циню. Только он достоин стать Императором Людей… Уходите! Уходите! Я не хочу вас всех видеть!

Прошлые Императоры Людей впали в оцепенение.

Внезапно Второй Предок опустился на колени:

— Учитель!

Другие Императоры Людей тоже опустились на колени, а когда подняли головы, то увидели Первого Предка, который уходил, прикрывая лицо ладонью.

— Первый Предок вернётся? — спросил И Шань.

— Возможно он и видит надежду в Императоре Людей Цине, но не хочет, чтобы мы завладели его старыми друзьями. Я не знаю, вернётся ли он. Если он вернётся и увидит наши лица, это может напомнить ему о них…

Глава 635. Мутанты Южного Моря

Когда Цинь Му вышел из Зала Императоров Людей, вокруг уже было темно, и в небе над ним мерцали звёзды. Вздохнув, он не стал сразу уходить, а вместо этого присел на огромный валун и погрузился в раздумья. Несмотря на то, что ему наконец удалось излить свой гнев, избив Первого Предка, он чувствовал, что его разум всё ещё что-то гложет.

«Может быть, если избить его ещё раз, я смогу избавиться от этого грызущего чувства… Даже орбита звёзд в небе меня раздражает, она поддельна и неправильна. Боги, контролирующие её, становятся всё более неряшливыми! — думая в таком ключе, Цинь Му уставился в небо широко открытыми глазами, глядя на неправильное движение небесных тел и постепенно освещаемый восток. Спустя некоторое время звёзды разбежались во все стороны, будто испуганные лошади, и он подумал. — Владыка Солнца контролировал солнце на этих небесах, но теперь, когда его убил дедушка мясник, эту работу некому делать. Должно быть, остальных богов поглотила паника и хаос».

На несколько мгновений движение звёзд в небе стало ещё более неправильным, прежде чем на востоке поднялось солнце и скрыло их под своим светом.

Цинь Му тихо сидел на валуне, ухмыляясь только что скрывшимся звёздам. Траектория солнца, поднимающегося над горизонтом, тоже было слегка кривой. Из-за этого оно напоминало воздушного змея, летающего в небе покачиваясь то влево, то вправо.

После смерти Владыки Солнца стоило ожидать подобного. Остальные боги не были слишком искусны в контроле над солнцем, поэтому в поддельном небе появлялось всё больше и больше ошибок.

Ища Цинь Му, Владыка Солнца отправился на Верховные Небеса Императора вместе с Ци Цзюи, но наткнулся на мясника, своего старого заклятого врага. В результате он погиб и не осталось никого, умеющего контролировать Построение Солнца в небе над Вечным Миром. Должно быть, теперь этим занимался какой-нибудь другой бог, не владеющий достаточными навыками.

Небесное явление Вечного Мира состояло из построений. Они отвечали за солнце, луну и звёзды. У каждого из богов, присматривающих за их работой, были свои собственные обязанности, и когда им внезапно пришлось разбираться в диаграммах Владыки Солнца, они впали в замешательство и не смогли вовремя справиться с задачей.

Цинь Му наблюдал за солнцем, плавно поднимающимся в небе. Оно постепенно стабилизировалось, но всё ещё слегка покачивалось в стороны. Его яркий свет сиял во все стороны, освещая южные границы и море огромным количеством очаровательных цветов.

Внезапно ворота Зала Императоров Людей открылись, и наружу вышел Первый Предок.

Цинь Му повернул голову, взглянув на него, прежде чем обернуться обратно и продолжить наблюдать за восходом солнца.

Первый Предок на мгновение заколебался, и, вместо того, чтобы уйти прочь, подошёл к основанию валуна и уселся.

Некоторое время поглядев на звезду, он прокричал:

— На это солнце невыносимо смотреть!

Изначально Цинь Му хотел продемонстрировать своё безразличие и игнорировать его, но крайне удивился услышанному:

— Терпи. Владыку Солнца, контролировавшего построение солнца, убил мой дедушка мясник.

— Ладно, — ответил Первый Предок. — Когда-то я уже встречался с Владыкой Солнца. Я видел, как они накрывают небо, вешают солнце, луну и звёзды, подделывая небесное явление Вечного Мира. Ему нужно было хорошенько натерпеться, обманывая нас двадцать тысяч лет, — внезапно он посмотрел на Цинь Му, проговорив низким голосом. — Прости…

Слегка ошеломлённый, Цинь Му улыбчиво ответил:

— За что ты предо мной извиняешься? Это я тебя избил, а значит мне стоит извиниться.

Первый Предок покачал головой:

— Изначально я хотел стать твоим учителем, и поделиться с тобой всеми своими способностями и пониманием. Но после того, как ты ушёл, я всё обдумал. Я уже успел навредить всем предыдущим Императорам Людей, обрекая их на одинокую, горькую жизнь, и не посмею сделать то же с тобой. Ты должен выбрать свой собственный путь. Я ошибался, желая, чтобы ты пошёл по моим стопам.

Цинь Му прикусил губы, сжимая их в тонкую линию. Спустя некоторое время он выпрямил распрямился, говоря:

— Я ужасно тебя ненавидел и мечтал убить. Но мне под силу лишь избить тебя, а не убить. Более того, после победы над тобой моя ненависть немного утихла, — у него было спокойное выражение лица. — Возможно ты хотел меня испытать, или же вдохновить меня работать усерднее и превзойти тебя. Как бы то ни было, я презрительно отношусь к подобным методам.

Первый Предок ошарашено воскликнул:

— Ты догадался?

— Я ведь не дурак, — уставившись на солнце, ответил Цинь Му. — Тем не менее, если бы я был на твоём месте, то не стал бы использовать такие тупые и неудачные способы мотивации учеников. Я не посмел бы разрушать трупы и труд своей семьи. Но ты сделал это. Ты и вправду военный дезертир. Я презираю тебя, поэтому решил не изучать твоих техник и божественных искусств.

Первый Предок молчал. Спустя некоторое время он спросил:

— Кто те люди, которые учили тебя? Они проделали хорошую работу.

Цинь Му пребывал в поднесённом настроении, и в его выражении лица появилась нотка уважения:

— Это лучшие и самые добрые люди в мире. Они мудрые, честные и обладают широким кругозором! Они превзошли тебя в сто, или даже в тысячу раз! Ты знаком со старейшиной деревни? Он тоже Император Людей, тот, которого каждый день избивали Ци Кан и остальные. Он лучший старик деревни, его знания заслуживают наибольшего восхищения! Если бы он не обнаружил, что я Тело Тирана, то я мог бы до сегодняшнего дня пасти скот в Великих Руинах. Также у меня есть бабуля Сы, самая красивая и добрая женщина деревни. Это она меня нашла и воспитала…

Когда речь шла о жителях деревни, он не мог остановиться, бесконечно говоря о их хороших сторонах.

Между тем Первый Предок молча слушал. А когда Цинь Му наконец закончил, он улыбнулся и кивнул головой:

— Они и вправду отлично тебя учили. Сам ты тоже очень хорош.

Цинь Му озадаченно замолчал: «Почему я так много ему рассказал? Я должен его ненавидеть!»

— Ты из семьи Цинь, как и я. Тебе стоит относиться ко мне как к своему старшему родственнику, — Первый Предок, казалось, знал о чём тот думал. — Встретившись с членом своей семьи, тебе должно быть много чего есть рассказать. Ты ведь долго не встречался ни с кем из нас, верно?

Цинь Му кивнул. Посмотрев на Императора Людей, он с любопытством спросил:

— Как тебя зовут?

— Цинь У.

Достав семейный реестр, юноша начал внимательно перелистывать страницы. Найдя имя «Цинь У» он ошарашенно застыл. Тот оказался его родственником из сотни поколений назад!

В этот момент над поверхностью моря внезапно засиял свет, вздымаясь, будто облако тумана. Из глубин воды начали подниматься огромные пузыри.

Цинь Му встал и выполнил навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, всматриваясь в сторону Южного Моря. Его сердце забилось от изумления и удивления, когда он увидел бесчисленные разноцветные огни, сияющие из глубин. Они напоминали свет, излучаемый сокровищем. Тем не менее, морская поверхность находилась довольно далеко, и он не мог разглядеть что именно лежало на дне.

Первый Предок тоже поднялся на ноги, всматриваясь:

— Море слишком глубокое, я не вижу дна!

Цинь Му немедленно поднялся в воздух и полетел в сторону источника света. Первый Предок слегка нахмурился:

— Откуда у тебя такое любопытство? Если бы кто-то преднамеренно пытался привлечь тебя и создал бы такое странное зрелище, ты тут же побежал бы в ловушку, будто глупая косуля!

Он поспешно подлетел, отправляясь следом за юношей.

Парочка постепенно приближалась к странному явлению, даже Первый Предок не мог сдерживать волнения. Пузырьки, поднимающиеся на поверхность воды, были невероятно большими, каждый из них достигал сотни километров в радиусе. Покрывшись десятками таких пузырей, море, казалось, закипело, и во все стороны начали распространяться достигающие неба волны.

Издавая оглушительный грохот, они поражали воображение своим видом!

Цинь Му слегка нахмурился и посмотрел в сторону Вечного Мира. Затем он развернулся и помчался вдогонку за волнами.

Первый Предок быстро его догнал и с любопытством спросил:

— Почему ты развернулся?

— Это цунами! — юноша нёсся к берегу, серьёзно говоря. — Это цунами! Оно уничтожит всё на несколько десятков километров от берега! Там живут люди!

Первый Предок наконец понял, что происходит, и тут же спустился с неба. Повиснув вверх ногами над морем, он нежно нажал ладонью на поверхность воды, а сразу же после отскочило назад, возвращаясь к Цинь Му, и спокойно проговорил:

— Не стоит беспокоиться, я его остановил.

Цинь Му тут же остановился и оглянулся. Он обнаружил что море успокоилось и огромное цунами остановилось под давлением мудры Первого Предка.

— Поразительно! — Цинь Му вздохнул, восхищённо поднимая большой палец. — И вправду поразительно! Изначально я планировал добраться к побережью и эвакуировать людей. Никогда бы не подумал, что тебе окажется под силу остановить цунами напрямую! Отличное божественное искусство!

Первый Предок слегка улыбнулся:

— Не хочешь его изучить? Я уступаю тебе в навыках владения мечом, но в разы превосхожу тебя с точки зрения искусств мудры. Если ты хочешь…

— Не интересует!

Цинь Му развернулся, чтобы уйти, и отправился в сторону источника разноцветных лучей. Гигантские пузыри исчезли, теперь там виднелся лишь свет.

Мужчина в очередной раз догнал юношу, думая про себя: «Я знаю способы заставить тебя учиться».

Глубоко вдохнув, Цинь Му внезапно погрузился под воду, стремительно спускаясь в сторону морского дна. Заметив, что Первый Предок последовал за ним, он оглянулся и увидел, как жизненная Ци кружится вокруг его тела, превращаясь в огромный шар. Затем тот спустился под воду, будто шагая по ровной земле.

Заметив его взгляд, Первый Предок улыбнулся:

— Если ты хочешь научиться…

— Пффф…

Исполнив технику создания, Цинь Му превратился в огромную рыбу и уплыл вдаль.

Двинувшись следом, Первый Предок не знал, смеяться ему или плакать.

Цинь Му остановился и, моргая глазами, уставился вперёд. Первый Предок, увидев перед собой клочок загадочной древней земли, тоже остановился. На ней возвышались старинные храмы, излучающие яркие божественные лучи, и статуи удивительных богов, с которых постепенно отпадали слои грязи.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он осторожно поплыл в сторону древней земли. Внезапно он вспомнил звёздный атлас, на который наткнулся в храме на странной звезде Небес Лофу: «Это место было обозначено на древнем атласе звёздного неба! Это земля предков Эпохи Багрового Света! Именно её искал бог Чи Си!»

Плывя вдоль величественных сооружений, он обнаружил, что был здесь не сам. В этом месте обитали странные формы жизни, большинство из которых были огромными рыбами с тремя головами и шестью плавниками…

Они плавали вокруг зданий, будто патрулируя улицы.

Огромная зелёно-белая рыба проплыла над их головами, внезапно издав низкий визг, эхом отбившийся в их сердцах!

— Эти огромные рыбы… — выражение лица Первого Предка резко изменилось, и он поспешно схватил Цинь Му за хвост, затаскивая его внутрь шара из Ци со словами, — какие-то странные! Тебе не стоит передвигаться в одиночку!

Вернувшись в свою настоящую форму, Цинь Му с любопытством спросил:

— Что с ними не так?

— Тебе ведь известно, что боги Эпохи Императора-Основателя превратились в каменные статуи, а их исконные духи скрылись в Фэнду, верно? — взгляд Первого Предка осматривал странных рыб с шестью плавниками и тремя головами. — Должно быть, боги Эпохи Багрового Света использовали какой-то другой способ. Они превратились в диких существ, чтобы скрыться от преследователей из Райских Небес!

Глава 636. Божественное Кольцо Создания

Цинь Му ошарашено уставился на огромную рыбу с тремя головами и шестью плавниками:

— Только не говори, что эти рыбы — боги Эпохи Багрового Света…

— Не только они, но и другие морские существа! — Первый Предок окинул взглядом других крупных морских существ, которые плавали вокруг, обнаруживая, что у всех них имелись три головы и, в том или ином виде, шесть конечностей. Некоторые существа имели огромные мембраны между конечностями в виде рук. Колыхаясь, те отталкивались от воды, помогая существам очень быстро и проворно плавать.

Помимо всех этих морских чудищ, существовали также демонические морские змеи с тремя головами и шестью лапами. Среди них встречались как мужские, так и женские головы, но хвост у них всех был плоским. В данный момент они плыли к руинам.

Цинь Му даже заметил ходячие растения, похожие на кораллы и на прочую морскую растительность, с тремя кронами и шестью ветвями. Также вокруг плавали актинии и медузы с точно таким же телосложением. Более того, некоторые из них отрастили себе лица!

Беспозвоночные покачивали щупальцами, словно следуя какому-то манящему зову.

— Им не удалось сохранить разум? — потрясённо спросил Цинь Му.

Все эти странные морские обитатели не обращали на них никакого внимания и просто плавали вокруг руин безо всякого конкретного направления, издавая либо тихие, мелодичные звуки, либо резкие и страстные.

Они не относились к незваным гостям враждебно, а просто слепо следовали зову.

— Не удалось, — ответив, Первый Предок привёл его к огромной рыбе, выглядящей слишком уж бестолковой. В её огромных глазах можно было увидеть отражение двух людей, стоящих напротив, но вскоре она потеряла к ним всякий интерес и уплыла. Первый Предок, казалось, вздохнул, прежде чем продолжить. — Только так они смогли избежать преследования Райских Небес. Похоже их настигла та же участь, что и Эпоху Императора-Основателя, они пережили сокрушительное поражение, не имея никакой возможности дать отпор. Чтобы показать Райским Небесам, что они больше не представляют угрозы, им нужно было превратиться в безмозглых морских существ. Другого шанса на спасение не было.

Боги Эпохи Багрового Света изменили форму своих физических тел, а их исконные духи были запечатаны. Поскольку они превратились в немного странных, но, по своей сути, самых обычных морских обитателей без божественных сил и искусств, они, естественно, больше не представляли никакой угрозы.

К счастью, они хотя бы продолжали жить.

Между тем другая группа богов Эпохи Багрового Света отправилась в далёкие места, в поисках нового дома.

— Зов исходит от Чи Си. Значит он уже здесь! Возможно у него есть какой-то метод вернуть этим зверям их первоначальные тела и снова пробудить сознание? — Цинь Му задумался на мгновение, прежде чем продолжить. — Неудивительно, что он говорил, что должен вернуться на землю своих предков. Если все эти огромные звери — боги, то Чи Си сможет собрать армию из десятков тысяч богов! Тогда Вечный Мир…

Продолжив мысль про себя, он невольно вздрогнул.

Между тем собиралось всё больше и больше разнообразных существ. Если бы все они превратились в трёхглавых, шестируких богов, первое место, которое они бы завоевали после выхода на берег, был бы Вечный Мир!

В Вечном Мире тоже было несколько богов, но поскольку у здешних мастеров не было достаточно времени для развития, их число не превышало двадцати. К тому же большинство из них сейчас сражались с дьяволами на Верховных Небесах Императора.

Уже сейчас Цинь Му мог представить, как Император Яньфэн вопит и скулит, видя ступающих на берег богов Эпохи Багрового Света.

Внезапно из центра руин вырвались лучи света.

Вууу…

Шар света расширился и, отталкивая морскую воду во все стороны, накрыл Цинь Му и Первого Предка.

Цинь Му почувствовал, как лучи проникают сквозь него. Дрожь была очень слабой, но она проникала глубоко, отчего казалось, словно в его теле безостановочно дрожали сами атомы, а его физическое тело и исконный дух ощутили лёгкое онемение.

Фух, фух, фух!..

Из центра руин вырвались многочисленные кольца света и многократно облетели их, отталкивая давящие потоки морской воды. Шар света возвёл огромный водяной барьер вокруг руин, благодаря чему туда не просочилось даже капли воды.

Земля была совершенно сухой!

Пум, пум, пам…

Сверху барьера на руины начали падать огромные звери. Одни обрушились на дворцы, другие на улицы. На некоторое время ситуация стала очень запутанной.

Внутри шара света, казалось, не было воздуха, поскольку все звери открывали свои рты, пытаясь глубоко вдохнуть, но безуспешно. Некоторые из огромных рыб трясли хвостами и плавниками, пытаясь выползти из руин. Растения, пытаясь передвигаться с помощью своих корней и листьев, тоже хотели убраться отсюда подальше. Очевидно, они были самыми медленными из всех.

В этот момент из-под земли вырвался столб света, устремляясь в небо. Он пронзил водяной барьер и открыл проход, а уже в следующий миг разразилась буря, ворвавшаяся в этот подводный город богов.

Звери мгновенно начали дышать. Однако те рыбины, которые всё ещё пытались выползали наружу, не могли.

Земля в месте откуда взорвался столб света внезапно задрожала. Из неё постепенно поднялось огромное круглое кольцо. Раздался треск, когда появилось второе кольцо, а за ним третье и четвёртое…

На круглых кольцах появились чрезвычайно замысловатые руны, Чи Си тем временем стоял в центре, размахивая своими шестью руками. Круглые кольца начали вращаться, а вокруг него самого тут же засияли руны, прежде чем разлететься во все стороны яркими всполохами!

Цинь Му увидел, что те руны падали на морских существ, на телах которых немедленно появлялись свои руны. Они выглядели сложными, словно сцепленные в связку замки, образуя некие печати, но под напором рун от круглых колец они начали открываться одна за другой!

«Не к добру это всё. Он собирается снять печати с богов Эпохи Багрового Света и восстановить их истинную форму!» — с такими мыслями Цинь Му не мешкая принял решение и похлопал по своему мешочку таотэ, из которого выпали зеркала, обычно используемые им, чтобы привести себя в порядок. Их у него оказалось не так уж много, всего пять-шесть штук.

Затем он достал свою пилюлю меча, которая тут же прилично расширилась, принимая форму огромного зеркала, состоящего из восьми тысяч мечей.

Зеркало ярко вспыхнуло, но Первый Предок поспешно остановил его, спрашивая:

— Что ты пытаешься сделать?

— Разрушить его чары! — выпалил Цинь Му, быстро объясняя. — Бог Чи Си пытается использовать руны на кольцах, чтобы снять печати с этих существ, возвращая им обратно их первоначальные тела. Мне нужно отразить и перевернуть руны, только так он не сможет распечатать их!

Первый Предок широко распахнул глаза и уставился на него, хваля:

— Божественное оружие бога Чи Си — оружие создания. Руны на нём сложны сверх всякой меры, и даже мне пришлось бы прилично напрячься, чтобы понять их. Никогда бы не подумал, что ты сможешь придумать такой простой способ. Ты не только Тело Тирана, ты также обладаешь несравненно умным мозгом тирана. Но в этом нет необходимости, не стоит взваливать на свои плечи столько неприятностей. Позволь ему исполнить задуманное.

— Не могу! — нервно покачал головой Цинь Му. — Боги Эпохи Багрового Света искусны в ближнем бою, а Чи Си беспринципный, поэтому пойдёт на всё, чтобы добиться своего. Если боги его эпохи обретут свободу, вернув обратно свои истинные тела, это будет катастрофой для Вечного Мира! Враги наших врагов не могут быть друзьями, они могут быть только врагами! Он никогда не станет нашим союзником, так что мне придётся разр…

— Не стоит. Ты мыслишь с точки зрения расы, а я путей, навыков и божественных искусств, — Первый Предок с выражением жалости покачал головой. — Тридцать пять тысяч лет… Чи Си, вероятно, не ожидал, что боги их эпохи переживут такие изменения за тридцать пять тысяч лет. Исконные духи в их телах уже не те, что прежде. Кроме того, их души больше не являются душами прошлого.

Придя к осознанию, Цинь Му был ошеломлён и спрятал маленькие зеркальца обратно в свой мешочек таотэ. Тем не менее, он всё ещё держал огромное зеркало, образованное пилюлей меча, когда спросил:

— Ты хочешь сказать, что исконные духи всех этих морских обитателей уже никогда не смогут измениться?

Первый Предок кивнул головой:

— Прошло слишком много времени. Их исконные духи уже начали искажаться. В отличие от Эпохи Императора-Основателя, Эпоха Багрового Света не славилась слишком высокими достижениями в душах и исконных духах, и всё же их вынудили использовать божественные искусства создания, чтобы преобразовать структуру своих физических тел и исконных духов. Если бы только они пребывали в таком состоянии меньше времени, то смогли бы пробудиться, но с учётом минувших тридцати пяти тысяч лет… В общем, сейчас мало кому удастся пробудить одновременно и исконный дух, и душу. Предложивший эту идею, вероятно, имел дурные намерения.

Цинь Му ощутил, как его сердце сдавило, и недоверчиво спросил:

— Ты имеешь в виду, что тот, кто предложил эту идею, хотел, чтобы боги Эпохи Багрового Света никогда не изменились после того, как стали морскими существами?

Первый Предок мягко кивнул:

— Он, возможно, уже давным-давно покорился Райским Небесам, поэтому и устроил такую ловушку для этих богов.

Цинь Му несколько раз вздрогнул:

— Неудивительно, что дедушки старейшина и слепой говорили, что я слишком чист и недостаточно хитёр. Я действительно слишком невинен.

Кольца непрерывно вращались, поливая всех вокруг нескончаемым потоком из рун. На телах бедолаг постоянно появлялись печати, но под напором сияющих рун они тут же распадались, между тем их тела начали претерпевать физиологические метаморфозы.

К моменту, когда кольца остановились, весь подводный город был усеян валяющимися татуированными телами трёхглавых, шестируких богов.

Их физические тела были несравненно сильны, идеально подходя для ближнего боя!

Однако боги оставались лежать на земле и непрерывно дёргались, словно они всё ещё были рыбами или прочими морскими чудищами.

Некоторые даже встали и раскинули руки, как подводные деревья.

Цинь Му даже видел бога, скребущего пальцами по земле. Тот, должно быть, раньше был медузой и до сих пор думал, что у него есть щупальца. Он яростно моргал, как будто хотел светиться, как это делают медузы.

— Проснитесь! Мои собраться, я вернулся! — взволнованные голоса трёх голов Чи Си разнеслись по городу. Резонируя, они наложились друг на друга и превратились в один. — Наша Эпоха Багрового Света вернулась! Битва ещё не закончилась. Сын Бога Эпохи Багрового Света всё ещё ждёт новостей от вас! Проснитесь!

Рассеяв свой навык мудры, Первый Предок приземлился на землю и направился к источнику голоса Чи Си, говоря:

— Давай пройдёмся.

Цинь Му последовал за ним, между тем голос Чи Си прозвучал снова, но на этот раз в нём ощущалось недоумение и страх:

— Что случилось со всеми вами? Почему вы не просыпаетесь? Проснитесь! Вы забыли нашу славу тридцатипятилетней давности?

Его голос становился всё более растерянным. Он попросту не понимал, почему боги его эпохи не очнулись. Он пытался использовать те круги снова и снова, но руны, что разлетались во все стороны, не могли ничего изменить.

Вскоре Цинь Му и Первый Предок подошли к подножью кольца, и Чи Си заметил их. Кольца перестали вращаться, в то время как он повернул свои три головы, чтобы посмотреть на них холодным взглядом.

— Владыка Культа Цинь! — внезапно раздался знакомый голос.

Цинь Му повернулся на источник звука и увидел Паньгун Цо, стоящего на высокой башне и воинственно смотрящего на него. Он удивился и помахал ему руками:

— Гроссмейстер! Что ты здесь делаешь?

Хохоча, Паньгун Цо заставил своё тело трансформироваться, отращивая три головы и шесть рук, и бросился вниз с башни, крича всеми головами:

— Теперь я наконец могу отомстить! Посмотри на мою технику Бесстрастного Сражающегося Бога!

Сбегая по башне, он громко наступал на неё, между тем его руки странно двигались, образуя на шести ладонях непредсказуемо меняющуюся мудру. Пророкотали раскаты грома, загудел воздух и заплясали молнии, беспорядочно ударяя во все стороны!

Навыки мудры Бесстрастного Сражающегося Бога были чрезвычайно ужасающими, а поскольку сейчас у него было больше рук, он мог заблокировать удар с любой стороны. Скорость его атаки тоже значительно возросла. Казалось, эта техника попросту не имела слабых мест. Он даже мог поглощать кровь и Ци других, чтобы оставаться в пиковом состоянии!

Цинь Му поднял голову и посмотрел вверх. Ещё до того, как Паньгун Цо смог до него добраться, шторм обрушился вниз тяжёлой горой и земля вокруг начала постоянно проседать. Было невозможно себе представить, какое ужасное давление он выдерживал.

Спускаясь с неба, Паньгун Цо от души хохотал. Он высвободил всю мощь техники Бесстрастного Сражающегося Бога!

Бум…

Тело Паньгун Цо сильно задрожало и отлетело назад, врезаясь во дворцовый зал. Даже оказавшись впечатанным в «гранитную кладку» стены, его три головы до сих пор улыбались, явно до сих пор не успев осмыслить, что только что произошло.

— Перекрывающие друг друга руки! — Цинь Му протянул правую ладонь вперёд, а левую назад. Сложив ладони, он двинулся к Паньгун Цо через пространство, между тем сила Переворачивающих Небо Рук Инь Ян вырвалась наружу. С очередным громким взрывом камни разлетелись в разные стороны, а стена рухнула…

Паньгун Цо провалился внутрь дворца вместе со стеной.

Цинь Му повторил это божественное искусство ещё несколько десятков раз, прежде чем, наконец, остановился и похвалил:

— Быстро бегает. Как и ожидалось от Гроссмейстера. Его совершенствование снова поразительно возросло, так что он, вероятно, уже недалеко от области Жизни и Смерти. Прошло столько времени, а он до сих пор может оставаться очень шустрым даже после таких избиений.

Внезапно позади Чи Си появилась фигура Паньгун Цо, покрытого кровью с ног до головы. У него были сломаны пять из шести рук и две из трёх шей. Головы на повреждённых шеях, соответственно, бессильно свисали.

Покачнувшись всем телом, он упал на землю и начал содрогаться в конвульсиях. Выблёвывая кровь, он через кашель выдавил:

— Отродье Цинь, ты…

Цинь Му обернулся, словно ничего особенного не произошло и поприветствовал Чи Си:

— Старший Чи Си, мы снова встретились. Эпоха Багрового Света является поистине замечательной. Руны на этом круглом кольце — руны божественного искусства создания? Старший может мне объяснить?

Глядя на юношу, можно было увидеть по его глазам, что он был в приподнятом настроении и ожидал ответа.

«Это выражение лица один в один схоже с таковым у глупых косуль…» — подумал Первый Предок, в то время как на его лбу вздулись вены.

Глава 637. Пробиваясь Сквозь Триста Этажей

Когда Чи Си смерил Цинь Му взглядом, его зрачки сузились. Было очевидно, что он сразу же узнал парня и вспомнил, как его обманул Святой Дровосек.

Попытавшись исподтишка наброситься на него, он потерпел поражение и был жестоко избит. После этого тот отправил его в самое сердце Верховных Небес Императора, что едва не закончилось его гибелью.

Если бы ему не повезло встретить Паньгун Цо, человека, искусного в побегах, то он определённо погиб бы от рук дьяволов.

Спустя мгновение он отвёл взгляд и уставился на Первого Предка. Внезапно его сердце резко дрогнуло, будто на него надавила ужасная ноша.

Подобное впечатление у него вызвала аура Первого Предка. Тот, казалось, застрял между падающими небесами и трещащей землёй, и выглядел ужасно одиноким. Его печаль сумела растрогать даже Чи Си.

— Ты бог Эпохи Верховного Императора или Императора-Основателя? — собравшись с мыслями, спросил Чи Си.

— Императора-Основателя, — к этому времени голова Первого Предка уже успела разболеться из-за излишнего любопытства Цинь Му. Он тихо проговорил. — Пути, навыки и божественные искусства Эпохи Багрового Света достойны восхищения. Тем не менее, брат Дао должно быть заметил, что пробудить твоих друзей уже невозможно. Их духи спали слишком долго, и теперь они уже не могут проснуться.

Уголки глаз Чи Си задрожали. Ухмыльнувшись, он ответил хриплым голосом:

— Может быть, это ты обманул нас и навредил моим людям?

Первый Предок нахмурился. От слов Чи Си ему стало неудобно, а поведение Цинь Му ещё больше усиливало неприятное чувство. Последний уже добрался к кольцам и начал внимательно рассматривать руны на их поверхности, пытаясь разгадать секрет, кроющийся внутри божественного искусства создания.

В словах Чи Си определённо была вражда, поэтому Цинь Му вёл себя слишком самоуверенно, так близко к нему подбираясь.

Цинь Му был переполнен уверенностью, но у Первого Предка не было такого качества.

Сейчас они находились в городе богов Эпохи Багрового Света. Судя по его виду, в прошлом это был какой-то райских дворец, погрузившийся на дно Южного Моря. Чи Си первым делом пришёл в это место, а значит Божественное Кольцо Создания было не единственным, что он собирался найти. Здесь должны находиться и другие мощные божественные оружия!

Божественное оружие, которое использовалось для охраны райских дворцов Эпохи Багрового Света, определённо владело огромной силой. И они не знали, успел ли Чи Си его заполучить!

— Брат Дао ошибается, — спокойно ответил Первый Предок. — Я не поднимал руки на твоих друзей Дао. На самом деле, твоя Эпоха Багрового Света сконцентрировалась на развитии физического тела, что привело к тому, что ваши души, духовные эмбрионы и исконные духи стали слабыми. Так как твои друзья провели слишком много времени в превращённом состоянии, их души и исконные духи тоже превратились.

Глаза Чи Си загорелись ярким блеском, он усмехнулся:

— Твои достижения в божественных искусствах создания намного лучшие?

Первый Предок ответил:

— Сам я не эксперт, но мне повезло повстречаться с экспертами из Райских Небес Императора-Основателя. Достижения их физических тел уступают вашим, но целиком сосредоточившись на изучении душ, духовных эмбрионов и искусств исконного духа, они достигли невообразимых высот. Я выучил кое-что из этого.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло: «Неужели он говорит о Святом Дровосеке? В Великих Небесных Дьявольских Рукописях есть семь глав, в которых идётся речь о искусстве создания. Должно быть, в этой сфере учитель и вправду достиг необычайных высот!»

— Мне кажется, что среди твоих сородичей есть несколько людей, которые смогут проснуться через три-пять лет, но большинство из них утеряны навсегда, — искренне проговорил Первый Предок. — У Эпох Багрового Света и Императора-Основателя общий враг. Я прошу брата Дао отбросить свою вражду. Если мы объединимся, это пойдёт нам всем на пользу. Я изучал искусства создания, поэтому у меня может получиться вернуть нескольких твоих людей.

Сделав шаг вперёд, Чи Си закричал:

— Если ты и вправду владеешь способностями, чтобы спасти моих сородичей, покажи их! Почему ты скрываешь их, и не хочешь демонстрировать? — затем заговорила его левая голова. — Правильно, он пытается нами манипулировать! Он собрался использовать искусство создания, чтобы превратить нас в своего раба и заставить сражаться на своей стороне! — его правая голова злостно проревела. — Может быть, лучше отрубить его голову и обыскать душу? Разве таким образом не получится овладеть искусством создания?

Первый Предок нахмурился и покачал головой:

— Это необоснованно!

Развернувшись к ним, Цинь Му проговорил:

— Первый Предок, я ведь тебе уже говорил, что враг твоего врага не обязательно твой друг? Священный Наставник когда-то рассказывал, что люди Эпохи Багрового Света совершенствовали боевые методы физического тела. В основном они решали вопросы полагаясь на свои боевые способности. Более того, этот Чи Си был палачом Райских Небес Багрового Света, он пользуется безжалостными методами, поэтому нет ничего плохого в том, чтобы попросту его избить. Если же тебе не удастся этого сделать, то он отрубит тебе голову, чтобы осмотреть твою душу.

Первый Предок ещё сильнее нахмурился и терпеливо ответил:

— Брат Дао, у нас общий враг, поэтому нам стоит объединить свои силы. По правде говоря, Император Людей Цинь уже стал нитью, объединившей эпоху Императора-Основателя с Империей Вечного Мира. Он владеет невероятно редким Телом Тирана…

— Телом Тирана? — на лице Чи Си виднелось неверие, когда он прокричал. — У этого мерзавца Тело Тирана? То самое, из легенд? Ходят слухи, что сорок тысяч лет назад, во времена Эпохи Дракона Ханя уже появлялось Тело Тирана…

Сердце Цинь Му наполнилось гордостью: «Старейшина и вправду начитан и мудр. Он тоже знает, что сорок тысяч лет назад, во времена Эпохи Дракона Ханя, появлялось Тело Тирана…»

Первый Предок проговорил:

— Если тебе даже известно о Теле Тирана, то у нас есть ещё больше причин спокойно сесть и поговорить…

— Я не могу никому доверять! Я не верю тебе и твоему коварному Телу Тирана! Ты не сделаешь из меня собственность Эпохи Императора-Основателя или полуживого Вечного Мира! — Чи Си разразился гневом, освобождая свою ауру. — Моя Эпоха Багрового Света снова снизойдёт на этот мир. Будь то Вечный Мир или Император-Основатель, все вы нам подчинитесь! Передай мне искусство создания, и я пощажу твою жизнь и даже позволю тебе стать моим подданным!

Внезапно расслабившись, Первый Предок покачал головой:

— Брат Дао, Эпоха Багрового Света прошла. Пользуясь её путями, навыками и божественными искусствами, у тебя не будет шансов меня одолеть.

Внезапно вспыхнуло божественное искусство Чи Си, и тот ударил ладонью в сторону Цинь Му. Но ещё до того, как оно успело разразиться силой, Мудра Небес и Земли Первого Предка ударили прямо в Божественное Кольцо Создания. Издав громкий хлопок, силуэт Чи Си исчез, а огромный зал за его спиной разлетелся на куски!

Бум! Бум! Бум!..

Храмы и дворцы, стоявшие на пути божественного искусства Первого Предка, взорвались один за другим. Десятки залов рассыпались в порошок, а в центре высоких башен появились огромные дыры, из-за которых те спустя мгновение рухнули на землю.

Припав к земле, Паньгун Цо ошарашенно замер.

Цинь Му нежно ему улыбнулся:

— Гроссмейстер, не стоит так удивляться. Когда ты атаковал меня божественным искусством тридцати пяти тысячелетней давности, результат был таким же.

Паньгун Цо резко изменился в лице, а в следующий миг его тело снова бесследно исчезло.

Чи Си пролетел довольно большое расстояние, прежде чем наконец остановиться. Он громко прокричал:

— Этаж Подавляющих Небес Багрового Света!

Земля сильно задрожала, раскалываясь. Из неровной трещины разразился яркий свет, своим великолепным видом напоминающий северное сияние. Спустя некоторое время земля вздулась, будто из-под неё медленно поднималось что-то громадное.

Величественное высокое здание высотой около трёх тысяч метров внезапно поднялось из-под земли. Даже спустя тридцать пять тысяч лет оно всё ещё выглядело новым, своими яркими лучами освещая море в радиусе тысячи километров.

Цинь Му уставился на него шокированным, испуганным взглядом, его глаза постепенно теряли фокус.

С краёв крыши каждого Этажа Подавляющих Небес Багрового Света свисали всевозможные виды божественного оружия!

Помимо них на каждом этаже было мощное божественное оружие, лежащее на алтаре!

Все они издавали толчки, захватывающие дух людей вокруг. Волны их аур почти материализовались, непрерывно просачиваясь из этажа.

Строение насчитывало около тысячи этажей, а оружия, свисающие с их крыш, было почти невозможно сосчитать. Артефактов на алтарях в центре этажей тоже было около тысяч. Должно быть они использовались для защиты каждого этажа!

Цинь Му одурманенно пробормотал:

— Если бы я смог притащить эту штуку в Вечный Мир, из-за её ценности Император согласился бы отказаться от своего трона…

Первый Предок странно уставился на юношу, прежде чем отправиться в сторону Этажа Подавляющих Небес Багрового Света, говоря:

— Стой здесь, никуда не уходи. И даже не думай касаться к этому зданию. Просто изучай свою технику создания и веди себя послушно!

Цинь Му кивнул, продолжая ошарашенно смотреть на высокое здание, сияющее всевозможными цветами.

Между тем Чи Си уже находился внутри. Он схватился за духовное оружие, которому поклонялись на первом этаже — божественный нож. Как только он убрал нож с алтаря, на его месте появился новый.

Чи Си забрал второй божественный нож и вместо него на алтаре появился третий. Ему пришлось повторить действие шесть раз, пока ножи не закончились.

Наблюдая за происходящим внутри здания, Цинь Му громко объяснил:

— Первый Предок, обычно божественное оружие Эпохи Багрового Света — это набор из шести предметов!

— Понял!

Первый Предок вошёл в здание, увидев перед собой Чи Си, размахивающего шестью ножами. В следующий миг раздался оглушительный взрыв, с которым тот запутанными шагами скрылся в глубине этажа.

Как только Первый Предок оказался на первом этаже, навыки ножа Чи Си внезапно сработали. В следующий миг божественные оружия, свисающие с крыши первого этажа, разразились силой, атакуя Первого Предка!

Цинь Му неспеша изучал руны Божественного Кольца Создания. Достав бумагу и кисть, он начал всё записывать, когда вдали раздался радостный возглас Паньгун Цо, увидевшего произошедшее в здании:

— Отличное убийство!

Бум!..

Несметное количество божественных оружий взорвались, и во все стороны разлетелись бесчисленные осколки, пронзая стены бесчисленных дворцов.

Паньгун Цо поспешно спрятался, дрожа от ужаса.

Цинь Му даже не поворачивал голову:

— Гроссмейстер, не стоит недооценивать Первого Предка Зала Императоров Людей. У Чи Си есть райский дворец Эпохи Багрового Света, но Первый Предок контролирует Зал Императоров Людей. Секреты, кроющиеся в последнем, ничем не хуже, чем у твоего учителя.

Пока Цинь Му говорил, Чи Си уже отступил на второй этаж, как вдруг все здешние божественные оружия взорвались, превращаясь в порошок.

Пока они сражались, Чи Си, с трудом обороняясь был вынужден непрерывно отступать.

Паньгун Цо поднял голову оценивая ситуацию и прокричал:

— Император Людей даже не использует духовного оружия, сражаясь лишь голыми руками! Он разрушает все драгоценные артефакты райского дворца Эпохи Багрового Света!

Услышав это, Цинь Му дрогнул сердцем и, повернув голову в сторону Этажа Подавляющих Небес Багрового Света, действительно обнаружил, что Первый Предок сражался голыми руками, крепко стоя между небесами и землёй. Он повергал их в хаос, но до тех пор, пока он стоял на ногах, те не могли разрушиться!

«Мудра Небес и Земли действительно очень сильна! — отведя взгляд в сторону, Цинь Му продолжил изучать руны. — Жаль, что она не так хороша, как мой навык меча».

Первый Предок боролся с Чи Си, вскоре добравшись к трёхсотому этажу. С радостным выражением лица он думал: «Когда Император Людей Цинь увидит мою мудру, он определённо передумает и начнёт умолять меня о том, чтобы я его научил!»

Глава 638. Подчинение

Цинь Му усердно копировал руны Божественного Кольца Создания. Записи были гораздо надёжнее обычного запоминания, к тому же во время процесса их копирования на него постепенно нисходило понимание.

Смысл некоторых из рун был понятен сразу после записывания, а значит, при желании, он может изучить некоторые божественные искусства создания физического тела уже сейчас. Однако были и те, что требовали досконального изучения для раскрытия их полного потенциала.

«Мне следовало привести с собой несколько сотен учеников Вечного Мира. Исследуй и копируй мы все вместе, наша скорость была бы невероятной. Они определённо подкидывали бы какие-нибудь интересные и полезные идейки!»

Таковым было преимущество династии. Таланты разных областей могли работать вместе, проводя масштабные исследования с умопомрачительной скоростью, намного превосходящей ту, на которую способен всего один человек, даже если гений.

«Как жаль, что Чи Си постоянно упрямится, напрашиваясь на избиения. Ну так тому и быть, избиения пойдут ему на пользу, а после них сразу приступим к конструктивным диалогу и сотрудничеству, — думая в таком ключе, Цинь Му использовал свою жизненную Ци, чтобы осветить руны на кольце и заставить их преобразиться, прежде чем продолжить копировать. — Способности Первого Предка не так уж плохи. Я просто не уверен, сможет ли он усмирить его».

Первый Предок, находящийся на Этаже Подавляющих Небес Багрового Света, вёл себя исключительно бесстрашно, планомерно пробираясь до трёхсотого этажа.

Строение являлось драгоценным сокровищем подавления райских дворцов. Его сила была удивительной, а божественные оружия, каждому из которых поклонялись на определённом этаже, считались одними из самых известных оружий Эпохи Багрового Света. Кроме того, они складывались из наборов, состоящих из шести сокровищ на этаж.

Чи Си использовал свою магическую силу, разражаясь мощью божественного оружия и заметно усиливаясь. Парящие на каждом этаже сокровища и те, что находились в его руках, образовали собой построение, вся мощь которого обрушилась на Первого Предка.

Лучи божественной мощи, под вибрации тысяч божественных оружий и шести раскачивающихся в руках Чи Си, поразили Первого Предка.

Однако все они были сокрушены самой обычной грубой силой последнего. Построение тысячи сокровищ за пределами этажа тоже было подавлено, вынуждая Чи Си, насильно снесённого ветром, отступить на следующий этаж.

Со временем они достигли верхних этажей, на которых сокровища могли проявить уже совсем нешуточную мощь. В свою очередь построения из божественных оружий тоже стали несоизмеримо свирепы.

После безостановочных сражений вплоть до восьмисотого этажа Первый Предок начал чувствовать сильное истощение. Что же до Чи Си, то можно было с уверенностью сказать, что уже после трёхсотого этажа не он управлял сокровищами и построениями, а они им. На их фоне его сила выглядела совсем уж незначительной!

Первый Предок теперь сражался против сокровищ и построений Этажа Подавляющих Небес Багрового Света, поэтому ему пришлось приложить много усилий, чтобы пробиться на восьмисотый этаж!

«Если я буду продолжать в таком же духе, то получу ранение! — взгляд Первого Предка мерцал. — Судя по всему, силы Чи Си уже на исходе. Его техника Бесстрастного Сражающегося Бога не такая уж опасная и безупречная. Чтобы поддерживать себя на пике своих возможностей, ему нужно полагаться на поглощение крови и Ци других людей, однако для этого ему надо хоть немного ранить противника. Если же это ему не удаётся, он оказывается абсолютно беспомощен, будучи способным лишь истощать своё совершенствование жизненной Ци, постоянно ослабевая».

Три головы и шесть рук Чи Си действительно нельзя было сбрасывать со счетов, благодаря им он становился крайне сильным противником в ближнем бою, но даже с такими способностями он не был ровней Первому Предку.

Прямо сейчас Чи Си был с ног до головы покрыт ссадинами и ранами. Он больше не мог держаться. Причина, по которой ему всё ещё удавалось стоять на ногах, заключалась главным образом в том, что противник не использовал всю свою силу.

Первый Предок устроил показательный бой, целью которого было продемонстрировать во всей красе силу и изящность его Мудры Небес и Земли. Таким образом привлекая внимание Цинь Му, он мог подтолкнуть того к решению передумать и всё же поучиться у него. Разве не гениально и просто?

«Я уже пробился на восьмисотый этаж и показал всё, что мог, пора с этим заканчивать!» — Первый Предок внезапно взорвался со всей своей силой, исполняя Мудру Вечной Вселенной. Под её давлением пространство внутри этажа практически затвердело, а Чи Си застыл посреди воздуха, сильно встряхнувшись всем телом ровно сто раз…

Казалось, словно он пережил сотню страшных ударов!

Сокровища в руках Чи Си внезапно вышли из-под его контроля и, разразившись пугающей мощью, попытались самостоятельно, по своей воле поразить врага!

Первый Предок вытащил свой божественный меч и взмахнул им. Послышалось несколько отчётливых звонов. Он моментально отразил шесть сокровищ, в результате чего те, потеряв всякую силу, были уничтожены.

Он не был истинным экспертом в навыках меча, но это было и не важно, ведь по-настоящему сильным был меч в его руках. Божественная мощь в нём могла сражаться со всем Этажом Подавляющих Небес Багрового Света, отчего становилось очевидно, что тот был не так-то прост, каким казался на первый взгляд!

Зал Императоров Людей был построен в одном из тридцати шести райских дворцов, а этот меч являлся мечом Нефритового Сияния, сокровищем, которое Император-Основатель использовал для подавления Дворца Нефритового Сияния.

Личный меч принца был невероятно великолепен!

Когда меч был обнажён, все божественные оружия, парящие за пределами этажа, тоже сильно затрясло, между тем их мощь разлетелась во все стороны, проносясь мимо невероятно длинными лучами света.

Оружия рассекали пространство вокруг и яростно вибрировали.

Первый Предок рассеял свой навык мудры.

Чи Си с глухим стуком упал, а божественные оружия, летающие за пределами этажа, грохоча посыпались. Вид падающих с высоты боевых сокровищ был поистине чудесен и по-своему красив.

Таковым был результат столкновения Этажа Подавляющих Небес Багрового Света и меча Нефритового Сияния. Этаж не смог сравниться с мечом, поэтому все сокровища в нём, совершенно естественно, были «срублены»!

Несмотря на невероятную силу меча, Первый Предок редко обнажал его, так как не был искусен в навыках меча.

Лицезрев произошедшее, Паньгун Цо вздрогнул и на мгновение заколебался. Затем он начал медленно отступать и со временем полностью исчез.

Чи Си закашлялся кровью всеми тремя головами и попытался выползти вверх по лестнице на восемьсот первый этаж, но соскользнул вниз.

— Брат Дао, никто из нас не должен умирать, — Первый Предок вложил меч в ножны и шагнул вперёд, желая помочь ему подняться. — Я правда не желаю тебе зла, ты ведь понимаешь. Если бы я использовал всю свою силу с самого начала, ты бы попросту не выжил. Эпохи Багрового Света и Императора-Основателя находятся в одинаковом положении. Мы так долго скрывались, так почему же мы должны позволить нашим отношениям испортиться только из-за небольшого недопонимания?

Тяжело дыша тремя головами, Чи Си пытался ползти дальше, говоря:

— Ты пытаешься заставить богов Эпохи Багрового Света подчиниться Вечному Миру. Вечный Мир — просто маленькая страна, которую любой бог из Эпохи Багрового Света может легко уничтожить! Как я могу подчиниться ему? А если всё же подчинюсь, что мне сказать Сыну Бога, после возвращения?

— Ты ошибаешься. Моё первоначальное намерение — сформировать альянс, а не подчинять Эпоху Багрового Света, — Первый Предок разразился праведной речью. — Сильные практики твоей эпохи не подчинялись Райским Небесам в течение десятков тысяч лет, так с чего бы вам подчиняться Вечному Миру? Я восхищаюсь моральной чистотой твоих старших, поэтому не стану оскорблять вас. Пусть брат Дао Чи Си подумает ещё раз.

— Почему ты сразу этого не сказал? — сев, Чи Си остановил кровотечение из ран.

Первый Предок покачал головой:

— Я говорил, но ты захотел забить меня до смерти и исследовать мою душу.

Чи Си осторожно, покачиваясь встал и извинился:

— Виноват, позволь мне извиниться перед тобой.

Первый Предок поспешно поддержал его, говоря:

— Я тоже был слишком жесток в избиении.

Чи Си потратил некоторое время на лечение своих ран, прежде чем, спотыкаясь, начать спускаться по лестнице:

— Даже если династия моей Эпохи Багрового Света заключит с тобой альянс, мы не станем подчиняться. Кроме того, я не могу принять это решение самостоятельно. Мне нужно связаться с Сыном Бога, только он имеет власть принимать такие решения.

Первый Предок слегка нахмурился: «Неужели я должен буду сражаться ещё и с этим Сыном Бога? Неужели народ Эпохи Багрового Света так упрям? Почему всё так сложно?.. — он винил себя за то, что не пошёл на поле боя, и, погрязнув в самобичевании более чем на двадцать тысяч лет, держался в стороне от мирских дел. Поэтому в этот момент он инстинктивно подумал о том, как бы сбросить возникшие проблемы на кого-то ещё. — Пускай лучше Император Людей Цинь с ними разберётся».

Однако он не знал, что Цинь Му умеет виртуозно умывать руки от ответственности и проблем такого толка. Он только предлагал идеи, в итоге оставляя работу Небесному Святому Культу или людям, таким как Имперский Наставник и Император Яньфэн.

Первый Предок и Чи Си спустились с Этажа Подавляющих Небес Багрового Света и подошли к Божественному Кольцу Создания, где увидел Цинь Му, всё ещё серьёзно изучающего руны.

Первый Предок слегка улыбнулся, думая про себя: «В конце концов он всё ещё слишком молод. Будучи по своей натуре очень сдержанным, он не может переступить через себя, чтобы начать изучать мои навыки мудры. Я дам ему ещё немного времени, и когда он будет готов, обучу».

— О, вы уже закончили драться? — удивившись, Цинь Му повернул голову, чтобы посмотреть на них. — Так быстро? Я даже не успел закончить копирование этих рун.

«Так держать, продолжай, притворяться», — незаметно усмехнувшись, Первый Предок с приятным выражением лица сказал:

— Я уже поговорил с братом Дао Чи Си, но мы так и не смогли окончательно всё разрешить.

Цинь Му посмотрел на Этаж Подавляющих Небес Багрового Света. Драгоценное здание, всё ещё сиявшее завораживающими лучами, хотя немного и потускневшими, теперь было совершенно пустым. Затем он посмотрел на Чи Си, заляпанного кровью с ног до головы, гадая сколько костей было сломано в его теле… одна из его голов бессильно свисала вниз, словно была сломана шея.

«Хорошо, что хоть не отпала», — внешне незаметно подумал он про себя.

Чи Си со слегка пугающим выражением потребовал:

— Маленький друг Цинь, у тебя мой Таинственный Нож Казни Бога, пожалуйста, верни.

Цинь Му покачал головой:

— Священный Наставник дал мне этот маленький футляр, я не могу вернуть его тебе. Правило наших Великих Руин таково: мы никогда не возвращаем то, что находим или получаем от кого-то, и не возвращаем вещи тем, у кого воровали. Меня подобрала бабуля и сказала, что не отдаст меня никому, даже если я им понадоблюсь! Мой дедушка одноногий ворует вещи отовсюду и передаёт их другим, и тем людям, которые получили их, никогда не нужно ничего возвращать.

Чи Си оцепенел от гнева, слегка подрагивая телом. Первый Предок быстро вмешался:

— Брат Дао, он всё ещё ребёнок.

Чи Си глубоко вдохнул и холодно заговорил:

— Каждый раз, когда открывается Таинственный Нож Казни Бога, ему нужно пить кровь, чтобы питать себя. В противном случае ему придётся пожирать своего хозяина. Ты уже использовал его один раз, не так ли? Я вижу кровавый свет, досаждающий тебе. В следующий раз, когда откроешь его, он убьёт тебя, чтобы выпить твою кровь!

Цинь Му был потрясён, чувствуя, как его сердце забилось быстрее.

Первый Предок полюбопытствовал:

— Что за нож? Дай мне взглянуть на него.

Юноша достал маленький футляр и отдал его мужчине. Внимательно изучая его с минуту и так и не сумев открыть, он слегка изменился в лице:

— Таинственный Нож Казни Бога Эпохи Багрового Света — крайне опасный артефакт. Внутри него скрывается обида бога Императорского Трона. Как же пугающе!

Он захотел вернуть футляр Чи Си, но Цинь Му поспешно сказал:

— Будь осторожен, он использует нож, чтобы убить тебя!

Ошеломлённый Первый Предок тут же отдал маленький футляр Цинь Му со словами:

— Не используй его, если в этом нет необходимости. Я чувствую, как из него исходят обида и убийственные намерения сильного практика Императорского Трона. Как я понял ты уже использовал его однажды? В тот раз ему не удалось выпить ни капли крови, поэтому теперь обида направлена на тебя. Будет лучше, если ты позволишь ему испить крови, чтобы подавить его недовольство тобой.

Цинь Му кивнул, надавил на футляр и обратился к Чи Си:

— Старший, можешь ли ты позвать своего бесполезного ученика с двумя оленьими ногами?

Паньгун Цо, который прятался в тёмном месте, собирался выйти, когда услышал слова Цинь Му, но внезапно до него дошло, зачем тот заговорил о нём: «Этот негодяй хочет принести меня в жертву ножу!»

Глава 639. Обезумевший от Бедности

Чи Си, естественно, не горел желанием приносить Паньгун Цо в жертву, фыркнув:

— Не то, чтобы я не мог позволить тебе оставить себе Таинственный Нож Казни Бога. Вот только если он тебя сожрёт, смирись с последствиями.

Цинь Му крепко держал футляр и, с проскочившей искоркой хитрости во взгляде, спросил:

— Так как старший Чи Си — палач Эпохи Багрового Света, владевший сокровищем на протяжении десятков тысяч лет, тебе должно быть известно, как совладать с недовольством, наполнившим этот футляр, верно?

Чи Си едва не взорвался от гнева:

— Ты украл моё сокровище, а теперь просишь меня научить тебя им пользоваться? Почему бы тебе просто не украсть мои знания? Это ведь тебе уже удавалось!

Цинь Му повернул взгляд на Первого Предка. Его глаза, казалось, намекали, что тот должен ещё раз избить Чи Си, чтобы заставить его поделиться методом.

Мужчина понял, о чём просил парень, и с проблемным выражением покачал головой:

— Я уже и так хорошо его избил и больше не буду поднимать на него руку. В худшем случае ты просто не сможешь больше пользоваться ножом внутри футляра. Чем больше ты его кормишь, тем более яростным становится это оружие. Оно никогда не насытится. А что, если однажды ты убьёшь кого-то, а ему не хватит? Оно тут же выпьет твою кровь.

Цинь Му ошарашено дрогнул. Если слова Первого Предка были правдой, то использование Таинственного Ножа Казни Бога действительно было невероятно опасной затеей. Райские Небеса Багрового Света постоянно приводили огромное количество богов на Сцену Казни Бога, что позволяло им прокормить его…

К тому же реакция Чи Си намекала на то, что даже ему было сложно контролировать силу ножа. Разве Цинь Му мог не испытывать страх перед таким артефактом?

В прошлом Чи Си столкнулся с расой дьяволов, но получил серьёзные ранения в бою с ними. В результате Сцена Казни Бога и Таинственный Нож Казни Бога начали поглощать его Ци и кровь, что едва не убило его физически. У него не осталось другого выбора, кроме как запечатать себя и превратиться в иссохший труп.

Было очевидно, что даже человек, владеющий методом контроля этого артефакта, всё ещё находился в огромной опасности.

Тем не менее, Цинь Му ни за что не согласился бы так просто отказаться от футляра.

Первый Предок посмотрел на Чи Си и предложил:

— Брат Дао, давай объединимся. Ты не хотел бы обсудить всё с Императором Людей Цинем и прийти к выгодному для обеих сторон решению?

Чи Си скосился на Цинь Му, внезапно вспомнив как тот его отравил и всячески над ним издевался:

— Я больше ни разу не объединюсь с тобой. Тако мерзавец как ты слишком хитёр, я определённо окажусь в невыгодном положении, если соглашусь сотрудничать.

— Учитель прав! — вдали показалась голова Паньгун Цо. — Если ты объединишься с ним, то он тебя предаст, а тебе ещё и придётся доплачивать! Я сам оказывался в такой ситуации!

Цинь Му впал в ярость. Он достал маленький футляр, будто собираясь принести Паньгун Цо в жертву ножу. Заметив это, Чи Си спокойно проговорил:

— Если тебе не удастся его убить, то нож сожрёт тебя.

Немного колеблясь, Цинь Му спрятал футляр обратно, бормоча:

— Мы с Гроссмейстером бок о бок боролись за выживание. Он мне как брат, разве я посмел бы поднять на него руку?

Паньгун Цо был не в силах сдерживать своей злости:

— Какой я тебе брат? Не выдумывая чуши и не наговаривай на меня!

Первый Предок чувствовал нарастающую головную боль, у него уже пропало желание быть посредником в этих переговорах и пытаться объединить две стороны.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Так как старший Чи Си отказывается вести переговоры со мной, почему бы тебе не попытаться договориться с Императором Вечного Мира? Сейчас Эпоха Вечного Мира, а ты, как посланник Эпохи Багрового Света, заслуживаешь личной встречи с Императором.

Сердце Чи Си слегка дрогнуло, и он кивнул головой:

— Прежде чем я встречусь с Императором, ты должен передать мне своё искусство создания.

Первый Предок собрался согласиться, как вдруг заметил, что Цинь Му отрицательно качает головой, и немедленно закрыл рот.

Взгляд Цинь Му сиял, когда он заговорил:

— Я слышал о Сыне Бога из Эпохи Багрового Света. Должно быть, это именно он занимается решением самых важных вопросов, верно? Для начала мы должны лишь обговорить условия. Что касается искусства создания, Первый Предок может осмотреть твоих сородичей и попробовать спасти их и восстановить их память. Тем не менее до того, как мы встретим Сына Бога, он не будет тебя учить.

Чи Си неохотно согласился, отвечая:

— Тогда не будем терять времени. Нужно немедленно отправляться на встречу с Императором!

Цинь Му посмотрел в сторону Этажа Подавляющих Небес Багрового Света, увидев под ним огромную кучу божественного оружия, и разочарованно подумал: «Я был бы очень рад пойти туда и выбрать себе несколько безделушек. Если использовать Божественное Кольцо Создания обратным путём, оно, скорее всего, сможет запечатать физическое тело и исконный дух, превращая людей в зверей. Окажись оно в моих руках, я бы с удовольствием использовал его на своих врагах…»

Божественное Кольцо Создания использовалось в основном для снятия печатей, но в глазах Цинь Му оно владело намного более удивительной силой. Использовав его обратным путём и направив свет его рун на врага, он смог бы изменить структуру тела и исконных духов богов, превращая их в безобидных животных.

Ключевым моментом было то, что площадь поражения кольца простиралась во все стороны. Его руны покрывали сотни, или даже тысячи километров вокруг. Если использовать его на поле битвы богов, все сражающиеся превратились бы в огромных рыб и морских существ.

После этого армия союзников могла бы с лёгкостью всех их убить!

Это было чудесное применение техник создания!

Использование кольца лишь для снятия печатей определённо было пустой тратой его огромного потенциала.

«Как только мы доберёмся к столице, я должен заставить Янь Фэна заполучить это кольцо!» — подумал про себя Цинь Му.

Чи Си задействовал свою магическую силу и божественные оружия вернулись на свои места в тысячеэтажном здании. Они снова засияли ослепительными драгоценными лучами. Затем он заревел, продолжая использовать свою магическую силу.

Цинь Му наблюдал, как божественное здание высотой в три тысячи метров становится всё меньше и меньше, прежде чем упасть на ладонь бога, сияя десятью цветами, кружащимися вокруг. Он едва сдерживал свою зависть.

Как только Чи Си подозвал к себе Паньгун Цо, они покинули подводный город богов и отправились в Вечный Мир.

Двигаясь с огромной скоростью, Первый Предок и Чи Си тащили Цинь Му и Паньгун Цо по небу. Они были в несколько раз быстрее корабля Фань Юньсяо, что подтверждалось скоростью мелькающих мимо гор.

Спустя несколько часов они добрались в столицу Вечного Мира.

Изначально Цинь Му собирался принести Паньгун Цо в жертву ножу, но у него так и не появилось возможности это сделать.

«Как бы я хотел убить нескольких человек…» — думал про себя юноша, касаясь к маленькому футляру в мешочке таотэ.

Сердце Паньгун Цо неистово колотилось на протяжении всего путешествия. Он боялся, что Цинь Му внезапно набросится на него и убьёт. К счастью, Чи Си тщательно за ним присматривал.

Когда они добрались в столицу, Первый Предок приземлился прямо на имперский дворец. Цинь Му подозвал охрану, чтобы сообщить Императору об их прибытии. Спустя некоторое время из зала короткими, но быстрыми шагами выбежал Янь Чжигуй. Улыбаясь, он сказал:

— Император Людей Цинь, гости, Его Величество ожидает посланника Эпохи Багрового Света в зале для встреч. Пожалуйста, пройдите за мной…

— Лорд Янь, показывай дорогу, — торжественно проговорил Цинь Му.

По дороге в зал Янь Чжигуй оглянулся, смотря на треглавого, шестирукого Чи Си. Чувствуя шок в сердце, он тихо спросил Цинь Му:

— Посланник Эпохи Багрового Света? Откуда он взялся?

— Тридцать пять тысяч лет назад Эпоха Багрового Света построила райские небеса. После того, как те погрузились на дно Южного Моря, часть их людей сумела выжить. Чи Си — это их палач. Он обладает способностями истинного или небесного бога.

Янь Чжигуй был ошеломлён.

Войдя в зал, они увидели Императора Яньфэна, сидящего на драконьем троне. Чи Си поклонился перед ним и поприветствовал:

— Посланник Эпохи Багрового света Чи Си отдаёт дань своего уважения правителю Вечного Мира!

Подняв руку, Император Яньфэн поклонился:

— Поднимись и говори. Так как ты посланник старой династии, мне стоит быть учтивым. Принесите стул, — затем он повернулся к Первому Предку и поздоровался. — Первый Предок из Зала Императоров Людей, это огромная честь для маленького короля!

Первый Предок ответил:

— Император Людей это всего лишь имя, но Ваше Величество — это Сын Небес. Не стоит быть со мной таким обходительным.

— Император Людей, присаживайтесь, пожалуйста, — проговорил Император Яньфэн.

Охранник принёс им пару стульев.

Чи Си сел, и Паньгун Цо встал слева от него. Первый Предок тоже уселся.

Затем взгляд Императора Яньфэна упал на Цинь Му. Он чувствовал лёгкую головную боль, но с улыбкой на лице обратился:

— Министр Цинь, подойди сюда, я давно тебя не видел.

Цинь Му поднялся в тронную комнату и встал справа от драконьего трона.

Лицо Императора сверкало в улыбке, когда он спросил голосом даже более тихим, чем жужжание комара:

— Что происходит? Откуда он? Что ещё за Эпоха Багрового Света? Когда она существовала?

Сознание Цинь Му мягко запульсировало, используя метод общения расы Небесного Пера. Кратко всё объяснив, он добавил:

— Ваше Величество, Чи Си хочет нас кое о чём попросить. Мы можем его облапошить.

Императора Яньфэна подавил волнение в сердце и громко рассмеялся:

— Я давно знал о Райских Небесах Багрового Света, упавших в Южное Море, и очень сожалею, что когда-то величественная династия оборвалась. Я часто посещал Южное Море, чтобы отдать дань своего уважения нашим выдающимся предкам, даже мне не под силу сдерживать слёзы в том месте. Я никогда не ожидал, что смогу встретиться с экспертом тех времён! Господин Чи Си, ты гость издалека, и мы очень рады, что ты хочешь заключить с нами союз. Тем не менее, боюсь, что моя Империя Вечного Мира очень слаба, мы даже не в силах защитить самих себя. Снаружи на нас давят дьяволы, доставляющие проблем Верховным Небесам Императора, а изнутри к нам могут в любой день прийти боги Райских Небес, пробудив свои каменные статуи. Имея огромное количество проблем, моей империи определённо не хватает сокровищ, способных помочь нам бороться с судьбой…

Цинь Му прокашлялся и проговорил:

— Ваше Величество, в руках господина Чи Си есть сокровище Эпохи Багрового Света. Оно состоит из тысячи слоёв, на крышах которых свисают миллионы божественных оружий, и называется Этажом Подавляющих Небес Багрового Света.

Выражение лица Чи Си слегка изменилось:

— Ваше Величество, я лишь посланник, и не принёс с собой никаких сокровищ…

Император Яньфэн наклонился и тихо проговорил:

— Министр Цинь, так посланник не принёс на встречу со мной никаких сокровищ?

Немного поколебавшись, Цинь Му ответил расстроенным голосом:

— Он бедный…

Императора Яньфэна осенило, и он проговорил:

— Этот союз какой-то неискренний.

Чи Си нахмурился и, стиснув зубы, собирался поднести Этаж Подавляющих Небес Багрового Света в качестве подарка, когда Паньгун Цо поспешно шепнул ему на ухо:

— Учитель, не дай им себя обмануть. Император и мерзавец Цинь на самом деле очень похожие люди. Они полны злых помыслов! Тебе нужно просто подыграть им!

Чи Си сдержался и достал из Этажа Подавляющих Небес Багрового Света нефритовую подвеску в форме дракона, говоря:

— Небольшой подарок для Его Величества!

Дворцовый чиновник взял подвеску и принёс её Императору Яньфэну. Когда тот её осматривал, артефакт разделился на шесть частей, которые тут же превратились в настоящих драконов. Они начали летать вокруг зала, а закончив свой танец обвились вокруг здешних колонн.

Император был в восторге. Между тем Цинь Му дёрнул край его драконьей робы, тайком передавая ему сложенный лист бумаги и тихо говоря:

— Ваше Величество, это лишь капля в океане! Я составил список предметов, используйте его в переговорах.

Император Яньфэн тайком открыл список, и его зрачки сузились от удивления:

— Министр Цинь, какой он бедный? Даже если продать всю мою Империю Вечного Мира, у меня не будет такого богатства!

Несмотря на то, что он был Императором Вечного Мира, увидев этот список, он не смог удержаться от протяжного вдоха.

— Посланник прибыл издалека, поэтому для начала вам стоит отдохнуть, — собравшись с мыслями проговорил мужчина. — Что касается деталей союза, Лорд Янь Чжигуй будет вести переговоры. Заседание окончено, — сказав это, он быстро отправился к задней части зала, прежде чем развернуться и, подзывая к себе, энергично помахать рукой Цинь Му.

Цинь Му быстро подошёл, и когда они достигли задней части зала, Император Яньфэн взмахнул рукавами своей драконьей мантии и топнул ногой:

— Он такой богатый?

Цинь Му поспешно ответил:

— Скоро станет бедным.

Танцуя с поднятыми вверх руками, мужчина смеялся:

— Имперский Наставник ведёт войну на Верховных Небесах Императора и почти истощил мою сокровищницу. Но деньги наконец потекли в обратном направлении!

Юноша был ошеломлён: «Император должно быть обезумел от бедности… Интересно, есть ли какие-нибудь деньги у моего Небесного Святого Культа? Может нам стоит дать ему часть своих доходов?»

Глава 640. Печальный и Подавленный

В имперском дворце многие служанки выглядели истощёнными, а их и без того простая одежда была сильно поношенной. Цинь Му проходил мимо кухни и, увидев служанок, что собирали овощи снаружи, на мгновение засомневался в том, что он всё ещё во дворце, а не на самом обычном рынке.

Империя Вечного Мира была очень богата. Имперский Наставник проложил две дороги, соединяющие Западные Земли со Средиземьем, благодаря чему торговля процветала, обогащая население, которое не стеснялось это показывать. Однако императорская семья вела относительно бедную жизнь для своих положения и статуса.

Но такому положению дел, конечно же, есть объяснение — война на Верховных Небесах Императора затронула имперскую казну, в результате чего та быстро опустела.

Эту войну можно было сравнить с бездонной ямой. При ней вести прибыльные дела было попросту невозможно, и всякий раз, когда намечалась крупномасштабная битва, средства и провизия, включая духовные оружия, предоставлялись Вечным Миром.

Помимо этого, население Верховных Небес Императора постоянно переселяется в Вечный Мир, и на его расселение нужно было выделять значительные суммы. Поэтому совершенно неудивительно, что Император Яньфэн пребывал вне себя от восторга и даже потерял самообладание, когда понял, что сможет вновь обогатиться за счёт объединения с остатками Эпохи Багрового Света.

Вскоре Янь Чжигуй вышел вперёд со словами:

— Ваше Величество, я уже устроил посланника. Могу я спросить, в каком ключе мне вести переговоры?

— Веди переговоры в соответствии с пунктами этого списка, — передав список с планом, Император Яньфэн уточнил. — Я предоставлю выжившим Эпохи Багрового Света крышу над головой. Также мы откроем торговый порт, наладим сообщение, дадим летающие корабли и повозки — в общем всё, что им нужно, будет предоставлено.

Янь Чжигуй посмотрел на список и, шокировано подскочив, взглянул на Цинь Му, дрожащим голосом спрашивая:

— Лорд Цинь, этот список не шутка, верно?

— Нет, не шутка, — ответил Цинь Му, прежде чем продолжить, — Чи Си примет условия. Все эти божественные оружия на самом деле не очень полезны для выживших представителей Эпохи Багрового Света. В конце концов тех, кто мог бы ими воспользоваться, осталось не так уж много. Лорду Яню просто нужно помнить одну вещь — это они нуждаются в нашей помощи, а не мы. Кроме того, ты должен любой ценой получить Божественное Кольцо Создания!

Янь Чжигуй в спешке ретировался.

Император Яньфэн печально вздохнул:

— Когда до меня дошли первые новости о битвах на Верховных Небесах Императора, моя кровь кипела, но в то же время я был напуган и зол. Я хотел лично стоять на передовой и сражаться с врагами. Конечно, после того как Имперский Наставник передал метод совершенствования Верховных Небес Императора, я основательно изучил его, извлекая много пользы, но я до сих пор сожалею, что не могу лично отправиться на поле боя.

Император Яньфэн договорил, как вдруг послышался неподдельно удивлённый возглас:

— Пастушок!

Цинь Му повернулся на источник голоса и шокировано воскликнул:

— Сестра Юйсю, почему ты вернулась с Верховных Небес Императора?

Лин Юйсю бежала так быстро, что могло показаться, что она летела. Но увидев рядом с Цинь Му своего отца, Императора Яньфэна, она сразу же замедлила шаг, переходя на торжественную, осанистую походку.

Император Яньфэн с улыбкой ответил:

— В последнее время на Верховных Небесах Императора нет серьёзных битв, поэтому Юйсю’эр вернулась. Я ещё должен уладить кое-какие дела, так что мне пора.

Медленно удаляясь, он время от времени оборачивался. Видя, что Цинь Му и Лин Юйсю просто стоят там и не творят всякие «непотребства», он со спокойной душой удалился.

Лин Юйсю краем глаза увидела, как её отец скрылся за поворотом, и резко схватила Цинь Му за руку, потянув его вперёд, с улыбкой объясняя:

— После того, как мой отец стал богом, он посерьёзнел, но в то же время я начала замечать за ним тягу к безобидным хитростям, поэтому он, скорее всего, будет тайно подглядывать за нами. Пойдём в имперский сад, избавимся от ненужных глаз!

Спотыкаясь, Цинь Му двинулся вперёд, ведомый Лин Юйсю за руку. Минув несколько поворотов и извилистых коридоров, они наткнулись на нескольких гуляющих наложниц. Лин Юйсю немедленно отпустила руку Цинь Му и достойно поприветствовала их, а когда они ушли, она снова схватила его за руку и радостно побежала дальше. Но практически сразу же она столкнулась с несколькими дворцовыми служанками, сопровождавшими Императрицу, и шокировано подпрыгнула. Немедленно вернувшись к своему величественному виду, она поздоровалась:

— Мама.

Императрица притянула её к себе и что-то пробормотала. Затем она осмотрела Цинь Му с головы до ног и с улыбкой, словно невзначай, обронила:

— Владыка Культа Цинь с каждой новой встречей становится всё красивее.

Цинь Му чувствовал, что её взгляд был с неким подвохом, как будто она была тёщей, которая смотрела на своего зятя, и покраснел, тут же отступая в сторону.

Императрица ушла и Лин Юйсю снова потянула Цинь Му вперёд, в конце концов всё же добираясь до имперского сада.

— Мне очень неудобно оставаться во дворце, — рассмеялась она. — Меня всегда сдерживают всевозможные правила этикета, из-за которых я не могу быть сама собой. В боевом мире намного лучше, там я могу быть свободной и счастливой.

Цинь Му осматривал экзотические цветы и редкие травы. Они были так прекрасны, что невозможно было представить себе что-либо красивее. Также здесь трудилось множество дворцовых служанок, поливающих растения и избавляющихся от вредителей на некоторых овощных делянках. Из-за того, что у имперского дворца не было денег, им приходилось выращивать овощи собственноручно.

— Сестра Юйсю, Святейшая Юньсян тоже вернулась в Вечный Мир? — любуясь пейзажем, поинтересовался Цинь Му.

Лин Юйсю рассвирепела:

— Мы так давно не виделись, а ты, вместо того, чтобы поболтать со мной, спрашиваешь о ней? Ты так сильно по ней скучаешь?

— Я не скучаю по ней! Мне нужно разрешить с ней кое-какие вопросы! — отнекивался Цинь Му.

— Вернулась! Демонесса Юньсян вернулась со мной! — надув щёчки от гнева, Лин Юйсю двинулась вперёд. Цинь Му незамедлительно последовал за ней.

Чуть погодя они оказались перед цветущим деревом. Оно не было высоким, поэтому Цинь Му ухватился за ветку и подался вперёд, вдыхая аромат цветка с улыбкой на лице.

В тот миг, когда его нос коснулся лепестков, он исполнил Секреты Собрания Трёх Исконных Духов, улетая своим исконным духом прочь. Между тем Лин Юйсю посмотрела на его невинное, красивое лицо и почувствовала, как аромат цветов опьяняет её, сердце ускорило своё биение, дыхание утяжелилось, а лицо покраснело.

В этот момент Сы Юньсян внезапно что-то почувствовала и поспешно исполнила Секреты Собрания Трёх Исконных Духов. Выпрыгнув своим исконным духом из тела, она увидела исконный дух Цинь Му.

— Святейшая Юньсян, я и Принцесса Юйсю сейчас находимся в имперском саду, и так как у нас срочные дела, я буду краток, — пульсируя сознанием исконного духа, Цинь Му говорил. — Сокровищница Империи Вечного Мира пуста. Наш священный культ имеет некоторые сбережения, верно?

Сы Юньсян с улыбкой произнесла:

— Ты сейчас с той маленькой лисицей Юйсю в имперском саду, но всё-таки решил прийти сюда, чтобы встретиться со своей Владычицей наедине. Как точно это описывает Владыку Небесного Дьявольского Культа! У нашего священного культа действительно есть сбережения и много, нам не составит труда выкупить половину Вечного Мира. По всему миру расположены наши залы и каждый из них процветает. Независимо от того, идёт ли речь о торговле в Средиземье или Западных Землях, добыче руды или ковке духовного оружия, наш священный культ участвует во всём. Вот почему мы непрерывно богатеем!

— Отложи средства, достаточные для комфортного существования нашего священного культа, остальные же пожертвуй Императору. Пусть он использует их на свои расходы.

Сы Юньсян немедленно отвергла предложение:

— Ни за что! Все эти деньги заработаны нашими братьями и сёстрами священного культа. Почему мы должны отдавать их Императору безо всякой причины?

— Дай я тебе кое-что проясню, — терпеливо начал Цинь Му. — Небесный Святой Культ основан не ради заработка денег, а для того, чтобы обычным людям жилось лучше. Наш культ, осуществляющий коммерческую деятельность, должен делать жизнь людей более удобной, а не собирать со всех последние гроши и складировать у себя. Мы много зарабатываем, но если перестанет существовать Империя Вечного Мира, тогда какой толк от всех этих сбережений? Мы не сможем использовать даже монетки. Теперь, когда мы собрали половину богатства всего мира, катастрофа не за горами.

Сы Юньсян всё ещё сопротивлялась:

— Мы зарабатывали эти деньги тяжёлым трудом…

— Деньги могут стать причиной богатства, а также бедствия. Пока они приносят пользу людям, всё в порядке. Но если же нет, всё выйдет за рамки разумного. Небесный Святой Культ не настолько силён, чтобы мы могли подняться над головами людей и властью Империи. Мы не настолько сильны, чтобы быть непобедимыми! Наш священный культ основывался с целью следования пути Святого, а не жажды обладания богатствами всего мира.

Сы Юньсян всё равно не хотела соглашаться, но к их исконным духам внезапно подошла старуха. Она подняла голову и посмотрела на них:

— Юньсян’эр, Владыка прав. Мы забирали деньги у людей, поэтому теперь мы должны отдать их им. Наша семья Сы может заведовать богатством священного культа, но как использовать это богатство — решает Владыка. Ты придала слишком большое значение деньгам и забыла о сердце Небесного Святого Культа.

Цинь Му сразу же поприветствовал старуху:

— Прабабушка семьи Сы!

Старуха смутилась, но ответила на его приветствие улыбкой:

— Владыка, Юньсян’эр может быть немного жадноватой, но она не скряга.

Цинь Му поблагодарил со словами:

— Вот она, семейка Сы… Прошу простить меня за то, что всполошил прабабушку. Я ещё в имперском саду, поэтому мне нужно вернуться как можно скорее, — сказав это, он поклонился и исчез.

Сы Юньсян также быстро развеяла свой исконный дух и вернулась в своё тело:

— Почему прабабушка хочет отдать богатство священного культа Императору?

Прабабушка Сы с улыбкой произнесла:

— Владыка прав. Народ богат, Империя слаба, и лишь немногие избранные сильны. Когда вторгнутся посторонние, и Империя будет уничтожена, богатство народа перестанет существовать. Независимо от того, сколько богатства у тебя есть, всё это превратится в текучую воду и сыпучие пески. Лучший путь — это иметь богатых людей в сильной Империи. До тех пор, пока та не падёт, народ будет богат бесконечно долго.

****

Исконный дух Цинь Му вернулся обратно в тело, находящееся в саду. Открыв глаза, он увидел Лин Юйсю, склонившуюся над ним и тоже принюхивающуюся к цветку.

Между их лицами был только цветок.

Лин Юйсю тайком открыла глаза и покраснела, увидев, что Цинь Му смотрит на неё, как вдруг тот отпустил ветку и нежно поцеловал её в губы.

Она вскрикнула от удивления и повернулась, чтобы убежать, но пробежав всего несколько метров она выкрикнула:

— Ты хулиган, если мой отец узнает об этом, он тебя обезглавит!

Цинь Му громко рассмеялся и побежал за ней.

Император Яньфэн, стоя за ивой с мрачным лицом, обратился к маленькому евнуху позади себя:

— Подай мою книжечку!

Евнух поспешно протянул записную книжку, кисточку и чернила.

Император Яньфэн взял книжечку и поднял кисть, говоря:

— Приставал к моей драгоценной дочери, нужно отрубить ему голову. Начну с этого!

— Ваше Величество, всё-таки подглядывать не хорошо, Вы так не считаете? — осторожно поинтересовался евнух.

Император Яньфэн уставился на него:

— Тебе тоже нужно отрубить голову, но не сейчас, сначала я запишу про Цинь Му.

— Ваше Величество, Вы уже десятый раз хотите отрубить мне голову, — надулся евнух.

Цинь Му погнался за Лин Юйсю. Они немного развлеклись и ощутили удовлетворение. Но как только их чувства укрепились, и они собирались вот-вот что-то сделать, к ним подошёл Первый Предок.

Увидев его, Лин Юйсю поспешно отступила.

— Хорошая девочка, — одобрил Первый Предок.

— Ты всё видел! — подпрыгнув от неожиданности, воскликнул Цинь Му.

— Ага, как и Император. Вон там, глянь, — Первый Предок указал на деревья вдалеке. — Он следовал за вами довольно долго. А Императрица вон там, прячется за фальшивой горой. Я только что их видел, но они меня не заметили.

Цинь Му покрылся холодным потом и, взглянув на деревья, увидел, как Император поднял свою драконью мантию и быстро ушёл с маленьким евнухом. Императрица и несколько служанок тоже спешили прочь от фальшивой горы.

Первый Предок посмотрел на расстроенного Цинь Му и с улыбкой утешил:

— Ты и я — одинаковы, перекладываем всю ответственность на других и не вмешиваемся. Теперь, когда переговоры с Чи Си переданы Императору, мы должны поговорить о настоящем деле. Хочешь узнать мою Мудру Небес и Земли? Ты видел, насколько она сильна, однако я так и не смог найти себе преемника. Только ты сможешь унаследовать мои навыки муд…

— Первый Предок, — перебил Цинь Му, — дело не в том, что я не хочу учиться, просто мы немного отличаемся. Без твоего опыта я не смогу научиться твоим навыкам мудры.

Первый Предок потерял дар речи. Он, казалось, пострадал от серьёзной неудачи, что делало его подавленным и вялым. Могло даже показаться, будто он старел каждую секунду.

Цинь Му не хотел видеть его таким и согласился:

— Ладно, давай попробуем. Может что и получится. Но если не смогу, я найду тебе достойного преемника.

Печаль Первого Предка сменилась радостью, и он, растянув улыбку до ушей, сказал:

— Поскольку у тебя есть Тело Тирана, ты определённо справишься! Моя техника называется Священные Тайны Сердца Небес и Земли. Ты станешь сердцем небес и земли, стоящим между ними, пока они рушатся. Ты позаимствуешь их силу разрушения, трансформируя её в мои навыки Мудры Небес и Земли!

Первый Предок безупречно передал свою технику и мудру. Цинь Му искренне учился, запоминая и понимая стоящий за ними смысл с непревзойдённой точностью. Священные Тайны не уступали Писаниям Сакры, да к тому же ещё в них содержались всевозможные знания и понимания Эпохи Императора-Основателя.

Как следствие — этот вид техники нёс на себе отчётливый отпечаток той эпохи.

Цинь Му понимал её, но никогда не смог бы осмыслить её самостоятельно.

Первый Предок был полон предвкушения, ожидая, когда Цинь Му выполнит его навыки мудры. Однако, закончив с обучением, тот переключился на изучение рун Божественного Кольца Создания. Он попытался собрать руны вместе, чтобы выполнить божественное искусство создания.

Со временем решившись попробовать, он выпустил мудру. Юная дворцовая служанка, проходившая мимо, вскрикнула от удивления и превратилась в маленького ягнёнка.

Цинь Му восторженно закричал:

— Получилось, получилось!

Первый Предок был подавлен. Цинь Му поймал маленького ягнёнка и применил навык мудры, чтобы превратить его обратно в дворцовую служанку, которая быстро покинула их с возмущённым выражением лица.

Цинь Му взглянул на Первого Предка и с улыбкой произнёс:

— Я же говорил, что мы немного отличаемся. У меня нет такого душевного состояния, как у тебя, поэтому я не могу использовать твои навыки мудры.

Первый Предок покачал головой и повернулся, уходя с мрачным выражением лица:

— Откуда ты знаешь, если даже никогда раньше не пробовал? Я думал, мы с тобой одинаковые, сироты семьи Цинь, брошенные…

ТУДУМ!..

Внезапно за спиной у Первого Предок раздался взрыв сильной дрожи. Он моментально обернулся, видя Цинь Му, одиноко стоящего между небесами и землёй и готового принять всем телом любые грядущие невзгоды и надвигающиеся бедствия.

Первый Предок был ошеломлён и в предвкушении замер.

— Нет ничего, чему не могло бы научиться Тело Тирана, — с одной рукой в качестве небес, а другой — земли, Цинь Му выглядел печально и подавлено.

Глава 641. Сила Божественного Кольца

Цинь Му удалось исполнить Мудру Небес и Земли не из-за своего Тела Тирана, а из-за слов Первого Предка — «мы с тобой похожи, мы оба — сироты семьи Цинь». Услышав это, он на миг почувствовал себя таким же, как Первый Предок, и разделил его состояние ума.

Он смог пережить падение Эпохи Императора Основателя, и, будучи единственным членом семьи Цинь в этом мире, ощутил беспомощность, будто в одиночку держал на своих плечах небеса и землю — именно такое чувство терзало Первого Предка, и именно его он сейчас смог с ним разделить.

Более того, Первый Предок пытался сохранить Эпоху Императора-Основателя и не позволить ей исчезнуть с лица земли. Теперь же, Цинь Му точно так же пытался спасти сегодняшний мир, Эпоху Вечного Мира.

Несмотря на то, что сейчас Вечный Мир, казалось, находился в безопасности. А его люди жили счастливо, Цинь Му прекрасно понимал опасности, шаг за шагом подбирающиеся к нему — дьявольская раса Верховных Небес Императора, каменные статуи на территориях Вечного Мира, поддельное небо и Высшие Небеса над Западными Землями.

Даже выжившие жители Эпохи Багрового Света несли в себе огромную угрозу!

Допустив малейшую ошибку, Эпоху Вечного Мира тут же уничтожат!

Вечный Мир, эта новорождённая эпоха, уже дрожала под порывами ветра и дождя. Она могла запросто перевернуться и разрушиться.

Именно подобное состояние ума позволило Цинь Му постичь силу Мудры Небес и Земли Первого Предка. Исполняя мудру, он стал не только силой, приводящей всё в равновесие, но также превратился в устойчивую колонну, способную удержать небеса и землю. Он искренне желал остановить невидимую катастрофу и не позволить истории повториться!

Несмотря на то, что Цинь Му погрузился в мрачное и подавленное состояние ума, он не пал духом, как это сделал Первый Предок. Они оба владели Мудрой Небес и Земли, но в его исполнении та обрела яростный дух, становящийся сильнее при виде катастрофы!

В этом он отличался от Первого Предка!

И именно поэтому тот ошарашено застыл при виде мудры.

Одно за другим Цинь Му исполнял движения Мудры Небес и Земли. Навык мудры Первого Предка сильно отличался от всего, что ему приходилось видеть раньше. Его исполнение требовало двух рук — одну для мудры небес, а вторую — земли.

Мудра Небес создавала на ладони силуэты туч в небе и превращала кончики пальцев в солнце, луну и звезду пяти элементов.

Мудра Земли, в свою очередь, состояла из символов рек и гор на ладони и морей и озёр на кончиках пальцев.

Как только Мудра Небес задрожала, тучи начали трансформироваться. Звезда пяти элементов, солнце и луна закружились, а пять пальцев разразились силой стихий.

Между тем реки Мудры Земли стремительно потекли вперёд, а горы начали подниматься к небесам. Кончик каждого пальца превратился в океан, владеющий безграничной силой.

Когда небеса упали, а земля треснула, сила техники стала ещё более ужасающей. В Мудре Земли бушевали землетрясения, потопы, ураганы и извержения вулканов, а звёзды Мудры Небес начали падать на землю.

В конце концов навык превратился в мудры разрушения, его сила увеличилась в несколько раз. Тем не менее, так как это было божественное искусство Трёх Форм Переворачивающихся Небес, использовать его было отнюдь не просто.

Спустя некоторое время Цинь Му рассеял мудру, и видение падающих небес и трещащей земли исчезли.

— Тебе удалось научиться и хорошо её исполнить, — на лице Первого Предка засияла удовлетворённая улыбка. — Используй то, что тебе удалось узнать. Я ожидаю, что в твоих руках моя мудра достигнет новых высот.

Настрой Цинь Му изменился, он стал удручённым, но в то же время стремящимся к развитию. Мудра Небес и Земли сильно на него повлияла, и вернуться к нормальному состоянию было не слишком просто. Чтобы избавиться от этого настроя ему потребуется некоторое время.

— Ээм, этот навык мудры слегка странноват!

Цинь Му огляделся, увидев, что имперский дворец полностью уцелел. Не пострадал ни один листик или лепесточек, однако, он ведь только что исполнил Мудру Небес и Земли, обладающую невероятной силой. Даже небо и земля были разнесены в клочья!

Он ожидал, что сад Императора Яньфэна будет сровнён с землёй, совершенно не ожидая, что тот останется нетронутым. Неужели ужасающая сила, которую он ощутил, была лишь видением?

— Суть Мудры Небес и Земли заключается в том, чтобы поддерживать небеса и землю, не позволяя им упасть. Она должна помогать людям, так для чего разрушать всё вокруг? — объяснил Первый Предок. — Сила мудры попадает лишь на врага, она не затронет окрестности.

Испытывая некоторую жалость к Первому Предку, Цинь Му проговорил:

— Первый Предок, твои навыки мудры недостаточно жестоки. Испробовав их, я почувствовал их ужасающую силу, но какой с них толк, если они не могут разрушить даже императорский сад?

Мужчина потерял дар речи, яростно тыкнув пальцем в сторону юноши. После длительной паузы он наконец заговорил:

— Я одним махом пробился сквозь восемьсот Этажей Подавляющих Небес Багрового Света. Разве ты не сумел разглядеть силу моей мудры?

Цинь Му покачал головой и, терзаемый совестью, продолжил:

— Я был сосредоточен на изучении Божественного Кольца Создания и не наблюдал за твоим сражением. Паньгун Цо всё видел, и он сказал мне, что тебе не составило труда одолеть Чи Си. Впрочем, твоя область совершенствования намного выше, и в этом нет ничего странного…

Первый Предок подавленно опустил голову:

— Я сражался не с ним, а с Этажом Подавляющих Небес Багрового Света. Если бы я хотел сразиться только с Чи Си, то он бы умер после первого же моего удара. Почему мне кажется, что я одолел восемьсот этажей впустую?

Цинь Му поспешно ответил:

— Первый Предок, не стоит разочаровываться. Несмотря на то, что этот навык мудры уступает моему навыку меча, он станет невероятно сильным, если я внесу в него несколько изменений. Могу гарантировать, что я смогу уничтожить императорский сад. После всего лишь нескольких улучшений он будет внушать страх и уважение!

Шатаясь, Первый Предок ушёл, бессильно проговорив:

— Делай что хочешь, мне… — что бы он не собрался сказать, вместо слов из его рта вышел тяжёлый вздох. Мужчина чувствовал себя по-настоящему беспомощным. Уйдя довольно далеко, он всё ещё с ужасом думал о том, как юноша будет небрежно изменять его навык мудры. Оглянувшись и обнаружив, что тот вернулся к изучению рун создания, он слегка успокоился, но всё же чувствовал огромное разочарование.

— Он уже не изучает мой навык мудры. Неужели он и вправду такой маловажный?

Спустя несколько дней имперский двор провёл переговоры с Чи Си и стороны приняли клятву о союзе. Последний отказался передавать некоторые из предметов, которые перечислил Цинь Му, но всё же согласился отдать большинство из них. Тем не менее, он попросил Императора Яньфэна открыть школы и академии на землях Вечного Мира для выживших Эпохи Багрового Света, чтобы те могли изучать местные пути, навыки и божественные искусства.

Император Яньфэн принял это условие, выделив для них огромный кусок земли около южной границы, неподалёку от Великих Руин.

Чи Си согласился отдать кольцо создания, которым так желал овладеть Цинь Му.

Цинь Му был в восторге и немедленно отправился с Чи Си к Южному Морю, чтобы притащить кольцо создания в столицу, опасаясь, что тот не сдержит своего слова.

Наблюдая как Чи Си принимает больше половины требования Цинь Му и отдаёт такое количество сокровищ подводного города Вечному Миру, Паньгун Цо чувствовал ужасную боль в сердце:

— Учитель, это заключение союза, а не капитуляция. Ты отдаёшь Императору Яньфэну слишком много! Речь идёт о десятках тысяч божественных оружий! Не говоря уже о Божественном Кольце Создания, его ценность и вовсе невозможно оценить! Ка ты можешь так просто отдать это всё Вечному Миру?

Ухмыльнувшись, Чи Си ответил:

— Владыка Культа Цинь — просто деревенщина, он ещё не повидал мира. То же самое можно сказать и о Императоре Яньфэне и о тебе.

Паньгун Цо недоумевал:

— Учитель не мог бы меня просветить?

— Всё это божественное оружие было выковано Эпохой Багрового Света. Ты знаешь, насколько богатыми мы были в те времена? Какие-то несколько тысяч божественных оружий для нас ничто. Это всего лишь запасное оружие одной из наших сокровищниц, — равнодушно ответил Чи Си. — Что касается Божественного Кольца Создания, то его ковка и вправду потребовала огромных усилий. Думаю, что изготовить ещё одно такое было бы невозможно без чертежей, к тому же здесь очень мало умелых ремесленников. Но оно — всего лишь ключ, для пробуждения моих людей. Теперь же, когда печать снята, нет особого смысла хранить кольцо. С другой стороны, мы получили огромный кусок земли! Для нашей династии крайне важно получить место для жизни. После этого мы сможем постепенно расширять свои владения. Разве Империя Вечного Мира сможет выстоять против наших богов, когда мы выучим их пути, навыки и божественные искусства?

Глаза Паньгун Цо загорелись, потирая ладони, он начал восхвалять Чи Си.

Тот с улыбкой продолжил:

— Смотря на другой высоте, увидишь другую картину. Ученик, высота, на которой ты находился раньше, сопоставима с вершиной курятника. Тебе может казаться, что черви на земле хороши, но для орла в небе черви — всего лишь мусор для цыплят.

Поклонившись, Паньгун Цо искренне проговорил:

— Наставления учителя верны. Как смехотворно, что Цинь Му думает, что сумел нас обмануть!

Чи Си улыбнулся:

— Его горизонты не слишком далеки, из-за чего он не в силах увидеть то, что вдали. Тем не менее, я не ожидал, что Император Яньфэн, великий правитель Эпохи Вечного Мира, тоже окажется таким недальновидным. Такой Император не достоин управлять этой землёй. Идём к нему, мне нужно его найти, чтобы решить кое-какие вопросы.

Учитель с учеником вошли во дворец для встречи с Императором, и им навстречу тут же вышел Янь Чжигуй:

— Его Величество сейчас в имперском саду, наблюдает за Лордом Цинем, который как раз испытывает новое сокровище. Пожалуйста, пройдите за мной.

Чи Си последовал за ним в сад. Вдали он разглядел огромное Божественное Кольцо Создания, возвышающееся на искусственной горе. Вокруг него были возведены высокие стены, не позволяющие посторонним подойти к сокровищу.

Прибыв, они увидели нескольких богов, которые, судя по виду, были гражданскими чиновниками. Вместе с Первым Предком и Императором Яньфэном они стояли вокруг Божественного Кольца Создания.

Сбоку от них находилась Императрица, Лин Юйсю и другие принцы и принцессы. Им прислуживало больше десятка слуг и горничных.

В самом центре божественного кольца Цинь Му орудовал огромной кучей духовного оружия, создавая гигантский вычислительный инструмент. Он непрерывно что-то подсчитывал, и никто понятия не имел чем именно он занимался.

— Ваше Величество, — Чи Си сделал шаг вперёд и поздоровался с Императором. — Так как мы создали союз, мне придётся покинуть Вечный Мир, чтобы встретиться с Сыном Бога. Несмотря на то, что я уже принял клятву с Вашим Величеством, мне всё ещё нужно его уведомить. Не могли бы вы отправить посланников к Летающему Миру Багрового Света для встречи с ним?

— Да, нам стоить отправить посланников, — улыбчиво ответил Император Яньфэн. — Как только Министр Цинь закончит испытывать Божественное Кольцо Создания, я отправлю к летающему миру нескольких посланников вместе с другом Дао Чи Си. Пожалуйста, подожди немного.

Чи Си согласился и, стоя с улыбкой на лице, наблюдал как Цинь Му проводит расчёты в центре кольца.

Паньгун Цо тоже улыбнулся, радостно думая: «Я слышал. Что Император Яньфэн — тупоголовый и жестокий человек, отрубающий людям головы за любой пустяк. Когда он обнаружит, что божественное кольцо, за которое он заплатил такую высокую цену, бесполезно, он определённо отрубит этому парню голову!»

Находящийся внутри Божественного Кольца Создания Цинь Му продолжал расчёты ещё некоторое время, прежде чем наконец отставить своё духовное оружие в сторону и улыбчиво проговорить:

— Теперь я уверен на сто процентов!

Чи Си улыбчиво проговорил:

— Маленький друг Цинь, если ты хочешь узнать, как пользоваться божественным кольцом нашей Эпохи Багрового Света, то просто скажи, и я тебя научу.

Цинь Му покачал головой, пытаясь зажечь на кольце руну активации, обронив:

— Ты сам не умеешь, нет смысла тебя спрашивать.

Тот совсем не разозлился и, продолжая улыбаться, ответил:

— Руну активации нужно использовать по-другому. Маленький друг Цинь, ты просчитался.

— Я всё делаю верно! — ответив, Цинь Му повис в воздухе внутри кольца, руны на поверхности которого начали зажигаться одна за другой. Будто речной поток, они непрерывно изменялись, в то время как большие кольца начали пересекаться с маленькими. Затем они закружились, их движение было совершенно не таким, как когда артефакт использовал Чи Си. Они двигались в противоположном направлении!

Бррр! Бррр! Бррр!..

Скорость вращения Божественного Кольца Создания становилась всё выше и выше. Руны засияли во все стороны, их лучи мгновенно упали на всех людей во дворе.

Внезапно раздалось громкое щёлканье, и Чи Си торопливо оглянулся. Он увидел, что тела Императора и остальных начали быстро изменяться. Яньфэн, который мгновение назад обладал грозным и внушительным видом, теперь отрастил рыбью голову!

Головы богов вокруг Императора превратились в верхушки деревьев или медуз. Даже Императрица превратилась в огромного морского монстра!

Чи Си ошарашенно замер, быстро посмотрев на Паньгун Цо, который распластался по земле, превратившись в огромную морскую змею, и корчился в конвульсиях.

Коснувшись своей макушки, он вскрикнул от удивления…

Его три головы тоже превратились в рыбьи!

Более того, его исконный дух тоже начал меняться. Вся магическая сила, которую он усердно совершенствовал на протяжении сотен тысяч лет, стала ему неподвластной!

Затем он взволнованно посмотрел на свои ноги, которые уже превратились в рыбий хвост. За исключением Цинь Му, среди присутствующих не пострадал лишь Первый Предок. Тем не менее, его физическое тело тоже трансформировалось, время от времени покрываясь рыбьей чешуёй. Было очевидно, что даже у него не получалось полностью защититься от воздействия Божественного Кольца Создания!

Он имел дело не с божественным искусством, способным наносить окружающим серьёзные ранения, а со странной силой создания. И так как он когда-то изучал искусство создания, то знал как от него защититься.

— Это очень плохо! — внезапно осенило Чи Си. — Не странно, что Цинь Му, этот негодяй, так сильно стремился заполучить Божественное Кольцо Создания! Как только он заинтересовался моим Таинственным Ножом Казни Бога, мне стоило заметить, что он опытен, как старый вор!

Глава 642. Варварский Стиль

Благодаря глубоком совершенствованию, Чи Си сразу же попытался воспротивиться поглощению Божественного Кольца Создания, однако его сознание постепенно ослабевало, а от жизненной Ци не было проку.

Трёхглавое, шестирукое тело в Эпоху Багрового Света являлось символом обладания могучего боевого тела, но против силы создания оно было совершенно беспомощно.

Вскоре Чи Си превратился в огромную рыбу с тремя головами и шестью плавниками, плюхнувшись на землю. Между тем Цинь Му, находящийся в центре божественных колец, не был затронут силой создании, так как использовал её, но помимо него всё ещё оставался в сознании Первый Предок.

Различные виды морских существ и растений в округе перевернули весь сад вверх дном.

К счастью, Цинь Му, прежде чем начать проверку Божественного Кольца Создания, приказал возвести вокруг всех собравшихся высокие стены, чтобы заблокировать ими лучи колец, не давая тем затронуть кого бы то ни было снаружи.

— Император Людей Цинь, достаточно! — поспешно окликнул Первый Предок. — Сила этого сокровища необычайна. В проверке больше нет нужды. Будь осторожнее, чтобы не причинить их исконным духам непоправимый ущерб!

Цинь Му перестал использовать артефакт, останавливая вращение колец. В то же время чешуя и жабры Первого Предка начали постепенно исчезать, а все остальные в саду попадали на землю, но так и не вернули себе свою истинную форму.

Цинь Му немного выждал, но бедолаги так и не вернулись к своему обычному виду. Задумавшись на мгновение, он достал кисть и бумагу, чтобы сделать соответствующие записи, и пробормотал:

— Значит печать, да. Она запечатывает их физические тела и исконные духи, не позволяя им снять её самостоятельно.

— Сними её, — подгонял Первый Предок. — Чем дольше мы тянем, тем сильнее исказятся их души и исконные духи! Нельзя допустить, чтобы процесс стал необратим!

Всё ещё держа в руках кисть и бумагу, Цинь Му заставил Божественное Кольцо Создания вращаться в правильном направлении. Руны на нём засияли во всех направлениях, снимая печати создания с тел всех вокруг.

Бах, пух, бах.

Послышались приглушённые взрывы, с которым все начали возвращаться в свои истинные формы, со страхом в глазах взирая на кольцеобразное сокровище, и даже Император Яньфэн не стал исключением.

Чи Си был полон сожаления, чувствуя, как его сердце обливается кровью. Глядя на Божественное Кольцо Создания, ему хотелось забрать его обратно. Теперь он был практически на сто процентов уверен, что оно и было изначальной целью парня. А сотни тысяч прочих божественных оружий в списке были просто для отвода глаз!

Цинь Му определённо не вернёт ему Божественное Кольцо Создания, даже если он предложит взамен Этаж Подавляющих Небес Багрового Света, ведь ценность кольца, очевидно, намного превосходила этаж!

«Старый, опытный вор… Действительно опытный…» — думал Чи Си.

Старый и опытный вор обладал несравненно беспощадным взглядом, способным различать, что является сокровищем, а что нет. Он мог отыскать даже сокровища, о существовании которых никто не знал, и выкупить их по очень низкой цене или просто украсть.

Такой вор обычно обладал другим типом мышления, отличным от такового у обычных людей. Обладая столь чутким чутьём, он мог обнаружить места, незаметные для других, и заставить непримечательное сокровище ярко засиять.

В глазах Чи Си, Цинь Му был старым, опытным и прожжённым ворюгой!

Даже он сам не видел правильного применения Божественному Кольцу Создания, рассматривая его только в качестве ключа к пробуждению своего народа. Однако малец думал иначе и относился к нему, как к печати!

На самом деле Цинь Му ничем не отличался от обычного юноши. Он был игривым и озорным, но в отличие от большинства он вырос со старым вором, который никогда не упускал случая украсть какую-нибудь ценную и не очень безделушку.

Одноногий привык видеть всевозможные сокровища, мысля совершенно отлично от прочих. Он мог думать о том, о чём не могли другие, а поскольку Цинь Му учился у него с самого детства, то, совершенно естественно, теперь выглядел в глазах пострадавших старым, опытным вором.

После испытания сокровища все были вымазаны в грязи и тут же ушли, чтобы переодеться. Вскоре Император Яньфэн вернулся и с улыбкой спросил:

— Лорд Чи Си планирует вернуться в летающий мир? Будет правильно, если я пошлю с тобой нескольких послов. Подожди минуточку.

Чи Си кивнул и, мерцая взглядом, спросил:

— Ваше Величество, я хотел бы использовать Этаж Подавляющих Небес Багрового Света, чтобы обменять его на Божественное Кольцо Создания. Могу я узнать, заинтересованы ли Вы?

Император Яньфэн рассмеялся:

— Сегодня прекрасная погода… Министр Цинь, ты испортил мой имперский сад. Нужно отрубить тебе голову!

Паньгун Цо с ожиданием взглянул на Императора, но тот до сих пор продолжал улыбаться, отчего стало очевидно, что сказанное им было всего лишь несерьёзной шуткой и на душе у него было очень даже хорошо.

Паньгун Цо был весьма раздосадован, между тем Чи Си взглянул на Цинь Му, говоря:

— Зная, насколько умён маленький друг Цинь, я хотел бы, чтобы он последовал за мной в летающий мир.

Император Яньфэн слегка засомневался, глядя на Цинь Му, однако последний не стал дожидаться ответа за него и покачал головой:

— Не пойду, даже если ты будешь угрожать мне. Если я отправлюсь с тобой, мне конец.

Император Яньфэн с улыбкой заговорил:

— Мне действительно нужен посланник, который мог бы контролировать ситуацию в летающем мире. Если бы Имперский Наставник был здесь, я бы попросил его совершить это путешествие, но он должен возглавлять битву на Верховных Небесах Императора. Он не может просто взять и уйти с поля боя. Кроме него, единственным, кто идеально понимает Вечный Мир, является Министр Цинь. Даже я уступаю в этом.

Цинь Му, улыбнувшись до ушей, отказался:

— Нетушки, я не пойду.

Маленький евнух поднёс кисть и протянул книжечку. Император Яньфэн взял кисть и, макнув её в чернила, что-то дописал в книге:

— Ты не пойдёшь, даже после моей лести?

— Что пишет Ваше Величество? — Цинь Му подошёл и увидел в книжечке множество имён. В основном они принадлежали чиновникам, но среди них он заметил и своё. Напротив него было нарисовано около семи наборов из перечёркнутых штрихов и один набор из четырёх обычных.

Среди имён на этой странице у него было больше всего перечёркнутых штрихов.

Император Яньфэн поспешно закрыл книжечку и попытался убрать, однако руки Цинь Му оказались проворнее, и он выхватил её, быстро пролистав. В ней было больше дюжины страниц и самое большое количество штрихов, свыше десятка, принадлежало не ему, а Императрице.

Император Яньфэн быстро выхватил книгу обратно и прорычал:

— Как ты посмел красть мои вещи? Голову с плеч! — сказав это, он добавил ещё один штрих к имени парня.

Цинь Му осознал, что к чему. Он взглянул на Императрицу, которая стояла неподалёку, и подумал про себя: «Должно быть, они часто ссорились, поэтому Император уже сотни раз хотел отрубить ей голову. У меня предчувствие, что Императрица не знает об этом. Если она узнает, боюсь даже представить, какой хаос начнётся во дворцовом гареме…»

Император Яньфэн бережно убрал маленькую книжку и обратился к Чи Си:

— Министр Цинь — моя правая рука. Он не может так запросто покинуть имперский двор, поэтому я хочу спросить Лорда Чи Си, сколько времени займёт путешествие? Если много, то я не позволю уйти Министру Циню.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество, — с улыбкой заговорил Чи Си. — Когда я впервые привёл своих братьев по клану и начал управлять планетой, мы парили в пространстве и не знали, где находится земля предков. Вот почему нам понадобились тысячи лет, чтобы найти землю предков. В этот раз, если со мной будет только маленький друг Цинь, мы вернёмся через год, не дольше.

Император Яньфэн с любопытством спросил:

— Если вам понадобилось так много времени тогда, почему сейчас всё иначе?

— В прошлом существовал только звёздный атлас, отмечавший землю предков, поэтому нам приходилось вычислять курс по звёздам, а также избегать преследования врагов. Из-за этого нам и понадобилось столько времени. Теперь же я знаю дорогу и здесь в подводных райских небесах есть быстрый корабль Эпохи Багрового Света. Его скорость гораздо выше, чем у планеты, поэтому мы быстро со всем справимся.

Император Яньфэн успокоился и, улыбнувшись, сказал:

— Лорд Чи Си, пожалуйста, подожди несколько дней. Министр Цинь пойдёт с тобой.

Цинь Му немедленно покачал головой:

— Ваше Величество…

Император Яньфэн искренне произнёс:

— Человек должен прочитать миллион книг и пройти миллиард километров. Единственный, кто не опозорит нашу империю — ты, Министр Цинь. Твоя миссия в Летающем Мире Багрового Света имеет решающее значение. Сможем ли мы объединиться с оставшимися в живых обитателями Багрового Света зависит только от твоих способностей. Нет никого более подходящего, чем ты. Я знаю, что будет не мало опасностей и трудностей, но преодолеть всё это способен только один человек — ты!

Цинь Му нахмурился и посмотрел на Чи Си, а тот в свою очередь улыбнулся, не проронив ни слова.

Паньгун Цо, находящийся позади Чи Си, угрожающе провёл рукой по своей шее.

Через некоторое время парочка удалилась.

Император Яньфэн увидел, как они уходят, и сказал:

— Министр Цинь, Чи Си не самый главный. Сын Бога Багрового Света — тот, кто принимает решения, и клятву, которую Чи Си подписал с Вечным Миром, не стоит воспринимать в серьёз. Сын Божий должен кивнуть головой, прежде чем клятва альянса вступит в силу. Сейчас Вечный Мир может казаться стабильным, но на самом деле он пронизан опасностями. Вот почему мы должны подтвердить эту клятву с летающим миром, несмотря ни на что! Когда ты достигнешь места назначения, Сын Бога Багрового Света, вероятно, создаст не мало проблем для посланников Вечного Мира, и справится с этой ситуацией никому не по силам, кроме тебя! Я говорю это искренне, от чистого сердца! Я не могу лично пойти туда, но я позволю Принцессе Юйсю пойти с тобой. Если что-нибудь случится, моя девочка умрёт вместе с тобой!

Цинь Му моргнул:

— Так и быть, по рукам, — моргнул Цинь Му и посмотрел на Первого Предка.

Первый Предок поколебался мгновение, прежде чем сказать:

— Я тоже могу составить тебе компанию.

Цинь Му успокоил свое сердце и с улыбкой проговорил:

— Не о чем беспокоиться, Ваше Величество. Всё будет хорошо.

Император Яньфэн судорожно вдохнул и вздохнул:

— Даже несмотря на то, что именно вы туда идёте, я всё ещё не до конца уверен в нашей победе. Когда вы пройдёте мимо Верховных Небес Императора, навестите Имперского Наставника, поинтересуйтесь его мнением. Я приготовлю несколько подарков, чтобы вы передали их Сыну Бога.

Цинь Му кивнул.

Два дня спустя Император Яньфэн приготовил подарки. Ими оказались книги, в которых описывались три новые базовые формы меча. Цинь Му был тем, кто будет нести их, в то время как Лин Юйсю отвечала за экзотические сокровища.

Цинь Му, Первый Предок и Лин Юйсю приготовились отправиться в путь. Чи Си и Паньгун Цо уже подготовили корабль, это был огромный, древний корабль с шестью крыльями, который находился в подводном городе Южного Моря. Чи Си освободил его от печати и тот засиял всевозможными великолепными рунами. Его нос представлял собой голову феникса, в то время как корпус покрывали различные птичьи руны.

Цинь Му, внимательно осмотрев корабль, был потрясён. Голова корабля принадлежала настоящему фениксу из крови и плоти. Крылья и перья тоже были настоящими!

Более того, отпечатанные на его корпусе птичьи руны являлись природными и на самом деле располагались на шкурах божественных зверей и птиц!

— Получается, что эти шесть крыльев… — его сердце наполнилось удивлением и шоком, когда он осознал, что крылья этого корабля принадлежали богам, и далеко не самым обычным!

Эпоха Багрового Света использовала тела богов для изготовления божественных оружий и теперь можно было своими глазами разглядеть её стиль!

Варварский, дикий и жестокий!

Корабль не был единственным примером, не стоит забывать про Таинственный Нож Казни Бога, который тоже демонстрировал варварский стиль той эпохи!

Таинственный Нож Казни Бога был сделан из головы практика Императорского Трона!

Поездка в Летающий Мир Багрового Света определённо не будет простым путешествием!

Глава 643. Сюаньду Небесного Герцога

Лин Юйсю выбежала из трюма корабля, заметив в нём что-то странное. Тихим голосом она сказала Цинь Му:

— Пастушок, драконьи кости, из которых сделан этот корабль, настоящие!

Ошеломлённый, парень вошёл вместе с девушкой в трюм, обнаруживая, что драконьи кости и вправду оказались огромным скелетом дракона. Когда корабль летел, они двигались влево-вправо, будто змея.

Более того он увидел, что каркас корабля на самом деле был создан из гигантских драконьих рёбер. А дотронувшись к корпусу, он ощутил, что тот был влажным. Кожа, которая его покрывала, принадлежала дьяволам и богам!

— Они использовали плоть и кровь богов и дьяволов, чтобы построить этот корабль, а из голов богов создавали сокровища. Жители Эпохи Багрового Света настоящие варвары!

Двое подростков задрожали от ужаса. Между тем корабль плыл в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Поднявшись на палубу, Цинь Му встретил Паньгун Цо, тщательно осматривающего её поверхность. Их взгляды встретились, и они оба поняли мысли друг друга, одновременно прокричав:

— Это костяные пластины, покрытые кожей!

Палуба была целиком построена из костяных пластин, оббитых кожей. Бесчисленные боги погибли лишь для того, чтобы превратиться в материал для постройки корабля!

— Господин Чи Си, тебе не кажется, что у вашей Эпохи Багрового Света слишком ужасный и грубый подход к решению проблем? — осматривая корабль, покачал головой Первый Предок. — Для создания этого корабля должно было погибнуть несколько тысяч богов.

Чи Си улыбнулся:

— Эпоха Императора-Основателя продержалась около двадцати тысяч лет, верно?

Первый Предок недоумевая кивнул:

— Всё верно, двадцать тысяч лет.

Чи Си ответил:

— Ты даже представить себе не можешь, что пережила Эпоха Багрового Света ещё до того, как пришло ваше время. Продолжительность жизни бога ничем не ограничена, а двадцать тысяч лет достаточно, чтобы воспитать миллионы богов. Все они бессмертны, и поэтому, до тех пор, пока династия процветает, их количество становится всё выше и выше. Династия Богов Багрового Света длилась сто тысяч лет, а количество её людей достигло такого уровня, что земля и небо больше не могли их удерживать. Вселенная, и та земля, которой владела Эпоха Императора-Основателя значительно, хуже владений Багрового Света, более того, наши территории были в два-три раза больше. Но несмотря на это их оказалось недостаточно, чтобы всех нас прокормить. Когда таланты последующих поколений достигли предела своего развития, они начали бунтовать и создавать хаос. Тогда… — выражение его лица было спокойным, но в голосе бушевало безграничное убийственное намерение. — Мы, естественно, начали их убивать! Хе-хе! Убийство нескольких тысяч богов для создания такого ценного сокровища было выгодным решением.

Первый Предок нахмурился:

— Разве это не идёт против законов морали и этики?

— Против законов этики? Сколько людей погибло, когда вашу Эпоху Императора-Основателя стерли с лица земли? Разве это не противоречит этике? — усмехнувшись, ответил Чи Си. — Разве мешочки таотэ, которые ты носишь, не были созданы, убивая зверя таотэ?

Цинь Му покачал головой:

— Оба мешочка достались мне от Гроссмейстера. Он мне их подарил.

Паньгун Цо тут же помрачнел в лице.

Чи Си продолжил:

— Убийства бога для создания сокровищ происходят в каждой эпохе. Багровый Свет был разрушен триста пятьдесят тысяч лет назад, и после этого началась Эпоха Высшего Императора. Та стала самой длинной эпохой в истории и продержалась триста тысяч лет, прежде чем её заменила Эпоха Императора-Основателя. Всё это время оставшиеся жители Багрового Света прятались в летающем мире и не рисковали возвращаться на родную землю в страхе, что Райские Небеса Высшего Императора схватят нас, чтобы превратить в сокровища!

Цинь Му тут же вспомнил о своём путешествии во времени. Бай По’эр и её брат не выглядели как люди, способные убить кого-то, чтобы создать из его тела артефакт. Тем не менее, судя по тому, что он увидел в Святыне Изогнутой Горы, какой-то бог, должно быть, убил зверя таотэ и превратил его в здание и сокровища.

Слегка дрогнув в сердце, он достал Нефритовые Глаза Солнца и Луны из своего мешочка таотэ и спросил:

— Старший Чи Си, эти два артефакта тоже происходят из Эпохи Высшего Императора, верно?

Чи Си тщательно осмотрел сокровища:

— Скорее всего. Если они и вправду происходят из Эпохи Высшего Императора, то эти два глаза сделаны не из нефрита. На самом деле это настоящие глаза, принадлежащие богу таотэ.

Юноша шокировано вскочил. Касаясь к нефритовый глазам, он отчётливо ощущал структуру нефрита. Он совершено не мог разглядеть, что они были созданы из плоти и крови: «Неужели Эпоха Высшего Императора была такой же дикой, как и Багровый Свет? Тем не менее, судя по тому, как вели себя Бай По’эр и остальные, они казались совершенно нормальными. В таком случае, как в те времена разбирались с проблемой перенаселения?»

Между тем летающий корабль прошёл через Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии и они достигли Верховных Небес Императора. В городе Ли Цинь Му высадился на землю, чтобы навести справки, и узнал, что Имперский Наставник ещё не вернулся.

«Должно быть, Имперский Наставник совершенствуется вместе со Святым Дровосеком на Небесах Лофу».

После этого они отправились на Небеса Лофу. В этом разрушенном мире не было людей, и они встретили лишь богов, которые не зная отдыха продолжали охранять жертвенные алтари.

Цинь Му подошёл к алтарю, и Первый Предок тут же начал волноваться. Святой Дровосек заметил последнего и повернулся к нему спиной, не обращая на него никакого внимания.

Видя такое поведение, Первый Предок ужасно нахмурился, а Чи Си посмотрел на Святого Дровосека и ухмыльнулся.

Цинь Му подошёл к алтарю и объяснил цель своего визита. Святой Дровосек ответил:

— Твой младший брат сейчас совершенствуется в одиночестве, он не скоро вернётся. Тебе придётся ждать ещё полтора года.

Юноша покачал головой:

— Мы не можем так долго ждать. Так как младший брат не пойдёт с нами, не мог бы учитель дать нам совет перед дорогой?

Внимательно взглянув Цинь Му в глаза, Святой Дровосек улыбнулся:

— Следуйте местным обычаям и правилам, наблюдайте за поведением других и повторяйте. Если ты не сможешь одолеть кого-то в бою, сними ивовый лист со своего лба.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Люди Багрового Света очень свирепы и жестоки. Боюсь, мне придётся много убивать, если я не буду следовать их обычаям.

— Именно поэтому я посоветовал тебе снять ивовый лист в случае опасности. Более того, даже если ты начнёшь создавать много проблем, Граф Земли ещё никуда не пропал.

Лицо Цинь Му стало бледным, как снег.

Святой Дровосек всё ещё был повёрнут к Первому Предку спиной, неторопливо говоря:

— Кроме того, тебе не стоит доверять военному дезертиру. Тот, кто сбежал один раз, сбежит и снова.

Цинь Му повернул голову, взглянув на Первого Предка, молча стоящего на носу корабля.

Улыбчиво подозвав к себе Лин Юйсю, Святой Дровосек проговорил:

— Девочка, ты намного лучше своего отца. Когда в будущем ты станешь Императрицей, хорошо относись к своим подданным и моему ученику. Прислушивайся к его советам.

Лин Юйсю восхищённо взглянула на Цинь Му и ответила:

— Обязательно.

— Хорошее дитя. У тебя здесь самое низкое совершенствование, поэтому я подарю тебе кое-что.

Продолжая улыбаться, Святой Дровосек внезапно взмахнул своим топором, вонзая его в лоб Лин Юйсю.

Девушка подпрыгнула от шока, но не ощутила ожидаемой боли. Дровосек ударил её ещё несколько раз и, закончив, спрятал свой топор со словами:

— Дитя семьи Лин, запомни то, что я тебе сказал. Можете идти.

Озадаченная, Лин Юйсю обернулась и вернулась на летающий корабль вместе с Цинь Му.

Уставившись на Святого Дровосека, Чи Си ухмыльнулся:

— Друг Дао, если в будущем у нас окажется шанс встретиться, мы обязательно померяемся силами.

Святой Дровосек не оборачивался, но махнул ему рукой. Затем летающий корабль взмыл в открытый космос и быстро исчез.

Размахивая тремя парами крыльев среди звёздного неба, корабль быстро нёсся вперёд. Не чувствуя никакого сопротивления, он непрерывно увеличивал скорость. Вскоре она достигла невообразимых высот и могла сравниться со скоростью разряда молнии.

На огромной скорости они пересекли пояс астероидов, многие из которых врезались в корпус судна. Тем не менее, в тот же миг на его поверхности вспыхивали руны, превращая валуны размером с гору в порошок.

Чи Си вынул зелёный компас, определяя своё местонахождения. Артефакт тут же засиял ярким светом, показывая восхитительный звёздный атлас:

— Через полгода мы доберёмся к Летающему Миру Багрового Света. На протяжении этого времени можете заниматься чем угодно, но не покидайте судна.

Осмотрев проекцию звёздного атласа, Цинь Му заметил, что движение звёзд на нём было крайне странным. Звёздные скопления на самом деле кружились вокруг какой-то точки, но в ней не было ничего, кроме ослепительного света.

— Старший Чи Си, что это за место? — он тыкнул пальцем на место, напоминающее чёрную дыру.

Чи Си посмотрел на юношу, приподняв брови:

— Паренёк из деревни, ты никогда не выходил из родных земель и, ясное дело, не знаешь секретов вселенной.

Взглянув на атлас, Первый Предок объяснил:

— Это место полная противоположность Юду. В нём обитает Небесный Герцог.

Лин Юйсю тоже никогда раньше не слышала о Небесном Герцоге и внимательно слушала вместе с Цинь Му.

— Небесный Герцог — это противоположность Графа Земли? Если Граф Земли ответственен за сбор душ, то чем занят Небесный Герцог? — спросила она.

До того, как Первый Предок успел ответить, заговорил Чи Си:

— Небесный Герцог — предок богов, он контролирует работу всех астрономических явлений. Он честен и беспристрастен. За всеми звёздами, которые вы видите в ночном небе, стоит Небесный Герцог. Он ответственен за все светила в каждом из миров. Этот бог ничем не уступает Графу Земли, а учитывая количество небесных тел, которыми он управляет, он невероятно могуществен.

Первый Предок добавил:

— При желании Небесный Герцог может переместиться в любой из миров. Тем не менее, небо над Вечным Миром — фальшивое. Там нет настоящих астрономических тел, поэтому он не может туда добраться.

Паньгун Цо не слышал об этом раньше и невольно впал в замешательство. Внезапно он поинтересовался:

— Это значит, что солнце, луна и звёзды, которые мы видим, ненастоящие?

— Не совсем, — ответил Первый Предок. — Когда в Великих Руинах наступает утро, ты видишь настоящее солнце. Иногда там можно разглядеть луну и несколько звёзд, они тоже неподдельные.

Ошеломлённый, Паньгун Цо пробормотал:

— Если солнце, луна и звёзды над Великими Руинами настоящие, а те, что снаружи, поддельные, то для чего Руинам печать?

Цинь Му посмотрел на него:

— Ясное дело, она запечатывает людей снаружи. Разве Гроссмейстер никогда не интересовался, почему среди людей, живущих за пределами Великих Руин, есть лишь четыре духовных тела, в то время как у жителей Руин намного больше видов?

Паньгун Цо не мог поверить в услышанное:

— Запечатывает нас… Что же мы такого сделали. Чтобы нас запечатывали?

Люди за пределами Великих Руин всегда свысока смотрели на людей из Великих Руин, считая их отвергнутыми.

В своё время Паньгун Цо был Гроссмейстером Дворца Золотой Орхидеи, поэтому его презрение к жителям Великих Руин было даже более сильным. Он зачастую вылавливал местных странных зверей и людей, чтобы совершенствовать свои шаманские заклятия. Теперь же, после слов Первого Предка, его уверенность и гордость полностью разрушились!

Лишь прожив десять тысяч лет он наконец узнал, что это он принадлежал к отвергнутым людям!

К людям, отвергнутым богами!

— Почему они решили нас запечатать после того, как разрушили божественные мосты? Почему они не позволили нам становиться богами…

Он ни за что не поверил бы Цинь Му, но слова Первого Предка не вызывали у него никаких сомнений. Причина этого состояла в том, что последний был Императором Людей первого поколения, человеком, который вывел предков всех рас из катастрофы!

Предок Паньгун Цо был одним из них!

Солгать мог любой, но не Первый Предок.

Летя, корабль оставлял за собой след из света, продолжающий сиять среди звёзд ещё долгое время. Обернувшись, Чи Си нахмурился:

— Несмотря на то, что этот корабль очень быстр, в мире есть другие суда, способные сравниться с ним в скорости. Скорее всего, враги смогут найти нас по этому следу. Нужно пройти по земле Небесного Герцога и добраться к Летающему Миру как можно быстрее. Нельзя позволить врагам найти его!

Цинь Му взволновался:

— Пройти по земле Небесного Герцога? То есть мы сможем встретиться с этим величественным существом?

— Пока что нет. Путешествие к Небесному Герцогу займёт около месяца.

Летающий корабль двигался будто луч света. Цинь Му и Лин Юйсю были поглощены парным совершенствованием, когда внезапно судно задрожало и замедлилось. Исконные духи парочки быстро вернулись обратно в тела, и они торопливо взошли на палубу. За бортом показался огромный божественный город, одиноко парящий посреди звёздного неба, вокруг него до сих пор вращалось солнце.

Город богов был разрушен. В нём прошла ужасающая битва, после которой не осталось ничего целого.

Когда летающий корабль пролетал над городом, Цинь Му посмотрел вниз. Там он увидел огромное количество поваленных статуй богов. У каждой из них было три головы и шесть рук, что свидетельствовало о том, что они принадлежали к Эпохе Багрового Света.

Вскоре после этого они подлетели к разбитой звезде, где тоже увидели бесчисленное количество строений, также принадлежащих к Багровому Свету.

Руины города тихо висели посреди звёздного неба. Пролетая мимо них, можно было разглядеть тысячи трупов, безжизненно парящих на их пути.

Чтобы наконец найти себе новое место для жилья, сильным практикам Багрового Света пришлось пожертвовать огромным количеством богов, защищая своих сородичей. Большинство из них погибли в этом месте.

«Несмотря на всю дикость обычаев Эпохи Багрового Света, её люди всё равно жертвовали своими жизнями ради спасения своего рода», — горько вздохнул Цинь Му.

Наконец летающий корабль вошёл в пустоту, в мир, созданный из света.

Судно плыло сквозь свет, и все на борту обнаружили, что в этом месте не существовало теней. Свет сиял изо всех сторон, и те попросту не могли появиться!

Цинь Му оглянулся, смотря в сторону, откуда они прилетели, и его тело задрожало. Он увидел перед собой окутанные тьмой Великие Руины!

Великие Руины, казалось, находились прямо перед ним!

Тем не менее, он не мог разглядеть Империю Вечного Мира, находящуюся за пределами Великих Руин.

Кроме Вечного Мира, он также не заметил Западных Земель, Южного, Северного и Западного Морей!

Они были закрыты фальшивым астрономическим явлением, поэтому их не было видно.

Спустя некоторое время он также сумел разглядеть Небеса Лофу и Верховные Небеса Императора!

Цинь Му поднял голову, и ему вдруг показалось, что он открыл для себя новый мир. В небе сияли бесчисленные звёзды и виднелись всевозможные миры. Перед его глазами появились все миры, даже те, что были разрушены!

Смотря с этого места, все миры казались невероятно маленькими и близкими. Впрочем, юноша понимал, что на самом деле они крайне далеко, и что крохотные точки света возле них — на самом деле звёзды!

— Мы в Сюаньду, месте, где живёт Небесный Герцог. Это полная противоположность Юду, — тихо проговорил Первый Предок.

Цинь Му поспешно оглянулся и спросил:

— А где сам Герцог?

— Прямо возле нас, — Чи Си повернул голову и увидел, что яркий свет поглотил след за кораблём. Облегчённо вздохнув, он проговорил. — Сейчас мы проплываем мимо одного из его глаз. Через один-два дня мы отлетим достаточно далеко, чтобы увидеть глаз целиком.

Глава 644. Попавший в Ловушку

— Глаз… — летящие на корабле Цинь Му, Паньгун Цо и Лин Юйсю прилично удивились и попытались заглянуть в глубины света, желая разглядеть глаза Небесного Герцога, но не увидели ничего, кроме самого света.

— Если корабль должен лететь два дня, только чтобы полноценно увидеть глаз Небесного Герцога, насколько тогда велико всё его тело? — пробормотала Лин Юйсю.

— Наверное такое же, как у Графа Земли, — ответил Цинь Му, прежде чем продолжить. — Я видел его истинное тело, и одни его рога, состоящие из разрушенных миров, чего только стоили. Подобные естественно рождённые боги обладают поистине удивительными способностями. Обычные люди даже представить себе не могут какими.

— Полноценно разглядев Небесного Герцога, ты увидишь сколько солнц сокрыто в его теле, — высказался Чи Си.

Корабль летел под ослепительным взором Небесного Герцога, и даже при том, что его скорость была неимоверно высокой, сияющий глаз был слишком уж огромен, поэтому лишь спустя два дня и ночи путники наконец смогли разглядеть его очертания…

Глаз, казалось бы, излучающий безграничный свет, полностью заслонял собой их поле зрение и делал корабль незначительным на своём фоне. Было очевидно, что даже отлетев так далеко, для них всё ещё было невозможно разглядеть исполина целиком.

Цинь Му пристально смотрел на глаз, как вдруг его золотой ивовый лист приподнялся, казалось бы, сдуваемый порывом ветра, а уже в следующий миг действительно сорвался. Он встревожился и, поспешно ухватившись за него, ощутил, как что-то «нырнуло» в его вертикальный глаз.

Этим «что-то» оказался след света, но Цинь Му не был уверен в том, что только что произошло, поэтому провёл тщательный обыск своим исконным духом, но так ничего и не нашёл в своём третьем глазу.

«Наверное мне померещилось!..» — воскликнул он про себя, поднимая золотой ивовый лист и приклеивая обратно на своё межбровье.

Между тем в глубинах его третьего глаза, посреди темноты и слоёв печатей парила огромная, безграничная земля, некогда являющаяся его нефритовой подвеской. Пики горного хребта на ней образовывали собой слово «Цинь», в то время как в небе звучал монотонный голос великого будды, подавляющий свирепое существо.

Именно в этот момент внутрь проник луч света, освещая окутанную темнотой землю. Он двигался по небу, постоянно кружа вокруг печати слова «Цинь», в центре которой лежал несравненно большой ребёнок, изнывающий от скуки. Суя себе в рот пальцы и повизгивая, тот пытался хоть как-то себя развеселить, отчего выглядел как дитя малое.

Ребёнком был не кто иной, как Цинь Фэнцин, который, увидев кружащийся вокруг свет, вытащил пальцы изо рта и со свирепым взглядом широко открыл рот, полный острых как бритва зубов:

— Здоровяк, на что ты уставился? Я съем тебя, если ты продолжишь пялиться!

— Я смотрю на тебя, — свет сжался в сияющий шар, говорящий древним голосом. — Интересная форма жизни… Юду и правда позволил родиться такому свирепому духу, как ты. Судя по всему, контроль Графа Земли над Юду ослабел.

Встав, Цинь Фэнцин подпрыгнул и захлопал в ладоши, пытаясь схватить шар света.

Избегая его, шарообразный сгусток света продолжал говорить:

— Я Небесный Герцог Сюаньду, бог, равный Графу Земли. Ты ничего не сможешь мне сделать. Я здесь, чтобы посмотреть на тебя, маленькое интересное создание…

— Такой же большой, как тот старик? — облизнул губы в волнении «малыш». — Сколько мне придётся есть, чтобы съесть тебя полностью?

Всё это время он прыгал, в попытке словить шар, пока не подпрыгнул так высоко, что был отброшен печатью обратно. Но он явно не собирался сдаваться, тут же продолжив преследование. Судя по всему, он действительно хотел съесть его.

— Упрямый маленький паршивец, неудивительно, что тебя запечатали. Я здесь только для того, чтобы поглазеть на тебя. Так что прощай, — после сказанного, шар света резко взмыл вверх, но оказавшись практически снаружи ему преградил путь золотой ивовый лист, а уже в следующий миг из земли снизу вырвались дьявольские свет и Ци.

Они запечатали небо!

— Гори всё синем пламенем! Я угодил в печать! — древний голос разразился руганью. — Граф Земли действительно не поскупился, чтобы запечатать его. Он использовал свой собственный рог. Когда лист покрывает глаз, он активирует силу рога! Я всего лишь клон, у меня нет достаточного объёма магической силы, чтобы вырваться отсюда!

Пока он говорил, буддистские лучи, омывая собой всё вокруг, соединялись с золотым ивовым листом и рогом Графа Земли.

Клон Небесного Герцога был мгновенно подавлен, отправившись в полёт к печати в виде слова «Цинь». Оказавшись на земле, он превратился в старца в белом одеянии с белыми бровями, бородой и волосами, развевающимися на ветру. Подняв голову, он посмотрел на ребёнка переростка и пробормотал:

— Ещё и печать Брахмы… Соединяя лист и рог, Брахма помогает печати Графа Земли значительно усилится. Не удивительно, что я оказался подавлен…

Цинь Фэнцин был невыразимо взволнован и набросился на старца в белом.

Между тем Цинь Му, находящийся на летающем корабле, внезапно почувствовал боль в межбровье. Чувствуя, как она усиливается, он схватился ладонью за лоб.

— Что-то нет так? — озабоченно спросил Первый Предок.

— Межбровье что-то побаливает, — Цинь Му чувствовал, как боль становится всё сильнее и навязчивее, отчего даже начала подрагивать его ладонь.

— Убери руку, дай я посмотрю! — поспешно выпалил Первый Предок.

Юноша опустил руку, и мужчина тут же увидел, как под листом что-то двигалось. Время от времени лист выпячивался и, казалось, даже смещался.

— Мудра Небес и Земли — Переворачивающиеся Небеса и Земля! — Первый Предок вскрикнул, мягко надавливая своей мудрой на межбровье Цинь Му.

Мудра прошла сквозь лист и погрузилась прямо в третий глаз, превращаясь в огромный отпечаток ладони, переворачивающий небеса и землю. Она шлёпнула пытающийся вырваться из-под печати клон Небесного Герцога, тут же застонавший от непреодолимого давления, и приземлилась, подменяя собой небеса и землю.

Первый Предок убрал ладонь, с беспокойством интересуясь:

— Как ты себя чувствуешь?

Цинь Му удивлённо выпалил:

— Вроде бы не болит. Да, больше не болит!

Первый Предок с улыбкой произнёс:

— Это чудо Мудры Небес и Земли, совершенствуйся больше и не подведи моё учение.

Цинь Му утвердительно угукнул и побежал совершенствовать свой исконный дух с Лин Юйсю. Первый Предок с облегчением вздохнул, а затем посерьёзнел.

Между тем Цинь Фэнцин, находящийся внутри третьего глаза Цинь Му, взволнованно подбежал к клону Небесного Герцога и схватил его за ноги, начав ударять о землю в случайных направлениях. Избиения старца продолжались до тех пор, пока тот не обессилил, и только затем он решил попробовать его на вкус.

— Ээ, нет вкуса? — озадачился Цинь Фэнцин. Выплюнув откушенный кусок, он понял, что тот был лишь сгустком света и тут же отбросил в сторону старца в белом, теряя к нему всякий интерес.

Старец встал и потёр поясницу. Он чувствовал боль во всех конечностях, но будучи шаром света очень быстро восстановился после укуса!

— Может в прятки сыграем? — Цинь Фэнцин снова заинтересовался им и, захлопав в ладоши, подбежал к нему на своих коротких ножках, говоря детским голоском. — Ты спрячешься, а я ловить буду, и если поймаю, то оторву тебе ноги и руки! Так как ты быстро восстанавливаешься, мы можем играть в это очень и очень долго!..

****

Чи Си оглянулся, прежде чем облегчённо вздохнуть:

— Интенсивный свет Небесного Герцога скроет след, оставленный нашим летающим кораблём. Теперь нам не придётся беспокоиться о том, что нас перехватят Райские Небеса. Им придётся хорошенько постараться, чтобы снова взять наш след.

Паньгун Цо не мог подавить в себе скептика:

— Нас действительно преследуют?

Первый Предок кивнул:

— Конечно, для врага это отличный шанс выйти на выживших Династии Богов Багрового Света. Райские Небеса не упустят такой шанс. К тому же я почувствовал, что за нами наблюдают, сразу же после того, как мы покинули Небеса Лофу. Ваши совершенствования слабы, так что вы, ребята, ничего не заметили, но до того, как мы вошли в Сюаньду Небесного Герцога, за нами действительно следила одна пара любопытных глаз. Однако сейчас мы временно скрылись.

— Я думаю, — заговорил Чи Си, — что за нами гнался Великий Владыка Солнца.

— Он?! — был поражён Первый Предок. — Хотя я мало что знаю о нём, но я наслышан о его скорости. К тому же под его покровительством много богов. Если именно он гонится за нами, нам, вероятно, будет трудно избавиться от него.

Чи Си снова открыл звёздный атлас и продолжил:

— Если мы обойдём солнца на этом пути, мы избавимся от его слежки.

Исконные духи Цинь Му и Лин Юйсю резвились вместе в воздухе.

— Я как-то встречал Владыку Солнца, — заговорил исконных дух Цинь Му, — его способности не очень-то высоки, он был зарезан моим дедушкой мясником всего одним взмахом. Откуда этот Великий Владыка Солнца?

— Великий Владыка Солнца отличается от Владыки Солнца, — терпеливо объяснил Первый Предок. — Владыка Солнца — всего лишь маленькая пешка, обычный бог времён Райских Небес Императора-Основателя, он был богом Племени Пастухов Солнца. Позже он предал их и стал собакой чужеземных Райских Небес. Великий Владыка Солнца, в свою очередь, по слухам является несравненно могущественным богом, рождённым непосредственно от солнца. Духовные Тела Золотого Ворона, Огненного Дракона, Огненного Ворона совершенствуются в соответствии с формой Великого Владыки Солнца. После совершенствования к уровню бога и слияния исконного духа с физическим телом можно обрести форму Великого Владыки Солнца. Форма того Владыки Солнца тоже происходила от Великого Владыки Солнца.

Исконных духи парочки вернулись в их тела.

— Он такой же потомственный бог, как Владыка Сатурна? — потрясённо воскликнул Цинь Му.

— Ты знаешь Владыку Сатурна? Владыка Сатурна на одну-две ступени ниже Великого Владыки Солнца. Она не на уровне потомственного бога, поэтому не так сильна и мудра, как последний. Великий Владыка Солнца — один из самых больших шишек в чужеземных Райских Небесах, а Владыка Сатурна может считаться просто важной персоной, — объяснил Первый Предок.

Цинь Му и остальные сделали вид, будто всё понимали, но на самом деле это было не совсем так.

****

Между тем к глазу Небесного Герцога подоспел всполох света, идущий по световому следу от корабля. Но след нырял в Сюаньду и полностью обрывался.

— Рыбёшки, ускользнувшие из моей сети, поистине коварны, — свет остановился и превратился в бога с птичьими крыльями, человеческим телом и тремя ногами. На птичьей голове было три глаза, а на лбу вертикальный глаз с безграничным пламенем внутри, отчего могло показаться, что в нём было сокрыто само солнце.

На ногах у него росла чешуя дракона, а на крыльях перья чёрного феникса. Крылья закрывали собой его спину, отчего чем-то напоминали длинную чёрную мантию.

Этот бог был чрезвычайно огромен, но по сравнению с Небесным Герцогом казался пылинкой. Он поднял голову, чтобы посмотреть в огромный глаз, и громко спросил:

— Небесный Герцог, могу я спросить, видел ли ты корабль, проходящий мимо этого места?

Небесный Герцог, находящийся в Сюаньду, был занятой личностью, ему приходилось наблюдать за перемещениями звёзд в различных мирах. Но через мгновение появился шар звёздного света, превратившийся в светящегося человека, чьё лицо было едва различимо:

— Я наблюдаю за звёздами небес, — прогремел его голос, — я не видел никакого корабля. На звёздах Сюаньду есть множество райских солдат и генералов. Найди их и спроси.

— Прошу прощения за беспокойство, — извинившись, Великий Владыка Солнца захлопал крыльями и улетел.

Между тем человеческий силуэт из света рассеялся.

Вскоре после этого на необъятном теле Небесного Герцога ярко засияли звёзды, из которых вылетели десяти тысяч богов. Многочисленные солнца, казалось, соединялись линиями из божественных лучей, которые, в свою очередь, исходили от богов, летящих в поисках корабля во всех направлениях.

— Кар, кар, кар…

Небеса заполонили боги Огненного Ворона с вороньими головами и человеческими телами. Из-за их спин торчали огненно-красные крылья и колчаны. В руках они держали ярко-красные тыквенные горлянки, а тремя птичьими когтями вцеплялись в огромные луки. И прямо сейчас они перемещались во все стороны с умопомрачительной скоростью.

Глава 645. Разрушение Построения Огненных Воронов

Летающему кораблю понадобилось более десяти дней, чтобы наконец вылететь за пределы Сюаньду. Цинь Му оглянулся, но так и не сумел целиком разглядеть силуэт Небесного Герцога, отчего горько вздохнул.

Затем юноша посмотрел на солнце, мимо которого сейчас проплывал их корабль. Несмотря на то, что звезда находилась крайне далеко, и до неё было несколько миллионов километров, она всё равно казалась крайне близкой.

Над поверхностью солнца вздымались огромные протуберанцы длиной в миллион километров. Некоторые из них напоминали крылья птиц, а другие походили на полукруглые уши.

Находясь так близко к пылающей звезде, Цинь Му даже чувствовал странные лучи, доносящиеся от неё. Когда они попадали на кожу, он ощущал острую боль, будто его тело протыкали насквозь.

Между тем из солнца дул невыносимо палящий ветер. Под его резкими порывами сердце Цинь Му дрожало, и он исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, пытаясь использовать ветер и лучи звезды для совершенствования своего физического тела. За его головой засияли разноцветные лучи будды и драконов, а Восемь Голосов Древнего Дракона и песни будд слились воедино.

Используя подобный метод, объединивший будду и дракона воедино, можно было совершенствоваться с молниеносной скоростью.

«Он всё ещё не хочет совершенствовать мои Священные Тайны Сердца Небес и Земли», — подавленно вздохнул Первый Предок.

Увидев происходящее, стоящая неподалёку Лин Юйсю тоже исполнила технику Высшей Тайны Древнего Дракона и использовала Восемь Голосов Древнего Дракона для закаливания своего тела и блокировки лучей и ветра, исходящих от солнца. Паньгун Цо, в свою очередь, исполнил технику Бесстрастного Сражающегося Бога, укрепляя и совершенствуя своё физическое тело.

Чи Си осмотрел звёздный атлас и решил использовать орбиту солнца. Сделав пол оборота вокруг звезды, корабль поднял паруса. Надувшись под ветром и лучами света, те резко увеличили скорость его движения.

Цинь Му поднял взгляд вверх, обнаруживая, что паруса были сшиты из кожи богов. На их поверхности сверкали бесчисленные символы, ударяясь о которые, лучи не могли пролететь насквозь, тем самым толкая корабль вперёд и увеличивая его скорость.

К тому же, летающий корабль энергично размахивал крыльями и извергал языки пламени, ускоряясь ещё сильнее!

Внезапно в звёздном небе появились десятки огненных полос, едва различимых во тьме. Все они, казалось, протянулись в сторону солнца.

— Брат Дао Чи Си, что за бог может нас преследовать? — внезапно спросил Первый Предок, смотря на линии, вошедшие в солнце.

Чи Си подошёл к борту корабля и всмотрелся в даль:

— Есть много людей, способных догнать этот корабль, к примеру сильные практики рас феникса, дракона или красной птицы. Кроме них есть несколько богов, верных Великому Владыке Солнца , они способны использовать силу солнца, чтобы достигать невообразимых скоростей.

Первый Предок проговорил:

— В таком случае, за нами скорее всего гонятся боги Великого Владыки Солнца. Интересно, вместе с ними путешествует и сам Владыка?

Три головы Чи Си пристально наблюдали за красными линиями, вонзившимся в поверхность солнца. Они быстро носились по поверхности звезды, непрерывно разгоняясь и поглощая энергию протуберанцев!

— Великий Владыка Солнца не сними.

Достав Этаж Подавляющих Небес Багрового Света, Чи Си улыбнулся:

— Если бы Великий Владыка Солнца был вместе с этими богами, то он уже бы успел пробудить силу звезды и атаковать нас!

Стоя на краю судна, двое мужчин наблюдали, как увеличивается скорость красных линий. На лице Чи Си было нервное выражение, а Первый Предок казался вполне спокойным.

Внезапно, потоки красного света оторвались от поверхности солнца и стремительно бросились в сторону летающего корабля.

— Будьте осторожны! — прокричал Первый Предок. — Спрячьтесь внутри корабля и закройте двери и окна!

Цинь Му поспешно потащил Лин Юйсю в здание на летающем корабле и закрыл дверь прежде, чем успел войти Паньгун Цо.

Ухмыльнувшись, тот превратился в тень, проникая сквозь дверную щель.

В этот миг в сторону солнца двинулось ещё больше красных линий огня, в каждой из которых находился бог. Приземлившись на поверхность звезды, они начинали носиться над ней на невообразимой скорости!

Цинь Му лежал возле окна, наблюдая за красными линиями, преследующими корабль, с помощью Нефритовых Глаз навыка Пробуждения Глаз Девяти Небес. Ему удалось разглядеть очертания богов, окутанных красным огнём, обнаруживая, что их тела покрыты ярко-красными перьями.

Когда боги подлетели ближе, он наконец сумел подробно разглядеть их внешность. Оны имели длинные вороньи головы на плечах и были окутанные языками пламени. В руках каждого была огромная тыквенная бутылка, а в когтях их трёх лап виднелись луки!

— Их скорость значительно выше, чем у дедушки одноногого!

Ошарашенный, Цинь Му вскоре заметил, что скорость огненных богов была не такой высокой, как казалось на первый взгляд. Она становилась такой удивительной только из-за отсутствия в открытом космосе сопротивления воздуха и секретным навыкам, позволяющим заимствовать силу солнца.

Окажись они в месте вроде Империи Вечного Мира, даже если бы их скорость оказалась выше, чем у одноногого, разница не была бы слишком большой.

Тем не менее, самым поразительным было не скорость, а количество огненных вороньих богов. Мгновение назад их было лишь около десятка, но теперь в сторону солнца двигались несколько тысяч красных линий!

Было очевидно, что огненные боги пользовались странными методами общениями и уже сумели сообщить своих сородичей, из-за чего те начали бесконечным потоком мчаться к солнцу.

Десятки огненных богов уже были очень близко к кораблю, но всё расстояние не позволяло им использовать божественные искусства. В этот момент они достали стрелы из колчанов и натянули рук своими тремя лапами. Превратившись в лучи света, стрелы выстрелили в сторону летающего корабля!

У огненных воронов было по три ноги и три когтя, поэтому скорость, с которой они натягивали тетиву была невообразимо высокой. Несмотря на то, что существ было лишь несколько десятков, за долю секунды они успели выстрелить несколько сотен раз. В мгновение ока, стрелы посыпались на корабль будто рой саранчи!

Стоя на корме судна, Чи Си поднял Этаж Подавляющих Небес Багрового Света над головой, и сокровище издало яркий свет. Божественные оружия разлетелись во все стороны, блокируя дождь из бесчисленных стрел!

Между тем, вороньи боги открыли горлышка своих тыквенных бутылок, и божественное солнечное пламя вытекло наружу, мчась в сторону летающего корабля и мгновенно его окутывая.

Чи Си взревел, подбрасывая Этаж Подавляющих Небес Багрового Света вверх. Артефакт мгновенно увеличился в размере и повис в небе над кораблём. Под его крышей зазвенели гигантские колокола, отталкивая огонь своими вибрациями.

Огненные боги бросились на палубу корабля, пользуясь возможностью, и из Этажа Подавляющих Небес Багрового Света вылетело шесть ножей. Размахивая ими, Чи Си будто летал, в одно мгновение сделав круг по палубе. В такт с его резкими ударами, на землю посыпались десятки голов.

В этот момент подлетело ещё несколько сотен богов, и стреляя в унисон, они сделали поток стрел в несколько раз плотнее. Чи Си снова использовал Этаж Подавляющих Небес Багрового Света, но огромное количество оружий тут же упало на землю, подбитое стрелами.

Сила Этажа Подавляющих Небес Багрового Света значительно уменьшилась. Несмотря на то, что это было удивительное сокровище, совершенствования Чи Си не хватало, чтобы извлечь его настоящую силу.

Тыквенные бутылки нескольких сотен богов открылись, извергая божественный огонь. За их спинами быстро приближались ещё несколько сотен других практиков.

Первый Предок нахмурился. Огненные вороны очевидно использовали боевое построение, и так как Чи Си был лишь палачом Эпохи Багрового Света, ни разу не принимавшим участия в настоящем бою, он понятия не имел как с ним сражаться.

Первый Предок, в свою очередь, тоже был военным дезертиром, и хоть он и изучал методы борьбы с боевыми построениями, у него не было возможности их использовать. Он тоже не владел нужным опытом.

Столкнувшись с боевым построением, они оба оказались в замешательстве.

Группа вороньих огненных богов сначала испускала дождь из стрел, после чего поливала корабль солнечным огнём, изнуряя Чи Си, которому приходилось разрываться, пытаясь отбить и то, и другое. Пока он отбивал атаку с одной стороны, боги подобрались к другой, атакуя крылья судна. Ко днищу корабля тоже добралось огромное количество огненных воронов, которые, схватившись за корпус, начали тянуть его в сторону, пробуя замедлить.

Другие же подлетели к мачтам и пробовали их повалить.

Чи Си впал в отчаянье и прокричал:

— Друг Дао, я не могу разрушить это формирование огненных воронов, помоги мне!

Первый Предок тоже не знал, что делать. Он никогда раньше не сталкивался с подобной ситуацией.

При виде многочисленной армии огненных воронов ему казалось, что независимо от его действий, корабль обязательно разрушится!

В этот миг Цинь Му открыл одно из окон и прокричал:

— Первый Предок, Мудра Небес и Земли, Вращающиеся Небеса Вращают Землю и Неизменное Сердце!

Первый Предок пришёл в себя и скрестил руки, выполняя Мудру Неба и Земли. Пространство вокруг мгновенно изменилось, и когда мудра разразилась силой, корабль превратился в небо и землю. Вращаясь, время от времени земля оказывалась вверху, а небо внизу.

Изначально скорость огненных богов была чрезвычайно высокой и атаковать их было почти невозможно. Но теперь, оказавшись в изменённом пространстве, они начали не контролировано валиться с неба. Некоторые из них не удержали равновесия и вылетели за пределы корабля.

От непрерывного вращения у Чи Си началось головокружение, и он поспешно схватился за мачту.

Цинь Му прокричал:

— Поднимись на мачту!

Первый Предок подпрыгнул, приземляясь на мачту одной ногой.

Из здания снова донёсся крик Цинь Му:

— Солнце, Вращающееся Вокруг Зенита, Течёт Вечно!

Первый Предок быстро исполнил движение Мудры Неба и Земли, и в следующий миг пространство начало кружиться, терзая бесчисленных огненных воронов. Те с трудом пытались контролировать свои тела, но ужасающая сила разрывала их на части, и им оставалось лишь вопить от боли.

Возле Первого Предка сформировалось облако из огненных воронов, все они яростно носились вокруг него.

— Что дальше? — громко спросил он.

Цинь Му прокричал в ответ:

— Падение Неба и Земли, Осенняя Печаль Феникса!

Первый Предок немедленно исполнил мудру, отчего небо упало, а земля затрещала. Ужасающее силовое поле вокруг его ладони начало сужаться, огненные вороньи боги, заполнившие небо, начали двигаться вместе с ним. Сталкиваясь друг с другом, они постепенно сжимались в огромный шар.

— Открытие Чистой Земли Восемью Триграммами, Определение Пяти Составляющих Огня!

Не задумываясь, Первый Предок исполнил две мудры. Восемь триграмм и диаграмма неба и земли раздавили шар из полти, созданный из тысяч огненных богов, после чего вспыхнули огонь, вода, ветер и воздух, и сила пяти элементов разорвала кости и сухожилия бесчисленных воронов. Их останки рассыпались от вибраций, раздавливались, разрывались и испепелялись. В конце подул лёгкий ветерок, превращая их в пепел, развеявшийся за бортом корабля.

Первый Предок ошарашенно застыл, не в силах поверить в произошедшее:

— Я разрушил построение?

В этот момент из здания донёсся ошарашенный визг Лин Юйсю и Паньгун Цо, отчего Первый Предок быстро пришёл в себя. Он поспешно оглянулся, увидев как в окно здания пробирается огненный вороний бог, сумевший увернуться от Мудры Неба и Земли.

Помогая разрушить построение врага, Цинь Му открыл окно, и этот бог, должно быть, воспользовался шансом и решил пробраться внутрь, чтобы избавиться от него и остальных.

Первый Предок поспешно бросился вдогонку, но ещё до того, как он успел запрыгнуть в окно, из здания брызнули капли крови, окутанные ужасающей убийственной аурой. Первый Предок поспешно отскочил назад. Огненному ворону, пробравшемуся в здание, отрубили голову!

Внутри здания Цинь Му ошарашенно застыл, держа в руках футляр. Судя по всему, он пребывал в шоке от его силы.

Первый Предок вскочил внутрь и начал осматривать тело парня, тревожно говоря:

— Он тебя не атаковал? Тебе не отрубили голову?

Он испуганно поднял дрожащий палец, собираясь ткнуть юношу в лоб, но быстро передумал, опасаясь, что у того отвалится голова.

Цинь Му внезапно оттолкнул его руку, восхищённо проговорив:

— Какой мощный футляр! Какое сильное оружие!

Глава 646. Тайна Великого Владыки Солнца

Увидев, что Цинь Му цел и невредим, Первый Предок облегчённо вздохнул и серьёзно сказал:

— Этот нож опасен. Он сделан из головы сильного практика Императорского Трона, так что лучше не использовать его, когда в этом нет необходимости.

Лин Юйсю ещё не оправилась от шока и быстро прощупывала своё тело. Она успокоилась только после того, как поняла, что её голова всё ещё была на месте.

Глядя на неё, Паньгун Цо коснулся своей головы и тоже облегчённо вздохнул, когда понял, что она крепко держится на месте.

«Ах, какая потеря. Я не воспользовался возможностью убить Гроссмейстера…» — Цинь Му закинул футляр в мешочек таотэ, присел на корточки, чтобы осмотреть тело бога Огненного Ворона, и увидел, что на месте отрубленной головы нет пятен крови.

Его кровь полностью исчезла, как будто была поглощена в одно мгновение. Теперь труп представлял из себя два осушённых куска!

«Это действительно опасное и злобное оружие, — Цинь Му почувствовал, как его сердце затрепетало, а мышцы начали подрагивать. — Если в человека попадает нож, у него нет ни единой возможности выжить! Самое страшное, что если бы он не попал в противника, то, скорее всего, повернулся бы назад, чтобы рубануть своего владельца… Однако это тоже полезно, богов можно убивать также просто как нарезать овощи…»

Первый Предок озадачено спросил:

— Я не видел, чтобы ты совершенствовал мои навыки мудры, так почему же ты настолько искусен в них, что можешь даже направлять меня, основателя этих навыков?

Цинь Му встал, потянулся и, улыбнувшись во все тридцать два зуба, произнёс:

— Я — Тело Тирана, поэтому я мгновенно овладеваю всем, что узнаю.

Первый Предок расстроился и от него повеяло унынием.

Цинь Му поспешно продолжил:

— Даже если я не совершенствовался при тебе, я прокрутил более тысячи возможных вариантов совершенствования в своей голове. Первый Предок, твои навыки мудры не так уж плохи, но тебе не хватает опыта против боевых построений. Я чувствую, что могу научить тебя, как атаковать и прорываться через вражеские линии, и максимально быстро сокрушать построения. Всему этому научился у своего дедушки слепого, да и опыта у меня много, ведь мне пришлось пройти не через одно массовое сражение.

Первый Предок услышал его объяснение и впал в ещё большую депрессию:

— Ты учишь меня…

Он был похож на раздавленный баклажан, который стал унылым и несчастным.

— Чтобы крушить построения, — сказал Цинь Му, — ты должен учитывать всех, кто под тобой. Построение Огненного Ворона выглядело очень мощным, ведь четыре тысячи восемьсот богов заставили его непрерывно преобразовываться, например, когда ты атакуешь голову, ударяет хвост, а когда ты атакуешь хвост, ударяет голова. Попадая в такое построение, ты будешь потрясён и не сможешь сосредоточиться на одном враге. В этот момент тебе нужно рассматривать их как числа — в общей сложности четыре тысячи восемьсот. Когда эти числа меняют свои позиции, ты видишь картину в целом, а значит также видишь насквозь и само построение.

Интерес Первого Предка вспыхнул с новой силой. Вспомнив недавний бой, в его сознании возникло Построение Огненных Воронов. А когда он заменил богов числами, то увидел чудо этого боевого построения!

Построение Огненного Ворона подчинялось определённому правилу!

— Изменения в их построениях происходят слишком быстро. У них есть своего рода телепатия, чтобы общаться друг с другом, поэтому ошибки в их построении заметить невооружённым глазом практически невозможно. Как мне разрушить это построение? — поинтересовался Первый Предок, искренне искавший ответов.

Цинь Му медленно направлял его:

— Какое движение уничтожает построение?

— Вращающееся Небеса Вращают Землю и Неизменное Сердце! — Первый Предок пришёл к осознанию, с улыбкой добавив. — Когда мир вращается, пространство сжимается, а числа приходят в беспорядок, следовательно, построение тоже нарушается. Теперь я понял!

Цинь Му улыбнулся:

— Теперь ты понимаешь?

— Ученик поним… — Первый Предок внезапно пришёл в себя и поспешно закрыл рот. Покраснев, он поднял руки, чтобы прикрыть своё лицо.

Обучение Цинь Му подсознательно заставило его почувствовать себя так, будто учитель даёт ему указания и медленно направляет его. Это заставило его автоматически произнести фразу «ученик понимает».

К счастью, он быстро отреагировал и не закончил фразу.

Чи Си почистил корабль и собрал все сокровища, которые были сброшены на землю. Он скинул тела богов Огненного Ворона с корабля и подошёл к ним:

— Боги Огненного Ворона обладают странной телепатией, которая позволяет им контактировать друг с другом даже на очень большом расстоянии. Поскольку они нашли нас, это означает, что Великий Владыка Солнца не далеко. Конечно, вороньё не сможет догнать нас, но вот Великий Владыка Солнца… Нам нужно уходить, немедленно!

Цинь Му поднялся на палубу и оглянулся. Он увидел, что Огненные Вороны, которых отбросил Первый Предок всё ещё пытались преследовать их, но на этот раз они не могли воспользоваться солнцем, чтобы увеличить свою скорость. В результате расстояние между ними и кораблём постепенно увеличивалось.

— Оставим корабль, — внезапно предложил Цинь Му. — Давайте полетим туда, где вороны не смогут нас увидеть, а потом сядем на другой корабль. Мы должны покинуть этот корабль прежде, чем привлечём внимание Великого Владыки Солнца. У нас ведь есть другой корабль?

Чи Си покачал головой, и Первый Предок сделал то же самое.

— Старший Чи Си, ты знал, что нас будут преследовать враги, так почему же ты не подготовил другой корабль? Например, если я усовершенствую яд, я подготовлю другой набор для чрезвычайных ситуаций, — беспомощно покачав головой, пожаловался Цинь Му. — Вы, ребята, слишком уж некомпетентны в решении вопросов.

Паньгун Цо поспешно достал небольшой буклет и записал слова Цинь Му, думая про себя: «Чем больше я знаю о нём, тем легче будет иметь с ним дело!»

— Моя Династия Богов Багрового Света уничтожена! Даже то, что у нас остался такой корабль, уже впечатляет, — оправдался Чи Си.

Первый Предок, задумавшись на мгновение, произнёс:

— Нам остаётся только сражаться. Несмотря на то, что Великий Владыка Солнца могуществен, мы тоже не лыком шиты! Мы сможем стряхнуть его с нас, если раним!

Чи Си выглядел немного неуверенно.

Последний бой давал понять, что Первого Предка никогда раньше не участвовал в сражениях таких масштабов. Он растерялся перед лицом боевого построения и даже получил лекцию от Цинь Му. Чи Си не был генералом, поэтому, конечно, тоже не знал, как вести себя в боевом построении.

Если бы не Цинь Му, который пережил множество сражений и был искусен в техниках и божественных искусствах Первого Предка, одно только Построение Огненного Ворона, вероятно, подавило бы их и обескуражило.

Между тем Великий Владыка Солнца был знаменитым богом, оттачивавшим себя до совершенства на протяжении веков. Если они попадутся ему на глаза, то, вероятно, будет трудно защититься от него с помощью сил только Первого Предка и Чи Си.

— Посмотрите на солнце! — внезапно выкрикнула Лин Юйсю.

Все на корабле одновременно повернулись свои головы и увидели преображающееся солнце!

Со светилом происходили странные изменения. Его поверхность разрушалась изнутри, образуя сжимающиеся слои сложных колец поверх слоёв. Если приглядеться внимательнее, можно было даже заметить, что кольца были сформированными из сложных рун и образовывали собой знаки построения!

Через короткое время от самой сердцевины до поверхности образовалось невероятно сложное построение. А когда знаки сузились, издалека в них можно было разглядеть огромный зрачок!

— Великий Владыка Солнца здесь! — прохрипел Чи Си, пребывая в крайне нервном состоянии.

Первый Предок глубоко вздохнул и встал на корме корабля:

— Возможно я не смогу одолеть его, если сражусь один на один… Раз уж мы не смогли стряхнуть его с хвоста, теперь нам нужно отпугнуть его, тяжело ранив!

Цинь Му смотрел на постоянно преобразовывающееся солнце с потрясённым выражением лица. Внезапно он вынул свой Нефритовый Глаз Солнца, осмотрел его, перевёл взгляд на солнце и выкрикнул:

— За нами точно гонится Великий Владыка Солнца?

— Именно так! — Чи Си заставил Этаж Подавляющих Небес подняться над летающим кораблём. Он бросился в здание, направляясь прямо на самый верхний этаж, и взял важное сокровище. — Никто, кроме него, не в силах использовать энергию солнца!

Цинь Му немного запутался в мыслях и пробормотал:

— Но почему структура построения в Нефритовом Глазе Солнца почти такая же, как и структура построения этого солнца… Этот нефритовый глаз — сокровище Эпохи Высшего Императора, а Великий Владыка Солнца должен был существовать во времена Эпохи Дракона Ханя, верно? Так почему же он выполняет навык построения Эпохи Высшего Императора?..

— Великий Владыка Солнца прошёл через Эпоху Высшего Императора и мог изучить их божественные искусства. Что в этом удивительного? — спросила Лин Юйсю.

— Нет, это неправильно! — Цинь Му покачал головой. — Божественные искусства полагаются на путь и после того, как техника определена, практик будет в основном продолжать двигаться вперёд по нему. Сколько бы они ни узнавали о божественных искусствах других, им никогда не достичь вершины. Далеко ходить не надо, посмотри на Гроссмейстера, самый что ни на есть пример.

Паньгун Цо не смог удержаться и закричал:

— Маленький сопляк, ты вообще думаешь о чувствах других, когда приводишь примеры? В конце концов мы с тобой на одном корабле! Я перед тобой, ку-ку, ты меня видишь?!

— Гроссмейстер изначально совершенствовал шаманские заклятия и был редким великим мастером в них. Его совершенствование в душе и исконном духе тоже невероятно. Однако он отвлёкся и начал изучать Меч Дао секты Дао, Дхарму Монастыря Великого Громового Удара, техники Небесного Святого Культа и техники Маленькой Нефритовой Столицы, поэтому все его способности хороши лишь наполовину, — резал по живому Цинь Му и на мгновение задумался, прежде чем сделать кое-какие выводы и добавить. — Если бы я был Великим Владыкой Солнца, я бы изучил навыки построения Эпохи Высшего Императора, но я бы изменил их, чтобы сделать их наиболее подходящим для себя. Но Великий Владыка Солнца ничего не изменил, и это очень нелогично. Кроме того, я слышал от старшего Чи Си и Первого Предка, что он бог, рождённый от солнца, получается, что изучить божественные искусства Эпохи Высшего Императора он не мог в принципе!

Лин Юйсю смутилась:

— Почему это он не может изучить их?

— Рождаясь от солнца, великое Дао закрепляется в теле ещё в предзачаточное время. Между тем реформа начинается с изменения божественных искусств, которые, в свою очередь, изменяет закон, а закон — путь. Когда пути, навыки и божественные искусства изменяются, также изменяется и великий Дао, — объяснял Цинь Му. — Великий Дао в Великом Владыке Солнца не может измениться, поэтому он, естественно, не может изучить пути, навыки и божественные искусства, которые изменились в последствии. Вспомни Графа Земли — поднебесного бога. Он, например, не в состоянии изучать пути, навыки и божественные искусства Короля Ямы.

Непрерывно трансформировавшееся солнце наконец полностью сформировалось. Толстый луч света внезапно вырвался из пространства и осветил летающий корабль!

Когда луч света прошёлся через звезду, в ней появлялась огромная дыра!

Продемонстрированная сила была в бесчисленное количество раз мощнее, чем та, что мог продемонстрировать Нефритовый Глаз Солнца!

Находящиеся на корме корабля Первый Предок и Чи Си очень нервничали, в то время как Цинь Му просто ходил взад и вперёд, дёргая за волоски своего подбородка:

— Если моя догадка верна, этот Великий Владыка Солнца — не настоящий. Он просто бог Эпохи Высшего Императора. В таком случае куда отправился истинный Великий Владыка Солнца? Первый Предок, ты можешь достать немного его крови, чтобы я мог исследовать её?

Чи Си был взволнован и раздражён одновременно:

— Будет очень даже здорово, если мы сможем хотя бы сохранить свои жизни!

Первый Предок крикнул:

— В каюту! Быстро!

Цинь Му побежал к каюте, между тем Лин Юйсю уже запрыгнула в неё. Паньгун Цо собирался запереть своего заклятого врага снаружи, но принцесса схватила его за шею и толкнула вниз, прижимая к полу.

Цинь Му быстро вбежал в каюту и только было собрался закрыть дверь, как услышал громкий хлопок. Сильная дрожь охватила всё вокруг и подбросила их вверх, они барахтались в воздухе и сталкивались друг об друга!

Стоящий на корме Первый Предок выхватил из ножен меч и, собрав всю свою магическую мощь, рубанул вниз. Меч Нефритового Сияния расширился и прорвался сквозь интенсивный свет, но был мгновенно раскалён докрасна!

Первый Предок был вынужден постоянно отступать. Тем временем Чи Си использовал сокровище Этажа Подавляющих Небес — шесть божественных мечей, рубя ими божественный свет. Ему самому недоставало способностей, но мощь шести мечей была поистине высока, делая его намного сильнее.

Они объединили свои силы и, наконец, заблокировали мощь божественного глаза солнца. Интенсивное пламя и божественные лучи разделились надвое, касаясь бортов корабля и оставляя после себя два длинных сияющих следа.

В этот момент летающий корабль резко остановился. Трёхногий бог с птичьей головой и человеческим телом пролетел в божественном свете и приземлился на корме корабля.

Им оказался не кто иной, как Великий Владыка Солнца!

— Первый Предок, не забудь взять у него немножко крови! — из каюты донёсся тихий выкрик Цинь Му.

— Хватит болтать! — подавлено огрызнулся Первый Предок.

Глава 647. Падение Небес и Исчезновение Земли

— На этом древнем судне находятся последние представители аж двух династий! — высокое, крепкое тело Великого Владыки Солнца возвышалось над округой, напоминая птицу, усевшуюся в гнезде. Его три глаза открылись и посмотрели вниз, птичья голова наклонилась к Чи Си и Первому Предку. Затем, повернув взгляд в сторону каюты, он с любопытством проговорил. — Схватив вас, я смогу найти дорогу к деревне Беззаботной и одним махом разобраться со всеми выжившими прежней эпохи. Как всё просто! Кто тут хотел моей крови?

— Я!

Открыв окно, Цинь Му помахал рукой:

— Владыка Солнца, я здесь!

Великий Владыка Солнца улыбнулся в ответ:

— Ты уже мёртв.

Цинь Му поспешно потрогал своё тело, обнаруживая, что оно всё ещё было цело:

— Я всё ещё жив-здоров. Как я могу быть мёртвым?

Великий Владыка Солнца неторопливо ответил:

— В моих глазах вы, мерзавцы, уже мертвы. Я пощажу лишь двух твоих друзей, собравшихся со мной сразиться. Они нужны мне, чтобы найти деревню Беззаботную и Плавающий Мир.

Паньгун Цо без предупреждений бросился вперёд и резко захлопнул окно.

Спустя мгновение окно снова открылось, и Цинь Му высунул голову, улыбаясь:

— Но мы ведь всё ещё живы.

Зрачки Великого Владыки Солнца сузились, он ухмыльнулся:

— Очень скоро ты умрёшь.

Хлоп!

Паньгун Цо снова закрыл окно.

Заскрипев, окно открылось, и Цинь Му высунул голову наружу:

— Так почему ты твердишь, что мы уже мертвы? Мы всё ещё можем говорить, смеяться и прыгать, и твои слова — полная бессмыслица.

Великий Владыка Солнца нахмурился, один из его трёх глаз разразился потоком огня. Он намеревался убить юношу прямо сейчас.

Тот поспешно закрыл окно. Внутри каюты раздался его смех:

— Он думал, что я обделаюсь от страха, но обменявшись со мной лишь несколькими словами, сразу же потерял дар речи. Взгляните, как позеленело его лицо!

Затем в каюте прозвучали другие голоса:

— Лорд Цинь! Старший Цинь! Пожалуйста, замолчи, хорошо? Я умоляю тебя!

— Он даже уставился на меня своим глазом…

— Заткнись!

— Гроссмейстер, даже если ты упадёшь предо мной на колени и начнёшь умолять, я всё равно не послушаюсь, так почему бы тебе просто не начать ругаться, пока не полегчает?

***

Ещё до того, как божественные лучи успели вырваться из глаз Великого Владыки Солнца, Первый Предок нанёс в его сторону удар мечом. Взмахнув когтем, чтобы отбить удар, тот с насмешкой проговорил:

— Не слишком впечатляющий навык меча.

Как только его коготь столкнулся с мечом, выражение лица мужчины резко изменилось. Поспешно отдёрнув лапу, он выстрелил божественными лучами в сторону меча Первого Предка, холодно говоря:

— Хотя меч и вовсе неплохой!

Меч Нефритового Сияния почти отрубил его когти, ему повезло успеть вовремя их отдёрнуть.

Спрятав меч обратно в ножны, Первый Предок исполнил Мудру Неба и Земли чтобы заблокировать силу трёх божественных лучей. Между тем Чи Си набросился на противника. С Этажом Подавляющих Небес за спиной он размахивал шестью мечами, несясь на Великого Владыку Солнца.

Великий Владыка Солнца принял удар мудры Первого Предка голыми руками, но на его лице возникло ошарашенное выражение, как только к нему подобрался Чи Си. Поспешно взмахнув крыльями, он подлетел в воздух, уклоняясь от шести мечей и Этажа Подавляющих Небес.

Первый Предок и Чи Си выпрыгнули за борт судна, сражаясь с Великим Владыкой Солнца посреди звёздного неба.

Великий Владыка Солнца раскрыл крылья, выпуская бесчисленное количество огненных вороньих богов, которые тут же понеслись в сторону корабля. Ухмыльнувшись, он проговорил:

— Малыши в каюте, теперь вы умрёте!

Приземлившись на борт судна, вороньи боги немедленно бросились в сторону каюты. Неожиданно, её дверь широко распахнулась и наружу вышел Цинь Му с футляром в руках.

За его спиной Паньгун Цо и Лин Юйсю закрыли глаза руками, не осмеливаясь наблюдать за происходящим.

Они услышали лишь тихий звук, после которого освободилась ужасающая яростная аура, будто проснулось какое-то кровожадное существо, желающее сожрать всех вокруг!

Голова, будто созданная из нефрита, внезапно открыла свои глаза и скривилась в радостном выражении. Мембраны, соединяющие её с футляром, раскрылись будто веер и резко завибрировали!

Два луча кровавого света вырвались из её глаз, извиваясь, будто обезумевшие драконы!

В следующий миг на корабле воцарилась зловещая тишина. Несколько сотен огненных богов, которые вот-вот должны были атаковать каюту, неподвижно замерли на месте.

Два луча вернулись обратно и Цинь Му закрыл футляр. От резкого запаха крови юноша едва не потерял сознание. Его сердце резко дрогнуло.

Из каюты донеслись звуки блевания, но он не был уверен, что ему не показалось.

Огненные боги снаружи всё ещё неподвижно стояли. Внезапно, их стряхнули пульсации божественных искусств Первого Предка, Чи Си и Великого Владыки Солнца, отчего их головы отделились от тел. Соскользнув с плеч, они полетели донизу.

Раздался оглушительный грохот, с которым сотни тел одновременно упали на землю.

— Пастушок, вокруг тебя кровавый воздух! — открыв глаза, Лин Юйсю увидела кроваво-красный туман, извивающийся вокруг Цинь Му.

Юноша недоумевал. Опустив голову, он посмотрел на своё тело и обнаружил едва заметный туман, витающий вокруг него. Красный туман напоминал газ, но был неощутимым для тела. Впрочем, его можно было разглядеть невооружённым глазом, что было довольно странно.

— Ты проклят кровавым воздухом, Владыка Культа Цинь. Ты счастливчик, — улыбнулся Паньгун Цо. — Ты убил много богов. Их было несколько сотен, верно? Их духи прилипли к тебе, и теперь ты определённо умрёшь!

Цинь Му повернулся, будто собираясь открыть футляр, и Паньгун Цо поспешно скрылся, резко изменившись в лице.

«Кровавый воздух должен был прилипнуть к футляру, почему же он остался со мной? Если я не смогу его прокормить, то умру следующим?» — взволновался Цинь Му.

Он не мог разглядеть что происходило с кровавым воздухом, но слабо чувствовал связь между ним и футляром.

Внезапно кровавый воздух превратился в густой дым и двинулся в сторону межбровья юноши. Вскоре третий глаз его проглотил, не оставив и следа.

Внутри третьего глаза раздалась отрыжка.

Цинь Му ошарашенно наклонил голову в сторону. В следующий миг отрыгнул футляр, а глаз отрыгнул во второй раз. В этом мире и вправду происходило много странных вещей.

***

В мире внутри третьего глаза Цинь Му раздался злобный голос:

— Кто смеет воровать мою еду? Этот мерзавец пришёлся мне по вкусу, а ты осмелился украсть мою кровь? Я тебя съем…

Цинь Феньцин всосал кровавый воздух, будто лапшу, и отрыгнул. Затем он поднял кулак к небу и проревел:

— Кто смеет мне хамить? Как только я выберусь отсюда, я сделаю из тебя лепёшку и сожру её!

***

В звёздном небе за бортом корабля разразилась грандиозная битва. Импульсы божественных искусств отталкивали судно всё дальше и дальше.

В бою Великого Владыки Солнца, Первого Предка и Чи Си, последний орудовал тысячеэтажным Этажом Подавляющих Небес и размахивал шестью мечами. Его божественное искусство физического тела было невероятно сильным, в бою он вёл себя невообразимо яростно. Более того, скорость его атак была настолько высокой, что божественные глаза Цинь Му не могли толком их разглядеть.

У этого человека было три головы и шесть рук. Шесть его мечей были божественным оружием высочайшего уровня, а его боевые методы обладали невероятной дикостью. Скорость его навыков ближнего боя была несравнимо высокой. Тем не менее, его способности уступали Первому Предку и Великому Владыке Солнца, отчего ему пришлось полагаться на Этаж Подавляющих Небес, чтобы отбиваться от атак противника.

Тело с тремя головами и шестью руками несомненно было самым сильным видом физического тела. Для обычного человека даже одна дополнительная рука подарила бы значительное преимущество и позволила бы освоить огромное количество новых техник.

Каждая дополнительная рука накапливала и умножала силу атаки, и три его головы и шесть рук доводили все методы ближнего боя до предела!

Цинь Му вышел из каюты и встал на корме корабля. Не удержавшись от восхищения, он воскликнул:

— Достижения божественных искусств Эпохи Багрового Света не слишком высоки, но их физические тела и вправду удивительны. Каждая дополнительная рука или нога равноценна добавлению нового движения меча к четырнадцати существующим. Кажется, мы недооценивали технику Бесстрастного Сражающегося Бога, которую совершенствует Паньгун Цо!

В Великих Руинах встречалось много статуй богов с несколькими дополнительными руками или ногами. Должно быть, Эпоха Багрового Света вдохновила техники физического тела, которые совершенствовали эти боги с тремя головами и шестью руками.

Исходя из этого можно было представить, насколько высокими были достижения физического тела во времена Эпохи Багрового Света.

Тем не менее, большая часть сил Великого Владыки Солнца всё же были сконцентрированы на Первом Предке. Столкнувшись с ним в первый раз, он сразу же ощутил невероятную мощь этого противника.

Навыки мудры Первого Предка с лёгкостью отражали его атаки и несли в себе большую угрозу. Что касалось Чи Си, несмотря на то что тот доставлял много проблем, его боевая сила не была столь опасной.

Боевые методы Великого Владыки Солнца тоже расширяли горизонты Цинь Му.

Три его ноги были птичьими, на их концах сверкали острые когти. В обычном мире они были невероятно острым оружием и с лёгкостью разрезали горы и камни.

Кроме этого, у него было два крыла, хлопающих с оглушительным звуком. Их скорость была невероятно высокой, что позволяло перемещаться куда угодно, а их удары напоминали божественные ножи, разрубающие небо. Более того, они обладали безграничной огненной энергией!

Пара крыльев вибрировала, молниеносно передвигая мужчину по поле боя. Скорость Великого Владыки Солнца была настолько высокой, что Первый Предок и Чи Си не могли его догнать.

Помимо крыльев у него было две руки, активно извергающих божественно искусства. Как только Первый Предок исполнял мудру, из его ладони взлетало солнце. Взрываясь, оно наполняло небо огнём, будто настоящая звезда.

К тому же его клюв тоже был мощным оружием. Если Первый Предок или Чи Си не успеют увернуться, его удар сможет пробить в их головах дыру!

Но самыми страшными были его глаза. Навык построений, кроющийся в них, при активации мог выстреливать луч света, напоминающий луч Нефритовых Глаз Солнца, но в разы сильнее!

Три головы и шесть рук Чи Си позволяли исполнять невероятно сложные боевые техники, но навыки Великого Владыки Солнца ничем ему не уступали. С помощью пары огромных крыльев его тело могло двигаться, будто молния, а когти, руки, клюв и глаза синхронно поливали Первого Предка и Чи Си идеальными ударами. Спустя некоторое время они оба покрылись кровью от ранений.

— Если это продолжится, Первый Предок и Чи Си погибнут от его руки!

Взгляд Цинь Му замерцал, он хотел открыть маленький футляр и использовать Таинственный Нож Кази Бога, чтобы помочь им, но скорость сражения была слишком высокой. Великий Владыка Солнца носился по небу намного быстрее, чем Первый Предок или Чи Си, и выпустив божественный нож на свободу, он скорее убил бы кого-то из них.

Кроме того, существовала вероятность что нож промажет, и в таком случае он вернётся, чтобы убить Цинь Му!

Внезапно Великий Владыка Солнца подпрыгнул над Чи Си, хватая Этаж Подавляющих Небес своими тремя лапами. Подняв здание, они швырнули его в сторону.

— Дерьмо! — шокировано воскликнул Цинь Му.

При виде мчащихся на него крыльев Великого Владыки Солнца, Чи Си ужасно побледнел в лице. Он немедленно поднял свои шесть ножей, принимая удар. Его тело отлетело назад, ударяясь о чёрное пространство внизу.

Между тем Первый Предок вонзил мудру в спину Великого Владыки Солнца. Тот мгновенно покрылся многочисленными слоями перьев, блокируя её силу. Тем не менее, его всё равно вырвало кровью от сильного удара.

Повернув голову, он открыл рот, извергая поток божественного солнечного огня. Пока тот падал вниз, будто водопад, из его глаз вырвались три острых божественных луча.

Выражение лица Первого Предка ужасно помрачнело, его аура скорби начала становиться всё плотнее и плотнее. Ощутив опасность, перья на теле Великого Владыки Солнца встали дыбом.

Он решился пропустить удар ладони лишь для того, чтобы избавиться от Чи Си и сразиться с Первым Предком один на один. Способности последнего были слишком высоки, и лишь в таком случае его можно было одолеть!

Тем не менее было очевидно, что теперь Первый Предок оказался в выгодном положении. Поняв это, он сразу же решил использовать своё главное движение.

Вдали Цинь Му с мрачным лицом наблюдал за происходящим. Он тихо проговорил:

— Первая из Трёх Форм Переворачивающихся Небе, Падение Небес и Исчезновение Земли…

Три Формы Переворачивающихся Небес Первого Предка были навыками, которые Цинь Му не смог освоить. Причина этого состояла не в недостаточном понимании юноши, а в том, что для исполнения этих навыков нужно было осмелиться умереть вместе с небом и землёй!

Цинь Му не был на такое способен.

Стоя на борту летающего корабля, Цинь Му увидел, как звёздное небо поглощает яркий свет, а под ногами Первого Предка появляются сияющие райские небеса. Поднялись луна и солнце, звёзды ярко засияли, а в следующий миг небо рухнуло. Солнце и луна разрушились, а звёзды дождём посыпались вниз. В этот миг разрушение неба и земли выглядело невероятно красиво и драматично!

Спустя мгновение Цинь Му резко изменился в лице, спрятал футляр и, спотыкаясь, помчался обратно в каюту. Между тем Лин Юйсю распахнула дверь и собралась выйти наружу. Она как раз набралась смелости и решилась оценить ситуацию. Без любых объяснений Цинь Му, едва с ней не столкнувшись, забросил её на плечо будто мешок картошки и запрыгнул в здание.

Бум!

Донеслись ужасающие толчки, подбросив парочку к потолку. Летающий корабль начал яростно кружиться, от его корпуса доносился скрип и треск.

Кровь в жилах Цинь Му и Лин Юйсю застыла. Ценное сокровище Эпохи Багрового Света могло разрушиться в любой миг!

Глава 648. Враги и Недруги

Летающий корабль словно стал крохотной лодкой, бросаемой из стороны в сторону волнами разбушевавшегося моря. Внезапно окна раскрылись, а уже в следующий миг оторвались и улепетали вместе с порывом ветра.

Вьюх…

Пол начал разрушаться по кусочкам, разлетаясь в разные стороны. Цинь Му и Лин Юйсю поспешно обняли колонну в каюте, чтобы их не унесло вместе с обломками.

— Обними меня за талию! — закричал Цинь Му.

— Чего? — не расслышав, переспросила Лин Юйсю.

— Обними меня за талию…

На этот раз услышав, Лин Юйсю тут же отпустила колонну и прижалась к нему сзади, даря ему приятное ощущение в виде двух прижавшихся к спине «шариков». Однако сейчас было не время отвлекаться на такие мягкие, упругие приятности…

Цинь Му немедленно исполнил ладонью Мудру Небес и Земли — Вращающиеся Небеса Вращают Землю и Неизменное Сердце!

Мудра сформировалась, порождая сильные волновые пульсации вокруг. Между тем Цинь Му болезненно стонал, чувствуя костьми руки невероятное давление, ещё чуть-чуть и они могли сломаться, однако ему ничего не оставалось, кроме как продолжать непоколебимо держаться.

Внезапно колонна, поддерживавшая каюту, треснула, и всё строение взлетело, улетая в необъятные просторы звёздного неба.

Потрясённая Лин Юйсю поспешно обняла Цинь Му как можно крепче.

Цинь Му исчерпал все свои силы на Мудру Небес и Земли, но ему всё ещё приходилось противостоять нарастающим по силе колебаниям. Корабль до сих пор бешено вращался, голова феникса на носу уже давно отломалась, а доски палубы дребезжали и раскалывались, непрерывно разлетаясь по сторонам.

Корабль был почти полностью уничтожен.

Бабах…

Дверь в трюм корабля разлетелась вдребезги и изнутри донёсся испуганный вскрик Паньгун Цо. Услышав знакомый голос, Лин Юйсю подумала: «А он действительно сообразителен, раз спрятался в трюме корабля намного раньше нагрянувшей беды. Неужели он всё это предвидел?»

Паньгун Цо кувыркался и ударялся своей головой то об пол, то об стены. Пульсации волн резко прекратилось, но корабль продолжал безостановочно вращаться.

Цинь Му скрестил руки, превращая мудру в Определяющие Пять Составляющих Огня, Ветра, Земли и Воды, и спустя мгновение корабль начал постепенно останавливаться. Его лицо было красным, словно помидор, а кожа практически потрескалась, но ему всё же удалось стабилизировать корабль.

Он рассеял Мудру Небес и Земли, чувствуя дрожь в ногах. Его руки свело судорогой, отчего у него получалось поднять их, а его талия, казалось, вот-вот разделится надвое. Ему было так больно, что он еле как дышал.

Корабль потерпел крушение. Его мачта была переломлена, а голова феникса и три пары крыльев из шести полностью утеряны. Паруса были полны дыр, в то время как от каюты не осталось и следа. Воздух стремительно утекал из-за повреждённой вокруг оболочки жизненной Ци.

Цинь Му с трудом зашагал прямо к оболочке жизненной Ци, чтобы залатать разрыв. Через некоторое время он вздохнул с облегчением:

— На время сойдёт. Интересно, как там Первый Предок? Сестра Юйсю, ты уже можешь отпустить меня.

Лин Юйсю покраснела и быстро ослабила хватку. Пока Цинь Му подходил к оболочке жизненной Ци, она прижималась к его спине, крепко обнимая.

Цинь Му испытывал ноющую боль по всему телу, но всё же попытался узнать их местоположение и увидел, что они находятся в незнакомом звёздном небе, в котором нет разницы между верхом и низом. Казалось, тут не существовало такого понятия, как шесть направлений, и когда он смотрел вдаль, то не видел поле боя Первого Предка и Великого Владыки Солнца!

Он не только не мог разглядеть поле боя, но даже не видел солнца, вокруг которого вращался летающий корабль!

Цинь Му почувствовал, как холодок страха пробежал по спине. Он поспешно схватил бусины мудрости на шее и дважды потёр их. Собравшись с мыслями, он громко произнёс:

— Нам лучше не передвигаться наугад, куда глаза глядят. Мы должны оставаться на месте и ждать, пока Первый Предок или Чи Си найдут нас.

Оглядевшись, Лин Юйсю пробормотала:

— Что, если они не смогут? Что, если у нас закончится воздух до их прихода?..

Цинь Му достал из своего мешочка таотэ пучок лекарственных семян и немного земли. Он разбросал семена по земле и выполнил технику создания Земного Эона, наблюдая, как лекарственные семена проросли, продолжив стремительно расти.

Вскоре на оставшейся палубе корабля появился пышный сад.

Он раскрыл ладонь и над ней появился солнцеподобный шар пламени, питающийся от его Ци чистого Ян. Таким образом он планировал осветить зелёные травы. Его Ци чистого Ян была намного плотнее, чем у других, потому что во время путешествия в прошлое сорока тысячелетней давности он встретил умершего в Эпоху Высшего Императора бога, который подарил ему два следа божественной Ци — чистого Ян и чистой Инь.

После создания маленького солнца в одной руке, Цинь Му создал другой рукой маленькую луну и тихо проговорил:

— Я надеюсь, что протяну какое-то время.

Паньгун Цо выполз из трюма и перед его глазами предстал только что выращенный маленький сад. А когда он заметил, как Цинь Му направляет излишки земли в свой мешочек таотэ, воскликнул:

— Владыка Культа Цинь, у тебя с собой даже земля есть?

— Я приготовил её на случай непредвиденных обстоятельств, — Цинь Му выпустил из ладоней маленькие солнце и луну, и они закружились вокруг травяного сада. — Я боялся, что не смогу вырастить травы, если вдруг окажусь в слишком пустынном месте, поэтому решил припасти немного земли. Конечно, я не ожидал, что мне придётся использовать её именно при таких обстоятельствах.

Паньгун Цо застыл со странным выражением лица, прежде чем вздохнуть:

— Теперь я понимаю, почему не могу убить тебя…

Всё ещё чувствуя адскую боль по всему телу, Цинь Му показал милую улыбку и сказал:

— Ты никогда не побеждал меня даже в сражениях, что уж тут говорить об убийстве.

Лицо старого монстра в теле юноши резко помрачнело, и он замолчал, боясь даже пошевелиться.

Цинь Му на мгновение призадумался:

— Трое определённо будут использовать больше воздуха, чем двое. Значит…

Выражение лица Паньгун Цо резко изменилось, и он собирался сорваться с места, как вдруг корабль резко встряхнуло. Троица одновременно обернулась и от увиденного моментально побледнела…

Великий Владыка Солнца, покрытый с ног до головы ранениями, стоял на корме корабля. Его нога и крыло были сломаны, два из трёх глаз, казалось, ослепли, а в теле зияла дыра. В общем выглядел он крайне жалко.

— Кх, кх… — он зашёлся сильным кашлем и выплюнул пылающую мокроту, продолжившую гореть даже после приземления на палубу. Та часть корабля, куда она попала, моментально воспламенилась. Поморщившись от боли, он глубоко вздохнул. — Какое же сильное Божественное Искусство Императора-Основателя… — кровь непрерывно вытекала из его тела, и он усмехнулся. — Он почти лишил меня жизни, почти… Что же я тогда сказал? Ах да, ты покойник.

Оставшийся зрячий глаз открылся и в нём, казалось, зажглось огромное солнце, разжигая божественный огонь!

Цинь Му тут же схватил маленький футляр и открыл его безо всяких предупреждений. Два росчерка кровавого света устремились к врагу, обрушившись на него!

Изодранные крылья Великого Владыки Солнца внезапно раскрылись и, накрыв его с головой, отгородились от двух яростно пляшущих вокруг него всполохов. Его перья разлетались во все стороны, а кровь с новыми силами забилась наружу.

— Агх… — из-под перьев донёсся удивлённый, но яростный голос бога.

Сердце Цинь Му сдавило чувство отчаяния. Таинственный Нож Казни Бога не смог убить тяжелораненого Великого Владыку Солнца, и он не знал, удалось ли выжить Первому Предку Императоров Людей.

Две полосы кровавого света, не достигнув цели, повернули назад и футляр захлопнулся.

— Без Сцены Казни Бога Таинственный Нож Казни Бога бессилен против меня, — Великий Владыка Солнца расправил крылья, из которых на палубу лилась кровь, мгновенно воспламеняя её. Чуть погодя божественный огонь полностью охватил корму.

Воздух быстро иссякал, и Цинь Му с Лин Юйсю вскоре обнаружили, что им трудно дышать.

Великий Владыка Солнца тяжело дышал, плетясь вперёд:

— Голова сильного практика Императорского Трона нуждается в Сцене Казни Бога, чтобы продемонстрировать свою безупречную убивающую мощь. Жаль, что у тебя её нет. Ну, пора заканчивать…

Внезапно корабль тряхнуло, и Великий Владыка Солнца, казалось, застыл. Откинув голову назад, он увидел стройную фигуру, купающуюся в пламени, с божественным мечом в руке, смотрящим своим концом к палубе.

Божественный огонь мгновенно погас. Остались только лужи золотой крови.

— Как ты выжил? — с отразившемся в уцелевшем глазу ужасом, Великий Владыка Солнца сделал несколько шагов назад, как вдруг он взмахнул крыльями и взмыл вверх.

Улетая прочь лучом света, он жалобно кричал от боли в крыльях.

Крайне бледный Первый Предок распростёр руки и, хлопнув в ладоши, тихо обронил:

— Создание Зелёной Жизненной Силы!

Корабль вдруг стал напоминать высохшее дерево, встретившее живительную весну. Деревянная конструкция корабля быстро проросла саженцами, которые в мгновение ока выросли в огромные, высокие деревья.

Со стороны могло показаться, словно из ниоткуда появился первобытный лес!

Корабль превратился в крохотную планету. Деревья росли во всех направлениях, пока они одиноко летела среди звёздного неба.

Первый Предок встал перед Цинь Му и Лин Юйсю и равнодушно сказал:

— Друг Дао Чи Си, сколько ты ещё собираешься прятаться? Если бы ты мне помог, мы смогли бы убить Великого Владыку Солнца, не дав ему сбежать.

Чи Си внезапно появился на носу корабля, волоча за собой Этаж Подавляющих Небес. Три его лица и шесть глаз уставились на мужчину напротив:

— Не начинай, я тоже тяжело ранен. Если бы мы завязали с ним бой на смерть, то я бы, скорее всего, погиб. Поскольку он сбежал, то уже не посмеет вернуться. А даже если всё же попытается — попросту не сможет догнать. Мы уже достигли нашей цели, поэтому нет необходимости рисковать нашими жизнями. Настолько тяжелы твои раны?

Тон Чи Си казался немного заинтересованным, а не обычной формой вежливости, и Цинь Му почувствовал страх: «Его вопрос в данный момент неуместен. Он определённо замышляет что-то плохое! Если он убьёт Первого Предка, Багровый Свет с лёгкостью захватит Вечный Мир. Чи Си показал своё убийственное намерение!»

Чи Си был готов к альянсу с Вечным Миром только из-за Первого Предка. Только он мог объединить Вечный Мир с Династией Богов Багрового Света. Но если бы он вдруг скончался, в альянсе не было бы никакого смысла.

Можно было просто захватить Вечный Мир!

Первый Предок сказал:

— Насколько тяжелы? Подойди и узнай сам, если сможешь.

Цинь Му схватил маленький футляр и с улыбкой произнёс:

— Старший Чи Си, мы всё ещё в альянсе. Ссориться нехорошо.

Чи Си зыркнул на маленький футляр и неожиданно улыбнулся:

— Да, ты совершенно прав. Я просто беспокоюсь и не хочу причинить вреда. Ученик, подойди сюда.

Паньгун Цо подошёл и приглушённым голосом предложил:

— Первый Предок тяжело ранен. Если нам удастся захватить Таинственный Нож Казни Бога, мы сможем сделать с ними что угодно!

Чи Си покачал головой:

— Я знаю, что его раны очень серьёзны, но у меня тоже не простые синяки. Я не уверен, что совладаю сейчас с Таинственным Ножом Казни Бога. Давай подождём, пока моё тело восстановиться.

Цинь Му провёл осмотр присевшему Первому Предку и слегка нахмурился. Его раны были чрезвычайно серьёзными, отчего он напоминал фарфоровую вазу, собирающуюся вот-вот треснуть. Причём все они были нанесены Тремя Формами Переворачивающихся Небес, божественным искусством с невероятной мощью саморазрушения.

Цинь Му не знал, сколько движений совершил Первый Предок, но раны на его теле и исконном духе были очень тяжёлыми. Даже его божественные сокровища и райский дворец в конце божественного моста прилично потрескались.

Цинь Му как-то лечил Имперского Наставника после битвы с Нефритовым Владыкой, и тот случай стал для него, как лекаря, самым сложным. Однако в то время Имперский Наставник не повредил свой райский дворец…

Первый Предок же был ранен везде, где только можно.

К тому же он ещё не мог послать исцеляющую энергию в райский дворец, так как никогда не практиковался и не обучался этому.

«Я могу обойтись и так. Сначала мне нужно позаботиться о других его ранах, а уже потом подумаю, что делать с райским дворцом», — Цинь Му передал маленький футляр Лин Юйсю и показал ей, как активировать и высвобождать Таинственный Нож Казни Бога.

— Если Чи Си подойдёт, сразу же открывай футляр, — тихо приказал он. — Без колебаний!..

Лин Юйсю слегка кивнула и крепко обняла футляр, мысленно повторяя инструкции.

Цинь Му глубоко вдохнул и начал собирать травы для приготовления духовных пилюль!

Глава 649. Глазастые Монстры

«Как мне вылечить его райский дворец?»

Цинь Му вылечил физическое тело Первого Предка, после чего потратил ещё два дня на приведение его божественных сокровищ в порядок. Несмотря на то, что его физическое тело выздоровело, цвет его лица не изменился, и он часто терял сознание.

Причина этого состояла в том, что ранения его исконного духа и райского дворца были слишком серьёзными, и Цинь Му был не в силах что-то с этим поделать.

Целитель передал ему свои медицинские знания и опыт. Он умел лечить сильных практиков области Божественного Моста и тех, кто ещё не достиг Южных Небесных Врат. Тем не менее, ранения области богов и райского дворца выходили за пределы знания старика.

Более того, серебряная игла не могла достичь райских дворцов, что делало направление лекарственной энергии огромной проблемой. Кипящая или паровая ванна не принесли бы нужного результата, ведь тоже не могли проникнуть в райский дворец. Что касалось духовных пилюль и чудесных лекарств, их энергия не могла самостоятельно добраться к цели.

Исконный дух Первого Предка уже находился не в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, а в райском дворце. По приблизительной догадке Цинь Му, совершенствование мужчины достигло Сцены Казни Бога или Нефритовой Столицы. Тем не менее, чтобы определить его более точно требовалось добраться в райский дворец.

Состояние Первого Предка было до боли плачевным, он больше не мог высвободить свой исконный дух для лечения. Из-за этого Цинь Му оставалось лишь пытаться попасть внутрь райского дворца.

«Я могу превратиться в тень, чтобы проникнуть в его божественные сокровища и подтолкнуть лекарственную энергию, но мне не удастся пройти сквозь Южные Небесные Врата!» — думая в таком ключе и тщательно всё рассчитывая, Цинь Му нервно ходил вокруг Первого Предка. Южные Небеса были очень важным проходом, преодолев который человек становился истинным богом. Чтобы сделать это, исконному духу требовалось владеть силой истинного бога.

Несмотря на то, что в Великих Небесных Дьявольских Рукописях содержались всевозможные техники, какими сложными бы они не были, они все подчинялись базовым законам и их возможности ограничивались областью совершенствования.

Совершенствование Цинь Му было очень далёким от того, чтобы позволить ему пройти через Южные Небесные Врата!

Первый Предок снова потерял сознание, погружаясь в странные сны. Он непрерывно бормотал в бреду:

— Я согрешил…

— Я больше не сбегу…

— Я пришёл искупить свою вину…

— Простите…

****

Цинь Му нахмурился. Подобная потеря сознания была чрезвычайно плохим сигналом, ведь она свидетельствовала о том, что исконный дух Первого Предка начал разрушаться. Больше нельзя было откладывать лечение. Он должен как можно скорее направить лекарственную энергию в райский дворец!

— Я не могу пройти через Южные Небесные Врата, но есть что-то, что сможет!

Цинь Му немедленно занялся приготовлением пилюль для лечения ранения исконного духа. Создав огромное количество лекарств, он схватил их, приказывая Лин Юйсю:

— Сестра Юйсю, я собираюсь вылечить ранения Первого Предка. Оставайся здесь и остерегайся Чи Си!

Девушка кивнула, нервно держась за маленький футляр.

Внезапно тело Цинь Му превратилось в тень и проникло в межбровье Первого Предка. Пролетев мимо божественных сокровищ Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений и остальных, он вскоре добрался к божественному мосту.

Стоя у божественного моста Первого Предка, он видел перед собой свет, напоминающий радугу. Между тем внизу под ним находились другие божественные сокровища, переплетённые между собой. Под Шестью Направлениями виднелась тьма Юду, в которой находилось божественное сокровище Жизни и Смерти.

Собравшись с мыслями, Цинь Му двинулся в сторону дворца на противоположной стороне моста, к райскому дворцу Первого Предка. Шагая вперёд, он был не в силах сдерживать удивления, обнаруживая, что его божественный мост был совершенно цел и не повреждён. Он никогда не был разрушен!

Божественные мосты всех практиков божественных искусств Вечного Мира были разрушены. Даже после использования Секретов Сорочьего Моста и Загадочного Путеводителя оставалась обрушенная часть, для преодоления которой требовалось овладеть Секретами Божественного Перехода.

Божественный Мост Первого Предка был безупречен.

«Он действительно такой же, как и я. Мы оба потомки Императора-Основателя и наши божественные мосты не разрушены», — с такими мыслями Цинь Му продолжал шагать по мосту и спустя длительное время добрался к его противоположному краю. Прямо перед ним до самых небес возвышались величественные и громадные Южные Небесные Врата.

Они были дверью в райский дворец. Тучи вокруг них имели формы козлиных рогов, драконов, красных птиц и чёрных черепах, а на их поверхности виднелись символы молнии, ветра и всяческие другие.

Огромное строение давило на Цинь Му своим ужасным весом, и он понимал — если попытается через них пройти, его исконный дух не выдержит давления и разрушится!

Собравшись с мыслями, он достал свой мешочек и, порывшись в нём, достал пару нефритовых глаз — Нефритовые Глаза Луны и Солнца.

Немного поразмыслив, Цинь Му стиснул зубы, исполняя технику Природы Десяти Тысяч Душ в попытке наделить глаза разумом!

Его достижения в этой технике были не слишком высокими, ведь он не очень тщательно изучал её, из-за чего не был слишком уверен в успехе.

Спустя долгое время пара нефритовых глаз всё ещё не подавала признаков жизни. Цинь Му нахмурился, собираясь снова исполнить технику Природы Десяти Тысяч Душ, как вдруг из двух глаз раздались щёлкающие звуки. В следующий миг те отрастили по паре тонких ног и рук, что тоже сопровождалось характерными щелчками. Между тем один из глаз выпрями спину и вскрикнул:

— Я сейчас умру от смеха! Брат, брат, не задохнись!

Цинь Му ошарашенно уставился на Нефритовый Глаз Солнца, катающийся по земле от смеха. Придерживая свой огромный глаз двумя тоненькими руками, он смеялся, не в силах совладать с собой. Нефритовый Глаз Луны тоже заходился, неистово стуча руками по земле…

— Он думал, что не смог нас пробудить, и пытался сделать это ещё раз! — два огромных глаза продолжали кататься по земле.

— Хорошо, хватит! — мрачно гаркнул Цинь Му. — Хватит смеяться… Откроете рты снова, и я верну вам ваши прежние формы!

Два нефритовых глаза тут же закрыли рты и поднялись на своих тоненьких ногах:

— Кажется, наши ноги слишком тоненькие. Меня не покидает чувство, что они в любой момент могут сломаться.

Нефритовый Глаз Солнца опустил свою огромную «голову» и попытался посмотреть на свои ноги, но разве у него это могло получиться?

Хлоп!

Нефритовый Глаз Солнца перевернулся и покатился вперёд, остановившись лишь после нескольких десятков кульбитов. Невероятно радуясь этому зрелищу, Нефритовый Глаз Луны разразился смехом, снова падая на землю.

Ладони Цинь Му задрожали от злости, и он резко выдернул несколько волосков из своей реденькой бородки, крича:

— Вы достаточно наигрались? Я призвал вас не для того, чтобы вы дурачились!

Два нефритовых глаза немедленно поднялись на ноги, повинуясь.

Цинь Му достал приготовленные пилюли и чудесные лекарства и завернул их в огромный мешок:

— Когда войдёте в эту дверь, отнесите эти лекарства к исконному духу Первого Предка и катализируйте их лечебную энергию.

Юноша уже собирался отдать пилюли двум нефритовым глазам, когда внезапно его осенило: «Кажется, моя техника Природы Десяти Тысяч Душ ещё недоведена до идеала, и всё, что я призываю, оказывается не слишком надёжным. Сундук, которого я оживил, был помешан на собирании трупов и костей, а песчаный гигант умел только рычать. Его скорость тоже оставляла желать лучшего».

Немного поразмыслив, он достал одну духовную пилюлю и скомандовал:

— Попробуйте катализировать её лекарственную энергию.

Внезапно Нефритовый Глаз Луны выстрелил лучом света, разрубая пилюлю на две половинки.

До того, как Цинь Му успел отреагировать, из зрачка Нефритового Глаза Солнца вырвался поток огня, превращая останки пилюли в пепел.

— Катализировать лекарственную энергию нужно по-другому, — терпеливо ответил юноша. — Вы, ребята, являетесь чистыми Инь и Ян. Вы должны работать вместе, и тогда у вас всё получится. Давайте я вам покажу.

Юноша достал пилюлю, в то время как его глаза резко изменились. Левый глаз превратился в чистый Ян, а правый в Инь, одновременно выстреливая в пилюлю двумя лучами света. Лечебная энергия пилюли мгновенно освободилась, наполняя округу резким ароматом.

— Попробуйте снова, нужно работать сообща!

Два нефритовых глаза снова превратили пилюлю в пепел. Цинь Му пришлось терпеливо учить их, помогая контролировать свою силу. После нескольких попыток им удалось лишь раз добиться успеха.

Цинь Му заставил их попробовать ещё несколько десятков раз, постепенно увеличивая шанс успеха. Наконец он облегчённо вздохнул:

— Сорок-пятьдесят процентов успешных попыток это хороший показатель. Когда придёте, используйте по одной пилюле на раз. Не пытайтесь катализировать всё сразу. Если провалитесь, вся работа пойдёт впустую. Не смейте дурачиться! Вы должны катализировать лекарственную энергию, а не то я побью вас так, что вернётесь в свою прежнюю форму!

Нефритовый Глаз Луны забросил огромный мешок себе на спину, и парочка отправилась в сторону Южных Небесных Врат. Достигнув их, они на мгновение замерли, прежде чем войти внутрь.

Наблюдая за ними, Цинь Му не мог сдержать волнения.

Внезапно Нефритовый Глаз Солнца проговорил:

— Идти пешком слишком долго. Давай катиться!

— Давай!

Широко раскрыв глаза, Цинь Му уставился на парочку нефритовых глаз, катящихся в сторону райского дворца. Не в силах держать себя в руках, он обливался холодным потом. К счастью, огромный мешок не разорвался.

— Ненадёжные, ненадёжные. Почему те, кого я призываю, всегда такие…

Цинь Му замер. Два нефритовых глаза быстро катились вперёд, время от времени сталкиваясь и подбрасывая друг друга в воздух. Их радость не знала границ, в то время как он продолжал обливаться холодным потом. Спустя некоторое время они исчезли вдали, откуда продолжали доноситься звуки столкновений. Иногда в небо подлетал огромный шар, подброшенный пинком своего брата.

После длительного ожидания Цинь Му увидел, что пара глаз добралась к Сцене Казни Бога. В том месте, окутанным сильной аурой, на коленях стоял мужчина, голова которого вот-вот должна была упасть с плеч. В воздухе парил нож, раз за разом падающий на его шею.

Голова мужчины была почти отрублена, его смерть была близкой.

Два глаза переглянулись:

— Должно быть, мы на месте? Этот человек хочет умереть?

— Если он сам хочет умереть, то мы не сможем его спасти. Возвращаемся.

Два нефритовых глаза начали катиться с горы, когда внезапно остановились:

— Мастер сказал, что вернёт нас в старые формы, если мы не освободим лекарственную энергию. Мы умрём, если вернёмся.

Они снова покатились назад, вскоре добравшись к Сцене Казни Бога. Нефритовый Глаз Луны открыл мешок и достал духовную пилюлю, после чего парочка использовали Ци чистого Инь и Ян, катализируя её энергию.

Успешно использовав более десятка пилюль и испепелив около восьми, они исчерпали своё терпение. Нефритовый Глаз Солнца предложил:

— Почему бы нам не использовать все сразу? Просто скажем мастеру, что мы закончили!

— Давай!

Нефритовые глаза парочки широко открылись от волнения. В следующий миг два луча света ударили в мешок!

****

Лин Юйсю охраняла Первого Предка, начиная понемногу волноваться. С тех пор, как Цинь Му превратился в тень и вошёл в божественные сокровища Первого Предка, прошло довольно много времени. Она понятия не умела, увенчается ли его попытка успехом.

Более того аура Первого Предка постепенно ослабевала. Было очевидно, что его состояние ухудшается.

Внезапно Лин Юйсю поднялась, пристально смотря на шагающего ей навстречу Паньгун Цо. Приближаясь к ней, тот сиял в улыбке:

— Принцесса Юйсю, как там Первый Предок? Я тоже искусен в искусстве лечения, может быть я в силах помочь?

Схватив маленький футляр, девушка спокойно ответила:

— Не стоит беспокоиться, медицинские знания пастушка намного лучше твоих.

С другой стороны послышались шаги Чи Си, который, подойдя, неторопливо проговорил:

— Девочка, медицинские знания маленького друга Циня и вправду высоки, но каким бы хорошим он не был, ему не удастся доставить лекарственную энергию в райский дворец. Если затянуть лечение, Первый Предок определённо умрёт. Только я могу его спасти.

Цок.

Лин Юйсю приоткрыла футляр, отчего сердце Чи Си резко дрогнуло. Он нервно замер и напряг мышцы, готовясь в любой момент отпрыгнуть, чтобы увернуться от Таинственного Ножа Казни Бога.

Его вторая голова посмотрела на Паньгун Цо. Тот сделал шаг вперёд, начиная топтать травяной сад. Наступая на всё подряд, он постепенно уничтожал растения.

Он пытался отвлечь Лин Юйсю.

Цинь Му посадил огромное количество трав для лечения ранений Первого Предка. Если их уничтожить, вылечить его будет невозможно!

Но как только Лин Юйсю отвлечётся, Чи Си воспользуется шансом украсть маленький футляр!

В таком случае они смогут делать с Первым Предком, Цинь Му и Лин Юйсю всё, что захотят!

На лбу девушки проступили вены, она продолжала смотреть на Чи Си. Стиснув зубы, она тихо проговорила:

— Гроссмейстер, ты тоже потомок рас, спасённых Первым Предком. Где твоя благодарность?

Паньгун Цо удивился, прежде чем улыбнуться до ушей и ответить:

— Я невероятно злобный человек, от которого хочет избавиться весь мир. Если бы Первый Предок знал, что у него будет такой потомок, он определённо не стал бы нас спасать! Я не испытываю ни капли благодарности!

Чи Си бросил на него взгляд, но Паньгун Цо на мгновение заколебался, прекратив шагать вперёд:

— Я отравил миллионы своих сородичей в прерии, откуда у такого как я благодарность за поступок Первого Предка? Я не…

Чи Си посмотрел на него снова.

Стиснув зубы, Паньгун Цо зашагал вперёд. Взгляд Лин Юйсю всё ещё был прикован к Чи Си, когда она сердито прокричала:

— Ты не боишься, что я использую Таинственный Нож Казни Бога и убью тебя?

Паньгун Цо шагал со сложным выражением лица. Он медленно подошёл к спине Лин Юйсю и осторожно протянул руки, собираясь выхватить футляр.

Девушка больше не могла не обращать на него внимания. Ударив ногой, она стукнула парня по лбу, отчего тот отлетел назад и бессознательно распластался на земле.

— Ты бесполезный! — Чи Си впал в ярость. Воспользовавшись возможность, он тут же набросился на Лин Юйсю, собираясь её убить. В этот миг Первый Предок безо всякого предупреждения поднялся с места, вынуждая встревоженного Чи Си поспешно развернуться и скрыться в лесу.

— Я спасу тебя, — лицо Первого Предка имело желтоватый оттенок. — Каким бы злым ты ни был, я спасу тебя, ведь ты один из последних представителей человеческой расы.

Паньгун Цо упал на колени и несколько раз энергично поклонился Первому Предку. В следующий миг его тело превратилось в облако чёрного дыма и бесследно исчезло.

Лин Юйсю наконец смогла расслабиться. Её ноги подкосились, и она с хлопком уселась на землю. Посмотрев в том направлении, куда скрылся Паньгун Цо, она произнесла:

— Он не мог потерять сознание от моего пинка. Неужели в нём всё-таки осталось немного человечности?

В этот момент из межбровья Первого Предка вылетел Цинь Му:

— Человечность? У него она может быть? Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 650. Секреты Высшего Императора

Первый Предок всё ещё пребывал в крайне ослабленном состоянии. Несмотря на то, что два огромных глаза были весьма ненадёжны, они хорошенько преуспели в катализе всех духовных пилюль за один раз, благодаря чему многие раны его исконного духа исцелились, помогая тому избежать попадания Таинственного Ножа Казни Бога на Сцене Казни Бога.

Конечно, Цинь Му ничего не знал об этом. Если бы он был в курсе, он определённо преподал бы этим двум негодникам урок.

Первый Предок шатко поднялся, слегка покачиваясь. Раны его тела уже зажили, но его исконный дух и райский дворец всё ещё имели серьёзные повреждения. К счастью, его жизнь больше не находилась на волоске от смерти.

— Чи Си не так сильно ранен, как я. Сейчас его способности намного выше моих. Боюсь, я не смогу защитить тебя, — слабым голосом, произнёс Первый Предок.

Цинь Му, казалось, это не особо волновало:

— Даже если он знает, что ты слабее, он не посмеет напасть на тебя. Слишком уж рискованно. А когда твои раны полностью заживут, то и говорить не о чем.

Первый Предок покачал головой:

— Я беспокоюсь не о нём, а о плавучем мире. Ты уверен, что сможешь исцелить меня до того, как мы попадём туда?

Цинь Му призадумался. Он действительно не был уверен, что сможет исцелить Первого Предка за несколько месяцев. Травмы исконного духа были чрезвычайно сложными, и у него не было достаточного опыта, когда дело доходило до травм райского дворца. Более того, на этом полуразрушенном корабле было не так уж много духовных трав, что же до его мешочка таотэ — хотя в нём хранилось приличное количество лечебных трав, ему по-прежнему недоставало нескольких очень важных ингредиентов.

Если он хотел исцелить Первого Предка, то должен отправиться в плавучий мир и уже там закупиться недостающими травами.

— Три Формы Переворачивающихся Небес наносят тебе слишком большой вред. С этого момента ты не должен ими пользоваться, — проинструктировал Цинь Му.

Первый Предок покачал головой:

— Я не хочу, чтобы Небесный Наставник по-прежнему считал меня дезертиром.

Цинь Му был ошеломлён. Лишь однажды став дезертиром, ты остаёшься с этой репутацией навечно — это и правда немного жестоко.

— Сказав, что ты армейский дезертир, может быть Небесный Наставник имел в виду что-то другое и это не имеет никакого отношения к той ситуации? — Цинь Му задумался, догадываясь о намерениях Святого Дровосека. — После того как ты дезертировал, ты продолжал скрываться двадцать тысяч лет и ни разу не взглянул в лицо реальности. Ты ушёл в уединение и избегал мира смертных. Ты потратил своё время впустую, не работал над собой и не делал ничего полезного, не говоря уже о каких-то успехах. Ты даже своего ученика не обучил как следует. Он не будет держать на тебя зла только потому, что ты однажды сбежал. Он не может простить тебя за то, что ты сбежал на двадцать тысяч лет.

Первый Предок впал в оцепенение.

Цинь Му больше ничего не сказал, посмотрев на затоптанный сад. Посаженные в нём травы всё ещё можно выращивать с помощью техники Создания Земного Эона, но помимо них, ему всё ещё не хватало многих других. Его мешочек таотэ выпучивался в разных местах из-за катающихся внутри двух нефритовых глаз, поэтому он выпустил их наружу. Они приземлились на землю, прижали костлявые руки к бокам глаз и принялись осматриваться по сторонам.

— Брат, брат! Это та малышка! — Нефритовый Глаз Луны бросил взгляд на Лин Юйсю, взволнованно лепеча. — Это одна из двух девушек, которые нас нашли!

Два глаза загорелись, с вожделением уставившись на Лин Юйсю, и только вдоволь насмотревшись, они удовлетворённо отвели взгляд.

Между тем Лин Юйсю с удивлением рассматривала глаза. Осторожно обойдя их, она остановилась рядом с Цинь Му и спросила:

— Техника Природы Десяти Тысяч Душ?

Цинь Му кивнул.

— Зачем ты пробудил их дух? — вновь спросила Лин Юйсю, прежде чем тихо добавить. — Они очень мощные. Даже обычные боги не смогут защититься от них. Если они взбунтуются, мы не сможем их удержать. Кстати, они знают, что они очень сильные?

Цинь Му покачал головой и прошептал:

— Они всё ещё боятся, что я верну им их первоначальную форму.

Лин Юйсю вздохнула с облегчением, затем что-то вспомнила и снова спросила:

— Знают ли они, что они глаза таотэ? После того, как ты пробудил сундук, он был очень похож на таотэ и всегда намеревался что-нибудь слопать. Он даже с цилинем обращался как с трупом и пытался съесть его несколько раз.

— Этого я не знаю. Они выглядят очень невинными.

Два нефритовых глаза болтали, вращаясь то тут, то там. Они не знали, о чём сплетничают за их спинами.

Лин Юйсю подошла к ним и с улыбкой поинтересовалась:

— Отныне вас будут звать Сяо’ян и Сяо’инь, хорошо?

— Ладно! — хором выкрикнули в ответ глаза. — Малышка!

Лин Юйсю вернулась к Цинь Му и прошептала:

— Эти ходячие глаза не выглядят такими уж невинными. Они только что назвали меня «малышка».

Два глаза побежали в густой лес, а уже через мгновение тот загорелся. Лин Юйсю поспешно всучила маленький футляр в руки Цинь Му и побежала к горящим деревьям. Её жизненная Ци превратилась в водяных драконов, мгновенно погасив огонь.

Два огромных глазных монстра стояли там, выглядя очень довольными:

— Я говорил тебе, что мы сможем заманить малышку таким способом!

— Братец, ты гений!

Разъярённая Лин Юйсю, не теряя времени, потащила глазастых за их тощие ноги и швырнула их перед Цинь Му:

— Эти два негодяя чуть не сожгли весь лес! Если бы их затея увенчалась успехом, мы бы все умерли! Верни их в первоначальную форму и спаси нас от лишних неприятностей!

— Самая лучшая тетя на свете, пожалуйста, сохрани нам жизнь… — два огромных глаза стояли на коленях, уткнувшись в пол.

— Они ещё нужны мне, — обеспокоено заговорил Цинь Му, — чтобы доставить лекарство в райский дворец Первого Предка, так что я пока не могу их убить…

— Тогда я запишу, что им ещё придётся отрабатывать эту шалость. Если вы двое снова набедокурите — голову с плеч! — взревела Лин Юйсю.

Два глазных монстра прижались друг к другу, их глаза были полны страха.

— Вроде как у нас голов то даже нет…

— Замолчи, быстро! Ещё не хватало, чтобы она это обнаружила. Если ты ей скажешь об этом, она нам глаза выколет!

Цинь Му оставил их в покое и продолжил готовить лекарства. Когда лекарственная энергия в теле Первого Предка была истощена, он заставил два глаза совершить очередное путешествие, а сам отправился на корму корабля и подробно осмотрел кровь, оставленную Великим Владыкой Солнца.

Великий Владыка Солнца был тяжело ранен, из-за чего его божественная кровь постоянно вытекала и немедленно воспламенялась, касаясь палубы. Меч Ци Первого Предка в конце концов погасил огонь, но в ней всё ещё оставалась божественная сила. Время от времени вспыхивали прекрасные руны, выглядящие, честно говоря, по-настоящему изумительно.

Цинь Му побаивался притронуться к крови. В этот момент к нему приковылял Первый Предок, вытащил меч и протянул его:

— Держи меч, попробуй…

Цинь Му взял меч Нефритового Сияния. Ему впервые довелось осмотреть его с такого близкого расстояния…

Меч был оружием принца, которое использовалось для защиты и охраны. Обладая необычайно ужасающей мощью, он выглядел несравненно ярким, словно это был сам свет, просто в форме меча. Свет был так ярок, что казалось у меча нет конца.

Если кратко — поистине тонкая, искусная работа. Подобный стандарт мастерства ковки был высотой, которую даже немой не мог достичь!

Внезапно Цинь Му достал меч Беззаботный и сравнил его с мечом Нефритового Сияния. Беззаботный выглядел намного проще, не пылал даже крупицей божественной силы, да и не светился, подобно собрату. Беззаботный был похож на обычное божественное оружие, выкованное из обычного божественного металла, отчего казалось, что его изготовили без использования сверхглубокого, непостижимого мастерства ковки.

— Твой меч… — разум Первого Предка слегка дрогнул. — Дай мне взглянуть!

Цинь Му протянул ему меч Беззаботный.

Первый Предок безостановочно крутил меч в руках, изучая его. Через некоторое время на его лице застыло ошеломлённое, затуманенное выражение, и он спросил хриплым голосом:

— Кто дал тебе его?

— Мой отец, — ответив, Цинь Му окунул кончик меча Нефритового Сияния в кровь Великого Владыки Солнца, прежде чем поднести его к себе. С закружившимися в глазах построениями он рассматривал каплю крови бога Светлыми Глазами Небес, продолжая говорить. — Он подписал Соглашение Графа Земли с Владыкой Сатурна, поэтому он не может со мной видеться. Он дал мне этот меч в знак памяти.

Первый Предок спросил:

— Ты знаешь имя этого меча?

— Меч Беззаботный. Впервые заполучив его, я увидел на нём слово «Беззаботный», — Цинь Му осторожно постучал по крови Великого Владыки Солнца. Меч Нефритового Сияния подавил божественную мощь капли крови, однако после этого стука она немедленно расширилась и превратилась в кровавый шар радиусом в три метра.

Пять пальцев Цинь Му легонько поочерёдно постукивали по кровяному шару, отчего тот непрерывно расширялся и становился всё больше и больше, пока, наконец, не превратился в огромный, стометровый вращающийся красный шар!

— Меч Беззаботный… — Первый Предок мягко улыбнулся и тихо продолжил. — Сейчас он называется Беззаботным. Да, действительно беззаботный…

Цинь Му собрался с мыслями, а уже в следующий миг построения в его глазах яростно закружились. Он пытался увидеть мельчайший атом в этом кровяном шаре.

— Первый Предок, этот Великий Владыка Солнца не настоящий. Он такой же, как и ты — человек, который превратился в бога, — внезапно сказал Цинь Му. — Взгляни, его кровь на самом деле человеческая. Бог, рождённый от солнца, не должен иметь человеческой крови. Странные рунические знаки отпечатались в ней, каждая тончайшая молекула крови была помечена сложными тонкими рунами. Они должны быть каким-то видом огненной руны или руны чистого Ян.

— Мой исконный дух слаб, поэтому я не могу использовать свои божественные глаза. Нарисуй её, — сказал Первый Предок.

Цинь Му заставил кровяной шар быстро сжаться обратно в каплю крови, и взмахом меча сбросил её на палубу. Затем он, управляя своей жизненной Ци, как кончиком кисти, визуализировал ранее увиденную руну в воздухе. Она напоминала странный, сложный знак. Казалось, он содержал в себе следы всех видов огненных атрибутов божественных зверей. Однако это была именно руна, и Цинь Му не мог понять, была ли это огненная руна или руна чистого Ян.

— Это руна Эпохи Высшего Императора. Она отличается от рун огня и чистого Ян Эпохи Императора-Основателя, — подробно изучив руну, заговорил Первый Предок. — Небесный Наставник проводил глубокие исследования в этой области, но я не многому у него научился. Тем не менее, я могу подтвердить, что этот так называемый Великий Владыка Солнца действительно человек, который превратился в бога. Он не истинный Великий Владыка Солнца!

Они мрачно посмотрели друг другу в глаза, в то время как Цинь Му пробормотал:

— В таком случае, почему бог Эпохи Высшего Императора стал Великим Владыкой Солнца? Где истинный Великий Владыка Солнца? Чи Си сказал, что Эпоха Высшего Императора существовала триста тысяч лет, намного дольше, чем любая другая. Почему эта эпоха длилась так долго?

Первый Предок был ещё слаб, когда возвращал ему Беззаботного, и, покашливая, сказал:

— В ранний период Эпохи Императора-Основателя можно было повсюду встретить руины Эпохи Высшего Императора, но разрыв в цивилизации был очень серьёзным, и даже Император-Основатель не мог понять, что произошло во время Эпохи Высшего Императора. Если кто-то хочет узнать о её секретах, ему нужно вернуться в прошлое. Та эпоха, вероятно, намного сложнее, чем ты думаешь.

Удивившись, Цинь Му вспомнил то непостижимое путешествие во времени, которое он совершил с Паньгун Цо. Он также вспомнил Бай Цюй’эр и подумал про себя: «Назад в прошлое? Я уже как-то совершал такие путешествия…»

— Береги меч Беззаботный. Ты не должен его потерять. Защищай его даже ценой собственной жизни. Он очень ценный.

Цинь Му погладил свой меч и кивнул:

— Обязательно. Он — это единственное, что дал мне отец. Я ни за что его не потеряю! Кстати. Первый Предок, я кое-чего не могу понять. Из твоего меча Нефритового Сияния я могу высвободить совсем чуть-чуть силы, но всё же могу, а из своего даже капельки. Почему так?

Первый Предок хотел что-то сказать, но передумал. Он не объяснил ему причину, сказав лишь следующее:

— Ты скоро сам всё узнаешь. Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 651. Плавающий Мир

На протяжении следующих пяти-шести месяцев Паньгун Цо и Чи Си не доставляли никаких проблем. Чи Си первым вышел на контакт и поздоровался с Первым Предком. Несмотря на свою слабость, тот не пытался избежать встречи. Чи Си не сумел разглядеть, было ли его состояние неподдельным, поэтому ему оставалось лишь послушно направить зелёный летающий корабль к Плавающему Миру.

Летучий корабль был сильно повреждён. Из-за того, что шесть крыльев были сломаны, его скорость значительно снизилась. Чи Си заменил их крыльями огненных вороньих богов, но их качество оставляло желать лучшего. Несмотря на все усилия, им пришлось провести в дороге намного больше времени, чем ожидалось.

В течение последних нескольких месяцев Цинь Му, помимо совершенствования исконного духа в паре с Лин Юйсю, время от времени сражался с Паньгун Цо, испытывая боевые техники трёхглавого, шестирукого тела.

Паньгун Цо совершенствовал технику Бесстрастного Сражающегося Бога, сила которой оказалась невероятно высокой. Сразившись с ней впервые, Цинь Му удалось сильно ранить противника одной лишь ладонью, из-за чего у него возникло к ней некоторое презрение. Тем не менее, увидев сражение между Чи Си и Великим Владыкой Солнца, он изменил своё мнение.

Ужасно опасаясь Цинь Му, Паньгун Цо поначалу игнорировал предложение стать спарринг партнёром. Однако после небольшого избиения он покорно кивнул головой.

По мере продвижения их тренировок владение Паньгун Цо техникой Бесстрастного Сражающегося Бога росло. Однажды в его сердце сверкнула искра надежды: «Моё совершенствование растёт так быстро, что я определённо смогу избавиться от мерзавца, если неожиданно нанесу смертельный удар!»

После того, как он попытался нанести смертельный удар и убить Цинь Му, ему пришлось провести в постели более десяти дней. А когда его раны зажили, он наотрез отказался продолжать тренировки даже несмотря на клятву не наносить ему сильных ударов.

Цинь Му был беспомощен. В конце концов он заставил Лин Юйсю тренироваться с Паньгун Цо, а сам наблюдал за их сражением со стороны.

Лин Юйсю совершенствовала технику Высшей Тайны Древнего Дракона, которая вместе со своими божественными искусствами достигала области Императорского Трона. Несмотря на то, что девушка не была драконом, её прогресс шёл невероятно стремительно, ведь она с раннего детства изучала технику Девяти Монархических Драконов.

Более того, когда Канцлер Ба Шань открыл перед ней путь боевых заклятий, скорость её развития стала невероятно высокой. Она совершенствовалась до такой степени, что её тело обрело силу дикого дракона.

Её способности были наравне с Паньгун Цо, а физическая сила и божественные искусства значительно его превосходили. Тем не менее, превращения её тела не шли ни в какое сравнение с тремя головами и шестью руками техники Бесстрастного Сражающегося Бога.

В один день Паньгун Цо внезапно пробил Стену Божественного Сокровища Жизни и Смерти. Лин Юйсю мгновенно перестала быть для него достойным противником и проиграла бой.

Будучи вне себя от радости, Паньгун Цо взглянул на Цинь Му. Его сердце переполнялось уверенностью: «Я достиг области Жизни и Смерти, а он всего лишь в области Семи Звёзд. Убить его теперь так легко! Мне нужен его труп, я хочу, чтобы он упал передо мной на колени… Но до тех пор, пока с ним Первый Предок, это будет совсем непросто…

В этот момент раздался взволнованный голос Чи Си:

— Мы почти в Плавучем Мире.

Цинь Му и Лин Юйсю поспешно пошли в лес на носу корабля. Оглядываясь, они так и не смогли ничего разглядеть, Первый Предок всмотрелся в даль, но тоже не увидел там ничего странного.

На протяжении путешествия Цинь Му занимался лечением ран Первого Предка, поэтому его вид значительно улучшился. Однако Три Формы Переворачивающихся Небес слишком сильно его истощили, и его лицо всё ещё было бледным и больным на вид.

Внезапно полуразрушенный корабль встряхнуло. Используя всю свою магическую силу, Чи Си пытался удержать над ним контроль и не позволить ему разрушиться на кусочки.

Цинь Му снова выглянул за борт, обнаруживая, что вокруг всё ещё была лишь тьма. Озадаченный, он понятия не имел, что могло встряхнуть корабль. Размышляя, он внезапно заметил, что судно начало становиться всё тоньше и тоньше.

Корабль не просто становился тоньше, но и удлинялся. Теперь он напоминал волосок длиной в тысячу километров!

Скорость носа корабля становилась всё выше, в то время как скорость кормы почти не увеличивалась. В этот момент Цинь Му понял, что их засасывает в дыру в пространстве. Она была полностью бесшовной и идеально сливалась с окружающей её тьмой, из-за чего её нельзя было увидеть!

Вьюх!

В следующий миг дыра проглотила летающий корабль вместе с его пассажирами. Пространство тьмы напоминало охлаждённую рыбью похлёбку, превратившуюся в желе. Дважды сжавшись, оно вернулось в свою предыдущую форму. Между тем огромный корабль из деревьев бесследно исчез!

Оказавшись по ту сторону дыры в пространстве, судно вернулось к своей обычной форме.

Перед глазами всех на борту тут же возникла удивительная разноцветная картина. Всевозможные цвета пролетали мимо, и они, казалось, плыли посреди лабиринта, созданного из миллиардов оттенков.

Чи Си нервно контролировал корабль, не смея ни на что отвлекаться.

— Что это за место? — недоумевал Цинь Му. Свет вокруг вызывал у него предчувствие опасности, казалось, будто его тело и душа рассыпятся после прикосновения к нему.

— Это место, где нашли Багрового Императора первого поколения. После того, как тот вошёл в это место, он не появлялся на протяжении тысячелетий. Все боги, отправившиеся на его поиски, тоже не вернулись, после чего Эпоху Багрового Света поглотил хаос. Судя по слухам, многие пытались завоевать власть, а некоторые из богов посягнули на звание императора. Они основали поддельную династию и захватывали различные земли. Мир был в разрухе, — отвечал Чи Си. — В конце концов среди потомков Багрового Императора нашёлся сильный практик с выдающимся талантом, сумевший повергнуть поддельную династию и отстроить династию Багрового Императора. В последствии его коронировали как Светлого Императора. Эпоха, которой правил Багровый Император, называлась Западным Багровым Светом, а времена Светлого Императора назывались Восточным. Вместе они и есть Эпохой Багрового Света. Отдавая дань уважения своему предку, Светлый Император устроил масштабную церемонию, в которой наткнулся на нить сознания Багрового Императора, витающую в космосе, и узнал путь к этому месту. Спустя некоторое время он погиб в бою и передал свои знания Сыну Бога Багрового Света. Триста пятьдесят тысяч лет назад тот привёл сюда выживших, чтобы спрятаться от опасности.

Цинь Му, Лин Юйсю и остальные внимательно слушали. Пока Восточный Багровый Свет сменял Западный, все герои мира, должно быть, сражались за власть, и подобное время породило огромное количество ярких талантов, ослепляющих всех вокруг своим светом.

— Как жаль, что я не был рождён в те дни. Я хотел бы встретить героев того времени, — разочарованно вздохнул Цинь Му.

Посмотрев на него своими шестью глазами, Чи Си усмехнулся:

— Ты бы ничего не достиг, родившись в ту эпоху. Светлый Император был дитём судьбы, ты не смог бы его одолеть!

— Дитя судьбы? Это человек, принадлежащий судьбе? — сердце Цинь Му дрогнуло. — Сын Бога Багрового Света тоже является дитём судьбы?

Чи Си промолчал. Внезапно корабль достиг конца лабиринта и перед ним возникла обширная земля, витающая среди разноцветного света. Над ней виднелось небо, солнце, луна и горстка звёзд.

Оглянувшись, Цинь Му увидел, что это место полностью окутано ярким светом. Внешний мир было невозможно разглядеть, также, как и звёзд вдали.

Это место было полностью отрезано от внешнего мира. Оно и вправду соответствовало своему названию!

Летающий корабль, покрытый густым лесом, подплыл к центру этого мира, и Первый Предок проговорил слабым голосом:

— Му’эр, взгляни на солнце.

Сердце Цинь Му дрогнуло: «Он назвал меня Му’эром! Он что, пытается со мной сблизиться? Пфф. Я ещё тебя не простил…» — несмотря на эту мысль, он так и не нашёл в себе ненависти к Первому Предку.

Повернув взгляд на солнце над плавающим миром, он ошарашенно застыл. В небе висело три звезды, поражающих своими размерами. Тем не менее, свет, который они излучали, казался довольно странным. Их лучи выглядели как божественные, а поверхности были покрыты слоями построений, что сильно напоминало зрачок в глазу.

— Построение? — удивлённо воскликнул Цинь Му. — Эти солнца созданные человеческими руками?

Первый Предок покачал головой:

— Это глаза.

Не в силах сдержать шока, Цинь Му продолжил кричать:

— Глаза Багрового Императора? Ты имеешь в виду, что, когда тот умер, его глаза превратились в солнца?

— И в луны.

Первый Предок с огромными усилиями протянул руку, указывая на три ярких луны в небе:

— Луны тоже были созданы из его глаз, а звёзды в небе — это его Божественное Сокровище Пяти Элементов. Скорее всего Багровый Император умер здесь, и его тело упало на эту землю, превращаясь в почву. Его кровь стала реками, а море Ци океаном.

Ошарашенный, Цинь Му пробормотал:

— Багровый Император использовал своё тело, чтобы создать плавающий мир и подарить потомкам место для жилья. Он и вправду достоин восхищения…

Вскоре прилетел генерал богов с тремя головами и шестью руками, чтобы встретить путников. Увидев Чи Си, он поспешно поздоровался:

— Господин, с тех пор, когда ты покинул плавающий мир для разведки, прошли тысячи лет. Сын Бога был ужасно растерян. Теперь, когда ты наконец вернулся, он определённо обрадуется!

Чи Си был тронут:

— В этот раз моё путешествие оказалось полным опасностей, но мне наконец удалось вернуться в живых. Тем не менее, сородичей, отправившихся со мной, настигла неудача. Могу ли я просить наказания у Сына Бога?

Цинь Му недоумевал. Подобное поведение не было свойственным Чи Си. Древний палач обычно смотрел на других холодным взглядом, но когда речь пошла о Багровом Сыне Бога, он переполнился искренним уважением.

«Неужели Сын Бога Багрового Света был существом, вызывающим у людей желание следовать за ним, так же как Багровый Император и Светлый Император?» — думая про себя, юноша пребывал в предвкушении встречи с ним.

Странно выглядящий корабль приземлился в городе богов, и Чи Си быстро высадился на землю. Он собирался отправиться в имперский город, чтобы доложить Сыну Бога, когда внезапно о чём-то вспомнил:

— Эти люди — посланники из Вечного Мира. Они пришли сюда, чтобы отдать дань своего уважения Сыну Бога и обсудить условия нашего союза. Найди им жильё и позаботься о том, чтобы они ни в чём не нуждались, пока их не вызовут. А это Паньгун Цо, мой ученик. Он расположится в моём дворце.

Генерал послушался:

— Посланники, пожалуйста, следуйте за мной.

Цинь Му, Лин Юйсю, Первый Предок и Паньгун Цо последовали за генералом в город богов. Оглядываясь по сторонам, они клацали языками от удивления. У всех здешних жителей было по три головы и шесть рук. Большинство их них имели шесть глаз, но были и такие, кто совершенствовал вертикальный глаз в межбровье каждой из своих трёх голов. Вероятно, это было особенностью техник, которые они осваивали.

Также встречалось огромное количество странных зверей, у которых тоже было три головы и восемь лап. Высокопоставленные практики божественных искусств ездили на них верхом прямо посреди улиц!

— Даже техники совершенствования странных зверей похожи на технику Бесстрастного Сражающегося Бога Гроссмейстера!

Лин Юйсю обратила внимание на леопардовую кошку, сидящую на крыше. Её тело было размером с тигриное, а на плечах бок о бок разместились три головы. Не удержавшись, девушка восхищённо воскликнула:

— Цивилизация Багрового Света, кажется, просто построена на наличии трёх голов и шести рук! Это немыслимо!

Добравшись к центру, они обнаружили, что в этом месте находится другой город. Его стены были построены из пурпурного золота, а за ними возвышались тысячи дворцов и залов, поражающих своим величием. Должно быть, в том месте жили боги, и их количество было невообразимым.

Генерал привёл их в зал перед дворцом и проговорил:

— Посланники Вечного Мира, можете остаться здесь. Скоро Сын Бога позовёт вас на встречу.

Как только генерал оставил их наедине, Цинь Му оглянулся. Из-за соседней двери к нему донеслись чьи-то голоса, и он подошёл посмотреть. Интерьер зала оказался невероятно роскошным, судя по всему, это место было частной школой богов-дворян. Внутри сидели дети с тремя головами и шестью руками, читающие вместе с учителем.

Чёткие голоса их трёх ртов ударяли в уши Цинь Му:

— Три Неба Дракона Ханя, Багровый Свет, разделённый на две части! Создание Северного и Южного Высшего Императора, одно поколение Императора-Основателя! Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 652. Демонстрация Силы

Цинь Му был заворожен услышанным, прежде чем внезапно измениться в лице и, глядя на Первого Предка, выпалить:

— Дети рассказывают историю каждой эпохи! «Три Неба Дракона Ханя» означают, что Эпоха Дракона Ханя была разделена между тремя разными небесами, верно? Тогда «Багровый Свет, разделённый на две части», относится к Эпохе Багрового Света разорванной на Западный и Восточный Багровый Свет?

Потрясённый Первый Предок тихо ответил:

— «Создание Северного и Южного Высшего Императора»… Во время Эпохи Высшего Императора произошло радикальное изменение, в результате чего получились две разрушенные эпохи — Северного и Южного Высшего Императора! Что касается «одного поколения Императора-Основателя»… — он горько добавил. — В Эпоху Императора-Основателя было только одно поколение — Императора-Основателя… Сын Бога Багрового Света, должно быть, время от времени посылал богов на разведку обстановки во внешнем мире. Будучи в курсе всего и зная, что происходило в каждой эпохе, он решил записать произошедшее в небольшой детский стишок и обучил ему малышню.

Цинь Му кивнул:

— Несмотря на то, что Сын Бога Багрового Света скрывается в уединении, он не из тех, кто будет отставать от других. Его глаза устремлены во внешний мир, и он планирует что-то большое.

Дети в частной школе всё ещё качали головами и повторяли:

— … Он пробыл в пещере всего семь дней, пока сорок девять…

Они хотели подслушивать дальше, но их обнаружил учитель. Тот тут же заставил детей успокоиться и вышел проверить. Увидев, что у незваных гостей нет трёх голов и шести рук, он навёл кое-какие справки, прежде чем прогнать их.

Цинь Му задумчиво спросил:

— Что значит — «он пробыл в пещере семь дней»?

— Пещера — это рай. Пройдя в Плавающий Мир Багрового Света через дыру в пустоте, мы попали в так называемый рай. Однажды я уже слышал подобную историю от Небесного Наставника. Речь шла о дровосеке, который услышал, как в каменной комнате играют в Го, и вошёл внутрь. Там сидели двое юношей, что состязались друг с другом, в итоге он решил задержаться и посмотреть, чем закончиться партия. А когда дровосек собрался уходить, то понял, что его топор уже начал гнить. Он поспешно спустился с горы и осознал, что всё изменилось, в мире смертных прошло уже несколько сотен лет. Это место называлось маленьким раем, — ответил Первый Предок.

— Дровосек, наблюдающий за игрой в Го? — улыбнулся Цинь Му. — Может быть он — Небесный Наставник? Твой рассказ внезапно напомнил мне, как Мастер-Основатель Небесного Святого Культа, услышав звуки рубки дерева, пошёл понаблюдать. Пока он наблюдал, прошло сто лет. История дровосека очень похожа на эту.

Первый Предок попытался подробно вспомнить:

— Дровосек из истории Небесного Наставника действительно может быть им. Я об этом даже и не думал. Плавающий мир — это райский мир. Время здесь может отличаться от нашего.

— А как же деревня Беззаботная? Она тоже райский мир? — поинтересовался Цинь Му.

Первый Предок ответил:

— Я никогда там не был. К тому же после того, как Император-Основатель приказал Божественной Расе Небесных Работ создать деревню Беззаботную, об этом не особо распространялись. О ней люди узнали только потом. Однако из-за своей рукотворности она не должна быть раем.

Они расположились в соседнем дворцовом зале и заметили, что у здешних слуг тоже три головы и шесть рук. Когда дело доходит до приготовления пищи, шеф-повар мог одновременно жарить в шести воках, а когда служанки подавали блюда, у них на руках было шесть подносов, благодаря чему они могли быстро накрыть настоящий пирный стол. Все работали очень быстро и слажено.

— Если бы методы Эпохи Багрового Света были переданы Вечному Миру, экономика Вечного Мира сделала бы ещё один большой скачок! — взгляд Цинь Му стал пылким, когда он обращался к Первому Предку. — Питаясь сразу через три рта, можно быстро насытиться, а значит уделить работе больше времени! Будучи таким эффективным, один человек сможет выполнять работу троих!

Первый Предок искренне предупредил:

— Ты говоришь точно так же, как Небесный Наставник. Будь осторожен, не иди по его стопам. Он потратил слишком много времени и усилий на людей и другие аспекты, в конечном итоге забыв про себя. Именно поэтому его область совершенствования не достигла должных высот.

— Не волнуйся. Я не пойду по его и твоим стопам. Оставайся здесь и не двигайся. Я пойду куплю травы и посмотрю, смогу ли я полностью исцелить твои раны! — улыбаясь, подбодрил Цинь Му.

— По его и моим стопам… — ощутив в сердце боль одиночества и ненужности, Первый Предок снова впал в депрессию.

В этот момент к Цинь Му подошёл бог и, поклонившись, произнёс:

— Сын Бога узнал, что посланник ранен, и приказал мне доставить лекарства, — сказав это, он протянул нефритовый поднос, полный маленьких нефритовых бутылочек.

— Премного благодарен, — Цинь Му взял бутылочки и открыл их, чтобы понюхать. Он мгновенно узнал все травы, которые использовались для приготовления духовных пилюль, что находились внутри. Метод их приготовления был для него ясен как день, поэтому он сразу понял, что эти пилюли действительно были сделаны из трав, которые были необходимы, чтобы вылечить раны Первого Предка.

— Сын Бога Багрового Света не стал первым делом демонстрировать нам свою силу, а дал нам лекарства. Как неожиданно, — пробормотал Цинь Му. — Чтобы получить преимущество в переговорах, Сын Бога Багрового Света обязательно должен был избить нас. Тем не менее он, взяв на себя инициативу по доставке лекарств, поступил крайне нестандартно, к тому же лекарства ещё и те, что надо. Он действительно оправдывает свою репутацию. Неудивительно, что Чи Си так предан ему…

Лин Юйсю осторожно спросила:

— Эти пилюлю не отравлены, ведь так?

— Если бы там был яд, я бы сразу понял, — покачал головой Цинь Му. — Даже если бы лекарство приготовил я, оно вышло было примерно таким же. Первый Предок, не бойся принимать их. Человек с такой широтой ума будет использовать путь строгости и доброты, и определённо не станет делать что-то исподтишка.

Первый Предок был уверен в нём и принял духовные пилюли сразу после того, как Цинь Му передал их ему, а уже через мгновение в изумлении произнёс:

— Они и правда помогают!

Вздохнув, Цинь Му сказал:

— Из-за такого характера, с Сыном Бога будет тяжело иметь дело. Если бы он сразу нас поколотил, было бы ясно, что его великодушие не высоко, а значит было бы легче с ним работать.

****

В имперском городе, на конце моста стоял молодой человек, держа руки за спиной. Он смотрел на плавающих под мостом рыб, у которых тоже было по три головы и шесть плавников. Этот человек ничем не отличался от обычных людей, но отличался от всех остальных местных — у него была только одна голова и две руки, а не три головы и шесть рук, как у Чи Си.

Его одежда облегала тело, она была роскошной, но не слишком украшенной. На воротнике бледно-зелёной накидки виднелось всего несколько вышивок. Его глаза казались очень большими и необычно яркими, в то время как на лбу у него светилось золотистое пятно, которое то открывалось, то закрывалось. Между его глазами было расстояние от трёх до четырёх пальцев, мочки его ушей были гораздо длиннее, чем обычные, а лицо выглядело чистым, белым и без бороды.

— Твой альянс с Вечным Миром не так уж плох. По крайней мере у нас есть место, где можно поселиться, это намного лучше, чем навсегда остаться в этом раю, — спокойно говорил Сын Бога Багрового Света. — Без чужеземной агрессии страна умрёт. Именно это сейчас и происходит с Плавающим Миром. Мы безопасно живём здесь уже пятьдесят тысяч лет. Боги войны стали маленькими ягнятами, у которых нет боевого духа и сердца, чтобы совершенствоваться. Я беспокоюсь за будущих потомков и боюсь, что они постепенно станут обычными. Мы теряем драйв, когда на нас никто не давит. Я боюсь, что, если наши потомки продолжат оставаться в Плавающем Мире, мы полностью потеряем шанс выбраться отсюда. Вот почему три тысячи лет назад я отдал тебе приказ любой ценой найти Императора-Основателя. В то время я уже готовился иммигрировать в Эпоху Императора-Основателя, даже если бы мне пришлось подчиниться Императору-Основателю! Никогда не думал, что Император-Основатель будет побеждён так быстро.

— Только выбравшись, — заговорил Чи Си, — я понял, что Эпоха Императора—Основателя уже канула в лету, и сейчас царит Эпоха Вечного Мира. Реформа Вечного Мира имеет много уникальных моментов. Император Яньфэн позволил мне открыть школы и обучать учеников Багрового Света их божественным искусствам.

Сын Бога Багрового Света удивлённо проговорил:

— Похоже, у этого Императора есть дух могущественного правителя.

Чи Си кивнул.

— Как жаль. Эпоха Императора-Основателя мертва, но ещё не побеждена. Райские Небеса будут продолжать наблюдать за ними, не давая им шанса стать сильнее. Ты нашёл Божественное Кольцо Создания, когда был там? Оно с тобой? — улыбнувшись, поинтересовался Сын Бога.

Сердце Чи Си подпрыгнуло, и он покачал головой:

— Есть один хитрый мальчишка Цинь… Он забрал у меня его.

Сын Бога Багрового Света одарил собеседника пристальным, тяжёлым взглядом.

— Ты не осознал истинной силы этого сокровища? — медленно спросил он, подчёркивая каждое слово. — Ты не понял, на что оно способно?

Чи Си было очень стыдно, и он опустил голову:

— Сначала я об этом не подумал. Я был полон сожаления после того, как увидел, что этот ребёнок сделал с ним.

Сын Бога Багрового Света вздохнул:

— Это не твоя вина. Твой ум слишком прямолинеен, и ты не знаешь, как изворачиваться и поворачиваться. Этот мальчишка Цинь талантлив. Он один из посланников Вечного Мира, верно?

— Сын Бога действительно обладает невероятной прозорливостью! — незамедлительно высказал Чи Си.

— Прозорливость? На месте Императора Яньфэна я бы тоже послал такого умного человека, — Сын Бога Багрового Света разбросал немного рыбьего корма. — Если ты будешь с ним драться, то окажешься в невыгодном положении.

Чи Си было стыдно, он с покрасневшим лицом сказал:

— Я дурак…

— Ты не дурак. Ты просто недостаточно умён. Ты говорил, что взял ученика из Вечного Мира, чьи способности очень высоки. В какой он сейчас области?

— Он вошёл в область Жизни и Смерти.

Сын Бога Багрового Света на мгновение задумался, прежде чем сказать:

— Приведи его сюда, а также передай мой приказ — все практики божественных искусств области Жизни и Смерти нашего мира тоже должны явиться сюда. Пусть приходят во дворец!

Чи Си не понял его намерения.

Сын Бога объяснил:

— Мне нужен нож, нож, который мог бы пробудить боевой дух нашего народа. Но также я не могу допустить, чтобы они слишком сильно пострадали. Я буду использовать доброту и строгость. Я уже проявил доброту к посланникам Вечного Мира, теперь черёд демонстрации нашей силы. Я должен дать моим людям точильный камень! — он высыпал остатки рыбьего корма в воду, выбросил тарелку и, хлопнув в ладоши, добавил. — Если они без шансов проиграют, они потеряют уверенность. Побеждённая собака будет держать свой хвост только между ног, именно поэтому твой ученик станет первым точильным камнем, который наточит нож, наш народ. Как только они станут достаточно яркими и острыми, мы сможем испытать их на посланниках Вечного Мира. Таким образом мы можем лишить посланников внушающего благоговейный трепет авторитета Вечного Мира, а также дать нашим людям понять, что они не непобедимы. Это разожжёт их боевой дух! Я хочу превратить их из ягнят в драконов!

Чи Си колебался:

— Я в долгу перед своим учеником…

Сын Бога с улыбкой утешил:

— Не волнуйся, он не умрёт. Что касается посланников Вечного Мира, то перед встречей я должен сперва наточить свои ножи.

Чи Си поспешно ушёл.

Через некоторое время Паньгун Цо последовал за Чи Си и, подняв голову, увидел огромную площадь перед дворцовой дверью. Там толпились многочисленные боги с тремя головами и шестью руками. По центру стоял наблюдающий за ними мужчина с изящной внешностью. Он знал, что это Сын Бога Багрового Света, и поспешил отдать ему дань своего уважения

Находящийся намного выше Сын Бога поднял руку и сказал:

— Встать. Можете начинать.

Паньгун Цо не понял, что тот имел в виду. Внезапно он увидел сотни практиков божественных искусств области Жизни и Смерти, выходящих на площадь. Один из них поклонился ему и сказал:

— Меня зовут Ху Кан. Я прошу, чтобы старший брат направил меня.

Прежде чем Паньгун Цо понял, что происходит, он увидел, как эксперт по имени Ху Кан бросился к нему!

Он встревожился и, не раздумывая, исполнил технику Бесстрастного Сражающегося Бога. Однако то, что он продемонстрировал, не было божественным искусством боевых техник, а было божественным искусством заклятий, перемешанных с боевыми техниками. Он многому научился у Лин Юйсю, когда она тренировала свои непревзойдённые навыки!

Бум!

Его божественное искусство взорвалось с ужасающей силой и заставило противника отступить.

Ху Кан усмехнулся и, размахивая своими шестью ножами, закружился, как вихрь. Он разрезал его божественное искусство на части, обрушиваясь на него яростными волнами света ножа.

Глаза Паньгун Цо сверкнули, и его шесть рук, которые держали шесть мечей, исполнили Меч Дао секты Дао, взорвавшись шестью видами форм мечей!

Его Меч Дао был намного сложнее обычного, так как фактически включал в себя три основные формы меча Имперского Наставника.

Среди вспышек ножей и теней от меча, Ху Кан получил десятки ран и рухнул на землю.

Паньгун Цо улыбнулся:

— Ты позволил мне выиграть. Ваше Высочество…

Сын Бога Багрового Света приподнял бровь, между тем ещё один эксперт вышел из рядов, поклонился и выпалил:

— Я Ло Цзыян. Пусть старший брат направит меня!

Паньгун Цо озадачено нахмурился: «Они должны были продемонстрировать свою силу негодяю Циню. Почему Сын Бога демонстрирует её мне?»

Ло Цзыян бросился к нему, долго не раздумывая. Всё, что он хотел, это как можно скорее ринуться в бой!

Между тем золотой глаз в межбровье Сына Бога Багрового Света постепенно открылся, отчётливо запечатлевая каждое движение и каждую форму Паньгун Цо. Он сканировал его движения и божественные искусства буквально до тех пор, пока не осталось никаких секретов, которые были бы ему неизвестны.

Вскоре Ло Цзыян потерпел поражение. Другой эксперт пошёл вперёд, чтобы бросить вызов, и Паньгун Цо ничего не оставалось, кроме как продолжить сражаться.

Некоторое время спустя Паньгун Цо вырвало кровью от изнеможения, только тогда Сын Бога Багрового Света отдал приказ остановиться и обратился к Чи Си:

— Уведи его, дай ему время залечить свои раны, и ровно через десять дней приведи обратно.

Чи Си услышал приказ и направился к Паньгун Цо, чтобы увести его.

Между тем Сын Бога Багрового Света спустился вниз и лично продолжил обучение практиков божественных искусств. Он выполнял божественные искусства и навыки меча, ясно показывая каждое движение и каждую форму. Он показал им, чему Паньгун Цо научился за всю свою жизнь!

Он безупречно объяснил божественные искусства и равнодушно сказал:

— Итак, ребята, у вас есть десять дней, чтобы усердно подготовиться. Через десять дней возвращайтесь, и сразитесь с ним ещё раз!

****

Тем временем Цинь Му и Лин Юйсю прогуливались по городу, в то время как Первый Предок вёл двух огромных глазных монстров позади себя.

Цинь Му бродил вокруг. Всякий раз, когда он видел статую бога в Плавающем Мира, он останавливался и долго смотрел на неё. Лин Юйсю было любопытно, поэтому она с улыбкой спросила:

— Чем тебе так нравятся каменные статуи? Разве на них приятно смотреть?

— Статуи слишком хороши, — ответил Цинь Му с блеском в глазах. — Они были созданы, когда строился Плавающий Мир. Мастера, которые вырезали эти статуи, в то время были первоклассными фигурами. Они вложили все свои усилия в резьбу, поэтому в этих статуях запечатлён дух Эпохи Багрового Света. Я даже могу узнать техники и божественные искусства только из линий вен. Пробыв здесь несколько дней, я познакомился со многими практиками божественных искусств и богами этого мира, но у них нет такого духа, — вдруг он резко замолчал и после какого-то времени добавил. — Я ищу то, что они потеряли.

Лин Юйсю посмотрела на каменные статуи и покачала головой:

— Почему Сын Бога Багрового Света до сих пор не призвал нас?

Цинь Му откинулся на статую, даже не подняв головы:

— Он думает о том, как продемонстрировать свою силу. Окажись я на его месте, то начал бы с Паньгун Цо. Я наблюдал бы за измене Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 653. Сражение Умов

Слегка дрогнув в сердце, Лин Юйсю тихим голосом проговорила:

— Гроссмейстер прожил десять тысяч лет, и за это время он успел овладеть всеми видами божественных искусств! Более того, он уже успел побывать в Западных Землях и на Верховных Небесах Императора, а значит сумел выучить и их техники! Наблюдая лишь за ним, Сын Бога Багрового Света увидел все божественные искусства Вечного Мира!

Цинь Му всё ещё рассматривал каменную статую, спокойно отвечая:

— Пути, навыки и божественные искусства, которые он увидит, всего лишь очертания. Он не сможет познать истинный дух Вечного Мира. Гроссмейстер не сможет его продемонстрировать, так как его характер слишком мягкий. Чтобы увидеть настоящий Вечный Мир… — подняв голову, он скривил губы в насмешливой улыбке. — Ему нужно увидеть меня!

Лин Юйсю рассмеялась:

— Выпендриваешься!

Первый Предок улыбчиво проговорил:

— Девочка из семьи Лин, Му’эр не выпендривается. Я могу показать тебе его дух.

Сказав это, он легко стукнул по межбровью Лин Юйсю. Её глаза мгновенно помутнели, но между её бровей постепенно начал появляться яркий свет. Теперь она видела перед собой лишь размытые силуэты.

— Взгляни на Му’эра, — посоветовал Первый Предок.

Лин Юйсю повернула голову, чтобы посмотреть на Цинь Му, и сразу же увидела его пылающий, как огонь, дух. Он не боялся ни небес, ни земли, и был переполнен смелостью бороться и побеждать!

Сердце девушки слегка дрогнуло. Спустя мгновение её зрение вернулось в норму, и она больше не видела перед собой духа парня.

— Если бы сейчас перед тобой стоял твой отец Император Яньфэн, ты бы увидела что-то подобное. Его дух ещё сильнее, чем у Цинь Му, — многозначительно проговорил Первый Предок. — Императору, основавшему империю, не нужно быть самым сильным человеком в мире, но ему нужно владеть самым большим духом и сердцем. Император Яньфэн именно такой человек. Когда я издали увидел Имперского Наставника, то обнаружил, что тот не обладает подобным духом. Именно дух Яньфэна олицетворяют эту эпоху!

Лин Юйсю была озадачена. Она никогда бы не подумала, что существо вроде Первого Предка может быть такого высокого мнения о её отце!

Совершенствование Императора Яньфэна было слабее, чем у Имперского Наставника. Его способности и понимание уступали таковым у Цинь Му и Наставника. Другими словами, он был выдающимся, но не уникальным.

Тем не менее, Император Яньфэн был главным человеком, стоящим за реформой Вечного Мира. Именно он пытался разрушить богов в сердцах и храмах, чтобы использовать богов и божественные искусства на пользу людей.

Несмотря на это, его славу затмил Имперский Наставник.

«Я хочу быть таким человеком, как мой отец. Я хочу превзойти его успех!» — подумала про себя Лин Юйсю.

Спустя десять дней Паньгун Цо вернулся во дворец и снова сразился с практиками божественных искусств Плавающего Мира. Теперь здесь были не только практики области Жизни и Смерти, но и областей Небожителя и Семи Звёзд, их количество переваливало за несколько тысяч.

Перед практиками божественных искусств области Жизни Смерти была поставлена задача сразиться с Паньгун Цо. За последние десять дней их совершенствование значительно выросло. Более того, теперь они могли исполнять божественные искусства, ранее продемонстрированные Паньгун Цо. Их мастерство достигло невероятных высот, будто они тренировались десятки лет!

Паньгун Цо был ошеломлён и поражён. Сражаясь с этими практиками, он прилагал все свои усилия и по-прежнему демонстрировал превосходство в мастерстве. В результате он выиграл в большинстве схваток, но всё же потерпел поражение в некоторых из них.

На этот раз Сын Бога Багрового Света давал ему достаточно времени для отдыха, поэтому он всегда возвращался в свою лучшую форму, прежде чем снова вступить в бой. Из-за этого все сражения проходили невероятно интенсивно.

Сын Бога возвышался в небе, наблюдая за битвой внизу. Наклонив голову, он спросил:

— Чем в последние несколько дней были заняты посланники Вечного Мира?

Бог рядом с ним поклонился и тихо ответил:

— Посланники ничего не делают, а просто блуждают по городу. С виду они крайне любопытны, судя по всему, они никогда раньше не были во внешнем мире. Они разглядывают каменные статуи и проводят длительное время у каждой из них. Особенно странно себя ведёт посланник Цинь, он просто разлёгся на одной из статуй и смотрит на неё. Последним временем он не слишком любопытствует, а лишь рисует каменные статуи.

Сын Бога поднял свои красивые, напоминающие изогнутые лезвия брови, думая вслух:

— Какой ужасающий противник. Подобный талант в Вечном Мире — огромная проблема.

Бог, стоящий рядом с ним, не понимал, о чём тот говорит.

Сын Бога достал зеркало, накрыл его чёрной тканью и передал его этому богу:

— Возьми зеркало и найди его. Затем сними ткань, издали наведи на него зеркало, а затем накрой его обратно и принеси мне.

Бог был сбит с толку, но всё же схватил зеркало и поспешно отправился в дорогу. Между тем Сын Бога продолжил наблюдать за сражениями.

Спустя некоторое время бог принёс зеркало обратно и проговорил:

— Я направил зеркало на посланника Вечного Мира и немедленно поспешил вернуться.

Сын Бога взял зеркало и осторожно снял с него чёрную ткань. Пока его глаза смотрели на артефакт, вертикальный глаз в его межбровье продолжал наблюдать за Паньгун Цо.

Внезапно он замер.

Теперь все его глаза уставились на зеркало.

В зеркале спиной к нему стоял Цинь Му, осматривающий каменную статую. Возле него находилась девушка и два огромных глазных яблока. В этот момент показалось огромное, невероятно бледное лицо Первого Предка. Казалось, тот был очень близко к зеркалу и смотрел прямо в него.

Однако его ошеломил не Первый Предок, а Цинь Му. Зеркало не могло полностью сфокусироваться на силуэте юноши. Кроме двух рук и одной головы, у того была ещё одна аура — яростный боевой дух.

Этот яростный боевой дух постепенно превращался в две дополнительных головы.

Более того, он сумел разглядеть четыре дополнительных призрачных руки, вырастающих из его подмышек!

Эти четыре руки и две головы были созданы из его жизненной эссенции, они не обрели физической формы.

Сын Бога прищурился, наблюдая за медленно растворяющимся в зеркале видением, а чуть погодя подозвал к себе Чи Си и спросил:

— Чи Си, ты передал посланникам Вечного Мира технику Бесстрастного Сражающегося Бога?

Тот покачал головой:

— Этот мерзавец украл мой Таинственный Нож Казни Бога, отравил меня и обманом завладел моим сокровищем, с чего бы мне делиться с ним совей техникой?

Сын Бога вздохнул:

— Он вот-вот овладеет… Нет, он вот-вот создаст свою собственную технику Бесстрастного Сражающегося Бога!

От шока Чи Си потерял дар речи.

— Пока мы изучаем техники и божественные искусства Вечного Мира, этот парень не отстает. Он раскрывает божественные искусства и технику нашей Эпохи Багрового Света. Несмотря на то, что ему, скорее всего, не удастся постичь их секретов, он овладеет бесстрашным духом Багрового Света.

Сын Бога снова вздохнул:

— Откуда взялся этот человек, предоставляющий так много неприятностей? Неужели это Император Яньфэн, скрывающийся под видом посланника? Нет, это не так. У него нет ауры императора, а его область совершенствования недостаточно высока…

Чи Си поспешно ответил:

— Я встречался с Императором Яньфэном, и он уже стал богом. Этот мерзавец определённо не он. Сын Бога, этого парня зовут Цинь Му. Неужели с ним и вправду так сложно иметь дело? Он никогда не изучал божественных искусств Эпохи Багрового Императора и даже удайся ему совершенствовать три головы и шесть рук, он не сумеет исполнить соответствующие искусства.

Сын Бога мягко кивнул и улыбнулся:

— Я понимаю. Просто меня тревожат его способности и понимание. Продолжайте наблюдать за посланниками Вечного Мира и сообщайте мне о всех их действиях. Не упускайте даже малейших деталей!

Несколько богов немедленно поклонились и ушли.

Кашляя кровью, Паньгун Цо упал на землю чувствуя себя ужасно истощённым.

Раздался голос Сына Бога:

— Чи Си, уведи своего ученика, пусть он отдохнёт. Вернись через десять дней.

Распластанный на земле Паньгун Цо дважды дрогнул.

Вскоре поступил очередной отчёт:

— Посланники Вечного Мира отправились в частную школу и начали выпрашивать информацию у детей. Учитель понятия не имеет, что с ними делать. Могу ли я спросить у Сына Бога, стоит ли нам их прогнать?

Сын Бога недоумевал. Немного поразмыслив, он покачал головой:

— Император Яньфэн дал нам землю и позволил нам открыть школы и академии. Я не могу вести себя более скупо, чем он. Пусть они остаются.

Через четыре дня пришёл другой бог, сообщая:

— Посланники Вечного Мира учились четыре дня, после чего прекратили посещение школы.

Сын Бога ответил:

— Продолжай наблюдать. Я хочу быть в курсе их действий.

Два дня спустя бог сообщил:

— Посланник Вечного Мира посетили дворец Палача и встретился с Паньгун Цо. Он предложил ему лекарства, но тот не осмелился их принять. После того, как посланник ушёл, он выбросил их в канализацию.

Сын Бога нахмурился:

— Что это бы могло значить? Продолжай наблюдение!

— Сын Бога, посланник Вечного Мира дразнил женщин, после чего его избила Принцесса Вечного Мира. Они подняли довольно много шума, на улицах начался хаос!

Слегка изменившись в лице, Сын Бога прокричал:

— Проверь всё ли в порядке! Помни, что ты должен сконцентрироваться на посланнике Вечного Мира и наблюдать за всеми его действиями!

Спустя мгновение бог снова вернулся, докладывая:

— Город в хаосе. На улицах сражаются несколько сотен практиков божественных искусств, а посланник Вечного Мира вместе с Принцессой наблюдают за происходящим со стороны.

Сын Бога помрачнел в лице:

— Конец, он сделал это…

Бог, докладывающий ему, не понимал о чём идёт речь.

Ходя взад-вперёд, Сын Бога продолжил:

— Он отправился в частную школу, чтобы изучить базовые боевые приёмы нашего Багрового Света — движения меча, четырнадцать форм меча, движения ножа и его семнадцать форм, навыки кулака, движения тела, навыки зрачка и пальцев! Всего лишь за четыре дня он закончил изучать все основные приёмы! Теперь пришло время взяться за всё остальное. Ему всё ещё нужно увидеть уровень, которого достигли наши божественные искусства. Лучший способ сделать это — создать хаос. Когда на ушицах сражаются несколько сотен практиков, наблюдая со стороны можно разглядеть все виды их божественных искусств.

Сын Бога рассмеялся, тем не менее, за смехом стоял лишь звук. На его лице не было улыбки. Сделав паузу, он проговорил:

— Подождите ещё несколько дней, а затем вызовите его на бой с моими практиками божественных искусств после того, как Паньгун Цо закончит. Я хочу лично увидеть способности этого посланника Вечного Мира!

Через четыре дня Паньгун Цо пригласили в имперский город. Сын Бога сказал ему:

— Маленький друг Паньгун Цо, ты не мог бы запечатать свои божественные сокровища и сразиться с практиками божественных искусств области Небожителя и Семи Звёзд?

Паньгун Цо сразу же догадался о его намерениях и смущённо ответил:

— Сын Бога, я думаю, что нет необходимости сражаться. Даже если твои ученики сильно превзойдут меня в одной области, они не смогут совладать с тем парнем.

Недоумевая, Сын Бога улыбчиво спросил:

— Маленький друг, почему ты говоришь такие грустные вещи?

Паньгун Цо покачал головой:

— Ученики Сына Бога яростны в бою и ничем мне не уступают. Под твоим руководством они значительно улучшились за последние тридцать дней. Среди них уже появилось довольно большое количество людей, способных меня одолеть. Но всё же, в сравнении с парнем с фамилией Цинь, они значительно слабее.

Сын Бога молча слушал искреннюю речь Паньгун Цо:

— Я уже довольно долго с ним не сражался. Выйдя из уединения, я постоянно с ним боролся. В прошлом я ещё мог с ним совладать, но после того, как область моего совершенствования превысила его, я уже был не в силах выдержать даже одного его удара. Теперь, несмотря на то что я могу биться против любого из практиков божественных искусств Багрового Света, я всё ещё не осмеливаюсь бросать ему вызов. Если Сын Бога хочет, чтобы твои ученики одолели его, им это будет не по силам, даже если ты сам будешь их учить.

Сын Бога оглянулся, увидев тысячи практиков божественных искусств, ошеломлённо уставившихся на Паньгун Цо. Было очевидно, что тот вызвал у них впечатление, будто одолеть Цинь Му невозможно.

Дела обстояли плохо, очень.

Паньгун Цо торжественно продолжил:

— Если кто-то сумеет победить в бою со мной, находясь на область ниже меня, то, возможно, этот человек сумеет его одолеть.

Сын Бога нахмурился. Паньгун Цо открыл рот, чтобы продолжить говорить, но не смог издать ни звука. Понимая, что это Сын Бога закрыл ему рот, он подумал: «Я и так сказал всё, что собирался. Решайте сами, верить мне, или нет. Вы думаете, что просто собираетесь пнуть камень на земле, и не ожидаете, что сейчас ваша нога наткнётся на гору Сумеру! — он был в восторге от того, что станет свидетелем их несчастья. — Вы думали, что я подарю вам уверенность в своих силах, но на самом деле вы глупцы. Вы даже не подозреваете, с каким ужасным монстром вот-вот столкнётесь».

Сын Бога Багрового Света расплылся в улыбке:

— В таком случае, пригласите посланника Вечного Мира.

— Позвать посланника Вечного Мира для аудиенции! Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 654. Абсолютно Непобедим

Цинь Му переоделся в официальную одежду Вечного Мира и вышел из комнаты. Он увидел, как Лин Юйсю переодевается в одежду посланника, и его глаза загорелись.

Чтобы встретиться с Сыном Бога в качестве официальных представителей, им пришлось надеть официальный наряд.

На службе Империи Вечного Мира было довольно много женщин. Будучи практиками божественных искусств, они не сильно уступали мужчинам. Женщины состояли даже в рядах первых высокопоставленных чиновников. Их официальная одежда тоже была очень специфической, и тот наряд, в который прямо сейчас переодевалась Лин Юйсю, был именно такой.

Её спину прикрывала фиолетовая мантия, а на поясе красовался нефритовый пояс. Нижняя часть её платья была похожа на цветок лотоса, а верхняя сильно облегала тело и имела узкие рукава, подчёркивая её манящие изгибы. Её корсаж имел форму перевёрнутого сердца, открывая грудь, похожую на две половинки луны. На её плечах была ещё одна тонкая накидка, а несколько дополнительных поясов были пропитаны жизненной Ци и обвивали её талию и голову.

Она выглядела очень элегантно.

Цинь Му то и дело бросал взгляд на её грудь. Во дворе было много разных женских нарядов, но мало таких, которые могли бы подчеркнуть всю элегантность. Женщины в Вечном Мире вели себя дерзко, и, хотя их нельзя было сравнить c представительницами Западных Земель, они всё же могли показать свои изящные изгибы через одежды.

Лин Юйсю застенчиво взглянула на него и с улыбкой спросила:

— Куда ты смотришь?

Цинь Му поспешно отвёл взгляд, но долго не продержался и снова начал поглядывать на её грудь. Лин Юйсю злилась от смущения, тайком подтягивая воротник.

В этот момент к ним подошёл Первый Предок и кашлянул, напугав их обоих. Он был в своём старом одеянии, в конце концов он не был чиновником Вечного Мира, поэтому ему не нужно было переодеваться.

— Идём, сегодня мы покажем им нашу силу! Мы и так потратили здесь достаточно времени, один месяц здесь эквивалентен семи месяцам нашего мира. Это путешествие намного длиннее, чем ожидалось.

Цинь Му кивнул и последовал за ним:

— Сын Бога Багрового Света хорошо обучил Паньгун Цо, я ходил к нему и, хотя его раны тяжелы, его способности значительно возросли. Он быстро учится и уже отточил до совершенства своё мастерство в технике Бесстрастного Сражающегося Бога. Также он кое-что узнал от практиков божественных искусств плавучего мира. А так-как его травмы очень серьёзны, это означает, что местные практики равны ему по силе. Сестра Юйсю, здесь есть немало людей, которые подстать тебе, а может даже и сильнее.

Лин Юйсю шагнула вперёд. Цинь Му не упустил возможности снова покоситься на её грудь, но его ждало разочарование, ведь она приподняла своё слегка выглядывающее нижнее бельё: «Воротника не хватало, так она ещё и нижнее бельё подняла…»

Бабушка Сы с юных лет учила его, что только большегрудые девушки бывают самыми красивыми, поэтому он первым делом смотрел представительницам слабого пола на грудь. К стандартам красоты деревни Цань Лао нельзя было относиться легкомысленно. Целитель как-то сказал ему: «Му’эр, когда ты сморишь на груди девушек, это не значит, что ты извращенец, а просто думаешь о продолжении рода. Это очень серьёзное дело!»

Цинь Му выгравировал эти слова глубоко в своём сердце.

— В плавучем мире есть много экспертов, которых ты не можешь недооценивать. Му’эр, всегда будь на чеку! — проговорил Первый Предок.

— Я никогда так не думал о них, — улыбнулся Цинь Му. — Ещё будучи на корабле, я уже размышлял над тем, как буду действовать.

Вскоре с площади донёсся резонирующий голос:

— Посланники Вечного Мира — Принцесса Юйсю и Великий Ректор Цинь Му, выражают своё почтение Сыну Бога Багрового Света! Его Величество приготовил небольшой подарок!

Сын Бога Багрового Света и остальные боги оглянулись. Цинь Му и Лин Юйсю спокойно подошли, молодые люди выглядели свежо и красиво. Мальчик был подобен нефритовому дереву на ветру, в то время как девушка выглядела храброй и грозной. Любой, кто увидел бы их, начал бы восхвалять.

— Никогда не думал, что одна голова и две руки могут выглядеть так хорошо, — тихо похвалил один из богов с тремя головами и шестью руками.

Бог рядом с ним поспешно предупредил его:

— Замолчи. Будь осторожен, иначе Сын Бога услышит тебя!

Ранее говоривший бог понял, что ляпнул ерунду и испугался. Сын Бога Багрового Света, был как Цинь Му — не превратился в трёхголового и шестирукого. К счастью для него, он, казалось, не слышал его слов, и чувствовал себя достаточно непринуждённо.

Цинь Му достал руководство по мечу для трёх основных форм меча, в то время как Лин Юйсю достала различные сокровища, которые Император Яньфэн передал ей. Бог вышел вперёд, чтобы принять их и поклонился, поднимаясь по длинной лестнице, чтобы предложить их своему лидеру.

Не обращая внимания на редкие сокровища, Сын Бога Багрового Света взял только руководство по мечу и тут же пролистал его. Он уже не один раз видел эти три основных формы меча в исполнении Паньгун Цо, но всё равно пролистал их.

Среди всех сокровищ, только руководство по мечу было тем, что стоило больше всего!

— Всё гораздо сложнее, чем я предполагал, — Сын Бога Багрового Света закрыл руководство по мечу и с улыбкой сказал. — Император Вечного Мира очень кропотлив. Посланники, пожалуйста, присаживайтесь.

Цинь Му и Лин Юйсю вышли вперёд, как вдруг из толпы вышел трёхголовый шестирукий бог, преграждая им путь. Он сжал кулаки и поклонился:

— Вечный Мир — маленькая страна за пределами нашей территории, если вы хотите заключить союз с Династией Богов Багрового Света, вам придётся сначала пройти мимо меня. Меня зовут Ху Кан, могут ли посланники наставить меня?

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел, что там стояло по меньшей мере десять тысяч трёхголовых и шестируких практиков, и сильно нахмурился. Он посмотрел вверх на Сына Бога, который в данный момент просто молча сидел и смотрел на них.

Цинь Му с предельно приятным выражением лица сказал:

— Как я посмею сражаться перед Сыном Бога? Разве это не преступление, караемое смертью?

— Посланники, пожалуйста, поднимитесь, чтобы мы могли обсудить детали, — проговорил Сын Бога.

«Старый пройдоха», — Цинь Му поднял брови, а Сын Бога тем временем продолжал молчать. Тысячи практиков божественных искусств стояли на месте, ведь им не был дан приказ к отступлению. Всё, что сказал Сын Бога, это чтобы посланники поднялись наверх. Было очевидно, что, если Цинь Му и остальные хотят подняться, им нужно пробиться с боем!

— Старший брат Ху уже сражался с Гроссмейстером? — Цинь Му улыбнулся. — Его способности очень сильны.

— Гроссмейстер? — озадачено переспросил Ху Кан.

— Я имею в виду Паньгун Цо. Я просто ласково называю его «Гроссмейстер». Ты победил в схватке с ним? — с тёплой улыбкой поинтересовался Цинь Му.

Паньгун Цо, неподалёку стоявший рядом с Чи Си, тихо фыркнул и что-то проворчал:

— Привык он… Приласкай мой зад…

— Я один из немногих, кто смог одолеть его, но это было десять дней назад. Когда я в последний раз сражался с ним, мне пришлось использовать сотню движений, чтобы одержать над ним верх, теперь я смогу сделать это всего за двадцать-тридцать! — выпалил Ху Кан.

Цинь Му слегка кивнул головой со словами:

— Совершенствование Гроссмейстера необычайно, ты весьма силён, раз смог одолеть его.

— Я нахожусь в области Жизни и Смерти, — гордо произнёс Ху Кан. — А ты в какой области? Я запечатаю свои божественные сокровища, чтобы сражаться с тобой на равных!

— Я нахожусь в области Семи Звёзд, но я уже поднялся до уровня, где собираюсь прорваться в область Небожителя, — Цинь Му на мгновение задумался и добавил. — Сын Бога, не мог бы ты попросить каждого запечатать их совершенствования до области Семи Звёзд?

Сын Бога не знал, что сказать, и лишь кивнул головой.

Бог рядом с ним звучно приказал:

— Ученики, слушайте. Запечатать свои совершенствования.

Звуки закрывающихся божественных сокровищ доносились с огромной площади. Цинь Му на какое-то время призадумался и затем снял со своего межбровья золотой ивовый лист, бережно пряча его. Первый Предок нахмурился и сказал:

— Му’эр, не стоит этого делать.

— Я просто хочу, чтобы всё прошло быстрее, в конце концов мы потратили здесь слишком много времени. Сестра Юйсю, чуть позже следуй за мной.

Лин Юйсю кивнула.

Цинь Му посмотрел на Ху Кана и с улыбкой сказал:

— Старший брат Ху, с я разберусь с тобой немного позднее.

Внезапно изнутри его тела раздались хлопки, плоть и кровь яростно разрастались. Вскоре из его шеи выросла голова, а затем ещё одна с правой стороны. Обтянутые кожей кости выросли из-под его рук, принимая форму дополнительных рук!

Три головы и шесть рук!

Лин Юйсю подскочила от испуга и только сейчас заметила, что Цинь Му сменил свою официальную одежду, сделав воротник намного свободнее. Шитьё под мышками также имело пробелы, которые могли вместить ещё четыре руки.

«Ага, пастушок ещё и неплохой портной, — подумала она про себя. — Но эти три головы и шесть рук немного страшноваты…»

Цинь Му закончил отращивать дополнительные три головы и шесть рук. На лбах каждой головы можно было увидеть по вертикальному глазу, но они были полуприкрыты.

Размахивая шестью ножами, Ху Кан в волнении бросился вперёд:

— Ты совершенствовал технику нашего плавучего мира? В таком случае ты встретил достойного противника!

Несмотря на то, что он запечатал своё совершенствование, его способности всё равно были чрезвычайно мощными и ужасающими. Его навыки ножа были не только навыками ножа, но и заклятиями, спрятанными внутри. Было очевидно, что, когда Паньгун Цо использовал во время спаррингов метод боевых заклятий Лин Юйсю, Сын Бога Багрового Света изучил их, прежде чем обучить им всех остальных!

Сердце Лин Юйсю подпрыгнуло, но в этот момент шесть рук Цинь Му соприкоснулись друг с другом и рванули вперёд. Три Переворачивающие Небо Руки Инь Ян собрались вместе, а уже в следующий миг послышался громкий хлопок, в то время как Ху Кан отлетел назад с ещё большей скоростью, чем ранее бежал вперёд!

Он был удивлён, но в то же время взбешён. Пытаясь вонзить шесть ножей в землю, чтобы затормозить, из-под их лезвий разлетались снопы искр!

Вьюх…

Три луча света вырвались из глаз Цинь Му, пригвождая Ху Кана к земле. Огромное давление давило на него сверху и толкало вперёд в толпу, заставляя всех на площади падать и спотыкаться. За долю секунды вся площадь была охвачена хаосом!

Цинь Му громко рассмеялся и внезапно присел на корточки, раздвинув ноги на метр. Его бёдра, казалось, наполнились безграничной энергией для прыжка, а мышцы и сухожилия натянулись до предела.

Непреодолимый боевой дух вырвался из его тела и закружился, превратившись в яростно круживший вокруг него воздушный поток, который можно было увидеть даже невооружённым глазом.

Даже у Лин Юйсю, стоявшей позади него, почти задралось платье, и волосы начали непрерывно развеваться!

Буум!..

Земля взорвалась, и там, где ещё миг назад стоял Цинь Му, а сейчас уже никого не было, появилась огромная яма, от которой в разные стороны паутиной распространялись трещины.

Лин Юйсю посмотрела в небо и увидела где-то вдали маленькую красную точку.

Бабах!

Раздался оглушительный грохот и Цинь Му метеоритом врезался в толпу практиков. Между тем скользящее тело Ху Кана до сих пор не остановилось.

Прежде чем его смех затих, пилюля меча в его руках разделилась на шесть частей и разлетелась во все стороны. За долю секунды она превратилась в величественные горы и реки, утопившие в себе бесчисленное множество практиков божественных искусств.

Шесть рук Цинь Му задрожали и шесть мечей, казалось бы, покрывшихся переливающимися крошечными чешуйками, перевоплотились в шесть длинных ножей.

Куда направляются длинные ножи?

Это были свирепые тигры, направлявшиеся к стаду ягнят!

Стадо ягнят было перепутано и не представляло угрозы. Он пробивался сквозь толпу, и только шесть человек осмелились напасть на него. Они сделали это одновременно, но против шести практиков в одной и той же области он был абсолютно непобедим!

Свет ножа за долю секунды превратился в огромный шар света, расширившийся во всех направлениях, сметая бесчисленных практиков божественных искусств, которые бежали в его сторону.

Свет ножа исчез, в то время как он широко развёл шесть рук и, быстро перебирая ногами, бросился в толпу.

Где бы он ни пробегал, повсюду раздавались взрывы. Через считаные секунды в воздухе можно было увидеть кувыркающихся практиков. Безостановочно гремели раскаты грома, с неба всё время доносился треск ломающихся костей. Слышались жалобные крики боли и даже блеяния ягнят. В небо взлетали не только люди, но и ягнята.

— Он постиг божественное искусство создания из Божественного Кольца Создания и добавил к нему божественные искусства создания Небесного Наставника… но он так и не исполнил Мудру Небес и Земли, которой я его обучил… — депрессивно пробормотал Первый Предок.

Немного погодя его глаза загорелись от увиденного. Парень, наконец, исполнил его навыки мудры.

С перекрещивающейся поступью Цинь Му мелькал среди бесчисленных практиков божественных искусств, словно призрак. Исполняя навык Мудры Небес и Земли, он был повелителем небес и земли. Воздух был близок к самоподрыву, между тем сильные практики либо глубоко врезались в землю, либо взлетели на несколько сотен метров.

Первый Предок удовлетворённо улыбнулся.

Девять глаз трёх голов Цинь Му выстрелили лучами божественного света, сдувая практиков божественных искусств плавучего мира под треск ломающихся рёбер.

Его божественные глаза прекрасно компенсировали недостаток движений.

Лин Юйсю ошеломлённо смотрела на поле боя в нескольких сотнях метрах впереди и бормотала:

— Следовать позади? Но как, если он бежит так быстро?

Первый Предок медленно пошёл вперёд, говоря:

— Давай для начала пойдём обычным шагом.

Лин Юйсю последовал за ним, и они вдвоём направились ко дворцу, в котором находился Сын Бога Багрового Света.

Буум!

Ещё один трёхглавый, шестирукий практик рухнул рядом с шагающей парочкой.

Лин Юйсю выглядела спокойной и изо всех сил старалась не смотреть вверх. Она слышала непрерывные звуки падения, словно от идущего из людей дождя. Практики плавучего мира вперемешку с ягнятами падали даже не дождём, а градом.

Вокруг царил полнейший беспорядок, повсюду валялись бесчисленные практики божественных искусств. Некоторые из них катались по земле и скулили, в то время как другие смотрели в небо с пустым выражением лиц. Неподалёку сформировалась куча из упавших людей, постоянно дополняющаяся новыми жертвами.

Лин Юйсю старалась сохранять самообладание и таки дошла до самого конца лестницы. В этот момент перед ними появился Цинь Му, рассеявший свою трёхголовую, шестирукую форму, возвращаясь к своему истинному виду, и с почтительным выражением лица поднялся с ними по лестнице.

Вокруг них всё ещё падали люди. Каждый раз, когда кто-то падал, Лин Юйсю чувствовала, как её сердце подпрыгивает, и думала про себя: «Наверное падать на каменные ступени очень больно».

Паньгун Цо, стоящий на ступеньках рядом с Чи Си, увидел проходящего мимо Цинь Му и поспешно втянул голову в себя, слегка преклонившись, чтобы выразить своё уважение.

Цинь Му с улыбкой кивнул ему и Чи Си, чьё крайне мрачное лицо, казалось, схватила какая-то судорога. У других богов плавучего мира были похожие выражения лиц, но они не произнесли ни слова, просто пристально уставившись на него.

Он, казалось, ничего не замечал. Только когда Лин Юйсю и Первый Предок поднялись на последнюю ступеньку и увидели Сына Бога Багрового Света, они поклонились и их голос зазвенел по площади:

— Посланники Вечного Мира отдают дань уважения Сыну Бога Багрового Света!

Шлёп.

Последний практик божественных искусств рухнул с неба, приземляясь прямо между Цинь Му и Сыном Бога Багрового Света. Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 655. Единство Воли — Неприступная Твердыня

Взгляд Сына Бога упал на практика божественных искусств, приземлившегося перед ним, прежде чем постепенно подняться к лицу Цинь Му. Затем он отвернулся, всматриваясь вдаль. Площадь впереди была покрыта глубокими ямами, на дне каждой из которых распластался тот или иной практик.

Было также огромное количество людей, которые не упали на землю, создавая яму, но всё же получивших серьёзные увечья в только что прошедшем побоище в виде переломанных рёбер, рук и ног. Также встречались те, кто остался относительно цел, ведь был всего лишь превращён в ягнят божественным искусством противника. Они до сих пор растерянно носились по площади и непрерывно мычали.

Если бы это было настоящее поле битвы, молодое поколение Плавающего Мира было бы полностью уничтожено. Цивилизация, с течением времени становящаяся всё более решительной, могла быстро потерять целое поколение!

Сын Бога встал и прошёл мимо Цинь Му. Не обращая на него никакого внимания, он подошёл к краю ступеней и посмотрел вниз.

— Династия Богов Багрового Света пережила две эпохи, Багровому Императору удалось построить империю на необработанной земле. Во времена нужды появился Светлый Император, спасая нас от гибели. Люди Багрового Света яростно сражались на протяжении сотен поколений, основывая великолепную Эпоху! — его голос не был слишком резонирующим, но обладал тяжёлым звучанием, ударяющим в уши всем слушателям. — И всё же после того, как мы спрятались в этом месте, многое произошло. Люди, скрывающиеся здесь, постепенно забывали врага снаружи, стёршего с лица земли наш дом, нашу страну и наших сородичей. Они постепенно забыли о смелости и борьбе Багрового и Светлого Императоров, забыли, что однажды они были богами войны — расой богов войны! Все вместе мы спрятались в крохотном здании, переставая беспокоиться обо всём остальном. Это неприемлемо! Спрятаться — значит потерпели поражение! Это унизительно! — его голос становился всё громче и громче.

Все люди на площади внизу чувствовали себя опозоренными, и не осмеливались поднять голову. Даже Чи Си стоял, потупив взгляд в землю.

— Мне пришлось использовать гостя, чтобы опозорить вас, оскорбить вас, чтобы пробудить вас! — в голосе Сына Бога слышалась нотка злости. — Я воспользовался им, чтобы предупредить его людей, дать им понять, что вы уже забыли свои традиции, забыли о своей ненависти и духе Багрового Света! Без него наша эпоха и вправду мертва! Она умерла не от рук Райских Небес, а от ваших, от рук тех, кому повезло выжить! — его речь слегка замедлилась, а в тяжёлом голосе слышалось уныние. — Вы знаете, почему я осмеливаюсь называть себя лишь Сыном Бога? Почему я настаивал на отправке людей из Плавучего Мира ради получения новостей извне? Вы знаете, почему три тысячи лет назад я хотел связаться с Императором-Основателем и даже подчиниться ему? Я не мог смотреть…

— Я не мог смотреть, как вы всё сильнее и стремительнее опускаетесь на дно, как разрушаете Эпоху Багрового Света своими руками, не мог наблюдать, как вы становитесь грешниками…

— Я просто хочу, чтобы вы, ребята, вернулись к реальности и заново открыли для себя дух Эпохи Багрового Света, набрались боевого духа и перегруппировались, — он медленно шагал в сторону ступеней. — Я осмеливаюсь называть себя не императором, а лишь Сыном Бога, не потому, что я хуже императора вроде того, что правит Вечным Миром, а потому, что мои подданные недостойны подобного! Если вы не достойны, то и я вместе с вами!

— Посланник Вечного Мира очень силён? Он мог самостоятельно одолеть шестерых из вас! Но задумайтесь, почему он сражался так на протяжении всего времени? Почему среди десятков тысяч из вас, только шесть человек могли атаковать его одновременно?

Мужчина замолчал, давая окружающим немного времени на размышления.

Практики божественных искусств ошарашенно опустили взгляды. Спустя некоторое время кто-то тихо пробормотал:

— И вправду, после того как он бросился на толпу, его атаковали лишь шесть человек.

Всё больше людей начинали кивать головами и перешёптываться. Потерпев поражение в бою с Цинь Му, они потеряли всю свою уверенность и гордость за свою эпоху, у них возникло чувство, что этот противник непобедим.

Но теперь в их сердцах медленно зажглась надежда.

Цинь Му мог одновременно победить только шестерых человек, он не был абсолютно непобедимым!

Голос Сына Бога прозвенел снова:

— Во времена Династии Богов Багрового Света каждый из нас мог сражаться с шестью противниками! Из-за этого мы завоевали репутацию богов войны! Но теперь всех вас одолела новорождённая империя, мы больше не достойны своих предков! Что случилось с нашей репутацией богов войны? Мне стыдно, но всё же, ощутив позор, мы можем работать усерднее!.. — вздохнув, он продолжил. — В прошлой битве вы напоминали тарелку сыплющегося песка. Вы сталкивались и сдавливали друг друга. Эта суматоха была лишней. Из-за неё не находилось даже шести человек, способных одновременно его атаковать. Вы потерпели поражение не от руки посланника Вечного Мира, а от своей собственной! Позор! Какое унижение! — громко прокричал он, прежде чем задать риторический вопрос. — Как стоит отвечать на унижение Багрового Света? — на мгновение задумавшись, он продолжил. — Отбиваться! Только так мы сможем стереть пятно со своей репутации и поднять головы ввысь! Сегодня посланник Вечного Мира одолел вас, но вы одолеете его в будущем. В прошлом Райские Небеса уничтожили наш Багровый Свет, а значит, мы уничтожим их в будущем!

Кровь в жилах практиков божественных искусств, стоящих внизу, вскипела. Несмотря на боль, все они начали громко кричать. Поначалу их голоса были хаотичными, но постепенно они слились воедино, превращаясь в оглушительный потоп, пробирающий всех вокруг до глубины души.

Десятки тысяч голосов, слившихся воедино, были настолько шокирующими и оглушительными, что Цинь Му и Лин Юйсю резко изменились в лицах.

Цинь Му огляделся по сторонам, увидев, как ауры практиков божественных искусств соединяются друг с другом, напоминая яростный пожар в прерии, дух, вернувшийся на землю или потоп, покрывающий собой всё вокруг.

— Единство воли — неприступная твердыня. Этот дух, дух Багрового Света, вернулся к жизни… — бормотал юноша.

Сзади послышался голос Первого Предка:

— Это эффект хорошего лидера, такого как Император Яньфэн или Сын Бога. Имперский Наставник и ты совсем другие, вам не под силу произнести такую речь. Только сильный правитель может объединить сердца всех вокруг.

Цинь Му кивнул головой, отвечая:

— Настоящий лидер может использовать плохое событие на пользу, выкрутить сердца подданных так, что получится верёвка. Пока что я не в силах сделать что-то подобное.

Лин Юйсю тихо проговорила:

— Сын Бога только что сумел превратить твоё сражение с десятью тысячами практиков в бой с шестью, сказав всего лишь несколько слов. Он даже добавил, что те шесть людей были неспособны использовать свою полную силу, ещё сильнее преуменьшая твои способности. Он очень хитёр.

Юноша улыбчиво ответил:

— Его слова верны, мне и вправду не так уж просто победить десять тысяч практиков области Семи Звёзд. Сформировав правильное построение и ударив меня одной лишь волной божественный искусств, даже сотня практиков области Семи Звёзд смогут с лёгкостью меня убить, не говоря уже о тысяче. Поэтому я постарался разрушить их построения и посеять в их рядах хаос. Затем, воспользовавшись возможностью, я пошёл в атаку. Меня и вправду не могли одновременно атаковать более шести человек, а из-за давки и суеты их количество и вовсе упало до трёх-четырёх. Именно так я победил десять тысяч практиков божественных искусств.

Лин Юйсю проговорила:

— И всё же, он преуменьшил твоё величие.

— Он делает это для своей расы, так что это простительно, — ответил Цинь Му. — Моя цель заключалась в том, чтобы добиться этой битвой хотя бы пятидесяти лет перемирия между Багровым Светом и Вечным Миром, — слегка улыбнувшись, он продолжил. — Боги и практики божественных искусств Плавающего Мира Багрового Света очень горды, и даже если они вступят в союз с Вечным Миром, они будут смотреть на нас свысока и постепенно их дискриминация превратится в угнетение. Они определённо будут издеваться над людьми и практиками Вечного Мира, что рано или поздно станет причиной огромной катастрофы. Но теперь, когда я их избил, они не осмелятся доставлять проблем ещё как минимум пятьдесят лет.

— Я не представляла, — Лин Юйсю ошарашенно моргнула, — что ты так глубоко всё продумал. А что произойдёт через пятьдесят лет?

— Через пятьдесят лет их снова придётся избить, — спокойно проговорил Цинь Му. — Тогда мы получим ещё пятьдесят лет перемирия.

Сын Бога приказал раненным практикам божественных искусств уйти и позаботиться о своих ранениях, а сам вернулся на своё место. Слегка улыбнувшись, он проговорил:

— Посланники Вечного Мира, усаживайтесь.

Цинь Му, Лин Юйсю и Первый Предок уселись на свои места, и Сын Бога бросил на них яркий взгляд. Тщательно их осмотрев, он обратился к Первому Предку:

— Друг Дао принадлежит к Эпохе Императора-Основателя?

Первый Предок ответил:

— Я иммигрант Императора-Основателя.

— Я отправил Чи Си, чтобы тот встретился с Императором-Основателем, и даже планировал подчиниться ему, объединяясь с вами, чтобы одолеть Райские Небеса, — вздохнул Сын Бога. — Я никак не ожидал, что всё так изменится. Ничто не вечно. До того, как Чи Си успел к вам добраться, Эпоха Императора-Основателя была преждевременно уничтожена. Она просуществовала двадцать тысяч лет, но в нашем Плавающем Мире за это время прошло всего лишь три тысячелетия. Как жаль, как жаль. К счастью, у нас есть Вечный Мир, — взглянув на Лин Юйсю, Сына Бога с улыбкой продолжил. — Принцесса Юйсю лично пришла к нам, твоё присутствие принесло свет в моё скромное жилище. Чи Си подписал договор с Императором Яньфэном, и я уже успел его прочесть. Если бы мои ученики сумели одолеть посланников, я был бы в праве обсудить кое-какие детали и внести некоторые правки. Тем не менее, они потерпели, поэтому я не буду менять то, что подписал Чи Си.

Преклонившись, Лин Юйсю улыбчиво ответила:

— Ваше Величество Сын Бога очень великодушен. Если в прошлом мы как-нибудь тебя оскорбили, я прошу прощения.

— Принцесса очень вежлива. Изначально, я хотел продемонстрировать силу, но никак не ожидал, что тем самым собью себя со своего же седла, — Сын Бога рассмеялся, казалось бы, выглядя абсолютно равнодушным к недавним событиям. Тем не менее, он не оборачивался к Цинь Му, говоря. — Я соглашаюсь с пунктами этой клятве о союзе. Принцесса и посланник, подождите несколько дней, мне нужно всё ещё подготовить несколько мелочей, прежде чем я смогу отправить отряд моих сородичей в Вечный Мир.

На этот раз разговор закончился спокойно.

Лин Юйсю, Цинь Му и Первый Предок вернулись в свои резиденции. Девушка тут же проговорила:

— Этот Сын Бога вызывает у меня тревожное, ужасающее чувство. Какой он человек на самом деле? Я так и не смогла его раскусить! Он и вправду так легко поступится просто из-за того, что пастушок продемонстрировал ему свою силу? Я в это не верю.

Выпрямив спину, Цинь Му улыбнулся:

— Он и вправду весьма амбициозный человек, но сейчас его главная цель — выслать своих людей из этого дворца, отрезавшего их от внешнего мира, вернуть их в борьбу снаружи. Тем не менее, он не станет рисковать всеми и отправит в Вечный Мир лишь часть своих сородичей. Более того, небольшой отряд не будет нести в себе угрозы для Вечного Мира, а принесёт лишь огромную пользу.

На мгновение задумавшись, проговорила девушка:

— Крепко встав на ноги, они всё же начнут нести в себе угрозу для Вечного Мира.

Юноша ответил:

— За это время Вечный Мир ведь тоже должен укрепиться, не так ли? Нам не стоит переживать из-за этого. Это проблемы Сына Бога и Императора, пусть они сами с ними разбираются. Нам осталось быть в Плавающем Мире всего лишь несколько дней, давай осмотрим здешние пейзажи. Сестра Юйсю, присоединишься ко мне?

Девушка покачала головой:

— Мне нужно поразмыслить кое о чём.

Она начала ломать голову, ставя себя на место Императора Яньфэна, и пыталась понять, что нужно сделать, чтобы одержать победу в этой игре.

«Сын Бога Багрового Света — ужасающий противник, его талант, смелость, стремительность и методы ничем не уступают отцу. Чтобы в будущем одержать верх, ему придётся быть ещё более талантливым, решительным и владеть ещё большим количеством методов!» — думала она про себя.

Цинь Му гулял по городу, изучая обычаи и традиции Плавающего Мира, осматривая структуру и стиль их архитектуры. Первый Предок безмолвно шагал вслед за ним.

На самом деле, Плавучий Мир был не меньше, чем Вечный Мир, но в нём жило совсем не много людей. Возможно, из-за того, что здешние люди жили довольно богатой жизнью, они потеряли интерес к созданию семей.

Это было довольно странным явлением. Когда люди жили в опасности, они всеми силами пытались продолжить свой род, но, когда их жизнь наполнялась достатком и беззаботностью, они теряли к этому интерес. В таком случае численность населения начинала сокращаться. Особенно сильно это было заметно в месте, не имеющем дела с внешними врагами, войнами, нехваткой еды или одежды.

— Сын Бога Багрового Света прав, если Плавающий Мир продолжит здесь скрываться, они сами себя уничтожат, — тихо проговорил Цинь Му.

Божественный город был построен в виде величественной и огромной горы, намного громаднее горы Сумеру. Стоя на вершине его башни, можно было увидеть пейзажи Плавучего Мира на расстоянии вытянутой руки, а к свету, витающему в небе, казалось, тоже можно дотянуться.

Цинь Му оглядывался, будучи полностью спокойным и расслабленным. Обернувшись, он внезапно ошеломлённо застыл, обнаруживая, что самой высокой точкой города на самом деле был не имперский город, а гигантский дворец, возвышающийся позади него.

Находясь в городе, он не видел этого места.

— Что это за строение?

Переполнившись волнением, юноша поспешно спустился с городской башни. Обойдя имперский горд, он направился ко дворцу.

Между тем Первый Предок спокойно следовал за ним с унылым выражением лица.

Добравшись к дворцовому залу, находящемся за пределами города, он увидел каменные ступени, тянущиеся вдаль. Он не знал, как именно их построили, но испытывал ужас от их вида. Разглядеть их конец было невозможно.

Цинь Му поднялся наверх, и когда он почти добрался к вершине, впереди показались головы нескольких трёхглавых шестируких богов. На их огромных лицах возникли злостные выражения, и они прокричали:

— Посланник Вечного Мира, это священный зал и запретная земля, пожалуйста, уходи!

Юноша остановился, когда сверху донёсся знакомый голос:

— Стражник Цзинь, пусть он поднимается.

— Сын Бога Багрового Света тоже здесь? — слегка удивлённый, Цинь Му пошёл вперёд.

Сын Бога был одет в пурпурно-красную мантию, облегающую его тело, и стоял вперёд лицом к огромному, завораживающему залу. Он расслаблено проговорил:

— Посланник Вечного Мира, это место является межбровьем Багрового Императора. Внутри сокрыты божественные лучи его разума.

Цинь Му на мгновение заколебался:

— Раз это священная землю Багрового Императора, я думаю, что мне не стоит входить. Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 656. Мозг Багрового Императора

Сын Бога Багрового Света обернулся и с улыбкой произнёс:

— Думаю нет ничего плохого в том, что я приглашу вас в священный зал. Пожалуйста, следуйте за мной.

Цинь Му задумчиво повернул голову и посмотрел на бледноватого Первого Предка, который шёл следом с, казалось бы, полным отсутствием чувства радости жизни.

«Его раны уже должны были зажить. Почему он до сих пор такой безжизненный?» —был сбит с толку Цинь Му.

Первый Предок обычно был холоден и никому не любил отвечать, но с тех пор как они прибыли в плавучий мир, он стал каким-то слабым и подавленным. Было очевидно, что причина не в его ранах.

Они оба последовали за Сыном Бога к священному залу.

— Похоже твой друг всегда готов защищать только тебя, а не Принцессу Вечного Мира, — улыбнулся Сын Бога. — Судя по всему, ты для него важнее, — Цинь Му хотел что-то сказать, но он продолжил. — Однако, хочу сказать, что ты для меня тоже важнее, чем Принцесса Вечного Мира, а также гораздо важнее, чем Император Яньфэн.

Цинь Му удивлённо улыбнулся, прежде чем поинтересоваться:

— Ваше Высочество, почему?

Сын Бога проигнорировал его вопрос и просто вошёл в зал:

— Ни один посторонний не мог войти в этот священный зал с тех самых пор, как его построили. Не говоря уже о посторонних, не многие люди нашего народа имеют право войти сюда и отдать дань уважения мозгу Багрового Императора.

— Ваше Высочество, Сын Бога, я очень горд, что попал сюда, — высказал Цинь Му.

Мужчина повернул голову и вгляделся в лицо юноши. Казалось, он хотел убедиться, что тот говорит правду.

Цинь Му действительно переполняла благосклонность.

Увидев его признательное лицо, Сын Бога покачал головой:

— Твоё выражение лица имитировано до совершенства. Ты только притворяешься. Твои слова идут не из глубины твоего сердца. Ты просто любопытен и совсем не горд или что-то в этом роде. Если бы ты мог притворяться от всего сердца, тогда, возможно, ты и смог бы обмануть меня.

Цинь Му покраснел от стыда.

— Твоё постыдное лицо тоже фальшивое, — Сын Бога продолжал идти. — Вы, ребята, возможно, не знаете, но я на самом деле не потомок Багрового Императора или Светлого Императора. Я не связан кровно ни с одним из них.

Цинь Му был поражён. Между тем Первый Предок загорелся неподдельным интересом и взял на себя инициативу спросить:

— Брат Дао, если ты не их потомок, почему тебя почитают как Сына Бога Багрового Света?

Сын Бога, казалось, погрузился в воспоминания, когда начал объяснять:

— До того, как произошла катастрофа, Светлый Император уже предчувствовал приближающуюся опасность. Он собрал со всего мира всех молодых талантов и провёл боевое собрание. После нескольких раундов отбора, только тысяча человек была выбрана для встречи с ним. Я был одним из них. Учения Светлого Императора дали нам много вдохновений, но я не был самым выдающимся из них. В целом, моих способностей и понимания, включая божественные искусства, пути и навыки, было недостаточно, чтобы войти в первую десятку. Однако Светлый Император всё же выбрал именно меня. Он сказал мне, что Эпоха Багрового Света нуждается не в том, кто обладает лучшим пониманием или способностями, а в том, кто может сплотить сердца людей, чтобы помочь им выйти из их поражений. Он рассказал мне о пути в плавучий мир, а потом случилось несчастье, — Сын Бога погрустнел, но уже через мгновение вернулся к норме. — Сначала я не понял, почему он выбрал меня. Только когда разразилась катастрофа, я наконец осознал это. Светлый Император сказал всем, что я — дитя судьбы, Сын Бога для Эпохи Багрового Света, и когда настал судный день, многие люди обратились ко мне и стали моими последователями. Они верили, что я дитя судьбы, которое может принести им надежду, поэтому я повёл остальных членов моего клана, последнюю надежду Эпохи Багрового Света, в открытое пространство на поиски плавучего мира, так мы и оказались здесь. Я понимаю, почему Светлый Император выбрал меня. Потому что я могу справиться с поражением. Я могу объединить сердца людей, дать им надежду. Я не дитя судьбы Эпохи Багрового Света, но я могу спасти свой народ от смерти, заставить их уйти от поражения. Я также могу вывести их из мирного и расслабленного мышления, и даровать им дух, чтобы бороться и пробудить дикий дух Эпохи Багрового Света!

Первый Предок молча слушал его. Переживания Сына Бога Багрового Света были очень похожи на его собственные, однако они оба сделали совершенно другой выбор.

Сын Бога собрался с мыслями и двинулся вперёд. Он был выдающимся лидером и знал, когда нужно сдерживаться, а когда ударить.

Первый Предок, в свою очередь, привёл оставшихся членов клана к Вечному Миру и бездейственно ушёл. Он ничего не делал двадцать тысяч лет и не давал своему народу никакой надежды.

Последние несколько дней он чувствовал себя таким больным и подавленным, потому что плавучий мир напоминал ему деревню Беззаботную. Разве ситуация здесь сейчас не та же, что там?

Сын Бога пытался выйти из плавучего мира, но кто мог вывести бывшего подчинённого Императора-Основателя из деревни Беззаботной? Деревня Беззаботная также нуждалась в Сыне Бога Императора-Основателя!

Теперь, услышав и поняв прошлое Сына Бога, он вспомнил своё собственное прошлое.

«Я не Сын Бога Императора-Основателя… — горечь наполнила его сердце. — Небесный Наставник прав. Дезертир всегда остаётся дезертиром…»

— Сын Бога поведал нам эти тайны, не скрывая подробностей. Может ты планируешь убить нас всех? — голос Цинь Му прервал размышления Первого Предка.

Сын Бога усмехнулся и покачал головой:

— Не совсем. Твой друг очень силён. Кроме того, твоё тело содержит ужасающую энергию. Даже несмотря на то, что оно подавлено печатью, оно всё равно заставляет моё сердце подпрыгивать. Я хочу не убить вас, а сблизиться. Император Яньфэн имеет дух райского императора, но он родился в неподходящее время. Жаль, конечно, но он точно умрёт, так что ты ничего не добьёшься, помогая ему. Если Великий Ректор Цинь поможет мне, я смогу продлить судьбу Вечного Мира и Багрового Света. Мы сможем перегруппироваться и снова сразиться с Райскими Небесами! Великий Ректор Цинь, пожалуйста, помоги мне!

Цинь Му ошеломлённо замер, прежде чем вдруг рассмеяться. Его голос эхом отражался в стенах священного зала. Спустя некоторое время его смех утих, а улыбка сошла с лица:

— Ваше Высочество, Сын Бога, должно быть что-то не так понял. Я не подпирающая Вечный Мир колонна и не Имперский Наставник, отвечающий за реформы. Я просто Великий Ректор, который был вовлечён во всё это по совпадению. Если ты хочешь сблизиться, тебе нужен Имперский Наставник. Его талант и знания превосходили меня в сотн… в два раза! Ну может даже и не в два, но он всё же…

— Имперский Наставник Вечного Мира? Я как-нибудь встречусь с ним лично и посмотрю, выдержит ли он похвалу Великого Ректора. Не отталкивай меня. Кто может точно сказать, что произойдёт в будущем? Сначала подумай. Мозг Багрового Императора перед нами, — с улыбкой проговорил Сын Бога Багрового Света.

Цинь Му и Первый Предок посмотрели вперёд и увидели яркий свет, исходящий оттуда. Свет перекрещивался и переплетался, напоминая своей формой массивный мозг, занимающий несколько обширных полей пространства. Стоя здесь перед таким светом, человек сразу чувствовал свою ничтожность и недостаток мудрости.

Даже если это был мозг Багрового Императора, этот комок света на самом деле не был настоящим мозгом. Багровый Император уже превратился в плавучий мир, поэтому его мозг больше не существовал. Свет же был светом его сознания, который струился и по сей день. Формируя собой мозг, он имел места, которые были очень яркими, и места, которые были крайне тусклыми, но они постоянно сияли. Лучи света струились и непрерывно преобразовывались, как будто Багровый Император всё ещё думал и до сих пор имел жизненную силу.

— Какое сильное существо! Даже если его тело погибло, а дух был стёрт, его сознание до сих пор существует и, думаю, будет существовать вечно! — Цинь Му поклонился свету. На этот раз его уважение к Багровому Императору действительно шло из глубин сердца. Это было искреннее уважение без грамма фальши.

Сын Бога предстал перед гигантским мозгом и сказал:

— Когда Светлый Император отдал дань уважения Багровому Императору, он получил прядь его сознания, что, в итоге, позволило ему найти для нас путь к отступлению. Я подозреваю, что Багровый Император, возможно даже, не хотел, чтобы мы нашли плавучий мир и использовали его в качестве укрытия. Возможно, он хотел, чтобы мы позаимствовали эту прядь сознания, чтобы найти его мозг и получить некоторые воспоминания, которые находятся в нём.

Цинь Му потерял дар речи и мысленно воскликнул: «Даже если этот Сын Бога не является истинным ребёнком судьбы, он знает, как мыслить нестандартно. Его мыслительный процесс похож на мой».

Сын Бога со сложным выражением лица слегка коснулся мозга Багрового Императора. Свет сознания яростно задрожал и заструился по поверхности, становясь то ярче, то тусклее!

— Он пытается мне что-то сказать, но у меня нет способностей его понять. Я часто приходил к нему, чтобы получить больше информации, но я никогда не мог получить его наставления, — Сын Бога вздохнул. — Идите сюда. Почему бы вам не попробовать? Может быть вы сможете получить наставления Багрового Императора.

Цинь Му уже собирался прикоснуться к мозгу Багрового Императора, как вдруг Первый Предок шлёпнул по его руке:

— Будь осторожнее, Багровый Император может запросто овладеть тобой!

— Багровый Император — существо, которое основало Эпоху Багрового Света, с чего бы ему поступать так подло? Если бы он хотел, то давно бы овладел мной. Очень жаль, а ведь я бы предложил ему всего себя, но его душа уже рассеялась и превратилась в плавучий мир, — произнёс Сын Бога.

Цинь Му на мгновение задумался, затем оторвал от лба золотой ивовый лист и с улыбкой протянул руку:

— Я не умру от одного прикосновения…

Первый Предок нахмурился, но тоже протянул руку. Их ладони одновременно коснулись мозга Багрового Императора.

Буум…

Громкие взрывы, которые, казалось, раскололи небеса и землю, прогремели в их мозгах. Бесчисленные сложные образы и голоса диким галопом вторглись в их сознание. Голоса, казалось, исходили от одного и того же человека, однако какофонично произносимые предложения были очень короткими. Они состояли всего лишь из одной фразы, прозвучавшей тысячи раз практически одновременно!

Между тем образы казались сложными и трудноразличимыми. Тысячи образов промелькнули перед их лицами, они выглядели как те пёстрые, гротескные зрелища, которые обычно можно было лицезреть во время наступления катастрофы.

Глаза Цинь Му и Первого Предка быстро вращались, словно вихрь. Их глазные яблоки было невозможно разглядеть!

Вшик…

В третьем глазу Цинь Му, казалось, появился ещё один глаз, и начал любопытно оглядываться.

В глубинах глаза, на земле слова Цинь, большой и пухлый Цинь Фэнцин сидел на клоне Небесного Герцога. Он отодвинул печать в сторону и сумел одним глазом выглянуть наружу, едва видя ситуацию снаружи.

Этот огромных размеров ребёнок был очень любопытен.

Позаимствовав глаз в межбровье Цинь Му, он уставился на мозг Багрового Императора, пуская слюни, как вдруг информация из него хлынула в его мозг!

«Кто, чёрт возьми, строит мне козни?» — огромный ребёнок был ошеломлён от потока грубой информации и неподвижно замер на месте.

В то же время давление на Цинь Му было значительно уменьшено, но Первый Предок уже истекал кровью из всех своих отверстий. Его руки неохотно разжались, и он рухнул наземь, потеряв сознание.

Сын Бога испустил тихий вздох:

— Ты тоже не можешь обрабатывать информацию из мозга Багрового Императора. На самом деле, твоё восприятие немного хуже моего. Если я не могу, с чего вдруг ты сможешь?

Он поднял руку, на которой была одета прозрачная перчатка. Благодаря ей он не притронулся к мозгу Багрового Императора непосредственно.

— А вот Великий Ректор Цинь… — вспыхнув взглядом, Сын Бога открыл три своих глаза и уставился ими на Цинь Му. — Как тебе удалось продержаться до сих пор и не упасть в обморок? Однако это уже не проблема. Ты уже попал в лабиринт сознания мозга Багрового Императора и, наверное, больше не очнёшься.

Плавно подняв руки, он заставил подняться в воздух бесчувственного Первого Предка. Затем он обернулся, в то время как Первый Предок парил за его спиной.

— Я видел таких, как ты. Ты никогда не подчинишься мне. Даже если реформа Императора Вечного Мира потерпит неудачу, ты всё равно не примкнёшь ко мне и будешь помогать только Принцессе Юйсю, — он вышел из священного зала с пустым взглядом. — Ты не умрешь, но твоё сознание сольётся с сознанием Багрового Императора, потерявшись в его лабиринте. Даже если ты сможешь выйти из него, ты обнаружишь, что мир больше не тот, что ты помнил. Люди станут для тебя чужими, незнакомыми…

Он начал спускаться, как вдруг из священного зала подул лёгкий ветерок.

Сын Бога был шокирован и обернулся, чтобы посмотреть через дверь священного зала.

Зал внезапно потускнел и изнутри послышался удивлённый голос Цинь Му:

— Потух? Как это случилось? Первый Предок? Сын Бога? Где вы, ребята? Вокруг никого нет… Ну, пора бежать!

Сын Бога увидел, как Цинь Му, словно вор, выскальзывает из священного зала. Но когда тот заметил его на улице, то выпрямился и перестал вести себя как хитрый ворюга.

Слегка изменившись в лице, Сын Бога сразу же бросил Первого Предка на землю. Его тело вспыхнуло, и уже через мгновение он находился уже внутри священного зала.

Когда он увидел мозг, его конечности похолодели, а тело почти обмякло.

Мозг Багрового Императора и правда был потушен! Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 657. Запечатанный Багровый Император

Сын Бога Багрового Света ошарашенно смотрел вперёд. Багровый Император должен был сверкать разноцветными лучами, в которых содержалось его сознание и безграничное знание, но теперь, его мозг погас!

Гигантская голова, занимающая несколько полей, перестала светиться. Вместо этого её поглотила тьма, внутри которой нельзя было разглядеть даже малейшего лучика, а значит недавно сверкающее сознание покинуло это место.

Если сознание Багрового Императора не здесь, то где оно?

Он поспешно повернул голову и тут же вскочил, с мрачным лицом выбегая из зала:

— Вор…

Сын Бога был переполнен убийственным намерением и ещё до того, как он успел выйти из зала, небо снаружи затянулось чёрными тучами. Ветер, дождь, гром и молнии начали сеять вокруг хаос. Разряды молний ударяли о землю и проносились по бушующему небу.

Он был в ярости, которую отнюдь нельзя было назвать обычной. От его эмоций небо и вправду изменило свой цвет!

Однако, когда он подошёл ко двери, его взволнованное сердце постепенно успокоилось, и вместе с ним медленно погасли молнии в небе. Ветер и дождь утихли, а тёмные тучи рассеялись.

«Даже я не в силах выбраться из лабиринта сознания Багрового Императора, так как он оказался на свободе? — Сын Бога поднял ногу. Пока он парил в воздухе, его разум полнился сомнениями. — Насколько сильное сознание у Багрового Императора? Я не в силах с ним совладать, но этот парень смог. Кроме того, за пятьдесят тысяч лет, которые сознание Багрового Императора оставалось здесь, оно не признало ни одного своего сородича, так как ему удалось завоевать его признание так просто? Для чего Багровый Император оставил его здесь? Почему оно не передало свои знания мне?»

Его нога продолжала висеть в воздухе, а выражение лица мерцало между ясным и мрачным. Небо за пределами зала время от времени наполнялось тёмными тучами, иногда раздавался гром и сверкали молнии, а иногда туч не было видно в радиусе десяти тысяч километров.

В сердце Сына Бога происходила борьба. Багровый Император лично оставил здесь своё сознание, и оно определённо не могло попасть в руки чужаков. Неужели это значило, что он попросту выбрал Цинь Му? Или же была какая-то другая причина этому решению?

«Великий Ректор Цинь не является представителем Багрового Света!» — как только он принял решение, его нога приземлилась обратно на землю, отчего священная гора и зал на ней слегка пошатнулись.

****

Между тем Цинь Му в это время находился рядом с Первым Предком. Осматривая его состояние, он пришёл к выводу, что тот впал в кому. Должно быть, после прикосновения к сознанию Багрового Императора он пережил ужасный удар и его мозг не выдержал этого, теряя сознание.

«Это не травма. Ему просто нужно немного отдохнуть. Странно… Почему тогда я не упал в обморок после контакта с сознанием Багрового Императора?» — размышляя, Цинь Му обнаружил, что небо над ним постоянно меняется. Ошарашенный, он тут же попытался оттащить тело Первого Предка прочь. Тем не менее, тот, в конце концов, был богом. Он находился в области Сцены Казни Бога, разве его можно было просто потащить по земле?

Ветер и облака в небе постоянно переливались и это отражалось на выражении лица Цинь Му, которое тоже непрерывно мерцало между спокойствием и тревогой. Изменения в небе соответствовали эмоциям Сына Бога. Когда тучи рассеивались, тот не испытывал убийственного намерения, а когда сгущались — тот был настроен крайне агрессивно. Это значило, что внутри бога происходила борьба, он не мог решить, убивать ли Цинь Му за то, что он погасил сознание Багрового Императора!

«Сознание Багрового Императора крайне важно для оставшихся людей Багрового Света. Как только Сын Бога свесит все за и против, он определённо утолит своё желание убивать!» — несмотря на вес Первого Предка, Цинь Му снова попытался его оттащить, но так и не сумел сдвинуть его тело с места.

В этот миг указательный палец правой руки мужчины дёрнулся, ошарашивая юношу.

Однако, глаза Первого Предка оставались закрытыми, он продолжал неподвижно лежать.

Буум!.. Уммм!..

Сын Бога приземлился, сотрясая гору прикосновениями своих ступней.

Цинь Му слушал, как его шаги становятся всё отчётливее, а значит ближе, поэтому он поднялся и улыбнулся:

— Сын Бога Багрового Света позволил нам войти в священный зал и предложил коснуться сознания Багрового Императора. Из-за того, что ты питал недобрые намерения по отношению к нам, Первый Предок впал в кому.

— Да, я виноват, — на лице Сына Бога виднелось безразличное выражение. — Я и вправду надеялся, что ты попадёшь в лабиринт сознания и останешься там навеки.

Сердце Цинь Му дрогнуло, ведь если Сын Бога признался в своих намерениях, значит он не собирался их отпускать!

Сын Бога обладал исключительной мудростью, но у него была вредная привычка. Когда его сердце питало злые намерения, он обычно выдавал кое-какие секреты.

Например, когда они вошли в священный зал, он рассказал им тайну своего происхождения, после чего Первый Предок впал в кому, а Цинь Му чуть навеки не застрял в лабиринте сознания Багрового Императора.

Теперь он поделился с ними тайной своих настоящих намерений, а это скорее всего значило, что он собирался их убить!

— Если Великий Ректор Цинь может освободить сознание Багрового Императора и вернуть его обратно, то я позволю ему уйти. Всё случившееся останется в прошлом, — безразлично проговорил Сын Бога.

Удивлённый Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Сын Бога такой спокойный? По правде говоря, я тоже не понимаю, как мозг Багрового Императора мог так просто погаснуть, поэтому я не в силах вернуть тебе его сознание. Если тебе что-то известно, почему бы не рассказать?

Сын Бога вежливо ответил:

— Мозг Багрового Императора — это сосуд, в котором хранилось его сознание. Когда сознание выбралось наружу, свет тут же погас. Сейчас сознание Багрового Императора находится в твоей голове.

Цинь Му прислушался к своим мыслям, действительно обнаруживая довольно большое количество странных картинок и звуков. Тем не менее, их было недостаточно много, чтобы содержать в себе сознание Багрового Императора.

— В моём уме и вправду появились странные образы и звуки, — отвечая улыбался юноша, — но как можно извлечь из них сознание Багрового Императора? Я никогда не встречал и даже не слышал о божественном искусстве, способном извлечь сознание из мозга. Пусть Сын Бога мне поможет.

Сын Бога едва выдавил улыбку на своём угрюмом лице:

— Это очень просто. Сознание Багрового Императора никогда не погаснет. Оно слишком сильно и может пережить даже смерть своего носителя. Поэтому самым простым способом будет отрубить тебе голову и разрезать мозг кусочек за куском. В результате сознание Багрового Императора выскользнет наружу, — торжественно говорил он. — После этого я подниму его и отнесу обратно к мозгу Багрового Императора. Ректор Цинь, ты уже подумал над тем, как ты хочешь, чтобы тебя похоронили? Я могу проводить тебя огромной церемонией, как это любят делать представители дворянских семей. Я также могу использовать лучший божественный металл, чтобы выковать тебе новую голову. Даю слово, что она будет казаться правдоподобной и живой.

Побледнев в лице, Цинь Му начал потихоньку отступать назад. Через силу улыбаясь, он ответил:

— Сын Бога, должно быть, шутит, не так ли? Я не думаю, что мой мозг содержит чьё-то сознание. Если бы это было так, я уже превратился бы в Багрового Императора. Сын Бога, не веди себя опрометчиво. Хорошенько всё обдумай…

Пурпурная одежда мужчины начала медленно развеваться на ветру, когда он серьёзно проговорил:

— Это лучший способ, который приходит мне в голову. Ректор Цинь, конечно, может попытаться сбежать. Можешь уйти так далеко, как тебе хочется, но веришь ли ты, что сможешь покинуть Плавающий Мир? Почему бы тебе просто не постоять смирно, пока я не отрублю твою голову и проведу осмотр?

Цинь Му тут же развернулся и побежал вниз по склону, напоминая поток пыли.

Выражение лица Сына Бога тут же помрачнело. Веки глаза между его бровей медленно отодвинулись в стороны, и он вздохнул:

— С чего бы такой умный человек принимал такие неразумные решения? Кажется, перед смертью все они хотят сделать какую-то глупость.

В его третьем глазу скопился божественный свет, прежде чем выстрелить в сторону юноши.

В тот миг, когда луч вырвался наружу, Первый Предок вскочил на ноги, пронзая мечом Нефритового Сияния третий глаз Сына Бога!

Сын Бога почувствовал мучительную боль, когда кристаллик его третьего глаза выплыл наружу вместе с кровью. Внезапно из-под его фиолетовой мантии выросло ещё две головы, а из подмышек появились четыре дополнительных руки. Орудуя невероятной силой, его шесть рук замахнулись на Первого Предка!

Первый Предок не пытался увернуться, а сразу же оставил свой меч и скрестил руки, разразившись силой Мудры Небес и Земли и принимая на себя удар Сына Бога. Первая из Трёх Форм Переворачивающихся Небес — Падение Небес и Земли, Исчезновение Земли, взорвалась мощью, ударяя по телу Сына Бога!

Они ударили друг друга почти одновременно и хруст ломающихся костей послышался из их тел.

Рёбра проткнули спину Первого Предка и вылезли наружу, торча из одежды. Его нижняя челюсть рассыпалась, в то время как он сам полетел назад быстрее, чем Цинь Му бежал вниз по склону. Упав на землю, он создал огромный кратер прямо перед ним.

Дворцы вокруг начали рушиться, проваливаясь в гигантскую яму.

На противоположной стороне горы тело Сына Бога скрутилось под странным углом, его талия напоминала бумажную куклу, сложенную посередине. Шея посередине сломалась, а голова отлетела назад.

Бум!

Его тело врезалось в священный зал и раздался оглушительный хлопок, с которым стена здания взорвалась. Бесчисленные камни разлетелись во все стороны, а его тело продолжало лететь дальше, просвистев по небу будто луч света.

Земля под ногами Цинь Му непрерывно осыпалась, пока он спускался на дно огромной ямы. Прыгая туда-сюда, он наступал на летящие камни, постепенно подбираясь к Первому Предку.

Тот лежал на самом дне, раскинув руки в стороны. Из-за ужасной боли мышцы на его лице неконтролируемо сокращались:

— Его способности выше моих, его область тоже. Кроме того, у него три головы, а я сумел уничтожить только одну из них. Быстро уходи отсюда! — Цинь Му попытался его поднять, но Первый Предок сердито закричал. — Все мои двенадцать пар рёбер сломаны. Остался лишь хребет. Я больше не могу драться! Быстро, убирайся!

— Куда мне идти? — покачал головой Цинь Му. — Техника Багрового Света искусна в создании физического тела. Если они могут без лишних усилий отращивать себе дополнительные руки и головы, значить могут и восстанавливать сломанные кости. Тебе лишь нужно совершенствовать их божественное искусство создания и ты сможешь вылечить свои рёбра. Видишь, в этом вся заслуга изучения Божественного Кольца Создания. Хоть ты ничего мне не говорил, я всё равно знаю, что ты зол на меня за то, что я не учил твой навык мудры…

Неподвижно лежа, Первый Предок впал в ярость:

— Как ты можешь нести этот бред в такой критический момент? Быстро, прячься, беги!

Цинь Му с улыбкой спросил:

— Я не могу покинуть Плавучий Мир. Куда мне бежать?

Он и вправду не мог оттащить тело Первого Предка, поэтому ему оставалось лишь сдаться. Вынув Таинственный Нож Казни Бога, он схватился за футляр и уставился на вершину священной горы.

Вьюх!

Луч света полетел в обратном направлении, Сын Бога Багрового Света вернулся к передней части зала. Его голова посередине всё ещё свисала за спиной и непрерывно блевала кровью и кусками сломанных костей, которые, должно быть, были ключицей, рассыпавшейся вместе с шеей.

Когда он выплевал все сломанные кости, шея посередине медленно выпрямилась, а голова вернулась на своё нормальное место. Ранения его шеи быстро зажили.

Эпоха Багрового Света и вправду обладала выдающимися достижениями в искусстве создания. Они были по-настоящему достойны зависти!

Причина, по которой Цинь Му так увлёкся Божественным Кольцом Создания, состояла не только в том, что оно обладало почти непобедимой силой, но и тем, что в нём крылись мощные искусства создания.

Сын Бога кусочек за кусочком выдавливал из своих ран осколки костей. Его ранения были крайне серьёзны, так как Первому Предку удалось застать его врасплох, и окажись на его месте какой-нибудь другой бог, тот определённо погиб бы от атаки. Тем не менее, он мог совладать с подобными ранениями.

Несмотря на то, что ранения его исконного духа и божественных сокровищ были крайне серьёзными, Первый Предок уже признал своё поражение.

— Таинственный Нож Казни Бога в твоих руках не несёт никакой угрозы для бога области Нефритовой Столицы вроде меня.

Сын Бога поднял руку, заставляя землю впереди него задрожать и превратиться в колонну, поднимая Цинь Му и Первого Предка в небо.

Строение тут же начало кружиться, поворачивая юношу спиной к нему.

Цинь Му поспешно попытался обернуться, но несмотря на все приложенные усилия, он всё время стоял к Сыну Бога спиной!

Он не мог навести на него Таинственный Нож Казни Бога!

На его лбу проступил холодный пот. Его последней надеждой был Таинственный Нож Казни Бога, но теперь этот артефакт оказался абсолютно бесполезным!

Сын Бога использовал невероятно примитивное движение, избавляясь от угрозы ножа!

В этот момент прилетели бесчисленные боги Плавучего Мира. Увидев развернувшееся зрелище, они неподвижно застыли, не осмеливаясь подойти ближе.

Внезапно Цинь Му отбросил Таинственный Нож Казни Бога, постучал себя по межбровью и прокричал:

— Другой я, выходи!

Его межбровье никак не реагировало, а глаз попросту заболел от сильного удара пальцем.

Юноша прорычал:

— Освободись!

Между его бровей ничего не происходило.

— Цинь Фэнцин! — позвал юноша.

Тем не менее, ответа не последовало.

Растерянно моргнув, Цинь Му прокричал:

— Ты выпрыгиваешь и создаёшь проблемы, когда не стоит, но теперь, когда ты мне нужен, ты просто молчишь! Зачем ты мне вообще?

В глубине его третьего глаза, на земле в форме слова «Цинь», огромный трёхглазый младенец ошарашенно вскочил, обнаруживая, что из его шеи вырастает вторая голова. Она совершенно не напоминала Цинь Му, когда тот был ребёнком!

Это была голова Багрового Императора!

Гигантский младенец поднялся, освобождая старика в белой мантии, которого зажимал своими ягодицами. Оказавшись на свободе, тот не стал терять времени и немедленно сбежал.

Цинь Фэнцин замахнулся кулаком и яростно ударил себя по шее.

Бам! Бам! Бам! Бам!..

После целой серии атак из его тела выпрыгнул император средних лет, обладающий необычайной внешностью. С изуродованным ушибами лицом он неподвижно распластался на земле.

Будучи ошарашенным и злым, он тут же вскочил на ноги, намереваясь отомстить, но, оглянувшись вокруг, застыл, раскрывая шокированное выражение:

— Небесный Герцог, Брахма и даже печать Графа Земли? Что это за место? Как я здесь оказался? Внимание!

Если глава без отступа/абзаца сообщите об этом в форму жалобы пожалуйста, исправим быстро.

Глава 658. Добро и Зло

Пока Император средних лет обдумывал своё положение, его внезапно схватил огромный ребёнок. Он пытался освободиться, но через какое-то время бросил это дело и с усмешкой спросил:

— Я просто сознание, что ты сможешь сделать со мной?

Хруст.

Ребёнок-переросток откусил половину его тела, а вторым укусом полностью проглотил.

— Такой пресный. Нет ни человеческого, ни призрачного вкуса… Что происходит?

Голова Багрового Императора вновь выросла из шеи ребёнка, чем сильно разозлила последнего, и тот в ярость снова начал наносить по нему удары, в конце концов выбрасывая из своего тела.

— Я же сказал тебе, — прогремел подползший Багровый Император, — я — сознание. Я не настоящий Багровый Император. Ты не сможешь съесть ме…

Шлёп…

Ребёнок раздавил его, словно муху, сотрясая горы вокруг, а когда поднял руку, уставился на него, растянувшегося в центре огромного отпечатка ладони. Находящийся вдалеке клон герцога решил предупредить его и, боясь привлечь внимание «малыша», выкрикнул в пол голоса:

— Багровый, прекрати бороться и ссориться с ним. Когда ему надоест играть с тобой, он отстанет.

Однако Багровый Император не услышал предупреждений клона Небесного Герцога и снова подполз к ребёнку, говоря с разъярённым лицом:

— Ты вообще в курсе кто я такой? Ты…

Шлёп!..

Багровый Император снова очутился в земле и на этот раз отпечаток был ещё глубже.

— Я… — начал было он, с трудом поднявшись.

Шлёп! Шлёп! Шлёп!..

Ребёнок несколько раз подряд сильно ударил его. Даже сердце Небесного Герцога подпрыгнуло от страха. Через некоторое время этот очаровательный, огромный и сильный ребёнок наконец потерял интерес к бедолаге.

Клон Небесного Герцога медленно двинулся вперёд, стараясь не потревожить это ходячее бедствие, и вытащил из-под земли Багрового Императора со словами:

— Можешь не стараться что-то противопоставлять ему на этой запечатанной земле. Тебя только побьют. Я не могу сломать печать Графа Земли и подавление Будды Брахмы в одиночку, но объединившись у нас будет шанс выбраться отсюда. Что думаешь? Будь тише травы, не издавай лишних звуков, чтобы не привлекать это воплощение дьявола.

— Я всего лишь сознание Багрового Императора, у меня не так много способностей. Я боюсь, что не смогу пробиться через печать Графа Земли и подавление Будды Брахмы.

— Одной печати Графа Земли было бы недостаточно, чтобы заманить меня в ловушку, — улыбнулся клон Небесного Герцога. — Вся суть в Будде. Брахма всегда относился ко мне с уважением и называл братом Дао, но как бы я не обращался к нему сейчас, он игнорирует меня. Скорее всего он опять отправился бродить во сне. Будда сверху материализован из сна, то есть он такое же сознание, как и ты. Если ты будешь бороться с ним, я смогу снять печать Графа Земли. Нам не нужно делать огромную дыру. Маленькой трещинки будет достаточно, чтобы сбежать.

Глаза Багрового Императора загорелись, и он поклонился:

— Я в долгу перед братом Дао…

— Тихо. Не привлекай это воплощение дьявола.

Они оба посмотрели на «крошку» Цинь Фэнцина, который с чувством достоинства ползал по земле слова Цинь, пытаясь сбежать от печати. Однако, где бы он ни полз, везде возводились горы, не позволяя ему покинуть это место.

— Вперёд! — скомандовал клон Небесного Герцога.

Багровый Император тут же взмыл ввысь и бросился на Будду в небе. Его тело задрожало, а уже в следующий миг на месте одной головы, появилось три, а в месте двух рук — шесть. Будда над печатью слова Цинь внезапно ярко засиял и прогрохотал громким голосом, а уже через мгновение его окружили бесчисленные подавляющие санскриты.

— Брат Дао Брахма, ни твоя Без Мысли, ни Не Думая не смогут одолеть мои Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога!

Они оба были сознаниями, столкнувшимися друг с другом. Клон Небесного Герцога почувствовал, что подавление Будды резко ослабевает и немедленно начал ломать печать Графа Земли. Обладая безграничной мощью, он поднял ногу, прежде чем топнуть изо всех своих сил. Земля слова Цинь внезапно перестала функционировать, и он воспользовался шансом, чтобы поднять руку и оттолкнуть небо. Где-то в вышине открылась вертикальная дыра, как будто открылись веки.

— Багровый Император, сражаться с Брахмой больше не нужно. Давай воспользуемся этим моментом и сбежим! — закричал клон Небесного Герцога.

Багровый Император был удивлён и обрадован. В мгновение ока два древних существа взмыли в небо, превратившись в два росчерка света, устремившихся к трещине. Но в этот момент три глаза Цинь Фэнцина хитро блеснули, в то время как он сам улыбнулся.

Багровый Император и Небесный Герцог собирались покинуть пределы печати, как вдруг две пухлые ладони схватились за них и потянули вниз, разбивая о землю.

Оправившись от падения, парочка с недовольным видом поспешно подняла головы. Большой ребёнок уже добрался до отверстия в небе и протиснулся верхней частью тела через печать. Его пухлые, короткие ножки всё ещё болтались, когда он пытался вылезти. Внезапно его правая нога странно дёрнулась, ещё больше расширяя трещину, и он неуклюже выполз наружу.

Печать в небе постепенно затягивалась. Небесный Герцог и Багровый Император переглянулись и снова взлетели, пытаясь вырваться до того, как печать восстановится.

Трещина становилась всё меньше и уже, и как раз в тот момент, когда она должна была вот-вот полностью затянуться, они услышали голос ребёнка:

— Ловите моего младшего брата!

Внезапно через отверстие залетел юноша и, размахивая руками, упал наземь.

Небесный Герцог и Багровый Император не обратили на него внимания. Но когда они, наконец, практически проскочили через отверстие, снаружи появился гигантский золотой ивовый лист, который заслонил собой всё небо.

Печать Графа Земли и подавление великого Будды мгновенно слились воедино, сделав её несравненно прочной. Это был их единственный шанс прорваться, и теперь, к сожалению, им будет не под силу повторить подобное.

Крайне сердитый Багровый Император резко бросился к Будде, крича:

— Брат Дао Небесный Герцог, я разберусь со старым Буддой. Сломай печать!

Небесный Герцог сломлено покачал головой:

— Мы не сможем. По крайней мере сейчас. Как только ивовый лист накрывает третий глаз, он сливает воедино печать и подавление. Только когда он снят у нас есть шанс вырваться. Сейчас же бесполезно что-то предпринимать.

Багровый Император был разочарован. Они оба приземлились на землю и в смятении посмотрели друг на друга, тяжело вздохнув.

— Смотри, там человек, который недавно рухнул с неба, — внезапно обронил Багровый Император.

Небесный Герцог вспомнил, как-то воплощение дьявола сказало что-то вроде «ловите моего младшего брата», и у него сразу возникло плохое предчувствие: «Может быть…»

— Старший, могу я узнать, что это за место? — с растерянным видом к ним подошёл высокий, крепкий юноша с тонкими черты лица. Он выглядел очень красивым, а также у него был вертикальный глаз на лбу.

— Ой, как всё плохо, — клон Небесного Герцога не мог не вздохнуть, глядя на подошедшего юношу. — Хозяин брошен в печать, а Цинь Фэнцин, тот дьявол во плоти, сбежал! Как же всё плохо, очень плохо…

Ведя себя культурно и вежливо, Цинь Му поклонился и поинтересовался:

— Могу я узнать, как обращаться к старшим? Можете сказать мне, что это за место?

— Это место — нефритовая подвеска, которую сделал Граф Земли, используя фрагмент своих рогов, чтобы запечатать твоего старшего брата. Она спрятана в твоём третьем глазу. Посмотри туда, тот Будда в небе — глупый Брахма. Пожилой старший перед тобой — первый Райский Император Эпохи Багрового Света, Багровый Император. А что касательно меня… — клон Небесного Герцога вздохнул со словами. — Я всего лишь был заинтересован Сыном Юду и попал сюда совершенно случайно. Из-за неосторожности я был запечатан и подавлен здесь. Мы уже встречались. Однажды ты смотрела мне в глаза два дня и две ночи…

— Ты Небесный Герцог! — удивлённо воскликнул Цинь Му.

— Хорошо, что ты понял, — клон Небесного Герцога беспомощно кивнул. — Не распространяй эти слухи или я потеряю свою репутацию. Хотя у тебя не будет возможности сделать это, так как ты запечатан здесь вместе с нами.

Цинь Му ошеломлённо огляделся. Небесный Герцог, Багровый Император, Будда Брахма, а также рог Графа Земли. Когда эти ужасающие существа появились в его третьем глазу?

— Старший брат? У меня есть старший брат? — он внезапно осознал это и поспешно заговорил. — Сын Бога Багрового Света собирается убить меня. Это мой старший брат забросил меня сюда? Почему я не знал, что у меня есть брат? Разве нет другого меня, скрытого в моём теле?

Багровый Император не имел ни малейшего понятия о чём идет речь, поэтому не знал, что ответить. Небесный Герцог, казалось, понял о чём лепечет юноша и ответил:

— Твой брат — Цинь Фэнцин, но и ты тоже Цинь Фэнцин. Я могу объяснить. Он был освящён королём дьяволов, когда родился, поэтому всё, что его интересует — резня и убийства. А ты в свою очередь появился позднее и твоё сознание родилось после того, как Граф Земли запечатал его. Он олицетворяет зло…

— В таком случае я представляю добро? — страстно спросил Цинь Му, словно уже зная ответ.

Клон Небесного Герцога колебался, не будучи способным сказать правду, видя такое воодушевлённое лицо:

— Изначально в ребёнке нет ни добра, ни зла. Всегда нужно учитывать воспитание и учения. Если малыш живёт в хорошей семье, то, очевидно, станет больше хорошим, чем плохим. Если же он живёт в месте, наполненном злыми людьми, злом он будет пропитан больше, чем добром.

Цинь Му успокоил своё сердце и, с облегчением вздохнув, улыбаясь проговорил:

— Я знал, что представляю праведность и доброту, так как очень хорошо воспитан. Все старцы в нашей деревне — хорошие люди с известной репутацией!

Глаза клона Небесного Герцога извергли два луча белого света, распространившегося на десять метров. Придя в себя только через какое-то время, он произнёс:

— Ты не можешь быть обвинён в произошедшем. Цинь Фэнцин слишком хитёр. Он намеренно позволил нам сломать печать, чтобы ему удалось сбежать, а потом бросил тебя сюда, чтобы окончательно подавить. Таким образом ты никогда не сможешь забрать своё тело обратно, потому что ты в ловушке с нами. Он, вероятно, сейчас сеет хаос снаружи. Багровый Император, может ли твой плавучий мир защитить себя?

Багровый Император задумался и покачал головой:

— Моё физическое тело уже превратилось в плавучий мир, мой исконный дух тоже сломлен. Когда я вошёл в эту маленькую вселенную, я был тяжело ранен…

Цинь Му внезапно кое о чём подумал и с любопытством спросил:

— Ты — сознание Багрового Императора? Как ты сюда попал? Разве ты не в голове Багрового Императора? Как ты здесь оказался? Если бы ты внезапно не исчез, Сын Бога Багрового Света не захотел бы нас убить!

Три лица Багрового Императора покраснели:

— Это… трудно объяснить несколькими словами.

— Мы здесь запечатаны неизвестно насколько, так что у нас достаточно времени. Почему бы Вашему Величеству Багровому Императору не рассказать мне об этом подробнее?

Багровый Император колебался, не желая говорить.

Клон Небесного Герцога с улыбкой взял слово:

— Позволь мне рассказать это за него. Когда он вошёл в эту маленькую вселенную, его душа уже рассеялась, но он не был готов принять свою смерть таким образом, поэтому его физическое тело стало плавучим миром, а сознание обрело бессмертие, которое должно было существовать вечно. Пока кто-то сможет выстоять против его сознания, он сможет вернуться к жизни. Но, конечно, не по-настоящему, а через другого человека.

Теперь Цинь Му всё понял и, усмехнувшись, обронил:

— Другими словами, сознание Багрового Императора полностью стирает сознание того человека, которым обладает. Сознание может существовать даже без души, поэтому все мысли одержимого человека будут твоими мыслями. Человек будет одновременно собой и не собой! И даже если он умрёт, его сознание всё равно будет жить. Надо сказать — это экзотический вид одержимости! Багровый Император, ты проникся ко мне симпатией и почувствовал, что я могу унаследовать твоё сознание. Ты мог запросто стереть моё сознание, но не ожидал, что…

Багровый Император вздохнул:

— Я не ожидал увидеть трёхглазого странного ребёнка. Я планировал завладеть им, но обнаружил, что его сознание до смешного сильно и запятнано сверх всякой меры. Он наполнен несравненно злыми мыслями, и я не смог стереть его сознание. Вместо этого он побил меня, а после я даже пострадал от его насмешек и угодил в ловушку.

— Ты этого заслужил! — усмехнулся Цинь Му.

Багровый Император начал закипать, но вмешался клон Небесного Герцога:

— Сейчас есть проблемы поважнее! Сколько времени потребуется, прежде чем плавучий мир будет уничтожен?

Багровый Император на мгновение замолчал, прежде чем спросить:

— Насколько силён этот Цинь Фэнцин?

****

На священной горе плавучего мира небо и земля внезапно раскололись, а Сын Бога Багрового Света был безжалостно сокрушён огромным кулаком.

Священная гора сотрясалась и непрерывно опускалась.

«Му’эр так силён… — лежавший на земле Первый Предок продемонстрировал неподдельное удивление и удовлетворение. Он наблюдал за огромным ребёнком с внушительным телосложением, как вдруг в него врезалась огромная ладонь. Его тело волчком завертелось в воздухе, улетая вдаль. Он был сбит с толку, обдумывая произошедшее. — Почему Му’эр напал на меня? Он до сих пор сердится на меня за то, что я уничтожил труп Второго Предка?»

— Превратим это место в маленькое Юду! — ребёнок взбудоражено ворвался в священный зал и начал разносить его на части. Вершина горы тоже была наполовину разрушена. — Я позову маму погостить у меня! Но мне так не нравится, что она не позволяет мне есть людей…

Сын Бога Багрового Света издал свирепый рёв и бросился в небо, чтобы убить ребёнка.

Бабах.

Однако на встречу ему прилетела ладонь. Она обхватила его и быстро отбросила.

Глаза ребёнка внезапно загорелись, затем он хлопнул в ладоши и с улыбкой воскликнул:

— Придумал! Перед тем, как позвать мамочку, я съем всех людишек в округе и не будет никаких проблем!

Глава 659. Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога

— Это и вправду изумительная идея! Если я всех их сожру, мама не узнает, что здесь были люди. Она не будет злиться на меня за то, что я сделал что-то плохое! — пока малыш взволнованно мыслил вслух, его окружали бесчисленные боги Плавающего Мира. Они увидели, как взорвалась священная гора, и не могли сдержать злости и ужаса, атакуя его.

В Плавающем Мире проживало огромное количество богов, тем не менее, так как местным практикам божественных искусств не приходилось сталкиваться с врагами на протяжении пятидесяти тысяч лет, их совершенствование росло очень медленно, поэтому их нельзя было сравнивать с внешним миром, наполненным мучениями и борьбой. С другой стороны, за это время численность богов значительно выросла…

Помимо богов, сумевших выжить в Эпохе Багрового Света, было около десяти тысяч новых. Появление такого количества богов было поистине ошеломительным зрелищем, его можно было сравнить с полномасштабной войной богов!

Между тем также были и те боги, что остались в городе, чтобы эвакуировать людей. Они защищали их, пока те прятались, чтобы избежать предстоящей битвы.

Эпоха Багрового Света использовала искусства создания физического тела в качестве метода совершенствования. Их физические тела обладали невероятной мощью, что позволяло достичь невероятных высот во владении боевыми техниками и навыками ближнего боя. Они могли разрушить тысячи заклятий одним лишь сильным ударом, поэтому их битвы, в целом, всегда были невероятно взрывными.

На священную гору прибыло около десяти тысяч богов, быстро выстроившихся в построение посреди неба. Перед ними в воздухе летал избитый Сына Бога. Лично приняв командование в битве, он говорил:

— Выманите его в небо и используйте глаза Багрового Императора!

Увидев роящихся в небе богов, малыш невероятно обрадовался, бросился вперёд и прокричал:

— Вас намного меньше, чем богов в Юду, но мне хватит, чтобы немного поиграть!

****

На клочке земли в форме слова «Цинь», клон Небесного Герцога, Багровый Император и Цинь Му неподвижно сидели. На их лицах виднелись невероятно угрюмые выражения.

Клон Небесного Герцога отвечал на вопрос Багрового Императора:

— Насколько он силён? Он — первая форма жизни, родившаяся в Юду из утробы, на нём лежит благословение небес. Во время своего рождения он поглотил все обиды, печали и дьявольскую природу Юду. Он проглотил проклятый воздух, с которым не мог совладать даже Граф Земли. Поэтому у него нет области. Он как я или Граф Земли, у нас тоже нет области.

Багровый Император нахмурился:

— Какой области могут соответствовать его способности?

Клон Небесного Герцога пробормотал себе под нос:

— Приблизительно Светящемуся Небу, тем не менее… — он нахмурился и замолчал.

Немного подождав, Багровый Император не удержался и спросил:

— Брат Дао, что с тобой? Говори.

Вздохнув, клон Небесного Герцога объяснил:

— Девятнадцать лет назад, когда он родился и начал сеять хаос в Юду, я отправил нить своего сознания и отправился в Юду, чтобы узнать, что к чему. Туда пришло много древних существ, поднимая довольно большую суматоху. Сначала его окружили Райские Небеса, после чего он сожрал десятки тысяч их солдат и призраков. Затем он с матерью были вынуждены убегать в глубины Юду. Но по мере того, как он пожирал всех вокруг, Райские Небеса оказались неспособны с ним бороться. Кроме того, он избил некоторых древних созданий, после чего большие шишки уже не могли сидеть и ничего не делать. Возможно, ты знаком с некоторыми из них.

Багровый Император покачал головой:

— Я редко бываю в Юду и знаю не слишком много здешних людей.

Клон Небесного Герцога улыбчиво ответил:

— Кроме Райских Небес, умершие сильные практики области Императорского Трона тоже имеют в Юду некоторую власть. Райские Небеса установили там свой собственный режим, и эти практики делают то же самое. Граф Земли даёт им достаточно свободы для этого. Так как от сильных практиков остались лишь исконные духи, их способности уже не те, что раньше. Райские Небеса вынуждены остерегаться не только Графа Земли, но и этих больших шишек. Распределение сил в Юду крайне запутано, в моём Сюаньду всё намного проще. Багровый Император, если бы ты умер во внешнем мире, то тоже стал бы одной из больших шишек Юду и обрёл бы отнюдь немалую власть.

Багровый Император был ошеломлён, бормоча:

— Это воплощение дьявола сражалось против больших шишек области Императорского Трона?

Кивнув, клон Небесного Герцога вздохнул:

— Да. Они даже после смерти хотели сохранять свою репутацию, поэтому вместо того, чтобы окружить и одновременно атаковать его, решили сражаться один на один. После этого… он начал слишком быстро расти. Он сожрал слишком много дьяволов и монстров Юду, и всего лишь за несколько месяцев…

В сердце Багрового Императора зародился страх:

— Он не может быть настолько сильным!

Клон Небесного Герцога ответил:

— Когда он в Юду, он обладает именно такой силой. Он бог, дьявольский король, рождённый Юду, поэтому его неуязвимость в том месте полностью объяснима. Его может подавить только Граф Земли. Тем не менее, когда он находится за пределами Юду, его сила не настолько велика.

Успокоившись, Багровый Император проговорил:

— Плавучий мир — это не Юду, а маленькая вселенная. Я построил его из своего физического тела.

Клон Небесного Герцога вздохнул:

— Сын Юду обладает способностью превращать другие миры в Юду. Это самый важный момент. Сделав это, он снова обретает свою невероятную силу.

Зрачки Багрового Императора расширились, уставившись на Небесного Герцога. Лишь спустя некоторое время он пробормотал:

— Бесстыдник… Вот бесстыдник!

Клон Небесного Герцога проговорил:

— Однако, когда это место превратится в Юду, сюда сможет прийти Граф Земли. Его способности обязательно позволят ему заметить, что здесь происходит неладное. Узнав, что он сбежал, Граф Земли снова его запечатает, — после этих слов в сердце Багрового Императора зародилась надежда, но клон Небесного Герцога тут же добавил. — Когда этот момент настанет, Плавучий Мир превратится в Юду, и здесь не останется выживших. Боле того, когда на помощь придёт Граф Земли и увидит меня в таком положении, он будет несказанно рад, хоть и не станет этого демонстрировать. Я не могу так опозориться.

Резко изменившись в лице, Багровый Император разочаровано спросил:

— Люди Плавучего Мира — последние из моих сородичей. Если это место будет уничтожено, моей расе придёт конец… Брат Дао Небесный Герцог, ты обладаешь невероятными способностями, разве ты не можешь прийти сюда раньше, чем Граф Земли?

Клон Небесного Герцога покачал головой:

— Плавучий Мир находится в другой маленькой вселенной. Она мне неподконтрольна, поэтому я не могу сюда прийти. Несмотря на то, что я Небесный Герцог, я не могу передвигаться куда угодно. К примеру, у Вечного Мира нет настоящих звёзд, их астрономическое явление поддельно, поэтому я не могу туда переместиться. Впрочем, есть и другой способ…

Повернувшись к Цинь Му, он торжественно проговорил:

— Способ решить сегодняшнюю ситуацию всё же кроется в маленьком друге Цине.

Цинь Му уже довольно долго недоумевал, слушая их разговор. После последних слов он тут же спросил:

— Откуда у меня такие способности? Я не могу выбраться отсюда. Я, как и вы, запечатан, и даже если бы мне удалось сбежать, он отправит меня обратно…

Улыбаясь, клон Небесного Герцога объяснил:

— У вас одно тело на двоих. Более того, у вас одна душа на двоих, так что если ему под силу перемещать дьявольскую природу и Ци Юду, то тебе тоже. Совершенствуясь в прошлом, разве ты не замечал, что ты единственный, кому удаётся открывать Врата Небесной Воли?

— Это из-за того, что у меня Тело Тирана! — не задумываясь ответил юноша.

— Тело Тирана?

Сердце Багрового Императора резко дрогнуло, разрываясь одновременно от разочарования и уважения: «Жаль, что я не захватил его сознание. Если бы мне это удалось, он стал бы новым мной, и овладев Телом Тирана, мне удалось бы вернуться».

Небесный Герцог проговорил:

— Причина не в том, что у тебя Тело Тирана, а в том, что у вас одни и те же физическое тело и душа! Тем не менее, Граф Земли запечатал его вместе с дьявольской природой и Ци. В конце концов ты тоже он. Дело лишь в том, что у тебя другое сознание. Поэтому ты можешь использовать его силу.

Цинь Му был удивлён и восхищён. Если он мог перемещать такое огромное количество энергии, не значило ли это, что он обладает такими же способностями, что и Цинь Фэнцин?

Но как он мог ими воспользоваться?

— Самостоятельно ты не сумеешь передвинуть эту силу, — проговорил клон Небесного Герцога. — Именно поэтому тебе нужен Багровый Император и я. Сознание Багрового Императора чрезвычайно сильно, он совершенствовал Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. Даже после того, как его душа рассеялась, сознание выжило. Тем не менее, оно не может сразиться против дьявольской природы Цинь Фэнцина, так как та слишком сильна. Младенец сможет попросту избить его, вынуждая покинуть тело. Багровый Император, передай свою технику Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога.

Немного колеблясь, Багровый Император ответил:

— У меня нет выбора, кроме как согласиться. Тем не менее, я всего лишь сознание, и после того, как я передам свою технику маленькому другу Циню, мои воспоминания о Трёх Исконных Духах Бессмертного Сознания Бога сотрутся. Друг Цинь не мог бы ты передать её моим сородичам? Раньше я хранил её как своё личное сокровище, так никому и не передав. После моей смерти техника ушла со мной в могилу.

Цинь Му торжественно ответил:

— Багровый Император, не волнуйся! Я обязательно передам твою технику!

Багровый Император наконец успокоился. Он осторожно вырвал часть своего сознания и спустя мгновение та вытекла из его головы, проникая в межбровье Цинь Му.

Это было чистое сознание, содержащее в себе Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. Оно включало технику и всё, что он освоил, совершенствуя её. Подобное было равноценно передаче всего опыта, который он приобрёл, пребывая в области Императорского Трона!

Несмотря на то, что он намеревался захватить физическое тело Цинь Му и возродиться снова, в присутствии Небесного Герцога он не осмеливался предпринимать попытки обмана.

После обретения Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога, в сознании Цинь Му мгновенно появились новый метод совершенствования и опыт, расширяющий его горизонты до невероятных высот.

Он смотрел на технику суждениями практика Императорского Трона. Радость, переполнившую его сердце, нельзя было даже представить!

Клон Небесного Герцога проговорил:

— Техника Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания может укрепить твоё сознание, но оно всё ещё не может сразиться против Цинь Фэнцина. Нужно ещё укрепить твой дух, — улыбнувшись, он продолжил объяснять. — Несмотря на то, что я лишь клон, сформированный из нити сознания, и не могу бороться с Цинь Фэнцином, мы пытаемся обмануть того, кто не обманывает. Нам удастся его обхитрить и помочь тебе вернуть своё физическое тело. Когда ты сделаешь это, покинешь Плавающий Мир и вернёшься в Сюаньду, я помогу тебе добавить ещё один слой печати. Это не позволит Цинь Фэнцину сбежать снова.

Цинь Му взволнованно спросил:

— После того, как я вернусь в своё физическое тело, у меня будет такая же сила, как у него?

Клон Небесного Герцога улыбнулся:

— Это зависит от того, сумеешь ли ты овладеть силой Юду. Сначала совершенствуй Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, и когда преуспеешь, мы возьмёмся за дело. Мы должны заманить Цинь Фэнцина обратно и запечатать его! После этого нам наконец удастся выбраться из этого места. Надеюсь, что будет не слишком поздно, и Плавающий Мир останется цел.

Переполняясь волнением, Цинь Му тут же начал совершенствоваться.

Посмотрев на Небесного Герцога, Багровый Император тихо проговорил:

— Ты ему солгал. Он совсем не в силах контролировать силу Юду. Как только он ею овладеет, то станет одержим дьявольской природой и превратится в нового Цинь Фэнцина, или, возможно, хуже!

Мерцая взглядом, клон Небесного Герцога кивнул головой:

— Возможно? Несмотря на то, что Цинь Фэнцин полон злобы, он всего лишь ребёнок. Он любит решать дела грубой силой и, будучи загнанным в угол, начинает отбирать жизни божественными искусствами Юду. Что касается этого парня… — приподняв свои белые брови и бороду, он прошептал. — Он злобный, хитрый и коварный… Совладать с его способностью приспосабливаться в сотню, или даже в тысячу раз сложнее, чем с Цинь Фэнцином. Если дьявольская природа Юду поглотит его, то он будет в сотню или тысячу раз хуже него! Цинь Фэнцин всего лишь злой, но этот парень к тому же искусный, а если объединить дьявольскую природу с искусностью, получится искусный дьявол. Если он использует божественное искусство Юду… — содрогнувшись от своих собственных мыслей, он продолжил бормотать. — Когда это случится, даже я приду на помощь Райским Небесам, чтобы избавиться от него. К счастью, его запечатал Граф Земли и Будда Брахма. До тех пор, пока Цинь Фэнцина сдерживают, он не сможет сбежать.

Вздохнув, Багровый Император проговорил:

— Чем старше, тем мудрее. Граф Земли и старый Будда запечатали именно дьявольскую природу и Ци Юду. Как только Цинь Фэнцин вернётся в печать, они снова будут подавлены. После этого мы оба сможем воспользоваться шансом выбраться отсюда.

Клон Небесного Герцога улыбчиво проговорил:

— Таков план. Но если мы окажемся запечатаны, разве дьявольское отродье не продолжит нас избивать? Всё же, это ты во всём виноват. Если бы ты не пытался захватить его сознание, этих проблем бы не было!

Багровый Император вздохнул:

— Я тоже не ожидал, что всё так закончится. Сын Бога Багрового Света, этот придурок, решил использовать меня, чтобы заточить парня в моём лабиринте сознания…

****

Пока Цинь Му усердно совершенствовался, невероятному количеству богов снаружи пришлось пожертвовать собой, чтобы наконец выманить Цинь Фэнцина в воздух. В небе на солнце и луну тут же забрались бесчисленные практики, активируя построения на поверхности их зрачков.

Дзинь!

Лучи яркого света внезапно слились воедино, целясь в младенца, ведущего безжалостную резню!

Небо резко потускнело. Свет солнца и луны слился в один яркий луч, в результате чего вся округа погрузилась во тьму.

Бум!

Раздались ужасающие пульсации, с которыми гигантского младенца сдуло прочь. Врезавшись в землю, он несколько раз перевернулся, непрерывно разрушая горы на своём пути.

— Мы победили…

Боги в небе нервно переглянулись. Повернув головы к тому месту, где упал младенец, они увидели, что тот распластался на берегу реки. Его голова скрылась под водой, а задница торчала на берегу. Он не двигался.

— Мы победили! — в небе раздались радостные крики, бесчисленные боги начали праздновать. Обнимая друг друга, они плакали от счастья.

— Как весело, — огромный ребёнок внезапно вытащил голову из реки и сел на землю, хихикая. — Это было весело! Давайте ещё поиграем!

Боги в небе ошарашенно замерли. Их ряды начал постепенно поглощать страх и отчаянье. Сын Бога Багрового Света лихорадочно прокричал:

— Активируйте глаза Багрового Императора и убейте его!

Свет трёх солнц и трёх лун засиял снова, небо тут же потускнело, и Плавающий Мир поглотила тьма.

Бжжжж!..

Шесть небесных тел задрожали, выстреливая лучами в огромного ребёнка. Стоя напротив, тот радостно сжал кулаки и выстрелил двумя чёрными лучами из своих глаз, целясь прямо в лучи солнц и лун.

Воздух задрожал от страшной силы, и в следующий миг раздался оглушительный взрыв. В одном из солнц засияла сквозная дыра, то же случилось и с одной из лун неподалёку.

— Ещё разок! — в ожидании развлечения прокричал младенец.

Глава 660. Дьявольское Превращение Цинь Му

Глядя на тысячи трёхглавых, шестируких богов, Сын Бога Багрового Света видел лишь лица полные отчаяния. Шок и страх, читаемый в них, были настолько очевидны, что он даже заподозрил, что создал какое-то божественное искусство, способное читать мысли.

Однако это было не так.

Боги Плавающего Мира полностью потеряли мужество продолжать борьбу, и это было нечто невообразимое, попросту невозможное во времена Эпохи Багрового Света.

Боги прошлого были храбры, хороши в бою и не боялись смерти. Сопровождая выживших в плавающий мир, от десяти тысяч богов осталась только тысяча. Возложив ответственность за спасение на свои плечи, они даровали своим потомкам будущее и пережили уничтожение. Если бы от тысячи осталась всего лишь сотня богов, их дух всё равно не был бы подавлен, да что уж там, даже если бы выстоял всего один бог, он бился бы до последнего!

Но теперь, после пятидесяти тысяч лет жизни в Плавающем Мире, они изменились, или, если быть точнее, их изменило время… теперь у них больше не было такой непоколебимой убеждённости.

Сын Бога поднял голову. Среди трёх солнц и трёх лун в небе у двух были огромные дыры ровно по середине. Он опустил голову и посмотрел на ребёнка, взволнованно ждущего, что они продолжат атаковать его мощью глаз Багрового Императора. Было очевидно, что тот относится к происходящему как к чему-то забавному.

«Почему всё так случилось?» — пребывал в оцепенении Сын Бога.

Переговоры шли как по маслу, всё происходило так, как он и ожидал. Неужели всё пошло наперекосяк, когда он попытался отправить парня в лабиринт сознания Багрового Императора?

А ведь он даже не собирался приглашать Цинь Му на священную гору. Великий Ректор Цинь прибежал туда по собственной воле и вёл себя так, словно собирался на тренировку. Но всё же он его пригласил, хотя и без особо энтузиазма.

Даже если бы он прогнал мальчугана, тот бы не отступил и пробрался туда незаметно.

Мысли Сына Бога путались: «Я ошибся? Мне не следовало приглашать его? Если бы я этого не сделал, ничего бы не случилось. Подожди, нет, это всё равно бы произошло…»

Внезапно несколько богов полетели к городу богов, крича:

— Сын Бога, поскольку Ректор Цинь превратился в огромного ребёнка и начал резню, давайте захватим Принцессу Вечного Мира. Мы можем использовать её, чтобы запугать его и заставить сдаться!

— Нет, наша Династия Богов Багрового Света не может быть такой презренной… — произнося это, его голос становился всё тише и неуверенней.

Огромный ребёнок в теле Цинь Му постоянно расширялся и становился моложе. Его рост был обращён вспять, он превращался из юноши в несравненно огромного ребёнка.

«Малыш Цинь Му» был слишком силён, и Сын Бога не имел ни малейшего представления, как расправиться с ним. Если всё так и продолжатся, Плавающий Мир будет уничтожен, как и все оставшиеся в живых представители Эпохи Багрового Света.

Возможно, взять Лин Юйсю в заложники и использовать её для угрозы — не такая уж плохая идея. Даже если такой поступок был отвратителен, это касалось выживания их расы, так что он должен использовать все доступные методы и не позволить своему народу кануть в небытие.

Несколько богов ворвались в поместье девушки, и один из них схватил её без каких-либо объяснений. Крепко держа её, он взмыл в небо и закричал на ребёнка:

— Ректор Цинь, если ты не остановишься, я убью Принцессу Вечного Мира!

Ребёнок не двигался, но на его лице отразилось возбуждение. Он потирал ладоши, явно ожидая, что бог испепелит Лин Юйсю.

Бог разъярился и как раз в тот момент, когда он собирался убить Лин Юйсю, свет топора внезапно вылетел из её межбровья и в мгновение ока разрубил его на две половины.

Лин Юйсю ещё не пришла в себя от шока, а другие боги Плавающего Мира уже устремились к ней. Из её межбровья выстреливали яркие вспышки топоров, которые, кружа в небе, подобно невидимому великану рубил направо и налево. Божественная кровь лилась дождём, отрубленные конечности разлетались во все стороны.

— Из моей головы вылетели топоры Святого Дровосека! Он рубанул ими больше дюжины раз! — воскликнула ошеломлённая Лин Юйсю.

Видя подобное зрелище, остальные боги не осмелились приблизиться.

Лин Юйсю посмотрела на ребёнка и заколебалась. Она планировала полететь вперёд, как вдруг к ней подлетел Первый Предок, распластанный посреди воздуха в горизонтальном положении, и еле шевеля губами пробормотал:

— Принцесса Юйсю, не иди к нему. Му’эр никого не узнает. Он даже избил меня, чуть не забив до смерти. Пойдём.

Холодок пробежал по спине девушки, когда она торопливо осмотрела мужчину. Увидев, что все его кости сломаны, а подбородок раздроблен, она растерялась:

— Тебя так обработал пастушок?

— Не совсем. Я сражался с Сыном Бога Багрового Света, это он сломал мне подбородок и рёбра. Всё остальное дело рук неблагодарного Цинь Му! — Первый Предок не мог пошевелиться. Малейшее движение могло сдвинуть его сломанные кости и причинить сильную боль, поэтому он мог использовать только свою магическую силу, чтобы хоть как-то передвигаться. — Несмотря на некоторые недоразумения между ним и мной, я всё ещё его предок, живший сто поколений назад. Тем не менее, он всё равно избил меня до такого состояния. С ним сейчас происходит что-то странное, не нужно к нему подходить. Он, кажется, стал одержим дьяволом, и если ты к нему подойдёшь, то будешь забита до смерти или вовсе съедена. У меня такое ощущение, что Плавающему Миру пришёл конец!

Лин Юйсю потеряла дар речи и поспешно улетела с ним.

В этот момент малыш окончательно потерял интерес к другим солнцам и лунам в небе. Его тело внезапно затряслось и начало изливать безграничную дьявольскую Ци Юду. Когда боги в небе попадали в неё, они заражались ею и падали с неба, не будучи способными сопротивляться её влиянию!

Ошарашенный Сын Бога был разъярён. Он атаковал изо всех сил, но в следующий момент его схватила огромная ладонь, и как бы он не пытался вырваться, это ему не удавалось.

Ребёнок открыл рот, полный острых, как бритва, зубов, и начал заталкивать его внутрь. Но как раз в тот момент, когда он было собирался раскусить бедолагу на два куска, клон Небесного Герцога превратился в луч и вошёл в тело Цинь Му:

— Сейчас!

Цинь Му яростно исполнил Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. При содействии Небесного Герцога его сознание стало диким и необузданным. Он проскочил нитью сознания через печать, и малыш Цинь Фэнцин в тот же миг почувствовал, что теряет контроль над телом. Его дьявольские Ци и природа быстро перетекали в его третий глаз.

— Кто строит козни против меня? — его больше не волновало поедание Сына Бога. Он поспешно ухватился за золотой ивовый лист и сорвал его.

Ранее он использовал лист, чтобы запечатать Цинь Му вместе с клоном Небесного Герцога и сознанием Багрового Императора. Но теперь он почувствовал, что в глубине его межбровья произошла необычная перемена, и немедленно оторвал лист, чтобы проверить что к чему.

Однако он не ожидал, что, когда он оторвёт лист, Багровый Император сразу же начнёт бороться против сознания Будды Брахмы, тем самым ослабляя печать и позволяя бессмертному сознанию Цинь Му прорваться наружу и начать борьбу за контроль над своим телом.

Ребёнок слегка растерялся, начав уменьшаться в размерах. Дьявольские природа и Ци в его теле необузданно вливались в Цинь Му, которое в настоящий момент находился на запечатанной земле слова Цинь.

По мере того, как силы покидали его, он больше не мог контролировать себя, и его тело неумолимо сжималось. Но даже так он до сих пор был в несколько раз больше, чем Сын Бога Багрового Света.

Между тем Цинь Му почувствовал, как неистовая энергия льётся к нему, многократно поднимая его совершенствование. Его тело налилось силой, превосходящей даже самые смелые его ожидания. Казалось, словно он мог скомкать небо и раздавить землю!

— Какая мощь… Я так голоден… — голос, от которого волосы встали дыбом, сорвался с уст Цинь Му, между тем его тело постоянно росло. Вокруг него клубилась плотная дьявольская Ци Юду, в то время как его тело с остервенелой жадностью поглощало дьявольскую природу Юду, стремительно изменяющую его сознание и мысли. Теперь все его негативные эмоции превратились в мысли о жадности и зле!

— Я хочу что-нибудь съесть… — облизнул губы Цинь Му. Знаки в форме крыльев бабочки внезапно вылетели из его межбровья, а уже в следующий миг злая аура заполнила собой всю землю слова Цинь.

Багровый Император был потрясён и поспешно закричал:

— Брат Дао Небесный Герцог, он больше не может себя контролировать!

Внезапно через дыру в небе провалился ребёнок, окружённый вокруг дьявольскими Ци и природой. Потопая в чёрном столбе газа, он начал уменьшаться в размерах, теряя значительные объёмы дьявольской Ци.

— Я съем сначала старшего братца! — мерцая взглядом, Цинь Му открыл рот, словно в ожидании, что дьявольский ребёнок Цинь Фэнцин упадёт туда.

— Небесный Герцог! — резко переменившись в лице, Багровый Император закричал. — Он собирается съесть Цинь Фэнцина! Он полностью превратится в дьявола!

Клон Небесного Герцога, находящийся в теле Цинь Му, обратился в нём сияющим, струящимся светом:

— Небожитель Пять Печатей! Чистое Небо Злой Охраняющей Печати!

Цинь Му ярко засиял. Свет, в котором он купался, вытеснил всю дьявольскую Ци и дьявольскую природу Юду!

— Небесный Герцог, ты плетёшь против меня заговор?! — гнев Цинь Му невозможно было сдержать, но как только дьявольские Ци и природа покинули его тело, он вернулся в нормальное состояние и пришёл в себя. Он не мог не чувствовать страха в своём сердце. — Какая ужасная дьявольская природа! Я не выдержал и сразу же превратился в дьявола. Мне повезло, что Небесный Герцог сделал свой ход.

Клон Небесного Герцога отделился от его тела вместе со светом и поднял голову, чтобы осмотреться. Когда дьявольские природа и Ци покинули тело Цинь Му, они яростно хлынули обратно в тело Цинь Фэнцина, и ребёнок снова начал расти.

Небесный Герцог сразу же переменился в лице и, поспешно схватив Цинь Му, бросился в небо с криком:

— Багровый Император, дьявол воплоти скоро вернёт свою мощь. Это наш шанс! Уходим, скорее!

Багровый Император поспешно последовал за ними и бросился к разрыву в небе. Превратившись в струящийся свет, в котором вспыхивали всевозможные явления, его скорость достигла невероятных высот. Как только он собирался было вылететь, его внезапно схватила пухлая ладонь.

Небесного Герцога тоже что-то схватило, а уже в следующее мгновение выражение их лиц резко изменилось от того, что они быстро полетели вниз.

— Маленький друг Цинь, уходи, не медли! — клон Небесного Герцога собрал всю свою силу и вытолкнул Цинь Му.

Цинь Му почувствовал, как мир вокруг него начал вращаться, а когда вращение наконец прекратилось, он открыл глаза и увидел себя стоящим у реки и сжимающим шею Сына Бога Багрового Света.

— Я выбрался? — Цинь Му был удивлён и обрадован. Он поспешно прикрепил золотой ивовый лист к межбровью, чтобы запечатать третий глаз.

— Младший брат! Плохой младший брат! — находящийся в его межбровье огромный ребёнок гневно топтал своими маленькими ножками. Он продолжал прыгать вверх и вниз, пытаясь вырваться из-под печати. Однако лист уже слился с печатью Графа Земли и с подавлением старого Будды. Какими бы замечательными ни были его способности, он не мог прорваться через печать. — Плохой младший брат, я тебя съем!

Через мгновение огромный ребёнок плюхнулся попой на землю и схватил сильно раненого Багрового Императора. Он оторвал ему руку, прежде чем отбросить её с причитаниями:

— Если я поймаю плохого младшего брата, я его съем! — сказав это, он оторвал ещё одну руку.

Тело Багрового Императора было разорвано на несколько кусков. Из-за ближайшей горы высунул голову клон Небесного Герцога и с трепещущим сердцем прошептал:

— Багровый Император, терпи и не двигайся. Когда ему надоест разрывать тебя на части, он больше не будет с тобой играть. Ты должен терпеть…

Багровый Император был сознанием, не имеющим физического тела. Не важно, оторвали ему руку или ногу, он мог отрастить их снова. Однако подобный опыт был не слишком приятным. В его сознании он до сих пор был Райским Императором Эпохи Багрового Света. Как мог Райский Император проходить через такое унижение?

«У меня такое чувство, что он ещё долго будет играть с ним, пока не выплеснет весь свой гнев…»

****

Находящийся на берегу реки Цинь Му всё ещё держал Сына Бога за шею. Когда тот внезапно закашлялся кровью, он пришёл в себя и поспешно отпустил его.

Сын Бога удивился, но его раны были слишком тяжелы, поэтому его ноги подкосились, и он рухнул на землю, продолжая кашлять. Огромный ребёнок чуть не прикончил его, но к счастью для него его техника создания физического тела была очень мощной, поэтому он сумел выжить.

Стоявший перед ним Цинь Му огляделся с пустым выражением лица.

Солнце и луна на небе были похожи на два пончика. Дома в городе богов напоминали развалины, священная гора была наполовину разрушена, а священный зал полностью стёрт с лица земли. Когда он отвёл свой взгляд, то увидел, что повсюду валялись многочисленные трупы богов, а клокочущая дьявольская Ци Юду явно не собиралась рассасываться.

Парящие в небе тысячи трёхголовых, шестируких богов смотрели на него со страхом и отчаянием в глазах. Даже Сын Бога преклонил колени перед его ногами, что им ещё оставалось делать после случившегося?

— Ты можешь убить меня или разорвать на куски… — дыхание Сына Бога было слабым, но он изо всех сил пытался держать своё тело прямо. Подняв голову, он с несчастным смехом взмолился. — Но оставь в живых людей Эпохи Багрового Света!

— Ваше Высочество, Сын Бога, если я скажу, что всё это просто недоразумение, ты мне поверишь? На самом деле… я не мог себя контролировать.

Сын Бога Багрового Света ошарашено уставился.

Глава 661. Это не мой цилинь

С приятным выражением лица Цинь Му пытался помочь Сыну Бога встать на ноги. На самом деле, у него не было сил, чтобы сдвинуть мужчину с места, но он всё же решил сделать дружелюбный жест. Тот поспешно проговорил:

— Не прикасайся ко мне, мои кости и так сломаны!

Цинь Му с радостью его отпустил и торжественно ответил:

— Между нами произошло небольшое недоразумение. Я неправильно понял намерения Сына Бога и подумал, что тот хочет меня убить, а Ваше Величество решил, что у меня есть какие-то плохие намерения касательно плавучего мира, отчего возник конфликт. Небо смилостивилось над нами, и теперь всё позади. Как хорошо, что удалось избежать жертв!

Уголки глаз Сына Бога Багрового Света дёрнулись: «Избежать жертв? Ты что не видишь, что я стою перед тобой на коленях? В всех погибших воинов Багрового Света?»

Вершина горы неподалёку исчезла, а священный зал был полностью разрушен.

Оглядываясь, Цинь Му говорил. Он хотел, чтобы его услышал все люди Багрового Света, которые не принимали участия в битве:

— Я только что встречался с Багровым Императором, и он заметил моё выдающееся понимание. Смилостивившись над моим талантом, он передал мне Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога.

После этих слов округу поглотила суматоха. Сын Бога Багрового Света ошарашено замер.

Багровый Император создал Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, но после его смерти техника исчезла вместе с ним. Даже Светлый Император не владел ею и совершенствовал свою собственную технику — Таинственные Писания Бесстрастного Создания.

Светлый Император пытался воссоздать Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, но ему так и не удалось этого сделать, так как у каждого из императоров Эпохи Багрового Света была своя специализация. Багровый Император отлично владел искусствами создания исконного духа, но его достижения в плане физического тела были не слишком высокими. Светлый Император, в свою очередь, специализировался на искусствах создания физического тела, но его познания о создании исконного духа были довольно поверхностны.

Таким образом, во времена Багрового Императора все практики божественных искусств прославились своими трёхглавыми, шестирукими исконными духами, а во времена Светлого Императора люди обладали физическими телами такой же формы. Сила первых заключалась в исконном духе, а вторых — в физическом теле. У обоих были свои сильные стороны, так же, как и очевидные недостатки.

Светлый Император когда-то сказал, что если бы им удалось обрести Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога Багрового Императора, то техника Багрового Света сделала бы огромный шаг вперёд, достигая невиданных ранее высот. Тем не менее, Багровый Император бесследно исчез.

Сын Бога Багрового Света так часто посещал священный зал не только для того, чтобы отдать дань уважения Багровому Императору и предкам, но и в надежде получить Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога из его мозга.

Однако, почему Багровый Предок передал технику, которую он пытался получить на протяжении пятидесяти тысяч лет, чужаку?

Неужели широта ума Багрового Императора настолько велика, что он уже не испытывает никакого презрения к другим расам?

— Багровый Император сказал мне, что Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога являются техникой Эпохи Багрового Император и что я должен передать её людям Багрового Света.

Лицо Цинь Му сияло в улыбке, чётким голосом он проговорил:

— Кроме этого Багровый Император сказал мне, что считает потомков, оставшихся в плавучем мире, огромным разочарованием. Вы больше не обладаете соответствующим боевым духом и постепенно превращаетесь в маленьких ягнят, умеющих лишь блеять, из-за чего он приказал мне надавить на вас. Он приказывал Сыну Бога передать мне технику Светлого Императора. Он признает вас только тогда, когда Сын Бога сможет одолеть меня в одной области.

В третьем глазу Цинь Му огромный ребёнок, Небесный Герцог и Багровый Императора слушали доносящийся с неба разговор. Последний начал ворчать, оправдываясь:

— Я этого не говорил, не говорил! Я чётко приказал ему передать технику любой ценой. И я чётко слышал, как он пообещал это сделать. Но он не говорил, что не станет вымогать…

Сын Бога Багрового Света прекрасно понимал, что это были слова Цинь Му, но никто не мог доказать правды.

Он взвесил все за и против. Он должен был любой ценой овладеть техникой Багрового Императора, и единственным способом это сделать было обменять её на технику Светлого Императора.

Даже несмотря на то, что такое решение значительно усилит Цинь Му, оно подарит людям плавучего мира совершенную и безупречную технику, которая позволит их физическим телам и исконным духам совершенствоваться одновременно!

В целом они всё равно получали огромную выгоду.

— Хорошо! — Сын Бога Багрового Света улыбнулся, согласившись.

Спустя десять дней больше десятка летающих кораблей наконец покинули плавучий мир, формируя величественный флот, отправившийся во внешний мир.

Плавучий мир одним махом выселил половину своих людей, в то время как вторая половина осталась. «Яйца нельзя носить в одной корзине», — именно так сказал Сын Бога Багрового Света.

Цинь Му жил на одном корабле с Лин Юйсю и остальными. Каждое из суден напоминало небольшой клочок земли со своими собственными горами, реками и плодородными землями, способными прокормить сто тысяч людей.

Несколько десятков кораблей перемещали несколько миллионов людей, что было равно половине населения плавучего мира!

В сравнении с Вечным Миром, в котором жили сотни миллионов людей, население плавучего мира было намного меньшим.

Цинь Му бродил по летающему кораблю, осматривая его украшения и структуру. Он измерял высоту гор, количество воды в реках и подсчитывал количество лучей, излучаемых рукотворным солнцем. Затем он достал кисть и бумагу, нарисовал карту плодородных земель и вычислил их площадь.

Компоновка корабля была невероятно логичной, она позволяла обеспечить жизнедеятельность сотни тысяч людей. Казалось, будто Эпоха Багрового Императора одновременно обладала и невероятно высокими достижениями в математике и искусными кузнецами.

— Неужели в их времена тоже существовала Секта Дао? — недоумевал Цинь Му.

Юноша измерил все закоулки корабля и закончил рисовать его чертёж. Затем он вернулся к Лин Юйсю, увидев, что та занимается лечением Первого Предка. Сбоку от них парочка глазных яблок разливали чай и варили лекарственные отвары.

Первый Предок грелся на солнце, совершенствуя Таинственные Писания Бесстрастного Создания, которые Цинь Му передал ему в надежде, что они позволят ему отрастить обратно сломанные кости. Увидев приближение юноши, он помрачнел в лице и фыркнул.

Цинь Му поспешно извинился, улыбаясь:

— Первый Предок, это и вправду не я тебя избил. Это всё мой старший брат. Я тебе уже несколько раз объяснял. Я уже не зол на тебя, и не стал бы преднамеренно тебя бить.

Первый Предок снова фыркнул и отвернулся, не желая его видеть.

Цинь Му был не в силах что-то сделать. Осмотрев раны физического тела мужчины, он обнаружил, что тот уже избавился от сломанных костей, и на их месте начали появляться новые. Впрочем, скорость их роста была недостаточно высокой.

Он был не в силах сдержать свою радость:

— Дедушка старейшина наконец сможет отрастить свои четыре конечности!

Первый Предок сердито ответил:

— Ты сломал мои кости, чтобы провести свой эксперимент и найти способ вылечить твоего дедушку старейшину? Не забывай, что твоя фамилия Цинь, а тот старик принадлежит к семье Су. Мы — члены одной семьи, но ты всё равно отдаёшь предпочтение чужаку…

— Это действительно был не я, а мой старший брат! — тут же ответил Цинь Му.

Первый Предок спросил:

— В семейном реестре ты упомянут как Цинь Фэнцин, верно?

Цинь Му кивнул.

Первый Предок продолжил:

— А твоего брата? Его тоже зовут Цинь Фэнцин?

Юноша колебался. Увидев выражение его лица, Первый Предок огорчённо проговорил:

— И ты всё ещё утверждаешь, что это не твоя работа? Это был ты!

Выписав ему лекарств, Цинь Му горько проговорил:

— Как скажешь.

— Принцесса Сю, ты слышала? Он признал, он признал! — наконец во всём разобравшись, Первый Предок тут же начал жаловаться Лин Юйсю. — Принцесса Вечного Мира, он мой единственный родственник, но всё же решил переломать мои кости, чтобы провести эксперимент для своего дедушки…

Игнорируя его, Цинь Му продолжал готовить лекарства. Накормив ими Первого Предка, он оставил его совершенствовать Таинственные Писания Бесстрастного Создания. Объединяя технику и лекарства, скорость его выздоровления становилась невероятно высокой.

После принятия лекарств настроение Первого Предка улучшилось, но он и дальше продолжался жаловаться Лин Юйсю. Вдруг раздался чей-то крик:

— Мы достигли Сюаньду!

— Сюаньду?

Цинь Му поспешно поднял голову, увидев свет, падающий на него со всех сторон. Каждый уголок судна утопал под яркими лучами, вокруг не было ни одной тени.

— Сюаньду — это территория Небесного Герцога. Его клон пообещал, что подарит мне ещё один слой печати, что не позволит моему старшему брату выбраться наружу. Интересно, знает ли об этом его настоящее тело?

Войдя внутрь света Сюаньду, летающие корабли внезапно начали отдаляться друг от друга, отправляясь в совершенно разных направлениях. Таким образом они увеличивали шансы ускользнуть от Райских Небес.

Несмотря на то, что они не знали, насколько серьёзными были ранения Великого Владыки Солнца, они всё же были настороже, опасаясь быть перехваченными на полпути. Подвергшись нападению, люди плавучего мира понесли бы серьёзные потери, поэтому они вели себя максимально осторожно.

Спустя некоторое время летающие корабли сменили курс и исчезли в ярком свете. Судно, на борту которого находился Цинь Му и остальные, продолжило постепенно продвигаться вперёд, и спустя десять дней они наконец снова увидели перед собой глаза Небесного Герцога.

Через несколько дней глаза Небесного Герцога исчезли из поля зрения. Теперь их окружал лишь плотный свет, почти превратившийся в физическое вещество.

Цинь Му продолжал ждать, пока Небесный Герцог добавит новую печать, но после месяца путешествия по Сюаньду ничего не изменилось. Наконец, летающий корабль покинул мир из света и продолжил плыть по чёрному небу в сторону Небес Лофу.

«Странно. Почему Небесный Герцог не добавил ещё один слой печати и не вернул своего клона?»

Юноша озадаченно задумался. После осмотра ран Первого Предка его сердце наполнилось сомнениями. Разрушенные кости мужчины уже исчезли, и на их месте выросли новые. Тем не менее, те были невероятно хрупкими и не могли выдержать вес его тела.

В конце концов, тот был богом области Сцены Казни Бога. Его вес был невероятно большим, и даже кости обычного бога, скорее всего, не смогли бы его выдержать.

Цинь Му приказал двум глазным монстрам войти в райский дворец Первого Предка, чтобы снова доставить лекарства. Кроме того, он использовал их чтобы осмотреть райский дворец и исконный дух:

— Теперь проблема не слишком серьёзная. Тебе осталось лишь некоторое время посовершенствоваться, и крепость твоих костей станет такой же, как раньше. Более того, из-за использования техники Бесстрастного Сражающегося Бог сила твоего физического тела вырастет!

Первый Предок с трудом сел и внезапно спросил:

— Му’эр, что случилось с твоим межбровьем?

Не понимая о чём он, Цинь Му спросил:

— А что с ним не так?

— Золотой лист изменился.

Цинь Му поспешно достал зеркало и взглянул на своё отражение, обнаруживая, что цвет ивового листа на его межбровье изменился. Артефакт был выкован немым, после чего жители деревни совместно нанесли на него печать. Прежде чем вернуть его юноша, Брахма Будда тоже внёс какие-то изменения, добавляя свою собственную печать, дополнившую нефритовую печать Графа Земли.

Теперь ивовый лист уже не был золотым. Он переливался всевозможными цветами, которое, казалось, были созданы из света. Он выглядел по0настоящему загадочно.

Цинь Му был поражён. В тот момент, когда он собирался снять ивовый лист, чтобы детально его осмотреть, Первый Предок нервно проговорил:

— Не снимай его! Ты хочешь дальше создавать проблемы? Что, если твой брат снова выберется наружу? Этот корабль не выдержит твоих мучений! Не любопытствуй, хорошо?

Цинь Му был ошарашен:

— Первый Предок, я думал, ты не веришь, что у меня есть старший брат?

Первый Предок слегка покраснел в лице.

«Неужели Небесный Герцог тайком поставил печать? Почему он поступил именно так? И почему я ничего не ощутил?»

Цинь Му хотел подробно осмотреть лист, но тоже опасался, что его старший брат выберется наружу. Ему оставалось лишь подавить своё любопытство.

Несколько месяцев спустя Первый Предок полностью исцелился, а его совершенствование превзошло то, что было раньше. Более того, они добрались до Небес Лофу. Цинь Му недоумевал из-за того, что на протяжении всего пути их не преследовали, они не обнаружили даже следа от Райских Небес.

— Райские Небеса, должно быть, надеются поймать всех одним махом, — зловеще проговорил Первый Предок. — Они собираются уничтожить всех оставшихся людей Багрового Света и Вечного Мира!

Сердце Цинь Му наполнилось страхом.

Как только они прилетели, Чи Си направил корабль в сторону звезды:

— Ректор Цинь, вы можете возвращаться в Вечный Мир. Я останусь, чтобы дождаться прибытия моих остальных сородичей. Они будут здесь через несколько месяцев.

Цинь Му кивнул и покинул звезду вместе с Первым Предком и Лин Юйсю. Вскоре они вошли в Небеса Лофу, и приземлились на землю. Посмотрев в небо, они увидели, что траектория звезды постепенно меняется. Было очевидно, что Чи Си, или какой-нибудь другой бог использует свою магическую силу, чтобы передвинуть её к Вечному Миру. Если у них получится, то в небе Вечного Мира появится настоящая звезда!

— Мы выполнили свой долг. Теперь нужно встретиться со Святым Дровосеком.

Они пришли к жертвенным алтарям, где должен был находиться Святой Дровосек, обнаруживая, что тот куда-то исчез. Цинь Му и остальным оставалось лишь отправиться на Верховные Небеса Императора. Добравшись к городу Ли, Цинь Му наконец успокоился и улыбнулся:

— Вернувшись в Вечный Мир мы принесём Императору хорошие новости. Кроме того, можно распространить две техники Императорского Трона, что невероятно увеличит силу практиков божественных искусств! Первый Предок, Сестра Сю, я всё ещё ношу с собой писаний Будды Сакры, поэтому сначала нам нужно посетить монастырь, чтобы передать их старому Ма.

В монастыре старого Ма их встретил монах, после чего улыбчиво провёл во двор:

— Благожелатели, целитель и остальные тоже здесь. Они пришли поговорить с Жулаем.

Цинь Му удивился и обрадовался:

— Старейшина деревни и остальные тоже здесь?

В этот момент целитель вышел из лаборатории, держа в руках огромный горшок. Он прокричал:

—Толстяк, выходи кушать!

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Толстяк? Должно быть речь идёт о цилине! Как же давно я его не видел! Интересно, он уже избавился от лишнего жира?

Пока он говорил, издали выкатился огромный шар из плоти. Его копыта едва касались земли, медленно подталкивая тело вперёд. Хвост дракона был толстым, но из-за его огромных габаритов он казался коротким и тоненьким.

От шеи не осталось ни следа, и даже голова напоминала огромную котлету, покрытую шерстью и чешуёй. Что касалось драконьих рогов, то они были едва заметны на голове.

Шар из плоти восхищённо проговорил:

— Уже обед? Дедушка целитель, а мне хватит? На завтрак ты дал мне слишком мало, ты всегда меня недокармливаешь.

Целитель обиженно ответил:

— Сам посмотри! — затем он резко развернулся и ушёл.

С огромными усилиями шар из плоти медленно толкал себя в сторону горшка. Он хотел посчитать количество духовных пилюль внутри, но не найдя себе точки опоры неконтролируемо упал головой в сосуд.

Из горшка раздался приглушённый голос:

— Наверное не получится подсчитать. Я умираю с голоду, нужно поесть для начала…

Из сосуда донеслись звуки жевания.

Цинь Му ошарашенно застыл. Придя в себя через долгое время, он пробормотал:

— Нет, это точно не мой цилинь. Я уверен… Дедушка целитель, ты не видел моего цилиня?

Глава 662. Ученики Му’эра

— Му’эр вернулся? — обернувшись, целитель увидел Цинь Му и улыбнулся. — Я как следует откормил твоего цилиня. Глянь, как покрепчал.

— Покрепчал?.. — парень, казалось, потерял дар речи.

Толстый шар высунул голову из кастрюли и невероятно обрадовался, увидев своего прошлого кормильца. Он торопливо зашевелил своими короткими ножками, но так как они не могли коснуться поверхности, его голова врезалась в землю, и он покатился кубарем, крича:

— Владыка, я в порядке. Не нужно переживать, со мной всё хорошо, сейчас я встану.

Цинь Му с грустью отвернулся и посмотрел на целителя:

— Дедушка, это ты называешь стал крепче? Где Лин’эр? Лин’эр! Почему ты позволила толстяку так ожиреть?

— Лин’эр здесь нет, — ответил целитель. — Она и Бессмертная Лиса ушли совершенствоваться. Разве толстяку не нужно было есть три раза в день и каждый приём пищи должен был составлять минимум одно ведро духовных пилюль?

Цинь Му был ошеломлён.

Цилинь перестал катиться, остановившись в положении кверху брюхом. Он предпринял несколько попыток перевернуться обратно, но не смог. Выпрямив свой короткий хвост, он попытался им оттолкнуться, но как бы он сильно не впирал им в землю, от этого было мало проку, а лапы так и оставались смотреть к небу.

— Владыка, помоги мне. Владыка, Владыка! Не уходи… Кто меня поможет? — тяжело дыша, жалобно выкрикивал цилинь.

Первый Предок не мог видеть столь жалкого зрелища, поэтому пошёл вперёд, чтобы подтолкнуть цилиня.

Оказавшись на своих четверых, а точнее на брюхе, зверь увидел статного мужчину и поспешно выразил ему свою благодарность:

— Старший, благодарю за помощь. Ах да, я ещё обед не прикончил! — сказав это, он бросился к огромной кастрюле.

Первый Предок тут же упрекнул:

— Ты ещё не наелся? Твой мастер уже разгневан. Он скоро положит тебя на стол и освежует!

Цилинь подпрыгнул от неожиданности и поспешно остановился. Немного подумав, он снова принялся за еду, невнятно отвечая прямо во время жевания:

— Акм-хотя бы мм-умру акх-довольным и афф-сытым…

— Ты безнадёжен! — Первый Предок покачал головой и последовал за Цинь Му.

Находящийся в монастыре старейшина деревни разговаривал со старым Ма, как вдруг он, услышав голос Цинь Му, резко взлетел и оглянулся, увидев его. Другие деревенские тоже вышли из своих комнат, чтобы повидаться с внучком, поднимая суматоху.

Цинь Му увидел старейшину деревни живым и не смог сдержать слёз.

— Не веди себя как ребёнок, — с улыбкой заговорил старейшина. — Ты — Император Людей, Владыка Небесного Святого Культа, а также Великий Ректор Небесной Святой Академии, как такой серьёзный человек может вот так просто расплакаться? Я жив, всё хорошо, — хотя он и сказал это, его глаза тоже были красными, но в этот момент он увидел Первого Предка и поспешно плюхнулся вниз, прижав себя к полу. — Ученик Су Мучжэ отдаёт дань уважения Первому Предку Императоров Людей!

Первый Предок помог ему подняться и усадил в откидное кресло:

— Встань. Ты не был так сдержан, когда встретил меня в первый раз.

Старейшина деревни невероятно взволновано обратился к Первому Предку:

— Это мой ученик! Нынешний Император Людей! Природно-рождённое Тело Тирана! Му’эр, Му’эр, подойди и отдай дань уважения Первому Предку. Встань на колени и поклонись ему!

— Зачем мне становиться на колени? — вопросительно покачал головой Цинь Му. — Я одолел его в бою, после чего он расплакался в Зале Императоров Людей.

— Как ты мог побить своего предка? — сердито ругался старейшина деревни. — Первый Предок обладает замечательными способностями Эпохи Императора-Основателя. Если он научит тебя одному или двум движениям, ты сможешь извлечь из этого огромную выго…

Цинь Му резко перебил:

— Дедушка старейшина, он уже поделился со мной своей техникой и навыками мудры.

— Уже? — переменившись в лице, старейшина мгновенно потерял интерес к Первому Предку и скучающе обратился к нему. — Первый Предок, пожалуйста, присядь. Прошу прощения за свою физическую неполноценность и немощность — я не буду встать, чтобы приветствовать тебя.

Первый Предок был потрясён, однако нашёл для себя удобное место и присел.

— Дедушка, я нашёл технику создания физического тела Императорского Трона Эпохи Багрового Света, — решительно произнёс Цинь Му. — Она способна восстановить твои потерянные конечности! Первый Предок тоже был искалечен, после чего я спас его от смерти, когда передал ему эту технику!

Старейшина был удивлён и обрадован, дрожащим от волнения голосом спрашивая:

— М-мои потерянные руки и н-ноги тоже отрастут?

— Именно так!

— А я смогу вернуть себе лицо? — заинтересованно спросил целитель.

Задумавшись на какое-то время, Цинь Му ответил с обеспокоенным выражением:

— Первый Предок отрастил себе новый подбородок, потому что прошлый был полностью сокрушён, но я не уверен, что с лицом тоже получится.

— Первоначально я отрезал его себе, чтобы поставить крест на отношениях, но никак не ожидал, что после того, как я выйду из Великих Руин, то снова начну прошлые отношения. Я начинаю скучать по своему лицу. Мои враги также больше не осмеливаются преследовать меня, так что было бы не плохо, если бы я смог вернуть его. Хотя ничего страшного, если оно не восстановится, я уже привык к такому образу. А могут ли отрасти уши глухого и язык немого? — улыбаясь, под конец спросил целитель.

Глухой фыркнул и, повернувшись, зашагал прочь:

— Я не собираюсь совершенствоваться! Мне не нужны уши!

— Этот старик… — усмехнулся целитель. — Не обращайте на него внимания. Он начнёт совершенствоваться, как только созреет.

Цинь Му начал подробно описывать технику Таинственных Писаний Бесстрастного Создания Светлого Императора, но внезапно его прервал старый Ма:

— Будет лучше, если я прогоню монахов, чтобы техника не попала в ненужные руки.

Цинь Му покачал головой:

— В этом нет необходимости. Я планирую распространить её по всему миру через Императора Яньфэна. К тому же Сын Бога Багрового Света определённо передаст её своему народу и, если я сохраню эту технику только для себя, Вечный Мир не сможет сравниться с выжившими Багрового Света. Лучше не допускать такого развития событий, иначе нас ожидают сплошные неприятности.

Жулай Ма задумался и кивнул:

— Понять технику Императорского Трона невероятно трудно. Даже если ты передашь её миру, только практики божественных искусств смогут совершенствовать её, а добившихся в ней успеха можно будет пересчитать по пальцам.

Всё им сказанное было чистой правдой. Чем выше качество техники, тем требуются выше понимание, способности и мудрость, поэтому эту технику будет крайне трудно совершенствовать.

Например, дьявольский обезьян Чжань Кун и монах Мин Синь последовали за Буддой Брахмой, чтобы изучить истинное писание Императорского Трона. Но Брахма не стал обучать Цинь Му, решив превратить частичку своего сознания в Будду лишь для подавления небес над землёй слова Цинь, при этом поведав, что техника находится внутри этой частички и что ему придётся постичь её самостоятельно.

Однако Цинь Му так ничего и не осознал.

Дьявольский обезьян и Мин Синь были теми, кто обладал природой будды и великой мудростью в буддизме, они оба были способны изучить технику Будды Брахмы. Что касается других монахов, то те из них, кто мог учиться ей, были невероятно редки, к тому же большинство из них, скорее всего, просто уловили бы суть и ничего более.

Например, техники и божественные искусства секты Дао были основаны на математике, поэтому те, кто хотел учиться, должны были иметь чрезвычайно высокие достижения в математике.

Техника Таинственных Писаний Бесстрастного Создания также была не из простых. Она требовала познания в математике и знаний по созданию, рунам, строению тела и ещё по многим немаловажным аспектам.

Поскольку Первый Предок и Цинь Му изучили все эти аспекты, они смогли овладеть техникой. Но окажись на их месте кто-то относительно обычный, то у него ушло бы несколько десятков, а то и сотен лет лишь на оттачивание вышеперечисленных аспектов. Только затем можно было бы сказать, что практик освоил основы техники.

И это только требование для мудрости!

Техника Императорского Трона также имеет строгие требование к способностям и пониманию, поэтому, даже если Цинь Му передаст её миру, найдётся не так много практиков, способных добиться в ней успеха…

А способных достичь больших успехов — ещё меньше.

В данный момент Цинь Му обучал всех технике Таинственных Писаний Бесстрастного Создания. Она была очень трудна в понимании, поэтому он пытался объяснить глубокие значения, кроющиеся за ней, простыми словами, чтобы каждый смог для начала ясно уловить хотя бы общий смысл.

Тем не менее, деревенские имели свои собственные, уникальные специализации и сильные стороны, поэтому первой, кому удалось понять смысл техники, была бабушка Сы. Она совершенствовала Великие Небесные Дьявольские Рукописи и Семь Писаний Создания. Поэтому её достижения в этой области превосходили все остальные.

Цинь Му был очень терпелив и объяснял им снова и снова, отвечая на все их вопросы.

Техника Таинственных Писаний Бесстрастного Создания требовала слишком большого объёма знаний и до смешного крепкой базы, поэтому со временем ему стало трудно отвечать на их вопросы. К счастью для него, Багровый Император наделил его своим полноценным пониманием Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога, поэтому он, сравнивая с ней технику Таинственных Писаний Бесстрастного Создания, вдохновлялся и находил ответы на некоторые вопросы.

Первый Предок стоял рядом и поскольку он уже совершенствовался в этой технике, у него было своё собственное понимание, поэтому он отвечал на те вопросы, с которыми не справлялся Цинь Му.

Вскоре неторопливо, даже вальяжно подошёл глухой. Чуть погодя он присел, чтобы послушать о чём они говорят.

Цинь Му говорил дни и ночи напролёт, пока у него не пересохло в горле. Вторым, постигшим технику, на удивление оказался глухой. Что касается старейшины деревни, целителя, старого Ма, одноногого, немого и слепого, то никто из них не добился успеха.

Чувствуя пульсирующую головную боль, Цинь Му внезапно осенило, после чего он с улыбкой произнёс:

— У меня есть ещё одна техника Императорского Трона Эпохи Багрового Света. Она называется Три Исконных Духа Бессмертного Сознания. Давайте я научу вас ей, после чего вы сможете сравнить их.

Старейшина деревни нахмурился:

— Нам и так невероятно трудно даётся первая техника Императорского Трона, а если у нас будет ещё одна, нам может не хватить всей жизни, чтобы понять их. Му’эр, давай не будем откусывать больше, чем можем прожевать.

— Нет, это именно то, что нам сейчас нужно. Таинственные Писания Бесстрастного Создания предназначены для совершенствования физического тела, в то время как эта техника нацеливается на исконный дух. Эти две техники перекрывают недостатки друг друга, к тому же у них есть множество схожих, практически идентичных концепций. Если вы, ребята, будете изучать эти две техники одновременно, их будет гораздо проще осваивать! — с улыбкой парировал Цинь Му и незамедлительно приступил к объяснению Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога.

Удивление на лицах каждого присутствующего росло по мере того, как они слушали.

Когда Цинь Му объяснял им технику Таинственных Писаний Бесстрастного Создания, они не понимали многих мест, так как им недоставало знаний и базы. К тому же сам парень не понимал её полностью, а значит не мог разъяснить слишком сложные её части.

Однако, слушая его объяснения Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога, они ощущали, словно он являлся её основателем. Его понимание в ней не шло ни в какое сравнение с его пониманием в Таинственных Писаниях Бесстрастного Создания.

Цинь Му будто был живым Багровым Императором, который вдруг решил передать всем вокруг свои знания!

На самом деле он и объяснял им эту технику, основываясь на полноценном понимании Багрового Императора, ведь тот лично передал ту часть своего сознания, что отвечала за всё её понимание!

Личное обучение Багровым Императором — не шуточное дело!

Как и сказал Цинь Му, эти две техники дополняли друг друга. Те многочисленные места, которые старейшина деревни и остальные не понимали, были сразу же поняты после объяснений. Слушая, они просто сидели и кивали головами.

— Никогда бы не подумал, что мы, после стольких лет обучения Му’эра, сегодня станем его учениками, — печально вздохнул целитель, но с умиротворённой улыбкой.

Пока Цинь Му учил их и объяснял различные детали, его собственное понимание относительно Таинственных Писаний Бесстрастного Создания тоже возрастало. Прямо сейчас он понимал многие техники, не постигая их, становясь искусным во всех видах божественных искусств, даже не совершенствуя их.

Его сердце было как чистое зеркало, которое овладевало всеми чудесами писаний создания.

Закончив объяснять Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, Цинь Му вздрогнул всем телом и выпалил:

— Теперь я понял, почему Светлый Император потерпел поражение и почему была уничтожена Эпоха Багрового Света! Без Бессмертного Сознания Бога в технике Таинственных Писаний Бесстрастного Создания есть огромная слабость!

Способности и понимание старейшины деревни были чрезвычайно высоки, поэтому он сразу же пришёл к такому же выводу:

— Исконный дух Светлого Императора не смог совершенствоваться в двух других головах и четырёх руках, поэтому человек, убивший его, должен был сначала снять с плеч две другие головы и отрезать четыре руки! Светлый Император, должно быть, умер несчастной смертью!

Глава 663. Превращение Цилиня

Лица всех вокруг помрачнели. Несмотря на то, что Таинственные Писания Бесстрастного Создания были первоклассной техникой, они не были совершенны. Слабость исконного духа была огромным недостатком искусства Светлого Императора.

Этот недостаток делал удары четырёх дополнительных рук слабее, чем удары двух основных, а две дополнительных головы также уступали настоящей. В сражении с практиком в одной и той же области это превращалось в огромный недостаток.

Он и стал главной причиной поражения Светлого Императора.

Таинственные Писания Бесстрастного Создания базировались на создании шести рук и трёх голов. Телосложение, боевые техники, и все существующие божественные искусства тех времён были созданы исходя из этого. Без дополнительных конечностей эффективность их боевых методов падала на восемьдесят-девяносто процентов. Другими словами, в их движениях появлялось огромное количество недостатков, что значительно снижало способности.

Именно поэтому старейшина деревни сказал, что Светлый Император умер несчастной смертью.

Из этого можно было предположить, что конец Эпохи Багрового Света наступил по той же причине.

В более поздний период Эпохи Багрового света практики божественных искусств в основном совершенствовали техники вроде боевой техники Бесстрастного Сражающегося Бога, которая базировалась на Таинственных Писаниях Бесстрастного Создания. Так как базовая техника уже имела в себе недостаток, все остальные тоже были неполноценны!

Исчезновение целой эпохи было связано с недостатком в Технике Светлого Императора!

— Как только Таинственные Писания Бесстрастного Создания будут соединены с Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Бога, недостаток исчезнет? — внезапно спросил мясник.

Старейшина деревни ответил:

— Может быть в ней и останутся какие-то слабые места, но мы не сможем их заметить. Техника Эпохи Багрового Света слишком сильно сконцентрировалась на чём-то одном. Их мир целиком базировался на одной технике Императорского Трона, и какой бы хорошей она ни была, как только её разрушили, им пришёл ужасный конец.

Бабушка Сы добавила:

— Как хорошо, что в Вечном Мире сейчас существуют всевозможные техники. Нам может удаться избежать подобного исхода и не повторить судьбу Багрового Света.

Все вокруг кивнули.

Первый Предок с любопытством осматривал стариков. На вид в них не было ничего чрезвычайного, более того, они казались слегка странноватыми. Некоторые были настолько красивыми, что заставляли людей бросаться вслед за ними головой вперёд, а другие же были уродливы, подозрительны на вид и изувечены. Тем не менее, их мудрость и широта ума оказались невероятно высокими.

Цинь Му передал технику Императорского Трона и Первому Предку, но тот никогда не поддавал её тщательному анализу.

Несмотря на то, что его область совершенствования была выше, чем у стариков из деревни, он много в чём им уступал. Эти люди уже успели почувствовать вкус жизни и знали слишком много хитростей этого мира. Первый Предок не мог похвастаться чем-то подобным.

После того как Первый Предок стал Императором Людей, его любопытство ослабло, и он превратился в каменную статую, избегая контакта с миром.

«Неудивительно, что им удалось воспитать из Му’эра такого человека, — он улыбнулся, думая про себя. — Если бы тот жил в деревне Беззаботной, то ни за что не стал бы тем, кем есть сейчас, и не обрёл бы такого количества достижений. Именно эта горстка стариков сделали его тем, кем он есть сейчас.»

Цинь Му снова объяснил две техники. Одноногому и целителю те казались небесными книгами, которые нельзя было понять человеческим умом. Заметив это, старейшина проговорил:

— Му’эр, иди займись своими делами. Мы, старики, поучимся ещё немного, и может быть поможем одноногому и целителю поднять твою технику.

Кивнув, Цинь Му нахмурился и вышел из зала, крича:

— Жирдяй, иди сюда!

Цилинь радостно попытался к нему подбежать, но смог лишь неуверенно толкать себя вперёд конечностями, едва достающими до земли. Он хотел опустить голову и признать свою ошибку, но разве это было возможно сделать, не имея шеи? Он был не в силах опустить голову.

— Ты что, не совершенствовал технику Высшей Тайны Древнего Дракона, которую я тебе передал? — ощутив острую боль в сердце, Цинь Му начал его отчитывать. — Восемь Голосов Древнего Дракона развивали бы твоё тело и исконный дух, расщепляя любое количество лекарственной энергии! Если бы ты тщательно совершенствовался, то не набрал бы так много лишнего веса! Как мне теперь показываться людям на глаза? Посмотри на Чёрного Тигра, тот со Святым Дровосеком может броситься на армию из десяти тысяч и принести обратно голову вражеского генерала. А если я поеду в битву на тебе, то меня убьёт первый пролетающий мимо нож!

Цилинь опустил взгляд, не осмеливаясь издавать и звука.

Цинь Му сердито продолжал:

— Почему ты молчишь? Ты обманул дедушку целителя, вынуждая его давать тебе огромное количество духовных пилюль, но в конце концов, ты за это поплатился! Нет ничего плохого в жадности. Будь ты жадным, но трудолюбивым, то стал бы не толще, а сильнее. Твои бусины дракона и цилиня могли бы уже достичь области Жизни и Смерти! Ты не просто жадный, но и ленивый! Я больше не хочу тебя! Отправляйся в Фэньду! Я отдаю тебя обратно Патриарху!

Обливаясь слезами, цилинь тут же начал умолять прощения.

Цинь Му был не в силах сдержать свою ярость. Он попытался вытащить зверя из города и принести к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, но тот оказался слишком толстым и тяжёлым. Несмотря на свою божественную силу, он не мог сдвинуть его с места.

Одному лишь небу было известно сколько духовных пилюль цилинь сожрал за последние два года! Его вес был сопоставим с физическим телом бога!

— Сестра Сю, помоги мне! — прокричал Цинь Му.

Лин Юйсю засмеялась:

— Если ты решишь тащить его до самого Фэнду, тебе придётся потратить более десятка дней, и ты умрёшь от истощения. Почему бы лучше не дать ему шанс похудеть? Разве это не решит проблему?

Цилинь энергично кивал своей круглой головой, его глаза были полны слёз.

Сердце Цинь Му немного успокоилось. Наконец перестав кричать, он проговорил:

— В таком случае, я дам тебе шанс. У меня есть сокровище под названием Кувшин Пяти Гроз. Это артефакт, с помощью которого Райские Небеса призывают природное бедствие, и когда-то с его помощью я нашёл странную технику. Внутри него находятся пять великих грозовых туч, способных накрыть собой всю территорию Вечного Мира и обрушить на каждый сантиметр земли десятки тысяч молний. Ты должен будешь совершенствовать использование этих пяти туч, с помощью Восьми Голосов Древнего Дракона тебе может удаться избавиться от своего жира. Тем не менее, процесс будет очень сложным. Если хочешь, можешь проследовать за мной. В противном случае возвращайся в Фэнду.

Колеблясь, цилинь робко спросил:

— Владыка Культа, удар молнии очень болит?

Цинь Му бросил на него пристальный взгляд, вот-вот собираясь разразиться гневом. Цилинь поспешно ответил:

— Да, я готов!

Проведя некоторые расчёты, Цинь Му проговорил:

— Расщепить медицинскую энергию жиров с помощью одних лишь Восьми Голосов Древнего Дракона будет очень трудно. Даже с моей помощью, на это уйдёт много времени. Кроме сестры Сю, Цзян Мяо и мастера деревни драконов совершенствуют технику Высшей Тайны Древнего Дракона, нам нужна их поддержка.

Лин Юйсю взволновано ответила:

— Давай я сообщу истинному богу Пан Юю и приглашу их сюда.

Кивнув, Цинь Му осмотрел окрестности:

— К тому же нам нужно много свободного места. В центре города Ли есть пустошь, сделаем всё там… Жирдяй, за мной!

Цилинь поспешно отправился следом за ним. Он бежал маленькими шагами, разрушая близлежащие здания города Ли. К счастью, большинство местных жителей уже переехали в Вечный Мир и кроме стражников вокруг никого не было.

Когда Цинь Му пришёл к пустоши в центре города, бог Пан Юй как раз привёл бесчисленных солдат. Он спросил:

— Сколько пространства нужно Владыке Культа Циню?

Оглянувшись, Цинь Му увидел, что это место было невероятно ровным, и имело триста метров в ширину и длину. Он ответил:

— Здесь достаточно места, но я всё же боюсь, что сила Кувшина Пяти Гроз заденет внешний мир. Лучше всего использовать какое-то сокровище, чтобы накрыть окрестности и не позволить молниям выбраться наружу.

Истинный Бог Пан Юй улыбнулся:

— У меня есть сокровище под названием «Драконий Саван Девяти Небесных Облаков», способное поглощать молнии. Оно не позволит кувшину Пяти Гроз задеть внешний мир.

Он подбросил Драконий Саван Девяти Небесных Облаков в небо, и город Ли тут же покрыли толстые тучи. Превратившись в полусферу из слоёв тумана, они накрыли пустошь.

Облака состояли из девяти слоёв водяного пара, странным образом переплетённых между собой.

Цинь Му поблагодарил. В этот момент прибыли Цин Янь, Цин Я и остальные жители драконьей деревни. Поздоровавшись, один из них спросил:

— Для чего брат Цинь нас пригласил?

Когда Цинь Му всё им объяснил, они бросили шокированные взгляды на цилиня:

— Это тоже представитель драконьей расы? Что за позор для нашего рода! Конечно, мы поможем!

Спустя несколько мгновений к ним подошли двое молодых людей, выглядящих абсолютно одинаково. Цинь Му пытался понять кто из них Цинь Юй, а кто Цзян Мяо, немного колеблясь в решении. В конце концов, он решил промолчать.

Совершенствование этих двух было очень высоким. Один из них достиг области Небожителя, его исконный дух обвился вокруг пояса в виде зелёного дракона, плюющегося речной водой. Другой же всё ещё находился в области Семи Звёзд, и его исконный дух ещё не проснулся.

— Владыка Культа, я Цзян Мяо, — беспомощным тоном проговорил юноша с драконом, обвитым вокруг него.

В выражении лица второго юноши, Цзин Юя, тоже виднелась беспомощность. Увидев дракона, он удивлённо моргнул. Изначально он отдал маленького ¬дракона Цинь Му, совсем не ожидая, что в результате тот примет свой нынешний облик. Более того, совершенствование существа невероятно увеличилось и теперь значительно превосходило его собственное.

Он считал Цзян Мяо странным зверем, которого сам воспитывал, но теперь они поменялись местами. К счастью, Цинь Му додумался сделать их клятвенными братьями, что сделало ситуацию менее неудобной.

Перепросив, Цинь Му проговорил:

— Моего цилиня до костей пробрала лень, и мне пришлось побеспокоить всех вас, чтобы помочь ему избавиться от лишнего веса. Мне искренне стыдно за происходящее.

Все вокруг улыбнулись:

— Владыка Культа слишком вежлив. Исполняя Восемь Голосов Древнего Дракона, мы тоже будем совершенствоваться. У нас будет возможность поглотить часть небесных молний, что тоже пойдёт нам на пользу. Время тикает, нужно начинать!

Цинь Му заставил цилиня войти под Драконий Саван Девяти Небесных Облаков, в то время как все вокруг приняли свои истинные формы, превращаясь в божественных драконов высотой в триста метров. Обмотавшись вокруг полусферы, они начали извиваться снаружи.

Цинь Му встал в углу и поднял голову, смотря на них. Окружённый девятью слоями тумана, он едва различал силуэты божественных драконов.

Цилинь стоял напротив Кувшина Пяти Гроз, с ужасом смотря на артефакт.

— Владыка Культа остаётся внутри? — спросил Цзян И.

Цинь Му кивнул:

— Мою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана тоже не помешало б закалить великими тучами Кувшина Пяти Гроз. К тому же я должен присматривать за жирдяем.

Цилинь тут же побледнел в лице.

Хлопнув ладонью по Кувшину Пяти Гроз, Цинь Му прокричал:

— Жирдяй, исполни технику Высшей Тайны Древнего Дракона! Остальные, помогите мне!

Цилинь поспешно исполнил технику, и из его тела донеслись Восемь Голосов Древнего Дракона. За пределами полусферы раздался рёв много численных драконов, танцующих в небе. Восемь Голосов Древнего Дракона резонировали со звуками, доносящимися из тел цилиня и Цинь Му, их физические тела и исконные духи начали вибрировать.

Внезапно из Кувшина Пяти гроз вырвалась небесная молния, в следующее мгновение за ней последовали бесчисленные разряды всевозможных цветов, поглощая трёхсотметровую пустошь будто густой дождь. Цинь Му и цилинь чувствовали, как со всех сторон в них вонзаются острые иглы!

Цинь Му исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, а за его головой засияли лучи света. Дракон и будда извивались в такт с лучами, так как он соединил Писания Сакры со своей техникой.

Цилинь издал протяжный, чрезвычайно громкий вопль.

Юноша прокричал в ответ:

— Зелёный дракон следует ветру и тучам. Контролируй молнии, для тебя это лучший способ совершенствования! Жирдяй, если тебе хочется плакать, то возвращайся в Фэнду!

Стиснув зубы, цилинь со всех сил пытался выполнить технику Высшей Тайны Древнего Дракона и противостоять небесным молниям.

Тело Цинь Му внезапно задрожало. Он принял свою трёхглавую, шестирукую форму, используя возможность найти способ слить Таинственные Писания Создания с Бессмертным Сознанием Бога.

«Сын Бога обязательно найдёт способ соединить эти две техники и избавиться от своих слабых мест. Скоро мы увидим кто из нас обладает лучшим пониманием и талантом, и кому первому удастся добиться успеха!»

Сердца всех, кто находился снаружи полусферы, колотились от увиденного. Они не могли разглядеть происходящее, но отчётливо видели яркие вспышки молний!

Истинный Бог Пан Юй тоже чувствовал некоторое волнение: «Если небесные молнии вырвутся наружу, город Ли будет окончательно разрушен. Надеюсь, мой саван сумеет их удержать…»

Но когда он увидел, как Цин Я, Цин Янь и остальные божественные драконы спокойно поглощают молнии и запечатывают их в своих бусинах, его сердце тут же успокоилось.

Внезапно Лин Юйсю бросилась внутрь полусферы. Она тоже надеялась использовать разряды молний для совершенствования. Яркий небесный свет заслепил её глаза, она совсем не могла разглядеть Цинь Му и цилиня.

Девушка тоже совершенствовала Технику Высшей Тайны Древнего Дракона, её талант и понимание значительно превосходили Императора Яньфэна. Будучи одной из создателей Исконного Духа Шести Направлений, она обладала незаурядным умом и давно успела подстроить технику под себя, продолжая продвигаться по пути боевых заклятий.

Лн Юйсю защищалась от молний, её жизненная Ци превратилась в божественных драконов, танцующих в небе. Она перерабатывала разряды в свою Ци, но по мере приближения к Кувшину Пяти Гроз, плотность молний становилась выше, из-за чего она не осмеливалась действовать слишком самоуверенно.

На протяжении десяти дней девушка шаг за шагом приближалась к Кувшину Пяти Гроз.

Молнии внутри полусферы были невероятно плотными, из-за чего нельзя было разглядеть дорогу впереди. Ей оставалось полагаться на своё чутьё, приближаясь к сокровищу.

На десятый день девушка увидела трёхглавый шестирукий исконный дух, возвышающийся посреди молний. Она ошарашенно наблюдала, как тот вдыхает и выдыхает разряды молний. Имея более тридцати метров в высоту, каждым своим вдохом он поглощал сотню молний!

Кроме того, вокруг исконного духа кружились две огромных бусины.

Сделав шаг вперёд, Лин Юйсю увидела трёхглавого шестирукого Цинь Му, стоящего под этим завораживающим исконным духом. За его спиной виднелся едва заметный силуэт огромного зверя.

Тело цилиня и голова дракона монстра за спиной юноши были окутанные молниями. Его чешуя была идеально отполирована и сверкала холодным блеском.

Глава 664. Гость из Минду

Лин Юйсю посмотрела на тридцатиметрового исконного духа позади Цинь Му и слегка дрогнула в сердце, пробормотав:

— Область Небожителя?

Она была основательницей Исконного Духа Шести Направлений и имела чрезвычайно высокие достижения в исконном духе. Можно было даже сказать, что во всём Вечном Мире, или даже во всей вселенной, был только один человек, способный сравниться с ней — Цинь Му.

Его достижения в исконном духе были немного лучше, чем у неё, однако в последнее время она опередила его, потому что он порой занимался всякой ерундой вместо серьёзного совершенствования. Обладая слишком гиперактивным характером, ему нравилось возиться с техниками, которые он изучал, и всячески их изменять.

Между тем она была более чистой и последовательной, вкладывая всё своё сердце в изменение и совершенствование своей собственной техники Высшей Тайны Древнего Дракона, благодаря чему ей удалось слегка превзойти в этом аспекте Цинь Му.

Но даже так она не могла материализовать свой исконный дух области Семи Звёзд, в отличие от практиков области Небожителя. И у этого была причина — исконный дух области Семи Звёзд кардинально отличался от такового в области Небожителя.

Как результат он, обладая несравненной силой, мог материализоваться вне тела.

Даже если Лин Юйсю являлась одним из основателей Исконного Духа Шести Направлений, она не могла достичь этого шага и именно поэтому сразу поняла, что исконный дух, стоявший за Цинь Му, являлся Исконным Духом Небожителя!

Было очевидно, что Цинь Му воспользовался шансом, закаляя себя пяти Великих Грозовых Тучах, и совершил прорыв, вступая прямиком в область Небожителя!

Доточить этой стадии совершенствования в двадцать лет мог далеко не каждый. Он буквально превзошёл бесчисленное множество старших.

Лин Юйсю с усилием двинулась вперёд. Подойдя на несколько шагов, она наконец смогла лучше разглядеть чудище позади Цинь Му и им оказался не кто иной, как цилинь.

Всего десять дней спустя он стал гораздо стройнее. Если быть точнее, он похудел во многих местах и выглядел внушающим благоговейный трепет, как тогда, когда охранял врата Имперского Колледжа, однако его живот до сих пор выпирал. Должно быть даже молния не справилась со столь непосильной задачей, как сведение таких объёмов жира.

Внезапно он лёг и, перевернувшись пузом кверху, открыл пасть, позволяя молнии проникнуть через неё прямо внутрь него.

«Так тоже можно? Он пытается свести весь свой жир с живота?» — Лин Юйсю не знала, плакать ей или смеяться. Она изо всех сил старалась идти вперёд, в то время как гром и Восемь Голосов Древнего Дракона звенели у её ушей, поэтому она не слышала, что ей пытался сказать Цинь Му.

— Осторожнее! — подойдя к ней поближе, заорал прямо в ухо Цинь Му.

— С чем осторожнее? — крикнула в ответ Лин Юйсю.

Небесная молния из Кувшина Пяти Гроз внезапно остервенела, ударяя во все стороны с ещё большей яростью. Обуглившись, Лин Юйсю будто прожарилась на костре, в то время как цилинь бился в конвульсиях от разрядов, однако благодаря его бусинам дракона и цилиня, кружащим вокруг них, раны на их телах быстро заживали.

Терпя боль, Лин Юйсю потрясённо подумала про себя: «Драконья бусина толстяка тоже даёт такой эффект? А ведь логично, его драконья слюна может быстро восстанавливать раны, поэтому бусина, вероятно, имеет аналогичные свойства. Неудивительно, что они смогли так долго находиться в центре этого молниевого бедствия».

Тем не менее, она до сих пор не осмеливалась выпустить свой исконный дух на встречу молниям.

Цинь Му преуспел в прорыве и стал практиком божественных искусств области Небожителя. Его исконный дух был достаточно силён, поэтому он, не раздумывая, выпустил его, встречая им разряды молний в лоб.

****

Тем временем истинный бог Пан Юй, находящийся за пределами барьера, увидел, как его Драконий Саван Девяти Небесных Облаков резко набухает. Чувствуя, как его сердце обливается кровью, он боялся, что барьер вот-вот не выдержит и взорвётся: «Разве Владыка Культа Цинь не слишком уж уверен в моём сокровище? Кувшин Пяти Гроз не какое-то там бесполезное сокровище… Если его сила взорвётся, Верховные Небеса Императора превратятся в земли, вспаханные его небесной молнией!»

К счастью Драконий Саван Девяти Небесных Облаков всё ещё держался под натиском мощи Кувшина Пяти Гроз, но, учитывая текущую ситуацию, это продлится не долго…

Мощь кувшина рано или поздно превзойдёт пределы стойкости савана.

Внезапно к нему приблизился бог и тихо отчитался:

— Истинный бог, прибыли несколько экспертов дьявольской расы. Они сказали, что они практики божественных искусств, которые хотят бросить вызов Верховным Небесам Императора.

Пан Юй с улыбкой ответил:

— С тех пор, как Небесный Наставник несколько лет назад заключил Соглашение Графа Земли с Фу Жило, обе стороны жили в относительном мире. Дьявольская раса частенько приходит бросать нам вызов, но у нас всегда находится способный принять вызов с большим удовольствием, поэтому здесь нет ничего удивительного. Старшие не должны вмешиваться. Пусть молодые сражаются, а мне нужно охранять Владыку Культа Циня и не дать ему повредить моё сокровище.

Фу Жило не хотел нарушать Соглашение Графа Земли, поэтому в течение последних двух лет не было войны. Он сдерживал себя и не провоцировал никаких войн.

Каждая из сторон чего-то боялась. Однако, хотя между ними не было открытых боёв, они сражались по-тихому, без лишней шумихи, а именно — между учениками людей и дьяволов. Именно так, в честных схватках один на один, они пытались сократить молодое поколение друг друга.

Со временем столкновения между дьяволами и людьми учащались. Доходило даже до такого, что некоторые молодые практики дьявольской расы свободно разгуливали по владениям людей.

Бог, находившийся рядом с Пан Юем, на мгновение призадумался, прежде чем сказать:

— На этот раз новоприбывшие не кажутся простыми. Многие наши молодые практики уже потерпели поражение, а некоторые были даже убиты…

— Дай отгадаю, — перебил Пан Юй, — нам хочет бросить вызов ученик Ло Ушуана и Фу Жило — Чжэ Хуали? Демонический Нож Чжэ Хуали действительно может похвастаться своим совершенствованием!

— И не только Чжэ Хуали.

— Ци Цзюи тоже с ним? — удивлённо спросил Пан Юй.

— Кроме Чжэ Хуали и Ци Цзюи, есть ещё несколько незнакомцев. Ци Цзюи называет их старшими братом и сестрой, но они выглядят как дьяволы… — ответил бог.

— Дьявольская раса? — переменившись в лице от удивления, Пан Юй продолжил. — Ци Цзюи принадлежит к расе фениксов, а не дьяволов. Ученики Красного Божества Южных Небес не могут быть дьяволами! Дай-ка я посмотрю! — договорив, он быстро взлетел на городскую башню и, оглядевшись, действительно увидел множество учеников дьявольской расы…

Среди них были Чжэ Хуали, Ци Цзюи и ещё одно незнакомое лицо.

Помимо молодого поколения, он также разглядел Фу Жило, Лу Ли и других дьявольских богов, чьи лица ему тоже были незнакомы. Он определённо никогда не видел их прежде. Между тем они оживлённо болтали и смеялись между собой.

Пан Юй был сбит с толку.

В этот момент Юй Хэ сражалась с молодым практиком дьявольской расы, в то время как множество других юношей и девушек Верховных Небес Императора и Вечного Мира нервно наблюдали со стороны.

После того, как Цинь Му воздвиг Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, тем самым соединяя между собой Верховные Небеса Императора и Вечный Мир, Юй Хэ изучила божественные искусства Вечного Мира, становясь гораздо более способной.

Пан Юй даже чувствовал, что в будущем она сможет стать ещё одним истинным богом!

Однако, столкнувшись сейчас с этим молодым представителем дьявольской расы, Юй Хэ, казалось, оказалась в большой опасности!

«Используемые им пути, навыки и божественные искусства не дьявольской расы!» —рассудительный и опытный Пан Юй мгновенно понял, что дьявол, сражающийся с Юй Хэ, не с Небес Лофу.

Он знал каждого дьявольского бога Небес Лофу, поэтому если бы какой-то младший из дьявольской расы исполнил перед ним своё божественное искусство, он смог бы с абсолютной уверенностью сказать, чей это ученик. А дьявол перед ним явно использовал божественные искусства Верховных Небес Императора и Вечного Мира!

— Как давно они пришли? — резко переменившись в лице, Пан Юй спросил бога позади себя. — Почему ты не сообщил мне об этом раньше?

— Они здесь уже шесть-семь дней. В то время я думал, что в происходящем нет ничего особенного…

Пан Юй глубоко вздохнул и прорычал:

— Фу Жило и Лу Ли здесь, и ты подумал, что в происходящем нет ничего особенного? Бросившие нам вызов дьяволы пришли сюда не с Небес Лофу, а с Райских Небес! — сказав это, он спрыгнул с городской башни.

— Райские Небеса? — почесав затылок, пробубнил бог. — Зачем им дьяволы?

— Чёрное Божество Северных Небес контролирует Минду, поэтому, очевидно, что у них есть ученики дьявольской расы! К тому же сам Ци Цзюи ученик Чёрного Божества.

Пан Юй прибыл к полю боя и громко приказал:

— Юй Хэ, они используют тебя, чтобы посмотреть на наш прогресс в божественных искусствах. Признай поражение и возвращайся!

Юй Хэ поспешно отступила, вырываясь из рук ученика дьявольской расы. Дьявол в чёрном одержал верх и, очевидно, имел возможность убить её, однако не воспользовался ей. Растягивая бой, он наблюдал за достижениями реформы Вечного Мира и только благодаря этому она осталась в живых.

— Друг Дао Пан Юй, — улыбнулся Фу Жило, — в центре твоего городка довольно оживлённо, не правда ли? Раскаты грома и рёвы драконов не прекращают грохотать. Что ты делаешь такого, чего не должна увидеть дьявольская раса?

Пан Юй хмыкнул и равнодушно произнёс:

— Фу Жило, на этот раз ты действительно извернулся. Ты даже пригласил учеников Чёрного Божества Северных Небес! Не забывай, что ты заключил Соглашения Графа Земли с Небесным Наставником! Если пойдёшь против него, Граф Земли придёт, чтобы забрать твою душу!

Фу Жило зевнул и с ухмылкой парировал:

— Я и правда заключил Соглашение Графа Земли, поэтому буду сдерживать дьяволов под моим командованием. Однако я уже говорил Небесному Наставнику, что не я желаю уничтожить Верховные Небеса Императора, а некто другой.

Чувствуя сковывающий сердце холод, Пан Юй взглянул на дьявольских богов, находящихся по ту сторону, поклонился и спросил:

— Вы все ученики Чёрного Божества из Минду?

Дьявольские боги поприветствовали его в ответ, в то время как их лидер вежливо сказал:

— Меня зовут Лоу Юньцюй, а это мои младшие братья, Куй Цинпэй и Фу Яньци. Будучи способным противостоять Уважаемому Королю Фу Жило в течение двадцати тысяч лет, способности старшего брата Пан Юя должны быть поистине примечательными.

Дважды заметно дёрнувшись уголками глаз, Пан Юй спросил:

— Как вы попали на Верховные Небеса Императора? Фу Жило, ты снова хладнокровно убил своих соплеменников и использовал кровавое жертвоприношение, чтобы призвать их?

Покачав головой, Фу Жило скучающе ответил:

— Я здесь не при делах.

Лоу Юньцюй тепло сказал:

— Старший брат Пан Юй не должен быть таким подозрительным. Уважаемый Король беспокоится о том, что его место будет занято, поэтому разве он мог связаться с нами по собственной воле? На самом деле мы позаимствовали корабль Красного Божества Южных Небес. Из-за того, что Будда Сакра восстал в Царстве Будды, Красное Божество отправилась к нижней границе, чтобы арестовать его. А когда мы пролетали мимо Верховных Небес Императора, она разрешила нам спуститься.

Фу Жило сдержанно улыбнулся, однако у него на сердце было явно не спокойно.

Лу Ли, казалось, тоже очень боялась Лоу Юньцюя и остальных. Глядя на неё со стороны, было невооружённым взглядом видно, что ей как-то не по себе. Более того, она рассматривала Цинь Му как свою собственность, поэтому вмешательство Чёрного Божества не могло её не опечаливать.

Между тем Фу Жило действительно боялся того, что его положение будет отнято Райскими Небесами, и он в конечном итоге потеряет всё, ради чего так усердно работал.

— Это Лоу Цяньчжун — ученик моего мастера и старший брат Ци Цзюи. Они вместе с искали знания во дворце моего мастера, — представив молодого практика дьявольской расы, Лоу Юньцюй с улыбкой продолжил. — Мастер очень беспокоится о Великих Руинах, поэтому его не особо интересуют Верховные Небеса Императора. Как ни как Великие Руины стали такими, какими являются сейчас, благодаря его печати. Причина, по которой мы пришли сюда, состоит в том, чтобы помочь Уважаемому Королю Фу Жило аннексировать Верховные Небеса Императора и принести их в жертву. Затем мы войдём в Вечный Мир и пробудим статуи богов, чтобы уничтожить Вечный Мир.

Беседуя, у Лоу Юньцюя было приятное выражение лица, словно он был старым другом Пан Юя и всё только что сказанное им не имело ничего общего с кровавым событием, в которое входит полное уничтожение Верховных Небес Императора и Вечного Мира. Если судить лишь по его выражению лица и манерам, казалось, будто они разговаривали только о погоде и не более.

— Есть ещё одно дело, — продолжал Лоу Юньцюй. — Мастер изъявил желание встретиться с Сыном Юду. Изначально выполнение этой задачи было возложено на младшего брата Ци, но ему не удалось справиться. Вдобавок ко всему, он потерял зеркало, которое должно было схватить и запечатать Сына Юду.

Лицо Ци Цзюи слегка покраснело, но он продолжал молча стоять.

Лоу Юньцюй, массируя висок, казалось, испытывал головную боль:

— Мастер сказал нам, что Минду нужны такие, как Сын Юду, поэтому мы четверо и спустились к нижней границе. Но мы не ожидали, что Губернатор Провинции Лу Ли тоже прибудет сюда с кое-какими намерениями относительно Сына Юду.

Лу Ли выдавила улыбку:

— Старший брат Лоу шутит. Какие у меня могут быть намерения? С чего бы мне осмеливаться сражаться против сильнейшего Императора Загробного Мира Северных Небес?

— Тут соглашусь, трудно поспорить, — с улыбкой ответил Лоу Юньцюй, прежде чем продолжить. — Нас заставили прибыть сюда и некоторые другие эгоистичные мотивы мастера, а именно — желание узнать, как далеко пошла нижняя граница. Он хотел, чтобы мы сделали несколько записей и принесли их ему, — выдержав короткую паузу, он продолжил. — Несмотря на то, что реформа ещё не завершена, она всё же изменила Великое Дао Небес и Земли, поэтому записывать и упорядочивать всё это будет очень хлопотно. Но услышав о Императоре Яньфэне и Имперском Наставнике, которые возглавляют реформу, я придумал более простой метод. Мне нужно просто связать их и привести к мастеру. Это намного упростит дело. Старший брат Пан Юй, не мог бы ты пригласить эту парочку? А также связать их и отдать нам?

Пан Юй громко рассмеялся, но на его лице не было улыбки. Его смех был очень сухим, крайне фальшивым и очевидно натянутым. Закончив смеяться, он равнодушно ответил:

— Ты хочешь схватить Имперского Наставника и Император Яньфэна? Почему бы тебе не сделать это самому?

Лицо Лоу Юньцюй расплылось в улыбке:

— Меня это устраивает. Но прежде мы уничтожим Верховные Небеса Императора. Покончат ли с собой боги и практики Верховных Небес Императора или же мне сделать для них петли для повешенья?

Глава 665. Тело Тирана

Сдерживая свой гнев, истинный бог Пан Юй проговорил:

— В таком случае, пусть старший брат Лоу вяжет узлы.

Лоу Юньцюй ухмыльнулся:

— Хорошо, хорошо. Но перед этим я всё же хотел бы увидеть прогресс путей, навыков и божественных искусств Верховных Небес Императора и Вечного Мира. На протяжении последних шести дней младший брат Цяньчжун бросал вызовы здешним мастерам и уже успел убить нескольких молодых экспертов. Могу я поинтересоваться, есть ли на Верховных Небесах Императора выдающийся талант?

Лу Цяньчжун безразлично добавил:

— Сначала я использовал пути, навыки и божественные искусства Минду Северных Небес, но последним временем я начал пользоваться божественными искусствами, которые увидел у практиков Верховных Небес Императора.

Сердце истинного бога Пан Юя дрогнуло. Посмотрев на молодого дьявола, он вспомнил его предыдущую битву с Юй Хэ. Тот и вправду использовал божественные искусства Вечного Мира и Верховных Небес Императора, и больше не пользовался навыками, которые изучал до этого.

Всего за четыре дня ему удалось овладеть божественными искусствами Верховных Небес Императора и с их помощью начать убивать здешних экспертов?

Разве подобный уровень понимания не был слишком шокирующим и ужасающим?

Даже более удивительным было то, что среди людей, которых он одолел, была его ученица, Юй Хэ!

До того, как на Верховных Небесах Императора появился Цинь Му, Юй Хэ всегда была лучшим практиком божественных искусств области Семи Звёзд. Шу Яо время от времени превосходил её, но это случалось очень редко.

После того, как Цинь Му прибыл на Верховные Небеса Императора, обладатели первых мест сместились. Затем многие молодые таланты отправились в Вечный Мир, поэтому теперь было сложно сказать, может ли Юй Хэ сохранить своё второе место. Тем не менее, её способности не стоило недооценивать, она определённо была одной из первоклассных практиков!

Лу Цяньчжун атаковал Юй Хэ, используя божественные искусства Верховные Небес Императора, что уже было поистине невероятным. То, что он умудрился это сделать, свидетельствовало о невероятном основании этого человека, которое вызывало впечатление, что его божественные искусства вступили на путь!

Люди, чьи божественные искусства вступили на путь, могли с первого взгляда понимать строение и суть любого искусства.

Первым подобным человеком, которого он встретил, был Имперский Наставник Вечного Мира. Понимание всевозможных божественных искусств, путей и навыков последнего было близким до пути, а его талант не имел себе равных среди своего поколения.

Вторым таким человеком был Сюй Шэнхуа, сумевший выйти из Пагоды Подавления Бога. Тот сиял ярким светом, выглядевшим несравнимо великолепно.

За исключением этих двух, Пан Юй не встречал никого подобного.

Даже Владыка Культа Цинь, который был известен на весь мир и руководил самым большим культом как Вечного Мира, так и Верховных Небес Императора, не обладал таким талантом и не был настолько удивительным. Он был умел во многих вещах — навыках меча, ножа и искусстве лечения. Тем не менее его божественные искусства ещё не достигли подобного уровня.

Техника и искусство меча Цинь Му уже вступили на путь. Он был чрезвычайно сильным в каждом аспекте, но не был номером один. Истинный Бог даже считал, что если бы тот не был настолько вовлечён в разные дела, то не достиг бы своего сегодняшнего успеха.

Несмотря на всё это, способности Цинь Му постоянно росли из-за его непрерывных приключений. Даже Имперский Наставник Вечного Мира и Сюй Шэнхуа были омрачены его яркой славой.

«Как мы можем победить человека, божественные искусства которого ступили на путь? Более того, он ученик сильного практика Императорского Трона Минду Северных Небес…»

Истинный Бог Пан Юй всё ещё волновался по этому поводу, когда увидел вдали спешащий навстречу отряд практиков божественных искусств. Должно быть, они услышали о прибывших дьяволах и решили принять их вызов. Среди молодых людей виднелся парень, напоминающий нефритовое дерево на ветру. Он шёл, держа какую-то девушку за руку и таская на спине небольшую сумку.

Глаза Пан Юя загорелись, он проговорил:

— Молодой мастер Сюй.

На лице Сюй Шэнхуа показалась улыбка, обладающая ноткой холода, которая отталкивала людей:

— Истинный бог.

Взгляд Пан Юя задрожал:

—Молодой Мастер Сюй — лучший из представителей Вечного Мира. Насколько ты уверен в своей победе?

Взгляд Сюй Шэнхуа упал на стоящего напротив Лу Цяньчжуна, прежде чем переместиться на Чжэ Хуали и Ци Цзюи:

— Я не слишком уверен. Уровень их техники слишком высок. С её помощью практик уже может постичь Дао, в то время как моя всё ещё находится на начальном уровне. Я не могу сравниться с техникой, которую им передали их предки, поэтому мои шансы на победу не слишком высоки.

Истинный бог Пан Юй удивлённо приподнял брови. Парень перед ним совершенно отличался от Цинь Му. Он анализировал себя и врага так, будто совершенно не имел никакого отношения к происходящему.

Он был слишком далёким от мира сего, что вызывало в людей вокруг чувство дискомфорта.

Глаза Ван Мужаня загорелись, он проговорил:

— Ты думаешь, что не справишься с ним? А если я его одолею, ты признаешь, что слабее меня?

Сюй Шэнхуа ответил:

— Я использовал двадцать три движения, чтобы победить тебя в Нефритовой Столице, и лишь пять, чтобы победить Мастера Дао Линь Сюаня, а значит, тот сильнее тебя. Если ты сможешь выдержать пять движений Лу Цяньчжуна, я сражусь с ним.

Ван Мужань впал в ярость, стоящий неподалёку Мастер Дао Линь Сюань тоже нахмурился.

Несмотря на то, что Сюй Шэнхуа похвалил его, подобные слова всё равно не были слишком приятными.

«Сюй Шэнхуа провёл слишком много времени с Владыкой Культа Цинем, в результате чего попал под его влияние. Когда Владыка Культа говорит искренне, его слова тоже могут быть обидными», — думал про себя Линь Сюань.

Ван Мужань улыбнулся:

— Я слышал, как Владыка Клуьта Цинь рассказывал, что ему вообще не пришлось исполнять ударов, чтобы победить тебя. Ты начал кашлять кровью уже после прогулки с ним.

Вздохнув, Сюй Шэнхуа проговорил:

— Чем сильнее мой противник, тем меньше движений мне придётся сделать. Исход моей битвы с Владыкой Культа Цинем был предопределён ещё до обмена ударами. Он и вправду силён, и является самым ужасающим противником, с которым я когда-либо встречался. Но за последнее время я значительно продвинулся вперёд, и хотел бы снова встретиться с ним и определить кто теперь сильнее. Но вот найти его не так просто.

От злости Ван Мужань потерял дар речи. Вместо продолжения разговора он бросился вперёд, крича:

— Лу Цяньчжун, ты осмелишься сразиться со мной?

Тот повернулся к нему:

— Назови своё имя.

— Назову, когда мы закончим.

Последним временем совершенствование Ван Мужаня увеличивалось с божественной скоростью. Когда пути, навыки и божественные искусства Вечного Мира слились с системой совершенствования Верховных Небес Императора, люди с выдающимся талантом смогли значительно увеличить темпы своего развития, и Ван Мужань был одним из их числа!

В дополнение к тому, насколько развитыми были пути, навыки и божественные искусства Вечного Мира, здешние школы и академии обучали всем известным техникам и божественным искусствам. Даже учения Высших Небес Императора были доведены до совершенства, и их преподавали люди из Высших Небес.

На протяжении двух последних лет Ван Мужань тратил всё своё время, пытаясь объединить и понять все сложные техники Маленькой Нефритовой Столицы. Он значительно развился, и теперь каждое движение его тела обладало молниеносной скоростью, а божественные искусства были резкими, как раскаты грома. Все его приёмы обрели невообразимую силу!

Лу Цяньчжун использовал всё, что он изучил за последние дни, чтобы заблокировать четыре движения, но так и не сумел перехватить инициативу. Слегка нахмурившись, он внезапно странным образом изменил своё божественное искусство, и протянул руки, раз за разом ударяя в противника.

После первого удара его ладони исконный дух Ван Мужаня вылетел из тела, но тот сумел быстро втянуть его обратно.

Последовал второй удар, и исконный дух парня снова вылетел из тела, отдаляясь на ещё большее расстояние!

Лу Цяньчжун протянул руку, нанося удар, и за спиной Ван Мужаня внезапно возникла чёрная трещина. За миг до того, как его исконный дух должен был исчезнуть во тьме, Ван Мужань громко прокричал, и молниеносно отпрыгнул назад, сталкиваясь с исконным духом и сливаясь с ним воедино. Затем он взлетел в небо, изящно увернулся от разлома и с ошарашенным выражением лица приземлился сбоку от истинного бога Пан Юя.

Не став его преследовать, Лу Цяньчжун похвалил:

— Твои способности определённо неплохи. Ты первый, кто вынудил меня воспользоваться моей настоящей техникой и божественными искусствами.

Пытаясь успокоить своё колотящееся сердце, Ван Мужань обратился к Сюй Шэнхуа:

— Там было пять движений! Твоя очередь!

Взгляд Сюй Шэнхуа задрожал. Шагая сквозь толпу в сторону Лу Цяньчжуна, он проговорил:

— В этом бою мне может понадобиться всего одно-два движения. Я либо выиграю, либо проиграю.

Внезапно его шаги стали невероятно тяжёлыми, земля начала вздрагивать каждый раз, когда на неё падала его нога. Она постепенно покрывалась цветами лотоса, которые тут же расцветали, мягко покачивая лепестками, извергающими всевозможные руны.

Он шёл вперёд, оставляя за собой след из цветов лотоса. С каждым его шагом количество цветов увеличивалось.

Спустя десяток шагов округа превратилась в мир лотосов. Руны, извергаемые их пестиками, складывались воедино, формируя пустоту, внутри которой сдерживался запах цветов.

Лу Цяньчжун резко помрачнел в лице. Божественное искусство Сюй Шэнхуа сформировалось, и в пустоте за его спиной хранилось огромное количество постоянно меняющихся божественных искусств. Он не мог разглядеть движение, которое тот пытался исполнить.

Это произошло потому, что пустота была сформирована из самых простых рун, разные построения из которых создавали различные божественные искусства. Из-за этого было невозможно разглядеть какое именно движение создаётся внутри!

— Он сразу же начал исполнять великое божественное искусство! — С ошарашенным выражением лица тихо проговори Мастер Дао. — Старший брат Ван, достижения божественных искусств старшего брата Сюя уже значительно превзошли наши!

Ван Мужань фыркнул:

— Если бы я выучил и объединил все движения Маленькой Нефритовой Столицы, то не уступал бы ему.

Не удержавшись, Мастер Дао Линь Сюань проговорил:

— Возможно, тебе стоит посоветоваться с Владыкой Культа Цинем. Тот известен как Король Мусора во Тьме. Он совершенствует свою технику, сшивает её и заштопывает в ней маленький дыры. Внеся в неё изменения, он может пользоваться ею три года, после чего изменяет снова и совершенствует её ещё три года. Я слышал, что он создал технику моделирования человеческого тела, что отлично бы тебе подошло.

В этот момент божественное искусство Сюй Шэнхуа разразилось силой, становясь невероятно ярким и ослепительным. Пустота за его спиной вылилась наружу, листья лотоса начали мягко покачиваться на ветру, а их руны непрерывно меняться!

Лу Цяньчжун резко отступил, а за его спиной появилась обширная тьма, будто та, что обрушивается на Великие Руины. В следующий миг тело парня исчезло!

Сердце Сюй Шэнхуа дрогнуло от шока, он не мог разглядеть во тьме силуэт Лу Цяньчжуна.

Тьма напоминала дополнительный слой пространства, разрушающий жизненную Ци, божественное искусство и физическое тело. Она проникала сквозь его поры и загрязняла дух. Ударившись о неё, его божественное искусство разразилось неудержимой, яростной силой, но тьма быстро сумела её проглотить.

Сюй Шэнхуа начал отступать. Шагая назад, он ударил ладонью за своей спиной. Его пять пальцев задрожали и наполнили небо позади рисунками ладони и пальцев. Рисунки напоминали бушующие реки и высокие горы, кончики пальцев были вершинами гор, а середина ладони выглядела как небо и земля!

Внезапно Лу Цяньчжун появился за его спиной. Казалось, он сформировался из чёрного песка во тьме, и пробравшись сквозь божественные искусства Сюй Шэнхуа, он со спины нанёс ему удар в сердце!

Хмыкнув, Сюй Шэнхуа, полетел вперёд от удара. Между тем во тьме появились ворота, открывая за собой тёмное пространство. С их обратной стороны поджидал монстр, тыкая в него военными вилами.

Сюй Шэнхуа поспешно сложил ладони, и пустота за его спиной тут же закрылась. Внезапно во все стороны разлетелись потоки небесных лепестков, поглощая его тело.

Пролетев сквозь ворота, военные вила не попали в цель, а наткнулись лишь на лепесток лотоса. Сюй Шэнхуа исчез вместе с пустотой.

— Эх! — раздался громкий голос. — Это очередное поддельное Тело Тирана!

Лу Цяньчжун вернулся на свою исходную позицию, тьма отступила вместе с ним. Слегка нахмурившись, он посмотрел в сторону источника звука.

Тело Сюй Шэнхуа появилось в тот же миг, будто вернувшись из глубин космоса. Его лицо было слегка бледным, он тоже повернулся на звук.

Ворота города Ли открылись, и из них с довольным выражением лице выехал Цинь Му верхом на внушительном на вид цилине. Собираясь поскакать быстрее и проверить скорость зверя он прокричал:

— Пи, шевели копытами!

Цилинь обиженно ответил:

— Владыка Культа, я цилинь, а не лошадь. К тому же не стоит называть меня моим настоящим именем. Остерегайся Паньгун Цо, он может услышать его и использовать, чтобы убить меня.

Шаги цилиня были чрезвычайно быстрыми, а за его ногами оставались огненные полосы. Ещё до того, как его голос успел преодолеть расстояние, зверь и Цинь Му плавно остановились возле бога Пан Юя.

В следующий миг их голоса достигли толпы.

Цинь Му улыбнулся:

— Мои усилия последних нескольких дней не пропали даром. Старший брат Сюй, Мастер Дао, старший брат Ван, вы все здесь! Смотрите, разве у моего цилиня не внушительный и чудесный вид?

Ван Мужань нахмурился, ничего не отвечая. Огромный олень рядом с ним ухмыльнулся:

— Да, он и вправду внушительный. Если ему удастся продержать эту форму три года, я оторву свои рога и засуну их себе в ноздри. Ты…

Цилинь тут же бросил на него пристальный грозный взгляд.

Не обратив внимания на его слова, Цинь Му посмотрел на Лу Цяньчжуна и мрачно проговорил:

— Старейшина деревни, несомненно, умён. Он прав, как только появляюсь я, Тело Тирана, приходят всяческие подделки, надеющиеся украсть мою судьбу и стать настоящим Телом Тирана. Брат Сюй, я говорю не о тебе, не принимай мои слова близко к сердцу… Брат Ван, заткнись, ты не Тело Тирана. Ты даже не подделка…

Лоу Юньцюй, Куй Цинпэй и остальные пристально посмотрели на Цинь Му, прежде чем тихо спросить:

— Уважаемый король, кто этот высокомерный юноша, приехавший на каком-то непонятном создании?

Усмехнувшись, Фу Жило ответил:

— Разве в Минду нет Книги Жизни и Смерти? Брат Лоу всё узнает, если наведёт её на него.

Глава 666. Я Вижу Насквозь

Лоу Юньцюй, задумавшись на мгновение, с улыбкой сказал:

— Я думаю, что вы все должны пережить столь замечательный опыт, — договорив, он достал свиток и осторожно развернул его, показывая тонкий лист бумаги, испускающий металлический блеск.

Посветив им на парня, он от волнения слега задрожал телом.

— Преодолев такие расстояния, я в конце концов так легко нашёл его тут. Значит он и есть Цинь Фэнцин! — пребывая вне себя от радости, говорил Лоу Юньцюй. — Как неожиданно, но от этого ещё больше приятно. Уважаемый Король, ты ведь давно восхищаешься Книгой Жизни и Смерти Райских Небес, я прав? Я редко кому её показываю, но раз ты здесь, то можешь осмотреть её и восхититься в полной мере.

Фу Жило подался вперед и поспешно взял книгу обеими руками, чтобы внимательно осмотреть. Он давно мечтал о Книге Жизни и Смерти, сокровище Райских Небес и Юду. Хотя, если быть точным, Книга Жизни и Смерти Райских Небес имитировала таковую в Юду. Несмотря на свою малую функциональность она обладала невероятной мощью!

Книги Жизни и Смерти Райских Небес были созданы Чёрным Божеством. Техники и божественные искусства Минду пришли туда от Юду и в итоге даже превзошли Юду.

Фу Жило использовал Книгу Жизни и Смерти, чтобы осветить всех вокруг, и независимо от того, кто был освещён, фигура человека появлялась на бумаге с соответствующим именем!

— Поистине чудесное сокровище! — Фу Жило был полон похвал. — Райские Небеса используют это сокровище, чтобы управлять жизнью и смертью людей. Я когда-то слышал о дьявольском боге по имени Шаманский Бог Куй. Его способности были не высоки, но он использовал Книгу Жизни и Смерти, чтобы уничтожить многочисленных богов Эпохи Императора-Основателя.

Лоу Юньцюй забрал книгу и неторопливо проговорил:

— Сила Книги Жизни и Смерти намного превосходит твои догадки, ты даже представить себе не можешь насколько она могуча. Именно в Минду были созданы все Книги Жизни и Смерти, и одна из них попала в руки Шаманского Бога Куя, что сравнимо с бросанием жемчуга перед свиньёй. В конце концов в Минду не так много таких драгоценных сокровищ. И именно с помощью этой мы уничтожим Верховные Небеса Императора и… — Лоу Юньцюй вдруг осёкся, заметив краем глаза как Цинь Му, сидящий верхом на неизвестном существе, вынул драгоценный свиток и развернул его, чтобы осветить их…

Играющая на его лице улыбка застыла, а взгляд приковался к артефакту в руках парня. Этот свиток был Книгой Жизни и Смерти! Определённо!

— Лоу Юньцюй, Куй Цинпэй, Фу Яньци, Лоу Цяньчжун… — зачитывая одно их имя за другим, Цинь Му почёсывал подбородок.

Лоу Юньцюй и остальные боги Минду были потрясены. Они не могли поверить своим глазам. Книг Жизни и Смерти Райских Небес было очень мало. Прямо очень! Так как тогда Цинь Му смог заполучить себе одну?

Когда Книга Жизни и Смерти стала таким же повседневным явлением, как подорожник у обочин дорог? Может быть и у кого-то из его знакомых тоже есть такая? Мог ли народ Верховных Небес Императора когда-то заполучить одну из них?

Лу Ли самодовольно улыбнулась и не сказала им правды. Глядя на ошеломлённые лица дьявольских богов, она думала про себя: «Книга Жизни и Смерти в его руках досталась ему от Шаманского Бога Куя. Я с трудом узнала его имя от Цзюэ Хуана, а вы, ребята, ещё хотели идти против меня? Так вам и надо, получайте по заслугам».

Лоу Юньцюй первоначально планировал использовать Книгу Жизни и Смерти, чтобы расправиться с богами и практиками божественных искусств Верховных Небес Императора, однако, увидев, как Цинь Му достаёт подобную, он передумал.

Держа в руках свою Книгу Жизни и Смерти, Цинь Му спросил Лоу Цяньчжуна:

— Ты пришёл, чтобы убить меня?

Лоу Цяньчжун был немного озадачен, когда посмотрел на Цинь Му. Между тем Лоу Юньцюй тихо сказал:

— Младший брат, это Цинь Фэнцин.

Лоу Цяньчжун ухмыльнулся:

— Я здесь, чтобы схватить тебя. Я не собираюсь тебя убивать.

— Да, эта неописуемая активность Ци действительно связывает нас вместе. Погоди минутку! — проговорив, Цинь Му рванул верхом на цилине обратно в город Ли, оставляя за собой огненные следы.

Зверь бежал так быстро, что все в округе раскрыли рты от удивления. Ван Мужань посмотрел на находящегося рядом огромного оленя и тихо спросил:

— А ты можешь так быстро бежать?

Потрясённые олень покачал головой и ответил:

— Нет. Однако меня это не огорчает, так как его выносливость, мягко говоря, «хромает». Кроме того, он невероятно жадный и всё, что ему надо в жизни, это нажраться до отвала и больше ничего. Вскоре он снова растолстеет и станет свиньёй, поэтому я смогу бежать быстрее и дальше него, — к моменту, как он договорил, цилинь уже выбежал из города Ли, но теперь на его спине сидел старец без конечностей.

Цинь Му указал на Лоу Цяньчжуна и сказал:

— Старейшина деревни, это Тело Тирана из Минду. Ты прав. Он действительно псевдо Тело Тирана, и пришёл, чтобы найти меня. Когда он сражался с псевдо Телом Тирана Сюй Шэнхуа, он чуть не убил его. Божественное искусство, которое он использовал, было похоже на Врата Небесной Воли, однако немного другие. Вот почему я думаю, что он псевдо Тело Тирана.

Старец без четырёх конечностей смерил взглядом Лоу Цяньчжун и спокойно сказал:

— Зачем мне тебе врать? Но ты должен быть осторожен. Отныне тебе будет встречаться всё больше и больше псевдо Тел Тирана. Активность Ци между псевдо Телами Тирана связывает их, и они даже не знают, что других тоже псевдо Телами Тирана. Однако он воспользуется силой противника, чтобы укрепить себя. Если Сюй Шэнхуа будет убит им, этот негодяй получит его силу, после чего его способности значительно возрастут. Случись всё именно так, ты окажешься в огромной опасности, — старец говорил вполне серьёзно, очевидно, что это были не какие-то там бесполезные советы. — А ежели сможешь убить его, то ты ещё крепче свяжешь себя нитями судьбы с Телом Тирана.

Цинь Му достал крошечную книжечку, записал услышанное и с улыбкой добавил:

— Как бы ни боролись псевдо Тела Тирана друг с другом за эту силу, они никогда не смогут стать истинными Телами Тирана. Они всегда ниже меня, — сказав это, он повернул назад и вернулся в город Ли, оставляя за собой огненные следы, чтобы отправить старца обратно.

Все дьявольские боги почувствовали абсурдность ситуации, в то время как Лоу Цяньчжун подумал про себя: «Я использовал божественное искусство Тёмных Врат Минду, чтобы одолеть Сюй Шэнхуа, о каких Вратах Небесной Воли шла речь? Кроме того, как совершенствование Тёмных Врат Минду может служить доказательством различия между псевдо и истинным Телами Тирана? Моё божественное искусство из Минду! И при всём этом я должен знать, что такое Тело Тирана? А что за активность Ци, направляющая всех нас?»

Внезапно цилинь снова выбежал из города вместе с Цинь Му. Он был быстр, как молния, и пока он бегал, все остальные ему завидовали: «Не слишком ли быстр этот странный зверь?»

Цинь Му собирался что-то сказать, как вдруг с неба спустилась сдавливающая сердце аура. Большинство богов подняли головы и увидели огромную звезду, пролетающую над Верховными Небесами Императора.

Звезда находилась недалеко от поверхности и выглядела в четыре-пять раз больше луны. Её скорость тоже была очень высокой.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло: «Аномальная звезда бога Чи Си! Он прорвался на Верховные Небеса Императора с Небес Лофу! В таком случае все представители Плавающего Мира должны быть там!»

Барьер между Небесами Лофу и Верховными Небесами Императора был тонким и хрупким, поэтому только что прорвавшаяся через мировой барьер аномальная звезда оставила огромные куски сокрушённого пространства, похожие на глазурованное стекло. Отражающийся от них свет играл разноцветными, завораживающими лучами.

Аномальная звезда увеличивала свою скорость, поэтому было очевидно, что она вот-вот прорвётся через мировой барьер Верховных Небес Императора и Вечного Мира, спускаясь прямо к небесам последних!

Посреди её неба находились тысячи богов с тремя головами и шестью руками. Они летели вперёд, уничтожая своими божественными искусствами всё на своём пути!

В мгновение ока они разрушили небо над Верховными Небесами Императора всего лишь грубой силой. Огромная звезда постепенно входила в пространство и направлялась в Вечный Мир!

После того, как небо сжалось и разлетелось на осколки от мощи гравитации звезды, толстый луч света внезапно вырвался из Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, устремляясь прямо в небо!

Крайне интенсивный свет достиг неба и взорвался, образовывая облакоподобные объекты, моментально расплывшиеся во всех направлениях. Струясь по небу, он медленно опускался, будто белые чернила в воде. Глядя на него, казалось, что он был не слишком быстр, но на самом деле это было определённо не так!

Это была духовная энергия.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии требовался для создания энергетического прохода между Верховными Небесами Императора и Вечным Миром, поэтому, когда звезда протиснулась на территорию Вечного Мира, часть его энергии переместилась через мост, сохраняя энергетический баланс.

Звезда, только что влетевшая в Вечный Мир, перевозила тысячи богов и миллионы людей, из-за чего смещение энергии произошло слишком стремительно и необузданно, почти превосходя пределы прочности моста взаимного сдвига!

Тем временем в городе Ли, вибрация, исходящая от моста, катастрофически сильно трясла землю.

Присмотревшись к происходящему, выражение лица Цинь Му резко изменилось. Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был изготовлен им и чёрным тигриным богом, поэтому он очень хорошо знал его пределы, следовательно, он также знал, что если все боги Плавучего Мира попытаются перелететь в одно и то же время, это определённо превысит порог допустимой нормы.

В этом случае мост просто-напросто взорвётся! А сразу же следом закроется Проход Взаимного Сдвига Духовной Энергии! Затем звезда будет разрезана на две части, первая половина останется на Верховных Небесах Императора, а другая в Вечном Мире!

И что ещё хуже — люди на звезде, скорее всего, умрут.

Выжить удастся немногим!

— Да они варвары какие-то! — Цинь Му поспешно пришпорил цилиня, взмывая в небо с пламенем под ногами. Поднимаясь всё выше и выше, он громко выкрикнул. — Лоу Цяньчжун, мы сразимся в другой день!

— Ты хочешь сбежать от меня? — глаза Лоу Цяньчжуна засверкали и бесчисленные чёрные перья окутали его тело, превращая его в чёрного, крылатого, коронованного Гаруду с птичьим клювом и человеческим лицом. Он расправил крылья, размах которых мог накрыть площадь в несколько километров, и захлопал ими, создавая потоки ветра, чуть было не сдувшие людей, находящихся неподалёку!

Лоу Цяньчжун устремился следом за цилинем. Чёрные ветер, выстреливающий из-под хлопков его крыльев, утопил в себе небо.

Его скорость была немного быстрее, чем у цилиня!

После того, как они сорвались с места, Ци Цзюи, Чжэ Хуали, Сюй Шэнхуа, мастер Дао Линь Сюань и остальные погнались за ними. Их скорость разнилась между собой.

Самым быстрым был Ци Цзюи. Превратившись в девятиглавого феникса, он взмахнул крыльями и превзошёл по скорости даже Лоу Цяньчжуна!

Следующим был Сюй Шэнхуа, ступающий по лотосам. Его фигура появлялась и исчезала. Его шаги не казались быстрыми, но всякий раз наступая на цветок он исчезал и появлялся на расстоянии, где распускался другой.

Среди них всех скорость Чжэ Хуали была самой низкой. Каждый его шаг был абсолютно идентичным, что не могло не ограничивать его скорость.

Истинный бог Пан Юй беспокоился о безопасности каждого, поэтому тоже взмыл в небо. Он собирался последовать за ними, но интенсивная Ци удержала его, не давая ему взлететь, и он застыл на месте, прежде чем приземлиться, по-прежнему не отрывая взгляд от тех, кто находился в воздухе.

Прямо в этот момент он увидел идущего к нему очень печального человека и мгновенно почувствовал, что интенсивность Ци, которая удерживала его, постепенно ослабевает. Зная, что тот человек помогал ему раньше, он успокоился.

Лоу Юньцюй слегка нахмурился. Он взглянул на Книгу Жизни и Смерти и оживился, улыбнувшись:

— Значит это Принц Цинь Ву из Дворца Нефритового Сияния. Как интересно.

— Принц Цинь Ву из Нефритового Дворца Сияния! — воскликнул Пан Юй, ощущая, как на его сердце накатывает бушующие волны. — Ты ещё жив?

Лицо Первого Предка поникло. Причина, по которой он никогда не встречался с Пан Юем, заключалась в том, что он не хотел видеть богов Райских Небес Императора-Основателя из-за чувства вины перед ними. Однако сейчас у него не было выбора, кроме как раскрыть себя, его личность больше нельзя было скрывать.

Блеснув взглядом, Лоу Юньцюй с улыбкой произнёс:

— Как хорошо, что молодое поколение сражается между собой. Не хочет ли Принц Цинь Ву взглянуть на это непредвиденное событие?

— Ладно, — сухо обронив, Первый Предок повернулся и шагнул к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

В тот момент, когда он сделал шаг, тысячи километров расстояния внезапно сжались и искривились в их сторону. Пан Юй и остальные стояли на месте неподвижно, как вдруг оказались за тысячу километров. На их лицах читалось явное замешательство.

Шаг Первого Предка привёл его именно туда, куда Цинь Му прискакал на цилине. Между тем Лоу Цяньчжун, хлопая крыльями, пролетел над ними и острыми когтями попытался их схватить.

Его когти были смертельно остры и покрыты странной чешуёй, отдающей чёрным мерцанием. Прожилки посреди чешуек выглядели ещё страннее, казалось, словно они были моргающими глазами.

Лоу Юньцюй, Фу Жило, Лу Ли и остальные приблизились к Первому Предку, как вдруг раздался яростный голос Цинь Му, вынуждающих их поднять головы, чтобы посмотреть, что там происходит:

— Я сказал, что мы сразимся в другой день! У меня есть дела поважнее, у меня нет времени сейчас возиться с тобой!

Буум!..

Воздух завибрировал от громкого взрыва, после которого Лоу Цяньчжун отлетел вверх. Его когти оказались совершенно бесполезны, ведь были заблокированы Цинь Му, однако из-за столкновения цилинь заметно замедлился.

— Даже не мечтай сбежать от меня, Сын Юду! — Лоу Цяньчжун набросился ещё раз, но Цинь Му вновь заблокировал его, заставляя отлететь в обратном направлении. Между тем цилинь снова ощутил на себе сильный толчок и вновь замедлился. Лоу Цяньчжун сделал ещё несколько выпадов с радостью на лице. — Ты трус? Ты боишься посмотреть мне в глаза? Я заставил Сына Юду поджать хвост и сбежать в Вечный Мир!

Цинь Му внезапно слез с цилиня и серьёзно сказал:

— Толстяк, иди вперёд, стабилизируй Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Брат Сюй, ребята, тоже отправляйтесь к мосту и помогите стабилизировать руны.

Цилинь последовал его приказу и бросился к мосту взаимного сдвига. Сюй Шэнхуа, не останавливаясь, сразу же последовал за ним:

— Брат Цинь, будь осторожен. Его способности действительно пугающие, а божественные искусства крайне странные. Раньше я никогда не видел подобных. Его тёмные божественные искусства подобны тьме в Великих Руинах.

— Подобно тьме Великих Руин? — дрогнув в сердце, Цинь Му недоверчиво уставился.

Лоу Цяньчжун сложил крылья и превратился обратно в человеческую форму:

— В конце концов тьму Великих Руин создал мой мастер, Чёрное Божество Минду.

Цинь Му кивнул и безразличным голосом обронил:

— Исполни божественное искусство Минду, покажи мне.

Лоу Цяньчжун удовлетворил его просьбу и вокруг него заклокотала тьма. Она была очень густой, интенсивной и в мгновение ока распространилась на десятки километров. Его тело, казалось, находилось в другом мире, вдали от Верховных Небес Императора, а уже в следующий миг его чёрная фигура безо всякого предупреждения со свистом бросилась в атаку!

Глядя на фигуру, бегущую во тьме, Цинь Му оставался внешне совершенно безразличным. Лоу Цяньчжун, казалось, находился в другом пространстве, которое могло избежать всех атак божественных искусств из смертного мира!

В этот момент за спиной Цинь Му внезапно появились врата и могло даже показаться, что там беззвучно рычит монстр. Обхватив своими толстыми ладонями боевые вилы, тот пытался нанести по нему летальные удар!

— Понятно, — внезапно на шее Цинь Му появились две головы, а подмышками — четыре руки. Его пилюля меча громко зазвенела и разделилась на три части. — Так называемое Минду точно такое же, как Фэнду, однако всё это является частью Юду. Твоё божественное искусство…

Цинь Му снял ивовый лист со своего межбровья, который тут же разделился натрое, по одному на каждую из его голов. Затем он прилепил три листа на его три межбровья, чтобы возобновить печать.

Он поднял три руки, сложил вместе их указательные и средние пальцы и постучал ими по своим межбровьям, прежде чем нанести удар!

— Я вижу насквозь.

Глава 667. Книга Жизни и Смерти Минду

Небо в радиусе нескольких десятков километров поглотила тьма, внутри которой двигался едва различимый силуэт. Внезапно, её пронзили три луча света меча, прежде чем разлететься в разные стороны.

Три луча осветили тьму, и все вокруг увидели то, что происходило внутри неё.

Мастер Дао Линь Сюань, Ван Мужань и остальные как раз прибыли, лишь на шаг отставая от Ци Цзюи. Между тем Чжэ Хуали всё ещё находился в пути.

Все подняли головы, смотря в сторону тьмы. В сиянии света меча та напоминала лишь туманную завесу, под которой в воздухе витали бесчисленные чёрные точки.

В освещённой тьме Лоу Цяньчжун бросился в сторону Цинь Му, не обращая внимания на свет меча. Но уже в следующий миг тот проткнул его тело насквозь!

Во время боя между ним и Сюй Шэнхуа, оба противника использовали великие божественные искусства. Несмотря на то, что пустота Сюй Шэнхуа была невероятно впечатляющей, Лоу Цяньчжун мог с лёгкостью сквозь неё пробиваться, избегая попаданий, в то время как его противник непрерывно получал ранения.

Лоу Цяньчжун, казалось, мог пройти сквозь любое искусство и не пострадать.

И всё же, свет меча пронзил его тело, и из середины его спины брызнула кровь.

Ошарашенный, Лоу Цяньчжун смотрел на свет меча, несущийся в сторону его головы.

В этот момент все повернули головы, смотря за спину Цинь Му. Третий свет его меча пытался отбиться от военных вил, но так как у тех было три зубца, он сумел отрубить лишь центральный, в то время как два других вонзились в его тело. Затем вилы резко дёрнули назад, затягивая его в Тёмные Врата Минду!

— Дерьмо! — выражения лиц всех вокруг резко изменились.

Подтягивая Цинь Му к вратам тьмы, невероятно сильный на вид дьявольский бог скривился в ужасающей, злобной улыбке.

Внезапно с неба упал свет меча, и отрубил голову дьявола в тот самый миг, когда другой свет отрубил голову Лоу Цяньчжуна. Ко всеобщему удивлению оба удара произошли одновременно.

Линь Сюань, Ци Цзюи и другие не ожидали такого поворота. Дьявольский бог за вратами казался невероятно могущественным, но Цинь Му отрубил его голову!

Ещё больше их озадачило то, что Цинь Му определённо исполнил только три движения Открытия Бедствия. Откуда взялся четвёртый меч, отрубивший голову бога?

В этот миг грудь дьявольского бога взорвалась, и в ней показалась кровавая дыра. Ещё один свет меча проткнул дьявола со спины, вылетая спереди.

Врата медленно закрылись, из-за чего никто не мог видеть, что происходило за ними. Это сводило всех с ума, заставляя их задаваться ещё большим количеством вопросов.

Ещё до того, как они поняли откуда взялся четвёртый луч меча, появился пятый. Как это объяснить?

Внезапно во тьме возвысились высокие чёрные ворота. Это были Врата Небесной Воли Цинь Му.

Ворота открылись, и Цинь Му вышел наружу, покидая Минду с головой в руке.

Темнота за его спиной внезапно рассеялась, обнаруживая тело Лоу Цяньчжуна. Голова последнего бесследно исчезла!

Никто не заметил, как голова Лоу Цяньчжуна упала с плеч. Цинь Му трижды исполнил навык меча Открытия Бедствия. Первый удар сильно ранил Лоу Цяньчжуна, второй отрубил его голову, а третий отбил удар вил дьявола. Всё это случилось одновременно, поэтому никто не сумел успеть разглядеть деталей.

Тем не менее, теперь головы Лоу Цяньчжуна определённо не было на месте.

— Дьявольский бог по ту сторону врат — это твоё настоящее тело. Оно лишь выглядит сильным и не является истинным дьявольским богом, — достав бутылку слюны дракона, Цинь Му начал обрабатывать свою рану. — Ты прятался в Минду, пытаясь атаковать меня оттуда. Для людей из Верховных Небес Императора ты был тенью, к которой невозможно коснуться. Сюй Шэнхуа не слишком хорошо понимает Великие Руины и не разбирается в заклятиях Юду, поэтому тебе удалось его одолеть. На самом деле твои способности даже слабее чем у Ци Цзюи, и ты лишь полагаешься на секрет божественного искусства Минду. Тем не менее, я, человек рождённый в Юду и выросший в Великих Руинах, знаю огромное количество способов убить тебя.

Голова в его руках принадлежала дьявольскому богу, но её вид начал постепенно меняться. Устрашающие костяные шипы исчезли под кожей, а неухоженные волосы вернулись в порядок.

Его лицо превратилось в лицо Лоу Цяньчжуна. Глаза парня всё ещё были открыты и пристально смотрели на Цинь Му, будто он ещё мог слышать о чём тот говорил.

Цинь Му выбросил голову, и безголовый труп в небе полетел на землю.

— Впрочем, я не хочу терять времени, поэтому решил выбрать самый простой из них, — спокойно говорил Цинь Му. — Я делал вид что пытаюсь ударить тебя, но на самом деле мои атаки уже отправились в Минду, чтобы поразить твоё настоящее тело. Своим первым движением я разрезал твои артерии и вены в сердце, блокируя твою Ци, вторым отрубил твою голову, а третьим заблокировал твой удар. Впрочем, твои способности и вправду хороши, и ты всё-таки сумел меня ранить.

Ци Цзюи стоял неподалёку и смотрел на рану Цинь Му, ощущая желание атаковать. Услышав его слова, он улыбнулся: «Он всё ещё высокого мнения обо мне, и знает, что я сильнее старшего брата Лоу Цяньчжуна!»

Он не воспользовался шансом атаковать. Со своими текущими способностями он мог бы задержать его, но не стал этого делать.

Лоу Цяньчжун был его старшим братом, но большинство времени Ци Цзюи совершенствовался с Красным Божеством Южных Небес Ци Сяюй, и лишь недавно стал учеником Чёрного Божества. Он провёл не слишком времени в Минду, поэтому не успел сблизиться со здешними старшими братьями.

Цинь Му обработал свои раны и рассеял две дополнительных головы и четыре руки, после чего прилепил ивовый лис обратно ко своему лбу и рванул в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Никто из людей вокруг не побежал следом за ним. Они остались, чтобы подумать.

— Так вот как всё случилось. На самом деле и вправду было лишь три меча, — с ошарашенным выражением лица проговорил Мастер Дао Линь Сюань. — Просто эти три меча были слишком блестящими, из-за чего нам показалось, что их было пять. Когда это навыки меча Владыки Культа достигли такого высокого уровня…

Остальные юноши были поглощены теми же мыслями. Три меча Цинь Му выглядели невероятно простыми, но их простота была получена из сложных движений. Именно она вызывала у них непроходящее чувство шока.

Не все смогли разглядеть, как три меча стали пятью, но те, кто сумел разгадать кроющийся за этим секрет, были ещё более ошеломлены.

В этот момент наконец прибыл Чжэ Хуали, ступая невероятно устойчивой походкой. Каждый его шал преодолевал абсолютно одинаковое расстояние.

— Всё уже закончилось? — оглянувшись, Чжэ Хуали увидел, что в этом месте были все, кроме Цинь Му и Лоу Цяньчжуна, поэтому поспешно спросил у Чи Цзюи:

— Брат Ци, кто победил?

Тот беспомощно ответил:

— Старший брат Лоу Цяньчжун погиб в бою.

Чжэ Хуали удивлённо спросил:

— Какое движение исполнил Владыка Культа Цинь, чтобы убить его? Как он умер?

Ци Цзюи был ещё более беспомощным:

— Это… это трудно объяснить. Владыка Культа Цинь, по всей видимости, совершенствовал какую-то удивительную технику, позволяющую ему принимать трёхглавую шестирукую форму. Более того, его способности намного выше, чем раньше. Он исполнил Открытие Бедствия три раза.

Широко открыв свои тигриные глаза, Чжэ Хуали торжественно проговорил:

— Три головы и шесть рук? Кажется, его способности снова выросли. Мне тоже придётся работать усерднее. Своим демоническим ножом я определённо принесу его близким скорбь!

Нахмурившись, Лоу Юньцюй посмотрел на Первого Предка. Он хотел спасти Лоу Цяньчжуна, но его подавила аура сильного практика неподалёку, и он не осмелился что-то предпринять.

«Боевые способности принца Цинь Ву невероятно высоки… — думал он про себя. — Тем не менее, он не в силах собственноручно остановить происходящее. Его разорвут на куски!»

Куй Цинпэй тихо проговорил:

— Старший брат Лоу, младший брат…

Лоу Юньцюй ответил:

— Цинь Ву подавлял нас, не позволяя его спасти, поэтому младший брат был обречён. Тем не менее, этот Сын Юду совершенно не тот, кем я его представлял. Ты уверен, что сумеешь его схватить?

Взгляд Фу Яньци дрогнул, он проговорил:

— Старшему брату не стоит волноваться. Младший брат Ци потерпел неудачу, потерял сокровище владыки и не сумел его схватить, но нам его поимка не составит труда.

Лоу Юньцюй улыбчиво проговорил:

— В таком случае, мы можем перестать изучать техники и божественные искусства Верховных Небес Императора. Уважаемый Король Фу Жило, Губернатор Провинции Лу Ли, мы скоро вернёмся.

Фу Жило удивлённо спросил:

— Ты уже возвращаешься? Лоу Цяньчжун только что погиб, и ты не собираешься за него отомстить? Старшие братья невероятно великодушны.

Лоу Юньцюй ответил:

— Душа Лоу Цяньчжуна вернётся в Минду и воскреснет. Владыка не даст ему так просто умереть. Мы возвращаемся лишь на земли дьяволов, а не в Минду. Как только оставшиеся выжившие Багрового Света доберутся до Вечного Мира, Верховным Небесам Императора придёт конец.

Фу Жило был слегка ошеломлён. В этот раз из Минду прибыло четыре гостя, и Цинь Му уже убил одного из них. Откуда у Лоу Юньцюй уверенность, что они трое смогут помочь дьявольской расе завладеть Верховными Небесами Императора?

Из-за Соглашения Графа Земли между Святым Дровосеком и Фу Жило, последний не мог приказать дьявольской армии помочь им. Лу Ли была губернатором провинции из Юду, и подчинялась приказам Райских Небес, а не Минду. Лоу Юньцюй не мог ею командовать.

Сейчас в распоряжении Лоу Юньцюй была лишь сила трёх людей.

Ци Цзюи наблюдал как Лоу Юньцюй и остальные уходят, начиная волноваться. Он тихо проговорил:

— Чжэ Хуали, если ты мне доверяешь, то отправляйся со мной в Великие Руины через Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Сердце Чжэ Хуали дрогнуло, и он собрался узнать побольше, но в этот миг Ци Цзюи уже ступил на мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Цинь Му, Сюй Шэнхуа и цилинь окружили огромный жертвенный алтарь возле Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Они пытались укрепить конструкцию и восстанавливали повреждённые руны, надеясь не допустить разрушения моста.

Странная звезда в небе уже наполовину прошла через мост, отчего тот был за миг до разрушения. От сильных вибраций земля в радиусе нескольких сотен километров покрылась тысячами оврагов, будто паутиной.

Жертвенный алтарь был крайне неустойчив, а гигантские валуны, из которых он был построен, могли в любой миг превратиться в пыль.

Цинь Му нахмурился. Мастер Дао Лин Сюань и остальные в спешке пришли на помощь, пытаясь укрепить строение, но оказались почти бессильными. Алтарь непрерывно дрожал, а количество энергии, исходящей из Вечного Мира, становилось всё больше, заполняя собой всё небо.

В этот момент солнце над Верховными Небесами Императора погасло, и наступила ночь. Тем не менее, небо оставалось ярким из-за света, излучаемого энергией из Вечного Мира!

Звезда постепенно исчезала. Внезапно в небе появился Первый Предок, приземляясь на её поверхность и замедляя её движение. Цинь Му облегчённо вздохнул, продолжая укреплять жертвенный алтарь.

***

Небеса Лофу.

По всему миру возвышались величественные жертвенные алтари. На их вершинах стояли на страже боги Великих Руин. На протяжении последних двух лет они охраняли это место, отбивая бесчисленные волны дьявольских атак.

В пространстве перед одним из алтарей открылась трещина, из которой вышли три дьявольских бога — Лоу Юньцюй, Фу Яньци и Куй Цинпэй.

— Земля дьявольской расы породила огромное количество героев, интересно, скольких людей она похоронила?

Горько вздохнув, Лоу Юньцюй вынул Книгу Жизни и Смерти. Осторожно открыв её, он расслабленно проговорил:

— За долгие годы в этом месте провели в последний путь многих известных и значимых героев. Интересно, вы всё ещё здесь?

Внезапно его голос стал невообразимо громким:

— Волей Чёрного Божества Минду, я приказываю вам проснуться и сразиться на моей стороне!

Книга Жизни и Смерти подлетела в небо и засияла яркими лучами, будто внутри неё находилось зеркало.

Вьюх!

Артефакт облетел Небеса Лофу, и где бы не падал его свет, на странице одно за другим появлялись бесчисленные имена, быстро заменяя друг друга.

Скорость её движения была настолько высокой, что её было невозможно заметить невооружённым глазом. Её свет пронёсся по каждому сантиметру земли!

Стоящий на алтаре бог из Великих Руин ошарашенно посмотрел на Лоу Юньцюя и остальных. Он торжественно спросил:

— Кто вы такие, чтобы поднимать здесь суматоху?

Лоу Юньцюй и остальные сложили руки на груди и тихо стояли, не обращая на него никакого внимания.

Внезапно земля раскололась, и из-под неё начали вылезать белые скелеты в изношенных металлических доспехах. Они поднялись на ноги и замерли. Их глаза сверкали призрачным пламенем.

Вьюх! Вьюх! Звучал оглушительный грохот костей, каждый сантиметр земли Небес Лофу закипел. Бесчисленные скелеты выбирались на поверхность и вставали на ноги.

Дьявольский бог, ещё не успевший окончательно разложиться, выполз из-под земли. Открыв рот, он начал выплёвывать густую дьявольскую Ци, будто беззвучно кричал на Лоу Юньцюя и остальных. Волна Ци ударила в их лица, отчего те сморщились. Волосы и одежда богов затрепетали на ветру, их лица покрылись тёмной, зеленовато-фиолетовой слюной.

Вскоре десятки тысяч скелетов образовали огромную армию, их дьявольская Ци ужасно давила на разрушенные небеса. Зрелище было настолько мрачным, что за ним было невыносимо наблюдать.

Ошарашенный, бог Великих Руин на алтаре крепко схватился за рукоять своего божественного оружия.

Лоу Юньцюй поднял руку, и Книга Жизни и Смерти вернулась к нему. Он улыбчиво проговорил:

— Младшие братья, угадайте, сколько времени мне понадобится для того, чтобы избавиться от выживших людей Эпохи Императора-Основателя на алтарях?

Бум!

Бесчисленные скелеты бросились в сторону жертвенных алтарей. Простираясь от неба до земли, они потопили строения за считанные секунды!

Куй Цинпэй ответил, улыбаясь:

— Немного меньше, чем я представлял.

Армия скелетов ворвалась на жертвенные алтари, и боги на вершинах оказались совершенно неспособны сдержать их атаки. Скелеты дьявольских богов разорвали их на части!

В конце концов жертвенные алтари, которые Святой Дровосек и двадцать четыре бога построили, чтобы надавить на Фу Жило, пали. Лоу Юньцюй на это потребовалось меньше времени, чем горит палочка благовоний!

Бесчисленные трупы дьявольской расы стояли на вершинах жертвенных алтарей и гневно ревели, вертя головами по сторонам.

Лоу Юньцюй передал Книгу Жизни и Смерти Куй Цинпэю и улыбнулся:

— Посмотрим, каким будет следующий шаг младшего брата Куя.

Рассмеявшись, тот воспользовался Книгой Жизни и Смерти, свет которой упал на жертвенный алтарь. Трупы дьявольской расы немедленно испепелились, активируя руны на алтаре. В следующий миг началось кровавое жертвоприношение!

По всей территории Небес Лофу начались стихийные бедствия, земля начала рушиться!

Разрушение Небес Лофу породило ужасающую силу, которая тут же двинулась в сторону Верховных Небес Императора, чтобы разрушить их мировой барьер!

— Небесный Наставник поддельной династии всё-таки недостаточно жесток. В противном случае он мог бы просто исполнить здесь кровавое жертвоприношение и столкнуть Небеса Лофу с Верховными Небесами Императора.

Лоу Юньцюй сложил руки за спиной и улыбнулся:

— Тем не менее, мне всё равно стоит поблагодарить его за возведение всех этих алтарей. Это сэкономило нам целую кучу сил.

Глава 668. Раненый Фу Жило

Земли дьявольской расы на Верховных Небесах Императора.

— Уважаемый Король, я оставила Юду на слишком долгий период времени, мне нужно вернуться, я уведу свою армию, — попрощалась с Фу Жило Лу Ли.

Слегка нахмурившись, Фу Жило спросил:

— Старшая сестра ещё не поймала Сына Юду, так почему же ты спешишь уйти?

— Гости из Минду не позволят мне захватить его. Несмотря на свою одержимость обладанием столь могущественной силы, я также знаю себя, а следовательно — свои пределы. Мне не по силам сражение с Минду, поэтому я решила отступить, — Лу Ли поколебалась на мгновение, прежде чем всё же продолжить. — Уважаемый Король, поскольку мы оба дьяволы, позволь перед уходом дать тебе три совета.

Фу Жило с любопытством согласился:

— Конечно, сестра, я слушаю тебя.

— Первый совет — терпеть, что бы ни случилось. Второй — при необходимости отступай. Причина, по которой черепаха живёт так долго, заключается в том, что она прячет голову во время опасных угроз. Третий — верность. Нет ничего плохого в преданности. Прощай! — попрощавшись, Лу Ли громко завизжала, заставляя бесчисленных монстров Юду превратиться в чёрный дым и рассеяться. Затем она повернулась и постепенно погрузилась в землю, бесследно исчезая.

****

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Цинь Му, наконец, вздохнул с облегчением, между тем Первый Предок направился к аномальной звезде, дабы проинструктировать богов, входящих в Вечный Мир, чтобы те двигались медленнее. Только затем ситуация была взята по контроль, а буйство духовной энергии окончательно прекратилось.

Внезапно Цинь Му почувствовал острую боль в груди, где Лоу Цяньчжун оставил две раны вилами. Он уничтожил их средний зубец, нацеленный в сердце, а вот два других пронзили его, но к счастью, не задевая жизненно важных мест. Вот почему его третий свет меча был самым важным. Уничтожив смертельную угрозу, он защитил его жизнь.

Надо признать, что молодой дьявол был очень силён и, хотя он избежал смертельного удара, полученный им ущерб всё равно был довольно значительным. Одной слюны дракона было недостаточно для исцеления, ведь остатки божественного искусства противника до сих пор таились в его ранах, досаждая ему.

Цинь Му очистил свои раны и избавился от остатков божественного искусства Лоу Цяньчжуна. Он исполнил технику Таинственных Писаний Бесстрастного Создания и, при поддержке слюны дракона, всё-таки почувствовал себя лучше.

Внезапно он услышал донёсшийся до его ушей шум суматохи и пошёл проверить что к чему. Добравшись к месту событий, он увидел практиков божественных искусств, отвечающих за защиту моста, которые прямо сейчас не давали пройти по нему Ци Цзюи и Чжэ Хуали.

Один из стражников увидел идущего к нему Цинь Му и сразу же отчитался:

— Владыка, эти два дьявола требуют прохода в Вечный Мир.

Цинь Му с улыбкой заговорил:

— Старшие братья, вы пришли на территорию людей и требуете прохода в Вечный Мир. А не боитесь ли вы, что я убью вас?

Покачав головой, Чжэ Хуали ответил:

— Брат Цинь, ты не такой человек. Следуя правилам боевого мира, в поединке один на один я никого не боюсь из человеческой расы, кроме тебя. К тому же Лоу Цяньчжун прилично ранил тебя и сейчас ты можешь оказаться для меня не соперником.

— Кто сказал, что я буду соблюдать правила боевого мира? — Цинь Му был сбит с толку. — В данный момент на мне официальное одеяние Империи Вечного Мира, поэтому я буду соблюдать только правила имперского двора, а они гласят — в сражении нет никаких правил.

Ци Цзюи начал нервничать и время от времени поднимал голову. Цинь Му заподозрил неладное, когда увидел, как тот осматривается вокруг. Неужели всему виной страх пленения и избиения до смерти, или же причина в другом? Он поднял голову, чтобы посмотреть на небо, но не увидел ничего необычного.

— Почему старшие братья хотят попасть в Вечный Мир? Звезда в настоящее время входит в Вечный Мир, поэтому смещающаяся энергия слишком велика. Если вы, ребята, хотите перейти через мост, энергии сместится ещё больше, — проговорив, Цинь Му с искренним выражением лица добавил. — Назовите мне хоть одну весомую причину и я, возможно, соглашусь.

Чжэ Хуали не знал, почему Ци Цзюи должен был пойти в Вечный Мир, поэтому тут же перевёл на него взгляд.

Выражение лица Ци Цзюи колебалось между сомнением и определённостью, прежде чем он, стиснув зубы, заговорил:

— Владыка Культа Цинь, хоть я и ученик Чёрного Божества Минду, я не всегда следую принципам и способу ведения дел Минду. Мне нужно кое-что сделать, и я остановлюсь после достижения своей цели. Однако они ни перед чем не остановятся! Если этого не сделаю я, то придут они и сделают это гораздо безжалостней и жесточе. Поскольку мы играем по твоим правилам, думаю мне следует тебе рассказать, что они замышляют.

Цинь Му терпеливо слушал, пока все вокруг были заняты укреплением моста.

Между тем истинный бог Пан Юй заставил всех использовать магическую силу для подавления вибраций. За несколько лет он изучил множество методов вычислений, но его достижения в них не были столь высоки, как хотелось бы, следовательно, когда дело доходило до стабилизации рун, от него было мало проку, поэтому он мог полагаться только на несравненно плотную магическую силу, чтобы стабилизировать мост.

Ци Цзюи продолжал рассказ:

— Даже обладая Книгой Жизни и Смерти, ты не сможешь раскрыть её истинную силу. Книга Жизни и Смерти Минду может управлять жизнью и смертью, пробуждая мёртвых. Так как эти сокровище создаёт лично Чёрное Божество Минду, становится не важно, прячутся ли души умерших в Минду или Юду, их всегда призовёт Книга Жизни и Смерти.

— Книга Жизни и Смерти обладает такой способностью? — сердце Цинь Му подпрыгнуло. — Разве это не означает, что Лоу Юньцюй может мобилизовать всех мёртвых на Верховных Небесах Императора, чтобы сражаться за них? Получается эта троица равна армии богов?

— И не только, — продолжал Ци Цзюи. — Их цель не Верховные Небеса Императора, а Небеса Лофу!

Цинь Му воскликнул:

— Святой Дровосек в опасности!

Ци Цзюи тревожно встряхнул перо на затылке:

— Брат Цинь, ты слишком добрый и в полной мере не осознаёшь, насколько они безжалостны и жестоки. Минду использует всевозможные презренные методы, когда дело доходит до решения их дел. Они не только пошли против Соглашения Графа Земли, сделав обещание между дьяволами и людьми недействительным, но также собираются уничтожить Верховные Небеса Императора и убить всех вас!

— Ты имеешь в виду вот что… — заговорил потрясённый новой информацией Цинь Му, — Лоу Юньцюй и остальные пожертвуют Небесами Лофу, заставив их врезаться с Верховные Небеса Императора?! Но ведь это невозможно, дьявольская раса понесёт огромные потери. Разве это не оскорбит дьяволов? Фу Жило… — его голос разнёсся по округе, из-за чего люди, стабилизировавшие жертвенный алтарь, остановились, чтобы посмотреть на них.

— Поэтому я и сказал, что ты слишком добр, — Ци Цзюи поднял голову, чтобы посмотреть на небо. — Почему Райские Небеса должны заботиться о жизни и смерти дьявольской расы? Если им наплевать, то и Минду тоже. Я всё сказал. Ты пропустишь нас или нет?

Чувствуя путаницу в разуме, Цинь Му махнул рукой, хрипло говоря:

— Пропустить их! Пропустить…

— Большое спасибо! — Ци Цзюи поклонился и потянул за собой пребывающего в смятении Чжэ Хуали к вершине жертвенного алтаря.

Они ступили на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии и мгновенно исчезли.

Пребывая в смятении, Цинь Му вдруг закричал:

— Истинный бог Пан Юй! Пан Юй!

Стоящий рядом с ним удивлённый Пан Юй поспешно спросил:

— Владыка Культа Цинь, правда ли то, что сказал Ци Цзюи?

— Неважно, правда или нет, — серьёзно сказал Цинь Му. — Больше нет необходимости охранять Верховные Небеса Императора! Истинный бог, эвакуируй всех из городов. Заставь их прийти сюда как можно скорее, всем нужно срочно попасть в Вечный Мир!

— Что, если Ци Цзюи обманул нас? — поколебавшись, спросил Пан Юй, прежде чем воскликнуть. — В таком случае мы просто отдадим им Верховные Небеса Императора!

— Если сказанное им, — холодно проговорил Цинь Му, — многочисленные солдаты Верховных Небес Императора умрут жалкой смертью!

Пан Юй стиснул зубы и улетел.

Сердце Цинь Му всё ещё пребывало в смятении, когда он поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Затем он перевёл взгляд на город Ли, затем на город Блещущих Ранений, на другие города богов и, наконец, на медленно движущуюся звезду народа Багрового Света. Придя к определённому решению, он громкого приказал:

— Продолжать укреплять мост! Сократить интервал, быстро!

Услышав приказ, Мастер Дао Линь Сюань и остальные поспешили взяться за работу.

Цинь Му расхаживал взад-вперёд, как вдруг остановился, достал Книгу Жизни и Смерти и, скрепя зубами, процедил:

— Как мне использовать её? Лоу Юньцюй из Минду может высвободить силу Книги Жизни и Смерти, почему я не могу?

Он экспериментировал с ней снова и снова, но книга отображала ему только имена мёртвых и не более, никакого воскрешения.

В этот момент небо стало немного ярче.

Цинь Му поднял голову, ощутив, как его сердце стягивают тугие верёвки. В небе, над Верховными Небесами Императора он увидел струящийся огонь, источником которого была пылающая земля.

Небеса Лофу.

Все Небеса Лофу полностью горели. Земля дрожала, извергались вулканы. Лава уже распространилась по всей земле, а море давно испарилось, превратившись в бесчисленные грозовые тучи!

Лица всех богов у жертвенного алтаря, глупо уставившихся в небо, застыли с потрясёнными выражениями.

Развернувшееся зрелище шокировало сердца смотрящих своим величием, заставляя всех вокруг забыть обо всём на свете.

— Укрепить жертвенный алтарь! — командный тон Цинь Му вывел всех из оцепенения.

Придя в себя, все вокруг поспешно продолжили укреплять жертвенный алтарь. Скорость звезды, входящей в Вечный Мир, увеличивалась и ещё больше надавила на жертвенный алтарь. Было очевидно, что боги Плавучего Мира тоже заметили происходящее в небе, поэтому и пытались максимально отдалиться от грядущей опасности.

Город Ли располагался ближе всех, и Пан Юй использовал огромные объёмы магической силы, чтобы переместить целую армию. Другие боги тоже собрались, собираясь отправиться в другие города, чтобы переместить дислоцирующиеся в них армии к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Цинь Му позволил практикам божественных искусств Верховных Небес Императора войти на мост взаимного сдвига, что резко увеличило давление на него. Земля вокруг непрерывно трещала, появлялись глубокие овраги, и, если так будет продолжаться и дальше, мост долго не продержится.

— Первыми пойдут практики божественных искусств, а следом боги, — скомандовал бог Сан Е, прежде чем добавить. — Старшие братья, отправляемся в другие города богов!

В ту же секунду боги разлетелись, а когда вернулись, то привели с собой солдат из всех уголков Верховных Небес Императора. Людей, находящихся вокруг окрестностей моста, было не счесть, и каждый из них хотел попасть в Вечный Мир.

Духовная энергия, извергавшаяся из моста, становилась всё более и более неистовой. Свет устремился в небо, засияв гораздо ярче, чем приносимые в жертву Небеса Лофу.

Мост взаимного сдвига дрожал всё сильнее, а земля вокруг грохотала всё громче!

Жулай Ма, старейшина деревни и остальные тут же использовали свою магическую силу, чтобы удержать мост. Их помощь значительно уменьшила давление на Сюй Шэнхуа и остальных, позволив им стабилизировать рассыпающиеся руны.

Цинь Му поспешно достал свои инструменты для вычислений и начал наблюдение за скоростью спуска Небес Лофу. Быстро подсчитав, когда и в каком месте те столкнутся с Верховными Небесами Императора, он с грустью опустил свои инструменты, говоря:

— Осталось всего четыре часа…

Небеса Лофу упадут прямо в центр Верховных Небес Императора, близь города Ли. Радиус столкновения превышал десять тысяч километров. Независимо от того, была ли это территория людей, или же дьяволов, все будут раздавлены насмерть!

Он испытывал глубокое чувство беспомощности от осознания того, что ему не по силам предотвратить грядущее столкновение.

Прямо в этот момент он увидел фигуры, взлетающие со звезды в направлении падающих Небеса Лофу. Также небо рассекли яркие дьявольские вспышки, устремившиеся ввысь или, если быть точнее, прямо к Небесам Лофу.

Боги плавучего мира и дьяволов объединились!

Они использовали свои мощные физические тела и бездонную магическую силу, чтобы силой оттолкнуть падающее небесное тело, изменяя его траекторию!

Внезапно до поверхности Верховных Небес Императора донёсся сотрясающий мир гневный рёв. Тысячи богов использовали всю свою силу, бомбардируя Небеса Лофу.

Но даже если они от натуги разорвут кожу и порвут жили, они не смогут повлиять на инерцию столь массивного небесного тела.

Так и произошло, все их потуги не принесли никакой пользы.

Небеса Лофу плавно, но неизменно спускались. Они выглядели как несравненно большой блин, который падал на Верховные Небеса Императора.

Время шло и всё больше солдат и остальных практиков божественных искусств проходило по мосту. Тем временем более половины звезды погрузилось в Вечный Мир.

С неба лился огненный дождь, состоящий из осколков Небес Лофу. Миллионы пылающих валунов проносились по небу, оставляя за собой клубы густого дыма.

****

Находящийся на территории дьяволов Фу Жило мчался вперёд, перемещая практиков божественных искусств своей дьявольской расы в город с самой сильной защитой под названием Гнусавый Укус.

Другие дьявольские боги делали то же самое, однако спасали они только сильных практиков. Низкоуровневых дьяволов бросили на произвол судьбы — умирать.

Во взгляде Фу Жило не прослеживалось эмоций, он сделал то, что должен был сделать ради своего народа.

Войдя в город Объединений, он обнаружил, что вокруг повисла удивительная тишина.

Люди не волновались и не паниковали, как в других городах.

Даже когда местные дьяволы вышли на улицу и увидели происходящее, никто из них не издал ни звука. Город Объединений и правда пребывал в умиротворённом состоянии.

Вокруг себя он увидел мать, обнимающую своего ребёнка, который уткнулся лицом в её грудь, и смотрящую в небо. Он также видел влюблённых, крепко обнимающих друг дружку, и многочисленные семьи, тесно прижимающиеся друг к другу.

Глядя на небо, на огромные падающие пылающие глыбы их лица были безмятежны.

Пламя становилось всё более интенсивным, в итоге подсвечивая их лица до ярко-красного цвета.

— Уходите! — выкрикнул Фу Жило.

Никто не ответил ему.

Мать ласково утешила ребёнка в своих объятиях.

Никто не смотрел на короля.

Буум!..

Разбитые куски Небес Лофу рухнули, стирая город Объединений с лица земли. Все дьяволы в городе были немедленно разорваны взрывами на части, а уже в следующий их останки сгорели в пламени дотла.

Ужасающий взрыв отшвырнул Фу Жило на несколько сотен километров и впечатал в гору. Истекая кровью, он поднял голову к небу, ошеломлённо глядя на разбитое небо.

Внезапно он издал печальный, но гневный вопль, словно старый раненый волк.

— Ах, ах, агх… — три его лица злобно исказились в ужасающей гримасе, прежде чем издать несколько коротких, обрывистых рыков, словно у него не осталось сил, но со временем он зашёлся душераздирающий рёвом.

Рёв отчаяния был таким же, как тогда, когда Цинь Му сидел на бумажном кораблике, плывущем в Юду, и видел Короля Дьяволов Дутяня, стоящего на руинах своего мира.

Рёв переполняли беспомощность и непоправимая душевная рана.

Глава 669. Моральная Праведность — это Корень

— Жалкие дьяволы, вы согласились быть собаками, но забыли, что никому нет дела до собачьих жизней.

Фу Жило поднял голову, своими красными глазами смотря в сторону источника звука. Вдали он увидел Святого Дровосека, шагающего ему навстречу, и пылающее повсюду пламя города Объединения. Ступая по лаве, Небесный Наставник вышел из огня, за его спиной дымились обрушенные осколки Небес Лофу.

Подойдя к нему, Святой Дровосек торжественно проговорил:

— Фу Жило, когда мы подписывали Соглашение Графа Земли ты сказал мне, что уничтожить Верховные Небеса Императора хочет кто-то другой. Тогда я решил не говорить тебе, что под перевёрнутым гнездом нету полных яиц. Ты и вправду веришь, что дьявольская раса продолжить жить после уничтожения Верховных Небес?

Смотря на него жестоким взглядом, Фу Жило прошипел:

— Город Гнусавый Укус самый отдалённый от места столкновения, к тому же он обладает самой мощной защитой. Дьяволы за его стенами смогут пережить катастрофу, так что моя раса не будет стёрта с лица земли!

Святой Дровосек посмотрел на него с жалостью в глазах и проговорил:

— А что насчёт тех, кто находится за пределами города Гнусавый Укус?

Дыхание Фу Жило утяжелилось.

Город Гнусавый Укус мог защитить лишь сотую часть всего дьявольского населения. Все остальные умрут во время столкновения, катастрофа не пощадит никого из них!

— Убегая от преследования двадцать тысяч лет назад, Чи Си притащил к Небесам Лофу звёзды. Появление выживших людей Эпохи Багрового Света сделало Небеса Лофу непригодными для жизни, и у вас не осталось другого выбора, кроме как поднять руку на Верховные Небеса Императора, — тихо говорил Святой Дровосек. — Но кто вынудил Чи Си притащить те звёзды к Небесам Лофу? Ты никогда не задумывался над этим? На самом деле тебе прекрасно известно кто был врагом Эпохи Багрового Света, ты просто не осмеливаешься это признавать. В глубине сердца ты всё ещё питаешь некоторые заблуждения. Пришло время от них избавиться.

Фу Жило громко рассмеялся:

— У них и вправду был замысел против выживших людей Эпохи Багрового Света и моей дьявольской расы. Они не оставили нам выбора, кроме как вторгнутся на Верховные Небеса Императора. Но что можно сказать о тебе? Ты и сам ничем не лучше! Ты построил жертвенные алтари, с помощью которых Лоу Юньцюй принёс Небеса Лофу в жертву! Почему теперь ты можешь сбежать? Ты всё это время ждал, пока люди Райских Небес принесут Небеса Лофу в жертву вместо тебя, чтобы переманить меня на свою сторону! Я не дурак!

Посмотрев на него, Святой Дровосек спокойно ответил:

— Ты и вправду не дурак, я действительно собирался вынудить тебя перейти на мою сторону с помощью Райских Небес. Однако ты очень наивен если думаешь, что без моей помощи те не стали бы приносить Небеса Лофу в жертву.

Фу Жило замолчал.

Святой Дровосек продолжал:

— Неважно, построил ли я жертвенные алтари или нет, Райские Небеса в любом случае принесли бы Небеса Лофу в жертву. Он уничтожат твою родную землю, сталкивая её с Верховными Небесами Императора. Последние тоже погибнут, здесь не сможет спастись ни одна форма жизни. Желание выжить вынудит твоих дьяволов отправиться в Вечный Мир, что и является целью Райских Небес. Они хотят уничтожить Вечный Мир вашими руками.

Фу Жило обессилено спросил:

— Когда ты заключал Соглашение Графа Земли, то уже знал, что этот день настанет. Почему ты меня не предупредил?

— До сегодняшнего дня мы были врагами. С чего бы мне тебя предупреждать? — протянув руку Святой Дровосек торжественно продолжил. — Начиная с сегодня мы враги, или друзья?

Смотря на его руку, Фу Жило немного колебался. Спустя мгновение обе руки крепко сжали друг друга.

***

Небеса Лофу падали под углом к земле. Наконец, они столкнулись с Верховными Небесами Императора.

Неподалёку от Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, Цинь Му смотрел на медленно падающие Небеса Лофу. Они сокрушали под собой город Ли, сумевший в прошлом пережить бесчисленные войны. Практики божественных искусств Верзовных Небес Императора обезумевши пытались протиснуться на мост, от их давления юноша потерял равновесие.

Люди забыли о своём духе товарищества и топтали друг друга, со всех сил пытаясь спасти свои жизни.

— Му’эр!

Старейшина деревни, бабушка Сы и остальные избегали обезумевшей толпы. Увидев их, юноша выдавил из себя улыбку:

— Я в порядке, честно!

Земля в месте, куда упали Небеса Лофу, напоминала стекло, разбитое чем-то тяжёлым. На её поверхности появились огромные трещины, а в воздух поднялись бесчисленные осколки.

Из трещин тут же начала вытекать красная лава.

В подобной катастрофе земля казалась невероятно мягкой и хрупкой. Будто волна, разбившаяся о берег, она брызнула во всех направлениях.

Грязь и камни сформировали собой тысячекилометровую стену. Она выглядела как волна, смешанная с лавой и огнём, на её фоне даже тридцатикилометровые горы казались крохотными пузырьками.

Столкновение породило огромные торнадо и постепенно сносило всё вокруг. Молнии превратились в невероятно яростный ураган, проносящийся по Верховным Небесам Императора на невообразимой скорости.

Пламя образовало грибное облако, медленно поднимающееся в небо. Вскоре, оно достигло солнц, которые выковал Имперский Наставник и практики божественных искусств Верховных Небес Императора, и те рассыпались будто бумага.

— Му’эр, уходи! — кричал старейшина деревни и остальные. — Быстро пройди по мосту. Ты не сможешь выжить в подобных условиях!

Цинь Му в оцепенении наблюдал за происходящим. Пробившись сквозь толпу, бабушка Сы потянула его прямо к мосту. Вокруг строения ужасно суетились люди, сталкиваясь и наступая друг на друга.

Цинь Му спотыкался, пока бабушка Сы тянула его в сторону моста. Повернув голову, он ошарашенно уставился на происходящее вдали. Бесчисленные боги сталкивались со стихией, пытаясь любой ценой замедлить её движение. Они надеялись выиграть для своих людей больше шансов спастись.

Боги Верховных Небес Императора и Плавучего Мира рассыпались под невероятно ярким светом, который мгновенно поджигал и испарял их, превращая в прах!

Даже боги были ничтожны перед подобной силой.

Он не видел происходящего на землях дьяволов, так как их закрывали Небеса Лофу, но мог запросто представить сложившуюся там картину. Дьявольские боги ревели в гневе, и пытались любой ценой подарить своим людям шанс уцелеть.

Они знали, что неспособны защититься даже несмотря на то, что были дьявольскими богами, но всё равно были готовы умереть ради своих сородичей.

— Я в порядке, я в порядке… — до сих пор бормотал Цинь Му.

Это событие знаменовало конец всего — Верховных Небес Императора, людей, не сумевших вовремя сбежать и дьяволов, с которыми они воевали на протяжении двадцати тысяч лет.

В этот момент он увидел, как Первый Предок, человек сбежавший с поля битвы двадцать тысяч лет назад, спустился с неба, приземляясь в месте столкновения двух миров.

Первый Предок отбивался от разрушительной силы столкновения. Совладея с ней на протяжении довольно долгого времени, он использовал Священные Тайны Сердца Небес и Земли и исполнял навыки Мудр Неба и Земли.

Стоя среди стихийных бедствий, он, казалось, вернулся в битву, произошедшую двадцать тысяч лет назад. Он стал таким, как был в прошлом.

Тем не менее, в отличии от прошлого раза, он не бежал.

Его техника и навыки мудры совершенствовались именно для подобной ситуации. Они устанавливали настрой для разрушенного неба и земли, сохраняли жизнь людей!

Цинь Му посмотрел на человека вдали и впервые увидел Первого Предка серьёзным и в приподнятом настроении.

Навыки мудры Первого Предка были нацелены на контролирование подобной катастрофы. Мудры Неба и Земли блокировали стихийные бедствия и выигрывали дополнительное время для того, чтобы люди могли сбежать.

Внезапно Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии сильно завибрировал. Руны на поверхности жертвенного алтаря начали взрываться, а части, выкованные из божественных металлов и материалов, начали плавиться. Изнутри строения доносился ужасный скрип.

Резко изменившись в лице, Цинь Му прокричал:

— Мост рушится, не входите! Быстро выбирайтесь, он сейчас упадёт!

Его голос громко и звонко пронёсся над окрестностями, но люди так и продолжали нестись к мосту.

В этот момент мост рухнул, и луч света, устремившийся ввысь, мгновенно исчез. С неба посыпались бесчисленные изувеченные тела. Большая часть звезды уже успела переместиться в Вечный Мир, но всё же, с другой стороны остался небольшой отрубленный кусок. Разрез на нём был невероятно гладким.

Отрубленная часть звезды в небе постепенно становилась всё больше и больше, неумолимо несясь на Верховные Небеса Императора!

Сердце Цинь Му замерло, когда он увидел тела практиков божественных искусств, разбивающиеся о землю будто капли дождя. Это были люди, не успевшие вовремя переместиться в Вечный Мир. Когда мост закрылся, они были мгновенно разрублены на две части, одна из которых отправилась в Вечный Мир, в то время как вторая осталась на Верховных Небесах Императора.

— Что нам делать? — кто-то завопил, будто беспомощный ребёнок. — Что нам делать? Моста нет! Мы все здесь умрём!

Они застряли среди разорванных небес и расколовшейся земли. Метеоры сыпались на землю, будто дождь, а стихийные бедствия продолжали терзать округу. Куда не глянь, повсюду виднелся апокалиптический пейзаж.

Первый Предок всё ещё стоял в его сердце и исполнял мудру за мудрой, пытаясь в одиночку отбиться от разрушительного удара. Принц Эпохи Императора-Основателя уже начал блевать кровью от истощения, его одежда покраснела. Именно благодаря ему практики божественных искусств возле Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии дожили до этого момента.

Однако, если он продолжит, то вскоре умрёт от истощения.

Рванув в его сторону, истинный бог Пан Юй строго прокричал:

— Все, за мной!

Он добрался к Первому Предку, вместе с ним пытаясь подавить силу столкновения:

— Сохраните молодое поколение Верховных Небес Императора.

Бог Сан Е и остальные ошеломлённо застыли, прежде чем броситься вперёд. Становясь вокруг Первого Предка и Пан Юя, они рисковали своими жизнями, пытаясь перевесить силу разрушающихся земли и небес. Среди них были старейшина деревни, мясник, немой и остальные. Жулай Ма и его монахи тоже спешили им на помощь.

Старые Даосы Секты Дао, бессмертные Маленькой Нефритовой Столицы, а также генералы и герцоги Вечного Мира поставили свои жизни на кон, чтобы спасти практиков божественных искусств Верховных Небес Императора и Вечного Мира.

Из толпы вышел юноша с огромным сундуком и двинулся в сторону богов. Выражение лица одноногого тут же изменилось, и он прокричал:

— Син Ань, если сейчас ты поднимешь на них свою руку, я обворую всех твоих предков!

Юноша не сказал ни слова и положил сундук на землю. С его талии слетел драконий пояс, после чего тело Син Аня превратилось в истинного дьявольского бога, и он начал отбивать удар вместе с остальными.

Цинь Му громко прокричал:

— Те, кто ещё жив, следуйте за миной!

Юноша шагнул вперёд, остальные практики божественных искусств спотыкаясь двинулись следом. Встав возле Первого Предка, они начал подавлять силу столкновения, рискуя своими жизнями. По их телах циркулировала кипящая кровь, пока все практики исполняли свои божественные искусства, формируя огромный щит.

— Этот дух пронизывает всё! — посреди апокалиптического пейзажа прозвенел смелый, свободный голос. — Всё, что пронизано этим духом, продолжает жить навечно почитаемым! Он соединяет космос, в сравнении с ним жизнь и смерть совершенно не важны!

Это был мясник, давший волю героизму. Даже находясь на грани жизни и смерти он не терял своего блеска.

В груди Цинь Му тоже разгорелся героизм, и он растроганно продолжил:

— Уголки Земли стоят благодаря ему, благодаря ему Колонны Небес сохраняют свою честь. Три родства и вправду определяют жизнь человека…

Громко рассмеявшись, мясник закончил:

— Моральная праведность — это корень.

Отбиваясь от катастрофы божественным копьём Лун То, слепой фыркнул:

— Легкомысленые…

Глава 670. Очарование Математики

Слепой, самым легкомысленный из всех стариков, обычно любил выпендриться своим литературным мастерством в поэзии, но после того, как мясник дал волю безумию своего величия прошлых лет, у него не осталось выбора, кроме как признать его превосходство в этой области.

Единство воли — неприступная твердыня.

Несмотря на то, что им удалось сберечь всего несколько городов богов от губительного разрушительного воздействия катастрофы, все вокруг воспряли духом, услышав бравые запевания мясника и Цинь Му.

Божественные искусства вокруг можно было сравнить с нерушимой крепостью. Первый Предок и Мудра Земли обратились небом и землёй крепости, обрамлённой со всех сторон неприступными стенами. Боги являлись генералами, укрепляющими их, в то время как Цинь Му и десятки тысяч практиков божественных искусств стояли на их вершинах, защищаясь против вражеского вторжения.

Соединив воедино свою Ци, кровь и божественные искусства, они пытались выстоять под гнётом давления несравненно ужасающей мощи. Кровеносные сосуды некоторых людей не выдерживали и лопались, просачиваясь кровью через поры их кожи и превращая их самих в ходячие кровавые фигуры, между тем у других, под щёлкающие звуки лопающихся жил, кожа расходилась в разные стороны, словно по шву, а у третьих трещали и ломались кости.

Однако никто не отступал, вне зависимости от того, теряли они ноги, руки, или что-либо ещё, они по-прежнему могли использовать свои исконные духи для исполнения, зачастую суицидальных, божественных искусств.

В конце концов первая взрывная волна, самая сокрушительная, минула.

Пошатнувшись, Первый Предок потерял сознание, начав падать, но в тот же момент его подхватили многие пары рук, не позволяя упасть, и аккуратно положили на землю.

Несмотря на то, что здесь присутствовало множество практиков божественных искусств и богов, чтобы выжить всем им, Первому Предку пришлось принять на себя львиную долю давления — более чем девяносто процентов. Будучи могучим практиком Сцены Казни Бога, он значительно превосходил по силе богов вокруг. Все они были гораздо слабее него даже после объединения своих сил.

Цинь Му и целитель подошли и, осмотрев его травмы, начали ухаживать за ним. Между тем местные боги окружили их, блокируя остаточные последствия от взрыва.

В данный момент Верховные Небеса Императора были подобны утопающему в огне аду.

Лава падала с неба вперемешку с чёрным пеплом и пылающими, гороподобными скалами. Горячие ветры дули со скоростью, превосходящей звуковую в сотни раз, и превращали лаву в огромные волны, накатывающие на всё, что встречалось на их пути.

Дрожащая земля заставляла вулканы извергаться из-под моря лавы, в результате чего в небо, на высоту сотен и сотен километров устремлялись пылающие колонны.

Небо было расколото надвое по всей своей длине, а искорёженные осколки пространства, больше не имеющие толщины, переливались множеством цветов. Летая в небе, они сверкали загадочным светом, а некоторые из них, проносясь с умопомрачительной скоростью, выглядели как наиострейшие клинки, способные рассечь на пути всё, что угодно.

Пригодный для дыхания воздух истощался, а пары ядовитых газов, способные разъесть лёгкие, заполняли собой всё вокруг. Несмотря на то, что практики божественных искусств могли задерживать дыхание на долгое время, токсичные пары всё ещё могли проникать в их тела через поры кожи, хотя и не так стремительно.

Син Ань открыл свой сундук и достал пригоршню семян. Он слегка дунул на них и спустя несколько вдохов времени в округе начали прорастать трава и деревья. Он использовал божественное искусство создания, выращивая травы и деревьев, чтобы очистить воздух.

Вскоре образовался достаточно мирный участок, который защищал всех выживших в радиусе девяти-десяти километров. Он стал одним из немногих чистых, не обращённых в мир лавы земель всех Верховных Небесах Императора.

Жулай Ма плавно развёл свои ладони в стороны и участок чистой земли поднялся. Трава и деревья подлетели к его затылку и приземлились посреди фантома двадцати небес. Он использовал буддистские лучи, чтобы подпитывать единственно оставшуюся зелень.

Чистый воздух заполнил округу, и все вокруг начали жадно дышать.

— Мы так долго не продержимся, — используя буддистские лучи, Жулай Ма и остальные монахи сформировали защитный барьер света. — Даже полагаясь на техники создания, мы не можем оставаться здесь слишком долго. Небо рано или поздно полностью потухнет, а без света и отсутствия источников духовной энергии наше совершенствование будет постоянно истощаться. Мы можем даже превратиться здесь в скелеты.

Син Ань закрыл сундук и вдруг взял слово:

— Владыка Культа Цинь, ты наверняка можешь построить другой Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, я прав?

Цинь Му, не прекращая заботиться о самых тяжёлых травмах Первого Предка вместе с целителем, ответил:

— Нет. Даже если бы у меня имелось в наличии достаточное количество материалов, жертвенный алтарь со стороны Великих Руин был разрушен перемещающейся духовной энергией одновременно с нашим, а без него мне не по силам построить ещё один мост.

Нахмурившись, Син Ань перевёл взгляд на разбитое в дребезги небо и покачал головой:

— Теряя время, мы будем медленно ослабевать. Боги смогут выжить, но практики божественных искусств долго не протянут. Сейчас они бремя, поэтому я думаю, что нам нужно бросить их.

Вокруг находились десятки тысяч практиков божественных искусств, которые, услышав только что сказанные слова, ощутили, как их сердца сковывает холод.

Цинь Му выпрямился, взглянул на Син Аня и равнодушно сказал:

— Мне как-то довелось побывать на Верховных Небесах Сияния, расположенных над Верховными Небесами Императора, и там есть проход, ведущий к Великим Руинам. Небеса Сияния также связаны с Небесами Императора, поэтому мы можем отправиться прямо туда, а затем и домой. Умирать никому не придётся.

— Однако если возьмём их с собой, — заговорил Син Ань, — мы замедлимся. Более того, нам, богам, придётся защищать их. В этом мире, где наступил настоящий конец света, мы будем истощать наши силы гораздо быстрее, если нам придётся защищать всех этих людей. Я предлагаю путешествовать налегке, — пробежавшись взглядом по каждому, он продолжил. — Может быть нам даже стоить убить их и пустить на вяленое мясо. Когда истощимся, нам будет чем подкрепиться и восстановить силы.

Не смея поднять на него взгляд, все вокруг ощутили, как их волосы встают дыбом.

Цинь Му улыбнулся, но так, что улыбка совсем не выглядела, как улыбка:

— Син Ань, мне кажется, ты тоже бремя. Но пока только «кажется» и если ты не хочешь становиться им, то начни вести себя как нормальный человек. Когда нужно помочь, помогай, и просто делай всё от тебя зависящее. Ты не наш лидер, поэтому не пытайся говорить как лидер.

Син Ань нахмурился.

Старейшина деревни прокашлялся и словно невзначай сказал:

— Син Ань, зачем так жадничать, в твоём сундуке и так должно быть довольно много вяленого мяса, разве я не прав?

Слепой приласкал своё Божественное Копьё Лун То и чёрный дракон начал ластиться, словно кот. Он скользил в его мозолистых руках, издавая потрескивающие звуки, и явно чувствовал себя крайне комфортно.

— Может быть нам стоит пустить старшего брата Син Аня на вяленое мясо, чтобы было чем подкрепиться в пути?.. — с улыбкой предложил слепой.

Одноногий, казалось, проникся всеобщей атмосферой и смело хохотнул:

— Давайте начнём с ног!

— Старый Бог Меча, — спокойно заговорил Син Ань, — у тебя всё ещё нет конечностей, ты мне не противник. Даже если брат Дао Пан Юй присоединится к вам, чтобы вместе напасть на меня, я не боюсь.

Целитель полюбопытствовал:

— Что ты только что сказал? Можешь повторить?

Дрогнув уголками глаз, Син Ань медленно ответил:

— Можете на меня положиться.

****

Цинь Му взглянул на тяжелораненого Первого Предка. Так как тот не мог прямо сейчас прийти в себя, а его тело было чертовски тяжёлым, истинный бог Пан Юй был вынужден тащить его на своей спине. Между тем практики божественных искусств шли по морю лавы, выглядя со стороны так, словно это давалось им очень легко. Но богам всё же приходилось вмешиваться, когда требовалось противостоять ужасающему урагану или лавовым волнам!

Ураган, вращающийся со скорость превосходящую звуковую в сто раз, мог с лёгкостью сдуть обычных практиков, а пары ядовитого газа и гороподобные пылающие скалы могли легко тяжело ранить их или даже убить.

Именно поэтому богам приходилось защищать их снаружи.

— Вулканы имеют тенденцию иногда извергаться. Нам предстоит слегка изнурительное путешествие… — пробормотал себе под нос Цинь Му.

Вулканы находились под морем лавы повсюду и извержение одного такого равнялось удару бога. Можно было легко представить, что произойдёт с практиком, если по нему попадёт одним таким.

— Я и Бог Меча займёмся вулканами, — внезапно предложил Син Ань. — Его навыков меча и моих божественных искусств должно быть достаточно для подавления вулканов.

Цинь Му кивнул и распределил между всеми обязанности. Затем он серьёзно заговорил:

— Господа, Верховные Небеса Императора разрушены. С родиной расставаться тяжело, но выживание важнее. В будущем мы может быть сможем вернуться сюда и успокоить бушующие стихии. Однако сейчас должны уйти!

Сан Хуа встала на колени и поцеловала землю, нежно потирая о неё свой лоб. Другие практики божественных искусств повторили за ней, целуя и обнимая землю.

Практики божественных искусств Вечного Мира молчаливо наблюдали за ними со стороны. Любовь к своей стране тяжело испытать в мирное время, чего не скажешь о временах бедствий и катастроф.

Вскоре все встали. Окружавшие их боги использовали великую магическую мощь, временно останавливая природные бедствия. Некоторые из них ступали по морю лавы и не давали ему разбушеваться, выкладываясь на полную, чтобы вести людей вперёд.

Море лавы палило, а воздух обжигал, и даже при поддержке буддистских лучей Жулая Ма было сложно охлаждать округу.

— Запечатайте все свои поры, чтобы сберечь влагу в своих телах! — скомандовал Цинь Му. — Те, кто используют летающие божественные искусства, спускайтесь. Берегите жизненную Ци, нас ждёт долгое путешествие! Кто сильнее — защищайте своих более слабых младших братьев и сестёр!

Во время путешествия одноногий достал невероятно древний, угловатый компас, который он, вероятно, где-то в своё время украл. Стрелка на нём хаотично вращалась, не показывая какого-то определённого направления, поэтому он беспомощно вздохнул и убрал его. Затем он осмотрелся вокруг, видя повсюду только море лавы. Единственная вещь, на которую можно было полагаться в определении направления, были Небеса Лофу, которые врезались в Верховные Небеса Императора.

Мастер Дао Линь Сюаньь со своей группой старых Даосов попытались использовать звёзды, чтобы определить направление. Внезапно Даос Ча нарушил тишину вопросом:

— Здесь нет звёзд, тогда как нам определять направление?

Линь Сюаньь и остальные Даосы сначала удивились, а сразу же после расстроились.

Другие тоже пытались определить направление, полагаясь на свои собственные методы, но на Верховных Небесах Императора не было звёзд, более того, после столкновения магнитные поля двух небесных тел перемешались и стали крайне нестабильными, делая невозможным определить направление таким способом.

Цилинь, олень и многие другие странные звери полагались на магнитное поле для определения направления, однако сейчас, будучи неспособными использовать привычный, заложенный природой способ, они испытывали головокружение.

— Вам не стоит беспокоиться о направлении, — проговорив, Цинь Му достал некоторое количество Малинового Хрома Живучести Будды и Материнского Древа Перьевого Будды, прежде чем с улыбкой продолжить. — Дедушка Ма, мне нужен самый проворный плотник в мире.

— Это я, — улыбнувшись, ответил Жулай Ма.

Цинь Му взглянул на немого и с играющей на лице улыбкой продолжил:

— Дедушка немой, мне также нужен самый талантливый кузнец!

— Ах! — от души ухмыльнувшись, немой показал свой обрубок языка.

Достав бумагу и кисть, Цинь Му начал самозабвенно что-то рассчитывать. Вскоре он нарисовал чертёж экипажа и передал его старикам со словами:

— Создавая этот экипаж-компас, нужно всё рассчитывать вплоть до чисел Ша На. Только так мы сможем преодолеть десятки тысяч километров без бесцельного блуждания.

Старики взглянули на чертёж с мрачными выражениями лиц. Спустя некоторое время Жулай Ма кивнул, говоря:

— Мы попробуем!

Вскоре парочка стала крайне занятой. Они изготавливали каждый компонент вручную с предельной точностью и смогли закончить только спустя некоторое время.

На экипаже возвышался золотой мужчина, выкованный из Малинового Хрома Живучести Будды, указывающий рукой вперёд. На его голове можно было разглядеть трёх маленьких человечков, каждый из которых держал деревянную дубину, а в центре между ними стоял барабан.

Цинь Му взглянул на Небеса Лофу, чтобы определиться с направлением, и поправил руки золотого мужчины, прежде чем подозвать цилиня и запрячь его. Цилинь потянул экипаж и не важно, в каком направлении он двигался, золотой мужчина всегда указывал в одном и том же направлении.

— Мастер Дао, я понимаю логику компаса-экипажа Владыки Культа Циня. Он полагается на вращение механических подшипника, шестерен и колёс, чтобы заставить золотого мужчину указывать в одном направлении, — молодой Даос вышел вперёд, чтобы поинтересоваться у Мастера Дао. — Однако, за что отвечают три человечка и барабан?

Многие практики божественных искусств навострили уши. Они изучали математику на протяжении последних двух лет у Даосов секты Дао, поэтому прямо сейчас им стало интересно, как работает экипаж-компас Цинь Му.

— Три человечка используются для подсчёта пройденного расстояния, — решил объяснить Мастер Дао Линь Сюань. — Каждые сто километров они приводятся в движение шестернями и ударяют в барабан. Считая количество нанесённых ударов, мы будем знать общее пройденное расстояние.

— Но зачем нам его подсчитывать, — удивлялись все вокруг.

Мастер Дао Линь Сюань продолжил:

— Владыка Культа Цинь потребовал от Небесного Ремесленника и Жулая точности вплоть до чисел Ша На, но даже так со временем не избежать маленького отклонения. После преодоления десяти тысяч километров направление пальца золотого мужчины будет слега неточным. Я думаю, что, когда это произойдёт, Владыка Культа Цинь скорректирует руку на одну точку Си.

Все вокруг удивились.

— Действительно нужно быть столь точным? — пробормотала Юй Хэ.

— Да, — Мастер Дао Линь Сюань имел тёплое выражение лица. — Если каждые десять тысяч километров будет происходить отклонение на одну Си, то каждые сто тысяч километров будет уже Хао. Погрешность даже в сто миль отнюдь не маленькая. Когда Владыка Культа Цинь берётся за дело, то доводит его до идеала. Например, из-за того, что он не мог смириться с ущербностью светил Верховных Небес Императора, он разрушил их и поручил Имперскому Наставнику всё переделать. Зная подоплёку его поступков, можно многое понять о его характере.

«Он действительно намеренно разрушил наши солнца!» — подумал про себя Пан Юй, несущий на себе Первого Предка.

Пройдя около ста километров маленький человечек на макушке золотого мужчины ударил в барабан.

— И правда! — все обрадовались.

Мастер Дао Линь Сюань с улыбкой заговорил:

— Вот что такое очарование математики! Хотя на первый взгляд она может показаться бесполезной, но она везде. Если хотите вывести свои познания в ней на более глубокий уровень, вам нужно отправиться в мою секту Дао, а не школу Вечного Мира!

Старый монах Цин Мин взглянул на Линь Сюаня, думая про себя: «Мастер Дао научился у Цинь Му плохим вещам, он даже начал точно также заманивать людей в секту Дао. Я должен поговорить с Жулаем. Мы не должны позволить красть наших учеников».

Спустя десять тысяч километров маленький человечек ударил в сотый раз.

Цинь Му остановился и открыл крышку на животе золотого мужчины, проводя некоторые корректировки, прежде чем продолжить путь.

Все вокруг ещё больше восхитились Мастером Дао.

Глава 671. Долг Скелетов

Продвигаясь вперёд, они преодолели сто тысяч километров, не встретив по пути никаких опасностей, и уже успели обойти Небеса Лофу. Несмотря на то, что те были невероятно обширны и находились в самом центре Верховных Небес Императора, их нельзя было увидеть целиком. Слои огромных волн из лавы и чёрный ветер надёжно скрывали их от человеческих глаз. Только экипаж-компас Цинь Му помогал находить дорогу в таких условиях.

Все были истощены, даже боги начали чувствовать усталость. Они не были бы так измотаны, защищая только себя, но проблема была в том, что в их защите нуждались ещё и десятки тысяч практиков божественных искусств. В результате они постоянно пребывали под огромным напряжением, и их жизненная Ци непрерывно исчерпывалась.

Они страдали от голода, их тела постепенно теряли свою силу.

Син Ань открыл свой сундук и достал из него кусок вяленого мяса, передавая тот Цинь Му:

— Ты лидер, так что дели сам.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, и он положил кусок мяса в свой мешочек таотэ:

— Старейшина, дедушка мясник, подойдите сюда.

Деревенские старики окружили мясника, отчего тот начал немного колебаться. Вонзив нож в мясо, он проговорил:

— Дети могут оказаться не в силах переварить такое мясо.

Цинь Му ответил:

— Нарежь его кубиками, каждому хватит кусочка размером с ноготь, богам дай немного больше. Дедушка сможет разрезать его на несколько десятков тысяч порций?

— Я попробую. К тому же они скорее всего не будут его есть.

Продемонстрировав своё изысканное мастерство ножа, мясник быстро разрезал мясо на равные куски. Цинь Му положил их на тарелку, отчего та стала невообразимо тяжёлой. Кубики мяса на ней сияли различными цветами, и несмотря на свою огромную силу, юноше было чрезвычайно сложно её поднять. Некоторые из кусочков даже содержали в себе несравнимо плотную дьявольскую Ци.

— Те, кто совершенствуется на пути богов, пусть берут мясо, излучающее божественные лучи, а те, кто идёт дьявольским путём, пусть берут мясо с дьявольской Ци, не берите больше одного кусочка.

Он раздал вяленное мясо. Немного колеблясь, Сюй Шэнхуа взял два кусочка, отдав один Цзин Янь.

Немного поколебавшись, девушка спросила:

— Владыка Культа, что это за мясо?

— Оно не человеческое, — на мгновение замолчав, прошептал Цинь Му. — Но оно всё же не слишком хорошее. В сундуке Син Аня находится огромное количество ног и рук, там есть даже головы. Это плоть бога, не принадлежащего к человеческой расе, такого у него очень мало.

После того, как юноша закончил раздавать мясо, целитель подозвал его к себе. Вместе они носились туда-сюда, непрерывно готовя духовные пилюли. Бабушка Сы выращивала духовные травы, помогая богам и практикам божественных искусств восстановить силы.

Несмотря на всё это, они всё равно голодали. Одних лишь духовных пилюль не хватало, чтобы наполнить их желудки или утолить жажду.

— Можно получить воду с помощью божественного искусства создания? — кто-то тихо спросил.

Ему тут же ответили:

— Молчи, не трать воду в своём теле впустую.

Порывшись в мешочке таотэ, Цинь Му достал оставшуюся в нём воду и раздал всем вокруг, но каждому досталось лишь по несколько капель.

Он был готов к чрезвычайной ситуации в обычных условиях, но не носил в своём мешочке настолько огромного количества воды.

Физические тела практиков божественных искусств были невероятно сильными и могли продержаться довольно долгое время даже в состоянии обезвоживания. Ему просто нужно было помочь всем вокруг сохранять определённое количество жидкости в своём организме, позволяя пережить путешествие к Верховным Небесам Сияния.

— Получение воды с помощью божественного искусства создания — это попытка изменения структуры самой субстанции, для этого требуются невероятные познания. Возможно, ими владеет Первый Предок, но сейчас он серьёзно ранен.

Сжав свои иссохшие губы, Цинь Му посмотрел вперёд. Все, включая богов, страдали от обезвоживания. Только цилинь, тянущий за собой экипаж, был полон энергии и бежал вперёд энергичными шагами.

Даже огромный олень, его заклятый враг, истощил все свои запасы сил и от его прежнего тела остались только кожа и кости.

Но цилинь был полон энергии. У него была врождённая способность контролировать огонь, и сейчас он находился в своей естественной среде обитания. Даже высокая температура была для него словно тёплая ванна.

— Без воды мы, скорее всего, не сможем добраться до Верховных Небес Сияния… — Цинь Му чувствовал ужасное жжение в горле, и с трудом проглотил слюну. Однако, его слюна уже закончилась, из-за чего раздался сухой скрип.

Божественные искусства мира состояли из пяти элементов, и божественные искусства воды использовали пар, находящийся в воздухе, и смешивали его с жизненной Ци с атрибутом воды, создавая видение настоящей воды. На самом деле та не была настоящей, и как только жизненная Ци исчезала, пар быстро рассеивался.

Использование божественных искусств создания для изменения структуры вещества требовало невероятно высоких познания. По сути, речь шла о создании чего-то из пустоты.

Они даже не мечтали о том, чтобы овладеть такими способностями.

Все с рудом продвигались вперёд, под палящей жарой настрой людей резко падал. Им оставалось полагаться лишь на силу собственной воли, чтобы тащить свои измотанные тела вперёд.

Первый Предок уже проснулся, но его ранения всё ещё были чрезвычайно серьёзными. Истинный бог Пан Юй всё ещё тащил его на своей спине, но Цинь Му надеялся, что целитель сможет ему помочь. Только в таком случае он сможет использовать свои знания чтобы создать воду из ничего.

Внезапно с неба засиял луч света, и боги, отбивающиеся от силы столкновения, подняли головы, обнаруживая свистящую в воздухе Книгу Жизни и Смерти. Та поливала море лавы своим ярким светом.

Книга Жизни и Смерти сверкала, будто зеркало, и отображала непрерывный поток имён!

«Книга Жизни и Смерти», — Цинь Му ошарашенно дрогнул. В небе летала Книга Жизни и Смерти или, если быть точнее, Книга Жизни и Смерти Лоу Юньцюя и остальных!

Полагаясь на силу этого артефакта, Лоу Юньцюй захватил жертвенные алтари и принёс Небеса Лофу в жертву, отчего два мира столкнулись!

Теперь Книга Жизни и Смерти появилась снова, сияя над морем лавы. Что они задумали на этот раз?

«Ему не нужна Книга Жизни и Смерти, чтобы схватить меня. Должно быть, он надеется схватить всех нас вместе!»

Оглянувшись, Цинь Му увидел вокруг себя лишь усталых солдат. Боги были полностью истощены, а люди и вовсе не были в силах сражаться.

«Верховные Небеса Императора разрушаются, здесь ужасная обстановка. Лоу Юньцюю удастся пробудить лишь несколько скелетов. К счастью, их не будет слишком много…»

Как только он об этом подумал, из моря лавы поднялись огромные скелеты богов. Под лавой продолжало что-то извиваться, в то время как огонь на скелетах медленно угасал, и в их пустых черепах и глазницах не осталось ничего, кроме призрачного пламени.

Всё больше и больше скелетов богов поднимались со дна моря лавы. Один, два. Десять, сто… их количество непрерывно росло!

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Он заговорил хриплым голосом:

— Истинный бог Пан Юй, у вас, ребята, ещё остались силы сражаться?

Лица истинного бога Пан Юя, Сан Е и остальных выглядели ужасно измотанными. Их губы иссохли и потрескались, покрываясь кровью. Деревенские старики тоже чувствовали себя не слишком хорошо. Чтобы защитить десятки тысяч людей, им приходилось отбиваться от катастроф, давящих со всех сторон, отчего они окончательно выбились из сил.

Цинь Му посмотрел на Син Аня, который открыл свой сундук и достал несколько новых рук и ног, заменяя ими старые.

Изменив своё тело, он достал немного крови бога, чтобы заменить и её.

— Я могу сражаться, — заменив свою кровь, равнодушно проговорил Син Ань. — Скелетов богов слишком много, так что я не смогу защищать вас очень долго. В моём сундуке ограниченное количество частей тел. Кроме того, у меня есть условие.

Посмотрев на целителя, он торжественно продолжил:

— Пусть Безликий Король Ядов окончательно устранит скрытые симптомы в моём теле. Если вы не согласитесь, то я развернусь и попросту уйду!

Целитель ухмыльнулся:

— Куда ты уйдёшь, если я не соглашусь? Ты не сможешь покинуть Верховные Небеса Императора и вернуться в Вечный Мир!

Вздохнув, Цинь Му проговорил:

— Он сможет уйти. Экипаж уже указал ему путь к Верховным Небесам Сияния. Син Ань умён, и определённо это заметил.

Син Ань улыбнулся:

— Я единственный, кто может вас спасти. В таком случае, Безликий Король Ядов, ты принимаешь мои условия?

— Принимаю, — уверенно ответил целитель. — Я выпишу тебе рецепт, но ты должен сражаться до смерти!

Тот покачал головой:

— Нет. Если моя жизнь окажется в опасности, я тут же отступлю и не буду приносить себя в жертву.

Целитель усмехнулся:

— Если ты не будешь бороться до смерти, то какая с тебя польза?

Глаза Син Аня загорелись, в то время как скелеты богов, казалось, получили приказ и бросились вперёд.

Син Ань тут же ушёл, издали донёсся его голос:

— Наступит время, когда вы будете умолять меня о помощи!

Он улетел, оставляя всех позади.

Мясник вытащил свой нож и громко закричал:

— Сражаемся до смерти!

Свет ножа устремился к небу, и остальные боги тут же достали своё божественное оружие. Стиснув зубы, он смотрели на скелеты богов, мчащихся им навстречу.

Несмотря на то, что их тела были истощены, на кону были жизни тысяч практиков божественных искусств. Они не осмеливались брать на себя ответственность за их смерть.

Появлялось всё больше и больше скелетов, неумолимо несущихся навстречу. Огромные существа ступали по море лавы и бежали так быстро, что казалось, будто они летят. От их шагов поднимались огромные волны, что только усиливало атмосферу ужаса.

Бог Сан Е улыбчиво проговорил:

— Старший брат Пан Юй, если эта молодёжь выживет, среди них найдётся немало людей, которые сумеют совершенствоваться о области богов, не так ли?

Таща Первого Предка на своей спине, Пан Юй улыбнулся:

— Естественно. Они намного умнее нас и обладают удивительными способностями. Те из них, кому удастся стать богами, не будут уступать нашим предкам, и возможно даже достигнут невиданных для нас высот!

Боги вокруг улыбнулись и проговорили:

— В таком случае, если мы погибнем, чтобы их спасти, это будет того стоить!

Громко рассмеявшись, дедушка мясник прокричал:

— Старейшина, бабушка, прикройте отход молодёжи. Я останусь позади и задержу их. Вы готовы встретиться лицом с опасностью?

Бабушка Си уверенно ответила:

— Пока смерть всё не закончит!

— Отлично!

Боги закричали, с оглушительным рёвом бросаясь навстречу скелетам.

Вздохнув, старейшина торжественно проговорил:

— Вперёд. Я использую всё своё совершенствование, чтобы пробить вам дорогу!

Как только прозвучал его голос, море лавы внезапно вскипело, на его поверхность поднялись огромные пузырьки. Старейшина деревни ошарашенно застыл, его жизненная Ци превратилась в четыре конечности. Крепко схватившись за свой меч, он уставился на превращения моря лавы.

Вьюх!

Лава брызнула к небу, и со дна огненного моря выпрыгнул огромный костяной дракон, одетый в изношенную броню. За его спиной показалась армия скелетов в доспехах, яростно бегущих вперёд. Больше тысячи из них выпрыгнули из моря!

Старейшина деревни мгновенно побледнел в лице, его ладонь из жизненной Ци, держащая меч, начала дрожать.

На лбу огромного костяного дракона стоял скелет бога, одетый в потрёпанный плащ и держащий в руке изношенный боевой топор. Размахивая оружием, он громко рассмеялся и приказал:

— Солдаты Южной Дивизии Южной Медведицы, уничтожьте для меня этих монстров!

Вьюх! Бесчисленные скелеты перепрыгнули через старейшину деревни и бросились в сторону скелетов, с которыми сражался мясник, Пан Юй и остальные.

Ошарашенный, старейшина повернул голову назад, увидев, как армии скелетов сражаются между собой. Во все стороны тут же разлетелись раздробленные кости!

Отряд скелетов, пронёсшихся мимо него, оказался отлично обученным. Построение, которое они сформировали, позволило им пробиться сквозь ряды врага словно нож, разрезающий арбуз, и превратить противника в прах!

Все были ошеломлены внезапным поворотом событий. Всмотревшись вдаль, старейшина увидел, что гигантский костяной дракон наклонил голову, и генерал на его черепе отложил свой топор в сторону и встал на колени:

— Губернатор Провинции Верховных Небес Императора Южной Дивизии Южной Медведицы Райских Небес Императора-Основателя отдаёт дань своего уважения благодетелю! Встретить благодетеля снова — редкая возможность, я никогда не ожидал, что это случится при таких обстоятельствах.

Несмотря на то, что он был всего лишь скелетом, ему был присущ невероятный героический дух и внушительность. Лишь услышав его голос можно было представить, насколько величественным этот генерал был при жизни!

Десятки тысяч людей растерялись, понятия не имея что им делать.

Внезапно из толпы донёсся голос:

— Губернатор провинции Вэй Ляо слишком вежлив. Пожалуйста, поднимитесь.

Все повернулись в сторону источника звука и увидели Цинь Му, вышедшего из толпы. Молодой владыка культа слегка преклонился и поднял руки.

Глава 672. Смех Бога Меча

Цинь Му с улыбкой сказал:

— Я не ожидал нашего воссоединения здесь. Мы сейчас посреди зловещей земли?

Да, ты прав, — ответил Вэй Ляо, — но как видишь теперь это место стало морем лавы. Зловещая земля больше не существует, но мы, погрузившись в лаву, решили держать наш пост и дальше. Затем нас пробудила Книга Жизни и Смерти и мы, поняв, что наш благодетель в опасности, решили оказать посильную помощь, — скользнув взглядом за спину юноши, он взглянул на поле брани с хищной улыбкой и продолжил. — Но какие-то отбросы не смогут ничего сделать моей армии Южной Дивизии Южной Медведицы! Благодетель, не волнуйся, прорыв у нас займёт совсем немного времени!

Цинь Му взглянул на старейшину деревни и объяснил:

— Дедушка, это Владыка Звезды Семи Убийств Эпохи Императора-Основателя и по совместительству Губернатор Провинции Верховных Небес Императора. Он пал здесь во время вторжения дьяволов.

Старейшина заторможено кивнул, выглядя ещё не пришедшим в себя, и спросил:

— Губернатор Провинции Верховных Небес Императора, а также Владыка Звезды Семи Убийств… Как вы познакомились?

Цинь Му почесал затылок со словами:

— После моего побега от Фу Жило, я проходил мимо этого места и пробудил его. Так и познакомились.

— И это всё? — удивлённо воскликнул старик, широко распахнув глаза.

Губернатор Провинции Верховных Небес Императора, даже павший в битве, всё ещё являлся важной губернаторской задницей, но между ними всё же завязались такие дружественные отношения? Более того, он даже рисковал своей жизнью, когда парень оказался в опасности. Разве столь крепкая дружба всё ещё может быть описана просто словом — «познакомились».

Старейшина отнёсся к такому объяснению со скепсисом.

— Да, действительно всё, — честно ответил Цинь Му, прежде чем продолжать, — а что же до той армии скелетов-богов… Я пробудил их после того, как пробудил его.

— И это всё? — остолбенел старик.

— Да, действительно всё, — кратко ответил Цинь Му, прежде чем немного дополнить, — а затем появился вестник смерти, который попытался схватить меня и утащить в Юду, чтобы я ответил за свои преступления, но Владыка Звезды Семи Убийств остановил его.

Старейшина вздохнул и недовольно проговорил:

— Оставшись в Фэнду на столько времени, я пропустил так много всего интересного. Обидно-то как. Когда опять произойдёт что-то настолько интересное, позови меня.

Цинь Му кивнул, говоря:

— В следующий раз, когда меня похитят, я определённо утащу с собой дедушку!

Союзная армия скелетов быстро смела всех врагов, после чего многие рядовые начали сбиваться в группы и радостно носиться по полю боя, явно празднуя победу. Вэй Ляо командным тоном гаркнул и скелеты, больше не смея вести себя столь безрассудно и неподобающе, построились шеренгами.

Лоу Юньцюй призвал мёртвых богов Верховных Небес Императора сражаться за него, но разве он мог ожидать, что у Цинь Му окажется своя собственная армия скелетов?

Мясник, Пан Юй и остальные боги вышли вперёд, по-прежнему не понимая, что только что произошло, и озадаченными взглядами осматривая белых скелетов. Если бы Вэй Ляо, появившийся столь своевременно со своей армией Южной Медведицы, скорее всего у них были бы большие потери. Но даже зная, что они союзники, стоя бок о бок со скелетами-богами они чувствовали некую нервозность.

Вэй Ляо расхохотался со словами:

— Даже несмотря на то, что этот, так сказать, «конец света» — опасное место для вам, парни, нам, мёртвым, уже всё равно. Благодетель, позволь нам сопроводить вас всех.

Цинь Му поспешно предупредил:

— Мои враги владеют Книгой Жизни и Смерти, способной возвращать к жизни мёртвых, она действительно мощный и страшный артефакт. А раз эта книга может даровать мёртвым жизнь, то также способна с лёгкостью умерщвлять оживших мёртвых. Вам лучше продолжать прятаться здесь, в зловещей земле…

Книга Жизни и Смерти вновь появилась прямо посреди объяснений и ярко засияла, подобно зеркалу, от которого отражался яркий солнечный свет, в сторону поверхности.

Резко переменившись в лице, Цинь Му поспешно достал несколько зеркал, а также превратил в молниеносно расширяющиеся зеркала свою собственную Ци, закрывая ими Вэй Ляо и остальных.

— Дедушка целитель, доставай свои! — воскликнул Цинь Му. — Все! Доставайте зеркала и блокируйте ими свет Книги Жизни и Смерти!

Целитель поспешно достал добрую дюжину зеркал, между тем многие другие практики божественных искусств тоже начали приходить в себя и действовать.

В следующий миг в небе начало парить более десяти тысяч зеркал всех форм и размеров. Своей поверхностью они полностью отгородились от неба, не позволяя ни единому лучику света проникнуть через них.

Свет из Книги Жизни и Смерти падал на зеркала и тут же отражался ими, не способный прикоснуться к скелетам.

Из десяти тысяч практиков, примерно сорок процентов были девушками, и даже несмотря на то, что они встали на путь совершенствования, они по-прежнему хотели выглядеть красиво и следили за собой, поэтому в среднем каждая представительница прекрасного пола имела одно-два зеркала. Но они все, само собой разумеется, и рядом не стояли с целителем…

Между тем некоторые практики совершенствовали уникальные заклятия, в то время как духовным оружием других были зеркала. После превращения в духовное оружие те могли невероятно сильно расширяться, накрывая собой несколько гектаров площади, и выглядели со стороны поистине завораживающе.

Цинь Му убедился в том, что свет не мог просочиться, но всё ещё не смел расслабляться, говоря:

— Книга Жизни и Смерти может летать с по-настоящему невероятной скоростью, поэтому мы не сможем своевременно подстраиваться под ситуацию. Как только они начнут управлять ею, вам, ребята, не избежать её света. Губернатор Провинции, спрячься вместе со своей армией…

Вэй Ляо покрепче обхватил свой боевой топор и серьёзно заговорил:

— Книга Жизни и Смерти может преследовать нас до самых Жёлтых Источников, где нам прятаться? Хе-хе, те парни из Минду — настоящее проклятие наших Южных Небес Южной Медведицы! Но раз уж мы умерли однажды, что с того, если умрём ещё раз?

— Губернатор Провинции Вэй Ляо, — нахмурившись, Цинь Му попытался вразумить мужчину, — если Лоу Юньцюй отправит вас в Юду, у меня всё ещё будет шанс всех вас вытащить, однако, если он отправит вас в Минду, я окажусь бессилен. Пока есть жизнь — есть надежда, подумай трижды!

В этот момент эпицентр света начал перемещаться.

Судя по всему, Лоу Юньцюй и остальные поняли, что из-за того, что свет отражался, все их потуги были бесполезны, и изменили тактику.

— Раз отступать некуда, так зачем пытаться?

Вэй Ляо собирался вот-вот сорваться с места и выйти из-под защиты, как вдруг послышался знакомый, спокойный голос:

— Губернатор Провинции, не стоит безрассудно жертвовать собой. Владыка Культа Цинь, разве у тебя нет собственной Книги Жизни и Смерти? Если ты используешь её, разве мы не погасим мощь вражеской?

Цинь Му, казалось, прозрел и обернулся, увидев идущего им навстречу Имперского Наставника. Ступая лёгкой походкой, тот выглядел так, словно что-то планировал.

— Младший брат закончил уединённую тренировку? Слава богу ты выжил после падения Небес Лофу? — увидев неожиданного гостя, Цинь Му успокоился и достал свою книгу, спрашивая. — Где наставник? Почему вы не вместе? Окажись он тут, ему было бы под силу использовать мощь моей Книги Жизни и Смерти…

Имперский Наставник взял книгу и равнодушно ответил:

— Наставник был вынужден уделить внимание ряду неотложных вопросов. К тому же нам не нужна его помощь, ведь я тоже могу использовать Книгу Жизни и Смерти, — не успел он договорить, как из него вырвалась невероятная магическая мощь и развернула книгу, яркий свет озарил Вэй Ляо и остальных скелетов-богов, прежде чем он продолжил. — Младший брат может убрать зеркала.

Цинь Му нервничал и сомневался, но всё же позволил всем вокруг убрать свои зеркала. Он увидел, как в небе носилась другая светящаяся книга, но даже несмотря на то, что её свет освещал собой кости скелетов, с последними было всё в хорошо.

Имперский Наставник и правда сумел использовал мощь Книга Жизни и Смерти, чтобы заблокировать мощь другой!

Книга Жизни и Смерти — сокровище, созданное Чёрным Божеством Минду. Даже Цинь Му не мог использовать хотя бы немного сносно, а если бы ему всё же захотелось, то пришлось бы понять на невероятно глубоком уровне техники и божественные искусства Минду. Он никогда не учил их и именно поэтому не мог решить проблему таким путём.

Однако Имперский Наставник смог, следовательно, возникает вопрос, когда он успел так хорошо понять техники и божественные искусства Минду?

— Знания наставника глубоки и необъятны, поэтому он знает как использовать книгу, — предугадывая вопрос, спокойно говорил Имперский Наставник. — Я же, переняв от него их во время моего двухлетнего совершенствования, теперь в полной мере осознаю, что, понимая сотни вещей, можно понять одну, и понимая лишь одну, можно понять сотни. Контролировать Книгу Жизни и Смерти совсем не сложно.

Внезапно в небе появилась большая рука и попыталась схватить Книгу Жизни и Смерти!

Ладонь пронеслась, порождая тьму, завернувшую в себе артефакт. Со стороны всё выглядело так, словно книга вошла в другое измерение, попадая в другое время и пространство.

— Лоу Юньцюй сделал свой ход, — удивлённо воскликнул Цинь Му. — Они планируют стащить нашу Книги Жизни и Смерти.

Свишь…

Имперский Наставник исполнил колющий выпад рукой и свет меча пронзил тьму.

Цинь Му собирался что-то сказать, как вдруг увидел, что свет также пронзил и руку, а уже в следующий миг отрезал несколько пальцев. Книга была зажата в её ладони, но так-как пальцы были отсечены, она выпала, а рука, искривляясь в болезных конвульсиях, отступила.

Имперский Наставник вернул свой меч в ножны и, выглядя так, словно совершенно не причастен к происходящему вокруг, продолжил:

— Понимая заклятия Юду, не сложно понять заклятия Минду и Фэнду. Все заклятия имеют свою собственную теорию, фундаментальную теорию, что есть не что иное, как Дао. Как только ты поймёшь саму суть Дао и взглянешь ещё раз на Книгу Жизни и Смерти, всё становится предельно ясно и понятно. Её мощь действительно не сложно использовать.

Цинь Му не прекращал удивляться. Имперский Наставник попросту не мог своим мечом проткнуть ладонь, прячущуюся в Минду, а тьма дьявольской Ци, излучаемая ладонью, была именно ею.

Сразившись с Лоу Цяньчжуном, младшим братом Лоу Юньцюя, Цинь Му открыл для себя странность заклятия Минду. До сражения с ним тот нанёс поражение Сю Шэнхуа подобным образом, в то время как ему удалось обезглавить его только из-за своего рождения в Юду, а значит способности входить в Минду, то самое пространство, сформированное дьявольской Ци.

Меч Имперского Наставник не полагался заклятие Юду, но всё же пронзил ладонь. Так что сказанное им, судя по всему, было правдой — он уже понял саму суть Дао!

Заклятия Минду больше не представляли для него секрета!

— Твоё понимания сделало такой скачок всего лишь за два года… — глядя на мужчину изумлённым взглядом, бормотал юноша. — Каким же образованным должен быть наставник, чтобы помочь тебе продвинуться так быстро?

Старейшина деревни взлетел и серьёзно проговорил:

— Имперский Наставник, твои достижения в навыках меча уже далеко превзошли мои.

— Ты льстишь мне, — ответил мужчина, а сразу после поприветствовал. — Старший брат.

Старик разразился жизненной Ци, которая в следующий миг уплотнилась, превращаясь в четыре отсутствующие конечности, и поприветствовал в ответ:

— Старший брат.

Имперский Наставник посмотрел вперёд с удивлённым выражением лица, но сразу же после начал улыбаться. Его улыбка со временем становилась всё шире и шире и в конце концов переросла в освежающий дух, раскатистый сердечный смех, заставляющий всех вокруг почувствовать, словно наступила весна.

Старейшина тоже громко смеялся.

Их, двух Богов Меча смех резонировал посреди места, выглядящего так, словно здесь наступил конец света, и устремлялся вплоть до девяти небес.

****

Находящийся высоко в воздухе Фу Яньци помрачнел и резко отдёрнул окровавленную руку. Что же до пальцев, остался только большой. Прямо сейчас Книгу Жизни и Смерти контролировал именно он, а не Лоу Юньцюй.

Каждый из их троицы смог перенять часть знаний Чёрного Божества. Лоу Юньцюй мог возвращать к жизни мёртвых, и даже если Граф Земли забрал их души, он мог забирать их обратно силой при помощи книги. С другой стороны, Куй Цинпэй при помощи неё обуздал мощь кровавого жертвоприношения и мог расщеплять непосредственно исконные духи и физические тела богов…

Что же до Фу Яньци, при помощи книги он мог гасить огни жизни живых, утаскивая их в Минду. Однако он встретился с Имперским Наставником, полностью неуязвимым к его силе, поэтому попытался хотя бы схватить Книгу Жизни и Смерти Цинь Му. Но разве он мог ожидать, что даже его божественное искусство будет полностью сокрушено и ему также придётся распрощаться с четырьмя пальцами?

Стоящий рядом Лоу Юньцюй поспешно схватил их Книгу Жизни и Смерти, направляя её свет на Имперского Наставника. В следующий миг он, слегка дрогнув в сердце, вполголоса, но с нажимом сказал:

— Наконец появился основатель реформ Вечного Мира!

Превозмогая боль, Фу Яньци взглянул на Книгу Жизни и Смерти, чтобы увидеть имя, появившееся на бумаге.

Глава 673. Заслуга Больше Небес

Лицо Имперского Наставника Вечного Мира появилось в Книге Жизни и Смерти, позади него виднелось его запретное имя — Цзян Байгуй Речной Гробницы.

— Значит вот как зовут Имперского Наставника Вечного Мира.

Фу Яньци держал раненную руку и тяжело дышал от боли. Внезапно он принёс немного своей крови в жертву, записывая имя Имперского Наставника.

Цзян Байгуй Речной Гробницы.

Как только он закончил писать, Книга Жизни и Смерти тут же поглотила божественную кровь. Надпись становилась всё более и более размытой, прежде чем окончательно исчезнуть.

— Книга Жизни и Смерти может регистрировать смерть, и теперь, когда я внёс в неё его имя, его душа и жизнь попались на крючок! — усмехнувшись, проговорил Фу Яньци. — Кровь из моих четырёх пальцев потеряна не впустую!

Цинь Му и остальные поспешно продолжили путешествие. Между тем Лоу Юньцюй и Куй Цинпэй наблюдали за ними, их взгляды были прикованы к Имперскому Наставнику в молчаливом ожидании.

Даже спустя длительное время Имперский Наставник продолжал спокойно идти. Он помогал отбиваться от сильных волн, мешающих продвигаться вперёд.

— Почему его жизнь и душа ещё не ускользнули? — стиснув зубы, Фу Яньци пролил ещё больше божественной крови. Он собирался записать имя Имперского Наставника снова, но Лоу Юньцюй остановил его, качая головой. — Младший брат Фу, этот человек обладает замечательными способностями, заклятия Минду больше не является для него загадкой. Чем больше ты будешь испытывать его на нём, тем лучше он научится их понимать. Теперь, когда у него есть Книга Жизни и Смерти, её нельзя использовать против него.

Фу Яньци прокричал:

— Моя кровь пролилась даром?

Нахмурившись, Куй Цинпэй проговорил:

— В этом мире наши заклятия Минду считаются самыми загадочными, как он сумел их раскусить? Даже несмотря на то, что Имперский Наставник — это лидер реформы Вечного Мира, в столь молодом возрасте он не должен обладать таким невообразимым талантом!

Вздохнув, Лоу Юньцюй ответил:

— Возможно, это эффект поддельных райских небес. Все прошлые райские небеса берут свои корни из того места, поэтому там, вероятно, есть что-то особенное. Я узнал о многих мирах, но только там есть святой, появляющийся раз в пятьсот лет. Нигде больше не встретишь подобной легенды. Возможно, Имперский Наставник — это эссенция судьбы.

Фу Яньци использовал своё совершенствование, чтобы запечатать рану и остановить кровотечение. Нахмурившись, он проговорил:

— Я не буду расчленять себя и перевоплощаться только из-за того, что потерял четыре пальца. Чёрт! Лучше бы я умер, чем потерял пальцы! Давай я отправлюсь и убью их. Я взорвусь и вернусь в Юду!

Лоу Юньцюй смотрел на Цинь Му и остальных, исчезающих вдали. Улыбнувшись, он проговорил:

— Что тебя беспокоит? Просто отпусти их. В этот раз наше задание — принести Небеса Лофу в жертву и вынудить дьявольскую расу бежать в Вечный Мир. Это не оставит им другого выбора, кроме как начать войну. Когда большинство богов и практиков божественных искусств Вечного Мира погибнут, они пробудят каменные статуи, и те окончательно разрушат их мир. Разве мы не находимся в шаге от успеха?

Куй Цинпэй ответил:

— Вторая моя цель — записать то, чему мы научились у реформы Вечного Мира. Всё это — заслуги Имперского Наставника, так что лучший способ это сделать — схватить его.

Лоу Юньцюй добавил:

— Третья цель — это позволить владыке встретиться с Сыном Юду, — он улыбнулся. — Я чувствую, что все три этих задания можно выполнить одновременно. Пусть они продолжают идти вперёд. Как только они доберутся до Верховных Небес Сияния, независимо от превращений их божественных искусств, они окажутся под нашим контролем. Младший брат Фу, успокойся, нам просто нужно тихо ждать.

Три бога Минду стояли в воздухе, не собираясь бросаться в погоню.

Десятки тысяч людей медленно поджаривались под палящим солнцем, их кожа постепенно прилипала к костям. Даже прекрасная бабушка Сы выглядела крайне истощённо. Когда все, включая богов, больше не могли выдерживать, ранения Первого Предка наконец стабилизировались. Это была заслуга исключительной заботы Цинь Му и целителя, позволившей его совершенствованию слегка восстановиться.

Затем Первый Предок исполнил своё божественное искусство создания воды, позволяя всем вокруг вернуть свои жизненные силы.

Мужчина наконец смог идти самостоятельно и больше не нуждался в том, чтобы Пан Юй тащил его на своей спине. Смотря на людей, жадно пьющих воду, принц старой династии всё ещё был немного подавлен.

Увидев Владыку Звезды Семи Убийств, его депрессия только усилилась.

Узнав его, Вэй Ляо проговорил:

— Когда я всё ещё занимал свою должность в династии, мне повезло повстречаться с Вашим Величеством. При жизни я также познакомился с человеком из нижней границы, называющим себя Владыкой Небесного Святого Культа. На вид он был довольно нежным парнем, но на самом деле оказался невообразимо диким. Из его слов я узнал о деянии Вашего Величества и о том, как Вы вывели все расы из ада и показали им путь к выживанию.

Первый Предок грустно ответил:

— Эпоха Императора-Основателя уничтожена, Его Высочества больше не существует. Я просто военный дезертир, так же, как и Император-Основатель. Генерал очень праведный, пожалуйста, не говори больше о прошлом.

Ошеломлённый, Вэй Ляо внезапно улыбнулся и продолжил:

— Ваше Высочество, что Вы думаете о Императоре Людей Цине, ведущих десятки тысяч практиков божественных искусств на пути к спасению? Как вам его героическая затея?

Мрачный настрой Первого Предка исчез, и он повернулся, смотря на Цинь Му:

— Он хороший, добрый ребёнок. Я никогда не встречал человека, который мог был сохранять такой позитивный настрой в столь тяжёлой ситуации. Более того, он обладает великой мудростью и смелостью, а также не боится столкнуться лицом с бедствием. Вокруг него много богов, но именно он сумел вывести всех из отчаяния!

Вэй Ляо продолжил, улыбаясь:

— Но ведь человек, у которого он учится, это ты!

Первый Предок ошарашено покачал головой:

— Не говори глупостей. Я всего лишь военный дезертир. Хе-хе, я сбежал из битвы за Дворец Нефритового Сияния, я сбежал…

— Но ситуация, с которой вы тогда столкнулись, была в сотни раз хуже нынешней! — ответил Вэй Ляо. — Император Людей Цинь ведёт всех прочь из Верховных Небес Императора, пытаясь найти путь к спасению. Несмотря на то, что сейчас здесь сложились ужасные обстоятельства, ситуация всё равно значительно лучше, нежели конец Эпохи Императора-Основателя. Человек, которому он сейчас подражает — это ты, ты, кто вывел бесчисленных слабых, старых, больных и покалеченных сквозь ужасающую эпоху и горы трупов. Ты избежал огромного количества опасностей и даже сражался до смерти, чтобы найти им путь к выживанию, чтобы найти Вечный Мир.

Первый Предок был слегка ошарашен.

Вэй Ляо продолжал:

— Если бы не ты, сегодня бы не существовало Вечного Мира, не произошли бы реформы, и не появилось бы столь огромного количества молодых людей, ярко сияющих своими талантами. Ваше Высочество, даже самый злой человек Вечного Мира будет уважать тебя и называть своим предком. Самый влиятельный человек Вечного Мира тоже один из твоих людей и почитает тебя как Императора Людей. На протяжении последних дней я видел, как Владыка Культа Цинь называет тебя Первым Предком. Даже Имперский Наставник Вечного Мира относится к тебе с уважением. Ты должен знать, насколько высоко они почитают тебя в своих сердцах.

Огромный скелет проговорил, продолжая улыбаться:

— Они относятся к тебе, как к своему ближайшему родственнику. Даже Император Людей Цинь, ведущий десятки тысяч практиков божественных искусств из Верховных Небес Императора, учится у тебя! Они всё время обсуждают реформу Вечного Мира, но где бы сейчас была эта реформа вместе с Империей Вечного Мира, если бы не ты? Ваше Высочество, возможно твои корни и происходят из Эпохи Императора-Основателя, но Эпоху Вечного Мира начал именно ты! Ты видишь лишь пятно на своей жизни и забыл о саженцах, которые оставил после себя. Они уже успели прорости, превращаясь в высокие деревья и густой зелёный лес. Ваше Величество, посмотри вперёд! Твоё пятно очень маленькое, но твоя заслуга больше небес! — улыбался Вэй Ляо. — Мы, умершие старшие братья, наблюдаем за тобой сверху. Друзья Дворца Нефритового Сияния тоже смотрят за тобой. Они надеются, что ты сможешь выбраться и прекратить идти на дно.

По лицу Первого Предка внезапно потекли слёзы.

Между тем впереди появился разрушенный утёс, пропасть под которым была заполнена сломанным пространством. Рассматривая её, Цинь Му и Имперский Наставник увидели, что она состоит из бесчисленных осколков.

Обломки пространства слепились в кучу и сияли всевозможными цветами.

Некоторые из них были чистыми и безупречными, будто голубое небо, молча витая в воздухе. Другие же напоминали сапфировое море, огни, земли или горы.

Однако разрушенное пространство не имело толщины. То есть, если кто-то упадёт, он ничего не ощутит и попросту будет разрезан на мелкие кусочки.

Цинь Му огляделся по сторонам, удивляясь длине разрушенного утёса. Его краёв нельзя было увидеть невооружённым глазом, другой стороны тоже не было видно. Их зрение блокировало слишком огромное количество осколков пространства.

Стекая с утёса, лава тоже исчезала, они понятия не имели куда она течёт после этого.

— Должно быть это огромная дыра, образовавшаяся, когда Великие Руины откололись от Райских Небес и упали, — Цинь Му приказал цилиню остановить экипаж и проговорил. — Я не знаю, как отсюда добраться к Великим Руинам. Но если мы продолжим идти к Верховным Небесам Сияния, то я знаю дорогу.

— Главная проблема как раз и состоит в том, чтобы добраться отсюда к Верховным Небесам Сияния! — бабушка Сы подошла поближе и проговорила своим мягким голосом.

Восстановив запасы жидкости в своём теле, бабушка вернула себе свою несравнимою красоту. Взглянув на неё, Имперский Наставник поспешно отвернул голову, думая про себя: «Я уже женился. Мне нельзя думать о таком!»

Одноногий с невероятной скоростью пробежался вдоль утёса и спустя мгновение вернулся назад, отчего в лица всех вокруг ударил порыв горячего ветра, и тут же сообщил:

— Там есть мост, который, скорее всего, ведёт к противоположной стороне!

Новость удивила всех вокруг. Откуда в таком месте появился мост?

Они поспешно отправились к месту, обнаруженному одноногим, и действительно увидели там мост, ведущий к противоположной стороне. Более десятка нефритовых ивовых ветвей сплелись вместе, формируя строение. Ветви были толщиной с дракона, судя по всему, нашёлся кто-то, сумевший сделать их такими огромными и внушительными!

Переплетаясь, ивовые ветви тянулись к другому берегу. Их корни были вонзены в лаву и поглощали из неё питательные вещества!

Цинь Му тихо спросил:

— Губернатор Провинции Вэй Ляо, это вы построили этот мост?

Вэй Ляо ошарашенно осмотрел строение и покачал головой:

— Я давно умер и ничего не слышал о мосте в этом месте.

Затем Цинь Му повернулся к Пан Юю, который тоже покачал головой:

— Мы сражались с дьяволами на протяжении двадцати тысяч лет, и знаем, что здесь никогда не было моста. Мы даже не обладаем методами постройки мостов из ивовых ветвей.

Мост из ивовых ветвей мог соединить два мира, и, что было самым странным, он избегал всех осколков разрушенного пространства. Он не был прямым, поворачивая и извиваясь вокруг осколков пространства, витающих над пропастью, и предоставляя дорогу к выживанию!

— Какая сложная математика… — Мастер Дао Лин Сюань и остальные старые даосы секты Дао шокировано осматривали изгибы моста. Один из них лихорадочно бормотал. — Их познания поистине высоки. Только это позволило с лёгкостью избежать всех этих хаотично, сложно разбросанных кусков разбитого пространства. Кто построил этот мост? У кого такие высокие познания в математике?

Первый Предок сделал шаг вперёд, чтобы осмотреться, и проговорил:

— Это работа Небесного Наставника, он был здесь и рассчитал для нас путь к спасению. Затем он построил мост из ивовых ветвей. Должно быть, на противоположной стороне находятся Верховные Небеса Сияния.

Цинь Му взволновано проговорил:

— Священный Наставник — это учитель Мастера-Основателя нашего Небесного Святого Культа. Если вы хотите научиться подобной математике, приходите к нашему культу или в Небесную Святую Академию!

Мгновенно помрачнев в лице, Линь Сюань потерял дар речи от обиды. Стоящий рядом с ним старый монах Цзин Мин слегка улыбнулся и подумал про себя: «Теперь ты понял, что Владыка Культа Цинь не такой простой, как кажется?»

Недолго подумав, Линь Сюань обратился к старому даосу рядом с ним:

— Может после возвращения нам стоит поговорить с Императором на счёт открытия академии секты Дао?

Цинь Му отправил человека в разведку. Спустя некоторое время тот вернулся с противоположной стороны моста и проговорил:

— Путь безопасен, с другой стороны мёртвый и тихий мир.

— Это Верховные Небеса Сияния! — воспряв духом, Цинь Му немедленно приказал всем организованно пройти через мост, прежде чем продолжить. — Губернатор Провинции Вэй Ляо, нам повезло находится под вашей защитой во время путешествия. Вы отправитесь с нами в Великие Руины? — улыбнулся он. — Там находится Фэнду, я обещал, что найду там место для вас. Пришло время выполнить обещание.

Обернувшись, Вэй Ляо взглянул на Верховные Небеса Императора. Кивнув головой, он прокричал:

— Умершие братья, следуйте за мной в Фэнду!

Старейшина деревни посмотрел на тысячу скелетов богов и тяжело вздохнул. Заметив это, Цинь Му спросил в недоумении:

— Почему дедушка вздыхает?

— Я думаю о даосе Лин Цзине, который до сих пор плавает на той лодке по Фэнду, — старик вздохнул снова. — Теперь в Великих Руинах появится ещё тысяча богов. Лин Цзин, скорее всего, не сможет купить себе дом, зарабатывая деньги на лодке. Цены на недвижимость резко возрастут…

Глава 674. Падение Верховных Небес Императора

Цинь Му и остальные ступили на мост из ивовых ветвей и направились вперёд. Мост постоянно поворачивал и извивался, казалось этому не было конца. Между тем на всём протяжении пути за его пределами виднелись неисчислимые, сияющие во всех направлениях осколки хаотически перемещающегося пространства. Напоминая зеркала, не имеющие толщины, они раскрывали внутри себя разнообразные странные виды, но какими бы завораживающими они не казались, в них крылась страшная опасность, однако, ивовый мост всегда находил безопасный путь.

Один из практиков остановился и посмотрел вниз, так ничего там и не увидев, только ещё больше осколков пространства.

— Не клевать носом, каждый шаг должен быть предельно осторожным! — раздался командный голос Пан Юя. — Если упадёте, то погибнете непогребёнными. Даже мне не удастся отыскать ваш труп!

Они шагали ещё некоторое время, прежде чем смогли разглядеть конец пути.

Цинь Му ступил на твёрдую землю и, осмотревшись, расплылся в довольной улыбке. Они действительно добрались до Верховных Небес Сияния. Во время недавней погони Красного Божества Ци Сяюй за ним и Буддой Сакрой ему удалось вернуться обратно в Великие Руины именно через это место…

Более того, Великие Руины, падая в прошлом с райских небес, пробили Верховные Небеса Императора и образовали пространственную трещину совсем недалеко отсюда!

Остальные тоже ступили на твёрдую землю и осмотрелись вокруг. Перед их взорами раскинулся пустынный пейзаж в виде земель, чернильно-чёрного цвета, и диких ветров, терзающих окрестности, а также несметного количества костей, сбивающихся ветрами в катающиеся туда-сюда комья.

Кряк, треск, скрип, тук… Кружащиеся, подобное перекати-полю, белые костяные шары служили Верховным Небесам Сияние уникальной декорацией.

Время от времени ветер останавливался и белые кости рассыпались на землю в разные стороны, в то время как бесчисленные скелеты начинали ползать, ища недостающие конечности. Некоторые даже начинали сражаться из-за костей ног…

Внезапно скелеты заметили гостей и повернулись к ним.

Ощутив в сердце сдавливающее чувство, каждый присутствующий собрался было занять оборонительную позицию, как вдруг Цинь Му поспешно сказал:

— Не нервничайте, они просто никогда прежде не видели людей и любопытствуют. В действительности они очень милые и совершенно не опасные.

Несколько храбрых скелетов подошли потрогать одежду практиков божественных искусств, а самые смелые из них даже начали щипать девушек за щёки.

Цинь Му достал из своего мешочка таотэ несколько наборов одежды и подарил их нескольким скелетам. Те одели её и, несказанно радуясь, убежали прочь, другие же ощутили укол зависти и погнались за ними.

— Кажется в земле совершенно нет питательных веществ, — проговорив, бабушка Сы посадила в землю несколько трав, которые моментально завяли, и покачала головой.

Глубоко вдохнув, Сан Е сказал:

— А ещё в воздухе нет духовной энергии. Живому здесь не выжить, только скелетам.

— Верховные Небеса Императора падают! — внезапно выкрикнул кто-то.

Сердца всех присутствующих неистово содрогнулись, и они тут же обернулись взглянуть туда, откуда пришли. Там виднелись осколки разрушенного пространства, двигающиеся в абсолютно случайных направлениях, а также, где-то совсем далеко, время от времени разлетались снопы искр, за которыми можно было едва различить Верховные Небеса Императора.

Причина, по которой они не смогли разглядеть Верховные Небеса Сияния через осколки пространства заключалась в том, что те были крайне блеклыми. Однако Верховные Небеса Императора, напротив, прямо сейчас бурили крайне ярким морем лавы.

Именно поэтому Небеса Императора можно было увидеть, а Небеса Сияния — нет.

Верховные Небеса Императора накренились в сторону, постепенно увеличивая градус. Казалось, они собирались обрушиться на разрушенный утёс!

— Разрушенный утёс — что за место? — спросил Пан Юй.

Цинь Му тихо ответил:

— Вечный Мир, хотя нет, сейчас уже Великие Руины.

Каждый присутствующий ошеломлённо застыл. Если Верховные Небеса Императора обрушатся на Великие Руины, разве не произойдёт очередная катастрофа?!

— Выходцы Минду действительно безжалостные! Не оставляют нам шансов!.. Нужно поспешить. Если мы не успеем вернуться в Великие Руины перед тем, как Верховные Небесами Императора упадут, нас ожидает жалкий конец!

— За мной, — выкрикнув, Цинь Му повёл всех в сторону трещины в пространстве. Следуя за ним, они видели бесчисленных подбегающих скелетов, протягивающих свои костлявые руки, прося одежду.

Если у кого-то находился запасной комплект одежды, то они дарили его им, и те убегали, радуясь, словно дети малые. Среди толпы скелетов особо сильно выделялся скелет крепкого телосложения, явно мужчина, но носящий женскую одежду… смотреть на то, как он ею хвастается перед остальными было действительно неловко.

Спустя некоторое время суеты они наконец добрались к трещине, которая выглядела как бездна, и, заглянув в неё, увидели смертельно опасные осколки пространства. Однако там было гораздо безопаснее, чем на дороге от Небес Императора до Небес Сияния.

Осколки находились не слишком близко друг к другу и можно было даже разглядеть слегка различимый пейзаж Великих Руин.

В прошлый раз Цинь Му использовал Таинственный Нож Казни Бога, чтобы прорезать себе путь через осколки, но сейчас глядя вниз он видел безопасный проход. Кто-то использовал свой топор, рассекая на двое разрушенное пространство и создавая проход протяжённостью в километр без единого осколка рядом.

«Работа Святого Дровосека! — расслабился Цинь Му. Святой Дровосек, судя по всему, опередил их, сначала построив мост, а затем открыв проход. Однако его мучал вопрос, почему тот ушёл и не помог им непосредственно. — Если брать в учёт способности Святого Дровосека, разве ему нужно было тратить столько усилий на постройку моста? А также раскалывать пространство на двое? Разве он не мог пройти, полагаясь просто на свои силы?»

Каждый взмыл в небо, ныряя в разрушенное пространство. Пройдя через него, перед их взорами, внизу возникла наиболее величественная постройка Великих Руин.

Южные Небесные Врата!

Южные Небесные Врата Райских Небес Императора-Основателя!

В небе над вратами появились десятки тысяч спускающихся и приземляющихся друг за другом фигур…

Цинь Му поднял взгляд, чтобы посмотреть на небо. Проход Верховных Небес Сияния практически нельзя было заметить, если бы не едва заметные красновато-оранжевые огни, источником которых были Верховные Небеса Императора!

— Все, уходим как можно быстрее к ближайшему городу, здесь нельзя оставаться! — кричал стоящий на вершине Цинь Му. — За мной!

Все попытались угнаться за ним, между тем оранжевость в небе постепенно становилась всё более и более заметной. Верховные Небеса Императора падали под углом через разрушенную скалу на Великие Руины!

Даже не имея возможности наблюдать ситуацию на Небесах Императора сквозь глубины пространства, Цинь Му всё же мог представить, насколько ужасающим и величественным должно было быть то место!

В конце концов падали не только Небеса Императора, но и Небеса Лофу, ранее поразившие город Ли. Бурлящая лава двух падающих небес определённо сможет пробить небо и упасть на Великие Руины.

Они поспешно прилетели к ближайшему местному городу и вошли внутрь. Затем Цинь Му увидел мужчину с тремя лицами и почувствовал, как его волосы встали дыбом.

— Фу Жило, — воскликнул Пан Юй, находящийся позади, а уже в следующий миг к небу вздыбился плотной поток убийственной ауры!

Донн… Послышался звон доставаемых из ножен ножей. Десятки тысяч практиков, среди которых были и боги, обнажили свои духовные и божественные оружия. Они все как один полыхали воинственным духом, но всё же посматривали на Фу Жило нервными взглядами.

Бесчисленные города Великих Руин соединяли Великие Руины с Вечным Миром и прочими важными местами Западных Земель, но дьяволы всё же появились здесь. Среди них также были и дьявольские боги. Когда представители дьявольской расы увидели гостей, они начали нервничать и пробудили свои духовные оружия и оружия дьявольских богов, готовые в любой момент вступить в бой!

Цинь Му протянул руку, доставая маленький футляр. Его руки начали быстро двигаться, распечатывая гроб, в то время как в глубине его глаз мерцал свирепый огонёк.

— Фу Жило, — заговорил он, — тебе действительно удалось тайно привести сюда дьявольскую расу, но знаешь… Великие Руины — моя земля, и я не позволю тебе здесь бесчинствовать!

Обе стороны полыхали боевым, воинственным духом. Яростное противостояние должно было вот-вот разразиться свирепым вулканом, но прямо в этот момент из-за спины Фу Жило вышел Святой Дровосек и спокойно заговорил:

— Ученик, убери оружие. Я спас Фу Жило c его людьми и уже договорился с ними. Фу Жило и его армия подчинится Вечному Миру.

— Что?! — вдруг выкрикнул Сан Е. Богов и практиков божественных искусств Верховных Небес Императора переполняла злость, а их глаза кипели яростным недовольством. — Дьяволы вторглись в наши Верховные Небеса Императора! Скольких наших сыновей и дочерей нам пришлось потерять?! Вражда между нами также глубока, как самое глубокое море, поэтому мы никогда не сможем существовать вместе! Мы, практики Верховных Небес Императора, никогда не прекратим враждовать с дьявольской расой!

Пан Юй сквозь стиснутые зубы процедил:

— Небесный Наставник, будучи нашим Небесным Наставником, ты отправился спасать не наших людей, а дьяволов. Мне следовало бы разорвать все связи с тобой! Я, солдат Верховных Небес Императора, никогда не разделю одно небо с дьяволами!

Святой Дровосек слегка нахмурился и сказал:

— Я думаю о будущем. К тому же я знал, что вы, ребята, сможете спастись, ведь с вами находилось два моих ученика. Поэтому я отправился спасать дьявольскую расу. Уважаемый Король Фу Жило перешёл от тьмы к свету…

Цинь Му тоже нахмурился. Хотя он и понимал, насколько хорошей была идея Святого Дровосека с глобальной точки зрения, но тот всё же не стал считаться с чувствами своих людей, человеческой расы, которая сражалась против дьяволов на протяжение двадцати тысяч лет. Ненависть в их сердцах было невозможно отринуть, и даже несмотря на то, что он был Небесным Наставником Эпохи Императора-Основателя, он ничего не мог с этим поделать…

Спасение дьявольский расы было величайшим предательством по отношению к жертве Верховных Небеса Императора!

Буум!..

Небо Великих Руин, освещаемое невероятно интенсивным светом, внезапно неистово содрогнулось. Цинь Му поднял голову и посмотрел на падающие Верховные Небеса Императора.

Город обуял хаос паникующих людей. Под непрекращающиеся вопли Святой Дровосек крикнул:

— Все, не нужно паниковать! Это Райские Небеса Императора-Основателя, поэтому они не смогут нанести урон нашим землям, даже если упадут сюда!

Цинь Му, старейшина деревни и остальные тоже делали всё возможное, чтобы успокоить паникующих людей. Между тем Верховные Небеса Императора становились всё больше и необъятнее, всё ярче и ослепительнее, и, в конце концов, величественный мир лавы спустился с неба, оказываясь практически у поверхности Великих Руин.

Древние боги внезапно начали излучать пульсирующий свет, устремляющийся в небо. Древние руины тоже пульсировали, да так, что даже боги содрогались…

Божественный свет, напоминающий смесь солнечного и радужного, моментально проник во все уголки Великих Руин.

Руины полыхали невообразимой мощью, а ближе всего к ним располагались Южные Небесные Врата. Какофония голосов неисчислимого множества богов доносилась от них, и даже несмотря на то, что они звучали достаточно мягко, мощь, которую было сложно вообразить, изливалась наружу волнами.

Верховные Небеса Императора столкнулись с всевозможными видениями Великих Руин и начали постепенно замедляться. В конце концов мир лавы мягко приземлился на землю и скользнул в южно-западном направлении, окончательно останавливаясь у истока реки Вздымающейся.

В небе появились другие Небеса — Лофу, торчащие из центра Небес Императора. Вместе они формировали собой неправильный крест.

Гравитационное и магнитное поля Великих Руин пришли в беспорядок. Сила притяжения Верховных Небес Императора и Небес Лофу подхватила многочисленных людей и странных зверей, не оставляя им выбора, кроме как барахтать ногами и руками, падая на них, но в этот момент волны света пронеслись мимо и гравитационно-магнитные аномалии прекратились, в то время как все вокруг плавно приземлились обратно на ноги…

Между тем когда ослепительный свет пронёсся по Небесам Императора и Лофу, он заставил их охладеть достаточно быстро, чтобы это можно было наблюдать невооружённым взглядом, поэтому невыносимый жар, распространившийся по Великий Руинам, моментально рассеялся.

Святой Дровосек обратился ко всем:

— Мы на Райских Небесах, Верховные Небеса Императора и Небеса Лофу не навредили нам! Чего и следовало ожидать.

Никто не обращал на него внимания.

Святой Дровосек открыл рот, но так и не продолжил, а просто замер, стоя в тишине.

Первый Предок Императоров Людей подошёл сбоку и спокойно произнёс:

— Небесный Наставник, иногда вещи, абсолютно рациональные для тебя, не могут быть поняты другими.

Святой Дровосек на миг продемонстрировал сложное выражение лица, но быстро вернулся к норме и, окинув мужчину взглядом, улыбнулся:

— Принц Цинь У, ты наконец повзрослел. Я очень рад видеть, что ты вышел из своей тени армейского дезертира.

Первый Предок всё ещё казался в некотором роде депрессивной личностью и выглядел болезненно, но его распирала сущность, дух и Ци. Полностью отличаясь от себя прошлого, он продолжил:

— Что насчёт тебя, Небесный Наставник? Непонимание со стороны своих оставит на твоём сердце тень?

Святой Дровосек равнодушно ответил:

— Даже несмотря на то, что в твоих техниках фигурируют такие слова, как «священный» и «сердце», тебе никогда не достичь широты моего ума. Мнения других не могут повлиять на меня.

Глава 675. Новоиспечённые Райские Небеса

— Дорога, ведущая от Западных Небес к Средиземью была разрушена Верховными Небесами Императора. Если власть Вечного Мира не сможет дотянуться к Западным Землям, те начнут мятеж. Поэтому нам нужно пробиться сквозь Верховные Небеса Императора построив тоннель или портал.

Цинь Му, Имперский Наставник, Линь Сюань и остальные эксперты, владеющие математикой, собрались вместе, чтобы оценить масштаб вреда, принесённый Верховными Небесами Императора. Все громко размышляли, когда Цинь Му подытожил:

— Выковать построение мгновенного перемещения недорого, но поддержка его работы будет требовать огромного количества медицинских камней. Строительство тоннеля, с другой стороны, будет стоить намного дороже, но после завершения работа расходы будут небольшими.

Мастер Дао Линь Сюань добавил:

— Упавшие Верховные Небеса Императора протянулись с юга на север и отрезали Вечный Мир от Западных Земель. Они сильно повлияют на водоёмы, циркуляцию воздуха, дожди и снегопады. Мы должны подсчитать всё это заново.

— Мы должны определить которые места изменятся сильнее всего, будет ли создан пустынный климат. Сейчас нам нужен король драконов, чтобы тот помог избежать появления пустыни, — проговорил Сюй Шэнхуа.

Лин Юйсю добавила:

— Кроме этого, нам нужны Графы Ветра и Мастера Дождя, контролирующие ветер и дождь!

Немного поразмыслив, Имперский Наставник Вечного Мира проговорил:

— Несмотря на то, что аномалии магнитного поля Вечного Мира уже взяты под контроль, Верховные Небеса Императора и Небеса Лофу до сих пор обладают магнетическими силами, так что нам нужно изучить их влияние на окружающую среду. Вычисляя водоёмы, атмосферу и осадки, стоит учитывать эти силы и наблюдать за тем, как они повлияют на землетрясения.

Подземные Путники живут под Вечным Миром, они являются потомками расы Владык Земли и подчиняются приказам Императора-Основателя. Му’эру вместе с Первым Предком стоит их навестить, — проговорил старейшина деревни.

Ван Мужань добавил:

— Водяной туман происходит от моря, так что нам нужно назначить чиновников, которые будут следить за поведением моря и туманов, только в таком случае ветер и дожди будут находиться под контролем. Также нам стоит наблюдать за штормами и волнами, чтобы обеспечить безопасность рыбацких судов.

— Проект очень масштабный, так что нам нужны умелые математики, для распоряжения имперской казной. Нам нужен бог богатства, искусный в подсчётах!

— Учитывая количество задач, нам также понадобится бог кораблей, контролирующий отправку судов. В море живут гиганты Кунь, Император Людей может их пригласить. Вот только мы понятия не имеет кто возглавляет их клан сейчас.

— Ещё нам нужен Бог Небесных Работ, чтобы возглавить создание сокровища для подавления воли Верховных Небес Императора и Небес Лофу, а также ковку всевозможных божественных сокровищ и оружий для постройки дорог!

— Необходимо также контролировать эпидемии и болезни, поэтому нам нужен Король Лекарств!

— Для контроля огня и вызванных им стихийных бедствий нам понадобится Бог Огня!

…

Все были поглощены сложной и длинной дискуссией. Спустя некоторое время они закончили строить планы касательно упавших Верховных Небес Императора и придумали всевозможные должности для богов. Так как цилинь обладал высокими познаниями в математике, он тоже принимал активное участие, и внезапно спросил:

— Владыка Культа, Имперский Наставник, мы что, создаём ещё одни райские небеса?

Цинь Му и Имперский Наставник Вечного Мира ошарашенно замерли, прежде чем торопливо полистать записанные ими должности богов. Разве те не соответствовали должностям на новоиспечённых райских небесах?

Разве должности, которые они разработали, не были важными частями устройства райских небес?

Они формировали базовую структуру райских небес!

Имперский Наставник Вечного Мира покачал головой:

— Пока ещё нам рано создавать райские небеса.

Кивнув головой, старейшина деревни добавил:

— Не стоит провозглашать себя королевством до того, как будут построены крепостные валы и наполнены хранилища запасов. Пока что мы всего лишь разделим обязанности, и не будем создавать должностей для богов. Никто не будет рассказывать о наших планах, пусть правда будет известна только нам.

Все вокруг кивнули.

Они не понимали, что в этот миг они вершили масштабную историю. Без Императора Яньфэна, в своей дискуссии они приоткрыли завесу будущего.

Возможно, спустя много лет они вспомнят сегодняшнее происшествие и будут растроганы. Но вот никто из них не знал, чего ждать от будущего.

Имперский Наставник проговорил:

— Объем предстоящих нам вычислений слишком большой, мы не справимся в одиночку. Как только мы окончательно решим, что делать, я доложу Императору, пусть он призовёт всех талантливых людей, чтобы мы вместе принялись за работу.

— А что насчёт богов Верховных Небес Императора и дьявольских богов? — кто-то внезапно спросил.

Все нахмурились, понятия не имея что ответить.

Между Верховными Небесами Императора и дьявольской расой бушевала ненависть, которую нельзя было унять. Истинный бог Пан Юй и остальные не постеснялись даже разрывать свои связи со Святым Дровосеком и твердили, что ни за что не будут существовать с дьяволом под одним небом. Это явно свидетельствовало, что их ненависть была выше небес и глубже моря.

Немного поразмыслив, Цинь Му проговорил:

— Пусть Народ Верховных Небес Императора живёт в Великих Руинах. Великие Руины и Вечный Мир находятся не под одним и тем же небом. Фу Жило и остальные дьяволы пусть остаются в снежных равнинах севера. Чем дальше они от Великих Руин, тем лучше.

— Нам не остаётся ничего другого, — кивнул Имперский Наставник.

Из-за падения Верховных Небес Императора внимания требовали слишком много вещей. Огромное количество проектов ожидали своего времени, нужно было выковать сильное божественное оружие для предотвращения землетрясений, усмирения вулканов, направления тумана и успокоения ветра и волн.

Цинь Му никогда раньше не занимался чем-то подобным.

— Мы всё-таки нуждаемся в Святом Дровосеке, — проговорила бабушка Сы. — Он единственный человек в мире, обладающий нужными знаниями.

Цинь Му согласился. Найдя Святого Дровосека и Первого Предка, он рассказал им о возникших идеях. Святой Дровосек улыбнулся в ответ:

— Я ждал пока ты это скажешь. Теперь можно встретиться с Императором Яньфэном.

После прибытия в столицу Цинь Му достал Печать Императора Людей и исполнил её силу. Все расы мира тут же почувствовали её зов, и спустя десяток дней Подземные Путники, Демоническая раса Пяти Бессмертных, раса Кунь, раса Крыльев, Морское Племя, раса Чёрной Черепахи и остальные поспешно прибыли в город.

Столицу поглотила необычайная суматоха.

Каждая раса чувствовала лишь зов Императора Людей. Они подчинялись именно ей, а не человеку, поэтому смотрели на всех не слишком приятными взглядами. Даже Император Яньфэн не стал исключением.

Новым вождём Подземных Путников стала жена Тусин Фэна, она оказалась невысокой женщиной, ростом не выше колен Цинь Му, а на её бороде виднелась густая щетина. Будь она повыше, то обладала бы довольно внушительным видом.

Кроме того, Мадам Ту была женщиной с безграничной физической силой. Она вежливо обходилась с Цинь Му, но не прекращала бросать на старейшину злобные взгляды.

Женщина всё время называла Императора Яньфэна «Императором Деревенщин», отчего тот впал в ярость и начал дрожать от злости. Его руки непрерывно вздымались, записывая все случаи, когда он хотел её казнить.

Из пяти бессмертных, Бессмертная Ива, Жёлтый и Белый Бессмертные погибли в бою с Высшими Небесами, и теперь вместо них пришли новые старейшины. Ху Лин’эр прибыла вместе с Бессмертной Лисой.

Старейшина Чёрная Черепаха также погиб в бою, и теперь вместо него пришёл удивительный, но в то же время невероятно медленный мужчина. Его звали Сюань Уцзин, и будь то прогулка или разговор, его скорость была в несколько раз ниже, чем у других.

Разговаривая с ним, Император Яньфэн невероятно страдал.

Более того, Король И и Король Кунь были старыми друзьями и недолюбливали старейшину деревни, который слишком часто пользовался Печатью Императора Людей, чтобы призвать их на Верховные Небеса Императора.

Тем не менее, когда старейшины различный рас увидели Первого Предка, они тут же вести себя крайне уважительно.

Император Яньфэн также пригласил посланника Багрового Света, и к ни лично явился Чи Си. Посланником дьявольской расы стал Чжэ Хуали, Фу Жило не пришёл.

Большинство людей Верховных Небес Императора остались на Верховных Небесах, даже истинный бог Пан Юй отказался приходить. Он отправил на встречу свою ученицу Юй Хэ.

На протяжении последних нескольких дней Цинь Му, Император Яньфэн, святой Дровосек и Имперский Наставник заканчивали работу над планом. Император разделял различные дворцовые обязанности и назначил огромное количество новых чиновников. Он отменил несколько старых должностей и добавил много новых.

На встрече произошло много всего, всплыло огромное количество разных мелочей. Повышение чиновников и испытание их способностей требовало личного присутствия Императора, поэтому процесс продлился больше месяца.

Помимо представителей различных рас, немой, целитель и остальные получили официальные должности, в то время как семья Сы Небесного Святого Культа стала ответственной за использование имперской казны. Сы Юньсян довольно долго пребывала вне себя от радости, в то время как Ху Лин’эр чувствовала глубокое разочарование.

Тем не менее, Цинь Му использовал своё положение и договорился, что Ху Лин’эр будет контролировать Сы Юньсян и не давать ей наполнять свои карманы или использовать имперские деньги для расходов Небесного Святого Культа. После этого восторг Сы Юньсян слегка угас.

План, разработанный Цинь Му и святым дровосеком, состоял в том, чтобы передать переложить всю ответственность и хлопоты на Императора Яньфэна. Закончив, тот был ужасно истощён, тем не менее, к нему всё ещё приходили послания с требованием денег.

Голова мужчины опухла. Подозвав к Себе Чи Си, он решил поучить искусство трёхглавого, шестирукого тела:

— Таким образом я смогу быстрее читать послания.

Чи Си улыбчиво ответил:

— Если Ваше Величество хочет совершенствовать шесть рук и три головы, Вам стоит посоветоваться с Императором Людей Цинем. Сын Бога говорил, что его достижения уже достигли области Императорского Трона.

Подпрыгнув от шока, Император пригласил Цинь Му во дворец.

— Ваше Величество, две техники Императорского Трона — Бессмертное Сознание Бога и Таинственные Писания Бесстрастного Бога уже есть в Имперском Колледже и четырёх великих академиях, — улыбчиво проговорил Цинь Му. — Для совершенствования этих двух техник, человек должен иметь высокие достижения в области божественных искусств. Сейчас я собираю практиков, чтобы изучить их детальнее и заполучить нужные искусства создания. Это позволить совершенствоваться с двойной скоростью.

Императора Яньфэн расслаблено отложил послание в сторону и улыбчиво проговорил:

— Иди за мной.

Цинь Му вышел с ним из императорского кабинета, обнаруживая, что на улице была поздняя ночь. Император всмотрелся в небо и долго молчал.

Цинь Му тоже уставился в небо, наполненное сияющими звёздами, заметив, что одна из них невероятно бросалась в глаза. Это была звезда Багрового Света.

Несмотря на то, что, спокойно витая в небе, она была размером с мандарин, её не хватало небольшого кусочка.

— Министр Цинь, Верховные Небеса Императора могут восстановиться? — Посмотрев на запад резко спросил Император.

На западе лежали Великие Руины, погружённые во тьму. Тем не менее, из-за сияния Небес Лофу и Верховных Небес Императора там было светлее, чем обычно. Даже из столицы можно было разглядеть яркий свет в небе над Великими Руинами.

— Могут, — на мгновение задумавшись проговорил Цинь Му. — Но на это потребуется много времени. Духовная энергия Верховных Небес Императора ещё не исчерпалась полностью, и даже несмотря на то, что энергия Небес Лофу закончилась, они всё же находятся в Великих Руинах и смогут быстро восстановиться. Нам лишь нужно несколько Пастухов Солнца, которые будут ходить по их землях на своих Кораблях Солнца и освещать их солнечным светом. Тем не менее, для полного восстановления духовной энергии потребуется около десяти лет.

Император Яньфэн улыбчиво ответил:

— Начнём с посадки саженцев. Я слышал, что Пастухи Луны вымерли, ты не смог бы найти несколько новых для контроля Корабля Луны?

Немного колеблясь, Цинь Му ответил:

— В Великих Руинах должны быть потомки Пастухов Луны. Министерство Доходов случайно не проводило переписи людей Великих Руин?

— Проводило. В таком случае, пусть Министерство Доходов занимается этим вопросом. Они найдут потомков Пастухов Луны и прикажут им продолжить работу своих предков.

Повернув голову, Император Яньфэн посмотрел на Цинь Му и улыбнулся:

— Министр Цинь, не пора ли тебе жениться? У тебя на уме есть какая-то девушка?

Юноша ответил:

— В мире ещё не наступил мир, как я могу думать о женитьбе и спокойной жизни?

Едва не подавившись до смерти, Император Яньфэн поспешно махнул рукой:

— Свободен.

Цинь Му тут же послушно ушёл.

Император Яньфэн покачал головой и повернул взгляд на Лин Юйсю, бегущую вслед за Цинь Му:

— Как такой умный человек может быть таким дураком в отношениях?

Глава 676. Старец-Рыболов у Холодного Пруда

«Император поручил Хранительнице Солнца охранять Верховные Небеса Императора, пожалуй, тогда я навещу племя Пастухов Солнца!» — с такими мыслями Цинь Му покинул дворец и, подозвав цилиня, отправился к Великим Руинам.

Шесть дней спустя он добрался до Колодца Солнца и встретился с Янь Цзинцзин. Спустя несколько лет разлуки она уже выросла, становясь очаровательной во всех отношениях. А когда она услышала о его прибытии, то моментально выбежала на встречу с радостной улыбкой:

— Братец, пасущий коров, взгляни на мои ноги, они полностью исцелились!

Цинь Му взглянул на Янь Цзинцзин, одетую в свободные одежды. Её верхний наряд, свисающий до самой земли, скрывая ступни, имел светло зелёный цвет, а на нижнем был вышит трёхлапый ворон.

Если смотреть на стиль и пошив, это должна была быть ручная работа Юй Чжаоцин. Племя Пастухов Солнца сделало одолжение расе Небесного Пера, поэтому даже несмотря на то, что последние осели в Вечном Мире, две семьи часто контактировали.

Янь Цзинцзин оттянула один край своей юбки в бок и приподняла другой, чтобы показать свои белоснежно-белые, деликатные ноги. Поскольку она не носила длинных панталонов, раскрывшийся вид не мог не радовать юношеский взгляд…

Однако Цинь Му согрешил лишь несколькими неправильными мыслями, прежде чем выбросить их из головы. Он уже и раньше осматривал ноги Янь Цзинцзин и даже несколько раз прикасался к ним, поэтому у него были некоторая выдержка и самоконтроль к таким вещам.

— Покажи мне другую ногу, мне надо убедиться, что они растут одинаковыми, — сказал Цинь Му.

Янь Цзинцзин всё ещё придерживала одной рукой задранную сторону юбки, когда второй задрала другую.

Цинь Му присел для осмотра. Видя обе ноги одновременно, он не сумел найти различий и подтвердил:

— Они действительно исцелились.

Вдруг послышался частый кашель только что вошедшего Вождя Пастухов Солнца:

— Кхм, кхм, кхм, Хранительница Солнца, опустите свою юбку. Вы перед посторонним.

Янь Цзинцзин поспешно послушалась, слегка разрумянившись в щеках. Цинь Му смущённо встал, обнаруживая Святого Дровосека, стоящего позади Вождя. Поскольку последний был огромным, коренастым мужчиной, он не сразу заметил первого.

Святой Дровосек вышел вперёд и еле заметно, но двусмысленно улыбнулся.

— Зачем сюда пожаловал наставник? — не подавая виду спросил Цинь Му.

— Корабль Солнца был спроектирован мною, — улыбнувшись, заговорил Святой Дровосек. — А пришёл я сюда за своими чертежами, чтобы передать их Вечному Миру. Небесным Ремесленникам Вечного Мира должно быть под силу создать несколько Кораблей Солнца и Луны.

— Мы мыслим одинаково, — с улыбкой заговорил Цинь Му, — только я планировал разобрать на части этот Корабль Солнца, чтобы составить по нему подробный чертёж для дальнейшего дублирования. К счастью, наставник оказался на шаг впереди меня, и теперь мне не придётся возиться с рутинным разбором.

Вождь, чьё лицо ещё миг назад было красным, а уже сейчас почернело до цвета угля, словно внезапно потухшее солнце, подумал про себя: «Разобрать наш корабль на части? При прошлом твоём визите ты „разобрал на части“ наше солнце! К счастью, ты смог выловить ещё одно, но ты планировал также разобрать на части наш корабль?..»

Святой Дровосек направился к Кораблю Солнца со словами:

— Корабль Солнца не слишком сложно сконструировать, но с текущим фундаментом Вечного Мира никому не под силу разработать такой огромный артефакт. Скорее всего я единственный, кто способен на это, но я всё же не ровня кое-кому в навыке ковки!

Цинь Му, ощутив учащённое сердцебиение, спросил:

— Может ли быть, что этот «кое-кто» — Будда?

Святой Дровосек встал рядом с Кораблём Солнца и взглянул вниз:

— Во времена, когда я ещё преподавал, он не был монахом. Но погрязнув в проблемах дел сердечных, он решил пойти по пути буддизма, становясь младшим братом Будды Брахмы. Он тот, кто разработал деревню Беззаботную… В колодцах всё ещё имеется достаточно много солнц, мы можем создать для них корабли уже сейчас.

— Я виделся с Буддой Сакрой. — заговорил Цинь Му. — Его преследует Красное Божество Южных Небес Ци Сяюй.

Святой Дровосек удивлённо спросил:

— Преследование? Ну и поделом. Хотя, скрываясь в Царстве Будды, Красному Божеству не наложить на него своих рук. Просто из любопытства, что на этот раз?

— Набедокурил, — Цинь Му выглядел так, словно совершенно не был причастен к произошедшему. — Он перевернул Царство Будды верх дном и перебил всех шпионов, подсаженных туда Райскими Небесами. А ещё создал там маленькое Юду, поэтому Будда Брахма был вынужден его изгнать, после чего Красное Божество воспользовалась возможностью погнаться за ним.

— Вот как. Будучи молодым и красивым, ему удалось прославиться этим на всю Эпоху Императора-Основателя. Не удивительно что он приглянулся Красному Божеству. Красота всегда всему виной, — подытожив, Святой Дровосек подозвал чёрного тигра и передал ему чертежи со словами. — Отнеси их в столицу и передай Императору.

Черный тигр кивнул и умчался прочь.

Святой Дровосек перевёл взгляд на Цинь Му, прежде чем продолжить:

— Красота — источник всех проблем, что есть прописная истина. Он был слишком красив, поэтому нравился многим женщинам. Тебе стоит быть осторожнее.

— В таком случае получается, — юноша, казалось, оживился, — я тоже очень красивый…

— Ты выглядишь обычно, красивым тебя точно не назовёшь. Проблема в другом — куда не пойди, ты всегда оставляешь незавершённые отношения, — этими словами Святой Дровосек вылил на разгорячённую голову Цинь Му ушат холодной воды, а затем сразу же, как ни в чём не бывало продолжил. — С такими примерами, как Сакра и целитель, тебе стоит вести себя осмотрительнее. Девочка, пойдём к человеку, который выловит для нас солнца.

Янь Цзинцзин утвердительно кивнула и последовала за ним, в то время как Цинь Му составил им компанию.

Святой Дровосек покинул Колодец Солнца. Снаружи высоко в небе зависло солнце, но из-за Небес Лофу, частично загораживающих его собой, небо было слегка тусклым.

— Смертное имя Будды Сакры — Ли Южань, но после того, как его любовные отношения с Красным Божеством потеряли былой запал, он подался в буддизм и продемонстрировал корень мудрости, после чего Будда Брахма нарёк его Сакрой. После того, как Эпоха Императора-Основателя была стёрта с лица земли, он выковал корабль, чтобы отправить своих людей, Божественную Расу Небесных Работ, в деревню Беззаботную. Но затем на него вышла Красное Божество. Он испугался, что она навредит его людям, поэтому решил выманить её, используя себя в качестве наживки. Однако… — немного погодя вздохнув, Святой Дровосек продолжил. — Позже он вернулся, обнаруживая, что корабль был разрушен, а его люди мертвы, и подумал, что это было дело безжалостных рук Красного Божества, полностью впадая в уныние. А после того, как Красное Божество услышала, что он стал Буддой, она заявила, что как только он покинет Царство Будда, она убьёт его. Тот корабль носит имя — «Ковчег Парамиты» и находится прямо в Великих Руинах.

Цинь Му и Янь Цзинцзин слушали, словно загипнотизированные.

— Так его людей убила Красное Божество? — вдруг спросила Янь Цзинцзин.

— Понятия не имею, — покачал головой Святой Дровосек. — Во время хаоса войны, могло произойти что угодно.

— Я бывал в Ковчеге Парамиты, — заговорил Цинь Му. — Раньше я думал, что это деревня Беззаботная, но побывав там, понял, что был не прав. Кто-то запечатал Ковчег Парамиты, оставляя выживших в ловушке внутри. Божественной Расе Небесных Работ пришлось потратить двадцать тысяч лет, чтобы прорваться через печать, но уйти живым удалось лишь одному ребёнку.

Выслушав сказанное, Святой Дровосек покачал головой со словами:

— В таком случае вся вина лежит на Ли Южане, ему стоило внимательнее проверять, а не торопиться попасть на Небеса Брахмы. В конце концов тот выживший ребёнок рос, изо дня в день валясь в грязи предоставленный самому себе… он был бесчисленное количество раз обманут, выдавая множество секретов. Разочаровавшись в окружающих, он закалил своё сердце и отрезал язык, в страхе взболтнуть лишнее.

Цинь Му молчал.

— Он был последним истинным Небесным Ремесленником, — продолжил Святой Дровосек, — и несмотря на то, что он отрезал свой язык, люди вокруг по-прежнему дурили его. В итоге он спрятался в Великих Руинах, становясь местным кузнецом.

Цинь Му молчал ещё некоторое время, прежде чем с улыбкой сказать:

— Но сейчас он совершенствуется в Таинственных Писаниях Бесстрастного Создания.

Святой Дровосек провёл их через реку, передвигаясь с очень высокой скоростью:

— Надеюсь он продолжит держать язык за зубами, иначе кто-нибудь рано или поздно ещё раз отрежет его.

— Сейчас он не особо много говорит, — решил подметить Цинь Му, — но поносит людей на чём свет стоит своими руками с крайне высокой скорость, гораздо быстрее, чем возможно выразиться словами.

Янь Цзинцзин с улыбкой встряла:

— Я знаю о ком вы говорите, этот тот дедушка-кузнец. Он действительно умеет очень быстро подавать знаки руками, ему даже нужен дедушка с железными ушами, чтобы переводить.

Цинь Му уточнил:

— Его знаки руками обычно всегда значат какие-то ругательства.

Они прибыли к усеянному деревьями ущелью с несколькими людьми.

В ущелье располагался бездонный пруд, рядом с которым Цинь Му и Янь Цзинцзин увидели каменную статую старика, носящего бамбуковую шляпу. Одной своей рукой он почёсывал подбородок, другой держал удочку, в то время как у его ступней лежала корзина с рыбой. Он был полностью окаменевшим, но странным в нём было то, что также были каменными его удочка, леска и корзина…

А когда Цинь Му заглянул в корзину, то удивился ещё больше, ведь даже рыба внутри была окаменевшей!

«Рыба тоже обратилась в камень! Неужели эти две рыбины тоже боги? И если да, то как они были пойманы?» — озадачено думал он.

Святой Дровосек встал сбоку от рыбачащего старика и достал палочку благовоний. Затем он поджёг её и воткнул рядом со словами:

— Старший брат, время просыпаться.

Дым от палочки благовоний поднимался спиралью, входя подобно духовной змее в ноздри статуи. Спустя некоторое время её нос начал постепенно приобретать черты плоти, в итоге распространившейся по телу дальше…

Вскоре рыбачащий старик перестал выглядеть каменным. Его плоть, кровь, мускулы, кожа и даже одежда стали выглядеть настоящими. Две ярко-красные рыбины, пойманные в корзине, тоже вернулась к норме, начав плюхаться внутри.

Цинь Му и Янь Цзинцзин ошеломлённо замерли, когда увидели, что рыбачащий старик выпрямился и начал искать более удобное положение на стуле своими ягодицами:

— Как же хорошо спалось. Дровосек, что заставило тебя пробудить меня?

— Нужно выловить солнца и луны, — с улыбкой ответил мужчина.

Старец-Рыболов снял свою бамбуковую шляпу и сдул с неё пыль, прежде чем вновь одеть и переспросить:

— Солнца в Колодце Солнца? Луны в Колодце Луны? Беря в учёт твои способности, тебе бы не составило труда выловить их, так зачем тогда ты пробудил меня?

— У меня есть более важные дела, я не могу отвлекаться, поэтому у меня не оставалось выбора, кроме как пробудить старшего, — ответив, Святой Дровосек вздохнул. — Уже прошло двадцать тысяч лет, сейчас идёт новая эпоха. Старшему брату не стоит продолжать спать.

Старец-Рыболов встал и поднял свою корзину с рыбой, забрасывая её за спину. Затем он подхватил леску, прижимая её к удочке, и повернулся к Цинь Му и Янь Цзинцзин.

Из-за больших размеров головы его шея казалась короткой. Бамбуковая шляпа была напялена прямо на пучок его волос, а лицо, испещрённое морщинами, выглядело гораздо старше, чем у Святого Дровосека, в то время как его глаза были на удивление огромными.

Цинь Му и Янь Цзинцзин поздоровались, после чего Старец-Рыболов вопросительно заговорил:

— А эти детишки?..

— Мальчик — Цинь, потомок из деревни Беззаботной, а девочка — текущая Хранительница Солнца, — ответил Святой Дровосек, прежде чем обратиться к Цинь Му. — Му’эр, это Небесный Наставник Рыболов, один из четырёх Небесных Наставников Эпохи Императора-Основателя.

Старец-Рыболов помахал рукой, с улыбкой говоря:

— Эпоха Императора-Основателя закончилась двадцать тысяч лет назад, поэтому небесный наставник чего я есть? Дровосек, я не настолько бесстыдный, чтобы всё ещё держаться за этот титул. Потомок из деревни Беззаботной, прибывший в Великие Руины, планирует ли Император-Основатель давать отпор?

Святой Дровосек помрачнел.

Старец-Рыболов заметил выражение мужчины и покачал головой, делая вывод:

— Деревня Беззаботная теперь безопасное гнездо, а сердце Императора-Основателя должно быть уже постарело и сейчас не то, что прежде. Он не собирается покидать насиженного места. Пойдём выловим несколько солнц!

Святой Дровосек взглянул на Цинь Му, говоря:

— Му’эр, иди с ним. Мне всё ещё нужно уделить время другим вопросам, — договорив, он развернулся и тут же бесследно исчез.

Старец-Рыболов спрятал стул и пошёл по тропинке, ведущей к выходу из долины, говоря:

— Юные друзья, следуйте за мной.

Цинь Му и Янь Цзинцзин поспешно последовали за ним.

— Та рыба всё ещё в корзине, — прошептала Янь Цзинцзин.

Внезапно одна ярко-красная рыбина высунула наружу головой, опёршись на край корзины своими плавниками. Она оценивающе взглянула на парочку своими глазами-бусинками, прежде чем спросить:

— Вы муж и жена?

Покраснев в лице, Янь Цзинцзин застенчиво потупила взгляд и прошептала:

— Ещё нет…

Другая рыбина тоже высунула голову из корзины, заговорив женским голосом:

— А мы да, — проговорив, губы двух рыб, словно в подтверждение сказанному, слились в поцелуе.

Янь Цзинцзин раскраснелась ещё больше и потянула за рукава Цинь Му.

Цинь Му явно на некоторое время потерял связь с реальность и пришёл в себя только тогда, когда почувствовал, что его тянут за рукава, тут же пробормотав:

— Приготовленный из них суп должен выйти по-настоящему вкусным… Сестра Цзинцзин, в чём дело?

Глава 677. Ловля Солнца, Ловля Луны

Юноша и девушка следовали за Старшим Рыболовом, непрерывно разговаривая с парочкой красных рыб. Цинь Му расспрашивал обо всём, и узнал, что старик выловил этих рыб ещё в детстве, после чего воспитал.

Красные рыбы давно стали богами, но им было лень превращаться в человека. Они предпочитали валяться в корзине, и повсюду следовать за своих владельцем.

— Ему никогда раньше не удавалось словить рыбу! — радостно проговорила одна из рыб. — Мы всё время отпугивали рыб, когда он рыбачил. Он до сих пор зовёт себя священными руками рыбака, которые никогда не промахиваются. Его крючок никогда не покидает воду пустым!

Две красных рыбы истерично хихикали, и по всей видимости крайне гордились собой.

Янь Цзинцзин тоже радостно улыбалась. Девушка ещё никогда не видела чего-то настолько интересного.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Сестра Цзин, тебе стоит чаще улыбаться, с улыбкой на лице ты выглядишь очень красиво.

Покачав головой, Янь Цзинцзин ответила:

— Члены племени Пастухов Солнца обычно не улыбаются и не говорят со мной, все они очень торжественны, так что мне нечему радоваться. Сбежав в Вечный Мир в прошлый раз, я была очень счастлива.

Она говорила о случае, произошедшем четыре года назад. Чтобы выполнить своё обещание, юноша вместе с Ху Лин’эр и Лин Юйсю отправился к Колодцу Солнца, чтобы вытащить оттуда новое солнце и спасти Янь Цзинцзин. Затем он похитил девушку и привёл всех к бабушке Сы в Небесную Святую Академию.

Тем не менее, в тот раз началось вторжение Высших Небес и на горном хребте Разрушенный Богом разразилась кровавая битва. Янь Цзинцзин приняла в ней участие и в последствии вернулась к Колодцу Солнца. Цинь Му был уверен, что с тех пор она выполняла свои обязанности Хранителя Солнца и ей редко попадалась возможность самостоятельно прогуляться.

У Цинь Му тоже было много дел, поэтому он не мог слишком часто посещать Колодец Солнца. Девушку время от времени навещали лишь Юй Чжаоцин, Лин Юйсю, Ху Лин’эр и остальные.

— Вы ещё не нашли духовное тело чистого Ян на замену тебе? — спросил Цинь Му. — Оно смогло бы контролировать Корабль Солнца не опасаясь, что тот будет поглощать его Ци и кровь, создавая угрозу для жизни. Среди Пастухов Солнца должны быть такие тела, не так ли?

Янь Цзинцзин покачала головой:

— Нет. Дедушка вождь говорит, что моя родословная очень высока. Возможно, я могла бы родить такого человека, но мне не удалось найти подходящего партнера. Самостоятельно родить я не могу.

В этот момент две красные рыбы, болтающие без остановки, замолчали. Они бросили на двух подростков яркие, многозначительные взгляды. Их рты широко открылись, а жабры пульсировали, не издавая ни звука.

Схватив друг друга за плавники, они в преддверии наблюдали за происходящим.

Немного подумав, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Разве подобным образом может родиться духовное тело чистого Ян? Должно быть, старик солгал тебе. Император Вечного Мира уже отдал приказ проверить перепись населения Великих Руин, возможно, нам удастся найти духовные тела чистого Ян и Инь.

— Это безнадёжно, — опустив плавники, две рыбы упали обратно в корзину. Распластавшись на её дне, самка проговорила. — Он, скорее всего, проведёт всю жизнь в одиночестве, не так ли?

Увидев на лице девушки разочарование, Цинь Му игриво пощекотал её подмышкой:

— Будь веселей! Я обязательно найду для тебя духовное тело чистого Ян!

Янь Цзинцзин боялась щекотки и тут же начала хихикать. Она попыталась сбежать, но Цинь Му бросился следом. По её лицу начали течь слёзы, она начала щекотать парня в ответ. Пока они обезумевши носились вокруг Старшего Рыболова, их громкий смех проносился над округой.

Девушка смеялась до тех пор, пока не выбилась из сил и упала на пышный зелёный куст, отталкивая Цинь Му руками, будто кошка, которую щекочут. Юноша тоже не мог продолжать и прилёг неподалёку.

Парочка лежала на траве, Цинь Му держал девушку за щеку, от его взгляда лицо Янь Цзинцзин раскраснелось. Её сердце начало неистово колотиться, она смиренно расслабила руки, не осмеливаясь пошевелиться.

— Какая-то неоднозначная атмосфера… — две рыбы с любопытством высунули головы из корзины, смотря в сторону кустов.

Янь Цзинцзин начинала всё больше и больше волноваться, её голос теперь напоминал жужжание комара:

— Мы почти у Колодца Солнца…

— Точно!

Цинь Му поспешно встал на ноги и помог девушке подняться, прежде чем отправиться следом за Старшим Рыболовом.

Две рыбы плюхнулись на дно корзины, самец проговорил слабым голосом:

— Он проживёт всю жизнь в одиночестве, надежды нет.

По прибытию к Колодцу Солнца их встретил Вождь Пастухов Солнца. Старший Рыболов понятия не имел, что это за человек, а тот не никогда не слыхал о Старшем Рыболове, поэтому Цинь Му и Янь Цзинцзин поспешно их познакомили.

Услышав, что перед ним ещё один Небесный Наставник, Вождь Пастухов Солнца ошарашенно застыл:

— Один из Небесных Наставников эпохи Императора-Основателя рыболов, а второй дровосек. Почему они такие приземлённые? Они совершенно не обладают аурой, соответствующей их положению.

Подойдя к колодцу, Старший Рыболов уселся на своё кресло. Поправляя леску, он спросил:

— Сколько солнц вам, ребята, нужно?

Вождь Пастухов Солнца поспешно ответил:

— Мы всё ещё не знаем сколько Кораблей Солнца сможет построить Вечный Мир. Кроме того, даже с достаточным количеством суден, если мы не сможем найти хранителей солнца, то контролировать их силу всё равно будет невозможно.

Немного подумав, Старший Рыболов проговорил:

— Тогда я просто вытащу несколько солнц и свяжу их вместе. При необходимости возьмёте сколько нужно.

Вождь Пастухов Солнца начал заикаться от шока:

— С-свяжешь солнца?

Старший Рыболов не обращал на него никакого внимания и спокойно опустил леску в Колодец Солнца. Из его корзины выпрыгнули две рыбы, одна из которых вцепилась за крючок и поплыла ко дну Колодца, в то время как вторая начала плавать среди солнц, совершенно не ощущая их тепла.

Цинь Му давно привык к подобным зрелищам. Две небольших красных рыбы, умеющих говорить и носиться вокруг за пределами воды, уже были чем-то невообразимым. То, как одна и них самостоятельно вцепилась в крючок, а вторая плавала среди ужасающей жары было даже более шокирующим.

Впрочем, в Великих Руинах подобные происшествия считались нормой. Из реки Вздымающейся часто выпрыгивали огромные рыбы, начиная бегать по земле быстрее обычных практиков божественных искусств.

Когда наступали засушливые годы, рыбы Великих Руин могли даже перемещать ветер и вызывать дождь, перемещаясь от озера к озеру в поисках источников воды.

Юноша подошёл к краю колодца и посмотрел вниз, увидев лишь маленькую рыбёшку, тащащую крючок в глубины Колодца Солнца. Её тело становилось всё больше и больше, вскоре достигая тысячи метров в длину, её скорость непрерывно росла. Быстро добравшись к солнцам, выкованным богами, она выплюнула крючок и вцепила его в одну из звёзд.

Старший Рыболов потянул леску, и спустя некоторое время вытащил его наружу.

За спиной старика внезапно появился невероятно огромный исконный дух. Протянув руки, тот схватился за выкованное богами солнце, и то начало постепенно уменьшаться от трения.

Вскоре солнце превратилось в круглый шар размером с арбуз. Привязав к нему верёвку, Старший Рыболов повесил его возле колодца и продолжил рыбачить.

Вождь Пастухов Солнца Наблюдал за происходящим с ошарашенным взглядом, спустя некоторое время обычный на вид рыболов вытащил очередное солнце и повесил его на колодец, как и предыдущее.

Совсем скоро он достал уже больше десяток солнц, повесив их всех на верёвку. Затем он спрятал леску, а две красных рыбы выбрались из колодца и прыгнули обратно в свою корзину.

Старший Рыболов поднял своё кресло и удочку, проговорив:

— Теперь я собираюсь к Колодцу Луны, чтобы выловить несколько лун. Сын Циня, ты идешь?

Несколько раз кивнув головой, Цинь Му проговорил:

— Я разрушил Корабль Луны, а также его луну. Я хотел бы посмотреть нет ли там других суден. Если мы ничего не найдём, то придётся отправиться в Западные Земли, чтобы поискать там.

Старший Рыболов кивнул:

— В таком случае, в путь.

Он начал идти, но Цинь Му задержался, колеблясь:

— Старший дядя, разве нам не лучше отправиться к Колодцу Луны через Колодец Солнца? Если мы пойдём по земле, путешествие займёт очень много времени. Кроме того, наземный путь преграждён Небесами Лофу и Верховными Небесами Императора.

Старший Рыболов ответил:

— В этом нет необходимости. Я хочу взглянуть на Верховные Небеса Императора.

Цинь Му оставалось лишь подозвать к себе цилиня и проговорить:

— Путешествие будет довольно долгим, почему бы нам не поехать верхом на жирдяе?

В это время цилинь как раз купался в Колодце Солнца. Он заговорил лишь после того, как услышал слова Цинь Му:

— Владыка Культа, мне не под силу нести бога на своей спине!

Глаза Старшего Рыболова загорелись, он похвалил:

— Какой красивый цилинь! Почему ты называешь его жирдяем?

Немного поколебавшись, Цинь Му решил на рассказывать ему о том, как раньше выглядел цилинь. Старик улыбчиво проговорил:

— Тебе не придётся меня таскать. Просто двигайся следом за моей рыбой, — после этих слов из его корзины выпрыгнула небольшая красная рыба.

Трепеща на ветру, маленькая красная рыбка стремительно росла, вскоре превратившись в гиганта длиной в тысячу метров.

Старший Рыболов забрался на спину существа, и оно тут же взмахнуло плавниками, будто крыльями. Качая хвостом влево-вправо, рыба передвигалась по небу с ошеломительной скоростью.

Сердце Цинь Му замерло от удивления, он поспешно потянул Янь Цзинцзин за руку, чтобы забраться на цилиня. Зверь издал громкий рёв, одновременно соединяющий в себе рычание как цилиня, так и дракона. Его тело резко увеличилось, превращаясь в гиганта длиной в двести метров. Наступая на огненные тучи, он бросился следом за огромной красной рыбой.

Оторвавшись от земли, он начал двигаться с молниеносной скоростью, а из-за родословной зелёного дракона вокруг зверя непрерывно сверкали молнии и раздавались раскаты грома. Издали он ещё сильнее напоминал полу-дракона, полу-цилиня, так как был освещён электрическими разрядами, а под его ногами бушевало пламя!

Цинь Му впервые увидел настоящую скорость цилиня, невероятно обрадовавшись и удивившись: «Эффект Кувшина Пяти Гроз очень хорош! Жаль, что с таким количеством драконьих практиков, мы сумели совершенствоваться лишь несколько месяцев. Если бы мы смогли продолжить, к этому моменту жирдяй стал бы великим экспертом области Божественного Моста!»

Цилинь уже находился в области Жизни и Смерти. Все духовные пилюли, которые он успел сожрать, превратились в жир, скопившийся в его теле. Зверь напоминал шар из мяса, но применив на себе силу Кувшина Пяти Гроз, он сумел расщепить их лекарственную энергию и сконцентрировать её в своих бусинах дракона и цилиня. От этого его совершенствование росло, будто на дрожжах!

Его скорость тоже невероятно возросла. Если бы ему не пришлось гнаться за красной рыбой, он так бы не узнал, что может двигаться настолько молниеносно!

Цинь Му и Янь Цзинцзин на его спине смотрели по сторонам, видя вокруг лишь молнии. Даже ветер не мог пробиться сквозь сотворившийся барьер, отчего они удивлённо цокали языками.

Но даже двигаясь с такой скоростью, цилинь не мог догнать красную рыбу, так как та была богом, совершенствовавшимся вместе со Старшим Рыболовом на протяжении бесчисленных лет. С другой стороны, цилинь ещё не был взрослым и по меркам странных зверей считался ребёнком. В том, что его скорость оказалась ниже, не было ничего странного.

Зверь на полной скорости мчался вперёд на протяжении полдня. Несмотря на свою выносливость, от истощения из его рта начала идти пена. Он так и не смог догнать рыбу.

Тем не менее, Цинь Му всё равно был восхищён и удивлён. Даже он сам мог бежать на полной скорости не дольше, чем получаса. За сутки он мог преодолеть от десяти до ста тысяч километров, но пробежать десятки тысяч километров одним махом было выше предела его способностей.

Было очевидно, что с тех пор, как цилинь похудел, его выносливость тоже значительно увеличилась.

Огромная рыба притормозила, продолжая неторопливо двигаться вперёд. Цилинь поспешно бросился к ней, а Старший Рыболов повернул голову и улыбчиво проговорил:

— Неплохо. Забирайтесь.

Цилинь тут же вернулся к своим обычным размерам и поспешно забрался на спину красной рыбы. Цинь Му и Янь Цзинцзин запрыгнули вслед за ним.

Осмотрев драконоподобного, Старший Рыболов похвалил:

— Поистине божественный ездовой зверь. Этот странный зверь ещё не взрослый, но уже может бежать так быстро с богом на спине, насколько хорош он будет, когда достигнет повзрослеет?

— С богом на спине?

Цинь Му и цилинь недоумевали. Янь Цзинцзин смущённо проговорила:

— Полгода назад я восстановила свой божественный мост и теперь мой исконный дух уже стоит перед райским дворцом.

Цилинь вскочил от удивления:

— Я пробежал такое расстояние с богом на спине? Я настолько силён? Владыка Культа, я такой сильный, мне нужно увеличить рацион!

Цинь Му тоже был крайне удивлён, но сумел автоматически проигнорировать просьбу зверя:

— Сестра Цзин, ты совершенствовалась с помощью Корабля Солнца? Разве такой быстрый рост совершенствования не вызывает проблем?

Старший Рыболов проговорил:

— Проблемы определённо возникнут, Инь и Ян не могут расти по отдельности, а так как её совершенствование происходит с огромной скоростью, в нём остаются многие недостатки. Её основание требует дополнений.

Цинь Му тут же спросил:

— Как мы можем это исправить?

Посмотрев на межбровье парня, Старший Рыболов проговорил:

— В твоём теле есть что-то, способное поддавить Ци чистого Ян, которая вот-вот вырвется из её тела, что стабилизирует её основание. Вопрос лишь в том, сможешь ли ты дать ей это.

— Что кроется в моём теле? — недоумевал Цинь Му.

Покраснев в лице, Янь Цзинцзин застенчиво спросила:

— Речь идёт о двойном совершенствовании? Вождь говорил, что оно помогло бы мне стабилизировать Ци Инь и Ян…

— О чём ты думаешь? Вождь вашего Племени Пастухов Солнца зелёный парень, он ещё ничего не знает, — покачав головой, Старший Рыболов приложил два пальца к межбровью Цинь Му, прежде чем осторожно вытащить прядь Ци чистого Инь из его духовного эмбриона. — Должно быть, эта прядь Ци чистого Инь досталась тебе от бога, верно? Тебе придётся подарить её этой маленькой девочке. Ты согласен?

Юноша улыбчиво проговорил:

— Она досталась мне от бога, погибшего во времена эпохи Императора-Основателя. Если она поможет сестре Цзин, с чего бы мне отказываться?

Глава 678. Вырождение Расы Богов

— Парень, оставляющий после себя везде незавершённые отношения, — декламировал улыбающийся Старец-Рыболов, а сразу же после заставил прядь Ци скрутиться и, подобно бестелесному дракону, погрузиться в межбровье Янь Цзинцзин.

Девушка что-то почувствовала, но не могла сказать точно, что в ней что-то изменилось, разве что на её лбу ощущался холодок, поэтому она спросила:

— Небесный Наставник Рыболов, какой должен быть эффект от Ци чистой Инь? Я не чувствую себя так, словно получила хоть какую-то пользу.

— Конечно, это не на столько эффективно и удивительно, как двойное совершенствование, о котором тебе рассказывал твой Вождь. Не жди какого-либо эффекта прямо сразу. Ци чистой Инь позволяет твоему Ян расти постепенно, понимаешь? Тебя ожидает плавная трансформация.

Большой красный Кунь в небе издал мелодичный крик, пролетая по небу Великих Руин и стремительно приближаясь к Верховным Небесам Императора.

— Так как у тебя тело чистого Ян, — продолжал говорить Старец-Рыболов, — то в тебе есть только Ци чистого Ян. Надо иметь в виду, что помимо солнца, созданного Цзи Цин, Корабль Солнца образован из интенсивной Ци чистого Ян крайне свирепой природы. И поскольку ты стала Хранительницей Солнца, в твоём теле больше нет места для обычной Ци чистой Инь. В итоге всякий раз, когда ты берёшь под контроль Корабль Солнца, свирепая Ци чистого Ян сливается с твоим телом и постепенно накапливается в нём. А без Ци чистой Инь твоя кровь и Ци буду постоянно увядать. Как думаешь, что произойдёт в конце?

— Мой дедушка целитель, — взял слово Цинь Му, — пример увядшей крови и Ци. Он однажды сказал мне, что такое увядание подобно цветочной композиции. Например, когда ты срезаешь цветы и ставишь их в вазу, они красиво расцветают, однако спустя несколько дней их ожидает стремительное увядание. Также он добавил, что когда кровь и Ци полностью увядают, то тот, у кого это происходит, погибает в самом своём расцвете.

— Твой дедушка целитель, судя по всему, кое-что, да знает, — удивлённо заговорил Старец-Рыболов, — в его суждениях действительно есть зерно истины. Одинокий Ян не способен развиваться, в результате кровь и Ци человека иссыхают. Пребывая на грани своего увядания, кровь и Ци будут продолжать яростно пылать, но это также означает, что тот, в чьих жилах они циркулируют, уже одной ногой в могиле. Та прядь Ци чистой Инь дополнит тебя, и это явно во много раз лучше, чем двойное совершенствование! Конечно, двойное совершенствование могло разрешить некоторые проблемы, но не их корень.

Рыба-женщина высунула голову из корзины и усмехнулась:

— Старый мастер обречён оставаться один всю жизнь.

Кунь добрался до места, где пересекались Верховные Небеса Императора и Великие Руины, как вдруг они угодили в место, где гравитация пребывала в хаосе, а если быть точнее — полностью отсутствовала. Из-за этого здесь нельзя было определить, где верх, а где низ, и людям не нужно было совершенствовать божественные искусства полёта, чтобы мочь парить в воздухе.

Причиной такого феномена служил баланс гравитаций двух небесных тел — Великих Руин и Верховных Небес Императора. В итоге люди, попавшие сюда, в место, где силы притяжения нивелировали воздействия друг друга, могли свободно парить.

Конечно, для практиков божественных искусств это место не создавало проблем, ведь здесь по-прежнему был воздух, и они могли положиться на свои техники, чтобы улететь.

— Кстати, Ци чистой Инь, подаренная тебе Сыном Цинем, необычная. Она является защитной телесной жизненной силой бога, сконденсированной в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона сильного практика области Яшмового Водоёма, — рассказывая, Старец-Рыболов покосился взглядом на Цинь Му. — Даже полностью переработав мощь солнца Цзи Цин, этой защитной телесной жизненной силы бога будет достаточно, чтобы решить все твои проблемы.

— Настолько полезно?! — воскликнула шокированная Янь Цзинцзин.

— Именно так, — прищурившись, Старец-Рыболов спокойно продолжил. — Достать сокровище такой ценности должно быть было невероятно сложно. Твоему другу наверняка пришлось пройти чрезвычайно опасное испытание на грани жизни и смерти, чтобы быть признанным достойным богом Эпохи Высшего Императора и получить от него пряди Ци чистой Инь и чистого Ян. Честно говоря, я не ожидал, что он безо всяких сомнений подарит тебе такую ценность.

Янь Цзинцзин пребывала в крайне приподнятом настроении и невольно кинула взгляд на Цинь Му, прежде чем застенчиво потупить взгляд.

— Всё было гораздо проще, — неловко чеша затылок, заговорил Цинь Му, — я встретил генерала Эпохи Высшего Императора в пустоши неизвестного пространства. Пробудив его, я помог ему создать мавзолей, чтобы он мог похоронить в нём своих солдат, а в благодарность получил эти две пряди Ци.

Старец-Рыболов дрожал от гнева.

Рыба-женщина вновь показала свою голову и усмехнулась:

— Старый мастер, Сын Цинь очень на тебя похож, вам обоим предстоит прожить жизнь в одиночестве.

— Сегодня ночью нас ожидает уха, — чёрство объявил старик.

Рыба поспешно спряталась в корзине, не смея больше пустословить.

— Странно… Ранее достав Ци чистой Инь, я почувствовал что-то в твоём межбровье, но это что-то скрывается не в твоём Божественном Сокровище Духовного Эмбриона, — говоря, Старец-Рыболов внимательно осматривал Цинь Му, а если быть точнее — межбровье, где был прилеплен переливающийся всевозможными цветами ивовый лист. — Что под листом? Я не могу видеть сквозь него. Не снимешь его?

Цинь Му тут же ответил:

— Под листом мой третий глаз, в котором обитает мой старший брат. Будет лучше, если мы не станем снимать его. Вместе с моим братом там также находятся Будда Брахма, Небесный Герцог и сознание Багрового Императора.

Старец-Рыболов шокировано уставился на Цинь Му, прежде чем спросить:

— Ты не бахвалишься? Теперь мне ещё любопытней. Сними лист, я попытаюсь выудить твоего старшего брата наружу.

— Брахма, Небесный Герцог и Багровый Императора подавляют его внутри, — поспешно объяснил Цинь Му, — также внутри оставил свою печать Граф Земли! Неужели ты всё ещё хочешь его выпустить?

Шокированный Старец-Рыболов не мог совладать со своим любопытством.

Будучи настороженным таким поведением, Цинь Му спросил:

— Неужели Небесному Наставнику так интересно?

Взмахнув своими плавниками, Кунь молниеносно повернул в сторону, спускаясь на Верховные Небеса Императора. Однако поворот показался столь стремительным только для Цинь Му и остальных, для самого Куня всё произошло крайне медленно.

Оказавшись на Верховных Небесах Императора, Цинь Му взглянул на Великие Руины, казалось бы, вертикально торчащие внизу и уходящие к горизонту. Теперь для него небо и земля виделись под совершенно иным углом, в прямом смысле этого слова…

Несмотря на то, что подобный вид казался немыслимым и непривычным, всему виной был всего лишь эффект силы притяжения.

«В Великих Небесных Дьявольских Рукописях описаны божественные искусства, связанные с силами притяжения, но их мало. Бабушка Сы должна быть знакома с ними лучше всех», — размышлял Цинь Му.

Божественные искусства гравитации, кажется, были крайне полезными, и являлись отличным направлением для более подробного изучения. Судя по всему, вскоре Небесной Святой Академии придётся провести скрупулёзные исследования.

В результате может быть даже появится великая система божественных искусств!

Старик озадачено взглянул на парня, думая: «Сын Цинь довольно часто уходит в себя. Даже с такой красоткой под боком, он постоянно думает о разных вещах».

Цинь Му достал записную книжечку и, подняв кисть, записал в неё свои идеи. Затем он подсушил чернила, размышляя: «После возвращения я должен поручить бабушке Сы возглавить учеников и учителей, чтобы бросить все силы на изучение божественных искусств силы притяжения!»

Глядя на серьёзное выражение лица Цинь Му, Янь Цзинцзин была полностью очарована.

Рыба-женщина в корзине беспомощно покачала своей головой: «Она по уши влюбилась в этого тупоголового».

Взглянув вниз, Цинь Му понял, что лавовые волны Верховных Небес Императора уже полностью застыли, формируя собой завораживающие взгляд хребты в форме волн.

Будучи охлаждёнными, на них уже поселились некоторые демонические звери, а птицы успели свить гнёзда. В некоторых местах даже начала проклёвываться растительность.

Цинь Му видел странных зверей, постоянно мигрирующих из Великих Руины на Верховные Небеса Императора. Должно быть они решились на переселение из-за очень высоко расположения последних, ведь благодаря этому им не нужно будет бояться всепожирающей тьмы.

В итоге это место стало для странных зверей крайне привлекательным.

— Двадцать тысяч лет… потомки богов прошлых райских небес стали невежественными странными зверями. Какая жалость, — разочарованно покачал головой Старец-Рыболов.

Ощутив дрожь в сердце, Цинь Му пробормотал:

— Старший дядя, ты имеешь в виду, что странные звери…

— Выжившие расы богов Райских Небес Императора-Основателя. Однако, они чудовищно выродились, — ответил старик.

— Тогда получается, — дрожащим голосом заговорил юноша, — курицы-драконы тоже выжившая раса райских небес?

Цинь Му сразу же вспомнил, как он лакомился курицами-драконами во время каждого праздника и не только, и невольно ощутил укол вины.

— Курицы-драконы? Они не вымерли после падения райских небес? — переспросив, Старец-Рыболов покачало головой. — Нет, они не выжившая раса богов. Никто не знает когда именно, но во времена Эпохи Императора-Основателя божественный дракон поладил с курицей, после чего на свет родились курицы-драконы. Личная жизни божественных драконов всегда полнилась беспорядочными связями… Позже люди поняли, что курицы-драконы хороши на вкус, а поскольку вкушать печени драконов и мозги фениксов было не очень хорошо, они начали выращивать пернатых как домашнюю живность.

Только после объяснения Цинь Му смог облегчённо вздохнуть.

Они обошли Небеса Лофу и добрались до западной части Великих Руин только спустя два дня.

Цинь Му удивлённо воскликнул, когда увидел, что Верховные Небеса Императора приземлились совсем недалеко от истока реки Вздымающейся. Прямо сейчас ущелье стало ещё круче и глубже, чем прежде, а на скале можно было разглядеть ещё больше светящихся трещин.

В прошлом, чтобы оторваться от погони Син Аня, он верхом на сундуке с цилинем и Паньгун Цо совершил путешествие в сорокатысячелетнее прошлое Эпохи Высшего Императора!

Каждая трещина была проходом, ведущим к какому-то странному миру, а возможно даже путешествию во времени…

Тогда они попали в пустошь, и когда тьма нахлынула, им как-то удалось попасть в прошлое на сорок тысяч лет назад. Однако с рекой Вздымающейся был связан не только тот странный случай, например, неподалёку он наткнулся на видение Императора-Основателя!

— Старший дядя, у меня есть вопрос касательно истока реки Вздымающейся, в нём есть что-то особенное? — внезапно поинтересовался Цинь Му.

— Много чего, — Старец-Рыболов, казалось, был привычен к странностям этого места, ведь заставлял Куня избегать света. — Здесь сокрыты многочисленные проходы к другим мирам. Некоторые из них ведут к руинам, оставленным Эпохой Императора-Основателя, в то время как в других можно найти руины Эпох Багрового Света и Дракона Ханя. Император-Основатель однажды отправил на разведку множество практиков, но в итоге они остались ни с чём. Не притрагивайся к свету, веди себя осторожно и не будь затянут внутрь!

Избегая света, струящегося из трещин разрушенного утёса, Кунь направлялся к Колодцу Луны, уводя их всё дальше и дальше от этого места.

Цинь Му обернулся, глядя на постоянно отдаляющийся исток реки Вздымающейся, и спросил:

— А кому-то удавалось вернуться во времени на десятки тысяч лет? Или в прошлую эпоху?

Старец-Рыболов разразился хохотом:

— Разве такое вообще возможно? Я никогда не слышал об этом. Если полагаться лишь на мои знания, то проходы во все те миры ведут к руинам, оставленным различными райскими небесами. Возможно все эти райские небеса наложились друг на друга потому, что упали в одно и то же место, в итоге образовывая множество странных явлений.

Цинь Му задумался, понятия не имея, как ему и Паньгун Цо удалось вернуться в прошлое. Его встреча с Бай Цюй’эр определённо не была выдумкой.

«Когда мне наконец удастся раскрыть все тайны реки Вздымающейся? — отвернувшись от вод реки, он обернулся, чтобы посмотреть вперёд. — Я определённо раскрою все тайны!»

В конце концов они достигли Колодца Луны, и Цинь Му спрыгнул со спины огромного Куня, который тут же уменьшился до размера маленькой красной рыбы, запрыгнувшей обратно в корзину. Две рыбы обнялись и начала наслаждать компанией друг друга.

Оглянувшись вокруг, Янь Цзинцзин поняла, что у Колодца Луны тоже был невидимый защитный барьер, подпитываемый лунным светом, струящимся внутри, и создающий свой собственный мир…

Если чужак попытается войти, не зная пути, то определённо не сможет войти, ведь если смотреть снаружи, то можно увидеть только лес, а не сам Колодец Луны.

Старец-Рыболов уже бывал здесь раньше, поэтому был знаком с дорогой.

Область вокруг напоминала руины. Буквально везде можно было увидеть потресканную черепицу, точно также, как и разрушенные постройки и устилающие землю скелеты.

Цинь Му знал, что здесь случилось, всему виной — внезапное вражеское вторжение.

В то время хранитель луны бросил свой народ на произвол судьбы, сбежав на Корабле Луны в Фэнду. Что же до его людей — все они сложили головы, пав в окрестностях Колодца Луны. Между тем поскольку хранитель луны предал свой народ, Король Яма решил не впускать его внутрь, поэтому ему не оставалось ничего другого, кроме как остановиться вместе с Кораблём Луны на задворках Фэнду…

Но ладно бы всё закончилось только этим, так ещё дьявольская богиня села ему на хвост и попала вместе с ним в Фэнду, устраивая ловушку. Она искушала Цинь Му, почти поймав, но, к счастью, её ранил старейшина деревни, вынуждая отступить.

После того, как Цинь Му стал Хранителем Луны, прошлый хранитель был поглощён кораблём, заканчивая своё существования подходящим для своих поступков образом.

— Они до последнего охраняли Великие Руины, поэтому их нужно почитать, — обращаясь к цилиню, Цинь Му аккуратно обходил кости пастухов луны. — Не смей наступать на них и вредить.

Цилинь больше всего на свете боялся подобных вещей, поэтому моментально поджал под себя хвост и дрожащим голосом спросил:

— Наступая на них, вредить? Владыка, они всё ещё живы?

— Чуть позже я пробужу их, чтобы они смогли нормально погрести себя, — со спокойным выражением лица говорил Цинь Му. — Трупам воинов, защищавших Великие Руины, негоже валяться вот так.

Старец-Рыболов поставил маленький стул и присел рядом с колодцем, с улыбкой говоря:

— Твоё поведение мне напоминает кое-кого. Ты определённо приглянешься Небесному Наставнику Гуань Ча при встрече, — он забросил леску, следом за которой маленькая рыба-женщина, выпрыгнув из корзины, нырнула в Колодец Луны, продолжая говорить. — Он — Небесный Наставник Боевых Искусств, и среди нас четырёх — сильнейший.

Глава 679. Новая Встреча с Покойным Владыкой

— Небесный Наставник Боевых Искусств? — Цинь Му не мог дождаться встречи с Небесным Учителем, и вдруг что-то вспомнил. — Святого Дровосека считают святым. Другие Небесные Наставники тоже удостоились такой чести?

— Совсем нет, — покачав головой ответил Старший Рыболов. — Среди нас четырёх лишь он один считается святым.

Цинь Му ошеломлённо спросил:

— Но ведь среди всех Небесных Наставников, совершенствование Святого Дровосека самое слабое, верно?

На лице Старшего Рыболова засияла странная улыбка:

— Если считать человека святым, исходя из его способностей, то во времена Эпохи Императора-Основателя такие встречались бы на каждом шагу. Тем не менее, Дровосек стал святым не из-за своего совершенствования, а из-за выдающихся работ и идей. Он построил фундамент эпохи, простоявшей двадцать тысяч лет, и был главой четырёх Небесных Наставников. Жаль, что это продлилось лишь двадцать тысяч лет.

Цинь Му собирался расспросить его поподробнее, но Старший Рыболов сосредоточился на рыбалке и не желал продолжать разговор о других Небесных Наставниках.

«С чего это Дровосек стал главой Небесных Наставников? И кто был четвёртым из них?»

Подавив сомнения в своём сердце, он исполнил Проводника Душ, чтобы призвать из Юду души Пастухов Луны. Бесчисленные скелеты начали подниматься один за другим.

Вздрогнув, цилинь поспешно уткнулся головой в землю, не смея смотреть на происходящее.

Янь Цзинцзин подбежала к нему, тут же начав утешать:

— Не бойся, большая собачка. Они все мертвы, так что не смогут ничего с тобой сделать.

Внезапно в их сторону двинулся вестник смерти на бумажной лодке и в их лица ударил поток холодного ветра. Остановившись у Врат Небесной Воли, он громко спросил, не переходя в мир живых:

— Что за проблему ты решил создать в этот раз? Можно мне хоть минуту тишины?

Цинь Му тут же поздоровался и ответил:

— Покойный Владыка, я не могу смотреть, как праведные люди валяются в этих дебрях, поэтому пригласил их души обратно, чтобы достойно их похоронить. Как только они выроют себе могилы, я прикажу им вернуться в Юду! Прости, прости!

Выражение лица вестника смерти стало более приятным, он посмотрел на Старшего Рыболова, который как раз пытался выловить Луну. Казалось, что он ощущал какой-то страх:

— Цинь Фэнцин, я всё понимаю, но тебе нельзя раз за разом призывать людей из моего Юду. Каждый раз мне приходится объясняться перед Графом Земли, и со временем это становится всё сложнее! Верни души этих людей, как только закончишь! Граф всё равно запишет этот случай!

Пастухи Луны копали себе могилы, в то время как Цинь Му ответил вестнику смерти, стоящему по ту сторону Врат Небесной Воли:

— У Императора Яньфэна есть небольшая листовка, в которую он записывает все случаи, когда желает отрубить кому-то голову, неужели у Графа Земли есть что-то подобное? Покойный Владыка, а сколько там записей для Императора?

Вестник смерти усмехнулся и проговорил:

— Я не знаю, что там насчёт Императора, но у тебя там отнюдь не брошюра. Она вот такая толстая!

Он развёл руками, показывая толщину книги:

— Там все твои славные подвиги!

Выражение лица Цинь Му мгновенно помрачнело.

Бесчисленные Пастухи Солнца уже закончили копать себе могилы и подписали надгробные камни. Лёг на их дно, они поочерёдно поблагодарили юношу:

— Спасибо, Император Людей!

Ответив приветствием, Цинь Му проговорил:

— Пусть праведные воины покоятся с миром.

Героические духи Пастухов Луны поднялись в воздух и пролетели сквозь Врата Небесной Воли, возвращаясь в Юду. Выразив им своё почтение в последний раз, Цинь Му взмахнул руками, закрывая их могилы.

Вестник смерти проговорил:

— Я не буду заморачиваться с сегодняшней проблемой, и запишу её как одну ошибку.

Цинь Му блуждал среди могил, осматривая имена на надгробных камнях. Услышав слова вестника, он повернулся, чтобы ответить:

— В войне на Верховных Небесах Императора посланники Минду использовали Книгу Жизни и Смерти, призывая бесчисленное количество душ обратно в их тела. Насколько великой была эта ошибка? Граф Земли её записал?

Вестник смерти ошарашенно замер, не зная, что сказать.

Усмехнувшись, Цинь Му продолжил:

— Даже Граф Земли боится Чёрного Божества Минду? Разве оно не является лишь частью Юду? Когда Чёрное Божество её захватило, Граф Земли не осмелился даже глазом моргнуть. Гости из Минду использовали Книгу Жизни и Смерти, чтобы призвать бесчисленные дьявольские души и принести их в жертву, уничтожая Небеса Лофу и Верховные Небеса Императора, и граф Земли снова не осмелился даже глазом моргнуть!

Вестник смерти впал в ярость:

— В смысле не осмелился даже глазом моргнуть?

Уши Старшего Рыболова дрогнули, он крепко сжал свою удочку, готовясь спасать юношу в любой момент. Немного поразмыслив, он проговорил:

— Сын Циня не понимает серьёзности вещей, вестник смерти — это двойник Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам, и ты демонстрируешь к нему неуважение. Более того, ты неуважительно говоришь о Графе Земли, Покойный Владыка Равный Небесам не простит подобного…

На лице Цинь Му показалась улыбка:

— Я лишь говорю, что Граф Земли слишком труслив. Ну скажи хоть что-то.

— Кого ты назвал трусливым? — вестник смерти всё ещё пребывал в ярости.

Немного поколебавшись, Цинь Му решил промолчать.

Старший Рыболов сильно нервничал, мышцы на его спине напряглись. Его нервы натянулись, как тетива лука, и он думал про себя: «Если он проявит неуважение к Графу Земли ещё хоть раз, Покойный Владыка Равный Небесам определённо не станет себя сдерживать!»

Спустя мгновение вестник смерти вздохнул:

— Дело не в силе Графа Земли, а в его готовности что-то делать. Силы Минду для него ни по чём, но вот мощь Райских Небес — это уже слишком.

Цинь Му надулся:

— И ты дальше будешь пытаться меня запугать? У вас огромные книги с записями о моих ошибках, но что насчёт проступков Минду? Неужели Граф Земли охотится на слабых, и боится сильных?

Вестник смерти потерял дар речи от гнева, но спустя мгновение рассмеялся:

— Я не буду ссориться с тобой из-за этого. Граф Земли справедлив, и он не откажется записывать что-то в свой буклет только из-за того, что Райские Небеса слишком сильны. Он также не сделал бы твой буклет таким долгим только потому, что у тебя нет никакой власти. Причина, по которой это произошло, состоит лишь в том, что ты действительно сотворил слишком много зла.

— Это сделал мой брат, как вы могли повесить ответственность на меня? — покачав головой спросил Цинь Му. — Если люди из Минду придут в Вечный Мир и используют Книгу Жизни и Смерти, чтобы оживить и принести в жертву мёртвых, что сделает Юду? Что сможет сделать Граф Земли? Он осмелится хоть глазом моргнуть?

Вестник Смерти до сих пор пребывал в ярости:

— Ты всё ещё смеешь так говорить?

На лице юноши возникло страдальческое выражение, он разочарованно проговорил:

— Разве Граф Земли не слишком бессердечный, если он соблюдает справедливость, но так жестоко ведёт себя со мной? Кажется, нужно позволить моему брату вернуться в Юду…

Вестник смерти посмотрел на него с той стороны врат, и внезапно улыбнулся:

— Небесный Герцог подарил тебе ещё один слой печати, так что ты не можешь его освободить, даже не пытайся меня обмануть!

Цинь Му снял свой ивовый лист и открыл третий глаз. Внутри его зрачка вестник смерти увидел ещё один зрачок. Тот принадлежал какому-то человеку, любопытно выглядывающего наружу.

Старший Рыболов слегка повернул голову и заинтересованно посмотрел на третий глаз юноши. В спешке он даже забыл вытащить свою леску.

Он искренне хотел увидеть, есть ли внутри него печать Графа Земли, клон Небесного Герцога, сознание Багрового Императора и Будда Брахма.

Если бы не стоящий неподалёку вестник смерти, то он проник бы внутрь глаза, чтобы отдать дань своего уважения старшим.

Выражение лица вестника смерти резко изменилось:

— Закрой его! Закрой! Давай предположим, что мне страшно. Для начала мне нужно подумать…

Цинь Му осторожно прилепил ивовый лист обратно.

Вестник смерти начал ходить вперёд-назад по своей лодке, выглядя крайне обеспокоенным. Он хотел выйти в мир живых, чтобы поговорить, но так как на улице был день, он не мог этого сделать.

Цинь Му тихо ожидал, и спустя некоторое время вестник смерти вздохнул и проговорил:

— Ну ладно. Передай мне свою Книгу Жизни и Смерти, и я наложу на неё божественное искусство, которое подавит книгу противника, сойдёт?

Цинь Му серьёзно ответил:

— Покойный Владыка, почему бы вместо того, чтобы дать человеку рыбу, не научить его её ловить? Разве не лучше научить меня этому божественному искусству?

Старший вестник смерти покачал головой:

— Мерзавец, ты копаешь яму, в которую я упаду, мне нужно быть дураком, чтобы тебе довериться. Если я научу тебя божественному искусству, ты используешь его против людей из Минду, а учитывая твой характер, ты к тому же распространишь его по всему миру, пока каждый человек им не овладеет. Когда это случится, мои божественные искусства Юду будут не дороже капусты.

Цинь Му покраснел, и стыдливо посмотрел на вестника смерти, передавая ему Книгу Жизни и Смерти:

— Покойный Владыка мудр.

— Естественно, я мудр.

Старший вестник смерти отвернулся и исполнил божественное искусство, чтобы отбить его в Книге Жизни и Смерти. Затем он вернул артефакт обратно:

— Не призывай души Юду без серьёзных на то причин, это ужасно! Я не знаю, это твой брат или ты питаешься ими? Кстати, ты, пытающийся выловить солнце, твоя задумка очень опасна. Забудь о ней, а не то его брат схватит тебя за голову и начнёт её грызть! — договорив, он уселся в своей лодке и уплыл.

Цинь Му рассеял Врата Небесной Воли и вздохнул с облегчением. Затем он пролистал Книгу Жизни и Смерти и осмотрел божественное искусство, оставленное вестником смерти.

Старший Рыболов пробормотал:

— Покойный Владыка, Равный Небесам, такой прямолинеен? Схватит меня за голову и начнёт её за грызть? Сын Циня, твой брат настолько свиреп?

Юноша несколько раз кивнул:

— Он очень свиреп! Тебе не стоит его провоцировать!

Старший Рыболов выловил луну, и его исконный дух начал выравнивать её своей ладонью, отчего та уменьшилась до размеров тарелки. Он безразлично спросил:

— Взгляни, как тебе моя сила?

Цинь Му похвалил:

— Силы Небесного Наставника не имеют себе равных, твои способности крайне высоки. Ты намного мощнее Наставника Дровосека!

Старик спросил:

— В таком случае мне можно провоцировать твоего брата?

Почесав голову, Цинь Му проговорил:

— Когда я оказался внутри глаза старшего брата, то увидел, что от избиений двойник Небесного Герцога и Багровый Император смирно сидят в углу.

Лицо Старшего Рыболова обрело пепельный цвет, он замолчал, сосредоточившись на ловле луны. Его рука, которая обычно была крайне устойчивой, начала слегка дрожать.

Цинь Му продолжал изучать божественное искусство на своей книге Жизни и Смерти. Изначально та была яркая, будто поверхность зеркала, но теперь её покрывали бесчисленные руны, выстроенные в запутанном, хаотичном порядке.

Все руны были невероятно сложны, напоминая неразборчивый почерк. Тем не менее, тщательно всмотревшись, можно было разглядеть что-то ещё.

Под слоем неразборчивого почерка виднелись несравнимо сложные рунные построения, некоторые из них напоминали бесконечные символы, протянувшиеся с вершины небесных колонн, в то время как другие были запутаны, будто паутина. Часть рун и вовсе непрерывно плавала и трансформировалась, сверкая всевозможными цветами.

Цинь Му никогда раньше не видел настолько сложных и удивительных божественных искусств, поэтому был сильно увлечён их рассматриванием. Он подносил Книгу Жизни и Смерти всё ближе и ближе, пытаясь лучше разглядеть её структуру и полностью овладеть божественным искусством.

Янь Цзинцзин оказалась не в силах вытащить голову цилиня из земли, поэтому подошла к парню:

— Пастушок, твоя большая собачка всё ещё не осмелилась …

Лицо девушки внезапно помрачнело, когда она увидела, что голова Цинь Му исчезла!

В этот момент голова Цинь Му полностью скрылась внутри книги и смерти, которая оказалась лишь листом позолоченной бумаги. Вместо того, чтобы показаться с другой стороны, лицо парня исчезло внутри артефакта!

Янь Цзинцзин подпрыгнула от удивления, и поспешно подбежала, чтобы дёрнуть Цинь Му за рукав. В этот миг юноша вытащил голову обратно и озадаченно спросил:

— Сестра Цзин, что произошло?

Увидев, что он в порядке, Янь Цзинцзин облегчённо вздохнула:

— Большая собачка всё ещё не осмелилась высунуть голову из-под земли.

Посмотрев на цилиня, Цинь Му увидел, что его голова всё ещё скрыта под землёй, а ягодицы повёрнуты к небу. Он до сих пор дрожал от страха.

— Жирдяй, пора кушать, — проговорил юноша.

Цилинь поспешно вытащил голову и молниеносно бросился к Цинь Му. Затем он достал свою миску и положил её на землю перед ним, прежде чем присесть на корточки и уставиться на неё в ожидании.

Так и не увидев, как в миску сыплются духовные пилюли, он поднял голову и в недоумении уставился на Цинь Му, непрерывно виляя своим толстым драконьим хвостом.

Глава 680. Источник Тьмы

Цинь Му дал цилиню полведра духовных пилюль, заполнив ими миску, прежде чем взглянуть на Янь Цзинцзин и объяснить:

— Он робковат, но тебе стоит заговорить о еде, как он становится самым бесстрашным существом в мире.

Придя к осознанию, Янь Цзинцзин с улыбкой ответила:

— Толстяк по-настоящему силён, только что я пыталась выдернуть его из-под земли, но не смогла. На что ты сейчас смотришь? Выглядит страшновато!

Цинь Му передал ей Книгу Жизни и Смерти со словами:

— На божественное искусство, оставленное Покойным Владыкой. Оно полностью заворожило меня.

Янь Цзинцзин присела, решив детальней рассмотреть руны в книге, но вскоре поняла, что они слишком сложные, и она абсолютно ничего не может понять.

Цинь Му присел сбоку и попытался помочь ей разобраться, что к чему:

— Так выглядят писания Юду, они отличаются от таковых в мире живых, поэтому для живых они выглядят как непонятная мазня. Но стоит отметить, что они крайне древние и в них содержится несметное количество божественных искусств, путей и навыков, являющихся по своей сути Великим Дао Юду.

Слушая объяснения, Янь Цзинцзин пребывала в замешательстве, но так как рядом с ней сидел Цинь Му, она ощущала слепую радость, а что касается слов в книге и стоящего за ними значения, сейчас ей было не до них.

Между тем Цинь Му продолжал объяснять:

— Слова есть информация, слова есть источник Дао. Понимая каждое слово целой цивилизации, будет не сложно понять пути и навыки той или иной эпохи. Покойный Владыка не хотел учить меня своему божественному искусству из-за страха, что я обучу ему всех вокруг. Однако, думать, что таким образом от меня можно что-то утаить — величайшая ошибка. К счастью, он недооценил меня.

Янь Цзинцзин положила книгу на свои ноги и, начав поглаживать обоими руками свои волосы, свисающие с висков, озадачено спросила:

— Данное божественное искусство слишком сложное… Как нам понять стоящую за ним логику?

— Я понимаю язык Юду, — с улыбкой заговорил Цинь Му, — поэтому полностью пониманию значение рун. Единственное, с чем у меня действительно возникли трудности — постоянно изменяющиеся линии вен и наслаивающиеся структуры. Мне не совсем понятно, как они работают. Если честно, я не слишком опытен в божественных искусствах Юду, но, к счастью, у меня есть много выдающихся знакомых, которых я могу пригласить для подробного совместного анализа. Объединившись, мы определённо раскроем все секреты этого божественного искусства!

Старец-Рыболов встал и, взяв стул, направился в их сторону, говоря:

— Дайте взглянуть.

Девушка поспешно встала и передала книгу.

Старик просмотрел содержимое Книги Жизни и Смерти и под конец, ощутив лёгкое головокружение, покачал головой со словами:

— Я ничего не понял. Может быть дровосек сможет, среди нас четверых он самый головастый.

Кинув взгляд в сторону Колодца Луны, Цинь Му увидел там множество связанных, сверкающих лун. Если Старец-Рыболов смог выловить столько лун за такой короткий отрезок времени, его способности действительно были что-то с чем-то.

Старик скрутил леску, в то время как маленькие красные рыбы запрыгнули обратно в корзину, взмахнул руками и объявил:

— Раз уж я наловил достаточное количество солнц и лун, то мне пора. Ребята, вернётесь обратно со мной на красном куне или через Колодец Луны?

Цинь Му посоветовался с Янь Цзинцзин, прежде чем сказать:

— Небесный Наставник Рыболов, ты всё ещё посматриваешь на моё межбровье. Я боюсь, что ты не удержишься и попытаешься выловить моего брата, поэтому нам лучше отправиться в Море Звёзд через Колодец Луны. К тому же так мы прилично сократим.

Старец-Рыболов махнул на них рукой и, закинув корзину на спину, ушёл.

— Влюблённые голубки, до встречи! — две красные рыбы высунули свои головы и помахали им на прощание своими плавниками.

Цинь Му и Янь Цзинцзин едва заметно покраснели и вокруг повисла слегка неловкая атмосфера, но как раз в этот момент цилинь доел и начал вылизывать тазик, создавая своим языком скребущие звуки, нарушившие повисшую тишину. Практически зализав тазик до дыр, он подхватил его своим языком и аккуратно где-то спрятал…

«Миска с рисом» для него была явно важнее всего остального на свете.

— Под Колодцем Луны находится загадочное Море Звёзд. Но через него мы доберёмся до Колодца Луны намного быстрее, — заговорила Янь Цзинцзин. — Нам удастся сэкономить практически половину месяца.

Цинь Му мучил один вопрос, поэтому он тут же спросил:

— Ты случайно ничего не знаешь о происхождении Моря Звёзд?

— Даже дедушка вождь мало что знает о нём, — заговорила Янь Цзинцзин, — но он слышал, что это незаконченное сокровище. Сильный практик начал создавать его ещё во времена Эпохи Императора-Основателя, но не успел, так как должен был отправляться в деревню Беззаботную.

Цилинь нырнул в Колодец Луны вместе с ними на спине. Со временем свет становился всё ярче и плотнее, и вскоре они достигли обширного подземного мира.

— Незаконченное сокровище? — заговорил Цинь Му. — Я чётко вижу множество оружий богов, летающих за звёздами. Что это за сокровище такое?

На дне Моря Звёзд ему как-то встретилась ужасающая пилюля меча. Взорвавшись летающими мечами разнообразных цветов, она по желанию притягивала к себе и отпускала, что по-настоящему ужасало.

Внезапно они увидели ров, простирающийся с севера на юг Моря Звёзд, и их взгляды поникли. Колодец Луны был отрезан от Колодца Солнца!

Неисчислимое множество звёзд формировали собой галактики, которые постоянно сталкивались, разрывая своей мощью и пробивая насквозь подземный небесный ров!

Галактики всё ещё кружили вокруг двух колодцев, но звёзды в них не были звёздами, а сокровищами, полыхающими могучей божественной мощью. Всякий раз, когда они остервенело пролетали мимо, округу поглощали звуки разрушений.

«Ров должен быть частью Верховных Небес Императора, которые врезались в Великие Руины. Они погрузились в землю и пронзили „звёзды“, которые на самом деле сокровища, что приняли форму».

Сокровища летали с умопомрачительной скоростью, время от времени взрываясь с поистине ужасающей божественной мощью.

Огромная пилюля меча, которую Цинь Му ранее видел, тоже была среди них. Будучи окружённой бесчинствующими летающими мечами разнообразных цветов, она перемещалась с молниеносной скоростью, со стороны чем-то напоминая яркую комету!

Остальные сокровища тоже время от времени демонстрировали свою мощь. Врезаясь в друг друга, они, судя по всему, заимствовали высвобождаемую после столкновения мощь для закалки самих себя!

— Боже мой… — уставившись на несравненно ужасающее зрелище пустым взглядом, Цинь Му бормотал себе под нос. — Хотя я не представляю какое именно, но это и правду закаляющееся сокровище. Когда оно будет завершено, то, скорее всего, станет в бесчисленное множество раз более ужасающим, чем Этаж Подавляющих Небес Багрового Света…

— Нам здесь не пройти, — заговорила Янь Цзинцзин, — а если всё же попытаемся, то умрём при малейшем неосторожном действии.

Цинь Му мог лишь кивнуть. Развернувшийся перед ним вид был слишком ужасающим. Пронзены были даже Верховные Небеса Императора, и если они осмелятся сунуться туда, то определённо будут моментально испепелены сокровищами!

«Кто создатель этих сокровищ? Они выглядят так, словно вот-вот будут завершены… — озадаченный Цинь Му приказал цилиню покинуть Колодец Луны, прежде чем продолжить мысль. — Если подумать — под Великими Руинами погребено слишком много странных сокровищ. Например, под горным хребтом Разрушенный Богом покоится огромный божественный нож несравненной длины. А теперь эта ужасающая галактика с божественными оружиями буквально везде…»

Море Звёзд должно быть было оставлено сильным практиком Эпохи Императора-Основателя, в противном случает богиня Цзы Цин не разместила бы здесь Колодцы Солнца и Луны…

Вот только если Море Звёзд практически завершено, почему его никто не забрал?

— Если мы отправимся в обход Верховных Небес Императора и Небес Лофу, то потратим на путешествие к Колодцу Солнца около месяца.

Вылетвл из Колодца Луны, цилинь добрался к разрушенной скале. Всё ещё шёл день, поэтому из неё не исходило ни одного луча света.

Изначально люди могли пройти с одной стороны разрушенной скалы на другую используя два пути, оба из которых вели через летающий мосты, но пролетая здесь ранее на огромной красной рыбе Цинь Му заметил, что Верховные Небеса Императора разрушили оба моста. Тем не менее, прямо сейчас их кто-то восстановил!

Цинь Му был удивлён и сказал цилиню притормозить. Внизу виднелось огромное отверстие, берущее начало у основания Верховных Небес Императора, в то время как снаружи от него туда-сюда суетливо бегали девушки, который активно укрепляли основание моста. Между тем из входа в отверстие упорядоченно выходило, на своих двоих, множество булыжников.

Янь Цзинцзин никогда раньше не видела такого странного зрелища, поэтому удивлённо застыла.

— Это божественные искусства Западных Земель. Кажется, я знаю кто пытается проделать туннель через Верховные Небеса Императора, — проговорил улыбающийся Цинь Му, прежде чем приказать цилинь спуститься.

Обнаружив его, девушки сначала удивились, а сразу же после обрадовались и обернулись к отверстию, крича:

— Прибыл родственник Цинь!

Слегка покраснев, Цинь Му тут объяснил Янь Цзинцзин:

— Внутри находится Мастер Построений Хэ Ии, одна из трёх мастеров Западных Земель. Она крайне сильная женщина, чьё мастерство в навыках построений не знает себе равных… Да, в навыках построений она номер три в мире. И не слушай ту ерунду, что они говорят, я никакой не родственник семьи Хэ. В конце концов у них есть традиция посещать свадьбы, но я не присутствовал. Я просто как-то раз отправился в Западные Земли помочь Най Куй вернуть себе свою позицию…

Прямо во время речи ему в ноздри ударил аромат, а в объятия прыгнула улыбающуюся женщина:

— Любимый, это и правда ты!

Цинь Му беспомощно замер, в то время как холодный пот проступил на его лбу.

Хэ Ии отпустила его, прежде чем с улыбкой до ушей сказать:

— Взгляни на себя, такой перепугался. Юная леди, он не мой любимый, не смотри на меня так.

Янь Цзинцзин молча стояла и с серьёзным выражением лица буровила взглядом Хэ Ии.

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Не пугай меня так. Сестра Ии, я так понял твой семье поручили создать туннель, ведущий сквозь Верховные Небеса Императора, верно?

— Императора издал указ, чтобы наша семья Хэ Западных Земель сначала восстановила дорогу, прежде чем заняться туннелем, соединяющим Восточные и Западные Земли, — Хэ Ии поправила свои волосы и утёрла пот. — Император одолжил нам Бусину Чёрной Черепахи и отправил всех экспертов нашей семьи Хэ на работы. Прямо сейчас мы заимствуем мощь бусины, чтобы разрезать камни, а затем заставляем их вылететь наружу и используем в качестве материала для починки моста. Ты только взгляни на опору моста, если бы не бусина, у меня не оказалось бы такого чудовищного запаса магической силы, чтобы провернуть подобное.

Цинь Му повернулся и восхищённо воскликнул, ведь в качестве опоры моста выступали плечи горных гигантов, позволяющие поверхности моста быть плавно вымощенной. Сами же гиганты были выстроены от самого низкого, до самого высокого, который, кстати, имел высоту в тридцать километров!

Цинь Му ещё раз восхищённо ахнул, прежде чем сказать:

— Даже если сравнивать с главными сокровищами влиятельных семей Западных Земель, они не сильно уступают.

Внезапно послышался выкрик женщины:

— Мастер Построений, почти стемнело. Нужно отправляться к ближайшей деревне!

— Не нужно, — тут же обронила Янь Цзинцзин, а сразу же после продолжила. — Поскольку с вами я, вам, ребята, незачем волноваться о тьме.

Удивившись, Хэ Ии одарила собеседницу долгим взглядом, во время которого солнце окончательно село.

Цинь Му немедленно кинул взгляд в сторону скалы, видя, как из её трещин изверглась тьма. Разливаясь подобно морю чернил, вскоре она захлестнула их своим потоком…

Сталкиваясь с Верховными Небесами Императора, тьма вела себя так, словно тех не существовало, и проходила сквозь, стремительно распространяясь дальше по Великим Руинам.

Все собрались вокруг Янь Цзинцзин, которая прямо сейчас была подобно маленькому солнцу, излучающему интенсивный божественный свет, отгоняя тьму. Как бы тьма не обрушивалась на неё, она оставалась неподвижной.

Янь Цзинцзин властно взглянула на Хэ Ии, которая в ответ лишь слегка улыбнулась, но чувствовала, как у неё на часто бьющемся сердце скребут кошки: «Она уже бог и ведёт себя так осторожно, похоже мне больше не удастся сблизиться с ним».

Цинь Му пристально смотрел вперёд до тех пор, пока поток тьмы, выходящий из трещин, полностью не прекратился и, словно из ниоткуда, не заструился свет, в итоге упавший на поверхность Верховных Небес Императора.

Лучи света тоже исходили из трещин!

— Как я и предсказывал, тьма приходит из тех скрытых миров! Когда в Великих Руинах наступает ночь, в них, должно быть, начинается день, а когда день наступает в Великие Руины, там начинается ночь. Прямо как песочные часы.

Цинь Му прищурился, наблюдая как многочисленные лучи света исходят из такого же количества трещин в скале. О чём это говорило? А о том, что в разрушенной скале располагались проходы в довольно большое количество скрытых миров!

«Лоу Цяньчжун, которого я убил, рассказывал, что тьму Великих Руин создал его мастер — Чёрное Божество Минду. Несмотря на то, что разрушенная скала служит пограничной зоной для тьмы, что такое на самом деле она есть?» — мысленно сомневался Цинь Му.

До тех пор он абсолютно ничего не знал о тьме Великих Руин. Разве что только то, что она определённо не была тьмой в обычном её понимании, а каким-то типом странной субстанции. Ну и ещё то, что, когда она вторгалась с наступлением ночи, появлялись странные монстры, которые бродили в ней и пожирали всякого, посмевшего в неё войти, а с наступлением дня те бесследно исчезали вместе с ней самой.

Так откуда на самом деле брались монстры?

Более того, во тьме также могли бродить ужасающие дьявольские боги. Когда Цинь Му спас Юй Чжаоцин и остальных представителей расы Небесного Пера у Колодца Солнца, он видел монстров, выбирающихся из другого пространства, что говорило лишь об одном — Великие Руины имели множество подобных проходов!

А место с наибольшим их количеством располагалось именно тут, у разрушенной скалы, где брала своё начало река Вздымающаяся.

«Среди трещин должна быть та, что является истинным источником тьмы! Она не может быть одной из тех, что излучают свет. Тьма скрывается внутри какого-то мира, поэтому тот определённо не может светиться. Тогда способ, с помощь которого проще всего найти источник… — с такими мыслями Цинь Му быстро достал бумагу, кисть и начал зарисовывать по памяти очертания скалы, он помечал каждое место, через которое распространялся свет. — Когда наступит день, я просто сравню все помеченные мною светящиеся трещины, с трещинами на скале. Источником тьмы должна оказаться та трещина, что не светит ночью».

Глава 681. Пограничный Камень Небесного Инь

По приходу нового дня тьма поспешно отступила. Неважно, находилась она на востоке или западе, она двинулась обратно к скале, исчезая внутри места, где брала свой исток Вздымающаяся.

Цинь Му поспешно подлетел к скале на расстояние около шестисот метров. Двигаясь с юга на север, он начал искать.

Дзинь!

В его глазах мгновенно активировались построения, испуская лучи, тут же упавшие на гору. Ни одна из трещин на её поверхности не могла ускользнуть от его взгляда.

Сравнивая скалу с рисунком, которые он сделал ночью, он обыскал всё до самой северной точки горы, после чего начал двигаться в обратном направлении. Спустя некоторое время он закончил второй проход.

Скала была невероятно высокой, а её поверхность определённо нельзя было назвать ровной. Сложная местность делала поиски чрезвычайно изнурительным занятием, но подход юноши всё же был самым эффективным.

Хэ Ии и остальные продолжали пробиваться сквозь Верховные Небеса Императора, заметив удивительные способности Янь Цзинцзин, она позвала её на помощь. Девушка могла расплавлять камни внутри туннеля, создавая лаву, после чего её оживляла Хэ Ии, превращая в лавовых гигантов, что сильно ускоряло работу.

Янь Цзинцзин всю жизнь управляла Кораблём Солнца, и никогда не имело дела с бурением тоннелей, так что подобная задача была для неё чем-то свежим.

Изначально Хэ Ии пробивала дорогу с помощью построений, но несмотря на эффективность такого подхода, он расходовал слишком огромное количество магической энергии. Девушка не могла работать слишком долго, ей часто приходилось останавливаться, чтобы отдохнуть. Но с помощью Янь Цзинцзин её требовалось лишь превращать расплавленный камень в лавовых гигантов и приказывать им самостоятельно выйти их пещеры, что только ускорило процесс.

Ключевым моментом было то, что Янь Цзинцзин была богом, и её пламя могло не только растопить камни, но и укрепить стены тоннеля.

«С такой скоростью мы сможем пробиться сквозь Верховные Небеса Императора всего лишь за несколько дней, — Хэ Ии была обрадована и удивлена, думая про себя. — Текм не менее, если я затащу её любовника на свадьбу-визит, она определённо впадёт в ярость, а мне не удастся её избить. Как жаль. Когда мы с ним верхом на белом коне скакали и мира в картине, я искренне хотела с ним пожениться. В Западных Землях нет таких выдающихся мужчин, как он…»

«Нашёл!» — загорелись глаза Цинь Му. Он наконец смог найти трещину. Которая не сияла прошлой ночью.

Ему пришлось обыскать гору несколько раз, прежде чем он наконец заметил трещину. Та не сияла ночью, и находилась между двумя другими трещинами, к тому же, её прикрывал кусок горного валуна.

«Сестра Цзин сейчас не со мной, а цилинь спит, может стоит позвать их, чтобы осмотреться вместе?»

Цинь Му немного колебался, но всё же решил не брать с собой никого. Несмотря на то, что Янь Цзинцзин могла отталкивать тьму, для этого ей приходилось использовать божественный свет своего тела. Цилинь же не мог выжить во тьме в одиночку, и требовал защиты Янь Цзинцзин.

Только Цинь Му мог незаметно пробраться во тьму.

Таким образом, не было разницы, брать их с собой, или нет.

— Жирдяй, когда придёт сестра Цзин, скажи ей ждать меня здесь, — прокричал Цинь Му, прежде чем подлететь к валуну перед трещиной. Валун напоминал каменную дверь, половина которой слилась со скалой. Более того, по сторонам от него находились две других трещины, что ещё сильнее маскировало это место.

Тщательно осмотрев каменную дверь, он не обнаружил на ней ни рун, ни надписей. Также на ней не было ничего, напоминающего ручку.

— Семь Небес Глаз Небес!

Божественный Свет из глаз Цинь Му прошёл сквозь камень, юноша попытался увидеть нет ли рун с его обратной стороны. Тем не менее, он разочарованно смирился с тем, что это была обычная дверь, на которой не было никаких следов обработки.

Успокоившись, он вошёл в трещину за дверью. Внутри неё не было ничего особенного, за исключением непроглядной тьмы.

Шагая вперёд, он обнаружил что трещина была невероятно глубокой, а её стены были покрыты другими трещинами. Те были абсолютно чёрными и не излучали даже малейшего лучика света.

Божественный свет продолжал литься из его глаз, пытаясь осветить трещины на стенах. Тем не менее, он, казалось, поглощался тьмой, и не мог показать то, что находилось дальше.

Юноша протянул руку, касаясь тьмы. До его ушей тут же донеслось какое-то шуршание.

«Эти трещины ведут к другим мирам, похороненным здесь!»

Если в Великих Руинах был день, то остальные миры, находящиеся здесь, были поглощены тьмой.

«Источник тьмы находится с другой стороны этой трещины. Источник тьмы, хоронившей эпохи одна за другой, хотелось бы мне узнать, что её создало…»

Собравшись с мыслями, он продолжил идти вперёд, пока его силуэт не исчез во тьме.

Цинь Му преодолел довольно большое расстояние и потратил уже более двух часов, но так и не добрался до конца трещины. После такого долгого путешествия он понемногу начинал волноваться. Если бы он находился в другой трещине, то попал бы в другой мир лишь оказавшись внутри неё, но в этот раз путь оказался слишком долгим.

«Я буду идти ещё час, и если не доберусь до конца, то развернусь.»

Как только он об этом подумал, впереди показался луч света, и сердце парня замерло. Он поспешно бросился вперёд, увидев вдали человека с фонарём в руке, опершегося на стену. Его фонарь излучал божественный свет.

Цинь Му остановился и огляделся. Он снова активировал свои глаза небес и начал осматривать окрестности. Лишь убедившись в отсутствии опасности он продолжил двигаться вперёд и подошёл к незнакомцу.

Последним оказался давным-давно умерший бог. Он опёрся спиной на стену, его глаза были ужасно помутневшими, а выражение лица опустело.

Осмотрев узоры на его одежде, юноша подумал: «Это бог Эпохи Императора-Основателя!»

Божественный фонарь до сих пор светил, в его свете тело бога выглядело полупрозрачным.

Что-то заподозрив, Цинь Му собрался с смелостью, чтобы ущипнуть кожу бога. Внезапно, тот сдулся, его кожа и одежда свалилась в кучу.

По спине юноши пробежались мурашки, а его волосы встали дыбом. Он лихорадочно сделал несколько шагов назад.

Спустя несколько секунд одежда и кожа бога зашуршала и подлетела в воздух, начиная медленно принимать свою прежнюю форму, будто её надували воздухом. Вскоре бог снова стоял, опёршись на стену.

«Его плоть и кровь иссякли, исконный дух тоже исчез. Божественные сокровища, райские дворцы, ничего не осталось…»

Собравшись с мыслями, юноша подошёл поближе и начал тщательно осматривать тело. Он не мог понять, что именно сожрало все его внутренности, оставив лишь кожу, и бормотал себе под нос:

— Я могу научиться на ошибках своего предшественника, если мне удастся узнать причину его смерти. Это определённо принесёт мне пользу. Что странно, так это то, что даже без крови и плоти, он может возвращать себе свою прежнюю форму. Под его кожей что-то прячется?

Немного поколебавшись, он вынул меч Беззаботный и попытался вскрыть кожу бога. Под ней, казалось, что-то извивалось и отталкивало лезвие, не позволяя проткнуть кожу.

Нахмурившись, Цинь Му вспомнил о Книге Жизни и Смерти. Посветив ею на труп, он увидел появившееся имя. В следующий миг человеческая кожа внезапно открыла рот и издала леденящий крик. Из её глаз, ноздрей, рта и ушей поднялись клубы дыма, и она тут же сдулась!

Чёрный дым смешался со тьмой, исчезая.

Цинь Му недоумевал, его сердце неконтролируемо билось. Произошедшее было слишком странным, он не сталкивался с чем-то подобным даже в Фэнду!

Спустя некоторое время его сердце биение вернулось к норме. Подняв фонарь. Он продолжил идти вперёд, и вскоре увидел возвышающуюся впереди каменную табличку, преградившую дорогу.

Юноша приподнял фонарь, свет которого мягко рассеялся на каменной табличке. На её поверхности показалось письмо, подобного которому он никогда не встречал.

Цинь Му владел многими языками и с лёгкостью мог распознать большинство слов. Более того, он владел глубоким пониманием смысла, кроющегося за структурой языков.

Тем не менее, язык на каменной табличке был для него чем-то совершенно новым.

— Что это за писание?

Немного подумав, он снял ивовый лист со своего межбровья и мягко спросил:

— Брат, Небесный Герцог, Багровый Император, вы понимаете эту надпись?

В третьем глазу появился ещё один зрачок, осматриваясь.

— Я нет, — проговорил Цинь Фэнцин. — Брат, выпусти меня. Я не стану тебя есть.

Внезапно, второй зрачок оттолкнул глаз Небесного Герцога, которому так и не удалось сбежать, пролетая мимо Сюаньду:

— Там написано » Мир Небесной Инь«, — тихо донёсся его голос. — Мир Небесной Инь находится под Сюаньду. Несмотря на то, что я излучаю свет, способный осветить бесчисленные миры вокруг, всё-таки есть места, которых не достигает мой свет, они находятся у меня под ногами. Странно, что пограничный камер Мира Небесной Инь находится здесь. По праву, его не должно тут быть.

Цинь Му озадаченно спросил:

— Разве под ногами Небесного Герцога не должен находиться Юду?

— Юду — это место, куда люди отправляются после смерти. Мир Небесной Инь — это мир, где нет света. Это не одно и то же.

Небесный Герцог собирался что-то ответить, когда раздался крик разъярённого Цинь Фэнцина:

— Заткнись, старый хрен! Если ты будешь всё так детально объяснять, как мне тогда его обмануть и сожрать?

В третьем глазу Цинь Му раздались звуки избиения старика. Спустя несколько мгновений раздался крик Багрового Императора:

— Я ничего не говорил, почему ты меня избиваешь?.. Малыш, думаешь я тебя боюсь? Я небесный император Эпохи Багрового Света…

— Сын Циня, твой брат разорвал нас на куски и вот-вот сбежит, быстро прилепи ивовый лист обратно!

— Брат, не верь им, мы ведь братья и должны помогать друг другу. Я не буду тебя есть… Заткнись старик! Если я выберусь и сожру его, то смогу вас освободить!

Цинь Му поспешно прилепил ивовый лист обратно, и наконец возобновил тишину в своём глазу.

— Мир Небесной Инь? Неужели тёмная субстанция происходит отсюда?

Поразмыслив, Цинь Му медленно сделал несколько шагов назад. Он подошёл к коже бога и посветил на неё фонарём. Как и ожидалось, к этому времени она надулась обратно.

Отложив фонарь в сторону, Цинь Му достал Книгу Жизни и Смерти, освещая ею кожу бога. Та снова открыла рот и жалко завизжала, а из всех её отверстий поднялся чёрный дым. В следующий миг она сдулась и упала на землю.

Юноша пробормотал про себя:

— Может быть, этот густой дым и есть чёрной субстанцией?

Он поднял руку, пытаясь схватить тьму. Другие люди не могли к ней прикоснуться, но он ощутил в пальцах что-то вроде песка. Тем не менее, ощущение было крайне слабым и почти незаметным.

— Неужели Мир Небесной Инь покрыт этой субстанцией? Почему она вторгается в Великие Руины и другие миры?

Собравшись с мыслями, он продолжал держать Книгу Жизни и Смерти в руках. Затем он поднял с земли фонарь, и, немного подумав, спрятав его в свой мешочек таотэ.

Если в Мире Небесного Инь повсюду была чёрная субстанция, то блуждать здесь с фонарём выглядело бы как наступление катастрофы.

Обойдя пограничный камень Небесного Инь, он обнаружил, что оказался в странном мире, всё в котором было серым.

Глава 682. Мир Небесной Инь, Деревня Жизнерадостная

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел серые горы и реки. Почва тоже была серой, в то время как неподалёку непредсказуемо появлялись и исчезали чёрные тени, из-за чего их было сложно заметить. Судя по всему, именно они были теми самыми монстрами во тьме, появляющимися, словно из ниоткуда, и исчезающими, будто неуловимая дымка…

Некоторые из них даже кружили позади серого дерева, тайно его оценивая.

Цинь Му вновь услышал возле своего уха шелест, который обычно слышался, когда монстры и тьма разливались необъятным потоком, прежде чем шагнуть вперёд.

Несмотря на то, что здесь обитали и другие формы жизни, подобные этим монстрам, везде вокруг было крайне пустынно. Хотя, поскольку здесь росли деревья, цветы и даже обитали никому неизвестные монстры, если сюда добавить немного света, возможно пейзаж округи заиграл бы совершенно иными красками.

Монстры держались к нему поближе, но в то же время следили, чтобы между ними и им была некая дистанция. Они явно не смели приближаться вплотную.

Цинь Му пытался рассмотреть их лица, но не мог, ведь вокруг было слишком темно и серо. Но кое о чём подумав, он достал кусок говядины из своего мешочка таотэ.

Вьюх…

Внезапно кто-то укусил говядину в его руке и тут же умчался прочь, мгновенно исчезая. Он шокировано вздрогнул, ведь сумел очень смутно разглядеть комок тени, схватившей мясо, и понятия не имел, что это было!

«Подобные формы жизни повсюду вокруг меня, а их скорость вышла далеко за грани моего воображения. Что же такое обитает в Мире Небесной Инь?» — думая в таком ключе, Цинь Му понимал, почему не стоило кому бы то ни было необдуманно входить во тьму, в которой повсюду бродили такие пожирающие плоть монстры.

Где-то вдалеке послышались звуки укусов, и он повернулся на их источник, наконец-то сумев увидеть очертания парочки монстров. Они скрывались за скалой и что-то жевали. Он направился к ним, но они суетливо убежали, поэтому ему так и не удалось их как следует рассмотреть.

Шагая под тёмным и мрачным небом, Цинь Му обернулся, запоминая место, откуда пришёл, ведь он не хотел ошибиться дорогой, когда решит вернуться, прежде чем продолжить путь.

Множество шепчущих звуков исходило из тьмы, в то время как некоторые монстры сбивались в группы и что-то обсуждали, но когда они видели, как он к ним приближается, то ускользали, подобно чёрному песку, уносимому порывом ветра.

«Неужели весь Мир Небесной Инь выглядит вот так и тут больше ничего нет? Источником тьмы действительно является это место?» — внимательно осматриваясь вокруг, он не мог обнаружить какой-либо полезной информации, поэтом в конце концов не удержался и достал Книгу Жизни и Смерти, прежде чем посветить ею на монстров.

Монстры вдруг издали жалкий визг, под который из их тел вытек чёрный дым, после чего они ссохлись, падая на землю.

— Что за… — резко переменившись в лице, Цинь Му поспешно присмотрелся и увидел, что ссохшиеся, скукожившиеся монстры превратились в человеческую кожу!

Точно так же, как и в том случае с богом, которого он ранее увидел перед Пограничным Камнем Небесной Инь, осталась только кожа!

Цинь Му растерянно пробормотал:

— Нежели все монстры вокруг — это кожи, а не настоящие монстры?

Чувствуя смятение, он не понимал, почему такая невероятная ситуация вообще имеет место быть, но немного успокоившись, он тут же подошёл поближе понаблюдать и уже спустя совсем чуть-чуть времени увидел, как тьма, подобно струящемуся песку, воронкой вливается в кожи. Немного погодя монстры вскочили и вновь бесследно испарились.

Цинь Му взял себя в руки и решил вернуться обратно к месту, через которое вошёл сюда. Прибыв к пограничному камню, он поклонился со словами:

— Старший, прости за беспокойство.

Подхватив кожу одной рукой, он вновь вошёл в Мир Небесной Инь, а уже в следующий момент та внезапно вырвалась и побежала, мгновенно бесследно исчезая!

«Как я и думал!» — Цинь Му ощутил, как его сердце бешено колотится.

Монстры и правда не были настоящими, а являлись просто кожами!

Они не имели ни крови, ни плоти, и когда их наполняла чёрная субстанция, они могли похвастаться несравненно высокой скоростью. Но стоило только свету Книги Жизни и Смерти коснуться их, наружу вытекала чернота, после чего они становились пустыми оболочками.

«Зачем они едят плоть и кровь? — Цинь Му чувствовал, что ещё на шаг приблизился к правде, но по-прежнему находился крайне далеко от разгадки всего. — Узнав всё о тьме, я, вероятно, докопаюсь до секрета Мира Небесной Инь».

Он продолжил путь, как вдруг услышал шелест. Какой-то монстр приблизился к нему, заставляя удивиться и ощутить нечто знакомое.

«Бог Эпохи Императора-Основателя с фонарём!»

Монстр, превратившийся из бога, приблизился к Цинь Му и остановился.

Цинь Му решил подойти к монстру поближе, но тот тут же отбежал, прежде чем остановиться неподалёку и обернуться.

«Он передвигается как молния. Мне с ним не тягаться в скорости. А раз он останавливается, значит хочет, чтобы я последовал за ним!» — ощутив учащённое сердцебиение, Цинь Му тут же ускорился до предела, погнавшись за монстром.

Человек и монстр проносились над землями тьмы. Всякий раз, когда первый выбивался из сил, последний замедлялся, а порой даже и вовсе останавливался, но всегда следил за тем, чтобы их разделяло расстояние, равное трёмстам метрам.

Преодолев таким образом неизвестно сколько километров, Цинь Му внезапно увидел цвета и оживился. Вокруг раскинулись зелёные холмы и голубые озёра, журчала кристальная вода, слышалось пение птиц и чувствовался приятный аромат цветов. В общем, атмосфера была весьма освежающей…

Также в глаза бросался город несравненных красоты и богатства, в котором туда-сюда сновали самодостаточные люди. Чего-чего, а такого он увидеть в этом мире не ожидал.

Когда монстры входили в долину, серость в их телах, казалось бы, моментально увядала, а они сами становились богами полными жизни и сил.

Цинь Му поспешил вперёд, но не стал тут же входить в долину. Перво-наперво он осмотрелся, и только убедившись, что вокруг безопасно, вошёл.

Улицы были полны богов, которые ходили, смеялись и общались, а некоторые даже мелодично пели. Со стороны город выглядел так, как и должен выглядеть город.

— Маленький друг издалека, прости нас за то, что мы не приняли тебя, как подобает! — громко рассмеялся старец-бог, одетый как учёный муж, и, пригласив Цинь Му рукой, продолжил. — Наш маленький город редко принимает гостей, поэтому мы заставили тебя ждать. Пожалуйста, проходи.

Несмотря на то, что бог выглядел старым, его распирала жизненная сила и удаль, поэтому он совершенно не казался таковым.

Цинь Му спокойно улыбнулся, отвечая:

— Старший слишком учтив. Что это за место? Я видел, что Мир Небесной Инь полностью серый, но это место полно жизни. В нём должно быть что-то особенное.

— Это деревня Жизнерадостная нашего Мира Небесной Инь, а также место, где бессмертные проводят время с удовольствием, — громкий голос улыбающегося старца-бога мог вызвать звон в ушах. — Наше место знаменито красотками, которые могут успокоить беспокойное сердце, полное проблем, и помочь истощённому телу восстановиться. Порой люди даже забывают о родном доме и остаются здесь. Мы не зря называем это место деревней Жизнерадостной.

Во время разговора словно из ниоткуда появилось множество улыбающихся, танцующих и поющих богинь. Красивые, соблазнительные, милые, мрачные, горячие, холодные, встречались на любой вкус, и они устремились к нему со словами:

— Гость издалека, в деревне Жизнерадостной ты будешь по-настоящему радоваться жизни!

— Мир Небесной Инь такое расслабляющее и изысканное место, меня действительно ожидает жизнерадостное времяпрепровождение, жаль только, что у меня лишь две руки и я не могу обнять вас всех! Ха-ха… — расхохотавшись, Цинь Му прижал одну девушку к левому боку, а другую к правому.

Богини тоже рассмеялись, в то время как старец-бог улыбнулся:

— Если уважаемый гость хочет обхватить их всех, то это просто — оставайся здесь и живи как мы. Разве не великолепное решение? Прожив здесь достаточно долго, ты сможешь не только по очереди обнять каждую из них, но и переспать с ними.

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Как вы? Разве в таком случае я не стану изголодавшимся трупом?

— Изголодавшийся труп? — старец-бог кардинально переменился в лице, точно так же, как и богини вокруг. Теперь их лица выглядели крайне строгими. — Какие ещё изголодавшиеся трупы? Что тебе известно?

— Разве призраки, умершие от голода, не изголодавшиеся трупы? — с улыбкой ответил Цинь Му и тут же ощутил, как его руку мёртвой хваткой обхватила богиня рядом, из-за чего он не мог сдвинуться с места.

— Так ты знаешь? — ухмыляясь, заговорил старец-бог. — Но уже слишком поздно! Мы так голодны…

Богини мрачно смеялись:

— Твоя полоть и кровь такая съедобная, мы так голодны…

— Итак, наш молодой, достопочтенный гость, мы можем только съесть тебя!

— Уведите его…

Богини подняли парня и направились в центр города, куда постоянно стягивалось всё больше и больше богов, пребывающих в приподнятом настроении в ожидании еды.

Оказавшись на месте, Цинь Му успокоился, когда увидел, что трон посреди площади занял тот самый старец-бог. Между тем две богини, выглядящие подобно весенним цветам, держали его за руки над собой, а также над десятками тысяч изголодавшихся богов…

Старец-бог хохотнул и сказал:

— Мы угодили в ловушку на неисчислимое множество лет, поэтому могли есть только самих себя, когда приходилось совсем туго. В итоге мы съели даже наши кости, оставляя целой только кожу. И теперь, когда к нам наведался живой, мы наконец-то сможем вновь вкусить плоти.

Десятки тысяч богов внизу хлопали, танцевали и требовали еды.

Старец-бог улыбнулся в сторону Цинь Му со словами:

— Уважаемый гость, тебе не стоит беспокоиться. После того, как мы тебя съедим, ты станешь одним из нас, однако, начиная с того момента и навеки ты будешь страшно голодать.

— Так вот что из себя представляет деревня Жизнерадостная? — с улыбкой ответил Цинь Му. — Вот как вы обращаетесь с вашими гостями? Не удивительно, что вы все не преуспеваете.

— Ах, уважаемый гость не растерялся и даже шутит, неужели за тобой кто-то стоит? — с улыбкой поинтересовался старец-бог, но сразу же после продолжил, как если бы отвечая на свой же вопрос. — Но даже если за тобой стоит Небесный Герцог, в Мире Небесной Инь это бесполезное знакомство. Тебе не на кого положиться. Небесный Герцог не может сюда наведаться, точно так же, как Граф Земли! Тебе остаётся лишь покорно ждать смерти!

— Что такое тьма в Мире Небесной Инь? — тут же спросил Цинь Му. — Почему она просачивается из него? Человек, стоящий одной ногой в могиле, становится крайне любопытным. Может ли старший удовлетворить любопытство такого человека?

Старец-бог с улыбкой ответил:

— Только Богиня Небесной Инь может дать ответы на твои вопросы. И вы вскоре встретитесь, ведь она, хе-хе…

— Раз вы, изголодавшиеся трупы, не хотите отвечать… — четыре руки резко выросли из-под подмышек Цинь Му, доставая из мешочка таотэ Книгу Жизни и Смерти. Взмахнув книгой по кругу, он посветил ею во всех направлениях. — Тогда я отправлюсь на встречу к Богине Небесной Инь…

— Агх, ааа, аггг… — несравненной жалкие визги пронеслись по небу, в то время как бесчисленные боги схватились за свои лица.

Чёрный дым изливался из всех их отверстий, и они больше не выглядели как крайне сильные боги, а скукоживались, превращаясь в упавшие на землю кожи!

Две богини, что держали его за руки, тоже превратились в две пустые оболочки из кожи.

Цинь Му обернулся посмотреть на старца-бога на троне, прежде чем неспешно направиться к нему навстречу. Бедолага задрожал и поспешно встал со своего трона, уставившись на книгу в его руках.

— Книга Жизни и Смерти Минду… Это Книга Жизни и Смерти Минду! — воскликнув, он начал пятиться и бормотать. — Ты используешь божественное искусство Эпохи Багрового Света. Твои шесть рук…

Цинь Му подошёл и сел на трон с добродушной улыбкой:

— Не плохо. Ты ещё не потерял свой рассудок полностью и, даже став изголодавшимся трупом, кажется, сохранил некоторые воспоминания из прошлого. В таком случаю ты тоже можешь рассказать мне, как Мир Небесной Инь оказался в таком состоянии, верно? А также что там с Богиней Небесной Инь? И что связывает Мир Небесной Инь с Минду?

Глава 683. Сын Небесной Инь

Пожилой мужчина резко изменился в лице и тут же попытался сбежать. Тем не менее, он остановился, как только увидел, как Цинь Му машет Книгой Жизни и Смерти в своей руке, не осмеливаясь делать резких движений.

Цинь Му ещё сильнее уверился в том, что Книга Жизни и Смерти была проклятьем для изголодавшихся трупов.

— Ты говоришь, что мы изголодавшиеся трупы, и это правда, — хихикая, проговорил старик. — У Мира Небесной Инь невероятно древнее происхождение, его корни тянутся к началу небес и земли. Когда родились Сюаньду и Юду, появились и мы. До появления так называемых людей, вселенной управляли древние боги, одним из которых была Богиня Небесной Инь.

Сердце Цинь Му резко дрогнуло, но он совершенно спокойно проговорил:

— В таком случае, Богиня Небесной Инь такая же, как Небесный Герцог и Граф Земли, они боги, рождённые от небес и земли.

Старец-бог покачал головой, отвечая:

— Богиня Небесной Инь значительно уступает тем двум. Мир Небесной Инь — это всего лишь клочок земли под ногами Небесного Герцога, он не идёт ни в какое сравнение с владениями последнего. Тем не менее, у него всё же есть одна особенность. Он не находится ни во власти Небесного Герцога, ни Графа Земли, ведь те не могут сюда прийти, а значит…

Цинь Му продолжил вместо него:

— Значит, что души существ, живущих в Мире Небесной Инь, не могут попасть в Юду, и, следовательно, живут вечно. Я правильно рассуждаю?

Старец-бог громко рассмеялся, но его смех не был искренним. Казалось, он делал это просто ради приличия:

— Жить вечно? Хе-хе, как скажешь. Тем не менее, вечная жизнь в Мире Небесных Инь не такая, как ты себе представляешь. Наши души и вправду бессмертны, но это лишь приводит к тому, что здесь скапливается огромное количество душ, чьи физические тела умерли. В случае с богами не происходит ничего плохого, ведь они могут сохранить свои тела, но что насчёт других форм жизни? Многие из них умерли.

Цинь Му заинтересованно спросил:

— Если количество умерших тел растёт, разве это место не превращается в Юду?

— Как я уже говорил, Мир Небесной Инь неподконтрольный Графу Земли. Он не в силах сюда явиться, так как это место может превратиться в Юду? — покачал головой старик. — Оно никогда не превратится в Юду и никогда не станет Сюаньду. Будь то Небесный Герцог или Граф Земли, для них оно мёртвая зона, в которую невозможно попасть.

Здесь скапливалось слишком много душ, которые начали сеять хаос. Но разве мёртвые могли спокойно наблюдать за счастьем живых? В последствии, между душами и живыми вспыхнула война.

Цинь Му недоумевал:

— Как души могут сражаться с людьми? Те, у кого есть физическое тело и душа, значительно сильнее одной лишь души. В одиночку она никогда не сможет одолеть живого человека.

Старец-бог улыбчиво ответил:

— Тем не менее, у каждого физического тела наступит день, когда его силы иссякнут, в то время как каждая душа Мира Небесной Инь бессмертна. Даже боги не могут окончательно одолеть здешние души. Даже если уничтожить их в бою, они не исчезнут. В боях между богами и призраками было уничтожено слишком много душ и в результате они превратились в чёрный песок.

Его глаза внезапно стали невероятно тёмными, напоминая невообразимо мелкий чёрный песок. Было очевидно, что он был не живым человеком, а странным монстром, родившимся, когда чёрный песок вторгся в человеческую кожу.

— Чёрный песок — это наши разбитые души, — на лице старика показалась странная улыбка. — Так как мы слишком изувеченные, никто не в силах отчётливо нас разглядеть или коснуться. Ты один из очень немногих, кто может нас видеть. Обретая физическое тело, мы начинаем испытывать невыносимый голод и обезумевши искать еду. Поэтому мы начали есть, — он не стал вдаваться в детали. — Вскоре мы сожрали всех живых людей в Мире Небесной Инь.

Цинь Му чувствовал, как его волосы встают дыбом и, хоть старик и не описывал событий тех дней, он мог запросто представить, насколько ужасный хаос тогда возник!

— В таком случае, где сейчас Богиня Небесной Инь? — торжественно спросил Цинь Му. — почему она вас не остановила?

Старец-бог не отвечал, продолжая рассказ:

— Мы непрерывно ели, пока не обнаружили, что в Мире Небесной Инь больше не осталось живых, и вскоре нам пришлось начать пожирать самих себя. Мы поглощали свою плоть и кровь, кости, божественные сокровища и исконный дух, в результате чего от наших тел осталась лишь кожа. Еды снова не стало, а мы всё ещё были слишком голодны, поэтому наши взгляды упали на Богиню Небесной Инь…

Цинь Му дрогнул. Слова старца-бога звучали совершенно непринуждённо, будто он говорил о чём-то обычном, от дьявольской природы его голоса он ощутил страх.

— Мы не годимся в противники Богине Небесной Инь, но, к счастью, нас много, — продолжал старик. — Впрочем, даже с численным перевесом, мы попросту не могли её укусить. Она сильно избила нас в ответ, но мы не можем умереть! Мы настолько разбитые души, что нас невозможно разбить на более мелкие кусочки. Она не могла нас убить, а мы не могли её сожрать. Так было до тех пор, пока не появился гость снаружи — человек вроде тебя, способный видеть, слышать и касаться нас. Он даже мог причинить нам вред, — он усмехнулся. — Мы объединились с гостем и в результате сумели сожрать Богиню Небесной Инь. В конце концов в Мире Небесной Инь совершенно не осталось еды. Впрочем, мы до сих пор голодны…

Он причмокнул губами, будто пытаясь вспомнить какой-то удивительный вкус.

— Вы сожрали Богиню Небесной Инь? — Цинь Му дрогнул и прищурился, громко спрашивая. — Возможно ли, что этим гостем было Чёрное Божество Минду?

— Вы зовёте его Чёрным Божеством Минду? — покачав головой, проговорил старец-бог. — Здесь мы называем его Сыном Небесной Инь.

Юноша был удивлён:

— Сын Небесной Инь? Сын Небес Мира Небесной Инь?

Старик кивнул:

— Хоть Богиня Небесной Инь и была древним богом, рождённым от Мира Небесной Инь, она была не в силах подчинить нас из-за ограничений великого Дао. Между тем Сын Небесной Инь обладал странными заклятиями, которые позволяли ему контролировать нас, поэтому мы отправились вместе с ним, сражаясь в бесчисленных войнах и переживая одну эпоху за другой. После этого он построил Минду, а Книга Жизни и Смерти в твоих руках — это созданное им сокровище. Именно благодаря ему ты можешь от нас отбиться. Раз уж ты один из нас…

— Один из вас?

Цинь Му тихо рассмеялся и поднял Книгу Жизни и Смерти, освещая старика её лучами.

Выражение его лица резко изменилось, он издал пронзительный визг, а из пяти отверстий в его коже вырвались клубы чёрного дыма, и в следующий миг она полностью сдулась.

Сидя на троне, Цинь Му наклонился вперёд, подпёр подбородок одной рукой и погрузился в глубокие мысли: «Чёрное Божество Минду и Сын Небесной Инь. Вторжение тьмы происходит из-за чёрного песка, созданного из разбитых душ. На самом деле монстры во тьме — это человеческие кожи, внутри которых скрываются разрушенные души призраков».

«Сын Небесной Инь соединил Мир Небесной Инь с Великими Руинами, позволяя чёрному песку вторгнуться в них. Монстры в нём, как и сам песок, боятся света богов, поэтому как только те появляются в Великих Руинах, тьма не смеет к ним приближаться».

«Тем не менее, остаётся ещё одна загадка — лица во тьме. Когда-то я видел лица дьяволов, вторгающиеся вместе со тьмой в Перевал Богини. Их остановило проснувшееся орудие и богини. Подобные ситуации происходят повсюду в Великих Руинах, откуда взялись эти дьяволы?»

Он осмотрел город, усеянный кожей. Несмотря на то, что изголодавшиеся трупы могли носиться подобно ночной молнии, их способности не были слишком высокими. Было очевидно, что они не были дьявольскими богами из тьмы.

Также было странным, что последние появлялись и исчезали вместе со тьмой. При дневном свете от них не оставалось ни следа.

Пожилой бог не ответил на все его вопросы.

Цинь Му продолжал сидеть на троне. По всей видимости в Мире Небесной Инь положение старого бога не было низким, а так как он мог рассказать историю этого места, то, судя по всему, принимал участие в битве между Сыном Небес и Богиней Небесной Инь.

С тех пор он ещё ни разу не был разрушен, поэтому сумел сохранить эти воспоминания.

Он был создан из атомов, принадлежащих бесчисленным душам, но его кожа до сих пор носила имя. Атомы душ не принадлежали этой коже и мгновенно разлетались, оказавшись под лучами Книги Жизни и Смерти.

Это было равносильно тому, что Цинь Му убил их ещё раз.

Даже если чёрный песок вернётся в эту кожу, он больше не будет тем, что раньше.

«Эффект Книги Жизни и Смерти поистине удивителен. Чёрное Божество Минду определённо должен быть невообразимо талантливым человеком, раз сумел создать подобное сокровище», — пока Цинь Му думал, до его ушей донёсся шелест и его сердце замерло. Подняв голову, он увидел перед собой бога Эпохи Императора-Основателя, показавшего ему дорогу к этому месту. Тот стоял на мосту и звал его взмахом руки.

Сердце парня дрогнуло. Попытавшись вспомнить произошедшее, он понял, что бога не было среди толпы, требующей его сожрать.

«Неужели у него всё ещё остались какие-то воспоминания? Это ведь невозможно, не так ли?» — с такими мыслями Цинь Му поспешно встал на ноги и, сделав несколько шагов, добрался к мосту.

Внизу под длинным сооружением текла вода, двигающаяся со стороны города, а само сооружение простиралось над ней, второй стороной исчезая в обширном сером.

Увидев, что юноша идёт следом за ним, бог продолжил двигаться вперёд.

Цинь Му поспешно шагал за ним по мосту.

Когда они ушли, чёрный песок начал возвращаться к центру города, быстро проникая внутрь кож, разбросанных по земле. Вскоре бесчисленные боги снова встали на ноги и начали блуждать по улицам, не помня о произошедшем.

Длина огромного моста устрашала Цинь Му. Строение колебалось вверх-вниз, и, даже достигнув тьмы, оно не оборвалось, продолжая возвышаться над уже, казалось бы, озером.

Хотя озеро внизу было бы более уместно называть морем.

Оно тоже имело тёмный, мрачный цвет.

Цинь Му долго следовал за богом, но всё ещё не достиг конца моста. Внезапно он остановился и равнодушно спросил:

— Старший, для чего ты ведёшь меня вперёд? Почему ты просто не скажешь мне? Я только что встретил старого бога, и он умел говорить, а значит ты тоже можешь, верно?

Окружённый серыми пейзажами, бог остановился и развернулся, смотря на юношу пустыми глазами. Спустя мгновение он снял одежду со своего торса.

Удивлённый Цинь Му подошёл ближе, чтобы осмотреть странные символы на груди бога.

Несравнимо тонкие и сложные руны формировали символы, из которых получалось слово «Закройся».

На его спине тоже была оставлена идентичная надпись.

«Техника Создания Небесного Дьявола, это работа Святого Дровосека», — Цинь Му ошарашенно застыл и внезапно пустил слезу. Затем он улыбнулся и проговорил:

— Старший, этого достаточно. Идём дальше.

Одевшись, бог Эпохи Императора-Основателя продолжил идти вперёд.

Слово «Закройся» было оставлено техникой Создания Небесного Дьявола, Святой Дровосек использовал её, чтобы запечатать душу этого человека. Изголодавшиеся трупы не едят кожи, что позволяло сохранить кроющиеся внутри душу и память.

Тем не менее, его физическое тело было невозможно защитить. Голодающие трупы сожрали все его внутренности.

Цинь Му всплакнул, так как ощутил невероятное уважение и благодарность к этому человеку.

Бог Эпохи Императора-Основателя прекрасно понимал, что умрёт, оказавшись в Мире Небесной Инь, но всё же без малейших сомнений отправился искать разгадку тьмы.

Глава 684. Демонстрация Силы

Чем ближе он подбирался к правде, тем опаснее становилось.

Бог Эпохи Императора-Основателя, возможно, уже узнал правду о тьме, вот только не смог рассказать о ней другим, умерев прямо у пограничного камня в Мир Небесной Инь, и только когда появился неожиданный гость, он вновь пробудился.

Цинь Му следовал за ним вперёд, между тем озеро под мостом всё больше напоминало собой море, ведь он больше не мог разглядеть суши. В следующий момент он бросил взгляд на воды внизу и увидел в них едва различимые чернильно-чёрные силуэты рыб, которые безжалостно грызлись, изо всех сил пытаясь сожрать друг друга. Однако сколько бы они не ели, насытиться им явно не удавалось.

«Создания в море тоже изголодавшиеся трупы. Они безостановочно едят, но не наедаются», — в конце концов Цинь Му смог разглядеть конец моста, но серое море так и продолжало скрываться за горизонтом.

Между тем впереди, над блеклыми морскими водами виднелись огромные прозрачные песочные часы, изготовленные, судя по всему, из цветного стекла. Внутри них находился чёрный песок, перетекающий с верхней половинки в нижнюю и к текущему момент практически полностью наполняя собой её.

Глядя издалека, Цинь Му смог разглядеть рядом с песочными часами скопление крошечных дворцов, но те отнюдь не был настолько уж маленькими, просто они таким казались из-за поистине гигантского соседа. Он знал об этом потому, что уже провёл все необходимые расчёты, и дворцы занимали собой десять квадратных километров площади. Но всё ещё находясь от них на приличном расстоянии, они чем-то напоминали крошечный остров посреди моря, хотя, с учётом своих размеров и масштабов моря, они таковыми и были.

Скопление дворцов соединялось с длинным мостом. Цинь Му заглянул за них и увидел там другой длинный мост, низко подвешенный, но не знал от чего тот идёт.

Бог остановился и указал в сторону дворцов. Поскольку его запечатывала техника Создания Небесного Дьявола, он не мог говорить и уж тем более использовать своё совершенствование.

Цинь Му кое о чём подумал и достал кисть с бумагой, говоря:

— Старший, если у тебя есть какие-то мысли, почему бы тебе не написать о них?

Мужчина поднял кисть и быстро что-то написал на бумаге. Взглянув на буквы слов, юноша увидел, что те выглядели сильными и крепкими, словно древние сосны.

— Там дворцы учеников Минду? — прочитав написанное на бумаге, Цинь Му удивился и начал засыпать вопросами. — Сколько их? Какое у них совершенствование?.. Среди них есть боги Минду? С богами придётся не легко… Они мертвы или живы? Ох, живы… — он прищурился и задумался, прежде чем продолжить. — Хотя живы они или мертвы не так уж важно, ведь они так и так могут прихватить меня с собой. Труднее понять, как они попали в Мир Небесной Инь, ведь даже если я перебью всех тех, кто сейчас там внутри, сюда сбежится ещё больше таких же из Минду. Перво-наперво мне нужно разрушить путь между Минду и Миром Небесной Инь…

Бог поднял кисть, продолжая писать.

Цинь Му слегка нахмурился, прежде чем воскликнуть:

— Богиня Небесной Инь? Зачем ты написал её имя? Разве изголодавшиеся духи уже не сожрали её… Минутку! Я понял о чём ты! — подняв голову, он продолжил изучать дворцы под песочными часами и чуть погодя напряжённо проговорил. — Ты прав, без Богини Небесной Инь нам не разрешить эту проблему. Старший, твоя идея великолепна. Почему я об этом не подумал первым? Старший, во времена Эпохи Императора-Основателя ты, должно быть, был поистине светлым умом!

Бог с пустым выражением лица держал кисть, занесённую в воздух, явно не понимая, о чём говорит парень.

— Несмотря на то, что Богиня Небесной Инь уже съедена, — взволнованно говорил Цинь Му, — её кожа всё ещё должна быть где-то спрятана. Просто я раньше такого не проворачивал, поэтому не знаю сработает ли…

Бог продолжал стоять с пустым выражением лица. Было очевидно, что он имел в виду что-то совершенно иное, а парень трактовал его слова совершенно неправильно.

Цинь Му похлопал его по плечу и с улыбкой подбодрил:

— Старший, расслабься. Я уже сражался раньше с учениками Минду, поэтому знаю, что даже несмотря на то, что их божественные искусства хороши, у них есть свои слабые стороны. К тому же я полагаю, что среди всех учеников, присутствующих здесь, не так много учеников Сына Небесной Инь. Я совершенно не боюсь последних, не говоря уже о первых. Твоя идея и правда хороша, и мне может быть даже удастся узнать достаточно о тьме, чтобы разрешить все проблемы связанные с ней раз и навсегда!

Бог, казалось, совершенно запутался…

Он держал кисть занесённой, но не знал, что ему писать.

Цинь Му набрался уверенности и достал свою пилюлю меча, которая тут же зависла перед его грудью. Он растопырил пять пальцев, заставляя восемь тысяч мечей, напоминающих тоненькие иголки, вылететь наружу и упорядоченно выстроиться в круг концами внутрь…

В следующий миг они устремились вниз, ныряя прямо в море.

Цинь Му шагнул вперёд, говоря серьёзным тоном:

— Старший, ножи и мечи впереди беспощадны. Несмотря на твою божественную кожу, у тебя нет магической силы и совершенствования, чтобы противостоять им. Позволь мне разобраться с этой проблемой и просто подожди меня здесь. А я пока покажу богами Минду настоящее представление силы!

Бог запутался до такой степени, что на его лице возникло страдальческое выражение, как вдруг он, казалось, что-то понял и написал предложение, собираясь позволить парню взглянуть, но тот уже ушёл. Он растерянно поднял кусок бумаги, не зная, что ему предпринимать дальше, между тем на бумаге были написаны слова: «Вымани Богиню Небесной Инь, чтобы атаковать их».

По сравнению с тем, о чём подумал Цинь Му, эта идея, казалось, была диаметрально противоположной.

Цинь Му сорвал ивовый лист с межбровья, спокойно шагая по мосту. Бесчисленные летающие мечи быстро вращались, покачиваясь в такт волнам, продвигаясь вперёд вместе с ним. Между тем в глубинах его третьего глаза показался огромный глаз Цинь Фэнцина. Осмотревшись вокруг, тот явно заинтересовался этим тёмным и мрачным миром, думая: «Столько деликатесов…»

Цинь Му достал Мистический Нож Казни Бога и сдавил футляр. Он практически дошёл до ворот, ведущих к скоплению дворцов.

Два даоса общались у ворот.

— Мир Небесной Инь такой тёмный и мрачный, — говорил один. — Заступая здесь на пост, можно не ожидать, что тебя сменят в ближайшие несколько сотен лет. Да что уж, можно застрять и на тысячу. Так скучно.

— Если тебе так скучно, — отвечал другой, — отправляйся в деревню Жизнерадостную и найди там несколько красоток. Вместе с ними можно хорошенько разрядиться с учётом их превосходных техник. Разве в Минду есть такое жизнерадостное место? Ну, а если тебе по-прежнему будет скучно, то убей парочку местных изголодавшихся. Всегда можно найти, как себя развлечь.

— Старший брат прав, в Минду и правда не найти места, где можно так приятно предаться плотским утехам. Но даже пробыв в Мире Небесной Инь столько времени, мы так и не встретили ни одного живого… Мм?

Два даоса, стоящих на страже ворот, внезапно увидели Цинь Му. Они уставились на него широко распахнутыми, неверующими глазами.

В этот момент из моря выстрелило два летающих меча, моментально пронзивших их виски с лева и права. Прежде чем они смогли даже прийти в себя, мечи уже погасили их исконные духи.

Оставшиеся семь тысяч девятьсот девяносто восемь мечей плавно, тихо вынырнули из моря и, припав к земле, рассредоточились вокруг Цинь Му, следуя вместе с ним к скоплению дворцов. Между тем бесчисленные пряди жизненной Ци танцевали вокруг его исконного духа, соединяясь с каждым мечом для их контроля.

Дон, дон, дон…

Раздался мелодичный колокольный звон, как вдруг кто-то выкрикнул:

— День закончился, солнце село, сменить небо.

Последние чёрные песчинки проскочили через талию песочных часов, между тем из своих дворцов вылетело два бога, которые начали использовать свою магическую силу, чтобы перевернуть часы.

Цинь Му поднял голову, открывая футляр. Костяные мембраны головы сильного практика Императорского Трона завибрировали в маниакальном предвкушении, издавая цокочущие звуки.

Тоооонг…

Два росчерка кровавого света устремились в небо и скользнули по глоткам богов ещё до того, как они смогли даже среагировать!

Кровавый свет вернулся обратно в футляр, забирая с собой всю кровь и Ци из тел богов. В небе не было брызг крови, только два падающих трупа, но перед тем, как те успели даже коснуться земли, послышались крики людей, под которые многочисленные ученики Минду показались из дворцов:

— Кто здесь?

— Вражеская атака…

— Кто посмел сеять хаос в землях Минду?

Вьюх, свишь, вьюх…

Бесчисленные вспышки мечей выстрелили от земли и сформировали собой море из светящихся мечей. В тот момент, когда ученики появились, подавляющее большинство из них попадали, потеряв свои ступни до лодыжек, но ещё перед тем, как они успевали касаться земли, их межбровья пронзались росчерками вспышек меча!

Даже если встречались те, кто был достаточно силён, чтобы избежать первой атаки, они всё равно теряли свои жизни под последовавшей серией атак, напоминавшей собой вой ветров и ливень дождей!

Летающие мечи были как маленькие серебренные рыбки, плавающие везде в небе и над землёй. Их траектории не повторялись, а движения в их исполнении можно было описать только как фантастически странные во всевозможных смыслах. Будучи под контролем техники Цинь Му, восемнадцать базовых форм меча комбинировали неисчислимое количество движений…

И не только это, восемь тысяч мечей могли увеличиваться и уменьшаться, удлиняться и укорачиваться, а некоторые изгибались и меняли форму время от времени. Мечи могли даже объединиться, принимая форму совершенно иного духовного оружия, например, котла, печи, колокола, пагоды, ножа, копья, топора, да даже дракона и феникса воплоти!

Мечи заставляли всех вокруг чувствовать, что они неисчислимы!

Неважно насколько замечательным или выдающимся было божественное искусство врага, даже если тот моментально прятался в Минду, мечи тут же устремлялись следом и убивали любого.

Цинь Му уже достиг области Небожителя, на которой любой практик божественных искусств переживал огромный скачок в совершенствовании, кроющийся в способности проецировать свой исконный дух. Он, конечно, уже давно мог проворачивать нечто подобное, так как его достижения в исконном духе позволяли тому обладать как духом, так и формой…

Обладание одновременно духом и формой требовало совершенствования исконного духа в физическую субстанцию, то есть уплотнить его до состояния, когда он выглядит, как настоящий. Но несмотря на то, что он ранее достиг этого, прямо сейчас его сила и контроль над исконным духом достигли совершенно иных масштабов и далеко превзошли других практиков области Небожителя.

Цинь Му продолжал спокойно шагать вперёд, в то время как за его спиной парил тридцатиметровый исконный дух, который управлял восемью тысячами мечей и убивал людей, словно косил траву.

— Нахальство!

Огромный дворцовый зал взорвался, в то время как из него выскочил бог Минду, но в тот момент, когда он оказался в воздухе, злосчастный маленький футляр уже был открыт и из него выстрелило два кровавых луча, которые уже в следующий миг скользнули по его шее и мягко отрезали голову.

Цинь Му направлялся к центру дворцового зала и неважно, встречался ему бог или практик божественных искусств, всех их ожидала смерть от неестественных причин. Того, кого ему было под силу одолеть своими силами, он убивал своими летающими мечами, а того, кого не было, он убивал Мистическим Ножом Казни Бога.

Устроенная резня заставил учеников Минду ощутить в сердце леденящий душу холод и отступить. Более чем сто из них собрались вместе и взглянули на огромный колокол, свисающий с крыши.

— Чтобы убить его, давайте используем Небесный Похоронный Колокол!

Сотни учеников выкрикнули в унисон и колокол подлетел, нацеливаясь своим горлышком на врага.

При таком ракурсе Цинь Му увидел, что колокол состоял из восемнадцати соединённых вместе колец, в то время как на каждом из них было выгравировано множество сложных рун Минду.

Придя в движение, кольца колокола завращались в разные направления, в то время как руны на них засияли. Когда два кольца поворачивались, порой части рун на каждом из них соединялись в одну полноценную, которая могла продемонстрировать совершенно иную мощь и способность.

Бесформенная мощь вращающегося Небесного Похоронного Колокола достигла своего апогея и, внезапно вырвавшись из горлышка, устремилась прямо к Цинь Му!

Глава 685. Умереть от Поклона

Восемь тысяч мечей подлетели, формируя перед Цинь Му огромный щит. Тот имел форму идеального полукруга, что позволяло максимально эффективно рассеять силу столкновения.

Юноша повернулся боком, упал на одно колено и поднял руку, поддерживая заднюю часть щита. Это было лучшее положение для принятия удара.

Из исконного духа за его спиной протянулись бесчисленные нити жизненной Ци, вонзаясь в щит, чтобы укрепить его конструкцию.

Летающие мечи на поверхности щита переплетались, будто кольца в кольчуге. Подобная структура позволяла сдержать даже самый сильный удар.

Кроме того, на строении появились всевозможные защитные символы, которыми были руны чёрной черепахи. Оно покрылось узорами черепашьего панциря, а по его краям сияли символы летающего змея.

Бум!

Ударная волна Небесного Похоронного Колокола наконец достигла цели, но оглушающего звона так и не послышалось. Она состояла лишь из ужасающих толчков пространства, и Цинь Му не ощутил на себе никакого сильного удара. Его исконный дух, с другой стороны, пострадал от сильного столкновения и улетел из поля зрения!

«Небесный Похоронный Колокол — это божественное искусство, нацеленное на исконный дух или душу!»

Сердце Цинь Му дрогнуло от удивления, в то время как его исконный дух поспешно прилетел обратно. Скорость его передвижения была самой высокой скоростью в мире, и даже отлетев на десятки тысяч километров, он мог вернуться в одно мгновение. Единственной проблемой было то, что Цинь Му не знал, сможет ли он выдержать удар Небесного Похоронного Колокола.

Он почти ничего не знал о божественных искусствах Минду и видел их лишь в исполнении Лоу Цзянчжуна. Перед смертью тот успел исполнить лишь одно движение, так и не предоставив противнику шанса изучить свои техники.

Пока его исконный дух летел обратно, подоспела вторая ударная волна, отбрасывая его ещё дальше.

Тем не менее, физическое тело Цинь Му не ощутило на себе никакого давления.

«Небесный Похоронный Колокол обладает невероятной силой, но он эффективен лишь против исконного духа или души. В таком случае…»

Внезапно, щит Цинь Му рассыпался, и в следующий миг тело юноши приняло шестирукую трёхглавую форму. Его ладони тут же потянулись к восемью тысячам мечей, быстро превратившихся в шесть божественных ножей. Затем он прыгнул вперёд, атакуя Небесный Похоронный Колокол!

Он напоминал свирепого тигра, пробравшегося к стаду ягнят. Его шесть ножей взлетали вверх-вниз, отсоединяя головы людей от плеч. Он убивал их, будто стриг траву, исполняя Девять Навыков Небесного Ножа мясника себе в радость.

Девять Навыков Небесного Ножа, начиная от Ночной Битвы по ту Сторону Бурного Города и Солнца на Тысячеуровневых Волнах Восточного, и заканчивая Длинным Ножом, Свисающим под Лунным Светом, — все они были сложными и впечатляющими.

Свет ножа напоминал ветер и дождь, море и волны. Он то свисал под луной, то выглядел как небесные лошади среди звёзд!

Будучи сильнейшим искусством создания Эпохи Багрового Света, три головы и шесть рук также помогали ему осмотреться, а атакам достать до любой точки. Это было равноценно трём Цин Му, убивающим стадо овец!

Внезапно, свет лезвий остановился, и парень поднял руки вверх. Шесть ножей слились в один, и он взмахнул им, крепко держа шестью руками!

Чи!

Ошеломительный свет ножа разрубил дверь зала впереди. Две её половины раскрылись настежь, открывая вход!

Между тем впереди, справа и слева от Цинь Му трупы начали падать на землю. Валясь один за другим, практики больше не могли встать на ноги.

Исконный дух юноши прилетел обратно, остановившись за его спиной.

Цинь Му осторожно потёр ладони, превращая длинный нож в пилюлю меча, которая тут же подлетела в воздух повисая у его межбровья. Затем он приостановился, взял в руки маленький футляр и продолжил идти вперёд.

Дзинь!

За его спиной Небесный Похоронный Колокол упал на землю и покатился вниз по ступеням, продолжая громко звенеть.

На троне внутри зала торжественно восседал дьявольский бог, одетый в чёрный плащ. На его голове виднелись два длинных, изогнутых рога, а его глаза были такими же, как у обычного человека.

Дьявольский бог держал в руках книгу, тщательно её изучая. Держа в руках маленький футляр, Цинь Му шёл в его сторону. Тихо щёлкнув, артефакт приоткрылся.

Отложив книгу в сторону, дьявольский бог посмотрел на гостя. Усмехнувшись, он проговорил:

— С тех пор, когда кто-то посещал Мир Небесной Инь, прошло довольно много времени. В последний раз это случалось двадцать тысяч лет назад. Император-Основатель не понимал необъятности небес и земли, поэтому приказал богам изучить это место. Теперь сюда пришёл ты. Неужели какой-то наглый дурак из внешнего мира решил перевернуть небеса?

Крепко держа футляр, Цинь Му поклонился:

— Сто седьмой потомок Императора-Основателя, Цинь Фенцин, отдаёт дань своего уважения старшему из Минду.

— Так ты потомок Императора-Основателя, ты ещё очень молод, — улыбчиво проговорил дьявольский бог. — Император-Основатель уже мёртв? Если нет, то когда-то он скажет тебе не открывать называть своего настоящего имени чужакам, особенно людями из Минду. Несмотря на то, что у тебя есть кое-какие способности, ты всё ещё слишком молод. Ты знаешь кто я такой?

Он встал, его крепкое тело было даже выше, чем исконный дух Цинь Му, возвышающийся на тридцать метров.

— Фамилия Куй — это громкая фамилия в Минду, которую носят многие боги, и именно её ношу я, — он говорил чрезвычайно громким голосом. — Моё религиозное имя — Куй Уцюй. Естественно, оно не настоящее, тем не менее, многие называют меня Королём Уцюем.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Я встречал двух богов с фамилией Куй, одного звали Шаманский Бог Куй, а второго — Куй Цинпэй. Можно узнать, вы как-то связаны?

— Куй Цинпэй — ученик его величества и выдающийся талант нашей семьи Куй, — улыбнулся Король Уцюй. — А Шаманский Бог Куй — это мой ученик, Райские Небеса прислали его в Минду, и он учился у меня. Ты всё ещё жив после встречи с ними, так что у тебя точно есть кое-какие таланты. Тем не менее, раз уж ты встречал Шаманского Бога Куя и узнал, что он был моим учеником, тебе должно быть понятно, почему не стоит называть своё имя предо мной.

Лицо Цинь Му обрело пепельный цвет, он молча поднял свой маленький футляр.

Уцюй улыбчиво ответил:

— Это бесполезно. Несмотря на то, что Таинственный Нож Казни бога очень силён, и я значительно слабее него, он никогда не сможет меня поразить. На самом деле, я сумел разглядеть в нём недостаток, пока ты разбирался с богами Минду. Ты использовал его, чтобы убить многих моих подданных, но не убил с его помощью ни одного практика, спрятавшегося в Минду, и всегда использовал против них свой летающий меч. О чём это говорит? — он был не в силах сдержать свой смех. — Таинственный Нож Казни Бога не может добраться до Минду!

Лицо Цинь Му было ужасно бледным, казалось, что из него вытекла вся кровь.

Король Уцюй был крайне доволен собой, торопливо говоря:

— Как ты думаешь, почему я не показался, когда ты начал убивать моих подданных? Теперь я могу тебе рассказать. Я боюсь Таинственного Ножа Казни Бога. Взгляд сильного практика Императорского Трона будто острые ножи, а его голова пьёт кровь. Он убил бесчисленных богов, и я не решался обнаруживать себя, не разгадав его тайны. Тем не менее, теперь я знаю о его слабости, тебе не удастся причинить мне вреда.

Цинь Му разочарованно пробормотал:

— Ты наблюдал как я убиваю твоих учеников и сдерживал себя, не пытаясь их помочь. Ты невероятно безжалостен…

Уцюй положил руки за спину и улыбчиво произнёс:

— Ты ещё слишком молод, маленький мерзавец. Какое мне дело о их смерти? В любом случае, после смерти они перевоплотятся в Минду. Только те неудачники, чьи исконные духи высосал твой нож, умерли окончательно. Впрочем, мне нет до них дела. Раз ты уже встречался с моим учеником, Шаманским Богом Куем, тебе должно быть интересно увидеть даже более сильные божественные искусства?

Со всё ещё бледным лицом, юноша торопливо ответил:

— Старший, подожди минутку! Старший, разве тебе не интересно узнать, почему я пришёл в Мир Небесной Инь?

Уцюй повернул голову, из-за своих рогов он напоминал горного козла. Мужчина улыбчиво ответил:

— Хорошо. Так как я редко встречаю чужаков, дежуря здесь, я подарю тебе немного времени. Расскажи мне о своих намерениях.

На лице Цинь Му возникло серьёзное выражение, он проговорил:

— Я здесь, чтобы найти Богиню Небесной Инь!

— Богиню Небесной Инь?

Казалось, Уцюй услышал самую смешную шутку в мире, и спросил сквозь смех:

— Богиню Небесной Инь сожрали десятки тысяч лет назад, от неё осталась лишь кожа. Зачем ты сюда пришёл? Что ты собрался сделать, встретившись с ней? Использовать её кожу в качестве поднесения для меня?

Выражение лица юноши ужасно помрачнело, он пробормотал:

— Богиня Небесной Инь мертва? Как такое могло случиться? Это невозможно… Нет! Это невозможно! Богиня Небесной Инь — это святой бог, рождённый природой, кто мог бы её убить? Ты лжешь! Я тебе не верю!

Уцюй рассмеялся, отвечая:

— Её кожу подавляет море. Призвать её, чтобы ты увидел всё своими глазами?

— Я тебе не верю, ты меня обманываешь! — Цинь Му безучастно смотрел ему в глаза, бормоча. — Ты лжёшь… Я здесь с приказом заключить союз с Богиней Небесной Инь. Она бог, рождённой природой, владыка Мира Небесной Инь. Её сила невообразимо велика, она не могла умереть, не могла…

Уцюй подошёл поближе к нему, неторопливо говоря:

— Убить кого-то, разрушив его сердце. Я невероятно люблю наблюдать, как ломается какой-то высокомерный мерзавец вроде тебя. Давай я просвещу тебя перед смертью. Иди за мной. Я призову Богиню Небесной Инь, чтобы ты взглянул.

Разочарованный, Цинь Му пошёл следом за ним. Его шаги были неуверенными, он едва не спотыкался о труп, разбросанные по земле, пытаясь не отставать.

Король Уцюй подошёл к берегу моря, серая вода которого внезапно покрылась бурными волнами. Волнение становилось всё более и более интенсивным, и спустя мгновение над поверхностью моря поднялась несравненно величественная богиня.

Физическое тело богини было невероятно огромным, и на нём, казалось, не было одежды. Вместо этого оно было прикрыто радугой.

Цинь Му поднял голову, и в его взгляде загорелась надежда. Он прокричал:

— Богиня, ты до сих пор жива! Богиня, я пришёл по приказу заключить с тобой союз! Пожалуйста, убей этого негодяя!

Уцюй засмеялся, выглядя крайне счастливым:

— Ты не в силах увидеть настоящую картину, верно? Несмотря на то, что Богиня Небесной Инь не выглядит, как одна лишь кожа, на самом деле она пуста внутри. Её тело наполнено чёрным песком из разбитых душ. Это уже не она, а лишь кожа, оставшаяся от её физического тела. Её исконного духа уже не существует. Перед тобой лишь изголодавшийся труп, — он развернулся, скривившись в своеобразной улыбке. — Теперь ты можешь умереть.

Цинь Му предпринял последнюю попытку бороться, открыв маленький футляр. Два кровавых луча рванули в сторону Уцюя!

Тот засмеялся, его тело скрылось во тьме, будто созданной из бесчисленных чёрных песчинок. Пара лучей пронеслись сквозь его тело, но не сумели его ранить.

— Как и ожидалось, божественное искусство Минду может противостоять Таинственному Ножу Казни Бога, — улыбнулся Уцюй.

Два кровавых луча кружились вокруг него, но как бы быстры они ни были, им не удавалось поразить цель.

— Я наигрался, пора заканчивать! — Уцюй поклонился Цинь Му, всё ещё находясь в Минду, улыбчиво проговорив. — Я убью тебя поклоном. Даже если между нами целый мир, мне всё равно это под силу! Цинь Фэнцин, прими дань моего уважения!

После поклона разум Цинь Му задрожал, мир вокруг него начал кружиться. В следующий миг он оказался перед огромным дьявольским богом.

На голове дьявольского бога торчали рога, а вместо ног у него были копыта. Вокруг его тела пылал дьявольский огонь, существо было ничем другим, кроме как исконным духом Уцюя. Он протянул руку, пытаясь схватить парня.

Не успев дотянуться, взгляд Уцюя внезапно помутнел, он глупо уставился за спину парня.

В темноте за Цинь Му медленно открылись три глаза, вспыхнувшие странным светом в форме крыльев бабочки. Вслед за ними медленно показалось пухлое лицо младенца.

— Тут… — он был ошеломлён. — Два Цинь Фэнцина?

Взволнованность на лице Цинь Му давно исчезла, её заменило умиротворённое выражение:

— Король Уцюй, познакомься с моим старшим братом.

Глава 686. Богиня Небесной Инь

Уцюй ощутил, как в его жилах стынет кровь… по сравнению с Цинь Му он был несравненно большим, но перед лицом пухлолицего малыша он был ужасно маленьким.

Младенец протянул руку и, схватив его, забросил себе в рот, и даже несмотря на его выдающиеся способности, у него так и не получилось вырваться на свободу.

— Мой старший брат и я носим одно имя, — перед смертью он услышал голос парня, — потому что владеем одной душой и телом.

Младенец начал энергично жевать, как вдруг он радостно попытался схватить Цинь Му:

— Плохой младший брат, умри!

Прямо в этот момент Цинь Му достал ивовой лист своим физическим телом и аккуратно приклеил обратно на лоб. Перед тем, как младенец сумел хоть что-то сделать, на него надавила бесформенная сила и потянула обратно в бездну.

— Плохой брат…

После того, как младенец упал на землю, он резко сел и, оглядевшись вокруг, понял, что вернулся обратно под печать. Между тем белобородый старец и трёхглавый мужчина всеми силами пытались не попадаться ему на глаза, явно прячась где-то в горах.

— Плохой брат, как только я тебя поймаю, то съем! — пухлый младенец разошёлся не на шутку и поползу на четвереньках в сторону гор. Он явно планировал найти клона Небесного Герцога и сознание Багрового Императора, чтобы излить свою злость. — Сначала я изобью старика, а потом займусь трёхглавым!

Неудачливая парочка старательно избегала встречи с ним.

— Нам не стоит бояться его, печать Графа Земли постоянно изменяется, поэтому он не сможет поймать нас! — уверенно твердил клон Небесного Герцога.

— В прошлый раз ты говорил то же самое, но он всё же поймал нас, — пожаловалось сознание Багрового Императора.

— На этот раз такого точно не произойдёт!

****

Цинь Му вернулся в своё тело и, видя, как труп Уцюя тонет, а Минду уже исчезло, облегчённо вздохнул. Затем он поднял голову и с улыбкой сказал:

— Богиня Небесной Инь, мы, наконец, встретились. Однако тебе не стоит грустить, моё божественное искусство может помочь тебе собрать все частички души, которые ранее поглотили, воедино…

Прямо в этот момент величественная богиня, которая ещё миг назад неподвижно стояла в море, шагнула.

Цинь Му ощутил, как все волосы на его теле встают дыбом, и моментально побежал прочь, не успевая исполнить хоть какое-то божественное искусство. Вскоре он оказался на мосту возле бога и, безо всяких объяснений схватив его, устремился дальше. Между тем из-за его спины донёсся громкий треск от разрушившихся дворцов.

Промахнувшись своей ступнёй, Богиня Небесной Инь повернулась и погналась. Её тело было невероятно огромным, поэтому каждый её шаг преодолевал тысячу километров, и даже несмотря на то, что её шаги не были слишком быстрыми, в скорости с ней мало кто мог сравниться!

«Тело богини контролируют изголодавшиеся призраки! — Цинь Му моментально догадался, почему кожа Богини Небесной Инь пытается убить его, и без каких бы то ни было сомнений достал Книгу Жизни и Смерти, чтобы посветить на неё. — Богиню Небесной Инь уже съели изголодавшиеся призраки, поэтому они управляют ею! Что также означает, что она теперь тоже изголодавшийся призрак».

Свет Книги Жизни и Смерти заставил чёрный дым просочиться из глаз, носа, ушей и рта богини, но она замерла лишь на миг, прежде чем сделать очередной шаг в их сторону.

«Она слишком большая, книга не может осветить её всю!» — активно думая, Цинь Му использовал жизненную Ци, чтобы Книга Жизни и Смерти парила за его головой и светила, и остервенело бежал, используя Божественные Ноги Небесного Расхитителя одноногого на пределе, постоянно превосходя свои собственные рекорды в скорости!

— Старший, убегай! — взмолился Цинь Му, чувствуя истощение от того, что ему приходилось тащить на себе кожу бога, к тому же из-за этого он явно не мог бежать со своей максимальной скоростью.

Мужчина тут же отскочил в сторону и моментально превзошёл в скорости юношу, оставляя того глотать пыль.

Цинь Му ошеломлённо, но в то же время разгневанно прокричал:

— Так вот насколько ты лоялен! А я ведь пролил несколько слезинок за тебя! Если ты мог так быстро бегать, то должен был забрать меня с собой!

Внезапно Богиня Небесной Инь протянула ладонь в попытке схватить Цинь Му. Её ладонь вошла в верхние слои атмосферы Мира Небесной Инь из космоса, напоминая собой необъятную землю, падающую с неба в хватательном движении, и из-за запредельной скорости воспламенилась, но пламя совершенно не могло ей навредить.

Между тем Книга Жизни и Смерти ярко сверкала позади головы Цинь Му и ещё перед тем, как рука Богини Небесной Инь смогла достичь его, её пальцы обмякли один за другим, словно сдувшиеся. Но даже так её ладонь полностью накроет его!

Видя, что его вот-вот прихлопнут, Цинь Му создал вокруг себя бесчисленные руны, а уже в следующий миг исполнил божественное искусство мгновенного перемещения. Он исчез, а когда появился, то оказался на расстоянии тысячи километров…

Он постоянно исчезал и появлялся, несмотря на понимание, что его совершенствование рано или поздно истощится. Он должен был сбежать из Мира Небесной Инь до того, как его поймает исполинская богиня.

Под поступью Богини Небесной Инь мост постоянно хрустел и рушился, попросту не способный выдержать её веса.

Цинь Му практически достиг берега, как вдруг неисчислимые монстры набросились на него прямо посреди процесса мгновенно перемещения.

— Валите! — Цинь Му посветил на них Книгой Жизни и Смерти, обращая в пустые кожи, между тем на его голову безжалостно обрушивалась необъятная ладонь!

Буум!

Море Мира Небесной Инь яростно забурлило, а землю охватило землетрясение страшной интенсивности. Округу объял оглушительный грохот, в то время как умопомрачительные трещины распространились во всех направлениях, исторгая из себя серую, как весь мир вокруг, лаву.

Богиня Небесной Инь подняла ладонь, оставляя внизу полностью разрушенный мост. Между тем море было полностью испарено, раскрывая осушённое дно. Под её ладонью кружились бесчисленные руны, посреди которых находилась большая пилюля меча в форме металлического шара с полностью разрушенной одной стороной!

Вьюх!..

Руны сверкнули и металлический шар бесследно исчез, появляясь в городе, который был расположен возле моря.

Богиня Небесной Инь не увидела Цинь Му и уставилась с непонимающим выражением лица. Она осмотрелась, но так и не смогла его найти.

Между тем находящийся в городе бог Эпохи Императора-Основателя высунул голову, наблюдая за пилюлей меча, лязгая собирающей своими боками все подворотни.

Цинь Му находился внутри пилюли и ударялся о её стенки, когда она подпрыгивала и резко падала, в то время как меч Беззаботный служил для неё несущей осью. Богиня Небесной Инь практически расплющила его вместе с пилюлей и так бы и случилось, если бы он вовремя не сообразил использовать Беззаботного таким образом…

Тем не менее пилюля всё же была деформирована и, подпрыгнув в последний раз перед остановкой, раскололось, рассыпаясь на восемь тысяч мечей.

Цинь Му встал и потянулся. Затем он поднял руку, заставляя все свои мечи соединиться друг с другом в крошечную пилюлю меча на его ладони, однако буквально в следующий миг послышался треск, и кроха взорвалась, обращаясь падающими с неба пылинками.

Он с мрачным выражением лица уставился на свою ладонь, на которой лежал только меч Беззаботный и кучка металлической пыли. Ему удалось пережить удар ладони Богини Небесной Инь, но пилюля меча, принявшая на себя всю мощь удара, была обращена в порошок в прямом смысле этого слова!

Пока её подпитывала его жизненная Ци, она всё ещё сохраняла форму, но как только он разорвал с ней связь, она не выдержала и взорвалась, заканчивая своё существование.

«Новое не может появиться, пока не уйдёт старое …» — чувствуя боль в сердце, подбадривал себя Цинь Му. Выкованное им духовное оружие в начале своего пути в качестве практика божественных искусств подходило ему больше всего, и он, конечно, планировал использовать его всю свою жизнь, но сейчас от него осталась только пыль.

А хуже всего было то, что, чтобы заполучить достаточное количество материалов для его изготовления, ему пришлось отдать всё своё имущество Сы Юньсян. Затем, чтобы выковать его до состояния струящейся воды, ему пришлось использовать одновременно дьявольский и ли огни…

Сейчас же на его ладони лежал только меч Беззаботный…

Разве он мог не страдать?

«К счастью, я выудил у Сакры достаточное количество Малинового Хрома Живучести Будды, этот металл уникальный материал для Царства Будды. Его должно хватить для создания другой пилюли меча!» — с такими мыслями Цинь Му слабо вздохнул и посмотрел в направлении Богини Небесной Инь, которая всё ещё пыталась его найти.

В этот момент к нему подбежал мужчина.

Цинь Му моментально помрачнел, а его гневу, казалось, не было предела:

— Никакой преданности!

Бог покраснел от стыда и протянул руку, попытавшись оттолкнуть его, но как бы он не пытался, у него ничего не получалось. В итоге он беспомощно пожал плечами.

— Так вот почему, — понимающе проговорил Цинь Му. — У тебя нет ни магической силы, ни физического тела, ни даже исконного духа, поэтому ты и не мог забрать меня с собой. Хорошо, я больше не злюсь. Помоги мне с поиском достаточно высокого места, чтобы я мог посветить своей Книгой Жизни и Смерти на лицо Богини Небесной Инь.

Бог немедленно выбежал из города, но обернувшись и увидев, что парень не последовал за ним, он тут же остановился и поманил.

Цинь Му побежал следом, исчезая вместе с ним вдали.

Вскоре они прибыли к высокой башне рядом с морем.

Цинь Му посмотрел вверх, удивляясь высоте башни. Мир Небесной Инь был крайне тусклым, поэтому он не мог видеть слишком далеко, однако даже полагаясь на навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, благодаря которому он мог видеть на десятки километров, ему по-прежнему не удавалось увидеть вершину башни.

Глядя на серый туман, который клубился вокруг неё, он понятия не имел, на сколько высокой она была. Единственное что он знал, что она была изготовлена из некого божественного металла, который источал чёрную субстанцию.

«Для чего нужна эта башня? Вероятно, она даже выше, чем Этаж Подавления Небес Багрового Света Чи Си», — прямо во время его размышлений бог подпрыгнул, быстро поднимаясь, отталкиваясь от карнизов каждого этажа башни.

Цинь Му использовал Божественные Ноги Небесного Расхитителя и побежал следом.

Один прыгал, а другой бежал, и вскоре они добрались до вершины башни.

Когда парень оказался на пике башни, мужчина уже ожидал его прибытия, что явно говорило о том, что он был гораздо быстрее.

Цинь Му мысленно удивился, после чего достал Книгу Жизни и Смерти, передавая её в руки бога со словами:

— Пока я буду исполнять заклятие чуть ниже на крыше, тебе нужно стоять здесь. А когда мне удастся приманить сюда Богиню Небесной Инь, ты должен будешь открыть книгу и посветить ею на неё.

Бог закивал, после чего Цинь Му собирался было спрыгнуть, как вдруг услышал звук шуршания бумаги позади. Он обернулся и увидел, как бог открыл Книгу Жизни и Смерти и, заглянув в неё, моментально «сдулся». Разрываясь между смехом и слезами, он подошёл, чтобы поднять Книгу Жизни и Смерти, чей свет всё это время падал на оболочку бога. Без её света чёрный песок вновь наполнил собой кожу последнего, вскоре полностью его «надувая».

Цинь Му вновь всучил Книгу Жизни и Смерти в руки бога и нетерпеливо объяснил:

— Перед тут! А это зад! Не перепутай. Если перепутаешь, нам обоим конец!

Бог вновь закивал, браво ударяя в свою грудь, словно ему не по чём такая плёвая задача.

Цинь Му глубоко вдохнул и закричал:

— Богиня Небесной Инь, я здесь!..

Слушая, как его голос эхом уносится в неизведанную даль, он потёр ладони, заставляя свою жизненную Ци принять атрибут красной птицы, выстреливая огненным шаром.

Шар засиял словно маленькое пылающее солнце, освещая всю округу.

Вокруг воцарилась гнетущая тишина, из-за которой бог нервно теребил края Книги Жизни и Смерти, не смея терять бдительности.

Спустя некоторое время земля вдруг начала яростно содрогаться под несравненно тяжёлой поступью.

Глава 687. Пробуждение Небесной Инь

Цинь Му глубоко вдохнул, подавляя неистовую дрожь в своём сердце.

Вернуть душу Богини Небесной Инь с помощью Проводника Душ было невозможно, ведь тот являлся божественным искусством, способным вернуть душу человека из Юду, позволяя ей вновь оказаться в своём физическом теле…

Между тем Богиню Небесной Инь сожрали, оставив от неё лишь кожу. Её душа, возможно, тоже была съедена, и превратилась в часть чёрного песка Мира Небесной Инь.

Если он хотел вернуть её душу, то должен был изменить Проводника Душ!

После встречи с богом Эпохи Императора-Основателя, Цинь Му «осенило», так что он уже подумывал о том, чтобы вернуть душу Богини Небесной Инь с помощью изменённого Проводника Душ.

Если её душа вернётся, она сможет отобрать у Минду контроль над тьмой Великих Руин.

Более того, Богиня Небесной Инь знала секреты, неизвестные большинству обычных людей, что могло бы помочь Цинь Му открыть некоторые тайны Великих Руин. Она также была богиней, рождённой от природы, и с поддержкой столь сильного существа, Вечному Миру было бы намного легче совладать с нынешней ситуацией.

Кончено же, всё это зависело от того, сумеет ли он изменить Проводника Душ и вернуть её душу обратно. Если его затея провалится, он определённо не сумеет сбежать от неё и несомненно умрёт.

Звук шагов, казалось, постоянно приближался.

Цинь Му уже мог видеть, как в тумане появляются слабые очертания внушительного силуэта Богини Небесной Инь…

Она спешила в сторону его голоса, так как её телом управляли изголодавшиеся призраки. В конце концов она не была настоящей Богиней Небесной Инь, поэтому не обладала по-настоящему выдающимися способностями и не видела, что именно скрывается во тьме, ориентируясь лишь по звуку.

Цинь Му сосредоточился, за его спиной появились Врата Небесной Воли, а в руках начала всё отчётливее виднеться древняя книга. Стоя на вершине башни, он открыл её и зачитал из неё стихи Юду. Из его уст спокойно и уверено слетели загадочные слова.

Врата Небесной Воли позади него внезапно развернулись. Ворота, изначально открытые наружу, теперь открылись внутрь. Перемычка теперь была на месте порога и наоборот.

Соответствуя своему названию, Врата Небесной Воли действительно получали волю небес и земли: первыми являлось Сюаньду, а второй — Юду. Над перемычкой находилось Сюаньду, а под порогом лежал Юду.

В прошлом Цинь Му никогда не задумывался, какую часть мира олицетворяет середина между небесами и землёй. Теперь же было очевидно, что между ними находился мир смертных, но он ещё не определил, куда падала тень от небес.

Вместе с Вратами Небесной Воли перевернулись небеса и земля. В таком случае тень от небес будет находиться не под небесами, а над ними. Подобное изменение, естественно, не было равноценным переворачиванию Мира Небесной Инь и Сюаньду, а просто коснулось структуры врат.

С изменением структуры божественного искусства его эффект, соответственно, тоже изменялся, по сути он перевернул всё вверх ногами.

Цинь Му использовал книгу, появившуюся в его руках, не в качестве инструкции для исполнения божественного искусства, а лишь как словарь, чтобы убедиться, что в его произношении не будет ошибок.

Дрожь и сила его голоса становились всё интенсивнее и выше, он резонировал всё более страстно, в то время как низкие нотки начинали вибрировать. В сторону Врат Небесной Воли больше не дул зловещий ветер, вместо него в них начал постепенно появляться свет.

Между тем Богиня Небесной Инь наконец определила его местоположение, двигаясь навстречу. Её силуэт становился всё отчётливее.

Чёрный туман перед ней рассеялся, и она оказалась прямо перед высокой башней.

Недолго думая, бог немедленно отрыл Книгу Жизни и Смерти. Её свет тут же засиял на лицо Богини Небесной Инь!

Черты лица богини мгновенно исказились, она пронзительно завизжала, в то время как из её носа, глаз, ушей и рта вырвались потоки чёрного дыма.

Вьюх!

Она подняла ладонь, прикрывая своё лицо, отчего её пальцы скрутились и молниеносно сдулись. Её вторая рука поспешно поднялась и протянулась в сторону бога на вершине башни. Тем не менее, ладонь быстро сплющилась под светом Книги Жизни и Смерти. Достигнув башни, она уже стала куском кожи, который не сумел кого-то ранить.

Цинь Му не думал ни о чём другом, продолжая скандировать язык Юду. Свет, сияющий из Врат Небесной Воли, становился всё интенсивнее и ярче, в такт с ним раздавался невероятно громкий голос, встряхивающий округу. Голос сливался со словами Цинь Му и поначалу казался совсем обычным, но вырываясь из Врат он становился в несколько раз громче и дрожью проносился по небу и земле!

Свет из Врат Небесной Воли упал на тело Богини Небесной Инь, отчего её визги стали ещё более пронзительными и болезненными для ушей. Они почти подавляли язык Юду, доносящийся из уст Цинь Му и Врат.

Внезапно тело женщины отодвинулось, уклоняясь от луча из Книги Жизни и Смерти, её рука тут же вернулась к нормальному виду.

Священная богиня, рождённая от небес и земли, схватилась за основание башни, чтобы грубой силой оторвать невероятно высокое строение от земли!

Бог тут же повернул Книгу Жизни и Смерти, свет которой снова упал на лицо богини. Чёрный дым начал вырываться наружу, и её голова сморщилась, превращая её саму в безликое существо.

Врата Небесной Воли Цинь Му тоже двигались в такт с целью, их свет ни на миг не отрывался от её лица, сияя всё ярче и ослепительней. Высокие нотки доносящегося из них голоса становились ещё выше, а низкие — ниже…

Все вокруг были оглушены, их грудные клетки дрожали в такт с ним.

Тело Богини Небесной Инь было ярко освещено, к нему непрерывно текла тьма, пытаясь пробиться внутрь. Между тем наружу с бешенной скоростью вырывался чёрный песок.

Женщина боролась и визжала, размахивая башней во все стороны. Её ужасающая сила поражала, чего и стоило ожидать от бога, рождённого природой!

Ноги Цинь Му крепко стояли на вершине башни и независимо от того, насколько резко ею размахивали, он не двигался с места и продолжал напевать.

Бог тоже изо всех сил пытался устоять на месте и продолжать светить Книгой Жизни и Смерти на лицо богини, чтобы изгнать ещё больше чёрного песка.

Между тем чёрный песок, текущий отовсюду, превратился в потоки тьмы толщиной с дракона, проникающие внутрь тела Богини Небесной Инь.

Её душа призывалась обратно!

Улучшенный Проводник Душ, который исполнял Цинь Му, призывал её душу, и среди всех частичек чёрного песка в Мире Небесной Инь, те, которые содержали в себе осколок её души, начали двигаться под воздействием божественного искусства. Даже самые крохотные из них послушно текли в сторону её тела.

Более того, его божественное искусство достигало даже Великих Руин и других миров, соединённых с Миром Небесной Инь!

Изначально Проводник Душ был заклятием из Юду, но так как практики божественных искусств Вечного Мира не владели его языком, тот постепенно был заменён языком дьяволов. Тем не менее, его сила могла достичь Юду и привести заточённую там душу мертвеца обратно, отлично демонстрируя уникальность, чудесность своей силы…

И только в исполнении Цинь Му, отлично владеющем языком Юду, это божественное искусство наконец вернулось к своему изначальному виду. Использовав его впервые, он сумел пробудить тысячи богов, погибших в бою в зловещих землях Верховных Небес Императора.

В тот раз он украл у Графа Земли бесчисленные души и исконные духи, в результате чего за ним пришёл зловещий вестник смерти.

Улучшенный Проводник Душ, который сейчас он исполнял, направлял все атомы души Богини Небесной Инь, рассеянные по Великим Руинах и остальным мирах, связанным с Миром Небесной Инь. Для него это не было трудной задачей.

Впрочем, это было не всем, что он намеревался сделать.

Призвав все атомы обратно, он хотел отстроить её душу и воскресить священную богиню, умершую неизвестно сколько тысяч лет назад!

Даже на земле слова Цинь внутри его третьего глаза едва различимо дрожал его загадочный голос, вводя сознание Багрового Императора, клона Небесного Герцога и младенца Цинь Фэнцина в транс.

— Произношение плохого брата совсем неплохо, — младенец уселся на землю и вытащил из рта большой палец, по-детски проговорив. — Поймав его, я оторву и сожру его голову.

С мрачным выражением лица клон Небесного Герцога проговорил низким тоном:

— Он начинает использовать меня.

Сознание Багрового Императора чувствовало сложность языка Юду Цинь Му и, не будучи способным его понять, спросило:

— Как это он тебя использует?

Вздохнув, клон Небесного Герцога объяснил:

— Он перевернул Врата Небесной Воли вверх ногами, чтобы отстроить душу другого человека с помощью моего света.

Удивлённо вскочив, Багровый Император закричал:

— Он посмел украсть твою силу? Этот мерзавец решил пойти против небес?

Клон Небесного Герцога ответил:

— С чего бы ему не посметь? Он осмелился даже заточить нас с тобой здесь, так что определённо не увидит ничего необычного в том, чтобы воровать мою силу. К счастью, он украл совсем немного. Скорее всего, он перевернул Врата Небесной Воли и использует мой свет только для того, чтобы воскресить Богиню Небесной Инь.

Лицо Багрового Императора помрачнело, он торжественно спросил:

— Богиня Небесной Инь умерла?

— Она была мертва ещё при твоей жизни, — равнодушно проговорил клон Небесного Герцога. — Я смог ощутить её смерть, но не мог заглянуть в Мир Небесной Инь, поэтому мне оставалось лишь горько вздохнуть. Когда я двигаюсь, Мир Небесной Инь тоже движется, он навеки спрятан в моей тени, поэтому я не мог её спасти.

Взгляд Багрового Императора дрогнул:

— Богиня Небесной Инь умерла раньше меня? В таком случае она, должно быть, умерла во времена Эпохи Дракона Ханя. Если бы это произошло во времена Багрового Света, то я определённо бы узнал. Во те дни Райских Небес восстали против друг друга. Могу ли я узнать у Небесного Герцога, которые из них убило Богиню Небесной Инь?

Посмотрев на него, клон Небесного Герцога спокойно ответил:

— Ты уже умер, так что нет смысла столько расспрашивать. С другой стороны, Сын Цинь привлёк моё любопытство. Этот малец создал божественное искусство, позволяющее вернуть к жизни даже тех, чьи души были разрушены. Если он и вправду добьётся успеха в этой затее, то в мире начнутся огромные перемены… Откуда взялся такой проницательный человек?

Вздохнув, Багровый Император проговорил:

— Он не проницательный, а лишь может думать о том, о чём не осмеливаются думать другие. Он представляет то, что не представляют другие, и даже решается приняться за работу над своими идеями. Другим может казаться, что-то, что они знают — чёткое правило, но в его сердце нет чётких правил. Именно поэтому он в силах создавать божественные искусства, которые шокируют даже Небесного Герцога.

Клон Небесного Герцога улыбнулся:

— Хоть у него и много идей, это ещё не значит, что он добьётся успеха.

В этот момент голос Цинь Му, раздающийся у них над головой, внезапно стал обрывистым и резким. Казалось, будто он начал говорить по слогам.

Резко переменившись в лице, клон Небесного Герцога тихо проговорил:

— Если у него всё получится, то правила Великого Дао Небес и Земли изменятся. Багровый Император, ты уже чувствуешь, как меняется Дао?

В этот момент Будда, спящий над землёй в форме слова Цинь, внезапно проснулся и, открыв глаза, удивлённо спросил:

— Дао Небес и Земли меняется? Кто вы… Ээм? Брат Дао Небесный Герцог и Багровый Император, зачем вы сюда пришли?

— Старый Будда, оставайся там, не спускайся! — Багровый Император тут же начал размахивать руками, останавливая Будду, собравшегося спуститься вниз. — Если ты спустишься, то закончишь так же, как и мы. Тебя ужасно изобьёт чудной младенец с огромной головой!

Глава 688. Великий Чародей

— Чудным младенцем Цинем? — Цинь Фэнцин, притаившийся позади гор, тайно следил за ситуацией в ожидании, когда старый Будда спустится, но, услышав последние слова, впал в ярость и тихо процедил себе под нос. — Трёхголовый, как ты смеешь говорить обо мне плохо? Я оторву твои руки и ноги одна за другой.

Прямо сейчас младенец напоминал кота, осторожно перебирающего ногами и руками, готового наброситься на свою добычу. Он планировал схватить старого Будду сразу же после спуска.

Тем не менее Будда Брахма не спустился, а лишь проговорил:

— Ваше Величество Багровый Император, премного благодарен за предупреждение. Тогда заранее прошу простить старого монаха за то, что не спущусь. Могу я спросить брата Дао Небесного Герцога и Вашего Величества Багрового Императора, как вы попали сюда?

Клон Небесного Герцога со вздохом ответил:

— Двумя словами и не объяснишь, думаю эта беседа неуместна в текущей ситуации.

Старый Будда посмотрел на них, понимая, что будет некрасиво продолжать расспросы, когда другая сторона не хочет рассказывать, и сказал:

— К вопросу о небольшом изменении Великого Дао Небес и Земли. Кажется, оно исходит отсюда.

— Виновник Сын Цинь, — ответил Багровый Император. — Он возродил Богиню Небесной Инь.

— Не уточните, виновник Цинь Му или его старший брат? — поинтересовался старый Будда.

— Мой плохой брат! — Цинь Фэнцин, всё это время продолжающий прятаться за горой, не удержался от вопроса. — Так ты спустишься или нет?

— Нет, — старый Будда заговорил праведным тоном. — Если спущусь, тогда я тоже угожу в ловушку. К тому же Цинь Фэнцин ты ведь не можешь мне ничего сделать. Уже забыл, как ты попытался съесть меня и затем был подавлен мною?

Клон Небесного Герцога заговорил:

— Он не может съесть нас, но успешно забавляется отрыванием конечностей. Если спустишься, тебя постигнет та же участь.

— Чистое и невинное зло — великое зло, — с улыбкой ответил старый Будда.

— Это по-прежнему не так ужасно, как истинное зло, — вновь взял слово клон Небесного Герцога. — Багровый Император и я однажды помогли его брату, Цинь Му, урвать немного его совершенствования, в результате тот превратился во зло воплоти. Он устроил настоящий беззаконный террор! Если бы мои навыки не превосходили его, и я не подумал о решении проблемы заблаговременно, я боюсь…

— Вы, двое, знаете как весело провести время, — содрогнулся старый Будда. — Если бы Цинь Му стал злым окончательно, что бы мы делали? Кажется, Цинь Му уже не впервые поднимает подобный шум. Совсем недавно, буквально в последние несколько столетий, изменения в Великом Дао Небес и Земли заметно участились. Судя по всему, реформы Вечного Мира перешли от изменения навыков, к изменениям путей. Из-за этих изменения в Великом Дао Небес и Земли теперь существует гораздо больше путей, чем двадцать тысяч лет назад. Совершенно не удивительно, что Райские Небеса обеспокоены тем, что Вечный Мир может стать очередными Райскими Небесами.

— Великое Дао Небес и Земли не изменялось слишком часто в течение последних нескольких сотен лет… лишь в последние несколько лет, когда Сын Цинь начал тренироваться, оно начало изменяться особенно часто. Для нас, древних богов, эти изменения равносильны ослаблению нашей силы, что не есть хорошо. Рождаясь, мы, древние боги, не способны идти в ногу с Великим Дао, и когда оно изменяется, а мы нет, появление каждого нового навыка и Дао ослабляет нас.

— Душа Богини Небесной Инь была раздроблена до состояния крошечных чёрных песчинок, — вновь заговорил старый Будда, — тогда как ему удалось возродить её?

— Его божественное искусство вобрало в себя множество систем, — отвечал клон Небесного Герцога, — например, заклятий Юду и Минду, искусств Сюаньду, искусств создания, дьявольских, божественны и буддистских путей… и ещё много чего, что мне сложно объяснить. С учётом его ума, полного коварных идей, ещё не понятно, удастся ли ему возродить Богиню Небесной Инь.

Старого Будду так и подмывало взглянуть на то, как Цинь Му исполняет заклятие, но он подавлял неразумные порывы и оставался на месте, ведь не мог допустить, чтобы Цинь Фэнцин вырвался на свободу.

****

Тем временем из тела Богини Небесной Инь постоянно вытекали изголодавшиеся призраки и обращались чёрной дымкой, уносящейся вдаль. Так как их уже было изгнано довольно много, она прекратила попытки атаковать парочку.

Тем не менее бог Эпохи Императора-Основателя продолжал светить Книгой Жизни и Смерти на лицо Богини Небесной Инь с нервным выражением. Он явно не собирался расслабляться даже несмотря на то, что видел, как чёрные частички её разрушенной души возвращаются под воздействием призыва Цинь Му и, влетая в неё, постепенно возвращают её лицу нормальный вид.

В конце концов все частички души священной, рождённой от природы богини были призваны, а изголодавшиеся духи изгнаны. Она неподвижно стояла, держась своими руками за башню, мужчина с книгой стоял на самом верху башни, а юноша стоял возле края чуть ниже с Вратами Небесной Воли за спиной…

Словно россыпь жемчужин, звучало одно его слово за другим. Его голос взрывался, будто гром, в то время как свет струился через врата и омывал собой лицо богини.

Цинь Му крал мощь Небесного Герцога и использовал его могучую силу создания для восстановления души Богини Небесной Инь, внутри тела которой в данный момент неисчислимые чёрные песчинки постоянно соединялись воедино, восстанавливая и постепенно формируя её Душу Небес.

К текущему моменту он был бледным, как простыня, и чувствовал во рту сладость из-за подступившей к горлу крови. Несмотря на ранее сказанные им слова о том, что он украдёт мощь Небесного Герцога и использует её для исполнения своего божественного искусства, ему уже пришлось исчерпать огромное количество магической силы своего тела. Помимо неё, его жизненная сила и физическое тело тоже были на пределе, поэтому он еле-еле держался…

Внезапно его тело задрожало, принимая форму с тремя головами и шестью руками. Его исконный дух тоже стал трехглавым-шестируким

Цинь Му стабилизировал свою ауру и спустя некоторое время, наконец, восстановил Душу Небес Богини Небесной Инь.

Врата Небесной Воли позади него вдруг издали звук переворота, возвращаясь к своему обычному виду, когда небеса и земля вернулись в своё исходное положение. Через них хлынула чёрная Ци, которой оказалась дьявольская Ци Юду, устремившаяся в тело богини, а если быть точнее, к её копчику, где должна была восстановиться Душа Земли.

На сей раз воруемая мощь принадлежала Графу Земли, и она была нужна для восстановления Души Земли Богини Небесной Инь.

— Угльх — сплюнув всеми тремя головами полные рты крови, Цинь Му попытался сдавить свой дух, собирающийся вот-вот рассеяться, и повернул врата горизонтально, чтобы украсть одновременно мощь как Небесного Герцога, так и Графа Земли.

В следующий миг чернильно-чёрный и сверкающе-белый потоки одновременно коснулись пупка Богини Небесной Инь.

Именно там располагалась Душа Жизни.

Среди трёх душ, Души Небес и Земли требовали раздельного использования мощи Небесного Герцога и Графа Земли, однако, что же до Души Жизни, Цинь Му был плохо подкован во всём, что было связано с ней.

Его достижения в этом аспекте уступали бабушке Сы.

Однако, раз верхом Врат Небесной Воли служили Небеса, а низом — Земля, смертный мир, место, где обитает жизнь, должен был располагаться посередине, поэтому он попытался использовать мощь Небесного Герцога и Графа Земли одновременно, чтобы посмотреть, поможет ли такой подход восстановить душу Богини Небесной Инь.

Цинь Му понял, что на деле всё оказалось тяжелее, чем казалось на первый взгляд, и едва держался на ногах. Неважно касалось ли это его физического тела или исконного духа, его магической мощи или духа — он во всём достиг своих пределов. Единственное, что поддерживало в нём решимость продолжать — удовлетворение от понимания того, что, используя одновременно магическую мощь обоих священных существ, он помогал священной богине восстановить её душу.

Он продолжал терпеть, но его разум уже помутился, как ни как он ведь ещё не был богом. Такое противоречащее воле небес божественное искусство, способное вмешаться в вопрос жизни рождённого природой священного бога требовало поставить на карту свою собственную жизнь!

Время медленно текло.

В конец концов душа Богини Небесной Инь была восстановлена.

Цинь Му обратился к оставшимся крупицам своей энергии, собираясь восстановить её семь духов, как вдруг на его глаза пала чёрная пелена. Он потерял контроль над собственным телом и повалился с башни.

— Великий Чародей помог мне восстановить мои три души. Небесная Инь в неоплатном долгу перед тобой, — слух юноши приласкал крайне мелодичный голос, но из-за своего истощения он не мог больше ничего чувствовать, не говоря уже о зрении. Между тем Богиня Небесной Инь протянула руку и поймала его в свою ладонь. — Я премного благодарна Великому Чародею за моё спасение. Я была рождена от небес и земли, поэтому у меня нет семи духов.

Бог стоял на вершине башни и по-прежнему использовал Книгу Жизни и Смерти.

— В этом больше нет нужды, я благодарна другу Дао, — с улыбкой проговорила богиня.

Бог тут же убрал Книгу Жизни и Смерти и достал кисть с бумагой, прежде чем быстро написать несколько слов.

Богиня приблизилась к нему, чтобы прочитать, после чего с улыбкой ответила:

— У меня нет физического тела, а просто наличие кожи не означает, что я полностью возрождена.

Бог достал другой лист бумаги и снова что-то написал.

— С ним будет всё в порядке, — отвечала богиня, — просто он потратил слишком много своих жизненных сил и Ци. Мне достаточно использовать Воду и Ци Небесной Инь и его жизнь будет спасена. Не стоит беспокоиться.

Бог опять откуда-то достал бумагу и быстро что-то написал на ней, прежде чем поднять.

— Как я решу проблему отсутствия физического тела? — заговорила богиня. — Понятия не имею. Поскольку я была рождена от небес и земли, наверно попытаюсь восстановить своё тело Землёй и Водой Небесной Инь. Однако я бессильна помочь тебе, ведь у тебя нет плоти. Даже если я помогу тебе восстановить твоё тело, мне не под силу восстановить твои божественные сокровища.

Бог Эпохи Императора-Основателя поник.

Богиня Небесной Инь подняла башню и направилась к морю. Некоторое время спустя она оказалась посреди моря и аккуратно опустила в него Цинь Му, позволяя ему плавать на поверхности.

Затем она плавно подняла руку, собирая ветры и создавая прядь Ци Небесной Инь, в последствии нырнувшей в межбровье Цинь Му и пронёсшейся через всё его тело. После этого она схватила рукой морскую воду, которая тут же практически вся протекла между её пальцами, но в её ладони осталась кристально чистая капля воды.

Богиня Небесной Инь аккуратно поместила каплю между губ Цинь Му. Капля попала в его рот и быстро растворилась, а уже в следующий миг он стал выглядеть туманно, словно объятый облаками.

— Великий Чародей, просыпайся, — с улыбкой проговорила богиня.

Ощутив расслабленность во всём теле, Цинь Му открыл глаза, понимая, что лежит на поверхности моря, а половину неба загораживает лицо Богини Небесной Инь. Он немедленно встал, чувствуя, что от его усталости не осталось и следа, его жизненная Ци была полностью восстановлена и его переполняли силы. Его физическое тело тоже, казалось бы, обладало безграничной силой, что лишь радовало, а также удивляло.

Стоя на море, он уважительно поздоровался:

— Младший Цинь Му из семьи Цинь отдаёт дань уважения Богине Небесной Инь.

— Великий Чародей слишком вежлив, — богиня согнулась, позволяя ему запрыгнуть на её ладонь, с улыбкой продолжая. — Великий Чародей сумел собрать воедино мои три души, тем самым даруя новую жизнь, поэтому я в неоплатном долгу перед тобой. Богиня Небесной Инь не знает как мне выразить благодарность. Сын Небесной Инь перевернул мой дом верх дном, но, восстановив своё тело, я исправлю досадную ошибку.

Морская вода заполняла её тело, а земля помогала восстановить её кости. Её физическое тело становилось всё более естественным, а способности экспоненциально росли.

— Есть ли у Великого Чародея какие-либо запросы?

Цинь Му слегка покраснел, говоря:

— Богиня, не стоит меня называть Великим Чародеем, я ведь даже не бог, а просто постарался изо всех сил. Мои достижения в трёх душах куда ниже, чем у бабули…

— Ты достоин такого титула, — богиня с улыбкой продолжала. — Твоё божественное искусство не знает даже Небесный Герцог, так почему ты считаешь, что тебя не стоит называть Великим Чародеем?

Цинь Му ещё больше покраснел и озвучил несколько мыслей:

— Я из Вечного Мира извне, могу я поинтересоваться, возможен ли союз между Вечным Миром и Богиней?

— Конечно, — с улыбкой подтвердила богиня.

Цинь Му облегчённо вздохнул со словами:

— Минду захватил это место, чтобы контролировать чёрный песок и сеять хаос в мирах смертных. Чёрный песок случайно не подконтролен Богине?

Богиня Небесной Инь покачала головой:

— Я только возродилась и пока ещё не могу взять под контроль весь Мир Небесной Инь. Прямо сейчас у меня недостаточно сил для управления чёрными песчинками, — внезапно в её взгляде промелькнул холодок. — Даже когда душа разрушается до своей мельчайшей формы, превращаясь в чёрный песок, её крупицы, так или иначе, всё ещё являются душой, поэтому её основной атрибут всегда неизменен. Понимаешь, что это значит?

Цинь Му дрогнул уголками глаз, когда увидел, как бесчисленные призраки сбираются вместе и превращаются в огромное тело из душ!

Весь Мир Небесной Инь состоял из черноты, что также значило, что Мир Небесной Инь — чудовищно большой изголодавшийся призрак!

— Мы с тобой в желудке изголодавшегося призрака, — говорила Богиня Небесной Инь. — Именно на этот метод полагался Сын Небесной Инь. Вскоре он узнает о моём возрождении и чудовищно большой изголодавшийся призрак проснётся ото сна, чтобы атаковать меня в попытке опять убить. Однако, на этот раз у него ничего не получится. Я сражусь с ним ещё раз и дам ему знать, что тень небес не место, куда он может ступать!

Глава 689. Небесный Огонь

На земле в форме слова Цинь, Небесный Герцог, Багровый Император и старый Будда стояли с угрюмыми лицами. Спустя некоторое время последний проговорил:

— Великое Дао Неба и Земли изменилось, перейдя от изменений в навыках к улучшению путей, оно сделало ещё один шаг. Грядут сложные времена и огромные изменения в мире.

Его взгляд постепенно помутнел, и старик уснул.

Вздохнув, клон Небесного Герцога проговорил:

— Всё происходит так быстро, кажется, мне тоже придётся подготовиться. С другой стороны, Багровый Император может расслабиться, так как ты и так мёртв.

Багровый Император угрюмо хмыкнул.

— Мы все в желудке изголодавшегося трупа? — сердце Цинь Му резко дрогнуло, «Мы все в животе голодного трупа?»

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло, и выражение его лица замерцало. Если это так, то тьма, окутавшая Великие Руины, была также невероятно огромным голодным призраком.

Тело голодного призрака могло заполнить все Великие Руины и заполнить миры в скале.

Самым важным моментом было то, что у голодного призрака не было собственного сознания.

Голодные призраки обладали сознанием, что он обнаружил в деревне Жизнерадостной. У них также были свои собственные воспоминания и мысли. Если Сын Небесной Инь и вправду превратил Мир Небесной Инь в изголодавшегося призрака, то даже после возвращения Богини Инь к жизни, ситуация определённо не была многообещающей!

«Мир Небесной Инь превратился в гигантского изголодавшегося призрака, который является невероятно ужасающим противником для Богини Небесной Инь. Если она не сумеет о себе позаботиться, то как она сможет защитить Великие Руины?»

Он не был слишком уверен в её положении.

Богиня Небесной Инь держала её в своей ладони, с любопытством рассматривая. Она видела, что выражение лица парня непрерывно меняется.

«Возможно, способности Великого Волшебника очень хороши, но вот широта его ума хромает. Всего лишь за несколько мгновений его выражение изменилось более десяти раз. Кажется, будто у него в голове вращается фонарь, меняющий свой цвет.»

Её физическое тело медленно восстанавливалось. Способность превращать землю и воду в плоть, кровь и кости могла у любого вызвать зависть.

К примеру, несмотря на то, что Цинь Му совершенствовал Бессмертное Сознание Бога Например, несмотря на то, что Цинь Му культивировал Сознание Бессмертного Бога и Таинственные Писания Бесстрастного Создания, обладающие удивительными достижениями в искусстве создания, в случае если его плоть и кровь исчезнут, и от тела останется лишь кожа, его смерть была неизбежной. Он не смог бы восстановить своё тело.

Помимо огромной силы, причина, по которой Богиня Небесной Инь была способна на подобное, состояла в её врождённом таланте.

— Я создала эту башню, чтобы подавлять изголодавшихся призраков, но они объединились с Сыном Небесной Инь и обманули меня, — тело Богини Небесной Инь было невероятно огромным, шагая по морю, она поднимала огромные волны на его поверхности. — Когда изголодавшиеся трупы начали сеять в Мире Небесной Инь Хаос, я решила создать оружие, которое помогло бы мне навсегда решить проблему с ними. Тем не менее, так как я была рождена от земли и небес, я не слишком хорошо обладаю божественными искусствами, путями и навыками, из-за чего мне не удалось добиться успеха, даже проведя довольно долгое время в уединении. Затем в Мир Небесной Инь пришёл Сын Небесной Инь, обещая, что поможет мне. Его заклятия были поистине удивительными, и он шёл по пути Юду, что дополняло мои слабые стороны. С его помощью я закончила работу над башней. Тем не менее…

Она подошла к центру моря, её лицо помрачнело.

— Но всё это было подстроено. Он помог мне строить сокровище, пытая злые намерения, и как только работа была закончена, я обнаружила, что внутри башни кроется божественное искусство, — Богиня Небесной Инь стиснула зубы. — Он использовал это божественное искусство, чтобы ранить и убить меня. Затем изголодавшиеся трупы пробились внутрь моего тела, начав пировать моей плотью и кровью. Сам он, с другой стороны, привёл многих сильных практиков поглазеть на происходящее. Между тем всё больше и больше трупов проникали внутрь моего тела, в него непрерывно пробивался чёрный песок.

Цинь Му мог представить, насколько ужасающим было это зрелище.

Богиня Небесной Инь была тяжело ранена, её приходилось отбиваться от атак Сына Небесной Инь и сильных практиков, летящих со всех сторон. В то же время её тело непрерывно наполнялось бесчисленными голодными призраками, пробивающимися сквозь раны и пожирающих её плоть, кровь и душу!

Богиня Небесной Инь разрывалась между атаками извне и изнутри. Должно быть. Она пребывала в полном отчаянии.

— С чего бы богиня доверилась незнакомцу? — был озадачен юноша.

Если бы Богиня Небесной Инь была настороже, получая помощь от Сына Небесной Инь, её смерть не была бы столь жалкой. В то время тот был для неё совершенно незнакомым человеком, поэтому у неё не было причин безоговорочно ему доверять. Она поступила слишком легкомысленно.

Слегка покраснев, женщина проговорила:

— Он выглядел очень красиво, поэтому я не чувствовала никакой настороженности.

Юноша уставился на неё со странным выражением лица.

Богиня Небесной Инь тут же ответила:

— Я не судила книгу о обложке, но он и вправду выглядел довольно хорошо, и я не сумела увидеть сквозь его обман. Он помогал мне строить моё сокровище, и тогда я по-настоящему нуждалась в помощи, так что ему удалось меня обмануть. Лишь встретив Великого Чародея, я узнала, что красивые люди могут быть злыми, а заурядные на вид часто оказываются очень добрыми.

Она посмотрела на Цинь Му, стоящего на её ладони, и воодушевляя улыбнулась.

Юноша хмыкнул, пытаясь забыть, как его внешность назвали заурядной:

— В таком случае, почему Сын Небесной Инь не забрал твою башню, а оставил её здесь?

Богиня Небесной Инь схватила огромные песочные часы и проговорила:

— Он пытался, но, поскольку моя башня построена из метала Небесной Инь, после создания она принадлежала исключительно мне. К тому же я слила её воедино с Миром Небесной Инь, так что он, естественно, не сумел её поднять. Несмотря на то, что я умерла, это горе стало для меня своего рода благословением. В прошлом я не могла понять суть частичек души, поэтому оказалась совершено беспомощной против чёрного пешка. Но после того, как я рассыпалась на части, я стала в силах решить то, что в прошлом казалось невозможным.

Спустив песочные часы, она проговорила:

— Песочные часы — это сокровище, контролирующее чёрный песок Мира Небесной Инь, созданное им. Именно с их помощью он контролировал чёрный песок, чтобы атаковать твой мир.

Песочные часы, созданные Сыном Небесной Инь, олицетворяли его достижения в понимании души. С помощью этого одного артефакта он сумел контролировать песок души Мира Небесной Инь.

Богиня Небесной Инь могла поднять песочные часы, что свидетельствовало о том, что она и вправду получила благословение. Из-за того, что она умерла и воскресла, у неё появилось невероятно глубокое понимание души.

После случившегося она начала отличаться от других священных существ вроде Графа Земли и Небесного Герцога. У неё появилась возможность учить божественные искусства, пути и навыки других.

Подобное превращение было совершенно уникальным, и Цинь Му чувствовал, что её следует изучить подробнее, поэтому он достал свой блокнот и что-то в него записал, думая про себя: «Исследования в этой области могут помочь священным богам решить проблему изменения вместе с Дао. Я только не знаю, позволит ли Богиня Небесной Инь тысячам практиков божественных искусств, владеющих математикой, залезть на своё тело и всё осмотреть… Я уверен, что она не согласится.»

— Эти песочные часы называются Небесной Медведицей.

Несмотря на то, что песочные часы были невероятно большими, в руках Богини Небесной Инь они выглядели как маленькая игрушка. Играясь с ней, она странно улыбалась:

— Её методы создания сокровищ намного лучше, чем у меня. Небесная Медведица очень изящна, но теперь, когда она в моих руках, он не сможет её вернуть. Она будет моим главным инструментом в борьбе против изголодавшихся трупов Мира Небесной Инь.

Цинь Му заметил, что раньше Богиня Небесной Инь не слишком интересовалась перипетиями мира. Она отвечала лишь за Мир Небесной Инь, и не контактировала с миром извне.

Тем не менее она понимала, как использовать свои возможности, что успокаивало Цинь Му.

Богиня Небесной Инь, которую он воскресил, больше не потерпит такого поражения от Чёрного Божества Минду.

Он спрыгнул с ладони Богини Небесной Инь и подошёл к разрушенным дворцам, поднимая с земли божественные оружия Юду, оставшиеся целыми, а также Небесный Похоронный Колокол.

Великий Чародей, тебе нужно уходить, — играясь песочными часами проговорила Богиня Небесной Инь. — Через Небесную Медведицу я чувствую приближение Сына Небесной Инь. Вскоре он попытается сюда попасть. Когда он обманул меня в прошлый раз, его способности уже были неплохи, и теперь они должны быть ещё сильнее. Если ты останешься, я не смогу тебя защитить.

Удивлённый, Цинь Му поднял голову, чтобы спросить:

— Богиня в силах с ним сразиться?

Женщина ответила:

— Моё физическое тело всё ещё нестабильно, так что я не смогу его одолеть. Тем не менее, мне будет несложно защититься от его способностей. Я остановлю его снаружи Мира Небесной Инь, и пока он будет не в силах войти, моя жизнь будет в безопасности. Тем не менее, он определённо будет контролировать изголодавшихся призраков и прикажет их атаковать меня. Тогда здесь возникнет хаос, и если ты останешься, то не сможешь себя защитить.

Кивнув головой, юноша торжественно проговорил:

— Богиня, береги себя!

Он собирался уйти вместе с богом Эпохи Императора-Основателя, но внезапно что-то вспомнил и остановился:

— Богиня, пытаясь тебя спасти, я подвергся нападению изголодавшегося призрака, в которого ты превратилась, и теперь моя пилюля меча разрушена. Теперь у меня нет оружия. Возможно, после создания башни у тебя осталось немного метала Небесной Инь? Ты не могла бы поделиться?

Богиня Небесной Инь осторожно провела рукой по морскому дну, и когда вода стекла с её ладони, на её поверхности остался песок, отдающий зелёным блеском:

— Это металл Небесной Инь. У тебя есть куда его положить?

Её ладонь имела радиус нескольких сотен полей, поэтому лежащий на ней напоминал больше напоминал зеленоватую пустыню.

Сердце Цинь Му неистово билось, он воскликнул в уме, удивляясь щедрости женщины. Достав свой мешочек таотэ, он проговорил:

— Мои мешочки таотэ полны Малинового Хрома Живучести Будды и Материнского Древа Перьевого Будды, но там ещё есть немного места, куда можно воткнуть этот песок.

— Они слишком малы, тебе не удастся всё в них вместить, — покачав головой, Богиня Небесной Инь позволила ему запрыгнуть себе на ладонь, и он поспешно начал наполнять свои мешочки таотэ металлом Небесной Инь. Вскоре, они были заполнены доверху.

На ладони Богини Небесной Инь осталась ещё половина металла, которую он уже не мог засунуть внутрь.

Юноша разочарованно вздохнул и с огромным трудом привязал два мешочка к своему поясу. Впрочем, тот почти разорвался от напряжения, и ему пришлось нести их в руках.

— Должно быть, существует определённый способ плавки этого металла. Какой огонь богиня использовала при ковке своего сокровища? — снова спросил Цинь Му.

— Я использовала небесный огонь, который украла у Небесного Герцога Сюаньду, — Женщина щёлкнула пальцами свободной руки, и в ней появился клочок огня. — Я стащила это у Небесного Герцога, пока он был отвлечен. Он больше мне не нужен, так что можешь забирать.

Цинь Му посмотрел на пламя на её ладони. Пылая, оно напоминало острый, гладкий кристалл. Тем не менее, он был невероятно огромным, выглядя как море огня, созданное из камней!

— Богиня, мне столько не нужно! — смущённо воскликнул юноша. — Мне негде его хранить…

Богиня Небесной Инь осторожно отломала небольшой кусок небесного огня двумя пальцами, протягивая его юноше:

— Просто носи его с собой. Несмотря на то, что «небесный огонь» звучит очень угрожающе, он совсем не горячий. Чтобы извлечь силу, способную поджечь всё, что угодно, его нужно активировать.

Цинь Му обнял кусок небесного камня будто кристалл в форме призмы. Камень был толщиной с его талию, а его длина превышала рост юноши. С огромным трудом он поднял его вместе с двумя мешочками таотэ.

— Тебе нужно уходить! — уставившись в даль, Богиня Небесной Инь проговорила с мрачным выражением лица. — Сын Небесной Инь скоро будет здесь!

Цинь Му немедленно ушёл, спрыгивая с руки Богини Небесной Инь. Бог Эпохи Императора-Основателя поспешно последовал за ним, когда внезапно услышал громкий всплеск. Ошеломлённый. Он наблюдал как Цинь Му погружается в море, вместо того чтобы встать на его поверхности или подлететь в воздух.

К счастью, Богиня Небесной Инь быстро вытащила его обратно, прежде чем нежно подуть на парочку. Цинь Му и бог тут же полетели в том направлении, откуда пришли. Преодолев десятки тысяч километров за считанные мгновения, они добрались к пограничному камню Мира небесной Инь, после чего приземлились на землю.

Бог Эпохи Императора-Основателя собирался продолжить путь, когда его остановил Цинь Му:

— Старший, подожди минутку!

Старик озадаченно застыл, наблюдая как Цинь Му кладёт на землю свои мешочки таотэ и огромный кристалл. Затем он вынул более десятка нефритовых бутылок и вылил из них драконью слюну.

Бог не понимал, что тот пытается сделать. Вскоре Цинь Му начал читать заклятия и исполнять странное божественное искусство. Нефритовые бутылки начали наполняться чёрным песком.

Закрыв крышки бутылок, юноша нарисовал на их стенках несколько странных рунических символов, после чего расстегнул рубашку бога Императора-Основателя и всучил их ему:

— Тебе нельзя выходить на свет, когда наступит день, чёрный песок покинет твоё тело. Боюсь, что в таком случае ты умрёшь, поэтому я собрал немного осколков душ. Как только мы выберемся наружу, я создам для тебя сокровище, в котором ты сможешь хранить своё чёрный песок в дневное время.

На лице бога возникло тронутое выражение.

В этот момент из глубины Мира Небесной Инь донеслись мощные толчки.

— Сын Небесной Инь здесь! — ошарашенно оглянулся Цинь Му.

Глава 690. Нападение Сына Небесной Инь

Мужчина невольно разволновался, в панике попытавшись оттащить юношу. Он хотел, что тот как можно скорее покинул Мир Небесной Инь и не пострадал от катастрофы, но ему не удавалось сдвинуть того с места.

Цинь Му обернулся, слабо видя, как чёрный песок в Мире Небесной Инь яростно уплотняется и, закручиваясь воронками, столь же толстыми, как драконы, лихо танцует под небесами и над землёй!

Однако так как всё это происходило во всём Мире Небесной Инь повсеместно, ему не удавалось видеть слишком далеко.

— Богиня, береги себя! — пробормотав напутствие, Цинь Му знал, что не мог позволить себе остаться понаблюдать за битвой, поэтому он поднял два мешочка таотэ и прижал призму небесного огня, прежде чем направиться вместе с богом к выходу. Вскоре они оказались у длинной щели, ведущей к трещине в горе.

Бог пошатнулся, ощущая головокружение. Цинь Му нахмурился, после чего за его спиной появился исконных дух, и он передал ему мешочки таотэ с призмой, прежде чем исполнить технику Создания Небесного Дьявола Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Придав своей жизненной Ци форму игл, он постучал ими по телу бога, серьёзно говоря:

— Печать, наложенная на тебя Дровосеком, слишком могуча и подавляет твою душу чересчур сильно. Он явно не ожидал, что ты ослабнешь до такого состояния. Позволь мне немного ослабить печать!

Скорость, с которой он исполнял заклятия, была очень высока, поэтому уже совсем скоро бог почувствовал себя намного лучше, как вдруг они услышали бархатистый голос, доносящийся со стороны Мира Небесной Инь:

— Богиня, давно не виделись.

Услышав голос, Цинь Му почувствовал, как его разум затуманивается, и тут же встревоженно насторожился: «Голос Сына Небесной Инь таит в себе божественное искусство, способное сбивать с толку душу!»

Он поспешно потянул за собой бога и, направляясь в сторону выхода, изо всех сил стараясь держать голову в ясном состоянии. Между тем его исконных дух следовал прямо за ними.

— Богиня, прими мои поздравления в честь возрождения после смерти. Могу я поинтересоваться о друге Дао, сумевшем возродить тебя? — бархатный голос Сына Небесной Инь продолжал ласкать слух, но помимо таящегося в нём божественного искусства, способного заворожить душу, он также пробуждал в представительницах слабого пола чувство, что с ними общался чуткий, понимающий любовник…

Разумеется, всё это не действовало на мужчин.

— Он определённо выдающаяся личность, раз смог сотворить божественное искусство, которому под силу собрать крупицы разрушенной души обратно воедино. Личность, с таким несравненным талантом, само собой разумеется, заслуживает называться моим другом Дао, поэтому для меня совершенно естественно желать личной встречи с ним с целью обучения и просветления. Богиня, почему бы тебе не познакомить нас?

— Он уже ушёл, — раздался голос Богини Небесной Инь, — Сын Небесной Инь, тебе не стоит даже задумываться о чём-то недобром по отношению к нему. Знаешь, с момента нашей последней встречи прошло довольного много времени, я думаю нам стоит наверстать упущенное за хорошей, душевной беседой.

Голос богини помог голове Цинь Му проясниться, после чего он огляделся вокруг и ощутил, как в его жилах стынет кровь, а кожу покрывает холодный, липкий пот…

Прямо перед ним находился Пограничный Камень Мира Небесной Инь!

Всё это время он думал, что шёл в сторону трещины, ведущей к выходу, но на самом деле шёл в противоположном направлении и уже добрался до пограничного камня!

Он явно неосознанно угодил в ловушку. Будучи загипнотизированным и ведомым голосом Сына Небесной Инь, он потерял всякое чувство направления, в результате чего даже не понял, что повернул назад. И если бы не Богиня Небесной Инь, чей голос разрушил гипнотические чары, он, с большей долей вероятности, в итоге бы вернулся обратно, в Мир Небесной Инь.

«Достижения этого человека в области души далеко, на десятки тысяч километров превзошли таковые у Лоу Цяньчжуна!» — воспользовавшись шансом, дарованным трезвым рассудком, юноша немедленно схватил мужчину и побежал прочь.

Позади вновь послышался голос Сына Небесной Инь:

— Да, нам и правда стоит поговорить. Однако эксперт, сотворивший божественное искусство, способное моментально собрать душу, вызвал изменения в Дао Небес и Земли, поэтому я не могу сдержать своего любопытства.

Цинь Му опять почувствовал помешательство и немедленно остановился, не смея сделать даже шага из-за страха опять угодить в ловушку Сына Небесной Инь.

Богиня Небесной Инь рассмеялась:

— Нет проблем, действительно нет проблем. При первой возможности в будущем я обязательно представлю вас друг другу.

Как только раздался её голос, Цинь Му немедленно воспользовался шансом и прорвался через трещину вместе с богом. Озаряемый солнечным светом впереди, он выпрыгнул и, вместе с исконным духом за спиной, плавно приземлился на каменную дверь перед трещиной, прежде чем спрыгнуть с разрушенной скалы. Бог позади него под воздействием света извергал чёрный дым изо всех своих отверстий, в итоге превратившись в человеческую кожу. Он продолжал держать её за руку, поэтому человек и болтающаяся на ветру кожа спустились с неба вместе.

Янь Цзинцзин, Хэ Ии и остальные нервно ждали в течение нескольких дней и ночей у разрушенной скалы. Верховные Небеса Императора уже были пробурены, а дорога вымощена, но Цинь Му так и не появился, поэтому они не могли не беспокоиться.

— Толстяк, — заговорила Янь Цзинцзин, — ты действительно не видел, как пастушок вошёл через эту трещину?

Цилинь покачал мордой со словами:

— Сквозь дрём я услышал слова Владыки, но как только собирался открыть глаза я почувствовал, как кто-то надавил на мои веки, поэтому я не стал открывать их…

Прямо в этот момент Цинь Му спрыгнул со скалы вместе с человеком, чем удивил всех вокруг. Однако в следующий момент они увидели, как человек открыл рот и издал жалкий вопль, в то время как из него хлынул чёрный дым. А когда человек превратился в человеческую кожу, все попросту оторопели.

Цинь Му приземлился, всё ещё держа бога за руку. Затем он обернулся и, так и не заметив какой-либо странной активности или голосов Богини и Сына Небесной Инь, доносящихся из трещины, облегчённо вздохнул.

Янь Цзинцзин посмотрела на обмякшую кожу бога в руках Цинь Му и дрожащим голосом спросила:

— Братец пастушок, в твоих руках…

Цинь Му поспешно положил кожу бога на землю и, быстро скрутив её, словно одежду, ответил:

— Это бог Эпохи Императора-Основателя, которого я встретил в Мире Небесной Инь. Он был отправлен туда Дровосеком с заданием узнать откуда берётся тьма. У него нет физического тела, а его душа запечатана в коже. Я скрутил его, но с наступлением ночь он вернётся к норме.

— Мир Небесной Инь? Откуда берётся тьма? — Янь Цзинцзин и Хэ Ии уставились на него с широко распахнутыми глазами. Они ничегошеньки не понимали из сказанного.

Цинь Му достал небольшую верёвку и аккуратно обвязал бога, прежде чем сказать:

— Толстяк, присмотри за ним. Ммм?

Цилинь засунул свою морду в пещеру, демонстрируя окружающим свои ягодицы, явно не собирающиеся прекращать дрожать.

Цинь Му беспомощно покачал головой, прежде чем закинуть бога за спину и спросить:

— Туннель готов?

— Благодаря помощи сестры Цзинцзин, — заговорила Хэ Ии, — мы уже полностью пробурили Верховных Небеса Императора. Туннель вышел очень большим, поэтому даже Корабль Солнца сможет пройти через него, однако сначала нужно собрать солнца. Человеческая кожа?.. — ей тоже явно было не по себе.

Цинь Му с улыбкой объяснил:

— Не стоит бояться, с ним просто общаться. Он прямо как дедушка немой, у них обоих вечно есть что сказать, — сразу после того, как его исконных дух подошёл и положил призму небесного огня вместе с мешочками таотэ рядом с ним, он тут же достал немного Металла Небесной Инь. — Просто он сейчас в немного странном состоянии. Когда я создам для него сосуд, способный сохранять для него тьму, он вернётся к норме… Гхм, ну он всё равно останется достаточно странным.

Две девушки переглянулись с озадаченными выражениями лиц.

Говорящая человеческая кожа?

Такая же болтливая, как дедушка немой?

Одно страннее другого.

Цинь Му достал из своего мешочка таотэ плавильный стол средних размеров и положил на него Металл Небесной Инь. Затем он поместил призму небесного огня в печь и, внимательно следя за потоком своей жизненной Ци, зажёг её…

Внезапно вспышка пламени расплавила весь плавильный стол.

Ничего не осталось.

Цинь Му шокировано уставился беспомощный что-либо поделать. Прямо перед ним всё исчезло, включая даже Металл Небесной Инь!

— Если бы мы использовали такой типа пламени для прокладки дороги, то закончили бы работы ненормально быстро! — восторженно воскликнула Янь Цзинцзин.

Со страхом в глубине глаз, Хэ Ии поспешно покачала головой:

— При малейшей неосторожности мы были бы полностью испепелены!

— Но ведь можно управлять жаром, — озадачилась Янь Цзинцзин, говоря таким тоном, словно контроль жара был самой простой на свете задачей.

Цинь Му разволновался и тут же предложил:

— Сестра Цзинцзин, это небесный огонь Сюаньду. Я не очень хорош в управлении жаром, не хочешь попытаться?

Янь Цзинцзин подошла и, используя свою жизненную Ци, активировала призму небесного огня. Пламя, казалось, ожило и разделилось на огоньки в форме спокойных, даже безмятежных кристаллов.

Цинь Му достал ещё немного песочного Металла Небесной Инь, прежде чем положить его в огонь. Металл Небесной Инь медленно плавился.

— Взгляни, правда же просто? — с улыбкой поинтересовалась Янь Цзинцзин.

Цинь Му был крайне рад и с улыбкой похвалил:

— Сестра Цзинцзин, твои способности в контроле огня не знают себе равных. Даже я хуже. С сегодняшнего дня ты можешь ходить со мной по улицам и помогать людям ковать ножи и точить ножницы. Неважно, захочешь ли ты выковать ковш или же плуг, ты будешь лучшей в своём деле!

Сразу же после он использовал расплавленный метал для создания крайне сложных, замысловатых песочных часов с гравировкой рун для каждого часа. Песочные часы сильно напоминали Небесную Медведицу, но всё же имитировали её…

Круговорот, созданный Сыном Небесной Инь, был более совершенным. Чёрный песок попадал в Великие Руины, Мир Небесной Инь и многие другие миры.

Цинь Му использовал Металл Небесной Инь для создания песочных часов, способных хранить немного чёрного песка душ, перетекающего из одной части тела бога и часов в другую. В итоге он создал круговорот и, если не было допущено ошибок во временных рунах, бог сможет переключаться между человеческими кожей и телом в течение суток.

Металл Небесной Инь — божественный металл Мира Небесной Инь, единственный в своём роде способный хранить в себе чёрный песок, следовательно, именно его было разумнее всего использовать для такой задачи.

Также он изготовил подставку с многочисленными механизмами и компонентами, показывающими точное время по восходящему солнцу, а не по часам дня. Кроме того, каждая деталь имела руны, входящие в резонанс с богом для поддержки круговорота.

В итоге имитировался маленький круговорот Мира Небесной Инь.

Он разместил песочные часы на подставке, прежде чем уменьшить два сокровища. В конце концов их размер составил около семи сантиметров, и они выглядели действительно изысканно.

Цинь Му выковал кольцо, после чего вставил в него песочные часы, которые теперь выглядели как слегка большая подвеска. Ему оставалось только выковать цепочку и повесить часы на шею бога для начала работы круговорота.

Закончив со всеми делами, он потянулся к спине.

Янь Цзинцзин взяла в руки это «ожерелье» странной формы. Несмотря на то, что оно служило для выполнения определённых задач, ещё оно очень красиво выглядело, поэтому его было тяжело отпустить.

Цинь Му повернулся посмотреть на скалу и подумал: «Интересно, как там проходит битва между Сыном Небесной Инь и Богиней Небесной Инь? Если он сможет проникнуть внутрь Мира Небесной Инь, я боюсь ей не выжить…»

****

В Мире Небесной Инь исполинских размеров женщина стояла посреди моря и использовала неизмеримо высокую башню в бою с Сыном Небесной Инь.

Глава 691. Битва Двух Сильных Существ

Два сильных практика, достигнувших области Императорского Трона, сражались с помощью заклятий. Их божественные искусства были безграничны и прямолинейны, а методы нападения и защиты базировались на самых простых принципах Великого Дао. Они не нуждались в большом количестве превращений, чтобы освободить силу, которую не смогла бы продемонстрировать бесчисленная армия практиков божественных искусств и богов.

Это было божественное искусство области пути — простое, эффективное, лишённое любых лишних превращений. Меч Открытия Бедствия Цинь Му тоже был последствием того, что его меч ступил на путь.

Тем не менее, Цин Му овладел лишь одним движением, после исполнения которого он не мог продолжить атаку чем-то соответственным. Между тем для Богини Небесной Инь и Сына Небесной Инь это было крайне просто. Несмотря на то, что они сражались сквозь миры и исполняли бесчисленное количество движений, их приёмы почти никогда не повторялись.

Мужчина, сражающийся с Богиней Небесной Инь, выглядел именно так, как она описывала. Он был культурным и утончённым человеком, и несмотря на то, что обладал чертами императора, в них не было ничего властного или тиранического.

Внешность мужчины действительно оказалась очень красивой, его глаза были большими, длинными и узкими, напоминая пару глаз феникса. Он носил бороду в форме треугольника, что тоже добавляло привлекательности.

Он был Сыном Небесной Инь, тем, кто сумел одним махом обмануть Богиню Небесной Инь и взять её мир под контроль.

— Несмотря на то, что богиня была мертва на протяжении стольких лет, для неё это оказалось своего рода благословением, — Сын Небесной Инь довольно долго боролся, но так и не сумев пробиться в Мир Небесной Инь улыбчиво проговорил, — Твоё нынешнее понимание Дао значительно превзошло старое. Сражаясь сквозь миры, я и вправду не в силах ничего тебе сделать. Мне остаётся лишь использовать старые уловки.

Ветер и облака внезапно изменились, и бесчисленные чёрные песчинки изо всех миров бросились в сторону Мира Небесной Инь. Огромное количество монстров, ставших изголодавшимися призраками, яростно бросились в сторону Богини, полностью покрывая собой море!

Более того, чёрный песок огромным комком обрушился на Богиню Небесной Инь, гигантский изголодавшийся призрак Мира Небесной Инь должен был вот-вот проснуться.

Свет в Мире Небесной Инь исчез, его полностью поглотила непроглядная тьма.

Богиня Небесной Инь тихо рассмеялась и внезапно достала Небесную Медведицу. Та начала яростно кружиться в небе, вместе с ней начал вращаться Мир Небесной Инь!

Море вскипело и поднялось ввысь, а земля закрыла собой небо, зависая у всех над головой. Бесчисленные призраки подлетели в воздух, панически размахивая руками. Небо и земля снова перевернулись, и бедолаги жёстко ударились о землю.

Вращающиеся Небо и Земля двигали всем Миром Небесной Инь, подбрасывая изголодавшихся призраков в воздух. Те оказались вовсе не в силах атаковать Богиню Небесной Инь, а от вибраций чёрный песок душ начал рассыпаться.

Сын Небесной Инь вздохнул и медленно растворяясь во тьме Минду.

— Ты и вправду смогла вырваться из оков бога, рождённого от природы, и даже выучила из Небесной Медведицы мои пути, навыки и божественные искусства. Теперь меня ещё сильнее интересует тот друг Дао, что воскресил тебя. Кому под силу совершить такой удивительный подвиг…

Его лицо постепенно погрузилось во тьму и исчезло:

— Тем не менее, ты всё ещё не в силах одолеть изголодавшегося призрака и подчинить себе Мир Небесной Инь.

Он был человеком, знающим, когда отступать. Поняв, что он не может победить Богиню Небесной Инь с помощью изголодавшихся призраков, он тут же прекратил сражаться и решил поберечь свои силы.

Облегчённо вздохнув, Богиня Небесной Инь осторожно постучала пальцем по Небесной Медведице. Артефакт, вращающийся в небе, медленно остановился, и в этот миг Мир Небесной Инь снова надавил на богиню!

«Что мне нужно сделать, чтобы убить гигантского изголодавшегося призрака Мира Небесной Инь и вернуть себе контроль над этим местом?»

Сердце Богини Небесной Инь было переполнено заботами.

Несмотря на то, что ей удалось отбить вторжение Сына Небесной Инь, Мир Небесной Инь всё ещё не вернулся под её контроль, и остался во власти Чёрного Божества.

Ей либо удастся разобраться с затруднительным положением, в котором Мир Небесной Инь находился на протяжении всего своего существования, либо вернуть его будет крайне трудно.

Затруднительное положение Мира Небесной Инь заключалось в том, что он не контактировал ни с одной из зон, находящихся под управлением Владыки Земли или Небесного Герцога. Мир Небесной Инь был независим и силён, но всё же полон опасностей.

В нём обитали изголодавшиеся призраки, никогда не бывающие сытыми, которые пожирали любое живое существо. До тех пор, пока Мир Небесной Инь будет находиться в тени Небесного Герцога, его проблема никуда не исчезнет. Голодные призраки продолжат его населять, поглощая всё вокруг.

«В чём ключ решения проблемы изголодавшихся призраков? — Богиня Небесной Инь сидела у моря, поглаживая свой подбородок от скуки. Башня, возвышающаяся неподалёку, подавляла хаос Мира Небесной Инь, в то время как она размышляла. — Если мне не удастся решить эту проблему, я всегда буду одна. Кроме меня в Мире Небесной Инь не сможет выжить ни одно живое существо. Только если я обеспечу здесь выживание жизни, проблема этого мира будет решена… Был бы здесь Великий Чародей, он, возможно, что-то бы посоветовал.»

Она напряжённо размышляла. Голодные призраки были источником проблем Мира Небесной Инь. Теперь, когда она больше не была идеальным священным богом, рождённым от природы, и могла изучать божественные искусства других, у неё появился шанс придумать решение.

Пока проблема изголодавшихся призраков не была решена, у неё не было другого выбора, кроме как оставаться на страже. В противном случае Сын Небесной Инь сможет пробраться в это место и захватить его. В результате женщина останется без дома.

***

В Великих Руинах, у истоков реки Вздымающейся, Цинь Му не беспокоили проблемы Богини Небесной Инь. Несмотря на то, что та сквозь миры сражалась с Сыном Небесной Инь, и её мир неистово вращался, в Великих Руинах не происходило ничего странного.

Хотя Небесная Медведица и могла контролировать вторжение тьмы, в Великих Руинах сейчас был день, поэтому тьма и так не могла в них вторгнуться.

— Как мы узнаем, победила Богиня Небесной Инь, или проиграла? — слегка взволновано спросила Хэ Ии. — Если мы отправимся в Мир Небесной Инь, чтобы разузнать, то нам останется лишь надеяться, что она победила. В противном случае мы попадём в ловушку.

Смотря в сторону скалы, Цинь Му проговорил:

— Мы подождём, пока небо не стемнеет. Если богиня Небесной Инь победила, то, возможно, в Великие Руины не грянет тьма. Если же она проиграла, то вторжение тьмы продолжится.

Янь Цзинцзин села рядом с ним и уставилась на скалу. Юноша продолжал говорить:

— От победы или поражения Богини Небесной Инь зависит не только судьба Мира Небесной Инь и Великих Руин. Я думаю, что это повлияет и на будущее остальных миров. Мир Небесной Инь захвачен чёрным песком, и если эту проблему не решить, его количество в небе и на земле будет становиться всё больше и больше. Боюсь, что в конце концов изголодавшиеся трупы будут править всеми мирами, и тогда Сын Небесной Инь станет правителем вселенной.

Янь Цзинцзин и Хэ Ии дрогнули от ужаса.

Они слышали рассказ Цинь Му о случившемся в Мире Небесной Инь и знали о происхождении чёрного песка и изголодавшихся душ.

Чёрный песок появлялся в результате разбития души на мелкие осколки.

Изголодавшийся призрак был своего рода бессмертным злобным духом, созданным из чёрного песка. Он всё время чувствовал голод и умел лишь убивать и пожирать.

Если количество разбитых душ во всём мире увеличивалось, то появлялось всё больше чёрного песка, который превращался в бессмертных изголодавшихся призраков. Будь то практик божественных искусств или обычный человек, они вряд ли могли защитить себя от вторжения призраков. Пока всех их контролировал Сын Небесной Инь, даже боги и дьяволы не были ему ровней.

В случае, если это продолжится, все миры будут поглощены, и все формы жизни сотрутся с лица земли. Вселенная вернётся к тьме и тишине!

— Богиня сможет разобраться с чёрным песком и изголодавшимися призраками? — спросила Янь Цзинцзин. — Сын Небесной Инь — это Чёрное Божество Минду, он очень могуществен. Интересно, сможет ли Богиня Небесной Инь его одолеть. Если она окажется ему не ровней, нам не придётся строить никаких планов.

— Богиня Небесной Инь умерла десятки тысяч лет назад, когда оказалась слабее него. Тем не мене, чтобы убить её снова, ему придётся лично спуститься в Мир Небесной Инь, — ответил Цинь Му. — До тех пор, пока он не прорвётся в Мир Небесной Инь, богиня сможет его остановить, и проблем не возникнет.

Хэ Ии встревоженно проговорила:

— Даже если Богиня Небесной Инь сумеет защититься, ей скорее всего не удастся отбиться от изголодавшихся призраков. Если бы у неё было решение проблемы, то Мир Небесной Инь не оказался бы в таком положении, а её бы не сожрали.

Цинь Му тут же ответил:

— Проблем Мира Небесной Инь не такая уж и серьёзная, она определённо придумает ей решение.

Глаза Янь Цзинцзин загорелись, она с любопытством посмотрела на юношу:

— Окажись ты на её месте, как бы ты решил эту проблему?

— Очень просто, изголодавшиеся призраки боятся солнца, как только оно поднимается над Великими Руинами, они тут же отступают вместе со тьмой и прячутся в других мирах. Это показывает их слабое место, — ответил Цинь Му. — Если в Мире Небесной Инь будет висеть солнце, она будет в силах загнать изголодавшихся призраков в угол. Разве они смогут сеять хаос в таком случае?

Янь Цзинцзин уставилась на него удивлёнными глазами:

— Всё так просто? Думаю, что богиня сумеет самостоятельно придумать такое решение.

Цинь Му расслабленно кивнул:

— Богиня очень умна. Даже если она не сможет найти солнце, ей под силу пробить стену, чтобы впустить свет в свой мир. Продырявив подошву Небесного Герцога, она сможет одолжить его свет.

Янь Цзинцзин не могла удержаться от смеха:

— Это будет крайне больно. Боюсь, что Небесный Герцог не согласится на подобное.

— Думаю, что всё-таки согласится. А даже если и нет, он не в силах что-то поделать.

— Почему?

— Он не сможет найти Мир Небесной Инь, — объяснил юноша. — Более того, когда в его подошве появится дыра, его свет сможет добраться к Миру Небесной Инь, а значит тот станет частью Сюаньду. Под небесами больше не будет тени, и у него станет на один недостаток меньше. Впрочем, если это произойдёт Мир Небесной Инь перестанет существовать.

Он продолжал умиротворённо смотреть на скалу:

— Оба подхода, которые я предложил, не решат корня проблемы изголодавшихся призраков, а всего лишь позволяют вылечить её симптомы. Чтобы по-настоящему с ней разобраться, их нужно уничтожить. Книга Жизни и Смерти, созданная Сыном Небесной Инь не может этого сделать, ей не под силу стереть с лица земли ни призраков, ни чёрный песок. Чёрный песок происходит из тени небес, поэтому единственная кто может совладать с ним, — это Богиня Небесной Инь.

Две девушки легко кивнули.

День, казалось, длился вечность, солнце висело на западе, будто не собираясь двигаться по небу. Все с нетерпением ждали, пока оно окончательно опустится за горизонт.

Цинь Му нервно посмотрел на разрушенную скалу, и увидел тьму, извергающуюся из одной из трещин. Она быстро поглотила их, распространяясь по Великим Руинам.

Сердце юноши дрогнуло: «Богиня проиграла…»

В этот момент человеческая кожа сбоку от него внезапно вернулась к жизни и растянулась. Бог Эпохи Императора-Основателя надулся и с любопытством осмотрелся.

Янь Цзинцзин начала излучать божественный свет, блокируя вторжение тьмы. Посмотрев на лицо Цинь Му, она увидела на нём мрачное выражение, юноша был грустным и подавленным.

Бог Эпохи Императора-Основателя посмотрел на свою шею, увидев, что на ней висит странное ожерелье. Рядом с ним качалась каменная табличка и угольный карандаш.

— Что случилось? — написал он на табличке, прежде чем поднять её и задать вопрос.

Юноша ничего не ответил, и бог снова поднял свою табличку:

— Как закончилась битва? Кто выиграл?

Юноша вздохнул и в одиночку вошёл во тьму. Ошеломлённый, бог снова поднял табличку:

— Что я пропустил?

Ему никто не ответил.

Он хотел поднять табличку снова, когда тело Цинь Му во тьме дрогнуло. Глаза юноши загорелись, он улыбчиво проговорил:

— Во тьме очень мало изголодавшихся призраков!

Янь Цзинцзин, Хэ Ии и бог Императора-Основателя ошарашенно застыли. Первая собиралась что-то спросить, но бог уже размахивал своей табличкой:

— Что ты имеешь в виду?

«Этот старик и вправду много говорит!» — Янь Цзинцзин и Хэ Ии были ошеломлены. Если бы он открывал свой рот и говорил вместо того, чтобы писать на табличке, никто другой не смог бы принять участия в разговоре.

Глава 692. Собрание Мудрецов

Цинь Му стоял посреди тьмы и осматривался. Он всё ещё видел вокруг изголодавшихся призраков, но уже не в таких масштабах, как раньше. Однако несмотря на то, что они, казалось бы, летали абсолютно бесцельно, менее опасными от этого они не становились. Их скорость по-прежнему была крайне высокой, и, если любой обычный человек войдёт во тьму, они тут же обглодают его до костей.

Тем не менее, снижение их количества во тьме говорило о том, что битва между двумя богами уже закончилась, причём Сын Небесной Инь, судя по всему, не сумел войти в Мир Небесной Инь и убить Богиню Небесной Инь, из-за чего его контроль над последним ослаб, что же до их бесцельного блуждания, должно быть всему виной подавление Богини Небесной Инь.

Воспряв духом от высокой вероятности такого исхода, Цинь Му сказал:

— Подождите меня здесь, я наведаюсь в Мир Небесной Инь.

— Хорошо, — твёрдо ответила Янь Цзинцзин перед тем, как Хэ Ии успела сообразить, — но будь осторожен.

Цинь Му полетел к трещине, ведущей в Мир Небесной Инь, в то время как Хэ Ии вполголоса поинтересовалась:

— Сестра Цзинцзин, почему ты позволила ему отправиться в такое опасное место одному? Ты ведь бог, разве совместное путешествие не будет безопаснее?

— С учётом его невероятных способностей, — покачала головой Янь Цзинцзин, — ему удастся выкрутиться из любых, даже самых опасных ситуаций. Но если мы последуем за ним, то будешь его лишь отвлекать. К тому же если мы действительно наткнёмся на Сына Небесной Инь, какой вообще толк от того, что я бог?

Хэ Ии обдумывала услышанное, глубокомысленно смотря в глаза Янь Цзинцзин.

****

Несмотря на приличную скорость передвижения, у Цинь Му ушло приличное количество времени, чтобы добраться до Пограничного Камня Мира Небесной Инь. Он всмотрелся вдаль и увидел в небе башню, сжимающую своим давлением воздух и искажающую пространство Мира Небесной Инь.

Картина чем-то напоминал тяжёлый металлический шар, который продавливал собой неподатливый матрас.

Вокруг башни не летало ни единого изголодавшегося призрака, все они, дрожа под её давлением, скрывались где-то на горизонте. Между тем обычно туманное небо немного прояснилось, но по-прежнему не могло похвастаться очевидной яркостью.

Цинь Му облегчённо вздохнул и продолжил двигаться вперёд. В конце концов он добрался до обеспокоенной какой-то дилеммой богини на берегу моря…

Сидя, подпирая ладонями голову, она скучным взглядом пялилась на морскую гладь. Её ступни окунались в воду, способную достать лишь до её щиколоток, одежды в привычном понимании этого слова у неё совершенно не было, вместо неё её тело прикрывали потоки божественного света.

Глядя на неё, любой мог ощутить всю непокорность и дикость древнего бога.

Цинь Му подошёл и уселся на пляже. Беря с неё пример, он тоже окунул свои ступни в воду, как вдруг пронеслась огромная волна, накрывая его с головой.

Глядя на промокшего юношу, женщина исполинских размеров залилась хохотом, прежде чем с улыбкой сказать:

— Ты слишком маленький. Недавний бой между мной и Сыном Небесной Инь поднял невероятно большие волны.

Что-то недовольно пробурчав себе под нос, Цинь Му с улыбкой спросил:

— Разум богини заняли изголодавшиеся призраки и тьма?

Богиня Небесной Инь опустила руки, упирая их в землю за своей спиной, и задрала голову, всматриваясь в небо со словами:

— Я не стремлюсь к одиночеству. Честно говоря, мне хочется, чтобы мой дом стал таким же оживлённым, как Сюаньду. На теле Небесного Герцога поселились многие формы жизни, как смертные, так и бессмертные. Наслаждаясь хорошей погодой, они радуются гармоничной жизни. Даже Граф Земли поселил у себя на рогах неизвестно сколько призраков… А у меня есть только тёмный мир и изголодавшиеся призраки, причём те настолько глупы, что умеют только есть.

Цинь Му задумался, как вдруг увидел вторую несущуюся волну и тут же использовал свою жизненную Ци для защиты. На этот раз он не промок.

— Богиня, для решения текущей проблемы Мира Небесной Инь нам может понадобиться помощь Небесного Герцога.

Выслушав его план по избавлению от симптомов проблемы, Богиня Небесной Инь покачала головой:

— Если мы украдём солнце и разместим его здесь, Тень Небес станет частью Сюаньду. С прекращением существования Мира Небесной Инь разве я буду такой же как Небесный Герцог? И что ещё хуже, разве я не стану его служанкой? К тому же он определённо будет против, если я пробурю дыру в его пятке, не говоря уже о том, что я сама против. Просто представь себе, что мой дом заполнит кровь вонючей ступни…

Цинь Му потерял дар речи, прежде чем разразиться хохотом:

— У меня есть Книга Жизни и Смерти, может богиня поймёт божественные искусства Сына Небесной Инь.

— Его божественные искусства тоже направлены лишь на избавление от симптомов, а не на решение корня проблемы. Бесполезно, — Богиня Небесной Инь покачала головой, пытаясь объясниться. — Я хочу, чтобы мой Мир Небесной Инь населяли живые существа. Несмотря на то, что способности Сына Небесной Инь объективно хороши, он тоже не смог решить проблему изголодавшихся.

Ощущая подступающую головную боль, Цинь Му с улыбкой предложил:

— Чтобы разобраться со всем происходящим мудрости единственного человека явно недостаточно, богиня, подожди несколько дней пока я не приведу к тебе нескольких людей с поистине феноменальной мудростью. Возможно, вместе мы найдём способ решения проблемы с изголодавшимися призраки и чёрным песком душ.

Богиня Небесной Инь удивлённо воскликнула:

— В этом мире и правда существуют люди умнее тебя?

Заметно посерьёзнев, Цинь Му твёрдо ответил:

— Не шути так, конечно, есть люди умнее меня. Я на самом деле глуповат, так как бы я посмел назвать себя непревзойдённым в этом мире? Есть ещё один, два… гхм, от четырёх до пяти человек умнее меня!

Богиня Небесной Инь посмотрела не его выражение лица и усмехнулась:

— Хорошо, найди их. Мне уже не терпится увидеть этих четверых-пятерых человек, которые умнее тебя.

— Они колонны реформ Вечного Мира, есть ещё Король Яма из Фэнду. Богиня не разочаруется, — с улыбкой проговорил Цинь Му и собирался было призвать свой исконных дух, как вдруг он подумал о чём-то и, отступив на несколько шагов, исполнил Секреты Собрания Трёх Исконных Духов.

Женщина исполинских размеров с любопытством разглядывала парня, понимая, что его исконный дух уже покинул Мир Небесной Инь.

«Он так уверен, что изголодавшиеся призраки не станут есть его тело?» — с такими мыслями она прогнала призраков, которых привлёк запах живого человека.

****

Между тем в Зале Высшего Учения Имперского Колледжа появилось множество исконных духов, отозвавшихся на призыв.

— По какому вопросу вызвали, Владыка? — поинтересовалась Сы Юньсян.

— Мне нужно найти Имперского Наставника, Святого Дровосека, Сюй Шэнхуа и Первого Предка, — быстро проговорил Цинь Му. — Я вынужден побеспокоить вас всех, прося найти их и передать им, чтобы они срочно отправились к разрушенной скале у истока реки Вздымающейся. Дело чрезвычайно важности. Также попросите их пригласить Короля Яму и ещё нескольких сильных практиков, умелых в заклятиях душ, когда они будут проходить мимо Фэнду.

— Владыка, не беспокойтесь, это не займёт много времени.

Все присутствующие отозвали свои исконные духи обратно в свои тела. Видя опустевший зал, он поступил также, а когда вернулся увидел, что богиня любопытно смотрит на него своими прекрасными, чёрными глазами.

Понимая, насколько быстро он очнулся, Богиня Небесной Инь удивилась:

— Уже связался с ними?

Цинь Му с улыбкой подбодрил:

— Богиня, не стоит беспокоиться, они прибудут через несколько дней. На эти пару дней я вернусь в свой мир и попытаюсь выковать пилюлю меча. До скорой встречи.

Богиня Небесной Инь кивнула, и Цинь Му немедленно ушёл.

****

Возле разрушенной скалы.

Хэ Ии командовала женщинами семьи Хэ, вымащивая дорогу, в то время как Янь Цзинцзин, помогая Цинь Му управлять небесным огнём, плавила Малиновый Хром Живучести Будды и Металл Небесной Инь.

Малиновый Хром переполняла природа будды, поэтому во время работы с ним он сиял яркими буддистскими лучами. В основном этот тип божественного металла использовали для создания своих оружий именно монахи.

Металл Небесной Инь же использовался для ковки артефактов, связанных с душами, и являлся божественным металлом, способным удерживать в себе души, поэтому он был очень хорошо совместим с исконным духом. Но надо иметь в виду, что использование такого духовного оружия затапливало округу призрачной атмосферой и с этим ничего нельзя было поделать.

Богиня Небесной Инь украла огонь Небесного Герцога как раз потому, что хотела избавиться от такого эффекта. Цинь Му, в свою очередь, планировал решить эту проблему буддистскими лучами в Малиновом Хроме. Он считал, что оба металла нивелируют эффект друг друга, и всякий раз используя духовное оружие он не будет выглядеть как монах или помешанный на душах практик.

Перво-наперво он и Янь Цзинцзин вывели идеальную пропорцию между двумя божественными металлами. Помимо этого, им также предстояло добиться лучшей жёсткости и гибкости, поэтому Цинь Му провёл сотни испытаний, прежде чем сумел найти золотую серединку, и сразу же после приступил к выплавке и ковке пилюли меча.

Янь Цзинцзин какое-то время наблюдала за тем, как он ковал один летающий меч за другим. Удивляясь сложностью процесса, она озадаченно спросила:

— Братец пастушок, ты куёшь мечи до состояния текучести воды, благодаря чему можешь всячески управлять ими по мановению руки. Раз такое дело, то зачем пытаться ковать каждый меч по-отдельности? Доведя сам божественный металл до состояния текучести воды, разве ты не избавишься от проблемы в виде сложной, скрупулёзной ковки восьми тысяч мечей?

— Руны на каждом мече разные, — отвечал Цинь Му, продолжая сосредоточенно ковать, — и они должны идеально сочетаться с моей техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана. Чтобы мечи идеально сочетались со мной, я должен убедиться, чтобы руны на каждом из них были прав…

Содрогнувшись всем телом, он прекратил ковать и погрузился глубоко в свои мысли.

Янь Цзинцзин с любопытством смотрела на то, как выражение лица Цинь Му постепенно серьёзнеет. После чего его серьёзное выражение плавно сменилось расслабленным, затем радостным, прежде чем опять стать крайне задумчивым.

Прошло всего ничего времени, как его выражение лица сменилось десятки раз.

— Ты права! — Цинь Му хлопнул в ладоши и громко засмеялся. — Ты абсолютно права! Я пытался идеально выковать каждый меч, аккуратно нанося на них руны своей техники, но это слишком сложно. Я ведь действительно могу просто взять кусок божественного металла и выковать его в пилюлю меча.

На радостях Цинь Му обнял Янь Цзинцзин и попытался рывком поднять, собираясь прокрутить несколько раз, но издал лишь болезненный стон…

Его поясница практически треснула.

Янь Цзинцзин являлась богом, поэтому даже несмотря на то, что её тело выглядело маленьким и изящным, её вес был неизмерим. Цинь Му же всё ещё находился в области Небожителя и мог только мечтать её поднять, чтобы как куклу прокрутить.

Между тем девушка покраснела и, словно невзначай, использовала свою магическую мощь для того, чтобы сделать себя легче. Только затем юноша смог продолжить радоваться и, подняв её, несколько раз крутанулся.

— Если я буду ковать один меч за раз, то должен буду думать, какие руны нанести на каждый меч, чтобы в итоге равномерно распределить через них свою технику на все. Погрузившись в математические исследования, я всё усложнил, в то время как более простой способ лежал на поверхности, — поставив её, он начал радостно ходить туда-сюда. — Я могу выковать пилюлю меча… Нет, меч… Тоже нет, я могу выковать шар! Он и станет моим мечом, а также ножом и прочими духовными оружиями. А ещё он будет моей техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана…

Не способный сдержать радости, он достал весь свои Малиновый Хром Живучести Будды и Металл Небесной Инь и сплавил их воедино в огромный шар километровой высоты. Подождав, пока тот остынет, он попытался его поднять, но тут же понял, что не может его сдвинуть даже на сантиметр…

Поговорка — муравей, пытающийся встряхнуть дерево — на практике.

Янь Цзинцзин тоже подошла и, попытавшись помочь, не смогла изменить ситуацию.

Парочка растерянно переглянулась.

Цинь Му уже начал краснеть, поэтому Янь Цзинцзин взяла под контроль небесный огонь и отрезала кусок, прежде чем предложить:

— Попробую этот.

Цинь Му от натуги продолжал краснеть, тяжело отвечая:

— Всё ещё слишком тяжёлый.

Янь Цзинцзин отрезала небесным огнём ещё один кусок. Цинь Му, хотя и с некоторыми усилиями, всё же наконец совладал с весом и с улыбкой сказал:

— Хотя бы поднять могу. Когда моё совершенствование возрастёт, а физическое тело станет сильнее, проблема исчерпает сама себя.

Янь Цзинцзин превратила отрезанный кусок божественного металла в шар размером с небольшую гору, после чего Цинь Му призвал свой стометровый исконный дух, который тут же начал ударять по шару рунами его техники…

Используя руны в качестве молота, он начал ковку своего духовного оружия.

Его исконный дух закалял божественный металл на протяжении всего дня и всей ночи, но до сих пор не было признаков того, что работа хотя бы началась.

Цинь Му тоже летал вокруг шара и наносил различные руны вместе со своим исконным духом, и только спустя два дня и три ночи тяжёлого труда шар, в конце концов, немного уменьшился.

— Братец пастушок, почему бы не вернуться к прошлому способу? — не удержавшись, предложила Янь Цзинцзин. — Тот метод ковки, судя по всему, требовал куда меньше времени, чем этот.

Цинь Му покачал головой со словами:

— Пожелай я выковать восемь тысяч мечей в короткие сроки, мне пришлось бы положиться на производственные мощности фабрики. А если буду делать самостоятельно, то это отнимет у меня больше энергии и времени. К тому же все фабрики в Вечном Мире были разработаны мною, поэтому я знаю, что, если поставлю перед ними задачу обработать божественный металл, это дастся им с трудом.

Прямо в этот момент раздался голос Святого Дровосека:

— Я уже полностью переделал фабрики. Проблем с обработкой божественных металлов возникнуть у них не должно.

Повернувшись на голос, Цинь Му увидел Святого Дровосека, Наставника Вечного Мира, Первого Предка Императоров Людей и Сюй Шэнхуа выходящих из туннеля Верховных Небес Императора. Позади них танцевали тени, вместе с которыми двигался покров из тьмы. Король Яма был одет в плащ из тьмы и полностью скрывался в тени.

Первый Предок поднял голову и удивлённо уставился на стометровую пилюлю меча, прежде чем покачать головой и сказать:

— Кто куёт пилюлю меча таким образом? Слишком по-варварски. К тому же разве у тебя нет пилюли меча?

— Сломалась, — с улыбкой ответив, Цинь Му тут же продолжил. — Наставник, я нашёл источник тьмы.

Сердца всех присутствующих содрогнулись.

— Ты нашёл Мир Небесной Инь? — переменившись в лице, воскликнул Святой Дровосек. — И Богиню Небесной Инь?

— Я пригласил вас всех для решения проблем Мира Небесной Инь и Богини Небесной Инь, — Цинь Му достал кожу бога Эпохи Императора-Основателя и, положив её, спросил. — Наставник, ты всё ещё узнаёшь его?

Глава 693. Самый Умный

Святой Дровосек тщательно осмотрел кожу и его сердце слегка дрогнуло:

— Я узнаю этого человека. Его зовут Нин Цзинь. Он один из богов, которых я отправил разведать обстановку во тьме, наложив на него технику Создания Небесного Дьявола, чтобы не позволить монстрам сожрать его тело. Он всё ещё жив?

Цинь Му ответил:

— Он ни жив, ни мёртв. Наставник, он уже закончил свою миссию.

В глазах Святого Дровосека мелькнул намёк на растроганность, но он быстро его скрыл, медленно кивая:

— Ты знаешь, как его пробудить?

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Когда наступит ночь, он сам придёт в себя, и наставник сможет с ним встретиться.

В этот момент их окутала волна тьмы. Мимо пронёсся Король Яма, накрывая их своим тёмным покровом. Человеческая кожа быстро подлетела в воздух, внутри неё начала расти плоть. Вскоре тело бога Эпохи Императора-Основателя восстановилось, и он встал перед всеми, будто живой человек.

— Он может жить в Фэнду, — из-под своего покрова тьмы проговорил Король Яма.

Несколько раз осмотрев свои руки, бог скривился в ошеломлённом выражении.

— Это чувство жизни, чувство жизни… — бормотал он. — Впервые за двадцать тысяч лет я чувствую себя живым…

Цинь Му не удержался, чтобы ответить:

— Старший, на самом деле ты мёртв. Король Яма притащил к тебе Царство Живых Мертвецов, чтобы тебе показалось, что ты жив.

Бог был настолько взволнован, что еле держал себя в руках. Внезапно он увидел Святого Дровосека и упал на колени, тесно сжимая кулаки над головой и торжественно говоря:

— Я отдаю дань уважения Небесному Наставнику! Нин Цзинь из Дивизии Небесных Слов, спустя двадцать тысяч шестьсот лет, пришёл доложить о завершении своей миссии!

— Пятьдесят восемь человек из Дивизии Небесных Слов отправились на поиски источника тьмы по приказу Небесного Наставника. Пятьдесят семь из них погибли, а их души рассеялись. Лишь этому подчинённому повезло не провалить задание и узнать правду о тьме. Небесный Наставник, разреши мне вернуться на свою должность.

Святой Дровосек молчал, в его глазах мерцал свет, который не выходил наружу. Спустя мгновение он вошёл во тьму и взял Нин Цзиня за руку:

— Солдат Дивизии Небесных Слов, твоя миссия выполнена.

— Спасибо, Небесный Наставник, — Нин Цзинь встал с колен и выпрямился. Будто солдат на построении он прокричал. — Нин Цзинь желает вернуться в Дивизию Небесных Слов!

Улыбнувшись, Святой Дровосек проговорил:

— Эпоха Императора-Основателя была стёрта с лица земли. Я всех подвёл, твоя Дивизия Небесных Слов была расформирована. Нин Цзинь, ты свободен…

Ошеломлённый, Нин Цзинь уставился на него широко открытыми глазами, по всей видимости, он ещё не сумел осознать услышанное. С огромным трудом он продолжил:

— Небесный Наставник, на протяжении последних двадцати тысяч лет я постоянно мечтал вернуться… Небесный Наставник, Нин Цзинь доложил и хочет вернуться к своему званию!

Святой Дровосек нахмурился:

— Эпоха Императора-Основателя закончилась, Дивизии Небесных Слов больше не существует. Нин Цзинь, теперь ты свободен…

Голос бога дрожал, когда он хрипло прокричал:

— Нин Цзинь хочет вернуться к своему званию!

Святой Дровосек долго молчал, его голос тоже начал дрожать. Ему было очень трудно управлять своими эмоциями, но, подавив своё сердце Дао, он сумел проговорить слово за словом:

— Солдат Дивизии Небесных Слов Императора-Основателя, Нин Цзинь, я позволяю тебе вернуться к своему званию!

Нин Цзинь улыбнулся, продолжая рыдать в голос. Между тем Святой Дровосек с многозначительным взглядом похлопал его по плечу, больше ничего не сказав.

Цинь Му не отрывал от них взгляда. Что за император мог завоевать такую преданность своих солдат? Император-Основатель?

Но тот прятался в деревне Беззаботной и, с тех пор как он скрылся, уже прошло двадцать тысяч лет. Должно быть, он уже забыл о людях, готовых следовать за ним до гроба.

«Боги Эпохи Императора-Основателя никогда не были в долгу перед нами, семьёй Цинь. Это она в долгу перед этими верными и праведными людьми», — думал он про себя.

Сюй Шэнхуа с любопытством спросил:

— Владыка Культа Цинь, почему ты нас пригласил?

Юноша рассказал им о случившемся в Мире Небесной Инь и добавил:

— Все собравшиеся здесь люди превосходят меня интеллектом, я не могу решить проблему Богини Небесной Инь, а вам это, возможно, под силу.

Все уставились на него широко открытыми глазами, не слишком веря его словам. Святой Дровосек знал, что Цинь Му отправился со Старшим Рыболовом, чтобы выловить солнца и луны. И он совершенно не ожидал, что старик исчезнет, а этот мерзавец в одиночку отправится в Мир Небесной Инь!

«Я отправил пятьдесят восемь богов Дивизии Небесных Слов, чтобы разведать обстановку в Мире Небесной Инь, и никто их них не вернулся живым, а он так легкомысленно туда ворвался! — незаметно качая головой думал Святой Дровосек. — Этот мерзавец такой же, как и мой старший ученик, они оба не знают страха. Первый так действует в надежде стать святым, а в чём же его мотивация? Он не может вести себя так просто, чтобы удовлетворить своё любопытство».

В случае с Цинь Му он и вправду был беспомощным. Можно было отлично представить себе опасности Мира Небесной Инь, и всё же ему удалось выбраться живым и даже воскресить Богиню Небесной Инь, погибшую бесчисленное количество лет назад.

Подобное достижение, а также метод решения проблемы, были непостижимыми для него.

— Владыка Культа Цинь, кто, по твоему мнению, превосходит тебя в интеллекте? — Сюй Шэнхуа улыбнулся, едва сдерживая свой смех. — Ты можешь повторить свои слова?

Имперский Наставник закашлялся, проговорив:

— Я тоже хотел бы услышать, как второй старший брат повторяет сказанное.

Первый Предок тоже улыбчиво проговорил:

— И я. Му’эр, повтори то, что ты только что сказал.

Издалека донёсся голос Короля Ямы, казалось, что тот до сих пор находится в Фэнду:

— Я буду рад услышать, как такой выдающийся человек признаёт, что он не так умён, как мы.

Раньше все они были избиты Цинь Му. Первому Предку ничего не надо было доказывать, Сюй Шэнхуа тоже отлично знал о способностях парня. Имперский Наставник был крайне поражён Проводником Исконного Духа и Собранием Трёх Исконных Духов, а восемнадцатая форма меча шокировала его окончательно…

Что касалось Короля Ямы, то даже не стоит напоминать о случившемся с ним. Избиение в Зале Короля Циня — это клеймо, которое он будет носить до конца своей жизни.

Лицо Цинь Му было чёрным, будто чернила, как вдруг он усмехнулся:

— Среди вас есть только четыре человека, умнее меня. Подумайте, кто всё-таки мне уступает.

Как только он это проговорил, все погрузились в глубокие размышления.

Первый Предок вздохнул, на его лице возникло унылое выражение, когда он подумал: «Он не хотел учить мою Мудру Небес и Земли. Должно быть, он чувствовал, что мои навыки мудры не так хороши, как его…»

Король Яма тоже думал, что он не такой умный, как юноша, поэтому, горько вздохнув, растворился во тьме.

Уголки глаз Имперского Наставника дрогнули, но он не сказал ни слова.

Сюй Шэнхуа тщательно размышлял и пришёл к выводу, что хоть он и превосходит Цинь Му в некоторых вопросах, он не был уверен, что сможет одолеть его. Поэтому он тоже чувствовал себя слегка разочарованным.

— С древних времён ходят легенде об убийстве трёх солдат с помощью одного персика. Теперь же Цинь Му сумел одолеть четырёх мудрых людей всего одним предложением, — улыбчиво проговорил Святой Дровосек. — Вам не стоит расстраиваться, он определённо не такой умный, как мы. Несмотря на то, что он владеет Телом Тирана и имеет огромный врождённый талант, он находится лишь в области Небожителя. Его мозг не слишком развит, отчего его совершенствование страдает. Идём, нужно навестить Богиню Небесной Инь.

Цинь Му тихо возразил:

— Среди четырёх великих Небесных Наставников, совершенствование учителя самое низкое, это тоже говорит о твоей глупости.

Святой Дровосек достал свой топор, начиная точить его точильным камнем. Искры разлетелись во все стороны, и Цинь Му тут же замолчал, поспешно начиная вести их в сторону Мира Небесной Инь.

Цилинь не осмелился войти в Мир Небесной Инь, поэтому Цинь Му осталось лишь отправить его строить дорогу вместе с Хэ Ии.

****

Посмотрев вниз, все увидели текущую вокруг тьму. Чёрный песок поглотил всё вокруг, разглядеть можно было лишь высокую башню, подавляющую монстров во тьме. Они все были вынуждены скрываться на краю Мира Небесной Инь.

— Это чёрный песок и изголодавшиеся призраки?

Все осмотрелись. Янь Цзинцзин впервые оказалась в этом месте, поэтому ей было крайне интересно.

Совершенствование Сюй Шэнхуа было самым низким в отряде, он, как и Цинь Му, находился в области Небожителя. Внезапно он кое о чём подумал и попытался коснуться тьмы, но его тут же остановил Святой Дровосек:

— Остерегайся изголодавшихся призраков. Они двигаются чрезвычайно быстро.

Парень улыбчиво ответил:

— Изголодавших призраков подавляет башня, они не смогут ко мне подобраться. Я хочу словить одного из них, чтобы тщательно исследовать.

— Подожди минутку!

Цинь Му скрылся во тьме и спустя мгновение вернулся, крепко держа в руках изголодавшегося призрака.

Сюй Шэнхуа уже собирался взяться за исследование призрака, когда раздался голос Святого Дровосека:

— Давайте сначала поприветствуем богиню, не стоит забывать о манерах.

Все отправились на берег моря и вскоре увидели Богиню Небесной Инь, сидящую вдали. Они подняли головы, чтобы взглянуть на неё, и их сердца резко дрогнули.

— Если Чёрное Божество Минду сумело убить такого сильного древнего бога, насколько ужасающими способностями он обладает?

Цинь Му продолжал вести всех вперёд, и Богиня Небесной Инь бросила на них любопытный взгляд:

— Великий Чародей, это те люди, которые, по твоим словам, умнее тебя самого?

— Богиня, это мой учитель, Дровосек. Он — основание реформы Эпохи Императора-Основателя. А это Имперский Наставник, он начал реформы нынешней эпохи. Вот это Король Яма из Фэнду, он взял часть Юду под свой контроль и расположился в Великих Руинах. У него чрезвычайно высокие достижения в искусствах души. Этот мужчина — Первый Предок, создавший Священные Тайны Сердца Небес и Земли. Уровень его техники достиг области Светящегося Неба, впрочем, это произошло ещё двадцать тысяч лет назад, когда он был лишь принцем, стремящимся к знаниям. Но несмотря на то, что он провёл последние двадцать тысяч лет впустую, его талант и понимание всё равно выдающиеся. И наконец Сюй Шэнхуа. Он поддельное Тело Тирана и уже добился больших успехов, в частности соединил Семь Звёзд и Шесть Направлений, два великих божественных сокровища, — представил всех один за другим Цинь Му. — Я часто удивляюсь их уму и знаниями. Они не уступают Сыну Небесной Инь, и, возможно, вместе нам удастся полностью решить проблему Мира Небесной Инь.

Все поздоровались:

— Мы отдаём дань своего уважения богине.

Богиня Небесной Инь подняла руку и ответила:

— Не нужно формальностей. Великий Чародей помог мне, придумав два способа вылечить симптомы проблемы, но мы так и не изобрели способа решить корень бедствия Мира Небесной Инь. Так как ваши умы превосходят все другие, можете угадать, какие решения придумал Великий Чародей?

Она не верила, что они умнее Цинь Му, поэтому решила их проверить.

Имперский Наставник что-то пробормотал себе под нос и проговорил:

— Может быть нужно поместить в Мире Небесной Инь солнце?

Глаза Богини Небесной Инь загорелись.

Сюй Шэнхуа поднял голову, смотря в небо:

— А может быть стоит просверлить дыру в пятке Небесного Герцога и украсть его силу?

Немного подумав, Первый Предок предположил:

— Я думаю, что он решил поставить у трещины, соединяющей Мир Небесной Инь и Великие Руины, статую бога, что не позволит тьме проникнуть в Великие Руины.

Король Яма покачал головой со словами:

— Это не подходит, в таком случае Мир Небесной Инь всё ещё будет в хаосе. Идея Императора Людей Циня определённо состоит в том, чтобы освободить второго его, заточённого в его межбровье, и позволить ему сожрать всех изголодавшихся призраков и тьму. Граф Земли не сможет прийти сюда, так что это под силу только тому хулигану.

Богиня Небесной Инь была удивлена и восхищена. Она услышала даже больше решений, чем придумал Цинь Му, что свидетельствовало о том, что мудрость этих людей возвышалась над всеми другими!

Быстро повернув голову к Святому Дровосеку, она вежливо спросила:

— Почему друг Дао не предложил своего решения?

Размышляя, тот ответил:

— Я думал о том, что если богиню обмануло Чёрное Божество и сожрали изголодавшиеся призраки, то она тоже была превращена в изголодавшегося призрака после смерти, верно? Если тебе удалось вернуться к жизни, тогда решение проблемы уже было найдено, зачем нам продолжать над ним думать?

Ошеломлённая, Богиня Небесной Инь воскликнула:

— Так это ты самый умный человек в мире!

— Нет, — торжественно ответил Святой Дровосек. — Тот, кто сумел воскресить богиню, вероятно даже умнее меня. Могу я поинтересоваться, кто это?

Богиня Небесной Инь посмотрела на Цинь Му, который тут же застенчиво улыбнулся. Тем не менее, он не мог скрыть довольного выражения лица.

Взглянув на него, Святой Дровосек равнодушно проговорил:

— Он определённо владел решением, но не додумался им воспользоваться. Это свидетельствует о том, что он не слишком умный.

Лицо Цинь Му стало чёрным, будто железо.

Глава 694. На Плечах Гиганта

Богиня Небесной Инь окинула всех взглядом и похвалила:

— Интеллект и мудрость каждого из вас крайне редко можно встретить в этом мире, поэтому я не ожидала, что за такой короткий период времени увижу сразу шестерых. Что за мир сейчас? Как могло появиться так много талантов за такое короткое время?

— Богиня, — с улыбкой заговорил Цинь Му, — шестерых перед тобой можно назвать мудрейшими из мудрейших за последние двадцать тысяч лет. Разве можно их прировнять лишь к одному, на триллион? Прямо сейчас перед тобой собралась мудрость всех двадцати тысяч лет.

Святой Дровосек решил поторопить:

— Исполни уже своё божественное искусство, которое смогло возродить богиню, и прекрати заниматься самовосхвалением. За последние двадцать тысяч лет появилось лишь пять мудрецов. А ты всего лишь Тело Тирана. Умным тебя не назовёшь.

Цинь Му разозлился, но всё же достал Книгу Юду. Затем он исполнил подправленного им Проводника Души, а также продемонстрировал Врата Небесной Воли с изменённой структурой.

Между тем раздавшийся язык Юду заставлял всех вокруг хмурить брови.

Цинь Му повернул Врата Небесной Воли вокруг, чтобы украсть немного мощи Небесного Герцога, затем провернул то же самое с мощью Графа Земли, прежде чем украсть одновременно мощь обоих.

Вслушиваясь в его слова, присутствующие чувствовали головокружение.

— Я могу понять восемьдесят процентов из того, что он говорит на языке Юду, — Король Яма использовал свою технику и позади него появились врата, напоминающие собой Врата Небесной Воли. — Однако, я впервые вижу это книгу. К тому же думаю возникнет ряд проблем, связанный с воровством мощи Небесного Герцога и Графа Земли. Мы не совладаем с гневом даже одного из них.

— Я понял шестьдесят процентов, — заговорил Имперский Наставник. — Я некоторое время учился у Наставника, но всё ещё не могу понять многое из услышанного. Возможно, мне тоже не удастся выучить это.

Святой Дровосек нахмурился, говоря:

— Я тоже не могу полностью понять сказанное. Что же до воровства мощи Небесного Герцога и Графа Земли, если немного, то не страшно, однако, если пожадничаем, эти двое не станут просто сидеть и бездействовать. Если мы украдём их мощь, чтобы возродить души всего Мира Небесной Инь, они определённо разгневаются.

Сюй Шэнхуа и Первый Предок никогда прежде не учили язык Юду, поэтому могли лишь недоумевать.

— Ну раз мы не можем воровать мощь Графа Земли и Небесного Герцога, — заговорил Сюй Шэнхуа, — почему бы нам тогда не изменить божественное искусство Владыки Циня и пойти окольным путём?

— Владыка подготовил для нас такой прочный фундамент, разве можно с такими картами на руках идти окольным путём? Богиня, я так понял Мир Небесной Инь ещё не имеет своих собственных, уникальных божественных искусств, верно?

— Изначально здесь проживало много практиков божественных искусств, — кивнув, объясняла Богиня Небесной Инь, — но все они приходили сюда извне. Они говорили, что хотят укрыться здесь от хаоса войны, и каждый из них владел своими собственными божественными искусствами. Но изначально здесь никого кроме меня не было.

Имперский Наставник улыбнулся, прежде чем продолжить:

— В таком случае, начиная с сегодняшнего дня, Мир Небесной Инь обзаведётся своей собственной системой божественных искусств.

Сюй Шэнхуа оживлённо взглянул на Имперского Наставника и подумал: «Святой, появляющийся раз в пятьсот лет, действительно наделён несравненной широтой ума! Судя по всему, Святой Дровосек до сих пор ничего не предложил по причине того, что хотел проверить его интеллект и мудрость».

Первый Предок и Король Яма, казалось, тоже моментально прозрели.

— Кажется под чутким руководством Имперского Наставника мы нашли путь, — с улыбкой похвалил Первый Предок.

Король Яма облегчённо вздохнул:

— Божественное искусство Императора Людей Циня — ключ для создания системы божественных искусств Мира Небесной Инь.

Святой Дровосек взглянул на Цинь Му, прежде чем попросить:

— Ученик, расскажи нам всё о своём божественном искусстве.

Цинь Му подробно всё объяснил, не упуская даже малейшей детали.

Все присутствующие, будучи исключительно мудрыми личностями, запомнили всё с первого раза и начали туда-сюда ходить, явно одолеваемые бурными размышлениями.

Имперский Наставник тихо нашёптывал что-то на языке Юду, заставляя чёрный песок душ вокруг себя колебаться.

Сюй Шэнхуа вдруг остановился и начал напевать на языке Юду, глядя в сторону изголодавшихся призраков, которых захватил Цинь Му. Бедолаги открыли свои рты и завизжали, постоянно теряя из своих тел чёрный песок, но в то же время их наполнял чёрный песок извне.

Первый Предок позаимствовал Книгу Юду и использовал свою жизненную Ци для подражания писаниям Юду. Он пытался внести некоторые изменения в божественное искусство Цинь Му.

Король Яма ранее провёл некоторые исследования в отношении божественных искусств Юду, поэтому он сразу же изменил божественное искусство Цинь Му.

Святой Дровосек, с другой стороны, просто ходил вокруг бога Эпохи Императора-Основателя Нин Цзиня и постоянно осматривал его.

Все они имели своё собственное понимание сути вещей и мысли, поэтому, так или иначе, изменяли божественное искусство парня.

Цинь Му буровил всех тяжёлым взглядом с мрачным выражением лица. В прошлом именно он всегда изменял божественные искусства других людей, но сегодня ему наконец довелось испытать, каково это, когда пытаются изменить работу твоего божественного искусства.

Спустя некоторое время они либо ходили, либо лежали, либо сидели, либо бегали, но они определённо самозабвенно, усиленно размышляли надо решением.

Имперский Наставник рисовал странные руны на пляже, в то время как Первый Предок просто рисовал своей жизненной Ци на небе. Сюй Шэнхуа ранее достал разнообразные вычислительные духовные оружия и активно что-то подсчитывал. Время от времени он записывал на земле странные уравнения, прежде чем начинать пытаться их решать.

Позади Короля Ямы летало большое металлическое кольцо, на котором мерцали разнообразные руны.

Святой Дровосек снял ожерелье, которое Цинь Му выковал для Нин Цзиня, после чего взглянул на Небесную Медведицу, выкованную Сыном Небесной Инь.

Прошло неизвестно сколько времени, прежде чем все собрались вокруг Небесной Медведицы. Они использовали свою собственную жизненную Ци, чтобы запечатлеть пустоту, и в небе появились прекрасные руны.

Руны излучали интенсивное золотое свечение, напоминающее собой чёрный песок, с той лишь разницей, что чёрным оно не было.

Совершенно не понимая, что происходит, Богиня Небесной Инь взглянула на Цинь Му и Янь Цзинцзин, тихо спросив:

— Что они делают?

Цинь Му с мрачным выражением лица вполголоса ответил:

— Они пытаются избавиться от некоторых базовых рун божественных искусств Мира Небесной Инь, полагаясь на моё божественное искусство и Небесную Медведицу Сына Небесной Инь. Оттуда они смогут вывести все базовые руны.

Богиня Небесной Инь могла лишь удивиться:

— Базовые руны Мира Небесной Инь? Существует нечто подобное?

— Богиня никогда не уходила отсюда, я прав? Ты можешь не знать, но божественные искусства всего мироздания в основном построены на базовых рунах, — объяснял Цинь Му. — Ветер, дождь, гром, молния, облака, туман, небо, звёзды и даже создание, каждый тип божественного искусства имеет структуру, состоящую из базовых рун. Между тем твой Мир Небесной Инь отличается от внешнего. Живя по своим собственным правилам у него должна быть своя собственная система божественных искусств, навыков и путей.

Янь Цзинцзин полагалась на Корабль Солнца, чтобы прорваться в область бога, и многое не понимала в вопросе базовых божественных искусств, навыков и путей, поэтому прямо сейчас она воспользовалась возможностью и тоже внимательно слушала, расширяя свой кругозор и понимание.

— Например, божественное искусство, которое я использовал, чтобы возродить тебя — это производная от божественных искусств нескольких больших систем. К ним относятся: Юду, Минду, Сюаньду, создание, пути бога, дьявола и будды, даже секты Дао. Помимо этих всеобъемлющих систем, есть также несчётное множество меньших, локальных. Только совместив системы многих божественных искусств я смог возродить тебя, — продолжал Цинь Му. — Однако я не использовал базовых рун Мира Небесной Инь, а просто полагался на знание всех этих систем, чтобы имитировать их.

Богиня Небесной Инь, судя по всему, кое-что поняла и сказала:

— Получается они пытаются охватить системы всех других миров через твоё божественное искусство и сокровище Сына Небесной Инь в попытке создать базовые руны, принадлежащие только Миру Небесной Инь. Чем больше они выведут, тем ближе подберутся к истинным базовым рунам.

Цинь Му с улыбкой кивнул:

— Богиня, взгляни на руны перед тобой, они всё меньше и меньше напоминают таковые во внешнем мире. Помимо моего божественного искусства и сокровища Сына Небесной Инь, они также нуждаются в понимании твоей божественной мощи и рун на твоём теле.

Святой Дровосек остальные подошли и взлетели, скрупулёзно изучая божественный свет тела Богини Небесной Инь. Они записывали её природные руны и исследовали их…

Эти природные руны являлись странными рунами, с которыми она родилась. Она мало контактировала с внешним миром, поэтому мало что знал о рунах на своём теле.

Спустя долгое время все пятеро приземлились на землю и начали тихо дискутировать.

— На теле богини есть сто восемь типов рун, в то время как мы смогли вывести из божественного искусства Владыки и сокровища Сына Небесной Инь двести шестнадцать, — Сюй Шэнхуа упорядочил руны и взмахнул рукой по отношению неба. Везде, где проходила его рука, появлялся золотой песок. — Всего триста двадцать четыре руны, которые являются основой системы божественных искусств Мира Небесной Инь, — повернувшись, он продолжил. — Богиня, пожалуйста, взгляни, как различное комбинирование рун приводит к уникальному эффекту.

Его жизненная Ци скомбинировала десяток-другой рун, становясь божественным искусством, которое затем выстрелило в изголодавшегося призрака. В тот же миг чёрный песок внутри него исчез, заменяясь духовной энергией Небес и Земли.

Имперский Наставник исполнил другое божественное искусство, в основе которого тоже лежали некоторые из триста двадцать четырёх рун, и сказал:

— Также можно вновь собрать воедино душу, принадлежащую изначальному телу.

После того, как изголодавшие призраки умерли, от них оставалась только кожа, но, когда он исполнил своё божественное искусство, чёрный песок начал собираться, словно клубы чёрного дыма, вливаясь обратно в человеческую кожу.

Король Яма исполнил ещё одно божественное искусство, говоря:

— Ещё можно перестроить чёрный песок, превращая его в души.

Его божественное искусство воздействовало на чёрный песок в человеческой коже, постепенно формируя из него полноценную душу.

Первый Предок исполнил навык мудры и сказал:

— Ну или просто подавить и подчинить изголодавшихся призраков вот так.

Когда он исполнил свой навык мудры, в перепуганных глазах неисчислимых призраков он стал королём.

Святой Дровосек с улыбкой продолжил:

— Богиня, в прошлом базовые руны Мира Небесной Инь не были полными, но сейчас всё изменилось. Теперь богиня может управлять изголодавшимися призраками, чтобы они сражались за тебя, наказывать их или даже защищать живых в Мире Небесной Инь. Начиная с сегодняшнего дня, тебе больше не о чем беспокоиться.

Цинь Му с сожалением вздохнул:

— Вероятно в ближайшем будущем в Мире Небесной Инь появятся бесчисленные техники и божественные искусства благодаря этим трёмстам двадцати четырём рунам.

Святой Дровосек достал свой топор для рубки дров и начал наносить им удары по скале, расположенной возле моря, со словами:

— Богиня, вопрос решён. Нам пора уходить.

Провожая их, Богиня Небесной Инь благодарила:

— Я медленно соображаю, поэтому могла лишь побеспокоить мудрецов. Если в будущем вам понадобится моя помощь, каждый из вас может просто связаться со мной через талисман, и я определённо постараюсь помочь всем, чем смогу!

Она вытянула из своего тела прядь божественного света и разделила её на семь частей, каждая из которых приняла форму сияющей жемчужины, доставшихся Дровосеку, Имперскому Наставнику, Королю Яме, Сюй Шэнхуа, также как Цинь Му и Янь Цзинцзин.

Янь Цзинцзин поспешно отказалась со словами:

— Я ничего не сделала, я не смею принять такой дар.

Богиня Небесной Инь с улыбкой ответила:

— Жемчужина для твоего маленького любовника рядом. Оставь её для него.

Янь Цзинцзин покраснела, прежде чем быстренько спрятать божественную бусину.

****

Выйдя из Мира Небесной Инь, все почувствовали невероятный комфорт, когда их омыл такой родной солнечный свет.

— Ученик, теперь-то ты знаешь, как выглядят мудрецы, верно? — усмехаясь подколол Святой Дровосек.

Рассмеявшись, Цинь Му в ответ парировал:

— Всё потому, что вы стояла на плечах гиганта. Если бы я не создал божественное искусство, которое смогло воскресить Богиню Небесной Инь, вы, ребята, абсолютно точно не смогли бы вывести базовые руны Мира Небесной Инь.

— На плечах гиганта? — громко рассмеявшись, Святой Дровосек развернулся и, с закружившимися вокруг рунами мгновенного перемещения, со хлопком воздуха бесследно исчез.

— Император Людей Цинь, прощай, — Король Яма отступил, перед ним заклокотала, а уже в следующий миг он тоже исчез.

— Встретимся в Вечном Мире, — попрощавшись, Имперский Наставник тоже использовал мгновенное перемещение.

Цинь Му посмотрел на Первого Предка, который тут же обронил:

— Я не могу составить тебе компанию, у меня дела.

Он взмыл в небо и, обратившись яркой вспышкой божественного света, исчез.

— Ума этой шайке не занимать, — вздохнув, Цинь Му не оборачиваясь продолжил. — Брат Сюй, я не говорил, что ты…

Сюй Шэнхуа громко рассмеялся и взмыл в небо.

Его фигура, шагая по расцветающим в небе лотосом, постоянно появлялась и исчезала.

Глава 695. Великое Дао Небесного Огня

Цинь Му проводил Сюй Шэнхуа взглядом, в то время как Король Яма повёл Нин Цзиня в Фэнду. Это место, возможно, лучше всего подходило для его выживания.

«Общими усилиями проблема Богини Небесной Инь была решена. Обретя триста двадцать четыре разные руны, Мир Небесной Инь не станет в будущем мёртвым. Вместо этого он начнёт процветать!» — вздохнул Цинь Му. Мир Небесной Инь начнут посещать бесчисленные практики божественных искусств, отчего он будет процветать всё сильнее и сильнее. Его божественные искусства разделятся на сотни философских школ, каждая из которых будет свободно их развивать.

Реформа Вечного Мира тоже получит огромную пользу. С помощью Богини Небесной Инь она будет быстро набирать обороты.

Тем не менее, для всего этого требовалось время.

Вечный Мир, как и Мир Небесной Инь, ещё находились в самом начале своего пути.

«Сейчас — самый опасный период. Пламя реформы может погаснуть в любой миг», — слегка нахмурившись, Цинь Му решил не задумываться о болезненных вопросах. Он отправился на поиски цилиня и Янь Цзинцзин, увидев, что зверь помогает Хэ Ии строить дорогу. Женщины Западных Земель давали ему одну работу за другой.

Будучи не в силах отказать, цилинь хотел плакать, но у него не было слёз. Женщины Западных Земель совершенствовали божественные искусства, способные оживить душу и дух во всех вещах. С помощью странного заклятия они контролировали тело жирдяя, заставляя его послушно выполнять работу.

— Цилинь на самом деле настолько трудолюбив? — невероятно обрадовавшись, Цинь Му улыбчиво проговорил. — Жирдяй, помоги мне нести мою пилюлю меча, пришло время возвращаться в Вечный Мир.

Имея более ста метров в диаметре, пилюля была невероятно тяжёлой. Цилинь сначала собирался отказаться от этой затеи, но внезапно подумал: «Я помог девушкам Западных Земель сделать огромное количество работы, и если теперь откажусь помогать мастеру, то больше никогда не увижу духовных пилюль!»

Собравшись с мыслями, он потащил пилюлю, что невероятно обрадовало Цинь Му: «Жирдяй и вправду становится всё трудолюбивее».

Янь Цзинцзин чувствовала, что с тех пор, как она заполучила прядь Ци чистой Инь, её фундамент начал постепенно стабилизироваться, а состояние её тела улучшаться, поэтому она была невероятно счастливой.

Парочка путешествовала, почти непрерывно смеясь.

Приведя девушку к Колодцу Солнца, юноша проговорил:

— Император отдаст тебе приказ прибыть с Кораблём Солнца, чтобы осветить Небеса Лофу и Верховные Небеса Императора, что позволит им восстановить свои жизненные силы. Впрочем, тебе не о чём беспокоиться. Как только мы найдём тела Чистой Инь и Чистого Ян, тебе больше не придётся путешествовать на Корабле Солнца. Несмотря на твоё сильное совершенствование твоё основание недостаточно стабильно. Ты должна покинуть Колодец Солнца, отправиться в Вечный Мир за знаниями и изучить основы. Я буду ждать тебя там.

Они неохотно расстались, и Цинь Му проводил её взглядом до Колодца Солнца, после чего продолжил двигаться на восток. Забравшись на спину цилиня, он достал Небесный Огонь Сюаньду, начав тщательно его изучать…

С того времени, как он заполучил призму небесного огня, у него не было времени заняться её изучением. Лишь раз попытавшись ею воспользоваться, он отдал предмет Янь Цзинцзин, которая использовала его всё оставшееся время.

«Если это огонь, то почему он обрёл физическую форму? Как он превратился в огненный кристалл?» — недоумевал Цинь Му. Призма небесного огня была создана из огня Небесного Герцога, и несмотря на её огромную силу, он не мог её контролировать. Его познания в этой области значительно уступали Янь Цзинцзин, огненные божественные искусства в его исполнении тоже не были так изящны.

Внезапно он с удивлением для себя осознал, что структура кристалла постоянно менялась. Поспешно всё проанализировав, он увидел бесчисленные огоньки, из которых она состояла. Огоньки имели форму кристаллических шестиугольников, которые то появлялись, то исчезали, создавая довольно завораживающее зрелище.

«Какая странная математическая картина!» — Цинь Му увлечённо продолжал осматривать артефакт и вскоре разглядел внутри шестиугольников кристаллы небесного огня в форме восьмиугольников. Те были довольно нестабильны, иногда становясь плоскими, а иногда круглыми.

Переполняясь волнением, он продолжал тщательно всё рассматривать, видя перед собой лишь небесный огонь, разделяющийся на бесчисленные слои математических построений. Чем глубже он всматривался, тем сложнее они становились.

Он всматривался внутрь небесного огня, видя огромное количество слоёв математических построений, кристаллы позади которых больше не напоминали простые геометрические фигуры и обретали всё более сложную форму.

Достав линейку, Цинь Му провёл некоторые измерения и записал результаты на бумаге. Затем он собрал свои вычислительные духовные оружия, пытаясь разгадать секрет небесного огня. Углубляясь в структуру небесного огня, он, казалось, потерял счёт дням, полностью поглотившись математическими превращениями.

Незаметно для себя он добрался к ядру небесного огня, где обнаружил крохотные точки, сталкивающиеся с невероятно высокой скоростью, что и порождало невообразимо высокую температуру и разрушительную силу.

Самым страшным было то, что каждая из этих крохотных точек двигалась своим собственным путём, циркулируя, они рисовали совершенное математическое построение.

Когда он использовал жизненную Ци, активируя небесный огонь, столкновения становились ещё более яростными, что поднимало температуру пламени до предела!

«Это тончайшая форма кристаллов небесного огня?» — Цинь Му, казалось, видел перед собой пейзажи самых красивых картин, опьяняющие его. В этот раз математика оказалась самой совершенной и прекрасной картиной, двух великих математических трактатов Секты Дао не хватало, чтобы описать микроскопическую структуру небесного огня.

Математический Трактат Высшей Тайны и Математический Трактат Непостижимой Женщины можно было использовать для описания макроскопической структуры вселенной и звёзд, тем не менее, они совершено не подходили для работы с микроскопическим миром.

Цинь Му постоянно делал заключения и записывал всё больше и больше информации. Его понимание микроскопической структуры огня непрерывно углублялось.

Вложив в них всё своё сердце, математические уравнения, к которым он пришёл, можно было собрать в отдельный математический трактат.

Так как цилинь всё время таскал пилюлю меча, сама лишь ходьба была для него огромной нагрузкой. Парень был всё время занят математикой небесного огня, поэтому не отвлекался, чтобы подгонять его, отчего он окончательно расслабился.

Наконец, Цинь Му рассчитал микроскопическую форму небесного огня и закончил работу над последним уравнением. Выпрямив спину, он отсортировал стопку бумаг, прежде чем довольно улыбнуться: «Писание секты Дао называется Математическим Трактатом Высшей Тайны, поэтому я назову своё „Математическим Трактатом Высшей Молекулы“».

Математические Трактаты Высшей Тайны и Высшей Молекулы описывали две различных математических системы. Правила, используемые в них, были совершенно разными.

Математический Трактат Высшей Тайны использовался для описания вселенной и всех вещей макроскопического масштаба, в то время как трактат Высшей Молекулы объяснял Великое Дао микроскопического мира.

Естественно, Цинь Му вывел Математический Трактат Высшей Молекулы только из небесного огня, из-за чего в нём оставалось много недоработанных частей. Пока что он мог описать лишь Небесный Огонь Сюаньду.

«В таком случае, разве мне не под силу рассчитать Великое Дао Небесного Огня?» — взволновавшись от такой мысли, Цинь Му сосредоточился на вычислении структуры крохотных кристаллов Великого Дао Небесного Огня. Его понимание маленьких рун значительно уступало Янь Цзинцзин, так как он провёл над их изучением намного меньше времени, тем не менее, поле зрения его исследования было значительно шире, чем у неё.

Его руны огня включали в себя систему Огненных Рун Красной Птицы, принадлежащей жизненной Ци Красной Птицы, систему Рун Владыки Марса из техники Истинного Маркиза Огня Владыки Марса, а также божественного и дьявольского огня из Великих Небесных Дьявольских Рукописей. Более того, в них отслеживались даже писания огненного дракона из техники Высшей Тайны Древнего Дракона.

Несмотря на всё это, владение огненными рунами Цинь Му было далёким от совершенства, ведь в мире существовали огненные руны Великого Владыки Солнца, огненные руны феникса, божественные искусства огня дьявольской расы и многие другие системы, о которых он ничего не знал.

Рассчитывая Великое Дао Небесного Огня ему нужно было отбросить все изученные им ранее руны огня и начать всё с нуля.

Самым сложным шагом во всём этом было написать слово «один».

Оно было отчётной точкой, определяющей направление и базовую математическую структуру. Исходя из неё рассчитывалось второе слово, следом за которым шло третье, четвёртое и так дальше.

Только когда цельная математическая структура сформирует уникальное кристаллическое строение, первый шаг можно было считать завершённым.

Затем он сможет воспользоваться Математическим Трактатом Высшей Молекулы, чтобы рассчитать остальные кристаллические структуры. Располагая кристаллы всевозможными образами, можно будет создавать божественные искусства, обладающие различными свойствами.

Цинь Му пытался считать, в то время как цилинь тяжёлой походкой таскал его и пилюлю меча вперёд. Когда они добрались до сравнённого с землёй Горного Хребта Разрушенный Богом, он наконец был уверен, что овладел первым божественным искусством Великого Дао Небесного Огня.

Это божественное искусство было очень грубым и всё ещё нуждалось в доработке.

Само по себе Дао не могло освободить силу, для этого требовалось божественное искусство. Именно оно было способом использовать мощь Великого Дао Небесного Огня.

Овладев первым божественным искусством, он мог использовать его на практике и создать второе, после чего третье…

Внезапно раздался чей-то голос:

— Сын Юду Цинь Фэнцин!

Цинь Му был действительно удивлён. Очень немногие люди называли его таким именем.

Подняв голову, он улыбнулся:

— Брат Ци Цзюи.

Стоя посреди руин Горного Хребта Разрушенный Богом, Ци Цзюи равнодушно проговорил:

— Сын Юду, я пришёл сюда, чтобы попрощаться. Я возвращаюсь на Райские Небеса и больше не буду беспокоить себя проблемами нижней границы. Ты знаешь, что это значит?

Взгляд Цинь Му задрожал:

— Это значит, что Райские Небеса собираются атаковать Вечный Мир.

Кивнув головой, Ци Цзюи проговорил:

— На протяжении последних нескольких дней я путешествовал по Вечному Миру, обнаружив, что его реформа разгорается, будто лесной пожар. После этого я встретил трёх своих старших братьев, ты с ними уже знаком.

Цинь Му ответил:

— Лоу Юньцюй, Куй Цинпэй и Фу Яньци. Неужели они оказались в Великих Руинах после падения Верховных Небес Императора? Впрочем, в одиночку они не смогут сделать ничего значимого. Учитывая количество экспертов, которые сейчас собрались в Вечном Мире, убить их будет несложной задачей.

На лице Ци Цзюи появилась лукавая улыбка:

— Они пришли сюда, чтобы вызвать катастрофу, а не для того, чтобы сражаться с вами. Первое им определённо под сиу. Для бога, контролирующего Книгу Жизни и Смерти Минду, совсем несложно уничтожить миллионы людей. Им не придётся прилагать больших усилий.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули.

Книга Жизни и Смерти и вправду обладала подобной силой.

Ци Цзюи продолжил:

— Убив таким образом огромное количество людей и принеся их в жертву, они смогут пробудить несколько богов, которые начнут резню, таким образом пробуждая ещё больше богов.

Покачав головой, Цинь Му проговорил:

— Эти боги беспомощны, даже если они оживут, в Вечном Мире сейчас невероятно много сильных практиков. Более того, Великие Руины обладают невообразимой силой, они не смогут ничего сделать.

Ци Цзюи ответил:

— У тебя есть божественный артефакт под названием Кувшин Пяти Гроз, верно? Это божественное оружие, созданное Северным Божеством. Внутри него кроются пять великих грозовых туч, каждая из них хранит в себе божественный колокол.

Цинь Му кивнул:

— Когда-то я уже слышал об этом Северном Божестве, его ещё называют Великим Божеством Тёмного Воина.

— Великое Божество Тёмного Воина — это священный бог, рождённый природой, — добавил Ци Цзюи.

— Однажды он был гостем Императора-Основателя, — проговорил Цинь Му.

Ци Цзюи ответил:

— Теперь божественное оружие Северного Божества превратилось в инструмент для призыва катастроф. Кувшин Пяти гроз всего лишь одно из них, существуют также и другие артефакты, спущенные в Вечный Мир, и вы, должно быть, спрятали их все, верно? Именно поэтому вы ничего не боитесь. Раз уж для призыва катастрофы используется божественное оружие Северного Божества, ты думаешь, что остальные предметы окажутся слабее? Ты и вправду веришь, что их можно спрятать?

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось:

— Остальные божественные оружия не уступают оружию Северного Божества? Неужели они тоже принадлежат священным богам, рождённым природой?

— Именно, — ответил Ци Цзюи. — Призыв бедствий — это исконный метод священных богов, рождённых природой. Как только каменные статуи Вечного Мира проснутся, артефакты выйдут из-под вашего контроля. Будь я на твоём месте, то убирался бы отсюда как можно быстрее.

Цинь Му глубоко вздохнул, его взгляд не прекращал дрожать. Он торжественно спросил:

— Брат Ци, мы очевидно враги, так почему ты решил предупредить меня о таком важном вопросе?

Ци Цзюи улыбнулся:

— У меня конфликт лишь с тобой, а не со здешними людьми. И даже если я тебя предупредил, вы всё равно не сможете решить такую проблему. Вечный Мир обречён на уничтожение. Более того, прежде чем уйти я хотел исполнить своё желание.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Боюсь, у тебя не получится.

— Сражаясь с экспертом, сначала нужно метить в его сердце, — улыбнулся Ци Цзюи. — Я поделился с тобой ужасной тайной, что потрясло твоё сердце Дао. Уровень наших способностей очень близок, и лишь когда твоё сердце Дао потрясено, у меня будет достаточно уверенности в победе.

Цинь Му неторопливо ответил:

— За то, что ты поделился со мной такой информацией, я, возможно, пощажу твою жизнь. Подходи!

Глава 696. Отражение Ножа

Ци Цзюи улыбался, но его взгляд был крайне холоден. В этот момент его аура резко достигла своего пика, а боевой дух устремился к облакам высоко в небе.

В течение долгого периода времени, около двух-трёх лет, он спал и видел, как идеально повергает Цинь Му!

Всю свою жизнь он был ребёнком, которому благоволили небеса, рождённым с родословной Красного Божества Южных Небес. Он являлся талантом, обладающим двумя техниками Императорского Трона. Переполняемый своими мечтами и амбициями он отправился к нижней границе, но сразу же после своего прибытия что-то пошло не так… Его избили Цинь Му и Чжэ Хуали!

Затем он был повержен Цинь Му в бою один на один.

Пережить два поражения подряд для него было неописуемо позорно и унизительно.

Но прямо сейчас, выждав шанса, он успешно поколебал сердце Дао Цинь Му, тем самым создавая уникальную возможность!

— Люди, которые учатся у меня — живут. Люди, которые имитируют меня — погибают, — серьёзно говоря, Цинь Му заставил цилиня отступить. — Сражающиеся эксперты перво-наперво целятся в сердце. Надо отметить, что я очень опытен в атаке на сердца Дао моих противников. Ты, Чжэ Хуали, Сюй Шэнхуа и Гроссмейстер — вы все люди, сумевшие выжить и продолжить жить после моих побоев, а также вы талантливы, поэтому я всегда наблюдал за вашим ростом. Однако, кое-где вы допускаете ошибку. Не атакуя мгновенно, когда имитируете моё искусство атаки на сердце, вы заранее обречены на провал. Вот почему я более опытен и умел в этой области, чем вы все.

Полыхающее вокруг тела Ци Цзюи пламя приняло форму феникса, гнездящегося на древнем древе фирмиана. Стараясь изо всех сил не слушать его слова, он усмехнулся:

— Твои техники и божественные искусства никогда не сравнятся с техникой Императорского Трона моей семьи Ци. Одно моё великое божественное искусство может сразить три твоих!

Скорость исполнения его божественного искусства становилась всё выше, ускоряясь гораздо стремительнее, чем это было в прошлом. Он извлёк урок из прошлого поражения и упорно совершенствовался, в итоге сумев удивительно продвинуться!

Техника Императорского Трона — глубокая тайна, напоминающая совершенствование практиков божественных искусств Вечного Мира. Понимание каждого шага требовало от человека кропотливого труда и понимания, в результате вхождения в состояние осознания благодаря случаю или предоставившейся возможности.

Даже святому, появляющемуся раз в пять сотен лет, например, Имперскому Наставнику, требовалось от десятков до сотни лет накопления опыта и знаний для понимания своего собственного меча Дао. Ему даже понадобилось руководство от прошлого Бога Меча, старейшины деревни, чтобы прорваться в область пути, тем самым достигая уровня совершенствования на пути меча, о котором Цинь Му даже мечтать не смел…

В деревне Цань Лао такие старики, как мясник, слепой и глухой, кто тоже понял область пути, имели удивительные достижения в ней. Но над ней они трудились всю свою жизнь, преодолев бесчисленные препятствия и пережив многие мучительные неудачи. Только терпя в течение всей своей жизни одну неудачу за другой они смогли достичь вершины в области пути.

Даже неудачи, с которыми столкнулся «Тело Тирана» Цинь Му, когда он зашёл в ворота пути меча, были невообразимы…

Бесчинствуя в Зале Императоров Людей, Первый Предок сломал кости и разрушил высшие искусства прошлых Императоров Людей. Затем он тяжело избил его, властно подавляя в таких областях, как физическое тело, дух, сердце Дао и навыки, прежде чем принудить его встать на колени в грязи и позволить беспомощно наблюдать за уничтожением трупа Второго Предка…

Тот бой практически полностью сокрушил его, но затем он переместился на Верховные Небеса Императора, прошёл через пекло поля боя и понял путь в городе Ли. Кровь, пот и слёзы, проливаемые во время его тяжёлой работы, были тем, о чём другие не знали.

Между тем Ци Цзюи, проживая на Райских Небесах, совершенствовал технику Императорского Трона под руководством Красного Божества Южных Небес. Затем он учился у Чёрного Божества Минду, тем самым коснувшись уже двух великих техник Императорского Трона.

Техники Императорского Трона были необъятно широки и неизмеримо глубоки, но в то же время позволяли людям понять путь и достичь вершины. При этом им не требовалось проходить через такие трудности, как у Имперского Наставника, мясника, слепого и других, а также не нужно было переживать неудачи, которые они пережили.

Совершенствование Ци Цзюи было плавным, но именно такого насильственного подъёма области ему и не хватало. Он всегда думал, что непобедим в одной области и может войти в десятку лучших во всём мире…

Но затем он встретил Цинь Му, пыльного деревенщину нижней границы.

Дважды потерпев от его рук поражение, он понял свои слабости. Его понимание пути, полагающееся на технику Императорского Трона, не было его, оно не было запечатлено в его памяти. Начиная с того дня и по сегодня он всегда шёл по пути собственного понимания и именно поэтому у него получилось так сильно продвинуться.

Девятиглавый феникс позади него, гнездящийся на древнем древе, взмахнул крыльями, чтобы обогнуть древо. В гнезде феникса находились яйца, которые вдруг раскололись, являя миру маленьких девятиглавых фениксов. Они тут же захлопали своими нежными крылышками и начали пить росу и поглощать пламя феникса, чтобы как можно скорее вырасти.

Цинь Му приподнял брови, в то время как шестнадцать девятиглавых фениксов уже успели вырасти и, вылетев из гнезда, волоча за собой свои длинные, прекрасные перья, начали кружить вокруг него. Они чирикали своими ясными голосами Дао, испуская из своих клювов пульсации.

Он продолжал стоять, в то время как в радиусе десяти километров огромные девятиглавые фениксы летали и, пересекаясь друг с другом, формировали чарующее построение.

Находящийся в построении Ци Цзюи стоял напротив него с древним древом фирмиана позади. Внезапно то расцвело маленькими трубчатыми красочными цветами, а облака пламени, клубящиеся среди его ветвей, принесли с собой изумительный ритм…

Аура юноши под древом, казалось, не позволяла людям приблизиться к нему.

Цинь Му немного сожалел. Он не должен был давать Ци Цзюи время на исполнение его великого божественного искусства. Теперь пернатый был гораздо, гораздо сильнее, чем во время их прошлой битвы, и, предоставив ему такой шанс, он оказался на шаг позади.

Было очевидно, что великое божественное искусство Ци Цзюи, Феникс, Сидящий на Древе Фирмиана, достигло совершенно иной, удивительной области, избавляясь от многих своих слабых мест.

Внезапно девятиглавые фениксы издали несравненно острые вопли, со свистом бросаясь на Цинь Му!

Между тем Ци Цзюи медленно двинулся под древом, но его взгляд всё время был прикован к Цинь Му, который находился под давлением атак фениксов.

Цинь Му по-прежнему стоял на своём изначальном месте, не сдвинувшись даже на сантиметр, но он принял трёхглавую-шестирукую форму, а также использовал Мудру Небес и Земли Первого Предка, чтобы защищаться от летающих везде вокруг фениксов.

Казалось, ему нельзя было навредить.

Стоя между небесами и землёй, он превратил себя навыком мудры Первого Предка в их сердце. Более эффективного способа, к которому он мог прибегнуть прямо сейчас, попросту не существовало.

Ци Цзюи шагнул, в то время как позади него волочился необъятный туман, из которого девятиглавый феникс высунул свою пернатую голову, внимательно уставившись на врага в попытке найти его слабость.

Навык мудры в исполнении Ци Цзюи постоянно изменялся, в то время как божественное искусство, сотворившее древнее древо фирмиана, понемногу тоже менялось. Он изо всех сил пытался найти слабость в движениях и божественном искусстве противника…

Внезапно оживившись во взгляде, он прочертил круг своей правой рукой, в то время как мудра его левой руки ударила в центр круга, устремляясь к Цинь Му…

В этот момент шестнадцать девятиглавых фениксов налетели на него, пытаясь его попросту смести!

Можно было легко себе представить, насколько свирепыми были их атаки!

За одно мгновение их перья стали мечами, когти крюками, а клювы копьями. Казалось, они атаковали одновременно десятками тысяч духовных оружий, и, словно этого было мало, везде вокруг пылал интенсивный огонь.

Цинь Му стоял в море пламени эпицентра сотрясающего мир взрыва!

Ужасающие потоки воздуха разлетелись во всех направлениях, унося вместе с собой в небо горные скалы, которые во время полёта трескались и измельчались до состояния пыли, прежде чем, в конце концов, полностью кануть в небытие. Пламя образовало собой кольцо, которое излучало несравненно яркий, озаривший окрестности свет. Только распространившись на расстояние добрых двадцати километров, его мощь, которая сносила всё на своём пути, немного поубавилась!

Во взрыве появился ослепительный свет меча, который внезапно пронзил головы фениксов, скользнул по их шеям, побрил их крылья, отрезая перья, и подстриг их когти!

— Брат Цинь, ты уже продемонстрировал своё великое божественное искусство, ты мне больше не противник! — Ци Цзюи громко рассмеялся, в то время как мощь его ладони пробилась к эпицентру взрыва, устремляясь со спины прямо к сердцу противника.

Цинь Му повернулся и ударил ладонью, а уже в следующий миг в ста метрах от него разразился взрыв от столкновения двух сил ладоней.

Сила ладони Ци Цзюи напоминала мост, выстроенный из бесчисленных мечеобразных перьев феникса, но на самом деле это был меч из перьев феникса, скорость которого была настолько высока, что он создал иллюзий в виде моста из перьев.

Сила ладони Цинь Му, в свою очередь, приняла форму кристаллического пути, столкнувшегося с силой ладони Ци Цзюи. Она, казалось, плевалась бесчисленными кристаллами, каждый из которых разрастался во всех направлениях, принимая уникальную структуру.

Внезапно пламя, содержащееся внутри кристаллов, взорвалось, порождая небесный огонь и божественное искусство Великого Дао Небесного Огня. Такой тип огня был гораздо ужаснее огня феникса, поэтому с лёгкостью испепелил пугающую мощь, сокрытую в мечеобразных перьях, продолжая практически без заминки нестись на их владельца.

Ци Цзюи кардинально переменился в лице, в то время как древнее древо фирмиана, располагающееся позади него, полетело вперёд. Обхватив его двумя руками, он взревел, используя его в качестве оружия и ударяя им по Великому Дао Небесного Огня!

Бумм!..

Сила ладони столкнулась с древним древом, мощь которого, в общем и целом, не была такой уж выдающейся, но взрыв в небольшой области заставил её подпрыгнуть на совершенно иной уровень!

Скалистые горные породы под их ступнями плавились из-за гнёта их несравненного веса, вызванного давлением мощи их божественных искусств.

Цилинь, на спине которого возвышалась пилюля меча, наблюдал за битвой издалека и думал: «У Владыки ведь нет духовного оружия, поэтому он, вероятно, окажется в невыгодном положении… Эта пилюля меча такая тяжёлая, может сначала мне её положить на землю?» — его мысли прервал рёв сотрясающего мир взрыва и яростно содрогающаяся земля…

А ещё от Цинь Му и Ци Цзюи не осталось и следа, они куда-то исчезли.

После того, как большинство негативных последствий от их столкновения прошли, цилинь моментально увидел огромную дыру. Она имела примерно трёхсотметровый радиус и такую глубину, что не было видно дна.

Цилинь не думая рванул вперёд и заглянул в дыру в попытке что-то разглядеть, и, судя по всему, она вовсе не возникла в результате воздействия от их божественных искусств. Внутри оказалось подземелье невероятных масштабов, в которое и вела дыра, образовавшаяся от того, что почва не выдержала давления от их стоп и провалилась.

«Кажется это подземелье Горного Хребта Разрушенного Богом, там всё ещё есть те цепи и тот длинный запечатанный нож…» — размышляя в таком ключе, цилинь неохотно немного спустился.

В прошлом, во время атаки Высших Небес, Цинь Му и остальные обнаружили там множество невероятных видов. В их число входил не только нож, простирающийся с юга на север, но также святыни и цепи, которые его подавляли.

Ещё более странным казалось то, что туда пробурила себе дорогу каменная статуя Вечного Мира, которая в итоге застряла под длинным ножом. К тому же когда Имперский Наставник использовал Котёл Землетрясения с целью разрушения пространства появилось видение, в котором виднелся другой мир, дьявольский.

Самым странным было то, что место, где проходил нож, было границей между Великими Руинами и Вечным Миром.

«Дело касается моего дальнейшего пропитания. Владыка может оказаться в опасности, поэтому я вынужден идти», — с такими мыслями он нырнул вниз. Оказавшись внутри подземного пространства, он ступил на своё пламя, продолжая полёт.

Ниже находились несравненно толстые цепи, крепящиеся к удивительно-длинному ножу. Глядя вниз на его лезвие, можно было увидеть вонзившуюся в него голову какого-то величественного бога. Также неподалёку над ним парила святыня.

Цилинь осмотрелся и нашёл парней. Они носились туда-сюда, пытаясь отнять жизни друг друга, по безупречной, зеркальной поверхности ножа и идеально отражались в ней. Несмотря на то, что битва между ними происходила в крайне интенсивном ключе, на поверхности ножа не было видно ни единой ряби, отчего могло даже показаться, что было по два Цинь Му и Ци Цзюи.

Ци Цзюи принял форму феникса с человеческим телом и девятью головами феникса, в то время как Цинь Му имел трёхглавую-шестирукую форму. Каждый из них обладал сильными, уникальными сторонами и во время каждого столкновения их божественные искусства отличались от предыдущих.

Каждый их удар попадал прямо в цель, поэтому они как следует избивали друг друга.

Внезапно цилинь обнаружил что-то странное…

Нож отражал уже не их, а их исконные духи!

Их исконные духи были незаметно затянуты ножом, поэтому прямо сейчас битва уже продолжалась внутри ножа!

«Я знал, что это место крайне странное…» — цилинь побежал вперёд, собираясь спасти Цинь Му, как вдруг он, глядя мордой вниз на поверхность ножа, удивился. В ясной зеркальной поверхности находился другой он, выглядящий внушительным и сильным.

Цилинь ощутил, как в его жилах стынет кровь, ведь прямо сейчас он смотрел на своё физическое тело через исконный дух!

«Мой исконных дух тоже затянуло в нож!» — с такими мыслями он начал панически толочь ногами по зеркальной поверхности, но при этом чувствовал, что не наступает на что-либо. Его переполнял настоящий страх.

— Тут водятся приведения… — прежде чем он успел закончить, оба Ци Цзюи сплюнули полные рты крови и кувыркнулись несколько раз, прежде чем рухнуть перед ступнями цилиня. Один приземлился перед его истинным телом, в то время как другой перед исконным духом.

Цилинь поднял морду и увидел двух Цинь Му, которые во время ходьбы отражали друг друга. Он остановился перед валяющимися, не способным продолжать Ци Цзюи.

Глава 697. Бесконечная Пустота

— Брат Ци, я говорил, что пощажу тебя, поэтому я действительно не стану отбирать твою жизнь.

Оба Цинь Му одновременно опустили свои головы, смотря на Ци Цзюи, который с трудом пытался встать на ноги, чтобы продолжить бой. Он уверенно продолжил:

— Информация, которую ты мне предоставил, очень полезна, она стоит твоей жизни.

Ци Цзюи так и не встал, и сумел лишь с невероятным трудом сесть. Проклиная себя, он тяжело дышал:

— Изначально я хотел использовать эту новость, чтобы сломать твоё сердце Дао. Никогда бы не подумал, что она спасёт мою жизнь.

У него было чувство, что все его прежние достижения были лишь шуткой. Собравшись с мыслями, он проговорил:

— После этого боя я вернусь на Райские Небеса и буду тщательно совершенствоваться под руководством существ области Императорского Трона. Брат Цинь, не отставай.

Цинь Му понял голову и уставился в даль, с подозрением осматривая окрестности. Со странным выражением лица он проговорил:

— Брат Ци, ближайшим временем тебе не удастся покинуть Вечный Мир. Даже я, возможно, окажусь здесь заточён.

Ци Цзюи был слегка ошеломлён. Когда они прожгли дыру в земле и провалились в её глубины, он сразу заметил странные картины подземелья горного хребта Разрушенный Богом. Тем не менее, он был слишком вовлечён в сражение с Цинь Му и не успел осмотреть окрестности, чтобы не потерять бдительности.

Только когда Цинь Му дал понять, что собирается сдержать своё обещание и сохранить ему жизнь, то наконец расслабился и начал осматриваться.

Под святилищем находился жертвенный алтарь, построенный дьявольской расой, на котором осталось огромное количество уцелевших жертвенных дьявольских рун. Однажды в этом месте произошло кровавое жертвоприношение, которое кто-то прервал. Поверхность строения до сих пор была покрыта каплями крови.

Юноши находились на поверхности ножа, который, казалось, не имел толщины. Его лезвие было невероятно длинным, разглядеть кончик и рукоять было невозможно.

Кроме того, странным было то, что их исконные духи, а также исконный дух только что прибывшего цилиня оказались внутри ножа, не имеющего толщины.

Внутри него находилось обширное пространство, напоминающее другой мир!

Ци Цзюи попытался вытащить свой исконный дух наружу, но быстро осознал, что между духом и его телом был целый мир. Несмотря на то, что он мог его ощущать, ему было не под силу призвать его обратно.

На его лбу проступил холодный пот, он взволнованно прохрипел:

— Брат Цинь, что происходит?

Цинь Му не отвечал, выражение его лица становилось всё более угрюмым.

Когда-то он уже видел этот нож во время битвы против Высших Небес. Невообразимо жестокая битва сравняла горный хребет Разрушенный Богом с землёй, старейшина деревни погиб, также как Бессмертная Ива, Белый и Жёлтые Бессмертны дьявольской расы. Старый Мастер Дао, Жулай, Даос Лин Цзинь, молодо выглядящий Патриарх, Тусин Фэн и Сюань Шэну тоже погибли, в то время как все остальные получили серьёзные ранения. Целитель и другие были временно «мертвы», но Цинь Му воскресил их, призвав их души обратно.

В той битве Высшие Небеса были избиты до такой степени, что больше не могли противостоять Вечному Миру.

Тогда мясник и остальные обнаружили под горным хребтом Разрушенный Богом нож, а также каменную статую, застрявшую под ним. Та оказалась ужасающим дьявольским богом, предком дьявольского мира, попытавшимся выбраться из-под земли. Очутившись в Вечном Мире, он был недостаточно осторожен, отчего столкнулся с лезвием и оказался на грани жизни и смерти.

Имперский Наставник Вечного Мира использовал Котёл Землетрясения, чтобы разрушить мировой барьер между Вечным Миром и другим миром, который оказался землёй, где обитали дьявольские предки. Бесчисленные дьявольские боги тут же попытались пробиться в горный хребет Разрушенный Богом в поисках ножа, чтобы спасти своего предка.

В конце концов Цинь Му удалось прервать кровавое жертвоприношение с помощью отражений в зеркале. Воскрешение каменной статуи дьявольского бога провалилось, отчего дьяволы уползли обратно под землю и исчезли.

Цинь Му когда-то подозревал, что тот мир был Небесами Лофу, но посетив последние он обнаружил, что его догадка была неверной.

Мир, из которого пришла каменная статуя, был значительно выше классом, чем Небеса Лофу, должно быть, он напрямую подчинялся Райским Небесам. Небеса Лофу сильно уступали его мощи.

Что касалось длинного ножа, то в тот раз никто из них не мог его сдвинуть. Более того, он выглядел как артефакт, оставленный Эпохой Императора-Основателя для того, чтобы остановить тьму Великих Руин от вторжения в Вечный Мир, поэтому никто не осмелился его трогать.

Тогда исконный духи Бабушки Сы и остальных, а также исконные духи богов Высших Небес оказались заточёнными в пространстве внутри ножа. К счастью, в тот раз мимо пролетал Фэнду, что позволило им выбраться наружу и вернуться в свои физические тела. Только благодаря этому им удалось выжить.

Исконный дух Цинь Му выглянул наружу и увидел своё физическое тело. Если он хотел спастись, то должен был ждать, пока мимо снова не пройдёт Фэнду.

Тем не менее, несмотря на то что он несколько раз был в Фэнду, он посещал только один город. У него не было возможности побывать в остальных городах, а Король Яма тоже не пылал желанием открывать их для посетителей.

В Фэнду оставалось ещё много загадок.

Самой важной задачей сейчас было выбраться из ножа.

Мир внутри ножа был невероятно обширным, он напоминал два куска невероятно чистого зеркала, протянувшихся сквозь пустоту. Именно между ними были заточены юноши, не способны увидеть краёв своей тюрьмы.

Их физические тела смотрели на исконные духи сквозь зеркало. Несмотря на то, что они касались друг друга подошвами, вернуться обратно было невозможно.

«Когда Фэнду сюда доберётся? Сестра Цзин рассказывала, что в прошлый раз, когда сюда вторгся Юду, Король Яма вместе с богами Фэнду пришли его остановить, именно поэтому они оказались у горного хребта Разрушенный Богом. Но Король Яма не знает, что я заточён здесь…»

Цинь Му нахмурился. Так как его исконный дух был заточён, он не мог воспользоваться Секретами Собрания Трёх Исконных Духов, чтобы связаться с Сы Юньсян и Лин Юйсю. Если их не сообщить, то Король Яма никогда не придёт на помощь.

«Даже если мы умрём внутри этого ножа, никто не узнает…»

Собравшись с мыслями, он начал шагать вперёд.

Ци Цзюи немного оправился после избиений, его исконный дух с трудом поднялся, отправляясь следом за Цинь Му. Цилинь тоже поспешно мчал следом.

Цинь Му осмотрел зеркало у себя под ногами и то, что висело над головой, не обнаружив на их поверхности никаких следов ковки. Он не смог понять из какого материала и каким методом был создан нож. Даже будучи великим мастером ковки, он не смог сделать никаких выводов.

Стоило отметить, что лучшим кузнецом мира был немой, и Цинь Му учился непосредственно у него. Навыки юноши были на втором месте в мире, поэтому если ему не удалось сделать никаких выводов при осмотре ножа, то другим даже не стоило пытаться.

Ци Цзюи широко открыл глаза от удивления и внезапно принял облик девятиглавого феникса, чтобы осмотреться. Затем он начал поливать поверхность зеркал пламенем феникса, но так и не сумел раскалить её до красна. На ней не появилось никаких следов нагревания!

— Мы всё ещё находимся в нижней границе? — Ци Цзюи истерически рассмеялся от гнева. — Откуда у нижней границы такой сильный предмет? Неужели у страны… у людей нижних границ такие высокие стандарты ковки?

— Деревенщина из Райских Небес, совершенно ничего не знает, — закатил глаза цилинь.

Ци Цзюи впал в ярость. Будучи ребёнком, благословлённым небесами, и учеником двух сильных практиков области Императорского Трона, он совершенно не ожидал такого неуважительного поведения от этого жирдяя.

Цинь Му тоже попытался использовать своё божественное искусство небесного огня, чтобы растопить зеркало, но как и Ци Цзюи, ему ничего не удалось.

— У этого мира должна быть граница, верно?

Они продолжали двигаться вперёд, с разочарованием обнаруживая, что как бы далеко они не шли, впереди всё равно находились два плоских, бесконечных зеркала.

Преодолев ещё неизвестно сколько километров, они окончательно отчаялись. Спустя некоторое время цилинь отказался продолжать идти и делать что-либо, кроме как лежать на земле.

Схватив его за хвост, Цинь Му продолжил двигаться вперёд. Поверхность зеркала была крайне скользкой, поэтому ему почти не требовалось прилагать усилий.

Ци Цзюи шагал позади зверя, его взгляд был опустошен. Он видел перед собой лишь огромную голову и тело цилиня, распластавшееся по земле. С безжизненным выражением тот, казалось, совершенно не обращал внимания на то, что Цинь Му тащит его за хвост.

— Он не может быть бесконечным, это невозможно… — скривившись в жалкой улыбке проговорил Ци Цзюи. — Мы уже где-то два года в пути, верно? Конца всё ещё не видно! Можешь даже не говорить о том, что внутри ножа не так уж и много места! Два года хватит, чтобы пересечь Райские Небеса!

Цинь Му не отвечал. Он просто смотрел в одном направлении и непрерывно двигался вперёд.

— За два года наши физические тела уже умерли, верно? — Судя по виду и маниакальному смеху Ци Цзюи, его нервы не выдерживали. — Наши физические тела снаружи уже сгнили, над ними кружат мухи, а личинки питаются нашей плотью и кровью. Они определённо начали вонять…

— Заткнись! — помрачнев в лице крикнул Цинь Му.

Полусонный цилинь приоткрыл глаза, выдавив из себя:

— Заткнись, девятиглавый птице-человек.

Впав в ярость, Ци Цзюи ухмыльнулся:

— Вы, мастер и слуга, только лишь знаете, что издеваться надо мной! Не забывайте, вы, как и я, мертвы уже два года! Хе-хе, в этом странном мире нет разницы кто ты, потомок дворян Райских Небес или император смертных, никто не может выбраться от сюда в живых, все будут заточены до тех пор, пока их исконный дух не рассыпится! Не стоило мне слушать Чёрное Божество и отправляться в Вечный Мир, чтобы призвать катастрофу! Не стоило мне приходить в это проклятое место, чтобы тебя схватить! Сра*ый Минду, Сра*ое Чёрное Божество…

Он безостановочно матерился, его ум окончательно помутился.

Его негативный настрой повлиял на Цинь Му, и психика последнего тоже начала разрушаться. Он непрерывно питал злобные мысли: «Нужно убить этого Ци Цзюи, он никак не замолчит…»

В этот момент два слоя зеркал впереди внезапно оборвались.

Ошеломлённый, Цинь Му остановился. Он уставился на оборванные зеркала опустевшими глазами, рассматривая тёмное пространство впереди. Вверху не было неба, а внизу не было земли. Виднелись лишь ровно уложенные белые нефритовые ступени, тянущиеся в глубины тьмы. Их конца было не видно.

— Там дорога! —Цинь Му вскрикнул от счастья, взмахнул цилинем и жёстко ударил им о землю, прежде чем поднять его в воздух и ударить о землю снова.

— Жирдяй, быстро просыпайся! Там дорога! — радостно прокричал он.

От кульбитов у цилиня началось головокружение, он тут же ответил:

— Я не сплю, я не сплю!

Отбросив его в сторону, Цинь Му посмотрел на Ци Цзюи. Тот тут же его остановил:

— Можешь радоваться, но даже не пытайся мной размахивать!

Поднявшись на ноги, цилинь встряхнулся и посмотрел на дорогу из белого нефрита, прежде чем радостно спросить:

— Владыка Культа, мы наконец сможем выбраться отсюда?

Двое юношей и зверь восторженно побежали по каменным плитам, устремляясь во тьму, будто летя.

***

Три месяца спустя Цинь Му с безжизненным взглядом тащил цилиня за хвост, спускаясь на следующую ступень.

Шагая следом за ними, Ци Цзюи внезапно подпрыгнул. В следующий миг он упал, распластавшись на голове цилиня, и неподвижно замер.

Цинь Му резко дёрнул цилиня за хвост, подбрасывая в воздух, отчего тот вместе с Ци Цзюи приземлились на следующей ступени.

Подпрыгнув к ним, он схватил Ци Цзюи за воротник и поднял кулак, начиная его избивать. Не сопротивляясь, тот спокойно реагировал на удары по лицу и слабым голосом говорил:

— Бей меня сколько влезет, бей меня до смерти….

После двух ударов у Цинь Му резко пропало желание продолжать, поэтому он просто отбросил парня в сторону. Упав на каменную плиту, тот расслабленно распластался на спине.

Цилинь уселся на Ци Цзюи, начиная облизывать губы на своём заплывшем лице:

— Духовные пилюли Алого Огня самые вкусные. Мне снилось, что владыка культа приготовил для меня целую кучу таких. Целый мир, наполненный духовными пилюлями… Я бежал и бежал, но сколько бы расстояния я не преодолевал, края пилюлям не было видно. Я радостно барахтался в море пилюль и купался в его волнах… Владыка, я вижу дверь впереди…

Оглянувшись, Цинь Му не смог удержать слёз радости:

— Брат Ци, здесь дверь, здесь дверь!

Ци Цзюи не мог пошевелиться под весом задницы цилиня, снаружи торчала лишь половина его ног. Он барахтался, но не мог выбраться наружу, ворча:

—Что вы там говорите? Я ничего не слышу, хватит меня беспокоить.

Цинь Му радостно бросился в сторону двери, цилинь тоже поспешно встал на ноги, обливаясь слезами радости.

Ци Цзюи сел, перья на его затылке оказались полностью помяты. Он истощённо спросил:

— Что вы там говорили? О, здесь дверь!

Юноша вскрикнул от радости, на его лице будто цветок расцвела широкая улыбка. Подтанцовывая и подпрыгивая, он двинулся к двери.

Достигнув последней ступени, он увидел, как Цинь Му исчезает за дверью. Цилинь проскочил следом, закрывая дверь за собой.

Впадая в ярость, Ци Цзюи поспешно вошёл внутрь, обнаруживая перед собой длинный коридор, на обеих стенах которого расположилось несметное количество дверей.

В следующий миг он рухнул не землю и схватил цилиня за хвост, позволяя тому тащить себя вперёд:

— Здесь так много дверей, сколько ещё нам нужно будет идти? В любом случае, даже если мы выберемся наружу, наши физические тела уже давно мертвы…

В этот момент одна из дверей со скрипом открылась, и наружу показалась чья-то голова:

— Вы кто такие? Что вы здесь делаете?

Бросив Ци Цзюи об стену, цилинь развернулся, с любопытством смотря на незнакомца.

Глава 698. Божественный Нож Имперских Врат

Соскальзывая со стены, Ци Цзюи с неизменно удивлённым выражением лица таращился на выглядывающую из-за двери здоровую голову.

Голову с человеческими чертами лица украшали два странных козлиных рога и торчащая из-под подбородка козлиная бородка, между тем из её рта несло сильным перегаром. Внезапно она смачно отрыгнула и с любопытством окинул присутствующих слегка туманным взглядом.

— Старший, мы младшие из Вечного Мира, которые попали сюда по ошибке и ненароком тебя побеспокоили, — попытавшись объясниться, Цинь Му тут же полюбопытствовал. — Могу я узнать у старшего, как нам покинуть это место?

Козлорогий мужчина накинул на себя рубаху и вышел к ним через дверной проём. Он был гораздо выше, чем Цинь Му и Ци Цзюи, а также выше, чем цилинь. Наклонив голову, он изучал их с серьёзным выражением лица, пока его взгляд не упал на цилиня, после чего он сглотнул полный рот слюны:

— Как же я давно не ел мяса, жаль, что вы, ребята, лишь исконные духи… Вы из Вечного Мира? Что это за место?

Принимая во внимание его наряд, он точно не был из текущего времени, а из древней эпохи. Вены его рельефных мускул не были столь явными, как у зелёного быка, но его внешность заставляла окружающих думать, что перед ними способный, опытный и представляющий пугающую угрозу практик. Более того, он не был горным козлом, который обрёл разум. С учётом вихреватых символов всевозможных размеров на его теле, он, должно быть, был богом, чей исконный дух совершенствовался до телесного состояния…

Когда кто-то совершенствует свой исконных дух до такой степени — это много о чём говорит, хотя бы о том, что совершенствование его владельца достигло небывалых высот. Возможно даже, что он был тем, кто охранял нож, кто знает?

— Старший, ты человек из Эпохи Императора-Основателя? — Цинь Му подозрительно поинтересовался. — В таком случае ты знаешь о Великих Руинах?

— Великие Руины? Конечно, знаю. Император-Основатель поручил мне отрезать ножом уголок Юду размером с Великие Руины для создания маленького Юду, — козлорогий мужчина опять смачно, зловонно отрыгнул, прежде чем спросить. — Где Вечный Мир? Какой это год?

— Старший создал Фэнду? — поборов шок, Цинь Му поспешно ответил. — Вечный Мир располагается на востоке Великих Руин и уже прошло около двадцати тысяч лет после окончания Эпохи Императора-Основателя. Вечный Мир был основан восемьсот лет назад и сейчас мы посреди реформ. Старший, ты бог…

Козлорогий мужчина, казалось, слегка протрезвел и пробормотал:

— Эпоха Императора-Основателя закончилась двадцать тысяч лет назад? Хе-хе, а чего удивляться, я даже думал, что провёл здесь около семи-восьми миллионов лет… Ах да, я подчинённый Императора-Основателя, Левый Помощник Министра Небесного Императора Звёзд. Моя фамилия Тянь, а имя Шу. Хотя вы так и так меня не знаете, — договорив, он развернулся, вернулся в свою комнату и достал огромный кувшин вина, прежде чем поднять его и начал заливать в свою лужёную глотку.

Только сейчас Цинь Му заметил, что ноги здоровяка не были человеческими, а как у козла изогнутыми и с копытами вместо ступней, к тому же из-за его крайне высокого роста они тоже были очень большими.

«Райские Небеса Императора-Основателя? Левый Помощник Министра Небесного Императора Звёзд? — слегка изменившись в лице, Ци Цзюи подумал про себя. — Очередной выживший ложной династии!»

— Старший, — Цинь Му озадаченно спросил, — ты ведь тоже исконных дух? Неужели ты в действительности не здесь? Где твоё физическое тело?

Тянь Шу сделал особенно большой последний глоток, прежде чем разбить винный кувшин о стену. Цинь Му тут же увидел, как только что разбитый кувшин возвращается в своё целое состояние и наполняется ароматно пахнущим вином.

— Двумя словами и не объяснишь, — погрустнев, Тянь Шу схватил подлетевший кувшин и слегка пьяным тоном спросил. — Ты ведь потомок Императора-Основателя, угадал? Я чувствую в тебе его кровь, к тому же внешне ты тоже на него похож. А этот петушок вместе с тобой должно быть принадлежит роду девятиглавых фениксов так называемых райских небес. Хе-хе, Красное Божество Южных Небес Ци Сяюй такая милашка. Эх… жаль, что она запала на плута Ли Южаня… — подняв голову, он опять осушил кувшин, разбил и только затем продолжил рассказ. — Во времена, когда Император-Основатель создавал нож, он нарёк меня Богом Ножа. Я мог свободно путешествовать по Юду, следовательно, именно мне он поручил отрезать его кусок для переделки в Фэнду, ну я и отрезал кусок от рога Графа Земли. Император-Основатель собирался отправиться в деревню Беззаботную, поэтому приказал мне оставаться на страже Имперских Врат, чтобы не дать тьме Великих Руин вторгаться в другие места, которые, судя по всему, сейчас называются Вечным Миром.

Цинь Му моргнул и, посмотрев на растерянного Ци Цзюи, явно не знавшего об этом секрете, с добродушной улыбкой на лице подумал: «Может мне убить его, чтобы заставить замолчать?»

Левый Помощник Министра Тянь Шу со вздохом сказал:

— Однако у меня есть слабость, я люблю приложиться к бутылке. Без вина я такой несчастный. В итоге каждый божий день, проведённый мною на страже, сопровождался страстным желанием выпить, но не мог же я нарушить приказ и отправиться искать выпивку? Одним днём меня проведал мой старый соперник Янь Шаоцин, а по совместительству Левый Помощник Министра райских небес. Подонок хотел сыграть со мной в азартную игру, а в качестве ставки выступило нескончаемое вино, но, хотя обычно с ним тяжело иметь дело, на этот раз мне удалось победить. Тем не менее, даже проиграв, он не отдал приз, а положился на свои подлые методы и каким-то образом спрятал вино внутри Божественного Ножа Имперских Врат, а после глумясь сбежал. Я, конечно, знал, что это ловушка, но не мог контролировать рот, а когда это происходит, то я также не могу контролировать голову…

Цинь Му одарил цилиня долгим взглядом, говоря:

— Я очень хорошо понимаю чувства старшего.

— Ты тоже любишь выпить? — спросил Тянь Шу, но сразу же после покачал головой со словами. — Скорее всего нет, ведь в тебе не проснулось непреодолимое желание, когда ты увидел вино. Я не мог сидеть сложа руки и постоянно хотел войти в нож, чтобы вытащить вино и насладиться им вдоволь. Я, конечно, знал, что нож очень могуч и может поглощать исконные духи, я был всего лишь его владельцем, а не кузнецом, поэтому при малейшей неосторожности мой исконный дух мог быть засосан внутрь не способный вырваться на свободу. Но как только я подумал, что раз уж я так долго управлял ножом, то, вероятно, смогу вернуться обратно в тело после того, как доберусь до вина, и не устоял…

— Что произошло дальше? — с неподдельным интересном спросил цилинь.

— Я не смог выбраться, — со вздохом ответил Тянь Шу. — А подлец Янь Шаоцин оказался прав — вино бесконечно…

Разрушенный об землю кувшин восстановился полный вина.

— Я пью здесь на протяжении семи-восьми миллионов лет и так и продолжаю пить не способный уйти, — говорил здоровяк. — Вы трое пришли как раз вовремя, теперь мы можем пить вместе.

Цинь Му и Ци Цзюи ощущали в своих сердцах невероятную подавленность. Если Тянь Шу не мог выбраться из Божественного Ножа Имперских Врат на протяжении восьми миллионов лет, они уж тем более не смогут! Неужели они больше никогда не смогут вырваться из ловушки божественного ножа?

Ци Цзюи открыл дверь дрожащими руками только чтобы увидеть, что помещение было завалено винными кувшинами. Затем он открыл другую дверь, но там тоже были только винные кувшины, он открывал одну дверь за другой, но единственное что находил — кучи кувшинов с вином!

Он отчаянно побежал вперёд, но сколько бы не бежал, коридор не заканчивался! По обоим сторонам от него виднелись комнаты, заполненные доверху кувшинами с вином!

Спустя некоторое временя он разочарованно прислонился к стене и провёл в такой позе в тишине приличное количество времени. Затем он молча встал, открыл дверь и достал кувшин, который тут же начал жадно заливать себе в глотку. Вскоре он был абсолютно пьян, а кувшин с вином в его руках, сколько не пей, никогда не осушался.

— Старший, есть люди, чьи исконные духи попадали в ловушку ножа по ошибке, но всё же смогли выйти, — проговорив, Цинь Му с мерцанием во взгляде спросил. — Старший знает об этом?

— Да, это произошло две тысячи лет назад, — чтобы ответить Тянь Шу отодвинул от своего рта кувшин и смахнул несколько капель вина со своей козлиной бородки. — Тогда я почувствовал, что Божественный Нож Имперских Врат соединился с внешним миром, но я был так пьян, что, когда пришёл в себя и собирался сбежать, было уже слишком поздно.

«Две тысячи лет? — остолбенел Цинь Му. — Бабуля Сы и остальные попали в ловушку ножа всего пять лет назад. Тогда получается, что один день снаружи равен одному году здесь, что также означает — наши исконные духи в ловушке ножа всего два дня. Наши физические тела всё ещё не умерли».

Он воспрял духом. Занимаясь нескончаемой беготнёй с Ци Цзюи на протяжении двух лет даже он думал, что его физическое тело уже умерло, но прошло всего два дня, разве он мог на надеяться на такие чудесные новости?

«Пока моё тело живо, есть надежда!» — с загоревшимися глазами Цинь Му серьёзно спросил:

— Старший, владея божественным ножом так долго, ты определённо знаешь как использовать его, верно? Ты должен знать внутренние структуры построения и рун внутри и снаружи ножа. Зная их, мы можем решить…

— Нет! — покачал головой Тянь Шу. — Ты всё не так понял. Несмотря на то, что я способен управлять божественным ножом, мне ничего неизвестно о структурах рун и построений в нём. Я мог владеть им только потому, что имею уникальное телосложение, позволяющее входить в Юду. Он был разработан Императором-Основателем и затем использовался, чтобы отрезать часть рога Графа Земли. Насколько огромные его рога? Насколько они могучи? Император-Основатель лично разработал нож, способный отрезать часть рога Графа Земли, тем самым показывая, насколько глубоки построения и руны в нём.

Цинь Му нахмурился.

— К тому же человек, которые выковал нож, — Тянь Шу продолжал говорить, — наиболее способный Небесный Ремесленник всей Династии Императора-Основателя. Я говорил тебе о нём раньше, это Ли Южань, крутивший шашни с Красным Божеством Ци Сяюй. Пользуясь своей красотой, он влюблял в…

— Ты имеешь в виду, что человек, который выковал Божественный Нож Имперских Врат — это Будда Сакра? — обрадовавшись, поспешно спросил удивлённый Цинь Му.

— Я говорю Ли Южань. Кто такой Будда Сакра? — озадачено спросил Тянь Шу.

Цинь Му начал радостно расхаживать по длинному коридору и с улыбкой говорить:

— Будда Сакра и есть твой Ли Южань! Ли Южань — его мирское имя. Чтобы не расплачиваться за долги его отношений, он ушёл в монахи! Так как божественный нож выковал именно он, у нас всё ещё есть шанс. Раньше мне довелось учить его технику…

Изначально Тянь Шу смотрел с предвкушающим взглядом, но услышав концовку поник:

— Так вот о чём ты подумал, забудь, только время зря потратишь. Находясь здесь, даже если ты овладеешь величайшим божественным искусством, исполнить его у тебя не получится. Император-Основатель придумал руны, нам не спастись, иначе как бы мне удалось отрезать рог Графа Земли? — внезапно он разволновался. — В те времена я ворвался в Юду с ножом на перевес и отсёк рог Графа Земли! Ты бы видел его разозлённые и шокированные глаза, хе-хе-хе… Я не зря прожил свою жизнь, не зря!

Цинь Му ходил туда-сюда, пытаясь вспомнить Писания Сакры. В прошлом он подчерпнул из них только боевые техники и не стал углубляться, но сейчас, пытаясь всё как следует вспомнить, он и правда обнаружил в технике Будды Сакры много чего едва связанного с буддизмом, например, множество припрятанных чудес ковки.

Между тем Тянь Шу нашёл Ци Цзюи и, схватив его за ногу, словно младенца, оттащил обратно ко всем. Затем они уселись в комнате и начали вусмерть напиваться. Чуть погодя к ним присоединился цилинь и уже вскоре послышались его рыдания, смех и, под конец, требования стать названным братом с Ци Цзюи и Тянь Шу.

Цинь Му самозабвенно учился и незаметно прошло ещё полгода. Он сумел понять то, что хотел, и только затем услышал звуки, как кто-то отбивает поклоны. Повернув голову на шум, он увидел цилиня, Ци Цзюи и Тянь Шу. Прямо сейчас они стояли на коленях, с серьёзными лицами кланялись кувшину с вином и клялись, что теперь они братья, которым не повезло родиться с разными фамилиями и родословными.

— Мы смирились с тем, что рождены не в один и тот же день, но хотим умереть вместе! — раздался хор из трёх голосов.

Цинь Му покачал головой и прокашлялся:

— Я нашёл путь сбежать из этого места.

Три лица одновременно повернулись к нему.

— Я нашёл маленький недостаток в технике Будды Сакры, — объяснил Цинь Му, — но даже его достаточно для того, чтобы я смог найти слабое место, которое он оставил после ковки этого оружия. Божественный Нож Имперских Врат не безупречный и как только мы найдём нужное место я исполню свои Врата Небесной Воли, и мы сбежим через них в Юду. Попав в Юду, мы сможем вернуться обратно в мир живых, а значит и в наши физические тела!

Тянь Шу выдернул волос из своей козлиной бородки и воскликнул:

— Войдём в Юду? Разве это не значит, что мне придётся встретиться с Графом Земли? Я не пойду! Граф Земли съест меня. Я не пойду!

— Старший Тянь, я не последний человек в глазах Графа Земли, — терпеливо объяснял Цинь Му. — Примерив на себя роль посредника, я определённо помогу вам похоронить топор войны. Старший, не волнуйся, успокойся…

Глава 699. Закадычный Друг Графа Земли

Слегка протрезвев, Тянь Шу пробормотал себе под нос:

— Успокоиться? Я даже не знаю где находится моё физическое тело и живо ли оно. Моё сердце сейчас выпрыгнет из глотки…

Цилинь и Ци Цзюи совершенно не обращали внимания на их разговор, продолжая пить. Первый как раз выливал вино из кувшина прямо себе в рот, опустошая его в считанные мгновения. Второй тем временем попытался засунуть голову внутрь кувшина, а так как горлышко сосуда было довольно широким, ему удалось её туда поместить целиком.

Цилинь начал безудержно заходиться смехом:

— Третий брат, прекрати пить, а то утонешь. Третий брат, третий брат…

Зверь слегка переменился в лице, заметив, что Ци Цзюи перестал двигаться после того, как засунул голову в кувшин. Он собрался броситься на помощь, когда тот вытащил голову и засмеялся:

— Неужели я испугал второго брата? Твоя башка слишком большая, так что даже не пытайся повторить мой трюк. Засунуть голову в освежающую жидкость очень приятно. Думаю, что мне даже удалось бы намочить все девять голов одновременно, погоди-ка…

Шатаясь, он открыл дверь, достал и вскрыл девять кувшинов. Затем его тело задрожало, принимая свою девятиглавую форму. Раздалось девять хлопков и все девять голов оказались внутри сосудов, начиная пить.

Цинь Му наблюдал за происходящим качая головой.

Ци Цзюи был выдающимся талантом из Райских Небес. Он носил фамилию Цзюи, что значило, что он был невероятно мудрым человеком. Тем не менее, потерпев такую огромную неудачу, он опустился до уровня, на котором стал братом с жирдяем.

Рано или поздно этот случай станет огромным пятном на его жизни.

— В технике Будды Сакры есть небольшой недостаток, из-за чего на Божественном Ноже Имперских Врат должно быть тонкое место. Там я смогу открыть Врата Небесной Воли, соединяясь с Юду. Главное — найти это слабое место…

Взгляд Цинь Му задрожал, он использовал свою жизненную Ци, выстраивая модель физического тела и исконного духа Сакры. Затем он преобразовал Писания Сакры в поток жизненной Ци, которая начала циркулировать внутри модели и начал тщательно всё рассчитывать.

— Слабое место постоянно перемещается.

Цинь Му вёл расчёты на протяжении нескольких месяцев, уставившись на определённую точку в циркуляции жизненной Ци внутри тела Сакры. Именно там находился недостаток.

Затем с помощью своей Ци он воссоздал двухмерное строение Божественного Ножа Имперских Врат, представляя себя на месте Сакры. Выковывая божественный нож и параллельно исполняя свою технику, он постепенно оставил в артефакте идентичный недостаток. Дзинь! Дзинь! Дзинь!.. Он представлял как возле его ушей раз за разом раздаётся стук молота.

Мозг Цинь Му напряжённо работал, в его голове непрерывно сверкали математические символы. Спустя некоторое время он внезапно открыл глаза и громко рассмеялся:

— Нашёл!

Оглянувшись, он увидел, что цилинь без сознания распластался по земле, а Ци Цзюи принял свою девятиглавую форму и лежал в коридоре. Его ноги придавил жирдяй, а каждая из девяти голов находилась в разных комнатах.

Тянь Шу всё ещё был в порядке, он сидел на кувшине с вином, держа второй кувшин в руке и спокойно из него попивая.

— Просыпайтесь, все просыпайтесь! — пиная цилиня и Ци Цзюи, Цинь Му улыбчиво проговорил. — Теперь мы можем отсюда выбраться.

Ци Цзюи протрезвел и ошарашенно осмотрелся. Цилинь тоже проснулся, зевая.

Вспомнив, как он стал с цилинем и Тянь Шу названными братьями, Ци Цзюи покраснел, чувствуя себя крайне неудобно.

Тянь Шу подошёл поближе, всё ещё держа в руках винный кувшин. Издавая копытами чёткий стук, он улыбался:

— Третий брат, ты протрезвел? Не переживай, напившись, мы всего лишь стали названными братьями и не сделали ничего глупого.

Ци Цзюи замер от шока, бормоча:

— Я третий брат?

Цилинь подполз поближе, кивая мордой:

— Ты на сто лет моложе меня, поэтому должен быть третьим братом. Мы заключили поклялись Графу Земли, что будет стремиться погибнуть вместе…

— Мы дали клятву Графу Земли? — глаза Ци Цзюи наполнились ужасом и шоком, он был растерян. — Пьянка действительно лишь всё усугубила….

Цинь Му зашагал вдоль длинного коридора, осматривая каждую комнату:

— Это не пьянка всё усугубила. Вино никого не опьянило, это вы сами сделали себя пьяными. Здешнее вино на самом деле материализуется из сознания, именно поэтому оно не заканчивается, сколько не пей. Левый Помощник Министра Янь Шаоцин из Райских Небес, должно быть, владел невероятно сильным божественным искусством и сумел превратить своё сознание в вино. Так как вы находитесь в форме исконных духов, то поглощая вино, вы на самом деле поглощали лишь божественное искусство. Именно оно вызвало у вас чувство опьянения.

Цилинь, Тянь Шу и Ци Цзюи зашагали следом за ним, первый с любопытством спросил:

— Подобное божественное искусство и вправду существует? Тогда получается, что всё это время мы пили лишь воздух?

— Не совсем. На самом деле вы пили призрак сознания Янь Шаоцина, — ответив, Цинь Му открыл дверь в очередную комнату и засунул голову внутрь.

В следующий миг он достал оттуда кувшин с вином и ударил его сильной волной своего сознания. Под её давлением сосуд начал постепенно растворяться в воздухе, прежде чем бесследно исчезнуть.

— Я использовал своё сознание, чтобы стереть сознание Янь Шаоцина. Естественно, будучи невероятно сильным, он создал бесчисленное количество кувшинов хорошего вина, и моих сил не хватит, чтобы уничтожить их все. Каждый раз, когда вы пили, ваше сознание подвергалось атаке, отчего возникало чувство опьянения, — объясняя, Цинь Му осматривал комнаты, когда внезапно его глаза загорелись, и он с улыбкой воскликнул. — Сейчас!

Никто не понял, что юноша имел в виду, когда он с силой открыл дверь. Из-за неё вырвался яркий свет, отчего все вокруг торопливо подняли ладони, прикрывая глаза.

Цинь Му вошёл в комнату, цилинь, Тянь Шу и Ци Цзюи поспешно запрыгнули следом. Когда их зрение восстановилось, они удивлённо цокнули языками.

Перед ними была не комната, а строение странного хаотичного пространства, сформированное из всевозможных рун. Его части напоминали шестерёнки, сцепленные друг с другом.

Тянь Шу пробормотал:

— За время, проведённое в этом месте, я исследовал все здешние комнаты, почему мне ни разу не удалось попасть сюда?

Только теперь он заметил, что Цинь Му, шагающий впереди, превратился в бумажного человечка! Он был будто сделан из бумаги, совершенно не имеющей толщины.

Покачав головой, Тянь Шу обнаружил, что может увидеть собственные ягодицы!

Он тоже превратился в бумажного человечка!

С цилинем и Ци Цзюи произошло то же самое!

Сейчас они пребывали в форме своих исконных духов, которые всё же были трёхмерными. Тем не менее, оказавшись внутри этой комнаты, они потеряли всю свою толщину!

— Эта комната существовала всегда, она создана из-за недостатка Будды Сакры. Более того, она постоянно движется и превращается. Даже открыв все здешние двери её можно не найти, — рот Цинь Му открылся на его затылке, отчего волосы цилиня, Ци Цзюи и Тай Шу встали дыбом.

Рот на затылке Цинь Му открывался и закрывался, говоря:

— Для того, чтобы открыть дверь в эту комнату, нужно рассчитать правильное место и время. Внутри Божественного Ножа Имперских Врат находится двухмерный мир, но осознав, что в его технике есть слабое место, Сакра построил эту одномерную комнату, где спрятал всё ненужное. Именно поэтому всё, что сюда попадает, становится плоским.

Части пространства, напоминающие шестерёнки, молча пролетали мимо них, создавая поистине ослепительное и удивительное зрелище.

В осколках пространства прятались бесчисленные странные и редкие руны, должно быть принадлежащие к Эпохе Императора-Основателя.

Император-Основатель разработал Божественный Нож Имперских Врат, после чего приказал Сакре его выковать. В разработанной им конструкции не было недочётов, но навыки Сакры не могли быть идеальны, поэтому ему пришлось создать в готовом ноже некоторое подобие кладовой.

Именно благодаря ей у Цинь Му и остальных появился шанс сбежать.

Император-Основатель мог выковать Божественный Нож Имперских Врат собственноручно, но искусство ковки не было его специализацией. Его умение определённо уступало Сакре, поэтому он не имел другого выбора, кроме как переложить работу на него.

В Вечном Мире тоже было огромное количество практиков, специализирующихся в ковке, с радостью выполнявших работу других за деньги.

Цинь Му осмотрел руны в частях пространств, его разум начал кипеть. В их символах крылась мудрость Императора-Основателя, и, если понять их секрет, это принесёт огромную пользу.

— Нам нельзя здесь задерживаться, а не то наши физические тела погибнут, — бормотал он, не в силах оторвать взгляда от рун.

— Брат Цинь, нам и вправду нельзя задерживаться! — поторапливал Ци Цзюи. — Во внешнем мире прошло уже три дня, что, если наши физические тела сожрали дикие звери?

Вздохнув, Тянь Шу проговорил:

— Моё физическое тело, скорее всего, уже давным-давно умерло…

— Старший, кажется, я когда-то видел твоё физическое тело, — Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и в следующий миг в комнате появились тонкие Врата Небесной Воли. Они тут же открылись и наружу начала выливаться дьявольская Ци Юду. — В долине Призраков я встречал бога, напоминающего Тело Тирана. Позади него были печати в форме пчелиных ульев, а также врата, напоминающие мои Врата Небесной Воли.

Тянь Шу ошеломлённо покачал головой:

— Что ещё за долина Призраков? Когда я отрубил кусок рога Графа Земли, тот попытался меня схватить. Я бежал что было сил, но он оказался поистине могучим и даже когда мне удалось покинуть Юду через Таинственные Врата Казни Бога, он всё ещё был на хвосте, не оставив мне выбора, кроме как превратиться в каменную статую, — его взгляд был полон ужаса. — Рука Графа Земли протянулась из Юду и ухватилась за моё физическое тело. Я превратился в каменную статую, но почти весь мой исконный дух сумел бежать, внутри осталась лишь небольшая его часть… Я скрылся в Фэнду и вышел оттуда лишь убедившись, что преследование закончилось. Теперь мне нельзя возвращаться обратно в своё тело, так как он тут же меня схватит. В статуе осталась часть моего исконного духа, и я всё ещё чувствую его хватку…

Вздрогнув, он поспешно сменил тему:

— Ну ладно. Это и есть те Врата Небесной Воли, о которых ты упоминал? Они похожи на мои Таинственные Врата Казни Бога, но на самом деле значительно отличаются. Странно. А что такое Тело Тирана?

Цинь Му ответил:

— Тело Тирана сложно описать несколькими словами. Тебе стоит знать, что у тебя поддельное Тело Тирана, а остальное я расскажу потом. Сначала нужно войти во врата, я отправлюсь последним.

Ци Цзюи первым вошёл во врата, цилинь, немного колеблясь, всё же запрыгнул следом. Козлиная бородка Тянь Шу дрожала, и он внезапно струсил:

— Если я войду в Юду, Граф Земли определённо меня заметит. Лучше мне остаться здесь…

Цинь Му попытался его успокоить, проговорив:

— Старший, можешь не переживать, у меня с Графом Земли отличные отношения!

Тянь Шу двинулся в сторону врат, дрожа от страха:

— У Графа Земли нет чувств, как он может быть с кем-то в хороших отношениях?

Он исчез внутри, после чего Цинь Му оглянулся, прежде чем вздохнуть и отправиться следом:

— Руны Императора-Основателя невероятно изящны, они отлично демонстрируют глубину его путей и навыков. Как настолько талантливому и мудрому человеку может не хватать смелости, чтобы выйти из деревни Беззаботной?

Отложив свои мысли в сторону, он вошёл во Врата Небесной Воли и отправился в Юду.

Как только ноги юноши снова ступили на землю, во тьме впереди внезапно засиял свет лампы и к нему подплыла небольшая лодка с безликим стариком на борту.

Вокруг них была непроглядная тьма, которую освещало лишь сияние лампы, падающее на их лица.

Старик под лампой поднялся и помахал рукой:

— Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам, отдаёт дань своего уважения Небесному Королю Минду и Сыну Юду!

— Сыну Юду? — Тянь Шу ошарашено посмотрел на Цинь Му. В следующий миг он радостно рассмеялся, все его старые заботы будто смело рукой. Его тело разразилось безграничной аурой, становясь всё больше и больше. Размеры его исконного духа были настолько велики, что стоящие на его копытах парни и зверь казались мелкими сошками.

— Левый Помощник Министра Династии Богов Император-Основателя Тянь Шу отдаёт дань своего уважения Покойному Владыке Равному Небесам!

Старший Вестник Смети улыбчиво ответил:

— Небесный Король, Граф Земли долго вас ждал. Пожалуйста, забирайтесь на борт.

Аура Тянь Шу немедленно рассеялась, его исконный дух мгновенно уменьшился в размерах. Встряхнув рогами, он захихикал:

— Я тоже давно мечтал встретиться с Графом Земли, чтобы попросить его прощения. Никогда не думал, что на столько лет попаду в ловушку и не смогу явиться перед ним.

Тайком ткнув Цинь Му, он в ужасе шепнул ему на ухо:

— У тебя и вправду хорошие отношения с Графом Земли?

— Не волнуйся, — сильно стукнул себя в грудь Цинь Му. — Мы с Графом Земли закадычные друзья, он определённо меня послушает.

Маленькая лодка подплывала ближе, Старший Вестник Смерти не отрывал от него взгляда. Ухмыльнувшись, он проговорил:

— Почувствовав, что кто-то открывает Врата Небесной Воли, я тут же понял, что это ты! Ты снова пришёл создавать нам проблемы! Если ты и в этот раз что-то натворишь, Граф Земли тебя сожрёт!

Лицо Тянь Шу обрело пепельный цвет, он рухнул наземь, думая про себя: «Эти „хорошие отношения“ — совершенно не то, что я себе представлял… Я не жилец!»

Глава 700. Небесный Король Минду и Сын Небесной Инь

Трое мужчин и цилинь сели в лодку, которая тут же растворилась в бесконечной тьме.

— Старший брать Тянь, у тебя есть титул небесного короля? — поинтересовался цилинь.

Тянь Шу фыркнул и молча осмотрелся вокруг.

Ци Цзюи полностью протрезвел и с тревожным выражением лица уселся между цилинем и Тянь Шу. Он нервничал словно неопытная невеста, которая только что вошла в комнату для новобрачных.

— Мало кто знает, кто такой Левый Помощник Министра Династии Императора-Основателя, но много кому известно, кто такой Небесный Кроль Минду.

В Цинь Му тоже проснулось любопытство, поэтому он спросил:

— Каково происхождение Небесного Короля Минду? Неужели он такой же, как Чёрное Божество Минду?

Мимолётно изменившись в лице, Ци Цзюи посмотрел на Тянь Шу, который кукожился в самом углу, ведя себя ещё более нервно, чем он, поэтому ему тут же полегчало:

— Прежде чем отправить меня учить заклятия Минду, Красное Божество упоминала о титуле Небесного Короля Минду. Она говорила мне о множестве табу в Минду и одно из них — ни при каких обстоятельствах не упоминать о Небесном Короле Минду.

Цинь Му удивлённо посмотрел на Тянь Шу, прежде чем спросить:

— Почему?

— Чёрное Божестве в плохих отношениях с Небесным Королём Минду, — Ци Цзюи окончательно успокоился, продолжая. — На самом деле титул «Небесный Король Минду» придумал Граф Земли. Я слышал от Красного Божества, что старший брат Тянь имеет невероятно высокие достижения в искусстве душ и способен по желания легко входить и уходить из Юду. Заработав некоторую репутацию в загробных кругах, он приглянулся Графу Земли, который затем нарёк его Небесным Королём Минду. Красное Божество сказала мне, что таким образом Граф просто хотел посеять раздор между Небесный Королём и Чёрным Божеством Минду и вынудить их сражаться друг с другом.

— Не думай так плохо о Графе Земли, — тут же вмешался Старший Вестник Смерти, — он думал, что Тянь Шу олицетворяет систему божественных искусств Юду и в будущем станет не слабее Чёрного Божества. Конечно, частично он также намеревался посеять раздор.

— В итоге преемники Чёрного Божества отправились искать проблем с Небесным Королём Минду, — вновь заговорил Ци Цзюи, — поэтому старший брать Тянь Шу устроил резню.

Тянь Шу не остался равнодушным к такой похвале и довольно улыбнулся:

— Я Небесный Король, стоящий на ровне с Чёрным Божеством, как я мог оказаться слабее его учеников?

Цинь Му со странным выражением лица осматривал Тянь Шу, совершенно не видя в этом пьянице, которые ценит вино больше своей жизни, человека с такой же репутацией, как у Сына Небесной Инь.

— Он перебил всех учеников Чёрного Божества, включая самого старшего, поэтому Чёрное Божество решил показаться лично, — Ци Цзюи сомневаясь продолжил. — Красное Божество упоминала, что даже несмотря на то, что старший брать Тянь был повержен, Чёрное Божество не смогло убить его, позволяя ему безнаказанно уйти.

Тянь Шу буквально светился, когда усмехнулся:

— Несмотря на то, что я оказался ему не ровней, Небесный Король это не просто два слова, меня убить не так-то просто.

— И затем старший брат Тянь поссорился с Графом Земли, — подвёл итог Цинь Му.

Тянь Шу стал бледным, как простыня, и вновь забился в угол маленькое лодки, жалуясь со страдающим выражением лица:

— Что я мог поделать? Хотя Император-Основатель дал мне Божественный Нож Имперских Врат, чтобы я отрезал часть Графа Земли, я не смел! Но ещё он дал мне много вина, лучшего из лучших. Выпив его, я готов был снять голову с плеч Императору-Основателю, не говоря уже о том, чтобы отрезать часть Графа Земли! Поэтому я взял нож и опрометчиво отправился в Юду. А протрезвел я только того, как Граф Земли настиг меня…

Цинь Му смотрел на него со странным выражением.

Тянь Шу выглядел крайне робким и любил приложиться к бутылке. Но несмотря на свою робость, когда его руки дотягивались до самого сокровенного — вина, он становился бравым и безудержным. До выпивки он напоминал полевую мышь, а после был столь же свиреп, как тигр. Его характер можно было описать только так.

Старший Вестник Смерти направил лодку не к своему поместью, а к истинному телу Графа Земли с рогами с девятью изгибами.

Бледнолицый Тянь Шу умоляюще посмотрел на Цинь Му.

— Мы направляемся к истинному телу Графа Земли, — пробормотал парень, — не стоит бояться, действительно не стоит…

Постепенно он увидели три глаза. Они постоянно увеличивались в размерах и чем больше становились, тем сложнее было разглядеть полный вид Графа Земли.

В конце концов он увидел бесчисленный призраков на Графе Земли. Многочисленные земли стали для них пристанищем для жизни, где они воздвигали красивые города или воевали. Они сражались так свирепо, что тело Графа Земли покрывалось трещинами, но тому, казалось бы, было совершенно не больно. Также он увидел монстров, носящих на своих огромных телах дворцы, прикованные к ним цепями. Они ходили по телу Графа Земли, но каждый шаг давался им с большим трудом.

— В тех дворцах проживают исконные духи сильных священных богов. Они подчинили тех монстров и превратили в своих ездовых животных, — говорил Тянь Шу. — Те, у кого в Юду есть какой-никакой статус, выращивают себе одного-двух монстров в качестве ездовых животных. И когда они отправляются посетить своих друзей или семьи, то отправляются к ним на этих монстрах, чтобы выглядеть внушительно. В прошлом я смешивался в Юду с местными и тоже вёл себя также впечатляюще.

Старший Вестник Смерти с улыбкой сказал:

— После встречи с Графом Земли можешь продолжить вести себя также впечатляюще.

Тянь Шу выглядел так, словно потерял душу, и больше ничего не сказал.

— Не волнуйся, он просто пугает тебя, — попытался утешить Цинь Му. — Граф Земли крайне терпим, он ничего тебе не сделает.

Старший Вестник Смерти ухмыльнулся:

— Тоже самое касается и тебя. Не думай, что Граф Земли не знает, что недавно именно ты украл его мощь. Каждое учинённое тобой зло он запоминает.

— Покойный Владыка, — с улыбкой заговорил Цинь Му, — я сделал это, чтобы спасти Богиню Небесной Инь. Она управляет мёртвыми духами после разрушения души, в то время как Граф Земли управляет целыми душами. Я чувствовал, что не могу позволить такому прекрасному существу, как Богиня Небесной Инь, погибнуть таким образом, поэтому взял не спросив. Я позаимствовал кроху мощи Графа Земли и Небесного Герцога, который даже сказал, что я поступил правильно.

— Небесный Герцог так сказал? — с любопытством спросил Старший Вестник Смерти.

— Конечно! — Цинь Му распирала праведность. — Я ещё никогда не встречал кого-то более принципиального, чем Небесный Герцог, и он очень часто поддерживает мои действия. А ещё он сказал, что Граф Земли определённо отнесётся с пониманием и тоже поддержит моё решение. Ты должно быть ошибся, когда сказал, что Граф Земли запомнил это как злой поступок. Я полагаю, что даже несмотря на то, что мы наведались в Юду, нам не стоит ему надоедать своим присутствием. Почему бы тебе всё не упросить и просто не отправить нас домой?

— Мы на месте, — спокойный тон Старшего Вестника Смерти шёл вразрез с его честным, искренним выражения.

Лодка неспешно подлетела с третьему глазу Графа Земли, поэтому все на борту могли видеть лишь бездонное красное свечение, а не глаз. Лодка влетела в красный свет и Цинь Му повернулся посмотреть назад, тут же вздрагивая. Через глаз он увидел неисчислимое множество миров, душ и форм жизни. Ничто не могло ускользнуть от его взора!

— Воистину невероятные способности…

В глубинах красного света витала круглая платформа трёхсотметрового радиуса. На ней располагался дворец, к которому лодка и направлялась, в итоге останавливаясь сбоку от платформы.

Цинь Му сошли с лодки, в то время как Тянь Шу был готов распластаться по земле. Как вдруг они услышали бархатный смеющийся голос:

— Раз у Графа Земли гости, я не стану навязываться и беспокоить своим присутствием. До скорой встречи. Провожать не нужно.

Услышав голос, Цинь Му удивился. Ему казалось, что где-то он уже его слышал.

Старший Вестник Смерти пришвартовал лодку со словами:

— Мы войдём после ухода гостя.

Вскоре Цинь Му увидел, как из дворца выходит стройный мужчина крайне привлекательной внешности. Он держал себя так, что было сложно описать словами, и заставлял окружающих чувствовать свежесть, а также непроизвольно склонял их к благоприятному впечатлению о себе.

Цинь Му почему-то подумал, что если бы целитель всё ещё имел лицо, то выглядел бы точно также привлекательно.

Тянь Шу слегка переменился в лице и фыркнул.

Привлекательный мужчина вышел и поприветствовал Старшего Вестника Смерти:

— Покойный Владыка.

Старший Вестник Смерти поздоровался в ответ.

Привлекательный мужчина вдруг увидел Тянь Шу и удивился, прежде чем с улыбкой обронить:

— Так это Небесный Король, не думал, что ты до сих пор жив.

Тянь Шу стоял прямо, как штык, а от былой беспомощности не осталось и следа. Излучая своими рогами холодный божественный свет, он сказал:

— Я жив только благодаря твоему благословению!

Привлекательный мужчина с улыбкой огляделся:

— Неплохо, неплохо, ты смог сбежать после того, как тебя обхитрил Янь Шаоцин, загоняя в ловушку Божественного Ножа Имперских Врат, однако, поскольку ты отрезал рог Графа Земли, сложно сказать как долго ты ещё проживёшь. Верно, я знал, что ты любишь вино, поэтому сказал Янь Шаоцину подарить тебе немного, понравилось?

Тянь Шу не мог сдержать клокочущий в нём гнев и его бородка взметнулась.

Привлекательный мужчина слегка улыбнулся:

— Мы в Юду, не стоит вести себя опрометчиво. Хотя один раз ты уже так сделал. Цзюи, а ты что тут делаешь?

Ци Цзюи слегка изменился в лице и шагнул вперёд из-за спины цилиня, чтобы поздороваться:

— Цзюи отдаёт дань уважения мастеру!

Привлекательный мужчина посмотрел на него и нахмурился:

— Я вижу только твой исконный дух, где твоё физическое тело?

Ци Цзюи, казалось, не находил себе места от стыда, когда ответил:

— Меня засосало в Божественный Нож Имперских Врат, поэтому моё тело где-то в Великих Руинах.

Цинь Му ощутил, как его сердце сделало кульбит. Понимая, кто стоит перед ним, он мысленно воскликнул: «Чёрное Божество Минду, Сын Небесной Инь! — его аура колыхнулась, но он тут же подавил волнения, оставаясь при этом внешне полностью спокойным. — Зачем Сын Небесной Инь приходил к Графу Земли? Может быть из-за случая с Богиней Небесной Инь? Я украл мощь Графа Земли, чтобы воскресить её, и этот факт определённо не ускользнул от его внимания.

Сын Небесной Инь, судя по всему, ощутил колебание ауры Цинь Му, поэтому посмотрел на него, прежде чем похвалить:

— Такой стабильный исконный дух, действительно хороший саженец. Небесный Король, твой ученик?

Тянь Шу усмехнулся:

— Не твоего ума дело.

Сын Небесной Инь с тёплой улыбкой обратился к Цинь Му:

— Следовать за этим бунтарём бесперспективное занятие, если улучишь свободную минутку навести меня в Минду. Я ценю таких молодых ребят, как ты.

Цинь Му ощущал страх и трепет, когда посмотрел на Тянь Шу, а затем перевёл взгляд на Сына Небесной Инь. Казалось, он испытывал беспомощность.

Сын Небесной Инь удалился, говоря:

— Цзюи, раз Граф Земли хочет встретиться с тобой, я не стану забирать тебя силой. Когда уладишь все дела, отправляйся в мир живых, чтобы найти своё тело, и как можно скорее уходи. Твои старшие браться начали катастрофу. На этот раз я наведался к Графу Земли, чтобы обсудить, что делать с миллиардами душ, которые внезапно умрут в нижней границе.

— Понимаю, — Ци Цзюи поклонился и разогнулся только после того, как мужчина ушёл.

Цинь Му прищурился. Поле Ци Сына Небесной Инь было крайне обширно, а его внушительная манера держать себя постоянно давила Тянь Шу. Он был действительно могучим человеком.

Ци Цзюи посмотрел на Цинь Му со словами:

— Мой мастер не узнал тебя.

— Премного благодарен, — поклонился Цинь Му.

Ци Цзюи открыл был рот, чтобы что-то сказать, но вдруг вздохнул:

— Изначально мы были врагам, но затем я стал названным братом с цилинем во время пьянки, поэтому предавать тебя не в моих интересах. Как я мог скатиться до такого?

Казалось, парень выглядел абсолютно потеряно.

Тянь Шу полюбопытствовал:

— Цинь Му, что ты сделал? Почему Чёрное Божество не должно узнать, кто ты?

Цинь Му со вздохом ответил:

— В двух словах и не объяснишь.

Тянь Шу выпучил глаза и стал вести себя ещё любопытнее.

Старший Вестник Смерти подошёл и равнодушно заговорил:

— Идём, не стоит заставлять Графа Земли ждать слишком долго.

Тянь Шу моментально распластался, словно находящийся присмерти обессиленный горный козёл. Он лежал на полу и явно не был готов двигаться. Цинь Му схватил его за рог и потащил в сторону главного зала.

Граф Земли стоял прямо перед ними, а точнее его тигроголовый клон с рогами быка и человеческим телом. Купаясь в пламени, он пролистывал толстую стопку книг.

— Покойный Владыка, ты не забыл записать тот инцидент с воровством моей мощи? — не поднимая головы поинтересовался Граф Земли.

Глава 701. Страдать Вместо Меня

Посмотрев на Цинь Му, Старший Вестник Смерти ответил:

— Граф Земли, я уже это сделал, запись находится на тысяча восьмой странице восьмой книги. Каждый его долг записан и не будет забыт.

Граф Земли отложил свою книгу в сторону и достал восьмую книгу. Полистав страницы, он проговорил:

— Ты записывал каждый случай, когда он открывал Врата Небесной Воли?

— Да, — кивнул Старший Вестник Смерти. — Он всё ещё до безумия меня пугает, поэтому я решил записывать все детали. Также я без ошибок записываю имена всех людей, которых он убил. Список можно будет почистить, когда он умрёт. Впрочем, подобные менее важные моменты я описывал в отдельной книге для мелочей.

Отложив восьмую книгу, Граф Земли спросил:

— Где книга для мелочей?

— Книг для мелочей очень много, поэтому я создал специальную комнату для их хранения, и она уже почти заполнена. Притащить книги сюда, чтобы Граф Земли их осмотрел?

— Не стоит, — почувствовав лёгкую головную боль, Граф Земли покачал головой. —Главное, чтобы там всё было хорошо записано.

Плюх!

Ноги Тянь Шу подкосились, он упал на землю, громко стукнувшись своей козлиной головой, и остановился лишь дважды отскочив. Ци Цзюи поспешно попытался его успокоить:

— Большой Брат Тянь, Граф Земли говорил не о тебе, а о брате Цинь Фэнцине.

Тот ответил слабым голосом:

— Я знаю, что он говорит о нём, но ведь я верил, что между ними хорошие отношения, а оказывается, что их «хорошие отношения» построены на ужасных вещах, которые натворил этот парень. У меня была надежда, что Граф Земли его послушается, но теперь понимаю, что его помощь лишь усугубит ситуацию. Просто оставьте меня в покое, я внезапно начал плохо себя чувствовать…

Граф Земли смотрел на взволнованного Цинь Му, стоящего неподалёку с опущенной головой. Время от времени он тайком поглядывал на него, и в шоке отводил взгляд.

— Ответственность за защиту преступника Тянь Шу и его освобождение, которое позволит ему продолжить создавать в мире проблемы, лежит на тебе, ты согласен?

Цинь Му поспешно ответил:

— Я не…

— Запиши этот проступок в его книгу, — Граф Земли отдал приказ Старшему Вестнику Смерти.

Тот радостно согласился и записал всё с помощью кисти. Затем он обратился к Цинь Му:

— Граф Земли не принимает ни одной из сторон и не спрашивает чьего-то мнения. Он просто сообщает, чтобы после смерти ты не был слишком обижен.

Цинь Му мгновенно расслабился:

— После смерти? Значит сегодня он не будет меня убивать.

Бросив на него свой взгляд, Граф Земли сказал:

— Твои дни в мире живых ещё не закончились, так что пока что мы не будем тебя трогать. Тем не менее, чем больше времени ты проводишь в Юду, тем больше ослабевает твоё физическое тело и тем быстрее ты умрёшь. Но сегодня главная проблема не в тебе, а в нём.

Он протянул руку, указывая пальцем на Тянь Шу, и в следующий миг из-ниоткуда сверкнул хлыст, окутывая последнего. Будучи не в силах освободиться, он мгновенно побледнел в лице.

Цинь Му сделал шаг вперёд, становясь между ними, и громко спросил:

— Могу ли я поинтересоваться, какое преступление совершил Тянь Шу?

— Он отрубил часть моего рога, украл земли Юду, разделил мои владения, создавая Фэнду, — это серьёзное преступление, — ответил Граф Земли. — Ты хочешь встать на его защиту? Может понесёшь наказание вместо него?

Цинь Му торжественно ответил:

— Это Император-Основатель сконструировал Божественный Нож Небесных Врат и отдал приказ Тянь Шу. Тот всего лишь выполнял волю своего повелителя, в чём его проступок?

Граф Земли ответил:

— Человек, взявший в руки нож, уже совершает ошибку.

— Выходит, что Граф Земли издевается над слабыми и боится сильных? — спросил Цинь Му.

Кровь в венах Тянь Шу застыла, Ци Цзюи стало не по себе: «Как брат Цинь смеет говорить всё, что хочет? Хоть он и Сын Юду, в этой ситуации это ему ничем не поможет!»

Граф Земли слегка нахмурился, между его рогов заклубилось пламя.

Между тем Цинь Му продолжал:

— Если Граф Земли поистине непристрастен, он должен найти Императора-Основателя и привлечь его к ответственности. То, что сейчас ты не пытаешься словить настоящего виновника, а собираешься наказать Тянь Шу, подсказывает мне, что ты можешь лишь издеваться над слабыми, и боишься сильных. Если Граф Земли непристрастен, то я не могу принять твоего решения и хочу высказаться. Если Граф Земли не боится сильных, то почему он не ищет виновника смерти бесчисленных существ Небес Лофу и Верховных Небес Императора?

Старший Вестник Смерти нахмурился и перебил:

— Сын Юду, ты не знаешь причины, которая стоит за всем этим, поэтому молчи…

— Пусть говорит, — поднял руку Граф Земли.

Старшему Вестнику Смерти осталось лишь замолчать, тайком беспокоясь о Цинь Му.

Юноша продолжил говорить:

— А кто виновник? Это никто иной, кроме как уважаемый гость, только что покинувший дворец Графа Земли! Сын Небесной Инь позволил своим ученикам делать что захотят, и вынудить оставшихся выживших людей Багрового Света вторгнуться на Небеса Лофу, территории дьяволов, и начать там резню. В последствии Небеса Лофу были уничтожены, а из людей Эпохи Багрового Света остался лишь Чи Си. Чтобы выжить, дьяволам пришлось вторгнуться на Верховные Небеса Императора. После этого ученики Сына Небесной Инь использовали Книгу Жизни и Смерти, принося Небеса Лофу в жертву и сталкивая их с Верховными Небесами Императора, отчего те, в свою очередь, столкнулись с Великими Руинами. Это стало причиной бесчисленных смертей. Виновник всего этого зла был прямо здесь, так почему Граф Земли его не убил?

— Мой брат посеял в Юду хаос, и Граф Земли повесил ответственность за это на меня, собираясь меня избить и убить. Я призвал душу Владыки Звезды Семи Убийств Вэй Ляо, и Граф Земли снова решил меня наказать, избить и убить. Когда я сражался в бою и убивал врагов, Граф Земли опять посчитал меня виновным. А теперь, когда ученики Сына Небесной Инь собираются затопить весь Вечный Мир в крови, пробудив каменные статуи и призвав катастрофы, бесчисленные жизни снова будут утеряны! Граф Земли, ты действительно непристрастен? Ты собирался избить и убить их?

— Ты определённо издеваешься над слабыми и боишься сильных, ты мучаешь добрых, и избегаешь злых, в таком случае, разве то, что Тянь Шу отрубил часть твоего рога — преступление? Если бы сейчас на троне Райских Небес Сидел Император-Основатель, ты бы пошевелил хоть пальцем?

— Вы твердите, что я полон зла, и делаете меня ответственным за проступки моего брата. Да, он действительно совершает невообразимые преступления, но он руководствуется своими знаниями, в то время как ты совершенно не следуешь своим учениям, — ты и вправду позоришь репутацию священных богов, рождённых природой!

— С таким же успехом ты можешь отказаться от своего положения и сделать моего брата правителем Юду, по крайней мере он, в отличии от тебя, ко всем относится одинаково!

Тянь Шу, цилинь и Ци Цзюи едва не наделали в штаны услышав слова Цинь Му. Даже Старший Вестник Смерти шокировано сглатывал слюну, думая про себя: «Это конец, это конец…»

Три глаза Графа Земли уставились на Цинь Му, и тот уставился на них в ответ, не собираясь отступать.

— Ты очень умён и знаешь, как перевернуть ситуацию себе на пользу и как к ней адаптироваться, так почему сегодня ты не решил поступиться? С чего бы тебе так яростно спорить о том, что правильно? — Граф Земли наконец ответил, задавая вопрос.

Поклонившись, Цинь Му ответил:

— Каждый накапливает злобу у себя в душе, и если терпеть слишком долго, то она вырвется наружу. Я такой же, как все. Прошу прощения, если как-то тебя оскорбил.

Граф Земли медленно кивнул и проговорил:

— С чего ты взял, что у меня нет списка с грехами Сына Небесной Инь?

Цинь Му ответил:

— Если у тебя есть список, но ты не наказываешь виновного, то какой с него толк? Я знаю, что Граф Земли находится в сложном положении и не может действовать как ему пожелается из-за слишком огромной силы Райских Небес. Но раз уж ты не готов самостоятельно что-то сделать, то зачем пытаешься остановить других?

Выражение лица Графа Земли было невероятно умиротворённым, в нём не было ни малейших изменений:

— Что ты имеешь в виду?

— Зло должно сражаться со злом, а я — зло, так же, как и Тянь Шу. В нынешнем мире не слишком много людей, которым хватит смелости бросить вызов Сыну Небесной Инь, но Тянь Шу один из них, — ответил Цинь Му. — Разве не было бы лучше отпустить Тянь Шу, чтобы он разобрался с Сыном Небесной Инь? Он и вправду отрубил твой рог, но на это была причина. Он исполнял приказ Императора-Основателя, и раз уж последний сейчас не с нами, то я готов взять его ответственность на себя. Граф Земли может просто повесить его проступок на мою голову! Я лишь хочу, чтобы ты отпустил Тянь Шу и позволил ему сразиться с Сыном Небесной Инь. Тебе останется лишь ждать и пожинать плоды.

Три глаза Графа Земли продолжали пристально на него глазеть, но юноша не отводил взгляда.

Тянь Шу и остальные чувствовали ужасное напряжение. Цинь Му не знал, насколько могущественным был Граф Земли, но Тянь Шу отлично представлял себе масштабы его мощи.

Во времена Эпохи Императора-Основателя он носил титул Небесного Короля Минду, так как его выдающие способности достигли совершенства. Но в сравнении с Графом Земли он был будто зерно риса на фоне ослепительного солнца.

У него был врождённый страх перед Графом Земли.

Тем не менее, стоя перед Графом Земли Цинь Му чувствовал себя невероятно спокойно и даже осмеливался вступать в горячую дискуссию. Ему хватило наглости отругать старика, а после этого начать обсуждать с ним условия. В глазах Тянь Шу это был путь к верной гибели!

В этот момент раздался ответ Графа Земли:

— Хорошо, я послушаюсь тебя и отпущу его.

Кнут, сковывающий Тянь Шу, ослаб, и он рухнул на землю.

Разум мужчины помутнел, он потряс головой, будто не смог расслышать слова Графа Земли.

Тот и вправду согласился на условия Цинь Му и даже сказал, что готов его послушаться.

Случившееся было попросту невозможным!

Цинь Му поклонился, выражая свою благодарность:

— Огромное спасибо, Граф Земли, за то, что удовлетворил мою просьбу.

— Независимо от того, идёт речь о простолюдине или небесном императоре, когда вершится зло, я непристрастно о нём записываю, — спокойно говорил Граф Земли. — У каждого есть свой список, разница лишь в его толщине. На самом деле я не виню тебя за воскрешение Богини Небесной Инь, вместо этого я тобой восхищаюсь. Все существа горюют о своих сородичах, и я тоже не мог смириться со смертью Богини Небесной Инь. Тем не менее, я всё-таки правитель Юду. Есть вещи, которые мне не подвластны, и для которых мне требуется чужая помощь. Также есть то, о чём я не могу говорить. Ты сделал эти вещи, и сказал о них. Тем не менее, насколько сильно я бы тобой не восхищался, я всё же должен всё записывать и следовать законам Юду. Понимаешь?

Цинь Му поклонился:

— Я понимаю.

Кивнув головой, Граф Земли проговорил:

— Теперь можете уходить.

Цинь Му на мгновение заколебался:

— Граф Земли, можно мне встретить свою маму? Я никогда раньше её не видел…

— Она несёт твоё наказание, — лицо Графа земли оставалось бесстрастным, — Спустя несколько месяцев после твоего рождения, ты совершил в Юду огромный проступок, и чтобы спасти твою жизнь, ей пришлось унести тебя прочь. Чтобы не позволить большим шишкам Юду отправиться за тобой в погоню, она согласилась взять все твои грехи на себя. Если хочешь, я могу организовать вам встречу, но ученики Минду уже взялись за работу. Души людей Вечного Мира непрерывно текут в Юду, ты уверен, что хочешь встретиться с ней прямо сейчас?

Цинь Му безучастно застыл, будто поражённый ударом молнии. Внезапно он развернулся и сказал:

— Тянь Шу, брат Ци, возвращаемся в Вечный Мир!

Граф Земли провожал его взглядом, тайком вытирая свои слёзы.

— Из него вырастет хороший ребёнок, — сказал он.

Старший Вестник Смерти поклонился и добавил:

— Естественно, он будет хорошим ребёнком. Давайте я его провожу.

Стоя на борту бумажной лодки, Цинь Му развернулся, смотря на холодного и мрачного на вид Графа Земли. В этом месте кишело мертвецами, что делало его довольно «оживлённым». Здесь была его родная кровь, возможно, отец тоже был где-то здесь, управляя кораблём, чтобы найти во тьме его маму.

У него была возможность с ними встретиться, но он не мог ею воспользоваться.

«Я вернусь, когда хаос в Вечном Мире утихнет. Я вернусь, чтобы встретить вас обоих, — тепло улыбнувшись, подумал Цинь Му. — Я не помню, что натворил после своего рождения. Должно быть, это дело рук моего старшего брата, но всё, что сделал он — сделал и я. Я не могу позволить матери страдать по своей вине. Мама, я вернусь, чтобы забрать вас обоих с собой. Я не дам тебе страдать в Юду вместо меня…»

Глава 702. Возрождение Каменной Статуи

Находящийся на бумажной лодке Тянь Шу внимательно смотрел на Цинь Му. Глядя на его жизнерадостное поведение, он видел, как его снедает беспокойство и тоска по родне.

— У него действительно такие хорошие отношения с Графом Земли? — шепча, Тянь Шу тайно обратился к Старшему Вестнику Смерти. — Покойный Владыка, мы ведь старые друзья, почему Граф Земли прислушался к его мнению и позволил мне уйти? Я не верю, что он отпустил меня только из-за его слов.

Старший Вестник Смерти смерил Цинь Му взглядом и прошептал в ответ:

— Конечно Граф Земли не отпустил бы тебя только из-за его слов. Если бы дело было в этом, то каждый встречный приходил бы подрезать его рога. Несмотря на то, что у них девять изгибов, в итоге от них остались бы лишь обрубки. После того, как ты отрезал тот кусок от рога для создания Фэнду, на его починку ушло несколько уничтоженных миров. Цена была уплачена отнюдь не маленькая. Граф Земли прислушался к его словам только потому, что не хотел, чтобы он возвращался в Юду.

— Не хотел, чтобы он возвращался в Юду? — Тянь Шу широко распахнул глаза. — Почему?

— Он родился в Юду, становясь первым и единственным рождённым в Юду с момента появления самого Юду, поэтому его нарекли Сыном Юду, — вздохнув, Старший Вестник Смерти продолжил. — Ты просто не видел, что произошло, когда он был рождён. Всё Юду сотрясалось и множество крупных шишек пришли в Юду, чтобы взглянуть на столь славное происшествие. А уже спустя всего три-четыре месяца он прорезал себе дорогу по каждому из девяти изгибов рогов…

Тянь Шу со странным выражением лица заикался:

— П-прорезал с-себе д-д-дорогу п-по… Г-где?

Кивнув головой, Старший Вестник Смерти предался воспоминаниям двадцатилетней давности и не смог удержаться от дрожи:

— То происшествие повлияло на преимущества и выгоды многих крупных шишек в Юду. Поэтому все они собрались, чтобы побороть его, но в итоге было сожраны им. Взгляни, во многих местах на Графе Земли до сих пор царит хаос из-за воюющих друг с другом призраков. Можешь себе представить, какую бучу он поднял тогда, что последствия приходится разгребать до сих пор?

В прошлом Тянь Шу тоже относился к так называемым крупным шишкам в Юду, каждый из которых имел во владениях кусок земли на теле Графа Земли. Стоя во главе территорий несравненных масштабов, им подчинялись миллиарды призраков…

Однако после того, как Цинь Му их всех съел, призраки оказались беспризорными, поэтому появились другие крупные шишки, которые неприменули воспользоваться возникшей возможностью и ввязались в борьбу за территории.

Наблюдая за происходящим, можно было легко понять, что парень съел слишком много крупных шишек, так много, что война продолжается и по сей день.

Тянь Шу некоторое время молчал, прежде чем спросить:

— Но ведь в глубинах Юду обитают существа, которые при жизни были сильными практиками Императорского Трона, разве они ничего не предприняли?

— Предприняли, — Старший Вестник Смерти ответил. — Поначалу они сражались один на один, но что они могли поделать? В конце концов они ослабли после своей смерти. Без своих физических тел они не были ему ровней. Потом они решили объединиться, но было уже слишком поздно, и в итоге им ничего не оставалось, кроме как обратиться за помощью к Графу Земли. Только затем он был запечатан и сослан.

Тянь Шу несколько раз вздрогнул и со вздохом произнёс:

— Угодив в ловушку внутрь Божественного Ножа Имперских Врат, я пропустил столько интересных событий…

Старший Вестник Смерти ухмыльнулся:

— Радуйся. Какой бы был от тебя прок? Пока его не запечатали он вёл себя как сущий король дьяволов. Он съедал всё, до чего успевали дотянуться его руки, и тебя бы не обошло! Когда вернёшься, даже не думал прикасаться к печати на его межбровье, иначе кончишь жалкой смертью! В последние несколько лет он уже не раз прорывался через печать, доставляя Графу Земли головную боль.

— Я не любопытный человек, — сухо рассмеялся Тянь Шу, — ты же меня знаешь, я очень робок, — договорив, он взглянул на пребывающего не в своей тарелке Цинь Му, после чего зыркнул на его межбровье.

Старший Вестник Смерти решил внести ясность:

— Ты робок ровно до тех пор, пока не прикладываешься к бутылке, а после мы очень хорошо знаем, на что ты способен. Ты даже посмел отрезать кусок от Графа Земли, разве есть что-то, на что ты не способен в пьяном состоянии? Я предупредил тебя по старой дружбе, но если ты не прислушаешься и выпустишь его, произойдёт катастрофа, которая даже близко не сравнится с отрезанием рога Графа Земли! Мы добрались до мира живых…

Все на борту встали и посмотрели вперёд, видя непроглядную черноту, как вдруг Старший Вестник Смерти вытолкнул за борт Тянь Шу, затем он вытолкнул Цинь Му и Ци Цзюи, прежде чем посмотреть на цилиня. Последний оказался сообразительным малым и, взяв на себя инициативу, выпрыгнул самостоятельно.

— У этого куска мяса намётанный глаз, — усмехнувшись, Старший Вестник Смерти повернул лодку, чтобы вернуться, как вдруг из Вечного Мира вылетело множество бумажных лодок, доверху заполненных душами, направляясь к физическому телу Графа Земли…

Беря в учёт их количество, должно быть внезапно умерло несколько миллионов человек!

Старший Вестник Смерти удивился:

— Ученики Минду сделали ход…

Маленькие лодки остановились. Одинаково выглядящие старцы, стоящие на носу каждой из них, переглянулись и одновременно заговорили:

— Вернувшийся в мир живых Сын Юду определённо что-то предпримет. Если мы отправим эти души к Графу Земли, он опять попытается забрать их силой. Почему бы нам не подождать несколько дней и не понаблюдать за ситуацией.

— Но сколько дней нам ждать?

— Семь. Если он переживёт эту катастрофу и исполнил Проводника Души для призыва этих душ обратно в мир живых, то так тому и быть. Если же нет, тела этих душ начнут сильно разлагаться, поэтому даже если он призовёт их обратно от этого будет мало проку.

— Если мы дадим ему семь дней, разве другие не смогут нас упрекнуть в том, что мы боимся Сына Юду? Нам нужно придумать прикрытие.

— Тогда давайте назовём его Воскрешение Первых Семи Дней. Души могут быть возвращены в мир живых в первые семь дней, таким ходом мы свяжем болтливые языки.

— Решено!

****

Находящийся под Горным Хребтом Разрушенный Богом Цинь Му открыл глаза и, осмотревшись, увидел, как цилинь и Ци Цзюи приходят в себя и тут же как можно скорее убегают подальше от Божественного Ножа Имперских Врат, чтобы их исконные духи не были вновь затянуты.

— Брата Тяня здесь нет, — осмотревшись вокруг, цилинь не увидел Тянь Шу.

— Он в долине Призраков, — Цинь Му спустился ко дворцу под ножом. — Его физическое тело должно находиться в подземелье долины Призраков. Кажется, оно было наполовину погребено в земли после того, как его схватила рука Графа Земли. Вероятно, Император-Основатель построил для него этот дворец. Если немного подождём, он придёт найти нас. Так и поступим.

Ци Цзюи немного засомневался, но всё же приземлился снаружи дворца и сказал:

— Брат Цинь, мне сложно встать на чью-то сторону в войне между тобой и учениками Минду, я боюсь, что больше не могу здесь оставаться. Я собираюсь вернуться на Южные Небеса и не стану принимать участия в вашем противостоянии.

— Мы ведь дали клятву Графу Земли, что умрём вместе, — поспешно напомнил цилинь, — как третий брат может уйти? Если я умру, Граф Земли придёт за твоей и брата Тяня жизнями.

Чувствуя, как по лбу скатывается холодный пот, Ци Цзюи уже пожалил, что так напился. Даже желая уйти, он не мог.

— Брат Ци, иди, — заговорил Цинь Му. — Кроме праздничных торжеств, которые представляют для него некоторую опасность, в остальное время с ним будет всё хорошо.

— Праздничные торжества? — лица цилиня и Ци Цзюи побледнели.

Ци Цзюи колебался, но всё же решил остаться. Что если цилинь опять разжиреет? Неужели он умрёт из-за такой тривиальной причины?

Цинь Му вошёл во дворец и осмотрелся, увидев внутри только связки кувшинов с вином и несколько фресок на стене…

На фресках был запечатлён Тянь Шу, который взмахнул своим ножом и отрезал рога Графа Земли. Выглядя поистине героическим, он держал кувшин с вином в одной руке и нож в другой. Граф Земли, с другой стороны, был очень реалистично нарисован несчастным и разгневанным.

Было неизвестно чья это работа.

— Владыка, каменная статуя, кажется, оживает! — снаружи донёсся нервный голос цилиня.

Цинь Му поспешно вышел из дворца и посмотрел на статую, чья голова, частично воткнутая в божественный нож, постепенно теряла свои каменные свойства. Со временем она начинала выглядеть, словно живая, из плоти и крови!

— Лоу Юньцюй, Куй Цинпэй и Фу Яньци устроили резню в Вечном Мире и пытаются оживить каменную статую! — удивлённо воскликнул Цинь Му, видя, что каменная статуя уже выглядит не такой уж каменной. Также в ней пробуждалась могучая аура.

В прошлом он предполагал, что все эти статуи из других миров лишь на уровне истинных богов или дьяволов. Но даже несмотря на то, что статуя перед ним ещё не полностью восстановилась, её внушительная аура уже давно оставила позади таковые у истинных богов и дьяволов!

Он сильно недооценил статуи! Он не знал, в каких областях они находились, но, если дать им ожить, они абсолютно точно разрушат Вечный Мир!

Цинь Му достал Мистический Нож Казни Бога и тут же открыл футляр. Два кровавых следа вылетели и закружились вокруг шеи статуи дьявольского бога. Искры разлетались во всех направлениях, но на шее остались только белые отметины…

Нож не смог отрезать голову!

Не сумев добиться своего, два кровавых росчерка развернулись и попытались убить своего владельца.

«Злой нож собирается в отместку съесть меня!» — встревожился парень.

Два несравненно острых кровавых следа, уже не в первый раз так и не сумев выпить даже капли крови, совершенно естественно разъярились и попытались убить Цинь Му, чтобы выпить всю его кровь!

Прямо в этот момент статуя внезапно задрожала, а из её лба хлынула дьявольская кровь. По большей части возродившаяся статуя, будучи воткнутой в Божественный Нож Имперских Врат, совершенно естественно начала истекать кровью.

Два кровавых росчерка, кажется, имели нюх на кровь, поэтому один из них тут же развернулся в сторону шеи статуи, но другой так и продолжил нестись к шее Цинь Му.

Цинь Му ещё не успел пострадать от кровавого росчерка, а его взор уже заволокло багровое море из крови. Он не мог видеть что-либо помимо крови, поэтому моментально принял решения снять ивовый лист со своего межбровья. В следующий миг багровое море было засосано в его третий глаз, как если бы кит проглотил радугу.

Тем временем другой росчерк кружил вокруг шеи дьявольского бога и высасывал кровь, а голова в маленьком футляре возбуждённо хлопала мембранами позади, как вдруг её выражение замерло…

Она потеряла связь с кровавым следом, который пытался убить Цинь Му!

Но ведь такого раньше никогда не происходило!

Будучи странным сокровищем, изготовленным во время Эпохи Багрового Света из головы и исконного духа практика Императорского Трона, она знала только как убивать. Мало кому удавалось избежать прискорбной участи, но если ей не удавалось поразить цель, она убивала своего владельца, что было одинаково восхитительно.

Голова всегда прорезала своим ножом себе путь через любые препятствия, но прямо сейчас она не только не смогла поглотить Ци и кровь Цинь Му, но, судя по всему, им был съедена часть её ножа!

Глаз втягивал в себя всё, что находилось напротив, прежде чем с глотком проглотить. Затем из него послышалась отрыжка, за которой последовал веселый крик малыша.

Буум…

Громкий взрыв донёсся со стороны статуи дьявольского бога, а сразу же после огромная голова соскользнула с его шеи. Подобно горе, она падала в глубины подземелья под продолжительный глухой гул.

Кровавый росчерк поглотил кровь и Ци дьявольского бога и немедля вернулся обратно в маленький футляр.

Цинь Му собирался закрыть футляр, но не успел, тот со стуком закрылся сам по себе.

— Что не так с Мистическим Ножом Казни Бога? — растерянно пробормотав, Цинь Му вернул ивовый лист обратно, чтобы не слышать взволнованных воплей своего брата.

Маленький футляр слегка дрожал, а если быть точнее дрожала голова практика Императорского Трона.

Цинь Му не понимал, почему футляр дрожит, и, покачав головой, спрятал его обратно в мешочек таотэ, думая: «Может быть мне использовать его против статуй дьяволов. Но если я не смогу попасть с первого раза, он опять попытается атаковать меня. Столько проблем…»

«Съесть даже меня, — голова в футляре была полностью запугана встречей с естественным хищником. — Он куда свирепее, чем я. Я не могу провоцировать его!»

Глава 703. Мертвый Город

— Если эта каменная статуя бога воскресла, то проснутся и другие! Ей не повезло оказаться в этом месте, но остальные статуи Вечного Мира в полном порядке!

Цинь Му был поражён. Кроме этой неудачливой статуи была ещё одна, которой не повезло оказаться под горой Сумеру.

Последняя поднялась из недр земли и в последствии наткнулась головой на гору. Гора Сумеру Монастыря Великого Громового Удара имела ту же природу, что и гора Сумеру Области Будды. Столкнуться с горой Монастыря Великого Громового Удара было равносильно столкновению с Областью Будды.

Тем не менее, остальные каменные статуи не сталкивались с подобными неприятностями, и без любых затруднений добирались до всех уголков мира. Из-за их огромного веса сдвинуть их было попросту невозможно, поэтому Императору Яньфэну осталось лишь приставить к ним мощную охрану.

После того, как Цинь Му на собственной шкуре ощутил весь ужас пробуждения каменой статуи, он немедленно понял, насколько огромную угрозу они в себе несли. Если они пробудятся, даже без помощи божественных оружий, призывающих катастрофу, Вечный Мир поглотит бедствие!

«Если Тянь Шу не прибудет, мне придётся отправляться в одиночку…»

Как только он об этом подумал, с неба упал луч божественного света, а вместе с ним спустилась чья-то могучая рука, хватая спрятанный под землёй Божественный Нож Имперских Врат!

«Небесный Король Минду уже здесь!»

Обрадовавшись, Цинь Му поднял голову, увидев, как тот держит Божественный Нож Имперских Врат в руке и произносит какие-то заклятия, постепенно уменьшая оружие. Вскоре его лезвие сократилось до ста метров.

Держа божественный нож, Тянь Шу пытался не прикасаться к лезвию:

— Оставайся здесь, а я отправлюсь на встречу с учениками Минду! — сказав это, он поднялся в небо, наполняя его своими божественными лучами, после чего бесследно исчез вместе с ножом.

Цинь Му собирался его остановить, но уже было слишком поздно.

Слегка нахмурившись, юноша поднялся в воздух и покинул подземное пространство. Всмотревшись вдаль, он увидел луч света, исчезающий на горизонте.

Внезапно его мешочек таотэ задрожал, и в воздухе прогремели раскаты грома. Ошарашенный, Цинь Му поспешно вытряхнул всё из мешочка, обнаруживая что окрестности Кувшина Пяти гроз сверкают молниями. Метеорологическое оружие, казалось, вот-вот выйдет из-под контроля!

— Кувшин Пяти Гроз сейчас активируется, — вздохнув, торжественно констатировал Ци Цзюи. — Брат Цинь, Вечный Мир вскоре превратится в море молний, в котором будут свирепствовать пять божественных колоколов. Более того, кроме кувшина есть и другие артефакты, такие как Котёл Землетрясений и Тыквенная Бутылка Ураганов. Если их сила освободится одновременно, но здесь станет опаснее, чем в аду! Я готов спрятаться на Высших Небесах, второй брат, ты со мной? Я могу помочь тебе туда добраться. Там катастрофы нас не затронут.

Колеблясь, цилинь посмотрел на Цинь Му. Тот покачал головой, отвечая:

— Куда идёт Владыка Культа, туда пойду и я. Мы были вместе на протяжении долгих лет, и всё это время я отлично питался, поэтому просто не могу покинуть его, когда он во мне нуждается.

Ци Цзюи вздохнул, на его лице возникло сложное выражение. В следующий миг его окутали языки пламени, превращая в девятиглавого феникса, который поспешно взмыл в небо, улетая на запад:

— В таком случае вы сами по себе! Второй брат, не умри, что бы то ни было! Вот тебе жетон родословной Красного Божества Южных Небес, возможно, он спасёт тебе жизнь!

Жетон упал в ладонь Цинь Му.

Ошеломлённый, тот отдал цилиню нефритовый артефакт с вырезанным на нём девятиглавым фениксом.

Подарок Ци Цзюи был не для него, а для цилиня.

— Жирдяй, Ци Цзюи и вправду начал очень хорошо к тебе относиться, — улыбчиво сказал Цинь Му. — Нужно возвращаться в Вечный Мир!

Наступив на огненные облака, цилинь поднял юношу в воздух. Обратив внимание на то, что зверь до сих пор тащит на своей спине пилюлю меча, тот на мгновение задумался, но всё же решил не сбрасывать лишний вес.

Он не знал, как обстояли дела в Вечном Мире и не имел с собой подходящего оружия. Более того, даже выбросив незаконченную пилюлю меча, они не смогли бы значительно увеличить свою скорость.

«По-настоящему сэкономить время мне поможет исконный дух!»

Надёжно усевшись на спине цилиня, Цинь Му исполнил Секреты Собрания Трёх Исконных Духов. Вскоре все таланты Вечного Мира пришли на встречу, исконные духи Мастера Дао Линь Сюаня, Ван Мужаня, Сюя Шэнхуа, Лин Юйсю и остальных тут же прибыли в Зал Высшего Учения.

— За последнее время в Вечном Мире не было случаев массовой гибели людей? — спросил Цинь Му.

— На юго-востоке, в Уезде Юйчжи, за ночь умерли все жители, — сообщила Лин Юйсю. — В городах и посёлках, все умерли в один и тот же миг, включая даже молодого старейшину уезда, который был сильным практиком области Божественного Моста, находящимся за шаг от становления богом. Моё отец уже отправил людей для разведки, и судя по их отчётах, местные жители до сих пор выглядят живыми. По улицам ходят люди, а фермеры продолжают работать в поле. Тем не менее, они все мертвы и не дышат. Отец запретил распространять новости о случившемся, чтобы не повергать сердца людей в панику.

Нахмурившись, Цинь Му спросил:

— А что насчёт скота?

— Домашний скот, питомцы, и дикие звери тоже не были исключением, — ответила Лин Юйсю.

Мастер Дао Линь Сюань, Ван Мужань и остальные не были в курсе произошедшего, поэтому Зал Небесного Учения мгновенно повергся в хаос.

Лин Юйсю продолжала:

— Имперский Наставник, Первый Предок, Святой Учитель и другие собрали экспертов эпохи Багрового Света и дьявольской расы и пытаются определить местонахождения врага. Должно быть, мы имеем дело с Лоу Юньцюй и остальными.

Повернувшись к Сы Юньсян, Цинь Му уверенно проговорил:

— Святейшая Сян, немедленно передай приказ связаться со всеми последователями культа, пусть они наблюдают за поведением каждой каменной статуи, докладывайте мне в случае чего-то странного.

Кивнув, Сы Юньсян ответила:

— С различных регионов доносятся слухи о том, что каменные статуи начинают пробуждаться, некоторые из них уже приняли цвет живой плоти. Я даже слышала, что Имперский Наставник подавил метеорологическое оружие в сокровищнице. Недавно оно начало излучать свою силу и разрушать строение, а сегодня столицу пятнадцать раз встряхнули землетрясения, а драконьи вены начали разрушаться.

Сердца всех вокруг дрогнули, шум тут же утих.

— Также вы должны немедленно сообщать меня о любых случаях массовой гибели людей, если такие произойдут! — добавил Цинь Му. — Сестра Сю сообщи императора и прикажи ему призвать всех мастеров, владеющих Проводником Душ, пусть они отправятся в Уезд Юйчжи на самых быстрых кораблях. Мастер Дао, брат Ван, если в секте Дао или Маленькой Нефритовой Столице кто-то владеет Проводником Душ, пусть они тоже спешат туда! У нас, возможно, всё ещё есть шанс их спасти.

Все кивнули, без раздумий соглашаясь.

Собрание Исконных Духов было распущено, и исконный дух Цинь Му вернулся в своё тело. Он немедленно приказал цилиню повернуть в сторону округа Юйчжи, но спустя некоторое время решил остановиться.

Цилинь не понимал, что он замыслил, но притормозил, продолжая бежать в спокойном темпе.

Выражение лица Цинь Му мерцало неуверенностью. Уезд Юйчжи находился в побережной зоне на юго-востоке Империи Вечного Мира. Дорога туда была далёкой, на неё ушло бы больше дня. Побережная зона была уединённой, и, если броситься туда без размышлений, можно было оказаться в ловушке, будто тигр, которого вынудили из его горных владений.

Если собрать всех практиков божественных искусств, владеющих Проводником Душ, в Уезде Юйчжи, то они окажутся неспособны реагировать на крупномасштабные инциденты, которые могут произойти в других префектурах и уездах.

«Жителей только одного уезда скорее всего не хватит, чтобы пробудить каменные статуи, для этого нужно больше смертей.»

С дрожащим взглядом Цинь Му вынул из своего мешочка таотэ карту Вечного Мира. Теперь страна выглядела совершенно не так, как в прошлом, её территории значительно увеличились. Население также в несколько раз превышало своё прежнее количество, но было до сих пор сконцентрировано в местах с более развитой торговлей.

«Система водного транспорта реки Вздымающейся наиболее развита, вдоль неё расположилось много городов с населением больше миллиона, особенно на этом отрезке Речной Гробницы. Тем не менее, Речная Гробница находится очень близко к столице, что позволит Имперскому Наставнику, Первому Предку и остальным отреагировать крайне быстро.»

Цинь Му снова проверил карту, обнаруживая, что самым подходящим местом для атаки оказалась префектура Личжоу Юйюань Чуюй.

Это место находилось достаточно далеко от столицы и уезда Юйчжи, и в то же время близко к центру Вечного Мира.

«Окажись я на месте Лоу Юньцюй, то, чтобы пробудить каменные статуи решил бы принести в жертву всех в префектуре Личжоу.»

В выражении лица юноши всё ещё виднелась неуверенность. Префектура Личжоу была расположена на юг от Небесной Святой Академии и Академии Реки Вздымающейся. Высший Министр Су Юньчжи был её великим ректором, а Юйюань Чую и Юйюань Чуюй были канцлерами.

«Если для того, чтобы принести людей префектуры Личжоу в жертву, они используют Книгу Жизни и Смерти, то сумеют не только избавиться от Академии речной Гробницы одним махом, но и стереть с лица земли мою Небесную Святую Академию. Для Лоу Юньцюй и остальных это будет несложной задачей.»

«В префектурах Личжоу и Бачжоу вполне достаточно людей, чтобы пробудить огромное количество статуй. Как только те проснутся, они смогут уничтожить ещё несколько префектур, после чего можно будет окончательно уничтожить Вечный Мир, активировав божественное метеорологическое оружие, чтобы призвать катастрофы.»

Подумав об этом, Цинь Му немедленно приказал цилиню повернуть в сторону Академии Речной Реки в Личжоу.

Скорость цилиня была невероятно высокой. Он быстро бежал над поверхностью реки Вздымающейся, поднимая высокие волны. Два огромных дракона плыли под водой, следуя за ним.

Достигнув уезда Речной Плотины, Цинь Му приказал цилиню спуститься. Напротив, на вершине горы Столетия, сидя верхом на коне, белоснежный бог с рогом в руке любопытно повернулся в их сторону.

Цинь Му махнул рукой, и бог Бай Си спрятался.

Неподалёку от берега располагалась Академия Реки Вздымающейся, причина, по которой Су Юньчжи решил построить академию именно в этом месте состояла в том, что как в реке, так и на её берегу, расположилось огромное количество талантов. В воде плавал Владыка Взращивания Драконов и Божественный Король Драконов Наводнения, а неподалёку жил бог Бай Си. Обычно они приносили пожертвования, взамен получая лекцию от бога. Услуги Бай Си, как оказалось, были самыми дешёвыми, поэтому им не приходилось слишком раскошеливаться.

Цинь Му поспешил в академию, увидев множество новых, огромных духовных оружий. Гигантские артефакты были расставлены по обеим сторонам дороги, учителя проводили лекции, рассказывая практикам божественных искусств как ими пользоваться.

Было очевидно, что учителя Академии Реки Вздымающейся не подозревали о приближающейся катастрофе, в этом месте царил мир и спокойствие.

Цинь Му приказал цилиню остановиться и оглянулся, обнаруживая, что большинство божественных оружий оказались ветряными тележками с семью лезвиями и небольшими, аккуратными котлами для пилюль. От камней, сжигаемых внутри последних, лопасти начинали вертеться.

Вращаясь, лезвия переворачивали землю и могли довольно быстро обработать целое поле.

Закончив работу на одном поле, можно было перетолкать колесницу к второму и снова приступить к работе.

«Это устройство для вспахивания земли!»

Цинь Му был поражён. В период реформы Вечного Мира практики божественных искусств, владеющие искусствами ветра, обычно нанимались для вспашки земли, и использовали ветряные лезвия в качестве плугов.

Но кто-то сумел разработать это духовное оружие, которое использовало энергию сжигаемых пилюль, чтобы исполнять божественные искусства. Это был поистине эффективный подход.

Он расспросил одного из учителей возле тележки, и тот ответил:

— Кроме ветряных тележек, есть также облачные, дождевые, и шахтные, а также печи для плавки металла. Все они были разработаны Чертогом Небесных Работ и Бюро Небесных Работ. Имперский Наставник отдал приказ распространить их по всей территории Вечного Мира.

«Неужели дедушка немой разработал божественное оружие для повседневного использования? Тем не менее, если распространить его использование по всей территории Вечного Мира, то разве нам хватит медицинских камней? Даже если посадить достаточное количество трав, то на их выращивание всё равно потребуется время.»

Цинь Му спросил:

— Великий Ректор Су Юньчжи сейчас в академии?

— Великий Ректор прямо впереди. Она проверяет лекарственные поля вместе с Безликим Королём Ядов и Имперским Бюро Врачей.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло: «Дедушка целитель тоже здесь? Разве он не с Матушкой Императора и остальными красотками? Неужели у него ещё и роман с Высшим Чиновником Су Юньчжи? Тьфу, тьфу, почему я так плохо думаю о дедушке…»

Глава 704. Идеально Круглая и Яркая Луна

Чем дальше шёл Цинь Му, тем больше видел духовных оружий для повседневного использования. Некоторые ученики, к примеру, тестировали у Академии Реки Вздымающейся летающие тележки, который могли поднимать пассажиров в небо. Размещённые на них печи для пилюль были немного меньше обычных и не сжигали столько лекарственных камней, в отличие от летающие корабли, тем самым идеально подходя для перелётов на короткие расстояния. Также он заметил учеников, кующих Холодильники Ледяного Дракона и продающих их большим семьям поблизости…

Холодильник Ледяного Дракона имел площадь большого котла, но с крышкой, между тем в его углах находились бронзовые скульптуры драконов. Питаясь лекарственными камнями, они выдыхали ледяной холод. Такое духовное оружие было крайне полезно в летнее время, ведь помогало сберегать еду и охлаждать дом в особенно душные дни.

Подле реки располагались шахты, в которых добычей занимались многочисленные машины, ученики же в это время выполняли роль наблюдателей и что-то записывали.

Особенно заметными были толпы учеников, занятых разработкой парящего города. Они строили город в миниатюре, планируя заставить его летать в небе.

— Божественные искусства построений Вечного Мира уже стали настолько искусными? — проговорив, он подошёл проверить навыки построений толпящихся учеников Небесной Святой Академии, которые, узнав в нём Великого Ректора, тут же передали ему чертежи на осмотр.

Цинь Му удивило, что эскизные чертежи парящего города использовали схожие с Маленькой Нефритовой Столицей и Горой Святого Пришествия Небесного Святого Культа структуры построений. Построения заимствовали силу небес и земли, что же до их структур, они уже далеко превзошли его достижения в навыках построений.

— Если не я всё это придумал, то кто? — оцепенел Цинь Му. — Может дедушка слепой «наведался в гости» к Горе Святого Пришествия и Маленькой Нефритовой Столице, чтобы раскрыть все тайны их навыков построений?

Божественные искусства Вечного Мира пережили изменения, которые по-настоящему удивили его. С тех пор, как он покинул Вечный Мир, чтобы найти Янь Цзинцзин, последующей встречи со Святым Дровосеком и Старшим Рыболовом, а также происшествием в Мире Небесной Инь, и до сегодняшнего дня, когда он вернулся в Вечный Мир, прошло всего четыре месяца, но за это время пути, навыки и божественные искусства развились до поистине невообразимой степени!

Само собой возникал вопрос — а не слишком ли стремительно?

— Мне кажется тут постарались не только дедушки немой и слепой, Святой Дровосек, вероятно, тоже продвигает реформу! Он настоящая библиотека знаний обо всём, к тому же, если верить словами Старшего Рыболова, он возглавлял реформу при Императоре-Основателе, — пробормотал себе под нос Цинь Му.

Продвижение путей, навыков и божественных искусств Дровосеком и стариками из деревни Цань Лао действительно усилит Вечный Мир в короткие сроки, в то же время качество жилья и питания каждого значительно возрастёт, следовательно, практики божественных искусств сэкономят много времени для совершенствования и изучения ещё более сложных, глубоких техник.

Однако вопрос лекарственных камней теперь должен стоять ребром как никогда ранее.

Ежедневное использование духовных оружий требовало огромных запасов лекарственных камней. Несмотря на то, что лекарственные камни добывались в шахтах, растить лекарственные травы было тяжеловато.

Цинь Му добрался до Академии Реки Вздымающейся и ошеломлённо замер. Перед ним раскинулись десятки тысяч плодородных полей, на которых сплошь и рядом росли травы. Между тем находящиеся в полях многочисленные ученики Академии Реки Вздымающейся и Небесной Святой Академии исполняли божественные искусства создания. Кажется, они использовали технику создания Земного Эона, но всё же не совсем, ведь в ней проглядывались черты какого-то божественного искусства создания Эпохи Багрового Света.

Цинь Му приказал цилиню остановиться и осмотрел поля. Он наблюдал, как ученики использовали обновлённую технику создания Земного Эона, помогая травам вырасти и накопить в себе лекарственную энергию. Обычно они нуждались в десятках лет для полного созревания, но с таким подходом их можно было собирать уже через несколько часов.

— Отлично, лекарственные травы растут очень хорошо, уже совсем скоро будем собирать… Му’эр! — раздался радостный оклик целителя.

Цинь Му тут же обернулся на голос и увидел целителя, присматривающего за полями, и глухого, ошивающегося рядом. Подле них находилась Высший Чиновник первого ранга Су Юньчжи, которая уже давно пересекал свой божественный мост и стала богиней. Он впервые её встретил в столице, тогда она выглядела как достаточно пожилая женщина, но сейчас ей нельзя было дать больше тридцати, а каждое её движение и действие приковывало взгляд своим великолепием…

Глухой, между тем, отрастил себе уши, но целитель до сих пор носил бронзовую маску.

Цинь Му посмотрел на учеников Небесного Святого Культа, понимая, что старики привели их сюда для того, чтобы те поделились своими знаниями и опытом относительно искусства создания с местными из Академии Реки Вздымающейся. Затем он отвернулся и направился вперёд с улыбкой на лице:

— Дедушка целитель, как у тебя обстоят дела с божественным искусством создания? Почему ты до сих пор носишь маску?

Целитель коснулся маски и покачал головой со словами:

— Старый я уже. Будет лучше не показывать моего настоящего лица, иначе… Эх, — под конец он лишь вдохнул.

Глухой на такое поведение ухмыльнулся:

— Чего такого замечательного в хорошей внешности? Безвкусица.

— Много чего, — с улыбкой ответил целитель.

Глухой сделал вид, что ничего не слышит.

Парочка любила ссориться по пустякам, поэтому парень давно привык к такому их поведению, поэтому не брал близко к сердцу.

Глухой взглянул на Цинь Му и озадаченно спросил:

— Почему ты не отправился в первую очередь в Небесную Святую Академию?

Цинь Му прищурился и с фирменной улыбкой ответил:

— Я проходил мимо, поэтому решил зайти проведать Владыку Взращивания Драконов и Великого Ректора Су.

Сю Юньчжи надула губы, жалуясь:

— Ты редко наведываешься в мою Академию Реки Вздымающейся, также я частенько прихожу в Небесную Святую Академию проконсультироваться по некоторым вопросам касательно преподавания, но тебя никогда нет на месте.

Цинь Му зевнул и молча уставился на цветы. Глухой и целитель, увидев его поведение, тут же поняли, чего он от них хотел, поэтому последний с улыбкой сказал:

— Высший Чиновник Су, я немного устал, поэтому отправляюсь отдохнуть. Подожди буквально два часа и поручай ученикам собирать травы. Но не забудь собрать семена.

Су Юньчжи кивнула.

Развернувшись, целитель и глухой направились в сторону Небесной Святой Академии. Цинь Му поспешил следом, а когда догнал, услышал недовольный вопрос глухого:

— Глядя на твоё поведение, ничего хорошего уже не ждём. Говори, что на этот раз?

— Я предполагаю, что Лоу Юньцюй вот-вот использует Книгу Жизни и Смерти, чтобы умертвить всё живое в Префектуре Личжоу, — ответил Цинь Му.

— Что? — изумлённо воскликнули целитель и глухой.

— Тише, не предупредите врага, — поспешно предостерёг Цинь Му.

Целитель ускорил шаг, начиная ворчать:

— Нужно как можно скорее собрать все наши пожитки и немедленно валить. Давайте поспешим к Бачжоу… Нет, возвращаемся в Цань Лао! Бачжоу тоже уже не безопасно!

Целитель ощутил на себе мёртвую хватку Цинь Му, и как бы он не пытался вырваться, у него ничего не получалось. В данный момент он находился в области Жизни и Смерти, но из-за слишком медленного совершенствования его физическое тело было так себе.

— Дедушка целитель, ты можешь оставаться здесь сколько душе угодно, — с улыбкой приободрил Цинь Му, — пока Лоу Юньцюй не попытается убивать лично, угрозы нет. Со мной под боком Книга Жизни и Смерти не несёт в себе угрозы.

— Но каким образом?

— Если вы умрёте, я верну вас, — с тёплой улыбкой объяснял Цинь Му. — Не беспокойтесь, до тех пор, пока ваши тела не начнут гнить, проблем с призывом душ обратно возникнуть не должно.

Целитель сомневался, в итоге посмотрев на глухого, который заговорил:

— Вернёшь наши души? Ты можешь повергнуть Лоу Юньцюя?

— Нет, — покачав головой, Цинь Му продолжил объяснять. — Перед тем, как Верховные Небеса Императора упали, Лоу Юньцюй и остальные пересеклись с Первым Предком, но когда эти четверо направилась к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии он не стал ничего предпринимать против них, что говорит о том, что он опасается их. С другой стороны, они тоже не посмели атаковать его, что, в свою очередь, говорит нам о том, что они уступают ему. Совершенствования трёх старших и одного младшего братьев должны быть между областями Сцены Казни Бога и Нефритового Водоёма.

Целитель тут же спросил:

— Они, что, даже сильнее Фу Жило?

— Намного, — кивнул Цинь Му, — Фу Жило максимум в области Нефритового Водоёма, но даже так он слабее их. В конце концов они ученики Чёрного Божества Минду и совершенствуются в технике Императорского Трона.

Целитель собрался с духом, прежде чем продолжить:

— Мы далеки от того, чтобы быть им соперниками, тогда почему бы нам не уйти и не вернуться в Великие Руины? Мы всех не спасём, но себя сможем.

— Но во времена моего детства, — Цинь Му расплылся в улыбке, — дедушка целитель учил меня, что все лекари заботятся о своих пациентах, как о собственных детях, а также говорил мне, что жизни людей ценнее небес. Разве мы не учились врачеванию, чтобы мочь спасти как можно больше людей? Неужели дедушка собирается пойти против собственных убеждений и идеалов?

Целитель злобно до невозможности улыбнулся:

— Теперь ты решил мне начать читать морали?! Позволь мне сказать тебе кое-что: знание медицины не спасёт Вечный Мир! Ты меня вообще слушаешь? Глухой, ты сильнее меня, запечатай его в картине, мы должны как можно скорее вернуться в Небесную Святую Академию и увести старую Сы с остальными!

Глухой закрыл уши, отвечая:

— Я не слышу, я глухой, — целитель рассвирепел и уже собирался было начать очередную ссору, как вдруг глухой поспешно продолжил. — Раз Му’эр пришёл сюда, он должен иметь какой-то план, почему бы нам не принять решение после того, как выслушаем его?

Целитель успокоился, прежде чем ответить:

— Если шансов выкрутиться живыми нет, мы немедленно уходим! Если потребуется, я использую яд, чтобы вырубить вас обоих и вернуться в деревню Цань Лао!

— Даже несмотря на то, что мы не соперники Лоу Юньцюю, — тут же расплылся в улыбке Цинь Му, — у нас есть поддержка. Если я не ошибаюсь Святой Дровосек, Первый Предок, Фу Жило и Старший Рыболов уже должны были прибыть в Личжоу и сейчас ждут появления Лоу Юньцюя, — он спокойно продолжил. — Если я догадался о том, что Личжоу — цель, то и они тоже.

Целитель втянул полную грудь воздуха, прежде чем выдохнуть и пробормотать:

— Если они тоже догадались об этом, то почему не перенесут местных жителей Личжоу в безопасное место? Зачем позволять им умирать?

— Потому что мы не знаем, где скрывается Лоу Юньцюй, поэтому мы должны временно принести их в жертву, — отвечал Цинь Му. — Кроме того, я уже распространил Проводника Душ, поэтому на текущий момент многие совершенствуются в нём. С таким количеством практиков мы сможем вернуть всех тех, кого умертвит Книга Жизни и Смерти. Таким образом я считаю, что рискнуть стоит и не просто стоит, а мы должны!

— Что если их цель не Личжоу? — спросил глухой. — А, например, столица?

— Я здесь, поэтому они придут сюда, — уверенно говорил Цинь Му. — Я приманка, которая определённо привлечёт их. Я заставлю Лоу Юньцюя и остальных отказаться от других целей и сфокусировать всё своё внимание на Личжоу! Прошлой ночью миллионы людей уже умерли от воздействия Книги Жизни и Смерти в уезде Юйчжи, поэтому я поручил всем, кто практикуется в Проводнике Души, поспешить туда, чтобы спасти людей. Сегодня ночью они просто обязаны нацелиться на Личжоу!

Целитель тут же уточнил:

— Как они узнают, что ты в Личжоу?

— Они ведь владеют Книгой Жизни и Смерти, — объяснял Цинь Му, — поэтому, само собой разумеется, знают где я нахожусь. Если посветить книгой, можно узнать имя любого. Сегодня ночью мне нужно будет самое высокое место для исполнения заклятия. Сразу же после того, как они применят своё заклятие, чтобы навредить жизням местных, я возрожу всех!

— В Академии Реки Вздымающейся есть обсерватория, занимающая самоё высокое место в префектуре, — поспешно предложил глухой. — Стоя там, ты будешь видеть Личжоу как на ладони.

Цинь Му хлопнул в ладоши и бодро сказал:

— Тогда решено! Я исполню своё заклятие там!

****

В ту же ночь Цинь Му прибыл на цилине к обсерватории. Целитель и глухой встали у её края, нервно вглядываясь в небо.

Луна была идеально круглой и яркой.

В углах располагались скульптуры четырёх божественных зверей: зелёного дракона, белого тигра, красной птицы и чёрной черепахи, олицетворяющих собой четыре небесных дворца: востока, запада, юга и севера. Между тем в центре располагалась огромная армиллярная сфера со звёздами на орбите.

Цинь Му поджёг лампы вокруг и молча, выжидательно встал прямо на сферу.

Яркая луна поднималась всё выше и выше, в итоге зависая в самом зените. К текущему моменту звуки прекратили доноситься даже от располагающейся рядом академии. Ночь утопала в пугающей, липкой, неестественной тишине. Можно было расслышать лишь журчание текущей воды и всплески волн у берегов.

Было немного холодновато.

Цинь Му принял свою трёхглавую-шестирукую форму и уставился своими тремя лицами во всех направлениях.

Лунный свет выглядел спокойным, словно воды мёртвого пруда, освещая собой горы и земли вокруг…

Утончённый запах растений пронизывал воздух, в то время как пёстрая горная гряда напоминала собой свирепых дремлющих зверей…

Он ждал довольно долго, но даже после того, как луна уже должна была вот-вот прекратить своё сольное представление, он так и не увидел, чтобы мимо пролетела Книга Жизни и Смерти.

— Неужели они не придут? Невозможно… Жирдяй, жирдяй! — закричал Цинь Му, но цилинь продолжал неподвижно лежать. Затем он озадаченно посмотрел на целителя и глухого. Целитель стоял возле скульптуры зелёного дракона, в то время как его лицо скрывалось в тени, а глухой сидел в позиции лотоса, смотря на него.

Цинь Му спрыгнул с армиллярной сферы и, подойдя к старикам, чтобы проверить их дыхание, ощутил, словно его огрели по голове булавой, отчего у него всё поплыло перед глазами…

От целителя и глухого остались только тела, а от их душ и след простыл!

Он молниеносно подбежал к цилиню, обнаруживая, что его душа тоже исчезла!

Ощутив, как кровь стынет в жилах, он устремился вниз с обсерватории.

По пути он встречал учеников, которые, казалось бы, всё ещё бодрствовали. Например, девушки ютились в руках парней, которые должны были шептать в их уши всякие нежности и пустяки, однако, их тела были пусты, в них не было душ!

Цинь Му пробежал мимо зала Су Юньчжи, заставая её посреди медитации, но в ней не было исконного духа!

— Невозможно! Невозможно! Они не могли применить Книгу Жизни и Смерти так, чтобы я не заметил! Владыка Взращивания Драконов! — громко заорал Цинь Му. —Владыка Взращивания Драконов, где ты?!

Речные воды текли, но ответа так и не последовало, как вдруг он заметил, что по поверхности реки Вздымающейся брюхом к верху плавали два огромных дракона. Их рога зацепились за плотину, а тела качались в такт волнам и речным течениям.

Между тем бог Бай Си, казалось, стал каменной статуей на могильной плите на горе Столетия.

Вся Личжоу со всеми своими уездами погрузилась в гробовую тишину.

— Как они смогли исполнить своё заклятие? Они должны были оставить хоть какой-то след! — чувствуя, как волосы встают дыбом, Цинь Му ходил туда-сюда, совершенно не замечая, как с его лба скатывается градом пот.

Внезапно он поднял голову на яркую, идеально круглую луну.

— Сегодня первый день лунного месяца, верно, только первый день, тогда почему луна такая?

Тудум.

Человек упал с одного из облаков и грохнулся неподалёку.

Цинь Му пустым взглядом уставился на человека, упавшего лицом к земле с топором за спиной, и вышел из прострации, дрогнув уголками своих глаз, только после того, как с неба упал второй силуэт.

Первый Предок пробил своим телом огромную дыру в крыше дворца академии.

Затем, словно внезапно начавшийся дождь, с облаков посыпались и другие силуэты: Фу Жило, Чи Си, Небесного Наставника Рыбака и остальных.

Цинь Му взревел, тут же раскрывая за своей спиной Врата Небесной Воли.

В этот момент со стороны яркой луны начали спускаться три фигуры.

Глава 705. Небесный Герцог Играется с Огнём

Сердце Цинь Му замерло, он поспешно задействовал все свои силы, исполняя Проводника Души. Он отчаянно пытался пробудить Дровосека, Первого Предка и остальных, вернув их души из Юду до того, как три силуэта успеют спуститься на землю.

Людьми, спускающимися с яркой луны, были никто иные, как Лоу Юньцюй и его младшие братья. Было очевидно, что они не отправились в Личжоу, как он предполагал.

Цинь Му всегда думал, что они отправятся в Личжоу и исполнят своё заклятие в небе над ним. Он никак не ожидал, что вместо этого они полетят к луне, находящейся более чем в ста тысячах километров от Вечного Мира!

Небо находилось на высоте в сто тысяч километров и имело толщину в тысячу метров. Оно было создано из искусств построений солнца, луны и звёзд и находилось под охраной бесчисленных богов. Последние поддерживали работоспособность астрономического явления, обманывая всех жителей этого мира.

Лоу Юньцюй и остальные, должно быть, прикрепили Книгу Жизни и Смерти к построению луны и позаимствовали его силу, чтобы осветить Личжоу!

Это была первая ночь лунного месяца, в небе этим днём не должна была появляться полная луна. Можно было представить, как по всему Вечному Миру в небе были одни лишь звёзды, в то время как над Личжоу ярко сияла круглая луна.

Жители Личжоу, практики божественных искусств и даже боги вроде Су Юньчжи оказались в ловушке.

Не говоря уже о Су Юньчжи, даже Святой Дровосек не ожидал, что Лоу Юньцюй атакует подобным образом. Когда его достигли лунные лучи, было уже слишком поздно.

Их совершенствование было невероятно сильным, тем не менее, они не сумели нанести удар на упреждение. Столкнувшись с сокровищем вроде Книги Жизни и Смерти, выкованным самим Чёрным Божеством Минду, потеря этого шанса была равноценной смерти

Из-за одной ошибки все в Личжоу погибли. В живых остался только Цинь Му!

Будучи Сыном Юду, он являлся единственным, кого не могла одолеть Книга Жизни и Смерти.

«Исправить ситуацию можно лишь призвав их исконные духи обратно! В противном случае, в одиночку мне не справиться с Лоу Юньцюем и остальными! — Цинь Му исполнил своё божественное искусство и за его спиной появились Врата Небесной Воли. С его уст изрыгалось тяжёлое грохотание языка Юду, благодаря которому створки врат начали медленно открываться. В тот же миг из них вылетели бесчисленные духи, разлетаясь во все стороны.

«Почему здесь нет душ Святого Дровосека и остальных?» — сердце Цинь Му внезапно замерло.

Исполняя Проводника Души возле тела погибшег, он немедленно ощущал его душу и мог направить её обратно.

И всё же, как бы тщательно он не обыскивал Юду своим божественным искусством, он так и не почувствовал присутствия душ Святого Дровосека, Первого Предка и остальных.

Яркая луна продолжала висеть в небе, а трое людей стремительно спускались на землю, их силуэты стали видимы для невооружённого глаза.

Цинь Му сосредоточился на исполнении заклятия, обливаясь холодным потом. Внезапно он стиснул зубы и сорвал со своего межбровья золотой ивовый лист:

— Небесный Герцог, Багровый Император, это вопрос моей жизни и смерти. Я должен одолжить силу моего брата, чтобы сразиться с богами и дьяволами Минду!

На клочке земли в форме слова Цинь, огромный ребёнок, сосущий свой большой палец, любопытно оглянулся, услышав слова Цинь Му: «Неужели младший брат собрался меня сожрать? Но ведь недавно он отлично меня накормил, тот футляр был невероятно вкусным…»

Он был крайне обидчив, так и не забыв, как Цинь Му украл у него силу и едва его не сожрал.

Тем не менее, совсем недавно он скормил ему один из лучей Божественного Ножа Казни Бога. Тот оказался крайне вкусным и сытным, поэтому ненависть Цинь Фэнцина к Цинь Му слегка утихла, впрочем, разница была едва заметной.

Он всё ещё не был в настроении помогать юноше.

Багровый Император и Небесный Герцог переглянулись:

— Что нам делать? Если мы позволим ему заполучить силу Сына Юду, то он станет невероятно злым, а если позволить младшему брату умереть, то Цинь Фэнцин тут же заполучит контроль над телом. Если он начнёт пожирать всё вокруг, то людям из Минду даже не придётся ничего делать. Он самостоятельно превратит Вечный Мир в новый Юду.

— Сожрать всех и создать Юду это не так уж и плохо, но я боюсь, что он будет жрать до тех пор, пока эта земля окончательно не опустеет и на ней не останется ни единого призрака. К тому же, сегодня нам нужно лишь передать младшему брату часть силы, не обязательно передавать всю, — проговорил Небесный Герцог. — Если мы отдадим ему всю силу, то подавить его сможет только практик области Императорского Трона. Тем не менее, овладев лишь частью силы он не окажется под контролем дьявольской природы. В таком случае у нас ещё будет возможность вернуть всё к норме.

Багровый Император нерешительно спросил:

— Ты не боишься играться с огнём?

Небесный Герцог уверенно усмехнулся:

— Не волнуйся, я никогда не играю с огнём. Помоги мне, нужно слегка приоткрыть печать и при этом не позволить старшему брату выбраться наружу. Хоть он и не такой хитрый, как младший, он всё же довольно умён. К тому же нам не стоит отдавать ему слишком много силы Юду, нужно работать совместно, нельзя допустить даже малейшей ошибки. Главная проблема лишь в том, чтобы убедить стершего брата поделиться своей мощью.

Они оба посмотрели на огромного младенца, и Багровый Императора прошептал:

— Это будет непросто.

Огромный ребёнок неуклюже встал и улыбнулся:

— Седовласый старик, трёхглавый, вы собрались коснуться меня? Вам, что, жить надоело?

Между тем на вершине обсерватории Цинь Му продолжал исполнять заклятия, как вдруг на Врата Небесной Воли упал луч света и те разрушились. Лоу Юньцюй, Куй Цинпэй и Фу Яньци спустились с неба, зависая в воздухе перед зданием.

«Слишком поздно!» — Цинь Му исполнил Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, но так и не почувствовал силы, исходящей из его межбровья, начиная ужасно беспокоиться.

— Цинь Фэнцин, даже если я позволю тебе продолжить призывать их души, у тебя ничего не получится, — улыбчиво проговорил Лоу Юньцюй, спускаясь с неба. — Причина этого состоит в том, что я отправил их души не в Юду, а в Минду. С помощью Проводника Души можно призвать души людей, находящиеся в Юду. Тем не менее, в этом случае с него нет никакого проку.

Прищурившись, Цинь Му улыбаясь в ответ:

— Неудивительно, что я не чувствую их исконных духов. Так они в Минду. Ваши заклятия базируются на заклятиях Юду, поэтому я предположил, что моё божественное искусство сработает. Раньше мне уже удавалось призвать души и Юду и Фэнду, но вот с Минду я пробую впервые.

Приземлившись на землю, Куй Цинпэй зашагал в сторону Цинь Му, неторопливо говоря:

— Вернуть кого-то с Минду даже сложнее, чем с Юду. Ты прав, Минду действительно происходит от Юду, но наши божественные искусства значительно лучше, их постоянно улучшает Чёрное Божество.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Почему бы вам их не проверить? Может быть мне удастся вернуть людей из Минду и найти недостаток в вашей технике, чтобы Чёрное Божество могло его исправить.

Фу Яньци вышел из-за спины Куй Цинпэя со словами:

— Сын Юду, нет смысла пытаться тянуть время. В этот раз вопросом Вечного Мира лично занялось Чёрное Божество. Это значит, что он считает ваш мир очень важным, а также то, что вам пришёл конец.

Сердце Цинь Му замерло. Сын Небесной Инь лично занялся Вечным Миром?

Неудивительно, что Святой Дровосек и Первый Предок оказались в ловушке!

Совершенствование Сына Небесной Инь было невообразимо высоким и если он лично займётся вызовом катастроф в Вечном Мире, то у последнего просто не останется шансов на выживание!

— Мой учитель хочет встретиться с тобой. Его интересует не Вечный Мир, а ты. Раньше он отправил младшего брата Ци Цзюи разобраться с тобой, но тот оказался не в силах этого сделать, поэтому в этот раз пришли мы, — проговорил Лоу Юньцюй. — Зеркало, с помощью которого он пытался тебя запечатать, всё ещё у тебя, верно?

Цинь Му продолжал безрезультатно исполнять Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, тайком пытаясь украсть силу своего брата. Прямо в этот момент он радостно обнаружил, как из его межбровья вырывается яростный поток силы, но продолжил вести себя вполне спокойно.

— Вы говорите о том зеркале, что я отобрал у Ци Цзюи? — юноша начал рыться в своём мешочке таотэ. — Погодите минутку, сейчас я его найду.

Лоу Юньцюй улыбчиво добавил:

— Это зеркало может тебя запечатать, учитель создал его именно для этого. Тебе просто нужно достать его и посмотреть в отражение, и ты будешь обездвижен. Это сэкономит нам уйму времени.

Цинь Му достал из мешочка зеркало и посмотрел в отражение, прежде чем покачать головой:

— Не то, — сказав это, он продолжил обыскивать мешочек.

— И не это, — он достал второе зеркало и посмотрел в отражение. Затем он покачал головой и отбросил его в сторону.

Лоу Юньцюй и остальные терпеливо ждали, и спустя некоторое время Цинь Му уже достал из своего мешочка более десятка зеркал. Он заглянул в каждое из них, но всё ещё не был обездвижен.

Терпение Лоу Юньцюя и остальных постепенно иссякало, в то время как Цинь Му продолжал доставать всё больше и больше зеркал. Тем не менее, он всё ещё не нашёл зеркала, созданного Чёрным Божеством.

— Ты же мужчина, зачем тебе так много зеркал? — злостно закричал на него Фу Яньци.

— Я ничего не могу поделать с тем, что красив, поэтому вынужден постоянно таскать с собой несколько запасных зеркал, — покраснев от стыда, поднял голову юноша.

Фу Яньци сердито фыркнул:

— Человеческое тело — всего лишь смертная плоть, как только ты умрёшь в этой жизни, то возродишься в следующей, для чего так бережно к себе относиться? Взгляни на мою руку, мне отрубили все пальцы кроме одного, и то я не такой осторожный как ты!

Он поднял правую руку, показывая, что на ней остался лишь большой палец.

Ничего не отвечая, Цинь Му достал очередное зеркало и посмотрел в отражение. Внезапно его тело застыло, он не шевелился.

Лоу Юньцюй и остальные облегчённо вздохнули, Куй Цинпэй проговорил:

— Кажется, всё. Боги катастроф вот-вот проснутся, поэтому оставаться здесь опасно. Нужно поскорее возвращаться в Минду, чтобы случайно не ввязнуть в неприятности!

Каменная статуя, находящаяся неподалёку от Академии Реки Вздымающейся, внезапно приобрела цвет плоти, постепенно выходя из состояния окаменения. Её тело излучало ужасающие волны божественной мощи, вызывая рябь в пространстве вокруг.

Лоу Юньцюй и остальные ощутили на себе ударные волны от каменных статуй, их сердца дрогнули.

На Райских Небесах эти каменные статуи носили особенный титул — Боги Катастроф.

Они были богами, которые Райские Небеса использовали, чтобы призвать бедствия на нижних границах, которые не следовали их учениям. Как только эти боги спускались, мир поглощал хаос. В прошлом для полного уничтожения обычного мира хватало призвать одного-двух богов катастроф, но в случае с Вечным Миром всё было по-другому. В нём одновременно проснулись тридцать богов катастроф!

Более того, кроме прибывших богов катастроф здесь также находилось более десятка метеорологических оружий.

Этот вид метеорологического оружия назывался Божественным Оружием Бедствий и использовался исключительно для наказания людей. Его создателями были древние боги, рождённые от небес и земли. Лишь одного подобного артефакта хватало, чтобы полностью стереть мир с лица земли!

В Вечном Мире их было более десяти.

Боги Катастроф и Божественное Оружие Бедствий были арсеналом, способным уничтожить почти любой мир!

Как Боги Катастроф, так и Божественное Оружие Бедствий убивали всех без разбора. Именно поэтому Лоу Юньцюй и остальные были вынуждены в спешке убираться прочь, чтобы не погибнуть.

С улыбкой на лице, Куй Цинпэй подошёл к Цинь Му, хватая зеркало в его руке:

— Учитель потратил огромное количество времени, чтобы создать Нефритовое Зеркало Минду. На работу ушло четыре-пять лет, и изначально артефакт использовался для поиска Сына Юду. Никто не ожидал, что младший брат Ци Цзюи потеряет его, и оно окажется в руках этого мерзавца. Впрочем, несмотря на всю свою хитрость, разве он не попал в нашу ловушку? С ним и вправду легко иметь дело…

Как только он дотронулся к Нефритовому Зеркалу Минду, ладонь Цинь Му схватила его руку:

— Ты уверен? — голос юноши прозвенел возле его уха, в нём слышались нотки злобы, от которых волосы людей вокруг встали дыбом.

Куй Цинпэй поднял голову, увидев перед собой три глаза Цинь Му, сияющих лучами в виде крыльев бабочки. Кровь в его жилах застыла:

— Сын Юду, ты не запечатан…

— Запечатан мой старший брат, а не я.

Свободная ладонь Цинь Му схватила голову Куй Цинпэя и сильно её повернула. Бедолага тут же увидел свои собственные ягодицы и пятки.

Дзинь!

Глаза Цинь Му разразились ярким светом и три луча мгновенно проткнули затылок Куй Цинпэя, вылетая наружу через лоб.

— Неужели Ци Цзюи ничего вам не сказал? Он пытался запечатать меня с помощью зеркала, но не сумел этого сделать и проиграл бой!

Цинь Му открыл рот, делая глубокий вдох, отчего исконный дух Куй Цинпэя, вот-вот собравшийся исчезнуть в Минду, неконтролируемо двинулся в сторону его глотки!

— Раз ты такой дурак, тебе нет смысла перевоплощаться. Лучше я попробую твой исконный дух на вкус!

Выражения лиц Лоу Юньцюя и Фу Яньци резко изменились, они поспешно бросились на помощь. В следующий миг раздался громкий хлопок, с которым Фу Яньци отлетел назад. Тем не менее, будучи практиком области Сцены Казни Бога, Лоу Юньцюй владел высокими способностями, поэтому от его удара Цинь Му кувырнулся, откатившись на несколько шагов назад.

Физическое тело Куй Цинпэя уже было мертво, а его исконный дух пытался освободиться, чтобы вернуться в Минду. Приземлившись на землю, Цинь Му протянул руку, хватая его в полёте и делая эту затею невозможной.

— Вкус ученика Минду должен быть в разы лучше, чем у тех демонов из Юду! — Цинь Му радостно открыл рот.

Лоу Юньцюй и Фу Яньци снова атаковали, изо всех сил пытаясь спасти Куй Цинпэя, но уже было поздно.

Багровый Император, находящийся в межбровье юноши, растерянно моргнул:

— Тебе не кажется, что мы дали ему слишком много силы?

Лицо Небесного Герцога было усеяно синяками:

— Это совсем немного, не переживай, я знаю, что делаю! Разве я когда-нибудь брался за что-то, в чём не был уверен?

Рядом с ним обездвижено сидел огромный младенец, из его тела неистово вытекала наружу дьявольская Ци Юду.

Они пытались подавить Цинь Фэнцина, чтобы передать его силу Цинь Му, тем не менее, тот оказался поистине сильным. Он избил их обоих, и, даже использовав все известные им методы, они не смогли добиться успеха.

К счастью, Цинь Му нашёл Нефритовое Зеркало Минду, созданное Сыном Небесной Инь, и как только он посмотрел в отражение, над землёй в виде слова Цинь появилось второе зеркало. Цинь Фэнцин из любопытства в него заглянул, после чего раздался странный звук, обездвиживший младенца, обладающего невообразимой силой.

Багровый Император с подозрением спросил:

— Если он обрёл лишь небольшую часть силы, то почему у него возникло желание сожрать исконный дух того молодого парня? В нормальном состоянии Цинь Му тоже такой свирепый?

Небесный Герцог моргнул глазами, Багровый Император сделал то же.

Двое мужчин встревожено переглянулись.

— Мы ещё можем как-то всё исправить? — пробормотал Небесный Герцог.

Глава 706. Дьявольское Превращение Цинь Му

Багровый Император бродил туда-сюда и, прикинув что к чему, сказал:

— Он совершенствует моё Бессмертное Сознание Бога и только с нашей помощью способен подавить своего старшего брата, в итоге перенимая его мощь и личность Сына Юду. Но мы ему передали слишком много мощи, в то время как его старший брат, скованный по рукам и ногам Нефритовым Зеркалом Минду Сына Небесной Инь, не способен оказать какое-либо сопротивление, поэтому единственное что нам остаётся — попытаться подавить воздействие печати, чтобы он не смог больше воровать мощь своего брата…

В тот же момент Небесный Герцог подавил печать, чтобы не дать мощи младенца-переростка утекать, и поспешно спросил:

— Что дальше?

— Теперь нам нужно разрушить печать нефритового зеркала и позволить Цинь Фэнцину отобрать назад свою дьявольскую природу Юду, тем самым помогая ему вернуть свою личность Сына Юду.

Небесный Герцог подошёл и, проверив состояние младенца-переростка, заметил, что свет в форме крыльев бабочки в его трёх глазах подавляет особая сила, а в его зрачках, кажется, вращались водовороты, которые постоянно обрушивались внутрь самих себя, таким образом запечатывая его сознание.

Небесный Герцог попытался сломить божественное искусство, но путь, по которому шёл Сын Небесной Инь, отличался от его. Не понимая некоторые руны, он мог лишь попытаться разрушить печать одной грубой силой, однако, прямо сейчас у него была только сила этого клона, поэтому этот вариант отпадал по очевидным причинам… он попросту не был способен убрать печать Сына Небесной Инь в короткие сроки.

— Такой способ не сработает, есть ещё идеи? — спросил сдавшийся Небесный Герцог.

Багровый Император задрал голову к небу и закричал:

— Будда Брахма, очнись, нам нужно объединиться, чтобы сломить печать Сына Небесной Инь. Пробудив Цинь Фэнцина, мы объединимся и подавим Цинь Му!

— После того, как Будда засыпает, — покачал головой Небесный Герцог, — разве можно его разбудить вот так просто? Эта идея тоже не сработает.

Багровый Император со вздохом ответил:

— В таком случае нам остаётся лишь надеяться на случай. Мне хочется верить, что Цинь Му всё ещё частично в себе и не сотворит чего-то непоправимого.

— Мне тоже.

Между тем Цинь Му в данный момент сражался в своей трёхглавой-шестирукой форме. Молниеносно работая руками, он возбуждённо верещал во все три глотки, пока атаковал сразу и Лоу Юньцюя и Фу Яньци!

Бесчисленные божественные искусства подавили парочку, заставляя их почувствовать, что прямо сейчас они находились под давлением яростных атак множества противников.

Они чувствовали, как волосы на их затылке встали дыбом.

Фу Яньци сумел заблокировать всего два божественных искусства, прежде чем его оборонительное божественное искусство разрушилось под воздействием грубой силы Цинь Му.

— Разделение Семи Духов Одним Пальцем! — взревев, он выставил вперёд свою правую руку. Выгнув вверх свой единственный оставшийся большой палец, он надавил им на противника, между тем позади него появился мир тьмы, которым оказалось видение Минду, а также семь видений богов разных форм, размеров и внешностей.

Каждый бог представлял собой один из семи духов: Собачий Труп, Скрытая Стрела, Инь Воробей, Хватающий Вор, Неядовитый, Очистка от Грязи и Вонючее Лёгкое. Благословляемый семью великими богами, его удар имел достаточно сил, чтобы разорвать семь духов.

Цинь Му сжал четыре пальца в кулак, в то время как большим пальцем встретил атаку.

Фу Яньци тут же услышал звук ломающейся кости в своём единственном пальце, а уже в следующий миг тот громко взорвался. Между тем мощь не потеряла импульса и, пройдя через его запястье, вошла в руку, после чего его локтевой сустав вывернулся, пробивая собой кожу. Его рука от запястья до локтя была полностью оторвана…

Его захлестнула жгучая боль и даже несмотря на то, что он не особо заботился о своём физическом теле, боль он чувствовал крайне реалистично.

Цинь Му, тем временем, сжал остальные пять ладоней в кулаки с торчащим вперёд большими пальцами и ударил ими в сторону межбровья, даньтяня, копчика и моря Ци Фу Яньци.

Вырвав кровью, Фу Яньци почувствовал, что потерял связь со своим исконным духом. Понимая, что Цинь Му запечатал его исконных дух божественным искусством Юду, он ощутил леденящее кровь чувство и закравшийся в сердце ужас: «Он не заимствовал мощь Богов Семи Духов!.. Его достижения в душах и духах далеко превосходят мои!»

Имея три головы и шесть рук, Цинь Му мог исполнять божественные искусства с несравненно высокой скоростью. Со стороны могло показаться, что разразился магический шторм, прямо во время которого наносились бесчисленные удары и пинки. Он одновременно прибегал к божественным искусствам заклятий, техник меча и физического тела!

Три головы и шесть рук считались вершиной познаний Эпохи Багрового Света, но из-за слишком долгого перехода от Периода Багрового Императора до Периода Светлого Императора, возникла огромная слабость, тем не менее, так как Цинь Му совершенствовался в высших искусствах обоих периодов, он избавился от неё.

Три головы и шесть рук без слабостей были сравнимы с возможностями как минимум трёх людей. В виду этого Фу Яньци не мог обнаружить какую-либо слабость, в то время как Лоу Юньцюй не мог подгадать время, когда попытаться нанести тяжёлое ранение.

Фу Яньци имел более низкое совершенствование области Нефритового Водоёма, а после того, как его исконный дух был запечатан, он немедленно был тяжело ранен. Всего за долю секунды он пропустил неисчислимое множество ударов и пинков, а также был проткнут сотнями вспышек ножей и мечей, становясь мешком костей из кровоточащей плоти и крови…

Однако даже оказавшись в таком плачевном положении, он не потерял решительности и внезапно отступил, исчезая из Вечного Мира и прячась во тьме. В конце концов он был учеником Чёрного Божества Минду и сейчас прибег к высшему искусству Минду, исчезая в последнем. Теперь ничего не могло его достать.

Но внезапно Цинь Му прорвался с боем прямо в Минду, и они продолжили противостояние во тьме!

Когда Лоу Юньцюй подоспел со своей атакой, исконный дух Фу Яньци уже был выбит из его тела. Цинь Му держал его за шею одной рукой, в то время как остальными пятью блокировал атаки Лоу Юньцюя.

Фу Яньци упал своим физическим телом на землю, но так как он всё ещё был жив, он попытался встать, как вдруг одна из голов Цинь Му выстрелила по нему божественным светом. Три ослепительных луча буквально пригвоздили его к земле.

Цинь Му повернулся другой головой к Лоу Юньцюю и выстрелил в него лучами божественного света в попытке отшвырнуть его прочь.

Лоу Юньцюй всё же был сильнее, поэтому смог заблокировать жёсткую атаку, однако Цинь Му вдруг повернул шею, стреляя божественным светом из своей третьей головы, в итоге всё же снося его прочь.

Лоу Юньцюй запаниковал. Если Цинь Му просто убьёт Фу Жило и Куй Цинпэя, то всё хорошо. Они являлись учениками Минду, поэтому могли вернуться своими исконными духами в Минду, где властвовал Чёрное Божество, который определённо поможет им очень быстро реинкарнировать, и они по-прежнему будут его учениками.

В прошлом они уже множество раз реинкарнировали, поэтому не боялись умереть. Единственная проблема — им придётся начать всё с начала, но с учётом обстоятельств разве это можно было назвать проблемой.

Однако, сейчас происходило кое-что другое.

Цинь Му был Сыном Юду с ужасной репутацией. После рождении он съел бесчисленное множество призраков и некоторых крупных шишек. Им были жалко избиты даже призраки Императорского Трона.

Если парень решит съесть их, они умрут по-настоящему и у них не будет возможности реинкарнировать.

Цинь Му отшвырнул Лоу Юньцюя и немедленно открыл рот, поднося к нему исконных дух Фу Яньци с возбуждённым выражением лица.

Скрежеща зубами, Лоу Юньцюй начал исчезать и появляться, перескакивая между Минду и реальностью, чтобы избежать божественного света глаз Цинь Му. Также он пытался атаковать в ответ, чтобы не дать возможность проглотить Фу Яньци.

Внезапно он разразился двумя божественными искусствами, чтобы разорвать на части физические тела Фу Яньци и Куй Цинпэя. После того, как два тела разорвало, они превратились в два следа кровавого света, ставших кровавым подношением в жертвоприношении.

Поблизости от Академии Реки Вздымающейся находилась каменная статуя, которая в данный момент стремительно обрастала плотью и кровью.

Цинь Му заблокировал атаку Лоу Юньцюя и тут же выстрелил по нему божественным светом ещё два раза, чтобы вытолкнуть из Минду. Поднеся исконный дух Фу Яньци ко рту, он собирался его проглотить, но прямо в этот момент вдруг почувствовал над собой тень и поспешно увернулся. Раздался громкий треск, с которым обсерваторию яростно затрясло, в то время как посередине неё возник высокий, коренастый бог, который постепенно вставал с колена.

«Использовав тела моих братьев я в конце концов сумел пробудить бога катастрофы!» — обрадовался Лоу Юньцюй и собирался было объединиться с богом, чтобы атаковать Цинь Му, как вдруг тот со всей силы ударил по нему. Будучи застигнутым врасплох, он был вколочен ударом кулака глубоко в землю!

Земля сильно просела, становясь глубокой ямой.

Бог катастрофы поднял кулак, с которого стекала кровь.

Все кости распластанного на земле Лоу Юньцюя были сломаны, а его самого снедали сожаления: «Я забыл, что боги катастрофы никого не узнают…»

Немного побарахтавшись, он сдался. Бог катастрофы полностью искалечил его тело, поэтому у него оставалось другого выбора, кроме как покинуть его, думая: «Ученикам Минду не нужны физические тела, наша боевая удаль не сильно снизится без них».

Покинув своим исконным духом тело, он сразу же увидел, что между богом катастрофы и юношей завязалась ожесточённая битва в небе.

В этот момент Цинь Му практически полностью потерял рассудок, входя в боевой раж. Всевозможные божественные искусства совершенно естественно выстреливали из его конечностей. Писания Будды Сакры, навык Мудры Небес и Земли Первого Предка, техника Высшей Тайны Древнего Дракона истинного драконьего гнезда, техники и навыки его дедушек, божественные искусства прошлых Императоров Людей или даже техники Багрового и Светлого Императоров — он исполнял буквально всё и не важно удалось ли ему добиться в прошлом в чём-то полного понимания или нет!

Даже если ему не удалось завладеть всей мощью Сына Юду, малой части того, что ему удалось позаимствовать, было достаточно, чтобы поднять своё совершенствование до уровня Лоу Юньцюя. С такой плотной магической мощью божественные искусства казались ему максимально простыми. Даже встретившись с богом катастрофы, он не отступил, чаще атакуя, чем защищаясь.

Он не держал в руках каких-либо духовных или божественных оружий и сражался с богом катастрофы голыми руками, при этом не важно завязывал он ближний бой или начинал атаковать издалека, он вёл себя крайне дико и свирепо, ошеломляя своими божественными искусствами врага.

Совершенствование Лоу Юньцюй было плотнее, чем у него, но разнообразие его божественных искусств не могло сравниться с таковым у Цинь Му. К тому же многие божественные искусства Минду нацеливались на душу, поэтому с точки зрения наступательных способностей он сильно уступал ему.

«Сколько вообще божественных искусств освоил этот парень? — Лоу Юньцюй наблюдал за битвой с неба, чувствуя трепет в сердце, хотя он и был лишь исконным духом. — Так вот насколько силён Сын Юду? И правда могуч! Неудивительно, что мастер хотел заполучить его любыми способами!».

Однако кое о чём он не догадывался, а именно — объём силы, которую Цинь Му позаимствовал, не дотягивал даже до одной сотой от всей силы Сына Юду. Просто Небесный Герцог и Багровый Император дали ему её ровно столько, сколько, по сугубо их мнению, не даст ситуации выйти из-под контроля.

Бог катастрофы владел безграничной силой. Он мог наступать с лишь одним божественным искусством и даже наносить Цинь Му урон, но так как тот совершенствовал техники создания Багрового Императора и Светлого Императора — неважно было ранено его физическое тело или исконный дух, они стремительно восстанавливались. Это не могло не пугать. Любые раны моментально излечивались, поэтому он попросту не мог умереть в битве на истощение.

Божественные искусства Цинь Му были острыми и мощными. Они взрывались на очень коротких дистанциях и обрушивались всей своей мощью на крайне маленькие области. Да, у него в руках не было духовного оружия, но его жизненная Ци могла превращаться в поистине крошечные, вращающиеся вокруг него мечи. Угроза от мельтешащих туда-сюда мечей поражала ещё больше!

Подобный навык он перенял от отца, Цинь Ханьчжэня, чьи пути, навыки и божественные искусства позволяли ему собирать безграничную мощь в обычный меч. Взрывное божественное искусство обрушивалось на крайне маленькую область, но с невероятно огромной мощью.

В прошлом, после совершенствования с Цинь Ханьчжэнем в течение некоторого времени, даже при том, что ему всё-таки удалось перенять от него некоторые способности, он так и не сумел полностью освоить силу управления божественным искусством в небольшой области.

Всё потому, что его отец шёл по пути Императора-Основателя.

Но прямо сейчас он с лёгкостью достиг мастерства в этом боевом умении!

— Я изобью тебя до смерти и съём! — крича, Цинь Му с возбуждённым выражением лица высоко подпрыгнул и начал кружиться вокруг бога катастрофы, нанося ему удары градом божественных искусств.

Бог катастрофы защищался с молниеносной скоростью, но иногда пропускал удары. Внезапно он приглушённо зашипел и Кувшин Пяти Гроз, который Цинь Му оставил в Академии Реки Вздымающейся, взорвался оглушительным громом и разразился переплетающимися словно змеи молниями.

Кувшин Пяти Гроз поднялся в воздух, в то время как его крышка открылась. Пять великих громовых облаков, в которых кружились многочисленные божественные оружия — огненные колокола, хлынули наружу. Огненные колокола имели размер кулака обычного человека, но когда они вибрировали не было слышно колокольного звона, вместо него от них доносились гулы, звучащие как гонг огромного колокола!

Бог катастрофы пробудил силу Кувшина Пять Гроз и заставил громовые облака устремиться прямо на Цинь Му. Под звуки грома и вспышки молний, кувшин извергал поистине неизмеримо ужасающуюся мощь.

— Кушать подано, — Цинь Му открыл рот и начал поглощать эти громовые облака вместе божественными огненными колоколами.

«Ест даже божественное искусство Северного Божества?» — подпрыгнул в шоке Лоу Юньцюй. Ещё буквально только что он планировал попытаться нанести смертельный удар из Минду, но прямо сейчас, видя подобное зрелище, его сердце заколотилось, как у перепуганного бельчонка.

Между тем Цинь Му схватил Кувшин Пяти Гроз и, словно кувшин с вином, начал пить из него!

«Это… — чувствуя природный ужас, Лоу Юньцюй осознал, что не может даже попадаться на глаза существу, которое смеет пить пять великих громовых облаков и божественные огненные колокола, словно варвар, ворвавшийся в винную лавку. — Плевать, мне уже всё равно!» — с такими мыслями его тело содрогнулось и за ним появились врата, после чего он закричал:

— Небесные Врата Минду! Все дьяволы Минду, слушай мою команду, выходите и убейте врага!

Тьма заклокотала за его спиной. Был открыт проход в другой мир. Из врат вышел дьявольский бог на скелете лошади, объятой пламенем загробного мира. Сразу же после группа дьявольских богов из Минду ринулась к Цинь Му!

Цинь Му так и продолжал от всего сердца осушать Кувшин Пяти Гроз, поэтому моментально утонул в толпе этих дьявольских богов.

Между тем Небесный Герцог и Багровый Император, находящиеся в мире слова Цинь, нервно следили за обстановкой снаружи.

Глядя на происходящее, Небесный Герцог сомневающимся тоном спросил:

— Он не позаимствовал даже сотой доли силы младенца, но похоже, что ему не по силам одолеть их. Должны ли мы дать ему ещё силы?

Багровый Император холодно ответил:

— Сколько? Как нам навести порядок, если мы облажаемся?

Глава 707. Сила Графа Земли

Небесный Герцог и Багровый Император уставились друг на друга широко отрытыми глазами, понимая, что оказались в проблемной ситуации.

Если они не наделят Цинь Му ещё большей силой, тому будет очень трудно совладать с дьявольскими богами из Минду. Лоу Юньцюй уже потерял самообладание, отчего опустился до того, чтобы открыть Небесные Врата Минду и призвать богов всевозможных миров, чтобы одолеть юношу.

Столкнувшись с ними и богом катастрофы, обладающим несоизмеримыми способностями, Цинь Му оказался в затруднённом положении. А если они передадут ему ещё больше силы Сына Юду, он окончательно превратиться в дьявола, которого боялись даже они сами. В таком случае исправить последствия будет намного сложнее.

— Если мы ему не поможем… — колебался Небесный Герцог. — Подождём ещё?

Багровый Император кивнул:

— Да, подождём ещё, ещё минутку…

Два древних существа чувствовали себя напряжённо. Небесный Герцог приоткрыл печать, выглядывая из третьего глаза наружу. Спустя некоторое время Багровый Император тоже захотел осмотреться, оттолкнул его в сторону и подошёл к глазу.

Немного поссорившись, они пришли к решению смотреть по очереди.

Снаружи, Цинь Му, бог катастрофы и остальные сражались в небе над рекой Вздымающейся. Когда на юношу набросилась волна богов, он выплюнул молнии, которые мгновенно затопили собой стаю богов Минду!

Количество дьявольских богов, прибывших из Минду, было невероятно большим, тем не менее, многие из них уже были не в силах сражаться, пропустив удар молнии. Их тела постепенно разрушались и сыпались на землю дождём из костей.

Дьявольские боги Минду отличались от богов других миров. Минду был создан из отколотой части Юду и позаимствовал часть особенностей последнего. В нём тоже собирались исконные духи и души.

Отличие было в том, что, находясь в Юду душа и исконный дух не могли сохранить своё физическое тело. Подобное было под силу только дьявольским богам, родившимся от дьявольской природы и тьмы Юду. Боги, отправленные туда Райскими Небесами, естественно, тоже чувствовали себя вполне неплохо.

Хотя боги Минду обладали физическими телами, те были не совсем обычными. На самом деле физические тела богов Минду были созданы из костей, оставшихся после их смерти.

После смерти боги Райских Небес оказывались в Минду, а если их физическое тело сохранялось в целости, оно тоже отправлялось следом. Тем не менее, поскольку оно было мёртвым, его ждало неизбежное разложение. Пригодным для использования оставался только скелет, поэтому чаще всего в армии богов Минду встречались белые скелеты.

Кроме них также были и люди, обладающие полноценным физическим телом, но обычно те являлись богами, прибывшими с Райских Небес или сильными практиками из родословной Сына Небесной Инь.

Пять великих грозовых облаков и божественных оружий огненного колокола, которые ещё не успел переварить Цинь Му, вырвались наружу, превращая дьявольских богов в груды сломанных костей. Тем не менее, под влиянием их исконных те складывались обратно и продолжали атаковать Цинь Му.

Между тем бог катастрофы тоже уничтожал дьявольских богов, оказывающихся на пути между ним и Цинь Му.

Бедолаги, попавшие под его удар, прямо в воздухе рассыпались в порошок.

Его боевая мощь была невероятно высокой, и Цинь Му, даже используя всю свою силу, не мог одержать верх. Подпускать его к себе было невероятно опасно.

Надо заметить, что кости, даже превратившись в порошок, постепенно восстанавливали свою прежнюю форму. Они вели себя невероятно странно, напоминая армию бессмертных богов.

Лоу Юньцюй нервно оценивал ситуацию, осматривая дьяволов окруживших Цинь Му. Разрушенные кости непрерывно сыпались с неба в реку Вздымающуюся, но спустя некоторое время они поднимались из-под воды, снова присоединяясь к битве.

Дьявольские боги Минду не боялись смерти, так как уже были мертвы. Они не опасались пропустить удар или получить повреждения.

Поток воды реки Вздымающейся изменился под толчками битвы, обнажая вену дракона на дне. На протяжении последних нескольких лет она быстро росла, её чешуя и когти стали более заметны.

Река проплывала по небу, образовывая под лунным светом удивительное зрелище. Её капли напоминали бесчисленные луны, рассеивающие яркое сияние.

Цинь Му носился среди огромных водяных шаров, не прекращая яростно сражаться. После каждого столкновения дьявольский бог отлетал назад, а он смещался всего на несколько шагов.

Водяные шары в воздухе непрерывно взрывались, разбрызгиваясь во все стороны и создавая удивительную картину.

Самым страшным противником всё же оставался бог катастрофы. Одним ударом он разрушал десятки гигантских шаров, его устрашающая мощь разрывала их на атомы.

— Если продолжать в том же духе, мы с ним разберёмся.

Лоу Юньцюй наконец мог облегчённо вздохнуть, но в этот миг ощутил волну холода, ударившую ему в спину. В мире тьмы по ту сторону его Небесных Врат Минду медленно возник силуэт, лунный свет осветил привлекательные черты чьего-то лица.

— Учитель!

Ошарашенный, Лоу Юньцюй тут же собрался поздороваться, но Сын Небесной Инь остановил его, приложив палец к губам. Улыбаясь, он выглянул из Минду, смотря на Цинь Му.

Лоу Юньцюй ничего не понимал и взволновался: «Учитель лично пришёл, чтобы посмотреть на битву. Сын Юду действительно настолько важен? Несмотря на то, что он сильный, он не обладает той мощью, о которой говорили слухи, так как ему удалось привлечь внимание Чёрного Божества?»

Одурманенный взгляд Сына Небесной Инь не отрывался от Цинь Му, сражающимся с десятками тысяч богов. Его глаза двигались вслед за юношей.

«Так это он, — Сын Небесной Инь, казалось, погрузился в глубокие мысли. — Мы встретились в Юду, и я поверил, что он был учеником Тянь Шу. Кажется, этот мерзавец меня обманул. Он довольно убедительный…»

Все дьявольские боги Минду были умершими, в то время как Сын Небесной Инь был живым. Мёртвые могли входить в Вечный Мир через Врата Минду, но он не мог этого сделать.

Когда-то Минду был частью Юду, поэтому унаследовал от него большую часть своих особенностей. Тем не менее, они не были одним и тем же.

Именно поэтому Лоу Юньцюю и остальным пришлось садиться на корабль Красного Божества, чтобы добраться до Вечного Мира.

«Он ещё не достиг своей максимальной силы, неужели моё Нефритовое Зеркало Минду и правда смогло его подавить?» — Сын Небесной Инь не знал, что в теле Цинь Фэнцина пряталось две разные души, поэтому искал объяснения происходящему.

В этот момент перед глазами Сына Небесной Инь, спрятавшегося в Минду, а также Небесного Герцога и Багрового Императора, запечатанных внутри глаза Цинь Му, возникло ужасающее зрелище.

За всё время сражения Цинь Му так ни разу и не упал. Внезапно он глубоко вдохнул, отчего весь воздух в округе реки Вздымающейся мгновенно высох!

Боги-скелеты тут же повисли на месте, изо всех сил пытаясь сохранить равновесие. Тем не менее, их исконные духи неконтролируемо вылетели наружу под воздействием странной силы.

Они любыми способами пытались отбиться от странной силы, но несмотря на это, исконные духи большинства всё же вылетели, смирно двигаясь в сторону рта Цинь Му.

Их сердца наполнились ужасом. С тех пор, как умерли, они ещё не чувствовали такого страха!

Это было естественное превосходство, которое высшая форма жизни имела над низшей. Оно вызывало природный страх, исходящий из глубины души!

Божественное искусство Цинь Му подействовало даже на бога катастрофы, вынуждая того прилагать огромные усилия, чтобы совладать с силой всасывания, нацеленной на его душу и исконный дух.

Совершенствование бога катастрофы было невероятно сильным и подавляющим, значительно превосходя Цинь Му и Лоу Юньцюя, тем не менее, его исконный дух всё же время от времени покидал пределы тела. В таких случаях у него не оставалось других вариантов, кроме как задействовать всю свою магическую силу для защиты и на время прекратить атаковать Цинь Му.

«Это сила Сына Юду?» — Лоу Юньцюй ощутил, как его волосы встали дыбом.

Его исконный дух покинул физическое тело, в тот же миг ощущая необузданный страх перед Цинь Му, будто тот был его заклятым врагом!

Небесный Герцог и Багровый Император, запечатанные на клочке земли в форме слова Цинь, тоже слегка испугались. Первый тихо проговорил:

— Сила Графа Земли, это Сила Графа Земли, которая не подчиняется правилам Юду…

Багровый Император был поражён. Он понял о чём говорил Небесный Герцог. Сила, которую использовал Цинь Му, напоминала силу Графа Земли, но была немного другой.

Граф Земли был богом, рождённым природой, поэтому с рождения был вынужден придерживаться правил Юду. Даже несмотря на то, что он владел невообразимой мощью, он не мог использовать её по своей воле.

Сын Юду, в свою очередь, был похожим на него, но его не сдерживали ограничения Юду. Он мог освобождать силу, как только захочет!

Именно это и было причиной, по которой большие шишки боялись Цинь Му и пытались его контролировать.

Небесный Герцог пробормотал:

— Сила Графа Земли, которую не сдерживают правила Юду, это сила, повергающая людей в ужас.

— Это та сила, которую я хочу заполучить, — от Небесных Врата Минду донёсся вздох Сына Небесной Инь. — Я долго искал способам превзойти Графа Земли, но так его и не нашёл. Он слишком силён, и я, даже достигнув области Императорского Трона, не смог с ним сравниться, не говоря уже о том, чтобы стать сильнее. А теперь, решение проблемы прямо передо мной.

— Если я его заполучу, то смогу стать на место… — тихо бормотал он.

Ошарашенный, Лоу Юньцюй сделал вид, что не услышал его слов.

Слова Сына Небесной Инь были попросту слишком ужасающими. Несмотря на то, что Минду стало независимым от Юду, желание избавиться от Графа Земли и встать на его место было крайне волнительным. Что за существом был Граф Земли?

Неважно, был то Юду, Фэнду, или даже тёмные столицы и города, существовавшие в прошлом, все они были построены из рогов Графа Земли и все они напоминали Юду.

Если одних только осколков его рогов хватало, чтобы создать столь удивительные и странные миры мёртвых, можно было представить, насколько ужасающими были полные способности Графа Земли.

Лоу Юньцюй даже не осмеливался помыслить о том, чтобы заменить Графа Земли, но именно это было на уме у Сына Небесной Инь.

— Если я позволю ему сожрать моих дьяволов Минду, то что случится с моей репутацией Чёрного Божества?

В Минду, за спиной Сына Небесной Инь внезапно появился огромный круговорот пустоты, внутри которого тут же открылся странный глаз, выстреливая лучом темноты в сторону Вечного Мира. В следующий миг он упал на тела богов, чьи исконные духи высосало наружу.

Эти исконные духи тут же освободились из-под воздействия Цинь Му и неконтролируемо полетели в сторону Небесных Врат Минду, пытаясь вернуться в Минду.

В этот момент третий глаз в межбровье Цинь Му ярко засиял. Площадь, которую покрывал его луч в форме бабочки, становилась всё больше и обширнее. До того, как исконные духи успели ускользнуть в Минду, они снова обездвижено застыли, немного поборолись, после чего двинулись обратно.

Сын Небесной Инь удивлённо воскликнул, нахмурившись. Круговорот за его спиной начал расти, а глаз внутри него медленно открывался, постепенно его луч превращался с тёмного в светлый.

Глаз в круговороте был похожим и в то же время не таким, как третий глаз Цинь Му. Скорее всего он был божественным искусством, имитирующим вертикальный глаз Графа Земли.

Тем не менее, столкнувшись с третьим глазом Цинь Му, это божественное искусство оказалось не в силах победить.

Цинь Му с лёгкостью его подавил.

— Сила Сына Юду и вправду невероятна! — Сын Небесной Инь не сдерживал удивления и радости, взволновано бормоча. — Если я смогу заполучить её, то весь Юду станет моей территорией, мне больше не нужно будет бояться Графа Земли или Небесного Императора! Откройся!

Водоворот за спиной Сына Небесной Инь подлетел в воздух и запечатался в его межбровье, формируя третий глаз.

Сын Небесной Инь использовал свою магическую силу, активируя глаз, и тот мгновенно подавил глаз Цинь Му. Между тем из рта последнего вырвались всевозможные ноты загадочного языка Юду.

На лице Сына Небесной Инь возникло растерянное выражение, он ощутил, как в Минду вторгается невидимая сила, ищущая души.

«Проводник Душ! Он пытается…» — как только он об этом подумал, луч света из третьего глаза Цинь Му пролетел мимо Лоу Юньцюя и пронзил Небесные Врата Минду, прежде чем упасть на его тело.

Исконный дух Чёрного Божества Минду мгновенно рванул вперёд, едва не покидая его тело.

«Проводника Душ можно использовать подобным образом?» — недоумевал Сын Небесной Инь.

Проводник Душ был лишь божественным искусством, способным призывать души мёртвых и возвращать их к жизни. Тем не менее, Цинь Му решил с его помощью вырвать его исконный дух из Минду!

В этот момент Цинь Му обладал только одним процентом силы Сына Юду, поэтому был определённо не в силах добиться успеха в этой затее. Впрочем, его техники и способы использования божественных искусств доставляли довольно много проблем.

И всё же, в тот миг, когда Проводник Душ встряхнул его исконный дух, ход событий внезапно радикально изменился.

Героически смеясь, в Минду ворвался рогатый бог, пропахший алкоголем, замахиваясь ножом на межбровье Сына Небесной Инь.

— Чёрное Божество Минду, я пришёл отблагодарить тебя за вино!

Глава 708. Внезапная Атака на Сына Небесной Инь

Божественный Нож Имперских Врат резанул прямо по лицу Сына Небесной Инь в крайне неудобное для последнего время, а именно — сразу после того, как Цинь Му использовал Проводника Душ на его исконном духе.

Он принял удар на голову, поэтому божественный нож практически располовинил его.

Самым ужасающим в этом ноже было не то, что он мог отрезать рог Графа Земли, а то, что он мог поглощать исконные духи.

Даже исконный дух Тянь Шу, владельца ножа, был затянут внутрь, когда он повёл себя беспечно, попадая в ловушку на семь-восемь миллионов лет.

В момент, когда Сын Небесной Инь пострадал от атаки, он почувствовал, как весь мир завращался перед глазами, а его исконных дух начал проваливаться в нож.

«Меня обхитрили! — действуя предельно решительно, он тут же взял себя в руки, воззвав ко всей мощи Минду, чтобы надавить ею на божественный нож. Дьявольская Ци Минду моментально забурлила и остервенело нырнула прямо в него. — Бесконечная Реинкарнация!»

Исконный дух Сына Небесной Инь исполнил божественное искусство прямо во время падения в мир ножа, поэтому оказавшись внутри небо тут же заполнило появившееся море загробного мира. Посреди моря располагались Небесные Врата Минду, в которые он моментально нырнул, а когда вышел с другой их стороны, его внешний вид учёного полностью изменился, заменяясь обликом деликатной, красивой женщины.

Прямо перед Сыном Небесной Инь, который теперь имел облик женщины, появились другие врата, и он опять прошёл через них. Скорость, с которой его исконный дух исполнял заклятия была чудовищно высокой, в то время как его тело двигалось от одних врат к другим, напоминая блики света и неуловимые тени. Он был так быстр, что невооружённым глазом его было невозможность заметить.

Проходя раз за разом через Небесные Врата Минду, он, казалось бы, каждый раз переживал реинкарнацию, даже его исконный дух претерпевал огромные изменения. Неважно, было ли это лицо, пол или раса, они полностью отличались от предыдущих, словно он являлся совершенно другим человеком. Подобная бесконечная реинкарнация позволяла ему перерождаться тысячи раз с запредельно высокой скоростью.

Он перерождался так стремительно, что даже построения Божественного Ножа Имперских Врат не поспевали изменяться за ним.

Нож имел слабость, и не такую уж маленькую, а всё потому, что такая же слабость была в технике Будды Сакры, в результате она передалась на него во время ковки.

Цинь Му нашёл способ, с помощью которого можно было сбежать из ножа благодаря скрупулёзному изучению Писаний Сакры, но Сын Небесной Инь положился на экстремально быструю реинкарнацию, меняющую его идентичность. В результате нож, при каждом её изменении, должен был регулировать свою структуру построения.

Руны построения, которое придумал Император-Основатель, не были статичны. Поскольку он прибег к подобному навыку построения, тот должен был изменяться под человека, чтобы заточить его в ловушке.

Сын Небесной Инь использовал Бесконечную Реинкарнацию, изменяя свою личность и расу, в результате Божественный Нож Имперских Врат должен был постоянно изменять построение под него. И когда скорость его реинкарнаций превзошла скорость адаптации построения, у него появилась возможность найти слабость, которую Цинь Му искал в течение года, в крайне короткие сроки.

Внезапно Сын Небесной Инь оживился во взгляде. Пройдя в очередной раз через врата, его исконный дух вырвался из ножа.

Он вернул себе свободу.

Появившись снаружи врат, его исконный дух вернул себе свою обычную внешность, однако, его физическое тело до сих пор было разрезано Тянь Шу на две части!

— Сильный практик Императорского Трона способен только на это? — Тянь Шу раскатисто рассмеялся и взмахнул своим божественным ножом, чтобы отрезать шею Сына Небесной Инь, со словами. — Твои способности не далеко ушли от моих, а я, знаешь ли, только в области Непостижимого Неба!

Левая и правая части тела Сына Небесной Инь разделились и вошли по-отдельности во врата. Пройдя через них, они стали двумя полноценными людьми.

— Разница между Непостижимым Небом и Императорским Троном далеко превосходит твоё воображение, — два мужчины заговорили в унисон. — Тянь Шу, ты ведь небесный король, к чему всё это ребячество? Ты думаешь, что можешь убить меня, полагаясь только на нож Императора-Основателя?

Он был разделён на две части, каждая из которых являлась настоящим им, включая всю его пиковую силу.

Тянь Шу не был ему противником. Если два Сына Небесной Инь накинутся на него, он не сможет защититься даже несмотря на свои замечательные способности, только полагаясь на мощь Божественного Ножа Имперских Врат у него появится шанс.

Звуки волн донеслись из тьмы. Под ступнями Тянь Шу раскинулось безграничное чёрное море загробного мира, состоящее из чёрного песка душ, который завораживал взгляд всем своим видом.

Чёрного песка душ, образовавшего собой огромное море в Минду, был не меньше, чем в Мире Небесной Инь.

Тянь Шу понятия не имел о его происхождении и почувствовал, как его сердце начало биться чаще. В прошлом, когда он сразился с Сыном Небесной Инь, бой проходил не в Минду, и в то время тот был крайне уверен в своих способностях, не став использовать свой фатальный удар, поэтому ему удалось сбежать…

Но сейчас они находились в Минду над клокочущем морем загробного мира, кроме того, так как он ранил Сына Небесной Инь, а после привёл того в бешенство, он не знал сможет ли сбежать от него на этот раз.

Прямо в этот момент раздался громкий взрыв и весь Минду содрогнулся.

Мир тьмы столкнулся с Минду!

Накидка Короля Ямы развевалась во тьме, его взгляд внушал благоговейный ужас, в то время как бесчисленные боги, каждого из которых переполняло убийственное намерение, заняли позиции на городских стенах.

Было очевидно, что с Минду столкнулся Фэнду!

Оба мира были частями рогов Графа Земли и они, наконец, столкнулись друг с другом.

Рука Короля Ямы, лежащая на рукояти меча, внезапно поднялась и свет меча утопил в себе море загробного мира. Он призвал всю мощь Фэнду и, взмахнув мечом, приблизился. Горизонтальная и вертикальная вспышки меча были настолько прямыми, что казалось, будто они прошли строгое измерение последователями секты Дао, в то время как дуга, очерченная ещё одним светом меча, имела форму идеальной кривой.

Люди, совершенствующиеся в мече, редко когда требовали от себя столького. Обычно они стремились к большей изменяемости в своих навыках меча, но Король Яма был крайне строг. Он трудился не покладая рук над отточкой мастерства в своих базовых навыках меча, поэтому каждый навык меча в его исполнении теперь был строгим и правильным, заставляя всех вокруг думать, что он великий мастер, у которого не могло быть слабостей, хотя, так оно и было.

Из-за того, что Король Яма привёл Фэнду на бой с Минду, последнее ожидаемо погрузилось в хаос. В итоге море из чёрного песка душ покрылось огромными волнами, из-за чего Сын Небесной Инь потерял возможность задействовать свою мощь.

Нож Тянь Шу и меч Короля Ямы настигли Сына Небесной Инь, нанося обоим его телам ранения. Он не знал удивляться ему или злиться, происходящее всё меньше выглядело как совпадение, и всё больше как заранее спланированное событие.

Начиная с того момента, как его три ученика начали катастрофу, обводя вокруг пальца Святого Дровосека и Первого Предка, и заканчивая внезапным превращением Цинь Му в Сына Юду для того, чтобы не оставить Лоу Юньцюю выбора, кроме как открыть свои Небесные Врата Минду — со стороны всё произошедшее выглядело кем-то заранее проработанным планом.

Целью этого человека не было предотвращение катастрофы, которую собирались учинить Лоу Юньцюй и остальные, а он!

Незначительная цель в виде его учеников не волновала этого человека, нет, тот, кто нацелился на такого практика Императорского Трона, как он, был намного смелее. Кто же стоял за всем этим?

Судя по всему, у него должна была быть высокая позиция в прошлом. Только стоя достаточно высоко, он мог видеть достаточно далеко, чтобы сделать целью кого-то, наподобие него…

Если взять Цинь Му и Имперского Наставника, они нацелились бы только на его учеников, чтобы остановить грядущее бедствие.

Человек, который додумался до такого плана, должен быть совершенно иного сорта, обладать высокой позицией, например, на Райских Небесах Императора-Основателя, только тогда он посмел бы позариться на его жизнь!

Кем бы ни был этот человек, он находился на грани разоблачения!

Сын Небесной Инь был взбешён: «Против меня строят козни, когда их не строю я. Этим человеком, вероятно, является дровосек, глава четырёх великих небесных наставников ложной династии! Определённо! Окажись я на его месте, то определённо подумал бы над тем, как не дать какого-либо шанса такому эксперту, как я. Таким образом он определённо позвал не только Короля Яму и Тянь Шу. Если бы я хотел сразиться, то собрал бы всех мастеров, с которыми у меня вражда. А больше всего меня ненавидит Богиня Небесной Инь…» — как только его мысли дошли до этого места, боги Минду полетели ему на помощь. Он ощутил, как кровь стынет в его жилах и взмахнул рукой, чтобы прогнать их:

— Прочь…

Пространство Минду внезапно раскрылось и в другом мире появилась улыбающаяся ему фигура Богини Небесной Инь.

Сын Небесной Инь поник:

— Я охотился за гусями столько лет, что был ослеплён клювом воробья…

Богиня Небесной Инь держала песочные часы, Небесную Медведицу, созданную им. Она исполнила своё заклятие и море загробного мира над их головами вдруг заколебалось, прежде чем обрушиться на людей внизу!

Сын Небесной Инь, конечно, не боялся такого поворота событий, но боги Минду не могли защититься против него. Глядя на Небесную Медведицу, сокровище, которое он же и создал для контроля чёрного песка душ и изголодавшихися призраков Мира Небесной Инь, он не представлял, что когда-нибудь оно будет направлено против него!

— Сын Небесной Инь, месть сладка? — заливалась хохотом Богиня Небесной Инь, в то время как море загробного мира падало, сметая бесчисленных богов под собой. Под воздействием чёрного песка душ разрушались бесчисленные исконные духи богов!

Скелеты обладали различными способностями, а некоторые дьявольские боги были достаточно силы, поэтому они умудрились выжить, однако их исконные духи всё же получили тяжёлые ранения.

Богиня Небесной Инь невероятно мило улыбнулась и перевернула Небесную Медведицу. Море поднялось в небо, прежде чем обрушиться обратно. Казалось, словно она играла маленькой игрушкой, постоянно вертя ею, в то время как море раз за разом поднималось и падало, разбивая даже самых стойких скелетов в порошок, а их исконные духи в песок!

Сын Небесной Инь разозлился не на шутку. Он никогда не был так зол, как прямо сейчас. Начиная с самого детства в его жизни всегда всё шло как по маслу, поэтому он никогда прежде не испытывал такого унижения и не переживал такой неудачи!

Тянь Шу и Король Яма атаковали его сообща с предельной самоотдачей. Чувствуя путаницу в сознании, он наблюдал, как со временем его состояние ухудшалось из-за постоянно появляющихся ранений.

Прямо в этот момент из моря поднялись ворота, останавливаясь на его поверхности.

Небесные Врата Минду.

Они не являлись божественным искусством, а были настоящими.

Многие из учеников Минду совершенствовались в божественном искусстве Небесных Врат Минду, однако их божественные искусства превращались из этих врат.

Даже несмотря на то, что эти врата происходили от Врат Небесной Воли Юду, пути, навыки и чудеса последних уступали таковым у Небесных Врат Минду. К примеру, их сила реинкарнации была чем-то, чего не могли достичь Врата Небесной Воли.

В итоге Небесные Врата Минду отнесли к одним из четырёх небесных врат, а назвали Северными Небесными Вратами.

— Небесная Инь, ты действительно думаешь, что вы все меня напугали? — Сын Небесной Инь оскалился в гневной улыбке. Под давлением Небесных Врат Минду, волны моря моментально успокоились, и даже Небесная Медведица в руках Богини Небесной Инь не могла повлиять на него. — Кажется вам, ребята, пора узреть мощь практика Императорского Трона!

****

Находящийся посреди земли слова Цинь Небесный Герцог и Багровый Император наблюдали по очереди за происходящим снаружи через третий глаз Цинь Му. Начиная с момента, когда прибыл Тянь Шу, продолжая столкновением Фэнду и последующей атакой меча Короля Ямы на Сына Небесной Инь и заканчивая прибытием Богини Небесной Инь, подавившей десятки тысяч дьявольских богов своей Небесной Медведицей, выражения лиц Небесного Герцога и Багрового Императора успели измениться неизвестно сколько раз, а их руки периодически хлопали в восхищении.

— Неужели Цинь Му уже связался с Дровосеком и остальными и просто ломал комедию? — с улыбкой предположил Багровый Император. — Не слишком ли идеально было подобрано время? Тянь Шу, превращающийся в свирепого тигра, после чарки вина, Король Яма со своим Фэнду и даже вскоре появившаяся Богиня Небесной Инь. Если брать в учёт все появившиеся силы, то произошедшее явно планировалось заблаговременно! Цинь Му, он же Сын Юду, использовался в качестве приманки, которую Сын Небесной Инь проглотил вместе с крючком!

Небесный Герцог с улыбкой продолжил:

— Они определённо это планировали заранее, насколько же эта битва освежающая! Цинь Му так реалистично притворялся, что даже я ничего не понял.

Багровый Император тоже улыбнулся:

— Я тоже попался. Я думал, что его дьявольская природа вышла из-под контроля и что он и правда хочет устроить резню для того, чтобы проглотить исконные духи скелетов дьявольских богов. Кто бы мог подумать, что он использовал свой третий глаз, только чтобы пошатнуть исконный дух Сына Небесной Инь и позволить Тяну Шу провести успешную скрытую атаку! Притворяясь, что им управляет дьявольская природа, он становится таким страшным.

Улыбаясь, Небесный Герцог облегчённо вздохнул:

— Ну раз дьявольская природа Юду под его контролем, мне можно расслабиться. Чем он сейчас занят?

Пара стариков посмотрел вверх, видя через третий глаз Цинь Му нечто, напоминающее затылок.

— Это же… — Небесный Герцог и Багровый Император слегка ошалели, прежде чем прийти к пониманию. — Засранец грызёт голову бога катастрофы и издаёт рычащие звуки!

Голова бога катастрофы кровоточила от множества укусов.

Небесный Герцог и Багровый Император переглянулись и сразу же после хором выкрикнули:

— Дьявольская природа действительно завладела паршивцем, он не притворяется!

Глава 709. Невеста в Ледяном Гробу

Бог катастрофы издал несколько яростных воплей, пытаясь освободиться от хватки Цинь Му. Тем не менее, тот прилип к его спине, будто клей, напрочь отказываясь переставать грызть его голову.

Вьюх!

Кувшин Пяти Гроз подлетел поближе, и в следующий миг юношу окружили пять громовых облаков, начиная ударять его разрядами молний. Пять божественных колоколов разразились своей силой, бомбардируя его раскатами грома, и лишь спустя некоторое время наконец сумели отбросить его прочь.

Бог катастрофы собрался с мыслями и снова атаковал Цинь Му. Внезапно, тело последнего окутали руны мгновенного перемещения, и он тут же исчез. В следующий миг он возник за спиной бога, снова вгрызаясь в его голову.

Небесный Герцог и Багровый Император тревожно переглянулись. Они не могли ничего придумать.

В Минду Небесные Врата подавляли море, в то время как два Сына Небесной Инь стояли под ними. Они отбивались от одновременных атак Тянь Шу, Короля Ямы и Богини Небесной Инь.

Когда появились Небесные Врата Минду, он стал бессмертным, стоя под ними. Любые ранения, нанесённые Тянь Шу, Королём Ямой или Богиней Небесной Инь тут же заживали, используя немного силы реинкарнации. Он всё время находился в своей лучшей форме!

Король Яма, Тянь Шу и Богиня Небесной Инь удивлялись всё сильнее и сильнее. В таком состоянии Сын Небесной Инь был попросту непобедимым, они не могли ничего с ним поделать, кроме как убить его одним ударом.

Небесные Врата Минду были артефактом, который собственноручно создал Сын Небесной Инь. Подобный уровень божественных искусств и методов и стоило ожидать от практика Императорского Трона. Он несомненно был достоин называться Чёрным Божеством Минду.

***

В этот миг бесчисленные исконные духи, заточённые в подземной тюрьме посреди Минду, ощутили на себе сильные ударные волны и толчки. Они тут же проснулись, недоумевая.

— Лучший способ пробраться в лагерь врага — прийти по приглашению, — открыв глаза, проговорил исконный дух Святого Дровосека.

Книга Жизни и Смерти призвала его душу, которая тут же переместилась в тюрьму в Минду. Стены камеры были покрыты рунами, созданными специально для того, чтобы сдерживать исконный дух узника. Более того, его тело было пронизано цепями, которые отбирали возможность использовать божественные искусства.

Дровосек тщательно осмотрел руны, и спустя мгновение его взгляд упал на цепь. Очень быстро он сумел разгадать логику, кроющуюся в печатях.

Вьюх!

Цепи извивались будто огромные змеи, поочерёдно вылезая из его тела. Дровосек спустился на землю и зашагал в сторону двери камеры.

Издав громкий скрип, дверь открылась.

Всего за несколько мгновений он разгадал способ побега из подземной тюрьмы, и теперь мог свободно проникать и покидать это место.

Святой Дровосек ушёл, направляясь к другой камере, при этом шагая прямо навстречу охраннику. Со взмахом руки он открыл дверь камеры неподалёку и размотал цепи, сковывающие Первого Предка, отчего тот упал на землю.

Выпрыгнув наружу, тот поспешно разобрался с охранником, прежде чем выбить дверь и освободить Фу Жило, Старшего Рыболова, Чи Си и остальных.

— Господа, нужно открыть все камеры этой тюрьмы и освободить её узников. Чем больший хаос возникнет в Минду, тем лучше! — со спокойным выражением лица проговорил Святой Дровосек. — Чем больше хаоса здесь, тем безопаснее будет в Вечном Мире. Лучше всего продолжать беспорядки несколько десятков или сотен лет. Таким образом в Вечном Мире надолго воцарится покой!

Каждый кивнул головой, начиная разрушать всё на своём пути. Они убивали стражников и освобождали всех заключённых.

Эта подземная тюрьма была самым охраняемым местом в Минду, в котором отбывали свой срок боги, оскорбившие Райские Небеса. Они были лишены своих физических тел, а их исконные духи были обездвижены и непрерывно страдали.

Так как здесь находились самые опасные преступники, количество охранников тоже было невероятно большим. Тем не менее, против них выступили безжалостные существа вроде Старшего Рыболова, Чи Си и Фу Жило, которые сразу наносили смертельный удар без лишних объяснений.

Старший Рыболов забросил свою удочку, вылавливая душу. Каждый его бросок оказывался точным. Чи Си, в свою очередь орудовал тремя головами и шестью руками, в то время как методы Фу Жило были даже более удивительными. Троица перевернула подземную тюрьму с ног на голову, и даже когда им на пути попадался слишком сильный противник, за работу мог приняться Первый Предок.

С тех пор как Первый Предок покинул свою камеру, он погрузился в странное состояние ума, его совершенствование непрерывно росло. Он обрёл импульс, достаточный чтобы пробиться из области Сцены Казни Бога к Нефритовой Столице.

Отряд ворвался в подземную тюрьму, уходящую на бесчисленное количество уровней вглубь Минду. Чем глубже они спускались, тем сильнее становились стражники.

Наконец добравшись до самого нижнего уровня, все были истощены. К счастью, им на помощь выступило огромное количество освобождённых узников, которые привлекали на себя большинство стражников, значительно облегчая их задачу.

— Мы на месте!

Святой Дровосек осмотрел тёмное место, окутанное злобной атмосферой. По его стенам ползало огромное количество гигантские и быстрых монстров, напоминающих ящериц.

— Должно быть, нужный человек заточён здесь.

Все осмотрелись, изучая бесчисленные камеры вокруг. Дверь каждой из них была выкована из божественного металла и обклеена имперскими указами. Последние содержали в себе ужасающие печати, никто не знал, кто их оставил.

Фу Жило изнурённо спросил:

— Кого мы собрались спасать? Брат Дао уже может нам сказать, верно?

Святой Дровосек сделал шаг вперёд, осматривая имперские указы на дверях. Ища между ними отличия, он пытался понять кто именно был заточён внутри:

— Этот человек был первым Небесным Королём Эпохи Императора-Основателя. Всего наши райские небеса насчитывали тридцать шесть дворцов, среди которых четыре самых уважаемых находились под управлением Небесных Королей. Первый из них, Зелёный Император Востока был самым старым, Сакра Запада самым молодым, Небесный Король Минду самый смелым, когда выпьет, а Небесный Король Юга — самым сильным.

Сердце Первого Предка дрогнуло, он проговорил:

— Сакра — это имя Будды, изначально он был богом, владеющим искусством небесных работ. А Небесный Король Юга носил имя Ди, но это не фамилия, и не буддистское имя.

Святой Дровосек продолжал осматривать имперские указы и ответил:

— Ваше Величество Прав. «Ди» в имени Небесного Короля Юга это титул. Её способности превзошли даже Зелёного Императора, и она удостоилась чести сражаться с Императором-Основателем за звание лидера Эпохи Императора-Основателя. Несмотря на то, что она потерпела поражение, её всё же начали почитать этим словом.

Первый Предок немного подумал:

— Судя по слухам, Ди Июэ из Четырёх Небесных Королей райских небес умерла ещё до начала бедствия.

— Поначалу я тоже думал, что она погибла в бою, но на самом деле всё было не так.

Святой Дровосек остановился перед следующей камерой и начал изучать её дверь:

— Мой старший ученик когда-то передал моему второму ученику какие-то географические карты, среди которых была карта подземной тюрьмы. Там была отмечена самая глубокая часть этого места.

Его лицо помрачнело. Чтобы найти путь святого, Мастер-Основатель Небесного Святого Культа сделал много такого, о чём Святой Дровосек даже не смел думать.

Тем не менее, этот старший ученик бесследно исчез. Никто не знал, был ли он до сих пор жив.

На этом моменте он замолчал, сильно разволновавшись из-за положения Мастера-Основателя.

Старший Рыболов похвалил:

— Твой ученик и вправду выдающийся, раз сумел незаметно пробраться в это место и узнать, где находится Ди Июэ. Два других твои ученика тоже неплохи. Я уже слыхал о Имперском Наставнике Вечного Мира, его талант не знает равных, и даже превосходит твой. Но вот второй парень довольно озорной. Кстати, ты уверен, что использовать его в качестве наживки, даже не предупредив, было хорошим решением?

Уголки глазах Святого Дровосека дрогнули, он продолжал тщательно осматривать имперские указы на дверях камер:

— В его межбровье кроется огромный монстр, так что он не умрёт. Немного страданий пойдут ему на пользу, он всё ещё слишком молод и наивен.

— Наивен? — хмыкнули Фу Жило и Чи Си. Они оба сильно настрадались, имея дело с Цинь Му.

Первый Предок попытался представить перед собой наивный взгляд Цинь Му, его выражение лица помрачнело.

Святой Дровосек до сих пор осматривал дверь, когда его жизненная Ци внезапно вытекла наружу, превращаясь в руны. Те засияли, освещая имперские указы один за другим.

Каждый раз, когда свет падал на указ, печать внутри него тут же открывалась. Скорость святого дровосека постоянно увеличивалась, вскоре он уже размахивал бесчисленными рунами из жизненной Ци. Слои печатей непрерывно открывались.

Спустя некоторое время Святой Дровосек поднял руку и осторожно отклеил имперский указ.

Все тут же начали восхвалять его мастерство, впрочем, никто не удивился увиденному. Будучи Дровосеком, возглавляющим четырёх великих Небесных Наставников, он стал довольно известным благодаря своим знаниям. В мире, скорее всего, не было печати, которую он не мог открыть!

Дверь в камеру со скрипом открылась, издавая звук, режущий ухо, и им в лица ударил холодный ветер, развевая одежду. В следующий миг их волосы и брови покрылись инеем.

— Любовные страсти с давних времён оставляли по себе пустые сожаления, вызванная ими ненависть не знает конца. Разве можно освободиться с помощью улыбки? Я будто бедный ивовый лист на реке, не имеющий места, которое могла бы назвать домом.

Из камеры раздался скорбный вздох, тронувший их сердца. Фу Жило удивлённо спросил:

— Ди Июэ — женщина?

Кивнув, Святой Дровосек шагнул внутрь.

Он оказался в невообразимо холодной ледяной камере. Девять ледяных драконов обмотались вокруг её стен, свисая вниз головой. В самом центре комнаты находился ледяной гроб, внутри которого лежала женщина невообразимой красоты. Она была одета в чёрную одежду, поверх которой носила фениксовую накидку и корону, тихо лежа в своём прозрачном гробу.

Её кожа была невероятно бледной, а на фоне чёрной одежды и вовсе казалась белее снега.

Она лежала в ледяном гробу, будто витала среди облаков, и казалась довольно тихой и загадочной на вид.

Девять драконов извергали потоки ледяного дыхания и, казалось, пытались заморозить труп в гробу.

Тем не менее, труп невесты уже проснулся. Она открыла свои глаза и нежно подняла руку. Её нефритовый палец выпрямился, обнаруживая удивительное чёрное кольцо, покрытое острыми шипами.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Ледяные драконы с грохотом раскололись, из них остался лишь один. Дрожа от страха, тот скрутился в углу.

Сделав несколько шагов вперёд, Святой Дровосек взял труп женщины за руку. Тот медленно подлетел и встал на землю, осматривая незнакомцев истощёнными глазами.

— Пусть Небесный Король Юга вернётся на свою должность! — торжественно проговорил Святой Дровосек.

Ди Июэ грустно ответила:

— Что с того, что я вернусь? Я уже мертва.

Только в этот миг все смогли заметить в её лбе дыру, толщиной с палец. Они не знали кто её ранил, но отчётливо видели всё, что находилось за её спиной.

Хоть она была одета в чёрное, её платье было выполнено в свадебном стиле, она всё ещё носила накидку и фениксовую корону. На короне виднелась фиолетово-красная фата, разделённая посередине чтобы показать привлекательные черты её лица.

Она, должно быть, тихо сидела на кровати во время брачной ночи, чувствуя радость и волнение, когда её фату сняли. В этот миг кто-то нанёс ей смертельный удар.

Единственным, кто мог бы приблизиться к Небесному Королю, была её настоящая любовь, её жених.

Именно жених пронзил ей голову, снимая фату.

— В те времена Император-Основатель собирался позвать Небесного Короля обратно, чтобы она помогла сражаться с катастрофой, мы совсем не ожидали получить новость о твоей смерти на свадьбе. Вскоре после этого началось бедствие и бесчисленные жизни были утеряны, — проговорил Святой Дровосек. — Тогда Небесный Король стремилась учиться и отправилась совершенствоваться с четырьмя божествами, чтобы суметь совладать с природными бедствиями. Теперь грядёт новая катастрофа, и хоть ты пропустила предыдущую, пропустить эту нельзя. Что касается твоей смерти, то мой маленький ученик уже со всем разобрался, тебя можно воскресить.

Ди Июэ ошарашенно пробормотала:

— Меня можно воскресить?

Она повернула голову и посмотрела на ледяного дракона, дрожащего от ужаса в углу.

Тот задрожал ещё сильнее, умоляя жалким голосом:

— Императрица, прости меня! Мы выполняли приказы, у нас не было другого выбора, кроме как освободить твоё тело и исконный дух!

— Императрица? — выражение лица Ди Июй мгновенно похолодело. — Ты смеешь называть меня Императрицей? Когда это я, Ди Июэ, полагалась на мужчину? Даже Небесный Наставник не смеет так меня называть, и обращается ко мне «Небесный Король». А ты осмеливаешься называть меня Императрицей? Зови меня Ди Июэ!

Колеблясь, ледяной дракон неуверенно проговорил:

— Ди Июэ…

Дзинь!

Тело бедолаги внезапно взорвалось, рассыпаясь на бесчисленные ледяные осколки. Даже его душа и исконный дух разрушились на атомы.

— Как ты осмелился назвать меня по имени? Ты заслуживаешь смерти своим неуважительным отношением!

Затем она развернулась и улыбчиво проговорила:

— Идём, нужно встретиться с моим женихом. Я не встречала эту бессердечную крысу уже двадцать тысяч лет, представляешь, он ни разу не навестил меня после смерти. Как же я хочу сделать в его лбу такое же отверстие, как у меня…

Глава 710. Ученики Святого

В подземном море Минду, Сын Небесной Инь продолжал стоять под Небесными Вратами Минду, поэтому будь то атаки Богини Небесной Инь, удары Божественного Ножа Имперских Врат Тянь Шу или даже сила Фэнду, которой управлял Король Яма, его было совершено невозможно ранить.

Имперский Трон был попросту слишком сильным.

Воскрешённая Богиня Небесной Инь выучила у Святого Дровосека все триста двадцать четыре руны Мира Небесной Инь и почти сформировавшуюся систему божественных искусств. Мощь её божественных искусств стремительно выросла, а учитывая тот факт, что она была священным богом, рождённым природой, её боевые способности превышали даже Тянь Шу и Короля Яму.

Но ей не удавалось нанести Сыну Небесной Инь смертельных ранений, так как она не могла войти в Минду.

Способности Тянь Шу тоже были удивительными. Его Божественный Нож Имперских Врат был божественным оружием, рассчитанным на борьбу с системой божественных искусств Юду, что и позволило ему отрубить кусок рога Графа Земли. Но, к сожалению, внутри него крылся небольшой недостаток.

Сын Небесной Инь оказался невероятно умным, поэтому уже успел использовать своё божественное искусство, чтобы не позволить ножу украсть его исконный дух, отчего у Тянь Шу не осталось другого выбора, кроме как попытаться ранить его острым лезвием. Он уже не мог отобрать его жизнь.

Король Яма собрал силу Фэнду и всех его богов, обретая достаточно способностей, чтобы сразиться с Чёрным Божеством. Тем не менее, из-за отличия в области совершенствования, он мог надеяться лишь ранить противника, а не убить его.

Более того, стоя под Небесными Вратами Минду, Сын Небесной Инь мог вылечить любое ранение, которое оказалось не в силах убить его одним махом.

Его Небесные Врата Минду обладали удивительным эффектом, позволяющим любому существу проходить бесчисленные реинкарнации. Будучи сильным практиком области Императорского Трона, он, использовав божественные искусства, пути и навыки Юду за основу, смог построить совершенно новую систему и превзойти их!

Троица оказалась в тупике, количество ран на телах Тянь Шу и Короля Ямы постепенно увеличивалось. Их перевес медленно исчезал, превращаясь в невыгодное положение, и если продолжать подобным образом, то они не смогут даже сбежать.

Внезапно Минду повергся в хаос, бесчисленные исконные духи узников подземной тюрьмы освободились, начиная резню. Сын Небесной Инь был шокирован: «Это ужасно! У многих и этих заключённых есть сильные союзники!»

В этот момент его мысли прервались, а в разуме начался полный беспорядок.

— Дневная застенчивость прикрыта шёлковым рукавом, от весенней меланхолии не хочется вставать и одеваться. Бесценный бриллиант найти легче, чем мужчину с сердцем.

Голос женщины доносился из стороны подземной тюрьмы, но даже добравшись до неба над подземным морем, он звучал чисто и ясно. В нём слышались нотки скорби, казалось, он горевал из-за того, что в мире не существовало ласковых и искренних мужчин. Для неё больше не существовало мужчины, способного её осчастливить, поэтому она больше не хотела красиво одеваться и следить за собой.

Разум Сына Небесной Инь вскипел, отчего он пропустил несколько атак подряд, которые тут же распороли его брюхо. К счастью, он до сих пор стоял под Небесными Вратами Минду, поэтому раны быстро зажили.

Внезапно, к нему подлетела ярко-красная фата, накрывшая собой Небесные Врата Минду. Будучи огромной, она с лёгкостью закрыла строение целиком.

Когда Сын Небесной Инь увидел фениксов, вышитых на фате золотой нитью, и его разум помутился ещё сильнее. Оказавшись под её покровом, он тут же ощутил на себе давление атак Короля Ямы и Тянь Шу, которым наконец удалось заполучить перевес. Он снова и снова получал серьёзные ранения.

Сын небесной Инь собрался с мыслями и был готов отбиться назад когда в его руку приземлилась фениксовая корона.

Волосы на его макушке встали дыбом, он был беспомощен. В следующий миг к нему подлетела красная накидка, намертво вцепляясь в спину.

Чёрное Божество закричало и прикрыло лицо рукой, и в тот же миг Тянь Шу отрубил его ноги, а Король Яма воспользовался возможностью, чтобы пронзил сердце.

Ноги Сына Небесной Инь тут же побежали к воротам. Верхняя честь его тела бросилась следом. С другой стороны тут же выбежало три его клона, пытаясь сбежать.

В следующий миг их настигла атака Богини Небесной Инь, и три Сына Небесной Инь начали блевать кровью, прежде чем упасть и бесследно исчезнуть в подземном море.

Небесные Врата Минду подлетели ввысь, собираясь исчезнуть вслед за ними, но в этот момент прилетела одетая в чёрное Ди Июэ. Притащив с собой Святого Дровосека, Первого Предка и остальных, она надавила ладонью на Небесные Врата Минду.

Ворота резко задрожали, несколько раз пытаясь вырваться из-под её давления, но безрезультатно.

Небесные Врата Минду становились всё меньше и меньше, и наконец достигнув одного метра в высоту, перестали дрожать.

Между тем Богиня Небесной Инь перевернула Небесную Медведицы, подбрасывая море в воздух в попытке найти Сына Небесной Инь. Поклонившись в приветствии, Святой Дровосек её остановил:

— Богиня, в этом нет нужды. Он получил серьёзные ранения, поэтому не стал бы прятаться в море, и давно уже сбежал. Нам нельзя здесь задерживаться, из-за поднятого шума сюда вскоре прибудут подкрепления из Райских Небес, чтобы оценить ситуацию. Если это произойдёт, мы уже не сможем сбежать.

Тянь Шу подлетел в небо и рубанул Божественным Ножом Имперских Врат, делая разрез в мировом барьере Минду и позволяя им бежать.

Святой Дровосек посмотрел на Богиню Небесной Инь и проговорил:

— Моя внезапная атака на Минду — это моя личная месть, и у меня есть более чем достаточно причин так поступать, так что я согласна нести ответственность. Более того, Граф Земли встанет на мою защиту, а значит Райские Небеса, скорее всего, не станут разивать этого инцидента. Сыну Небесной Инь останется лишь страдать в тишине. К сожалению, для того чтобы вам помочь, мне пришлось использовать одну Жемчужину Небесной Инь, а чтобы совладать с последствиями, мне нужна ещё одна.

Первый Предок достал одну божественную жемчужину, и Богиня Небесной Инь молча кивнула. В следующий миг артефакт подлетел в воздух и исчез в Мире Небесной Инь.

Богиня исчезла следом за ним.

Ди Июэ подняла Небесные Врата Минду со словами:

— Я помогла ему создать это сокровище, поэтому отлично знаю о всех способах его использования, жаль, что в то время, как вещи остались такими же, люди ужасно изменились. Старший Небесный Наставник, как нам вернуться в Вечный Мир?

Дровосек ответил:

— Возможно, Небесный Король мертва, но твоё физическое тело всё ещё существует. Тебе будет сложно пробиться в Вечный Мир сквозь мировой барьер, поэтому лучше будет пойти через Фэнду Короля Ямы и выйти в Великих Руинах. Оттуда можно будет добраться до Вечного Мира.

Король Яма поклонился, здороваясь:

— Король Яма отдаёт дань своего уважения старшему дяде.

Взгляд Ди Июэ упал на него, она удивлённо спросила:

— Ты — усыновлённый сын Его Величества? Во время нашей последней встречи ты ещё был маленьким, искренним на вид пареньком, но спустя столько лет ты стал правителем целого мира!

Король Яма пристыжено опустил голову.

Ди Июэ вошла в Фэнду, осматривая царство живых мертвецов. Спустя некоторое время она улыбчиво проговорила:

— Фэнду — это кусок рога Графа Земли, жаль, что у тебя нет акого глубокого понимания путей, навыков и божественных искусств Юду, как у той бессердечной крысы. Фэнду ещё есть куда развиваться, мы с Небесным Королём Севера можем помочь тебе с этим. Почему это Небесный Король Севера так быстро убежал?

Первый Предок объяснил:

— Он, вероятно, протрезвел и вспомнил, что сразился с Сыном Небесной Инь, и теперь уединился в каком-нибудь месте и дрожит там от радости.

Немного подумав, Ди Июэ улыбчиво ответила:

— Да, это действительно на него похоже. Тем не менее я думаю, что он дрожит не от радости, а от неописуемого страха. Как только я воскресну, мы с ним перестроим Фэнду для тебя.

Фэнду улетел прочь, бесследно исчезая во тьме.

Минду и Фэнду были оба выкованы из рога Графа Земли и являлись частью Юду, поэтому здесь не существовало мирового барьера.

— Старший Небесный Учитель, ты говорил что-то о приближении второго бедствия, разве Эпоха Императора-Основателя ещё существует?

Добравшись до второго города Фэнду Ди Июэ села, Первый Предок, Король Яма и Дровосек присоединились к ней. Необыкновенная женщина, обладающая легендарной красотой, спросила:

— Райские Небеса во второй раз пытаются уничтожить Эпоху Императора-Основателя?

Поник в лице, Святой Дровосек покачал головой:

— Эпоха Императора-Основателя уже уничтожена, на её руинах была построена Эпоха Вечного Мира. В этот раз катастрофа нацелена на неё. Разве в прошлый раз Небесный Король не совершенствовалась вместе с четырьмя божествами, чтобы научиться совладать с природными бедствиями? Так как сейчас они снова придут в Вечный Мир, я подумал, что стоит тебя пригласить. Ты лучше любого можешь с ними разобраться.

Выражение лица Ди Июэ похолодело, она равнодушно ответила:

— С чего бы мне помогать Вечному Миру бороться с природными бедствиями? Я в долгу перед Императором-Основателем, так как с головой погрузилась в любовные дела и не смогла помочь ему защититься от Райских Небес, но какое мне дело до Вечного Мира?

Святой дровосек на мгновение замолчал:

— В этот раз реформа Вечного Мира базируется на двух моих учениках. Мой третий ученик, Цзян Байгу из Речной Гробницы, является Имперским Наставником Вечного Мира.

Ди Июэ покачала головой:

— Наших с тобой связей здесь определённо не хватает, не говоря уже о твоём ученике.

Святой Дровосек добавил:

— Фамилия моего второго ученика — Цинь, он сто седьмой потомок Императора-Основателя, и тоже является одним из основоположников реформы Вечного Мира.

Очаровательное лицо Ди Июэ обрело более приятное выражение, она медленно кивнула:

— Если он потомок Императора-Основателя, то остановить катастрофу ради него можно посчитать за возврат долга Императору-Основателю. Он император Вечного Мира?

Немного поколебавшись, Святой Дровосек покачал головой:

— Нет. Он Вельможа Дворца Императора Вечного Мира, а также великий ректор Небесной Святой Академии.

Лицо Ди Июэ снова обрело холодный вид, она ухмыльнулась:

— Как потомок Императора-Основателя мог стать поданным другого человека? Как другие люди Эпохи Императора-Основателя реагируют на подобное? Где они? Где Император-Основатель? Я жду остальных и не дам кому-то ещё использовать нас себе на пользу!

— Император-основатель… — выражение лица Императора-Основателя помрачнело,ю он покачал головой. — Император-Основатель сейчас в деревне беззаботной. Он не показывался уже двадцать тысяч лет.

Впадая в ярость, Ди Июэ ударила по столу:

— Я давно говорила, что негодяй с фамилией Цинь не достоин быть Императором-Основателем, освободите место, и я всё сделаю! Этот парень сбежал в деревню Беззаботную, чтобы жить спокойной жизнью и переложить свои проблемы на других, вынуждая их сражаться ради него, вот бесстыдный! Даже в таком случае я не помогу императору Вечного Мира отбить катастрофу!

— Император — это не человек, обладающий самой большой мощью и самыми сильными способностями, а тот, у кого самый широкий кругозор и наибольшая решительность, — проговорил Дровосек. — Император Вечного Мира именно такой человек. Он обладает широтой ума и решительностью, которой не было даже у Императора-Основателя. Когда речь идёт о способностях, то ты не уступаешь Императору-Основателю, но окажись ты на его месте, кто бы справился лучше?

Ди Июэ на мгновение замолчала, прежде чем покачать головой:

— Когда райские небеса Императора-Основателя находились на самом переломном моменте своей истории, я погрузилась в любовные дела и сбежала, чтобы жениться. В результате меня убили. Я не гожусь на звание Императора-Основателя. Ну ладно, я в долгу перед всеми вами, поэтому буду более открытой. Прежде чем принять решение, я хотела бы встретить твоих учеников и увидеть Вечный Мир. Если они мне понравятся, я вам помогу, но если нет, то отвернусь и уйду. Уж лучше быть женщиной-призраком в Фэнду. В худшем случае я могу пожить под крылом Графа Земли.

Святой Дровосек улыбнулся, невероятно радуясь:

— Если ты встретишь моего второго ученика, то будешь удовлетворена и обрадуешься, что у Императора-Основателя такой выдающийся потомок!

Вскоре Фэнду вернулся и пересёкся с Великими Руинами.

Вверху над ними сияло яркое небо.

Святой Дровосек, Первый Предок, Фу Жило и остальные попрощались с Королём Ямой и немедленно отправились к своим физическим телам.

Ди Июэ отправилась следом за их исконными духами обратно к Академии Вздымающейся Реки в Личжоу. Физическое Тело Святого Дровосека немедленно проснулось от смерти и перевернулось. Улыбнувшись, он проговорил:

—— Мой ученик поблизости, давай я отведу тебя к нему! Он обязательно тебе понравится!

Первый Предок, Чи Си, Фу Жило и остальные тоже проснулись один за другим. Пока они, болтая, шли вперёд, со стороны Реки Вздымающейся донёсся оглушительный грохот бесчисленных раскатов грома.

Посмотрев в сторону звука, они увидели ять великих грозовых туч, сформировавши х толстый покров, который окружил Реку Вздымающуюся и беспощадно поливал одно и то же место молниями.

Ди Июэ осмотрелась, увидев бога катастрофы, неистово бьющего во все стороны. Между тем его спине висел юноша, мёртвой хваткой вцепившийся зубами в его голову. Последний попросту позволял пятью великим грозовым тучам бить себя молниями, совершенно не обращая на них внимания.

Недоумевая, женщина посмотрела на Святого Дровосека и спросила:

— Это и есть потомок Императора-Основателя, твой второй ученик?

Выражение лица Святого Дровосека совершено не изменилось, он покачал головой:

— Нет, я не узнаю этого молодого таланта. Небесный Король, давай отправимся в столицу Вечного Мира, чтобы сначала повстречаться с Императором Яньфэном.

Глава 711. Номер Один в Мире

Ди Июэ ухмыльнулась и ответила:

— Посмотрите на его вид, он немного похож на Императора-Основателя. Должно быть, это и есть тот потомок, верно? Ты всё ещё отрицаешь, что это твой ученик? Старший Небесный Наставник, не смей мне лгать!

Святой Дровосек покраснел:

— Да, так и есть, это действительно мой второй ученик. Тем не менее, это всего лишь звание, на самом деле я ничему его не учил.

Внезапно Кувшин Пяти Гроз разразился силой, отбросив Цинь Му прочь.

Вокруг тела юноши тут же закружились руны, перемещая его обратно в мгновение ока. Он вернулся на спину бога катастрофы, продолжая грызть голову последнего. Его методы были быстрыми и безжалостными.

— Божественное искусство мгновенного перемещения, созданное тобой, — подозрения Ди Июэ усилились, она продолжала ухмыляться.

От стыда Святой Дровосек потерял дар речи.

Внезапно бог катастрофы в небе над рекой Вздымающейся посмотрел в их сторону и ошарашенно замер. Существо, не заботящееся ни о ком, совершенно забыло о Цинь Му и поспешно упало на колени:

— Большая старшая сестра!

Ди Июэ кивнула и ответила:

— Ты ученик Северного Божества? Ты до сих пор признаёшь меня своей старшей сестрой?

Голова бога истекала кровью, он беспомощно стоял, совершенно не двигаясь:

— Во времена, когда я встретил старшую сестру, ты занимала высокую должность и, скорее всего, не обратила на меня внимания. Я пришёл по приказу призвать на это место катастрофу, не могла бы старшая сестра мне простить…

Ди Июэ равнодушно ответила:

— Уходи отсюда, пока я здесь, тебе нельзя создавать катастрофу. Рань себя, чтобы ты мог объясниться. Скажи владыке что я здесь, он либо пошлёт вас на смерть, либо спустится сюда лично.

Выражение бога катастрофы резко изменилось, стиснув зубы, он оторвал свою левую руку. Затем он спустился с неба и уважительно положил оторванную конечность перед Ди Июэ, прежде чем сделать три шага назад и превратиться в каменную статую. Его исконный дух улетел прочь.

Цинь Му дважды укусил голову каменой статуи, едва не сломав свои зубы. Ему осталось лишь сдаться и слезть со статуи. Оглядываясь, он сверкал злостными глазами будто жестокий зверь, ищущий себе добычу.

Каменная статуя медленно погрузилась под землю, бесследно исчезая. Кувшин Пяти Гроз тоже яростно закружился, всасывая тучи обратно, после чего тут же исчез.

— Эта красотка. Должно быть, вкуснее остальных! — выкрикнув, Цинь Му радостно набросился на Ди Июэ. В этот миг Святой Дровосек почувствовал ужасный стыд и думал лишь о том, чтобы вырыть себе могилу и спрятаться в неё как можно быстрее.

Молниеносно двигая пальцами правой руки, Ди Июэ образовала мудру. Её ладонь напоминала цветок лотоса, нежно стукнув по межбровью Цинь Му.

Дьявольская природа в теле юноши моментально исчезла, а дьявольская Ци Юду яростно потекла обратно в мир в виде слова Цинь между его бровей.

Мудра Ди Июэ отправилась следом за дьявольской природой и Ци, проникая в тело младенца Цинь Фэнцина. Печать Нефритового Зеркала Минду тут же разрушилась.

Небесный Герцог и Багровый Император были поражены и одновременно воскликнули:

— Способности этой девушки совсем неплохи! Жаль, что она уже мертва.

Внезапно Ди Июэ воскликнула от удивления. Магическая сила её мудры бесследно исчезла, будто её что-то сожрало.

Она не видела картину внутри мира в форме слова Цинь, а также не знала, что там заточены Багровый Император и Небесный Герцог.

— Твоё межбровье какое-то странное, позволь мне туда заглянуть!

Она собралась войти внутрь глаза Цинь Му, но Святой Дровосек, Первый Предок, Фу Жило и Чи Си поспешно её остановили:

— Не смей! Не смей проникать в мир между бровей Цинь Му, мы уже здорово поплатились, попытавшись это сделать!

Святой Дровосек уточник:

— Хоть я и избежал вашей участи, я отлично знаю, насколько то место опасно, лучше Небесному Королю не пытаться туда попасть!

Взгляд Ди Июэ задрожал, она улыбчиво проговорила:

— Там и вправду так опасно? Даже моих способностей Императорского Трона не хватит? Ну ладно, моё физическое тело до сих пор мертво, поэтому я не буду любопытничать.

Придя в себя, Цинь Му поспешно приклеил золотой ивовый лист к своему межбровью и облегчённо вздохнул:

— Учитель, Первый Предок, вы вернулись к жизни?

Он был обрадован и удивлён. Увидев Ди Июэ, он тут же поправил одежду, достал зеркало и поправил причёску, прежде чем поздороваться:

— Учитель, кто эта сказочная сестра?

— Сказочная сестра? — Ди Июэ была в восторге, все негативные впечатления, которые у неё вызвал Цинь Му, как рукой сняло. — Небесный Наставник, суждения твоего второго ученика неплохи, он намного лучше тебя и Императора-Основателя, он талант! Ты правильно поступил, взяв его себе в ученики.

Немного успокоившись, Святой Дровосек прошептал на ухо Цинь Му:

— Вытри рот у тебя ещё осталась кровь в уголках губ.

— Кровь? — ошарашенно переспросил Цинь Му. Затем он поспешно достал небольшое зеркало и вытер пятна крови в уголках своего рта, после чего достал из-промеж зубов чей-то волосок: — Я блевал кровью? А откуда у меня во рту волосок?

Ди Июэ проговорила:

— Это была кровь и волосок моего младшего брата, он — бог катастрофы, чью голов ты пытался сожрать.

Цинь Му тут же покраснел в лице.

Ди Июэ улыбчиво добавила:

— Какой чистый и невинный мальчик, в мире не так уж и много парней, знающих что такое смущение. Ты такой застенчивый, должно быть, ты нравишься многим девушкам.

Дровосек, Фу Жило, Чи Си и Первый Предок несколько раз кашлянули, обретая странные выражения лиц. Впрочем, они решили промолчать.

Не обращая на них внимания, Ди Июэ улыбчиво проговорила:

— Младший брат… Ой, я не могу называть тебя младшим братом. Ты ученик Старшего Небесного Наставника, а также потомок Императора-Основателя. Если я буду звать тебя младшим братом, то буду пренебрегать своим старшинством.

Цинь Му ответил:

— Старшая сестра, давай просто подружимся, разве в этом есть что-то плохое?

Сердце Ди Июэ вспыхнуло радостью, она похвалила:

— Отличная идея. С сегодняшнего дня мы будем братом и сестрой, но с другими людьми у нас будут отдельные отношения.

Цинь Му осмотрел лоб Ли Июэ, увидев в нём сквозную дыру. Он даже мог разглядеть ткани её мозга. Более того, её сердце тоже остановилось, а кровь перестала течь. Она, несомненно, была трупом!

Но вот её исконный дух был слишком сильным, поэтому мог продолжать контролировать тело, делая вид, что женщина жива.

— Ранение сестры очень серьёзное, — проговорил юноша. — Как ты его получила?

Ди Июэ грустно ответила:

— Я встретила не того человека и женилась на бессердечной крысе, которая меня и убила. Это не ранение, как мертвец может быть ранен?

Цинь Му тщательно изучил рану Ди Июэ и даже приблизившись не смог расслышать её дыхания. Внутри раны до сих пор крылась часть божественного искусства, его сила была невероятно высокой, поэтому он не осмеливался к ней прикасаться.

— Это рана, и тебя всё ещё можно спасти. Несмотря на её серьёзность её можно вылечить, — юноша продолжал внимательно осматривать рану, подойдя к затылку Ди Июэ. Спустя некоторое время он продолжил. — Но в ней сохранилась часть божественного искусства, я не в силах с ним совладать. Сестра не могла бы от него избавиться?

Удивившись, Ди Июэ исполнила свою технику. Чтобы избавиться от остатков божественного искусства Сына Небесной Инь, прежде чем с любопытством спросить:

— Я нахожусь в области Императорского Трона, а ты всего лишь Небожитель. Ты владеешь методами лечения ранений Императорского Трона?

Тело Цинь Му задрожало, принимая свою трёхглавую шестирукую форму. Взмахнув мечом, он отрубил одну из своих голов.

Женщина шокировано воскликнула, в то время как юноша лишь улыбнулся и поднял голову в руке:

— Старшая сестра, взгляни.

Его шея задрожала, а уже в следующий миг из неё быстро выросла новая голова.

Ди Июэ смотрела на него широко открытыми глазами, прокричав:

— В мире существует такая техника?

Она заметила, что парень не просто отрубил голову своему физическому тело, но и исконному духу!

А исполнив свою технику, он не просто отрастил физическую голову, но и голову исконного духа!

Она никогда раньше не слышала о подобной технике.

Бог Чи Си возмущённо фыркнул, пылая от недовольства.

То, что исполнил Цинь Му, было техникой Таинственных Писаний Бесстрастного Создания и Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Багрового Императора. Объединив их, можно было обрести как бессмертное физическое тело, так и бессмертный исконный дух!

Обретение бессмертного физического тела было главной целью Сына Бога Багрового Света, и тот совсем не ожидал, что Цинь Му сможет добиться в этом успеха раньше него самого.

То, что юноше это удалось, заставляло завидовать всех представителей Багрового Света.

Сын Бога Багрового Света обучил Цинь Му технике Таинственных Писаний Бесстрастного Создания Светлого Императора, а учения, полученные от сознания Багрового Императора, позволили ему овладеть техникой Бесстрастного Сознания Бога не хуже самого Багрового Императора.

За счёт этого он сумел невероятно улучшить своё понимание техники Бесстрастного Создания и превзойти Сына Бога Багрового Света, обретая неописуемое преимущество. Даже если бы он передал технику Багрового Императора последнему, тот не смог бы понять её на таком же высоком уровне, из-за чего у него не было шансов обрести бессмертное физическое тело и исконный дух.

С другой стороны, чужеземец в лице Цинь Му смог с лёгкостью этого добиться.

Святой Дровосек улыбнулся. Он знал об основании своего ученика, хоть и номинального, поэтому отлично понимал, насколько высоким было его понимание техник создания.

Даже Цинь Му не осознавал полной величины своих способностей, но он отлично всё понимал. Обретя наследие Багрового Императора и Светлого Императора, Цинь Му по праву мог считаться самым сильным мастером искусств создания мира!

В плавучем мире Багрового Света он обрёл две великие техники Императорского Трона, после чего передал их всем академиям Вечного Мира.

Десятки тысяч людей изучали их секреты, среди них нашлось немалое количество талантов, сумевших понять тонкие нюансы двух техник Императорского Трона.

Но кроме Святого Дровосека, никто не знал, что Цинь Му уже давным-давно взобрался на самым вершину горы.

Улыбаясь, Цинь Му рассеял свои три головы и шесть рук:

— Возможно, вылечить ранение сестры очень трудно, но для меня это не слишком тяжёлая задача. Старшая сестра когда-то изучала искусства создания?

Ди Июэ покачала головой:

— Изучала поверхностно и довольно безрезультатно. Я сильно уступаю Старшему Небесному Наставнику.

«Старшим Небесным Наставником» был никто иной, как Святой Дровосек.

Цинь Му задумчиво шагал вперёд-назад:

— Тело старшей сестры мертво, и, должно быть, оставалось таким на протяжении довольно долгого времени. Тем не менее, оно отлично сохранилось, будто умерло совсем недавно. Но чем больше ты будешь находиться в этом мире, тем сильнее оно будет разлагаться. Когда это случится, ты будешь мёртвой по-настоящему! — он поднял голову, улыбчиво добавляя. — Позволь мне использовать технику создания вместо тебя! Когда ты воскреснешь, то сможешь изучить её самостоятельно.

Ошарашенная Ди Июэ спросила:

— Ты действительно в силах вылечить физическое тело сильного практика области Императорского Трона? Именно в этой области я нахожусь!

Цинь Му сверкал уверенностью:

— Целители относятся к своим пациентам, как к родным детям…

— Тьфу, ты просто хочешь мной воспользоваться! — Ди Июэ закатила глаза, но совсем не выглядела сердитой.

Дровосек, Фу Жило и остальные тревожно переглянулись.

Первый Предок шёпотом спросил:

— Небесный Наставник, это он у тебя научился так ублажать девушек?

На лице Святого Дровосека возникло опустошенное выражение:

— Чему я мог его научить? Разве я был бы до сих пор одиноким, если бы владел такими навыками? Мне стыдно это признать, но я не обучил его ни одному божественному искусству. У него были другие учителя…

К этому времени труп целителя возле обсерватории уже окаменел.

Глава 712. Добрый Старик и Воплощение Дьявола

Цинь Му провёл расчёты, чтобы придумать наиболее точное божественное искусство создания для лечения ранений Ди Июэ, при этом не задевая её мозг. Между тем Святой Дровосек поднялся к обсерватории Академии Реки Вздымающейся и приготовился исполнить своё заклятие. Он хотел вернуть души жителей Личжоу:

— Если души здешних людей будут отсутствовать слишком долго, их тела повредятся. Нужно как можно скорее вернуть их души и исконные духи обратно.

На лице Первого Предка возникло тревожное выражение, и он предупредил:

— Если мы вернём души из Юду и воскресим мёртвых, то потеряем часть своей жизни. Несмотря на то, что ты бессмертный бог, если разозлить вестников смерти, те не побрезгуют поднять на нас руку и утащить твою душу. В таком случае тебе придётся страдать в Юду, и, возможно, Граф Земли даже сожрёт тебя за твои проступки. А если судьба окажется более благосклонной, то после смерти ты всё равно окажешься в Юду и за всё поплатишься. Личжоу очень большой, здесь огромное количество людей, поэтому их воскрешение определённо не сойдёт тебе с рук.

Святой Дровосек ответил:

— Я собирался использовать жизни этих людей в качестве наживки, чтобы вынудить Лоу Юньцюя и остальных, прежде чем воспользоваться Цинь Му, чтобы тот привлёк к себе Сына Небесной Инь, в результате чего все местные умерли. Вся ответственность лежит на мне, так как я посмею защитить себя и не спасти их? О последствиях поговорим после моей смерти.

Он владел неплохим знанием языка и заклятий Юду, поэтому Проводник Душ не был для него чем-то сверхсложным. В следующий миг из его уст вырвались слова Юду и в пустоте начали медленно материализоваться врата, постепенно появляясь реальности.

Ему не удалось создать такие же Врата Небесной Воли, как у Цинь Му, к тому же он не владел божественными искусствами вроде Таинственных Врат Казни Бога. Тем не менее, он знал другие способы и руны, нужные для постройки врат в Юду.

Его метод напоминал примитивную версию Проводника Душ, сильно отличаясь от божественного искусства, улучшенного Цинь Му. Последнее действовало невероятно прямолинейно, сразу после его исполнения появлялись Врата Небесной Воли, позволяя с лёгкостью призвать души мёртвых из Юду.

Святому Дровосеку требовалось приложить и задействовать больше усилий и магической силы, чтобы выполнить Проводника Душ, тем не менее, его эффект был таким же.

Он стоял на вершине обсерватории, пока за его спиной развёртывались клубы дьявольской Ци. Тьма становилась всё плотнее и непрогляднее, и несмотря на то, что шёл день и в небе ярко сияло солнце, его свет не мог её пронзить.

Посреди дьявольской Ци возвышались врата, из которых непрерывно вылетали души, разлетаясь во всех направлениях. Найдя своё физическое тело, они тут же проникали внутрь него, и в этот момент человек медленно просыпался.

Святой Дровосек продолжал исполнять своё заклятие, постепенно увеличивая площадь, покрытую дьявольской Ци Юду. Та покрыла собой Академию Реки Вздымающейся, затопила реку, после чего достигла уезда Речной Плотины, откуда двинулась к другим уездам…

Из ворот вылетало всё больше и больше душ, и всё больше и больше людей возвращалось к жизни. Между тем во тьме засиял едва различимый огонёк и в сторону мира живых двинулась небольшая лодочка.

— Вестник Смерти здесь, скорее всего он пришёл по мою душу, — сердце Святого Дровосека окутала печаль, но его лицо оставалось спокойным. Он думал: «Если я не втяну в это кого-нибудь ещё, то всё будет хорошо. Обменять мою жизнь на жизни всех этих людей — вполне справедливо. К тому же ранение Сына Небесной Инь, спасение Ди Июэ, предотвращение природного бедствия тоже того стоят. У меня три ученика и все они… очень хороши. Даже без меня они продолжат двигаться вперёд».

Печаль в его сердце исчезла, он покорно ждал своей судьбы.

Маленькая лодка подплыла к воротам во тьме, сидящий в ней старик встал на ноги. Затем он снял лампу и посветил ею на Святого Дровосека.

Исконный дух Святого Дровосека задрожал от лучей лампы, но он продолжал произносить язык Юду. Мужчина не расслаблялся, надеясь успеть призвать обратно души всех людей, невинно погибших в Личжоу, до того, как вестник смерти сделает свою работу.

Лодка прошла сквозь ворота, перенося Старшего Вестника Смерти в мир живых. Увидев это, Святой Дровосек ошарашенно застыл, на некоторое время позабыв о своём заклятии:

— Покойный Владыка Юду, дай мне немного времени, чтобы закончить свою волю.

Старший Вестник Смерти собирался что-то ответить, когда неожиданно показалась голова Цинь Му, и, заметив его, обрадовалась:

— Так это Покойный Владыка!

Помрачнев в лице, Старший Вестник Смерти проговорил:

— Я думал, что это ты призываешь души, поэтому решил прийти поглядеть. Но, как оказалось, это был не ты, и мне стало интересно, что ещё за человек обладает такой смелостью. За последние два дня довольно много людей призывали души обратно и весь Юду поглотил хаос. Граф Земли крайне недоволен!

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Покойный Владыка, пожалуйста прости меня. Это я приказал им призывать души. Покойный Владыка ведь ничего не сделал тем людям?

Лицо Старшего Вестника Смерти почернело, он возмущённо фыркнул.

Цинь Му поспешно продолжил:

— В этот раз души призывает мой учитель, я слишком занят, чтобы лично уделить этому время. Он ничего не знает и всего лишь делает, что ему сказали. Пожалуйста прости, если он побеспокоил Покойного Владыку. Почему бы мне не заняться призывом самостоятельно?

Старший Вестник Смерти немного постоял с серьёзным выражением, прежде чем жестко ответить:

— В этом нет необходимости, хоть твоя печать довольно сильна, нам всё же нужно быть осторожными. Нельзя позволить твоему старшему брату питаться призванными душами.

Юноша улыбнулся:

— Не волнуйся, Покойный Владыка. Ивовый лист на моём межбровье крепко держится, я его не снимаю, так что мой брат не сбежит.

Старший Вестник Смерти успокоился и напомнил:

— Будет лучше, если ты никогда его не будешь снимать. Если выпустить твоего брата, то Графу Земли придётся лично тебя ловить. Я не стану наказывать вас за призыв душ. В Юду есть правило семи дней, по которому мёртвый человек считается живым на протяжении первых семи дней после смерти, на протяжении которых его можно воскрешать. Так что дело не в том, что Юду боится, или же я просто пытаюсь тебе помочь, а в том, что мы следуем правилам. Будь осторожен.

Кивнув головой, Цинь Му проговорил:

— Береги себя.

Старший Вестник Смерти отступил и исчез во тьме, возвращаясь в Юду.

Затем Цинь Му вернулся обратно, оставляя ошарашенного Святого Дровосека возле обсерватории. Тот ещё долгое время не мог прийти в себя.

— Бра Дао, я искренне завидую тебе в том, что у тебя есть такой выдающийся ученик, с которым даже Юду считается, — Фу Жило горько вздохнул, переполняясь завистью. — Как тебе удалось так его воспитать? Можешь и меня научить?

Стоящий сбоку Чи Си тут же начал их подслушивать, не осмеливаясь пропустить ни слова.

Святой Дровосек открыл рот:

— Я… — немного подумав, он так и не сумел продолжить своего предложения.

«У этого мерзавца репутация святого, но он осмеливается скрывать от нас свои секреты!» — разозлился Чи Си.

Он и так не был слишком хорошего мнения о Святом Дровосеке, а после этого случая оно лишь ухудшилось.

Святой Дровосек не мог объясниться, ему оставалось лишь продолжить призывать души. Он встревоженно размышлял: «Чему такому я его научил? Как я этого не заметил…»

Цинь Му вернулся обратно к Ди Июэ, и та бросила на него удивлённый взгляд, тихо спрашивая:

— Ты знаком с Доброжелательным Святым Королём, Равным Небесам?

Сосредоточенный на разработке рун, Цинь Му даже не поднимал голову:

— Знаком. Мы несколько раз встречались, с этим стариком очень просто найти общий язык.

Ди Июэ уставилась на него широко открытыми глазами, не зная, плакать ей или смеяться:

— С ним легко найти общий язык? Ты знал, что Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам — это второй по важности человек Юду, лишь слегка уступающий Графу Земли? Если с ним легко найти общий язык, то почему все те боги, которых он убил и чьи души утащил, рыдают, чтобы вернуть свою жизнь обратно? Когда речь идёт об исполнении правил Юду, он не остановится ни перед чем, даже если для этого нужно уничтожить целый мир!

Цинь Му достал созданные руны создания и протестировал их, качая головой:

— Должно быть, это всего лишь слухи. Покойный Владыка — добрый старик, он ещё ни разу не срывался. Старшая сестра, не двигайся, я собираюсь исполнить заклятие и вылечить твою рану.

Ди Июэ встала на ноги и неподвижно застыла.

Цинь Му собрался приступить к работе, но слегка подумав, проговорил:

— Старшая сестра, ты слишком высокая для меня. Приляг, чтобы мне было удобнее.

Ди Июэ послушалась и легла, приподнявшись в небо. Но даже теперь она всё ещё возвышалась на полтора метра над землёй.

Её красивые волосы стекали, будто водопад, переливаясь различными цветами. Чёрная одежда на её теле тоже повисла, будто шёлк, и взгляд Цинь Му самовольно упали на её грудь, которая даже в таком положении оставалась упругой: «Старшая сестра невероятно красивая».

Несмотря на то, что невинный юноша обращал внимания и на лица, из-за учения деревенских стариков, которые настаивал, что нельзя смотреть лишь на лицо, он всегда оценивал и другие части тела.

Девушки с большой грудью были красивыми.

Успокоившись, он выполнил своё заклятие. Для лечения ранения головы Ди Июэ ему не понадобилось огромного количества рун, он использовал в основном руны Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога и Таинственных Писаний Бесстрастного Создания, нацеленных на лоб и мозг. Тем не менее, главная сложность состояла не в этом, а в том, чтобы восстановить ткани мозга, не вырастив в нём ничего чужеродного.

Именно поэтому расчёты Цинь Му забрали так много времени.

Более того, ему также пришлось переработать часть рун создания и перестроить их структуру. Он делал подобное впервые, поэтому был крайне осторожен.

В конце концов мозг был очень хрупкой частью тела. Нельзя было отрастить слишком много, или слишком мало тканей.

К тому же рана Ди Июэ была не только в её физическом теле, но также и в исконном духе. Это было одной из причин, по которым Цинь Му пришлось перерабатывать руны.

Он осторожно исполнил заклятие, наблюдая, как ткани мозга женщины медленно отрастают. Отсутствующая часть отрастала обратно, постепенно закрывая кровавую дыру.

Каждое движение Цинь Му было чрезвычайно осторожным. В его зрачках появились слои построения, с помощью которых он уставился на кровавую дыру во лбу Ди Июэ, тщательно наблюдая за ростом тканей. Он контролировал свою магическую силу, превращая руны в зависимости от ситуации. Когда ткани мозга полностью восстановились, он снова изменил руны, начиная отращивать кость черепа, а затем подстроил руны, чтобы восстановить кожу на лбу.

— Му’эр, мы, целители, скоро останемся без работы, — донёсся голос целителя.

Сверкнула последняя руна Цинь Му и заклятие наконец рассеялось. Ди Июэ коснулась своего лба и искренне удивилась, улыбчиво проговорив:

— Великий Чародей поистине проделал своим искусством создания божественную работу!

Юноша улыбчиво ответил:

— Старшая сестра, повернись. В твоём затылке осталась открытая рана… Осторожно, не разлей свои мозги. Дедушка целитель, искусство создания не может заменить искусство лечения, а также не заменит целителей.

Обработав затылок Ди Июэ, он проговорил:

— Достичь высокого уровня владением искусством создания очень трудно. Совершенствоваться до моего уровня возможно, например, с примерно таким же талантом как у меня человеку достаточно совершенствоваться на протяжении десятков тысяч лет, и они смогут повторить такое.

Хотя другие и не понимали сложности искусства создания, он мог её представить. Его достижения достигли такого уровня в основном из-за сознания Багрового Императора. Если бы не это, то неизвестно, сколько времени пришлось бы потратить, чтобы достичь подобных высот.

— Более того, человеческое тело — это сложная система, а физическое тело бога — это маленький мир. Искусство создания может его восстановить, но чтобы сохранить баланс между телом человека и миром бога, требуется помощь целителя. — Цинь Му рассеял свои руны и достал небольшое зеркало, передавая его Ди Июэ. — Старшая сестра, посмотри, выглядит так же, как и в прошлом?

Глава 713. Наиболее Очаровательная Личность

Не прекращая смотреть на своё отражение в зеркале под разными углами, Ди Июэ, не сумев сдержать радости, похвалила:

— Ты действительно Великий Чародей со священными руками. Я не могу найти недостатка!

— Минуточку! — Цинь Му немедленно остановил её со словами. — Не двигайся! Старшая сестра, когда ты улыбаешься, в уголках твоих глаз появляются крошечные морщинки. Позволь мне сгладить их для тебя.

Ди Июэ немедленно прекратила вертеться, в то время как Цинь Му подошёл, создавая маленькие руны, который устремились вперёд от его пальцев к уголкам её глаз, сглаживая морщинки. В итоге кожа уголков её фениксовых глаз стала светлой, без толики теней, и нежной.

Женщина несколько раз моргнула, прежде чем вновь взяться за разглядывания себя в зеркале. Глазея на своё отражения, она действительно заметила, что крошечные морщинки исчезли, и несказанно обрадовалась.

— Сестра действительно красавица, — похвалил Цинь Му.

Восторженная Ди Июэ даже немного засмущалась.

— Целители не продают поддельных лекарств, поэтому они не потеряют работу, — глухой подошёл сбоку к целителю и дёрнул ушами. — Это ты потеряешь работу, ведь основной заработок у тебя идёт с продажи поддельных лекарств. Тебе следует забыть о том, чтобы полагаться на своё лицо для заработка на жизнь.

Целитель вздохнул и горько улыбнулся:

— Ученик хорошо обучился, но теперь мастеру придётся умереть с голоду. Му’эр скоро станет номером один в мире. К счастью, он не слишком шебутной и не заинтересован в делах любовных, в противном случае, как много отношений он завёл бы через свой сладкий рот?

Глухой спокойно согласился:

— Мы хорошо его обучили. Его рот сладкий, но он знает, что все женщины хитрые лисицы. Засранец всё ещё помнит наши наставления, поэтому даже если он кажется лакомым кусочком, для каждой встреченной им женщины, им не пробиться через его ментальную защиту. Можешь быть спокоен, он не пойдёт по твоим стопам.

Целительно поправил бронзовую маску и приглушённо ответил:

— Му’эр уже не ребёнок. Но насколько долго наши учения отсрочат главный поворотный момент в его жизни? А что если через его ментальный барьер не сможет пробиться ни одна женщина, если он будет остерегаться всех, чтобы отношения не зашли слишком далеко, что нам делать тогда?

Глухой замолк.

Целитель опять спросил, но глухой продолжал молчать, поэтому он рассмеялся от гнева:

— Ты уже отрастил уши, так что прекращай притворяться глухим! Я спросил тебя, поэтому быстро подумай над решением проблемы или я отправлю тебя до глухоты!

Глухой беспомощно ответил:

— Я тоже не знаю. В прошлом я учил его, что джентльмен всегда должен относиться к женщине, как к милой, красивой и грациозной, в то время как вы ребята учили его, что каждая женщина — лисица и вертихвостка. В святой книге не говорится, как следует поступить в такой ситуации. Почему бы тебе не приготовить что-нибудь, чтобы вызвать в нём влечение?

— Будучи моим учеником, — гордо бравировал целитель, — разве ему нужно полагаться на наркотик для влечения? Разве это не удар по репутации Безликого Короля Ядов? Более того, его познания в лекарствах не ниже моих, поэтому он может обезвредить любой наркотик, который я ему дам. Зная, что всё произойдёт именно так, я не стану даже пробовать…

****

Жители Личжоу просыпались ото сна, пребывая в слегка помутнённом состоянии. Они не имели ни малейшего понятия о том, что произошло в течение ночи, поэтому решили, что просто по какой-то причине уснули. Некоторые практики строили кое-какие догадки о случившемся, но не могли знать наверняка и только догадывались.

Тем не менее, на окраине произошло множество странностей. Некоторые просыпались и у них кардинально менялись личности, например, женщины говорили, что они мужчины, и наоборот.

Один мужчина проснулся, после чего начала восклицать, что он женщина. Практики божественных искусств спросили у него, откуда он и кто его семья, после чего отправились проверить информацию. Придя в названное им место, они нашли там женщину, которая заявляла, что она мужчина.

Имело место быть тысячам подобных инцидентов.

— Души многих людей, судя по всему, вошли не в свои тела во время обратного призыва, — догадался Цинь Му, когда до него дошли слухи. — Проводник Душ наставника всё ещё не совершенен, в результате во время призыва душ в их тела произошёл такой казус. Причина, должно быть, кроется в том, что ты чуть-чуть не до конца знаешь язык Юду.

Помрачнев в лице, Святой Дровосек возразил:

— Если ты такой способный, почему сам этим не занялся?

Цинь Му честно ответил:

— Я думал, что наставник достаточно умел, разве я виноват, что ошибся? Если бы ты полностью понимал значения и настроения языка Юду, путей, навыков и божественных искусств, то нужды в дополнительных объяснениях не было бы, а также ты бы не допустил такой оплошности.

Дровосек от злости подавился собственными словами.

Целитель и глухой обрадовались, между тем последний похвалил:

— Му’эр скромен и тактичен, чего и следовало ожидать от ребёнка, которого мы с трудом вырастили. Он проявил великую скоромность, говоря, что святой немного хуже него, но оказывается, что он хуже на столько, — он широко развёл руки в стороны.

Целитель тоже довольно высказался:

— Да, всё только благодаря нашим учениям. Мы ему смолоду твердили, что всегда есть кто-то опытнее и лучше, поэтому он всегда ведёт себя скромно и осторожно. Даже встречая людей явно хуже себя, он всегда говорит им, что они лишь слегка хуже. Именно по этой причине Му’эра до сих пор не избили до смерти.

Два старика удовлетворённо улыбались.

— Для решения проблемы мы должны переместить души, — продолжал Цинь Му. — Единственная проблема в том, что эти тысячи бедолаг живут в разных частях Личжоу, поэтому у нас уйдёт много времени, чтобы найти их всех… — он был в ужасе от проблемности вопроса.

Святой Дровосек ответил:

— Касательно вопроса перемещения душ, просто поручи это ученикам, совершенствующимся в Проводнике Душ. Нам не обязательно заниматься этим лично. Они ведь отправились в уезд Юйчжи по твоему приказу? Пусть просто вернутся как можно скорее.

Цинь Му кивнул и отправил свой исконный дух связаться с Сы Юньсян.

Девушка с усталым выражением лица заговорила:

— Владыка, ты поручил нам отправиться в уезд Юйчжи, чтобы вернуть души умерших. Поначалу всё шло хорошо, но потом кое-что произошло. Когда ученики исполняли Проводника Душ, внезапно появлялись маленькие лодки, после чего на них упал свет из тьмы, и они потеряли свои души, становясь трупами.

— Покойный Владыка сделал ход! — удивился Цинь Му.

Сы Юньсян продолжила:

— Небесный Король Юй сказал, что это произошло потому, что мы призвали обратно слишком много душ, затрагивая правила Юду, поэтому вестники смерти появились, чтобы покарать нарушителей порядка. Но вскоре души учеников вернулись, после чего некоторые из них рассказали, что Сын Юду умолял вестника смерти позволить им вернуться. Я не уверена, правда это или ложь.

Цинь Му замер с обескураженным выражением лица:

— Я не умолял Покойного Владыка, что вообще происходит… В любом случае хорошо, что ученики вернулись, это избавило меня от лишних проблем, иначе мне пришлось бы лично наведаться в Юду, а как мне показалось ранее мне там почему-то не очень рады. Каждый раз, когда я отправляюсь туда, Покойный Владыка и Граф Земли смотря на меня исподлобья. Они всегда смотрят на меня так, словно хотят, чтобы я как можно скорее свалил, — высказав своё недовольство, он продолжил. — Святейшая Юньсян, возьми с собой сто самых способных учеников и отправляйся в Личжоу, чтобы помочь людям, чьи души вернулись не в свои тела, попасть куда надо. Постарайся не создавать больше проблем.

Сы Юньсян кивнула и немедленно созвала учеников, тут же поспешив в Личжоу.

Цинь Му попрощался с целителем и глухим, после чего направился вместе со Святым Дровосеком, Первый Предком и Ди Июэ к столице, чтобы встретиться с третьим учеником Небесного Наставника — Имперским Наставником Вечного Мира. Первоначально он не планировал отправляться, но Ди Июэ хотела, дабы он составил ей компанию, и у него попросту не осталось выбора.

— Небесный Король, мы можем не спешить и взглянуть на местные обычаи и условия проживания людей в Вечном Мире, — предложил Святой Дровосек. — Реформа Вечного Мира — это не пустой звук, а то, что действительно происходит. Увидев всё собственными глазами, ты определённо изменишь свою точку зрения.

Ди Июэ равнодушно ответила:

— Ты Небесный Наставник Эпохи Императора-Основателя, поэтому стоял у истока её реформы. Всего за какие-то двадцать тысяч лет ты подтолкнул Эпоху Императора-Основателя до такого уровня бытия, что у чужеземных райский небес не осталось выбора, кроме как стереть нас с лица земли. И сейчас ты вновь собираешься принять участие в реформе, только Вечного Мира? За сколько лет ты планируешь подтолкнуть Вечный Мир дор уровня бытия, сравнимого с Эпохой Императора-Основателя, чтобы и их не могли больше терпеть?

Услышав упоминание Ди Июэ о Эпохе Императора-Основателя, Святой Дровосек погрустнел и с толикой горечи ответил:

— Я действительно направлял реформу Императора-Основателя, но я непосредственно непричастен к реформе Вечного Мира. Те, кто стоят у её истоков — это мои три ученика, — он выпрямил один палец, прежде чем продолжить. — Мой старший ученик передал философию пути святого, суть которой лежит в том, что всё должно быть применимо и, что важнее, применяться для использования в повседневной жизни простых людей.

Все общались, пока шли вперёд.

Ди Июэ наблюдала за людьми, встреченными по пути, между тем Святой Дровосек поднял второй палец:

— Мой третий ученик использовал это предложения на благо Вечного Мира, что является непосредственной причиной того, почему Вечный Мир на данный момент выглядит именно так, как выглядит. Я учил моего старшего ученика в течение ста лет, в то время как третьего всего два года. Что касается реформы Вечного Мира, я ни во что не вмешиваюсь, пока не получаю поручения от своего третьего ученика.

Ди Июэ взглянула на Цинь Му, прежде чем с улыбкой сказать:

— Ты сказал, что реформой руководят три твои ученика, но рассказал только о своих старшем и младшем учениках, ничего не упоминая о среднем.

Святой Дровосек взглянул на Цинь Му, чувствуя, что его голова собиралась вот-вот взорваться. Встряхнув ею, он заговорил:

— Моего второго, среднего ученика я не учил даже дня. Я понятия не имею что произошло, но он словно появился у меня из ниоткуда.

Ди Июэ полюбопытствовала:

— Что он сделал?

Святой Дровосек хотел было воспрять духом, но не мог, поэтому просто вяло ответил:

— Он просто человек, стоящий за моим третьим учеником.

Женщина была озадачена.

Между тем коренастый мужчина слабым тоном продолжил:

— Во времена, когда у Империи Вечного Мир и моего третьего ученика был самый опасный период, он протянул руку помощи, спасая как императора, так и моего третьего ученика. Затем Империя Вечного Мира опять оказалась в опасности, и он опять был тем, кто помог им. А когда крайне опасные времена наступили ещё раз…

— Старший Небесный Наставник, прекрати, я уловила суть, — Ди Июэ не знала, смеяться ей или плакать. — Должно быть это именно он защитил Империю Вечного Мира и твоего третьего ученика, я угадала?

— Я действительно не понимаю этого своего ученика, — Святой Дровосек со странным выражением лица украдкой изучал Цинь Му, в полголоса продолжая. — Его действительно не понять, я ещё никогда не встречал человека с такой непонятной природой. Он амбициозен, смело идёт на реформы и у него есть вера, которую невозможно искоренить, более того, он к тому же умён и эксцентричен. Он любопытен абсолютно ко всему, слов глупая новорождённая косуля. А ещё… — он немного подумал, прежде чем продолжить, — ещё он наделён странным очарованием и когда на чём-то сфокусирован, то может придумать многочисленные странные, непонятный вещи. К примеру, он посмел в одиночку отправиться в Мир Небесной Инь, после чего, я не шучу, воскресить Богиню Небесной Инь, полагаясь на придуманное им же заклятие, которое могло собирать кусочки душ обратно воедино, восстанавливать душу и оживлять!

— Он также создал Проводника Исконного Духа в области Шести Направлений, позволяя практикам совершенствовать исконный дух в Шести Направлениях и изменяя систему совершенствование, которая будет наследоваться от практика к практику на протяжении сотен тысяч лет!

— Ему даже удалось придумать восемнадцатую форму меча без особых мыслей о ней, и это привело к тому, что навыки меча сделали огромный шаг вперёд. Кажется, словно у него нет лимитов или правил в понимании путей, навыков и божественных искусств. То, о чём не могут думать, он может. Например, Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, который может соединять воедино два мира, решая проблему мирового барьера, был придуман и разработан им совершенно непреднамеренно.

— Более того, в нём нет скупости, всё узнанное, изученное и осознанное им он распространяет по всей империи, не держа ничего только для себя. Получить технику Императорского Трона ведь тяжело, верно? Чужеземные райские небеса тратят столько сил на сбор у себя техник подобного уровня, но он просто берёт и делится ими со всеми, словно конфетами. На данный момент он получил уже три техники Императорского Трона.

— А тот, кто для него определённо является врагом, которого он одолел, становится с ним другом. Что же до того, кто явно его друг, он сводит такого человека с ума, подталкивая того к тому, чтобы надрать ему зад! — Святой Дровосек вздохнул, говоря. — В момент, когда я подумал, что он идеальный человек, я также нашёл в нём множество недостатков. Один из них — ему тяжело сосредоточиться на чём-то одном, он всегда изучает что-то новое, перепрыгивая от одного к другому. Основав Проводника Исконного Духа, он забросил его, занявшись чем-то ещё. Затем он создал восемнадцатую форму меча и куда-то убежал, даже не попытавшись оседлать момент, для открытия девятнадцатой формы меча. Подобное поведение подталкивает людей вокруг него возжелать так сильно придавить меч к его шее, чтобы в кои-то веки заставить его заняться чем-одним, — переведя дыхание, мужчина продолжил. — Второй недостаток — он слишком уж отважный, отважный настолько, что порой кажется, что это не отвага, а форма некой глупости. Он способен делать любые, даже самые опасные вещи. Например, в том инциденте в Личжоу он добровольно, но в то же время глупо выступил в качестве приманки.

— В-третьих, он нахальный и надменный. Со стороны он может и выглядит скромным, но это вовсе не так, он высокомерен до крайности. Небеса первые, а он второй. Граф Земли первый, а он второй. Император первый, а он второй. Райский император первый, а он второй… — поморщившись бровями, Святой Дровосек вздохнул. — Я не понимаю его, я действительно не понимаю его.

Ди Июэ посмотрела на Цинь Му, который в данный момент готовил пилюли для цилиня. Накормив его, он побежал посмотреть на ветряные повозки и обсудил с местными учениками есть ли какой-нибудь короткий путь к их улучшению.

— Действительно интересный человек, — с улыбкой заговорила Ди Июэ. — Он живёт более свободно и счастливо, чем кто-либо ещё!

— Нет! — тут же возразил Святой Дровосек, прежде чем продолжить. — В действительности на нём лежит по-настоящему тяжёлая ответственность, просто из-за своей чрезмерной оптимистичности у него получается заставить людей вокруг чувствовать, что он свободный и счастливый. И только он сам знает свою собственную боль. Он просто выбрал идти по своему жизненному пути с позитивным настроем, встречая каждую опасность лицом к лицу, — успокоившись, он решил завершить мысль. — Ему не предоставили выбора в вопросе, быть ли рождённым, но он выбрал путь для своего будущего, а также с каким отношением он будет по нему идти. Он самый очаровательный человек, которого я когда-либо встречал.

Глава 714. Очарование Реформ

Ди Июэ кинула на Цинь Му очередной взгляд, но никак не могла в нём разглядеть ту самую боль, а видела лишь парня, смеющегося в беседе с несколькими учениками.

— Он действительно мальчик со странным очарование, — кивнула головой Ди Июэ, — его не назовёшь таким уж красивым, но очарования ему не занимать. Нам, по правде говоря, не нужно встречаться с Имперским Наставником, одного лишь этого твоего ученика достаточно, чтобы я решила помочь Империи Вечного Мира пройти через грядущее бедствие.

— Имперский Наставник человек с другим типом очарования, — улыбнулся Святой Дровосек. — Только увидев его, ты поймёшь, откуда оно у него. Честно говоря, встреча Имперского Наставника и Цинь Му напоминал мне о тех захватывающих деньках, когда Эпоха Императора-Основателя только зарождалась. Я, Император-Основатель и остальные товарищи встретились в забытых руинах Высшего Императора. В то время цивилизация Высшего Императора была полностью уничтожена, а мы были вынуждены бороться за свои жизни посреди тех руин, — он со спокойным поведением погрузился в свои воспоминания, как вдруг усмехнулся. — Кто же знал, что люди, которые через боль и страдания находили каждую порцию еды, могут построить такую славную Эпоху Императора-Основателя? Когда я встретил Имперского Наставника, Цинь Му и остальных их товарищей, я невольно вспомнил себя и моих товарищей прошлого.

Ди Июэ на некоторое время замолчала, прежде чем покачать головой со словами:

— Давай не вспоминать о прошлом. Раз такое дело, пойдём встретимся с ним.

— Му’эр, идём! — громко окликнул Первый Предок.

Цинь Му согласился и трусцой, с улыбкой на лице подбежал:

— Я хотел бы отправиться к Небесной Святой Академии в Бачжоу, у меня появилось несколько идей, о которых я хотел бы поговорить с бабушкой Сы.

— Тогда сначала мы наведаемся в Небесную Святую Академию, — ответил Дровосек.

Небесная Святая Академия полностью отличалась от своей соседки — Академии Реки Вздымающейся, которая во всю прибегала к искусству создания для выращивания лекарственных трав, тем самым обеспечивая Империю Вечного Мира бесконечным потоком столь ценного и незаменимого ресурса.

Вокруг неё стояла совершенно иная атмосфера, более насыщенная и многообразная. Например, можно было разглядеть всевозможные странный и редкие духовные оружия, которые либо летали в небе, либо бегали по земле, а также как в небе, словно из ниоткуда, появлялись клубы густого дыма…

Что-то постоянно падало, оставляя в земле огромные дыры, из которых чуть погодя выползали взъерошенные ученики, а те духовные оружия, что бегали по земле, время от времени взрывались, в то время как ученики, контролирующие их изнутри них улетали пушечными снарядами к небу…

Другие ученики собрались вместе для испытания навыка построения. В итоге тот разразился крайне опасным калейдоскопом навыков построений, отчего эти ученики время от времени теряли над ним контроль. Некоторые навыки построений относились к построениям меча, поэтому вспышки меча выстреливали во всех направлениях, другие же имитировали форму богов. Когда бедолаги теряли над ними контроль, божественная или дьявольская живучесть принимала форму бога или дьявола, который затем начинал гнаться за ними…

Неподалёку находились группы целителей и студентов на страже. Когда происходил очередной несчастный случай, они уносили раненых в волнении, чтобы подлечить.

— Я говорил тебе, математика! Математика! — взволнованно и раздражённо выкрикивал старый даос. Он кричал на учеников, которых уносили прочь после провала эксперимента. — Вам стоило внимательней всё рассчитать, вы, ребята, никогда меня не слушаете! Если вы не начнёте слушать, то та к и останетесь бестолковыми!

— Сегодня давайте создадим построение призыва бога. Согласно рунам Сохранения Духовной Энергии семьи Цинь, мы сможем призвать монстра из Юду, — находящийся с другой стороны учитель поощрял и воодушевлял учеников под своим началом. — Учитель ведь с вами, так что разве может произойти что-то опасное? Не беспокойтесь… Если верить рунам Сохранения Духовной Энергии семьи Цинь, нам нужно какое-что пожертвовать, давайте сначала проведём все необходимые математические расчёты, после чего спроектируем жертвенный алтарь.

— Учитель, пятого старшего брата схватил монстр!

— Эй! Куда ты собрался, монстр?.. Сяо’у, не волнуйся, просто немного ошиблись. Давайте попробуем ещё… Прекратите убегать и вернитесь! Вы не сможете избавиться от хватки вашего учителя…

Ди Июэ осматривалась вокруг, постоянно восклицая. Царящая в Небесной Святой Академии атмосфера пробуждала в ней давно утерянные чувства, в частности, чувство продвижения.

В последний раз она чувствовала нечто подобное в прошлом, когда ещё только изучала пути, навыки и божественные искусства с Императором-Основателем и остальными. Она очень сильно любила подобного рода чувство, но прославившись она становилась со временем лишь более и более занятой и в итоге могла выделять все меньше и меньше времени на подобные исследования.

В Небесной Святой Академии обучалось неисчислимое множество учеников, которые каждый день что-то придумывали и ковали разнообразные духовные оружия, поэтому день за днём здесь что-то случалось.

Проходя мимо производственного завода огромных масштабов, они увидели, как внутри ученики испытывали печи с большой огневой мощью, чтобы затем благодаря ним ковать странные духовные оружия для ежедневного использования.

Ученик проехал мимо них на огромном механическом звере, чтобы отрегулировать огневую мощь в печи. Внезапно сотня пилюль меча взмыла к небу, после чего полился дождь из мечей, но ученик передал свою жизненную Ци через механического зверя, поэтому мощь его божественного искусства умножилась на добрую сотню.

Ученики обрадовался и опять отрегулировал мощь печи. Затем он увидел, как механический зверь изверг огонь из своих ног и задницы, взмывая к небу. Вскоре с неба донёсся вопль, а ещё чуть погодя ученик вместе со своим зверем рухнули на гору.

— Идиот, я ещё никогда не видел такого бестолкового болвана! — послышалась приглушённая ругань.

Святой Дровосек обернулся на голос, где увидел старца, сидящего на сундуке и держащего в руке кувшин, скрывающий собой его лицо. Всевозможные вульгарности доносились из-за кувшина с крайне высокой скоростью, но с невероятной отчётливостью.

— Кажется, это дедушка немой! — обрадовавшись, Цинь Му немедленно пошёл вперёд и выкрикнул. — Дедушка немой, ты отрастил свой язык?

Старец отлепил своё лицо от кувшина и, окинув всех взглядом, немедленно расплылся в искренней улыбке, прежде чем разразиться жестами рук и воплями:

— Аба, ах, ах, ба!

— Дедушка немой сказал, что он всё ещё не отрастил язык. А также, что ему недостаёт манер, поэтому он не повидался со старшими раньше, — юноша тут же перевёл жесты старца.

Немой взволнованно повёл всех с экскурсией вокруг завода, постоянно делая какие-то жестки руками. Между тем Цинь Му просто шёл рядом и выступал в роли переводчика.

Экскурсия произвела на всех приятное впечатление, и они покинули пределы завода.

Немой проводил их взглядом, прежде чем сильно помрачнеть, разбить кувшин и ругнуться:

— Ты знаешь слишком много моих секретов, поэтому я не могу оставить тебя…

Они вошли в Небесную Святую Академию, осознав, что в ней жизнь протекает в ещё более оживлённом, даже безумном ключе.

Ди Июэ со вздохом сказала:

— Я теперь поняла почему ты помогаешь Имперскому Наставнику и Императору Яньфэну. Они ещё не выработали стратегию и у них нет мощи, они просто молодые люди. Ты решил помочь им из-за их оживлённости.

Святой Дровосек кивнул головой:

— У нас больше нет той живучести и энтузиазма, мы, старшее поколение, имеем только наши жизни и способности, зиждущиеся на нашем совершенствовании, наращённому в течение всей нашей жизни. Мы можем использовать наши жизни и способности, чтобы в бою выиграть некоторое время, позволяя им вырасти. Император-Основатель не сражался, но мы можем помочь Эпохе Императора-Основателя сразиться за растущий Вечный Мир.

Ди Июэ замерла и с горчинкой улыбнулась:

— Я ведь не сражалась за Эпоху Императора-Основателя…

Цинь Му нашёл бабушку Сы, которая в данный момент направлялась вместе с какими-то учениками в зал математики. Прямо сейчас она позабыла о своём статусе и начала изучать математику вместе с другими учениками, пытаясь заделать свои образовательные бреши.

Сюй Шэнхуа и его жена тоже слушали в сторонке.

В качестве учителя математики выступал Мастер Дао Лин Сюань. Будучи Мастером Дао и основателем Академии Секты Дао, он пришёл дать лекцию, чтобы обменяться знаниями. После чего он пригласит мастеров Небесной Святой Академии дать лекции в Академии Секты Дао, чтобы помочь им избавиться от слабостей.

— Владыка Культа Цинь! — все присутствующее поспешно встали и поприветствовали.

Цинь Му ответил взаимностью и с улыбкой попросил:

— Все, не нужно этих формальностей. Я всего лишь проходил мимо и решил заглянуть, — переведя взгляд, он обратился. — Мастер Дао, я написал Математический Трактат Высшей Молекулы, подойдя и взгляни, мне интересно твоё мнение.

Мастер Дао Лин Сюань поспешил подойди и, заглянув в писания, помрачнел в лице на первых же двух страницах.

— Молекулярная математика? — серьёзно спросил он.

Цинь Му кивнул со словами:

— После того, как я вывел Математический Трактат Высшей Молекулы, я использовал его, чтобы подсчитать Великое Дао Небесного Огня.

Лин Сюань быстро пролистал и шатко вздохнул:

— Владыка Культа Цинь, разве можно использовать Математический Трактат Высшей Молекулы только для подсчёта Великого Дао Небесного Огня?! Знал ли ты, что ты разработал целую систему? При поддержке этого трактата мы сможем придумать столько математических божественных искусств!

Сюй Шэнхуа поспешил подойти, поэтому две их головы столкнулись в одной точке, чтобы одновременно читать Математический Трактат Высшей Молекулы. Со временем их лица становились всё мрачнее и грознее, ведь они очень хорошо понимали, насколько был важен этот трактат.

— Каждый раз, когда Владыка придумывает целую систему… Ты всегда отбрасываешь её, — покачал головой Сюй Шэнхуа. — Если бы ты продолжил развиваться в соответствии с Математическим Трактатом Высшей Молекулы, разве ты бы стал только лишь великим мастером целого поколения? Тебя бы нарекли священным королём!

Цинь Му непонимающе почесал голову:

— Это и правда так важно? Я просто подумал, что самому ломать над этим голову слишком утомительно, поэтому решил, что было бы хорошо, если бы мы занялись этим все вместе, разве я не прав?

Мастер Дао Линь Сюань успокоился и прижал к себе Математический Трактат Высшей Молекулы со словами:

— Брат Сюй, Владыка Культа Цинь дал это мне, моя Академия Секты Дао нуждается в возможности вернуть былую репутацию и встать наравне с остальными академии, ты не можешь украсть то, что моё!

Сюй Шэнхуа ухмыльнулся, прежде чем спокойно парировать:

— Какое совпадение, я тоже планировал основать Академию Высших Небес, поэтому мне тоже недостаёт того, на что можно было бы положиться.

Парочка уставилась друг на друга тяжёлыми взглядами.

— Брат Сюй, — заговорил Цинь Му, — я просто напишу для тебя другую книгу чуть позже, не стоит сражаться из-за такой мелочи. Кстати, у меня есть область для изучения, которой должна заняться Небесная Святая Академия. И это божественные искусства магнетизма. Я буду рад, если бабушка возглавит учеников с лучшими достижениями в этой области и сосредоточиться на изучении этого направления.

Бабушка Сы удивилась:

— Божественные искусства магнетизма? Имеешь в виду силу притяжения земли? Му’эр, ты хочешь создать подобные божественные искусства?

— Не только, — Цинь Му начал объяснять, — если бы нужно было разобраться с силой притяжения земли, это было бы слишком просто. Ведь существуют также силы притяжения между звёздами в небе, например, при ходьбе по звезде Багрового Света мы понимаем, что нас притягивает её сила притяжения и нам придётся бороться именно с ней, чтобы взлететь. Зная это, мы можем предположить, что сила притяжения между звёздами тоже невероятно сильна. Если мы сможем разобраться в этом всём, то откроем невероятно могущественную систему божественных искусств.

Оживившись во взгляде, бабушка Сы сказала:

— Моё Силовое Поле Великих Всеобъемлющих Небесных Звёзд имеет схожую природу с божественным искусством магнетизма, о котором ты только что упомянул. Наиболее подходящее место для его изучения находится там, где пересекаются Верховные Небеса Император, Небеса Лофу и Великие Руины. Там запутанный магнетизм, поэтому именно там лучше всего его изучать!

Цинь Му мысленно воскликнул, удивляясь уму бабушки Сы, прежде чем продолжить:

— Ты совершенствовала божественное искусство магнетизма в Великих Небесных Дьявольских Рукописях раньше, поэтому лучше всего подходишь для того, чтобы проводить исследования в этой области. Но магнетизм требует глубоких познаний в математике, бабуль, насколько далеко ты в последнее время продвинулась в этом вопросе? По дороге сюда я вычислил несколько магнитных силовых полей и записал несколько уравнений, сначала взгляни, сможешь ли ты понять их.

Сюй Шэнхуа опять был заинтересовал и подошёл:

— Может брат Му дать мне взглянуть.

Цинь Му достал несколько листов бумаги, и бабушка Сы смотрела на них в течение долгого времени, явно пытаясь понять значение уравнений, прежде чем улыбнуться и сказать:

— И примерно поняла, о чём они, но мне всё ещё не помешала бы помощь нескольких мастеров математики.

Сюй Шэнхуа тоже понял и похвалил:

— Какие сложные мысли, используя эти уравнения мы сможем вывести начальные формы более десяти базовых рун. Несмотря на их кажущуюся поверхностность, с определённым направлением божественные искусства магнетизма начнут процветать. Почему брат Цинь не хочет изучить это самостоятельно? Продолжив исследование в этой области, ты разработаешь очередную огромную систему божественных искусств. Великое Дао Небес и Земли вновь изменится из-за тебя!

Цинь Му вздохнул со словами:

— Откуда у меня возьмётся столько времени? Я просто выучу всё после того, как вы всё создадите.

Все присутствующие замерли с широко распахнутыми глазами.

Человек перед ними явно нашёл множество путей и методов исследования. Он, очевидно, мог бы добиться в будущем очень многого и даже стать священным королём, но даже при всём при этом он не готов продолжать заниматься исследованием нового и сбрасывает всё, что считает незначительным, на них, чтобы они закончили всё за него.

— Брат Сюй, твоя Академия Высших Небес планирует заняться исследованием Математического Трактата Высшей Молекулы или божественных искусств магнетизма? — усмехнувшись, поинтересовался Мастер Дао Лин Сюань. — Тебе будет не под силу пойти обоими путями, верно? Выбирай.

Сюй Шэнхуа оказался в затруднительном положении.

Среди двух направлений Математический Трактат Высшей Молекулы казался немного важнее, а достижения после масштабного исследования в нём будут по-настоящему значительными. С другой стороны, божественные искусства магнетизма давали ему шанс создать систему магнетизма божественных искусств магнетизма буквально из ничего, поэтому даже если у него не получится добиться такого же невероятного успеха, как с Математическим Трактатом Высшей Молекулы, это всё же не малое, а выдающееся дело.

Ему действительно было тяжело выбирать между ними!

Глава 715. Услуга для Южного Божества

— Математический Трактат Высшей Молекулы всё ещё не изучен, возможно, из него можно получить высокоуровневое правило, которого никто раньше не замечал. Тем не менее, для этого потребуется огромное количество экспертов математики.

— Божественное искусство магнетизма намного проще. Владыка Культа Цинь уже создал несколько уравнений, из которых нужно лишь создать руны магнетизма. Нам всего лишь требуется вывести более сложные уравнения, на основании которых создать базовые руны магнетизма. Сразу после этого работа над концепцией этой системы божественных искусств будет закончена.

Сюй Шэнхуа и Цзин Янь размышляли:

— Я собираюсь открыть Академию Высших Небес, но у меня всё ещё нет контроля над Высшими Небесами. Открытие академии обязательно, в противном случае, в будущем мы потеряем любую власть в Вечном Мире. Цзин Янь, что скажешь?

Цзин Янь ответила:

— Западные Земли всё ещё не создали своей академии, так почему бы мужу не начать рекрутировать их людей? В Западных Землях огромное количество талантов, у каждой здешней семьи глубокая история. Если муж решит создать там Академию Высших Небес, которая откажется от любых сектантских убеждения, то я думаю, что Владыка Дворца Истинных Небес согласится тебе помочь. Это поможет ей в борьбе с влиятельными семьями Западных Земель.

Немного подумав, девушка добавила:

— Западные Земли завоевал Владыка Культа Цинь, все здешние семьи его уважают. Если мы решим построить Академию Высших Небес там, то придётся предложить ему стать ректором. Учитывая его репутацию, а также поддержку Владыки Дворца Истинных Небес, нам никто не будет мешать. После постройки Академии Высших Небес муж сможет атаковать Высшие Небеса и истребить всех приспешников Райских Небес, оставленных там. Тогда Высшие Небеса вернуться под твой контроль, и присоединив их к Вечному Миру, ты заручишься поддержкой Императора.

Глаза Сюй Шэнхуа загорелись, он улыбчиво проговорил:

— Цзин Янь, это отличная идея, так и поступим! А что насчёт Математического Трактата Высшей Молекулы и божественного искусства магнетизма, что нам стоит выбрать?

Ненадолго погрузившись в размышления, Цзин Янь предположила:

— Секта Дао строилась на протяжении очень долгого времени, у них невероятно прочное основание. С другой стороны, Академия Высших Небес ещё даже не была создана, так что у мужа нету средств, чтобы бороться с Мастером Дао. Более того, Математический Трактат Высшей Молекулы крайне сложный, будет сложно добиться в нём успехов всего лишь за несколько лет. В то же время достичь успехов в божественном искусстве магнетизма будет довольно просто. Всего лишь через год мы сможем поделиться своими достижениями с Небесной Святой Академией, и прославиться за счёт её репутации. Как только нас признает весь мир, ученики тут же захотят учиться у нас, —девушка улыбнулась. — К этому времени Математический Трактат Высшей Молекулы Секты Дао не успеет сильно продвинуться. Обретя репутацию и ресурсы, муж сможет присоединиться и к работе над ним!

Приняв решение, Сюй Шэнхуа улыбчиво ответил:

— О чём ещё может просить муж, имеющий такую жену?

Муж и жена приняли решение, и Цзин Янь проговорила:

— Принцесса Сю — король нижнего первого ранга Западных Земель, император сильно ей доверяет, более того, она герой среди женщин. Западные Земли преклоняются перед женщинами, так что очень сильно уважают и её, у неё огромное количество связей. Давай я встречусь с ней, чтобы наладить союз, после этого нам будет легче связаться с Дворцом Истинных Небес. Мужу стоит обсудить всё с Владыкой Культа Цинем, тогда у нас на пути не возникнет препятствий.

Сюй Шэнхуа тут же согласился и поделился своими планами с Цинь Му.

Тот улыбнулся:

— В Западных Землях есть лишь Дворец Истинных Небес, который изначально находился под контролем Высших Небес и теперь потерял большую часть своей силы. В результате сила здешних влиятельных семей начала возрастать. Это не проблема в мирное время, но как только в мире начнётся хаос, Западные Земли тут же восстанут. Идея брата Сюя создать Академию Высших Небес очень хороша, я соглашусь носить твоё почётное звание. Тебе придётся навестить сестру Сю, так как у неё есть глубокие корни в Западных Землях. Представь вместе с ней свою идею императору, и тот согласится выделить вам нужное количество денег чтобы как можно быстрее построить Академию Высших Небес.

Услышав это, Сюй Шэнхуа был вне себя от радости.

Когда дела в Небесной Святой Академии были закончены, Первый Предок проговорил:

— Му’эр, пора идти.

Кивнув головой, юноша попрощался с бабушкой Сы, после чего отправился следом за Святым Дровосеком, Ди Июэ и остальными.

— Перед Префектурой Бачжоу находится статуя бога катастрофы, — проговорил Святой Дровосек. — Небесный Король не хотела бы сходить взглянуть на неё?

Ди Июэ равнодушно ответила:

— Было бы неплохо там осмотреться.

Цинь Му отправился вместе с ними в префектуру Бачжоу. Там, в городе Бачжоу, из-под земли выбралась невообразимо высокая каменная статуя, напоминая огромную гору, возвышающуюся над зданиями.

Каменная статуя имела голову птицы и тело человека. Её крылья были наполовину раскрыты, а взгляд невероятно острым. Это была статуя женщины, окутанная перьями с огненными символами Красной Птицы. Несмотря на свои размеры, она обладала довольно милым, красивым и изящным видом. Если не обращать внимания на птичью голову и когти, то её внешность можно было бы посчитать привлекательной.

Вокруг каменной статуи уже воздвигли кирпичную стену, снаружи которой скопились горы благовоний и свечей. Должно быть это были подношения, оставленные глупыми жителями.

— Эти люди не знают, что каменная статуя — это бог катастрофы, пришедший чтобы уничтожить их?

Ди Июэ покачала головой, наблюдая за людьми, которые подходили к стене, чтобы положить подношения:

— Цель пробуждения каменной статуи в том, чтобы стереть Вечный Мир с лица земли. Простолюдины, не обладающие никаким совершенствованием, умрут первыми. Какой смыл в том, чтобы преклоняться богу катастрофы, который вот-вот призовёт катастрофу и убьёт их?

Цинь Му ответил:

— Старшая сестра, это самая большая сложность уничтожения бога в сердце и храме. Чем тот ужасающее, тем больше его боятся и уважают, а, следовательно, больше подношений приносят. Имперский Наставник пытается изменить распространённые традиции, чтобы уничтожить богов в сердцах людей. Будь то практик божественных искусств или бог, все они должны работать для людей и служить им.

Перья каменной статуи уже превратились из камня в плоть. Было очевидно, что она поглотила уже довольно много крови и Ци мёртвых, и начала демонстрировать признаки возвращения к жизни.

Чешуя на её ногах были чисты, а под кожей шеи можно было разглядеть божественную кровь, текущую по венам.

Несмотря на то, что Лоу Юньцюю пришлось бежать, последствия его действий были значительными. Бесчисленные каменные статуи по всей территории Вечного мира находились на грани пробуждения, и статуя в городе Бачжоу была лишь одной из них.

Даже без Лоу Юньцюя каменные статуи рано или поздно оживут. Если люди Вечного Миру будут умирать лишь естественной смертью, они всё равно превратятся в жертвоприношения для статуй.

Лоу Юньцюй просто ускорил этот процесс в несколько раз.

Ди Июэ подошла к подножию каменной статуи и нежно проговорила:

— Так это младшая сестра, подчинённая Южного Божества. Младшая сестра, можешь вернуться к Южному Божеству и сообщить, что твоя старшая сестра Ди Июэ в Вечном Мире, и она может забыть о том, чтобы вызвать здесь бедствие.

Богиня с птичьей головой не обращала на неё никакого внимания.

Слегка рассмеявшись, Ди Июэ продолжила:

— Твоё физическое тело здесь, но твой исконный дух всё ещё у Южного Божества. Ты слышишь всё, что я говорю.

Внезапно богиня издала птичий крик, который тут же превратился в человеческий голос:

— Ты тоже подчиняешься Южному Божеству? Если ты моя старшая сестра, то почему помогаешь чужакам? Старшая сестра, дело не в том, что я не хочу сделать тебе услугу, но если я сбегу лишь из-за твоих слов, то что случится с моей репутацией?

— Это я делаю тебе услугу, и советую уйти по-хорошему. — Ди Июэ поправила волосы, свисающие с её виска, и ответила с многозначительной улыбкой. — Должно быть, ты новенькая. Тебе, скорее всего, ничего не известно обо мне и о моих методах.

Птичья голова богини внезапно повернулась, она уставилась на Ди Июэ окаменевшими глазами.

— Показать? — Ди Июэ подняла руку и нажала ею в пустоту. Каменная статуя размером с гору тут же исчезла, в том месте, где она стояла за миг до этого, осталась лишь дыра из разрушенного пространства. Из неё доносились пронзительные птичьи крики!

Ладонь руки внезапно сжалась и поднялась, после чего богиня с головой птицы прилетела обратно и с хлопком появилась в городе Байчжоу. Каменная статуя непрерывно дрожала, разрушенное пространство позади неё быстро складывалось воедино. Вскоре, оно восстановилось, на его поверхности не осталось даже малейшего изъяна!

Между тем плоть и кровь богини быстро оживали, и вскоре она превратилась из каменой статуи в живого бога.

На лице богини с птичьей головой возникло ошарашенное выражение. Она не осмеливалась пошевелиться.

Она превратила своё тело в камень, лишь после чего смогла отправить его в Вечный Мир. Тем не менее, её исконный дух всё ещё содержал слишком много энергии, поэтому не мог пройти сквозь мировой барьер.

Ей оставалось лишь ждать, пока за счёт принесённых в жертву плоти и крови произойдёт обмен энергии, и её исконный дух сможет спуститься к физическому телу. После этого она начнёт призывать катастрофу.

Тем не менее, Ди Июэ хватило лишь выпрямить руку и махнуть ею в воздухе, чтобы отправить её физическое тело обратно в её дворец, находящийся в другом мире!

Более того, вернулось не только её физическое тело, а даже исконный дух был вынужден отправиться обратно!

После этого Ди Июэ махнула рукой в обратном направлении, и притащила её тело и исконный дух обратно в Вечный Мир, сумев её воскресить!

Подобный уровень магической силы, эта ужасающая мощь были наравне с её учителем, Южным Божеством!

Они никогда не слышали об этой старшей сестре из их семьи!

Ди Июэ равнодушно ответила:

— Младшая сестра, теперь я не делаю тебе услугу, ведь и так довольно хорошо с тобой поступила.

Богиня с птичьей головой поклонилась и сделала шаг назад:

— Как прикажет старшая сестра.

Она собралась уйти, но внезапно ошарашено застыла.

Теперь, когда она была в Вечном Мире, путь обратно был заблокирован мировым барьером. Её способности всё ещё не позволяли пробиться сквозь него.

На лбу богини проступил холодный пот, она растерянно посмотрела на Ди Июэ.

Та с улыбкой спросила:

— Младшая сестра ничего не забыла?

Богиня с птичьей головой сразу поняла намёк и задействовала силу своего разума. Покрытое бесчисленными слоями печатей божественное оружие бедствия, лежащее в сокровищнице Вечного Мира, тут же задрожало, разбивая печати вдребезги, и тыквенная бутылка красной птицы подлетела в небо и унеслась в направлении Бачжоу.

Богиня с птичьей головой подняла руку, поймав артефакт, после чего уважительным тоном спросила:

— Старшая сестра, теперь мне можно возвращаться?

Слегка улыбнувшись, Ди Июэ ответила:

— Когда мой младший брат, подчинённый Северного Божества, пришёл вызвать катастрофу, ему пришлось не только забрать своё Божественное Оружие Северного Божества, но и оставить нам свою руку.

Выражение лица богини с птичьей головой резко изменилось, а крыло за её спиной медленно поднялось, после чего взмахнуло будто пылающий нож, отрубив второе крыло.

Из раны полился великолепный огонь, образованный бесчисленными божественными писаниями, и перья.

Терпя боль, богиня с птичьей головой опустила крыло и почтительно сделала шаг назад.

Улыбнувшись, Ди Июэ проговорила:

— Ну вот и всё, младшая сестра. Возвращайся и передай своей учительнице, что Старшая Сестра Ди Июэ здесь. Я не отдавала ей дань своего уважения на протяжении двадцати тысяч лет, подари мне возможность ещё раз поклониться ей.

Из-за боли, по лбу птицеголовой богини котился пот, она ответила хриплым тоном:

— Я обязательно встречусь с учительницей!

Ди Июэ продолжала улыбаться:

— Передай ей, что, если она лично придёт вызвать катастрофу, я не буду себя сдерживать. А теперь иди.

Она щёлкнула пальцами, и богиня с головой птицы внезапно закружилась, бесследно исчезая в глубинах пространства.

Ди Июэ подняла руку и нежно провела по дыре в пространстве. В следующий миг оно вернулось к норме, от произошедшего не осталось и следа.

Цинь Му тревожно спросил:

— Сестра, ты вынудила её оставить здесь свою руку, это не принесёт проблем в будущем? Она определённо тебя возненавидит.

Ди Июэ улыбнулась:

— В будущем она обязательно доставит проблем, но ненависть младших братьев и сестёр совершенно меня не беспокоит. Мои учителя, с другой стороны, крайне безжалостны. Но проблема в том, что я слишком ленива. Я слишком ленива, чтобы искать все эти каменные статуи. После того, как мои младшие братья и сёстры потерпели поражение, они сообщат об этом Северное и Южное Божество. Зная, что я здесь, те поймут, что вызвать катастрофу невозможно. Если они решат продолжать, то их ученики пострадают, поэтому они призовут все каменные статуи обратно. Это спасёт учеников от потери конечностей, и сохранит мне уйму времени, которое пришлось бы потратить на поиск каждой каменной статуи.

Цинь Му схватил крыло богини с птичьей головой, и Ди Июэ поспешно попыталась его остановить:

— Не трогай! Это священный огонь Красной Птицы…

К этому моменту юноша уже прикоснулся к крылу, ошарашивая Ди Июэ. Осмотрев его руку, она увидела, как жизненная Ци юноши превращается на крохотные, сложные огненные руны, напоминающие кристаллы. Они блокировали священный огонь Красной Птицы, и несмотря на то, как бы сильно тот не бушевал, он не мог ранить парня.

— Это Небесный Огонь Сюаньду? — удивлённо спросила Ди Июэ. — Это Великое Дао Небесного Огня, которое ты рассчитал с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы?

Кивнув головой, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я всю жизнь привык быть бедным и так как сестра, которую мы только что встретили, скорее всего была практиком области Сцены Казни Бога, из её крыла получится приличный божественный нож или меч, так что я оставлю его себе.

Он положил крыло в мешочек таотэ, осторожно выбрав для него место, чтобы не сжечь остальные артефакты внутри.

Ди Июэ заглянула внутрь мешочка, увидев там чью-то руку. Та принадлежала никому другому, как богу катастрофы, подчиняющемуся Северному Божеству. Юноша утащил и её.

— Младший брат действительно предприимчивый, ты умеешь жить, — похвалила она.

На лицах Дровосека и Первого Предка возникли странные выражения.

Спустя несколько дней они пришли в столицу. Для начала Цинь Му отправился на фабрику возле реки Мутной, где наконец снял со спины цилиня пилюлю меча и отправил её на обработку здешними машинами.

Производственная Фабрика Реки Мутной была самой большой фабрикой Вечного Мира, и я являлась наиболее подходящим местом для обработки пилюли меча размером с небольшую гору. В остальных фабриках не было достаточно места для этого.

Затем пришла новость о том, что все каменные статуи Вечного Мира исчезли за одну ночь, в то время как в столичной сокровищнице произошло несколько взрывов. Божественное оружие катастроф, хранящееся в ней, тоже бесследно исчезло.

Огромное бедствие, повисшее у них над головой, исчезло в мгновение ока.

Дождавшись, пока Цинь Му закончит подготовку, Святой Дровосек улыбчиво проговорил:

— Теперь можно встретиться с Императором Яньфэнем и Имперским Наставником.

Глава 716. Единство Главы и Министров

Цинь Му вместе с остальными отправился в поместье Имперского Наставника, но по приходу туда обнаружил там только его жену, которая в данный момент воспитывала детей. Увидев их, она поспешно повела детей поприветствовать гостей:

— Мой муж отправился встретиться с Императором и пропал на достаточно много дней. Юньцзянь, поздоровайся с крёстным отцом!

Ребёнок примерно трёх лет отроду, держась кулачком за одежду матери, своим детским голоском назвал парня крёстным.

Цинь Му покраснел и неловко пробормотал:

— Невестка, я ещё даже не женат, разве я могу быть крёстным отцом?

Жена Имперского Наставника с улыбкой парировала:

— При рождении Юньцзянь стал твоим крестником, Владыка будет это отрицать?

Немного поразмыслив, Цинь Му достал из своего мешочка таотэ огромное крыло, выдернул из него пылающее перо и сказал:

— Это перо красной птицы сильного практика Сцены Казни Бога, пусть Юньцзянь поиграет с ним. Я не даю тебе целое крыло из-за того, что оно слишком тяжёлое и опасное, в то время как с пером будет легко совладать. Погоди, я сейчас подавлю находящийся в пере Священный Огонь Красной Птицы.

Используя руны Великого Дао Небесного Огня, он запечатал Священный Огонь Красной Птицы и передал метровое перо ребёнку, который тут же взмахнул им в сторону каменного льва у входной двери.

Из пера вырвался огненный луч, мгновенно разрезавший изваяние на две половинки.

Жена Имперского Наставника подпрыгнула от перепуга и поспешно убрала перо подальше, обращаясь к малышу:

— Я отдам его тебе, когда ты подрастёшь!

Цинь Му повёл Дровосека, Ди Июэ и Первого Предка в имперский дворец. Оказавшись на месте, они встретили Императрицу, которая сказала:

— Имперский Наставник похитил Его Величество. Он сказал, что они отправляются в Имперский Колледж, но уже прошло столько дней, а он его так и не вернул. В данный момент политикой и прочими державными делами занимается наследный принц.

Прибыв в Имперский Колледж, они встретили Гу Линуаня, который в ответ на их вопрос лишь покачал головой:

— Его Величество и Имперский Наставник не здесь. Собрав учеников для постройки Кораблей Солнца и Луны, они ушли в сторону завода в Речной Гробнице. Его Величество должно быть там.

Ди Июэ с улыбкой обронила:

— Ваш Его Величество и правда не может усидеть спокойно на своём драконьем троне и постоянно бегает по своей вотчине.

Прибыв в Речную Гробницу, они оказались на родине Имперского Наставника. Здесь располагалось наибольшее количество заводов, около ста. Но ещё перед тем, как они успели увидеть Императора Яньфэна и Имперского Наставника, им в глаза бросились многочисленные огромные корабли, которые носились туда-сюда и перевозили не менее огромные, но замысловатые части в сторону самой большого производственного завода во всей Речной Гробнице.

Части принадлежали Кораблям Солнца и Луны. Во времена Эпохи Императора-Основателя основным материалом в их изготовлении выступали каменистые породы, но сейчас их заменил металл, поэтому финансовым ресурсам пришлось пережить тяжёлые времена.

Цинь Му увидел множество представительниц Дворца Истинных Небес Западных Земель, помогающих общему делу, а руководила ими одна знакомая, дочь Сюн Сиюй — Сюн Ци’эр. Он уже давно её не видел, поэтому сейчас ей уже исполнилось около девяти лет. Своими заклятиями внутри завода она оживляла каждую часть, после чего те взлетали и сами по себе собирались.

— Братец Владыка! — раздался крайне счастливый голос Сюн Ци’эр. Она была счастлива видеть его, однако, увидев цилиня, обрадовалась ещё больше и рванула к нему, оставляя парня позади и повисая на усах зверя.

Маленькая девочка проигнорировала Цинь Му и взобралась на хвост цилиня. Тот тут же поднял его, позволяя радостно хохочущей девчушке скатиться к его голове.

— Каждая часть Корабля Солнца, которого создают Имперский Наставник и Император, кажется, происходит от одной и той же формы. Между тем каждый завод отвечает за создание дюжины-другой частей, которые затем собираются воедино, — удивляясь, Цинь Му пошёл изучить части.

Руны на них, несмотря на свою крайнюю запутанность, были связаны друг с дружкой, но при поддержке заклятий Западных Земель, способных пробуждать во всём дух, части быстро собирались.

— Действительно хороший способ массового производства Кораблей Солнца и Луны, — в очередной раз воскликнул Цинь Му.

Святой Дровосек разработал Корабли Солнца и Луны, но два столь тяжёлых артефакта, придуманных ещё во времена Эпохи Императора-Основателя, были по-настоящему сложными, поэтому после их производства они отличались друг от друга размерами, в то время как на их создания уходило немного многовато времени.

Тем не менее, благодаря всем тем заводам, что находились в Речной Гробнице, Корабли Солнца и Луны производились с космической скоростью!

Оказавшись на пороге завода, где должны были находиться Имперский Наставник и Император, Цинь Му, Дровосек и остальные увидели народ Подземных Путников, расы богов, рост которых не превышал даже полутора метров, которые в данный момент изготавливали всевозможные компоненты, носясь вокруг них, как угорелые.

— Вы ищите деревенского императора? — поглаживая свою бороду, мадам Ту говорила громоподобным голосом. — Он валяется окоченевшим, словно труп, там!

Цинь Му, Дровосек и остальные посмотрели в указанном направлении и увидели двух мужчин, распластавшихся в углу завода. Оглушительные звуки ковки разносились по помещению, но парочка, словно ничего не замечая, крепко спала.

Имперский Наставник и Император являлись привлекательными мужчинами и даже несмотря на свой средний возраст всё ещё следили за своей одеждой и внешностью, но прямо сейчас их лица покрывала густая щетина, а одежды выглядели грязными и поношенными…

Ступня Имперского Наставника покоилась на лице Императора, в то время как Император обнимал ногу Имперского Наставника и громко посапывал…

Рядом с ними также валялись многочисленные чиновники при дворе и ученики Имперского Колледжа. Все они, распластавшись, крепко спали в углу завода.

Ди Июэ некоторое время молчала, прежде чем улыбнуться:

— Теперь я знаю, почему Старший Небесный Наставник возлагает такие большие надежды на них. Такой император, такой имперский наставник, они действительно руководят реформами.

— Мне их разбудить? — спросил Святой Дровосек.

— Не стоит, они боги, но всё же были истощены до такой степени. Им явно пришлось тяжело поработать в течение последних дней, — ответила Ди Июэ, прежде чем продолжить. — Никогда бы не подумала, что император может быть так вовлечён в столько банальные дела, а также, что имперский наставник, лидер реформ, будет обо всём заботиться лично. Этот имперский наставник выглядит более перспективно, чем ты в прошлом.

Святой Дровосек с улыбкой ответил:

— Я возился только с интересными вещами, после чего позволял другим заниматься остальным. Я всегда боялся проблем, поэтому редко занимался рутиной лично.

— Будучи святым, — ответила Ди Июэ, — ты слишком далёк от людей.

Святой Дровосек замолчал, прежде чем сурово ответить:

— Небесный Король права. В прошлом, когда катастрофа разразилась, я заставил всех защищаться против неё, но наша армия пала, словно обрушившиеся горы. Только затем я обнаружил, что слишком далёк от людей, далёк от армии. Будучи Небесным Наставником, я должен был действовать выгодно стратегически, но также должен был стать частью армии, становясь частью мира смертных. Я был слишком далёк, поэтому делал свои ходы без тщательного рассмотрения, что и привело к нашему поражению. Если уж на то пошло, то я в этом хуже, чем Принц Цинь У.

Первый Предок удивился и с недоверием посмотрел на коренастого мужчину.

— В действительности, — Святой Дровосек продолжил, — несмотря на своё нежелание встретиться с ним в течение последних двадцати тысяч лет, я всегда уважал его. В период хаоса войны он стал армейским дезертиром, но при виде страданий людей всё же пересилил себя и взял на себя ответственность. Он защищал их, не заботясь о своей жизни, пока не привёл в Вечный Мир. Если бы не Принц Цинь У, сейчас не существовало бы никакого Вечного Мира.

Первый Предок ощутил влажность на глазах и отвернулся, чтобы украдкой утереть их.

Видя всё, Святой Дровосек продолжил:

— К сожалению он погрузился в депрессивное состояние, в котором мог лишь винить себя. Он мог так никогда и не выйти из тени армейского дезертира, что было непосредственной причиной того, почему я смотрел на него сверху вниз. Но он справился, что несравненно обрадовало меня. По правде говоря, он справился с этой катастрофой лучше меня.

Ди Июэ с улыбкой произнесла:

— Не стоит их беспокоить, пойдём.

Они покинули производственный завод, между тем Сюн Ци’эр, немного подурачившись, в итоге вернулась за работу по сбору огромного корабля.

Маленькая девочка достала Бусину Белого Тигра и легонько постучала по ней. Гигантский сухопутный корабль постепенно поднимался, вызывая постоянные землетрясения.

Находящиеся в углу завода Император и Имперский Наставник проснулись от толчков и поспешно выбежали. Видя оживающий гигантский корабль, они обнялись и залились смехом сквозь слёзы.

Незадолго до этого Цинь Му призвал цилиня, удаляясь вместе с Ди Июэ и остальными вдаль. Император Яньфэн заметил вдали цилиня и озадачено спросил:

— Когда пришёл Министр Цинь? И почему ушёл? Как он посмел не поприветствовать нас двоих, раз мы здесь! Кто-нибудь, подайте мне мою кисть и чернила! Сегодня славный день и я чувствую себя энергично и свежо, поэтому запишу всё особенно подробно!

****

— Мне по-прежнему нужно найти фермера и связаться с остальными, я не могу больше откладывать. Рыболов, пойдём, — договорив, Святой Дровосек умчался прочь.

Старший Рыболов последовал за ним.

Первый Предок тут же попрощался:

— У меня тоже дела, — проговорив, он спешно удалился.

Цинь Му моргнул, наблюдая за их уходом, и подумал: «Ну Наставник Дровосек ещё ладно, занятой человек, но чем так занят Первый Предок?»

Ди Июэ посмотрела на него и с улыбкой поинтересовалась:

— Братец, ты тоже занят? Если нет, почему бы тебе не составить мне компанию во время поисков Небесного Короля Тянь Шу и помощи Королю Яме по перестройке Фэнду? Затем мы проведаем Богиню Небесной Инь, чтобы отдать ей дань уважения, после чего твоя старшая сестра возьмёт тебя с собой, чтобы отдать дань уважения Небесному Герцогу, Графу Земли и другим существам области Императорского Трона. Ты извлечёшь из этого огромную пользу!

Цинь Му заинтересовался. Если он последует за таким сильным практиком Императорского Трона, как Ди Июэ, то ему удастся отдать дань уважения рождённым природой священным богам, что несравненно расширит его горизонты!

— Мне всё ещё нужно закончить пилюлю меча… — сомневаясь отказал Цинь Му, прежде чем предложить. — Старшая сестра, почему бы тебе не встретиться с Богиней Небесной Инь самой, а я в это время закончу со своей пилюлей меча и отправлюсь в Фэнду, где мы и встретимся.

Улыбающаяся Ди Июэ согласилась:

— Отлично. Мне по-прежнему нужно найти Тянь Шу, с учётом его робости я не представляю какую дыру он нашёл, чтобы спрятаться. Когда закончишь со своим мечом, если меня всё ещё не будет в Фэнду, отправляйся в Мир Небесной Инь.

Юноша кивнул. Женщина улетела.

— Жирдяй, отведи нас к заводу реки Мутной! — скомандовав, Цинь Му запрыгнул на голову цилиню, который, в свою очередь, тут же сорвался с места.

На заводе ему удалось уменьшить тридцатиметровую пилюлю меча до десяти метров, после чего даже гигантские машины не могли уменьшать её дальше.

Цинь Му достал крыло красной птицы и использовал священный огонь внутри него для закалки пилюли меча, между тем его исконный дух начал колотить её молотом, используя мощь Священного Пламени Красной Птицы при погружении в неё своих рун.

Спустя полмесяца пилюля меча уменьшилась до метра, но по-прежнему не могла становиться словно текущая вода.

Держа крыло, Цинь Му использовал божественное искусство небесного огня для закалки.

Спустя ещё полмесяца пилюля меча уменьшилась до тридцати сантиметров.

«Я совершенствуюсь одновременно как бог, так и дьявол, поэтому может мне стоит во время закалки также использовать дьявольский огонь?..» — внезапно взволновавшись, он пробормотал:

— А что случиться, если я использую моё совершенствование дьявольского пути для использования небесного огня?

Моргнув, он немедленно решил провести опыт, как вдруг кое о чём вспомнил и вынес пилюлю из завода. Немного погодя он нашёл безлюдное, пустынное место, после чего достал призму небесного огня.

В момент, когда он изменил своё божественное искусство, дьявольская Ци затопила его тело, и он направил её в призму, активируя таящуюся внутри неё мощь небесного огня.

Цилинь, дремлющий снаружи завода, внезапно проснулся от умопомрачительного взрыва и поспешно поднял морду, слегка приоткрывая глаза. Щурясь, он увидел на расстоянии десятков километров от себя чёрный огонь, вздымающийся к облакам.

Зевнув, он неохотно встал, дважды шагнул вперёд и опять рухнул на землю, засыпая под собственное бормотание:

— Владыка не умрёт так просто…

Глава 717. Старая Корова

В ста километрах от центра взрыва, истощённый и побитый Цинь Му вылез из огромного кратера. Его одежда была изорвана, он хлопал по телу, пытаясь погасить огоньки, до сих пор полыхающие на его теле. Те шипели, поднимая в воздух аромат жаренного мяса.

Когда он использовал дьявольскую Ци, чтобы активировать небесный огонь, случился совершенно неожиданный взрыв.

К счастью, он был крайне осторожен и использовал лишь немного жизненной Ци для разжигания небесного огня, так что сила взрыва не была слишком мощной. Она всего лишь отбросила его на сто километров.

Несмотря на это, он всё же ужасно пострадал. Лишь благодаря техникам создания Багрового и Светлого Императоров он сумел сохранить свою жизнь.

«Юду принадлежит дьявольскому пути, в то время как Сюаньду к божественному. Кажется, что если использовать дьявольскую Ци для зажжения Небесного Огня Сюаньду, всё выходит из-под контроля.»

Юноша наконец сумел погасить дьявольские огни на своём теле и повернул голову. В его одежде появилось несколько огромных дыр, сквозь которые были наполовину видны его белоснежные ягодицы.

Его одежда была пошита Юй Чжаоцин и другими экспертами расы Небесного Пера. Она была крайне удобной, а её размер мог изменяться в зависимости от ситуации. Более того, ткань даже меняла цвет в зависимости от настроений владельца, что делало её довольно необыкновенной.

Он всегда её носил, но теперь должен был найти что-то другое.

«Нужно попросить сестру Юй пошить ещё несколько комплектов.»

Юноша поднялся в небо, чувствуя, как холодный ветер щекочет его зад.

Цинь Му вернулся к центру кратера и отыскал пилюлю меча. Во время взрыва он нацелил энергию огня на пилюлю, поэтому та оказалась под давлением как дьявольского, так и небесного огня. Он не был уверен, что артефакт не взорвался и не сгорел.

— Ээм…

Цинь Му изумлённо прошипел, увидев, что его пилюля уменьшилась в несколько раз. Теперь она была размером с кулак, но он не знал, было ли это эффектом обработки, либо же часть материала попросту испарилась.

В этот момент пилюля меча излучала спокойное сияние, напоминая светящуюся жемчужину. Свет не был слишком интенсивным, напоминая поток воды, исходящий из центра пилюли. Сдерживая сияние и не выпуская его наружу, пилюля выглядела так, будто была сделана из света.

Юноша протянул руку и поднял пилюлю, с удивлением обнаруживая, что та была невероятно тяжёлой. Её вес не изменился, что свидетельствовало о том, что взрыв дьявольского и небесного огней не испарил её.

Цинь Му ошарашенно застыл. Обработав пилюлю меча комбинацией дьявольского и небесного огня, можно было довести её до состояния текучей воды. Тем не менее, достичь такого же результата посредством взрыва дьявольской Ци и небесного огня было чем-то невообразимым.

Он крепко сжал пилюлю меча, и та проскользнула сквозь его пальцы, будто текучий свет. Она извивалась и сгибалась по его воле.

Подобный свет меча был очень тихим и таинственным. Он проносился по небу без малейшего шороха, и даже нанося быстрые удары, не издавал характерного свиста, его тишина ужасала.

Тем не менее, нежно коснувшись к свету меча, Цинь Му ощутил, что его поверхность была ледяной.

Это значило, что гибкость меча уже достигла уровня текучей воды. Его прочность тоже была невообразимо высокой.

Гибкость и прочность меча уже достигли идеального уровня!

«Мои навыки ковки и плавки ещё не достигли подобного уровня. Даже дедушке немому подобное, скорее всего, не под силу. Что происходит?»

Когда другие люди добивались успеха в создании своего сокровища, они не углублялись в размышления о том, почему именно им удалось преуспеть. Тем не менее, Цинь Му в этой ситуации стал ещё более любопытным.

«А как обстоят дела с износостойкостью?»

Цинь Му порылся в своём мешочке таотэ и достал оттуда Небесный Похоронный Колокол. Тот был сокровищем Минду, и однажды, в мире Небесной Инь, приспешник Чёрного Божества использовал его, чтобы атаковать юношу, чем доставил довольно много проблем.

Небесный Похоронный Колокол был сокровищем, выкованным богами из металла Небесной Инь. Он был чем-то похож на пилюлю меча Цинь Му, но та содержала в себе немного Хрома Небесного Будды.

Цинь Му поднял колокол, начиная методично тереть им пилюлю. Спустя некоторое время от устья колокола откололся небольшой кусочек, в то время как пилюля всё ещё была в полном порядке.

«Её износостойкость невероятно высокая!»

Юноша был ошеломлён. Он и вправду был мастером ковки, но всё ещё не такого высокого уровня.

«Это эффект небесного и дьявольского огня? Возможно, но также вероятно то, что взрыв попросту создал невероятно высокое давление и жару, — он слегка нахмурился. — Взрывы можно использовать для закалки и ковки металла? Почему дедушка немой меня этому не учил… Минутку! Создавая сокровище, нам приходится раз за разом ударять его молотом. Производственные фабрики тоже используют механических гигантов, ударяющих молотами с силой в несколько миллионов килограмм. Тем не менее, бог вроде дедушки немого может развить силу в сотню, или даже тысячу раз больше этого! В момент удара температура металла достигает температуры поверхности солнца. Взрыв вызывает похожий эффект, и может породить даже большее давление !»

Его глаза загорелись, он начал нервно шагать туда-сюда, тихо бормоча себе под нос:

— Взрыв от столкновения небесного и дьявольского огня создаёт такую высокую температуру и давление, что даже дедушке немому это не под силу. Именно благодаря этому моя пилюля была создана за считанные мгновения. Ковка сокровищ с помощью взрывов возможна!

Пять пальцев Цинь Му оттопырились, и пилюля меча тут же разделилась на восемь тысяч лезвий. Кончик каждого из них повернулся к центру сферы.

Сердце Цинь Му дрогнуло, и пилюля меча превратилась в два длинных ножа. Он попытался взмахнуть ножами и исполнить Ночную Битву по ту Сторону Бурного Города, но уже на середине движения начал тяжело дышать, едва не упав на землю.

«Пилюля меча слишком тяжёлая. Её можно контролировать с помощью жизненной Ци, но держа её в руках, я не в силах исполнить даже одного движения.»

Взволнованный, юноша превратил два длинных ножа обратно в пилюлю, прежде чем спрятать её в мешочке таотэ у себя на поясе. Тем не менее, тот сразу стал намного тяжелее и непрерывно стягивал его штаны к земле.

Столичные стражники заметили взрыв и поспешно прибыли к месту происшествия верхом на чёрных птицах с красными гребешками. Увидев Цинь Му в изорванной одежде, они ошарашенно спросили:

— Лорд Цинь, что здесь произошло?

Тот махнул рукой и улыбчиво проговорил:

— Мелочи, вам не о чём беспокоиться. Я как раз собирался возвращаться на производственную фабрику реки Мутной. Засыпьте кратер, созданный взрывом, — сказав это, он зашагал в сторону производственной фабрики.

Стражники встревоженно переглянулись, увидев как почитаемый в столице Лорд Цинь с трудом шагающего в сторону фабрики. Более того, они даже наполовину видели его ягодицы.

— Может нам стоит дать лорду рубашку, чтобы прикрыться? — тихо спросил солдат.

Немного колеблясь, командир ответил:

— Я слышал, что Лорд Цинь портной, раньше многие уважаемые люди мечтали заполучить сшитый ним костюм. Должно быть, этот наряд — его особое творение. Он пошил себе костюм нищего…

По возвращению на фабрику, Цинь Му разочарованно покачал головой, увидев, что цилинь до сих пор валяется на земле, выпростав конечности.

На производственной фабрике ученик чертога Небесных Работ быстро достал новый комплект одежды и проговорил:

— Владыка Культа, у нас тут нет красивых нарядов, а лишь обычная одежда из грубой ткани. Пожалуйста, возьми.

Переодевшись, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я как раз собирался кое с чем поэкспериментировать, так что мне не нужна слишком хорошая одежда. Подготовьте ещё несколько наборов, возможно. Позже мне снова придётся переодеваться. А мастер чертога Небесных Работ здесь? Попросите его прийти как можно скорее!

Ученик чертога Небесных Работ поспешно доложил мастеру чертога Небесных Работ, который удивлённо поинтересовался:

— Что задумал Владыка Культа?

— Ковать сокровища с помощью взрывов!

Изначально мастер чертога Небесных Работ пребывал в Речной Гробнице и вместе с Имперским Наставником и Императором был занят ковкой Кораблей Луны и Солнца. Но так как процесс уже был налажен, он без раздумий сел на летающий корабль и отправился в путь лишь услышав эту новость. На закате он уже добрался к столице.

Цинь Му, мастер чертога Небесных Работ и бесчисленные ученики чертога отправились на фабрику. На протяжении десяти дней оттуда доносились оглушительные взрывы, встряхивающие дома поблизости, что сильно злило местных жителей.

Наконец императрица и наследный принц не могли продолжать бездействовать и поспешили к фабрике. Добравшись туда, они увидели бесчисленных практиков божественных искусств, окруживших гигантскую печь высотой более тридцати метров. Её поверхность покрывали всевозможные руны.

Эта печь сильно отличалась от обычной. В ней не было отверстий для воздуха, а все руны находились снаружи, их структура казалась невообразимо сложной.

— Императрица, Ваше Высочество! — покрытый сажей мастер чертога Небесных Работ поспешно поздоровался. — Потревожив императрицу и Ваше Высочество я по праву заслужил быть казнённым!

Императрица улыбчиво ответила:

— Вы каждый день что-то здесь взрываете, поднимая такой шум, что люди не могут нормально выспаться, поэтому мне пришлось прийти сюда и осмотреться. Где Лорд Цинь, какими странностями он заставил вас заниматься в этот раз?

— Владыка Культа отправился к южной границе, он сказал, что идёт к старейшине Юй за новым комплектом одежды, — с улыбкой ответил мастер чертога Небесных Работ. — Он пригласил нас, чтобы поэкспериментировать с ковкой сокровищ с помощью взрывов. Эта печь была построена именно для этого. Императрица, Ваше Высочество, она может быстро обработать божественное оружие и сделать его пригодным для использования. На её поверхность нанесены руны небесного огня и красной птицы. Если их поджечь, произойдёт мощный взрыв, который сдвинет молот внутри и ударит по божественному металлу. Работа будет закончена первым же ударом, что сэкономит огромное количество времени!

Лин Юшу и Императрица были ошеломлены:

— Создание божественного оружия может быть таким быстрым?

Шань Юсинь улыбнулся:

— Обрабатывать божественные металлы крайне тяжело, производственная фабрика реки Мутной — одно из немногих мест, в которых это возможно. С нашими текущими возможностями мы не можем обрабатывать слишком много металла в день. Для создания божественного оружия боги Вечного Мира уже выстроились в очередь на два года вперёд! Тем не менее, с подобной печью, мы сможем переработать весь нужный для этого металл всего лишь за два месяца!

Вспомнив наставления Императора Яньфэна, Лин Юшу поспешно спросил:

— Для активации печи требуется много медицинских камней? Владыка Культа Цинь довольно богат, и Божественная Пушка Солнечного Удара, которую он выковал, по мнению отца расходует слишком много денег. В прошлом, после всего лишь одного выстрела, отец три месяца не мог уснуть из-за головной боли.

Шань Юсинь секунду помедлил:

— Расходы будут не слишком большими, да, не слишком большими…

***

Добравшись к Академии Реки Ли, Цинь Му нашёл Юй Чжаоцинь и попросил её помочь ему сшить несколько комплектов одежды. Женщина поспешно собрала экспертов расы Небесного Пера и улыбчиво проговорила:

— Ваше Высочество, в академии я занималась разведением шелковичных червей, и нашла немного неплохих материалов, так что можете не переживать, я определённо пошью тебе лучшую одежду. Ты не хочешь драконьей мантии?

Цинь Му покачал головой и ответил:

— Прекрати шутить, я не собрался начинать восстания.

Юй Чжаоцинь разочарованно вздохнула и проговорила:

— Я могу пошить тебе два запасных комплекта на всякий случай.

Кивнув, Цинь Му отправился к Канцлеру Ба Шаню. Старший и младший брат уселись в зале, попивая вино. Ху Лин’эр тоже была где-то на юге, совершенствуясь с Бессмертной Лисой. Услышав новость, она тут же помчалась к ним, в надежде попить вина, но по дороге наткнулась на цилиня, избивающего зелёного быка. Последний жалко выл от боли.

— Старшая сестра, я тоже твой брат, спаси! — прокричал зелёный бык.

Покачав головой, Ху Лин’эр проигнорировала их и проскользнула в зал, чтобы выпить с Цинь Му и Ба Шанем.

Через несколько дней Юй Чжаоцин закончила работу над одеждой, примерив которую, Цинь Му остался очень доволен. После этого он использовал золотую и серебряную нити, украшая наряды символами небесного огня и писаниями Юду.

Два набора рун гарантировали, что одежда не разрушится, снова столкнувшись с подобным взрывом.

— Ваше Высочество, последним временем люди Небесного Пера начали скучать по своей родине, и очень хотели бы вернуться в Мир Небесного Пера, — Юй Чжаоцинь внимательно наблюдала за реакцией Цинь Му, прежде чем продолжить. — Теперь, когда угроза природного бедствия в Вечном Мире исчезла, может пришло время подумать о других мирах?

Цинь Му понял, к чему она ведёт, и улыбнулся:

— Теперь Вечный Мир лишь начинает вставать на ноги, осталось ещё много вещей, ожидающих своего времени. Император ещё не обладает достаточной военной мощью чтобы отвоевать Мир Небесного Пера. Тот ещё такой, как Вечные Руины, он безопасный днём, но ночью в него вторгается тьма. Так как тьма всё ещё не под контролем, почему бы старшей сестре не подождать? Как только богиня Небесной Инь избавится от оставшейся в Мире Небесной Инь опасности, вы сможете вернуться домой.

Юй Чжаоцинь оставалось лишь ответить:

— Я буду ждать новостей от Вашего Величества.

Цинь Му нарисовал географическую карту и проговорил:

— Для начала вождь может отправить часть молодых мужчин и женщин вашей расы в Мир Небесной Инь. Богине Небесной Инь не хватает людей, так что она хорошо оценит вашу помощь, что принесёт вам огромную пользу в будущем. Как только другие расы начнут отправляться туда, они уже не смогут рассчитывать на столь великую поддержку. Мне же нужно отправляться в Фэнду, так что я не смогу отвести вас туда лично.

Юй Чжаоцин обрадовалась, и быстро ушла, чтобы приступить к работе.

Цинь Му попрощался с Канцлером Ба Шанем и Ху Лин’эр, прежде чем отправиться в Великие Руины.

Добравшись туда, он вошёл в Фэнду, приказывая цилиню ожидать снаружи. Тем не менее, он не встретил Ди Июэ и Тянь Шу, в то время как Фэнду на вид был таким же, как и раньше.

«Сестра Ди Июэ всё ещё не смогла найти Небесного Короля Тянь Шу?»

Недоумевая, Цинь Му погрузился в крохотную лодку Даоса Лин Цзина и покинул Фэнду, снаружи которого встретил избитого, жалкого на вид цилиня. Он тут же спросил, что произошло, и зверь ответил:

— Я встретил старого быка, пашущего землю. Мне показалось, что это был зелёный бык Ба Шаня, поэтому я решил его избить. В результате мне сильно досталось.

— Где он сейчас? — ошарашенно спросил юноша.

Цилинь отвёз парня в поисках мести, и вскоре они добрались к полям. Вдали Цинь Му сумел разглядеть старою корову, сидящую на заднице в тени дерева. Её задние ноги распластались на земле, будто человеческие, а копыто передней держалось за трубу с водой. Расслабленно выдыхая клубы дыма, она сузила глаза, осматривая поля вокруг.

Рядом с ней стоял небольшой каменный столик, на котором кипятился чай.

Цинь Му подошёл к нему и поздоровался:

— Брат Дао.

Глава 718. Валяясь в Канаве

Старый бык взглянул на парня, прежде чем перевести взгляд на прячущегося за ним зверя и разразиться хохотом:

— Болван не смог избить меня и привёл подмогу. Неважно кто тебе помогает, всё бестолку. Малец, ты здесь, чтобы заступиться за этого болвана?

— Болван, — удивился Цинь Му и подумал: «Это он о говорит жирдяе?»

— Брат дао, если жирдяй как-то оскорбил тебя, я приношу за него прощение, — показав свою вежливость, Цинь Му тут же спросил. — Могу я узнать у тебя, где Фермер?

Старый бык почесал драконьи чешуйки на своём животе и только сейчас Цинь Му заметил, что тот напоминал зелёного быка Канцлера Ба Шаня. Они оба, судя по всему, происходили из одного драконьего рода, поэтому могли похвастаться рельефной мускулатурой тела…

Но зелёный бык любил есть пионы, ему нравились цветы и растения, а также он обожал красоваться своим телосложением, с другой стороны, старый бык перед ним носил водяную курительную трубку и пил чай, словно отшельник.

«Может ли быть, что старый бык как-то связан с зелёным?» — подумал про себя парень.

Старый бык пыхнул клубом дыма и вновь посмотрел на него:

— С учётом твоего молодого возраста, ты не должен знать моего мастера. Кто ты и зачем ищешь его?

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Я ученик Дровосека, Небесного Наставника, одного из четырёх Небесных Наставников Райских Небес Императора-Основателя. Недавно мне довелось повидаться с Рыболовом, поэтому я до сих пор не встречал ещё двоих Небесных Наставников. Не мог бы брат Дао представить меня ему?

— Старый мастер просто фермер. На что там смотреть? — старый бык высыпал табак и продолжил. — Несколькими днями ранее дровосек пришёл повидаться с ним и был им тяжело ранен. Прямо сейчас он валяется в вонючей канаве снаружи деревни около месяца и даже не собирается шевелиться. Так как ты его ученик, называй меня старший брат, нет нужды называть меня братом Дао.

— Дровосек? — Цинь Му шокировано вздрогнул. — Наставник Дровосек ранен? И не шевелится уже где-то месяц? В какой деревне?

Старый бык встал на свои копыта и, взмахнув хвостом, сказал:

— Давай я отведу тебя туда, но тебе следует забыть о попытках вытащить его. Старый мастер сказал, что хочет, чтобы он сгнил в той канаве, а тот, кто посмеет попробовать вытащить его, должен пережить три удара от него. Три удара старого мастера могут образовать три дыры в небе!

Цинь Му подозвал цилиня, чтобы отправиться в деревню, но тот, казалось, совершенно не хотел с ними идти из-за страха перед старым быком. Но последний оказался довольно-таки великодушным и с улыбкой подбодрил:

— Большой пёс, не нужно меня бояться, ты ещё слишком молод. Когда повзрослеешь, ты играючи меня подавишь и изобьёшь.

— Правда? — оживился во взгляде цилинь.

— Расслабься, просто шучу, — старый бык осушил чайную чашку, стоящую на каменном столике, и взмахнул языком, куда-то убирая её вместе чайником для заварки, затем он спокойно зашагал вперёд. — Даже совершенствуясь следующую тысячу лет ты будешь по-прежнему слишком молодым. Мне будет достаточно одного копыта, чтобы играться с тремя такими как ты. Я сражался с бесчисленными истинными драконами и цилинями, не говоря уже о таком ребёнке, как ты. Наше поселение прямо впереди, вон та маленькая горная деревня.

Цилинь понурил морду от досады.

Цинь Му с улыбкой заговорил:

— Старший брат бык, даже если жирдяй пока ещё молод, тебе не стоит его недооценивать. Я передал ему технику Высшей Тайны Древнего Дракона, которая является техникой Императорского Трона, поэтому его совершенствование продвигается с божественной скоростью. Ему и правда может удаться подавить тебя в будущем.

— Меня зовут Ню Саньдо, — со свистом взмахнув хвостом, старый бык ответил. — Дело не в том, слаба или сильна техника, а в том, твоя она или нет. Упомянутая тобой техника не его, к тому же в нём также течёт кровь цилиня. Техника Высшей Тайны Древнего Дракона должна лучше всего подходить для чистокровных драконов, я прав? Получается он может освоить её лишь наполовину, в то время как другая половина будет полна недостатков. Если он сможет меня одолеть, это будет действительно удивительно. Если не пойти по своему собственному пути, совершенствование любой техники — пустая трата времени.

Цинь Му ощутил, как его сердце сжалось: «Видения старшего брата Ню Саньдо шире, чем у подавляющего большинства богов, кажется Небесный Наставник Фермер истинный Небесный Наставник Боевых Искусств, ведь ему даже удалось выдрессировать быка до такой степени, что тот ничем не уступает в видении такому правителю мира, как Фу Жило».

Немного погодя они оказались у маленькой горной деревни Великих Руин, чья площадь составляла шесть-семь полей от края до края.

Цинь Му внимательно осмотрел пейзаж горной деревни, замечая вокруг прозрачные воды и зелёные холмы. Стоя подле горы, он видел, как сверху стекает родниковая вода, в то время как в самой деревне проживало всего сто человек, но, что странно, в поле зрения не было видно ни одной каменной статуи.

— Взгляни, твой ли наставник валяется в канаве, — качая ягодицами, старый бык вошёл в деревню.

Цинь Му подошёл к неприятно пахнущей канаве у входа в деревню и действительно увидел в ней мужчину, лежащего лицом к небу. Тот настолько пропитался вонючей водой, что его лицо приобрело белоснежный цвет.

Исходящие из канавы волны зловония вызывали и окружающих рвотные позывы. Между тем ноги и руки мужчины, одетого как дровосек, были полностью переломаны, а если присмотреться к его телу, то становилось понятно, что и там не осталось ни одной целой косточки. Казалось, что только его череп остался нетронутым.

Цинь Му некоторое время смотрел в канаву, прежде чем мужчина в ней всё же заметил его, после чего тут же перевернулся, ныряя головой глубоко в помои. К его затылку прилипло несколько гниющих листов капусты, а из ягодиц торчала обглоданная куриная кость.

— Почему наставник оказался в таком плачевном положении, что теперь плавает в канаве, словно перевёрнутый корабль? — присев у края вонючей канавы, спокойно спросил Цинь Му

Святой Дровосек хлюпнулся и перевернулся обратно, раскрывая полностью побелевшую от долгого пребывания в помоях щетину, прежде чем спокойно молвить:

— Погода застала врасплох, волна поднялась слишком высокая и корабль перевернулся.

Цинь Му с улыбкой продолжил расспрос:

— Наставник может выбраться из канавы?

— Все мои кости сломаны, а совершенствование запечатано, даже пытаться не стоит, — ответил Святой Дровосек.

Цинь Му не унимался:

— Неужели между наставником и Небесным Наставником Боевых Искусств есть вражда?

— Мы никогда не ладили, — ответил Святой Дровосек.

Цинь Му кивнул, встал, вошёл в деревню и громко закричал:

— Сто Седьмой Потомок Императора-Основателя, Цинь Му, Цинь Фэнцин ищет встречи с Небесным Наставником Боевых Искусств!

Фермеры в деревне остановили все свои работы и посмотрели на него. Между тем старый, коренастый и немного низкий фермер, который в данный момент расчесывал волосы на шее старого быка, услышав крик, дрогнул ушами и тоже посмотрел на него.

Цинь Му вёл цилиня за собой по деревне, но вокруг стояла гробовая тишина и только сто человек пристально на него смотрели.

Цилинь чувствовал бешено бьющееся в груди сердце и старался не отставать от быстро шагающего Цинь Му, приглушённо говоря:

— Владыка, эта деревня странная, кроме вон того старого фермера здесь нет ни стариков, ни детей. Все они, как на подбор, молодые…

Цинь Му с улыбкой смотрел вперёд и шёл в направлении старого быка и крепкого, но низковатого фермера, пока вполголоса говорил:

— Жирдяй, ты повзрослел, раз начал замечать такие детали. Деревня и правда необычная, раз в ней нет ни единого старика и ребёнка.

— Неужели старый бык съел их? — содрогнулся цилинь.

Цинь Му снял ивовый лист со своего межбровья и ещё раз осмотрел окрестности, после чего покачал головой со словами:

— Конечно нет. Стариков здесь нет потому, что никто из них не может постареть. Разве у богов есть возраст в привычном понимании этого слова?

— Боги? — шокировано подпрыгнул цилинь и затравленно огляделся вокруг. Получается на них пялилось сто богов?

«Наставник Владыки и правда устал от жизни, раз посмел прийти сюда и затеять бой!» — мысленно подытожил цилинь.

Через свой третий глаз Цинь Му увидел у деревенских абсолютно целые божественные сокровища и райские дворцы. Божественные мосты простирались от их божественных сокровищ, достигая райских дворцов, среди которых, в глубинах возвышались ненормально высокие, величественные исконные духи. Он не мог точно разглядеть, где именно те стояли, но он увидел, что человек с самым низким уровнем совершенствования находился в Нефритовом Павильоне!

Цинь Му посмотрел на старого фермера, но абсолютно не видел его совершенствования, точно также, как и совершенствования старого быка!

— Кажется, старый бык говорил правду о том, что жирдяй не сможет навязать ему равный бой даже спустя тысячу лет совершенствования, — Цинь Му аккуратно вернул ивовый лист на место и, подойдя к старому быку и старому фермеру, приветственно поклонился. — Сын Семьи Цинь Императора-Основателя, Цинь Му отдаёт дань своего уважения Небесному Наставнику Боевых Искусств.

Морщины на лице старого фермера выглядели очень глубокими, а его подгорелая кожа отсвечивала красным оттенком, явно говоря о том, что ему приходилось изо дня в день страдать от суровой погоды…

Сухожилия его рук выпирали, суставы пальцев выглядели толстыми и, казалось, полными сил, а его вваленные глазницы прикрывали припущенные веки. Между тем он продолжал расчёсывать волосы старого быка, как вдруг громоподобным тоном ответил:

— Здесь нет Небесного Наставника Боевых Искусств, лишь фермеры. Ты нашёл не того.

Цинь Му с улыбкой обратился:

— Раз Небесный Наставник Боевых Искусств не готов признавать свою личность, могу я забрать своего наставника, который сейчас валяется в канаве?

Старый фермер крепко сжал кулак, как вдруг послышались раскаты грома. Цинь Му поднял голову и увидел, что внезапно почерневшее небо время от времени рассекали разряды молний под раскаты грома. Если присмотреться, смутно виднелся кулак, похожий на появившуюся в небе чёрную гору.

— Если ты хочешь забрать старого мошенника с собой, прими три удара моего кулака! — старый фермер посмотрел на него и покачал головой. — Но твоё тело не выдержит этого.

Цинь Му собрался с мыслями и отвёл взгляд со словами:

— Небесный Наставник обладает самой сильной боевой мощью среди всех четырёх Небесных Наставников, неужели ты хочешь усложнить жизнь младшему из семьи Цинь?

Старый фермер разжал кулак и продолжил расчёсывать волосы быка, равнодушно отвечая:

— Разве родословная Императора-Основателя такая замечательная? В прошлом среди дочерей и сыновей Императора-Основателя появлялись преступники и я лично убил нескольких из них. Первый среди четырёх великих наставников не я, к тому же какая польза от боевой мощи? Она не годится в соперники человеку в канаве, который только и умеет, что работать своим ртом.

Цинь Му почувствовал дрожь в сердце и проступивший на висках холодный пот. Старик перед ним даже посмел убить сыновей и дочерей Императора-Основателя?

Небесный Наставник Боевых Искусств действительно отважный!

— Что нужно Имперскому Наставнику Боевых Искусств, чтобы позволить Наставнику Дровосеку уйти? — Цинь Му внезапно разразился праведной речью. — Боевой мир имеет правила боевого мира, а имперский двор — имперского двора. Раз я пришёл в боевой мир, позволь нам всё разрешить по правилам боевого мира! Младший Цинь Му здесь, чтобы спасти наставника, пусть Небесный Наставник назовёт условия!

Старый фермер поднял опущенные веки и усмехнулся:

— Правила боевого мира, говоришь? Очень хорошо! Я хочу увидеть, сколькому тебя научил этот говорун! Жалкий дровосек полагался на свой подвешенный язык, чтобы стать первым среди нас, четырёх великих небесных наставников. Ты наверно перенял у него этот незамысловатый навык, верно?

Цинь Му громко рассмеялся, в то время как его одежда затрепыхалась, словно на ветру, но ветра вокруг совершенно не было:

— Стыдно признаться, но с тех пор, как этот младший начал свой путь совершенствования, я всегда решал проблемы одними кулаками. Я всегда сражался за свой путь и ещё никому и никогда не проигрывал!

Старый фермер оценивающе посмотрел на него, прежде чем разразиться смехом:

— Ты даже не совершенствовал свою боевую душу, поэтому у твоих кулаков есть только жизненная сущность, но не дух. Ты всего лишь парень, который ещё не постиг Дао, но своими словами готов потеснить сами небеса. За мной. Открыть Дворец Корриды!

Находящийся в горной деревне фермеры встали и, хором взревев, нанесли одновременные удары. Позади деревни находилась гора, которая внезапно приняла горизонтальное положение и разорвала пространство, раскрывая взору величественный райский дворец, возвышающийся посреди куска необъятных небес.

У появившегося мира были свои собственные солнце, луна и сверкающие высоко в небе звёзды. Внутри, по сути, расположилась приличных размеров страна.

— Отправляемся во Дворец Корриды, где существуют только правила боевого мира! — усмехался старый фермер. — Не считающихся с жизнью и смертью!

Волосы Цинь Му встали дыбом, в то время как цилинь тайно обернулся, планируя слинять, но его хвост оказался в заботливой, но крепкой хватке хозяина, что напугало его почти до смерти.

Глава 719. Совершенствование Исконного Духа с Помощью Боевых Искусств

— Должно быть, Дворец Корриды это один из тридцати шести райских дворцов Райских Небес Императора-Основателя. Те, кто управлял ими, были невероятно выдающимися и влиятельными людьми тех времён.

Цинь Му проследовал за жителями деревни в Дворец Корриды, который оказался довольно целым, в сравнении с другими. Казалось, он не прошёл через пламя войны.

Дворец Нефритового Сияния, Зал Императоров Людей и Дворец Песчаной Границы в Фэнду, с другой стороны, сильно пострадали во время битв Эпохи Императора-Основателя. Что касалось остальных, то Цинь Му их не видел, хоть и предполагал, что большинство из них были попросту разрушены.

«Как Дворцу Корриды удалось уцелеть? — недоумевал юноша. — Неужели Небесный Наставник Боевых Искусств тоже дезертировал? Он смог сохранить свою силу сбежав вместе с дворцом?»

Дворец Корриды отличался от других райских дворцов, которые Цинь Му видел раньше. Дворец Нефритового Сияния и Зал Императоров Людей были окутанные запахом книг и являлись местами для обучения студентов. Бесчисленные ученики и боги изучали там божественные искусства.

Несмотря на то, что Цинь Му был Императором Людей Зала Императоров Людей, он не стал задерживаться там надолго. Юноша побывал там лишь вместе с Первым Предком, и так и не успел тщательно осмотреться.

Во Дворце Песчаной Границы Цинь Му и вовсе никогда не был. Он лишь издали рассмотрел полуразрушенный божественный город, в недрах которого сидел Король Яма.

В этот момент они вошли в мир внутри Дворца Корриды. Постепенно, тот раскрывался перед их глазами, и вскоре можно было полностью окинуть это место взглядом.

Ближе всего к ним находилась величественная дверь, в то время как впереди, за бесчисленными слоями дворцов, располагался нефритовый бассейн. Над городом витали два потока кроваво-красного воздуха, напоминая извивающихся драконов.

За Сценой Казни Бога находился квадратный город богов, скорее всего являющийся Нефритовой Столицей. Самый красивый из его дворцов был Залом Светящегося Неба.

Юноша был ошарашен. Расположение строений Дворца Корриды сильно напоминало райские дворцы в телах богов.

Всмотревшись вдаль, он прилип глазами к вратам. За ними находился радужный мост, протянувшийся к землям мира. Будучи невероятно длинным, тот одиноко парил в небе, и был единственным путём к Дворцу Корриды.

Цинь Му посмотрел на земли того мира, и его сердце резко дрогнуло.

Земля была почти квадратной, с юга на север по ней тянулись пять горных хребтов. На каждом из них возвышались огромные горы, в то время как внизу неслись шесть великих рек. Те двигались с восхода на запад и с севера на юг, тем не менее, ни одна из них не впадала в море.

В этом месте не было моря. Шесть великих рек попросту текли по земле, прежде чем исчезнуть в подземной бездне в самом центре мира.

Цинь Му поднял голову и осмотрелся, обнаруживая что внизу под Дворцом Корриды находилось солнце, луна и бесчисленные звёзды. Солнце опускалось, в то время как луна подымалась, заменяя день ночью.

Он удивлённо моргнул. Если земля олицетворяла духовную платформу, то пять горных хребтов были пятью элементами. Шесть великих рек, должно быть, были созданы из шести направлений. Солнце, луна и звёзды были семью звёздами, а в бездне находился Юду и Божественное Сокровище Жизни и Смерти. Это также значило, что длинный мост был ничем другим, как Божественным Мостом, ведущий к райским дворцам.

В таком случае…

«Эти небеса созданы из физического тела сильного практика области Императорского Трона?»

Его взгляд носился по округе, ища доказательства: «Здесь не хватает Небожителя. Исконный Дух просыпается именно в этой области, и добравшись до Светящегося Неба и Императорского Трона, он может больше не возвращаться на землю. Неужели он сейчас сидит на Императорском Трона в зале Светящегося Неба… Существует ещё и другое объяснение, возможно, эти небеса были выкованы в соответствии со строением божественных сокровищ и райских дворцов Императорского Трона! В конце концов, практиков Императорского Трона не так уж и много, и в Эпохе Императора-Основателя их было крайне мало!»

Дворец Корриды был одним из тридцати шести дворцов Эпохи Императора-Основателя, из которых самыми известными были четыре райских дворца, где располагались Четыре Великих Небесных Короля. Среди последних не было Дворца Корриды.

Император-Основатель не мог убить практика Императорского Трона лишь для того, чтобы создать дворец Корриды, верно?

— Идите подготовьтесь, — приказал селянам старый фермер. — Скажите детям, что Дворец Корриды сегодня открыт, пусть идут потренируются.

Селяне немедленно улетели. Некоторые отправились ко Дворцу Корриды, в то время как остальные двинулись к другим зданиям.

Фермер привёл старого быка, Цинь Му и цилиня к божественному мосту. Тот был крайне узким, и хоть Цинь Му и мог спокойно по нему шагать, у цилиня это вызывало огромный дискомфорт.

Старик на мгновение остановился и осмотрелся, наслаждаясь пейзажем.

Цинь Му тоже посмотрел по сторонам, увидев вокруг горы и реки. Наслаждаться их видом из этого ракурса было поистине расслабляющим и беззаботным занятием.

— Ученик Вэнь Тяньгэ, ты находишься в области Небожителя, верно? — спокойно спросил старый фермер. — Среди четырёх Небесных Наставников Райских Небес Императора-Основателя, Дровосек был первым, с чем я никогда не мог смириться. Какие из его способностей позволили ему подняться над моей головой? Из нас четырёх, он был номером один, я был третьим, а на втором месте находился Учёный Цзы Си. С последним я ещё могу смириться, но что насчёт Дровосека? Он превзошёл меня, Учёного и Рыболова лишь за счёт своего длинного языка. Именно поэтому я не могу смириться.

Цинь Му посмотрел вниз и увидел бесчисленных крепких юношей, несущихся в сторону дворца. Они подпрыгивали в воздух, будто летели, их скорость была невероятно высокой.

— Учитель Дровосек всё же восхищается Небесным Наставником Боевых Искусств, — серьёзно проговорил юноша. — Он упоминал о тебе и говорил, что ты владеешь первоклассными боевыми способностями и являешься самым сильным из четырёх Небесных Наставников. В рамках реформы Вечного Мира он отправился на твои поиски сразу после того, как нашёл Ди Июэ. Это значит, что в глубине души он верит, что ты ей не уступаешь.

— Мои способности с самого начала не слишком уступали Ди Июэ, — равнодушно проговорил старый фермер. — Двадцать тысяч назад она была немного сильнее меня и являлась главой Четырёх Великих Небесных Королей. Когда мы сражались, она побеждала. Тем не менее, с тех пор прошло двадцать тысяч лет, и теперь сложно сказать кто из нас сильнее. В конце концов, даже несмотря на то, что её воскресили, она пропустила двадцать тысяч лет совершенствования.

Сердце Цинь Му дрогнуло, а кожа на его голове онемела: «Небесный Наставник Боевых Искусств уже достиг области Императорского Трона! Я и вправду не выдержу трёх его ударов. Да и старшему брату это тоже не под силу…»

Усмехнувшись, старый фермер проговорил:

— Я уже сражался с учёным, и тот каждый раз умудрялся меня обхитрить даже несмотря на то, что его боевые способности уступали моим, поэтому я им восхищаюсь. Он действительно обладает соответствующими способностями, в отличии от Дровосека, который умеет лишь говорить. Поэтому я не могу позволить ему так просто перелезть через наши головы. Когда он пришёл позвать меня с горы, то смог лишь сделать несколько жестов руками. Я ещё не успел использовать своей силы. А он уже валялся в канаве.

На лице Цинь Му сверкала улыбка, но по его лбу катился холодный пот.

Он мог представить в насколько жалком положении оказался Дровосек.

Даже будучи правым, учёный никогда не мог выиграть спор с солдатом.

Когда местные практики божественных искусств приблизились, Цинь Му ошарашенно застыл. Он понимал, что они, скорее всего, были жителями здешних земель, но на самом деле ни один из них не был человеком.

Среди них были люди с головой птицы и телом человека, у некоторых были головы зверя, а другие носили черепаший панцирь или звериный мех, в то время как у некоторых и вовсе было шесть рук и три головы.

«Расы богов Эпохи Императора-Основателя!»

Цинь Му прищурился. Он заметил даже нескольких практиков божественных искусств Расы Богов Белой Летучей Мыши!

Люди во Дворце Корриды оказались потомками божественных рас Эпохи Императора-Основателя.

— Владыка Культа, здесь женщины из Расы Богов Белой Летучей Мыши!

Пытаясь говорить не слишком громко, цилинь выдавил из себя:

— Фу Юйцю и Фу Юйчунь из Долины Призраков будут в восторге!

Цинь Му вспомнил двух летучих мышей и улыбнулся. Тем не менее, в следующий миг его улыбка превратилась в хмурый взгляд.

Старый фермер тащил быка за собой, двигаясь в сторону Южных Небесных Врат. Он спокойно проговорил:

— Не стоит так рано радоваться. Если ты хочешь придерживаться правил мира боевых искусств, то докажи, что у тебя есть соответствующие способности. Отправляйся вместе со всеми сквозь Южные Небесные Врата и пробей себе дорогу до Зала Светящегося Неба.

Цинь Му тут же ответил:

— Небесный Наставник, я всё ещё нахожусь в области Небожителя и не могу пройти сквозь Южные Небесные Врата! Разве это честный бой?

— Честный бой?

Старый фермер оглянулся, на его морщинистом лице появилось презрительное выражение:

— А разве в прошлом битва между чужеземными райскими небесами и Райскими небесами Императора-Основателя была честной? Если ты сумеешь пробить себе дорогу до Зала Светящегося Неба, я позволю тебе забрать Дровосека!

Бесчисленные расы богов из всех уголков этого мира двигались по божественному мосту вслед за старым быком, каждое из существ выглядело крайне внушительно. Бык медленно шагал в сторону Южных Небесных Врат вместе с фермером.

Цинь Му тоже был в толпе, он тайком снял свой ивовый лист, чтобы посмотреть на существ вокруг. В следующий миг на его лице возникло ошеломлённое выражение. Все они находились в области Жизни и Смерти!

Существа обладали невероятно крепкими телами, их совершенствование находилось на очень высоком уровне. Тем не менее, никто из них ещё не пересёк Божественный Мост!

Более того, божественные мосты в их телах были разрушены, их состояние было даже хуже, чем у божественных мостов практиков Вечного Мира!

У практиков божественных искусств Вечного Мира всё же были божественные мосты, хоть и сломанные. Совершенствуя Три Секрета Божественного Моста, переданные им Цинь Му, они могли отстроить их и достичь Южных Небесных Врат.

И всё же, божественные мосты рас, живущих во Дворце Корриды. Были разрушены окончательно. У них вовсе не было области Божественного Моста!

Без Области Небесного Моста даже Три Секрета Божественного Моста не могли помочь отстроить божественный мост, они не могли совершенствоваться до области богов!

Это также значило, что все расы богов, живущие в этом мире, были обречены навеки остаться в области Жизни и Смерти.

«Что происходит? — недоумевал Цинь Му. — Почему их божественные мосты в таком ужасном состоянии?»

Он был крайне озадачен. Между тем, расы богов тоже демонстрировали к нему немалый интерес. Увидев, что посередине его лба находится третий глаз, они не могли удержаться, чтобы не попытаться тайком на него взглянуть.

Несколько девушек что-то шепнули друг другу на ушко, прежде чем захихикать.

— Владыка Культа, они сказали, что ты уродлив, — имея довольно острый слух, цилинь сообщил Цинь Му.

Юноша тут же помрачнел в лице, и цилинь вздрогнул. Взмахнув лапой, он ударил себя по рту, прежде чем продолжить смирено шагать вперёд, думая: «Теперь мне придётся несколько дней голодать, прежде чем Владыка Культа успокоится.»

Несмотря на то, что божественные мосты божественных рас были полностью разрушены и они застряли в области Жизни и Смерти, каждый из них был чрезвычайно силён. Их способности не уступали экспертам области Божественного Моста!

Наконец они достигли Южных Небесных Врат. Старый фермер повёл быка за собой, входя внутрь, прежде чем остановиться и обернуться, уставившись на людей с другой стороны.

Все представители божественных рас остановились, почтительно стоя перед воротами.

Цинь Му тоже остановился, осматривая строение.

Он уже видел Южные Небесные Врата в Великих Руинах, и те были величественными и высокими, напоминая дверь, протянувшуюся до самых небес. Несмотря на то, что она была довольно ветхой, её неукротимая аура сохранилась, демонстрируя простоту и вызывая уважение.

Южные Небесные Врата перед ним были значительно изящнее, но всё же невероятно высокими и устрашающими, будто были вытесаны из цельной горы высотой в тридцать километров. Их поверхность покрывали всевозможные руны, формирующие ослепительные, мерцающие картины.

— Ваши божественные мосты разрушены, их нельзя починить. В этой жизни у вас нет шансов достичь Южных Небесных Врат и стать богами. Тем не менее вы — надежда каждого, чей божественный мост разрушен, — голос старого фермера звучал громко и торжественно. — На протяжении двадцати тысяч лет потомки убитых богов умирали от старости поколение за поколением. Но пока вы живы, надежда существует! У вас нет божественных мостов, но это не значит, что вы не можете использовать путь боевых искусств, чтобы пересечь бездну под мостом! Так как пути нет, нужно его проложить!

— Если пути нет, пробейтесь сквозь Жизнь и Смерть и используйте божественные искусства, чтобы проложить себе путь, используйте свою боевую душу, чтобы добраться до райских дворцов!

Сердце Цинь Му задрожало. Он наконец понял суть испытания.

Божественные Мосты потомков рас богов Дворца Корриды были разрушены, и Небесный Наставник Боевых Искусств надеялся использовать боевые искусства, чтобы достичь райских дворцов. Он хотел, чтобы его ученики использовали свою боевую душу вместо отсутствующей области Божественного Моста и продолжили родословную божественных рас, создав новый путь!

Так как области Божественного Моста для них не существовало, им оставалось надеяться лишь на свою боевую душу, чтобы пересечь эту область и достичь райских дворцов грубой силой, превращаясь в богов.

Боевая душа была исконным духом пути божественных искусств, именно он мог пересечь тьму под божественным мостом!

Исконные духи остальных практиков могли пройти по божественному мосту, добираясь к райским дворцам.

Несмотря на то, что божественные мосты практиков божественных искусств Вечного Мира были разрушены, они могли восстановить их с помощью Трёх Секретов Божественного Моста.

Что касалось потомков рас богов Дворца Корриды, им оставалось полагаться лишь на свои исконные духи, чтобы преодолеть пустоту за счёт грубой силы!

Если им не удастся пролететь над ней, то они упадут в Юду области Жизни и Смерти, после чего умрут, а их Дао сотрётся!

Причина, по которой Небесный Наставник Боевых Искусств скрывался в горной деревне на протяжении двадцати тысяч лет скорее состояла именно в том, чтобы помочь потомкам продолжить совершенствоваться!

— Совершенствование исконного духа за счёт божественных искусств и есть боевой душой. А её становление на путь и было путём боевых искусств!

Старый фермер закричал и потащил своего быка вперёд:

— Входите во врата! Проверьте свой путь боевых искусств! Я буду ждать вас в зале Светящегося Неба!

Глава 720. Даже Лучший Художник не Нарисует Дух Людей

«Что на самом деле из себя представляют так называемые боевые путь и душа?» — думая, Цинь Му оценивал взглядом потомков рас богов и понимал, что от них действительно исходила невероятная аура. Их дух, казалось бы, помогал им смело продвигаться вперёд и сносить все препятствия на пути, явно отличаясь от пылающего духа практиков божественных искусств Империи Вечного Мира.

Несмотря на то, что практики Вечного Мира были смелыми и наглыми, их ауры и духи отличались динамичностью и множеством вариаций. Они были словно кастрюля с кипящим маслом, каждый пузырёк которого, появившись благодаря реформе эпохи, имел свой уникальный цвет и оттенок. Таланты расцветали буквально везде, в то время как сотни школ мысли боролись друг с другом.

С другой стороны, дух потомков рас богов был не духом эпохи, а боевых искусств. Он не был полон эмоций и переживаний, как, к примеру, у мясника, мастера ножа, также не был динамичным, но в то же время сдержанным, как у старейшины, мастера меча, не был находчивым и странным, как у бабушки Сы, мастера божественных искусств, отличался от талантливого в искусствах глухого, не напоминал непослушность и свободу слепого, человека способного видеть сквозь всё и вся, а также не был пылающим огнём немного, сокрытым под вулканической кальдерой.

Потомки рас богов были словно аскетичные монахи, наподобие старого Ма, которому всё ещё предстояло стать Буддой.

Глаза Цинь Му заискрились энергией.

Они и правда были прямо как старый Ма!

Старик из деревни Цань Лао.

В прошлом старый Ма не особо любил разговаривать и веселиться. Он во все времена ходил с серьёзным лицом, а также поступал серьёзно.

Серьёзность Цинь Му была перенята именно у него.

Даже если старый Ма всегда держал осанку, от него веяло человеком, взвалившим на себя ношу. Казалось, словно на его плечи давила гора Сумеру.

Тем не менее подобного рода давление в итоге стало его мотивацией.

Давление, переходящее в мотивацию, разумеется, возможно только в том случае, если не сломаться. Если давление оказывается слишком тяжёлым, ты определённо сломаешься.

В течение некоторого времени старый Ма был сломлен и только после того, как в деревне Цань Лао появился Цинь Му, он, наконец, смог продолжить сопротивляться давлению и бороться. Молодые потомки расы богов были прямо как он. Являясь группой практиков боевых искусств, они боролись против неподъёмного давления…

Однако на них не давила гора Сумеру, а полностью сломанные божественные мосты. Без существования области Божественного Моста они чувствовали отчаяние от невозможности стать богами. И такого рода отчаяние стало их мотивацией, заставляющей их продолжать двигаться вперёд, заставляющей их искать решение.

«Вот каковы практики боевых искусств!» — взгляд Цинь Му со временем начинал пылать всё ярче и ослепительнее, и он улыбнулся:

— В своё время, ещё до моего становления практиком божественных искусств, я тоже был практиком боевых искусств, как они. Но после открытия своего Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, я постепенно забыл об этом духе.

Практики боевых искусств — это термин, описывающий людей, которым ещё предстояло ступить на путь совершенствования. Они могли полагаться только на низкоуровневые способы боя, например, с помощью кулаков, ног и холодного оружия. Во время жизни в деревне Цань Лао старый Ма, создавая эффекты божественных искусство через боевые техники своего физического тела, был похож на практика боевых искусств, только гораздо сильнее и свирепее!

В конце концов все начали входить в Южные Небесные Врата. Между тем Цинь Му стоял на месте и не двигался, ведь пока не понял намерения Небесного Наставника Боевых Искусств, отправляющего их через врата. Какое отношение имеет вступление на путь боевых искусств ко входу в небесный дворец?

Девушка, оказавшаяся под Южными Небесными Вратами, внезапно приглушённо застонала от того, что огромное давление сломало её кости и порвало сухожилия. Она была полностью раздавлена, словно на неё свалилась огромная гора, и, лёжа на земле, постоянно сплёвывала кровь!

Другой юноша прошёл немного дальше, но внезапно его бедренная кость треснула.

Тела некоторых людей покрылись дырами. Казалось, кровь струилась буквально отовсюду.

Другие же сплёвывали полные рты крови от того, что их пять внутренностей и шесть кишок не выдерживали и разрывались надвое.

Между тем остальные выглядели так, словно несли на себе Южные Небесные Врата, и их тела начали медленно сжиматься, но они успешно шагали вперёд, сопротивляясь давлению.

В определённый момент давление начало резко возрастать с каждым следующим шагом, в итоге их тела стали не выше полутора метров. Они продолжали идти, их тела становились всё ниже и меньше, и вскоре их рост не превышал тридцати сантиметров.

Некоторые люди не выдержали и, словно раздавленные, упали на колени, впираясь руками в землю, в то время как из их ртов обильным потоком потекла кровь. Их руки не смогли выдержать давление Южных Небесных Врат и сломались.

Всё больше людей начинали кричать и ударять кулаками и ногами, используя свои божественные искусства физического тела для защиты от давления врат. Их кулаки и ноги, казалось, становились топорами, способными расколоть небеса, в итоге разрезая на две части давление и позволяя им идти вперёд.

Цинь Му нахмурился, прежде чем посмотреть на Южные Небесные Врата в сомнении. Могли ли эти врата действительно быть вратами Императорского Трона, могло ли это давление действительно быть тем, которое могли выдержать только истинные боги?

Разве практики области Жизни и Смерти были способны выстоять под натиском такого сильного давления?

Если это были Южные Небесные Врата Императорского Трона, только истинные боги могли пересечь их. Тот, кому ещё предстояло совершенствоваться до области истинного бога, определённо будет раздавлен!

Небесный Наставник Боевых Искусств не использовал бы такого рода способ их убийства, верно?

«Руны на Южных Небесных Вратах не полностью загорелись», — с такой мыслью осмотревшись, Цинь Му понял, что на вратах не было зажжено даже процента отметин. Что говорило только об одном, давление было далеко от уровня истинного бога.

Очевидно, что Небесный Наставник Боевых Искусств всё ещё не выжил из ума.

Несмотря на то, что практики расы богов шли уже довольно долго, Южные Небесные Врата были слишком высокими и длинными, они не пересекли ещё даже половины расстояния, а давление лишь продолжало возрастать. Только одни эти врата могли убить большую часть практиков божественных искусств.

Цинь Му снял рубаху, оголяя торс, подвязал штаны и с улыбкой сказал:

— Жирдяй, не входи, просто присмотри за моими вещами, — с такими словами он протянул свою рубаху и мешочек таотэ цилиню.

Его руки были пусты, у него не было какого-либо оружия.

Цилинь вздохнул с облегчением и, приняв вещи, спросил:

— Владыка, тебе не нужна твоя пилюля меча?

— Нет! — приглушённо вскрикнув, Цинь Му поднял одну руку, в то время как другую опустил. На его спине появились следы зелёного дракона, которые плавно превратились в большого Зелёного Зракона, вылетевшего из него и закружившегося вокруг его тела.

Он потянулся всем телом и его кости затрещали, после чего Зелёный Дракон рассеялся и на его спине появились следы белого тигра, как вдруг рёв последнего разнёсся по всему лесу.

Вытянув одну ногу назад, а другую согнув, подавшись вперёд, на нём появились отметины чёрной черепахи, а уже в следующий миг под его ступнями поднялась огромная черепаха с головой дракона, которая ступала по чёрному морю со стокрылым, злобного вида змеем, вьющимся вокруг неё.

Он развёл руки, заставляя Чёрную Черепаху рассеяться, а на смену ей появиться пляшущие языки пламени, из которого вылетала Красная Птица.

— Я хочу найти свой дух боевых искусств и ворваться в него! — крикнув, Цинь Му отбросил в сторону все лишние мысли и забыл обо всех божественных искусствах. Он забыл о своих навыках и пути меча, оставляя все проблемы снаружи, он забыл о Вечном Мире и позволил своему духу вернуться до того состояния, когда он был совсем молод и самозабвенно тренировался в деревне Цань Лао. Духовно он вернулся во времена, когда совершенствовался со старым Ма, слепым и мясником.

В то время он следовал за деревенскими стариками и тренировал своё тело. А когда находил время расслабиться, пас коров и играл на бамбуковой флейте.

Его мысли очистились до крайности, словно он превратился обратно в того пасущего коров мальчишку. Конечно, он всё же отличался. В прошлом его мысли были чисты, будто белый лист бумаги, в то время как к текущему моменту ему пришлось пережить невероятное количество опасностей.

Висящий на шее бусины мудрости, которые ему подарил Будда Сакра, внезапно раскрылись и начали опадать, но на месте каждой из них появлялась другая бусина мудрости.

Все они являлись бусинами мудрости, образованными его собственной мудростью.

Бусины имели размер яйца и были гладкими, круглыми и прозрачными. Они кружились вокруг его шеи и, казалось, могли проникать в сердца других.

Цинь Му вошёл в Южные Небесные Врата широкими шагами и незамедлительно почувствовал невидимое давление, заставившее его кости издавать скрипящие, щёлкающие звуки. Но давление на тело можно было терпеть, чего не скажешь о давлении на исконный дух, оно было по-настоящему свирепым!

Цинь Му взревел и исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы противостоять давлению на своём пути. Но чем дальше он заходил, тем тяжелее становилось. Внезапно от его тела послышалась какофония рёвов дракона, являющаяся Восьми Голосами Древнего Дракона, вибрирующими и звенящими внутри его тела, крови и Ци.

Он уже дошёл до первых групп людей и, собрав их в охапку, поднял, выбрасывая за пределы врат. Оставить их здесь равносильно тому, что позволить им быть раздавленными до смерти, чего он не мог допустить.

Давление возрастало, а кровь и Ци, вытекающие из его тела, становились всё плотнее и безумствовали, образуя за ним потоки. Между тем его глаза со временем становились лишь ярче…

Находящийся позади него потоки крови и Ци временами превращались в Зелёного Дракона, грохочущего как гром, а в другое время становились Чёрной Черепахой, поднимающей волны на чёрном море. Временами они превращались в Красную Птицу, чьи языки пламени вздымались до неба, а в другое время превращались в свирепого, храброго Белого Тигра.

Всевозможные видения сменяли друг друга позади него, помогая ему сметать всё на своём пути и позволяя ему смело продвигаться!

В конце концов он нагнал людей впереди, которые к текущему моменту уменьшились до десяти сантиметров, тем не менее, никто из них не сдавал назад и не поворачивал. Они все, как один, продолжали идти вперёд.

Свежая кровь вытекала из их глаз, ушей, носов и ртов, но они продолжали противостоять давлению и старались пройти через Южные Небесные Врата.

Цинь Му тоже уменьшился и сейчас был не выше тридцати сантиметров. Он встал вровень с остальными и внезапно рассмеялся безо всякой сдержанности:

— Даже лучший художник не сможет нарисовать дух людей! — он использовал свои Восемь Голосов Древнего Дракона и Буддистский Санскрит, чтобы громко запеть, и продолжил смело шагать вперёд. — Разве могут какие-либо записи запечатлеть мысли мудрецов?! С крыльями столь лёгкими, словно пудра, и тонкими, будто шёлк, летай в удовольствие ведомый цветами.

Слушая его, люди позади невольно попали под влияние его голоса. Ци и кровь в их телах забурлила и соединилась одна с другой.

Дух Цинь Му мотивировал и воодушевил их!

— Я не знаю, верю ли в Нирвану, так как же я могу отправить себя на смерть за свой райский дворец? — Цинь Му снял ивовый лист и принял свою трёхглавую-шестирукую форму. Золотой свет выстрелил одновременно из трёх его вертикальных глаз в межбровьях, а лицо расплылось в улыбки. — Лунный свет ласкает сосны, пролетая мимо будто золотая пыль, ветер накатывает на водную гладь, поднимая лавинообразные волны! Шагая через небесные врата и ища аудиенции, сидя в родовом дворе и улыбаясь героям!

— Отлично! — поддержали воспрявшие духом потомки рас богов, не сумев сдержаться.

Его песня звучал несдержанно и героически, сливая сущность, живучесть и дух каждого воедино и помогая им продвигаться вперёд.

Соединившись духами и с единством воли они стали неприступной крепостью и им действительно удавалось защищаться от давления Южных Небесных Врат. Ци и кровь позади них напоминало море, раздираемое волнами.

****

Между тем старый бык вместе со старым фермером прибыли к Залу Непостижимого Неба. Они уже было собирались войти внутрь, как вдруг что-то почувствовали и обернулись, увидев, как кровавый свет у врат вздымается к небу Мира Корриды и сотрясает звёзды!

Старый фермер удивился и присмотрелся, увидев Цинь Му, ведущего остальных внизу. Они делали широкие шаги, в то время как их тела постепенно росли.

Давление Южных Небесных Врат было практически бесполезным против них!

— Старый мастер, этот сто седьмой потомок Императора-Основателя выглядит многообещающим, — заговорил старый бык. — Он умеет вдохновлять и воодушевлять своим героическим характером, точно таким же, какой был некогда у Императора-Основателя. В прошлом Южные Небесные Врата смогли пройти несколько человек, а сейчас, благодаря его присутствию, пройдёт больше дюжины.

— Южные Небесные Врата всего лишь первое испытание. Впереди их ждёт настоящая опасность, — старый фермер с равнодушным выражением лица вошёл в Зал Непостижимого Неба. — Ты должен охранять этот зал. Я хочу увидеть, смогут ли они дойти до сюда!

Старый бык встал на свои задние ноги и потянулся, шелестя своей зелёной драконьей чешуёй, прежде чем с улыбкой проговорить:

— Старый мастер, это издевательство. Однако, если они не победят старого мастера, разве кто-нибудь из них сможет взлететь до райского дворца с целой утраченной областью?

Глава 721. Обретение Боевой Души

Цинь Му наконец вывел всех из Южных Небесных Врат. Давление тут же исчезло, и все вокруг, казалось, освободились от тяжёлого бремени.

— Откуда старший брат родом? — мужчина, больше всего напоминающий человека, подошёл к нему и спросил. — Я Ху Бугуй из Трехглазой расы богов. Я ещё ни разу не встречал старшего брата в мире Корриды. Ты разговаривал с Небесным Наставником, поэтому я не осмелился подойти раньше.

— Цинь Му, Цинь Фэнцин.

Цинь Му осмотрел мужчину из Трехглазой расы богов. У того были большие ладони и ступни, его плечи были невероятно широкими, покрыты комочками мышцей. Тем не менее, верхняя часть его рук оказалась крайне худой и непропорциональной. Внизу они становились намного более мускулистее, но его запястье снова сужалось и было крайне тонким.

То же самое было и с его талией. Широкая спина и тонкий пояс формировали треугольник, мышцы на его бёдрах были очень толстыми, но колени выделялись своей непропорциональной тонкостью. Верхняя честь икр снова расширялась, но ближе к лодыжкам мышцы исчезали.

Он натренировал свои мышцы таким образом, что превратился в некую ужасающую взрывную силу, совершенно отличающуюся от Цинь Му.

Тело Цинь Му владело правильными пропорциями, в то время как мышцы Ху Бугуя превратились в комки. Сила его физического тела могла мгновенно взорваться, испуская ужасающий всплеск мощи.

Мышцы Цинь Му, с другой стороны, имели обычные контуры, что увеличивало их прочность. Его внешний вид не был настолько чудовищным, а каждый раз, когда он хотел использовать свою силу, он должен был действовать на подобии изогнутого лука. Он накапливал силу, прежде чем освободить её в одно мгновение.

Скорость, с которой Ху Бугуй мог задействовать свою силу, была выше, поэтому его атаки определённо напоминали серию молниеносных ударов, способных поразить противника бесчисленное количество раз за короткий промежуток времени. Тем не менее сила, которую мог скопить в своих мышцах Цинь Му была намного сильнее, несмотря на более низкую скорость реакции.

— Я из Великих Руин и это моя первая встреча со старшими братьями и сёстрами.

Немного подумав, он озадаченно добавил:

— Ху Бугуй значит «почему бы не вернуться домой», за этим кроется какая-то история?

Ху Бугуй шагал вместе с остальными, некоторое время помолчав:

— Мои родители покинули Мир Корриды и родили меня за его пределами. Они пытались найти другой способ пробиться и решить проблему отсутствующих божественных мостов. Тем не менее, они так и не добились успеха, а решив вернуться сюда, они обнаружили, что уже не могут этого сделать. Даже придя в это место, их сердца больше не смогут здесь оставаться, поэтому решили дать мне такое имя.

Он улыбнулся:

— Почему бы не вернуться домой? Мои родители дали мне это имя для того, чтобы в их сердцах возникло чувство принадлежности к этом месту. Старшие братья и сёстры всегда смеялись с того, как меня зовут, но теперь все они зовут меня большим старшим братом.

Цинь Му кивнул. Он уже успел заметить, что совершенствование Ху Бугуя было одним из самых высоких среди практиков боевых искусств области Жизни и Смерти. Стоя под Южными Небесными Вратами, он был выше, чем все вокруг.

Когда Цинь Му объединил всех вокруг себя, превращая отряд в неприступную для давления Южных Небесных Врат твердыню, тот пришёл в норму быстрее остальных.

Отставание в совершенствовании в Мире Корриды не было проблемой, так как в конце концов все застревали в области Жизни и Смерти. Это место напоминало Вечный Мир прошлого, все практики божественных искусств которого останавливались у Божественного Моста и не могли продолжить двигаться вперёд.

Если Ху Бугуй умудрился стать для всех старшим братом даже несмотря на то, что начал совершенствоваться позднее остальных, то его талант и целеустремлённость должны быть поистине великолепны.

К этому времени люди впереди уже успели добраться ко Дворцу Корриды. Дорога туда была совершенно необычной, проходя через райский дворец и ведя прямиком к Яшмовому Водоёму, Сцене Казни Бога, Нефритовой Столице и Непостижимому Небу.

Цинь Му и Ху Бугуй шагали позади, первый непрерывно консультировался по поводу методов совершенствования боевой души.

Понимание боевой души Цинь Му всё ещё было ограниченным, он запомнил лишь слова фермера о том, что совершенствование исконного духа с помощью боевых искусств было боевой душой, а путь боевых искусств — это совершенствование боевой души до уровня пути. Что касалось её формирования, здесь он был совершенно неопытен.

— На самом деле боевая душа является исконным духом пути боевых искусств, — немного колеблясь, Ху Бугуй оглянулся и тихо продолжил. — Я использовал чужеземные методы для совершенствования своей боевой души. В Мире Корриды существует негласное правило, по которому нам запрещено изучать божественные искусства, пути и навыки внешнего мира. Тем не менее, я кое-чему научился у своих родителей, так что моё понимание исконного духа слегка отличается от того, что о нём думают здешние.

Цинь Му стало ещё более интересно, он спросил:

— В чём разница между исконным духом боевого пути и обычным?

— Здесь не пробуждают духовный эмбрион, а для начала совершенствуют боевую душу, — ответил Ху Бугуй. — Не пробуждая своего духовного эмбриона, нужно совершенствовать душу пока она не станет как железо, как металл. Когда они молоды, то сражаются с дикими тиграми, убивают рогатых питонов и драконов наводнения! Лишь немногие юноши Мира Корриды могут пройти такие испытания, большинство из нас гибнет в молодости.

Цинь Му шокировано дрогнул. В детстве даже он не проходил через таким тяжёлые тренировки!

Несмотря на то, что учения деревенских стариков тоже были очень жёсткими, они не заходили настолько далеко, чтобы поставить его жизнь под риск. Но люди Мира Корриды на самом деле позволяли своим детям сражаться с такими яростными странными зверями, как дикие тигры, рогатые питоны и драконов наводнения. Они совершенно не ценили их жизней!

Из зала впереди донеслись резкие звуки столкновений, напоминающие раскаты грома. Их вызывали хлопки, порождённые движением практиков боевых искусств. Несмотря на то, что он ещё не вошёл в здание, Цинь Му уже мог представить себе мускулистые тела пропускающие сотни, тысячи ударов. Как только они столкнулись, пот разбрызгался во все стороны, будто дождь!

Ху Бугуй вёл себя так, будто происходящее было нормой, и продолжал двигаться вперёд. Он проговорил:

— Достигнув определённого уровня, душа сливается с физическим телом, а совершенствовав дух пути боевых искусств в плоть, кровь и костный мозг, движения человека становятся похожи на раскаты грома и неподвижную молнию. Божественные искусства боевого пути соединяют волю и дух, позволяя обрести боевую душу. После этого практик может пробудить свой духовный эмбрион. С его помощью можно использовать жизненную Ци для обработки физического тела. Так как я некоторое время прожил с родителями во внешнем мире, к возвращению во Дворец Корриды мой духовный эмбрион уже пробудился. Совершенствовать боевую душу с нуля было чрезвычайно хлопотно, поэтому мне пришлось прилагать больше усилий, чем моим братьям и сёстрам.

Несмотря на то, что он довольно поверхностно всё описал, сложность, о которой он говорил, определённо была вне пределов воображения чужаков.

Цинь Му задумался. Раньше он тоже шагал подобным путём совершенствования, но как только его техника Трёх Эликсиров Тела Тирана добилась успеха, и он пробился в область Духовного Эмбриона, ему больше не нужно было так себя мучать.

Он совершенно не ожидал, что в Мире Корриды продолжали идти таким путём вплоть до совершенствования боевой души. В сравнении с внешним миром они поступали совершенно по-другому.

— Божественные искусства боевого пути объединяют волю и дух, это и есть обретение боевой души.

Цинь Му вспомнил то время, когда изучал боевые техники мясника, старого Ма, слепого и остальных. Он был лишь за шаг от совершенствования боевой души, поэтому подумал: «Небесный Наставник Боевых Искусств говорил, что у моих кулаков есть жизненная сущность, но нет боевой души. Когда я стал практиком боевых искусств, то совершенно перестал развиваться в этой области. Возможно, мне даже сейчас удалось бы соединить свою душу с физическим телом, но я так и не понял настоящей сущности боевых искусств.»

Цинь Му и Ху Бугуй вошли в зал, и в этот же миг в их сторону полетел человеческий силуэт. Они поспешно уклонились, в то время как бедолага вылетел из здания и врезался в перемычку Южных Небесных Врат, прежде чем соскользнуть на землю.

Врата Южных Небес имели высоту более тридцати метров, поэтому человек падал довольно долгое время, прежде чем распластаться на земле, не двигаясь.

«Он не должен умереть, его физическое тело невероятно сильное.»

Осмотревшись в зале, Цинь Му увидел фермера, стоящего перед троном в центре. Его Ци и кровь напоминали приливные волны, в то время как его тело было окружено видениями.

Последние были духами его кулаков, которые порождали силуэты, владеющие техниками и высшими искусствами!

Он стоял там, не двигаясь и закрыв глаза, совершенно не осматривая окрестности. Между тем духи его кулаков атаковали практиков божественных искусств, пытающихся войти в зал.

Это была атака силой воли. Она была острой и подавляющей, в духах его кулаков крылась несравнимая сила.

«Развить дух кулаков до уровня, когда он становится реальным, и есть боевым искусством, ступившим на путь, верно?»

Юноша воскликнул:

— Если он откроет глаза, то дух его кулаков сольётся с физическим телом. После этого ему хватит одного удара, чтобы уничтожить мир!

Мужчина был фермером, и на фоне небольшой горной деревни не выглядел слишком важным человеком. Его внешний вид был настолько обычным, что скорее всего никто бы не бросил на него подозрительного взгляда, встретив где-то в Вечном Мире.

И всё же теперь он выглядел как великий генерал армии богов. Он был богом, контролирующим путь боевых искусств, и обладал аурой, с которой никто не мог сравниться. Было очевидно, что он пережил тяжести поля боя и от его голых рук погибло бесчисленное количество богов.

Сильные практики, пережившие катастрофу Эпохи Императора-Основателя, обладали аурой, с которой не могли сравниться остальные!

Если бы он по-настоящему использовал свою силу, то все присутствующие тут же обратились бы в пыль, воля его кулаков попросту разбила бы их на осколки.

Но он лишь проверял своих учеников, поэтому духи его кулаков превратились в рисунки людей, совершенствующих божественные искусства. Впрочем, последние были живые и трёхмерные.

Эти духи кулаков могли непринуждённо освобождать божественные искусства физического тела. Каждая их атака чувствовалась так же, будто её наносил сильный практик области Жизни и Смерти, ступивший на путь боевых искусств!

Цинь Му впервые в своей жизни столкнулся с подобным методом испытания учеников.

Тем не менее, более пятидесяти людей, прошедших сквозь Южные Небесные Врата, с трудом могли отбиваться от атак кулаков. На телах многих из них появились открытые раны.

Разразился ещё один громкий взрыв, и второй человек вылетел из зала, не в силах пошевелиться. Следом за ним женщина врезалась о стену зала и намертво к ней прилипла. Здание непрерывно дрожало.

Все эти практики божественных искусств Мира Корриды находились в области Жизни и Смерти. Способности каждого из них были чрезвычайно высокими, они изучали путь боевых искусств на протяжении очень долгого времени. Их силу нельзя было недооценивать, и даже Цинь Му был поражён их талантами.

Даже не сдерживая себя и не ограничиваясь путём божественных искусств, он всё равно может оказаться не в силах их победить. В конце концов, он находился на область ниже.

Тем не менее, такие сильные практики божественных искусств один за другим терпели поражение от духов кулаков фермера.

Скорее всего, лишь одному человеку из десяти удастся преодолеть этот этап испытания.

Цинь Му нахмурился. Как он должен справиться?

Это был только первый этап, те, что оставались впереди, вероятно были даже более сложными. Может ему стоить попросту оставить Святого Дровосека гнить в канаве?

Если он будет сражаться, не сдерживая себя, и не заботясь о боевой душе или о чём-либо ещё, то сможет с лёгкостью пройти этот этап. Возможно, ему даже удастся достичь Зала Непостижимого Неба. Тем не менее, в таком случае само испытание потеряет всяческий смысл.

«Если жирдяй достаточно умный, то он уже ушёл из Дворца Корриды, вытащил дровосека из канавы и сбежал, — юноша моргнул. — Он и вправду умный, но зная его довольно хорошо, я уверен, что он сейчас спит под Южными Небесными Вратами…»

Ху Бугуй внезапно остановился и принял устойчивое положение, прежде чем его Ци и кровь рванули наружу. Более того, духи его кулаков тоже вылетели из тела!

Его Ци и кровь превратились в человеческий силуэт, который бросился на духи кулаков фермера. Силуэты, образованные из Ци и крови, столкнулись, освобождая величественную волю кулаков, обладающую первобытной аурой!

Цинь Му был поражен. Ху Бугуй и вправду был удивительным, раз сумел достичь подобного уровня!

Тем не менее, он всё же уступал старику, и вскоре дух его кулака разлетелся от одного удара!

Ху Бугуй двинулся вперёд, его физическое тело оказалось на поле боя. Используя его в качестве оружия, он наносил звонкие удары и пинки. Каждая мышца его тела взрывалась мощью, способной сдвигать горы, а каждое движение сопровождалось раскатом грома!

Его кулак ударял будто извивающийся дракон и крадущийся тигр, а волосы не уступали даже самому острому мечу. Любая часть его тела могла превратиться в убийственное оружие!

Цинь Му сдвинулся с места, но не стал входить в зал. Вместо этого он пытался не отрывать взгляда от Ху Бугуя. Слои построений закружились в его глазах, исполняя навык Пробуждения Глаз Девяти Небес до предела. Он тщательно анализировал движения мышц Ху Бугуя и то, как они освобождали свою силу.

«Что-то здесь не так. Дело не в том, как он освобождает силу своих мышц, а в том, как это делает его душа!»

Вертикальный глаз между бровей Цинь Му открылся, уставившись на божественные сокровища и исконный дух Ху Бугуя. Он увидел, как исконный дух тесно соединился с физическим телом. Нити жизненной Ци проникали сквозь солнце и луну после чего пронзали звёзды пяти элементов, находящиеся за ними. После этого они перебрасывались на галактику, извивающуюся вокруг звёзд, где напоминали колонну, врезавшуюся в землю духовной платформы, активируя силу шести направлений!

Исконный дух стоял на земле шести направлений, его корни углублялись в бездну Юду.

Именно таким образом его жизненная Ци и исконный дух слились воедино.

Его тело напоминало несравнимо сложное божественное искусство, превращающее яростный дух в силу физического тела, позволяя ему развивать невероятную мощь!

«Это и есть боевая душа!»

Глаза Цинь Му загорелись, он исполнил свои удары кулаком и пинки, стоя перед залом. Поочерёдно он повторил все старые навыки, начиная от кулаков старого Ма, навыков ножа мясника, копья слепого, и заканчивая божественными искусствами трехглавого шестирукого тела и боевыми техниками Древнего Дракона, уделяя каждому из них огромное внимание.

Он усмирял свой дух и усиливал волю.

Вскоре юноша вернулся к себе, обнаруживая, что зало пуст. Кроме него внутри никого не было.

Повсюду были пятна крови, которые, должно быть, остались от практиков божественных искусств Мира Корриды.

Фермер до сих пор стоял перед троном, его глаза так и не открылись. Он не смотрел на него.

Вдруг старик спросил:

— Ты готов?

Цинь Му кивнул:

— Да.

Он шагнул вперёд, и его Ци и кровь вырвались наружу, будто взрыв. В мгновение ока они заполнили собой весь зал!

Фермер открыл глаза, которые напоминали молнию среди кровавого света. В следующий миг дух его кулаков вырвался наружу. Несмотря на то, что он неподвижно стоял на месте, в сторону Цинь Му двинулся человеческий силуэт.

Цинь Му громко рассмеялся и просто ударил кулаком. Его навык кулака будто состоял из бесформенной кучи рук и открыл перед собой огромные врата!

— В моей крови отражается моя боевая душа!

Из зала донёсся громкий взрыв, и в следующий миг всё снова стихло.

Цинь Му вышел из зала и посмотрел вверх. Радуга кровавого цвета протянулась по небу. Это был его исконный дух пути боевых искусств.

— Тело, переполненное боевым духом. Он как звезда Большой Медведицы, — слишком яркий, чтобы на него смотреть, — фермер продолжал стоять в зале, закрыв глаза, чтобы совершенствовать свой разум. — Потомок Императора-Основателя — хороший ребёнок.

Глава 722. Быстрый, Словно Падающая Звезда

Ци и кровь Цинь Му забурлили и устремились вперёд, подобно исчезающей на горизонте радуге. Его дух боевого пути не основывался только вступлением на путь боевых искусств, если бы дело обстояло именно так, он бы ничем не отличался от остальных практиков боевых искусств Мира Корриды.

Ему не нужно было искать способ пересечения божественного моста для достижения райских дворцов в области Жизни и Смерти, ведь его божественный мост был абсолютно целым. Его вдохновляли поиски реформ мира, улучшения в путях, навыках и божественных искусствах, поэтому дух его боевого пути не ограничивался лишь боевым путём, нет, он связывал дух боевого пути с духом реформ Эпохи Вечного Мира.

Эпоха Вечного Мира отринула старое в пользу нового, она было словно полыхающий огонь кипящего масла, дикий огонь, неостановимо распространяющийся по прериям!

Если такого рода дух превращается в боевой путь, это в разы превосходит обычную погоню за боевым путём!

Цинь Му воспользовался моментом и совершенствовал свой дух боевого пути, чтобы преобразить дух Эпохи Вечного Мира в свою собственную боевую душу!

Добравшись до второго зала, он заметил снаружи несколько раненых. Должно быть, это было дело рук бога, ответственного за охрану этого зала. Он вошёл внутрь и обнаружил крестьянскую женщину. Ху Бугуя и остальных не было нигде видно.

— Сколько дней у меня ушло на понимание духа боевого пути? — спросил Цинь Му, поглядывая на кровавые разводы на полу, которые уже давно засохли.

— Ученик дровосека, тебе понадобилось десять дней, чтобы пройти через первый зал, — женщина была крепкого телосложения, но отвечала с улыбкой. — Мои способности выше, чем у прошлого, сколько времени ты планируешь потратить, чтобы пройти моё испытание?

— Десять… — заулыбался Цинь Му.

Крестьянка нахмурилась и обронила:

— А ты амбициозен.

— Девять, весь, семь…

****

Между тем на Сцене Казни Бога два участка кроваво-зловещего воздуха кружились двумя багровыми торнадо. Ху Бугуй стоял напротив, помимо него из пятидесяти человек, сумевших преодолеть Южные Небесные Врата, сюда смогли добраться ещё двое.

Сцену Казни Бога не охранял ни один бог, ведь она сама представляла из себя несравненно сложное испытание. За последние двадцать тысяч лет сюда добрались бесчисленные практики боевых искусств Мира Корриды, только чтобы в итоге быть зарезанными.

По правде говоря, Сцена Казни Бога была подавлена и не обладал ужасающей мощью себя настоящей. Небесный Наставник Боевых Искусств подавил её до области Жизни и Смерти.

Тем не менее, это испытание чаще всего заканчивалось смертельным исходом.

— Вы уверены? — ментально настроившись, серьёзным тоном спросил Ху Бугуй, прежде чем тут же продолжить. — Младшие брат и сестра, если вы не уверены в себе, вернитесь. Если поступите так, то у сможете прожить ещё около пяти сотен лет. Жизнь — это жизнь.

Женщина в ответ покачала головой со словами:

— Я совершенствовалась в течение всей своей жизни. Старший брат Ху, перед испытанием я вышла замуж и подарила жизнь двум здоровым малышам. Оставив после себя потомков, я исполнила одно из своих желаний, а сейчас я рискну своей жизнью, чтобы исполнить другое желание. Провал равносилен гибели!

— Вы… позаботьтесь о своих ранах и восстановите свою кровь и Ци, чтобы во время прохождения испытания быть в своём лучшем состоянии. Сцена Казни Бога не проблема для меня, но я не представляю, как вас защитить, — Ху Бугуй вздохнул, прежде чем повернуться и посмотреть в сторону Яшмового Водоёма.

Между множества залов проходила дорога. Чтобы закончить прошлое испытание им пришлось пройти через все находящиеся там дворцы.

— Интересно, как дела у брата Циня? — вполголоса проговорил он. — Прошло уже десять дней. Всё это время он практиковал боевые искусства и, если честно, его божественные искусства на боевом пути грубоваты. Интересно, он сумел пробудить свою боевую душу?

— Разве возможно обрести боевую душу так просто? — заговорила женщина. — В прошлом, когда мне было одиннадцать лет, я смогла пробудить свою боевую душу только после входа в лес Десяти Тысяч Зверей. Я встретила там свирепых волков, а если точнее — целую стаю, после чего сражалась с ними в течение дюжины дней и ночей. Моё тело было изодрано и местами полностью вспорото. В конце концов я потеряла чувствительность к боли и даже уже не могла чувствовать, что всё ещё жива. Только тогда я ощутила свою боевую душу и только затем я смогла убить вожака волков и выжить.

Мужчина тоже решил рассказать свою историю:

— Что касается меня, когда мне было тринадцать, более ста юношей и девушек примерно моего возраста были отправлены в Мир Безмятежного Дьявола. Выжить удалось только троим, включая меня. В том году я и пробудил свою боевую душу. У брата Циня, к сожалению, было слишком мало времени, к тому же он довольно молод, поэтому я не уверен, что ему удастся пробудить свою боевую душу. Давайте поднимемся на гору и возьмёмся за божественный нож.

Ху Бугуй кивнул.

Женщина привела в порядок свои кровь и Ци, возвращаясь к своему пиковому боевому состоянию, и решила пробовать взойти на Сцену Казни Бога.

— Подождите немного, — улыбнулась она, — позвольте мне испытать нож первой. Я хочу увидеть, сможет ли мой исконных дух боевого пути защититься от ножа Сцены Казни Бога!

В момент, когда она ступила на Сцену Казни Бога, два сгустка зловещего воздуха пересеклись и стремительно сжались в два следа кровавого света, который молниеносно закружились вокруг её шеи. Неважно как она решит защищаться или уклоняться, отразить или избежать кровавых следов ей не удастся!

Прямо в этот момент огромный зал в самом начале Яшмового Водоёма вдруг задрожал и пыль разлетелась во всех направлениях!

Ху Бугуй наблюдал за происходящим на Сцене Казни Бога, но, что-то почувствовав позади, тут же обернулся и увидел, как задняя дверь зала выстрелила в небо, между тем следы крови и Ци прорезали пространство, направляясь в сторону следующего дворца!

— Неужели брат Цинь? — удивился Ху Бугуй. Ещё до того, как у него возникла мысль обернуться обратно к Сцене Казни Бога, он увидел, как разлетелась на куски задняя дверь второго зала, а протяжённая радуга из крови и Ци продолжала продвигаться прямо к третьему залу!

— Так стремительно! — содрогнулся Ху Бугуй, в то время как от взрыва открылась уже задняя дверь третьего зала. Он тут же пробудил силу свой третьего глаз и увидел, что именно происходило во время взрыва двери.

Он относился к расе трёхглазых богов, поэтому его третий глаз был божественным с рождения и обладал несравненной силой, позволяющей ему шпионить за Загробным Миром внизу и Сюаньду вверху.

Ху Бугуй немедленно увидел, что через взорвавшуюся дверь промелькнул летящий силуэт Цинь Му. В полёте он наполовину присел, одной ногой впираясь в грудь мускулистого фермера, и расправил в стороны руки, словно голодный орлан, набрасывающийся на свою добычу.

Буум!

Цинь Му втолок фермера в землю, от чего яростный поток воздуха распространился во всех направлениях.

«Он же наступил на Старшего Дядю Гу, — Ху Бугуй замер со странным выражением лица, пока думал. — Старший Дядя Гу не любит сражаться только с помощью духовных кулаков и проводит испытание лично. Сражаясь с нами, он запечатывал своё совершенствование до области Жизни и Смерти, однако на сей раз он, кажется, встретил себе ровню…»

Вспомнив о методах старика, Ху Бугуй тут же ощутил ноющую боль в костях. Испытание с ним было самым изнурительным, и он еле как победил, тем не менее, Цинь Му, судя по всему, смог в бою один на один с ним выбить его за пределы зала и придавить ногой к земле.

— Слишком стремительно! — парни не могли перестать восклицать.

Цинь Му, продвигаясь с запалом скачущей на полном ходу лошади, прорывался через дюжину залов Яшмового Водоёма!

Фермы, стоящие на страже залов водоёма, были очень сильным и имели высокую область совершенствования, олицетворяющую их невероятный талант и то, сколько усилий им пришлось приложить. Однако импульс Цинь Му даже не собирался снижаться, поэтому он продолжал пробиваться через каждый зал с умопомрачительной скоростью!

«Он добился успеха на боевом пути?» — Ху Бугуй и мужчина только успели подумать об этом, а Цинь Му уже прорвался через дверь последнего зала. Ци и кровь позади него рассекли небо, в то время как он сам ступил на вершину Яшмового Водоёма и, наступая на волны, поспешил к Сцене Казни Бога.

Последняя располагалась выше и даже несмотря на то, что в её имени присутствовало слово «сцена», она представляла из себя нефритовую гору с неисчислимым количеством ступенек.

Они практически не могли разглядеть Цинь Му, видя только кровавую радугу, несущуюся по небу прямо к вершине горы на невероятно скорости.

— Мне больше не продержаться! — внезапно со стороны Сцены Казни Бога послышался женский голос и Ху Бугуй поспешно обернулся, только чтобы увидеть счастливо улыбающуюся женщину. — Старшие браться Ху и Лу, увидимся в…

Кровавый свет скользнул по её шее, обезглавливая как её тело, так и исконный дух!

Ху Бугуй и старший брат Лу замерли со скорбными выражениями:

— Младшая сестра, прощай…

Прямо в этот момент мимо них промелькнула фигура и их одежды затрепетали на ветру от пронёсшегося порыва воздуха, практически срываемые с их тел от оттягивания вперёд.

Фигурой оказался не кто иной, как Цинь Му. Даже не думая останавливаться, он ступил на Сцену Казни Бога и протянул руки, постукивая пальцами. Между тем на земле появилась тьма Юду, в которую начал падать исконный дух обезглавленной женщины.

Ловко работая руками, из-под кончиков танцующих пальцев Цинь Му появлялись руны, тут же превращающиеся в странные писания Юду, окружая шею женщины. Они были загадочны и трудны в понимании и прямо сейчас они запечатлевались на её шее.

В тот же момент голова её исконного духа полетела обратно и присоединилась к её обезглавленному исконному духу, а её физическое тело, падающее на Сцену Казни Бога, замерло в падающей позе. Кровь вытекала из её шеи и должна была вот-вот поглотиться кровавым светом, но в то же время, казалось, не вытекала.

Этот наикратчайший момент на самом деле длился так долго, словно остановилось время.

Плоть и кровь в месте шеи Цинь Му забугрилась, а уже в следующий момент там выросли две дополнительные головы, в то время как из-под его подмышек появились ещё четыре руки, каждая из которых начала исполнять заклятие. Голова женщины начала возвращаться на место в месте отсечения под резонанс рун создания.

Оммм…

Сверкающие руны внезапно ярко засияли, ослепляя двух парней, находящихся ниже, и не давая им отчётливо разглядеть что именно происходило сверху.

Гу Бугуй смог лишь едва разглядеть трёхглавый-шестирукий силуэт Цинь Му, плавно поднимающий руку, бесследно исчезнувшую тьму Юду и падающую женщину, словно во время отматываемой назад плёнки, вернувшую себе обычную позу.

Свет рассеялся и Цинь Му поднял руку, сбрасывая женщину со Сцены Казни Бога с поразительной скоростью. Между тем кровавые следы света, потеряв свою законную добычу, казалось, разъярились и начали кружиться вокруг его шеи.

— Мистический Нож Казни Бога, у меня уже есть один подобный, — юноша громко расхохотался, — и даже он не способен зарезать меня. Что мне могут сделать две крохи зловещего воздуха, подавленные до области Жизни и Смерти?

Ци и кровь хлынули от его шеи, принимая форму огромного кружащего дракона, а уже в следующий миг прогремели Восемь Голосов Древнего Дракона и драконий рёв начал эхом вторить по округе. Зловещий воздух мистического ножа был насильно оттеснён.

Цинь Му поднял руку и начал быстро стучать пальцем. Под череду хрустящих звуков два следа зловещего воздуха постоянно оттеснялись. Он поднялся на Сцену Казни Бога и только тогда те решили сдаться, превращаясь обратно в два мрачных торнадо, выглядящие как два кровавых дракона, извивающиеся над Сценой Казни Бога.

Шокированный Ху Бугуй выкрикнул:

— Старший брат Цинь, как тебе так быстро удалось овладеть божественными искусствами физического тела и боевой душой? Прошло ведь только десять дней…

Цинь Му перешёл на другую сторону Сцены Казни Бога и краснея скромно ответил:

— По правде говоря, я Тело Тирана, способное обучаться всему очень быстро. Со времён своего детства я всегда был способен на это. Если я в чём-то недостаточно быстро разбирался, мои дедушки говорили мне, что я позорю Тело Тирана. На самом деле сейчас я был очень медленным…

Глава 723. Боевая Душа, Ступающая на Путь

— Тело Тирана? — Ху Бугуй и старший брат Лу встревоженно переглянулись и тихо спросили. — К какой расе богов ты принадлежишь?

Оба парня были растеряны. Они провели во Дворце Корриды довольно долгое время, на протяжении которого почти не покидали это место, поэтому не владели даже малейшим пониманием внешнего мира.

Ранние годы своей жизни Ху Бугуй провёл вместе со своими родителями, тренируясь во внешнем мире. Но начав жить в мире Корриды, он больше никогда не выходил наружу. Старший брат Лу, с другой стороны, прожил здесь всю свою жизнь, так что ни один из них ничего не слышал о Теле Тирана.

До того, как Цинь Му покинул Великие Руины, почти никто в мире не знал о Теле Тирана. Лишь за последние несколько лет люди постепенно узнал о легенде, но мало кто мог детально её описать.

Старейшина деревни, в конце концов, был честным человеком и редко рассказывал чужакам о Теле Тирана.

Женщина рядом с Цинь Му до сих пор пребывала в шоке. Она поспешно потрогала свою шею, так и не сумев прийти в себя.

Цинь Му повернул голову и улыбчиво проговорил:

— Сестра, твою голову только что отрубил Таинственный Нож Казни Бога Сцены Казни Бога. Твой исконный дух тоже был убит. Мне пришлось использовать заклятия Юду и божественные искусства создания, чтобы воссоединить твоё тело. К счастью, я пришёл сюда достаточно быстро и нож не успел высосать твою Ци и кровь. В противном случае спасти твоё тело было бы довольно сложно. В таком случае мне нужно было бы выписать тебе духовных пилюль, а мой мешочек таотэ остался с цилинем, поэтому пришлось бы тратить время на дорогу обратно.

Только теперь женщина пришла в себя и поспешно начала благодарить:

— Меня зовут Сы Мэйсюэ, огромное спасибо младшему брату за то, что спас меня.

Юноша ответил:

— Старшая сестра. Не стоит благодарить. Подожди-ка, на твоей шее остался шрам. Я владею искусствами красоты, не двигайся, я его уберу.

Сы Мэйсюэ захихикала и сказала:

— Ты очень милый. Если бы я не была жената и не имела двух детей, то сбежала бы с тобой…

— Старшая сестра, не говори.

С серьёзным выражением лица Цинь Му выпустил из пальцев крошечные руны и осторожно убрал шрам на её шее, после чего нежно проговорил:

— С помощью заклятий сложно полностью убрать шрам, поэтому тебе придётся использовать мазь из духовных трав. Жаль, что я не взял свой мешочек таотэ…

Он был наполовину голый и стоял очень близко к Сы Мэйсюэ, отчего та чувствовала себя крайне неловко, думая: «Я слишком рано женилась, нужно было продолжать искать…»

Закончив лечение, Цинь Му облегчённо вздохнул и проговорил, улыбаясь:

— Шрам сестры стал менее заметным, и когда мы отсюда выйдем, я приготовлю тебе несколько мазей. Тебе нужно будет регулярно их наносить, и шрам исчезнет. Кроме того, так как я только что присоединил твою голову обратно, старайся не сильно напрягаться, а не то она отпадёт.

Шокированная, Сы Мэйсюэ поспешно схватилась за свою шею и горько проговорила:

— Я не смогла преодолеть Сцену Казни Бога, и стою здесь лишь благодаря тебе. Мне стоит забыть о попытках пробраться через Нефритовую Столицу, у меня это не выйдет, более того с головой, которая может отлететь в любой момент… Я вернусь вместе с вами, но не буду идти в Нефритовую Столицу.

С другой стороны Сцены Казни Бога, старший брат Лу собрался с мыслями и поднялся по ступеням.

Ещё до того, как он успел принять устойчивое положение, два потока зловещего воздуха начали кружиться над строением. Парень щёлкнул пальцами, пытаясь их оттеснить.

Он повторял за Цинь Му, который использовал Восемь Голосов Древнего Дракона, чтобы завибрировать своей Ци и кровью, останавливая зловещий воздух, кружащий около его шеи. После этого юноша использовал силу в своём пальце, чтобы оттолкнуть его прочь.

Тем не менее, он недооценил силу зловещего воздуха. Как только его палец коснулся к потокам воздуха, его кончик с хрустом отлетел в сторону!

Старший брат ошарашенно спрыгнул со сцены, но зловещий воздух уже подкрался к его шее. Как только он скатился вниз, на его теле уже не было головы.

Прежде чем Сы Мэйсюэ успела что-то сказать, Цинь Му уже исчез. Оттолкнув зловещий воздух, он поднял голову старшего брата Лу, и повторил то же, что сделал с головой Сы Мэйсюэ, пришивая голову старшего брата Лу обратно, после чего успокоил его:

— Не переживай, даже когда голова временно отсоединяется от тела, это не проблема, главное — не терять время. Если затянуть, ты умрёшь. Покойный Владыка Юду говорил, что человек может вернуться к жизни на протяжении первых дней после смерти, так что на самом теле ты не был мёртв, ведь тебя ещё можно было воскресить… Не двигайся, тебе ещё нужно палец присоединить…

Ху Бугуй кашлянул, привлекая к себе внимание:

— Старший брат Цинь, старший брат Лу пытается сказать, что ты неправильно присоединил его голову. У него есть лица с передней и задней стороны, но всё же они отличаются. Взгляни на леопардовые узоры на его коже. Те, что толще, должны быть спереди.

Цинь Му осмотрел голову и слегка покраснел в лице. Внезапно, его Ци превратилась в луч меча и отрубила голову старшего брата Лу.

Старший брат Лу был потрясён, но к счастью, Цинь Му быстро присоединил голову обратно повернув её правильной стороной.

Закончив, он наконец облегчённо вздохнул.

Глаза Цинь Му светились, он посмотрел на всех воодушевляющим взглядом:

— Старший брат, ты не хочешь попробовать ещё раз? Просто откатись в другую сторону Сцены Казни Бога, и даже если твою голову отрубят, испытание будет пройдено. Я с радостью присоединю её ещё раз!

Тот тут же покачал головой и горько улыбнулся:

— В этом нет необходимости, я уже раз попробовал и моих способностей не хватило, чтобы пересечь Сцену Казни Бога. Лучше мне остаться здесь и подождать, пока вы вернётесь. Дома меня всё ещё ждёт жена и дети…

Несмотря на то, что он принял участь в испытании зная, что идёт на верную смерть, он не мог согласиться на то, чтобы ему раз за разом отрубали голову.

Цинь Му не стал его заставлять и снова перешёл через Сцену Казни Бога.

Ху Бугуй двинулся следом, шаг за шагом приближаясь к Сцене Казни Бога. Старший брат Лу и Сы Мэйсюэ нервно за ним наблюдали. Ху Бугуй был последней надеждой Мира Корриды, и если он не сумеет преодолеть Сцену Казни Бога, то они потерпели бы окончательное поражение!

Если пересечь Сцену Казни Бога смог бы лишь чужак вроде Цинь Му, то практики боевых искусств Мира Корриды окончательно потеряли бы свою репутацию!

Цинь Му тоже смотрел на сцену, наблюдая как Ху Бугуй шагает в её сторону. Они не предпринимал никаких действий и, казалось, просто прогуливался, тем не менее, вокруг него возникли десятки силуэтов, разбегающиеся во все стороны.

Казалось, будто вокруг него появились бесчисленные клоны, наносящие молниеносные атаки, чтобы отогнать зловещий воздух. Тот совершено не мог приблизиться к парню.

Но на самом деле это были не его клоны. Из-за невероятно высокой скорости его атак, невооружённому глазу казалось, что в бою принимали участие сотни силуэтов, но это было не так.

Больше всего Цинь Му удивляло то, что Ху Бугуй, казалось, всё ещё спокойно шагал вперёд. В этом была самая ужасающая особенность его боевого пути.

«Боевой путь — это достижение боевой душой области пути. Ху Бугуй, должно быть, близок от этой цели, верно?»

Цинь Му недоумевал. Под Южными Небесными Вратами способности Ху Бугуя не были такими высокими, и он ещё не вступал на путь своей боевой душой. Тем не менее, в этот момент он выглядел так, будто был лишь за шаг от этого.

«Старший брат Ху и вправду гений! — воскликнул про себя Цинь Му. — Я полагался на способности понимания Тела Тирана, чтобы ступить на путь своей техникой и мечом ещё в ранние годы, в то время-ка он полагался лишь на свои собственные способности, чтобы ступить на путь боевой душой! Подобный талант вызывает восхищение!»

Он не знал, что и был причиной, по которой Ху Бугуй совершил такой прорыв на Сцене Казни Бога.

Цинь Му и Ху Бугуй были друзьями, а не врагами. Тем не менее нельзя было избежать того, что у последнего возникнет чувство соперничества.

Цинь Му не просто оказывал на него давление, но и мотивировал. В результате он подарил ему вдохновение, вынуждая работать достаточно усердно для прорыва.

Это напоминало встречу Цинь Му с Сюй Шэнхуа на лодке. В тот раз они чокнулись кружками чая, вместо вина. Цинь Му ощутил на себе давление поддельного Тела Тирана, отчего попал в состояние понимания и вместе с Лин Юйсю придумал Проводника Исконного Духа.

Сейчас Ху Бугуй пребывал почти в таком же состоянии.

Цинь Му нервно наблюдал за каждым движением Ху Бугуя, находящемся на Сцене Казни Бога. Этот момент был крайне важным, и если понимание Ху Бугуя прервать, то вернуться обратно в это состояние будет тяжелее, чем взобраться на небеса. Восполнить потерянное понимание было крайне сложно, это чувство было знакомо Цинь Му.

Раньше его понимание уже прерывали. Когда он бежал от учеников Фу Жило в город Ли, то вошёл в подобное состояние, тем не менее, эксперты дьявольской расы окружили его, силой отвлекая от процесса.

Состояние понимания было чем-то, чего нельзя было целенаправленно добиться. Даже боги, живущие вечно, могли перечислить эти случаи на пальцах.

Даже сверхъестественный гений достигал подобного не чаще десяти раз за жизнь.

«Несмотря на свою уникальность, моё Тело Тирана оказывалось в состоянии понимания только три или четыре раза.»

Цинь Му пристально наблюдал за силуэтом Ху Бугуя. Тот определённо был гением пути боевых искусств. Жаль, что Сцена Казни Бога не была достаточно высокой, и скоро он доберётся до её вершины!

Как только он выйдет из Сцены Казни Бога, два потока зловещего воздуха, угрожающие его жизни, исчезнут, и давление, под которым он находится, резко уменьшится. Это разбудит его от состояния понимания.

В прошлый раз Цинь Му тоже был разбужен резким увеличением давления и опасности.

Как уменьшение, так и увеличение давления прерывали состояние понимания.

Наконец Ху Бугуй начал спускаться со Сцены Казни Бога, и в этот миг боевой дух Цинь Му хлынул к небу, атакуя его!

Сы Мэйсюэ закричала и попыталась его остановить, но Цинь Му тут же принял свою трёхглавую шестирукую форму и отбросил её прочь тремя ударами кулака и двумя пинками.

Врезавшись в стену Нефритовой Столицы, она поспешно схватилась за голову, не давая ей отвалиться. Женщина недоумевала: «Почему старший брат Цинь атаковал старшего брата Ху?»

Цинь Му молниеносно двигался, оставляя за собой лишь остаточные отражения. Он исполнял технику Божественных Ног Небесного Расхитителя на пределе своих сил, а его руки атаковали так быстро, что становились невидимы для невооружённых глаз.

Он хотел надавить на Ху Бугуя, чтобы тот продолжал находиться в состоянии понимания и окончательно ступил своей боевой душой на путь боевых искусств!

Ху Бугуй продолжал идти вперёд, а скорость его атак становилась всё выше и выше. Он успешно блокировал все удары Цинь Му, в то время как количество остаточных отражений, которых он оставлял, увеличивалось. Сила божественных искусств, которыми взрывалось его тело, тоже росла.

Поначалу Цинь Му приходилось сдерживать силу своих движений, но он быстро ощутил, как сила отпора противника резко возрастала. Его глаза зажглись, а удары стали более яростными. Он продолжал давить на Ху Бугуя, пытаясь выжать как можно больше из его потенциала!

Вокруг Ху Бугуя собралось уже больше сотни «клонов». Их число непрерывно увеличивалось, в то время как сам он сохранял спокойную походку.

Они сражались вплоть до самой Нефритовой Столицы, пробивая себе дорогу по небу над городом.

Одной рукой Сы Мэйсюэ придерживала свою голову, а второй атаковала Цинь Му. Внезапно раздался громкий взрыв, с которым она вылетела из города. Она горевала в душе: «Ты называешь меня старшей сестрой, а после этого так сильно бьёшь…»

Двое парней добрались до первой святыни Нефритовой Столицы, которую охраняла крестьянская женщина. Несмотря на свой вид, она обладала аурой, присущей генералу, и увидев гостей, сразу же собралась на них наброситься. Тем не менее, внезапно осознав намерение Цинь Му, она тут же подавила свою Ци, кровь и совершенствование. Решив не вмешиваться, она попросту позволила им пронестись мимо.

— Ху Бугуй вступает на путь своей боевой душой. Возможно, он станет первым, кому удастся добраться до райских дворцов из области Жизни и Смерти.

Женщина сложила руки за спиной, её глаза загорелись. Увидев, как двое парней пробились сквозь задние врата святыни, она тихо проговорила:

— Нет, он будет вторым, так как… — она вышла сквозь разрушенные врата и посмотрела на Зал Непостижимого Небе. — у него тоже нет божественного моста. На боевом пути есть непреодолимая гора, и эта гора — он. Он самый сильный человек боевого пути!

Глава 724. Тело Тирана из Легенд

Женщина направилась к следующей святыне Нефритовой Столицы, находящейся под охраной бога-фермера.

— Дорогая, — охраняющий дворец бог увидел прибытие гостьи и слегка кивнул ей, прежде чем продолжить наблюдать за сражающимися в святыне Цинь Му и Ху Бугуем.

Пара, мужа и жены, встала рядом друг с другом.

В прошлом, когда Райские Небеса Императора-Основателя были сметены, отвечающий за войну Небесный Наставник Боевых Искусств повёл сильных практиков Дворца Корриды в бой, во время которого произошло множество непредвиденных, непонятных событий.

Династия Богов Императора-Основателя была стёрта с лица земли так стремительно, что это заставил их, богов войны, чувствовать растерянность и полную беспомощность. Во время битвы боги войны Корриды понесли серьёзные потери, выжить удалось только сотне. В итоге обескураженный Небесный Наставник Боевых Искусств повёл выживших искать уцелевших богов войны, после чего спрятался во Дворцы Корриды в глубинах Великих Руин, в то время как боги войны стали фермерами.

Некоторые из них завели семью, но редко когда заводили детей. Причина заключалась в том, что у их детей не существовало области Божественного Моста и те не могли избежать цепких лап смерти. Они попросту не могли наблюдать за скоропостижной кончиной детей.

Прошлая слава стала перевёрнутой страницей в их жизнях, теперь они были только фермерами, самыми обычными селянами. Только входя во Дворец Корриды и видя потомков их товарищей, сохранивших боевой дух, они вспоминала о своих славных днях.

Цинь Му и Ху Бугуй сражались, сталкиваясь друг с другом всё чаще и свирепее. Они по-настоящему раскрывали значение слов — боевое сражение.

Их мускулы, жилы, жизненная Ци и исконный дух работали как единое целое. Они имели свои собственные уникальные способы совершенствования и методы использования силы.

Божественные искусства боевого пути также являлись божественными искусствами физического тела, и они относились к школе боевых техник.

Божественные искусства физического тела создавались мощью тела, между тем заклятия не совершенствовались, одной мощи тела было достаточно, чтобы превзойти мощь заклятий. А божественные искусства боевого пути требовали, чтобы человек ступил своей боевой душой на путь.

В этом мире мало кто сумел достичь такого шага, но под давлением Цинь Му, Ху Бугуй всё больше приближался к этой области. Его боевые техники становились всё сильнее и необузданней. Также надо сказать, что во время боя Цинь Му тоже постепенно улучшал свои собственные боевые техники.

— Раз он способен использовать столь сильные три головы и шесть рук, то ему повезло получить истинные учения, — заговорила женщина. — Он куда сильнее большинства трёхглавых-шестируких богов райских небес, но, не ступив на путь своей боевой душой, ему будет тяжело выстоять против Ху Бугуя.

Мужчина рядом с ней ответил:

— Ху Бугуй действительно силён, ведь может блокировать атаки трёх голов и шести рук, к тому же со временем его атаки становятся лишь сильнее. Его способности и понимание уже достигли уровня вхождения боевой души на путь, его прогресс по-настоящему быстрый.

Женщина имела схожие мысли. Прогресс Ху Бугуя был попросту слишком стремительным. На момент возвращения в Мир Корриды он уже пробудил свой духовный эмбрион, поэтому никто не думал, что из него вырастит что-то путное. Жители Мира Корриды думали, что он бесполезен и не сможет совершенствовать свою боевую душу.

Тем не менее, у него получилось.

И не только это, затем он, спустя всего десять лет, ступил своим исконным духом на боевой путь раньше всех остальных.

А затем он даже превзошёл всех, входя первым на путь своей боевой душой!

Такие способности, талант и трудолюбие поистине редки в мире!

Цинь Му и Ху Бугуй сражались на всём своём пути по святыне, прежде чем разбить на кусочки заднюю дверь. Муж и жена потеряли дар речи, как вдруг муж пробормотал:

— Моя святыне тоже теперь в беспорядке, давайте пойдём к следующей. Кажется, её охраняет старший брат Тянь. С учётом его взрывного характера я боюсь, что он атакует Ху Бугуя и помешает ему понять путь.

Муж и жена поспешили к следующей святыне. Цинь Му и Ху Бугуй уже сражались внутри неё, но бог, стоящий на её страже, не трогал их, тихо наблюдая как парочка колотит друг друга во время продвижения вперёд.

— Наш Мир Корриды давненько не воспитывал юношу, способного войти на путь боевой душой, — бог с фамилией Тянь имел предвкушающее выражение лица и вышел из своей святыни вместе с мужем и женой, следуя за сражающейся парочкой, прежде чем тихо продолжить. — Ступить на путь боевой душой слишком сложно… намного сложнее, чем вхождения на другие пути. И сейчас мы дождались такого таланта…

Все понимали, что Цинь Му сражается с Ху Бугуем из добрых побуждений, желая помочь тому удержать состояние прозрения максимально долго, поэтому никто не вмешивался.

Постепенно парочка практически пробилась через тридцать шестую святыню Нефритовой Столицы, между тем за ними следовала уже целая толпа воодушевлённых битвой богов.

Внезапно аура Ху Бугуя резко уплотнилась и глаза всех присутствующих оживились, а их выражения лиц стали немного нервными.

Парень достиг критической точки!

Именно сейчас решалось, сможет или нет он подняться на эту ступеньку!

Внезапно все послеобразы Ху Бугуя исчезли, но в тот же момент, в местах их исчезновения, напоследок ими было использовано отличное друг от друга божественное искусство физического тела. Каждое движения полностью отличалось от другого.

Затем иллюзии наложились на его тело.

Волосы наблюдающих богов встали дыбом, что было естественной реакцией их организма, а также естественной реакцией для людей, совершенствующихся на боевом пути.

Каждый из них имел поразительные достижения в божественных искусствах физического тела и несмотря на то, что они совершенствовались в глубоких техниках, они никогда не смогут войти на путь своей боевой душой. Их способности и понимания имели свои лимиты, и их потенциал был уже полностью раскрыт. Даже несмотря на то, что они чувствовали боевой путь прямо напротив, они никогда не смогут войти в эти врата.

В тот момент, когда юноша вошёл во врата боевого пути своей души, он принудил их Ци пробудиться.

Ху Бугуй слегка присел, как вдруг его Ци взорвалась активностью, заставляя кровь Цинь Му похолодеть, такая ужасающая активность Ци заставляла его чувствовать, что смерть дышит ему в затылок!

Он без задней мысли исполнил первую форму своего Меча Бедствия для защиты, однако немного подавил её силу. Мощь Императора-Основателя была слишком высока и могла привести к роковому результату.

А ведь первоначально он хотел просто пройти испытание Небесного Наставника Боевых Искусств и праведно спасти Святого Дровосека.

«Я ученик Наставника Дровосека, а Небесный Наставник Боевых Искусств всегда смотрит на него сверху вниз. Мне нужно отвоевать для него немного репутации!» — когда его мысли дошли до этого момента, мощь Ху Бугуя уже устремилась вперёд.

Взрывная скорость божественного искусства боевого пути была удивительно высокой, настолько высокой, что могла сравниться с Началом Бедствия Цинь Му, также она далеко превзошла по скорости великое божественное искусство Ци Цзюи и даже нож Чжэ Хуали.

На такую скорость никто не мог вовремя среагировать!

Ветер Сотрясает Сосны и Вибрирует Долины!

Его удар был прост, но за ним Цинь Му увидел послеобразы, образующиеся из духа его кулаков. Различные движения порождали различные серии послеобразов тела Ху Бугуя!

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и вновь принял свою трёхглавую-шестирукую форму. Каждая его рука исполнила различные божественные искусства физического тела, но в момент столкновения он ощутил, как его огрела невообразимая мощь, абсолютно беспрепятственно сокрушающая все силы в его теле!

Он ощутил, как онемение распространяется от его дрожащих рук. Его исконных дух тоже дрожал, отчего у него совершенно не получалось собрать жизненную Ци.

Дух боевого пути, исходящий из движения Ху Бугуя, прошёл прямо через него, разрушая за раз все его навыки. Действительно немыслимо. Кто вообще мог выстоять против такого?

Он уже вернулся к своему истинному «я» и собрал в кулак все боевые искусства, что ранее выучил. Его кулак выглядел предельно просто, но в нём таились невообразимые преобразования.

Отступив и протяжно взревев, Цинь Му исполняя всё, что он знал. Кулаки старого Ма, которые весили больше горы Сумеру, нож мясника, способный рассечь поддельное небо, ноги одноногого, скорость которых была сравнима с молнией, всевозможные божественные искусства прошлых Императоров Людей, навыки Мудры Небес и Земли Первого Предка, божественное искусство Будды Сакры… он использовал буквально всё.

Он прорвался через первый послеобраз Ху Бугуя, обнаруживая за ним второй. Он продолжал отступать. Под его поступью каменные плиты попросту разрывались. Он напоминал новичка, который только что начал изучать боевые искусства, и собрался с силами, чтобы использовать свою боевую душу, собирая все свои силы в физическом теле для защиты от напора противника.

Скорость исполнения божественных искусств физического тела была выше, чем скорость исполнения заклятий. А с учётом наличия у него трёх голов и шести рук, его скорость была выше в три раза, чем у нормальных людей!

Между тем Цинь Му изменил положение ступни и, когда та повернулась где-то на одну треть, из другой пары его рук вырвались божественные искусства, встречая великое божественное искусство Ху Бугуя.

Он напоминал сумасшедше вращающийся волчок и всего за мгновение отступил более чем на пятнать километров, по пути врезаясь в заднюю дверь святыни, а затем ещё в одну и ещё.

Его шесть руки стремительно исполняли бесчисленные божественные искусства физического тела, поднимая его потенциал до апогея. В самом начале его Ци и кровь напоминали радугу, но сейчас они были как огонь, затопивший собой всё небо!

С другой стороны, Ху Бугуй всё ещё стоял в своей первоначальной позе с вытянутым вперёд кулаком, в то время как его послеобразы демонстрировали всевозможные божественные искусства физического тела и каждый из них был отличен от другого.

Послеобразы простирались далеко вперёд, и всего за долю мгновения их атаки достигли невообразимой скорости.

Только после того, как Цинь Му был оттеснён за пределы Нефритовой Столицы, грохот от их божественных искусств физического тела достиг ушей богов Нефритовой Столицы.

Трудноописуемо, но произошло за доли мгновения.

Начиная момент взрыва кулака Ху Бугуя, до момента, когда Цинь Му оказался за пределами Нефритовой Столицы, пересекая более дюжины километров дороги, последний исполнил неисчислимое множество божественных искусств физического тела.

Цинь Му был вытолкнут из Нефритовой Столицы великим божественным искусством Ху Бугуя и только затем множество отпечатков ступни, что он оставил после себя, взорвались один за другим. Бесчисленные осколки разлетались от взрывов, создавая такое же яркое зрелище, как в результате фейерверков.

Бум, бам, пум…

Осколки камней взрывались подобно фейерверкам вплоть до ступней Цинь Му.

Внезапно все послеобразы Ху Бугуя слились воедино и появились прямо перед Цинь Му, все вместе взрываясь мощью великого божественного искусства боевого пути!

Это была сущность движения — Ветер Сотрясает Сосны и Вибрирует Долины.

Даже если бы кому-то удалось справиться с серией превращений, справиться с мощь всех послеобразов, наложенных друг на друга, было практически невозможно!

Великое божественное искусство, ступившее в области пути, было слишком могучим.

Он ничего не мог поделать!

Ступить на путь боевой душой было действительно слишком тяжело, настолько тяжело, что даже боги под руководством Небесного Наставника Боевых искусств не могли достичь этого. Однако, если всё-таки ступить, то совершенствование человека претерпевало сотрясающий мир рост!

Цинь Му прямо сейчас ни о чём не думал, перед его глазами застыл только кулак Ху Бугуя. Для него не существовало ничего иного. Его Ци и кровь вновь разбушевались и прямо сейчас он не только был одержим своей боевой душой, но и его исконный дух вошёл в некое таинственное, воинственное состояние.

Это был боевой путь исконного духа!

Чтобы ступить на боевой путь, нужно было выполнить три условия. Первое — пробудить боевую душу, второе — пробудить боевой путь исконного духа и третье — ступить на боевой путь через понимание своего собственного великого божественного искусства боевого пути.

Он потратил десять дней, чтобы пробудить боевую душу, и под давлением великого божественного искусства Ху Бугуя его потенциал достиг апогея, позволяя ему моментально пробудить свой боевой путь исконного духа!

Десятки богов собирались было уже помочь Цинь Му заблокировать удар Ху Бугуя, как вдруг от Зала Непостижимого Неба донёсся тяжёлый голос:

— Не гоните лошадей.

Боги поспешно остановились и посмотрел вверх на бога с головой быка и телом человека, объятого пляшущими языками пламени. Он был подобен величественному божественному королю, стоящему перед Залом Непостижимого Неба, тем не менее, он был тем самым непримечательным старым быком старого фермера.

Сейчас же старый бык выглядел совершенно по-другому, не так, как во время занятия пахотой полей. Его глаза распахнулись, озаряя своим светом округу во всех направлениях:

— Не прерывайте его вступление на путь боевой душой, сейчас у него критически важный момент.

— Вступление на путь боевой душой? — все те боги озадачено переглянулись, в то время как женщина пробормотала. — Разве Ху Бугуй уже не постиг боевую душу, ступившую на путь? Вскоре он должен очнуться от того состояния… Неужели?..

Боги с неверующими выражениями лиц повернулись обратно к сражающимся парням.

Прямо там, Цинь Му, казалось, отрастил тысячу рук, выполняя боевые искусства, выученные им совершенно по-другому по сравнению с Ху Бугуем.

Было очевидно, что человек, о котором старый бык высказался, как о входящем на боевой путь, не был Ху Бугуем!

— Неужели это то самое Тело Тирана из легенд, о котором упоминал Старший Небесный Наставник Дровосек? — тихо пробормотал старый бык.

Глава 725. Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин

Боги Нефритовой Столицы шокировано посмотрели на Цинь Му:

— Это и есть то Тело Тирана, о котором говорил старший Небесный Наставник? Он не имел в виду Имперского Наставника?

Всего за несколько мгновений тысячи рук Цинь Му снова превратились в шесть, и все его божественные искусства слились воедино, превращаясь в силу шести ладоней, которая тут же встретила Ветер Сотрясает Сосны и Вибрирует Долины Ху Бугуя.

Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин.

Это было его божественное искусство пути боевых искусств.

Ветер Сотрясает Сосны и Вибрирует Долины Ху Бугуя обладал волей ветра. Его силуэты напоминали сосны, тысячи которых формировали лес. Как только божественное искусство срывалось с его кулака, оно напоминало дуновение ветра, сотрясающего кроны деревьев, тем не менее его силы хватало, чтобы встряхнуть всю долину.

Великое божественное искусство Цинь Му объединяло боевые техники и божественные искусства физического тела, которые он изучил раньше. Его тысяча рук и ладоней использовались именно для того, чтобы исполнить всё, что он знал.

Боевые техники старого Ма, мясника, слепого и прежних императоров людей превратились в его руках в странные вершины. Воля его кулаков была совершенно другой, и соединившись, они формировали Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин.

Это божественное искусство пыталось воссоздать удивительный пейзаж различных странных вершин.

В воздухе возникли призраки его божественных сокровищ Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений и Небожителя, тем не менее, вместо сокровища Семи Звёзд показался ещё один набор из Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений и Небожителя!

Сверху находились сокровища божественного пути, в то время как снизу — дьявольского!

Соединившись, они были будто отражением друг друга.

Тридцать шесть богов войны в Нефритовой Столице наконец поняли как Цинь Му удалось отбиваться от великого божественного искусства Ху Бугуя, находясь в области Небожителя

Ху Бугуй находился в области Жизни и Смерти и развил все свои качества до совершенства. Причина этого состояла в том, что все жители Мира Корриды застряли в области Жизни и Смерти и не могли продвинуться дальше, отчего развивали каждую из доступных областей до предела.

Среди них Ху Бугуй был одним из самых талантливых и известных.

Можно было сказать, что в области Жизни и Смерти ни у кого не могло быть совершенствования плотнее, чему него.

Но когда Цинь Му с ним сражался, он оказался наравне, что свидетельствовало о том, что совершенствование области Небожителя Цинь Му ему не уступало.

Только увидев божественные сокровища Цинь Му, боги войны поняли секрет его силы.

Он совершенствовался путями дьявола и бога, имея два соответственных набора божественных сокровищ. Вероятно, он был единственным подобным человеком за всю историю мира.

«Это и вправду Тело Тирана, старший Небесный Наставник не лгал!» — тридцать шесть богов ошарашенно застыли.

Когда Святой Дровосек прибыл в их маленькую горную деревню в надежде уговорить старого фермера, он упоминал о Теле Тирана и святом, появляющемся раз в пятьсот лет.

Тогда все местные жители внимательно его слушали, крайне интересуясь реформой Вечного Мира. Более того, им было очень интересно узнать о святом, появляющемся раз в пятьсот лет.

Но в следующий момент старый фермер отправил Святого Дровосека в канаву, при этом переломав все кости в его теле. К счастью, он не приложил слишком много силы, и бедолага остался жив. Тем не менее, из-за этого никто так и не узнал кто именно был Телом Тирана, а кто святым, появляющимся раз в пятьсот лет.

У старого фермера была глубокая обида на Святого Дровосека, которая заключалась не только в их старшинстве среди Небесных Наставников, но и во многом другом.

Исходя из слов старого быка, Тело Тирана было потомком Императора-Основателя, который пришёл сюда в поисках Дровосека. Впрочем, они не слишком охотно в это поверили, и лишь увидев как Цинь Му молниеносно достиг прорыва и совершенствовал свой исконный дух боевого пути, после чего почти сразу ступил на боевой путь и продемонстрировал божественные сокровища как божественного, так и дьявольского путей, они наконец уверовали.

Путь от практика божественных искусств, не владеющего боевой душой, до обретения боевой души, исконного духа, и приближения к пониманию великого божественного искусства пути боевых искусств занял у него десять с немногим дней, разве подобный человек мог не быть Телом Тирана?

Тем не менее, они забыли предположить, что Цинь Му удалось так быстро обрести боевую душу из-за его отличного основания.

Оно попросту было слишком хорошим.

С тех пор, как Цинь Му не мог пробудить свой духовный эмбрион, и все старики деревни считали его обычным ребёнком, не способным совершенствоваться, его целеустремлённость питалась легендами о Теле Тирана старейшины. Жители кормили его всевозможными духовными лекарствами и кровью странных зверей, кроме того, их тренировки были невероятно жёсткими.

Цинь Му тоже не имел никаких сомнений в том, что он Тело Тирана, поэтому тщательно тренировался, будучи на сто процентом уверенным в своих силах.

Перед приходом в Мир Корриды, он уже был в шаге от пробуждения своей боевой души.

Ключевым моментом была «Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана», которой его обучил старейшина деревни. На самом деле она была самой обычной техникой Даоинь, которой владел каждый проходимец, и всё же юноша сумел развить её до невиданных ранее высот.

Кроме того, это не была обыкновенная техника Даоинь, а техника, которую передал Император-Основатель, и изначально она являлась высшим искусством семьи Цинь. Даже Великие Небесные Дьявольские Рукописи были её ответвлением.

С таким хорошим основанием, боевыми техниками, которые он изучил в прошлом, плодами работы всей жизни прежних Императоров Людей, и тремя техниками Императорского Трона, Цинь Му значительно превосходил Ху Бугуя, который тщательно совершенствовался всю свою жизнь.

В духе его боевого пути чувствовалась атмосфера реформы Вечного Мира, он превосходил обычный дух боевого пути. С такими задатками то, что Цинь Му сумел так быстро достичь успеха, было совершенно неудивительно.

Всё было совершенно не так, как думали боги войны, ведь они считали, что причина в том, что Цинь Му — Тело Тирана. Тем не менее, ни сам юноша, ни кто-либо другой не понимали в чём настоящий секрет, и им оставалось лишь верить в легенду о Теле Тирана.

Шесть сил ладоней Цинь Му столкнулись с Ветром, Сотрясающим Сосны и Вибрирующим Долинами Ху Бугуя, и сила двух божественных искусств боевого пути взорвалась. Тем не менее, из-за ограничений во времени, Цинь Му не сумел довести свою технику до идеала, отчего её сила ещё не достигла своего предела.

Но у него было шесть рук, и недостаток в силе с лихвой компенсировала возможность исполнить три божественных искусства одновременно.

Два великих божественных искусства боевого пути столкнулись, и земля под ногами парней задрожала и взорвалась. Несмотря на то, что они дрались посреди Дворца Корриды, стены которого были невообразимо крепкими, два эксперта, ступившие на боевой путь, сумели неслабо его расшатать.

В месте столкновения засиял шар света, становясь всё ярче и ярче. Он молниеносно расширялся и поглощал всё в округу. Во все стороны понеслись резкие потоки воздуха, развевая одежду богов войны.

Внутри шара света два потоки Ци и крови поднялись в небо, напоминая сражающиеся призраки двух величественных богов.

Наконец, ветер утих вдали, а свет шара погас. Призраки их Ци и крови тоже исчезли.

Цинь Му и Ху Бугуй начали кашлять кровью, их ауры значительно ослабели.

Они оба рухнули на землю, тяжело дыша. На уголках их губ накапливалась кровавая пена.

Ху Бугуй и Цинь Му переглянулись. На их лицах появились улыбки, становящиеся всё шире и шире. Внезапно, они крепко сжали руки и начали громко смеяться!

Старый бык и тридцать шесть богов войны облегчённо вздохнули. Они волновались, что парни не признают ничьи и продолжат сражаться, и совершено не ожидали, что они оба обладали довольно широким кругозором и ценили свою принадлежность к одному и тому же пути. Ни у кого из них не возникло завистливых мыслей.

— Брат Ху, у тебя нет будущего, если ты останешься в Мире Корриды, — Цинь Му взволнованно вытер кровь из уголков своих губ, после чего рассеял свою трёхглавую шестирукую форму и прилепил ивовый лист обратно на свой третий глаз, после чего улыбчиво проговорил. — Во внешнем мире есть много людей, не уступающих тебе или мне. Более того, реформа Вечного Мира разгорается, будто лесной пожар, и нуждается в людях вроде тебя. Разве ты не хочешь пересечь божественный мост и добраться к райским дворцам? Думаю, что тебе стоит встретиться с моим закадычным другом, Сюем Шэнхуа!

На его лице возникло торжественное выражение, он энергично продолжил:

— Сюй Шэнхуа очень сильный, и даже умный… У него талант, уступающий лишь мне! Он обнаружил, что все божественные сокровища на самом деле одно, и собирается слить их воедино. Ему уже удалось соединить божественные сокровища Шести Направлений и Семи Звёзд, уменьшая количество областей практиков божественных искусств. Сейчас он работает над слиянием области Небожителя…

Ху Бугуй ошарашенно закричал:

— Ты имеешь в виду, что даже если у практиков божественных искусств мира Корриды нету Божественного Моста, мы можем попросту соединить все божественные сокровища?

Цинь Му кивнул, улыбчиво отвечая:

— Как ты думаешь, тебе стоит встретиться с Сюем Щэнхуа?

Ху Бугуй был несказанно взволнован и поспешно поднялся на ноги:

— Должен, я должен с ним встретиться! Я уже не могу дождаться! Когда мы уходим? Почему бы нам сейчас же не отправиться к нему?

Цинь Му восторженно ответил:

— Если вы встретитесь, он тебе обязательно понравится. Он очень харизматичный человек!

Старый бык посмотрел на них с широко открытыми глазами, думая про себя: «Разве они не собираются продолжать испытание? Им осталось лишь пройти мой этап, после чего они смогут войти в зал Непостижимого Неба и бросить вызов старому мастеру области Императорского Трона…»

Тридцать шесть богов Нефритовой Столицы с тревогой переглянулись, недоумевая.

Основным испытанием для практиков боевых искусств Мира Корриды был поиск пути в райские дворцы для потомков, потерявших свои божественные мосты.

Тем не менее, двое парней становились всё более возбуждёнными и казалось, вот-вот уйдут.

Но исходя из их слов, в Вечном Мире был удивительный человек, способный решить их проблему. Можно было понять их желание всё бросить и отправиться к Сюю Шэхуа.

Тем не менее, путь к успеху был также прямо перед ними, разве они не хотели хотя бы попробовать?

Им оставалось лишь одолеть старого быка и бросить вызов Небесному Наставнику Боевых Искусств в зале Непостижимого Неба. После этого они смогли бы пересечь божественный мост и отправиться прямиком к Райским Дворцам!

Старый бык кашлянул:

— Ху Бугуй, Цинь Му, вы не собираетесь подниматься?

Ху Бугуй на мгновение заколебался, не зная, стоит ли ему принимать вызов.

Циньт Му тихо поинтересовался:

— Каковы способности быка Небесного Наставника Боевых Искусств?

Ху Бугуй прошептал:

— Я никогда не видел его в бою, но слышал, сто Небесный Наставник Боевых Искусств — сильный практик области Императорского Трона. Обычно, он отправляется в бой верхом на этом быке. Чтобы обладать силой, достаточной для того, чтобы тащить практика Императорского Трона на своей спине, он должен находиться как минимум в области Непостижимого Неба. Я даже слышал, что, если бы не отсутствие у старшего Ню стремления к власти, он мог бы возглавить один из райских дворцов Эпохи Императора-Основателя.

Проведя некоторые расчёты, Цинь Му покачал головой:

— Скорее всего, я не ровня старшему Ню Саньдо. Когда-то мне уже приходилось встречаться с сильным практиком области Непостижимого Неба, Сакрой Буддой. Я не ровня ему в одной и той же области.

Взгляд Ху Бугуя задрожал:

— Почему бы нам не встретиться с Сюй Шэнхуа и не придумать как объединить все божественные сокровища в одно? Как только закончим, вернёмся сюда и продолжим испытание.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Соединив все божественные сокровища, можно будет добраться прямиком к райским дворцам, и смысл в испытании Дворца Корриды пропадёт.

Почесав голову, Ху Бугуй покраснел в лице:

— Точно. Наше основание пока что хромает, поэтому победить старшего Ню не удастся. Идём из Дворца Корриды к этому старшему брату Сюю!

— Хорошо!

Старый бык злостно уставился на двух парней широко открытыми глазами, прежде чем прокричать:

— Вы не собираетесь подняться? Быстро идите сюда, в худшем случае, я не стану сильно вас избивать.

Ху Бугуй начал извиняться:

— Старший Ню…

— Зови меня Ню Сандуо! — сердито ответил старый бык. — Я уже сказал, что не буду вас избивать, что ещё вам нужно? Идите сюда и дайте мне хорошенько сразится! Цинь Му, разве ты не хочешь спасти своего учителя? Он до сих пор валяется в вонючей канаве, если ты его не вытащишь, он провоняет до смерти!

Глава 726. Боевой Святой

Цинь Му сомневался. Спасти Наставника Дровосека, конечно, было важно, но составить компанию Ху Бугую, чтобы найти Сюй Шэнхуа и создать вместе с ним метод, при помощи которого можно было бы объединить все божественные сокровища в одно, дабы затем с его помощью воспарить к райскому дворцу казалось более интересным и значимым делом.

Более того, Святой Дровосек являлся богом области Нефритового Павильона. С ним ничего не случится, даже если ему придётся купаться в вонючей канаве куда больше года, тогда напрашивается вопрос — зачем торопиться?

Однако, будучи его учеником, если он не вытащит его оттуда, позволяя хорошенько промокнуть и пропахнуть, то он не сможет потом объясниться. Вот только, даже если старый бык поддастся ему, разве он сможет побить сильного практика Императорского Трона?

Старый фермер являлся по-настоящему сильным практиком Императорского Трона, к тому же ступившим на путь боевой душой. Между Непостижимым Небом и Императорским Трон был колоссальный разрыв. Будда Сакра находился в области Непостижимого Неба, но в итоге ему пришлось бесстыдно просить истинные писания Будды Брахмы. Всё это давало понять, насколько действительно сложно стать практиком Императорского Трона.

Пока он сомневался старый фермер вышел из Императорского Трона, а затем и из Зала Непостижимого Неба. С учётом лица, испещрённого глубокими, вековыми морщинами, тот выглядел очень старым:

— Саньдо, они справились.

Старый бык удивился и поспешно спросил:

— Старый мастер, они даже не прошли моё испытание, не говоря уже о твоём. Почему ты сказал, что они справились?

Старый фермер начал спускаться по ступеням Зала Непостижимого Неба и старый бык тут же встал своими копытами на четвереньки, последовав за ним как обычный бык.

— Цель испытания Дворца Корриды кроется в том, — объясняя, старик покачал головой, — чтобы позволить младшим понять вхождение на путь их боевой душой, а поскольку они успешно справились с этим, то возможно им удастся пересечь область Божественного Моста и воспарить к небесам, даруя их потомкам надежду. Однажды я думал, что если кто-то меня одолеет, то этот кто-то и создаст этот путь.

Старик спустился и подозвал Цинь Му и Ху Бугуя. Внимательно их осмотрев, его простое, испещрённые морщинами, словно вспаханное поле, лицо улыбнулось, и он продолжил:

— Но я вдруг вспомнил, что в прошлом я ведь уже пересёк таким образом божественный мост и воспарил прямо к райскому дворцу. Я был первым человеком, у которого отсутствовал божественный мост. Я мало учился, поэтому мой путь плохо подходил для других.

Цинь Му и Ху Бугуй удивились и уставились на него в неверии.

Кто мог сломать божественный мост Небесного Наставника Боевых Искусств?

К тому же раз он в прошлом уже справился со становлением богом, при этом не имея целой области совершенствования, почему тогда он не рассказал о способе жителям Мира Корриды?

Между тем тридцать шесть богов Нефритовой Столицы совершенно не удивились, а значит они знали этот факт о старом фермере.

— Я обдумал это. То, что я могу сделать, не обязательно то, что другие могут повторить, — продолжил старый фермер. — Я посвятил всю свою жизнь боевому пути, в моём сердце не было места для чего-либо ещё. Искренность и невинность, даже обладая чудесными навыками и искусствами, другие не могли выучить их, а значит и освоить. Поэтому они также не могли воспарить к райскому дворцу, как это сделал я. Даже если бы Ху Бугуй совершенствовался до моего уровня и воспарил к райскому дворцу, он бы только пошёл по моим стопам. Его техника по-прежнему не позволила бы большинству местных воспарить к райскому дворцу. Дровосек прав, так не решить проблему Мира Корриды.

Дрогнув уголками глаз, старик посмотрел на Цинь Му и продолжил:

— Дровосек нашёл меня и рассказал, что реформы Вечного Мира могут решить проблемы Мира Корриды. Тогда я ему не поверил, но сейчас передумал. Дровосек, как оказалось на деле, на так уж бесполезен. Он взял хорошего ученика… Ху Бугуй, можешь покинуть Мир Корриды.

В сердце Цинь Му зародилась надежда, и он поспешно спросил:

— Раз такое дело, Небесный Наставник, я могу забрать учителя из той помойки?

Старый фермер нахмурился, отчего его лицо стало выглядеть так, словно старый бык вспахивал его на протяжении сотен лет. Никакой доброжелательности или улыбки, только морщины, которые вдруг заговорили:

— Не сравнивай меня с Дровосеком, только и умеющим, что валять дурака, да бздеть. Я всегда придерживаюсь своих слов, а значит если кто-то хочет вытащить из канавы того пердуна, то он должен выдержать три моих удара. Ну раз такое дело, прими мои три удара!

Цинь Му шокировано подпрыгнул, видя, как старый фермер занёс свой кулак и, пылая жутким духом пика боевого пути, отправил в его сторону удар.

Пум.

Несравненная мощь старика была безграничной, но его кулак, стукнув по груди Цинь Му, оказался очень лёгким…

Он стукнул ещё два раза в подобной манере.

Старый фермер отвёл руку в сторону и ухмыльнулся:

— Хотя ты и справился с вхождением на путь боевой душой, тебе ещё далеко до настоящего успеха. Твоё физическое тело слабенькое, так что продолжай тяжело работать и не разбазарь потенциал своего Тела Тирана. Ты понял?

Обрадованный Цинь Му удивился:

— Младший понял.

Старый фермер выдавил улыбку и повёл всех наружу:

— Однако, справедливости ради, ты неплох, действительно неплох. Дровосек не только болтун, но также какой-никакой учитель, раз смог вырастить такого ученика как ты. Ах, я забыл, ты же Тело Тирана, если бы тебя учил я, ты бы сейчас был гораздо сильнее! Дровосек по-прежнему мусор и уступает мне!

Старик выглядел очень счастливым, как и боги, следовавшие позади.

Цинь Му осмотрелся, смотря на них. Каждый из них однажды был знаменит на весь мир, старый фермер так вообще был известен, как сильный практик Императорского Трона. Но даже так они выглядели невинными и простыми, словно фермеры обычной общины.

Они являлись группой милых людей.

Но также группой упрямых людей.

Им было тяжело меняться, но если кто-то указывал им на ошибки, они всегда исправлялись, даже если говорили, что не станут.

Поэтому они всё же были милыми.

Ху Бугуй был непередаваемо взволнован. Покинув Дворец Корриды, он немедленно сбежал к Миру Корриды, находящемуся внизу, и приготовился к походу, при этом не забыв попрощаться со своими семьёй и друзьями.

Цинь Му подозвал цилиня, который в данный момент сладко дремал снаружи Дворца Корриды и явно не собирался вытаскивать Дровосека и спасаться побегом.

Цинь Му ощутил укол печали: «Это мой ездовой зверь, а там ездовой зверь Небесного Наставника Боевых Искусств… Эх, не хочу даже вспоминать о чёрном тигрином боге Наставника Дровосека и зелёном быке брата Ба Шаня…»

Цилинь хорошо выспался и был полон энергии, но в то же время пребывал в слегка рассеянном состоянии из-за более чем десятидневного голодания. Он смотрел на Цинь Му, желая напомнить ему о еде, но не осмеливался.

Цинь Му вытащил Святого Дровосека из деревенской канавы и занялся соединением его сломанных костей, а затем и заботой о других ранах. Чуть погодя он окунул его в большой лекарственный котёл и начал кипятить на огне.

Святой Дровосек запрокинул большую чашу, заливая себе в глотку какое-то варево, в то время как старый фермер сидел на стуле рядом. Старый бык сидел у двери прямо на земле и время от времени прикладывался к водяной трубке, заставляя ту булькать.

Цинь Му сидел рядом с быком, как вдруг спросил:

— Старший брат Саньдо, тебе не нужно сегодня пахать землю?

Старый бык вяло ответил:

— Уже закончил. И даже засеял её.

— Ты не учил Тело Тирана, попросту не мог, — лениво, как и старый бык, заговорил старый фермер, глядя на Святого Дровосека.

Мужчина выпил лекарство, смачно отрыгнул и передал чашу старику со словами:

— Он мой ученик, поэтому он учится у меня. Тебе не достался такой невероятный ученик, у тебя нет таких способностей, и ты не способен кого-то учить.

Старый фермер фыркнул и взял пустую чашу:

— Его учил не ты, тогда чему ты так радуешься? Ты опять просто воспользовался подвернувшейся возможностью. Я позволил этой проблеме разрешиться только из уважения к Телу Тирана, иначе тебе так и пришлось бы кувыркаться в вонючей канаве ещё лет так десять. Ты бы настолько сильно сгнил, что уцелеть удалось бы только твоему бессмертному рту.

Святой Дровосек праведным тоном парировал:

— Мастер должен только указать путь, а совершенствование — это личное дело каждого. Мои ученики разбросаны по всем мирам, а кто учил тебя и кого учишь ты?

Старый фермер замолчал.

Святой Дровосек спокойно продолжил:

— Ты действительно первый на боевом пути в мире, во вселенной и даже в старых райских небесах, возможно даже нет того, кто может превзойти тебя на боевом пути. Только ты смог, полагаясь лишь на свои силы боевого пути, воспарить к райским дворцам и стать непревзойдённым боевым богом абсолютно без божественного моста. Не говоря уже о двадцати тысячах лет, даже если пройдут сотни тысяч лет, ты будешь единственным в своём роде. Ты добился успеха, но другие, скорее всего, не повторят твой подвиг, ты не сможешь спасти народ Мира Корриды.

Старый фермер продолжал молчать.

Святой Дровосек продолжил речь:

— Однако, реформа Вечного Мира сможет. Наша вражда не имеет значения. Я знаю, что последние годы дались тебе с трудом, и знаю, что ты нашёл тех сирот и вдов после войны, чтобы присмотреть за ними. После уничтожения Эпохи Императора-Основателя ты много чего сделал и делаешь до сих пор. Ты хочешь найти путь выживания для них, но ты слишком туп, ведь прошло уже двадцать тысяч лет, а решения ты так и не нашёл.

Старый фермер начал «рычать», словно загнанный в угол зверь.

После того, как Эпоха Императора-Основателя была сметена, он решил позаботиться о сиротах, оставленных после себя его товарищами, но в итоге мог лишь смотреть, как они медленно погибают от старости.

Это было для него ужасной пыткой.

Его сердце утопало в чувстве вины.

— Избавься от вины. Если избавишься от этого бремени — станешь боевым святым, — Святой Дровосек посмотрел на него жалеющим, но ожидающим выбора взглядом. — Император-Основатель нарёк нас Небесными Наставниками, но только меня Святым. Но он хотел, чтобы мы все стали святыми. Ты Небесный Наставник Боевых Искусств и лучший в мире в аспекте боевой мощи, вот только святой — это не одна лишь боевая мощь. Избавься от вины и стань единственным Боевым Святым, Небесным Наставником Боевых Искусств Императора-Основателя!

Старый фермер так и не проронил ни слова.

Святой Дровосек не стал продолжать убежать. Он знал своего старшего брата очень-очень хорошо, поэтому понимал весь размах его упрямства, однако, тот не был непреклонным, а просто упрямился в словах.

Старик уже принял для себя решение и понимал, что значит стать единственным в своём роде Боевым Святым.

— Убедил, я действительно хочу взглянуть на реформу Вечного Мира, — внезапно заговорил старый фермер. — Однако, я не стану помогать Вечному Миру в какой-либо войне, ведь наша Эпоха Императора-Основателя была построена из ничего. Раз ты так высоко оценил Вечный Мир, то они тоже должны быть способны развиться до высот Эпохи Императора-Основателя только своими силами, так зачем им помощь таких неудачников как мы?

Святой Дровосек с улыбкой ответил:

— Мы просто выиграем для них немного времени, чтобы их не смели старые райские небеса ещё в зародыше. Это ведь не противоречит твоим намерениям, верно? Касательно начала Эпохи Императора-Основателя, некоторые руины Эпохи Высшего Императора тоже кое-как нам помогли.

Старый фермер с улыбкой ответил:

— Ты заставил меня вспомнить о днях нашей юности. Вообще-то меня тоже считают наполовину человеком Эпохи Высшего Императора.

— Честно говоря мы все наполовину люди из Эпохи Высшего Императора, включая Императора-Основателя, — говорил Святой Дровосек. — Жизнь именно такая, всегда течёт и не имеет конца. Твой дух боевого пути должен быть унаследован. Ты не должен позволить своему наследию кануть в небытие.

Старый фермер ухмыльнулся:

— Не надейся, что я прощу тебя так просто. Даже выйдя отсюда, выйдя из Великих Руин, я так и продолжу тебя избивать во время плохого настроения. Молись своим предкам, чтобы подрасти на несколько областей и наконец-то суметь выстоять под натиском моих кулаков, — договорив, он вышел и был таков.

Улыбка на лице Святого Дровосека замерла, тем временем Цинь Му вошёл внутрь и помог ему сменить лекарство, после чего вопросительно прошептал:

— Неужели наставник и Небесный Наставник Боевых Искусств враждуете?

Святой Дровосек безвольно вздохнул:

— Полагаю, что да. Но это всё отголоски из прошлого.

Было очевидно, что он не хотел вспоминать о произошедшем.

Цинь Му моргнул и ему стало ещё любопытнее, однако он решил промолчать.

Святой Дровосек практически потерял дар речи от злости:

— Что за выражение такое? Так сильно хочется узнать о чужих личных делах?

Цинь Му не ответил.

Святой Дровосек вздохнул, прежде чем продолжить:

— Если расскажу тебе, то, наверное, ничего страшного. По правде говоря, в прошлом я, он, Ученик и Рыбак были в очень хороших отношениях. Даже несмотря на моё самое слабое совершенствование, они все уважали меня. Затем Император-Основателя назначил меня ответственным за реформу и воздвиг на пьедестал. И, как это бывает, когда мужчина становится выдающимся, им начинают восхищаться женщины. В те времена ему приглянулась девушка…

Цинь Му продолжал меня лекарства, но его уши навострились, внимательно слушая.

Старый бык, находящийся снаружи, перестал прикладываться к трубке и сосредоточился ушами на происходящем внутри.

Цилинь, который обычно был равнодушен ко всему и просто валялся на земле, в этот момент внезапно поднял морду и дёрнул ушами.

Глава 727. Прошлое Небесного Наставника

Святой Дровосек вспоминал о прошлом, и лишь спустя длительное время успокоился и спокойно проговорил:

— Я был одержим реформой и чувствовал, что мне удастся воплотить свой план и мечту, поэтому у меня не было времени на отношения. Поэтому даже когда я нравился девушкам, я не начинал с ними встречаться.

Цинь Му моргнул. Имперский Наставник тоже был подобным человеком, но он не пошёл по следам Дровосека и женился. У него даже был ребёнок.

В прошлом Имперский Наставник Вечного Мира был абсолютно рациональным. Он даже мог осознанно получить травму, чтобы выступить в качестве приманки для противника.

Теперь же Имперский Наставник испытывал намного больше человеческих эмоций.

— В то время я осознал, что фермер был мной недоволен, ведь я и вправду был человеком без чувств. Та девушка была поистине красивой, с какой стороны на неё не взглянуть, она была идеальной. Тем не менее, Император-Основатель дал мне невероятно важное задание. Если бы я использовал подаренную им власть, чтобы подцепить девушку, то разве бы не разрушил его ожидания? — спокойно рассказывал Святой Дровосек. —Так что я сказал той девушке: «Юньси, я не тот спутник жизни, которого ты ищешь, задание Императора-Основателя невероятно важно, в мире слишком много вещей ждут своей реформы. Поэтому, я не могу разделить твои чувства ко мне.»

Восторженный, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Учитель, всегда можно найти гармонию между семьёй и страной, почему ты её отверг? И как твой отказ мог обидеть Небесного Наставника Боевых Искусств?

— Её звали Янь Юньси, и она была по-настоящему очаровательной женщиной, — было очевидно, что Дровосек вспоминал о женщине, которая выделялась среди остальных. Он погрузился в мысли, продолжая тихим и несвойственным ему нежным голосом. — Она была очень умна и талантлива. Я был невероятно рад, что ей понравился. Тем не менее, я уважал её больше, чем любил. Однажды она спросила: «Тяньгэ, Гуань Ча испытывает ко мне чувства, он тот человек, на которого можно положить свою жизнь?», а я улыбнулся и сказал: «Гуань Ча — фермер…»

На лице Дровосека возникло странное выражение:

— Я сказал: «Любовь Гуань Ча к пути боевых искусств сильнее, чем его любовь к тебе. Он поистине любит боевые искусства, но ты для него лишь временное увлечение. Он не тот человек, на которого можно положить свою жизнь». Я сказал это как друг и тщательно проанализировал характер Гуань Ча. Я был очень точным, но, должно быть, он вскоре разузнал о моих словах, после чего видит во мне мерзавца.

— Учитель и вправду мерзавец… Нет, я не это имел в виду! — он обнял голову, почувствовал жгучую боль от подзатыльника Дровосека.

Мужчина продолжал говорить:

— После этого Янь Юньси так и не вышла замуж, сменила своё имя и начала носить мужскую одежду. Она говорила, что из двух самых выдающихся мужчин, которых она встречала, первый обладал несравнимой мудростью и сердцем, любящим весь мир, а второй был храбрым и неуязвимым, с непоколебимым сердцем Дао. После встречи с ними никто в мире не мог привлечь её интереса, поэтому она изменила имя и одежду и пообещала не одевать женских нарядов до тех пор, пока не встретит кого-то, превосходящего нас.

Его взгляд застыл, он покачал головой:

— Она так и не переоделась. Несмотря на то, что Гуань Ча много раз с ней встречался и был с ней в отличных отношениях, он так её не узнал.

Цинь Му воскликнул:

— Небесный Наставник Боевых Искусств — существо области Императорского Трона, ступившее на путь своей боевой душой, как он мог не узнать Янь Юньси, одевшуюся как мужчина?

Способности Янь Юньси невероятно высоки, она очень проницательная. Если она не хотела, чтобы он её узнал, то он бы не узнал. Более того, его мозг состоит из мышц, он никогда не сверкал здравым смыслом. Янь Юньси даже избивала его несколько раз, но он так и не смог её узнать. Вместо этого он полон уважения к ней и не уважает меня.

— Несколько раз избивала Небесного Наставника Боевых Искусств?

Во взгляде Цинь Му виднелись сомнения:

— Эта старшая сестра Янь Юньси…

— Зови её старшим дядей! Не старшей сестрой! — отругал его Дровосек.

Цинь Му пробормотал:

— Учитель, ты говорил, что Янь Юньси сменила своё имя, как её зовут сейчас? В мире не так уж много людей, способных избить Небесного Наставника Боевых Искусств, и я слышал, как он рассказывал об одном из них. Тем не менее, его звали не Янь Юйси, а Цзы Си.

Дровосек не сказал ни слова и выглянул в дверь.

Старый бык за дверью тут же отвернулся и продолжил курить свою водяную трубку. Тем не менее, огонь в ней уже давно погас.

Цилинь поспешно улёгся на землю и сделал вид, что уснул. Его храп был громким, будто гром.

Дровосек встал и оделся:

— Я чувствую, что мои травмы уже в порядке. Теперь можно восстановить моё тело с помощью техник создания, не опасаясь оставить скрытых ран.

Цинь Му поспешно спросил:

— Небесный Наставник Цзи Си и Янь Юньси — один и тот же человек?

Дровосек не ответил и вышел:

— В этот раз Гуань Ча определённо спустится с горы. Есть много мест, которые он может посетить. Разве вы с Ху Бугуем не собираетесь встретиться с Сюем Шэнхуа? В таком случае Гуань Ча может отправиться с вами. У меня же есть дела, так что я уйду раньше.

Цинь Му двинулся за ним:

— Я всё ещё планирую встретиться со старшей сестрой Ди Июэ и посмотреть, как она с Тянь Шу перестроят Фэнду.

Святой Дровосек покачал головой:

— Перестройка Фэнду займёт много времени, более того, поиски Тянь Шу скорее всего закончатся провалом. Должно быть, он прячется в лучшей винодельне Вечного Мира и напивается до отвала.

Глаза Цинь Му загорелись, он улыбчиво проговорил:

— В таком случае он должен быть в винном магазине в имперском дворце.

— Я постараюсь придумать способ связаться с Ди Июэ и найти Тянь Шу.

Дровосек вышел и посмотрел на старого быка, всё ещё пытающегося курить свою водяную трубку:

— Она уже погасла.

Старый бык поспешно зажег огонь, и едва не задохнулся от хлынувшего облака густого дыма. Его глаза начали слезиться.

— Не рассказывая то, что должен рассказать, — проговорил Святой Дровосек. — Несмотря на то, что я не в силах что-то тебе сделать, второй Небесный Наставник может с лёгкостью тебя убить.

Старый бык торопливо кивнул и извинительно улыбнулся:

— Старший Небесный Наставник, не волнуйся, я понимаю.

Затем Дровосек подошёл к цилиню, который притворялся, что спит:

— Если будешь говорить слишком много, тебя можно запросто подать на тарелке.

Цилинь глотнул слюну и поднялся. Опустив взгляд в землю, он тоже извинительно улыбнулся:

— Мой рот на замке. Я ещё ни разу не рассказывал о неловких ситуациях с Владыкой Культа!

Цинь Му на мгновение задумался, поглаживая несколько волосков на своей бороде: «Жирдяй знает много моих неловких ситуаций? Ээм, его нельзя оставлять в живых… Что же с ним сделать?»

Затем Дровосек отыскал старого фермера и попрощался с ним. Тот не хотел на него смотреть, поэтому закрыл глаза и начал храпеть не оставляя ему другого выбора. Кроме как уйти.

Фыркнул, фермер плюнул, смотря ему в спину.

На лице Цинь Му возникло странное выражение. Обоим учителям было по несколько десятков тысяч лет, но они оба вели себя как дети.

Вскоре Ху Бугуй вышел из Мира Корриды с небольшим мешочком на спине. Он был одет в простую одежду и выглядел невероятно сильным и тренированным.

Жители деревни подвинули огромную горы на место, и запечатали Мир Корриды с помощью какой-то странной техники. Осмотревшись, Цинь Му так и не обнаружил следов печати и удивлённо цокнул языком.

Судя по увиденному, Мир Корриды был полностью отделён от Великих Руин. Когда в последних наступала ночь, тьма не могла вторгнуться в Мир Корриды, а значит, он не находился в этом мире.

Более того, Ху Бугуй рассказывал, что в тринадцать лет практики боевых искусств Мира Корриды отправлялись в земли дьяволов, чтобы тренироваться, сражаясь с их сильными практиками, что тоже свидетельствовало о том, что Мир Корриды находился в другом месте.

Мир Корриды был далеко от Великих Руин, вероятно, даже дальше, чем можно было представить.

— Сильные практики Императорского Трона и вправду обладают удивительными способностями.

Цинь Му посмотрел на старого фермера, который подошёл вместе со своим быком и обратился к жителям деревни:

— Я уйду, чтобы вместе с ними встретиться с человеком по имени Сюй Шэнхуа. Я хочу посмотреть, действительно ли он так умён. Если это так, то я так же отправлюсь взглянуть на Вечный Мир. А если нет, то поможете мне поймать Святого Дровосека. Я убью его, после чего вернусь в уединение.

Согласившись, все ответили:

— Небесный Наставник, не волнуйся. Мы останемся здесь и будем охранять Дворец Корриды, и схватим Дровосека, если увидим.

Старый фермер уехал верхом на быке, а Цинь Му на цилине, в то время как Ху Бугуй пешком шёл следом.

Цинь Му предложил ему забраться на цилиня, но парень отказался:

— Я быстро бегаю.

Цинь Му бросил на цилиня странный взгляд и тот ощутил, как его волосы встают дыбом. Он поспешно побежал на пределе своих сил, чувствуя, что определённо сможет сбросить Ху Бугуя с хвоста за счёт своей молниеносной скорости. Он совершенно не ожидал, что старый бык сможет спокойно бежать следом за ним, таская на спине фермера, в то время как Ху Бугуй мчался неподалёку, перепрыгивая с горы на гору.

«Физическое тело этого парня сильнее, чем моё!»

Цилинь вскочил от удивления, почувствовав, как по его спине бегут мурашки. Он подумал: «Они не знают где сейчас Сюй Шэнхуа, поэтому следуют за мной. В противном случае они уже бы давно оторвались. Хорошо, что они не смеют обгонять, значит Владыка Культа не поднимет на меня руку…»

Исконный дух Цинь Му покинул его тело и связался с Сюем Шэнхуа. Когда он вернулся, юноша обратился к Ху Бугую:

— Сюй Шэнхуа сейчас в Западных Землях, где строит Академию Высших Небес, так что мы можем встретиться с ним там.»

Ху Бугуй тут же воспрял духом. Старый фермер, сидящий на спине быка, спокойно проговорил:

— Если с Сюй Шэнхуа не будет толку, я побью Дровосека до смерти.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Брат Сюй просто сияет талантом. Если бы не я, то он не имел бы себе равных в мире. Как только Небесный Наставник Боевых Искусств его встретит, он определённо будет доволен.

Старый фермер фыркнул.

Через шесть-семь дней они прибыли к окрестностям Дворца Истинных Небес Западных Небес.

В это время Женщины Дворца Истинных Небес были заняты крупномасштабным строительством дворцов и уже успели возвести довольно большое количество зданий. Сюй Шэнхуа и Цзин Янь уже получили новость от Цинь Му, поэтому тоже пришли сюда, чтобы встретить гостей.

Цинь Му спрыгнул со спины цилиня и огляделся, обнаруживая, что Академия Высших Небес была создана с учётом местных обычаев и традиций Западных Земель. Здания были невероятно красивыми, их украшали бесчисленные цветы и зелёные листья, олицетворяя все четыре времени года.

— Доброжелательные муж и жена, это Небесный Наставник Боевых Искусств Династии Богов Императора Основателя, а это старший брат Ню Саньдо, — представил Цинь Му. — А это Ху Бугуй, о котором я тебе рассказывал. Он ступил на путь своей боевой душой, но у него нету области Божественного Моста.

Сюй Шэнхуа взглянул на Ху Бугуя, его глаза загорелись:

— Брат не мог бы открыть свои божественные сокровища?

В теле Ху Бугуя раздалось несколько громких взрывов, его божественные сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя и Жизни и Смерти открылись. Но как только он дошёл до Божественного Моста, оказалось, что его попросту не было!

Божественное сокровище Божественного Моста полностью исчезло!

Бесчисленные руны начали кружиться вокруг тела Сюя Шэнхуа, пока он рассчитывал местоположение Божественного Моста Ху Бугуя. Спустя некоторое время он покачал головой:

— У тебя и вправду нету Божественного Моста. Замечательно, замечательно!

— Я иду убить твоего учителя, — тут же проговорил старый фермер.

Сюй Шэнхуа начал ходить вокруг Ху Бугуя, его глаза загорелись от волнения. Он торопливо произнёс:

— Брат Ху, у тебя невероятно хорошее основание, я и вправду могу проверить на тебе свой новый способ объединения божественных сокровищ! Моё тело для этого не подходит, ведь я слишком поздно понял, что у меня Тело Тирана, в результате чего моё основание всё ещё оставляет желать лучшего. Несмотря на то, что я не против объединить и свои божественные сокровища, моего совершенствования пока недостаточно. Изначально я планировал использовать для эксперимента брата Циня, но твоё физическое тело тоже достаточно крепкое, а основание хорошее. Ты просто идеально подходишь! У тебя что, тоже Тело Тирана?

Старый фермер остановился, обращаясь к Цинь Му:

— Если он убьёт Ху Бугуя, я убью его, прежде чем убить тебя.

Цинь Му и сам впервые видел столь обезумевшего Сюя Шэнхуа, чувствуя себя довольно неловко.

Глава 728. Плотник Врождённого Древа Божественного Моста

— Я создал технику слияния областей Семи Звёзд и Шести Направлений — Исконный Дух Семи Звёзд и Шести Направлений, после чего передел её брату Циню, который затем поделился ей со всеми остальными людьми, однако, мало кому удалось стать мастером в ней, — Сюй Шэнхуа не остановил шага и вскоре появился в Божественном Сокровище Духовного Эмбриона Ху Бугуя с ивовой веткой в руке. Ветвь являлась божественным деревом, способным изменять длину по мановению мысли и имеющим отметины всевозможных размеров на поверхности.

Сюй Шэнхуа поднял ивовую ветвь и начал измерять духовный эмбрион, между тем Цзин Янь помогала ему рядом, записывая все полученные данные. Координация между мужем и женой была действительно на высоте.

— Из-за того, что мало кому удалось добиться в ней успеха, ведь лишь действительно выдающимися людям, наподобие Чжань Куна, Ван Мужаня, Линь Сюаня и Ху Лин’эр, удалось, я чувствовал, что техника всё ещё незавершённая. Таким образом с этой техникой в качество основы я создал новый метод объединения божественных сокровищ и назвал её — Плотник Врождённого Древа Божественного Моста.

Сюй Шэнхуа закончил измерение Божественного Сокровище Духовного Эмбриона и с Цзинь Янь переключился на Божественное Сокровище Пяти Элементов, начав измерение в нём высоты небес и глубины земли, продолжая говорить:

— Однако, данная техника очень проблемная. Божественные сокровища каждого человека разные, поэтому данные, необходимые для использования этой техники, тоже разные. Вот почему каждый, кто совершенствуется в этой технике, должен детально измерить модель своих божественных сокровищ и подогнать технику в соответствии с полученными данными. Только тогда Плотник Врождённого Древа Божественного Моста, начинающийся с Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, будет определён!

Потрясённый Цинь Му воскликнул:

— Брать Сюй, если ты завершишь эту технику, то это приведёт к большой реформе! Божественные сокровища, простирающиеся прямо к райскому дворцу… Данное изменение путей, навыков и божественных искусств сложно оценить! Плотник Врождённого Древа Божественного Моста — даже более важен, чем Проводник Исконного Духа, придуманный мною и Юйсю!

Сюй Шэнхуа улыбнулся:

— Если я хочу превзойти тебя и заставить признать, что ты ложное Тело Тирана, разве могло оказаться так, что у меня отсутствуют собственные идеи? Однако я всё ещё не способен добиться успеха лишь своими силами. Математика Плотника Врождённого Древа Божественного Моста слишком глубока и необъятна. Необходимое количество вычислений превзошло мои горизонты и знания, поэтому мне понадобилась помощь.

— Ты отправился за помощью к Мастеру Дао Линь Сюаню? — полюбопытствовал Цинь Му.

Сюй Шэнхуа сосредоточенно измерял горы пяти элементов, поэтому не ответил.

Цзин Янь с улыбкой ответила:

— Не только Линь Сюаня. Мой муж нашёл даже Принцессу Юйсю, Святейшую Юньсян, Ван Мужаня и других из Небесного Союза. Также помочь вызвались такие знатоки математики, как Имперский Наставник и чёрный тигриный бог. Отношения между моим мужем и Гроссмейстером оказались неплохи, поэтому он пригласил его помочь с расчётом Плотника Врождённого Древа Божественного Моста.

Цинь Му уставился на неё широко распахнутыми глазами. Некоторые из этих людей были врагами, но Сюй Шэнхуа всё же сумел пригласить их…

Неужели его связи настолько широки?

Цзин Янь с улыбкой продолжила:

— Ван Мужань недоволен Имперским Наставником, а Гроссмейстер враждует со всеми. Но когда они услышали, что мой муж планирует рассчитать Плотника Врождённого Древа Божественного Моста, чтобы подавить известность прославленного на весь мир Владыки Культа Циня, все они, как один, согласились. Они жаждали заставить Владыку Культа Циня признать своё поражение и все радостно пришли на помощь.

— Прямо-таки радостно? — фыркнул Цинь Му.

Цзин Янь продолжала:

— Император тоже осчастливился. Несмотря на то, что у него не получалось сорваться с места и поспешить на помощь непосредственно самому, он издал указ, гласящий, что все крупнейшие академии должны собрать учеников с наивысшими познаниями в математике и отправить их помочь.

— Даже Император осчастливился? Может и мой наставник приложил руку? — ворча, Цинь Му ощущал нарастающую в сердце обиду. — Наставник Дровосек тоже решил подавить мою известность? Мне стоило оставить его гнить в канаве! Хотя нет, главная причина не в этом. Он посмел отправиться на поиски Небесного Наставника Боевых Искусств только потому, что вместе с Сюй Шэнхуа и остальными завершил Плотника Врождённого Древа Божественного Моста. Вот только он не ожидал, что вредный старик даже слушать его не станет и просто покалечит, прежде чем выбросить в вонючую канаву. Ну и поделом ему! — он резко зыркнул на цилиня и доброжелательно спросил. — Толстяк, ты ведь не пошёл, не так ли?

Цилинь поспешно затряс мордой:

— Брат тигр приглашал меня, но я отказался!

— Но и не рассказал мне, — Цинь Му потерял всякий намёк на доброжелательность.

Цилинь неуверенно оправдался:

— Тогда Владыка занимался своей пилюлей меча, а когда закончил, то переключился на изучение закалки сокровищ через взрывы…

Цзин Янь продолжила:

— Затем Первый Предок встретился с Син Анем и посвятил его в детали дела. Син Ань крайне уважает Первого Предка, поэтому, услышав, что успех в этом предприятии может заставить Владыку Культа Циня признать поражение, он поспешно прибежал к нам и, надо отметить, его помощь была неоценима. Мы справились с вычислением, после чего мой муж, исходя из имеющихся данных, вывел Плотника Врождённого Древа Божественного Моста. Однако, никому не было под силу совершенствоваться в нём, — она вздохнула, прежде чем продолжить. — В конце концов мой муж заключил, что для совершенствования требуется невиданно до сели закалённое физическое тело. Если тело окажется недостаточно сильно, выстоять против ужасающего давления от слияния божественных сокровищ будет слишком сложно. Скорее даже невозможно. А поскольку ни у кого из известных нам людей не было такого могучего тела, мы могли только сдаться.

— И Син Ань значит… — на лбу Цинь Му выскочили вены. — Неужели мой характер сквернее, чем даже у Син Аня и Гроссмейстера?

— Но у брата Ху Бугуя такое могучее физическое тело! — закончив измерять Божественное Сокровище Пяти Элементов, Сюй Шэнхуа воскликнул, переходя к Божественному Сокровищу Шести Направлений, и продолжил. — У брата Ху самоё сильное тело из встреченных мною за всю мою жизнь. Если кто-либо иной решит совершенствоваться в Плотнике Врождённого Древа Божественного Моста, то умрёт, но брат Ху выживет.

Его переполняла уверенность.

Муж и жена закончили измерять Божественное Сокровище Шести Направлений и перешли к Божественному Сокровищу Семи Звёзд, а затем и к Божественным Сокровищам Небожителя и Жизни и Смерти. В конце концов они идеально измерили божественные сокровища Ху Бугуя, и вылетели из них, оказываясь снаружи.

Сюй Шэнхуа тут же начал подгонять Плотника Врождённого Древа Божественного Моста под полученные во время измерений данные. Он уже разработал математическую модель техники, поэтому ему оставалось только внести некоторые изменения на основе полученных данных, и он идеально изменит технику под Ху Бугуя.

Цинь Му мысленно удивился: «Чтобы одолеть меня, Сюй Шэнхуа и остальные мастера приложили немало усилий. Однако, Плотник Врождённого Древа Божественного Моста по-настоящему замысловатый и непонятный. Его, по сути, можно приравнять к естественной красоте математики!»

Он тоже был знатоком математики. Старый фермер, старый бык и Ху Бугуй стояли сбоку с абсолютно растерянными выражениями лиц, явно не понимая, что происходит, но он от всей души любовался красотой этой техники.

Плотник Врождённого Древа Божественного Моста использовал математику для строительства божественного сокровища, которое пускало корни в духовной платформе и землях шести направлений. Корни божественного моста должны зарыться глубоко в Юду, в то время как нижние, большие корни должны соединиться с горами пяти элементов. Снаружи кроны будут кружиться солнце и луны, а между ветвей таиться звёзды пяти элементов. Остальные звёзды будут сокрыты в листьях. А самая вершина кроны божественного древа займёт ту же высоту, что и божественный мост.

Если проводить параллель со сломанными мостами жителей Вечного Мира крона древа заполнит собой место между райским дворцом и разрушенным божественным мостом, соединяя собой последних совершенно иным способом. И это избавит людей от нужды совершенствоваться в проблемных Секретах Сорочьего Моста, Загадочного Путеводителя и Божественного Перехода.

Когда Сюй Шэнхуа, Дровосек, Имперский Наставник, Син Ань и остальные провели все необходимые расчёты, они, должно быть, добавили эти три секрета в Плотника Врождённого Древа Божественного Моста.

Однако, для практиков боевых искусств Мира Корриды, Плотник Врождённого Древа Божественного Моста имел только среднюю часть, без кроны и корней. Если не иметь достаточного совершенствования, они не смогут воспарить к райскому дворца.

Будучи основателем Математического Трактата Высшей Молекулы, он имел крайне высокие достижения в математике, поэтому моментально подумал о расширении кроны древа с целью создания рукотворного Божественного Сокровища Божественного Моста…

Однако, для этого требовались гораздо большие математические вычисления на основе Плотника Врождённого Древа Божественного Моста.

Когда Сюй Шэнхуа закончил с расчётами, его жизненная Ци приняла форму крошечного дерева, которое по мановению его руки нырнуло в божественное сокровище Ху Бугуя.

Маленькое деревце пустило курни в его духовной платформе и начало расти.

Цинь Му немедленно понял, что Сюй Шэнхуа использовал божественное искусство посадки дьявола в сердце Дао из Великих Небесных Дьявольских Рукописей Небесного Святого Культа.

Должно быть этому его научил Святой Дровосек, и он использовал небольшой саженец дерева в качестве семени, чтобы посадить эту технику в технику Ху Бугуя.

Поглощая жизненную Ци Ху Бугуя, деревце сможет быстро вырасти, становясь высоким Плотником Древа!

Сюй Шэнхуа засомневался и не оживил саженец, решив прощупать ситуацию со словами:

— Брат Ху, ты не боишься умереть?

Ху Бугуй покачал головой, отвечая:

— Нет!

Сюй Шэнхуа облегчённо вздохнул, как вдруг старый фермер спросил:

— Мальчишка, ты не боишься умереть?

Сюй Шэнхуа удивился, не понимая, к чему был задан такой вопрос, но вот лоб Цинь Му покрылся градинами холодного пота, и он вполголоса поинтересовался:

— Брат Сюй, насколько ты уверен в успехе?

Переполняясь уверенностью, Сюй Шэнхуа поднял три пальца:

— Тридцать процентов!

Цинь Му в гневе улыбнулся:

— Брать Сюй, ты не был таким раньше! Ты никогда не действовал, если не был уверен на восемьдесят-девяносто процентов! Но тридцать? У кого ты нахватался? Как же ты скатился.

— Я научился у тебя, — Сюй Шэнхуа использовал свою жизненную Ци, чтобы оживить саженец, и тот начал стремительно расти.

Подпитываясь жизненной Ци Ху Бугуя, саженец рос с умопомрачительной скоростью!

Маленькое деревце быстро выросло до стометровой высоты, а затем километровой и вскоре оставило позади вершины многих гор духовной платформы. Оно устремилось прямо к облакам и даже не собиралось останавливаться!

Огромное древо было настолько высоко, что, казалось, вот-вот коснётся неба. Внезапно послышался громкий рокот и дерево прорвалось через барьер Божественных Сокровищ Духовного Эмбриона, Пяти Элементов и Шести Направлений!

Ху Бугуй застонал, а его кости начали пощёлкивать. Его физическое тело оказалось под несравненно высоким давлением, и, даже несмотря на удивительную силу его мускул, он всё равно моментально превратился в ходячий мешок с костями!

Его мышцы были подавлены до такой степени, что стали тонким слоем мембраны, прильнувшей к его костям!

Такого рода давления исходило не сверху вниз, не снаружи внутрь, а от всех сторон тела, что ужасало больше всего!

Кости Ху Бугуя лопнули от давления и, казалось, вот-вот собирались взорваться!

Все нервничали, между тем Сюй Шэнхуа, кое о чём подумав, обратился к Цзин Янь:

— Дорогая, рост Плотника Древа слишком стремительный. Должно быть это из-за того, что магическая мощь и совершенствование брата Ху немного превзошли мои ожидания. Его совершенствование чистое и плотное, ничем не уступая таковому у меня.

«Почему это предложение звучит так до боли знакомо?» — подумал Цинь Му.

— Плотник Древа поглощает его совершенствование жизненной Ци, постоянно ускоряя свой рост. Скоро он прорвётся через Барьер Семи Звёзд и давление опять возрастёт, — разглагольствуя, Сюй Шэнхуа пребывал в совершенно спокойном состоянии, в отличие от остальных. — Достигнув области Небожителя, давление не просто возрастёт, а умножится. Затем корни Плотника Древа проникнут через его земли к Божественному Сокровищу Жизни и Смерти, касаясь Юду. Когда это случиться давление достигнет пика… Брат Цинь, ранее я, возможно, просчитался, сейчас я уверен в успехе только на двадцать процентов.

— Владыка, нам готовиться к побегу? — прошептал цилинь.

Цинь Му едва заметно покачал головой и за его спиной появились Врата Небесной Воли.

Он приготовился спасти Ху Бугуя, если тот сломится под гнётом растущего давления.

Наблюдая за его действиями, Сюй Шэнхуа покачал головой со словами:

— Владыка, таким способом ты его не спасёшь. Его исконный дух тоже будет сокрушён, а душа рассеется. Она не попадёт в Юду.

Парень был до жути спокойным.

Дрогнув уголками глаз, Цинь Му вежливо обратился к старому фермеру:

— Старший дядя, младший однажды собрал обратно воедино душу Богини Небесной Инь. Даже после того, как её душа рассеялась, младшему всё же удалось спасти её. Старший дядя, не волнуйся, действительно, не стоит, убери свой кулак…

Глава 729. Ну Хуже Меня

Пока он говорил, Плотник Дерева уже пробился в божественные сокровища Семи Звёзд и Небожителя. На коже Ху Бугуя начали появляться трещины от невообразимого давления, он начал напоминать древний чайник, который вот-вот рассыплется.

Кровь парня превратилась в невероятно мелкий кровавый туман, окутавший его тело.

Между тем физическое тело Ху Бугуя стало невероятно худым. Его рост уже не имел значения, так как тело превратилось в мешок с костями. Из него непрерывно доносился треск, напоминающий свист стрелы, сорвавшейся с туго натянутой тетивы.

— Похожу, его вены разрушены… — сердце Цзин Янь дрогнуло. Она посмотрела на Сюй Шэнхуа и взволнованно спросила:

— Его вены разрушились, а кости уже на пределе. Он не выдержит давления, когда Дерево Плотника достигнет божественного сокровища Жизни и Смерти…

Сюй Шэнхуа нахмурился и проговорил, вздыхая:

— Эксперимент провалился. Даже с таким мощным физическим телом, брат Ху не способен выдержать давление. Возможно, это под силу Владыке Культа Циню с его Телом Тирана. Кажется, что его тело стало даже сильнее, чем раньше. Он не слабее чем Брат Ху, а учитывая его владение искусствами создания, он скорее всего сможет добиться успеха.

Цзин Янь прошептала:

— Милый, брат Ху умирает, а ты думаешь об этом? Небесный Наставник Боевых Искусств не отрывает от тебя взгляда, также, как и его бык.

Сюй Шэнхуа всё ещё был полон уверенности, полагаясь на Цинь Му:

— Владыка Культа Цинь отлично владеет искусствами создания и не даст брату Ху умереть. Он единственный человек в мире, способный успевать за ходом моих мыслей.

Именно в этот момент Плотник Дерева добрался к области Жизни и Смерти.

В тот же миг Цинь Му наконец сделал свой ход.

Он двинулся с места, оставляя за собой след из остаточных отражений. Кружась вокруг Ху Бугуя, он двигал пальцами вверх-вниз, испуская из них потоки рун создания. Те мгновенно проникали внутрь тела парня.

Руны создания не только проникали в его тело, исцеляя ранения, но пронзали божественные сокровища и исконный дух.

Они заклеивали трещины на его божественных сокровищах и исконном духе, что позволяло сохранить духовный эмбрион и душу.

Цзин Янь ошарашенно наблюдала за происходящим. Сюй Шэнхуа улыбнулся:

— Мы с Владыкой Культа не узнали бы друг друга, не сразившись, но теперь я вижу его насквозь. Работая вместе, мы можем сразить даже бога.

В сердце Цзин Янь мелькнула нотка ревности и обиды, но она быстро пришла в себя: «Муж и Владыка Культа — мужчины, почему я ревную?»

Давление на физическое тело Ху Бугуя становилось всё выше и выше, но под защитой искусства создания Цинь Му, он мог с ним совладать.

— После того, как Плотник Дерева Божественного Моста пробьёт все божественные сокровища, те смогут стать одним целым, — взгляд Сюй Шэнхуа задрожал, в его глазах виднелось волнение. — После этого совершенствование и магическая сила брата Ху достигнут предела. Будь то исконный жух, физическое тело или божественные сокровища, все они начнут развиваться невероятно быстро! Плотника Врождённого Дерева Божественного моста можно считать успешным!

Цинь Му остановился, и все остаточные отражения слились с его телом. Он нервно посмотрел на Ху Бугуя.

Старый фермер и бык тоже бросили взволнованные взгляды на неподвижно стоящего парня. Первый крепко сжал свои кулаки, в то время как бык встал на задние ноги, будто человек. Он положил своё копыто в рот и начал нервно его пожёвывать.

Цилинь обеспокоенно скрёб землю, вскоре выкопав в ней огромную яму.

Ху Бугуй продолжал неподвижно стоять на протяжении довольно долгого времени, прежде чем кровавый туман внезапно вернулся в его тело.

Все вокруг затихли.

Его аура внезапно разгорелась, а жизненная Ци становилась всё более и более активной, в то время как состояние исконного духа стабилизировалось. В следующий миг аура парня превратилась в поток ветра, начавший кружить вокруг его тела. Его скорость становилась всё выше и выше, непрерывно распространяясь по округе.

Цзин Янь не могла удержаться на ногах, ее платье затрепетало от ветра, и девушку начало медленно тянуть в сторону Ху Бугуя.

Её совершенствование было слабее чем у людей вокруг, поэтому ей было сложнее совладать с давлением.

Сюй Шэнхуа поспешно схватил её за руку и оттянул в сторону.

Аура Ху Бугуя становилась всё сильнее и сильнее. Плотник Дерева Божественного моста соединил все божественные сокровища воедино, превращая шесть сокровищ в одно, и разросшись окончательно, он достиг последнего сокровища — Божественного Моста!

Ху Бугуй и остальные практики божественных искусств Мира Корриды страдали от одной и той же проблемы, у них не было Божественного Моста. Но теперь крона Плотника Дерева превратилась в последнее божественное сокровище!

Именно поэтому его совершенствование начало расти с невероятной скоростью!

Старый фермер наконец почувствовал восторг.

Он был узником Мира Корриды на протяжении двадцати тысяч лет, пытаясь решить проблему отсутствия в здешних людей Божественных Мостов и позволить им достичь райских дворцов.

Метод, с помощью которого он пытался решить проблему, состоял в том, чтобы заставить людей Мира Корриды тщательно совершенствоваться вплоть до вхождения на путь боевой душой, после чего их исконный дух мог добраться к райским дворцам.

Тем не менее, за двадцать тысяч лет это никому не удалось, и даже если кто-то умудрялся войти на путь боевой душой, его исконный дух всё же не мог перелететь к райским дворцам.

Практики божественных искусств, ступившие на путь боевой душой, обычно выбивались из сил уже на полпути к райским дворцам, после чего их исконный дух падал в Юду, а тело умирало.

Ху Бугуй был единственным молодым человеком последних лет, кому удалось ступить на путь боевой душой. Внезапный визит Цинь Му помог ему достичь этого шага и стать человеком с наивысшими шансами пойти по пути старого фермера.

И всё же шансы того, что Ху Бугуй сможет достичь райских дворцов, были крайне малы.

Святой Дровосек не ошибся. Небесный Наставник Боевых Искусств был самым сильным мастером боевых искусств, с которым никто не мог сравниться. Несмотря на то, что Ху Бугуй тоже вызывал много надежд, разница между ними всё же была огромной.

Старый фермер был не слишком хорошего мнения о Сюй Шэнхуа, которого так высоко восхвалял Цинь Му. Он даже собирался убить его, прежде чем убить Цинь Му. Но теперь, работая вместе, они сумели создать в теле Ху Бугуя божественное сокровище Божественного Моста, полагаясь лишь на горстку странных техник!

Ху Бугуй, наконец, обрёл седьмое божественное сокровище!

Более того, семь божественных сокровищ Ху Бугуя слились воедино, образовав одно, —раньше это было чем-то невиданным!

Подобное достижение даже превосходило успех старого фермера!

Его глаза внезапно стали влажными, слёзы затуманили зрение. Во Времена Эпохи Императора-Основателя тоже было несколько молодых людей, столь же активных, как Цинь Му и Сюй Шэнхуа. Их головы наполняли всевозможные странные идеи, они думали лишь о том, чтобы изменить эпоху, подарить людям лучшую жизнь и улучшить пути, навыки и божественные искусства.

Тогда многие погибли, многие убежали, а многие упрятались. Некоторые превратились в пьяниц, а другие в каменные статуи, об которых бился ветер и дождь.

Вспоминая те времена, старый фермер чувствовал, как кровь в его жилах начала кипеть.

— Брат Ху, ты только что перешёл в область Божественного Моста. Теперь нужно её стабилизировать, — Цинь Му смотрел, как исконный дух Ху Бугуя поднимался по Божественному Мосту Плотника Дерева, собираясь войти в райский дворец, поэтому тут же его остановил. — Твоя область ещё недостаточно устойчива, поэтому если ты слишком быстро войдёшь в райские дворцы, в твоём понимании Божественного Моста будут недочёты. Даже если тебе и вправду удастся добраться к райским дворцам, недостатков не избежать.

Аура Ху Бугуя до сих пор усиливалась, а его совершенствование становилось всё плотнее и плотнее.

К этому моменту его совершенствование уже превзошло большинство практиков области Божественного Моста, но в глазах Цинь Му, ему ещё было куда расти!

Старый фермер торжественно проговорил:

— Цинь Му прав, Ху Бугуй, не стоит быть таким нетерпеливым. Тебе нужно изучать божественное сокровище Божественного Моста на протяжении нескольких лет, прежде чем двигаться дальше. Если ты попытаешься пробиться к райским дворцам сейчас, то потом застрянешь в области Непостижимого Неба, потеряв все шансы достичь Императорского Трона.

Исконный Дух Ху Бугуя остановился и посмотрел на Южные Небесные Врата. Его сердце начало неистово колотиться.

Наконец, он спустился с Плотника Дерева и стал у его корней.

— Огромное спасибо брату Сюю и старшему брату Цинь Му за новую жизнь, — он поблагодарил их обоих.

Цинь Му и Сюй Шэнхуа поспешно ответили, а Цзин Янь улыбнулась:

— Старший брат Ху, Академию Высших Небес открыли совсем недавно, и нам ужасно не хватает людей. Тебя не интересует возможность стать здесь ректором и учить учеников?

Ху Бугуй ответил без раздумий:

— Я согласен!

Цинь Му тихо проговорил:

— Великое Дао Неба и Земли меняется.

Все молча застыли, чувствуя небольшие изменения в Великом Дао Неба и Земли. Божественное сокровище, протянувшееся прямиком к райским дворцам, было достижением, которое ещё никому не удавалось. Оно являлось великой реформой, даже более важной чем Проводник Исконного Духа и восемнадцатая форма меча. Только изменение, вызванное воскрешением Богини Небесной Инь, могло сравниться с ним по размаху.

Изменения Великого Дао Неба и Земли были тихими и не сопровождались какими-либо видениями. Они не сотрясали мир, но каждое существо, вошедшее в Дао, могло их ощутить.

Старый фермер был слегка ошеломлен. Внезапно он фыркнул и проговорил:

— Твой Плотник Врождённого Дерева Божественного Моста может помочь лишь людям с совершенствованием Ху Бугуя. Он не поможет всем другим. Кроме него, никто не смог бы возвести это божественное сокровище. Более того, он крайне сложный и требует огромных познаний в математике, а также помощи великого мастера создания вроде Цинь Му. Его определённо нельзя передать всему миру.

Сюй Шэнхуа нахмурился, услышав о недостатках Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста. Несмотря на то, что Ху Бугуй сумел воспользоваться техникой, его успех по большей части был заслугой Цинь Му и Сюй Шэнхуа.

Без их помощи никто в мире не сумел бы совершенствовать эту технику.

Сюй Шэнхуа и Цинь Му были невероятно похожими. Они не стали бы помогать всем подряд строить Плотников Дерева Божественного Моста, и вместо этого интересовались лишь созданием техники, после чего просто отдавали её всем остальным.

— В таком случае, нам нужно внести некоторые изменения, — глаза Цинь Му вспыхнули мудростью, он поспешно проговорил. — Плотник Врождённого Дерева Божественного Моста использует метод посадки дьявола в сердце Дао, и я думаю, что его можно слегка изменить. Можно сделать так, что практики божественных искусств будут сажать дерево находясь в области Духовного Эмбриона, после чего оно будет расти по мере увеличения их совершенствования, пробиваясь сквозь божественные сокровища одно за другим. В таком случае опасность будет намного ниже.

Взгляд Сюй Шэнхуа загорелся, он восхищённо хлопнул в ладони:

— Тогда нам нужно лишь немного изменить технику. Тем не менее, я в этом не слишком хорош, мне нужна помощь Владыки Культа.

— Я и вправду номер один в изменении техник, — не скромничал Цинь Му. — Пока ты помогал брату Ху строить Плотника Дерева Божественного Моста, я успел понять большую часть этой техники, но всё же остались несколько моментов, которых я не успел освоить. Пусть брат Сюй мне детально о них расскажет, после чего примемся за работу.

Сюй Шэнхуа объяснил ему секреты Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста и описал его математическую модель. Ему не пришлось слишком тщательно её объяснять, так как Цинь Му тоже был экспертом в математике.

Они взволнованно носились туда-сюда, горячо обсуждая технику и позабыв обо всём на свете.

Старый фермер совершенно не мог понять о чём они говорят. Ху Бугуй и бык тоже недоумевали, им оставалось лишь удивлённо уставиться на парочку.

Будучи не в силах что-то сделать, Цзин Янь думала про себя: «Как только они вдвоём начинают что-то исследовать, они забывают обо всём другом.»

На этот раз диалог возглавил Цинь Му. Его мысли перепрыгивали с одного вопроса на другой, и успевать за ними мог лишь Сюй Шэнхуа. Более того, мысли последнего были более глубоки, чем у Цинь Му, поэтому он мог компенсировать недостатки его понимания проблемы.

Двое парней быстро изменили и доработали Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста, после чего несколько раз всё подсчитали и исправили недостатки.

Сюй Шэнхуа посмотрел на растерянного Ху Бугуя. Его сердце дрогнуло, и он тихо проговорил:

— Владыка Культа, увидев невероятно высокие способности старшего брата Ху, я сначала подумал, что он тоже Тело Тирана. Я совершенно не догадывался, что на самом деле это не так.

Цинь Му улыбнулся:

— Я уже давно заметил, что он не Тело Тирана. Его мысли чисты и сосредоточены на чём-то одном. Он совершенствует только путь боевых искусств, и не такой умный, как мы.

Соглашаясь друг с другом, они кивнули.

Взгляд Сюй Шэнхуа дрогнул, и он добавил:

— Теперь брат Цинь может признать, что уступает мне? Должно быть, ты уже понял, кто здесь главный, а кто нет?

Зевнув, Цинь Му прищурился:

— Я действительно уступаю многим людям в мудрости и признаю поражение.

Сюй Шэнхуа удивлённо поднял брови:

— Многим людям?

Цинь Му неторопливо ответил:

— Если бы ты не пригласил Наставника Дровосека, Син Аня, Линь Сюаня и остальных, и создал технику самостоятельно, я бы признал, что уступаю тебе. Тем не менее, тебе пришлось воспользоваться их знаниями, чтобы быть со мной на равных, так что ты всё же мне уступаешь. Даже так, брат Сюй очень умён, ты не хуже меня!

Глава 730. Самое Необычное Место

Ху Бугуй понятия не имел, о чём они болтали, продолжая чувствовать, как его совершенствование непрерывно расти. С каждым вдохом и выдохом он ощущал, как в его теле накапливается безграничная сила.

За короткий промежуток времени его совершенствование прошло через невообразимое превращение. Если бы он захотел достичь своим исконным духом райских дворцов, то сумел бы запросто это сделать!

Кто бы мог подумать, что он станет первым человеком, достигшим райских дворцов имея лишь одно божественное сокровище?

Он быстро столкнулся с первой проблемой этого прорыва и поспешно спросил:

— Небесный Наставник, как мне совершенствовать божественное сокровище Божественного Моста?

Лицо старого фермера покраснело, он не смог выдавить из себя ни слова.

У него никогда не было ни божественного моста, ни области Божественного Моста, поэтому он понятия не имел как её совершенствовать. Кроме того, он обладал довольно высокомерным характером и не осмеливался признать перед учеником, что совершенно не разбирался в этой области.

Спустя мгновение фермер пробормотал:

— А об этом тебе стоит спросить Сюй Шэнхуа и Цинь Му…

Ху Бугуй посмотрел на Цинь Му и Сюй Шэнхуа. В этот момент парочка снова начала невнятно о чём-то болтать и рисовать.

Он подошёл к ним, но так и не смог понять о чём они рассуждают.

Цинь Му и Сюй Шэнхуа записали улучшенную технику Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста и сделали себе по копии. Затем они записали бесчисленные идеи, чувствуя, что практики любой области могли начать совершенствовать технику.

Тем не менее, в таком случае саженцы Плотника Дерева должны иметь различные размеры, поэтому им пришлось снова внести в неё некоторые изменения.

По сути, Плотник Врождённого Дерева Божественного Моста каждой области был уникальным.

Более того, чем выше была область, тем опаснее было его совершенствовать.

Когда речь шла об области Жизни и Смерти, только такое сильное физическое тело, как у Ху Бугуя, было достаточно прочным, чтобы выдержать давление.

А когда речь шла о Божественном Мосте, то совершенствовать Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста было почти невозможно!

— Кажется я знаю, как решить эту проблему, — внезапно, Цинь Му что-то пришло в голову, и его глаза тут же загорелись. — Техника Природы Десяти Тысяч Душ Мастера Дворца Истинных Небес Западных Земель Сюн Сиюй может управлять всеми вещами, пробуждая их душ и душу. Её уровень контроля над Ци тоже достиг невероятных высот. Если соединить её метод контроля жизненной силы с Плотником Врождённого Дерева Божественного Моста, чтобы управлять давлением, то шансы на выживание практиков Божественного Моста значительно возрастут!

Глаза Сюй Шэнхуа загорелись, он улыбчиво проговорил:

— Академия Высших Небес находится по соседству с Дворцом Истинных Небес, так что я могу с ней посоветоваться!

Сконцентрировавшись на работе, парочка парней продолжила изучать технику, позабыв обо всём на свете. Они приводили в порядок Плотников Врождённого Дерева Божественного Моста каждой области, и закончили лишь десять дней спустя.

Строительство Академии Высших Небес уже было закончено, она состояла из слоёв дворцов, напоминающих чешую, сквозь которые протягивались длинные коридоры. У женщин Западных Земель было уникальное виденье красоты, поэтому они украсили строение таким образом, что оно просто сверкало грацией.

Листы бумаги, на которых писали Цинь Му и Сюй Шэнхуа, скапливались в горы, техники каждой области становились всё сложнее и сложнее, и всё же в них до сих пор оставалось много недостатков.

— Разве брат Сюй не собирался открыть Академию Высших Небес? В таком случае, пусть твои ученики закончат работу над техникой. Это будет своего рода испытанием для них, — выпрямившись, улыбчиво проговорил Цинь Му. — Я обещал старшей сестре Ди Июэ, что мы повстречаемся с Богиней Небесной Инь, так что мне как раз нужно уходить.

Сюй Шэнхуа не слишком хотел, чтобы тот ушёл:

— Если ты останешься ещё хоть на несколько дней, то мы сможем доработать даже больше моментов. Таким образом моя Академии Высших Небес будет даже более привлекательной для учеников со всего мира.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Брат Ху останется здесь, чтобы преподавать боевые искусства. Ци Цзюи спрятался на Высших Небесах, и ты можешь пригласить его. Его способности также невероятно хороши.

Сюй Шэнхуа покачал головой:

— Ци Цзюи из чужеземных Райских Небес, с чего бы он помогал мне строить академию?

— Он стал сведённым братом жирдяя, а также Небесного Короля Тянь Шу. Если ты уговоришь цилиня отправиться с тобой, он не сможет отказать.

Сюй Шэнхуа восторженно посмотрел на цилиня:

— В таком случае, мне придётся одолжить друга Дао Луна на несколько дней!

Услышав его слова, цилинь невероятно обрадовался, но не подавал виду:

— Я могу отправиться с тобой, но тебе придётся позаботиться о моём трёхразовом питании. Владыка Культа уже несколько дней морит меня голодом, так что я хотел бы получить предоплату.

— Я тоже изучал искусство лечения, так что смогу тебя прокормить, — ответил Сюй Шэнхуа.

Цилинь успокоился: «Отныне, если я буду голодать, можно будет попросить Сюй Шэнхуа что-то приготовить. С ним несложно договориться, интересно, он согласился бы стать моим сведённым братом? Если так, то мне до конца жизни не придётся голодать.»

Его взгляд загорелся, он начал что-то замышлять.

Старый фермер подошёл к ним и кашлянул:

— Я тоже останусь здесь на несколько дней. Маленький друг Сюй сильно помог моему Дворцу Корриды, так что я должен его отблагодарить. Я вижу, что ты отлично владеешь божественными искусствами заклятий, но вот достижения твоего физического тела оставляют желать лучшего. Я останусь здесь ненадолго, чтобы помочь тебе совершенствовать своё физическое тело.

Сюй Шенхуа поклонился, выражая свою благодарность:

— У меня и вправду есть несколько вопросов, по поводу которых я хотел бы посоветоваться со старшим. Владыка Культа Цинь передал мне Технику Высшей Тайны Древнего Дракона, Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, Таинственные Писания Бесстрастного Создания и Писания Сакры. Я изучил все эти техники, но как бы я не совершенствовался, достижения моего физического тела не могут его превзойти. Старший мог бы помочь мне решить эту проблему?

Взгляд Цинь Му вспыхнул, и он тут же остановился:

— Внезапно я вспомнил, что не могу оставлять жирдяя. Почему бы мне не остаться с вами на несколько дней?

Было очевидно, что он тоже хотел поучиться у фермера.

Тот, в конце концов, был Небесным Наставником Боевых Искусств Эпохи Императора-Основателя. Среди Небесных Наставников он обладал самыми сильными боевыми способностями, и был одним из немногих существ области Императорского Трона тех времён.

Даже Дровосек говорил, что достижения боевого пути Небесного Наставника Боевых Искусств были чем-то, о чём другим даже не стоило мечтать. За последние несколько миллионов лет, а также через несколько миллионов лет в мире не появиться никого, столь хорошо владеющего боевыми искусствами.

Послушав его лекцию, он определённо обретёт огромную пользу.

Старый фермер бросил на него свой взгляд:

— Ты уже вступил на путь своей боевой душой, так что мой путь тебе не подходит. Изучение моего пути лишь уведёт тебя от своего собственного. Уходи.

Цинь Му не двигался с места и бормотал:

— Нет ничего страшного в том, чтобы просто послушать. Более того, я тоже внёс огромный вклад в то, что брат Ху обрёл последнее божественное сокровище. Я просто послушаю и не буду совершенствоваться.

На лбу старого фермера выступили вены:

— Ты ученик Дровосека, я не буду тебя учить, а не то он снова скажет, что всё это его заслуга.

Прежде чем Цинь Му успел что-то ответить, старый фермер приказал быку:

— Саньдо, уведи его к Богине Небесной Инь.

Старый бык послушался, и из его тела раздалась волна магической силы. Цинь Му потерял контроль над своим телом и приземлился на спину зверя, беспомощно наблюдая, как тот тащит его прочь.

Академия Высших Небес становилась всё дальше и дальше. Цинь Му вздохнул, на его лице появилось мрачное выражение.

Девицы вдали танцевали и пели песни о чувствах к понравившимся им парням, но настроение Цинь Му так и не улучшилось.

Старый бык проговорил:

— Младший брат Цинь, хозяин не такой уж жалкий. Дело не в том, что он не хочет передавать тебе свою технику, а в том, что старший Небесный Наставник слишком его достал.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Наставник Дровосек уже забирал себе славу Небесного Наставника Боевых Искусств?

Старый бык ответил:

— Старший Небесный Наставник не делал ничего подобного, но так как у него была слишком громкая репутация, все вокруг приписывали все достижения ему. Хозяин не разозлился бы, случись это раз или дважды, но это случалось всегда, поэтому его терпение иссякло.

— Понятно… Старший брат Саньдо, техника, которую ты совершенствовал, и есть техникой Небесного Наставника Боевых Искусств? Если он не хочет меня учить, это можешь сделать ты.

На мгновение заколебавшись, Ню Саньдо ответил:

— Не то, чтобы я не мог тебя обучить, но я не знаю Небесной Техники Боевых Искусств старого хозяина. Я демон, и понял свой собственный путь, наблюдая за его совершенствованием. Медленно продвигаясь вперёд, мне удалось достичь области Непостижимого Неба. Ты человек, поэтому не получишь никакой пользы с изучения моей техники. У каждого свой собственный путь, и если пытаться пойти по чужим следам, ты никогда не сможешь достичь их уровня. С другой стороны, твои достижения и так первоклассны среди представителей молодого поколения.

Цинь Му оставалось лишь позабыть о своей идее.

Успокоившись, он использовал свой исконный дух, чтобы измерить свои божественные сокровища. Записав все цифры, он закончил вычисления ещё до того, как старый бык покинул Западные Земли и добрался к Великим Руинам.

Зверь быстро нёсся вперёд, за его спиной уже начало садиться солнце.

Немного ускорившись, он подумал про себя: «Если поспешить, я успею вернуться к старому хозяину ещё до захода солнца.»

Он находился в области Зала Непостижимого Неба, во времена Императора-Основателя было не слишком много практиков подобного уровня, поэтому, естественно, он мог передвигаться с невообразимой скоростью.

В этот момент старый бык что-то ощутил и замедлился. Он повернул голову на Цинь Му, сидящего на его спине, и ошарашено замер.

Он увидел, как тот открыл свои божественные сокровища, и в них начал невероятно быстро прорастать саженец Плотника Дерева!

Старый бык шокировано вздрогнул: «Ему хватило смелости совершенствоваться самостоятельно? Если что-то пойдёт не так, я не смогу помочь!»

Пока он думал, Плотник Дерева на духовной платформе Цинь Му уже достиг божественного сокровища Шести Направлений. Три первых божественных сокровища уже слились воедино!

Затем Плотник Дерева пробился сквозь барьер божественного сокровища Небожителя. Уже пять божественных сокровища стали одним!

Аура Цинь Му резко вспыхнула, в то время как дерево продолжало расти.

Старый бык нервно смотрел на Цинь Му, не замечая угрозы для его жизни. Он наконец успокоился, думая про себя: «Я забыл, что его совершенствование находится лишь в области Небожителя, он всё же на область ниже, чем Ху Бугуй, поэтому опасность не так велика. Погоди-ка! Хоть он и находится на область ниже, почему его совершенствование не уступает Ху Бугую? Это опасно, он определённо в опасности!»

Бум!

Ело Цинь Му дрогнуло, и в нём показались ещё пять великих божественных сокровищ. Это были божественные сокровища дьявольского пути.

Эти пять божественных сокровищ тоже объединил Плотник Дерева, быстро достигнув божественного сокровища Небожителя!

Цинь Му хмыкнул и задрожал, его мышцы исчезли, и от его тела остались лишь кожа и кости!

Ню Саньдо собирался возвращаться в Академию Высших Небес, когда вокруг тела Цинь Му внезапно начали кружиться руны. Они непрерывно запечатывались на его коже, быстро стабилизируя его тело и исконный дух, которые вот-вот должны были разрушиться.

«Он может лечить сам себя?»

Ню Саньдо не мог поверить в увиденное. Успокоившись, он продолжил двигаться вперёд.

Небо постепенно темнело, пока они приближались к Верховным Небесам Императора. Бык думал про себя: «Где этот мир Небесной Инь? Я лишь слышал о нём, но никогда раньше там не бывал. Тем не менее, младший брат Цинь сейчас на самом важном этапе, так что не стоит его будить…»

Он подошёл к разрушенной скале Великих Руин, увидев, что небо окончательно стемнело. Спрыгнув вниз, он разразился божественным светом, отталкивая тьму. Водопады, падающие со скалы, засверкали от его божественных лучей, обретая невероятно красивый вид и нефритовый отблеск.

У подножия скалы водопады формировали огромную реку, которая текла на восток по проходу Верховных Небес Императора.

«Это река Вздымающаяся, самое странное место эпохи Императора-Основателя, — Старый бык остановился и тревожно оглянулся. — В те времена Император-Основатель и Небесные Наставники приходили сюда, чтобы поднести приношения достойным предкам и отдать дань уважения прошедшим эпохам, именно здесь они наткнулись на много невероятных вещей.

Внезапно тьму наполнил белоснежный туман, который, казалось, совсем не боялся божественного света, исходящего от тела быка. Вскоре, он накрыл их с головой.

Старый бык тщательно осмотрелся, обнаруживая, что туман становился всё тоньше и тоньше. Он наконец смог разглядеть в нём какое-то движение и услышал раздающийся вдали смех:

— Райские небеса сегодня просто кипят жизнью, люди непрерывно приходят и уходят. Даже эта райская река просто кишит лодками!

Бык поднял голову, увидев перед собой огромную лодку, плывущую в его сторону. Поспешно от неё уклонившись, он обнаружил, что округа наполнилась цветами, будто тьма вокруг рассеялась!

«Где я?»

Сердце быка дрогнуло, он продолжал осматриваться. По огромной реке впереди плыло огромное количество всяческих лодок, а не её берегах выстроились бесчисленные слои райских дворцов, выглядящих необычайно священными.

Глава 731. Райские Небеса Прошлого

Старый бык стоял на реке и смотрел на лодки и корабли, плывущие по воде. В пустынных Великих Руинах, которые должна была накрыть ночь, на самом деле наступил день. Река Вздымающаяся тоже стала в огромное количество раз шире, чем обычно, а по её поверхности поплыли бесчисленные лодки и корабли, с вытесанными на их корпусах драконами и фениксами.

Огромная река, сверкающая нефритовой рябью, текла по небу!

Старый бык посмотрел вниз, так и не увидев земли Великих Руин. Под ним были лишь звёзды, висящие в тёмном небе.

Некоторые и них были совсем рядом, в то время как другие — невероятно далеко. Те, что были ближе, казались невероятно большими, в то время другие напоминали луну. Тем не мене, на их поверхности всё-таки можно было разглядеть горы и строения.

По обе стороны реки Вздымающейся простирались райские дворцы, больше напоминающие куски земли, витающие по сторонам от реки. Скопившись вместе, они формировали собой райские небеса!

Старый бык покачал головой, недоумевая.

Он просто тащил Цинь Му к Миру Небесной Инь, почему с ними произошло столь странное явление?

Более того, женщина, чей голос он услышал, назвала эту реку Райской. Разве это не была река Вздымающаяся?

Куда делись Великие Руины?

Куда делся Вечный Мир?

Вокруг совершенно не было земли. Куда исчез мир, в котором они находились всего несколько мгновений назад?

Старый бык нервно взмахнул хвостом, громко шлёпнув себя по заднице, и начал внимательно осматриваться вокруг.

Исток реки Вздымающейся и окрестности здешней скалы считались безлюдным местом. Оно находилось в глубинах Великих Руин и образовало собой невероятно большой обрыв.

Из-за него Восточные Великие Руины были на несколько тысяч метров ниже, чем Западные Земли.

В результате этого, между Великими Руинами и Западными Землями не было транспортного соединения до тех пор, пока Цинь Му не пригласил Имперского Наставника и практиков божественных искусств Западных Земель построить дороги. Они возвели в этом месте два летающих моста, наконец создавая путь с Восточных Великих Руин в Западные Земли.

Исток реки Вздымающейся находился у этой разрушенной скалы, с которой вода падала, прежде чем продолжить свой путь на восток.

Однажды Цинь Му сумел подробно изучить это место. Он подозревал, что у истоков Вздымающейся пересекаются пять миров, и что её вода, должно быть, течёт именно с них.

Это, конечно, было лишь его старым предположением.

Когда он открыл Мир Небесной Инь и бесчисленные миры вокруг него, он понял, что эта догадка не была верной.

Его предположение было слишком скромным. Количество миров на самом деле было невероятно большим.

В конце концов, старый бык провёл в компании фермера десятки тысяч лет. Его понимание Эпохи Императора-Основателя значительно превосходило знания Цинь Му.

Цинь Му просто сделал вывод, что речная вода течёт из различных миров, в то время как бык знал, что Вздымающаяся была одним из самых странных мест Эпохи Императора-Основателя.

Давным-давно, когда это место всё ещё было руинами Эпохи Высшего Императора, молодой Император-Основатель привёл сюда группу людей. Поначалу они столкнулись с проблемами, но сумели построить себе дом на руинах, основав славную эпоху, просуществовавшую двадцать тысяч лет.

Но в то время все отлично знали, что исток Вздымающейся был крайне странным местом.

Император-Основатель, Дровосек, а также другие, нашли дорогу сюда, после чего случились много неописуемых вещей.

Туман над рекой был частым явлением, и когда он накрывал её воду, многие люди натыкались на странные вещи и даже видели другие миры. Некоторые случайно входили в туман, обнаруживая, что вокруг прошло много тысяч лет.

Кто-то даже встретил потерявшегося прохожего, который твердил, что был человеком из Эпохи Высшего Императора. Когда туман рассеялся, человек исчез вместе с ним.

Блуждая, старый бык воспоминал самый известный инцидент, который здесь случился. Когда-то Император-Основатель рассказывал, что в молодости он исчез здесь на несколько месяцев и оказался в невероятном месте. Вернувшись, он обнаружил, что прошло уже довольно много времени.

Он пытался снова найти это место, но это ему так и не удалось.

Тем не менее, когда его спрашивали о том, что он увидел и кого встретил, Император-Основатель не говорил ни слова, держа всё в тайне.

Бесчисленные боги отправлялись к реке Вздымающейся в поисках этого места, но так ничего и не нашли. Случившееся постепенно стёрлось с памяти людей.

Несмотря на то, что этот случай был забыт, став императором, Император-Основатель часто сюда приезжал. Было неизвестно, сумел ли он снова побывать в том месте.

Позже, Святой Дровосек привёл сюда Дивизию Небесных Слов, сосредоточившись на изучении реки Вздымающейся. Они обнаружили бесчисленные тайны и миры, похороненные историей. Кроме того, был обнаружен источник тьмы, и в него отправили отряд людей для изучения.

Впрочем, это происходило на закате Эпохи Императора-Основателя, и бедствие наступило раньше, чем работа Дровосека смогла принести какие-либо плоды.

«Возможно, старшему Небесному Наставнику известно много секретов реки Вздымающейся, но его здесь нет.»

Старый бык настороженно осмотрелся. Он видел, что на страже каждого из райских дворцов стоял невероятно сильный бог, поэтому не осмеливался делать необдуманных поступков и думал про себя: «Теперь проблема в том, как вернуться в Великие Руины.»

В этот момент раздался слегка ошарашенный голос Цинь Му:

— Старший брат Саньдо, что это за место? Почему ты меня сюда привёл?

Старый бык моргнул и открыл рот. Он собирался говорить, но не знал, что сказать:

— Я…

Цинь Му взволнованно спросил:

— Это чужеземные райские небеса?

Бык колебался, не закрывая рот:

— Я тоже…

Цинь Му потянулся. Его совершенствование продолжало неистово увеличиваться. Было очевидно, что после слияния божественных сокровищ оно выросло, будто на дрожжах. Осмотревшись, он не мог сдержать волнения:

— Старший брат Саньдо, несомненно, сильнейший после Небесного Наставника Боевых Искусств, ты совершенно не уважаешь небеса, раз осмелился притащить меня в Райские Небеса! Небесный Наставник Боевых Искусств дал тебе секретное задание?

Ню Саньдо уставился на поверхность воды, не зная, как ему ответить.

Цинь Му продолжал расспрашивать:

— Ты уже придумал путь отступления?

— Я…

— Я могу выковать Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии! — взволнованно проговорил Цинь Му. — Тем не менее, сначала нам нужно найти укромное место. У меня с собой огромное количество божественных металлов и материалов, доставшихся от Сакры Будды, так что я определённо смогу построить ещё один мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. У Имперского Наставника должен до сих пор быть жертвенный алтарь, так как он собирается начать войну в Мире Небесного Пера.

— Младший брат, кажется, я потерялся, — пробормотал старый бык.

— Какое задание тебе дал Небесный Наставник Боевых Искусств? Спасти Небесного Наставника Учёного, верно? Учёный Цзи Си, должно быть, был схвачен и заточен райскими небесами, верно? — не мог замолчать Цинь Му. — Дай мне минутку, я открою свой третий глаз!

— Младший брат, я потерялся, — не удержавшись, выпалил старый бык. — Я действительно потерялся! Я не знаю, что это за ср*ное место! Я совершенно его не узнаю, так что не смей поднимать суматохи, ведь я не знаю, что может случиться. Дай мне для начала собраться с мыслями!

На лице Цинь Му возникло опустошенное выражение, он с подозрением проговорил:

— Обычно, люди говорят, что старый бык всегда найдёт дорогу. Просто вернись тем же путём, что пришёл.

Бык раздражённо ответил:

— Я сам не знаю, как мы здесь оказались! Спрыгнув с разрушенной скалы реки Вздымающейся, я оказался окутан туманом, как только ступил на поверхность воды. Когда туман рассеялся, я необъяснимым образом оказался здесь. Не говори ни слова, дай мне подумать над тем, как вернуться обратно!

Немного помолчав, Цинь Му спросил:

— Старший брат уже что-то придумал?

Бык был совершено не в настроении. Покачав головой, он проговорил:

— В моём мозгу пустота, я не могу придумать способа вернуться обратно. Что это за место? Я понятия не имею…

Оглянувшись, Цинь Му проанализировал:

— Эти лодки очень примитивны, на их поверхности вырезаны лишь символы чёрной черепахи, позволяющие держаться на воде. В движение их приводят водяные звери, тянущие вперёд, а не печи для пилюль. Мы не в чужеземных райских небесах, ведь они не могут так сильно отставать от времени…

Глаза старого быка загорелись. Он посмотрел в сторону лодок и действительно увидел, что их тянут за собой огромные водные звери. Поначалу он не обратил внимания на этот нюанс, поэтому поспешно спросил:

— Что ещё?

Цинь Му снял ивовый лист со своего межбровья и открыл третий глаз, осмотревшись вокруг. Он посмотрел на пассажиров лодок и богов в райских дворцах, прежде чем торжественно проговорить:

— Путь циркуляции их жизненной Ци очень прост, а их божественные сокровища крайне примитивны, они не так изысканны как божественные сокровища в телах практиков божественных искусств Вечного Мира. Более того, все до одного их божественные мосты целы.

Уверенность старого быка наконец немного восстановилась, и он спросил:

— Что ещё ты видишь?

— Также вижу людей без божественных сокровищ, — лицо Цинь Му помрачнело, он уставился на один из райских дворцов. Там стоял внушающий страх бог, окутанный пламенем, казалось, что он находился внутри солнца. Юноша торжественно продолжил: — Возможно, передо мной Великий Владыка Солнца. У него нет божественных сокровищ, это Великий Владыка Солнца, рождённый от неба и земли, а не подделка времён Эпохи Высшего Императора.

Ум старого быка помутился, в нём совершенно не было мыслей:

— Т-ты имеешь в виду…

— Я имею в виду… — внезапно на лице Цинь Му показалась яркая, сверкающая улыбка, и он помахал рукой женщине на бору лодки, плывущей им навстречу. — Старшая сестра, я здесь! Здесь! Мы потерялись, старшая сестра. Что это за место?

Лицо старого быка мгновенно побледнело, он подумал: «Почему младший брат Цинь такой безответственный? Мы ввалились в это место и оказались в окружении экспертов. Что, если кто-то разузнает, что мы не отсюда…»

Женщина на лодке была одета в роскошную, изумительную одежду. Она наслаждалась пейзажами впереди, когда её взгляд упал на них, и она улыбнулась:

— Младший брат очень красиво говорит. Это место, естественно, является райским небом, поднимайтесь на борт.

Старый бык был ошарашен и никак не мог прийти в себя.

Цинь Му запрыгнул на лодку и прокричал:

— Старший брат, поднимайся, старшая сестра добра, она согласилась нас подвезти.

Бык торопливо поднялся на ноги, будто человек, и его тело задрожало, превращаясь в бога с головой быка и телом человека. Следуя за Цинь Му, он запрыгнул на борт.

Осмотрев Цинь Му, женщина увидела перед собой талантливого, красивого парня, обладающего поведением чистого, простого мальчика. Он вызвал у неё хорошее впечатление, поэтому она улыбчиво проговорила:

— Сегодня проходит важное собрание райских небес, на большинстве лодок путешествуют люди из нижней границы, пришедшее, чтобы поиграть. Должно быть, вы здесь впервые, верно?

Цинь Му покраснел, кивая:

— Старший брат Ню и я здесь действительно впервые, мы будто деревенщина, пришедшая в город. Отвлёкшись на здешние пейзажи, мы окончательно потерялись.

Женщина ответила, продолжая улыбаться:

— Так происходит со всеми, кто пришёл на райские небеса впервые. Его Величество приказал умелым ремесленникам построить тридцать шесть дворцов и семьдесят два тронных зала для древних богов. Мне кажется, он слишком увлёкся мелкими деталями. Его Величество даже собрался дать райским небесам имя. Именно это он сейчас обсуждает с Графом Земли и Небесным Герцогом.

Ню Саньдо оглянулся, и его взгляд внезапно прилип к лодке, плывущей неподалёку. Он смотрел на неё, будто увидел призрака, и был не в силах оторвать взгляда.

Между тем Цинь Му радостно беседовал с женщиной, когда уголком взгляда заметил выражение быка. Слегка недоумевая, он спросил:

— Старший брат, всё в порядке?

— Имп… Имп… Имп…

Старый бык заикался, его взгляд не отрывался от лодки. Цинь Му посмотрел в её сторону, увидев на борту молодого мужчину, который весело с кем-то говорил.

— Имп… Имп…

Бык продолжал заикаться, не в силах договорить.

— Старший брат, что ты нашёл? — улыбчиво спросил Цинь Му.

— Император-Основатель! — Ню Саньдо наконец договорил хриплым голосом. — Я вижу молодого Императора-Основателя!

Глава 732. Изменение Внешности

— Император-Основатель? — Цинь Му, казалось, не расслышал, и улыбчиво переспросил. — Какой Император-Основатель?

Ню Саньдо ещё не успел очнуться от шока, и бормотал, будто сквозь сон:

— Естественно, существует только один Император-Основатель, разве речь могла идти о ком-то ещё? Он невероятно бросается в глаза, и даже находясь в толпе обычных людей, его можно заметить с первого взгляда. Независимо от того, насколько ослепительные люди собрались вокруг него, он мгновенно привлекает к себе взгляд. Его, несомненно, окутывает аура лидера, и кто бы возле него не стоял, они напоминают лишь звёзды, кружащиеся вокруг него…

Цинь Му пришёл в себя и немедленно посмотрел в сторону лодки.

Император-Основатель!

Основатель эпохи Императора-Основателя, его древний предок!

Он тоже был здесь!

Может быть, это было начало Эпохи Императора-Основателя?

В его сердце немедленно зародилось невероятно чёткое намерение с ним встретиться!

Встретиться, поговорить со своим предком. Несмотря ни на что, он должен был это сделать!

Цинь Му взмыл с борта своей лодки и бросился вдогонку за лодкой, на которой находился Император-Основатель. Старый бык поспешно бросился за ним, в то время как на лице женщины, которая их встретила, возникло ошарашенное выражение. Она спросила, мило улыбаясь:

— Добрый брат, почему ты уходишь?

— Старшая сестра, я встретил своего знакомого! — Цинь Му развернулся в воздухе и поклонился. — Этот человек для меня очень важен, я забыл тебе всё объяснить, так как сильно спешил, прошу прощения! Где живёт старшая сестра? Когда я закончу, то обязательно приду извиниться!

Женщина махнула рукой и улыбнулась:

— Если ты так спешишь, то не отвлекайся. Моя фамилия Чжу, а имя — Цюэ’эр, я живу во Дворце Красной Птицы. Просто поищи меня там, когда освободишься. Дворец Красной Птицы находится на юге Райских Небес!

Попрощавшись, Цинь Му обернулся и ускорился, продолжая гнаться за лодкой.

— Человек по имени Чжэ Цюэ’эр существует и в наши времена, — приглушённым голосом проговорил старый бык, следуя за Цинь Му. — Красная Птица — это одно из четырёх божеств райских небес. Южное Божество и есть Красной Птицей. Женщина определённо не боится смерти, называя себя Чжэ Цюэ’эр . Впрочем, её способности совсем неплохи, она находится на одном уровне со старым хозяином.

Юноша был слегка ошеломлён:

— Южное Божество принадлежит к Расе Богов Красной Птицы? Разве Ци Сяюй не Южное Божество?

Бык объяснил:

— Ци Сяюй — это девятиглавый феникс, Красное Божество Южных Небес, а Южное Божество — это совсем другое. По слухам, Ци Сяюй — бог эпохи Высшего Императора. После её заката она перешла на сторону врага. Она обладает огромной силой, но так как Южное Божество уже существует, ей остаётся быть лишь Красным Божеством.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он оглянулся, чтобы посмотреть на женщину, но обнаружил, что её лодка уже скрылась вдали.

— Чжу Цюэ’эр? Дворец Красной Птицы? Какая связь между Чжу Цюэ’эр и Южным Божеством?

Ему не терпелось догнать Императора-Основателя, поэтому он на время отложил этот вопрос, чтобы сосредоточиться на преследовании лодки.

Чжэ Цюэ’эр провожала Цинь Му взглядом, когда к ней подошли несколько служанок, спрашивая:

— Почему богиня так хорошо относится к младшему брату? Он даже не назвал своего имени!

— Даже если он обрёл известности за последние несколько сотен лет, он обретёт славу во всём мире. Он показался мне именно таким человеком, — прищурившись, проговорила она. — Я увидела в нём выдающегося человека, он определённо добьётся успеха в будущем. Более того, тот бык, которого он зовёт старшим братом, невероятно силён. Даже на райских небеса немного существ подобного уровня. Если они вместе, значит талант парня поистине необычен. Нам пора плыть к райским небесам. Интересно, прибыли ли уже Граф Земли и Небесный Герцог. Нельзя заставлять их и Его Величество ждать слишком долго.

По реке одна за другой проплывали бесчисленные лодки, в то время как огромные звери, тянущие их за собой, поднимали высокие волны. Цинь Му оглянулся по сторонах, так и не сумев обнаружить лодку Императора-Основателя.

Внезапно до него донёсся чей-то низкий, на удивление громкий крик. Огромный кун, длиной более десяти километров, со взмахом плавников выпрыгнул из воды, поднимая невероятно большую волну.

Цинь Му повернулся в его сторону, увидев, как поднятая волна вздымается до небес. Между тем кун размахивал плавниками, будто крыльями, издавая протяжный крик.

Здесь не было людей с невероятным совершенствованием, как в Вечном Мире, но зато для путешествия использовались всевозможные редкие странные звери, что тоже было совершенно неплохо.

— Лодка уже пришвартовалась!

Глаза Цинь Му загорелись, когда по ту сторону волны он увидел лодку, пришвартованную к нефритовой платформе. Тем не менее, Императора-Основателя уже не было на её борту, его спутники тоже ушли.

Рядом с нефритовой платформой было ещё несколько лодок, с бортов которых спускались люди в старомодной одежде. Кроме них вокруг платформы ничего не было, виднелась лишь золотая рыба, сверкающая под водой.

Люди, спускающиеся с лодок, садились на спину рыбам, будто ступали на землю крохотного острова.

— Здесь меняют транспорт, — поспешно проговорил бык. — Они забрались на спину огромного куна!

Цинь Му немедленно взмыл в воздух, бросаясь в погоню за огромным кунем, который недавно выпрыгнул из воды. Старый бык рванул вдогонку, грохоча своими тяжёлыми копытами. Лёгким взмахом он посадил юношу себе на спину.

Старый бык приложил больше усилий, и в следующий миг пространство перед ним сжалось, в то время как его тело превратилось в луч зелёного света, преследующий куна.

Ню Саньдо тащил Цинь Му на спине, приближаясь к рыбе, энергично размахивающей своими плавниками. Будучи удивительным существом, она летела с молниеносно скоростью, но всё же медленнее, чем бык.

Они приближались, и Цинь Му понемногу успокоился, тихо проговорив:

— Старший брат Саньдо, пока что не догоняй его.

Бык тут же замедлил свой ход, озадачено спрашивая:

— Разве ты не хочешь встретиться с Императором-Основателем?

— Я обязательно должен с ним встретиться, но не знаю в какой мы эпохе. Мы не знаем, что это за место и какое время. Я подозреваю… — он шептал со странным выражением лица. — Я подозреваю, что мы вернулись глубоко в прошлое, и это не Эпоха Императора-Основателя.

Кивнув, старый бык ответил:

— Это и вправду не Эпоха Императора-Основателя. Несмотря на то, что она тоже была великолепной, подобных масштабов тогда не было. Более того, это место слишком отстало от времени, кажется, это Эпоха Высшего Императора.

Цинь Му продолжал анализировать:

— Это даже не Эпоха Высшего Императора. Хоть мне и не много о ней известно, я знаю, что в конце своего существования она была поглощена ужасным хаосом. Это также не Эпоха Багрового Света, так как ту населяли люди с тремя головами и шестью руками, в то время как здесь есть боги всех возможных форм.

Выпучив глаза от удивления, старый бык прокричал:

— Неужели мы вернулись в древние времена Эпохи Дракона Ханя?

На лице Цинь Му возникло странное выражение, он тихо проговорил:

— Старший брат, успокойся. Река Вздымающаяся — очень странное место, когда-то я уже попадал в здешний туман, после чего вернулся на сорок тысяч лет в прошло, во времена заката Эпохи Высшего Императора. Не стоит паниковать из-за столь мелкой проблемы.

Старый бык открыл рот, начиная заикаться:

— Т-ты уже п-попадал в такую ситуацию?

Вспоминая произошедшее, Цинь Му рассказал:

— Я, сундук, цилинь и Гроссмейстер пытались сбежать от преследования Син Аня, когда случайно вернулись на сорок тысяч лет в прошлое и увидели войну, стёршую Эпоху Высшего Императора с лица земли. Впрочем, это продлилось лишь одну ночь. Когда небо прояснилось, Бай Ци’эр и остальные люди Эпохи Высшего Императора рассыпались, будто чёрный песок. Интересно, этот мир тоже разрушится после заката, и мы вернёмся в Великие Руины?

Старый бык кашлянул, прерывая ход его мыслей:

— Младший брат, боюсь, здесь не бывает ночи.

Ошеломлённый, Цинь Му посмотрел на небо. Над их головами неподвижно висело огромное солнце, а значит в древних райских небесах не наступала ночь!

Старый бык добавил:

— Император-Основатель тоже когда-то наткнулся на подобное место, после чего исчез на несколько месяцев. Кажется, что мы попали туда же, где был он. То есть мы, скорее всего, тоже проведём здесь несколько месяцев!

Цинь Му уверенно ответил:

— Должно быть, Император-Основатель наткнулся на это явление тридцать-сорок тысяч лет назад, мы с ним люди из разных эпох. Я не знаю какая ещё большая странность произойдёт, если мы встретимся. Старший брат Ню Саньдо, он знает, как ты выглядишь?

Бык ошарашенно ответил:

— Конечно знает. Император-Основатель хорошо ко мне относился, и несколько раз даже предлагал возглавить райский дворец, но я отказался, боясь проблем.

— Когда вы познакомились? — продолжал расспрос Цинь Му.

Немного подумав, бык ответил:

— Я всю жизнь провёл со старым мастером, он пас скот одной большой семьи, и я был одним из их быков. Я смотрел, как он тайком изучал навыки кулака, и пытался у него научиться. Однажды я заговорил к нему, ужасно шокировав, и с тех пор мы стали друзьями. Когда в большой семье узнали, что пастух выучил их высшее искусство, они тут же решили его убить, так что мне пришлось бежать, таща его на своей спине. Мы бежали очень долго, прежде чем встретили Императора-Основателя, который помог отбиться от преследователей. В то время он был лишь практиком божественных искусств области Семи Направлений.

— Это случилось очень рано, он определённо тебя узнает, — спрыгнув со спины быка, Цинь Му снял свой мешочек таотэ и достал оттуда жёлтый бумажный амулет. — Старший брат Саньдо, превратись в человека.

Старый бык превратился в бога с бычьей головой, и Цинь Му наклеил ему на лоб лист жёлтой бумаги:

— Это жёлтая бумага Покойного Владыки Юду, если она приклеена к тебе, другие не смогут увидеть твоего настоящего лица. Таким образом, тебе не придётся волноваться о том, что Император-Основатель узнает тебя. У меня есть только один лист, но он достался мне от Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам, так что вещь определённо стоящая.

Приподняв лист бумаги, бык с любопытством спросил:

— А она будет работать, если прилепить её к другому месту?

— Я не пробовал прилеплять её куда-то ещё, — Цинь Му не мог узнать лица быка. — Почему бы тебе не попробовать?

Сорвав лист бумаги, бык приклеил её на своё тело:

— Видишь моё лицо?

Цинь Му не мог различить лица быка, замечая лишь то, что тот превратился в старика. Он улыбчиво проговорил:

— Жёлтую бумагу Покойного Владыки можно использовать подобным образом? Он клеил её мне на лицо, поэтому я подумал, что так и надо. Теперь можно догонять Императора-Основателя!

Он исполнил технику создания, чтобы изменить черты своего лица, и то стал совершенно неузнаваемым.

Старый бык задействовал свою магическую силу и с молниеносной скоростью двинулся вперёд. Быстро догнав гигантского Куна, он со вспышкой света приземлился на его хвост.

Под весом Ню Саньдо огромная рыба начала быстро падать на землю.

— Что за высший бог решил поиздеваться над маленьким кунем? — завизжал Кун. — Быстро слезай! Тело бога слишком тяжёлое, маленький бог не может его поднять!

Лицо старого быка покраснело, он поспешно задействовал свою магическую силу, чтобы подняться в воздух. Кун вот-вот должен был упасть на землю, когда давление на него резко уменьшилось и он со взмахом плавников взмыл в небо, проносясь мимо птицеголового бога с перьями, выглядящими как тучи.

Бог был окутан священным огнём, напоминая солнце. Он с любопытством смотрел на людей на рыбе, и был никем другим, кроме как Великим Владыкой Солнца, о котором говорил Цинь Му.

Огромный кун пролетел мимо дворцов и начал спускаться, чтобы пролететь под летающим мостом, после чего снова поднялся к облакам. Затем он наконец успокоился и улыбнулся, со словами:

— Высший бог, ты запрыгнул на полпути, но не оплатил проезд, как другие. Ты должен мне несколько духовных пилюль.

Старый бык снова покраснел и пробормотал:

— Какие ещё пилюли?

Пассажиры на спине рыбы с любопытством наблюдали за внезапно появившимися Цинь Му и Ню Саньдо. Один молодой человек улыбчиво проговорил:

— Куни любят есть Пилюли Нефритового Дракона, и так как райские небеса невероятно обширны, они начали перевозить пассажиров взамен на пищу. Если ни у кого из вас нет духовных пилюль Нефритового Дракона, то я могу за вас заплатить.

Цинь Му отблагодарил:

— Мы были бы очень признательны. Старший брат, как я могу к тебе обращаться?

Молодой человек обладал невероятно красивой внешностью. Улыбнувшись, он ответил:

— Моя фамилия Инь, а имя — Чжаоцинь. А как зовут старшего брата?

Глаза Цинь Му загорелись:

— Инь Чжаоцинь? Твоя фамилия очень редко встречается, ты случайно не знаешь человека, который называет себя Сыном Небесной Инь?

Молодой и красивый мужчина ошарашенно застыл, прежде чем разразиться смехом:

— Я настолько известен? По правде говоря, я так зову себя в том небольшом месте, откуда пришёл. Тем не менее, это лишь деревенская шутка. А этот парень — брат Цинь!

Глава 733. Когда Слова Становятся Лишними

Цинь Му ещё не успел прийти в себя после того, как услышал, что Инь Чжаоцинь был Сыном Небесной Инь, когда брат Цинь, о котором тот говорил, подошёл к ним, поклонившись перед Цинь Му и старым быком:

— Я Ци Кай, странник. Приятно с вами познакомиться.

Цинь Му подавил шок в своём сердце и поспешно поздоровался в ответ. Ню Саньдо тоже поприветствовал.

Здороваясь, Цинь Му тайком бросил взгляд на быка, и тот очнулся и кивнул головой.

Цинь Му понимал, что этот брат Цинь и был Императором-Основателем, которого узнал старый бык. Он носил первое имя из семейного реестра, Цинь Е!

Он назвал себя Цинь Кай, скрывая настоящее имя. Должно быть он понимал, что, попав в странное явление реки Вздымающейся, он вернулся в прошлое, поэтому вёл себя осторожно и скрывался.

Цинь Му поднял голову, посмотрев на Императора-Основателя, обнаруживая, что тот был немного похож на него самого. Он был крепким и высоким, и хоть его внешность не была такой красивой, как у Сына Небесной Инь, он казался чопорным и ухоженным.

Однако, поскольку Цинь Му провёл детство в деревне Цань Лао, он был невероятно хитрым несмотря на то, что выглядел искренним и милым, как большой мальчик, ничего не знающий о мире в своём юном возрасте.

Император-Основатель, с другой стороны, выглядел мужественно, его уникальные черты привлекали к себе с первого же взгляда.

Он не обладал той ауры лидера, о которой говорил старый бык. Наоборот, он напоминал человека, прошедшего сквозь бесчисленные неудачи тяжёлых начинаний, и чьи намерения оставались непоколебимы несмотря на тысячи поворотов и провалов.

Это была аура человека с непоколебимым сердцем Дао и великой мечтой. Несмотря на то, что он стоял на спине огромной рыбы, в окружении бесчисленных людей, а за его спиной виднелись удивительные пейзажи, казалось, что он находится в центре неба и земли. Всё вокруг двигалось, и лишь он оставался неподвижен.

Дело было не в том, что он не двигался. Не двигалось лишь его сердце Дао и уверенность в его душе.

Сердце Цинь Му наполнилось сомнениями. Неужели этот Император-Основатель был тем самым человеком, который спрятался в деревне Беззаботной, не осмеливаясь вернуться?

Пристальный взгляд Императора-Основателя был невероятно ярким, свет его глаз напоминал одинокое озеро, в котором отбивалось вечернее солнце. Его плечи были немного шире, чем у Цинь Му, а рост был меньше, что свидетельствовало о том, что в детстве ему приходилось нелегко.

Увидев, как старик с размытым лицом здоровается ему в ответ, Император-Основатель почувствовал себя слегка ошарашенно.

Несмотря на то, что он не видел области совершенствования старика, тот, по всей видимости, был известным существом на райских небесах. С чего бы он учтиво кланялся ему в ответ?

Сын Небесной Инь представил всех друг другу:

— Я встретил брата Цинь, поднимаясь к верхней границе, его навыки потрясающие, и сам он очень выдающийся. Как я могу обратиться к двум старшим братьям?

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Меня зовут Му Цин, а это мой старший брат, его фамилия Ню, а имя Бэнь.

«Ню Бэнь? — выражение лица быка резко изменилось, но, к счастью для него, его скрывал жёлтый лист Покойного Владыки, так что этого никто не заметил. Он напряжённо думал. — Когда Император-Основатель построил райские небеса, он однажды улыбнулся и казал, что хотел бы изменить моё имя. Он говорил, что хотел бы назвать меня Ню Бэнем. Неужели он догадался, что встречал меня здесь?»

Цинь Му не знал о чём он думал, и тепло посмотрел на Сына Небесной Инь, размышляя: «Если я сейчас убью Сына Небесной Инь, то он исчезнет из будущего? В наше время он стал экспертом области Императорского Трона, а сейчас даже не бог, разобраться с ним будет легко…»

Сын Небесной Инь заметил на себе взгляд Цинь Му и улыбнулся:

— Брат Му, это первое собрание райских небес, и здесь собрались бесчисленные молодые таланты из всех миров, те, кого пригласили — выдающиеся люди, в то время как мы лишь мелкие сошки.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Возможно, я и маленькая сошка, но брат Инь — важный человек.

Сын Небесной Инь пытался вести себя скромно, но ему так и не удалось скрыть довольного выражения:

— Может быть, я и обрёл некоторую славу у себя в деревне, но всё ещё не могу сравниться с другими.

Цинь Му уверенно добавил:

— Я вижу, что в будущем брат Инь не будет обычным человеком, ты обязательно добьёшься невероятного успеха!

Взгляд Императора-Основателя дрогнул, он улыбчиво проговорил:

— Мне тоже так кажется. Несмотря на то, что брат Инь сейчас не слишком известен, из того, что мы видим сейчас, можно многое предвидеть. В будущем ты будешь известен на весь мир.

Сын Небесной Инь был шокирован их добротой и ответил:

— Небесный Император хочет дать райским небесам имя, поэтому он собрал здесь всех древних богов мира. Мы не сможем удостоиться их милости, но у меня есть много друзей. В этот раз сюда пришли бесчисленные представители различных рас, включая те немногие таланты, сумевшие создать совершенствование божественных сокровищ. Они не древние боги, но можно сказать, что они даже сильнее. Они создали божественные сокровища, позволив нам совершенствоваться.

Сердце Цинь Му резко дрогнуло. Существа, создавшие систему совершенствования божественных сокровищ?

Разве она не была создана древними богами?

Он посмотрел на Императора-Основателя, видя, что тот был не менее удивлён.

Неужели они наконец смогут встретить людей, создавших систему совершенствования божественных сокровищ?

Сын Небесной Инь улыбчиво проговорил:

— Сейчас они в Яшмовом Водоёме, где собираются провести Собрание Яшмового Водоёма. Небесный Император и остальные будут проводить Собрание Райских Небес, в то время как мы займёмся первым. Несмотря на то, что оно будет намного меньше, пропустить его определённо нельзя! Судя по слухам, Небесный Преподобный Юй объявит что-то важное, он поделится новостью, которая шокирует всех!

Император-Основатель улыбчиво спросил:

— Поскольку у брата Инь много друзей, возможно ты знаешь, о каких новостях пойдёт речь?

Сын Небесной Инь на мгновение заколебался, прежде чем загадочным тоном прошептал:

— По слухам, Небесный Преподобный придумал способ становления богами для практиков божественных искусств! На этом собрании Яшмового Водоёма он об этом расскажет!

Цинь Му прокричал:

— Становиться богами? В мире не было практиков божественных искусств, ставших богами?

Сын Небесной Инь и Император-Основатель бросили на него странные взгляды.

Цинь Му сразу понял, что сказал лишнего, и покраснел в лице:

— Я из деревни, так что не слишком хорошо разбираюсь. Я всегда думал, что на райских небесах есть боги.

Император-Основатель посмотрел на него с мрачной улыбкой, прежде чем объяснить:

— В райских небесах, естественно, есть боги. Кроме древних богов, здесь есть и другие виды, но их сила происходит не от совершенствования, она врождённая. Тем не менее, продолжительность их жизней тоже ограничена, и как только она исчерпывается, их души отправляются в Юду.

Сын Небесной Инь тяжело хлопнул его по руке и улыбнулся, говоря:

— Вот и всё! Брат Му не слишком хорошо разбирается в этой сфере, поэтому не удивительно, что он не в курсе. На самом деле, они лишь полубоги, которыми стали благодаря своим родословным. Большинство из них — потомки древних богов, и из-за своей чистой родословной, они обрели выдающиеся способности, но всё же не вечную жизнь. Более того, они не полагаются на совершенствование, а лишь на рост.

— Рост? — недоумевал Цинь Му.

— К примеру этот огромный кун, тащащий нас к Яшмовому Водоёму, тоже бог, — объяснил Сын Небесной Инь. — Эта рыба — потомок древних богов. Они обладают огромной силой уже при рождении, но потом могут стать ещё сильнее. Питаясь пилюлями Нефритового Дракона, они растут, не нуждаясь в совершенствовании, в отличии от нас. В взрослом возрасте они обладают невероятной магическими и физическими силами! В этот период они не уступают древним богам. Возможно, есть какая-то разница, но она незначительная.

Император-Основатель продолжил:

— Тем не менее, так как их продолжительность жизни ограничена, их можно считать лишь полубогами, он не могут стать бессмертными. С другой стороны, нам же приходится открывать своё божественное сокровище Духовного Эмбриона, шаг за шагом продвигаясь вперёд. Только таким образом нам под силу достичь высокого уровня. Разница между нами и полубогами в том, что наша родословная более низкая, и мы можем полагаться лишь на совершенствование, в то время как полубоги могут развиваться лишь благодаря своей родословной.

Цинь Му наконец всё осознал.

Тем не менее в его сердце накапливалось всё больше сомнений. Казалось, что он вернулся в невероятно древнюю Эпоху.

У этой эпохи не было даже системы совершенствования райских дворцов, а лишь старые божественные сокровища. Что это было за время?

Райские небеса, казалось, сформировались совсем недавно, они даже ещё не имели названия.

Неужели эти райские небеса принадлежали древним богам?

Если так, то какая в таком случае была связь между райскими небесами древних богов и чужеземными райскими небесами, о которых всегда упоминал Император-Основатель?

Святой Дровосек никогда об этом не рассказывал, и люди эпохи Императора-Основателя сами толком не знали кто именно был их врагом.

Люди эпохи Высшего Императора, казалось, вовсе не знали о чужеземных райских небесах, и попросту называли их чужеземными дьяволами.

А что казалось сознания Багрового Императора, то он тоже не знал кем был враг, сумевший уничтожить его эпоху, и насколько он был силён.

Цинь Му всё думал и думал, но так и не мог ничего понять.

Внезапно его сердце дрогнуло. Старший ученик Святого Дровосека, Мастер-Основатель Небесного Святого Культа Вэй Суйфэн, всегда пытался разгадать этот секрет, и в результате бесследно исчез.

Мастер-Основатель много путешествовал, оставляя после себя географические карты. Одной из вещей, которые он передал под защиту старшему Цин Хуану была невероятно древняя командирская печать. Она до сих пор находилась в руках Цинь Му, но он не знал, к какой эпохе она принадлежала.

«Мне всё ещё нельзя убивать Сына Небесной Инь, — думал Цинь Му, пока на его лице сверкала милая улыбка. — Он, в конце концов, здешний информатор, и мне всё ещё нужны его связи, чтобы разузнать побольше секретов этой эпохи и открыть больше правды, забытой историей. Более того, он должен познакомить меня с людьми из легенд, основателями, создавшими систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов.»

Его сердце закипело, в нём возникло жгучее чувство.

Он мог наконец встретиться с основателями, создавшими систему совершенствования божественных искусств для будущих поколений!

Старый бык мягко его ткнул, после чего юноша наконец пришёл в себя. Он обнаружил, что Император-Основатель до сих пор смотрит на него со своей мрачной улыбкой, и ошарашенно застыл.

Было очевидно, что он сказал что-то не то, и вызвал подозрения со стороны Императора-Основателя. Тем не менее, тот решил его не разоблачать.

«На самом деле, я хотел бы сказать, что являюсь твоим сто седьмым потомком, — улыбнувшись, Цинь Му промолчал, думая про себя. — Я хотел бы рассказать тебе так много, но не могу…»

Сын Небесной Инь выбежал на голову огромного куна и закричал им:

— Идите сюда быстрее! Быстро подойдите, приближается карета Богини Небесной Инь!

Император-Основатель улыбчиво проговорил:

— Идём.

Цинь Му кивнул, и они оба подошли к голове рыбы. Вместе с ними туда поспешили бесчисленные практики божественных искусств, взволнованно рассматривая карету богини.

— Как вы оказались в том явлении?— смотря вперёд, тихо спросил Император-Основатель.

Старый бык начал нервничать и дёрнул Цинь Му за одежду, прося его всё отрицать.

Цинь Му тихо проговорил:

— Так же, как и ты, я случайно вошёл в облако тумана и оказался здесь.

Взглянув на него, Император-Основатель улыбчиво проговорил:

— Я провёл здесь уже несколько дней, и поначалу был невероятно удивлён. Тем не менее, теперь я успокоился. Это священная и великая честь, побывать в этой странной эпохе и собственными глазами увидеть источник будущих цивилизаций. Боюсь, я должен быть лишь наблюдателем, и не вмешиваться в происходящее.

Цинь Му ответил, улыбаясь:

— А что, если вмешаться? Откуда тебе знать, что так не должно быть? Возможно, вмешавшись в происходящее, будущее станет таким, каким есть. Если ты будешь сдерживать себя, чтобы не вмешаться, то можешь вызвать непредвиденные события!

Приподняв брови, Император-Основатель спокойно проговорил:

— Похоже, твои мысли отличаются от моих. Я думал, что ты и я пришли из реки Вздымающейся, но кажется я ошибся. Люди, которые идут разными путями, не могут строить совместных планов.

Цинь Му усмехнулся:

— Когда слова становятся лишними, продолжать разговор бесполезно. Я вижу, что ты упрям и самоуверен, а твоё внутреннее сердце слабое и недееспособное. Ты хочешь лишь наслаждаться жизнью, мне стыдно за тебя.

Нахмурившись, Император-Основатель пристально на него уставился:

— Ты использовал ненастоящее имя, и даже изменил своё лицо, это свидетельствует о тьме в твоём сердце. Ты амбициозный, безжалостный человек, собравшийся вмешаться в эту эпоху, я должен тебя остановить!

Цинь Му равнодушно ответил:

— Твоё имя тоже ненастоящее, ты выглядишь уверенным и храбрым, отчего можешь с лёгкостью обманывать других, заставляя их отдаваться на полную, в то время как сам — прохвост, не умеющий терпеть поражений. Ты далеко не так хорош, как должен бы быть!

Старый бык вытер со лба холодный пот, простонав себе под нос:

— Что мне делать? Что же мне делать?! Почему у них обоих такие характеры? Если сто седьмой потомок повздорит со своим предком, то они начнут сражаться! Повезёт, если предок победит, но что, если он проиграет? Это будет катастрофа!

В этот момент раздался голос Сына Небесной Инь:

— Карета Богини Небесной Инь уже здесь! Брат Цинь, брат Му, идите сюда скорее!

Цинь Му и Император-Основатель отвели взгляды друг от друга и бросились вперёд. Их Ци столкнулись друг с другом, пытаясь померяться силами.

Глава 734. Семь Небесных Преподобных Яшмового Водоёма

Старый бык следовал за ними, по его лбу катились огромные капли пота. Активность Ци Цинь Му и Императора-Основателя непрерывно менялась, и хоть они не сражались в открытую, они тайком мерялись силами, не поступаясь друг другу.

«Два упрямых осла! — бык непрерывно взмахивал рукой, вытирая пот со лба. — Мне не стоило слушаться хозяина и тащить Цинь Му к Богине Небесной Инь, лучше было остаться и спокойно попивать себе чай и курить трубку. Будет плохо, если Император-Основатель проиграет, поражение Цинь Му тоже не сулит ничем хорошим. Я не смогу рассказать об этом, когда вернусь! Я не смогу сказать старому хозяину, что привёл Цинь Му в райские небеса древних богов, и тот избил Императора-Основателя…»

Он не знал, кому помогать.

Согласно тому, с кем он был в более близких отношениях, он должен был встать на сторону Императора-Основателя.

Но Цинь Му был хорошим парнем, и всегда по-доброму к нему относился. Он всё время называл его старшим братом Ню Саньдо, поэтому в глубине души бык был к нему более благосклонен.

Он предстал перед поистине сложным выбором.

Тем не менее, он видел, что как Цинь Му, так и Император-Основатель были гениями. Активность Ци обоих изменялась бесчисленное количество раз, а любое лёгкое движение их физических тел, любая рябь в сознании их исконных духов, либо же изменение жизненной Ци, сразу же замечалось противником и вызывало соответственную реакцию.

Каждый их шаг сопровождался десятками превращений, и так как их горизонты были невероятно широкими, каждое превращение было нацелено на недостатки противника. В результате, от столкновений Ци они шли, будто пьяные.

Шатаясь в стороны, они продвигались вперёд. Их походки становились всё более и более странными, но не собирались останавливаться на полпути.

К счастью, они уже приближались к голове гигантского куна. Всего через два-три километра они доберутся к Сыну Небесной Инь.

Тот взволнованно смотрел на несущуюся в их сторону карету Богини Небесной Инь. Большинство людей тоже забрались на голову куна и удивлённо подняли головы.

Цинь Му и Император-Основатель спотыкались, над их телами поднимались клубы пара. Они становились всё больше и плотнее, пока парочка продолжала неконтролируемо двигаться вперёд.

Сын Небесной Инь, казалось, что-то почувствовал и поспешно обернулся, чтобы осмотреться. Он увидел, что оба парня идут ему на встречу и ощутил силу столкновений двух разных Ци. Они принадлежали Цинь Му и Императору-Основателю.

«С чего это они начали сражаться? Впрочем, это хорошо, у меня появилась возможность подружиться с ними и заставить их проливать слёзы благодарности, — ошарашенный Сын Небесной Инь обрадовался, найдя себе добычу. — Их боевые методы очень странные, я впервые вижу подобное. Почему бы мне их не разборонить и не сделать своими должниками?»

Ци Сына Небесной Инь вспыхнула, рубанув между ними. Он улыбчиво проговорил:

— Брат Цинь, брат Му, позвольте мне ула…

Как только его Ци оказалась между ними, Ци Императора-Основателя и Цинь Му, будто потоп, внезапно нашедший сток, вылились на него!

Прежде чем Сын Небесной Инь успел договорить, две Ци надавили на него, и его разум тут же помутился. В нём не осталось никаких мыслей!

Он лишь почувствовал, как небо и земля раскололись и обрушились. Он упал в невероятно глубокую яму, в которой была лишь безграничная тьма.

Сын Небесной Инь беспомощно падал, когда внезапно увидел бок о бок во тьме два лица, принадлежащие «Му Цину» и «Ци Каю». Первый стоял слева, второй — справа.

Эти два лица казались невероятно огромными, и он стоял прямо между ними, кажась невероятно маленьким и продолжая падать во тьму.

В этот момент раздался голос Цинь Му:

— Брат Инь, брат Инь!

Галлюцинации перед глазами Сына Небесной Инь исчезли, и перед ним постепенно начало виднеться милое выражение лица Цинь Му. Юноша держал его за левую руку, в то время как Император-Основатель держал за правую, не давая упасть на землю.

Сын Небесной Инь покрылся потом, словно его только что достали из воды.

— Тело брата Инь в порядке? — обеспокоенно спросил Цинь Му. — Я владею искусством лечения, и могу помочь брату Инь. Как говорится, целитель обращается со своими пациентами, как с собственными детьми…

Император-Основатель улыбчиво проговорил:

— Брат Инь оказался между нас, и он просто шокирован, но не ранен. К тому же лекарства — это на тридцать процентов яд, если он съест твоё лекарство, то станет больным, хоть и был здоровым. Брат Му…

— Не называй меня братом Му!

На его лбу выступили вены, и он едва сдерживал жжение в своём сердце. Император-Основатель был его древним предком, как он мог называть его своим братом?

Послушавшись, Император-Основатель ответил холодным тоном:

— Изначально я хотел похоронить топор войны, но ты этого не ценишь. Ты и вправду веришь, что я тебя боюсь? Твои способности действительно очень высоки, но они не могут быть выше моих!

Усмехнувшись, Цинь Му ответил:

— Возможно, мои способности и не выше твоих, но моё сердце Дао определённо сильнее. Я не окажусь таким бесполезным, как ты.

Сын Небесной Инь почувствовал головную боль и поспешно их успокоил:

— Карета Богини Небесной Инь уже здесь, прекратите ссориться, разве вы не можете всё уладить?

Вдали раздался рёв дракона, и показались огромные драконы, тянущие за собой удивительную карету. Каждый из них был больше гигантского куна, на котором стояли юноши. Летя по ветру и тучам, они пронеслись над их головами.

Драконы были одеты в зелёные доспехи, выкованные из Металла Небесной Инь, отчего их тела ярко сверкали драгоценным светом. Карета тоже была выкована в основном из Металла Небесной Инь и украшена тучами. С её крыши свисали яркие бусины, созданные из планет, уменьшенных до диаметра в тридцать метров.

Среди бусин витали облака, вместе они скрывали человека внутри. Можно было лишь разглядеть силуэт богини, сидящей в карете.

Сын Небесной Инь уставился на неё с широко открытыми глазами, не в силах оторвать взгляда. Только после того, как гигантские драконы утащили карету вглубь райских небес, он смог пробормотать:

— Когда я смогу внушать такое же благоговение?

Все вокруг засмеялись.

Даже гигантский кун под их ногами начал смеяться.

Лицо Сына Небесной Инь мгновенно покраснело, он заикнулся:

— Н-не смейте надо мной смеяться, в будущем я определённо буду таким же внушающим и впечатляющим! Когда это время настанет, хе-хе, всем вам придётся предо мной преклониться…

Люди вокруг начали смеяться ещё громче.

Сын Небесной Инь повернул голову, и собрался продолжить спор, когда Император-Основатель проговорил:

— Брат Инь, в мире есть бесчисленное множество людей, и лишь три-пять из них добиваются чего-то значимого и оставляют свои имена в истории. У большинства не бывает подобных амбиций, и они могут лишь смеяться с тех, у кого они есть. Не принимай этого близко к сердцу.

— Вьюрок не понимает амбиций лебедя, я не буду опускаться до их уровня, — с благодарностью ответил Сын Небесной Инь.

Взглянув на Императора-Основателя, Цинь Му задумался: «Он пытается объяснить его амбиции, или же отговорить Сына Небесной Инь мстить этим людям в будущем? Возможно, и то, и другое. Теперь, когда я уже оказался в прошлом, может попросту убить Сына Небесной Инь и изменить будущее?»

В глубине сердца он всё ещё колебался.

Гигантский кун летел вдоль дворцов, мимо них пролетело несколько удивительных карет древних богов, что раз за разом поднимало волны зависти.

Наконец они добрались к Яшмовому Водоёму райских небес.

Райские небеса попросту были слишком большими, и несмотря на огромную скорость полёта куна, им потребовалось достаточно много времени, чтобы добраться к Яшмовому Водоёму.

Гигантский кун медленно остановился и пришвартовался у белой нефритовой платформы неподалёку от Яшмового Водоёма. Все спустились, и Сын Небесной Инь оплатил проезд Цинь Му, дав рыбе несколько пилюль Нефритового Дракона. После этого та полетела в сторону райской реки в небе, с грохотом в неё плюхнувшись, прежде чем исчезнуть вдали.

Несмотря на то, что Яшмовый Водоём назывался водоёмом, для Цинь Му и остальных он напоминал океан, расположенный посреди райских небес. В небе над ним пролетали тучи, а над его водой вздымались огромные божественные вершины. Также в нём плавали гигантские морские черепахи, таскающие на своих панцирях священные горы.

Кроме того, в океане плавал невообразимо большой остров из цветков лотоса, накрывающий собой несколько сотен полей. Часть цветков уже расцвели, очаровывая своими белыми и красными лепестками, в то время как другие до сих пор были лишь тонкими, изысканными бутонами. Они тоже имели белые, зелёные и розовые цвета и выглядели крайне красиво.

Бесчисленные практики божественных искусств развлекались возле Яшмового Водоёма, все они были людьми с нижней границы. Кроме них также было несколько полубогов, которых упоминал Сын Небесной Инь. Они не превращались в людей, оставаясь в своей звериной форме.

Для людей будущих поколений эти полубоги были божественными зверьми, но для представителей этой эпохи они были полубогами, обладающими высшими родословными и высокими положениями. Встречаясь с ними, практики божественных должны были вести себя крайне уважительно.

Неподалёку от Яшмового Водоёма, бесчисленные люди звали к себе гигантских черепах, и давали им каких-то духовных пилюль, после чего забирались на священные горы на их спинах. Затем те везли их вглубь Яшмового Водоёма.

На самом деле, на плавучих цветках лотоса располагались небольшие страны. Люди отправлялись туда, чтобы поиграть.

— Для древних богов это Яшмовый Водоём, а для нас — Нефритовое Море, — проговорил Сын Небесной Инь. — Во время Собрания Райских Небес, многие люди с нижних границ приходят сюда, чтобы поиграть и увидеть мир, все они — совершенно обычны. Тем не менее, Небесный Преподобный Юй и остальные друзья Дао совсем другие. У них высокие амбиции, и они воспользовались этой возможностью, чтобы собрать все таланты мира и провести Собрание Яшмового Водоёма. Несмотря на то, что мы уступаем древним богам, мы всё же должны оставить своим имена в истории!

Его глаза загорелись, и Цинь Му это заметил. Его сердце дрогнуло: «В те времена Сын Небесной Инь тоже был просто юношей с амбициями. И они сбылись, в будущем его достижения будут невероятно высокими, он станет одним из немногих практиков Императорского Трона, у него определённо талант.»

Сын Небесной Инь подозвал гигантскую черепаху и проговорил:

— Мы пришли на собрание Яшмового Водоёма по приглашению Небесного Преподобного Юя.

Старая черепаха ответила:

— Небесный Преподобный Юй дал указ не взымать платы с тех, кто пришёл на собрание. Пожалуйста, забирайтесь на борт.

Цинь Му восторженно спросил:

— У Небесного Преподобного Юя очень высокое положение на райских небесах?

Сын Небесной Инь улыбчиво ответил:

— Небесный Преподобный Юй возглавляет нас, низшие расы, поэтому его положение действительно очень высокое. Даже древние боги называют его другом Дао и видят в нём человека, способного развивать пути, навыки и божественные искусства.

Они поднялись на священную гору на спине старой черепахи, и та немедленно двинулась вглубь Яшмового Водоёма. Пейзажи вокруг них были неописуемо красивы.

— Небесный Преподобный Юй — это первый человек, которому удалось открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона, именно с него начинается путь совершенствования. После открытия божественных сокровищ, небо и земля изменились, и весь мир был шокирован. В то время к нам спустились бесчисленные боги, начав восхвалять его за основание важной эпохи. — рассказывал Сын Небесной Инь. — Небесный Герцог назвал его Небесным Преподобным Юем, Граф Земли подарил ему вечную жизнь без смерти. Тем не менее, существуют и другие люди его уровня. Небесный Преподобный Хао открыл божественное сокровище Пяти Элементов. Изначально Хао было его именем, но затем древние боги дали ему титул Небесного Преподобного Хао. Также есть Небесный Преподобный Лин, открывший божественное сокровище Шести Направлений, Небесный Преподобный Юэ, открывший Семь Звёзд, Небесный Преподобный Хо, открывший Небожителя, Небесный Преподобный Ю, открывший Жизнь и Смерть, и Небесный Преподобный Юнь, открывший Божественный Мост. Вместе они известны как Семь Небесных Преподобных, после их успеха Великое Дао Неба и Земли изменилось, и Небесный Император утвердил их титулы.

Цинь Му пробормотал себе под нос:

— Поистине эпоха, засуживающая восхищения. Эти люди действительно достойны называться Небесными Преподобными за то, что сумели создать систему совершенствования божественных искусств. Сколько бы не создавали будущие поколения, превзойти их будет тяжело…

У Императора-Основателя возникли те же чувства, он проговорил:

— Если мы увидим семерых Небесных Преподобных, это путешествие определённо пройдёт не зря.

Они встретились взглядами, и в следующий миг фыркнули, отворачиваясь друг от друга.

Старый бык, стоящий между ними, немедленно почувствовал нарастающее с обеих сторон давление. Он мысленно застонал: «Два упрямых осла, надеюсь, вы больше не будете создавать проблем и ставить меня перед сложным выбором…»

Впереди показалось скопление впечатляющих, ярко сияющих дворцов. Старая черепаха остановилась перед ними и проговорила:

— Мы прибыли в тайные земли Яшмового Водоёма.

Сын Небесной Инь немедленно двинулся вперёд и громко проговорил:

— Небесный Преподобный Юй, младший брат Инь Чжаоцинь пришёл на собрание!

Цинь Му и Император-Основатель пошли вслед за ним. Старый бык собрался со смелостью и зашагал между ними, чтобы не позволить им создавать неприятности. Он думал: «Если они не побьются, это будет моей заслугой!»

Дворцы кипели активностью, бесчисленные люди носились туда-сюда. Должно быть, это были практики божественных искусств, пришедшие со всех миров на собрание.

Разум Цинь Му задрожал: «Сколько именно людей, перевернувших этот мир, здесь собралось?»

Внезапно он ошарашенно замер, увидев перед собой монаха и сидящего возле него даоса.

Глава 735. Таланты Древних Времен

Держа в руках компас, даос, по всей видимости, читал молитвы. Компас, между тем, вращался и потрескивал, извлекая руны.

Монах же держал молитвенные бусы, непрерывно их вращая. Сталкиваясь, бусины издавали мягкий стук. В другой руке монах держал чёрную чашу для подаяний, внутри которой лежало несколько духовных пилюль. Цинь Му предположил, что их туда положили прохожие в качестве милостыни.

Одежда обоих была изодрана. Мантия даоса поблекла от частой стирки, на ней виднелось несколько латок, тем не менее, она была чистой. Одежда монаха, с другой стороны, была незаштопанной и сквозь неё свободно дул ветер.

Судя по всему, жизнь обоих была довольно трудной.

Цинь Му недоумевал: «В эту эпоху уже существовали монахи и даосы?»

Император-Основатель тоже был ошеломлён, заметив монаха и даоса.

Цинь Му и Император-Основатель подошли вперёд, когда услышали разговор даоса с монахом:

— Собрание Яшмового Водоёма всё же лучшее место, мне удалось выпросить несколько духовных пилюль, по крайней мере, теперь я смогу поесть, одеться, и покрыть другие расходы.

Цинь Му посмотрел на него со странным выражением лица.

Даос ответил:

— Молчи, мне в голову как раз пришёл математический вопрос. Дай я сначала закончу подсчёты.

Монах улыбчиво ответил:

— Какой толк с твоих подсчётов? Почему бы тебе не последовать за мной? Как только мои сны выйдут на путь, в них будет всё, что угодно. В превращениях их безграничных миров можно будет найти истинное Дао.

Даос не поднимал взгляда, продолжая крутить компас:

— Сны — это, в конце концов, лишь иллюзии, только в математике есть истинное Дао. Я чувствую, что всё в мире базируется на ней. Когда я познаю математику, то смогу понять все секреты вселенной. В будущем математика определённо засверкает!

Монах ждал своей очереди заговорить, когда увидел идущих навстречу Цинь Му и Императора-Основателя, и поспешно начал размахивать чашей для подаяний перед их лицами. Горстка духовных пилюль внутри начали громко звенеть.

— Приведённые судьбой, или же нет, подайте. Мы голодаем уже несколько дней, — проговорил он.

На лице Императора-Основателя возникло странное выражение. Он порылся в своей дорожной сумке и достал оттуда несколько духовных пилюль, прежде чем положить их в чашу.

— Доброта рождает доброту, — улыбнувшись, монах посмотрел на Цинь Му.

Тот тоже достал несколько пилюль, наполняя металлическую чашу для подаяний.

Монах тут же покачал головой:

— Мне не нужно так много, я прошу милостыню лишь для совершенствования, мне не надо пищи больше, чем на один день. Если превзойти этот запас, моё совершенствование будет отложено на несколько недель.

Цинь Му не стал забирать пилюли обратно и улыбчиво проговорил:

— Преподобный, ты их заслужил. Нас и вправду привела судьба, в будущем, когда тебе встретится человек по имени Му, ты всё поймёшь.

Посмотрев на него, монах проговорил:

— Почему благодетель не объяснится?

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Откуда тебе знать, что ты сейчас не в великом сне? С чего бы мне объясняться? Во сне есть безграничные миры, которые превращаются во всех живых существ. Преподобный всё поймёт в будущем.

Монах озадаченно улыбнулся:

— Великие сны? В этом есть доля самадхи моего Дао.

Цинь Му посмотрел на даоса, сосредоточенного на подсчётах, увидев, что его компас был невероятно сложным. К этому времени изменения в его математике уже задели главную проблему Математического Трактата Высшей Тайны, тем не менее, создать писание с нуля было невероятно сложно.

Труднее всего было начать, более того, не существовало людей, способных самостоятельно придумать целую математическую книгу.

Протянув ладонь, Цинь Му вырвал компас с его рук.

Даос планировал ударить парня по руке, когда ошарашенно застыл, увидев компас. В следующий миг он расплылся в радостной улыбке:

— Проблема, которая мучала меня столько лет, так просто решается! Чудесно, чудесно! Старший брат, как ты додумался до её решения?

Он пристально уставился на Цинь Му, с нетерпением ожидая, пока тот объяснит свою мысль.

Юноша торжественно ответил:

— Я получил совет Даоса, после чего сумел придумать решение. Огромное спасибо!

Он поклонился, выражая свою благодарность.

Даос поспешно спросил:

— Почему ты благодаришь меня за помощь в решении моей же проблемы?

Цинь Му ответил, улыбаясь:

— Ты узнаешь в будущем. Даос, когда тебе встретится человек по имени Му, он тебе всё расскажет.

Даос недоумевал.

Цинь Му улыбнулся и подвинул их в стороны, направляясь ко дворцам впереди.

Император-Основатель на мгновение заколебался, прежде чем отправиться следом за ним, тихо спрашивая:

— У тебя больные намерения, разве тебе не кажется, что ты слишком нагло просишь об одолжениях? Тот монах и даос, должно быть, будут важными существами в будущем, верно? Теперь ты лишь дал им несколько духовных пилюль и дёрнул за компас, так как собираешься воспользоваться их силой в будущем. Если ты изменишь таким образом сво….

Перехватив нить его мыслей, Цинь Му перебил:

— Если бы ты не думал об этом и не пытался угадать мои намерения, изменяя своё будущее, то возможно, ты бы не…

Император-Основатель ошарашенно спросил:

— Я бы не что?

На лице Цинь Му возникло опечаленное выражение, он покачал головой:

— Ничего особенного. Я просто догадался, что они — будущий Брахма и Мастер Дао секты Дао. Тебе стоит вернуться и подружиться с ними, в будущем они вернут тебе эту доброту.

Император-Основатель, казалось, что-то заподозрил и поинтересовался:

— Ты знаешь меня? Ты знаешь, что случится со мной в будущем? Ты со следующей эпохи?

Он был умнее обычных людей, и даже несмотря на то, что Цинь Му произнёс всего лишь одно или два на вид не слишком важных предложения, смог догадаться что он имел в виду.

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Я не знаю настоящего тебя. В будущем мы ещё не встречались. Возвращайся к ним.

На мгновение задумавшись, Император-Основатель покачал головой:

— Я не такой как ты, и не стану намеренно во что-то вмешиваться. В противном случае я смогу изменить будущее, и если это произойдёт, то я могу и вовсе не родиться, и не существовать. Я уже говорил, что я лишь странник, пришедших поглядеть на историю. Я просто очень сильно хотел бы встретиться с основателями будущих цивилизаций.

Старый бык шёл следом, нахмурено прислушиваясь к их разговору. Минуту назад они выглядели так, будто не могли дождаться шанса избить друг друга до смерти, а теперь начали беседовать на глубокие темы.

«Сердце человека будто погода шестого месяца, меняется, когда вздумает.»

Немного колеблясь, старый бык посмотрел на монаха и даоса, подумав про себя: «Может, стоит с ними подружиться? Это принесло бы мне огромную пользу в будущем…»

Цинь Му и Император Основатель продолжали идти вперёд, поэтому у него не осталось времени на налаживание отношений с монахом и даосом. Он поспешно догнал Цинь Му, продолжая размышлять: «У нас есть ещё несколько месяцев, как только эти двое успокоятся, я смогу подружиться с древними предками и потом пожинать плоды нашей дружбы! Хе-хе, когда это время придёт, даже старый хозяин будет смотреть на меня совершенно по-другому!»

Монах и Даос провожали их взглядами, качая головой. Даос проговорил:

— Поистине странный человек. Его математика, кажется, достигла больших высот, чем моя, но его сердце не принадлежит к этому месту. Старший брат, после его наставлений, я чувствую, что почти нашёл своё Дао!

Монах кивнул, улыбчиво проговорив:

— Я тоже вот-вот обрету своё Дао.

Парочка переглянулась, начав громко смеяться.

Цинь Му, Император-Основатель и старый бык вошли во дворец посреди тайных земель Яшмового Водоёма, повсюду встречая суетящихся людей. Место кипело активностью, но Сына Небесной Инь нигде не было видно. Должно быть, он отправился на поиски Небесного Преподобного Юй.

Небесный Преподобный Юй пригласил его на собрание, так что их отношения должны быть довольно тесными.

На встречу прибыло огромное количество людей, большинство из них сейчас обсуждали предстоящее объявление Небесного Преподобного Юя. Одни считали, что тот расскажет о создании восьмого божественного сокровища, другие же думали, что был придуман способ обретения бессмертия исконного духа. Некоторые и вовсе верили, что Небесный Преподобный Юй собрался жениться.

Цинь Му оглянулся, увидев, что практики божественных искусств собираются в группы. Они взволнованно обсуждали то, что освоили и выучили, хвастаясь своими путями, навыками и божественными искусствами.

Он и Император-Основатель на минуту прислушались. Пути, навыки и божественные искусства этой эпохи были невероятно грубыми и простыми. Им было ещё очень далеко до путей, навыков и божественных искусств будущего, так что парочка была не слишком впечатлена услышанным.

Тем не менее, для этой эпохи они были чем-то невероятно великим.

«Если бы мы заговорили о путях, навыках и божественных искусствах будущих цивилизаций, это произвело бы огромное впечатление.»

Цинь Му покачал головой. Пути, навыки и божественные искусства будущего были слишком сложными. Если рассказать о них людям этого времени, то это бы лишь их шокировало. Но вот изменения, которые это внесло бы в будущее, были бы слишком ужасающими.

Он не мог идти на такой риск.

Когда Цинь Му наткнулся на Императора-Основателя, тот быстро догадался, что он тоже пришёл с будущего, и приказал не пытаться внести изменения в прошлое. Если задуматься, в его словах была понятная логика.

Все, кто пришёл на собрание, были очарованы, на каждом шагу встречался человек, рассказывающий о своих путях, навыках и божественных искусствах. Казалось, будто сюда пришли сотни школ, чтобы посостязаться друг с другом.

Некоторые из их удивительных мыслей иногда шокировали даже Цинь Му и Императора-Основателя. Они не могли удержаться, чтобы не прислушаться внимательнее, изучая виды божественных искусств, о существовании которых они никогда не догадывались.

Так как люди будущих поколений находились в уже сформированной системе совершенствования божественных сокровищ, им не приходилось напрягать мозги, а лишь совершенствоваться так же, как это делали их предки. Они тоже моли достичь невероятных высот, но их подход был менее творческим.

Тем не менее, в этой эпохе не существовало такого огромного количества правил, так что можно было с лёгкостью выйти за пределы обычной системы совершенствования и создать пути, навыки и божественные Цинь Му, непостижимые для Цинь Му и Императора-Основателя.

Причина, по которой будущие поколения не знали об этих путях, навыках и божественных искусствах, состояла не в том, что они были плохи, а в том, что они не смогли состязаться с привычной системой совершенствования божественных сокровищ и попросту вымерли.

Система совершенствования божественных сокровищ была самой простой в изучении и восприятии, поэтому она выдержала испытание временем. Большинство людей совершенствовали божественные сокровища, и количество тех, кто пытался идти другим путём, постоянно уменьшалось, их наследие передавалось с огромными трудностями, прежде чем окончательно вымереть.

Цинь Му и Император-Основатель протискивались сквозь толпу, желая выслушать как можно больше интересных идей, когда они услышали чей-то голос:

— Небесная Преподобная Лин, Небесная Преподобная Лин! Что вы имели в виду, когда говорили, что времени не существует? Какая здесь логика?

Цинь Му и Император-Основатель одновременно повернули головы, увидев бесчисленных практиков божественных искусств, собравшихся вокруг женщины. Та была одета по-простому, на её голове красовалась заколка с персикового дерева. Она носила соломенную обувь, леопардовую юбку и короткий плащ без подкладки.

Несмотря на то, что она не слишком заботилась о своей внешности, ей была присущий другой, дикий вид красоты.

«Небесный Преподобный Лин, открывший божественное сокровище Шести Направлений — женщина?» — удивились Цинь Му и Император-Основатель.

Женщина объясняла свои слова, спокойно говоря:

— Всё, включая пространство — это вещество. Божественное искусство — это тоже строение из вещества, скопление частичек жизненной Ци, формирующее различные комбинации, чтобы исполнить принцип великого Дао и освободить силу. А время — это вещество? Нет, к нему нельзя коснуться, а значит времени не существует.

Все вокруг погрузились в размышления. Многие качали головами, но всё же не могли опровергнуть её слов.

Цинь Му сделал шаг вперёд и проговорил:

— Небесная Преподобная Лин, так почему мы стареем? Люди этого мира стареют и умирают, разве это не происходит з-за течения времени?

Небесная Преподобная Лин смотрела на него, внезапно достав свою заколку. Кусок персиковой ветви уже давно высох.

— Старший брат, посмотри на эту заколку, она уже умерла от старости? — спросила она.

Цинь Му кивнул.

Женщина исполнила своё божественное искусство, и заколка медленно позеленела, прежде чем стать красной. Внезапно, она проросла, из неё пробилась горстка нежных бутонов. Вскоре иссохшая ветвь покрылась цветами и на ней выросло несколько мягких побегов.

— Я повернула время вспять? — улыбчиво спросила Небесная Преподобная Лин.

Цинь Му ошеломлённо покачал головой:

— Ты использовала божественное искусство создания, чтобы изменить строение высохшего дерева и воскресить его… Погоди-ка, я понял, что ты имеешь в виду! — на его лице появилось выражение неверия, он прокричал. — Ты хочешь сказать, что время — это иллюзия! Старение и смерть — это лишь изменение структуры нашего физического тела. Времени не существует, это иллюзия, созданная изменением веществ!

Небесная Преподобная Лин посмотрела на него с удивлением и восторгом, радостно воскликнув:

—Наконец-то я встретила кого-то, способного меня понять! Когда я рассказала о своей идее Небесному Преподобному Юй и остальным, они подумали, что я шучу! Ты мой друг Дао! Ты прав, времени не существует, если бы это было не так, то существовали бы божественные искусства времени! Тем не менее, их нет, а есть лишь иллюзия, созданная превращением веществ. Ты назвал моё искусство божественным искусством создания? Отличное название! Очень красиво!

Её мысли были чисты, когда она говорила «очень красиво», можно было ощутить, что эти слова идут с глубины её сердца. Ей не приходилось преувеличивать.

Разум Цинь Му сильно дрогнул, он ошарашено застыл, бормоча:

— В таком случае, неужели можно вернуться в прошлое?

— Прошлого не существует, есть лишь изменение веществ, — глаза Небесной Преподобной Лин загорелись, — если бы вещество смогло принять свою прежнюю форму, то человек мог бы вернуться в древние времена. Я так считаю. Понимаешь?

Все вокруг до сих пор испытывали трудности с пониманием её идей, началось множество дискуссий, большинство из которых критиковали женщину. Кто-то сказал:

— Небесная Преподобная Лин сошла с ума…

Впадая в ярость, женщина возразила:

— В будущем я определённо создам божественное искусство, способное навеки заморозить вещество. Если кто-то в него наступит, то сможет увидеть прошлое и будущее всей вселенной!

Глава 736. Равный Богам

Все рассмеялись и разошлись, качая головами. Слова Небесной Преподобной Лин были слишком глубоки и сложны, они не могли их понять.

Изначально они собрались вокруг Небесной Преподобной Лин, чтобы послушать как талантливая молодая женщина рассказывает о своём понимании и обучении на протяжении последних лет и изучить её пути, навыки и божественные искусства.

Но теперь то, что она рассказывала, было слишком сложным, что, ясное дело, свидетельствовало о её безумии. Если они продолжат слушать этот бред, то посещение Собрания Яшмового Водоёма потеряет всяческий смысл.

Вскоре возле Небесной Преподобной Лин остались лишь Цинь Му, Император-Основатель и старый бык.

Император-Основатель тихо прошептал:

— Река Вздымающаяся.

Ошарашенный, Цинь Му кивнул. Всё это время он пребывал в недоумении.

Река Вздымающаяся текла с запада на восток, не останавливаясь ни на мгновение. Она была райской рекой этой эпохи, и совершено не подходила под описание божественного искусства замороженного навеки вещества, которое описывала Небесный Преподобный Лин.

Если молекулы реки Вздымающейся не оставались неподвижны, не создавая иллюзии течения времени, тогда она непрерывно двигалась с прошлого в будущее.

Речная вода всегда должна была оставаться неподвижной, и вместо этого вокруг неё должно было двигаться всё вещество мира.

Тем не менее, подобное божественное искусство было попросту немыслимым, и принципы, которые оно могло использовать, выходили за пределы понимания Цинь Му.

— Возможно, неподвижной остаётся не река вздымающаяся, а туман… — у него в голове возникла идея, но он всё же не знал как создать подобное божественное искусство.

Река Вздымающаяся казалась точкой, соединяющей прошлое, настоящее и будущее. Он дважды возвращался в древние времена, наступив на её поверхность и попав в туман.

Путешествие во времени было вызвано либо туманом, либо рекой!

Небесный Преподобный Лин всё ещё пребывала в ярости, улыбнувшись:

— Все они — посредственные люди с посредственными талантами! Когда я создам божественное искусство неподвижного, неизменного и не превращающегося вещества, которое не расширяется и не сужается, все они узнают, что времени не существует! Старший брат, ты понял мою мысль, я права?

Она бросила на них взгляд, полный надежды.

— Сестра Лин, я отлично тебя понимаю, — внезапно ответил Цинь Му. — Я понял твою мысль. Изменяясь и возвращаясь в прошлое, вещество может позволить старику вернуть свою молодость и даже воскресить мёртвых. Тем не менее, это не поворачивание времени вспять, а поворачивание вещества.

Император-Основатель кивнул:

— Я тоже понимаю. Мы используем божественные искусства создания для выращивания растений и животных, заставляя их расти быстрее, это не божественные искусства времени, а божественные искусства создания. Они могут изменить строение веществ внутри существ, заставляя их расти быстрее. Оно не отправляет их в будущее.

Старый бык не понимал о чём идёт речь, поэтому лишь хлопал ушами, уставившись на них пустыми глазами.

Небесный Преподобный Лин была истощена, она сняла свою поношенную соломенную обувь, оголяя пальцы на ногах, прежде чем расстроенно проговорить:

— Но они совершенно ничего не понимают и не верят мне. Даже Небесный Преподобный Юй и остальные считают, что я сошла с ума. Мне что, нужно заморозить всё вещество мира и повернуть его вспять, чтобы заставить их понять, что я права?

Цинь Му дрогнул. Повернуть всё вещество мира вспять?

Идея этой женщины была поистине ужасающей!

Тем не менее, никто в мире не обладал подобной магической силой.

— Сестра Лин, тебе стоит продолжить идти этим путём, возможно, в будущем ты встретишь кого-то, кто вернулся в прошлое с помощью твоего божественного искусства и докажет миру, что все в тебе ошибались, — улыбнувшись, успокоил её Цинь . — Продолжай идти тем же путём, докажи свою правоту!

Небесная Преподобная Лин воодушевилась, но в следующий миг покачала головой и с грустью ответила:

— Я не знаю, сумею ли я доказать свою мысль, я слишком одинока. Почти все твердят, что Небесной Преподобной Лин старых времён уже не существует, от неё осталась лишь обезумевшая женщина… Вы одни из немногих, кто меня понял, давайте изучим всё вместе!

Её глаза загорелись, и на парней снова упал обнадёженный взгляд. Женщина энергично проговорила:

— Если я буду работать сама, не имея друзей, с которыми можно поговорить, то боюсь, что в один прекрасный день я попросту сдамся. Я не хочу так и остаться безумной женщиной в глазах других!

Немного помедлив, Цинь Му покачал головой:

— Мы пробудем здесь не слишком много времени. Сестра Лин, давай поступим так. Мы останемся с тобой на некоторое время, чтобы поработать вместе. Несмотря на то, что наша мудрость не так велика, как твоя, возможно мы поможем тебе решить некоторые проблемы. Когда мы уйдём через несколько месяцев, тебе придётся самой решить, оставаться безумной женщиной, или нет. Как тебе?

Сердце Императора-Основателя дрогнуло, он уставился на Цинь Му: «Он знает, что мы уйдём через несколько месяцев? Что ещё ему известно? Этот парень, кажется, слишком хорошо меня понимает. Более того, он враждебно ко мне относится, неужели он мой будущий враг? Он определённо мой противник!»

Глаза Небесной Преподобной Лин загорелись, она ответила, улыбаясь:

— Хорошо, но при условии, что вы не будете считать меня спятившей или неряшливой. В таком случае я проведу несколько следующих месяцев с вами. Последним временем, многие мои старые друзья меня презирают…

Цинь Му проговорил:

— Я вижу лишь душу, а не облик старшей сестры. В моих глазах ты непревзойдённая богиня!

Небесная Преподобная Лин была тронута до глубины души. Связав волосы своей деревянной заколкой, она проговорила:

— Мой дворец находится на территории Собрания Яшмового Водоёма, идём туда. Хоть Небесный Преподобный Юй и думает, что я неправа, он всё же хорошо ко мне относится и дал мне дворец.

Троица отправилась следом за ней, по дороге Император-Основатель поинтересовался:

— Сегодня собралось много древних богов, это самый активный период Собрания Райских Небес, как Небесному Преподобному Юй удалось провести собрание на Яшмовом Водоёме? Здесь должен был расположиться какой-то древний бог. Не так ли?

— Яшмовый Водоём был местом для удовольствий, здесь находился зал наложниц, — шагая вперёд ответила Небесная Преподобная Лин. — Небесная Императрица сильно восхищается Небесным Преподобным Юй, и с тех пор, как она с императором лично присутствовали на Собрании Райских Небес, она решила отдать Яшмовый Водоём в распоряжение Небесного Преподобного, чтобы тот смог провести Собрание Яшмового Водоёма.

«Небесная Императрица восхищается Небесным Преподобным Юй, и поэтому дала ему Яшмовый Водоём?» — Цинь Му и Император-Основатель задумались и переглянулись.

Они ещё не встречались с Небесным Преподобным Юй, но раз тому удалось впечатлить Небесную Императрицу, для успеха в таком деле он определённо должен быть ловким и хитрым человеком с деньгами и властью. Он не мог быть лишь гением, открывшим божественное сокровище Духовного Эмбриона.

Пока они разговаривали, раздался чей-то голос:

— Небесная Преподобная Лин, ты до сих пор исследуешь то божественное искусство, которого не существует?

Небесная Преподобная Лин остановилась, на её лице возникло грустное выражение. Женщина была не слишком скрытной, поэтому в её лице можно было с лёгкостью разглядеть все её чувства. Она обиженно проговорила:

— Небесный Преподобный Хо, что ты имеешь в виду под божественным искусством, которого не существует?

Цинь Му, Император-Основатель и старый бык посмотрели в сторону голоса и увидели парня, шагающего им навстречу. Его тело было покрыто ало-красными символами, которые формировали одежду, своим видом напоминающую языки огня.

За его головой виднелось странное видение, напоминающий ореол солнца, созданный из огня. Впрочем, они не были уверены, что это действительно был огонь.

«Не странно, что его зовут Небесным Преподбным Хо, — с любопытством смотря на мужчину, думал Цинь Му. — Это действительно создатель божественного сокровища Небожителя? Талант Небесной Преподобной Лин уже завоевал моё сердце, а этот парень безусловно должен быть не хуже.»

Он уже встретил двух Небесных Преподобных, скорее всего находящихся в области Божественного Моста. В сравнении с невообразимо мощными древними богами их совершенствование было не слишком высоким.

Даже в сравнении с полубогами способности Семи Небесных Преподобных были не очень хороши.

И всё же, этого молодого мужчину и женщину называли Небесными Преподобными.

Причина, по которой их называли Небесными Преподобными, состояла не в мощном совершенствовании, а в высоких достижениях.

Увидев Цинь Му, Императора-Основателя и старого быка, Небесный Преподобный Хо слегка удивился, но не принял их присутствия близко к сердцу:

— Ты слишком долго тратила свой разум на что-то настолько бесполезное. С тех пор, как ты открыла божественное сокровище Шести Направлений, у тебя не было других достижений, так как ты сосредоточилась на том, чтобы доказать, что времени не существует! С твоим умом и талантом, если бы ты приложила все свои усилия на попытки пробиться сквозь семь божественных сокровищ, то могла бы стать первой, кому это удастся!

Небесная Преподобная Лин покачала головой:

— Небесный Преподобный Юй умнее меня, ему намного легче даётся изучение глубоких проблем. Он первый человек, открывший божественные сокровища, и причина, по которой он ничего не добился за последние несколько сотен лет состоит в том, что он метит на невероятно высокую цель. Именно ему суждено первым выйти из божественных сокровищ, а не мне.

Небесного Преподобного Хо бесило то, что женщина не стремилась к большему, он злостно ответил:

— Небесный Преподобный Юй сказал мне, что считает тебя самой умной из Семи Небесных Преподобных, и если бы ты приложила усилия для достижения следующей области, ему бы не пришлось в этом участвовать. Он сам это говорил! Но теперь он уже достиг прорыва и добился невероятного успеха, позволяя практикам божественных искусств жить вечно и сделать их равными богам. Этот успех должен был быть твоим!

Под давлением его ауры заколка из персикового дерева слетала с головы Небесной Преподобной Лин. Достав ленту и связав ею свои волосы в хвост, женщина покачала головой:

— Это всего лишь новая область. Если бессмертие — это становление богом, то я уже давно могла бы подарить практикам божественных искусств вечную жизнь. Только что этот старший брат назвал моё божественное искусство искусством создания. Совершенствуя его, человек может с лёгкостью обрести бессмертное физическое тело.

Небесный Преподобный Хо нахмурился, ореол пламени за его головой слегка качнулся. Посмотрев на Цинь Му, он покачал головой:

— Ты веришь словам лжеца мира боевых искусств?

Улыбнувшись, Цинь Му поздоровался:

— Необразованный ученик отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Хо. Преподобный, у меня есть бумага и кисть, ты не мог бы оставить своего автографа? Я из маленькой деревни, и никогда не видел мира. Если у меня будет твой автограф, я принесу славу своим предкам!

Он достал кисть и бумагу, с нетерпением протягивая её Небесному Преподобному Хо.

Посмотрев на его искреннее выражение лица, Небесный Преподобный Хо не смог отказать и поспешно схватил кисть, оставляя свою подпись на бумаге:

— Мне безразлично откуда ты, если ты одурманишь Небесную Преподобную Лин, я с этим не смирюсь! Прекрати помогать ей тратить своё время на изучение несуществующего времени и расходовать её молодость впустую! Небесный Преподобный Юй создал область, позволившую практикам божественных искусств становиться бессмертными, будто боги, а ты рассказываешь, что какое-то сраное божественное искусство создания способно на то же самое! Если ты впихнёшь в её голову ещё какую-то чушь, я побью тебя до смерти!

Покраснев, Цинь Му ответил:

— Я говорил о божественном искусстве создания, но не утверждал, что оно может позволить человеку стать бессмертным.

Выражение Небесного Преподобного Хо изменилось, но проговорил:

— Я зря тебе нагрубил…

Цинь Му продолжил:

— Тем не менее, оно позволить человеку не умирать, без становления богом. В этом сестра Лин абсолютно права.

Небесная Преподобная Лин восторженно проговорила:

— Ты и вправду понимаешь меня лучше всех!

Выражение лица Небесного Преподобного Хо помрачнело, он проговорил:

— Верни мой автограф обратно, она тебе не принадлежит!

Поспешно спрятав лист бумаги и кисть, Цинь Му улыбнулся:

— Ни за что, я найду ему применение.

Впадая в ярость, Небесный Преподобный Хо протянул руку и прокричал:

— Я побью тебя до смерти, лжец!

Тело Цинь Му задрожало, принимая шестирукую трёхглавую форму. В следующий миг раздалось несколько взрывов, с которыми Небесный Преподобный Хо вылетел из огромного зала, спотыкаясь. За ним остался лишь огненный след.

Император-Основатель едва не прокричал от шока: «Как Небесный Преподобный области Божественного Моста может быть настолько слабым?»

Цинь Му тоже недоумевал. Он не использовал всей своей силы, а лишь восемьдесят-девяносто процентов. Тем не менее, скорость его атаки оказалась слишком большой, и в результате Небесного Преподобного сдуло прочь ещё до того, как он успел задействовать свои способности.

Учитывая то, что он был Небесным Преподобным области Божественного Моста, разве его способности не были слишком слабыми?

Даже в сравнении с обычными практиками области Божественного Моста он был крайне слабым.

«Эта эпоха слишком древняя, вследствие чего её пути, навыки и божественные искусства ещё крайне грубы, — мысленно воскликнул Цинь Му. — Мне не стоит безрассудно использовать всю свою силу, а не то я побью какого-то предка до смерти…»

Император-Основатель злостно на него уставился, шепча:

— Если ты осмелишься ещё раз кого-то атаковать, я тебе этого не прощу!

Улыбнувшись, Цинь Му незаметно фыркнул:

— Я не собирался вышвырнуть Небесного Преподобного Хо прочь. Более того, разве твои способности выше моих?

Голова Ню Саньдо, стоящего за их спинами, начала болеть: «Эти парни меняют своё отношение друг к другу, будто перелистывают книгу.»

Небесная Преподобная восхищённо уставилась на шесть рук и три головы Цинь Му. Потирая ладони, она улыбчиво проговорила:

— Это божественное искусство создания? Оно даже сильнее моего! Даже если ты не будешь совершенствоваться до области, созданной Небесным Преподобным Юй, ты всё равно сможешь стать бессмертным и равным богам!

Глава 737. Схватка

Собрание Яшмового Водоёма было очень шумным местом, битком набитым людьми. Когда Цинь Му вышвырнул Небесного Преподобного Хо прочь, это вызвало настоящий переполох. Всё больше и больше людей пришли выяснить что же произошло.

Полубоги могли с лёгкостью сбить Небесного Преподобного Хо ударом, но для практиков божественных искусств это было невозможным.

Небесный Преподобный Хо был одним из основателей системы совершенствования божественных сокровищ, открывший божественное сокровища Небожителя. Он получил благословление древних богов и обладал очень высоким совершенствованием. Ровней ему были лишь шесть других Небесных Преподобных.

Более того, способности Небесного Преподобного Хо были не самыми слабыми среди них.

Небесный Преподобный Хо освоил силу огня, его достижения в божественных искусствах огня значительно превышали мастерство других практиков. Теперь, когда Цинь Му смог с такой лёгкостью вышвырнуть его из зала, как это могло не привлечь внимания?

— Равным богам?

Цинь Му не обращал внимания на прибывшую толпу людей. Наклонив голову, он задумался. Откуда вообще взялось понятие «бог»?

Если речь шла о достижении бессмертия, то человек мог стать богом, совершенствуя божественное искусство создания.

Божественное искусство создания позволяло физическому телу не стареть и не умирать. Исходя из продолжительности жизни, оно позволяло идти в ногу с древними богами.

В то же время метод, который придумал Небесный Преподобный Юй, должно быть был системой совершенствования райских дворцов будущего.

У обеих подходов были разные особенности. Система совершенствования райских дворцов имела чёткое различие в областях. Человеку приходилось медленно подниматься, чтобы в результате достичь Императорского Трона.

В то же время божественные искусства создания не разделялись на области, а были скорее способом перестройки тела, позволяя ему оставаться вечно молодым.

Тем не менее, искусства создания было крайне трудно совершенствовать, они были лишь божественным искусством. Они не могли обрести такой популярности, как система совершенствования райских дворцов, которой пользовались все.

«Ограничения божественных искусств создания слишком велики, — поразмыслив, проговорил Цинь Му. — Сестра Лин, несмотря на то, что божественные искусства создания могут позволить человеку стать равным богу, они не идут в сравнение с методом Небесного Преподобного Юй. Дело не в том, что они слабее, просто их невероятно сложно изучать.

Небесная Преподобная Лин улыбчиво ответила:

—Все они — посредственные таланты, мы ищем путь, с чего бы нам обращать на них внимание? Твоё божественное искусство создания действительно может помочь мне довести своё божественное искусство до идеала, так что мы должны начать исследовать!

Она протянула руку и вытащила Цинь Му из толпы. В этот момент Небесный Преподобный Хо с громким хлопком прилетел обратно, и окутавшись языками пламени, прокричал:

— Я был неосторожен, и ты сумел выкинуть меня наружу! Негодяй, давай попробуем ещё раз!

Небесная Преподобная Лин тащила Цинь Му за одну руку, поэтому он был вынужден отбиваться от атаки лишь пятью пальцами. В следующий миг раздался громкий взрыв, и Небесный Преподобный Хо снова улетел прочь.

Император-Основатель впал в ярость и едва не прокричал, сдерживаясь:

— Я же говорил, не избивай никого! Сколько ещё паники ты хочешь поднять?

Цинь Му тоже слегка взбесился:

— Это он на меня напал. Если бы я не отбивался, то получил бы ранения! Окажись ты на моём месте, то решил бы попросту пропустить удар?

Император-Основатель нахмурился. Небесный Преподобный Хо бросился обратно к ним, переполняясь яростью:

— Разойдитесь все. Здесь слишком много людей, я не могу исполнить своих атак.

Все поспешно разошлись, оставляя округу безлюдной.

Император-Основатель попытался объясниться:

— Небесный Преподобный Хо, это всего лишь недоразумение…

Пламя, окутывающее тело Небесного Преподобного Хо, разгорелось ещё сильнее, он превратился в тридцатипятиметрового гиганта с безграничной силой, а вокруг его тела начали носиться огненные драконы.

Император-Основатель нахмурился. Несмотря на то, что достижения божественных искусств огня и физического тела Небесного Преподобного Хо были довольно высоки, ему они казались очень хрупкими.

Вырвавшись из рук Небесной Преподобной Лин, Цинь Му спокойно проговорил:

— Старшая сестра, отойди на несколько шагов назад. Что ты от меня хочешь?

Его второе предложение было обращено к Императора-Основателю.

Тело Императора-Основателя не двигалось, он уставился на Цинь Му, тихо говоря:

— Если ты поднимешь много шума, сложно будет предугадать какие изменения случатся в будущем.

— Ты очень любишь быть слишком осторожным, — Цинь Му тоже неподвижно стоял, на его лице засияла мрачная улыбка. — Но я не такой, на мне нет такого бремени. Кто бы не решил меня избить, я буду отбиваться.

Небесный Преподобный Хо бросился в атаку, но за спиной Цинь Му внезапно появился тридцатишестиметровый исконный дух. С тремя головами и шестью руками он с лёгкостью отбросил Небесного Преподобного Хо прочь.

Между тем за спиной Императора-Основателя тоже возвысился тридцатишестиметровый исконный дух, блокируя атаку Цинь Му. Не в силах подавлять свой гнев, он засмеялся:

— Я давно заметил, что ты смотришь на меня свысока, и всё время ищешь со мной конфликта. В таком случае, почему бы нам не сразиться?

Цинь Му тоже не мог больше сдерживать своей злости к Императору-Основателю, и его аура тут же ярко вспыхнула. Ци и кровь мгновенно взмыла к небу, сдувая прочь тучи и ветер.

Его тридцатишестиметровый исконный дух с тремя головами и шестью руками стоял внутри водоворота Ци и крови, проревев, будто гром:

— Тогда давай сразимся! Ты думаешь, я тебя боюсь? Подходи!

Бесчисленные практики божественных искусств вокруг стояли с ошарашенными выражениями лиц, недоумевая. Они никак не могли прийти в себя.

Они были сильными, слишком сильными.

В этой эпохе никогда не было настолько сильных практиков божественных искусств.

Небесный Преподобный Хо снова бросился в атаку, но увидев исконный дух Цинь Му, стоящий в потоке Ци и крови, он резко изменился в лице:

— Не может, практик божественных искусств не может быть настолько сильным…

Император-Основатель тоже не мог сдерживать своего гнева, и его аура вспыхнула с новой силой. Суровым тоном он прокричал:

— То, что ты сделал, не могло быть хуже! Я не могу позволить тебе продолжать делать что захочешь!

Бум!

Его Ци и кровь устремились к небу, а изначальный дух поднялся, наступая на них. Все вокруг увидели перед собой властного и могущественного правителя эпохи!

Оба исконных духа начали сражаться в небе, их аура накрыла собой Собрание Яшмового Водоёма. Это вызвало у всех здешних практиков удивление и страх. Им оставалось лишь ошарашенно смотреть на удивительное зрелище вверху!

Небесный Преподобный Юй и несколько других небесных преподобных, обсуждающих дела в Золотом Зале Яшмового Водоёма, тоже были встревожены шумом. Повернув головы, они шокировано наблюдали за происходящим.

Таким сильные исконные духи, Ци и кровь вызывали одновременно захватывающее и горькое чувство.

Небесная Преподобная Лин тоже подняла голову, удивлённо шепча себе под нос:

— Как они совершенствовались до такого уровня?..

За её спиной раздался расстроенный голос быка:

— Что мне делать, что же мне делать? Эти двое упрямы, как быки… нет, они упрямы, как мулы… быки не упрямы! Если они начнут сражаться, это будет катастрофа…

Небесная Преподобная Лин недоумевала:

—Разве вы не пришли в месте, вы что, не друзья?

Ню Саньдо вздохнул и покачал головой:

— Они оба хотят стать друзьями, но слишком горды. Они не могут отложить свою гордость в сторону…

Небо внезапно задрожало, когда исконные духи Цинь Му и Императора-Основателя освободили свои божественные искусства. Их сила подняла ураган, подувший во всех направлениях. Жестокий порыв тут же сдул тучи прочь, и небо стало полностью голубым.

В следующий момент бесчисленные молнии начали пересекаться друг с другом, сыплясь, будто дождь.

— Твоё божественное искусство неплохо, — стоя внизу, Император-Основатель набросился на Цинь Му и усмехнулся. — Впрочем, твоё понимание божественных искусств всё же оставляет желать лучшего.

Его ладонь повернулась, испуская божественное искусство. Взмахнув рукавами, он быстро окутал себя крохотными божественными искусствами.

Он был основателем эпохи и, несмотря на свой юный возраст, демонстрировал невероятные навыки и стратегию. Самые удивительные божественные искусства Эпохи Императора-Основателя были созданы именно ним, и благодаря им эпоха смогла продержаться так долго.

Он был создателем первой версии техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, которую совершенствовал Цинь Му. Позже, та обрела тысячи ответвлений, подходящих для различных практиков божественных искусств. Все эти божественные искусства создал Дровосек, изучая технику Императора-Основателя.

Когда Цинь Му оказался на корабле своего отца Цинь Ханьчжэна, то изучил метод сжатия силы божественных искусств, созданный Императором-Основателем.

Сила божественных искусств могла распространяться на площади десятком километров. С её разрушительной мощью нужно было считаться!

Цинь Му издал громкий рёв. У других людей было семь божественных сокровищ, но он мог обрести четырнадцать божественных сокровищ, разделённых на дьявольские и божественные. Кроме Жизни и Смерти и Божественного Моста, все другие были открыты, в суме составляя десять штук.

И эти десять божественных сокровищ уже были превращены в одно.

Его жизненная Ци падала, будто водопад, стекая по божественному сокровищу напоминая колонны. Над небом и землёй божественного сокровища свисали сотни, или даже тысячи таких колонн, циркулируя и пересекаясь.

Из-за того, что его божественные сокровища соединились в одно, скорость циркуляции его Ци была даже выше, чем у Императора-Основателя. Его скорость и мощь были значительно выше!

Несмотря на то, что его божественное искусство уступало Императору-Основателю, он вовсе не боялся с ним бороться!

В момент их столкновения сила божественных искусств мгновенно разразилась. Нефритовые плиты под их ногами подлетели в воздух, формируя шар вокруг противников. Куски пола по кругу взлетали в воздух, в то время как плиты под ногами практиков божественных искусств вдали сдуло прочь вместе с людьми!

Бам! Бам! Бам! Бесчисленные резкие удары напоминали раскаты грома. Как только освободилась сила божественных искусств, Цинь Му и Императора-Основателя отбросило прочь, и они врезались в землю с молниеносной скоростью, будто кометы, прежде чем отлететь к стенам зала, находящимся за сто километров друг от друга.

Оставляя за собой полосы света, два внушительных исконных духа продолжали носиться по небу будто молнии, ударяя друг друга и не заботясь о собственной жизни.

Силуэты в небе сталкивались, порождая всевозможные видения. Среди них были летающие драконы, фениксы, кружащиеся среди туч, десятки тысяч летающих мечей, ножи, разрубающие небо напополам, мудры кулаков в виде гор, длинные реки, и гигантский вращающийся колокол…

Все эти видения сопровождались странными звуками, которые были голосами дао, исходящими от взрывов божественных искусств.

Крыша зала взорвалась, когда Цинь Му и Император-Основатель взмыли в небо. Приземлившись на верху здания, они посмотрели друг на друга с расстояния в сто километров.

Их взгляды встретились.

— Ияяяя!

Цинь Му взревел, и его Ци поднялась к небу. Внезапно, он спрыгнул с зала, шагая по воздуху. Несмотря на то, что он находился в небе, на земле оставлялись следы его ног!

Он бежал по небу, будто мерцающий свет и мимолетные тени. С каждым шагом он наносил бесчисленные удары кулаком, мудры сжимали воздух, материализуясь. Гигантские кулаки полетели в сторону Императора-Основателя с ослепительной скоростью, в то время как количество мудр увеличивалось, и они формировали собой всё более толстую стену!

Старый бык встревожился, тут же прокричав:

— Цинь Е… Цинь Кай, не пытайся бороться с ним грубой силой, его навыки боевого пути уже достигли максимума!

Император-Основатель, стоящий в противоположной стороне зала, не обратил внимания на слова старого быка. Он двинулся вперёд, в то время как его руки двигались вверх-вниз, будто крылья бабочки. Из кончиков его пальцев, ладоней и даже с рукавов слетали бесчисленные крохотные божественные искусства. Башни, котлы, колокола, пагоды, ножи, копья, мечи, алебарды, драконы, тигры, чёрные черепахи и всевозможные божественные искусства полетели вперёд, неся в себе ужасающую силу. Они начали сиять ярким светом!

В его ауре крылась поразительная волна, содержащая в себе ужасающую силу.

Кровь в венах старого быка застыла, он прокричал:

— Му Цин, не борись с ним грубой силой! Навыки божественных искусств Ци Кая уже достигли максимума!

Когда кулак столкнулся с божественным искусством, по воздуху пронеслись ужасающие волны. Эпицентр взрыва разразился ослепительным светом, напоминая невероятно острый нож, врезающийся в сердце Драгоценного Острова Яшмового Водоёма.

Земля задрожала, и в Драгоценном Острове Яшмового Водоёма появился разлом. Он был невероятно ровным и непрерывно становился больше, длиннее и шире!

Вьюх!

Сильный ветер подул во всех направления, и глянцевые плиты в каждом из залов мгновенно подлетели в воздух, обнажая драконьи кости под собой.

— Одержимость исконного духа! — одновременно прогремели оба голоса. Жестокий потоп из Ци и крови внезапно отступил, в то время как два исконных духа вернулись в свои тела.

Обе ауры закипели, между тем, физическое тело Цинь Му начало расширяться, становясь всё выше и выше. Вскоре он достиг высоты в тридцать шесть метров, возвышаясь над округой, будто бог.

Шесть рук юноши крепко сжались, мышцы на их поверхности выпучились. Три его головы громко заревели, но в следующий миг он приложил все свои ладони к земле.

— Ковка оружия из сокровищ!

Земля задрожала, и огромные залы вокруг начали рушиться. Бронзовые колонны подлетели в небо и расплавились, превращаясь в божественное оружие летающих мечей, двигающихся с невероятной скоростью!

С противоположной стороны Император-Основатель хлопнул руками перед своей грудью, и его аура взорвалась. Другой гигантский зал подлетел в воздух и обрушился, в то время как божественные металлы и материалы превратились в всевозможных зверей, сокровища и другие формы, прежде чем броситься в противника.

После того, как его божественные искусства были готовы, именно такой стала форма его божественного оружия.

Они оба черпали силы из своего внутреннего гнева, и в этот миг методы, используемые в сражении, вышли за пределы обычной дуэли.

Голова старого быка трещала по швам, прикрыв собой Небесную Преподобную Лин, он прокричал:

— Цинь Кай, прекрати сражаться, он Тело Тирана, его нельзя одолеть!

Император-Основатель не обращал внимания, и старый бык продолжил:

— Му Цин, почему ты отбиваешься? Его божественные искусства безграничны, у тебя есть все шансы погибнуть! Его сильная сторона — навыки меча, божественные искусства это лишь прикрытие!

Оба божественных искусства в небе поразили своим видом всех на острове. Бесчисленные практики божественных искусств древних времён недоумевали, смотря на два разных искусства, которые вот-вот должны были столкнуться.

— Вы оба! — Ню Саньдо больше не мог держать себя в руках, издавая оглушающий рык. — Вам ещё не хватило? Я зол!

Небесная Преподобная Лин была вне себя от волнения и не могла оторвать взгляда от происходящего. Старик возле неё внезапно взорвался ужасающей аурой, от которой окрестности начали потрескивать и раскалываться.

Женщина посмотрела на старика, начавшего непрерывно расти. Она наконец увидела его крепкое физическое тело, такое же сильное, как у древнего бога. Злость старого быка нельзя было сдержать, его голос пронёсся над райскими небесами, поднимая волны на райской реке!

По всему небу начали появляться трещины пространства.

Казалось, что Драгоценный Остров Яшмового Водоёма не в силах содержать физического тела этого старика!

Глава 738. Хаос в Райских Небесах

— Ню Бэнь такой сильный…

Стоя возле Небесного Преподобного Юй, Сын Небесной Инь уставился на происходящее широко открытыми глазами, смотря на Ню Саньдо, чья голова скрылась в тучах. Глаза юноши едва не вывалились из орбит.

Он знал, что человек по имени «Ню Бэнь» был невероятно сильным, и едва не раздавил гигантского куна, приземлившись ему на спину. Тем не менее, он не мог представить, что мощь простого на вид старика окажется настолько высокой!

Он был силён настолько, что даже небо не могло больше сдерживать его ауры. Его мощь была так огромна, что в тот миг, когда он сделал свой шаг, Собрание Яшмового Водоёма оказалось подавлено!

Гигантские черепахи Яшмового Водоёма, таскающие острова на своих спинах, тоже были полубогами. У них была мощная родословная, происходящая от древних богов. Тем не менее, даже с такими сильными способностями они не смели показываться перед Ню Бэнем, а лишь спрятали свои головы и конечности в панцирь и погрузились в воду, вынуждая своих пассажиров забираться на вершины гор, чтобы не утонуть в Яшмовом Водоёме.

— Сильный, как древние боги…

Небесный Преподобный Юй и несколько других небесных преподобных побледнели в лицах, смотря на разъярённого бога. В их сердцах смешалось множество эмоций.

Особенно нервно себя чувствовал Небесный Преподобный Юй.

Чтобы провести собрание Яшмового Водоёма, ему пришлось носиться по райских небесах, договариваться с Небесной Императрицей и подкупать приближённых Небесного Императора, чтобы те поднимали его репутацию в глазах последнего.

Более того, ему также пришлось приложить немало усилий, чтобы привлечь бесчисленные таланты из всех миров на это собрание.

Он воспользовался славой Собрания Райских Небес, чтобы обрести возможность провести такое шумное мероприятие.

В этот раз он тоже хотел воспользоваться возможностью, чтобы объявить об огромном прорыве, который привлёк бы к себе внимание всех вокруг. Он хотел использоваться этим шансом, чтобы стать лидером всех практиков божественных искусств мира и даже возглавить полубогов.

Он хотел, чтобы все расы мира, включая потомков древних богов, перешли на его сторону!

Таким образом, половина плодов Собрания Райских небес стали бы его, что позволило бы значительно продвинуться вперёд.

Он совершенно не ожидал, что на Собрании Яшмового Водоёма внезапно появятся двое парней и начнут свирепо сражаться. Они оба были несравнимо великолепны, и ошеломили всех, кто пришёл на собрание, совершенно украв у него всё внимание.

Ещё меньше он ожидал встретить появившегося из-ниоткуда сильного практика, равносильного древнему богу. Он совершенно не знал, как теперь продолжать Собрание Яшмового Водоёма.

Если этот сильный практик потеряет самообладание и разрушит весь Нефритовый Водоём, то разве его усилия не окажутся напрасными?

Тело Ню Саньдо стало невероятно мускулистым, из его ноздрей начал клубиться дым. Его взгляд загорелся, а руки нажали вниз. Ещё до того, как он успел коснуться Цинь Му и Императора-Основателя, те уже ощутили на себе ужасное давление!

Бам! Бам!

Раздались два глухих взрыва. Божественные искусства Цинь Му и Императора-Основателя разрушились, они оба упали с неба и неподвижно прилипли к земле, прижатые невыносимым давлением.

Земля провалилась под их телами, они погружались всё глубже и глубже. Не в силах пошевелиться, они переполнялись шоком.

— Ты смеешь его избивать? — Цинь Му был удивлён и взбешен. Подняв голову, он проговорил, — Избивая его, ты избиваешь и меня, чёртов бык…

В небе раздался яростный голос Ню Саньдо:

— Создай ещё больше проблем! Давай, создавай больше проблем! Сколько раз за это путешествие я говорил вам обеим сдерживать себя и не создавать проблем, к чему вы так сильно стремились! Вы думаете, у меня совсем нету характера? Если мой бычий характер взбесится, то мне будет плевать кто вы такие…

— Хватить на них давить! — Небесная Преподобная Лин стояла возле ног быка и смотрела в сторону Цинь МУ и Императора-Основателя. В месте их крушения уже появилась огромная яма, женщина взволнованно подняла голову. — Если ты продолжишь, то раздавишь их до смерти!

Тем не менее, тело Ню Саньдо было слишком высоким, и её голос не достигал его ушей.

В этот момент в небе раздался громкий, чёткий голос, напоминающий крик орла:

— Кто смеет сеять хаос на райских небесах?

Стремительный поток огня, напоминающий метеор, становился всё больше и больше, атакуя Ню Саньдо будто падающее солнце!

Ню Саньдо протянул руку и раздавил солнце, прежде чем громко зарычать.

Несмотря на то, что Великий Владыка Солнца был священным богом, рождённым от природы, он не мог удержаться на ногах под воздействием волн рёва и неконтролируемо отлетел назад.

Он не был поддельным Великим Владыкой Солнца будущего, и взмахнув крыльями, быстро принял свою настоящую форму. Его тело покрыли слои огненных перьев, достигнувших небес. Его крылья были длиной в сто километров, а три острых когтя переливались холодным блеском. Взмахнув крыльями, он возвысился над Яшмовым Водоёмом и попытался схватить Ню Саньдо за голову, чтобы раздавить его череп и мозги.

Ню Саньдо ударил кулаком, и небо издало глухой гул. Великий Владыка Солнца удивлённо воскликнул, отлетая прочь. Вдали, на поверхности солнца вспыхнул взрыв. Владыка столкнулся со звездой и ещё некоторое время не мог встать на ноги.

С противоположной стороны райских небес древние боги и полубоги поднялись в воздух, поспешая к Яшмовому Водоёму. Их аура накрыла собой небо и землю и исказила пространство. Раздался чей-то громкий крик:

— Откуда пришёл этот паразит, осмелившийся так безрассудно вести себя на райских небесах?

Характер Ню Саньдо взял контроль над его телом. Он больше ни о чём не думал и лишь подлетел в небо, начиная ударять и пинать. Он освобождал всё своё совершенствование, совершенно не сдерживаясь.

Независимо от того, какое божественное искусство летело в его сторону, он с лёгкостью уничтожал его с помощью всего лишь одного удара, подавляя всё вокруг своей грубой силой. Даже древние боги солнца, луны и пяти элементов не могли его остановить. Их божественные искусства мгновенно рушились!

Достижения боевого пути Ню Саньдо были невероятно высокими, так же, как и его скорость. Сильный практик боевых искусств мог бежать с недостижимой для практика божественных искусств скоростью. Более того, он был мастером области Непостижимого Неба. Выше него находились лишь эксперты Императорского Трона, поэтому здешние боги попросту не могли его схватить!

Древний бог в небе хмыкнул, пропустив удар по лицу. Он рухнул в Яшмовый Водоём вниз головой. Его ноги остались торчать снаружи, а жизнь была под вопросом.

Другого древнего бога отбросило в райскую реку, что подняло высокую волну, едва не перевернувшую плывущие по ней лодки. Поднявшись на тридцатикилометровой волне, их пассажиры впали в ужас.

Также был древний бог, пропустивший бесчисленное количество ударов за несколько мгновений. Каждый из них сгибал его тело и искривлял лицо, отчего его разум полностью помутнел.

Придя в себя, тот обнаружил, что лежит в куче щебня. Под ним находился разрушенный дворец.

Ню Саньдо выпустил всю злость, накопившуюся в нём за последних два дня.

Последним временем он был ужасно напуган. Он всё время боялся, что Цинь Му создаст какую-то огромную проблему, и что он начнёт сражаться с Императором-Основателем, боялся, что Император-Основатель узнает его, решит избавиться от Цинь Му, или что Цинь Му убьёт Императора-Основателя.

Как настолько прямолинейный человек мог перенести такое количество стресса?

И всё же у него не было выбора, кроме как терпеть. Но как только его недовольство вырвалось наружу, остановить его уже было невозможно!

Сильный практик пути боевых искусств должен быть именно таким.

Пока он держал себя в руках, всё было хорошо, но как только он терял самообладание, мир вокруг рушился. Даже бык не мог бы оттащить его назад, более того, он сам был быком!

Ню Саньдо становился всё более и более возбуждённым, продолжая бороться. Вокруг него собиралось всё большее количество древних богов и полубогов, и желая избить их всех он не удержался, начав громко мычать.

Внезапно солнце в небе вспыхнуло ослепительным светом, ударив в старого быка. Тот мгновенно отлетел прочь!

На поверхности солнца Великий Владыка Солнца стёр золотую кровь с уголков своих губ и разразился магической силой. Контролируя огненную силу солнца, он изверг из него столб света и сдул Ню Саньдо, не успевшего вовремя встать на ноги.

С другой стороны, луна в небе тоже разразилась яркими лучами, и два луча врезались в тело Ню Саньдо, отчего тот улетел прочь с неба и приземлился у райской реки.

Звезды пяти элементов в небе тоже начали ярко сиять. Было очевидно, что Владыки Пяти Звёзд тоже использовал всевозможные способы управления звёздами пяти элементов, собираясь атаковать вместе.

— Вы и вправду верите, что я вас боюсь?

Ню Саньдо протянул руку, хватая райскую реку. Та сильно дрогнула, пока бык пытался использовать её в качестве оружия, чтобы совладать со звёздами!

Бесчисленные практики божественных искусств, находящиеся в Яшмовом Водоёме, ощутили, как кровь в их жилах станет. Между тем, Цинь Му выполз из-под его ладони и стряхнул пыль со своего тела. С угрюмым выражением лица он обратился к Императору-Основателю:

— Он осмелился тебя избить, но не переживай, я помогу тебе избить его в будущем! Этот бык сошёл с ума, он и вправду сошёл с ума!

Рядом с ним Император-Основатель потянулся, думая: «Разве он не мой враг? Этот парень невероятно странный. Он определённо видит во мне врага, но как только меня избил Ню Бэнь, он решил встать на мою защиту»

Подлетев к ним, Небесная Преподобная Лин Проговорила:

— Это старик поднял слишком много шума! Он взбудоражил все тридцать шест дворцов! Уладить это будет невероятно сложно!

Фыркнув, Цинь Му равнодушно проговорил:

— Он может решить наступившую проблему. Пока он не сорвёт с себя жёлтую бумажку, никто не сможет его узнать. Тем не менее, этот тупой бык скорее всего слишком вовлёкся в сражение и окончательно позабыл о решении проблемы. Как только он устанет, он обо всём вспомнит.

Небесная Преподобная Лин с любопытством их осмотрела, думая про себя: «Между этими людьми очень странные отношения…»

Райская река задрожала, Ню Саньдо едва не удалось поднять её, чтобы использовать в качестве божественного оружия. В этот миг из глубин райских небес донёсся глухой голос:

— Я был рождён райской рекой. Использовав её в качестве оружия, разве ты не разрушишь мой дом? Тебе нельзя её трогать.

Ню Саньдо внезапно ощутил, что райская река становится невероятно тяжёлой. Её вес непрерывно увеличивался, отчего бык начал постепенно наклоняться вперёд.

Ню Саньдо выпустил райскую реку с рук он отпрыгнул в сторону, увидев перед собой древнего бога, шагающего в его сторону по водной глади. За спиной этого бога возвышались ведения гигантской чёрной черепахи. Вокруг неё извивался чёрный змей, рот которого мог целиком проглотить небеса. У змеи были вертикальные зрачки, отчего та выглядела крайне злобной, уставившись на него.

Ошарашенный, Ню Саньдо наконец пришёл в себя. В этот миг небо на востоке утонуло в зелёном свете, и в сторону Яшмового Водоёма двинулся ещё один старик. За его спиной извивался ужасающий дракон невообразимо огромных размеров.

«Неужели это Северное и Восточное Божество из Четырёх Божеств? — моргнув, Ню Саньдо крепко жал кулак, волнуясь. — Северное и Южное Божества этой эпохи сильнее, чем в будущем? Как мне это проверить, не сразившись с ними? Я совершенно их не боюсь!»

В этот момент из-за девяти небес донёсся голос:

— Сюань Ву, Цин Лун, не стоит его избивать. Маленький друг Дао совершенствовал удивительные способности. Должно быть он не смог смириться с тем, что я никогда о нём не слышал и не пригласил на Собрание Райских Небес, и решил поднять немного шума.

Поклонившись, Северное Божество проговорил:

— Ваше Величество, он пришёл, чтобы помешать Собранию Райских Небес, если мы его не убьём, то что произойдёт с нашей репутацией? Я думаю, что нам стоит его убить в качестве предупреждения всем остальным.

Сердце Ню Саньдо резко дрогнуло: «Небесный Император? Это был его голос? Если они решат меня убить, как мне сбежать?»

Голос проговорил с насмешкой:

— С чего бы райским небесам переживать о своей репутации? Разве в этом мире остался хоть один наш враг? Бык, твои способности достаточно высоки для того, чтобы назначить тебя главой райского дворца. Тем не менее, так как ты посеял здесь хаос, что является преступлением, я должен тебя наказать. После Собрания Райских Небес ты можешь стать Золотым Командиром перед моим троном.

Ню Саньдо торопливо поклонился, и с неба спустился луч света, приземляясь в ладонь старого быка. В ней появилась командирская печать

Почесав голову, Ню Саньдо повесил командирскую печать себе на пояс.

— Считай, что тебе повезло, — Северное Божество отступил, и на райских небесах вновь воцарилось спокойствие.

Старик, приближающийся с востока, тоже исчез.

Поспешно вернувшись в свой обычный облик, Ню Саньдо вернулся к Яшмовому Водоёму и обратился к Цинь Му:

— Небесный Император заметил мои способности и наградил меня званием Золотого Командира. Он не стал меня убивать.

Покачав головой, Цинь Му проговорил:

— Ты поднял столько шума, что отправить тебя к Сцене Казни Бога и отрубить тебе голову можно было бы посчитать лёгким наказание! Вначале я подумал, что ты серьёзный, и никогда бы не ожидал, что ты сможешь перегнуть палку даже сильнее, чем Ци Кай!

Хмыкнув, Император-Основатель уставился на небо, будто ничего не произошло.

Старый бык ответил:

— Если бы вы не создавали проблем, разве я бы разозлился? Просто держите себя под контролем и пытайтесь не шуметь. Давайте спокойно проведём эти несколько месяцев.

Цинь Му посмотрел на печать командира на его поясе. Его сердце дрогнуло, и он проговорил:

— Покажи мне свою печать командира.

Старый бык снял печать и передал её юноша. Сердце Цинь Му продолжало дрожать, он уже собрался обыскать свой мешочек таотэ, когда к ним подошёл юноша, сверкающий улыбкой:

— Небесная Преподобная Лин, кто эти трое старших братьев?

— Я не знаю, — Небесная Преподобная Лин лишь сейчас пришла в себя и спросила Цинь Му. — Как вас зовут?

Глава 739. Небесный Преподобный Ю, что Плачет, Улыбаясь

— Брат Цинь и брат Му! — за спиной незнакомца показался Сын Небесной Инь, улыбчиво говоря. — А также старший Ню Бэнь! Вы создали ужасное бедствие! Яшмовый Водоём принадлежит Небесной Императрице, и теперь, когда вы полностью его разрушили, она может доставить вам проблем. Небесный Преподобный Юй, это старший брать Цинь Кай, старший брат Му Цин и старший Ню Бэнь, о которых я говорил.

Небесная Преподобная Лин лишь сейчас узнала их имена, впрочем, они всё равно были поддельными.

Она была полностью сосредоточена на своих исследованиях, поэтому слегка тормозила в других вопросах. Почувствовав, что Цинь Му и Император-Основатель хорошо к ней относились и шли схожим путём, она забыла спросить их имена.

Посмотрев на юношу, пришедшего с Сыном Небесной Инь, Цинь Му задумался: «Это Преподобный Юй? Человек, который открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона?»

Небесный Преподобный Юй был человеком, создавшим систему совершенствования божественных сокровищ, и возможно, был даже основателем системы райских дворцов. Он пробудил свой духовный эмбрион и даже достиг райских дворцов своим исконным духом. Для людей будущего в этом не было ничего необычного и, несмотря на трудность процесса, количество богов, добившихся в этом успеха, было огромным.

Но для людей прошлого, не умеющих совершенствоваться, это было огромным достижением, сопоставимым с созданием мира!

Небесный Преподобный Юй создал систему совершенствования божественных сокровищ с нуля, и был поистине достоин своего звания!

Цинь Му внимательно рассматривал Небесного Преподобного Юя, обнаруживая, что на вид тот спокойный и нежный, будто нефрит. Он стоял будто яшмовое дерево, его взгляд напоминал капли росы, а сердце сверкало цветами.

Цинь Му улыбнулся и поздоровался:

—Я уже давно наслышан о великом имени Небесного Преподобного Юя, и лишь теперь мы наконец встретились. Ты и вправду соответствуешь своей славе!

Небесный Преподобный Юй ответил:

— Пути, навыки и божественные искусства брата Му и брата Циня, продемонстрированные ранее, ошеломили весь Яшмовый Водоём и заставили меня осознать, что всё же есть люди, лучше меня. Способности старшего Ню Бэня даже более шокирующие, они вызвали у меня зависть. Простите мне моё невежество, из-за которого я не знал ваших имён. Можно узнать откуда вы пришли?

Цинь Му и Император-Основатель переглянулись:

— Мы пришли из маленьких деревень. Имя Небесного Преподобного Юя известно по всему миру, и как только мы узнали о том, что ты организовал Собрание Яшмового Водоёма, сразу же решили прийти. Но вот у нас не слишком хорошие характеры, из-за чего мы затеяли драку. Пусть Небесный Преподобный простит нашу дерзость.

Небесный Преподобный Юй улыбчиво ответил:

— Это не беда. Хоть Яшмовый Водоём разрушен, я уже отдал приказ и скоро здесь всё отстроят. Это не лучшее место для разговора, почему бы трём гостям не прийти к нашему небольшому сооружению около дворца Небесной Императрицы. Оно намного прочнее, чем здешние здания.

Небесная Преподобная Лин не горела желанием идти и собиралась что-то ответить, когда Небесный Преподобный Юй тепло проговорил:

— Небесная Преподобная Лин, твой дворец тоже разрушен, это не место, в котором можно жить. Идём ко дворцу Императрицы.

Небесная Преподобная Лин на мгновение задумалась, прежде чем кивнуть.

Небесный Преподобный Юй шагал впереди, его глаза загорелись:

— Брат Цинь, Брат Му, я вижу, что ваши пути, навыки и божественные искусства отточены до предела. Ваши техники священны и превосходят любое живое существо. Ваши таланты и достижения невероятно высоки и достигли уровня, которого я не могу даже понять. Можно поинтересоваться у кого вы учились?

— Мы разобрались во всём самостоятельно, — проворчал Цинь Му.

Император-Основатель улыбчиво добавил:

— У нас не слишком хорошие характеры, и мы сражаемся каждый раз, когда встречаемся, между тем улучшая свои пути, навыки и божественные искусства. Небесный Преподобный Юй, — ты гений, создавший божественные искусства и благословивший будущие поколения, я впечатлён.

На лице Сына Небесной Инь возникло подозрительное выражение, он задумался: «Тогда, на спине гигантского куна, они выглядели так, будто встретились впервые. Они не знают друг друга. Почему тогда Цинь Кай говорит, что они улучшали свои пути, навыки и божественные искусства, сражаясь друг с другом? Кажется, это неправда.»

Несмотря на эти мысли, он промолчал.

Слегка нахмурившись, Небесный Преподобный Юй улыбчиво проговорил:

— Если вы не хотите вникать в подробности, я не буду на вас давить. Даже несмотря на то, что на эту встречу пришло огромное количество практиков, среди которых найдётся много настоящих талантов, самого большего внимания заслуживаете вы трое. За этим мостом мы доберёмся к нашему зданию на Яшмовом Водоёме, оно не разрушилось.

Впереди, по небу протягивался длинный мост без опор. Он лежал на морской поверхности, и по нему шагало несколько практиков божественных искусств, спешащих на остров с противоположной стороны.

Оглянувшись назад, Цинь Му увидел, что драгоценный остров Яшмового Водоёма потерпел ужасные повреждения. Бесчисленные полубоги поспешно летели в его сторону, начиная отстраивать разрушенные дворцы.

Шагая, Небесный Преподобный Юй смотрел на сверкающую морскую гладь. Вдали, два древних бога вытаскивали из воды своего товарища. От удара старого быка тот потерял сознание, а его голова застряла в морском дне.

На поверхность воды неторопливо всплывали огромные черепахи. Вершины их гор поднимались со дна, с них будто водопады текли потоки воды.

Всё это было последствиями разрушения, причинённого старым быком.

— У Небесного Императора удивительная широта ума, он не примет случившегося близко к сердцу, — с горькой улыбкой проговорил Небесный Преподобный Юй. — Тем не менее, Небесная Императрица затеет небольшой скандал, так что вам стоит быть очень крайне осторожными… Небесный Преподобный Ю!

Он остановил юношу, шагающего в сторону таинственного сооружения Яшмового Водоёма. От скуки тот раз за разом бросал в воду руны.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Руны, которые создавал Небесный Преподобный Ю, напоминали писания Юду. Попадая в воду, они взрывались, оглушая рыб.

«Это Небесный Преподобный Ю, открывший божественное сокровище Жизни и Смерти? Почему у него характер ребёнка?» — недоумевал он.

Небесный Преподобный Ю носил небольшую косичку, торчащую вверх, а из его носа свисала сопля. На его затылке висела маска с улыбающимся дьявольским лицом, тем не менее, под её глазами были нарисованы слёзы.

Этот человек, казалось, отличался от других Небесных Преподобных. Он был крайне замкнутым, даже когда к нему обратился Небесный Преподобный Юй, парень не слишком охотно обратил на него внимание. Сначала он посмотрел на Небесного Преподобного, после чего взглянул на Цинь Му и Императора-Основателя, прежде чем продолжить швырять руны в воду.

Цинь Му с любопытством посмотрел на Небесного Преподобного Ю. Тот открыл божественное сокровище Жизни и Смерти, поэтому определённо должен был знать руны Юду. Кроме того, он скорее всего хорошо владел и его божественными искусствами.

Владение божественными искусствами Юду в эту эпоху свидетельствовало о том, что парень понимал жизнь смерть, что уже было выдающимся достижением.

— Небесный Преподобный Ю, — Цинь Му протянул небольшой лист бумаги и улыбчиво спросил. — Можно попросить у тебя автограф?

Взглянув на Цинь Му ещё раз, Небесный Преподобный Ю внезапно приободрился, заметив что-то странное в его внешности:

— Твой третий глаз очень странный.

Удивлённый, Цинь Му ответил, улыбаясь:

— Ты увидел мой секрет. Мои способности слишком высоки, поэтому я должен запечатать свой глаз, чтобы не натворить беды.

Небесный Преподобный Ю протянул руку, собираясь сорвать золотой ивовый лист с его лба, но Цинь Му поспешно его остановил.

Парень тут же погрустнел и спрыгнул с плавающего моста:

— Тогда я не буду смотреть, мне всё равно!

Посмотрев вниз, Цинь Му увидел, что Небесный Преподобный Ю не упал на поверхность воды. Вместо этого он вынул небольшой бумажный кораблик, который резко увеличился в размерах, и приземлился на его борт, после чего поплыл в сторону острова впереди.

— Этот бумажный кораблик…

Цинь Му ошарашенно застыл. В этот миг дьявольская маска за головой Небесного Преподобного Ю внезапно открыла рот и показала ему язык.

Юноша шокировано вскочил, и выражение маски вернулось к норме.

— Не принимай этого близко к сердцу, у Небесного Преподобного Ю всегда был характер ребёнка, — проговорил Небесный Преподобный Юй. — Он потерял отца, будучи ещё маленьким ребёнком, и с тех пор о нём заботилась мама. Тем не менее, она была больной и слабой, её всегда мучали болезни. Когда я встретил его впервые, он уже был немногословен. Будучи десятилетним ребёнком, он был вынужден заботиться о своей матери, которая к тому времени уже не вставала с постели. Однажды он сказал мне, что хочет создать метод, позволивший его матери не умирать. Спустя несколько лет он открыл божественное сокровище Жизни и Смерти.

Император-Основатель проговорил:

— Он хороший ребёнок, тем не менее, открытие Божественного Сокровища Жизни и Смерти не сможет спасти жизнь его мать.

Сын Небесной Инь, стоящий неподалёку, ответил:

— Я слышал, что его мать умерла ещё до того, когда он открыл своё божественное сокровище Жизни и Смерти, после чего он стал ещё более закрытым. Он даже говорил, что собирается встретиться с Графом Земли и украсть душу своей матери, он очень смел, — покачал головой Сын Небесной Инь.

Небесный Преподобный Юй ответил:

— На самом деле, он уже встречался с Графом Земли.

Сын Небесной Инь ошарашенно застыл, Небесный Преподобный Юй продолжил говорить:

— Граф Земли навестил его после открытия божественного сокровища Жизни и Смерти. Юноша умолял, чтобы тот забрал назад звание Небесного Преподобного и отказывался от бессмертия. Он лишь хотел, чтобы его мать никогда не умирала. Тем не менее, она уже была мертва, и её душа находилась в Юду. Граф Земли непоколебим, и не изменял бы правил Юду ради него, поэтому он решил, что однажды украдёт её душу.

Цинь Му уставился на уплывающий бумажный кораблик, и в его голове возник образ другого человека. Тот тоже плавал на таком кораблике, и был никем другим, кроме как стариком, сидящим под зелёным светом фонаря.

Он станет Доброжелательным Святым Королём, Равным Небесам?

Если да, то как Небесный Преподобный Ю стал Доброжелательным Святым Королём, Равным Небесам?

Удалось ли ему спасти свою мать от Графа Земли?

Бумажный кораблик бесшумно плыл вперёд, а на лице юноши на борту было выражение, будто он плакал, смеясь.

Ошарашенный, Цинь Му начал вспоминать о своей собственной матери.

Заметив изменение в его лице, Небесный Преподобный Юй проговорил:

— Кажется, Брат Му о чём-то задумался.

Цинь Му выдавил из себя улыбку:

— Увидев Небесного Преподобного Ю, я вспомнил о своём прошлом. Друзья по горю сочувствуют друг другу.

Небесный Преподобный погрузился в мысли, прежде чем улыбнуться и проговорить:

— С твоими способностями, брату Му будет несложно получить звание Небесного Преподобного. Я готов доложить Небесному Императору, и он, возможно, согласится назвать брата Циня и брата Му Небесным Преподобным Цинем и Небесным Преподобным Му. Когда это случится, нас станет девять.

В следующий миг он громко рассмеялся.

Не лице Сына Небесной Инь возникло мрачное выражение, в его сердце зародились разочарование и зависть.

Император-Основатель покачал головой и ответил:

— Звание Небесного Преподобного даётся лишь людям с невероятными достижениями, я его недостоин. Мы с братом Му…

Ухмыльнувшись, Цинь Му его прервал:

— Не называй меня Братом Му, я недостоин!

Приподняв брови, Император-Основатель фыркнул. Старый бык, молча стоящий за их спиной, кашлянул, явно пытаясь им пригрозить.

Увидев это, Небесный Преподобный Юй улыбнулся: «Эти трое какие-то странные.»

Император-Основатель продолжил:

— Несмотря на то, что мы с Му Цином владеем удивительными путями, навыками и божественными искусствами, у нас за спинами нет никаких удивительных достижений. Поэтому мы не достойны этого звания.

Рассмеявшись, Небесный Преподобный Юй проговорил:

— Старшие братья, если вы не достойны, то кто достоин? Ваше сражение над Яшмовым Водоёмом было более чем удивительным, оно попросту перехватывало дух! По правде говоря, я чувствую, что мои пути, навыки и божественные искусства неплохи, и меня могут превзойти лишь древние боги. Тем не менее, лишь встретив вас я постиг необъятность неба и земли, только после этого я узнал, что такое настоящие пути, навыки и божественные искусства! Вы оба — основатели путей, навыков и божественных искусств, лишь вы двое достойны званий Небесных Преподобных! Если вы считаете себя недостойными, то нас, Семерых Небесных Преподобных, нужно лишить всех званий и отправить в изгнание!

Цинь Му удивлённо моргнул. Небесный Преподобный Юй действительно был героем среди людей. Будь то его слова или достижения, они всегда вызывали у людей чувство, будто на них подул весенний ветер.

Такой человек был прирождённым лидером, подсознательно вызывающим у людей хорошее впечатление.

Они подошли к небольшому сооружению Яшмового Водоёма.

Лишь когда они прибыли Цинь Му понял о каком здании идёт речь.

Его роскошь не слишком удивляла, в конце концов, это была часть дворца Небесной Императрицы. Тем не менее, самой шокирующей частью был его размер. Он был попросту слишком огромным!

Только колонна перед входом имела высоту в шестьсот метров!

Всё здесь было в несколько сотен или даже в тысячу раз больше, чем обычно!

Можно было предположить, что живущая здесь Нефритовая Императрица была в сто раз выше обычного человека!

Небесный Преподобный Юй проговорил:

— Когда Собрание Райских Небес окончится и имя новых райских небес будет выбрано, я отправлю Небесному Императору письмо и попрошу присвоить вам звания.

Цинь Му улыбчиво отблагодарил:

— Если я обрету звание Небесного Преподобного, то буду бесконечно признателен Небесному Преподобному Юю!

Император-Основатель нахмурился:

— Этот парень по имени Му Цин умеет отлично подлизываться!

Старый бык неподалёку кашлянул, и Император-Основатель тут же взял себя в руки, чтобы тот снова не вышел из себя.

Засмеявшись, Небесный Преподобный Юй проговорил:

— Это мелочь, вы её заслужили, я лишь помогаю довести всё до конца. По правде говоря, на этом Собрании Яшмового Водоёма я хочу сделать две вещи. Во-первых, я создал метод достижения бессмертия, и хотел бы подтолкнуть всех практиков божественных искусств на шаг вперёд, сделав их равными богам. Более того, их совершенствование тоже значительно возрастёт. Во-вторых…

Глава 740. Суматоха в Яшмовом Водоёме

В этот миг его прервали:

— Небесный Преподобный Хао!

Какой-то юноша обернулся на зов Сына Небесной Инь и заметил их, улыбнувшись:

— Небесный Преподобный Юй, способности твоих друзей невероятно высоки. Тебе так просто удалось их завербовать?

Небесный Преподобный Юй рассмеялся и ответил:

— Я их не завербовал, просто брат Цинь и брат Му крайне благородные люди, они должны присутствовать на Собрании Яшмового Водоёма. Я собираюсь отправить письмо Его Величеству и просить наградить их титулами Небесных Преподобных, после чего нас будет девятеро. Небесный Преподобный Хао, что скажешь?

Цинь Му рассмотрел Небесного Преподобного Хао. Тот был открывателем божественного сокровища Пяти Элементов, и был одет в роскошную одежду, покрытую узорами птиц, зверей и рыб.

За его головой сиял ореол света, в котором виднелось пять звёзд. Должно быть, это были звёзды Пяти Элементов. В то время, как ореол за головой Небесного Преподобного Юя был круглым, этот был овальным.

Его поведение отличалось от тех Небесных Преподобных, с которыми Цинь Му успел встретиться. Небесная Преподобная Лин была сфокусирована на исследованиях и не обращала внимания на свою внешность. Небесному Преподобному Ю был присущ странный детский характер, Небесный Преподобный Юй вёл себя гладко, ни у кого из людей, которых он встречал, не могло сложиться о нём плохое впечатление, в то время как Небесный Преподобный Хо был невероятно прямолинеен и чист.

Он вызывал у Цинь Му ощущение, будто был уверен в себе и безжалостен. Он стремился к своей цели, не задумываясь о последствиях, и добивался её любой ценой.

По сравнению с Небесным Преподобным Юем, он не так сильно располагал к людей себе, но благодаря его удивительному энтузиазму, его нельзя было недооценивать.

Несмотря на то, что характер Небесного Преподобного Юя достиг такого удивительного уровня, он терял много возможностей из-за своей излишней осторожности.

«Все Небесный Преподобные, с которыми я встретился, оказались невероятно талантливыми людьми. Их не стоит недооценивать, — задумался Цинь Му. — Эта эпоха слишком велика и обширна, раз сумела воспитать так много талантов.»

Взгляд Небесного Преподобного Хао упал на лицо Цинь Му. Юноша кивнул, здороваясь, но тот поспешно отвернул голову на старого быка и Императора-Основателя:

— Оба старших брата действительно достойны званий Небесных Преподобных. Я видел как они сражались друг с другом и был поистине ошеломлён. Я в восторге, но вот не могу утверждать, что Небесный Император выполнит просьбу Небесного Преподобного Юя. Извините, мне нужно заняться некоторыми делами, — договорив, он развернулся и ушёл.

Проводив его взглядом, Небесный Преподобный Юй улыбнулся:

— Небесный Преподобный Хао всегда такой, не принимайте этого близко к сердцу.

Сын Небесной Инь проговорил:

— На самом деле, Небесный Преподобный Хао полубог…

Небесный Преподобный Юй бросил на него сердитый взгляд, и Сын Небесной Инь мгновенно замолк.

Император-Основатель спросил с любопытством:

— Почему Небесный Преподобный Хао полубог? Как тогда он сумел открыть божественное сокровище Пяти Элементов и стать Небесным Преподобным?

Цинь Му спросил:

— С чего это ты такой любопытный?

Император-Основатель повернулся к нему:

— А разве тебе самому не интересно?

Фыркнув, Цинь Му повернулся и спросил:

— Небесный Преподобный Юй, как Небесному Преподобному Хао удалось открыть божественное сокровище Пяти Элементов несмотря на то, что он полубог?

Император-Основатель едва сдерживался от желания достать свой меч и зарезать Цинь Му, но ему оставалось лишь смотреть на Небесного Преподобного Юя.

Тот неохотно начал объяснять:

— На это есть причина. Открытие божественного сокровища Пяти Элементов Небесным Преподобным Хао это эксперимент древних богов. Он сын человека и древнего бога.

Оба юноши ошарашенно застыли.

Небесный Преподобный привёл их в боковой дворец Небесной Императрицы, который к этому моменту уже был набит людьми. Протискиваясь сквозь толпу, он проговорил:

— Небесный Преподобный Хао — получеловек-полубог. У него физическое тело человека, но родословная бога. Я назвал его экспериментом, так как после того, как я открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона и изменил Великое Дао Неба и Земли, позволив всем совершенствоваться, я также открыл существование других божественных сокровищ. Некоторые древние боги испугались, что если полубоги окажутся не в силах совершенствоваться, то рано или поздно их превзойдём мы, практики божественных искусств. В результате они придумали способ, который позволит полубогам совершенствоваться, и на мир появился Небесный Преподобный Хао.

Цинь Му и Император-Основатель шагали следом за ним, шокированные услышанным. Первый поинтересовался:

— Разве полубоги не обретают возможность совершенствоваться, превращаясь в людей?

— Брату Му это известно? — сердце Небесного Преподобного сильно дрогнуло, на его лице появилось удивлённое выражение. Лишь спустя несколько мгновений он продолжил:

— Когда полубоги превращаются в людей, они обретают соответственные божественные сокровища, и действительно могут совершенствоваться. Тем не менее, полубоги — это высшая раса, они не слишком охотно идут на такой шаг. Кроме того, они не знали о существовании этого метода. Небесный Преподобный Хао решил эту проблему совсем недавно, создав технику, которая позволит полубогам превращаться в людей. Он ещё никому об этом не говорил, а брат Му уже всё знает. Ты просто удивительный!

Ошарашенный, Цинь Му начал что-то ворчать себе под нос, злясь что снова себя выдал.

В будущем, среди других рас были очень популярными техники превращения в человека, и он совершенно позабыл, что в этой эпохе чего-то подобного не существовало.

Небесный Преподобный Юй не стал любопытствовать, и продолжил говорить:

— Древние боги более дальновидны. Полубоги могут сравниться с ними в силе, достигнув взрослого возраста, но они не бессмертны. Они не могут избежать смерти от старости или болезни. Я не уделял своего внимания открытию остальных божественных искусств, и вместо этого сосредоточился на поисках способа достижения бессмертия для практиков божественных искусств. Такое бессмертие, как у меня, — это не решение проблемы, а всего лишь воля Графа Земли. Я чувствую, что должен найти путь к бессмертию для всех людей. Я вернулся к совершенствованию лишь спустя много лет, когда Небесный Преподобный Хао открыл божественное сокровище Пяти Элементов. Тем не менее, до того, как я успел в нём разобраться, Небесная Преподобная Лин уже открыла божественное сокровище Шести Направлений.

Он посмотрел на Небесную Преподобную Лин и улыбчиво проговорил:

— Мы с Небесной Преподобной Лин начали одновременно изучать божественное сокровище Пяти Элементов, тем не менее, она открыла Шесть Направлений первой, а значит, она умнее меня.

Небесная Преподобная Лин подгоняла:

— Быстрее найди нам какое-то место. Я должна вернуться к изучению божественных искусств с братом Му и братом Цинем!

Небесный Преподобный Юй провёл их через дворец, и когда они вышли в задний двор, то увидели здание впереди:

— После этого были постепенно открыты оставшиеся божественные сокровища. Когда Небесный Преподобный Юнь наконец открыл божественное сокровище Божественного Моста, я внезапно был просветлён и нашёл для всех людей способ достижения бессмертия и становления богами.

Сверкая уверенностью, он улыбчиво проговорил:

— Старшие братья, пока что вам придётся остаться здесь, на Удивительном этаже, мне нужно принять остальных гостей. Сегодня Небесный Преподобный Хао объявит о создании техники, которая позволит полубогам совершенствоваться, а я расскажу о способе становления богами! — его взгляд загорелся, а голос стал громче. — В этот раз я позволю всем формам жизни однажды стать равными с древними богами! Это золотая эпоха, и появление двух старших братьев ещё сильнее подтолкнуло божественные искусства вперёд. Вы показали мне процветающее будущее! Брат Инь, идём!

Он поднялся и ушёл. Цинь Му и Император-Основатель проводили его, и по дороге первый улыбнулся:

— Небесный Преподобный Юй, ты ещё не расписывался в моей книге.

Небесный Преподобный Юй рассмеялся и взял кисть, записывая несколько слов в книгу Цинь Му. Затем он отдал кисть обратно:

— Надеюсь, два старших брата не поскупятся, и тоже передадут свои пути, навыки и божественные искусства, чтобы приблизить наступление золотой эпохи!

Договорив, он ушёл вместе с Сыном Небесной Инь.

Цинь Му остановился у двери Удивительного Этажа и посмотрел на свою книгу. Несмотря на то, что в ней были записаны древние слова, он всё же смог их разобрать.

Лань Юйтянь.

Должно быть, это было настоящее имя Небесного Преподобного Юя.

Смотря ему вслед, он внезапно спросил:

— Цинь Кань, что ты думаешь о Небесном Преподобном Юе?

На лице Императора-Основателя возникло торжественное выражение. Он серьёзно проговорил:

— Если бы мы родились в одно время, то я бы не пытался сражаться с ним за превосходство, а подчинился.

Ошарашенный, Цинь Му спросил:

— Тебе настолько не хватает уверенности в себе?

Император-Основатель торжественно проговорил:

— В стремлениях, уверенности, способностях, сдержанности и способности решать проблемы Небесный Преподобный Юй лучше меня. Я с радостью стал бы его подданным.

Цинь Му на секунду задумался, и не смог не признать, что Небесный Преподобный Юй был поистине удивительным. Подобных людей было сложно найти как в прошлом, так и в будущем.

Среди людей, которых он встречал, было много удивительных талантов, много людей с высокими стремлениями, много смелых и успешных. Тем не менее, никто их них не был столь совершенен, как Небесный Преподобный Юй.

— А что насчёт Небесного Преподобного Хао? — он продолжил расспрос.

Пребывая в приподнятом настроении, Император-Основатель улыбнулся и ответил:

— Я только раз встречался с Небесным Преподобным Хао, и заметил, что это упрямый и самоуверенный человек. Если бы мы с ними жили в одно время, то я счёл бы себя равным ему и вызвал бы на бой, чтобы захватить власть над миром и завоевать сердца людей. Тем не менее, сложно сказать, кто бы оказался победителем.

Внезапно, Цинь Му улыбчиво спросил:

— А что, если бы ты жил в одно время со мной?

Император-Основатель уставился на него и некоторое время молчал.

На лице Цинь Му возникло выражение предвкушения, он тоже смотрел на него в ответ.

Кашлянув, Император-Основатель проговорил:

— У тебя… У твоей личности слишком много недостатков. Кажется, что твоё тело покрыто дырами, из которых вытекает воздух…

Лицо Цинь Му ужасно помрачнело, он нахмурился.

Император-Основатель продолжил, улыбаясь:

— Не сердись, если бы мы были из одной эпохи, то я думаю, что мы стали бы друзьями, а не врагами. Возможно, у тебя странный характер и ты всегда на меня давишь, но я не вижу за тобой злых намерений. Вместо этого я заметил какое-то… — на его лице возникло странное выражение. — Чувство, что ты зол на меня за то, что я не стремлюсь к большему.

Цинь Му потерял дар речи.

Император-Основатель продолжил:

— Твои способности и талант не уступают моим, но ты ещё не нашёл своего места. Ты не можешь держать себя в руках и стать по-настоящему мудрым. Именно поэтому сейчас ты мне уступаешь, возможно в будущем ты меня превзойдёшь, но пока что этого не произошло.

Мягко кивнув, Цинь Му посмотрел на него со сложным выражением, думая про себя: «На самом деле, я учился у тебя. Я хотел бы стать как ты, но немного другим.»

— Нужно идти внутрь, — проговорил Император-Основатель. — Нас ждёт Небесная Преподобная Лин.

Придя в себя, Цинь Му вернулся в здание вместе с ним.

Небесная Преподобная Лин была вне себя от радости и улыбчиво проговорила:

— Наконец мы освободились от лишних хлопот и можем приступить к исследованиям. Больше всего я ненавижу знакомиться с людьми, и, если бы Небесный Преподобный Юй не пригласил меня сюда, я бы точно поленилась прийти. Можно начинать!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Сестра Лин, ты будешь руководить, а мы лишь помогать. Если ты не сможешь что-то подсчитать или понять, мы поможем. Не могу говорить касательно всего остального, но когда речь идёт о божественных искусствах создания и других учениях, мы здесь очень хороши. Мы, как минимум, лучше всех в мире!

Император-Основатель колебался, прежде чем принять решение:

— Хотя Му Цин слегка надменный, его слова действительно правда. За последние десять тысяч лет и спустя десть тысяч лет в этой вселенной не будет никого умнее, чем мы. Небесная Преподобная Лин, соберись со своими идеями, мы поможем довести их до идеала.

Небесная Преподобная Лин была вне себя от восторга.

Троица немедленно взялась за работу. Небесная Преподобная Лин пыталась создать божественное искусство, замораживающее вещество навеки. Она уже определила его очертания и сделала первый шаг, но столкнулась с задачей, требующей слишком высоких и глубоких знаний. Божественные искусства создания были лишь одной из задействованных областей.

К счастью, Цинь Му и Император-Основатель были искусны во всех вопросах, их владение математикой не имело себе равных в мире. Они решали проблемы, с которыми стыкалась Небесная Преподобная одна за другой.

С момента начала работы незаметно прошло полмесяца, увлёкшись, они потеряли счет времени. Старый бык находился в хорошем настроении, он оставался с ними, попивая чай и куря свою водную трубку. Время от времени ему ставало скучно, и он задумывался: «Этот дворец Небесной Императрицы ужасен, почему здесь нету полей? Я уже несколько дней не вспахивал землю, и теперь совсем разленился…»

Всё больше и больше практиков божественных искусств приходило на собрание, многие из них расположились в окрестностях Удивительного этажа. Устав, они спали в тени здешних деревьев.

Старый бык выпустил несколько колец дыма, расслаблено наблюдая за практиками божественных искусств, обсуждающих пути, навыки и божественные искусства. Многие полубоги тоже пришли к Яшмовому Водоёму, некоторые из них летали в небе, не спускаясь на землю.

В этот момент поднялась суматоха, кто-то принёс новость:

— Семь Небесных Преподобных готовы дать лекцию!

— Я слышал, что Небесный Преподобный Юй поделится с нами способом становления богами, нужно идти к главному залу бокового дворца!

— Идём быстрее, чтобы занять хорошие места! Если опоздать, то придётся стоять снаружи, мёрзнуть и голодать!

Суматоха вокруг разрасталась, все поспешно бросились в сторону зала. Старый бык поспешно встал на ноги, думая про себя: «Мне нужно сообщить Императора-Основателя и Цинь Му. Они так долго о нём говорили…»

В этот момент его оглушил ужасный шум, будто бесчисленное количество людей разразилось душераздирающим визгом.

Их голоса были слишком громкими, и старый бык не мог разобрать о чём они кричат.

«Они не слишком много шумят? Даже в древние времена полно недальновидных людей.»

Старый бык покачал головой, продолжая идти в сторону здания, пока крики постепенно становились отчётливее.

Снаружи кто-то громко ревел:

— Небесный Преподобный Юй мёртв!

Глава 741. Смерть Небесного Преподобного Юя

— Почему смерть Небесного Преподобного Юя вызвала столько шума?.. — старый бык продолжал идти, смеясь. — Древние люди будто никогда трупов не видели, моя голова сейчас лопнет от… Небесный Преподобный Юй мёртв? Небесный Преподобный Юй мёртв!

Не удержавшись, бык завопил, даже не думая звать Цинь Му и Императора-Основателя. Он поспешно выбежал из Удивительного этажа, снаружи которого до сих пор раздавались крики. Часть людей визжали от горя, в то время как другие неподвижно стояли, не в силах прийти в себя. Кто-то спрашивал у других о произошедшем, и узнав ужасную новость, падали на землю теряя сознание.

Сердце старого быка взволнованно дрожало, он чувствовал, что древние предки, пришедшие на собрание, внезапно потеряли свой фундамент.

Он смотрел на визжащую на улице толпу. Пока Небесный Преподобный Юй был жив, это место можно было назвать золотой эпохой, находящейся в расцвете своей реформы, но теперь, когда Небесный Преподобный Юй умер, все превратились в обезглавленных мух.

Золотая эпоха, которая вот-вот должна была начаться, внезапно исчезла.

Смерть великого лидера была слишком жестоким ударом для людей этой эпохи.

Сердце старого быка опустело: «Как он мог так просто умереть? Как он мог так просто умереть? Это ведь невозможно, верно? Это какая-то шутка? Если да, то этот шутник зашёл слишком далеко…»

Из-за его спины донёсся стук шагов, Цинь Му, Император-Основатель и Небесная Преподобная Лин подошли к нему, на их лицах были мрачные выражения. Находясь в здании, они услышали вопли и крики, раздающиеся снаружи, известие о смерти Небесного Преподобного Юя тоже оказалось для них невыносимым шоком.

Цинь Му и Император-Основатель перенеслись во времени, оказавшись в этой эпохе, и ещё не успели провести с Небесным Преподобным Юем слишком много времени. Но несмотря на то, что им довелось лишь раз с ним поговорить, он вызвал у всех очень хорошее впечатление.

Они глубоко уважали Небесного Преподобного Юя и чувствовали, что он был древним лидером, который однажды смог бы контролировать небо и землю, объединить все формы жизни, чтобы начать новую эпоху.

Небесный Преподобный Юй обладал высокими талантами, тем не менее, этот молодой лидер, которому лишь предстояло проделать работу всей своей жизни, внезапно умер. Цинь Му и Император-Основатель не могли с этим смириться.

Небесная Преподобная Лин ещё сильнее отказывалась это принимать.

Цинь Му и Император-Основатель мало общались с Небесным Преподобным Юем, но она выросла, слушая легенды о нём. Позже, когда они встретились, Небесный Преподобный Юй стал для неё будто братом, заботливым и воодушевляющим.

После того, как она открыла божественное сокровище Шести Направлений и занялась исследованием времени, пытаясь доказать его несуществование с помощью божественного искусства, несмотря на то, что Небесный Преподобный Юй не думал, что её исследования закончатся успехом и верил, что она пошла неправильным путём, он всё же очень хорошо к ней относился.

Смерть Небесного Преподобного Юя была для нее огромным ударом.

Побледнев в лице, она пошла вперёд. Цинь Му тихо проговорил:

— Идём за ней, нужно разобраться что произошло!

Троица поспешно зашагала вслед за Небесной Преподобной Лин, пробиваясь через море людей впереди. Вокруг бокового дворца визжала опечаленная толпа людей, в небе летало несколько полубогов, встревоженно осматривающихся по сторонам.

— Как Небесный Преподобный Юй мог так внезапно умереть? — тихо проговорил Император-Основатель. Практики божественных искусств не могут убить такое существо, как он. Его мог убить лишь полубог или древний бог, верно?

Цинь Му думал о чём-то другом, когда задумался над версией: «Почему Небесный Преподобный Юй умер перед тем, как успел поделиться своим методом становления богом? Скорее всего, его убили, чтобы уничтожить этот метод!»

Старый бык прошептал:

— Может быть, Небесный Преподобный Юй инсценировал свою смерть? Возможно, таким образом он пытается разжечь конфликт между полубогами, людьми и райскими небесами?..

Цинь Му и Император-Основатель покачали головами, что озадачило старого быка.

— Нет смысла инсценировать свою смерть на глазах у райских небес. Пока неподалёку находятся Граф Земли и Небесный Герцог, ему это и вовсе бы не удалось. Его душа не в силах уйти из-под контроля Юду, от Небесного Герцога тоже невозможно спрятаться. Он… действительно мёртв.

Император-Основатель добавил:

—Более того, чтобы разжечь конфликт, ему не нужно было бы инсценировать свою смерть. Намного лучшим способом было бы просто распространить метод становления богом, так как это определённо привело бы к конфликтам между новыми и древними богами. Со временем ситуация становилась бы всё более напряжённой. Это создало бы проблему разделения власти. Новые боги хотели заполучить бы больше возможностей, чем они имели до этого, в то время как старые не стали бы слишком охотно с ними делиться. Он очень умный человек, так что определённо не стал бы инсценировать свою смерть. Более того, сделав это…

Он замолчал, будучи не слишком уверенным в следующем предложении.

Тем не менее, Цинь Му это не останавливало, и он продолжил самостоятельно:

Более того, инсценировав свою смерть, он отдаёт своё звание лидера. Он не пошёл бы на шаг, который позволил бы другим людям пожинать труды его тяжёлой работы.

Император-Основатель бросил на него встревоженный взгляд и тихо проговорил:

— Мы же, в конце концов, чужаки, нам не стоит слишком вмешиваться в эту эпоху. Мы пришли сюда лишь на несколько дней, но я уже чувствую, как сюда со всех щелей ринулась тьма и опасности.

Покачав головой, Цинь Му ответил:

— Существуя в прошлом, мы автоматически становимся его частью, независимо от того, что мы здесь сделаем, вернувшись в будущее, мы тут же осознаем, что всё что произошло, уже случилось и ушло в историю.

На лбу Императора-Основателя выступили вены, он прохрипел:

— Ты снова собрался создавать проблем? Мне что, нужно снова поднять на тебя руку?

Старый бык не слышал их разговора, выглядя крайне озадаченным.

Тем не менее, Цинь Му и Император-Основатель отлично понимали друг друга. Говоря о тьме, ринувшейся со всех сторон, и собирании плодов работы Небесного Преподобного Юя, они имели в виду кого-то конкретного.

Они говорили о том, кто получит больше всего пользы от смерти Небесного Преподобного Юя.

После смерти лидера его наследник получал больше всего привилегий.

Когда умрёт реформатор, а вместе с ним и метод становления богом, больше всего это окажется на руку древним богам.

Небесный Преподобный Юй всё время мчался к своей цели, ему приходилось встречаться с людьми, пришедшими на собрание, координировать полубогов и людей, и даже подкупать власти райских небес, потому у него не было времени на отдых.

Он оставался в Павильоне Меленного Вращения в небольшой строении Яшмового Водоёма, и к этому времени тот был доверху набит людьми. Небесный Преподобный Хо и Сын Небесной Инь как раз охраняли дверь, на лице первого было опечаленное, злостное выражение. Он мрачно посматривал на людей вокруг и отказывался впускать кого-либо внутрь.

Небесная Преподобная Лин протиснулась к нему и спросила:

— Это правда?

Небесный Преподобный Хо кивнул:

— Они все внутри. Небесный Преподобный Ю пытается призвать душу Юя обратно, чтобы спасти его. Небесный Преподобный Хао уже отправил письмо Его Величеству и пригласил Графа Земли вернуть его душу…

Цинь Му посмотрел на Сына Небесной Инь, который стоял у дверей с опустевшим взглядом. Он, казалось, был растерян и не понимал, что происходит.

Его зрачки внезапно сжались, и он поспешно посмотрел на свои руки. Две капли слёз резко слетели вниз, падая ему на ладони.

Небесная Преподобная Лин вбежала в Павильон Медленного Вращения. Цинь Му, Император-Основатель и старый бык попытались войти вслед за ней, но Небесный Преподобный Хо остановил их. Сын Небесной Инь вернулся в себя и поспешно поднял руку, блокируя вход. Он извинительным тоном проговорил:

— Брат Цинь, брат Му, в этом месте умер Небесный Преподобный Юй, вам туда нельзя…

— Небесный Преподобный Хо, впусти их, — внутри раздался голос Небесной Преподобной Лин. — Их владение путями, навыками и божественными искусствами невероятно высоко, возможно, им удастся найти подсказки!

Немного колеблясь, Небесный Преподобный Хо опустил руку. Смотря на Цинь Му красными глазами, он проговорил:

— Если ты найдёшь хоть какую-то подсказку, я перестану тебя ненавидеть.

Кивнув, Цинь Му ответил:

— Я сделаю всё, что в моих силах.

Они вошли в Павильон Медленного Вращения. Тот был построен на острове посреди озера, с него открывался вид на водоём, поверхность которого переливалась огромными волнами. Место выглядело невероятно изысканным.

Одна из причин этого состояла в том, что именно здесь жила Небесная Императрица, так что Павильон Медленного Вращения был намного больше обычных зданий. Пространство внутри было попросту необъятным.

Цинь Му и остальные вошли внутрь и сразу же заметили на земле лужу крови. Окно неподалёку было открыто, а на стенах остались следы божественных искусств. Труп Небесного Преподобного Юя лежал, опёршись на окно. Его голова была наклонена вниз, а конечности обмякли.

Небесные Преподобные Юнь, Ю, Юэ и Хао уже были здесь. Последний держал на цепи божественную собаку, которая обнюхивала все уголки здания.

Небесный Преподобный Ю поднял руку, и его жизненная Ци вылилась наружу, поднимая труп Небесного Преподобного Юя на метр над землёй.

Дьявольская маска на его затылке начала плакать, но лицо Ю оставалось спокойным, как и всегда.

Осматривая висящее в воздухе тело Небесного Преподобного Юя, Цинь Му обнаружил, что почти все его кости были сломаны. Ни одна из них не осталась целой, кто-то сломал их все тяжёлыми ударами. Паря в воздухе, тело вызывало у всех вокруг странное чувство беспомощности.

— Судя по внешним ранения, его атаковало несколько человек.

Шагая вокруг Небесного Преподобного Юя, Цинь Му продолжал осмотр ранений. Он не подходил слишком близко, но мог отчётливо разглядеть малейшие детали.

— Тем не менее, сломанные кости не были смертельной раной, в задней части его сердца есть что-то более серьёзное. Кто-то подкрался к нему сзади и серьёзно ранил в спину.

Цинь Му медленно ходил вокруг трупа, в его голове уже начала формироваться картина убийства. Кто-то внезапно подкрался к нему со спины, и, боясь оставить какие-либо следы, он не стал пользоваться своим божественным искусством и полагался лишь на грубую силу своего физического тела.

Первым же ударом он использовал свою ужасающую силу, разбивая сердце Небесного Преподобного Юя. Затем он уклонился от контратаки и начал кружиться вокруг его тела!

Серия атак была будто гигантский молот, стучащий по физическому телу Небесного Преподобного Юя, и сумела быстро превратить его кости в порошок!

— След на стене принадлежит божественному искусству Небесного Преподобного Юя.

Цинь Му осмотрел стену. Небесный Преподобный Юй должен был доверять убийце, чтобы у того появилась возможность атаковать его в спину.

Более того, их способности не слишком отличались. Совершенствование Небесного Преподобного Юя было выше, но противник обладал более сильным физическим телом. Потеряв перевес после удара в сердце, его контратака была недостаточно сильной, кроме того, противник уже успел подойти слишком близко.

Насколько ужасным было сближение с сильным практиков школы боевых искусств?

Цинь Му сам изучал боевые техники, поэтому отлично об этом знал.

— Тем не менее, жизнь Небесного Преподобного Юя оборвалась не из-за ранений его физического тела.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. К нему подлетела капля свежей крови, в его глазах закружились слои построений. Открыв восемь небес, он тут же обнаружил внутри капли крохотные божественные искусства.

Это были следы, оставленные божественным искусством противника.

«На теле Небесного преподобного Юя не осталось никаких следов божественных искусств, но в его крови кроются множественные руны. Это значит, что его противник всё же использовал своё божественное искусство, но оно не было нацеленным на его физическое тело. Так куда же оно метило?»

Внезапно раздался древний язык Юду, и сердце Цинь Му замерло, он поспешно посмотрел на Небесного Преподобного Ю.

Юноша исполнял божественное искусство Юду и говорил на его древнем языке, пытаясь воскресить Небесного Преподобного Юя и призвать его душу обратно.

Он неплохо владел языком Юду, но уши Цинь Му быстро заметили в нём некоторые недостатки. В конце концов, Небесный Преподобный Ю ещё не успел перебраться в Юду и стать Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам.

Глаза Небесного Преподобного Ю обрели кроваво-красный цвет, а в его словах на языке Юду появлялось всё больше и больше ошибок. Несмотря на то, что выражение его лица было спокойным, его сердце колотилось от огромных волн.

Его сердце потеряло спокойствие, более того, его способности всё ещё были недостаточно высоки. Даже если бы он смог держать себя в руках, то не сумел бы призвать душу Небесного Преподобного обратно.

— Я всё ещё не могу… — Небесный Преподобный Ю внезапно закашлялся кровью и упал на колени. У него начались судороги, стиснув зубы, он скулил. — Я всё ещё не могу!

Он свернулся калачиком, дрожа всем телом и задыхаясь:

— Я всё ещё не могу спасти мать, не могу спасти старшего брата, ничего не могу сделать…

Небесный Преподобный Ю всегда был безразличен к Небесному Преподобному Юю и остальным. Он ни к кому не проявлял привязанности, тем не менее Небесный Преподобный Юй всегда о нём заботился.

Он долгое время относился к Небесному Преподобному Юю как к последнему родственнику, оставшемуся у него в этом мире.

В этот момент в его голове раздался тёплый голос:

— Я буду говорить, а ты повторяй в слух.

Небесный Преподобный Ю ошарашенно застыл, когда в его голове снова раздался голос. Это был невероятно древний и чистый язык Юду, настолько сложный и удивительный, что ему казалось, будто к нему лично спустился Граф Земли.

Небесный Преподобный Ю встал на ноги, начиная повторять за голосом. Дьявольская Ци Юду ринулась к нему со всех сторон, и земля Павильона Медленного Вращения потемнела, превращаясь в глубокий космос.

Это был Юду.

Его голос звенел по всему Юду, ища душу Небесного Преподобного Юя.

Для людей в Павильоне Медленного Вращения Небесный Преподобный Ю перестал выглядеть как юноша, превратившись в бога, способного контролировать правила Юду и возвращать мёртвых к жизни!

Сердце Императора-Основателя дрогнуло, он посмотрел на стоящего рядом Цинь Му. Он чувствовал, что сознание парня посылает странные волны, устанавливая какую-то удивительную связь.

Он чувствовал, что сознание Цинь Му соединилось с Небесным Преподобным Ю!

Пути, навыки и божественные искусства, которые только что исполнил Небесный Преподобный Ю, были всё ещё довольно неотёсанными, и он не мог наладить связь с Юду, тем не менее, теперь его голос смог пронестись по Юду, что определённо не было его личной заслугой. Это Цинь Му тайком передал ему сложное божественное искусство Юду!

«Он знает даже божественные искусства Юду? Что ещё он знает?»

Пока он думал об этом, во тьме медленно поднялись врата. Врата Небесной Воли возвысились над павильоном, излучая зловещую дьявольскую Ци.

Спустя мгновение Цинь Му вздохнул и прервал связь с Небесным Преподобным Ю.

«Душа Небесного Преподобного Юя не в Юду. Она… рассеялась. Теперь я знаю, что за божественное искусство использовал его убийца, — его сердце замерло. — Оно уничтожило его душу.»

Небесный Преподобный Ю внезапно закричал, будто дикое животное, подавляющее свой рёв. У него снова начались судороги, а изо рта пошла пена.

Цинь Му сделал шаг вперёд, быстро стуча пальцами по телу юноши, чтобы стабилизировать его дух. Затем он помог ему встать на ноги и усесться возле двери.

— Спасибо… — тихо проговорил Небесный Преподобный Ю, схватив Цинь Му за руку и смотря на озеро за дверью.

Цинь Му ошарашенно застыл.

Небесный Преподобный Ю поднял голову и посмотрел на него с опустошенными глазами:

— Спасибо.

В Павильоне Медленного Вращения раздался голос Небесного Преподобного Хао:

— Теперь, когда Небесный Преподобный Юй мёртв, что будет со встречей Нефритового Павильона?

Император-Основатель подошёл к спине Цинь Му и прошептал:

— Тот, кто передаст метод становления богом, и есть убийца.

Цинь Му медленно выпрямил спину, когда Небесный Преподобный Хао продолжил:

— Несколько дней назад Небесный Преподобный Юй передал мне метод становления богом. Даже несмотря на его ужасную кончину, его наследие будет жить и достигнет даже больших высот!

Уголки глаз Цинь Му начали безостановочно дёргаться. С огромным трудом он повернул голову.

В этот миг на его плечо надавила огромная, крепкая рука.

Стараясь говорить как можно тише, Император-Основатель проговорил:

— Мы не имеем к этому никакого отношения!

— Неужели в этом мире не осталось ни капли праведности? — на лице Цинь Му появилась странная улыбка, больше напоминающая выражение крика.

Глава 742. Возвращение из Мёртвых

Император-Основатель торжественно ответил:

— В прошлом нет праведности, она есть лишь в будущем. Мы оказались в истории и то, что сейчас происходит, уже случилось. Чтобы ты не сделал, праведности не вернёшь! Твоё время отстаивать праведность наступит в будущем! Ты доложен понимать, что я имею в виду!

Кивнув головой, Цинь Му ошарашенно ответил:

— Я понимаю.

Император-Основатель медленно забрал руку с его плеча и проговорил:

— Даже находясь в истории, каждое твоё действие может привести к твоей смерти. Если даже такой выдающийся человек, как Небесный Преподобный Юй мёртв, то ты тоже можешь погибнуть, ввязавшись в происходящее!

Цинь Му кивнул:

— Понимаю.

Облегчённо вздохнув, Император-Основатель проговорил:

— Даже не зная, что за конфликт между нами произошёл, я думаю, что ты хороший человек, тебе не стоит здесь умирать.

Медленно растаяв в лице, Цинь Му улыбнулся:

— Спасибо. На самом деле, мне хватает даже того, что я смог с тобой встретиться, так что мой путешествие определённо не пошло впустую.

Император-Основатель ответил:

— Встретившись с Небесными Преподобными и человеком вроде тебя, я тоже думаю, что не потратил время в пустую. Исходя из твоих слов, нам ещё предстоит провести здесь два месяца, верно? Давай будем сидеть тихо и просто наблюдать за историей. Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юй мёртв, его метод становления богом всё же передадут людям. Разве это не причина, по которой мы здесь?

Ошарашенный, Цинь Му кивнул:

— Хорошо.

Всё ещё немного волнуясь, Император-Основатель заговорил к старому быку:

— Ты его старший брат и ведёшь себя более рационально, так что хорошо понимаешь, как тебе нужно поступить. Это райские небеса древних богов, даже тебе нельзя вести себя безрассудно. В противном случае, ты окажешься в огромной опасности.

Немного колеблясь, старый бык кивнул:

— Не волнуйся, я о нём позабочусь.

Голос Небесного преподобного Хао пронёсся над зданием:

— Небесный Преподобный Юй мёртв, убийцу ещё предстоит найти, но он определённо скрывается среди нас! Я уже отправил письмо к его величеству Небесному Императору, прося его найти и разобраться с преступником и справедливо наказать его за смерть Небесного Преподобного Юя, вернуть справедливость ради всех практиков божественных искусств мира!

В небольшой пристройке Яшмового Водоёма воцарилась тишина, которую внезапно оборвали вопли, от которых застывала кровь в жилах.

Небесный Преподобный Хао впал в ярость, громко крича:

— Я не позволю убийце уйти от ответственности, я разорву его на части! Кровь Небесного Преподобного Юя не прольётся даром! Не переживайте, верьте в райские небеса, верьте в его величество!

Его тон становился всё более низким, но всё же отчётливо звенел в ушах людей вокруг:

— Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юй мёртв, его путь не умрёт. Мы с ним были лучшими друзьями, и он передал мне метод становления богом. Должно быть, он знал, что может произойти беда, поэтому поделился своим методом, чтобы избавиться от рисков. Но сначала нужно помянуть Небесного Преподобного Юя, пусть он покоится с миром.

Его голос продолжал становиться всё ниже:

— Он был как старший брат, и в то же время как отец. Как жаль, что небеса проявили зависть к такому выдающемуся таланту… Похорон будет длиться десять дней, я лично буду охранять тело брата Юя. После этого я поделюсь методом становления богом.

В следующий миг он горько завопил:

— Брат Юй…

Цинь Му уставился на Небесного Преподобного Хао, который громко плакал, упав на тело Небесного Преподобного Юя.

Затем он перевёл взгляд на Сына Небесной Инь, который до сих пор рассматривал свои руки.

Цинь Му закрыл глаза, и спустя несколько мгновений снова открыл, его взгляд загорелся.

Когда Император-Основатель это заметил, на его лице появилось обеспокоенное выражение.

***

На Собрании Райских Небес бесчисленные древние боги были заняты обсуждением важных вопросов. Над ними возвышалось гигантское тело Небесного Императора, свет за его головой разделялся на тысячи солнечных лучей. Чтобы удостоиться чести попасть на это собрание, они должны быть важными существами с высокими званиями. Даже Великого Владыку Солнца и Владыку Звёзд Пять Элементов сюда не пригласили.

Внезапно в зал в спешке ворвался какой-то древний бог:

— Ваше Величество, Небесный Преподобный Юй из расы людей был убит, он умер в небольшой постройке Яшмового Водоёма. Небесный Преподобный Хао отправил Вашему Величеству письмо, чтобы сообщить о произошедшем.

— Небесный Преподобный Юй мёртв? — ошарашенно переспросил Небесный Император. — Покажи, что там написано.

Сделав несколько шагов вперёд, древний бог передал ему письмо. Прочитав его, Небесный Император отложил лист в сторону:

— Небесного Преподобного Юя убил какой-то преступник, это ужасное горе. Я возлагал на него большие надежды, его талант выделялся среди других, к тому же он обладал здравым смыслом. Я надеялся увидеть золотую эпоху, которую он создал бы для меня, и никогда не ожидал, что его убьют… Граф Земли!

Стоящий во тьме Граф Земли поклонился и обозвался:

— Ваше Величество.

Небесный Император продолжил:

— Мы не позволим Небесному Преподобному Юю умереть просто так. Его душа должна была оправиться в Юду, верно? Призови её обратно, пусть расскажет, что случилось.

Тело Графа Земли исчезло, и спустя мгновение он вернулся, качая головой:

— Небесного Преподобного Юя нет в Юду.

Нахмурившись, Небесный Император обратился к Богине Небесной Инь:

— Богиня Небесной Инь, душа Небесного Преподобного Юя скорее всего разбилась. Она у тебя?

Богиня Небесной Инь скрывалась в Тени Небесного Герцога, спустя несколько мгновений она ответила:

— Ваше Величество, души Небесного Преподобного Юя нет в моём Мире Небесной Инь.

Небесный Император тяжело вздохнул:

— Скорее всего, его душа рассеялась. Небесный Герцог, ты не видел этого преступления?

Тот покачал головой:

— Сюаньду наблюдает за всеми мирами, но Яшмовый Водоём — резиденция Небесной Императрицы, мой свет туда не падает.

Небесный Император замолчал на некоторое время:

— Передайте мой указ Генералам Небесного Взора и Земного Слуха, пусть они тщательно расследуют произошедшее и найдут настоящего убийцу Небесного Преподобного Юя!

— Как прикажете!

***

Между тем началось строительство похоронного зала Небесного Преподобного Юя, Небесный Преподобный Хао лично следил за процессом. Практики божественных искусств всего мира приходили, чтобы отдать дань уважения этому молодому человеку, создавшему систему совершенствования божественных искусств.

Цинь Му, Император-Основатель и старый бык тоже попрощались с Небесным Преподобным Юем. Увидев, что Цинь Му не делал ничего лишнего, Император-Основатель наконец успокоился: «Должно быть, он прислушался к моим словам, что очень хорошо. Я искренне боялся, что он доставит ещё много проблем.»

Заметив Небесного Преподобного Хао, Цинь Му обнаружил, что за последние несколько дней тот заметно похудел.

Десять дней похорон быстро пролетели. Двое древних богов райских небес вместе с отрядом полубогов искали убийцу на протяжении всего этого времени, но ничего так и не узнали.

Небесного Преподобного Юя похоронили возле райской реки. Громко шумя, та безостановочно текла, вздымаясь до небес.

Наконец настал день, когда Небесный Преподобный Хао должен был передать свои знания. Воодушевившись, тот сначала поделился способом превращения в людей для полубогов. Он был поистине выдающимся талантом, и позволил полубогам совершенствоваться, что подняло настоящую бурю радостных возгласов.

Изначально Император-Основатель собирался отправиться во дворец и стать свидетелем огромного события, которое изменит всё будущее мира. Тем не менее, Цинь Му, старый бык и Небесная Преподобная Лин оставались на Удивительном этаже, поэтому он немного колебался и предупредил быка:

— Ты должен не сводить с него глаз и позаботиться, чтобы он не создал никаких проблем. Если он сделает ложный шаг, Небесный Преподобный Хао возложит ответственность за убийство Небесного Преподобного Юя на него!

Старый бык кивнул:

— Понимаю!

Лишь после этого Император-Основатель наконец успокоился.

Взглянув на растерянную Небесную Преподобную Лин, Цинь Му схватил свой мешочек таотэ и вышвырнул наружу всё, что в нём лежало. Затем, найдя немного Малинового Хрома Живучести Будды, он начал энергично стучать молотом, быстро создавая гроб из божественного металла.

Небесная Преподобная Лин ошарашенно наблюдала за его действиями. Между тем Цинь Му засунул гроб в свой мешочек таотэ и убрал за собой. Затем он ещё разок взглянул на молодую девушку сбоку, которая продолжала смотреть на гроб безжизненными глазами.

— Старший брат, я отойду ненадолго, скоро вернусь, — улыбчиво проговорил Цинь Му.

Встревожившись, бык поинтересовался:

— Что ты собрался делать? Не веди себя безрассудно.

Цинь Му уверено покачал головой:

— Не волнуйся, я не буду вести себя безрассудно.

Старый бык ответил:

— Я пойду с тобой!

Цинь Му вышел из здания, и вместо того, чтобы отправиться в главный зал бокового дворца, покинул Яшмовый Водоём, чем сильно его удивил.

«Он не собирается убивать Небесного Преподобного Хао?»

Придя к берегу райской реки, Цинь Му нашёл могилу Небесного Преподобного Юя, чем ещё больше озадачил старого быка. Юноша уже отдавал умершему дань своего уважения, почему он пришёл сюда снова?

Остановившись у могилы, Цинь Му поднял пять пальцев к небу. Камни гробницы тут же сдвинулись в стороны.

Дзинь!

Гвозди вылетели из гроба, и его крышка поднялась в воздух.

Труп Небесного Преподобного Юя, лежащий внутри, медленно подлетел.

Цинь Му начал кружиться вокруг него, стуча по телу всевозможными мудрами творения. Один за другим раздавались громкие щелчки, с которыми воссоединялись сломанные кости.

Сломанные кости внутри его тела действительно исцелялись и отрастали. Более того, плоть и кровь его разбитого сердца тоже начала восстанавливаться.

Спустя всего несколько мгновений в его теле не осталось ранений.

Это была техника создания!

Когда речь шла об искусствах создания, Цинь Му был в них лучшим из лучших!

Наконец, ладонь юноши схватила мудру, осторожно положив её на сердце Небесного Преподобного Юя.

Сила его ладони вылилась наружу, и холодное, окаменевшее тело Небесного Преподобного Юя внезапно дрогнуло. Застывшая кровь снова начала циркулировать.

В следующий миг старый бык услышал, как сердце Небесного Преподобного Юя стукнуло.

Затем последовал второй и третий удар.

На его лице возникло недоверчивое выражение. Он посмотрел на Цинь Му, после чего снова повернул взгляд на Небесного Преподобного. Его разум вскипел.

Открыв свой мешочек таотэ, Цинь Му достал недавно выкованный гроб. Его крышка открылась, и тело Небесного Преподобного Юя медленно полетело внутрь.

Крышка закрылась, и гроб исчез внутри мешочка таотэ.

Цинь Му отправился обратно к Яшмовому Водоёму, старый бык поспешил следом. Оглянувшись по пути, он увидел, как камни гробницы Небесного Преподобного Юя возвращаются на свои места, будто ничего не произошло.

В её виде не осталось ничего подозрительного.

Ню Саньдо на мгновение заколебался, прежде чем не удержавшись, спросил:

— Младший брат, это бесполезно. Даже если ты оживишь труп Небесного Преподобного Юя, он всё равно останется мёртвым. Его душа уже рассеялась.

Цин Му не отвечал, продолжая идти вперёд.

Вернувшись на Удивительный этаж, он улыбнулся ошарашенной Небесной Преподобной Лин:

— Сестра Лин, не своди глаз с этого гроба.

Достав гроб Небесного Преподобного Юя, он положил его перед Небесной Преподобной Лин.

Безжизненные глаза Небесной Преподобной дрогнули, уставившись на гроб.

— Когда увидишь Небесного Преподобного Ю, передай гроб ему, пусть он спрячет его в Юду. Скажи, что в будущем его найдёт человек по имени Му, — тепло проговорил Цинь Му. — Му скажет ему: «Я понимаю, я вернулся». Как только он это скажет, пусть он вернёт ему гроб. Сестра Лин, мне нужно идти.

Понявшись, он вышел наружу.

Небесная Преподобная Лин встала на ноги и спросила:

— Куда ты идешь?

Остановившись, Цинь Му обернулся к ней, сияя в улыбке:

— Закончить то, что должен. Старшая сестра, надеюсь, мы ещё встретимся в будущем!

Покинув здание, он поднял голову и посмотрел в небо. Над ним ярко сияло солнце.

***

— Небесный Император отдал указ! Пути и навыки Му Цина и Цинь Кая очень хороши. Они обладают невероятным талантом и могут управлять миром. Они в силах поддержать правителя, поэтому Му Цину даруется титул Небесный Преподобный Му, а Цинь Каю — Небесный Преподобный Цинь!

В боковом дворце Яшмового Водоёма Небесный Преподобный Хао улыбался, читая указ Небесного Императора:

— Поздравляю, брат Цинь и брат Му! Теперь Небесных Преподобных стало девять! Как жаль…

Внезапно он помрачнел в лице, вспомнив о Небесном Преподобном Юе:

— Как жаль, что брат Ю скорее всего этого не увидит… Брат Му? Небесный Преподобный Му? Небесный Преподобный Цинь, где Небесный Преподобный Му?

Император-Основатель ответил:

— Он не пришёл, а остался на Удивительном этаже.

Небесный Преподобный Хао улыбчиво продолжил:

— Мои поздравления, Небесный Преподобный Цинь, с сегодняшнего дня вы с братом Му будете Небесными Преподобными. Теперь, давайте я поделюсь с вами методом становления богом, который создал Небесный Преподобный Юй!

В этот момент его взгляд остановился на дверях зала. Его рот открылся, он потерял дар речи.

Люди ожидали начала лекции, когда заметили странное выражение его лица. Повернув головы, все замерли.

С противоположной стороны зала, у двери бокового дворца, молча уставившись на Небесного Преподобного Хао стоял Небесный Преподобный Юй.

Спустя мгновение «Небесный Преподобный Юй» шагнул вперёд, приближаясь к Небесному Преподобному Хао, и равнодушно проговорил:

— Небесный Преподобный Хао, давай я поделюсь своим методом становления богом.

Разум Императора-Основателя вскипел, он уставился на «Небесного Преподобного Юя», проходящего мимо него: «Это невозможно, он не может быть жив… Ню Бэнь!»

Выглянув за пределы зала, он увидел старого быка, беспомощно стоящего снаружи. Тот думал про себя: «Император-Основатель, прости, я не смог его остановить. У него характер быка…»

Глава 743. Открытие Райских Дворцов

Несмотря на свои огромные размеры, главный зал бокового дворца, способный вместить более десяти тысяч человек, был битком забит практиками божественных искусств.

В этот момент все эти люди посмотрели на человека, «вернувшегося из мёртвых». Раньше он был их лидером, и его внезапная смерть стала для них настоящей трагедией. Они уже начали предполагать, что это дело рук древних богов или полубогов.

И теперь этот «вернувшийся из мёртвых» человек стоял перед ними.

Все расступились в стороны, делая для него проход, и наблюдали, как он молча шагал в сторону Небесного Преподобного Хао.

Внезапно, люди в толпе начали о чём-то шептаться, их шум становился всё громче и громче.

— Небесный Преподобный Юй! — кто-то громко закричал.

—Небесный Преподобный Юй! — тут же повторила толпа. — Небесный Преподобный Юй! Небесный Преподобный Юй!

…

Каждый новый возглас был громче предыдущего, от внезапного шума воздух внутри главного зала бокового дворца Небесной Императрицы начали бурлить, а звуковые волны поднялись к небесам, разгоняя тучи.

Всё больше и больше практиков божественных искусств присоединились к крикам, все они повторяли лишь имя Небесного Преподобного Юя. В их глазах, человек, шагающий в сторону возвышения, до сих пор был их лидером. Именно под его руководством все расы проложили себе путь к выживанию.

Ошеломлённый, Цинь Му слегка замедлился. Осматриваясь на восторженную толпу, он, человек из другого мира, не мог понять их горячего настроя.

Практики божественных искусств в зале происходили со всевозможных миров, и их можно было считать лидерами своих нижних границ, но несмотря на это, все они верно следовали за своим лидером. Это было выше его понимания.

Он не знал, что хоть эти райские небеса и процветали, остальной мир не был настолько богатым и развитым. Напротив, там на каждом шагу скрывались опасности, повсюду кишело божественными зверями с родословной древних богов.

Большинство людей, живущих там, носили обувь и одежду из травы. Они пользовались длинными деревянными копьями, и с трудом умудрялись выживать. Они могли справиться с обычным божественным зверем, но когда натыкались на зверя с родословной древнего бога, то не могли избежать смертей и ранений, а зачастую и вовсе превращались в его пищу.

Даже самые слабые полубоги были намного сильнее людей.

Опасность крылась не только в этом. Проблемой были и погодные явления — угроза штормов, извержений вулканов, землетрясений и других бедствий повседневно висела над их жизнями.

Именно в то время Небесный Преподобный Юй открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона и позволил слабой расе обрести способность защищать себя, останавливать стихийные бедствия и отгонять полубогов. Он стал лидером всех людей, лидером слабой расы!

Стоя на возвышении, Небесный Преподобный Хао начал казаться взволнованным. Поспешно придя в себя, он посмотрел на стоящего неподалёку Сына Небесной Инь.

Лицо Сына Небесной Инь побледнело, он ошарашенно смотрел на Небесного Преподобного Юй, медленно шагающего в сторону возвышения. На его лице виднелось волнение и растерянность.

Подойдя к возвышению, Цинь Му начал неспешно подниматься.

Небесный Преподобный Хао, стоящий наверху, тоже был растерян. Он не сдвинулся с места, и пытался вернуть себе самообладание. Не отрывая глаз от Цинь Му, он улыбнулся.

«Хоть я и знаю, что ты ненастоящий, я не могу тебя выдать.»

На его лице сверкала улыбка. Казалось, будто он радовался. Между тем, он думал: «Ты уже мёртв, твоя душа рассеялась, ты не мог воскреснуть. Кто же пытается выдать себя за тебя? Эта техника изменения структуры физического тела, изменения внешности и поведения и вправду удивительна. Я не могу выдать тебя, в противном случае, я выдам и себя, и все узнают, что ты умер от моей руки. Тем не менее, ты можешь выдать сам себя!»

Возвышение было невероятно высоким, взгляды всех людей были прикованы к нему.

Когда Цинь Му поднялся на вершину, Небесный Преподобный Хао широко развёл руки и крепко его обнял. Он был настолько взволнован, что начал захлёбываться слезами, но на самом деле думал о чём-то совершенно другом: «Настоящий Небесный Преподобный Юй передал мне способ становления богом, он не делился с ним ни с кем другим. Ты не знаешь этого способа, так что я могу попросту подождать пока ты себя выдашь. Как только это случится, ты станешь убийцей Небесного Преподобного Юя и тебя казнят!»

Отпустив Цинь Му, он начал вытирать слёзы.

Тот засмеялся и проговорил:

— Небесный Преподобный Хао, почему ты плачешь? Я ведь вернулся из мёртвых! Пожалуйста, присаживайся.

Небесный Преподобный Хао уселся, его глаза были красными от слёз:

— Брат Юй жив, я думал, что ты умер, и даже охранял тебя на протяжении десяти дней, после чего лично тебя похоронил. Тем не менее, ты так неожиданно вернулся, что удивил и обрадовал глупого брата. Брат Юй, кто тебя убил?

— Два очень близких ко мне человека, — улыбчиво ответил Цинь Му. — Один убил моё тело, а второй уничтожил мою душу.

Сын Небесной Инь вздрогнул, а зрачки Небесного Преподобного Хао сузились.

Цинь Му внезапно сдвинулся с места, и под пристальным взглядом всех вокруг ударил Небесного Преподобного Хао в спину.

— Вот этим ударом он разбил моё сердце!

Сын Небесной Инь ошарашенно дрогнул. Тем не менее, Небесный Преподобный Хао продолжал неподвижно стоять. Цинь Му не приложил силы в свой удар.

Тело юноши начало молниеносно двигаться, его удары были резкими и властными. Каждый пинок и удар кулака был чёткий и уверенный, чтобы все вокруг смогли его разглядеть.

— Вот этим движением он сломал мои рёбра!

— Вот так он сломал мне пальцы!

— Именно так он сломал мою руку!

…

Цинь Му быстро повторил сцену убийства Небесного Преподобного Юя. По лбу Небесного Преподобного Хао котились капли пота, он улыбчиво проговорил:

— Брат Юй меня напугал. А как же они уничтожили твою душу?

Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, небо потемнело, и поднялся зловещий ветер. Он собирался исполнить божественное искусство убийцы.

Увидев происходящее, Сын Небесной Инь неожиданно упал на землю, потеряв сознание.

Стукнув пальцем по лбу Небесного Преподобного Хао, Цинь Му проговорил:

— Этим движением второй человек уничтожил мою душу в тот миг, когда моё физическое тело умерло.

Искренне улыбнувшись, Небесный Преподобный Хао сердечно проговорил:

— К счастью, брат Юй не умер. Как нам повезло, что ты вернулся целым! Взгляни, Чжаоцинь даже упал в обморок от волнения. Так как брат Юй здесь, я не буду брать на себя твою славу, поделись с нами методом, который позволит всем живым существам стать богами! Младшему брату нужно уйти с возвышения…

Цинь Му поспешно схватил его за запястье и засмеялся:

— Так как я уже поделился с тобой методом становления богом, то давай расскажем о нём вместе. Я объясню одну часть, а ты следующую!

Небесный Преподобный Хао восторженно ответил:

— Разве я могу отказаться? В таком случае, пусть брат Юй начнёт с введения, а я продолжу!

Закатав рукава, Цинь Му сел, жестом предлагая Небесному Преподобному Хао сделать то же самое.

Усевшись, тот улыбчиво проговорил:

— Брат Юй, прошу.

Император-Основатель подсознательно подошёл к двери зала и шепнул старому быку:

— Если случится что-то непредвиденное, ты должен его спасти!

Ню Саньдо поспешно ответил:

— С чего бы произошло что-то непредвиденное? Божественный мост ведёт к райским дворцам, младшему брату нужно лишь рассказать о том, как исконный дух должен полететь вперёд и достичь райских дворцов. Небесный Преподобный Хао не раскроет его тайны.

Покачав головой, Император-Основатель уверенно проговорил:

— У Небесного Преподобного Хао дурные намерения, он захотел, чтобы Му Цин начинал, надеясь, что тот себя выдаст. Тебе известно, что исконный дух может полететь к райским дворцам, что позволит человеку стать бессмертным и сравняться с древними богами. Тем не менее, у людей этой эпохи нет райских дворцов!

Старый бык ошарашенно застыл. По его лбу начали котиться капли холодного пота.

Император-Основатель продолжил серьёзным тоном:

— Люди этой эпохи ещё не открыли райских дворцов, а их божественные мосты просто летают в пустоте! Достижение Небесного Преподобного Юя состояло в том, чтобы создать райские дворцы из ничего! Теперь, когда он мёртв, только Небесный Преподобный Хао владеет его техникой! Разве Му Цин знает, как открыть райские дворцы? Если так, то он будет равным Небесному Преподобному Юю, а если нет, то его раскусят!

Сердце старого быка внезапно замерло, он пробормотал:

— Почему он просто не скажет, что Небесный Преподобный Хао предал его и не убьёт его? Для чего столько шума с передачей метода становления богом?

— Он поднялся на возвышение, руководствуясь другими намерениями. Он хочет обезвредить Небесного Преподобного Хао, и при этом передать метод становления богами, его нельзя убивать так просто, — шептал Император-Основатель. — Тем не менее, Небесный Преподобный Хао тоже выдающийся человек, он сумел разгадать его намерения. Это зловещий человек, который однажды станет моим главным врагом! Так как сейчас мы находимся на райских небесах древних богов, здесь повсюду полубоги и практики божественных искусств. Небесному Преподобному Хао не придётся сражаться, они сами побьют Му Цина до смерти! Более того…

На его лице возникло встревоженное выражение, он промолчал, думая про себя: «Яшмовый Водоём — это сад Небесной Императрицы, Небесный Преподобный Хао не мог бы просто так осмелиться убить здесь Небесного Преподобного Юя. Хао — это полубог, сын древнего бога и человека. Кто из здешних богов был его родителем? Му Цин действует слишком безрассудно, мы пришли сюда, чтобы посмотреть на секреты древних времён, а он решил в них поучаствовать, рискуя своей жизнью…»

Жизненная Ци Цинь Му взлетела над возвышением, создавая удивительное зрелище. Преобразовавшись, она создала видение Духовного Эмбриона, Пяти Элементов. Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста — семи великих божественных сокровищ.

Используя жизненную Ци, будто краски, он показал всем семь божественных сокровищ.

— Удивительная Математика! Монах, на самом деле, Небесный Преподобный Юй отлично владеет математикой!

Даос с компасом в руке высунул голову из толпы, наблюдая за происходящим. Он говорил к стоящему сбоку монаху, непрерывно восхваляя:

— Как и стоило ожидать от Небесного Преподобного Юя, его математика вот-вот ступит на путь. Это настолько изумительно, что не передать словами! Ты же видишь, что эти божественные сокровища образованы математическими построениями?

Старый монах, между тем, продолжал просить милостыню:

— Старший брат, мы, старший и младший брат, голодаем уже несколько дней, сжалься над нашей судьбой и дай нам две духовных пилюли… Мне нет толку с твоей математики, я совершенствую лишь сердце.

Цинь Му использовал жизненную Ци для постройки модели божественных сокровищ, воссоздавая ту же схему, которую он разработал вместе с Сюй Шэнхуа и остальными, поэтому она была невероятно близка к настоящей.

Затем его Ци превратилась в призрак Небесного Преподобного Юя и двинулась вдоль божественного моста. Он вот-вот должен был достичь его края!

Император-Основатель начал нервничать. Это был самый критический момент. Если Цинь Му не сможет поделиться методом становления богом, Небесный Преподобный Юй обвинит его в мошенничестве и возложит на него ответственность за смерть Небесного Преподобного Юя!

Образ Небесного Преподобного Юя, созданный из жизненной Ци Цинь Му, подошёл к краю божественного моста и остановился.

Ладони Императора-Основателя покрылись холодным потом.

Люди будущего знали лишь о том, что после достижения области Божественного Моста, их исконный дух может перебраться в райские дворцы. Они понятия не имели, откуда эти дворцы появились!

Способ открытия райских дворцов был давно утерян!

В будущем, люди знали лишь о существовании дворцов, но не о способе их открытия!

Они были потомками практиков божественных искусств, открывших свои райские дворцы, поэтому как их божественные сокровища, так и райские дворцы уже были на месте. Совершенствовавшись до определённой области, они могли перенестись к райским дворцам, не задумываясь о подобном!

Именно в этом крылось главное достижение Небесного Преподобного Юя!

Цинь Му, естественно, понятия не имел как открыть райский дворец. Если он сделает ошибку, то его сделают виновником смерти Небесного Преподобного Юя!

Сейчас он оказался перед самым главным вопросом и самым опасным для него моментом!

«Как открыть райские дворцы из ничего? — мозг Императора-Основателя начал кипеть, в нём зарождались всевозможные идеи. — Как Небесный Преподобный Юй смог открыть райские дворцы? Если ему это удалось, то и другим удастся. Как он это сделал?»

Внезапно, в его голове мелькнула мысль: «Почему Небесный Преподобный Юй решил провести собрание в Яшмовом Водоёме, и поделиться своим способом именно здесь? Речь идёт не только о заимствовании власти богов, есть и другие причины! Райские дворцы, райские дворцы! Так вот оно что! — его внезапно осенило. — Расположение райских дворцы, которые открыл Небесный Преподобный Юй, совпадает с расположением дворцов на райских небесах! Небесный Преподобный Юй открыл райские дворцы, так как был свидетелем постройки этого места. Именно здесь у него возникло желание развиваться и творить!»

«Божественные сокровища открывают силу в физическом теле, в то время как райские дворцы…»

В этот момент с возвышения донёсся голос Цинь Му:

— Божественные сокровища открывают силу в физическое теле, в то время как райские дворцы открывают в нём силу бога. Я называю эту область райским дворцами.

Император-Основатель задрожал всем телом, и поднял голову, смотря на юношу в пурпурной одежде. Перед ним будто стоял ещё один Небесный Преподобный Юй.

Сердце Небесного Преподобного Хао сильно дрогнуло, на его лице появилось выражение неверия.

В этот момент Сын Небесной Инь проснулся, успев услышать последнее предложение. Его тут же поглотил ужас, и он снова потерял сознание.

Глава 744. Открытый и искренний Юноша в Зелёной Дорожной Одежде

— Открытие райских творцов требует пробуждения силы богов в физическом теле, — Цинь Му изменял видения на алтаре с помощью свое жизненной Ци. Над его божественным сокровищем Духовного Эмбриона зажглись солнце и луна, в то время как он продолжал уверенно и спокойно объяснять. — Божественное сокровище Духовного Эмбриона, Великие Владыки Солнца и Луны.

Звёзды пяти элементов снова зажглись, на их поверхностях стояли Владыки Звёзд пяти элементов.

— Божественное сокровище Пяти Звёзд — Владыки Сатурна, Марса, Юпитера, Меркурия и Венеры!

— Божественное сокровище Шести Направлений! Мать Земля, преданно несущая на себе всё живое!

— Божественное сокровище Семи Звёзд! Семь звёзд выстроились в ряд, объединяя силу семи богов!

— Божественное сокровище Небожителя! Звёзды в небе и их владыки обретают силу Небесного Герцога!

— Божественное сокровище Жизни и Смерти! Это и есть Юду, контролирующее душу и позволяющее обрести силы Графа Земли!

— Божественное сокровище Божественного Моста! Исконный дух становится равным богам!

Цинь Му превратил свою жизненную Ци в видение божественных сокровищ. Внезапно засияли божественные лучи, и он обрёл силу бесчисленных богов. Его исконный дух олицетворял Небесного Императора, контролирующего все силы.

— Как только вы дойдёте до этого шага, используйте силу райских небес, чтобы вернуть богов на своё место. Направьте энергию райских небес, чтобы построить свои райские дворцы! — громко прокричал Цинь Му. Боги в видении божественных сокровищ одновременно направили свою силу, постепенно выковывая на противоположной стороне божественного моста Южные Небесные Врата, Яшмовый Водоём, Сцену Казни Бога, Нефритовую Столицу, Зал Непостижимого Неба и Императорский Трон.

Все ошарашенно наблюдали за происходящим. Округа затихла. Никто не смел издать и звука.

Именно так открывались райские дворцы. Ещё одна удивительная область с разнообразными пейзажами появилась перед глазами всех вокруг.

Это был великий подвиг, который мог позволить людям подняться до уровня богов.

Достичь области, благодаря которой человечество могло войти в золотую эпоху.

Спустя некоторое время кто-то радостно воскликнул:

— Небесный Преподобный Юй!

— Небесный Преподобный Юй!

— Небесный Преподобный Юй!

Все люди вокруг начали повторять его имя, своими голосами встряхивая небо.

Небесный Преподобный Хао ошарашенно наблюдал за происходящим, его сердце наполнилось печалью: «У меня нет такого таланта завоёвывать сердца людей… Если это не Небесный Преподобный Юй, то откуда ему известен метод становления богом? Неужели…»

В его уме зародилась страшная мысль, он искренне испугался: «Неужели Небесный Преподобный Юй действительно до сих пор жив? Это невозможно, невозможно, я ведь определённо его убил, а Инь Чжаоцинь уничтожил его душу, как он мог выжить? Более того, то существо всё подтвердило, оно не могло ошибиться…»

Он почувствовал, что его волосы встали дыбом. Если Небесный Преподобный Юй был жив, почему он сразу же его не убил?

Небесный Преподобный Юй боялся того существа, которое за ним стояло?

Или же у него были какие-то другие планы?

В этом мире было не так уже много людей, которых он боялся. Небесный Преподобный Юй был одним из них.

Он всегда был ниже Небесного Преподобного Юя, и даже несмотря на то, что и сам обладал выдающимся талантом, в его компании он чувствовал, что уступал ему.

Поэтому он решил от него избавиться. Он избавился от Небесного Преподобного Юя, чтобы избавиться от бога в своём сердце.

И теперь, бог, чьё существование всегда было для него обузой, вернулся из мёртвых?

«Он должен умереть!» — подумал он про себя.

В этот момент раздался голос Цинь Му:

— Небесный Преподобный Хао, твой черёд.

Юноше пришлось несколько раз его окликнуть, прежде чем Небесный Преподобный Хао наконец пришёл в себя и выдавил улыбку. Заговорив, он продолжил описывать метод совершенствования райских дворцов. Ему так и не удавалось сосредоточиться, отчего он несколько раз запинался.

— Овладев методом открытия райских дворцов брата Юя, человек сможет стать равным богам и достичь бессмертия. Тем не менее, это лишь промежуточный этап, впереди лежит ещё много испытаний. Так как мы одалживаем силы древних богов и райских небес, то должны их возвращать. Первым испытанием являются Южные Врата Небес, лишь преодолев их можно окончательно стабилизировать свои райские дворцы.

— Теперь мы заимствуем силу райских небес, превращая подделку в оригинал!

Собравшись с мыслями, Небесный Преподобный Хао описал метод совершенствования Южных Небесных Врат, созданный Небесным Преподобным Юем.

Небесный Преподобный Хао ещё не достиг области Южных Небесных Врат, так же, как и Небесный Преподобный Юй. Тем не менее, будучи открывателем райских дворцов, он сумел определить все существующие области, его знания о них достигли невероятных высот.

Небесному Преподобному Хао оставалось лишь повторить его слова.

Когда пришёл черёд рассказывать о Яшмовом Водоёме, заговорил Цинь Му. Затем Небесный Преподобный Хао рассказал о Сцене Казни Бога.

После этого Цинь Му поделился методом совершенствования области Нефритовой Столицы, а Небесный Преподобный Хао объяснил суть области Непостижимого Неба.

Когда он закончил, Цинь Му рассказал об Императорском Троне, завершив описывать все семь великих областей.

Сердце Императора-Основателя замерло:

«Рассказав о всех великих областях райских дворцов, Цинь Му, скорее всего, убьёт его, верно? Он уже убедил всех, что является настоящим Небесным Преподобным Юем, поэтому, как только он скажет что его убийцами были Небесный Преподобный Хао и Сын Небесной Инь, разъярившаяся толпа разорвёт их на части! Но Сын Небесной Инь остался жив, что же тогда произошло? Кто умер? Что изменилось…»

В этот миг с возвышения донёсся голос Небесного Преподобного Хао:

— Брат Юй оставил мне честь рассказать о последней области, и я с радостью это сделаю. Давайте поговорим о следующей после Императорского Трона области — Райских Дворцах…

Мозг Императора-Основателя вскипел, его глаза распахнулись от неверия!

Восьмая область!

На самом деле существовала восьмая область!

Он никогда не слышал об области Райских Дворцов, идущих после Императорского Трона!

Разум Ню Саньдо помутился. В будущем не существовало никаких записей или даже слухов об её существовании!

«Небесный Преподобный Юй… — выражение лица Цинь Му, стоящего на возвышении, помутнело. — Я и вправду не иду ни в какое сравнение с тобой. Твоя смерть — ужасное горе. История не может забывать такого человека!

Небесный Преподобный Хао с огромным трудом и большим количеством ошибок объяснил суть восьмой области. Райские Дворцы состояли из тридцати-шести сооружений райских небес, а значит, что для того, чтобы превзойти область Императорского Трона нужно было построить тридцать шесть дворцов!

Достижение области Райских Дворцов было бы огромным прорывом, переходом на совершенно иной уровень!

Тем не менее, в будущем не существовало никаких знаний об этой области, должно быть, она была утеряна в истории.

Небесный Преподобный Хао закончил рассказ и покраснел от стыда:

— Дело не в том, что я недоговариваю, просто брат Юй сказал мне, что он ещё не сумел полностью открыть эту область. Брат Юй, я прав?

Цинь Му поднялся, на его лице было невероятно спокойное выражение:

— Правильно. Область Райских Небес слишком сложна. Я не успел освоить её перед своей смертью.

На лбу Небесного Преподобного Хао выступили капли холодного пота, он сделал шаг назад и улыбчиво проговорил:

— Разве брат Юй не воскрес? «Перед своей смертью» звучит как-то слишком мрачно. Моя мать всегда тобой восхищалась, она будет раза узнать, что ты жив!

В его словах был спрятан скрытый смысл, намёк на то существо, которое за ним стояло.

Тем не менее, он не знал, что это совершенно не беспокоило Цинь Му.

Небесный Преподобный Юй, возможно, думал о максимальном благе, но Цинь Му был не таким!

Даже Император-Основатель не мог переубедить Цинь Му, так как это могла сделать мать Небесного Преподобного Хао?

В этот момент прилетел древний бог, громко объявив:

— Имя райских небес было выбрано! Его Величество, Небесный Герцог и Граф Земли пришли к решению!

Боковой дворец наполнился шумом, все люди поспешно хлынули наружу. Над их головами пронёсся голос древнего бога, исчезающего вдали:

— Райские Небеса будут названы «Дракон Хань»! Этот год будет первым годом Дракона Ханя!

Сердца Императора-Основателя и старого быка дрогнули. Это было начало Эпохи Дракона Ханя?

«Трое небес Дракона Ханя начались сегодня?»

Цинь Му был слегка ошеломлён, вспоминая обрывок детского стишка: «Трое Небес Дракона Ханя, разделённый надвое Багровый Свет.»

Сегодня был день, когда официально началась Эпоха Дракона Ханя!

В его сердце возникло странное чувство. Что такое история?

Это и есть история.

Он попал в историю и оказался одним из её участников.

В этой истории, посреди обширных и величественных райских небес люди праздновали радостное событие. Внушительные боги стояли вверху над ними, с улыбкой наблюдая за происходящим внизу.

Полубоги летали в воздухе вместе с фениксами и драконами, олицетворяющими удачу и процветание. Люди на земле носились туда-сюда, делясь хорошей новостью, а влюблённые пары на лодках лежали в объятиях друг друга, любуясь удивительными божественными искусствами в небе. Их на радостях создавали практики божественных искусств, ещё больше украшая райские небеса.

Вид этой истории знаменовал начало золотой эпохи.

И всё же в этот момент мало кто вспоминал о Небесном Преподобном Юе. Все были увлечены празднованием, никто не думал о человеке, который подтолкнул начало этой золотой эпохи, человеке, который уже лежал в могиле и никогда не смог бы стать свидетелем прекрасных времён, которые вот-вот должны были наступить.

«В этом мире больше нет праведности? — Цинь Му опустил взгляд на свои руки и начал хихикать. — Император-Основатель прав, здесь не нужна справедливость, её не существует. История не нуждается в том, чтобы я восстанавливал справедливость. Впрочем…»

Он поднял голову и посмотрел на небо, наполненное шумом и волнением. Его хихиканье переросло в громкий, безудержный смех.

«Но Небесному Преподобному Юю нужна справедливость, Небесному Преподобному она нужна…»

«История не нуждается в справедливости, но её люди нуждаются!»

Схватившись за воротник. Он сорвал фиолетовую робу Небесного Преподобного Юя. Подлетев в воздух, та пронеслась мимо веселящихся людей.

В его сердце запылала ярость, он поднял голову к небу и начал смеяться, давая волю чувствам.

«История не даст им справедливости, но я дам! Я дам им эту ср*ную справедливость!

«Мне она тоже нужна!»

Он сильно захотел напиться. Он захотел обнять бочку с вином и пить, будто мясник, пока не превратится в пьяного Тянь Шу, поднимет свои ножи и начнёт убивать!

Несмотря на то, что юноша всё-таки не пил, он будто одурманенный отправился в сторону Небесного Преподобного Хао.

Тот пытался протиснуться сквозь толпу и скрыться.

Император-Основатель и старый бык стояли снаружи, наблюдая за историческим событием, когда мимо них пролетела фиолетовая мантия, прежде чем упасть в море.

— Фиолетовая мантия Небесного Преподобного Юя! — ошарашенный, Император-Основатель поспешно оглянулся. — Где Му Цин? Где Му Цин?

Старый бык тоже начал поспешно искать юношу:

— Он ещё недавно был на возвышении, должно быть, он до сих пор внутри, верно?

— Когда древний бог сообщил имя эпохи, он тоже вышел! — потянув быка за собой, встревоженно ответил Император-Основатель. — Он снял одежду, так как собирается под шумок убить Небесного Преподобного Хао! Быстро идём! Мы должны остановить его, пока не произошла катастрофа!

Старый бык задействовал свою магическую силу, поднимая Императора-Основателя в воздух, прежде чем двинуться вперёд.

— Твоя магическая сила слишком мала, давай я тебя понесу! — поспешно сказал он. — Ищи в толпе, мы должны его найти!

Император-Основатель начал тщательно осматривать окрестности, пытаясь найти Цинь Му.

— Открытый и искренний юноша в зелёной дорожной одежде, упрямо твердит, что ветер бывает женский и мужской. С властной аурой, наслаждается сильным ураганом, приносящим с собой бесконечной счастье!

Цинь Му чувствовал, как его тело становится всё теплее и теплее, его сердце яростно билось: «Я хочу быть как дедушка мясник, острые ножи, хорошее вино, готовность отрубить любую голову. Быть как он, способным воплотить своей героизм в поэмах войны. Как жаль, что у меня нет его поэтического таланта! Он великий учёный, высказывающий свои мысли в поэмах, которые помогают ему быстро обезглавливать свиней! Всё-же здесь я ему уступаю.

Преследуя Небесного Преподобного Хао, он спустился на поверхность моря. Внизу плавали огромные монстры и черепахи, несколько рыб умиротворённо парили в воздухе.

Это были полубоги, потомки древних богов.

Небесный Преподобный Хао продолжал бежать вперёд, вокруг него собиралось всё больше и больше богов.

Цинь Му до сих пор бежал следом.

«Но мой нож такой же быстрый!»

«Мои кулаки такие же тяжёлые!»

«Когда речь идёт об убийстве зла, я не медленнее!»

Глава 745. Мечи как Драконы на Море

Яшмовый Водоём напоминал море.

Для древних богов с гигантскими телами он казался не больше бассейна, но для обычных людей это место выглядело большим, как море. На самом деле, у Яшмового Водоёма было и другое название — Яшмовое Море.

Божественные черепахи, таскающие на своих спинах огромные горы, расслаблено бороздили воду. Также здесь были гигантские разноцветные лотосы, чьи лепестки напоминали холмы, придающие этому месту ещё более удивительного виду.

Когда сюда приходили практики божественных искусств, Яшмовый Водоём не казался им слишком большим. Вместо этого у них возникало ощущение, что они сами уменьшились в сотни раз.

К этому моменту Небесный Преподобный Хао уже перестал бежать. Он был далеко от небольшой постройки Яшмового Водоёма, и вокруг него кишело полубогами, некоторые из которых даже летали в небе или прятались в тучах.

Под водой тоже скрывалось много полубогов. Шагая по её поверхности, Цинь Му видел, как мимо него быстро проносятся тела гигантских монстров. Их чешуя переливалась цветами морской ряби.

— Небесный Преподобный Юй, это действительно ты? — вздохнув, посмотрел на него Небесный Преподобный Юй. — Странно это говорить, но я искренне надеюсь, что это так, но мне также известно, что это невозможно. Ты мёртв, ты не можешь быть здесь. Как ты мог бы выжить? Тем не менее, ты стоишь передо мной, что сильно озадачивает.

На его лице возникло выражение недоумения:

— Я определённо убил тебя и уничтожил твою душу, тем не менее, каким-то образом ты сумел вернуться с мёртвых. Как тебе это удалось?

В небе, древний бог с огромными ушами слушал происходящее в Яшмовом Водоёме. Услышав слова Небесного Преподобного Хао, он внезапно дрогнул и отвернулся.

Между тем, выражение одноглазого бога под землёй резко изменилось, он вылетел из-под земли и взлетел к небу.

Два древних бога встретились, смотря друг на друга со странными выражениями.

Они оказались Генерами Небесного Слуха и Земного Взора, которых Небесный Император отправило расследовать убийство.

— Стоит рассказать об этом Его Величеству? — спросил Небесный Слух.

Второй покачал головой и хмыкнул:

— Ты не боишься смерти? Если мы расскажем Его Величеству, то оба умрём.

Небесный Слух нахмурился, его уши свернулись. Он тихо ответил:

— Его Величество приказал нам расследовать убийство, смерть Небесного Преподобного Юя — это не обычный пустяк. Более того, он был Небесным Преподобным, которого благословили все боги. Его смерть принесёт много проблем!

Единственный глаз Генерала Земного Взора, находящийся между его бровей, закрылся, и мужчина проговорил:

— И что с того, что мы расскажем Его Величеству? Он оставит всё как есть. Мы лишь создадим ещё больше проблем! В таком случае Его Величество запечатает нам рты и избавится от нас.

Небесный Слух не мог ничего придумать:

— Что же нам тогда делать?

— Не слышать и не видеть зла, — ответил Генерал Земного Взора. — Я слепой, а ты глухой.

Небесный Слух кивнул головой:

— Нам остаётся лишь это. Вот только убийство Небесного Преподобного Юя так и канет в лету. Небесный Преподобный Му превратился в Небесного Преподобного Юя, передал его технику вместо него, и даже решил за него отомстить. Вероятно, он тоже понапрасну потеряет свою жизнь. Как жаль, как жаль, потерять двух Небесных Преподобных…

Древний Бог Земного Взора вздохнул:

— Когда он достал труп Небесного Преподобного Юя, я был шокирован. Когда он принял его облик, я удивился снова. Я понятия не имел, что он собирался делать, но когда увидел, как он передаёт технику, то начал им восхищаться.

На мгновение замешкавшись, Небесный Слух спросил:

— Как нам, в таком случае, отвечать на его вопросы?

Генерал Земного Взора тоже ненадолго задумался и ответил:

— Не вижу зла, не слышу зла, мы слепы и глухи. Мы его не видели и не знаем, что он превратился в Небесного Преподобного Юя.

— Правильно, здесь ничего не случилось, мы ничего не знаем!

Закончив разговор, два бога тут же разлетелись в разные стороны.

Полубоги ходили как по морю, так и под ним. Они окружили округу.

Они собрались вокруг Небесного Преподобного Хао, не позволяя к нему подобраться.

— Небесный Преподобный Юй, ты настаиваешь на разжигании конфликта? — вздохнув, улыбчиво спросил Небесный Преподобный Хао. — Ты знаешь кто за мной стоит, тебе нельзя меня трогать. Ты пострадал, но тебе остаётся лишь терпеть.

— Небесный Преподобный Юй, можешь уходить, — один из полубогов с усами тигра и чешуей дракона принял человеческую форму и безразлично проговорил. — Несмотря на то, что ты пострадал, твоё тело осталось живо. Ты ведь гений, тебе понятно происходящее.

— Ты прав, — другой полубог тоже превратился в человека и усмехнулся. — Когда ты умер павильоне Медленного Вращения, то должно быть знал, что сражаться с Небесным Преподобным Хао нельзя. Разве ты забыл, что не мог сбежать из павильона? Разве ты забыл кто его запечатал?

Ещё один полубог превратился и заговорил:

— Несмотря на то, что ты гений человеческой расы и удостоился звания Небесного Преподобного, ты всё же лишь человек. Именно то существо приказало нам запечатать павильон Медленного Вращения, не позволяя тебе позвать на помощь несмотря на все усилия.

Другой полубог шагнул вперёд и улыбнулся:

— Человек слабый от природы, даже если ты откроешь райские дворцы, то не станешь ровней для полубогов. Ты лишь умрёшь здесь из-за своего желания снова допустить ошибку! В этот раз тебе точно не удастся вернуться к жизни!

Небесный Преподобный Хао улыбчиво добавил:

— Небесный Преподобный Юй…

Цинь Му, молчавший всё это время, внезапно его перебил:

— Разве тебе не стоит обращаться ко мне «отец», или «брат»?

Небесный Преподобный Хао громко рассмеялся:

— Брат или отец? Ты хоть знаешь кто мой отец? Ты хоть знаешь кто мой брат…

Бум!

Цинь Му сделал шаг вперёд, и поверхность моря под его ногами внезапно взорвалась. Небесный Преподобный Хао ошарашено застыл, в следующий миг его глаза накрыла тьма: «Он такой быстрый!»

Его окружали бесчисленные полубоги, которых он лично выбрал в качестве своих последователей. Каждый их них обладал невероятно высокими способностями, некоторые из них были даже сильнее его самого.

Он тоже был полубогом. Его родословная была выше чем у других, поэтому по мере его роста, его способности постепенно их превосходили.

Тем не менее, он был ещё молодым, в то время как полубоги, пришедшие к нему, были намного старше, отчего были сильнее.

И всё же Цинь Му двинулся, будто призрак. У полубогов не было времени, чтобы отреагировать!

Тьма перед его глазами возникла не из-за наступления ночи. Это кулак Цинь Му заблокировал его поле зрения!

Лицо Небесного Преподобного Хао исказилось. Когда кулак Цинь Му с ним столкнулся, раздался хруст ломающейся переносицы. В следующий миг захрустело сломанное ребро.

Это было первое ребро.

Следом за ним треснули второе и третье!

Кулак Цинь Му столкнулся с его лицом, в то время как колено сильно ударило его в рёбра.

Два удара разразились одновременно, и Небесный Преподобный Хао отлетел назад. Он до сих пор ничего не видел.

Бум!

Он срикошетил от воды, прежде чем упасть и срикошетить снова.

— Как ты смеешь!

Бесчисленные полубоги отреагировали лишь спустя несколько мгновений, полубог с тигриными усами и драконьей чешуёй громко взревел. Кровь в его теле вскипела, а божественная мощь начала вырываться на свободу. Его аура мгновенно изменилась, становясь ужасающей и жестокой.

Тем не менее, прежде чем его атака достигла цели, свет меча уже пронзил его голову!

Цинь Му вытащил меч, и его тело внезапно согнулось под странным углом. Избегая атаки со спины, он схватил за руку второго бока, чьи конечности тоже были покрыты чешуей. Неожиданно, чешуйки подлетели в воздух, пытаясь зарезать Цинь Му.

Меч в руке юноши мгновенно превратился в скрещённые ножи. Полубог резко схватился за шею, но его голова уже улетела в небо, брызгая Ци и кровью.

Остальные полубоги окружили Цинь Му, сердито ревя в унисон. Морская вода поднялась в небо, будто водяная колонна, и гигантские существа одновременно набросились на юношу!

— Возвращение Тысячи Ладоней… — вокруг Цинь Му возникло бесчисленное количество его отражений, прежде чем все они слились обратно с его телом. — За Пределами Странных Небесных Вершин!

Бум!

Его мастерство боевого пути вырвалось на свободу, а гигантские силуэты тут же разлетелись во все стороны и подняли огромные волны, падая в воду.

Вытер кровь с уголков своих губ, Цинь Му шагнул в сторону Небесного Преподобного Хао, лежащего на поверхности воды.

Море внезапно разделилось надвое, и из-под воды бросились гигантские челюсти полубога, собираясь его сожрать.

Вокруг тела Цинь Му закружились руны, активируя божественное искусство мгновенного перемещения. Голова полубога внезапно перенеслась в другое место, а обезглавленное тело упало в море. Его кровь окрасила часть моря в красный цвет.

В следующий момент силуэт Цинь Му вылетел наружу, пробивая череп бога кулаком. На его теле не осталось на капли крови.

Терпя боль от ранений, окровавленный Небесный Преподобный Хао развернулся в попытке бежать. Он вопил:

— Остановите его!

Над головой Цинь Му раздался громкий свист, с которым полубог спикировал вниз, взмахнув крыльями. Его скорость была невероятно высокой, отчего он напоминал падающую звезду.

У полубогов была родословная древних богов, поэтому каждый их них специализировался в определённой области. По мере взросления, их способности увеличивались.

Некоторые полубоги были не слабее древних богов.

Те полубоги, которые бросились на защиту Небесного Преподобного Хао, были представителями молодого поколения, но их способности уже были очень высокими. Тем не менее, пока полубог с крыльями пикировал, Цинь Му уже исчез из виду.

В следующий миг шея монстра онемела, а его обезглавленное тело упало в море.

«Что это за божественное искусство? Я никогда не видел чего-то подобного…»

Цинь Му неумолимо двигался вперёд, его взгляд не отрывался от Небесного Преподобного Хао. Внезапно, море перед ним взорвалось, и ему навстречу бросился белоснежный божественный слон. Две гигантских волны понимались справа и слева от него, каждая из них достигала высоты в триста метров.

Божественный слон трубил, оглушая всех вокруг. Он нёсся в сторону Цинь Му с ослепительной скоростью.

Цинь Му поднял руки вверх, разрезая слона напополам ударом ножа. Не останавливаясь, он пронёсся между двух половин его трупа.

Оглянувшись, чтобы посмотреть на происходящее, Небесный Преподобный Хао ощутил неподдельный ужас.

В следующий миг море снова взорвалось, и в небо взмыла гигантская рыба. Контролируя воду, она атаковала Цинь Му!

Море внезапно задрожало, накрывая юношу с головой.

— Мёртв! Мёртв! — радостно закричала гигантская рыба.

Другие боги подлетели к ней, приземляясь на поверхность воды. Их глаза засияли божественным светом, осматривая округу в поисках Цинь Му.

Небесный Преподобный Хао тоже остановился, сплёвывая кровь.

В этот момент над поверхностью воды возвысились чёрные врата, начиная вращаться с неистовой скоростью. Они пронеслись мимо богов, и их души упали в Юду, а безжизненные тела провалились под воду.

Зрачки Небесного Преподобного Хао сузились. Он увидел, как из-под воды показалась голова Цинь Му, вслед за ней медленно поднялось тело. Даже находясь под водой, он продолжал спокойно шагать вперёд.

Тело юноши поднималось всё выше и выше, пока он окончательно не выбрался наружу.

— Ты не Небесный Преподобный Юй, Небесный Преподобный Юй не обладал такими удивительными способностями…

Небесный Преподобный Хао отступал назад, уставившись на Цинь Му. В следующий миг подоспели другие полубоги, часть из них начала плеваться в Цинь Му огнём, в то время как остаьльные выстреливали из глаз ослепительными лучами. Некоторые были покрыты перьями, острыми как ножи или мечи, но эти примитивные божественные искусства не несли в себе никакой угрозы для Цинь Му.

Ещё до того, как эти божественные искусств могли к нему добраться, полубоги уже были мертвы.

В эту эпоху не существовало божественных искусств, достойных траты его времени!

Даже с совершенствованием богов, в его глазах эти божественные искусства просто сверкали недостатками. Если кто-то его атаковал, то был обречён на смерть.

Юноша продолжал двигаться вперёд, и у Небесного Преподобного Хао не осталось другого выбора, кроме как стиснуть зубы и побежать дальше, вопя:

— Я знаю кто ты! Ты Небесный Преподобный Му…

Он выбежал на божественную гору неподалёку и громко прокричал:

— Небесный Преподобный Му хочет меня убить!

Черепаха, несущая божественную гору на своей спине, обернулась и уставилась на Цинь Му, мчащегося в её сторону. Она серьёзным тоном предупредила:

— Небесный Преподобный Юй, хоть твои способности удивительны, это всё же Яшмовый Водоём. Ты хоть знаешь кто мать Небесного Преподобного Хао? Если бы ты знал…

Цинь Му поднял руку, и бесчисленные мечи молниеносно бросились под воду. Старая черепаха впала в ярость и усмехнулась:

— Как жемчужина размером с зерно смеет сиять перед солнцем…

— Открытие Бедствия…

Блестящий луч меча будто столб растянулся на десять километров и пронзил сердце черепахи, прежде чем вылететь наружу где-то в глубинах острова.

Божественная гора пошла ко дну.

Подозвав свои мечи обратно, Цинь Му выстроил их в шар, яростно вращающийся над поверхностью воды.

Небесный Преподобный Хао, скрывающийся на божественной горе, быстро спрыгнул вниз и продолжил бежать.

Вокруг тела Цинь Му закружились руны, и он исчез со вспышкой света, быстро сокращая расстояние до Небесного Преподобного Хао.

Внезапно округу накрыла загадочная аура, отчего пространство в окрестностях начало непрерывно дрожать.

Обрадовавшись, Небесный Преподобный Хао прокричал:

— Мама!

Зрачки Цинь Му сжались. Он выпрямил палец, тыкая им в сторону противника, и скорость пилюли резко увеличилась в десять раз. Вся его магическая сила, вся его сущность, энергия и дух вылились в этом ударе меча!

Он должен убить Небесного Преподобного Хао до того, как к ним спустится это невообразимо сильное существо!

Глава 746. Девятнадцатая Форма Меча

Это движение были ничем другим, как первым мечом Меча Бедствия, Открытием Бедствия. Это был его самый сильный навык.

Пилюля меча, которую он недавно выковал, вращалась всё быстрее и быстрее. Пролетая низко над водой, она внезапно разразилась бесчисленными лезвиями, все из которых нацелились на Небесного Преподобного Хао.

Цинь Му, мчащийся вслед за пилюлей, разразился всей своей силой и бросился вперёд!

Его магическая сила влилась в пилюлю, а жизненная Ци соединила все мечи. Переливаясь и перемещаясь, те представляли собой бесконечные руны в построении. Будто искры, эти руны сверкали, переносясь от одного лезвия к другому.

Расположение летающих мечей тоже непрерывно менялось, они носились, будто рыба в косяке, двигаясь вверх-вниз, они полностью раскрывали удивительный навык меча.

В следующий миг бесчисленные летающие мечи будто стали одним целым, управляемые несравнимо гибкой и ловкой Ци и рунами.

Лезвия, несущиеся над поверхностью моря, превратились в ослепительный луч света, принимая базовую, восемнадцатую форму меча.

Если смотреть издалека, то она выглядела как обычный летающий меч невероятной длины. Он исполнял простейшее движение — колющий удар.

Но если рассмотреть его подробнее, можно было увидеть бесчисленные превращения, скрывающиеся внутри этого движения.

С тех пор как он открыл Меч Бедствия, ему впервые удалось так идеально исполнить этот навык.

Но в этот миг пространство вокруг вдруг стало плотным и липким. Обычно, оно не создавало сопротивления движению, единственное, что останавливало мечи — это сопротивление воздуха. Тем не менее, теперь в нём появилась какая-то неописуемая сила, оказывающая огромное давление на навык меча.

Цинь Му приложил все усилия, чтобы продолжить удар, и Меч Бедствия продолжил двигаться вперёд так же легко, будто разрезал бамбук. Его кончик неумолимо приближался к Небесному Преподобному Хао!

И всё же Цинь Му чувствовал, что сопротивление резко увеличивается.

Такая сила не могла исходить лишь от божественного искусства. Казалось, что её порождал какой-то странный источник.

Цинь Му уже сталкивался с подобным давлением, пытаясь войти в Южные Небесные Врата Мира Корриды. Их давление исходило со всех сторон и воздействовало на все части его физического тела и исконного духа.

Оно даже воздействовало на Меч Открытия Бедствия!

Цинь Му впервые столкнулся с ситуацией, когда его божественное искусство пути меча оказалось подавлено!

Кончик меча Открытия Бедствия продолжал двигаться в сторону цели, но его скорость становилась всё ниже и ниже. Когда он долетел до лица Небесного Преподобного Хао, то двигался не быстрее улитки.

В этот момент за спиной Небесного Преподобного Хао вспыхнул солнечный свет. Во все стороны разразились тысячи лучей.

Это не была мать Небесного Преподобного Хао, а лишь её проекция.

Её тело, должно быть, осталось на райских небесах, она решила не спускаться лично.

Вокруг тела богини будто платье летал солнечный свет. Её вид был невообразимо великолепным.

Её тело было изящным, сильно отличаясь от дикой и необузданной внешности Богини Небесной Инь. Её макияж тоже удивлял своей изысканностью.

Солнечный свет формировал полосы, кружащиеся вокруг неё. Они не просто прикрывали её тело, но и отлично демонстрировали его изгибы.

Богиня Небесной Инь, с другой стороны, использовала примитивный метод управления светом, чтобы скрывать свои интимные места. Она носила одно-два украшения, в то время как эта богиня носила множество аксессуаров, все из которых были крайне изысканными.

Среди более десятка украшений были заколки, нефритовая корона, ожерелье с жемчужинами, напоминающими десятки лун, нефритовый браслет на запястье, кольца на пальцах и жемчужины в виде колокольчиков на лодыжке.

Небесный Преподобный Хао встал перед Мечом Бедствия и спокойно вздохнул. Цинь Му всё ещё изо всех сил пытался толкнуть лезвие вперёд, освобождая силу меча в надежде пробить сопротивление богини.

И всё же сделать это было невероятно трудно. Меч продвинулся на полутора сантиметра, а юноша уже достиг предела своих сил.

Небесный Преподобный Хао улыбнулся:

— Небесный Преподобный Юй, а ты очень наглый, — заговорил призрак богини. Её голос был громким и отчётливым, пробиваясь до глубины его сердца. В его спокойных нотах слышался тон безразличия. — Ты только что вернулся из мёртвых, и должен был дрожать от страха, будто шагаешь по тонкому льду. Ты что, забыл, что за сила сдерживала тебя перед смертью? Разве ты не ощутил моей силы в павильоне Медленного Вращения, где оставалась моя сестра?

Цинь Му всё ещё пытался пробиться вперёд, кипя энергией. Он должен был любой ценой убить Небесного Преподобного Хао.

Богиня нахмурилась:

— Ты не ценишь моей доброты. Хао’эр, отправь его подальше. И в этот раз не оставляй никаких следов, сожги труп.

Небесный Преподобный Хао почтительно поклонился и зашагал вдоль света меча длиной в десять километров.

Свет меча замер в воздухе, будто его заморозили.

Небесный Преподобный Хао наконец почувствовал себя в безопасности, и уверенно шагал в сторону Цинь Му. Улыбнувшись, он проговорил:

— Но мам, это ведь не Небесный Преподобный Юй.

Недоумевая, богиня повернула свой взгляд на Цинь Му, но не смогла увидеть сквозь его маскировку.

Небесный Преподобный Хао сверкал уверенностью:

— Это Небесный Преподобный Му. Юй, скорее всего, до сих пор лежит в гробу под землёй.

— Небесный Преподобный Му, которого Его Величество недавно наделил титулом? — спросила богиня. — Его божественные искусства определённо не такие, как у других, в них кроются удивительные секреты.

Добравшись к середине десятикилометрового меча, Небесный Преподобный Хао ответил:

— Он использовал загадочную технику, чтобы изменить свою внешность и принять облик Небесного Преподобного Юя. Более того, перед смертью тот передал ему метод становления богом, что позволило ему выдать себя за него. Тем не менее, мне интересно, было ли его прежнее лицо настоящим? Подозреваю, что лицо Небесного Преподобного Му тоже ненастоящее.

Богиня улыбнулась:

— Мой сын очень умён! Если ты убьёшь его, он определённо примет свой настоящий облик. Мама его подавила, можешь убивать…

В этот момент свет меча внезапно сжался.

Десятикилометровый меч внезапно превратился в небольшую пилюлю, повисшую прямо перед лицом Небесного Преподобного Хао!

Небесный Преподобный Хао ошарашенно замер, кровь в его жилах застыла.

Когда свет меча сжался, у него возникло чувство, будто на него уставился невероятно свирепый древний бог. Ему казалось, что его привели на бойню!

Цинь Му стоял в пяти километрах от него и не мог пошевелиться из-за давления богини. Его зубы громко хрустели от сжатия, а из уголков губ текла кровь.

Внезапно, пилюля меча зашевелилась, а Цинь Му издал оглушительный рёв!

— Поднятие Бедствия!

Шокированная, богиня поспешно увеличила свою магическую силу, чтобы ещё сильнее надавить на меч.

Её сила была невообразимо огромной и плотной, поэтому тут же остановила пилюлю меча. Тем не менее, несмотря на это, из артефакта начали вылетать летающие мечи.

Богиня надавила ещё сильнее, но ей не удавалось остановить сверкающие лучи мечей несмотря на все усилия. Лезвия бросились прямиком на Небесного Преподобного Хао!

Небесный Преподобный Хао поспешно отступил, огни мечей преследовали его по странной траектории. Они исполняли навык, не принадлежащий ни к одному из восемнадцати базовых движений. Даже призрак древнего бога был не в силах его остановить.

Вьюх! Вьюх! Вьюх!

Лучи меча пронзали тело Небесного Преподобного Хао один за другим, в его силуэте появлялось всё больше кровавых отверстий.

Вторая форма Меча Бедствия, Поднятие Меча Бедствия!

Открыв бедствие, его можно было поднять чтобы убить человека!

Оказавшись перед видением древнего бога, в ситуации, где он совершено не мог отбиваться, Цинь Му наконец понял вторую часть пути меча. Он сделал ещё один шаг вперёд!

Более того, его мастерство меча наконец открыло девятнадцатое базовое движение, подталкивая вперёд все искусства меча мира!

Тело Небесного Преподобного Хао разразилось фонтанами крови, неожиданное движение Меча Бедствия пробилось сквозь все слои защиты. Будучи странным и непредсказуемым, оно не оставляло шансов отбиться.

Даже богиня не смогла с ним ничего сделать, не говоря уже о её сыне.

В этой эпохе не существовало даже четырнадцати форм меча, не говоря уже о девятнадцатой.

Между тем, призрачная богиня ударила Цинь Му. Так как она не смогла остановить свет меча, ей оставалось лишь убить Цинь Му, чтобы прервать его атаку!

Её ладонь двинулась с молниеносной скоростью. Ударив о поверхность моря, она прогнула его гладь, оставляя отпечаток размером в сто километров.

В тот же миг она заметила второго молодого человека, бежащего по воде в её сторону. Вода под его ногами раз за разом взрывалась, брызжа в стороны.

Мчась вперёд, он неистово размахивал руками, окружая себя бесчисленными божественными искусствами. По пути он разбивал горы и рассекал волны, птаясь успеть к Цинь Му.

— Слишком слабый, — решила проигнорировать его богиня.

В следующий миг землю и небеса закрыл гигантский кулак. Не успев добраться до цели, божественное искусство юноши столкнулось с ладонью богини и громко взорвалось.

Яшмовый Водоём задрожал. Лепестки бесчисленных лотосов сорвались. Гигантские черепахи, таскающие горы на своих спинах, подлетели в воздух беспомощно размахивая конечностями.

— Дьяволица, старый мастер Ню Бэнь здесь!

Громко крича, старый бык превратился в бога с головой быка и худым, мускулистым телом. В следующий миг он будто метеорит упал в море.

Поверхность моря взорвалась, разбивая божественные искусства Императора-Основателя, и отбросив его, Цинь Му и Небесного Преподобного Хао прочь.

С трудом двигаясь по воздуху, Император-Основатель догнал Цинь Му и крепко его схватил.

С противоположной стороны, луч солнечного света накрыл Небесного Преподобного Хао, защищая его от удара и унося прочь.

Небесный Преподобный Хао истекал кровью. В его теле были тысячи отверстий, проткнутых странным и непредсказуемым Мечом Бедствия.

Солнечные лучи постепенно вонзались в его тело, запечатывая раны и останавливая кровотечения. Затем луч света отнёс его в Нефритовый Павильон, подальше от этого места.

Небесный Преподобный упал на землю, не двигаясь.

Император-Основатель отчаянно мчался прочь с Цинь Му в объятиях. Несмотря на то, что все кости последнего были сломаны, его тело непрерывно извивалось. Сломанные кости внутри него растворялись, на их месте вырастали новые.

«Он выжил под таким давлением?» — недоумевал Император-Основатель.

— Мой меч… — слабым тоном проговорил Цинь Му.

— Нас*ать на твой меч! — Император-Основатель впал в ярость, начиная ругаться. — Я говорил тебе не создавать проблем. Если бы я не предвидел твоего поведения и не позвал Ню Бэня на помощь, ты бы давно умер!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Наконец ты ведёшь себя как живой человек, это меня радует…

Ошарашенный, Император-Основатель слегка улыбнулся:

— Заткнись и исцели свои раны.

Раскрыв ладонь, Цинь Му поманил к себе пилюлю меча. Бесчисленные мечи тут же двинулись с места и слились воедино, после чего молниеносно полетели в его сторону.

— Давай добьём Небесного Преподобного Хао, — кашляя кровью, предложил Цинь Му. — Он почти готов, мне осталось ударить его всего лишь один раз.

— Мне кажется, что сейчас тебе стоит больше заботиться о наших жизнях, а не о нём, —Император-Основатель вздохнул, замечая, как вокруг собирается всё больше и больше полубогов. — В будущем я сам его убью, чтобы отомстить за Небесного Преподобного Юя. Но теперь я думаю лишь о том, чтобы сбежать живым.

Цинь Му внезапно пустил слезу и отвернулся: «Старый предок, тебе это не удалось… Я даже не знаю, жив ли ты до сих пор… Когда-то я надеялся, что ты умер на боле битвы, яростно сражаясь, но теперь я хочу верить, что ты до сих пор живёшь в Деревне Беззаботной.»

Глава 747. Южное Божество

Несмотря на то, что Император-Основатель был его старым предком, Цинь Му лишь теперь узнал этого человека и по-настоящему понял его характер.

Он был готов рискнуть своей жизнью, чтобы спасти человека, которого знал лишь месяц, человека, который всё время пытался с ним поссориться, не говоря уже о подчинённых, следовавших за ним на протяжении двадцати тысяч лет, о жителях Эпохи Императора-Основателя.

Такой человек не стал бы прятаться в деревне Беззаботной и жить беззаботной жизнью.

Такой была его природа.

В этом не было никакой логики и корыстности. Лишь природа.

Причина, по которой Император-Основатель был любим своими людьми, заключалась именно в ней.

Его харизма была причиной, благодаря которой он стал Императором-Основателем.

«Если ты не спрятался в деревне Беззаботной, тогда ты…» — с серьёзным выражением лица Цинь Му продолжил использовать технику создания, чтобы исцелить свои раны. Ему сильно досталось от древней богини. Несмотря на то, что пути, навыки и божественные искусства этой эпохи были крайне грубыми, разницу в их совершенствованиях нельзя было восполнить божественными искусствами.

Полубоги в Яшмовом Водоёме неслись в их сторону, постоянно увеличиваясь в числе. Их было слишком много, чтобы пытаться сразиться.

Император-Основатель таскал Цинь Му, удачное спасение которого уже было огромным достижением. У него не было свободных рук, чтобы отбиваться.

— Можешь просто закинуть меня себе на спину, — слабым голосом проговорил Цинь Му.

Основатель-Император понёс Цинь Му на спине. Руки последнего уже восстановились, поэтому он мог самостоятельно держаться за шею. Руки Императора-Основателя освободились. И он начал с невообразимой скоростью создавать божественные искусства, непрерывно переворачивая ладонями.

В его глазах полубоги были целиком покрыты недостатками, и он мог с лёгкостью их убить. Тем не менее, их количество постоянно возрастало. Ими кишело небо вверху, вода под их ногами и морская гладь справа и слева — они были повсюду.

Император-Основатель никогда не отращивал себе шесть рук и три головы, поэтому не мог свести концы с концами.

— Дай мне свой меч! — лоб Императора-Основателя обливался потом, продвигаться вперёд становилось всё труднее.

Цинь Му уже заменил почти половину своих костей, не отвлекаясь от процесса. Услышав слова Императора-Основателя, он спросил:

— Сколько мечей ты используешь?

— Одного хватит!

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он поспешно достал из мешочка таотэ меч Беззаботный, передавая его Императору-Основателю.

Взяв меч в руку, Император-Основатель шокировано похвалил:

— У тебя замечательный меч, он будто продолжение моего тела и двигается именно так, как я хочу. Отличное оружие, в будущем я выкую себе такой же!

Взмахнув мечом, он рванул вперёд. Меч Беззаботный в его руке издал кристальный свист, будто обрадовавшись предстоящему бою.

Даже Цинь Му никогда не удавалось освободить силу этого меча, но оказавшись в руках Императора-Основателя, тот становился всё мощнее и могущественнее.

Владение мечом Императора-Основателя было невероятно изящным, он тоже был человеком, вступившим на путь меча.

Сила Беззаботного резко возрастала, лучи лезвий начали беспрепятственно носиться по воздуху, будто свет и молнии. В одно мгновение Яшмовый Водоём будто накрыла ночь, в которой сверкали лишь белоснежные огни меча.

В небе, море, и на поверхности воды, кровь начала разбрызгиваться, будто расцветающие цветы.

Когда в руке Императора-Основателя был меч, его никто не мог остановить!

Цинь Му смотрел на это зрелище, не отрывая глаз.

Меч Беззаботный изначально был мечом Императора-Основателя, поэтому обладал невероятной остротой, способной убить любого противника. Тем не менее, в руках Императора-Основателя он будто проснулся, создавая удивительную картину!

Внезапно за их спиной раздался оглушительный взрыв. Оглянувшись, Цинь Му увидел, что Ню Саньдо разрушил призрак богини!

Прыгнув, старый бык быстро их догнал, после чего издал громкий рёв, вибрации которого будто звон гигантского колокола встряхнули водную гладь. Древних богов тут же сдула волна ветра.

Старый бык уменьшился в размерах, на его лице возникло встревоженное выражение:

— Мы подняли много шума, теперь нас преследуют древние боги. Я не справлюсь со всеми, мне это определённо не под силу!

Вздохнув, Цинь Му ответил:

— Нам есть куда пойти. Не двигайтесь, дайте мне произнести заклятие!

Император-Основатель и старый бык остановились. Верхняя часть тела Цинь Му уже восстановилась, поэтому он мгновенно активировал свою жизненную Ци и вокруг него закружились бесчисленны руны. Пересекаясь друг с другом, они начали вращаться всё быстрее и стремительнее.

Вдали, со стороны райских дворцов, к ним спешили древние боги.

Энергично взмахивая крыльями, Великий Владыка Солнца приближался быстрее остальных. Издали донёсся его крик:

— Снова ты! Золотой Командир Ню Бэнь! Его Величество подарил тебе официальное звание, а ты всё ещё продолжаешь сеять хаос! Посмотрим, как ты выкрутишься на этот раз, Сцена Казни Бога ещё не пила кровь, ты будешь её первым обедом!

Он двигался будто луч света, атакуя с молниеносной скоростью. Небо залило пламя, но в этот момент вспыхнуло божественное искусство мгновенного перемещения, и Цинь Му, Императора-Основатель и Ню Саньдо бесследно исчезли.

Атака Великого Владыки Солнца ударила в пустоту, он поспешно взмахнул своими стокилометровыми крыльями, подлетая в небо. Из его глаз выстрелили два луча божественного света, начиная обыскивать окрестности в поисках беглецов.

Вскоре к нему подлетел другой древний бог, крича:

— Владыка Звезды, куда делись эти мятежники?

— Они использовали какую-то странную технику и скрылись! — ответил Великий Владыка Солнца. — Пусть Владыки Небесного Звёздного Цикла накроют Яшмовый Водоём сетью, тогда они не смогут сбежать!

Изначально небо было пустым, но теперь на нём ярко засияли бесчисленные звёзды. Становясь всё ярче и ослепительнее, они постепенно образовали собой Млечный Путь. Затем боги вверху исполнили всевозможные техники, окутывая весь Яшмовый Водоём лучами света.

Бесчисленные боги, стоящие на звёздах, повернули свои длинные, древние на вид лица, бросая на землю свои пристальные взгляды в поисках сбежавших.

Потратив довольно много времени на поиски, они так ничего и не обнаружили. У Великого Владыки Солнца тоже закончились идеи:

— Где Генералы Небесного Слуха и Земного Взора? Эти трое очень смелы и хитры, но куда бы они не бежали, им не удастся спрятаться от них!

Спустя некоторое время один из древних богов вернулся:

— Генералы Небесного Слуха и Земного Взора отправились расследовать убийство Небесного Преподобного Юя по приказу Его Величества. Сейчас они ведут поиски у нижних границ.

Великий Владыка Солнца уставился на него широко открытыми глазами:

— Они ведут поиски у нижних границ? Вместо того, чтобы обыскивать Яшмовый Водоём, они отправились туда? Кто из жителей нижней границы в силах убить Небесного Преподобного Юя? Кроме сильных полубогов, это могли быть лишь…

Внезапно запнувшись, он дважды кашлянул и сказал:

— Золотой Командир Ню Бэнь, который дважды начинал сеять хаос в Яшмовом Водоёме и замыслил убийство Небесного Преподобного Хао… Я должен сообщить об этом Его Величеству. Для начала мне нужно отправиться во Дворец Непостижимого Неба, а ты займись поисками беглецов, — договорив, он поспешно улетел.

В этот момент в огромном зале с необычным, внушительным стилем вспыхнул яркий свет. Цинь Му закашлялся, но поспешно сдержал себя, боясь кого-то привлечь. Его лицо тут же покраснело от напряжения.

— Что это за место? — старый бык и Император-Основатель приняли боевые стойки и настороженно оглянулись.

Интерьер зала был ярко-красным — колонны, стены, пол, потолок и даже занавески были окрашены в красный.

На стенах были высечены красные птицы, пол тоже был покрыт всевозможными узорами. Шторки на окнах тоже были вышиты рисунками птиц, летающих в небе, пожирающих демонических жуков и сражающихся с божественными драконами.

— Это Дворец Красной Птицы, — тяжело вздохнул Цинь Му. — Здесь живёт Чжэ Цюэ’эр. Мы с ней знакомы, поэтом можем тут спрятаться.

Старый бык расслабился и улыбчиво проговорил:

— Та самая Чжэ Цюэ’эр, которую зовут так же, как Южное Божество Чжэ Цюэ? Она очень красива, но откуда у неё смелось украсть имя Южного Божества? Она и вправду не боится умереть преждевременно.

На лице Императора-Основателя возникло странное выражение, он уставился на фреску на стене и долго молчал, прежде чем спросить:

— Женщина на этой фреске и есть Чжэ Цюэ?

Старый бык подошёл к стене и действительно увидел на фреске Чжэ Цюэ’эр:

— Да, это она. Очень смелая женщина!

Выражение Императора-Основателя стало ещё более странным, и он продолжил:

— Чтобы быть гостем на банкете у Небесного Герцога и Графа Земли, она должна обладать званием не ниже, чем у них.

Старый бык рассмотрел фреску внимательнее, увидев, что на неё действительно был изображен банкет, на котором сидели Граф Земли и Небесный Герцог. Женщина о имени Чжэ Цюэ’эр тоже была с ними!

— Ты имеешь в виду… — засомневался старый бык.

Император-Основатель вздохнул:

— Она и есть Южное Божество. Мы ворвались в её дворец, попадая прямиком в ловушку. А это место…

Он посмотрел в сторону занавески, за которой находился ярко-красный нефритовый диван. Он имел форму птичьего гнезда и пылал священным огнём.

На лбу Императора-Основателя выступили вены, и он пробормотал:

— Это место — спальня Южного Божества. Думаю можно догадаться какая смерть нас ждёт…

Старый бык вздрогнул и беспомощно посмотрел на Цинь Му:

— Ты ведь знаешь, как выйти из этой ситуации, верно? Ты всегда мог что-то придумать…

Цинь Му собирался что-то ответить, когда снаружи раздался голос Чжэ Цюэ’эр. Женщина смеялась:

— В этот раз Собрание Райских Небес было полно перипетий и поворотов. Оно проводилось для того, чтобы выбрать имя райским небесам, но на самом деле эти старики лишь пытались получить какую-то выгоду для себя. Граф Земли и Небесный Герцог очень смелы. Они не собираются делиться силами Юду и Сюаньду. Лидеры полубогов тоже преследуют свои цели. Имя райских небес было лишь мелочью…

— Богиня, ты была на райских небесах, поэтому ещё не знаешь сколько шума было в Яшмовом Водоёме.

— Яшмовый Водоём был почти уничтожен хаосом. Сначала в нём сразились Небесный Преподобный Му и Небесный Преподобный Цинь, после чего к ним присоединился Ню Бэнь. После этого Небесного Преподобного Юя убили, но он вернулся к жизни и вступил в бой с полубогами и Небесным Преподобным Хао. В самом конце к ним явился призрак сестры Небесной Императрицы, но его уничтожил Золотой Командир Ню Бэнь …

— Там действительно было так весело? Мне не стоило посещать Собрание Райских Небес, нужно было остаться здесь!

— Сейчас это место ещё более оживлённое, были задействованы все боги Небесного Звёздного Цикла.

****

Голоса постепенно приближались, обсуждая события Собрания Яшмового Водоёма. В самом конце Чжэ Цюэ’эр проговорила:

— Я немного устала и хочу отдохнуть. Можете быть свободны.

— Хорошо, — послушавшись, горничный ушли.

За дверью раздались шаги, а уже в следующий миг внутрь вошла женщина в нефритовой одежде:

— Как ты посмел пробраться в мою спальню, думаешь, я не смогу тебя схватить?

— Старшая сестра! — Цинь Му выпрыгнул ей навстречу, принимая свой обычный вид. — Младший брат пришёл в поисках убежища, старшая сестра, пожалуйста, спрячь меня!

Чжэ Цюэ’эр ошарашенно прокричала:

— Ты… ты новый Небесный Преподобный Му? Что-то здесь не так, ты определённо тот младший брат, кого я встретила на райской реке. Почему у тебя только что было лицо Небесного Преподобного Юя?

Император-Основатель посмотрел на Цинь Му, слегка недоумевая. Его лицо не принадлежало Му Цину, а было немного боле молодым и детским.

— Он кажется мне немного знакомым… — озадачился Император-Основатель. — Он похож на меня…

Вернувшись в свою настоящую внешность, Цинь Му горьким тоном проговорил:

— Небесный Преподобный Юй мёртв, его убили Небесный Преподобный Хао и Инь Чжаоцин. Я принял облик Небесного Преподобного Хао, чтобы отомстить им, и в результате поссорился с матерью Небесного Преподобного Хао, и у меня не осталось другого выбора, кроме как попытаться спрятаться в доме старшей сестры.

Чжэ Цюэ’эр внезапно хмыкнула, ей тело окутали языки пламени:

— Если ты поссорился с той потаскушкой, ты не жилец! Вы все умрёте! Впрочем, вам нечего бояться, она не осмелиться прийти сюда. Можете пересидеть здесь несколько дней, я отправлю вас к нижней границе, когда всё устаканится.

Внезапно она обрадовалась и захихикала:

— Мать Небесного Преподобного Хао — сестра Небесной Императрицы. Вs ведь не знали об этом верно? Она с сестрой — близняшки, они выглядят одинаково. Когда Небесный Император женился на старшей из них, он захотел жениться и на младшей, но Небесная Императрица не позволила этому случиться. Угадайте, что произошло потом?

На лице Императора-Основателя возникло странное выражение, и он подумал: «Южное Божество совсем не такая, как я представлял. Почему она так интересуется личными делами Небесного Императора?»

Цинь Му продолжал лечить свои раны, с любопытством спрашивая:

— Старшая сестра, что же случилось потом?

На лице Императора-Основателя возникло ещё более странное выражение:

— Этот Му Цин тоже крайне любопытен!

Старый бык насторожил уши, было очевидно, что ему тоже было крайне любопытно.

— После того, как Небесный Преподобный Хао открыл Божественное Сокровище Духовного Эмбриона и позволил людям совершенствоваться, Небесный Император сказал, что так как потомки древних богов не в силах совершенствоваться в будущем их поработят люди. Ему пришла в голову идея создать полубога-получеловека, чтобы тот нашёл решение этой проблемы. Этим существом стал Небесный Преподобный Хао. — улыбнувшись, проговорила Чжэ Цюэ’эр. — Матерью этого полубога была сестра Небесной Императрицы. Угадайте, кто был его отцом?

Взгляд Цинь Му задрожал, он подгонял:

— Старшая сестра, быстрее назови имя, интрига меня убивает!

Легко захихикав, Чжэ Цюэ’эр поспешно ответила:

— Небесный Император превратился в человека и наконец воплотил своё желание заняться любовью с той красоткой!

Глава 748. Семя Небесного Союза

Цинь Му и старый бык уставились на неё широко открытыми глазами. На лице Императора-Основателя тоже возникло выражение неверия, все трое потеряли дар речи.

Увидев их лица, Чжу Цюэ’эр была очень довольна собой:

— После того, как эти сплетни распространились, Небесная Императрица была крайне недовольна и подняла ужасный скандал. Небесному Императору пришлось покинуть своё человеческое тело и вернуться на райские небеса. Затем Небесная Императрица затеяла второй скандал. Несмотря на то, что многие жители райских небес узнали о случившемся, никто не обмолвился и словом. Вскоре, когда Небесный Преподобный Хао вырос, он и вправду оказался очень талантливым. Вы знаете, почему Небесная Императрица так хорошо относилась к Небесному Преподобному Юю?

Старый бык тут же ответил:

— Небесная Императрица хотела отомстить Небесному Императору, поэтому переспала с Небесным Преподобным Юем!

Император-Основатель и Цинь Му кашлянули, их лица покраснели:

— Не было смысла заходить так далеко, ей было достаточно лишь подержать Небесного Преподобного Юя и унизить Сына Небесного Императора и её сестры.

Немного поразмыслив над их словами, Чжу Цюэ’эр поинтересовалась:

— Думаете у Небесной Императрицы действительно был такой план? Как по мне, она действительно могла переспать с Небесным Преподобным Юем, кто знает… Более того, с чего бы Небесный Преподобный Хао решил убить Юя? Может быть, Небесный Император узнал об измене Небесной Императрицы и отправил его сделать грязную работу?

Не удержавшись, Цинь Му перебил:

— Старшая сестра, именно сестра Небесной Императрицы использовала свою силу, чтобы запечатать Павильон Медленного Вращения и не позволить Небесному Преподобному Юю сбежать или позвать на помощь.

Глаза Чжу Цюэ’эр загорелись:

— Конфликт между двумя сёстрами? Сражение за любовь? Убить одного, чтобы предупредить остальных? Как драматично!

Моргнув, Цинь Му подумал: «Ход мыслей старшей сестры немного отличается от моего. Мне кажется, что причина, по которой Небесный Преподобный Хао решил избавиться от Небесного Преподобного Юя, состоит в том, что репутация последнего вот-вот должна была стать слишком высокой. Лишь избавившись от него, можно было стать лидером полубогов и людей. Совершенствуясь, в будущем они могли бы начать претендовать на трон…»

Чжу Цюэ’эр определённо думала совершено по-другому. В отличии от Цинь Му и остальных её больше волновали перипетии между наложницами Небесного Императора.

Выражение лица Императора-Основателя помрачнело:

— Небесный Преподобный Юй был гением этой эпохи. Как жаль, что ему пришлось пройти через все эти страдания. Что касается участия Небесного Императора в произошедшем, нам остаётся лишь догадываться.

Держа своё волнение под контролем, Чжу Цюэ’эр равнодушно проговорила:

— Если бы сын Небесного Императора оказался слабее человека, разве это не говорило бы всем жителям мира о том, что родословная древних богов хуже, чем у простых смертных?

Сердца Цинь Му и Императора-Основателя сильно дрогнули, они ошарашенно застыли.

С лица Чжу Цюэ’эр исчезло торжественное выражение, она улыбчиво проговорила:

— Добрый брат, пока что вам стоит оставаться во дворце сестры. Я же отправлюсь наружу, чтобы посмотреть на шоу. Должно быть, та потаскушка затеяла огромный скандал!

Цинь Му уставился на неё широко открытыми глазами. Чжу Цюэ’эр определённо хотела, чтобы весь мир был поглощён хаосом, и поспешно выбежала наружу.

— Старшая сестра сейчас даже более взволнованна, чем я, человек, принявший во всём этом непосредственное участие… — покачав головой, Цинь Му обратился к Императору-Основателю. — То, что она сказала, правда? Небесный Император и вправду подстрекнул Небесного Преподобного Хао к убийству?

Император-Основатель покачал головой в ответ:

— Я никогда раньше не встречался с Небесным Императором, поэтому не знаю его характера и не могу строить выводов. Тем не менее, подобная возможность существует. Если слова Южного Божества правда, то Небесный Император играет с огнём. У Небесного Преподобного Хао невероятно высокие амбиции, когда все полубоги и расы совершенствуются, его положение окажется в опасности!

Цинь Му нахмурился.

Старый бык шокировано подпрыгнул и выпалил:

— Небесный Император обладает невероятно высокими способностями, и к тому же является родным отцом Небесного Преподобного Хао, разве у того могут возникнуть подобные намерения?

Император-Основатель ответил:

— С самых древних времён, когда император жил слишком долго, наследному принцу становилось трудно сидеть на месте, и он всеми силами пытался приблизить смерть отца. Так как Небесный Император не умрёт от старости, единственный способ получить трон для Небесного Преподобного Хао — это убить его. Более того, когда различные расы под его руководством станут сильнее, они начнут требовать большего. Тогда у него попросту не останется выбора.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он проговорил:

— Я вспомнил, что Небесный Преподобный Юй говорил, что, во-первых, он хочет, чтобы все расы смогли совершенствоваться и стать равными богам. Каким было его второе намерение?

Император-Основатель повернул голову, и когда их взгляды встретились, они поняли мысли друг друга.

— Если бы Небесный Преподобный Юй не умер, это было бы возможным. Но теперь он мёртв, а остальные Небесные Преподобные ему не ровня. Небесный Преподобный Хао будет управлять силами полубогов, также у него огромное количество последователей из других рас. Во-первых, у него огромная власть, а во-вторых, он сын Небесного Императора, а значит никто не сможет с ним совладать. Он возглавит одни из трёх небес Дракона Ханя, и те станут самыми сильными! — ответил Император-Основатель.

— Никто из других Небесных Преподобных не сможет с ним сравниться. Но в трёх небесах Дракона Ханя должна быть ещё одна сторона, кто это?

Император-Основатель покачал головой:

— Вероятно, это не то, о чём нам стоит беспокоиться.

С недоумением слушая их разговор, старый бык спросил:

— О чём вы говорите? Разве речь идёт не о том, что не успел сказать Небесный Преподобный Юй? К чему здесь трое небес Дракона Ханя?

Цинь Му объяснил:

— Второе, что хотел сказать Небесный Преподобный Юй — это то, что после распространения метода становления богом, количество богов среди людей и других рас будет становиться всё больше и больше, они будут вызывать у других страх, поэтому рано или поздно их уничтожат. Он планировал сражаться за выживание всех рас, и это и должно было стать третьей силой из трёх небес Дракона Ханя.

Старый бык улыбчиво проговорил:

— Разве этот конфликт не был решён созданием малых Райских Небес?

— А кто их создаст? — взволнованно ответил Цинь Му. — Через несколько дней мы вернёмся в свою эпоху, никого не останется. Мы не можем этого сделать.

Император-Основатель кивнул:

— Из девяти Небесных Преподобных, Небесный Преподобный Юй мёртв, Небесные Преподобные Му и Цинь исчезнут, а остальные не смогут сравняться с Небесным Преподобным Хао. Более того, они похожи рассыпанный песок, им не удастся стать третьей силой.

Немного помолчав, Цинь Му проговорил:

— Мне приходила в голову мысль укрепить третью силу. Тем не менее, какие из трёх небес Дракона Ханя окажутся победителями?

Сердце Императора-Основателя дрогнуло, он взволнованно посмотрел на Цинь Му. Тот продолжил:

— Победителем была первая сила, райские небеса древних богов, вторая, райские небеса полубогов, или третья? Кем из них были победители, те чужеземные райские небеса, уничтожившие Багровый Свет и эпоху Высшего Императора?

Император-Основатель молчал. Они находились в самом начале Эпохи Дракона Ханя. Это был первый год её существования, поэтому вторая и третья силы ещё не появились.

Никто не знал, которая из сторон, сражаясь на протяжении многих лет Дракона Ханя смогла добиться окончательной победы, превратившись в чудище, правящее всеми.

— Просто лечи свои раны и ни о чём не думай. — Император-Основатель улыбнулся. — У истории есть свой ход. Мы не люди этой эпохи, так что нам не о чём заботиться. Мы лишь должны вернуться в своё время и бесстрашно столкнуться с последствиями!

Цинь Му мягко кивнул, думая: «Тем не менее, мы вернулись в прошлое и стали историей. Нужно установить третью силу.»

Спустя несколько дней его раны зажили, а Чжу Цюэ’эр вернулась во дворец и радостно рассказала о том, что увидела в Яшмовом Водоёме.

— Новости уже начали распространяться, — она улыбалась. — Небесный Преподобный Хао потерял сознание и лежит в коме. Небесный Император впал в ярость, он отдал приказ расследовать произошедшее. Вскоре после этого разошёлся слух о том, что Небесный Преподобный Хао убил Небесного Преподобного Юя, и поэтому тот вернулся к жизни, чтобы отомстить. Новость шокировала всех, практики божественных искусств впали в ярость. Люди строят множество версий.

Цинь Му моргнул:

— Откуда могла просочиться такая информация?

Чжу Цюэ’эр слегка покраснела:

— Я поделилась лишь долей правды и рассказала, что Небесный Преподобный Юй отомстил Небесному Преподобному Хао.

Император-Основатель и старый бык не смогли сдержать улыбок.

— Нашёлся даже кто-то, решившийся опозорить Небесного Императора, и сказавший, что это он спланировал убийство! Слухи распространяются так быстро, будто они и есть правдой! Это уже не я сказала! — Чжу Цюэ’эр сверкала в улыбке, и радостно запрыгнула в своё гнездо. Окутанная священным огнём красной птицы, она весело качала ногами. — Но я знаю, кто.

Старый бык с любопытством спросил:

— Старшая сестра, кто мог это рассказать?

Со странными выражениями лиц, Цинь Му и Император-Основатель посмотрели на быка.

Император-Основатель подумал про себя: «Старший Ню Бэнь быстро учится…»

— Это, ясное дело, была Небесная Императрица, — продолжала улыбаться Чжу Цюэ’эр. — Небесная Императрица — умная женщина, и естественно, она с самого начала понимала кто поднял руку на Небесного Преподобного Юя. Должно быть, сейчас сестры готовы перегрызть друг другу глотки. Впрочем, сестра Небесной Императрицы сказала, что Небесного Преподобного Юя убил Небесный Преподобный Му, который после этого попытался убить и Небесного Преподобного Хао, чтобы переложить вину на младшего брата. Тем не менее, смекалистые люди понимали, что в её словах было много спорных моментов. Сейчас бесчисленные практики божественных искусств хотят покинуть райские небеса, но те усилили охрану, ищут Ню Бэня и Небесных Преподобных Му и Циня и никого не выпускают. Среди практиков поднялся хаос, они начали биться с полубогами. Там действительно оживлённая атмосфера, — взволнованно шагая кругами, рассказывала она. — Райские небеса поглотили хаос и беспорядок. Золотая Стража даже собиралась обыскать мой дворец Красной Птицы, и мне пришлось их вышвырнуть. Как эти скоты смеют врываться в дворец или спальню сестры?

Цинь Му мог прекрасно представить как эта сестра начинает истерику.

— Тем не менее, вам пора уходить, — Чжу Цюэ’эр внезапно успокоилась и повернулась к Цинь Му и остальным. — Я слышала, что Небесный Император приказал Графу Земли проверить божественные сокровища Жизни и Смерти всех на земле. Вас найдут любой ценой. Так как Небесный Император лично отдал приказ, Граф Земли послушается. Возможно, вы не знаете о его магической силе, но от взора Графа Земли никто не скроется!

Цинь Му, Император-Основатель и старый бык были поражены.

У Графа Земли и вправду были такие способности!

Граф Земли ещё не был с ними знаком, поэтому определённо схватил бы и притащил их к Небесному Императору.

Внезапно, Цинь Му проговорил:

— Когда Граф Земли начнёт проверять божественные сокровища Жизни и Смерти всех здешних богов и людей, райские небеса окутает тьма. Нам и вправду пора уходить.

Император-Основатель и старый бык были озадачены. Они впервые возвращались в прошлое, но Цинь Му уже делал это раньше.

— Старшая сестра, можешь пригласить сюда Небесную Преподобную Лин? — спросил юноша. — Я должен ещё кое-что ей сказать.

— Запросто, я отправлю за ней.

Чжу Цюэ’эр отдала приказ своим горничным, и спустя некоторое время одна из них сообщила:

— Богиня, Небесная Преподобная Лин уже здесь.

Войдя в зал, Небесная Преподобная Лин ошарашено застыла, встретив Цинь Му и остальных. Она ещё не видела настоящего лица Цинь Му, и не узнала его, но узнала Императора-Основателя.

Подойдя поближе, она поздоровалась:

— Рада знакомству, богиня Чжэ Цюэ.

Махнув рукой, та улыбнулась:

— Оставайтесь здесь и беседуйте, я иду осмотрюсь снаружи. Вскоре Граф Земли примется за работу.

Лицо Цинь Му изменилось, и Небесная Преподобная Лин ошеломлённо на него уставилась, прокричав:

— Небесный Преподобный Му! Ты, ты…

Тот серьёзно ответил:

— Сестра Лин, мы уходим, поэтому я хотел бы чтобы ты это увидела, и не теряла надежду.

Сердце Небесной Преподобной Лин взволнованно забилось:

— Ты уходишь? Куда? Что насчёт расы богов? А как же Небесный Преподобный Юй, он ведь всё ещё в гробу…

Улыбнувшись, Цинь Му нежно ответил:

— Мир полон зла, человеческая раса должна объединиться, так же, как и все другие расы под небом. Ню Бэнь, Цинь Кай и я не можем остаться в этом месте, нам остаётся лишь смотреть на ваш след в истории.

Небесная Преподобная Лин почувствовала себя ещё более растерянной и беспомощной.

Цинь Му не мог смотреть на неё в таком состоянии, поэтому тихо добавил:

— Ты готова присоединиться к Небесному Союзу?

Небесная Преподобная Лин была слегка ошеломлена:

— Небесному Союзу?

— Присоединяйся к Небесному Союзу, привлекай к себе талантливых и праведных людей, формируй нашу собственную силу…

Цинь Му начал объяснять, когда снаружи донёсся голос Чжу Цюэ’эр:

— Граф Земли сделал свой ход! Тьма вот-вот доберётся сюда!

Цинь Му вышел из дворца, и Небесная Преподобная Лин вдруг прокричала:

— Я готова!

Обернувшись, Цинь Му засиял в лучезарной улыбке:

— В таком случае, сестра Лин будет лидером Небесного Союза во времена Дракона Хана. Сестра Лин, давай снова встретимся в будущем!

Он вышел из зала длинными шагами, вдали ему навстречу неслась тьма, поглощая всё на своём пути!

Цинь Му поклонился Чжу Цюэ’эр:

— Старшая сестра, младший брат уходит. Я никогда не забуду твою доброту!

В следующий миг его силуэт поглотила тьма.

Глава 749. Пыль и Прах Миллиона Лет

Исходя из своего опыта, Цинь Му считал, что путешествие во времени через туман реки Вздымающейся длилось лишь пол дня. Но речь шла не о двенадцати часах. Отрезок времени не был конкретным, он длился ровно столько, сколько требовалось для того, чтобы день сменился ночью.

Но небо райских небес не накрывала ночь, здесь всегда сиял дневной свет.

С тех пор как они оказались в этом месте, сколько бы времени не проходило, день не прерывался. А пока тьма не наступала, пол дня не заканчивалось.

Но когда Граф Земли сделал свой ход, всё изменилось.

Тьма Юду окутала райские небеса, и в тот же миг наступила ночь, а значит пришло время возвращаться в будущее.

Во тьме Цинь Му помахал рукой Чжу Цюэ’эр и Небесной Преподобной Лин. Силуэты Императора-Основателя, старого быка и его самого превратились в подобие песчаных рисунков во тьме и рассеялись на ветру.

Разум Небесной Преподобной Лин вскипел, она ошарашенно уставилась на происходящее.

Чжу Цюэ’эр тоже выглядела так, будто увидела призрака. Она поспешно подошла к Цинь Му, Императору-Основателю и старому быку, попытавшись к ним коснуться. Тем не менее, троица будто растворилась в воздухе!

— Как странно, как странно! — шокировано проговорила Чжу Цюэ’эр.

Сердце Небесной Преподобной Лин начало неистово биться, она тут же вспомнила слова Цинь Му: «Возможно в будущем ты встретишь кого-то, кто вернулся в прошлое с помощью твоего божественного искусства, кто докажет всему миру, что в тебе ошибались.»

Выражение её лица замерло, она посмотрела на Чжэ Цюэ’эр, растерянно ищущую троицу в темноте.

«В этом мире действительно есть божественное искусство, которое позволит веществу не изменяться, не двигаться, не превращаться, не расширяться? Неужели это я его создала?»

Её сердце наполнилось невероятной уверенностью и верой в продолжение своих исследований: «Я создам его, и в будущем Небесные Преподобные Му и Цинь смогут вернуться в прошлое, чтобы вернуть мне веру в себя! Я определённо его создам!»

Она отбросила свою неудачу и горечь от смерти Небесного Преподобного Юя в сторону и снова собралась с духом.

Цинь Му и Император-Основатель долгое время проводили исследование вместе с ней, своими знаниями помогая сделать первые шаги.

Ей оставалось продолжить прокладывать путь до тех пор, пока высшая техника, которая шокирует весь мир, не будет создана!

Попрощавшись с Южным Божеством Чжу Цюэ’эр, она отправилась в сторону Яшмового Водоёма.

Наткнувшись по пути на Небесных Преподобных Юэ и Юня, она радостно поздоровалась.

Небесные Преподобные Юнь и Юэ бросили на неё удивлённые взгляды, так как Небесная Преподобная Лин всегда казалась им девушкой со странным характером. Она никогда ни с кем не здоровалась сама, и даже когда с ней здоровался кто-то, кого она не любила, она не отвечала.

Но теперь она и вправду проявила инициативу и поздоровалась с ними сама. Солнце, должно быть, взошло на западе.

— Небесная Преподобная Лин, пожалуйста, не спеши уходить, — Небесный Преподобный Юэ внезапно её остановил, и женщина обернулась. Переглянувшись, Юнь и Юэ подошли к ней и тихо проговорили:

— На Собрании Яшмового Водоёма произошло много всего, Небесный Преподобный Юй умер. Небесный Преподобный Му сильно ранил Небесного Преподобного Хао, и Небесный Император приказал арестовать его с Небесным Преподобным Цинем. Тем не менее, это лишь вершина айсберга.

Девушка внимательно слушала.

Собравшись с духом, Юэ тихо продолжил:

— Нам понятно, что именно Небесный Преподобный Хао убил Небесного Преподобного Юя, и что Небесный Преподобный Му решил ему отомстить. Слухи, распространяющиеся последними днями, — не пустые слова. Небесный Император и Императрица вовлечены в происходящее. Конфликт между полубогами и остальными расами уже начался, и как лидеры последних, мы должны быть начеку.

Стоящий сбоку Небесный Преподобный Юнь добавил:

— Небесный Преподобный Му поделился методом становления богом Небесного Преподобного Юя, поэтому приход обычных рас к власти это лишь вопрос времени. Мы двое уже это обсуждали, и думаем, что впереди нас ждёт огромное количество опасностей. Поэтому, нам больше нельзя быть одиночками, нужно создать союз людей, чтобы влиять на будущее всех рас!

Сердце Небесной Преподобной Лин слегка дрогнуло:

— Небесный Союз?

Двое мужчин ошарашенно спросили:

— Небесная Преподобная Лин, у тебя тоже был такой план? Ты тоже собиралась создавать союз? Это ты придумала название «Небесный Союз»?

Девушка покачала головой:

— Это название придумал Небесный Преподобный Му, Небесный Преподобный Цинь уже состоит в Небесном Союзе. Я как раз собиралась найти Небесных Преподобных Ю и Хо, чтобы предложить им присоединиться к нам.

Небесный Преподобный Юнь поспешно проговорил:

— Небесный Преподобный Ю — хорошая кандидатура, но вот у Небесного Преподобного Хо скверный характер, он не умеет держать языка за зубами. Более того, он очень близок к Небесному Преподобному Хао, так что его нельзя приглашать в Небесный Союз.

— А где сейчас Небесные Преподобные Му и Цинь? — поинтересовался Юэ.

Небесная Преподобная Лин улыбнулась и спокойно ответила:

— Они ждут нас в будущем, наступит день, когда мы с ними воссоединимся. Давайте найдём Небесного Преподобного Ю.

Все трое двинулись в сторону Яшмового Водоёма, когда Небесный Преподобный Юнь на мгновение задумался, прежде чем проговорить:

— Нам нужно установить правила и обязанности, Небесный Союз должен заботиться о безопасности других рас и принимать к себе лишь талантливых людей. Кроме того, нам нужно проверять их качества, чтобы предотвратить внутренние проблемы.

Небесный Преподобный Юэ добавил:

— Правила и обязанности обязательны, мы не можем быть слишком плохими к хорошим людям, или слишком добрыми к плохим. С хорошими нужно вести себя по-хорошему, а с плохими по-плохому. Лишь в таком случае Небесный Союз сможет долго просуществовать.

Небесная Преподобная Лин ответила:

— Также нужно определить цель Небесного Союза. Давайте для начала найдём Небесного Преподобного Ю. В этой золотой эпохе уже виднеются признаки хаоса, мы должны быть готовы!

***

Когда их окутала тьма, Император-Основатель увидел совершенно другую картину, нежели Небесная Преподобная Лин и Южное Божество Чжу Цюэ.

Он до сих пор стоял там, где и раньше. Но вот вещество вокруг непрерывно менялось. Небесная Преподобная Лин и Южное Божество рассыпались, будто чёрный песок на ветру. Обширные и величественные райские небеса тоже исчезли, будто картина из песка.

Двигалось вещество, а не время.

«Небесная Преподобная Лин была права.»

В следующий миг его залил солнечный свет, и тьма исчезла. Он больше не находился на древних райских небесах, а оказался посреди пустыни, неподалёку от реки Вздымающейся.

Это место было Великими Руинами, остатками Эпохи Высшего Императора. Их наполняли всяческие странности, здесь жили люди, которым каким-то образом повезло выжить в Эпохе Высшего Императора. Во внешнем мире тоже с трудом выживали немного людей.

Император-Основатель ошарашено оглянулся, после чего двинулся в сторону реки Вздымающейся, думая про себя: «Небесный Преподобный Му, мы ведь ещё встретимся, не так ли? Мне ведь нужно создать такой меч, как тот…»

Вдали берег реки Вздымающейся обыскивало несколько практиков божественных искусств, кто-то из них заметил Императора-Основателя и восторженно воскликнул:

— Там Цинь Е!

Все поспешно бросились к нему, впереди отряда мчался старый бык, покрытый зелёной чешуёй. На его спине сидел молодой фермер, у которого было крепкое, сильное тело, но не слишком большой рост.

Вслед за ним бежала девушка со сложенным веером и рыболов с корзиной, в которой лежали два маленьких куна, любопытно высунувших головы наружу. В самом хвосте спешил дровосек.

Когда они добежали к Императору-Основателю, дровосек всё ещё тащился вдали, тяжело дыша:

— Подождите меня, ребята, подождите…

— Цинь Е, где ты был? Нам пришлось приложить немало усилий, чтобы тебя найти!

Спрыгнув со спины старого быка, фермер ударил Императора-Основателя, отчего тот упал на землю и застонал от боли. Первый поспешно добавил:

— Прекрати притворяться, мы много раз сражались в прошлом, и это ты всегда избивал меня до той степени, что я стонал от боли. Тебя не было много дней, рыбак нашёл твой след здесь, но больше мы так ничего не нашли.

Улыбнувшись, Император-Основатель ответил:

— Я случайно вошёл в удивительное место, где наткнулся на бесчисленное количество невообразимых вещей.

Все тут же его окружили, расспрашивая:

— Каких именно?

Отодвинувшись от них подальше, Император-Основатель внезапно покачал головой:

— Лучше об этом не рассказывать.

Старый бык рядом с фермером проговорил:

— Благодетель, ты сейчас какой-то непрямолинейный. О чём ты не можешь нам рассказать?

Когда Император-Основатель услышал его голос, его разум внезапно вскипел. Он пришёл в себя лишь спустя некоторое время, после чего посмотрел на старого быка со странным чувством. Теперь он ещё более твердо решил ни о чём не рассказывать.

Время шло дальше.

Всё больше и больше людей начинали следовать за Императором-Основателем, многие из них в процессе становились известными персонами вроде Ди Июэ, Тянь Шу и Сакры.

В этот день была основана Эпоха Императора-Основателя, построенная на руинах Эпохи Высшего Императора. Началась новая династия богов, и он был коронован Императором-Основателем.

После церемонии коронации Император-Основатель немного устал. Он отправил всех отдыхать, а сам отправился в имперский кабинет, чтобы почитать письма.

В этот момент дверь в кабинет открылась и в комнату вошла женщина в зелёном.

Император-Основатель поднял голову и дрогнул всем телом, увидев женщину в зелёном.

— Небесный Преподобный Цинь, — улыбнулась она. — Давно не виделись. Я ждала тебя, очень долго ждала.

Император-Основатель встал, из его глаз потекли слёзы.

— Небесная Преподобная Лин!

— Небесный Преподобный Цинь, старейшина-основатель Небесного Союза, добро пожаловать обратно в Небесный Союз!

***

Перед Цинь Му и старым быком развернулась та же картина, что и перед глазами Императора-Основателя. Цинь Му во второй раз стал свидетелем того, как вещество растекается, будто чёрный песок, но Ню Саньдо стал свидетелем подобного впервые, поэтому всё время непрерывно цокал языком.

Темнота рассеялась, и Цинь Му осмотрелся, обнаруживая, что до сих пор находится на западе Верховных Небес Императора. Разрушенная скала лежала приблизительно за сто километров от него.

Райские небеса древних богов из прошлого исчезли, остались лишь Великие Руины. Должно быть, те райские небеса были похоронены где-то глубоко под землёй, верно?

Он посмотрел себе под ноги, и его сердце наполнилось скорбью, вспоминая о прошлом.

Сколько лет прошло от райских небес древних богов и Эпохи Дракона Хана, до сегодняшнего дня?

Сколько выдающихся талантов были похоронены в этой длинной истории?

Они были как звёзды в небе истории, мерцающие во тьме и исчезающие, будто текущее вещество.

Динь!

Меч Беззаботный начал плавать вокруг Цинь Му, носясь вверх-вниз. Он вернулся в настоящее вместе с ним, и продолжал весело танцевать, будто проснулся из мёртвых и воскрес.

Меч Беззаботный не последовал за Императором-Основателем.

Он принадлежал к эпохе Цинь Му, поэтому не мог уйти вместе с ним.

Цинь Му нежно погладил лезвие, и оно медленно двинулось в такт с его движением. Он ощутил энергию, кроющуюся в его духе.

Меч Императора-Основателя ожил.

— Старший брат Саньдо, идём.

Цинь Му поднял руку, и меч Беззаботный издал лёгкий визг, дополняющий шум его пилюли.

Цинь Му посмотрел вдаль и ещё раз позвал Ню Саньдо, который до сих пор находился в оцепенении:

— Давай отправимся в Фэнду, сестра Ди Июэ и Небесный Король Тянь Шу уже должны были добраться туда и заняться перестройкой. Оттуда я даже смог бы отправиться в Юду и встретиться со старым другом с дьявольским лицом на затылке.

Наконец придя в себя старый бык ошарашенно проговорил:

— Этот отрезок времени был будто сон. Я и вправду не знаю, столкнулся ли я с иллюзией, или же действительно побывал в прошлом. Младший брат, как ты думаешь, что произошло с Драконом Ханем после того, как мы ушли? Небесная Преподобная Лин сумела создать третью силу, третьи райские небеса? Кто из трёх небес Дракона Ханя победил?

— Я не знаю. Я тоже хотел бы узнать, что именно произошло после нашего ухода, — шагая вперёд вместе с ним, ответил Цинь Му. — Тем не менее, путешествие во времени, — это не то, что мы можем контролировать. Я чувствую, что мы всё ближе к истине и раскрытию этой части истории. Старший брат, можешь вернуть мне жёлтую бумажку.

Старый бык поспешно отклеил жёлтый лист и вернул его Цинь Му. На его лице возникло странное выражение:

— Я избил Императора-Основателя, посеял хаос на райских небесах, избил женщину Небесного Императора и всяческих древних богов, меня не сумела схватить даже сеть неизбежности! Мне повезло встретиться с Южным Божеством Чжу Цюэ, а также с большинством Небесных Преподобных человеческой расы. Старый учитель мне ни за что не поверит! Хе-хе, я смогу запросто напугать его до смерти… Ээм, Печать Золотого Командира всё ещё у меня!

Он снял с пояса Печать Золотого Командира и внимательно её осмотрел, прежде чем улыбнуться и проговорить:

— Никогда бы не подумал, что я, Ню Саньдо, заслужу важное звание на райских небесах древних богов! Так как печать всё ещё у меня, значит это был не сон, а правда! Когда старый учитель увидит эту штуку, он в штаны наделает!

Цинь Му посмотрел на печать, сверкающую в лучах солнца, и выражение его лица слегка изменилось. Он достал свою печать, доставшуюся от Мастера-Основателя Вэй Суйфэна, и сравнил их на ярком свете. Одна выглядела совершенно новой, а вторая — невообразимо древней.

В следующий миг луч света, протекающий сквозь новую печать, внезапно активировал старую. На её поверхности начали постепенно появляться древние писания и руны!

Глава 750. События, о Которых Нельзя Вспоминать

Следы старости на печати командира, оставленной Мастером-Основателем, постепенно исчезали. Она медленно начинала сиять и становиться полупрозрачной, будто была совершенно новой.

Со странным выражением лица Цинь Му осмотрел писания и руны на её поверхности. Это и вправду были символы Эпохи Дракона Ханя, надписи на печати старого быка и Мастера-Основателя были почти одинаковыми.

Вернувшись в первый год Эпохи Дракона Ханя, Цинь Му столкнулся с писаниями тех времён. Несмотря на то, что они отличались от текстов будущего, он всё же сумел понять большую их часть.

Надписи на печати командира были текстом печатей божественных письмен и принадлежали к категории символов птиц.

Божественные письмена содержали в себе секреты мира, многие секты до сих пор совершенствовали пути рун с помощью символов птиц. Тем не менее, те всё же отличались от настоящих божественных письмен.

В конце концов, со времён первого года Дракона Ханя прошло слишком много времени, поэтому часть божественных письмен были утрачены.

Две печати не были одинаковыми. Золотой Командир был генералом, охранявшим Нефритовую Столицу райских небес, и на его печати был выгравирован символ Ян и два слова: «Золотой Командир».

Между тем на второй печати был символ Инь и слова «Пернатый Лес».

«Стражи Пернатого Леса райских небес, — моргнул Цинь Му. — Каких именно райских небес?»

В Эпоху Дракона Ханя существовало трое райских небес, на каждых из которых был свой собственный Пернатый Лес. По одному лишь виду печати командира Мастера-Основателя было невозможно определить к каким именно райским небесах она принадлежала.

Руны на печати командира были своего рода навыком управления, позволяющим отдавать приказы богам.

Навык управления базировался на невероятно глубоком искусстве построения. Людей, владеющих подобным сейчас, было невероятно мало.

Лидер реформы Вечного Мира, Имперский Наставник, тоже не владел знаниями касательно навыков команд. К счастью, слепой был мастером построений и сумел создать набор навыков команд для армии Вечного Мира.

«С чего бы старший брат решил оставить эту печать? Откуда он её достал? Должно быть, на это есть какая-то глубокая причина! Может быть, это печать из чужеземных райских небес! Когда я узнаю каким райским небесам она принадлежала, то буду знать настоящее лицо чужеземных райских небес!»

Внезапно, в его голове возникла мысль: «Неужели старший брат тоже возвращался в Эпоху Дракона Ханя?»

В следующий миг он покачал головой. Если бы старший брат посетил Эпоху Дракона Ханя и принёс оттуда печать командира Пернатого Леса, то она была бы совершенно новой, как у старого быка.

Только что эта печать вернула свой изначальный вид, так как печать старого быка активировала её навык команды, отчистив её от следов времени. Тем не менее, чтобы обрести столь древний вид ей нужно было просуществовать огромное количество лет.

«Разве что он оказался в Эпохе Дракона Ханя и не смог вернуться обратно…»

В сердце Цинь Му возникло странное чувство, но он быстро отбросил эту мысль в сторону. Она попросту была слишком нелепой, ведь если Мастер-Основатель так и не вернулся из прошлого, разве это не значило, что он оказался в месте, где никогда не заканчивался день или ночь?

Как такое место могло существовать?

«На самом деле, есть несколько подобных мест… — на его лице возникло странное выражение. — В Сюаньду всегда день, так же, как и на райских небесах древних богов. В Юду никогда не заканчивается ночь, а значит, если старший брат оказался в Юду, райских небесах древних богов или Сюаньду, то он мог навеки застрять в прошлом. Почему я об этом думаю? Он не застрял в прошлом!»

Разразившись смехом, он спрятал печать командира Пернатого Леса, после чего подошёл к разрушенной скале вместе со старым быком, думая: «Навык команды в этой печати может управлять Стражами Пернатого Леса. Тем не менее, я ведь не знаю к которым райским небесам принадлежат эти стражи! Возможно, их уже стёрли с лица земли, и они не дожили до наших дней. С этой печати может быть совершенно никакого толку, но мне всё же стоит отдать её дедушке слепому, пусть он её осмотрит.»

Старый бык пытался держаться подальше от реки Вздымающейся, бушующей возле скалы. Казалось, что он испытывает к ней глубокий страх.

— Старший брат Саньдо, Небесный Наставник Боевых Искусств хотел, чтобы ты лишь провёл меня к Миру Небесной Инь, а тот находится прямо под этой скалой, — улыбчиво проговорил Цинь Му. — Ты можешь вернуться обратно, не стоит меня провожать. Я отправлюсь в Мир Небесной Инь, чтобы узнать, приняла ли Сестра Ди Июэ решение.

Немного колеблясь, старый бык покачал головой:

— На самом деле я не хочу возвращаться. Старый учитель очень скучный человек, он лишь тренируется весь день напролёт, а мне остаётся только курить и пить чай. Когда мне становится по-настоящему скучно, я встаю и начинаю вспахивать землю. Мне больше нравится следовать за тобой. Пока ты не начинаешь создавать проблем, это намного интереснее, чем сидеть возле старого учителя.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Если Небесный Наставник Боевых Искусств узнает, что я тебя похитил, разве он не побьёт меня до смерти?

Старый бык громко рассмеялся в ответ, встал на ноги и скрестил копыта:

— А он посмеет? Здесь Золотой Командир древних райских небес, как он может позволить себе такую дерзость?

Громко рассмеявшись, они продолжили путь.

Войдя в Мир Небесной Инь вместе с Цинь Му, Ню Саньдо улыбнулся:

— Мы встречали Богиню Небесной Инь на райских небесах древних богов, тогда у неё были удивительные способности. Интересно, она всё ещё нас помнит?

Оказавшись в Мире Небесной Инь, они увидели бесчисленных учёных Вечного Мира, занятых постройкой павильонов и дворцов, будто собираясь поселиться здесь навсегда. Некоторые из них даже практиковались в божественных искусствах Мира Небесной Инь, но вот Богини Небесной Инь нигде не было.

Недоумевая, Цинь Му начал расспрашивать людей вокруг. Один из них ответил:

— Владыка Культа, богиня отправилась навестить своего старого друга, её не будет несколько дней.

— А Небесные Короли Тянь Шу и Ди Июэ здесь не появлялись?

— Я их не видел.

Цинь Му оставалось лишь покинуть Мир Небесной Инь, бормоча себе под нос:

— Богиня Небесной Инь отправилась в гости к старому другу? Она умерла ещё во времена Эпохи Дракона Ханя, поэтому этот друг, скорее всего, — древний бог. Интересно, к кому именно она пошла?

Подняв его, Ню Саньдо побежал вперёд, вскоре достигая противоположной стороны Верховных Небес Императора. Оглядываясь по пути, Цинь Му насчитал шесть-семь гигантских Кораблей Луны и Солнца, шагающих по воздуху над этим местом.

Над Небесами Лофу тоже витали Корабли Солнца и Луны, освещая округу, что позволяло выращивать растения.

К этому моменту на Верховных Небесах Императора и Небесах Лофу было построено несколько городов. Должно быть, это истинный бог Пан Юй и Фу Жило привели сюда выживших людей своих миров, чтобы отстроить свои дома.

— Имперский Наставник справляется очень быстро! — восхвалял Цинь Му.

К позднему обеду они достигли города Пограничный Дракон, где встретили практиков божественных искусств, собирающих урожай риса. Ню Саньдо тут же ощутил ужасный зуд и поспешно бросился вперёд, прежде чем вспахать несколько полей земли. Цинь Му пришлось несколько раз позвать его к себе, прежде чем старый бык вернулся и улыбчиво проговорил:

— Наконец я утолил свою жажду. Мне пришлось сдерживаться слишком долго!

После прихода в город, они отправились в Фэнду по Между Жизнью и Смертью. Оказавшись в мире мёртвых, Цинь Му услышал непрерывный грохот, и выглянул с моста вниз. Округа ужасно дрожала, а земля в темноте безостановочно расширялась. Новые клочки неба и земли рождались один за другим!

Ди Июэ, Небесный Король Тянь Шу и Король Яма использовали свои техники, расширяя земли Фэнду. Дьявольские огни яростно вырывались из-под земли, соединяясь с рекой Беспомощности.

Земля дрожала, над ней вырастали гигантские горы, стремительно расширяя площадь Фэнду.

Цинь Му уставился на происходящее широко открытыми глазами, не понимая, что происходит.

— Фэнду — это рог Графа Земли, это мир, а также сокровище, — старый бык был более знаком с вопросом и объяснил. — Если изготовить из рога Графа Земли сокровище, то оно будет обладать невероятной мощью и станет поистине удивительным оружием. Когда-то старый учитель собирался оторвать один из рогов, чтобы сделать себе нож, но, когда он отправился в Юду, Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам, избил его, после чего попытался схватить. К счастью, я бежал очень быстро, и сумел скрыться в Сюаньду, чем спас старику жизнь.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. В биографии Небесного Наставника Боевых Искусств были и такие моменты?

— Вторая способность рога Графа Земли — превращение в гигантский мир, — продолжил старый бык. — В конце концов, Король Яма молодой, ему не известна настоящая мощь рога Графа Земли. Сегодняшний Фэнду слишком мал, если развернуть его полностью, то он станет даже больше, чем Верховные Небеса Императора и Небеса Лофу.

Ди Июэ, Небесный Король Тянь Шу и Король Яма шагали во тьме, превратившись в Величественных Богов. Сыпля мудрами на все стороны, они быстро расширяли пространство. Земля двигалась, а горы дрожали, создавая поистине удивительное зрелище.

Цинь Му чувствовал закон, становящийся всё сильнее и сильнее. Это был закон Юду, и несмотря на то, что Фэнду был лишь небольшой частью Рога Графа Земли, эта сила была поистине удивительной!

— В прошлом царство живых мертвецов не могло подавить истинных богов или практиков области Яшмового Водоёма. Теперь, оказавшись здесь, даже боги области Яшмового Водоёма будут подавлены и превращены в скелеты.

Тщательно наблюдая за происходящим, он обнаружил, что навык Юду, которым пользовалась троица, происходил из Юду. Мастерство Небесного Короля Тянь Шу казалось самым высоким, чего и стоило ожидать от существа, которого Граф Земли лично назначил Небесным Королём Минду. Его достижения в божественных искусствах Юду были действительно высокими и непостижимыми.

Таская за собой Божественный Нож Имперских Врат, Небесный Король Тянь Шу размахивал руками и ногами, сверкая агрессией.

— Тянь Шу пьян, — констатировал Цинь Му. — Если бы он был трезв, то вёл бы себя намного спокойнее.

Ди Июэ и Король Яма не слишком искусно исполняли навыки мудр, было очевидно, что они лишь недавно выучили их у Тянь Шу. У них не было времени потренироваться, поэтому их мастерство оставляло желать лучшего.

— Король Яма хорошо владеет путями, навыками и божественными искусствами, поэтому нет ничего странного в том, что он сумел постичь навык мудры Тянь Шу. Но как сестре Ди Июэ удалось ему научиться? — Недоумевая, спросил Цинь Му. — Старший брат Ню Саньдо, как сестре Ди Июэ удаётся изучать всё виды божественных искусств? У неё тоже Тело Тирана?

Старый бык покачал головой:

— Что ещё за Тело Тирана? У самой сильной из Небесных Королей особое духовное тело — это Тело Рая, лишённое любых атрибутов. Судя по слухам, у такого духовного тела родословная Небесного Герцога, что позволяет ему изучить любую технику. В прошлом, Император-Основатель был настолько восхищён её талантом, что приложил немало усилий, чтобы четыре божества взяли её себе в ученики.

—Тело Рая с родословной Небесного Герцога? — Цинь Му был сбит с толку и тут же снял ивовый лист со своего межбровья. Его сознание бессмертного бога тут же пронеслось над землёй мира в форме слова «Цинь» в поисках Небесного Герцога.

— Небесный Герцог, тебе что-либо известно о Теле Рая?

Белобровый старик с длинной бородой тут же встревожился:

— Мальчик Цинь, что тебе известно?

Бессмертное сознание бога Цинь Му тут же вернулось обратно, и юноша прилепил ивовый лист обратно. Улыбнувшись, он проговорил:

— Говорят, что Небесный Герцог лишён эмоций, как и Граф Земли, но, судя по всему, в его прошлом тоже есть события, о которых нельзя вспоминать.

— Кроме Тела Рая, есть также Тело Загробного Мира, — добавил старый бык. — По слухам, у него родословная Графа Земли. Эти два духовных тела встречаются невероятно редко. Единственным известным Телом Рая является сильнейший Небесный Король, Император-Основатель также пытался найти Тало Загробного Мира, но ему это не удалось.

Цинь Му удивлённо воскликнул:

— Граф Земли? У Графа Земли тоже есть такое прошлое?

Старый бык покачал головой:

— Что касается точного происхождения этих тел, я не могу ничего утверждать. Я лишь слышал о их существовании.

Цинь Му собрался с мыслями, чувствуя, как в его сердце что-то рушится.

Внезапно тьма реки Беспомощности под мостом забурлила, в ней медленно показалось красивое женское лицо. В следующий миг оно уставилось на Цинь Му.

Смотря вниз, тот заметил, что у прекрасной женщины был длинный змеиный хвост, которым она медленно качала во тьме. Его сердце тут же успокоилось, и он улыбчиво проговорил:

— Лу Ли?

— Цинь Фэнцин? — улыбнулась красотка.

— Ты ищешь моего брата? — продолжал улыбаться юноша. — Подожди, давай я позову его к тебе.

***

Вторая будет сегодня, но позже

Глава 751. Маска Дьявола

— Брат, к нам кто-то пришёл, она хочет тебя накормить!

Цинь Му снял ивовый лист со своего межбровья и посмотрел на гигантского младенца, заточённого посреди клочка земли в форме слова. — Это красивая девушка со змеиным хвостом и мужским голосом.

— Я не слишком привередлив в еде! — малыш поднял голову, будучи вне себя от восторга. Но в следующий миг он с подозрением спросил:

— Ты пытаешься меня обмануть? Если ты солгал, то я побью тебя до смерти, а потом сожру. А если ты не солгал, то я сожру тебя, не убивая.

Ещё до того, как Цинь Му успел что-то ответить, с реки Беспомощности донёсся грубый голос Лу Ли. Усмехаясь, женщина проговорила:

— Цинь Фэнцин, в этот раз я пришла не к тебе, сегодня тебе удастся уйти. Будущее вечно, ты ещё окажешься в моих руках.

У неё определённо было женское тело, но голос был мужским. Это вызывало довольно странное ощущение.

Хвост Лу Ли мелькнул в воздухе, она поплыла к берегу реки Беспомощности.

Ребёнок в центре клочка земли впал в ярость:

— Плохой брат, ты и вправду мне солгал! Иди сюда, я побью тебя до смерти! Я оторву тебе голову и ноги, после чего сожру!

Клон Небесного Герцога и сознание Багрового Императора уже спрятались в горах неподалёку. Они боялись, что ребёнок решить вылить свой гнев на них.

Цинь Му приклеил ивовый лист обратно и поинтересовался:

— Почему в этот раз Лу Ли такая вежливая?

В этот миг под водой реки Беспомощности показались гигантские тела, молниеносно проносясь мимо моста Беспомощности.

На лице Цинь Му возникло ошеломлённое выражение. Это были бесчисленные монстры и дьявольские боги Юду!

Дьявольские боги Юду во главе с Лу Ли привели с собой бесчисленных монстров, и спокойно плыли по реке Беспомощности!

Их скользкие тёмные тела, скрытые под водой, были невероятно большими, и всё же сохраняли ловкость речной рыбы, двигаясь среди воды и пламени, а от их количества волосы вставали дыбом!

— Четыре Губернатора Провинции, которых райские небеса расположили в Юду, пришли сюда!

Старый бык посмотрел вниз с моста и проговорил:

— Эта перестройка — попытка превратить Фэнду во второй Минду. Когда всё закончится, это место станет столь же обширным. Я уверен, что свой ход сделают не только Лу Ли, Сюань Мин, Хань Лэй и Цзюэ Хуан, но даже Сын Небесной Инь не будет сидеть на месте.

Он ударил в сторону реки Беспомощности, но сумел лишь поднять немного брызг и искр. На богов и монстров под водой этот удар никак не повлиял.

Дело было в том, что река Беспомощности была границей Юду и Фэнду. Несмотря на то, что на первый взгляд монстры были совсем близко, на самом деле они всё ещё находились в Юду.

Хоть Ню Саньдо и был великим мастером боевых искусств области Непостижимого Неба, и его кулаки были властными и безжалостными, он всё же не мог пробиться в другой мир и атаковать дьявольских богов.

Он владел лишь божественными искусствами боевого пути, не будучи знакомым с божественными искусствами Юду.

— Сын Небесной Инь тоже сделает ход? — неуверенно спросил Цинь Му. — Здесь ведь сестра Ди Июэ, разве он осмелиться показаться ей на глаза?

Цинь Му тоже слышал о любви и ненависти между Ди Июэ и Сыном Небесной Инь. Однажды, Первый Предок поделился с ним этим секретом.

Когда-то Сын Небесной Инь сумел завоевать сердце Ди Июэ, после чего безжалостно убил её в свадебную ночь. После смерти её тело было запечатано в самом глубоком уровне подземной тюрьмы.

Неужели он посмеет явиться теперь, когда Ди Июэ была занята перестройкой Фэнду.

— Если он придёт, я буду поражён его бессовестностью.

Как только Цинь Му об этом подумал, пространство Фэнду резко задрожало. Небо раскололось надвое, и в трещине показалось лицо Сына Небесной Инь. Два его глазных яблока начали энергично вращаться, осматривая окрестности.

Цинь Му ошеломлённо застыл.

— Ты переоценил его совесть. Теперь, когда Сын Небесной Инь здесь, дьявольские боги и чудовища Юду могут начинать атаку на Фэнду… — до того, как старый бык успел договорить, Сын Небесной Инь в небе открыл рот, начиная говорить на странном и древнем языке Юду. Дьявольская Ци тут же начала скапливаться в его межбровье, формируя вертикальный глаз.

Третий глаз открылся, испуская на землю луч чёрного света. Тот ударил в реку Беспомощности, и та разделилась надвое. В следующий миг на берег выскочили дьявольские боги, издавая оглушительный рёв.

Взгляд Сына Небесной Инь двинулся с места, быстро достигая моста Между Жизнью и Смертью.

Ню Саньдо издал сердитый рёв, а его тело начало резко увеличиваться в размерах. Превратившись в неукротимого бога с головой быка, он разбил взгляд Сына Небесной Инь ударом кулака.

Повернув голову в сторону реки Беспомощности, Цинь Му увидел, как из неё, будто из своего гнезда, выползают бесчисленные монстры. Покидая Юду, они оказывались в Фэнду.

— Так это старый бык, ездовой зверь фермера. — Сын Небесной Инь немедленно обратил внимание на мост и улыбчиво проговорил. — Было бы намного лучше, если бы сюда явился твой хозяин. Хе-хе, Цинь Фэнцин тоже здесь, твоё физическое тело теперь моё…

В этот момент к небу устремился свет ножа. Это Тянь Шу рубанул своим оружием в сторону Сына Небесной Инь. Тот ухмыльнулся, спокойно позволяя ножу нанести удар.

Как только его разрубило напополам, лицо исчезло. В следующий миг на его месте появилось новое, тоже принадлежащее Сыну Небесной Инь.

Тянь Шу снова нанёс удар, и в тёмном небе Фэнду внезапно начало появляться всё больше и больше лиц. Всего лишь за несколько мгновений они полностью закрыли собой небо, их стало более сотни!

Сотня лиц одновременно открыли свои рты, и из них внезапно протянулось несколько сотен рук, тут же обрушившихся на землю.

Тянь Шу отбивался Божественным Ножом Небесных Врат, отрубая гигантские руки одну за другой. Тем не менее, их количество становилось всё больше и больше.

Ню Саньдо стоял на мосте, исполняя сильные и яростные навыки кулака. Ему хватило мощи, чтобы отбивать удары, но количество рук неумолимо увеличивалось. Защищаться становилось всё труднее и труднее.

Между тем четыре великих Губернатора Провинции из Юду уже пересекли реку Беспомощности. В то же время четыре великих губернатора провинции Йоду также пересекли реку беспомощности. Отдав приказы десяткам тысяч дьявольских богов, они повели бесчисленных монстров на штурм города Фэнду.

В городе богов Фэнду рёв бесчисленных богов, готовых к сражению, встряхнул небеса. Оба берега реки Беспомощности быстро поглотила ужасающая битва.

Внезапно Король Яма, до этого занятый перестройкой Фэнду, подлетел к полю боя. Его плащ развеялся на ветру, целиком накрывая собой гигантский город.

Когда плащ отлетел обратно, на обеих берегах реки Беспомощности остались лишь скелеты.

Бесчисленные дьявольские боги и монстры были превращены в белые кости.

— Сын, подобранный Императором-Основателем, и вправду чего-то стоит. Тем не менее, твоё божественное искусство Юду ещё не совершенствовано до идеала!

Гигантские руки в небе схватили плащ Короля Ямы, поднимая того в воздух. Ошарашенный, тот громко взревел и достал свой меч, рубанув по гигантским рукам!

Лу Лин, Цзю Хуан, Сюань Мин и Хань Лэй воспользовались шансом и бросились в город, начиная резню. Большинство здешних богов были лишь исконными духами, и несмотря на то, что в царстве живых мертвецов они выглядели как живые, они всё равно не могли отбиться от четырёх Губернаторов Провинций. Души многих из них были разбиты.

Внезапно по небу пронеслись ворота, приземляясь в центре неба и земли.

— Небесные Врата Минду!

Лу Ли и остальные боги громко закричали. Сила Небесных Врат Минду давила сверху вниз, прижимая их исконные духи к земле. Под её воздействием они совершенно не могли пошевелиться.

Паря в воздухе, Ди Июэ босиком наступила на Небесные Врата Минду. Она подняла голову и усмехнулась:

— Муж, почему ты не явился здесь в своём настоящем теле? Почему ты лишь использовало божественное искусство, чтобы отправить сюда свою проекцию? Я хотела бы снова услышать твои сладкие слова.

В темном небе вверху, лица Сына Небесной Инь начали непрерывно дёргаться, прежде чем внезапно слиться в одно, прежде чем начать отдаляться и растворяться в воздухе.

— Ди Июэ, я и вправду тебя подвёл и не хочу сражаться. Но дело не в том, что я тебя боюсь, — его голос непрерывно отдалялся. — Моя миссия выполнена. Я сделал трещину в Минду не для того, чтобы лично с вами разобраться, а лишь для того, чтобы впустить сюда силы Юду. Небесный Король Минду, тебе придётся решить твой конфликт с Графом Земли и ответить перед ним за то, что ты отрубил его рог для постройки Фэнду! Теперь, после моего успеха, я могу уйти…

Сердце Ди Июэ дрогнуло, она поспешно повернула голову в сторону реки Беспомощности. Над водой повисла могильная тишина.

Монстры и дьявольские боги, выпрыгнувшие на берег, перестали сражаться и замерли. Четыре великих Губернатора Провинций остановились впереди армии и ждали.

Из реки Беспомощности выплыла бумажная лодка, фонарь на её борту порождал столб света, освещая Фэнду.

Лица старика на носу лодки не было видно, он медленно поднял руку и снял фонарь. В его поведении не было никаких эмоций.

В следующий миг из реки начали выплывать всё больше и больше лодок. На каждой из них был старик без лица с фонарём, способным пронзить тьму, в руке.

Бесчисленные лодки поднялись в воздух, свет их фонарей засиял во всех направлениях. Небо начало дрожать, искривляться и сжиматься. Земля тоже дрожала и сужалась, горы во тьме рассыпались, сравниваясь с землёй!

Старший Вестник Смерти смог мгновенно вернуть пространство, которое развернули Ди Июэ, Небесный Король Тянь Шу и Король Яма, к своей изначальной форме.

— Райский дворец Песчаной Границы!

Король Яма взревел, отчего земля задрожала с новой силой. Во тьме появились города богов, их мрачные стены выглядели так, будто были выкованы из чёрного железа. В глубинах Фэнду возвысился Дворец Песчаной Границы, один из тридцати шести райских дворцов райских небес Императора-Основателя.

— Герои Императора-Основателя, погибшие в бою! — Король Яма повернулся к бумажным лодкам, заполнившим собой небо, и поднял меч вверх. — Скелеты Императора-Основателя, погибшие в бою! Я умоляю вас ещё раз сразиться за Императора-Основателя!

Бум! Бум!

Из городов из чёрного железа донёсся оглушительный гул, за их стенами медленно поднялись на ноги гигантские скелеты, прежде чем схватить своё изношенное оружие и замереть. В их глазницах горел призрачный синий огонь.

Это были боги, погибшие в битве, положившей конец Эпохе Императора-Основателя. Их кости были похоронены в Фэнду, и теперь, услышав зов Короля Ямы, они проснулись.

Внезапно ворота черного города богов открылись и наружу выбежал странный трёхглавый зверь. Он бежал вперёд, неся скелет бога на спине, его шаги стучали с невероятной скоростью.

В руке скелета на его спине был изодранный флаг, развевающийся на ветру. На нём всё ещё можно было разглядеть слово «Юэ».

Стоя на Небесных Вратах Минду, Ди Июэ внезапно посмотрела на этот флаг, и по её щекам потекли слёзы.

Это был её флаг.

Будучи первым Небесным Королём, она имела свою собственную армию богов. Тем не менее до того, как наступила катастрофа, она вышла замуж за Сына Небесной Инь.

Теперь она снова увидела свой собственный флаг, но все её подчинённые уже были скелетами.

Даже превратившись в скелеты они до сих пор носили её флаг!

Трёхглавый зверь внезапно остановился, а скелет бога бросился вперёд. Тяжело взмахнув рукой, он вонзил флаг в землю под Небесными Вратами Минду и гордо поднял голову.

За его спиной раздался гром шагов бесчисленных скелетов богов, они остановились позади, формируя ровные ряды.

Ворота чёрных городов богов открылись, из них вышло ещё больше скелетов. Выстроившись в построении, они остановились напротив бумажных лодок.

Старики на бумажных лодках взмахнули руками, создавая бесчисленных бумажных человечков и лошадок, которые тут же превратились в настоящих богов.

Обе стороны не издавали ни звука, смирно стоя на месте.

— Кража рога Графа Земли имеет свою цену, — на одной из лодок, Старший Вестник Смерти поднял свой фонарь и проговорил. — Правил Юду нельзя нарушать. Если вы сегодня же вернёте Фэнду, ни одна жизнь не будет утеряна, не пострадает даже травинка.

Ди Июэ и остальные испытывали настоящий ужас. Таская свою бутылку, Тянь Шу яростно облил себя вином, прежде чем прокричать:

— Покойный Владыка, это я отрубил один из рогов Графа Земли, если тебе хватит смелости, можешь испытать свою удачу со мной!

— Ты снова пьян, — посмотрев на него, равнодушно проговорил старик. — Не пытайтесь отбиваться, на протяжении миллионов лет, бесчисленные миры нашли свой конец, попробовав меня остановить. Когда речь идёт о правилах Юду, никто не сможет избежать ответственности.

Усмехнувшись, Ди Июэ ответила:

— Минду — это тоже рог Графа Земли! Почему Покойный Владыка не уничтожит Минду? Почему вместо этого ты пришёл пугать нас? Правила Юду — это чушь, любой, кто сильнее вас, может нарушать их как ему угодно!

Старший Вестник Смерти нахмурился и замолчал.

Свет его фонарей продолжал сиять, и Фэнду вот-вот должен был вернуться в свою прежнюю форму.

Король Яма стиснул зубы и крепко сжал меч в руке, прежде чем торжественно проговорить:

— Приготовьтесь сражаться до смерти!

Старший Вестник Смерти вздохнул:

— Упрямец.

Внезапно Цинь Му вырезал маску и бросил её на бумажную лодку под мостом.

Старший Вестник Смерти опустил голову и посмотрел на маску. Это была знакомая маска дьявола, по лицу которого текли две слезы.

Он повернул голову к мосту, когда Цинь Му громко проговорил:

— Я понимаю, я вернулся.

Тело Старшего Вестника Смерти резко дрогнуло. Бумажные кораблики, заполнившие собой небо, внезапно столкнулись друг с другом. Бесчисленные вестники смерти слились воедино, превращаясь в одного Старшего Вестника Смерти. Наклонившись, тот поднял маску.

Старик некоторое время смотрел на маску, прежде чем надеть её на свой затылок:

— Му, — он поднял голову, смотря на юношу. — Ты вернулся. Ты хоть знаешь, сколько лет прошло?

Глава 752. Старое Обещание

Сколько лет прошло?

Цинь Му сам этого не знал. Эпоха Багрового Света была уничтожена триста пятьдесят тысяч лет назад, просуществовав сто тысяч лет, а значит Эпоха Дракона Ханя закончилась четыреста пятьдесят тысяч лет назад.

Как долго длилась Эпоха Дракона Ханя?

Он понятия не имел, как узнать правду.

На протяжении целой вечности этот обособленный юноша в маске просто ждал в Юду на приход Цинь Му?

Он всё это время присматривал за гробом Небесного Преподобного Юя?

Цинь Му не мог себе представить, что Небесный Преподобный Ю, который от скуки мог начать исполнять божественные искусства, чтобы глушить рыбу в реке Яшмового Водоёма, и который в плохом настроении начинал возиться и дёргаться, мог остаться в тёмном Юду и прождать столько времени из-за какого-то обещания.

Тогда он был лишь юношей с бледным лицом, а теперь превратился в старика. Он успел совершенствовать бесчисленное количество своих клонов и заселил всё Юду, чтобы переправлять туда души мёртвых.

Лишь человек, настолько закрытый как он, мог уговорить себя остаться с серьёзным и угрюмым Графом Земли на сотни тысяч, или даже миллион лет.

Всё это из-за обещания.

Неизвестно сколько лет назад, Цинь Му даже не сумел лично с ним поговорить, и вместо этого его слова передала Небесная Преподобная Лин.

Я понимаю, я вернулся.

Ради этих слов он отправился в Юду и хранил гроб Небесного Преподобного Юя от юности до старости.

У него не было родственных связей с Небесным Преподобным Юем, тот лишь навещал его, когда мать юноши заболела. Он всего лишь хорошо к нему относился и заботился.

Немного доброты хватило, чтобы этот обособленный парень был готов принести всю свою жизнь в жертву.

Цинь Му спрыгнул с моста и приземлился на крохотную бумажную лодку. Увидев это, старый бык поспешно бросился следом, но упал в воду. Лодка уже отплыла, доставляя Цинь Му и Старшего Вестника Смерти в Юду.

— Негодяй, ты что, забыл меня? — впав в ярость, проворчал бык. — Это я сеял хаос на райских небесах…

Лу Ли, Цзю Хуан, Сюань Мин и Хань Лэй, четыре великих Губернатора Провинций, встревоженно переглянулись. Старший Вестник Смерти только что собирался атаковать Фэнду, проделывая всю работу вместо них. Тем не менее, он внезапно развернулся и попросту уплыл.

Если бы Сын Небесной Инь и Старший Вестник Смерти не участвовали в битве, они ни за что бы не появлялись в Фэнду.

Сын Небесной Инь лично отправился в Юду и обратился к Графу Земли от имени райских небес, обещая открыть проход в Фэнду, после чего последний отправил Старшего Вестника Смерти наконец закончить давний конфликт. Именно из-за этого Лу Ли и остальные тоже осмелились принять участие в бою.

Но теперь Ди Июэ прогнала Сына Небесной Инь, а Старший Вестник Смерти спокойно развернулся и ушёл, увидев какую-то странную маску. Как они, оставшись наедине, будут сражаться против оставшихся богов Эпохи Императора-Основателя?

Четыре Губернатора Провинции переглянулись и мгновенно приняли решение, прежде чем подлететь в небо и с хлопком погрузиться в реку Беспомощности.

Увидев это, остальные дьявольские боги Юду поспешно бросились следом.

Подняв меч над головой, Король Яма отдал приказ:

— Убить!

— Закройте путь к реке Беспомощности и убейте всех до последнего!

Округа тут же задрожала от боевых возгласов, а с обеих сторон реки Беспомощности на землю посыпались отрубленные головы. Вода мгновенно обрела красный цвет.

Тянь Шу, Ди Июэ и остальные не стали тратить времени на раздумья и присоединились ко всем.

«Доброжелательный Король, Равный Небесам, — невероятно свирепый и страшный человек, как он мог забыть о конфликте при виде какой-то маски? — убив горстку дьяволов одним ударом, думал Тянь Шу. — Как брату Му это удалось? Что значили его слова?»

«Покойный Владыка Юду обладает дикой природой, он самый необузданный человек Юду. От его руки пали бесчисленные миры, если бы я знал, что он может отступить при виде маски, то подарил бы ему целый мешок масок!»

О Покойном Владыке существовало огромное количество легенд и слухов.

Тянь Шу и Ди Июэ были людьми Эпохи Императора-Основателя, поэтому они, естественно, были о нём наслышаны.

Судя по слухам, самым ужасным существом Юду был не Граф Земли, а именно Покойный Владыка Юду, которого часто называли Доброжелательным Святым Королём, равным Небесам. Разузнать как именно он оказался в Юду было уже невозможно, но многие говорили, что когда-то он был человеком, которого Граф Земли пригласил на службу. Другие же считали, что он был родным братом Графа Земли, и являлся священным богом, рождённым природой.

Граф Земли руководствовался строго принципами Юду, и пока их не нарушали, он не вмешивался в дела мира живых. И даже когда кто-то шёл против его закона, если преступник умудрялся сбежать в мир живых, то Граф Земли не удосуживался заняться решением вопроса. Он лишь записывал проступок в книгу, и готовился наказать виновного после его смерти.

Но Покойный Владыка Юду редко был таким предсказуемым, как Граф Земли, и не брезговал вмешаться в дела живых.

По бесчисленным слухам, Покойный Владыка Юду был существом, обладающим невообразимой боевой силой. Он был настолько мощным, что его нельзя было считать человеком. Создавая миллиарды своих клонов, он отправлял бесчисленные крохотные лодки, чтобы доставить души умерших в Юду.

Если по пути его пытались остановить союзники мёртвого, их ожидала катастрофа!

В истории было огромное количество случаев, когда целые миры стирались с лица земли. Это происходило тогда, когда здешние боги пытались остановить Старшего Вестника Смерти, пришедшего собирать души!

Когда боги сражались с ним, результат был ужасающим.

Один Старший Вестник Смерти не был непобедим, многие боги могли его одолеть. Но когда в бой вступали миллиарды его клонов, наступал конец света!

Именно поэтому Тянь Шу дрожал от страха, когда впервые отправился в Юду вместе с Цинь Му.

Тянь Шу отрубил рог Графа Земли, после чего тот попытался его схватить. К счастью, он сумел сбежать в мир живых, и когда Граф Земли схватил его физическое тело, у него не осталось другого выбора, кроме как отпустить преступника на свободу.

Если бы его преследовал Покойный Владыка Юду, то Тянь Шу не смог бы избежать смерти, куда бы не бежал.

Убив его, Покойный Владыка Юду притащил бы его душу для допроса. Другого исхода не стоило ожидать!

— Покойного Владыки Юду не боится лишь Цинь Му. С чего бы здесь его так уважали?

На лице Небесного Короля Тянь Шу возникло странное выражение. Когда они выбрались из Божественного Ножа Имперских Врат, Старший Вестник был не слишком с ним вежлив, но крайне уважительно обошёлся с Цинь Му, и даже завёл с ним радостный разговор!

Более того, Цинь Му сумел договориться с Графом Земли, после чего тот выпустил их из Юду.

Сам же Цинь Му понятия не имел, насколько ужасающим был Покойный Владыка Юду, так как никогда не видел его страшной стороны.

***

На борту крохотной лодки стоял Старший Вестник Смерти с маской на затылке. Он повесил свой фонарь на носу лодки, и внезапно, та начала ¬порождать бесчисленное количество своих клонов, которые быстро расплывались во все стороны.

Старец сел и снял маску, начиная пристально её осматривать. Спустя некоторое время он надел её обратно.

— Я стар.

Черты его лица внезапно стали более отчётливыми, и Цинь Му наконец смог его разглядеть, обнаруживая, что его покрывали глубокие морщины.

В этом лице больше нельзя было разглядеть Небесного Преподобного Ю. Виднелись лишь следы, оставленные временем.

— Давно не виделись, Небесный Преподобный Му. Я уже стар и мне больше не идёт эта маска. Прошёл миллион лет, но ты всё ещё молод.

В его глазах засверкала дрожь его духа, но в следующий миг она угасла.

Цинь Му поклонился и проговорил:

— Спасибо, что заботился обо мне всё это время.

Старик покачал головой:

— Я не узнал тебя, пока на твоём межбровье не появилась печать из ивового листа. Только тогда я предположил, что возможно, это и есть ты. Мои догадки подтвердились, когда к нему добавилась ещё и печать Небесного Герцога. Впрочем, я не стал вмешиваться в твою жизнь, так как в противном случае, ты мог бы не стать тем, кем стал.

Цинь Му кивнул.

Несмотря на то, что его слова было сложно понять, Цинь Му знал, о чём он говорит.

— Небесный Преподобный Му, давай навестим Небесного Преподобного Юя.

После этой встречи с Цинь Му, Старший Вестник Смерти перестал быть мрачным стариком из прошлого. Вместо этого он снова превратился в странноватого Небесного Преподобного Ю. Со спокойным выражением лица он проговорил:

— Я ждал этого дня миллион лет.

Цинь Му молчал.

Миллион лет, чтобы выполнить обещание. Кто мог бы пойти на такое?

Он мог. Начав свой путь как человек, которым все восхищались, от зелёного юноши с безграничными перспективами и званием Небесного Преподобного Юя, он превратился в Покойного Владыку Юду, которого все боялись. За миллион лет случилось слишком много всего, но у него не было кому на это пожаловаться. Ему приходилось жаловаться самому себе.

Поэтому, Старший Вестник Смерти начал создавать себе клонов.

Каждый вестник смерти таскал его ношу, каждый не собирался открывать своё сердце другим.

Цинь Му посмотрел на парящего в воздухе Графа Земли. Во тьме его ужасающий силуэт казался невероятно большим, рога тоже шокировали своими размерами.

— Ты отправился, чтобы вернуть рог Графа Земли, но вернулся с пустыми руками. Как ты собираешься объясниться? — внезапно спросил юноша.

Лицо Старшего Вестника Смерти обрело своё прежнее спокойствие, в его выражении не было эмоций:

— Меня остановили, и я не смог завершить свою миссию. Это будет твоей виной, как обычно.

Лицо Цинь Му помрачнело, он фыркнул:

— Ну да, на моей ответственности и так уже много всего.

Кивнув, Старший Вестник Смерти ответил:

— Да, и вправду много.

Цинь Му снова спросил:

— Как ты стал вестником смерти и Покойным Владыкой Юду?

Старший Вестник Смерти, казалось, заговорил о чём-то, что не имело к нему никакого отношения:

— После того, как ты ушёл, я отнёс гроб в Юду и встретился с Графом Земли. Тот сказал, что я могу оставить гроб у него, но взамен должен на него работать, и я согласился. Оставшись здесь, я мог защитить своего брата и видеть свою мать. Таким образом я чувствовал себя живым.

Цинь Му был ошеломлён.

Бумажная лодка двинулась к рогу Графа Земли, пролетая мимо разрушенных миров. Спустя некоторое время они наконец достигли дворца Доброжелательного Короля, Равного Небесам.

— Граф Земли очень добрый. На самом деле он похож на меня, такой же обособленный, — Старший Вестник Смерти говорил на удивление много. — Однако я лучше него. Он может говорить лишь со мной, а у меня много моих клонов. К тому же у меня есть мать и брат, лежащий в гробе, он всегда меня слушает.

Поднявшись на ноги, Цинь Му спрыгнул с лодки на землю, прежде чем проговорить:

— Сегодня Небесный Преподобный Юй сможет вернуться к жизни.

Старший Вестник Смерти покинул лодку и провёл его в дворец. Когда Цинь Му пришёл сюда в первые, он остался в зале, ожидая наказания Графа Земли, но в этот раз старик привёл его во внутренний дворик.

Там он увидел больную на вид женщину средних лет. С огромным трудом она таскала ведро синего пламени, напоминающего воду, поливая цветы парамиты в саду.

Цветы тут же расцвели, полыхая великолепным огнём.

— Мама, — Старший Вестник Смерти улыбнулся и шагнул вперёд, чтобы помочь женщине поднять ведро. — Почему ты не отдыхаешь? Оставь домашние хлопоты мне.

Женщина вытерла лоб и улыбчиво ответила:

— Я всегда пытаюсь найти себе какое-то занятие. Кто этот младший брат?

Она посмотрела на Цинь Му, и тот увидел, что у женщины не было физического тела. Она была лишь хрупкой душой, но так как ведро с водой не имело веса, она могла его поднять.

— Это мой друг, — снова улыбнувшись, проговорил Старший Вестник Смерти. — Он здесь, чтобы навестить нас со старшим братом.

Женщина восторженно ответила:

— У тебя мало друзей, к нам никогда никто не заходит. Гость — это редкий случай, поэтому мне стоит что-то приготовить. Можете немного поболтать, я скоро закончу!

Она поспешно ушла, принимаясь за готовку.

Цинь Му поклонился:

— Большое спасибо, тётушка.

Старший Вестник пригласил Цинь Му в дом. Осмотревшись, тот обнаружил, что внутри здание было пустым и бедным, и спросил:

— Почему бы тебе не поймать какого-то монстра, чтобы тот развлекал тётушку? Или же ей могли бы помогать исконные духи мёртвых. Учитывая твоё положение, многие захотели бы помочь.

Старший Вестник Смерти покачал головой:

— Мама не любит ни монстров, ни мёртвых. Граф Земли был к нам очень добр, когда я принял его условия, он позволил нам жить здесь вместе.

Спустя некоторое время женщина приготовила несколько блюд и принесла их на стол. Тем не менее, все они были созданы из пустоты и не имели совершенно никакого вкуса.

Поблагодарив, Цинь Му пригласил женщину присоединиться к обеду, но та покачала головой и улыбнулась:

— Я лишь посмотрю на вас.

Цинь Му уселся, начиная восхищённо есть. Раз за разом он хвалил кулинарное мастерство женщины.

Женщина невероятно радовалась. Когда Цинь Му и Покойный Владыка закончили трапезу, она забрала тарелки и палочки и отнесла их помыть.

— Спасибо, — проговорил Старший Вестник Смерти.

— Я не мог поступить по-другому, — улыбнулся Цинь Му.

— Ты действительно хороший человек, — старик поднялся и зашагал к задней стороне зала. — Брат здесь. Граф Земли использовал свою магическую силу, чтобы сохранить его физическое тело. Недавно я ощутил изменения в Великом Дао Неба и Земли, когда Богиня Небесной Инь воскресла, поэтому я знал, что этот день скоро настанет.

Цинь Му двинулся следом за ним, когда его сердце дрогнуло. Он наконец увидел гроб из Малинового Хрома Живучести Будды.

Изнутри доносилось сердцебиение Небесного Преподобного Юя!

Глава 753. Возрождение

Гроб Небесного Преподобного Юя был хорошо защищён, снаружи его окутывали руны Юду. Сверкая во тьме, они вызывали странное чувство.

Подойдя к нему, Цинь Му был совершенно спокоен. С серьёзным выражением лица он начал рассматривать руны, пытаясь раскрыть кроющийся в них секрет.

Эти руны оставил Граф Земли, именно они защищали физическое тело Небесного Преподобного Юя.

Но даже если бы Граф Земли не использовал своих рун, тело Небесного Преподобного Юя всё равно бы не состарилось и не умерло.

Дело было в том, что Небесный Преподобный Юй был единственным из Небесных Преподобных, кто получил благословление всех древних богов!

За свои заслуги Семь Небесных Преподобных прошлого получили благословления древних богов.

Небесный Преподобный Хао, открывший божественное сокровище Пяти Элементов, был благословлён Небесным Герцогом и Владыками Звёзд Пяти Элементов. Его физическое тело не старело, а пять удач всегда ему улыбались.

Небесная Преподобная Лин, открывшая божественное сокровище Шести Направлений, получила благословление Матери Земли, что дарило ей вечную удачу и бессмертие.

Небесный Преподобный Юэ, открывший Семь Звёзд, получил благословление Великих Владык Солнца и Луны, а также Небесного Герцога. Его физического тело тоже не старело и не умирало, к тому же имело иммунитет ко всем болезням.

Небесный Преподобный Хо, открывший область Небожителя, был благословлён Четырьмя Божествами. Он мог сохранять молодость, не теряя слуха и зрения, а опасности для него всегда оборачивались пользой.

Небесный Преподобный Ю, открывший область Жизни и Смерти, был благословлён Графом Земли. Он был бессмертен, его исконный дух всегда оставался силён.

Небесный Преподобный Юнь, открывший Божественный Мост, был благословлён Небесным Герцогом. Он тоже не умирал от старости, а его изначальный дух обрёл несравнимую чистоту и яркость.

Несмотря на то, что все Небесные Преподобные обрели бессмертие, благословления, которые они получили, отличались друг от друга.

К примеру, Небесный Преподобный Ю, получивший благословление Графа Земли, был бессмертным и обладал сильным исконным духом, но это не значило, что он не мог постареть. Это произошло из-за того, что Граф Земли не контролировал закон старения физического тела. Он мог подарить кому-то вечную жизнь, но не мог сохранить молодость тела.

Небесный Герцог, с другой стороны, мог подарить Небесному Преподобному Юню бессмертие и вечную молодость. Тем не менее, он не владел методом, который мог бы позволить исконному духу всегда оставаться сильным. Обладая небесным взором, он мог лишь сделать исконный дух мужчины более ярким и чистым.

Тем не менее, Небесному Преподобному Юю досталось благословление всех древних богов.

Он получил благословление всех богов, включая Небесного Императора и Императрицу.

Исконный дух Небесного Преподобного Юя должен был вечно обладать силой, он не мог умереть или быть убитым. Тем не менее, его тело умерло, а исконный дух был разбит в павильоне Медленного Вращения, который не позволил ему отправиться в Юду после смерти. Это сделало благословление Графа Земли бесполезным. Подобный недочёт заставил всех глубоко задуматься над произошедшим.

Преступление Небесного Преподобного Хао и Сына Небесной Инь было лишь вершиной айсберга. Возможно, случившееся было последствием более глубокого конфликта. Тем не менее, никто не был уверен, что Небесный Император и сестра Небесной Императрицы приложили к этому руку.

Цинь Му задумался о причинах случившегося, и внезапно задрожал. На первый взгляд Собрание Яшмового Водоёма казалось вполне спокойным. Даже после убийства Небесного Преподобного Юя Небесным Преподобным Хао все просто были опечалены, никакого хаоса не наблюдалось. Райские небеса казались спокойными и тихими.

Кто бы мог подумать, что в этом спокойном месте было столько намерений убивать?

Теперь, увидев благословление Графа Земли, его осенило, и он ощутил настоящий ужас!

«Небесный Преподобный Хао смог бы одолеть Небесного Императора? Кто из трёх небес Дракона Ханя оказался победителем?

Цинь Му посмотрел на Небесного Преподобного Ю, стоящего сбоку. Тот никогда не рассказывал о случившемся, было неизвестно, желает ли он поднимать эту тему.

«После воскрешения Небесного Преподобного Юя я должен расспросить его до малейших деталей!»

Цинь Му поднял руку, и крышка гроба из Малинового Хрома Живучести Будды мгновенно открылась. Она отлетела в сторону, прежде чем беззвучно приземлиться на землю.

Они находились во дворце Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам. Здесь жила душа матери Старшего Вестника Смерти, и юноша не хотел её беспокоить.

Под воздействием его магической силы Небесный Преподобный Юй подлетел в воздух. Спустя миллион лет его тело выглядело всё так же, как и в прошлом. В его внешности не было даже малейшего следа времени.

Он был таким же, как когда встретился с Цинь Му в Яшмовом Водоёме. Молодой Небесный Преподобный напоминал яшмовое дерево, нежное и спокойное.

Прошёл миллион лет, но для Цинь Му всё это произошло лишь несколько месяцев назад. Для него всё было так же.

— Я могу призвать его душу в Юду и собрать все осколки, но здесь нельзя воспользоваться Силой Небесного Герцога, поэтому мне нужно отправиться в мир живых. Только там можно одновременно воспользоваться силой Небесного Герцога и Графа Земли, чтобы отстроить три души и семь духов, — серьёзным тоном проговорил Цинь Му.

Старший Вестник Смерти немного взволновался:

— Тебе и вправду это под силу? Его душа была разбита миллион лет назад, прошло очень много времени…

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Душа Богини Небесной Инь тоже была разбита четыреста-пятьсот тысяч лет назад, но разве мне не удалось её восстановить? Богиня Небесной Инь — это древний бог, собрать её душу было невероятно сложно, я даже начал блевать кровью от истощения. Тем не менее, Небесный Преподобный Юй умер, будучи в лучшем случае богом, так что воскресить его будет намного проще.

Он снял ивовый лист со своего межбровья и его божественные сокровища тут же слились воедино. Используя совершенствования как дьявольского, так божественного пути, он резко увеличил свою магическую силу!

В следующий миг юноша исполнил улучшенную версию Проводника Душ, и за его спиной тут же появился пятидесятиметровый исконный дух. Его размеры поражали, будучи одновременно богом и дьяволом, он выглядел как крохотный древний бог.

С его уст слетел загадочный дьявольский язык Юду, смешанный с языком богов. Он был настолько сложным, что даже Старший Вестник Смерти не мог понять его до конца.

Небесный Преподобный Ю, будучи Старшим Вестником Смерти, обладал невероятно высоким владением языком и божественными искусствами Юду. Тем не менее, его познания на божественном пути значительно отставали.

Язык богов древних райских небес происходил из Сюаньду, принадлежащего Небесному Герцогу. У большинства людей была узкая специализация, и так как старик уделял слишком много внимания божественным искусствам Юду, его владение искусствами Сюаньду было значительно хуже, чем у Цинь Му.

— Проводник Душ? — внимательно слушая его слова, Старший Вестник Смерти внезапно что-то осознал и громко прокричал. — Это Проводник Душ, ты совершенно его изменил!

Исконный дух Цинь Му до сих пор исполнял божественное искусство, постоянно шагая вокруг Небесного Преподобного Ю. Принимая всевозможные странные позы, он шагал по воздуху, будто по ровной земле.

Его руки быстро двигались и выстреливали мудры, которые тут же превращались во всяческие руны, отбивающиеся на теле Небесного Преподобного Юя. В сравнении с риском, на который он шёл, пытаясь воскресить Богиню Небесной Инь, в этот раз он чувствовал себя намного комфортнее и увереннее. У него всё ещё оставались силы, чтобы обернуть голову и улыбнуться:

— Да, ты прав. Это тот проводник душ, которому я тебя обучал.

Старший Вестник Смерти бросил на него возмущённый взгляд:

— Даже если бы ты мне не помог, я всё равно бы его выучил.

Цинь Му громко рассмеялся.

Его навыки мудр и Проводник Душ постепенно создавали странную рябь, будто начали взаимодействовать с каким-то законом неба и земли. Эта рябь постепенно выбиралась из Юду и протянулась ко всем существующим мирам.

Голос бога и дьявола, издаваемый его исконным духом, был неслышен для ушей обычного человека, практики божественных искусств тоже его не слышали. Тем не менее, для некоторых древних созданий он был как тихий гул Великого Дао, дрожанием, исходящее из души.

Эти существа ощутили ужасный шок. Им казалось, будто какой-то бог, контролирующий важный закон природы, использовал свою древнюю, странную силу.

Частицы души, рассеянные по всем мирам, двигались по зову этого голоса, постепенно формируя поток чёрного песка, тянущийся в Юду.

Эти частицы были невероятно мелкими, душа Небесного Преподобного Юя рассеивалась до тех пор, пока они не могли больше разделяться. Их нельзя было заметить невооружённым глазом, но они всё же существовали.

С момента убийства прошёл миллион лет, поэтому Цинь Му понятия не имел, сколько всего могло произойти с райскими небесами и рекой прошлого. За такое время частицы души рассеялись по большинству из существующих миров. Это сильно превзошло ожидания юноши, он начал уставать. Исконный дух расходовал всё больше и больше магических сил, его голос становился всё громче и громче.

— Почему ты не собрал его душу ещё тогда? — недоумевал Старший Вестник Смерти. — Тогда его душа была рассеяна по райским небесам древних богов, собрать её было намного легче. Тебе не пришлось бы тратить столько сил.

— Тогда я не был знаком с Графом Земли и Небесным Герцогом. Если бы я осмелился использовать их мощь, они меня б убили.

На лбу Цинь Му проступало всё больше капель пота, он серьёзно говорил:

— Теперь наши с ними отношения намного лучше, они не станут возникать против того, что я использовал немного их сил. Но тогда делать этого было нельзя.

На лице Старшего Вестника Смерти было странное выражение, будто он засунул себе в рот два яйца. Его глаза уставились на юношу, будто два бронзовых колокола. Старик размышлял: «Небесный Преподобный Му не понимает, что такое «хорошие отношения»? Не знаю как там у него с Небесным Герцогом, но с Графом Земли у него определённо не всё хорошо. Тому просто надоело, что он появляется в Юду и сеет там хаос…»

Цинь Му уставал всё сильнее и сильнее. Он непрерывно размахивал руками и ногами, создавая руны, и постепенно ощущал, как те становятся всё тяжелее. Нанесение бесконечных рун на тело Небесного Преподобного Юя было сопоставимо с попыткой поднять гору Сумеру. Его голос немного охрип:

— Более того, райские небеса были слишком опасны. Убить его хотел не один лишь Небесный Преподобный Хао. Человек, стоящий за всем этим, был слишком силён. Настолько, что даже Граф Земли или Небесный Герцог не пошли бы с ним на конфликт. Если бы я воскресил его в самом начале, он очень быстро умер бы снова. Даже мне пришлось бы умереть. Поэтому я воскресил лишь его физическое тело, и попросил Небесную Преподобную Лин передать его тебе. Только сейчас мне хватит смелости, чтобы его воскресить!

Тело юноши сильно задрожало. Его исконный дух и физическое тело одновременно замерли. Первый стоял на земле, физическое тело стояло на его межбровье. За их головами закружились кольца света, в которых сверкали всевозможные руны, поочерёдно освещая Небесного Преподобного Юя.

Бесчисленные частицы души пролетели над их головами, входя в тело Небесного Преподобного Юя. Они проникали в его внутренние органы, межбровье, горло, сердце, дяньтянь и остальные части.

Цинь Му и его исконный дух продолжали неподвижно стоять, над их головами непрерывно кружились кольца света.

Старший Вестник Смерти был шокирован, понимая, что наступил решающий момент. Он сразу насторожился, и в Юду ринулись бумажные лодки, начиная патрулировать дворец. Их количество было невероятно большим, они затопили округу, будто потоп.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем на лице Цинь Му появилось усталое выражение, а кольца света над его головой перестали вращаться и угасли.

Его исконный дух зашагал вперёд, становясь всё меньше и меньше, прежде чем слиться с его физическим телом.

Старший Вестник Смерти вздохнул и поспешно бросился следом, чтобы спросить, но Цинь Му не стал ждать, пока он заговорит, и ответил:

— Часть души Небесного Преподобного Юя осталась целой. Её кто-то держит в заточении, я не могу призвать её сюда.

Старик ошарашенно спросил:

— Насколько большая часть?

— Меньше десяти процентов, — Цинь Му вздохнул и немного отдохнул. — Я не знаю, насколько она важна. Кроме того, я понятия не имею кто её держит.

Старший Вестник Смерти взволнованно спросил:

— Что же нам делать?

— Всё просто, нужно спросить Графа Земли, — уверенно ответил юноша. — Я отправлюсь в мир живых и немедленно восстановлю его души и духи! С их помощью Граф Земли сможет ощутить, где находится оставшаяся часть. Нужно попросить его помочь нам определить её местонахождение.

Вместе они положили тело Небесного Преподобного Юя в лодку. Мать старика была занята готовкой, и попыталась их остановить:

— Я почти закончила, разве вы не хотите поесть после работы?

Старший Вестник Смерти поспешно ответил:

— Мам, у нас есть срочные дела!

Женщина улыбнулась в ответ:

— Будьте осторожны в пути, я оставлю еду греться. Маленький брат, мой Ю’эр ещё молод и глуп, и не умеет общаться с людьми, позаботься о нём.

Едва сдерживая смех, Цинь Му поспешно ответил:

— Не волнуйся, тётушка, я всё понимаю.

Он посмотрел на Старшего Вестника Смерти, на мрачном лице которого было невозможно разглядеть даже малейших эмоций.

Лишь когда лодка отплыла достаточно далеко, Цинь Му начал громко смеяться. Лицо Старшего Вестника Смерти снова было скрыто, он равнодушно спросил:

— С чего ты смеешься? Я не мог избить тебя при маме, но с радостью сделаю это сейчас.

Цинь Му немедленно перестал смеяться и улыбчиво проговорил:

— Теперь ты сможешь одолеть даже Небесного Преподобного Юя. Интересно, узнает ли он нас после воскрешения?

Старший Вестник Смерти замер. Спустя мгновение он ответил:

— Он навсегда останется моим старшим братом.

Цинь Му моргнул:

— А как насчёт меня?

— Хммм.

Старший Вестник Смерти отвернулся, показывая дьявольскую маску на своём затылке. Внезапно та показала язык.

Цинь Му шокировано подпрыгнул, прежде чем внимательно осмотреть маску. Это была не та маска, которую он сделал, а та, которую Небесный Преподобный Ю носил в юности. Он не заметил, когда тот её достал и одел.

«Должно быть, он волнуется, что Небесный Преподобный Юй не узнает его, поэтому одел свою старую маску.» — подумал Цинь Му.

Вскоре они добрались к миру живых, оказавшись на берегу реки Вздымающейся.

Сейчас Великие Руины были накрыты ночью, но в её тьме уже не было так много песка душ и чёрных призраков, как раньше. Стоя на бумажном кораблике, плывущем по реке Вздымающейся, Цинь Му снова произнёс заклятие. В воздухе появились горизонтальные Врата Небесной Воли, заимствующие силу Небесного Герцога и Графа Земли. Их сила упала на парящее тело Небесного Преподобного Юя.

Старший Вестник Смерти нервно смотрел на юношу, сжимая кулак.

Спустя длительное время магическая сила Цинь Му рассеялась, и Небесный Преподобный Юй мягко приземлился на поверхность реки.

— Давно не виделись, Лань Юйтянь, — Цинь Му улыбнулся парню, стоящему на реке.

Тот постепенно открыл глаза, на его лице возникло ошеломлённое выражение. Старший Вестник Смерти был невероятно взволнован, когда раздался внезапный хлопок. Небесный Преподобный Юй провалился в воду и начал беспомощно размахивать конечностями, захлёбываясь.

Быстрое течение тут же поглотило парня, оказавшегося не в силах с ним бороться.

Ошарашенные Цинь Му и Старший Вестник Смерти внезапно пришли в себя:

— Спасай его!

Спустя мгновение они вытащили промокшего Небесного Преподобного Юя на берег и положили его на землю.

Едва не утонув, тот начал блевать, выплёвывая воду из лёгких и задыхаясь.

Цинь Му и старик переглянулись:

— Нет ничего страшного в том, что его совершенствование исчезло, он всё может восстановить.

Немного отдохнув, Небесный Преподобный Юй встал на ноги и отблагодарил:

— Огромное спасибо двум благодетелям за моё спасение. Как вы меня называли? — почесав голову, юноша покраснел. — Я не помню, как меня зовут.

Глава 754. Обуза

Великие Руины, Деревня Цань Лао.

Когда наступило утро, Цинь Му и Старший Вестник Смерти притащили Небесного Преподобного Юя в деревню стариков. В этом месте Цинь Му провёл своё детство, но сейчас оно было полностью захвачено куриными драконами.

Убив одного из них, Цинь Му приготовил несколько блюд, после чего отправился в дом мясника и притащил оттуда бочку вина, которая была спрятана под кроватью.

Перед этим он съел лишь призрачный безвкусный обед во дворце Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам, поэтому чувствовал себя довольно голодным. Более того, Небесный Преподобный Юй только что воскрес, поэтому тоже был истощен.

Покушав, Цинь Му и Старший Вестник Смерти подошли к реке Вздымающейся и всмотрелись в её бушующую воду.

Старший Вестник исполнил божественное искусство и собирался бросить его в реку, но Цинь Му поспешно его остановил, качая головой:

— В реке Вздымающейся живёт бесчисленное количество существ, а также Король Драконов Реки Вздымающейся. Посмотри, какой ты стал сильный, ты что, хочешь убить здесь всё живое?

Задумавшись, старик рассеял своё божественное искусство:

— Он такой из-за потерянной части души, или он действительно потерял память?

Цинь Му оглянулся. В деревне воцарился хаос, куриные драконы сгруппировались и начали преследовать Небесного Преподобного Юя. Вскоре тот был окровавлен от их укусов и жалко упал на землю.

Несколько петухов забрались на его спину и начали кукарекать, подняв головы к солнцу.

Вздохнув, Старший Вестник Смерти создал ещё одно божественное искусство, но немного подумав снова его рассеял:

— Взгляни на него, разве он похож на Небесного Преподобного Юя из прошлого? Тот всегда сверкал здоровьем и силой. Он был свободен и спокоен, но теперь, даже куриные драконы осмеливаются над ним издеваться.

Цинь Му поднялся и прогнал птиц прочь. Небесный Преподобный Юй поспешно встал на ноги, начиная стряхивать с себя перья и пыль.

— Я тоже не понимаю причины, по которой он потерял память. Его душе чего-то не хватает, но речь идёт о менее, чем десяти её процентах. С другой стороны, у нас есть его три души и семь духов, — бормотал про себя Цинь Му. — Думаю, что нам лучше вернуться в Юду и спросить Графа Земли, где находится потерянная часть. Если мы её вернём, а память так и останется потерянной, значит проблема в его голове.

Старший Вестник Смерти кивнул, наблюдая как куриные драконы снова загнали Небесного Преподобного Юя в угол, где тот упал на колени, прикрыв голову руками.

— Если он не восстановит свою память, как он сможет выжить в этом жестоком мире? — покачал головой старик.

Цинь Му шагнул вперёд и понял руку, превращая поток огня в красного дракона, пролетевшего над деревней, чтобы прогнать кур.

Увидев это, глаза Небесного Преподобного Юя загорелись, он восторженно воскликнул:

— Отличны метод! — сказав это, он махнул рукой.

Куриные драконы, постепенно окружающие его, заметили его движение и быстро уклонились. Увидев, что ничего не произошло, они впали в ярость и бросились вперёд.

Небесный Преподобный Юй поспешно взмахнул рукой ещё раз, и в воздух подлетел язык огня, превращаясь в дракона.

Бесчисленные куриные драконы разбежались во все стороны, но одному из них не повезло отреагировать вовремя. Его тело тут же обуглилось, а воздух наполнил аромат жареного мяса.

Небесный Преподобный Юй был шокирован, он недоверчиво посмотрел на свою руку. В следующий миг он бросился к куриному дракону, начиная горько оплакивать его смерть.

Он решил похоронить животное, и продолжая горько плакать, начал рыть могилу. Спустя некоторое время он ощутил сладкий запах и тайком откусил кусочек курицы. Кушая и громко рыдая, он совершено позабыл о могиле. Закончив трапезу, он выбросил кости в яму.

Цинь Му и Старший Вестник Смерти переглянулись, увидев в глазах друг друга искренний шок.

— Твоё божественное искусство базировалось на огненных рунах Владыки Марса?

Цинь Му кивнул:

— Несмотря на то, что структура огненных рун Владыки Марса довольно проста, я отлично ими владею, поэтому смог уменьшить их размер до предела. Со стороны трудно разглядеть их секрет.

Старший Вестник Смерти ответил:

— И всё же ему это удалось.

— Более того, он сумел его исполнить, — тихо добавил Цинь Му. — Его совершенствование не исчезло полностью, часть его силы сохранилась, а главное, что его понимание и талант попросту удивительны. Я подозреваю…

На мгновение замолчав, он изменился в лице и продолжил:

— Что у Небесного Преподобного Юя Тело Тирана.

Что-то пробормотав себе под нос, старший Вестник Смерти ответил:

— Потеря памяти — это ещё не катастрофа, но он ведёт себя как-то глупо. У него… что-то не то с головой, разве ты видел, чтобы кто-то рыдал из-за смерти курицы, рыдал, и в то же время ел эту курицу?

Цинь Му выдернул волосок из своей бороды:

— Это и вправду нехорошо… Давай отправимся к Графу Земли!

Кивнув, Старший Вестник Смерти позвал Небесного Преподобного Юя. Тот успел съесть лишь половину курицы, и опустив голову от стыда, тащил за собой вторую половину.

Цинь Му и старик беспомощно за ним наблюдали. Троица погрузилась в крохотную лодку и Старший Вестник Смерти взмахнул рукой. Перед ними появился чёрный водоворот, и лодка заплыла внутрь, после чего водоворот исчез.

— Небесный Преподобный Юй, почему ты больше не ешь? — посмотрев на юношу, спросил Старший Вестник Смерти. — Тебе грустно из-за того, что ты сжёг и съел своего друга?

— Я уже наелся, — искренне ответил тот. — Я больше не могу есть, но поем ещё, когда проголодаюсь.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать, думая про себя: «В прошлом Небесный Преподобный Юй был невероятно умным человеком, но сейчас он стал очень глупым. Хорошо, что таскать его за собой придётся Небесному Преподобному Ю.» — он не мог не обрадоваться чужому горю.

— Небесный Преподобный Ю, кто победил в Эпохе Дракона Ханя?

Старший Вестник Смерти на мгновение заколебался и снял свою маску дьявола. Он покачал головой, прежде чем ответить:

— Я не слишком уверен. В конце Эпохи Дракона Ханя все трое райских небес твердили, что именно они настоящие. А вот кто победил в конце, мне не известно. Я всё время проводил в Юду и редко появлялся в мире живых. Когда трое райские небес сражались между собой, я был слишком занят сбором душ. Тем не менее…

Старик на мгновение замолчал, прежде чем продолжить:

— Небесный Преподобный Юэ однажды пришла ко мне и сообщила, что Небесный Союз потерпел поражение, Небесный Император Юнь погиб, и что она собирается скрыться в уединении.

— Небесный Император Юнь? — уточнил Цинь Му. — Ты говоришь о Небесном Преподобном Юне?

Старший Вестник Смерти кивнул.

Сердце Цинь Му мгновенно наполнилось скорбью, он горько проговорил:

— Если бы он не вступил в Небесный Союз то, возможно, остался бы жив. Он пострадал лишь из-за одного моего слова, я…

— Это не твоя вина, — перебил его Старший Вестник Смерти. — Небесный Преподобный Юнь всегда был таким. Несмотря на то, что он носил титул Небесного Преподобного и всегда был немногословен, у него было очень доброе сердце. Когда-то он рассказывал, что до того, как Небесная Преподобная Лин предложила ему создать Небесный Союз, он и сам думал о том, чтобы собрать всех праведных людей мира ради будущего всех рас. Небесный Преподобный Юнь… — он на мгновение замолчал. — выдавал себя за Небесного Преподобного Юя , за тебя и Небесного Преподобного Циня, используя ваши имена для сохранения справедливости. Он был последней надеждой для человечества и других рас, когда они переживали свои худшие дни. В Эпохе Дракона Ханя погибло огромное количество людей. Люди и другие расы были на грани вымирания, поэтому у него просто не было выбора…

Цинь Му ошеломлённо застыл.

— Графу Земли должно быть известно, какие из райских небес победили, верно? — пытаясь подавить волнение в своём сердце спросил Цинь Му.

— Граф Земли никогда об этом не расскажет, — покачал головой Старший Вестник Смерти. — Когда-то я спрашивал его, но он не ответил. Впрочем, после тех мрачных времён он стал каким-то подавленным. Он делает лишь то, что должен, и не вмешивается в дела внешнего мира. Раньше я тоже хотел узнать кто победил, но мне так и не удалось разглядеть лица того существа Императорского Трона.

Цинь Му был ошарашен:

— Ты не разглядел лица победителя?

Старший Вестник Смерти кивнул, его крохотная лодка постепенно приближалась к Графу Земли. Небесный Преподобный Юй, стоящий на её носу, широко открыл рот от удивления и ошарашенно уставился не невероятно огромного Графа Земли, не в силах выдавить из себя ни слова.

— Пока что не сумел.

Лицо Старшего Вестника Смерти было спокойным, в нём нельзя было разглядеть каких-либо эмоций. Он медленно продолжил:

— Все говорят, что Эпоха Дракона Ханя закончилась четыреста пятьдесят тысяч лет назад, после чего наступила Эпоха Багрового Света. Хе-хе, они не поверят, когда узнают, что Дракон Хань никогда не заканчивался. Эта эпоха существовала всё это время!

Сердце Цинь Му начало дрожать.

Эпоха Дракона Ханя существовала всё это время!

Даже райские небеса Дракона Ханя, о которых напрочь отказывался говорить Граф Земли, существовали до сих пор! Они были будто гигантская тень, повисшая над эпохами Багрового Света, Высшего Императора, Императора-Основателя и Вечного Мира!

— На райских небесах было много всего, что люди не в силах понять, — проговорил Старший Вестник Смерти. — Древние боги райских небес древних богов до сих пор там, так же как боги из различных рас и полубоги. Я понятия не имею, кто из них победил… Давайте встретимся с Графом Земли.

Бумажная лодка поплыла в сторону третьего глаза Графа Земли. Старший Вестник Смерти остановился снаружи, после чего троица вошла в священный зал в его межбровье.

Внутри зала сидело видение Графа Земли, в бесчисленное количество раз меньше его настоящего тела. Опустив голову, он посмотрел на Небесного Преподобного Юя, тащащего за собой половину мёртвой курицы. Тот почувствовал себя неловко из-за его взгляда, и собрав всю свою смелость в кулак, поднял труп над головой:

— Хочешь есть? Я вижу, что ты тоже голоден…

Взгляд Графа Земли дрогнул, он вздохнул, качая головой:

— Бедолага, Небесный Преподобный Юй прошлого пал до такого состояния. Вы привели его сюда, чтобы найти пропавшую часть его души, верно?

Цинь Ми кивнул и преклонил голову:

— Граф Земли, пожалуйста, исполни своё заклятие и узнай, где находится потерянная часть его души!

— Он носит моё благословление, поэтому я помог бы ему даже без вашей просьбы, — глаз в межбровье Графа Земли открылся, из него вылетела иллюзия. — Посмотрев на его физическое тело, я увидел, как потерянная часть его души проносится сквозь бесчисленные миры, молниеносно пролетающие перед моим взором.

Небесный Преподобный Юй стоял внутри иллюзии, чувствуя себя довольно неловко. Мимо него молниеносно проносились всевозможные миры. Величественные горы и бескрайние пустыни мелькали перед его глазами, звёзды в небе быстро отдалялись, исчезая.

Спустя некоторое время в этой иллюзии показались невообразимо огромные дворцы, возвышающиеся боги и райские небеса, накрытые вечным днём.

Райские дворцы пролетали сквозь тело Небесного Преподобного Юя, их скорость становила всё выше и выше, прежде чем он остановился перед вратами какого-то зала.

Войдя в эту дверь, он миновал несколько павильонов и зданий, а также открыл ещё несколько дверей. В следующий миг изображение исчезло.

Граф Земли проговорил:

— Потерянный осколок его души находится в Зале Аромата, печать которого слишком сильна для моего взора.

Вздохнув с облегчением, Цинь Му улыбнулся:

— Если мы знаем, где этот зал, то у нас есть надежда.

На лице Старшего Вестника Смерти возникло мрачное выражение, он нахмурился. Было очевидно, что с Залом Аромата всё было не так просто, как думал Цинь Му.

— Зал Аромата — это один из семидесяти двух тронных залов. Их расположение подобно райским дворцам, — равнодушно проговорил Граф Земли. — Даже сильные практики области Непостижимого Неба не могут туда войти, не говоря уже о вас.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Всегда найдётся способ.

— Ты знаешь, как попасть на райские небеса? Тебе известно, где они находятся? — спросил Граф Земли.

Цинь Му ошарашенно застыл.

Он и вправду этого не знал. Люди называли это место чужеземными райскими небесами, но, когда речь шла о их местонахождении, даже у Святого Дровосека не было никаких предположений.

С самого начала и до конца Эпохи Императора-Основателя, Святой Дровосек не знал кто был их врагом.

Даже сознание Багрового Императора на земле в третьем глазе Цинь Му не знало, кем был враг Багрового Света.

Взглянув на него, Граф Земли проговорил:

— Ты можешь идти, мне нужно кое о чём поговорить с Покойным Владыкой.

Цинь Му вышел из священного зала и начал подсматривать в щель. Внезапно дверь захлопнулась, оставляя его снаружи.

— Жалкий и скрытный! — сердито проворчал Цинь Му, когда его взгляд упал на бумажную лодку Старшего Вестника Смерти.

Внутри священного зала Граф Земли уставился на Старшего Вестника Смерти:

— Потерянную часть его души пока что нельзя вернуть, что ты собираешься делать?

Старший Вестник Смерти недолго помолчал:

— Он мне как родной, я обязан его защитить.

— Сейчас он как чистый лист бумаги, — проговорил Граф Земли. — К тому же очень глупый лист. Если он останется с тобой, то станет таким же обособленным, как и ты, и найдёт жалкую смерть, как только покинет пределы Юду. Причина, по которой тебе удалось прожить так долго, состоит в том, что ты всё время был здесь. Если бы ты вышел наружу, то давно бы погиб. Если он останется с тобой, то и закончит, как и ты.

Старший Вестник Смерти молча смотрел на Небесного Преподобного Юя, слизывающего жир со своих пальцев. Спустя мгновение он поднял голову:

— Я всё обдумал и решил, что я и вправду не гожусь для того, чтобы таскать его за собой. Я размышлял над тем, чтобы отдать его в руки Небесного Преподобного Му.

Граф Земли спросил:

— Ему? Ты не боишься, что он собьёт Небесного Преподобного Юя с пути?

— По крайней мере, Небесный Преподобный Юй не умрёт, — ответил Старший Вестник Смерти. — Больше всего меня волнует то, что Небесный Преподобный Му не захочет брать его с собой. Несмотря на то, что он проявил доброту, спасая Небесного Преподобного Юя и горячо пытаясь за него отомстить, он определённо не захочет о нём заботиться.

Граф Земли ухмыльнулся:

— У него не останется выбора, кроме как согласиться. Он как раз пытается стащить твою лодку, чтобы отправиться в глубины Юду и навестить свою мать. Он вот-вот сделает смертельную ошибку, и когда закончит, у него не останется другого выбора, и он возьмёт Небесного Преподобного Юя под свою опеку.

Ошеломлённый, Старший Вестник Смерти похвалил:

— Граф Земли мудр!

Глава 755. История Юду

Цинь Му быстро освоил технику управления бумажной лодкой. Та, вероятно, была самым быстрым средством передвижения по Юду, что позволяло ему навестить свою мать, заточённую где-то в глубинах мира мёртвых.

«Когда Граф Земли и Небесный Преподобный Ю узнают о моём намерении, будет уже слишком поздно!»

Он стоял на носу лодки, окутанный бескрайней тьмой, в которой выглядел невероятно одиноким.

Тем не менее, Юду не был абсолютно тёмным. По коже Графа Земли текла кровь, напоминающая лаву. Его тело было попросту слишком огромным, отчего его кожа выглядела так, будто была создана из невероятно крепких камней. Трещины между ними напоминали линии вен, а красная лава была кровью, текущей по ним.

Цинь Му на маленькой лодке подлетел поближе, чтобы осмотреться. Издали он не мог ничего разглядеть на поверхности кожи, но оказавшись ближе, он увидел гигантские горные хребты, возвышающиеся, будто леса. Они чем-то напоминали оружие, будучи невероятно крепкими. Среди них путешествовали дьявольские монстры и боги, таская дворцы на своих спинах.

Местность вокруг этих дворцов кишела зелёными бесами. Собираясь в группы, они ссорились и развязывали войны друг с другом, от их резни текли реки крови.

Зелёные бесы были уникальной формой жизни, существующей лишь в Юду. В Фэнду тоже жили эти существа с зелёными лицами и клыками. Некоторые из них были в три-пять раз больше человека, а другие же едва доставали им до колен, зато могли бегать с невероятной скоростью.

Среди них встречались даже короли с сильными способностями, сопоставимые с богами.

Подобные войны наблюдались в каждом уголке Юду, иногда к ним даже присоединялись дьявольские монстры и боги. Существа с дворцами на спинах обладали безграничной силой, но их оружие было крайне примитивным. Они попросту откалывали куски камня с кожи Графа Земли и размахивали ими, будто крепкой дубиной, круша всё вокруг.

Время от времени Цинь Му даже натыкался на исконные духи богов, выходящие из дворцов на спинах дьяволов. Они исполняли заклятия или орудовали божественными искусствами и божественным оружием, принимая участие в войнах.

«Юду такой оживлённый!» — Цинь Му взволнованно осматривался, пролетая над полем боя, когда внезапно остановил свою лодку и прокричал:

— Братья Дао!

Обе стороны, воюющие между собой, шокировано дрогнули, услышав его голос. Бесчисленные зелёные бесы успокоились, дьявольские боги и монстры тоже поспешно остановились. Опёршись на свои дубины, они с любопытством повернули головы на крохотную лодку.

Исконные духи поспешно подлетели в небо, прежде чем поклониться человеку в лодке и проговорить:

— Покойный Владыка, мы не достойны называться твоими братьями Дао!

— Покойный Владыка пришёл нас убить? Граф Земли хочет нас сожрать?

Два бога, затеявшие эту войну, обняли друг друга и заливались слезами:

— Другие люди тоже сражаются между собой за новые территории, так почему, когда это делаем мы, он хочет нас сожрать…

Цинь Му тут же их утешил:

— Не плачьте, Граф Земли не хочет вас есть. Я просто хочу спросить дорогу. Когда я уйду, можете продолжить сражаться.

Исконные духи богов поспешно выпустили друг друга из объятий.

Цинь Му спросил:

— Где здесь держат самых опасных преступников?

Два исконных духа вздохнули с облегчением и ответили:

— Прямо в Проходе Нефритового Замка Юду, под ногами Графа Земли.

Отблагодарив, Цинь Му спросил:

— По дороге сюда я повсюду встречал войны, почему в Юду такой хаос?

Два исконных духа богов переглянулись, увидев в глазах друг друга удивление. Один из них тихо ответил:

— Неужели Покойный Владыка забыл о том, что произошло двадцать два года назад? Тогда тот, чьё имя нельзя называть, пробил себе дорогу с девяти изгибов рогов, добравшись до бог знает какого уровня ада. Он убил и сожрал невероятное количество больших шишек. Увидев, что огромное количество земель осталось без владельца, мы начали сражаться за них, чтобы раз и навсегда решить наши споры.

Второй исконный дух поспешно кивнул.

«Тот, чьё имя нельзя называть? В Юду было такое ужасное существо?» — недоумевал Цинь Му, уплывая в даль.

Наблюдая за исчезающей вдали крохотной лодкой, два бога постепенно успокаивались:

— Странно, с чего бы Покойный Владыка спрашивал у нас дорогу? Он ведь Доброжелательный Король, Равный Небесам, как он может не знать о Проходе Нефритового Замка Юду? Разве он забыл о Маленьком Тиране Юду?»

— Какая разница? Умри! Я подарю тридцать бесовских красавиц тому, кто убьёт эту мразь!

— При жизни я относилась к тебе, как к брату, а ты смеешь так относиться к своей невестке! Помогите мне избавиться от этого ублюдка!

Обе стороны снова начали сражаться друг с другом.

Цинь Му спустился по телу Графа Земли, ощущая, что дьявольская Ци постепенно становилась плотнее. Дьявольская природа Юду вокруг него тоже становилась всё сильнее и сильнее.

То, что он увидел по пути, заставило его сердце биться быстрее. По всему Юду кипели войны, люди сражались друг с другом день и ночь. Среди них встречались невероятно сильные и ужасающие души, сеющие хаос и грабящие всё вокруг.

«Тот, кого нельзя называть, двадцать два года назад должен был совершить много зла и убить много больших шишек, чтобы хаос, возникший в Юду, не исчез до наших дней, — испытывал искренний ужас Цинь Му. — Похоже, что Юду невероятно загадочен, здесь очень много талантов.»

На теле Графа Земли встречалось много городов, сияющих во тьме. В них располагались бесчисленные боги.

Также были города, витающие в тёмном небе, привязанные к земле гигантскими цепями. Они формировали собой построения и выглядели невероятно опасными.

Цинь Му рассматривал их, но не осмеливался приблизиться, думая про себя: «Должно быть, именно в одном из таких мест находится Лу Ли и боги райских небес, не стоит попадаться им на глаза.»

Пролетев огромное расстояние, он увидел в небе обветшалые дворцы. Это были чёрные руины, упавшие на землю, их улицы усеивали бесчисленные конечности. Судя по ранам, их отгрыз какой-то жестокий и гигантский зверь.

Перед его глазами возник гигантский проход, похожий на стены города из чёрного железа. Цинь Му собрался облететь их по кругу, когда увидел на их поверхности ужасающие отпечатки рук.

Их размер был невероятно большим, следы выглядели как отпечатки гор, оставшиеся на стене.

Кроме них были следы кулаков и отпечатки тел богов, врезавшихся в стену. Их кости валялись на земле, а сломленное божественное оружие скопилось в высокие горы.

Спустя некоторое время Цинь Му остановил крохотную лодку у городских ворот. Высокая башня и городская стена были разрушены, во вратах сияла гигантская дыра в форме человека. Судя по всему тот, чьё имя нельзя называть, имел тело младенца, и в то же время обладал невообразимой яростью и дикостью. Его физическая сила превосходила пределы воображения!

Крохотная лодка проплыла через отверстие и оказалась в заброшенном перевале. Былое величие этого места кануло в лету, теперь оно превратилось в руины.

Цинь Му подошёл к центру перевала, внезапно увидев перед собой десятки тысяч скелетов, выстроенных в гигантские круги. Все они были наклонены вперёд, будто пытались отбиться от какой-то силы, тянущей их вперёд.

Юноша подплыл к центру кругов, обнаруживая там два гигантские следа.

Он остановил крохотную лодку в воздухе и встал на ноги, чтобы осмотреться. Должно быть, эти скелеты бросились в атаку, когда тот, чьё имя нельзя называть, ворвался в горд. В следующий миг он внезапно взорвался силой.

— Ах, аах! — Цинь Му открыл рот и повернул голову, начиная кричать на скелетов, прежде чем покачать головой. — Нет. Они не были убиты силой звука. Должно быть…

Изменив свою позу, он глубоко вдохнул, после чего довольно кивнул головой:

— Верно, всё произошло именно так. Тот, кого нельзя называть, внезапно высосал исконные духи этих богов, после чего сожрал их! Он сумел поглотить десятки тысяч богов за раз, это действительно зловещее существо!

Крохотная лодка преодолела перевал и продолжила двигаться, пролетая мимо изгиба ног Графа Земли. Именно в этом месте были крепились цепи, на которых держались города.

Цинь Му проплыл под высокими воротами, внезапно заметив, что в этом месте было небо и земля. Вокруг виднелись высокие дворцы, протягивающиеся за горизонт. Города возвышались друг над другом, но все они лежали в руинах. Дьявольская Ци в этом месте была невероятно плотной, но из живых существ было лишь несколько зелёных бесов. Они невероятно боялись людей, и заметив крохотную лодку, превратились в облака чёрного дыма, бесследно исчезнув.

На лице Цинь Му возникло странное выражение, он поспешно вышел из ворот. Подняв голову, он увидел, что те тоже были разрушены.

Обыскав округу, он наконец увидел на разрушенных вратах надпись и ошеломлённо вдохнул.

«Южные Небесные Врата! Это райский дворец!»

Его разум неистово дрожал, пытаясь успокоиться. Он снова поднялся в воздух и пролетел мимо Нефритового Павильона и Яшмового Водоёма. Последний высох, будто кто-то одним махом выпил из него всю воду. Сцена Казни Бога тоже была полностью разбита, а в стенах Зала Непостижимого Неба сияли огромные дыры. Императорский Трон был вырван из земли, после чего раздавлен чей-то гигантской задницей, отчего застрял в земле Нефритовой Столицы.

«Умершие души, имеющие право жить в райских дворцах, должны были находиться в Области Императорского Трона или Непостижимого Неба. Для того, чтобы посеять здесь такую разруху, тому, чьё имя нельзя называть, определённо пришлось убить владельца этого места!»

Покинув райский дворец, Цинь Му продолжал удивляться увиденному. Судя по всему, двадцать два года назад Юду настигла ужасная катастрофа. Здешние формы жизни пострадали от того, кого нельзя называть, их численность резко уменьшилась.

«Граф Земли и Небесный Преподобный Ю записывали все мои проступки в книгу. Должно быть у того, чьё имя нельзя называть, книга даже толще моей, но они ни разу его не упоминали.»

Сердце Цинь Му наполнилось обидой. Он спустился к стопам Графа Земли, округа которых была превращена в поле битвы.

Цинь Му осмотрелся, и его сердце резко дрогнуло. Это поле битвы были бескрайним, даже его взгляд не мог увидеть его конца. Он мог разглядеть лишь солнечные лучи, которые были остатками божественных искусств, оставленных великими практиками божественных искусств.

Каждый этот луч имел длину в десять тысяч километров и сверкал невероятной красотой.

Земля в этом месте была удивительно плоской, на ней не было ни гор, ни рек. Небо было усеяно следами рук и кулаков, которые не рассеялись даже спустя двадцать лет!

Было очевидно, что случившаяся здесь битва была гораздо страшнее и напряженнее, чем в других частях Юду!

— Неужели в этом месте души практиков Императорского Трона окружили, того кого нельзя называть, и напали на него?

Сердце Цинь Му дрожало от волнения. Он осторожно пролетел над полем боя, избегая ярких лучей божественных искусств. Посмотрев на них с близкого расстояния, он удивился ещё сильнее.

Масштабы этой битвы были за гранью воображения, количество дьяволов и богов, принявших в неё участие, должно было быть поразительным.

И всё же, на краю поля битвы он увидел следы того, кого нельзя называть. Отпечатки его стоп были невероятно глубокими и большими, было очевидно, что битва его не остановила, и он продолжил свой путь вперёд.

Тот, кого нельзя называть, оказался победителем!

«В Юду есть настолько ужасающее существо? — Цинь Му глубоко вдохнул и подумал. — Мне нужно быть осторожным в своих словах, чтобы не оскорбить этого монстра. Как говорил старейшина деревни, излишняя вежливость никогда не бывает лишней.»

Он пришёл к месту, где стоял Граф Земли, обнаруживая, что дьявольская природа здесь невероятно плотная и ужасающая. Вместе с дьявольской Ци она и формировала землю, на которой тот стоял.

Маленькая лодка отдалилась от стоп Графа Земли, и юноша сразу же увидел впереди величественный бескрайний город, выглядящий так, будто был построен из чёрного нефрита. Казалось, будто он был одним целым, между камнями не было даже малейших зазоров.

— Должно быть, это и есть Проход Нефритового Замка Юду.

Цинь Му поднял крохотную лодку выше, пытаясь перелететь над стеной, чтобы войти в город. Тем не менее, когда та подлетела, стены города тоже начали подниматься выше, и как бы высоко он не летел, они всё равно не пропускали его вперёд.

Цинь Му долго пытался их обхитрить, пока не сдался и не полетел вдоль стены в поисках ворот.

Он не знал сколько времени прошло, прежде чем он наконец нашёл врата Прохода Нефритового Замка. Снаружи их охраняли дьявольские боги с шестью топорами в руках. Когда лодка подлетела ближе, они с недоумением увидели, что на её борту вместо Старшего Вестника Смерти сидел юноша.

Один из дьявольских богов спросил:

— Чей ты ребёнок, почему ты пришёл к Проходу Нефритового Замка? Откуда у тебя лодка Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам?

Цинь Му уважительно ответил:

— Высшие боги, меня зовут Цинь Фэнцин, я пришёл навестить свою мать.

Глава 756. Объединение Братьев

Два дьявольских бога переглянулись, один из них равнодушно проговорил:

— Ты здесь, чтобы навестить свою мать? У тебя есть пропуск?

Цинь Му покачал головой:

— Нет.

Оглянувшись, второй дьявол тихо спросил:

— А динь-динь есть?

Цинь Му недоумевал:

— Какой ещё динь-динь?

— Почему ты такой отсталый? Динь-динь — это сокровища, ценные вещи, — отругал его дьявольский бог. — Это место, охраняющее великую опасность и великое зло, а у тебя нет ни пропуска, ни ценностей, чтобы нас подкупить, как ты собрался попасть внутрь? Почему бы тебе просто не убраться отсюда?

Юноша поспешно улыбнулся:

— У меня есть ценные вещи, как вам эта лодка Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам? Я могу обменять её на право войти в проход?

Дьявольский бог усмехнулся и ответил:

— Какой нам толк с твоей лодки? Нам нельзя покидать это место…

Выражение лица второго бога слегка изменилось при виде лодки. Он быстро перебил своего коллегу и извинительно улыбнулся:

— Он просто шутит, ты можешь входить.

Цинь Му поблагодарил и вошёл внутрь Прохода Нефритового Замка.

— Тебе жить надоело! — за его спиной раздались голоса дьявольских богов. — Это лодка Доброжелательного Святого Короля, Равного Небесам! Ты слышал, чтобы он когда-то одалживал её чужакам? Этот парень по имени Цинь Фэнцин должно быть его доверенным помощником. Если ты его прогонишь, и он пожалуется Святому Королю, мы окажемся по уши в дерьме!

— Брат очень проницательный, а я повёл себя безрассудно. Но какие у этого юноши могут быть отношения с Доброжелательный Королём, Равным Небесам? Чтобы одолжить у него лодку, он должен быть с ним очень близок.

— Скорее всего, это гость из райских небес… Погоди, как его зовут? Я лишь думал о том, как вынудить из него деньги, и не расслышал.

Два бога встревожено переглянулись. Один из них набрался смелости и окликнул Цинь Му:

— Парень, погоди минутку, как тебя зовут? Можешь повторить ещё раз?

Повернув голову назад, Цинь Му расплылся в яркой улыбке:

— Высшие боги, меня зовут Цинь Му или же Цинь Фэнцин.

Мозги двух богов вскипели, они ошарашенно уставились в спину парню, исчезающему вдали. В этот момент к ним подошли два других бога, чтобы заменить их на страже. Улыбаясь, они спросили:

— Кто-то вошёл в Проход Нефритового Замка. Вы проверили его «пропуск»?

Парочка до сих пор не двигалась от шока. Приближаясь к ним, дьявольские боги пришедшие на пересменку нахмурились, чувствуя запах мочи.

— Цинь… — заикался один из стражников. — Цинь… Цинь… Тот, чьего имени нельзя называть, вернулся!

Их крики мгновенно прозвенели округой:

— Это плохо! Тот, чьего имени нельзя называть, вернулся и проник в Проход Нефритового Замка! Приготовиться! Всем приготовиться!

— Быстро предупредите всех богов! Тот, чьего имени нельзя называть, пришёл за своей матерью!

***

Шагая по Проходу Нефритового Замка, Цинь Му услышал крики у себя за спиной, удивляясь. Он оглянулся, и когда четыре дьявольских бога это заметили, их сердца наполнил искренний страх. Раздались четыре хлопка, и они упали на землю, потеряв сознание.

— Тот, чьего имени нельзя называть? Неужели это я?

Потеряв дар речи, Цинь Му зашёлся смехом. Покачав головой, он подумал: «Двадцать два года назад? В таком случае, сейчас мне двадцать два. Старейшина деревни говорил, что мене двадцать два, а бабушка твердила, что двадцать один. Наконец у меня есть ответ, им больше не придётся ссориться.»

— Эй, вы четверо! — он позвал их, руководствуясь добрыми намерениями. — Вы не пытаетесь сбежать? Ждёте, чтобы я вас съел?

Четыре дьявольских бога, лежащие без сознания, тут же встали на ноги и молниеносно скрылись вдали, превратившись в четыре луча дьявольского света.

«Зловещее имя моего старшего брата и вправду обладает великой силой.»

Цинь Му грустно вздохнул. Путешествие к Проходу Нефритового Замка прошло невероятно гладко, что совершенно не соответствовало его ожиданиям.

Из глубин прохода доносился стук барабанов, а в воздухе витал запах смерти. Он сразу же ощутил сильные ауры впереди, свидетельствующие о том, что там расположено огромное количество солдат и кавалерии. У этого места была серьёзная охрана на случай, если кто-то из узников освободится.

Собравшись с мыслями, Цинь Му внезапно снял ивовый лист, запечатывающий его межбровье, и тихо проговорил:

— Брат, я здесь, чтобы навестить маму…

Его глаза внезапно покраснели, и он тепло улыбнулся:

— Ты уже её видел, но я ещё ни разу с ней не встречался. Мама целовала и лелеяла тебя, но она никогда не делала этого со мной. Если бы не твой проступок, мне не пришлось жить бы без неё и отца…

В третьем глазу в его межбровье сидел странный младенец с огромной головой, уставившись в небо.

Небесный Герцог и Багровый Император начали нервничать:

— Цинь Фэн… Цинь Му, что ты делаешь? Не будь безрассудным!

Голос Цинь Му раздался в ответ:

— Кто в молодости не хочет счастливо проводить время с родителями? Кто не хочет провести детство с родителями? Но у меня не было такой возможности. Брат, я пришёл встретиться с матерью, и ты должен меня послушаться. Сегодня…

Его тело задрожало, а голос слегка охрип:

— Мне нужно одолжить твою силу, брат! Я не могу контролировать дьявольскую природу, но ты можешь. Ты не можешь использовать божественные искусства, но я могу. Брат, Цинь Фэнцин, выходи!

Клон Небесного Герцога и сознание Багрового Императора начали громко кричать:

— Не веди себя безрассудно…

Небо над клочком земли задрожало, сквозь него пробилось сознание Цинь Му:

— Брат, давай сольёмся воедино, давай встретимся с мамой!

Ребёнок с гигантской головой подпрыгнул в небо и улетел.

— Не смей… — Клон Небесного Герцога и сознание Багрового Императора поспешно бросились вслед за ним, но тут же увидели, как печать в небе усиливается. Цинь Му приклеил ивовый лист обратно, не позволяя им выбраться наружу.

Они оба приземлились на землю, чувствуя, как их сердца замирают от ужаса.

— Этот мерзавец Цинь Му совершенно не может контролировать дьявольскую природу, он не может контролировать Цинь Фэнцина! — клон Небесного Герцога впал в ярость, начиная встревожено шагать туда-сюда. Внезапно он поднял голову, уставившись на Будду в небе. — Старый Будда, просыпайся, произошла катастрофа!

Старик спал слишком крепко, чтобы услышать его слова.

— Этот дед здесь для того, чтобы подавлять Цинь Фэнцина, или для того, чтобы спать? — сознание Багрового Императора тоже не могло совладать со злостью.

Цинь Му задрожал, его физическое тело начало неумолимо расширяться, из него пробивались дополнительные пары рук. Между тем, на его плечах появилось две новых шеи и головы. Теперь у него было шесть плеч и шесть рук, которые поддерживали три головы.

Внезапно одна из голов изменилась, превращаясь в голову младенца. Цинь Му тут же ощутил, как его наполняет невообразимо ужасающая сила!

Источником этой силы не было открытие райских дворцов. Последнее не могло её подарить. Это была сила закона, закона Юду. Это была сила неба и земли, Дао Юду!

Он был как древний бог, рождённый от неба и земли, а также как полубог, становящийся сильнее по мере роста. У него были преимущества как древних богов, так и полубогов!

— Злой брат, давай я буду контролировать природу, а ты будешь контролировать закон! — раздался звонкий голос младенца.

Цинь Му почувствовал, как в его тело выливается океан силы, отчего снова начал расти. Его мышцы непрерывно увеличивались, а все виды Великого Дао Юду хлынули в его мозг бурным потоком информации. Он понял её без любых объяснений.

Ребёнок с гигантской головой контролировал дьявольскую природу, в то время как Цинь Му контролировал силу и закон.

Он становился всё выше и выше, пока не достиг облаков. Он был таким же высоким, как горы вокруг.

Чи!

Цинь Му снова снял ивовый лист, позволяя Багровому Императору и Небесному Герцогу увидеть окружающий мир. Печать казалась невероятно тонкой, поэтому первый попытался пробиться наружу. Клон Небесного Герцога тут же попытался его отговорить:

— Даже не пытайся, у тебя ничего не выйдет. Цинь Му и Цинь Фэнцин объединили свои силы, полностью овладев силой Сына Юду. Причина, по которой он снова открыл печать, состоит в том, что он не боится, что мы сумеем выбраться.

Сознание Багрового Императора подлетело выше, обнаруживая, что печать действительно стала невероятно крепкой. Сквозь неё было невозможно пробиться.

— Просто признай поражение, — вздохнул Небесный Герцог. — Нам остаётся лишь надеяться, что Цинь Му до сих пор мыслит рационально и не оказался под контролем своего старшего брата.

Вдали, армия богов Прохода Нефритового Замка испускала суровую ауру, стоя на высокой башне. Держа в руках луки и стрелы, и смотря вперёд острыми взглядами, они ожидали, не двигаясь.

Бум! Бум! Бум!

Вдали перед ними раздавались тяжёлые шаги, встряхивающие землю и горы вокруг. По лбам богов катились капли холодного пота.

— Не бойтесь!

Дьявольский генерал обладал внушительным видом и необычайной стойкостью характера. Его совершенствование достигло невероятных высот, было очевидно, что он был здесь главным. Охраняя это место по приказу Графа Земли, он прокричал:

— Не бойтесь! Он был запечатан Графом Земли на протяжении двадцати лет, даже если ему удалось разрушить печать, у него в лучшем случае те же способности, что и двадцать лет назад. С помощью сокровищ, которые нам дал Граф Земли, мы сможем его одолеть!

После небольшой паузы он добавил:

— Мы, армия Прохода Нефритового Замка, не боимся Сына Юду! Убейте его!

В этот момент перед ними показался трёхглавый шестирукий бог, шагающий в их сторону. Его тело было покрыты символами Юду. Казалось, что они превратились в Великое Дао Юду, отбившееся на его коже!

Он отрастил себе три головы. Одна из них принадлежала младенцу, в то время как две других были юношескими. Первая смотрела на них холодным взглядом, в то время как глаза второй были наполнены теплотой и светом.

На лице генерала возникло ошеломлённое выражение, уголки его глаз дёрнулись:

— Нам конец, нам конец. Мы могли с ним совладать, когда он не знал божественных искусств, но теперь его достижения в божественных искусствах Юду выше, чем у любого из нас… Нам конец.

Трёхглавый шестирукий Цинь Му шагал в сторону лагеря богов, рассматривая армию впереди.

Повернув голову, Цинь Фэнцин взволнованно облизнул губы:

— Злой брат, с твоими знаниями, ты можешь запросто сожрать их всех одним махом! Как только ты ощутишь вкус этих изумительных крох, ты сразу же его полюбишь и начнёшь голодать. Они очень хороши!

Внезапно Цинь Му поклонился и торжественно проговорил:

— Я пришёл, чтобы навестить свою маму, если вы не будете мне мешать, то останетесь живы. Пусть братья Дао пропустят меня.

Тело дьявольского генерала замерло от шока, он проговорил:

— Я охраняю это место по приказу Графа Земли…

Бум!

Цинь Му внезапно разразился силой своего божественного искусства боевого пути. Исполняя Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин, он обрушил на округу бесчисленные удары кулака, ладони, мудр и пальцев, отчего небо и земля обрушились, а на их месте возникла огромная пустота.

Дьявольский генерал уставился на неё, его взгляд начал отчаянно дрожать. Размер пустоты был таким же, как размер его лагеря!

Это значило, что, если бы атака Цинь Му обрушилась на них, он уничтожил бы их всех одним махом!

— Сын Юду, прошу… — дьявольский генерал взмахнул рукой, приглашая его войти.

Цинь Му сделал два шага вперёд, прежде чем остановиться. По лбу генерала катились капли холодного пота.

— Я не знаю дороги, покажи, — проговорил юноша.

Стиснув зубы, дьявольский генерал вылетел из лагеря и торжественно проговорил:

— Я лично покажу Сыну Юду дорогу!

Собрав всю свою смелость в кулак, дьявольский бог двинулся вперёд. Он чувствовал на своей шее взгляд, поэтому тайком обернулся, обнаруживая, что пухлое лицо ребёнка не отрывает от него глаз, пуская слюни.

— Какой толстый и нежный, хе-хе… Добрый брат, дай мне его лизнуть, я не буду его есть, только попробую на вкус…

***

В невообразимо огромных дворцах Юду поднялась суматоха, сильные существа просыпались одно за другим.

— Сын Юду вернулся?

— В прошлом Граф Земли решил спасти его жизнь, отправив в изгнание, но ему хватило наглости прийти обратно?

— Если мы убьём его сейчас, Граф Земли будет не в праве нас наказывать, верно?

— Идём к Проходу Нефритового Замка и отомстим!

На теле Графа Земли вспыхивали бесчисленные лучи света, несущие ужасающие ауры в сторону Прохода Нефритового Замка. Весь Юду тут же стал невероятно оживлённым.

***

Внутри глаза Графа Земли Старший Вестник Смерти наблюдал за происходящим, ощущая движение ужасающих аур. Начиная волноваться, он проговорил:

— Граф Земли, может нам стоит вмешаться? Боюсь, Небесный Преподобный Му не сможет с ними справиться.

— Он — второй Граф Земли, — в зале раздался голос Графа Земли. — Как он может оказаться не в силах их одолеть?

Сердце Старшего Вестника Смерти замерло.

Глава 757. Памятник Добродетели Адского Пламени

Граф Земли, имеющий абсолютную свободу действий.

Старший Вестник Смерти знал, что Граф Земли был богом, рождённым от неба и земли. Большинство его действий были ограничены правилами Юду, правилами, которые он не мог нарушить. Система Юду ограничивала даже его рост, так что он не мог вырваться из законов Великого Дао.

Он был лицом Дао Юду, и несмотря на то, что он обладал сознанием и мыслями, его действия не могли выйти за его пределы.

— Тот парень, родившийся в Юду, совершенно не такой, как я. Он — первая форма жизни, родившаяся из утробы в этом месте. Он отличается от Графа Земли, а также от бесов, монстров и дьявольских богов, появившихся здесь, — из глубин священного зала донёсся голос Графа Земли. Старший Вестник Смерти обернулся, смотря на него, в то время как Небесный Преподобный Юй продолжал грызть оставшуюся половину трупа курицы. — Он, как и я, при рождении был благословлён Великим Дао Юду. Поначалу я даже думал, что у меня появится младший брат.

— Лишь спустя некоторое время я понял, что это совершенно не так, — глаз в межбровье Графа Земли ярко засиял, запечатывая слова внутри зала, чтобы те не могли вылететь наружу. — Темпы роста этого мальца невероятны, и так как он — это форма жизни, родившаяся после неба и земли, он не подконтролен Великому Дао Юду. Он может есть что захочет и избивать всех, кого захочет.

Несмотря на то, что Цинь Фэнцин не прекращал сеять зло, Граф Земли, казалось, этому радовался.

Цинь Фэнцин был похож на маленького Графа Земли. Когда он вырастет, то станет большим, как и сам Граф Земли, и совершит невероятное количество злодеяний, поэтому у того не осталось другого выбора, кроме как запечатать и изгнать младенца.

— Ещё более странным было то, что подавленный и изгнанный Цинь Фэнцин превратился в Цинь Му. Первый не был ограничен правилами Великого Дао Юду, но второй обрёл ещё большую свободу, и мог совершенствовать пути, навыки и божественные искусства, не имеющие никакого отношения к миру мёртвых!

Небесный Преподобный Юй, поглощённый процессом поедания курицы, посмотрел на Графа Земли, увидев на лице бога с бычьими рогами и тигриной головой странное выражение. Тот, очевидно, был озадачен тем, как Цинь Му удалось вырваться из-под контроля Великого Дао Юду.

— Моя печать превратила его в обычного человека не способного совершенствоваться, но в его теле родилось второе сознание. Он прошёл через множество испытаний, и каким-то образом сумел обойти мою печать и совершенствоваться до удивительного высокого уровня несмотря на то, что его тело не могло совершенствоваться, — озадаченно говорил Граф Земли. — Первое сознание Цинь Фэнцина было рождено дьявольской природой Юду. Он стал как бог, рождённый природой, полубог, и как существо, рождённое после создания земли и неба. Вторым же сознанием стал Цинь Му, который не является богом или полубогом. Впрочем, именно он удивляет меня сильнее всего.

Под напором Цинь Му, Цинь Фэнцину тоже удавалось несколько раз пробиться сквозь печать Графа Земли. В результате тому приходилось появляться в мире живых и исправлять ситуацию.

Старший Вестник Смерти понимал, что больше всего надежд на Цинь Му полагал именно Граф Земли.

Благодаря юноше он надеялся найти способ освободиться от своих ограничений.

Его слова о том, что Цинь Му был Графом Земли с абсолютной свободой не были преувеличением.

В глазах Графа Земли Цинь Му и Цинь Фэнцин были одним и тем же человеком. Они не были братьями, хоть и считали себя таковыми.

Младший брат считал, что старший был полон злобы, а тот думал, что у младшего огромный арсенал хитрых уловок.

— Я перепробовал много способов, чтобы вырваться и своих ограничений, но все они завершились неудачей. Это мой лучший шанс.

Граф Земли обладал глубоким взглядом, и когда Небесный Преподобный Юй посмотрел ему в глаза, то увидел, что те были обширными безднами, в которых время от времени вспыхивала едва заметная рябь.

***

Проход Нефритового Замка.

Дьявольский генерал вёл трёхглавого шестирукого Цинь Му по проходу, по его лбу катились капли холодного пота. Он чувствовал себя крайне неудобно в компании Цинь Фэнцина, который не прекращал смотреть ему в затылок.

В его мыслях всё время возникала картина, как огромный ребёнок грызёт его голову.

— Как я могу обращаться к брату Дао? Одна из голов Цинь Му осматривала окрестности, а другая вела с ним приятный разговор.

— Левый Хранитель Душ Прохода Нефритового Замка Юду Мо Цими.

Взгляд дьявольского генерала задрожал, он подумал: «В прошлом Сын Юду вёл себя совершенно по-другому. Тогда он лишь молча жрал всё подряд. Теперь он спрашивает имя жертвы, прежде чем сожрать её…»

— Что там? — указав пальцем на табличку из чёрного камня, он вежливо спросил.

Левый Хранитель Душ Мо Цими посмотрел на табличку и ответил:

— Это Памятник Подавлений Душ, также известный как Памятник Добродетели Адского Пламени. Он создан из зубов, выпавших изо рта Графа Земли, и используется для подавления злых существ, заточённых здесь. Люди с великой добродетелью не чувствуют его давления, но те, кто совершил смертные грехи, будут страдать от адского огня. Более того, они не смогут использовать своей магической силы, это лишь причинит им ещё больше боли.

Осмотревшись вокруг, Цинь Му обнаружил, что Памятники Добродетели Адского Пламени формировали собой густой лес. Каждый из них имел высоту в триста метров.

— У Графа Земли так много Зубов? — ошеломлённый, он прошептал себе под нос. — Может быть, их кто-то выбил?

Цинь Фэнцин радостно проговорил:

— Зубы Графа Земли чёрные, а у меня — белые! — он открыл рот, полный острых зубов, сверкающих холодным светом. — Мо Цими, подойди, чтобы рассмотреть их получше!

Левый Хранитель Душ Мо Цими спотыкался, ведя их в сторону леса из Памятников Добродетели Адского Пламени. Количество. Их количество поражало воображение Цинь Му, даже спустя длительное время, он не смог увидеть границ леса.

— Счёт каменных табличек идёт на десятки тысяч, сколько зубов пришлось Графу Земли потерять для их постройки?

Левый Хранитель Душ ошеломлённо взглянул на Цинь Му. Изначально он думал, что как только это зловещее существо окажется в лесу, его тут же подавят Памятники Добродетели Адского Пламени Графа Земли, его тело окутает адский огонь и он упадёт в агонии.

Тем не менее, когда Цинь Му вошёл в лес, ничего не произошло. Боле того, младенец с гигантской головой начал радостно всасывать адский огонь, и тот, будто лапша, протянулся к его рту длиной нитью.

«У этого парня есть хоть какая-то слабость?» — страх в его сердце начал усиливаться.

Внезапно они наткнулись на существо, с трудом блуждающее между памятников. Это была душа, окутанная адским пламенем. Её лицо исказилось от ожогов, рот, уши и глазницы превратились в черные дыры. Казалось, что она пыталась кричать от боли.

— Это Небесный Король Юй Ань, — проговорил Левый Хранитель Души. — Он — бог, живший миллион лет назад. Когда-то он был генералом Стражей Пернатого Леса райских небес Дракона Ханя, ответственный за полёты. Он был гигантским павлином, рождённым небом и землёй. Из-за своей любви к пожиранию полубогов и других слабых существ, а также способности сожрать миллион человек за раз, он совершил смертельный грех. Именно поэтому после смерти он заточён в Проходе Нефритового Замка идолжен день и ночь блуждать по лесу памятников. Он страдает от адского огня на протяжении миллиона лет, но несмотря на это, он не сможет выбраться до тех пор, пока не искупит свои грехи. После этого Граф Земли его сожрёт. — Сказав это, он посмотрел на Цинь Му.

Тот уважительно ответил:

— Граф Земли справедлив в своих наградах и наказаниях, он поистине беспристрастен. Он нашёл отличное решение проблемы!

Левый Хранитель Душ думал: «Ты совершил так много зла, разве тебе не страшно?»

Сказать это юноше в лицо он, конечно, не осмелился.

Они продолжали идти вперёд, прежде чем встретили второго человека. Это был пылающий исконный дух полубога, таскающий на своей спине гору и непрерывно кричащий от боли.

— Это Се Уци, Наследный Принц райских небес Дракона Ханя. Он — сильный практик с родословной Небесного Императора и Императрицы. Достигнув совершеннолетия, он уже владел способностями, сопоставимыми с практиками Императорского Трона, поэтому он восстал и попытался захватить трон. После смерти он был заточён здесь, — проговорил Левый Хранитель Душ.

— Полубог области Императорского Трона?

Со рта младенца с гигантской головой тут же полился водопад слюней, и Цинь Му тут же ощутил, как его тело падает на колени и начинает ползти в сторону Се Уци.

— Брат, не веди себя безрассудно! Сейчас намного важнее встретиться с мамой!

Гигантский младенец горько вздохнул, позволяя Цинь Му вновь обрести контроль над своим телом.

Они продолжили двигаться вперёд, и Левый Хранитель Мо Цими проговорил:

— Чем глубже мы заходим в лес, тем серьёзнее грехи богов, которые здесь подавляются. Независимо от того, насколько злыми и сильными они не были при жизни, после смерти все несут наказание за свои проступки! Сказав это, он ещё раз повернулся к Цинь Му.

Тот снова ничего не заметил.

— Моя мать никогда не совершала зла, почему её заточили в самой глубокой части леса памятников? — возмутился ребёнок с гигантской головой. — Это всё моя вина, мама здесь ни при чём. Граф Земли несправедлив, я сожру его и оторву ему ноги и руки!

Левый Хранитель Души дрогнул: «Этот младенец жесток, безо всяких на это причин.»

Они продолжали идти вперёд, встречая по пути всё больше исконных духов сильных практиков, заточённых в лесу. Несмотря на все их способности при жизни, сейчас они страдали от адского огня, как обычные люди.

Подобным пыткам, казалось, не придёт конец, никто из узников не знал, когда он наконец освободится.

«Мать тоже подвергается таким пыткам?» — Цинь Му внезапно ощутил жгучую боль в сердце.

Пройдя мимо неизвестно какого количества Памятников Добродетели Адского Пламени, они наконец оказались в центре леса.

Здешние памятники были расположены невероятно плотно друг к другу, между ними было не больше трёх-пяти шагов. Тем не менее, исконных духов здесь наоборот было очень мало.

Недоумевая, Цинь Му внезапно заметил впереди огромный круг, образованный каменными табличками. Он имел радиус около трёх километров, в то время как внутри него располагались множественные построений, выстроенных из зубов Графа Земли.

Всмотревшись в центр круга, он увидел там бога с рогами быка и головой тигра, закованного в чёрные цепи. Вокруг его тела непрерывно полыхал адский огонь.

Выражение лица Цинь Му резко изменилось, он посмотрел на Левого Хранителя Души. Тем не менее, Мо Цими, казалось, не видел заточённого бога и обошёл его стороной.

Юноша протянул руку и поднял его над землёй, прежде чем мило спросить:

— Владыка Левый Хранитель, откуда в лесу памятников взялся Граф Земли? Почему он здесь подавлен?

— Не веди себя безрассудно! — прокричал Левый Хранитель. — Я лучше умру, чем что-то тебе расскажу!

Цинь Му бросил его гигантскому ребёнку, и тот крепко его обнял:

— Брат такой хороший, наконец я поем, время кушать!

— Я всё расскажу!

Внезапно Цинь Му вырвал его из рук Цинь Фэнцина, отчего тот впал в ярость и начал безжалостно бить его по голове:

— Плохой брат, я побью тебя до смерти!

— Это реинкарнация Графа Земли,

Хранитель левой души всё ещё не отошёл от шока и поспешно схватился за голову. Обнаруживая, что та до сих пор на месте, он облегчённо вздохнул и продолжил:

— На заре Эпохи Дракона Ханя Граф Земли однажды реинкарнировался, и это то тело, которое он тогда создал.

Лицо Цинь Му было покрыто синяками, поэтому ему пришлось использовать божественное искусство создания, чтобы ускорить циркуляцию крови и избавиться от них. Он с любопытством спросил:

— Так почему он заточил свою реинкарнацию здесь?

Левый Хранитель Души ответил:

— Я родился во времена Эпохи Высшего Императора, откуда мне знать историю случившегося?

Цинь Му снова поднял его в воздух и тот поспешно проговорил:

— Я всё расскажу! Я всё расскажу, хорошо?

Цинь Му поставил его на землю, и Левый Хранитель Души на мгновение заколебался, прежде чем оглянуться и тихо проговорить:

— Итак, я слышал… Я слышал слухи, которые могут быть совсем не правдой! Не распространяй их и не говори, кто тебе это сказал!

Цинь Му неоднократно кивнул.

— Я слышал, что Граф Земли реинкарнировался, чтобы найти способ совершенствоваться, а также чтобы передать свою родословную. После реинкарнации он выглядел так же, как и раньше, но его тело состояло из плоти и крови. После этого он обнаружил, что обладал семью эмоциями и шестью желаниями. Но из-за своей уродливой внешности…

Левый Хранитель Души на мгновение заколебался и испуганно спросил:

— Ты и вправду никому не расскажешь?

— Тебе не о чём волноваться! — тяжело похлопав его по плечу ответил Цинь Му. — Если я распространю этот слух, небо и земля меня уничтожат! Быстро рассказывай!

Цинь Фэнцин тоже был невероятно заинтересован и спросил:

— Так что случилось из-за того, что он был уродлив?

— Из-за его уродливости, люди были не слишком рады его видеть. — Левый Хранитель Души сглотнул слюну и собрал всю свою смелость в кулак. — Все начали на него орать и считали, что перед ними демонический монстр. Кроме того, многие древние боги узнали, что он реинкарнировал, поэтому решили, что появилась хорошая возможность его убить. Из-за своей природы Граф Земли не стал отбиваться. Но когда его жена и дочь были убиты, его дьявольская природа вырвалась на свободу. Оказалось, что он не подвластен законам Юду, поэтому он начал отбиваться…

На его лица возникло выражение ужаса, а голос охрип:

— Я слышал, что тогда погибло много древних богов, а умерших полубогов и вовсе было невозможно сосчитать. Когда Граф Земли вернулся, он заточил свою реинкарнацию. Оставляя её страдать в этом месте…

Глава 758. Мать и Сын

Цинь Му осмотрел реинкарнацию Графа Земли. Во времена Дракона Ханя тот, должно быть, был невероятно могущественным дьявольским богом, но теперь он должен был страдать в адском огне из-за своих грехов.

Граф Земли был самоотверженным, поэтому даже когда грешником был он сам, наказание всё равно было неизбежным.

По его положению можно было представить сколько древних богов и полубогов погибло от его рук, ведь даже через миллион лет адский огонь всё ещё яростно пылал вокруг него. Граф Земли использовал сотни Памятников Добродетели Адского Памяти в надежде, что они смогут искупить его грехи.

— Реинкарнация Графа Земли, должно быть, была невероятно дикой, раз ей удалось освободиться от своих оков. Вероятно, дьявольская природа тогда взяла контроль над его разумом.

Цинь Му сравнил его со своим старшим братом. Граф Земли, оказавшийся во власти дьявольской природы, был совершенно таким же, как и Цинь Фэнцин.

Цинь Фэнцин вёл себя как злой, но невежественный малыш. Несмотря на то, что многие твердили, что им управляет дьявольская природа, и он умеет лишь убивать, Цинь Му всё же чувствовал, что это было не так. Наоборот, это Цинь Фэнцин контролировал дьявольскую природу.

Сравнивая то, как вела себя реинкарнация Графа Земли и Цинь Фэнцин, он лишь подтверждал эту точку зрения.

— Недалеко впереди находится будущее место заточения Цинь Фэнцина, — немного колеблясь, проговорил Левый Хранитель Душ. — Я не буду провожать вас дальше.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Пройдись ещё немного, как только мы достигнем места заточения Цинь Фэнцина, я не буду настаивать на том, чтобы брат Дао оставался.

Левому Хранителю Душ оставалось лишь собраться с мыслями и продолжить двигаться вперёд. Впереди располагались бесчисленные Памятники Благодетели Адского Огня, а когда они преодолели три-пять километров, их взору открылась широкая поляна. На ней виднелись зелёные горы и небольшие реки, стекающие по их склонам орошая поля посевов, прежде чем вылиться в озеро.

По этим полям бегало несколько куриных драконов, злостно кудахча на жаб, плавающих по озеру.

Цинь Му был ошеломлён. В бесплодном Юду не было зелени, а лишь вулканы, лава и бесчисленные монстры.

Тем не менее, в этом месте, внутри зловещего Прохода Нефритового Замка, используемом для подавления дьяволов, были зелёные холмы и чистая вода. Это было поистине странным!

Посмотрев на подножия гор, он увидел несколько домов, перед дверьми которых женщины ткали одежду. Между тем, сельские девочки собирали неподалёку листья шелковицы, чтобы покормить шелкопрядов.

Кроме них несколько фермеров были заняты сбором овощей в поле.

Это место не было похожим на Юду. Оно не выглядело как запретная земля, использующаяся для заточения злых существ, и вместо этого напоминало небольшую деревню в Великих Руинах.

— Их тела не горят в адском огне, и даже если когда-то горели, следов не осталось, — проговорил Левый Хранитель Душ. — В прошлом, ворвавшись в Юду они оказались в ловушке, наткнувшись на четырёх великих Губернаторов Провинций, размещённых здесь райскими небесами, а также другими силами, устроившими засаду. Оказавшись здесь, они были вынуждены прятаться по углах. Спустя несколько дней родился ты, и преследователи из райских небес тут же тебя схватили. Должно быть ты помнишь, что произошло потом?

Цинь Му покачал головой и неуверенно ответил:

— Мой брат должен помнить, я был рождён позже.

— Я сожрал тех, кто избил мать! — безжалостно проговорил Цинь Фэнцин.

— Тогда ты повёл себя невероятно жестоко и уничтожил армии четырёх великих Губернаторов Провинций, размещённых райскими небесами. Сами они тоже сильно пострадали и до сих пор не сумели восстановить свою былую силу.

Левый Хранитель Душ проговорил:

— Четыре Губернатора Провинций тоже не самые приятные люди. У них много связей в Юду, поэтому им на помощь откликнулись местные большие шишки. Последних либо избили, либо сожрали, либо убили, что привлекло огромное количество древних существ. Затем, всё повторилось. В то время Юду был слишком оживлён, бесчисленное количество существ из других миров пробрались сюда, чтобы посмотреть на происходящее. Из-за того, что ситуация вышла из-под контроля, Графу Земли не осталось выбора, кроме как подавить тебя. Твоя мать понесла наказание вместо тебя, и была заточена здесь. Цинь Фэнцин, тебе пора с ней воссоединиться.

Сделав паузу, он добавил:

— Но не вздумай пытаться её освободить. В прошлый раз Графу Земли пришлось потратить немало усилий чтобы тебя защитить. В противном случае ты был бы мёртв. Всё не так просто, как кажется, дело не только в том, что твоя мать несёт твоё наказание. Те, кто тогда тайком пробрались в Юду, пришли не ради шоу. Они несли в себе огромную опасность.

Цинь Му молчал.

Более двадцати лет назад поглядеть на происходящее действительно пришло огромное количество существ. Насколько ему было известно, даже Будда Брахма и Небесный Герцог отправили сюда своих клонов.

Кроме них, в Юду также проник Сын Небесной Инь.

Это было всё, что он знал. Должно быть много всего, о чём ему лишь предстояло услышать!

— Более того, Граф Земли не стал создавать вам с матерью проблем, так что постарайтесь не доставлять проблем ему, — продолжал Левый Хранитель Душ. — Не пытайся её увести, ей здесь очень хорошо, а оказавшись снаружи, она сразу же окажется в опасности. Тебе тоже стоит быть осторожным, когда выйдешь.

Цинь Му поклонился в ответ:

— Огромное спасибо, брат Дао!

Немного колеблясь, Цинь Фэнцин тоже отблагодарил:

— На этот раз я не стану тебя есть, но в следующий тебе придётся бежать со всех ног. Я не сожру тебя только в том случае, если не поймаю. Помни, тебе нужно бежать очень быстро!

Выдавив из себя улыбку, Левый Хранитель Души развернулся и ушёл.

Цинь Му посмотрел на маленькую деревню у подножия горы, не в силах совладать со своими эмоциями. Наконец успокоившись, он сделал шаг вперёд.

Его тело становилось всё меньше и меньше, принимая свой обычный вид.

Его шаги ускорялись, но внезапно он остановился. Цинь Фэнцин не хотел идти вперёд.

Недоумевая, Цинь Му тихо спросил:

— Брат, разве ты не хочешь встретиться с матерью?

— Она не хочет меня видеть, — опустив голову, Цинь Фэнцин горько проговорил. — Это она надела на меня нефритовую подвеску, чтобы запечатать. Я до сих пор помню ужас, с которым она на меня смотрела, я больше не хочу её пугать. Я вернусь в печать, ты можешь встретиться с ней сам. Скажи ей, что я надёжно запечатан и не могу вырваться, скажи ей, чтобы она не боялась…

В сердце Цинь Му возникло неописуемое чувство, он вдруг ощутил, что его брат исчез из его тела.

Цинь Фэнцин вернулся на клочок земли в форме слова «Цинь».

Цинь Му ошарашенно застыл. Гигантский младенец на клочке земли тоже сидел, не двигаясь.

Спустя некоторое время тот поспешно пополз на поиски Небесного Герцога и Багрового Императора, чтобы вылить на них свой гнев.

Собравшись с мыслями, Цинь Му рассеял свои три головы и шесть рук, после чего направился к деревне.

Он приближался к мирной деревне, и фермеры в поле удивлённо выпрямились, ошарашенно смотря на шагающего в их сторону юношу.

Цинь Му улыбнулся и кивнул головой в знак добрых намерений.

В некоторой мере его улыбка тронула фермеров, и те начали кивать и улыбаться в ответ.

— Он так похож… — пробормотал один из них. — Он так похож на Короля Чжэня…

Цинь Му пришёл ко входу в деревню, и его заметили несколько местных женщин, кормящих шелкопрядов. Они повернули головы, осматривая его, и их глаза загорелись. Они были богами, достигшими области Райских Дворцов, и несмотря на то, что их одежда была грубой и простой, их красота была заметна с первого взгляда.

Улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Старшие Сёстры, меня зовут Цинь Фэнцин, я из Деревни Беззаботной, но провёл всю свою жизнь в Великих Руинах. Мне двадцать два года, и я пришёл искать свою маму.

Деревенские женщины шокировано дрогнули, их бамбуковые корзины упали на землю, рассыпая листья шелковицы.

Одна из женщин, ткущих в деревне, внезапно дрогнула и обернулась.

Цинь Му посмотрел на её лицо, и это было то же лицо, которое он уже встречал на корабле своего отца Цинь Ханьчжэня. Это было лицо его матери, которое он каждый день вспоминал.

На корабле он наткнулся на эхо истории, увидев то, с чем столкнулись его родители по пути из Деревни Беззаботной в Великие Руины.

Тогда он увидел своих родителей впервые и узнал, что в этом мире у него есть семья.

Он никогда не мог забыть увиденного.

Женщина встала из-за прялки и беспомощно на него посмотрела. Несмотря на то, что она была одета в грубую одежду, её осанка оставалась красивой и изящной. Но вот её мысли запутались, и она не знала куда положить руки.

Спотыкаясь, она зашагала вперёд, смотря на юношу у входа в деревню. Она сбивала по пути предметы и зацепилась за котёл с водой, едва не упав.

— Фэнцин? Ты — Фэнцин? — спросила она.

— Мама, — Цинь Му встал на колени и наклонился. — Твой ребёнок вернулся.

Пара тёплых, дрожащих рук помогла ему подняться, а пара нежных глаз взволнованно на него посмотрела. Голос женщины дрожал, когда она спросила:

— Ты Фэнцин? Я всегда по тебе скучала… Всякий раз, когда мне снится сон, я вижу, как надеваю нефритовую подвеску тебе на шею. Я часто просыпаюсь от кошмаров, в которых вижу, как ты гибнешь во внешнем мира, как ты гибнешь ещё в корзине… Я скучала по тебе, я всегда беспокоилась, что снаружи тебе будут грозить опасности…

Тепло улыбнувшись, Цинь Му крепко сжал её руки:

— Мама, я вернулся в целости и сохранности.

— Ты вернулся, — женщина начала захлёбываться слезами, держа его руки. Она не хотела их отпускать, боясь, что происходящее — лишь сон. Она боялась, что он снова исчезнет.

Несколько фермеров подошли поближе, чтобы посмотреть на мать и сына. Деревенские женщины тоже зашагали в их сторону, нежно говоря:

— Принцесса-Консорт Чжэнь, то, что Его Высочество вернулся — отличная новость, не стоит горевать!

— Это радостное событие, — улыбчиво добавила другая женщина. — Я наловлю лягушек и убью парочку кур, давайте сегодня отпразднуем! Ои, Левый Помощник, идём ловить лягушек! И слови ещё несколько рыб из озера!

Левый Помощник поспешно ответил:

— Также можно собрать овощи у входа, приготовьте их!

— В горах растут фрукты, я соберу несколько тарелок!

Деревня быстро принялась за работу, но мать Цинь Му до сих пор смотрела на него, боясь, что спит. Цинь Му рассказывал ей о произошедшем в деревне Цань Лао, о том, как его избивали куриные драконы и как он тренировался возле реки Вздымающейся.

Он рассказал ей о всех своих весёлых и грустных временах, время от времени преувеличивая, чтобы развеселить её.

Женщина тихо слушала, когда внезапно разразилась смехом. Тем не менее, по её щекам до сих пор текли слёзы.

— Где Пин’эр? — спросила она. — Пин’эр отнесла тебя в мир живых, почему она не с тобой?

Выражение лица Цинь Му помрачнело, но в следующий миг он расплылся в улыбке:

— Мама, давай я расскажу тебе о том, что произошло в Вечном Мире.

— Твоя тётя Пин’эр скончалась, я права?

Цинь Му молчал. Затем он горько проговорил:

— Бабушка Сы нашла меня у реки, труп тёти Пин’эр был под водой, она держала меня в руках. После этого её унесло течением. Спустя некоторое время я встретил её на реке и сказал, что у меня всё хорошо. Только после этого она смогла уйти с миром… Мама, старший брат тоже сильно хочет с тобой встретиться.

Глава 759. Справедливость Есть Везде

— Как Му Пин умерла?

Его мать до сих пор не пришла в себя, горюя о тётушке Пин’эр, поэтому не расслышала слов Цинь Му.

Цинь Му совершено не знал, что произошло во времена, когда Му Пин несла его из Юду в Великие Руины. Бабушка Сы и остальные тоже ничего не узнали, так как женщина умерла ещё до того, как Цинь Му оказался у берега. Полагаясь на остатки своих жизненных сил, она отправила его в безопасное место.

Когда он снова встретил её у Секретных Водяных Проходов, она была лишь трупом женщины. Услышав, что юноша вырос и у него всё хорошо, она наконец смогла обрести покой и погрузилась на речное дно.

Когда Цинь Му покинул Юду и оказался в Великих Руинах, ему было всего лишь два-три месяца, поэтому он ничего не помнил с тех дней. Несмотря на то, что его путешествие был не слишком долгим, его определённо пытались убить или схватить, как только он исчез из-под взора Графа Земли.

Жаль, что Му Пин не могла рассказать о том, что тогда произошло.

— Мама, я займусь поисками души тёти Пин’эр, независимо от того, где сейчас её душа, я её верну, — Цингь Му улыбнулся, утешая свою мать. — Я уже кое-чему научился и познакомился с многими людьми. Даже если душа тёти Пин’эр подавлена или разрушена, я смогу её восстановить. Мама, старший брат тоже здесь, он хотел бы с тобой встретиться.

— Старший брат?

Принцесса-Консорт Чжэнь озадаченно посмотрела на Цинь Му. Тот улыбчиво ответил:

— Старший брат. Когда мы родились, именно он защитил тебя в Юду. Давай я его позову.

Тело Цинь Му внезапно застыло, не двигаясь.

— Фэнцинь? — его мама обеспокоилась и несколько раз прокричала. — Фэнцинь? Что с тобой?

Посреди клочка земли в форме слова, младенец с гигантской головой скрестил руки на груди и заложил ногу за ногу:

— Я никуда не пойду. Мама меня боится!

Подлетев к его лицу, Цинь Му улыбнулся:

— Как старшему брату, тебе не идёт вести себя как маленький ребёнок. Хватит дурачиться, разве ты не хочешь встретиться с мамой? Это редкая возможность.

— Я не пойду! — гигантский ребёнок отвернул голову. — Ты нравишься ей больше, чем я. Меня подбросили, а ты её родной! Я никуда не пойду!

Сознание Багрового Императора внезапно проговорил:

— Толстяк, если не хочешь идти, то не иди, но ты не мог бы с меня слезть? Ты уже просидел на мне слишком долго!

Он лежал под задницей гигантского младенца и не мог пошевелиться, его лицо было воткнуто в землю.

Клон Небесного Герцога прятался в горах неподалёку. Он высунул голову, осматриваясь.

Цинь Му улыбнулся и продолжил:

— Мы с тобой — одно целое, так почему же я мамин, а ты подброшенный? Прекрати дурачиться и иди к маме, она вне себя от волнения. Если ты не пойдёшь, я вернусь сам.

Ребёнок с гигантской головой поспешно встал на ноги и спрыгнул с неба:

— Хорошо.

Увидев, что тот ушёл, Багровый Император поспешно встал и начал стряхивать пыль со своей одежды. Несмотря на то, что на самом деле никакой пыли не было, он сделал это по привычке.

Небесный Герцог, в свою очередь, прибежал обратно и бросил взгляд на Цинь Му:

— Тебе конец, тебе конец. Ты выпустил на свободу великого дьявольского короля, теперь тебе не удастся восстановить контроль над своим физическим телом! Тебе конец!

Юноша улыбнулся в ответ:

— Небесный Герцог, это мой брат. Мы с ним одно целое…

Бородатый старик посмотрел на него широко открытыми глазами:

— Ты знаешь, что головастый малыш научился плохого? Угадай у кого? У тебя! Как только он окажется на свободе, он скорее всего тут же запечатает нас здесь!

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось:

— Мой брат не сделает подобного…

Снаружи, Принцесса-Консорт Чжэнь взволнованно смотрела на неподвижного Цинь Му. Внезапно, тот тяжело выдохнул и начал расти и расширяться, становясь всё выше и выше. Между тем он будто молодел, вскоре превратившись в бледного и пухлого младенца.

Одежда Цинь Му была сокровищем, изготовленным Юй Чжаоцинь, поэтому могла расширяться вместе с ним. Тем не менее, из-за неё младенец стал выглядеть ещё более пухлым.

Мать ошеломлённо наблюдала за превращением сына, не в силах прийти в себя.

— Мама, погоди минутку! — толстяк достал два мешочка таотэ и начал радостно в них рыться. Его глаза загорелись, когда он наконец нашёл золотой ивовый лист и приклеил его себе на лоб. — Плохой брат, теперь ты не сможешь выйти!

В это время Цинь Му пытался вылететь из клочка земли чтобы вернуть контроль над своим телом. Внезапно, в небе перед ним появились линии ивового листа, тут же сливаясь с лучами будды и образовывая печать вокруг неба и земли.

Цинь Му ошарашенно застыл:

— Я… Брат…

— Тебе конец! — сердито прокричал седой старик. — Ты выпустил его на волю, тебе конец, нам конец!

Юноша невинно моргнул, на его лице возникло выражение беспомощности.

Багровый Император хмыкнул и проговорил:

— Мне кажется, что так даже лучше. По крайней мере этот парень не будет бить нас без причины.

— Мама! Я вернулся! — пухлый младенец начал хлопать руками перед матерью, просясь в объятия. Тем не менее, он тут же обнаружил, что стал слишком большим и не мог её обнять, поэтому начал уменьшаться обратно.

Принцесса-Консорт Чжэнь взяла двухмесячного младенца на руки. Тот выглядел так же, как и в день, когда она надела на него нефритовую подвеску.

Сложившаяся картина выглядела крайне нелепо.

На лице женщины возникло тёплое выражение, возможность снова увидеть своего сына в раннем возрасте казалась благословлением небес.

В этот момент Левый Помощник вернулся с рыбой и лягушками и удивлённо уставился на младенца на руках у Принцессы-Консорта Чжэнь.

Увидев, что тот несёт рыбу и лягушек, головастый ребёнок поспешно спрыгнул с рук матери и быстро пополз в сторону старика.

— Вкуснятина!

Младенец становился всё больше и больше, и вскоре схватил Левого Помощника и поднял его над землёй. Его рот открылся шире неба, готовясь проглотить мужчину вместе с рыбой и лягушками.

Между тем вернулись деревенские женщины, отправившиеся за овощами и фруктами. Кроме того, они привели с собой куриного дракона. Увидев происходящее, все они ошарашенно застыли.

— Кудах! — птица упала в обморок.

За миг до того, как Левый Помощник должен был быть сожран, раздался нежный голос Принцессы-Консорта Чжэнь:

— Фэнцин, хватит.

Головастый младенец на мгновение заколебался, прежде чем неохотно отпустить Левого Помощника, который к этому моменту тоже потерял сознание:

— Мы не встречались двадцать лет, за это время дядя стал намного крепче, ты очень аппетитный… Тётя Цзюань’эр, обними меня!

Он бросился к деревенской женщине, и та крепко его обняла, дрожа от страха.

Младенец облизывал лицо тёти Цзюань’эр, злобно на него поглядывая. Та замерла, боясь пошевелиться, когда внезапно ребёнок ощутил себя невесомым, оказавшись в руках матери, унёсшей его прочь.

Цинь Фэнцин зловеще моргал глазами и сосал палец, размахивая руками и ногами.

Принцесса-Консорт Чжэнь бросила на него жалостливый взгляд и поцеловала его голову, прежде чем улыбнуться дрожащим селянам:

— Идите готовить блюда, сегодня радостный день, когда мать и сын снова вместе.

Несмотря на то, что все вокруг были богами, они всё равно боялись маленького тирана Юду. Дрожа от страха, они поспешно отправились готовить.

Принцесса-Консорт Чжэнь игралась с младенцем у неё на руках, оба радостно смеялись.

Вскоре блюда были готовы, но никто не смел садиться за стол. Все деревенские жители стояли в сторонке и продолжали дрожать.

Головастый малыш смерил их взглядом, отчего все тут же уселись на свои места.

Принцесса-Консорт Чжэнь начала кормить Цинь Фэнцина, тот покорно ел, будучи вне себя от радости:

— У этой еды нету вкуса души, она не слишком аппетитная, но всё, что даёт мама, очень вкусно.

Пока они кушали, мама обняла его, напивая детские стишки, чтобы убаюкать. Головастый ребёнок хихикал, размахивая руками и ногами. Спустя некоторое время он наконец уснул.

Принцесса-Консорт нежно коснулась лица сына. Долго колеблясь, она всё же дотронулась до ивового листа на его третьем глазу.

В этот миг ребёнок на её руках открыл свои чёрные глаза и уставился на неё.

— Мама, не снимай это.

Он посмотрел на неё умоляющим взглядом. Нахмурившись, он проговорил, будто рыдая:

— Не снимай его. Фэнцин скучал по матери, мама, пожалуйста, не снимай…

Женщина начала качаться, напевая детскую мелодию:

— Фэнцин — хороший сын, не начиная истерик, засыпай…

— Мама, не снимай…

Она сняла ивовый лист, и ребёнок закрыл глаза. Из уголков трёх его глаз потекли слёзы, он отвернул голову, тихо говоря:

— Ты не любишь Фэнцина, ты любишь лишь младшего брата…

Принцесса-Консорт Чжэнь поцеловала его и ответила:

— Мама любит тебя, просто я не хочу, чтобы ты снова принёс беду. Ты не можешь себя контролировать, но твой брат может. Я лишь хочу, чтобы вы оба продолжили счастливо жить…

Обняв ребёнка, она положила его в крохотную кровать.

Цинь Фэнцин вздохнул и вернулся на свой клочок земли.

Его тело начало постепенно расти, и спустя мгновение Цинь Му открыл свои глаза и поднялся с кровати. Встав на колени перед мамой, он положил свою голову ей на руки.

Мать и сын молчали.

***

Спустя два дня женщина взволнованно сказала:

— Фэнцин, ты должен идти, это не то место, в котором стоит оставаться.

Цинь Му поднялся и улыбнулся:

— Мама, я вернусь. В следующий раз я заберу тебя отсюда, и ты сможешь насладиться жизнью на свободе.

Принцесса-Консорт Чжэнь провела его ко входу в деревню. Немного колеблясь, Цинь Му проговорил:

— Я видел отца, он всё ещё жив.

Тело женщины дрогнуло, она покачала головой:

— Ты не должен мне лгать, с такими ранами он не мог выжить…

— Он действительно жив, — твердо ответил юноша. — Я видел его, он здесь, в Юду, на борту корабля, на котором мы путешествовали. Он превратился в дерево и ему пришлось заключить Соглашение Графа Земли с Владыкой Сатурна, поэтому если он посмотрит на меня, то будет вынужден рассказать ему о местонахождении деревни Беззаботной. Когда я пришёл к нему, он не открывал глаз… Тем не менее, он всё ещё жив.

Принцесса-Консорт Чжэнь ошарашенно застыла.

— Мама, я хотел бы узнать, как добраться к деревне Беззаботной, — после недолгой паузы добавил Цинь Му. — Я хочу встретиться с Императором-Основателем.

— Не возвращайся туда, — спустя мгновение ответила она.

Цинь Му ошеломлённо воскликнул:

— Почему?

— Не возвращайся! Я запрещаю тебе возвращаться! — покачала головой женщина.

Цинь Му был шокирован.

— Мама, оставайся здесь.

Он развернулся перед входом в деревню и встал на колени. Трижды поклонившись, он встал и ушёл.

Принцесса-Консорт Чжэнь смотрела как он уходит в лес памятников. Спустя некоторое время Цинь Му оглянулся, увидев, что она до сих пор там стоит.

***

Лагерь в Проходе Нефритового Замка Юду.

К этому времени тысячи солдат и кавалеристов уже сформировали построения. Они обладали внушительной аурой и внимательно смотрели в сторону леса Памятников Добродетели Адского Огня.

Спустя некоторое время из этого леса вышел Цинь Му. Из толпы сильных солдат вышел Левый Хранитель Душ Мо Цими, остановившись перед юношей. Крепко сжав его руку, он поздоровался.

Остановившись, Цинь Му поздоровался в ответ:

— Я не забрал маму, чтобы не беспокоить Левого Хранителя.

— Цинь Фэнцин, ты знаешь, что тебя ждёт за пределами прохода?

Цинь Му покачал головой.

Левый Хранитель Душ громко ответил:

— За пределами Прохода Нефритового Замка собрались все твои враги, боги, дьяволы и бесчисленные шишки Юду. Некоторые из них пришли с райских небес и владеют физическими телами, божественным оружием и удивительными способностями. Другие же — исконные духи практиков областей Непостижимого Неба и Императорского Трона. Они были всемогущи, и после смерти стали тиранами своих земель! Как только ты выйдешь из прохода, начнётся резня!

Поклонившись, Цинь Му ответил:

— Большое спасибо за предупреждение.

Левый Хранитель Душ улыбнулся и многозначительно добавил:

— Граф Земли очень хорошо заботится о тебе и о твоей матери. Ты знаешь, как ему отплатить?

Цинь Му торжественно ответил:

— Справедливость есть везде, она не подчиняется силе и не думает о выгоде. Не бояться смерти и отстаивать справедливость — это настоящая храбрость мужчины!

Левый Хранитель Душ поднял руку, громко приказывая:

— Откройте врата….

Величественные врата гигантского Прохода Нефритового Замка Юду заскрипели, медленно открываясь.

— Праведный Цинь, прошу… — прокричал Левый Хранитель Душ. Бейте в барабаны! Дуйте в рог! Проводите праведного!

Бум! Бум! Бум!

Удары барабанов загремели как гром, небо задрожало от звона рога. Под их аккомпанемент Цинь Му вышел из прохода. За его спиной возвышался лес из чёрных памятников, и пылал адский огонь.

Глава 760. Котел Резни, Небесная Сеть

Снаружи Прохода Нефритового Замка на ветру развевался потрепанный флаг. Он был невероятно древним и, судя по всему, уже использовался в бою. На нём остались следы божественных искусств и огня, а также виднелись рыжие пятна крови.

В руках его держал четырёхрукий дьявольский бог ростом в триста метров. Его четыре невероятно толстых конечности крепко держали шест флага, а взгляд был острым и уверенным. Он не отводил глаз от ворот Прохода Нефритового Замка.

Вьюх!

Огромный флаг сломался от резкого дуновения ветра. Длинные полоски ткани улетели вдаль.

Они пролетали над головами величественных богов, выстроенных в ряд. Те были одеты в изношенные доспехи и держали в руках разбитое божественное и дьявольское оружие, тихо стоя в ожидании боя.

Численность их армии была попросту слишком высокой. Она простиралась до самого горизонта.

В самом её центре располагался дырявый императорский шатёр. Он накрывал собой десятки километров, держась на гигантском столбу толщиной с колонну. Рядом с ним возвышался трон из драконьих костей.

Ветер был слишком сильным.

Гигантскому существу, сидящему на троне, пришлось схватить свой красный плащ, чтобы тот не улетел. Его лицо было бледным, время от времени он кашлял.

— Красное Божество ещё не оправилось от ранений, нанесённых Сыном Юду? — женщина с головой змеи и человеческим телом подошла к нему, спрашивая мужским голосом.

Вид Красного Божества был не слишком обнадёживающим, но он равнодушно ответил:

— Красное Божество? Я уже мёртв и не заслуживаю такого звания. Сегодняшнее Красное Божество — это та девушка, Ци Сяюй. Меня же зовут просто Янь Цяньчжун.

Лу Ли нежно улыбнулась в ответ:

— В последние дни Эпохи Высшего Императора Красное Божество сразилось с Ци Сяюй, и несмотря на то, что оно погибло, у неё не осталось выбора, кроме как сдаться…

Янь Цзяньчжун горько перебил:

— Катись подальше.

— Слушаюсь.

Лу Ли сверкала в улыбке, шагая к другому лагерю. Та армия мощных богов не была единственной силой, пришедшей в этот раз. Они были лишь армией Янь Цзяньчжуна.

Янь Цзяньчжун когда-то был Красным Божеством древних райских небес. На закате Эпохи Высшего Императора те решили стереть с лица земли райские небеса Высшего Императора. Красное Божество Янь Цзяньчжун сразился с Ци Сяюй, и несмотря на то, что оба практика Императорского Трона оказались невероятно сильными, последняя всё же оказалась более умелой и сумела убить противника.

Тем не менее, она тоже была серьёзно ранена и попала в плен древних райских небес. Ей пришлось сдаться и стать новым Красным Божеством Южных Небес.

Именно эту историю упоминала Лу Лин.

Будучи Красным Божеством, в Юду Янь Цзяньчжун стал Призрачным Божеством. Тем не менее, он был далёк от мирских утех. Превратившись в призрака, он потерял все свои чувства. Еда, которую он ел, не имела вкуса, он не мог почувствовать запах цветов. Несмотря на то, что он управлял многими людьми, ему всё же пришлось выполнять приказы райских небес, что тоже не слишком его радовало.

Напомнив об этом, Лу Ли вывела его из себя ещё сильнее.

Лу Ли подошла к алтарю неподалёку, увидев на его вершине невероятно огромного дьявольского бога, чьё тело выглядело так, будто было построено из валунов. Улыбнувшись, она проговорила:

— Наследный принц Цзюси, сын Матери-Земли, как заживают твои раны?

— За эти годы я проглотил бесчисленное количество душ и наконец выздоровел, — усмехнулся каменный гигант Янь Цзюси. — В сегодняшней битве я обязательно заполучу голову Сына Юду!

Все существа, подчиняющиеся ему, были полубогами, что свидетельствовало о том, что он был владыкой полубогов времён Дракона Ханя!

Лу Ли улыбчиво ответила:

— Наследный Принц Цзюси, в этот раз мы не пытаемся убить Сына Юду, а лишь заполучить его физическое тело.

Янь Цзюси фыркнул, его голос прогремел, будто гром:

— Лу Ли, не думай, что я не знаю о твоих намерениях. В прошлый раз, когда ты пригласила всех богов выступить против Сына Юду, многие умерли, а многие были серьёзно ранены. Позже ты снова собрала наши силы, чтобы создать божественное оружие под названием Небесная Сеть Подавления Бога, твердя, что собираешься схватить для нас Сына Юду. Тем не менее, когда мы закончили, ты так и не решилась сделать свой ход. У тебя высокие амбиции, ты хочешь стать вторым Графом Земли!

Лу Ли кивнула, соглашаясь со всем, что он сказал:

— В мире живых у меня не было шансов, Небесная Сеть Подавления Бога не могла его остановить.

Затем она отправилась в другой лагерь, радостно здороваясь:

— Богиня Сюань Уцзи!

Посмотрев на неё, богиня Уцзи тихо ответила:

— Нам не о чём говорить. У меня с Сыном Юду глубокий конфликт, мы не можем сосуществовать под одним небом. Тем не менее, ты, Лу Ли, тоже не слишком хороший человек. Если бы ты смогла одолеть Сына Юду и не была бы вынуждена звать моего сына на помощь, разве его бы сожрали?

Лу Ли праведно проговорила:

— Грехи Сына Юду бесчисленны, он — верховное зло Юду. Как военная наложница Его Величества, ты известна своими боевыми методами, ты стираешь райские небеса до тех пор, пока смерть тебя не остановит. Лу Ли всегда тебя уважала, разве я могла бы намеренно отправить Его Величество на смерть?

Придя в следующий лагерь, она поклонилась:

— Великий Владыка Солнца.

Перед ней стояли три души исконного духа священного бога, рождённого природой. Из-за того, что он был древним богом, семи духов у него не было.

Великий Владыка Солнца был лишь сильным практиком Эпохи Верховного Императора, в то время как настоящий Владыка Солнца и был этим исконным духом, заточённым в Юду.

Он выглядел как гигантская трехногая птица. Его тело покрывали гладкие перья.

— Губернатор Провинции, не переживай, в этот раз мы не позволим Сыну Юду уйти.

— Скорость Великого Владыки Солнца не имеет равных в этом мире, у врага быстро закончатся пути отхода.

Лу Ли продолжала идти вперёд, отдавая дань уважения большим шишкам Юду. Некоторые из них сидели на Императорских Тронах в своих небесных дворцах, выглядя очень зловеще и внушительно.

Все они были сильными практиками областей Императорского Трона и Непостижимого Неба. Также встречались полубоги, умершие до того, как было открыто совершенствование райских дворцов и божественных сокровищ.

Но боевая мощь последних тоже была невероятно высокой. Несмотря на то, что у них не было области совершенствования, они не уступали сильным практикам Непостижимого Неба и Императорского Трона.

Отдав дань своего уважения сотне больших шишек, прежде чем войти в свой собственный лагерь.

В этом лагере осталась лишь сотня дьявольских богов Юду и несколько тысяч монстров.

Во время их прошлого нападения на Фэнду, Старший Вестник Смерти внезапно оставил их наедине с противником, поэтому она была вынуждена оставить свою армию, чтобы сбежать.

Вскоре к ней присоединились Цзюэ Хуан, Сюань Мин и Хань Лэ. Сотня дьявольских богов и несколько тысяч монстров были общей военной силой четырёх великих Губернаторов Провинций.

Сюань Мин встревоженно нахмурился:

— В прошлый раз здесь тоже было так много сильных практиков, разве он не убил их всех? На что мы рассчитываем сейчас?

Лу Ли улыбнулась, переполняясь уверенностью:

— На этот раз всё по-другому. В прошлый раз все эти большие шишки были слишком самоуверенны, думая, что смогут его одолеть. Они предпочитали сражаться один на один, никто не собирался набрасываться на него толпой, поэтому они оказались в невыгодном положении. Сын Юду сражался и сбегал, ему было намного проще отбиться.

Не сдерживая радостной улыбки, она продолжала:

— Теперь эти старики более бесстыдны. Пока мы здесь и блокируем Проход Нефритового Замка, он не сможет сбежать. С таким количеством сильных практиков области Непостижимого Неба и Императорского Трона, его жизнь в наших руках! Более того…

Она посмотрела в сторону центра лагеря, где бесчисленные дьявольские боги и монстры охраняли гигантское божественное оружие.

Своей формой это оружие напоминало гигантский котёл, на стенках которого сверкали всевозможные руны, образующий изображения земли, воды, ветра, огня, гор, рек, озёр и морей. Кроме них были рисунки полубогов, людей с головами драконов, фениксов и тигров и другие.

На внутренней стороне стенок котла были солнце, луна и звёзды, а на его дне располагались бесчисленные печати.

Лу Ли улыбчиво проговорила:

— Мы обработаем его с помощью этого котла. Когда Граф Земли реинкарнировался, он создал этот котёл Резни. Убив бесчисленное количество богов и полубогов, он сумел создать самое мощное оружие в Юду. Котёл Резни Юду может его заточить, но его главная сила в другом.

Она достала квадратную крышку, разрисованную узорами круглого неба и квадратной земли.

На круглом небе находился Сюаньду, а на квадратной земле — Юду.

— Если нам удастся воспользоваться возможностью, когда Сын Юду отвлечётся на битву с богами, и накрыть его котлом, он окажется беспомощным!

В этот момент врата Нефритового Замка Юду открылись, и из них донёсся звук рога и стук барабанов, дрожью пронёсшиеся по их телам.

Бесчисленные взгляды повернулись в сторону ворот, обнаруживая бога с тремя головами и шестью руками, спокойно шагающего в их сторону.

— Сын Юду!

Боги и дьяволы всех лагерей начали перешёптываться, сильная аура, надавившая на них, медленно превращалась в искренний страх.

В первый раз они не обращали внимания на Сына Юду, но в ужасающей битве, случившейся двадцать два года назад и протянувшейся от рогов Графа Земли до подножия его ног, погибло слишком много важных существ. Сын Юду сожрал их и поглотил их души!

Сын Юду полностью стёр бесчисленное количество могущественных существ с лица земли!

Из-за его злобы даже самый свирепый дьявольский бог не осмеливался называть его имени даже спустя двадцать два года после случившегося!

Шаг за шагом Цинь Му отдалялся от прохода. Толстые тяжёлые ворота мелено закрылись за его спиной. Внезапно его взгляд упал на лагерь, и он увидел бога, похожего на человека из дерева.

Цинь Му был ошеломлен, и дверь захлопнулась. Воздух в настоящее время выброшен.

— Брат, кажется, я вижу отца, — тихо сказал он.

— Отца? — Головастый ребёнок всё ещё был обижен. — Должно быть, он любит тебя больше, правда? Если он увидит меня, а потом тебя, то обязательно обнимет и поцелует тебя, но не поцелует меня. Отец, ты такой предвзятый!

Цинь Му разразился смехом, рассматривая божественное построение впереди. Он не мог увидеть его края, на горизонте развевались лишь потрепанные флаги и летающие корабли.

— Старший брат, как исполнить то божественное искусство, которое ты называешь «Ах, ах, ах»? — улыбчиво спросил он.

Скрестив руки на груди, тот усмехнулся:

— Что ещё за «Ах, ах, ах?»

На мгновение задумавшись, Цинь Му объяснил:

— Должно быть это было «Шшшш». Это божественное искусств проглатывания, всасывающее в себя воздух, чтобы высосать души и исконные духи. В одном из райских дворцов Юду я видел десятки тысяч богов, от которых остались лишь тела, должно быть, это ты сожрал их исконные духи.

— Ты его имеешь в виду? — улыбчиво ответил малыш. — Ты такой глупый, для этого нужно всего лишь вдохнуть.

Цинь Му ошеломлённо воскликнул:

— Мне нужно лишь вдохнуть? Ты никогда не задумывался о причинах его работы? Что за пути ты используешь, вдыхая? Какие руны создаешь?

Головастый ребёнок недоумевал.

Вздохнув, Цинь Му серьёзно проговорил:

— Старший брат, ты просто слишком сильный, поэтому взмахи твоих рук и ног равноценны божественному искусству. Я слабее, поэтому должен изучать и понимать каждое божественное искусство. Поэтому мне приходится учить пути, навыки, божественные искусства и базовые руны. Божественные искусства и Великое Дао, в свою очередь, являются частью писания Юду. Ты умеешь ими пользоваться, но не знаешь, как они работают.

Он шагал вперёд, пока его тело становилось всё больше и больше. Он дал Цинь Фэнцину контроль над двумя руками, в то время как сам контролировал остальные четыре.

Выпрямив свои четыре руки, он будто попытался обнять небо и землю и проговорил:

— Старший брат, взгляни на божественное искусство Юду, которое я недавно изучил.

На самом отдалённом клочке Юду, у ног Графа Земли, плотная и тёмная дьявольская Ци яростно бросилась в его сторону. Внутри неё вспыхивали молнии и раздавались раскаты грома.

— Умри!

Разъярённый рёв, напоминающий гром, донёсся из лагеря напротив, и бесчисленные исконные духи богов бросились вперёд с оружием наготове. Их божественные искусства осветили Проход Нефритового Замка, а вслед за ними засияло божественное оружие, сохранившее свою силу несмотря на то, что было сломано.

Головастый ребёнок обрадовался, собираясь сделать свой ход, но в этот миг Цинь Му повернулся. Рот на его первом лице открылся, начиная говорить на загадочном языке Юду.

Вьюх!

Бесчисленные боги, мчащиеся в его сторону, внезапно превратились в белую океанскую волну. На самом деле, это их белые скелеты катились по земле. После смерти боги переносили свои физические тела в Юду, чтобы хранить в них свой исконный дух. Тем не менее, под воздействием божественного искусства они мгновенно сгнили!

В момент превращения они мчались вперёд, поэтому теперь упали и продолжили катиться, формируя волну из белых костей длиной в несколько тысяч километров.

Затем Цинь Му повернулся к ним вторым лицом и глубоко вдохнул. Его первое лицо продолжало говорить на языке Юду, пока бесчисленные исконные духи вылетели из скелетов. Их божественные искусства и оружие вышли из-под контроля и начали взрываться в полёте, разлетаясь во все стороны.

Счёт исконных духов шёл на десятки тысяч, они неконтролируемо летели вперёд.

Цинь Му снова повернулся:

— Брат, твой черёд.

Ребёнок с гигантской головой несказанно обрадовался. Открыв свой широкий, как у кита, рот, он мгновенно проглотил десятки тысяч исконных духов богов!

В следующий миг Цинь Му поднял руку, и туча божественного и дьявольского оружия неподвижно застыла в небе.

Он сделал шаг вперёд, бесчисленное оружие в небе двинулось следом, начиная давить на врага.

Глава 761. Битва у Прохода Нефритового Замка

Дворец в глазу Графа Земли.

Освещение этого места было довольно тусклым. Небесный Преподобный Юй закончил доедать остатки курицы, но собравшись выбросить кости он обнаружил, что зал был невероятно чистым. Он не мог найти места, чтобы выбросить туда мусор.

Колеблясь, он заметил, что находится в зале один. Граф Земли и Старший Вестник Смерти ушли, поэтому выбросил кости в угол и убежал.

За пределами зала, призрак Графа Земли, созданный из адского пламени, и Старший Вестник Смерти наблюдали за происходящим внизу.

Небесный Преподобный Юй тоже посмотрел вниз, но увидел под собой лишь непроглядную тьму.

— Ты всё записываешь? — повернув голову спросил Граф Земли.

Старший Вестник Смерти кивнул в ответ:

— Записываю.

Снаружи глаза Графа Земли летали десятки тысяч крохотных лодок, на борту каждой из которых сидел Старший Вестник Смерти. Под светом фонаря они что-то быстро писали.

— Небесный Преподобный Му приносит пользу Графу Земли, мне стоит записывать его проступки? — спросил Старший Вестник Смерти.

Граф Земли равнодушно ответил:

— Несмотря на то, что он мне помогает, пожирание исконных духов богов это всё равно смертельное преступление, у нас нет выбора, кроме как записать его.

Старший Вестник Смерти обеспокоенно вздохнул:

— На него у нас и так слишком много книг, они уже не помещаются в старые комнаты. Разве он закончит, когда у нас не останется места их хранить? Боюсь, нам придётся построить несколько залов для того, чтобы хранить записи о его славных подвигах!

Граф Земли ответил:

— В таком случае построй несколько дворцов, чтобы хранить его записи.

Старший Вестник Смерти кивнул.

****

У Прохода Нефритового Замка Янь Цяньчжун закашлялся. Цвет его лица изменился от бледного до красного, когда он смотрел на несущуюся в его сторону волну божественного оружия. Та была создана из артефактов подчинённых ему богов. Десятки тысяч погибших солдат были его подданными.

На райских небесах времён Высшего Императора он был Красным Божеством Южных Небес, а они были его людьми.

Он погиб, сражаясь с Ци Сяюй. Бесчисленное количество его людей тоже погибло в тот день, но оказавшись в Юду после смерти они продолжили следовать за ним.

Но сегодня их всех поглотил тот человек, шагающий в его сторону по горам скелетов.

Волна божественного оружия сверкала яркими лучами, которые молниеносно устремлялись вперёд, извиваясь в воздухе. Давя на небо, они сопровождались раскатами грома.

Каждое божественное оружие в этой волне напоминало гору. Божественный и дьявольский свет соприкасались и, к его удивлению, объединялись. Когда эти два пути сталкивались, обычно они пытались подавить друг друга, поэтому их силу было сложно задействовать одновременно.

Тем не менее сила, вырвавшаяся из этого божественного оружия, была ужасающей. Оно было испорчено дьявольской Ци Юду.

В лучах божественного и дьявольского света, силуэт, шагающий по белым костям, приближался. Он вызывал у всех вокруг нарастающее чувство тревоги.

У этого человека было три головы и шесть рук. Первая голова принадлежала младенцу, радостно хлопающему в ладоши. Глаза второй сверкали невероятно пылким желанием сражаться и, казалось, кипели от гнева в преддверии битвы. Он напоминал дьявольского бога, способного в любой момент оказаться во власти дьявольской природы и начать резню!

Между тем третья голова выглядела чрезвычайно спокойной и священной. Она осматривала окрестности, будто бог, возвышающийся над всеми.

Янь Цяньчжун недоумевал:

— Он немного отличается от старого Сына Юду…

— Держать строй!

С обеих сторон лагеря донёсся яростный рёв. Это были голоса генералов, пытающихся командовать богами, чтобы те не теряли строя.

Теперь, когда подчинённые Янь Цяньчжуна были убиты, в рядах дьяволов появился проход. Если Цинь Му отправится прямиком к нему, то его смогут атаковать с обоих сторон.

Янь Цяньчжун фыркнул, чувствуя себя опустошенным:

— Кажется, я слишком рано задействовал свои войска.

В этот момент Цинь Му внезапно остановился. С обеих сторон от него стояли армии богов, численность которых шла на миллионы. Смотря на него, солдаты дрожали, их глаза были налиты страхом.

Под каждым шатром в центре армии молча сидели практики областей Императорского Трона и Непостижимого Неба.

Три головы Цинь Му осматривали окрестности, улыбаясь.

Он чувствовал, как из Цинь Фэнцина исходят волны неистовой энергии, и после того, как тот одним махом проглотил десятки тысяч исконных духов, его сила значительно возросла. Подобное чувство не могло не понравиться.

К счастью, Цинь Фэнцин мог контролировать дьявольскую природу Юду, не позволяя ей заполучить над ним контроль. В противном случае он вышел бы из себя и сожрал бы всех богов вокруг!

Цинь Фэнцин не задумывался над истоками божественных искусств. Он не мог, или, если быть точнее, ленился их изучать, но всё равно умел ими пользоваться.

Тем не менее, Цинь Му был не таким.

Совершенствуясь вместе со старейшиной деревни, бабушкой Сы, старым Ма и остальными на протяжении всего детства, он выработал привычку интересоваться природой всего. Он полюбил учиться.

Если бы он решил сеять зло, то стал бы в сотни раз ужаснее Цинь Фэнцина!

— Эй, парни.

Он оглядывался, рассматривая испуганную армию богов. Несмотря на то, что у них было сто лагерей, миллионы богов и бесчисленные монстры Юду, они все дрожали от страха столкнувшись всего лишь с одним человеком. Им не удавалось даже надёжно держать оружие в руках.

— Вы не отступаете и не сдаётесь, вы что, ждёте, пока я…

Две головы Цинь Му внезапно увеличились, становясь огромными как гора Сумеру. В следующий миг они открыли свои рты закрывая полнеба, и проревели:

— Сожру вас?

Его тело было невероятно крепким и большим с самого начала, но теперь его голова стала в сто раз больше тела. Её темя в прямом смысле упёрлось в небеса, в то время как борода касалась земли. Это было поистине ужасающее зрелище.

Цинь Фэнцин отреагировал немного позже, поспешно покачав головой, отчего та стала даже больше, чем обе головы Цинь Му. Он зловеще размахивал кулаками:

— Сожру!

Рёв его трёх ртов поднял холодные ветры, разлетевшиеся во все стороны. Звуковые волны столкнулись со стенами чёрного города, и те задрожали от давления.

Камни и песок на земле улетели прочь, сталкиваясь с армейскими построениями и лагерями. Холодный ветер, пробирающий до костей, загрохотал доспехами и оружием богов. Вскоре они покрылись слоем инея.

Одноглазый бог во главе построения с трудом сглотнул слюну. Тем не менее, будучи призрачным богом, в его рту не могло быть слюны.

— Бежим!

Зелёный король бесов внезапно развернулся и убежал, оставляя за собой след из зелёных огоньков.

Остальные дьявольские боги Юду и исконные духи не двигались.

Внезапно раздался громкий звон. Доспехи четырёхрукого бога треснули от ветра и упали на землю.

После того, как ветер затих, этот звон пронзил всю округу.

Дьявольский бог осторожно вонзил свой флаг в землю и наклонился, чтобы подобрать доспехи. Тем не менее, он случайно толкнул флагшток и тот упал.

Гигантский флаг упал на землю.

«Этому флагу нельзя падать…»

Как только он собрался его поднять, возле его ушёл раздался оглушительный топот. Бесчисленные боги начали бежать, крича:

— Флаг упал! Мы потерпели поражение, бежим!

Четырёхрукий бог ошарашенно застыл. Продолжая думать о том, чтобы поднять флаг, он постепенно отступал.

«Мне конец… — мысленно воскликнул он. — Даже если я подниму этот флаг, сердца солдат уже нельзя успокоить. Мне нужно бежать!» — придя к такому выводу он развернулся и побежал.

Янь Цяньчжун посмотрел на убегающие исконные духи богов и ухмыльнулся. В этот момент Янь Цзюси, Великий Владыка Солнца и остальные древние боги больше не могли оставаться в стороне. Они поднялись, пытаясь остановить разбегающихся солдат, но боевой дух армии уже был потерян, как они могли её остановить?

Военные дезертиры бежали по горам и равнинам, хлынув к ногам Графа Земли, будто потоп. Они быстро забрались наверх, визжа и крича от ужаса:

— Маленький Тиран снова пожирает людей!

Во дворце внутри глаза Граф Земли шокировано проговорил:

— Думаю, тебе не стоит всего записывать. Двух залов хватит, не стоит даже забивать их доверху.

Старший Вестник Смерти покачал головой:

— Все, кто остался, — большие шишки. Даже если количество погибших будет не слишком большим, его грех будет ужасным.

Спустя некоторое время хаос наконец затих.

Головастый младенец посмотрел вперёд, увидев лишь тысячу богов, оставшихся на месте не собираясь бежать. Он ошеломлённо застыл, прежде чем повернуть голову и спросить у Цинь Му:

— Брат, все сбежали, что же мы будем есть?

Когда он договорил, снова поднялся ужасный шум, с которым сбежало ещё несколько сотен богов, не сумевших совладать со страхом.

Цинь Фэнцин стиснул зубы, собираясь броситься в погоню. Тем не менее, тело контролировал Цинь Му, поэтому он не мог этого сделать.

— Сколько бы мелкой рыбы мы не съели, такой обед никогда не сравнится с поеданием большой.

Взгляд Цинь Му упал на гигантские тела оставшейся сотни богов. Он улыбчиво проговорил:

— Брат, пора поесть большой рыбы!

Цинь Фэнцин обрадовался и спросил:

— Брат, так почему мы стоим на месте?

Цинь Му подпрыгнул в воздух, пока он летел в небо дьявольское и божественное оружие растаяло. Оно превратилось в бушующий поток жидкого железа, прежде чем сформировать гигантский огненный меч.

Как только он схватился за рукоять, Янь Цяньчжун, Янь Цзюси, Великий Владыка Солнца и остальные исполнили свои божественные искусства. Проход Нефритового Замка был самым тёмным местом Юду, где дьявольская Ци была наиболее плотной. Тем не менее, в этот миг в небе над ним вспыхнули тысячи солнц. Их лучи и огни протянулись на десятки тысяч километров, прежде чем наброситься на Цинь Му со всех сторон.

Янь Цзюси громко взревел, а его тело закружилось, бросаясь вперёд. Взмахнув руками, он бросил два своих меча, пытаясь ранить Цинь Му.

Великий Владыка Солнца взмахнул крыльями и превратился в Золотого Ворона Тьмы. Тёмные солнца всевозможных размеров закружились в небе, бомбардируя Цинь Му.

Янь Цяньчжун отчаянно взмыл в небо, превращаясь в огненного бога. Позади его головы закружились огненные круги, выстреливая бесчисленными божественными искусствами.

Между тем, божественные искусства других исконных духов областей Непостижимого Неба и Императорского Трона заполнили собой небо, освещая самое тёмное место Юду дневным светом. Даже внутреннюю часть Прохода Нефритового Замка залило яркими лучами!

Чтобы совершенствоваться до такого уровня, они должны были быть существами, вошедшими на путь. Вспыхивая, их божественные искусства тут же освобождали силу, способную встряхнуть весь мир!

Богиня Уцзи была самой яростной из них, её божественные искусства боевого пути были попросту шокирующими. Навыки кулака женщины были мощными и властными, она двигалась с молниеносной скоростью. Издавая воинственный рёв, она бросилась на Цинь Му, обрушивая на него бесчисленные удары кулака, ладоней и пальцев!

Цинь Фэнцин был вне себя от радости. Он собрался броситься в драку, когда осознал, что держит в руке алый меч: «Странно, зачем мне этот меч? Я ведь не знаю никаких навыков…»

К этому моменту Богиня Уцзи уже появилась перед его лицом.

— Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин!

Цинь Му взревел, превращая бесчисленные божественные искусства физического тела в простой удар кулака. Этот удар, казалось, состоял из тысяч странных горных вершин, летящих навстречу Богине Уцзи.

— Твой путь боевых искусств слишком слаб!

Бесчисленные удары Богини Уцзи обрушились на тело Цинь Му. Её руки столкнулись с кулаком Цинь Му, и в следующий миг выражение её лица резко изменилось. Руки женщины странным образом согнулись, прежде чем сломаться. Между тем её ноги неистово двигались, раз за разом пиная противника.

— Дай мне меч.

— Цинь Му протянул руку, выхватывая оружие из руки Цинь Фэнцина. После его взмаха голова Богини Уцзи отсоединилась от тела!

Бум!

В следующий миг хлынули тысячи божественных искусств, потопив их под собой. Их ужасающая сила освободилась, разразившись белоснежным светом во всех направлениях. Выровняв землю, они подлетели в небо, достигая пояса Графа Земли, прежде чем медленно рассеяться.

В самом центре взрыва Цинь Му полуприсел от давления. Его физическое тело было изодрано, три головы и шесть рук были тяжело ранены.

Волны Ци и крови пронеслись по его телу и вырвались наружу. Он схватил свой огромный меч, будучи вне себя от волнения.

— Я такой сильный…

Его тело начало восстанавливаться с невообразимой скоростью, заметной для невооружённого взгляда. Бросившись в сторону полубога Янь Цзюси, он громко рассмеялся:

— Такой сильный…

Цинь Фэнцин, отчаянно пытающийся переварить Богиню Уцзи, закатил глаза от его слов:

— Деревенщина…

Глава 762. Небесный Огонь, Сжигающий Мир

— Деревенщина, — Янь Цзюси, глядя на Цинь Му, устремившегося к его лицу, громко рассмеялся. — Сын Юду, ты и правда деревенщина. Посметь сразиться со мной лоб в лоб — верх невежества. Кажется, ты недостаточно страдал! Ты понятия не имеешь, насколько могуча родословная Матери Земли!

Цинь Фэнцин поспешно предостерёг:

— Брат, этот очень могуч. Его божественные искусства очень странные, к тому же он использует два меча ужасающей тяжести. Он причинил мне немного боли.

Янь Цзюси разразился божественными лучами, после которых божественная мощь магнетизма устремилась вперёд, и бегающий Цинь Му внезапно ощутил, словно на него взвалилось множество планет, отчего его тело несравненно потяжелело…

Лучи магнетизма тут же превратились в два божественных меча, которые он неприменул схватить. Улыбаясь, он резанул ими по трёхглавому-шестирукому врагу:

— Тебе нечего противопоставить, разве не так? Моя мать — Мать Земли, поэтому я унаследовал её родословную. В мои крепкие года никто не смел сражаться со мной!

— Божественные искусства магнетизма? — проговорив, Цинь Му с трудом приподнял руку, которая, казалось, весила как гора. Он практически не мог её поднять, между тем свет меча практически достиг его лица.

Цинь Му взревел, с силой протянув вперёд ладонь. Бесчисленные призмы небесного огня стремительно хлынули наружу и стали с треском раскрываться. Призматический небесный огонь был буквально везде в радиусе нескольких тысяч километров!

Божественные мечи магнетизма Янь Цзюси погрузились в призмы небесного огня, как вдруг раздался оклик Великого Владыки Солнца:

— Наследный Принц Цзюси, не касайся тех призм! Отступай, быстрее…

Но было уже слишком поздно.

Когда божественные мечи магнетизма Янь Цзюси коснулись первой призмы, мощь небесного огня хлынула вперёд. Пылая, пламя расплавило мечи, как вдруг произошёл ужасающий взрыв, зажёгший другие призмы поблизости, которые, в свою очередь, развели ещё больше небесного огня.

Буум, буум, буум…

Практически все призмы небесного огня взорвались одновременно. Янь Цзюси был прямо в эпицентре взрыва. На мгновение пространство разорвало на куски и ужасающий огонь вторгся в глубины космоса.

Небо и земля растаяли, раскрывая объятые пламенем слои пространства.

Земля содрогалась, в то время как огромный огненный шар постепенно поднимался от неба, чтобы сжечь всё на своём пути. Даже дьявольская Ци Южу и земля под ступнями Графа Земли тоже горели…

Огненный шар расширялся и поглощал всё, рядом с чем проходил, оставляя после себя лишь зияющие дыры, вокруг которых слои пространства так и продолжали пылать.

Вот каковой была мощь Небесного Герцога.

Небесный Герцог, Мать Земли, Граф Земли. Каждому из них, наиболее древних существ, была подвластна иная мощь.

Цинь Му использовал Великое Дао Небесного Огня, чтобы разрушить Великое Дао Магнетизма Янь Цзюси, однако тот имел заслуженную репутацию и использовал бесчисленные лучи магнетизма, чтобы защитить своё тело. Взрыв прорвался через бог знает сколько слоёв лучей, но так и не навредил самому важному — жизни.

Вздымающийся небесный огонь объял его, но даже несмотря на то, что божественные лучи под их воздействием продолжали плавиться, они успешно защищали его жизнь.

Властвуя мечом в руке посреди пламени, Цинь Му нанёс колющий удар. Свет меча прорвался через божественные лучи магнетизма и лязгнул, поразив межбровье Янь Цзюси. Вокруг него закружились многочисленные, заблокировавшие меч руны, но в следующий момент под натиском мощи света меча они разрушились и тот вонзился в межбровье, с трудом пытаясь погрузиться глубже.

Янь Цзюси отступил, как вдруг вспыхнул небесный огонь, поджёгший его исконных дух. Он гневно ревел, пока зелёный дым просачивался наружу из его пылающего тела.

Внезапно с неба послышался звонкий визг.

Великий Владыка солнца прорывался через небесный огонь в попытке схватить Цинь Му.

Цинь Му стремительно уменьшился в размерах, возвращаясь к своему первоначальному размеру.

Великий Владыка Солнца смог схватить лишь пустоту и поспешно взмахнул крыльями, превращаясь обратно в бога с головой птицы и телом человека, у которого выросли три птичье ноги, а крылья стали подобны божественным ножам. Он стремительно завращался, яростно атакуя противника своими крыльями, когтями, клювом и всевозможными иными способами!

Став свидетелем мощи небесного огня, он понял, что ему не под силу одолеть парня при помощи искусств пламени, поэтому он решил навязать ему ближний бой.

Несмотря на то, что он был мёртв, его исконный дух всё ещё являлся крайне могучим. Он был знаменитым древним богом Эпохи Дракона Ханя, и, если говорить о ближнем бое, он редко кого боялся.

Его перья были подобны мечам, а крылья ножам, его когти были словно крюки, а клюв как шип. Каждая часть его тела была оружием, которое могло легко убить Цинь Му!

— Сын Юду, я ещё никогда не терпел поражение в ближнем бою! — Великий Владыка Солнца выглядел столь же великолепно и завораживающе, как и радуга, как вдруг выкрикнул. — Тысяча Перьев Великого Солнца Режущего Глубинную Теорию!

Бесчисленные перья его крыльев взлетели и закружились, словно мечи, создавая кровавые дыры в теле парня. Затем он встряхнул крыльями и перья вернулись к ним, после чего начал полосовать ими противника в круговороте.

Ранения Цинь Му быстро восстанавливались, а его руки непредсказуемо двигались, блокируя атаки, и он с улыбкой обронил:

— Ты несёшь чушь, словно бык.

Великий Владыка Солнца содрогнулся, когда услышал слово «бык», и в его сознании непроизвольно всплыла фигура быкоголового бога. В прошлом он всё же потерпел поражение, но это произошло очень давно, ещё во времена первого года Дракона Ханя. Тогда его голыми руками избил Золотой Командир Ню Бэнь.

Большего позора и унижения он не переживал за всю последующую жизнь!

В последствии с течением времени его познания в божественном огне солнца неуклонно росли, и он стал уверен, что теперь превосходил Ню Бэня, поэтому хотел отыскать того, чтобы отомстить, однако ему так и не удалось найти своего обидчика.

Цинь Му во всю использовал свои руки, чтобы сражаться с Великим Владыкой Солнца, но его меч всё ещё торчал в межбровии Янь Цзюси.

Янь Цзюси до сих пор был объят пылающим небесным огнём и панически отступал, но всё же никак не мог оторваться от Цинь Му.

Великий Владыка Солнца атаковал всё с больше и больше скоростью, но никак не мог прорваться кольцо защиты Цинь Му.

В этот момент Янь Цяньчжун отважился ступить в небесный огонь и присоединился к бою:

— Драконий Танец Великого Расширения!

Многочисленные огненный драконы обнажили свои клыки, размахивая своими когтями вокруг Янь Цяньчжуна, проникая в и вырывая из его тела, словно он был дьявольским богом, телом которого овладели бесчисленные огненные дракона.

Неважно шла речь о божественной мощи или же о божественном искусстве — все они были до крайности ужасающими!

Великий Владыка Солнца облегчённо вздохнул. До своей смерти Янь Цяньчжун всё же был существом Императорского Трона. Он обладал поразительными достижениями в божественном искусстве огня и был повелителем в Юду, поэтому он не боялся сожжения от небесного огня.

Великий Владыка Солнца и Янь Цяньчжун объединили силы, атакуя Цинь Му.

Янь Цяньчжун тоже уменьшился в размере.

Парочка остервенело атаковала Цинь Му с обоих сторон, но тот по-прежнему мог блокировать их атаки, к тому же его меч так и продолжал торчать изо лба Янь Цзюси, успев к текущему моменту проникнуть до черепа.

Четверо сражались, отчаянно перебирая ногами, тогда как в результате каждого их столкновения происходили сотрясающие мир рокотания.

Внезапно со стороны неба донеслась мелодия флейты. Бог в белоснежно белых одеждах ступил босыми ногами на небесный огонь. Он спускался с неба, держа в руках нефритовую флейту, его пальцы ловко танцевали, даруя мир успокаивающую мелодию.

— Ученик Небесного Герцога, Святой Хо Юнь с Райских Небес! — Янь Цяньчжун обрадовался и с улыбкой продолжил. — Прекрасная мелодия, неужели это Небесный Огонь Сжигающий Божественную Молнию?

Святой Хо Юнь играл на флейте «Небесный Огонь Сжигающий Божественную Молнию». Звуковые волны направляли небесный огонь и даже заставили его атаковать Цинь Му.

Великий Владыка Солнца с улыбкой сказал:

— С поддержкой Святого Хо Юня мы сможем избить даже Сына Юду!

Святой Хо Юнь двигался вслед за бегающей и сражающейся четвёркой и мелодично играл на флейте. Казалось, со всех сторон доносились звуки природы. Но когда он перешёл на более высокие тона, третий глаз на лбу Цинь Му открылся и выстрелил лучом света, который прошёл на сквозь через его шею.

Хо Юнь был ошеломлён, но было уже слишком поздно, его голова падала с плеч.

Цинь Фэнцин быстро протянул свои руки, чтобы схватить две половинки исконного духа почившего Святого, прежде чем забросить их в рот и смачно отрыгнуть под конец.

«Чёрт, я сыт», — большеголовый ребёнок был словно опьянён.

Ранее он съел Богиню Уцзи и, не успев её переварить, теперь съел Святого Хо Юня. Он мгновенно почувствовал, как его тело напухает и наполняется сверх предела.

«Вокруг ещё столько деликатесов, что же делать?» — его мысли были в беспорядке.

Снаружи небесного огня стояли сотни древних существ, которые смотрели издалека, не смея подходить ближе. Небесный огонь был слишком сильным, в то время как большинство из них теперь были лишь бестелесными исконными духами. Небесный огонь мог серьёзно изувечить их исконные духи и это была одна из причин, почему после смерти исконный дух падал в Юду, а не возносился к Сюаньду.

Небесный Герцог был полностью объят небесным огнём, которому души и исконные духи совершенно не могли противостоять.

Внезапно глаза сильного практика области Непостижимого Неба оживились, и он крикнул:

— Они вот-вот покинут небесный огонь!

Вздымаясь, волны огня извергались на несколько тысяч километров. Это произошло из-за вырвавшихся, подобно скользящим огненным змеям, божественных искусств Цинь Му, Великого Владыки Солнца и Янь Цяньчжуна.

Вскоре их сражающиеся фигуры оказались за пределами небесного огня. Неисчислимые древние существа поспешно устремились вперёд, только чтобы увидеть свет меча Цинь Му, пронзивший голову Янь Цзюси и вырвавшийся с обратной её стороны.

— Моя! — обрадовалась голова младенца.

Цинь Фэнцин схватил Янь Цзюси и открыл рот, забрасывая его внутрь. Вскоре послышалось несколько приглушённых отрыжек, за которыми последовали тревожные мысли: «Я думал, что смогу съесть ещё, но кажется я ошибся…»

— Ты смеешь?! — сотня сильных практиков Непостижимого Неба и Императорского Трона приблизились и попыталась атаковать, но тут же почувствовали, что вокруг было слишком многолюдно. Испытывая из-за этого неповоротливость, они быстро поняли, что им не продемонстрировать всей своей силы при таком раскладе.

Только несколькие из них могли атаковать Цинь Му в одно и то же время, но тот, в свою очередь, имел три головы и шесть рук и мог отражать все их атаки.

К тому же Сын Юду также имел поистине толстую кожу, которая добавляла ему живучести. Даже атакуя его вместе, они могли только ранить его, но не убить.

Поступь Цинь Му была непредсказуемой и стремительной, он использовал всевозможные пути, навыки и божественные искусства. К примеру, сталкиваясь с опасностью, он просто поднимал руку и отправлял всех бойцов ближнего боя прочь за тысячу километров.

— Его магическая сила такая могучая? — посетовал только что раненый Великий Владыка Солнца, чувствуя от бессилия нервозность и раздражение.

Янь Цяньчжун гневно гаркнул:

— В Юду его магическая сила бездонна!

Внезапно третьи глаза трёх голов Цинь Му выстрелили во всех направлениях лучами света, которые закружились, разрезая всё на своём пути. Каждый присутствующий попытался уклониться, но некоторым это всё же не удалось, и они были разрезаны на две части!

Разрыв исконных духов отличался от разрыва тел.

Разрыв исконных духов был равносилен смерти души через рассеивание.

После этого оставались только духовные эмбрионы.

Цинь Фэнцин уставился на происходящее широко распахнутыми глазами и, чувствуя боль в сердце, прибег к мягким уговорам:

— Маленький братец, мой дорогой маленький братец, я действительно больше не могу есть, сражайся медленнее, не убивай их так быстро… Большой брат, ты большой брат, я признаю, просто перестань убивать…

Цинь Му проигнорировал его слова и не обращая внимания на ранения исполнил Поднятие Меча Бедствия, убив нескольких врагов.

К текущему моменту две его головы были отсечены, а четыре руки полностью переломаны.

Внезапно плоть на его плечах скрутилась и забугрилась, после чего там выросли ещё две головы с ожесточёнными взглядами.

Руки Цинь Фэнцина дрожали, когда он схватил исконные духи убитых и со слезами на глазах попытался затолкать их себе в рот и проглотить, но не смог. Внезапно его осенило, и он обрадованно выпалил:

— Придумал! Мне же не обязательно сразу есть еду, можно оставить где-то полежать! — договорив, он затолкал те разорванные исконные духи в своё межбровье.

Клон Небесного Герцога и сознание Багрового Императора нервно наблюдали за происходящей снаружи битвой. Внезапно небо раскололось надвое и через раскол посыпались сломанные конечности, скапливаясь на земле.

Парочка с тревогой косилась друг на друга.

Прямо в этот момент Великий Владыка Солнца тоже был заброшен внутрь, в итоге падая на землю. Он тоже был лишь исконным духом и, что удивительно, до сих пор живым, поэтому немедленно взмахнул своими крыльями, планируя покинуть это место.

Небесный Герцог с добрыми намерениями посоветовал:

— Птичка, тебе не сбежать, если даже мы не смогли, как сможешь ты? Как ты попал сюда?

Великий Владыка Солнца поразился и, заметив парочку, тут же поприветствовал:

— Небесный Герцог! Небесный Герцог, Сын Юду и тебя тоже принял за еду?

— Тьфу, тьфу! Детские слова не несут вреда! Постучи по дереву, постучи я говорю! — Небесный Герцог с улыбкой продолжил. — Разве меня можно рассматривать как еду? Я здесь, чтобы просветить этого дьявола, следовательно, прибыл сюда по собственной инициативе. Я просто не хотел, чтобы он навредил всем живым творениям. А ты зачем пришёл?

Пристыженный Великий Владыка Солнца ответил:

— Меня оглушил Сын Юду, после чего тот младенец схватил меня за крылья и затащил внутрь. Небесный Герцог, твоё желание не дать ему навредить всем живым творениям действительно праведно, однако почему тогда он устроил снаружи такую резню?

Белобородый старец дунул на свою бороду и уставился широко распахнутыми глазами:

— Птичка, знаешь ли ты, как умер?

Великий Владыка Солнца пробормотал:

— Мой рот не затыкался, и я знал слишком много тайн, поэтому умер по неизвестной причине.

Небесный Герцог фыркнул и равнодушно продолжил:

— После смерти у тебя всё ещё остался исконных дух, и если ты так и продолжишь нести чушь, то можешь потерять даже свою душу.

Великий Владыка Солнца посмирнел и ответил:

— Разве Сын Юду всё равно не съест меня?

Небесный Герцог рассмеялся со словами:

— Я здесь уже достаточно долго, и даже если Сын Юду достаточно способный, до тех пор, пока ты следуешь за мной, он может забыть о том, чтобы съесть тебя.

Великий Владыка Солнца был крайне обрадован.

Багровый Император не удержался от ремарки:

— Не верь ему. Я поверил ему и был избит бог знает сколько раз.

Великий Владыка Солнца поспешно спросил:

— А ты кто?

— Багровый Император Райских Небес Багрового Света.

Великий Владыка Солнца удивился, между тем с неба так и продолжали сыпаться внутрь, казалось бы, бесконечные руки, как вдруг небо потемнело.

Снаружи прекратились все движения.

— Лу Ли и остальные сделали ход! — выкрикнул Великий Владыка Солнца. — Котёл Резни и Небесная Сеть объединились и поймали его в ловушку! Мы спасены!

Клон Небесного Герцога с обеспокоенным выражением лица покачал головой:

— Ты надумываешь. Всё плохо. Котёл Резни и Небесная Сеть только переработают нас до смерти вместе с людьми в котле…. Лу Ли пытается стать вторым Графом Земли!

Глава 763. Как Ароматно

Цинь Му наслаждался резнёй, как вдруг Лу Ли, находящаяся вдалеке, подняла квадратный котёл. Несмотря на то, что котёл имел квадратную форму, под его квадратной крышкой отображался небесный круг с запечатлённой круговертью звёзд миров. Четыре стороны котла были украшены четырьмя быкоголовыми, тигролицыми дьявольскими богами с человеческими телами. Кусая небесный круг, они символизировали Юду.

Лу Ли подняла крышку котла высоко вверх и в тот же миг луч белоснежного света озарил собой бесчинствующего Цинь Му, который тут же осознал, что дело дрянь, ведь весь мир перед его взором завращался размытой спиралью. Его подхватило против воли, как и богов вокруг него, затягивая в сторону крышки котла в руках женщины.

Между тем боги, которые были захвачены этим светом, нервно завопили:

— Небесная Сеть Подавления Бога!

Цинь Му почувствовал, как его сердце вздрогнуло, и собирался было сбежать, как вдруг небо над его головой молниеносно потемнело. Подняв голову, он увидел, что небо теперь устилали мириады звёзд.

Тем временем Лу Ли покрепче схватилась за крышку и опустила её на Котёл Резни, который некогда был выкован реинкарнацией Графа Земли. Она настолько плотно прижала её к котлу, что внутрь не могла проникнуть даже молекула воздуха!

Лу Ли облегчённо вздохнула, прежде чем гаркнуть:

— Помочь не собираетесь?

Сюань Мин, Хань Лэй и Цзюэ Хуан, как по команде, одновременно протянули ладони вперёд и положили их на Котёл Резни. Лу Ли тоже не стояла без дела, поэтому четыре ладони, каждая со своей стороны, пробудила мощь Котла Резни и Небесной Сети.

Внезапно спустились большие шишки Юду, и Янь Цяньчжун шагнул вперёд со словами:

— Вы не можете использовать Котёл Резни! Внутрь также были затянуты наши друзья Дао. Если вы используете котёл, они погибнут!

Лу Ли кинула на него взгляд и с улыбкой парировала:

— Раз такое дело мы должны открыть крышку и выпустить Маленького Тирана Юду вместе с остальными, но в таком случае Красное Божество должно лично затянуть его обратно.

Янь Цяньчжун фыркнул, но не стал отвечать.

— Если мы освободим Сына Юду, то нас ждёт только смерть, — сухо заговорил Сюань Мин. — Каждый присутствующий здесь — старший, но без своего физического тела, Сын Юду ваш природный враг. Забудьте о Сыне Юду из прошлого, теперь он, спустя двадцать короткие два года, кардинально изменился. Он исправил свои недостатки, достигая своими божественными искусствами настоящей экстраординарности. Более того, он и есть само Юду, поэтому не может быть избит здесь до смерти. Единственное что способно его убить — Небесная Сеть и Котёл Резни.

Все погрузились в задумчивое молчание.

Излучаемая мощь и внушаемый Сыном Юду террор были чем-то, чего они абсолютно не понимали, даже испытав их на своей шкуре уже дважды. Первый раз это произошло спустя два месяца после его рождения. В то время он перевернул Юду с ног на голову и сожрал бог знает сколько богов всевозможных фракций и сторон…

Он постоянно рос, становясь со временем только более надменным, но тогда даже несмотря на свою силу от него не веяло такой непобедимостью. Ведь он не знал путей, навыков и божественных искусств, а полагался лишь на свою силу первородного Юду. Находясь в Юду, он мог восстанавливаться на ровном месте и поглощать души и исконные духи для своего усиления, именно так он и сумел выжить в то неспокойной время. Но во второй раз, вернувшись спустя двадцать два года, он мог продемонстрировать мощь совсем иного толка… в только что произошедшей битве пали сотни сильных практиков Непостижимого Неба и Императорского Трона.

Погибло больше половины существ такого уровня бытия от первоначального количества.

Многочисленные присутствующие практики Непостижимого Неба и Императорского Трона не имели своих прошлых могучих физических тел, от них остались только исконные духи, поэтому их способности чудовищно снизились по сравнению с прошлым и теперь были сравнимы с областями богов Нефритовой Столицы или в лучшем случае Непостижимого Неба. Единственное что до сих пор было при них — их познания и опыт прожитых жизней, поэтому они были на голову сильнее обычных богов области Нефритовой Столицы.

Беря в учёт их количество и силу, а также скоординированность действий в атаке на врага, те потери, что им пришлось понести в результате, внушали в них пробирающий до самых костей страх.

Атака Лу Ли застала Сына Юду врасплох и позволила ей запечатать его в котле. Если они сейчас откроют его, в следующий раз им будем гораздо сложнее запечатать его внутри, и кто знает сколько ещё древних падёт в результате этой авантюры!

— Для тех трёх братьев Дао принести свои жизни в жертву, чтобы покончить с Сыном Юду, величайшая заслуга перед Небесами и Землёй, и я уважаю их за это до глубины души, — внезапно Небесный Король Гао со скорбящим взглядом положил ладонь на Котёл Резни. Когда из его глаз потекли слёзы, он продолжил. — Я проливаю свои слёзы за праведных братьев Дао, и чтобы проводить их в последний путь!

Остальные древние существа также скорчили ужасные выражения, начав пускать слёзы:

— Проводим трёх братьев Дао в последний путь!

Все пускали слёзы.

Лу Ли окинула всех взглядом с улыбкой на лице, прежде чем рассмеяться:

— Ладно вам, не стоит быть такими печальными, к тому же Сын Юду не умрёт так просто только из-за того, что угодили в котёл. Чтобы наши братья Дао не страдали, давайте поскорее пробудим Котёл Рези и отправим их в последний путь!

Все замерли с мрачными выражениями лиц, между тем Янь Цяньчжун холодно обронил:

— Губернатор Провинции Лу Ли, твоя жажда наживы не знает предела, три друга Дао умрут из-за тебя, но ты всё равно смеешь улыбаться?

Лу Ли взвыла, а её щеки затопил настоящий дождь из слёз, вдруг она смела их и спросила:

— Другие могут думать, что я всё делаю из-за наживы, но откуда вам было знать, что я выдавливала из себя ту улыбку?

Сюань Мин не мог больше смотреть на неё в таком состоянии и мягко ответил:

— Перво-наперво важные дела. Уладим их в первую очередь.

Небесный Король Гао озадаченно приподнял брови и спросил:

— Когда мы убьём Сына Юду и переработаем, кому достанется его физическое тело?

Сердца всех присутствующих сжались.

Небесный Кроль Гао усмехнулся и продолжил:

— Четыре Губернатора Провинции, Небесная Сеть — заслуга усилий всех нас. И сейчас, после того как погибло столько друзей Дао, можно с уверенностью заявить, что физическое тело Сына Юду не пустяковое дело. Мы должны обсудить кому оно достанется заблаговременно.

Лу Ли нахмурилась и с улыбкой спросила:

— Небесный Король Гао, у тебя есть мысли? Почему бы тебе не выражаться яснее.

— Мы давно помершие люди, — усмехнулся Гао, — какие мысли у меня могут быть?

Ощутив ускорившееся сердцебиение, Янь Цяньчжун сказал:

— Каждый из четырёх Губернаторов Провинции имеют при себе свои физические тела, но мы, старики, нет. После того, как Сын Юду будет переработан до смерти, его физическое тело станет, по сути, нашим Четырём Губернаторам Провинции стоит отдать его нам, вашим предшественникам.

Цзюэ Хуан усмехнулся со словами:

— Столько призраков и только один Сын Юду, как вы, ребята, разделите его? Так как физические тело Сына Юду не станет нашим, почему бы вам всем перво-наперво не решить, кому оно достанется?

Все древние с опаской озирались.

Физическое тело Сына Юду было слишком заманчивым. Когда они думали о том, что после возрождения станут обладателями способностей Графа Земли, смещение последнего становилось лишь вопросом времени, которое нужно для роста.

Вокруг Котла Резни воцарилась тишина. Все древние существа молчали.

Лу Ли про себя ухмылялась. Другие трое Губернаторов Провинции, стоящие подле неё и изучающие выражения лиц всех вокруг, держали ухо в остро и держались настороженно.

****

Между тем Цинь Му и те три исконных духа области Непостижимого Неба упали на дно котла одно и то же время.

Свет Небесной Сети рассеялся.

Округа погрузилась во мрак.

Цинь Му поднял голову осмотреться, увидев только сверкающие звёзды галактики над их головами. Когда он посмотрел вниз, то увидел лишь несравненную тьму, в которой парили лица людей и богов.

Лица, казалось, состояли из наитончайшей бумаги, и просто парили во тьме, не имея какой-либо толщины, время от времени исчезая и появляясь.

Они были сильными практиками, умершими в результате переработки Котла Резни, становясь следами внутри него и частью его мощи.

— Небесная Сеть, — жалко вскрикнул один из исконных духов, выглядя полностью опустошённым и без искры надежды во взгляде. — Сеть, которую мы помогли создать, теперь будет использована той потаскухой Лу Ли против нас же!

— Ещё и Котёл Резни! — другие два исконных духа также замерли с ужасом на лицах, говоря надломленными голосами. — Котёл Резни, выкованный лично реинкарнацией Графа Земли — лучшее сокровище во всём Юду, а также лучшее сокровище для резни!

— В прошлом, во времена Эпохи Дракона Ханя, когда Граф Земли устроил бойню, он использовал этот котёл и переработал несчётное количество душ древних богов и полубогов в пыль!

— Нам конец!

— Дайте нам выйти!

Три исконных духа ринулись к небу, устремляясь к галактике.

Цинь Му поднял голову и посмотрел на реакцию звёзд в галактике, и когда троица области Непостижимого Неба нырнула в галактику, их с силой отбросило вниз, пока они не упали обратно во тьму и не взорвались, рассеиваясь затухающими лучами света.

— Жалко-то как, я не смогу съесть их… — разочарованно обронил младенец.

Цинь Му изучил своё окружение с мрачным выражением лица. Он увидел, как три древних существа появились во тьме в виде трёх новых отпечатков.

Те, кто были здесь переработаны до смерти, были крайне сильными, но под воздействием мощи Котла Резни все они были убиты, не будучи способными оказать сопротивление!

В прошлом Граф Земли устроил бойню, убив неисчислимое множество живых существ из-за убийства его жены и дочери. Он контролировался дьявольской природой и в результате создал лучшее сокровище резни во всём Юду. Под воздействием чувства обиды от несправедливости его обуяла дьявольская природа, мгновенно достигая своего апогея, и помогая ему вырываться из-под ограничений правил мира мёртвых. В тот же миг Котёл Резни сформировался его непостижимыми дьявольской природой и ненавистью, поэтому можно было легко представить, каким ужасающим тот был!

«Котёл пока нас не атакует, — Цинь Му с опаской посмотрел на лица, что парили вокруг. — Его контролирует Граф Земли? Не может быть. После того, как он устроил ту резню во времена Эпохи Дракона Ханя, его обуяло сильное чувство вины, после чего он заточил свою реинкарнацию в Проходе Нефритового Замка, чтобы та вечно страдал от адского пламени. Он должно быть бросил этот котёл на произвол судьбы или его забрали Райские Небеса, затем передавшие в руки Губернатора Провинции Лу Ли. Пока котёл не был использован по своему непосредственному назначению на полную. Должно быть все кто снаружи бездействуют.

Он успокоился, понимая, что мощь Котла Резни была приведена в движение и направлена на три исконные духа лишь из-за их попытки сбежать. Несмотря на то, что тот мог быть активирован Лу Ли и остальными в любой момент, пока этого не произойдёт, он мог быть спокоен за свою жизнь.

„Раз Котёл Резни был создан Графом Земли во времена Эпохи Дракона Ханя, его познания в математике не должны быть слишком высокими, — с такими мыслями Цинь Му хладнокровно открыл свой третий глаз в межбровье, прежде чем продолжить мысль. — В то время Мастер Дао должен был только создать Математические Трактаты Непостижимой Женщины и Высшей Тайны. Граф Земли, возможно, ещё не успел их освоить. В таком случае этот Котёл Резни должен иметь недостатки в своём убийственном построении.

Цинь Му осматривался вокруг, сводя брови в хмуром выражении всё ближе и плотнее.

Со временем на его лбу проступили бусины холодного пота.

Он не мог найти ни одного недостатка, как вдруг подумал о кое-чём важном!

А именно — математика секты Дао использовалась для толкования Великого Дао Небес и Земли, с другой стороны, Граф Земли являлся рождённым природой древним богом и был олицетворением Великого Дао Юду!

Он не нуждался в математике!

Математика была для него незначительна!

Отказ от своих собственных путей, навыков и достижений для изучения математики было сродни покупке деревянной коробки и возвращения находящихся внутри жемчужин продавцу.

‚Это плохо…‘ — когда его мысли дошли до этого места, находящийся справа Цинь Фэнцин внезапно втянул полную грудь воздуха и похвалил:

— Какое хорошее место, везде вокруг такой приятный запах, как ароматно…

Цинь Му непонимающе моргнул:

— Ароматно?

Цинь Фэнцин кивнул головой:

— Ароматно! Разве ты не чувствующей этот дурманящий аромат, витающий в воздухе? Это запах от душ, что чувствуют боль, ужас, отчаяние, недовольство, сожаление и прочие всевозможные греховные помыслы. Такой запах особенно хорош!

Цинь Му остолбенел, как вдруг тьму поразило божественное искусство. Послышался громкий рокот, в то время как тьма забурлила, но от Котла Резни так и не последовало возмездия, которого он ожидал!

Котел до сих пор не подавал признаков желания атаковать. Только лица, корчащиеся в гримасах боли и словно безмолвно крича, появлялись во тьме.

Ошеломление Цинь Му сменилось искрой понимания, и он выкрикнул:

— Я знаю почему! Мы, братья, Графы Земли, для котла мы то же самое, что он. Котёл не станет атаковать Графа Земли и самого себя!

Тут же взволновавшись, он начал смело бродить вокруг, не замечая даже намёка на желание котла атаковать.

Чуть погодя он встал перед лицом, чьи глаза крутанулись и уставились на него с выражением настоящего ужаса. Внезапно он двинулся, вставая сбоку от лица, но по-прежнему видел его так, словно стоял напротив. Неважно с какой стороны он вставал, у него получалось видеть только переднюю часть лица. Другие стороны он попросту не могу увидеть!

Цинь Му невольно удивлённо цокнул языком:

— Старший брат, ты можешь видеть пути, навыки и божественные искусства, используемые этим котлом? Как Граф Земли создал это лицо?

— Дай мне минутки! — Цинь Фэнцин поднял руку и погрузил её в глаз в своём межбровии. Он шарил рукой по округе земли слова Цинь, заставляя Небесного Герцога, Багрового Императора и Великого Владыку Солнца спешно уворачиваться, прыгая то туда, то сюда.

Спустя мгновение он вынул из глаза голову и дунул воздухом, заставляя ту взлететь в темноте, со словами:

— Вот так.

Цинь Му удивился и несколько раз обошёл голову вокруг. Со все четырёх сторон головы он видел непосредственно лицо, не способный увидеть стороны.

— Что за пути, навыки и божественные искусства используются в этом? — потеряно пробубнил Цинь Му.

— Понятия не имею, — ответил Цинь Фэнцин. — Раз тут не опасно, позволь мне переварить то, что я съел, а ты пока подумай об этом.

Глава 764

Цинь Му несколько раз окликнул Цин Фэнцина, но тот так и не ответил. В такое важное время мелкий проказник буквально уснул, да ещё и засунул большой палец в рот.

Цинь Му вытянул палец изо рта Цинь Фэнцин и вытер о себя, но последний тут же переключился на сосание уже его пальца.

Из трёх голов и шести рук одна голова и две руки были подконтрольны его брату, в то время как остальные управлялись им, тем не менее, во время боя он порой мог управлять сразу всеми шестью руками, между тем если во рту его брата ничего не было, тот не мог спать спокойно, поэтому и схватил его руку, засунув палец себе в рот…

Цинь Му поднял левую руку Цинь Фэнцина и засунул её палец ему в рот, и только затем тот смог успокоиться.

«Так старший брат он или всё же я?» — с такими мыслями Цинь Му покачал головой и пошёл исследовать Котёл Резни в попытке найти выход, но ему не удавалось достичь краёв куда бы он не летал.

Даже если котёл не выглядел большим, пространство внутри, казалось, не имело границ. Ему не удавалось достичь его конца. Внезапно он исполнил своё божественное искусство перемещения, но всё равно не смог выбраться из плена сокровища.

Спустя долгое время он наконец сдался и, перестав поиск границ, просто взлетел. Котёл Резни был изготовлен Графом Земли, чьи способности были поистине невероятны. Даже если способности Цин Фэнцина были велики, ему всё ещё было далеко до Графа Земли, что делало Небесную Сеть слабым звеном и лучшим путём к побегу.

Ещё не успев достигнуть неба, он увидел, как бесчисленные звёзды ускорили свою круговерть. Галактика начала меняться и подобно дракону устремилась в его сторону.

Цинь Му поднял руку в попытке заблокировать атаку и создал из своей магической силы барьер, в который галактика и врезалась.

Звёзды галактики, яростно сталкивающие одна с другой, не имели физической формы, а являлись странными отпечатками. Поначалу их не было много, отчего мощь не казалось такой уж невероятно, но буквально за мгновение их бесчисленные собратья нахлынули подобно обрушившемуся морю и созданный барьер начал ярко сверкать, пока не стал таким же ослепительным, как солнце!

Буум…

Под натиском бушующих толчков барьер из магической силы не выдержал, и галактика обрушилась на его тело, стремительно оттесняя вниз!

Всего за какое-то мгновение Цинь Му поразило бог знает сколько звёзд, отчего всё его тело объяла сильная боль. В попытке защититься от атак он закричал и великий дьявольский язык Юду сорвался с его уст:

— Где я, там Юду!

Закружившись, дьявольская Ци поднялась со дна Котла Резни и сформировала под его ступнями земля из тьмы, а уже в следующий вдох времени она устремилась к небу и набросилась на галактику в небе!

Цинь Му вдруг обнаружил, что может задействовать мощь котла, что его не только приятно удивило, но и обрадовало. Набросившаяся на него галактика была подавлена дьявольской Ци, и он ступил на землю Юду, начиная стремительно расти, устремляясь вверх.

Галактика завибрировала и стала ещё более агрессивной. Звёздный свет бессчётных звёзд внезапно соединился, обращаясь плотной сетью, которая начала спускаться с неба и рассекать собой встреченную на пути дьявольскую Ци Юду.

Удивлённый Цинь Му воззвал к дьявольской Ци Юду и та, словно обезумев, превратилась в длинный нож в его руках, которым он тут же замахнулся в сторону сети звёздного света!

Нет Худа Без Добра!

Сеть была разорвана вертикально-горизонтальным разрезом.

Цинь Му втянул полную грудь воздуха, между тем его физическое тело уже достигло размеров тридцати тысячеметрового в высоту гиганта. Яростно замахнувшись четырьмя руками, он сокрушил своими кулаками бог знает сколько звёзд!

Находящиеся снаружи котла Янь Цяньчжун, Небесный Король Гао и остальные древние существа были в тупике. Никто из них не был готов отказываться от предоставившейся возможности, как вдруг котёл яростно завибрировал, начиная покачиваться из стороны в сторону, а его крышка залязгала. Казалось, словно внутри бушевало чудовище, которое могло сбросить оковы подавления и вырваться на свободу в любой момент!

Все поразились, и Лу Ли поспешно крикнула:

— Старшие, сейчас не время терять над собой контроль. Перво-наперво мы должны переработать Сын Юду до смерти, а уже потом придём к общем знаменателю!

Лу Ли, Сюань Мин, Цзюэ Хуан и Хань Лэй моментально поднялись и надавили своими ладонями на четыре угла Небесной Сети, пробуждая её мощь.

— Так и быть! — Янь Цяньчжун двинулся вперёд, в то время как позади него начали формироваться кольцеобразные, стремительно вращающиеся слои пламени. Магическая сила его исконного духа моментально выстрелила, подобно лучу, и поразила Котёл Резни, после чего он ещё раз крикнул. — Давайте для начала переработаем Сына Юду до смерти!

Небесный Король Гао, видя происходящее, раскрыл ладонь и мягко провёл своими пальцами по межбровью, раскрывая нефритово-зелёный глаз, из которого тоже выстрелил луч, в итоге приземлившийся на Котёл Резни, после чего он с улыбкой сказал:

— Ну ладно, к вопросу о том, кому будет принадлежать физическое тело Сына Юду, мы вернёмся после его смерти.

Некоторые древние либо протягивали свои ладони, либо открывали рты, чтобы извергнуть свою магическую силу. Позади них появлялись ведения обширных райских дворцов, и все они, используя всевозможные способы, направляли свою магическую силу в Котёл Резни и Небесную Сеть, чтобы привести в движение мощь этих двух важных сокровищ!

— Сначала отбросим его вниз Небесной Сетью! — крикнула Лу Ли. — А заем переработаем Котлом Резни до смерти!

Цинь Му уже пробился до самого верха галактики, между тем земля Юду под его ступнями продолжала стремительно расширяться. Он уже было собирался вырваться, как вдруг галактика скрутилась и её мощь чрезвычайно возросла.

Также вокруг него появились четыре головы Графа Земли, которые широко открыли свои рты, прежде чем вгрызться ими в землю Юду.

Галактика в небе превратилась в сеть из плотных переплетений звёздного света, через которую было невозможно сбежать. Сияющая сеть резанула своими «нитями» вниз, раскрывая мощь в десять раз выше, чем прежде!

«Мне не совладать с ней лишь грубой силой, — подумал Цинь Му. Земля Юду была подавлена четырьмя головами Графа Земли, но как только он собирался использовать божественное искусство перемещение, то внезапно почувствовал безграничную мощь, устремившуюся к нему от Котла Резни. Мгновение спустя эта мощь до краёв заполнила всё его тело, и он удивлённо обрадовался. — В самом начале я не мог задействовать столько мощи котла, что изменилось сейчас?».

Цинь Му понятия не имел, что это произошло потому, что Небесный Король Гао, Янь Цяньчжун и остальные активировали Котёл Резни. В то время как те понятия не имели, что, поступив так, они лишь усилили его, позволив использовать ещё больше мощи Юду.

Чувствуя, как его аура яростно бушует, он взревел, разрывая цепи звёздного света. Прорвавшись сквозь сковывающие путы, он устремился вверх, но тут же ощутил, как галактика кружится и давит на него.

Он начал наносить удары руками и ногами, сотрясая галактику. В то же время четыре головы Графа Земли больше не могли подавлять землю Юду, которая тут же начала поднимать его всё выше и выше.

Находящиеся снаружи котла Лу Ли и остальные почувствовали, как их руки немеют от вибраций, и после краткого мига удивления их объял ужас.

Цинь Му были попросту слишком зверским, настолько что даже Котёл Резни и Небесная Сеть не могли его подавить. Если всё так и продолжится, он, вероятно, разорвёт сеть и вырвется на свободу!

— Разве Котёл Резни не сокровище номер один для убоя во всём Юду? Почему оно не способно переработать до смерти?

Все вокруг пребывали в прострации и инстинктивно начали вливать в сокровища ещё больше своей мощи.

— Давайте для начала полностью пробудим мощь Небесной Сети, чтобы оттеснить его на дно котла!

Все древние существа сразу же перестали вливать свою мощь в Котёл Резни и направили её в Небесную Сеть. Мощь последней моментально резко возросла и из котла послышался звук взрыва, после которого они ощутили, как давление на них снизилось. Однако они всё равно чувствовали затяжной страх в своих сердцах, к тому же они не знали, что именно произошло внутри котла.

— Неужели Сын Юду всё-таки был убит Небесной Сетью? — вполголоса спросил Янь Цяньчжун.

Тем временем Цинь Му стоял внутри котла на земле Юду, в то время как звёздный свет вырывался из вращающейся в небе галактики. Сети звёздного света резали вниз одна за другой, подобно вспышкам света, заставляя его яростно защищаться.

Мощь Небесной Сети была подтолкнута до своего возможного предела и галактика, рванувшая вперёд, превратилась в огромный отпечаток ладони, который надавил вниз.

Цинь Му поднял четыре руки высоко вверх в попытке поймать гигантскую галактическую руку, но под давлением его тело постоянно опускалось, между тем третьи глаза четырёх голов Графа Земли открылись и выстрелили вниз режущими лучами света, тут же разрезая и разрывая на куски землю под его ступнями.

Галактическая рука безжалостно обрушилась на него, придавливая его под собой. Возле его ушей засвистели ветра, наложившиеся друг на друга и ставшие одним. Дьявольская Ци была так сильно сдавлена, что стала такой же плотной, как стена, формируя землю, которая раздавила его в центре.

Буум!

Мощь этой руки вырвалась и ладонь с силой протянулась ко дну котла.

Котёл яростно задрожал, в то время как кости и жилы Цинь Му были либо сломаны, либо порваны, его шея была свёрнута, руки вывернуты, а ноги скручены. Он распластался на земли в неестественной, специфической позе, в то время как Цин Фэнцин так и продолжал посасывать свой палец и крепко спать, и странным было то, что за всё это время тот не был ни капельки ранен, сильно досталось только ему.

Рука из звёзд рассеялась, а звёздный свет начал подниматься в вихре.

Оба явления бесследно исчезли.

Цинь Му был избит до такого жалкого состояния впервые, поэтому сейчас просто неподвижно валялся. Его магическая сила была в полном беспорядке, а исконный дух тяжело травмирован, как вдруг Котёл Резни разразился мощью и всю округу затопила дьявольская Ци Юду, которая затем полностью заполнила его тело.

Цинь Му удивился, прежде чем обрадоваться: «Кто лечит мои раны? Граф Земли? Он не казался мне таким хорошим человеком…»

Его магическая сила была моментально восстановлена, и он поспешно исполнил технику создания, чтобы позаботиться о своих ранах. Мощь Котла Резни постоянно усиливалась, вместе с тем всё больше магической силы стекалось в его сторону. Его раны быстро исцелялись, в то время как мощь котла и не думала ослабевать, а лишь стремительно усиливалась!

«Что-то не так…» — тело Цинь Му распухало от бушующей дьявольской Ци и постоянно росло. Растерявшись от такого поворота событий, он поспешно окликнул:

— Брат, брат, просыпайся, ты ещё не закончил переваривать? Вскоре я достигну своих лимитов…

Он был насыщен до головокружения, даже его зрение стало размытым, как вдруг до его ушей донёсся старый, смеющий голос:

— Ах Чоу, ты трудишь как занятая пчёлка, у твоей жены уже такой большой живот, но ты всё же позволяешь ей делать столько работы по дому? Не хочешь помочь?

Зрение Цинь Му начало проясняться, и вскоре он увидел перед собой зелёные холмы и кристально чистые воды, услышал чирикание птиц и почувствовал аромат цветов. На него смотрела старая улыбающаяся женщина с седыми волосами, стоящая возле дома, опираясь на трость.

Цинь Му удивился, когда услышал свой собственный, грубый, хриплый голос:

— Мама, я знаю, уже иду помогать.

Удивлённый Цинь Му только сейчас заметил, что вспахивал землю железным плугом. Он посмотрел на невероятно грубые руки, отложившие плуг в сторону, и встал, тут же понимая, что был очень высоким, не ниже трёх с половиной метров.

Он озадачено посмотрел вниз на свою тень на земле и был ошеломлён, ведь увидел, как из его головы торчали бычьи рога и даже свисающий из задницы хвост!

«Так быть не должно, это не я…» — зашагав в сторону дома он понял, что его тело ему не подконтрольно. Во дворе не слишком большого дома он нашёл женщину нежной внешности и доброго характера, которая с трудом стирала одежды из-за большого живота.

Он поспешно подошёл и попытался заговорить предельно ласковым тоном:

— Дорогая, осторожнее, не потревожь дитя, позволь мне помочь!

Приложив недюжие усилия, женщина выпрямилась, и он помог ей встать, а затем сел за стирку сам. В этот момент он увидел отражение своего лица в воде: у него были тигриные глаза и полосы, а голову украшали бычьи рока с девятью изгибами. И несмотря на то, что глаза у него были тигриными, в них читалась мягкость и доброта.

«Граф Земли, — разум Цинь Му помутился на некоторое время, а когда он пришёл в себя, то подумал. — Это воспоминания Котла Резни? Я сейчас в воспоминаниях Котла Резни Графа Земли. Котёл Резни уже обрёл свой дух…»

Граф Земли реинкарнировал в давнюю эпоху. Левый Хранитель Душ, рассказывая об этом происшествии, упомянул, что из-за своей уродливости Графа Земли не любили люди, и впоследствии какие-то древние боги и полубоги затеяли против него недоброе и убили его жену и дочь, в результате чего в нём пробудилась, а точнее вырвалась из-под контроля дьявольская природа, и он убил чёрт знает сколько ужасающий существ.

«Воспоминания Котла Резни, должно быть, воспроизводят именно это событие», — Цинь Му чувствовал себя так, словно превратился в Графа Земли, и вновь переживал это воспоминание.

Граф Земли был предельно нежен, и хоть он был груб по природе, со своей женой он был мил, как никогда. Она была очень доброжелательной женщиной, по дочернему относясь к своим старшим. Старуха была его матерью, которая в своё время была беременна в течение нескольких лет будучи неспособной родить. В итоге всё же родив, снаружи её окна небо заволоки вороны, а когда она повернулась посмотреть на своё дитя, то увидела монстра с лицом тигра и рогами быка.

Все говорили, что он был перерождением дьявольского короля, и хотели убить его, но женщина защитила его. Затем она дала ему имя, как у питомца — Ах Чоу, и с большим трудом вырастила.

Повзрослев, Граф Земли продемонстрировал редкую силу и невероятные божественные искусства, однако он не мог представить жизнь вдали от своей матери.

В итоге даже несмотря на его уродливость нашлась сумевшая его полюбить, она же и стала его женой.

— Даже некрасивые люди желанны, — старая женщина была счастлива, безмерно обожая своего сына и невестку.

Его жена не любила обращаться к нему — Ах Чоу, ей больше нравилось называть его брат Ах Ню.

Их семья купалась в блаженстве.

Вскоре его жена забеременела, дав жизнь мальчику и девочки. Он был вне себя от счастья, что даже расплакался, и от всего сердце учил их искусству совершенствования.

Их жизнь была действительно беззаботной.

Даже несмотря на свою некрасивость, он больше походил на человека, чем на того беспристрастного древнего бога в Юду.

Он имел определённую репутацию, но всегда был доволен своей судьбой, ни на кого не обижался и не держал зла. При этом, поскольку в окрестностях постоянно происходили бедствия, он помогал нуждающимся в справедливости, спасая людей вокруг.

Постепенно люди начинали относиться к нему всё лучше и теплее.

— Я слышал от жителей соседней деревни, что откуда не возьмись в округе появился полубог, — жена убаюкивала ребёнка и обращалась к мужу. — Он съел многих людей и, кажется, пытался выведать о тебе информацию.

Граф Земли признательно угукнул и поднял голову, увидев только что упомянутого женой полубога.

— Ах Чоу, Ах Ню.

Тот был такой же большой, как гора, отчего его скромное имение выглядело по-настоящему крошечным.

Полубог схватил несколько человек и с ухмылкой на лице забросил их в рот, прежде чем пережевать. Затем он рассмеялся и сказал:

— Кто бы мог подумать, что правитель Юду действительно перевоплотится и женится на человеческой женщине? Граф Земли, раз ты переродился, передай Юду, ты в любом случае больше не получишь его, чтобы использовать!

Граф Земли не ответил и посмотрел за спину.

Появлялось всё больше крайне могучих полубогов.

Все деревни вокруг были сровнены с землёй этими полубогами.

— Ах Чоу, — вышла его старая мать и с дрожью в теле спросил. — В чём дело?

— Всё хорошо, — Цинь Му услышал свой приглушённый голос. — Мать, для начала вернись. А вы я так понял хотите стать правителями Юду? Юду сейчас пуст, просто идите и становитесь его правителями, зачем вы пришли доставить мне проблем?

— Пока ты жив, мы не посмеем! — начали хохотать полубоги.

— Брат Ай Ню… — из-за его спины послышался голос жены.

Цинь Му повернулся голову и увидел полубога, превратившегося в пернатую змею, обернувшуюся вокруг талии его жены и схватившую его двух детей.

Дрогнув в сердце, он еле как удержал себя в руках.

Глава 765. Пробиваясь с Боем до Райских Небес

Вот что произошло во время перерождения Графа Земли. Несмотря на то, что это были воспоминания Котла Резни, Цинь Му сейчас был в теле Графа Земли и мог чувствовать всё, что переживал тот…

Пернатая змея обернулась вокруг его жены и схватила двух его детей, они оказались самой большой его слабостью.

Многочисленные полубоги взволновались, ведь в Юду Граф Земли был непобедим, и это был так не только из-за его несравненной мощи, но и из-за состояния ума — несравненно стабильного разума.

Никто не мог его одолеть в Юду.

Однако Граф Земли реинкарнировал, поэтому больше не был таким неуязвимым. После своего перерождения его мощь значительно ослабла, не говоря уже о появившейся слабости в виде эмоций…

И его величайшей слабостью оказалась его семья.

Теперь он не был Графом Земли, а лишь названным своей матерью Ах Чоу и называемым своей женой Ах Ню. Он был просто некрасивым мужчиной, с честным, открытым характером, который до глубины души любил обычную сельскую жизнь, а ещё он стал отцом для двух детей.

Вот что значило быть Ах Чоу, теперь он не был тем Графом Земли.

— Я не рассказывал о своём перерождение ни одному древнему богу, а также не информировал Райские Небеса, поэтому у меня есть вопрос — как вы, ребята, прознали об этом, а также о том, что я переродился именно здесь? — Ах Чоу не удосужил взглядом всех тех богов вокруг, его взгляд, казалось, смотрел сквозь них. Смотря на пустое небо, он серьёзно продолжил. — Только Райские Небеса могли узнать, что я переродился, а также где именно. В таком случае кто ты, жаждущий моей мощи?

Небо оставалось спокойным, ни было видно единой аномальной активности.

Ах Чоу слегка расстроился.

— Ах Чоу, разве ты не собираешься пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти жену и дочь? — выкрикнула пернатая змея. — Ты должен пожертвовать собой так, чтобы твоя душа рассеялась!

Ах Чоу не ответил, схватил металлический плуг и водрузил его себе на плечо.

Такое поведение разъярило пернатую змею полубога, поэтому она собиралась убить жену Ах Чоу, но позади него вдруг появилась бумажная лодка, свет с которой озарил её лицо и, прежде чем она успел даже застонать, её душа погрузилась в Юду.

На лодке стоял юноша с дьявольской маской на затылке. Он озарил своим фонарём округу, и полубоги превратились в гигантские, гороподобные, падающие трупы.

Юноша подвесил фонарь на носу лодки и, взглянув на Ах Чоу, проговорил:

— Сейчас были только искры, в следующий раз может разбушеваться пожар. Я не могу постоянно тебя защищать, возвращайся как можно скорее.

Ах Чоу повернулся посмотреть на свою мать, жену и детей, прежде чем покачать головой:

— Теперь я могу чувствовать. Я не могу вернуться.

Юноша задумчиво наклонил голову:

— Я всё ещё недостаточно силён, среди полубогов есть множество действительно ужасающий существ, которым я не ровня. Среди них есть те, кто всё ещё предпочитает скрываться, но если они появятся, мне не справиться. Сколько сил ты можешь использовать после перерождения?

— Я в мире живых, поэтому не могу использовать мощь Юду, — покачал головой Ах Чоу. — Я чувствую сокрытую в глубинах моего межбровия мощь, но мой третий глаз может никогда не открыться.

Юноша взглянул на межбровье рогатого здоровяка, где виднелось нечто похожее на вертикальный шрам. Однако он не смог разглядеть третий глаз, поэтому ему не оставалось ничего другого, кроме как направить свою лодку в глубины тьмы со словами:

— Ты больше не Граф Земли, а Ах Чоу, быстрее возвращайся.

Ах Чоу проводил его взглядом, прежде чем продемонстрировать простую улыбку:

— Я больше не могу вернуться…

Увидев подошедшую с детьми жену, он успокоил её, сказав, что он всё ещё Ах Чоу, и что ей не о чём беспокоиться. Но они больше не могли здесь оставаться.

Несмотря на то, что он был толстым, коренастым и грубым, его руки были проворны и умелы. Он быстро смастерил корзину, которую можно было носить на спине, и постелил там мягкими тканями, прежде чем посадить внутрь свою престарелую мать. Затем он посадил своих дочь и сына на плечи, в то время как жену разместил на локте.

Его семья должна была переселиться.

Ах Чоу не останавливался в течение многих дней и ночей, желая убраться от своего старого дома как можно дальше. Но путешествие не вышло мирным, им постоянно приходилось переживать атаки полубогов, поскольку в последнее время в этом мире их появлялось действительно много. Обычные люди относились к ним как к гигантским зверям, которые бродили вокруг, чтобы пожирать и убивать их.

В прошлом редко когда можно было встретить полубога, но сейчас всё изменилось.

Ах Чоу искал для своей семьи укромный уголок то тут, то там, пока отведённый срок жизни его матери не подошёл к концу.

— Ах Чоу, я скоро умру, — старуха обратилась к сыну, — ты должен как следует заботиться о своих детях и жене. Ты и правда некрасив, но даже так твоя жена не бросила тебя, поэтому не смей бросать её. Ах Чоу не Граф Земли, ты просто некрасивый ребёнок, которому не повезло выглядеть, как Граф Земли… — договорив, она испустила дух.

Ах Чоу заплакал, изо всех сил пытаясь открыть глаз в своём межбровии, чтобы затем использовать мощь Юду. Будучи в прошлом Графом Земли, он мог даровать благословение и срок жизни таким сильным существам, как Небесный Преподобный Ю, позволяя им жить столько же, сколько существует сам мир. Но прямо сейчас он не мог спасти даже свою мать.

Он даже использовал нож, чтобы разрезать межбровье, но лишь залил округу кровью. Найти третий глаз ему не удалось, как и обнаружить мощь Юду.

Граф Земли — это больше не он.

У него по-прежнему была жена, дочь и сын, поэтому у него были те, о которых он беспокоился.

Он аккуратно уложил свою престарелую мать, чтобы она покоилась с миром, и повёл свою жену и детей дальше в попытке избежать преследования.

В конце концов подошёл срок родов его жены, поэтому у него не осталось выбора, кроме как остановиться и найти повитуху, чтобы та помогла с родами ребёнка. Однако с учётом количества появившихся полубогов, которые пожирали всех людей на своём пути, было сложно найти хоть кого-то живого.

Человеческая раса всего мира была практически изведена, поэтому он не мог встретить даже одного живого человека в радиусе нескольких тысяч миль. Он мог только найти пещеру и спрятаться внутри, чтобы помочь своей жене с родами лично.

Некоторое время спустя родился ребёнок, это была девочка. Она была похожей на него: с парами маленьких рогов на голове и тигриных зубов. Малышка родилась здоровой.

Окрылённый счастьем Ах Чоу отправился на охоту, чтобы найти жене пропитание, но вернувшись, он увидел вокруг горы настоящий лес из полубогов, которые блокировали пещеру, в которой он оставил свою жена.

На вершине горы сидели и смотрели на него несравненно могучие полубоги.

Рядом с ним была его жена.

Ах Чоу озверело бросился вперёд и использовал свой плуг, чтобы размозжить голову вставшего на его пути бога. Он дрался кулаками, чтобы сминать груди противников, использовал рога в качестве копий, нанизывая полубогов на пути, и вгрызался зубами, разрывая их на части. Обезумев во время попытке пробиться к скале, он использовал всё, что было у него в арсенале.

Полубоги обладали выдающимися способности, поэтому избили его так, что его лицо выглядело как каша, а многие кости были переломаны, включая его рога с девятью изгибами. Но он не сбавлял натиска, продолжая остервенело атаковать, выглядя даже более настоящим гигантским зверем, чем те полубоги.

Кто знает скольких полубогов он убил, прежде чем был полностью изнеможён, но даже с учётом его бессилия все вокруг него чувствовали ужас.

Слишком уж многих из них он отправил на тот свет.

Тяжело дыша, он полулёжа опёрся на дерево и безжалостно уставился на противоположную сторону горы, на вершине которой на него холодными взглядами уставились те полубоги.

Они молчали и не двигались.

Ах Чоу немного отдохнул и продолжил пробиваться с боем. Оторванные и поломанные конечности валялись буквально везде, точно также как истерзанные тела полубогов. Его сила, казалось, была бесконечна, но мощь Юду так и не дала о себе знать.

— Приклонись, — с вершины горы раздался голос, на который Ах Чоу тут же повернул голову. Один полубог держал его жену за шею, вытянув руку за обрыв. Если он отпусти её, то она разобьётся на смерть о скалы.

Ах Чоу остановился, глядя в сторону вершины горы умоляющим взглядом, но тот полубог ослабил хватку, и его жена полетела камнем с обрыва. Он взревел и изо всех сил рванул вперёд, но ему постоянно мешали полубоги вокруг, так и норовящие своими атаками вспороть его плоть.

Пум… послышался глухой стук от столкновения плоти с камнем.

— Приклонись, — скомандовал тот же полубог, который на этот раз уже держал в руках его сына.

Тело Ах Чоу задрожало, а ноги подкосились, после чего он встал на колени и наклонил голову. К нему зашагал полубог, играющийся в руках сверкающим топором. Подойдя, тот положил топор ему на шею и уже собирался было рубануть, как вдруг послышался неодобрительный оклик:

— Так его не убить.

Подошедший полубог тут же остановился.

Солнечный свет струился по небу, как вдруг древние боги, прячущиеся в тени, снизошли своим присутствием. В небе появилось лицо, чьи черты было сложно разглядеть, так как он явно пытался остаться неузнанным.

— Если убить его таким образом, — равнодушным тоном заговорил тот древний бог, — его три души просто вернутся в Юду, а затем и в тело Графа Земли. Мы должны уничтожить его три души. Только добившись успеха в этом мы сможем заменить его, как Графа Земли.

В этот момент в небе появилось ещё одно лицо, чьи черты тоже были сокрыты. Оно заговорило похожим холодным тоном:

— Мы позаимствовали Мистический Нож Казни Бога Райских Небес, который должен справиться с этой задачей. Этот нож сильнейшее оружие Райских Небес. Во всём мире не существует того, чего тот не смог бы разрезать!

С неба выстрелил луч света и вонзился в землю.

Нож было невозможно разглядеть, лишь струящий свет.

— Казните его, — в небе появилось ещё одно лицо, и даже несмотря на то, что и его черта тоже были сокрыты, в голосе явно читались нотки взволнованности и предвкушения.

Полубог схватил Мистический Нож Казни Бога и резанул им по стоящему на коленях Ах Чоу.

Донгзззз…

Свет ножа яростно завибрировал и полубог, орудующий им, превратился в кровавый туман.

Ах Чоу, с другой стороны, был цел и невредим, на его шее не было ран.

Три души Графа Земли были слишком сильны и могучи, и даже с учётом перерождения, он не был тем, кто мог быть убит подобный полубог.

Другой полубог подошёл и схватился за нож, прежде чем резануть им. В итоге он тоже был обращён вибрациями в кровавую дымку, а Ах Чоу так и оставался невредимым.

Третий полубог подошёл, и тоже был сведён в ничто ножом.

Всю гору полубогов обуял страх и больше никто не смел подходить и хвататься за нож.

— Бесполезные отродья! — злобный рёв донёсся с неба.

У древнего бога не оставалось выбора, кроме как спуститься самому. Он поднял Мистический Нож Казни Бога и ухмыльнулся:

— Если мы не сможем убить Графа Земли, как нам подняться на трон? Брат Дао, предложи свою голову!

Свет ножа обрушился вниз, и на шее Ах Чоу появился кровавый след, между тем древний бог ощутил в руках онемение от вибраций ножа и удивился, прежде чем разозлиться.

— Граф Земли, — громко рассмеявшись, он заговорил, — твоё желание жить слишком высоко. Даже я, орудуя этим ножом, не могу тебя убить. Похоже тебя нужно заставить отказаться от него. Сбросьте мальца!

— Нет, — тело Ах Чоу задрожало, когда он увидел, как его старший сын падает. Он тут же пополз вперёд, но тот древний бог наступил ему на хвост, после чего тут же ещё раз резанул ножом!

На его шее появилась рана глубиной в три сантиметра, через которую хлынула свежа кровь.

Спустившийся древний бог ощутил волнение и громко крикнул:

— Ты всё ещё ждёшь помощь со стороны того ублюдка Небесного Преподобного Ю? Чтобы убить Графа Земли, нам нужно было избавиться и от Ю, поэтому сейчас тот не может защитить даже себя самого, не то что помочь тебе. Оставь надежды глупцам, их нет, тогда почему ты всё ещё сопротивляешься? Сбросьте следующего!

Ах Чоу отчаянно полз вперёд, но как бы он не старался, у него не получалось продвинуться. Его старшая дочь была поднята и затем сброшена со скалы.

Он взревел словно раненый зверь, между тем древний бог резанул в очередной раз. Свет ножа мелькнул, и его шея была отсечена уже наполовину.

— Ещё одного! — взбудоражено выкрикнув, древний бог опять поднял Мистический Нож Казни Бога.

Ах Чоу дрожал всем телом, беспомощно глядя, как его младшая дочь была поднята в небо. Он чувствовал себя мёртвым, падающим в бездонную, объятую мраком пропасть, где ему не удавалось увидеть даже следа света.

Единственное что он видел — падающую с неба малышку.

Тихий хруст от расколовшегося сердца раздался в его груди, но в то же время хруст послышался и от его межбровья.

После того, как он использовал нож, чтобы ранить себя в межбровье, рана никогда не заживала, и сейчас она открылась с новой силой.

— Ах Чоу не Граф Земли, Ах Чоу просто некрасивый ребёнок, выглядящий как Граф Земли, — рядом с его ушами послышался голос его почившей матери.

Её слова помогли ему взять с собой жену и детей, и продолжить жить дальше.

Но сейчас даже эти слова потеряли всякий смысл.

Он полностью погрузился во тьму.

Межбровье распахнулось, раскрывая там третий глаз кроваво-красного цвета с пылающим бесконечным адским пламенем.

Оно поджигало землю и испепеляло этот мир.

Ах Чоу исчез, Граф Земли вернулся.

Однако вернулся свирепый, ищущий мести Граф Земли, как вдруг появились бесчисленные цепи и проникли в его тело, приковывая к земле.

Цепи образовались правилами Юду, чтобы сковать разъярённого Графа Земли.

Будучи Графом Земли, он не мог идти против правил Юду, точно также как против Великого Дао Юду. Даже он не мог сбросить эти оковы.

Он схватил Мистический Нож Казни Бога, который тут же впился в его ладони. Кровь потекла рекой, но пока он вставал, нож в его руках начал плавиться. Божественный нож с печально известной репутацией самого опасного оружия Райских Небес завопил в его руках, а уже в следующий миг обратилось расплавленным железом.

Расплавленное железо растеклось по земле и превратилось в огромный котёл, в котором стоял вернувшийся Граф Земли.

Дрожащий древний бог позади него был схвачен им за голову, после чего сразу же впечатан в поверхность котла, а уже в следующий миг его голова взорвалась под тяжёлой поступью, после чего его лицо появилось в этом котле.

Лицо парило во тьме котла с выражением ужаса и террора.

Однако вскоре ему компанию начали составлять всё больше и больше полубогов. Целая гора полубогов очень быстро вымерла. Все они были стёрты с лица земли мощью этого котла и переработаны, превращаясь в лица внутри него.

Граф Земли стремительно рос и схватил ребёнка, что падал со скалы. Тьма хлынула из котла и распространилась во всех направлениях, пытаясь поймать разбегающийся в ужасе полубогов. Их тела искривлялись и молниеносно превращались в пустые оболочки из кожи, которые падали на землю.

Тьма необузданно затопила все уголки этого вымершего и опустевшего мира.

Древние боги в небе были ошарашены и поспешно отступили обратно к Райским Небесам.

Этот мир теперь стал ещё одним Юду.

Они бежали, не смея останавливаться. Обернувшись посмотреть, они увидели постоянно растущего дьявольского бога, который должен был вот-вот шагнуть за пределы этого мира, и маленькую девочку с рогами быка на плечах.

Всё его тело было покрыто сковывающими цепями, образованными Великим Дао Юду. Они тянулись от мира, который только что превратился в Юду, к его телу, в то время как он сам просто шагал вперёд, тянувши за собой целый мир, и гнался за ними к Райским Небесам.

— Граф Земли сошёл с ума! — с такими воплями они пробежали через Южные Небесные Врата Райских Небес.

Появились многочисленные древние боги, заслонившие собой проход, желая остановить наступление Графа Земли.

— Граф Земли, мы просто шутили, почему ты действительно разозлился? — пытались воззвать к разуму они.

— Разве вы не пришли извиниться? — кто-то попытался выступить посредником. — К счастью, проблема не серьёзная. Граф Земли, пожалуйста, успокой свой гнев…

Граф Земли затянул Котёл Резни в Южные Небесные Врата.

Позади него виднелась лишь тьма Юду, в то время как на его теле появлялось все больше и больше цепей.

Внезапно древний бог, который решил прибегнуть к уговорам и убеждению, упал и превратился в испуганное лицо в котле.

Тот день стал днём, когда Граф Земли с боем пробился через Южные Небесные Врата, а также днём с рекордным количеством павших богов.

Глава 766. Сын Небесной Инь

Цинь Му увидел всю битву на Райских Небесах глазами Графа Земли. Тот пробил себе путь от Южных Небесных Врат к Яшмовому Водоёму, прежде чем разрушить Сцену Казни Бога и начать один за другим стирать райских дворцы с лица земли.

Он добрался к Нефритовой Столице, где жил Небесный Император. Тем не менее, к этому времени его сковывало огромное количество цепей. Те были правилами Великого Дао Юду. Тесно окутанный ими, он продолжал пробиваться вперёд.

Цепи связывали его всё крепче. Они протягивались не только из Юду, но из его собственного тела.

Так как он был воплощением Дао, его действия должны были соответствовать его правилам. Чем сильнее был древний бог, тем сильнее становились ограничения его собственного тела.

Граф Земли тоже был таким.

Даже реинкарнировав, он всё ещё был воплощением Дао. На его человеческом теле сохранились бычьи рога и тигриная голова.

Правила Юду ограничивали его мощь в мире живых. Даже овладев силой Юду, он не смог бы пробудить своих настоящих способностей.

Чем яростнее он сражался, чем больше он убивал, тем сильнее становились его мучения.

Райские Небеса были в панике, боги непрерывно умирали, а сердца людей вокруг замирали от ужаса. Они не понимали ненависти Графа Земли.

Древние боги могли жить так же долго, как небо и земля. Они родились вместе с миром и не знали о жизни, смерти, любви и ненависти смертных. Благодарность, обиды и враждебность были им неприсущие.

Продолжительность жизни обычного человека составляла не более сотни лет, что было лишь мгновением для древних богов. Ещё до того, как они замечали этих жалких червей, те умирали от старости.

Реинкарнация Графа Земли начала резню всего лишь из-за гибели его жены и детей. Пробиваться на Райские Небеса из-за этого казалось им возмутительным.

Он перегнул палку ещё сильнее, начиная убивать древних богов Райских Небес, отчего те приходилось бежать.

Обычные люди были лишь червями, населяющими нижний мир. Жить вместе с ними, а потом ещё и начать резню из-за смерти нескольких червей, казалось им чем-то невообразимым.

Решение жить вместе с обычными людьми, владея родословной древних и полубогов, было для них знаком того, что Граф Земли сошёл с ума.

Тем не менее, даже Нефритовая Столица, будучи самым защищённым и безопасным местом, не сумела остановить разъярённого Графа Земли. Её врата упали, и боги внутри начали кричать от ужаса, разбегаясь в стороны.

Граф Земли не обращал на них никакого внимания, продолжая шагать в сторону центра. За его спиной половина Райских Небес уже была окутана дьявольской Ци Юду.

В тумане этой Ци его тело продолжали пронзать крепкие цепи.

Они туго натягивались, в то время как из его тела непрерывно вытекала кровь. Падая на землю, она превращалась в дьявольский огонь Юду.

Граф Земли до сих пор целенаправленно двигался вперёд, приближаясь к Дворцу Двойной Славы и Залу Скрывающегося Дракона.

Дворец Двойной Славы и Зал Скрывающегося Дракона были одними из тридцати шести райских дворцов и семидесяти двух тронных залов. В них жили принцы и принцессы.

Там находились сыновья и дочери Небесного Императора.

Цель Графа Земли была очевидной. Он шёл туда, чтобы сравнять это место с землёй.

Сила Котла Резни была слишком высокой. Он был создан из Загадочного Ножа Казни Бога, и изначально считался самым опасным оружием Райских Небес. Теперь, когда Граф Земли сделал из него котёл, ни один бог или полубог не мог сбежать, столкнувшись с резнёй котла.

Гигантский артефакт впитывал всю силу бога, становясь всё сильнее и сильнее.

Зал Скрывающегося Дракона и Дворец Двойной Славы лежали прямо перед ним. Тем не менее, сила Графа Земли наконец достигла своих пределов.

Он яростно взревел, пытаясь продолжить путь вперёд. Тем не менее, он не мог пробиться сквозь ограничения Великого Дао Юду.

Граф Земли взвыл от скорби и бросил Котлом Резни в сторону двух зданий. Катясь вперёд, тот испускал ужасающую силу, способную разрушить Райские Небеса!

Этот удар был наполнен гневом и желанием мести Ах Чоу. Он хотел уничтожить все здешние жизни несмотря на то, что речь шла о детях Небесного Императора, даже если его грехи будут выше небес!

Тем не менее, чья-то рука схватила сверкающий мощью Котёл Резни и не позволила силе ужасающего оружия вырваться наружу.

— Друг Дао, пробив себе дорогу сюда, ты, должно быть, успел успокоить свой гнев, верно?

Небесный Император возвышался перед дворцом Райских Небес, держа Котёл Резни одной рукой. Бросив взгляд на Графа Земли, он проговорил:

— Я не останавливал тебя раньше так как знал, что они совершили преступление, поэтому тебе удалось пробиться сюда. Ты мог выпустить свой гнев, так почему ты решил поднять руку на моих детей?

За его спиной появились бесчисленные древние боги, сверкающие безграничной силой.

Граф Земли тяжело дышал, его свежая кровь стекала по цепям вокруг его тела. Повсюду свирепо пылал дьявольский огонь.

Вздохнув, Небесный Император проговорил:

— Эти боги заслуживают смерти, но сейчас ты находишься под контролем своей злости. Более того, это твоя реинкарнация. ТЫ потерял свой рассудок и сердце Дао. Тебе кажется, что ты прав, но после того, как твоё сердце Дао вернётся в Юду, ты поймёшь, насколько возмутительно повёлся. Ты мой друг Дао, я не буду доставлять тебе проблем, возвращайся.

Граф Земли боролся с цепями и тяжело дышал. Из его ноздрей, будто драконы извергались языки пламени, а из его трёх глаз текли кровь и пламя.

Вздохнув, Небесный Император тихо проговорил:

— Реинкарнация — это всего лишь тренировка души, но ты зашёл слишком далеко. Давай я помогу тебе вернуться в Юду.

Он взмахнул рукавом, и Граф Земли потерял равновесие, стоя посреди Райских Небес. Цепи начали тянуть его во тьму, которая начала погружаться обратно в Юду.

Невероятно огромное Тело Графа Земли в Юду наконец проснулось, три его глаза открылись один за другим. Он поднял свой взгляд на Райские Небеса.

Граф Земли, который когда-то был Ах Чоу, продолжал падать вместе с землёй Юду. Он погрузился в самые глубины Юду и приземлился возле ног Графа Земли.

Вокруг него обвилось огромное количество цепей, сковывая на месте.

Спустя некоторое время в этом месте будет построен огромный город из чёрного нефрита. Его назовут Проходом Нефритового Замка и будут использовать для подавления существ с самыми ужасными грехами.

А реинкарнация Графа Земли станет его первым узником.

— Друг Дао.

Над Райскими Небесами сверкнул взгляд Небесного Императора, встречаясь со взглядом проснувшегося Графа Земли. Голос первого спустился с девяти небес, спрашивая:

— Ты проснулся? Теперь ты согласен с моими словами? Теперь, когда ты снова в Юду и пробудил своё сердце Дао, настоящий ты должен был вернуться и понять, насколько нелепым было твоё поведение.

Взгляд гигантского Графа Земли опустился вниз, смотря на плечо Ах Чоу.

На нём никто не сидел.

Его взгляд снова поднялся на Райские Небеса.

Когда его отбросили обратно в Юду, маленькая девочка подлетела и упала в ладонь Небесного Императора.

— Я был ослеплён чувствами смертных, большое спасибо за совет, Ваше Величество, — ответил Граф Земли.

Небесный Император улыбнулся и ответил:

— Я рад, что ты вернулся к чувствам. Не стоит называть меня Вашим Величеством, мы были друзьями на протяжении многих лет, и несмотря на то, что ты был рождён немногим позже меня, мы всегда звали друг друга Другом Дао. Не стоит считать меня чужаком лишь из-за того, что я поднялся на трон.

— Я не посмею, — Граф Земли опустил голову. — В прошлом я не знал своего места, но теперь знаю. Есть разница между правителем и чиновником. Звание Вашего Высочества более высока, поэтому я должен это соблюдать.

Небесный Император вздохнул:

— Ты снова ведёшь себя так, будто мы чужие. Вот твой котёл.

Он бросил Котёл Резни, позволяя тому упасть в Юду.

Граф Земли не удосуживался его ловить, отчего котёл упал на землю под его ногами.

— Котёл Резни убил слишком многих, я не осмелюсь его взять.

— Чиновник не осмелится принять подарок правителя? — улыбчиво ответил Небесный Император. — Тем не менее, оставлять его у тебя и вправду не слишком хорошая идея. Я отправлю в Юду несколько богов, чтобы те его охраняли.

Повинуясь, Граф Земли проговорил:

— Как прикажет Ваше Величество.

Его взгляд упал на руку Небесного Императора, и тот передал девочку богу, стоящему неподалёку:

— Ты снова ведёшь себя, как чужак.

Граф Земли закрыл глаза, и Цинь Му увидел, как картина погружается во тьму. Он больше не видел перед собой тех событий.

— Воспоминание Котла Резни наконец закончилось.

Цинь Му ошарашенно замер. Когда он оказался в Котле Резни, в его тело ринулась дьявольская Ци Юду, и он почувствовал будто вот-вот взорвётся. В следующий миг он превратился в Графа Земли Ах Чоу и увидел его жизнь.

— На самом деле, когда Граф Земли проснулся от злости, Ах Чоу уже не существовало.

Он коснулся своего лица, чувствуя на нём влагу.

К тому времени Ах Чоу был мёртв, остался лишь Граф Земли и его желание мести.

Ребёнок Ах Чоу, та девочка, превратилась в заложника Райских Небес, в слабое место Графа Земли.

«Она будет жить счастливо, Райские Небеса не осмелились бы причинить ей вред. Родословная Графа Земли продолжится. — подумал про себя Цинь Му. — Интересно, Граф Земли видел её после этого? Техники Небесного Императора поистине сильны, Небесный Преподобный Ю, скорее всего, не смог бы его одолеть, так же, как и Небесный Преподобный Хао. В таком случае он и есть Небесным Императором чужеземных райских небес?»

Он недоумевал.

Дьявольская Ци в Котле Резни перестала бурлить и затихла. Во тьме вокруг Цинь Му витали огромные лица, смотрящие на него. Они медленно кружились вокруг, создавая довольно мрачную картину.

— Ах Чоу…

Внезапно к нему подлетело лицо, издавая странный крик.

Остальные лица тут же закричали с ним в унисон:

— Ах Чоу…

Цинь Му фыркнул:

— Я не Ах Чоу. Реинкарнация Графа Земли сумела пробудить силу Юду только после своей смерти, но я в этом не нуждаюсь. Его сковывают слишком много правил и ограничений, а меня нет!

— Ах Чоу! — лица внутри Котла Резни продолжали вопить.

— Я намного красивее Ах Чоу! — покраснев от ярости, продолжал объяснять Цинь Му. — Смотрите, у меня нет бычьих рогов и полосатого лица!

— Брат, что за чушь ты несёшь? — проснувшись, Цинь Фэнцин ошарашенно наблюдал как Цинь Му разговаривает со странными лицами. — Ты сумасшедший?

Он обрадовался:

— Если ты сошёл с ума, то я тебя сожру!

Цинь Фэнцин фыркнул:

— Эти лица приняли меня за Ах Чжоу и относят ко мне как к настрадавшемуся Графу Земли. Я всего лишь спорю с ними. Скорее всего, Котёл Резни не убил нас из-за того, что думает, что мы — это Ах Чжоу. Возможно, с его помощью нам удалось бы бежать…

Он подлетел в воздух, в то время как всё больше и больше лиц во тьме начинали на него смотреть.

— Ах Чжоу, — повторяли они.

Лицо Цинь Му стало чёрным, как уголь. Цинь Фэнцин с любопытством рассматривал лица вокруг, и не удержался, чтобы не схватить одно из них. Положив его себе в рот, он дважды пережевал, прежде чем начать плеваться:

— Его нельзя есть! Оно совершенно безвкусное! Это даже хуже, чем есть грязь!

Цинь Му удивлённо спросил:

— Брат, ты что, пробовал грязь на вкус?

— Пробовал, но она оказалась не слишком вкусной, — ответил головастый малыш.

— Странно, почему в Котле Резни так тихо?

Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на галактику в небе. Небесная Сеть тоже казалась совершенно спокойной и не излучала никакой силы.

Снаружи котла, Лу Ли и остальные замерли, наблюдая за артефактом. Они увидели, что тот не шевелится, и облегчённо вздохнули.

— Сыну Юду удалось продержаться довольно долго перед смертью, как и стоило от него ожидать.

Янь Цяньчжун улыбчиво проговорил:

— Он уже не шевелится достаточно долго, возможно, нам можно открыть крышку?

Взгляд Небесного Короля Гао замерцал:

— Думаю, нам нужно решить кому достанется его тело!

Лу Ли и остальные губернаторы провинции испытывали глубокий страх. Внезапно, у первой возникло желание убивать: «Эти старики так и норовят со мной сразиться, так почему бы мне не воспользоваться возможностью, когда котёл откроется, и не переработать их до смерти? Это будет легче, чем избавиться от Сына Юду!»

В этот момент земля под ними задрожала, и над ней возвысились врата. Те открылись, и из другой стороны раздался мягкий смех:

— Думаю, что вам стоит отдать Сына Юду мне!

Бум!

Море преисподней повисло над их головами, давя на всех больших шишек Юду!

По этому морю молниеносно носился призрачный свет, поочерёдно убивая Небесного Короля Гао, Янь Цяньчжуна и остальных!

Лу Ли и остальные были обездвижены давлением моря преисподней, их кости сломались. Чувствуя, как их сердца замирают, они наблюдали как призрачный свет убивает десятки больших шишек Юду, уничтожая их исконные духи. Как только последние рушились, они превращались в бесчисленные частички души, пополняя море преисподней.

Вьюх!

Море вылилось сквозь ворота и бесследно исчезло.

Тем временем луч призрачного света продолжал кружить вокруг Лу Ли и остальных, не убивая их.

— Вы, ребята, Губернаторы Провинций, размещённые в Юду Его Величеством. Если я вас убью, это можно будет счесть восстанием!

Из ворот вышел необыкновенно красивый мужчина, держа руки за спиной. Выражения лиц Лу Ли резко изменились:

— Сын Небесной Инь?

Сын Небесной Инь направился к Котлу Резни, его сердце дрожало от волнения. Улыбнувшись, он проговорил:

— Сын Юду наконец станет моим! Сила Графа Земли моя…

Его рука упала на Небесную Сеть и слегка задрожала, поднимая её.

Глава 767. Старый Интриган, Молодой Интриган

Лу Ли и остальные со скрежетом зубов посмотрели на Сына Небесной Инь, однако так ничего и не предприняли, думая: «Старый интриган!»

Они были лишь Губернаторами, размещёнными Райскими Небесами в Юду, в то время как Сын Небесной Инь был Губернатором Райских Небес, к тому же он управлял Минду и являлся сильным практиком Императорского Трона. Если брать в расчёт их способности, они, четверо Губернаторов, могли только бороться за то, кто польстит ему первым…

Речь о том, чтобы стать ему врагом, даже не шла.

Они всё тщательно спланировали и собрали бог знает сколько сильнейших существ в Юду, в итоге всё же пленив Сына Юду и переработав его в Котле Резни. Но внезапно появился Сын Небесной Инь и убил всех, кого мог, за несколько движений, собираясь собрать плоды их труда, практически не потратив усилий!

Убитые были их последователями, но сейчас все они были вырваны с корнем.

Важные персоны в Юду обычно являлись частью сил Райских Небес. После своей смерти они попадали в Юду, становясь подчинёнными четырёх великих губернаторов. Несмотря на то, что все они при жизни находились либо в области Непостижимого Неба, либо в области Императорского Трона, после своей смерти их переполняли слабости, поэтому они должны были полагаться на Губернаторов в Юду, чтобы выжить.

В конце концов Юду было территорией Графа Земли, и помимо них туда также попадали вражеские сильные практики областей Непостижимого Неба и Императорского Трона. Поэтому если они хотели продолжить жить в Юду и не быть убитыми теми сильными практиками, они должны были подчиниться четырём великим губернаторам и позаимствовать силу Райских Небес.

В итоге они даже радовались, когда ими командовали четыре великих губернатора, ведь если славу обретал один, её также обретали все, но также было верно и обратное — если кто-то из них терпел поражение, терпели поражение все.

Поэтому они все радостно пришли на призыв Лу Ли для боя с Сыном Юду.

Собираясь вместе, они могли сразиться даже с Сыном Небесной Инь Минду.

Силы Райских Небес в Юду и Минду соперничали, ведь от этого зависели многие выгоды. Не важно шла речь про Сына Небесной Инь или Лу Ли, каждый из них хотел забраться на плечи другому.

Помимо создания Минду и ограничения Графа Земли, Райские Небеса поместили в Юду Губернаторов Провинций из-за того, что беспокоились о том, что Сын Небесной Инь чересчур усилится.

Райские Небеса нуждались в Лу Ли и остальных, чтобы подавить его, и вот почему они были очень даже рады видеть грызню между Юду и Минду.

Но сейчас всё изменилось, взаимное сдерживание больше не представлялось возможным, ведь было убито слишком много важных персон Юду.

Выжили только четыре великих губернатора.

А когда Сын Небесной Инь получит Сына Юду, то станет другим Графом Земли!

Подкупая его, чтобы он имел дело с Графом Земли, Райские Небеса определённо обеспечат ему ещё больше выгод. Лу Ли и остальные полностью и безоговорочно проиграли.

«Как и ожидалось от старого интригана, живущего со времён Эпохи Дракона Ханя до сегодня. Слухи гласят, что Сын Небесной Инь никогда ранее не переживал неудач», — думая в таком ключе, Лу Ли и остальные чувствовали, как их сердца ноют.

Прямо в этот момент Сын Небесной Инь открыл Котёл Резни и Вытащил Небесную Сеть.

Шипящие звуки послышались изнутри котла, в то время как наружу хлынул чёрный газ.

Лу Ли и остальные нервничали. Котёл Резни был важным сокровищем, переданным им Райскими Небесами. Сын Небесной Инь всё ещё не двигался, и тут у них промелькнула мысль, а что если они активируют этот котёл? Может они смогут переработать до смерти Сына Небесной Инь?

Однако в своих сердцах они сомневались. Убив Сына Небесной Инь, они совершат не маленькое преступление. И если Райские Небеса не спустят это на тормоза, то определённо сделают из них поучительный урок, в конце которого они могут даже умереть!

Внезапно Лу Ли увидела, как Сын Небесной Инь сформировал одной своей рукой странный навык мудры. Он сжал средний, указательный и безымянный пальцы в кулак, в то время как мизинец и большой палец выпрямил.

Все четверо сомневались.

Призрачный свет, что убил Янь Цяньчжуна и остальных, опять появился и закружился вокруг них. Было очевидно, что Сын Небесной Инь был готов ко всему, и как только они посмеют активировать Котёл Резни, то определённо умрут от его странного божественного оружия, прежде чем смогут даже покуситься на его жизнь!

Они уставились на призрачный свет, не смея пошевелиться.

Сын Небесной Инь сжал Небесную Сеть в руках и вытянул голову, чтобы посмотреть внутрь, после чего с улыбкой заговорил:

— Мощь Сына Юду…

Внезапно, словно из ниоткуда, появился палец и надавали на его в тот самый момент, когда он вытянул голову, чтобы заглянуть в котёл.

— Первая Форма Меча Бедствия!

Сын Небесной Инь поразился.

Лу Ли и остальные поразились ещё больше.

Мощь Меча Бедствия, таящаяся в этом пальце, вырвалась наружу.

Сын Небесной Инь успел только почувствовать, как свет меча коснулся его головы. Снежно белый свет меча прошил собой насквозь семь велики божественных сокровищ и устремился вдоль божественного моста прямо в Южные Небесные Врата!

Свет разрушал всё на своём пути, проносясь над землёй его райских небес.

Словно ничего не заметив, он прошёл через Нефритовый Павильон и ворвался в Яшмовый Водоём, взрывая в нём водную гладь, после чего вода обратилась поразительными, вздымающимися к небу волнами в тридцать тысяч метров.

Свет меча пронзил Сцену Казни Бога и вонзился в Нефритовую Столицу, разрушая её врата, а затем и сокрушая её огромные залы!

В итоге свет устремился прямо к Залу Непостижимого Неба!

Оммм…

Снежно-белый свет взорвался, становясь несравненно интенсивным, и прорвался через двери Зала Непостижимого Неба, отправляясь прямо за исконным духом, который находился в Императорском Троне!

Хоть меч и выглядел медленным, но на самом деле был до жути быстрым. Прежде чем исконный дух Сына Небесной Инь сумел хоть как-то среагировать, свет уже проскользнул своим кончиком мимо его ресниц!

В его райских дворцах разразился сотрясающий мир взрыв. Ужасающие волны пронеслись во всех направлениях от Зала Непостижимого Неба, который являлся эпицентром.

Дворцы Нефритовой Столицы сотрясались, в то время как одни из четырёх городских ворот были полностью разрушены, в то время как остальные три подброшены в небо и отброшены куда-то в сторону.

Импульс перевернул Яшмовый Водоём и подбросил из него всю воду в небо. Четверо небесных врат юга, севера, запада и востока вздымались и грохотали. Воздушные потоки белыми кольцами хлынули во всех направлениях из райского дворца в центре…

Семь великих божественных сокровищ тоже пострадали. В результате импульса от взрыва горы потеряли свою былую высоту, а некоторые реки были и вовсе засыпаны. Солнце и луну попросту куда-то сдуло, а звёзды и созвездия перемешались.

Вот какое зрелище можно было увидеть внутри головы Сына Небесной Инь, но для Лу Ли и остальных тот лишь на мгновение замер, когда палец коснулся его межбровья, а уже в следующий миг из его затылка брызнула стрела крови.

Стрела не была слишком длинной, она прыснула только на пять метров.

Сын Небесной Инь поспешно отступил, глядя, как из котла выпрыгивает трёхглавый-шестирукий бог, который яростно извернулся и превратился в тысячерукого будду, а уже в следующий миг послышались бесчисленные звуки избиения.

Вращающийся бог наносил неисчислимые удары кулаками по смазливому мерзавцу!

Сын Небесной Инь был подброшен в небо, все кости в его теле трещали и трескались.

Тот трёхглавый-шестирукий бог всё ещё вращался и приближался к Сыну Небесной Инь.

Каждый раз делая треть оборота он высоко поднимал руки, в которые стекалась жизненная Ци и превращалась в длинные ножи, после чего те зверски рассекали ветер!

Из-за его стремительного вращения и передвижения Лу Ли могла видеть только вспышки ножа, которые одна за другой спускались сверху вниз.

Они, казалось, были отточены до совершенства.

Проход Нефритового Замка́ был озарён вспышками ножа, которые словно слились в одну!

Вспышки ножа, казалось, резали лоб Сына Небесной Инь в один и тот же момент!

Лу Ли и остальные могли видеть только, как рана на лбу бедолаги становится шире и больше. Внезапно на них накатило чувство запоздавшего ужаса, и Сюань Мин воскликнул:

— Сын Юду не погиб!

— Голова Сын Небесной Инь практически разрезана на две части! — выкрикнул Хань Лэй.

— Бежим… — завопила Лу Ли.

Цзюэ Хуан жалобно выдавил:

— Там же Котёл Резни и Небесная Сеть!

Четыре Губернатора на миг заколебались и повернулись свои головы, только чтобы увидеть, как Котёл Резни следует вплотную за Цинь Му, который, в свою очередь, самозабвенно преследует Сына Небесной Инь.

Котёл Резни, по сути, полностью игнорировал их и, казалось, следовал за своим новым хозяином.

После того, как на них четверых была возложена обязанность Губернаторов Провинций Юду, они не покладая рук, день и ночь приносили жертвы котлу. Они даже использовали свою собственную кровь, чтобы подкармливать его, и только затем смогли его, нет-нет, не полностью подчинить своей волне, только склонить на свою сторону. Но им всё же удавалось менять его размер и перерабатывать жизни тех, кого захотят.

Вот только сейчас Котёл Резни наплевал на всё и бросил их, последовав за Сыном Юду!

— Оставим котёл! — выкрикнула Лу Ли. — Нужно покинуть это место как можно скорее! Если Сын Юду убьёт Сына Небесной Инь, следующими будем мы!

Четверо поспешно попытались сбежать, в то время как Цзюэ Хуан вновь встрял:

— Небесная Сеть всё ещё в руках Сына Небесной Инь!

— Забудь! — скользнув своим змеиным хвостом, Лу Ли нервозно, но раздражённо процедила. — Они будут нашими погребальными дарами для того с фамилией Инь! Давайте побыстрее уберёмся отсюда так далеко, насколько возможно!

Бегущий прямо за ней Сюань Мин спросил:

— Старшая сестра, разве мы всё ещё можем остаться в Юду? Неважно убьёт Сын Юду Сына Небесной Инь или нет, он всё равно попытается выследить нас. Давай покинем Юду и вернёмся на Райские Небеса за подкреплением!

Цзюэ Хуан и Хань Лэй кивнули.

Лу Ли досадно сказала:

— Сейчас, после потери контроля над Юду, после нашего возвращения на Райские Небеса нас могут только отвести на Сцену Казни Бога и казнить. Лишь идиот решит вернуться обратно при таком раскладе!

Три Губернатора ужаснулись.

Между тем Лу Ли продолжила:

— Граф Земли не позволит Сыну Юду устроить слишком большой переполох, так как он не хочет окончательно поссориться с Райскими Небесами. Он обязательно изгонит Сына Юду, поэтому мы по-прежнему сможем скрываться тут. Отправиться обратно на Райские Небеса это тоже самое, что обречь себя на верную смерть. Мы не можем отчитаться об этом перед ними, иначе будем все обезглавлены!

Три Губернатора активно закивали.

Лу Ли повернулась посмотреть на то, как обстоят дела позади, и увидел призрачный свет Сына Небесной Инь, который гнался за Сыном Юду.

Было очевидно, что Сын Небесной Инь уже пришёл в себя от дезориентации и шока.

Императорский Трон всё же заслуживал своей репутации. Любой, кто совершенствовался до такой области, не был обычным человеком, и убить такого было отнюдь не так просто.

Более того, Сын Небесной Инь был старым монстром, топчущим этот мир уже не меньше миллиона лет, и самым настоящим старым интриганом. И даже несмотря на то, что Цинь Му удалось провести его, этого было отнюдь недостаточно, чтобы отнять его жизнь.

В это время Небесные Врата Минду грандиозно извергли из Минду море загробного мира. Судя по всему, Сын Небесной Инь действительно разозлился и планировал сразиться с Сыном Юду, чтобы узнать, кто лучше!

— Может у нас получится что-то выиграть, когда обе стороны ранят друг друга?.. — Лу Ли замедлилась и уже была готова остановиться, когда увидела Котёл Резни, который всё это время следовал за Цинь Му, полетел вперёд. Дьявольская Ци хлынула из него наружу и захлестнула море загробного мира, поглотив более чем половину за одно мгновение!

Даже призрачный свет, летящий на Цинь Му, был затянут внутрь, после чего безвольно полетел внутрь Котла Резни.

Лу Ли ощутила, как в её жилах стынет кровь, и моментально ускорилась, чтобы сбежать.

Всем четверым в спины ударили яростные волны и отшвырнули, но они не растерялись и использовали полученный импульс, чтобы побежать даже пуще прежнего.

Лу Ли вновь повернула голову и увидела целый мир из кулаков, ладоней и пальцев размером с горы, появившихся перед Нефритовым Проходом Замка, как вдруг они превратились в одно движение, безжалостно обрушившееся на Сына Небесной Инь. От мощи удара его тут же смело, после чего он врезался в свои же Небесные Врата Минду и сбежал из Юду.

Между тем призрачный свет Сына Небесной Инь стремился выжить, поэтому взял на себя инициативу и разорвался надвое.

Одна часть вырвалась из Котла Бойни и убежала обратно в Минду.

Треглавый-шестирукий бог схватился за дверной косяк Небесных Врат Минду и попытался протиснуться внутрь. Он вёл себя поистине свирепо и бесстрашно.

— Малыш, — Лу Ли услышала звонкий голос младенца. — Прекрати прятаться, выходи, ну же!

Буум…

Во все стороны разнеслась очередная пугающая пульсация, из-за которой Сына Юду отбросило, но в шести местах Небесных Врат Минду остались следы надломов в форме рук.

— Небесные Врата Минду Сына Небесной Инь, кажется, не имеют той мощи из легенд. Они определённо не так могучи, как о них рассказывают, — удивилась Лу Ли.

Небесные Врата Минду таили в себе силу творения и были крайне могущественными. Они позволяли Сыну Небесной Инь возрождаться после смерти, перевоплощаться и даже полноценно перерождаться.

Поистине удивительные и таинственные возможности, но сейчас казалось, что эти врата были только имитацией настоящих, ведь они определённо не содержали в себе мощи высшего сокровища Императорского Трона.

Откуда Лу Ли было знать, что Небесные Врата Минду из легенд были отняты Ди Июэ, в то время как текущие всё ещё были в процессе изготовления. Поскольку они не были завершены, они не могли сравниться с мощь предыдущих.

Когда её мысли дошли до этого момента, она увидела, как Сын Юду подползает к месту, где исчезли врата, и начинает наносить удары. Он некоторое время ударял во все стороны, и, так и не сумев найти Сына Небесной Инь, внезапно начал осматриваться вокруг своими тремя головы.

Лу Ли ужаснулась.

Все четверо как один прильнули к земле на теле Графа Земли и попытались спрятать свои тела, про себя жалуясь на злой рок.

Оммм…

Его белоснежный взгляд колонной света пронёсся там, где они были, чем до чёртиков их перепугал. Они использовали дьявольскую Ци Юду, чтобы скрыть себя, и незаметно побежали прочь.

Рокот.

Гигантский трёхглавый-шестирукий бог приземлился на землю и ударил с такой силой, что земля ещё некоторое время продолжала дрожать.

Девять колонн света пронеслись во всех направлениях и разрезали тускнеющую дьявольскую Ци Юду, чтобы найти их местоположение.

— Я требую крови, эти четверо не могут быть прощены! — взорвался голос Цинь Му.

Четверо Губернаторов панически убегали, не смея издать даже звука.

— Великие Всеобъемлющие Небесные Звёзды! — вновь прогремел голос Цинь Му.

Четверо Губернаторов подняли свои головы, увидев небо полное звёзд, которые ослепительно сияли во всех направлениях, превращая тёмную землю в белоснежную.

— Прыгаем в магматическую реку Графа Земли!

Все четверо одновременно нырнули в магматическую реку, и как только они оказались там, то увидели огромную тень, пронёсшуюся в небе.

Тень принадлежала вселяющему страх и ужас дьявольскому богу, который использовал звёздный свет, чтобы найти их местоположение.

Глава 768. Тайны Великого Владыки Солнца

Цинь Му выглядел как дьявольский король, парящий в ночном небе. Он осматривался вокруг, продолжая поиски довольно длительное время, но ему так и не удавалось найти Лу Ли и остальных. Чтобы полностью осмотреть всё вокруг, ему пришлось бы потратить ещё один-два года, более того, Лу Ли и остальные не стали бы стоять на месте в ожидании его появления.

— Брат, я устал, прощай.

Цинь Фэнцин потерял интерес к происходящему и неподвижно замер.

Цинь Му был ошеломлён. Он тут же ощутил, как его силы иссякают с неистовой скоростью. Его брат действительно вернулся обратно на свой клочок земли и добровольно приземлился посреди печати.

Когда Цинь Фэнцин ушёл, Котёл Резни полетел в межбровье Цинь Му вслед за ним, тоже падая посреди земли в форме слова «Цинь»!

Цинь Му немедленно прекратил поиски Лу Ли и остальных. Без мощи Цинь Фэнцина он снова стал практиком божественных искусств области Небожителя, поэтому подобная затея была попросту самоубийством!

Больше всего его удивило то, что Цинь Фэнцин, который меньше всего любил находиться в печати, проявил инициативу и добровольно ушёл!

Он не спешил закрывать свой третий глаз ивовым листом. Нить его сознания бессмертного бога подлетела к клочку земли, и он увидел, как гигантский младенец радостно подсчитывает части тел сильных практиков, которые он прихватил во время боя.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать. Было очевидно, что он не брезговал оказаться внутри печати, имея пищу. Ему ни за что не удалось бы найти такую «богатую на питательные вещества еду» на свободе.

«Обжора!» — не удержавшись, покачал головой Цинь Му. Он возвращался к Проходу Нефритового Замка Юду, чтобы вернуть свою бумажную лодку. Без помощи Цинь Фэнцина, ему понадобилось бы несколько десятков лет на возвращение к глазу Графа Земли, поэтому он не мог обойтись без лодки.

Он посмотрел на Котёл Резни Графа Земли, увидев, что тот продолжает следовать за Цинь Фэнцинем. Тот был вне себя от радости, имея огромное количество еды, поэтому не обращал на артефакт никакого внимания.

«Этот котёл поглотил половину моря преисподней, образованного из чёрного песка душ. Сыну Небесной Инь пришлось потратить бог знает сколько времени, чтобы придать морю такого размера, но теперь половина его усилий канули в лету.»

Цинь Му вспомнил половину призрачного света, поглощённую Котлом Резни, который тоже был создан Сыном Небесной Инь и, следовательно, тоже должен был обладать удивительной силой. Впрочем, теперь котёл следовал за Цинь Фэнцинем, вероятно приняв его за Графа Земли.

«В таком случае, Ах Чоу должны были называть не меня, а старшего брата…»

В этот момент из гигантского котла хлынула дьявольская Ци, окутывая Цинь Фэнцина тьмой.

Внутри неё возникло лицо, уставившись на головастого младенца и странным тоном проговорив:

— Ах Чоу.

Цинь Фэнцин посмотрел на лицо и покачал головой:

— Мой младший брат не здесь. На каком числе я остановился?

— Ах Чоу, — повторило лицо.

— Младший брат не здесь! Не раздражай меня! — сердито воскликнул Цинь Фэнцин.

Внутри дьявольской Ци котла появлялось всё больше и больше лиц, крича:

— Ах Чоу!

Цинь Фэнцин впал в ярость и начал кричать:

— Я уже сказал, что младший брат не здесь… Погодите, вы зовёте меня?

Лица улыбнулись и медленно кивнули:

— Ах Чоу.

— Но ведь уродлив не я, а младший брат, — ответил младенец.

Услышав это, Цинь Му улыбнулся:

— Я так и знал, что они не меня звали.

Белобородый старик, клон Небесного Герцога, вышел из-ниоткуда и проговорил:

— Малыш, эти лица зовут и тебя. Твоё сознание тоже здесь.

Он протянул палец, и нить сознания Цинь Му невольно приземлилась на землю и приняла свою обычную форму.

Оглянувшись, Цинь Му увидел сознание Багрового Императора, скрывающееся в горах вместе с птицеголовым богом. Оба встревожено наблюдали за происходящим.

— Этот птицеголовый бог выглядит довольно знакомо… — Цинь Му был слегка ошеломлён и уставился на бога. — Кажется, я видел его во времена Эпохи Дракона Ханя, это Великий Владыка Солнца, которого избил старший брат Ню Саньдо…

Клон Небесного Герцога проговорил:

— Он никто иной, как давно умерший Великий Владыка Солнца. Маленькая птичка, друг Дао Багровый Император, идите сюда. Он ест, поэтому не будет вас трогать!

Сознание Багрового Императора подошло поближе, но Великий Владыка Солнца всё ещё не осмеливался двинуться с места. Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Владыка Солнца, не переживай, твоя скорость не имеет равных в этом мире, мой брат не сможет тебя схватить.

Взгляд головастого младенца упал на Великого Владыку Солнца, и он проговорил:

— Я смогу его догнать. Достаточно схватить его крылья, и он не сможет скрыться.

Великий Владыка Солнца на мгновение заколебался, прежде чем осторожно зашагать вперёд. По его стойке было понятно, что он был готов броситься в бега в любой момент:

— Ты сумел схватить мои крылья из-за того, что я на мгновение отвлёкся. Если бы я был наготове, никто не сумел бы меня поймать.

Цинь Му спросил:

— Как Владыка Солнца умер?

Усмехнувшись, Небесный Герцог ответил:

— Он умер от своей тупости. Он говорил и знал слишком много, погубив себя своим же языком.

Цинь Му тут же заинтересовался:

— Что же такого знает Великий Владыка Солнца? Как можно умереть из-за такого? Владыка не мог бы рассказать подробнее?

Фыркнув, тот ответил:

— Я умер из-за того, что слишком много говорил. Если я тебе отвечу, то мою душу убьют ещё раз!

Цинь Му мило проговорил:

— Владыка Солнца, если ты не расскажешь, то твоя душа и вправду умрёт ещё раз, оказавшись в животе моего брата.

Великий Владыка Солнца взглянул на Небесного Герцога и Багрового Императора, немного колеблясь. Белобородый старик дважды кашлянул, а Багровый Император поднял голову, рассматривая облака.

— Небесный Герцог…

— Не смотри на меня так, мне тоже интересно узнать, как ты умер, — покачал головой старик. — В середине Эпохи Дракона Ханя райские небеса были накрыты сетью, поэтому я ничего не мог там рассмотреть. Ты был главой звёзд и контролировал большинство богов райских небес, твоё понимание этого места намного выше моего. Я до сих пор не могу ничего там увидеть.

Великий Владыка Солнца колебался, посматривая на головастого младенца, продолжающего считать. Собравшись с мыслями, он проговорил:

— Я и сам не знаю какой именно секрет стал причиной моей смерти, меня убила стрела в спину во времена атаки на райские небеса Небесного Преподобного Юня. Я был на острие атаки, поэтому не заметил выстрела. В следующий миг я осознал, что умер.

Все замолчали.

Цинь Му кашлянул и проговорил:

— Владыка Солнца, какой случай мог бы стать причиной твоей смерти?

Немного подумав, Великий Владыка Солнца ответил:

— Это определённо не связано со смертью Небесного Преподобного Юя. Несмотря на то, что это событие подняло огромный переполох и было окутано многими слухами, я сболтнул лишь несколько слов, так же, как и все. Случай с наследным принцем восточного дворца тоже не годится. Несмотря на то, что я многое знал о восстании принца Уцзи, я мало кому об этом рассказывал. Возможно, речь идёт об убийстве Небесной Императрицы? Или же ужасное изменение Яшмового Водоёма? А может резня Графа Земли? Наверно это всё-таки резня Графа Земли, я много о ней знаю. Но дело может быть и в путешествии Стражей Пернатого Леса во времени, или реинкарнация Небесного Герцога. О ней тоже ходило много слухов…

Цинь Му был ошеломлён. На райских небесах Дракона Ханя произошло столько событий?

Перенёсшись во времени в первый год существования Дракона Ханя, он не задержался там слишком долго. Он совершенно не ожидал, что после его ухода там столько произойдёт!

Он хотел послушать о каждом случае, о котором упоминал Великий Владыка Солнца, и докопаться до правды.

— Почему бы Великий Владыка Солнца не рассказал нам о каждом из этих событий поподробнее? — его глаза загорелись. — Расскажи нам обо всём! Более того, тебе должно быть известно кто является нынешним Небесным Императором райских небес, не так ли?

Великий Владыка Солнца немного заколебался, повернувшись к Небесному Герцогу:

— В этом вопросе был вовлечён Небесный Герцог, поэтому мне и вправду не хочется рассказывать. Более того, я умер очень давно и не знаю, какая из сторон победила…

Клон Небесного Герцога кашлянул и проговорил:

— Маленький мальчик Цинь, Великий Владыка Солнца умер из-за того, что знал слишком много. Если ты будешь знать столько же, то тоже умрёшь преждевременно. Можешь идти, думаю, что Граф Земли хочет тебя увидеть.

Он взмахнул рукавом, и нить сознания Цинь Му улетела прочь. Юноша едва расслышал голос старика:

— Если он когда-то спросит тебя о моей реинкарнации, и ты осмелишься ответить, я не буу тебя убивать. Я лишь буду пытать тебя до тех пор, пока ты не начнёшь умолять меня до смерти. А теперь расскажи мне о случае с наследным принцем восточного дворца…

Цинь Му возмущённо фыркнул, чувствуя себя обиженным: «Я ведь мог просто не спрашивать о реинкарнации. Почему Небесный Герцог меня прогнал?»

Он подошёл ко вратам Прохода Нефритового Замка, увидев перед ними двух дьявольских богов. Увидев юношу, они задрожали и развернулись, бросаясь в бегство.

Цинь Му поспешно проговорил:

— Братья Дао, пожалуйста, остановитесь! Я здесь не для того, чтобы кого-то есть, я лишь хочу забрать свою лодку! Она в проходе, пожалуйста, не закрывайте врата!

— Ты и вправду не будешь нас есть? — два дьявольских бога приоткрыли врата и выглянули сквозь щель.

Юноша улыбчиво ответил:

— Разве я кого-нибудь ел? Позвольте мне взять лодку и уйти.

Два дьявольских бога поспешно скрылись. Цинь Му подошёл к городским воротам и увидел, что те были открыты.

Оказавшись в проходе, он забрал лодку, пришвартованную у городских ворот. Посмотрев в сторону лагеря, он увидел бесчисленных богов, выстроенных в ряд. Те молча стояли, ожидая что он снова начнёт резню.

Они дрожали от страха, их ноги подкашивались. Их аура не обладала прежней силой.

Цинь Му провёл взглядом по их лагерю, так и не заметив деревянного человека, в которого превратился его отец, Цинь Ханьчжэн, отчего сильно расстроился.

— До свидания! — стоя лицом к лагерю, он поклонился до самой земли и долго не вставал.

Армия богов была ошеломлена. Бесчисленные боги тут же ответили на его жест, думая про себя: «Сын Юду нам поклонился? Скоро здесь и вовсе солнце взойдёт!»

Встав на ноги, Цинь Му посмотрел в сторону леса из памятников, прежде чем развернуться и уйти.

Его отец и мать были здесь, что вызвало у него внезапное чувство спокойствия. Наконец он мог освободиться от своей старой ноши.

Выйдя из перевала, он уселся на носу крохотной лодки. Та начала подниматься, двигаясь в сторону глаза Графа Земли.

Спустя долгое время эта крохотная лодка добралась до глаза Графа Земли и исчезла в его ярком свете, прежде чем приземлиться у входа в священный зал.

Старший Вестник Смерти не стал ждать, пока тот вылезет с лодки, и сразу же начал ругать:

— Небесный Преподобный Му, ты сплошная неприятность! Ты украл мою лодку, ворвался в Проход Нефритового Замка и убил так много богов…

Цинь Му ответил:

— Я знаю, что был неправ. Я заберу Небесного Преподобного Юя с собой.

Старший Вестник Смерти был ошеломлён. Схема, которую он так тщательно готовил, оказалась столь же бесполезной, как удар кулаком в воздух.

Граф Земли вышел из священного зала, останавливаясь у входа:

— Он умный человек и знает, что происходит.

Цинь Му уверенно ответил:

— Несмотря на мою тупость, я догадался о ваших намерениях узнав совсем немного. Граф Земли позволил мне наведать маму, очистив Юду от сил райских небес моими руками. После этого он воспользуется моим проступком, чтобы заставить меня таскать Небесного Преподобного Юя за собой. Я всегда беру всю вину на себя. Граф Земли, не переживай, я не стану от неё отказываться!

Граф Земли посмотрел на него, адский огонь в его глазах дрогнул:

— На тебя упало много всего. Здесь твои родители будут жить хорошо.

Сердце Цинь Му замерло.

Толкнув Небесного Преподобного Ю вперёд, Граф Земли проговорил:

— Теперь можешь уходить. Здесь опасно оставаться после убийства стольких больших шишек Юду. Покойный Владыка, проводи его.

Моргнув глазами, Цинь Му вдруг улыбнулся:

— Граф Земли, тебе, случайно, неинтересно, кто заточён в моём межбровье?

Последи клочка земли Небесный Герцог резко изменился в лице и впал в ярость:

— Маленький негодяй, он собрался уничтожить мою репутацию! Это очень плохо, я опозорюсь перед Графом Земли!

Глава 769. Тело Тирана Дракона Ханя

Граф Земли посмотрел на его межбровье и заговорил:

— Конечно там Сын Юду, как я могу не знать, если я же и подавил его. В твоём ивовом листе также кроется печать Небесного Герцога. Ты встретился с ним, и он помог тебе вновь запечатать Сына Юду, я прав? Однако, я заметил одну странность — ты можешь управлять силой Сына Юду…

Первоначально он особо не думал об этом, но сейчас, обратив на это внимание, ему начало казаться, что способность Цинь Му задействовать силу Сына Юду была действительно невообразимой и немыслимой.

Он всегда считал, что Цинь Му рано или поздно будет поглощён Сыном Юду, но во время недавней битвы у Прохода Нефритового Замка ему удалось использовать силу последнего, после чего даже успешно запечатать.

Вот что было действительно подозрительно.

— В этом нет ничего странного, просто кое-кто помогает мне, — с полуулыбкой обронил Цинь Му.

Граф Земли что-то пробормотал себе под нос, после чего заговорил:

— Дай мне взглянуть, теперь мне стало интересно который это друг Дао.

Он стоя замер, в то время как из земли слова Цинь внезапно начала извергаться кипящая лава, со временем разрастаясь до размеров озера.

Лава посреди лавового озера закружилась, после чего из неё вынырнули рога с девять изгибами, а чуть погодя показалось и всё лавовое тело Графа Земли.

Лавовый Граф Земли остановил вращение и вышел из пылающего озера, постоянно поджигая земли вокруг стекающей с него лавой.

Большеголовый младенец в этот момент засунул свою голову в Котёл Резни в надежде найти в нём что-нибудь, а Багровый Император с большим интересом слушал Великого Владыку Солнца, в то время как Небесный Герцог прятался позади горы.

Лавовый Граф Земли осмотрелся и удивился, моргнув одновременно тремя своими глазами.

Земля слова Цинь состояла из земли тьмы его рога, которую он затем перековал в печать, в итоге превращая в нефритовую подвеску. Впоследствии Цинь Фэнцин несколько раз пытался сбежать, поэтому у него не было иного выбора, кроме как укрепить печать и погрузить подвеску в третий глаз Цинь Му.

Несмотря на то, что он являлся создателем этой печати, он действительно не ожидал, что в ней станет так оживлённо.

Он посмотрел на небо, увидев там три отличные друг от друга печати. Одна была его печатью Юду, другая являлся Буддистской печатью Будды Брахмы, а последняя происходила из Сюаньду.

— Будда Брахма, — Граф Земли посмотрел на монаха в небе и кивнул.

Однажды Цинь Му отправился на двадцать небес Царства Будды и потерял там контроль на своей дьявольской природой, после чего превратил половину Небес Брахмы в Юду, поэтому было совершенно не удивительно увидеть здесь печать Будды Брахмы.

Затем он мельком скользнул взглядом по Великому Владыке Солнца и посмотрел в другое место. Пернатый огненный бог не интересовал его, он давно умер и, должно быть, был просто местным пленником.

— Багровый Император, — его взгляд задержался на мужчине, — Эпохи Багрового Света нашёл маленькую, покалеченную вселенную, избегая света Сюаньду и юрисдикции Юду. Даже мне не удалось найти место, где ты был погребён, поэтому я действительно не ожидал увидеть здесь друга Дао из далёкого прошлого.

Сознания Багрового Императора поспешно поприветствовало гостя:

— Брат Дао, я использовал своё тело, чтобы починить ту маленькую, покалеченную вселенную, и сделал её местом последнего упокоения для моего народа. Моя душа уже развеялась и умерла.

— Когда ты использовал Бессмертное Сознание Бога, чтобы поделиться информацией с Светлым Императором, — заговорил лавовый Граф Земли, — я почувствовал это, — договорив, он повернул голову к Цинь Фэнцину, который к текущему моменту уже вытянул свою голову из Котла Резни и прятался позади него. Из-за котла торчал лишь смотрящий на него глаз. Между тем большой младенец, нервно сжимающий свои ладони, выглядел как кот, готовящийся застать свою добычу врасплох и наброситься на неё.

Лавовый Граф Земли не обратил на уделил этому внимания и, посмотрев на гору, сказал:

— Почему брат Дао Сюаньду прячется? Я вижу тебя.

Белобородый старец вышел из-за горы и рассмеялся:

— Брат Дао Юду, я уже заждался твоего прибытия! Сейчас, когда ты наконец здесь, на этой земле буквально собрались эксперты небес и земли!

Лавовый Граф Земли имел спокойное выражение лица и выглядел так, словно был таинственным, потусторонним мудрецом.

Спустя некоторое время его лицо стало постепенно расплываться в улыбке. Со временем его улыбка становилась только шире, и в итоге он, бог, властелин и повелитель Юду, в конце концов не удержался и не залился хохотом. Он хохотал до тех пор, пока не сбил дыхание, не согнулся в три погибели и не упёрся руками в колени.

Мрачный, как грозовая туча, Небесный Герцог холодно обронил:

— Вдоволь насмеялся?

Раскатистый смех постепенно затих.

Граф Земли ещё раз взглянул на Небесного Герцога, и опять не удержался от хохота.

Прямо в этот момент младенец позади котла скользнул своими ладонями и ступнями, прежде чем прыгнуть, словно кот. Он вцепился в спину цели с воплями:

— Я поймал тебя! Когда я съем тебя, то стану Графом Земли!

Лавовый Граф Земли поспешно затряс телом в попытке стряхнуть его, но как не старайся, не мог. Он встревожился и поспешно пробудил свою магическую силу, заставив землю под собой моментально расплавиться и превратиться в лаву.

Он опустился вниз, но большой младенец даже и не думал отпускать его и даже вгрызся в его голову. Он погрузился в лавовое озеро и вдруг понял, что не мог вернуться в Юду, и слегка растерялся.

У него не было выбора, кроме как вынырнуть из земли и посмотреть на небо.

Небесный Герцог не удержался от вздоха со словами:

— Даже не пытайся, ивовый лист уже перекрыл выход, мы сможем сбежать только если прорвёмся через печать.

— Ты не вкусный, — младенец разорвал лавового Графа Земли на куски и потерял к нему всякий интерес. Он тут же убежал обратно к Котлу Резни, чтобы продолжить изучить море загробного мира внутри него.

Граф Земли восстановил своё тело и встал:

— Мы можем выбраться, если снимем ивовый лист снаружи.

Небесный Герцог обрадовался и решил его подогнать:

— В таком случае сними, быстрее!

Граф Земли не ответил.

Небесный Герцог непонимающим взглядом смотрел на него.

Граф Земли продолжал молчать.

Спустя долгое время он наконец нарушил тишину:

— Друг Дао, перестань на меня так смотреть.

Небесный Герцог вновь решил подогнать:

— Почему ты тянешь и не снимаешь лист?

Граф Земли опять выдержал паузу, только немного короче, прежде чем объясниться:

— Бумажная лодка Покойного Владыки уже перенесла его в мир живых.

Небесный Герцог потрясённо замер, спустя время слабо вздохнул и проговорил:

— Ты был обманут этим маленьким засранцем. Но не расстраивайся, вместе мы проживём здесь счастливую жизнь. Более того, отсюда мы можем услышать множество секретов. Помимо времён, когда головастик злится и избивает нас, здесь не так уж плохо.

Граф Земли буровил его взглядом:

— Ты мог сбежать множество раз. Как только он снимает ивовый лист, считай ты свободен, так почему ты решил остаться здесь?

Теперь уже замолчал Небесный Герцог.

— Сюаньду скучный, — наконец заговорил он, — боги Сюаньду в большинстве своём служат Райским Небесами. Моё положение дел намного плачевнее, чем твоё, поэтому я решил остаться здесь. Тут интереснее, чем в Сюаньду. Птичка, только что мы говорили о заказном убийстве Небесной Императрицы, ты не закончил. Продолжай!

Великий Владыка Солнца посмотрел на Графа Земли, прежде чем перевести взгляд на младенца переростка.

Небесный Герцог, заметив его нервозное поведение, тут же заверил:

— Сейчас с нами Граф Земли, мы можем вести себя смелее. Если Сын Юду посмеет попытаться съесть тебя, мы объединимся и подавим его!

Великий Владыка Солнца несравненно обрадовался, как вдруг они услышали звуки ветра.

Цинь Фэнцин активировал Котёл Резни, распространив по округе до жути опасную мощь. Небо практически разошлось по шву, в то время как горы потеряли свою былую высоту, честно говоря, они чуть было не были уничтожены внезапно разразившейся мощью.

Будда в небе тоже покачнулся от мощи Котла Резни.

Лица всех присутствующих побледнели от чувства надвигающейся катастрофы.

— Сын Юду всё ещё растёт. Вероятно, уже вскоре он обретёт мощь Императорского Трона и даже сможет использовать опасную мощь Котла Резни!

****

Вечный Мир.

Цинь Му и Небесный Преподобный Юй спрыгнули с бумажной лодки. Сейчас шла ночь. Единственным источником света были городские фонари вдали.

— Небесный Преподобный Ю, провожать не надо, — сказал Цинь Му.

Старший Вестник Смерти взглянул на него и решил уведомить:

— Я должен записать, как ты обманул Графа Земли, в твоё «маленький» блокнот.

Цинь Му с улыбкой отмахнулся:

— Это твоя работа, в любом случае разницы нет никакой.

— Тебе нечего терять, — Старший Вестник Смерти покачал головой и внезапно поклонился Небесному Преподобному Юю. Выпрямившись, он искренне попросил. — Небесный Преподобный Му, позаботься о старшем брате, — договорив, он увёл лодку обратно во тьму, где и исчез.

Цинь Му проводил старца взглядом, после чего повёл Небесного Преподобного Юя в Небесную Святую Академию.

Он не просто так попросил его доставить их сюда.

Небесный Преподобный Юй являлся чистым листом бумаги. Он ничего не понимал и не знал. Нужно было даже заботиться о его еде и напитках, поэтому Цинь Му решил научить его наиболее базовым вещам, исключив из обучающей программы любые божественные искусства, или он попросту испортит этот хороший саженец.

Лучше всего было научить его всем основополагающим, базовым рунам и затем позволить ему постичь их самостоятельно.

Следующим утром Цинь Му отправил Небесного Преподобного Юя в начальную школу, чтобы тот изучил руны четырёх великих духовных тел и звёзд пяти элементов. На следующий день учитель из начальной школы привёл его обратно со словами:

— Владыка, он отточил всё до совершенства, мне больше нечему его учить. Более того, он даже избил учеников начальной школы.

Цинь Му ощутил шок, после чего решил проверить Небесного Преподобного Юя в деле, и действительно убедился в том, что тот освоил базовые руны Красной Птицы, Чёрной Черепахи и остальных зверей. Парню даже удалось вывести из рун и создать несколько разных типов божественных искусств… и несмотря на то, что те были грубоваты по своей сути, назвать их слабыми было нельзя.

«Неужели он и правда Тело Тирана», — Цинь Му отвёл Небесного Преподобного Юя на лекцию старейшины деревни, который обучал наиболее основополагающим навыкам меча.

Всего спустя два дня Небесный Преподобный Юй освоил их всех, отчего старейшина деревни покрылся холодным потом.

— Он тело тирана? — спросил Цинь Му.

Ошарашенный старейшина сомневающимся тоном ответил:

— Кажется, что так… Где ты достал этого мальца?

— Миллион лет назад.

После такого ответа старейшина растерялся даже больше и пробормотал себе под нос:

— Тело Тирана миллион лет назад… Минутку, кажется, я чувствую головокружение…

Цинь Му отвёл Небесного Преподобного Юя в класс мясника учиться навыкам Небесного Ножа, и тот с лёгкостью освоил и их.

— Му’эр, этот юноша умнее даже тебя, — рассмеялся мясник.

От лёгкого чувство неудовлетворённости, Цинь Му лишь фыркнул и сказал:

— Я тоже за несколько дней освоил базовые навыки меча, однако отточить их до совершенства не так-то просто.

— Он учится быстрее тебя, да и его понимание превышает твоё, — мясник похвалил, — он, кажется, даже шустрее чем тот малец Сюй Шэнхуа!

Цинь Му с мрачным выражением лица отводил Небесного Преподобного Юя в один класс своей академии за другим.

Парень всё быстро осваивал, ему даже не составило труда разобраться в наиболее сложных направлениях, таких как математика и создание. И три месяца спустя он обучился всем базовым рунам и движениям Небесной Святой Академии.

Линь Сюань прослышал о гении математики из Небесной Святой Академии и немедленно поспешил туда. Он хотел привести Небесного Преподобного Юя в свою Академию Секты Дао для дальнейшего обучения математике, но его прогнал Цинь Му.

В самом конце Цинь Му отправил Небесного Преподобного Юя на Этаж Небесных Записей, предоставив ему доступ ко всем книгам внутри, но уже спустя месяц тот вышел.

Цинь Му с выражением неверия выпалил:

— Ты выучил всё?!

Небесный Преподобный Юй почесал свою голову и стыдливо выдавил:

— Только прочитал, учиться не стал. Я чувствую, что в тех книгах слишком много ошибок…

Цинь Му слегка выдохнул и успокоился, как вдруг его разум посетила странная мысль: «А что если это я поддельное Тело Тирана, а он истинное?.. Быть такого не может, я должен отвести его к Сюй Шэнхуа!»

****

Академия Высших Небес Западных Земель.

Сюй Шэнхуа с мрачным выражением лица буровил взглядом находящегося напротив него Небесного Преподобного Юя. Решив проверить догадку, он спросил:

— Тело Тирана?

Тяжело кивнув, Цинь Му горько ответил:

— Он умнее даже меня…

— Не удивительно, что я почувствовал, что его способности к пониманию близки к моему, — Сюй Шэнхуа похвалил. — Понимание момента, когда он учится чему-либо! Однако, почему он выглядит немного глупо?

Глава 770. Магнетизм Матери Земли

К этому времени в Академии Высших Небес уже кипела жизнь. Сюй Шэнхуа пригласил Ци Цзюи спуститься с Высших Небес провести лекции. Вместе с Мастером Дворца Истинных Небес Сюн Сиюй, Ху Бугуем, ступившим на путь боевых искусств, маленькой принцессой Дворца Истинных Небес Сюн Ци’эр, Мастером Построений Хэ Ии, мастером ядов Му Инсюэ, Мастером Меча Ло Иньюй, Лю Чжэньцин и её матерью Лю Жуинь, а также сыном молодого патриархе Гэ Кэ, Академия Высших Небес Западных Земель определённо была переполнена талантами!

Своим указом Император отправил сюда губернатора провинции, поэтому Лин Юйсю тоже удостоилась высокого звания в Академии.

Но ключевым моментом всё же было то, что некоторое время лекции здесь проводил Небесный Наставник Боевых Искусств. Впрочем, он не стал обучать девушек Западных Земель, а передал свои знания Ци Цзюи, Сюн Сиюй, Ло Иньюй и остальным. Даже Сюй Шэнхуа, Великий Ректор, уделил его урокам довольно много своего времени.

— Цилинь ушёл вместе с Небесным Наставником Боевых Искусств, — сообщил последний. — Небесный Наставник Боевых Искусств несколько месяцев ждал, пока ты вернёшь его быка, но в конце концов, тот так и не явился. Он был невероятно зол и сказал, что вся семья Святого Дровосека — мошенники, и уехал верхом на твоём звере.

Цинь Му прогуливался, наслаждаясь пейзажами Академии Высших Небес, в то время как Небесный Преподобный Юй ушёл на лекции. Услышав слова Сюй Шэнхуа, юноша подпрыгнул от удивления:

— Как цилинь смог потащить его на своей спине? Впрочем, это отличная новость, он хорошенько натренирует своё физическое тело под его весом.

Шагая сбоку от Цинь Му, Сюй Шэнхуа спросил:

— Мне кажется, что в сравнении с этим Лань Юйтянем мы оба — поддельные Тела Тирана, в то время как он — настоящий. Где ты нашёл этого ребёнка?

— Из миллиона лет назад, — вздохнув, проговорил Цинь Му. — Он уже не ребёнок, ему миллион лет.

Сюй Шэнхуа кивнул в ответ:

— Понятно.

— Брат Сюй, тебя это не шокирует? — оценив его выражение лица спросил Цинь Му, недоумевая.

Сюй Шэнхуа уверенно ответил:

— Когда-то я уже был шокирован.

Цинь Му не мог отвести взгляда от его выражения, до сих пор не замечая следов удивления. Покачав головой, он проговорил:

— Не знаю, что Цзин Янь в тебе нашла. Возможно, ты никогда не слышал о Лань Юйтяне и его достижениях. Впрочем, ты ведь удивишься, если я скажу тебе, что он — человек, открывший систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, верно?

Тело Сюй Шэнхуа дрогнуло, но его лицо оставалось неизменным:

— Создатель системы совершенствования божественных искусств и райских дворцов? Почему же тогда он ничего не знает и должен учить всё сначала?

Цинь Му рассказал ему о том, как вернулся в первый год Эпохи Дракона Ханя вместе с Ню Саньдо, вплоть до встречи с Императором-Основателем, Семью Небесными Преподобными, о Собраниях Яшмового Водоёма и Райских Небес, не забыв упомянуть о том, что ему и Императору-Основателю даровали титулы Небесных Преподобных Му и Циня.

Выражение лица Сюй Шэнхуа не изменилось, и Цинь Му почувствовал себя разбитым.

— На самом деле с тех пор, как я встретился с Семью Небесными Преподобными, я думал над проблемой, — усмехнулся юноша. — Знаешь какой?

Сюй Шэнхуа на мгновение задумался, и его глаза загорелись:

— Владыка Культа Цинь, это был бы огромный подвиг! Ты задумал заново открыть Божественное Сокровище Божественного Моста и восстановить его у людей Вечного Мира и практиков боевых искусств Мира Корриды. Это позволило бы им всем совершенствоваться до области богов!

Цинь Му вздохнул:

— Брат Сюй до сих пор знает меня лучше, чем кто-либо другой. Ты прав, именно над этим я думал всё это время. Люди Вечного Мира — это выжившие жители Эпохи Императора-Основателя. Их божественные мосты разрушены, в то время как у жителей Мира Корриды ситуация ещё проще, — у них они попросту отсутствуют. Будь то подход Небесного Наставника Боевых Искусств или Секреты Сорочьего Моста, они не позволяют целиком решить проблему. Лишь открыв Божественный Мост заново, можно закрыть этот вопрос.

Сюй Шэнхуа ответил:

— Небесный Преподобный Юнь открыл божественное сокровище Божественного Моста, и ты решил пойти по его стопам и отыскать придуманный им способ и распространить его среди людей, решив проблему раз и навсегда.

Цинь Му кивнул:

— Божественные Сокровища всех людей достались им от их предков. Так как их божественные мосты разрушены, мы должны попросту открыть их заново. Несмотря на то, что это удастся не каждому, успеха добьётся больше людей чем те, кто сумел совершенствовать Секреты Сорочьего Моста.

Сюй Шэнхуа тут же поинтересовался:

— В таком случае, ты посоветовался с Небесным Преподобным Юнем, касательно открытия божественного моста?

Цинь Му покачал головой:

— Когда я вернулся в первый год Дракона Ханя, мне не удалось с ним поговорить. Он умер во времена Дракона Ханя немногим позже. Тем не менее, раз ему удалось открыть божественное сокровище Божественного Моста, то и нам удастся!

Сюй Шэнхуа на мгновение заколебался, прежде чем ответить:

— Если ты сможешь открыть божественное сокровище Божественного Моста, то станешь вторым Небесным Преподобным Юнем! Тем не менее, твоё Божественный Мост и так цел, как ты будешь открывать его заново?

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Я нахожусь в области Небожителя и совсем близок к достижению Жизни и Смерти. Думаю, что я смог бы повредить свой Божественный Мост, а затем открыть его самостоятельно. Тем не мене, ты не прав, я не стану вторым Небесным Преподобным Юнем, ведь миллион лет назад я уже был Небесным Преподобным Му!

Что-то пробормотав себе под нос, Сюй Шэнхуа ответил:

— Пока что твой божественный мост цел, возможно, это мне суждено стать вторым Небесным Преподобный Юнем.

Приподняв брови, Цинь Му улыбчиво ответил:

— В таком случае, можем посоревноваться. Давай проверим, кто первым достичь Жизни и Смерти, повредить свой Божественный Мост, а затем открыть его снова!

Сюй Шэнхуа тепло улыбнулся в ответ:

— Хорошо. Когда это случится, я хочу, чтобы ты лично признал, что уступаешь мне.

Цинь Му засмеялся:

— Разве ты уже закончил изучать божественные искусства магнетизма и математический Трактат Высшей Молекулы? Откуда у тебя время на восстановление божественного Моста? Ты проиграешь!

Сюй Шэнхуа спокойно ответил:

— Кажется, что у тебя даже больше дел, чем у меня, разве у тебя есть время?

Уставившись друг на друга, они оба фыркнули.

Сюй Шэнхуа прервал паузу:

— Бабушка Сы повела учеников Небесной Святой Академии изучать божественные искусства магнетизма на Верховных Небесах Императора, и они уже добились некоторых успехов. Я иногда их навещаю, чтобы помочь с созданием базовых рун для этого божественного искусства. Бабушка Сы уже создала тысячу триста видов рун магнетизма, тем не менее, судя по моим подсчётам, осталось ещё шестьсот неоткрытых. Когда Лань Юйтянь закончит изучать высшие искусства моей Академии Высших Небес, почему бы нам не отправиться к ней?

Спустя полмесяца Небесный Преподобный Юй освоил базовые руны Академии Высших Небес. Сюй Шэнхуа упаковал свой багаж и двинулся в путь вместе с Цинь Му.

Цинь Му всегда перекладывал свою работу на других, поэтому придумав всего несколько формул магнетизма, он передал эстафету Бабушке Сы и Сюй Шэнхуа, а сам занялся другими делами.

Прибыв на Верховные Небеса Императора, он обнаружил множество странных сооружений в виду колонн из чёрной меди. Внутри они были пусты, имея всевозможную высоту и толщину. Некоторые из них напоминали горы высотой в тысячи метров, в то время как другие не достигали и полметра.

Несколько сотен этих колонн возвышались в аномальных местах магнитного поля, в ключевых точках на пересечении Верховных Небес Императора и Великих Руин тоже были выстроены двадцать-тридцать колонн, образующих величественную картину.

В каждой аномальной точке магнитного поля находились практики божественных искусств с кистью и бумагой. Выстроившись вокруг колонны, они записывали информацию о поведении и реакции магнитного поля. Затем их записи отправлялись к городу богов на Верховных Небесах Императора для изучения.

Истинный бог Пан Юй и Сан Е отстраивали Верховные Небеса Императора и уже успели возвести несколько божественных городов для проживания людей. Чтобы открыть руны магнетизма, бабушка Сы пригласила многих здешних практиков божественных искусств.

Изначально, математические познания жителей Верховных Небес Императора были не слишком хорошими, но после того, как два мира соединились, практики Верховных Небес Императора отправлялись учиться в Вечный Мир, поэтому многих из их уже овладели математикой на довольно хорошем уровне.

Прибыв в город, Цинь Му увидел бабушку Сы, похороненную под горой бумаги. Возле неё было около сотни практиков, изучающие данные с каждой аномальной точки и непрерывно стуча своим божественным оружием для вычислений.

На стене неподалёку было запечатлено более тысячи удивительных рун. Мерцая, они излучали слабую магнетическую силу.

— Осталась лишь одна руна, — осмотрев рисунки на стене, ошеломлённо воскликнул Сюй Шэнхуа. — Скорость бабушки Сы очень высока!

Как только он договорил, бабушка засмеялась:

— И я как раз закончила над ней работать! Конец!

Красотка вскочила на ноги и подбежала к стене. Её жизненная Ци хлынула наружу, превращаясь в последнюю руну.

Цинь Му шагнул вперёд, чтобы осмотреть руны магнетизма. Он не мог не удивиться, начиная хвалить:

— Бабушка, твои достижения и заслуги за открытие тысячи девятисот рун безграничны!

Бабушка Сы заметила их лишь сейчас, воскликнув от удивления и восторга:

— Когда сюда пришёл Му’эр? Ты давно не появлялся! Сорок процентов заслуг в создании этих рун — твои, другие шестьдесят принадлежат мне и Сюй Шэнхуа. Он вывел больше тысячи формул, в то время как я создала лишь несколько.

Сюй Шэнхуа бросил на Цинь Му скромный взгляд. тот улыбчиво проговорил:

— Я вывел лишь несколько основополагающих уравнений, брат Сюй и вправду хорошо справился с продолжением моего пути.

Сюй Шэнхуа хмыкнул. Несмотря на то, что на первый взгляд слова Цинь Му казались попыткой похвалить самого себя, они были правдой.

Именно Цинь Му открыл секрет магнетизма и даже вывел несколько первых уравнений. Затем он возложил задание по созданию рун магнетизма на их плечи.

Цинь Му был основателем идеи, в то время как они лишь довели её до совершенства, из-за чего ему досталась едва не половина заслуг.

— Бабушка, теперь, когда работа над рунами магнетизма закончена, ты можешь постичь божественные искусства? — спросил он.

— Могу попробовать! — взволнованная, бабушка вывела их из города. — Открывая руны магнетизма, я иногда пыталась рассчитать всяческие божественные искусства. Мне удалось придумать довольно большое их количество, и теперь, когда последняя руна готова, я, естественно, освоила божественное искусство, способное слить их все воедино.

Цинь Му знал, что она была практиком, давно ступившим на путь своими божественными искусствами. Разобравшись со всеми базовыми рунами магнетизма, она должна была создать поистине удивительное божественное искусство. Он шагал в предвкушении.

Сюй Шэнхуа, небесный Преподобный Юй и Цинь Му следовали за бабушкой Сы, когда к ним поспешно присоединились остальные практики Высших Небес Императора и ученики Небесной Академии.

Истинный Бог Пан Юй, Сан Е и остальные тоже услышали новость и бросились вслед за бабушкой. Практики божественных искусств и боги затопили собой округу ожидая, что бабушка Сы похвастается своими достижениями.

Бабушка Сы стояла на Верховных Небесах Императора, перпендикулярно к которым торчали Великие Руины.

— Я ещё не придумала названия своему божественному искусству, для начала мне нужно его продемонстрировать, чтобы расширить ваши горизонты!

Бабушка Сы исполнила своё божественное искусство, освобождая безграничную жизненную Ци. Она уже довольно долго была богом, поэтому обладала невероятно плотной магической силой. Её божественное искусство магнетизма оказалось ещё более удивительным, как только оно разразилось, все люди в небе внезапно начали падать, будто капли дождя. Ударившись о землю, они обездвижено застывали.

Цинь Му тоже прижало к земле, будто на него надавил вес всего мира. Он был глубоко удивлён.

Истинный Бог Пан Юй тоже с трудом шёл земле, его ноги дрожали. Он почти не мог стоять, чувствуя страх в сердце, и поспешно проговорил:

— Уважаемый Бог Юю, помягче с силой, не раздави нас всех до смерти!

Бабушка Сы повернула голову, лишь теперь заметив, что всех вокруг прижало к земле. Улыбнувшись, она проговорила:

— Моё божественное искусство нацелено на Великие Руины, а не на вас. Как только оно освободится, давление исчезнет.

Она ударила вперёд, порождая божественный свет магнетизма. Внутри него можно было едва различить миллиарды кружащихся звёзд, переплетённых между собой божественными лучами магнетизма. Раздался оглушительный грохот, с которым оно надавило на Великие Руины!

Великие Руины внизу просели на триста метров, в то время как руки и горы вдали поднялись над землёй. Горные хребты выпучились на горизонте, формируя непрерывную линию!

Бабушка Сы похвалила:

— Поистине хорошее божественное искусство. Вы уже не чувствуете на себе давления, верно?

Цинь Му и остальные почувствовали, что давление ослабевает, и поспешно встали на ноги. Сан Е улыбчиво проговорил:

— Магическая сила Уважаемого Бога Юю поистине удивительна, твоё божественное искусство выдающееся и мощное. Тем не менее, ты ведь его рассеешь, правда?

Земля Великих Руин продолжала дрожать, над ней поднимались и росли всё больше и больше гор.

Бабушка озадаченно ответила:

— Я уже его рассеяла… Ээм, что-то здесь не так!

Цинь Му и остальные уставились на Великие Руины, увидев, что горы молниеносно уносятся вдаль. Земля непрерывно расширялась, а близлежащая гора уже отдалилась на тысячу километров. Она была настолько далеко, что её нельзя было разглядеть невооружённым глазом!

Между тем Цинь Му заметил, что река Вздымающаяся расширяется. Она становилась всё шире и шире, а её скорость её течения увеличивалась.

Изначально, она имела триста метров в ширину, но теперь расширялась на триста метров каждый раз, когда он моргал!

— Что происходит?

Все недоумевали, ошарашенно наблюдая за происходящим.

Великие Руины расширялись не только не восток и запад, но и на север и юг. Между тем, горы на их поверхности продолжали отчаянно расти, становясь всё выше и больше.

— Божественное искусство бабушки Сы не могло привести до подобных последствий…

Сердце Цинь Му дрогнуло, он поспешно подлетел в воздух. Пройдя через тоннель Верховных Небес Императора, он подошёл к противоположной стороне Великих Руин, увидев, что их западная часть тоже неистово расширяется.

У разрушенной скалы Великих Руин происходило ещё более удивительное зрелище. Миры вылетали наружу, становясь всё больше и больше, подлетая к небу.

Вскоре слои миров спрятались среди тумана и облаков в небе.

Бабушка Сы и остальные отправились следом за ним, ошеломлённо наблюдая за происходящим.

Из разрушенной скалы постоянно доносились оглушительные толчки, она постепенно растягивалась. Вытекающая из неё речная вода становилась всё более бурной, вырываясь из всевозможных миров. Казалось, будто они, подавленные на протяжении последних четырёх эпох, внезапно освободились.

— Это я сделала? — моргнув, пробормотала бабушка.

— Да.

Цинь Му рассматривал разрушенную скалу, которая продолжала подниматься. Внезапно, перед его глазами начала постепенно показываться каменная табличка. Прочитав надписи на её поверхности, он прошептал хриплым тоном:

— Это работа бабушки Сы. Ты разобралась с рунами магнетизма и использовала божественное искусство, пробудив похороненных здесь ужасающих существ…

На каменной табличке виднелось несколько древних надписей. Цинь Му когда-то видел что-то подобное, ведь они были писаниями райских небес Дракона Ханя, сформированными из голосов богов. В них крылась удивительная сила.

Тем не менее, надписи на этой табличке выглядели даже более древними, в них было много отличий, которые Цинь Му не понимал.

— «Матерь» и «Первобытное». Двух других слов я не знаю, — потратив немного времени на попытку прочитать символы, Цинь Му покачал головой. — Эти писания слишком древние.

— Первобытное Царство Матери Земли, — неожиданно проговорил стоящий сбоку Небесный Преподобный Юй.

Глава 771. Подглядывальщик

Цинь Му удивлённо спросил:

— Достойный младший брат Юйтянь, ты узнал эти слова?

Небесный Преподобный Юй всё ещё пребывал в смятение, когда ответил:

— Я почувствовал, что эти слова мне знакомы и что я должен их прочесть именно так.

Остальные не прекращали удивляться, ведь каждый из них знал, насколько сведущим и знающим человеком был Цинь Му, особенно в вопросе всевозможных языков. Он знал языки богов, дьяволов, Юду и даже баловался изучением древних, мёртвых языков из прошлого, поэтому они и не ожидали, что юноша рядом с ним действительно сможет прочитать то, что не смог прочитать он. Однако они не стали особо много думать об этом, ведь всё их внимание было приковано к происходящему вокруг.

Прямо сейчас Великие Руины стремительно расширялись. Бесчисленные горы оттянулись невероятно далеко, но не было видно ни одного классического признака формирования новых гор.

Формированию гор обычно сопутствуют землетрясения, извержения вулканов и, следовательно, растекающуюся во все стороны лава и распыляющийся пепел.

Между тем расширение Великих Руин происходило в спокойном, относительно тихом ключе. Все те земли и горы, казалось, просто выскочили из ниоткуда, поэтому изменения не оказывали сильного влияния на живущих в них людей и зверей.

Тем не менее земли, что в данные момент так внезапно появлялись, были слишком уж обширными и необъятными, в разы и разы превосходя размеры прошлых Великих Руин. Цинь Му нашёл ближайшую к ним гору и вычислил, что та сейчас находилась от них на расстоянии в сорок раз дальше, чем в прошлом!

Всё это говорило только об одном — Великие Руины стали как минимум в сорок раз больше, а значит их суммарная площадь, вероятно, возросла в одну тысячу шестьсот раз!

Верховные Небеса Императора, который ранее простирались с севера Великих Руин на юг, теперь выглядели как сооружённая стена и больше не казались столь же шокирующими. Конечно, находясь в центре Великих Руин, они выглядели достаточно масштабно и удивительно, но это не шло ни в какое сравнение с чувством шока от расширения.

Цинь Му осмотрелся повнимательнее и понял, что проложенная Имперским Наставником дорога теперь была разделена на множество удалённых друг от друга частей. Но больше всего удивляло даже не это, а то, что новые горы объяли разноцветные туманы, некоторые загадочные места сияли множеством цветов, а также можно было разглядеть древние города и руины, как и ветхие статуи гигантов, которые, казалось, соединяли своими телами небеса и землю!

— Кажется, происходящие изменения просто раскрывают ранее запечатанную землю, — пробормотал истинный бог Пан Юй.

Почётный бог Сан Е спросил:

— Неужели Великие Руины прошлого выглядели именно так?

Более старый Пан Юй ответил:

— Нет. Даже во времена Эпохи Императора-Основателя Великие Руины не сильно отличались от сегодняшних. По своей сути они были очень похожи. Когда Райские Небеса Императора-Основателя упали с небес и приземлились здесь, в Великих Руинах появились многочисленные руины Райских Небес. Тогда Эпоха Императора-Основателя ещё не считалась законченной, и здесь по-прежнему были боги.

Бабушка Сы спросила:

— В таком случае, что насчёт Эпохи Высшего Императора? Как Великие Руины выглядели тогда?

Пан Юй горько улыбнулся, отвечая:

— Откуда мне знать о делах Эпохи Высшего Императора?

Прикинув в уме, бабушка Сы предположила:

— Появившиеся земли должны быть Первобытным Царством Матери Земли, которое подавляли Великие Руины. Исполнив только что своё божественное искусство магнетизма, я вошла в контакт с запечатанным Первобытным Царством и раскрыла его. Однако мне действительно интересно почему оно было подавлено под Великими Руинами?

Все вновь повернулись к Пан Юю в ожидании от него ответа, но тот лишь уставился на них широко распахнутыми глазищами. Его глаза изначально не были маленькими, но сейчас казались поистине большими, настолько он их пучил. Видя такое поведение, он даже и не знал, как поступить, разрываясь между смехом и слезами, но всё же ответил:

— Откуда мне знать о таком? Не смотрите на меня, я не узнаю, даже если вы будете смотреть на меня до скончания времён. Святой Дровосек более сведущ, лучше его спросите.

— Святой Дровосек сейчас занимается продвижением реформы Имперского Наставника в Вечном Мире. Если мы поспешим туда, то на путешествие уйдёт в сорок раз больше времени, чем обычно, — Цинь Му продолжал смотреть на гору вдалеке, понимая, что та всё ещё удалялась. — Совсем скоро будет в пятьдесят раз дольше. Первобытное Царство Матери Земли — это место, где родилась Мать Земли?

Ответа не последовало.

Внезапно послышался звук волн и перед ними появилась огромная трещина, вокруг которой плескалась лазурная вода. Трещина резко расширилась в стороны. Появлялось всё больше и больше воды, быстро сформировавшей собой стокилометровое озеро, однако озеро продолжало расширяться, вскоре становясь настоящим морем!

Море было настолько обширным, что ему не было видно конца и края даже за горизонтом.

Цинь Му ощутил сильную дрожь в сердце и поспешно прошёл через туннель Верховных Небес Императора, оказываясь в восточных Великих Руинах. Сердце Сюй Шэнхуа тоже словно кто-то сжал в тиски, и он повёл Небесного Преподобного Юя за с собой. Остальные последовали следом.

Цинь Му смотрел на гористую до самого горизонта восточную сторону. Он поднимался по Верховным Небесам Императора и чем выше оказывался, тем дальше видел.

Совсем скоро он смог разглядеть много-тысячекилометровый океан.

— Это Восточное Море Эпохи Императора-Основателя! — выкрикнул Пан Юй. — Оно же исчезло, так почему сейчас вернулось?

Лазурное Восточное Море бушевало вздымающимися волнами. Столько воды появилось, словно из ниоткуда, и создало океан в десятки тысяч километров в длину.

Изначально здесь располагался не слишком большой бассейн, к северу от которого располагалась гора Сумеру Монастыря Великого Громового Удара, а к западу горный хребет Разрушенный Богом, на юге же находились Секретные Водяные Проходы, через которые текла река Вздымающаяся.

Однако направление, где должна была располагаться гора Сумеру, сейчас утопало в облаках и тумане. Едва была видна только колонна, протягивающаяся до самого неба, но пик было невозможно разглядеть.

Цинь Му посмотрел в сторону горного хребта Разрушенного Богом и не обнаружил столь знакомую плотную гряду горных вершин.

Что же до реки Вздымающейся, он больше не мог её узнать. Сейчас он видел перед собой огромную, тысячекилометровую в ширину и ещё более непостижимую в длину реку, чьи воды величественно и неостановимо текли на восток.

— Владыка Взращивания Драконов заполучил слишком много преимуществ, — бормотал Цинь Му, — я не должен был нарекать его Королём Драконов Реки Вздымающейся, ведь сейчас мы связаны Пактом Графа Земли, из-за которого мне никак не взять своих слов назад… — он снял ивовый лист с межбровья и, отправив внутрь земли слова Цинь своё сознание, спросил. — Небесный Герцог, Граф Земли, вы заметили изменения в Великих Руинах?

Небесный Герцог и Граф Земли взглянули через его третий глаз и содрогнулись. Парочка древних как сам мир существ переглянулась с тяжёлыми выражениями лиц.

Великий Владыка Солнца тоже взглянул и выкрикнул:

— Незапамятный Юаньду! Место рождения Матери Земли!

Цинь Му полюбопытствовал:

— Разве это не Первобытное Царство Матери Земли? Почему Великий Владыка Солнца называет это место незапамятным Юаньду?

— Первобытное Царство Матери Земли — название, которое было дано после основания Райских Небес, но изначально это место называлось Юаньду и являлось землями Матери Земли. После того как Райские Небеса были основаны, их возвели в небе над незапамятным Юаньду, — не замолкая говорил Владыка Солнца. — Боги собрали в Юаньду божественный металл для создания Райских Небес, тем самым раздосадовав Мать Земли. Забрав у неё множество сокровищ, они, по сути, захватили судьбу и удачу Юаньду. В последствии, когда Райские Небеса решили создать тридцать шесть райских дворцов и семьдесят два тронных зала, они взяли ещё больше божественного металла, тем самым ещё сильнее раздосадовав Мать Земли. В итоге она изменила имя на Первобытное Царство Матери Земли и заявила, что это её территория. Позже, когда Небесный Преподобный Юнь из Девяти Небесных Преподобных восстал, он поострил Райские Небеса Небес Хань именно здесь. В те времена я атаковал Райские Небеса Небес Хань и был убит выстрелом в спину…

Клон Небесного Герцога вмешался:

— Ты управлял богами всех звёзд и никакой секрет Райских Небес Дракона Ханя не мог не пройти через твои уши. Кто ещё должен был умереть, как не ты?

Великий Владыка Солнца закивал, словно цыплёнок, клюющий зерно, и не посмел продолжить.

Цинь Му спросил:

— Небесный Герцог должен знать множество секретов о Первобытном Царстве Матери Земли, верно?

Клон Небесного Герцога посмотрел на лавового Графа Земли, на что тот обронил:

— Друг Дао, это следует сказать тебе.

— Знаю парочку, — вновь взял слово клон Небесного Герцога. — Райские Небеса Небес Хань были воздвигнуты в Первобытном Царстве Матери Земли, собственно, также как Райские Небеса Багрового Света впоследствии. Багровый Император, ты ведь помнишь об этом, верно?

Сознание Багрового Императора заговорило:

— Верно, но в то время Первобытное Царство Матери Земли не было таким же громадным, как изначально. Я слышал, что причиной этому было то, что Райские Небеса Небес Хань были сметены и часть Первобытного Царства Матери Земли была попросту уничтожена богами. То, что я видел в то время, были Великими Руинами моего времени, но Великие Руины Дракона Ханя были громадными до крайности, они были даже больше, чем сейчас.

— После твоей смерти Светлый Император унаследовал заложенный тобой фундамент и продолжил творить судьбу Эпохи Багрового Света, в итоге тоже придя к власти в Первобытном Царстве, — продолжил клон Небесного Герцога. — А когда Райские Небеса Светлого Императора были тоже сметены, а выжившие нашли приют в Парящем Мире Багрового Света, Первобытное Царство опять уменьшилось в размерах. Эпоха Высшего Императора была воздвигнута на Великих Руинах Багрового Света, пока и она не подошла к своему концу. Первобытное Царство вновь уменьшилось и стало Великими Руинами Высшего Императора, а сегодня стало Великими Руинами Императора-Основателя. Можно сказать, что на землях Первобытного Царства были построены четыре эпохи.

Цинь Му остолбенел. Райские Небеса всех четырёх эпох были воздвигнуты здесь?

Каким местом было Первобытное Царство Матери Земли, чтобы иметь такую благополучную судьбу?

— Небесный Герцог не рассказал о самом важном, упомянув лишь о незначительном. Ты всё ещё не рассказал, почему некогда незапамятный Юаньду стал текущими Великими Руинами. Также ты не сказал, где находится Мать Земли, и даже не намекнул, почему Первобытное Царство Матери Земли снова появилось, — Цинь Му сокрушался. — Даже несмотря на кажущуюся многословность Небесного Герцога, в действительности ты не рассказал больше, чем Великий Владыка Солнца!

Белобородый старец гневно дунул на свою бороду и уставился на него, прежде чем выпалить:

— Он слишком много говорил и именно поэтому так рано помер!

Цинь Му холодно продолжил:

— Мать Земли мертва? Если она может умереть, то почему не может Небесный Герцог? Неважно скажешь ты это или нет, другие тебя не отпустят.

Клон Небесного Герцога засомневался и вновь посмотрел на лавового Графа Земли.

Граф Земли с отречённым взглядом открестился:

— Я не заядлый подглядывальщик, я не следил всё время за происходящим в Первобытном Царстве Матери Земли. Более того, из Юду я не могу постоянно наблюдать за тем, что происходит там. Только когда души попадают в Юду, я могу чувствовать изменения, происходящие в Первобытном Царстве.

Клон Небесного Герцога посмотрел на Великого Владыку Солнца, который тут же втянул свою птичью голову в шею со словами:

— Не смотри на меня, я уже был убит скрытой стрелой. Я увяз в слишком большом количестве секретов, поэтому после своей смерти не следил за тем, что происходило с Первобытным Царством Матери Земли…

Клон Небесного Герцога вздохнул, прежде чем заговорить:

— Хорошо-хорошо, я признаю, я — самый настоящий подглядывальщик, поэтому в курсе произошедшего в Первобытном Царстве, — выдержав паузу, он продолжил. — В действительности Эпоха Высшего Императора была связана как с Матерью Земли, так и с Райскими Небесами. Она делилась на два лагеря, каждый из которых имел свои Райские Небеса с различными силами. Но после смерти Матери Земли она была закончена. Больше рассказать не могу, остальное выведывай у остальных.

Цинь Му ощутил бушующие волны в сердце и поспешно спросил:

— Северный и Южный Высший Император… Эпоха Высшего Императора делилась на север и юг, но кого какая сила поддерживала? Также ты сказал, что Мать Земли мертва, но кто убил её?

Небесный Герцог молчал.

Цинь Му продолжал засыпать Небесного Герцога вопросами и в итоге тот не выдержал, раздражённо выпалив:

— Я уже рассказал тебе столько всего, так почему ты мне до сих пор досаждаешь? Я тоже не знаю, как умерла Мать Земли и могу только догадываться! Знаешь, в мире существует много существ, которые могут заблокировать мой взор. Например, я не могу видеть Юду, а также Мир Небесной Инь и Райские Небеса! А под конец Эпохи Высшего Императора я даже перестал видеть Великие Руины! Причина, по которой я скрываюсь в твоём глазе, заключается в том, что я хочу увидеть, что произошло за эти годы, — договорив до сюда, его голос стал опустошённым. — Я могу видеть другие миры, но вещи, которые я не вижу, постоянно накапливаются… Я… я почти стал небесами, которые люди проклинают каждый день за слепоту…

Лавовый Граф Земли посмотрел на Цинь Му и обратился:

— Возрождение Первобытного Царства Матери Земли может быть связано с оставшимся сознанием Матери Земли, поэтому будь осторожен.

Цинь Му озадачено спросил:

— Почему я должен быть осторожен?

Лавовый Граф Земли продолжил:

— Ты съел исконных дух многих богов в Проходе Нефритового Замка и среди них был её ребёнок из Эпохи Дракона Ханя. На тебе лежит вина за это, я тоже записал твой грех, однако из соображений морали всё же предупредил тебя.

Глава 772. Соpок Tыcяч Лeт, Поxожих на Песню

— Граф Земли, ты всё-таки знаешь, что такое мораль! — На самом деле Цинь Му был крайне возмущён, но он не осмеливался в этом признаться.

B битве Юду Граф Земли воспользовался юношей, чтобы избавиться от сил райских небес, расположившихся в его мире. Из-за того, что родители последнего жили в Юду, и Граф Земли хорошо о них заботился, у него не было другого выбора кроме как послушаться.

И всё же, кроме вины перед райскими небесами, ему, к тому же, вскоре придётся ответить и перед Матерью Земли.

В битве у Прохода Нефритового Замка Юду, погибший Янь Цзюси, судя по всему, был Сыном Матери Земли. Во время схватки тот упоминал о своей родословной и твердил, что был сыном самой Матери Земли.

Более того, божественное искусство, которым тот пользовался, было божественным искусством магнетизма.

Несмотря на то, что это божественное искусство не было таким изысканным, как у бабушки Сы, оно всё равно было удивительным. Столкнувшись с ним, у Цинь Му не осталось выбора, кроме как воспользоваться Небесным Огнём Великого Дао.

В конце концов, Цинь Фэнцин сожрал Янь Цзюси.

Тем не менее, так как Мать Земля была мертва, ему не было о чём беспокоиться.

«Мой брат сожрал бесчисленное количество исконных духов, кто знает, сколько обид это вызовет, — думал про себя Цинь Му. — Бабушка Сы исполнила божественное искусство магнетизма, что привело к возвращению Первобытного Царства. В таком случае, действительно ли мертва Мать Земли? С чего бы божественное искусство магнетизма активировало все эти изменения?»

Великие Руины напоминали свернутый веер. И теперь этот веер открылся.

Свернутый веер был великими руинами, в то время как развёрнутый стал Первобытным Царством Матери Земли.

Почему Первобытное Царство Матери Земли было свёрнуто, и почему оно открылось именно сейчас?

Кто был способен свернуть такой огромный мир, превратив его в Великие Руины?

Почему после смерти Матери Земли божественные искусства магнетизма исчезли?

Возможно, кто-то убил всех практикующих божественные искусства магнетизма?

«Единственные оставшиеся божественные искусства магнетизма хранятся в Великих Небесных Дьявольских Рукописях. Более того, их там лишь несколько, и они не формируют какой-то цельной системы. Именно поэтому я не знал о существовании рун магнетизма, — продолжал размышлять Цинь Му. — Так кто же стёр божественные искусства магнетизма с лица земли? Неужели это дело рук тех же людей, что убили Мать Земли? Бабушка Сы только что использовала божественное искусство магнетизма, после чего открылось Первобытное Царство. Может быть это метод, использованный Матерью Земли, чтобы обрести шанс на воскрешение?

Вернув своё сознание обратно, он огляделся. Первобытное Царство становилось всё шире и шире, вдали уже нельзя было разглядеть Вечного Мира. Даже Южное море исчезло с поля зрения.

Расширение Великих Руин постепенно замедлялось, удивительные горные вершины вдали окутывали тучи.

— Если подобное изменение произошло в Великих Руинах, то Вечный Мир тоже изменился? — спросила бабушка Сы.

Все тут же начали беспокоиться. Если Вечный Мир тоже стал таким обширным, то его города ужасно отдалились друг от друга, и вся власть правителей Вечного Мира тут же упала до предела.

Когда контролировать земли становится тяжело, империя может пасть в любой момент.

Изначально Империя Вечного Мира контролировала прерии Западных Земель и снежные равнины севера, но теперь её власть была под вопросом.

Сердца всех вокруг дрожали от волнения.

— Главное сейчас — это безопасность людей, — торжественно проговорил Цинь Му. — Ужасные изменения Великих Руин превратили их в Первобытное Царство, где бесчисленные места окутаны разноцветным светом, оставленным божественными искусствами. Если люди случайно туда забредут, это приведёт к огромному количеству жертв. Сейчас Великие Руины кишат опасностью, мы должны всех предупредить!

Все кивнули. Сейчас не было времени волноваться о Вечном Мире, ведь безопасность людей Великих Руин была более важной.

— Истинный бог Пан Юй, я могу попросить тебя отправить практиков божественных искусств и богов Верховных небес Императора к каждому уголку Великих Руин и предупредить здешних жителей? — проговорил юноша. — Все остальные пусть тоже отправятся к каждой стране и проинформируют все города и деревни.

Истинный бог Пан Юй ответил:

— Не волнуйся, я отправлюсь сейчас же!

Он собрался отправиться в город богов Верховных Небес Императора, когда из дебрей Первобытного Царства донёсся глухой странный рёв. Пан Юй остановился и оглянулся.

Среди бескрайних гор был едва заметен гигантский зверь, обнаживший свою огромную зелёную спину.

Все вокруг ошарашенно замерли, а Сан Е спросил:

— Что это? Его тело такое огромное…

Сердце Цинь Му дрогнуло, он вздохнул:

— Полубог…

Никто не понимал о чём он говорит, спрашивая:

— Что ещё за полубог? Это поддельный бог?

Цинь Му уверенно ответил:

— Полубоги крайне опасны, они являются детьми древних богов и обладают старинными родословными, мы должны быть предельно осторожны! Вам тоже нужно быть начеку. Боюсь, что, когда печать Великих Руин активировалась, и они превратились в Первобытное Царство, пробудилось огромное количество полубогов.

Сан е недоумевал:

— Кто такие древние боги?

Цинь Му продолжил объяснять:

— Это священные боги, рождённые природой, вроде Небесного Герцога, Графа Земли и Матери Земли. Полубоги — это их потомки, вроде цилиня, который и есть полобогом. С возрастом они становятся сильнее. Они полагаются на силу своей родословной, но могут и совершенствоваться, как мы. Более того, совершенствуясь они становятся даже силнее, так что нужно быть осторожными!

Истинный бог Пан Юй громко воскликнул:

— Солдаты Верховных небес Императора, за мной!

Он позвал всех в дорогу, и Сюй Шэнхуа проговорил:

— Мне нужно отправиться обратно в Западные Земли, проверить, безопасно ли там.

Кивнув, Цинь Му ответил:

— Скорее всего, путешествие в Западные Земли займёт у тебя один-два года, тебе нужно быть крайне осторожным.

— Не волнуйся, если я не погиб от твоей руки, то и полубог меня не убьёт, — поспешил прочь Сюй Шэнхуа.

Бабушка Сы повела нескольких учеников Небесной Святой Академии собирать вещи:

— Му’эр, мы с учениками отправимся предупредить жителей деревень Западных Великих Руин, береги себя.

Цинь Му улыбнулся:

— Бабушка, не волнуйся. Ты пойдёшь на запад, а я отправлюсь на восток. Кстати, не пытайся связаться с Вечным Миром с помощью своего исконного духа. В Первобытном Мире много полей боя и опасностей. К тому же здесь появились полубоги, поэтому он может пострадать.

— Негодяй, учить меня вздумал, — бабушка Сы отправилась в дорогу, улыбчиво ответив. — Всё-таки это я тебя воспитала, разве есть уловка, которую ты узнал не от меня?

Цинь Му провожал их взглядом, думая: „Мне стоит отправиться в Мир Корриды и найти Небесного Наставника Боевых Искусств. Нужно заручиться поддержкой его учеников, так мне удастся быстрее предупредить жителей Великих Руин.

Он развернулся в другую сторону, и начал спускаться с Верховных Небес Императора вместе с Небесным Преподобным Юем, двигаясь в сторону маленькой горной деревни: ‚Интересно, Мир Корриды вылетел наружу?‘

Когда Великие Руины начали превращаться миры внутри разрушенной скалы начали вылетать наружу под воздействием силы божественного искусства Магнетизма и разрушенной печати Первобытного Царства.

Мир Корриды тоже был создан из Райского Дворца Корриды. Небесный Наставник Боевых Искусств спрятал его в Великих Руинах, поэтому тот тоже мог попасть под влияние превращения.

— Старший брат Му, помедленнее, — Небесный Преподобный Юй тяжело пыхтел, пытаясь успеть за ним.

Жизненная Ци Цинь Му забурлила, и он использовал свою магическую силу, чтобы поднять Небесного Преподобного Юя, прежде чем ускориться.

Сейчас его совершенствование было невероятно плотным, ему не требовалось тратить много сил, таская Небесного Преподобного Юя.

Цинь Му бежал всю дорогу, ему казалось, что он оказался в совершенно незнакомом древнем лесу. Вокруг возвышались огромные горы, и даже деревья в этом месте были невероятно высокими. Они были значительно массивнее, чем деревья Великих руин.

В Первобытном Царстве крылось множество неразгаданных тайн, оно было совершенно незнакомым для него миром. Тем не менее, несмотря на все опасности, он был вынужден пробиваться вперёд.

Великие Руины были местом, где он вырос, а их жители были его семьёй.

Цинь Му не знал, сколько он уже пробежал, когда внезапно приостановился, уставившись на гору впереди. Над её поверхностью медленно поднимались клочки разноцветного света, и посмотрев на них Божественными Глазами Нефритовых Небес, он обнаружил, что это были следы чрезвычайно опасного божественного искусства.

‚Нужно идти в обход!‘

Немедленно приняв решение, он обошёл подножие горы по кругу. Оказавшись на его противоположной стороне, он ошарашено застыл, увидев впереди бескрайнее поле битвы. Бесчисленные лучи разноцветного света сияли над всей его площадью. Они скрывались среди обрушенных стен и поваленных заборов, выглядя внушительно, пёстро и очаровательно.

Юноша собрался с мыслями и подлетел в небо. Пролетев более десятка километров, он посмотрел вниз, обнаруживая, что древнее поле битвы было невероятно длинным. Тем не менее, оно не было таким широким, как ему показалось поначалу, имея лишь тысячу километров от края до края.

‚Может перелететь над ним?‘

Цинь Му осмотрел небо над полем битвы, и то оказалось очень чистым. Но за миг до того, как он двинулся вперёд, над его головой пролетела золотая птица. Преодолев десять километров, та внезапно рассыпалась на несколько кусков, которые тут же начали падать вниз.

В полёте эти несколько кусков продолжали разделяться, превращаясь в мелкие кубики.

Постепенно, кубики становились всё меньше и меньше, и к моменту, когда они достигали земли, их размер был слишком мал, чтобы увидеть их невооружённым взглядом.

Ошарашенный, Цинь Му поспешно открыл третий глаз в своём межбровье. Рассматривая небо над полем боя тремя божественными глазами, он наконец смог заметить в нём чёрные линии. Протягиваясь во все стороны, те выглядели как едва заметные паутины, формируя собой запутанную сеть.

‚Трещины в пространстве!‘

Цинь Му ошарашено замер. Летя в небе было очень сложно заметить эти трещины, не имеющие толщины. Если бы он двинулся вперёд, то закончил бы так же, как золотая птица.

‚Преодоление тысячи километров займёт не много времени, но идти в обход будет очень долго.‘

Спустившись на землю, он обратился к Небесному Преподобному Юю:

— Иди за мной, и никуда не отходи.

Тот тоже понимал опасность впереди, поэтому энергично закивал головой.

Парочка углублялась в дебри древнего поля битвы, где наткнулись на блуждающие огоньки, летающие над белыми костями. Цинь Му избегал их и разноцветного света, используя свою Ци и пилюлю меча, чтобы проверять окрестности на наличие опасности.

Дорога шла спокойно, но преодолев сотню километров, они заметили перед собой полуразрушенный город.

У передней части города до их ушей донёсся едва различимый звук цитры, играющей за стенами. Её песня, казалось, рыдала будто молодая девушка, оплакивающая своё печальное прошлое.

По спине Цинь Му побежали мурашки. На этом древнем поле битвы были лишь белые скелеты, откуда здесь могли взяться звуки цитры?

Перед городскими воротами лежало несколько сломанных табличек. Трещины на их поверхности были свежими, поэтому Цинь Му приказал Небесному Преподобному Юю вести себя как можно тише, после чего осторожно вытер с таблички мусор, обнаруживая, что та описывала ход битвы.

— Мастер Зала Феникса из Семидесяти Двух Залов Высшего Императора, Ци Сяюй, убила здесь Красное Божество Янь Цяньчжуна из чужеземных райских небес!

Рядом с этой табличкой была ещё одна, на которой была описана другая битва. Цинь Му прочитал, что Наследный Принц схватил Ци Сяюй и та сдалась. Затем он назначил её Красным Божеством Южных Небес и возвёл эту табличку чтобы постить свои заслуги.

‚Эта цитра…‘

Цинь Му был слегка ошеломлён и закричал:

— Неужели это цитра Красного Божества Ци Сяюй? Не странно, что она кажется такой знакомой! Разве она не ведёт погоню за Буддой Сакрой? Тот что, тоже в Великих Руинах?

В этот момент он услышал женский голос:

— Мастер Зала Феникса Ци Сяюй!

Юноша ошарашенно застыл: ‚Этот голос какой-то знакомый…‘

Внезапно звуки цитры оборвались, а в небо поднялся разноцветный солнечный свет. Завораживающий фениксовый корабль подлетел в воздух, окутанный бесчисленными лучами. Два фениксовых крыла по его бокам энергично двигались, поднимая сильные порывы ветра и облака пыли.

— Мастер Зала Феникса, не уходи! Бай Цюй’Эр из города Сотен Процветаний пришла к тебе! — раздался другой голос.

Разум Цинь Му вскипел, он ошарашенно уставился вперёд. Между тем фениксовый корабль начал пробиваться сквозь воздух, в то время как вслед за ним бросилась девушка с мечом в руке. Промчавшись мимо трещин в пространстве, она задрожала всем телом и превратилась в белого дракона, начиная погоню за кораблём!

— Бай Цюй’Эр из города Ста Процветаний… — смотря вслед белому дракону пробормотал Цинь Му. — Она всё ещё жива, она жива… Она тоже пришла в Великие Руины!

Юноша не мог не вспомнить ту ночь сорок тысяч лет назад, когда он, цилинь, сундук и Паньгун Цо вели выживших людей города Ста Процветаний на юг.

Тогда Бай Цюй’Эр была довольно слабой, но её дух был непоколебим. Именно она возглавила последних людей Высшего Императора, чтобы найти для них путь к выживанию.

Когда утром взошло солнце, Цинь Му и остальные превратились в чёрный песок и исчезли вместе с тьмой, оставив девушку защищать беспомощных смертных наедине.

Как она прожила те сорок тысяч лет?

— С долгом любви тяжело жить, так для чего становиться монахом? — из города донёсся ещё один скорбный голос. — Время похоже на песню, путь бесконечен, а любовь живёт вечно.

Глaва 773. Магнитные Пять Пальцев Горы

Цинь Му услышал голос и удивлённо выкрикнул:

— Будда Сакра! Ли Южань!

Причитающий голос внезапно замолчал. Спустя мгновение послышался настороженный вопрос:

— Кто это?

— Я! Цинь Му! — взволнованно выпалил Цинь Му. — Тот Цинь Му, который сделал тебя козлом отпущения после устроенной в Царству Будды резни!

Спустя мгновение из полуразрушенного города вышел Сакра, выглядящий как молодой монаx. Шагая по совершенно обветшалым развалинам, он всё ещё ходил босиком и не был запятнан пылью.

Нельзя было не признать, что по миру было разбросано множество красивых мужчин, но немногие из них могли превзойти его в этом.

Монах выглядел идеально, а позади его головы парило множество колец света, придавая ему достоинства и торжественности.

— Так это мирянин Цинь, — Сакра облегчённо вздохнул, прежде чем с улыбкой продолжить. — Что ты здесь делаешь? Неужели изменения в Великих Руинах в виде внезапного развёртывания многомерного пространства твоих рук дело?

Цинь Му покачал головой со словами:

— Нет, не моих, а бабули Сы из моей деревни… Она исполнила божественное искусство магнетизма и потревожила разрушенную печать Матери Земли. В результате Первобытное Царство прошлого вновь появилось.

— Бабуля Сы из твоей деревни? — удивился Сакра. — Столь выдающий человек, я обязательно должен встретиться с ней.

Цинь Му моргнул и искренне улыбнулся:

— Как Будда оказался здесь? Только что я видел корабль Красного Божества Ци Сяюй, а также слышал, как из города доносилась мелодия её цитры. Ци Сяюй, кажется, упоминала славу Эпохи Высшего Императора.

Сакра со смехом продолжил:

— Её спугнула девушка из семьи Бай, которая происходит из старых Райских Небес Высшего Императора. Я однажды встречался с ней во времена Эпохи Императора-Основателя. Поскольку Красное Божество некогда тоже была поданным Верховного Императора, а сейчас подчинилась чужеземным Райским Небесам, она не смеет встречаться со старым другом.

Цинь Му похвалил:

— Ци Сяюй гналась за Буддой всё это время, не отставая от тебя от двадцати небес Царства Будды до руин тридцати трёх небес Императора Основателя. Я думал, что Будда пройдёт через великую пытку и позор, поэтому даже представить не мог, что ты будешь полностью в порядке и полным сил. Я действительно поражён.

Сакра ответил:

— Во времена Эпохи Императора-Основателя та девушка из семьи Бай однажды пришла искать юношу с фамилией Цинь, который был искусен в навыках меча, однако, осталась ни с чем, ведь Император-Основатель не смог помочь ей найти его.

Цинь Му парировал:

— Неужели мы сплетём наши шеи, как влюблённые утки? Неужели мы вместе взлетим и воспарим? Будда вернулся к нормальной жизни в эти дни? Могу я вновь называть тебя Ли Южань?

Небесный Преподобный Юй совершенно потерялся в происходящем.

Даже частично понять не мог.

Несмотря кажущиеся хорошие отношения между ними, при виде друг друга они стали как покрасневшие от гнева враги. Они на ровном месте бередили раны друг друга, не упуская ни единой возможности, и в то время чувствовали крайнее удовольствие и сердечные муки.

В конце концов они всё же перестали друг друга поддевать и, от всей души рассмеявшись, помирились. Казалось, что они встретились в первый раз.

— Будда, возложенная на тебя вина не слишком тяжела? — озабочено спросил Цинь Му.

— Я должен нести её, — ответил Сакра. — К счастью, за мной погналась Красное Божество, поэтому у меня была некоторая свобода действий, однако я слышал, что Райские Небеса планируют отправить за мной другого эксперта. Они хотят меня схватить любой ценой, и я их пониманию, ведь от меня они хотят получить технику Императорского Трона старого Будды. Вина, возложенная на меня старым Буддой, хороша и уютна, мог и не спрашивать. А что твоя?

— Моя в несколько раз возросла, — ответил Цинь Му.

Оба невольно пожалели друг друга, ведь они были словно браться, угодившие в одну и ту же жизненную ситуацию.

— Красное Божество всё это время гналась за мной, но, к счастью, её спугнула девушка из семьи Бай. В противном случае, если бы я был схвачен ею, совершенствование в течение половины моей жизни было бы напрасно, — Сакра взглянул на Небесного Преподобного Юя и полюбопытствовал. — Кто сей благодетель?

— Лань Юйтянь, — представил Цинь Му, — ещё одно Тело Тирана. Он крайне умён и ничем не уступает мне. Мне поручили позаботиться о нём и обучить совершенствованию, и надо заметить он обучается всему поистине молниеносно, а его совершенствование возрастает с божественной стремительностью. Будда, я планировал посетить и спасти людей Великих Руинах, но чисто случайно встретил тебя. Не хочешь отправиться со мной? Ты также сможешь обучить Лань Юйтяня некоторым базовым рунам Буддизма.

Сакра сомневающимся тоном спросил:

— Я знаю кого-то из тех, кого ты хочешь посетить?

Цинь Му покачал головой:

— Нет, они всего лишь обычные деревенские жители Великих Руин.

Сакра расслабился и согласился:

— Это работа Буддизма спасать тех, кто оказался в затруднительном положении. Я пойду с тобой.

Цинь Му тоже облегчённо вздохнул. Составив друг другу компанию, трое продолжили путешествие вместе. По пути Сакра учил Небесного Преподобного Юя базовым рунам Буддизма, и спустя совсем короткое время удивлённо цокнул языком:

— Благодетель Цинь, сей благодетель Лань действительно Тело Тирана? Скорость, с которой он обучается базовым рунам Буддизма, в разы превосходит твою!

Цинь Му вновь помрачнел.

Чем больше Сакра смотрел на Небесного Преподобного Юя, тем больше тот ему нравился:

— Если бы старый Будда оказался здесь, то определённо передал бы ему свою технику Императорского Трона. Почему ты позволяешь ему учить только основы? Старый Будда передал мне свою технику Императорского Трона, поэтому я могу просто научить его ей.

Цинь Му поспешно предостерёг:

— Не можешь. Поступив так, ты всё равно что растопчешь хороший саженец. Ты не только не должен учить его каким-либо техникам, но и божественным искусствам! Божественные сокровища, райские дворцы, ты не должен учить ничему! Учи только причинам!

Сакра не понимал его, но решил следовать указаниям и обучил парня рунам Буддизма.

Руны Буддизма назвались Санскритом и, по сути, являлись языком, который основал Будда Брахма. Каждое слово во время произношения таило в себе шарм Дао и казалось похожим на древние божественные писание.

Лань Юйтянь играючи всему обучался и даже выводил из чего-то одного множество нового. Сакра не преставал удивлённо цокать языком, но от него не ускользнул тот факт, что даже несмотря на божественную скорость обучения парня, тот казался глуповатым.

— Кажется, в его душе чего-то не хватает, — Сакра тоже был сведущим человеком и вскоре разузнал о сути проблемы Лань Юйтяня. — Его душа немного нестабильна, её часть развеяна где-то снаружи.

Они покинули древнее поле брани, как вдруг земля яростно задрожала и раскололась. Из появившейся трещины выдавливалась статуя божественного зверя. Пока она поднималась из-под земли ключом забил источник. Со временем воды становилось только больше и вскоре её стало столько, что перед ними образовалась настоящая река, между тем статуя божественного зверя наполовину оказалась под водой.

— Полубог! Водный цилинь! — остановился Цинь Му и заметил, что со статуей происходят быстрые метаморфозы. Каменная текстура быстро заменялась живой из крови и плоти. Вскоре зверь потряс своей мордой и, взмахнув гривой, ступил на воду, взмыв в небо!

Огромная река, словно приклеенная, следовала за ним, отчего казалось, что он ступал по её водной глади.

Водный цилинь стоял на реке посреди воздуха, как вдруг по его телу распространялись ряби, а уже в следующий миг он превратился в полубога с головой цилиня и телом человека, в то время как его грива приняла форму голубых одежд, а от его ауры повеяло дикостью.

— Мать Земли призывает меня, я должен поспешить!

Дрогнув своими пушистыми ушами, цилинь только собирался умчаться прочь, как вдруг увидел Цинь Му и остальных уголком своих глаз и с улыбкой проговорил:

— Пролежав в спячке так долго я забыл, когда в последний раз ел. Если так подумать, я сейчас действительно голоден. Даже если эти три человека немного маленькие, их будет достаточно, чтобы заполнить мой желудок!

Река под его ногами хлынула вперёд, помогая ему спускаться с неба в сторону Цинь Му и остальных. Будучи водным цилинем, для него управление водными потоками было столь же естественно, как дышать, однако исходя из того, что он смог принять форму полубога-получеловека, среди полубогов он также являлся практиком божественных искусств.

Поток яростно вздымался, демонстрируя огромную силу. С точки зрения божественных искусств воды, достижения этого полубога были близки к таковым у слепого в прошлом.

Цинь Му взглянул на Сакру, который совершенно не обращал никакого внимания на этого полубога и обучал Небесного Преподобного Юя. Ощутив беспомощность, он протянул палец, заставляя свою пилюлю меча воспарить, встречая огромную реку!

Пилюля меча столкнулась с рекой и, резко разразившись светом меча, разрезала ту на посередине. В итоге река проскользнула мимо троицы.

— Эм, это практик божественных искусств, — водный цилинь с улыбкой заговорил. — Приличные способности, жаль только, что лишь такие! — договорив, он заставил разделённую надвое огромную реку скрутиться и окружить его с обоих сторон. В её журчащих водах таились мечи, которых было трудно заметить невооружённым глазом.

Вся вода реки была крайне тяжела, далеко превосходя по весу пилюлю меча Цинь Му, которую тот выковал из Малинового Хрома Живучести Будды. И раз водный цилинь мог управлять такой тяжестью, его магическая сила должна была в разы превосходить таковую у божественных практиков людей.

Цинь Му скорчил мрачную гримасу и разжал кулак, заставляя пилюлю меча разделиться на бесчисленное множество летающих, вращающихся вокруг него мечей. Отойдя в сторону и нанеся колющий удар, он разрушил водный мечи, которые таились в водах реки, вот только магическая сила водного цилиня разбросала своей вибрацией его жизненную Ци.

Мощь совершенствования полубога встревожила Цинь Му.

В прошлом, во времена первого года Эпохи Дракона Ханя, он сражался с полубогами и убил множество тех, кто подчинялся Небесному Преподобному Хао в битве у Яшмового Водоёма. Вот только в те времена эти полубоги ещё не совершенствовались в божественных сокровищах, ведь Небесный Преподобный Хао сам только решил проблему превращения полубогов в людей.

С другой стороны, водный цилинь являлся божественным зверем Эпохи Высшего Императора. Система совершенствования полубогов к этому моменту полностью устоялась, и не важно, касалось это магический силы или же физического тела, они значительно превосходили в этом людскую расу… И были действительно ужасающими оппонентами!

Водный цилинь увидел, как Цинь Му уже дважды парировал его атаку, и невольно изумился. Внезапно он протянул руку, схватил реку и с силой ею встряхнул. Вода, заполнившая собой небо, слилась воедино и превратилась в хлыст, который стеганул в сторону парня, в то время как он сам с улыбкой заговорил:

— Ты и правда хорош, не сильно слабее меня. Редкость, такая редкость после стольких лет спячки встретить эксперта, который позволит мне продемонстрировать все мои способности сразу после пробуждения!

Цинь Му двинулся, воспарив к небу, и устремился прямо к полубогу, собираясь столкнуться в лоб с хлыстом. Пилюля меча стремительно вращалась перед ним, извергая множество вспышек меча. Вращающиеся мечи нарезали хлыст на водные лоскутки, которые брызгали во всех направлениях, вынуждая свирепые волны плескаться в лесах вокруг.

Цинь Му не сбавлял темпа и буквально раздавил водных хлыст в несколько мгновений, оказываясь прямо перед водным цилинем.

Цилинеголовый полубог был шокирован и поспешно отступил, параллельно заставляя волны вздыматься, целясь в голову наступающего юноши.

Буум, буум, буум.

Разразился взрыв, разорвавший волны. Когда последняя волна взорвалась, бесчисленные летающие мечи пронеслись мимо тела полубога и вонзились в скалу позади него.

Буум!

Послышался глухой звук от столкновения тела со скалой.

Очертания, созданный летающим мечом, едва могли вместить тело цилинеголового полубога. Он собирался было спрыгнуть со скалы, когда на его лицо надавила рука.

Цинь Му приложил к ладони силу, и ужасающая мощь погрузила голову полубога прямо в гору, словно нож в масло!

Если на миг перестать думать, могло показаться, что гора состояла из масла, на столько легко бедолага погрузился в неё. Только его хвост оставался торчать снаружи.

Цинь Му схватился за торчащий хвост и с силой потянул на себя. Он грубо вытащил полубога наружу и поднял его, прежде чем обрушить вниз.

Земля содрогнулась. Если бы пыль сейчас полностью осела, то в земле можно было бы увидеть огромную, кратероподобную дыру.

Полубог всё ещё не умер и поспешно встал, но Цинь Му надавил своими пятью пальцами на пустоту и произнёс:

— Магнитные Пять Пальцев Горы!

Бум, бум, буум, буум, бууум!

С пятью надавившими горами Сумеру разразилось пять взрывов. Земля, казалось, рокотала и просела, в то время как полубог стоял на коленях в впадине, которая постоянно углублялась. Его физическое тело лопнуло от давления и во все стороны брызнула кровь. Он был вынужден принять свою истинную форму и, беспомощно распластавшись, взмолиться:

— Я уступаю! Не убивай меня…

Цинь Му спустился с неба и летающие мечи сошлись в одном месте перед ним, превращаясь в пилюлю меча, которая затем ловко нырнула в мешочек таотэ.

Сакра привёл со собой Небесного Преподобного Юя и с улыбкой похвалил:

— Твои способности возросли, значительно. Это были пять пальцев горы божественного искусства магнетизма?

— Да, я только что постиг его, изучив руны магнетизма бабули.

Цинь Му взглянул на полубога во впадине и спросил:

— Только что ты сказал, что тебя призывает Мать Земли, объяснись. Разве она не мертва?

Водный цилинь не мог двигаться из-за давления и через силу выдавил:

— Разве Мать Земли могла быть убита так просто? Я проснулся от глубокого дрёма и без всяких сомнений услышал её зов! И не только я, но и все другие полубоги тоже должны были услышать это.

Цинь Му слегка нахмурился:

— Все полубоги?

Внезапно он поднял голову, увидев в небе полосы золотого света, пролетающие мимо и заслоняющие собой небосвод. Это была стая огромных птицеголовых полубогов, чьи крылья растягивались по небу, позволяя им передвигаться с крайне высокой скоростью.

В следующий момент лес заходил ходуном, и бог знает сколько огромных зверей выбежали из него, тоже двигаясь в том же направлении!

Глава 774. Лун Пи Вспахивает Землю

«Все полубоги были призваны? Неужели Мать Земли и вправду жива?» — начал волноваться Цинь Му.

Первобытное Царство, когда-то называвшееся Юаньду, провело огромное количество времени в запечатанном состоянии, напоминая сложенный веер. Теперь, когда его печать была снята, неизвестно сколько полубогов вновь оказались на свободе.

С таким могущественным существом, как Мать Земли, во главе, сколько изменений они принесли бы в Вечный Мир?

Сакра не слишком разбирался в произошедшем. Во времена Эпохи Императора-Основателя Мать Земли уже бесследно исчезла. В Великих Руинах Верховного Императора не было ни одних руин, связанной с ней. Даже записи и легенды не дожили до его дней.

Когда речь шла о Вечном Мире, в нём напрочь отсутствовали знания об этом древнем боге.

Цинь Му тоже слышал о Матери Земли лишь слухи от Небесного Герцога и Графа Земли. Он не имел ни малейшей догадки касаемо природы этого древнего бога и её отношения к людям.

Несмотря на то, что Небесный Герцог рассказывал, что Эпоха Высшего Императора была связана с Матерью Земли, она была разделена на северные и южные райские небеса. Которые из них поддерживала богиня?

И кто поддерживал противоположную сторону?

— Что ты знаешь о Матери Земли? — приятным тоном спросил у полубога Цинь Му.

Тот поспешно ответил:

— Я никогда не встречал Мать Земли, я лишь слышу её зов.

Слегка нахмурившись, Цинь Му продолжил расспрос:

— В таком случае, тебе известно об Эпохе Высшего Императора? Что ты о ней слышал?

Водный цилинь не мог сдвинуться с места, ответив:

— Когда я родился, она уже была поглощена войной. Я слышал, что чужеземные райские небеса атаковали и попытались убить Мать Земли. Что касается остального, я не слишком уверен. Моё звание невысокое…

Цинь Му изо всех сил пытался выдавить из себя милую улыбку и спросил:

— Ты готов следовать за моим достойным младшим братом Лань Юйтянем?

Водный цилинь осторожно спросил:

— А что будет, если я откажусь?

— Тебя подадут на стол на ужин.

Водный цилинь решительно ответил:

— Я готов усердно работать в качестве его ездового зверя!

Цинь Му повернулся к Небесному Преподобному Юю:

— Достойный брат, этот водный цилинь будет твоим ездовым зверем. У меня тоже есть такой, полубоги такого вида очень прожорливы и жадны. Тебе нужно научиться готовить несколько видов духовных пилюль. Когда закончишь изучать базовые руны буддизма, я тебя научу.

Вытирая слюну, тот нерешительно ответил:

— Мне нужно его кормить? Не проще ли съесть его сразу?

Голова Цинь Му начала болеть. Он заставил водного цилиня заключить Соглашение Маленького Графа Земли:

— Даже не думай его предать. Если ты это сделаешь, мой брат тут же появится перед тобой и сожрёт тебя.

Посреди клочка земли слова Цинь, головастый ребёнок, занятый избиением Графа Земли, тут же ощутил, как соглашение окутывает его тело и впал в недоумение.

Граф Земли поднялся на ноги, постепенно восстанавливая своё лавовое тело:

— Это соглашение души. Ты являешься моим младшим братом, поэтому люди могут тебе клясться. Если они нарушат своё соглашение, то оно активируется, и ты сможешь высосать исконный дух того человека!

Головастый ребёнок был в восторге, спрашивая:

— Именно так ты питался, прежде чем стать таким сильным?

Цинь Му рассеял свои Магнитные Пять Пальцев Горы, позволяя водному цилиню наконец выползти из кратера. Посмотрев на глупого Лань Юйтяня, тот подумал: «Я слышал о Соглашении Графа Земли, но что такое Соглашение Маленького Графа Земли? Скорее всего, они пытаются меня обмануть. Как только они отвлекутся, я проглочу этого мальца и сбегу. Они не смогут меня догнать…»

В этот миг картинка перед его глазами окуталась тьмой.

Внутри этой тьмы возникла гигантская голова с тремя глазами. Её рот широко открылся, обнажая острые как бритва зубы. Стоя напротив неё, цилинь казался невероятно крошеным и тут же начал дрожать от страха!

В этот момент во тьме раздался грубый голос:

— Тебе нельзя его есть, он лишь думает, а не предпринимает действий. Только когда он воплотит свои мысли в реальность ты сможешь его сожрать.

Гигантская голова забормотала в ответ:

— Я не могу съесть его за эти мысли? Мне показалось, что это стало возможным, как только он задумался…

— Граф Земли должен придерживаться своих правил, — наставлял его грубый голос во тьме. — Если ты не будешь этого делать, и начнёшь есть всех подряд, кто захочет заключать твоё соглашение? Взгляни на меня, все обращаются ко мне, когда заключают соглашения, тем не менее, многие нарушают их условия и становятся моей едой. Я веду дела праведно, поэтому многие просят моей помощи. Если бы я ел их без разбора, ко мне никто бы не приходил.

Три глаза гигантской головы моргнули, она восторженно проговорила:

— Так вот оно что! Теперь я понимаю, что если вести себя праведно, то люди будут обращаться ко мне и превращаться в мою еду! Отличная идея… Но мне ведь можно его лизнуть, правда?

— Нельзя. Он и так вот-вот умрёт от страха.

— Всего лишь лизнуть!

— Нельзя! Подумай о выгоде в будущем!

****

Тьма перед глазами водного цилиня постепенно исчезла, и он пришёл в себя, покрываясь холодным потом, после чего послушно стал ездовым зверем Небесного Преподобного Юя, думая про себя: «Это Соглашение Маленького Графа Земли даже более опасное, чем обычное! Последнее, по крайней мере, придерживается здравого смысла, в то время как Соглашение Маленького Графа Земли зависит от настроения самого Маленького Графа Земли. Если он в хорошем настроении, меня сожрут, а если в плохом, меня всё равно сожрут…»

Всмотревшись вдаль, Цинь Му задумался: «Кажется, все эти полубоги двигаются куда-то в сторону Мира Корриды».

Они продолжили двигаться вперёд, значительно увеличив свою скорость с помощью водного цилиня. Сакра и дальше обучал Небесного Преподобного Юя буддизму, в то время как полубог слушал их со стороны, удивляясь: «Этот лысый обладает глубокими, сложными знаниями, его лекция по буддизму проста и логична, её легко усвоить, но в то же время в неё кроются сложные мысли. Скорее всего, он великий эксперт! А я надеялся их сожрать, кажется, я повёл себя слишком самоуверенно!»

Скорость цилиня была невероятно высокой, не уступая жирдяю Цинь Му. Но даже с ним в роли средства передвижения они достигли горной деревню Небесного Наставника Боевых Искусств лишь спустя месяц.

Во время путешествия они столкнулись с несколькими полубогами, спешащими вперёд. Часть из них атаковали.

Цинь Му удавалось прогонять простых зверей, но совершенствования полубогов отличались друг от друга. Некоторые из них были сильнее даже истинных богов, а один и вовсе был сопоставим с практиком области Непостижимого Неба!

От ужасающего давления его ауры исказилось даже небо вокруг!

Заметив, что Небесный Преподобный Юй сидит на спине водного цилиня, он впал в ярость, но в этот миг Сакра полностью освободил сворю ауру, отпугнув его прочь.

Только после этого водный цилинь узнал, насколько ужасающим был лысый монах возле него, начав дрожать от страха.

По дороге Цинь Му и остальные увидели несколько разрушенных маленьких деревень.

Это была работа рук полубогов, которые сожрали всех здешних жителей, не оставляя от них даже следов.

Цинь Му нахмурился и глубоко вдохнул.

Впрочем, он также наткнулся на несколько других деревень, которым повезло уцелеть, и расспросил их жителей, получив ответ от одного старика:

— Каменные статуи в деревне внезапно ожили и убили монстров, создающих проблемы. После этого они снова превратились в статуи.

— В этот раз Король Яма из Фэнду отреагировал вовремя, позволяя богам вернуться в свои физические тела и защитить жителей Великих Руин.

Боги Фэнду были оставлены здесь Императором-Основателем. Когда его эпоха была уничтожена, её боги превратились в каменные статуи, в то время как их исконные боги отправились в Фэнду, ожидая дня, когда они смогут вернуться.

Их каменные статуи стали единственной надеждой жителей Великих Руин в борьбе против вторжения тьмы.

В этот раз, благодаря пробуждению каменных статуй, жителям деревень ничего не грозило, разве что полубог, напавший на них, оказывался взрослым.

Способности таких существ были попросту слишком высокими.

Заметив поля на горизонте, Цинь Му успокоился. Это был знак, что деревня Небесного Наставника Боевых Искусств где-то неподалёку.

Поля оставались теми же, что и раньше, неподалёку от них возвышалось огромное ивовое дерево, в тени листьев которого лежал цилинь, опёршись на ствол дерева. Его задние лапы были скрещены, а задница лежала на земле. Держа в одной из лап водяную трубку, он устало осматривал поля, время от времени делая затяжки и выпуская огромные кольца дыма.

Посмотрев на него издали, Цинь Му засомневался: «Это мой Лун Пи? Что-то не похоже…»

Цилинь в тени дерева поднял лапу и почесал своё брюхо, шелуша драконьей чешуёй. Сбоку от него стоял горшок с чаем.

Зверь отложил водную трубку в сторону и налил себе огромную чашку чая, прежде чем залпом его выпить.

Тело цилиня было худым и мускулистым, но его дух, казалось, был раздавлен.

Будда Сакра улыбнулся:

— Если бы под деревом лежал бык, а не цилинь, я бы развернулся и сразу же убежал! Цилинь ведёт себя так же, как тот бык, который всё время проводит с фермером. У последнего мышцы вместо головы, и он очень недоволен тем, что я принял буддизм.

Услышав голоса, цилинь повернул голову в их сторону. Его безжизненные глаза, казалось, смотрели куда-то вдаль, не в силах сфокусироваться. Лишь спустя некоторое время он ошарашенно застыл, наконец осознав, кто идёт в его сторону.

По его щекам полились слёзы. Хныкая, он смотрел на приближающегося юношу.

— Владыка… — рыдая, он проговорил дрожащим голосом. — Я очень голоден.

Водный цилинь повернул голову, чтобы взглянуть на драконоподобного, и презрительно ухмыльнулся:

— Этот парень из той же расы, что и я, и кажется довольно способным на свой молодой возраст, тем не менее, он совершенно бесхребетный! Что значит голоден? Просто ешь людей!

Цинь Му поспешно достал духовные пилюли, в то время как цилинь поспешно поставил перед ним огромный тазик, который моментально был наполнен до краёв.

Цилинь был вне себя от радости, тут же начиная пускать слюни глядя на гору пилюль в своём тазике. Спустя некоторое время он съел одну и спрятал остальные.

— Ешь, просто ешь, — улыбчиво проговорил Цинь Му. — Я больше не покину тебя на такое долгое время.

— Поклянись!

— Клянусь, просто ешь.

В этот момент раздался холодный, глубокий голос:

— Ты похитил моего быка, а теперь хочешь похитить моего коня. Несмотря на то, что твоя фамилия Цинь, тебе нельзя быть таким самоуверенным!

Цинь Му посмотрел в сторону звука и увидел бесчисленных фермеров, шагающих в его сторону. Среди них был старик с освирепевшим лицом, кричащий:

— Цинь, мальчик, где мой бык?

Выражение лица Сакры резко изменилось, он поспешно развернулся, чтобы бежать. Заметив его, старый фермер на мгновение замер, прежде чем прореветь, будто гром:

— Вычурный монах, Ли Южань! Мерзавец! Ты сбежал, чтобы стать Буддой Сакрой, прямо посреди великой битвы! Прими три моих удара!

Бум!

Резкая волна давления ударила им в лицо, доносясь с расстояния в сто километров. Фермеры поспешно бросились к Цинь Му, чтобы защитить его от ужасающей силы и помочь избежать ранений.

Вторая волна донеслась уже с расстояния в тысячу километров. Пространство вокруг исказилось, а горы растянулись.

Прежде чем искривлённое пространство успело вернуться в норму, донеслась третья волна. Затем округа постепенно затихла, а горы приняли свою обычную форму.

— Хорошо, всё уже хорошо, — засмеялись фермеры. — Маленький друг Цинь, ты увёл быка Небесного Наставника, поэтому он обиделся. Он сказал, что ты невероятно жалкий, бесстыдный и ненадёжный. Просто объяснись перед ним и реши это недоразумение.

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он спросил:

— Неужели это недоразумение можно так просто решить?

Фермеры провели их обратно в маленькую горную деревню, говоря:

— С Небесным Наставником очень просто найти общий язык. Не волнуйся. Просто признай свою ошибку и его гнев исчезнет.

Как только он подошёл к деревне, внезапно раздался громкий толчок, с которым старый фермер приземлился на землю. Несмотря на свой невысокий рост, он таскал избитого Сакру, чьё лицо полностью потеряло свой прежний вид. Выбросив его в помойную яму, старик проговорил:

— Я побью любого, кто осмелится вытащить его! Этот гамнюк укусил руку, которая его кормила, связавшись с вражеской женщиной!

Цинь Му вытянул шею, заглядывая в помойную ямы, где увидел Сакру, распластавшегося в помоях с безжизненным взглядом.

— Ты говорил, что не я не знаком с людьми, к которым мы идём… — бормотал он. — Теперь у меня проблемы…

Цинь Му сделал вид, что не слышит его, и поклонился старому фермеру:

— Старший брат Саньдо сейчас в Фэнду, помогает Королю Яме решить его судьбу! Несмотря на то, что у маленького племянника не было намерений увести старшего брата Саньдо, тот слишком многому у тебя научился, поэтому настаивал на том, чтобы остаться помогать из-за своей верности и смелости. Он поистине обладает высшей честью и праведностью, как у старшего дяди! Я очень волнуюсь из-за этого случая, поэтому хотел бы извиниться!

Старый фермер уставился на него, прежде чем внезапно улыбнуться. Схватив юношу за плечо, он засмеялся:

— За что здесь извиняться? Достойный племянник, заходи.

Глава 775. Великий Император Боевого Пути

Цинь Му и старый фермер вошли в деревню. Цилинь и водный цилинь последовали за ними, но по пути последний оценивающе косился на первого, прежде чем ухмыльнуться:

— Ты тоже из рода цилиней, а значит полубогов. Но ты слишком бесхребетный, твоё поведение позорит всю расу цилиней! Смиренно согласиться быть чьим-то ездовым зверем и даже вспахивать земли, и я ещё молчу о скулеже, как у младенца!

Цилинь взглянул на него, прежде чем приглушённо обронить:

— А на твоей спине что?

Небесный Преподобный Юй сидел на спине зверя и с любопытством озирался вокруг.

Водный цилинь подавился собственной слюной, прежде чем фыркнуть:

— У меня всё по-другому. Я был схвачен твоим хозяином и если бы не подчинился, то погиб бы, поэтому я пошёл на компромисс и стал ездовым зверем хозяина Ланя. Ты же другой, ты даже хнычешь и плачешь. Ты вообще знаешь, насколько могуча была наша раса цилиней в прошлом? Драконьи и фениксовые расы смиренно обращались к себе как к младшим в нашем присутствии…

Цилинь спокойно спросил:

— Ты когда-нибудь ел духовные пилюли?

Водный цилинь злобно огрызнулся:

— Духовные пилюли? Ел людей, полубогов, монстров, драконов, фениксов, до тех пор, мы едим всё живое! Зачем нам сдались какие-то духовные пилюли?

Цилинь осторожно осмотрелся и, только убедившись, что на него никто не смотрит, достал мешочек, прежде чем вынуть из него одну духовную пилюлю со словами:

— Это духовная пилюля атрибутов молнии и огня. Владыка приготовил её специально для меня, поэтому она не очень-то тебе походит. У меня не много таких, поэтому даю тебе только одну на пробу.

Водный цилинь засунул пилюлю в пасть и замер, словно громом поражённый.

— Ты чушь несёшь, твой хозяин определённо дал тебе заполненный с горкой чан! — сиял водный цилинь. — Дай мне ещё две, только две!

Цилинь покачал мордой со словами:

— Это духовные пилюли атрибутов молнии и огня, в то время как ты водный цилинь, а не как я — драконий цилинь. Ты не можешь есть их. Если переборщишь — навредишь своему телу. У тебя тоже есть хозяин, попроси его приготовить тебе несколько.

Водный цилинь сомневался, чувствуя, как сердце сдавливают невидимые путы:

— Гордость моей расы божественных цилиней…

Цилинь проигнорировал его, следуя за своим хозяином.

Цинь Му сразу перешёл к делу, выкладывая свои мысли, как есть:

— Текущие Великие Руины стали крайне огромными, а также гораздо опаснее, чем раньше. Племянник подумывает позаимствовать силы Мира Корриды, для защиты людей Великих Руин.

Лицо старого фермера напоминало кору многовекового древа, но теперь, когда они прижались друг к другу, они стали выглядеть ещё более многочисленными.

— В каждой деревне есть каменная статуя для защиты, а у городов множество. Король Яма из Фэнду передал приказ, разрешающий статуям в Великих Руинам в любое время ожить. Он также отправил птичьего бога Чи Си спросить меня, не нуждаюсь ли я в дополнительных богах Императора-Основателя для защиты Мира Коррида, но я отказался от его добрых намерений. Появление Первобытного Царства — всего лишь капля в океане. Истинной опасности ещё предстоит проявиться.

Цинь Му напрягся и спросил:

— Старший дядя, в таком случае откуда нам, по-твоему, нам ждать появления опасности?

— Настоящая опасность кроется не в Великих Руинах, а в Вечном Мире, — старый фермер услышал, как к нему обратились «старший дядя», и ощутил удовлетворение, после которого перестал разбрасываться холодным взглядами и с улыбкой продолжил. — Если сравнивать с полубогами, Вечный Мир по-прежнему слишком слаб. Ты когда-нибудь слышал о стратегии — манипулировать тигром, чтобы съесть волка?

Цинь Му удивлённо замер, прежде чем копнуть глубже:

— Что старший дядя имеет в виду?

— Великие Руины — это запечатанное Первобытное Царство, из чего следует, что Первобытное Царство — это распечатанные Великие Руины. Прорыв Первобытного Царства через печать и последующее его появление в нашем мире — это то, чего никто не ожидал. Даже Дровосек был застигнут врасплох, — старый фермер спокойно продолжал. — В Великих Руинах повсюду разбросаны выжившие подданные Императора-Основателя, в то же время там живёт не так уж много людей, по моим прикидкам не более десяти миллионов. Как только мы соберём их вместе и построим несколько городов богов, за которыми будут присматривать поданные Императора-Основателя, им не будет угрожать большая опасность. Но что же произойдёт с Вечным Миром? Где-то два миллиарда населения, я прав? Все эти люди разбросаны по разным городам, расстояние между которыми теперь стало в сто раз больше, чем раньше!

Сердце Цинь Му сдавило.

Старый фермер не закончил:

— Теперь любое сообщение между этими городами прервано, вокруг них лишь первобытные леса Первобытного Царства. Я молчу про появившихся полубогов, а также опасностей иного толка в виде руин и полей битвы. Влияние Императора Вечного Мира на свои земли теперь снижено до возможного минимума, поэтому везде будет появляться свои собственные силы влияния. Совсем скоро реформа Вечного Мира должна будет пережить крах. Без людей нет реформы, а также самой Империи! Даже если Император не сломается и, решив переселить людей в непосредственную близость от столицы, устроит перестройку, на это уйдёт от десятков до сотен лет!

— Вот только всего лишь через несколько месяцев такой изоляции все те бесчисленные места объявят о своей независимости от Вечного Мира, становясь независимыми Империями! Восстаний будет не счесть. Вечный Мир сможет удержать контроль только в близлежащей к столице округе! — старик ухмыльнулся, прежде чем продолжить мысль. — Что же до того, чтобы дать отпор только что появившимся силам… Я даже предполагать не стану то, что Вечный Мир способен на такое. Одна только дрога отнимает сотни лет! Более того, в данный момент Вечный Мир в открытом бою с полубогами не способен оказать им существенного сопротивления!

Старый фермер слабо вздохнул, прежде чем сказать:

— Когда я упоминал о манипулировании тигром, чтобы съесть волка, под волком я подразумевал Вечный Мир, а под тигром — полубогов Первобытного Царства. К тому же помимо полубогов также вокруг водится множество других изголодавшихся тигров. Только подними голову и взгляни.

Цинь Му посмотрел в небо, где увидел разнообразные, разноцветные светящиеся миры. Облака и туманы обволакивали земли, в то время как звёзды вращались в небе. Каждый мир был ярким и ослепительным.

— Каждый из этих миров заселён, — старый фермер продолжал выкладывать то, что у него было на уме. — В ночное время Великие Руины заполоняются дьявольскими богами, которые как раз и происходят из этих миров. Когда Первобытное Царство было запечатано, им было тяжеловато попадать сюда из-за нужды в таких вещах, как жертвоприношения, но сейчас для них всё упростилось. Вечный Мир теперь будет сталкиваться с полубогами днём и теми богами из других миров ночью. Сможет ли тот выжить в таких обстоятельствах?

Цинь Му чувствовал угрозу. В прошлом он действительно множество раз встречался в Великих Руинах с дьявольскими богами из других миров. Например, когда он и старейшина деревни отправились ночью искать деревню Беззаботную, они наткнулись на дьявольскую богиню Небесной Дьявольской Орды.

При своём первом посещении Колодца Солнца, чтобы встретиться с Янь Цзинцзин, он наткнулся на расу Небесного Пера, которыми завладел дьявольский бог, заставляющий их, не щадя себя, атаковать Пастухов Солнца.

А у Колодца Луны он видел дьявольских богов, которые устроили настоящий геноцид среди Пастухов Луны. Не выжил никто.

В прошлом у Великих Руин был природный барьер, благодаря которому Вечный Мир мог чувствовать себя в безопасности, но сейчас миры, подавляемые печатью, вырвались на свободу, превращая Великие Руины в Первобытное Царство.

При таком положении дел разве Вечный Мир всё ещё будет в безопасности?

— Падение Империи Вечного Мира — вопрос времени. Сначала произойдёт раскол на регионы, каждый из которых возглавит своей собственный император. Выжившие Багрового Света забудут о своём месте. Фу Жило, северные границы, прерии, Западные Землями, все они отделятся, — старый фермер взглянул на юношу и тяжёлым тоном продолжил. — Территории и люди, которыми сможет управлять Вечный Мир, составляют не больше десяти процентов от былого количества. Полубоги тоже не станут сидеть без дела, они точно что-то предпримут по отношению к Империи Вечного Мира, поэтому просто забудь о ней. Лучше подумай о людях Великих Руин. Со здешними местами в качестве основы мы построим страну, и ты, как потомок Императора-Основателя, станешь её Императором. Вечный Мир не спасти.

Цинь Му привёл мысли в порядок.

Небесный Наставник Боевых Искусств действительно многое продумал и был достаточно точен в свои суждениях.

Сейчас, с учётом появившегося Первобытного Царства, Империя Вечного Мира столкнётся с величайшей опасностью, гораздо большей, чем той, когда произошла снежная катастрофа.

Реформа Империи Вечного Мира канут в лету, после чего произойдёт регресс к ситуации, когда все страны имеют свои собственный органы самоуправления и повсюду вновь появятся секты!

Император Яньфэн, Имперский Наставник и даже Святой Дровосек должно быть сейчас сильно растеряны и волнуются.

— Старший дядя, мне далеко до стремлений Императора Яньфэна и до способностей по продвижению реформ Имперского Наставника. Если бы я стал Императором Великих Руин, то увяз бы в мирских делах и был бы слишком напряжён, чтобы проводить какие-либо реформы. По сравнению с Императором Яньфэном, я мало на что способен, — Цинь Му с улыбкой говорил. — Существует не так много людей с такими же устремлениями, как у Императора Яньфэна, и ещё меньше тех, кто имеет такую же способность к реализации невозможного, как Имперский Наставник. По моему мнению они даже лучше, чем Император-Основатель и Святой Дровосек. Кроме того, произошедшее можно принять за испытание для Императора Яньфэна, по окончанию которого мы увидим, сможет ли устоять Империя Вечного Мира. Если да, то всё станет возможным.

Старый фермер уставился на него и попытался высмеять:

— На что Империя Вечного Мира может положиться, чтобы иметь дела с полубогами? Как им сражаться против всех тех миров? Её крах — это вопрос месяца времени!

Цинь Му с неизменной улыбкой ответил:

— Всегда есть решение. Старший дядя, теперь, когда появилось Первобытное Царство, полубоги собираются отдать дань уважения Матери Земли, что ты думаешь об этом?

Старый фермер холодно переспросил:

— Что я думаю? Я упаду ничком и посмотрю, я буду лежать и смотреть! Смотреть, как каждый из вас, один за другим, будет отправлять себя на смерть!

Цинь Му шутливо хохотнул:

— Старший дядя, ты опять истерекуешь. Мы обсуждает важные вопросы.

Старый фермер уставился на него стальным взглядом, но не проронил ни слова.

Улыбка не сходила с лица Цинь Му, и он продолжил:

— Я думаю о способе, при помощи которого мы сможешь раз и не всегда разрешить проблему отсутствия Божественного Сокровища Божественного Моста людей Мира Корриды. После открытия Божественного Сокровища Жизни и Смерти я планирую разрушить мой собственный божественный мост, чтобы затем заново открыть его. После того, как я освою способ, не только люди Мира Корриды, но и люди из Великих Руин и Вечного Мира, чьи божественный мосты разрушены, тоже смогут заново открыть Божественное Сокровище Божественного Моста и совершенствоваться до области бога! Старший дядя, пожалуйста, отправился в Вечный Мир и помоги мне, Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику в преодолении возникшей преграды!

Старый фермер свирепо зыркнул и огрызнулся:

— Ты знал, что те люди — это потомки солдат моего Мира Корриды, которые пали в бою, поэтому использовал их, чтобы воздействовать на меня. Но ты подумал о том, что тебе делать, если у тебя не получится вновь открыть Божественное Сокровище Божественного Моста?

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Я Тело Тирана, в прошлом не существовало кого-то похожего на меня и не существует по сей день.

Старик втянул полную грудь воздуха.

Аргументы парня действительно повлияли на него.

Жители Мира Корриды были его ответственностью в течение всей его жизни. После развала Эпохи Императора-Основателя он похоронил павших в бою солдат на их родине. А затем, от осознания того, что ему довелось побывать предводителем и командиром таких героев, он ощутил перед ними вину и решил защищать их потомков в течение двадцати тысяч лет.

В течение всего этого времени ему приходилось наблюдать, как потомки этих солдат умирают от старости. Они рождались, только чтобы в последствии умереть от старости, и он ничего не мог с этим поделать. Никто из них не мог повторить его подвиг — положиться лишь на боевой путь, чтобы воспарить к райским дворца при условии отсутствия Божественного Сокровища Божественного Моста.

Даже Цинь Му и Ху Бугуй испытали бы трудности при попытке повторить подобные после вступления на боевой путь.

Он был единственным и неповторим великим мастером боевого пути всех времён, от прошлого, по настоящее и до будущего. Он был Великим Императором Боевого Пути!

Если Цинь Му действительно сумеет решить эту проблему, он просто обязан покинуть гору, чтобы помочь ему, помочь Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику!

Юноша смотрел на старика горящим взглядом и молчал в ожидании от него ответа.

Успокоившись, старый фермер улыбнулся своим лицом, похожим на вспаханную землю, прежде чем ударить в место чуть выше межбровья Цинь Му.

Цинь Му застонал и, выплюнув полный рот свежей крови, встревожился, не понимая, что к чему. Несмотря на то, что удар старого фермера казался крайне властным, получился он по-настоящему странным.

Даже достигнув его лба, удар не навредил его физическому телу.

Сила удара не знала себе границ и могла смести всё на своём пути. Когда она затопила его тело, он почувствовать, что в нём что-то разрушилось!

— Я уже разрушил Божественное Сокровище Божественного Моста, которое ты ещё не успел пробудить, — старый фермер отвёл назад свой набитый кулак вместе с рукой, прежде чем с улыбкой продолжить. — Все остальные божественные сокровища в порядке, так что не волнуйся, но от твоего божественного моста не осталось ни следа! Остальные раны должны вскоре бесследно и без каких-либо осложнений зажить, однако даже если ты откроешь Божественное Сокровище Жизни и Смерти, срок твоей жизни не превысит шестисот лет. Тебе остаётся только надеяться, что ты найдёшь путь к открытию Божественного Сокровища Божественного Моста, в противном случае тебе остаётся только ждать смерти!

Цинь Му утёр кровь в уголке своего рта и серьёзно ответил:

— Старший дядя, я определённо добьюсь успеха!

Старый фермер встал посреди деревни и гаркнул:

— Все солдаты, слушай мою команду! Я собираюсь в Вечный Мир, а вы остаётесь на охране Мира Корриды! Принести мою броню!

Деревенские поразились, а затем сразу же обрадовались и поспешно достали набор брони старого фермера, облачившись в который тот стал внушать благоговейный ужас.

Фермер взглянул на цилиня, заставляя того съёжился аж в себя, и покачал головой:

— Я слишком тяжёлый, он не сможет меня нести. Пойду-ка для начала найду Саньдо.

Цилинь ощутил, словно с него свалилось неподъёмное бремя.

Все деревенские поклонились, потеснив своими аурами небеса, и в унисон крикнули:

— Берегите себя, Небесный Наставник Боевых Искусств!

Цинь Му поклонился и тоже крикнул:

— Берегите себя, Великий Император Боевого Пути!

— Великий Император Боевого Пути? — старый фермер слегка опешил, но затем сразу же пришёл в себя и раскатисто расхохотаться, ослепительной засияв всем телом.

Сделав шаг, он бесследно исчез.

Цинь Му выпрямился, подошёл к краю вонючей канавы и с улыбкой сказал:

— Будда, можешь выползать.

Сакра крутанул в его сторону глазами и спросил:

— Фермер и правда ушёл? Или ты мне опять врёшь?

Цинь Му опустился в канаву, помог ему подняться и твёрдо заявил:

— Чтобы спасти Будду я принял удар от Небесного Наставника Боевых Искусств и моё Божественное Сокровище Божественного Моста разрушилось.

— Я почти поверил тебе, — Сакра огрызнулся, прежде чем продолжить. — Опять меня дуришь? Погоди, оно и правда разрушено! Ты… почему ты поступил так?

Глава 776. В Ловушке, не в Ловушке

Осмотрев раны Будды Сакры, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Несмотря на то, что многие твои кости сломаны, Небесный Наставник Боевых Искусств отлично распределил свою силу. Все твои ранения не слишком тяжёлые, а твой исконный дух цел.

Сакра посмотрел на него со странным выражением лица. Он думал, что юноша шутит, и совершенно не ожидал, что его Божественное Сокровище Божественного Моста разрушено.

— Мы всё-таки старые друзья, он не стал бы меня убивать. С другой стороны, ты… — вздохнул он. — Твоё Божественное Сокровище Божественного Моста полностью уничтожено, с сегодняшнего дня… Этот старый мерзавец, он не знает жалости! Разве он не в курсе, что ты потомок Императора-Основателя?

Впрочем, Сакра отлично знал, что Небесный Наставник Боевых Искусств никогда ничего не боялся. Он не уступал из-за чьей-то репутации, и, даже когда преступление совершали дети и внуки Императора-Основателя, он просто убивал их без разбора, а Император-Основатель ничего не предпринимал, когда узнавал об этом.

— На самом деле, это произошло не из-за тебя, — Цинь Му носился вокруг него, перебирая пальцами вверх-вниз и формируя видения всевозможных лотосов, фениксов и богов. С помощью божественных искусств создания он постепенно воссоединял сломанные кости мужчины. — У нас с ним уговор. Он защитит Вечный Мир, а я окончательно решу проблему всех жителей Мира Корриды, Великих Руин и Вечного Мира. Я лишь шутил, когда сказал, что пропустил удар ради тебя.

Сакра продолжал хмуриться:

— Тем не менее, он всё равно перегнул палку, вот так просто уничтожив твой божественный мост.

Цинь Му остановился, вокруг его тела возникла тысяча рук, каждая из которых держала особую мудру создания. Он на мгновение прижал их к телу Сакры, а после рассеял его тысячу рук и видения, улыбчиво отвечая:

— Сжёг мою лодку, он сделал меня более смелым. Лишь потеряв путь отхода, мне хватит сил двигаться вперёд. Я крайне благодарен за то, что он проявил инициативу и уничтожил моё божественное сокровище, рассеяв все мои волнения. Избавившись от любых отвлекающих мыслей, я перестал сомневаться!

Сакра встал на ноги и размялся, обнаруживая, что его раны почти исцелились и ошарашенно воскликнул про себя. Затем он покачал головой:

— Ты похож на него, такой же сумасшедший.

— Человека нельзя назвать живым, если он никогда не сходит с ума, — отдышавшись, Цинь Му посмотрел на него глубоким взглядом. — На протяжении некоторого времени я изучал путь боевых искусств вместе с Небесным Наставником Боевых Искусств. То, что я выучил, не было его божественными искусствами или техниками, а духом боевого пути! Теперь, когда у меня есть этот дух, мне нужно следовать ему и идти к успеху! Более того…

Улыбнувшись, он продолжил:

— В древние времена семь людей, которых называли Небесными Преподобными, открыли божественные сокровища. Начиная с нуля, они открыли семь божественных сокровищ и предопределили систему совершенствования для всех будущих поколений. Они создали что-то из ничего, и теперь, когда я знаю, с чего начинать, повторить их подвиг будет намного проще. Мне определённо удастся заново открыть Божественное Сокровище Божественного Моста.

Он был невероятно уверен в своих словах.

Подобная уверенность черпала силы не только из историй о Теле Тирана старейшины деревни, но и из богатого опыта и многих испытаний.

С тех пор, как он вернулся в прошлое и оказался в первом году Дракона Ханя, встретив там Небесных Преподобных и став свидетелем случившихся событий, его уверенность и вера становились всё сильнее и сильнее!

На Собрании Яшмового Водоёма Небесный Преподобный Юй был убит, но вместо того, чтобы его методом становления богом поделился Небесный Преподобный Хао, Цинь Му сделал это сам.

Именно он превратился в Небесного Преподобного Юя и придумал метод становления богов, прежде чем поделиться им со всеми!

Его способности и понимание никому не уступали!

Будда посмотрел на него со сложным выражением лица, видя на этом юноше отпечаток другого человека.

«В прошлом, Император-Основатель тоже уверенно стремился к своей цели, благодаря чему сумел собрать вокруг себя огромное количество талантливых людей, людей с различными мечтами, — думал он про себя. — Он даже более активен, чем Император-Основатель. Кроме того, он крайне смел, а его сила воли стабильнее. Он непоколебимее и осмеливается стремиться к большему!»

Улыбнувшись, он спросил:

— Что ты планируешь делать дальше?

Взгляд Цинь Му дрогнул, он радостно ответил:

— Будде не было бы интересно взглянуть на дом Матери Земли?

Выражение лица Сакры слегка изменилось, по всей видимости, его не слишком привлекло подобное предложение.

Цинь Му улыбчиво продолжил:

— Будучи одним из четырёх небесных королей тех времён, ты сильно провинился, сбежав из Царства Будды, чтобы не оказаться в руках Красного Божества. Если ты и вправду её не боишься, то как тебя может пугать Мать Земли?

— Я не боюсь Матери Земли, я боюсь, что подвергну тебя опасности, — вздохнул мужчина. — Тебе и вправду не стоит связываться с выжившими людьми Императора-Основателя, это слишком опасно. Большинство из оставшихся сил нашей эпохи до сих пор спрятаны. Глаза райских небес пока что не смотрят в сторону Вечного Мира, но, когда ты пробудишь остатки мощи Императора-Основателя, они определённо обратят на это внимание. Небесный Наставник Дровосек — это лидер четырёх Небесных Наставников, но даже он не в силах разглядеть некоторые вещи. К примеру то, что привлечение существ Императора-Основателя на помощь Вечному Миру — ошибка.

Цинь Му внимательно слушал.

Сакра продолжал объяснять:

— Чужеземные райские небеса не боятся Вечного Мира, они боятся лишь Императора-Основателя и деревни Беззаботной. Используя силы Императора-Основателя для поддержки Вечного Мира, мы определённо привлечём внимание райских небес. Пока что они могут игнорировать Вечный Мир, но теперь у них не останется выбора, кроме как держать ухо в остро. Более того, после открытия печати Первобытного Царства, будущее кажется ещё более мрачным.

За его головой снова засияли буддистские лучи, погашенные Небесным Наставником Боевых Искусств:

— Выжившие жители Багрового Света перебрались к Южному Морю. Выжившие люди Императора-Основателя живут в Великих Руинах. Теперь, когда печать Первобытного Царства открылась, к ним добавились ещё и люди Эпохи Высшего Императора. Вечный Мир, Высший Император, Император-Основатель и Багровый Свет. Люди и лидеры четырёх великих эпох одновременно оказались в одном мире.

Внезапно Цинь Му дрогнул.

Будда Сакра продолжал:

— Ты ещё не был в Монастыре Великого Громового Удара, верно? Когда-то я был там Жулаем, поэтому знаю как тот выглядел до того, как был запечатан. Хе-хе, теперь, когда Первобытное Царство вырвалось из печати, гора Сумеру Монастыря Великого Громового Удара слилась с горой Сумеру Царства Будды. Теперь над их головами не что иное, как двадцать небес Царства Будды!

Юноша почувствовал, как в его венах стынет кровь.

— Даже Царство Будды пробилось сюда вместе с Первобытным Царством. Столько эпох, столько сил, и от всех них мечтают избавиться райские небеса. Теперь, когда все они собрались вместе, что это значит? Это приведёт либо к их войне друг с другом, либо к полному уничтожению! — вздохнув, Сакра вышел из деревни. — Неважно, ждёт нас внутренняя борьба или полное уничтожение, любой из вариантов станет катастрофой для Вечного Мира. В этот раз меня преследует не только Красное Божество Ци Сяюй, но и другие эксперты райских небес. Если я отправлюсь с тобой, то лишь подвергну тебя опасности. Не создавай проблем. Отправляйся в Монастырь Великого Громового Удара, где буддизм сможет гарантировать твою безопасность. Впрочем… она всё равно будет лишь временной. После освобождения Первобытного Царства Царство Будды тоже оказалось в опасности.

Развевая рукавами на ветру, он улетел вдаль.

Цинь Му молча провожал его взглядом.

Четыре великих Небесных Наставника Эпохи Императора-Основателя и четыре великих Небесных Короля поголовно были выдающимися людьми. Будь то Небесный Наставник Боевых Искусств с мышцами вместо мозгов или Будда Сакра, кажущийся существом с другого мира, отдалённым от дел смертных, все они обладали исключительной мудростью.

Когда Сакра рассказал о том, что люди четырёх эпох собрались в Первобытном Царстве, Цинь Му действительно ощутил, как кровь в его венах застыла, и увидел ужасающую картину будущего.

Для чужеземных райских небес это была отличная возможность одним махом избавиться от четырёх вражеских эпох!

Если райские небеса не хотели жертвовать своими людьми и терять свои силы, они могли попросту наблюдать внутреннюю борьбу, которая вот-вот наступит в Первобытном Царстве. Они могли просто оставить четыре эпохи сражаться друг с другом и лишь пожать плоды в самом конце.

— В таком случае, печать Первобытного Царства была снята божественном искусством бабушки Сы, или же всё это было спланировано заранее? — пробормотал себе под нос юноша.

В эпоху расцвета божественных искусств реформа привела к появлению всевозможных путей, навыков и божественных искусств.

Даже божественные искусства, утерянные в истории, могли быть обнаружены заново.

Человек, запечатавший Первобытное Царство, мог выполнить печать таким образом, что она открылась при контакте с открытыми заново рунами магнетизма, это могло объяснить случившееся в Великих Руинах.

Это так же значило, что во времена Императора-Основателя эта печать уже была создана!

Все, независимо от того, будь то выжившие Багрового Света, Сын Бога Багрового Света, Мать Земли, жители Вечного Мира или Императора-Основателя, все они оказались в этой ловушке. Даже двадцать небес Царства Будды не сумели ускользнуть!

Разложить ловушку, просуществовавшую десятки тысяч лет, чтобы поймать всех одним махом и избавиться от любого врага, появившегося в будущем. От подобной стратегии и мышления кровь в венах Цинь Му застыла.

«Единственное место, не угодившее в эту ловушку — это деревня Беззаботная!» — юноша глубоко вдохнул, его взгляд становился всё ярче и ярче. — До тех пор, пока деревня Беззаботная не в ловушке, чужеземные райские небеса не станут делать свой ход. Они ждут момента, когда можно будет избавиться от всех своих проблем навсегда. Как только деревня Беззаботная попадётся, они примутся за работу».

«Беззаботная будет искрой, которая зажжёт всё вокруг. Но до того, как она вступит в драку, райские небеса будут лишь наблюдать как четыре эпохи сражаются между собой».

Огонь в глазах Цинь Му становился всё ярче и заметнее. У них появилась возможность выжить!

Возможность, которой он совсем не ожидал!

Это был единственный недостаток в ловушке, в которой они оказались.

— Жирдяй, достойный брат, идём!

Цинь Му подозвал к себе цилиня и Небесного Преподобного Юя. Последний попросил у деревенских еды, в которую те положили пахучий нежный рис и немного соуса. Присев у стены, он отобедал вместе с фермерами.

Поспешно проглотив остатки риса, Небесный Преподобный Юй отблагодарил жителей деревни и лишь после этого подозвал своего цилиня и собрался в дорогу.

— Брат, где мы теперь будем просить еды? — спросил он.

Цинь Му не знал смеяться ему или плакать. Попрощавшись с деревенскими, он ответил:

— Мы идём в жилище Матери Земли, попросим еды у неё.

Небесный Преподобный Юй был вне себя от радости:

— А что у неё есть?

— Полубоги на любой вкус! — громко рассмеялся юноша, несясь вперёд верхом на цилине.

Услышав, что он намеревается встретиться с Матерью Земли, водный цилинь резко изменился в лице. Впрочем, в следующий миг он едва не завизжал от радости: «Если их съедят полубоги, я не нарушу своего соглашения и буду свободен!»

Водный цилинь воодушевлённо помчался вперёд, а под его ногами возникла гигантская река. Ступив на её поверхность, он унёсся вдаль.

Между тем под ногами жирдяя бушевали языки пламени. Его взрывная сила была поистине удивительной, а его скорость даже слегка превышала таковую у водного цилиня. Должно быть, это был результат тренировок старого фермера.

Цинь Му приказал ему замедлиться, чтобы рассмотреть божественные искусства водного цилиня. Спустя некоторое время он достал немного лекарственных трав и приготовил горстку пилюль с атрибутами жизненной Ци полубога.

Закончив, он предложил ему попробовать:

— Как тебе вкус?

— Отличный!

Немного поразмыслив, Цинь Му изменил рецепт и приготовил ещё один котёл пилюль.

Попробовав его, цилинь воскликнул ещё воодушевлённее:

— Теперь ещё лучше!

Определившись с рецептом, Цинь Му передал его Небесному Преподобному Юю, после чего научил его готовить духовные пилюли:

— Если меня не будет рядом, то с сегодняшнего дня ты сможешь сам приготовить пилюли и твоему цилиню не придётся голодать. Впрочем, не корми его слишком много, а не то он станет очень толстым. Просто невероятно толстым…

Глава 777. Езда на Осле по Благоухающей Дороге

Вырвавшись из-под печати, Первобытное Царство также изменило и Вечный Мир, горы которого подобно вееру распростёрлись во все стороны. Ещё недавно идеально налаженное транспортное сообщение между городами было прервано, ведь теперь каждый из них разделяло расстояние не меньше десяти тысяч километров и раскинувшиеся бесчисленные руины из прошлого. Теперь даже богам следовало держать ухо востро во время пути от одного города к другому.

Собрание Исконных Духов, хотя и временно, но перестало быть возможным, так как в Первобытном Царстве таилось слишком много опасностей. Несчётные руины полнились остатками божественных искусств, и если кто-то проявит неосторожность, то будет тяжело ранен ими или даже погибнет.

Сообщение по земле было прервано, по воздуху тоже, да ещё и Собрание Исконных Духов больше не могло быть использовано. Все действительно было так, как предсказывал Небесный Наставник Боевых Искусств — Император Яньфэн потерял контроль над значительной частью Империи Вечного Мира.

Глядя на волнующуюся столицу, Император Яньфэне немедленно решил отправить богов Вечного Мира к наиболее важным городам, чтобы успокоить сердца людей.

В то же время к столичному имению Хана Жуаньди пришёл странный гость, закутанный с головой в чёрную накидку.

— Хан Жуаньди, сокол прерий. Теперь, став богом, ты действительно готов продолжать служить верой и правдой Вечному Миру? — спросил тот гость.

Жуаньди посмотрел на собеседника и ответил:

— Прерии теперь принадлежат Вечному Миру. Я был сокрушён Имперским Наставником, поэтому теперь всего лишь подданный. Пока тот жив, я не восстану.

Гость приспустил накидку и с улыбкой заговорил:

— Имперскому Наставнику при текущем положении дел будет тяжело избежать цепких лап смерти. Народ прерий имеет кровь как богов, так и людей, мы потомки Махакалы. Кто Император Яньфэн такой, чтобы командовать тобой? Прерии принадлежат Махакале, и теперь, когда Первобытное Царство перебороло печать, он обязательно вернётся, тогда возникает вопрос, зачем тебе продолжать служить кому-то?

Жуаньди неверующим, ошарашенным взглядом смотрел на лицо гостя, позади головы которого взошло чёрное как смоль солнце, в то время как его кожа была словно отлита из чистого золота!

Пришедший в гости бог усмехнулся со словами:

— Хан Жуаньди, останешься ли ты в Вечном Мире и продолжил служить или вернёшься назад в прерии, где сможешь расправить свои крылья и сразиться с другими соколами?

Жуаньди ощутил духовный подъём и торжественно сказал:

— Моя жена и дети в столице. Если я вернусь возродить империю, то определённо наврежу им!

Бог с чёрным солнцем вновь усмехнулся и жёстко ответил:

— До тех пор, пока ты дышишь, разве у тебя не будет множество жён и детей? Если ты так привязан к своей жене, то упустишь эту возможность. В такому случае я найду кого-нибудь другого!

Соломинка переломила хребет верблюду. Жуаньди решился и твёрдо заявил:

— В таком случае уходим!

Бог с чёрным солнцем вновь закутался с головой в накидке, но как только они вышли из имения Хана, то увидели шагающего в их сторону юношу.

Юноша заметил их и остановился, прежде чем спросить:

— Жуаньди, куда ты собрался?

Чуть позади юноши стояло несколько трёхглавых-шестируких богов, от которых веяло гнетуще-тяжёлой аурой.

Увидев тех богов, Жуаньди ощутил страх и честно ответил:

— Обратно в прерии.

— Время прерий давно прошло, — заговорил тот юноша. — Сейчас, когда мир вновь изменился, повсюду бродят полубоги. Также появились всевозможные руины и боги, от которых можно ожидать всего чего угодно. Даже вернувшись тебе не достичь многого, вместо этого ты подвергнешь живущих там людей ещё большей опасности, возможно даже, что весь твой клан будет уничтожен. Ты оказался достаточно благороден, чтобы родить меня, и именно поэтому я тебя предостерегаю.

— Ты ещё помнишь, — ухмыльнулся Жуаньди со словами, — как почти весь народ прерий был отравлен тобой? После такого у тебя ещё хватает духу заявлять о том, что я кого-то там подвергну опасности? Нас уже давно ничего не связывает, но раз ты до сих пор признаёшь наше родство, то не останавливай меня!

Юноша нахмурился и отошёл в сторону, позволяя парочке пройти, но напоследок всё же кое-что сказал:

— Не забывай, что именно Первый Предок спас наших предков.

В глаза Жуаньди вновь можно было прочесть сомнение, но он всё же стиснул зубы и зашагал прочь.

Бог с чёрным солнцем покосился на юношу и вполголоса спросил:

— Кто это? В его жилах тоже течёт кровь Махакалы.

— Гроссмейстер Дворца Золотой Орхидеи, он завладел телом моего сына Паньгун Цо и уже достиг области Божественного Моста, — ответил Жуаньди, прежде чем продолжить, предугадывая следующий вопрос собеседника. — Даже несмотря на кровное родство, и то, что его можно считать моим сыном, он уже подчинился выжившим Багрового Света, поэтому не станет мне помогать. Давай поскорее уберёмся отсюда, в этом городе обитает слишком много экспертов, не говоря уже о тех нескольких ужасающих богах, что присматривают за этим местом!

Парочка спешно покинула столицу и взмыла к небу.

Паньгун Цо и те трёхглавые-шестирукие боги направились туда, куда шли до встречи с парочкой. Чуть погодя они оказались в имперском городе внутри столицы, где увидели маленького чёрного тигра, бегущего по крыше с ловкостью и проворством дворового кота, а также прыгающую за ним белую лисичку.

— Старший тигр, леди Лин, — остановившись и поприветствовав, Паньгун Цо спросил. — Святой Дровосек и Владыка Культа Цинь случайно не где-то рядом?

Тигрёнок, похожий на чёрного кота, остановился и уселся на верхушке дворцовой стены.

— Паньгун Цо, а также друзья Дао из Южного Моря? — заговорил тот. — Сейчас, когда Вечный Мир переживает кризис, вы, ребята, не собираетесь воспользоваться шансом и завладеть некоторыми землями?

Лисичка тоже остановилась, после чего превратилась в девочку семи-восьми лет отроду, правда с торчащими из-за спины семью хвостами, и заговорила:

— Гроссмейстер, для тебя каждая встреча с молодым мастером обычно заканчивается бегством, чтобы спасти жизнь. Почему сейчас ты по собственной воле инициируешь встречу с ним?

Паньгун Цо улыбнулся:

— Сейчас не только Вечный Мир не способен позаботиться о себе, но и Южное Море. Поэтому Сын Бога Багрового Света явился нам и приказал, чтобы мы попросили Святого Дровосека и Цинь Му отправиться к Южному Морю поговорить.

— Молодого мастера нет, — ответила лисичка. — Явление Сына Бога Багрового Света? Или может быть он спустился к вам лично своим истинным телом? Гроссмейстер, не лги.

Паньгун Цо едва заметно улыбнулся, но не ответил.

— Святой Дровосек в данный момент разрабатывает с Имперским Наставником и Императором Яньфэном огромные построения мгновенного перемещения с целью соединить все уголки нашего мира, — тигрёнок задрожал и, превратившись в трёхметрового в длину чёрного тигра, гаркнул. — За мной!

Лисичка запрыгнула на спину тигра, после чего тот устремился вперёд. Паньгун Цо и остальные проследовали за ними до дворца, возле которого остановился тигр. Там они увидели огромное количество мастеров своего дела, возводящих под командованием немого огромные ворота, и Дровосека, Наставника и Императора, вовлечённых в какие-то математические расчёты.

— Паньгун Цо пришёл с визитом по приказу Сына Бога Багрового Света, — Паньгун Цо и те боги поклонились, но мгновением позже выпрямились. — Построения перемещения, размещённые в каждом городе, позволят солдатам и их командирам путешествовать между городами. Однако, чтобы задумка сработала, придётся на ежедневной основе тратить неисчислимое множество духовных камней. Помимо этого, есть ещё одна, вполне очевидная, проблема. Если кто-то захочет восстать, ему достаточно только разрушить построение перемещения, после чего Ваше Величество окажется беспомощен. Почему Вы тратите силы на то, что не будет работать?

Император Яньфэн утёр пот, взглянул на гостей и поинтересовался:

— Что тогда предлагает Гроссмейстер? Я так понял у тебя есть гениальная идея.

Паньгун Цо улыбнулся со словами:

— У меня нет, но у Сына Бога есть. Он явился нам в Южном Море и приказал организовать ему встречу с вами.

Имперский Наставник мельком взглянул на них и спросил:

— Сын Бога Багрового Света хочет извлечь выгоду из нашей неудачи? В таком случае он бы не ограничился обычным явлением, а снизошёл своим истинным телом лично.

Паньгун Цо со смехом парировал:

— Сейчас Вечный Мир раздроблен на куски, поэтому вы должны положиться на Расу Богов Багрового Света, чтобы выжить в текущем непредсказуемом, хаотическим мире. Это не попытка извлечь выгоду из неудачи, а просто лучшая из предоставившихся возможностей.

— Если Сын Бога Багрового Света хочет поговорить, я встречусь с ним, — внезапно по небосводу прокатился грубый, корёжащий сталь и дробящий камень голос.

Святой Дровосек удивился и на радостях собирался было что-то сказать, но увидел, что старый фермер вперился в него свирепым, ненавистным взглядом и сжал свой кулак, поэтому он не много думая пришёл к предельно мудрому решению — плотно сомкнул уста.

Старый фермер взглянул на Гроссмейстера и приказным тоном выпалил:

— Идём к Южному Морю и встретимся с этим вашему Сыном Бога Багрового Света!

Паньгун Цо с улыбкой поинтересовался:

— Старший, ты уполномочен принимать решения?

Старый фермер рассвирепел и от его тела послышался звук взрыва. Все увидели, как его Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шести Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, а также Жизнь и Смерть открываются один за другим.

Отсутствовало только Божественное Сокровище Божественного Моста.

Между тем над божественными сокровищами взмыл ввысь райский дворец, к которому вёл путь, пронзающий собой Южные Небесные Врата. Путь вёл через Нефритовый Павильон и Яшмовый Водоём, также пересекал Сцену Казни Бога и проходил по Нефритовой Столице, устремляясь прямо к Залу Непостижимого Неба.

Внезапно врата Зала Непостижимого Неба отворились и из Императорского Трона вылетел исконный дух, мощь которого, казалось, существовала в каждой частичке мироздания.

— Ты меня спрашиваешь, уполномочен ли я принимать решения? — взревел тот.

Паньгун Цо ощутил, как у него в жилах стынет кровь, и испарился в завитке чёрного дыма. Он слинял из столицы и только какое-то время спустя поборол инстинкт самосохранения. Дрожа всем телом, он поклонился и предельно почтительно, даже раболепски сказал:

— Старший, прошу!

****

У Монастыря Великого Громового Удара, на золотом пике горы Сумеру в позе лотоса сидели Жулай Ма и монахи. Первый вдруг встал и объявил:

— Пришёл Будда, следуйте за мной, мы должны его поприветствовать.

Монахи поспешили к подножию горы, где увидели шагающего босого юношу.

Жулай Ма отдал дань уважения:

— Моё почтение старший брат Будда Сакра.

Монахи вторили:

— Будда!

— В Буддизме не место таким формальностям. В прошлом я был Жулаем Монастыря Великого Громового Удара, достаточно обращаться ко мне — старший брат.

Будда Сакра взбирался на гору Сумеру и поднял голову посмотреть вверх. Там он увидел двадцать небес Буддизма, возведённых напротив горы Сумеру, чья высота сейчас была неизмерима. Небеса, казалось, имели собственный мировой барьер, поэтому по-прежнему не были соединены с Первобытным Царством.

— Старый Будда пока ещё не готов позволить Царству Будды войти в мир смертных. Жаль, что райские небеса не могут его терпеть, — проговорил Будда Сакра, прежде чем спросить. — Мир стал хаотичен, что планирует делать Жулай?

Жулай Ма ответил:

— Если в сражении будет смысл — дадим бой, если нет — убежим.

— Хорошая логика! — Будда Сакра хлопнул в ладоши и улыбнулся. — Зря я волновался о том, что ты будешь готов умереть вместе с ними. После твоих слов мне прямо полегчало.

Их разговор прервали несущиеся от Царства Будды лучи. Мгновением спустя с неба спустились чёрный, пагодоподобный мужчина и маленький монах. Их совершенствования превосходили таковые у всех монахов вокруг. Новоприбывшими оказались Демоническая Обезьяна Чжан Кун и монах Мин Синь воплоти.

— Жулай, мы получили истинные учения, — поклонился монах Мин Синь.

Будда Сакра опять поднял голову посмотреть вверх на двадцать небес и что-то прошептал себе под нос:

— Раз вы вернулись, значит старый Будда пробудился и уже знает о произошедшем, — у него было мрачное выражение.

Пробуждение старого Будды говорило о серьёзности ситуации.

****

Царство Будды.

Все Будды пришли искать встречи с Буддой Брахмой, но оказавшись на месте не нашли от него ни следа. Их встретил только маленький монах.

— Старый Будда ушёл сразу же после пробуждения, он сказал, что собирается повидаться с друзьями, — проговорил тот.

****

Первобытное Царство.

— Брат, эти духовные пилюли очень вкусные! — выпалил Небесный Преподобный Юй, когда попробовал пилюлю, которую Цинь Му приготовил для водного цилиня. Вкус оказался действительно превосходным, поэтому закинул в рот ещё парочку, восхваляя. — Настоящий деликатес!

Цинь Му рассмеялся от гнева:

— Ты думаешь я готовил их для тебя? Эти духовные пилюли для роста полубогов. Несмотря на то, что люди тоже способны есть их, в конце концов они станут причиной возникновения дисбаланса в теле, что очень опасно!

Небесный Преподобный Юй тут же остановился.

Цинь Му беспомощно покачал головой и подумал: «Он не способен обуздать свои желания и рано или поздно станет маленьким жирдяем. Маленький жирный Юй сидя на большом жирном водном цилине, теперь, представив это, я…»

Он обучил его способу приготовления духовных пилюль. Как и обычно, тот схватывал всё на лету, однако у него возникли трудности с управлением жизненной Ци, поэтому он взорвал достаточно много печей, полностью обуглив себя.

Однако Цинь Му, казалось, не особо беспокоился, ведь во время своего обучения искусству приготовления пилюль у целителя тоже взорвал бог знает сколько печей.

Бесчисленные полубоги поспешно стягивались со всех уголков Первобытного Царства в одном и том же направлении, туда, откуда исходил зов Матери Земли.

Выражение лица Цинь Му со временем становилось лишь мрачнее. Число полубогов было настолько велико, что становилось очевидно — в прошлом здесь были погребены и запечатаны не только Мать Земли с её Первобытным Царством Матери Земли.

«Эпоха Высшего Императора просуществовала дольше всех, если не брать в учёт Эпоху Дракона Ханя, но связанных с ней тайн отнюдь не меньше, чем с Эпохой Дракона Ханя».

В итоге они оказались посреди огромного древнего поля брани.

Прежде чем Цинь Му успел как следует осмотреть это поле брани, он услышал донёсшееся из-за спины, достаточно неприятное для ушей ослиное блеяние.

«Существует полубог-осёл?» — удивился Цинь Му и, обернувшись посмотреть на источник звука, увидел серовато-зелёного, длинноухого, покачивающегося на ходу из стороны в сторону осла, на спине которого был молодой учёный.

Учёный выглядел спокойным и беззаботным и лежал на спине осла, держа в одной руке удочку, на конце лески которой была морковка, болтающаяся перед мордой осла.

Осёл пожирал взглядом морковку и даже не думал смотреть на путь впереди. Он продолжал идти вперёд и издавать громкие блеяния от неудовлетворённости тем фактом, что ему всё никак не удавалось съесть морковку.

— Девять из десяти болезней весной случаются из-за вина, за три месяца не бывает даже двух солнечных дней. На заре еду по благоухающей дороге на осле, слушаю пение иволги из глубин зелёных тополей, — учёный читал поэму на покачивающемся из стороны в сторону осле.

Чуть погодя они обогнали Цинь Му и остальных.

Цинь Му взглянул на проехавшего мимо учёного, сразу приметив изящный лоб и подобные звёздам глаза. От него веяло давящим героическим духом, но также ощущалась аура меланхолии и уныния.

— Брат, — Цинь Му вложил кулак в ладонь в приветственном жесте и с улыбкой спросил. — Могу я узнать, куда брат держит путь?

Глава 778. На Каком Месте?

Молодой учёный остановил своего осла и посмотрел на них. С озорным выражением лица он проговорил:

— Я собираюсь пообщаться с этими полубогами и навестить владельца этих земель. А почему брат отправился сюда?

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Мы тоже планируем пообщаться с полубогами и посмотреть на то, что здесь происходит. Раз уж у нас одинаковые цели, почему бы нам не составить друг другу компанию?

Немного подумав, молодой учёный спросил у осла:

— Лю Чжэн, ты не против, если к нам присоединятся два котла?

Сжав губы, зверь ответил:

— Хвии.

Учёный улыбнулся:

— Морковка говорит, что не имеет ничего против, так что мы можем путешествовать вместе.

— Два котла? — Цинь Му насторожился и уважительно спросил. — Брат, в чём разница между котлом, чёрным воком и тазиком с дерьмом?

Рассмеявшись, молодой учёный ответил с довольным выражением лица:

— Нет никакой разницы.

Цинь Му тоже громко засмеялся и посмотрел на древнее поле битвы впереди. Там, среди тумана, раскинулись разрушенные строения и руины, заметные невооружённым взглядом. Среди них были высокие городские стены, гигантские дворцы, а также памятные арки и ворота. Земля вокруг была усеяна следами полубогов, и, следуя по ним, можно было найти Мать Земли.

Жирдяй и водный цилинь шагали вперёд вместе с ослом. Второй посмотрел на копытного и обнаружил презрительное выражение:

— Этот домашний скот определённо глуп, он идёт вперёд только если перед его носом висит морковь, и даже не догадывается, что ему никогда не удастся её съесть.

Осёл тоже бросил на него презрительный взгляд.

Водный цилинь задумался: «Я заключил Соглашение Маленького Графа Земли, поэтому не могу сожрать Хозяина Ланя, тем не менее, я могу сожрать осла! Впрочем, хозяин драконьего цилиня тоже может доставить немного проблем. Он и тот учёный отлично поладили, и, если я сожру осла, они в ярости подадут меня на стол к ужину.

Цинь Му продолжал наблюдать за молодым учёным, и чем больше он смотрел, тем больше подозрений зарождалось в его сердце. Тем не менее, когда он посмотрел на его грудь, то так и не сумел разглядеть никакой выпуклости, поэтому не был слишком уверен.

Заметив его взгляд, учёный улыбнулся:

— Лю Чжэн, у этого юнца очень подозрительные глаза, он рассматривает даже грудь у парней!

Цинь Му тут же покраснел в лица, а осёл рассмеялся:

— Аан, аан…

Пытаясь разобраться, Цинь Му спросил:

— Сес… Брат, как я могу к тебе обращаться?

Учёный улыбчиво ответил:

— Для чего нам знакомиться во время встречи? Цинь Му Цинь Фэнцин, разве я спрашивал твоё имя? Если я не спрашивал, то почему ты спрашиваешь моё?

Подозрения Цинь Му усилились:

— Ты знаешь, как зовут меня, но я не знаю, как зовут тебя, разве это не несправедливо? Кстати, откуда ты знаешь, что я Цинь Му?

— Владыка Небесного Святого Культа Цинь Му — выдающийся и талантливый человек, разве есть кто-то, кто тебя не знает? — ответил учёный. — Что касается, меня, незначимого маленького человечка, нет ничего странного в том, что Владыка меня не знает.

Цинь Му не мог узнать его имени, поэтому ему осталось лишь перевести внимание на осла:

— А почему брата Лу зовут Лу Чжэн?

Учёный ответил:

— Он осёл, его слова противны. Он любит спорить со всеми, поэтому я дал ему имя Чжэн.

Взгляд Цинь Му дрогнул, он проговорил:

— Я встречался с быком, которого зовут Ню Саньдо, а также с тигром, которого называю Старшим Тигром.

Осёл презрительно стиснул губы:

— Веее, веее.

Помрачнев в лице, Цинь Му задумался: «Я совершенно не понимаю слов этого осла, раньше мне не приходилось изучать их язык. Тем не менее, эта пара хозяина и зверя выглядит очень подозрительно. Может быть это и есть Небесный Наставник Учёный?»

Они вышли на туманное поле битвы, обнаруживая внутри него лучи солнечного света. Здешние здания тоже казались невероятно древними, на их поверхности виднелись странные узоры. Цинь Му приказал цилиню остановиться и начал осматривать узоры на стенах. Затем он достал кисть и лист бумаги, начиная их перерисовывать.

Учёный посмотрел на него и улыбчиво проговорил:

— Владыка Культа Цинь действительно талантлив. У тебя даже есть невероятные навыки на пути живописи и каллиграфии.

Слегка покраснев в лице, Цинь Му смиренно ответил:

— Я не смею хвалить себя на пути живописи и каллиграфии, в лучшем случае я лишь второй в мире. На первом месте находится мой дедушка глухой. Он ступил на путь живописи и каллиграфии, и сумел делать разные миры внутри и снаружи.

Учёный удивился и начал хвалить:

— Его навыки живописи и каллиграфии достигли уровня создания предметов из ничего? В них даже есть разница между миром внутри и снаружи, а значит его навыки и вправду неплохи. Тем не мене, его позиция всё же сомнительна, также, как и утверждение, что ты на втором месте.

Цинь Му улыбчиво спросил:

— В таком случае, кто находится на первом месте?

Учёный ответил:

— Я тоже изучил путь живописи и каллиграфии. Достигнув высокой области, он становится созданием. Создание, это ничто иное, как божественное искусство создания. Когда речь идёт о них, никто в мире не может со мной сравниться.

— В таком случае, брат не мог бы что-то нарисовать?

Учёный покачал головой и ответил:

— Я не рисую просто так, я рисую лишь когда в этом есть необходимость.

Цинь Му поднял взгляд на врата, возвышающиеся к небу:

— Ещё одни Южные Небесные Врата… Как жаль, что они разрушены! Пожалуй, мне стоит их нарисовать!

Он щёлкнул кончиком кисти, а огромный лист бумаги взмыл в воздух. Затем он перевернул ладонь, и его левая рука схватила четыре кисти, в то время как правая начала двигаться по кругу, рисуя. Чернила появлялись прямо из воздуха, извиваясь, будто вихрь.

Цинь Му рисовал, его кисть двигалась будто змеи и драконы. Бесчисленные детали вылетали из-под его руки, запечатлев узоры на Южных Небесных Вратах.

Постепенно, уголки бумаги согнулись к центру, будто внутри врат формировалась вторая вселенная. Несмотря на то, что Южные Небесные Врата были нарисованы на бумаге, внутри них, казалось, появился другой обширный мир.

Его кисть превратилась в божественный артефакт, способный создавать все вещи. Он воссоздавал бесчисленные узоры Южных Небесных Врат, делая каждую деталь отчётливой.

После этого четыре кисти влетели в мир внутри картины и начали рисовать там. Их движения были такими чудесными, что их нельзя было описать словами.

Спустя некоторое время Южные Небесные Врата были сформированы.

Цинь Му спрятал кисть и чернила, прежде чем снять картину с неба. Затем он сильно ею встряхнул, и Южные Небесные Врата вылетели из бумаги и грохнулись на землю.

Строение имело высоту в тридцать километров и выглядело невероятно внушительным. Оно воплощало в себе величие древних райских небес, возвышаясь над полем боя, будто символ власти Небесного Императора.

Посмотрев на учёного, Цинь Му улыбчиво спросил:

— Как тебе моё искусство создания?

Учёный начал восхвалять:

— Имея подобные достижения, даже не достигнув нужной области, ты определённо можешь превзойти своего учителя, впрочем, в лучшем случае ты можешь метить лишь на третье место. Если ты станешь лучше своего учителя, то, может быть, будешь вторым. Когда тебе удастся отказаться от кисти и бумаги и перестать ими ограничиваться, тогда ты определённо будешь вторым. Но сейчас твои рисунки лишь выглядят тем, чем они есть. Тебе ещё очень далеко до первого места.

Цинь Му искренне хотел получить совет:

— В таком случае, кто занимает первое место?

— На пути живописи есть три области. В первой картина лишь выглядит тем, чем она есть. На второй картина есть тем, чем она есть, — ответил учёный. — В третьей не нужно рисовать и следовать пути, пользоваться кистью и чернилами, и можно создавать вещи с небес и земли.

Пока он говорил, Южные Небесные Врата Цинь Му внезапно разрушились и превратились в поток чернил, стекающий с земли.

— Это первая область, в которой картина лишь выглядит тем, чем есть, и не может просуществовать долго, — объяснял учёный. — Если твои рисунки станут именно тем, чем они есть, это позволит Южные Небесным Вратам простоять здесь долгое время, и превратить ничто в настоящее, и ты наконец достигнешь второй области.

Цинь Му переполнился восхищением и ответил:

— Дедушка глухой не рассказывал мне об этом. Скорее всего, он не догадался о существовании третьей области пути живописи. Спасибо за твои советы, брат! Я научился!

Заметив это, водный цилинь с подозрением обратился к жирдяю:

— Этот учёный выглядит не как учёный, а как мошенник, любящий много говорить. Твой хозяин потерял самообладание от его лживых слов. Если бы я знал, что его так легко обмануть, то разве оказался бы в такой ситуации? Я могу лгать столько, что он разденется до гола и ещё отблагодарит меня!

Сжав губы, драконоподобный презрительно ответил:

— Хвии, хвии!

— Ты отказываешься мне верить несмотря на то, что я один из лучших мудрецов нашей божественной расы цилиней!

Цинь Му и остальные продолжили двигаться вперёд, когда внезапно туман вокруг пронзил яркий луч света. Свет ножа пронёсся по небу и разлетелся на части, формируя упорядоченное построение. В следующий миг оно рубануло вниз.

Раздался громкий рёв и в глубине тумана на землю рухнул гигантский силуэт.

Огни ножа, заполнившие собой небо, внезапно полетели назад, исчезая в ножнах за спиной однорукого человека, окутанного туманом.

Цинь Му посмотрел на эти аккуратные лучи, и его сердце замерло: «Этот навык ножа выглядит знакомым…»

Одежда однорукого силуэта развевалась на ветру, он постепенно исчезал в глубине тумана. Бесчисленные люди двинулись вслед за ним, растворяясь во тьме.

— Однорукий Божественный Нож, лучший нож чужеземных райских небес! — глаза учёного загорелись, он улыбчиво проговорил. — Божественный Нож Ло чужеземных райских небес потерял свою руку столкнувшись с невероятным навыком меча Тела Тирана Высшего Императора. Совершенствуясь на протяжение десятков тысяч лет, он однажды вышел на Сцену Казни Бога райских небес и сумел одолеть Божественный Нож Казни Бога, поистине заслуживая звания первого божественного ножа райских небес! А эти юноши с ним — это Стражи Элитного Духа.

Небесный Преподобный Юй взволнованно спросил:

— Тело Тирана Высшего Императора? Какой сильный! Брат Му, ты ведь тоже Тело Тирана, ты такой же сильный!

Учёный бросил на Цинь Му странный взгляд, прежде чем покачать головой:

— Тело Тирана Высшего Императора оторвало руку Божественного Ножа Ло, насколько это великое достижение? Брату Циню ещё очень далеко до такого уровня.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, он подумал про себя: «Тело Тирана Высшего Императора, отрубившее его руку, стоит рядом с вами, но я ничего об этом не расскажу. Божественный Нож Ло Ушуан действительно силён. Он в бесчисленное количество раз мощнее, чем тогда, и я должен об этом помнить. Сломать его нож теперь будет намного сложнее».

— Впрочем, у Божественного Ножа Ло есть одна гадкая привычка. Все его ученики должны отрубить себе руку, иначе им не получится постичь его навык ножа, — продолжал улыбаться учёный. — Таким образом, юноши из Стражей Элитного Духа обычно имеют лишь одну руку.

Цинь Му вспомнил о Чжэ Хуали и подумал: «Чжэ Хуали почти отрубил свою руку, но всё же под моим давлением сумел выйти из тени Ло Ушуана и создал свой собственный путь ножа! Теперь, когда Ло Ушуан вернулся, интересно, встречался ли он с Фу Жило? Если так, то тот скорее всего восстанет… Если Чжэ Хуали сейчас с Ло Ушуаном, то Фу Жило восстал!»

Они пришли в то место, где Ло Ушуан исполнил свой навык ножа, увидев убитого полубога. Его тело было высоким и крепким, у него была голова драконьего бога, а тело человеческим и имело восемь рук. Его жизненная сила ещё не успела рассеяться, излучая ужасающую божественную мощь!

— Полубог области Сцены Казни Бога! — осмотрев следы от ножа, учёный похвалил. — Отличный навык ножа! Божественный Нож Ло использовал область Нефритовой Столицы, чтобы его убить!

Цинь Му тоже начал осматривать следы, пытаясь определить на каком уровне находятся навыки ножа Ло Ушуана.

Учёный с любопытством спросил:

— Владыка Культа Цинь тоже изучает навыки ножа?

Цинь Му скромно ответил:

— Да, я номер… хмм, номер три или четыре.

Учёный улыбнулся и махнул рукой:

— Номер три или четыре? Разве Владыка не хвастается слишком много? Я слышал, что на Райских Небесах Императора-Основателя был бог по имени Тянь Шу, отлично владеющий навыками ножа. Его Божественный Нож Имперских Врат сумел отрубить рог Графа Земли. Каковы навыки Владыки в сравнении с ним?

Помрачнев в лице, Цинь Му покачал головой:

— Я ему уступаю.

Учёный ответил:

— Я также слышал, что в Вечном Мире есть Небесный Нож, поднявший свой нож на небеса. Он ступил на путь, создав девять навыков Божественного Ножа, способные убивать богов на области Божественного Моста. Каковы навыки Владыки в сравнении с ним?

— Я хуже, — лицо Цинь Му помрачнело ещё сильнее.

Учёный продолжал улыбчиво расспрашивать:

— У Ло Ушуана есть ученик по имени Чжэ Хуали, ступивший на путь и создавший свой навык меча. Каковы твои умения в сравнении с его?

— Хуже, — злостно ответил юноша.

— В таком случае, ты также уступаешь мне, — продолжал улыбаться учёный. — Я тоже ступил на путь ножа, и хоть мне не хватило таланта создать девять навыков, как Небесный Нож, я всё же сумел создать семь.

Ладонь Цинь Му дрогнула, он резко выдернул из своей бороды четыре или пять волосков.

Учёный улыбнулся, не говоря ни слова.

Они продолжали идти вперёд, вскоре обнаруживая, что дьявольские боги тоже были здесь. Сверкая ужасающими аурами, они вели за собой гигантских гороподобных зверей. Они то исчезали, то показывались в тумане, создавая довольно страшную картину.

Внезапно впереди раздался свист меча, а в небе засияли лучи ножа. Бесчисленные ножи и мечи кружились в воздухе, сталкиваясь друг с другом.

Посмотрев на этот навык меча, Цинь Му ошеломлённо застыл.

Этот навык меча был слишком знаком ему. Это был его навык меча!

— Танец Меча Белого Дракона! Бог Меча Высшего Императора! — глаза учёного загорелись, он улыбнулся. — Бог Меча Высшего Императора — женщина, являющаяся заклятым врагом Ло Ушуана, никогда не подумала бы, что встречу её здесь! Я слышал, что она была лишь маленькой девочкой с очень низким совершенствованием и навыками, когда Эпоха Высшего Императора исчезла с лица земли. Тем не менее, она пробила себе путь из тьмы вместе с Телом Тирана Высшего Императора! Затем Тело Тирана исчезло, но она унаследовала его навыки ножа и сумела создать свой собственный путь. После заката Высшего Императора её навык меча сверкал во тьме на протяжении многих лет, делая её героем среди женщин! Владыка Культа Цинь, — улыбчиво спросил он. — На каком месте стоит твой навык меча?

Глава 779. Лучший в Навыках Меча за Миллион Лет

— Мой путь меча так себе, — Цинь Му посмотрел на навык меча, который схлестнулся со светом ножа в тумане, и улыбнулся. — В моём пути меча только два движения, поэтому он паршивенький.

Всё его внимание было захвачено навыками меча Бай Цюй’эр, которые появились благодаря ему. Сорок тысяч лет назад он поделился своими навыками меча с братом и сестрой из семьи Бай в городе Сотен Процветаний Высшего Императора, однако у него было всего лишь каких-то четыре часа.

Грянула катастрофа.

Брат и сестра в итоге не многое выучили и из-за захвата города Сотен Процветаний вражескими силами попытались спастись во тьме.

Затем взошло солнце и их объятия прервались, а жизненные пути разошлись.

Бай Цюй’эр повела уцелевших людей за собой в надежде выжить, а её навыки меча появились в результате влияния навыков меча Цинь Му. Но она не пошла по пути навыков меча Империи Вечного Мира, а проложила свой собственный путь.

Её навыки меча таили в себе дух вновь обретённой жизни и трудностей обстоятельств конца эпохи. Так получилось из-за времени, в котором она жила. Те тёмные года подстегнули её стать сильнее, она была вынуждена положиться на свою слабую силу, чтобы бороться за выживание уцелевших.

Навыки ножа Лу Ушуан славились своим математическим просчётом, поэтому их сияние всегда было прямым и правильным, подавляя людей своей огромной мощью. С другой стороны, навыки меча Бай Цюй’эр пробивались через самые слабые места, используя ужасающую пронзающую силу, чтобы сломить огромной мощь Лу Ушуана.

Надо заметить, что как навыки меча, так и навыки ножа таили в себе тень навыков меча Цинь Му, ведь последние имели как огромную мощь, так и замысловатые расчёты, а ещё дух пронзания сквозь тьму эпохи.

Бай Цюй’эр получила от Цинь Му наставления, в то время как навык ножа Лу Ушуана, уже тогда полагавшийся на холодный математический расчёт, был сокрушён замысловатым, но не менее холодным и логическим расчётом навыка меча Цинь Му.

Не важно, шла речь про Бай Цюй’эр или про Лу Ушуана, на них обоих повлиял Цинь Му. Однако они оба пошли своими собственными путями, вырываясь за грани его зрелищного представления, произошедшего в ту тёмную ночь сорок тысяч лет назад.

Учёный неторопливо уселся на осла и спокойно двинулся вперёд:

— От тебя услышать что-то скромное хоть раз — редкость. Всё же во всем мире слишком многие совершенствуются в навыках меча, далеко превосходя по количеству тех, кто тренируется в навыках ножа, поэтому много кто добился в них поистине великого успеха. К тому же тех, кто ступил своим мечом на пути, тоже не мало. Давай даже не будем упоминать людей, что живут бог знает где, только в одном Вечном Мире есть такие выдающиеся личности, как Имперский Наставник и Бог Меча Су Мучжэ, являющиеся двумя огромными колоннами пути меча. Во времена правления Императора-Основателя жило бесчисленное множество тех, кто добился настоящего успеха на пути меча. Твой навык меча действительно трудно оценить среди всей этой массы.

Цинь Му уселся на голову цилиня и лениво заговорил:

— Брат, я говорил, что мой путь меча так себе, но ничего не говорил о навыке меча. Говоря о нём, если я скажу, что я второй в мире, никто не посмеет назвать себя первым, — он одиноко улыбнулся. — За последний миллион лет появлялось бог знает сколько людей, превосходящих меня в пути меча, но в навыках меча мне, на текущей момент, нет равных. Может быть кто-то превзойдёт меня в будущем, но за последний миллион лет не на свет не рождалось того, кто сумел бы превзойти меня в этом.

Учёный удивлённо замер, а осёл под ним странно рассмеялся и прыснул:

— Хвее!

Учёный опустил удочку, позволяя ослу укусить морковку, и с улыбкой спросил:

— Даже Император-Основатель?

Осёл откусил кусок от морковки, которая вдруг жалко завизжала, между тем откушенная от неё часть отросла, но она так и продолжала болезненно визжать.

— Морковь превратилась в дух! — шокированный водный цилинь подошёл поближе присмотреться, как вдруг морковка протянула вперёд руки и ударила его прямо в нос, из-за чего из того обильно потекла кровь.

— Морковь живая! — воскликнул водный цилинь.

— На что уставился? — сердито спросила морковь. — Ты тоже начнёшь выть от боли, если будешь избит! И я не морковка, а женьшень! — она ухватилась за леску удочки и изо всех сил попыталась освободиться, крича. — Отпусти меня, я хочу избить идиота, посмевшего оскорбить меня. Я открою этому подонку глаза!

Цинь Му посмотрел на морковку удивлённым взглядом и с улыбкой ответил:

— Даже Император-Основатель.

Глаза учёного блеснули, и он сказал:

— Я тоже совершенствуюсь в навыках меча и могу с некоторой долей уверенности говорить, что от прошлого до настоящего только два-три человека могу превзойти меня в них. Мои навыки вошли на путь, и я довёл мой путь до тринадцати писаний. В аспекте навыков меча я тоже допускаю, что мои достижения не плохи, поэтому мне бы очень хотелось встретиться с человеком, кто считается в них лучшим в течение последнего миллиона лет.

Учёный отложил свой перьевой веер и удочку, после чего моркови наконец удалось найти опору на голове осла. Леска обвивала её голову, в то время как она сама прыгала туда-сюда по голове осла, сжимая кулаки в боксёрском стиле и крича в сторону водного цилиня:

— Подходи, давай драться!

Мерцая взглядом, учёный заговорил:

— Используя жизненную Ци в качестве мечей, мы с тобой обменяемся парочкой ударов. Не волнуйся, я не стану тебя задирать своим совершенствованием или использовать для подавления путь меча.

Цинь Му покачал головой со словами:

— На спине осла ты можем исполнить что угодно, я не хочу тебя задирать.

— Можно часто встретить учёного, путешествующего по миру на осле с мечом на поясе, пишущего стихи о владении им и убивающего людей. К тому же ты на голове цилиня и тоже не можешь чувствовать себя свободно, — с улыбкой говорил учёный. — Когда я закончу своё первое движение, ты спрыгнешь с головы цилиня. После второго ты окажешься в десяти километрах от этого места, а после третьего в ста. К концу четвёртого ты скроешься за тысячей километров.

Цинь Му улыбался, но в то же время, казалось, нет:

— Прошу.

Жизненная Ци закружилась вокруг учёного и моментально превратилась в построение меча. Бесчисленные крошечные мечи парили вокруг, подобно дождевым каплям, и в их свете можно было едва различить горы.

Навык меча учёного своей замысловатостью и сложностью был сравним с Рисунками Меча старейшины, но являлся иным чудом.

Цинь Му поднял руку и лишь единожды ткнул.

Единственный луч света меча рассёк воздух и вонзился в крошечные дождь и горы.

Луч света меча был ничем иным, как второй формой Меча Бедствия. Интенсивно замерцав, свет моментально разрывал собой дождь и горы. Бесчисленные мечи учёного уступили, так и не сумев даже частично заблокировать один единственный свет меча.

Учёный удивился, но когда понял, что свет практически достиг его груди, поспешно спрыгнул со спины осла!

Тем не менее свет меча преследовал его, словно тень!

Он поспешно исполнил свой второй навык меча, с которым свет мечей затопил собой округу, подобно наводнению. Однако несмотря на то, что мечи нахлынул на этот один единственный меч подобно синему океану и ясному небо, простирающемуся на десять тысяч километров, они всё ещё не могли отбиться от него!

Учёный поспешно отступал. Он порхал, будто бабочка, и в то же время напоминал зайца, бегущего в дикой природе, демонстрируя действительно удивительную технику тела.

Свет же меча продолжал его вплотную преследовать.

Столкновения, казалось, не избежать.

Учёный продемонстрировал третье движение, которое тоже не смогло отразить свет меча. Подняв взгляд, он вдруг понял, что уже отдалился на сто километров от места начала боя.

Продолжая отступать, он исполнил четвёртый навык меча, а после пятый, шестой и седьмой. Каждый навык меча был воистину изысканным и полнился непредсказуемыми превращениями, которые другие не могли не то что понять, а уловить. И всё же каждый из них был неспособен остановить этот один единственный свет меча.

Спустя короткое время он отдалился уже на десять тысяч километров, после которых у него больше не осталось превращений навыков меча…

У него в запасе больше не было движений!

Свет меча Цинь Му вонзился в грудь учёного, подобно молнии, как вдруг послышался лязгающий звук. Грудь последнего засияла, чтобы заблокировать этот свет меча.

Учёный всё ещё пребывал на взводе и утёр со своего лба градины холодного пота. Затем он стремительным шагом быстро вернулся назад, только чтобы увидеть, что Цинь Му, как и в самом начале, продолжал сидеть на голове цилиня, правда сейчас он объяснял Небесному Преподобному Юю чудо своего движения.

— Моё движение называется — Восход Бедствия, а также Девятнадцатый Меч, являющийся девятнадцатым движением базовых навыков меча, — спокойно объяснял Цинь Му. — Девятнадцатый Меч слишком сложный. Практику божественных искусств достаточно быть близким к его изучению, чтобы ступить на путь. В Западных Землях я встретился с Мастером Меча Ло Иньюй, и мы с ней пришли к выводу, что существовало девятнадцатое движение, в итоге мы начали состязание, кто постигнет его первым. И кажется, победа за мной.

Учёный уселся на спину осла и подавленно заговорил:

— Ты победил. Твои навыки меча лучшие в мире, я видел навыки меча Императора-Основателя, и они не такие невероятные, как твои. В таком случае, что есть восход бедствия?

— Вся жизнь небес и земли предопределяется судьбой, и в этом предопределённом бедствии, когда сталкиваешься с ним, ты должен давать и брать. Восход бедствия — это в первую очередь «дать», прежде чем «взять». Каждый шаг моего света меча вперёд — это своего рода отдача. Причина, по которой ты не смог коснуться моего света меча заключалась в том, что перво-наперво я давал, а только потом брал. Если ты тоже не даешь, то будешь убит моим Восходом Бедствия.

Учёный и Небесный Преподобный Юй погрузились в размышления.

Небесный Преподобный Юй тоже обучился базовым навыкам меча, причём лично у старейшины. Однако он ещё не закрепил всё, из-за чего его фундамент был шатким. Также у него не было достаточно плотной магической силы, поэтому он не мог изучить Восемнадцатый и Девятнадцатый Мечи.

Учёный оживился во взгляде и с улыбкой спросил:

— Что если я дам? Смогу ли я прорваться через твой Девятнадцатый Меч?

— Как много ты можешь дать? — Цинь Му использовал свою жизненную Ци, превратив её в мечи, тысячи которых своими концами смотрели на учёного.

Учёный ощутил, как его волосы встают дыбом, а на лбу вновь проступает холодный пот. Только что юноша использовал только один меч, которого хватило, чтобы оттеснить его на десять тысяч километров. И сейчас, когда их число возросло до тысяч, проблема заключалась уже не в том, как не получить ранений во время попытке отразить их, а как остаться в живых!

Цинь Му развеял свет мечей и продолжил:

— Девятнадцатый Меч — это навык меча, который ступил на путь. Только что я исполнил в моём Восходе Бедствия цепь бедствий, а также десятки других изменений. Однако совершенствоваться до него чрезвычайно тяжело. Если это кому удастся, то этот кто-то ступит на путь меча.

Учёный поднял удочку, а вместе с ней и морковь, которая избивала водного цилиня. Он вновь подвесил её перед мордой осла, после чего кивнул головой со словами:

— Девятнадцатый Меч — действительно ужасающий, но назвать его лучшим в мире за миллион лет… Разве ты не слишком надменен?

— Однажды я пытался отомстить за того, кого я очень уважал, и использовал этот навык меча, прорвавшись через оковы древнего бога и тяжело ранив моего врага, — Цинь Му взглянул на Небесного Преподобного Юя, продолжая говорить. — Несмотря на то, что тот древний бог не появился воплоти, отправив только свою проекцию, её способности были действительно из ряда вон, на ровне с областью Непостижимого Неба. Но даже ей не удалось подавить мой меч Восхода Бедствия.

Небесный Преподобный Юй понятия не имел, что уважаемым Цинь Му человеком был он.

Учёный не обратил внимания на аргумент и с улыбкой ответил:

— Всего лишь проекция древнего бога. Как сильна она может быть? Что касается того, что она была такой же сильной, как эксперт области Непостижимого Неба — это уж слишком. Твоё заявление о том, что твой навык меча лучшей за последний миллион лет — спорно.

Цинь Му слегка улыбнулся и не стал спорить.

Сказанное им звучало попросту слишком удивительно. Постороннему было бы трудно поверить в такое, однако Ню Саньдо и Император-Основатель знали, что он не лгал.

Они дошли до места, где столкнулись Боги Меча Бай Цюй’эр и Ножа Лу Ушуан. Перед ними раскинулось нефритовое море, в котором свет ножей был подобен нефритовым стенам, а свет мечей, отточенный до совершенства, стоял вертикально по отношению к поверхности моря.

Повеяло лёгким бризом, как вдруг свет и тень заплясали.

Навыки меча и ножа так двух сильных практиков продолжали свой вечный бой.

Однако самих Бай Цюй’эр и Лу Ушуана уже не было здесь.

На Яшмовом Море было множество полубогов, как дьявольских богов, так и обычных, пытающихся провести младших через эту опасную область. Каждый из них был предельно осторожен, поэтому они не касались светов меча и ножа, оставленных этой парочкой.

Мечи и ножи над морем служили своего рода преградой. Иногда они пребывали в покое, а уже в следующий миг могли резко разразиться пугающей мощью.

— Божественный Нож Лу и Бог Меча Высшего Императора непримиримые враги. Они сражались друг с другом бог знает сколько раз, — учёный направил осла в Яшмовое Море, заговорив к Цинь Му. — В далёком прошлом Лу Ушуан вёл погоню за выжившими Высшего Императора, и тогда его остановил именно Бог Меча Высшего Императора. Когда наступила Эпоха Императора-Основателя, они продолжали сражаться, но посторонние просто не знали об этом.

Небесный Преподобный Юй тут же полюбопытствовал:

— А что случилось с Телом Тирана Высшего Императора? Почему он больше не появлялся?

Учёный с пустым взглядом покачал головой:

— Тело Тирана Высшего Императора появилось только в критический момент, после чего навсегда исчезло. Всё выглядит так, словно он погиб. Мало кто знает о Теле Тирана Высшего Императора, даже я слышал только слухи. Насколько я знаю, Первый Предок Императоров Людей и Бог Меча Су отправлялись к древним руинам в попытке обнаружить его следы, но безрезультатно. Они нашли лишь древнюю каменную табличку. Раз это Яшмовое Море, впереди должна быть Сцена Казни Бога. Нам следует держать ухо востро…

Ощутив дрожь в сердце, Цинь Му спросил:

— Брат достаточно осведомлён, может ты также знаешь, к какому из двух райских дворцов Эпохи Высшего Императора принадлежит этот райский дворец?

Глава 780. Происхождение

— Если бы я была столь сведущей в вопросах Эпохи Высшего Императора, мне не пришлось бы идти сюда, — подгоняя осла палкой улыбнулся учёный. — После того, как Высший Император был стёрт с лица земли, Первобытный Мир тоже исчез, оставляя по себе лишь Руины Высшего Императора. Даже если бы я хотела узнать о секретах этой эпохи, у меня ничего бы не вышло. Даже самому Богу Меча Высшего Императора не слишком много известно об эпохе, так как она была ещё очень молода в то время. Однажды я встречала часть выживших людей тез времён, но они не смогли рассказать ничего толкового. Появление Первобытного Мира и есть той причиной. По которой я здесь.

Туман над поверхностью моря становился всё гуще и гуще, полностью окутывая Яшмовое Море. Впереди раздался чей-то крик:

— Здесь пала Мать Земли, в этом тумане есть что-то подозрительное! Будьте осторожны.!

Этот голос раздался неподалёку, и, по всей видимости, принадлежал кому-то их полубогов, примчавшихся сюда с других небес.

В этот момент Цинь Му внезапно заметил огромную тень, промчавшуюся мимо него. Вслед за этим раздались ошеломлённые яростные крики. Ужасающие волны божественных искусств ударили в его лицо, а затем над водой вспыхнули лучи ножа и меча!

Драконий и водный цилини начали волноваться. Они оба открыли рты и кашлянули, и водный цилинь выплюнул свою бусину, которая тут же собрала морскую воду и сформировала щит, защищающий их от удара.

Жирдяй, в свою очередь, выплюнул две бусины. Первая была бусиной огненного цилиня, а вторая была драконьей.

Взглянув на него, водный цилинь подумал: «Родословная этого парня не такая чистая, как моя, его способности слабее.»

В тот же миг он увидел, как вспыхнула кровь и магическая сила, скопившиеся в двух бусинах. Они обе увеличились в размере до трёх метров и выстрелили бесчисленными божественными лучами, замораживая ударные волны вокруг!

Водный цилинь ошарашено застыл.

Лучи ножа и меча были остатками божественных искусств Ло Ушуана и Бай Цюэ’эр. Люди впереди к ним коснулись, в результате чего всё море поглотил хаос. Когда ветер и волны наконец утихли, впереди воцарилась тишина.

Продолжив осторожно двигаться вперёд, Цинь Му и остальные вскоре наткнулись на группу людей, стоящих на колонне, горизонтально протянутой над водой. Смотря на них, незнакомцы не прекращали странно улыбаться.

Окутанные туманом, их силуэты были слегка размыты.

Колонна парила над поверхностью воды, на её передней части виднелись многие люди дьявольской и божественной рас. Кроме них также было несколько богов, чьи крепкие тела сверкали мощью.

Часть богов и дьяволов выстроились в гигантский круг и внимательно смотрели в окрестности. Внимание всё большего количества людей привлекало это странное строение.

Взволновавшись от вида этих улыбок, Цинь Му приказал цилиню остановиться.

Дьявольский боги продолжали улыбаться, но их выражения лиц были невероятно суровыми.

— Почему они улыбаются? — с любопытством спросил Небесный Преподобный юй.

Как только его голос пронёсся над округой, дьяволы и боги подлетели в воздух, исчезая среди тумана.

— Хи-хи-хи…

Их смех продолжал звенеть где-то неподалёку, иногда он звучал слева, иногда справа, иногда впереди, а иногда сзади.

— В море монстры, нам нужно работать сообща, чтобы их сразить! — прокричали боги и дьяволы, выстроенные в круг.

Цинь Му посмотрел на Учёного, и тот проговорил:

— Их много, они большая цель, поэтому монстры определённо атакуют их, а не нас. Можем воспользоваться этой возможностью, чтобы проскользнуть.

Услышав это, боги и дьяволы начали материться, пока учёный спокойно проехал мимо них на осле.

Цинь Му приказал жирдяю и водному цилиню двигаться вслед за ним. Оглянувшись, он увидел, что люди до сих пор стояли в круге и непрерывно матерились.

Внезапно в тумане промелькнула огромная тень, и когда она исчезла, морская поверхность стала чистой. Дьяволы и боги бесследно исчезли!

Юноша вздрогнул. Несмотря на то, что среди толпы незнакомцев было несколько сильных богов, они тоже исчезли без следа!

Тут же приказав Небесному Преподобному Юю держаться ближе к нему, он начал подгонять двух цилиней.

Хихиканье продолжало раздаваться в окрестностях, кружась вокруг них. Туман становился всё плотнее и плотнее.

Сформировав в своих глазах галактику и семь небес из божественного света, Цинь Му осмотрелся, внезапно обнаруживая вокруг себя несколько лиц.

Заметив их, цилинь едва не закричал от страха. Лица возникли из-ниоткуда, неожиданно начиная кружиться вокруг них.

Эти лица принадлежали только что исчезнувшим богам и дьяволам!

Лица этих людей кружились вокруг них, странно улыбаясь. Изо всех сторон доносились специфические смешки.

Внезапно за спиной Цинь Му появились чёрные врата, тут же открываясь. Лица пролетели сквозь них, но так и не исчезли и продолжили носиться вокруг.

Сердце Цинь Му замерло, он тихо проговорил:

— Они трупы, а не живые!

Его Врата Небесной Воли могли высосать души и исконные духи людей, и если эти лица остались невредимы, значит у них уже не было душ!

Учёный взглянул на Врата Небесной Воли и удивлённо проговорил:

— Эти твои врата выглядят невероятно сложными.

Вынув цитру, он дважды дёрнул за струны. Из тумана тут же раздался глухой хрип, и лица начали искажаться. Их вращение наконец остановилось, и вдали разразились бесчисленные ослепительные лучи света, будто в тумане возникло два небольших солнца.

— Хе-хе, это настоящий эксперт! — вблизи от одного из солнц раздался гадкий голос.

Учёный дёрнул струны ещё три раза. Раздался громкий звук цитры, и её ноты сформировали линию, погасив оба солнца. В следующий миг прозвучало хлюпанье, будто в воду упало что-то тяжёлое.

Туман в окрестностях постепенно рассеялся, все наконец смогли оглядеться.

Цинь Му и Небесный Преподобный Юй осмотрелись, увидев гигантское щупальце, всплывшее на поверхность. Его покрывали трёхметровые присоски, каждая из которых держала бога или дьявола!

Последние тяжело дышали, казалось, что они едва не задохнулись.

Они завопили, а их лица быстро сморщились. Даже их физические тела молниеносно иссохли, превращаясь в трупы.

Сидя на осле, учёный спрятал свою цитру и стукнул по морковке. Зверь под ним тут же начал двигаться вперёд, пытаясь её догнать.

Цинь Му поспешно отправился следом, и когда он подошёл к тому месту, где появилось солнце, то увидел круглую голову, напоминающую стокилометровый круглый остров, плавающий на воде. Её темя было отрублено, два глаза и мозг разделились прямо посередине, будто их рубанули чем-то невероятно острым!

Повсюду виднелись трупы богов и дьяволов, повисшие на невероятно толстых щупальцах. От них осталась лишь высохшая кожа.

Цинь Му и остальные прошли мимо гиганта, вскоре добираясь к берегу.

Впереди возвышалась божественная гора, вокруг вершины которой кружились две зловещие ауры.

Цинь Му оглянулся, смотря, как гигантское существо постепенно погружается на дно моря.

— Способности этого полубога были невероятно высокими, но брат действительно сумел его убить лишь дёрнув несколько струн. Ноты твоей цитры достигли пути, интересно, на каком месте в мире находится твоё умение играть? — поинтересовался Цинь Му.

Учёный поднял голову, смотря на две зловещие ауры, и проговорил:

— Мои самые сильные способности — это четыре искусства, я вложил в них больше всего сил. Оружие — это второстепенные искусства для меня. Я практиковался в них, пока не достиг неплохого уровня. В своих сильные сторонах я могу считаться номером один или два. Что касается второстепенных, в них я вполне обычный человек. Однажды моя цитра проиграла, я потерпел поражение в бою с Красным Божеством Ци Сяюй.

Помрачнев в лице, он продолжил:

— Способности этой женщины невероятны, её достижения в искусстве цитры превзошли даже мои.

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло.

Способности Красного Божества действительно были невероятно высокими, она была одним из практиков Императорского Трона. Цинь Му слышал ноты её цитры, когда сбегал из Царства Будды вместе с Сакрой. В тот раз она извлекла ноты Феникса, Ищущего Свою Пару, преследуя их сквозь бесчисленные миры. Одних лишь звуков хватило, чтобы серьёзно ранить Будду Сакру!

Учёный сразился с ней, пользуясь лишь своей цитрой, и не умер. Это о многом говорило!

— Изначально я думал, что моя цитра может оказаться лучшей в мире, но теперь, думаю, что это в шахматах мне нет равных. Сначала идут шахматы, потом каллиграфия, живопись, а потом цитра, — осёл постепенно тащил его к вершине горы. Раскрыв свой перьевой веер, учёный улыбнулся. — Владыка Культа Цинь, что ты можешь сказать о своём владении цитрой и шахматами?

Вздохнув, Цинь Му ответил:

— Я совершенно не разбираюсь ни в том, ни в другом.

Учёный продолжал улыбаться:

— Я думал, что Великий Владыка Культа Цинь всемогущ, никогда бы не подумал, что есть вещи, в которых ты не искусен.

Достав кисть, Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Раз уж каллиграфия — это вторая из твоих сильных сторон, ты не мог бы написать для меня несколько слов?

— Что в этом сложного? Что я должен написать? — уверенно схватил кисть учёный.

— Просто напиши «Цинь Фэнцин».

Ученый записал на бумаге и передал её Цинь Му. Внимательно её осмотрев, тот внезапно спросил:

— Где деревня Беззаботная?

Повернув голову, учёный улыбчиво спросил:

— Мысли Владыки Культа какие-то рассеянные. Мы только что говорили о четырёх искусствах, с чего ты так внезапно заговорил о деревне Беззаботной? Я запутался.

— Ты уже был в деревне Беззаботной, и, возможно, пришёл сюда как раз оттуда! — Цинь Му достал реестр семьи Цинь и нашёл место, где было записано его имя. — Я видел твои записи на корабле своего отца. Большинство имён здесь записаны тобой! А на последней странице моё имя записал мой отец, и его очерк очень похож на твой. Очевидно, что он учился у тебя и пытался тебе подражать! Ты из деревни Беззаботной! — внезапно он невероятно обрадовался. — Небесный Наставник Цзы Си, где находится деревня Беззаботная? Император-Основатель там, или нет? Почему он не показывался на протяжении двадцати тысяч лет?

Немного помолчав, учёная внезапно улыбнулась:

— Потомки Императора-Основателя необыкновенные люди. Я действительно записала много имён в реестр семьи Цинь, но не записывала твоего имени. Ты заставил меня написать твоё имя, и подловил. Я уже успела забыть, что когда-то учила Цинь Ханьчжэня каллиграфии.

Она оглянулась, бросая на Цинь Му слегка жалостливый взгляд, прежде чем покачать головой:

— Тебе не стоит возвращаться в деревню Беззаботную, забудь об этом и живи счастливо. Я встретила тебя, и ты оказался очень талантливым, достойным носить фамилию Императора-Основателя… Лю Чжэн, вперёд!

Она стукнула по морковке, и осёл внезапно запрыгнул на вершину Сцены Казни Бога. Взревев, он задрожал всем телом, превращаясь в бога с головой осла. Испещрённый мышцами, он протянул руки, хватая обе зловещие ауры Сцены казни Бога!

Эти ауры были Таинственным Ножом казни Бога этого райского дворца. Оказавшись в руках осла, они начали извиваться, будто драконы, разрубая гору!

Сцена Казни Бога разделилась напополам, мгновенно испуская поток свежей крови. Всего лишь за несколько мгновений вершина превратилась в красное море, блокирующее путь вперёд!

— Цинь Фэнцин, это не место, куда ты можешь войти, возвращайся! — впереди раздался голос учёной. — Если бы ты не был таким умным, я взяла б тебя поучиться. Тем не менее, ты слишком догадлив, поэтому возвращайся!

Цинь Му всмотрелся вперёд, увидев, что море крови становится всё шире и шире. Его усеивали разбитые ауры, формируя странные призраки демонов и монстров и делая проход путь вперёд невероятно сложным!

У него тоже был Таинственный Нож казни Бога, и он знал о происхождении Сцены Казни Бога. Она была копией Сцены Казни Бога райских небес Дракона Ханя, способной поглощать Ци и кровь богов. Если кто-то получал лёгкое ранение на её поверхности, божественный нож и гора тут же поглощали все его силы.

Однажды Чи Си сказал, что Эпоха Высшего Императора была одной из самих жестоких. В те времена казнили бесчисленное количество богов, поэтому можно было представить, насколько ужасающей была здешняя аура!

«Тем не менее, остановить меня не та просто!»

Цинь Му засунул руку в свой мешочек таотэ и достал оттуда крохотный футляр. В следующий миг тот открылся со щелчком.

Как только футляр открылся, кости и перепонка внутри задрожали. Нефритовая голова Императорского Трона была вне себя от радости, начиная поглощать зловещие ауры моря крови!

Подняв футляр с помощью своей жизненной Ци, Цинь Му зашагал по морю крови, держа его перед собой.

Небесный Преподобный Юй подгонял водного цилиня, спеша следом за Цинь Му и наблюдая, как его футляр поглощает море аур будто кит. Его Ци и кровь становились всё плотнее и плотнее, а перепонка обрела алый цвет, в то время как сияние его глаз становилось всё ярче и ярче.

Сердце драконьего цилиня неистово дрожало, пока он не сводил глаз с футляра. Водяной цилинь спросил: «Брат, почему ты так смотришь на эту штуку?»

Вздрогнув, тот ответил:

— Я смотрю на случай, если она насытится. Ты не ел духовных пилюль поэтому не знаешь, что такое сытость. Насытившись, он перехочет есть…

Пока он говорил, из крохотного футляра раздалась отрыжка.

Клац! Внезапно футляр закрылся.

Цилинь тут же почувствовал, как кровь в его венах застыла:

— Вот дерьмо!

Зловещие ауры моря крови бросились в его сторону, в то время как вокруг тела Цинь Му закружились бесчисленные руны построений. Как только он собрался исполнить божественное искусство мгновенного перемещения, зловещие ауры внезапно успокоились, а из глубин моря раздался древний голов:

— Дорогие гости, Мать Земли приглашает вас. Пожалуйста, идите за мной!

Глава 781. Девять Императоров Высшего Императора

Цинь Му подавил практически сработавшие руны мгновенного перемещения и взглянул в пучины кровавого моря, где появилась пропасть, из которой поднималась женщина. Когда она оказалась снаружи, кровавое море сомкнулось за её спиной.

Женщина носила зелёные одежды, расшитые всевозможными видами листьев. Её волосы были завиты вверх в форме рогов газели, позади головы мерцал круглый ореол, в котором нежился крошечный саженец, который, судя по своему виду, только-только проклюнулся.

— Старшая сестра, — руны перемещения медленно кружились вокруг Цинь Му, готового их задействовать в любой момент, и он с улыбкой поинтересовался. — Как мне обращаться к тебе? Для чего меня приглашает Мать Земли?

Женщина в зелёных остановилась перед ним, прежде чем ответить:

— Меня зовут Гунсунь Янь, я служанка Матери Земли. Мать Земли поручила мне пригласить уважаемых гостей, но причин не называла. Уважаемые гости, прошу.

Цинь Му спрыгнул с головы цилиня и, подав Небесному Преподобному Юю знак, чтобы тот оставался на спине водного цилиня, сделал комплимент:

— Сестра Янь, твои одежды прелестны.

Гунсунь Янь обрадованно переспросила:

— Действительно? Их шитьё мне далось с трудом и отняло довольно много сил и энергии.

Цинь Му последовал за ней, спрашивая:

— Я уже давно наслышан о репутации Матери Земли, но у меня не было возможности встретиться с ней лично. Сестра Янь, как Мать Земли узнала обо мне?

Гунсунь Янь вела их через море крови, отвечая:

— Я не уверена точно. Кажется, о тебе упомянула Богиня Небесной Инь во время своего визита к Матери Земли. Из-за убийства Богини Небесной Инь на закате Эпохи Дракона Ханя Мать Земли беспокоилась, что такое может повториться. Однако Богиня Небесной Инь была возрождена и по своей собственной инициативе разыскала Мать Земли. Во время их беседы я была снаружи дворца, поэтому ничего не слышала.

Цинь Му облегчённо вздохнул.

После возрождения Богиня Небесной Инь действительно на какое-то время оставляла Мир Небесной Инь. Цинь Му как-то раз попытался её разыскать, отправившись в Мир Небесной Инь, но поселившиеся там практики сказали ему, что она отправилась проведать своего старого друга. И этим другом, должно быть, была Мать Земли.

«Богиня Небесной Инь определённо рассказала Матери Земли о том, что я её возродил, поэтому Мать Земли, вероятно, что-то задумала, раз сказала Гунсунь Янь пригласить меня к себе», — дойдя мыслями до сюда, Цинь Му с улыбкой сказал:

— Сестра Янь, во время своего путешествия я встретил бесчисленных богов и дьяволов, которые тоже направлялись сюда. Помимо них сюда во весь опор бежали многие полубоги, отчего путешествие не вышло для меня безопасным. Что происходит?

Гунсунь Янь довела их до противоположного берега кровавого моря. Однако, ступив на берег, они не направились к Нефритовой Столице, а обошли её.

— Первобытное Царство Матери Земли сейчас хаотично, — заговорила Гунсунь Янь. — Теперь, когда оно вновь появилось, многие могучие силы пробудились и определённо хотят извлечь выгоду из кризиса. Те боги и дьяволы происходят из миров под покровительством Матери Земли, но сейчас они пробираются сюда с дурными намерениями. Что же до полубогов, они ведомы зовом Матери Земли, но кто-то имитирует её зов.

Цинь Му ощутил, как его сердце подпрыгнуло, и воскликнул:

— Кто-то имитировал зов Матери Земли для призыва полубогов?!

Водный цилинь тоже шокировано воскликнул:

— Невозможно! После своего пробуждения я отчётливо ощутил, что меня призывает Мать Земли! Она правитель Первобытного Царства, поэтому чувство её призыва не может быть ложным! Старший брат цилинь, разве ты тоже не почувствовал её зов?

— Почувствовал, — ответил цилинь. — Однако в то время я пахал поля, поэтому просто проигнорировал.

Поразмыслив, Цинь Му заговорил:

— Раз полубогов призывает не Мать Земли, кто способен имитировать её зов? К каким методам прибег этот кто-то, чтобы призвать полубогов в Первобытном Царстве? Разве это не сложно заставить всех вокруг услышать зов, неотличимый от настоящего?

Гунсунь Янь покачала головой:

— Я не знаю. С тех пор, как Мать Земли умерла, я тихо ждала во дворце земли её возрождения, поэтому мало что знаю о чём-либо.

Нефритовая Столица была непомерно огромной, а её земли обширными, к тому же прямо в ней находился Зал Непостижимого Неба. От них исходили ужасающие волны и иногда взрывались могучие божественные искусства, распространяясь от Зала Непостижимого Неба, словно тот был эпицентром их образования.

Цинь Му посмотрел в ту сторону и подумал: «Тот, кто имитировал зов Матери Земли, должен сейчас находиться в Зале Непостижимого Неба. Но кто настолько отважен, что смеет выдавать себя за Мать Земли, собирая полубогов для своих нужд? Небесный Наставник Цзы Си должна сейчас находиться там, интересно в безопасности ли она?

Он покачал головой. Даже несмотря на то, что «Учёный» не была самой способной среди четырёх великих небесных наставников, она всё же обладала наивысшей боевой мощью благодаря всем её способностям в купе. Даже Имперский Наставник Боевых Искусств несколько раз пострадал от её рук и признал тот факт, что она оправданно занимает более высокий ранг, чем он…

Небесный Наставник Боевых Искусств являлся существом области Императорского Трона. И раз даже он признал, что слабее, Небесный Наставник Цзы Сы, вероятней всего, не была в опасности.

Они пошли длинным обходным путём, прежде чем оказаться у небольшого холма, на вершине которого располагался ветхий храм и горизонтальная именная доска, воткнутая в землю, на которой было написано несколько слов.

Цинь Му вытащил доску и, протерев, обнаружил на ней чрезвычайно древнюю надпись. Он посмотрел на Небесного Преподобного Юя, и тот сразу же сказал:

— Брат, там написано Храм Матери Земли.

Гунсунь Янь вошла в ветхий храм и поторопила:

— Быстрее, за мной!

Цинь Му на мгновение засомневался, прежде чем положить доску себе в мешочек таотэ, подумав: «Положу-ка я это себе, может когда-нибудь пригодиться».

Они вошли в храм, и несмотря на то, что тот оказался не слишком большим, тут было очень чисто, отчего становилось очевидно, что кто-то регулярно убирался здесь. По сторонам находилось несколько запертых гостевых комнат.

— Здесь обычно живёт сестра? — спросил Цинь Му.

Гунсунь Янь кивнула:

— Да, здесь. Позади храма находится несколько полей, где я выращиваю фрукты и прочие растения. Знаешь, они очень вкусные. Жаль, что мы спешим и я не могу угостить вас. После встречи с Матерью Земли я сорву несколько для вас.

Цинь Му продемонстрировал благодарное выражение. Женщина перед ним казалась милой и простодушной, от неё не стоило ожидать подлости и обмана, поэтому у него получалось легко с ней ладить.

Гунсунь Янь направилась в главный зал храма.

Цинь Му поднял голову и увидел перед собой статую процветающей богини, которая едва заметно улыбалась. Позади неё располагалось древнее бронзовое древо, в то время как она сама находилась прямо у его основания.

Гунсунь Янь отдала дань уважения статуе, как вдруг земля храма разошлась в стороны, раскрывая проход, ведущий под землю.

В темноте подземелья можно было едва различить мерцающий свет.

Цинь Му изучил печать на земле и подумал: «Печать выглядит слегка неотполированной».

Гунсунь Янь с улыбкой окликнула:

— Ты такой неуклюжий, чего там такого интересного на земле? Идём вниз!

Цинь Му последовал за ней. Цилинь поспешил следом, буквально прилипнув к спине своего хозяина, отчего могло даже показаться, что они стали единым целым. Он нервно озирался по сторонам, в то время как водный цилинь, наоборот, выглядел достаточно храбро. Неся на своей спине Небесного Преподобного Юя, каждый его шаг был предельно устойчивый и уверенный.

Цинь Му чувствовал, что наступает не на ступени, а на узловатые, толстые корни древа. Их толщина превосходила даже дороги, ведущие от Вечного Мира к Западным Землям. Между тем корни покрывал мягкий мох и после каждого их шага на нём оставались светящиеся отпечатки их ступней. Только спустя десяток другой шагов этот свет постепенно тускнел.

Цилинь и водный цилинь по-настоящему удивились и запрыгали по корню, оставляя после себя вереницы копытоподобных отпечатков.

Небесный Преподобный Юй тоже спрыгнул, чтобы повеселиться. Внезапно он запнулся, свалился с ветки и издал скорбный вопль.

Цинь Му покачал головой, в то время как одна из прядей его волос начала стремительно расти, рассекая воздух вниз. В итоге она крепко обвилась вокруг талии падающего бедолаги, прежде чем вытянуть его назад.

Небесный Преподобный Юй так и не пришёл в себя после пережитого шока, поэтому стал гораздо послушнее.

Древесные корни росли во всех направлениях. Подземелье не выглядело, как подземелье, напротив, оно выглядело как несравненно обширное пространство, однако вокруг было темно, и Цинь Му не мог здесь сориентироваться.

Следуя за Гунсунь Янь, они продолжали спускаться. Корень привёл их к краю подземелья, но когда они вновь направились вниз, высотка каменной стены удивила их.

Они переходили от одного корня к другому, но всё никак не могли добраться до дна.

Внезапно цилинь воскликнул и спрятался за спиной своего кормильца.

Цинь Му присмотрелся и увидел впереди неисчислимое множество наидревнейших корней, сплетающихся неподалёку друг с другом в узел, в центре которого тихо лежал чёрный каменный гроб, от которого веяло пробирающей до костей мощью бога.

Перед гробом на корне стояли шесть различны типов статуй: цилиня, льва, верблюда, коня, белого слона и сечжи. Каждый из типов имел пару, поэтому всего их было двенадцать.

«Особенность имперской гробницы? — удивился Цинь Му. — Неужели внутри гроба Мать Земли?»

Чёрный каменный гроб имел пятидесятиметровую высоту, двадцати пятиметровую ширину и стометровую длину.

— Это гробница Высшего Императора, внутри первый из них, — Гунсунь Янь уважительно поклонилась гробу, шепча. — Характер первого Высшего Императора оставляет желать лучшего, так что давайте не станем его беспокоить и тихо обойдём.

Цилинь ощутил пробирающий до костей ужас, зажал свой огромный хвост между ног и, зашагав на цыпочках, тихонько пробормотал:

— Скверный характер?.. Неужели он всё ещё может выпрыгнуть из гроба?..

Они прошли мимо гроба, как вдруг те статуи повернули свои головы, провожая их спины злобными взглядами. Только когда они скрылись во тьме, статуи повернули свои головы обратно, смотря друг на друга.

Пройдя ещё один отрезок пути, они увидели второй каменный гроб, обвитый корнями. Он висел в месте, которое, казалось, не касалось ни небес, ни земли, и перед ним тоже было двенадцать статуй, каждая из которых, стоя на одной ноге, имела голову птицы, тело человека и крылья. Из внешнего вида некоторых голов можно было понять, что это были красные птицы, из других — фениксы, а у третьих так вообще были драконьи головы с клювами. Кроме того, у некоторых из статуй было больше, чем одна голова.

— Гробница второго Высшего Императора, — прошептала Гунсунь Янь. — У него тоже характер не сказка, не шумите.

Те птицеголовые статуи уставились на шагающих на цыпочках гостей.

Некоторое время спустя они увидели третий гроб и вновь два ряда статуй богов.

Цинь Му не удержался от вопроса:

— Сестра Янь, сколько вообще Высших Императоров было у Эпохи Высшего Императора?

— Четырнадцать, — предельно тихо прошептала Гунсунь Янь. — Девять из них нашли свой покой здесь, а остальные погибли снаружи. Их тела была захвачены и превращены в сокровища, поэтому их не получилось вернуть.

Цинь Му перекосился в странном выражении и спустя момент поинтересовался:

— Случайно не все Высшие Императоры имеют плохой характер?

— Да, — кивнула головой Гунсунь Янь. — Ладно бы только они были с плохим характером, так ещё и их стража такая же. Всякий раз завидев меня они смотрят на меня, словно я какой-то вор.

Цинь Му оставалось лишь продолжать идти вперёд на цыпочках. В итоге они прошли мимо девяти гробов. Все гробы Высших Императоров располагались здесь и были обвиты корнями, поэтому было невозможно определить, каким традициям следовали во времена Эпохи Высшего Императора.

— Разве боги не должны быть бессмертными? Почему все Высший Императоры отошли в мир иной? — спросил Цинь Му.

— Конечно же они были избиты до смерти, — Гунсунь Янь прошептала. — Будь тише, а то они услышат и тебе тоже не избежать избиений! Их души были забраны Матерью Земли из Юду и заперты в гробах!

Цинь Му с опаской тихо спросил:

— Что за человек смог убить прошлых Высших Императоров?

— Даже Мать Земли убили, что уже говорить о них, — ответила Гунсунь Янь. — Эпоха Высшего Императора была крайне беспорядочна… Мы дошли до покоев Матери Земли!

Их ослепил свет впереди. Присмотревшись, они увидели поднятый корнями в воздух дворец, который и был источником ослепительного света.

Только подойдя к нему они смогли оценить его размах и величие. Его мраморные колонны украшали фрески драконов и птицеголовых богов, а на гребне стояли всевозможные статуи божественных зверей странных форм. На вершине двери восседал каменный водный цилинь, в то время как в оконных проёмах гнездились фениксы.

Цинь Му и Гунсунь Янь вошли внутри и внезапно заметили, что те каменные драконы в действительности скручиваются своими телами, а уже в следующий миг их тела стали из плоти и крови, и словно из ниоткуда перед их лицами появилась огромная голова дракона.

Им преградил путь старый дракон с затуманенными глазами. Его драконьи усы взлетели, когда он приглушённо проговорил:

— Я чую чужаков.

Гунсунь Янь поспешно сказала:

— Может ли Король Драконов дать нам пройти?..

Хлопающие звуки донеслись со стороны подоконников, а уже в следующий миг несколько фениксов приземлилось прямо напротив них. Сложив крылья за спинами своих крайне высоких, объятых племенем тел, они внимательно уставились на Цинь Му и остальных и заговорили:

— Гости Материл Земли? Могут ли они оказаться шпионами старого Небесного Императора?

В этот момент необъятное, бездонное сознание распространилось от дворца:

— Их пригласила я… Мм? Небесный Преподобной Юй!

Сказать, что сознание удивились — ничего не сказать.

Казалось, словно оно увидело призрака.

Между тем Небесный Преподобный Юй пребывал в растерянности.

Глава 782. Мать Земли

Цинь Му слегка улыбнулся и приказал жирдяю и водному цилиню остаться снаружи:

— Брат, идём.

Гунсунь Янь шагала впереди, в то время как Небесный Преподобный Юй следовал за Цинь Му, ошарашенно входя во дворец земли.

Снаружи зала, водный цилинь опустил голову от страха, не осмеливаясь смотреть на древнего дракона. Ему даже не хватало смелости бросить взгляд на феникса.

Последний спокойно стоял перед ними, поправляя свои перья клювом. Тело старого дракона обвилось вокруг колонны. Наклонив голову, он уставился на гостей своими мутными глазами, будто остерегаясь, что те что-то украдут. Его голова была значительно больше, чем головы обоих цилиней вместе взятые.

Сердце водного цилиня забилось ещё быстрее. Жирдяй, с другой стороны, порылся в своих запасах в поисках духовных пилюль. Внезапно он спросил у дракона:

— Ты ешь такое?

Водный цилинь мысленно завопил от ужаса, но в следующий миг увидел, как старый дракон расслабился и спустился с колонны, превращаясь в старика с головой дракона. Попробовав одну из пилюль, он ответил:

— Очень освежающе! Юнец, почему ты ещё не принял человеческой формы? Ты до сих пор идёшь по пути примитивных полубогов и растёшь благодаря пище. Этот подход уже давно считается неэффективным. Лишь приняв человеческий облик ты сможешь обрести божественные сокровища и райские дворцы и начать совершенствоваться.

Цилинь искренне желал учиться:

— Владыка научил меня Технике Высшей Тайны Древнего Дракона, и говорит, что это техника Императорского Трона. Тем не менее, когда я её совершенствую, мне всегда кажется, что что-то в ней не так. Владыка говорил, что у меня родословная цилиня, поэтому эта техника мне не подходит.

Старый дракон ответил:

— Понятно. Драконы рождаются из вен дракона, именно так я появился на свет. Для нас техника Высшей Тайны Древнего Дракона — это лучшая из техник. Тем не менее, в твоих венах действительно течёт кровь цилиня, поэтому тебе сложно её совершенствовать. У меня нет техники расы цилиня, но здесь живёт много твоих сородичей. Мы можем встретиться с ними и попросить их научить тебя. Идём!

Драконоподобный охотно последовал за ним.

Водный цилинь уставился на него широко открытыми глазами: «Так просто?»

Старый дракон привёл его к передней части императорской гробницы и громко позвал:

— Хранитель Лу, Хранитель Лу!

Каменный цилинь начал постепенно менять свой облик, превращаясь в живого, внушающего страх зверя:

— Почему король драконов зовёт меня?

— Здесь юноша с родословной моей расы драконов и твоей расы цилиня. Тем не менее, у него нет техники совершенствования цилиня, ты не мог бы научить его чему-то? — проговорил старый дракон. — Он поделился со мной своими духовными пилюлями, поэтому я у него в долгу.

Огненный цилинь посмотрел на жирдяя и проговорил:

— Ты и есть тот юноша, о котором он говорит? У тебя ещё остались духовные пилюли?

Цилинь поспешно достал горстку пилюль и ответил:

— Я сразу заметил, что брат очень смел и могуществен, поэтому не осмелился подойти и заговорить с тобой.

На лице огненного цилиня появилось довольное выражение:

— Нам приказано охранять императорскую гробницу, поэтому мы, ясное дело, очень смелы и могущественны.

Внезапно цилини, стоящие перед другими гробницами, ожили и взмыв на божественных облаках подлетели к ним, улыбаясь:

— Какой аромат, какой аромат!

Цилинь достал ещё больше духовных пилюль, делясь ими со всеми:

— Проходя мимо вас, я едва не обмочился, увидев, насколько ужасающие старшие братья!

Судя по всему, цилиням очень нравились его слова, они громко смеялись:

— Мы здесь для того, чтобы пугать гостей и не пропускать воров внутрь!

Жирдяй достал остатки своих пилюль, угощая ими даже старого дракона. Все тут же стали с ним братьями и начали вести себя крайне вежливо.

Цилинь был тронут до глубины души: «Как хорошо, что из-за того, что у меня есть родословная двух рас, Владыка создал пилюлю, которая всем приходится по вкусу. Лишь благодаря этому мне удалось с ними подружиться».

— Брат, у тебя родословная дракона и цилиня, что сильно усложняет ситуацию. Неудивительно, что тебе трудно превратиться в человека, — проговорил один из полубогов. — Если ты будешь совершенствовать две техники одновременно, тебе будет сложно добиться в них успехов. Давай мы изменим твою технику.

Водного цилиня у ворот дворца снедала зависть, пока он наблюдал за тем, как мощные полубоги окружают драконоподобного и начинают учить его совершенствоваться: «Мы оба — ездовые звери, так почему ему удалось так быстро связаться с верхушкой общества, в то время как я должен стоять здесь под присмотром этого феникса?..»

Феникс не сводил с него глаз, как вдруг спросил:

— У тебя есть духовные пилюли?

Водный цилинь искренне ответил:

— Нет.

Замолчав, феникс продолжил на него смотреть.

Водный цилинь опечалился: «Когда мастер Лань научится готовить духовные пилюли?»

****

Дворец земли был слишком велик, поэтому Цинь Му потребовалось некоторое время, чтобы пройти через ворота. Это вызвало у него чувство, будто он вернулся в древние времена Эпохи Дракона Ханя.

Небесный Преподобный Юй ошеломлённо посмотрел на дворец и пробормотал:

— Кажется, я был здесь раньше, это место выглядит знакомым…

Замедлившись, Цинь Му полюбопытствовал:

— Брат может что-либо вспомнить?

Растерянность Небесного Преподобного Юя усиливалась. Постучав по своему лбу, он покачал головой:

— Я ничего не помню… Старший брат, я думаю, что на самом деле мы не братья!

Его лицо было невероятно серьёзным.

Разразившись смехом, Цинь Му ответил:

— Ты о чём? У тебя фамилия Лань, а у меня Цинь, очевидно, что мы не родные братья!

Он поспешно следовал за Гунсунь Янь, осматривая строение зала. Здешние украшения были крайне простыми, на стенах совершенно не было фресок. Лишь на полу можно было заметить несколько рисунков.

За его спиной появился исконный дух, смотря на пол с высоты. Только после этого он сумел чётко различить рисунки.

На одной из гигантских картин было изображено рождение небес и земли. В её центре располагалось гигантское дерево, соединяющее небо, ветер воду и огонь вокруг.

Под ним лежала женщина, только что проснувшаяся ото сна, а возле неё стоял мужчина, протянувший руку, будто собирался помочь ей подняться.

В небе сверкал гигант из света, а под землёй сидело страшное существо с рогами быка и головой тигра.

Выражение лица Небесного Преподобного Юя помрачнело, он тихо проговорил:

— Я так и знал, что меня подобрали, где мои настоящие родители?

Уставившись на картину внизу, Цинь Му едва не спотыкнулся от слов Небесного Преподобного Юя. Не удержавшись, он покачал головой: «Что за бред творится в его крохотном мозгу?»

Он посмотрел на вторую картину, на которой женщина и дерево вместе держали небеса и землю. Листья дерева превратились во всевозможные миры, на которых счастливо жили бесчисленные полубоги и древние боги. Корни на земле формировали огромное количество горных хребтов, рек и драконьих вен.

Спустя долгое время некоторые вены обретали дух и превращались в божественных драконов. Многие из них находились в процессе превращения.

— Настоящие родители? — в этот миг к ним подлетело сознание Матери Земли и растерянно спросило. — Небесный Преподобный Юй, твои родители давно умерли, разве ты забыл?

Небесный Преподобный Юй ошарашенно застыл. Отвернув голову, он тайком вытер слёзы.

Цинь Му больше не обращал внимания на картины и посмотрел в сторону источника голоса. Он увидел, что сознание излучает свет, отличающийся от сияния дворца. Последний был невероятно ярким, в то время как свет сознания был тёплым и нежным, будто внутри него крылась жизненная сила.

Свет обладал древним сознанием, напоминающим волны, отражающие сияющие лучи солнца. Под этими волнами парила женщина, а на её спине находилось сердце, сформированное из материализованного света. Из него торчал ржавый железный меч.

Внимательно всмотревшись, Цинь Му сумел разглядеть лицо женщины. Она выглядела точно так же, как и статуя богини в этом храме, обладая не менее богатым видом.

Он даже заметил бесчисленные кровеносные сосуды, протянувшиеся из сердца, будто корни дерева.

«Неужели это и есть корни этого подземного мира? Это сердце…»

Юноша взволновался. Сердце из света было невероятно огромным. Казалось, что оно расположено в каком-то обширном пространстве. Несмотря на то, что на первый взгляд оно находилось в этом зале, на самом деле оно было невероятно далеко.

— Ты действительно Небесный Преподобный Юй, я чувствую на тебе своё благословение.

Сердце женщины подплыло ближе, смотря на них сквозь слои света. Древнее сознание слегка завибрировало, но в разуме Цинь Му и остальных его звук был будто звон колокола:

— Когда ты открыл Божественное Сокровище Духовного Эмбриона я и другие древние боги спустились к тебе. Я дала тебе своё благословение, и оно до сих пор на твоём теле, так что я не ошибаюсь. Тем не менее, почему ты не помнишь прошлого?

Цинь Му объяснил:

— Мать Земли, часть его души утеряна, поэтому он потерял память.

— Понятно, — скорбно ответила женщина. — Когда Небесный Преподобный Юй умер? Он был убит во время Собрания Яшмового Водоёма миллион лет назад? Я услышала о случившемся там, поэтому прибыла, чтобы посмотреть, что происходит. Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юй, которого я там увидела, обладал удивительными качествами, не имеющими себе равных среди своего поколения, это был не тот человек, которого я знала. Он не носил на себе благословления богов. Я подозревала, что на самом деле это был не он.

Цинь Му ответил:

— Небесный Преподобный Юй и вправду был убит на Собрании Яшмового Водоёма.

Женщина в свете проговорила:

— Я так и подумала. Как тебе удалось сохранить его тело до наших дней и восстановить его душу?

Выражение лица Цинь Му не изменилось, он улыбчиво ответил:

— Почему Мать Земли так говорит? Его тело сохранил не я, а Старший Вестник Смерти. Именно он пригласил меня воскресить человека, который оказался Небесным Преподобным Юем.

Посмотрев на него сквозь слои света, она улыбнулась:

— Я думала, что тем человеком на Собрании Яшмового Водоёма был ты.

Цинь Му ошеломлённо рассмеялся:

— Мать Земли, должно быть, шутит! Собрание Яшмового Водоёма происходило миллион лет назад, как я мог там быть?

Женщина ответила:

— После смерти Небесного Преподобного Юя я увидела человека, обладающего такой же аурой, как у тебя, вот только его лицо было другим, именно поэтому я так говорю. Богиня Небесной Инь рассказывала мне о тебе, должно быть, ты знаешь, почему я тебя пригласила?

Цинь Му уверенно проговорил:

— Мать Земли увидела, что Богиня Небесной Инь воскресла из мёртвых, поэтому ты хочешь, чтобы я снова исполнил своё заклятие и воскресил тебя!

— Богиня Небесной Инь сильно тебя восхваляла и говорила, что ты великий чародей, не имеющий себе равных в этом мире.

Цинь Му подошёл ближе, рассматривая женщину из света. Спустя некоторое время он покачал головой проговорил:

— Мать Земли, у тебя нет физического тела, даже если я соберу твои три души обратно, ты не сможешь возродиться. Где твоё физическое тело?

Мать Земли ответила:

— Его изрубили мятежники. Меч в моём сердце тоже дело их рук. К счастью, они недооценили мои силы и не знают, насколько мощная моя жизненная сила, благодаря чему моей душе земли удалось сбежать. Тем не менее, две других души рассеялись. Не переживай, если ты сможешь собрать их обратно, я найду способ воскреснуть.

Цинь Му облегчённо вздохнул и проговорил:

— Если речь идёт лишь о восстановлении двух душ, то я, вероятно, смогу помочь, хоть это и будет трудно. Тем не менее, совершенствование Матери Земли сильнее, чем у Богини Небесной Инь, я не уверен, что смогу добиться успеха со своим нынешним уровнем совершенствования.

Сняв ивовый лист со своего межбровья, он задействовал магическую силу, формируя Врата Небесной Воли у себя за спиной:

— Что за мятежники убили Мать Земли? Откуда у них столь ужасающая сила, способная убить существо вроде тебя?

Стиснув зубы, женщина прошипела, переполняясь ненавистью:

— Небесный Союз!

Сердце Цинь Му резко дрогнуло.

Молниеносно смерив его взглядом, женщина удивлённо спросила:

— Великий Чародей, почему твоя Ци и кровь так вскипели, а сердце начало биться быстрее при упоминании Небесного Союза?

Глава 783. Благословление Матери Земли

Сердцебиение Цинь Му было настолько бешеным, что казалось, словно гигант бьёт в боевой барабан. Его Ци и кровь необузданно колебались, отчего даже снаружи её оказалось в изобилии. Если говорить о их звучании, они были сравнимы с вздымающимися волнами.

— Мать Земли могла не знать, что это заклятие требует от меня подстегнуть мою Ци и кровь до предела, только затем его сила окажется в своём наилучшем состоянии! — тело Цинь Му начало бугриться и расти. Казалось, словно под его кожей ползали змеи. Его аура тоже усиливалась. — Это заклятие предельно изнурительно для тела. Во время попытки возродить Богиню Небесной Инь, я практически загнал себя в могилу. После случившегося она чувствовала себя должной и одарила меня множество сокровищ, чтобы загладить вину.

Женщина в свете уловила намёк и с улыбкой заговорила:

— Не волнуйся, я не окажусь скупее Богини Небесной Инь. Сколько она дала тебе? Я дам в десять раз больше.

Цинь Му внешне обрадовался и начал исполнять Проводника Душ изо всех сил, однако про себя ему хотелось разрыдаться. Первоначально он думал, что Мать Земли умерла от рук чужеземных Райских Небес, поэтому её возрождение не навредило бы ему. Создав для них ещё одного врага, Вечный Мир скооперироваться бы с Матерью Земли, и все оказались бы в выигрыше…

Вот только Мать Земли была убита Небесным Союзом!

Небесный Союз не был тем из Вечного Мира, а был тем, что Цинь Му собственноручно создал в Эпоху Дракона Ханя миллион лет назад!

Вернувшись назад во времени, он говорил о Небесном Союзе с Небесной Преподобной Лин. И тогда в него вошли только три человека, а именно: Цинь Му, Император-Основатель и Небесная Преподобная Лин!

Однако, что произошло с Небесным Союзом в последствии он, естественно, не знал.

Из того, что было известно, тот просуществовал на всём протяжении Эпохи Дракона Ханя. Он не был сметён чужеземными Райскими Небесами, даже наоборот, со временем становился лишь сильнее и в итоге даже смог убить Мать Земли во времена Эпохи Высшего Императора!

Цинь Му не знал, почему Небесный Союз желал смерти Матери Земли, и не представлял, что они могли не поделить. Поэтому сейчас он задался вполне очевидным вопросом, как повлияет на Небесный Союз возрождение Матери Земли?

Изначальным мотивом создания Небесного Союза был собор всех праведников и талантов мира среди низших рас, чтобы иметь достаточно сил для выживания. Однако даже несмотря на добрые намерения, завладев великой мощью, порой было легко забыть о них.

Вся организация могла прогнить и измениться.

Если Небесный Союза не испортился, то возрождение Матери Земли попросту приведёт к тому, что все его усилия были напрасны. И в итоге он окажется в больших неприятностях.

Понимая всё это, Цинь Му словно застрял в узком проходе.

Если он не возродит Мать Земли, то определённо будет убит ею. А если возродит, случится множество перемен и вполне вероятно плохих.

Проводник Душ собирал развеянные по миру частички души Матери Земли. Всё вокруг утопало в крошечных чёрных песчинках, продолжающих стягиваться сюда со всех уголков Первобытного Царства. Они влетали во дворец земли, а сразу же после в свет.

Женщина в свете пребывала во взволнованном от радости состоянии и свет стал ещё более интенсивным. Среди трёх душ она смогла сохранить свою земную. Разрушены были только души небес и жизни. Душа небес являлась светом эмбриона, земли — светом духа, а жизни — тайным духом.

Рождённые природой священные боги имели только три души. У них не было семи духов. Только все формы жизни, которые были рождены в последствии, в том числе и полубоги, имели семь духов.

Душа небес относилась к чистому Ян, символизирующему Сюаньду. Душа жизни являлась чистой Инь, знаменуя собой Юду, и наконец последняя, повёрнутая спиной к Инь и лицом к Ян, душа земли обозначала Юаньду.

Мать Земли смогла сохранить свою душу земли по причине того, кем она являлась. В конце концов она являлась Матерью Земли, носителем Великого Дао Юаньду. Уничтожить её душу земли было несравненно сложно.

Душа Матери Земли была гораздо могучее, чем у Богини Небесной Инь, поэтому чёрные песчинки продолжали величественно стягиваться. Собственно, чего и ожидалось от существа, стоящего наравне с Небесным Герцогом и Графом Земли.

Жизненная Ци Цинь Му пропитала собой округу, в то время как его кровь бурлила с нарастающей интенсивность, напоминая собой море, слившееся с торнадо. Божественные языки Сюаньду и Юду слетали с его уст, всевозможные древние языки скрывали за собой глубокие значения, звуча подобно стихам богов и дьяволов. Если бы кто-то прислушался к его голосу Дао, то почувствовал бы рождение жизни от сотворения небес и земли, а также нелепое, искажённое чувство, словно боги танцевали вокруг в начале времён.

— Как и ожидалось от Великого Чародея! — Мать Земли чувствовала, как частички её душ становились со временем полноценнее. Ранее они были развеяны по миру, но сейчас велись к этому месту Цинь Му, который пытался воссоздать её души небес и жизни. Как только они будут восстановлены, она сможет положиться на свою бездонную жизненную силу, чтобы возродиться!

Юноша не прекращал напевать, но вдруг послышался неприятный звук чего-то лопающего.

Женщина в свете, Небесный Преподобный Юй и Гунсунь Янь поспешно повернулись на звук и ужаснулись, увидев, что кожа Цинь Му начала разделяться, словно вспарывая кем-то изнутри. Наружу вытекало много крови, которая стремительно испарялась свирепой жизненной Ци, превращаясь в кровавый туман, стремительно вращающийся вокруг.

Все трое были шокированы.

Божественное искусство Цинь Му действительно было крайне опустошающим, настолько опустошающим, что даже его тело не могло выдержать такого воздействия!

«Я слишком сильна, возродить меня в бог знает сколько раз сложнее, чем Богиню Небесной Инь, — женщина в свете занервничала. — Насколько же он сейчас напряжён… Интересно, сколько ещё он продержится? И сможет ли он воссоздать мои две души?»

Состояние Цинь Му оставляло желать лучшего — это если мягко выразиться, а если на чистоту, то он балансировал на грани жизни и смерти. Поверхность его тела, казалось, пронизывало неизмеримое множество крупиц песка, в то время как кровь вытекала из всех отверстий. Особенно из носа, струя из которого прыскала на расстояние несколько метров в такт его тяжёлому сердцебиению.

Небесный Преподобный Юй испугано выпалил:

— Брат, стой! Ты не можешь продолжать, скоро в твоём теле закончится вся кровь!

Цинь Му игнорировал всех вокруг, сосредоточенно исполняя заклятие.

Гунсунь Янь в конце концов не смогла больше на это смотреть и попросила:

— Мать Земли, ему не хватает совершенствования, дай ему отдохнуть.

Женщина в свете была предельно встревожена и тут же ответила:

— Подожди минутку, ещё чуть-чуть. Он практик божественных искусств, как ни как. Причём очень сильный, поэтому в его теле много крови. Его Ци и кровь по-прежнему энергичны, он ещё может продолжать…

Гунсунь Янь засомневалась, но ничего не сказала, начав беспокойно расхаживать.

Цинь Му уже начал вращать Вратами Небесной Воли, чтобы украсть мощь Небесного Герцога, и собирался было завершить душу небес, ведь из врат вырвался луч небесного света, как вдруг он замер всем телом, словно молнией поражённый, и шлёпнулся лицом вниз, теряя сознание.

Небесный Преподобный Юй тут же панически подбежал. Из носа Цинь Му продолжала прыскать кровь, но постепенно на меньшее расстояние. Под конец струйки, казалось, продемонстрировали всё, на что были способны, прыснув двумя маленькими фонтанами, прежде чем в конце концов прекратиться.

Небесный Преподобной Юй поспешил проверить дыхание Цинь Му, как вдруг его перепугали вновь прыснувшие струйки, но сразу же после он обрадовался:

— Мой брат всё ещё жив!

Гунсунь Янь тоже подошла проверить дыхание и сердцебиение Цинь Му. Проверив, она поняла, что его сердце всё ещё билось, хоть и крайне слабо, ему явно не хватало как Ци, так и крови, и его жизнь висела на волоске. Он оказался в несравненно опасном состоянии.

Она стиснула зубы и маленький саженец вылетел из света позади её головы, приземляясь на межбровье парня. Из него потёк свет, который начал погружаться в тело бедолаги, чтобы продлить его жизнь.

Спустя некоторое время дыхание Цинь Му стабилизировалось, однако саженец, казалось, потерял все свои листья. Единственные два листа вновь слились вместе и сжались.

Гунсунь Янь побледнела в лице и вернула маленький саженец, продолжив питать в свете.

Заклятие Цинь Му прервалось и Врата Небесной Воли исчезли. Мощь Небесного Герцога моментально развеялась и небесный свет перестал светить. Между тем женщина в свете поспешно сдержала частички своей души, ощутив, что её душа небес была частично восстановлена, однако она была ещё далека от завершения, что не могло её не расстраивать.

Цинь Му со временем разомкнул свои тяжёлые веки и только при помощь Небесного Преподобного Юя встал, после чего сразу же сплюнул полный рот крови и тяжело задышал:

— Я в порядке. Всё хорошо. Я всё ещё могу продолжать…

— Великий Чародей, не стоит быть столь опрометчивым, — мягко заговорила женщина в свете. — Исполняя заклятие только что ты перенапрягся и в результате перешагнул за пределы возможностей своего тела. Сейчас у тебя почти нет ни Ци, ни крови, и если ты вновь попытаешься исполнить своё заклятие, то попросту погибнешь от изнеможения. После твоей смерти, где мне взять ещё одного великого чародей, способного возродить меня? Я терпеливая женщина. Великий Чародей, отдохни и позаботься о травмах, — она продолжила с улыбкой. — Я вижу, что твоё совершенствование сейчас на пике области Небожителя. Я ожидаю, что когда ты откроешь для себя Юду и ступишь в область Жизни и Смерти, то сможешь свободно исполнить это заклятие. Тогда и восстановишь мою душу.

Цинь Му внезапно тяжело закашлялся и сбился в дыхании. Слегка отдышавшись, он грустно посетовал:

— Младший туп. Я не знаю сколько у меня уйдёт времени на прорыв в область Жизни и Смерти. Сейчас, после того как я так сильно истощился, я боюсь, что подведу Мать Земли…

Женщина в свете с улыбкой ответила:

— Будучи Матерью Земли, я олицетворяю источник жизни. Истощение твоей Ци и кровь для меня ничто. Поскольку ты помогаешь мне воссоздать мои две души, я не могу скупиться.

Внезапно из света вылетел скукоженный, морщинистый плод и завис перед лицом Цинь Му. Он выглядел как высохший на солнце мандарин без грамма влаги.

Женщина в свете продолжила:

— Этот плод породило божественное древо за моей спиной. И несмотря на своё текущее увядшее состояние, энергия внутри него сравнима по объёму с океаном. Забирай, но даже не вздумай есть, а используй свою жизненную Ци для плавного поглощения. Благодаря ему ты сможешь поднять свою область совершенствования гораздо быстрее и открыть Божественное Сокровище Жизни и Смерти. Мощь внутри плода слишком могучая, поэтому ты не справишься с ней, если попытаешься непосредственно съесть.

Цинь Му покачнулся всем телом, когда попытался изо всех сил поблагодарить.

Женщина в свете взмахнула рукой со словами:

— Я даю тебе это сокровища из-за того, что ты спасаешь меня. Если бы ты оказался для меня бесполезным, то не удостоился даже моего взгляда. Великий Чародей, иди отдыхать. Вернёшься исполнить своё заклятие ещё раз, когда достигнешь своим совершенствованием области Жизни и Смерти.

Из света вырвался луч света и по арочной траектории приземлился на голову Цинь Му, превращаясь в ореол. Сморщенный плод тут же влетел в него.

— Однажды я благословила нескольких Небесных Преподобных, но ты не оказался в их числе. Моё благословление дарует тебе вечную удачу, благодаря которой ты никогда не состаришься и не умрёшь, — женщина в свете с улыбкой продолжила. — К тому же с ним тебе будет гораздо проще переваривать этот плод.

Цинь Му ощутил, как его божественные сокровища затопили чистые волны энергии, а его Ци и кровь начали постепенно восстанавливаться, и он поспешно поблагодарил.

— Янь’эр, отведи Великого Чародей отдохнуть, не пренебрегай моим гостем.

Гунсунь Янь утвердительно кивнула и повела Цинь Му и Небесного Преподобного Юя прочь. Райский Дворец был слишком огромен, поэтому на то, чтобы дойти до выхода из него, у них ушло приличное количество времени.

Выйдя из дворца, водный цилинь поспешил поприветствовать Цинь Му, но увидев, что тот был весь покрыт пятнами крови, потрясённо замер.

Между тем Небесный Преподобный Юй поспешно спросил:

— Ах Шуй, где толстяк?

Водный цилинь заговорил завистливым тоном:

— Он спутался с теми цилинями и драконами.

Цинь Му слабо проговорил:

— Сейчас я слишком слаб, поэтому не могу его позвать, кто из вас поможет мне?

Водный цилинь собирался было позвать цилиня, но Гунсунь Янь поспешно предостерегла:

— Постарайся не потревожить Высших Императоров в тех гробах. Давай просто найдём его.

Небесный Преподобный Юй помог Цинь Му расположиться на спине водного цилиня, который в это время про себя думал: «Почему хозяин цилиня выглядит так, словно он опустошал свою жизненную Ци до предела тысячу раз к ряду? Из-за чего он сейчас в таком плачевном состоянии?»

Они зашагали, в то время как феникс превратилась в женщину с фениксовыми глазами и последовала за ними.

Цинь Му взглянул на неё, слабым тоном спросив:

— Старшая сестра, почему ты идёшь за нами?

Феникс равнодушно ответила:

— Мать Земли поручила мне позаботиться о твоей безопасности.

Цинь Му благодарно взглянул на неё, прежде чем спросить:

— Старшая сестра любит духовные пилюли? Я приготовлю для тебя немного, когда поправлюсь.

Глаза феникса оживились, и она улыбнулась:

— Ты гораздо учтивее, чем этот водный червяк.

Водный цилинь недовольно заворчал, про себя проклиная Небесного Преподобного Юя за неумение готовить пилюли.

Феникс небрежно спросила:

— Вы планируете выходить?

Цинь Му осторожно ответил:

— Тут слишком плотная Инь из-за слишком большого количества трупов императоров. Я сейчас очень слаб, поэтому нуждаюсь в восстановлении снаружи.

Феникс ответила:

— Можешь выйти, но не слишком далеко.

Цинь Му начал энергично думать: «Интересно, какое совершенствование у этот сестры? Если оно слишком высоко, и я не смогу её отравить, то окажусь в щекотливом положении… Как мне сбежать отсюда?» — его мысли скакали галопом, как вдруг он спросил:

— Снаружи очень много богов, к тому же кто-то изображает из себя Мать Земли. Какое совершенствование у сестры феникса? Сможешь справиться с теми плохими ребятами?

— Я уже достигла области Непостижимого Неба, — ответила феникс, — поэтому мне не страшны те мерзавцы. Однако Мать Земли сказала мне, что они могут делать всё, что им заблагорассудится, ведь когда она возродится всё встанет на свои места!

Цинь Му слегка помрачнел: «Её совершенствование слишком высоко, вероятно, я не смогу отравить её до смерти. Если бы только здесь был дедушка целитель…»

Глава 784. Плoд Земного Эона Дао

Водный цилинь провёл Цинь Му мимо несколькиx императорских гробниц, прежде чем они наконец встретились с жирдяем. Тот как раз укреплял братские связи с драконом и цилинями, хвастаясь настолько сильно, насколько мог.

— Я воспитал человека, который готовит мне духовные пилюли…

Драконьи короли и цилини были вне себя от зависти. Цилинь собирался продолжить говорить, но заметив приближение Цинь Му и остальных, он тут же остановился.

Небесный Преподобный Юй подозвал цилиня к себе, и тот, заметив в каком плачевном состоянии находился Цинь Му, шокировано проговорил:

— Давайте я его понесу, я могу идти плавно, его не будет трясти по пути.

Небесный Преподобный Юй вытащил Цинь Му на спину цилиня, и он мимолётно взглянул на юношу. Заметив, что его лицо потемнело, он взволновался ещё сильнее:

«Интересно, Владыка Культа услышал то, что я только что сказал?»

Короли драконов и цилини завистливо смотрели как он уносил Цинь Му прочь. Когда он исчез из горизонта, они похвалили:

— Молодой и многообещающий, действительно многообещающий.

— Несмотря на то, что Лун Пи молод, его горизонты и познания крайне необычайны. Он заставил человека готовить ему пилюли, почему я до такого не додумался в своё время?

***

Вытащив Цинь Му из подземного пространства, цилинь оказался в зале ветхого храма и начал осматриваться. Феникс следовал за ними.

Гунсунь Янь поспешно начала убираться в комнате:

— Обычно я живу в этом храме, поэтому убрала лишь несколько комнат. Дайте мне немного времени чтобы подготовить ещё несколько комнат для сестры феникса и брата Циня.

Достав сверкающее золотое гнездо, феникс проговорила:

— Я не привыкла спать в чужих кроватях, разложи мне моё гнездо.

Гунсунь Янь кивнула и взяла гнездо.

Вскоре она закончила уборку. Цинь Му сидел рядом со своей кроватью, его состояние было намного лучше, чем раньше:

— Сестра, мне намного лучше, тебе больше не надо обо мне заботиться. Фрукт, который мне дала Мать Земли, и вправду неплох, я чувствую, как восстанавливается моя жизненная Ци. Теперь ситуация намного лучше.

Осмотрев его, Гунсунь Янь заметила, что цвет его лица действительно улучшился, и почувствовала зависть:

— Этот фрукт действительно удивительный, это плод Первобытного Дерева, он называется Плод Земного Эона Дао. Первобытное Дерево это корень неба и земли в Юаньду, оно поглощает духовную энергию и влияние неба и земли, добавляя их к совершенствованию Матери Земли, его плоды очень редкостны. Я слышала, что Мать Земли не слишком охотно делится ими с другими людьми. Лишь в первом году Дракона Ханя она сорвала несколько штук, чтобы Небесный Император угостил ими богов на праздничном банкете. С тех пор очень немногие боги удостоились такой чести.

Цинь Му повернул голову, ореол света двигался вместе с ним, всегда оставаясь у затылка, что вызывало у него довольно неловкое чувство.

Плод Земного Эона Дао находился в ореоле, образованном благословением Матери Земли. Он выглядел иссохшим, но сила, кроющаяся внутри него, была попросту удивительной.

Тем не менее, Цинь Му волновался, но не из-за этого фрукта, а из-за благословения матери земли.

Он встретил большинство из Семи Небесных Преподобных, над головами каждого их которых сиял подобный ореол благословения древних богов.

Благословления древних богов дарили всевозможные эффекты, такие как долголетие, богатство, иммунитет к старению и другие. Тем не менее, Небесный Преподобный Юй, которого благословили все древние боги, всё же был убит, а его душа разрушилась.

Лишь спустя миллион лет Цинь Му сумел его воскресить, тем не менее, он всё равно потерял память и стал крайне глупым.

Это показывало, что даже благословления не могли обеспечить полную безопасность.

— этот ореол, которым я был благословлён, больше похож на средство наблюдения. Даже если я сбегу, Мать Земли всё равно сможет меня отследить. Интересно, от него можно избавиться?

Он всё ещё выглядел усталым, непрерывно зевая.

Тут же встав на ноги, Гунсунь Янь проговорила:

— Брат Цинь, пожалуйста, отдохни для начала.

Поспешно выйдя из комнаты, она закрыла дверь. В следующий миг Цинь Му встал на ноги, полный сил. Истощение, только что заметное на его лице, бесследно исчезло.

Он выполнил свою технику создания и принял шестирукую трёхглавую форму. После этого свет больше не мог спрятаться у его затылка.

Внимательно осмотрев свет, Цинь Му заметил, что внутри него текут всевозможные странные руны. Ореол был создан исключительно из рун, уменьшенных до предела.

Закончив его рассматривать, Цинь Му нахмурился.

Помимо рун магнетизма он заметил и другие. Строение света оказалось сложнее, чем он думал.

Иметь дело только с рунами магнетизма было бы намного проще, ведь бабушка Сы только что вывела больше тысячи девятисот из них. Если бы ореол света был построен из них, он сумел бы найти способ с ним разобраться.

Тем не менее, другие руны сильно усложняли ситуацию. Они повторяли линии и структуру рек, морей, озёр и прудов. Некоторые имели форму травы, деревьев и цветов, а другие же обладали очень сложным видом, и Цинь Му не знал что они олицетворяют.

Было очевидно, что Великое Дао, которым владела Мать Земли, было невероятно сложным.

Свет был законченным божественным искусством, сформированным из этих рун. Цинь Му понятия не имел как избавиться от слежки Матери Земли.

«Точно, Небесный Наставник Цзы Си!»

Глаза юноши загорелись. Будучи учёным из четырёх небесных наставников, она. Возможно, была не так эрудирована, как Дровосек, но зато её совершенствование было в бесчисленное количество раз выше. Возможно, она придумает способ избавиться от ореола.

В этот момент он протянул руку, чтобы схватить за летающий плод, но тут же столкнулся с проблемой при попытке вытащить его из ореола.

Как только он попытался вытащить плод, вокруг ореола появлялось бесчисленное количество лучей, напоминающие тонкие линии. Связывающие плод Дао. Лишь слегка сдвигая его с места, Цинь Му тут же сталкивался с непреодолимым противодействием!

«Другие люди продают сокровища за деньги, в то время как Мать Земли силой заставляет меня принять своё благословение и Плод Земного Эона Дао, не позволяя мне отказаться!»

Сердце Цинь Му кипело от ярости. Казалось, что Плод Дао и ореол приклеились к нему, и он не мог от них избавиться!

Для других людей благословление Матери Земли и Плод Земного Эона Дао были сокровищами, о которых можно было лишь мечтать, но для Цинь Му они были обузой и опасностью. Он не мог дождаться шанса выбросить их подальше.

Волны энергии продолжали хлынуть из Плод Земного Эона Дао в его божественные сокровища и поглощаться исконным духом. Затем они перебросились на землю Шести Направлений, отчего та постепенно становилась шире и глубже.

«Польза Плода Земного Эона Дао удивительна, жаль, что внутри него скорее всего кроется сознание Матери Земли. Она может определить моё местоположение.»

Смирившись с тем, что он не в силах вытащить плод, Цинь Му сдался: «Разве я не освобожусь от слежки, если поглощу всю энергию фрукта?»

Он продолжал поглощать энергию плода Дао, следуя пути циркуляции техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, и превращая её в чистую магическую силу. Кроме того он улучшал свой исконный дух, физическое тело и божественные сокровища.

Его совершенствование и магическая сила росли, будто приливная волна, и если он продолжит совершенствоваться с этой скоростью, то сумеет пробить барьер божественного сокровища Жизни и Смерти.

«Плотник Врождённого Древа Божественного Моста на моей земле Шести Направлений поглощает энергию плода Дао, с его помощью я совершенствуюсь даже быстрее, чем с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана!»

Цинь Му был глубоко поражён. Плотник Врождённого Древа Божественного Моста был идеей Сюй Шэнхуа, которую они вместе довели до идеала.

Плотник Денева был совершенно другим подходом к совершенствованию, не менее удивительным, чем божественное дерево, стоящее в центре Первобытного Царства.

И теперь он яростно впитывал энергию плода Дао!

Цинь Му был ошеломлён. Земля Шести Направлений с Плотником Дерева в центре сильно напоминала Первобытное Царство!

Посередине последнего тоже возвышалось огромное божественное дерево, пустившие свои корни в самом центре неба и земли!

— Сюй Шэнхуа без сомнения мастер, уступающий только мне, его Плотник Врождённого Древа Божественного Моста на самом деле очень похоже на Великое Дао Неба и Земли, это удивительно! — восхищенно воскликнул Цинь Му. — Он и вправду оправдывает репутацию поддельного Тела Тирана! Если Плотник Врождённого Древа Божественного Моста сумеет поглотить всю энергию, я быстрее погощу плод Дао и Мать Земли потеряет один из способов слежки за мной!

Тем не мнее, он понял, что всё ещё был слишком слаб. Несмотря на то, что из плода вылилось уже много энергии, он до сих пор пытался её переварить. Плотник Врождённого Древа Божественного Моста становился всё силнее и сильнее, тем не менее, в количество энергии в плоде отнюдь не уменьшилось!

Энергия, которую он поглотил за всё это время, не была даже тысячной долей Плода Земного Эона Дао, она не была даже одной миллионной или миллиардной!

— Мать земли поистине щедра…

Голова Цинь Му начала трещать от боли. Толкнув дверь, он вышел наружу, увидев цилиня, сидящего опершись на стену и раскинув ноги. Сидя на заднице, он принял странную позу для совершенствования.

Заметив Цинь Му, он тут же поднялся и спросил:

— Владыка Культа, пора есть?

— Ага, — достав духовные пилюли, Цинь Му насыпал ему полный тазик, после чего обронил. — Жирдяй, как твои успехи с Писаниями о Взращивании Людей?

Засунув морду в тазик, цилинь ответил:

— Шестой том ещё не закончен…

Внезапно он понял почему Цинь Му задал этот вопрос и кровь в его жилах застыла.

Цинь Му улыбнулся:

— Ты пишешь слишком медленно!

Цилинь сжал свой хвост между ног и не осмеливался ещё что-то сказать.

Цинь Му неоднократно ухмыльнулся, отчего цилинь начал обливаться потом. В этот миг Гунсунь Янь и Небесный Преподобный Юй вернулись из храма. Женщина держала в руках корзину фруктов, и увидев, что Цинь Му вышел из своей комнаты, радостно проговорила:

— Брат Цинь, я сорвала для тебя несколько фруктов. Я вырастила их самостойтельно, они очень свежие!

Отблагодарив, Цинь Му попробовал один из фруктов. Ощутив на губах сладкий аромат, он тут же похвалил:

— Плоды старшей сестры огромны и сладки!

Гунсунь Янь была вне себя от радости:

— Брат Лань, поделись с сестрой фениксом. Пусть она тоже попробует.

— Не стоит, — голос феникса донёсся из крыши зала, и Цинь Му повернул голову в её сторону, обнаруживая, что та превратилась в женщину в разноцветных одеждах и не отрывала глаз от Нефритовой Столицы. Казалось, что она ожидает появления врага, сверкая яростным боевым духом.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он тут же запрыгнул на крышу, чтобы осмотреться. Феникса это не обрадовало, и она сердито прокричала:

— Уходи! Тебе нельзя здесь быть!

Цинь Му молниеносно ответил:

— Я приготовил для сестры несколько духовных пилюль, попробуй, понравятся ли они тебе. Если нет, то младший брат изменит рецепт.

Выражение лица феникса стало более приятным, она проговорила:

— Не называя меня старшей сестрой, будто мы близкие люди. Меня зовут Фэн Цююн, можешь просто называть меня богиней Цююн.

Попробовав пилюлю, она сказала:

— Её огненная природа довольно грубая. Я феникс, совершенствующий Великое Дао Священного Огня. Из-за того, что огненная природа этих пилюль слишком низкого качества, они мне не по вкусу. Спускайся, тебе нельзя здесь оставаться. Отложи вопрос пилюль, дело Матери Земли важнее, продолжай совершенствоваться!

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Сестра Цююн, обычно я не совершенствуюсь в уединении. Я привык носиться по миру, поэтому совершенствуюсь на ходу. Во время драки моя скорость совершенствования достигает предела. Куда ты смотришь?

Заметив, что он продолжает называть её сестрой, Фэн Цююн нахмурилась. Тем не менее, она позволила ему вести себя как угодно:

— Ты совершенствуешься в бою?

Цинь Му кивнул.

— В таком случае я найду для тебя драку! — ответила женщина. — Янь’эр, оставайтесь здесь, а я поведу его в столицу, чтобы с кем-то сразиться.

Гунсунь Янь поспешно проговорила:

— Разве это хорошая идея? Брат Цинь только что сильно пострадал, как его можно отправлять в бой? Если с ним что-то случится, как ты ответишь перед Матерью Земли?

Феникс на крыше обеспокоилась, начав нервно ходить взад-вперёд.

Недоумевая, Цинь Му спросил:

— Сестра Цюн, у тебя есть какая-то идея?

Фэн Цююн не ответила. Остановившись, она продолжила смотреть в сторону Нефритовой Столицы.

Гунсунь Янь продолжила:

— Брат Цинь, спустись поесть фруктов, их ещё много!

Цинь Му оставалось лишь спуститься с крыши и до отвала наестся фруктов. Когда корзина опустела, Гунсунь Янь захотела отправиться в сад и нарвать ещё, но Цинь МУ улыбчиво проговорил:

— Сестра Янь, я больше не голоден. Кстати, а что это за росток у тебя за головой?

Протянув руку, он коснулся ростка, витающего в ореоле у затылка Гунсунь Янь.

Девушка тихо застонала, а её лицо покраснело. Понизив голос, она стыдливо проговорила:

— Не трогай… Тебе нельзя его трогать.

Цинь Му недоумевал:

— Почему?

Лицо Гунсунь Янь покраснело ещё сильнее, она не осмеливалась говорить.

— Идиот! — спрыгнув с крыши, Фэн Цююн ухмыльнулась. — Это исконный дух Янь’эр, для чего ты к нему касаешься? Это то же, что ты начал бы трогать её тело! Её исконный дух очень слаб, изначально она была лишь маленьким ростком Плода Земного Эона Дао. Мать Земли приказывала мне подливать её до тех пор, пока её разум не проснулся. Тем не менее, какой толк с фрукта без мякоти? Её исконный дух не имеет чем питаться, поэтому она такая слабая.

Лицо Цинь Му покраснело, он пробормотал:

— Сестра Янь использовала свой исконный дух, чтобы спасти меня? Мне нечем отплатить за твою доброту…

— Тогда женись на ней! — Фэн Цююн, казалось, была на взводе и начала ходить взад-вперёд.

Глаза Цинь Му загорелись:

— Интересно, Плод Земного Эона Дао может помочь старшей сестре? Может быть, мне удалось бы использовать его энергию чтобы укрепить исконный дух старшей сестры?

Гунсунь Янь тут же отказалась:

— Разве это возможно? Мать Земли дала тебе Плод Дао, чтобы ты смог достичь области Жизни и Смерти я…

Цинь МУ улыбнулся:

— Энергия внутри плода слишком велика. Совершенствоваться до области Жизни и Смерти несложно, я не съем его полностью.

Взяв Гунсунь Ян за руку, он поделился с ней энергией плода Дао. Поначалу, девушка собиралась его остановить, но как только хлынула волна энергии, она ощутила невероятно приятное чувство. Казалось, что она вернулась в утробу, внутрь фрукта, где ей было крайне удобно.

Небольшой саженец за её головой медленно раскрылся, и из него пробились два хрупких листа.

— Нет! — Фэн Цююн внезапно подпрыгнула в ярости, всё её тело окутал огонь феникса. — Я должна найти эту с*чку и преподать ей урок!

Цинь Му ошарашенно спросил:

— О ком говорит сестра Цююн?

— Ци Сяюй! — женщина не могла сдержать свой гнев, скрипя зубами. — Эта потаскуха предала расу фениксов! Идём со мной в Нефритовую Столицу, я побью её до смерти!

Глава 785. Показуxа

«Красноe Божество Ци Сяюй», — со странным выражением лица подумал Цинь Му.

Сколько вообще людей она предала?

Она находилась в непонятных отношениях со своим ухажёром Сакрой, за ней неизвестно почему гналась Бай Цюй’эр, а сейчас её также захотела избить до смерти Фэн Цююнь, представительница расы фениксов под покровительством Матери Земли.

Как только Ци Сяюй появилась, со всех сторон послышались яростные крики.

«Что-то здесь не так. Бай Цюй’эр гонится за ней из-за того, что она предала Райские Небеса Высшего Императора, к которым та принадлежала. Фэн Цююнь упомянула, что она предала расу фениксов, связанную с Матерью Земли, которая тоже поддерживала Райские Небеса Высшего Императора, насчитывающая пятнадцать династий, — Цинь Му потерялся в своих мыслях. — Могут ли эти райские небеса быть одними и теми же? Хотя Бай Цюй’эр является носителем родословной божественного дракона, а расу драконов можно считать полубогами, разве она может быть подчинённой Матери Земли? Кажется, что нет…»

Бай Цюй’эр однажды сказала предложение Высшего Императора, ошеломившее Цинь Му, а именно — людские жизни важнее небес!

Цинь Му не слишком хорошо понимал Райские Небеса Высшего Императора, которые поддерживала Мать Земли, но он знал, что их колоннами силы являлись в основном полубоги, поведение которых буквально кричало о том, что людские жизни для них просто сор, ведь они испытывали к людям неприязнь и презрение.

Взять хотя бы недавний пример, когда водный цилинь увидел Цинь Му, Небесного Преподобного Юя и Будду Сакру. Тогда он начал лепетать, как наполнит ими свой желудок, а также что они низшие создания.

Замечая подобные детали, можно выстроить одну большую, общую картину — на Райских Небесах Высшего Императора, поддерживаемых Матерью Земли, положение людской расы было крайне незначительным и низким.

A Райские Небеса Бай Цюй’эр однозначно являлись традиционными, когда люди ценились. И не только сильные люди, но и обычные крестьяне, все были важны, причём важны настолько, что даже боги должны были рисковать своими жизнями в попытке защитить их.

Такая идея тронула Цинь Му, поэтому перед тем, как исчезнуть из эпохи прошлого, он оставил на скале такое же предложение.

«Из этого следует, что в самом начале Красное Божество Ци Сяюй была рождена, как представительница расы фениксов Матери Земли, а затем предала их, примкнув к Райским Небесам Бай Цюй’эр. Затем она избила до смерти прошлую Красное Божество, была пленена и под конец подчинилась чужеземным райским небесам, — Цинь Му моргнул глазами. — Во времена Эпохи Императора-Основателя она начала встречаться с Ли Южанем и в последствии предала его. Поведение этой сестры Ци Сяюй кажется слегка проблемным… однако, проблемность заключатся не в ней самой, а в Райских Небесах Высшего Императора Бай Цюй’эр!»

Философия, когда людская жизнь превыше небес, времён Эпохи Высшего Императора, послужила фундаментом для реформы Святого Дровосека во времена Эпохи Императора-Основателя.

Более того, эта философия также повлияла на Эпоху Вечного Мира.

Империя Вечного Мира шла по пути святого, полученному старшим братом Цинь Му, Вэй Суйфэном, из учений Дровосека. В своё время молодо выглядящий Патриарх передал этот путь Имперскому Наставнику Вечного Мира, и в итоге этот путь был заложен в качестве основы Империи Вечного Мира.

Философия трёх эпох, можно сказать, передавалась от эпохи к эпохе и даже продолжала дополняться и становиться более совершенной.

— Быстрее идём! — Фэн Цююнь подгоняла. — Иначе эта потаскуха сбежит!

Цинь Му не смог удержаться от слов:

— Сестра Цююнь, практически все полубоги Первобытного Царства собрались в Нефритовой Столице. Также там есть существо, сумевшее выдать себя за Мать Земли, и прочие боги с дьяволами. Сильных практиков там в изобилии, количество облаков в небе им позавидует. Если мы безрассудно туда устремимся, то даже Красному Божеству, скорее всего, не придётся что-то предпринимать по отношению к нам, ведь за неё с нами разберутся другие сильные практики.

Фэн Цююнь покачала головой:

— Та Мать Земли не настоящая. Как только я раскрою её личность, полубоги встанут на мою сторону. При поддержке мощи полубогов убийство Ци Сяюй, этой предательницы, будет проще простого!

Цинь Му с улыбкой продолжил:

— Сестра мыслит слишком просто. Если ты поспешишь туда, поддельная Мать Земли определённо околдует тех полубогов, чтобы они атаковали тебя, и ты станешь мишенью для всех вокруг. Ты умрёшь прежде, чем даже сможем приблизиться до Ци Сяюй.

Фэн Цююнь остановилась и повернула свою голову:

— Что у тебя на уме?

Цинь Му тут же спросил:

— У старшей сестры случайно нет в наличии каких-либо подарков от Матери Земли? Что-то такое, что подтвердит твою и Матери Земли личность?

Фэн Цююнь с усмешкой огрызнулась:

— Мать Земли — это Мать Земли, зачем её вообще что-то кому доказывать? Что за искажённая логика?

Цинь Му спокойно объяснил:

— Если у тебя нет подарков от Матери Земли, то каким образом ты докажешь, что другая сторона — это не настоящая Мать Земли? Те полубоги были призваны именно ею, поэтому у них определённо есть некоторые подарки. Если у тебя нет даже одного, как тогда завоюешь доверие тех полубогов?

Фэн Цююнь нахмурилась, прежде чем чуть погодя всё же спросить:

— Тогда как нам поступить?

Цинь Му улыбнулся со словами:

— Поскольку сестра решила отправиться к Нефритовой Столице, чтобы раскрыть карты всех злопыхателей, чем величественнее появление, тем лучше. Есть ли у Матери Земли какое-либо средство передвижение, доказывающее её личность?

— Да, — ответила Фэн Цююнь, — но оно слишком величественное. Чтобы тянуть её карету требуется восемь драконов и столько же фениксов. Если мы заберём ту карету, Мать Земли наверняка встревожится, что не есть хорошо, и точно не согласиться поспособствовать мне с убийством потаскухи Ци.

Цинь Му прикинул и спросил:

— Есть ли у Матери Земли какие-нибудь ветви, или что-нибудь ещё, выглядящее достаточно великолепно?

Фэн Цююнь оживилась во взгляде и улыбнулась:

— Мать Земли однажды создала деревянный меч для подавления священных богов и миров по имени — Первобытный Меч Матери Земли. Он находится прямо в храме, сейчас я возьму его!

Взволновавшись, она отправилась в главный зал полуразрушенного храма.

Юноша увидел, как женщина уважительно поклонилась статуе богини Матери Земли, прежде чем зайти ей за спину, где на стене был подвешен деревянный меч.

Цинь Му оторопел, прежде чем спросить:

— Это тот самый деревянный меч — Первобытный Меч Матери Земли, способный подавлять миры? И он подвешен прямо тут?

Фэн Цююнь кивнула головой:

— Он самый, это его обычное место.

Цинь Му со странным выражением лица осмотрелся вокруг. Ему в глаза бросились такие вещи, как жертвенный алтарь, святыня, курильница, ширма, а также коврик для молитвы.

«Могут ли те бронзовые колокола, подвешенные под крышей, тоже быть чем-то стоящим?» — как только такая мысль проскользнула в его уме, Фэн Цююнь вновь начала трезвонить, что собирается отправиться в Нефритовую Столицу.

Цинь Му улыбнулся и спросил:

— Сестра, каков твой статус в глазах Матери Земли?

Фэн Цююнь засомневалась, прежде чем со стыдом во взгляде ответить:

— Моя раса фениксов изначально гнездилась на вершине Первобытного Древа и жила под крышей Матери Земли, пребывая под её защитой. Таким образом я обычно тянула её карету и являлась одной из восьми фениксов из упряжки. Ци Сяюй тоже была одной из восьми, но затем она испортилась.

Цинь Му пробормотал:

— Ты тянула карету, сестра Янь служанка, среди полубогов определённо должны найтись те, кто узнают вас обоих и догадаются о нашей личности. Совершенствование моего младшего брата очень низкое, а те цилини настоящие бесполезные тупицы. В таком случае мне придётся стать учеником Матери Земли.

Фэн Цююнь запуталась, не понимая, к чему он ведёт.

Между тем Цинь Му вздохнул со словами:

— Я вынужден стать посланником и учеником Матери Земли, чтобы подавить восстание, а вы обе будете моими служанками. Раз так мне придётся попросить сестру Цююнь держать мой Первобытный Меч Матери Земли. Руки сестры Янь и брата Ланя всё ещё пусты, тут есть ещё какие-нибудь сокровища? Если мы будем выглядеть слишком убого, публика не воспримет нас в серьёз.

Фэн Цююнь ответила:

— Минутку, тут ещё есть метёлка с конским волосом, Мать Земли создала её, используя корни Первобытного Древа и рек. Она называется Первородный Меч Шести Направлений. Ещё есть Котёл Гор и Рек, используемый Матерью Земли для подавления землетрясений. Пожалуй, остановлюсь на них!

Она порылась под жертвенным алтарём и достал метёлку из кучи других вещей. Затем она высыпала пепел из котла и протёрла его со словами:

— Всё ещё пригодный.

Цинь Му ощутил дрожь в сердце. В таком маленьком храме действительно есть столько предметов. Ужасающе!

— Янь’эр, держи метёлку, — Фэн Цююнь передала артефакт Гунсунь Янь со словами. — Эта метёлка очень тяжёлая, а когда ты вольёшь в неё свою жизненную Ци, её волосяные нити превратятся в свет меча, состоящий из гор и рек. Управлять ею крайне опасно, поэтому будь осторожнее. Небесный Преподобный Юй, подойди… — взглянув на потрясённого парня, она покачала головой. — Лучше тебе не нести котёл, дай положу его в твой ореол, — она подняла Котёл Гор и Рек и тот залетел в ореол позади головы парня, паря и колеблясь вверх-вниз, затем она взглянула на Цинь Му и спросила. — А теперь мы можем уйти?

Цинь Му скорчил выражение затруднения:

— У меня нет ни одного сокровища, я выгляжу слегка не презентабельно…

Фэн Цююнь моргнула глазами:

— Мы твои служанки, к тому же у тебя также есть слуга. Все сокровища в наших руках используются во твоё служение, поэтому если ты будешь нести какое-то сокровище собственоручно, разве это не то же самое, что терять свой авторитет?

Цинь Му сухо прокашлялся со слегка мрачноватым выражением лица:

— Всё так. Однако этой показухи недостаточно, вот если бы мы смогли взять карету Матери Земли…

Фэн Цююнь усмехнулась со словами:

— В таком случае Мать Земли появится лично! Для показухи достаточно того, что у нас уже есть, давай поспешим иначе та маленькая потаскуха сбежит! Её скорость, надо признать, удивительна!

Цинь Му повернулся посмотреть на огромные колокола, подвешенные под карнизом, да и прочие предметы, такие как ширма и молитвенный коврик, прежде чем мысленно вздохнуть: «Если бы у меня было больше времени, я бы смог сконструировать карету и запрячь в неё жирдяя и Ах Шуя. Брат Лань мог бы сидеть на карете и держать хлыст, в то время как, пока мои левую и правую ноги грели бы эти сестрички, я бы сидел на троне за ширмой…»

Фэн Цююнь подгоняла:

— После того, как мы убьём ту потаскуху, и ты возродишь Мать Земли, мы дадим тебе возможность побыть внушающим благоговейный ужас, хорошо? У нас нет времени, давай поспешим!

Цинь Му бросил взгляд на цилиня, который понял всё с полуслова и растянулся на земле, превращаясь в огромного, сто метров в длину зверя. Затем он потёр лицо Небесного Преподобного Юя, изменяя его внешность на более соответствующую юному слуге, и достал пилюлю меча, превращая ту в ошейник с верёвкой. Он заставил водного цилиня превратиться в полубога с головой цилиня, чтобы тот смог закусить во рту конец верёвки, в то время как ошейник он оставил держать в своей руке.

Гунсунь Янь и Фэн Цююнь двинулись к голове цилиня.

Цинь Му сел, после чего сказал Небесному Преподобному Юю встать позади него и в то же время подтянул к себе Гунсунь Янь, чтобы молоденькая девушка прильнула к его плечу. Он также планировал подтянуть к себе Фэн Цююнь, но та смотрела на него свысока и жестом пригрозила вытащить деревянный меч.

Цинь Му оставалось только позабыть об этой задумке, и он сказал:

— Жирдяй, идём, пора встретиться с этой подделкой.

Цилинь поспешно создал под своими копытами облака пламени и поскакал по ним. Водный цилинь стоял вперед, направляя его к Нефритовой Столице.

Цинь Му устремил свой взор вперёд с едва заметной полуулыбкой, пока думал про себя: «Сестра Цююнь была отправлена Матерью Земли следить за мной, на случай если я задумаю сбежать. Если Ци Сяюй убьёт сестру Цююнь, я украду эти сокровища и сбегу! — чем больше он об этом думал, тем взволнованнее становился, что отразилось на слегка расширившейся улыбке. — Ци Сяюй девятиглавый феникс области Императорского Трона. Её способности неизмеримы, одних нот её цитры оказалось достаточно, чтобы тяжело ранить Сакру. Даже владея Первобытным Мечом Матери Земли, Фэн Цююнь просто распрощается со своей жизнью, если столкнётся с Ци Сяюй. Я должен не упустить возможность и сбежать».

Он держал Гунсунь Янь за её маленькие ручки и улыбался.

Между тем сердце девушки рядом с ним сильно колотилось, пока она продолжала на него смотреть. Однако он совершенно не замечал ненормального состояния девушки рядом с ним и продолжал направлять мощь Плода Дао Земного Эона в тело Гунсунь Янь, пока думал: «Учёный тоже в Нефритовой Столицы, она может помочь мне найти решение с благословлением Матери Земли, а благодаря поглощению сестрой Янь энергии Плода Дао Земного Эона я сумею полностью освободиться из-под контроля Матери Земли».

Гунсунь Янь поглощала энергию плода всё быстрее и стремительнее, но Цинь Му всё равно испытывал беспокойство. Не важно сколько энергии поглощалось, казалось, меньше её в плоде не становилось.

«Если Плод Дао Земного Эона не сможет быть полностью поглощён, у меня не останется выбора, кроме как похитить сестру Янь», — Цинь Му взглянул на девушку подле себя и невинно, лучезарно улыбнулся.

Гунсунь Янь покраснела и потупилась, уставившись на гриву на шее цилиня со смешанными, нервозными чувствами в сердце: «Что если он внезапно поцелует меня? Что мне делать? Должна ли я бороться и сопротивляться, или же мне изобразить гнев? Или всё же дать ему себя поцеловать, прежде чем залепить ему пощёчину? — Цинь Му не проявлял инициативы, поэтому она вздохнула с облегчением, но в то же время слегка приуныла и подумала. — Он даже стыдливее меня…»

«После похищения сестры Янь я позаимствую её исконных дух для полного поглощения Плода Дао Земного Эона! — брови Цинь Му прыгали, а на его лице чуть было не промелькнуло ликующее выражение. — Я даже заполучу Первобытный Меч Матери Земли, Котёл Гор и Рек, а также Первородный Меч Шести Направлений, прекрасно, просто прекрасно… Эх, жаль, что я не смог забрать карету Матери Земли…»

Прямо перед ними показалась Нефритовая Столица.

Водный цилинь завёл цилиня прямо в город.

Глава 786. Настоящий, или Поддельный

В Зале Непостижимого Неба воцарилась тяжёлая атмосфера.

Изначально это место было Северными Райскими Небесами Эпохи Высшего Императора, а в Зале Непостижимого Неба проводились заседания чиновников, обсуждающих важные дела, поэтому пространство внутри было невероятно обширным.

Теперь же в главном зале пребывали тысячи богов всевозможных размеров, нервно наблюдающих за мужчиной и женщиной, соревнующихся в навыках цитры. Все они боялись, что сила их музыки их ранит.

Зал дрожал от звуков цитр, на которых играла Учёная, за спиной которой стоял осёл, и Красное Божество Ци Сяюй, за чьей спиной облака были окрашены в оттенки заката, напоминая крылья феникса.

Первая стояла в восточной стороне зала, вторая в западной. Вокруг них никого не было, даже самые сильные из полубогов стояли вдали.

Парочка играла на своих инструментах, между тем Учёная совершенно позабыла о своей сдержанности. Цитра непрерывно кружилась вокруг неё, будто она отрастила себе несчётное количество рук. Двигая пальцами вверх-вниз, она демонстрировала удивительные техники. Если речь шла о движениях пальцев и характере, она уже достигла идеала!

Ци Сяюй, с другой стороны, выглядела спокойной и сдержанной. У неё не было такого огромного количества приёмов, как у Учёной, она играла простую мелодию. Тем не менее, её характер переполняли безграничные эмоции!

Достижения техники учёной не имели себе равных, даже Ци Сяюй не могла с ней сравниться. Её характер можно было назвать идеальным, тем не менее, она сильно уступала Ци Сяюй с точки зрения эмоций. Даже несмотря на то, что её ноты обладали бесчисленными превращениями, их количество всё равно было значительно меньше, чем у Красного Божества.

Ноты двух цитр атаковали друг друга, отчего можно было невооружённым взглядом заметить, как пространство вокруг медленно искажается.

Со временем Учёная начала уступать. Её четыре искусства достигли непревзойдённых вершин, но её врождённая нехватка эмоций не позволяла сделать ещё один шаг вперёд.

Все четыре великих Небесных Наставника Императора-Основателя имели высокие достижения и сферу, в которой они были хороши. Тем не менее, природа Учёной имела недостаток, поэтому она уступала Ци Сяюй, которой хватало смелости любить, ненавидеть и испытывать всевозможные другие чувства.

Её недостаток постепенно проявлял себя и внезапно осёл за её спиной встал на ноги, превращаясь в дьявольского короля. Открыв рот, он издал оглушительный рёв, пронзая уши всех в зале.

Мелодии обоих женщин тут же прервались, они поспешно схватились за свои цитры.

Рёв осла был настолько пронзительным, что все сильные практики в зале резко изменились в лице и прикрыли уши.

Все в зале, независимо от того, был то бог или полубог, в ужасе посмотрели на двух людей в центре. Кроме того, они даже испытывали страх к ослу.

К счастью, две цитры были нацелены друг на друга. Если бы они обернулись на слушателей, то среди практиков в зале оказалось бы огромное количество жертв.

Тем не менее, оставалось шесть или семь человек, лица которых оставались совершенно спокойными. Их совершенствование и способности были достаточно высокими, поэтому они не боялись Ци Сяюй и Учёной.

— Ха-ха-ха, всё-таки я проиграла! — Учёная спрятала свою цитру и поклонилась Красному Божеству. — Способности Красного Божества и вправду удивительны. После стольких лет ты всё же лучше меня!

— Небесный Наставник Ци Си очень вежлива, — Ци Сяюй поднялась, чтобы вернуть похвалу. Её взгляд мерцал, было очевидно, что она всё же боится противника. Не желая сражаться до смерти, она улыбчив проговорила. — Мы сразились ещё до того, как появилась Мать Земли. Разве это не глупо?

Взгляд Учёной пронёсся по тысячам сильных практиков, после чего она улыбнулась:

— Посланники с чужеземных райских небес, Бог Меча Высшего Императора, подданные Матери Земли, Красное Божество и Небесный Наставник Императора-Основателя, все мы собрались здесь, потратив много усилий на опасном пути, но хозяин так и не явился. В чём здесь логика?

Ци Сяюй вяло оглянулась:

— Ты права. Я слышала слухи, что Мать Земли была мертва на протяжении долгого времени, и теперь она внезапно вернулась вместе с Первобытным Царством. Более того, она призвала своих старых подданных. Несмотря на то, что я Красное Божество Райских Небес, в свои ранние годы я служила Матери Земли, так как я могла не прийти, чтобы отдать ей дань своего уважения? Как жаль, что я так её и не встретила.

Внезапно её взгляд остановился на Бай Цюй’эр, заметив, что девушка была одета в простую одежду и, держа меч за спиной, тоже смотрела в её сторону.

Почувствовав в своём сердце вину, Ци Сяюй поспешно отвернулась.

Затем её взгляд встретился с одноруким мужчиной с божественным ножом на спине, и тот почтительно поклонился.

Нежно кивнув головой, Ци Сяюй подумала: «Божественный Нож Ло здесь, а значит, что другие сильные практики райских небес тоже. Мать Земли и вправду мертва, возможно, это райские небеса воспользовались случаем, чтобы выманить всех этих людей сюда и схватить их одним махом?»

В зале было много как хороших людей, так и подонков, будь то боги или полубоги, все они пришли сюда со своими собственными целями. Они не оказались здесь просто так.

Даже среди полубогов Ци Сяюй заметила множество ужасающих существ. Хоть их способности и были хуже, чем у неё, их количество было огромным. С каждым из них было бы тяжело справиться.

Даже снаружи зала в ровные ряды выстроились бесчисленные полубоги. Они тихо чего-то ждали, будто были солдатами на построении.

Внезапно из задней части зала донёсся чей-то голос:

— Мать Земли скоро придёт, ждать осталось совсем недолго.

Уважаемые, сильные практики внутри посмотрели в сторону входа, увидев там несколько девушек, сопровождающих ещё одну девушку, прикрытую вуалью.

Последняя обладала нежными чертами лица и розовыми губами. Сначала из-за вуали показалась лишь половина лица, но когда она её сняла, сердца всех вокруг замерли, и они мысленно воскликнули: «Какая красотка!»

Ореол света за её головой слегка задрожал, когда она поздоровалась со всеми:

— В прошлом моя учительница, Мать Земли, получила серьёзные ранения, и была вынуждена запечатать Первобытное Царство. Теперь, когда печать снята, она призвала всех сюда, чтобы восстановить нашу старую силу и вернуться.

— Моя учительница? Эта девушка — ученица Матери Земли? — сердца всех вокруг застыли.

Посмотрев на девушку, Ци Сяюй улыбнулась:

— Не вижу проблемы в том, чтобы немного подождать. Тем не менее, не знала, что Мать Земли взяла себе ученицу. Она никогда никого не принимала, и даже Высшие Императоры Северных Райских Небес были лишь её сыновьями и дочерями. Ты, ученица, сильно меня озадачиваешь.

Слегка улыбнувшись, девушка ответила:

— Раньше Мать Земли не принимала себе учеников, но она согласилась меня учить после того, как была ранена. Красное Божество была лишь в упряжке кареты моей учительницы, откуда тебе знать?

Сдерживая свой гнев, Ци Сяюй мило ответила:

— Когда Мать Земли придёт, мы об этом поговорим.

Бай Цюй’эр спросила:

— Сестра, как ты можешь доказать, что являешься ученицей Матери Земли?

Посмотрев на неё, девушка улыбчиво ответила:

— Так это Бог Меча Бай Цюй’эр из поддельной династии. Ореол за моей спиной — это благословление Матери Земли, дарующий вечную молодость, жизнь и богатство. Тебе достаточно этого доказательства?

Бай Цюй’эр посмотрела на этот ореол, так и не сумев понять настоящий он, или поддельный.

— Одного лишь ореола недостаточно, чтобы определить, настоящая ты, или нет, — внезапно открыл рот Божественный Нож Ло. — Мать Земли владеет удивительными божественными искусствами, она — один из богов с самым сложным Дао и навыками. Даже Его Величество глубоко её уважает. Ты уже изучила её божественные искусства?

Посмотрев на него, девушка улыбчиво ответила:

— А это Однорукий Божественный Нож Ло из поддельной династии. Я отлично владею всеми тридцати шестью Великими Дао Матери Земли.

Учёная улыбнулась:

— Слова — это ещё не доказательство.

Девушка ответила:

— Небесный Наставник Цзы Си из поддельной династии, пожалуйста, не будь нетерпеливой, какая разница, поддельная я, или же настоящая? Когда Мать Земли придёт сюда, разве вы сможете узнать, настоящая ли она?

Сердце Учёной дрогнуло: «Она знает даже меня? Я же человек с Эпохи Императора-Основателя, Мать Земли уже давно мертва, а Первобытное Царство исчезло. От него остались лишь Великие Руины. Откуда она может меня знать? Она не выглядит старой, а её совершенствование не слишком высокое. Она не какой-то старый монстр, поэтому не может знать меня лично. Тем не менее, она назвала Южную Династию, чужеземные старые небеса и райские небеса Императора-Основателя поддельными династиями. Возможно, она родом с райских небес Матери Земли? Может быть Мать Земли до сих пор жива, и всё это время наблюдала за миром из-под земли?»

Внезапно полубог с драконьей головой уверенно проговорил:

— Я лично видел, как была убита Мать Земли. Её физическое тело было разорвано, а сердце пронзено, она не могла выжить. Более того, маленькая сестра, выдавать себя за Мать Земли, чтобы приманить нас всех сюда, это преступление, наказуемое смертью.

Посмотрев на него, девушка не менее уверенно ответила:

— Итак, это Потомственный Король Драконов. Мать Земли действительно подверглась нападению и получила тяжёлые ранения, но будучи одним из самых древних и достойных богов, разве она могла так просто умереть? Потомственный Король Драконов, ты можешь себе представить, чтобы Небесный Герцог или Граф Земли умерли подобным образом?

Полубог на мгновение задумался:

— Не могу. Но я всё видел. Мать Земли определённо была мёртвой…

Девушка продолжала улыбаться:

— То, что ты увидел своими глазами, может оказаться неправдой. Мать Земли всё ещё жива, и, после десятков тысяч лет совершенствования, она наконец оправилась и смогла призвать сегодня вас всех. Можете решать, верить мне, ученице Матери Земли, или нет, но когда сюда лично спустится истинное тело Матери Земли, у вас не останется выбора…

В этот момент снаружи зала вдруг раздался смех:

— Сестра, ты ученица Матери Земли? Почему я не знал, что моя учительница, Мать Земли, приняла тебя к себе?

Все повернули головы в сторону звука, и сердце Учёной замерло: «Зачем этот парень сюда припёрся? Он и вправду не осознаёт необъятности Небес и Земли!»

На лице осла за её спиной возникло удивлённое выражение, он тихо спросил:

— Хвии, хвии?

Учёная кивнула, подавляя свой гнев:

— Хвии! Это его голос! Вот негодяй, как он посмел выдать себя за ученика Матери Земли, чтобы вмешаться в здешние дела?

Когда Бай Цюй’эр услышала его голос, её тело замерло, а на лице возникло выражение недоверия. Обернувшись, она ошарашенно выглянула из зала, бормоча себе под нос:

— Твой голос… Твой голос прозвучал снова, это не галлюцинация…

Божественный нож за спиной Однорукого Бога Ножа Ло издал грубый гул, становясь невероятно взволнованным.

Ло Ушуан тоже был вне себя от волнения, всматриваясь в сторону выхода. Он тихо засмеялся:

— Сорок тысяч лет, я кропотливо ждал тебя на протяжении сорока тысяч лет. Всякий раз, когда я взмахиваю своим ножом, твой силуэт появляется у меня в голове, а твой голос всегда звенит у моих ушей.

У врат Зала Непостижимого Неба полубог с головой цилиня тянул блестящую верёвку, ведя гиганта прямо внутрь.

Это чудище было наполовину драконом, наполовину цилинем, выглядя довольно красивым и грозным.

На его голове сидела женщина с деревянным мечом в руке. Вокруг её тела сиял солнечный свет, напоминая разноцветных фениксов и языки пламени.

Также с ней была женщина с ореолом света за головой. Внутри него витал небольшой саженец, а в руках она держала кнут. Её манера поведения была лишена любых вульгарностей. Сидя на голове цилиня, она опиралась на плечо юноши.

За спиной этого юноши сидел слуга, сверкающий ореолом света, а также качался в воздухе гигантский котёл.

Сам же юноша смотрел на молодую девушку перед Императорским Троном в центре Зала Непостижимого Неба, на его лица сверкала ехидная улыбка. Он не поднимался с места, проговорив:

— По праву я должен называть тебя старшей сестрой, но, к сожалению, моя учительница не брала тебя себе в ученики. Кто ты?

В Зале Непостижимого Неба тут же поднялся шум, все громко что-то обсуждали.

Увидев такое количество священных богов, водный цилинь начал дрожать. Его ноги подкашивались, но собрав свою волю в кулак, он продолжал вести жирдяя в сторону Императорского Трона: «Это Райские Небеса Высшего Императора, и на этом Императорском Троне сидел Небесный Император! С чего мне выпала честь оказаться в этом месте…»

Зевая, цилинь оглядывался по сторонам. Он вытянул язык и облизал губы, выглядя свирепым и злобным. Зверь думал про себя: «Здесь тысячи сильных практиков, каждый из них мог бы с лёгкостью избить меня до смерти. Тем не менее, даже если небо рухнет, я с Владыкой…»

Девушка перед Императорским Троном была поражена, и ещё некоторое время не могла прийти в себя.

Цилинь подошёл к ней и остановился.

Встав на ноги, Цинь Му посмотрел на неё свысока. Продолжая странно улыбаться, он спросил:

— Старшая сестра, можешь объясниться?

Удивление постепенно исчезло с лица девушки, и она рассмеялась:

— Владыка Небесного Святого Культа Империи Вечного Мира, Цинь Му Цинь Фэнцин, когда ты успел стать учеником Матери Земли? Какой недостойный для тебя поступок.

Учёная сжала свой кулак и сняла небольшую сумочку со спины осла, думая про себя: «Кажется, я должна помочь спасти этого ребёнка. Какая смелость с его стороны выдавать себя за кого-то другого, и тут же оказаться разоблачённым! Мог бы хоть внешность свою изменить…»

— Я подделка? — рассмеялся Цинь Му.

— Ты подделка.

За его спиной раздался голос Ло Ушуана:

— Мой старый друг из Эпохи Высшего Императора, ты помнишь ту ночь, когда отрубил юноше руку мечом?

Цинь Му обернулся, его взгляд упал на Ло Ушуана. Затем он окинул взглядом людей из Стражей Элитного Духа, обнаруживая, что у всех них было по одной руке.

Тем не менее, он всё же заметил среди них Чжэ Хуали, и его сердце замерло: «Фу Жило, ты всё-таки восстал…»

Отведя взгляд в сторону, он проигнорировал Ло Ушуана.

В этот момент он заметил ещё одну девушку, одиноко стоящую в толпе.

Их взгляды встретились, и всё вокруг Цинь Му будто исчезло. Казалось, будто он вернулся в ту ночь, когда лежал возле неё в ожидании восхода солнца.

Глава 787. Неустанный Разрушитель Цинь

Для юноши эта ночь произошла лишь несколько лет назад, но для девушки уже прошло сорок тысяч лет.

Цинь Му озадачивало то, что, несмотря на тысячи минувших лет, Бай Цюй’эр по-прежнему внешне выглядела точно так же, как при их первой встрече.

Никаких изменений.

Внешне не повзрослев, она всё ещё выглядела милой, живучей девчушкой, которую он встретил той ночью в городе Сотен Процветаний. Даже её красивые волосы точно так же прикрывали собой пару маленьких рогов на лбу.

Единственное что изменилось, это её способ держать себя.

Он представить себе не мог, через что ей пришлось пройти, но от её робости и деликатности не осталось и следа. Сейчас её переполняли стремление, инициативность и отсутствие даже толики страха. Ему даже в голову не могло прийти, что перед тем, как случился рассвет, он стал опорой и источником мотивации для неё и уцелевших Эпохи Высшего Императора, чтобы жить. Ему было невдомёк, что после рассвета он стал для неё мотивацией выжить и найти выжившим место, где они смогли бы продолжить жить.

Несмотря на разделяющие их сорок тысяч лет, казалось, что они встретились впервые. Разве что Цинь Му немного повзрослел, а Бай Цюй’эр изменилась в характере, вот и всё.

Юноша улыбнулся, девушка напротив ответила взаимностью.

Они ответил свои взгляды, словно были мальчишкой и девчонкой, никогда ранее не видевших противоположный пол. Если бы они так и продолжили так друг на друга смотреть, то бы раскраснелись.

Цинь Му воспрял духом и ощутил, что его настроение улучшилось, поэтому он с улыбкой сказал:

— Будучи учеником Матери Земли, мне всё ещё нужно доказывать свою искренность? Что за жалкая шутка, у меня есть её благословление, — ореол позади его головы медленно кружился, тая в себе мощь Матери Земли, — а также Плод Дао Земного Эона рождённый Первобытным Древом, — он медленно осмотрелся вокруг, продолжая спокойно говорить. — К тому же меня сопровождают служанки, которых, я уверен, многие старшие признали, ведь должны были видеть раньше. Все мои сокровища тоже изготовила собственноручно Мать Земли. У меня есть всё это, а что есть у вас?

Выражение лица девушки не изменилось, она просто ухмыльнулась:

— Фэн Цююнь, верно? Ты давно предала Мать Земли. Если бы ты и твоя раса фениксов не оказались предателями, Мать Земли не пережила бы такое жалкое поражение. Я права, старшая сестра Фэн?

Фэн Цююнь разозлилась и всполошилась:

— Ты клевещешь! Девчушка, я разорву тебя надвое!

Цинь Му поднял руку и спокойно, тихо произнёс:

— Сестра Цююнь, успокойся. Здесь много полубогов и если ты потеряешь над собой контроль, то станешь для всех целью и будешь ею использована.

Фэн Цююнь ощутила опасность ситуации и поспешно отвела взгляд. Она и правда увидела, как многие полубоги смотрят на неё с подозрением.

Та девушка с улыбкой продолжила:

— Фэн Цююнь предала Мать Земли, но на её стороне было много праведных, лояльных ей личностей, таким образом она смогла выжить. Поскольку тогда некоторые предатели раскрыли свои личины, как вы можете доказать, что сокровища в ваших руках — сокровища Матери Земли?

Цинь Му посмотрел на девушку перед Императорским Троном, и ухмыльнулся со словами:

— Меч!

Он поднял руку, на что Фэн Цююнь слегка оторопела, прежде чем вскоре прийти в себя и положить Первобытный Меч Матери Земли в его руку с предостережением:

— Будь осторожен, он очень тяжёлый.

Цинь Му слегка улыбнулся и влил свою жизненную Ци в божественный меч, мощь которого моментально ожила, а магическая сила остервенело заклокотала, отчего можно было увидеть невооружённым взглядом божественные лучи.

Послышались звуки стонов.

Все в Зале Непостижимого Неба ощутили на себе несравненное давление!

Сила деревянного меча подкреплялась не только божественными искусствами, а также божественной мощью Матери Земли, способной подавлять небеса и землю!

Могучая сила магнетизма была столь же тяжёлой, как все земли Первобытного Царства!

Цинь Му немедленно ощутил ошеломительный вес этого деревянного меча, отчего даже чуть было не выронил его, и тут же отозвал часть своей жизненной Ци. В следующее мгновение он ощутил себя гораздо лучше.

Вьюх~~

Он поднял деревянный меч вертикально вверх. Несмотря на медлительность движения этого меча, мощь, излучаемая им, была неизмерима. Затем он сделал выпад.

Многочисленные женщины вокруг девушки вздёрнули свои брови и собирались было остановить его, но девушка улыбнулась, подняв указательный палец, после чего женщины вокруг неё не посмели действовать опрометчиво.

Цинь Му провёл деревянным мечом выпад практически до её межбровья, прежде чем резко остановиться, вот только гулкая от своей тяжести и неповоротливости звуковая волна не остановилась. Потрясение, вызванное магической силой, заставило пошатнуться весь главный зал, а из-за его пределов донеслись звуки крушений. Многочисленные полубоги и боги, стоящие перед вратами, были отброшены высоко в небо и вышвырнуты из зала.

Все парили в небе, пока смотрели в сторону обратной стороны зала.

После выпада Цинь Му огромные горы с нескончаемым грохотом стремительно появлялись из-под земли. Развернувшееся зрелище было несравненно удивительным, словно сила его меча взорвала всё, что находилось позади Зала Непостижимого Неба!

Многочисленные залы Нефритовой Столицы разрывали на куски величественные горы, стремительно вздымающиеся из-под земли. Они разнесли древние руины райских небес в пух и прах!

Всего лишь один взмах меча разрушил добрую десятину Нефритовой Столицы!

— Это и правда Первобытный Меч Матери Земли! — древние полубоги закричали. — Этот меч способен подавлять миры! Потомственный Король Драконов, это тот самый меч, верно?

Потомственный Король Драконов тоже удивился, поэтому ответил слегка хриплым тоном:

— Да, это он! Мать Земли создала его из Первобытного Древа, поэтому в нём содержится её божественная мощь. В прошлом, ещё при её жизни, ей не приходилось появляться лично, а было достаточно лишь послать кого-то с этим мечом. И когда Первобытный Меч покидал свои ножны, все миры повиновались в страхе!

— А те, кто не повиновались… — дьявольский бог в небе холодно обронил. — Теряли свои жизни!

Учёный вела осла вперёд и хмурилась, видя горные гряды, стёршие с лица земли десять процентов Нефритовой Столицы.

Между тем Цинь Му с Первобытным Мечом Матери Земли наперевес нервничал. Он не видел всех тех разрушений, произошедших в Нефритовой Столицы!

«Почему меч такой слабый? Только что я не использовал свою полную силу! Попробую-ка ещё разок!» — с такими мыслями он снова поднял деревянный меч.

Орудуя им, он использовал ещё больше своей жизненной Ци, отчего меч утяжелился. Окажись тот ещё немного тяжелее, то у него не вышло бы им сделать выпад!

Пространство в зале зарокотало от ужасающего импульса, в то время как божественные лучи магнетизма хлынули наружу. Даже несмотря на могучие звуки, Первобытный Меч Матери Земли не демонстрировал много мощи, и Зал Непостижимого Неба не особо-то пострадал.

«Неужели мой меч — подделка?» — градины холодного пота скатывались со лба парня, пока он наносил многочисленные выпады.

Снаружи зала учёный и осёл таращились на происходящее в Нефритовой Столице с ошалелыми лицами.

Ужасающие волны разбегались во все стороны, в то время как одни горные хребты за другими стремительно появлялись из-под земли. Несчётное множество дворцов и залов подлетало в воздух, где они крошились на куски и разлетались во все стороны!

Каждый горных хребет простирался на тысячу километров, а горные пики утопали в видениях, сотворённых взрывом божественной мощи магнетизма!

В мгновение ока обширная Нефритовая Столица была по большей части уничтожена!

«Король Разрушений… Неудивительно, что когда я спрашивала о нём в Вечном Мире, все кто его знали называли — Разрушителем Цинем…» — холодный пот скатывался со лба учёного, как вдруг она заговорила:

— Лу Чжэн, ты случайно не слышал, что только что сказал Божественный Нож Ло из чужеземных райских небес?..

Осёл закивал мордой с чрезвычайной серьёзностью:

— Хвее!

— Божественный Нож Ло сказал, что его рука была отрезана Разрушителем Цинем, — учёный выглядела так, словно говорила с ослом, но в тоже время бормотала себе под нос. Она продолжила ещё тише. — А ещё он сказал, что его рука была отрезана Телом Тирана Высшего Императора. Как же странно всё. Может ли быть так, что Тело Тирана Высшего Императора и Тело Тирана Вечного Мира — одно и то же? В таком случае навыки меча Бога Меча Высшего Императора… — её глаза расширились до размера блюдца, и она поспешно затрясла головой. — Невозможно, определённо невозможно!

Урррр.

Нефритовая Столица грохотала пока очередной тысячекилометровый горный хребет поднимался из-под земли, сдавливая другие хребты и наклоняя их под сумасшедшими углами. Все поспешили вернуться в Зал Непостижимого Неба и уставились на юношу на голове цилиня с искренним страхом во взглядах.

Юноша неожиданно вернул меч служанке Фэн Цююнь, которая всё это время стояла рядом, и повернулся к служанке с саженцем в ореоле позади головы, сказав:

— Дай мне Первородный Меч Шести Направлений.

Все присутствующее ощутили леденящее кровь чувство.

Гунсунь Янь передала метёлку Цинь Му, который сразу же встряхнул ею и уже собирался было использовать это сокровище, как вдруг Потомственный Король Драконов внезапно серьёзно заговорил:

— Молодой Мастер Цинь, нет нужды продолжать! Если ты продолжишь в том же духе, Нефритовая Столица перестанет существовать! Эти несколько сокровищ, без малейших сомнений, высшие сокровища Матери Земли!

Другие полубоги начали выкрикивать наперебой:

— Это и правда сокровища Матери Земли. Молодой Мастер Цинь, не нужно их больше испытывать!

Цинь Му пребывал в растерянности: «Как они признали в них сокровища Матери Земли? Я взмахнул всего шесть-семь раз, но не почувствовал особой силы…»

Тем не менее, поскольку сомнения в сердцах всех вокруг развеялись, значит всё сработало.

Цинь Му передал метёлку обратно Гунсунь Янь, и только затем Потомственный Король Драконов вздохнул с облегчением, собственно, как и все остальные полубоги, прежде чем вновь заговорить:

— Молодой Мастер Цинь, ты действительно ученик Матери Земли, могу ли я узнать, где сейчас Мать Земли? Позволь мне выразить ей своё почтение.

Фэн Цююнь бездумно ответила:

— Мать Земли страдает от тяжёлых ранений и ещё не…

Слегка изменившись в лице, Цинь Му тут же сжал руку Фэн Цююнь, но та не поняла его намерений, как вдруг в её сознании взорвались его мозговые волны:

— Сестра Цююнь, не раскрывай лишние детали о Матери Земли! От этих полубогов не стоит ожидать чего-то хорошего!

Фэн Цююнь ощутила пробирающую до костей дрожь и взглянула на головы полубогов.

Потомственный Король Драконов и остальные являлись предводителями разнообразных рас Эпохи Высшего Императора, поэтому их способности были глубоки и неизмеримы. Пока Мать Земли была жива, а её внушающее страх величие непоколебимо, все расы даже вздохнуть без её разрешения не могли. Если бы с ней было всё хорошо, они бы не посмели восстать, и только после её смерти они смогли бы освободиться от своего бремени.

А поскольку Мать Земли сейчас тяжело ранена, они с готовностью помогут ей упокоиться окончательно, прежде чем бросить пригоршню грязи на её могилу!

Когда мысли Фэн Цююнь дошли до этого места, градины холодного пота проступили на её лбу: «Потомственный Король Драконов и остальные имеют скрытые намерения, они пытаются выведать у меня информацию!»

Потомственный Король Драконов обеспокоенно поинтересовался:

— Старшая сестра Фэн, каково состояние Матери Земли? Мы, старые министры, всё это время ждали вестей от Матери Земли, и не могли найти себе места от беспокойства. Но сейчас, когда у нас появилась столь редкая возможность встретиться с учеником Матери Земли, мы должны пойти и отдать ей дань своего уважения и поклониться.

Фэн Цююнь ощутила, как её волосы встают дыбом.

Внезапно Цинь Му громко рассмеялся:

— Потомственный Король Драконов, успокойся. У нас есть важные насущные вопросы! Что ещё хотела бы сказать эта сестра? Чего ты добиваешься, изображая ученицу Матери Земли?

Он ловко изменил тему разговора, привлекая внимания всех присутствующих к девушке, но та лишь прыснула и рассмеялась:

— Предатели украли сокровища Матери Земли и, замаскировавшись, решили выдать себя за её учеников. Скрывающийся в темноте был обманут тобой. Владыка Небесного Святого Культа Цинь — ты действительно гигант среди людей.

Цинь Му улыбнулся.

Между тем девушка спокойно продолжила:

— И всё же как бы ты не пытался объяснить себя, тебе не изменить факт, — она внезапно поклонилась со словами. — Мать Земли, пожалуйста, снизойдите!

Как только эхо от её возгласа затихло, обрушилась несравненно тяжёлая аура!

Аура была несравненно тяжела, столь же тяжела, как земля, и моментально накрыла собой всю Нефритовую Столицу. Она была грандиозной, трудной для понимания, тяжёлой, словно земля Первобытного Царства, и глубокой, как непроглядная бездна.

Все вокруг были запуганы мощью рождённого природой бога, чувствуя, как пространство вокруг них становится тяжелее и вязче. Между тем Зал Непостижимого Неба внезапно разрушился на куски, разлетаясь камнями в разные стороны.

Крыша, стены, колонны и земля подлетели, отлетая вдаль. Весь главный зал исчез на горизонте, в порядке осталось лишь место, где все стояли, но из-под их ступней во все стороны взмывали горы.

Грандиозные горы были настолько высоки, что пронзали собой облака. Однако, когда они присмотрелись к ним детальнее, то обнаружили, что это не были горы, а умопомрачительно толстые корни. Они с трудом подняли головы и увидели несравненно древнее божественное древо, подпирающее собой небес и землю. Его корни врастали в почву Первобытного Царства, в то время как оно само было древним и неизмеримым, а его кору усеивали природные метки Дао.

Подобное масштабное, пробирающее до мурашек зрелище ослепляло взор!

Девушка поклонилась под древом:

— Мать Земли, прошу.

Со стороны кроны древа спускалась богиня, сменяющая десятки тысяч поз. В конце концов она мягко приземлилась на землю своими босыми ступнями. Будучи рождённым природой богом, она олицетворяла толщу земли, порождающую всё живое, и её способ держать себя не мог быть кем-либо сымитирован.

К тому же её внешность была идентична статуе богини Матери Земли, которую Цинь Му увидел в Храме Матери Земли!

Уголки его глаз заметно содрогнулись, после чего он взглянул на Фэн Цююнь, после чего на девушку рядом, прежде чем опять поднять взгляд на Мать Земли впереди, и испытал закономерную растерянность.

Даже несмотря на то, что ранее ему уже довелось увидеть разрушенную душу Матери Земли во дворце, его внутренний голос твердил ему, что перед ним настоящая Мать Земли.

«Всё гораздо запутаннее, чем я представлял… Разве мы не вышли, чтобы просто отомстить Ци Сиюй? Фэн Цююнь должна была атаковать сестру Ци и затем пасть от её рук, в то время как я должен был ускользнуть со всеми этими сокровищами. Почему всё так осложнилось? А ситуация кажется такой чудной?

Цинь Му ощутил, как его голова пухнет, и незаметно приоткрыл ивовый лист на межбровье.

Глава 788. Безграничные Бедствия

В земле слова Цинь, Граф Земли, Небесный Герцог, Багровый Император и Великий Владыка Солнца попивали чай вместе со старым буддой. Внезапно, небо над их головами зажглось и Небесный Герцог захихикал:

— Старый Будда, ты редко просыпаешься, и, должно быть, видишь подобное впервые, верно? Это Сын Циня открыл ивовый лист, чтобы впустить нам немного свежего воздуха.

Будда Брахма поднял голову, всматриваясь в небо, прежде чем вздохнуть:

— Какой грех. Для подавления Сына Юду здесь пришёл нам пришлось привести сюда так много экспертов. Более того, сюда очень редко задувает свежий воздух.

Лицо Цинь Фэнцина вдали было покрыто синяками. Надувшись, он одиноко сидел среди гор, сложив свои пухлые ноги и скрестив руки на груди.

Старый Будда, подавляющий его в воздухе, проснулся и внезапно спустился с неба. Цинь Фэнцин бросился избить старика, но пять сильных экспертов, заточённых в слове Цинь, наконец сумели его одолеть. У бедолаги даже не было времени воспользоваться Котлом Резни, когда горстка стариков уже его избила.

Заняв ключевые позиции, старики прогнали его в горы. Головастый младенец думал о том, как вернуть свою землю обратно, но его Котёл Резни отобрали, и теперь артефакт подавлял Граф Земли. Он был не в силах его вернуть.

Если бы в его руках был этот артефакт, он мог бы выбраться из такой ситуации.

«Работая совместно с плохим братом, мы сможем разобраться с этими старпёрами! — подняв голову к небу, думал он. — Подавив его и стариков здесь, я смогу выбраться наружу и делать всё, что захочу.»

Внезапно с неба спустилось сознание Цинь Му, спрашивая:

— Небесный Герцог, Граф Земли, взгляните, это случайно не Мать Земли?.. Будда проснулся?

Его сознание спустилось на землю и приняло человеческий облик, здороваясь со всеми.

Небесный Герцог улыбчиво ответил:

— Старый Будда проснулся совсем недавно. Он говорил, что печать Первобытного Царства открылась и Великие Руины изменились. Даже у двадцати небес Царства Будды не осталось выбора, кроме как соединиться с Первобытным Царством, что его и пробудило. Хорошо, что это произошло, иначе здесь до сих пор доминировал бы твой брат.

Багровый Император добавил:

— Старый Будда принёс нам отличного чая, Сын Циня, попробуй.

Цинь Му тут же покачал головой:

— У меня нет времени на чаепития, пожалуйста, помогите мне узнать, действительно ли это Мать Земли снаружи. Когда я пришёл к месту, где она пала, то обнаружил её разбитую душу. От неё осталась лишь её душа земли, которая теперь прячется в подземном дворце вместе с гробницами девяти Высших Императоров. Она выглядит вполне настоящей. Я даже помог ей призвать её душу. Тем не менее, только что появилась ещё одна Мать Земли, и она тоже не кажется поддельной!

— Подобное и вправду случилось?

Старики встали на ноги и всмотрелись в небо.

Они позаимствовали третий глаз Цинь Му, чтобы осмотреть эту Мать Земли, молча сидящую под Первобытным Деревом. Её тело было огромным, на его фоне остальные полубоги казались невероятно крохотными.

Впрочем, несмотря на все свои габариты, Мать Земли всё равно была намного меньше Небесного Герцога и Графа Земли.

Тем не мнее, для других форм жизни и полубогов она была поистине гигантской.

— Это Мать Земли, — проговорил лавовый Граф Земли. — Без малейших сомнений. Мои глаза сильнее, чем любая Книга Жизни и Смерти, я могу насквозь видеть эссенцию души, поэтому никогда не ошибаюсь. У неё душа Матери Земли.

Небесный Герцог добавил:

— Её физическое тело и вправду является физическим телом Матери Земли. Если бы оно было поддельным, то не смогло бы скрыться от моих Небесных Глаз. Сын Циня, Мать Земли, которую ты встретил в том дворце, определённо ненастоящая.

Цинь Му ошеломлённо покачал головой:

— Я лично собрал частички её души и призвал чёрный песок её душ неба и жизни. Её другие души не могли остаться снаружи… У неё ведь, случайно, нет двух наборов душ, верно?

Внезапно Цинь Му осенило и он прокричал:

— Мать Земли это Небесная Императрица Райских Небес Дракона Ханя? Она одна из близняшек? Та Мать Земли, что пришла сюда, это старшая сестра, или младшая?

Небесный Герцог покачал головой:

— Ты слишком много думаешь, Мать Земли — это не та пара цветков-близнецов. У Небесной Императрицы и её сестры другое происхождение, более того…

Он не закончил, вместо этого сказав:

— В любом случае, это не они. Очень странно. Если Мать Земли перед нами, то для кого ты призывал души Матери Земли в том дворце?

В следующий миг прогремел холодный голос Графа Земли, отчего по спине юноши побежали мурашки:

— Сын Циня, для кого ты призывал души?

Ум Цинь Му вскипел, он одеревенел, будто тупая курица, с трудом отвечая:

— Вы хотите сказать, что меня кто-то обвёл вокруг пальца? Это ведь невозможно… В том дворце много полубогов, подданных Матери Земли. Если обманули меня, то и их должны были обмануть, верно? Они были с ней во дворце с тех пор, как Мать Земли убили…

Старики нахмурились.

Багровый Император предположил:

— Возможно ли, чтобы Первобытное Дерево могло родить вторую Мать Земли?

Увидев на лице Цинь Му недоумение, он объяснил:

— Изначально Мать Земли была рождена от Первобытного Дерева. Когда я создавал Эпоху Багрового Императора, то навещал её и знаю о её прошлом.

Небесный Герцог покачал головой:

— Первобытное Дерево уже мертво, замена Матери Земли не могла бы появиться. Багровый Император, твои слова — это преувеличение, нацеленное на то, чтобы пугать людей.

— Это не преувеличение, — внезапно заговорил Будда Брахма. — Подобный метод и вправду существует. Более того, это я его создал.

Все тут же повернулись к нему, и Будда продолжил:

— Моя техника сформировалась во времена Дракона Ханя. По правде говоря, достижение пути сном было слишком большой фантазией. На самом деле мне пришлось создавать десятки тысяч себя, чтобы путешествовать по миру и тренироваться, изучать жизнь смертных и становиться свидетелем бесчисленных катастроф. Все миры, в которых я был, были будто сны, тем не менее, каждый из моих клонов имел настоящую душу, физическое тело и жизнь. Их совершенствование, опыт и сердца Дао рано или поздно возвращались ко мне, превращаясь в мои сны.

Небесный Герцог похвалил:

— В своих писаниях старый Будда пережил бесчисленные катастрофы и отчётливо видел мир смертных, поэтому райские небеса так сильно желают их заполучить.

Будда Брахма покачал головой:

— Они не охотятся за природой будды, описанной в моей технике, а лишь собирают техники Императорского Трона для достижения области Райских Небес. Чтобы полностью открыть Райские Небеса, достаточно лишь овладеть тридцатью шестью уникальными техниками Императорского Трона. Несмотря на то, что последних довольно много в нашем мире, они часто повторяются, поэтому на самом деле эта задача очень сложна. Мои Безграничные Бедствия достижения пути сном — то, что им нужно.

Великий Владыка Солнца внезапно пришёл к осознанию:

— Старый Будда, неужели эта техника позволяет новой душе родится из трупа?

Будда Брахма улыбчиво ответил:

— С её помощью новая душа может родиться даже из сна, не говоря уже о трупе.

Небесный Герцог проговорил:

— Но ты ведь никогда не передавал своей техники, и учил людей лишь другим писаниям, которые придумали твои клоны.

Будда Брахма вздохнул:

— Передавал. Во времена Дракона Ханя меня однажды нашёл Небесный Преподобный Юй, сообщив, что человеческая раса в беде. Он говорил, что мир нуждался в сильном практике, который подарит всем надежду. Он решил выдать себя за нескольких людей, за тех, кто уже бесследно исчез. Поэтому я передал ему свою новую, незрелую технику. Совершенствуя её, он выдавал себя за Небесный Преподобный Юя и Циня.

Повернувшись к Цинь Му, он добавил:

— Также он выдавал себя за Небесного Преподобного Му.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он спросил:

— Что Будда имеет в виду?

— Небесный Преподобный Юнь обладал удивительным талантом, превосходящим даже меня и старого Даоса. В конце концов, он был одним из девяти Небесных Преподобных, получивших благословления богов. Обретя мою технику, он довёл её до идеала, его необычные мысли были даже более удивительны чем мои, её творца, — проговорил Будда Брахма. — Он безупречно выдал себя за трёх Небесных Преподобных, и вправду вернув надежду человеческой расе. Тем не менее, позже он всё-таки погиб в битве. Я не знаю, передал ли он кому-то улучшенную версию моей техники, или нет.

Сердце Цинь Му дрогнуло ещё сильнее, он понял, что Будда Брахма имел в виду.

Кто-то воспользовался божественным искусством, рождённым из техники Будды Брахмы, чтобы создать ещё одну Мать Земли!

— Может быть это дело рук Небесного Союза? — тихо спросил он.

Небесный Герцог и Граф Земли переглянулись и затихли, не говоря ни слова.

Будда Брахма заговорил первым:

— Это также мог быть кто-то другой. После смерти Небесного Преподобного Юня, его техника могла ускользнуть из Небесного Союза. В конце концов, с тех пор прошло очень много времени. Сейчас тяжело сказать, что стало с Небесным Союзом.

Цинь Му мягко кивнул головой и поблагодарил стариков, прежде чем уйти.

— Будда уходит? — Небесный Герцог посмотрел в небо испросил. — Сейчас лучшее время выбраться отсюда, если затянуть, этот парень снова нацепит ивовый лист.

Будда Брахма улыбнулся:

— Если вы остаётесь, то и я никуда не пойду.

Великий Владыка Солнца робко проговорил:

— Я не против уйти, но не осмеливаюсь этого сделать.

Лавовый Граф Земли его утешил:

— Куда ты пойдёшь? Разве тебе не придётся вернуться в Юду? Разве там интересней, чем здесь?

Помрачнев в лице, Великий Владыка Солнца начал ворчать:

— Вы, ребята, весело проводите время, но мне здесь ни дня не было весело! Я всё время боюсь, что меня сожрёт Маленький Тиран Юду…

Цинь Му немного подождал. Лишь убедившись, что Небесный Герцог, Граф Земли и остальные не собираются покидать его третьего глаза, он нацепил ивовый лист обратно и поднял голову, молча смотря на Мать Земли.

Бесчисленные Боги за его спиной упали на колени и в унисон проревели:

— Мы отдаём дань своего уважения Матери Земли! Да здравствует Мать Земли!

Боги и дьяволы из других миров тоже преклонились, дрожа всем телом. Они не смели предпринимать каких-нибудь безрассудных шагов.

Во времена Высшего Императора Мать Земли правила половиной Первобытного Царства. Несмотря на то, что формальными правителями этого места были Высшие Императоры Северных Райских Небес, половина власти была в её руках!

В те времена ни одна раса не осмеливалась восстать!

Естественно, Южные Райские Небеса Высшего Императора были исключением. Им даже удалось разделить Первобытное Царство надвое и свергнуть власть Матери Земли на юге.

Причина подобных событий была известна лишь избранным.

Кроме того, в зале было много людей, не упавших на колени. Цинь Му, Гунсунь Янь, Фэн Цююнь и цилинь стояли прямо. Только водный цилинь преклонился и начал дрожать, не осмеливаясь поднять голову.

Выражение лица Красного Божества Ци Сяюй изменилось, она поспешно подняла цитру. Крепко держа её рукой, она обрела доблестный и грозный вид, чётко давая понять, что она является ровней Матери Земли.

Божественный Нож Ло вместе с юношами из Стражей Элитного Жуха встали за её спиной и вспыхнули своими аурами. Его божественный нож начал тихо звенеть.

Они с Красным Божеством служили одним и тем же райским небесам, и несмотря на то, что они принадлежали к разным дворцам, редко встречались, а время от времени даже конфликтовали друг с другом, сталкиваясь со столь сильными древними богами они объединяли свои усилия.

Бай Цюй’эр тоже никогда не вставала на колени. Будучи Богом Меча Высшего Императора и выжившим человеком Южных Райских Небес Высшего Императора, она не должна была кланяться перед Матерью Земли.

Учёная тоже не кланялась. Во времена Эпохи Императора-Основателя Матери Земли уже не было. Более того, она не кланялась даже перед Императором-Основателем, так с чего бы ей демонстрировать такое уважение к Матери Земли?

Под возвышающимся Первобытным Деревом Мать Земли смотрела на всех в зале свысока, будто перед ней стояла горстка муравьёв. Аура древнего бога, рождённого от неба и земли, была настолько огромной и ужасной, что никто даже не думал о мятеже.

Мать Земли продолжала молча на них смотреть. Чем тише она стояла, тем сильнее люди в зале её боялись.

— Интересно, — внезапно тишину нарушил чей-то смешок. Взмахнув веером, Учёная улыбнулась:

— Только что мы были свидетелями стычки между настоящим и поддельным учеником Матери Земли, поднявшей довольно много шума. Лю Чжэн, теперь нам стоит ожидать стычки между настоящей и поддельной Матерями Земли?

Осёл так развеселился, что скривил губы от смеха:

— Аан, аан, аан… — этот звук был крайне пронзительным для ушей.

В этот миг раздался чей-то голос:

— А с чего вы взяли, что драки между настоящей и поддельной Матерями Земли не бдет?

Глава 789. Безумный Магнетизм

Голос доносился откуда-то из-под земли и, казалось, стремительно двигался вокруг, когда с оттенком насмешки продолжал:

— Срубив моё Первобытное Древо, пронзив мечом моё сердце и похитив моё физическое тело была сотворена поддельная душа. Жаль только, что упавшее Первобытное Древо осталось без корней. Будучи рождённой от древа без корней, тебе никогда не стать новой Матерью Земли. Подделка, так и останется подделкой!

Цинь Му немедленно наступил на голову цилиня и с напором вполголоса скомандовал:

— Жирдяй, разворачивайся и мчись что есть мочи…

Цилинь среагировал молниеносно, тут же устремившись прочь. Кланяющийся до земли водный цилинь всё ещё держал в зубах верёвку, поэтому его дёрнуло и жёстко поволокло по земле, но он так и не отпустил её.

Небесный Преподобный Юй поспешно сказал:

— Ах Шуй, бежим вместе.

Водный цилинь пришёл в чувство и отпустил верёвку. Встряхнувшись всем телом, он принял свою истинную форму и помчался следом до цилинем.

Фэн Цююнь поспешно окликнула:

— Голос из-под земли принадлежит Матери Земли, почему мы бежим? Остановитесь, я хочу заняться Ци Сяюй, этой маленькой потаскухой!

В этот момент земля яростно задрожала, отчего стала выглядеть размытой. Печаль и горе слышалось в её смехе, доносящемся откуда-то из глубин:

— Ты понятия не имеешь, за что меня нарекли Матерью Земли! Моя мощь не исходит от ствола и кроны на поверхности, а исходит от корней!

Мчащийся во весь опор цилинь внезапно увидел, как под его ступнями раскалывается земля и появляются бесчисленные, несравненно огромные, извивающиеся в почве корни. Они курсировали из стороны в сторону, напоминая собой тёмно-бурых драконов.

Вся Нефритовая Столица внезапно сравнялась с землёй. Полубоги, боги и дьяволы, которым не было числа, всё ещё кланялись к земле, как вдруг все они провалились в расщелины, поскольку не успели среагировать вовремя, и были пленены извивающимися корнями и буквально перетёрты в ничто.

Огненный облака под копытами цилиня вспыхнули с ещё большей интенсивностью, пока он изо всех сил пытался унестись повыше в небо и подальше.

— Миряне всегда думали, что Первобытное Древо поистине большое, но им всем было невдомёк, что-то, что они видели, было лишь крошечной частью над поверхностью. Действительно громадными являются корни, Первобытные Корни в сто раз больше Первобытного Древа! — голос со временем лишь свирепел.

Нефритовая Столица была уже полностью погребена под собой. Даже небесный дворец утонул в дрожи, как вдруг из-под земли изверглось пламя, достигая облаков, и лава, колонны которой своей шириной посрамляли горы, яростно закручиваясь и извиваясь.

Фэн Цююнь оцепенело уставилась на происходящее, наблюдая за всеми теми полубогами, богами и дьяволами, летающими между колоннами, словно мухи, и исполняющими всевозможные божественные искусства в попытке сбежать.

Цилини достигли предельных для себя скоростей, как вдруг сила притяжения стала хаотичной. Их тела утяжелились до крайности, отчего они еле как могли лететь!

Все, кто летал в небе, бог ли, дьявол ли, неважно, все начали падать!

Вот только их падение выглядело до жути странным, ведь они не падали в сторону земли, нет, они падали в сторону ненормального всплеска магнетизма.

Некоторые падали вниз, другие вверх, третьи горизонтально. Больше было похоже, что что-то их тянуло к определённой точке.

Бог, падающий неподалёку от них, внезапно приземлился на что-то прямо посреди воздуха. Со хлюпким хлопком он столкнулся с божественным искусством магнетизма, разлетаясь во все стороны кусками плоти и крови. Его плоть отделилась от костей, прежде чем все его останки смялись в кашу. Тяжелые части оказались внизу, а лёгкие на поверхности. Его смерть выглядела слишком жалкой и невыносимой для взгляда!

Бедолага определённо столкнулся лишь с воздухом, но всё выглядело так, словно он напоролся на самую неподатливую стальную стену!

Боги и практики божественных искусств вокруг них падали со всех направления, и никто из них не падал на землю, все они сталкивались с божественным искусством магнетизма пяти элементов, заканчивая свою жизнь в кровавом взрыве в форме цветка. Некоторые бы даже назвали это зрелище красивым.

Цинь Му серьёзно обронил:

— Сестра Цююнь, теперь ты поняла, почему мы убежали?

Фэн Цююнь всё ещё пребывала в состоянии шока. Голос из-под земли принадлежал Матери Земли, от которой осталась только одна душа да сердце. Однако под её контролем была наиболее важная часть её тела, а именно — корни Первобытного Древа.

В землях Первобытного Царства росли несравненно громадные корни, они бог знает как далеко простирались. Поэтому плотность её магической силы даже вообразить было трудно. Между тем другая Мать Земли под Первобытным Древом имела физическое тело, и когда она заставила древо простереться к небу, то ярко засверкало. Солнечный свет стал незначительным под его танцующими, казалось бы, на ветру и сворачивающимися, словно в водовороте, лучами, атакующими землю.

Обе Матери Земли разразились своими божественными искусствами. Нефритовая Столица уже давно перестала существовать в принципе, на её месте лишь бушевали бури силы магнетизма, искажающие и раздирающие пространство!

Цинь Му смог понять к чему всё идет заблаговременно, поэтому, можно сказать, был в безопасности. Однако ему тоже было не под силу совладать с настолько ненормально сильным магнетизмом, поэтому он немедленно решил применить божественное искусство мгновенного перемещения и, смев всех в охапку, исчез.

В тот же миг он и остальные появились в тысяче километров, как вдруг под их ступнями разразилась сила магнетизма и божественные лучи магнетизма, казалось бы, не поддающиеся контролю, пронеслись по небу, подобно ослепляющим кометам. Где бы свет не проходил, даже самые сильные боги, дьяволы и практики божественных искусств начинали неконтролируемо притягиваться к ним, в итоге разбиваясь о них в кашу!

Если смотреть издали, всё выглядело так, словно все они брали на себя инициативу, чтобы врезаться в них!

Одним словом — бойня!

А ведь произошедшее было лишь отголоском столкновения Матери Земли внизу с Матерью Земли вверху. Те не атаковали непосредственно их, что демонстрировало какими по-настоящему ужасающими способностями они обладали…

Одной и другой Матери Земли была подвластна сила магнетизма, поэтому после того, как они столкнулись друг с другом, та буквально обезумела, обрушивая на головы всех вокруг невиданное доселе бедствие.

Божественная сила магнетизма являлась наиболее базовой, основополагающей силой мира. Несмотря на свою откровенную примитивность она в то же время являлась одной из самых ужасающих. Являясь, без прикрас, олицетворением этой силы, «Мать Земли» уже нельзя было квалифицировать такими областями, как Непостижимое Небо и Императорский Трон.

Была лишь область древних богов, было лишь отличие в силе контроль над Великим Дао.

Обычные области нельзя было использовать в качестве мерила их мощи.

Цинь Му на пределе возможностей многократно использовал своё божественное искусство мгновенного перемещения, убегая, и всего за какие-то мгновения он оказался на расстоянии десяти тысяч километров от своего прежнего местоположения.

По большей части он исчерпал запас своего совершенствования и больше не мог мгновенно перемещаться, поэтому у него не осталось иного выбора, кроме как положиться на бегущего вперёд во весь опор цилиня.

Магнетизм вокруг них всё ещё был слегка безумным, но его влияние на них значительно ослабло. К тому же благодаря тому, что совершенствование его ездового зверя было выше, чем у него, они могли уверенно продвигаться вперёд.

Цинь Му обернулся посмотреть туда, где столкнулись две Матери Земли, но единственное что увидел — кружащие божественные лучи Первобытного Древа, бесчисленные торчащие из-под земли корни и едва заметных на их фоне летающих между ними сильных практиков, пытающихся любой ценой сбежать. Время от времени люди сталкивались и взрывались, обращаясь облачками расцветающей кровавой дымки.

Сбежать оттуда могли лишь сильнейшие из сильнейших.

Внезапно Фэн Цююнь оживилась во взгляде, увидев девятиглавого феникса, которая, перебирая струны цитры, разрезала толстые ветви и корни. Ноты цитры проходили сквозь божественные лучи магнетизма, позволив ей вырваться на свободу из этого побоища.

— Потаскуха Ци Сяюй! — Фэн Цююнь рассвирепела и спрыгнула с головы цилиня, превращаясь в объятого пламенем феникса, упорхнувшего прочь.

— Сестра Цююнь нет! — рявкнул Цинь Му. — Быстро вернись, чтобы защитить меня, моё совершенствование лишь почти в области Жизни и Смерти!

Фэн Цююнь устремилась вперёд с экстремально высокой скоростью, и исчезла в мгновение ока. В небе можно было разглядеть лишь два следа пёстрого света, один из которых принадлежал Ци Сяюй, а второй Фэн Цююнь.

Они обе были сильными представительницами расы фениксов. Совершенствование Фэн Цююнь уже достигло пика области Непостижимого Неба, а Ци Сяюй уже давно как была в области Императорского Трона.

Фэн Цююнь понимала, что не была противницей Ци Сяюй, поэтому прихватила с собой Первобытный Меч Матери Земли.

Холодный пот проступил на лбу Цинь Му, и он тихо проговорил:

— Мать Земли поручила тебе защищать меня…

Прокатились волны магической силы, чья странная мощь исказила землю и пространство. Из-за них горы, перекашиваясь, двигались вверх-вниз, словно неспокойные морские воды.

Цинь Му быстро исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана для защиты своего тела. Многочисленные боги и полубоги нагнали их, ту же сбегая во всех направлениях. Время от времени по кому-то попадал тот или иной божественный луч магнетизма, моментально превращая неудачливых бедолаг в кровавые шары из плоти и крови, которые затем звучно взрывались, обращаясь кровавой дымкой.

Цинь Му оглянулся, нервно уставившись на лучи и заставляя цилиня уклоняться от них.

Прямо в этот момент к ним докатилась по-настоящему ужасающая волна от места, где сражались обе Матери Земли. Земля заколыхалась, словно тряпичная одежда, а горы вновь заходили ходуном. От эпицентра битвы стремительно расширялись божественные лучи магнетизма, которые из-за своей многочисленности начали напоминать собой светящийся шар. Где бы тот не проходил, горы начинали выглядеть, как нарисованные на мяче трёхмерные картины.

Ужасающий шар света расширялся с пугающей скоростью и настиг их!

Такого рода скорость была в неисчислимое количество раз выше, чем мог из себя выжать цилинь!

Цинь Му ощутил, как его волосы встали дыбом, и забормотал:

— Нам не сбежать… Неужели способности уже умеревшей и новорождённой от раненного физического тела Матерей Земли настолько ужасающие? Старший брат, позаимствую мне свою силу! — крикнул он, содрав ивовый лист, а уже в следующий миг его тело стремительно забугрилась от переполняющей его божественной мощи Юду, а вокруг зазвучал таинственный, невообразимо странный язык Юду.

Неподалёку Потомственный Король Драконов и остальные, кто защищал кучи полубогов, закричали, когда увидели, что им не спастись:

— Работаем вместе, чтобы защититься против импульса!

Ауры всех вокруг столкнулись, соединяясь воедино монолитной стеной, и они все исполнили свои божественные искусства. Потомственный Король Драконов превратился в старого дракона несравненных размеров. Его тело плотно свернулось вокруг сородичей, в то время как его пасть широкого открылась, выплёвывая драконью бусину, которая тут же столкнулась с божественными лучами магнетизма, в то время как он сам рявкнул:

— Все, атакуем вместе прямо туда. Если мы создадим достаточно большое отверстие в этом божественном искусстве, у нас всё ещё будет шанс на выживание, иначе нас всех ждёт смерть!

Другие сильные практики исполнили свои сильнейшие божественные искусства, направляя их к обратной стороне бусины.

Цинь Му встал перед цилинем и остальным в качестве живого щита. Стремительно двигая своими руками, он создал бесчисленное множество послеобразов, которые, в конце концов, сформировали собой один удар вперёд!

Шар божественных лучей магнетизма принёс с собой тяжёлые горы, сталкиваясь с их божественными искусствами. В итоге он, казалось бы, остановился на короткое мгновение, прежде чем накрыть всех с головой.

Цинь Му услышал громкий взрыв крушащихся гор прямо возле своих ушей и поднялся огромной силой, прежде чем был отброшен. Но так как у него было шесть рук, он успел схватить цилиня одной, второй водного цилиня, третьей Небесного Преподобного Юя, а четвёртой Гунсунь Янь, прежде чем его окончательно сдуло ударной волной, возникшей в качестве отголосков от столкновения божественных искусств Матерей Земли.

В итоге те горы и земли, что исказились, после импульса вернулись к своему нормальному состоянию. Цинь Му с выгнутой аркой, чтобы не быть придавленным огромной горой, выполз из-под неё. Гунсунь Янь, Небесный Преподобный Юй и остальные вышли из-под его тела, дрожа от ужаса. Он развеял свои три головы и шесть рук, прежде чем сжаться к своему обычному размеру, чувствуя подкравшийся запоздавший страх во время озирания по окрестностям.

Там, где мог видеть его взгляд, горы рушились направо и налево, словно через лес прошёлся сильный ураган.

Что же до Потомственного Дракона и остальных, додумавшихся объединиться перед лицом катастрофы, он понятия не имел куда они делись. Они были предками своих рас и имели сильные способности, ничем не хуже таковых у Фэн Цююнь, поэтому должны были быть в порядке.

— Плохой младший брат, заимствование тебе моей силы мне многого стоило, — у Цинь Фэнцина, находящегося посреди земли слова Цинь, была подавленная и апатичная аура, но в то же время он был раздражён. — Мне нужно съесть призраков тех богов, чтобы восстановить свою жизненную силу!

Цинь Му позаимствовал силу брата, когда столкнулся с последствиями от столкновения божественных искусств Матерей Земли. И последствия были настолько сильными, что даже Маленький Тиран Юду не мог вот так просто его выдержать.

Цинь Му поспешно прилепил обратно ивовый лист, прежде чем изучить состояние своего и остальных тел и облегчённо вздохнуть:

— Мы отделались поверхностным ранами, ничего серьёзного.

Гунсунь Янь поспешно сказала:

— Давайте побыстрее найдём Мать Земли! Ненастоящая Мать Земли оказалась очень сильна. Надеюсь, Мать Земли в порядке.

Цинь Му поднял голову со словами:

— Мы не можем вернуться. Дворец земли, вероятней всего, сейчас погребён глубоко под Первобытным Царством. Даже если тот не разрушился, нам не удастся его найти и остаётся только ждать, когда Мать Земли найдёт нас сама. И нам не стоит здесь задерживаться, нужно уходить отсюда как можно скорее. Жирдяй, можешь идти?

Цилинь собрался с силами и собирался было что-то сказать, но вместо этого поднял морду взглянуть на горную вершину, воткнутую перед ними в землю под углом, и промолчал.

Цинь Му проследил за его взглядом и увидел девушку, сидящую на наклонённой вершине. Своими руками она обнимала колени и с улыбкой смотрела на них.

Девушкой была не кто иная, как ученица другой Матери Земли.

Её одежды были как новые и она совершенно не выглядела в жалком состоянии, от слова совсем. Она не была похожа на ребят, покрытых ног до головы пылью. Казалось, словно те последствия были для неё совершенно незначительными.

Цинь Му улыбнулся в ответ и неспешно заговорил:

— Старшая сестра, мы оба ученики Матери Земли, но я до сих пор не знаю, как к тебе обращаться.

Девушка встала и с улыбкой ответила:

— Будучи учениками Матери Земли, я уже давно наслышана о репутации Владыки Культа Циня. Причина, почему я на этот раз вышла из уединения, заключается в желании увидеть на что ты способен.

Цинь Му громко рассмеялся и повернул правую руку перед собой горизонтально ладонью наружу. Растопырив свои пять пальцев, его пилюля меча просвистела и превратилась в летающий меч в руке:

— Прошу, мне тоже хочется увидеть способности Небесного Союза, передаваемые с древних времён.

— Небесный Союз? — девушка залилась смехом. — Владыка Культа Цинь, кажется, вышло недопонимание, моё имя Янь Цилин, и я не из Небесного Союза, в котором состоят сплошь одни бунтари да предатели.

Глава 790. Дао Один

«Небесный Союз состоит лишь из бунтарей да предателей?» — недоумевал Цинь Му.

Мать Земли однажды говорила, что её убил именно Небесный Союз. Сбежать и спрятаться в корнях древа смогла только её душа земли. Она также рассказала о том, что после того, как Небесный Союз её убил, они срубили Первобытное Древо.

Согласно этим фактам, Цинь Му пришёл к выводу, что после убийства Матери Земли Первобытное Древо оказалось в руках Небесного Союза. Вторая Мать Земли могла родиться исключительно из Первобытного Древа с помощью удивительной техники, созданной с искусства вхождения на путь сном Будды Брахмы.

И всё же эта девушка по имени Янь Цилин сказала, что она не принадлежит к Небесному Союзу!

Если она не была из Небесного Союза, то вторая Мать Земли была рождена не с его помощью, а с чьей-то другой!

Это было очень странно.

Неужели в таком случае Мать Земли убил не Небесный Союз?

Тем не менее, как она могла не знать кто её убил?

«Или может быть после того, как Небесный Союз её убил, кто-то украл у него Первобытное Древо, чтобы родить новую Мать Земли?» — недоумевал юноша.

Поскольку Небесный Союз сумел убить Мать Земли, он определённо обладал удивительными способностями, так кто мог бы его обворовать?

«Впрочем, я могу получить подсказки от этой девушки по имени Янь Цилин!» — с такими мыслями Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на вонзённую под углом гору, понимая, что лучшим способом понять, кто стоял за её спиной, было посмотреть на её божественные искусства!

Янь Цилин спустилась с горы и улыбчиво проговорила:

— Владыке не стоит пытаться угадать откуда я. Каким бы умным ты не был, тебе не удастся узнать мои корни. Всё же я пришла не только для того, чтобы встретиться с тобой, а также чтобы кое-кого увести.

Свет в глазах юноши внезапно погас, он беззастенчиво спросил:

— Кого?

Взгляд Янь Цилин внезапно переместился с него на лицо Гунсунь Янь, прежде чем остановиться на Небесном Преподобном Юе.

— Лань Юйтяня, Небесного Преподобного Юя, — нежно рассмеялась девушка. — У него нет будущего вместе с тобой, ты лишь погубишь его талант. Тем не менее, если он будет со мной, то я смогу найти ему лучшего учителя и полностью раскрыть его потенциал! В будущем он ярко засияет!

Она выглядела очень красиво, её внешность не уступала бабушке Сы и Ди Июэ. Она напоминала богиню, упавшую в мир смертных, но Цинь Му не обращал на это внимания. Раньше божественный свет в его глазах угас, а теперь даже его аура начала успокаиваться.

Чешуя на теле жирдяя беспокойно переливалась, он тайком отступил на два шага назад.

Питомец знает своего хозяина лучше всех.

Цилинь знал Цинь Му лучше всех. Он понимал, что чем сдержаннее вёл себя его хозяин, тем сильнее становилось его желание убивать.

Красавица довела юношу до предела, отчего его жажда крови дошла до предела.

Сдержанный Цинь Му напоминал свирепого зверя, уставившегося на свою жертву. Он был готов взорваться в любой момент и начать убивать.

— Ты много знаешь, — сухо проговорил он. — Много того, чего не стоит знать в твоём возрасте. Это заставляет меня ещё больше интересоваться откуда ты.

Янь Цилин подняла руку, чтобы поправить волосы у себя на виске, и улыбчиво проговорила:

— Я одержу над тобой победу и заберу Небесного Преподобного Юя, сделка?

— Небесный Преподобный Юй не собственность, он человек, которого я уважаю больше всех, — тон Цинь Му становился всё более сухим. — Кто-то оставил его под мою опеку, но даже без этого долга, я никогда не позволю кому-то относиться к нему как к инструменту, как к собственности.

Посмотрев на него, Янь Цилин задумалась, наклонив голову, прежде чем ответить:

— Кажется, у тебя есть огромная проблема. Ты не просто Владыка Культа Цинь из Вечного Мира. Если бы это было так, то у тебя не было бы таких чувств к Небесному Преподобному Юю.

Цинь Му равнодушно проговорил:

— Жирдяй, бери их и отойди.

Цилинь почувствовал, будто с его плеч сняли огромную ношу, и поспешно потащил Гунсунь Янь, Небесного Преподобного Юя и водного цилиня как можно дальше, тихо произнеся:

— Владыка зол, нам нужно побыстрее отсюда уйти, чтобы не пострадать.

Гунсунь Янь с любопытством спросила:

— Если мы нападём вместе и сразимся с этой ученицей фальшивой Матери Земли, разве мы не сможем её победить? Для чего нам уходить?

Цилинь тихо ответил:

— Ты забыла о её спутницах?

Гунсунь Янь на мгновение ошарашенно застыла, осознав ситуацию лишь спустя несколько мгновений. Спутницы, о которых он говорил, были служанками, пришедшими вместе с Янь Цилин.

Цилинь продолжил:

— Способности этих спутниц, вероятно, не уступают Фэн Цююнь, в противном случае, как она смогла бы выжить? Её уже давно раздавило бы на части божественными искусствами обоих Матерей Земли. Должно быть они до сих пор здесь. Если мы набросимся весте, они не будут сидеть сложа руки. Сражаясь группой, мы окажемся им не ровней. Владыка хочет, чтобы мы покинули это место, не ожидая его!

Водный цилинь перебил:

— Но он сказал нам отойти, а не покидать его.

Цилинь ухмыльнулся и проговорил:

— Ты не понимаешь мыслей Владыки. Он сказал это для того, чтобы отвлечь внимание этих женщин, и заставить их думать, что мы не собираемся уйти. Когда они наконец поймут, что случилось, нас уже здесь не будет. Он делает это ради безопасности твоего хозяина.

Небесный Преподобный Юй встревоженно спросил:

— В таком случае, мой старший брат в опасности?

— Конечно, он в опасности, но нам не стоит в нём сомневаться, — тут же ответил цилинь. — Сейчас опасность в том, что эта девушка пробудила желание Владыки убивать.

Гунсунь Ян дрогнула от удивления:

— Эта маленькая сестра такая красивая, разве он способен лишить её жизни?

Цилинь подгонял их, говоря:

— В глазах Владыки она некрасивая, поэтому он, естественно, сможет её убить.

Гунсунь Ян серьёзно ответила:

— Но она и вправду красива, я чувствую, что она даже красивее меня.

Цилинь пользовался рассыпанными вокруг горами, чтобы прятать своё тело. Качая головой, он проговорил:

— У неё маленькая грудь, Владыка не считает девушек с маленькой грудью красивыми.

Глаза Гунсунь Ян расширились, она опустила голову вниз. Смотря на свою одежду, она обнаружила разочарованное выражение.

Под наклонённой горой аура Цинь Му стала абсолютно тихой, совершенно не просачиваясь наружу. Его Ци и кровь тоже были под контролем, он выглядел спокойным.

Янь Цилин моргнула глазами, не понимая, почему Цинь Му начал так себя вести. Казалось, что он стал обычным человеком.

Внезапно её осенило: «Полностью сдержанный! Это Дао Боевых Искусств!»

Как только она об этом подумала, раздался оглушительный взрыв. Цинь Му двинулся на триста метров, оказываясь перед её лицом.

Воздух между ними сжался в твёрдое вещество, прежде чем рассыпаться, как стекло. За этой стеной лицо Цинь Му до сих пор было спокойным, будто старый колодец. На нём не было ни одной эмоции.

Ошарашенная Ян Цилин изящно кувырнулась назад. По диагонали поднимаясь в небо, она взобралась на вершину наклонённой горы и улыбнулась:

— Разве ты не ученик Матери Земли? Почему ты пользуешься божественными искусствами Боевого Дао?

Лишь приземлившись на вершину, она ощутила тепло на своей спине. Цинь Му уже был позади, прислонившись к её телу. Он поднялся на вершину одновременно с ней!

— Убийственная боевая техника Дао Боевых Искусств!

Янь Цилин тихо рассмеялась, вспыхивая божественными лучами божественного искусства магнетизма, образуя из них два божественных ножа.

Цинь Му двигался, изящно работая ногами, в его руках холодно мерцал свет меча, раз за разом устремляясь в пустоту.

Янь Цилин двигалась в такт с ним, боясь показать ему своё сердце. Пустота, куда летели мечи Цинь Му, была точками, где она оказывалась в следующим миг.

Дзинь! Дзинь! Дзинь! Прозвенели невероятно частые звуки ударов. Магнетические ножи девушки танцевали вверх-вниз, каждый раз её удавалось с точностью остановить несущийся навстречу свет меча и отбить его обратно.

Меч в руке Цинь Му внезапно разделился надвое, а затем начетверо. В мгновение ока он орудовал уже несколькими тысячами мечей, окруживших собой обоих. Он напоминал тысячерукого бога, который вытаскивали свои мечи один за другим, в то время как мечи в воздухе продолжали атаковать противника со всех сторон. Движения каждого лезвия также отличались друг от друга.

Янь Цилин взмахнула своими ножами в ответ, и те выстрелили бесчисленными лезвиями, которые начали сталкиваться с летающими мечами в воздухе.

Вершина наклонённой горы имела площадь лишь в несколько гектаров. Юноша и девушка носились по ней, будто бабочки, порхающие крыльями, в то время как вокруг них сталкивались лучи света и тени. Каждое это столкновение было крайне опасными.

Они оба довели свои убийственные техники школы боевых техник до идеала, и даже несмотря на свою опасность, выглядела она невероятно красиво.

Внезапно их тела отдалились друг от друга, и Цинь Му развернулся. В его руках больше не было летающих мечей, вместо этого он надавил вперёд обоими ладонями. Бесчисленные руны магнетизма закружились вокруг них, выстреливая божественными лучами магнетизма!

Огромное количество рун сформировали собой галактику из миллиарда звёзд. Божественные лучи магнетизма вспыхивали между ними. Это было божественное искусство бабушки Сы, которое он изучил с первого взгляда!

Бабушка Сы использовала его, сняв печать Первобытного Царства. Это привело к огромным изменениям в неба и земле, позволяя Первобытному Царству вернуться!

Это было великое божественное искусство, созданное бабушкой Сы, постигающей Дао Магнетизма. Когда Цинь Му его исполнил, ужасающая магнетическая сила придавила всё вокруг. Под ужасающим давлением наклонённая гора начала непрерывно погружаться под землю.

Янь Цилин развернулась в тот же миг и улыбнулась:

— Дао Двенадцать Матери Земли!

Она тоже протянула обе ладони вперёд, выпуская божественное искусство магнетизма!

Девушка бросилась на Цинь Му лоб в лоб!

Они оба бросились вперёд и столкнулись. Как только их ладони коснулись друг друга, магнетизм превратился в свет, вырвавшийся наружу. Раздался свист, и наклонённая вершина разделилась надвое!

Её нижняя часть тут же провалилась под землёй!

Волосы Цинь Му поднялись в воздух от ярости. Внезапно за его спиной забурлили Ци и кровь, бушующая, будто красный океан. В одно мгновение его магическая сила возросла в тысячу раз!

— Дао Один Великого Императора Боевого Пути!

Янь Цилин была поражена, не в силах ответить. Цинь Му убрал ладонь и сжал руку в кулак. Океан Ци и крови за его спиной взорвался и превратился в жизненную силу, бросившуюся вперёд!

Вскрикнув, Янь Цилин отлетела назад. В небе появилось бесчисленное количество остаточных отражений Цинь Му, каждое из которых тут же атаковало её божественными искусствами боевого пути!

Буум!..

Посередине второй величественной горы появилась дыра размером с человека, а сверху над ней отбился огромных размеров кулак. Стукнувшись с горой, тот заставил её несколько раз содрогнуться.

Тело Цинь Му остановилось перед дырой в горе и подняло палец, нажимая на своё межбровье. Бесчисленные летающие мечи подлетели к нему, превращаясь в пилюлю.

Палец меча Цинь Му выпрямился, и луч света, протянувшийся на десять километров, пронзил горы, вылетая с другой стороны.

Ослепительный луч напоминал огромную колонну света.

— Дао Один Дао Меча! — внезапно с противоположной стороны горы донёсся голос Янь Цилин.

Зрачки Цинь Му сжались, он снял свой ивовый лист. Его третий глаз открылся, выстреливая лучом света, который молниеносно отправился вслед за мечом!

В то же время он поднял руку, выпуская мудру. Призмы небесного огня разлетелись во все стороны, бомбардируя Янь Цилин, находящуюся с другой стороны горы!

— Дао Двадцать Три Великого Дао Юду, Дао Два Великого Дао Сюаньду! — среди ужасающего грохота чётко звучал голос девушки. — Владыка, твои божественные искусства и вправду удивительны! В таком случае ты уже когда-то видел Дао Один?

Глава 791. Дао Один

«Дао Один? Дао Два? Дао Двадцать Три?» — в голове Цинь Му промелькнула вереница мыслей. Дао Один и Два, упомянутые Янь Цилин, кажется, являлись порядковыми номерами Великого Дао.

Действительно чудно.

И эти номера должны ссылаться на определённые типы Великого Дао, например, Дао Один Боевого Дао, Дао Один Дао Меча, Дао Двадцать Три Дао Юаньду, Дао Два Сюаньду. Но по-настоящему сбило с толку Цинь Му то, что Дао Два Сюаньду было Великим Дао Небесного Огня, ведь созданное им божественное искусство зиждилось именно на нём.

Поскольку Великое Дао Небесного Огня в терминологии Янь Цилин являлось Дао Два, тогда возникал вопрос, сколько вообще типов Великого Дао существовало?

Кто вообще ранжировал божественные искусства Великого Дао?

Янь Цилин была для этого слишком молода, разве она могла оказаться столь знающей?

Дао Один, о котором она только что спросила, было Дао Один какого Великого Дао?

Внезапно он ощутил крайне опасные пульсации с другой стороны горы. Используемое девушкой божественное искусство было ему абсолютно незнакомо, как и стоящее за ним Великое Дао, тем не менее оно нагнетало внушительную и давящую атмосферу!

«Это не система Юду, а также не системы божественных искусств Сюаньду и Юаньду!» — Цинь Му немедленно пришёл к решению, сложив указательный и средний пальцы вместе, заставляя пилюлю меча вернуться и атаковать Янь Цилин, которая сейчас стояла с другой стороны горы.

Он не видел её, но мог определить её местоположение по дыханию, стремительно перемещаясь к ней с трепыхающимися на ветру одеждами. Когда его сложенные в форме меча пальцы произвели колющий выпад, пилюля меча приняла Форму Пронзающего Меча, а когда они просвистели вверх, она образовала Форму Стремительно Поднимающегося Меча. Пока его руки не двигались, запястье очерчивало круг, исполняя Форму Меча Волны, а с режущим горизонтально взмахом появлялась Форма Горизонтально Рубящего Меча, тогда как с разрезом вертикально вниз — это была Форма Вертикально Рубящего Меча!

Цинь Му в мгновение ока исполнил семнадцать базовых навыков меча. Он по-прежнему не видел Янь Цилин, но наносил каждый удар с предельное сосредоточенностью, используя всю свою сущность, Ци и дух. В навыках меча его способности могли считаться непревзойдёнными, а нападение было лучшей защитой. Угрожая врагу, он мог заставить того быть неспособным использовать всю свою силу.

Янь Цилин грациозно танцевала с другой стороны горы, избегая один свет меча за другим. Внезапно её божественное искусство рвануло вперёд и атаковало прямо сквозь гору!

Цинь Му не мог видеть из-за горы, какое божественное искусство она исполнила, но он чувствовал несравненное обаяние Дао и слышал его чарующие отголоски, словно говорили бесчисленные древние боги.

Несравненно величественные и обширные древние райские небеса предстали перед его взором. На звёздах в небе стояли триста шестьдесят звёздных богов, семьдесят восемь демонических богов, тридцать шесть богов небесного духа, пять богов стихий, а также боги солнца и луны, образовывая все вместе собой неминуемую сеть.

Он мог даже слабо «видеть» стоящего над богами гиганта из света…

Небесный Герцог собственной персоны!

Ещё он ощущал горы с реками и танцующих в небе драконов с фениксами. Древние боги стояли вокруг зелёного, толстого древа, подпирающего собой небеса и землю, но на самом деле они собрались вокруг невероятной богини под Первобытным Древом…

Не кто иная, как Мать Земли!

А под землёй, там, где было самое место тьме, рога с девятью изгибами извивались течениями Желтых Источников в глубины непроглядного ничего. Гигантская бычья голова, тигриное лицо и человеческое тело образовывали собой Юду…

Это был Граф Земли!

Также он «увидел» четырёх божеств — Чёрную Черепаху, Красную Птицу, Зелёного Дракона и Белого Тигра.

Но самым ужасающим было то, что Цинь Му «видел» несравненно древние райские небеса и сидящий в Зале Непостижимого Неба размытый образ Императора, которому были подконтрольны все древние райские небеса.

Глядя невооружённым взглядом, он не мог увидеть местоположение Янь Цилин, так и её божественное искусство. Он смог прочувствовать столь ужасающее и внушительное «зрелище» всего лишь сосредоточенно ориентируясь на её дыхание!

Это было видение от пробуждения Дао. Звёздные боги олицетворяли различные Великие Дао Звёздной Силы, в то время как солнце, луна, пять стихий и четыре божества представляли свои собственные различные Великие Дао.

Между тем Мать Земли Юаньду, Небесный Герцог Сюаньду и Граф Земли Юду представляли уже свои системы Великого Дао.

«В основе всех этих видений лежит то, что Янь Цилин включила все Великие Дао в своё божественное искусство, превращая их в целостную систему и сливая воедино… Дао Один это не Дао Один Юаньду или же Дао Один Сюаньду, это — Дао Один всех Великих Дао!» — пришёл к пониманию Цинь Му, ловко переступая с ноги на ногу. Внезапно он содрогнулся, отращивая себе дополнительные две головы и четыре руки.

— Аааааа!.. — его три головы открыли рты и яростно закричали. Лента, подвязывающая его волосы, лопнула, в то время как волосы взметнулись вверх. Действие техники Трёх Эликсиров Тела Тирана была тут же доведено им до предела!

Цинь Му казался настоящим богом, а огромная гора перед ним к текущему моменту уже не выдержала, сокрушаясь под воздействием божественного искусства Янь Цилин. Огромные скалистые куски горы обратились в лаву, которая, казалось, била ключом из-под земли, прежде чем превращаться от вибраций в пепел, или подобие пудры!

Огромная гора начала проседать, но не в землю, ведь проседала она из-за того, что нижняя её часть была полностью раздроблена и не могла поддерживать её громадную массу. Она постоянно опускалась, ведь её нижняя часть разлеталась на пылинки от ужасающий мощи.

За долю секунды одна треть горной вершины буквально испарилась!

Божественное искусство Янь Цилин, сила которого ни капли не ослабла, властно нахлынуло от другой стороны горы и с непревзойдённым сокрушительным импульсом надавило на Цинь Му.

Цинь Му стоял среди пропитавшей небо пыли и, казалось, видел древнего Небесного Императора, рука которого устремилась к нему. Пыль испарялась ею, поэтому он мог видеть перед собой только руку, несущуюся на него в ударяющем ладонью движении!

«Янь Цилин, теперь я знаю твоё происхождение! — Цинь Му яростно взревел. Контролируя руками меч, он стремительно двигал пальцами, исполняя многочисленные движения меча. Между тем его остальные четыре руки стали до ужаса толстыми от бугрящихся мышцы и выпирающих вен, отчего казалось, словно под их кожей ползали и скручивались зелёные драконы. За какие-то доли мгновения он нанёс ими бог знает сколько ударов, каждый из которых обладал предельно возможной силой, полноценно раскрывая ужасающую мощь разрушения своего физического тела!

Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин!

Его божественное искусство Боевого Пути разразилось, встречая огромную руку древнего Небесного Императора в лоб, но уже в следующее мгновение оно полностью рухнуло под воздействием непревзойдённой силы. Дао Боевых Искусств, основанное Небесным Наставником Боевых Искусств, оказалось полностью бесполезным против ладони, которую, казалось, переполняла нескончаемая небесная мощь.

Цинь Му буквально сдуло, но во время полёта позади него появились Врата Небесной Воли, и дьявольская Ци Юду хлынула в вертикальный глаз на его межбровии обильным, стремительным потоком. Его третий глаз открылся, выстреливая лучом света, способным искоренить любые тела и души. Небо утонуло в чёрных пятнах.

Тем не менее, он до сих пор не мог заблокировать ладонь.

Цинь Му покачнул руками, с его уст сорвался голос Дао. Бессчётные руны магнетизма воспарили, образуя собой галактику, которую он тут же толкнул четырьмя руками вперёд. Из-за невероятной вибрации руки не выдержали и разорвались на части, разлетаясь плотью, кровью и костьми во всех направлениях.

Под давлением бесподобной мощи он отлетал назад на чрезвычайно высокой скорости, из-за чего его тело вытянулось до состояния струнки.

Цинь Му сплюнул полный рот крови, а точнее рты из всех трёх голов, между тем ранее разорванные руки отрастали с завидной стремительностью.

Всего за лишь мгновение он махнул своей ладонью несколько раз, надавливая в сторону огромной руки, пытающейся его расплющить.

Мириады призм небесного огня взорвались, порождая распространившийся во всех направлениях ужасающий импульс. Извергнутый небесный огонь пронёсся вдоль поверхности земли подобно стремительным речным потокам, накрывая собой площадь радиусом в несколько сот километров и превращая земли вокруг в пылающий ад!

Взрыв небесного огня также поднял водоворот, который в итоге выдавил пламя ещё дальше и поджёг лес. В пламени утонула уже площадь радиусом в несколько тысяч километров.

Буум!

Оказавшись полностью под придавливающей гигантской ладонью, Цинь Му исполнил божественное искусство мгновенного перемещения, вот только великая небесная мощь тут же разрушала бесчисленные руны искусства, не давая перемещению произойти.

Огромная рука обрушилась, отчего объятые пламенем горы содрогнулись. Сразу же после образовался импульс такой мощи, что даже небесный огонь, который был в принципе неугасаемый, разрушился на изнутри и погас.

Уммм, уррр…

Земля вибрировал, а ущелья растянулись во все стороны.

Зрелище было не для слабонервных.

Между тем гора, ранее разделявшая сражающихся, была стёрта из мирозданию мощью этого божественного искусства.

Внезапно, где-то в облаках пыли, послышался стон Янь Цилин. В течение всего времени действия её свирепствовавшего Дао Один, две другие руки Цинь Му постоянно исполняли навыки меча. После семнадцатой формы последовала восемнадцатая, положившись на которую он прорвал её защитный круг, а затем последовала девятнадцатая.

Второе движение Меча Бедствия — девятнадцатая форма меча, она же — Восход Бедствия, вырвалось вперёд.

Движения тела Янь Цилин иногда были подобны удивлённому лебедю, иногда сродни плывущему дракону, а порой как у расправляющего крылья феникса. Двигаясь таким невероятным, чудесным образом, она могла скрыть своё местоположение от других…

И всё же, девятнадцатая форма была движением, которое Цинь Му создал, чтобы отомстить за Небесного Преподобного Юя.

Неисчислимое множество вспышек меча, завораживающе танцуя во всех направлениях, окружили Янь Цилин. Каждое превращение и форма были бедствием, на которое она должна была либо ответить, либо попытаться избежать. Но с каждой следующей попыткой избежать, бедствие становилось масштабнее, а значит неминуемее и опаснее!

Танцующие мечи отрезали все пути к отступлению, заставляя её в конце концов ответить!

В момент, когда её огромная рука накрыла парня, ей пришлось использовать движения тела на пределе физических возможностей, но её всё же поразили все те тысячи мечей, погружаясь в неё, буквально, в одно и тоже время.

Янь Цилин напоминала подвешенного в воздухе дикобраза. Кровь струилась из уголка её рта, через который несколько мечей явно тоже попыталось проникнуть, оставляя снаружи торчать только свои рукояти.

Девушку скрутило от боли, после чего все летающие мечи выдавились из её тела, и она тут же запечатала свои раны, чтобы избежать лишней потери крови.

Выдавив из себя все летающие мечи, она закашлялась кровь, но не красной, а золотой, светящийся солнечным светом.

— Я знаю твоё происхождение… — Янь Цилин занялась кровавым кашлем, схватилась за своих колени и подняла голову, чтобы посмотреть на Цинь Му.

Она тяжело дышала. Вокруг неё повсюду валялись летающие мечи.

— Теперь я знаю, почему ты должен защищать Небесного Преподобного Юя, мне жаль, я не должна была использовать столько силы… — тяжёлым голосом проговорила она.

— Акх, кх, акх!

Внезапно послышался тяжёлый, гортанный кашель, доносящийся откуда-то из пылевого облака. Зрачки Янь Цилин сузились, глядя в сторону звука и видя, как там встаёт фигура.

Фигура пребывала в несравненно жалком состоянии. Из шести рук у неё осталось только одна, а каждая из его голов была вывернута под неестественным, явно несовместимым с жизнью углом, не говоря уже о том, что у них всех отсутствовало по одному куску…

Грудь фигуры, казалось, сгнила, а позвоночник был искривлён… и всё же фигура шагала, приближаясь к ней одним шагом за другим.

Пока фигура шла, от её тела, казалось, отваливались куски плоти.

Уголки глаз Янь Цилин сжались.

Отваливающаяся от Цинь Му плоть говорила о его несравненно жалком состоянии, но ещё она видела, как он обрастал новой плотью.

Он явно себя восстанавливал!

— Дао Один Багрового и Светлого Императоров… — Янь Цилин выпрямилась и попятилась. — Владыка Культа Цинь, стой! Мы с тобой не враги, Небесный Преподобный Юй может остаться под твоей опекой, мы не должны сражаться до смерти! Я уже знаю, кто ты…

Омм, умм, донг…

Летающие мечи на земле завибрировали, заставляя волосы на затылке Янь Цилин встать дыбом. Превозмогая боль, она отступала:

— Стой же! Небесный Преподобный Му, дело не в том, что я тебя боюсь!

Глава 792. Мне Всё Равно

Цинь Му неуверенно шагал в её сторону, каждый шаг давался ему с огромной болью, отчего его лицо и тело дрожали. Свежая кровь текла стекала по его ногам, наполняя следы кровью.

Тем не менее, по мере продвижения вперёд его походка постепенно становилась всё боле устойчивой.

Хрясь! Хрясь! Раздавались звуки, с которыми заменялись сломанные кости Цинь Му. Его шея медленно восстанавливалась, странно выкрученные головы обретали обычный облик.

Сломанные кости возвращались на свои места и отрастали, в то время-ка в ранах извивалась плоть, превращаясь в потерянные конечности.

Летающие мечи тоже один за другим поднимались с земли, медленно увеличиваясь в количестве.

Волосы Янь Цилин встали дыбом. Она никогда не видела практика божественных искусств с такой удивительной способностью к восстановлению. Подобное было присуще лишь, богу, отлично владеющим божественным искусством создания, или полубог из какой-то сильный расы.

Тем не менее, у обычного практика божественных искусств не могло быть такого глубокого понимания искусства создания.

Это тело было буквально бессмертным!

Великое божественное искусство, которое девушка недавно исполнила, было достаточно мощным для того, чтобы стереть Цинь Му с лица земли, тем не менее, полагаясь на свою ужасающую способность регенерации он сумел выдержать боль и восстановиться по пути.

Янь Цилин могла даже разглядеть бесчисленные крохотные руны, танцующие вокруг его ран, будто невероятно тонкие иголки и нити, зашивающие плоть и позволяющие ранам заживать. Мёртвая кожа и плоть отпадали, сломанные кости выдавливались наружу.

Её божественное искусство повредило не только физическое тело Цинь Му, но и его исконный дух. Противостоя атаке девушки, тот тоже был сильно потрёпан, тем не менее божественное искусство создания Цинь Му могло восстановить и его!

Эпоха Багрового Света достигла невероятных высот в искусствах создания. Багровый и Светлый Императоры изучали исконный дух и физическое тело соответственно, и когда их техники объединились, они превратились в наивысшее искусство создания.

Бессмертное физическое тело и нерушимый исконный дух!

Цинь Му всё же не достиг такого уровня, но уже был недалеко от него!

Янь Цилин мобилизовала свою жизненную Ци, но внезапно вскрикнула. В её теле было несколько тысяч ранений, и несмотря на то, что она силой их всех закрыла, раны ещё не зажили. Под давлением вскипевшей жизненной Ци они открылись снова.

Кроме того, в её распоряжении осталось не так уж и много жизненной Ци.

Её искусство было великим божественным искусством Дао Один. Оно обладало огромной мощью, но в то же время поглощало огромное количество жизненных сил. Больше половины жизненной Ци девушки исчерпались, а оставшаяся часть была нужна для того, чтобы сдерживать раны. Она с трудом держалась на ногах.

Тем не менее, её слегка успокоило то, что летающих мечей, поднявшихся с земли, было не слишком много. Было очевидно, что Цинь Му тоже был сильно истощён.

Под влиянием её великого божественного искусства он потерял больше половины своей Ци и был даже более истощён, чем девушка, хоть и сумел спастись.

Достижение бессмертного физического тела и исконного духа требовало ужасающего количества жизненных сил. Возможно, сейчас Ци Цинь Му была даже слабее, чем у неё.

— Небесный Преподобный Му, ты говорил, что узнал о моём происхождении, значит тебе должно быть понятно, что мы не должны сражаться до смерти, — продолжая отступать, Янь Цилин поспешно достала нефритовую бутылку. Поглотив все духовные пилюли, пытаясь-ка можно быстрее восстановить свои ранения. — Я сильно тбой восхищаюсь и знаю, что ты сильно сотряхнул мир в той битве на Собрании Яшмового Водоёма. Тем не менее, разве ты забыл, кто наградил тебя Титулом Небесного Преподобного Му…

— Титулом Небесного Преподобного Му? Какая мне разница? — внезапно прогремел голос Цинь Му. На первом слове он ещё был в трёхсот метрах от Янь Цилин, а на третьем он уже стоял у ей лица.

Его скорость оказалась ниже, чем раньше, несмотря на божественные искусства создания Багрового и Светлого Императоров, он всё ещё был тяжело ранен.

Великое божественное искусство Янь Цилин нанесло ему огромный ущерб и повредило божественное искусства!

Более того, он даже чувствовал, что способности его физического тела тоже были ограничены. Причина этого крылась в тяжёлых ранениях, и несмотря на самое сильное божественное искусство создания в мире, он не мог ничего с этим поделать из-за низкого совершенствования.

Тем не менее, раны Янь Цилин тоже были невероятно тяжёлыми. Все формы меча Восхода Бедствия, от первой до девятнадцатой, нанесли ей столько травм, сколько она ещё в жизни не получала.

Изодранный кулак Цинь Му полетел прямо на неё. На нём не было ни одного целого кусочка плоти, виднелись даже белые кости пальцев.

— Разве мне не всё равно? — его голос прогремел, будто гром.

Янь Цилин подняла руку, взрываясь рунами магнетизма. Их сила тут же надавила на Цинь Му.

Она больше не могла использовать своё совершенствование, и сражаться с Цинь Му лоб в лоб не слишком разумно. Божественное искусство магнетизма было самым лучшим решением.

Божественное искусство магнетизма заставило Цинь Му почувствовать, будто его тело стало тяжёлым, будто гора. Любой пинок или удар становился менее эффективным, точность атак тоже значительно снизилась. Все они притягивались к земле.

Тем не менее, Янь Цилин не ожидала, что Цинь Му всё равно ударит кулаком. Казалось, будто божественное искусство магнетизма совершенно на него не повлияло.

«Дао Семь Юаньду неэффективно против него? Не странно, его физическое тело слишком сильно, даже моё великое божественное искусство не смогло его убить!»

Поражённая, Янь Цилин подняла руку, чтобы заблокировать удар Цинь Му. В тот же миг юноша нанёс удары пятью остальными своими руками.

Янь Цилин блокировала удары со всех сил, но три головы и шесть рук Цинь Му превозмогли над ней. Она пропустила сотню ударов и отлетела назад. В полёте все её раны открылись, она превратилась в наполненный водой мяч, в котором внезапно появились сотни дыр, брызжа кровью во все стороны.

Девушка поспешно закрыла их, но в тот же миг Цинь Му внезапно присел. Подпрыгнув в верх, он поднял шесть рук и сложил их вместе, прежде чем двинуться к ней.

— Дао Три Юду.

Янь Цилин поспешно исполнила своё божественное искусство, и перед ней тут же появилась мембрана из тьмы. Силуэт Цинь Му растворился в ней, бесследно исчезая. Он переместился в Юду.

Прежде чем Янь Цилин успела облегчённо вздохнуть, под мембраной из тьмы показались ноги Цинь Му, а его сжатые кулаки безжалостно ударили в её грудь.

Один, два, три удара!

Девушка услышала, как захрустели её рёбра, и с оглушительным хлопком стукнулась в земле, создавая в ней огромную выбоину.

«Я не могу так продолжать, он побьёт меня до смерти! — распластавшись в яме, она силой задействовала всю свою оставшуюся Ци, чтобы пробить божественное сокровище Жизни и Смерти. — Мне больше нельзя сдерживать своё совершенствование, я должна достичь области Жизни и Смерти, чтобы его остановить!»

Пробившись в область Жизни и Смерти, она тут же ощутила, как на неё хлынула волна силы, контролирующей жизнь и смерть. Волна наполнила её тело, тут же смывая былую слабость.

Несмотря на то, что она ещё не оправилась на сто процентов, с магической силой божественного сокровища жизни и смерти ей больше не стоило бояться Цинь Му.

Вне себя от радости девушка подняла голову, увидев, что Цинь Му падает на неё с неба. Его тело было параллельно земле, тем не менее, он яростно вращался, будто его тянула какая-то нить!

«Что это за движение? — подавляя раны на своём теле, Янь Цилин внезапно пришла в себя. — Это восемнадцатая форма меча! Вот дерьмо!»

Она поспешно отступила и выпрыгнула из огромной ямы, лишь увидев, как Цинь Му продолжает катиться в её сторону. Её навстречу неслись несколько сотен рубящих и вращающихся летающих мечей!

Янь Цилин поспешно скрестила руки, создавая магнетические божественные ножи. Два ножа поочерёдно отбивались от восемнадцатой формы меча, издавая бесчисленные звонкие удары.

Они оба пытались одолеть скорость скоростью, двигаясь невообразимо быстро. Потеряв перевес, Янь Цилин была вынуждена непрерывно отступать.

«Он до сих пор может исполнять восемнадцатую форму меча? Его жизненные силы должны быть на исходе, как ему удаётся пользоваться движением, потребляющим так много Ци? — в этот миг она внезапно заметила Плод Дао Земного Эона в ореоле позади головы Цинь Му. — Внутри Плода Дао Земного Эона Матери Земли кроется огромная энергия, он перерабатывает её в своё собственное совершенствование!»

Внезапно Цинь Му перестал катиться и встал ногами на землю. Держа в руке мудру, он нанёс удар.

— Дао Два Сюаньду!

Янь Цилинь ощутила дрожь в позвоночнике и немедленно начала размахивать своими божественными ножами. Двигаясь с молниеносной скоростью, те образовали слои магнетических стен, защищая её.

Бум!

Вспыхнул небесный огонь, своей ужасающей силой разбивая стены одна за другой. Он Преодолев сотню из них, он остановился лишь на последней.

Янь Цилин облегчённо вздохнула, когда внезапно сквозь последнюю стену пробился луч света ножа. Цинь Му поднял свои шесть рук верх, и в сторону девушк и понеслись бесчисленные летающие мечи. Раньше их было лишь несколько сотен, но теперь их количество возросло почти до двух тысяч. Собравшись воедино, все они превратились в божественный нож.

Вьюх!

Нож пронзил последнюю стену, а шесть рук Цинь Му раскрылись. Его божественный нож тут же разделился на шесть, и теперь перед глазами Янь Цилин были лишь вертикальные и горизонтальные лучи ножа!

Нет Худа Без Добра!

Брызнула кровь золотистого цвета, Янь Цилин едва не разделилась на десятки частей. Поспешно отступая, она сердито проговорила:

— Небесный Преподобный Му, ты больше не хочешь своего звания?

Раны на теле юноши почти зажили, он мог бежать так же быстро, как раньше. Каждый раз, когда его ноги касались земли, та взрывалась, и раздавался раскат грома. Ухмыльнувшись, он ответил:

— Для чего он мне? Если у него достаточно смелости, пусть придёт и заберёт сам!

Янь Цилин впала в ярость. Силой мобилизовав свою Ци, она позволила ранам снова открыться:

— Как ты смеешь быть таким неуважительным! Теперь ты не можешь меня винить! Дао Один!

Она снова исполнила своё великое божественное искусство, и ужасающий волны хлынули на Цинь Му во второй раз, окружая его видениями древних райских небес. В них виднелись тысячи дворцов и залов, огромная Нефритовая Столица, высокие стены и небесные реки.

Видения звёздных богов, казалось, сформировали собой сеть, из которой нельзя выбраться. На небесной реке виднелся Флот Небесной Реки, а высоко в небе висели солнце и луна.

Под небом находился Юаньду, в котором постепенно формировалось Первобытное Дерево и Мать Земли. Над сетью из звёзд виднелся Сюаньду и Герцог Земли, а под землёй появилось Юду и Граф Земли!

В этот миг Цинь Му уже вошёл в райские небеса и прошёл через Южные Небесные Врата. Пробившись сквозь них, он наступил на райскую реку и бросился прямиком к Яшмовому Водоёму, прежде чем перепрыгнуть через Нефритовое Море!

Бум!

К этому моменту он разбил городские врата Нефритовой Столицы. Где бы он не проходил, видения богов и дворцов разрушались. Сломанная брусчатка и кирпичи разлетались во всех направлениях.

В призрачном Зале Непостижимого Неба Янь Цилин стояла перед Императорским Троном. Цинь Му добрался к ней слишком быстро, настолько быстро, что он совершенно не показался ей раненным. Ещё до того, как она успела закончить своё божественное искусство, Цинь Му уже стучал в дверь.

«Его совершенствование восстановилось? Нет, он достиг области Жизни и Смерти!»

Янь Цилин почувствовала, как её волосы встают дыбом. Зал Непостижимого Неба внезапно задрожал и разлетелся на куски от удара кулака Цинь Му.

В следующее мгновение его кулак надавил на красивое лицо Янь Цилин, и в следующий миг из него вырвалась ужасающая сила.

Оба силуэта мелькали среди разрушенных райских небес. Гора на расстоянии нескольких десятков километров внезапно взорвалась, и во все стороны разлетелись огромные валуны. Летя по дуге, те преодолевали довольно большое расстояние, прежде чем упасть на землюю.

В следующий миг раздался оглушительный хлопок, после чего видения древних райских небес исчезли.

Тело Янь Цилин катилось по земле, сбивая бесчисленные деревья и камни. Она остановилась лишь спустя несколько десятков километров, неподвижно распластавшись на земле.

Рядом с ней остановилась босая нога, а затем ещё одна. Цинь Му встал прямо над ней.

— Мне нет дела до звания Небесного Преподобного Му, которое старик Небесный Император мне дал, — юноша сплюнул кровью. — Я сражался за него своими собственными кулаками, это не его заслуга!

Из рта Янь Цилин потекла золотая кровь, она смотрела на него безжизненными глазами.

Цинь Му поднял одну из рук, раны на которой до сих пор продолжали заживать, и оттопырил пальцы. В воздухе тут же раздался свист летающих мечей.

Летающие мечи внезапно двинулись к его руке, сталкиваясь друг с другом бесчисленное количество раз. Они сливались друг с другом настолько быстро, что этого было почти невозможно разглядеть невооружённым взглядом.

Цинь Му опустил меч, приподнимая им подбородок Янь Цилин. Вытер кровь с уголков её губ, он с ухмылкой спросил:

— Где Небесный Преподобный Юй?

Янь Цилин глотнула кровь и прохрипела:

— Выведите их.

— Владыка Культа, мы здесь!

Посмотрев в сторону звука, Цинь Му увидел спутниц Янь Цилин, сопровождающих Небесного Преподобного Юя, Гунсунь Янь и остальных. Цилинь удручённо опустил голову:

— Владыка Культа, нам не удалось далеко уйти, прежде чем они нас поймали.

— Я знаю, — равнодушно проговорил юноша. — Вы должны были их отвлечь, и тогда мне бы удалось схватить эту девушку, чтобы обменять её на вас. Я пытался выманить тигра с горы.

Недоумевая, цилинь воскликнул:

— Владыка Культа, то есть ты не хотел отвлечь их внимание, чтобы позволить нам сбежать?

Растерявшись, Цинь Му почесал голову. Затем он удивлённо проговорил:

— Да, жирдяй, так я и планировал. Ты всё правильно понял, ээм, правильно…

Глава 793. Дымка Сомнений и Подозрений Дракона Ханя

Цилинь недоверчиво уставился на него, чувствуя кислинку на сердце и укол печали, и промямлил:

— Владыка, ты мне солгал. Я думал, что ты жертвуешь собой, чтобы защитить нас и дать нам шанс сбежать. Но ты сделал из нас наживку, чтобы заманить тех служанок…

— Я увеличу тебе паёк, — немедленно принял решение Цинь Му.

Цилинь немедленно перестал скулить и обратился к Небесному Преподобному Юю и Гунсунь Янь, которые всё ещё пребывали в смятении:

— Мудрость и сила Владыки непостижимы, он использовал такой искусный отвлекающий манёвр, чтобы схватить эту молодую леди и гарантировать нам безопасный обмен. Какой же всё-таки блестящий ход.

Водный цилинь закатил глаза, думая: «Мастерство бесстыдства этого парня гораздо круче моего. Всего лишь после пары слов он получил выгоду в виде дополнительной еды, он действительно олицетворение бесстыдства. Кстати говоря, о каких там писаниях он упоминал? Мне нужно как-то угодить ему и одолжить их для изучения. Может и мне удастся выклянчить дополнительной еды…»

Зверь был ранен во время попытки защитить Небесного Преподобного Юя, но больше всего досталось Гунсунь Янь. Служанки Янь Цилин сильно избили её, прежде чем отнять метёлку с конских волосом. Они были сильными практиками, одна из них даже достигла области Непостижимого Неба, в то время как остальные были в области Нефритовой Столицы. Несмотря на то, что Гунсунь Янь была полубогом уровня истинного бога, рождённым от ядра Плода Дао Земного Эона, она не могла раскрыть слишком много мощи, владея Первородным Мечом Шести Направлений.

После ожесточённого боя она была ранена и схвачена, между тем маленький саженец в её ореоле сморщился и казался безжизненным.

Цинь Му увидел, что все они не были в такой уж беде, и расслабился, заговорив:

— Старшая сестра Янь, мне кажется, текущая ситуация ясна. Сейчас ты в моих руках, так как поступишь?

Янь Цилин приложила недюжие усилия, чтобы подавить раны, и, слабо дыша, с трудом проговорила:

— Отпустите их.

Женщины на миг засомневались, но всё же сделали как им было велено, отпуская Небесного Преподобного Юя и остальных.

Янь Цилин прищурилась так сильно, что её глаза превратились в щёлки, и от её былой красоты не осталось ни следа, и мягким голосом спросила:

— Небесный Преподобный Му, ты доволен?

Цинь Му вложил в её рот несколько духовных пилюль со словами:

— Это для исцеления, не волнуйся, яда нет.

Янь Цилин держала пилюли во рту, не смея проглатывать.

— Ешь, у меня есть вопросы, — с улыбкой поторопил Цинь Му.

Янь Цилин держала свой рот закрытым, как вдруг Цинь Му надавил на её глотку, вынуждая звучно проглотить пилюли. Бусины холодного пота проступили на её лбу и спине, но после того, как духовные пилюли приземлились в её желудке, она моментально почувствовала зуд в ранах. Они медленно затягивались.

— Эти духовные пилюли я приготовил из слюней цилиня и нескольких трав. За одну такую можно выручить девять тысяч монет Изобилия в мирное время, — объяснил с улыбкой Цинь Му.

Цилинь разнервничался и прошептал:

— Владыка, это слюна дракона! Слюна дракона! Не называй её слюнями, иначе никто её в будущем не купит.

Янь Цилин застонала, но её раны больше не кровоточили. Она частично восстановила своё совершенствование, но всё ещё спросила слабым тоном:

— Что ты хочешь спросить?

— Для начала верни Первородный Меч Шести Направлений, — попросил Цинь Му.

Янь Цилин посмотрела на девушек и сказала:

— Верните им метёлку!

Женщина с метёлкой шагнула вперёд, но в это время Небесный Преподобный Юй внезапно остановил её:

— Дай мне!

Женщина с сомнением передала метёлку Небесному Преподобному Юю, который затем отнёс её и передал Цинь Му, прошептав:

— Брат, эти женщины до чёртиков сильны, я боюсь они воспользуются возможностью, чтобы атаковать.

Цинь Му сжал метёлку и поблагодарил:

— Брат, ты всё правильно сделал, — он повернулся к Янь Цилин, спрашивая. — Так ты из чужеземных райских небес? — прежде чем с беспокойством в голосе добавить. — Небесный Император в порядке?

Янь Цилин холодно ответила:

— Чужеземные райские небеса всего лишь райские небеса, созданные бунтарями и предателями, разве такие люди могли заслужить мою к ним лояльность? Ты ошибаешься, я ни каким образом не связана с ними. Для меня оказалось настоящей неожиданность, что Небесный Преподобный Му, человек, который поставил на уши мир из прошлого, на самом деле окажется из этой эпохи. Если бы Небесный Император узнал об этом, то определённо был бы крайне шокирован. Мне до жути любопытно, как Небесный Преподобный Му смог вернуться в прошлое на миллион лет? А Небесный Преподобный Цинь, который был с тобой — это молодой Император-Основатель?

Цинь Му с неизменной улыбкой ответил:

— Задал вопрос я, а информацию попыталась вытянуть ты. Старшая сестра, ты та ещё вредина. У меня есть вопрос о Дао Один и Дао Двадцать Два, упомянутых тобой ранее, как их ранжировали?

Выражение лица Янь Цилин смягчилось, когда она ответила:

— Великие Дао в мире делятся в зависимости от принадлежности, например, Юаньду имеет тридцать шесть Дао, первый тип Дао — это Дао Один, второй — Дао Два, ну и дальше в том же духе. У Юду есть шестьдесят четыре Великих Дао, у Сюаньду семьдесят два, также есть триста шестьдесят Великих Дао созвездий. Все эти дао имеют свои собственные внутренние нумерации, ранжировку, если угодно. Если кто-то использует божественное искусство, которое построено на логике определённого Великого Дао, это означает, что оно принадлежит к этому самому Великому Дао. Например, если ты используешь небесный огонь, то он принадлежит к Дао Два Сюаньду.

Цинь Му размышляя пробормотал:

— Подобный метод ранжирования напомнил мне о секте Дао… — вдруг он спросил. — Ты знаешь неряшливого Даоса?

— Ты говоришь о Предке Дао секты Дао? — Янь Цилин покачала головой, отвечая. — Я слышала о нём, но мы никогда не встречались.

Цинь Му внимательно следил за выражением лица собеседницы, поэтому вновь спросил:

— Ты раньше встречала Предка Дао секты Дао?

— Я не… — заговорила было Янь Цилин, прежде чем тут же исправиться. — Я уже раньше встречалась с Предком Дао секты Дао! Что ты заставил меня проглотить?

На её лице застыло выражения затравленности и ужаса, она, казалось, потеряла контроль над собственным сознанием. Она определённо хотела солгать, но когда Цинь Му вновь задал ей вопрос, более конкретный, она невольно выдала правду.

— Слюни жирдяя, — Цинь Му мило ответил, — вместе с некоторыми травами. В результате у меня получилось чудотворное исцеляющее средство. Однако у этих пилюль есть один недостаток — они влияют на сознание. Съевший их человек начинает своим сознанием следовать сознанию других людей. А если ещё добавить к этому некоторые божественные искусства дьявольского пути Юду, можно повлиять уже на душу, что очень эффективно для допроса. Предок Дао секты Дао — это человек, который помог вам определить порядок всех этих Великих Дао?

Между тем польщённый цилинь обратился к водному собрату:

— Вот используется моя слюна.

Водный цилинь был полон восхищения:

— Брат, тебе действительно есть чему меня поучить в свободное время!

— Этому не учат, это врождённый талант! — цилинь обрадовался ещё больше.

Холодный пот градом покатился по лбу Янь Цилин, в итоге стекая вниз по её щекам вперемешку с золотой кровью. Она во что бы то ни стало решила молчать.

— Даже без твоего ответа я уже знаю, что это он. Предок Дао влюблён в математику и думает, что в ней можно найти ответ на всё. Если бы Небесный Император пригласил его упорядочить Великое Дао всех миров, он определённо бы согласился, — голос Цинь Му становился мягче, когда он продолжил прощупывать. — Ведь это Предок Дао составил все виды Великого Дао? Ты видела все Дао, что он составил, я прав? В таком случае, где сейчас Предок Дао секты Дао?

Янь Цилин скрежетала зубами, дрожала всем телом, а её лицо было неестественно красным. Было очевидно, что она сопротивлялась дьявольскому голосу, воздействовавшему на душу.

Цинь Му слегка нахмурился. Янь Цилин по-прежнему не собиралась говорить, и у него не было в запасе иных способов, как её разговорить.

Дух девушки был силён, к тому же она была искусна в путях, навыках и божественных искусствах Юаньду, Юду и Сюаньду. Контролировать её душу было отнюдь не легко.

— Когда ты говорила о Дао Один Дао Меча и Дао Один Боевого Пути, что ты имела в виду? — спросил Цинь Му.

Янь Цилин ощутила, как тяжёлое бремя свалилось с её плеч, и он с трудом ответила:

— В этом мире изначально не было Дао Меча и Боевых Искусств, они образовались уже позже в результате исследований и изысканий последующий поколений, поэтому их нельзя отнести к природным Великим Дао. Предок Дао говорил, что если есть движение, которое может ступить в Дао, оно станет Дао Один, Предок Дао…

— Где Предок Дао? — быстро спросил Цинь Му.

Янь Цилин сильно затряслась и широко открыла рот в попытке откусить язык.

Цинь Му нахмурился и тут же вставил в её рот метёлку, чтобы не дать ей реализовать задуманное. Прокашлявшись, он сказал:

— Не волнуйся, я больше не стану задавать этот вопрос.

Янь Цилин выплюнула метёлку и холодно гаркнула:

— Ты настоящий интриган, я не верю тебе! Даже будучи Небесным Преподобным ты действительно прибегнул к таким низменным методам, как накачка наркотиками!

Цинь Му рассмеялся, не способный сдержать радость.

Янь Цилин ухмыльнулась:

— Небесному Преподобному Юю недостаёт нескольких осколков души, верно? Я знаю, где они находятся. Поскольку у нас общие враги, нам нужно работать вместе.

— Враг моего врага может и не быть моим другом, — Цинь Му покачал головой. — Я не знаю твоих истинных целей, поэтому не знаю друг ли ты вообще. Что же до души брата Ланя, я тоже знаю где она.

Янь Цилин замолчала, но чуть погодя спросила:

— Ты действительно не заботишься о титуле Небесного Преподобного Му?

— Небесный Преподобный Му? — Цинь Му рассмеялся, качай головой. — Небесный Император нарёк меня Небесным Преподобным, но что мне это дало? Всего лишь жетон Небесного Преподобного Му и священный указ. Они не стоят даже моего взгляда. Остальные Небесные Преподобные по крайней мере получили благословление древних богов, а я только жетон. Самое больше, что он может сделать, это забрать его обратно.

Янь Цилин опять замолчала, прежде чем чуть погодя ответить:

— Благословление Райского Императора прямо внутри жетона и священного указа, ты не знал этого в течение последнего миллиона лет?

Цинь Му ошалело замер.

Янь Цилин смотрела на него с полуулыбкой. Цинь Му изо всех сил сопротивлялся порыву пошарить рукой в своём мешочке таотэ и неловко прокашлялся:

— Я закончил расспрос, вы, девочки, можете идти. Как следует позаботься о своих ранах и не беспокойся о Небесном Преподобном Юе, поскольку он со мной, я о нём как следует позабочусь. Что же до объединения усилий, если твои намерения серьёзны, приведи его душу на встречу со мной.

Янь Цилин с трудом волокла ногами. Проходя мимо него она внезапно остановилась и тихо, словно невзначай, предостерегла:

— Не верь Матери Земли и держись настороже против Небесного Герцога и Графа Земли. От Небесного Союза тоже не стоит ожидать чего-то хорошего.

Цинь Му удивился, кардинально изменился в лице и тут же достал ивовый лист, желая приклеить его на своё межбровье, но внезапно остановился, передумав поступать так. Вместо этого он спокойно вернул его обратно и с улыбкой обронил:

— Какая умная особа.

Янь Цилин двинулась и через десять шагов к ней поторопились подбежать те женщины. Одна из них тут же прошептала:

— Должны ли мы…

Янь Цилин покачала головой:

— Он меня не добил, хотя мог, и даже подлечил, поэтому я должна проявить хоть каплю приличия. Сегодняшний инцидент себя исчерпал. За свой позор я отомщу самостоятельно, я не нуждаюсь в вашей помощи! Уходим!

Одна из женщин задрожала всем телом, тут же превращаясь в огромного Куня, в то время остальные проводили раненую девушку на её спину.

Кунь двинулся, собираясь взлететь, как вдруг позади раздался голос:

— Сестра Лин, Небесный Император мёртв?

Янь Цилин яростно задрожала, стиснув свои зубы.

— В-п-е-р-ё-д… — сквозь стиснутые зубы, буквально по буквам, сплюнула она.

Кунь взмахнул своими плавниками, словно крыльями, и воспарил к небу.

Цинь Му проводил девушек взглядом и погрузился в раздумья.

Гунсунь Янь и Небесный Преподобный Юй поспешно подошли к нему, и он вернулся в чувство, после чего с тёплой улыбкой сказал:

— Сестра Янь, ты ранена, позволь мне позаботиться о тебе, чтобы у тебя не осталось даже одного рама.

Угукнув, Гунсунь Янь молчаливо согласилась и встала рядышком, позволяя Цинь Му поднять её рубашку, чтобы взглянуть на раны. Затем он осторожно нанёс на её тело мазь и вывел запёкшуюся кровь.

Его техники пальцев были по-настоящему утончёнными, касаясь её девичьей, светло-бледной кожи.

— Небесный Император мёртв, — внезапно он остановился и погрузился в себя. — Мёртв древний Небесный Император из Райских Небес Дракона Ханя.

Гунсунь Янь слегка растерялась, не понимая, почему Цинь Му вдруг погрузился в себя и сказал что-то настолько случайное.

Однако вскоре он вернулся в чувство и продолжил наносить на неё мазь, тихо продолжив:

— Я всегда думал, что Небесный Император чужеземных Райских Небес — это Древний Бог, но исходя из информации, которую Янь Цилин неосознанно выдала, Небесный Император должен быть мёртв. Текущий Небесный Император чужеземных Райских Небес не он, а кто-то другой.

Стоя перед Гунсунь Янь, он галантно и с нежностью помог ей одеться. Он с особой тщательною привёл в порядок её рубашку, но она видела, что юноша напротив неё был где-то не здесь. Его разум явно переполняли разные мысли.

Одежды Гунсунь Янь уже были в порядке, но Цинь Му продолжал их подправлять, то тут, то там. Спустя некоторое время он внезапно протяжно вздохнул и мрачно обронил:

— Небесный Герцог, Граф Земли, время для серьёзного разговора. Как думаете?

Гунсунь Янь сбилась с толку, не понимая, почему он внезапно сказал это.

Между тем в мире земли слова Цинь белобородый старец и лавовый здоровяк молча переглянулись.

Вьюх~~

С неба спустилось бессмертное сознание, в итоге превращаясь в Цинь Му, уставившегося на клоны двух древних богов.

Глава 794. Смерть Небесного Императора

Клон Небесного Герцога и лавовый Граф Земли молчали. Старый Будда и Багровый Император сидели у каменной плиты напротив, расслабленно попивая чай. Время от времени они поднимали свои чашки, наблюдая за происходящим с сияющими лицами.

Великий Владыка Солнца послушно сидел сбоку, опустив голову и уставившись в кружку с чаем. Извергая из клюва языкb пламени, он бормотал:

— Я ничего не знаю, я рано умер. Из-за того, что я знал слишком много, меня пристрелили в спину.

Белобородый старец несколько раз кашлянул и посмотрел на Графа Земли. Затем он повернулся к Цинь Му и не удержавшись, проговорил:

— Сын Циня, позволь мне для начала поговорить с Графом Земли.

Юноша мягко кивнул в ответ.

Небесный Герцог и Граф Земли отошли в сторону чтобы уединиться, после чего начали шептаться друг с другом.

Граф Земли проговорил:

— Ты более осведомлён, говори ты.

Небесный Герцог ответил:

— Все мёртвые отправляются к тебе, ты знаешь больше всех.

Граф Земли промолчал.

Небесный Герцог беспомощно продолжил:

— Только что та девушка по имени Янь Цилин предупредила парня, чтобы он нас остерегался, она пытается посеять между нами зерно раздора. Если мы ничего ему не расскажем, он определённо пойдёт против нас.

Граф Земли шёпотом ответил:

— Я не слишком много знаю.

Небесный Герцог гневно улыбнулся:

— Ты это сделал, и всё же ничего не знаешь? Ты веришь, что буду рассказывать о всём, что ты натворил? В этом мире открылась печать Первобытного Царства, и даже появилась поддельная Мать Земли. Небесный Герцог, Райские Небеса, и даже Небесный Император из прошлого, все они появятся один за другим. Это значит, что скоро мир поглотит хаос. Думаешь нам удастся защитить Юду и Сюаньду?

Граф Земли немного помолчал:

— Я согласен поделиться с ним несколькими секретами, но мы не можем рассказывать ему обо всём, что касается нас.

Только после этих слов Небесный Герцог успокоился:

— Ты будешь говорить, или я?

— Я лучше умею держать язык за зубами, позволь мне, — ответил Граф Земли.

Они оба вернулись к Цинь Му, который бросил на них заинтригованный взгляд.

Рядом с каменной табличкой старый Будда и Багровый Император тоже заинтриговано держали уши востро.

Великий Владыка Солнца поначалу боялся услышать их разговор и собирался уйти, но из-за любопытства всё-таки нашёл в себе смелость остаться: «Я уже умер однажды, чего мне бояться?»

Вдали головастый младенец Цинь Фэнцин выполз из горного хребта, его уши внезапно увеличились в размере. Они были даже больше чем горы неподалёку и повернулись в сторону Небесного Герцога и Графа Земли.

Небесный Герцог прокашлялся, продолжая молчать. Посмотрев на Графа Земли, он сделал паузу, прежде чем наконец заговорить:

— Небесный Император Райских Небес Дракона Ханя и вправду мёртв.

Сердце Цинь Му резко дрогнуло, он продолжал заинтриговано смотреть на старика.

Внезапно раздался голос головастого ребёнка:

— Большой Граф Земли, где я могу найти и сожрать душу Небесного Императора? Я знаю, ты припрятал много отличных вещей!

Граф Земли посмотрел в взволнованные глаза всех вокруг и засомневался:

— Всё. Небесный Герцог, я слишком хорошо умею хранить секреты, и не знаю, что сказать. Боюсь, что они смогут выманить из меня что-то лишнее, поэтому лучше ты рассказывай.

Цинь Му с подозрением посмотрел на белобородого старика.

Небесный Герцог тут же ощутил нарастающую головную боль и злостно рассмеялся:

— Ты не умеешь хранить секреты, а просто хочешь, чтобы говорил я! Хорошо, я расскажу! Небесный Император Эпохи Дракона Ханя был убит, когда реинкарнировал чтобы жениться на женщине!

От удивления старый будда выплеснул свой чай в лицо Великому Владыке Солнца, сидящему напротив. Тот продолжал сидеть в оцепенении, и совершенно не думал о том, чтобы вытирать жидкость. Так как он был лишь раскалённым исконным духом, чай быстро испарился сам по себе.

Глаза трёх голов сознания Багрового Императора широко открылись, он растерянно застыл.

Цинь Му начал заикаться:

— Н-небесный Император реинкарнировал, чтобы жениться на женщине? Речь идёт о младшей сестре Небесной Императрицы?

— Нет, — со вздохом ответил Небесный Герцог. — Его Величество мудр и силён, его находчивость тоже не имеет себе равных. Граф Земли, Мать Земли, я и остальные не можем его одолеть, у нас всех есть недостатки, о которых он знает. Будучи первой формой жизни в мире, он владеет удивительными способностями и методами. Тем не менее, у него есть пагубный недостаток.

Граф Земли громко прокашлялся.

Небесный Герцог грустно продолжил:

— Можно рассказывать, в этом нет ничего плохого. В конце концов, Небесный Преподобный Му был свидетелем основания райских небес, он тоже многое знает и видел характер Его Величества.

На лице Цинь Му возникло странное выражение, он проговорил:

— Я знаю, что Небесный Император однажды перевоплощался, чтобы переспать с сестрой Небесной Императрицы, после чего родился Небесный Преподобный Хао. Но я понятия не имею что случилось потом.

Небесный Герцог проговорил:

— После смерти Небесного Преподобного Юя ситуация накалилась, и поначалу все расы были в ярости. Они подняли суматоху, требуя казни Небесного Преподобного Хао, а группа Небесных Преподобных даже пытались его убить. Чтобы защитить его, Небесный Император официально женился на той богине, исполняя её волю. В результате Небесный Преподобный Хао стал сыном Небесного Императора, и никто больше не осмеливался его трогать.

Цинь Му уставился на него широко открытыми глазами, прокричав:

— Небесный Император женился и на Небесной Императрице, и на её сестре?

Граф Земли снова прокашлялся.

— Ладно тебе, об этом тоже можно рассказать. Хватит кашлять и меня перебивать, — продолжил Небесный Герцог. — Обычно люди говорят, что древние боги беспристрастны, но на самом деле это не так. Древние боги не беспристрастны, беспристрастно лишь Великое Дао, рождающее их, отчего им приходится следовать его законам. На самом деле у древних богов есть их собственные чувства. К примеру, бесчисленное количество нас пыталось реинкарнировать, чтобы освободиться от ограничений Великого Дао Неба и Земли и родить своих детей. Некоторые даже завели себе детей с расами, возникшими после начала земли, чтобы удовлетворить свои плотские желания, тем самым создавая расу полубогов. Также существуют полубоги, рождённые от двух древних богов…

Граф Земли снова несколько раз кашлянул, прежде чем спросить:

— Друг Дао, зачем ты это рассказываешь? Ты портишь репутацию древних богов. Просто ответь на самые важные вопросы.

Не обращая на него внимания, Небесный Герцог продолжал:

— С тех пор как я оказался здесь взаперти, Сын Юду избивает меня каждый день, у меня и так уже нет репутации. Нет ничего плохого в том, чтобы от этом рассказывать, ведь это связано с тем, к чему я веду. Если не прояснить, парень продолжит расспрашивать и мне всё равно придётся всё рассказать.

Лавовый Граф Земли шёпотом предупредил:

— Знай меру, не иди по стопам Великого Владыки Солнца.

Великий Владыка Солнца кивнул:

— Я не знал, что говорю слишком много, пока меня не убили выстрелом в спину…

Рот Небесного Герцога не закрывался:

— Его Величество очень хитёр и мы, древние боги, не в силах его одолеть. Когда во времена Дракона Ханя были созданы райские небеса, мы и другие древние боги выбрали его Небесным Императором, это решение поддержали все. В то время мы думали о том, как в условиях растущего населения каждой из рас и появлением полубогов создать законы и не позволить живым существам убивать друг друга изо дня в день. Мы никогда не ожидали, что Небесный Император окажется таким коварным. Мы относились к нему как к другу Дао, а он отнёсся к нам как к подданным.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он тут же вспомнил Ах Чоу, которого встретил в Котле Резни.

Небесный Герцог продолжал:

— Он знал о всех слабостях древних богов. У Небесного Герцога слабость в руках, у Матери Земли и у меня тоже она есть. Мы были старыми братьями, старыми друзьями, разве мы могли его одолеть? Хе-хе, он крепко держал нас в кулаке. Будь то Юаньду, Юду или Сюаньду, там повсюду были посаженные им люди.

Цинь Му кивнул, вспоминая пережитое Небесным Преподобным Юем и увиденное в Котле Резни.

Небесный Император был поистине коварен. Неважно о каком древнем боге шла речь, тот не был ему ровней.

Со временем положение Небесного Императора становилось бы всё устойчивее, а его правление вечным.

И всё же Небесный Император был мёртв.

— На самом деле, после того как Небесный Преподобный Му покинул эпоху Дракона Ханя, полубоги и другие расы начали быстро развиваться, в мире появились бесчисленные сильные существа. Пока они становились сильнее, древние боги не могли улучшаться. Они не могли изучать новые пути, навыки и божественные искусства, не принадлежащие к их Дао, им оставалось лишь изучать своё Дао глубже, — печально проговорил Небесный Герцог. — Если полубоги и другие формы жизни не стареют и не умирают, их уважение и восхищение нами угасает. Старый будда — один из талантов того времени, тем не менее, он не был самым выдающимся и них.

Будда Брахма кивнул:

— Каждый из Семи Небесных Преподобных превосходил меня на голову.

— Старый Будда, не стоит преувеличивать, ты уступал им совсем немного, — утешил его Небесный Герцог. — Из всех форм жизни, появившихся после начала мира, Небесный Император больше всего боялся людей и талантливых полубогов, поэтому сильно остерегался своих сыновей и дочерей. Это привело к тому, что он начинал много конфликтов, истощая силы полубогов и людей. Он даже позволял им создавать маленькие райские небеса и сражаться друг с другом. В то время Наследный Принц Уци стал довольно большой силой, поэтому он намеренно дал ему шанс восстать, чтобы потом казнить. После его смерти Небесный Император не отпустил его просто так и дал ему фамилию Се, прежде чем отправить в Юду.

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Се Уци? Я встречался с ним у Прохода Нефритового Замка!

— Поначалу я об этом не знал, и был лишь в курсе того, что принц Се Уци восстал и был убит, остальное мне рассказала птичка. Лишь недавно я узнал, что именно Небесный Император дал ему шанс восстать, чтобы убить, — проговорил Небесный Герцог.

Великий Владыка Солнца втянул шею, на его лице появилось выражение сожаления.

— Расы людей и полубогов сражались между собой, а его дети не осмеливались восстать, слабости всех древних богов были у него на виду, он правил всем миром. В те времена никто не мог с ним сражаться, так же как и сейчас или в будущем.

— И всё же он умер, — взгляд Цинь Му загорелся.

Небесный Герцог на мгновение замолчал:

— Маленькая птичка сказала, что она умерла рано, но на самом деле это не так. Небесный Император умер раньше тебя.

Перья Великого Владыки Солнца забурлили, он воскликнул:

— Невозможно! Я отправился атаковать Небесного Императора Юня по его приказу, после чего меня пристрелили в спину. У меня есть указ Небесного Императора, это невозможно!

Глубоко вдохнув, небесный Герцог проговорил:

— Твоя смерть настала позже. Когда полубоги и люди сражались друг с другом, в Юаньду появилась женщина настолько прекрасная, что даже я не мог её не приметить. Её звали Цзюэ Учэнь, она была безупречна как не взгляни, не запятнана даже малейшей пылинкой. Её красота тронула даже моё сердце…

Цинь Му посмотрел на него со странным выражением лица.

Старый Будда и Багровый Император тоже резко изменились в лицах.

Сделав паузу, Небесный Герцог продолжил:

— В результате Небесный Император реинкарнировал. Раньше он не осмеливался реинкарнировать, поэтому сделал это втайне, никто не знал в кого он превратился и к какой расе принадлежал. Затем, в один день, Небесный Преподобный из человеческой расы пришёл ко мне в Сюаньду…

Цинь Му тут же взволновался:

— Какой Небесный Преподобный?

Небесный Герцог помолчал, но затем ответил:

— Небесный Преподобный Юнь, в то время он уже был Небесным Императором Юнем Небес Ханя, более того, он возглавлял Небесный Союз.

Тело Цинь Му сильно дрогнуло, его глаза помутнели.

— Небесный Преподобный Юнь пришёл ко мне, сказав, что может помочь нам освободиться от лап Небесного Императора. У него было лишь одно условие, чтобы в определённый день определённого месяца я лишь смотрел и не вмешивался, — признался Небесный Герцог. — Я не знал что он собрался делать, но согласился. В то же время в Юду пришёл другой Небесный Преподобный, чтобы встретиться с Графом Земли.

Посмотрев на Графа Земли, он проговорил:

— Друг Дао ещё помнит, кто из Небесных Преподобных его навещал?

— Граф Земли ответил:

— Конечно помню. Ко мне приходил лидер полубогов, Небесный Преподобный Хао. Он сказал, что в определённый день определённого месяца мне просто нужно будет смотреть и не вмешиваться в происходящее в Юаньду, и что это поможет решить кризис Юду. Я согласился.

Небесный Герцог добавил:

— Тогда Небесный Преподобный Хао был Небесным Императором Хао Небес Дракона.

Цинь Му растерянно пробормотал:

— Почему Небесный Преподобный Хао и Небесный Преподобный Юнь вместе? Разве они не заклятые враги? Один из них был на стороне полубогов, а второй на стороне форм жизни, рождённых после начале мира, разве они не должны сражаться друг с другом до смерти?

— Этого я не мог понять, сколько бы не думал, и это ужасало меня сильнее всего, —взгляд Небесного Герцога был пустым и испуганным, он начал говорить тише. — После этого настал день, когда началась атака. Первой удар нанесла Цзюэ Учэнь, затем настал черёд Небесного Преподобного Юня и Небесного Преподобного Хао, которые повели за собой сильных практиков всевозможных рас. Лишь тогда я узнал, что человеком, которого они собрались убить, был Небесный Император. Согласно своему обещанию, я не вмешивался. Более того, я тоже боялся Небесного Императора и надеялся, что он умрёт. Друг Дао Граф Земли тоже не сделал своего хода…

Цинь Му покачал головой, в его горле пересохло. Он тихо спросил:

— Но ведь была ещё Мать Земли…

— Она тоже смотрела и не вмешивалась. — взгляд Небесного Герцога был каким-то странным, он начал говорить ещё тише. — Мать Земли даже запечатала небо Юаньду и скрыла его листьями Первобытного Дерева, отчего Райские Небеса не могли увидеть происходящего.

Глава 795. Окончательная Победа

Цинь Му впал в оцепенение.

Одной была несравненная красотка Цзюэ Учэнь, рождённая в Первобытном Царстве Матери Земли.

Другим был лидер полубогов, Небесный Император Райских Небес полубогов, Небесный Преподобный Хао.

Третьим оказался лидер всех живых существ, появившихся после начала времён, он же лидер Небесного Союза, Небесный Император Райских Небес людей, Небесный Преподобный Юнь.

Момент, когда Небесный Император считался наиболее непобедимым — во время самых жестоких и непримиримых сражений полубогов и людей, но именно тогда они и разложили для него ловушку.

Образ Небесного Герцога, Графа Земли и Матери Земли здесь не был особо впечатляющим.

Пугало то, что перерождение Небесного Императора, которое должно было быть тайной за семью печатями, оказалось известно другим!

Однако Цинь Му пугало больше не это, а союз между Небесным Преподобным Юнем и Небесным Преподобным Хао. Союз между заклятыми врагами было сложнее всего вообразить. Как вообще можно поверить в то, что стороны, испокон веков враждующие друг с другом, просто возьмут, и забудут обо всём, чтобы сразить Небесного Императора?

Вражда между полубогами и остальными живыми существами являлась противостоянием между хищником и добычей, противостоянием между хозяином и рабом.

Постоянно разрастаясь и сражаясь друг с другом, вражда со временем становится лишь глубже и непримиримее. И даже если забыть о противостоянии рас, имела место быть глубокая вражда между Небесными Преподобными Юнем и Хао из-за убийства Небесного Преподобного Юя. Исходя из здравого смысла Небесный Преподобный Юнь просто не мог объединиться с Небесными Преподобными Хао.

Вот только какой бы фантастической и невероятной эта призрачная возможность не казалась — она произошла.

Цинь Му это так пугало ещё и потому, что, чтобы осуществить это, им пришлось бы всё продумать за долгое время до начала осуществления задуманного. А значит борьба между полубогами и живыми существами была всего лишь постановкой, целью которой было не что иное, как ослабление по отношению к ним бдительности Небесного Императора.

Вот только за этот период времени скольким полубогами, богам и смертным пришлось погибнуть?

Потерянные жизни, вероятно, даже измерить невозможно!

Горы трупов и реки крови были встречены лицами Юня и Хао без грамма сожалений и другого рода подобных эмоций.

«Они оба ужасающие…» — содрогнувшись, попытался успокоиться Цинь Му.

Голос Небесного Герцога продолжал звучать:

— … в той битве Небесный Император погиб и был превращён ими в пыль. Я не знаю, почему Мать Земли поступила так, точно так же, как не знаю, сделала ли он свой ход. В те времена все мы были частично эгоистичны. Хе-хе, беспристрастные древние боги, так нас обычно восхваляют обычные существа. Мы, древние боги, не такие достойные, каковыми вы нас считаете. Сын Юду, узнав, как мы, древние боги, решаем вопросы, тебе стоит опасаться нас.

Цинь Му слабо вздохнул, прежде чем пробормотать:

— Не удивительно, совершенно не удивительно, что Янь Цилин посоветовала мне не ждать ничего хорошего от Небесного Союза, быть начеку с Небесным Герцогом и Графом Земли и не верить Матери Земли, вот в чём причина…

Он, наконец, всё понял.

За Янь Цилин стоял Небесный Император, который погиб, в некотором смысле, по вине Небесного Герцога, Графа Земли и Матери Земли, ведь они просто смотрели со стороны, не собираясь что-либо предпринимать, а Небесный Союз наложил на него руки непосредственно.

— В таком случае, раз Мать Земли сказала, что погибла от рук Небесного Союза, почему тогда её Первобытное Древо оказалось в руках Небесного Императора? — озадачился Цинь Му.

Небесный Герцог внезапно продолжил:

— После смерти Небесного Императора произошло кое-что странное. Именно поэтому я не знаю, кто оказался окончательными победителем среди трёх райских небес.

Цинь Му поспешно спросил:

— Что именно?

— После смерти Небесного Императора, — продолжил Небесный Герцог, — Небесные Преподобные Юнь и Хао устремились прямо к Райским Небесам с завидной даже для меня скоростью. Их тогдашние совершенствования были крайне примечательными. Но меня озадачило то, что Небесный Преподобный Юнь превратился в Небесного Преподобного Хао, и они оба устремились вперёд на пределе своих возможностей в попытке добраться до райских небес перед другим. Я понял, что они делали, только позже… — со странным мерцанием во взгляде, старец мрачно продолжил. — Они пытались добраться до физического тела Небесного Императора!

Цинь Му содрогнулся.

— Новости о смерти Небесного Императора никогда не появлялось, и даже несмотря на то, что тот определённо был убит, Небесный Император на Райских Небесах до сих пор жив, — взгляд Небесного Герцога слегка потерялся. — Небесные Преподобные Юнь и Хао устремились к райским небесам, чтобы взять под контроль физическое тело Небесного Императора. Контролируя его, ты получаешь авторитет и величие Небесного Императора, а значит может с лёгкостью подавить другую сторону. Только подумай, есть ли другой, более лёгкие способ захвата власти? Вот только я не видел, кто именно из них завладел телом Небесного Императора.

Цинь Му оцепенел, словно стал деревянным цыплёнком. Спустя момент он спросил:

— Небесный Преподобный Юнь превратился в Небесного Преподобного Хао? Как именно?

Небесный Герцог не ответил.

Будда Брахма вздохнул. Старый Будда озабоченно нахмурился, признаваясь:

— Я научил его. Он лидер человеческой расы, лидер Небесного Союза. Он хотел повысить уверенность человеческой расы, превратившись в Небесных Преподобных Му и Циня, которые бесследно исчезли. Он нашёл меня и я, естественно, с радостью научил его. Тогда на человеческую расу нельзя было посмотреть без жалости…

Цинь Му кое о чём подумал, прежде чем внезапно спросить:

— В таком случае, а Небесный Преподобный Юнь действительно человек?

Будда Брахма удивился, понимая, к чему клонит парень, и покачал головой со словами:

— Я не знаю.

Цинь Му посмотрел на Небесного Герцога, но тот тоже лишь покачал головой:

— Я тоже не знаю, человек он, или полубог, его внешность всегда была человеческой. Однако… — он на мгновение остановился, прежде чем продолжить, — Небесный Преподобный Хао тоже всегда ходил с человеческой внешностью.

Округа погрузилась в тишину.

Спустя некоторое время Небесный Герцог продолжил:

— Я знаю только, что на Императорском Троне Райских Небес Дракона Ханя сейчас сидит не настоящий Небесный Император. А кто именно занимает престол, мне не известно. Всё потому, что в последствие происходило всё больше и больше перемен. Например, вскоре Райские Небеса Дракона Ханя были уничтожены, после чего древние райские небеса начали подниматься всё выше и выше, отдаляясь от Юаньду, которые после масштабного сражения стало Великими Руинами. В итоге с течением времени Багровый Император обрёл свою силу благодаря руинам Юаньду…

Багровый Император, казалось, тоже был частично не здесь, размышляя, когда заговорил:

— В те времена в Великих Руинах творился настоящий бардак, они были крайне опасным местом. Я даже со счёта сбился, сколько раз мне чудом удавалась избежать смерти. Во времена молодости я любил путешествовать, поэтому находил многие руины обоих райских небес. Одним днём я нашёл статую бога с тремя головами и шестью руками, но с неясными чертами лица. Внезапно я вдохновился и на меня снизошли озарение. Я долго просидел под статуей и, в конце концов, понял свой собственный путь.

Цинь Му словно дубиной огрели, когда она резко спросил:

— Мою статую?

— Я не мог разглядеть лицо отчётливо, — покачал головой Багровый Император.

Цинь Му чувствовал путаницу в разуме. Небесный Герцог и остальные вывалили на него слишком много шокирующей информации. У него уйдёт какое-то время, что переварить её.

Внезапно он кое о чём вспомнил и поспешно спросил:

— А что там с Небесной Императрицей? Разве она и её сестра не на райских небесах? Неважно кто завладел телом Небесного Императора, он определённо не мог скрыть этого от сестёр! Почему они не выдали их?

— Сын Юду, — заговорил Небесный Герцог, — тебе не любопытно, каким образом произошла утечка информации о перерождении Небесного Императора? Если, по твоей логике, захват тела Небесного Императора не мог остаться незамеченным для Небесной Императрицы и её сестры, то разве перерождение Небесного Император могло оказаться в тайне от них?

Цинь Му шлёпнул ладонью по лбу, начиная ходить туда-сюда вокруг каменного стола. Он так много ходил, что голова Великого Владыки Солнца закружилась.

Он вдруг резко остановился и сказал:

— В таком случае Небесный Преподобный Хао должен был победить! Если бы победил Небесный Преподобный Юнь, Небесная Императрица и её сестра определённо бы обо всём рассказали. В конце концов Небесный Преподобный Юнь враждовал с ними.

Внезапно раздался монотонный голос Графа Земли:

— Ты уверен, что Небесный Преподобный Юнь никак не связан с Небесной Императрицей и её сестрой? Он вполне мог оказаться сыном одной из них, в конце концов многие древние боги баловались перерождениями.

Цинь Му ошалело замер.

Казалось, он больше не мог трезво мыслить.

Небесный Герцог засомневался на момент, прежде чем всё же заговорить:

— Я тут вспомнил о случае, когда Небесная Императрица подверглась нападению. Маленький птенец недавно упомянул тот случай, он сказал, что с ним было что-то не так, что-то странное…

Великий Владыка Солнца взвыл.

Небесный Герцог собирался было продолжить, но его неожиданно прервал Граф Земли:

— Друг Дао, ты сказал уже достаточно. Мы рассказали всё, что знали о той ситуации, связанной с Небесным Императором. Плодить новые слухи не обязательно.

Белобородый старец пришёл в себя и начал прогонять парня:

— Сын Юду, тебе пора, не продолжай приходить сюда, когда тебе вздумается, чтобы нарушить наш мир и покой. Ты узнал более чем достаточно. Узнав больше, ты только сделаешь хуже для себя.

Цинь Му поспешно спросил:

— Я всё ещё кое-чего не понимаю! Как только Небесный Герцог поможет мне разобраться с этим, я не стану нарушать ваш мир.

Небесный Герцог терпеливо обронил:

— Говори.

— Раз Небесный Император умер, а его тело сменило владельца, как тогда ты объяснишь Янь Цилин, — протараторил Цинь Му, — она определённо преемник Небесного Императора, ведь они совершенствует во всех типах Великого Дао. Она даже обладает великим божественным искусством Дао Один. Более того, она появилась здесь из-за распечатанного Первобытного Царства, и даже привела с собой Первобытное Древо и новую Мать Земли. Очевидно же, что Первобытное Древо и Мать Земли — это не то, что было бы ей подвластно, поэтому ей определённо помогает Небесный Император. В таком случае может тот всё же ещё жив?

Небесный Герцог уставился на него, как вдруг перешёл на бранный тон:

— А мне откуда знать? Я ничего об этом не знаю, если ты спрашиваешь меня, кого тогда спросить мне? Кыш, кыш. Если ты не уйдёт добровольно, я позволю твоему брату выйти и завладеть тобой!

Большеголовый младенец обрадовался и счастливо хлопнул в ладоши.

Цинь Му помрачнел, понимая, что продолжать расспрос бесполезно, и отозвал своё бессмертное сознание.

После его ухода Небесный Герцог и Граф Земли уселись за каменным столом. Великий Владыка Солнца поспешно уступил им место и встал в сторонке.

— Нападение на Небесную Императрицу не должно быть слишком связанным, почему друг Дао не дал мне рассказать об этом? — спросил Небесный Герцог.

Лавовый Граф Земли ответил:

— Сказав слишком много, мы притянем к нему лишние опасности. В нашем жестоком мире, чем больше ты знаешь, тем скорее умираешь, — договорив, он бросил взгляд на Великого Владыку Солнца.

Владыка Солнца открывал и закрывал свой клюв, но ничего не говорил.

— Более того, то, что знает друг Дао — это твой ценный ресурс, — Граф Земли решил дать совет. — Взгляни на моё Юду, я положился его силу, чтобы избавиться от лишних сил райских небес. Друг Дао, ты обычно говоришь, пока не ощутишь удовлетворение, но ты думал о том, сколько сил райских небес на твоём теле? Не хотел бы ты позаимствовать его силу, чтобы избавиться от всех тех опасностей?

Небесный Герцог так широко распахнул рот, что в него могло пролезть страусиное яйцо, и только спустя некоторое время начал заикаясь говорить:

— Т-ты ч-честный? Друг Дао, если т-ты ч-честный, то я п-проделаю д-дыру в небе!

Лицо лавового Графа Земли состояло из каменистых пород, поэтому выражение его лица нельзя было разглядеть, когда он ответил:

— Я правитель Юду, начало дьявольского пути, для меня естественно знать несколько таких методов.

Небесный Герцог с улыбкой проговорил:

— Кажется мне нужно будет его вскоре пригласить в Сюаньду. Ха-ха…

****

Цинь Му сидел на голове цилиня и обрабатывал раны, совсем скоро он большинство из них исцелил. Внезапно он кое о чём вспомнил: «С Графом Земли тяжело говорить, чего не скажешь о Небесном Герцоге. Я забыл спросить его, может ли Мать Земли отследить меня через своё благословление!»

Будучи только что вышвырнутым Небесным Герцогом, сейчас ему не стоило опять что-то у него спрашивать, поэтому он пока подумал о другом способе: «Для начала вернусь в Вечный Мир, может Святой Дровосек что-то скажет. Его знания и опыт гораздо обширнее, чем у меня, поэтому кто-кто, а он действительно может что-то знать. Если Мать Земли и правда может меня таким образом выследить, я также должен будут избавиться от всех благословлений древних богов у Небесного Преподобного Юя…» — мысленно подытожив, он порылся у себя в мешочке таотэ, пока не нашёл жетон и указ, полученные в награду от Небесного Императора.

Цинь Му засомневался. Янь Цилин сказала, что в них сокрыто благословление Небесного Императора, а значит возникала дилемма, должен ли он открыть их ради получения благословления?

Если через него можно было кого-то отследить, будет ли Небесный Император, который неизвестно жив или мёртв, знать о всех его передвижениях?

Нерешительно пробормотав себе под нос, он положил их себе обратно в мешочек таотэ:

— Я приму решение после того, как Наставник Дровосек изучит благословление Матери Земли! Заполучив благословление Небесного Императора, я получу ещё один метод для своей защиты, вот только я не знаю его мотивов, а значит не знаю, смогу ли извлечь из этого выгоду. Достаточно только вспомнить, как закончил Небесный Преподобный Юй.

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, после чего его тело шесть раз грохотнуло. Его Божественные Сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, а также Жизнь и Смерть резко открылись!

Его исконных дух стоял на земле шести направлений под Плотником Древа, который сейчас был настолько высоким, что дотягивался своими ветвями до луны и солнца, в то время как под его ступнями клубилась тьма Юду.

Божественное Сокровище Жизни и Смерти проходит через жизнь и смерть, дотягиваясь прямиком до Юду!

«Человек стоит между небесами и землёй, с небом над головой и землёй под ступнями. Становление богом требует поднятия, а дьяволом — спуска, мы с рождения имеем доступ сразу до двух сторон, как бога, так и дьявола. В таком случае противоположностью Божественного Сокровища Жизни и Смерти будет Божественное Сокровище Сюаньду!»

Исконный дух Цинь Му изменился, после чего послышались грохотания от открытия его божественных сокровищ дьявольского пути вплоть до Божественного Сокровища Небожителя. Сразу же после сломалась стена и неисчерпаемый небесный свет засиял из него, отражая Божественное Сокровище Жизни и Смерти!

Цинь Му наклони голову посмотреть и увидел себя, наступающего на Сюаньду. Внезапно его взгляд рассредоточился, так как он подумал о чём-то важном.

«Люди обладают обоими пути бога и дьявола. Разве это не означает, что каждый может открыть свои божественные сокровища путей бога и дьявола? — он на мгновение замер, прежде чем задрожать всем телом от возбуждения. — В таком случае кто-нибудь раньше пытался открыть божественные сокровища дьявольского пути? Если нет, то получается я первый? Верно! Божественные сокровища можно унаследовать, получается мне нужно подарить жизнь ребёнку, чтобы подтвердить эту теорию! Хмм, но как?.. Имперский Наставник раньше это уже делал, спрошу у него!»

Глава 796. Ненормальные Люди

У большинства стариков, воспитывавших Цинь Му, не было детей, поэтому они не делились с ним знаниями в этой сфере.

Старейшина деревни был Императором Людей, целью которого было уничтожение Высших Небес, поэтому он не осмеливался заводить семью.

Мясник был литературным гигантом, давшим себе полную волю во всём. Он никогда не обращал внимания на мелочи, такие как рождение ребёнка.

У одноногого была не самая лучшая репутация. Когда он не воровал, то убегал от преследующих его людей.

Слепой никогда не рассказывал о своей семье. Немой лишь знал, что того обманули.

Бабушка Сы убила своего мужа Ли Тяньсина в брачную ночь.

Глухой был опьянен живописью и каллиграфией, в результате чего сошёл с ума. Когда-то у него была жена, но она умерла вместе с остальными жителями его страны, поэтому он не любил о ней вспоминать.

То же можно было сказать о старом Ма, его жена и дети погибли, когда его преследовали монахи Монастыря Великого Громового Удара.

Единственным, кто был сведущ в вопросах семьи, был целитель, но деревенские жители считали его плохим примером для Цинь Му. Он лишь дал ему понять, что женщины крайне опасны.

Старейшина деревни говорил, что у него была возможность завести семью до того, как Высшие Небеса были уничтожены. Бабушка Сы твердила, что все женщины вертихвостки. Поэмы и ножи мясника были быстрыми и сильными, он никогда не заводил отношений с женщиной.

Поэтому Цинь Му понял, что если он хочет завести ребёнка, то ему оставалось лишь спросить Имперского Наставника, который уже создал семью.

Из числа тех, кого он знал, не было смысла говорить об обеих цилинях. Небесный Преподобный Юй сейчас был глуп, поэтому его тоже можно было не спрашивать, а Гунсунь Янь была всего лишь маленьким ростком. Она точно не знала ответа на его вопрос.

«Я должен вернуться в Вечный Мир.»

Цинь Му сел на спину цилиня и повернулся, взглянув на поле битвы, где произошло сражение двух Матерей Земли. Ужасающие волны энергии до сих пор время от времени достигали его. Он не знал была это рябь из оставшихся божественных искусств, или сражение до сих пор продолжалось.

Гунсунь Янь встревоженно оглянулась:

— Интересно, как поживает Мать Земли? Я также не знаю жива ли сестра Цююнь, она бы не могла умереть с Первобытным Мечом Матери Земли в руках, верно?..

Она была немного растерянной.

На протяжении десятков тысяч лет она всегда оставалась в храме Матери Земли, находящемся снаружи дворца земли. Она заботилась о полях и остатках души Матери Земли. Сложившаяся ситуация была для неё огромным шоком, отчего девушка растерялась.

Она не могла вернуться в храм Матери Земли, отчего чувствовала, что потеряла своё направление в жизни. На самом деле, она была будто дерево, любящее стоять на месте.

Девушка не привыкла носиться по миру.

Цинь Му всё ещё держал её за руку, энергия Плода Дао Эона Земли непрерывно текла в её тело. Тепло руки парня заставляло её успокаиваться, и сморщенный саженец в ореоле позади её головы тоже начал приходить в норму и медленно расти.

«Мне так и не удалось поговорить с Бай Цюй’эр. — Цинь Му отвёл свой взгляд в сторону, чувствуя себя слегка подавленным. — Интересно, как она прожила последние сорок тысяч лет? Должно быть ей удалось сбежать с того дворца… Какая бы Мать Земли не победила, это выгодное время для Вечного Мира. Если они обе погибнут, будет даже лучше. Тем не менее, шанс этого слишком мал. Второй лучший исход — это если они обе будут тяжело ранены и останутся в своих дворцах. В таком случае Вечный Мир и Великие Руины ощутят наименьшее давление.»

Он хотел найти Бай Цюй’эр, но найти человека в Первобытном Царстве, которое было во много раз больше Великих Руин было невероятно сложно. Для него это было попросту невозможной задачей.

***

В этот момент обе Матери Земли продолжали сражаться на Верховных Небесах Императора, и, хотя их сражение не было таким страшным как поначалу, оно всё равно встряхивало весь мир. Даже сильные практики Императорского Трона чувствовали страх при его виде.

Одна из двух Матерей Земли находилась над землёй, а другая под, в то время как почвы, казалось, вовсе не существовало. Виднелся лишь свет Великого Дао, окрашивая её в сверкающий золотой свет и поднимая и уничтожая бесчисленные горы.

Сила Магнетизма задействовала солнце, луну и звёзды в небе, все они время от времени вспыхивали силой, превращаясь в ослепительные лезвия из света, спускающиеся с неба чтобы ударить врага.

— С моими способностями убить обоих Матерей Земли очень сложно, я, в конце концов, лишь в области Непостижимого Неба, мне лишь предстоит достичь Императорского Трона. Что скажешь, Лю Чжэн? — На краю поля битвы учёная сидела на спине осла, наблюдая за удивительной битвой. — Я надеюсь на лучший исход, на то, что обе матери Земли сильно ранят друг друга, отчего они разделят между собой силы Первобытного Царства, таким образом они не будут нести в себе угрозы для Вечного Мира.

— Аан… — ответил осёл.

Учёная открыла свою маленькую сумку и улыбнулась:

— Хорошо, что они ранили друг друга и уже не находятся на пределе своих способностей. В противном случае мне пришлось бы совершенствоваться до области Императорского Трона чтобы их ранить.

Осёл улыбнулся:

— Хвии, хвии!

— Ты прав, я могу победить Гуань Ча, первое место в Дао Боевых Искусств, так что мне определённо удастся сильно ранить Мать Земли. Но вот тот факт, что их две, слегка всё усложняет.

С бесчисленным количество шахматных фигур в сумке, она уехала на осле вдаль. Расставив по одной фигуре на определённом расстоянии, она улыбнулась:

— В шахматах Го для смертных есть девятнадцать рядов и столбцов, но разве настоящая игра может быть такой маленькой? Со звёздным небом в качестве фигур и землёй в качестве доски, получатся тысячи рядов и столбцов. Когда они превратятся в построение, наступит бедствие. Лю Чжэн, я чувствую, что мои навыки построений можно назвать лучшими в мире.

— Уии, — осёл стремительно побежал вперёд, достигая невероятной скорости.

Он сделал круг по полю битвы Матерей Земли, Учёная продолжала разбрасывать бесчисленные чёрно-белые фигуры.

Она подняла голову, всматриваясь в звёздное небо, и вдруг закричала, с силой взмахивая своим перьевым веером в сторону поля битвы.

***

Между тем Цинь Му спешил вперёд, когда его сердце внезапно дрогнуло. Он поспешно обернул голову и ошарашенно застыл.

На том поле битвы, где находились обе Матери Земли, вспыхнули чёрный и белый лучи, переплетаясь друг с другом. Казалось, что по полю летели два гигантских извивающихся дракона!

Он уже значительно отдалился от поля боя, находясь на расстоянии более пятнадцати тысяч километров, тем не менее, он всё равно мог отчётливо видеть белый и чёрные лучи. Можно было представить, насколько толстыми они должны были быть, чтобы обрушиться такой разрушительной силой.

— Это божественное искусство? Нет, это невозможно, никто не обладает такой великой магической силой! Это навык построения!

Он впал в оцепенение, глядя как разрушительный навык построения пробивается сквозь всё, встречающееся на поле боя Матерей Земли.

Расстояние к нему было слишком большим, поэтому он не мог увидеть его превращений, тем не менее, он чувствовал в его ряби убийственное намерение.

Сила этого убийственного построения была попросту ужасающей.

«Кто создал это построение? Неужели он использует закон неба и земли чтобы убить Матерей Земли? Теперь, когда печать Первобытного Мира открылась, появилось поистине много сильных практиков.»

Он развернулся и собрался с мыслями, прежде чем сконцентрироваться на изучении божественного сокровища Жизни и Смерти.

Божественное сокровище Жизни и Смерти было открыто Старшим Вестником Смерти, и было шестым в системе совершенствования божественных сокровищ. Оно вело прямиком в Юду и заимствовало его силу.

Цинь Му не нуждался в объяснении сил Юду, тем не менее, его божественное сокровище Жизни и Смерти было не таким, как у других. Между Юду и Сюаньду была разница, поэтому ему не было у кому учиться.

Он был вынужден изучать всё самостоятельно.

«Самым важным моментом остаётся то, что я не могу развиться дальше Жизни и Смерти, мне всё же придётся открывать божественное сокровище Божественного Моста.»

Взгляд Цинь Му задрожал. Цилинь медленно шагал вперёд, в то время как Небесный Преподобный Юй упорно учился готовить пилюли для водного цилиня. Его печи время от времени взрывались, покрывая лицо пеплом.

— Я наконец приготовил печь пилюль! — спустя некоторое время раздался радостный возглас Небесного Преподобного Юя, и он выхватил из пылающей печи горсть духовных пилюль. Он забросил их себе в рот, в то время как водный цилинь восторженно за ним наблюдал.

Затем лицо Небесного Преподобного Юя позеленело, из его рта начала идти пена.

Цинь Му пришлось приложить немало усилий чтобы его откачать и нейтрализовать яд. Затем он терпеливо проговорил:

— Создание пилюль требует стойкого характера и хорошей техники, к тому же это очень опасный процесс. Если лишь слегка ошибиться с травами или температурой, то у тебя получатся не духовные пилюли, а яд. В будущем, когда будешь готовить пилюли, не пробуй их сам, а давай попробовать Ах Шую.

Лицо водного цилиня ужасно помрачнело, он продолжил тащить Небесного Преподобного Юя.

— Разве те пилюли не были предназначены для Ах Шуя? — внезапно придя в себя спросил Цинь Му. — Почему ты съел их сам?

Небесный Преподобный Юй внезапно опустил голову:

— Они очень хорошо пахли, я не удержался…

Цинь Му покачал головой и бросил ему ещё трав, после чего вернулся к изучению божественного сокровища Жизни и Смерти и размышлениях о том, как открыть Божественный Мост.

Погрузившись в мысли, он начал ходить туда-сюда по спине цилиня. Гунсунь Янь, которую он продолжал держать за руку, не оставалось другого выбора, кроме как носиться следом за ним.

Энергия Плода Дао Эона Земли быстро поднимала её совершенствование, её исконный дух быстро становился всё сильнее и сильнее. По мере роста Первобытного Дерева для неё постепенно открывалось Дао Юаньду.

Гунсунь Янь была слегка озадачена, не понимая что происходит. Она хотела спросить Цинь Му, но не осмеливалась его отвлекать, поэтому терпела.

Посмотрев вниз, девушка почувствовала, что земля там была особо привлекательной, отчего у неё возникло желание пустить там корни.

Ей действительно хотелось посадить свой исконный дух в землю и превратиться в огромное дерево. Было бы даже лучше, если бы в его кроне к тому же развелось гнездо фениксов.

Внезапно она почувствовала, что в теле Цинь Му тоже было дерево, поддерживающее небо и землю, объединяя все его божественные сокровища. Оно постепенно поглощало питательную энергию Плода Дао Земного Эона.

«Неужели он тоже дерево? — Гунсунь Янь радостно моргнула. — Если так, то мы можем вместе найти тёплое место чтобы пустить корни. Мы можем держаться руками и корнями и купаться в солнечных лучах. В наших кронах заведутся несколько гнёзд фениксов, и те будут петь, когда им будет скучно, взывая друг к другу…

Она с нетерпением ждала такой блаженной жизни.

И всё же Плотник Дерева в теле Цинь Му был не тем, что она себе представляла. Его создал Сюй Шэнхуа, после чего Цинь Му довёл строение до идеала. Он был создан с помощью математики и жизненной Ци, которые соединяли небо и землю и пронзали все божественные сокровища, соединяя их воедино.

«Божественное сокровище Божественного Моста — это летающий мост, ведущий к райским дворцам. Шагая по нему, исконный дух может достичь Южных Небесных Врат. С помощью Плотника Дерева Божественного Моста тоже можно достичь этого результата, тем не менее, этот способ слишком сложный, он лишь немного проще, чем достижение райских дворцов с помощью пути боевых искусств. Математика, задействованная в нём, слишком сложна, — размышлял Цинь Му. — Небесный Наставник Боевых Искусств разрушил моё божественное сокровище Божественного Моста, позволяя мне открыть его заново, это отличный шанс поэкспериментировать. К райским дворцам можно не только подлететь, должны быть и другие способы, верно?

Он был вне себя от волнения и немедленно взялся за эксперименты над собственным телом, думая про себя: «Я смогу открыть божественное сокровище Парамиты и подплыть на Ковчеге Парамиты к райским дворцам на противоположной стороне?»

В его голове начали зарождаться всевозможные мысли: «Плотник Врождённого Дерева Божественного Моста слишком сложно совершенствовать, но я могу посадить дерево прямиком в седьмом божественном сокровище. Позволить ему протянуться прямиком к райским дворцам слегка проще, чем использовать Плотника Врождённого Дерева Божественного Моста.»

«Также я могу создать Верёвку Небесного Доступа! Просто свесив верёвку с Южных Небесных Врат, можно будет забраться по ней к райским дворцам.»

«Кроме того я могу построить божественное сокровище Парящего Водоёма! Оно поднимет практика над Яшмовым Водоёмом и позволит ему добраться прямиком к Нефритовому Павильону! Но в таком случае его совершенствование поднимется к области Нефритового Павильона, и он станет небесным богом, поэтому такой способ сработает только если у практика столько магических сил, как у истинного бога. Это попросту невозможно, тем не менее, такой способ существует…»

«Есть ещё и другой способ, он превратит седьмое божественное сокровище в райскую реку. Так как та стекает вниз с райских небес, по её руслу можно будет добраться до них!»

…

Цинь Му был несказанно взволнован, продолжая думать о том, как открыть седьмое божественное сокровище. Каждый из придуманных им методов был осуществимым, но ему ещё предстояло воплотить их в реальность.

«Моё сегодняшнее совершенствование ещё не достигло достаточного для открытия седьмого божественного сокровища уровня. Впрочем, с Плодом Дао Земного Эона Матери Земли оно стремительно растёт, и скоро я буду готов!»

Переполняясь уверенностью, он поднял голову и всмотрелся вдаль: «Учитывая способности ног цилиня, нам понадобится несколько месяцев чтобы добраться до столицы Вечного Мира. Прибыв туда, я уже буду в силах открыть седьмое божественное сокровище! Как только я обрету божественное сокровище Парамиты, я тут же отправлюсь к Небесному Наставнику Боевых Искусств, чтобы он его разрушил, и я попробовал создать божественное сокровище Плотника Дерева. Перепробовав все способы, я решу какой из них самый простой и создам идеальное решение проблемы жителей Вечного Мира и Великих Руин.»

Он приложил все свои силы, чтобы определить формы божественных сокровищ и присоединить их к райским дворцам, совершенно не тратя времени на события снаружи.

Цилинь что было сил мчался вперёд, но несмотря на это, он добрался до окрестностей столицы лишь спустя восемь месяцев. По дороге им встречались бесчисленные полубоги, поселившиеся возле великих гор и рек.

Жирдяй приказал водному цилиню разведать обстановку, и спустя некоторое время тот вернулся, чтобы доложить:

— Брат, теперь Матерей Земли двое, и никто не знает кто из них настоящая, а кто поддельная. Кроме того, какой-то учёный на осле тяжело их ранил, поэтому они бежали. Все полубоги крайне взволнованы и боятся что-то предпринимать.

Цилинь изумлённо воскликнул:

— Удивительно… Владыка Культа, ты не спишь?

Цинь Му открыл глаза и покачал головой.

Он был полностью сконцентрирован на создании седьмого божественного сокровища, отчего в его голове помутнело. Даже готовя духовные пилюли или пищу, он был погружён в свои мысли.

— Где младший брат? — оглянувшись, он заметил лишь круглого водного цилиня и ещё какой-то мяч возле него. Не обнаружив Небесного Преподобного Юя он встревоженно воскликнул.

— Старший брат, я здесь! — мяч поднял руку и обозвался.

Цилинь объяснил:

— Владыка Культа, пока ты был занят, жирдяй Юй наконец научился готовить духовные пилюли и начал есть их вместе с Ах Шуем. Это то, что с ними стало за восемь месяцев. Владыка Культа, я не ел!

Цинь Му повернулся, чтобы взглянуть на Гунсунь Янь, и с удивлением обнаружил, что до сих пор держит её за руку. Она не стала толстой, но в ореоле за её головой выросло небольшое дерево, медленно покачивающееся на ветру.

Гунсунь Янь даже успела сплести с его ветвей гнездо, слегка напоминающее гнездо феникса Фэн Цююнь.

Моргнув, Цинь Му подумал про себя: «Все эти люди вокруг меня какие-то ненормальные, только жирдяй и я… нет, только я адекватный.»

— Жирдяй, идём, — воодушевлённо проговорил он. — Отправляйся в столицу! Давай найдём Небесного Наставника Боевых Искусств, я вот-вот открою своё седьмое божественное сокровище и мне нужно будет снова его разрушить… Погоди-ка, для начала нужно пойти в поместье Имперского Наставника, я хочу спросить у него как завести ребёнка!

Глава 797. Благословление аль Проклятье

Прямо перед ними раскинулась столица, в которой они увидели многочисленных практиков божественных искусств, занятых расширением города через обновление стен. Практики возводили стены крайне высокими, покрывая их защитными рунами из крови зверей.

Цинь Му оказался возле города и поспрашивал вокруг, чтобы разузнать, что происходит. Ему ответил ученик Зала Небесных Работ, один из занятых обновлением города:

— Совсем недавно столицу атаковали полубоги, превратившиеся в божественных зверей, и разрушили одну часть стены. После этого Имперский Наставки приказал нам расширить столицу и обновить стены, делая их выше. Владыка, прошу взгляни на руны, разработанные Залом Построений, терпимо?

Цинь Му получил от него руны построений и внимательно их изучил. Несмотря на свою невероятную замысловатость их дизайн имел чувство стиля и был красивым, и в итоге он с улыбкой похвалил:

— Прилично. Достижения Зала Построений в навыках построений уже превзошли мои, мне придётся потратить некоторое время на учёбу, чтобы достичь подобного уровня.

— Владыка слишком нахваливает нас, — с улыбкой ответил ученик. — Бог Копья побывал во всех уголках империи со своими лекциями о навыках построений. Святой Дровосек между тем упорядочил все навыки построений Эпохи Императора-Основателя и перед их ему. Бог Копья научил им нас, мы всего лишь родились в правильное время и оказались в нужном месте, получая в итоге огромную пользу.

Богом Копья, о котором шла речь, был слепой.

Пока Цинь Му бродил, где ему вздумается, слепой, глухой и остальные старики учили своим знаниям в школах во всех уголках империи. К тому же им также передали свои знания Святой Дровосек, Небесный Наставник Рыбак, Ди Июэ и остальные, именно поэтому Вечный Мир продвигался с такой божественной скоростью.

Если бы вещи шли своим чередом, Вечный Мир определённо бы процветал, но после внезапного прорыва Первобытного Царства из-под печати он распался на части, и в итоге потерял былой контроль над своими землями.

Вскоре они добрались до поместья Имперского Наставника.

Имперский Наставник недавно вернулся из дворца в изнеможённом состоянии, поэтому отдыхал, и их провела к нему его жена, со словами:

— Мой муж подавлял восстания, но сразу же после возращения Император вызвал его в имперский дворец и продержал там десятки дней. Он действительно устал.

Цинь Му извинился:

— Мне действительно жаль прерывать отдых младшего брата.

Имперский Наставник ответил:

— Второй старший брат слишком учтив. Империя сейчас в опасности, и я делал то, что должен был. Император тоже потерял много веса, становясь мешком с кучей костей. Если предводитель в таком состоянии, как я могу жаловаться? Ты никогда не приходишь без причины, значит у тебя какое-то срочное дело.

Цинь Му засомневался, но всё же раскрыл цель своего визита:

— Я здесь, чтобы проконсультироваться с тобой о том, как заводить детей.

Жена Имперского Наставника изначально думала, что он хочет обсудить какие-то важные вопросы, поэтому от неожиданности покраснела. Сразу же после она поспешила удалиться, но внезапно обернулась и увела с собой также и Гунсунь Янь. После того, как они вышли, она с улыбкой проговорила:

— Давай дадим мужчинам поговорить наедине, а мы, сёстры, немного посплетничаем.

Имперский Наставник подождал, пока женщины удаляться, прежде чем залиться бранью:

— Империя в опасности, а у тебя есть настроение заводить детей?! Цинь Му, подумать только, что я уважал тебя как своего старшего брата! Как ты можешь вести себя настолько абсурдно?!

Цинь Му поспешно объяснился:

— Я велел Небесному Наставнику Боевых Искусств разрушить моё Божественное Сокровище Божественного Моста, потому что хотел заново открыть его, тем самым раз и навсегда решая проблему разрушенных мостов у людей Вечного Мира. Причина, по которой я начал думал о способе заведения ребёнка заключается в том, что я хочу проверить, может ли седьмое божественно сокровище, которое я, наконец, открыл, наследоваться нашими потомками и последующими поколениями. Если это наследуется, значит проблема полностью решена.

— Я ошибался в тебе, — Имперский Наставник поднялся и поклонился до земли, искренне говоря. — Я сдуру подумал, что второй старший брат распушенная личность, но оказалось, что ты думаешь о людях и несёшь тяжесть мира с праведность, выгравированной на твоих костях! Ты проявил инициативу и разрушил своё Божественное Сокровище Божественного Моста, мне не хватает твоей смелости! Я искренне и со всей серьёзностью заявляю, что ты достоин быть моим старшим братом! Я благодарю тебя от имени всех людей в мире!

Цинь Му поспешно помог ему встать и с улыбкой сказал:

— Я не заслуживаю такого отношения. Младший брат, так как заводить детей?

Имперский Наставник обычно вёл себя предельно серьёзно, но сейчас его лицо покраснело, и он закашлялся, казалось бы, решая какую-то дилемму.

Цинь Му с подозрением крикнул:

— Ты знаешь, но не хочешь сказать мне! Ты оказывается корыстен!

— Нет же, просто это тяжело произнести в слух, — поспешно оправдался Имперский Наставник. — Даже в начальных школах знают. Там есть классы об этом, просто пойди туда и послушай лекцию.

Цинь Му покачал головой:

— Я никогда не был в начальной школе. Впервые покинув Великие Руны, я сразу отправился в Имперский Колледж.

Имперский Наставник нахмурился, заозирался вокруг, прежде чем тихо сказать:

— Дай мне кое-что принести, увидев это ты всё сразу же поймёшь, — договорив, он поспешно удалился.

Спустя некоторое время он вернулся слегка навзводе и достал из рукава книгу, после чего всучил её в руки Цинь Му со словами:

— Изначально я тоже не знал этого, да и вообще мало что понимал в отношениях между мужчинами и женщинами. После того, как Император заставил меня жениться, я был в растерянности, поэтому он дал мне эту книгу. После прочтения я всё понял. Возьми её, она определённо развеет все твои сомнения.

Цинь Му посмотрел на обложку, на которой было написано несколько слов «Романтический Дневник Столицы». Затем он открыл книгу и заглянул внутрь. Там были нарисованы мужчины и женщины. Они могли даже двигаться, давая понять, что путь живописи был крайне продвинутым. Человек не только рисовал ярко и живо, но он также достиг первой области пути живописи, ранее упомянутой Учёной, показывая свою экстраординарность.

Цинь Му увидел рисунки и раскраснелся, прежде чем резко захлопнуть книжку с возгласом:

— Разве это должно быть так? Как бесстыдно! Я больше не хочу иметь детей!

Имперский Наставник вступился:

— Я тоже поначалу думал в таком же ключе, даже считал, что это грязно и оскорбительно для мудреца. Но попробовав я понял, что не всё так плохо, и даже довольно интересно.

Цинь Му с чувством боли в сердце презрительно выдавил:

— Младший брат, ты пал!

Имперский Наставник начал спорить:

— Как можно пасть из-за обычных отношений людей? Если тебе она не нужна, верни! Я больше не одолжу её тебе.

Цинь Му готов был отдать книгу, но внезапно передумал:

— Дай я ещё раз взгляну, мне нужно оценить эти действия… А? Пути живописи мне кажется знакомым, кто автор Романтического Дневника Столицы?

В нём начали зарождаться подозрения. Он перелистнул на титульную страницу, а затем на последнюю, но не смог найти подписи.

— Эти мазки кисти, такие достижения в пути живописи… — гнев Цинь Му нельзя было унять, и он даже начал запинаться. — Д-д-дешка г-глухой, ты пал д-до такой с-степени?!

Имперский Наставник опять закашлялся, говоря:

— Да, это и правда работа Святого Небесных Искусств. В противном случае я не стал бы так секретничать. Император неустанно просил меня вернуть эту книгу, поэтому я сказал, что потерял её и не могу вернуть. Это исходник, копий нет, Святой Небесных Искусств написал эту книгу, когда был в тяжёлом положении бедняка. Сейчас, когда он обогатился, он не станет рисовать ещё одну. Так что не забудь вернуть её после того, как закончишь.

Цинь Му пролистал Романтический Дневник Столицы с красным лицом и бешено колотящимся сердцем, прежде чем поспешно вернуть.

Имперский Наставник аккуратно пролистал страницы книги одна за другой, после чего осторожно убрал, спрашивая:

— Я забыл спросить, с кем ты планируешь завести ребёнка?

Цинь Му словно сковородкой по голове огрели. Он просто встал, как истукан, и только спустя некоторое время ответил:

— Я ещё не подумал об этой проблеме. Последние месяцы мой разум заняло седьмое божественное сокровище, и я уже успел подумать об его двадцати шести типах. За эти восемь месяцев я также разобрался со всеми двадцатью шестью методами и планирую попробовать их все. Изначально по моему плану я должен был заводить ребёнка с каждым успешным методом, но сейчас, зная, что всё не так просто, я должен найти двадцать шесть женщин…

— Убирайся! — Имперский Наставник с мрачным, как у грозовой тучи, лицом указывал пальцем в сторону выхода из своего поместья.

Цинь Му пробормотал:

— Я твой старший брат, как ты можешь так со мной говорить?

— Ах Фу, Ах Фу, быстро иди сюда и вышвырни этого засранца! — Имперский Наставник всё не унимался. — Какое распутство, ты не достоин быть моим вторым старшим братом!

Цинь Му поспешно сказала:

— Давай пока забудем о заведении ребёнка. Я ещё должен много чего сделать, и, если честно, у меня нет времени на детей, к тому же это так проблемно. Есть ещё кое-что, что я хотел узнать у тебя. Взгляни на ореол позади моей головы — это благословление Матери Земли. Она хочет, чтобы я возродил её, поэтому благословила меня, а ещё дала Плод Дао Земного Эона. В противном случае мне не удалось бы достичь области Жизни и Смерти так быстро. Вопрос возрождения Матери Земли не шуточный, а поскольку она следит за мной сразу двумя способами, то рано или поздно опять найдёт меня. Взгляни, может ты поймёшь, как мне снять её благословление. Я и правда нуждаюсь в твоей помощи.

Имперский Наставник смягчился и начал внимательно изучать ореол позади головы Цинь Му. С мрачным выражением лица он смотрел на него под разными углами и ходил туда-сюда, что-то себе бормоча под нос.

Внезапно свет меча заставил содрогнуться всю комнату, когда он уколол в парня.

Цинь Му стоял неподвижно, слыша непрекращающийся звон от столкновения. Имперский Наставник раз за разом колол мечом, всякий раз демонстрируя изумительное движение меча. Он колол строго в ореол, поражая кончиком меча ту или иную руну!

В следующий миг его вертикально-горизонтальный меч, столь же грациозный, как плавающие драконы, сотряс весь двор.

Однако ореол разразился всевозможными красочными, ярких цветов вспышками, и интенсивно закрутился, блокируя все вспышки меча.

В итоге Имперский Наставник убрал меч и ореол перестал вращаться:

— Благословление Матери Земли крайне сильно, оно также само по себе способ защиты. Если ты сможешь исполнить мощь благословления, то с лёгкостью заблокируешь атаку истинного бога. Даже небесные боги не смогут тебе как-то навредить, — он проверил свой меч, обнаруживая на его кончике маленькие трещинки. — Это благословление очень полезно, ты уверен, что хочешь от него избавиться?

Цинь Му кивнул головой, говоря:

— Так называемое благословление может быть и проклятьем. Мать Земли сейчас тяжело ранена Небесным Наставником Цзы Си, но рано или поздно она вернётся. Если она схватит меня, у меня не останется выбора, кроме как возродить её. В итоге Вечный Мир, Багровый Свет и Император-Основатель будет проще простого уничтожить!

Имперский Наставник на долго замолчал:

— В таком случае нужно созвать Наставника Дровосека и всех остальных мудрецов в Вечном Мире. Также понадобится твоя бабушку Сы. Она должна прийти, ведь наиболее опытна в рунах магнетизма. Все они не здесь, поэтому их сбор займёт какое-то время.

Цинь Му слегка воспрял духом и спросил:

— Небесный Наставник Боевых Искусств в столице?

— Вначале он отправился к Южному Морю поговорить с Сыном Бога Багрового Света, и так сильно напугал того, что в ближайшее время нам не придётся беспокоиться о бунте с его стороны. Не так давно он отправился в прерии с визитом к Махакале. Судя по времени, вскоре он вернётся, — Имперский Наставник вздохнул. — Имели место быть аномальные движения на дне Восточного Моря, как и со стороны миров в небе. Северное Море, ледяные равнины и всевозможные руины Вечного Мира тоже проявляют активность. Мы уже потеряли связь с Великими Руинами и Западными Землями, а врата мгновенного перемещения, что мы пару месяцев назад изготовили, могут в лучшем случае защитить от двадцати до тридцати наиболее важных городов. Сейчас появилось столько требующих внимания вопросов, что я стал ненавидеть себя за то, что не могу сделать миллион копий себя.

Цинь Му взволновался, предлагая:

— Почему вы не превратили столицу в летающий город богов? Превращение столицы в город богов могло бы, во-первых, запугать, а во-вторых, повысить уверенность людей в Вечном Мире.

Имперский Наставник ответил:

— Мы с Его Величеством обсуждали постройку города богов, но проблема в том, что сокровищница опустела, а торговля в текущих обстоятельствах невозможна. Также у нас нет достаточного количества божественных металлов и материалов для постройки города в небе.

Цинь Му с улыбкой предложил:

— На землях Вечного Мира появилось множество руин, в которых должно быть припрятано достаточное количество оружий. Можно было бы расплавить их для постройки города в небе.

Имперский Наставник с улыбкой ответил:

— Не забивай себе голову этими проблемами, для тебя сейчас важнее всего открытие седьмого божественного сокровища! В столице у тебя нет дома, верно? Не хочешь остановиться у меня? А когда все соберутся, мы поможем тебе решить проблему с благословлением Матери Земли.

Цинь Му покачал головой:

— У меня есть несколько домов в столице. Лин’эр заведует моими финансами, и она однажды сказала, что цены на недвижимость в столице чудовищно вырастут, поэтому мы приобрели несколько домов заблаговременно. К тому же мне всё равно будет несколько неудобно здесь оставаться, в конце концов у тебя не так уж много денег. Для тебя даже проблема обзавестись одеждами и едой.

Имперский Наставник уставился на него с широко распахнутыми глазами.

Цинь Му попрощался с ним и позвал Небесного Преподобного Юя, который в это время тайно наминал духовные пилюли водного цилиня. Затем он также позвал Гунсунь Янь.

Девушка поспешно подбежала и прошептала:

— Ты спрашивал, как зачать ребёнка?

Цинь Му слегка покраснел и едва заметно кивнул головой.

Гунсунь Янь перешла ещё на более мягкий голос, словно боясь, что кто-то её услышит:

— Вообще-то, я тоже знаю, мог просто спросить у меня. Когда цветки расцветают, тебе всего лишь нужно передать мне свою пыльцу, и ребёнок родится.

Цинь Му был ошеломлён.

Гунсунь Янь помешала воду в поместье Имперского Наставника своей метёлкой, подняла её, чтобы стряхнуть немного воды на голову Цинь Му, и серьёзно посоветовала:

— Подливай себя чаще, чтобы расти быстрее. Когда мои цветки расцветут, твои тоже должны расцвести. Затем ты используешь свои мужские цветки, чтобы опылить мои женские.

Цинь Му застыл, словно дурак, и только спустя некоторое время пришёл в себя.

— Жирдяй ещё не пришёл? — в спешке спросил он. — Лань Юйтянь, ты всё ещё ешь? Когда Святой Король передал тебя мне ты мало весил и был худощавым, а сейчас превратился в «это». Он определённо сделает из меня козла отпущения, ведь передал мне Небесного Преподобного Юя, а я ему верну жирного Ланя!

Глава 798. Небесный Преподобный Юй, Постигающий Дао

Цинь Му привёл всех к поместью в столице, увидев, что оно было невероятно большим и спокойным. По нему туда-сюда носились бесчисленные горничные, убирая и заботясь об окрестностях.

«Лин’эр и вправду хорошо умеет распоряжаться деньгами.»

Цинь Му был очень доволен, и расспросил здешних людей. Одна из девиц проговорила:

— Лин’эр приходит сюда время от времени и встречает здесь Старшего Тигра, принцессу и других друзей. Тем не менее, она уже давно не появлялась.

«Почему она любит носиться туда-сюда, вроде меня? Теперь, когда мир в хаосе, это очень опасно.» — юноша покачал головой и нашёл место для ночлега Небесному Преподобному Юю, Гунсунь Янь и остальным. Закончив, он тут же начал пытаться открыть божественное сокровище Парамиты.

Божественное Сокровище Жизни и Смерти было основанием божественного сокровища Парамиты. Построение последнего было самым простым из придуманных Цинь Му способов становления богом. Для начала ему лишь требовалось создать Ковчег Парамиты, который и являлся божественным сокровищем.

Он позаимствовал концепцию Ковчега Парамиты, а также вдохновлялся бумажной лодкой Старшего Вестника Смерти.

Изначально Ковчег Парамиты был кораблём, использовавшимся для путешествия в деревню Беззаботную. Его придумал Святой Дровосек и построил Будда Сакра. Тем не менее, в Великих Руинах его уничтожили.

Внимание Цинь Му пало на способность этого корабля передвигаться в пустоте.

Бумажная лодка Старшего Вестника Смерти могла переправлять души и людей в Юду, и так как шестое божественное сокровище было напрямую связано с Юду, Цинь Му решил, что это самый простой метод. Используя способность лодки передвигаться по Юду, он мог позволить Ковчегом Парамиты подниматься с божественного сокровища Жизни и Смерти и пересекать тьму, добираясь к Южным Небесным Вратам.

Это был самый простой метод, так как Божественное Сокровище Парамиты строилось из Жизни и Смерти. Черпая оттуда силу и собирая в нём жизненную Ци, открыть его было просто.

С другой стороны, открыть его в пустоте было бы намного сложнее. В пустоте физического тела было очень сложно собрать Ци, это было равносильно созданию мира из ничего. Цинь Му был не слишком уверен, что подобное будет ему под силу.

«Из семи божественных сокровищ, открытых Семью Небесными Преподобными, лишь божественное сокровище Духовного Эмбриона было создано из пустоты. Он поглотил её энергию, открывая духовную платформу, на которой был выкован духовный эмбрион, позволив всем жизням обрести дух и душу.»

«Что касалось остальных шести божественных сокровищ, все они заимствуют силу древних богов.»

«Божественное Сокровище Пяти Элементов использует силу Владык Пяти Элементов, Шесть Направлений черпают силу Матери Земли, Семь Звёзд питаются солнцем, луной, и пятью элементами, Небожитель использует силу Небесного Герцога, Жизнь и Смерть — Графа Земли, в то время как Божественный Мост — райских небес Дракона Ханя. Небесный Император Райских Небес Дракона Ханя исчез, поэтому ему не было откуда черпать силы, что значило, что его больше не было возможно открыть.»

— В таком случае, у какого бога мне стоит заимствовать силу для божественного сокровища Парамиты? — пробормотал себе под нос Цинь Му.

Чтобы открыть божественное сокровище Парамиты, требовалась сила, которую оно направляло бы практику. Только после этого его можно было бы назвать областью.

Из семи Небесных Преподобных шесть заимствовали силу. Только Небесный Преподобный Юй обладал удивительным талантом и не делал этого. Это был поистине непревзойдённый уровень таланта!

— Неважно от того, силу которого из богов я позаимствую, это не приведёт к чему-то слишком хорошему.

Цинь Му погрузился в мысли, но внезапно пришёл в себя и отыскал Небесного Преподобного Юя, который сидел в оцепенении.

Юноша собирался подойти поближе, но внезапно остановился. Жирдяй перед ним поднял взгляд вверх, циркулируя жизненную Ци вокруг себя, он открывал божественное сокровище. Посмотрев на него божественными глазами, можно было заметить, как внутри него медленно формируется духовный эмбрион.

Тело Цинь Му резко дрогнуло, он не издавал ни звука, чтобы не отвлечь парня.

Небесного Преподобного Юя настигла ужасная смерть. Во время произошедшего в Яшмовом Водоёме миллион лет назад его божественные сокровища были разрушены, даже его райские дворцы бесследно исчезли.

Когда Цинь Му восстановил его физическое тело, в нём не оказалось божественных сокровищ или райских дворцов!

И теперь, этот жирный Юй без любых учений сумел придумать их заново. Он снова самостоятельно открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона!

Причина, по которой Цинь Му не обучал его путям, навыкам или божественным искусствам, которые знал сам, состояла в том, что он знал насколько высоким был талант Небесного Преподобного Юя, поэтому он хотел, чтобы тот постиг всё самостоятельно. Талант Небесного Преподобного Юя был возможно даже больше, чем его, и несмотря на своё нежелание это признавать, он искренне им восхищался.

Он и вправду ожидал, что воскресший Лань Юйтянь снова станет Небесным Преподобным Юем!

Сейчас Небесный Преподобный Юй погрузился в удивительное состояние понимания, поэтому он не хотел его отвлекать.

Войти в подобное состояние было крайне сложно, возможно это был единственный шанс Небесного Преподобного Юя. Кроме того, это была единственная возможность Цинь Му увидеть, как он открывает божественное сокровище Духовного Эмбриона.

Небесный Преподобный Юй всё ещё усердно работал, в то время как Цинь Му внимательно за ним наблюдал. Постепенно он начал замечать откуда исходила сила, позволяющая создать духовную платформу и духовного эмбриона.

Это была сила неба и земли, а также сила его собственного тела. Небесный Преподобный Юй, постигающий Дао, одновременно мобилизовал как первое, так и второе.

У Цинь Му возникло чувство, будто он стал одним целым с небом и землёй!

Речь шла не о понимании того, что у всех вещей есть дух и души Западных Земель, а о истинном объединении с небом и землёй.

«Подобный талант действительно непревзойдённый, — мысленно вздохнул Цинь Му. — Если бы мы с ним родились в одно время, мне пришлось бы признать себя поддельным Телом Тирана. Он настоящее Тело Тирана, тем не менее, я ему не уступаю.»

Он был довольно самоуверенным.

Придумав двадцать шесть видов божественных сокровищ, Цинь Му обрёл право быть самоуверенным.

Наконец, Небесный Преподобный Юй проснулся и ошарашенно оглянулся. Заметив Цинь Му он взволнованно проговорил:

— Брат, когда ты пришёл?

— Только что, — Цинь Му махнул рукой, чтобы тот не вставал, и сел сбоку. — Ты только что открыл божественное сокровище, можешь поделиться своими мыслями?

— Я слишком толстый, — Небесный Преподобный Юй покраснел в лице и почесал голову. — Когда я опустил голову и не смог разглядеть своих пальцев на ногах, я задумался о том, чтобы начать тренировать своё тело и избавиться от жира. Размышляя о способе это сделать, я ощутил, что в небе и земле, а также в моём теле кроется удивительная энергия. После этого я почувствовал, как мои мысли становятся всё чище и чище, будто я уже делал это в прошлом, поэтому у меня всё удалось.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Ты отлично справился. У тебя есть какие-нибудь идеи касаемо техник для области Духовного Эмбриона?

Небесный Преподобный Юй ответил:

— На Этаже Небесных Записей я увидел бесчисленное количестве техник, можно мне там поучиться?

Цинь Му покачал головой:

— Ты должен придумать свои собственные техники.

Небесный Преподобный Юй с любопытством спросил:

— Другие люди тоже придумывают свои собственные техники?

— Мы не такие, как другие люди, — с серьёзным выражением лица проговорил Цинь Му. — Мы — Тела Тирана! Ты должен это помнить, Тела Тирана отличаются от обычных людей. Настоящее Тело Тирана должно создавать свои собственные техники, свои собственные божественные искусства! Если ты будешь уступать другим, значит ты недостаточно усердно работаешь!

Небесный Преподобный Юй торжественно кивнул в ответ.

Поднявшись, Цинь Му проговорил:

— Подумай о своей технике, я тоже займусь открытие божественного сокровища Парамиты!

Небесный Преподобный Юй вернулся к своему пониманию. Вскоре он ошеломлённо поднял голову и оглянулся. В том месте, где был Цинь Му, ветер и тучи сформировали огромный, яростно кружащийся вихрь. Под его комнатой виднелась тьма, медленно распространяющаяся во все стороны.

Эта тьма тоже кружилась, будто земли под ней не существовало!

Бум!

С неба ударила молния, попадая в дом Цинь Му. Следом за ней разразился целый дождь из молний, превращая здание в руины!

Это зрелище было настолько шокирующим, что напоминало встречу дьявольского короля с гневом небес.

«Старший брат действительно старший, — Небесный Преподобный Юй отвернулся, продолжая постигать свою собственную технику. — Он намного лучше меня в управлении силой небес и земли. Интересно, он задействует силу своего тела?»

В центре ударов молний Цинь Му уже задействовал силу неба и земли и своего физического тела. С их помощью он начал строить Ковчег Парамиты в своём божественном сокровище Жизни и Смерти. Удивительный ковчег постепенно формировался во тьме Юду.

Во тьме божественного сокровища Жизни и Смерти парили монстры, иногда приближаясь к поверхности, а иногда скрываясь вдали. Было очевидно, что открытие седьмого божественного сокровища привлекло их внимание.

Тем не менее, монстры Юду не могли войти в божественное сокровище Жизни и Смерти человека, поэтому им оставалось лишь смотреть издали.

Спустя мгновение внезапно засиял луч света, к месту постройки беззвучно подплыла бумажная лодка. Старший Вестник Смерти посветил на божественное сокровище Жизни и Смерти Цинь Му. Когда свет пал на юношу, он ошарашенно проговорил:

— Снова ты, Небесный Преподобный Му. Я пытался угадать что за монстр поднял здесь столько шума. Хватит дурачиться… Что ты делаешь?

Он неожиданно замер, заметив растущее божественное сокровище Парамиты:

— Ты открываешь восьмое божественное сокровище?

Сверху донёсся голос Цинь Му:

— Это седьмое божественное сокровище! Небесный Преподобный Ю, погоди минутку!

Старший Вестник Смерти посмотрел вверх, заметив исконный дух Цинь Му стоящий под Плотником Дерева над землёй Шести Направлений. Ступая по звёздам Большой Медведицы, он произносил заклятие.

Он тихо ждал, и спустя некоторое время, божественное сокровище Парамиты наконец обрело свою финальную форму.

Исконный дух Цинь Му оступился, будучи выбитым из сил. Он объяснил лишь спустя некоторое время:

— Я заставил Небесного Наставника Боевых Искусств разрушить мой Божественный Мост, а это значит, что мне нужно открыть седьмое божественное сокровище заново. Небесный Преподобный Ю, ты просто проходил мимо?

Старший Вестник Смерти кивнул:

— Да, я услышал здесь шум, поэтому пришёл посмотреть чья это работа и наткнулся на тебя. Тебе удалось открыть это божественное сокровище?

Цинь Му кивнул головой, улыбаясь:

— Исконный дух может взойти на борт Ковчега Парамиты, и по мере своего совершенствования он начнёт обретать над ним контроль, чтобы в конце концов подняться к райским дворцам. Это решит проблему того, что у людей в Вечном Мире нет Божественных Мостов.

Старший Вестник Смерти проговорил:

— Ты и вправду умеешь дурачиться. Если бы Небесный Преподобный Юнь был жив, он был крайне разозлился. Где Небесный Преподобный Юй? Раз уж я здесь, я хотел бы на него взглянуть.

Цинь Му проговорил, чувствуя вину в душе:

— Небесный Преподобный Юй постиг Дао и открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона, сейчас он занят созданием своей техники. Тебе лучше не тревожить его.

Старший Вестник Смерти не обратил внимания на его слова:

— Я просто посмотрю издали и не буду его тревожить.

— Ты напугаешь людей до смерти, если покажешься здесь утром. Приди к нему позже, обещаю, что с ним всё будет в порядке, — Цинь Му прогнал его, чувствуя облегчение. — «Если он увидит, что Небесный Преподобный Юй превратился в жирдяя Ланя, у меня будут проблемы. Так не пойдёт, я должен заставить его вернуться в нормальную форму. Тем не менее, этот жирдяй очень жадный, как мне это сделать?»

В этот момент раздался знакомый голос:

— Младший брат Цинь, младший брат Цинь!

Цинь Му удивился и поспешно открыл глаза, увидев старого фермера, приехавшего к поместью верхом на быке. Последний заговорил на человеческом языке:

— Брат Цинь, Имперский Наставник сказал, что ты хочешь встретиться с учителем, поэтому мы пришли к тебе!

На лице старого фермера, сидящего на быке, было не слишком приятное выражение, его вид оставлял желать лучшего. Будучи тяжело раненым, он вяло спросил:

— Что у тебя за срочное дело?

Осмотрев старого фермера, Цинь Му проговорил:

— Старший дядя, ты ранен, и подавлять испорченную кровь в груди — плохая идея, из-за этого способности твоего тела будут рушиться.

Старик бросил на него холодный взгляд и внезапно выблевал пригоршню чёрной крови. Его аура на мгновение заколебалась.

Старый бык шокировано подпрыгнул, тут же спрашивая:

— Старый учитель, ты терпел свои ранения ещё со времени битвы с Махакалой?

— Махакала без сомнений предок дьяволов, его способности намного выше моих, — старик выплюнул ещё немного крови, но его вид улучшился. — Увидев мою силу, он не станет без раздумий атаковать Вечный Мир. Достойный племянник, для чего ты меня позвал?

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я открыл седьмое божественное сокровище.

Старик подпрыгнул от удивления, прежде чем взволнованно спросить:

— Это правда?

Кивнув головой, юноша продолжил:

— Я хотел с тобой встретиться, чтобы ты разрушил седьмое божественное сокровище, которое я создал.

Глаза старого фермера широко открылись, он воскликнул:

— Что?

Юноша повторил:

— Я смогу открыть другие седьмые божественные сокровища только если ты поможешь мне их уничтожать. Я придумал двадцать шесть их видов, Парамита лишь первое из них, мне нужно проверить ещё двадцать пять штук.

Старый фермер застыл, будто деревянная курица, его разум вскипел.

Сделав шаг вперёд, Цинь Му спросил:

— Старший дядя, твои раны открылись?

— Я в порядке… — махнув рукой, пробормотал старик. — Со мной всё в порядке, я был ранен Махакалой и внезапно почувствовал боль в сердце… Сколько, говоришь, божественных сокровищ ты придумал?

— Двадцать шесть видов, — честно ответил Цинь Му.

Старик сопротивлялся желанию снова закашляться кровью, и проглотил её. Чувствуя горечь в сердце он думал: «Двадцать шесть видов, на протяжении стольких лет я не смог придумать даже одного…»

Глава 799. Показуха

В действительности левитация при поддержке Дао Боевых Искусств тоже была способом, но со времён начала Эпохи Императора-Основателя и по сей день никто не смог повторить его подвиг, собственно, как и до его рождения не существовало кого-то хоть отдалённо похожего на него.

Будучи Небесным Наставником Боевых Искусств, старый фермер вложил всего себя в Дао Боевых Искусств. Он ничего не смыслил в другом, все прочие пути были не любы его сердцу, но именно поэтому его прозвали Великим Императором Боевых Искусств!

От начала времён и по сей день он являлся первым в Дао Боевых Искусств!

Если бы он был таким же любопытным ко всему, как Цинь Му, то не добился бы столького. Сосредоточенность — важнейшая составляющего его успеха. Однако, несмотря на такое положение вещей, то, что тот смог за один присест придумать аж двадцать шесть седьмых божественных сокровищ, не могло его не сокрушать.

Прежде чем Цинь Му придумал свои двадцать шесть седьмых божественных сокровищ, Сюй Шэнхуа уже создал Плотника Врождённого Древа Божественного Моста, что само по себе было удивительным достижением.

Плотник Древа мог соединять небеса и землю, сливая все божественные сокровища в одно. Но удивляло больше то, что благодаря ему упрощалась левитация Дао Боевых Искусств, позволяя Ху Бугую воспарить от Плотника Древа прямиком к райскому дворцу.

Несмотря на то, что старый фермер не хотел этого признавать, но Цинь Му и Сюй Шэнхуа долго убеждали его в своей исключительности на деле. В итоге сегодня просто произошёл очередной удар по его гордости.

«Я ненавижу умников больше всего. Они постоянно говорят, что я тупой, или что я не работаю достаточно усердно, что я всего лишь немного подумал и сразу придумал двадцать шесть методов решения проблемы. Эти засранцы прямо-таки норовят написать „я умнее тебя“ на своих лицах в ожидании похвалы!»

В свои ранние годы ему пришлось пережить множество неудач. Дровосек, Учёная, Рыбак, каждый из них был умнее его, отчего у него возникало чувство, что он самый тупой.

Подобного рода неудачи следовали за ним по пятам все двадцать тысяч лет, поэтому его текущее ребяческое недовольство было не удивительным.

Старый фермер попытался выглядеть дружелюбнее, тепло спросив:

— Двадцать шесть решений. В таком случае почему ты должен разрушать своё Божественное Сокровище Парамиты?

Цинь Му тут же ответил:

— Я только придумал двадцать шесть методов, но ещё не опробовал их все. Протестировав каждый из них, я выберу самый простой и передам его старшему дяде. Старший дядя затем передаст его практикам боевых искусств Мира Корриды, тем самым полностью решая их проблему отсутствия божественных мостов.

«Выберет самый простой», — старый фермер ощутил, что его доброжелательное лицо может в любой момент дать течь, раскрывая перекошенную физиономию. Он поспешно успокоился и с улыбкой сказал:

— Оставь Божественное Сокровище Парамиты, не разрушай его и просто открой второе божественное сокровище. Поступив так, ты получишь дополнительный объём магической силы.

Цинь Му ошеломлённо замер и в восхищении сжал свои ладони:

— Старший дядя действительно умнее других, как и ожидалось от Великого Императора Боевых Искусств, я даже не подумал об этом!

Старый фермер польстился, думая про себя: «Эти умники имею склонность тратить много времени на пустяковые проблемы».

— И всё же слишком большое количество божественных сокровищ в теле приведёт к беспорядку и путанице, — немного подумав, продолжил Цинь Му. — Мне даже кажется, что некоторые из них можно просто убрать, а лишнее — это всегда бремя… Старший дядя, дай мне время рассчитать, сможет ли моё физическое тело вместить столько божественных сокровищ!

Старый фермер вздёрнул свои брови и кивнул. Он увидел, как Цинь Му развёл руки, и его жизненная Ци создала математическую модель человеческого тела, а с лёгким щелчком пальцев божественные сокровища стремительно расширились.

Цинь Му ходил вокруг божественных сокровищ и внимательно их изучал. Внезапно вылетел кусок жизненной Ци, превращаясь в скопление райских дворцов.

Южные Небесные Врата возвышались высоко в вертикальном положении.

Цинь Му использовал свою жизненную Ци, превращая ту в двадцать шесть выстроенных в линию типов божественных сокровищ, которых он затем попытался уместить под Южными Небесными Вратами.

Старый фермер внимательно за всем наблюдал, но при этом ничего не понимал, поэтому мысленно фыркнул: «Показуха!»

Цинь Му продолжал их переставлять, со временем начиная всё больше и больше хмуриться. Некоторое время спустя он втянул свою жизненную Ци обратно и покачал головой:

— Старший дядя, твоё мышление слишком простое. Если бы они являлись обычными седьмыми божественными сокровищами, Южные Небесные Врата смогли бы уместить от пяти до шести таких, однако некоторые сокровища даже не вмешаются в них, из-за чего соединяясь прямо с райским дворцом. Мне кажется, что иметь одно божественное сокровище лучший выбор, во множестве божественных сокровищ не много пользы.

Старый фермер продолжал удерживать любезный вид, когда сказал:

— В таком случае давай я разрушу твоё Божественное Сокровище Парамиты, чтобы ты мог продолжить своё обучение. Я остановлюсь в имении Имперского Наставника, поэтому, когда откроешь второе божественное сокровище, просто дай мне знать.

Цинь Му поспешно предложил:

— Старший дядя может остановиться у меня, Имперский Наставник беден, для него проблема даже обзавестись одеждами и едой. Более того, я опытен в искусстве исцеления, поэтому смогу позаботиться о тебе.

— Не нужно! — чопорно отказал старый фермер, прежде чем вновь перейти на мягкий тон, приятно говоря. — Твоё совершенствование важнее, я не должен тебя беспокоить. У Имперского Наставника есть мастер ядов по имени Фу Юаньцин, который тоже опытен в искусстве исцеления, так что он как следует позаботится обо мне.

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Фу Юаньцин — мой старший брат, Маленький Король Ядов. Даже несмотря на то, что его искусство исцеления не дотягивает до моего, он действительно не плох и может позаботиться о ранах старшего дяди. В таком случае я отправлю к имению Имперского Наставника людей с деньгами, чтобы помочь старшему дяде с возможными расходами в ближайшие дни.

Старый фермер поторопил:

— Скорее говори, где расположено твоё Божественное Сокровище Парамиты?

Цинь Му тут же указал на какое-то место, и старый фермер без предупреждения надавил туда. Раздался хлопок, и затем Божественное Сокровище Парамиты, которое парень с трудом возвёл, разрушилось и перестало существовать!

Его жизненная Ци яростно заколыхалась, а кровь прыснула из уголков губ.

Старый фермер собирался уйти, но Цинь Му поспешно подавил свои ранения и спросил:

— Старший дядя, ореол позади моей головы — это благословление Матери Земли, не мог бы ты использовать свою боевую силу, чтобы разрушить его?

— Что в этом сложного? — старый фермер ударил по ореолу своим кулаком, развеивая его по ветру!

Цинь Му удивлённо похвалил:

— Старший дядя, твоя боевая сила не имеет себя равных!

Старик польстился, но в следующий момент слегка изменился в лице. Он уставился на место позади головы юноши, где прямо сейчас бесчисленные руны восстанавливали себя обратно в ореол. Руны были несравненно крошечными, он мог даже чувствовать, что они поглощали силу земли…

Совсем скоро они вернулись в своё обычное состояние.

Цинь Му тоже слегка изменился в лице и просто стоя замер с потерянным выражением.

Старый фермер вновь ударил, ещё раз разрушая ореол благословления Матери Земли, однако оно быстро вернулось к своему изначальному виду!

— Странно! — пробормотал старый фермер, хватаясь своими грубыми руками за ореол позади головы Цинь Му, после чего с силой его сдавил, расплющивая вместе с Плодом Дао Земного Эона!

Внутри Плода Дао Земного Эона хранилась энергия невероятной мощи, и если бы она взорвалась, то смогла бы разорвать на куски даже бога. И всё же от места между ладней старика послышался лишь тихий щелчок!

Старый фермер расслабил ладони и увидел едва видимое жёлтое свечение, текущее по всему телу Цинь Му. Свечение постепенно собралось за головой парня, образуя ореол, в котором затем также появился в виде видения Плод Дао. Поглощая энергию из земли, он постепенно перешёл из состояния видения в реальность.

Вскоре скукоженный фрукт вновь принял свою изначальную форму!

— Тут я бессилен, — старый фермер покачал головой со словами. — Как благословление Матери Земли, так и её фрукт слишком странные. Тебе придётся дождаться Дровосека, чтобы он изучил их.

Цинь Му вздохнул про себя, но затем воспрял духом, говоря:

— Старший дядя, я вынужден побеспокоить тебя ещё по одному поводу. Видишь там того маленького толстяка?

Старый фермер посмотрел на Небесного Преподобного Юя и озадачено спросил:

— Да, что с ним?

— Не мог бы старший дядя, очень прошу, дать ему несколько наставлений в Дао Боевых Искусств, — сияя энергичностью попросил Цинь Му. — Учить его глубокому смыслу не нужно, всего лишь самым основам и тому, что область Духовного Эмбриона может совершенствовать.

Старый фермер взглянул на Небесного Преподобного Юя и фыркнул:

— Жир этого маленького толстяка из-за духовных пилюль, не успевших усвоиться, что говорить о его обжорстве. Его физическое тело и дух действительно нужно тренировать через Дао Боевых Искусств. Оставь это на меня, я позабочусь о том, чтобы он вскоре стал стройным и худощавым!

Цинь Му поспешно добавил:

— Водный цилинь тоже не может контролировать свой рот, я действительно доставляю старшему дяде проблем.

Старый фермер равнодушно сказал:

— Оставлю здесь Саньдо, чтобы он потренировал его. Способности моего быка не слабее, чем у меня, поэтому он сможет хорошенько натренировать твою лошадь.

Цинь Му обрадовался и поспешно поблагодарил.

Старый фермер увёл Небесного Преподобного Юя, между тем Цинь Му поспешно поручил кому-то доставить денег к имению Имперского Наставника со словами:

— Собери немного монет Великого Изобилия, я не могу позволить семье Имперского Наставника слишком сильно бедствовать.

Затем он нашёл старого быка, который в данный момент лежал в тени большого дерева вместе с цилинем. Они оба зажимали между копытцами по водной трубке, а подле них стояло по чашке с чаем. Гунсунь Янь подливала им чай, в то время как парочка пыхтела облаками дыма в расслабленном состоянии.

— Я отправился в прерии сражаться, хе-хе, Махакала — дьявольский предок дьявольской расы, бедствие воплоти, — старый бык хвастался перед цилинем. — А в его подчинение множество свирепых воинов, но все они пали под моими стальными копытами. Только мой старый мастер дал слабину и был ранен Махакалой. Верно, ты сегодня уже работал с плугом? Мои кости немного зудят, давай вспашем несколько полей, когда допьём чай!

Цилинь почесал свой чешуйчатый живот и нахмурился:

— У меня нет вредной привычки по вспашке полей.

Цинь Му подошёл к ним с мрачным лицом и заговорил:

— Старший брат Саньдо, возьми Ах Шуя с собой, когда чуть позже пойдёшь работать с плугом… Откуда взялось это дерево?

Гунсунь Янь с улыбкой ответила:

— Это мой исконных дух, мне это место показалось до боли родным, и я решила посадить его тут. Оно растёт достаточно быстро, поэтому тебе тоже стоит поторопиться и посадить свой исконных дух. Не волнуйся, я буду подливать тебя каждый день.

Цинь Му уставился вперёд с широко распахнутыми глазами. Он поднял голову, только чтобы увидеть, что Первобытное Древо перед ним уже выросло более, чем на тридцать метров. К счастью, усадьба оказалась достаточно большой, поэтому древо пока ещё не привлекало слишком много внимания…

Вот только оно однозначно продолжит расти. Да что уж там, оно росло прямо на глазах, ведь спустя всего немного времени едва видимо, но подросло.

— Давай посадим нас вместе, и когда станет толстыми и крепкими, нас найдут фениксы, — Гунсунь Янь подняла запарник для чая и с улыбкой продолжила. — Я научу тебя как вить гнёзда для фениксов, и ты определённо привлечёшь их внимание.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать, и лишь покачал головой со словами:

— Я люблю бегать на свободе, мне не люба идея пустить корни где-то в одном месте. К тому же я не дерево.

Гунсунь Янь погрустнела.

Цинь Му поспешно добавил:

— После усвоения Плода Дао Земного Эона я посажу его и выращу для тебя ещё одно Первобытное Древо. Старший брат Саньдо, пожалуйста, потренируй как следует Ах Шуя и водного цилиня!

Ню Саньдо утвердительно кивнул и потянул цилиня за собой. Он также позвал водного цилиня, и они вышли из города под предвкушающий голос быка:

— Давайте вспашем несколько сотен полей за столицей в качестве разминки, я научу вас как использовать Дао Боевых Искусств для отдыха костей.

Водный цилинь вёл себя уважительно, когда с улыбкой спросил:

— Брат Ню ест духовные пилюли?

Цинь Му проводил их взглядом, как вдруг почувствовал своей головой холодок. Гунсунь Янь опять полила его, она была очень упрямой в желании вырастить на нём цветок.

Он испытывал беспомощность, поэтому решил, что с тем же успехом может сесть под её исконный дух и открыть второе божественное сокровище. Спустя чуть больше десяти дней он открыл его и отправил кого-то пригласить старого фермера.

Вскоре примчался старик, резко ударил его и моментально умчался.

Шесть дней спустя Цинь Му опять поручил кому-то пригласить старого фермера.

Старый бык остановил старика во время ухода:

— Почему бы старому мастеру не остаться здесь? Будет меньше проблем с беготнёй.

Старый фермер фыркнул:

— Постоянно получая удары от умников я не чувствую себя здесь хорошо. Лучше уж буду туда-сюда бегать. Дровосек вернулся, мне пора!

Издалека донёсся довольный голос Дровосека:

— Фермер, кто тебя постоянно ударяет?

Старый фермер сжал ладони в кулаки с неприятным выражением лица.

Глава 800. Преподобный Всех Дао

Святой Дровосек, на вид измотанный путешествиями, шагал в их сторону. Сверкая улыбками, он таскал свой топор на спине. Чёрный длинноухий тигр шагал за ним следом, вертя ушами по сторонам. Внезапно он заметил Ню Саньдо и его уши автоматически повернулись вперёд.

В следующий миг тигриный бог превратился в крохотного тигрёнка и бросился в его сторону, мило крича:

— Третий брат, давно не виделись!

Отношения между старым фермером и Дровосеком были не слишком хорошими, но вот отношения быка и тигра были отличными. Последний тут же начал носиться вслед за копытным, называя его третьим братом.

Взглянув на Дровосека, старый фермер тихо проговорил:

— Я не слишком знаком со столицей, поэтому сам выбери себе канаву, и я тебя туда положу.

Святой Дровосек громко рассмеялся, но не посмел приближаться:

— Не будь таким, мы же дружили на протяжении десятков тысяч лет, может хватит при каждой встрече отправлять меня в канаву? В этот раз мой маленький ученик пригласил меня, сообщив, что второй ученик получил очень странное благословление Матери Земли, поэтому я здесь. Ты его видел?

Выражение лица старого фермера стало немного мягче:

— Видел. Благословление Матери Земли и вправду очень странное, я несколько раз его ударял, но так и не смог разрушить.

— Даже тебе не удалось разрушить благословление Матери Земли? — с серьёзным выражением лица спросил Дровосек. — Похоже, сделать это не так просто, как казалось.

Внезапно раздался ещё один голос:

— Старшие братья, вы уже здесь?

Они оба повернули головы в сторону голоса, увидев перед собой рыболова с корзиной и удочкой в руках. Судя по его виду, он тоже долгое время путешествовал.

Святой Дровосек проговорил:

— Четвёртый брат пришёл вовремя, третий брат только что сказал мне выбрать канаву, в которую он меня отправит.

Рыбак осторожно ответил:

— Если третий брат просит брата лечь в канаву, то ему остаётся лишь лечь в канаву. Я не в силах его избить, так что нет смысла просить меня о помощи.

Из его корзины высунулись головы двух рыб, уставившись на старого быка и черного тигрёнка. Они тут же выпрыгнули наружу и начали барахтаться на земле.

Заметив их, чёрный тигриный бог тут же оживился. Его лапы рванули вперёд, придавив обоих рыб к земле.

— Крюк, леска и грузило!

Два маленькие красные рыбки были вне себя от радости, самец тут же покачал головой, отчего та стремительно увеличилась в размерах. В следующий миг он проглотил тигра, из его рта торчал лишь чёрный хвост.

Старый бык поспешно проговорил:

— Ладно, ладно, перестань дурачиться и выплюни чёрного котёнка.

Самец красной рыбы был не слишком хотел слушаться, но всё же выплюнул чёрного тигриного бога. Недовольно фыркнув, последний откуда-то достал прозрачный аквариум. Заметив его, глаза двух рыб тут же загорелись, и они молниеносно запрыгнули внутрь.

Тигриный бог уставился на рыбу в аквариуме, непрерывно пуская слюни. Тем не менее, он не смел их провоцировать.

Две маленькие рыбки не были обычными. Они являлись красными кунями, полубогами. Совершенствуясь вместе с Небесным Наставником Рыболовом, они обрели удивительные способности. Их магическая сила поражала.

Если речь шла о боевой силе, они не могли сравниться с Ню Саньдо, но, если муж и жена работали вместе, они становились ему ровней.

— Мы четверо уже довольно давно не виделись, жаль, что осёл не с нами, — сказала красная самка, высунув голову из аквариума.

Выглядя довольно несчастным, Ню Саньдо проговорил:

— Он отправился в деревню Беззаботную вместе с Учёной и теперь живёт там спокойной жизнью. У этого осла странный характер, а его слова противны. Было бы лучше, если бы он умер в Беззаботной и никогда не вернулся!

Неохотно отвернув взгляд, чёрный тигр добавил:

— Его слова и вправду противны, к тому же он любит спонтанно дёргать копытами…

Как только он это сказал, раздался рёв осла. Дровосек и остальные тут же обрадовались, а Ню Саньдо, чёрный тигр и два красных куня резко помрачнели в лицах. Самец рыбы тут злостно проворчал:

— Проклятая старуха, кто просил тебя открывать рот?

— Я опаздываю! — Учёный, сидящий боком на осле, шатаясь заехал в поместье Цинь Му. Спрыгнув с осла, она зашагала в сторону Небесных Наставником, размахивая своим перьевым веером. — Старший брат, младшие братья.

— Когда второй брат покинул деревню Беззаботную? — с серьёзным выражением лица спросил старый фермер. — Император-Основатель в порядке? Почему он не пришёл с тобой?

— Он в порядке, — «учёный» улыбчиво всех поприветствовал, но не ответил на второй вопрос.

Все тут же поздоровались в ответ.

Качай хвостом, осёл отправился к Ню Саньдо и остальным. Тело быка тут же напряглось, чёрный тигр тайком отступил на несколько шагов назад, а два красных куня неподвижно застыли.

Осёл подошёл к аквариуму и засунул туда голову, начиная пить воду. Когда вода закончилась, он высунул голову, из его ноздрей торчали хвосты двух красных рыб.

— Откуда здесь рыба?

Осёл чихнул, отправляя двух рыб в длительный полёт. Затем он заговорил на человеческом языке:

— Так это муж и жена, я вас чуть не сожрал. Почему вы прячетесь в воде? Я ведь вегетарианец, и нарушил бы свою клятву, проглотив вас. Аан, аан, аан… Брат Ню? Брат Ню!

Осёл стукнул быка своим плечом и усмехнулась:

— Отличные мышцы, брат Ню, моё плечо аж заболело, ударившись о тебя, ты очень крепкий! Кстати, я знаю человека, занимающегося обработкой бычьих кож, можешь попросить его поработать над тобой, гарантирую, что твоя кожа станет сверкать. Кроме того, он торгует говядиной и бычьими сухожилиями, когда я их увидел, то сразу же вспомнил о тебе, хвии, хвии… Почему ты не смеешься? Ты слишком серьёзный, не хочу с тобой говорить. Эй, чёрненький!

Осёл встал на задние копыта, будто человек, и начал громко смеяться, положив копыто на голову тигра.

Чёрный тигриный бог опустил взгляд на землю. Он тайком достал из-за спины два топора, его тело задрожало. Тем не менее, он не осмелился атаковать.

— Чёрненький, ты ещё помнишь нашу первую встречу? Ты пытался меня покусать, но попал под моё копыто, после чего несколько месяцев провалялся в кровати. Я так волновался…

Взгляд старого быка дрогнул и перебил его:

— Лю Чжэн, хватит говорить. Позволь познакомить тебя с двумя добрыми друзьями. Лун Пи, Ах Шуй, идите сюда!

Жирдяй и водный цилинь поспешно подошли. Заметив осла, оба резко вздрогнули.

Встав между ними, осёл развёл копыта, надавив на обоих своими мускулистыми плечами, он захихикал:

— Давно не виделись, братья!

Лица драконоподобного и водного цилиня резко помрачнели, спустя некоторое время первый проговорил дрожащим голосом:

— Брат Лю, ты ешь пилюли?

Под Первобытным Деревом, Дровосек, Учёный, Фермер и Рыбак окружили собой Цинь Му, нервно шагая по кругу. Спустя некоторое время Фермер и Рыбак остановились. Учёная стучала по голове своим перьевым веером, погрузившись в глубокие мысли.

Дровосек подробно осмотрел ореол у затылка Цинь Му, прежде чем проговорить:

— Благословление Матери Земли доставит нам много труда, но вот Плод Дао Земного Эона можно сорвать.

Учёная тут же спросила:

— Как сорвать?

Дровосек протянул руку и коснулся к межбровью Цинь Му. Тот мгновенно почувствовал, что его исконный жух затих, а мир вокруг него стал тёмным, будто он провалился в Юду.

Немного подождав, он вырвал Плод Дао Земного Эона из его ореола и бросил его в стоящей сбоку Гунсунь Янь:

— Друг Дао, посади этот плод под своим исконным духом и обвейся вокруг него своими корнями. Его хватит чтобы твой исконный дух вырос настолько, что накроет собой всю столицу.

Гунсунь Янь взволнованно ответила:

— Это благословление матери Земли, оно поднимает его совершенствование.

Дровосек тепло улыбнулся:

— Мать Земли причиняет ему вред. Плод Дао Земного Эона не приносит пользы, так как резкий рост сделает его совершенствование неустойчивым и повредит сердце Дао. А если Мать Земли позволит плоду взорваться, то от твоего маленького любовника и вовсе ничего не останется.

Гунсунь Янь шокировано подпрыгнула и поспешно зарыла фрукт под своим исконным духом, после чего обвила его корнями.

Рыбак нахмурено спросил:

— Старший брат, как ты сорвал этот фрукт?

— Очень просто, Плод Дао Земного Эона следует за дыханием его души, — ответил Дровосек. — Я отправил его исконный дух в Юду, имитировав состояние смерти, после чего сорвать плод было несложно. Затем я добавил в него несколько рун и изменил его структуру, отчего он больше не сможет продолжать преследовать парня.

Выпрямив свои указательный и средний пальцы, он стукнул по межбровью Цинь Му. Исконный дух последнего тут же вернулся в физическое тело, и он проснулся.

Продолжая рассматривать благословление Матери Земли, мужчина проговорил:

— Вы думаете над тем, как разрушить благословление, в то время как я думаю как в него что-то добавить. Дополнение чем-то новым разрушит структуру, кроющуюся внутри этого фрукта.

Фыркнув, фермер проговорил:

— Если бы ты приложил свои мозги для совершенствования, то никто бы не сомневался в том, что ты Небесный Наставник номер один.

Покачав головой, Дровосек ответил:

— Моего понимания не хватит для решения той проблемы, так что я не стану тратить времени. В любом случае, ваше совершенствование превосходит моё в сотню раз, так что вы сможете меня защитить. Впрочем, благословление Матери Земли очень сложное… Это благословление Дао, оно не рождается, не стирается, не пачкается не чистится, не увеличивается и не уменьшается. Из-за этого мне сложно начать.

Цинь Му поинтересовался:

— Учитель, Мать Земли может использовать это благословление для слежки за моими передвижениями?

Дровосек улыбнулся:

— Если ты носишь её благословление, значит ты её человек, и она, ясное дело, может следить за твоим перемещением.

Цинь Му слегка изменился в лице.

— Я ещё не успел полностью освоить руны Юаньду, мне нужен кто-то, кто обладает лучшими навыками в этой области. Собрав вместе несколько умных людей, мы сможем постепенно всё изучить и найти решение. Не переживая, Сы Юю отлично владеет божественными искусствами магнетизма, как только она будет здесь, я буду наполовину уверен в успехе, — ответил Дровосек.

После недолгой паузы Цинь Му спросил:

— А что насчёт благословления всех древних богов, включая древнего Небесного Императора, а также Графа Земли, Небесного Герцога и Мать Земли? Учитель сможет разрушить и другие благословления?

Святой Дровосек громко рассмеялся:

— Откуда бы взялся человек, способный собрать благословления всех древних богов? У кого найдётся столько репутации и заслуг?

— Есть такой, — повернувшись к Фермеру, Цинь Му спросил: — Старший дядя, то жирдяй, что я тебе оставил, всё ещё в поместье Имперского Наставника?

— Тот жирдяй, говоришь? — Фермер мгновенно изменился в лице и побежал прочь.

Спустя некоторое время Небесный Преподобный Юй стоял перед ними, все тайком смерили его взглядом. Он тихо спросил:

— Брат, что-то случилось?

Вернувшись в форму за несколько дней проведённых со старым Фермером, Небесный Преподобный Юй выглядел более подтянутым и свежим. Он потолстел из-за избытка лекарственной энергии из духовных пилюль, но так как фермер был Великим Императором Боевого Дао, его тренировки оказались невероятно суровыми.

Всего спустя десяток с лишним дней, старик смог переработать избыточную лекарственную энергию в его теле.

По всей видимости, Небесному Преподобному Юю сильно досталось. Его осанка тоже стала более стойкой. Потеряв память, он стал вести себя крайне тихо, тем не менее сейчас он обрёл ярко сияющий героический дух.

Он спокойно стоял, в то время как все носились вокруг, рассматривая необычные ореолы света за его головой.

Выражения лиц четырёх Небесных Наставников стали крайне серьёзными, они переглянулись:

— Это и вправду благословления древних богов, они все целы!

На мгновение задумавшись, учёная спросила:

— Му’эр, кто мог бы удостоиться благословлений всех древних богов? Какой заслуги он добился?

Цинь Му вздохнув, тоже изменившись в лице:

— Я не представил его старшим дядям и учителю. Это Предок Всех Истин, Преподобный Всех Дао, первый практик божественных искусств, создавший систему совершенствования божественных сокровищ, первый бог, основавший систему райских дворцов! Лань Юйтянь, небесный Преподобный Юй!

Умы четырёх Небесных Наставников вскипели, они ошарашенно замерли:

— Ч-что ты сказал? Кто он?

Цинь Му представил их Небесному Преподобному Юю:

— Добрый брат, эти четверо — мои учителя и старшие дяди.

Небесный Преподобный Юй озадачено поздоровался:

— Я отдаю дань своего уважения учителям и старшим дядям…

Четверо Небесных Преподобных резко изменились в лицах и поспешно избежали его приветствия.

Приведя свой вид в порядок, Дровосек поклонился:

— Я гор и всегда считал что никто не достоин моего преклонения. Даже Импераора-Основателя я называю Другом Дао. Тем не менее, твоя выдающаяся личность определённо заслуживает моего поклонения!

Учёная тоже поклонилась:

— Учёная Цзи Си никогда не кланялась небу и земле, но ты достоин моего уважения.

Рыбак и Фермер поклонились, торжественно говоря:

— Предок Всех Истин, Преподобный Всех Дао, мы должны тебе преклоняться. Мы не приветствуем тебя, мы приветствуем твои великие достижения!

Небесный Преподобный застыл, выглядя беспомощным:

— Ребята…

Цинь Му улыбнулся и тихо проговорил:

— Несмотря на то, что многие желают тебя убить, также есть те, кто тебе благодарен. Небесный Преподобный Юй, ты этого заслужил.

Глава 801. Соответствовать Дао

После того, как Дровосек и остальные Небесные Наставники отдали дань своего уважения, они окружили Небесного Преподобного Юя, чтобы изучить благословление всех древних богов. Во времена Эпохи Императора-Основателя они упорно всему учились, поэтому при достаточном количестве времени и сосредоточенности на решении какой-то проблемы, им было плевать какая цель стояла перед ними и с чем они столкнулись.

Небесный Преподобный Юй стоял, не смея пошевелиться и просто позволяя этим людям изучать его. К примеру, Учёная даже вынула иглы, которые затем вонзила ему в подушечки на пальцах, чтобы взять немного крови для анализа.

Что же до дискуссий между четырьмя Небесными Наставниками, парень абсолютно ничего не понимал. Однако Цинь Му, будучи образованным дарованием Вечного Мира, тоже присоединился к обсуждениям.

Небесный Преподобный Юй просто стоял там со смешанными чувствами, как вдруг один из Небесных Наставников предложил:

— Пригласите Цзян Бугуя, у него голова светлая на идеи.

Вскоре прибыл Имперский Наставник и начал активно кружить вокруг Небесного Преподобного Юя, словно нашёл какое-то сокровище.

— Жильё Министра Циня такое оживлённое, что даже я решил наведаться… — Первый Предок Императоров Людей привёл с собой двадцать-тридцать юношей и девушек. Также среди них был старейшина деревни с целыми конечностями.

Первый Предок и старейшина подошли, в то время как те юноши и девушки вытянули Цинь Му к себе, смотря на него лицами полными улыбок.

Цинь Му пребывал в замешательстве, когда спросил:

— Старшие братья и сёстры, кто вы?

— Так это текущий Император Людей Цинь Му? — спросил один коренастый коротышка. — Я слышал ты воистину могуч.

Цинь Му смиренно ответил:

— Я и правда текущий Император Людей, но я отнюдь не могуч. В мире есть достаточно много людей, чьи ум и талант превосходят мои. А если говорить совершенствовании и способностях, таких ещё больше. И всё же, могу я узнать, кто вы?

— Прекращай нести чушь и давай драться! — все ринулись вперёд, демонстрируя великолепные способности. Их превосходные методы выдавали в них топовых мастеров.

Цинь Му инстинктивно увернулся, оценивая чудные и непредсказуемые шаги незнакомцев. Те были и правда способными, ведь могли не отставать от его темпа, держась от него вплотную слева и справа, тем самым зажимая в клещи, дабы на деть шанса на побег.

Он по-настоящему удивился.

«Когда это в Империи Вечного Мира появилось столько превосходных мастеров? Все они крайне сильны. Ладно бы, если бы они были молоды, но область совершенствования каждого из них ничем не уступает моей!» — думал он про себя.

Толпа едиными потоком захлестнула его, показывая не только превосходные способности, но и не шуточный опыт. Казалось, что они частенько дрались подобным образом и были крайне хороши в такого рода стычках.

«Однако, когда это я боялся драться с толпой?!» — руны закружились вокруг Цинь Му, а уже в следующий миг десять людей, которые подобрались к нему особенно близко, были перемещены прочь на десять километров. Затем он превратился в свою трёхглавую-шестирукую форму, разразился божественным искусством Дао Боевых Искусств и более десяти мастеров рухнули на землю не способные больше пошевелиться.

Цинь Му ловко перебирал ступнями, на ходу исполняя всевозможные божественные искусства своими тремя головами и шестью руками. Фигуры отлетали от его ударов в разные стороны, но обязательно с предельным импульсом и достаточно далеко, в итоге падая то тут, то там. Внезапно его шесть рук распахнулись, руны перевернулись и те десять человек, которые ранее были перенесены на десять километров, вернулись обратно, прежде чем смогли даже упасть на землю.

— Великое божественное искусство магнетизма! — Цинь Му толкнул вперёд ладонями и те десять человек моментально почувствовали, как их тела и даже исконные духи стали несравненно тяжёлыми.

С громкими взрывами они врезались в землю, формируя своими телами огромные ямы.

Примерно в тридцати метрах тайно подкрался толстый коротышка, собирающийся напасть исподтишка своим божественным искусством, как вдруг на него обрушился удар обратной стороны ладони Цинь Му. Божественное искусство небесного огня разразилось своей мощью и сдуло толстяка в небо. Он барахтался руками до тех пор, пока где-то не упал.

«Внезапно появлюсь более тридцати молодых мастеров, чьи способности не слабее моих… Когда это Вечный Мир обзавёлся столькими талантами?» — растерянно подумал Цинь Му, прежде чем покачать головой и пойти в сторону Небесного Преподобного Юя.

Старейшина лукаво на него посмотрел и подмигнул.

Цинь Му удивился и моментально всё понял, выкрикнув:

— Император Людей Ци Кан, Император Людей И Шань! А также Второй и Третий Предки! Так это вы! Ну точно же, вы ведь пришли вместе с Первым Предком! — он поспешил помочь парням и девушкам встать, потопывая ногой и говоря. — А я гадал, откуда появилось столько мастеров, ничем не уступающих мне, так это пра-мастера и предки! Почему вы мне не сказали с самого начала? Если бы сказали, я бы не использовал столько силы… Ты Второй Предок, верно?

Вытащенный юноша поспешно покачал головой:

— Нет!

— Ты Пятый Предок! — радостно воскликнул Цинь Му, когда вытащил ещё одного парня.

— Нет, не пустословь! — тот юноша покраснел и запнулся во время попытки поспорить — Насколько силён и величественен Пятый Предок, как я могу быть ему ровней? Я всего лишь мелкая рыбёшка!

Цинь Му снял свой ивовый лист и, посмотрев третьим глазом, моментально отчётливо увидели исконные духи всех и каждого и улыбнулся:

— Ты Пятый Предок! Несмотря на изменённую внешность твой исконный дух всё тот же. Ты завладел этим телом или переродился?

Юноша раскраснелся ещё больше, не способный вымолвить ни слова.

— Предок Лань По! Предок Ту Юй! Пра-мастер Ци Кан! Это и правда вы! А кто тот толстяк, которым я выстрелил куда-то вдаль при помощи своего небесного огня? Это пра-мастера И Шань? — Цинь Му поспешно озаботился. — Я так сильно его приложил, что теперь не знаю где его искать?

Император Людей Ци Кан подошёл и фыркнул:

— Только что ты сказал, что мы не уступаем тебе, что же это за неуступаемость такая вышла на деле?

Цинь Му объяснил:

— Говоря — не уступаете, я имел в виду, что вы уступаете мне на полшага.

Император Людей Ту Юй гневно поинтересовался:

— Разница в полшага такая огромная?

Цинь Му почесал свою голову:

— Я имел в виду, что даже самые маленькие неточности ведут к огромным ошибкам… Давайте больше не будем об этом. Предки, пра-мастера, в прошлый раз Первый Предок в спешке сбежал, обронив, что у него дела, требующие его внимания, так получается он учил вас техникам и божественным искусствам?

Императоры Людей переглянулись, и Второй Предок опустил голову и вздохнул:

— Первый Предок тренировал нас техникам и божественным искусствам во Дворце Нефритового Сияния позади Зала Императоров Людей. Он достал техники Эпохи Императора-Основателя и научил им нас. Появившись сейчас, мы собирались сильно тебя удивить…

Раздался удивлённый вопрос бабушки Сы:

— Му’эр, почему у тебя так оживлённо?

Цинь Му поспешно бросил всех, чтобы радостно поприветствовать гостью:

— Предки, пра-мастера, бабуля — это человек, который создал божественное искусство магнетизма. Моё великое божественное искусство магнетизма было выучено у неё. Давайте для начала найдём место, где можно присесть, я должен хорошо принять бабулю. Верно, кто-нибудь отправится искать Императора Людей И Шаня?

— Му’эр, ты вернулся? — слепой прощупывал своей тростью дорогу впереди.

— Слепой, куда ты так спешишь? — прямо позади него следовали глухой и мясник.

Вскоре имение было доверху заполнено людьми, не было ни единого спокойного уголка. Цинь Му поспешно спросил Имперского Наставника:

— Младший брат, скольких людей ты пригласил?

— Ещё Мастера Дао, Жулая Ма и ребят из Маленькой Нефритовой Столицы, — отвечал Имперский Наставник. — Я также проинформировал Короля Яму. Что же до выживших Багрового Света из Южного Моря, их нельзя считать нашими силами, поэтому я не пригласил их. А Великий Ректор Сюй Шэнхуа сейчас в Западных Землях, а значит на дорогу у него уйдёт до трёх лет, поэтому его я тоже не пригласил.

Цинь Му на мгновение застыл, прежде чем поспешно подозвать служанок:

— У меня собралось столько гостей, что нет места, где можно переночевать. Возьмите немного денег и выкупите имения вокруг.

Главная служанка решила уточнить:

— Большинство тех, кто живёт вокруг — дворяне и торговцы, они точно задерут цену.

— Меня не волнуют эти проблемы, — Цинь Му махнул руками, явно давая понять, чтобы они поспешили.

Имперский Наставник некоторое время молчал, прежде чем всё же спросить:

— Небесный Святой Культ жертвует много денег и сокровищ, чтобы помочь нам пережить катастрофу, откуда у старшего брата всё ещё находится столько денег?

— Наверно Лин’эр заработала их в городе Пограничный Дракон, — Цинь Му тоже не много знал об этом и сконфуженным тоном отвечал. — Я никогда не интересовался вопросам денег.

Имперский Наставник молча ушёл, чтобы продолжить изучать благословления древних богов с остальными.

После покупки соседних имений Цинь Му сразу же проделал в стенах проходы, чтобы связать имения между собой и сделать удобным перемещением от одного места к другому.

Несколько дней спустя в спешке прибыли Ван Мужань, Му Циндай и остальные представители Маленькой Нефритовой Столицы. Прошло ещё немного времени, прежде чем появился Мастер Дао Линь Сюань в компании многочисленных старых и молодых Даосов секты Дао, а следом за ними также появились Жулай Ма вместе Демонический Обезьяном Чжан Куном и монахом Мин Синем…

Цинь Му слышал, что Будда Сакра тоже прибыл, но он всё никак не мог его заметить. Было очевидно, что тот либо прятался от старого фермера, либо, что более вероятно, уже валялся в вонючей канаве после избиения старым фермером.

Даосские эксперты, собравшиеся в имении с Линь Сюанем, зарисовывали многочисленные рун благословлений древних богов. Между тем остальные пытались понять чудо этих рун, используя собственные всевозможные методы решения благословлений.

— Благословления Небесного Преподобного Юя — это настоящий кладезь сокровищ! — внезапно заявил Имперский Наставник. — Если разобраться в рунах из благословлений древних богов, мы определим руническую систему Великого Дао древних богов! Великое Дао Рун Вечного Мира определённо сделает очередной большой скачок!

Дровосек согласился:

— Не стоит торопиться с убиранием благословлений, давайте для начала как можно скорее разберёмся в них! Если мы закончим с их сортировкой и пониманием, то у нас появится руническая система древних райских небес!

Цинь Му тоже хотел присоединиться к изучению, но его прогнали прочь четыре Небесных Наставника, к примеру, старый фермер даже крикнул:

— У тебя много собственных дел. Иди открывай свои седьмые божественные сокровища и зови меня их разрушать!

Испытывая беспомощность Цинь Му мог только продолжить упорно совершенствоваться в попытке открыть свои седьмые божественные сокровища. Со временем скорость, с которой он открывал их, возрастала. Каждый раз, когда он добивался успеха с одним из них, старый фермер тут же разрушал его своим ударом, прежде чем вернуться к своим исследованиям.

Примерно пять месяцев спустя все комнаты были заполнены всевозможными записями рун. Каждый бог в имении выглядели взъерошенным и неухоженным. Только Учёная, бабушка Сы и остальные девушки следили за своей внешностью.

В то же время Цинь Му приступил к открытию своего последнего седьмого божественного сокровища — Райской Реки.

Он придумал и разработал Божественное Сокровище Райской Реки благодаря примеру в виде райской реки древних райских небес.

Река должна вытекать из райского дворца к седьмому божественному сокровищу. Затем она должна протечь через Небожителя, Семь Звёзд, Пять Элементов, Шесть Направлений и Духовный Эмбрион, прежде чем войти в Юду.

Цинь Му внезапно пришёл к ошеломительному выводу: «В таком случае разве все божественные сокровища не станут едины после открытия этого седьмого божественного сокровища?»

Он моргнул глазами.

Ранее Сюй Шэнхуа создал Плотника Врождённого Древа Божественного Моста, способного соединить все божественные сокровища в одно. Вот только тот требовал слишком больших достижений в математике, а также невероятных успехов в закалке физического тела, поэтому мало кто мог пойти этим путём.

Экспертам математики приходилось бы садить магическое зерно в сердце Дао, тес самым сажая саженец в теле практика божественных искусств.

Вследствие чего Плотника Древа Божественного Моста было тяжело популяризировать.

С другой стороны, Божественное Сокровище Райской Реки было гораздо проще. Одна райская река могла соединить воедино все божественные сокровища и даже все райские дворцы!

Глава 802. Объединение Божественных Сокровищ

Цинь Му избавился от лишних мыслей и использовал свою жизненную Ци, чтобы освоить силу неба и земли и открыть божественное сокровище Райской Реки.

Это то, чему он научился у Небесного Преподобного Юя. Самым сложным моментом в открытии божественного сокровища Райской Реки было соединение его с райскими дворцами.

Для этого было недостаточно своей собственной силы. Даже такой сильный практик, как Цинь Му, не обладал достаточно плотной жизненной Ци, поэтому другие люди, достигшие области Жизни и Смерти, тоже не могли рассчитывать на успех.

Только с помощью силы неба и земли можно было создать что-то из пустоты, сотворить райскую реку, которая протянется через все божественные сокровища и райские дворцы.

Сила человека была ограничена, но сила неба и земли выходила за пределы воображения. К примеру, когда Небесный Преподобный Юй открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона, у него не было области совершенствования. Его жизненная Ци была слабой, он был не более чем практиком боевых искусств.

Тем не менее, мобилизовав силу Неба и Земли он сумел открыть в своём теле божественное сокровище Духовного Эмбриона, создав духовную платформу из пустоты.

Если бы он полагался исключительно на своё совершенствование, то ему требовалось бы владеть силой практика области Небожителя. Более того, для успеха его владение искусством создания тоже должно было достичь невероятных высот. И даже в таком случае шанс провала был очень высоким.

Цинь Му мобилизовал всё больше и больше энергии неба и земли, в результате чего атмосфера вокруг становилась ужасающей. Над поместьем возник яростный вихрь, под ногами всех тоже бушевал водоворот тьмы, непрерывно расширяясь.

Люди, изучавшие благословления за головой Небесного Преподобного Юя, привыкли что с Цинь Му всё время происходило что-то подобное, но в этот раз они заметили что-то особенное.

В прошлом Цинь Му часто заимствовал силу неба и земли, открывая всевозможные божественные сокровища. Первые несколько попыток шокировали всех вокруг, но постепенно они к этому привыкли. В худшем случае они просто ругали его за странности.

И всё же в этот раз водоворот расширялся намного быстрее, чем раньше. Он быстро вышел за пределы огромного поместья и протянулся наружу, накрывая собой несколько улиц.

Столичные стражники встревожились и отправили несколько отрядов оценить обстановку, предполагая, что в городе сеет хаос какой-то старый демон.

Император Яньфэн остановил их:

— Это Министр Цинь.

Сразу поняв ситуацию, стражники успокоились. Приказав солдатам, занимающихся подавлением демонов, отступить, они проговорили:

— Это тот старый демон, Владыка Культа Цинь.

Круговорот тьмы продолжал распространяться по земле, постепенно окутывая Имперский Колледж. Почти половина города была поглощена, что сильно встревожило местных жителей.

Шагая по тьме, они боялись, что провалятся. Только убедившись, что под их ногами всё ещё находится земля, они слегка успокаивались.

Заметив тьму, распространяющуюся под их ногами, играющиеся на улицах дети расплакались от страха. Матери быстро побежали к ним, забирая в дом, прежде чем наглухо запереть двери.

Из многих домов продолжали доноситься вопли детей и даже крики родителей:

— Если ты продолжишь реветь, выпрыгнет зелёнолицый дьявол с клыками и украдёт тебя!

Вихрь в воздух был не так страшен, так как его создавали бесчисленные огни. Он расширялся не менее стремительно, сверкая бесчисленными ударами молний и раскатами грома.

Наконец столица целиком оказалась между этих двух вихрей. В небе над ней бушевали свирепые порывы ветра, молнии дождём сыпались на поместье Цинь Му.

В этот момент два вихря задрожали, и из земли вырвался столб чёрного света. С противоположной стороны, с неба спустился невероятно яркий луч, сталкиваясь с ним!

Оба вихря яростно кружились, в то время как столбы света становились всё интенсивнее и интенсивнее. Чёрный становился чернее, а светлый светлее!

В эпицентре их столкновения Цинь Му постепенно собирал силу неба и земли. Она накапливалась в его бровях, в то время как его руки непрерывно двигались, создавая бесчисленные руны. Внезапно из его спины пробилось ещё несколько рук, яростно создавая мудры, чтобы открыть божественное сокровище Райской Реки.

Юноша ошарашено дрогнул. Внезапно он ощутил странную силу, хлынувшую издали.

Эта сила, казалось, исходила от настоящей Райской Реки, она была безграничной и глубокой, стремительно продвигаясь вперёд.

Сердце юноши задрожало. Эта сила текла с Юга, со стороны реки Вздымающейся.

— Неужели река Вздымающаяся и вправду есть Райской Рекой?

Формируя мудры, он пытался определить источник этой силы. Его сознание потекло вспять, преследуя эту силу чтобы продолжить продвигаться вперёд.

Сознание Цинь Му было несравненно сильным, так как он обрёл наследие Багрового Императора. Это позволило ему совершенствовать Бессмертное Сознание Бога, которое обладало невероятной стойкостью и было в силах протянуться ко дворцам вдали.

В прошлом, когда Багровый Император умер в парящем мире Багрового Света, его сознание оказалось бессмертным, и её часть затерялась во вселенной, после чего её обнаружил Светлый Император, в итоге создав парящий мир.

Это показывало, насколько сильным было это сознание.

Вскоре сознание Цинь Му преодолело десятки тысяч километров и увидело перед собой гигантскую реку, текущую вперёд. Судя по изгибам берегов и рельефу, это была река Вздымающаяся.

«Река Вздымающаяся и есть Райской Рекой. Открывать божественное сокровище Небесной Реки после меня будет намного проще.»

Цинь Му был вне себя от радости. Он чувствовал, что божественное сокровище Райской Реки было лучшим из двадцати семи придуманных им видов, тем не менее, использование силы неба и земли для его открытия обрекло бы большинство практиков божественных искусств на неудачу. Лишь немногие из них смогли бы его создать.

«К счастью, река Вздымающаяся и есть Райской, а значит они смогут прийти прямо сюда и использовать силу реки напрямую. Это будет намного проще чем-то, что пришлось сделать мне.»

Цинь Му собирался вернуть своё сознание, когда ошеломлённо застыл. Его Бессмертное Сознание Бога увидело туман, двигающийся над водой.

Тут же остановившись, он оглянулся и увидел внутри тумана женщину.

Та была одета в простую, невероятно древнюю на вид одежду. На ней была юбка из кожи леопарда, коротка накидка, а на голове шпилька из персикового дерева.

— Небесная Преподобная Лин…

Ошарашенный, Цинь Му тут же двинулся с места, преследуя женщину над водой.

Его сознание бросилось внутрь тумана, быстро проникая сквозь него Женщина впереди всё ещё казалась далеко, и какое расстояние он бы не преодолевал, она не становилась ближе!

Увидев, как по обе стороны реки Вздымающейся меняются горы и непрерывно увядают деревья, Цинь Му внезапно пришёл к осознанию.

Меняющиеся горы и увядающие деревья были пролетающей историей. Река Вздымающаяся не менялась, но её окрестности напоминали бушующее синее море, на поверхности которого всё время поднимались и опускались горы.

Деревья росли от маленького к большому, прежде чем снова превратиться в семена и ростки.

Его сознание не летело, а стояло на месте.

Эта изумительная картина заставило его вспомнить о божественном искусстве, останавливающим превращение вещества, о котором говорила Небесная Преподобная Лин.

По обе стороны реки Вздымающейся пейзаж становился всё страннее и страннее. В нём можно было разглядеть бесчисленные видения богов, превращающихся из скелетов в трупы, прежде чем встать и вступить в бой.

Цинь Му стал свидетелем истории, развернувшейся на берегах Вздымающейся. Его сознанию было сложно продолжать, в то время как пейзажи вокруг становились всё древнее.

— Небесная Преподобная Лин!

Его сознание бросилось вперёд, пытаясь привлечь внимание девушки в тумане.

Тем не менее, она не слышала его голоса.

Пейзаж с обеих сторон реки Вздымающейся становился всё более древним. Внезапно, среди руин поднялись гигантские врата, возвышаясь над округой.

Это были Южные Небесные Врата.

Затем он заметил, как вслед за вратами поднялся величественный райский дворец. Река Вздымающаяся подлетела в воздух вместе с этим зданием, её воды возвысились над девятью небесами.

Сознание Цинь Му было на пределе своих сил, он прилагал все усилия, чтобы прокричать:

— Небесная Преподобная Лин!

Внезапно туман рассеялся, и вы округе стало ясно. Сознание Цинь Му исчерпало все свои силы и провалилось во тьму.

В этот миг он заметил, что женщина, стоящая на поверхности реки, что-то услышала. Она повернула голову, и на её лице тут же возникло ошарашенное выражение:

— Небесный Преподобный Му? Это ты? Небесный Преподобный Му!

Сознание Цинь Му отключилось.

— Значит ты не из Эпохи Высшего Императора? Жди, я тебя найду… — прозвенел голос женщины.

Бум!

Оглушительные взрывы раздались прямо возле ушей Цинь Му. Открыв глаза, он обнаружил, что до сих пор находится в поместье Имперского Наставника, Сила неба и земли продолжала течь, создавая райскую реку, которая пронзала все его божественные сокровища и райские дворцы.

Полностью сформировавшись, райская река наконец стала настоящей.

Это божественное сокровище брало своё начало в райском дворце и спускалось с неба. Протекая по Плотнику Древа Божественного Моста, она проходила через галактику, омывая собой солнце, луну и семь звёзд. Затем её воды стремительно спускались по стволу Плотника Древа и спине исконного духа Цинь Му, описывая огромный круг, прежде чем пронестись по земле Шести Направлений и исчезнуть во тьме Жизни и Смерти.

По мере поглощения силы неба и земли вихри над и под столицей постепенно утихали.

Спустя некоторое время оба водоворота исчезли, и раздался оглушительный шум прилива. Цинь Му мгновенно ощутил, что божественное сокровище Райской Реки формирует в его теле петлю.

Райская река, исчезнувшая в Юду, снова появилась в райских дворцах, и её циркуляция продолжилась.

«На реке Вздымающейся я видел Небесную Преподобную Лин!»

Цинь Му был слегка ошеломлён, его сердце неистово колотилось: «Я выдел райские небеса Высшего Императора! Что Небесная Преподобная Лин там делает?»

Хрясь!

Цинь Му пропустил удар кулаком по голове, отчего та сразу же опухла. Затем раздался недовольный голос Дровосека:

— Негодяй, ты напугал всех детей столицы, не приходя в себя! Если бы ты не был моим маленьким учеником, и я тебя не знал, то уже давно поработил бы, приняв за дьявола!

Придя в себя, Цинь Му увидел, что его окружили со всех сторон. Вокруг собрались Небесные Наставники, старые Императоры Людей, бабушка Сы, молодые и старые Даосы и монахи. Даже Будда Сакра оказался неподалёку, его лицо было покрыто синяками. Ди Июй и Небесный Король Тянь Шу тоже были здесь.

Также можно было заметить мужчину, одетого в плащ из тьмы, это был Король Яма из Фэнду.

Король Яма, Ди Июэ и Тянь Шу должно быть пришли, когда он отвлёкся открытием божественного сокровища Райской Реки.

Будучи довольно тронутым, Цинь Му облегчённо вздохнул. Улыбнувшись, он ответил:

— К счастью, я оправдал ваши ожидания! Мне удалось открыть двадцать шестое седьмое божественное сокровище!

— Давай я его разрушу! — старый фермер тут же бросился на него с кулаками.

Цинь Му поспешно проговорил:

— Притормози!

Вьюх! Вьюх! Вьюх!

Несколько рук схватились за плечи старого фермера. Император Яньфэн, Имперский Наставник, бабушка Сы и мясник бросились на защиту первыми, поэтому тут же отлетели прочь.

Затем свой ход сделали Рыболов и Дровосек, в итоге также отлетая прочь. Будда Сакра протянул руку, и видение горы Сумеру и двадцати Небес надавили на голову старого фермера.

Тянь Шу протянул нож, держа его у горла старика, в то время как Ди Июэ надавила на его спину Небесными Вратами Минду.

Усмехнувшись, Фермер проговорил:

— Вам не удастся меня остановить даже работая сообща. Мы, Четыре Небесных Наставника, никогда не боялись четырёх Небесных Королей!

Учёная мягко взмахивала своим перьевым веером, улыбаясь:

— Чжо Ча, Му’эр сказал тебе притормозить, так куда ты спешишь?

— Ладно, я выслушаю второго брата, — прямо ответил Фермер. — Когда он закончит, я разрушу его божественное сокровище.

Наконец успокоившись, Цинь Му проговорил:

— Божественное сокровище Райской Реки — лучшее из всего, что я создал. Оно даже намного лучше Божественного Моста, так как объединяет все божественные сокровища!

Глава 803. Содействие Святого Короля

— Божественное Сокровище Райской Реки соединяется с шестью другими божественными сокровищами и собирает одновременно мощь их всех через образовавшийся проход в теле практика, — Цинь Му приглушённо вскрикнул и задействовал божественные сокровища в своём теле, чтобы создать их проекцию снаружи за своей спиной.

Все поспешно присмотрелись, видя, как райская река спадает с неба и, стекая по Плотнику Древа, проходит через одно божественное сокровище за другим, замыкая цикл.

— Но важнее то, что река также может соединять небесные дворцы, сливая их мощь вместе с мощью сокровищ. С момента, когда вы откроете свои божественные сокровища, они будут сбалансированы с небесными дворцами, позволяя богам с ещё большими комфортом и плавностью пробуждать мощь их сокровищ. Так что для богов это тоже полезно.

Цинь Му до сих пор не совершенствовался до своего небесного дворца, поэтому мог лишь слабо видеть, как райская река соединялась с ним где-то в недосягаемой вышине, но при этом было очевидно, что она вытекала из него.

— И всё же именно практики божественных искусств извлекут наибольшую пользу, — Цинь Му продолжал показывать всем результат своего кропотливого труда, используя свою жизненную Ци. Он использовал разнообразные божественные искусства, показывая, что теперь у него получалось их исполнять с гораздо большей скоростью, на столько большей, что окружающие не могли уследить за тем, что он делал.

Благодаря тому, что все его божественные сокровища теперь были соединены, мощь любого из них собиралась по мановению мысли. Более того, его исконных дух тоже невероятно усилился, давая ему доступ к силе, которую попросту нельзя было вообразить, совершенствуясь по старой системе божественных сокровищ!

— Когда практик божественных искусств соединит все свои божественные сокровища, его магическая сила удвоится, а время, требуемое для задействования жизненной Ци, сократится вдвое или даже больше. Исполнение божественных искусств будет происходить с большей скоростью, а исконный дух станет ещё сильнее! — Цинь Му исполнял одно божественное искусство за другим, серьёзно говоря. — После того, как практик совершенствуется до области Жизни и Смерти, ему останется только прорваться через последнюю стену, чтобы достичь Божественного Сокровища Райской Реки. Достигнув этой области, семь великих божественных сокровищ станут, по сути, одним и позволят практику божественных искусств сражаться на равных с ложными богами, стоящими снаружи Южных Небесных Врат после пересечения своего божественного моста!

Все в имении притихли, слышалось только яростные биения сердец.

Божественное Сокровище Райской Реки Цинь Му действительно превосходило во всём в разы Божественное Сокровище Божественного Моста!

Благодаря ему они теперь видели надежду невообразимо процветающую эпоху!

Император Яньфэн вдруг хрипло заговорил:

— Министр Цинь, Божественное Сокровище Райской Реки настолько идеально, что его, наверно, достаточно тяжело открыть? В телах текущих поколений ещё нет Божественного Сокровища Райской Реки, а лишь сломанные божественные мосты. Если Райскую Реку тяжело открыть, то для обычных людей от неё мало пользы.

Цинь Му с улыбкой ответил:

— Нам просто нужно отправиться к Райской Реке, чтобы использовать её мощь, и открытие Божественного Сокровища Райской Реки окажется гораздо проще. Что же до детального способна открытия, немного позже я всё продумаю и передам Вашему Величеству для распространения в массы.

Император Яньфэн растеряно спросил:

— Райская Река? Где она?

— Райская Река — это наша река Вздымающаяся. Река Вздымающаяся — это райская река Райских Небес Дракона Ханя из прошлого. Я не знаю почему она стала Вздымающейся, когда дотекла до наших земель, — Цинь Му не стал вдаваться в подробности, продолжив со словами. — Отправившись к реке Вздымающейся, чтобы попытаться понять её силу, практики смогут положиться на неё, чтобы образовать в своих телах Божественные Сокровище Райской Реки. Я смог ощутить значительную силу Райской Реки даже в столице, поэтому та определённо будет ещё выше подле неё. В таких условиях процесс понимания наверняка пройдёт гораздо проще. Я собрал мощь небес и земли, чтобы сформировать райскую реку, таким способом и правда не многие смогут пойти, ведь это действительно сложно. С другой стороны, понимание Райской Реки при помощи заимствования её силы всё упростит на порядки.

Император Яньфэн ещё больше растерялся, пробормотав:

— Река Вздымающаяся — это та, где живёт Владыка Взращивания Драконов?

Упомянув об этом факте, он заставил лицо Цинь Му помрачнеть до цвета угля, а его самого с ноткой возмущения в голосе обронить:

— Да, она самая.

Он нарёк Владыку Взращивания Драконов Королём Драконов Реки Вздымающейся и даже заключил с ним Соглашение Грефа Земли, по условиям которого тот должен был обеспечивать безопасностью всему водному транспорту Вздымающейя и охранять саму реку. С другой стороны, по тому же соглашению Владыка Взращивания Драконов мог наслаждаться благами предлагаемыми водами реки, включая некоторые формы водной живности, обитаемые в ней.

— Полное разрушение Божественных Сокровищ Божественного Моста в телах практиков божественных искусств ещё больше всё упростит, — Цинь Му говорил голосом, полным уверенности. — Небесный Наставник Боевых Искусств может легко разрушить Божественные Сокровища Божественного Моста, значит старшая сестра Ди Июэ, Небесный Наставник Цзы Си, Будда, Первый Предок, Король Яма, старший дядя Рыболов, Тянь Шу, вы все должны обладать схожими способностями.

Старейшина покачал головой со словами:

— Му’эр, твоим здоровью и крепости тела многие позавидуют, поэтому ты себя чувствуешь хорошо даже после разрушения божественного моста, но другие не обязательно смогут перенести такое. Даже если они и не умрут, то с частью «кожи» уж точно придётся расстаться. Тебе нужно найти человека, которые не такой здоровый бык, как ты, для опыта, — проговорив, он кинул взгляд на Императора Людей Ци Кана.

Императора Людей Ци Кан пробрало на озноб, когда он завопил:

— Су Мучжэ, я твой мастер, твой дражайший мастер! Тело твоего пра-мастера И Шаня гораздо крепче моего, используй его в качестве подопытного!

Император Людей И Шань рассвирепел:

— А я, что, не дражайший?

Цинь Му всё рассчитал и сказал:

— На самом деле использовать предков и пра-мастеров не такая уж плохая идея. Они не слабее меня и, скорее всего, не умрут…

Имперский Наставник пробормотал себе под нос:

— Могут боги, которые уже совершенствовались до небесного дворца, тоже разрушить свои Божественные Сокровища Божественного Моста для совершенствования Божественного Сокровища Райской Реки?

Сердца большинства присутствующих подступили к горлу.

Имперский Наставник озвучил то, что их беспокоило.

В Империи Вечного Мира сегодняшних дней проживало уже практически три сотни богов, а также Дровосек и остальные боги Эпохи Императора-Основателя. Их исконные духи уже пересекли их божественные мосты, чтобы войти в небесные дворцы.

Сравнивая эффективность Божественных Сокровищ Райской Реки и Божественного Моста, обладатели последних определённо будут подавлены обладателями первых и в будущем будут названы старыми богами.

Боевая мощь старых богов будет уступать новым — это раз. А два — божественные сокровища их потомков, унаследованные от них, будут уступать потомкам новых богов или даже хуже — потомкам практиков божественных искусств, открывших Божественное Сокровище Райской Реки.

Несмотря на то, что их потомки тоже смогут разрушить своё божественное сокровище, чтобы затем открыть Божественное Сокровище Райской Реки, не каждому это удастся, некоторых из их потомков определённо постигнет неудача.

И эти люди будут поглощены своей собственной эпохой, как до этого и они сами.

— Если Божественное Сокровище Божественного Моста разрушить, рухнут ли небесные дворцы? — поинтересовался Цинь Му, ведь он пока ещё мало что смыслил в этом. — Какие возникнут последствия от разрушения божественного моста? Я не особо уверен в том, что может произойти…

Старый фермер тут же ответил:

— Никаких последствий, у меня же нет божественного моста, — все посмотрели на старика, и тот вынужден был добавить. — Без моста остальные сокровища и правда подвергнутся невероятно тяжёлому давлению, но оно всё ещё терпимо.

Имперский Наставник сказал:

— Старший дядя, твои достижения в физическом теле не знают себе равных, поэтому тебе удалось это вынести, однако не у всех есть такое же могучее тело, как у тебя. Из соображений безопасности я думаю мы должны запечатать Южные Небесные Врата перед разрушением божественного моста. Думаю, я справлюсь с созданием техники по запечатыванию врат, это не должно оказаться слишком сложно.

Цинь Му продолжил расспрос:

— Я и Сюй Шэнхуа уже провели исследование в комбинировании божественных сокровищ в одно и достигли значительных успехов. Братом Сюем был создан Плотник Врождённого Древа Божественного Моста, благодаря которому практик может добавить своим божественным сокровищам ещё больше стабильности и обрести совершенствование, превосходящее таковое у тех, у кого его нет. Однако Плотник Врождённого Древа Божественного Моста требует невероятно высоких познаний в математике, поэтому мало кто может его совершенствовать.

Все хором похвалили:

— Сюэ Шэнхуа действительно несравненный талант.

— Отдадим Плотника Врождённого Древа Божественного Моста во все колледжи и Имперский Колледж, чтобы тот, кто может в нём совершенствоваться, делал это, — проговорил Император Яньфэн. — А если же нет, то принуждать никого не станем.

Цинь Му кивнул и на мгновение засомневался, прежде чем сказать:

— Все, взгляните на мои божественные сокровища ещё раз.

Он вспыхнул аурой, после чего под его божественными сокровищами пути бога появилась вереница отражающихся видений. Образовались божественные сокровища пути дьявола, раскрывая своих Плотника Древа, Духовного Эмбриона, Пять Элементов, Шесть Направлений и Семь Звёзд. Через них тоже текла райская река, спадающая с противоположного направления и соединяющаяся с райской рекой божественных сокровищ пути бога!

Все зашумели от смятения и удивления.

Обсуждения становились громче, перерастая в разного рода споры.

Внезапно старейшина окинул всех презрительным взглядом и ухмыльнулся:

— Это Тело Тирана.

Бабушка Сы, старый Ма, глухой, мясник и слепой понимающе улыбнулись:

— Несмотря на то, что эти старшие имеют поразительные способности, их горизонты узки и уступают нашим. Они понятия не имеют, как могуче Тело Тирана.

Они были самодовольны. В конце концов старейшина давно их всех убедил, поэтому им больше не казалось происходящее странным.

— Как ты смог это совершенствовать? — удивлённо спросила Учёная, подойдя и начав изучать увиденное.

Святой Дровосек, Ди Июэ, Будда Сакра и остальные тоже подошли изучить увиденное повнимательнее, а после начали удивлённо восклицать:

— Они — настоящий божественные сокровища, это не отражение!

— И даже райская река реальна! — удивлённо воскликнул Небесный Наставник Рыболов.

Старый фермер тоже не удержался от возгласа:

— Божественное Сокровище Жизни и Смерти не такое же, как предыдущее!

— Какая постыдная безграмотность, — ухмыльнулся Второй Предок, сложив руки на груди.

Остальные Императоры Людей тоже пафосно сложили свои руками на груди, ухмыляясь:

— Мы узнали это ещё тогда, когда были избиты им. Верно, Первый Предок?

Первый Предок с непроницаемым выражением лица обронил:

— Не несите чепухи.

Второй Предок решил напомнить:

— Учитель, он ведь и тебя избил.

Первый Предок помрачнел и запнулся:

— Я не…

— Чепуха, ты был избит перед Залом Императоров Людей и даже разрыдался.

Между тем Цинь Му заговорил:

— Я чувствовал, что каждый может совершенствоваться в положительных и отрицательных божественных сокровищах, которые, в свою очередь, могут объединиться Божественным Сокровищем Райской Реки. Отличается только Божественное Сокровище Жизни и Смерти, в одном — Божественное Сокровище Жизни и Смерти, а в другом — Божественное Сокровище Сюаньду, — говорил он. — Над исконных духом небеса, а под — земля. Сверху — бог, а снизу — дьявол. Мы, люди — ни боги, ни дьяволы, поэтому нам не обязательно сосредотачиваться на чём-то одном. Я даже чувствую, что мы можем следовать обоим путям одновременно, что есть ни что иное, как человеческий путь. Боги и дьяволы сильно ограничены, но нам нет нужды навязывать эти ограничения на самих себя. Выходя за грани шаблонов, мы можем делаем наш мир гораздо шире.

Все окружили его, нарезая вокруг него круги и размышляя над тем, как им открыть свои собственные божественные сокровища дьявольского пути.

Несмотря на то, что Цинь Му был прав, достичь этого было крайне тяжело.

Такого с наскоку не добиться, это уж однозначно.

Дровосек внезапно спросил:

— Как ты открыл свои божественные сокровища дьявольского пути?

Цинь Му ответил:

— Я как-то открыл их из-за своей второй личность Сына Юду, но не знаю как именно, знаю только, что этот путь рабочий.

Дровосек нахмурился, продолжая бродить вокруг него:

— Все остальные — не Сын Юду, то, что удалось тебе, не значит, что удастся у нас…

Все вокруг тоже хмурились, размышляя.

Цинь Му ощутил головокружение от их мельтешения вокруг него. Как только он собирался было сбросить с себя всякую ответственность и уйти, остальные тут же остановили его:

— Ты не можешь уйти. Тебе придётся остаться здесь, пока все мы не закончим с изучением.

Цинь Му проблемно оправдался:

— Я только выделил проблему, которую вы, ребята, должны уже решить. У меня по-прежнему много дел, требующих моего внимания.

Учёная тут же сказала:

— На сегодняшний день только тебе удалось добиться в этом успеха, поэтому мы можем использовать только тебя в качестве объекта для изучения. Если ты уйдёшь, что нам делать?

Цинь Му мог лишь сесть.

Находящийся неподалёку Небесный Преподобный Юй облегчённо вздохнул. Последние несколько дней, когда его постоянно детально осматривали, морально навредили ему, но сейчас он, наконец, мог расслабиться.

Цинь Му изучали в течение следующих двух недель. Даос Линь Сюань и остальные Даосы даже заползли в его божественные сокровища, чтобы собрать и записать более детальные данные. Его божественные сокровища дьявольского пути были вдоль и поперёк изучены окружающими, в результате чего из всего узнанного был сформирован список правил и зависимостей.

— Поскольку мы не Сын Юду, — заговорила бабушка Сы, — нам в первую очередь нужно взрастить дьявольское семя, чтобы затем использовать его для взращивания Плотника Древа Божественного Моста. Посадить дьявола в сердце Дао и взрастить сердце дьявола.

Имперский Наставник продолжил:

— После уплотнения дьявольской природы можно будет открыть духовный эмбрион дьявольского пути и родить исконный дух дьявольского пути.

— Пять Элементов, Шесть Направлений, Сем Звёзд — не доставят проблем, но с Божественным Сокровищем Сюаньду всё не так просто.

— Достичь подобного сможет лишь один из миллиона. А затем встаёт ребром проблема Божественного Сокровища Райской Реки. И даже если решить и её, следующая проблема, с которой столкнётся практик, будет связана с открытием небесных дворцов дьявольского пути. В наших тела нет никаких небесных дворцов дьявольского пути.

— Но если ты сможешь решить все проблемы, то будешь коронован как Король Богов или Святой Король дьявольского пути!

Цинь Му сосредоточенно исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, просидев так тренируясь полмесяца.

Император Яньфэн решил показать жест доброй воли и напомнил:

— Министр, если ты сможешь вывести эти техники, люди всего мира будут величать тебя Святым Королём. Тебя будут почитать бесчисленные практики божественных искусств.

Цинь Му спросил:

— Титул Святого Короля выше, чем Небесного Преподобного?

Император Яньфэн покачал головой:

— Нет. Вклад Небесного Преподобного не поддаётся сравнению, поэтому даже Святой Король слегка уступает. Король Богов тоже титул с великим вкладом, но он, в свою очередь, слегка уступает Святому Королю.

— Мне всё равно, слишком уж хлопотно, — ответил Цинь Му. — Я просто останусь Небесным Преподобным.

Император Яньфэн фыркнул, но маленького евнуха не оказалось подле него, поэтому он не смог что-либо записать, и лишь подумал: «Я запишу этот проступок в мою книжечку, когда вернусь».

Глава 804. Разрушение Благословений Древних Богов

Закончив всё изучать, они разобрались в строении, после чего каждый выбрал себе определённое направление, в котором продолжил работу.

Божественные сокровища дьявольского пути составляли огромную систему совершенствования, и, если изучать её пришлось бы лишь одному человеку, тот не добился бы успеха даже посвятив этому всю свою жизнь.

Даже если каждый из них выбрал бы себе одно направление, для выполнения такого задания им всё равно требовалось бесчисленное количество мастеров. К примеру, Небесная Святая Академия, в которой преподавали бабушка Сы и старейшина деревни, Секта Дао Мастера Дао Линь Сюаня и Маленькая Нефритовая Столица Ван Мужаня были вынуждены выбрать множество талантов, чтобы те провели вычисления. Сами они лишь контролировали направление исследования.

Спустя ещё несколько десятков дней, они смогли разобраться с благословлениями у затылка Небесного Преподобного Юя. Собрав все руны богов, Дровосек передал их Императору Яньфэну.

Будучи вне себя от радости тот проговорил:

— С этого момента пути, навыки и божественные искусства Вечного Мира начнут подниматься к невиданным высотам!

Все остальные полностью разделяли его чувства.

Небесный Преподобный Юй был будто огромная сокровищница. Лишь изучив ореол позади его головы, они позволили путям, навыкам и божественным искусствам Вечного Мира сделать огромный прыжок вперёд!

— Император Вечного Мира, твои слова не совсем точны, — проговорил Дровосек. — Ты видишь лишь пути, навыки и божественные искусства древних богов, совершенно забывая о путях, навыках и божественных искусства нас самих, существ, рождённых после начала мира, тебе не стоит гнаться за верхушкой, не обращая внимание на корень.

Низко поклонившись, Император Яньфэн искренне спросил:

— Пусть Наставник меня просветит.

Дровосек ответил:

— Я Небесный Наставник Императора-Основателя, а не твой. Я не могу тебя обучать, спроси своего Небесного Наставника.

Император ошарашенно застыл, прежде чем прийти в себя и начать советоваться с Имперским Наставником.

— Ваше Величество, учитель имеет в виду, что несмотря на то, что мы обрели руны древних богов, они не принадлежат нам, существам, родившимся после начала мира, — серьёзно проговорил Имперский Наставник. — Несмотря на то, что нас нет такого наследия, как у них, мы смогли создать Дао Меча, Ножа, четыре искусства, божественные искусства боевого пути, которые не состоят в Великом Дао древних богов, или же в Великом Дао Неба и Земли. Мы создали их из ничего. Учитель имеет в виду, что это и есть наш корень.

Император Яньфэн наконец всё осознал.

Имперский Наставник продолжил говорить:

— Ваше Величество, наша реформа может воспользоваться сильными сторонами древних богов, но нам нельзя жертвовать своими собственными сильными сторонами. Лишь черпая лучшее с обоих источников наш мир станет лучше.

Согласившись, император Яньфэн проговорил:

— Слова Имперского Наставника ответили на вопросы, которые мучали меня годами.

Имперский Наставник тихо проговорил:

— Учитель имел в виду ещё кое-что. Изучив руны Великого Дао древних богов, мы поймём слабость каждого из них.

Сердце Императора Яньфэна резко дрогнуло:

— Что Имперский Наставник имеет в виду?

— Ваше Величество, ясное дело, всё поймёт, — ответил Наставник. — Теперь, когда Первобытное Царство освободилось от печати и в мире появились всевозможные силы, нам нужно подготовиться заранее. Хоть нам и помогают сильные практики Эпохи Императора-Основателя, в конце концов нам придётся полагаться лишь на себя. Если Ваше Величество будет во всём полагаться на богов Императора-Основателя, то какой смысл с реформы Вечного Мира? Ты должен подготовиться сейчас, чтобы в будущем дать отпор древним богам, лишь в таком случае у нас будет хоть какая-то способность отбиваться.

Император Яньфэн чувствовал давление. Посмотрев на книги, над написанием которых работали все собравшиеся здесь люди, он издал дрожащий вздох и тихо проговорил:

— Я не подведу надежд Имперского Наставника, не разочарую наших предшественников! Даже если мне придётся отдать свою жизнь империи, я сделаю всё, чтобы эта реформа длилась как можно дольше!

Три Небесных Короля и четыре Небесных Наставника собрались с мыслями. Взгляд Ди Июэ дрожал, она проговорила:

— Я уже довольно уверена в том, что смогу разрушить благословления древних богов, тем не менее, на Небесном Преподобном Юе их слишком много, к тому же они сложным образом запутаны между собой, боюсь, что древние боги могут что-то заподозрить. Поэтому…

Учёная улыбнулась:

— Нам нужен подопытный!

Остальные Небесные Наставники и Короли одновременно перевели свои взгляды на Цинь Му.

Юноша пока что ничего не заметил, продолжая рассказывать возродившимся Императорам Людей о том, как совершенствовать божественное сокровище Райской Реки. Они собирались использовать Императоров Людей И Шаня и Ци Кана в качестве подопытных.

Хотя Ци Кан и И Шань не были согласны с таким решением, остальные Императоры Людей уже его приняли. Даже Первый Предок непрерывно кивал, так что у них не оставалось выбора.

Учёная отвела взгляд и посмотрела на Ди Июэ, улыбчиво взмахивая своим веером:

— Император-Основатель восхваляет сильнейшего Небесного Король как человека, обладающего самым выдающимся талантом. Если ты можешь избавиться от благословления Матери Земли, то и от справишься с благословлением Небесного Герцога, верно?

Повернувшись к ней, Ди Июэ равнодушно ответила:

— Ты лучший мастер построений Императора-Основателя и являешься единственным человеком, которого он лично привёл в деревню Беззаботную. Он уважает тебя даже больше, чем меня. В таком случае, сколько благословлений сможет уничтожить Цзы Си?

Учёная ответила, продолжая улыбаться:

— Несмотря на то, что я единственный человек, которого Император-Основатель лично привёл в Беззаботную, на что вы сильно обижены, я еще ни разу не предавала Императора. Ни один из четырёх Небесных Наставников не оборачивался к нему спиной, в то время как среди Небесных Королей таких аж двое.

Выражение лица Ди Июэ тут же помрачнело.

Будда Сакра тоже неприятно скривился.

Таская свой Божественный Нож Имперских Врат, Тянь Шу усмехнулся:

— И что с того, что вы четыре Небесных Наставника? Не забывайте, что это именно я отрубил рог Графа Земли. Только благодаря этому появился Фэнду, в котором нашли убежище выжившие люди Императора-Основателя, и только благодаря этому земля Вечного Мира стала безопасной. Те из четырёх Небесных Наставников, кто мог бежать, сбежали, а те, кто могли спрятаться — спрятались. Некоторые даже начали винить себя и превратились в статуи на двадцать тысяч лет. Откуда у вас хватило наглости чтобы ругать нас, четырёх Великих Небесных Королей?

Дровосек и Рыболов замолчали. Когда их армия потерпела поражение, они превратились в каменные статуи. У них и вправду не было права кого-то винить.

Фермер тоже промолчал. После поражения он занялся охраной Мира Корриды и ничего не предпринимал.

Когда речь шла о вкладе, то Тянь Шу, Небесный Король Минду, сделал больше остальных.

Ухмыльнувшись, Учёная проговорила:

— Небесный Король Минду и вправду удивителен, тем не менее, твой ранг среди четырёх Небесных Королей довольно низок. Сильнейшая из вас вышла замуж за Сына Небесной Инь, после чего была убита во время брачной ночи, она была мертва на протяжении двадцати тысяч лет. Главная сила Императора-Основателя была мгновенно уничтожена, так как мы, четыре Небесных Наставника, должны были сражаться? Мы здесь чтобы учить, а не воевать!

Повернувшись к Будде Сакре, она холодно продолжила:

— Небесный Король Ли Южань тоже выдающийся человек и является третьим Небесным Королём, тем не менее, ты связался с Красным Божеством Ци Сяюй из поддельной династии! Император-Основатель приказал тебе построить деревню Беззаботную, а ты отправился в монахи из-за своих любовных дел! Будучи богом войны, ты сбежал, оставив нас, учителей, сражаться, так что в нашем поражении нет ничего странного!

— Я не буду говорить о Зелёном Императоре, он стар и приходится нам старшим. Но что насчёт Тянь Шу? На закате войны тебя увёл Левый Помощник Янь Шаоцин из поддельной династии, отчего ты оказался внутри Божественного Ножа Имперских Врат. Как наставники должны были сражаться без тебя? Я знаю, как создавать построения, как обучать четырём искусствам, но я никогда не вела армии в бой! Фермер, Дровосек, Рыболов, кто их них когда-то командовал армией? — она усмехнулась. — Император-Основатель передал вам военную силу, но вы пали один за другим, вынуждая четырёх Небесных Наставником управлять войсками и сражаться с райскими небесами до смерти. Кто, как не мы, был обречён на поражение?

Ди Июэ, Будда Сакра и Тянь Шу замолчали.

Спустя некоторое время Ди Июэ вздохнула и низко поклонилась:

— Извините, друзья Дао. Июэ не оправдала ожиданий Императора-Основателя.

Будда Сакра и Тянь Шу тоже поклонились.

— Нет смысла извиняться передо мной, — не помогая им подняться, холодно ответила Учёная. — Ты не подвела нас, ты подвела Императора-Основателя, ты подвела тех солдат, которые погибли в бою, ты подвела людей Эпохи Императора-Основателя. Хе-хе, династия богов, продлившаяся двадцать тысяч лет, была так просто уничтожена. Бесчисленные жизни были утеряны, осталось лишь несколько людей, которых спас Принц Цинь У. На мне тоже лежит вина, мы, четверо Небесных Наставников, тоже провинились, ведь в той катастрофе больше всех сделали не четыре великих Небесных Короля, не Небесные Наставники, а военный дезертир, Принц Цинь У. Грешники, мы все грешники…

Все замолчали.

Если бы не Первый Предок Цинь У, защитивший последних выживших Эпохи Императора-Основателя, и нашедший им место для жизни, Вечный Мир так бы и не появился.

После длительной паузы Святой Дровосек внезапно проговорил:

— Давайте не будем об этом. Император-Основатель в порядке?

Учёная промолчала и отвернулась.

Уши Цинь Му, стоящего вдали, тут же увеличились в размере. Изначально они находились на противоположных сторонах головы, но теперь сдвинулись ближе к затылку, внимательно подслушивая их разговор.

Отведя взгляд, Учёная молчала, но активно размахивала руками, разговаривая на языке жестов.

В этот момент волосы на затылке Цинь Му сдвинулись в стороны, между ними возникло лицо. Его глаза широко открылись, смотря на руки женщины.

Нахмурившись, учёная прошептала:

— Давайте общаться с помощью сознания.

Сознания семи сильных практиков столкнулись, и как только Учёная собралась продолжить говорить, она заметила, что количество сознаний было неправильным. На самом деле их было восемь!

Голова женщины начала болеть, она стиснула зубы:

— Поговорим в другой день!

Подозвав Цинь Му к себе, Дровосек улыбнулся:

— Му’эр, мы уверены, что можем избавиться от благословлений Небесного Преподобного Юя, тем не менее, нам всё же нужен подопытный. Небесные Наставники, Небесные Короли, вы согласны, чтобы подопытным был Цинь Му?

Остальные шесть человек пристально на него уставились и одновременно спросили:

— А с чем тут не соглашаться?

На лбу юноши проступил холодный пот, он тайком отступил на несколько шагов назад:

— Учитель, старшие дяди, я ничего не услышал…

Будда Сакра протянул палец, крепко сковывая его золотой верёвкой, после чего потащил к себе.

Цинь Му собрался позвать на помощь, но Дровосек тут же запечатал его рот божественным искусством.

— Начинаем.

Семеро людей переглянулись, после чего Учёная и Ди Июэ принялись за работу. Начав кружиться вокруг Цинь Му, они раз за разом ударяли по благословлениях у его затылка.

Бум! Бум!

Раздался оглушительный грохот. Ди Июэ была экспертом области Императорского Трона, и несмотря на то, что область Учёной ей уступала, её совершенствование тоже было невероятно высоким. Обе женщины обладали различными сильными сторонами и пытались разбить руны благословления Матери Земли всевозможными способами. Вскоре ореол у затылка Цинь Му начал рушиться и гаснуть.

Учёная внезапно предупредила:

— Будьте осторожны. Мать Земли уже нас обнаружила! Третий Брат! Небесный Король Минду!

Фермер присел, прежде чем взмыть в воздух. Посмотрев на землю, он увидел, как на востоке от столицы дрожат горы и переливается почва. Казалось, что под ними шевелилось что-то огромное!

Прокричав, Фермер шагнул, преодолевая тысячу километров. Ударив в землю, он встряхнул столицу. Все в городе увидели, как небо на западе наливается лучами света, становясь ясным, будто днём.

В этот момент с неба упал свет ножа, оружие Небесного Короля Тянь Шу вонзилось в землю. Божественная кровь вылилась из-под земли, попадая в реку Мутную, отчего та обрела красный цвет.

Глaва 805. Благoсловeние Небесного Импеpатора

Дрожь земли внезапно прекратилась, а Божественный Нож Имперских Врат, воткнутый в неё, двинулся на восток, делая глубокий разрез. Небесный Король Тянь Шу держал его рукоять, пытаясь стабилизировать его положение, тем не менее сила под землёй оказалась невероятно мощной, таща его вместе с оружием вдаль.

Божественный Нож Имперских Врат был невероятно острым, натыкаясь на горы он тут же разрезал их напополам!

Заметив происходящее, Фермер прокричал. Он тут же ударил кулаком в землю, из которой раздался громкий хруст, будто что-то рассыпалось на части.

Тянь Шу наконец сумел вытащить свой нож, и поспешно превратился в бога с головой козла. Отрастив пару рогов, он снова взмахнул лезвием.

Приложив все свои силы, он взмахнул ножом, и несмотря на то, что удар был лишь один, в землю вонзились бесчисленные лучи света.

Его навык ножа был невероятно сложным, во времена Эпохи Императора-Основателя он не имел себе равных. В противном случае Император не приказал бы именно ему отрубить рог Графа Земли.

Когда этот нож обрушился вниз, земля под ним раскололась и можно было заметить едва различимые лучи, носящиеся туда-сюда. Среди них извивались гигантские корни, в то время как гигантское существо, переворачивающее землю, неостановимо двигалось на запад. Горы вдали внезапно задрожали, переливаясь, будто волны.

Из-за огромного количества крови земля превратилась в болото, над ней поднималось слабое солнечное сияние.

Вытащив свой нож из земли, Тянь Шу положил его на плечо и озадачено спросил:

— Я определённо в неё попал. Почему тогда Божественный Нож Небесных Врат не сумел высосать её душу?

— Разве тебе удалось высосать душу Графа Земли, когда ты отрубил его рог? — позади раздался голос Фермера. — Нужно возвращаться в столицу.

Обернувшись, Тянь Шу двинулся след за стариком.

В поместье Ди Июэ и Учёная усердно работали, пытаясь избавиться от благословления Матери Земли. Между тем разум Цинь Му помутнел, он был сбит с толку. Опёршись на стену, он начал блевать. Лишь спустя некоторое время он пришёл в себя, но его лицо до сих пор было бледным.

Небесные Наставники и Короли встревожено переглянулись:

— Мы разрушили благословление одной лишь Матери Земли, а Цинь Му уже так сильно досталось. Небесный Преподобный Юй носит сотни таких благословлений, и находится лишь всего лишь в области Духовного Эмбриона, как ему выдержать такое?

Цинь Му потряс головой, но мир вокруг него продолжал кружиться.

Он почти ничего не ощутил, когда Святой Дровосек сорвал Плод Дао Земного Эона, так как тот был связан с его душой. Дровосеку пришлось всего лишь отправить её в Юду и разорвать их связь, после чего плод упал сам по себе.

Тем не менее, благословление Матери Земли было совершенно другим. Оно обладало более сложным строением и могло поглощать силу земли, непрерывно восстановляясь. Более того, оно было связано с физическим телом, поэтому могло существовать даже после смерти юноши.

Ди Июэ и Учёная воспользовались самым грубым способом, разрушая каждую руну, из которой было создано благословление Матери Земли.

За последние несколько дней они полностью изучили все эти руны и придумали метод разрушения каждой из них. В процессе их уничтожения тело Цинь Му подвергалось ужасным вибрациям, что вызывало у него крайнее неудобство.

— Небесный Преподобный Юй не вынесет подобного, — покачав головой, проговорил Дровосек. — Чтобы избавиться от всех этих благословлений, нам нужен сильный практик области Императорского Трона, который бы защитил его физическое тело и исконный дух. В то же время нам нужно быть наготове, ведь древние боги могут атаковать в любой миг. Небесный Преподобный Юй несёт огромную ответственность, древние боги определённо знают о его воскрешении. Если мы начнём разрушать его благословления, к нам явится не только Мать Земли, так что нам нужно справиться до того, как они успеют отреагировать!

Учёная покачала головой:

— Мне не хватит знаний. Я не смогу полностью избавиться от всех его благословлений.

Ди Июэ тоже покачала головой:

— Эти благословления слишком обширны. Я смогу уничтожить искусства четырёх божеств и Небесного Герцога, тем не менее, я не в силах разобраться с остальными.

Сакра, Фермер и Рыболов также покачали головами.

— В таком случае, я разберусь с благословлениями вместе со своим младшим учеником. Вы же будете защищать нас от атак древних богов. Байгуй, подойди, — проговорил Святой Дровосек.

Услышав его, Имперский Наставник тут же подошёл:

— Учитель.

— Мы оба будем работать сообща, чтобы разобраться с благословлениями у затылка Небесного Преподобного Юя. Ты уверен в своих силах?

Имперский Наставник Вечного Мира на мгновение задумался:

— Справиться с благословлением Небесного Герцога будет весьма трудно. Благословление Небесного Императора тоже очень сложное и состоит из бесчисленных видов Великого Дао. Оно заберёт немного времени, я впервые вижу что-то настолько удивительное. Тем не менее, работая вместе с учителем, я на восемьдесят-девяносто процентов уверен в успехе.

— Мы с Байгуем будем работать, Первый Небесный Король, береги физическое тело и исконный дух Небесного Преподобного Юя от атак древних богов, — приказал Дровосек.

Все кивнули, соглашаясь.

Ди Июэ подозвала Небесного Преподобного Юя, после чего использовала свою магическую силу, чтобы защитить его физическое тело и душу.

Дровосек спросил:

— Байгуй, с какого благословления нам стоит начать?

— Для начала разрушим благословление Матери Земли, прежде чем заняться Небесным Императором, — ответил Имперский Наставник. — Мать Земли уже мертва и только что отступила, разрушить её благословление проще всего. Затем займёмся Небесным Герцогом и Графом Земли, оба древних бога знают второго старшего брата, так что они не будут нам мешать или звать других древних богов на помощь. Затем разрушим благословление Небесного Императора. Второй брат говорил, что Небесный Император уже мёртв, так что несмотря на то, что его благословление тяжело уничтожить, он не осмелится явиться. В конце избавимся от Небесной Императрицы и её сестры, четырьмя божествами и остальными.

Святой Дровосек поинтересовался:

— Древние боги будут вмешиваться и пытаться нас остановить?

Имперский Наставник покачал головой:

— Вся загвоздка в Небесной Императрице и четырёх божествах, но, если скорость разрушения их благословлений будет достаточно высокой, мы не оставим райским небесам времени отреагировать. Что касается оставшихся древних богов, они не доставят проблем, так как я смогу с лёгкостью разрушить их благословления. Нам нужно работать как можно быстрее и застать их врасплох, не позволяя определить наше местонахождения и прийти сюда.

Глаза Святого Дровосека сияли всё ярче и ярче. Улыбнувшись, он проговорил:

— У меня три ученика, но лишь ты обрёл мои истинные учения.

Цинь Му недовольно фыркнул:

— Какие ещё истинные учения? Учитель, ты никогда не позволял мне слушать лекции, которые давал младшему брату, ты никогда меня не учил, так как я мог обрести твои истинные учения?

Дровосек проигнорировал его слова, и поспешно начал ходить вокруг Небесного Преподобного Юя вместе с Имперским Наставником.

Имперский Наставник достал меч, а Святой Дровосек снял со спины свой топор. Лезвие меча носилось будто молния, в то время как топор двигался как ветер, каждое их движение было невероятно сложным, вызывая у всех вокруг искреннее восхищение.

— Цзян Байгуй очень похож на Дровосека, — наблюдая за ними, прошептал Фермер Учёной. — Тем не менее, его талант кажется даже более высоким. Его совершенствование уже почти с ним сравнялось.

Учёная мягко кивнула головой:

— Из-за того, что старший Небесный Наставник сосредоточен на слишком большом количестве вещей, его совершенствование приостановилось. Его жизненная сила ограничена, и пытаясь самостоятельно сохранять реформу Императора-Основателя, он позабыл о собственном развитии. С другой стороны то, что Цзян Байгую удалось совершенствоваться с такой божественной скоростью, обретя учения Дровосека, доказывает его необыкновенность.

Заметив недовольное выражение Цинь Му, Фермер спросил:

— Почему Дровосек ничему не обучит этого ребёнка? Он очень злится, его лицо сейчас неприятнее, чем у твоего осла.

Учёная покачала головой:

— Не знаю. Тем не менее, этот Цинь Му учился крайне беспорядочным образом, но несмотря на это его мастерство достигло невероятных высот. Особенно поражают его навыки меча, даже я не в силах их заблокировать.

— Я знаю, почему старший брат его не учит, — подойдя к ним, тихо проговорил Рыболов. — Я провёл с этим ребёнком некоторое время и сильно им восхищаюсь, поэтому спросил у старшего брата почему мы его не обучаем. Тогда он с очень странным выражением лица сказал мне, что знал чему обучать своего первого и третьего ученика, но не имел ни малейшего представления о том, чем делиться со вторым, поэтому решил не заниматься его обучением и позволил ему расти самостоятельно.

Учёная не знала смеяться ей или плакать. Она тут же спросила у Фермера:

— Я вижу, что его Дао Пути Боевых Искусств очень хорошее, это ты его обучил?

Фыркнув, тот покачал головой:

— Я его не учил. Раньше, когда я бросил Дровосека мокнуть в помойной яме, этот наглый ребёнок пришёл на его поиски. Он твердил, что может решить проблему отсутствия божественного моста у людей Мира Корриды, и был готов сделать это в обмен на Дровосека. Я позволил ему пройти через Дворец Корриды, и именно так он освоил Дао Пути Боевых Искусств. Я ничему его не учил. Никогда бы не подумал, что этот ребёнок и вправду сможет решить нашу проблему…

Учёная ошеломлённо посмотрела на Цинь Му. На лице последнего до сих пор было неприятное выражение.

«Не знаю, повезло ли Вэнь Тяньгэ иметь такого ученика, или же наоборот.» — подумала она про себя.

Спустя некоторое время Дровосек и Имперский Наставник разрушили благословление Матери Земли, после чего сразу же занялись благословлением Небесного Герцога. Их скорость была невероятно высокой, поэтому вскоре они уже приступили к благословлению Графа Земли. Остальные Небесные Наставники и Небесные Короли наблюдали за ними со странными выражениями лиц.

Даже Ди Июэ сильно нахмурилась. Парочка разрушала благословления попросту слишком быстро. Если бы работала она, то её скорость была бы намного ниже.

Чтобы достичь такого уровня требовался невероятный интеллект и способности. Более того, им требовалось дополнять друг друга, не допуская даже малейших ошибок.

Дровосек и Имперский Наставник не готовились заранее, а приступили к работе спонтанно, тем не менее, их совместная работа оказалась безупречной!

Вскоре они наконец приступили к уничтожению благословления Небесного Императора. Оно было самым сложным, поэтому их скорость тут же снизилась. Каждый меч и топор двигался невероятно тяжело и медленно.

Двигаясь медленно, они поднимали решали даже простые задачи таким образом, будто те были невероятно сложными. Время, нужное на каждый удар, становилось всё дольше, в то время как пот на их телах начал превращаться в пар. Их Ци и кровь тоже были невероятно активны.

Спустя два дня из кожи Небесного Наставника просочились капли крови, в то время как у Дровосека вытекло две капли крови из глаз. Его волосы поседели.

Благословление Небесного Императора было попросту слишком сильным, вынуждая их напрячь свою мудрость до предела. Их мозги работали на невероятной скорости даже после того, как им удалось открыть секрет рун в благословлении. Если бы они этого не сделали, то и вовсе не смогли бы продвинуться ни на шаг.

Ещё спустя два дня дыхание Дровосека утяжелилось. Тем не менее, так как Имперский Наставник был значительно моложе, он многое познавал в процессе разрушения благословления Небесного Императора. Поэтому его Ци и кровь постепенно становились сильнее.

Наконец они оба сумели разрушить ореол, сформированный благословлением Небесного Императора.

На уголках рта Дровосека выступила кровь, он отступил:

— Байгуй, ты можешь самостоятельно разрушить оставшиеся благословления?

— Я попробую! — Имперский Наставник внезапно взревел, а скорость его тела тут же возросла. Превратившись в череду отражений, он напоминал стаю Имперских Наставников, окруживших Небесного Преподобного Юя. Каждый их них исполнял особый навык меча, ударяя в ореол у затылка парня, тем самым извергая всевозможные ослепительные лучи и вспышки.

Ди Июэ, Учёная и Фермер начали волноваться.

Когда они разрушали предыдущие благословления, Граф Земли и Небесный Герцог не стали вмешиваться, а Небесный Император и Мать Земли были мертвы. Но теперь, когда Имперский Наставник остался один, боги, с благословлениями которых ему придётся иметь дело, могут оказаться живы!

Внезапно благословление Небесной Императрицы погасло, а спустя несколько вздохов угасло и благословление её сестры. Затем также бесследно исчезли благословления четырёх божеств.

Скорость Имперского Наставника становилась всё выше и выше. Количество его отражений тоже увеличивалось, отчего всем вокруг пришлось отступить назад.

Ореол у затылка Небесного Преподобного Юя постепенно уменьшался, скорость с которой угасали благословления продолжала расти. Все вокруг были ослеплены движениями Имперского Наставника, восклицая от удивления.

— Ты помогаешь своему младшему ученику достичь успеха, — прошептала Учёная. — На самом деле ты не настолько слаб, чтобы кашлять кровью от истощения.

Святой Дровосек улыбнулся:

— Я уже стар, к тому же я Небесный Наставник Императора-Основателя, мне не удастся всё время помогать Вечному Миру. Учитель учит, чтобы разрушить сомнения. Теперь, когда я это сделал, я наконец стал настоящим учителем.

Оглянувшись на Цинь Му, Учёная тихо спросила:

— А что насчёт этого ученика? Ты учил его, чтобы разрушить его сомнения?

Голова Святого Дровосека разболелась, он ответил, недоумевая:

— Я не знаю, чему его учить и как… Он похож на Небесного Преподобного Юя, изучив основы, он может создать что-то, что удивит тебя, или же напугает до смерти. Я не осмеливаюсь его учить…

Наконец Имперский Наставник разрушил все оставшиеся благословления и спрятал свой меч за спиной. Закрыв глаза, он сконцентрировался, погружаясь в удивительный мир.

Разрушение благословлений древних богов позволило ему многому научиться и, что даже более важно, войти в состояние понимания.

Это было результатом помощи Дровосека. Тот втянул его в умственную схватку с богами, Великим Дао Неба и Земли и даже с собой. Позже он оставил его наедине, позволяя Наставнику использовать свой разум до предела и обрести своё понимание Дао.

— Это может быть самым важным пониманием всей жизни Цзян Байгуя, оно определит его успех в будущем.

Никто не смел его беспокоить, все тихо ушли.

Когда Имперский Наставник очнулся, прошёл уже месяц. Оглянувшись, он увидел, что поместье Цинь Му пустовало. Все уже давно ушли, а подняв голову он обнаружил, что Первобытное Дерево уже накрыло собой весь город.

— Цинь Му отправился к реке Вздымающейся вместе с Императорами Людей и Мастером Дао.

Внезапно раздался голос Гунсунь Янь, сидящей под деревом:

— Он просил меня передать Имперскому Наставнику не переживать, и попросить тебя приготовить технику для запечатывания Южных Небесных Врат как можно быстрее.

Безучастно на неё посмотрев, Имперский Наставник улыбчиво спросил:

— Почему ты не пошла с ними?

— Я привыкла к тому, что мои корни здесь, — улыбнулась в ответ девушка.

***

Цинь Му сидел на спине цилиня, мчась вперёд вместе с Императорами Людей. Преодолевая успокаивающие пейзажи величественных гор и рек, он внезапно заметил чёрного кабана и радостно прокричал:

— Схватите того демонического кабана!

Цилинь тут же набросился на зверя, придавив его к земле.

Вынув Императорский Указ Небесного Императора, Цинь Му улыбнулся:

— Я как раз думал о том, как избавиться от благословления Небесного Императора, — сказав это, он открыл указ и направил его на кабана.

Спустя мгновение юноша отбросил указ и улетел вдаль.

— Небесный Преподобный Му, вот мы наконец и встретились, — несравнимо древнее сознание задрожало в уме чёрного кабана.

— Хрю, хрю, — ошарашенно прохрипел зверь.

Глава 806. Король Драконов Райской Реки

— Небесный Преподобный Му, ты настоящий отшельник, не беспокоящийся мирской суетой, — таинственное сознание Небесного Императора прокатилось волнами, едва разборчиво говоря. — Как много лет прошло с тех пор, как я нарёк тебя Небесным Преподобным Му? И всё это время ты сопротивлялся соблазну открыть мой имперский указ. Твоя выдержка и самоконтроль не знает себе равных. Ты должно быть встретился с Янь Цилин, верно? Она отчиталась передо мной. Я действительно удивлён, но также доволен. Чего и следовало ожидать от человека, который мне приглянулся. Твоё появление позволило мне понять множество вещей.

— Хмпф!

Чёрный кабан был сбит с толку, как вдруг он сорвался с места и ринулся в сторону густого горного леса.

— Хмпф? — сознание Небесного Императора удивилось, прежде чем, словно с улыбкой на лице, продолжить. — Неужели Небесному Преподобному Му больше нечего мне сказать? Знаешь, когда тебе хватило мужества отомстить за Небесного Преподобного Юя, я начал восхищаться тобой. Причина, почему я нарёк тебя Небесным Преподобным Му, кроется в том, что твои божественные искусства далеко превзошли Эпоху Дракона Ханя, открывая совершенно новую эпоху божественных искусств. Даже сегодняшний Небесный Преподобный Му — это всё ещё Небесный Преподобный божественных искусств! В тебе нет недостатка в виде нехватки странных, но в то же время удивительных и уникальных идей. Я уже не могу дождаться, когда смогу подчистить свой мир от предателей и изменников. Ты тот самый человек, сумевший возродить Богиню Небесной Инь, верно? Мать Земли попыталась найти тебя потому, что хотела, чтобы ты возродил и её, я ведь опять прав, да?

Чёрный дикий кабан то врезался там, то падал сям, его бивни то вспахивали землю, то сдирали кору с деревьев, но он всё никак не могу избавиться от голоса в своей голове.

Вскоре демонический кабан нашёл своё насиженное место, где жили бесчисленные поросята. Тем временем голос продолжал:

— … Ты можешь избавиться от меня. Мне нужно только, чтобы ты воскресил меня. Я умер в Юаньду, поэтому мои три души разлетелись по всем уголкам Юаньду. Для тебя не составит большого труда воскресить меня.

— Хмпф, хрр, хмпф, хрр…

— Небесный Преподобный Му, ты всё ещё продолжаешь это говорить! Ты вероятно не знаешь, что такое страх, я могу показать тебе, что есть истинный ужас!..

Некоторое время спустя.

— Ну что, боишься? Ты по-прежнему собираешься избегать меня?

— Хмпф-хмпф…

— Ты действительно заставляешь меня принуждать тебя! С моей помощью тебе удалось бы достичь наивысшей официальной позиции и наслаждаться бесконечными богатствами, я превратил бы тебя в единственного Небесного Преподобного! Но ты, даже с такими преимуществами, ведёшь себя столь высокомерно и заносчиво, я заставлю тебя пожалеть об этом!

— Хмпф…

***

Цинь Му сидел на голове цилиня и продолжал объяснять Императорам Людей, как чувствовать мощь Райской Реки. Между тем Императоры Людей Ци Кан и И Шань были подавлены и апатичны, пока слушали и проглатывали лекарства.

Другие Императоры Людей единодушно пришли к решению подставить этих двух. Они все единым коллективом обратились к Первому Предку Императоров Людей с просьбой уничтожить их Божественные Сокровища Божественных Мостов.

Первый Предок оказался гораздо мягче, чем Небесный Наставник Боевых Искусств, но даже так парочка получила тяжёлые ранения. В конце концов их физическое тела не были столь же могучи, как у Цинь Му, и когда они насильственно потеряли свои божественные мосты, их жизненная сила была тоже повреждена.

К счастью для них, Цинь Му был рядышком и тут же позаботился об их ранениях.

Даже несмотря на невероятную скорость цилиня, у него ушло несколько месяцев, чтобы достичь «реки Вздымающейся».

Глядя на величественную гору впереди, Цинь Му окинул взглядом ближайшие три тысячи километров, но смог увидеть только одну огромную гору-колонну несравненной высоты. Она проникала собой через море облаков, которые вперемешку с танцующими молниями в итоге служили для неё лишь талией.

У одной горы, по сути, были все четыре сезона. Виднелся белый снег, пылало солнце, стекала река и местами некоторые сапфировые озёра больше напоминали собой моря.

Глядя дальше вверх, он мог даже едва видеть, как эта гора пронзала поддельное небо Империи Вечного Мира, подпирая собой настоящий небосвод.

Небо Империи Вечного Мира было поддельным, оно представляло из себя лишь построение, расположенное на высоте ста тысяч километров и имеющее толщину только одного километра.

Солнце, луна и звёзды являлись построениями в одной огромной системе.

Гора оказалась попросту слишком высокой, в результате чего солнце, луна и звёзды искажались, а их орбиты стали нестабильно странными. Особенно явно это бросалось в глаза в месте, когда небесные тела проходили по искажённому участку неба, ведь в этот момент они и сами искажались до неузнаваемости.

Цинь Му взглянул на скрученное в себя солнце на небе и нахмурился. Он с трудом отвёл взгляд и мысленно вздохнул: «Они даже не пытаются сделать их реалистичными. Боги, отвечающие за это поддельное небо, и правда уже ни о чём не заботятся. Кажется, теперь им стало попросту всё равно».

Он посмотрел на огромные горы и реки, что столь внезапно появились в Империи Вечного Мира, и беспомощно вздохнул. Ранее он так хорошо знал эту местность, но сейчас ему всё казалось таким незнакомым.

Сейчас империя была раздроблена и её части обычно окружали возвышающие горные гряды. Помимо этого, словно из ниоткуда появились многочисленные древние руины, в которых опасность, казалось, поджидала на каждом углу, отчего казалось, что в них скрывались несравненно опасные монстры.

Среди горных склонов часто встречались пещеры, а чуть реже скопление пышных и богато устроенных дворцов. Когда они проходили мимо каких-то громадных болотной топи или реки, обычно появлялся достаточно сильный полубог с всеподавляющей аурой, искажающей небо и порождающий видения запоминающейся красоты. Кто-то из них управлял водой, кому-то было подвластно пламя, но никто из них не трогал путников, а лишь наблюдал издали.

Первый Предок Императоров Людей следовал за группой, и каждый раз, когда нечто подобное происходило, райские дворцы появлялись позади него, со стоящим на одной из башен Нефритовой Столицы исконным духом.

Каждый раз после этого те полубоги молчаливо отступали.

Через половину месяца Цинь Му и остальные добрались до города Бачжоу.

Во времена расцвета экономики Империи Вечного Мира Бачжоу пережил множество расширений и сейчас выглядел действительно обширно. Однако, повидав столько всего во время путешествия по Первобытному Царству, Цинь Му уже не думал, что этот город был таким уж большим, даже наоборот, тот казался ему маленьким. Бачжоу был всего лишь камнем в океане текущего Вечного Мира.

Слишком незаметный и незначительный.

Два бога стояли на страже на городских башнях. Один на башне северной части города, другой на южной. Они оба сияли своим божественным светом по своим направлениям в ожидании, что в любой момент на них нападёт какой-нибудь полубог.

Цинь Му поднял голову, увидев, что одним из богов был Герцог Вэй, и поздоровался.

Герцог Вэй остался стоять на часовой башне, но его исконный дух спустился вниз поприветствовать гостей, чуть погодя он понизил голос и спросил:

— Владыка, как обстоят дела в столице? Все хорошо?

— Хорошо, — ответил Цинь Му, прежде чем с озадаченным взглядом спросить. — Почему Небесный Король Вэй не знает о текущем положении дел в столице? Разве Имперский Наставник не изготовил десятки перемещающих врат?

Небесный Герцог Вэй воздохнул:

— Перемещающие построения требуют огромного количества лекарственных камней для каждой активации, разве разумно их использовать во время кризиса? Сейчас, когда все торговые пути разорваны, у практика божественных искусств может уйти от одного до двух лет, чтобы узнать о новостях и доставить их сюда. Боги же не могут покинуть свой пост, таким образом новостям из столицы очень сложно добираться сюда. К тому же в последние несколько лет наши практики божественных искусств ищут людей снаружи, чтобы затем защитить их в Бачжоу. Но в процессе слишком многие получают ранения, поэтому у нас на счету каждый человек и мы не можем кого-то выделить, чтобы отправить за новостями в столицу.

Цинь Му нахмурился и посмотрел на людей в городе. Одежды каждого из них были изодраны, а их физическое состояние могло быть описано лишь одним словом — изнеможённые.

— Мы вспахали множество полей за городом, поэтому если нам удастся дотянуть до того, как там взойдут первые посевы, люди хотя бы перестанут погибать от голода, — Герцог Вэй продолжал. — Однако, в последние дни к нам наведываются полубоги и требуют дани.

Цинь Му нахмурился ещё сильнее:

— Дани? Кому?

— Конечно им, — отвечал Герцог Вэй. — А если мы не согласимся, они грозят устроить нам резню. Среди полубогов есть несколько по-настоящему сильных, сейчас они обосновали в горах свои страны и требуют от нас подношения, поскольку считают нас своими подданными, живущими на их землях.

Цинь Му был вынужден признать проблему:

— У Императора в настоящий момент ни энергии, ни рабочей силы, поэтому у нас нет выбора, сейчас мы должны потянуть время. Небесный Король Вэй, в качестве временного решения, дай им то, чего они хотят. А когда власть Императора достигнет этих земель мы примем совершенно иное решение…

— Они требуют в качестве дани девственных мальчиков и девочек, — внезапно ответил Герцог Вэй.

Цинь Му не проронил ни слова, сразу же достав маленький футляр и научив Герцога Вэя как пользоваться им:

— Это Нож Казни Бога Эпохи Багрового Света, Небесный Король может использовать мощь этого божественного ножа, чтобы улаживать подобного рода вопросы в этот сложный период времени. Покидая свои ножны, нож обязан испить крови, поэтому тебе стоить быть настороже во время его использования.

Группа покинула город Бачжоу.

Цинь Му обернулся ещё раз взглянуть на ночной Бачжоу и не удержался от вздоха.

Нож Казни Бога был один, а город множество, он защитил Бачжоу, но что же остальные города?

«Как Вечному Миру решить текущий кризис?» — парень погрузился глубоко в себя.

Народ Вечного Мира обеспокоен вопросом решения текущего кризиса. Сейчас, когда Мать Земли ещё ничего не предприняла лично, проблемой являлись лишь все те, разбросанные по всему миру полубоги. Но даже их оказалось достаточно, чтобы поставить Империю в положение близкое к гибели.

Несколько дней спустя они добрались до Небесной Святой Академии, которую окружали многочисленные башни. Местные ученики помогли многим перебраться сюда жить. Академия, кажется, была в полном порядке.

В данный момент целитель отравил какого-то полубога насмерть и сейчас с интересом изучал его внутреннее телосложение и отличительные особенности.

Полубог казался очень могучем, ведь даже после своей смерти вокруг него витала аура опасности, а его тело возвышалось, словно гора.

— Маха-маха-маха! — неподалёку выла банда Драконов Наводнение, махая своими хвостами, словно помелом, в ожидании кормёжки.

— Он ядовит! — ученики пытались отогнать настырных чешуйчатых.

— Му’эр, тебе не стоит озабочиваться безопасностью Небесной Святой Академии, все обитающие в округе полубоги, в большинстве своём, были уничтожены, а те, кто сумел выжить, попросту сбежали, — целитель вытер руки от крови и обратился ко всем. — Мы обработали множество полей для выращивания лекарств, поэтому нас не беспокоит вопрос трав, и мы можем свободно использовать наше перемещающие построение для связи со столицей. Также нам не сложно связываться с другими академиями для помощи друг другу. Так что не стоит волноваться. Можешь использовать наше перемещающееся построение, чтобы отправиться к Вздымающейся.

— Не стоит, сохраните лекарственные камни, — проговорив, Цинь Му попрощался со стариком и поспешил продолжить путь вместе с склочной бандой Императоров Людей.

Спустя другие шесть-семь дней они добрались до Академии Реки Вздымающей Префектуры Личжоу.

Цинь Му отдал дань уважения Юйюань Чуюй и Су Юньцин и только затем отправился к берегу реки, чтобы посмотреть на противоположную сторону. Водная гладь простиралась на тысячу километров, а божественные горы возвышались подобно густому лесу на склонах другой божественных горы. Вид был поистине перехватывающий дыхание!

— И это даже не самое широкое место реки Вздымающейся. До самого широкого ещё около пяти тысяч километров, — Юйюань Чуюй, уже совершенствовавшаяся до своего небесного дворца, обращалась к Цинь Му. — Во Вздымающейся обитает неисчислимое множество полубогов, а также в её пучинах разбросано действительно много разнообразных Поместий Королей Драконов полных сокровищ. Кстати, Владыку Взращивания Драконов постоянно избивают, из-за чего он не успевает зализывать раны самостоятельно, и обратился за помощь к нам. В последнее время Су Юньцин помогает ему позаботиться о ранениях.

Цинь Му удивлённо пробормотал:

— Даже Владыке Взращивания Драконов приходится туго… Неужели гора на противоположной стороне — гора Столетия? — он указал пальцем в сторону противоположного берега, где возвышалась величественная гора, которую можно было увидеть даже с расстояния в тысячу километров.

Гора была неописуемо величественной.

— Нет, — Юйюань Чуюй сказала. — Гора Столетия рядом с уездом Оленя. Такой небольшой холмик даже невозможно увидеть отсюда. А эта гора одна из тех, кто внезапно появилась, и на ней обитает неизвестно сколько полубогов. Бай Си сражается с ними, чтобы защитить уезд Оленя.

Цинь Му потёр руки со словами:

— Бай Си тоже страдает. В ближайшие дни я захвачу эту гору и переименую в гору Столетия, делая его её богом.

Прямо в этот момент поверхность реки стала неспокойной, а уже в следующий момент из-под ней высунулась огромная голова Владыки Взращивания Драконов. Когда бедолага увидел парня, он поперхнулся слезами и пролепетал:

— Владыка Цинь, ты наконец-то здесь! Я больше не хочу быть Королём Драконов, можем ли мы как-то изменить Соглашение Графа Земли?

Цинь Му улыбнулся, отвечая:

— Конечно. Как насчёт того, чтобы стать Королём Драконов Райской Реки?

Глава 807. Корабль-Призрак Райской Реки

— Король Драконов Райской Реки? — Владыка Взращивания Драконов ощутил, как его сердцебиение слегка участилось, и спросил. — Какую пользу я получу в качестве Короля Драконов Райской Реки?

Цинь Му тут же ответил:

— Такую же, за исключением того, что подводные сокровища Райской Реки не будут принадлежать тебе.

Владыка Взращивания Драконов осторожно поинтересовался:

— Насколько широка и длинна эта, так называемая, Райская Река? Мой Владыка, не пойми меня превратно, не то что бы я не доверял тебе, просто у меня есть хороший пример в виде Бога Бай Си и его горы Столетия. Моё драконье тело слегка великовато для обычной реки. Трёх-пятикилометровая ширина попросту не уместит меня.

Цинь Му с улыбкой заверил:

— Райская Река определённо широкая, не уже текущей реки Вздымающейся. В ней также обитает множество водных форм жизни, поэтому тебе не нужно будет беспокоиться о еде.

Владыка Взращивания Драконов обрадовался, но всё ещё чувствовал беспокойство на сердце, поэтому нерешительно промямлил:

— Если я стану Королём Драконов Райской Реки, это будет даже к лучшему, однако мне не даёт покоя страх быть обманутым. Бог Бай Си и его гора Столетия…

Цинь Му несчастно надавил:

— Так ты собираешься соглашаться или нет?

— Да! Да! — Владыка Взращивания Драконов моментально определился с решением и расплылся в улыбке. — Я лучше стану Королём Драконов Райской Реки, чем останусь здесь, там я хотя бы буду королём! Тем не менее, Мой Владыка, как нам избавиться от Соглашения Графа Земли?

— От него не нужно избавляться, тебе нужно лишь подписать Соглашения Маленького Графа Земли и всё будет хорошо, — ответив, Цинь Му научил Владыку Взращивания Драконов способу подписания нового соглашения, и тот повторил.

После того, как соглашение было сформировано, юноша тут же проигнорировал здоровяка и повёл Императоров Людей Ци Кана и И Шаня к берегу реки, чтобы те начали постигать мощь Райской Реки в попытке образовать в себе новое седьмое божественное сокровище.

Владыка Взращивания Драконов на некоторое время застыл в ожидании своей торчащей из-под воды огромной головой. Но увидев, что Цинь Му скачет то тут, то там, явно не собираясь ему говорить, где эта самая Райская Река, он нетерпеливо спросил:

— Мой Владыка, где Райская Река?

Парень продолжал его игнорировать, между тем цилинь, будучи по натуре своей добрым малым, решил объяснить:

— Владыка Взращивания Драконов, Вздымающаяся и есть Райская Река, ты сейчас плескаешься прямо в своих новых владениях.

Владыка Взращивания Драконов ошеломлённо замер, глядя вперёд пустыми, совершенно ничего не понимающими глазищами.

Цилинь покачал мордой, продолжая:

— Ох… хотя ты и основатель Писаний Взращивания Драконов, но во взаимоотношениях с людьми ты словно чистый, невинный лист бумаги. Река Вздымающаяся — это Райская Река, когда Владыка увидел, как Вздымающаяся притаилась в Райскую, он ощутил некоторое чувство потери от назначения тебя Королём Драконов Реки Вздымающейся, в конце концов все подводные сокровища принадлежали тебе. С расширением мира повсюду появилось несметное множество сокровищ всех эпох, драконьих дворцов и драконьих поместий, так же как бог знает сколько водных полубогов. Владыку этот вопрос мучал больше года, но он не мог пойти против Соглашения Графа Земли.

Владыка Взращивания Драконов ощутил головокружение, а его сознание полностью опустело.

Водный цилинь неподалёку тоже бросил на бедолагу жалостливый взгляд, когда обратился:

— Брат Пи, Владыка слишком ковар… я имею в виду мудрый и блестящего ума юноша! Причина, по которой он не отменил прошлый пакт, заключалась в том, что река Вздымающаяся это Райская Река, поэтому его не нужно было отменять. Что же до Соглашения Маленького Графа Земли, оно было нужно только для того, чтобы отнять у тебя все местные сокровища. Хе-хе, знаешь Маленький Граф Земли поистине свиреп…

Владыка Взращивания Драконов по-прежнему не вернулся в чувство.

Цинь Му внимательно следил за прогрессом двух Императоров Людей, пытаясь проверить, как у них обстоят дела со способностью ощущать мощь Райской Реки. В конце концов это было критически важно для успеха.

Императоры Людей являлись редкими талантами, они были сильными практиками, каждый из которых был наиярчайшей звездой своего поколения. Поэтому если даже они не смогут почувствовать мощь Райской Реки, то что уж говорить об остальных?

К счастью, Ци Кан и И Шань достаточно быстро начали ощущать мощь реки, и Цинь Му наконец смог облегчённо вздохнуть.

— Поскольку пра-мастер и пра-пра-мастер сумели ощутить мощь реки, открытие Божественного Сокровища Райской Реки — это то, что рано или поздно произойдёт. Жалко только что другим практикам божественных искусств будет сложно совершенствоваться до их уровня. Не многие смогут открыть Божественные Сокровища Райской Реки.

Цинь Му прикинул в уме и пришёл к выводу, что с текущими образовательными стандартами Вечного Мира должно набраться несколько десятков тысяч практиков божественных искусств, чья база будет достаточно устойчивой и прочной, чтобы суметь добиться успеха в открытии нового божественного сокровища.

Десятки тысяч людей — не такое уж малое число, но, если рассуждать в контексте всего населения Империи, это число выглядит незначительным.

Чтобы полностью заменить Божественное Сокровище Божественного Моста на Сокровище Райской Реки, вероятно, понадобится от нескольких сотен до тысяч лет!

Потребуется, чтобы те сильные практики, сумевшие открыть Божественное Сокровище Райской Реки, завели детей, а также, чтобы ещё большее количество практиков божественных искусств сумели открыть свои собственные Райские Реки.

Кроме того, техники совершенствования Вечного Мира также обязаны улучшиться. Все техники прошлого основывались на Божественном Сокровище Божественного Моста, но начиная с сегодняшних дней они должны начать совершенно иной путь, следующий возможностям, предоставляемым Божественным Сокровищем Райской Реки.

«Изменение техник станет по-настоящему масштабным проектом», — Цинь Му слегка вздохнул. В Вечном Мире было попросту слишком много техник, следовательно, их полное изменение потребует талантов с неповторимым складом ума.

Божественное Сокровище Райской Реки, по сути, превратило системы совершенствования божественных сокровищ и райского дворца в одну. Практики божественных искусств не знают много о райском дворце, в то время как боги опытны в совершенствовании райских дворцов, таким образом в вопросе изменения техник потребуется и их помощь.

«В ближайшие десяток или даже несколько сотен лет появятся великие мастера, и они обязательно потрясут мир, — пока небо постепенно темнело, взгляд Цинь Му мерцал. Глядя на водную гладь, он, казалось, смотрел куда-то вглубь, словно и не на воду вовсе. — Однако, сколько сможет простоять Вечный Мир? Время не станет нас ждать…»

Внезапно от реки заструился свет, становясь всё ярче и ослепительней, немного погодя могло даже показаться, что опять наступил день.

Владыка Взращивания Драконов поспешно подплыл и, превратившись в бога с головой дракона, нервно посмотрел на свет под водой.

Цинь Му подозвал его с вопросом:

— Что это такое в реке?

— Корабль-Призрак! — чешуйки на теле здоровяка встали дыбом, обнажая свои бритвенно острые края. С пеной у рта он словно сплёвывал каждое последующее слово. — Корабль-призрак! Он, опять, появился!

Цинь Му удивлённо переспросил:

— Корабль-Призрак?

Все остальные подлетели к краю реки и посмотрели в её глубь, увидев там несравненно древний, но в то же время огромный корабль, который прямо сейчас всплывал. Его окутывал, словно сковывающие цепи, плотный чёрный газ.

Дрейфующий в воде корабль быль и правда большим, его размеры были сопоставимы с такими крупными артефактами, как Корабли Солнца и Луны. Свет же, которые он излучал, кажется, исходил от ламп на нём.

Древний боевой корабль был полностью погружён под воду, но лампы почему-то не гасли, поэтому все вокруг, несмотря на то что навидались всякого, невольно удивлялись.

Корабль проплыл мимо дворца дракона и озарил его своим светом. Все вокруг смогли заметить едва различимые силуэты полубогов, которые выплыли из дворца и задрали свои морды, чтобы посмотреть на странный корабль.

Юйюань Чуюй сказала:

— Я и Канцлер Су уже раньше видели этот корабль пару раз, он всегда появлялся только в ночное время, однако мы не смели отправляться к нему на разведку. С тех пор, как река Вздымающаяся стала такой широкой, появились многочисленные полубоги и пытающиеся мигрировать со всех уголков Префектуры Личжоу люди. Сейчас решается вопрос выживания людей, к тому же на меня давят государственные дела.

Владыка Взращивания Драконов скривился в гримасе страха и дрожащим тоном заговорил?

— Уважаемый Чиновник не смогла найти время на разведку, но поскольку я живу здесь, я натыкался на этот корабль гораздо большее количество раз, чем Вы. После того, как река Вздымающаяся стала шире, этот корабль постоянно появлялся, и несмотря на то, что я ни разу не посмел подойти к нему, многие местные полубоги посмели. Каждый из них был куда сильнее меня, но никто из них не смог вернуться с борта проклятого судна. Я слышал от кого-то, что после приземления на палубу корабля они превращались в белые кости… Мой Владыка, после перевоплощения реки Вздымающейся в Райскую, время от временя происходят дивные, не поддающиеся здравому смыслу события, касательно этого Короля Драконов Райской Реки…

Цинь Му смотрел в водные глубины, наблюдая как боевой корабль плывёт под водой. На его борту мерцали фигуры тысяч пеших солдат и кавалеристов, что охраняли его, однако, он никак не мог разглядеть их лиц.

«Райская Река связана с Великим Руинами, её история слишком уж древняя. В её пучинах погребено слишком много всего», — он не планировал отправляться на разведку к этом кораблю-призраку, для него тот был просто очередной странностью Райской Реки.

Он не видел смысла подвергать себя ненужной опасности.

Прямо в этот момент он увидел, как водную гладь прорезал флаг. Вода стекла с изодранного окровавленного флага и когда подул ветер, тот затанцевал на ветру.

Луна в небе сейчас напоминала увядший цветок, но она всё ещё сияла.

Цинь Му поднял голову, уставившись на странную луну. Проследив за её спускающимся сиянием, он нахмурился.

Он с трудом, но смог разглядеть на флаге фразу «Пернатый Лес».

— Этот корабль называется Пернатый Лес, — с улыбкой проговорил Цинь Му. — Раз у него такое имя, его происхождение не должно быть обычным…

Внезапно он ошеломлённо замер. Он поспешно присмотрелся к этим двум словами и чем больше он смотрел, тем озадаченней становился.

Подчерк был ему очень знаком. Вдруг он быстро достал командирскую печать своего старшего брата Фэй Суйфэна и увидел, что на ней тоже были написаны эта два словами «Пернатый Лес»!

Слова на флаге были вышиты, в то время как на печати вырезаны, однако, подчерк был один в один. Цинь Му внимательней присмотрелся к флагу, прежде чем ещё раз изучить командирскую печать.

Озадаченность от недоумения на его лице становлюсь только очевиднее.

— Первый Предок, старейшина, оставайтесь здесь, я должен отправиться к кораблю! — он внезапно взмыл в воздух и затем наступил на воду, парящей походкой направившись к кораблю-призраку и выкрикнул. — Владыка Взращивания Драконов, ты опытен в воде, следуй за мной!

Старейшина на мгновение засомневался, прежде посмотреть на Первого Предка и сказать:

— Первый Предок, присмотри за Императорами Людей, не дай им дурачиться. Я должен проследить за этим маленьким негодником!

Первый Предок нахмурено пробурчал:

— Почему все мной помыкают…

Владыка Взращивания Драконов засомневался, ведь совершенно не горел желанием идти вперёд. Старейшина кинул на него взгляд, поэтому у него не оставалось выбора, кроме как пойти следом: «Если Владыка умрёт на корабле… Потеряют ли силу Соглашения Графа Земли и Маленького Графа Земли?»

Как только в его сознании зародилась эта мысль, всё перед его глазами потухло, единственное что он мог видеть — огромного дьявольского бога.

— Не лижи, — приглушённый древний голос внезапно сотряс тьму, казалось, это говорил Граф Земли.

— Я не лижу, я просто смотрю на мою еду, — большеголовый дьявольский бог зловеще оскалился, прежде чем раствориться во тьме.

Владыка Взращивания Драконов опять начал видеть и содрогнулся, печально думая: «Это Маленький Граф Земли? А тот голос принадлежал Большому Графу Земли? Они ещё более странные, чем этот корабль-призрак…»

Цинь Му приблизился к кораблю-призраку, который сейчас плыл под водой. Снаружи, над водой торчали только флаги, они рассекали речную поверхность, разрезая её надвое, словно огромные белые ножи. Всё ещё стоя на отдалении, он вдруг взмахнул рукой в колющем выпаде. Красное солнце тут же наполовину выглянуло из-под воды. Свет меча превратился в красный свет и подсветил поверхность.

— Навык Меча Заходящее Солнце моей семьи Юйюань! — стоящая подле у берега Юйюань Чуюй обрадовалась. — Брат Цинь всё ещё не забыл о Навыке Меча Заходящего Солнце!

Свет Навыка Меча Заходящего Солнца приблизился к границе корабля-призрака и внезапно испарился. Он был полностью уничтожен чёрными цепями, окружающими судно. Сила, стоящая за этим движением, полностью и безвозвратно исчезла.

Цинь Му нахмурился. Вдруг рядом с ним промелькнули две фигуры, которыми оказались старейшина и Владыка Взращивания Драконов.

— Старейшина, почему ты пришёл? — Цинь Му нахмурился и покачал головой. — Я не смогу позаботиться о вас двоих.

Старейшина рассвирепел и отвесил ему беспощадного подзатыльника:

— Заботиться о нас? Это я здесь, чтобы позаботиться о тебе. Бесстыдник, побродив несколько лет во внешнем миры ты стал таким надменным!

Цинь Му схватился за свою голову. От веса оплеухи он практически ушёл под воду.

Старейшина посмотрел на корабль-призрак и пробормотал:

— Цепи снаружи корабля сформированы из чрезвычайно мощного чёрного газа. Следуй за мной, не носись вокруг безрассудно!

Цинь Му похлопал по Владыке Взращивания Драконов, и тот тут же превратился в огромного дракона. Он встал на его голову, после чего они тут же нырнули под воду.

Старейшина поспешил следом и, приземлившись на голову дракона, крикнул:

— Му’эр, поскольку я здесь, вы двое должны следовать за мной, я здесь не для того, чтобы следовать за тобой. Негодник, ты становишься всё более и более смелым…

Внезапно его взгляд упал на руку Цинь Му, в которой он увидел нефритовую подвеску, что постепенно становилась ярче и ослепительней. Свет от неё прогонял прочь цепи из чёрного газа вокруг корабля-призрака.

— Это и правда Пернатые Хранители Леса старых райских небес! — Цинь Му понизил голос. — Возможно ли, что это и есть тот случай путешествия во времени Пернатых Хранителей Леса, о котором упоминал Владыка Солнца? Странно, почему боевой корабль Пернатых Хранителей Леса здесь? Разве они не должны быть Пернатыми Хранителями Леса Райских Небес Дракона Ханя миллионолетней давности? Как большому старшему брату удалось заполучить их командирскую печать? В таком случае, может ли бать так, что он всё ещё на корабле?..

Пробормотав до сюда, он вдруг получил очередной подзатыльник, после чего посмотрел на решительно смотрящего на него старейшину.

— Му’эр, что ты знаешь? — серьёзное лицо старейшины внезапно изменилось на лицо, не способное скрыть своего любопытства. Оно улыбалось от уха до уха. — Что за нефритовая подвеска в твоей руке? Что за случай путешествия во времени Пернатых Хранителей Леса?

Цинь Му собирался было ответить, как вдруг ощутил, как воду вокруг скрутили подводные течения. Огромный Кунь, на спине которого стояло множество полубогов странной формы, проплыл мимо…

Глава 808. Инцидент с Путешествием во Времени Пернатых Хранителей Леса

Старейшина с серьёзным выражением лица вполголоса произнёс:

— Му’эр, спрячь подвеску, не привлекай лишнего внимания. Давай посмотрим кто откуда.

Цинь Му взмахнул рукой, и нефритовая подвеска исчезла.

Синеватого цвета Кунь был невероятно сильным, для него совершенно не было проблемой осушать реки и переворачивать моря. Озаряемый светом от корабля, он нёс на себе в его сторону множество полубогов.

Однако по сравнению с боевым кораблём Пернатых Хранителей Леса огромный Кунь выглядел заметно меньше.

Цинь Му не был особо знаком с Кунями. Он лишь знал, что миллион лет назад в Райской Реке обитало много Куней. Все они были полубогами, способными плавать в воде и летать в небе. Если говорить о том времени, Куни Райской Реки обычно служили людям в качестве транспорта за паёк в виде духовных пилюль, чтобы жить.

Несмотря на то, что много полубогов на спине Куня выглядели как люди, они имели разные лица или количество голов. Полубоги происходили от древних богов, поэтому в их жилах частично текла их кровь. Но с тех пор, как Небесный Преподобный Хао создал технику, позволяющую полубогам превращаться в людей, те начали совершенствоваться в системах совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов.

Однако полубоги в большинстве своём не могли полностью превращаться в людей, они всегда сохраняли определённую часть, характерную черту их родословной. Только очень ограниченному количество полубогов удавалось превратиться в людей полностью.

Те полубоги увидели их, но не остановились, так и продолжив двигаться в сторону корабля.

— Крюки змей, остановить этот корабль! — крикнул старец полубог, стоящий на спине Куня, подпирая себя скипетром.

— Потомственный Король Драконов! — удивился Цинь Му.

Потоки вокруг были по-настоящему стремительными, как вдруг появились огромный толстые тела, владельцами которых оказались странные змеи длиной более тысячи метров. Они не имели обычных чешуек, вместо них их тел покрывали костяные пластины, из которых, в свою очередь, торчали костяные шипы в форме скорпионьих жал.

Странные змеи махали своими хвостами в попытке зацепиться ими за мачту корабля-призрака, чтобы остановить его. Их тела растянулись до предела, прежде чем разорваться на две части, разливая во все стороны свою кровь.

Огромный Кунь устремился в сторону корабля-призрака, в то время как старец полубог на его спине выбросил свой скипетр, который тут же превратился в божественного дракона. Тот прошёл через цепи из чёрного газа и вонзился в корабль.

Только после этого призрачное судно остановилось.

Старец полубог достал зеркало, ярко освещая им реку, не позволяя цепям приблизиться к ним. Кунь подплыл к палубе корабля-призрака и внезапно превратился в блестящую золотом божественную птицу. Сразу же после она сложила свои крылья и превратилась в птицеголового бога.

Остальные путешественники тоже приземлились.

Формы расы Куней отличались от других. У них было три формы, первая — Кунь, вторая — Пэн и последняя — птицеголовая.

Опасаясь, старейшина понизил голос, когда сказал:

— Этот старец очень силён, я ему не ровня. Полубоги вокруг тоже не слабые. Даже тот Кунь обладает примечательными способностями. Му’эр, нам следовало взять с собой Первого Предка для исследования этого корабля-призрака… — его речь прервал луч света, спустившийся от поверхности реки.

Колоннообразный-луч сиял лунным светом на корабль-призрак.

В колонне света маленький изящный корабль вёз однорукого мужчину и нескольких одноруких юношей. Корабль дрейфовал в пределах колонны света, когда погрузился в речную воду, направляясь прямиком к кораблю-призраку. Однорукий мужчина сидел на носу корабля, выглядя при этом чрезвычайно священно в лучах лунного сияния.

— Ло Ушуан! — сердце Цинь Му сжалось, когда он посмотрел на изящный корабль. Чжэ Хуали тоже был на борту и только у него были обе руки на месте.

В этот момент пламя засияло на поверхности реки.

Цинь Му и старейшина смотрели вверх со дна реки, видя, как огромный кружащийся шар пламени испарял собой воды Райской Реки. Находясь в воде, они не могли отчётливо видеть, но пылающий шар тоже нырнул в воду, после чего превратился в радужного феникса, устремившегося в сторону корабля-призрака. На его спине был водружён чёрный каменный гроб невероятно странного вида.

Цинь Му ощутил, как его сердце содрогнулось: «Фэн Цююнь? Если Ци Сяюй не смогла убить её, значит её способности тоже удивительны! В таком случае, зачем она пришла сюда? По приказу Матери Земли? А каменный гроб на её спине, неужели это… один из каменных гробов Гробницы Девяти Императоров?»

Он чувствовал, как его волосы встают дыбом. Если каменный гроб на спине Фэн Цююнь и правда был тем самым, значит внутри него определённо Небесный Император Райских Небес Высшего Императора!

Почему Мать Земли считает этот корабль-призрак столь важным? Она даже решила использовать один из императорских гробов!

Даже сражаясь против другой Матери Земли она не использовала императорский гроб!

Внезапно с неба спустилась верёвка. Цинь Му поднял голову посмотреть и увидел, что верёвка тянулась от странной луны над Вечным Миром прямиком к флагштоку корабля-призрака. Несколько фигур стремительно спускались по верёвке и вскоре приземлились на флагштоке. Один из богов потянув дёрнул верёвку, и та тут же начал падать с луны, молниеносно прячась в его рукаве, словно духовная змея.

Луну и землю разделяло расстояние в сто тысяч километров, но когда эта верёвка оказалась в его рукаве, она ни капли не выпирала. Бог, управлявший верёвкой, поклонился другому юноше, который, в свою очередь, лишь кивнул в ответ, после чего новоприбывшие спрыгнули с флагштока, приземляясь на мачте. Они спрыгивали вниз по мачте с ловкостью леопардов, пока не оказались на самом корабле-призраке.

«Они спустились с неба, неужели они боги карты звёздного неба? Не похоже, боги карты были оставлены там чужеземными райскими небесами, чтобы следить за местными. У них есть ответственность за поддержания работоспособности неба, поэтому они не могу покинуть своих постов, — сердце Цинь Му сжалось. — В таком случае новоприбывшие должны быть гостями с райских небес! Странно, Стражи Элитного Духа Ло Ушуана тоже происходят из чужеземных райских небес, тогда почему они не появились вместе?»

В это же время на небе появилась огромная звезда, часть которой, казалось, была откушена, словно яблоко. Это была аномальная звезда Багрового Света. Внезапно её свет сверкнул, а уже в следующий миг с неба спустился красный свет. Свет вонзился прямо в палубу корабля-призрака, а когда исчез, там уже стоял Сын Бога Багрового Света.

— Сын Бога Багрового Света тоже прибыл! — с улыбкой сказал Цинь Му. — Старейшина, Сын Бога Багрового Света друг, а не враг. Я также знаю Однорукого Божественного Ножа Ло Ушуана. А тот феникс — это моя старшая сестра. Ещё я встречался со старейшиной с драконьей головой со скипетром, его зовут Потомственный Король Драконов. Даже если мы войдём внутрь нам не будет грозить опасность, вокруг одни знакомые лица.

Старейшина уставился на парня с мрачным, как грозовая туча, лицом и раздражительным взглядом, когда парировал:

— Сын Бога Багрового Света может и не быть нам другом. К тому же та представительница расы фениксов подчинённая Матери Земли, разве не так? Я также наслышан о репутации Однорукого Божественного Ножа, которую он заработал на Верховных Небесах Императора, и он то уж точно враг! Что же до Потомственного Короля Драконов, он, судя по всему, лидер среди полубогов, верно? И ты встречался с ним? Что за чушь! Ни один из людей на корабле не заслуживает доверия!

Корабль-призрак начал всё сильнее и сильнее содрогаться. Многочисленные духовные змеи начали вновь рваться на части, умирая жалкой смертью, поэтому остальные тут же убрали свои шипы, отпуская корабль и позволяя тому и дальше плыть вверх по течению. Его скорость постепенно возрастала.

Видя, к чему всё идёт, старейшина засомневался:

— Что это за нефритовая подвеска?

Цинь Му ответил:

— Скорее всего командирская печать для управления этим кораблём, но я не смею утверждать…

Старейшина заскрежетал зубами, прежде чем всё же выдавить из себя:

— Давай взглянем! Этот корабль определённо из ряда вон, в противном случае он не привлёк бы к себе столько могучих сил. Если я не попытаюсь разведать его, то никогда не смогу спокойно спать по ночам до конца своих дней!

Цинь Му даже не знал, смеяться ему, или плакать.

Старейшина был ещё более любопытным, чем он сам. Даже если бы командирская печать не являлась артефактом, способным управлять кораблём-призраком, он не удержался бы от порыва исследовать это судно.

Причина, по которой он сомневался, заключалась в том, что он беспокоился о безопасности парня, поэтому ему и было так сложно решиться сразу.

Владыка Взращивания Драконов устремился к кораблю-призраку, в то время как Цинь Му достал командирскую печать, которая тут же начала отгонять цепи из чёрного газа прочь, позволяя им приземлиться на борту.

Парочка спрыгнула с головы гиганта, и тот сразу же превратился в бога с головой дракона, с опаской изучающего окрестности.

Палуба корабля была крайне обширной, словно это была и не палуба вовсе, а небольших масштабов остров. На ней располагались различные сооружения и вокруг не было воды, вместо неё здесь был воздух пригодный для дыхания.

На палубе было предельно сухо.

— Му’эр, не отходи от меня, и не бегай вокруг куда вздумается, — как только старейшина сказал это, он увидел, как перед ним появилась спина Цинь Му, поэтому он поспешно обогнал его, говоря практически шёпотом, но с напором. — Не будь опрометчивым, следуй за мной, я опытнее!

Скорость корабля-призрака возрастала. Он проносился вдоль речного дна, где порой мелькали силуэту дворцов драконов, но они мелькали так быстро, что их было невозможно отчётливо рассмотреть.

Корабль начал трещать, казалось, словно из-за столь запредельной скорости он развалится на части в любой момент!

— Куда направляется этот корабль? Почему он такой быстрый? Му’эр, осторожнее! — старейшина внезапно протянул вперёд руки, чтобы остановить Цинь Му, и подал знак, говоря. — Под твоей ступнёй печать! Не наступай на неё.

Цинь Му опустил голову и увидел, что цепи чёрного газа образовывают странные печати на поверхности палубы. Печать под его ещё не наступившей на палубу ступнёй имела грань в форме круга со сложной, мудрёной структурой внутри в образе черепахи и змеи.

— Это же… Печать Северного Божества! — он ощутил, как в его сердце проникло запоздавшее чувство ужаса.

— Тут тоже есть печать! — воскликнул Владыка Взращивания Драконов.

Когда Цинь Му подошёл взглянуть, он увидел, что печать, обнаруженная последним, принадлежала зелёному дракону. Её определённо оставило Восточное Божество.

— И там ещё одна! — они находили всё больше и больше печатей на палубе. Некоторые из них имели форму Красной Птицы, а другие Белого Тигра.

Вокруг можно было найти печати каждого из четырёх божеств.

— Четыре божественных древних бога работали вместе, чтобы запечатать этот корабль, странно-то как… — бормотал старейшина. — Корабль определённо невероятен, раз его запечатали все четыре божества. Давайте не будем прикасаться к ним.

Прямо в этот момент раздался возглас удивления откуда-то спереди.

Потомственный Король Драконов и остальные уже сняли одну из печатей на палубе, после чего они увидели, как чёрный как смоль гроб начал расти прямо из палубы.

Гроб, казалось, вырастал из ниоткуда. Кроме того, он не прекращал расти, пока не стал триста метров в высоту. Его тоже окружал чёрный газ, а чёрные цепи были подобны чёрным питонам, опутывающим гроб, чтобы запереть.

— Пернатые Хранители Леса и имперская стража Райского Императора — первоклассные боги, тщательно отобранные со всего мира! — Потомственный Король Драконов поднял руку и в неё тут же приземлился драконоголовый скипетр. Он постучал пальцем по его набалдашнику и серьёзно продолжил. — Мать Земли однажды невольно раскрыла секрет. Во времена древней Эпохи Дракона Ханя Небесную Императрицу атаковали, и в итоге Пернатые Хранители Леса погрузились на корабль, чтобы подавить восстание. Но в конце концов они загадочно исчезли прямо посреди выполнения поставленной миссии. Сильнейшая армия Райских Небес Дракона Ханя попросту растворилась в воздухе, навеки становясь неразрешённой тайной Райских Небес Дракона Ханя!

Цепи чёрного газа были сняты и чёрный гроб издал выдувающий звук от просачивающегося наружу воздуха.

Полубог сбоку внезапно издал полный боли визг.

Его ступни сгнили до состояния гноя, и вскоре он превратился в кучу гниющей плоти, испускающую чёрный газ.

Но даже так он всё ещё не был мёртв, его лицо валялось на гниющей плоти и издавало жалкий визг.

Страх объял сердца всех присутствующих, и они тут же задержали дыхание.

Глядя издалека Цинь Му изначально тоже хотел попробовать вырастить чёрный гроб, но когда он увидел результат, то тут же отказался от этой идеи.

Потомственный Король Драконов взмахнул руками и, добив бедолагу, избавился от отравленного трупа. Уставившись на чёрный гроб, он сказал:

— Небесный Император отправил бог знает сколько мастеров найти корабль Пернатых Хранителей Леса, но все они возвращались ни с чем, если вообще возвращались. Однако корабль и Хранители на нём продолжали периодично появляться в Райской Реке в течение нескольких сотен тысяч лет. Они как внезапно появлялись, так и внезапно исчезали.

Скребущие звуки доносились от чёрного гроба, словно кто-то царапал его крышку изнутри.

Потомственный Король Драконов схватился покрепче за скипетр с драконоголовым набалдашником, прежде чем продолжить:

— Также об этом корабле ходили слухи в Эпоху Багрового Света. Я слышал, что в те времена он тоже порой появлялся в Райской Реке. Некоторые очевидцы даже рассказывали, что видели на его борту величественную, внушающую благоговейный ужас армию из десятков тысяч богов. Во времена Эпохи Высшего Императора корабль тоже появлялся. В те времена Мать Земли попыталась разведать его лично, но, к сожалению, так и не смогла найти ни корабль, ни имперскую стражу, пропавшую вместе с кораблём.

Крышка гроба вдруг с грохотом упала на землю. Все уставились на гроб, не способный хоть что-то увидеть внутри него, они видели только непроглядную темноту.

— Ходят слухи, что на этом корабле спрятан великий секрет… Секрет путешествия во времени, — во рту Потомственного Короля Драконов всё пересохло, когда он хрипловато продолжил. — Слухи гласят, что тот, кто возьмёт под контроль корабль, тоже сможет путешествовать во времени и попадать в любой период времени!

Две красный точки света появились во тьме гроба.

Они выглядели, как красные фонари.

Глава 809. Странный Инцидент на Корабле

Снаружи чёрного гроба все заняли выжидающую позицию, но два красных света, казалось, не подавали признаков жизни, они просто светили посреди тьмы.

Остальные люди, кто находился на отдалении, тоже обратили внимание на происходящее здесь и просто ждали, когда Потомственный Король Драконов закончит разведку.

Все очень хорошо знали об опасности этого корабля, таким образом они были даже рады переложить все риски на других, дожидаясь очевидной выгоды.

Тишина стала удушающей.

Потомственный Король Драконов бросил взгляд на полубога, и тот всё понял. Он собрал свою магическую силу и окутался защитным божественным искусством. В следующий миг его накрыл черепаший панцирь, а на руках появились руны чёрной черепахи. Лишь спустя несколько мгновений он наконец набрался смелости, чтобы шагнуть вперёд и протянуть руку, осторожно ощупывая гроб.

Гроб был невероятно большим, и его рука всё ещё была на довольно большом расстоянии от двух лучей. Постепенно полубог вошёл внутрь и исчез.

Вокруг воцарилась тишина, которую спустя некоторое время прервал крик бога внутри:

— Это и вправду фонари!

Все снаружи облегчённо вздохнули, Потомственный Король Драконов тоже наконец расслабился, улыбкой встречая полубога, выходящего и гроба.

— Источниками этого света и вправду являются два бумажных фонари. Я захватил с собой лишь один, так как не смог отыскать второго. Внутри нет ничего опасного… Почему вы так на меня смотрите?

Полубог тащил в руках фонарь, удивлённо осматриваясь вокруг. Все тайком сделали несколько шагов назад, будто им навстречу шагал призрак.

Потомственный Король Драконов тоже отступил и крепко сжал свой скипетр в форме головы дракона.

Даже он никогда ещё не видел такого страшного зрелища, поэтому не мог не занервничать.

Ло Ушуан и остальные молча стояли вдали. Ученики Стражей Элитного Духа тоже перепугались, наблюдая за происходящим.

— Бог Меча, что здесь происходит? — Владыка Взращивания Дракона в ужасе спрятался за спиной старейшины и спросил дрожащим голосом.

Старейшина был старым врагом Высших Небес. Владыка Взращивания Драконов несколько раз едва не умер от его руки, но несмотря на их вражду, он всё же испытывал к старику глубокое уважение, и оказавшись в подобной ситуации, неосознанно двинулся поближе к нему.

Что касалось Цинь Му, его повелителя, Владыка Взращивания Драконов ненавидел его до глубины костей.

Цинь Му нахмурился, как только его взгляд пал на полубога, вышедшего из гроба. В руках он держал бумажный фонарик, который нашёл внутри. Пока тот находился во тьме, людям казалось, что они видят перед собой два красных глаза.

Бумажный фонарик выглядел очень странным, вращаясь под дуновениями ветра. На нём было лицо, широко открывшее свои глаза и с ухмылкой осматривающее округу.

Тем не менее, это не фонарь поверг всех вокруг в ужас.

Причиной их ужаса стал сам полубог. На его шее был второй фонарь.

Его голова бесследно исчезла!

На этом фонаре возникло его лицо с носом и глазами. Продолжая недоумевать, он спросил:

— Что-то не так? Почему вы так странно на меня смотрите?

Сквозь его лицо, появившееся на фонаре, продолжал сиять свет. Казалось, будто кто-то срезал его с головы и прилепил на бумагу.

Сияние было не слишком ярким, а выражение лица непрерывно менялось с мрачного на спокойное.

Потомственный Король Драконов внезапно поднял свой скипетр и ткнул им в пустоту. Фонарь на шее полубога тут же погас!

Плюх!

Бумажный фонарь упал на землю.

На шее полубога ничего не осталось, и из неё тут же яростно забурлила кровь. Его тело качнулось, прежде чем безжизненно рухнуть на землю.

— Вы все умрёте… — бумажный фонарь выпал из его рук и прокатился по земле. Лицо на нём скривилось в странной улыбке и заговорило. — Хе-хе, вы все здесь умрёте и обретёте вечную жизнь, навсегда став частью этого корабля…

Потомственный Король Драконов наступил на фонарь, погасив его свет. Затем он проговорил с торжественным выражением:

— Дьявол, прикинувшийся богом! Я великий бог области Непостижимого Неба, ты и вправду не знаешь смерти, раз решил испробовать на мне свои уловки!

Он взревел, безжалостно ударяя скипетром в форме головы дракона по чёрном гробу. Тот мгновенно разлетелся на части, которые с грохотом посыпались на землю.

Его боевая мощь была удивительной, и даже чёрный гроб с печатями четырёх божеств не смог выдержать его удара.

Пыль развеялась, и от осколков гроба донеслись жалостливые вопли и хлынула свежая кровь.

Ошеломлённые, все поспешно поднялись в небо. Они не смели стоять на земле.

Увидев свежую кровь, вытекшую из кусков дерева, они заметили огромное количество живых людей, слившихся с гробом. На некоторых осколках виднелись их лицах, напоминая барельефы. С других же торчали чьи-то грудные клетки или бесчисленные руки.

Эти руки хаотично двигались, будто пытаясь за что-то схватиться. Лица же ужасно кривлялись, будто им было тяжело дышать.

— Спасите меня… — непрерывно раздавались их вопли.

Потомственный Король Драконов был ошарашен.

Внезапно одно из лиц прокричало:

— Потомственный Король Драконов, это я! Это я! Бог Ю Фан, ты отправил меня сюда, чтобы исследовать этот корабль-призрак, и теперь я здесь застрял! Король Драконов, пожалуйста, спаси меня!

Потомственный Король Драконов пребывал в шоке, поспешно посмотрев на бога. Слившегося с гробом. Он и вправду оказался одним их тех, кого он отправил к кораблю!

Он уже отправил пять или шесть групп сильных полубогов к этому кораблю. Тем не менее они, будто глиняные фигуры, вошедшие в океан, никогда не вернулись назад!

Он совершенно не ожидал, что кто-то из них окажется внутри этого чёрного гроба и, более того, станет его частью!

Внезапно раздался второй голос:

— Я Генерал Пань Цюн из Западных Врат Небесного Лагеря Райских Небес, быстро меня спасите!

— Я ученик Восточного Божестве Цин Ань, я провёл неизвестно сколько тысяч лет заточенным здесь, если вы меня спасёте, восточное божество определённо вас вознаградит!

— Я Чи Сяо, Наследный Принц Светлого Императора! Кто придёт мне на помощь? Н Светлый Император определённо щедро вас вознаградит!

…

Крики раздавались один за другим, все на корабле растерялись. Они видели что лица в дереве быстро сморщивались, их голоса становились всё тише и тише. Когда свежая кровь окончательно и них вытекала, они превратились в иссохшие трупы, на чьих лицах застыло печальное выражение.

Кровь продолжала течь, медленно растекаясь по всей палубе.

Цинь Му тихо прошептал:

— Старейшина, смотри!

Прищурившись, старик проговорил:

— Печати на палубе впитывают кровь. Нам больше нельзя здесь оставаться, нужно уходить как можно скорее!

Палуба корабля-призрака была покрыта круглыми печатями, которые непрерывно впитывали кровь, начиная испускать слабый зелёный свет.

Руны, формирующие эти печати, начали постепенно темнеть и кружиться. Из-под палубы медленно поднимались чёрные гробы.

Цинь Му и остальные тут же поняли, что сейчас произойдёт и молниеносно бросились к мостику корабля. Другие люди на палубе бросились следом, придя в себя.

За их спинами выросли огромные чёрные гробы, возвышаясь, будто колонны. Их количество становилось всё больше и больше, создавая какое-то подобие леса. Затем раздался оглушительный грохот, с которым начали сыпаться на землю их крышки.

Цинь Му оглянулся, но так и не увидел, чтобы кто-то выпрыгивал их открывшихся гробов. Наружу вырывались лишь клубы чёрного газа, расползаясь по земле, будто змеи.

Полубоги, бежавшие слишком медленно, сталкивались с этим газом. Издавая жалкие вопли, они падали на землю, прежде чем медленно расплавиться. Оставались лишь их лица, которые затем сливались с гробами, становясь их частью.

Заметив это, старейшина содрогнулся. Он смотрел, как чёрный газ быстро распространяется, заполняя собой всю палубу. Путь впереди тоже перегородили новые гробы, уже начавшие испускать газ.

Гробы впереди образовывали густой лес, а газ напоминал ядовитых питонов, расползающихся во всех направлениях. Спастись от них было невозможно. Один из полубогов громко взревел, и его исконный дух поднялся в небо над Яшмовым Водоёмом. Он исполнил свои пути, навыки и божественные искусства, освобождая огромную силу, но как только он наткнулся на чёрный газ, его тело тут же расплавилось!

Почувствовав холод по спине, старейшина прокричал:

— Му’эр, беги быстрее!

Цинь Му, казалось, погрузился в мысли, говоря сам с собой:

— Этот чёрный газ выглядит как какое-то божественное искусство создания… Тем не менее, это божественное искусство каким-то образом навеки соединяет живых с теми, кто уже никогда не будет жить…

— У тебя сейчас есть время пофилософствовать? — впав в ярость, старейшина схватил его за воротник и потащил за собой. Его разум завибрировал, и лучи света меча пробивая дорогу вперёд.

Несмотря на то, что чёрный газ разлетался в стороны, его нельзя было уничтожить.

Старику оставалось лишь тащить Цинь Му, уворачиваясь от газа и недовольно бормоча себе под нос.

Владыка Взращивания Драконов быстро бежал следом, увидев Цинь Му, которого будто котёнка тащили за шею. Он совершенно не шевелился, и лишь повернул голову назад, осматривая газ и что-то бормоча.

«Мой хозяин — маньяк Дао! — Владыка Взращивания Драконов исполнил своё божественное искусство, отгоняя чёрный газ, но ему так и не удавалось этого сделать несмотря ни на что, отчего он начал проклинать юношу впереди. — Маньяк Дао, забывший о смерти!»

Взгляд Цинь Му загорелся, он продолжал бормотать себе под нос:

— Если это божественное искусство создания, то для чего оно используется? Почему оно вышло из-под контроля? Откуда взялось столько чёрных гробов? Что это за инцидент со Стражами Пернатого Леса… Как работает это божественное искусство?

Чёрный газ впереди расползался по земле, все чёрные гробы наконец открылись. Мостик корабля был полностью закрыт газом, его уже нельзя было разглядеть.

Тьма постепенно их окружала, и на лбу старейшины деревни выступили капли холодного пота. Остановившись, он прислонился спиной к Владыке Взращивания Драконов, пытаясь отбиться.

В этот момент Ло Ушуан использовал сокровище и во тьме зажглась яркая луна. Она отдавала мощью божества, и смогла оттолкнуть чёрный газ. Собрав оставшихся учеников Стражей Элитного Духа, Ло Ушуан бросился внутрь её света.

— На божественном ноже Ло Ушуана есть сокровище, выкованное великим божеством! — восхищённо воскликнул Цинь Му. — Не странно, что он всегда так спокоен и собран. Ло Ушуан, я здесь, ты ещё помнишь кто отрубил тебе руку?

Не обращая на него внимания, Ло Ушуан повёл своих учеников вперёд, покидая это место.

Между тем каменный гроб на спине Фэн Цююнь открылся, и округу заполнила аура императора. Внутри гроба император полубогов поднялся, отталкивая чёрный газ прочь.

— Сестра Цююнь! — крикнул Цинь Му. — Ты меня помнишь?

Вдали раздался голос женщины:

— Конечно помню! Ты предал Мать Земли, она не может дождаться шанса тебя убить!

Лицо Цинь Му ужасно помрачнело. В этот миг Сын Бога Багрового Света превратился в яркий луч и пронзил тьму, совершенно не обратив внимания на юношу.

— Сын Бога тоже позабыл о всех братских чувствах, — покачал головой Цинь Му.

Все на корабле воспользовались средствами защиты. Даже у людей с райских небес с собой оказалось достаточно артефактов, чтобы спастись.

Цинь Му достал свою печать командира, и как только та оказалась в его руках, чёрный газ внезапно застыл на месте. В следующий миг он вернулся в гробы, и раздался громкий стук, с которым закрылись их крышки. Затем гробы медленно погрузились под палубу корабля и бесследно исчезли.

Старейшина деревни удивлённо моргнул и посмотрел на юношу, прежде чем тихо спросить:

— Эта нефритовая подвеска и вправду может контролировать корабль?

Юноша покачал головой и искренне ответил:

— Я не знаю, просто угадал…

— Ты! — будучи бессильным, воскликнул старик. — Двигаемся дальше.

Внезапно с мачты спустился круглый фонарь, подлетая к Цинь Му, прежде чем начать медленно кружиться вокруг троицы.

Старейшина встревожился, и начал осматривать фонарь нахмурившись и положив руку на рукоять меча. Он был готов атаковать в любой миг.

Кррр!

Из фонаря раздался скрип открывающейся двери, и старейшина ошарашено дрогнул. Он увидел на фонаре двое дверей и мутанта с головой птицы ростом в два сантиметра, который открыл одну их дверей изнутри, прежде чем уставиться на них.

Свет, сияющий за спиной крохотного человечка, был очень ярким и ослепительным. Когда троица заглянула внутрь фонаря, то обнаружила, что на самом деле там находилось пылающее солнце!

— Генерал Стражей Пернатого Леса Линь Сяо отдаёт дань своего уважения командиру! — крохотный человек выразил своё почтение, на его лице было убедительное выражение. — Командир снова стал моложе.

Моргнув, Цинь Му колеблясь проговорил:

— Ээм… Показывай дорогу.

— Как прикажете.

Крохотный человек уселся на пороге, крылья за его спиной начали энергично хлопать. Освещая себе дорогу, фонарь полетел вперёд.

Старейшина деревни недоумевал, и его сознание задрожало, спрашивая Цинь Му:

— Му’эр, что происходит?

— Понятия не имею, — тоже недоумевал юноша. — Возможно он меня с кем-то спутал.

Впереди виднелись здания, перед одним из которых лежала огромная голова дракона, который, как оказалось, был до сих пор жив. Его тело слилось с кораблём, а плоть соединилась с деревом. Лицо монстра исказилось, он выглядел сумасшедшим. Страдая от ужасной боли, он прокричал:

— Небеса и земля меняются, неизменная константа тридцати шести людей! Что это значит? Скажите, что это значит?

— Это ещё один древний бог, соединённый с кораблём с помощью божественного искусства создания, тем не менее, по всей видимости он выжил из ума.

Владыка Взращивания Драконов задумался: «Способности этого дракона, кажется, намного выше моих…»

— Я не сумасшедший, — сумасшедший дракон внезапно опустил голову, уставившись на них, и усмехнулся. — Рано или поздно вы станете такими же, как и я, вы сольётесь с этим кораблём и превратитесь в его часть… неизменная константа, неизменная константа, вы сможете уйти только если решите неизменную константу…

— Здесь кто-то оставил записи!

Из здания донеслись голоса. Цинь Му и остальные поспешно вошли внутрь, увидев, что там уже собралось довольно большое количество людей. Сын Бога Багрового Света, Фэн Цююнь, люди с райских небес и остальные были внутри и осматривали стену.

Юноша тоже посмотрел на надписи на стене и ошарашенно застыл. Это был почерк старшего брата!

На стене были записи, оставленные Мастером-Основателем Вэй Суйфэном, и в них шлось не только о корабле-призраке, но и о чём-то ещё.

Цинь Му подробно их прочёл, и ошеломлённо застыл: «Небесная Императрица райских Небес Дракона Ханя умерла? Почему старший брат пишет об этом на стене? Как это связано с путешествием Стражей Пернатого Леса во времени?

Глава 810. Две Небесные Императрицы

В надписях на стене шлось о том, что Небесная Императрица спустилась к нижней границе, чтобы посетить свои родные земли, и что она так и не вернулась назад спустя долгое время. Небесный Император приказал Левым Стражам Пернатого Леса отправиться к Руинам Заката, чтобы вернуть её на райские небеса.

Спустя несколько дней Левые Стражи Пернатого Леса отправили Небесному Императору послание, сообщая о том, что Уезд Графа Драконов неподалёку от Гуйсю восстал. Этот уезд был очень мощным, поэтому ему удалось захватить Руины Заката и загнать Небесную Императрицу в ловушку. Стражи были вынуждены просить Его Величество отправить подкрепления, чтобы подавить восстание.

В связи с этим Небесный Император приказал Правым Стражам Пернатого Леса подавить восстание. Впрочем, как только Правые Стражи ушли, пришло второе послание, в котором сообщалось, что Небесная Императрица подверглась нападению и получила серьёзные ранения.

Небесный Император приказал Правым Стражам расследовать, как именно произошло нападение на Небесную Императрицу.

Будучи Правым Командиром Стражей Пернатого Леса, он лично повёл Правых Стражей к Руинам Заката, чтобы воссоединиться с Левыми Стражами. Вместе они разгромили Уезд Графа Драконов и схватили их короля. Уезду пришлось сдаться.

Травмы Небесной Императрицы уже почти восстановились, она планировала окончательно их вылечить, прежде чем вернуться на Райские Небеса.

Тем не менее, той ночью что-то пошло не так. В бездне Руин Заката забурлило странное течение, отчего небо стало абсолютно чёрным. С него исчезли луна и звёзды.

Из бездны появлялись всевозможные странные явления, отчего сердца богов поглотил страх. Они не могли уснуть на протяжении всей ночи.

Когда странное течение утихло, наступил рассвет, и солдаты обнаружили на Горе Квадратного Кувшина труп Небесной Императрицы. В боковом дворце были убиты все её горничные, а Левый Командир Стражей Пернатого Леса погиб снаружи.

Вэй Суйфэн схватил Восьмого Драконьего Короля Уезда Графа Драконов и приказал ему охранять гробницу Небесной Императрицы. Затем он приказал солдатам расследовать произошедшее той ночью и понять причину смерти Небесной Императрицы.

Один из солдат сообщил, что видел ночью двух Небесных Императриц, а другой твердил, что из пропасти Руин Заката явился отряд дьявольских богов, которые и убили Императрицу.

Расследование Вэй Сюйфэна не принесло результатов. Он поспешно переправил гроб Небесной Императрицы на корабль и сопроводил короля уезда на райские небеса.

Плывя против течения Райской реки, они достигли Юаньду спустя несколько месяцев.

Над Райской рекой, текущей по небу Юаньду, внезапно появился густой туман. Доклады чиновников твердили, что в то время посреди воды стояла женщина, исполняющая заклятие.

Надписи на стене обрывались на этом моменте, в конце виднелось лишь странное предложение: «Я пришёл с Руин Заката и встретившись с той женщиной, вернулся в прошлое. Я побывал в чудесах древности и искал ответы на загадки истории. Пришло время погасить фонарь и уйти.»

— Страна Графа Драконов! — внезапно воскликнул Потомственный Король Драконов. — Легенды гласят, что Страна Графа Драконов была одним из первых миров драконьей расы! Она была создана божественными драконами с небес и земли. Судя по слухам, её создатели родились из драконьих вен древних райских небес. Они достигали десяти тысяч метров в высоту и обладали безграничной божественной мощью. Король Страны Графа Драконов был одним из первых божественных драконов мира. Я всегда думал, что это лишь легенды, совершенно не ожидая, что они являются правдой!

Неужели тот старый дракон, слившийся со зданием, которого мы встречали, и есть Графом Драконов? — спросил стоящий рядом с ним полубог.

Потомственный Король Драконов ошарашенно покачал головой:

— Скорее всего нет. Судя по слухам, Граф Драконов был одним из самых сильных существ мира, он не мог так просто слиться с кораблём. Должно быть, это кто-то другой.

Внезапно молодой человек неподалёку сложил руки за спиной и расслабленно проговорил:

— Граф Драконов был схвачен и заточён на корабле. Позже, корабль исчез с Райской Реки, так что тот сумасшедший дракон может и вправду быть Графом Драконов.

Длинная борода Потомственного Короля Драконов встала дыбом, он спросил неприятным тоном:

— Ты кто?

Юноша ответил, легко улыбаясь:

— Я с райских небес.

Потомственный Король Драконов нахмурился и выдавил из себя улыбку:

— Из райских небес? У Эпохи Багрового Света были райские небеса, у Эпохи Высшего Императора было двое или трое райских небес, сменявших друг друга. Из каких именно пришёл ты?

Юноша продолжал улыбаться:

— Потомственный Король Драконов, твой предок называл себя Графом Драконов, чтобы подчеркнуть тот факт, что он является древним богом, ровней Небесному Герцогу, Графу Земли и Матери Земли. Тем не менее, он совершено не ожидал, что его схватят Стражи Пернатого Леса Райских Небес, это было очень унизительно. В таком случае, с чего ты до сих пор питаешь к нему глубокое уважение?

Выражение лица Потомственного Короля Драконов резко изменилось, его аура яростно вспыхнула.

Юноша не обращал внимания на его реакцию. Из-за его спины молча вышли два бога, становясь по бокам и готовясь его защитить.

Махнув рукой, парень проговорил:

— Это лишь демонический дракон из нижней границы. Он не понимает необъятности неба и земли, поэтому его можно простить, не стоит волноваться. Меня больше интересует тот факт, что в записях Правого Командира упоминалось, что во время нападения Небесных Императриц было две.

Игриво улыбнувшись, он добавил:

— Впрочем, на райских небесах всегда была Небесная Императрица и новостей о её смерти не было. Как это объяснить? Труп в гробнице Небесной Императрицы на этом корабле и вправду принадлежит Небесной Императрице? Может, здесь кроются ещё какие-то секреты? В таком случае, Небесная Императрица, сидящая сейчас на Райских небесах…

У двух богов, стоящих возле него, возникли обеспокоенные выражения, они тихо проговорили:

— Ваше Высочество, здесь много лишних ушей, не стоит упоминать о том существе из дворца.

Юноша улыбчиво ответил:

— Информация о поддельной и настоящей Небесной Императрице очень важна. Если она умерла здесь, то её присутствие на райских небесах будет выглядеть очень странным. Раз уж её гробница тут, можно самим всё разузнать…

Он замолчал, по всей видимости тоже боясь пробудить любопытность людей вокруг.

— У Императора невероятно грязная семья, — тихо ухмыльнулась Фэн Цююнь.

Повернувшись к ней, юноша неторопливо ответил:

— Горничная Матери Земли, Фэн Цююнь? Которую из семей своей госпожи ты считаешь чистой?

Женщина усмехнулась, ничего не отвечая.

Сын Бога Багрового Света спросил:

— Это принц из чужеземных райских небес? Как я могу к тебе обращаться?

— Сын Бога Багрового Света, спрятавшийся в парящем мире не смея показываться? — проговорил юноша. — Я слышал, что Сын Бога Багрового Света обрёл удачу и судьбу всей эпохи Багрового Света, так почему ты такой посредственный и глупый?

Сын Бога Багрового Света, одетый в пурпурную одежду, совершенно не изменился в лице после услышанного и спокойно ответил:

— В этом мире не существует Сына Бога Багрового Света. Я всего лишь унаследовал титул, чтобы подарить своим сородичам надежду и не позволить им впасть в отчаяние.

Внезапно почувствовав к нему уважение, юноша проговорил:

— Сын Бога решился рассказать мне правду, что говорит о невероятной широте твоего ума, а значит ты заслуживаешь звания Сына Бога Багрового Света. Я принц Цю Мин из райских небес, рад с тобой познакомиться.

Сын Бога Багрового Света ответил на приветствие.

Старейшина деревни нахмурился. Посмотрев на людей в здании, у него возникло плохое предчувствие.

Здесь было слишком много больших шишек, в то время как он, Цинь Му и Владыка Взращивания Драконов были совершенно одиноки, и к тому же слабее всех остальных.

Люди внутри, казалось, хорошо ладили между собой, но если между ними вспыхнет драка, то троица погибнет ещё в самом её начале

«Даже если сюда придет Первый Предок, ничего не изменится…» — горько вздохнул он.

Продолжая осматривать записи на стене, Цинь Му улыбнулся:

— Старейшина, здесь описано много интересного.

— Ага, — с мрачным выражением лица ответил старик. — Не говори. Ты привлекаешь больше внимания, когда говоришь.

Послушавшись, Цинь Му погрузился в мысли: «Вэй Суйфэн — это старший ученик Наставника Дровосека, он является Мастером-Основателем Небесного Святого Культа и приходится старшим братом мне и Имперскому Наставнику. Судя по его записям, он отправился изучать Руины Заката, где наткнулся на Небесную Преподобную Лин. По каким-то невообразимым причинам он отправился в прошлое и стал Правым Командиром Стражей Пернатого Леса. Должно быть он знал много подробностей атаки на Небесную Императрицу, тем не менее, по дороге обратно он снова наткнулся на Небесную Преподобную Лин. Что касалось возвращения и тушения фонаря…»

Продолжая размышлять, он уставился на фонари, парящие в воздухе неподалёку: «Возможно, старший брат отправился в эпоху Дракона Ханя в дневное время, и должен был вернуться после наступления ночи. Тем не менее, он решил не возвращаться, поэтому создал множество фонарей, которые заменяли дневной свет. Позже он встретил Небесную Преподобную Лин и понял, что пришло время возвращаться, он погасил фонари и ушёл. Впрочем, в этом нет ничего плохого. Он не принял участия в том инциденте с путешествием во времени.»

— Что это за место — Руины Заката?

Он внезапно вспомнил те карты, которые достались ему от Мастера-Основателя. На одной из них была изображена пропасть в глубинах океана!

Неужели это место и было Руинами Заката?

— Владыка Культа Цинь, — поздоровался Сын Бога Багрового Света, улыбаясь Цинь Му.

Ответив приветствием, юноша проговорил:

— Сын Бога Багрового Света, когда на палубе мы оказались в опасности, ты бежал невероятно быстро.

Мужчина ответил:

— Я знаком с методами Владыки Культа, поэтому решил не вмешиваться. В плавающем мире ты посеял настоящий хаос и едва его не уничтожил, разве подобная незначительная опасность могла доставить тебе проблем?

Цинь Му расплылся в улыбке:

— Сын Бога до сих пор отлично умеет говорить.

— Тело Тирана Высшего Императора Цинь, — внезапно раздался голос Ло Ушуана. — Давно не виделись.

Посмотрев в его сторону, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Божественный Нож Ло, ещё совсем недавно ты бежал быстрее, чем кто бы то ни было, и даже не думал о том, чтобы мне отомстить. Я надеялся, что ты придёшь мне на помощь, но ты думал лишь о собственной шкуре.

Ло Ушуан улыбнулся:

— Тело Тирана Эпохи Высшего Императора, мне интересно, твой нож сейчас такой же острый?

Цинь Му засмеялся:

— Мои навыки владения мечом стали ещё лучше, теперь они лучшие в мире. Чжэ Хуали, ты рассказывал учителю о моих навыках меча?

Старейшина кашлянул.

Цинь Му сделал вид что этого не заметил.

Фыркнув, старик подумал: «Я уже давно не давал ему уроков, и за это время этот негодяй стал даже более тщеславным. Обычно он твердит, что его навыки занимают второе место в мире, но теперь он считает их первыми!»

Чжэ Хуали торжественно проговорил:

— Учитель Ло, навыки меча Цинь Му действительно не имеют себе равных в мире, он не слабее меня.

Принц Цю Мин повернулся к Цинь Му и с любопытством спросил:

— Так ты и есть тем Телом Тирана, которое воскресило Богиню Небесной Инь? Я тоже о тебе слышал. По правде говоря, одной из причин, по которой я пришёл к нижней границе, является убийство тебя, а также Цзян Байгуя и Императора Яньфэна. Когда я принесу ваши головы на райские небеса, моё задание будет выполнено.

Цинь Му ответил серьёзным тоном:

— На следующий год я приду на твою могилу, чтобы почтить твою память.

Принц Цю Мин ответил, улыбаясь:

— Райские Небеса не следят за людьми Вечного Мира. Он слишком слабый, поэтому почти не попадает в наше поле зрения. Единственные, на кого стоит обратить внимание, — это выжившие Эпохи Императора-Основателя, Багрового Света и поддельных династий Дракона Ханя. Поэтому меня отправили разобраться с Вечным Миром. Владыка культа Цинь интересный человек. Я люблю интересных людей. Я немного расспросил о тебе, и был сильно удивлён твоим умом и мудростью.

Цинь Му рассмеялся и заговорил к старейшине:

— Старейшина, это принц не такой уж бесполезный.

На лице старика было неприятное выражение:

— Прекрати говорить. Чем больше ты говоришь, тем больше у тебя шансов умереть первым!

— Потомственный Король Драконов, мы нашли гроб Небесной Императрицы! — в спешке сообщил полубог.

Глаза Короля Драконов загорелись, он тут же повёл отряд полубогов за собой.

Принц Цю Минь, Сын Бога Багрового Света и остальные отправились следом. Фэн Цюнь потащила гроб императора на своей спине, пытаясь не отставать.

Старейшина тут же предложил:

— Давай покинем корабль и не будем принимать участия во всём этом!

Цинь Му собрался что-то сказать, когда старик уже схватил его за руку и потащил прочь. Владыка Взращивания Драконов пошёл с ними, и выйдя наружу троица обнаружила, что корабль был окутан чёрным газом. Мира снаружи не было видно.

— Воспользуйся своей нефритовой подвеской и проведи нас сквозь этот газ. Нужно немедленно уходить!

Цинь Му поспешно достал печать командира, но крохотный человек с головой птицы внутри фонаря тут же сообщил:

— Вам не удастся уйти. Попав на этот корабль, никто не выберется. Даже если вы прыгнете за бот, то снова окажетесь здесь.

Старейшина нахмурился и снял рубашку, выбросив её прочь.

Погрузившись во тьму, рубашка исчезла.

Затем старик обнаружил, что эта рубашка снова появляется на его теле.

— Идём, взглянем на эту Небесную Императрицу, — мрачно вздохнул он.

Глава 811. Женщина по Имени Учэнь

Трое мужчин с фонарём вернулись к мостику древнего корабля, внезапно заметив свет впереди. Они не понимали откуда этот свет взялся, но он ярко освещал весь корабль, отчего Цинь Му, старейшина и другие не могли ничего разглядеть.

Свет быстро появился и быстро исчез. Когда к Цинь Му вернулось зрение, он осмотрелся и ошарашенно дрогнул. Изначально корабль плыл под водой Райской Реки, но теперь он передвигался на её поверхности.

Вокруг них был лишь мгла, заменяющийся ярким и красивым солнечным светом. Корабль постепенно выплывал из тумана.

Высоко в небе ярко светило солнце.

Цинь Му выглянул за борт, увидев, что корабль плывёт по Райской Реке, которая, в свою очередь, парила в небе.

— Линь Сяо, что произошло? — спросил у человечка в фонаре юноша.

Внутри фонаря крохотный человечек затрепетал своими крыльями и ответил:

— Командир, не стоит паниковать, это всего лишь перезапуск пространства и времени.

— Перезапуск пространства и времени? — осторожно поинтересовался старейшина деревни. — Что это значит?

Человечек в фонаре ответил:

— Божественное искусство тумана очень беспорядочно. Оно активизируется спустя определённое количество времени и переносит нас в конкретный год. По моим расчётам, мы можем оказаться в одном из тридцати шести годов. Должно быть сейчас…

Свет фонаря упал за борт, обнаруживая вздымающиеся клубы дыма и огонь войны.

— Сейчас Эпоха Светлого Императора, но вот я не знаю какой именно год, — ответил мужчина внутри корабля. — Сын Светлого Императора из райских небес Светлого Императора, Чи Сяо, сейчас спустится на борт.

Как только он договорил, молодой генерал пролетел над их головами, с кем-то сражаясь. Подняв руку вдали он посветил на борт корабля зеркалом.

В следующий миг генерал прибыл на борт вместе со светом. Имея три головы и шесть рук, он выглядел довольно внушительно.

— Сын Императора Чи Сяо? — дрогнув, тихо спросил Цинь Му. — Разве Сын Императора Чи Сяо не был одним из лиц в чёрном гробу, который разбил Потомственный Король Драконов, когда мы оказались на борту? Одно из лиц внутри твердило, что он Наследный Принц Светлого Императора, Чи Сяо…

Старейшина слегка изменился в лице и тихо проговорил:

— Это не может быть он, его определённо поглотил гроб, после чего он умер от потери крови. Человек, который только что к нам спустился, не может быть Наследным Принцем Чи Сяо, у него просто имя такое же…

— Это… Корабль Призрак Райской Реки! — раздался удивлённый, радостный голос молодого генерала. — Это сокровище появилось в удачный момент. Неужели небеса решили мне помочь? Я слышал, что он носит на своём борту сильнейших богов древних райских небес. Если бы мне удалось использовать их силу…

Он взмахнул своим флагом, и бесчисленные трехглавые шестирукие боги тут же бросились к кораблю.

Молодой генерал прокричал:

— Обыщите корабль! Узнайте, где находятся Стражи Пернатого Леса древности!

— Ваше Высочество, на борту полно печатей!

— Откройте их!

Спустя мгновение из палубы выросли бесчисленные гробы и округу окутал чёрный газ. Боги под командованием молодого генерала начали кричать в ужасе.

Когда чёрный газ рассеялся, бесчисленные боги и молодой генерал исчезли. На палубе остались стоять лишь чёрные гробы.

Последние медленно погрузились, исчезая под палубой.

— Когда они поднимутся в следующий раз, Наследный Принц Чи Сяо умрёт из-за того, что его гроб разрушат, — взмахивая крыльями внутри фонаря, проговорил крохотный человечек. — Командир, идём к гробнице Небесной Императрицы. Следуй за мной.

Цинь Му и старейшина переглянулись, недоумевая. Последний внезапно проговорил:

— Генерал Линь Сяо, когда ты встретил Цинь Му то сказал, что командир снова стал моложе. Что это значит? Ты уже его видел? На сколько лет он был старше, чем сейчас?

Цинь Му почувствовал, как по его коже пробежались мурашки и тут же повернулся к мужчине внутри фонаря.

Тот молчал.

На лице старейшины начали извиваться морщины, его голос тоже начал дрожать:

— Это также значит, что мы ступили на борт этого корабля не впервые! Мы уже были здесь много раз, и даже оставались здесь на длительные сроки! Я прав?

Крохотный человек сидел на краю фонаря и продолжал крыльями, отчего фонарь двигался вперёд:

— На этом корабле каждый раз — первый. За мной, пожалуйста.

Владыка Взращивания Драконов упал на землю и прокричал:

— Нам конец, это конец! Господи, нам конец…

На лице Цинь Му возникло мрачное выражение. Схватив старика за рог, он потащил его вперёд.

Обойдя вокруг здания, они обнаружили, что дракон, слившийся с кораблём, уже превратился в камень. На его лице застыло выражение ужаса.

Подняв голову, Цинь Му осмотрел каменного дракона и улыбчиво проговорил:

— Может быть, этот сумасшедший старый дракон и есть Владыкой Взращивания Драконов?

Владыка дрогнул, чувствуя слабость в теле.

— Му’эр, не пугай его! — с серьёзным выражением лица проговорил старейшина. — Я сталкивался с предостаточным количеством странных явлений и прошёл через множество испытаний, этому кораблю не удастся меня схватить! Не переживай, я определённо вытащу нас отсюда, идём!

Достигнув противоположной стороны мостика, фонарь повёл их вдоль длинного коридора дворцов, проходя мимо искусственных гор и залов для заседаний, прежде чем достигнуть следующего здания.

Первым, что бросилось им в глаза, были восемь гигантских красных драконов. Их тела обматывали горизонтальную балку под крышей, протягивались к бронзовым колоннам, а их когти оттопыривались вперёд, касаясь земли. Шеи монстров были подняты ввысь, но головы были опущены, смотря в сторону парящей в центре гробницы.

Восемь драконов находились в восьми углах вокруг этого гроба, будто должны были его защищать.

Тем не менее, тела этих драконов уже превратились в камень. Казалось, что они были вырезаны из сверкающих полупрозрачных рубинов, отчего выглядели попросту великолепно.

Потомственный Король Драконов и остальные уже добрались к этому месту и прошли мимо восьми драконов, приблизившись к гробу. Божественная мощь Короля Драконов хлынула наружу, когда он попытался открыть его крышку.

Тем не менее, парящий гроб оказался невероятно тяжёлым и был покрыт бесчисленным количество м печатей. Даже великий бог области Непостижимого Неба был не в силах его открыть.

— Стражи Пернатого Леса — одни из десяти стражей райских небес. Есть Левые и Правые Стражи Пернатого Леса, Левые и Правые Бойцы Дракона, Левые и Правые Божественные Бойцы, Левые и Правые Божественные Стратагемы и Левые и Правые Божественные Внушатели Страха. Среди них Стражи Пернатого Леса подчинялись лично Небесному Императору. Что такое Пернатый Лес? Пернатые крылья империи, столь буйны, как и лес. Это и есть Пернатый Лес, — проговорил Принц Цю Минь. — Так как Стражи пернатого Леса — это армия Небесного Императора, в их ряды выбирают лишь сильнейших существ этого мира. Демонический дракон, как печати, оставленные ими, может открыть кто-то вроде тебя?

Лицо Потомственного Дракона покраснело, он ухмыльнулся:

— Даже если мне не удастся его открыть, думаешь, у тебя выйдет?

Одежда принца Цю Мина затрепетала на ветру, он широкими шагами двинулся вперёд, улыбчиво говоря:

— Стражи Пернатого Леса из поколения в поколение были армией моих райских небес. Я тоже присоединился к ним в жажде знаний, поэтому несмотря на то, что моё совершенствование уступает твоему, открытие печатей Эпохи Дракона Ханя не будет для меня проблемой.

Он поднял руки вверх, превращая свою Ци в руны всевозможных видов. Одна за другой отбиваясь на гробу, они создавали удивительную картину.

Наблюдая за происходящим, все насторожились:

— Пути, навыки и божественные искусства райских небес просто поразительны!

Сердце Цинь Му тоже замерло. Достижения принца Цю Мина были невероятно высокими.

— Райские Небеса собирают все техники Императорского Трона, и таланты, которых они взрастили, действительно поражают!

Спустя мгновение по лбу принца Цю Мина начали катиться капли пота, он начал хмуриться. Внезапно сделав шаг назад, он покачал головой:

— Странно, странно, на гробу не только печати Стражей Пернатого Леса, но и какие-то другие, я их не знаю…

Фэн Цююнь усмехнулась, приговорив:

— Принц-деревенщина из верхней границы, умеет лишь хвастаться, ну и поворот. Давай я со всем разберусь!

Положив гроб императора на землю, она достала Первобытный Меч Матери Земли. Вонзив его деревянное лезвие в гробницу Небесной Императрицы, она попыталась сломать печать грубой силой!

Несмотря на то, что она была лишь служанкой Матери Земли, она также была старейшиной расы фениксов и великим экспертом области Непостижимого Неба. Её способности были невероятно высокими, и с Первобытным Мечом Матери Земли в руках сломать печать было бы для неё не слишком сложной задачей.

Тем не менее, после несколько ударов меча Фэн Цююнь вокруг гроба засиял свет и появились всевозможные печати. Они с лёгкостью блокировали силу женщины и Первобытного Меча Матери Земли.

Печати вокруг гроба внезапно сформировали звёздную систему, созданную из божественных искусств, поглощая удары Первобытного Меча Матери Земли.

Фэнь Цююнь нахмурилась и спрятала меч обратно в своём рукаве, прежде чем вернуться к гробу императора.

Принц Цю Мин улыбнулся:

— Несмотря на то, что Мать Земли сильна, её основание всё ещё намного хуже, чем у райских небес. Кто ещё хочет попробовать?

На лице Цинь Му возникло странное выражение. Несмотря на то, что он не знал некоторой части печатей, в этом не было проблемы, так как вместе они образовали собой печать Мастера-Основателя.

Он уже не раз видел галактические печати Мастера-Основателя, а так же не один раз их открывал.

Радом с Ковчегом Парамиты, в долине, где был заточён древний дракон, на Сцене Казни Бога странной звезды Багрового Света, — он открыл их всех.

Внезапно он ощутил на себе взгляд пары глаз и обернулся, уставившись на Чжэ Хуали.

Цинь Му слегка улыбнулся. Когда он разобрался с божественным искусством на Сцене Казни Бога, Чжэ Хуали и Ци Цзхюи были рядом с ним, ожидая своей очереди быть обведёнными вокруг пальца.

Было очевидно, что Чжэ Хуали помнил тот случай.

— Только Владыка Культа Цинь может открыть эту печать, — вдруг проговорил Чжэ Хуали. — Почему бы ему не попробовать?

Ощутив, как в его тело вонзаются бесчисленные взгляды, Цинь Му громко рассмеялся. Он отпустил рог Владыки Взращивания Драконов, и голова последнего упала на землю, прежде чем несколько раз отскочить и удариться снова. Бог был слишком слаб, чтобы подняться на ноги.

Цинь Му подошёл к гробу Небесной Императрицы и внимательно осмотрел печать на нём, прежде чем рассмеяться снова:

— Эту печать уже кто-то открывал, так что открыть её снова совсем несложно.

— Её уже кто-то открывал?

Все вокруг были ошеломлены, и ещё до того, как они успели вернуться в себя, Цинь Му начал молниеносно носиться вокруг гробницы, исполняя всевозможные навыки мудр. В тот же миг солнечная система вокруг гроба начала кружиться, звёзды, из которых она состояла, непрерывно отступали назад.

Вскоре все звёзды на гробе исчезли, превращаясь рунный рисунок галактики на гробу.

Вьюх!

Гроб Небесной Императрицы издал тихий звук

Цинь Му поспешно вернулся к старейшине деревни:

— Как повезло, что я оправдал их ожидания.

Крышка медленно подлетела в воздух и повисла над гробом. Внутри него засиял разноцветный солнечный свет и раздался протяжный голос Дао. Казалось, что там эмоционально пела красивая женщина.

Этот голос Дао резонировал с ритмом Великого Дао, отчего люди вокруг впадали в транс и не могли оторваться.

Никого не волновало, как Цинь Му удалось открыть печать. Все тут же бросились заглянуть внутрь гроба. Сын Бога Багрового Света внезапно прокричал:

— Какая красивая женщина!

У всех остальных пересохло в горле и покраснели лица при виде женщины в гробу. Они не потеряли дар речи.

Внезапно один из полубогов взревел разорвал свою рубашку и попытался запрыгнуть внутрь гроба:

— Обретя шанс быть похороненным с такой красоткой, я прожил свою жизнь не зря!

Вьюх!

Ло Ушуан нанёс удар ножом, тут же убивая этого полубога:

— Любой, кто осмелится осквернить труп Небесной Императрицы, закончит так же, как этот дурак! Потомственный Король Драконов, прикажи своим подчинённым успокоиться!

Нож в его руке начал слегка дрожать. Было очевидно, что он тоже был поражён красотой женщины в гробу и его сердце Дао колебалось.

— Небесная Императрица? — кадык Потомственного Короля Драконов двигался вверх-вниз, его взгляд не отрывался от гроба. Он хриплым голосом спросил. — В гробу две женщины, которая из них Небесная Императрица?

Цинь Му и старейшина были ошарашены:

— В гробу две женщины?

Старейшины тихо спросил:

— Му’эр, ты заглянул внутрь гроба, после того как открыл его?

Цинь Му покачал головой и прошептал в ответ:

— Старейшина хотел, чтобы я вёл себя осторожно, поэтому я вернулся сразу же после того, как открыл гроб, чтобы не попасть под раздачу. Я понятия не имею что лежит внутри гроба. Там что, два трупа?

Они встревожено переглянулись.

Старейшина на мгновение заколебался:

— Почему бы нам не взглянуть?

Цинь Му неоднократно кивнул, не в силах совладать со своим любопытством.

Старейшина тоже горел от любопытства. Подняв руку, он схватил Владыку Взращивания Драконов за рог и потащил его за собой.

Когда они подошли, старик встал на цыпочки и заглянул внутрь. Разноцветный солнечный свет ярко сиял, позволяя детально разглядеть двух женщин, молча лежащих в гробу.

— Какая красивая, даже красивее бабушки Сы, — похвалил старейшина.

Руки Цинь Му схватились за край гроба, он вытянул шею, чтобы заглянуть, и вправду обнаруживая в гробу двух красоток. Тем не менее, одна из них была идеальной и безупречной, в то время как вторая слегка ей уступала. Даже привыкнув к красоте бабушке Сы, он всё же чувствовал, как его сердцебиение участилось.

Эта женщина сложила руки на груди, будто спала.

— Какая красивая, — сердце Цинь Му дрогнуло, и он тут же снял ивовый лист со своего межбровья, позволяя Небесному Герцогу, Графу Земли, и остальным увидеть эту картину. — Небесный Герцог, взгляни на эту женщину!

В его голове тут же раздался удивлённый голос Небесного Герцога: — Цзюэ Учэнь! Почему она мертва?

Глава 812. Бог Меча Вечного Мира

— Женщина в гробу это и вправду Цзюэ Учэнь! — сердце Цинь Му дрогнуло, а его сознание продолжило расспрашивать Небесного Герцога.

— А вторая женщина — это Небесная Императрица?

Его взгляд упал на вторую женщину в гробу, её тело, казалось, было целиком создано природой. Она была рождена Великим Дао Неба и Земли, поэтому хоть её красота и уступала Цзюэ Учэнь, она всё равно была очень привлекательной.

Она была воплощением образа матери мира, её одежда была пошита из нитей из самых редких божественных металлов. На голове женщина носила фениксовую корону, между её бровей была точка, нарисованная киноварью, а её лицо и губы были припудрены.

Травмы её тела были довольно серьёзными, но для Цинь Му они не были неизлечимы. Её можно было спасти.

Тем не менее, уровень медицины прошлого не позволил этого сделать, поэтому этих ранений хватило, чтобы привести к смерти.

Дао Исцеления, в конце концов, не было частью Великого Дао Неба и Земли. Оно было создано формами жизни, появившимися после начала мира, и в прошлом лишь начинало своё существование, поэтому оказалось не в силах ей помочь.

Великое Дао Создания тоже было создано позже. Уровень его развития тех времён был недостаточно высоким, чтобы позволить Небесному Императору изменить её судьбу.

— Это Небесная Императрица, — Небесный Герцог использовал глаз юноши, чтобы осмотреть трупы двух женщин в гробу и ухмыльнулся.

— Она и вправду мертва. Это священная, удивительная женщина, никогда не ожидал увидеть её в таком виде. Я всегда думал, что среди лидеров древних богов, Богиня Небесной Инь умрёт первой. Я не мог предположить, что на самом деле это будет она. Неужели…

— Небесный Герцог уверен, что это она? — внезапно спросил Цинь Му. — Я слышал, что Небесная Императрица выглядит так же, как её сестра, может быть это её сестра?

— Это не та женщина. Несмотря на то, что они близняшки, между ними всё же есть различия, — терпеливо ответил Небесный Герцог. — Старшая сестра чиста как лёд и нефрит, её природу нельзя нарушить, именно поэтому она стала Небесной Императрицей. Младшая сестра, с другой стороны, намного активнее и жесточе. Самым очевидным отличием между ними является знак меж бровями. У старшей сестры он красный, символизируя женственность и мягкость, в то время как у младшей он чёрный, отчего выглядит довольно демоническим.

Осмотрев точку на трупе Небесной Императрицы, Цинь Му понял, что на самом деле она не нарисована киноварью. Тщательно к ней присмотревшись, можно было заметить бесконечные линии вен, кроющиеся в глубине, что придавало ей удивительного и сложного виду.

Небесный Герцог вздохнул:

— Обе сестры до смерти сражались друг с другом за Небесного Императора, разве это того стоило? Впрочем, почему Цзюэ Учэнь тоже мертва? Эта женщина выманила Небесного Императора, чтобы тот реинкарнировал. Она и вправду безжалостна, а её методы попросту удивительны. Почему её труп здесь? Кто убил её и притащил сюда?

Цинь Му недоумевал от его вопросов. То, что хотел узнать Небесный Герцог, хотел узнать и он сам, но было очевидно, что Небесный Герцог не знал ответа, из-за чего спросил у него.

— Не закрывай своего глаза! — заметив, что Цинь Му собрался прилепить ивовый лист обратно, Небесный Герцог поспешно проговорил.

— Всё это очень интересно, позволь нам понаблюдать.

Цинь Му оставалось лишь отложить ивовый лист в сторону, когда раздался удивлённый голос Багрового Императора:

— Это Цзюэ Учэнь? Она и вправду прекрасна. Как жаль… Если бы мы до сих пор были живы…

— То оба умерли бы жалкой смертью, — прозвучал голос Графа Земли. — Даже Небесный Герцог и Небесный Император не смогли устоять перед таким искушением. Если бы Небесный Император не отправился на верную смерть, то Небесный Герцог бы реинкарнировал и завёл отношения с этой женщиной, после чего бы умер. Старый Будда, твоё смертное сердце уже начало биться быстрее?

Будда Брахма проговорил:

— Красота всё равно рано или поздно превратится в скелет. Я не вижу в этом ничего более глубокого.

— Суть в том, что бог не умирает от старости, так что в нём есть лишь красота и нет скелета, — ответил Небесный Герцог. — Старый Будда, в твоей Дхарме всё ещё есть недостатки, тебе стоит быть осторожным, чтобы не оказаться в невыгодном положении. Великий Владыка Солнца, что тебе известно об этой женщине?

Тот проворчал:

— Что я могу знать? Вы и так уже выманили из меня всё. Что мне было известно. Более того, Цзюэ Учэнь умерла позже меня, так что я не мог даже думать о ней.

— Настоящая красотка. Чтобы иметь честь разделить комнату с таким человеком… Странно, на её теле нет видимых ранений! — Внезапно заговорил Сын Бога Багрового Света, что-то заметив.

Все поспешно начали тщательно осматривать труп, обнаруживая, что на теле Цзюэ Учэнь и вправду не было ран. Она лежала тихо, будто спала, на её щеках до сих пор виднелся румянец, но она не дышала.

— Может, кто-то просто использовал заклятие Юду, чтобы захватить её душу?

Все стояли перед гробом, не в силах отойти. Они совершенно позабыли о своей цели разузнать настоящая ли Небесная Императрица лежит в этом гробу.

В этот миг Фэн Цююнь ухмыльнулась:

— С мужчин никакого толку. Как вы смеете называть себя героями? Это всего лишь женщина, к тому же мёртвая, а вы, вонючие мужчины, уже совсем голову потеряли, это просто смешно!

Цинь Му восторженно проговорил:

— Сестра Цююнь, я не потерял голову и мыслю довольно трезво. Старейшина, ты тоже, правда?

Слегка покраснев в лице, старик улыбнулся:

— Я давно привык к красоте бабушки Сы, так что могу себя контролировать.

Фэн Цююнь фыркнула и посмотрела на принца Цю Мина:

— Деревенщина из верхней границы, мы пришли узнать действительно ли в этом гробу лежит Небесная Императрица. Взглянув на труп, ты можешь дать нам ответ?

Отведя взгляд в сторону, принц Цю Мин торжественно проговорил:

— В гробу и вправду лежит Небесная Императрица.

Все, включая Ло Ушуана, удивились.

Фэн Цююнь продолжила:

— Так кто же является той Небесной Императрицей, что сейчас сидит на райских небесах?

Принц Цю Мин покачал головой:

— Не знаю. Внезапно я перехотел искать ответ на этот вопрос. Чем больше знаешь, тем быстрее умрёшь. Я не хочу умирать. Я лишь хочу убраться с этого корабля-призрака. Можете расходиться.

Взгляды всех вокруг упали на лежащую в гробу Цзю Цжэнь. Никто не смел пошевелиться. Корабль-призрак больше не имел никакого значения. Все хотели лишь остаться с женщиной в гробу.

Вздохнув, старейшина отвёл взгляд в сторону. Затем он схватил Цинь Му за руку и медленно двинулся назад:

— Нас не интересует корабль-призрак, нас не интересует… женщина в гробу! Мы сделаем свой ход первыми!

Он пнул Владыку Взращивания Драконов, и тот с огромным трудом поднялся на ноги и пошёл вслед за ними.

В этот момент откуда-то вспыхнул яркий белый свет, ослепляя всех. Сердца Цинь Му и остальных сжались:

— Корабль-призрак снова меняет пространство и время!

В следующий миг залом пронеслись волны драконьего рёва и вспыхнула ужасающая аура. Цинь Му немедленно почувствовал, что восемь каменных драконов, охраняющих гробницу, начали возвращаться к жизни, по его спине пробежались мурашки. Он поспешно побежал наружу.

Рёв драконов продолжал вибрировать в зале, сопровождаясь сильными толчками. Засверкал свет ножей и мечей, почувствовалась даже сила императора. Несмотря на то, что зал был невероятно большим, он не смог выдержать давления такого количества экспертов. Более того, в нём задействовали труп императора и даже божественные оружия области Императорского Трона!

— Быстро покиньте это место, оно сейчас перестроится! — взволновано завопил крохотный человек в фонаре.

Старейшина деревни тут же достал свой меч и округу осветил свет его лезвия. Цинь Му уже превзошёл его в вопросах навыка меча, но, когда речь шла о Дао меча, старик всё ещё был лучшим в Вечном Мире. Даже Имперский Наставник ему уступал!

Ещё в области Божественного Моста он создал Девять Форм Рисунков Меча. Одно движение его Дао меча было сопоставимо с одним небом, так что его ещё тогда можно было считать великим экспертом девяти небес Дао меча.

Достичь Дао было трудно независимо от используемого метода. Тем не менее, продвинуться ещё на один шаг вперёд было ещё более сложно. Даже такое существо, как Небесный Наставник Цзы Си, достигла лишь тринадцати небес Дао меча.

Тем не менее, Небесный Наставник Цзы Си находилась в области Непостижимого Неба, и тринадцать небес были её пределом.

Старейшина находился в другой ситуации. Он застрял в области Божественного Моста и не мог найти технику, которая позволила бы ему продвинуться дальше, так что ему не удалось совершенствоваться до более высокого уровня.

Он был вынужден полагаться полностью на свой талант и тяжёлую работу, чтобы создать Девять Форм Рисунков Меча.

Девять Форм Рисунков Меча соответствовали области истинного бога. Это значит, что, ещё находясь в области Божественного Моста, его Дао меча достигло области истинного бога.

Впоследствии, Цинь Му поделился со всеми техниками вроде Секретов Сорочьего Моста, позволяющими восстановить Божественный Мост, а затем построил Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, соединяя Вечный Мир с Верховными Небесами Императора, после чего появилось ещё больше техник богов. Даже техники области Императорского Трона стали доступными, отчего горизонты старейшины значительно расширились.

Пока Цинь Му путешествовал во времени, старейшина не сидел без дела. Он наизусть запоминал техники Дао Меча во дворце Нефритового Сияния, и его мастерство перешло на новый уровень.

С мечом в руке старик прорывался сквозь всевозможные виды божественных искусств, позволяя Цинь Му и Владыке Взращивания Драконов выбраться.

В лицо им светил яркий свет, не позволяя что-то разглядеть. Старейшине оставалось лишь полагаться на свои собственные чувства, чтобы продвигаться дальше, и внезапно его меч наткнулся на божественный нож, издавая громкий звон.

Этот божественный нож переливался, будто ртуть, не существовало проёма, в которой он не мог пролезть. Исполнив свой навык меча, чтобы его заблокировать, старейшина деревни торжественно проговорил:

— Божественный Нож Ло?

— Бог Меча Вечного Мира?

Молниеносно двигаясь, нож Дао столкнулся с мечом Дао. Блокируя удар, старейшина ошеломлённо дрогнул. Сила ножа была не слишком высокой и почти не отличалась от его собственной жизненной силы.

«Божественный Нож Ло ограничил свою область, сражаясь со мной? Он хочет увидеть моё Дао меча!»

Внезапно нож отлетел назад, а Ло Ушуан отскочил. Между светом ножа и меча внезапно пролетел божественный дракон, отбрасывая Цинь Му и старейшину прочь. Они не смогли разглядеть, был ли это дракон из страны Графа Драконов, или же Потомственный Король Драконов.

Из зала выбежало ещё несколько людей, и в следующий миг здание с треском обрушилось. В свете разразились яростные языки пламени, когда Фэн Цююнь открыла гроб императора. Труп внутри тут же выпрыгнул наружу и громко взревел, отчего зал разрушился!

— Фэн Цююнь, ты сумасшедшая! — Сын Бога Багрового Света превратился в луч, пролетая мимо Цинь Му и остальных.

В этот момент свет внезапно погас, и они наконец смогли оглядеться.

Старейшина защищал Цинь Му и Владыку Взращивания Драконов, в то же время испуская из своей руки бесчисленное количество лучей меча, чтобы разрушать божественные искусства вокруг. Вскоре он осторожно приземлился на землю и хмыкнул. Из уголков его рта выступили капли крови.

Цинь Му тут же спросил:

— Старейшина, ты ранен?

— Я в порядке, — слабым голосом ответил старик. — Я только что потерся о божественного дракона, так что не умру. Нож Ло Ушуана и вправду очень силён. Его Дао ножа уже достигло тринадцати небес. Тем не менее, судя по тому, как я только что вошёл в Дао, мой навык меча ему не уступает.

Цинь Му быстро выполнил божественное искусство создания, чтобы вылечить его раны.

Владыка Взращивания Драконов проговорил, недоумевая:

— Хозяин, разве раз только что не разрушился?

Ошеломлённый, Цинь Му оглянулся, обнаруживая, что здание продолжало стоять ровно, а не лежало в руинах. Оно выглядело так же, как и раньше, на нём не было ни следа разрушений.

Восемь драконов до сих пор держались за колонны внутри, охраняя гроб Небесной Императрицы.

Рядом с ним лежал ещё один гроб, это была каменная гробница императора, которую притащила Фэн Цююнь. Она наполовину погрузилась в землю, в то время как вторая половина оставалась торчать снаружи. Труп императора на самом деле слился с ней и с палубой. Его зелёное лицо застряло в крышке, вертя своими серыми глазами по сторонам.

Тела бесчисленных полубогов, которых сюда привёл Потомственный Король Драконов, торчали из стен. Некоторые вросли в колонны, снаружи остались лишь их задницы, в то время как другие провалились под землю, а их лица торчали их пола.

Они до сих пор были живы.

Когда в прошлом вспыхнул яркий свет, корабль, казалось, перестроился. Тем не менее, что-то пошло неправильно, отчего они перестроились вместе с ним, становясь частью зала.

Глава 813. Старая и Опытная

— Этот корабль невероятно странный! — Волосы Цинь Му, Владыки Взращивания Драконов и старейшины встали дыбом. Подобная ситуация была попросту невообразимой. То, что живые существа могут и вправду срастись с кораблём, было лишь легендой, придуманной для того, чтобы пугать людей, тем не менее, именно это только что случилось прямо у них на глазах!

В природе разные существа могли срастаться, тем не менее, это случалось лишь между живых организмов. Но перед живые существа перед ними срослись с невоодушевлённым предметом.

Самым страшным было то, что даже такому сильному созданию как трупу императора, не удалось спастись. Он стал частью главного зала!

Старейшина деревни первым зашагал в сторону зала, тихо проговорив:

— Идём осмотримся. Му’эр, будь осторожен. Если возникнет опасность, тут же активируй своё божественное искусство мгновенного перемещения. Не думай о нас и спасайся!

Цинь Му покачал головой:

— Моё божественное искусство мгновенного перемещения довольно быстрое, я смогу захватить вас с собой.

Старик беспомощно вздохнул, понимая, что не сможет его переубедить.

Когда они вернулись в главный зал, тот оказался чистым и убранным. Внутри всё было как раньше, если не обращать внимания на огромное количество людей, сросшихся с интерьером.

— Фэн Цююнь сбежала, — оглянувшись, Цинь Му так и не смог найти женщину.

Старейшина уставился на фреску в главном зале и покачал головой:

— Ей не удалось этого сделать, посмотри сюда.

Взглянув н фреску, Цинь Му увидел на ней изображение Стражей Пернатого Леса, подавляющих восстание. Нарисованные боги отчаянно сражались, каждый солдат демонстрировал в бою искусность, храбрость и удивительные навыки.

Во времена Дракона Ханя Дао Живописи лишь зарождалось, поэтому техника, с которой была нарисована эта картина, была не слишком изысканной. Она не шла ни в какое сравнение с Дао Живописи Императора-Основателя или Вечного Мира.

Стражи Пернатого Леса были лишь плоским изображением на стене, в то время глухой мог создать мир внутри и снаружи картины.

Дао Живописи тоже было Великим Дао, появившимся после начала мира.

Небесный Святой Культ начитывал триста шестьдесят профессий и триста шестьдесят чертогов. После того, как Цинь Му стал Владыкой Культа, он добавил к ним ещё и Чертог Школы. Большинство из профессий Небесного Святого Культа изучали Великие Дао, появившиеся после начала мира.

Они не были частью Великого Дао, появившегося вначале, а принадлежали к Дао, созданному формами жизни после начала мира.

На картине, которая показалась Цинь Му довольно грубой, яркими цветами была нарисована женщина-феникс, расправившая свои крыла. Она выделялась на фоне плоских изображения Стражей Пернатого Леса.

Это была Фэн Цююнь, которую во время бегства поразило божественное искусство. Время и пространство, должно быть, сбросились как раз в тот миг, когда она достигла границ зала, навсегда заточив внутри.

— Где Первобытный Меч Матери Земли?

Моргнув, Цинь Му внимательно всмотрелся в картину. Фэн Цююнь успела принять свою истинную форму, превратившись в феникса, и до сих пор держала меч в руке.

Этот меч был выкован Матерью Земли и обладал невероятной мощью. Он отдавал золотым сиянием, а вокруг его лезвия непрерывно кружился свет. Он мог даже остановить часть пространства и времени, так что была шанс, что его можно вытащить из картины!

Цинь Му решил проверить, сможет ли он это сделать, тем не менее, ничего не вышло, и ему осталось лишь разочаровано вздохнуть.

Фэн Цююнь до сих пор могла двигать глазами, поэтому яростно уставилась на него.

Не обращая на неё внимания, Цинь Му подошёл к гробу Императора. Внутри него лежал труп Небесного Императора из Северного Высшего Императора. Окаменевший, он яростно рычал, пытаясь вырваться из заточений, тем не менее, у него ничего не выходило.

— Му’эр, у этого трупа всё ещё есть воля императора, так что не подходи слишком близко, — раздался голос старейшины. Цинь Му тоже ощущал, что воля императора была ужасной. Будучи невероятно сильным, труп Императора уверенно стремился к освобождению, что поразило юношу.

Троица осмотрелась. Восемь божественных драконов снова превратились в камень, продолжая охранять гроб Небесной Императрицы. Его крышка снова закрылась.

Кроме них и полубогов, ставших частью корабля, вокруг никого не было.

Сын Бога Багрового Света, Потомственный Король Драконов, Божественный Нож Ло Ушуан, принц Цю Мин и остальных уже не было. Должно быть, им удалось сбежать.

Старейшина тут же принял решение:

— Му’эр, Фэн Цююнь и труп императора рано или поздно вырвутся на свободу, и они определённо доставят нам проблем. Корабль-Призрак очень большой, так что нам стоит уйти и осмотреться где-то ещё. Нужно попытаться найти выход!

Покачав головой, Цинь Му двинулся в сторону гроба:

— Я хочу ещё раз взглянуть на Небесную Императрицу и Цзюэ Учэнь.

Старейшина нахмурился, но внезапно ощутил прилив радости: «Му’эр вырос, ему уже нравится смотреть на красивых женщин. Свинья, которую мы вырастили, наконец научилась выкапывать белую капусту! Бабушка и остальные всегда волновались, что он слишком твердокожий, но наконец он обрёл просвещение!»

Цинь Му произнёс заклятие и снова открыл гроб.

Небесная Императрица и Цзю Учэнь до сих пор лежали внутри.

Глубоко вдохнув, Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Врата Небесной Воли внезапно появились за его спиной.

— Му’эр, что ты делаешь? — встревоженно спросил старейшина.

— Призываю души Небесной Императрицы и Цзю Учэнь, чтобы расспросить их! — произнося заклятие, торжественно ответил Цинь Му. — Старейшина, не волнуйся, я не воскрешу их, а лишь призову их души для допроса. Как только я закончу, они вернутся обратно, а не останутся здесь.

Облегчённо вздохнув, старик проговорил:

— Хорошо. Впрочем, не случится ничего плохого, если ты отправишь душу Небесной Императрицы обратно, но оставишь душу Цзю Учэнь здесь…

Юноша бросил на него ошарашенный взгляд.

Лицо старейшины слегка покраснело, он тут же добавил:

— Я чувствую, что этой девушке слишком тяжело досталось. Если ты думаешь, что отправить их обратно, — это хорошая идея, то можешь так и сделать. Но я старею, а тебя часто нет дома. Иногда мне одиноко, и хочется найти себе партнера…

Не обращая внимания на его слова, Цинь Му исполнил Проводника Душ. Говоря на дьявольском языке Юду, он время от времени переходил на язык богов Сюаньду. Смешивая всевозможные слова, он постепенно накапливал силу своего божественного искусства.

Спустя мгновение юноша остановился:

— Странно! — он повернулся, начиная нервно ходить туда-сюда и бормотать себе под нос. — Души нет, как такое возможно? У неё не может не быть души! Даже душу Небесного Преподобного Юя, чью душу разбили на миллион частей, можно было восстановить. У этой женщины определённо есть душа…

Старейшина встревожено спросил:

— Му’эр, что-то не так?

— У Цзю Учэнь нет души, — озадаченно ответил юноша. — Для Проводника длуш нет разницы, в какой вселенной находится её душа, её не удалось бы сбежать от моего божественного искусства. Тем не менее, когда я его исполнил, то совсем не смог ощутить её души, даже её малейшей частицы! Это тело — пустая оболочка!

— Ты имеешь в виду… — на лице старейшины возникло сложное выражение. — Цзю Учэнь до сих пор может быть живой? Она просто покинула своё тело и изменила внешность?

— Нет, даже если она изменила тело, её не удалось бы изменить свою душу. Мой проводник Душ направляет душу, так что даже если бы её лицо изменилось, душа всё равно откликнулась бы на его зов. Более того, даже если бы мне не удалось призвать её обратно, я всё же смог бы ощутить её существование.

Выражение лица Цинь Му вдруг стало ещё более странным, он уверенно проговорил:

— Цзю Учэнь, эта женщина, сделанная руками человека!

Старейшина шокировано подпрыгнул и прокричал:

— Такая красота искусственная?

Цинь Му остановился и уставился ну женщину, которая была настолко красивой и соблазнительной, что поверить в то, что она была создана чьими-то руками, было попросту невозможно:

— Чтобы создать подобную женщину, требуются очень высокие достижения в искусстве создания. Тем не менее, божественные искусства создания не могут создать новую душу, поэтому у Цзю Учэнь её нет.

Старейшина смотрел на женщину в гробу, чувствуя огромный груз на сердце. Раньше эта женщина тронула его сердце Дао, но смотря на неё сейчас, он ничего не чувствовал.

— Ты имеешь в виду, что кто-то создал подобную красоту и заманил Небесного Императора к нижней границе, чтобы избавиться от него? — насколько сильный Небесный Император? Неужели он не смог увидеть, что у неё нет души?

Немного поразмыслив, Цинь Му ответил:

— В таком случае кто-то должен был спроецировать свой исконный дух и войти в тело Цзю Учэнь, выдавая себя за неё, — погрузившись в мысли проговорил старейшина. — Кроме того, этот человек должен был отлично знать Небесного Императора и подстроиться под его вкус. Кроме того, нужно было вести себя крайне осторожно, чтобы тот не догадался кто перед ним на самом деле. Поэтому тот, кто мог это сделать, определённо приближённый человек Небесного Императора.

Они оба переглянулись.

Внезапно, старейшина добавил:

— Му’эр, попытайся призвать душу Небесной Императрицы. У меня появилась неожиданная догадка.

Цинь Му тут же понял в чём заключалась его догадка, но не стал ничего уточнять. Вместо этого он исполнил Проводника Душ, пытаясь призвать душу Небесной Императрицы.

— Если моя догадка верна, ты окажешься в опасности, призвав её душу. Я тебя защищу!

Старейшина достал свой меч и закрыл глаза. Его аура вырвалась на свободу, а оружие в руках начало сиять всё ярче и ярче, напоминая проснувшегося дракона, готового взмыть к небу в любой миг!

Он исполнил своё Дао Меча до предела!

Цинь Му начал читать заклятие на языке Юду, и за его спиной медленно открылись Врата Небесной Воли, окутанные плотной дьявольской Ци.

Спустя мгновение он наконец ощутил душу Небесной Императрицы.

Эта душа была целой!

Душа Небесной Императрицы была целой, её три души не имели ранений. Она была невероятно сильной, показавшись Цинь Му богом, возвышающимся над девятью небесами!

Как только юноша ощутил душу Небесной Императрицы, та ощутила его. Её глаз феникса открылся, смотря на него сквозь безграничное пространство.

Глаза Цинь Му внезапно почернели, как будто он провалился в бездонную пропасть. Его душа исказилась, и он ощутил, будто она вот-вот навсегда покинет его тело!

Бззз!

Меч старейшины взмыл в воздух, пронзая пустоту. Белоснежное лезвие разорвало связь между Цинь Му и Небесной Императрицей, и как только это произошло, тело старика задрожало, а из его глаз, рта, ушей и носа хлынула кровь.

Свет меча вспыхнул перед глазами Цинь Му, и его исконный дух немедленно вернулся в физическое тело. Он начал обливаться потом, а его урки задрожали.

— Живая! Небесная Императрица до сих пор жива! — юноша задыхался, напоминая тонущего человека, выбравшегося из воды. Хриплым голосом он проговорил. — Небесная Императрица жива!

Руки старейшины, до сих пор держащие меч, дрожали. Оружие в его руках звенело, а в следующий миг раздался хлопок, с которым оно взорвалось и превратилось в пыль.

Старик послабил хватку, и рукоять меча превратилась в порошок, посыпавшийся на землю.

— Старая и опытная, старая и опытная! — Старик выблевал пригоршню свежей крови, его аура иссякла. Его тело обмякло, он упал на зад, прежде чем захихикать. — Небесная Императрица и вправду старая и опытная! Му’эр, когда ты уходил из деревни, я говорил тебе об подлом мире боевых искусств. Теперь ты понимаешь, что я имею в виду, верно?

Цинь Му немедленно занялся лечением его ран, серьёзно отвечая:

— Му’эр понимает.

Владыка Взращивания Драконов недоумевал, не понимая, что случилось:

— Разве Небесная Императрица не умерла? Почему она до сих пор жива? Почему она старая и опытная?

Старейшина и Цинь Му не отвечали.

В земле слова Цинь Небесный Герцог, Багровый Император, Граф Земли и Будда Брахма потеряли дар речи.

Головастый младенец, Цинь Фэнцин, внезапно набросился на них, будто кошка, разбивая лавового Графа Земли, чтобы схватить Котёл Резни.

Осколки лавовых камней медленно склеились обратно, тем не менее, Граф Земли не спешил возвращать свой артефакт и продолжал стоять в оцепенении.

— И вправду старая и опытная, — вздохнув, проговорил он. — И вправду старая и опытная. Оказывается — Небесная Императрица — это Цзю Учэнь!

Глава 814. Невидимые

Багровый Император, Будда Брахма и Небесный Герцог до сих пор молчали. Вокруг воцарилась невероятно торжественная атмосфера.

Великий Владыка Солнца втянул шею, время от времени осматривая всех вокруг и думая про себя: «Кажется, количество вещей, которые я знаю, увеличивается. Когда я был жив, мне выстрелили в спину из-за того, что я знал слишком много. Теперь, когда я знаю ещё больше, меня что, снова убьют?»

— Небесная Императрица — это Цзюэ Учэнь, Цзюэ Учэнь — это Небесная Императрица, просто удивительная схема, — вздохнув, проговорил старый будда. — Давайте я проясню причину и следствия этого происшествия. Небесная Императрица вернулась на свою родину в Руинах Заката, туда, где восстала страна Графа Драконов. Там она подверглась нападению. Стражи Пернатого Леса отправились её спасать и расследовать детали нападения. После того, как они подавили восстание, на Небесную Императрицу напали во второй раз, и она инсценировала свою смерть, чтобы сбежать. Затем Стражи Пернатого Леса переместились во времени. Родилась Цзю Учэнь, и Небесная Императрица вселилась в её тело, чтобы соблазнить Небесного Императора.

Небесный Император реинкарнировал, и Небесный Преподобный Юнь, Небесный Преподобный Хао и Цзюэ Учэнь его убили. Затем два Небесных Преподобных бросились к райским небесам, чтобы захватить его физическое тело, в то время как Небесная Императрица похоронила тело Цзюэ Учэнь вместе со своими собственным, заточив их на корабле Стражей Пернатого Леса.

— Это моё видение истины. Небесный Герцог, Граф Земли, Багровый Император, Владыка Солнца, может вы хотите что-нибудь добавить?

Все покачали головами.

Старый Будда спокойно продолжил:

— Теперь появляется проблема. Небесная Императрица должно быть придумала план убийства Небесного Императора ещё до путешествия к Руинам Заката, так почему страна Графа Драконов Восстала? Почему они сделали это в то время, как она путешествовала? С их стороны было очень глупо надеяться использовать её в качестве заложника, чтобы шантажировать Небесного Императора, так как тот мог с лёгкостью уничтожить их страну. В таком случае, неужели они были пешкой в руках Небесной Императрицы? Это во-первых.

— Во-вторых, Небесная Императрица посещала этот корабль, чтобы похоронить тело Цзюэ Учэнь. В таком случае, как её удалось отсюда выбраться? Если она не приходила сюда лично, а отправила кого-то вместо себя, то этот человек до сих пор на корабле?

— В-третьих, если здесь остались физические тела Небесной Императрицы и Цзю Учэнь, то куда она могла отправиться без них? И кто та Небесная Императрица, которая сейчас сидит на райских небесах?

Он высказал свои догадки, и все вокруг нахмурились.

Старый Будда поднял важные вопросы, на которые никто не мог ответить.

Небесный Герцог повернулся к Графу Земли:

— Прятаться в его межбровье очень интересно, не так ли? Мы можем узнать и услышать о том, чего не знали раньше.

Граф Земли кивнул в ответ:

— Тем не менее, зная так много, даже я начиная дрожать от страха.

Старый Будда выпрямил спину и его тело постепенно взмыло в воздух:

— Теперь мне пора немного отдохнуть, берегите себя.

У Багрового Императора тут же возникло плохое предчувствие, и он поспешно отвернул голову назад, увидев, как головастый младенец тащил за собой котёл, зловеще смотря в их сторону.

Дьявольская природа в Коле Резни становилась всё активнее и активнее. В его дьявольской Ци появились призрачные лица, кружась вокруг младенца.

— Ах Чоу! — звали они его.

— Старый Будда, спустись! — громко проговорил Небесный Герцог. — Мы не сможем одолеть этого жирдяя, если не будем работать вместе!

Будда зевнул и прилёг, неторопливо отвечая:

— Сейчас нам не удастся его победить. Для начала мне нужно подремать, удачи.

Снаружи, глаза Цинь Му мерцали. Он разделял мысль старейшины. Цзюэ Учэнь и была Небесной Императрицей.

Будучи женой Небесного Императора, она понимала его природу даже лучше, чем он сам. Только благодаря этому она смогла заманить его в ловушку.

— Если Небесный Преподобный Юнь из Небесного Союза принял участие в этом заговоре, то как насчёт Небесной Преподобной Лин?

Цинь Му до сих пор недоумевал. Красота Цзюэ Учэнь не имела себе равных, и для создания подобного тела требовались невероятно высокое владение искусством создания.

Вероятно, единственным человеком из Эпохи Дракона Ханя, владеющим подобными знаниями, была Небесная Преподобная Лин.

Более того, Стражи Пернатого Леса смогли переместиться во времени лишь благодаря тому, что встретили Небесную Преподобную Лин, которая исполнила своё заклятие, превращая их в корабль-призрак, способный путешествовать во времени.

Это также стало причиной того, что Стражи Пернатого Леса не сумели вернуть тело Небесной Императрицы. Доказательства, находящиеся на этому корабле, бесследно исчезли.

Появление Небесной Преподобной Лин на Райской Реке было просто слишком необъяснимым совпадением, поэтому он не мог ничего не заподозрить.

Пытаясь себя утешить, он проговорил:

— Может быть, всё не так плохо, как я думаю…

Ранения старейшины постепенно заживали, и он с трудом поднялся на ноги:

— Когда ты призывал душу, Небесная Императрица смогла тебя ощутить, так что теперь ей не составит труда тебя найти. Нам нельзя здесь задерживаться…

Он снова нахмурился. Будучи заточёнными на этом корабле, они не моги уйти.

— Старейшина, не волнуйся, Небесная Императрица не найдёт сюда дорогу, — Цинь Му достал немного духовных трав, начиная готовить пилюли. Улыбнувшись, он проговорил. — Она владеет удивительными способностями, но корабль Стражей Пернатого Леса может путешествовать во времени. Пока она сюда доберётся, мы уже будем в другом году.

Ошеломлённый, старейшина успокоился:

— Этот корабль очень странный и полон опасностей. Как отсюда выбраться?

— Старейшине не о чём беспокоиться, — закончив пилюли, Цинь Му дал их старику, чтобы тот поглотил лекарственную энергию. — Разобраться с кораблём Стражей Пернатого Леса не может быть невозможно. Должно быть, он находится внутри странного божественного искусства, и, скорее всего, это то божественное искусство, которое я создал вместе с Небесной Преподобной Лин, когда был Небесным Преподобным Му. Тем не менее, тогда оно находилось лишь на стадии создания. Мне нужно найти больше подсказок, чтобы понять, как его решить.

Старейшина улыбчиво проговорил:

— На данный момент ты самый смыслящий житель нашей деревни, ты не подвёл наших учений. Так как это то божественное искусство, что ты создал с Небесной Преподобной Лин, проблем не должно возникнуть… Погоди минутку, что ты сказал? Небесный Преподобный Му? Какой Небесный Преподобный Му?

Цинь Му улыбнулся и рассказал старику о том, как он вместе с Императором-Основателем вернулись в древние времена Дракона Ханя.

Разум старейшины вскипел, его глаза опустели. Даже спустя долгое время он так и не смог вернуться в чувство.

Внезапно старик попытался достать свой меч, совершенно позабыв о том, что тот недавно был уничтожен.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Что старейшина собрался сделать?

— Убить Владыку Взращивания Драконов! — переполняясь убийственным намерением ответил старик. — Это событие невероятно важное, и теперь, когда Владыка Взращивания Драконов о нём разузнал, нужно заставить его замолчать.

Лицо Владыки тут же побледнело.

Цинь Му улыбнулся:

— Владыка Взращивания Драконов тоже усердно нам помогал, разве его можно убить лишь из-за того, что он узнал мой маленький секрет? Старейшина, не волнуйся, он уже заключил со мной Соглашения Маленького и Большого Графов Земли, так что не осмелится пойти против меня.

Владыка Взращивания Драконов поспешно кивнул головой.

Старейшина оставалось лишь оставить всё как есть:

— Ты уверен, что сможешь решить это странное божественное искусство?

Потянувшись, Цинь Му вышел из зала:

— Божественное искусство Небесной Преподобной Лин уже было решено, это сделали Четыре Божества!

Придя к осознанию, старейшина зашагал вслед за ним:

— Верно, Четыре Божества тоже были на этом корабле. Их печати покрывают всю палубу, не позволяя гробам освободиться, а значит, что Красная Птица, Чёрная Черепаха, Зелёный Дракон и Белый Тигр были здесь. Они разобрались с божественным искусством и ушли!

Цинь Му кивнул и добавил:

— Сейчас божественное искусство Небесной Преподобной Лин не должно быть совершенным, в результате чего материя, из которой создан корабль, нестабильна. После каждого её путешествия он перестраивается заново. В нём есть недостаток, который смогли обнаружить четыре божества, а значит, что и мне это под силу!

Они покинули главный зал, и фонарь взлетел в верх, начиная кружиться вокруг них. Его свет ярко сиял во все стороны.

Вдали снова послышались крики старого дракона:

— Небеса и земля меняются, неизменная константа тридцати шести людей! Неизменная константа, тридцать шесть, то это значит…

Цинь Му слегка нахмурился: «Это Граф Драконов, или же Владыка Взращивания Драконов? А может быть это Потомственный Король Драконов, сошедший с ума после долгих лет?»

В его сердце возникло плохое предчувствие. Если это был Владыка Взращивания Драконов или Потомственный Король, то разве они со старейшиной не должны были тоже застрять где-то здесь?

«На корабле должно быть больше подсказок!»

Внезапно о чём-то вспомнив, он поспешно остановил фонарь:

— Линь Сяо, где остальные Стражи пернатого Леса? Почему на этом корабле лишь ты? Куда ушли все другие?

Крошечный мужчина с птичьей головой, сидящий на пороге фонаря, ответил:

— Неужели Командир забыл? Пожалуйста, идём со мной.

Он взмахнул крыльями, и фонарь полетел вперёд.

Цинь Му поспешно следовал за ним, начиная волноваться: «У меня есть Печать Командира Стражей Пернатого Леса, а они признают лишь печать, а не человека. Если мне удастся воспользоваться их силой, то я смогу избавиться от всех других людей на корабле, а затем решить божественное искусство Небесной Преподобной Лин вместе с ними!»

Корабль был невероятно огромным. Впереди возвышались здания и залы, в то время как за ними располагались поля, на которых тренировались солдаты. Последние были невообразимо широкими и ровными, их хватало чтобы разместить боевые построения из тысяч богов.

Когда Цинь Му к ним добрался, он почувствовал, что что-то не так. Он отчётливо ощутил тысячи невероятно сильных аур, но никого не видел!

Старейшина и Владыка Взращивания драконов нахмурились. Они тоже ощущали эти ауры, каждая из которых была невероятно ужасающей!

И всё же, оглянувшись по сторонам, они не заметили н одного бога.

— Командир, обернитесь, — проговорил крохотный человек внутри фонаря.

Цинь Му и остальные обернулись, слушаясь.

Затем мужчина проговорил:

— Теперь медленно повернитесь назад.

Троица неспеша обернулась, уже краем глаза замечая величественных богов, стоящих на тренировочном поле. Тем не менее, когда их взгляды коснулись этих богов, те тут же исчезли без следа!

Цинь Му быстро обернулся назад, на мгновение замечая тысячи богов, стоящих неподалёку. Все они были удивительными и грозными, тем не менее, в следующий же миг они исчезали.

Юноша обернулся снова, но когда он повернулся назад, то сумел разглядеть лишь молниеносно распадающиеся видения!

— Когда хлынул туман, их физические тела и исконные духи разрушились, отчего они оказались в этом невидимом состоянии. Когда на них кто-то смотрит, они разрушаются и исчезают, — с печальным выражением лица проговорил крохотный человек. — Не существует взора, который мог бы на них упасть, к тому же, их нельзя коснуться. Я счастливчик. Меня не настигло божественное искусство в тумане. В прошлом Старый Командир погасил солнце в фонаре, поэтому я избежал такой судьбы.

Цинь Му был слегка ошеломлён, на его лбу проступил холодный пот:

— Этот корабль путешествует во времени тридцать шесть раз, прежде чем начать цикл заново?

Крохотный человек в фонаре кивнул.

На лбу юноши выступало всё больше капель пота:

— В таком случае, первое путешествие во времени перенесёт нас в то время, когда появился туман?

Крохотный человек снова кивнул.

Голос Цинь Му начал дрожать:

— Это также значит, что божественное искусство настигнет и нас, и мы окажемся в таком же состоянии, как и Стражи Пернатого Леса. Становясь невидимой материей?

Крохотный человек покачал головой:

— Командир выжил, ты жил на этом корабле очень долго, до самой смерти.

Глава 815. Цветы Не Цветы, Туманы Не Туманы

— Я выжил, и прожил на этом корабле очень долго, прежде чем умереть от старости?

Цинь Му был удручён, им овладело сильное чувство поражения.

Изначально он не верил словам крохотного человека в фонаре, но после серии непредсказуемых событий, случившихся после того, как он ступил на корабль, у него не осталось выбора, кроме как поверить в услышанное.

Не значило ли это, что как бы он не старался, ему не удастся избежать своей судьбы, и он умрёт на корабле?

Независимо от того, сколько он боролся, он просто не мог выбраться. Как бы он не старался, он не решит божественное искусство Небесной Преподобной Лин, даже проведя здесь всю свою жизнь?

Сердце Владыки Взращивания Драконов сжалось, он упал на землю. Его глаза наполнились слезами, и старик пробормотал:

— Как нам покинуть это чёртово место? Небо и земля меняются, неизменная константа, что значит неизменная константа тридцати шести человек? — внезапно по его спине пробежали мурашки, и его страх лишь усилился. — Разве это не слова того безумного старого дракона? Почему я их повторяю? Неужели я — это действительно он?

Посмотрев на него, Цинь Му нахмурился, прежде чем выдавить из себя улыбку и проговорить:

— Сколько раз мы ступали на борт этого корабля? Почему мы не можем этого вспомнить?

Крохотный человек в фонаре ответил:

— Этот корабль сбрасывает время и пространство тридцать шесть раз за цикл. Мы будем попадать в разные года, и спустя тридцать шесть путешествий, мы вернёмся к начальной точке, к моменту, когда разразился туман. Люди, ступившие на борт корабля в то время, не будут помнить о своём путешествии, и будут забираться сюда снова и снова, погибать снова и снова, прежде чем опять вернуться сюда.

Старейшина деревни неожиданно спросил:

— В таком случае, как тебе удалось сохранить воспоминания о цикле?

Крохотный человек проговорил:

— Я тоже этого не знаю.

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Тот старый дракон, воющий от горя, кажется, помнит о цикле. Тем не менее, по всей видимости он сошёл с ума. Что с ним происходит? Кто он?

Человек в фонаре ответил:

— Это Граф Драконов. Как и я, он не исчез в пустоте, когда появился туман.

Владыка Взращивания Драконов облегчённо вздохнул, услышав его слова:

— Значит это не я…

Старейшина деревни вдруг задумался:

— Кто ещё на корабле, кроме тебя и Графа Драконов, не попал под влияние тумана?

Крохотный человек был слегка ошеломлён, но не ответил.

Прищурившись, старейшина посмотрел на Цинь Му.

Юноша тоже прищурился. Пилюля меча поспешно вылетела из его мешочка таотэ, Меч Беззаботный отделился от ней и повис в воздухе, повернувшись рукоятью к старейшине.

Из кончиков пальцев старика вылилась жизненная Ци, обвиваясь вокруг рукояти. Затем он улыбнулся:

— Небеса и земля меняются, неизменная константа тридцати шести людей. Неизменная константа не меняется после сброса времени и пространства. Цикл этого корабля состоит из тридцати шести сбросов, а значит, что тридцать шесть людей не изменятся.

Цинь Му проговорил:

— Следуя этой логике, каждый раз, когда призрачный корабль путешествует во времени, один человек выживает. Когда это случилось впервые, счастливчиком был Граф Драконов. Он стал первым свидетелем цикла, тем не менее, не в силах пережить увиденного, он сошёл с ума. Каждый раз, когда он кого-то встречает, он рассказывает о константе тридцати шести людей. Это не просто число. Это значит, что тридцать шесть людей не попадут под влияние сброса. Так как во время первого сброса выжил Граф Драконов, как тебе удалось это сделать?

Старейшина держал меч в руке, говоря усталым голосом:

— Призрачный корабль посещает тридцать шесть разных времён, и каждый раз на его борт спускаются разные люди, из которых выживает лишь один. Линь Сяо, когда ты попал на этот корабль?

Цинь Му добавил:

— Когда мы попали сюда, ты проявил инициативу и пришёл ко мне, заметив, что я достал Печать Командира. Сидя в своём фонаре, ты смог завоевать наше доверие и не вызвать подозрений. Мы не знали ничего о корабле, поэтому нуждались в том, чтобы ты помог нам осмотреться. Из-за этого мы начали бы безоговорочно тебе верить, что было самым простым и эффективным подходом с твоей стороны. Но что есть тьма под лампой? Она может обмануть многих, но её не хватит, чтобы обмануть старого и опытного.

Старейшина держал меч Беззаботный за спиной, в то время его вторая рука застыла у груди, исполняя технику меча.

На самом деле меч должен был находиться впереди, а техника за спиной, не позволяя противнику разгадать секрет навыка меча. Тем не менее, старик поступил наоборот.

Бесчисленные лучи меча начали парить вокруг его тела, округу постепенно затапливали собой Рисунки Меча. Даже крохотный человек внутри фонаря оказался целиком окутанным ими.

Цинь Му никогда раньше не видел подобного навыка меча.

Старейшина передал ему Девять Форм рисунков Меча, тем не менее, его нынешний навык скорее всего был новым Рисунком Меча, созданным после того, как старик стал богом.

Его Дао меча достигло совершенно новых высот.

— А мы — старые и опытные, — улыбчиво проговорил юноша. — Мы, жители деревни Цань Лао, никогда не хотим причинить кому-то вреда, но имея с кем-то дело, мы всегда на чеку! В таком случае Линь Сяо, ты и есть тем, кто притащил Цзюэ Учэнь на этот корабль?

Крохотный человек поднялся с порога фонаря, на мгновение всмотревшись в переливающийся свет меча снаружи, прежде чем перевести взгляд на технику меча старика.

— Почему командир так говорит? — тихо спросил он.

— После смерти Небесного Императора Небесной Императрице нужно было избавиться от Цзюэ Учэнь, чтобы никто не узнал о её поступке. Тем не менее, физическое тело всё ещё несло в себе пользу, поэтому она решила сохранить его на случай необходимости. Так как ей требовалось одновременно и избавиться, и сохранить Цзюэ Учэнь, лучшим местом для этого был призрачный корабль, — с улыбкой ответил Цинь Му. — В то время она была важным человеком, поэтому не могла заняться всем этим самостоятельно. Поэтому ей пришлось найти доверенное лицо, человека, которому она доверяла, согласный сделать всю грязную работу. Этот человек притащил физическое тело Цзюэ Учэнь на корабль и положил его в гроб Небесной Императрицы. Тем не менее, он не мог вернуться, и определённо остался здесь. Чтобы хранить этот секрет, нужно было позаботиться, что те, кто о нём узнает, никогда отсюда не выйдут.

Старейшина проговорил:

— Он должен быть самым активным человеком на борту. Когда сюда попадают новые люли, он показывается самым первым, начиная вести их на верную смерть. Если же это невозможно, он делает всё для того, чтобы гости остались здесь навсегда.

— Ты встретил нас первым. Ты нашёл нас благодаря Печати Командира.

Крохотный человек внутри фонаря вздохнул:

— Почему у такого умного человека такой глупый ездовой зверь? Этот дракон и есть причиной, по которой я вас недооценил. Впрочем, вы всё же недостаточно умны, — холодно ответил он. — Вам стоило атаковать меня, как только у вас появились подозрения, а не рассказывать мне о них. У вас был шанс на выживание, если бы вы устроили засаду, но теперь вам остаётся лишь погибнуть.

В этот момент свет вспыхнул снова. Перед глазами Цинь Му разразились яркие лучи, полностью его ослепляя!

Корабль призрак снова сбросил время и пространство!

— Вы правы, это я притащил Цзюэ Учэнь на этот корабль и похоронил её вместе с Небесной Императрицей. Я также открыл гроб Небесной Императрицы. Но вы не знаете, что люли, оказавшиеся здесь, переживают сброс за сбросом, и со временем их физические тела и исконные духи исчезают в пустоте.

Рисунки Меча старейшины внезапно разразились силой Дао меча, которое тот освоил, когда стал богом. Старый бог меча Вечного Мира, он пошёл путём меча ещё дальше. Теперь он стал первым истинным богом меча в Вечном Мире!

Его навык меча уступал таковым у Цинь Му, но с точки зрения силы его Дао меча, даже Имперский Наставник был слабее!

Сила Дао меча освободилась, и даже в ярком свете корабля, двенадцатая форма Рисунков Меча была отчётливо видна!

Небо обрело турмалиновый оттенок, а рисунки меча начли напоминать мудру. Вертикальный и горизонтальный свет меча, будто нить небесного закона, столкнулись и начали переплетаться друг с другом!

Крохотное солнце в фонаре внезапно зажглось, его огненная сила тут же освободилась, начиная плавить свет меча. Его яркий луч тут же проделал огромную дыру в рисунках меча.

— Бог Меча Вечного Мира, не подумай, что я тебе не ровня. На самом деле ты не в силах вообразить моей мощи! — фонарь начал быстро уноситься вдаль, пока крохотный человечек внутри кричал. — Тем не менее, здесь, чем ты сильнее, тем быстрее канешь в лету! Когда я доставил сюда Цзюэ Учэнь и обнаружил это, я тут же избавился от всех своих спутников и повредил своё собственное совершенствование. Солнце в моём фонаре было создано именно из потерянной части моих сил. Хе-хе, если вы хотите выжить, вам придётся сделать то же, что и я, и убить своих спутников, прежде чем ограничить своё совершенствование. В противном случае вам конец…

В следующий миг свет исчез.

Старейшина деревни опустил меч и передал его Цинь Му. Его трепещущая одежда постепенно затихла.

Цинь Му не забирал меча, проговорив:

— Старейшина, слова Линь Сяо скорее всего ложь, возможно он солгал, в надежде что мы начнём сражаться с другими сильными практиками и погибнем.

— Думаю, что он сказал правду, — старейшина поднял руки и посмотрел на свою кожу. Его физическое тело стало немного бледнее.

Сердце Цинь Му дрогнуло.

Старик со вздохом продолжил:

— Чем сильнее способности человека, тем быстрее он превратится в пустоту. В этом случае, первым, с кем это случиться, будет труп императора, притащенный сюда Фэн Цююнь, после чего настанет черёд Потомственного Короля Драконов, Фэн Цююнь, Сына Бога Багрового Света, Ло Ушуана и последователей принца Цю Мина. Затем исчезнем мы с Владыкой Взращивания Драконов. Этот корабль и божественное искусство Небесной Преподобной Лин уже начали действовать. Это ослабит сильных практиков, несущих в себе большую угрозу. Чем они опаснее, тем быстрее исчезнут. Если мы вернётся в главный зал, то узнаем правду!

С камнем на душе Цинь Му вернулся в главный зал вместе с остальными.

Восемь драконов всё ещё окружали гробницу Небесной Императрицы, но труп императора исчез из гроба. Осталась лишь пустая коробка.

Силуэт Фэн Цююнь на фреске становился всё менее различимым. Лишь Первобытный Меч Матери Земли выглядел нормально.

— Я уже начал исчезать, а значит то же происходит со всеми, кто ступил на борт, — проговорил старейшина. — Му’эр, в твоём межбровье кроется огромная сила, поэтому ты должен её запечатать. Лишь будучи слабым ты не будешь нести в себе угрозы для этого корабля и спасёшь свою жизнь! Я старый и опытный, ты должен мне верить!

Цинь Му поспешно достал ивовый лист и закрыл свой третий глаз:

— Старейшина, избавься от части своего совершенствования…

— В этом нет нужды! — старик покачал головой и улыбнулся. — Если я это сделаю, то кто будет тебя защищать? Более того, в цикле может выжить лишь один человек. Я должен сохранить своё совершенствование и гарантировать твоё выживание.

Разум Цинь Му опустел.

Похлопав его по плечу, старейшина проговорил:

— Теперь, когда мы раскрыли личность Линь Сяо, он обязательно расскажет всё остальным и заставит нас сражаться друг с другом. Чтобы не исчезнуть в пустоте, им придётся нас атаковать. Если я избавлюсь от своего совершенствования, тебе не удастся избежать смерти. Ты самый умный из жителей деревни. Лишь став последним выжившим ты сможешь решить странное божественное искусство этого корабля и спасти нас. Владыка Взращивания Драконов, — повернувшись к Владыке он добавил. — Тебе следует помнить, что исчезнуть в темноте не страшно. До тех пор, пока твой хозяин жив, у него будет возможность спасти меня и тебя! Не думай о том, чтобы пойти против него. В противном случае я лично заберу у тебя жизнь! Если хочешь жить, самый простой способ это сделать — это гарантировать выживание хозяина! После того, как я исчезну, ты сделаешь всё возможное, чтобы защитить его, понятно?

Владыка Взращивания Драконов сложил кулаки вместе и поклонился, торжественно отвечая:

— Понятно! Владыка Взращивания Драконов будет следовать за хозяином до смерти!

Зашагав вперёд, старейшина произнёс серьёзным тоном:

— Давайте продолжим исследовать этот корабль, мы должны найти как можно больше подсказок, прежде чем исчезнем!

Пройдя мимо тренировочного поля, они добрались к армейскому лагерю, увидев перед собой всевозможные дворцы, в которых оставались Стражи Пернатого Леса.

Стражи Пернатого Леса были самыми сильным богами Эпохи Дракона Ханя, поэтому условия их жизни тоже были невероятно хорошими.

Старейшина вёл их в сторону самого величественного дворца, именно в нём должен был оставаться Вэй Суйфэн.

Будучи Левым Командиром Стражей Пернатого Леса, Вэй Суйфэн занимал очень высокое положение и должен был жить в самом роскошном дворце.

На колоннах дворца впереди было выгравировано несколько строк стихов на языке богов. Судя по аккуратности почерка, их оставила женщина.

Цинь Му тихо прочитал:

— Цветы не цветы, туманы не туманы. Будто туманные силуэты, появляющиеся посреди ночи и исчезающие при первых лучах света. Они приходят будто весенний сон, но на долго ли? Они исчезают навсегда в утренних тучах.

«Разве этот стих не говорит о путешествии во времени?»

Будто туманные силуэты, появляющиеся посреди ночи и исчезающие при первых лучах света. Именно это случилось, когда он впервые путешествовал во времени на реке Вздымающейся. Тогда его путешествие длилось лишь пол дня, он отправился ночью и вернулся утром. Если бы он переместился во времени днём, то вернулся бы ночью.

«Эти слова… оставила Небесная Преподобная Лин! Она была на этом корабле! Секрет её божественного искусства кроется в этом стихе!»

Глава 830. Кто Хочет Умереть

Во Дворце Дао воцарилась гробовая тишина.

Группа посланников райских небес нахмурились. Они тоже слышали сплетни о том, что в небольшой стране нижней границы под названием Империя Вечного Мира было Тело Тирана, которому, судя по слухам, на протяжении многих веков не было ровни.

Говоря об этом, боги райских небес обычно смеялись, удивляясь тому, как хвастовство человека из крохотного мира добралось до самих райских небес. Большинство воспринимало это как шутку, а не что-то серьёзное.

Когда они услышали, что Цинь Му назвал себя Телом Тирана, то едва удержали свой смех. Тем не менее, реакция Предка Дао вышла за пределы их ожиданий.

Предок Дао предпочёл уничтожить свою статую, чтобы не принять поклона Цинь Му. Похоже, Тело Тирана было не таким простым, как считали боги райских небес.

Внезапно один из посланников хлопнул в ладони и громко рассмеялся. Неожиданный звук заставил всех прийти в себя.

Молодой даос улыбчиво проговорил:

— Удивительно, поистине удивительно! Тело Тирана Вечного Мира на самом деле осмелилось уничтожить статую Предка Дао, и даже сломать три сокровища секты прямо перед мастером, этого и стоило от него ожидать!

Внезапно осознав произошедшее, старый даос указал пальцем на Цинь Му и прокричал:

— Ты, мерзавец, взорвал статую Предка Дао наших Небес Чистого Небосвода, и даже использовал какую-то тёмную технику, чтобы уничтожить три наших сокровища! Наша секта и ты не можем существовать одновременно!

Другие даосы тоже собирались начать ругаться, когда мастер секты Чистого Небосвода яростно прокричал:

— Заткнитесь!

Во Дворце Дао снова воцарилась тишина.

Мастер секты Чистого Небосвода выглядел несчастным, в его сердце был лишь шок. Он совершено не злился.

Он не смел.

Он обдумывал всё намного глубже, чем другие даосы.

Даже несмотря на то, что совершенствование Цинь Му было высоким, и его можно было назвать первоклассным практиком божественных искусств, он всё же не мог бы уничтожить статую Предка Дао, также, как и сокровища.

Три сокровища секты Чистого Небосвода принадлежали Предку Дао. Тот был существом области Императорского Трона, так что несмотря на то, что это были его повседневные вещи, они всё же были необыкновенными. Цинь Му не мог использовать божественное искусство, чтобы их уничтожить.

Кроме того, если бы Цинь Му исполнил какую-то технику, эксперты вокруг определённо бы это заметили.

Сокровища были уничтожены самими сокровищами.

Они уничтожили сами себя!

То же случилось и со статуей Предка Дао.

Это также значило, что Предок Дао признавал, что не достоин преклонения Цинь Му, и чтобы не получить его, он уничтожил статую и сокровища!

— Поклонитесь, — внезапно приказал мастер секты Чистого Небосвода.

Бесчисленные даосы во Дворце Дао растерялись. Тем не менее, так как мастер секты отдал приказ, у них не было выбора, кроме как выстроиться в два ряда и поклониться Цинь Му.

Цинь Му взглянул на посланников райских небес, заметив на лице самого молодого из них угрюмое выражение. Внезапно он что-то прошептал на ухо своим спутникам, но Цинь Му так и не понял, что он сказал.

«Судя по всему, самый младший из них — их лидер.»

Оглянувшись, Цинь Му махнул рукой:

— Пожалуйста, поднимитесь. Где я могу сесть?

Мастер секты Чистого Небосвода на мгновение заколебался, прежде чем приказать кому-то принести кресло. Он поставил его перед горящей статуей бога, даже выше, чем сидели посланники райских небес.

Цинь Му сел и улыбчиво огляделся по сторонам:

— Мастер Дао Линь Сюань —друг Дао, равный мне, так что ему тоже нужно сесть.

Мастер секты нахмурился, и приказал принести ещё один стул.

Когда Мастер Дао сел рядом с ним, Цинь Му улыбнулся:

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Поклонившись в знак благодарности, мастер секты Чистого Небосвода вместе с группой даосов сели на свои места.

Цинь Му облегчённо вздохнул, думая про себя: «Кажется, Предок Дао до сих пор жив. Вот только я не знаю, находится ли он на чужеземных райских небесах, либо же попал в лапы древнего бога, который уже умер. Я совсем не могу его понять …»

Он не знал, будет ли Предок Дао помнить о их старой дружбе.

Во времена Эпохи Дракона Ханя он дал Будде Брахме и Предку Дао несколько советов, подружившись с ними. Когда Небесный Преподобный Юй умер, именно Цинь Му передал его технику и поделился со всеми путём к бессмертию. Предок Дао был одним из людей, кто тогда слушал его лекцию.

Тем не менее, Цинь Му не был полностью уверен, что такая дружба могла выдержать давление времени. К счастью, Предок Дао не осмелился принять его преклонение, и секта Чистого Небосвода его не схватила.

Посмотрев на группу посланников, Цинь Му улыбнулся:

— Друзья Дао из чужеземных райских небес, пожалуйста, присаживайтесь.

Юноши нахмурились, но самый молодой из них улыбчиво проговорил:

— Не стоит волноваться, садитесь. Передо мной он не сможет чего-либо сделать.

Как только они сели, во дворец вбежало несколько растерянных даосов. Ещё не успев войти во врата, они уже начали кричать:

— Ужасные новости! Все ученики богов звёзд погибли в Святилище Дао!

— Что?

Во Дворце Дао поднялся хаос. Старые даосы, только что усевшиеся на свои места, снова встали, на их лицах было искреннее выражение удивления. Группа посланников райских небес впала в ярость и шок. Стуча по столу, они начали злостно кричать.

Мастер секты Чистого Небосвода встал и сжал кулаки. На его лбу выступили вены, а спина покрылась холодным потом.

Продолжая сидеть на троне, молодой даос с райских небес спросил холодным тоном:

— Фу Юньтянь, что происходит? Как ты ответишь за гибель учеников богов звёзд на Небесах Чистого Небосвода?

По лбу мастера секты Чистого Небосвода катились капли холодного пота, он поклонился:

— Посланник, пожалуйста, успокойся. Этот ученик невнятно говорит, давай я для начала всё выясню!

Протянув руку, он схватил прибежавших даосов и спросил хриплым тоном:

— Ученики богов звёзд действительно погибли в Святилище Дао? Погибли все, или кто-то сумел бежать? Чем были заняты люди в Святилище, чтобы позволить произойти чему-то подобному? Где они?

Его сердце взволновано колотилось, он говорил так быстро, что молодые даосы не успевали отвечать.

Спустя несколько мгновений мастер секты пришёл в себя и тут же поставил их на землю, прежде чем спросить более спокойным тоном:

— Так как всё уже и так произошло, рассказывайте медленно и внятно.

Один из даосов поспешно начал объяснять:

— Мастер секты, несколько старших дядей пришли в Святилище Дао, первым из них был Тянь Хун. Осматриваясь там, он сказал, что дворец Зелёной Козы был ограблен ворами, поэтому пришёл проверить, не ограбили ли Святилище.

Мастер секты Чистого Небосвода кивнул:

— Это я их послал вас сообщить, они старшие Дворца Дао.

Дворец Дао был местом, где жили старшие Небес Чистого Небосвода, в то время как Святилище служило для изучения путей, навыков и божественных искусств. Обычно в нём находились молодые ученики, обладающие хорошей реакцией и быстрыми мыслями.

Взглянув на мастера, даос осторожно продолжил:

— После этого ограбили наше Святилище Дао. Это сделал старший дядя Тянь Хун, пришедший вместе с людьми, которых мастер отправил к нам. Сначала старший брат заметил, что его сокровище пропало, после чего все остальные тоже обнаружили, что их ограбили. Их лучшие сокровища, которые они использовали каждый день, были незаметно украдены, поэтому все тут же бросились на поиски вора.

Мастер секты Чистого Небосвода нахмурился и спросил:

— Все отправились на поиски?

— Остались лишь ученики звёздных богов, продолжая составлять схему построения созвездий. Их не ограбили. Когда мы вышли из святилища, то обнаружили, что вор посетил все наши дворцы. Двадцать четыре зала и двенадцать святилищ были пусты. Мы всё обыскали, и нашли старшего дядю Тянь Хуна. Его раздели и закрыли в сокровищнице Зала Дхармы, а в рот ему засунули вонючие носки и бельё, его исконный дух запечатали. Вор замаскировался под старшего дядю, и обворовал наши Небеса Чистого Небосвода. Мы запечатали небеса и собрались найти его, когда, проходя мимо святилища, увидели кровь, вытекающую из щели в дверях. Открыв их, мы увидели, что все старшие братья из райских небес внутри мертвы…

Мастер секты Чистого Небосвода стиснул зубы и холодным тоном проговорил:

— Выманить врага из его же территории! Вор выманил вас наружу, чтобы атаковать посланников райских небес! Вы его нашли?

— Ещё нет. Мы слышали, что кто-то запечатал исконный дух старшей тёти Юй Сяо, и засунул ей в рот бельё, прежде чем закопать её в соломе…

Мастер секты Чистого Небосвода уже не мог сдерживать свой гнев и собирался выпустить его на волю, когда Цинь Му внезапно кашлянул и проговорил спокойным, равнодушным тоном:

— Мастер секты, твои Небеса Чистого Небосвода и вправду ограбили, даже у нас украли часть вещей. Тем не менее, учеников богов звёзд убил не вор, это сделали мы с Мастером Дао Линь Сюанем.

Как только он это сказал, во Дворце Дао поднялась невероятная суматоха.

Разум мастера секты Чистого Небосвода вскипел, у него помутнело в глазах. Он начал спотыкаться.

Сидя на троне, Цинь Му легко стучал по подлокотнику в форме дракона кончиком пальца и безразлично продолжал:

— Я здесь гость, а Мастер Дао пришёл в гости к родственникам. Мы не должны были убивать в доме хозяина по своему желанию. Тем не менее, другие твои гости пытались совершить заговор против Вечного Мира и создать какую-то звёздную карту, чтобы его уничтожить. Так как они враждебно к нам настроены, нам пришлось сделать свой ход. Мы праведные люди и не делаем ничего в тени, и раз уж мы убили собак райских небес, то, естественно, должны сообщить об этом мастера секты.

Разум мастера секты Чистого Небосвода был в хаосе, остальные даосы тоже растерялись. С пустыми выражениями лиц они смотрели на своего лидера, ожидая пока он заговорит.

Молодой даос с райских небес внезапно поднялся и холодно проговорил:

— Фу Юньтянь, ученики богов звёзд погибли на Небесах Чистого Небосвода, и ты не избежишь ответственности за это преступление. Убийца сейчас прямо перед тобой, чего же ты ждешь? Ты хочешь, чтобы Небеса Чистого Небосвода были уничтожены?

Мастер секты Чистого Небосвода скрестил руки и посмотрел на Цинь Му.

Юноша спокойно проговорил:

— Предок Дао ещё ничего не сказал по этому поводу, неужели мастер Дао решил взять всё в свои руки? Почему ты не спрашиваешь Мастера Дао?

Молодой даос повернулся, смотря на Цинь Му, и усмехнулся:

— Это ведь ты уничтожил статую бога Предка Дао, как с ним теперь связаться? Тело Тирана Цинь, ты избавился и от статуи, и от трёх сокровищ, после чего убил учеников трёхсот шестидесяти богов звёзд райских небес. Теперь же ты пытаешься переложить вину на Небеса Чистого Небосвода, разрушая философию Предка Дао. Ты пытаешь невообразимые цели и заслуживаешь смерти!

Цинь Му засмеялся, неспешно отвечая:

— У мастера секты должны быть другие способы связаться с Предком Дао, я прав? Ты не собираешься этого сделать?

Мастер секты Чистого Небосвода был на грани безумия. Стиснув зубы, он развернулся, чтобы уйти, проговорив:

— В месте, где я медитирую, есть картина Предка Дао, я должен спросить его мнения. Что касается остальных…

Он остановился и нахмурился, прежде чем тихо приказать:

— Присматривайте за ними, не позвольте им выйти из Небес Чистого Небосвода ни на полшага!

Какой-то старый даос спросил:

— А что насчёт гостей с райских небес?

— За ними тоже! — мастер секты поспешно ушёл.

Цинь Му встал с места и зевнул, прежде чем спуститься по ступенькам и выйти из дворца. Он радостно говорил:

— Заимствовав силу попутного ветра, я добрался до чистого небосвода. Это отличное место, неужели мне удастся одним махом добраться до небес?

Молодой даос с райских небес тоже поднялся и отправился следом за ним, улыбаясь:

— Ты можешь одним махом добраться до небес, или же поскользнуться и упасть в адскую пропасть.

Мастер Дао Линь Сюань бросил взгляд на даоса Ча, и они оба вышли из дворца.

— У тебя отличная манера держать себя, как я могу к тебе обращаться? — выйдя из дворца, Цинь Му спросил у даоса.

— Прямой ученик Предка Дао, Сяо Чуньфэн Секты Дао райских небес, — равнодушно ответил молодой даос. — Несмотря на то, что я ученик Предка Дао, я никогда его не встречал. Причина, по которой я вступил в Секту Дао, состоит лишь в возможности изучить её заклятия и божественные искусства. Учитывая положение моей семьи, то, что я ученик Предка Дао, честь не для меня, а для него.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил:

— Неужели брат является сыном какого-то древнего бога?

Удивившись, молодой даос похвалил:

— Тело Тирана Цинь соответствует своей репутации. Я сын Великой Богини Луны.

— Не странно, что ты носишь фамилию Сяо, она принадлежит твоей маме, — улыбнулся юноша. — Великий Владыка Луны — древний бог луны, стоящий наравне с Великим Владыкой Солнца. Тем не менее, судя по тому, что ты молод, твой отец должен был кого-то подцепить.

Уголки глаз Сяо Чуньфэна начали дёргаться.

Цинь Му сверкал улыбкой:

— Когда мы с Мастером Дао Линем убивали учеников богов звёзд, я не заметил ни одного ученика четырёх божеств, могу я узнать, где они?

— Мы здесь, — за его спиной обозвались несколько мужчин и женщин.

Оглянувшись, Цинь Му спросил:

— Кто из вас ученик Южного Божества?

Девушка в красном ответила:

— Я.

Смерив её взглядом, Цинь Му мягко кивнул:

— Наша с Южным Божеством история тянется далеко в прошлое, так что я не буду тебя убивать. Старшие братья из райских небес, Тело Тирана прямо перед вами, кто хочет умереть?

Глава 816. Породистые Лошади и Роскошные Повозки, Оставляющие Пахучий След.

— Цветы не цветы, туманы не туманы. Будто туманные силуэты, появляющиеся посреди ночи и исчезающие при первых лучах света… — Цинь Му, казалось, погрузился в глубокие мысли, повторяя стих раз за разом.

На Собрании Яшмового Водоёма миллион лет назад, он исследовал божественное искусство, позволяющее веществу не меняться, не увеличиваться и не уменьшаться. Несмотря на то, что он уделил этому занятию не слишком много времени, им всё же удалось определить приблизительный путь для его развития.

Небесная Преподобная Лин, конечно, была основанием этого исследования, в то время как Цинь Му и Император Основатель всего лишь помогали ей с вычислениями и искусством создания.

Тем не менее, Цинь Му отчётливо понимал к какому результату приведут её исследования.

Именно в то время была определена основа её божественного искусства.

В последующие долгие годы именно Небесная Преподобная Лин закончила вычисления и довела это божественное искусство до идеала.

Судя по состоянию корабля-призрака, к тому времени Небесная Преподобная Лин ещё не успела отточить своё божественное искусство, вследствие чего в нём остался недостаток тридцати шести людей.

Каждый раз, когда корабль сбрасывал время и пространство, в нём появлялся недостаток.

Этот недостаток привёл к трём последствиям.

Во-первых, он сливал всё живое и неживое на корабле воедино, превращая их в монстра, который не был ни человеком, ни предметом. Именно поэтому бесчисленные люди, ступившие на борт, слились с корпусом корабля.

Во-вторых, божественное искусство слилось с кораблём, который в свою очередь слился с живыми существами. Это привело к превращению судна в странную форму жизни, которая путешествовала по тридцати шести моментам во времени, и атаковала всех существ, которые несли в себе угрозу.

Во-третьих, корабль совершал цикл из тридцати шести моментов времени, на протяжении которых люди, ступившие на борт, исчезали в пустоте. В конце концов они оказывались в невидимом состоянии, будучи ни живыми, ни мёртвыми.

Для людей, ступивших на борт, это было самым странным и страшным божественным искусством. Тем не менее, для Небесной Преподобной Лин это был лишь недостаток её искусства.

Это был кошмар для всех, кто спускался на борт, но для неё, это было лишь недостатком, отклонением от того, к чему она стремилась.

Скорее всего она оставила этот стих, когда спустилась на борт спустя многие годы и осознала, что её божественное искусство несовершенно, поэтому решила оставить подсказку, указывающую на этот недостаток.

Для людей, оказавшихся на корабле, шанс на выживание заключался не в понимании божественного искусства Небесной Преподобной Лин, а в обнаружении кроющегося в нём недостатка, что позволило бы решить божественное искусство и выбраться!

Цинь Му немного понимал направление, позволившее бы решить подобное божественное искусство. Тем не менее, его понимание было слишком поверхностным, поэтому он ещё довольно долго не мог ничего придумать.

Внезапно из задней части зала донеслись ужасающие импульсы. Обойдя вокруг, они увидели Сына Бога Багрового Света, сражающегося с двумя слугами принца Цю Мина!

Тела Сына Бога и двух богов уже начали исчезать в пустоте. Их физические тела и исконные духи выглядели ненастоящими, тем не менее, их боевая сила оставалась невообразимой.

После того, как Цинь Му передал ему Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога Багрового Императора, Сын Бога наконец доработал свои слабые стороны и совершенствовал три головы и шесть рук своим исконным духом. Объединив их с техникой Таинственных Писаний Бесстрастного Создания Светлого Императора, он мог убить любого, вставшего у него на пути!

Тем не менее, два бога, сопровождающие принца Цю Мина, тоже не были обыкновенными. Один из них произвёл на Цинь Му сильное впечатление, орудуя длинной серебряной верёвкой, подвешенной клуне.

Верёвка имела блину больше ста тысяч километров, тем не менее, могла полностью спрятаться в рукаве бога.

Внезапно, серебряная верёвка превратилась в кнут. Становясь то короткой, то длиной, она исполняла всевозможные техники. Тем не менее, это были не все превращения кнута. Его конец обретал форму дракона, обнажившего свои клыки и когти, а иногда становилась копьём, яростно нанося всевозможные удары.

Второй бог тоже был невероятно могущественным, поэтому атакуя Сына Бога Багрового Света сообща, они разрушали дворцы вокруг один за другим.

Старейшина внезапно проговорил:

— Их способности значительно слабее, чем раньше, должно быть, их совершенствование тоже исчезло в пустоте. Кажется, что чем ты сильнее, тем больше этот корабль тебя ослабит.

Цинь Му кивнул. В этот момент их волосы встали дыбом, будто их настигла невероятно ужасающая аура. Они не осмеливались пошевелиться.

Это была поразительная мощь дракона.

Старейшина прохрипел:

— Потомственный Король Драконов!

Цинь Му поспешно обернулся, увидев яростно несущегося в их сторону Потомственного Короля Драконов. Находясь лишь в ста шагах от них, старый дракон области Непостижимого Неба открыл свою невообразимо широкую пасть, собираясь их проглотить!

Тем не менее, в тот миг, когда Цинь Му повернулся к нему, физическое тело Потомственного Короля Драконов мгновенно исчезло в пустоте, превращаясь в туманный силуэт.

Его способности были невероятно высокими и лишь слегка уступали Фэн Цююнь, так что он оказался почти в том же состоянии, что и она. Фэн Цююнь уже слилась с фреской и её тело растворилось настолько, что его уже было сложно разглядеть. Положение Потомственного Короля Драконов было лишь немного лучше.

Если бы Цинь Му не смог вырваться из-под влияния его ауры и обернуться, Потомственный Король Драконов смог бы избежать его взгляда и не исчезнуть в пустоте. Тем не менее, как только на него упал взгляд Цинь Му, его физическое тело и исконный дух тут же испарились, и его сила почти иссякла.

Потомственный Король Драконов поспешно взлетел в небо. В следующий миг он остановился за спиной Цинь Му, но на него упали взгляды старейшины и Владыки Взращивания Драконов.

— Умно! В этот раз я вас отпущу!

Потомственный Король Драконов улетел, и в следующий миг Сын Бога Багрового Света закрыл глаза. Силуэт Потомственного Короля Драконов тут же появился за спиной бога с серебряной верёвкой, разрывая последнего на части.

Сын Бога Багрового Света отпрыгнул назад, и второй бог пропустил атаку Потомственного Короля Драконов, разлетаясь на части от удара его скипетра.

В следующий миг Сын Бога Багрового Света открыл глаза всех трёх своих голов. Потомственный Король Драконов, стоящий перед его лицом, оказался под его взглядом и его тело тут же исчезло.

Сын Бога Багрового Света тут же бросился в атаку. Потеряв большую часть своих способностей, Потомственный Король Драконов начал кашлять кровью лишь после нескольких ударов и поспешно скрылся.

Не сумев его догнать, Сын Бога Багрового Света прокричал:

— Потомственный Король Драконов, не пытайся бороться, ты не продержишься до следующего сброса. Будь я на твоём месте, то попытался бы спрятаться и просто ждать своего исчезновения в пустоте в надежде спастись.

Обернувшись, он посмотрел на Цинь Му, старейшину и Владыку Взращивания Драконов.

Крепко сжимая меч Беззаботный, старейшины наблюдал за его шагами и слабым голосом проговорил:

— Сын Бога Багрового Света, если ты хочешь избежать своего исчезновения в пустоте, то единственный способ это сделать — это положиться на единственное Тело Тирана, которое решит проблему этого призрачного корабля. Если ты убьёшь нас, то никогда не сможешь вернуться к своим людям.

Сын Бога Багрового Света остановился, его взгляд упал на Цинь Му:

— Я всегда восхищался умом и талантом Тела Тирана Циня, тем не менее, ты должен принимать меня за ребёнка, надеясь, что я откажусь от своего единственного шанса на выживание за счёт этого. Тело Тирана Цинь, как ты убедишь меня послушаться?

— Сын Бога, ты можешь сделать ставку, — проговорил Цинь Му. — Ты можешь поставить на то, что я решу божественное искусство и спасу тебя, или же поставить на то, что тебе удастся стать одной из тридцати шести неизменных констант этого корабля, убив меня.

Недолго помолчав, Сын Бога Багрового Света спросил: — Багровый Император в твоём теле?

Цинь Му кивнул:

— Сейчас осталось лишь его сознание, у него нет ни души, ни духа.

Сын Бога Багрового Света закрыл глаза, открыв их лишь спустя долгое время. Его убийственное намерение исчезло, а на лице появилось просветлённое выражение и улыбка:

— Мои способности сильно упадут ещё до следующего сброса. После того, как я исчезну в пустоте, вам придётся полагаться лишь на себя.

Старейшина торжественно проговорил:

— Большое Спасибо.

Сын Бога добавил:

— Опасность кроется не только в тех, кто спустился на борт вместе с нами, но и в тех людях, что пришли сюда в другие годы. Тридцать шесть людей не исчезнут, но это не значит, что они выживут. Когда мы пришли сюда, то не увидели других неизменных констант, так что скорее всего они мертвы.

Старейшина серьёзно ответил:

— Понимаю, тот фонарь — большая проблема.

Сын Бога Багрового Света развернулся, чтобы уйти:

— Потомственный Король Драконов полностью исчезнет во время следующего сброса, но кроме него есть другие эксперты вроде божественного ножа Ло Ушуана, полубогов, подчиняющихся Потомственному Королю Драконов, и других людей, ступивших на корабль в других циклах. Я должен от них избавиться.

Старейшина проводил его взглядом.

Вскоре свет вспыхнул снова, мгновенно окутывая корабль. Когда он погас, Цинь Му поспешно взглянул на старейшину, увидев, что его состояние ухудшалось.

— Я в порядке. После этого сброса восемьдесят-девяносто процентов способностей Сына Багрового Света исчезли, Потомственный Король Драконов должно быть тоже рассеялся, — теперь Сын Бога не сможет нас защитить, мы должны полагаться на самих себя.

В этот момент они увидели пышную крону Первобытного Дерева, накрывшую Первобытное Царство за пределами Райкой реки.

Бесчисленные боги Эпохи Высшего Императора заметили корабль и исполнили божественные искусства, чтобы поймать его в ловушку и подняться на борт. Они были группой полубогов, поэтому скорее всего происходили из Северных Райских Небес Высшего Императора.

Количество полубогов было огромным, они двигались к кораблю со всех сторон.

— Здесь люди и дракон! — заметив их, проговорил один из полубогов.

Улыбнувшись, старейшина осмотрел меч в своей руке:

— Му’эр, на этом мече написано слово «Беззаботный», неужели он так называется?

Кивнув головой, Цинь Му торжественно ответил:

— Это меч Императора-Основателя.

Ошеломлённый, старейшина проговорил:

— Императора-Основателя? Я сильно им восхищаюсь. Путешествуя в молодости по миру боевых искусств, я наткнулся на множество древних руин. Великая цивилизация оставила по себе бесчисленное количество каменных статуй. Это заставило меня задуматься, насколько героическим был Император-Основатель, чтобы завоевать верность всех этих героев и заставить их сражаться всю свою жизнь, ради мечты? Именно поэтому вторая форма моего меча называется Мечом Императора-Основателя. Мне очень повезло удостоится чести орудовать его мечом!

Он повернул голову и направил меч в сторону врагов, подпевая и вибрируя лезвием. Свет меча напоминал океан, покрытый лунным светом, его брызги напоминали переливающуюся серебряную чешую.

Старейшина переполнился храбростью, напоминая императора, путешествующего по морю на великолепной карете, упряженной породистыми лошадьми, подавляя хаос четырёх морей.

Вторая форма Рисунков Меча, Меч Императора-Основателя.

— Восточный ветер ночи, заставляет расцвести тысячи деревьев!

Его Дао меча освободилось, создавая картину Императора-Основателя, подавляющего восстания. Он был будто император, выпрыгнувший со своей кареты столкнувшись с врагами, прежде чем начать размахивать мечом во все четыре стороны!

— Будто звёзды, плывущие по течению, моросящие как дождь! Породистые лошади и роскошные повозки проезжают мимо, оставляя пахучий след. Фениксовые флейты играют песню, часовщик следит за течением времени, пока ночные фонари в виде рыб и драконов танцуют и кружатся!

Лучи меча выглядели как чешуя, напоминая драконов и рыб, танцующих в море мечей.

Цинь Му тоже знал это движение меча, тем не менее, в его исполнении он обретал совершенно другой настрой.

Тем не менее, даже старейшина исполнял его совершенно не так, как раньше.

В прошлом, когда старейшина исполнял это движение, появлялись обширные пейзажи гор и рек, в которых не было заметно людей, одетых в родную одежду. Они были одиноким воспоминанием о родине, её давно ушедших мучениках. В нём преобладало натсроение печали и героизма.

Теперь же меч старейшины обрёл уверенную и дикую ауру молодого императора, подавляющего восстания, в нём было настроение молодого героя, которое редко навещало старика!

Из-за разницы в настроении и опыте, Дао меча тоже становилось совершенно другим.

Однажды он пережил смерть, и оживши, старейшина, казалось, вернулся к своей юности. У него было молодое сердце, старающегося изо всех сил, а его Дао меча уже не обладало старым настроением печали и героизма. Его заменила воля и стремления юноши, переполненного героическим влечением.

Полубоги Северных райских небес Высшего Императора хлынули к ним, погнибая под светом меча. Старейшина, будто молодой император, взобравшийся на свою карету, рубил атакующих сильных практиков одного за другим.

Его Дао меча развивалось, становясь острее и энергичнее. Оно соответствовало Вечному миру, эпохе реформ, и возглавляло её!

Он был человеком, идущим во главе этой эпохи!

— Удивительные навыки меча! Как и ожидалось от сильного практика, учившего Тело Тирана Циня!

Вдали раздался громкий глухой голос и сверкнул свет ножа, пробивая себе путь к выживанию. Он разделял волны моря мечей, убивая бесчисленных богов Высшего Императора.

Однорукий Божественный Нож Ло Ушуан двигался в их сторону, сверкая внушительной силой, пробиваясь сквозь Рисунки Меча, чтобы добраться к молодому императору:

— Бог Меча Вечного мира, навык меча Тела Тирана происходит от тебя, я убью тебя, прежде чем убить его!

Он уже был на грани исчезновения, тем не менее, будучи лучшим божественным ножом чужеземных райских небес, его способности всё же были ужасающими. Его нож ступил на путь, достигая невероятных высот.

Свет меча старейшины превратился в Бедствие Высшего Императора. Море лучей взорвалось и раскололо небо, яростно сталкиваясь с Ло Ушуанем.

Последний удостоился чести лучшего божественного ножа чужеземных райских небес, в то время как старейшина был Богом Меча Вечного Мира. Оба исполняли всевозможные движения, достигнувшие Дао, ослепляя Цинь Му и Владыку Взращивания Драконов, которые стояли под дождём ножей и мечей.

Между тем полубоги, бросившиеся на навыки ножа и меча двух экспертов, нашли жалкую смерть. Они не могли выдержать столкновения двух практиков, достигших такого уровня Дао.

Внезапно вспыхнул ослепительный свет, корабль-призрак снова сбросил пространство и время.

Ло ушуан хмыкнул и поспешно скрылся.

После этого сброса его положение стало ещё более скверным, обстоятельства были не на его стороне. Он был вынужден найти безопасное место, чтобы избегать врагов в ожидании следующего сброса, после которого его тело окончательно исчезнет в пустоте.

Старейшина отвёл меч в сторону и опустил голову, осматривая и восхваляя оружие:

— Поистине великолепный меч. Ло Ушуан достоин звания Божественного Ножа, если мясник хочет его догнать, ему нужно ещё много поработать.

Осмотрев старейшину, Цинь Му обнаружил. Что его физическое тело и исконный дух почти исчезли. Владыка Взращивания Драконов тоже медленно растворялся.

Они испытали ещё два сброса и столкнулись с двумя группами людей, ступивших на бот. Вскоре состояние старейшины стало слишком серьёзным, ещё не много, и он больше не смог бы держать в руках меч Беззаботный.

— Му’эр, следующий сброс вот-вот наступит, и мне недолго осталось до исчезновения, — они сидели на краше одного из залов, старейшина смотрел на солнце, восходящее на востоке. — Тем не менее, тебе не стоит беспокоиться. Даже если я полностью исчезну, я буду оставаться с тобой, я тебя не брошу.

Юноша мягко кивнул:

— Я знаю.

— Владыка Взращивания Драконов, теперь всё зависит от тебя, защищая своего хозяина.

Свет вспыхнул ещё раз, поглощая их. Когда он погас, остались лишь Цинь Му и Владыка Взращивания Драконов.

«Я знаю, что ты до сих пор со мной, — Цинь Му встал на ноги и осмотрел незнакомый мир в окрестностях райской реки. — Я обязательно найду решение и верну тебе физическую форму! Ты всё ещё мой дедушка старейшина. Никто не сможет тебя забрать!»

Глава 817. Божественный Нож Чжэ Хуали

Владыка Взращивания Драконов повернул свой взгляд на полубога, шагающего им навстречу. Тот, по всей видимости, уже достиг области богов, так как его тело постепенно исчезало в пустоте. Должно быть он был одним из сильных практиков, сопровождавших Потомственного Короля Драконов, и убивал остальных людей, попавших на корабль.

Тем не менее, он боялся старейшины, поэтому дождался момента пока тот исчезнет, прежде чем показаться.

— Хозяин, способности этого человека очень высоки, — спрыгнув с крыши зала, торжественно проговорил Владыка Взращивания Драконов. — Я буду сражаться до смерти. Надеюсь, что хозяин сможет меня воскресить.

— Владыка Взращивания Драконов, не волнуйся, ты мой Король Драконов Райской Реки, я не дам тебе умереть, — Цинь Му тоже спрыгнул с крыши, проговорив. — Ты исчезнешь после следующего сброса, так же, как и этот полубог. Тебе нужно лишь затянуть бой, пока он не наступит.

Повернувшись лицом к полубогу, Владыка Взращивания Драконов усмехнулся:

— Яне уверен в успехе. Родословная драконов в его крови выше моей, так что в бою я могу надеяться лишь на то, что мы умрём вместе. Чем больше времени я буду пытаться выиграть, тем меньше будут мои шансы выжить.

Взревев, он сжал кулак и ладонь перед своей грудью. Его Ци и кровь вскипели, он засмеялся:

— Победа даётся сильным! В прошлом я был богом, сражавшимся против Императора Людей Су, и не умер от его меча! Следуя за своим хозяином, я стал Королём Драконов Райской Реки, а не пустышкой, взращивающей драконов для Высших Небес! Если ты хочешь забрать жизнь моего хозяина, для начала тебе придётся убить меня!

Он бросился в бой с полубогом, и они оба превратились в гигантских драконов, начиная вертеться в воздухе и сражаться. Управляя огнём и водой, они исполняли божественные искусства, освобождая огромную силу.

Цинь Му вошёл внутрь зала.

Битва двух драконов сопровождалась громкими взрывами, и, хотя из тех, кто спустился на борт корабля, в живых осталось не слишком много людей, кое-кому удалось спастись. Он ещё не встречал Стражей Элитного Духа Ло Ушуана, а также не знал где находится Принц Цю Мин из райских небес.

Эти люди скорее всего спрятались, но так как их совершенствование не достигло области богов, они ещё не исчезли в пустоте. Им оставалось лишь ждать, пока боги убьют друг друга или исчезнут в пустоте.

Цинь Му осмотрел внутренности зала. Это был дворец Вэй Суйфена.

Мастер-Основатель Небесного Святого Культа Вэй Суйфен изучал Руины Заката и пережил странный инциденте путешествием во времени, в результате чего оказался во временах Эпохи Дракона Ханя.

Он стал Левым Командиром Стражей Пернатого Леса, возглавив самую сильную армию богов.

Этот старший брат тоже владел некоторым пониманием божественного искусства Небесной Преподобной Лин. Снова наткнувшись на туман, возвращаясь на райские небеса со Стражами Пернатого Леса, он осознал, что пришло время возвращаться в своё время, поэтому погасил свой фонарь и вернулся.

Вэй Суйфэн был очень умён, и вполне вероятно, ему удалось выяснить недостаток божественного Искусства Небесной Преподобной Лин, благодаря чему он сумел покинуть корабль невредимым.

«Может быть, мне удастся найти какие-нибудь подсказки во дворце старшего брата?»

Цинь Му изучил планировку дворца и запомнил расположение каждого предмета, прежде чем начать осматриваться более тщательно.

Вскоре он нашёл книжную полку Мастера-Основателя, обнаруживая на ней книги на всевозможных языках. Некоторые были написаны на языке богов с незапамятных времён, другие — на языках древних дьяволов и богов, а часть и вовсе на языке людей.

Пролистав их, Цинь Му неопрятно сложил их обратно на полку.

Он нашёл личные письма, которые старший брат написал на языке людей. В них шлось о различных делах старшего брата на райских небесах Дракона Ханя. Прочитав их, ему так и не повезло найти подсказки, зато удалось обнаружить географическую карту, ведущую к Руинам Заката.

Цинь Му был слегка ошеломлён. Эта карта дополняла одну из географических карт, которую ему оставил старший брат. Несмотря на небольшие отличия в местности, по большей части они были идентичны.

«Одно из мест, которые я должен найти по мнению старшего брата, — это Руины Заката! Должно быть, он оставил там что-то чрезвычайно важное!»

Юноша собрался с мыслями. Судя по всему, географические карты, оставленные ему Вэй Суйфэном, ведут к большим секретам и сокровищам. Первым, что он нашёл, была печать Командира Стражей Пернатого Леса.

Вторая карта привела его к богу Чи Си и Таинственному Ножу Казни Бога, но это было не главное. Ключевым моментом было то, что ему удалось вынудить Цинь Му встретить выживших людей Багрового Света и позволить Вечному Миру заключить союз с Сыном Бога Багрового Света.

Третья географическая карта позволила Цинь Му найти голову бога Ин Чжао на Небесах Высшего Сияния и заполучить чертеж Ковчега Парамиты.

Между тем, только что он обнаружил четвёртую карту. Исследуя Руины Заката Вэй Суйфэн вернулся на райские небеса Дракона Ханя. Должно быть там он обнаружил что-то важное, и захотел, чтобы Цинь Му или Дровосек это увидели.

Корабль-призрак слегка задрожал. Это было явным сигналом того, что он вот-вот сбросит пространство и время.

Выражение лица Цинь Му слегка изменилось, он поспешно покинул дворец. Придавив письма Мастера-Основателя камнем, он достал кисть, что-то нарисовав на колонне со стихом Небесной Преподобной Лин. Сделав это, он быстро ушёл.

Снаружи зала Владыка Взращивания Драконов всё ещё сражался с божественным драконом, округа была забрызгана их кровью. Они оба были поглощены сражением, и даже несмотря на то, что корабль вот-вот должен был сбросить пространство и время, они уже не могли остановиться.

Когда корабль покинул это время и место вспыхнул яркий свет. Вскоре тот погас, и когда к Цинь Му вернулось зрение, он обнаружил что письма, которые он придавил камнем, бесследно исчезли!

Глаза юноши загорелись, он вернулся в зал и увидел, что вещи, которые он разбросал, вернулись на свои места и внутри вновь воцарился порядок.

Затем он вернулся наружу и осмотрел колонну перед залом. Его рисунок исчез, но слова Небесной Преподобной Лин остались.

Цинь Му вдруг громко рассмеялся.

Противник Владыки Взращивания Драконов исчез, а сам Владыка был истощён до предела. Его тело покрылось ранениями, и было на грани исчезновения в пустоте. Задыхаясь, он спросил:

— С чего смеётся хозяин?

— Я переместил некоторые предметы, но после сброса они вернулись на свои места, — с любопытством осматривая стих Небесной Преподобной Лин, он улыбчиво ответил. — Я даже нарисовал рисунок на колонне со стихом, но тот исчез. Тем не менее, надпись Небесной Преподобной осталась. Ты знаешь, что это значит?

Владыка Взращивания Драконов был в растерянности.

— Мы находимся в божественном искусстве Небесной Преподобной Лин и не можем ничего изменить на корабле. Всё, что мы уничтожим, вернётся к своему изначальному состоянию, как только корабль сбросит пространство и время. Тем не менее, Небесная Преподобная Лин была здесь после нанесения божественного искусства, и смогла изменить корабль. Она оставила надпись на колонне, — продолжил Цинь Му. — Как ей удалось оставить этот стих?

Недоумение Владыки Взращивания Драконов лишь усилилось. Он покачал головой:

— Хозяин, у меня не слишком умный мозг. В противном случае тебе не удалось бы меня схватить и сделать Королём Драконов Райской Реки.

— Субстанция на корабле не меняется, не движется, на увеличивается и не уменьшается, но Небесной Преподобной Лин всё же удалось оставить этот стих. Это значит, что она решила своё собственное божественное искусство, — улыбался Цинь Му. — В своём стихе она описала логику своего божественного искусства, а записывая его, она использовала способ его решить. Это значит, что она оставила решение проблемы неизменной субстанции. Владыка Взращивания Драконов, Владыка…

Тело Владыки Взращивания Драконов становилось всё прозрачнее и прозрачнее. Когда юноша повернулся к нему, оно медленно исчезло, будто мираж.

— Хозяин, теперь тебе придётся полагаться на себя.

Владыка Взращивания Драконов окончательно исчез.

Цинь Му ошарашено застыл, придя в себя лишь спустя некоторое время. Рядом с ним никого не осталось, был лишь он и его тень.

— Ребята, вы всё ещё со мной, верно? Я знаю старейшину, вы не могли уйти далеко.

Усевшись, он посмотрел на стих на колонне, тихо бормоча себе по нос:

— Не волнуйтесь, я найду решение. Небесная Преподобная Лин считает, что в этом мире не существует времени, это лишь иллюзия, созданная изменениями вещества. Если вещество не будет меняться, двигаться, увеличиваться или уменьшаться, то время перестанет существовать. Это основа её божественного искусства. Она не успела довести его до идеала, прежде чем использовать, поэтому оставила недостаток. Вернувшись в это место, она оставила надпись на колонне и изменила вещество…

Вдали, на стойках в оружейной корабля призрака, сверкало божественное оружие. Даже спустя столько тысяч лет оно выглядело совершенно новым.

Пол огромной оружейной усеивали трупы. По лезвию одного из божественных ножей, висящих на стойке, текли капли крови, время от времени капая на землю.

Человек, который только что орудовал этим ножом, обладал невероятно крепкой хваткой. У трупов на полу, как и у владельца этого ножа, не было одной руки.

— Младший брат Чжэ Хуали, Учитель Ло уже исчез в пустоте, и количество людей на корабле стремительно падает. Мы, Стражи Элитного Духа, являемся самыми выдающимися учениками, отобранными потомками богов на райских небесах. Лишь пройдя суровые этапы отбора можно вступить в наши ряды, — однорукий юноша смотрел на Чжэ Хуали, стоящего возле стойки, и равнодушно говорил. — Сотни или даже тысячи людей умирают на каждом этапе, прежде чем среди Стражей Элитного Духа найдётся ученик достойный истинных учений Учителя Ло. Тем не менее, учитель оказался предвзятым и посчитал, что твои способности лучше других, поэтому отправил тебя к нижней границе учиться у Фу Жило, надеясь, что ты найдёшь свой собственный путь.

Демонический нож за спиной Чжэ Хуали задрожал, он торжественно ответил:

— Старший брат, ты лучше всех постиг навык ножа учителя, даже я тебе в этом уступаю. Тем не менее, твоё Дао ножа уступает моему. Ты всего лишь идёшь по стопам Учителя Ло. Для чего ты убил так много младших братьев и сестёр? Они могли просто исчезнуть в пустоте, ведь не несли в себе угрозы для тебя.

— Им пришлось умереть, так как они слабее меня. В противном случае я исчез бы в пустоте раньше их, — холодно ответил однорукий юноша. — Я должен убедиться, что останусь в живых последним. Чтобы достичь Дао ножа, мне пришлось не то, что убить их, а и вовсе отрубить свою собственную руку! Что касается младшего брата, я хочу понять, что в тебе увидел Учитель Ло. Я хочу знать, в чём ты лучше меня и насколько ты сильнее! Именно поэтому я оставил тебя напоследок.

Бззз!

Свет ножа засиял, мгновенно наполняя всю оружейную. Двое парней столкнулись, и ужасающая сила тут же задействовала все божественные оружия в оружейной. Их мощь освободилась, разбивая здание на кусочки!

Ещё до того, как как ужасающая сила успела разразиться, Чжэ Хуали поднял руки и повесил два своих ножа себе за спину. Выходя из руин, он даже не думал о том, чтобы оглянуться на труп однорукого парня.

Каждый его шаг казался идеально вымеренным, его длина всегда была одинаковой.

— Мои навыки ножа прошли через избиения Телом Тирана Циня и давно превзошли Учителя Ло. Даже учитель об этом не знает, не то, что ты. Я достиг Дао своим ножом и понял два неба Дао ножа. Это моё собственное Дао, мой собственный навык, в то время как ты пользуешься учениями Учителя Ло. Именно поэтому ты мёртв.

Он двинулся в сторону лагеря. Когда он увидел Цинь Му, сидящего перед дворцом вдали, его зрачки сузились.

Тот, казалось, ощутил на себе его взгляд о повернулся, улыбаясь.

Чжэ Хуали не мог удержаться, чтобы не улыбнуться, но в следующий момент насторожился: «Этот мерзавец улыбается, чтобы вынудить меня расслабиться, мне нельзя на это вестись. Он враг, от которого я должен избавиться!»

В этот момент вдали появился второй силуэт, принадлежащий Принцу Цю Мину.

— Из всех людей остались только мы трое, — принц Цю Мин взмахнул своим мечом, стряхивая с него капли крови. — Я убил несколько групп людей, ступивших на борт после нас, и обнаружил секрет, которым хотел бы с вами поделиться. — улыбнулся он. — Оказывается, неизменные константы тоже могут умереть. Я только что убил одного их них.

Глава 818. Смерть Принца

— Убил неизменную константу? — зрачки Чжэ Хуали сузились, а глаз на демоническом ноже за его спиной внезапно открылся, чтобы посмотреть на принца Цю Мина.

Крохотный человек в фонаре рассказал им о секрете неизменных констант, из-за чего между людьми на борту началась резня. Чжэ Хуали с самого начала думал, что неизменную константу можно убить.

Он просто не ожидал, что Принц Цю Мин будет на самом деле ловить и убивать других людей на борту, и даже убьёт одну из констант.

Принц Цю Мин неторопливо ответил:

— Я хотел проверить, не окажет ли убийство одной из неизменных констант какого-то влияния на нас. Возможно, это позволит выжить ещё кому-то из нас. Тем не менее, я осознал, что уже начал исчезать в пустоте. После последнего сброса часть моего совершенствования исчезла. Боюсь, мне так и не удастся проверить эту теорию.

Сердце Чжэ Хуали замерло.

Он ещё не чувствовал, что его тело начало исчезать, а значит корабль-призрак счёл Принца Цю Мина более сильным, чем он. Именно поэтому часть силы последнего исчезла после сброса.

— Яне осмелюсь избавиться от части своего совершенствования, так-ка боюсь, что умру от чьей-то руки. Поэтому я отложил все дела в сторону и отправился на ваши поиски, — улыбался принц Цю Мин. — Я спустился к нижней границе для того, чтобы избавиться от Тела Тирана Циня и других реформаторов, чтобы уничтожить угрозу, которую они строят. Чжэ Хуали, ты принадлежишь к Стражам Элитного Духа Райских Небес, а я принц райских небес. Ты мой подданый, поэтому знаешь, что должен сделать. Избавившись от Тела Тирана Циня, я отрублю часть своего совершенствования. Ты исчезнешь в пустоте, а я останусь и решу проблему призрачного корабля, даруя тебе шанс выжить.

После недолгой паузы Чжэ Хуали внезапно покачал головой:

— Яне верю тебе, я верю лишь своему ножу.

Подняв голову, он посмотрел на принца Цю Мина:

— Я иду своим собственным путём, совершенствуюсь один, а жизнь подарили мне мои родители, а не принц. Несмотря на то, что я принадлежу к Стражам Элитного Духа, я не низшая форма жизни. Я буду держать жизнь, подаренную мне моими родителями, в своих собственных руках, и не передам её кому-то другому.

Принц Цю Мин слегка нахмурился и проговорил:

— Мой способ прост, он состоит в том, чтобы избавиться от всех неизменных констант. Как только это случится, я закончу и свою жизнь.

Чжэ Хуали ошарашенно на него посмотрел.

Принц продолжил:

— Как только неизменных констант не останется, стабильность божественного искусства упадет до предела, и оно рухнет. Пока это будет происходить, мы вернёмся к своим годам, и никто не умрёт. Не волнуйся, я уверен, что смогу убить практиков из тридцати пяти оставшихся моментов времени, — тщеславным тоном проговорил он. — Ты учился у Ло Ушуана и Фу Жило, после чего достиг Дао ножа. Тем не менее, ты владеешь лишь неортодоксальными методами.

Чжэ Хуали нахмурился.

Принц Цю Мин продолжил:

— Я изучал техники Императорского Трона райских небес, меня лично учили небесные наставники райских небес. Многие люди недооценивают учеников королевской семьи и думают, что мы преследуем лишь телесные утехи, но это не так. Принцев очень много, и чтобы выделиться среди сверстников, нужно работать невероятно усердно. В противном случае принц станет фениксом без перьев, он будет слабее куриного дракона! Более того, в королевской семье идёт внутренняя борьба, в которой задействуются различные методы, так что в своей жизни я встретил не меньше опасностей, чем ты!

Почувствовав глубокое уважение, Чжэ Хуали проговорил:

— Принцу дали важное задание, а значит ы сумел пробить себе путь среди десятков тысяч других принцев.

Цю Мин улыбнулся:

— В таком случае, Чжэ Хуали, ты пойдёшь за мной?

— Нет, — равнодушно ответил Чжэ Хуали. — Даже восхищаясь тобой, я не буду клясться тебе в своей верности и полагаться на тебя. Я доверяю лишь своем ножу, я верен лишь ему.

— Почему вы, простолюдины, обретшие силу, всегда такие тщеславные и презрительные? — вздохнул принц. — Такие как вы раздражают меня больше всего, вы задираете нос просто потому, что можете. Ты думаешь, что ты талантлив, но не учитываешь того, что я родился в лучшей семье, чем ты, работал усерднее, чем ты, и что мои способности намного выше твоих. Тем не менее, несмотря на всё это, и несмотря на то, что я пытаюсь хорошо к тебе говорить, ты всё же остаёшься заносчивым и презрительным.

— Это потому… — вытащив свой нож, Чжэ Хуали бросился на него. Лезвие взмыло к небу, наполняя округу светом ножа. Его Ци напоминала длинную радугу, когда он прокричал. — Когда ты родился, у тебя было высокое положение и слава, достижения, которых мы можем не добиться, даже работая на протяжении нескольких сотен лет!

Его движение меча становилось всё быстрее и быстрее. Нож содержал его ответственность, тяжёлую работу и непоколебимую праведность!

— Ты думаешь, что быть рождённым в королевской семье — это норма, но для нас это что-то недостижимое!

— Ты думаешь, что мы заносчивы и презрительны, не понимая, сколько простолюдинов погибли и сколько костей понадобилось, чтобы построить дорогу туда, где мы сейчас!

— Ты думаешь, что ты работал очень тяжело, не понимая сколько работы пришлось проделать каждому из нас. Нам тоже нужно было ступать по трупам друзей и врагов, чтобы дойти туда, где мы сейчас!

— Следовать за тобой, помочь тебе стать одной из неизменных констант?

Демонический нож Чжэ Хуали впал в бешенство, разливаясь, будто ртуть, и становясь его кистью и чернилами. Это позволяло ему нарисовать все эмоции своего сердца.

— Если я сдамся и последую за тобой, то как буду смотреть в глаза друзьям, которые погибли рядом со мной, что я скажу тем, кто погиб от моего ножа? — громко рассмеявшись, он исполнил Великий Нож Длинного Дао. — Потомки Райского Императора обладают высокое положение уже при рождении, разве это справедливо? Почему им нельзя умирать?

Свет меча Принца Цю Мина столкнулся с его ножом, и он улыбчиво проговорил:

— Я слышал, что люди, достигшие Дао ножа, обладают удивительным героизмом. Как жаль, что я был рождён дворянином. Тем не менее, даже если бы я родился простолюдином вроде тебя, то всё равно сумел бы подняться высоко и достичь невероятного успеха! Это не самоуверенность, а…

Свет его меча внезапно засиял, напоминая тысячи серебряных иголок, молниеносно летающих по округе. Они отбивали каждый луч ножа Чжэ Хуали, блокируя все его удары.

В руке Принца Цю Мина не было меча, его тело внезапно задрожало. Сорок девять Небесных Дао появились за его спиной, и он двинулся вперёд. Вспыхнуло ужасающее божественное искусство, и его всепоглощающая сила надавила на демонический нож Чжэ Хуали.

Дворцы в лагере начали рушиться, рассыпаясь на куски под давлением его божественного искусства!

Чжэ Хуали хмыкнул и начал кашлять кровью. В следующий миг он исполнил вторую форму своего демонического ножа, пытаясь разрубить Небесное Дао.

Чи! Чи! Чи!

Серебряные иголки пронзили его грудь и вырвались с другой стороны, брызгая кровью во все стороны.

Тело Принца Цю Мина задрожало, превращаясь в видение дьявольского бога с рогами быка, лицом тигра, телом человека и бычьим хвостом, прежде чем ударить кулаком. Дьявольская Ци Юду раскатилась по округе, превращаясь в божественное искусство дьявольского пути. Огромный кулак, покрытый серебряными иголками, ударил Чжэ Хуали, отчего тот отлетел назад, сталкиваясь с дворцом неподалёку от Цинь Му.

Половина зала разрушилась от его удара.

Принц Цю Мин опустил руку и пошёл вперёд, сложив руки за спиной. Его ноги не касались земли, он парил на высоте метра над землёй. Он был не запачкан пылью, и равнодушно говорил:

— Ты усердно работал всю свою жизнь, изучая Дао ножа, прежде чем его достичь. Это просто смехотворно. Как усердно бы ты не работал, ты никогда не будешь так высоко, как-то положение, из которого я начинал. Только что я использовал лишь три движения, которые были божественными искусствами трёх разных техник Императорского Трона. Каждая из них — божественная техника, о которой ты можешь лишь мечтать! Даже если ты будешь тяжело работать всю свою жизнь, то никогда не создашь чего-то подобного, в то время как мне они достались ещё с рождения!

Чжэ Хуали выбрался из-под завалов дворца и встал, опираясь на свой демонический меч. Он тяжело дышал, на уголках его губ виднелась кровавая пена. Качаясь со стороны в сторону, он мог упасть в любой момент.

Он хотел продолжить сражение, но его травмы были слишком тяжёлыми. У него не было сил бороться.

Принц Цю Мин продолжал шагать в его сторону. Смотря на положение Чжэ Хуали, он улыбнулся:

— Истинная техника Императорского Трона позволит тебе неосознанно постичь Дао в процессе совершенствования, так же, как и освоить божественные искусства. Даже если бы моего таланта не хватило, небесные наставники создали бы условия, позволившие мне войти в Дао, они просто привели бы меня к успеху, — неторопливо говорил он. — Вы усердно работали, находясь на грани жизни и смерти, чтобы достичь подобного, даже не понимая, насколько смехотворен тот факт, что такому огромному количеству людей вроде вас приходится умереть просто чтобы достичь Дао. Ты прав, это норма!

Он внезапно остановился и посмотрел на стоящего неподалёку Цинь Му.

Колонна перед Цинь Му разрушилась во время битвы. Потеряв стих Небесной Преподобной Лин, он скривился в неприятном выражении.

— Значит Тело Тирана Цинь такой же, — улыбчиво проговорил Принц Цю Мин. — Ты достиг успехов у нижних границ, и все называют тебя Владыкой Культа и Телом Тирана, но в глазах Райских Небес ты лишь свинья, качающаяся в грязи, креветка, пытающаяся выжить в крохотном пруду.

Он посмотрел на него с жалостью в глазах:

— Для райских небес так называемое Тело Тирана, так называемый святой, появляющийся раз в пятьсот лет, и так называемая реформа Вечного Мира — анекдот. По сути, вы все кузнечики, прыгающие в кувшине, которых можно в любой момент раздавить. Несмотря на то, что мои слова вас ранят, это правда.

Цинь Му открыл ладонь, и его пилюля меча подлетела в воздух, начиная вращаться, пока он шагал вперёд.

Принц Цю Мин шагал ему навстречу, продолжая улыбаться:

— Тело Тирана Цинь, причина, по которой я спустился к нижней границе, состоит в том, чтобы раздавить кузнечиков. Сейчас как раз время начать с тебя.

Средний и указательный пальцы правой руки Цинь Му сжались, исполняя технику меча. Затем он коснулся рукой своего межбровья, отчего пилюля меча зависла на расстоянии пяти сантиметров от его лба и начала яростно кружиться.

Принц Цю Мин улыбнулся. Бесчисленные серебряные иголки подлетели к нему и соединились в его руке, превращаясь в меч.

Скорость Цинь Му становилась всё выше и выше, когда внезапно он нанёс колющий удар!

Вьюх!

Ослепительная колонна меча протянулась на десять километров вперёд!

Тело Цинь Му задрожало, принимая трёхглавую шестирукую форму. Его две новых правых руки тоже поднялись, касаясь межбровья.

Вьюх!

Вторая и третья колонны меча вспыхнули одна за другой!

Принц Цю Мин взревел, тоже принимая трехглавую шестирукую форму. Межбровья всех его трёх голов открылись, обнаруживая третий глаз. Его аура стала сильнее, чем раньше, а мощь божественного искусства увеличилась!

В тот же миг он исполнил великие божественные искусства трёх техник Императорского Трона. Все они были разными, и разразившись грубой силой, попытались остановить три движения Открытия Бедствия.

Внезапно бесчисленные мечи остановились в полёте, прежде чем начать двигаться по странным, непредсказуемым траекториям, успешно отклоняясь от трёх божественных искусств.

Вторая Форма Меча Бедствия, Восход Бедствия.

Вьюх! Вьюх! Вьюх! Раздался свист, с которым мечи пронзали физическое тело Цю Мина. На его лице появилось удивлённое выражение.

— Тело Божественного Короля Сюаньду!

Внезапно он взревел, по его телу пронёсся яркий свет. Это была техника Императорского Трона Сюаньду, известная своим физическим телом.

Свет закружился вокруг тела Цю Мина, выдавливая летающие мечи наружу. Тем не менее, парень увидел кулак Цинь Му, летящий прямо в его лицо. Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин безжалостно ударило по его телу, и даже Тело Божественного Короля Сюаньду не сумело это сдержать.

Принц Цю Мин услышал треск костей, раздавшийся изх его груди. Постепенно звук распространялся по рёбрам, прежде чем двадцать четыре ребра вырвались наружу, разлетаясь во все стороны.

Он отлетел назад.

Посмотрев вперёд, он увидел тело Цинь Му, несущееся в его сторону. В полёте последний снимал ивовый лист со своего межбровья.

Когда ивовый лист был снят, третий глаз Цинь Му открылся.

Начав кружиться вокруг противника, Цинь Му выстреливал из своего третьего глаза луч света, попадая в третий глаз на каждой из голов Цю Мина. После каждого шага он выстреливал снова.

Цинь Му сделал круг за три шага, каждая из его голов сделала выстрел, пронзая три межбровья Цю Мина.

Бум!

Принц Цю Мин упал на землю и начал катиться назад. Ему удалось стабилизировать своё положение лишь отлетев на десять шагов. Бесчисленные серебряные иголки подлетели к его руке, превращаясь в меч. Его кончик был повёрнут к земле.

— Ты… — он посмотрел на Цинь Му, когда внезапно три его головы взорвались. Безголовое тело качнулось, прежде чем упасть на землю.

— Как ты смеешь разрушать мою колонну и лишать меня возможность читать стих? — фыркнул юноша. — И ты ещё говорить собрался? Теперь мне придётся ждать следующего сброса, чтобы увидеть стих, и всё это из-за тебя! Мой дедушка глухой больше всего ненавидит таких, как ты! Тьфу, я побью тебя до смерти!

Глава 819. Давай Сделаем это Вместе!

Чжэ Хуали смотрел как Цинь Му идёт в его сторону и изо всех сил попытался встать. Подняв руку, он проговорил:

— Владыка Культа Цинь, прошу!

— Что? — озадачено спросил тот.

С серьёзным выражением лица Чжэ Хуали ответил:

— Умереть от меча Владыки Культа намного лучше, чем от рук Принца Цю Мина. Я не буду иметь ничего против, если меня убьёшь ты.

Цинь Му не знал смеяться ему, или плакать. Покачав головой, он ответил:

— Чжэ Хуали, ты ошибся.

На лице парня возникло ошарашенное выражение.

— Я здесь не для того, чтобы тебя убивать. На самом деле, если ты умрёшь здесь, у меня возникнут проблемы.

Подойдя к Чжэ Хуали, Цинь Му помог ему выбраться из-под обломков, прежде чем объяснить:

— На этой колонне написан стих, в котором кроется секрет разгадки божественного искусства корабля. Если ты продолжишь стоять здесь, то станешь с колонной одним целым, как только корабль перестроится заново. Если я убью тебя, твоя кровь запачкает слова. Разве это не значит, что мне придётся ждать до следующего сброса? Если ты хочешь умереть, сделай это где-то подальше.

Чжэ Хуали хмыкнул, уставившись на руки Цинь Му. Тот достал пузырёк драконьей слюны и начал наносить её на его раны.

— Владыка Культа Цинь, ты лечишь мои раны, — обратил его внимание Чжэ Хуали.

Только после этого Цинь Му пришёл в себя и поспешно бросил парня на землю, пробормотав себе под нос:

— Целитель относится к своим пациентам, как к собственным детям. Я просто действовал по привычке.

Раны Чжэ Хуали заболели от удара о землю, но он тут же заметил, что Цинь Му успел обработать их все. Они молниеносно заживали и больше не кровоточили.

— Ты спас меня, — в его сердце было сложное чувство. — Владыка Культа Цинь ты должен помнить, что мы враги. Мы оба были рождены простолюдинами, и должны были сражаться за то, что имеем, голыми руками. Поэтому я бы не разочаровался, умерев от твоих рук. Давай проведём битву Дао, позволь мне быть поверженным тобой по-настоящему, позволь мне умереть от твоей руки!

Цинь Му покачал головой:

— Чжэ Хуали, ты ошибаешься. Разве мы были рождены крестьянами? Возможно, если сравнивать нас с Принцем Цю Минем, то это действительно так, тем не менее, сравнивая нас с обычными людьми, мы были рождены с серебряной ложкой во рту. Ты потомок бога с удивительным талантом. Тебя учил Ло Ушуан, а также дьявольские боги вроде Фу Жило. У кого из простых людей были такие условия?

Чжэ Хуали был слегка ошеломлён.

Цинь Му продолжил:

— Несмотря на то, что я брошенный ребёнок из великих руин, меня учили девять стариков деревни Цань Лао, у меня было девять выдающихся учителей. Более того, я Сын Юду и потомок Императора-Основателя. У меня тоже есть статус и положение, хоть с них и не слишком много толку. Более того, я Тело Тирана, — он покачал головой. — Разве нас можно назвать простолюдинами? Настоящие простолюдины — это люди, чьи родители работают с утра до ночи, и всё равно не могут себя прокормить. Живя в такой семье, трехразовое питание — это роскошь, а выживание — проблема. Некоторые места кишат тиграми и волками, и родители могут не вернуться вечером, отправившись на поиски пищи. Люди, рождённые там, до сих пор тяжело работают лишь для того, чтобы выжить вот он настоящие простолюдины.

Он спокойно добавил:

— Подобные люди не имеют доступа к таким условиям и возможностям, как мы. Они сталкиваются с бесчисленными ловушками, провалами, и борьбой, прежде чем наконец достичь успеха. Нас нельзя считать героями-простолюдинами, а их можно.

Чжэ Хуали встал и опустил голову, задумавшись. Кивнув, он ответил:

— Владыка Культа Цинь невероятно прав. В сравнении с ними мы больше похожи на противного принца Цю Мина.

— Реформа Вечного Мира пытается изменить эту ситуацию, — пристально посмотрев на него, проговорил Цинь Му. — Цель реформы состоит в том, чтобы задействовать талант каждого человека наилучшим образом, и воспользоваться всем, что есть. Все могут получить должное образование благодаря популяризации начальных школ и колледжей. Передавай пути, навыки и божественные искусства, можно помочь простолюдинам избежать проблем на их пути к становлению героями, позволяя всем развить свой потенциал и талант! — он был немного взволнован. — Эта реформа нацелена на то, чтобы снять богов с их высоты. Вместо этого они обретут свои собственные обязанности и будут работать в меру своих сил. Если подумать, то в небе Империи Вечного Мира будущего будут летать бесчисленные корабли, доставляя товары туда-сюда, она станет роскошно! Все смогут говорить друг с другом на расстоянии десятков тысяч километров, они смогут подниматься к звёздам и спускаться на морское дно, чтобы ловить черепах, воплощая свой талант как захотят! Они смогут строить роскошные здания и общаться с разными небесами и мирами. Искусство достигнет удивительных высот, и огромное количество людей будут использовать свой разум, улучшая жизнь других! Чжэ Хуали…

Чжэ Хуали ошарашенно на него смотрел, когда Цинь Му горячо проговорил:

— Ты слышал о Небесном Святом Культе?

Чжэ Хуали широко открыл рот и глаза.

— Давай сделаем это вместе! — Цинь Му схватил его за плечи и потряс. — Давай вместе будем идти к цели! Как бы сильно ты не старался, чего тебе удастся достичь на тех порочных райских небесах? Даже если ты доберёшься до вершины, то всего лишь станешь как Ло Ушуан и возглавишь Стражей Элитного Духа. Над тобой будет огромное количество дворян, и ты будешь вынужден преклонять голову каждый раз, когда встретишь кого-то вроде Принца Цю Мина. Будущее Вечного Мира другое. Ты сможешь обрести больше ответственности и даже больше возможностей!

Голова Чжэ Хуали начала кружиться от того, как Цинь Му ним тряс, он с трудом пытался стабилизироваться. Между тем он пытался успокоить своё сердце Дао:

— Владыка Культа Цинь, позволь мне немного подумать…

Отпустив Чжэ Хуали, Цинь Му крепко сжал кулаки, подбадривая его и шепча ему на ухо:

— Подумай о своей мечте. Загляни в своё сердце и подумай, какую цель ты хочешь преследовать!

Мысли Чжэ Хуали запутались. Он чувствовал, что сказанное Цинь Му звучало очень хорошо, услышанное и вправду задело его сердце, поэтому он неосознанно кивнул:

— Я тоже чувствую, что нижняя граница намного интереснее верхней… Тем не менее, мы застряли на этом призрачном корабле, и скорее всего не сможем выбраться на свободу, так что какой смысл об этом говорить?

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Мы можем выбраться. Разве ты не заметил? Я сильнее чем ты и Принц Цю Мин, тем не менее, я на начал исчезать.

Чжэ Хуали хмыкнув, почувствовав, что согласился слишком рано: «Этот негодяй не знает, что такое унижение!»

— Божественное искусство Небесной Преподобной Лин превратило этот корабль в призрак, тем не менее, несмотря на то что оно выглядит сильным, оно всё же построено на основе божественного искусства создания. Оно обращает вещество вспять, вынуждая его оставаться в неизменном состоянии! Тем не менее, когда она его исполнила, ей не хватило магической силы, поэтому она не смогла полностью достичь успеха.

Внезапно, свет вспыхнул снова, потопляя их.

Глаза Цинь Му загорелись, он был крайне взволнован. Начав блуждать туда-сюда по свету, он продолжал объяснять:

— Вещество призрачного корабля до сих пор меняется, тем не менее, когда оно достигает определённого момента, божественное искусство вспыхивает снова, перестраивая вещество призрачного корабля и возвращая его к исходному положению.

Свет погас, и разрушенные дворцы вокруг вернулись к норме. Столб со стихом тоже собрался обратно.

Судя по виду Цинь Му, он так и не начал исчезать, и продолжил возбуждённо шагать вокруг Чжэ Хуали:

— Подобная перестройка вызывает перемещение в пространстве и времени, тридцать шесть таких перемещения формируют цикл. Каждый из тридцати шести сбросов — это маленький цикл. Пережив их, можно вернуться к исходному положению! Я понятно объяснил?

Чжэ Хуали смотрел на него с широко открытыми глазами, придя в себя лишь спустя некоторое время. Он поспешно покачал головой.

Цинь Му продолжил:

— Я подстроился к под частоту вещества этого корабля-призрака, и теперь божественное искусство Небесной Преподобной Лин считает, что я часть корабля. Благодаря этому я не исчезну, и из числа тех, кто спустился на борт, остаться удастся как мне, так и тебе. Понимаешь?

Чжэ Хуали продолжал смотреть на него широко открытыми глазами. Демонический нож за его спиной тоже уставился на Цинь Му пустым взглядом.

— Понимаю, — выражение парня наконец пришло в норму, и он уверенно проговорил. —Услышать одно предложение от тебя лучше, чем учиться на протяжении десяти лет. Владыка культа действительно владеет высшей мудростью. Удивительно, удивительно!

Цинь Му был крайне доволен.

Демонический нож за спиной Чжэ Хуали до сих пор смотрел на него в оцепенении. Он ещё не пришёл в себя.

«Если я скажу, что не понимаю, разве он не начнёт меня недооценивать? — думал про себя Чжэ Хуали. — Встречаясь с подобными сумасшедшими исследователями, мне стоит вести себя так, будто я их понимаю, даже если это не так. В любом случае, тот факт, что мои знания не слишком глубоки, всплывёт только если я буду вмешиваться в процесс.»

— И у нас есть отличная возможность покинуть этот корабль, — взволнованность Цинь Му становилась всё сильнее. — Она возникнет, когда изменения вещества будут наиболее ощутимыми! Когда это произойдёт? Во время первого перемещения во времени корабля. Тогда все Стражи Пернатого Леса исчезли в пустоте! Если моя догадка верна, то боюсь, что в тот момент Чёрная Черепаха, Зелёный Дракон, Красная Птица и Белый Тигр, четыре древних божества, одновременно спустились на борт и оставили здесь свои печати.

Чжэ Хуали потёр ладони и похвалил:

— Брат Цинь Му и вправду удивителен!

Демонический нож за его спиной до сих пор был ошеломлён.

Цинь Му восторженно ответил:

— Старший Брат Чжэ Хуали и вправду человек, способный меня понять, ты сразу же всё уловил. Когда четыре божества спустились исследовать путешествия во времени Стражей Пернатого Леса, они погрузились на корабль и вызвали огромные изменения в его веществе. Стражи Пернатого Леса исчезли в пустоте и оказались в состоянии невидимости. Божественное искусство Небесной Преподобной Лин вспыхнуло на полную силу и столкнулось с Четырьмя Божествами. В этот момент времени мы заимствуем силу четырёх божеств, чтобы решить её божественное искусство! Как только это будет сделано, нам удастся спасти людей, исчезнувших в пустоте, и вернуться в своё собственное время!

Чжэ Хуали понял лишь последнее предложение, и улыбчиво спросил:

— Владыка Культа Цинь, что же мы должны делать?

— Беречь свои жизни! — с торжественным выражением лица прошептал юноша. — Пока что мы должны беречь свои жизни. Я прав, Линь Сяо?

Чжэ Хуали ошарашено дрогнул и огляделся. Внезапно его взгляд остановился на фонаре, свисающем с мачты.

Дверца фонаря открылась, и из-за неё показался крошечный человек с головой птицы. За его спиной сияло яркое солнце.

Потирая ладони, человек в фонаре похвалил:

— Как и следовало ожидать от Небесного Преподобного Му, одного из десяти Небесных Преподобных! Всего за несколько малых циклов ты придумал решение! Я пробовал метод Принца Цю Мина убить все неизменные константы, но он не сработал. Единственный эффективный способ то скорее всего то, что придумал ты.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Тем не менее, будучи доверенным помощником Небесной Императрицы, ты не можешь позволить кому-либо выбраться с этого корабля, чтобы её тайна оставалась нераскрытой.

Крохотный человек вздохнул:

— Именно. Все неизменные константы должны умереть, они должны умереть.

Цинь Му неожиданно спросил:

— В таком случае, Линь Сяо, ты ещё помнишь сколько циклов провёл на этом корабле?

Крохотный человек был слегка ошеломлён, не понимая о чём спрашивает Цинь Му.

Юноша улыбчиво продолжил:

— Каждый раз, когда этот корабль проходит через малый цикл, на его борт спускается группа людей. Это показывает, что на самом деле они не умирают. После того как они гибнут или исчезают в пустоте, они всё равно возвращаются к жизни после следующего большого цикла и снова спускаются на бот. Вещество этого корабля постоянно, оно не увеличивается, не уменьшается, не изменяется и не двигается,

— это и есть божественным искусством Небесной Преподобной Лин. В таком случае, если бы ты каждый раз доставлял Цзюэ Учэнь на борт, то разве бы ты существовал в таком виде, в котором находишься сейчас?

Свет в фонаре внезапно стал невероятно ярким, и человечек в фонаре начал нервничать.

Цинь Му улыбнулся и неспешно проговорил:

— Когда наступит время, то сегодняшний ты исчезнешь и станешь той версией себя, которая только что спустилась на бот. Вместе со своими напарниками ты притащишь сюда Цзюэ Учэнь и повторите всё, что сделали. Сколько раз это случалось?

Крохотный человек улыбнулся:

— Я помню все циклы…

— Нет, не помнишь, — презрительно ответил Цинь Му. — Будь это не так, то и я бы помнил сколько больших циклов пережил. Все из неизменных констант помнили бы о них. Тем не менее, ты убивал их снова и снова, а значит не помнишь об этом, как и они. Единственный, у кого остались хоть какие-то воспоминания, — это Граф Драконов, тот сумасшедший старый дракон, слившийся с кораблём. Тем не менее, даже его воспоминания не полны.

Зрачки крохотного человека в фонаре сжались, внезапно он рассмеялся, хихикая, будто курица:

— И всё равно ты очень скоро умрёшь. После тридцати шести циклов ты воскреснешь, и я снова тебя убью!

В фонаре засиял яркий свет, и солнце внутри него закружилось. Ужасающая волна силы пронеслась там, где стоял Цинь Му, уничтожая всё под собой!

Крохотный человек в фонаре бросился вперёд, увидев, что Цинь Му и Чжэ Хуали исчезли!

Цинь Му исполнил своё божественное искусство мгновенного перемещения, уносясь прочь вместе с Чжэ Хуали. Он быстро проговорил:

— тот парень избавился от части своего совершенствования, тем не менее, он всё равно силён, как бог. Он сумел выстоять удар старейшины и не умереть. Нам нужно найти безопасное место и дождаться, пока он не сбросится. Когда это произойдёт, он не будет о нас помнить…

Внезапно луч света пронёсся мимо них, испаряя всё, к чему касался:

— Спрятаться? Я знаю этот корабль как свои пять пальцев, где вы спрячетесь?

Покачав головой, Чжэ Хуали проговорил:

— Владыка Культа Цинь, если мы будем работать весте, то разве не сможешь убить этого куриного дракона?

Цинь Му ошеломлённо посмотрел ему в глаза, прежде чем покачать головой:

— Работая вместе с Сюй Шэнхуа, я мог сразиться с богом. Тем не менее, ты не Сюй Шэнхуа…

Чжэ Хуали хмыкнул, его боевой дух загорелся:

— Я слабее Сюя Шэнхуа? Не смей меня недооценивать!

Глава 820. Убить Бога

Работать вместе с Чжэ Хуали, чтобы убить бога?

Цинь Му нерешительно бормотал себе под нос. Он и Сюй Шэнхуа отлично знали друг друга, они оба обладали выдающимся умом, поэтому могли предвидеть действия друг друга и отреагировать соответственно. Даже не тренируясь, им удалось достичь удивительной координации и справиться с сильным противником.

Что касалось Чжэ Хуали, его навыки ножа и Дао ножа не вызывали у Цинь Му беспокойства. Он волновался исключительно из-a того, что тот не сможет успеть за его мыслями так, как Сюй Шэнхуа.

Если ему это не удастся, им будет сложно достичь идеальной координации.

Если бы они столкнулись с обычным богом, это не стало бы проблемой. Тем не менее, Линь Сяо находился в невероятно высокой области, именно он отрубил часть своих сил, опускаясь до области уважаемого бога.

Несмотря на то, что его область снизилась, его знания и горизонты сильно превосходили любого почётного бога, поэтому он сумел сбежать от меча старейшины.

Более того, совершенствование, от которого он избавился, превратилось в маленькое солнце внутри его фонаря, содержащее в себе ужасающую энергию, которая сумела прожечь огромную дыру в Рисунках Меча старейшины!

Если эта энергия до сих пор не исчерпалась, можно было представить, насколько сильным Линь Сяо был в свои лучшие времена!

Если их координация окажется недостаточно хорошей, они погибнут!

Внезапно Цинь Му снова выполнил божественное искусство мгновенного перемещений, и в следующий миг засиял яркий луч света, испаряя то место, где они только что стояли.

Фонарь летел вперёд, а крохотный человек внутри него осматривался по сторонам, не в силах заметить их следов. Хихикая, он проговорил:

— Где вы спрячетесь? Я знаю все уголки корабля. Вам некуда бежать, негде прятаться!

Крохотный человек вылетел их фонаря и приземлился на крыше одного из залов. Он взмахнул крыльями, и фонарь раскрылся. Солнце вылетело наружу, падая в его когти.

Тело мужчины начало расти на ветру, солнце под его лапами тоже стремительно увеличивалось. Вскоре его рост достиг трёхсот метров, у него была куриная голова, тело человека, драконья чешуя на шее, и разноцветные перья на спине. Яростно взмахивая крыльями, он поднял голову, начав кудахтать.

Пение Петуха на Рассвете!

Крохотное солнце под его когтями тоже достигло трёхсот метров в диаметре, и становилось всё ярче по мере его кудахтанья. Золотые лучи, длиной в несколько километров. Разлетелись во все стороны, будто мечи.

Чи! Чи! Чи! Золотые лучи пронзали дворцы корабля призрака, покрывая их дырами. В земле тоже появились бесчисленные отверстия, отчего она начала напоминать сито!

Линь Сяо взмахнул крыльями, и солнце под его ногами начало катиться вслед за его телом. Золотой свет упал на землю, сравнивая дворцы с землёй. Затем они загорелись от ярких лучей, начиная полыхать.

Уничтожая всё на своём пути, Линь Сяо улыбчиво говорил:

— Небесный Преподобный Му! Нет смысла прятаться, покажись!

Вдали от него вспыхнул свет. Цинь Му и Чжэ Хуали внезапно появились внутри зала, где находился гроб Небесной Императрицы.

— Линь Сяо скоро доберётся сюда, — отпустив Чжэ Хуали из своей хватки, Цинь Му начала быстро ходить по залу. — Чжэ Хуали, насколько хорошее у тебя ощущение пространства?

Чжэ Хуали растерялся, не понимая, что тот имеет в виду. Он искренне ответил:

— Несмотря на то, что у меня хорошие навыки ножа, я должен отлично ощущать пространство, чтобы их исполнить. Мы с тобой уже сражались, поэтому ты должен знать, что мой навык требует тщательного расчёта каждого уголка поля боя. Лишь благодаря этому мне удастся идеально исполнить свой навык.

Цинь Му кивнул и внезапно остановился, сильно топнув ногой о землю.

Посмотрев на него, Чжэ Хуали увидел, как жизненная Ци вытекает из-под его ног, превращаясь на руны, отбивающиеся на земле после каждого шага.

Эти руны были крайне сложными, в них крылась удивительная логика, которую Чжэ Хуали не слишком хорошо понимал.

Цинь Му двигался вперёд, назад, влево и вправо, носясь туда-сюда по площади в двадцать метров. Внезапно, раздался громкий хруст, и в земле открылся тоннель.

Чжэ Хуали ошарашенно застыл. К этому времени Цинь Му уже спустился в тоннель и помахал ему рукой. Поспешно бросившись следом, он тихо спросил:

— Владыка Культа, откуда ты знал, что тут есть проход?

— Должно быть, этот корабль спроектировал мой старший брать, так как его строение сильно напоминает летающий корабль моего Небесного Святого Культа. Исходя их строения моего дома, тоннель, ведущий к трюму корабля, должен быть расположен именно здесь, так что я решил это проверить, — улыбчиво проговорил Цинь Му. — Раньше я ковал летающие корабли для Вечного Мира, так что отлично разбираюсь в их конструкции.

Немного помолчав, Чжэ Хуали внезапно спросил: — Владыка Культа, есть что-то, чего ты раньше не делал?

Они спустились в трюм, ошарашенно застыв перед открывшимся впереди видом.

Они увидели гигантские драконьи кости, выстроенные с юга на север, проходя через весь корпус корабля. Несмотря на то, что от дракона остался лишь скелет, он всё ещё сверкал золотом, освещая всю внутреннюю часть корабля.

Помимо костей дракона, здесь также были ребра куня, выложенные сверху на костях дракона. Их покрывали всевозможные руны странных зверей. Зажигаясь, они отчётливо бросались в глаза в золотом свету драконьего скелета.

Потолок, находящийся под палубой, был покрыт разноцветными перьями феникса. Они выглядели, как радужные тучи в небе.

— Отличный корабль, — в унисон воскликнули юноши.

Цинь Му остановился и достал пилюлю меча, осматривая окрестности:

— Я никогда не заводил ребёнка. Имперский Наставник показывал мне книгу, в которой было сказано, как это сделать, и мужчина с женщиной на картинках выглядели очень постыдно.

Наклонив голову, он покраснел, вспоминая тех мужчину и женщину.

Чжэ Хуали и демонический нож открыли глаза и уставились на Цинь Му, не зная смеяться им или плакать.

Палец Цинь Му осторожно щёлкнул, испуская серебряную нить, чтобы измерить внутреннее пространство корабля. Измерив длину и окружность костей дракона и куня, он вскоре получив все нужные данные.

Снаружи тоннеля засиял свет, Линь Сяо и его солнце пролетели над залом. Свет меча, испускаемый солнцем, мгновенно разрушил строение.

Вскоре зал обрушится, и тоннель станет виден.

Цинь Му крепко сжал пилюлю меча в своей руке и закрыл глаза. Спустя некоторое время его глаза открылись, а пилюля превратилась в меч сокровищ!

Юноша подлетел в воздух и выпрямился, начиная бежать по внутренней части корабля с мечом в руке. Он выглядел довольно грациозно, в то время как его меч начал напоминать плывущего дракона, исполняя всевозможные движения. Будто героичный учёный с мечом вместо кисти, он брызгал чернилами по костям дракона и куня. Используя корпус корабля в качестве бумаги, он сеял вокруг свои писания, дав волю чувствам!

В следующий миг он улетел в небо, двигаясь параллельно потолку. Его меч быстро двигался, нанося руны на щели между разноцветными перьями.

Вьюх!

Цинь Му начал спускаться. Когда его тело было за десять метров от земли, его запястье задрожало, взмахивая мечом чтобы начать рисовать на полу.

Звуки ударов меча раздавались один за другим. Внутреннее пространство корабля было невероятно широким, протягиваясь на триста метров. Цинь Му ударял мечом вблизи от пола, лучи его оружия сыпались вниз, будто дождь. Вскоре он двинулся с юга на север, нанося бесчисленные руны.

Его силуэт внезапно остановился, повисая в воздухе.

Чжэ Хуали огляделся по сторонам, увидев всевозможные виды рун, отчётливо отбившиеся на костях дракона. На потолке тоже появились рисунки из рун, протянувшиеся с юга не север.

На нескольких рёбрах куня тоже были отпечатки рун.

Тем не менее, корпус корабля был попросту слишком огромным, поэтому Цинь Му мог покрыть рунами лишь небольшой участок, оставляя без внимания огромное количество мест.

— Владыка Культа, для чего ты это сделал?

Грудь Цинь Му тяжело поднималась вверх-вниз. Меч сокровищ в его руках внезапно сжался обратно в пилюлю.

В следующий миг пилюля взорвалась!

Бесчисленные лучи меча наполнили внутреннее пространство корабля, вдвигаясь вперёд-назад. Руны, оставленные загорелись и ослепили их глаза. Казалось, что летающие мечи активировали их силу!

Свет бесчисленных рун упал отбился от летающих мечей, отчего в небе, на земле и стенах начали появляться всё больше и больше рун. Их построения становились всё более сложными!

Чжэ Хуали был ошеломлён. Лучи меча внезапно исчезли, превращаясь обратно в пилюлю, повисшей перед межбровьем Цинь Му.

Между тем внутри корабля продолжали танцевать бесчисленные руны!

Пальцы меча левой и правой рук Цинь Му сложились вместе, а большой палец надавил на безымянный и мизинец.

Пальцы меча его правой руки располагались вертикально перед его межбровьем, в то время как пальцы меча левой придерживали её запястье. Обе руки медленно опускались вниз.

Между тем из-за его спины показались видения рук, будто он внезапно отрастил себе тысячу конечностей и исполнил ними техники меча. Поочерёдно. Все они объединились с его руками.

В конце концов сидения тысяч рук исчезли.

— Стоп!

Цинь Му воскликнул низким тоном, прибивая появившиеся руны к потолку, полу и четырём стенам. Спустя некоторое время их сияние угасло, сформировав семьдесят два уникальных рисунка.

Цинь Му приземлился с неба, задыхаясь. Он упал на одно колено, его жизненная Ци была заметно истощена.

— Владыка Культа Цинь, ты разделил своё Дао меча на части и отбил его на внутреннем пространстве корабля?

Осмотрев семьдесят два медленно угасающих рисунка, Чжэ Хуали восторженно проговорил:

— Нет, здесь не только божественное искусство Дао меча, а и божественные искусства Дао боевого пути, навыков построений и ножа…

Ээм, а ещё здесь есть божественное искусство Магнетизма! Я видел что-то подобное во дворце Матери Земли! Должно быть, ты использовал навыки Дао живописи, чтобы объединить всё это в семидесяти двух рисунках, создавая семьдесят два божественных искусства! Вместе они являются цепью убийственных построений! Твои знания очень разносторонни!

Цинь Му кивнул, исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана в попытке восстановить свою жизненную Ци. Его голос стал слегка хриплым:

— Теперь, когда построение готово, а моя жизненная Ци истощена, я могу полагаться исключительно на тебя. Чжэ Хуали, тебе хватит уверенности слиться с моим построением и отрубить голову того куриного дракона?

Сделав глубокий вдох, Чжэ Хуали спокойно проговорил:

— Владыка Культа Цинь уже сделал девяносто процентов работы в битве с богом. Мне остаётся лишь отрубить его голову. Если я не смогу этого сделать, то разве у меня будет право конкурировать с Сюй Шэнхуа? Конкурировать с тобой?

Цинь Му улыбнулся.

В этот момент их тоннеля раздалась череда громких взрывов и донёсся голос Линь Сяо:

— Я пробыл на этом корабле столько времени, но так и не нашёл входа во внутреннюю часть корабля. Никогда бы не подумал, что Небесный Преподобный Му сможет это сделать. Как впечатляюще. По правде говоря, когда я услышал, как ты говорил тому богу меча, что являешься Небесным Преподобным Му, я был слегка ошеломлён. Никогда бы не подумал, что здесь удастся поймать крупную рыбу!

Он был невероятно взволнован.

Когда Линь Сяо взмахнул крыльями и подлетел в воздух, раздался яркий свет. Солнце под его лапами со свистом влетело во внутреннюю часть корабля, и его испепеляющий свет превратился в лучи мечей, выстрелившие во все стороны.

Внезапно свет меча застыл в небе, золотые лучи остановились в полёте.

Линь Сяо расправил крылья и медленно приземлился на огромное солнце. Его когти крепко вцепились в звезду, и он взволнованно посмотрел на юношей.

Бум! Бум! Бум!

Огромное солнце завибрировало, испуская ещё больше и больше лучей, нацелившихся на Цинь Му и Чжэ Хуали.

— Небесный Император и другие боги одарили Юя, Хао, Лин, Юз, Ю Му и Циня, девятерых небесных преподобных, обладающих удивительными способностями, — Линь Сяо уставился на Цинь Му, не обращая внимания на Чжэ Хуали. — Репутация Девяти Небесных Преподобных попросту слишком хороша. Небесный Преподобный Хао уже стал Небесным Императором Хао и возглавил Райские Небеса Ханя, другие тоже не менее выдающиеся. А вот от Небесных Преподобных Му и Циня ни слуху, ни духу. Вы оба время от времени появляетесь, тем не менее, я совершенно не ожидал встретить Небесного Преподобного Му, пришедшего с будущих поколений, на этом корабле! Куд-кудах!

На лице Чжэ Хуали возникло ошарашенное выражение.

Цинь Му равнодушно ответил:

— Не знаю, чему ты радуешься. Линь Сяо, ты знал, что в будущем такие как ты будут лишь пищей?

— Ложь! — драконья чешуя на шее Линь Сяо встала дыбом, из-под неё показалось перья. Его физическое тело быстро увеличилось в размерах, и он захихикал. — куриные драконы — потомки золотой курицы и божественного дракона. Мы контролируем движение солнца, у нас высокая родословная, ставящая нас выше других. Это вы, люди, — пища!

— Атакуй! — внезапно прокричал Цинь Му, и вся внутренняя часть корабля стала невероятно яркой. В этот миг семьдесят два рисунка разразились силой!

Одним из построений было божественное искусство магнетизма, из-за которого физическое тело Линь Сяо мгновенно стало невероятно тяжёлым, будто на него надавила гора Сумеру. Под этим давлением он и его солнца тут же упали на землю!

Остальные построения вспыхнули следом, и всевозможные божественные искусства бомбардировали подавленного Линь Сяо со всех сторон!

Внутренняя часть корабля едва не разорвалась из-за мощи этих божественных искусств, пролетая, они искривляли пространство под собой в различные формы, отчего по нём было сложно передвигаться!

Вытащил свой демонический нож, Чжэ Хуали пробудив своё совершенствование. Достигнув Дао ножа, он мог почти мгновенно оказаться на вершине своих способностей!

В этот момент его окутал свет божественного искусства мгновенного перемещения.

Чжэ Хуали, казалось, переместился в мир внутри картины, пространство которого двигалось вверх-вниз и непрерывно дрожало.

Теперь он понял почему Цинь Му спрашивал о его чувстве пространства. В этот момент он полностью потерял ощущение направления из-за мучений, вызванных божественным искусством мгновенного перемещения.

Сопротивляясь желанию блевать, он яростно исполнил навык ножа, прилагая все свои силы.

Вьюх!

Силуэт Чжэ Хуали появился рядом с избитым птицеголовым богом, и парень громко взревел. Сделав шаг вперёд, он поднял свой нож и освободил всю его мощь!

В глазах Линь Сяо до сих пор виднелся ошеломлённый взгляд. В следующий миг его голова подлетела в воздух и брызнула божественная кровь.

Глава 821. Следуйте за Мной в Бой

Изначально Линь Сяо мог отбиться от семидесяти двух построений Цинь Му, поэтому юноша первым делом подавил его божественным искусством магнетизма. Затем разразилась сила построений, покрывая его тело ранениями.

Тем не менее он, в конце концов, был богом, и даже потеряв высокую область совершенствования, его горизонты и познания стались. Его всего лишь удалось застать врасплох.

Его отрубленное совершенствование было превращено в солнце, с помощью которого он мог с лёгкостью разбить построения Цинь Му.

Это солнце разрушило даже Рисунки Меча старейшины, не говоря уже о построениях Цинь Му.

Тем не менее, нож Чжэ Хуали взмыл вовремя, и успел отрубить его голову!

С точки зрения координации, только Сюй Шэнхуа был ровней Цинь Му. Ход мыслей Чжэ Хуали не мог успеть за Цинь Му, поэтому последнему пришлось преждевременно создать построения и превратить своё совершенствование и божественные искусства в ловушку для Динь Сяо.

Сила построений была невероятно высокой, и когда семьдесят два божественных искусства вспыхнули, они даже превзошли непосредственную атаку Цинь Му. Тем не менее, построения не были живы, и могли лишь подавить Линь Сяо на некоторое время, а не одолеть его в бою. Именно в этот момент за работу взялся Чжэ Хуали.

Семьдесят два построения использовались только для того, чтобы создать возможность для Чжэ Хуали.

Чжэ Хуали никогда не смог бы пробраться сквозь построения Цинь Му и воспользоваться ею. Если бы на его месте оказался Сюй Шэнхуа, тот смог бы понять их суть и с лёгкостью сделать всё самостоятельно.

Из-за этого последним построением Цинь Му было божественное искусство мгновенного перемещения, которое перенесло Чжэ Хуали сквозь стену убийственных построений и позволяя ему воспользоваться появившейся возможностью.

Это и было причиной, по которой Чжэ Хуали сказал, что Цинь Му уже сделал девяносто процентов работы в битве с богом.

Как только Линь Сяо был убит, его солнце вышло из-под контроля и разразилось испепеляющими огнями, напоминающими высокие волны, перекатывающиеся через горы и переворачивающие море. Использовав остатки своей магической силы, Цинь Му переместил себя и Чжэ Хуали прочь.

Разразилась волна света, накрывая собой Цинь Му и Чжэ Хуали. Божественное искусство мгновенного перемещения со свистом унесло их из внутренней части корабля.

В следующий миг парочка появилась снаружи тоннеля, увидев огненный столб высотой в несколько сотен километров, вырвавшийся из-под земли. Зрелище было поистине удивительным.

Спустя некоторое время огненный столб исчез.

Чжэ Хуали и Цинь Му споткнулись, упав на землю. Так как Чжэ Хуали сильно нервничал и использовал слишком много силы, его тело дрожало. Его ноги подкашивались, а демонический нож непрерывно вибрировал.

Цинь Му был слаб, потому что исчерпал всю свою жизненную Ци и магическую силу, так что у него не осталось выбора, кроме как сесть на землю и отдохнуть.

Чжэ Хуали заглянул внутрь тоннеля, заметив там очаги пламени, не успевшие погаснуть.

Тем не менее, в воздухе начал витать аппетитный аромат вареного мяса.

Глотнув слюну, Чжэ Хуали взглянув на Цинь Му:

— Владыка Культа, ты уже ел мясо куриных драконов, верно? А куриного дракона, достигшего области бога, ты ел?

Воспряв духом, Цинь Му покачал головой:

— Не ел.

— Чжэ Хуали намекнул:

— Там есть один, и он уже приготовлен. Я даже чувствую его запах.

Дрожа, Цинь Му поднялся на ноги и улыбчиво проговорил:

— Этот куриный дракон очень большой, можно просто отрезать сгоревшие части, остальное должно быть сочным и нежным. У меня есть с собой немного соли, уксуса и других приправ.

— У меня тоже!

Они переглянулись, прежде чем внезапно разразиться смехом, их смех пронёсся на огромное расстояние.

Вскоре они перестали смеяться, выбившись из сил. Помогая друг другу, они медленно зашагали внутрь тоннеля.

Спустя некоторое время изнутри раздались удивлённые крики:

— Твой демонический нож тоже ест? Это вообще нож?

— Этот демонический нож на самом деле является формой жизни из моих райских небес, его зовут Драконий Зуб. Следуя за учителем Ло по восточных Небеса, я заполучил его на горе Непостижимых Сокровищ… Ммм, как вкусно! Учитель Ло говорил, что Восточные Небеса являются землями Великого Императора Цин Луна, чья жизненная сила удивительна, а зубы растут с невероятной скоростью, отчего ему приходится часто их острить, для чего он использует Гору Непостижимых Сокровищ. Эта гора невероятно крепка, и время от времени его зубы о неё ломаются, вследствие чего и рождаются такие существа, как Драконий Зуб. Большинство людей, изучающих навыки ножа на райских небесах, отправляются туда в поисках сокровищ. Там не менее, лишь немногим из них везёт.

— Гора Непостижимых Сокровищ? Гора, способная сломать даже зубы Великого Императора Цин Луня Восточных небес и есть сокровищем! Как только я побываю в Восточных Небесах. Я обязательно прихвачу эту гору с собой, чтобы сделать из неё что-то полезное!

— Ты не сможешь её поднять, эта гора не меньше, чем Сумеру… Это печень дракона, не ешь её пока, у неё странный вкус, но у меня есть с собой лук и имбирь… У тебя случайно нет зелёной фасоли и горького чили?

— Чжэ Хуали, твои кулинарные навыки очень хороши!

— Мне пришлось научиться готовить. Когда я совершенствовался с Фу Жило, пища дьявольской расы оказалась не такой, как у нас, поэтому я готовил самостоятельно.

***

Спустя долгое время два парня с огромными животами, поддерживая друг друга, с трудом выбрались из тоннеля. Затем они уселись на земле, пыхтя от переедания.

Пока они ели, наступил новый цикл и дворец с гробом Небесной Императрицы отстроился. Животы Цинь Му и Чжэ Хуали стали круглыми, даже демонический нож растолстел. Он находился в ножнах, поэтому было сложно определить, стало ли его лезвие толще.

Выкарабкавшись из зала, Цинь Му опёрся на колонну, и прищурено осмотрелся.

Райская Река продолжала течь, а на западе заходило солнце, красиво освещая воду. Красный оттенок на её поверхности напоминал женские румяна, а цвет солнца выглядел как красные губы девушки.

— Интересно, какая сейчас эпоха, — Чжэ Хуали съел слишком много, ему было сложно передвигаться. Сел на каменные ступени, он спросил. — Владыка Культа Цинь, если ты не знаешь какой из циклов первый, откуда тебя уверенность в решении божественного искусства Небесной Преподобной Лин?

— Цикл, в котором на борт спустятся Четыре Божества, и есть первым, — со спокойным выражением лица ответил юноша. — В тот момент как это произойдёт, Стражи Пернатого Леса превратятся в пустоту. Как только они станут настоящими, мы будем знать, что начался первый цикл. Это также будет обозначать скорое появление Четырёх Божеств.

Сердце Чжэ Хуали сжалось, он серьёзно проговорил:

— Раньше ты говорил, что знаешь, как воспользоваться силой Четырёх Божеств для того, чтобы разрушить божественное искусство Небесной Преподобной Лин. Насколько сильны Четыре Божества? Ты уверен, что у тебя всё получится?

Цинь Му улыбнулся и неторопливо ответил:

— Спустившись на бот, Четыре Божества не оказались в ловушке, они ведь сумели спустить на нас бедствия, а Ди Июэ искала у них знания, следовательно, у нас всё получилось.

Ошеломлённый, Чжэ Хуали подумал о главном моменте:

— А что насчёт Линь Сяо? Он придёт сюда раньше, чем Четыре Божества, верно? На котором из циклов это случится? Способности этого парня очень высоки, если он снова тут появится, мы не сможем с ним разобраться. Если он сможет сбежать из божественного искусства, у нас будут проблемы

— Узнать, когда он придёт на корабль очень просто, — Цинь Му погладил свой выпуклый живот и улыбнулся. — как только наши животы сдуются, мы будем знать, что наступил цикл, в котором появится Линь Сяо. Даже если он сможет выбраться, у него не будет воспоминаний о случившемся. Самым ужасающим является тот факт…

Чжэ Хуали посмотрел на Цинь Му и заметил его улыбку. По спине парня тут же пробежались мурашки.

Цинь Му равнодушно продолжал:

— Он здесь для того, чтобы спрятать тело Цзюэ Учэнь. Даже если божественное искусство Небесной Преподобной Лин будет нарушено, он всё равно снова и снова будет возвращаться на этот корабль, проходя через все его циклы. Он всё равно станет крохотным человеком в фонаре! Он останется здесь навсегда! И речь идёт не только о нём, любой, у кого не будет воспоминания о произошедшем, будет повторять всё, что он делал здесь до этого, — тихо проговорил он. — Они будут проживать бесчисленные циклы, умирать бесчисленное количество раз, воскресать и снова спускаться на борт. Этому не будет конца. Единственный способ сбежать — это не приходить на этот корабль.

Резко изменившись в лице, Чжэ Хуали начал заикаться:

— Ты имеешь в виду, что я не буду ничего помнить о случившемся? Это неправильно, ты ведь говорил, что сможешь использовать силу Четырёх Божеств, чтобы решить божественное искусство Небесной Преподобной Лин? Ты даже казал, что те, кто уже умерли, воскреснут, а те, кто превратился в пустоту, освободятся, и окажутся в своих эпохах!

Цинь Му улыбнулся. Солнце на западе зашло, и на корабле загорелся свет, отчего его лицо начало мерцать.

— Я решу божественное искусство Небесной Преподобной Лин, а не разрушу его. Оно соберётся обратно и никуда не исчезнет.

— В глазах Небесной Преподобной Лин, в мире нет времени, существует лишь вещество. Даже живые существа — это вещество. Её божественное искусство может разбить любое живое существо на вещество, а также сложить вещество обратно в что-то живое. Это высшая область создания.

Стоя под мерцающим светом, Цинь Му смотрел на него мрачным взглядом:

— Даже позаимствовав силу Четырёх Божеств, я смогу лишь на время решить это божественное искусство, а не стереть его полностью. Когда я закончу, все смогут выбраться из пустоты, погибшие здесь люди воскреснут. Принц Цю Мин, которого я убил, тоже снова станет живым. Он снова погрузится на этот корабль и повторит то, что сделал, — улыбнулся он. — Ты сохранишь свои воспоминания, так как ты всё ещё жив. Мы с тобой покинем корабль, как только воспользуемся силой Четырёх Божеств и разберёмся с божественным искусством. Ты Божественное искусство Небесной Преподобной Лин соберёт тебя заново, так что твоя память сохранится.

Чжэ Хуали облегчённо вздохнул, прежде чем проговорить:

— Яне позволю Учителю Ло ступать на борт этого корабля.

Цинь Му был слегка ошеломлён.

Чжэ Хуали продолжил:

— Он, в конце концов, мой учитель. Он обучил меня и позволил стать тем, кем я есть, так что я в долгу перед ним. Я должен его остановить.

— Понимаю, — кивнув головой, ответил Цинь Му. — Ты такой человек.

Чжэ Хуали улыбнулся:

— После того, как я его остановлю, моя связь с ним будет разорвана. Я отправлюсь в Вечный Мир.

Цинь Му ещё раз кивнул:

— Тебе стоит быть очень осторожным.

Тот ответил:

— Тебе тоже нужно быть осторожным. Когда Принц Цзю Мин воскреснет, он обязательно нападёт на тебя снова.

Цинь Му улыбнулся:

— Он умрёт ещё быстрее.

Свет корабля вспыхнул, поглощая их.

Осторожно потрогав свой живот, Цинь Му проговорил:

— Линь Сяо ведёт Цзюэ Учэнь сюда, скоро он будет на борту. Идём, нам стоит избежать встречи с ним. Спустя ещё несколько циклов прибудут Четыре Божества!

Чжэ Хуали поспешно коснулся своего живота, обнаруживая, что тот сдулся.

Они оба поспешно ушли.

Когда свет погас, на востоке начало восходить солнце. Группа богов, тащащая гроб, в спешке погрузилась на корабль и бросилась прямиком к залу, где лежал гроб Небесной Императрицы.

Вскоре парни услышали в зале звуки сражения. Было очевидно, что Линь Сяо обнаружил, что не может покинуть судно, поэтому решил устранить своих спутников.

ЧжэХуали поинтересовался:

— Владыка Культа Цинь, Небесная Преподобная Лин тоже спустится на борт?

— Да, но мы её не увидим, — прислушавшись к звукам бойни, Цинь Му посмотрел на колонну впереди. Стихотворение, оставленное Небесной Преподобной Лин, до сих пор было на месте, и он спокойно проговорил. — Она не попадёт в своё божественное искусство. Стих, который она оставила, всегда будет здесь.

— После того, как я вас убью, тайна останется тайной, — вдали раздался смех Линь Сяо. — Небесная Императрица позаботится о моих потомках и поможет им достичь невероятного успеха!

Вскоре свет вспыхнул снова, и когда он погас, Цинь Му посмотрел на тренировочное поле, увидев, как на нём медленно появляются силуэты богов.

Юноша сделал шаг вперёд и встал перед сильнейшей армией Райских Небес Дракона Ханя, поднимая Печать Командира высоко в воздух.

Несравнимо могущественные боги развернулись, уставившись на юношу, шагающего им навстречу.

ЧжэХуали почувствовал невероятно некомфортно, отправляясь следом за ним.

Стражи Пернатого Леса, одна из десяти армий Райских небес Дракона Ханя, сильнейшая боевая мощь райских небес!

Если у этих богов возникнет убийственное намерение, им не придётся даже двигаться, чтобы раздавить юношей до смерти!

Внезапно боги опустили головы и встали на колени. Сложив кулаки над головами, они одновременно проговорили:

— Стражи Пернатого Леса отдают дань уважения Правому Командиру!

— Встаньте, — Цинь Му протянул руку. — Следуйте за мной в бой!

Вдали в воздух тихо подлетел фонарь, его дверца приоткрылась. Крохотный человек внутри, в которого превратился Линь Сяо, наблюдал за происходящим с ужасом в глазах.

Глава 822. Кража Силы Четырех Божеств

Огромные боги поднялись, смотря на парня, шагающего им навстречу.

Печать командира была символом положения, доказательством власти, достаточным чтобы задействовать их военную силу. Десять армий райских небес признавали исключительно печать, а не человека.

Десять армий райских небес были верны лишь императору, поэтому без печати командир не мог даже сдвинуть солдат с места.

Существовало лишь два способа задействовать армию. Первым была печать командира, вторым — непосредственное командование Небесного Императора.

До тех пор, пока печать находилась в руках Цинь Му, он был Правым Командиром Стражей Пернатого Леса. Он мог задействовать силу этой армии!

Печать Командира принадлежала Мастеру-Основателю Вэй Суйфэну, который оставил её у Цин Хуана на хранение. Но даже с ней в руках он не мог управлять армией богов до тех пор, пока не наступил первый цикл.

Как только Стражи Пернатого Леса вернулись из пустоты, Цинь Му наконец смог воспользоваться печатью, чтобы контролировать их ужасающую силу.

Лицо Цинь Му, стоящего перед Стражами Пернатого Леса, постепенно изменилось на лицо Небесного Преподобного Му.

Му Цин из Девяти Небесных Преподобных, Небесный Преподобный Му.

Боги смотрели на изменение его лица, и хоть в их выражениях появилось удивление, они не стали ничего спрашивать.

Все Небесные Преподобные обладали удивительными способностями, и каждый из них прославился невероятными достижениями. Тем не менее, самыми загадочными были Небесные Преподобные Му и Цинь, так как они попросту исчезли.

Но неважно, кто стоял перед Стражами Пернатого Леса, пока в его руках находилась печать, он мог контролировать армию.

Цинь Му поднял руку, и в следующий миг в воздух подлетел меч, срубив колонну со стихотворением Небесной Преподобной Лин.

Колонна двинулась в их сторону, в то время как тело Цинь Му начало расти. Вскоре он протянул руку и схватил её, прежде чем двинуться вперёд во главе десяти тысяч Стражей Пернатого Леса.

Собравшись со смелостью, Чжэ Хуали зашагал следом, держась поближе к Цинь Му. Вскоре он осознал, что тот движется в сторону дворца, где лежал гроб Небесной Императрицы.

Перед залом был закован в цепи невероятно сильный драконий бог. Бросив на Цинь Му угрожающий взгляд, он яростно проревел:

— Небо и земля меняются, неизменная константа тридцати шести людей! Что это значит? Скажи мне, что это значит?

Цинь Му остановился, его разум вскипел.

Чжэ Хуали тут же спросил:

— Владыка Культа, почему ты остановился? Этот дракон всегда говорит одно и то же

Когда его мысли прояснились, Цинь Му покачал головой. Указав пальцем на Графа Драконов, он улыбчиво проговорил:

— Когда я спустился на борт этого корабля, ты сказал эту фразу. Я думал, что ты сошёл с ума и несёшь бред. Никогда бы не подумал, что ты не спрашиваешь у всех подряд, а спрашиваешь у меня!

У него было неловкое чувство.

На лице старого дракона было выражение сумасшедшего, он продолжал угрожающе рычать:

— Скажи мне быстро, что это значит?

Цинь Му улыбнулся:

— Лишь решив неизменную константу, ты сможешь освободиться, — сказав это, он развернулся и повёл Стражей Пернатого Леса в сторону зала.

— Решить неизменную константу? — ошеломлённо воскликнул старый дракон. — Как её решить? Не уходи! Вернись, скажи мне как решить неизменную константу?

Войдя в зал, Цинь Му увидел восьмерых гигантских драконов, охраняющих гроб Небесной Императрицы. Все они были закованы в цепи.

Тем не менее, сейчас они не были каменными.

Он снова открыл тоннель и завёл солдат внутрь, прежде чем закрыть вход. Закончив, он торжественно спросил:

— Генерал Вэй обучал вас Построению Бедствия Четырёх Символов?

Десять тысяч богов мгновенно перестроились, формируя построение Бедствия Четырёх Символов. Они разделились по четырём углам зала под палубой и выстроились в ряд, ожидая осмотра.

Оглянувшись, Цинь Му облегчённо вздохнул. Вэй Суйфэн отлично обучил этих солдат и поделился с ними построением из Великих Небесных Дьявольских Рукописей.

Подойдя к центру построения Бедствия Четырёх Символов, он вонзил в землю колонну со стихом Небесной Преподобной Лин, прежде чем тихо проговорить:

— Вскоре сюда явятся Четыре Божества, если они не придут во время этого цикла, все мои приготовления окажутся напрасными. Надеюсь, они придут

Внезапно корабль-призрак легко задрожал и остановился.

— Местонахождение этого корабля было неизвестно на протяжении двадцати тысяч лет, но он наконец показался снова, — снаружи раздался глухой, тяжёлый голос, который Цинь Му уже когда-то слышал. Он принадлежал Северному Божеству Сюань У.

Во время Собрания Яшмового Водоёма Ню Саньдо посеял на райских небесах разруху, и в конце пытался поднять райскую реку, чтобы использовать её в качестве оружия, тем не менее, Северное Божество Сюань У её подавило.

Это значило, что Сюань У и был человеком, сумевшим остановить корабль-призрак.

Он провозглашал себя древним богом, родившимся в Райской Реке, так что ему было нетрудно остановить корабль, плывущий по ней.

Кроме того, управляя рекой, он мог с лёгкостью определить его местоположение.

Следом за ним раздался голос Восточного Божества Цин Лун:

— Брат Дао Сюань У, нападение на Небесную Императрицу до сих пор окутано многими загадками. Если добавить к нему ещё и исчезновение Стражей Пернатого Леса на их обратном пути, можно понять, что в этом есть что-то подозрительное. Мы должны всё расследовать… Западное Божество, Южное Божество, наконец вы здесь.

Вспыхнули четыре невероятно мощных священных ауры и Цинь Му, наконец, успокоился: «Как я и ожидал, сюда прибыли все Четыре Божества! Это единственный шанс бежать, я не могу ошибаться!»

— Нападение на Небесную Императрицу, подавление восстания Стражами Пернатого Леса, их исчезновение на Райской Реке, двадцать тысяч лет назад эти события сотрясли мир!

Цинь Му услышал знакомый голос и неосознанно улыбнулся. Это был голос Цзю Цюэ’эр.

Это была никто другая, как Южное Божество Цзю Цюэ.

Женщина продолжала говорить:

— Тогда разошлись всевозможные слухи, и я слышала, что Генерал Вэй Суйфэн сначала отправил кого-то на райские небеса сообщить о происшествиях в Руинах Заката. Я также слышала, что тот человек твердил, что Небесная Императрица погибла. Вэй Суйфэн положил её труп в гроб и доставлял его на райские небеса. В таком случае, её тело должно было быть на корабле Стражей Пернатого Леса, оно исчезло вместе с ними. Впрочем, в то время как стражи исчезли, Небесная Императрица вернулась. Это сбивает меня с толку больше всего.

Раздался голос другой женщины, скорее всего это была Западное Божество Бай Ху:

— Сестра Цзю Цюэ, это ведь Великий Владыка Солнца тебе об этом рассказал, верно? Я тоже расспрашивала его, и он сказал мне то же самое. Эта маленькая птичка знает много тайн. Воскрешение Небесной Императрица — это не единственный подозрительный момент, даже тот солдат, что приходил с докладом, бесследно исчез. Кажется, будто он бесследно исчез с мира, его нигде нельзя было найти! Это слишком странно!

— Даже более странным является тот факт, что всё это произошло на Райкой Реке, а брат Дао Сюань У говорит, что он ничего об этом не знает!

Южное Божество Цзю Цюэ равнодушно добавила:

— Разве произошедшее на Райской Реке можно от тебя скрыть? Тем не менее, ты твердишь, что ничего не знаешь. Брат Дао Сюань У, ты очень подозрителен.

Северное Божество Сюань У равнодушно фыркнул.

Восточное Божество Цин Лун кашлянул, проговорив:

— Брат Дао Сюань У не такой человек. Именно он сообщил нас о том, что корабль появился снова. Он собрал нас всех, чтобы осмотреть это место. Разве он сделал бы это, будь он замешан в произошедшем? Раз уж мы здесь, давайте спустимся на борт и всё исследуем!

Внезапно корабль-призрак нырнул. Должно быть, Четыре Божества пробились сквозь завесу чёрного газа и ступили на его борт.

— Этот корабль странный, — удивлённо воскликнул Западное Божество. — Какая-то сила пытается меня захватить!

— Я тоже это чувствую! Эта ужасающая сила хочет меня контролировать!

— Она не контролирует, а пытается заполучить нашу силу… Более того, она также хочет завладеть нашими физическими телами! Она хочет слить нас с собой!

— Этот корабль… жив! Это ловушка!

Бум! Бум! Раздались взрывы, и по всему кораблю пронеслись ужасающие волны. Четыре Божества пытались выбраться из божественного искусства Небесной Преподобной Лин.

Восточное Божество превратился в зелёного дракона и улетел с корабля, пробиваясь сквозь облако чёрного газа. В следующим миг он снова появился на борту. Приземлившись на землю, он пробежал несколько шагов, прежде чем на его лице появилось ошарашенное выражение.

Взмыв в небо снова, Восточное Божество ещё раз переместился на борт. Предприняв ещё несколько десятков попыток побега, великое божество, возглавляющее райский дворец, покраснел от стыда.

Три других божества тоже воспользовались всевозможными методами, пытаясь покинуть корабль. Скорость Южного Божества Цзю Цюэ была выше, чем у остальные, превратившись в красную птицу она унеслась прочь. Тем не менее, как быстро бы она не бежала, её тело вновь и вновь возвращалось на корабль.

Северное Божество контролировал Райскую Реку, поэтому попробовал выбросить корабль из воды, тем не менее, даже когда ему это удалось, судно просто вернулось обратно спустя несколько мгновений.

Между тем Западное Божество использовала свою золотую Ци, чтобы разделить газ на корабле на части. Тем не менее, тот быстро вернулся к своему изначальному виду.

На этом корабле было что-то, что казалось Четырём Божествам немыслимым. Он был гигантской формой жизни, захватывающей всё, что на него попадало. Даже божественное искусство, окутывающее его, они видели впервые!

Четыре Божества обладали достаточной силой для изменения мира, каждый из них контролировал невероятно мощное Великое Дао. Их совершенствование было невообразимо плотным, и тем не менее, они оказались беспомощны против этого корабля.

— Работайте вместе, чтобы прорваться через божественное искусство этого корабля!

Четыре Божества исполняли свои навыки, атакуя чёрный туман вокруг корабля. В этот миг они внезапно почувствовали, как их сила резко упала, будто кто-то украл её часть!

Удивлённые, они поспешно приложили остатки своих сил, чтобы продолжить атаки.

Внутри корабля Цинь Му активировал построение Бедствия Четырёх Символов, лишая Четырёх Божеств части их сил. Мощь построения становилась всё выше и выше, а в самом его центре появились призраки зелёного дракона, белого тигра, чёрной черепахи и красной птицы, прежде чем рвануть вперёд!

Внезапно сила четырёх божеств взорвалась, формируя четыре лучи, засиявшие на колонну со стихом Небесной Преподобной Лин.

Цветы не цветы, туманы не туманы. Будто туманные силуэты, появляющиеся посреди ночи и исчезающие при первых лучах света. Они приходят будто весенний сон, но на долго ли? Они исчезают навсегда в утренних тучах.

Тридцать семь рунных слов начали сиять, их свет постепенно становился всё ярче и ярче.

«Четыре Божества не знают, что это я ворую их силу.»

Цинь Му улыбнулся и двинулся с места. Из его подмышек выросли дополнительные руки, стуча кончиками пальцев по надписи, он испускал всевозможные руны, шаг за шагом активируя кроющееся внутри божественное искусство!

Тридцать семь рунных слов становились всё ярче, прежде чем оторваться от колонны и взмыть в воздух. Каждое из них достигло невероятных размеров.

Перед глазами Цинь Му из бесчисленных рун сформировались тридцать семь миров. Задействовав силу построения Бедствия Четырёх Символов, он, не меняя слов, изменил структуру рун, из которых они состояли. Сила, кроющаяся в них, постепенно освобождалась!

Наступил переломный момент, с его лица исчезла улыбка. Он начал нервничать и волноваться.

Внезапно на палубе раздался голос Графа Драконов:

— Четыре Божества, остановитесь! Вы, должно быть, не знаете, что вы не одни на этом корабле!

Четыре Божества внезапно прекратили свои атаки, и построение Бедствия Четырёх Символов больше не могло воровать их силу.

Сердце Цинь Му замерло, а его лицо помрачнело.

— Король Драконов! — раздался голос Северного Божества Сюань У. Ты восстал, после чего тебя схватил Генерал Вэй, понятия не имею, откуда у тебя столько смелости.

На лбу Цинь Му проступил холодный пот, он тут же прокричал:

— Солдаты, слушайте мой приказ, отдайте мне всю силу, скопившуюся в построении Бедствия Четырёх Символов!

Сила, похищенная построением Бедствия Четырёх Символов, тут же освободилась и хлынула к нему.

Снаружи продолжал доноситься голос Графа Драконов:

— Под палубой прячется Правый Командир Стражей Пернатого Леса, он контролирует свою армию, чтобы украсть вашу силу, прежде чем избавиться от вас и заточить вас здесь. Все они мертвы, они призраки, их нельзя увидеть!

Стиснув зубы, Цинь Му задействовал всё своё совершенствование, пытаясь изменить структуру рун тридцати семи слов.

Услышав слова Графа Драконов, Чжэ Хуали тут же захотел выйти наружу и избить того до смерти.

В этот момент потолок корабля призрака, казалось, начало таять. С него спустились огромные руки, чтобы схватить Стражей Пернатого Леса и вытащить их наверх.

Загремели доски, стуча друг о друга, образовывая чёрные гробы для солдат.

Цинь Му прокричал:

— Держать строй!

Солдаты были невероятно могущественными, и работая вместе, они могли противостоять такому врагу, как Граф Драконов, и даже Четыре Божества не были бы для них противником. Тем не менее, будучи командиром, Цинь Му отдал приказ держать строй, и они позабыли о своей защите, чтобы его выполнить.

Огромные руки продолжали спускаться с потолка, утаскивая всё больше Стражей Пернатого Леса. Вокруг Цинь Му оставалось всё меньше и меньше людей, и каждый раз, когда кто-то исчезал, остальные солдаты молча меняли построение, чтобы поддерживать его работу.

— Старший брат, ты слишком хорошо обучил солдат Стражей Пернатого Леса.

Цинь Му наконец изменил руны тридцати семи слов, и те засияли. Изнутри корабля раздался яркий свет, ослепляя даже Четырёх Божеств, отчего им пришлось закрыть глаза.

— Солдаты, ждите меня, — низко поклонившись оставшимся солдатам, Цинь Му торжественно проговорил. — Печать Четырёх Божеств не будет удерживать вас слишком долго, вы освободитесь, как только превратитесь в пустоту. В будущем я полностью решу божественное искусство Небесной Преподобной Лин и освобожу вас из этого состояния.

— Поклянись, — лица под шлемами смотрели на него.

Цинь Му поднял ладонь:

— Клянусь своей жизнью.

В этот момент огромные руки схватили Цинь Му, Чжэ Хуали и остальных солдат.

— Старшая сестра, ты ещё помнишь брата Му? — в следующий миг спросил юноша.

На палубе, женщина, схватившая Цинь Му, изумлённо воскликнула:

— Небесный Преподобный Му?

— Старшая сестра, я объясню всё потом, сейчас ты должна меня отпустить!

Южное Божество Цзю Цюэ’эр отпустила его, и в следующий миг тридцать семь слов с грохотом взорвались. Свет разразился во все стороны, сдувая чёрный туман прочь!

Казалось, будто прошло лишь мгновение, и в то же время мимо пролетели десятки тысяч лет. Свет перед глазами Цинь Му погас, вокруг было темно. Он стоял на поверхности Райской Реки, в то время как старейшина деревни и Владыка Взращивания Драконов бежали к нему.

Цинь Му посмотрел в воду, увидев корабль-призрак, плывущий под его ногами.

Он оглянулся, увидев на берегу Первого Предка, смотрящего в его сторону.

Старейшина был в ярости, безжалостно ударив его под затылок:

— Заботиться о нас? Это я здесь, чтобы позаботиться о тебе. Бесстыдник, побродив несколько лет во внешнем миры ты стал таким надменным!

Потирая затылок, Цинь Му поднял голову, смотря на луну, с которой свисала верёвка. Затем он посмотрел вверх по течению, заметив там Ло Ушуана, летящего на небольшой лодке.

Улыбнувшись, Цинь Му проговорил к старейшине и Владыке Взращивания Драконов:

— Я выполнил своё обещание и спас вас обоих. Дедушка старейшина, Владыка Взращивания Драконов, давно не виделись.

Глава 823. Навещу Твою Могилу

Шестьсот восемьдесят тысяч лет до этого.

— Линь Сяо, быстрее! — Группа богов тащила гроб к Райской Реке, один из них в спешке кричал. — Линь Сяо, для чего ты встал на берегу? Быстрее, мы должны выполнить поручение небесной Императрицы!

Собравшись с мыслями, Линь сяо посмотрел на корабль-призрак, появившийся в свету. На мгновение заколебавшись, он двинулся вслед за остальными, мягко отвечая:

— Кажется, я уже здесь был, это будто кошмар. Я видел, как Четыре Божества погружаются на корабль и даже встретил Командира Стражей Пернатого Леса

— Конечно, ты ведь спишь! Быстро спускайся на борт!

Линь Сяо стоял возле корабля, колеблясь.

— Если сделать всё хорошо, то Небесная Императрица позаботится о том, чтобы твои потомки добились в будущем удивительного успеха! — резко прокричал один из богов. — Если ты и дальше будешь колебаться, то нам придётся избавиться от тебя сейчас, чтобы сохранить тайну!

Линь Сяо приготовился спуститься на борт, думая про себя: «Это просто сон. Это определённо лишь сон!»

Семьсот тысяч лет назад.

Райская Река.

Неподалёку от Райкой Реки загорелся шар света. Вслед за ним появились силуэты Южного Божества Цзю Цюэ, Восточного Божества Цин Луна, Западного Божества Бай Ху и Северного Божества Сюань У, стоящие на двух берегах. Они наблюдали как свет угасает, и в глубинах Райской Реки перестраивается корабль-призрак.

На его борту яростно ревел Граф Драконов, пытаясь освободиться от цепей. Он прилагал все силы, чтобы выбраться на свободу.

Божественный Дракон был невообразимо сильным, но так как стражи пернатого леса пронзили его тело цепями, подавляя на корабле, он не мог освободиться даже после того, как Цинь Му воспользовался силой Четырёх Божеств, чтобы решить божественное искусство Небесной Преподобной Лин.

Теперь, когда корабль призрак перестроился заново, божественное искусство вернулось, поэтому дракон продолжал всё сильнее сливаться с судном. Его тело соединилось со зданием в передней части палубы, и теперь снаружи торчала лишь его голова.

Глаза Графа Драконов наполнились страхом, он прокричал:

— Спасите! Четыре Божества, спасите меня!

Стоя на противоположных берегах, Четыре Божества с недоумением наблюдали за кораблём, постепенно окутывающимся чёрным газом.

— На этом корабле был Небесный Преподобный Му! — внезапно Северное Божество Сюань У посмотрел на Цзю Цюэ и спросил. — Небесный Преподобный Му назвал тебя старшей сестрой. Можешь это объяснить?

— Что вы так на меня смотрите? — Южное Божество Цзю Цюэ захихикала и быстро взмахнула краями своей красной одежды, окутываясь языками пламени. Молниеносно уносясь прочь, она продолжала смеяться. — как и вы, я ничего не знаю!

Трое других Божеств нахмурились.

— Кроме нас, сбежать удалось ещё кому-то. Я видел исчезающие вспышки света, напоминающие человеческие силуэты, — тихо проговорил Зелёный Дракон. — Более того, несколько офицеров из числа Стражей Пернатого Леса, тоже смогли вырваться их моих рук. Как только вспыхнул свет, они… тоже покинули корабль!

Оглянувшись по сторонам, он так и не заметил силуэтов сбежавших офицеров:

— Этот корабль слишком странный.

Семьсот двадцать тысяч лет назад, начало вторжения тумана.

— Генерал, в тумане какая-то женщина исполняет заклятие!

Огромный корабль заплыл в туман, внезапно появившийся над Райской Рекой, и Вэй Суйфэн всмотрелся вглубь. Его сердце задрожало, он снял свои доспехи и схватил фонарь, висящий на мачте, прежде чем начать быстро писать что-то на стене здания.

Вскоре он закончил последнее предложение: «Я пришёл с Руин Заката и встретившись с той женщиной, вернулся в прошлое. Я побывал в чудесах древности и искал ответы на загадки истории. Пришло время погасить фонарь и уйти.»

Повесив фонарь обратно, он открыл его дверцу, чтобы потушить свет. Здание накрыла тьма.

Туман постепенно становился всё плотнее, окутывая корабль.

В этот момент посреди Райской Реки вспыхнул яркий свет, и появилось трое офицеров Стражей Пернатого Леса. Они в оцепенении смотрели как чёрный газ поглощает их корабль, и тот исчезает.

— Ребята, вы смогли развязать моё божественное искусство? — женщина в леопардовой юбке, стоящая на реке, бросила на них любопытный взгляд.

Трое офицеров до сих пор были в оцепенении:

— Ты… Небесная Преподобная Лин!

Улыбнувшись, женщина ответила:

— Кажется, моё божественное искусство всё-так не идеально, в нём кроется какой-то недостаток… Раз уж вы смогли выбраться, не вмешивайтесь в происходящее. Идём лучше со мной, заодно расскажете, как вам удалось решить моё божественное искусство.

Она взмахнула рукавом, унося мужчин вместе с собой.

Старейшина и Владыка Взращивания Драконов стояли посреди реки Вздымающейся, недоумевая. Они только что догнали Цинь Му, собираясь исследовать корабль-призрак вместе с ним. Он не покидал их ни на минуту, тем не менее, вёл себя так будто они не виделись очень долгое время.

Более того, Цинь Му, стоящий перед ними, вёл себя довольно странно. В прошлом, когда старейшина давал ему подзатыльник, он хватался за голову, делая вид, что страдает. Тем не менее, в этот раз он просто её потёр.

Внезапно Владыка Взращивания Драконов удивлённо воскликнул:

— Бог Меча, взгляни на его волосы на лице! Они длиннее, чем были только что!

Посмотрев на бороду Цинь Му, старейшина заметил, что та отросла на несколько сантиметров. Она была довольно длинной, но всего лишь несколько мгновений назад парень был гладко выбрит.

Поглаживая бороду, Цинь Му спокойно проговорил:

— С серебряной верёвки в небе спустится Принц Цю Мин из райских небес, а также его два спутника, чьи способности невероятно высоки.

Старейшина и Владыка Взращивания Драконов подняли голову, действительно замечая три силуэта, спускающиеся по серебряной верёвке, свисающей с луны, похожей на хризантему. Верёвка становилась всё длиннее и длиннее, протягиваясь к палубе корабля.

— Из-под воды на борт поднимется Потомственный Король Драконов и его полубоги.

Прежде чем старейшина и Владыка Взращивания Драконов успели тщательно разглядеть силуэты Потомственного Короля Драконов и остальных, Цинь Му уже указал пальцем на запад:

— Однорукий Божественный Нож Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа райских небес сейчас воспользуется сокровищем в форме луны, чтобы пробиться сквозь чёрный туман снаружи корабля. Вдали покажется огненный шар, в который превратилась Фэн Цююн, у неё с собой Первобытный Меч Матери Земли и каменный гробом. В небе появится звезда, и Сын Бога Багрового Света спустится с неё в виде луча света.

Старейшина и Владыка Взращивания драконов были ошарашены. Они и вправду увидели Ло Ушуана, сидящего на носу крохотной лодки и освещающего корабль-призрак сокровищем в форме луны. Его свет напоминал столб, пробивающий чёрный газ.

С противоположной стороны ярко вспыхнул огненный шар, напоминая огромное солнце, молниеносно летящее над поверхностью реки. Внутри него можно было легко заметить разноцветного феникса с деревянным мечом в когтях и каменным гробом на спине.

Между тем, в небе над их головами появилась звезда Багрового Света. Двигаясь параллельно кораблю, она внезапно выпустила луч красного света!

Старейшина и Владыка Взращивания Драконов недоумевали.

— Когда мой хозяин стал провидцем? — пробормотал дракон.

Цинь Му внезапно проговорил:

— Старейшина, Сын Бога Багрового Света помог нам на корабле, я пообещал, что спасу его. Останови его, он не должен спускаться на борт.

Старейшина растерялся, но всё же достал свой меч. Когда он подлетел в воздух, над кораблём появились тысячи гор и рек, перехватывая Сына Бога Багрового Света.

Красный Свет приостановился, прежде чем засиять на Меч, Шагающий по Горам и Рекам. В следующий миг луч внезапно исчез, а рука старейшины, держащая меч, опустилась. Сын Бога Багрового Света встал на горы и реки, висящие в воздухе, и поздоровался с Цинь Му.

Юноша поздоровался в ответ, в то время как Первый Предок, стоящий вдали, тоже отдал дань своего уважения Сыну Бога.

— Почему Сын Юду пытается меня остановить? — Сын Бога Багрового Света вышел из видения гор и рек и улыбчиво спросил.

— Чтобы спасти твою жизнь, — улыбнулся Цинь Му. — На корабле я пообещал, что спасу тебя, и после всего случившегося, разве мои усилия не окажутся напрасными, если ты всё равно ступишь на его борт?

Сын Бога Багрового Света был ошеломлён. На лицах старейшины и Владыки Взращивания Драконов тоже были пустые выражения.

Первый Предок боялся, что они в опасности, и подлетел к ним. Посмотрев на Сына Бога Багрового Света, он равнодушно проговорил:

— Сын Бога, давно не виделись.

Пурпурная одежда Сына Бога затрепетала. Когда он пробудил свою Ци и дух. Будто встретив опасного врага, он торжественно проговорил:

— Совершенствование Друга Дао снова выросло.

Цинь Му нахмурился и посмотрел на маленькую лодку Ло Ушуана. Внезапно та остановилась на полпути к кораблю. Было очевидно, что Чжэ Хуали уговаривал Ло Ушуана не спускаться на борт.

Сын Бога Багрового кашлянул и проговорил:

— Слова Владыки Культа всегда имеют глубокий смысл. Ты заставил меня засомневаться. Тем не менее, этот корабль связан с большой тайной, поэтому я должен его исследовать

•••

— С секретом Небесной Императрицы? — спросил юноша.

Сын Бога Багрового Света ошеломлённо застыл.

В следующий миг Цинь Му прокричал:

— Принц Цю Мин!

Серебряная верёвка, свисающая с луны в небе, уже была привязана к мачте, и группа людей начала спускаться по ней на борт. Они вот-вот должны были коснуться корабля, когда один из них услышал слова Цинь Му и остановился. Заметив юношу, он улыбнулся:

— Владыка Небесного Святого Культа, Тело Тирана Вечного Мира, три героя реформы Вечного Мира! Я только что спустился с райских небес, а ты уже знаешь, как меня зовут, у тебя и вправду глаза повсюду, кажется, я тебя недооценивал!

Цинь Му рассмеялся, будучи довольным собой, после чего сказал старейшине:

— Дедушка, он говорит, что у меня глаза повсюду.

Старейшина фыркнул и наклонил голову, смотря на его задницу:

— Хорошо, что у тебя нет хвоста, а то сейчас он поднялся бы к небу.

Цинь Му посмотрел на Сына Бога Багрового Света:

— У меня нет глаз повсюду, я просто уже встречался с ним на том корабле. Сын Бога мне сейчас верит, правда?

Озадаченность Сына Бога Багрового Света стала лишь сильнее.

В этот момент к ним подплыла крохотная лодка Ло Ушуана. На её носу стоял однорукий мужчина.

Цинь Му улыбнулся в знак приветствия, и уголки глаз Ло Ушуана дёрнулись. Он спросил хриплым голосом:

— Я здесь, чтобы кое-что проверить. То, что мне рассказал Чжэ Хуали, просто невообразимо, поэтому я хотел бы спросить у Тела Тирана Высшего Императора, правда ли это.

Цинь Му кивнул:

— Это правда.

Ло Ушуан некоторое время размышлял, бормоча себе под нос, после чего проговорил:

— Большое спасибо.

Цинь Му удивлённо спросил:

— Почему Божественный Нож Ло так легко мне поверил?

Ло Ушуан равнодушно ответил:

— Тело Тирана Вечного Мира и Тело Тирана Высшего Императора — один и тот же человек, с чего бы мне не верить сейчас?

Старейшина деревни растерялся ещё сильнее: «Когда я обыскивал руины Высшего императора вместе с Первым Предком, мы обнаружили каменную табличку, на которой было сказано о Теле Тирана Высшего Императора, поэтому я подумал, что Тело Тирана и вправду существует, и даже сделал копию надписи. Исходя из того, что сказал Ло Ушуан, Цинь Му и есть Телом Тирана Высшего Императора, а значит в табличке идётся именно о нём! Легенда о Теле Тирана с таблички на самом деле была придумана мной, М/эр просто рассказал её, когда попал в Эпоху Высшего императора! Минутку, что-то я разволновался, нужно всё обдумать… — он чувствовал, будто его голова вот-вот взорвётся. — Если моя догадка верна, то ложь, которую я придумал, распространилась вплоть до Эпохи Высшего Императора!»

Сын Бога Багрового света ещё не успел прийти в себя. Он посмотрел на корабль-призрак подо водой, прежде чем повернуть свой взгляд на Цинь Му, не в силах принять решения.

Внезапно под водой вспыхнул свет, и корабль-призрак бесследно исчез.

Это позволило Сына Бога Багрового Света вздохнуть с облегчением, будто с его плеч свалилась огромная тяжесть. Улыбнувшись, он проговорил:

— Независимо от того, сказал ты правду. Или нет, теперь я не смогу ступить на борт того корабля.

Цинь Му рассмеялся и огляделся по сторонам. Потомственный Король Драконов и Фэн Цююнь бесследно исчезли. Должно быть, они ступили на борт корабля.

— Сын Бога, давай прогуляемся у реки, — предложил ему Цинь Му.

Сын Бога Багрового Света кивнул и собрался отправиться следом за ним, когда раздался смех принца Цзю Мина:

— Тело Тирана Цинь позвал меня, отвлекая от погрузки на корабль, а теперь ты собираешься просто так уйти? Приходить по приглашению не так приятно, как встречаться случайно. В этот раз я спустился к нижней границе, чтобы избавиться от трёх героев реформы Вечного Мира, и встретившись с тобой, я не позволю тебе та просто уйти.

Цинь му остановился, смотря на него.

Принц Цзю Мин неторопливо продолжил:

— С тобой есть несколько экспертов области Нефритовой Столицы, так же, как и со мной. Битвы сильных практиков невероятно скучны, как насчёт того, чтобы мы с тобой сразились на этой реке на смерть?

Чжэ Хуали разразился громким смехом.

Мельком взглянув на него, Цинь Му тепло улыбнулся Принцу Цю Мину:

— В этот день на следующий год я обязательно навещу твою могилу.

Глава 824. Кровавый Ржавый Флаг, Лунный Свет на Реке

— Тело Тирана Цинь, как надменно, — Принц Цю Мин улыбнулся, не злясь. Он неторопливо проговорил. — Почему простолюдины, как ты, всегда такого высокого мнения о себе, и такого низкого о детях имперской семьи? Моё врождённое положение выше твоего, мой опыт тоже более обширен. Я с лёгкостью могу заполучить любую технику Непостижимого Неба или Императорского Трона, к тому же меня обучали лучшие учителя. А что есть у тебя?

Старейшина деревни, Сын Бога Багрового Света и Первый Предок начали волноваться.

Быть рождённым в императорской семье и вправду дарило преимущество над остальными. Цинь Му не мог этому что-то противопоставить.

Несмотря на то, что юноша с детства получал учения жителей деревни, чего не было у других, по сравнению с возможностями Цю Мина это было мелочью.

Принц Цю Мин был золотым фениксом, рождённым в золотом гнезде, в то время как Цинь Му был лишь куриным драконом, рождённым в коробке с соломой!

Старейшина посмотрел на Цинь Му, стоящего возле него, и увидел, что тот был совершенно спокоен. Он подумал: «Во всём виноват мясник! Он научил его никогда не показывать своего страха. Слепого тоже есть в чём винить, проклятый старик приучил его ссать на статуи богов, чтобы разрушить бога в своём сердце, и в результат он ничего не боится…»

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Несмотря на то, что я не был рождён в императорской семье, меня учили девять людей с неукротимым духом, их возглавлял старик, стоящий возле меня. Он был старейшиной нашей деревни и обучил меня навыкам меча, а также тому, как себя нужно вести.

Старейшина был тронут до глубины души и покраснел в лице, думая про себя: «Хмм, я действительно учил его как себя вести, именно благодаря этому он такой скромный и вежливый, всегда терпелив, его поведение сильно напоминает моё.»

Громко рассмеявшись, принц Цю Мин сложил руки за спиной. Он поднял голову, смотря на яркую сморщенную луну в небе. Вздохнув, он проговорил:

— Научил тебя как себя вести? Какой с этого толк? Императорская семья очень жестока, в неё входят бесчисленные принцы, и если ты хочешь выделяться на их фоне, то должен пережить резню, разве кто-то, поднявшийся над другими, мог избежать борьбы между жизнью и смертью? Когда мне было двенадцать, меня отправили на кладбище дьявола скандхи сразиться с ним, из пятидесяти человек, отправившихся со мной, выжил лишь я! Что ты пережил, когда тебе было двенадцать?

Цинь Му тут же пришёл в голову ответ, но он решил его не озвучивать?

Старейшина напомнил:

— Му’эр, разве ты забыл? Когда тебе было двенадцать, бабушка купила несколько куриных драконов, чтобы ты с ним сражался. Они всегда тебя избивали.

Лицо Цинь Му стало чёрным, как железо.

Принц Цю Мин снова засмеялся и покачал головой:

— Моё врождённое положение выше твоего, я выучил больше, чем ты, мой опыт тоже более обширен. Более того, я даже более трудолюбив, тем не менее, ты собрался посетить мою могилу. Как смешно.

Смотря на него серьёзным взглядом, Цинь Му проговорил:

— Тем не менее, убить тебя было совсем несложно. Принц, тебя даже нельзя сравнить с тем куриным драконом, что я встретил в прошлый раз. Чтобы убить его, мне пришлось работать вместе с Чжэ Хуали, а вот чтобы убить тебя, мне понадобится лишь одно движение.

Чжэ Хуали сдержался, чтобы не засмеяться, а демонический глаз за его спиной сузился. К сожалению, он не мог издавать звуков.

Принц Цю Мин посмотрел на него и ухмыльнулся:

— Чжэ Хуали, ты талант Стражей Элитного Духа, я никогда бы не подумал, что ты окажешься таким недальновидным. Тело Тирана Цинь, я говорю тебе эти вещи не для того, чтобы похвастаться, это просто факты, — посмотрев на Цинь Му, он продолжал улыбаться. — Простолюдины нижней границы называют тебя Телом Тирана. Можно лишь представить, насколько недальновидны эти люди. Если ты — Тело Тирана, то какое тело у меня, человека, рождённого в императорской семье? Ты знаешь почему я пришёл тебя убить?

Цинь Му покачал головой:

— Не знаю.

— Я пришёл, чтобы убить трёх героев реформы Вечного Мира, ты первый из них, так как у тебя Тело Тирана, — Цю Мин неторопливо осматривал ночные пейзажи реки Вздымающейся и спокойно говорил. — Лишь после убийства тебя, одного их трёх героев реформы Вечного Мира, эти простолюдины увидят настоящую силу небес, лишь после этого они узнают, что такое страх. Лишь после этого встанут на колени и сдадутся нам, примут своё сегодняшнее положение и забудут о реформе. Поэтому я должен избавиться от тебя.

Цинь Му с любопытством спросил:

— А кто второй человек, от которого ты хочешь избавиться?

— Имперский Наставник Вечного Мира Цзян Байгуй, — праведно ответил Цю Мин. — Он прославился как святой, появляющийся раз в пятьсот лет, его убийство будет очень шокирующим событием. Это даст глупым людям нижней границы понять, что в глазах райских небес их так называемый святой — пустышка, которую можно с лёгкостью раздавить. Затем я убью Императора Яньфэна. Я хочу, чтобы он встал на корни и умер, естественно, это произойдёт на глазах у всех простолюдинов.

На его лице возникло холодное выражение:

— Он просто император небольшой страны, не знающий величия небес, не понимающий необъятности неба и земли. Естественно, я должен разрушить все его надежды и заставить его встать на колени в ожидании смерти!

— Хорошо сказано! — два его спутника, стоящие позади, похлопал в ладони. — Именно это нужно сделать, чтобы продемонстрировать силу райских небес!

— Принц мудр и силён, заниматься незначительной проблемой Вечного Мира — поистине трата твоих талантов!

Сверкая улыбкой, Цю Мин посмотрел на Цинь Му:

— Тело Тирана Цинь, тебе хватит смелости сразиться со мной?

Цинь Му собрался согласиться, когда старейшина проговорил:

— Му’эр, не стоит соглашаться. У нас есть численное преимущество, кроме того, с нами Сын Бога Багрового Света и Первый Предок, мы определённо сможем с ними разобраться! Зачем подвергать себя опасности и сражаться с ним до смерти?

Принц Цю Мин спокойно ответил:

— За моей спиной стоят два эксперта области Нефритовой Столицы, они ответственны за мою безопасность и подавление восстаний Вечного Мира. Божественный Нож Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа также здесь, вы знаете о его способностях, так что мне не стоит о них рассказывать. У вас всего лишь два практика Нефритовой Столицы, в то время как у меня на одного больше.

Старейшина нахмурился.

Первый Предок тоже изменился в лице и взглянул на Ло Ушуана.

Тот молча стоял, с подозрением поглядывая на Чжэ Хуали.

Парень делал вид, что ничего не замечает, и продолжал смотреть на Цинь Му.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Старейшина, не беспокойся, это всего лишь принц с райских небес. Разве я уже его не убивал? Я быстро справлюсь.

Старейшина тихо проговорил:

— Береги себя. Для начала оцени его способности, не спеши наносить смертельный удар. Как только ты поймёшь его силу, действуй соответственно.

Цинь Му кивнул и поднял руку.

Аура Цю Мина резко вспыхнула, многократно усиливаясь. Его Ци и кровь напоминали кровавый флаг, развевающийся на ветру над рекой!

Чжэ Хуали был поражён. Сражаясь с ним на корабле-призраке, Цю Мин использовал три разных техники Императорского Трона, тем не менее, он не использовал технику кровавого флага!

Тогда Цинь Му убил Принца Цю Мина за несколько движений благодаря тому, что принц Цю Мин и Чже Хуали сразились, раскрыв свои техники и божественные искусства. Но теперь, когда он использовал что-то новое, Чжэ Хуали начал беспокоиться.

Удивлённый, Первый Предок тихо проговорил:

— Техника Императорского Трона Золотого Божества Западных Небес, Писания Кровавого Ржавого Флага!

Старейшина тут же поинтересовался:

— Она сильная?

Уголки глаз Первого Предка дрогнули, он ответил хриплым голосом:

— Небесный Наставник Боевых Искусств был повержен этой техникой, проиграв в бою с Золотым Божеством Западных Небес.

Сердце старейшины замерло, передавая его голос в сознание Первого Предка:

— Если Му’эр проиграет, ты заблокируешь двух экспертов с райских небес, а я схвачу М/эра!

Первый Предок кивнул.

К тому времени как они договорили, Принц Цю Мин уже сделал свой ход.

Небо окрасилось в кровавый цвет и наполнилось лунным светом, который отбивался от ржавого флага.

После того, как Принц Цю Мин сделал свой ход, течение реки Вздымающейся почти остановилось. Вода поднялась в небо и застыла вертикально, будто скала.

В следующий миг парень ударил вперёд, и ржавый флаг накрыл небо, перекрывая видение всех вокруг. Бесчисленные мечи, кроющиеся внутри флага, внезапно вылетели наружу, превращаясь в поток, потопивший под собой Цинь Му.

В этот момент вылетел свет меча, пробиваясь сквозь поток ржавых мечей, прежде чем достигнуть лба Принца Цю Мина.

Принц Цю Мин уклонился, и меч попал в его щеку. В этот миг он увидел за своей спиной вспышку света, вместе с которой появился силуэт Цинь Му. Протянув руку, тот схватил луч меча.

Ошарашенный, Цю Мин поспешно прикрылся огромным флагом и улетел в небо.

Как только флаг окутался вокруг тела противника, Цинь Му взмахнул мечом и ударил в его сторону.

Свет превратился в бесчисленные летающие мечи, которые тут же исчезли внутри флага.

Из флага раздался металлический звон, и он мгновенно переместился на сто километров. Его скорость была настолько высокой, что он стал невидим для невооружённого взгляда.

Божественное искусство мгновенного перемещения Цинь Му было невероятно быстрым, но скорость Писаний Кровавого Ржавого Флага ничем ему не уступала, отчего все вокруг восхищённо воскликнули:

— Как и стоило ожидать от техники Императорского Трона!

Приземлившись, ржавый флаг тут же со свистом раскрылся, испуская бесчисленное количество летающих мечей, напоминающих стаю серебряных рыб. Они быстро вернулись к Цинь Му.

Цинь Му поднял ладонь и вскоре раздался оглушительный металлический звон. Крохотные летающие мечи сталкивались, сливаясь друг с другом и постепенно формируя в его руке меч.

Юноша потёр ладонями, превращая меч в пилюлю, прежде чем положить её в свой мешочек таотэ. Затем он достал палочку благовоний и нежно на неё подул. Благовонии зажглись и полетели в сторону флага, их аромат по спирали поднимался в небо.

На поверхность реки за сто километров от него, с разбитого флага непрерывно вытекала кровь и осколки костей, окрашивая воду в красный.

Палочка благовоний подлетела, вонзившись в флаг.

— Принц Цю Мин, теперь ты понимаешь, что такое Тело Тирана? — прозвучал голос Цинь Му. — Прими для начала эти благовонии. Через год я навещу тебя снова.

Огромный флаг медленно погрузился на дно реки, бесследно исчезая.

Над рекой воцарилась тишина, никто не осмеливался издавать и звука. Атмосфера вокруг стала удушающей.

Старейшина деревни, Первый Предок и остальные ещё не пришли в себя. Два спутника принца тоже ошарашенно застыли.

— Всего одно движение… — вздохнул Чжэ Хуали. Он знал, что битва закончится именно так, поэтому был спокойнее остальных. — «Ему понадобился лишь один ход, даже на корабле ему пришлось сделать четыре или пять…»

Посмотрев на него, Ло Ушуан тихо спросил:

— Чжэ Хуали, ты знал, что это произойдёт, почему же ты молчал?

Чжэ Хуали ничего не ответил.

— Ты убил принца… — внезапно два бога с райских небес проговорили дрожащими голосами. — Ты убил принца Цю Мина!

Цинь Му вежливо ответил:

— Старшие, чтобы не убивать его, разве мне не пришлось бы позволить ему убить меня? Вам не стоит искать его в Юду или Минду, вы там ничего не найдёте. Обычно я полностью избавляюсь от своих противников, так что душа принца уничтожена.

Оба бога с райских небес завизжали, их божественные искусства тут же взорвались силой, атакуя Цинь Му.

Первый Предок и Сын Бога Багрового Света одновременно бросились вперёд, блокируя их с двух сторон.

Взгляд Ло Ушуана загорелся, из ножа за его спиной раздался тихий звук, с которым он покинул ножны. В этот миг Цинь Му снял ивовый лист со своего лба и злостно прокричал:

— Брат, пора убивать!

Из его тела вырвалась ужасающая аура, и сердце Ло Ушуана резко дрогнуло. Его божественный нож поспешно вернулся в ножны, а лодка под его ногами тут же изменила направление, двинувшись в сторону реки.

Внезапно, Чжэ Хуали спрыгнул с лодки. Думая лишь о спасении, Ло Ушуан немедленно остановился и прокричал:

— Чжэ Хуали, сейчас же забирайся обратно!

— Учитель Ло, — Чжэ Хуали встал на колени и наклонил голову. — С сегодняшнего дня у учителя не будет такого ученика, как я, поэтому я кланяюсь и благодарю тебя за твою доброту! В будущем, возможно мне придётся столкнуться с Божественным Ножом.

Ло Ушуан был ошеломлён. Внезапно он достал нож и отрубил свой рукав, выбрасывая его в реку, после чего лодка поспешно уплыла.

Глава 825. Чаепитие на Реке

Крохотная лодка Ло Ушуана уплыла вдаль, в то время как на поверхности реки за его спиной раскатилась ужасающая дьявольская Ци Юду. Даже не оглядываясь, он мог представить, насколько страшное зрелище там возникло.

Казалось, будто самый ужасный и злой дьявольский бог выполз из другого мира, разрывая своей безграничной силой всё вокруг и поглощая всё, что он мог сожрать!

Чжэ Хуали не скрывал от него информации о Сыне Юду, поэтому Ло Ушуан отступил сразу, как только у него возникло плохое предчувствие.

— Учитель Ло, Чжэ Хуали… — на корабле у него осторожно спросил ученик.

Лицо Ло Ушуана было спокойным, как вода в пруду. Посмотрев на свой пустой рукав, он снова ощутил боль отрубленной руки. В глубине его сердца возникла боль.

— Сорок тысяч лет назад Тело Тирана Высшего Императора отрубил мою руку, а сегодня он отрубил вторую. — Ло Ушуан закрыл глаза, прежде чем открыть их снова. — Чжэ Хуали пошёл по своём собственном пути, и на этом пути он не будет шагать с нами бок о бок. Я всегда думал, что он был моей правой рукой, совершенно не ожидая… С сегодняшнего дня ты должен быть осторожен при встрече с ним, тебе придётся сражаться до смерти и не щадить его жизни! Его Дао ножа ступило на путь, его способности очень хороши. Его будущие достижения будут невероятно высокими!

Бурление на поверхности реки постепенно утихло.

Сын Бога Багрового Света, Первый Предок и старейшина до сих пор были испуганы. Увиденное до сих пор заставляло их содрогаться.

Река окрасилась в красный цвет, двое богов с райских небес умерли так быстро, что не успели этого заметить.

Цинь Му оставался спокойным, прилепив ивовый лист обратно на своё межбровье. Затем он бросился к берегу реки, чтобы проверить как дела у Императоров Людей Ци Кана и И Шаня.

— Чжэ Хуали, то, что произошло на корабле, — правда? — спросил старейшина.

Кивнув головой, Чжэ Хуали описал события на корабле-призраке. На лицах всех вокруг возникли выражения ужаса, Сын Бога Багрового Света ощутил искренний страх. Посмотрев в речную воду, он обнаружил, что корабль уже бесследно исчез.

«Потомственный Король Драконов и Фэн Цююнь спустились на борт корабля, их жизнь и смерть под вопросом, — старейшина почувствовал тепло в сердце. — М/эр рискнул своей жизнью, чтобы спасти меня, и сумел решить то, что не удалось решить даже Четырём Божествам. Он и вправду вырос и стал очень уверенным в себе. Что касается правдивости истории о Теле Тирана, она больше не имеет значения.»

Он хотел рассказать Первому Предку, что легенда о Теле Тирана была придумана им, но немного поразмыслив, понял, что в таком случае будет избит. Его побьют не только Императоры Людей, но и Первый Предок не сможет удержаться. Поэтому, он промолчал.

Вскоре они подошли к берегу реки. Для Императоров Людей они с Цинь Му отправлялись к реке для короткой битвы, в то время как для юноши прошло несколько месяцев.

После рассвета Императоры Людей Ци Кан и И Шань почувствовали силу Райской Реки и открыли свои божественные сокровища Райской Реки, что вызвало у всех вокруг невероятную радость.

Если они преуспели, значит божественное сокровище Райской Реки могло заменить Божественный Мост и стать седьмым божественным сокровищем!

Тем не менее, процесс замены божественного сокровища может оказаться очень долгим.

— Владыка Культа Цинь, это ты создал это божественное сокровище Райской Реки? — Чжэ Хуали осмотрел божественное сокровище Райской Реки, открытое обеими Императорами Людей, и был поражён.

Будучи крайне довольным собой, Цинь Муулыбчиво проговорил:

— Я поспорил с Сюем Шэнхуа, чтобы проверить кто из нас первым сможет открыть новое седьмое божественное сокровище, победитель станет новым Телом Тирана, а проигравший — подделкой. Поначалу я не был уверен в победе, тем не менее, позже мне повезло встретиться с Матерью Земли, которая дала мне Плод Дао Земного Эона. Это позволило мне пробиться через стену Жизни и Смерти и быстро достичь области Жизни и Смерти. Сюй Шэнхуа крайне талантлив, и определённо сможет додуматься до того же решения, что и я. Тем не менее, он проиграл мне в совершенствовании, так что я сумел открыть божественное сокровище Райской Реки раньше!

Чжэ Хуали изумлённо проговорил: — Тебе очень повезло иметь такого друга Дао, постоянно дающего тебе пинок под зад.

Он остался, чтобы изучить божественное сокровище, в то время как Цинь Му собрался в путь на противоположный берег Райской реки.

Убедившись, что божественное сокровище Райской реки можно открыть, он мог оставить остаток работы другим. Имперский Наставник распространил бы технику, а также придумал бы способ запечатать Южные Небесные Врата, позволяя богам Вечного Мира совершенствовать божественное сокровище Райской Реки.

На реке Цинь Му и цилинь уселись на голове Владыки Взращивания Драконов. Контролируя облако, тот полетел к горе Столетия на противоположном берегу.

Внезапно в реке показался сапфирово-синий дракон наводнения, следуя за ними вплоть до противоположного берега. Его скорость также была невероятно высокой.

После вчерашнего сражения Владыка Взращивания Драконов высоко задирал голову, можно было даже сказать, что он чем-то хвастается. Он хотел, чтобы все драконьи короли в реке знали, что у него сильный хозяин.

На востоке поднялось солнце, заливая своими лучами округу. Наблюдая за этим, Цинь Му показалось, что солнце будто выпрыгнуло из Райской реки. Поверхность воды сияла рябью, будто на ней танцевали бесчисленные золотые змеи.

Цинь Му и Цилинь обрадовались, согласившись, что этот вид невероятно красивый.

В следующий миг лицо юноши помрачнело, когда он заметил, как солнце искривляется, будто красный финик. Зрелище было крайне отвратительным.

С момента появления Первобытного Царства небо длиной десять тысяч километров не могло целиком накрыть Вечный Мир. Боги, следящие за работой астрономического явления, тоже становились всё ленивее и ленивее.

Впрочем, их нельзя было в чём-то винить. Их небо находилось на высоте ста тысяч километров и имело толщину в километр. После открытия Первобытного Царства появились горы даже выше, чем оно. Упираясь в небо, они его искривляли, отчего движение звёзд становилось беспорядочным. Боги райских небес ничего не могли с этим поделать.

Цинь Му отвёл взгляд, не в силах продолжать смотреть на эту картину. Внезапно он заметил, что речная вода забурлила, и старик с драконьей головой медленно поднялся на поверхность, опираясь на свою трость. Он остановился, а за его спиной показались бесчисленные драконьи сыновья и дочери, преграждая путь вперёд.

Божественный лучи взмыли ввысь, рассеиваясь над речной водой.

Две женщины-драконы внезапно приняли человеческий облик. Одна из них таскала с собой бесчисленное количество сокровищ, а вторая держала чай и еду.

Приказав Владыке Взращивания Драконов остановиться, Цинь Му спросил:

— Почему старший преградил мне путь?

Старый король драконов поспешно поздоровался:

— Маленький дракон — король драконов этой части Райской Реки, со времён Дракона Ханя и до наших дней, я охранял это место на протяжении миллиона лет, обеспечивая работоспособность Райкой Реки. Вчера ночью я стал свидетелем силы высшего бога, и так как сегодня высший бог проходил мимо, я решил поднести свои дары.

— Высший бог? — Цинь Му громко рассмеялся, качая головой. — Я не высший бог, а просто практик божественных искусств, недавно открывший божественное сокровище Райской Реки, мне ещё далеко до области богов.

Старый король драконов согласился со всем сказанным и ответил:

— Высший бог должно быть устал, так что я пришёл специально для того, чтобы предложить свои скудные дары, все они являются плодами Райской реки.

Цинь Му спрыгнул со спины Владыки Взращивания Драконов и встал на воду. Старый дракон махнул рукой, и к юноше тут же двинулись бесчисленные креветки-солдаты и крабы-генералы, начиная контролировать воду своей магической силой и строя на её поверхности дворец, чтобы Цинь Му было где присесть.

Дворец был построен из воды Райской реки, а столы и стулья были вытесаны из белого нефрита. Сидя снаружи, он не ощущал палящего солнца и сильного ветра, но всё же мог видеть происходящее снаружи.

Цинь Му присел, старый дракон составил ему компанию.

Две женщины медленно подошли к ним, поднося сокровища и чай.

Попивая чай, Цинь Му посмотрел на сокровища: — Владыка Взращивания Драконов, возьми их.

Восхищённый, Владыка Взращивания Драконов поспешно собрал всевозможные сокровища.

Внимательно посмотрев на старого короля драконов напротив, Цинь Му проговорил:

— Я уже нарёк Владыку Взращивания Драконов Королём Драконов Райкой реки, слушайся его, и я позабочусь о том, что твои потомки будут жить мирно.

Немного колеблясь, старый дракон осторожно проговорил:

— Высший бог, Владыка Взращивания Драконов мудр и силён, но его родословная недостаточно чиста.

Цинь Му засмеялся, улыбчиво отвечая:

— Если бы родословная что-либо значила, разве мне удалось бы убить Принца Цю Мина? Если бы это было так, то разве бы Мать Земли потерпела поражение?

Старый король драконов промолчал.

— Так как ты охранял это место на протяжении многих поколений, я не буду доставлять тебе проблем. Твой род продолжит править на этой части Райской реки, я помогу контролировать ветер и дождь, в то время как ты можешь вызывать паводки, нанося вред людям вокруг. Можешь принимать их подношения, тем не менее, тебе нельзя их порабощать или брать в рабство, — поставив чашку, Цинь Му вышел из дворца. — Владыка Взращивания Драконов заключит с тобой Соглашение Маленького Графа Земли, чтобы ты не восстал. Я уже допил свой чай и принял твой подарок, можешь уходить. Переправив меня на другой берег, Владыка Взращивания Драконов вернётся к тебе.

Король драконов послушался, и дворец на воде рассеялся. Старик ушёл вместе со своими потомками.

«Соглашение Маленького Графа Земли? — радостно моргнул Владыка Взращивания Драконов, мысленно восклицая. — Оно даже жесточе, чем Соглашение Графа Земли, я и вправду стану Королём Драконов Райской Реки!»

Он восторженно тащил Цинь Му и цилиня вперёд. Спустя некоторое время, ещё один король драконов появился на поверхности реки, поднёс свои дары и предложил чай.

Выпив чай, Цинь Му сказал ему то же самое, прежде чем продолжить путь.

На протяжении всего путешествия всевозможные драконы один за другим появлялись перед ними, предлагая сокровища. Битва прошлой ночью подняла слишком много шума. Драконы вверх и вниз по течению тут же решили с ним встретиться, и на каждой части пути их встречал кто-то новый, ведя себя крайне вежливо.

Цинь Му продолжал путь, время от времени останавливаясь и до отвала напиваясь чая. К тому времени, как он добрался к противоположному берегу Райской реки, наступил обед.

Цилинь прошептал:

— Владыка Культа Цинь, Потомственный Король Драконов исчез, драконы потеряли свой костяк, поэтому решили сдаться, чтобы нас обхитрить. Как только Мать Земли отдаст свой приказ, они все восстанут! Несмотря на то, что способности Владыки Взращивания Драконов неплохи, он не сможет контролировать всю реку. Мы должны пригласить старика Цин Хуана из деревни драконов, чтобы тот их подавил!

Владыка Взращивания Драконов был недоволен услышанным, тем не менее, слова цилиня были правдой. Старший Цин Хуан был вторым Небесным Королём райских небес Императора-Основателя, его способности уступали лишь Ди Июэ. Он был в разы сильнее него.

Способности старика были даже выше, чем у Потомственного Короля Драконов, так что он идеально подходил для подавления Райской Реки.

— Даже если Цин Хуан спустится со своей горы, он не сможет подавить эту реку, — покачал головой Цинь Му. — Как только Мать Земли отдаст свой приказ, короли драконов и полубоги, сдавшиеся нам, восстанут. Никто из них не перешёл на нашу сторону по своей собственной воле!

Цилинь растеряно спросил:

— Почему, в таком случае, Владыка Культа всё равно принимает их сдачу? Когда они восстанут и, управляя речной водой, затопят Вечный Мир, тот превратится в подводную страну. Его жители станут кормом для рыб и креветок!

Цинь Му оглянулся, чтобы посмотреть на речную гладь, и спокойно ответил:

— Знаю, я просто жду приказа Матери Земли.

Цилинь и Владыка Взращивания Драконов были ошарашены.

— Как только Мать Земли отдаст свой приказ, и драконы с полубогами восстанут, они пойдут против Соглашения Маленького Графа Земли,

— на лице Цинь Му возникло мрачное выражение. — Если они этого не сделают, то ничего не произойдёт. Но если они пойдут против меня, то всего лишь за одну ночь на поверхность райской реки всплывут бесчисленные драконьи трупы! Главная угроза, которую Мать Земли несёт для Вечного Мира, исчезнет, а с ней и опасность Райской реки! Соглашение Маленького Графа Земли встряхнёт мир своей силой!

Владыка Взращивания Драконов дрогнул, не смея даже думать о подобном зрелище.

В земле слова Цинь, головастый младенец был вне себя от радости, и сидел за каменным столом в ожидании обеда.

Цинь Му посмотрел на гору Столетия впереди и проговорил:

— Владыка Взращивания Драконов, иди назад и заключи со всеми Соглашение Маленького Графа Земли. Все полубоги, чьи способности достигают области бога, должны это сделать!

— Как прикажешь!

Владыка Взращивания Драконов погрузился под воду и исчез.

Мрачное выражение исчезло с лица Цинь Му, когда он посмотрел на бога Бай Си, сидящего на небольшом кургане, и улыбчиво проговорил:

— Бог Бай Си, я пришёл с тобой встретиться.

Тот небрежно поздоровался, но не стал закатывать истерик. Тем не менее, его голос был довольно обиженным:

— Хозяин, это был Владыка Взращивания Драконов? Ему повезло, что река Вздымающаяся стала такой огромной. Те горы напротив тоже стали больше, правда?

Цинь Му повернул голову, увидев вдали от горы Столетия горный хребет, протянувшийся почти на десять тысяч километров. На нём виднелись бесчисленные святыни и храмы, а в здешних лесах обитали всевозможные странные звери. Среди них был огромный олень, туда-сюда носящийся среди облаков.

Цинь Му тепло улыбнулся и неспешно проговорил:

— С сегодняшнего дня эта гора будет называться горой Столетия, как тебе такая идея?

Глaва 826. Bетвь Секты Даo

Бог Бай Си был удивлён и восхищён, но внезапно покачал головой:

— Мой хозяин не знает о происхождении горы Сияния Заката. На ней располагается царство богов, протянувшееся на десятки тысяч километров, которое населяют бесчисленные боги, разве они будут тебя слушать? Захватить этот горный хребет невозможно!

Цинь Му отправился в уезд Оленя, где написал записку и передал её богу Бай Си:

— Возьми этот лист, навести бога горы, и передай ему, что я завтра приду к ним в гости. Он определённо видел мою вчерашнюю битву, поэтому не станет доставлять тебе проблем.

Бай Си собирался уйти, когда из-за пределов города донёсся чей-то громкий, звонкий голос:

— Боги Семидесяти Двух пещер горы Сияния Заката пришли отдать дань своего уважения Телу Тирана Вечного Мира Циню!

Удивлённый, Цинь Му с улыбкой проговорил:

— Эти горные боги и вправду быстры, ничем не уступая королям драконов Райской реки. Впустите их.

Бог Бай Си немедленно покинул город, чтобы встретить гостей. Спустя мгновение он увидел богов, спустившихся с разных гор со своими последователями, чтобы отдать дань уважения. С собой они принесли ослепительное количество ярко сверкающих сокровищ.

У некоторых из этих богов были оленьи рога, у других же тигриные головы или и вовсе со лба росли ветки. Их внешность и расовая принадлежность были очень разными.

Цинь Му знал, что они лишь пытались выиграть время, так что улыбчиво их поприветствовал. Приказав Бай Си принять дары, он проговорил:

— Боги хранили горы Вечного Мира и внесли свой вклад в защиту страны. До тех пор, пока вы будете мне верны, я буду хорошо к вам относиться. Я собираюсь переименовать эту гору в гору Столетия и назначить Уважаемого Бога Бай Си главным богом Семидесяти Двух Вершин Сияния Заката, что вы об этом скажете?

Боги Семидесяти Двух Пещер Сияния Заката растеряно переглянулись, прежде чем бросить презрительные взгляды на Бай Си, в их глазах виднелось неуважение.

Один из них сделал шаг вперёд и проговорил:

— Господин Цинь пришёл издалека, поэтому должно быть не знает, что у Богов Семидесяти Двух Пещер Горы Сияния Заката уже есть лидер. Гора Сияния Заката находится под контролем Небес Чистого Небосвода. Даже после того, как Первобытное Царство было запечатано, мы оказались внутри печати вместе с Небесами Чистого Небосвода, и те продолжали быть владельцем этих земель. Мы, горные боги, всего лишь присматриваем за их собственностью, собираем для них дань со здешних королевств, а также заботимся о покое местных людей.

Другой бог с рогами оленя добавил:

— Мы, горные боги семидесяти двух пещер, давным-давно подписали с Небесами Чистого Небосвода Соглашение Графа Земли, так что не можем ничего поделать в этой ситуации. Пусть Тело Тирана Цинь нас простит. Если мы пойдём против соглашения, то умрём жалкой смертью.

Цинь Му слегка нахмурился. Так как эти горные боги подписали Соглашение Графа Земли с Небесами Чистого Небосвода, у него появилась серьёзная проблема.

— Где находятся эти небеса? — спросил он.

Бесчисленные горные боги указали пальцами в небо, и Цинь Му поднял голову, смотря в его сторону. Над горой Сияния Заката он увидел зелёный свет в форме радуги, протянувшийся на десять тысяч километров. Он висел в воздухе, не двигаясь.

Длина этого света была невероятно огромной, и смотря издалека, было сложно догадаться, что это небеса.

— Так как у горы Сияния Заката уже есть владелец, и вы подписали с ним Соглашение Графа Земли, я не могу вас заставлять, — пробормотал себе под нос Цинь Му. — В таком случае мне остаётся лишь убить вас…

Горные боги семидесяти двух пещер резко изменились в лицах, и в этот миг в воздухе взорвался чей-то оглушительный смех, с которым молодой даос в зелёной одежде спустился с неба, наступая на полосу зелёного света:

— Империя маленькая, но не слабая, мощь небольшая, но она не боится сильных. Грубые и хамоватые большие соседи, жадные и упрямые, но не знают дипломатии, отчего гибнут! Я слышал, что у реформы Вечного Мира есть три героя, первый из которых — Император Яньфэн, обладающий удивительными способностями и широким видением, император на вечность. Второй — Имперский Наставник, чей ум сконцентрирован на мире, открытии новых земель, его талант не от мира сего. Третий — это Тело Тирана Цинь, Владыка Небесного Святого Культа, единолично толкающий путь святого вперёд. Я слышал о вашей репутации, и теперь, встретив Тело Тирана Цинь, я убедился, что ты ей соответствуешь.

Цинь Му рассмеялся и встал, громко отвечая:

— Брат отлично подметил. Могу я узнать откуда ты?

Юноша в зелёном приземлился в городе и поздоровался с Цинь Му:

— С Небес Чистого Небосвода, я Юй Чэнь, рад тебя встретить, Владыка Небесного Святого Культа. Мои Небеса Чистого Небосвода — это ветка секты Дао, Секта Чистого Небосвода, под контролем которой двадцать четыре королевства богов, включая эту гору Сияния Заката.

На лице Цинь Му тут же возникло мрачное выражение, он подумал про себя: «Это собственность Мастера Дао Линь Сюаня, было бы нехорошо её захватывать.»

Тем не менее, он немного успокоился.

Причина, по которой он хотел захватить гору Сияния Заката, состояла в том, что он боялся, что Мать Земли отдаст приказ убить людей Вечного Мира.

Так как гора Сияния Заката была собственностью секты Дао, всё стало намного проще.

Богу Бай Си всего лишь придётся немного пострадать, и так и остаться править старой горой Столетия.

Держа хлыст из конского волоса на своём локте, юноша в зелёном проговорил:

— Могу ли я спросить у Тела Тирана Цинь, пришёл он сюда как представитель Небесного Святого Культа, или же Вечного Мира?

Цинь Му слегка растерялся.

Юй Чэнь продолжил:

— Если ты представляешь Небесный Святой Культ, то мы будем сражаться по учениям культов, используя заклятия и божественные искусства. Если же ты представляешь Империю Вечного Мира, то мои Небеса Чистого Небосвода соберут солдат из всех двадцати четырёх королевств богов и выстроят построения, впереди которых будут сражаться две армии.

Цинь Му зевнул и улыбнулся:

— Старший брат Юй Чэнь, в Вечном Мире тоже есть секта Дао, её Мастер Дао Линь Сюань — мой закадычный друг, мы все одна семья, так что в войне нет необходимости.

Юй Чэнь покачал головой:

— Секта Дао нижней границы неправедна. Праведной является лишь секта Дао райских небес. Её подобие в Вечном Мире нельзя даже считать веткой, она была создана всего лишь учениками, которые отбились от настоящей секты Дао.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил:

— Раз уж вы не признаёте Мастера Дао Линь Сюаня, возможно вы признаете авторитет Предка Дао?

Юй Чэнь торжественно ответил:

— Предок Дао — это начало нашей секты, он Предок Дао Всего, конечно мы его признаём!

— Предок Дао находится на Небесах Чистого Небосвода? — спросил Цинь Му.

Юй Чэнь нетерпеливо покачал головой:

— Тело Тирана Цинь хочет драться, или заключать мир?

Что-то пробормотав себе под нос, Цинь Му улыбчиво покачал головой:

— Будучи даосом, ты слишком вспыльчивый, секта Дао развивает нравственность и духовное совершенствование, куда ушли все твои старания? Предок Дао сейчас на Небесах Чистого Небосвода?

Юй Чэнь нахмурился, собираясь ответить, когда в небе неподалёку появилось облако. Внутри него размахивал крыльями белый дракон, двигаясь вперёд. Внезапно облако остановилось и со спины монстра донёсся удивлённый голос Даоса Линь Сюаня:

— Владыка Культа Цинь, что ты здесь делаешь?

Облако приземлилась посреди города, прежде чем рассеяться. Мастер Дао Линь Сюань и даос Ча спрыгнули со спины дракона, и первый тут же со всей силы дёрнул монстра за хвост. В следующий миг тот превратился в хлыст из конного волоса, который он аккуратно положил себе на локоть.

Посмотрев на семьдесят двух горных богов, даос Ча перевёл взгляд на Юй Чэня, прежде чем спросить:

— Очередная драка?

Цинь Му мягко покачал головой и проговорил:

— Это не бой, а дискуссия. Этот даос из Секты Чистого Небосвода вашей Секты Дао, а горные боги помогают вашей Секте Дао заботиться о своей земле. Мастер Дао Линь, я думаю, что налог, который Секта Дао платит Вечному Миру, слишком низкий, лишь у одной вашей ветки есть двадцать четыре королевства богов!

На лице Мастера Дао Линь Сюаня возникло мрачное выражение, он тихо проговорил:

— Я пришёл сюда как раз потому, что узнал, что некая Секта Чистого Небосвода является ответвлением моей секты Дао.

Даос Ча посмотрел на Юй Чэня и с недоумением спросил:

— Небеса Чистого Небосвода и вправду являются веткой Секты Дао?

Юй Чэнь покачал головой:

— Мой Чистый Небосвод и вправду ветвь Секты Дао, тем не менее, речь идёт не о вашей Секте Дао. Настоящая секта находится на райских небесах, а вы — фальшивка!

Заглянув в его сердце, Мастер Дао Линь Сюань проговорил:

— Настоящие или фальшивые, все они Секты Дао. Интересно, могу ли я отправиться на Небеса Чистого Небосвода, чтобы навестить старших Секты Дао? Я хочу повидать Предка Дао и отдать ему дань своего уважения.

Юй Чэнь на мгновение заколебался:

— Можешь идти, но попытайся не полагать слишком больших надежд. Ваша Секта Дао Вечного Мира — пустышка, у вас нет истинных учений или какого-то основания. Более того, Предок Дао не на Небесах Чистого Небосвода, я слышал, что он на райских небесах.

Даос Ча усмехнулся и ответил:

— Мы пустышка? Маленький даос, я совершенствовался со старым даосом ещё до того, как ты родился! Тебе стоило бы знать, что наша Секта Дао обрела славу ещё во времена Эпохи Императора-Основателя!

Юй Чэнь покачал головой:

— Секта Дао Эпохи Императора-Основателя тоже была фальшивкой, её создали забытые ученики Секты Дао, она неправедна.

Даос Ча рассмеялся от гнева, и собирался возразить, когда Мастер Дао Линь Сюань покачал головой:

— Нет смысла спорить с ним о том, что настоящее, а что фальшивое. Дао настоящее, так что Секта Дао не может быть фальшивой.

Даос Ча на мгновение ошарашенно застыл, прежде чем похвалить:

— Мастер Дао обладает невероятной широтой ума, неудивительно, что ты стал Мастером Дао.

Мастер Дао отправился в путь, и Цинь Му поспешно проговорил:

— Мы с Предком Дао старые друзья, подожди, я попрошу кого-то привести сюда Небесного Преподобного Юя, после чего мы вместе отправимся на Небеса Чистого Небосвода. У меня громкая репутация и меня глубоко уважают, так что вместе со мной тебе ничего не будет угрожать.

Мастер Дао Линь Сюань мысленно ворчал, в то время как даос Ча бросал на него многозначительные взгляды, уговаривая уходить как можно скорее.

Тем не менее, Линь Сюань всё же был Мастером Дао, и его репутация была не слишком громкой. Более того, его отношения с Цинь Му были довольно хорошими, так что он не знал, как поступить.

«Владыка Небесного Святого Культа Цинь носит прозвище Разрушитель Цинь, так как он несёт разрушение куда бы не пошёл. Также его называют Катастрофа Цинь, так как катастрофа всегда приходит следом за ним. Ещё у него есть прозвище Громила Цинь, ведь он избивает людей направо и налево… — задумался он. — Как мне ему отказать? Людям с такой репутацией не отказывают…»

Сверкая улыбками, Цинь Му отправил бога Бай Си поручить Владыке Взращивания Драконов переправить к ним Небесного Преподобного Юя, оставшегося на противоположном берегу.

Бог Бай Си тут же ушёл, и спустя час Владыка Взращивания Драконов притащил Небесного Преподобного Юя и цилиня в уезд Оленя. Воспряв духом, Цинь Му вежливо сказал парню:

— Я приведу тебя встретиться со старым другом, в своё время мы с тобой сильно помогли этому даосу, пришло время взять с него процент…

Небесный Преподобный Юй растерялся:

— Мастер Дао, старший брат Юй Чэнь, идём. Нужно быстро отправляться на Небеса Чистого Небосвода, уже почти стемнело!

Даос Юй Чэнь нахмурился: «Почему Тело Тирана Цинь ведёт себя так панибратски?»

Когда они собрались уходить, бог Бай Си извинительно улыбнулся и спросил:

— Хозяин, а что насчёт горы Столетия?..

Немного подумав, Цинь Му ответил:

— Горе Сияния Заката принадлежит Секте Дао, так что тебе придётся пострадать ещё немного и остаться здесь. Если будешь голоден, попроси Владыку Взращивания Драконов принести тебе что-то поесть. Владыка теперь живёт богато, он стал Королём Драконов Райской Реки…

Бог Бай Си хотел плакать, но у него не было слёз. Посмотрев на Владыку Взращивания Драконов, он увидел, что тот невероятно доволен собой.

Цинь Му забрался на спину цилиня, и языки священного пламени вспыхнули под ногами зверя. Ступая по ним, он отправился следом за даосом Юй Чэнем, Мастером Дао Линь Сюанем и остальными.

Сидящий возле него Небесный Преподобный Юй немного заколебался. Наконец решившись, он спросил:

— Брат, этот старый друг знает что-то о моём рождении? Я знаю, что меня подобрали, но всё же мне интересно кто мои родители…

Глава 827. Наcтоящий Bиновник

Немного подумав, Цинь Му ответил:

— Он должен что-то знать. Несмотря на то, что он моложе тебя, разница незначительная. Ели речь идёт о возрасте, то он один из самыx старых представителей человеческой расы, старше него лишь Семь Небесных Преподобных. Он должен знать многое!

Небесный Преподобный Юй тут же воспрял духом.

Они влетели в зелёную радугу, и свет перед их глазами рассеялся. Небеса Чистого Небосвода находились впереди, и когда Цинь Му оглянулся, он увидел, что солнце уже шло к закату. Тем не менее, высоко в небе впереди висело ещё одно солнце.

Посмотрев вверх, он увидел, что оно не было настоящим. Его создали местные даосы, и сейчас к нему летали бесчисленные люди.

— Даос Линь, эта ветка твоей Секты Дао обладает невероятно высокими познаниями в математике — сказал Цинь Му Мастеру Дао.

Тот радостно ответил:

— Всё в мире можно описать математикой, и так как моя Секта Дао специализируется в Дао Математики, мы, естественно, отлично ею владеем.

Его настрой становился всё более оптимистичным. Осматриваясь вокруг, он раз за разом кивал головой.

Вокруг было огромное количество гор и рек, тем не менее, размеры этого места были не слишком большими. Оно было сопоставимо с Империей Вечного Мира прошлого, достигая ста тысяч километров в радиусе.

Даже если этот мир был небольшим, в нём было всё необходимое. Цинь Му увидел искусственную луну и галактику. Луна и звёзды галактики были не слишком большими, последние имели круглые форму, а их радиус не превышал трёхсот метров. На многих из них возвышался дворец.

Дворец идеально помещался на поверхности звезды, тем не менее, если воткнуть на неё ещё одно здание, то места бы не хватило.

В это время даосы носились по галактике, меняя расположение звёзд, чтобы сформировать построение. За ними наблюдал старый даос, рассказывая, как именно создать построение.

Судя с общей картины, построение звёзд, созвездий и галактик формировало силуэт величественного бога. Две галактики выполняли роль его глаз, туманности выглядели как линии вен, а звёзды напоминали структуру физического тела.

— Небесный Герцог? — Цинь Му удивлённо цокнул языком и улыбнулся. — Небо Чистого Небосвода использовало звёзды, чтобы воссоздать форму Небесного Герцога, их уровень математики и вправду превосходен!

Юй Чэнь ответил:

— В этом нет ничего странного. Наша секта отлично владеет математикой, благодаря чему райские небеса считают нас важными, позволяя изучать Дао Небес и структуру физического тела Небесного Герцога. Даосы наших Небес Чистого Небосвода часто отправляются в Сюаньду, чтобы измерить его структуру. На теле Небесного Герцога много наших учеников.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули.

Райские небеса позволяют Секте Дао изучать Дао Небес и структуру физического тела Небесного Герцога. Более того, они даже воссоздают эту структуру с помощью звёзд, для чего это райским небесам?

В его сердце возникло плохое предчувствие: «Они хотят его заменить! Небесный Герцог в опасности! Избавившись от него, они создадут нового Небесного Герцога!»

— Несмотря на то, что ваша Секта Дао Вечного Мира считается пустышкой, у вас всё же есть слабая связь с Сектой Дао, — Юй Чэнь обратился к Линь Сюаню. — Так как мы с одной секты, я позволю тебе встретиться с предками.

Даос Ча недовольно взвёл брови. Мастер Дао ответил:

— Огромное спасибо, старший брат Юй Чэнь.

Затем Юй Чэнь повернулся к Цинь Му и слегка нахмурился:

— Что касается Тела Тирана Циня, тебе не стоило приходить со мной на Небеса Чистого Небосвода. Небесный Святой Культ называют Небесным Дьявольским Культом, а изгнание дьяволов — работа нашей Секты Дао. Более того, Вечный Мир — это цель, которую хотят уничтожить райские небеса.

Цинь Му посмотрел в небо, его взгляд остановился на теле Небесного Герцога. Он улыбнулся:

— Будь то личное, или официальное дело, я должен был прийти. Если я этого не сделаю, мир изменится.

Юй Чэнь посмотрел на него, чувствуя, что эти слова имеют глубокий смысл, но он не стал над ними задумываться:

— Дворец Дао вон там, давайте я отведу вас к мастеру нашей секты Небес Чистого Небосвода. Захочет ли он с вами встретиться, я не знаю.

Дворец Дао располагался в самом сердце Небес Чистого Небосвода, вокруг него возвышалось огромное количество гор. Также неподалёку находились двадцать четыре дворца, соответствуя двадцати четырём королевствам богов под началом секты.

Небеса Чистого Небосвода были Сектой Чистого Небосвода, разросшимся ответвлением Секты Дао. У Секты Дао определённо были и другие ветки, так что можно было представить, насколько великой была её настоящая сила!

Все пришли во двор Дворца Дао и спустились со своих зверей. Юй Чэнь попросил их подождать снаружи, а сам поспешно поднялся по ступеням, направляясь в золотой дворец наверху.

Эти каменные ступени были выстроены вдоль горы, их количество было невозможно сосчитать.

— Вот так они принимают гостей? — Даос Ча улыбнулся от злости, доставая из своей короны Дао военные вилы. — Мы, в конце концов, тоже принадлежим к Секте Дао, и даже если мы неправедны, нет никаких причин оставлять нас здесь! Мастер Дао, давай пробьёмся с боем и перевернём их дворец вверх дном!

Линь Сюань махнул рукой в ответ:

— Так как мы гости, мы должны следовать решениям хозяина. Пока можем осмотреться.

Дворец Дво был невероятно огромным, здесь было бесчисленные количество даосов, совершенствующих навыки Дао. Цинь Му и остальные стояли перед медной стеной, толщиной в несколько десятков метров, слушая объяснение старого даоса:

— Все вещи в мире созданы из бесчисленных частиц, как человеческое тело, так и эта медная стена. Если вы в силах это понять, то сможете изменить структуру своего тела, чтобы оно вибрировало в резонанс со стеной, что позволит пройти сквозь неё. Совершенствование искусства прохождения сквозь стены, навыки запрета и печати перестанет быть проблемой. Смотрите.

Он подошёл к стене и медленно зашагал вперёд. Пройдя сквозь стену и выйдя с другой стороны, он вернулся обратно:

— Можете попробовать.

Молодые даосы взволнованно подошли к стене, чтобы попробовать. Некоторые разбили себе лоб, столкнувшись со стеной, тем не менее были и те, кому удалось пройти сквозь.

Старик прищурился, наблюдая за ними. Время от времени он указывал на их ошибки.

С любопытством наблюдая за происходящим, цилинь не удержался, проговорив:

— Старший, у тебя пропал один ученик. Сначала их было семнадцать, а осталось шестнадцать!

Старый Даос пересчитал, тут же взволновавшись. Он поспешно нанёс по стене тяжёлый удар, и неопытный даос, застрявший внутри, тут же вылетел наружу. Парень задыхался, едва не погибнув.

Посмотрев на цилиня, даос похвалил:

— У тебя есть корень мудрости, ты готов присоединиться к моей Секте Чистого Небосвода и совершенствоваться вместе с нами?

Цилинь покачал головой.

— Искусство прохождения сквозь стены слегка напоминает технику Фантомной Иллюзии нашего Небесного Святого Культа. Она также напоминает Руку Небесного Расхитителя, Подменившую Солнце дедушки одноногого.

Взгляд юноши упал на Небесного Преподобного Юя:

— Этот способ слегка отличается в рассуждениях. Но если понять его принципы, научиться будет несложно.

Небесный Преподобный Юй испытывал искушение попробовать пройти сквозь стену и проговорил:

— Я уже понял, можно попробовать?

Цинь Му кивнул.

Небесный Преподобный Юй подошёл к медной стене и спокойно прошёл сквозь неё, прежде чем вернуться обратно.

Глаза старого даоса загорелись. Он улыбнулся:

— У младшего брата есть корень мудрости…

Цинь Му поспешно утащил Небесного Преподобного Юя прочь, отправившись к противоположной стороне здания. Там собралось несколько даосов, рисуя карту на огромной круглой платформе.

Юноша подошёл к ним, чтобы взглянуть, и резко изменился в лице, серьёзно спрашивая:

— Старшие братья, вы рисуете звёздную карту?

— У тебя неплохое зрение, в котором королевстве богов ты учишься? — оторвавшись от рисования спросил один из даосов.

Линь Сюань подошёл вперёд и тоже резко изменился в лице при виде карты:

— Карта небес, накрывающих Вечный Мир, была создана Небесами Чистого Небосвода?

Группа даосов была ошеломлена.

Звёздная карта, которую они составляли, была полностью такой же, как и небо над Империей Вечного Мира. Орбиты, по которых двигались звёзды, были идентичными.

Цинь Му и Линь Сюань возглавляли Небесный Союз, который был создан именно для того, чтобы разрушить поддельное небо, позволяя людям Вечного Мира увидеть настоящий внешний мир.

Мастеру Дао Секты Дао Вечного Мира не удалось совершенствовать Четырнадцатое Писание Меча Дао, несмотря на то что он потратил всю свою жизнь на его изучение. После долгих лет учения, предшественнику Мастера Дао Линь Сюаня удалось освоить движение лишь наполовину. Причина, по которой он погиб в битве на горном хребте Разрушенный Богом, состоит в том, что он не овладел четырнадцатым движением. В противном случае он мог бы выжить.

Проблема состояла в том, что астрономическое явление было поддельным, а значит все расчёты предыдущих мастеров Дао были ошибочными, из-за чего совершенствование четырнадцатого писания было попросту невозможным!

Кроме того, из-за этой карты неба сердце Дао Линь Сюаня было разбито, и он едва не сошёл с ума. К счастью, Цинь Му и Сюй Шэнхуа тогда были с ним, и вдохновили его пережить это потрясение.

Теперь, когда он увидел карту, которую рисовали даосы Небес Чистого Небосвода, его сердце дрогнуло снова, наполняясь злостью.

Невообразимой злостью!

Группа даосов смерила Цинь Му и Линь Сюаня взглядами, после чего один их них улыбчиво проговорил:

— Вы имеете в виду небо над Первобытным Царством? Его и вправду нарисовала моя Секта Дао. Мы сделали это по приказу райских небес, чтобы закрыть небо Первобытного Царства. Тем не менее, тогда работа проводилась в спешке, и сейчас всплыло множество недостатков. Мы собираемся отремонтировать это небо и поправить недоработанные места.

Другой даос добавил:

— Райские Небеса приказали Секте Дао нарисовать звёздную карту, и старшие нашей секты спроектировали в ней несколько мест, решение которых требует бесконечного количества вычислений. Если жители Первобытного Царства будут изучать своё небо и попытаются вычислить секрет движения тел на нём, они застрянут. Поэтому, даже несмотря на то, что в небе есть недостатки, эти бесконечные вычисления исчерпают силы даже самых талантливых людей, отчего они никогда не узнают, что небо поддельное. Чтобы понять, нашу карту, вы должны обладать невероятными достижениями в математике. Из какого вы королевства богов?

Мастер Дао стиснул зубы, из уголков его рта потекла кровь.

— В этот раз гости из райских небес сказали, что звёздная карта повредилась, и мы должны её отремонтировать. Когда мы закончим, никто больше не заметит недостатков, — улыбчиво проговорили даосы.

Из зубов Мастера Дао Линь Сюаня донёсся хруст, он равнодушно проговорил:

— Владыка Культа, пожалуйста, уходи, это дело моей Секты Дао.

Взглянув на него, Цинь Му покачал головой:

— Это не дело Секты Дао, а цель Небесного Союза. Разве он не был создан, чтобы разрушить поддельное небо?

Мастер Дао сплюнул кровь вместе со сломанным куском зуба и усмехнулся:

— Звёздная карта, звёздная карта… Карта, разрушавшая мою Секту Дао на протяжении двадцати тысяч лет. Оказывается, она была создана именно Сектой Дао! Учитель, учитель, ты видишь это?

Он зарычал, и по его щекам потекли две полосы крови.

Вьюх!

Его Меч Дао вылетел из ножен, его свет устремился в облака.

Внезапно Цинь Му положил руку ему на плечо.

— Старший Небесного Союза хорошо умеет сдерживать свой гнев, правда? — тепло улыбнулся он.

Мастер Дао Линь Сюань посмотрел ему в глаза, и его разозлившееся сердце успокоилось. Он закрыл глаза, и спустя некоторое время его меч спустился с облаков, возвращаясь обратно в ножны.

Цинь Му обернулся, смотря на растерявшихся даосов. Невинно улыбнувшись, он спросил:

— Могу ли я узнать, где находится посланец с райских небес?

Глава 828. Убивать Людeй

Оказавшись под влиянием его улыбки, даосы тут же успокоились. Указав пальцами на вершину Дворца Дао, он ответили:

— Посланники с райских небес находятся в Дворце Дао, у них высокое положение. Так что их принимает сам мастер секты.

Цинь Му поспешно отблагодарил и посмотрел на диаграмму построения на круглой платформе. Его сердце дрогнуло, когда он улыбчиво проговорил:

— Эта лишь диаграмма построения движения астрономического явления. Построения для каждого отдельного тела, к примеру солнца или луны, будут намного сложнее. Траектория каждой звезды уникальна, их сила тоже отличается, так что они требуют особых построений. Старшие братья и вправду тяжело поработали. По правде говоря, я тоже довольно хорошо разбираюсь в математике, и мог бы вам помочь.

Один из даосов покачал головой:

— Построение звёзд уже готово, нет смысла его менять. Теперь нам осталось рассчитать лишь звёздную карту и заделать в ней дыры.

Другой даос покачал головой и проговорил:

— Разве ты не слышал, что они говорили? Посланники райских небес приказали нам воссоздать звёздную карту, а также в астрономическое явление божественное искусство.

— Понял, — улыбчиво ответил Даос. — Вот почему старшие братья из Святилища Дао с головой погружены в работу последними днями. Оказывается, они разрабатывают построение звёздной карты.

Другой Даос добавил:

— Я спрашивал у мастера секты, и он сказал. Что мы должны внедрить божественное искусство астрономического явления в небо на случай, если в будущем появятся страны на подобии Вечного Мира, или если кто-то из нижней границы решит восстать. В таком случае, у нас не будет нужды просить четырёх божеств о помощи, ведь мы сможем просто активировать звёздную карту, чтобы спустить на них катастрофу. Несмотря на то, что райские небеса не обращают внимания на крохотные страны вроде Вечного Мира, и не хотят тратить на них времени, им оставляет много хлопот нужда снова и снова спускаться, чтобы их очистить. Звёздная карта сэкономит им много времени.

— Неудивительно, что в этот раз с райских небес пришло так много людей, часть которых выглядели как ученики главных богов различных звёзд.

— И это ещё не всё! Ученики Четырёх Божеств тоже здесь! Все они в Святилище Дао, учат старших и младших братьев проектировать построения астрономического явления!

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Он едва сдержал своё желание вытащить меч и порубить даосов.

«Внедрение божественного искусства астрономического явления в звёздную карту — поистине зловещая идея! Как только они закончат, у Вечного Мира не останется шансов на выживание! Мы не просто будем уничтожены, но и все последующие эпохи не будут иметь возможности восстать, они не будут угрозой для райских небес! За этим всем стоят люди из райских небес, нет смысла убивать этих даосов.»

В этот момент юноша спросил:

— Старшие братья, а где находится Святилище Дао?

Один из старых даосов указал пальцем:

— Святилище Дао располагается перед Дворцом Дао, посланники находятся во дворце, а их подданые в святилище.

Цинь Му поблагодарил и взглянул на Мастера Дао Линь Сюаня, после чего они оба ушли. Линь Сюань спросил:

— Владыка Культа Цинь, что ты планируешь?

Цинь Му поднял голову, чтобы взглянуть на Святилище Дао, и торжественно ответил:

— Убивать Людей!

Мастер Дао замолчал на некоторое время:

— Мы ещё не успели встретиться с мастером секты Чистого Небосвода, ты уверен, что нужно начинать убивать так рано?

Нахмурившись, Цинь Му ответил:

— Ты ещё питаешь какие-либо надежды касательно мастера секты?

Мастер Дао покачал головой и равнодушно ответил:

— Поначалу у меня были надежды, но после вида звёздной карты, они рассеялись.

Нет больше печали, чем мёртвое сердце. Он мечтал встретить родную секту, с теми же принципами, что у него, но после того, как он увидел карту, его сердце Дао снова потерпело сильный удар.

Собравшись с чувствами, Линь Сюань праведным тоном проговорил:

— Если ты убьёшь людей с райских небес, то не выйдешь с Чистого Небосвода живым.

— Как только эти люди создадут звёздную карту, будь то Вечный Мир или первобытное Царство, их судьбы будут обречены. Оказавшись в руках райских небес, мы точно никуда не выйдем! — спокойно ответил Цинь Му. — В прошлом, когда мы измерили, что небо имело высоту в сто тысяч километров и толщину в тысячу метров, мы создали Небесный Союз. Разве он не существует для того, чтобы разрушить это небо? У нас появился шанс это сделать! Что касается нашей безопасности, сейчас нужно отложить её в сторону, поговорим о безопасности после того, как сделаем то, что должны!

Мастер дао был заражён его героизмом и улыбнулся:

— Владыка Культа Цинь, несмотря на то что мы с тобой хорошие друзья, я всегда был упреждён касаемо тебя, считая твоё поведение эксцентричным, будто у дьявола. Тем не менее, хоть у меня и было чувство что ты из дьявольского пути, я всегда тобой восхищался. Я даже мечтал о том, что однажды смогу стать как ты, и перестать заботиться о последствиях своих действий.

Цинь Му громко рассмеялся:

— Мастер Дао Линь, ты до сих пор думаешь о борьбе праведных с дьяволами?

Линь Сюань улыбнулся:

— Меня так учили с детства, так что я не могу полностью измениться. Тем не мене, после встречи с Владыкой Культа Цинь я не думаю, что так называемый дьявольский и праведный пути что-то значат. Несмотря на то, что действия Владыки кажутся мне эксцентричными, я чувствую, что у тебя сердце младенца. Когда я это заметил, отличие между праведностью и дьяволом стало ещё незаметнее. Меня очень часто завораживает то, что ты делаешь и как.

Цинь Му похвалил и проговорил:

— Старый Мастер Дао был и вправду мудр, раз выбрал тебя в качестве своего наследника.

— Патриарх Небесного Дьявольского Культа тоже был мудр, если его выбор пал на тебя.

Они оба громко рассмеялись, взбираясь вверх по каменным ступеням, весело разговаривая по пути.

Придя в Святилище Дао, они обнаружили бесчисленные слои дворцов. Навстречу им выбежали несколько взволнованных даосов, крича:

— Вор, вор! Зал Зелёной Козы ограбили, унесли много сокровищ!

Цинь Му остановил старика, спрашивая у него:

— Старший, на Небесах Чистого Небосвода вор?

Тот кивнул:

— Не знаю, что произошло, но кажется, что вор совершенствовал наше искусство прохождения сквозь стены, печати Зала Зелёной Козы остались нетронуты, но сокровища внутри исчезли! Кроме того, нескольких даосов раздели догола, а их одежду повесили на дерево. Их связали их собственными робами Золотого Дракона, не позволяя освободиться! Среди нас вор, он определённо ученик нашей секты!

Цинь Му был ошеломлен.

Внезапно старый даос развернулся и смерил их взглядом, прежде чем осторожно спросить:

— Я впервые вижу ваши лица, откуда вы?

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я — Тело Тирана Вечного Мира, Владыка Небесного Святого культа, Великий Ректор Небесной Святой Академии Цинь Му. А это Мастер Дао Секты Дао Вечного Мира, мы слышали, что секта Чистого Небосвода — это ветка Секты Дао, поэтому пришли к вам в гости.

Старый Дао посмотрел на них с обеих сторон, после чего дважды обошёл по кругу, улыбнулся и проговорил:

— Так вы бедные родственники из деревни, пришедшие сюда за богатством и славой. Думаю, что способностей у вас тоже никаких нет.

Цинь Му улыбнулся и промолчал.

Старик поспешно ушёл, и Цинь Му внезапно ошеломлённо дрогнул. Тут же пощупав свой пояс, он резко изменился в лице и собрался преследовать даоса, но тут уже скрылся!

Юноша замер, уголки его глаз начали дёргаться.

Мастер Дао Линь Сюань с недоумением спросил:

— Владыка Культа, что случилось?

— Один из моих мешочков таотэ исчез, — лицо юноши обрело зелёный цвет, он стиснул зубы. — Его украл тот старый даос!

Линь Сюань подпрыгнул от удивления и спросил:

— Подобный способ не мог использовать полубог Первобытного Царства. Кажется, это работа рук старшего Владыки Культа. Тем не менее, тот старый даос не слишком на него похож… Погоди-ка, кажется, я тоже что-то потерял!

Даос Ча поспешно потрогал свои карманы и изумлённо прокричал:

— Из моей короны Дао исчезли вилы!

— Моих духовных пилюль стало намного меньше! — печально завопил Цилинь, будто только что потерял семью.

Водный цилинь резко изменился в лице и поспешно порылся в своих духовных пилюлях, обнаруживая, что они до сих пор на месте. Внезапно он пришёл к осознанию:

— Где мой хозяин? Он только что был на моей спине, как я мог его потерять?

Все поспешно оглянулись, но не могли найти и следа Небесного Преподобного Юя!

Когда он исчез?

Никто из них ничего не заметил!

Все начали волноваться.

Цинь Му глубоко вдохнул и попытался успокоиться. Усмехнувшись, он проговорил:

— Когда старый вор берётся за работу, он никогда не возвращается с пустыми руками! Так как он часто ворует, он не показывает своего настоящего лица, его умение менять внешность великолепно, он может менять даже свой рост и вес. Благодаря технике создания, которой я его обучил, если он превратится в женщину и встанет предо мной, я не смогу его распознать!

На лице Мастера Дао возникло странное выражение:

— Твой старик часто навещает мою Секту Дао.

— Это плохо, рано или поздно его сломают, и сломают ему ноги, — Цинь Му не мог злиться на старика, и продолжил идти в сторону Святилища Дао. — Этот старый вор воровал по всему Вечному Миру, вместе со слепым, они вели себя как два самаритянина. Не странно, что я не встретил его в столице, должно быть Небеса Чистого Небосвода не первое место, которое он посетил. Этот старый вор обворовал бог знает сколько священных земель и небес! Ну ладно, что у тебя пропало?

Мастер Дао Линь Сюань помрачнел в лице, но ничего не ответил. Тем не менее, судя по его странной походке, старый Даос скорее всего стащил его бельё, в чём он стыдился признаться.

Как только они вошли в Святилище Дао, навстречу им выбежала группа даосов, крича:

— Кто-нибудь видел группу старых даосов? После того, как они тут побывали, из Святилища Дао исчезло огромное количество вещей, даже гости из райских небес были ограблены!

Цинь Му указал пальцем:

— Они побежали туда.

— Спасибо, — даосы тут же бросились вперёд, переполняясь убийственным намерением. — Найдите тех стариков и сломайте им ноги, чтобы они больше не могли бегать!

— Те старые даосы оказались старшими дядями из Дворца Дао, им и вправду нужно ломать ноги?

— Если они осмелились воровать в моём Святилище Дао, то их ноги нужно сломать!

***

Вскоре в Святилище Дао почти не осталось людей, было лишь несколько странных на вид полубогов, уставившихся на Цинь Му и остальных.

Отвернувшись, Цинь Му приказал двум цилиням следить за ситуацией снаружи, после чего закрыл врата в Святилище и улыбчиво проговорил к полубогам:

— Дамы и господа, я — Цинь Му, один из трёх героев реформы Вечного Мира, также меня знают как Тело Тирана Вечного Мира или Владыка небесного Святого Культа. Человек сбоку от меня — это Мастер Дао Линь Сюань из Секты Дао Вечного Мира. Вы слышали о нас?

Люди впереди выглядели как боги древних звёзд., к примеру у учеников Владыки Сатурна была голова человека и тело змеи, у учеников Владыки Марса — голова быка и тело человека, а ученики Великого Владыки Солнца имели головы птиц и три ноги, все они отличались друг от друга, и очень редко имели облик человека.

Взгляды полубогов упали на Цинь Му и Линь Сюаня. Полубог с телом человека и головой бога, который по всей видимости был учеником Владыки Звезды Лесного Волка Куя небрежно ответил:

— Тело Тирана Вечного Мира? Я никогда о таком не слышал.

Из оставшегося мешочка таотэ Цинь Му вылетела пилюля меча, и он осторожно взял её в руку. В следующий миг пилюля превратилась в хлыст из конного волоса, и юноша расплылся в улыбке:

— Вы вот-вот обо мне услышите, впрочем, боюсь это последний раз, когда у вас выпала такая возможность.

Мастер Дао отбросил свой хлыст и достал меч. Свет его лезвия рассеялся по Святилищу, исполняя Четырнадцатое Писание Меча Дао!

Дао Питает Землю Всех Небес, Давая Начало Всем Законам, и Целый Мир Должен Обратиться в Единое Целое!

В тот же миг пилюля меча Цинь Му расширилась. Волоски его кнута яростно растянулись, напоминая худых драконов, внезапно достигнув длины нескольких десятков километров. Они пронзили все залы Святилища Дао!

Будто мечи, каждый волосок выполнял особый навык!

Так как Даос Ча потерял свои военные вилы, ему оставалось импровизировать.

Святилище Дао наполнилось яростными криками, в небо над ним поднялись видения звёзд и созвездий. Как только они успели превратиться в галактику, разразилась магнетическая сила, безжалостно ударив ими о землю. Ни одному из них не сумел бежать!

Спустя мгновение всё снова затихло.

Цинь Му открыл ворота Святилища Дао и вышел вместе с Мастером Дао. Даос Ча шёл в конце, развернувшись, он закрыл врата за собой. Из их щели потекла свежая кровь.

Глава 829. Игноpированиe Bеличия

Небеса Чистого Небосвода поглотил хаос. Бесчисленные Даосы летали в небе и носились по земле в поисках воров. Когда все узнали о том, что Святилище Дао обворовали, остальные дворцы осознали, что беда и их не обошла стороной. Все они были ограблены.

Тем не менее, воры оказались невероятно хитрыми. Даже после того, как были опустошены сокровищницы, никто ничего не заподозрил. Лишь после того, как ограбили даосов в Святилище, преступление наконец заметили.

Даже Дворец Дао ограбили. Бесчисленные старые даосы поспешно бросились в сокровищницу, несколько десятков людей, достигших области богов, сторожили вход, в то время как другие открыли печать и забежали внутрь, пытаясь понять, исчезло ли что-то.

Увидев происходящий на Небесах Чистого Небосвода беспорядок, Мастер Дао улыбнулся:

— Владыка Культа Цинь, когда твой старик навещает мою Секту Дао, там тоже возникает ужасный переполох. После каждого его визита старшие дяди моей секты обыскивают всю горы в поисках его следов. Они даже воспитали несколько божественных гончих специально для того, чтобы его ловить.

Голова Цинь Му разболелась, он беспомощно ответил:

— В прошлом, когда совершенствование дедушки одноногого было не слишком высоким, у вас ещё был шанс его поймать. Но теперь, когда он достиг области богов и овладел техниками создания, он может скрыть даже свой запах. Поймать его сейчас невозможно.

Они оба вели себя так, будто произошедшее не имело к ним никакого отношения. Казалось, что смерть учеников богов звёзд была не их рук работой.

Часть даосов молниеносно спустилась с небес, чтобы одолжить у подданных им королевств божественных гончих, мастифов и крыс. Кроме того, они задействовали здешних констеблей, чтобы ускорить поиски.

Цинь Му и Мастер Дао Линь Сюань что-то обсудили и затихли, в спокойном темпе поднимаясь на гору. Даос Ча и два цилиня шли следом за ними. Время от времени их останавливали даосы, расспрашивая.

— Лань Юйтянь будет в порядке? — спросил Мастер Дао Линь Сюань.

— Да, — несмотря на то, что Цинь Му это сказал, его голова вот-вот должна была взорваться от волнения. — У брата Юя нет воспоминаний о прошлом, сейчас он как чистый лист бумаги. На нём можно нарисовать самую красивую картину, а можно и создать какую-то мазню. Я сильно переживаю, что у него возникнет плохая привычка воровать.

— Неужели воровство так его испортит? — улыбчиво спросил Мастер Дао.

— Дедушка одноногий живёт по правилу, что вор никогда не возвращается с пустыми руками, — серьёзно ответил Цинь Му. — Если он берётся за работу, то крадёт всё самое лучшее. Обворовывая нас, он осознал, что на теле Небесного преподобного Юя нет ничего ценного, поэтому попросту утащил его с собой. Я не волнуюсь о безопасности брата Юя, я волнуюсь из-за того, что его испортит плохой пример.

— Бог Воров должно быть сбежал с Небес Чистого Небосвода вместе с Небесным Преподобным Юем, верно?

— Сбежал? Не может быть. Дедушка одноногий очень любит шум и движение. Он определённо до сих пор во Дворце Дао, изменил свою внешность и носится вместе с даосами, ища вора.

Они оба наконец добрались ко Дворцу Дао, расположенному на вершине горы. Казалось, что тот вступил в войну с опасным врагом, сквозь дверь вбегали и выбегали бесчисленные даосы. Используя всевозможные сокровища, вроде зеркал, они пытались найти следы старого вороватого даоса.

В спешке, из дворца выбежал молодой даос. Заметив Цинь Му и Мастера Дао Линь Сюаня, он ошарашенно застыл. Понизив свой голос, он проговорил:

— Почему вы поднялись на вершину? Я только что сказал мастеру секты о вашем визите, но нас ограбили, так что у него нет времени с вами встретиться.

Этот даос был никем другим, как Юй Чэнем.

Цинь Му был слегка ошеломлён, громко ответив:

— Тело Тирана Вечного Мира и Мастер Дао Линь Сюань пришли отдать дань своего уважения мастеру Секты Чистого Небосвода и гостям с райских небес! Мастер секты, вы ведь всего лишь ветка нашей Секты Дао, так почему ты не выйдешь нас встретить?

Его голос был невероятно громким, отбившись от подножия горы, он взорвался в воздухе Небес Чистого Небосвода, распространяясь по Дворцу Дао и двадцати четырём залам!

Даосы, занятые поисками вора, тут же остановились, услышав его голос, и оглянулись. Вокруг мгновенно воцарилась невероятно тяжёлая атмосфера.

Выражение даоса Юй Чэня слегка изменилось.

Сердце Мастера Дао Линь Сюаня оставалось спокойным, он знал, что от Цинь Му стоит ожидать чего-то подобного, поэтому безмятежно проговорил:

— Владыка Культа Цинь — это Тело Тирана Вечного Мира, у которого никогда не будет равных. Теперь, когда ты раскрыл свою личность перед всеми, во Дворце Дао найдётся много желающих тебя убить.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— В мире и так много людей, желающих меня убить, тем не менее, я до сих пор жив. Несмотря на то, что я Тело Тирана Вечного Мира, я лично завоевал этот титул, это не пустые слова. Тебе стоит беспокоиться не обо мне, а о себе. Думаешь они оставят нас в покое после того, как мы назвали их Секту Чистого Небосвода ответвлением твоей Секты Дао?

Мастер Дао взмахнул кнутом из конского волоса и улыбнулся.

Даос Юй Чэнь нахмурился, отвечая:

— Вы не знаете своего места! Зная, что мы с одной секты, я позволил вам подняться на гору. Вы могли прийти сюда тихо, и тихо встретиться с мастером секты, получить какую-то выгоду с этой встречи и спокойно уйти. Теперь, когда ты сказал всем своё имя, ты думаешь, что посланники райских небес закроют на это глаза?

Как только он это сказал, из Дворца Дао раздался голос старика:

— Юй Чэнь, пригласи маленького друга из Секты Дао Вечного Мира и Тело Тирана Цинь внутрь.

Юй Чэнь беспомощно поклонился, слушаясь:

— Идём за мной. У вас проблемы, я не уверен, что вы сможете выйти отсюда живыми…

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Старший брат Юй Чэнь, мы ведь не бедные родственники, пришедшие за деньгами. Кого волнуют посланники райских небес? Разве их принц Цю Мин не погиб от моей руки? Старший брат обладал невероятно глубокими знаниями и широкими горизонтами, когда мы виделись с тобой у уезда Оленя, почему ты стал таким невыносимым, как только мы пришли сюда?

Даос Юй Чэнь нахмурился и повёл их во Дворец Дао. Покачав головой, он ответил:

— Вы, ребята, не знаете необъятности неба и земли.

Улыбнувшись, они вошли во дворец под пристальными взглядами всех вокруг.

Внутри Дворец Дао был невероятно широким, имея радиус в триста метров. Тем не менее, странным было то, что в нём не было крыши. Его верхняя часть была открытой, пропуская солнечный свет внутрь.

Осмотрев его подробнее, Цинь Му понял, что отсутствие крыши позволяло попадать внутрь свету солнца, луны и звёзд. Более того, пространство внутри казалось крайне странным. Когда солнечный свет исчезал, его тут же заменял свет луны, круглосуточно освещая здание.

Что касалось искусственных звёзд и галактик в небе, из Дворца Дао они казались больше, чем в любом другом месте. Не используя божественных искусств, он мог невооружённым глазом увидеть на их поверхности линии вен и дворцы.

Звёзды были яркими и цветными, создавая удивительную картину.

К этому моменту в главном зале Дворца Дао уже собрались десятки даосов, рассевшихся на молитвенных ковриках или витающих в воздухе. Их тела окружали всевозможные виды благоприятной Ци.

Даосы выглядели очень старыми, было сложно понять сколько им лет. Их длинные брови и волосы были белоснежными. Неподвижно сидя, они открыли свои мутные глаза, с их лиц не сходили безмятежные выражения.

Несмотря на то, что их глаза были мутными, время от времени в них сверкал ужасающий свет, что свидетельствовало о невероятно высоком уровне их совершенствования.

Кроме них были даосы, выглядящие намного моложе. Тем не менее, так казалось лишь на фоне стариков, ведь на самом деле они были немолоды, их волосы тоже поседели, а одежда стала белой от стирки. Некоторые были одеты в изодранные робы, а их обувь была изношенной, отчего пальцы ног торчали снаружи.

Оглянувшись, Цинь Му заметил нескольких людей в более свежей одежде.

Одним из них был мужчина средних лет, одетый в жёлтую корону Дао, его тело было обмотано фиолетовой верёвкой с печатью. На его поясе висел кнут из конского волоса и меч. Должно быть, это был мастер Секты Чистого Небосвода.

Остальные же, скорее всего, были гостями с райских небес. Большинство их них были молоды и обладали изящными чертами лица. Они с любопытством наблюдали за Цинь Му и Мастером Дао, вошедшими внутрь.

Самым странным было то, что Мастер Секты Чистого небосвода не сидел выше всех. Они находился на уровень ниже людей с райских небес, что свидетельствовало о том, что их положение было выше.

Тем не менее, эти люди не находились на самом верху. Над ними располагалась невероятно древняя деревянная статуя Предка Дао.

Она имела высоту около тридцати метров и изображала неряшливого даоса с кнутом из конского волоса на спине. Он стоял в поклоне, протянув вперёд руку, в которой лежал компас. Взгляд даоса был прикован к нему.

Деревянная статуя была невероятно детализированной и правдоподобной.

«Это и вправду он.» — улыбнулся Цинь Му. Неряшливый даос и был тем стариком, которого он встретил на Собрании Яшмового Водоёма. В тот раз он пришёл на собрание вместе с Буддой Брахмой.

В то время даос вообще ничего не делал, и лишь изучал математику с дня на день, в то время как Будда Брахма всё время просил милостыню и выживал за счёт духовных пилюль. Более того, характер последнего был довольно скверным, поэтому он никогда не брал больше пилюль, чем просил, твердя, что это испортит его совершенствование.

— Секта Дао нижней границы была создана изгнанными учениками Секты Дао. В прошлом они помогали Императору-Основателю и восставали, так что на них лежит довольно большая вина, — Мастер Секты Чистого Небосвода посмотрел на Линь Сюаня и Даоса Ча с высоты, спокойным тоном объясняя происхождение Секты Дао Вечного Мира. — С другой стороны, мои Небеса Чистого Небосвода также называют сектой Чистого Небосвода. Их основали ученики самого Предка Дао, поселившиеся здесь. В прошлом, после восстания Императора-Основателя, Небеса Чистого Небосвода скрылись в Первобытном Царстве и запечатали небо Вечного Мира по приказу. По правилам райских небес, Секту Дао Вечного Мира нужно было уничтожить, но именно я уговорил их пощадить вас. Маленький друг Линь, ты только что сказал, что моя Секта Чистого Небосвода — это ветка твоей Секты Дао. Теперь ты знаешь настоящую историю?

Один из старых даосов, сидящих неподалёку от него, усмехнулся и спросил:

— Маленький друг Линь, разве ты не собираешься отдать дань уважения мастеру секты?

Мастер Дао Линь Сюань наклонил голову и поздоровался:

— Старший брат!

Даосы вокруг тут же впали в ярость и закричали:

— Как возмутительно! Почему ты не встаёшь на колени?

Линь Сюань поздоровался с ним, как с человеком равным по старшинству. Согласно правилам, он должен был использовать приветствие младшего к старшему, трижды встать на колени и девять раз опустить голову!

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Так как вы оба из Секты Дао, разве он должен вставать на колени, если ты даже не Предок Дао?

— У меня есть трое сокровищ, переданных Предком Дао — кнут из конного волоса, обувь Дао и корона Дао, олицетворяющие Предка, так что я могу рассчитывать на преклонение маленького драга Линя, — мастер Секты Чистого Небосвода бросил свой белоснежный взгляд на Цинь Му. — Владыка Небесного Святого Культа Вечного Мира, также известный как Тело Тирана Цинь. Маленький друг Линь из той же секты, что и я, так что я всё же могу признать его своим младшим братом, и ему не придётся кланяться. Но почему ты не отдаёшь мне дани своего уважения?

Потеряв дар речи, Цинь Му рассмеялся:

— Не говоря уже о том, почему я не должен тебе преклоняться, даже если бы сюда пришёл Предок Дао, у него не было бы права рассчитывать на мои поклоны. Если я отдам тебе дань своего уважения, продолжительность твоей жизни уменьшиться.

Мастер секты Чистого Небосвода махнул своим кнутом и расслаблено проговорил:

— Вечный Мир всего лишь крохотная страна. Любое из двадцати четырёх королевств под Небесами Чистого Небосвода больше неё. Ты всего лишь владыка маленького культа в маленькой стране, так что я рассчитываю на твоё преклонение, — улыбнувшись, он добавил. — За моей спиной сидят посланники райских небес. Они представляют райские небеса и символизируют власть Небесного Императора, так что ты должен поклониться и им. Тело Тирана Цинь, теперь можешь встать на колени.

Группа юношей из райских небес сидели на своих тронах, с любопытством смотря на Цинь Му.

Юноша громко рассмеялся и покачал головой:

— Если мастер секты хочет, чтобы я поклонился, то для начала я должен поклониться Предку Дао. Маленькие мерзавцы из райских небес, отойдите, мне нужно к Предку Дао!

Мастер секты Чистого Небосвода нахмурился и встал со своего трона.

Группа юношей из райских небес засмеялись, вставая со своих мест.

Цинь Му подошёл вперёд и поднял голову, смотря на статую старого даоса. Улыбнувшись, он проговорил:

— Старый Даос, Му пришёл тебя навестить. Твои ученики попросили меня перед тобой преклониться. Сейчас я встану на колени!

Как только он поднял края своей одежды, деревянная статуя Предка Дао внезапно взорвалась!

Все старые даосы во Дворце Дао подпрыгнули от ужаса, увидев, что статуя разлетелась на куски, которые тут же загорелись, превращаясь в пепел!

Цинь Му громко рассмеялся, так и не встав на колени. Повернувшись лицом к мастеру секты Чистого Небосвода, он продолжил говорить:

— Старый даос, твой ученик хочет, чтобы я поклонился твоей короне Дао, обуви и кнуту из конного волоса, преклоняться этим вещам то же самое, что преклоняться тебе. В таком случае вот мой поклон!

Как только он попытался встать на колени, корона Дао на голове мастера секты Чистого Небосвода внезапно взорвалась. Кнут в его руках загорелся, а обувь Дао на его ногах превратилась в пепел!

Цинь Му выпрямился и посмотрел на беспомощного мастера секты, прежде чем проговорить с ехидной улыбкой:

— Мастер секты, теперь ты знаешь, что не заслуживаешь моего преклонения. Даже Предок Дао не может его принять. Можешь отложить своё величие подальше.

Волосы мастера секты Чистого Небосвода торчали во все стороны, он выбросил сгоревший кнут. Стоя босиком, он не знал, что делать.

Другие даосы были шокированы и растеряны:

— Тело Тирана настолько сильное? Даже Предок Дао не посмел принять его преклонения?

Глава 830. Kтo Хочет Умеpеть

Во Дворце Дао воцарилась гробовая тишина.

Группа посланников райских небес нахмурились. Они тоже слышали сплетни о том, что в небольшой стране нижней границы под названием Империя Вечного Мира было Тело Тирана, которому, судя по слухам, на протяжении многих веков не было ровни.

Говоря об этом, боги райских небес обычно смеялись, удивляясь тому, как хвастовство человека из крохотного мира добралось до самих райских небес. Большинство воспринимало это как шутку, а не что-то серьёзное.

Когда они услышали, что Цинь Му назвал себя Телом Тирана, то едва удержали свой смех. Тем не менее, реакция Предка Дао вышла за пределы их ожиданий.

Предок Дао предпочёл уничтожить свою статую, чтобы не принять поклона Цинь Му. Похоже, Тело Тирана было не таким простым, как считали боги райских небес.

Внезапно один из посланников хлопнул в ладони и громко рассмеялся. Неожиданный звук заставил всех прийти в себя.

Молодой даос улыбчиво проговорил:

— Удивительно, поистине удивительно! Тело Тирана Вечного Мира на самом деле осмелилось уничтожить статую Предка Дао, и даже сломать три сокровища секты прямо перед мастером, этого и стоило от него ожидать!

Внезапно осознав произошедшее, старый даос указал пальцем на Цинь Му и прокричал:

— Ты, мерзавец, взорвал статую Предка Дао наших Небес Чистого Небосвода, и даже использовал какую-то тёмную технику, чтобы уничтожить три наших сокровища! Наша секта и ты не можем существовать одновременно!

Другие даосы тоже собирались начать ругаться, когда мастер секты Чистого Небосвода яростно прокричал:

— Заткнитесь!

Во Дворце Дао снова воцарилась тишина.

Мастер секты Чистого Небосвода выглядел несчастным, в его сердце был лишь шок. Он совершено не злился.

Он не смел.

Он обдумывал всё намного глубже, чем другие даосы.

Даже несмотря на то, что совершенствование Цинь Му было высоким, и его можно было назвать первоклассным практиком божественных искусств, он всё же не мог бы уничтожить статую Предка Дао, также, как и сокровища.

Три сокровища секты Чистого Небосвода принадлежали Предку Дао. Тот был существом области Императорского Трона, так что несмотря на то, что это были его повседневные вещи, они всё же были необыкновенными. Цинь Му не мог использовать божественное искусство, чтобы их уничтожить.

Кроме того, если бы Цинь Му исполнил какую-то технику, эксперты вокруг определённо бы это заметили.

Сокровища были уничтожены самими сокровищами.

Они уничтожили сами себя!

То же случилось и со статуей Предка Дао.

Это также значило, что Предок Дао признавал, что не достоин преклонения Цинь Му, и чтобы не получить его, он уничтожил статую и сокровища!

— Поклонитесь, — внезапно приказал мастер секты Чистого Небосвода.

Бесчисленные даосы во Дворце Дао растерялись. Тем не менее, так как мастер секты отдал приказ, у них не было выбора, кроме как выстроиться в два ряда и поклониться Цинь Му.

Цинь Му взглянул на посланников райских небес, заметив на лице самого молодого из них угрюмое выражение. Внезапно он что-то прошептал на ухо своим спутникам, но Цинь Му так и не понял, что он сказал.

«Судя по всему, самый младший из них — их лидер.»

Оглянувшись, Цинь Му махнул рукой:

— Пожалуйста, поднимитесь. Где я могу сесть?

Мастер секты Чистого Небосвода на мгновение заколебался, прежде чем приказать кому-то принести кресло. Он поставил его перед горящей статуей бога, даже выше, чем сидели посланники райских небес.

Цинь Му сел и улыбчиво огляделся по сторонам:

— Мастер Дао Линь Сюань —друг Дао, равный мне, так что ему тоже нужно сесть.

Мастер секты нахмурился, и приказал принести ещё один стул.

Когда Мастер Дао сел рядом с ним, Цинь Му улыбнулся:

— Пожалуйста, присаживайтесь.

Поклонившись в знак благодарности, мастер секты Чистого Небосвода вместе с группой даосов сели на свои места.

Цинь Му облегчённо вздохнул, думая про себя: »Кажется, Предок Дао до сих пор жив. Вот только я не знаю, находится ли он на чужеземных райских небесах, либо же попал в лапы древнего бога, который уже умер. Я совсем не могу его понять …«

Он не знал, будет ли Предок Дао помнить о их старой дружбе.

Во времена Эпохи Дракона Ханя он дал Будде Брахме и Предку Дао несколько советов, подружившись с ними. Когда Небесный Преподобный Юй умер, именно Цинь Му передал его технику и поделился со всеми путём к бессмертию. Предок Дао был одним из людей, кто тогда слушал его лекцию.

Тем не менее, Цинь Му не был полностью уверен, что такая дружба могла выдержать давление времени. К счастью, Предок Дао не осмелился принять его преклонение, и секта Чистого Небосвода его не схватила.

Посмотрев на группу посланников, Цинь Му улыбнулся:

— Друзья Дао из чужеземных райских небес, пожалуйста, присаживайтесь.

Юноши нахмурились, но самый молодой из них улыбчиво проговорил:

— Не стоит волноваться, садитесь. Передо мной он не сможет чего-либо сделать.

Как только они сели, во дворец вбежало несколько растерянных даосов. Ещё не успев войти во врата, они уже начали кричать:

— Ужасные новости! Все ученики богов звёзд погибли в Святилище Дао!

— Что?

Во Дворце Дао поднялся хаос. Старые даосы, только что усевшиеся на свои места, снова встали, на их лицах было искреннее выражение удивления. Группа посланников райских небес впала в ярость и шок. Стуча по столу, они начали злостно кричать.

Мастер секты Чистого Небосвода встал и сжал кулаки. На его лбу выступили вены, а спина покрылась холодным потом.

Продолжая сидеть на троне, молодой даос с райских небес спросил холодным тоном:

— Фу Юньтянь, что происходит? Как ты ответишь за гибель учеников богов звёзд на Небесах Чистого Небосвода?

По лбу мастера секты Чистого Небосвода катились капли холодного пота, он поклонился:

— Посланник, пожалуйста, успокойся. Этот ученик невнятно говорит, давай я для начала всё выясню!

Протянув руку, он схватил прибежавших даосов и спросил хриплым тоном:

— Ученики богов звёзд действительно погибли в Святилище Дао? Погибли все, или кто-то сумел бежать? Чем были заняты люди в Святилище, чтобы позволить произойти чему-то подобному? Где они?

Его сердце взволновано колотилось, он говорил так быстро, что молодые даосы не успевали отвечать.

Спустя несколько мгновений мастер секты пришёл в себя и тут же поставил их на землю, прежде чем спросить более спокойным тоном:

— Так как всё уже и так произошло, рассказывайте медленно и внятно.

Один из даосов поспешно начал объяснять:

— Мастер секты, несколько старших дядей пришли в Святилище Дао, первым из них был Тянь Хун. Осматриваясь там, он сказал, что дворец Зелёной Козы был ограблен ворами, поэтому пришёл проверить, не ограбили ли Святилище.

Мастер секты Чистого Небосвода кивнул:

— Это я их послал вас сообщить, они старшие Дворца Дао.

Дворец Дао был местом, где жили старшие Небес Чистого Небосвода, в то время как Святилище служило для изучения путей, навыков и божественных искусств. Обычно в нём находились молодые ученики, обладающие хорошей реакцией и быстрыми мыслями.

Взглянув на мастера, даос осторожно продолжил:

— После этого ограбили наше Святилище Дао. Это сделал старший дядя Тянь Хун, пришедший вместе с людьми, которых мастер отправил к нам. Сначала старший брат заметил, что его сокровище пропало, после чего все остальные тоже обнаружили, что их ограбили. Их лучшие сокровища, которые они использовали каждый день, были незаметно украдены, поэтому все тут же бросились на поиски вора.

Мастер секты Чистого Небосвода нахмурился и спросил:

— Все отправились на поиски?

— Остались лишь ученики звёздных богов, продолжая составлять схему построения созвездий. Их не ограбили. Когда мы вышли из святилища, то обнаружили, что вор посетил все наши дворцы. Двадцать четыре зала и двенадцать святилищ были пусты. Мы всё обыскали, и нашли старшего дядю Тянь Хуна. Его раздели и закрыли в сокровищнице Зала Дхармы, а в рот ему засунули вонючие носки и бельё, его исконный дух запечатали. Вор замаскировался под старшего дядю, и обворовал наши Небеса Чистого Небосвода. Мы запечатали небеса и собрались найти его, когда, проходя мимо святилища, увидели кровь, вытекающую из щели в дверях. Открыв их, мы увидели, что все старшие братья из райских небес внутри мертвы…

Мастер секты Чистого Небосвода стиснул зубы и холодным тоном проговорил:

— Выманить врага из его же территории! Вор выманил вас наружу, чтобы атаковать посланников райских небес! Вы его нашли?

— Ещё нет. Мы слышали, что кто-то запечатал исконный дух старшей тёти Юй Сяо, и засунул ей в рот бельё, прежде чем закопать её в соломе…

Мастер секты Чистого Небосвода уже не мог сдерживать свой гнев и собирался выпустить его на волю, когда Цинь Му внезапно кашлянул и проговорил спокойным, равнодушным тоном:

— Мастер секты, твои Небеса Чистого Небосвода и вправду ограбили, даже у нас украли часть вещей. Тем не менее, учеников богов звёзд убил не вор, это сделали мы с Мастером Дао Линь Сюанем.

Как только он это сказал, во Дворце Дао поднялась невероятная суматоха.

Разум мастера секты Чистого Небосвода вскипел, у него помутнело в глазах. Он начал спотыкаться.

Сидя на троне, Цинь Му легко стучал по подлокотнику в форме дракона кончиком пальца и безразлично продолжал:

— Я здесь гость, а Мастер Дао пришёл в гости к родственникам. Мы не должны были убивать в доме хозяина по своему желанию. Тем не менее, другие твои гости пытались совершить заговор против Вечного Мира и создать какую-то звёздную карту, чтобы его уничтожить. Так как они враждебно к нам настроены, нам пришлось сделать свой ход. Мы праведные люди и не делаем ничего в тени, и раз уж мы убили собак райских небес, то, естественно, должны сообщить об этом мастера секты.

Разум мастера секты Чистого Небосвода был в хаосе, остальные даосы тоже растерялись. С пустыми выражениями лиц они смотрели на своего лидера, ожидая пока он заговорит.

Молодой даос с райских небес внезапно поднялся и холодно проговорил:

— Фу Юньтянь, ученики богов звёзд погибли на Небесах Чистого Небосвода, и ты не избежишь ответственности за это преступление. Убийца сейчас прямо перед тобой, чего же ты ждешь? Ты хочешь, чтобы Небеса Чистого Небосвода были уничтожены?

Мастер секты Чистого Небосвода скрестил руки и посмотрел на Цинь Му.

Юноша спокойно проговорил:

— Предок Дао ещё ничего не сказал по этому поводу, неужели мастер Дао решил взять всё в свои руки? Почему ты не спрашиваешь Мастера Дао?

Молодой даос повернулся, смотря на Цинь Му, и усмехнулся:

— Это ведь ты уничтожил статую бога Предка Дао, как с ним теперь связаться? Тело Тирана Цинь, ты избавился и от статуи, и от трёх сокровищ, после чего убил учеников трёхсот шестидесяти богов звёзд райских небес. Теперь же ты пытаешься переложить вину на Небеса Чистого Небосвода, разрушая философию Предка Дао. Ты пытаешь невообразимые цели и заслуживаешь смерти!

Цинь Му засмеялся, неспешно отвечая:

— У мастера секты должны быть другие способы связаться с Предком Дао, я прав? Ты не собираешься этого сделать?

Мастер секты Чистого Небосвода был на грани безумия. Стиснув зубы, он развернулся, чтобы уйти, проговорив:

— В месте, где я медитирую, есть картина Предка Дао, я должен спросить его мнения. Что касается остальных…

Он остановился и нахмурился, прежде чем тихо приказать:

— Присматривайте за ними, не позвольте им выйти из Небес Чистого Небосвода ни на полшага!

Какой-то старый даос спросил:

— A что насчёт гостей с райских небес?

— За ними тоже! — мастер секты поспешно ушёл.

Цинь Му встал с места и зевнул, прежде чем спуститься по ступенькам и выйти из дворца. Он радостно говорил:

— Заимствовав силу попутного ветра, я добрался до чистого небосвода. Это отличное место, неужели мне удастся одним махом добраться до небес?

Молодой даос с райских небес тоже поднялся и отправился следом за ним, улыбаясь:

— Ты можешь одним махом добраться до небес, или же поскользнуться и упасть в адскую пропасть.

Мастер Дао Линь Сюань бросил взгляд на даоса Ча, и они оба вышли из дворца.

— У тебя отличная манера держать себя, как я могу к тебе обращаться? — выйдя из дворца, Цинь Му спросил у даоса.

— Прямой ученик Предка Дао, Сяо Чуньфэн Секты Дао райских небес, — равнодушно ответил молодой даос. — Несмотря на то, что я ученик Предка Дао, я никогда его не встречал. Причина, по которой я вступил в Секту Дао, состоит лишь в возможности изучить её заклятия и божественные искусства. Учитывая положение моей семьи, то, что я ученик Предка Дао, честь не для меня, а для него.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил:

— Неужели брат является сыном какого-то древнего бога?

Удивившись, молодой даос похвалил:

— Тело Тирана Цинь соответствует своей репутации. Я сын Великой Богини Луны.

— Не странно, что ты носишь фамилию Сяо, она принадлежит твоей маме, — улыбнулся юноша. — Великий Владыка Луны — древний бог луны, стоящий наравне с Великим Владыкой Солнца. Тем не менее, судя по тому, что ты молод, твой отец должен был кого-то подцепить.

Уголки глаз Сяо Чуньфэна начали дёргаться.

Цинь Му сверкал улыбкой:

— Когда мы с Мастером Дао Линем убивали учеников богов звёзд, я не заметил ни одного ученика четырёх божеств, могу я узнать, где они?

— Мы здесь, — за его спиной обозвались несколько мужчин и женщин.

Оглянувшись, Цинь Му спросил:

— Кто из вас ученик Южного Божества?

Девушка в красном ответила:

— Я.

Смерив её взглядом, Цинь Му мягко кивнул:

— Наша с Южным Божеством история тянется далеко в прошлое, так что я не буду тебя убивать. Старшие братья из райских небес, Тело Тирана прямо перед вами, кто хочет умереть?

Глава 831. Мeч Даo, Разрубающий Hебеcную Медведицу

Бесчисленные старые даосы вышли и встали вокруг юношей. Услышав их разговор, они нахмурились.

В то время как мастер секты Чистого Небосвода пошёл спрашивать мнения Предка Дао, Цинь Му, Сяо Чуньфэн и остальные были готовы убить друг друга.

— Может нам стоит их остановить? — голова одного из даосов разболелась, когда он пробормотал. — Но проблема в том, как это сделать. Они — посланники райских небес, секта Чистого Небосвода уже совершила огромный грех, позволив ученикам богов звёзд погибнуть. И если мы не позволим посланникам отомстить, то нам этого не простят. С другой стороны, это Тело Тирана Вечного Мира, даже Предок Дао не осмелился принять его преклонение, так что нам нельзя его избивать, устрашать, или даже касаться, так как нам их остановить?

Другие даосы тоже были обеспокоены. Мастер секты Чистого Небосвода отсутствовал, так что они не могли ничего придумать.

Внезапно Юй Чэнь тихо проговорил:

— Тело Тирана Вечного Мира и Сяо Чуньфэн из райских небес на самом деле решают всё ценой своих собственных жизней. Они пользуются возможностью, пока мастер секты отсутствует, чтобы прийти к ситуации, когда уже будет слишком поздно что-то менять.

Несколько старых даосов посмотрели на него и спросили:

— Что ты имеешь в виду?

Юй Чэнь ответил:

— Старшие дяди, подумайте. Что наши Небеса Чистого Небосвода будут должны сделать, если Тело Тирана убьёт посланников райских небес?

— Убить негодника и отправить его голову на райские небеса! — вспыльчиво ответил даос.

Юй Чэнь не знал, смеяться ему или плакать:

— Смерть посланников и трёх-четырёх сотен учеников древних богов на нашей земле это невообразимо серьёзное преступление. Его хватит, чтобы наши Небеса Чистого Небосвода стерли с лица земли! Как только это случится, лучшим для нас вариантом будет объединение с Империей Вечного Мира и восстание!

Все внезапно всё осознали.

— Мотивы Сяо Чуньфэна похожи. После убийства Тела Тирана Циня у Предка Дао не останется выбора. Это тесно свяжет Секту Дао с Небесами Чистого Небосвода и не оставит нам шанса восстать. Ведь пока Тело Тирана жив, Предок может отдать предпочтение ему и убить Сяо Чуньфэна и остальных в качестве жертвы, — объяснил Юй Чэнь. — То, что сделано, нельзя изменить. Они оба хотят всё решить до того, как Предок Дао примет решение, отирая у него возможность выбора! Тело Тирана Цинь отправил мастера секты подальше, чтобы обрести возможность сделать то, что нужно. Старший брат Сяо Чуньфэн руководствуется тем же мотивом. Именно так ведут себя умные люди, они не отдают свои жизни и судьбы в чужие руки.

Все вокруг сразу же переполнились уважением к нему, один старый даос спросил:

— В таком случае, что же нам делать?

Юй Чэнь что-то пробормотал себе под нос и уверенно ответил:

— Если мы их остановим, это будет значить, что мы сделали выбор вместо Предка Дао, а это неправильно. Единственное, что мы моем сделать сейчас, — это готовиться наводить порядок.

Все нахмурились и спросили:

— Что ты имеешь в виду?

— Если победит Тело Тирана Вечного Мира, убив посланников райских небес, то нам придётся избавиться от трупов и улик, прежде чем обвинить во всём Мать Земли и наладить отношения с Империей. Когда райские небеса начнут расследование, они выйдут на Мать Земли, и наше наказание будет минимальным. Между тем, мы вступим в заговор с Вечным Миром и будем медленно развиваться, ожидая момента атаковать, — быстро ответил Юй Чэнь. — Если же посланники убьют Тело Тирана Циня, то нам нужно будет подготовить достаточно сокровищ, чтобы их подкупить и смягчить своё наказание. Независимо от того, кто победит или кого выберет Предок Дао, мы должны вести себя спокойно.

— Хорошо! — похвалив его, даосы занялись приготовлениями.

Перед Дворцом Дао Цинь Му, Линь Сюань и Сяо Чуньфэн мысленно похвалили, увидев, что даосы расходятся по своим делам, не обращая на них внимания: «На Небесах Чистого Небосвода есть умный человек, сумевший отчётливо понять ситуацию.»

Юй Чэнь догадался о их намерениях. Они не хотели отдавать свою жизнь в чужие руки и надеяться на решение Предка Дао, поэтому решили избавиться от своего противника преждевременно, не оставляя ему выбора!

— Это небо очень переменчиво, — подняв голову, Цинь Му посмотрел на пролетающие мимо тучи и резкие порывы ветра, из-за которых галактики и созвездия в небе то появлялись, то исчезали. Наблюдая за этим обворожительным зрелищем, он восхищённо воскликнул. — Божественные искусства математики секты Чистого Небосвода удивительны, они могут менять всё Дао мира.

Посмотрев в небо, Сяо Чуньфэн тоже похвалил:

— Горизонты Тела Тирана Циня поистине поразительны. Причина, по которой наши райские небеса так ценят секту Чистого Небосвода, как раз и состоит в том, что они на протяжении веков оставались лучшими. Оружие и построения армии богов райских небес, включая десять армий стражей, были придуманы ими.

— Именно поэтому для того, чтобы воевать с райскими небесами, мне нужна поддержка Секты Дао, — ответил Цинь Му.

Внезапно юноша за его спиной взревел и поднялся в небо, крича:

— Человек с фамилией Цинь, покажи мне что такое Тело Тирана!

Стоя в воздухе, тело юноши внезапно задрожало. За его спиной появился исконный дух, состоящий из черепахи и змеи, овившейся вокруг неё. У первой была голова дракона, в то время как у второй на спине виднелась пара крыльев, её пасть была широко открыта.

Это была чёрная черепаха.

Как только показался исконный дух чёрной черепахи, в небе под её ногами возникла гигантская река. Грохоча своими волнами, она потекла вперёд, разрезая воздух.

Посмотрев на Линь Сюаня, Цинь Му улыбнулся:

— Мастер Дао Линь, это ученик Северного Божества Сюань У, ты уверен в своих силах?

Даже не смотря на своего противника, Линь Сюань улыбчиво проговорил:

— Владыка Культа Цинь, строение твоего мозга отличается от строения мозга других, у тебя всегда возникают странные, удивительные мысли, которые ты никогда не воплощаешь лично, а перекладываешь эту работу на нас. Ты всегда где-то носишься и часто пропадаешь на один-два года. Вернувшись в Вечный Мир в этот раз, ты был занят, поэтому не успел заметить, насколько развились пути, навыки и божественные искусства нашей Секты Дао Вечного Мира, верно?

Цинь Му слегка растерялся. Мстер Дао Линь Сюань двинулся вперёд, шаг за шагом поднимаясь в небо и сближаясь с учеником Северного Божества. Он улыбался:

— Сюй Шэнхуа когда-то сказал, что из Математического Трактата Высшей Молекулы и силы магнетизма, исследование последней принесёт много плодов, но Математический Трактат всё же окажет более сильное влияние на реформу. Магнетизм позволит всего лишь создать дополнительные вид божественных искусств, в то время как Математический Трактат Высшей Молекулы перевернёт и изменит все существующие пути, навыки и божественные искусства мира. Он даже изменит структуру божественного оружия и построений! На протяжении последних лет моя Секта Дао была сосредоточена исключительно на изучении Математического Трактата Высшей Тайны! Та его версия, что досталась мне от тебя, была лишь основами, и за то время мы успели развить метод вычислений и улучшить божественные искусства!

Ученик Северного божества в воздухе создал своим исконным духом огромную реку, из которой вскоре поднялись пять грозовых облаков. Пять слоёв туч и молний, ветра, будто драконы обрушились на Лин Сюаня, извергая огромную силу!

Северное Божество был одним из четырёх божеств, королём богов прошлого, рождённый природой из Великого Дао. Даже Ди Июэ пыталась получить у него знания.

Этот ученик Северного Божества тоже обладал невероятно плотным совершенствованием. Стоя на голове летучего змея, он носился по спирали, то появляясь, то исчезая из виду. Пока он исполнял своё божественное искусство, чёрная черепаха издала яростный драконий рёв. Сверкая острыми когтями и клыками, она закрыла собой небо, поглощая округу в темноту, которую в следующий же миг разорвал разряд молнии!

Родословная Северного Божества была известна своим плотным совершенствованием и шокирующей защитой. Этого человека нельзя недооценивать!

— Сначала я начал менять Четырнадцать Писаний Меча Дао. Несмотря на то, что я успел довести до идеала лишь семь из них, это намного больше, чем нужно чтобы справиться с этими деревенщинами из райских небес! — Мастер Дао издал длинный вой и достал свой меч, готовясь столкнуться с учеником Северного Божества. Его слова и действия переполняла невероятная уверенность. — Владыка Культа Цинь, посмотри на мой меч и пойми, что ты пропустил за это время!

Первое Писание Меча Дао, Точка, Прокалывающая Грубые Движения, Двойной Удар Переменчивых Инь и Янь!

В небе появилась чёрно-белая диаграмм тайцзи шириной в триста метров. Инь и Ян, переливающиеся внутри неё, стали невероятно изящными, а их внутреннее строение полностью отличалось от прежних версий Меча Дао.

В прошлом Первое Писание Меча Дао было великим и переменчивым. Теперь же, меч Дао был одновременно и большим, и крохотным, сложность его математических превращений превзошла все пределы!

Это было плодом исследования Линь Сюанем Математического Трактата Высшей Молекулы.

Когда Цинь Му постиг небесный огонь, то освоил Математический Трактат Высшей Молекулы, чтобы воссоздать крохотную структуру внутри пламени.

Тем не менее, хоть он и понимал, какое безграничное будущее лежит перед Математическим Трактатом Высшей Молекулы, он ни за что не приложил бы всех своих усилий на доведение его до идеала. Вместо этого он возложил это задание на Линь Сюаня и Сюй Шэнхуа.

Сюй Шэнхуа был занят развитием Академии Высших Небес, кроме того, он должен был изучить божественное искусство магнетизма, так что не имел возможности посещать Секту Дао слишком часто.

Мастер Дао, с другой стороны, тратил все свои усилия и время на Математический Трактат Высшей Молекулы, и за последние несколько лет его Меч Дао прошёл через умопомрачительные изменения.

Цинь Му поднял голову, и будучи основателем Математического Трактата Высшей Молекулы, сразу увидел секрет Меча Дао и мысленно воскликнул: «Имперский Наставник прав, всего лишь за несколько лет все пути, навыки и божественные искусства Вечного Мира перевернулись с ног на голову. Я всё время проводил за её пределами, и пропустил значительную часть реформы. К счастью, ещё не слишком поздно. Как только я закончу дела секты Чистого Небосвода, мне придётся посетить академии и Имперский Колледж, чтобы снова обрести знания. Если я не буду учиться, то Линь Сюань и остальные действительно смогут меня превзойти.»

В небе божественное искусство ученика Северного Божества обрело невероятную силу. Тем не менее, в следующий миг его с лёгкостью пронзил Меч Дао Линь Сюаня!

Вся секта Чистого Небосвода была занята поисками даоса-вора, когда их ослепило зрелище в небе. Все они подняли головы и посмотрели на него загипнотизированными взглядами.

Секта Чистого Небосвода была веткой Секты Дао, и она тоже совершенствовала Меч Дао. Тем не менее, навык Линь Сюаня слегка отличался от их. Все его части, от крохотных до больших были доведены до идеала с помощью новой математики, лишая его любых недостатков!

Меч Дао изменился ещё раз, превращаясь в Связывание Пяти Ци и Трёх Эонов, Восхождение на Месте Пересекающихся Колесниц Облаков!

Когда сила этого навыка освободилась, даосы под горой не удержались, начав хлопать в ладони. Они становились всё более и более загипнотизированными.

Второе писание Меча Дао разделялось огромное количество раз, строя солнце, луну и семь звёзд с помощью математики. Это требовало понимания траектории движения солнца, луны, и пяти элементов.

Тем не менее, когда Линь Сюань исполнил этот навык, он хоть был таким же, как и раньше, его внутренняя структура оказалась совершенно другой. В ней появилось бесконечное количество новых деталей, и, если кто-то попытался бы разгадать его строение, он будет вынужден разобраться в бесчисленных солнечных, лунных и звёздных циклах!

В небе возник кровавый свет. Ученик Северного Божества уже был ранен.

Пять Цветных Благоприятных Облаков, Звенящая на Трёх Небесах Небесная Музыка!

Третье писание Меча Дао освободилось, после чего раздался прекрасный голос Дао, а голова ученика Северного Божества отсоединилась от его шеи. Его исконный дух начал поспешно убегать.

Меч Дао Линь Сюаня рванул вслед за исконным духом, в то время как ученики Северного, Южного и Западного Божества бросились прямиком Линь Сюаня, пытаясь его остановить.

Навык меча Линь Сюаня завершился, после чего изменился снова. Под аккомпанемент радостных возгласов даосов, проносящимися над всей горой, в небе появились бесчисленные явления природы.

Тихое Вращение Небесного Цикла, Встречая Каждое Явление Природы!

Скорость, с которой менялся его навык меча, была невероятно высокой. Все явления природы быстро заменили друг друга, после чего освободилось пятое писание, Нефритовая Пещера, Возвращающая Мириады Преобразований, Романтика на Горе Куньлунь!

В небе возник силуэт горы Куньлунь, на вершине которого стоял Мастер Дао. Меч в его руке дрожал, его движение напоминало нефритовую пещеру, поглощающую в себя все явления природы. Даже ученики Восточного, Южного и Западного Божеств оказались засосанными внутрь.

Раздался рёв и визги дракона, тигра и феникса, и троица вырвалась из пещеры, покрытые свежей кровью.

Их тут же встретило шестое писание Меча Дао, Семь Странных Золотых Лотусов, Любовь Великодушной Династии Цин!

Все трое одновременно начали отбиваться, в то время как Мастер Дао Линь Сюань двигался в такт со своим мечом, бормоча:

— Дрейфуя в одиночестве без дома, беспокоясь без причины, чувствуя возвышенность…

Это было седьмое писание меча Дао.

После исполнения седьмого писания трое учеников были покрыты травмами, с трудом заблокировав атаку. Внезапно её свет рассеялся, и мастер Дао обрушился на них, будто свет меча.

Он доработал Математическим Трактатом Высшей Молекулы лишь семь писаний меча Дао. Все последующие навыки могли быть заблокированы тремя великими экспертами.

В то же время Цинь Му и Сяо Чуньфэн одновременно взмыли в небо. Когда они столкнулись в воздухе, последний смог заблокировать атаку противника, но тут же увидел, как тот снимает ивовый лист со своего межбровья, обретая трёхглавую шестирукую форму. Из его трёх голов мгновенно вырвались три луча света!

Сяо Чуньфэн только что отбил его предыдущую атаку, и мысленно воскликнул, увидев, как эти лучи движутся в сторону трёх учеников!

Глава 832. Библиотекаpь Pайcких Небес

Тело ученика Северного Божества было убито Мастером Дао, остался лишь его исконный дух, пытающийся сбежать. С другой стороны, ученики Восточного и Западного Божеств были тяжело ранены его мечом.

Судя по их виду, они были не в состоянии скрыться от божественного света, вылетевшего из глаза Цинь Му.

В третьем глазу юноши появились слои построений, формируя собой девять небес.

Это был навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, которому его обучил слепой. В прошлом Цинь Му мог открыть лишь Нефритовые Глаза Небес, но теперь ему было под силу исполнять навык до предела!

Девять небес в его глазах состояли из девяти колец построений. В самом их центре находилась галактика звёзд, кружащихся вокруг качающегося вверх-вниз солнца.

Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес впитал сущность Глаз Солнца и Луны, богини Цзы Цин, лучших божественных глаз Эпохи Императора-Основателя. Навык слепого был значительно улучшен, но так как в своё время старик получил только знания о Глазе Солнца, он передал Цинь Му лишь наполовину готовый навык.

После этого слепой доработал свой навык с помощью Глаза Луны, но так как Цинь Му всё время где-то носило, он так и не успел передать ему новую версию. Если бы он объединил солнце и луну вместе, сила его божественного искусства стала бы значительно выше.

Тем не менее, навык Пробуждения Глаз Девяти Небес, который Цинь Му исполнил своим третьим глазом, был не таким, как раньше. Отличие было в том, что галактика в его глазу кружилась вокруг чёрного солнца.

Третий глаз между его бровей не был обычным. Он символизировал сущность Сына Юду, и напоминал вертикальный глаз Графа Земли. Это был дьявольский глаз, созданный из Великого Дао Юду, глаз забвения, способный поглощать души и убивать богов и призраков.

Изначально он был запечатан Графом Земли, но, когда Цинь Му случайно выпустил своего брата на свободу, он открылся.

В этот миг он принял свою шестирукую трехглавую форму. Три прямые, совершенные лучи вырвались из его глаз, разрезая воздух.

Ученики Восточного и Западного Божеств были неподалёку от него, так что не смогли увернуться вовремя. От ученика Северного Божества, в свою очередь, остался лишь исконный дух, поэтому он двигался с невероятной скоростью и успел скрыться из поля боя.

Впрочем, чёрный свет был невообразимо быстрым и, не оставляя ему время на реакцию, пронзил его тело.

Его исконный дух был Чёрной Черепахой, и чёрный луч света пронзил её твёрдый панцирь, прежде чем проткнуть летающего змея. В том месте, где вонзился луч, появилось тёмное пятно, начавшее быстро распространяться, поглощая исконный дух целиком. Как змея, так и черепаха, окрасились в чёрное.

Бум!

Исконный дух взорвался, превращаясь в бесчисленное количество песчинок души. С лёгким порывом ветра Небес Чистого Небосвода он быстро рассеялся, исчезая из виду.

Тем временем ученики Восточного и Западного Божеств упали с неба, приземлившись неподалёку Дворца Дао. Один из них распластался на земле, превратившись в зелёного дракона длиной в триста метров, а второй облачился в белого тигра, окутанного ярким светом.

Оба огромных зверя изо всех сил пытались подняться на ноги, издавая сердитый рёв, прежде чем сделать свои последние вздохи. Их тела быстро окаменели, превращаясь в статуи, на которых виднелись выражения борьбы.

Между тем, ученица Южного Божества взревела, превратилась в ярко-красную птицу и сбежала, оставляя за собой огненный след.

Стоящий внизу Линь Сюань прокричал:

— Девушка, Мастер Культа Цинь сказал, что он знаком с твоей учительницей, он не будет тебя убивать!

Девушка в красном проигнорировала его слова и молниеносно двинулась прямиком к Небесам Чистого Небосвода. Она направлялась к зелёному свету, без раздумий ныряя внутрь него. В следующий миг зелёный свет её окутал, и она оказалась обездвижена небесной сетью.

Красная птица боролась, пытаясь освободиться, но у неё ничего не вышло. На каждом углу небесной сети стоял старый даос, тянущий сеть на себя.

Мастер Дао открыл свои глаза Дао Инь и Янь, увидев, что структура небесной сети была невероятно сложной. В ней были использована невероятно глубокая математика, что заставило его удивлённо воскликнуть.

— Небеса Чистого Небосвода обладают невероятными достижениями в макроскопической математике, они значительно опережают Секту Дао Вечного Мира! С другой стороны, они не сравнятся с нашим Математическим Трактатом Высшей Молекулы. Если мы будем работать вместе, это принесёт огромную пользу путям и навыкам Вечного Мира!

Даос Ча на мгновение заколебался и спросил:

— Мастер Дао, пока что трудно сказать, являются ли Небеса Чистого Небосвода нашим союзником или врагом. Ты уверен, что они помогут нашей Секте Дао? Всё же мы были созданы изгнанными учениками…

— У Владыки Культа Цинь всё получится! — Линь Сюань был полон уверенности.

Даос почесал свои волосы, разделённые на чёрные и белые, думая про себя: «Это ты Мастер Дао, или он? Ты слишком уверен в Владыке Небесного Святого Культа…»

Цинь Му и Сяо Чуньфэн поднимались всё выше и выше в небе. Способности последнего были невероятно высокими, а его владение математикой также устрашало.

Он, в конце концов, был учеником Предка Дао, преемником Секты Дао райских небес. Хоть он и не учился непосредственно у старика, его достижения были невероятными.

Он не исполнил навыка меча.

Сильнейшим навыком Секты Дао Вечного Мира были Четырнадцать писаний Меча Дао, которым владел каждый Мастер Секты. Что касается их техники, то ею была технику Высшей Поднебесной Тайны, которая тоже не была полной. Лишь после того, как Даос Ча поделился навыками Секты Дао Императора-Основателями, её довели до идеала.

Тем не менее, будь то Четырнадцать Писаний Меча Дао или Техника Высшей Поднебесной Тайны, они были лишь двумя видами техник среди тысяч существующих.

Предок Дао создал Секту Дао, целью которой было понимание всех вещей с помощью математики, понимание Великого Дао Неба и Земли. Меч Дао, как и техника Высшей Поднебесной Тайны были лишь двумя их этих вещей.

Несмотря на это, Мастер Дао Линь Сюань был одним из самых выдающихся талантов Вечного Мира. Среди молодого поколения было не слишком много людей, способных сравниться с ним в силе.

Тем не менее, Сяо Чуньфэн изучал праведную технику Секты Дао райских небес и полностью овладел её математикой. Более того, у него был лучший учитель, а сам он являлся сыном Великого Владыки Луны, полубогом с невероятно высокой родословной. Его способности тоже были одними из лучших среди молодого поколения райских небес, и даже превосходили учеников четырёх божеств.

Двое парней носились по небу. Техника, которую исполнил Сяо Чуньфэн заинтриговала Цинь Му. В небе за спиной молодого даоса был божественный мост, соединённый с пустотой. Его исконный дух стоял на этом мосту.

Исконный дух парня имел облик жабы. Он поднялся, держа в одной руке пестик для измельчения лекарств, а в другой топор. Из его рта торчал деревянный прут.

Пробудив Великое Дао Неба и Земли, исконный дух заставил звёзды над Небом Чистого Небосвода непрерывно сиять, увеличивая силу своего божественного искусства.

В следующий миг Сяо Чуньфэн исполнил божественное искусство, состоящие из сотен различных техник, ослепляя Цинь Му!

Это божественное искусство включало в себя Великое Дао трёхсот шестидесяти звёзд, и даже искусства Великих Владык Луны и Солнца!

Все боги звёзд отвечали за разные атрибуты Великого Дао, которые не всегда сочетались друг с другом. Тем не менее, он мог пользоваться ими как хотел, отчего становилось очевидно, что Секта Дао райских небес смогла изучить и воссоздать эти виды Великого Дао.

Более того, Сяо Чуньфэн исполнял даже божественные искусства Великого Дао Сюаньду, Юду и Юаньду!

Он быстро осознал, что божественное искусство Юду не оказывало на Цинь Му слишком большого влияния, и тот с лёгкостью мог его отбить. Кроме того, тот невероятно хорошо разбирался в божественном искусстве магнетизма Юаньду, вынуждая использовать в бою божественные искусства Сюаньду.

Их силуэты поднимались всё выше и выше. В небе над Чистым Небосводом, заклятия и божественные искусства Сяо Чуньфэна активировали силу искусственного солнца, луны и звёзд. Небесные тела непрерывно дрожали, выстреливая в Цинь Му лучами света!

Сяо Чуньфэн оказался в правильном месте в правильное время и чувствовал себя как рыба в воде. Если бы сражение произошло в другом месте, то он не обрёл бы такой силы, тем не менее, на Небесах Чистого Небосвода он стал почти неуязвимым!

Мастер Дао Линь Сюань смотрел в звёздное небо, наблюдая на сражение среди галактики. В распоряжении Сяо Чуньфэна были всевозможные виды божественных искусств, отчего парень горько вздохнул: »Так это и есть настоящий преемник Секты Дао.«

Сяо Чуньфэн сильнее кого-либо влиял на эмоции Линь Сюаня. Во время путешествия он шокировал его более всего, значительно превосходя всех вокруг, чем едва не перевернул его мировоззрение.

Секта Дао Вечного Мира всегда претендовала на место единственной праведной секты мира, и он совершено не ожидал, что окажется, что её основали изгнанные ученики настоящей Секты Дао, чтобы бороться с райскими небесами.

В таком случае Секта Дао была такой же, как и её давний противник, Небесный Святой Культ. У них была общая цель, тем не менее, они двадцать тысяч лет сражались друг с другом без какой-либо на это причины.

В то же время поддельное астрономическое явление было создано Небесами Чистого Небосвода, веткой Секты Дао, что тоже сильно ударило по его сердцу Дао.

Теперь, когда он увидел настоящие высшие искусства Секты Дао и красоту её математики, можно было представить, какие это будет иметь для него последствия.

«Владыка Культа Цинь встретил сильного противника.» — как только он об этом подумал, галактика в небе закружилась, все её звёзды неконтролируемо двигались, в то время как в самом её центре застыло солнце!

Затем звёзды образовали силуэт Небесного Герцога.

Даосы Чистого небосвода подняли головы, испуганно смотря в небо. Перед их глазами появился Небесный Герцог, будто созданный из света. Искусственные звёзды сформировали собой силуэт древнего бога!

— Кто задействовал галактику? — испуганно прокричал один из даосов.

Ему никто не ответил.

Люди Небес Чистого Небосвода не могли контролировать искусственного Небесного Герцога. Из-за этого даосы, совершенствующиеся во дворцах на поверхности звёзд, растерялись, поспешно спускаясь на землю.

Цинь Му и Сяо Чуньфэн сражались, постепенно погружаясь вглубь галактики, и в один момент их тела вышли из-под контроля из-за вибраций Небесного Герцога. Они не могли вернуть себе контроль под собой, движение звёзд непрерывно искажало пространство, бросая их в стороны.

На глазах у всех людей Небес Чистого Небосвода, искусственный Небесный Герцог медленно поднялся, встряхивая пространство. Казалось, что небеса длиной в сто тысяч километров не могут выдержать его мощи и вот-вот разрушатся!

Даже Дворец Дао начал непрерывно качаться со стороны в сторону.

Все на горе пытались выстоять на ногах, наблюдая, как Небесный Герцог медленно поднимает голову, становясь всё выше и постепенно отдаляясь. В его глазах разгорался огонь, в то время как свет звёзд становился ярче.

С трудом удерживая равновесие, Мастер Дао Линь Сюань пытался определить местонахождения Цинь Му и Сяо Чуньфэна, потерявшихся среди галактики, когда уголком глаз заметил мастера секты Чистого небосвода, выходящего из Дворца Дао.

— Старший брат мастер секты! — Мастер Дао собрался расспросить мастера секты, когда тот заговорил:

— Маленький друг Линь, я уже поговорил с Предком Дао, и он сказал, что хочет вас встретить, прежде чем принимать решение. Он долго ждал этого момента на райских небесах.

Разум Мастера Дао Линь Сюаня вскипел, он прокричал:

— В таком случае, Небесный Герцог в небе…

До того, как он успел договорить, из глаз Небесного Герцога вырвались два толстых луча света, падая на Цинь Му и Сяо Чуньфэна. В следующий миг раздался оглушительный гул, и следующий луч упал на ученицу Южного Божества, застрявшую в сети. Последний луч обрушился на Линь Сюаня.

Свет погас, и все четверо исчезли.

Небесный Герцог в небе внезапно рассеялся и превратился в бесчисленные звёзды, которые начали постепенно возвращаться к своим начальным положениям.

Небо успокоилось, и толчки Небес Чистого Небосвода затихли.

Бесчисленные даосы взмыли в воздух, направляясь к Дворцу Дао. Приземлившись вместе со своим учеником в руках, один из них спросил:

— Мастер, где они?

Мастер Секты Чистого Небосвода стоял перед Дворцом Дао, подняв взгляд в небо. Он неторопливо ответил:

— Они отправились в Павильон Хранителя на райских небесах, Предок Дао хочет встретить их там.

— Павильон Хранителя на райских небесах? — старый даос был слегка шокирован.

Мастер Секты кивнул, на его лице виднелась зависть:

— Павильон Хранителя райских небес, место, где райские небеса хранят свои книги. Предок Дао является мастером этого павильона, он присматривает за книгами императорской семьи. Странно, — он внезапно удивился. — Младший брат Фэй Хэ, когда ты успел научиться так быстро бегать? Остальные старшие и младшие братья ещё не добрались ко Дворцу Дао, а ты уже здесь.

Аура Мастера Секты внезапно вспыхнула, окружая старого Даоса. Он холодно проговорил:

— Ты не Фэй Хэ, кто ты? Почему ты обворовал мои Небеса Чистого Небосвода?

Старый даос внезапно рассмеялся и схватил молодого даоса, поспешно скрываясь, прежде чем его успели схватить. От его скорости Мастер Секты потерял дар речи.

Последний поспешно протянул палец, его меч взмыл в воздух, двигаясь, будто луч света. Тем не менее, несмотря на всю свою скорость, он постепенно отставал от старого даоса.

Мастер Секты почувствовал, как его волосы встают дыбом, и прокричал:

— Старшие и младшие братья, остановите его! Это вор!

Бесчисленные божественные искусства и разноцветные божественные оружия бросились вдогонку за старым даосом, создавая грандиозное, великолепное зрелище. Тем не менее, тот с лёгкостью скрылся вдали.

— Запечатайте Небеса Чистого Небосвода! — прокричал Мастер.

Перед входом на Небеса Чистого Небосвода натянулась небесная сеть, и в следующий миг сквозь неё, будто тень, пролетел силуэт. Даосы, стоящие у входа, так ничего и не поймали.

— Призрак, это призрак! — завопили старики.

Глава 833. Вocсоздание Pайскиx Небес

— Нет смысла продолжать погоню, — Мастер Секты Чистого Небосвода позвал старых даосов, пытавшихся догнать вора, обратно, покачав головой. — Этот человек слишком быстрый, к тому же он искусен в превращениях. Он может менять свою внешность как угодно и когда угодно, так что даже если мы его догоним, то всё равно не узнаем. Оставьте всё как есть, не стоит уделять случившемуся слишком много внимания и распространять об этом слухи. Найдите младшего брата Фэй Хэ, которым притворялся вор, должно быть, он где-то связан. Я понятия не имею, что ему засунули в рот в этот раз.

Даосы поспешно отправились на поиски Фэй Хэ, в то время как другие старики вернулись к Мастеру Секты, спрашивая:

— Астрономическое явление только что превратилось в Небесного герцога, что произошло?

— Это работа Предка Дао, — ответил Мастер Секты. — Тело Тирана Вечного Мира и посланники райских небес хотят избавиться друг от друга, делая выбор вместо него. Но кто такой Предок Дао? Разве он позволил бы этим двум младшим решать свою судьбу? Мудрый человек не стал бы этого делать.

Сердца всех вокруг дрогнули:

— Мастер Секты имеет в виду…

— Предок Дао схватил их и переместил на райские небеса для того, чтобы сделать свой выбор. Нам не придётся беспокоиться о будущем Небес Чистого Небосвода, Предок Дао всё решит вместо нас, — объяснил Мастер Секты. — Нам лишь нужно позаботиться о последствиях.

Один из даосов поспешно проговорил:

— Юй Чжэньци уже занят приготовлениями вместе с ещё несколькими людьми, он говорил, что займётся обеими вариантами развития событий.

Расспросив о замысле Юй Чжэньци, Мастер Секты восхищённо воскликнул:

— Юй Чжэньци молодец. У райских небес есть выдающиеся таланты, у такой крохотной страны как Империя Вечного Мира, они тоже есть. K счастью, наши Небеса Чистого Небосвода тоже не обделены представителями молодого поколения, способными с ими сравниться, мы не слишком сильно уступаем.

За пределами Небес Чистого небосвода, «даос Фэй Хэ» тащил с собой маленького даоса, молниеносно несясь вперёд. Спустя некоторое время они уже находились за десять тысяч километров от секты. Внешность старика постоянно менялась, он становился то женщиной, то мужчиной, то молодым, то старым. Он мог даже облачиться в полубога, переодеваясь в различные одежды, повергая своего ученика в восторг.

Он не просто переодевался, а к тому же пользовался искусством создания, более десяти раз изменив свою внешность.

— Должно быть, мы уже в безопасности, даосы Секты Чистого Небосвода не смогут нас догнать.

Старик вернулся в свой обычный облик, и сложив руки за спиной, начав шагать вокруг Небесного Преподобного Юя. Тот посмотрел на него с искренним выражением лица, обнаруживая, что это был никто другой, как одноногий.

Небесный Преподобный Юй почувствовал себя неудобно.

— И вправду хороший саженец, — похвалил одноногий. — Ты быстро учишься, даже быстрее, чем этот негодяй Му’эр. Давай объединимся и будем обворовывать весь мир!

Небесный Преподобный Юй тут же покачал головой:

— Я хочу найти своего брата…

— Зачем он тебе? — одноногий разочарованно покачал головой. — В детстве он был очень интересным, но теперь, когда он вырос, с ним уе не так весело. Я обучил его Руке Небесного Расхитителя, Подменившей Солнце, думая, что мы, дед и внук, в один день будем воровать вместе. Но посмотри на него теперь, он постоянно носится по миру, и никогда не берёт меня с собой. Более того, он не ворует, после уроков в мясника, в его голове остались одни лишь мышцы. Идём, я покажу тебе свою сокровищницу! По секрету, за последние годы я стал богатым, даже Императору Яньфэну пришлось бы называть меня Владыкой-Вором. Ты умеешь летать? Давай я научу тебя ступать на ветер…

***

Вспыхнул яркий свет, внутри которого появился силуэт Цинь Му. Юноша был слегка ошеломлён: «Это… Божественное искусство мгновенного перемещения? Оно кажется немного более сложным, чем искусство Наставника Дровосека, но тоже напоминает искривление пространства… Неужели между сектой Дао и Императором-Основателем была какая-то связь?»

Божественное искусство мгновенного перемещения досталось Небесному святому Культу от святого Дровосека, а свет, в котором сейчас находился Цинь Му и остальные, тоже порождал искривление пространства. Тем не менее, он был более сложным, математика, кроющаяся в нём, поражала своей изысканностью.

Два искусства были довольно похожими, поэтому Цинь Му заподозрил что Дровосек видел версию Секты Дао до того, как создал свою.

Изначально, юноша был слегка взволнован, но постепенно сумел успокоиться. Собравшись с мыслями, он подумал про себя: »Небесный Наставник Рыболов говорил, что старые поколения были невероятно коварными и хитрыми… То есть мудрыми и здравомыслящими, если быть точнее. Это божественное искусство мгновенного перемещения Предка Дао определённо заимствовало силу астрономического явления. Он не хочет, чтобы мы с Сяо Чуньфэнем решали судьбы Секты Дао вместо него, поэтому схватил нас, чтобы решить всё самостоятельно.«

Когда свет начал угасать, Цинь Му постепенно заметил силуэт Сяо Чуньфэна, молодой девушки в красном, а также Мастера Дао Линь Сюаня.

В глазах девушки появился страх, она тут же насторожилась.

Сяо Чуньфэн кашлянул и проговорил:

— Юй Хунсю, не стоит беспокоиться, это Предок Дао перенёс нас сюда.

Мастер Дао похвалил:

— Когда Предок Дао задействовал астрономическое явление, создав из него Небесного Герцога, он использовал поразительную математику!

Осмотревшись вокруг, Цинь Му понял, что они находились в огромном здании из нефрита. Его стены были выложены из нефритового кирпича, а потолок висел высоко вверху. Посмотрев вверх, можно было заметить шесть углов, а значит здание имело шестиугольную форму.

Снаружи можно было заметить тысячи дворцов и залов. Образовавших удивительное зрелище.

— Это чужеземные райские небеса? — сердце Цинь Му дрогнуло. Он хотел выйти из нефритового здания и проверить, не были ли это небесами Дракона Ханя из прошлого, тем не менее, он сдержался.

Он продолжил осматриваться. Здание было совершенно пустым, в его центре торчала колонна, чтобы обнять которую требовалось как минимум шесть человек. Вокруг неё вздымалась лестница, по её виду было сложно определить сколько в здании этажей.

На каждом этаже у всех из шести стен стояли нефритовые книжные полки. От колонны к стенам тянулись мосты, позволяя подойти к полкам чтобы взять книгу.

Тем не менее, самым странным было то, что в библиотеке никого не было. Когда они внезапно в неё оказались, их никто не заметил.

Выглянув наружу, они обнаружили, что там тоже никого не было. Вокруг была лишь пустота.

— Это… Павильон Хранителя райских небес! — взгляд Сяо Чуньфэжна дрогнуло, он тихо проговорил. — Павильон Хранителя — это священная земля, где райские небеса хранят свои книги, все здешние писания — это высшие тайны наших райских небес! Странно, почему Предок Дао вызвал нас сюда? Разве он не боится, что райские небеса заметят, что он привёл сюда мятежников из нижней границы?

Подавляя свои эмоции и боль, Юй Хунсю спросила:

— Если нас призвал Предок Дао, то почему он не покажется?

Цинь Му встревоженно спросил:

— Сестра Хунсю, твои ранения в порядке? Я отлично владею искусством целения, и могу помочь тебе вернуться в норму.

Фыркнув, девушка отошла от него подальше, становясь возле Сяо Чуньфэна.

Мастер Дао Линь Сюань сделал шаг вперёд и проговорил:

— Старшая сестра Юй, Владыка Культа Цинь известен ка божественный врач Вечного Мира, кроме того, в начале своей карьеры он прославился как священные руки гинекологии. Его репутация распространилась по всем небесам.

Юй Хунсю стиснула зубы и ухмыльнулась:

— У вас обоих плохие намерения!

Цинь Му беспомощно пожал плечами, прежде чем взобраться по нефритовым ступенями и подойти к книжной полке на втором этаже Павильона Хранителя и взять с неё случайную книгу.

Книга была сделана из нефритовых страниц, скреплённых между собой золотой нитью. Она напоминала обычную, тем не менее, в ней были написаны не слова, а руны.

Линь Сюань, Сяо Чуньфжн и Юй Хунсю тоже подошли к полке. Последние двое стояли отдельно, рассматривая нефритовые книги.

— Странные руны… — Юй Хунсю покачала головой, не сумев прочитать руны, и положила книгу обратно.

— Это базовые руны Великого Дао, созданные математикой, относящиеся к рунам небесного духа цикла небесных звёзд. В моём свитке идётся о Звезде Лидера, — проговорил Сяо Чуньфэн. — В других свитках руны других богов Небесных Духов?

— Нет, — покачал головой Цинь Му. — В моём свитке тоже идётся о Звезде Лидера.

— И у меня, — взял в руку свиток Линь Сюань.

Сяо Чуньфэн начал быстро носиться по залу, открывая свитки один за другим. Вскоре он обнаружил, что все руны на них были рунами Звезды Лидера. Владыка Звезды Лидера был древним богом звезды, рождённым Звездой Лидера.

Базовых рун не должно было быть более сотни, тем не менее, количество рун на свитках было просто бесчисленным. Это повергло Сяо Чуньфэна в недоумение:

— Неужели на этих свитках записаны божественные искусства Владыки Звезды Лидера? Разве их не слишком много?

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он внезапно махнул рукой. Его жизненная распространилась по залу, поднимая все свитки на с полок. Открывшись, они начали кружиться вокруг колонны, руны на их страницах повернулись к полупрозрачной нефритовой колонне.

Колонна искажала свет и отражала руны на нефритовых свитках. Постепенно, они зажглись, и внутри неё появился реалистичный силуэт алого небесного дракона, выглядящего яростным и жестоким.

— Я понял!

Цинь Му взмахнул рукой, и все нефритовые книги вернулись на свои места.

Затем он поднялся на третий этаж и повторил то же самое. Руны каждого нефритового свитка засияли на колонну, внутри которой тут же появился силуэт Владыки Звезды Силы.

Руны на четвёртом этаже принадлежали Звезде Знания, а пятого Звезде Отдыха. Цинь Му быстро посетил все триста шестьдесят этажей, направляя свитки на колонну.

Тело Сяо Чуньфэна резко дрогнуло, когда он увидел силуэт бога, появившегося в колонне. Это была его мать, Великая Владыка Луны.

Его сердце начало взволнованно колотиться: „Рун на этих свитках достаточно, чтобы сформировать бога звезды, что Предок Дао собирается с ними делать?“

Цинь Му продолжил подниматься, вскоре достигнув последнего, триста шестидесятого этажа. Там он увидел рунную структуру Великого Владыки Солнца.

Осмотрев Великого Владыку Солнца внутри колонны, Цинь Му разразился смехом:

— Неудивительно, что Великий Владыка Солнца так легко умер, судя по всему, его тщательно изучили перед убийством, и сразу же после этого смогли создать его точную копию!

Сердца Мастера Дао Линь Сюаня, Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю замерли, после его слов. Засмеявшись, Сяо Чуньфэн спросил:

— Тело Тирана Цинь, что за бред ты несёшь? Когда это Великий Владыка Солнца умер? Он определённо жив!

Цинь Му посмотрел на него, промолчав.

Чем выше они поднимались в Павильоне Хранителя, тем сильнее удивлялись. Начиная с триста шестьдесят первого этажа, положения бога, чьи руны хранились на свитках, становилось всё выше, к примеру, они наткнулись на бога Пурпурной Звезды и бога Небесного Императора.

Внезапно, Юй Хунсю резко завизжала, увидев, как руны в колонне формируют облик её учительницы, Южного Божества Чжу Чюэ!

Цинь Му спокойно ответил:

— Здесь не только Южное Божество, трое других должны быть на следующих этажах.

Они продолжили подниматься, и, как и ожидалось, наткнулись на свитки Северного, Восточного и Западного Божеств.

— Теперь, когда мы увидели всех четырёх божеств, что будет дальше? — Сяо Чуньфэна поглотил ужас, его ноги начали дрожать. Он остановился, не смея продолжать идти вперёд.

Посмотрев на него, Цинь Му покачал головой:

— Мусор из райских небес.

Сяо Чуньфэн впал в ярость:

— Не стоит недооценивать райские небеса! — сказав это, он стиснул зубы и продолжил подниматься.

— Это Богиня Небесной Инь.

— Это Небесная Императрица, я уже видел её труп… Хмм, нет, это её сестра.

— А вот это — Небесная Императрица.

Вскоре они достигли этажа Матери Земли. Посмотрев на её силуэт внутри колонны, Цинь Му горько вздохнул, прежде чем проговорить:

— Не странно, что Мать Земли погибла в Юаньду, все её секреты были раскрыты, так что у неё не было шансов.

Сяо Чуньфэн и Юй Хунсю впали в ужас. Они уставились на её силуэт в колонне, не осмеливаясь задумываться о истории, стоящей за всем этим.

Цинь Му покачал головой и продолжил подниматься.

На следующем уровне он увидел Небесного Герцога.

Судя по всему, в библиотеке ещё не хватало нескольких свитков, отчего его силуэт был неполным. Тем не менее, он был близок к завершению.

— Смерть небесного герцога не за горами, — вдруг проговорил Цинь Му.

Глаза Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю наполнились страхом. Они хотели развернуться и убежать тем не менее, о вершины Павильона Стража оставалось ещё несколько этажей. Маня юношей к себе, они вынудили их неконтролируемо продолжить идти вперёд.

Поднявшись на следующий этаж, Цинь Му обнаружил, что руны в свитках принадлежали Графу Земли. Тем не менее, большая часть из них отсутствовала, и силуэт в колонне был незакончен. В сравнении с Небесным Герцогом, над ним ещё много нужно было работать.

— Если мы продолжим двигаться вперёд, то увидим там Небесного Императора древних богов, верно? — улыбчиво спросил Цинь Му.

Сяо Чуньфэн и Юй Хунсю едва не упали в обморок. Раздался хриплый голос Мастера Дао Линь Сюаня, тот смеялся:

— Владыка Культа, ты должно быть, шутишь. С чего бы Небесный Император позволил Предку Дао воссоздать самого себя? Он же не будет убивать себя, чтобы заменить кем-то другим.

Цинь Му ухмыльнулся:

— Трудно сказать.

Спустя мгновение троица замолчала, смотря на Небесного Императора.

Юй Хунсю хмыкнула, потеряв сознание. Лицо Сяо Чуньфэна побледнело, его тело ужасно дрожало. Он не осмеливался сказать и слова.

Подняв голову, Цинь Му увидел, что в Павильоне Хранителя был ещё один этаж. Он пробормотал себе под нос:

— Они воссоздали уже всех древних богов, для чего нужен ещё один этаж?

Его любопытство было невероятно глубоким. Остальные не осмелились подниматься, но он продолжил взволнованно идти вперёд.

Спустя мгновение уголки глаз юноши начали дёргаться, он ошарашенно посмотрел на юношу внутри колонны.

— Предок Дао, что именно ты пытаешься сделать? — пробормотал он.

Глава 834. Pайскиe Hебеса Предка Даo

Цинь Му взял под контроль бесчисленные нефритовые свитки, отчего те начали летать вокруг зала. Иx руны отбились на колонне, формируя внутри силуэт юноши. B такт с их движением тело парня тоже медленно поворачивалось.

Цинь Му мог отчётливо разглядеть внутреннюю структуру головы юноши, так же, как и всех его органов.

Изменяя положение свитков, он мог увеличить отдельную часть его тела, чтобы более отчётливо разглядеть её строение.

Этот юноша был Небесным Преподобным Юем.

Стоя перед нефритовой колонной, Цинь Му внимательно осматривал находящегося внутри неё Небесного Преподобного Юя. Видя его силуэт, созданный нефритовыми свитками, у него возникло странное чувство.

Строение Небесного Преподобного Юя не было похоже на строение древних богов. Последние были созданы из рун их Великого Дао, воссозданных с помощью математики, в то время ка тело Небесного Преподобного Юя было создано исключительно с помощью математики.

Нефритовые свитки создавали не нового Небесного Преподобного Юя, а лишь его физическое тело.

Внимательно изучив руны на свитках, Цинь Му обнаружил, они не были рунами Великого Дао, а рунами создания.

Не предыдущих этажах ему встречались исключительно руны Великого Дао. Они были созданы Предком Дао, который изучил Великое Дао древних богов посредством математики.

Руны Великого Дао математики отличались от рун создания. Дао Создания было создано расами, возникшими после начала мира, его структура отличалась от математики.

Цинь Му чувствовал, что его знаний в этой области хватает, понимание рун на свитках не было для него сложной задачей.

«Почему Предок Дао использовал руны создания для воссоздания физического тела Небесного Преподобного Юя?»

Он погрузился в глубокие мысли. Количество рун создания не шло ни в какое сравнение с количеством рун на предыдущих этажах. Когда Небесный Преподобный Юй погиб, его совершенствование лишь достигло райских дворцов, он как раз стал богом.

И всё же Предок Дао разместил эти руны на самом высоком этаже, поставив Небесного Преподобного Юя выше Небесного Императора. Что это значило?

Цинь Му посмотрел вниз на нефритовую колонну, протянувшуюся до самого нижнего этажа. Слои нефритовых ступеней овивали её, а вокруг виднелись шесть стен с бесчисленными рядами аккуратных книжных полок.

Цинь Му начал нерешительно бормотать себе под нос. Мастер Дао Линь Сюань и Сяо Чуньфэн всё ещё поднимались на верхний этаж, а Юй Хунсю до сих пор лежала без сознания.

Внезапно его сердце дрогнуло. Пробудив всю свою жизненную Ци, он стремительно бросился вниз!

Сяо Чуньфэн встревожился, думая, что юноша собирается его убить, но в следующий миг обнаружил, что жизненная Ци Цинь Му распространилась по всех этажах. Одним махом он поднял все свитки в здании и направил их на колонну!

Количество свитков, находившихся на этих нескольких сотнях этажей, было просто бесчисленным. Тем не менее, они все открылись одновременно!

Контролировать так много свитков было крайне сложно даже для Цинь Му, достигшего вершины способностей практика божественных искусств.

В этот момент свет рун на свитках упал на колонну, и внутри неё тут же появились силуэты всех древних богов.

Спустя несколько мгновений они начали светить друг на друга, формируя колону света, движущуюся снизу вверх.

Бум!

Луч обрушился на силуэт Небесного Преподобного Юя, отчего тот разразился ослепительным светом.

Цинь Му пришлось прикрыть глаза рукой. Спустя некоторое время он привык к яркому свету и наконец взглянул на нефритовую колонну.

Силуэты древних богов, созданные нефритовыми свитками, исказились внутренней структурой колонны, превращаясь в яркие пятна внутри тела Небесного Преподобного Юя. Постепенно слившись воедино, они сформировали божественное сокровище Духовного Эмбриона.

Следом за божественным сокровищем Духовного Эмбрион появилось божественное сокровище Пяти Элементов. На всех пяти его звёздах виднелись силуэты богов.

Затем появилось божественное сокровище Шести Направлений, в свете которого находилась Мать Земли, Первобытное Дерево, а также драконьи вены, гнезда фениксов, горные и речные боги всевозможных форм и размеров.

После этого возникло божественное сокровище Семи Звёзд вместе с солнцем, луной и звёздами. Великие Владыки Солнца и Луны появились на поверхности солнца и луны, а на трёхсот шестидесяти звёздах виднелись их боги.

Все звёзды, созвездия и галактики выстроились в силуэт Небесного Герцога, формируя божественное сокровище Небожителя!

Посмотрев вниз, Цинь Му обнаружил божественное сокровище Жизни и Смерти. Во тьме под Юаньду можно было разглядеть Юду и Графа Земли.

Следующим возник Божественный Мост, ведущий прямиком к райским дворцам!

Цинь Му посмотрел на райские небеса, и его сердце резко дрогнуло. В межбровье Небесного Преподобного Юя появлялось всё больше и больше пятен света, формирующих широкий райский дворец!

Там был не один, а тридцать шесть райских дворцов!

Кроме них, в межбровье юноши возникло семьдесят два тронных зала!

Это были полные райские небеса!

Тем не менее, сложность строения этих райски дворцов была за пределами его воображения. Они были созданы рунами и каждого Великого Дао древних богов, и даже Небесный Императора был лишь одним из древних богов, сидящим на троне в зале Непостижимого Неба!

Не говоря уже о райских небесах, даже семь божественных сокровищ сильно отличались от божественных сокровищ в телах практиков божественных искусств.

Божественные сокровища в теле Небесного Преподобного Юя содержали в себе всевозможные руны таких древних богов, как Небесный Герцог, Граф Земли и Мать Земли, поэтому их сложность была намного выше, чем у божественных сокровищ обычных практиков.

Тем не менее, несмотря на всю свою сложность, божественные сокровища казались невероятно простыми на фоне райских небес!

Можно было представить, сколько сложными были райские небеса, созданные Предком Дао.

Если подобную технику распространить по миру, то она не просто перевернёт существующую сейчас систему совершенствования, а доведёт её до идеала!

«Предок Дао собирает все эти знания в Павильоне Хранителя, чтобы ими пользовались практики райских небес?»

Цинь Му был ошеломлён.

Увиденное в Павильоне Хранителя было слишком большим шоком, тем не менее, речь шла не только об улучшении системы совершенствования райских дворцов и божественных сокровищ.

Древних богов, чьи тайны были полностью раскрыты, можно будет запросто заменить в случае их неповиновения!

Небесного Герцога и Графа Земли, возможно, ждёт именно такая участь.

Тем не менее, Цинь Му сильно озадачивал один момент. Почему Небесный Преподобный Юй?

«Руны такого высокого уровня могут превратиться в кого угодно, так почему они превратились в Небесного Преподобного Юя?»

Он был озадачен.

А так как душа Небесного Преподобного Юя была неполной, Цинь Му совершенно не понимал мотивов Предка Дао.

«Часть воспоминаний души Небесного Преподобного Юя утеряны, неужели Предок Дао собирается создать нового Юя, и вставить эти воспоминания в его тело? Тем не менее, разве Небесный Император или Императрица позволят ему это сделать?»

«А может быть Небесный Император понял, что тело Небесного Преподобного Юя совершенно, и решил реинкарнировать в него?»

«Кроме того, так как система совершенствования райских небес несовершенна, им могла понадобиться память Небесного Преподобного Юя, чтобы её улучшить!»

«Это идея Предка Дао, или Небесного Императора?»

Его голова постепенно начинала болеть, так как мотивы Предка Дао были слишком загадочными.

Однажды Цинь Му встречался с ученицей древнего бога Небесного Императора Янь Цилин, узнав от неё, что Предок Дао помогает Небесному Императору. Древний бог Небесный Император и Небесный Император были разными людьми, враждующими между собой, они не собирались отступать до тех пор, пока один из них не умрёт.

Предок Дао стоял на стороне древнего бога Небесного Императора, и в тоже время был Мастером Павильона Хранителя райских небес, помогая Небесному Императору райских небес создать такую большую библиотеку!

Теперь, Предок Дао призвал Цинь Му и остальных в Павильон Хранителя, чтобы показать им план Небесного Императора райских небес!

«Предок Дао добрый или злой? Он нейтрален, или же стоит на чьей-то стороне? А может быть… — на лице Цинь Му возникло странное выражение. — Он пытается подлить масла в огонь?»

Мастер Дао Линь Сюань и Сяо Чуньфэн подошли к нему и уставились на картину внутри колонны. На их лицах возникли шокированные выражения, они неподвижно застыли, не в силах сказать и слова.

— Старший брат Сяо! — сияя улыбкой проговорил Цинь Му. — Ты уже видел систему совершенствования божественных сокровищ и райских сокровищ Павильона Хранителя?

Сяо Чуньфэн ошеломлённо покачал головой.

— А ты слышал о ней раньше? — продолжал спрашивать Цинь Му.

Сяо Чуньфэн снова покачал головой.

— Ты не слышал и не видел этой системы совершенствования, но может, тебе кажется, что кто-то из райских небес уже её совершенствовал? — Цинь Му медленно вёл его к ответу, который хотел услышать, и спросил. — Люди, владеющие этой системой совершенствования, определённо были бы невероятно сильными и неуязвимыми. Они бы напоминали меня, и тебе бы казалось, что ты встретил Тело Тирана, второго Цинь Му, на которым ты восхищаешься, и которого никогда не сможешь догнать. Ты уже встречал кого-то подобного?

Сяо Чуньфэн пришёл в себя и посмотрел на него со странным выражением лица.

Мастеру Дао Линь Сюаню тоже почувствовал, что Цинь Му вёл себя как-то грубо. Кто стал бы хвалить себя так, как он?

Тем не менее, Цинь Му был прав, когда говорил, что те, кто совершенствуют подобную систему совершенствования, будут неуязвимы в своей области, и с ними никто не сможет сравниться.

Если бы человек, овладевший этой системой совершенствования, существовал, то начиная с семи областей божественных сокровищ и заканчивая райскими небесами, с ним никто не мог бы сравниться в одной области!

А если бы кому-то удалось совершенствоваться до области Райских Небес, этот человек стал бы первым в истории, превзойдя даже древних богов, он был бы неуязвимым!

К сожалению, к Павильоне была лишь структура божественных сокровищ и райских дворцов, и не было техники.

В Павильоне Хранителя было бесчисленное количество нефритовых свитков, посчитать руны Великого Дао, записанные на них, было попросту невозможно. Объединение всех этих рун в одну технику было бы невероятно масштабным проектом!

Линь Сюань не был уверен, что техника, содержащая такую огромную систему совершенствования, могла бы существовать!

«Кроме того, подобная система совершенствования не идеальна.» — он посмотрел на Цинь Му. Сяо Чуньфэн не знал о недостатке этой системы, но Цинь Му определённо его обнаружил.

Первым недостатком было то, что в неё до сих пор было божественное сокровище Божественного Моста.

Божественный Мост уже был заменён божественным сокровищем Райской Реки, созданным Цинь Му. Райская Река была намного лучше.

Вторым недостатком тоже была система божественных сокровищ. Семь божественных сокровищ были разделены между собой, не соединяясь в одно. Даже Первобытное Дерево, укоренившееся на земле Шести Направлений, не было закончено. Его нельзя было соединить с божественным мостом.

Если бы на его месте была Райская Река, то эту проблема была бы решена.

Третий недостаток крылся в математике, использованной Предком Дао при создании райских богов.

Предок Дао использовал макроскопическую математику, вроде Математических Трактатов Высшей Тайны и Непостижимой Женщины, в его распоряжении не было микроскопической алгебры и Математического Трактата Высшей Молекулы, созданного Цинь Му и улучшенного Сектой Дао Вечного Мира!

Без Математического Трактата Высшей Молекулы, строение древних богов, воссозданное предком дао, было несовершенным.

Эти три момента делали систему совершенствования райских небес, созданную Предком Дао, несовершенной.

Внутри неё должно было крыться ещё больше недостатков, но Мастер Дао Линь Сюань пока что смог обнаружить лишь три.

— Теперь я знаю, почему Предок Дао призвал нас сюда, — внезапно Сяо Чуньфэн горько вздохнул и рассмеялся. — Понятно. Теперь, когда я знаю секрет, кроющийся в Павильоне Хранителя, я больше не могу оставаться на райских небесах. Если я хочу жить, мне нужно уходить. В противном случае, как только кто-то узнает, что я здесь был, меня убьют.

Он горько улыбнулся.

Изначально он был верен райским небесам, но теперь у него не осталось выбора, кроме как их предать.

Чем больше секретов он знал, тем в большей опасности находился.

Теперь, когда парень узнал тайну Павильона Хранителя, если Предок Дао расскажет об этом Небесному Императору, он тут же умрёт!

Цинь Му и Линь Сюань были в такой же ситуации.

Они должны были держать увиденное в тайне. В противном случае, даже Предку Дао не придётся их убивать, ведь это сделает кто-то другой.

Предок Дао призвал их сюда, чтобы найти идеальное решение проблемы выбора стороны.

Он не встал на сторону Цинь Му или Сяо Чуньфэна. Ему хватило призвать их в это место, делая разницу в их фракциях неважной. Теперь они оба мирно стояли возле друг друга.

«Вот это старейшина и называет старым и опытным,» — горько вздохнул Цинь Му.

Теперь он понял, насколько жалкими были его попытки убить Сяо Чуньфэна и заставить Предка Дао встать на его сторону.

Такой старый и опытный человек мог с лёгкостью справиться с их эгоистичными планами.

— Старший брат Сяо, что ты собираешься делать по возвращению? — посмотрев на нахмуренного Сяо Чуньфэна улыбчиво спросил Цинь Му.

— Я планирую вернуться на Небеса Чистого Небосвода и помочь им избавиться от тел и обвинить во всём Мать Земли. В любом случае, её не сильно будет беспокоить такой пустяк, — вздохнув, ответил юноша. — Затем я инсценирую свою смерть и покину райские небеса. Я не буду связываться с матерью и спрячусь настолько далеко, насколько смогу… Предок Дао не знает жалости, поступив так!

Цинь Му улыбнулся:

— Ты планируешь изучить эту систему совершенствования и вернуться, когда твои способности будут выше?

— Моё совершенствование, мудрость и разум не хуже твоих, так что я определённо так и сделаю. Пока Предок Дао не отправил нас обратно, я должен изучить все руны на здешних свитках прощай!

Он поспешно спустился вниз по ступеням.

Проведя его взглядом, Мастер Дао проговорил:

— Владыка Культа Цинь, человек внутри колонны, — это твой брат Юй.

Цинь Му кивнул:

— Это долго объяснять. Для начала давай запомним руны на нефритовых свитках!

Вздохнув, Мастер Дао проговорил:

— Даже если бы ты начал объяснять, я бы не слушал. Я уже достаточно увидел сегодня, — шагая вниз по ступеням, он перешёл на шепот. — Этот Сяо Чуньфэн так и не заметил, что ты не использовал своего исконного духа, сражаясь с ним.

Цинь Му удивлённо на него посмотрел.

Мастер Дао улыбнулся:

— Не смотри на меня так, я знаю каковы твои настоящие способности. Когда ты говоришь, что линия, иллюстрирующая твою силу, находится выше моей, я понимаю, что ты имеешь в виду идеальную прямую, которая, скорее всего, вертикальна.

Цинь Му пытался вести себя скромно, в то время как Линь Сюань продолжал:

— Другие считают, что ты хвастаешься, не понимая, что на самом деле ты слишком скромен. Божественные сокровища божественного и дьявольского путей в добавку к Райской Реке, соединяющей их между собой, делают твои способности сверхчеловеческими. Я не удивлюсь, если бы ты смог избить дьявольского бога голыми руками.

Цинь Му вздохнул:

— Мастер Дао хорошо меня знает. Моя скромность досталась мне от имперского Наставника. Он всегда говорит, что его сила растёт по прямой, так что, будучи Телом Тирана, моя линия должна быть выше.

Линь Сюань помолчал, прежде чем кислым тоном ответить:

— Если ты продолжишь так говорить, тебя побьют до смерти.

Глава 835. Давнo нe Bиделиcь

В Павильоне Хранителя было несколько сотен этажей, на каждом из которыx хранилось бесчисленное количество нефритовых свитков. Количество рун на них было попросту неисчислимым, и запомнить их все было крайне трудной задачей.

«Чтобы проделать хорошую работу, нужны лучшие инструменты. Если мы будем запоминать все руны по очереди, сколько на это уйдёт времени?»

Цинь Му сидел на ступенях, наблюдая, как Линь Сюань, Сяо Чуньфэн и Юй Хунсю носятся туда-сюда, пытаясь запомнить руны на свитках. Юй Хунсю уже вернулась в сознание, но ей всё же пришлось отдохнуть полдня, чтобы упокоиться.

Она тоже поняла намерения Предка Дао и собиралась инсценировать свою смерть по возвращению из нефритового дворца, поэтому занялась запоминать руны вместе с остальным.

Запоминание строения рун всего лишь из одного этажа уже было невероятно сложной задачей. Они изображали структур Великого Дао древнего бога, так что можно было с лёгкостью представить о какого рода сложности шла речь. Полагаясь исключительно на хорошую память было трудно достичь успеха.

Даже если они обладали уникальным интеллектом, на запоминание всего лишь одного этажа им пришлось бы потратить от десяти до четырнадцати дней.

Более того, руны Великого Дао древних богов на начальных этажах были относительно простыми. Когда речь шла об этажах четырёх божеств, количество рун становилось в десятки или даже сотни раз большим.

А когда речь шла о Графе Земли, Небесном Герцога, Матери Земли и Небесном Императоре, то сложность снова увеличивалась в несколько раз.

Просто запоминая руны, не допуская ни единой ошибки, им пришлось бы провести во дворце несколько сотен или даже тысяч лет. Цинь Му ни за что не остался бы здесь на такое количество времени.

Ключевым моментом было то, что Павильон Хранителя был невероятно важным зданием райских небес, так что сюда в любой момент мог кто-то прийти. Предок Дао не позволит им здесь задерживаться.

Чем дольше они будут здесь находиться, тем в сильнее будут рисковать.

Это значило, что у них было всего лишь несколько дней, чтобы запомнить руны и уйти.

Подперев щёки руками, Цинь Му застыл, неподвижно сидя.

Мастер Дао Лнь Сюань, Сяо Чуньфэн и Юй Хунсю пришли в бешенство, пытаясь как можно скорее осмотреть все свитки и запомнить все руны. Время от времени они поглядывали на Цинь Му уголком глаз, обнаруживая, что тот продолжает спокойно сидеть.

Троица недоумевала.

Вскоре Сяо Чуньфэн пришёл в себя: «Запомнить все руны Павильона Хранителя за столь короткое время невозможно, я недостаточно умный, и не обладаю такой хорошей памятью. В таком случае мне нужно запомнить лучшие руны, а это Великое Дао Небесного Императора. Это лучшее, что я могу сейчас сделать!»

Додумавшись до этого, он поспешно ушёл на другой этаж.

Между тем Мастер Дао тоже одумался: «Я не смогу запомнить столько всего, так что лучше просто изучить базовые руны древних богов и присвоить им номера, после чего запоминать все свитки как сочетание этих номеров. Таким образом, мне нужно будет запомнить лишь несколько сотен рун и их порядок. Это самый быстрый способ выучить Великие Дао древних богов!»

Взволнованный, он тут же начал номеровать руны.

Картинка перед глазами Юй Хунсю помутнела, но внезапно она пришла в себя: «Я учусь у Южного Божества я являюсь полубогом красной птицей, какой мне смысл учить руны других древних богов? Из-за их особенностей изучение других рун будет приносить мне в два раза меньше пользы!»

Она немедленно отправилась к этажу Южного Божества.

Троица была поглощена работой, в то время как Цинь Му продолжал сидеть на ступеньках первого этажа, погрузившись в свои мысли.

Ни у кого не было времени приводить его в порядок, поэтому они продолжали заниматься своими делами. Спустя некоторое время они увидели, что тот наконец встал, достав несколько приборов для вычислений, кисть, чернила и бумагу. Он одновременно писал. Рисовал и пользовался своими божественными оружиями для вычислений, решая какие-то сложные вопросы.

Троица решила некоторое время отдохнуть, после чего вернулась к изучению рун Великого Дао.

Когда их мозг отказался продолжать работать, они снова сделали перерыв, обнаруживая, что Цинь Му начал строить кузницу и достал груду божественного металла. Разведя огонь в печи, он занялся плавкой.

Все они были озадачены, но у них не было времени интересоваться его идеей. Немного отдохнув, они вернулись к работе.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

С нижнего этажа начал доноситься звон металла, всё сильнее озадачивая троицу. Высунув головы, они с любопытством уставились на Цинь Му, обнаруживая, что тот куёт статую восьмирукого дьявольского бога. Затем он призвал дух, оживляя её. Схватив восемь огромных молотов, статуя поспешно начала стучать по гигантскому куску божественного металла.

Между тем Цинь Му исполнял божественные искусства дьявольского и божественного огня, а также божественное искусство воды Инь, закаляя металл.

Троица молча вернулась к работе.

Спустя некоторое время Цинь Му всё ещё ковал, звуки его ударов были настолько громкими, что не пне позволяли им сосредоточиться.

Не в силах продолжать терпеть, Юй Хунсю собрала свою волю в кулак и высунула голову, крича:

— Старший брат Сяо, парень по фамилии Цинь сошёл с ума, он не хочет учиться, и не позволяет учиться нам! Давай от него избавимся!

Сяо Чуньфэн тоже был раздражён шумом. Немного поколебавшись, он покачал головой:

— Нельзя. Ты не ровня Линь Сюаню, и хоть я не слабее него, если он будет работать совместно с Линь Сюанем, мы оба погибнем.

Спустя некоторое время голова Линь Сюаня тоже начала пухнуть от звона, и он прокричал:

— Владыка Культа Цинь, потише! Ты слишком много шумишь!

Сверху показалась голова Сяо Чуньфэна:

— Друг Дао Линь, мы оба из Секты Дао, и приходимся друг другу старшим и младшим братом, почему бы нам не объединить усилия, чтобы избавиться от этого безумного Циня? Заточка топора не мешает рубке дров, избавившись от него, мы будем работать намного быстрее!

Юй Хунсю тоже оторвалась от свитков, неоднократно кивая:

— Этот парень ничего не делает, к тому же мешает нам запоминать, это ужасно! Давай избавимся от него и спокойно продолжим учиться!

Мастер Дао покачал головой:

— Хватит говорить глупости, у Владыки Культа Циня всегда есть своё видение решение проблемы, у такого поведения определённо есть объяснение. Я лишь прошу, чтобы он вёл себя тише.

Цинь Му продолжал стучать молотом. Восьмирукая статуя уже была переработана материал и вернулась обратно в мешочек таотэ. Теперь он делал всё собственноручно, тем не менее, его скорость тоже была невероятно высокой.

Линь Сюань посмотрел вниз, увидев, что Цинь Му ковал зеркало. Молотом вбивая в него руны создания, он постепенно увеличивал его внутреннее пространство.

— Что он делает? — не в силах понять его намерений, Мастер Дао вернулся к запоминанию рун.

Спустя ещё один-два дня они привыкли к звукам ударов и, несмотря на ужасный шум, сумели сосредоточиться.

Внезапно стук прекратился, и троица снова взбесилась. Высунув головы, они уставились на Цинь Му широко открытыми глазами. Юй Хунсю собиралась на него наброситься, а Мастер Дао злостно прокричал:

— Мерзавец Цинь, почему ты больше не стучишь? Без звуков ударов мы не можем сосредоточиться!

Не выдержав, Юй Хунсю рассмеялась:

— Этот Мастер Дао казался таким зрелым и сдержанным, я никак не ожидала, что он может быть даже более вспыльчивым, чем я.

Между тем Цинь Му подметал пол, не оставляя следов своей работы. Подняв голову, он ответил:

— Я закончил стучать. Погодите, я подойду, как только закончу убирать.

Спустя мгновение он поднял зеркало с помощью своей жизненной Ци и забрался на второй этаж. Наблюдая за ним, троица увидела, как он подымает нефритовые свитки с помощью своей Ци, направляя их свет в зеркало.

Затем он положил свитки обратно на полку и отправился на третий этаж.

Они наблюдали, как он повторял одни и те же действия, наконец добираясь до этажа, на котором стоял Линь Сюань.

Заглянув в зеркало, Мастер Дао ошарашенно дрогнул, увидев, что свитки отбились внутри, их руны можно было отчётливо разглядеть.

Свитки были аккуратно выстроены в ряды, позволяя с лёгкостью найти нужные руны.

— Хватит запоминать, — Цинь Му поднял нефритовые свитки в воздух, поворачивая их в сторону зеркала и улыбчиво говоря. — Даже если бы у вас было сто лет, вы не смогли бы запомнить даже один этаж. Более того, если вы что-то попутаете, то даже не будете знать где искать ошибку.

Мастер Дао посмотрел в зеркало, увидев, что в нём появился ещё один ряд нефритовых свитков. Их руны были точно такими же, как руны, которые он только что изучал, в них не было ни одной ошибки.

Единственное отличие было в том, что свитки в зеркале были перевёрнуты.

— Когда я отправлюсь в Секту Дао за знаниями, то подарю тебе копию.

Цинь Му продолжил подниматься, оставляя ошарашенного Линь Сюаня позади:

— После того, как ты вычислишь всё с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы, сделаешь мне копию результатов.

Придя в себя, Линь Сюань спотыкаясь отправился следом за ним. С подавленным выражением лица он наблюдал, как тот копирует этажи свитков один за другим.

— Это зеркало использует мир внутри картины Святого Искусств? — не удержавшись, спросил он.

— Верно, — ответил Цинь Му, не поворачивая голову. — В нём также использованы навыки ковки моего дедушки немого и искусства создания Багрового и Светлого Императоров. Я даже использовал божественное искусство магнетизма бабушки Сы, чтобы искривить слои пространства внутри.

Мастер Дао пробормотал безжизненным тоном:

— Удивительно, попросту удивительно…

— Верно, — обернувшись, улыбнулся Цинь Му.

Мастеру Дао эта улыбка показалась необъяснимо раздражающей, и он захотел дважды ударить его по лицу.

Вскоре Цинь Му поднялся на этаж, на котором находилась Юй Хунсю, и на её глазах скопировал руны Южного Божества Цзю Цюэ, прежде чем отправиться дальше.

С безучастным взглядом девушка в красном отправилась на следующие этажи вместе с Мастером Дао Линь Сюанем.

— Тело Тирана Цинь всегда такой причудливый? — не удержавшись, спросила она.

Линь Сюань беспомощно ответил:

— Всегда. Строение его мозга отличается от нашего, я… — покачав головой, он горько улыбнулся. — Я не знаю, чем именно, возможно, у мозга Тела Тирана особая структура.

Наконец Цинь Му достиг этажа Сяо Чуньфэна, и тот широко раскрыл рот, увидев, как его зеркало копирует все руны со свитков.

Бум!

Сяо Чуньфэн упал на задницу, его конечности онемели, а голова уныло опустилась вниз.

Мастер Дао Линь Сюань протянул ему руку и тепло улыбнулся:

— Всё хорошо, ты к этому привыкнешь, всему своё время.

Лениво выпрямившись, Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Наконец я закончил. Что касается рун творения на последнем этаже, в них нет нужны. Теперь, когда мы скопировали все руны, Предок Дао должен вернуть нас обратно…

Как только он это сказал, снаружи раздались постепенно приближающиеся голоса людей. Кто-то громко, отчётливо говорил:

— В Павильоне Хранителя тихо последним временем?

— Павильон Хранителя — это запретная земля, кому хватит смелости туда пробраться? — захихикал какой-то старик.

— Хм, это действительно так, — ответил громкий, отчётливый голос. — Теперь, когда божественное оружие готово, Его Величество планирует использовать эти руны и его построить.

Старик с сомнением спросил:

— Разве ещё не слишком рано? Осталось много рун, не доведённых до идеала, и мы так и не придумали тридцать шесть разных райских дворцов…

С нижнего этажа донёсся скрип двери, и перед Цинь Му и остальными появились две длинные тени.

Цинь Му тут же замолчал, и жестом приказал остальным отступить. Все тут же забились в угол дворца, чтобы их не обнаружили.

Тайком взглянув на две тени, Цинь Му увидел, что за головой одной из них находились бесчисленные слои великолепных линий вен в форме языков пламени.

— Его Величество собирается его построить сейчас, а оставшиеся руны можно будет довести до идеала позже, — силуэт с языками пламени вошёл в здание, и раздался его громкий голос. — Вот только с Небесным Герцогом и Графом Земли не так уж просто иметь дело, они слишком упрямы и тщеславны…

Сердце Цинь Му замерло, на его лбу проступил холодный пот: «Небесный Преподобный Хо! Это Небесный Преподобный Хо!»

На лицах Сяо Чуньфэна, Линь Сюаня и Юй Хунсю возникли выражения отчаяния. Двое людей начали подниматься по ступеням, и вскоре должны были добраться до вершины!

Когда этот момент наступит, им не будет куда прятаться или убегать!

— Почему Предок Дао не отправляет нас обратно? — Сяо Чуньфэн крепко сжал кулаки, его тело начало дрожать.

Цинь Му нахмурился. Теперь, когда Небесный Преподобный Хо и второй человек начали подниматься по ступеням, у Предка Дао не оставалось времени, чтобы вернуть их обратно!

Если бы он исполнил своё божественное искусство мгновенного перемещения, Небесный Преподобный Хо определённо это заметит!

Не стоило забывать, что Хо был одним из девяти Небесных Преподобных, открывшим божественное сокровище Небожителя. Он был даже более древним, чем предок Дао!

Его способности, вероятно, были даже сильнее, чем у Предка Дао!

Цинь Му стиснул зубы и внезапно повернулся. На верхнем этаже внезапно появились чёрные Врата Небесной Воли, их появление не вызвало шума или колебаний жизненной Ци.

Моргнув, Цинь Му подал сигнал Мастеру Дао Линь Сюаню.

Линь Сюань сделал шаг вперёд, и Цинь Му начал быстро двигать руками. Изменив движения своих пальцев бесчисленное количество раз, он внезапно стукнул указательным и средним пальцами по лбу Линь Сюаня, запечатывая его физическое тело и исконный дух воедино, прежде чем толкнуть парня назад.

Тело Линь Сюаня провалилось во Врата Небесной Воли, исчезая во тьме Юду.

Цинь Му посмотрел на Сяо Чуньфэна и тот поспешно подошёл поближе. Повторив свои движения, он отправил его в Юду.

Затем к нему подошла Юй Хунсю, и, исполнив своё заклятие, Цинь Му собрался отправить следом за остальными. В этот миг он снова услышал голос внизу:

— Хоть эти два бога очень древние, они крайне упрямы и поглощают древние учения, не пережёвывая. Они не в силах понять общей картины.

Два голоса неумолимо приближались к верхнему этажу:

— У каждого изх них своё мышление. С Небесным Герцогом не будет проблем, но вот Граф Земли ещё тот хитрец. К счастью, дочь графа Земли до сих пор находится на райских небесах, а теперь ещё и Сын Юду родился. Это два ключа к избавлению от него…

Сердце Цинь Му дрогнуло, он на мгновение потерял контроль над своей жизненной Ци. В этот же миг внизу раздались ужасающие волны, наполняя весь Павильон Хранителя.

— Кто-то проник внутрь! — раздался голос Небесного Преподобного Хо.

Цинь Му резко изменился в лице, протянув руку, он поспешно стукнул по межбровью Юй Хунсю, отправляя её в Юду.

В этот момент на верхнем этаже появился силуэт Небесного Преподобного Хо, усмехаясь:

— Как ты посмел пробраться в Павильон Хранителя? Тебе не удастся от меня сбежать!

Цинь Му тихо вздохнул и обернулся, улыбаясь:

— Небесный Преподобный Хо, давно не виделись.

Глава 836. Нeбеcный Пpеподобный Xо

Он обернулся, его лицо уже превратилось в лицо Му Цина.

— Это ты!

Выражение лица Небесного Преподобного Хо резко изменилось, и Цинь Му воспользовался появившейся возможностью, чтобы оттолкнуться ногами и прыгнуть во Врата Небесной Воли, возвышающиеся за его спиной. Его тело двинулось назад, стремясь во тьму.

Магическая сила Небесного Преподобного Хо вспыхнула, как только он растопырил пять пальцев. За миг до того, как Цинь Му должен был исчезнуть в Юду, он ощутил, как безграничная сила фиксирует его на месте!

Всмотревшись вперёд, Цинь Му увидел Небесного Преподобного Хо, напоминающего неукротимого бога, стоящего перед ним. Он возвышался над округой, а огонь вокруг его тела искривлял пространство.

— Небесный Преподобный Му, мы и вправду давно не виделись.

Его голос, казалось, звучал из другого мира, а его магическая сила была попросту невообразимой. Даже находясь в другом мире, он мог с лёгкостью контролировать жизнь и смерть Цинь Му.

— Ты ещё помнишь Собрание Яшмового Водоёма? — неторопливо спросил Небесный Преподобный Хо. — Прошёл уже миллион лет, верно? Спустя столько лет меня удивляет то, что ты, кажется, совсем не стал сильнее. Ты так же слаб, как и раньше.

Расстояние между ним и Цинь Му резко сокращалось. Юноша вот-вот должен был вернуться на райские небеса.

Тем не менее, в этот миг в поле зрения Небесного Преподобного Хо появилась бумажная лодка. На её носу стоял старик с фонарём в руке.

Небесный Преподобный Хо внезапно ощутил, что его магическая сила исчезла, и остановился, смотря на Старшего Вестника Смерти на лодке.

Один из них стоял на верхнем этаже Павильона Хранителя, окружённый ярким светом, второго же окружал непроглядная тьма Юду.

— Небесный Преподобный Ю, — тихо проговорил Небесный Преподобный Хо, уголки его глаз дёрнулись.

Старик в темноте тихо ответил:

— Небесный Преподобный Хо.

На лице последнего возникло сложное выражение, он тихо проговорил:

— В прошлом, когда мы были Семью Небесными Преподобными, мы с тобой были крайне близкими, так почему теперь мы стоим на противоположных сторонах? Небесный Преподобный Юй, с момента смерти Небесного Преподобного Юя ты пал. Тебе не стоило отправляться в Юду. Оказавшись там, твоя природа становилась всё больше уединённой и раздражительной, ты зашагал путём зла. Я до сих пор помню смерть Небесного Преподобного Юя, ты горевал, прячась под своей маской. В прошлом ты был крайне эмоциональным и святым, и несмотря на то, что меня доставало твоё поведение, я не испытывал к тебе неприязни.

— Когда Небесный Преподобный Юй погиб, ты тоже плакал, — вестник смерти на бумажной лодке не демонстрировал совершенно никаких эмоций, безразлично отвечая. — Но ты пал и пошёл по злому пути. В прошлом праведный Небесный Преподобный Хо погиб вместе с Небесным Преподобным Юем. Смотря на тебя из темноты, я не могу тебя узнать.

Зрачки Небесного Преподобного Хо дёрнулись.

В этот момент за его спиной раздался голос старика, спешащего к верхнему этажу Павильона Хранителя:

— Враги проникли в Павильон Хранителя? Невозможно, это запечатанное место, находящееся в самом сердце райских небес, это самая запретная и запретных земель…

Бумажная лодка Старшего Вестника Смерти унесла Цинь Му прочь.

Выражение лица Небесного Преподобного Хо вернулось к обычному, он мягко махнул рукой на прощанье, прежде чем стереть Врата Небесной Воли Цинь Му. От них не осталось ни следа.

За его спиной, по ступеням поднялся старый даос, оглядываясь. Никого не обнаружив, он с подозрением спросил:

— Никто сюда не проник?

Небесный Преподобный Хо ответил:

— Мои чувства меня подвели, здесь никого не было. Почему Предок Дао не здесь?

Старый даос улыбнулся:

— С тех пор как Предок Дао вернулся, прошло уже сто лет. Он всегда то приходит, то уходит, так что я понятия не имею, когда он снова здесь появится.

Мягко кивнув головой, Небесный Преподобный Хо ответил:

— Мастер Дао, активируй Павильон Хранителя, распечатай руны и отправь их туда, где создают божественное оружие. Мне пора уходить.

Старый даос поспешно пробудил свою магическую силу, и все нефритовые свитки в Павильоне Хранителя повернулись к колонне в центре. В тот же миг из её основания разразился луч света, поднимаясь к силуэту Небесного Преподобного Юя на верхнем этаже.

— Замри!

Старый даос прокричал, замораживая свет на месте. Затем он достал свой меч и вырезал видение Небесного Преподобного Юя из колонны.

Как ни странно, но после того, как из колонны извлекли огромный кусок нефрита, та медленно затянулась, возвращаясь к норме.

Небесный Преподобный Юй так и остался внутри колонны вместе со всеми рунами. Старый даос отпечатал руны на нефрите с помощью своей магической силы.

Если бы Цинь Му, Линь Сюань и остальные до сих пор были здесь, они бы злостно начали топтать ногами от раздражения.

Они думали лишь о том, как запомнить руны Великого дао, и Цинь Му пришлось выковать зеркало, потратив огромное количество сил на создание пространства внутри него.

Даже такие умные люди, как они, не додумались, что способ запечатлеть все руны одновременно находился так близко, и им было так просто воспользоваться!

Руны Великого Дао просто нужно было активировать и вырезать. Подобным образом, можно было унести с собой все руны Великого Дао, не оставляя следов.

Чем умнее был человек, тем меньше времени ему приходилось тратить на решение простых задач.

Небесный Преподобный Хо спустился по ступеням, и вскоре покинул Павильон Хранителя.

Тем не менее, колеблясь, он решил не идти в Зал Непостижимого Неба, думая про себя: «Небесный Преподобный Му, ты появился снова, неужели это и есть твоё время? За все эти тёмные годы ты появлялся множество раз, но я не знал, что это был ты.»

Он посмотрел на Зал Непостижимого Неба вдали, выражение его лица начало меняться: «Несмотря на то, что ты избивал меня раньше, я не злюсь на тебя за то, что ты расследовал смерть Небесного Преподобного Юя и отомстил за него. Наоборот, я переполнен к тебе уважением. Тем не менее, почему ты пришёл в этот раз? Ты не знаешь, что сейчас не то время, что было миллион лет назад. Сейчас ты слишком слаб…»

Он отвёл взгляд и пошёл в противоположном к Залу Непостижимого Неба направлению.

***

Цинь Му стоял на лодке посреди Юду и оглядывался по сторонам, пытаясь найти Линь Сюаня, Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю:

— Я толкнул их в Юду, так что они должны были оказаться где-то неподалёку.

Старший Вестник Смерти повесил свой фонарь на нос лодки и ответил:

— Юду очень большой, а они не являются его формами жизни, Сынами Юду или Небесными Королями Минду. Также они не в силах исполнять божественные искусства, а значит не могут летать. Они будут непрерывно падать, как и ты однажды. Если они не боги, то скорее всего умрут от старости спустя несколько сотен лет. Кроме того, они могут задохнуться. Во тьме нет воздуха, здесь нечем дышать.

Уставившись на него, Цинь Му возомнил:

— Если ты смог поймать меня, то и их сможешь.

Старший Вестник Смерти равнодушно ответил:

— Я передал тебе Небесного Преподобного Юя, где он сейчас?

Цинь Му ответил, чувствуя вину:

— У него всё очень хорошо, сейчас он довольно беззаботный, даже беззаботнее, чем я. Он сейчас со стариком, воспитавшим и обучившим меня. У него хороший характер и высокое совершенствование, он не присваивает себе найденных денег! Он пример для учеников Вечного Мира, хребет империи!

Выражение Старшего Вестника Смерти слегка изменилось, он фыркнул:

— Они сделали тебя тем, кем ты есть, разве они на что-то годятся? Меня не слишком обнадёживает то, что ты отдаёшь Небесного Преподобного Юя в руки таких людей!

Цинь Му сердито ответил:

— Чем же я плох? Я Небесный Преподобный, стряхнувший весь мир, поэтому люди, воспитавшие меня, естественно целомудренны!

Старший Вестник Смерти скептично проговорил:

— Давай я отправлюсь с тобой в Вечный Мир и посмотрю на их целомудрие.

Цинь Му тут же ответил:

— Ты выглядишь невообразимо ужасающе, ты что, собрался напугать всех о смерти, ворвавшись в мир живых? Не переживай, я не буду плохо заботиться о Небесном Преподобном Юе, я отлично с ним справляюсь! Быстро верни моих трёх друзей, ещё немного и они задохнутся!

Впереди показались три бумажных лодки, на носу каждой из которых стоял Старший Вестник Смерти. На их бортах сидели Мастер Дао Линь Сюань и остальные.

Успокоившись, Цинь Му улыбнулся:

— Ты всегда острый словом и мягкий сердцем. Я знал, что ты их спасешь. Теперь можешь отвезти нас к берегу реки Вздымающейся…

Старший Вестник Смерти усмехнулся:

— Ты единственный веришь, что я добрый. Посмотри на людей в тех трёх лодках, у кого из них не побледнело лицо при моём виде?

Посмотрев на три лодки, Цинь Му увидел, что лица Линь Сюаня, Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю были ужасно бледными. Свернувшись в углу, они выглядели испуганными до полусмерти.

— Так что ты делал на райских небесах? — тон Старшего Вестника Смерти стал мягче, он спросил. — Когда они стали местом, которое ты можешь посещать? Если бы я не заметил, что ты открыл Врата Небесной Воли, ты бы там погиб! Как ты смеешь быть таким безрассудным, я начинаю жалеть о том, что отдал тебе Небесного Преподобного Юя!

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Но ты всё же пришёл по первому зову и спас нас Я знаю, что ты сильно обо мне заботишься.

Старший Вестник Смерти покачал головой:

— Я лишь взволновался, что ты привёл на райские небеса Небесного Преподобного Юя. Если бы я знал, что ты там один, то не пришёл бы.

Лицо Цинь Му ужасно помрачнело, он хмыкнул:

— Давай, забирай Небесного Преподобного Юя обратно. Я посмотрю, чему ты его научишь.

Старший Вестник Смерти тоже помрачнел в лице. Спустя мгновение он пробормотал:

— Я больше никого не знаю, так что его учишь ты. Тем не менее, ты должен учить его лично, я не слишком обнадёжен, когда этим занимаются те же люди, что воспитали тебя… Небесный Преподобный Хо крайне опасен, держись от него подальше.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он ответил:

— Когда Небесный Преподобный Юй погиб, ты и Небесный Преподбный Хо горевали больше всех, я видел, что он такой же, как и ты, вы оба искренне уважали Юя. Возможно, он просто ослеплен, и у меня есть шанс вернуть его на нашу сторону…

— Люди меняются! — уверенно перебил его Старший Вестник Смерти.

Цинь Му ошеломлённо спросил:

— Почему Небесный Преподобный Хо изменился? Что он пережил за эти годы? Я разоблачил Небесного Преподобного Хао, Сына Небесной Инь и даже Небесного Императора, стоящих за убийством Небесного Преподобного Юя. Даже если он глуп, он должен был это понять! Почему он до сих пор остаётся на райских небесах?

— Люди меняются, — повторившись, Старший Вестник Смерти внезапно добавил. — Мы в мире живых, вам пора уходить. Больше не посещай райских небес и не доверяй Небесному Преподобному Хо, а не то ты умрёшь.

Подавив сомнения в своём сердце, Цинь Му спрыгнул с лодки. Мастера Дао Линь Сюаня и остальных схватили за шиворот и выбросили следом.

Под лодкой была темнота, но как только они оказались за бортом, их окружил яркий свет. Наступив на твёрдую землю, они осмотрелись, увидев шумящую реку и высокие горы неподалёку. Казалось, будто всё случившееся было лишь сном.

Цинь Му оглянулся, Старший Вестник Смерти уже исчез из виду.

«Небесный Преподобный Хо, ты и вправду изменился?» — он был в оцепенении.

— Владыка Культа Цинь, Владыка Культа Цинь! — заставив его прийти в себя, Мастер Дао проговорил. — Мы должны вернуться на Небеса Чистого Небосвода и решить, что делать дальше.

Очнувшись, Цинь Му кивнул, смотря на Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю:

— Какие у вас планы после случившегося?

На мгновение заколебавшись, Сяо Чуньфэн ответил:

— Я из Секты Дао райских небес, моё наследие схоже с таковым у Мастера Дао, так что я собираюсь отправиться в Секту Дао Вечного Мира и постепенно развиваться, чтобы в будущем заработать себе репутацию.

Немного поразмыслив, Юй Хунсю проговорила:

— Я тоже не против пойти в Секту Дао, но не хочу быть даосской монахиней.

Глаза Цинь Му тут же загорелись:

— Сестра Хунсю, ты когда-либо слышала о Небесном Святом Культе? Мой Небесный Святой Культ — это праведная секта…

Глава 837. Pаздутоe Эго Цинь Mу

Юй Хунсю крайне настороженно относилась к Цинь Му. В сравнении с праведным джентльменом в лице Мастера Дао, тот казался демоническим существом, так что она не слишком хотела присоединяться к Небесному Святому Культу.

Мастер Дао был в восторге и не мог удержаться, чтобы тайком не взглянуть на Цинь Му, не в силах скрыть своего ликования.

Цинь Му увёл у него много людей. Бесчисленные даосы Секты Дао отправлялись в Вечный Мир, становясь чиновниками, и часть из них посещали Небесную Святую Академию в поисках знаний. Большое количество представителей молодого поколения вступали в Небесную Святую Академию, даже не думая о том, чтобы пойти в Академию Секты Дао.

Даже он, Мастер Дао, на подсознательном уровне был завоёван Цинь Му. Был период времени, когда он не мог успокоить своё сердце Дао, желая присоединиться к Небесному Святому Культу.

Насколько сложно было увести кого-то у Цинь Му? Сегодня это ему удалось.

***

Небеса Чистого Небосвода.

Мастер Секты Чистого Небосвода заметил их возвращение и был слегка поражён. По прибытию Линь Сюань рассказал ему обо всём случившемся, рассеивая любые подозрения.

— Юй Чжэнь ушёл, чтобы переложить всю вину на Мать Земли. Трупы погибших будут доставлены на её земли, в радиусе нескольких сотен километров вокруг них будут оставлены следы сражений. Даже если расследованием займётся Раса Воющих Небесных Богов, они придут к выводу, что посланники попали в ловушку полубогов Матери Земли, — сообщил Мастер Секты Чистого Небосвода. — Не волнуйтесь, Юй Чжэнь крайне дотошен и обладает очень высокими достижениями в математике. Он проделает безупречную работу и не оставит ни следа.

Цинь Му кивнул. Чистый Небосвод был веткой Секты Дао и специализировался на математике. Даже когда райские небеса хотели создать новую звёздную карту, им пришлось просить помощи у даосов Чистого Небосвода.

Будучи человеком, снискавшим уважение Мастера Секты, Юй Чжэнь определённо должен был отлично владеть математикой. Он понимал даже самые сложные её моменты, так что ему было под силу безупречно справиться с задачей.

— Что касается инсценировки смертей маленьких друзей Сяо и Юй, это будет немного сложнее, — Мастер Секты посмотрел на Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю. — Райские небеса знают ваши имена и фамилии, поэтому чтобы определить ваше местонахождения им достаточно всего лишь воспользоваться Книгой Жизни и Смерти. Единственный способ сбить Книгу с вашего следа, это стереть ваши имена с её же помощью, только тогда вас не найдут. Даже если райские небеса будут искать вас с помощью Книги Жизни и Смерти, они лишь увидят, что вы уже мертвы. Тем не менее, Книга Жизни и Смерти — это очень редкое сокровище в этом мире…

— Не проблема, — улыбнулся Цинь Му. — У меня с собой есть Книга Жизни и Смерти. — сказав это, он вынул артефакт и своего мешочка таотэ.

Все ошарашенно на него уставились, а Сяо Чуньфэн прокричал:

— У тебя есть даже такое сокровище?

Цинь Му улыбчиво спросил:

— А что, она представляет собой что-то ценное? Эту книгу мне подарили Гроссмейстер и Син Ань, мои два брата из Вечного Мира. Я даже видел что-то подобное в руках учеников Сына Небесной Инь.

Все потеряли дар речи, а Юй Хунсю подумала про себя: «Разве нам не твердили, что нижняя граница бедна и изолирована? Почему такие сокровища, как Книга Жизни и Смерти валяются здесь на каждом шагу, и их даже дарят друг другу? Это нижняя граница бедна, или райские небеса?»

— Это и вправду Книга Жизни и Смерти, сокровище, созданное Графом Земли с помощью Великого Дао Юду. В мире она лишь одна, ею владеет Доброжелательный Святой Король, Равный Небесам. Остальные Книги Жизни и Смерти — это копии, сделанные Чёрным Божеством Сыном Небесной Инь и Доброжелательным Святым Королём, Равным Небесам.

Мастер Секты Чистого Небосвода взял книгу в руки и проговорил:

— Несмотря на то, что эта книга — копия, созданная Сыном Небесной Инь, она обладает качествами, которых нет у оригинала, так что она намного лучше.

Открыв Книгу Жизни и Смерти, он навёл её на Сяо Чуньфэна и Юй Хунсю, стирая их имена:

— Обычно она используется для поисков людей и определения их личности, но это лишь малая часть её способностей. Главную силу она представляет как оружие массового уничтожения, ни один обычный бог не сможет с ней сразиться! Каково происхождения у этого Гроссмейстера и Син Аня? Они не могли бы подарить моей Секте Чистого Небосвода ещё одну копию?

Забрав книгу, Цинь Му покачал головой:

— У них был только этот экземпляр, и после того, как они мне её подарили, мне пришлось перенести много физической боли и долго убегать.

Мастер Секты Чистого Небосвода уставился на него широко открытыми глазами, лишь сейчас осознав его видение значения слова «подарить».

«Так »подарить« в его понимании значит украсть.»

Небеса Чистого Небосвода должным образом инсценировали смерть посланников райских небес, позволяя Цинь Му и Линь Сюаню не тратить лишнего времени и усилия. Всё оставшееся время Цинь Му не делал чего-то значимого, а Мастер Дао пытался уговорить даосов позволить ученикам Вечного Мира приходить к ним за знаниями.

Секта Дао Вечного Мира уже стала Академией Секты Дао. Если же вдобавок она обретёт знания Секты Чистого Небосвода, то сможет распространиться на всю империю.

Четыре великих священных земли прошлого стали академиями и перестали быть сектами мира боевых искусств.

Монастырь Великого Громового Удара основал Академию Громового Удара, Ван Мужань основал Академию Нефритовой Столицы, а Небесный Святой Культ открыл Небесную Святую Академию. У каждой их них были свои сильные стороны.

Цинь Му даже разделил Небесную Святую Академию на триста шестьдесят колледжей, рассредоточившихся по всему Вечному Миру. Их Мастера Чертогов и их помощники были ответственны за обучение учеников, за счёт чего достигли невероятного успеха.

Кроме четырёх священных земель, все остальные секты и культы тоже были обновлены, сформировав начальные школы и колледжи в попытке выжить в эпохе реформ. Если они упрямились и не менялись, то очень быстро исчезали с лица земли.

Для исчезновения сект, продолжавших придерживаться своих традиций, не нужно было прикладывать внешних сил. Они распадались за счёт того, что к ним никто не присоединялся.

Это было общей тенденцией реформы Вечного Мира, распространившейся, будто потоп. Любой, кто стоял у неё на пути, сметался, и лишь те, кто сумел построить себе корабль, могли уплыть по её течению и обрести шанс на выживание.

Если вспомнить год реформы Вечного Мира, то тогда все секты пытались убить Небесного Наставника и изменить Императора, повсеместно поднимая мятежи, но теперь у них не осталось выбора, кроме как присоединиться к реформе.

Цинь Му и Линь Сюань лично через это прошли, и в их глазах происходящее казалось вполне нормальным. Тем не менее, воспоминания всё же заставляли их сердца содрогаться.

— Владыка Культа Цинь, даже несмотря на то, что ученики, присланные райскими небесами в этот раз, были убиты тобой и Мастером Дао, райские небеса пришлют новых, чтобы продолжить работу над идеальной звёздной картой для убийства любых очагов восстания в Первобытном Царстве. — провожая их, проговорил Мастер Секты. — Когда посланники придут снова, моя Секта Чистого Небосвода сделает всё возможное, чтобы закончить работу, и карта всё же будет создана. Предок Дао не принял ни одной из сторон, так что мы не будем предавать райских небес. Пусть Владыка Культа нам это простит.

С серьёзным выражением лица Цинь Му ответил:

— Мастер Секты, не волнуйся, я понимаю причину этого.

Улыбнувшись, Мастер Секты добавил:

— Кроме того, мои Небеса Чистого Небосвода отправят людей за тем человеком, который нас ограбил, независимо от того, какие у Владыки Культа с ним отношения. Пусть Владыка и это нам простит, — он вздохнул. — Мы не уверены, что нам удастся поймать вора и вернуть украденное, но речь идёт о нашей репутации, так что у нас нет выбора.

Слегка помрачнев в лице, Цинь Му пробормотал:

— Надеюсь, Мастер Секты обойдётся с ним снисходительно. Кстати, Мастер Секты, ты не мог бы дать мне одну гору?

Расспросив его о причинах такой просьбы, Мастер Секты улыбнулся:

— Это пустяк, можешь выбрать любую гору, какую захочешь, и назначить Бога Бай Си её правителем.

Поблагодарив, Цинь Му покинул Небеса Чистого Небосвода вместе с Мастером Дао, также прихватив с собой двух цилиней.

Неподалёку от Уезда Оленя, юноша сделал все приготовления для Бога Бай Си, отчего тот расплакался от благодарности, прежде чем в спешке забраться на новую гору Столетия, возвышающуюся над берегом реки.

Стоя на берегу, Цинь Му, Линь Сюань, Сяо Чуньфэн, Юй Хунсю и остальные посмотрели в сторону реки Вздымающейся, поверхность которой напоминала море.

— Владыка Культа, здесь нам придётся расстаться, — Линь Сюань и Даос Ча собрали свои вещи и Мастер Дао подбросил в воздух свой кнут из конского волоса, который тут же превратился в белого дракона и взмыл в небо. Усевшись на его спине, Линь Сюань протянул руку, помогая Юй Хунсю залезть к ним:

— Мы возвращаемся в Секту Дао, если Владыка Культа Цинь хочет изучить Математический Трактата Высшей Молекулы, можешь навестить меня там.

Кивнув, Цинь Му ответил:

— Первобытное Царство сейчас крайне небезопасно, будь осторожен в пути. После того, как я найду брата Юя, мы придём в Секту Дао.

Посмотрев на Сяо Чуньфэна, Линь Сюань проговорил:

— Старший брат Сяо, путь к Секте Дао будет долгим, нам нужно спешить, поднимайся.

Тот не сводил глаз с Цинь Му, и не шевелился. Внезапно он улыбнулся:

— Тело Тирана Цинь, Предок Дао прервал нашу битву, разве тебе не интересно кто из нас сильнее? Может быть, ты Тело Тирана Вечного Мира, но ты определённо не Тело Тирана Райских Небес!

На лбу Линь Сюаня выступил холодный пот, он горько вздохнул.

Взгляд Юй Хунсю дрогнул, она тихо спросила:

— Мастер Дао Линь, разве тебе не интересна их битва?

Линь Сюань покачал головой:

— Старший брат Сяо на уровень слабее Владыки Небесного Культа, он ему не противник.

— Даже при такой разнице невозможно определить кто проиграет! — взволнованно ответила девушка. — Более того, старший брат Сяо является одним из сильнейших учеников среди молодого поколения Секты Дао райских небес, кроме того, он прямой потомок древнего бога и обладает невероятно высокой родословной! Его боевая сила одна из лучших среди практиков области Божественного Моста райских небес! Их сражение будет очень интересным!

Мастер Дао хмыкнул:

— Он уступает ему на уровень, а значит у него нет шансов на победу. Даже если старший брат Сяо овладеет Математическим Трактатом Высшей Молекулы, он всё равно будет слабее. Лишь изучив все наработки реформы Вечного Мира, он может обрести шанс превзойти его. Тем не менее, в их борьбе принимает участие ещё один человек, Сюй Шэнхуа. Впрочем, тот ещё не открыл божественное сокровище Райской Реки, так что он до сих пор слабее Владыки Культа Циня…

Юй Хунсю собралась что-то ответить, когда на поверхности реки появилась рябь. Сяо Чуньфэн сделал шаг вперёд, и в следующий миг над Вздымающейся протянулся Божественный Мост. Посреди моста появился крепкий и высокий исконный дух с пестиком и топором в руках!

Жизненная Ци Сяо Чуньфэна вспыхнула, и из-под воды поднялась полная луна. Бесчисленные математические руны превратились в звёзды, кружащиеся вокруг ней, будто галактика. Их свет сиял ярче солнца!

Сяо Чуньфэн с улыбкой проговорил:

— Тело Тирана Цинь, тебе хватит смелости со мной сразиться?

Стоя на спине дракона, Юй Хунсю взволнованно сжала ладони и улыбнулась Мастеру Дао Линь Сюаню:

— Старший брат Сяо использует силу своей родословной…

На берегу Цинь Му шагнул вперёд, и с неба з его спиной опустилась райская река. Её мощное и широкое русло протянулось к райским дворцам, над её водой возвышался исконный дух.

Мастер Дао Линь Сюань вздохнул.

В следующий миг над рекой Вздымающейся поднялась огромная волна, разрушая своей силой пространство и проделывая огромную дыру в небе!

Юй Хунсю лишь на мгновение успела разглядеть как рушится галактика и разлетается на части луна. В следующий миг над рекой раздалась череда взрывов и яростных толчков, а затем воцарилась тишина.

Оба цилиня спустились на поверхность реки и бросились в сторону поля битвы, следуя за Цинь Му, вышедшем из огромной волны и зашагавшем к противоположному берегу.

Сапфирово-синий цилинь остановился и осмотрел поверхность реки, прежде чем поспешно догнать Цинь Му.

Спустя мгновение Сяо Чуньфэн всплыл со дна и распластался на поверхности воды. Казалось, будто по нём только что пробежалось стадо быков, с разбитым лицом и изодранной одеждой он безучастно смотрел в небо.

Мастер Дао вздохнул ещё раз и пробудил свою жизненную Ци, чтобы забрать Сяо Чуньфэна с реки и положить его на спину дракона.

Обработав его раны, он хмыкнул:

— Владыка Культа Цинь постепенно теряет свою врачебную этику. В прошлом он сам лечил людей, которых избивал, хоть и по слегка завышенным ценам. Теперь же его эго раздулось, и он уже не думает о деньгах…

Глава 838. Слeд Mеча

Мчась среди облаков, белый дракон приближался к Секте Дао.

Благодаря кропотливой заботе Мастера Дао Линь Сюаня, Сяо Чуньфэн наконец пришёл себя. Заметив это, Мастер Дао улыбнулся:

— Хорошо, что старший брат Сяо в порядке. Я занимался твоим лечением, и лекарства, которые мне для этого понадобились, оказались недешёвыми, иx стоимость составила две тысячи монет Великого Изобилия.

Со слегка мрачным лицом Сяо Чуньфэн ответил:

— Две тысячи монет Великого Изобилия? Я не останусь в долгу, не переживай, у меня предостаточно умений. Как только я заработаю денег, то отдам долг.

Мастер Дао с улыбкой ответил:

— Если у старшего брата Сяо нету денег, ты можешь преподавать в моей секте Дао и подзаработать.

Выпрямившись, Сяо Чуньфэн спросил:

— Какая месячная зарплата у преподавателя в вашей Секте Дао?

— Месячная зарплата составляет тридцать монет Великого Изобилия, — любезно ответил Мастер Дао. — Тем не менее, столько платят высокопоставленным управляющим, обычные члены дирекции получают пятнадцать монет. Впрочем, твои способности очень высоки, так что ты стоишь тридцать.

Сяо Чуньфэн подпрыгнул от удивления и ошарашенно уставился на Мастера Дао, спрашивая хриплым голосом:

— Всего лишь тридцать в месяц? Если я не буду есть и пить, мне придётся работать на протяжении пяти с половиной лет, чтобы отдать этот долг?

Чувствуя мучения совести, Мастер Дао подумал про себя: »В пролом, когда Владыка Культа Цинь ранил, а затем вылечил Сюя Шэнхуа, как ему удалось обмануть его не моргнув и глазом? Я больше не могу контролировать выражение своего лица, если старший брат Сяо не прекратит, я буду вынужден поднять ему зарплату.«

Юй Чэнь из Секты Чистого Небосвода быстро сделал все приготовления, после чего Мастер Секты доложил райским небесам о том, что их посланники подверглись нападению, после чего все начали покорно ждать, пока те не пришлют кого-то нового.

В тот же день небо над сектой Чистого Небосвода раскололось, и из трещины вылетел летающий корабль.

Связь между райскими небесами и Небесами Чистого Небосвода ещё никогда не разрывалась. Даже когда Первобытное Царство запечатали и его пространство свернулось, оставляя лишь Вечный Мир, Западные Земли, Великие Руины и остальные части, Секта Чистого Небосвода всё равно могла контактировать с райскими небесами.

Для миров вроде Секты Чистого Небосвода, запечатанными были не они сами, а наоборот — Вечные Руины и Вечный Мир.

Мастер Секты Чистого Небосвода поспешно вывел всех встречать гостей, увидев на носу корабля несколько полубогов, смотрящих на них со странными улыбками. За их спинами молча стояли полубоги с головами волков и телами людей вооружённые пиками.

Даосы вместе с Мастером Секты опустили головы, не осмеливаясь поднимать их обратно.

— Поднимите головы, — с улыбкой проговорил полубог с головой волка. — Фу Юньтянь, ты возглавляешь секты Секту Дао Небес Чистого Небосвода, твоё положение намного выше моего, ведь я простой констебль их Лагеря Божественных Констеблей, ты не должен быть таким вежливым.

Мастер Секты поспешно ответил:

— Высший Чиновник, должно быть, шутит. Будучи имперским блюстителем райских небес, ты обладаешь высоким званием, в то время как я всего лишь низший бг нижней границы, я не смею вести себя безрассудно. Высший Чиновник, это мои Небеса Чистого Небосвода виноваты в том, что посланники попали в ловушку, теперь мы все в страхе и трепете от грядущего наказания с райских небес. Я прошу Высшего Чиновника замолвить за нас хорошее слово по возвращении на райские небеса. Маленький бог подготовил тебе несколько скромных подарков…

Полубог громко рассмеялся и спустился с корабля вместе со своими людьми. Покачав головой, он ответил:

— На райских небесах действуют строгие законы, кто осмелится принимать твои дары? Это тяжёлое преступление, наказуемой смертью! Тем не менее, если вы отнесёте их на мой корабль без моего ведома, то что я смогу с этим поделать?

Мастер Секты Чистого Небосвода улыбнулся и бросил взгляд на остальных даосов. Те поспешно начали грузить на корабль всевозможные сокровища.

Шагая впереди, полубог махнул рукой. Его спутники с волчьими головами тут же исчезли, появляясь снова возле дворцов Секты Чистого Небосвода. Припав к земле, они начали её разнюхивать, время от времени переносясь на новое место, чтобы обнюхать всё там.

Мастер Секты Чистого Небосвода покорно улыбался:

— Высший Чиновник, это…

— Мы работаем над официальным делом, Мастер Секты Чистого Небосвода, пожалуйста, не держи на нас злости, — схватив его за руки рассмеялся полубог. — Не стоит называть меня Высшим Чиновником, ты не чужак, а эти люди — приставы, которых я обучил сам. Я Хранитель Цюй Хэ Лагеря Божественных Констеблей райских небес, Мастер Секты может называть меня просто старый Цюй.

Внезапно из-за его спины вылетел исконный дух высотой в три тысячи метров. Возвышаясь над округой, тот выпрямил тысячу своих рук, поворачивая их ладонями наружу.

В его ладонях виднелись огромные глазные яблоки, которые вертелись по сторонам и выстреливали лучами света в поисках улик.

Цюй Хэ продолжал держать руки Мастера Секты и улыбаться:

— Это официальное дело, не держи на нас обид.

Мастер Секты Чистого Небосвода улыбнулся, думая про себя: »Интересно, Юй Чэньци действительно сделал всё безупречно?«

Исконный дух Цюй Хэ взмыл в небо и осветил окрестности. Он обыскивал все Небеса Чистого Небосвода, в то время как полубоги с головами волков тоже носились по земле с неистовой скоростью, ищу улики и хватая случайных даосов для допроса.

Спустя некоторое время исконный дух Цюй Хэ вернулся обратно вместе с полубогами. В их плену было несколько даосов, избитых до полусмерти. Подлетев к исконному духу, приставы начали о чём-то с ним шептаться.

Выражение Мастера Секты оставалось неизменным, но его уверенность пошатнулась.

Внезапно Цюй Хэ рассмеялся и проговорил:

— Мастер Секты, мы ранили нескольких твоих людей, прости меня за это. Тем не менее, у нас важное дело, так что я рассчитываю на твоё понимание.

Мастер Секты Чистого Небосвода опустил голову и смиренно ответил:

— Конечно.

— A кто обнаружил трупы посланников? — спросил полубог.

— Юй Чжэнь, мой ученик.

Мастер Секты позвал Юй Чэня к себе, и Цюй Хэ протянул руку, поднимая его на корабль, прежде чем проговорить:

— В таком случае Юй Чжэнь может привести меня к месту преступления! Мастер Секты, пожалуйста, оставайся здесь, мне нужен лишь твой ученик, чтобы найти дорогу.

Выражение лица Мастера Секты слегка изменилось, Юй Чжэнь тут же попытался его успокоить:

— Мастер Секты, не волнуйся, я лишь осмотрюсь вместе с Высшими Чиновниками и быстро вернусь.

Выдавив из себя улыбку, Мастер Секты ответил:

— Веди себя хорошо с Высшим Чиновником. Высший Чиновником, позаботьтесь о моём маленьком ученике.

Цюй Хэ засмеялся и корабль поднялся, покидая Небеса Чистого Небосвода.

***

Цинь Му безуспешно пытался найти одноногого в академии Реки Вздымающейся, постепенно начиная волноваться.

Если бы на прогулку по миру боевых искусств Небесного преподобного Юя взял бы любой другой из стариков, то Цинь Му бы не волновался. Тем не менее, одноногий был исключением

В конце концов, жители деревни не любили подвергать себя опасности, и даже самый смелый из них, мясник, редко пользовался возможностью найти себе проблем.

Одноногий был единственным, чья жизненная миссия была в том, чтобы обворовать весь мир. Обычно он брезговал подвергнуть себя риску и отправлялся в места, где больше всего сокровищ и, в большинстве случаев, опасности.

— Не волнуйся, одноногому всё надоедает на третий день, — утешил его старейшина. — Он будто старая обезьяна, любящая играть со своими игрушками, но выбрасывающая их, как только ей надоест. Когда он наиграется, он вернёт Небесного Преподобного Юя тебе.

— Надеюсь, — с неизменным выражением лица ответил Цинь Му.

В этот момент слепой привёл Небесного Преподобного Юя в Академию Реки Вздымающейся. Глубоко шокированный, Цинь Му тут же поздоровался, на что слепой ответил:

— Я встретил одноногого в Гробнице Огненного Дракона, этого прохвоста преследовала стая огненных драконов, испепеливших всё в радиусе тысячи километров. Они загнали его в угол, не оставив выбора, кроме как отдать этого молодого человека мне и попросить доставить его в Академию Вздымающейся Реки.

Цинь Му наконец смог успокоиться и смерти Небесного преподобного Юя взглядом. Тот расплылся в простой, искренней улыбке.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он тоже просто и искренне улыбнулся.

Старейшина и слепой обрадовались:

— Одноногий хорошо его обучил!

Цинь Му продолжал улыбаться, выглядя чисто и невинно, будто солнечный свет. Небесный Преподобный сверкал своими восемь зубами, ничем не уступая ему. Он не вызывал у окружающих и малейших опасений.

Внезапно рука Цинь Му двинулась с места, и в ней показалась пара трусов.

В то же время в руке Небесного Преподобного Юя появилась иллюзия трусов, и Цинь Му радостно рассмеялся:

— Я никогда таких не носил, они душные… Верни мне мой мешочек таотэ!

Небесный Преподобный Юй держал в руке мешочек таотэ, но так как тот был слишком тяжёлым, это требовало немалых усилий.

Помрачнев в лице, Цин Му выбросил трусы с рук, прежде чем своровать свой мешочек таотэ обратно и с болью в сердце проговорить:

— Брат Юй, ты ещё не закончил учиться в хороших, а уже научился плохому у дедушки одноногого и стал вором! Обрати внимание, хоть я и владею методами дедушки одноногого, я никогда не ворую. Обычно, я всё заполучаю с помощью своих способностей. Дедушка слепой, а с одноногим всё будет нормально?

Покачав головой, слепой ответил:

— Трудно сказать. Способности тех огненных драконов были невероятно высокими, к тому же они охраняли гробницу ужасающего бога. Одноногий привёл туда твоего брата и украл что-то ценное, так как они преследовали его, не собираясь останавливаться. Смотря издали, мне показалось, что любой из тех драконов мог с лёгкостью меня убить, так что я создал построение, чтобы сбежать с этим парнем. Тем не менее, одноногий непрерывно меняется, так что у него был шанс бежать.

Цинь Му взволнованно посмотрел на старейшину. Тот понял его мысли и проговорил:

— Я попрошу Первого Предка о помощи и встречусь с сильными практиками Гробницы Огненного Дракона, — сказав это, он поспешно ушёл.

Собравшись с мыслями, Цинь Му сказал слепому:

— Если у дедушки есть время, ты не против пойти со мной в Секту Дао? Я уже несколько лет не изучал путей, навыков и божественных искусств Вечного Мира так что начал отставать. Мне нужны твои советы.

Слепой был безмерно доволен собой:

— Ты и вправду отстаёшь. Я изучал построения Эпохи Императора-Основателя и даже встретился в столице с Небесным Наставником Цзы Си. Теперь мои навыки достигли совершенно новых высот.

— И вправду, в навыках построений никто не может превзойти Небесного Наставника Цзы Си! — улыбчиво ответил юноша.

Старик покачал головой:

— Впрочем, Небесный Наставник Цзы Си тоже отстаёт от времени, я, Имперский Наставник и другие создали новые типы символов построений, которых даже она никогда раньше не видела. Мне даже пришлось её обучать. Тем не менее, я и сам немало у неё выучил, так что её до сих пор можно называть лучшим мастером построений в мире, я её уступаю.

За последние годы достижения Вечного мира в навыках построений непрерывно росли. Помимо боевых, убийственных и защитных построений. Появлялись всё новые виды, а также новые базовые символы.

Подобно тому, как навыки меча состояли из девятнадцати базовых движений, символы построений были основой для создания построений. Добавить к существующим символам новый было невероятно великим прорывом!

В Империи Вечного Мира было много мастеров построений, но все они совершенствовались в разных областях. Среди них была и Великий Ректор Академии Реки Вздымающейся Су Юньчжи, специализирующаяся на защитных построениях, и Генерал Небесных Стратагем Цинь Баоюэ, который в основном совершенствовал боевые построения.

Сыкун Вэй Пинбо, ответственный за охрану воды, тоже был мастером построений, и отлично умел пользоваться местностью, для создания своих построений.

Несмотря на то, что Имперский Наставник прославился за счёт своего владения навыками меча, его понимание построений было даже выше, чем у Генерала Небесных Стратагем и остальных.

Эти лидеры Вечного Мира позаимствовали достижения мастеров Эпохи Императора-Основателя и расширили их, так что их знания достигли очень высокого уровня.

Цинь Му подозвал к себе водного цилиня и жирдяя, прежде чем попрощаться с Су Юньцзи, Юйюань Чуюй и остальными и отправиться к реке, чтобы позвать Владыку Взращивания Драконов.

Увидев слепого, Владыка Взращивания Драконов невольно дрогнул. Покорно улыбнувшись, он спросил:

— Хозяин Бог Копья, давно не виделись.

Закрыв глаза, слепой осмотрел его своими божественными глазами разума, прежде чем спросить:

— Почему ты не стал сильнее? Владыка Взращивания Драконов, твоё совершенствование слишком низкое, как ты собираешься править Райской Рекой? Если ты не будешь развиваться, то тебя рано или поздно убьют.

Немного колеблясь, Владыка Взращивания Драконов ответил:

— Маленький Дракон не слишком умный…

Ухмыльнувшись. Слепой проговорил:

— Ты давал лекции в Академии Реки Вздымающейся и даже стал ректором, так что должен знать, что у них есть Техника Высшей тайны Дракона Древнего Дракона на их этаже Небесных Записей, так почему ты её не выучил?

Владыка Взращивания Драконов взглянул на Цинь Му и улыбнулся:

Техника Высшей Тайны Древнего Дракона очень мощная, я не посмею учить её в тайне от всех.

Слепой не знал, смеяться ему или плакать. Покачав головой, он проговорил:

— Ты слишком осторожен, твой хозяин уже передал эту технику всему миру, так с чего бы он запрещал тебе её учить? Те драконы наводнения, что раньше путешествовали у тебя на спине и умели лишь кричать „Маха“, уже её выучили, и некоторые из них стали сильнее тебя. Если ты не будешь развиваться, то придёт твой черёд путешествовать на их спинах.

Будучи вне себя от радости, Владыка Взращивания Драконов искренне отблагодарил, прежде чем двинуться в сторону Секты Дао.

Сидя на его голове, Цинь Му советовался о слепым по поводу навыков построений. Небесный Преподобный Юй тоже внимательно слушал. Поначалу старику казалось, что ему понадобится полгода, чтобы научить их всему, но спустя шесть дней они уже освоили всё, что он успел выучить сам.

Уставившись на них широко открытыми глазами, он был вне себя от злости, поэтом несколько раз стукнул по голове Владыки Взращивания Драконов.

Владыка Взращивания Драконов заскулил от боли, не понимая, чем не угодил старому. Он лишь слышал, как Цинь Му объясняет что-то Небесному преподобному Юю:

— Как только ты освоишь базовые символы построений, то сможешь с лёгкостью выучить навыки построений. Главное уловить основную мысль. А всё остальное придёт следом. Тем не менее, этого ещё недостаточно, тебе так же придётся понять много всего из конкретных примеров и приходить к новым идеям, проводя аналогии. Навыки построений нужны не только для построений, их можно использовать и в других вещах, к примеру в навыках Дао или меча. Некоторые люди любят запоминать всё наизусть, не понимая, что это самый глупый подход.

Небесный Преподобный Юй ответил:

—Их совсем нетрудно выучить. Я уже придумал несколько навыков построений, брат, ты не мог бы взглянуть, нет ли в них ошибок?

Слепой снова впал в ярость и дважды ударил Владыку Взращивания Драконов по голове.

Бедолага не осмелился сказать ни слова, лишь продолжая двигаться вперёд несмотря на боль, пока изнурительное путешествия наконец не подошло к концу. Когда Цинь Му и остальные спустились на берег, он облегчённо вздохнул и поспешно погрузился под воду.

До Границы Кунлунь, где находилась Секта Дао, оставалось ещё некоторое расстояние, так что Цинь Му и остальные двигались как можно быстрее. Спустя два дня они увидели в воздухе летающий корабль, из которого спустились полубоги с головой волка, обнюхивая округу.

Ошарашенный, Цинь Му остановил цилиня и пригляделся к одному из полубогов с головой волка, нашедшего труп, изувеченный дикими зверями. Распознать его лицо было уже невозможно.

„Кажется, этот труп принадлежит полубогу, погибшему от моей руки, в таком случае эти волки…“

Посмотрев на корабль в небе, он заметил бога в золотых доспехах. Он стоял на носу корабля, сложив руки за спиной, а возле него виднелся Юй Чжэнь.

Сердце Цинь Му дрогнуло.

Один из полубогов с головой волка быстро спрыгнул с корабля и в следующий миг возник перед Цинь Му и остальными. Тщательно их обнюхав, он внезапно исчез, прежде чем снова показаться на корабле и прошептать что-то богу в золотой броне.

Цюй Хэ посмотрел на Цинь Му и улыбнулся, прежде чем спросить у Чжэнь Ци:

— Этот человек уже появлялся на Небесах Чистого Небосвода, Раса Воющих Небесных Богов уловила его запах. Ты его узнаешь?

Юй Чжэнь горько завопил в глубине души и тут же ответил:

— Да. Это Владыка Небесного святого Культа Цинь Му из Вечного Мира, я привёл его на гору отдать дань своего уважения Мастеру Секты.

— Владыка Небесного Святого Культа Цинь? — наклонив голову, он задумался. — Кажется я уже где-то о нём слышал… Раз уж это твой старый друг, пусть проходит.

Поблагодарив, Юй Чжэнь громко ответил:

— Брат Цинь, у райских небес здесь официальные дела, так что лучше тебе пойти в обход.

Послушавшись, Цинь Му приказал цилиню обойти их стороной.

— Погоди минутку! — внезапно остановил его Цюй Хэ. — Цинь Му, ты совершенствуешь навыки меча? Не мог бы ты исполнить свой навык? На стене Святилища Дао я обнаружил след меча, не оставленный навыком Секты Дао.

Глава 839. У Tалантливыx Людeй Bысокие Стремления

Подняв голову, слепой улыбнулся:

— Брат, ты говорил, что нашёл на стене Секты Дао след навыка меча, отличный от навыков меча Секты Дао, то разве не выдаёшь сам себя? Не знаю, что именно ты расследуешь, но когда ты говоришь другим о своей находке, то, если Му’эр и вправду убийца, он определённо изменит свой навык.

Взгляд Цюй Хэ упал на старика, и он неторопливо ответил:

— А с чего ты взял, что я не рассказал об этом преднамеренно?

Слепой был слегка ошеломлён.

Цюй Хэ сложил руки за спиной и улыбчиво проговорил:

— Если он имеет отношение к случившемуся, то определённо попытается спрятать свой навык меча, и когда он будет его исполнять, я сразу же увижу, прячет он его или нет. Более того, в мельчайших деталях изменённого навыка и рунах, созданных его Ци, можно будет увидеть следы настоящей версии.

Цинь Му начал волноваться.

Цюй Хэ продолжил:

— Если он имеет отношение к произошедшему, то, как только он исполнит свой навык, от моих глаз ничто не ускользнёт. Если же он непричастен, то ему нечего прятать. В Лагере Божественных Констеблей райских небес я известен своими божественными глазами, обычные фокусы со мной не пройдут.

Прищурившись. Слепой проговорил:

— какое совпадение, у меня тоже божественные глаза. Мои знакомые называют меня слепым, впрочем, я не констебль. Но я знаю выдающегося монаха, который когда-то был констеблем.

— Божественные глаза ни жней границы, называющие себя слепым? — Цюй Хэ не мог держать смеха. — Люди нижней границы и вправду чудны. Если это и вправду так, то самый быстрый из вас окажется одноногим?

Хлопнув в ладони, слепой похвалил:

— Когда ты говорил, что являешься божественным констеблем с райским небес, я не слишком охотно в это поверил, совершенно не ожидая, что ты и вправду окажешься таким талантливым! Ты прав, одноногий — самый быстрый человек Вечного Мира. Более того, в нашей сельской местности самым лучшим ножом является мясник, а самой красивой женщиной — старуха Сы. Немой же наш лучший кузнец, безликий целитель — самый красивый из мужчин, а лучший меч — это старейшина нашей деревни. Изначально ему отрубили все конечности и напоминал бочку.

Цюй Хэ рассмеялся:

— Вы и вправду горстка чудаков. Нижняя граница действительно интересна, здешние боги не напоминают богов наверху, а скорее дурачащихся клоунов.

Слепой вздохнул:

— Это верно. Мы, деревенщины, никогда не сравнимся с хозяевами с райских небес, и можем лишь носиться по миру и пытаться заработать, продавая своё ремесло. По правде говоря, обычно я предугадываю судьбу других, посещая различные ярмарки со своей вывеской. Мне говорят, что я часто угадываю.

Цюй Хэ был искренне впечатлён и ответил:

— У талантливых людей обычно высокие стремления. Вы довольно талантливы, но решили оставаться обычными людьми, на вашем месте, я бы действовал совершено по-другому. С моими способностями я восстал бы и захватил власть. Я бы грабил и убивал, становясь императором этой деревни.

Слепой засиял от радости:

— Мы не смеем делать подобного! Мы все послушные подданные и не осмелимся восставать. Люди вроде нас лишь время от времени могут убить горстку слепцов, спустившихся с райских небес. К примеру, мы избили Высшие Небеса, Лу Ли и Сюань Мина с Юду, Сына Небесной Инь им других людей подобного рода. Хозяин Божественный Констебль, у нас не хватит смелости восстать, мы лишь изредка грабим хозяев, чтобы прожить.

Цюй Хэ сверкал улыбкой. Хлопнув в ладони, он похвалил:

— Прекрасно! Просто удивительно!

Слепой тоже улыбался:

— Мы все прекрасны. Как говорится в стихе, с древних времён у талантливых людей высокие стремления, они осмеливаются противоречить Небесному Императору за то, что он не самый лучший человек! Для хозяев райских небес, разве мы и не есть талантливыми людьми этих бесплодных холмов и бушующих рек!

Цинь Му восхищённо вздохнул и искренне проговорил:

— Дедушка слепой, твоё самосовершенствование стало даже выше, чем раньше! Это определённо первоклассный стих!

Слепой был крайне доволен.

Цюй Хэ громко рассмеялся:

— У вас так много слов для описания восстания, не странно, что Его Величество всегда говорит, что талантливые люди нижней границы замышляют его убить.

Слепой улыбнулся:

— Люди вроде тебя всегда вызывают у других чувство, что перед ними человек с приятной улыбкой и злыми намерениями. Хозяин Божественный Констебль, мы спешим, можно нам пройти?

Цюй Хэ прищурился и улыбнулся:

— Конечно можно. Можете продолжить путь, только не трогайте места преступления.

Водный цилинь и жирдяй осторожно двинулись вперёд, а летающий корабль продолжил висеть в небе. Цюй Хэ неподвижно стоял на его носу, сложив руки за спиной и наблюдая, как они медленно приближаются.

Юй Чжэнь стоял рядом с ним, когда внезапно кровь в его венах застыла. Он увидел, как за спиной Цюй Хэ молча появляется трёхкилометровый исконный дух!

Руки гиганта раскрылись, будто лепестки цветка, на их ладонях постепенно открывались огромные божественные глаза.

Слепой и остальные, пролетающие под кораблём, казалось, не замечали происходящего и неторопливо летели вперёд.

От волнения на лбу Юй Чжэньцы выступил холодный пот. Его сердце начало бешено колотиться.

Цюй Хэ посмотрел на него и странно улыбнулся.

Сидящий на голове цилиня слепой спокойно напевал свою песню, его глаза были закрыты.

Его пояс, сделанный из чёрных драконьих костей, начал расширяться, медленно обнажая свои острые кости.

Божественное Копьё Лун То постепенно проснулся, начав медленно вращаться вокруг тела слепого мягко звеня своими костями.

Цинь Му сделал два шага назад и осторожно огляделся. С борта корабля поднялось несколько молодых людей, но вместо того, чтобы спуститься на землю, они повисли в воздухе, держа в руках щиты, цепи и ножи.

Полубоги Расы Воющих Небесных Богов, носящиеся по земле, тоже остановились и подняли головы, смотря на них.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Протянув руку, он достал пилюлю меча и крепко её сжал. Расширившись в воздухе, та превратилась в божественный меч, после чего Цинь Му развёл руки в стороны, разделяя его надвое.

Люди в воздухе зазвенели цепями, отчего те выстрелили лучами света, прежде чем соединиться друг с другом и сформировать кольцо, непрерывно кружащееся в небе.

Прищурившись, Цинь Му прошептал:

— Водный жирдяй, защищая своего хозяина. Жирдяй, будь начеку.

Наконец они прошли под тенью корабля.

Улыбка Цюй Хэ, стоящего на ному, стала ещё шире.

Внезапно тысяча рук его исконного духа оттопырили пальцы и нырнули под палубу!

В этот момент Цинь Му и остальные под кораблём увидели перед собой тысячу огромных глаз. Внутри них закружились бесчисленные построения и переплетались лучи света, прежде чем атаковать их со всех сторон!

За долю секунды эти построения изменились бесчисленное количество раз и разразились ужасающей силой, уничтожая пространство под кораблём.

Их свет был настолько ярким, что Цинь Му пришлось закрыть глаза. Лишь теперь он понял, почему слепой с самого начала сидел с закрытыми глазами.

В этот миг раздался рёв дракона, и Цинь Му заметил, что слепой исчез. Используя свою Ци в качестве шестого чувства, он ощутил бесчисленные столкновения всевозможных построений и давление ужасающих волны, способных раздавить его в любой момент!

Тем не менее, когда эти построения разразились силой, они превратились во врата смети и жизни. Более того, Цинь Му чувствовал, как низкий силуэт слепого носится среди этих построений, превращая их в убийственные построения ударами и движениями своего божественного Копья Лун То.

В тени корабля взорвались всевозможные виды построений, и в следующий миг раздался оглушительный взрыв. Корабль длиной в триста метров заскрипел, прежде чем подлететь в небо и разлететься на части.

Бесчисленные сокровища упали с его борта, сверкая по дороге на землю.

Когда к нему вернулось зрение, Цинь Му поднял голову вверх. В окружении сверкающих сокровищ, падающих с неба, дьявольский бог с тысячей рук сражался со слепым, орудующим драконьим копьём. Гигантский бог и крохотный человек непрерывно обменивались ударами.

В то же время молодые констебли взмахнули своими цепями, и те полетели вперёд, чтобы связать Цинь Му и остальных.

Бум! Бум! Бум!

Щиты вылетели из их рук, окружая Цинь Му будто стена. Сверху, снизу, справа и слева от него были огромные щиты, закрывающие путь хода.

Среди щитов звенели цепи, переплетаясь вместе и делая стену ещё крепче.

Юй Чжэнь обеспокоился: «Вот дерьмо! Теперь Телу Тирана Циню Придётся использовать свой настоящий навык меча, в противном случае ему не удастся вырваться на свободу. Но как только он сделает, его разоблачат и узнают, что именно он убил посланников райских небес!»

В этот момент внутри стены щитов раздался хруст, и из неё наружу грациозно пробился свет меча!

Цинь Му оставался в своей обычной форме, но ивовый лист между его бровей исчез. Он внезапно взревел, а из его межбровья во все стороны вылетели бесчисленные лучи света!

Юноши напротив сразу же перестали быть ему достойными противниками. Физические тела большинства из них были изувечены в следующий же миг, а как только их исконные духи вылетели наружу, их тут же разрулило надвое!

Представители Расы Воющих Небесных Богов, до этого неподвижно стоящих на земле, внезапно двинулись с места. Мерцая то тут, то там, они все одновременно набросились на Цинь Му и остальных.

За спиной юноши появились трёхсотметровые Врата Небесной Воли, окутанные чёрной Ци. Его тело начало вращаться, будто волчок, врата двигались вместе с ним, превращаясь в чёрный шар!

Бах! Бах! Бах!

С неба посыпались трупы. Исконные духи людей расы Воющих Небесных Богов были засосаны в Юду, при контакте с Вратами Небесной Воли. Их тела оставались полностью целы, но они уже были мертвы.

Внезапно, один из выживших юношей громко закричал и из его рукавов вылетели цепи, влетая внутрь Врат Небесной Воли и фиксируя их на месте.

Цинь Му попытался сдвинуть ворота, но они отказывались шевелиться. С другой стороны, полубоги с головами волков постепенно к нему приближались!

Вьюх!

Исконный дух Цинь Му возвысился над трёхкилометровой Райской Рекой, появившейся в небе. Он поднял обе руки, и его летающий меч громко взорвался, превращаясь в бесчисленные лучи меча. В мгновение ока они заполнили собой всю округу, превращаясь в море мечей!

В море лучей меча повсюду изуродованные трупы, а их свежая кровь окрашивала воду в красный!

Вторая форма Рисунков Меча старейшины, Меч Императора-Основателя.

Меч Императора-Основателя, Море Крови!

Внезапно море лучей меча рассеялось, и из трупов выпрыгнул полубог с головой волка. Его способности были выше, чем у остальных, он уже был богом. Атака Цинь Му была рассчитана на большие отряды, и её силы не хватило, чтобы его убить. Благодаря этому, бог сумел прервать движение и спасти остальных.

Вытянув свои острые кости, он попытался схватить Цинь Му, стоящего на голове цилиня.

Рукава Цинь Му засияли бесчисленными символами построения, окутывая водного цилиня и Небесного Преподобного Юя.

Вспыхнул яркий свет, и водный цилинь со своим хозяином исчезли вдали.

Между тем Цинь Му поднял ладонь, чтобы столкнуться с острыми когтями бога из Расы Воющих Небесных Богов.

Мир задрожал от громкого взрыва, ладонь Цинь Му покрылась кровью. Сухожилия в его руке треснули от удара и пронзили кожу, торча снаружи

Пять его пальцев странным образом согнулись, кости внутри них были сломаны.

Бог с головой волка тут же попытался ударить его в голов, но в этот миг внутри его тела взорвался шар небесного огня, в мгновение ока превращая его в пепел.

Цинь Му взмахнул свободной рукой, чтобы отрубить сломанную, и на месте последней быстро выросла новая. Затем он подпрыгнул в воздух и начал неистово кружиться. Приняв свою трёхглавую шестирукую форму, он надавил на землю, держа в руках диаграмму Инь и Ян!

Между тем оставшиеся полубоги с головой волка и остальные юноши набросились на него, пытаясь схватить в воздухе.

Как только Цинь Му пропустил удар, его шесть рук надавили на землю, отпрыгивая высоко в небо. Цилинь поспешно взмыл по диагонали к нему, ступая по огненным облакам.

Повернув голову, жирдяй открыл рот и изверг луч огня в сторону земли.

В то же время из-под земли начали вырываться бесчисленные призмы небесного огня, высотой в несколько метров. Когда их настиг огонь цилиня, в небо поднялся огромное грибное облако. Юноши и полубоги расы Небесных Воющих Небесных Богов, не успевшие скрыться вовремя, превратились в пепел, а ужасающие волны расплавили землю в радиусе сотни километров!

Округа покрылось лавой, над которой внезапно начал подниматься чёрный газ. Превратившись в облака, тот вздымался в небо вместе с огнём.

Цюй Хэ, сражающийся со слепым, ужасно нахмурился. Почти все, кого он привёл с собой, погибли, а после огромного огненного взрыва найти следы навыка меча Цинь Му будет невозможно!

«Талантливые люди!»

Внезапно горы неподалёку задрожали, и из-под земли поднялось огромное тело. Раздался его злостный голос:

— Кто посмел потревожить мой сон?

Юй Чжэнь облегчённо вздохнул, думая про себя: »Это земной дракон, превращённый из одного из сломанных корней Матери Земли, я должен свалить всю вину на него. Если он убьёт Цюй Хэ и райские небеса отправят ещё больше констеблей для расследования, то Мать Земли и вправду будет виновницей. Недостатки моих улик будут неважны, и с моей Секты Чистого небосвода снимут любые подозрения!«

Он не надеялся избавиться от всех подозрений при первом же расследовании. Было слишком много следов, от которых было трудно избавиться. Тем не менее, вынудив подчинённого Матери Земли убить Божественного Констебля, можно было свалить всю вину на Мать Земли и избавиться от любых подозрений, упавших на Секту Чистого Небосвода.

Это и был план Юй Чжэня.

Глава 840. Здеcь Mы Pасстаемся Навсегда

Земля начала грохотать, будто кастрюля кипящего супа, и огромное существо пробилось из-под неё. Его тело было слишком большим, вследствие чего горы неподалеку обрушились, будто их сдуло ветром.

Цинь Му стоял на голове цилиня, который поспешно пытался скрыться. Его скорость была невероятно высокой, тем не менее, её не хватало чтобы оторваться от ударной волны, отчего зверь едва не потерял равновесие.

Это невообразимо огромное тело находилось на расстоянии более ста километров от них, но казалось, будто оно пронеслось у них перед носом.

Покрытое деревянной чешуёй, оно напоминало корень дерева. По всей его поверхности виднелись естественные рунные символы, отдающие металлическим блеском.

Несмотря на то, что это тело и выглядело как дерево, оно было невероятно проворным. Когда оно пробивалось из-под земли, Цинь Му заметил, что его боковые корни протягивались, будто длинные и острые когти дракона.

Тем не менее, этих корней было просто слишком много, их счёт шёл на сотни!

Более того, на его лице виднелись бесчисленные волокнистые корни напоминающие волоски на бороде дракона, а на корни на спине напоминали драконью гриву. Будучи невероятно длинными, они развевались на ветру!

Так как его скорость была крайне высокой, округу поглотили гром и молнии. Последние не ударяли в землю, а просто вылетали из тела монстра, формируя вокруг него электрический щит.

Молнии сверкали со всех сторон. Когда они пронзали тела Цинь Му и остальных, то оставляли сквозные отверстия даже несмотря на технику Высшей тайны Древнего Дракона, которую они исполняли для защиты!

— Мастер, исцели меня! — взволнованно закричал жирдяй. — Есть места, до которых я не могу дотянуться языком!

Цинь Му восстановил своё равновесие и его раны быстро исцелились. Затем он достал десяток баночек со слюной цилиня и разбил их, нанося слюну на раны драконоподобного.

Он поднял взгляд вверх, увидев. Что голова огромного создания уже достигла облаков. Тучи в округе разлетелись в стороны под давлением поднятых ею потоков ветра. Вокруг неё виднелся густой туман, в котором сверкал огонь.

Потоки ветра, поднятые им, были настолько быстрыми, что поджигали воздух.

В то же время воздух, который выдыхал монстр, был невероятно грязным и вонял подземной гнилью, накрывая округу, будто туман.

Существо было земным драконом, и его размеры были поистине поразительными. Усы других божественных драконов были довольно редкими, в то время как волокнистые корни, торчащие из его рта, были крайне густыми и длинными, витая в воздухе, будто занавеска.

Как только дракон вырвался из-под земли, он раскрыл пасть, пытаясь проглотить слепого и Цзю Хэ. В следующий миг огромный кусок неба бесследно исчез, часть звёздной карты, накрывающая Вечный Мир, оказалась у него во рту!

Слепой и Цю Хэ поспешно увернулись, с трудом избежав его зубов. Приземлившись на голову дракона, они тут же начали бежать вниз, не прекращая обмениваться ударами.

Божественное Копьё слепого Лун То превратилось в чёрного дракона и ударяло вперёд с невероятной скоростью. Ловко двигаясь, Лун То с невероятной точностью ударял в слабые точки божественных искусств противника, разрушая его боевые построения.

Цюй Хэ, в свою очередь, использовал другой метод атаки. Несмотря на то, что он сильно давил на слепого, он не использовал ближних атак, а выстреливал лучами света из божественных глаз своей тысячи рук. Сталкиваясь в небе, лучи формировали собой сети.

Все его атаки были боевыми построениями, каждое из которых отличалось от предыдущего. Наблюдая, как он использует построения в качестве божественных искусств, глаза слепого восхищённо загорелись.

Построения нужно было готовить заранее, их крайне редко использовали вместо божественных искусств прямо во время битвы. Исключением было лишь создание духовного или божественного оружия, для исполнения навыков построений.

К примеру, Мастер Построений Западных Земель Хэ Ии шла путём навыков построений и использовала квадратные камни в качестве основы, создавая из них построения с помощью математики.

Эти квадратные камни были её духовным оружием.

Тем не менее, использовать построения в качестве божественного искусства было за пределами её возможностей.

Цюй Хэ обладал необычным талантом. У него было много рук, в ладони каждой их которых находился глаз. Превратив их в божественные глаза, он скрыл внутри них построения.

Активируясь, они не выстреливали обычным светом. Их лучи были созданы бесчисленными символами построений, и соединяясь друг с другом могли породить всевозможные боевые построения.

Конечно, силу подобного навыка нельзя было сравнивать с убийственными построениями, созданными с помощью божественного или духовного оружия. С другой стороны, их можно было быстро создавать и менять, не оставляя противнику времени отреагировать.

Людям, специализирующимся на навыках построений, было сложно поднимать своё совершенствование, но их боевая сила превосходила тех, кто специализировался в других областях. Именно поэтому Небесный Наставник Цзы Си смогла одолеть Небесного Наставника Боевых Искусств.

Цюй Хэ тоже был таким человеком.

Тем не менее, тот, кого он встретил сегодня, был знаменитыми божественными глазами и мастером построений Вечного Мира. В свои ранние годы слепой обладал невероятно высокими достижениями в навыках построений, но после того, как Син Ань выколупал его глаза, он ушёл в уединение и потерял свою силу воли.

Позже, покинув Великие Руины из-за Цинь Му, он стал свидетелем реформы Вечного Мира и вобрал в себя её достижения, а также изучил навыки построений Эпохи Императора-Основателя. С точки зрения навыков построений, он уже достиг вершины.

Даже несмотря на то, что он был не в силах использовать построения в качестве божественных искусств так, как это делал Цюй Хэ, его божественное копьё могло разрушить построения противника и останавливать его божественные искусства, не позволяя использовать своей силы.

Изначально способность останавливать более мощные искусства с помощью небольшой силы было гордостью любого мастера построений. Когда двое таких практиков сталкивались друг с другом, победа доставалась не тому, чьё совершенствование было выше, а тому, кто искуснее владел построениями.

Противники быстро неслись по спине дракона, выстреливая божественными искусствами во все стороны. В следующий миг они оказались в критической ситуации.

Зелёного дракона пробудило божественное искусство небесного огня Цинь Му, тем не менее, он не бросился вдогонку за ним, так как тот оказался слишком слабым. Два бога, сражающиеся в небе, обратили на себя его внимание, и он тут же попытался их убить.

Укус дракона не попал в цель, и теперь двое богов уже сражались на его голове. Покачав головой, а из кожи под его деревянной чешуёй выросли бесчисленные корни, пытающиеся обвиться вокруг них.

Напоминая коричнево-жёлтых драконов, эти корни были невероятно прочными и могли с лёгкостью проникать сквозь божественные искусства, не получая никаких повреждений.

Ошарашенный, слепой взмахнул своим копьём, ударяя по одному из корней. Его удивительная атака, способная разрушить превосходящую мощь, сумела лишь тихо стукнуть о дерево и отскочила назад.

Божественное Копьё Лун То вонзился в дерево лишь на десять сантиметров, так и не сумев пронзить божественный корень.

— Какой крепкий! Как это возможно? — слепой поспешно схватил своё копьё и развернулся, чтобы сбежать. Пытаясь скрыться, он подпрыгнул, но внезапно полетел вниз, его ноги уже были окутаны корнями.

Бесчисленные корни быстро рванули к старику, намертво его фиксируя.

Между тем Цюй Хэ тоже пытался выстоять под атаками дракона. Тысяча его рук были связаны, он совершенно не мог пошевелиться и громко прокричал:

—Земной дракон, не смей дерзить! Я хранитель Лагеря Божественных Констеблей Райских Небес…

Прежде, чем он успел договорить, корни вздрогнули и повернули обоих богов вниз головой, постепенно опуская их в пасть дракона.

Рот земного дракона широко раскрылась, обнаруживая бездонную пропасть внутри. Их её тьмы поднимался смог и едва заметные лучи пламени.

Слепой и Цюй Хэ боролись изо всех сил, но корни уже проникли глубоко в их мышцы и обвились вокруг костей. Они уже не могли освободиться.

В этот момент слепой увидел Цинь Му, стремящегося к пасти дракона верхом на цилине.

Старик начал ругаться:

— Зачем ты сюда летишь? Ты идёшь на верную смерть!

Цилинь со всех сил мчался вслед за ними к пасти земного дракона. Когда они уже были возе глотки, он наконец их догнал.

Сделав несколько шагов по голове цилиня, Цинь Му поднял руки, выпуская бесчисленные символы построений и мчась в сторону слепого. Он громко засмеялся:

— Хранитель Цюй Хэ, ты хорошо владеешь навыками построений, но знаешь ли ты божественное искусство мгновенного перемещения?

Цюй Хэ отчаянно боролся, наблюдая, как слепого окутывают бесчисленные символы построений, прежде чем вспыхнуть ярким светом. Усмехнувшись, он ответил:

— Даже с божественным искусством мгновенного перемещения сбежать не удастся! Корни уже пронзили наши тела и обвились вокруг костей, твоё божественное искусство не сможет их разрубить!

Свет божественного искусства мгновенного перемещения погас, и окутанный корнями слепой до сих пор был там, где и раньше. Божественное искусство мгновенного перемещения сдвигало пространство, но так как у этих корней была родословная Матери Земли, сдвинуть их было попросту невозможно.

— Если бы я мог телепортироваться, то уже давно бы это сделал! — сердито кричал слепой. — Хитрец, ты думаешь, что я сидел без дела все эти годы? Я же давно выучил божественное искусство мгновенного перемещения твоего Небесного Святого Культа, и если бы оно помогло бы мне бежать, то я бы так и сделал! Уходи, не волнуйся обо мне!

Корни неумолимо тянули их вниз, во тьму бездонной пропасти!

Улыбнувшись, слепой проговорил:

— Му’эр, уходи. Я не воспитывал тебя понапрасну, ты стал очень хорошим ребёнком, так что моя жизнь наполнена смыслом. Возвращайся!

Не обращая внимания на его слова, Цинь Му подгонял цилиня, мчась вперёд. Внезапно он достал свой меч и спрыгнул с головы жирдяя. Сверкая светом меча, он ударил по корням, овившимся вокруг ноги слепого.

Ивовый лист слетел с его межбровья, и наружу хлынула дьявольская Ци, резко увеличивая его совершенствование. Он силой заимствовал магическую силу Цинь Фэнцина!

Свет его меча ярко вспыхнул, разрубая один их корней. Затем он начал неистово кружиться, носясь вокруг тела слепого.

Цюй Хэ посмотрел на жтот свет меча и внезапно пришёл к осознанию. Вздохнув, он проговорил:

— Так это ты. След меча, оставленный на стенах Святилища Дао, принадлежит тебе, это ты убил посланников райских небес и учеников богов звёзд. Ты и вправду смел…

Цинь Му размахивал мечом, держа его в правой руке. Разрубив все корни, он ударил левой рукой, потопая слепого символами божественного искусства мгновенного перемещения.

— Ты Сын Юду, я прав? — снова вздохнув, спросил Цюй Хэ. — Сила, которую ты задействовал, — это сила Юду, неудивительно, что твоё имя показалось мне знакомым. Я случайно наткнулся на твоё дело в Лагере Божественных Констеблей. Тем не менее, я запомнил лишь имя Цинь Фэнцина, а не Цинь Му. Ка я и ожидал, Секта Чистого Небосвода решила восстать?

— Лорд Цюй, ты соответствуешь репутации Божественного Констебля, — держа меч Беззаботный обратным хватом, Цинь Му поклонился. — Жаль, что я не могу тебя спасти. Здесь мы расстаёмся навсегда.

В этот миг цилинь с молниеносной скоростью подбежал к Цинь Му, и утащил его прочь за миг до того, как корни успели схватить его ноги.

Вокруг них закружились бесчисленные символы божественного искусства построения и вспыхнул яркий свет. Цилинь и жирдяй бесследно исчезли в следующий миг.

Корни утащили Цюй Хэ в живот земного дракона, он слабым голосом прокричал напоследок:

— Я не восхищаюсь тобой и слепым, но я искренне восхищаюсь Юй Чжэнь, тем маленьким даосом, притащившим меня сюда. Он безжалостен и обладает безупречными методами, я принимаю смерть, наступившую из-за его обмана.

Его тело исчезло во тьме, сопровождаясь горьким вздохом:

— После моей смерти райские небеса отправят следующую группу людей, которые придут к выводу, что во всём виновата Мать Земли. Секта Чистого Небосвода станет настоящей опухолью райских небес, он крайне сильный человек…

Снаружи огромного тела дракона вспыхнул яркий свет, из которого появился слепой. Он был залит кровью, а из его тела до сих пор торчали корни. Извиваясь, они пытались вырваться наружу и воссоединиться с телом дракона.

Между тем вспыхнул второй шар света, из которого появился Цинь Му и цилинь. Даже не успев поймать равновесие, юноша снова исполнил божественное искусство мгновенного перемещения, окутываясь новым построением.

В следующий миг троица перенеслась на триста километров от дракона.

По огромной реке в небе бежал водный цилинь, таща Небесного Преподобного Юя на спине. Между тем, в воздухе над ними Юй Чжэнь тоже яростно мчался прочь.

Цинь Му ткнул пальцем вперёд, и бесчисленные руны хлынули вслед за гигантской рекой. Вскоре они поглотили водного цилиня и Небесного Преподобного Юя.

Затем он ударил ладонью, окутывая бегущего Юй Чжэня рунами мгновенного перемещения, напоминающие жёлтые талисманы, кружащиеся в небе.

Земной дракон взмахнул своими когтями, пытаясь их схватить.

В следующий миг вспыхнул яркий свет, и все они исчезли.

В трёхстах километрах от этого места, ещё до того, как там появились Цинь Му и остальные, новое построение постепенно обретало форму, готовясь перенести их дальше.

Как только построение было готово, внутри него появились Цинь Му остальные. Вспыхнул свет, и они тут же исчезли.

Земной дракон сердито взревел и погнался вдогонку, видя перед собой лишь вспышки света, появляющиеся всё дальше и дальше. Вскоре он уже не видел следа беглецов.

Гигант злостно нырнул под землю, исчезая. Тем не менее, вскоре местность неподалёку начала искажаться, на её поверхности поднимались высокие горные хребты. Плывя под землёй, монстр продолжал преследование.

Глaва 841. Завершённый Пиcания Взращивания Людей

Цинь Му почти исчерпал своё совершенствование, поэтому был вынужден прекратить использовать божественное искусство мгновенного перемещения и положиться лишь на скорость двух цилиней.

Терпя боль, слепой проговорил:

—Земной дракон продолжает нас преследовать, его скорость очень высока.

Корни, торчащие из его тела, продолжали извиваться, но уже не так энергично, как раньше. Было очевидно, что отсоединившись от своего тела они постепенно теряли силу.

Тем не менее, по мере приближения земного дракона, они начали укрепляться и возвращать свои жизненные силы.

Спустя некоторое время слепой превратился в кокон.

Юй Чжэнь тут же проговорил:

— Мы должны вырвать эти корни, иначе земной дракон продолжит догонять нас, по их следу!

— Как их вытащить? — спросил Цинь Му.

— Мои Небеса Чистого Небосвода уже сражались с земным драконом. мы несколько раз с ним сталкивались в прошлом, — Юй Чжэнь достал баночку, внутри которой находился какой-то порошок. — Когда земной дракон атаковал наши Небеса Чистого Небосвода, мы понесли много жертв. Боевая мощь этого монстра очень высока, оружие не может проткнуть его кожу, и ранить его тело крайне тяжело. В тела нескольких наших даосов вонзились его корни, и многие из них умерли жалкой смертью. К счастью, мы сумели сохранить несколько конечностей дракона, запечатав их с помощью построений, что со временем позволило нам придумать способ борьбы с ним. Этот порошок поможет с ним бороться.

Цинь Му тут же вырвал порошок из его рук и принюхался:

— Это не духовное лекарство?

— Лекарства обычно готовят из растений, так что их использование скорее всего лишь придаст ему жизненных сил. Этот дракон превратился их корней Матери Земли, так что он не боится ядов растительного происхождения, так что мы использовали яд из металла и камня. Несмотря на то, что он не в силах его убить, он позволяет вынудить корни покинуть тело. Порошок нужно съесть, а также посыпать ним божественные сокровища, — объяснил даос.

Цинь Му дал слепому немного порошка, и спустя некоторое время корни начали вылезать из его тела.

Затем юноша использовал свою жизненную Ци, чтобы не позволить корням коснуться его, и выбросил их подальше.

Упав на землю, они превратились в двухметровых земных драконов и начали громко визжать.

Обернувшись, цилинь извергнул поток священного огня, но драконы продолжали двигаться посреди пламени, совершенно его не опасаясь.

Шокированный, цилинь поспешно убежал подальше.

— Этот лекарственный порошок имеет побочные эффекты на организм человека. У старика будет аллергия, но после того, как он сходит в туалет, всё пройдёт, так что ему стоит пить больше воды, — проговорил Юй Чжэнь. — Причина, по которой я осмелился притащить бога Цюй Хэ к дракону, надеясь, что тот его сожрёт, состоит в том, что у меня с собой было это лекарство. Если бы дракон проглотил и меня, я мог бы просто посыпать себя порошком. Мой вкус бы ему не понравился, и спустя некоторое время я оказался бы на свободе. Несмотря на то, что я был бы крайне грязным, по крайней мере я бы выжил.

— Старший брат Юй Хэ, как жаль, что ты тратишь свои таланты на Небесах Чистого Небосвода. Твой план по перенесению вины на Мать Земли — это череда обманов, которая позволит Секте Чистого Небосвода избавиться от любых подозрений к себе, — Хранитель Лагеря Цюй в конце концов был чиновником седьмого ранга райских небес. Его смерть определённо приведёт к тому, что сильные практики райских небес спустятся, чтобы сразить дракона. Цюй Хэ был могущественным человеком, дракон тоже был существом области Непостижимого Неба, тем не менее. Они оба погибнут от твоей руки. Если твой талант останется запертым на Небесах Чистого Небосвода и больше нигде не засияет, ты будешь жалеть об этом всю свою жизнь,

Юй Чжэнь улыбчиво ответил:

— Во-первых я даос, а даос должен прилагать все свои усилия искусству Дао. В том, чтобы остаться на Небесах Чистого Небосвода нет ничего плохого.

Цинь Му достал ещё несколько баночек свежей драконьей слюны, собираясь заставить слепого их выпить.

Старик тут же покачал головой:

— Я не буду этого пить, это слюни твоей огромной собаки!

— Это не слюни собаки, а слюна дракона. Твои внутренние органы были проткнуты корнями земного дракона, и если ты не выпьешь слюну, раны откроются, и ты истечёшь кровью.

Цилинь усмехнулся:

— Старый мастер слепой, я не огромная собака, а драконий цилинь. У меня родословная дракона и цилиня. Просто выпей, владыка культа собрал её совсем недавно, так что она ещё свежая.

Слепой отчаянно закрыл рот, и Цинь Му пришлось силой его открывать, чтобы напоить его слюной.

Вздрогнув, старик начал ругаться:

— Подлец, посмотрим кто тебя спасёт, когда я вернусь в норму!

Воспользовавшись появившейся возможностью, Цинь Му вылил ему в рот ещё несколько баночек слюны, после чего обратился к Юй Чжэню:

— Твои слова противоречат твоим убеждениям, я прав? Люди говорят, что во времена хаоса даосы уходят из уединения, и возвращаются, когда наступает мир. Вы выходите во внешний мир, чтобы вернуть ему мир, а затем возвращаетесь, чтобы не позволить делам смертных потревожить ваши сердца Дао. Сейчас наступило время хаоса, и твои способности очень востребованы.

Покачав головой, Юй Чжэнь ответил:

— Если придёт время хаоса, то в моих способностях больше всего будут нуждаться двадцать четыре царства богов, подчиняющиеся Небесам Чистого небосвода.

Цинь Му странно улыбнулся, проговорив:

— Я не знаю какого уровня развития достигли ваши двадцать четыре царства, но ты ведь знаешь? Когда мы встретились, ты сказал, что Империя Вечного Мира слаба, и что мы очень грубы и жадны. Тем не менее, вашим двадцати четырём царствам понадобится ещё несколько сотен лет, чтобы достичь её уровня. Более того, для этого вам нужен ещё один Император Яньфэн, Цян Байгуй, Цинь Му и бесчисленные колледжи, академии, и поддержка огромного количества умных людей.

Юй Чжэнь немного помолчал, прежде чем ответит:

— Я даос, я не вступлю в твой Небесный Святой Культ.

Цинь Му рассмеялся, сильно хлопнув его по плечу и искренне проговорив:

— Друг Дао, я прошу тебя отправиться в Вечный Мир. Ты обладаешь нужным талантом, и Небесный Святой Культ будет для тебя слишком тесным, это не место, где тебе стоит демонстрировать свой талант. Лишь Вечный Мир тебе подойдёт. Если ты согласен, то я напишу тебе рекомендательное письмо. Можешь встретиться с Имперским Наставником, он определённо высоко тебя оценит! Подумай о целях всей своей жизни! Ты хочешь стать наследником Мастера Секты Чистого Небосвода, или же построить свой собственный мир?

Юй Чжэнь наконец принял решение и поклонился:

— Могу я попросить Владыку Культа Циня написать мне рекомендательное письмо?

Цинь Му тут же достал кисть и бумагу, начиная писать.

Взяв письмо, Юй Чжэнь улыбнулся:

— В таком случае, я отправлюсь на встречу с Имперским Наставником Вечного Мира. Если мой талант его удивит, то я не буду доставать твоего письма, а если нет, то я им воспользуюсь

Цинь Му был слегка ошеломлен.

Юй Чжэнь громко рассмеялся и попрощался, ушёл.

— Хоть этот Юй Чэ и молод, на самом деле он стар и опытен.

***

Травмы слепого почти исцелились. Схватив своё Божественное Копьё Лун То, он улыбнулся:

— Му’эр, с тех пор, как мы в последний раз с тобой сражались, прошло много времени. Я понятия не имею, насколько выросло твоё совершенствование. Мы редко видимся, так почему бы нам не померяться силами?

Цинь Му слегка изменился в лице.

Раздался оглушительный взрыв божественного искусства, отчего оба цилиня и Небесный Преподобный Юй подняли головы вверх. Двое людей сражавшиеся в небе резко упали на землю, прежде чем забраться на вершины двух гор неподалёку и продолжить сражение там.

Небесный Преподобный Юй встревожился:

—Мой брат в порядке?

— С ним всё хорошо. Владыка Культа привык к избиениям.

Цилинь внезапно встал на ноги, будто человек, и превратился в крепкого юношу с головой цилиня и бородой дракона. Он начал исполнять технику, закаляющую физическое тело и исконный дух, и вокруг него закружились бусины цилиня и дракона, сияющие ярким светом и поглощающие духовную энергию неба и земли. Перерабатывая её, он усиливал своё тело и исконный дух.

Две ярко сияющие бусины стали прозрачными от непрерывного совершенствования, и содержали в себе огромное количество силы.

Исконный дух жирдяя стоял на райской реке, вдыхая и выдыхая её туман. В такт с его дыханием дышали и обе бусины, то увеличиваясь, то уменьшаясь в размерах.

Водный цилинь шокировано спросил:

— Брат Пи, когда ты успел превратиться? Ты даже открыл божественное сокровище Райской Реки! Когда тебе это удалось?

Юноша с головой цилиня был крайне доволен собой и улыбчиво ответил:

— Ты замечаешь лишь то, что я таскаюсь за Владыкой Культа Цинем, бесстыдно выпрашивая у него еду, совсем не обращая внимания на мой тяжёлый труд. За время, проведённое во дворце Земли, я втёрся в доверие подданых Матери Земли, все из которых были практиками областей Нефритовой Столицы или Непостижимого Неба. Они помогли мне объединить технику Высшей Тайны Древнего Дракона с техникой для расы цилиней, и с тех пор я обрёл способность превращаться.

Водный цилинь был слегка ошеломлён.

— После этого, я одно за другим открыл божественные сокровища. Как говорится, павильон у пруда первым встречает луну. Проводя время с Владыкой Культа, я стал свидетелем того, как он открыл двадцать семь видов божественных сокровищ, и даже если бы я был глуп, то всё равно бы их выучил. Поэтому я тайком совершенствовался, и, в то время как ты выманивал пилюли у своего хозяина, я уже воспользовался возможностью и открыл божественное сокровище Райской Реки.

Шокированный, водный цилинь не знал, что ответить.

— Теперь ты понимаешь почему Владыка Культа так меня ценит? — жирдяй продолжал совершенствоваться и говорить. — Дело в том, что я уже достаточно силён! Духовные пилюли существуют не просто для наслаждения, их так же можно использовать, чтобы втереться в доверие перед сильными практиками. Возьмём меня, к примеру. Когда я встретил дьявольского короля Лю Чжэна, то продемонстрировал ему своё уважение, поделившись с ним духовными пилюлями. Съев их, он дал мне советы касаемо совершенствования и божественных искусств. A когда я встречался с боком Небесного Наставника Боевых Искусств Ню Саньдо, то тоже дал ему пилюль, взамен на которые получил советы о совершенствовании Дао боевых искусств. Я даже втёрся в доверие красным кунам Небесного Наставника рыболова и чёрным тигриным богом, все они меня учили!

Водный цилинь восхищённо молчал.

Теперь, когда Владыку Культа окружает всё больше и больше экспертов, нужно лишь внимательно слушать и запоминать, когда он с кем-то говорит. Лишь из этих разговоров можно узнать огромное количество сложных божественных искусств и техник, — улыбался цилинь. — К примеру, когда старый мастер слепой учил твоего хозяина Дао построений, ты мог выучить несколько сотен сильных убийственных построений! Ты это сделал?

Водный цилинь покачал головой.

Презирая его за то, что он не оправдал его ожиданий, жирдяй выплюнул из своего рта какую-то рукопись:

— Это созданные мною писания, прочти их. Не позорь нашу расу цилиней.

Водный цилинь поспешно превратился в тридцатиметрового человека и позволил Небесного Преподобному Юю взобраться на его плечо. Даже Писания Взращивания Людей в руках, он внимательно читал, чувствуя, что каждое слово — жемчужина, в которой кроется глубокая тайна.

Небесный Преподобный Юй заглянул в книгу уголком глаза, и водный цилинь поспешно её прикрыл, покорно улыбаясь:

— Хозяин, это для совершенствование ездовых зверей, тебе с ней никакого толку.

Вскоре вернулся слепой, на его лице сияла самодовольная улыбка. Подняв голову, цилинь увидел, что Цинь Му свисает с Божественного Копья Лун То. Опустив голову, он качался в такт с ветром.

— Хех, навыки дедушки слепого всё ещё лучше! — водный цилинь тут же закрыл Писания Взращивания Людей и похвалил.

Бросив на него слабый взгляд, Цинь Му ответил:

— Сегодня на ужин у нас будет жаренный цилинь.

Поспешно отведя взгляд в сторону, водный цилинь задумался: »Писания Взращивания Людей и вправду глубоки, но моего совершенствования ещё не хватает, чтобы их использовать, а не то обижу кого-то своей лестью.«

Глава 842. Cтаpый Друг из Перcикoвого Леса

Изначально Граница Куньлунь была священной землёй Вечного Мира, и носила название Короля Десяти Тысяч Гор. Она состояла из бесчисленныx горных вершин, сражающихся между собой за звание самой величественной. На одной из них располагалась Секта Дао.

Прибыв туда, Цинь Му и остальные осмотрелись, увидев перед собой удивительное зрелище божественных гор, протянувшиеся к небу, будто лес. Затем он посмотрел на горы Границы Куньлунь, которые, напротив, казались намного ниже. Цинь Му покачал головой — они совершенно не выглядели как священная земля.

После появления Первобытного Царства Границе Куньлунь стало намного тяжелее сохранять свою репутацию.

Академия Секты Дао располагалась у подножия горы Секты Дао, и так как даосы оставляли всё на произвол судьбы, они не были так богаты, как Монастырь Великого Громового Удара. В результате они просто построили город у подножия, написали на его стене «Академия Секты Дао» и начали принимать учеников.

Неподалёку от Академии Секты Дао рос персиковый лес, протянувшийся за горизонт и ярко сверкающий персиковым цветом. Всмотревшись вдаль, даже своим острым взглядом Цинь Му не смог разглядеть его конца. Он увидел лишь размытые силуэты бесчисленных дворцов в его глубинах. Там даже виднелась городская стена, и он совершено не представлял, что за люди там жили.

Слепой закрыл глаза и всмотрелся в персиковый лес своими глазами разума. Спустя некоторое время он проговорил:

— В персиковом лесу живут очень сильные существа, они запечатали это место. Я попытался заглянуть в самое его сердце своими глазами разума, и увидел лишь бесчисленные лепестки персикового цвета, заблокировавшие мой взор.

Цинь Му был поражён:

— Даже божественные глаза разума дедушки слепого не смогли увидеть сквозь них?

Можно было с уверенностью сказать, что божественные глаза разума слепого были сильнейшими божественными глазами сегодняшних дней. Именно благодаря им он достиг таких высот в навыках построений.

Ещё в ранние годы он совершенствован свои глаза до уровня истинного бога, и несмотря на то, что старика все называли Богом Копья, на самом деле его сильной стороной были глаза, способны всё видеть насквозь.

А после того, как он потерял свои глаза, в деревне Цань Лао ему удалось открыть божественные глаза разума.

Теперь, когда его глаза восстановились, достижения его божественных глаз разума становились всё более и более непредсказуемые.

Его божественные глаза разума были одним из основных факторов, позволившие сражаться с Хранителем Лагеря Божественных Констеблей Цюй Хэ наравне.

Поэтому теперь, когда божественные глаза старика не смогли увидеть сквозь слой персикового леса, Цинь Му взволновался. Судя по размерам этого леса, существа, живущие в нём, должны быть удивительными. Если они решать поднять руку на Секту Дао, у неё, вероятно, не будет шансов их остановить.

Тем не менее, сильнее всего его удивлял тот факт, что ученики Академии Секты Дао, казалось, совершенно не обращали внимания на персиковый лес. Некоторые из них и вовсе жили возле него, и время от времени забегали внутрь, чтобы нарвать персиков.

Этот лес был слишком огромным, в результате чего в нём одновременно можно было увидеть четыре времени года. Благодаря этому на части деревьев всегда висели спелые фрукты.

Когда люди заходили внутрь нарвать фруктов, никто не пытался их остановить.

Цинь Му долго всматривался вдаль, прежде чем наконец войти в Академию Секты Дао.

В городе в основном встречались простые здания, в нём не было огромных строений вроде дворцов. Бесчисленное количество старых даосов были заняты обучением учеников, некоторые из них просто сидели на свободном клочке земли и преподавали. Ученики сидели вокруг них, не обращая какого-то особого внимания обстановке вокруг.

Лучшее священное основание математики на самом деле было крайне обыденным, совершенно не оправдывая ожиданий Цинь Му.

Цинь Му привёл Небесного Преподобного Юя на поиски знаний, что привлекло довольно много внимания окружающих. Мастер Дао поспешно вбежал им навстречу, улыбаясь:

— Владыка Культа Цинь — человек слова, ты и вправду пришёл сюда.

Поздоровавшись, Цинь Му спросил:

— Откуда взялся персиковый лес за пределами академии?

— Понятия не имею, — покачал головой Мастер Дао. — Когда Первобытное Царство вырвалось из-под печати, возле академии внезапно появился персиковый лес. Если подумать, то в Первобытном Царстве огромное количество таких странных мест, и многие из полубогов достигли уровня богов, но вокруг Секты Дао всегда было спокойно. Сюда не приходят полубоги и не доставляют нам проблем. Я думал, что причина этого кроется в персиковом лесу, поэтому отправился туда всё исследовать, но мне так и не удалось добраться к дворцам внутри. Кажется, там используется какое-то обманное построение.

С подозрительным выражением лица Цинь Му проговорил:

— Я тоже не заметил никаких следов полубогов по дороге сюда. Здесь, в отличии от других мест, крайне спокойною. Повсюду полубоги избивают людей, и, если тебя берут в рабство — это считается удачей. Я думал, что это Секта Дао подавляет местных полубогов, и совершенно не ожидал, что за этим стоит персиковый лес.

Мастер Дао Линь Сюань горько улыбнулся:

— Разве у Секты Дао есть подобные способности? На божественных горах неподалёку живут полубоги с удивительными способностями, я даже видел, как один из них подтянул солнце ближе к себе просто глубоко вдохнув. Естественно, это было солнце из поддельного небесного явления. Я заметил ещё одну странность. В персиковый лес легко войти, но выйти из него даже проще.

Цинь Му недоумевал.

— Если посмотреть на лес снаружи, то кажется, что он не длиннее десяти тысяч километров, но если войти внутрь, то дойти до противоположной стороны не получается. Я преодолевал сто тысяч километров, или даже миллион, не говоря уже о десяти тысячах. По пути я видел, как меняются времена годы, что свидетельствовало о том, что я и вправду преодолевал огромное расстояние, — со странным выражением лица проговорил Мастер Дао. — Но всякий раз, кога я оглядывался, то обнаруживал, что до сих пор нахожусь у входа в лес. Мне было достаточно лишь развернуться и сделать несколько шагов назад, чтобы вернуться назад. Именно поэтому так много людей забегают внутрь по персики, не боясь заблудиться. Я планировал исследовать секрет этого леса, но так ничего и не нашёл. Более того, у хозяев этого места, по всей видимости, нет враждебных намерений, так что я просто оставил всё как есть.

Слепой внезапно проговорил:

Должно быть это какой-то навык построения, впрочем, он не выглядит как такой. У меня возникает впечатление, будто кто-то использует безграничную магическую силу, чтобы сжать пространство до размеров в десять тысяч километров, или даже до нескольких метров. Никто не может обладать такой силой, подобное возможно лишь благодаря построению, заимствующему силу неба и земли.

Цинь ум поинтересовался:

— Дедушка слепой может разглядеть что это за построение?

Покачав головой, слепой ответил:

— Я не могу ничего увидеть, находясь снаружи, чтобы понять ситуацию мне нужно войти внутрь. Более того, я не заметил следов построения. Если это и вправду построение, то его создатель намного сильнее Небесного Наставника Цзы Си! Впрочем, такой уровень мастерства попросту невозможен.

— Так как у хозяина персикового леса нет плохих намерений, и он защищает здешних людей, нам не о чём беспокоиться, — улыбнувшись, проговорил Цинь Му. — Мастер Дао Линь, я пришёл в Секту Дао за знаниями, так что останусь у вас на некоторое время. Кроме того, моего Брата Юя нужно научить математике. Ты не мог бы найти нескольких выдающихся учителей, чтобы те объяснили ему основы?

Линь Сюань кивнул:

— Не волнуйся, в нашей Секте Дао много экспертов, Лань Юйтянь может поучиться у них. Что касается Владыки Культа Циня, тебя будем лично учить старейшины секты и я.

Восторженный, Цинь Му поклонился в знак благодарности.

Линь Сюань поспешно поклонился в ответ и серьёзно проговорил:

— Я не заслуживаю такой чести, Владыка Культа. Ты передал моей Секте Дао Математический Трактата Высшей Молекулы, так что мы должны тебя отблагодарить.

Цинь Му, небесный Преподобный Юй и остальные поселились в Академии Секты Дао, и Небесный Преподобный Юй отправился изучать математику. Секта Дао знал огромное количество математических трактатов, Линь Сюань даже притащил несколько писаний с Небес Чистого Небосвода. Выучить их все было довольно сложно.

Изучение Математики было чрезвычайно скучным, тем не менее, она была одним из самых главных основания системы путей, навыков и божественных искусств. За исключением Дао боевых искусств и нескольких божественных искусств, все остальные требовали познаний в математике.

Во всех писаниях, которые Мастер Дао Линь Сюань притащил с Небес Чистого Небосвода, шлось о макроскопической математике, в которой здешние даосы достигли невероятных высот.

Микроскопическая математика, с другой стороны, лишь начала своё существование, и несмотря на то, что её создателем был Цинь Му, именно благодаря Секта Дао она стала популярной.

Мастер Дао Линь Сюань и остальные уже развили Математический Трактат Высшей Молекулы до уровня, на которое его было нельзя понять посредством обычной математики. На этом этапе явления микроскопической математики иногда переставали следовать подчиняться законам Дао макроскопической. Они даже обнаружили закон неточности в микроскопической математике.

Даже несмотря на подобные случаи, когда с помощью микроскопической математики создавались всевозможные макроскопические виды Великого дао, результат был удивительным.

Цинь Му искренне жаждал знаний, Он чувствовал, что несмотря на то, что Математический Трактата Высшей Молекулы изучал микроскопическую алгебру, он всё же был невероятно значимым и мог применяться во всех видах божественных искусств.

Ему пришлось потратить более двадцати дней, чтобы освоить все наработки Секты Дао и превратить их в свои собственные знания. В результате он был глубоко поражён.

Мастер Дао Линь Сюань уже давно знал о таланте Цинь Му, поэтому не был удивлён тем, что ему удалось выучить Математический Трактата Высшей Молекулы всего за двадцать дней. Тем не5 менее, остальные даосы уставились на парня с неверием в глазах.

Закончив, Цинь Му нашёл Небесного Преподобного Юй, чьё удивительное понимание наконец нашло себе достойного противника. Парень был удручён непрерывным изучением всевозможных математических трактатов.

Цилинь, с другой стороны, был полон энергии, и непрерывно посещал всяческие лекции, усердно учась.

— Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юй крайне талантлив, его понимание математики совершено обыкновенно. Он не идёт в сравнение даже с цилинем, — сообщил Линь Сюань. — Ему понадобится много времени, чтобы овладеть математическими трактатами Секты Дао.

— Его понимание очень сильно, математика — лишь один и-з доступных ему способов познания Дао, она не так важна, — вздохнул Цинь Му. — Мастер Дао Линь Сюань когда-либо видел столь безупречный талант?

Линь Сюань встревожено спросил:

— Ты снова собираешься скромничать?

Цинь Му покачал головой:

— Я тоже эксперт с сильным пониманием, которое лишь слегка превосходит ваше. Из-за того, что у меня Тело тирана, я должен тяжело работать чтобы быстро учиться. Тем не менее, с Лань Юйтянем всё совершенно не так. Он намного ближе к Дао. Причина, по которой Предок Дао создал математику, состоит в том, чтобы понимать Дао. Но если кто-то был с рождения близок к Дао, и мог бы его ощущать, то разве он нуждался бы в математике?

Линь Сюань ошарашенно уставился на Лань Юйтяня, который как раз озадачено чесал голову, столкнувшись со сложной математической проблемой. Он был настолько раздражён, что его лоб покрылся потом.

— Куда делся дедушка слепой?

Цинь Му обыскал всю Академию Секты Дао, так и не найдя следов старика. Начав волноваться, он тут же пошёл к цилиню, который как раз слушал лекцию. Тот ответил:

— Дедушка слепой отправился в персиковый лес осмотреться. Он запретил мне говорить об этом тебе.

Цинь Му впал в ярость:

— От старика слепого так много проблем! Когда он ушёл?

— Он ушёл как только ты отправился изучать математику, — тут же ответил цилинь. — Владыка Культа, можешь идти на его поиски, я позабочусь о мастере Лане. Он тоже умеет готовить духовные пилюли, так что тебе не стоит беспокоиться о моём питании.

— Защищай его, он не должен пострадать!

Цинь Му поспешно покинул город и отправился в персиковый лес. Всмотревшись в даль, он сумел разглядеть густые деревья, сверкающие разноцветными цветами.

Поднявшись в небо, он снова посмотрел вперёд, но перед его глазами до сих пор были деревья. Он не мог перелететь над ними.

Юноше осталось лишь спуститься на землю и продолжить идти пешком. Его сознание бессмертного бога летало по округе, пытаясь найти слепого.

Он не знал, сколько времени уже находился в пути, когда заметил, что на деревьях вокруг начинают появляться персики. По мере его продвижения персики становились всё краснее. Затем листья вокруг начали постепенно краснеть и осыпаться, прежде чем с неба наконец не пошёл снег.

Цинь Му неожиданно оглянулся, обнаруживая, что он до сих пор находится у границы персикового леса. Он не отошёл слишком далеко.

«Всё, как и рассказывал Мастер Дао, этот персиковый лес и вправду странный! Дедушке слепому достаточно оглянуться, чтобы выйти из леса, так почему он ещё этого не сделал?»

Собравшись с мыслями, он попытался разглядеть стоящее за всем этим построение, но как бы он не напрягал свои божественные глаза, он так ничего и не увидел.

Его сознание бессмертного бога тоже не могло найти края этого леса.

В этот момент внезапно зашло солнце и небо постепенно потемнело. Засияли звёзды, и Цинь Му поднял голову, чтобы посмотреть на них. Попытавшись определить своё местоположение. Он ошарашено застыл.

«Это небесное явление какое-то неправильное… Оно действительно неправильное. Это не та звёздная карта, что накрывает Вечный Мир, а настоящее небо!»

Он сразу же снял свой ивовый лист и серьёзно спросил:

— Небесный Герцог, твоё истинное тело может меня разглядеть?

Над землёй слова Цинь раздался голов Небесного герцога:

— Погоди минутку, я тебя поищу… Нашёл! Когда ты успел покинуть Первобытное Царство?

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло:

— Я не в Первобытном Царстве? Небесный Герцог, где я?

— Ты стоишь возле персикового дерева на очень странных небесах.

Юноша тут же спросило:

— Небесный Герцог, передо мной нет дворца? Ты не мог бы показать мне путь к нему?

Клон Небесного Герцога посреди земли слова Цинь улыбнулся:

— Всмотрись в небо. Я зажгу для тебя звезду, следуй за ней.

Цинь Му поднял голову, смотря в небо, замечая, что в нём появилась новая звезда. Должно быть, Небесный Герцог вырвал её откуда-то, и повесил над Сюаньду.

Небесный герцог перемещал эту звезду по небу и Цинь Му следовал её траектории. Спустя некоторое врем перед ним появилось скопление дворцов, освещённых тусклым светом фонарей.

В следующий миг он услышал приятный смех женщины:

— У меня гость, старый друг. Иди пригласи его.

— Хорошо.

Из дворца раздались голоса нескольки

Глава 843. Цинь Му Ecт Пеpсики

— Молодой мастер, Мастер Дворца пригласила тебя к себе. Пожалуйста, иди за нами.

Группа девушек держала в рукаx фонари, сияющие красным светом. Покачиваясь, они двигались в такт с их шагами.

Сделав пол шага назад, девушки положили свои левые руки на талию и отвели фонари в сторону, поклонившись в приветствии.

Цинь Му поздоровался в ответ, после чего фонари сделали пол оборота. Девушки развернулись, их изящные силуэты повели его вперёд.

Красный свет свечей в фонарях освещал чистую тропу впереди, на ней не было видно ни одного увядшего листа.

Шагая вслед за ними, Цинь Му начал осматриваться по сторонам. Он пытался определить кто был хозяином этого места по стилю архитектуры, но на здешних стенах не было никаких узоров или рисунков, так что он так и не догадался из какой эпохи они происходили.

Возможность определить эпоху здания по его виду не было проблемой для Цинь Му. Каждая эпоха обладала своим собственным архитектурным стилем, которые было крайне просто отличить друг от друга.

Даже если здания были построены в одно и то же время, но разными расами, их стиль был крайне отличным друг от друга.

Тем не менее, на дворце в персиковом лесу не было украшений. Здесь были лишь предельно простые белые стены, красные кирпичи и зелёная плитка. Но даже несмотря на это, в нём чувствовалась особая красота, особенно учитывая свет звёзд и свечей, которые выглядели крайне лаконично и чисто.

«Только что та женщина сказала, что прибыл её старый друг. В таком случае её старый друг это я, или же Небесный Герцог или Граф Земли? Или может она знает Багрового Императора или кого-то из остальных? — сознание Цинь Му двинулось с места, спускаясь к земле слова Цинь. — Небесный Герцог, я не знаю этой женщины из персикового леса. Ты не мог бы проверить кто она?».

Клон Небесного Герцога покачал головой и ответил:

— Я не вижу того, что происходит во дворце. Над ним висит странный экран, и когда я смотрю в его сторону, моё зрение закрывает цвет персика, хаотично дрожащий на ветру.

Цинь Му был поражён. Слепой тоже говорил, что когда он пытается увидеть дворец в лесу, его взор закрывает цвет персика.

— Небесный Герцог, ты говорил, что я находился на странном небе. Как оно выглядит?

Голос Небесного Герцога начал постепенно утихать:

— Пространство этих небес постоянно искажается и пересекается. Здесь можно преодолеть тысячу километров за один шаг, или даже перейти из одного мира в другой. Я никогда не видел чего-то подобного…

Его голос утих, будто его что-то заблокировало.

Цинь Му попытался ощутить землю слова Цинь, обнаруживая, что та тоже исчезла.

Затем он попытался почувствовать Юду, но так и не смог этого сделать!

Успокоившись, он подумал: «Так как она — старый друг, у неё не должно быть плохих намерений…»

Он быстро последовал за девушками внутрь дворца. Интерьер тоже оказался крайне простым, почти лишённым украшений. Вокруг висели лишь сияющие жемчужины, наполняя здание тёплым весенним светом.

Переднюю часть зала закрывал экран, за которым виднелся едва различимый силуэт женщины. Сидя там, она, казалось, играла на цитре. Тем не менее, играла она крайне медленно, лишь время от времени дёргая струну. В её песне не было характера, тем не менее, она оставляла странное послевкусие.

Женщина сидела к ним боком, за ней находилась сияющая жемчужина, отчего её тень падала на экран.

Девушки с фонарями поклонились ей, после чего повернулись, чтобы повесить свои фонари снаружи. Затем они притащили молитвенный коврик и предложили Цинь Му присесть.

Усевшись, Цинь Му уставился на женщину за экраном. Его глаза моргнули, третий глаз в его межбровье тоже время от времени открывался. Он молчал.

Спустя мгновение цитра снова зазвенела, и её нота наполнила зал.

— Небесный Герцог действительно надоедливый, привёл тебя сюда без какой-либо причины, — голос женщины за экраном был крайне приятным. Она слегка наклонила голову, и волосы с её висков стекли вниз, обнажая жемчужную серьгу, свисающую с уха.

— Прошло много времени с тех пор, как у меня здесь был гость. На самом деле, я не должна была тебя встречать, но так как Молодой Мастер Цинь однажды одарил меня своей добротой, я не могла тебя избегать, — улыбчиво проговорила она. — Не часто встретишь старого друга. Прости мне мою недостаточную гостеприимность.

Взгляд Цинь Му дрожал, пока он пытался увидеть сквозь экран. Впрочем, тот оказался каким-то неизвестным ему сокровищем, и как бы сильно он не старался, Навык Пробуждения Божественных Глаз Девяти небес ничего не мог увидеть. Даже вертикальный глаз в его межбровье оказался бессильным.

— Старшая сестра, если мы старшие друзья, то почему ты не выйдешь ко мне?

Две девушки поднесли к Цинь Му чайник и налили чашку чая, после чего ушли. Цинь Му сделал глоток, и на его губах остался сильный аромат. Этот чай был лучше, чем даже тот, что Сюй Шэнхуа принёс с Высших Небес.

Улыбнувшись, юноша проговорил:

— Теперь, когда Первобытное Царство вернулось, у меня было не слишком много шансов наткнуться на это место. Это крайне редкая встреча, так почему сестра прячется за экраном?

— Я уже не та, кем была раньше, — вздохнув, ответила женщина. — Мои ноги сломаны, и я не мог подняться. Молодой Мастер Цинь, прости меня.

Цинь Му встал и подошёл к экрану, улыбаясь:

— Я отлично владею искусствами лечения и создания. Мне под силу вылечить любую болезнь, и я смог бы даже создать тебе новое физическое тело. Раз ты не можешь подняться, то я поднимусь сам и подойду к тебе.

Он подошёл к экрану, обходя его со стороны. Внезапно он удивлённо дрогнул, обнаруживая, что перед ним всё равно находился этот экран.

Цинь Му снова обошёл вокруг экрана, но тот так и не исчез. С какого угла бы он не смотрел, его взгляд всегда был заблокирован. Тело женщины так и оставалось тенью, и казалось, она совсем не двигалась.

Юноша оглянулся, увидев за собой дверь зала. Он попытался сделать шаг в сторону, но куда бы он не шёл, дверь всё равно оставалась позади него.

Божественное искусство этой женщины было чем-то поистине загадочным.

— Молодому Мастеру Циню нужно сесть, — женщина за экраном снова щипнула свою цитру и улыбнулась. — Теперь я обезображена, моё тело покалечено. Я не хочу тебя напугать. Что касается моих травм, Молодому Мастеру Циню, скорее всего, не под силу их сейчас вылечить. Они были нанесены божественными искусствами, остатки которых всё ещё кроются в моём теле, непрерывно разрушая его и исконный дух. Ты ещё не овладел способом избавиться от подобного.

Цинь Му оставалось лишь вернуться и снова усесться на молитвенный коврик:

— Старшая сестра…

Внезапно женщина рассмеялась:

— Сколько старших сестёр у Молодого Мастера Циня?

Две девушки принесли несколько тарелок с фруктами и положили их на стол перед Цинь Му. На тарелках лежали помытые персики, отдающие сладкий аромат, который тут же проник в его лёгкие и пробудил аппетит.

Покраснев в лице, Цинь Му улыбчиво ответил:

— Я никогда не считал. Старшая сестра, мы уже встречались?

— Естественно, — ответила женщина. — Лишь после собрания я узнала…

Внезапно снаружи донеслись звуки цитры, и выражение женщины слегка изменилось:

— У меня гость. Янь’эр, пожалуйста проведи Молодого Мастера Циня отдохнуть в задней части зала, принеси ему чаю.

Она извинительным тоном добавила:

— Молодой Мастер, пожалуйста, попей чаю и попробуй фруктов.

Цинь Му оставалось лишь отойти. Девушка по имени Янь’эр и несколько других тут же принесли ему чайный набор.

Звуки цитры снаружи постепенно становились всё ближе. Женщина по ту сторону экрана тоже с крайней изысканностью щипнула струну.

Цинь Му сидел в задней части зала, прислушиваясь к нотам цитры. Женщина за экраном лишь время от времени пощипывала струны, в то время как цитра снаружи играла полноценную мелодию.

Ноты цитр, казалось, сталкивались в воздухе, отчего пространство вокруг становилось нестабильным. Оно напоминало дрожащие струны, колеблясь в такт с музыкой.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он тут же понял кто только что пришёл во дворец: «Красное Божество Ци Сяюй Что она здесь делает?»

Пока он думал, звуки цитры уже вошли внутрь зала и внезапно прервались. Раздался голос Ци Сяюй:

— Ученик отдаёт дань уважения своему учителю! Как твои дела в эти годы?

— У меня всё хорошо, — ответила женщина за экраном.

Сердце Цинь Му снова дрогнуло: «Ци Сяюй — ученица женщины за экраном? Минутку, она ведь сильный практик области Императорского Трона, и является Красным Божеством Южного Неба райских небес. Кроме того, она возглавляет расу фениксов, подчиняющихся Матери Земли! Что за женщина могла быть её учителем?»

Ещё сильнее его пугало прошлое Ци Сяюй. Сначала она была подданной Матери Земли, затем стала генералом Северных Райских Небес Высшего Императора. Когда Эпохе Высшего Императора пришёл конец, она была повержена и схвачена, и перешла на сторону чужеземных райских небес.

Подчиняясь райским небесам, она даже сошлась с Ли Южанем, являвшимся одним из четырёх Небесных Королей Эпохи Императора-Основателя, а сейчас известным как Будда Сакра.

Их отношения были крайне сложными, в результате чего Ци Сяюй подверглась резкой критике.

Но что, если все эти события были спланированы заранее?

Что, если каждое движение Ци Сяюй контролировала женщина за экраном?

— Раны тела учителя снова открылись? — снова прозвучал голос Ци Сяюй.

Женщина с другой стороны экрана ответила:

— С тех пор, как ты ушла, они открывались каждые несколько сотен месяцев. Сейчас я уже не могу вспомнить, сколько раз это случалось. Должно быть я уже привыкла.

— Если бы учитель смогла связаться с Предком Дао или Буддой Брахмой, возможно, тебе удалось бы вылечиться.

— Это бесполезно, Предок Дао приходил ко мне и сказал, что он здесь бессилен.

Цинь Му внимательно слушал их разговор. Внезапно девушка по имени Янь’эр подала ему чашку, предлагая выпить чаю. Цинь Му тут же взял чашку в руки и сделал глоток, после чего положил её на стол и продолжил слушать.

Затем девушка села рядом с ним и поднесла персик к его рту. Цинь Му попытался взять его в руку, но Янь’эр тут же увела фрукт в сторону. Юноше оставалось лишь есть с её руки, и проглотив фрукт одним махом, он прошептал:

— Старшая сестра Янь’эр, давай я сам.

Девушка разразилась смехом:

— Ты и вправду называешь всех девушек старшими сёстрами.

Остальные девушки тоже рассмеялись.

Ци Сяюй, казалось, что-то заподозрила, и начала волноваться:

— Учитель прячет во дворце мужчину? Я слышала голос мужчины!

Женщина за экраном улыбчиво ответила:

— Ко мне в гости пришёл старый друг. Ты снова недоверчива. Слишком недоверчива. Именно из-за этого твоя жизнь не так хороша, как могла бы быть.

Ци Сяюй встала и улыбчиво пошла к задней части зала:

— Если речь идёт о старом друге учителя, то я, естественно, должна с ним встретиться, — быстро шагая вперёд, она продолжала улыбаться. — Почему старший прячется? Младшая хочет отдать дань своего ува… Это опять ты?

С широко открытыми глазами она уставилась на сияющего юношу, сидящего на молитвенном коврике. Его окружали несколько девушек, пытающихся накормить его персиками.

Цинь Му как раз жевал персик, его рот был полон сока. Неловко посмотрев на неё, он улыбнулся:

— Красное Божество, зачем столько любезностей?

Ци Сяюй впала в ярость и подошла поближе, стиснув зубы:

— Этот ухажер — предатель. Ты пришёл в этот дворец заигрывать с моей учительницей? Я отправлю тебя в ад!

В этот момент женщина за экраном кашлянула и громко проговорила:

— Сяюй, это мой уважаемый гость, не смей ему грубить!

Глава 844. Женщина на Картине

Ци Сяюй пристально посмотрела на невинно улыбающегося Цинь Му. Девушки рядом с ним продолжали запихивать в его рот персики, вынуждая есть.

Увидев его неудобное положение, она не знала, злиться ей или смеяться. С невозмутимым выражением лица она проговорила:

— Хватит есть! Это зелёные воробьи, которых моему учителю подарило Южное Божество. Они очень любят служить людям, отчего ведут себя так надоедливо. Они не прекратят совать еду тебе в рот, будто мать, кормящая своих птенцов. Берегись, они никогда не остановятся и могут запихать тебя персиками до смерти!

Цинь Му наконец осенило. Это объясняло почему девушкам так нравилось его кормить.

— Они кормили старшую сестру Ци рот в рот? — не удержавшись, Цинь Му представил себе подобную картину, и на его лице появилось странное выражение.

Ци Сяюй слегка покраснела:

— Они кормили меня, когда я была маленькой… тьфу! Ты продолжаешь есть? Разве ты не встанешь?

Девушка по имени Янь’эр хихикнула:

— Владыка Культа Цинь, мы можем сами откусывать для тебя кусочки персиков, или даже напоить тебя чаем.

Разум Цинь Му вскипел. Подобная картина была слишком соблазнительной, и от самой мысли о ней его бросило в жар.

Он уже не был невинным юношей из прошлого. Прочитав Романтическую Энциклопедию Столицы, он узнал о многих новых вещах, и теперь подобные вещи заставляли его терять самоконтроль.

Юноша торопливо поднялся и проговорил:

— Я больше не хочу чаю! Я больше не хочу персиков! Старшая сестра, спасибо за твою заботу! Старшая сестра Ци…

— Не называй меня старшей сестрой, мы не знакомы! — помрачнев в лице, Ци Сяюй развернулась, её одежда цвета радуги, закрыла взгляд Цинь Му. Зашагав в сторону передней части зала. Она улыбнулась. — Учительницы, почему ты привела сюда этого развратника? Твой персиковый лес настолько запутан, что без помощи твоих нот, я не смогла бы найти сюда дорогу. Ты определённо сама позволила ему сюда прийти.

Цинь Му вытер рот и двинулся следом за ней.

Женщина за экраном ответила:

— Кто сказал, что это я его привела? Это Небесный Герцог оказался таким безответственным. Он повесил в небе звезду, указавшую ему путь, обходя заклятие, которое я оставила. Я уже разрушила ту звезду, чтобы Небесный Герцог не мог сюда подглядывать.

Ци Сяюй ответила:

— Даже Небесный Герцог не может его защитить, и всё равно он осмелился прийти.

Янь’эр и остальные девушки подвинули чайный столик и молитвенный коврик, чтобы Цинь Му присел.

Продолжая стоять, Цинь Му не обращал внимания на милых девиц и чай, который они поднесли к его рту.

Янь’эр набрала полный рот чая и наклонила свои губы ко рту юноши, смотря на него в ожидании.

«Монах Мин Синь когда-то поделился со мной сутрой сердца, позволяющей собраться с мыслями, как она звучала?»

Юноша покраснел, чувствуя, что его сердце Дао потерпело серьёзный удар. Его разум наполнился красными губами, как в нём можно было откопать буддистские писания?

Цинь Му поспешно попытался себя отвлечь: «Ци Сяюй только что сказала, что Янь’эр и остальные девушки — это зелёные воробьи, подаренные женщине за экраном Южным Божеством. В таком случае отношения старшей Сестры Чжу Чюэ с этой женщиной довольно крепкие. Если у неё есть связи с такими сильными существами, то она, должно быть, не слабее их. В таком случае я почти знаю кто она…»

Женщина за экраном приказала Янь’эр и остальным девушкам уйти, прежде чем извиниться:

— Янь’эр и остальные доставили Молодому Мастеру Цинь много хлопот, я вижу, ты аж вспотел от беспокойства.

Цинь Му и вправду обильно облился потом, тем не менее, когда Янь’эр и остальные ушли, он быстро пришёл в норму и успокоился. Улыбнувшись, он проговорил:

— Я никогда бы не подумал, что Красное Божество окажется ученицей старшей сестры. Однажды Красное Божество меня преследовало, и я очень рад, что наш с ней конфликт решён.

На лбу Ци Сяюй выступила вена, женщина проговорила:

— Учитель, я преследовала не его, а предателя. Более того, этот мужчина ненадёжный и коварный, он всегда легкомыслен, ему не стоит верить. Он вместе с предателем посеяли хаос на двадцати небесах Царства Будды, и Будда Брахма использовал их, чтобы убить силы, которые там расположили райские небеса. Теперь райские небеса отправили отряд сильных практиков, чтобы схватить предателя.

Женщина за экраном ответила:

— Молодой Мастер Цинь, на самом деле у Сяюй нету плохих намерений, её не в чём винить. Её жизнь оказалась не слишком гладкой, раса фениксов не слишком её ценила, а Мать Земли ограничивала её волю. Когда сын Матери Земли стал небесным императором Северных Райских небес Высшего Императора, она решила назначить сделать из неё его наложницу, не оставляя другого выбора, кроме как восстать и сбежать на Южные Райские Небеса Высшего Императора.

Взгляд Цинь Му загорелся, он добавил:

— A когда Южные Райские Небеса Высшего Императора потерпели поражение, она сдалась чужеземным райским небесам.

Ци Сяюй взвела брови, но промолчала.

Женщина за экраном засмеялась:

— Когда Сяюй была маленькой, именно Южное Божество посоветовало ей учиться у меня, она наша общая ученица. Изначально я не хотела вмешиваться в мирские дела, но так как у нас с Южным Божеством были очень крепкие отношения, я не могла отказывать в её личной просьбе, так что взяла её себе в ученики. Молодой Мастер Цинь, не стоит питать какие-либо подозрения к Сяюй. На самом деле, большинство из того, что она сделала — мои идеи.

Цинь Му ответил:

— Старшая сестра прячется здесь в уединении, но твоё сердце не заперто здесь, ты продолжаешь думать об изменении внешнего мира с помощью Красного Божества. Тем не менее, учитывая её бесчисленные предательства, начиная с Матери Земли, Северного Высшего Императора, Южного Высшего Императора, чужеземные райские небеса, и заканчивая Эпохой Императора-Основателя и Сакрой Буддой. Хоть и говорить подобное в её присутствии не слишком красиво, в своём сердце я слегка презираю Красное Божество.

Ци Сяюй равнодушно ответила:

— Мне всё равно, что обо мне думаешь ты или остальные люди мира. Тем не менее, Ли Южань предал мою любовь. Он сказал, что это я предала его, но на самом деле он искажает правду! Он не просто предал меня, он также предал Императора-Основателя, сбежав, чтобы стать монахом!

Цинь Му слегка нахмурился.

Он и вправду не мог сказать много хорошего о Будде Сакре.

Женщина за экраном продолжала улыбаться:

— Сяюй и вправду слишком подозрительно ко всему относится, тем не менее, у всяких событий есть причина. Как бы она или Ли Южань не относились к случившемуся, они ни в чём не виноваты. Молодому Мастеру не стоит судить их слишком строго.

Вздохнув, Цинь Му грустным тоном ответил:

— Мне просто жаль Божественную Расу Небесных Работ. Жаль, что они погибли, застряв на Ковчеге Парамиты, и что из них выжил лишь один ребёнок. Мне жаль, что этот ребёнок стал кузнецом, который в страхе проговориться о своём происхождении отрезал себе язык, по собственной воле становясь немым.

Выражение его лица помрачнело, а глаза покраснели, когда он вспомнил озорного старика, постоянно повторяющего своё «Аба, аба».

Среди деревенских жителей, немому пришлось пройти через наибольшее количество страданий. Его история и опыт были самыми жалкими, но он никогда не плакал, по крайней мере не перед глазами деревенских стариков.

Он всегда улыбался, показывая оставшуюся половину своего языка.

Даже несмотря на то, что он всегда был крайне озорным и не прекращал издеваться на Цинь Му, под его старческим обликом крылось молодое сердце, которое просто хотело поиграть.

Его взгляд всегда был очень чистым и добрым. Казалось, будто он до сих пор был беспомощным ребёнком, сумевшим выбраться из печати по трупам своих сородичей и столкнувшийся с темнотой Вечный Руин, беспомощно блуждая по лесу.

Цинь Му не думал, что Ци Сяюй или Сакра Будда поступили неправильно, но смотря на ситуацию с точки зрения немого, они оба слишком провинились, похоронив бесчисленных людей Божественной Расы Небесных Работ.

Собравшись с мыслями, Цинь Му проговорил:

— Раз уж старшая сестра не собирается открывать свою личность, я не вижу смысла здесь оставаться и мешать вашему воссоединению. Мой старший по ошибке вошёл в этот лес, он бог с драконьим копьём, обвитым вокруг его пояса. Старшая сестра не могла бы сказать мне, где его искать, чтобы я забрал его с собой?

— У этого божественного глаза удивительные способности, — улыбчиво проговорила женщина за экраном. — Он умудрился пробиться сквозь внешний барьер моего персикового леса и войти в его внутреннюю часть. У меня не было выбора, кроме как использовать часть своей магической силы, чтобы заточить его в ловушку. Тем не менее, он оказался крайне умным. Он воспользовался проходом, который я создала нотами цитры, чтобы впустить Ци Сяюй, и двинулся вслед за нотами, так что сейчас он на этих небесах. Если ты сам отправишься на его поиски, то у тебя ничего не получится, так что я отправлю Янь’эр вместе с тобой.

Поблагодарив, Цинь Му поднялся:

— Старшая сестра прячется здесь в уединении, но снаружи сейчас бездна страданий. Может быть, у тебя есть тысяча причин не выходить отсюда, но у меня есть одна причина идти навстречу опасности.

Женщина за экраном повернула голову, её серьги мягко качнулись.

Улыбнувшись, Цинь Му продолжил:

— Я не могу терпеть когда людей принимают за скот и дураков, не могу спокойно наблюдать как они бессмысленно гибнут. Я презираю то, что буддисты воспринимают мир как иллюзию, и презираю Секту Дао за то, что ои ничего не делают. Я должен что-то делать, так что не пойду против своей совести, и даже если мне придётся пожертвовать своим телом или жизнью, я не буду колебаться, ведь это моя обязанность! — низко поклонившись, он торжественно проговорил. — Я не вижу настоящего облика старшей сестры, и не знаю, увижу ли его когда-либо. Возможно, к тому времени, как сестра снова обо мне подумает, я уже погибну в бою. Прощай.

Он обернулся, чтобы выйти из зала.

Женщина за экраном внезапно проговорила:

— Погоди минутку!

Цинь Му остановился, и женщина подозвала Ци Сяюй к себе. Та подошла к задней части экрана, и женщина что-то ей приказала. Затем Цю Сяюй вернулась к Цинь Му, держа свиток в руках.

Женщина за экраном проговорила:

— Молодой Мастер Цинь, пожалуйста, возьми это. Не открывая сразу, сделай это когда покинешь персиковый лес.

Озадаченный, Цинь Му принял свиток и вышел.

Снаружи дворца его уже ждала Янь’эр с фонарём в руках. Улыбнувшись, она проговорила:

— Молодой Мастер, пожалуйста, иди за мной.

Цинь Му улыбнулся в ответ, и в следующий миг девушка откуда-то достала виноград, чтобы его накормить. Он поспешно покачал головой:

— Сестра Янь’эр, я уже наелся, я и вправду наелся!

Янь’эр помрачнела в лице. Держа фонарь перед собой, она разочарованно пошла вперёд.

Цинь Му не мог смотреть на неё в таком состоянии, и вскоре девушка уже снова была счастливой, быстро положив виноград в его рот.

Виноград был очень сладким и слегка терпким.

Тем не менее, в следующий миг в руке Янь’эр появился персик, и Цинь Му откусил кусочек с мрачным выражением лица.

В зале продолжали ярко сиять жемчужины. Ученик и учитель долго молчали.

Внезапно Ци Сяюй спросила:

— Почему учитель его не встретила?

Женщина за экраном недолго помолчала, прежде чем горько улыбнуться. Теперь я искалечена, так для чего мне его встречать? Он взял мою картину, так что в будущем сможет понять сегодняшнюю встречу. То, что он наткнулся на меня в персиковом лесу — случайность. Он никогда не думал о том, что случилось с Небесным Союзом. Небесный Союз из прошлого остался, но люди в нём изменились.

Цинь Му следовал за Янь‘эр, наглухо закрыв рот. Он непреклонно отказывался принимать от неё любую еду, как бы грустно она не выглядела. Даже когда она пыталась покормить его ртом, он всё равно игнорировал искушение и хранил серьёзное выражение.

Беспомощная, девушка начала по-глупому его игнорировать.

Вскоре Цинь Му наконец нашёл слепого, блуждающего в глубинах персикового леса. Ошарашенный его появлением, старик расспросил его обо всём. Цинь Му рассказал о дворце и добавил:

— Дедушка слепой, ты провёл здесь целый месяц, но хозяин дворца не будет с тобой встречаться, нам нужно идти.

Слепой признался:

— Я не могу найти выход.

— Не волнуйся, старший, я знаю дорогу, — Янь’эр улыбнулась, и её глаза засияли. Достав ярко-красный персик, она спросила. — Старик, ты любишь персики?

Слепой поблагодарил, и в тот же миг девушка засунула персик ему в рот. Старик недоумевал: «Почему эта девушка так внимательна?»

Цинь Му облегчённо вздохнул, думая про себя:«Дедушка слепой попался. Хорошо, что он здесь, теперь она не доставит мен проблем».

К тому времени, как Янь’эр вывела их из леса, наступил день. Живот слепого уже вздулся от еды, и он больше не мог есть. Тем не менее, из-за её излишней внимательности девушки, он не мог отказать, когда она попыталась накормить его из своего рта, и вместо этого вырвал еду из её рук, силой впихивая её в себя. Он переел настолько, что на его лбу выступили вены.

Цинь Му вышел из леса и туту же развернул свиток.

На картине виднелся луч света, сияющий с востока, и женщина, стоящая под лунным светом. Она выглядела спокойной, но грустной.

Эта картина была нарисована самим Цинь Му.

Цинь Му свернул свиток обратно и тихо положил его в свой мешочек таотэ. Затем он повернулся, и посмотрел на персиковый лес.

«Небесная Преподобная Юэ, в будущем мы встретимся снова.»

Янь’эр блуждала туда-сюда по персиковому лесу, и внезапно превратилась в зелёного воробья, улетев прочь. Спустя некоторое время тот вернулся обратно к Цинь Му и слепому. Приземлившись на землю, он превратился в рыдающую девушку:

— Я не могу вернуться. Богиня больше меня не хочет!

Цинь Му рассмеялся и проговорил:

— В таком случае, сестра Янь’эр может присоединиться к нам и путешествовать миром смертных.

Глаза Янь’эр загорелись, и она поспешно протянула руку, чтобы достать персик.

Слепой тут же дрогнул и убежал прочь, вопя:

— Му’эр, я больше не могу, ешь сам!

Глава 845. Ситуация на Южнoй Гpаницe

Цинь Му ел персик с угрюмым лицом, направляясь в Академию Секты Дао. Он оглянулся, увидев за собой тысячи километров персиковых деревьев, цвет которых раскачивался на весеннем ветру.

Девушки из персикового леса остались позади, кроясь в уединении.

Цинь Му знал, что Небесная Преподобная Юэ не будет оставаться в лесу вечно. Когда наступит подходящий момент, она обязательно выйдет наружу.

Персиковый лес был особыми небесами, существующими в Первобытном Царстве. Это значило, что Небесная Преподобная Юэ на самом деле не хотела полностью разрывать свои связи с внешним миром. Она планировала вернуться, и ещё не потеряла эмоциональной связи с миром.

То, что она приняла Ци Сяюй себе в ученики, было доказательством этого.

Будучи её ученицей, Ци Сяюй путешествовала по миру людей в качестве представителя Небесной Преподобной Юэ. Она символизировала её желание вернуться.

Не менее важным был тот факт, что взять Ци Сяюй в ученики Небесной Преподобной Юэ посоветовало Южное Божество Чжу Цюэ, так что Красное Божество на самом деле была их общей ученицей.

Это делало ситуацию очень интересной.

«Ци Сяюй является ученицей как Южного Божества, так и Небесной Преподобной Юэ. Они обе отлично её натренировали, позволив стать практиком области Императорского Трона. Пройдя через бесчисленные предательства, она переросла из лидера расы фениксов, подчиняющегося Матери Земли, до Красного Божества Южных Небес, — Цинь Му съел персик, оставив лишь косточку. Его взгляд мерцал, а на лице возникла удивлённая улыбка. — Павильон Хранителя райских небес владеет нефритовым свитком с рунами Южного Божества Чжу Цюэ. Очевидно, что они планируют её заменить. В ответ на это Чжу Цюэ начала готовить себе преемника, и собиралась избавиться от старого Красного Божества, чтобы её ученица стала на его место. Когда райские небеса решат её убить, она инсценирует свою смерть и сбежит, позволив Красному Божеству Ци Сяюй унаследовать её силу. Она ничего не потеряет и просто спрячется в тени.

Цинь Му моргнул. Сестра Чжу Цюэ, которую он встретил на одном из кораблей райской реки, оказалась на удивление хитрой.

Слепой так и не вернулся в академию Секты Дао, судя по всему, он боялся Янь’эр и поэтому решил скрыться.

Цинь Му не волновался на счёт его безопасности. Хоть слепой и всегда горел любопытством, он уже совершенствовал божественные глаза и глаза разума, более того, его достижения в навыках построений были вторыми лучшими в Вечном Мире. Если он не будем целенаправленно пытаться найти свою смерть, то его жизни ничего не будет грозить.

Небесного Преподобного Юя не слишком интересовала математика, тем не менее, за последние несколько дней ему всё же удалось выучить почти все её основы. Цилиню всё давалось даже легче, чем ему, в то время как водный цилинь спал почти на всех лекциях.

Встретив Линь Сюаня, Цинь Му попрощался:

— Чтобы пробиться из области Божественного Моста и открыть божественное сокровище Райской Реки, Мастеру Дао понадобится помощь сильного эксперта. Если ты не сможешь найти никого подходящего, то отправься к Академии Вздымающейся Реки и найди там Первого Предка, он тебе поможет.

Мастер Дао отблагодарил:

— Владыка Культа, пожалуйста, не волнуйся. Мастер Секты Чистого Небосвода тоже должен быть в силах помочь. Куда ты пойдёшь дальше?

— Я собираюсь посетить Академии Реки Ли, Нефритовой Столицы, Речной Гробницы, Имперский Колледж и остальные, чтобы изучить их последние открытия, — оглянувшись, Цинь Му шёпотом добавил. — Когда печать Первобытного Царства открылась, поддельная и настоящая Матери Земли оказались на свободе и начали сражаться друг с другом, отчего обе стороны понесли тяжёлые потери. Именно поэтому последним временем обстановка была спокойной. Тем не менее, одну из них поддерживает древний Небесный Император, а вторая является древним богом, так что они не будут сидеть тихо слишком долго, они лишь ждут подходящего момента. Когда обе Матери Земли снова покажутся, Секта Дао не сможет их остановить, и даже Вечный Мир не выдержит такого удара. Если Секта Дао будет в опасности, Мастер Дао должен будет отвести учеников в персиковый лес, чтобы обеспечить свою безопасность.

Мастер Дао встревожено ответил:

— Владыка Культа, ты нашёл в лесу что-то интересное?

— Тот, кто сидит в персиковом лесу, мой старый друг, у неё нет враждебных намерений, — Цинь Му не стал вдаваться в подробности. — В ближайшее время Мастер Дао должен отправить людей, чтобы собрать всех смертных мира. Мы должны быть готовы к тому моменту, когда Матери Земли покажутся снова, и спасти как можно больше людей.

Затем Цинь Му ушёл.

Посмотрев в сторону персикового леса, Мастер Дао задумался: »Старый друг Владыки Культа Циня? У него и вправду много друзей.»

Покинув Академию Секты Дао, Цинь Му отправился к южной границе. Голова цилиня была усеяна косточками персиков, зверь чувствовал, что девушка рядом с Владыкой Культа продолжает чистить фрукты и кормить его.

Цинь Му наелся настолько, что всю дорогу пускал отрыжки. Наконец поглотив все запасы персиков девушки, он облегчённо вздохнул:

— У тебя больше нечем меня кормить, верно?

Янь’эр тут же ответила:

— Я очень быстра, и могу вернуться в персиковый лес и нарвать ещё, тебе не придётся долго ждать!

Цинь Му тут же схватил её за руку и попросил:

— Добрая сестра, пожалуйста, прекрати меня кормить. Я и вправду не могу больше есть. Давай я приготовлю духовных пилюль, и ты сможешь покормить остальных.

На лицах обеих цилиней и Небесного Преподобного Юя появились выражения предвкушения.

Цинь Му приготовил более десятка котлов духовных пилюль, после чего отсортировал их по видам. Объяснив Янь’эр, какие из них предназначены для жирдяя, какие для водного цилиня, а какие для Небесного Преподобного Юя, он добавил:

— Не корми их слишком усердно, а не то они растолстеют.

Янь’эр взволнованно взяла пилюли. Было неизвестно, куда она их спрятала, но всякий раз, когда девушка поворачивала ладонь, в ней появлялась порция пилюль.

Она прыгала между водным цилинем, жирдяем, и Небесным Преподобным Юем, кормя всех троих. Её сердце наполнилось радостью, она ощущала удовлетворение, которого не испытывала никогда раньше.

Наблюдая за этой картиной, Цинь Му нахмурился: »Не уйдёт много времени, когда эти трое станут круглыми, будто шары… Духовные травы в моём мешочке таотэ на исходе, мы должны найти город, чтобы пополнить запасы.»

Дни проходили, и Цинь Му окончательно израсходовал все свои духовные травы. Империя Вечного Мира теперь была слишком огромной, и он всё ещё не сумел найти город, так что им оставалось лишь продолжать путь вперёд.

Не имея возможности продолжать их кормить, Янь’эр не могла сидеть спокойно. Цинь Му отчаянно пытался её успокоить:

— Всего лишь за десять дней мы достигнем Академии Реки Ли. Там мы купим больше духовных трав. Сестра Янь’эр , пожалуйста, потерпи ещё немного.

Через пару дней Янь’эр окончательно потеряла терпение. Внезапно превратившись в зелёного воробья, она улетела прочь, прокричав:

— Я должна что-то поискать, идите без меня, я скоро вернусь!

Цинь Му не удалось вовремя её остановить. Ему оставалось лишь наблюдать, как крохотный зелёный воробей исчезает среди безграничных божественных гор и ярких лучей света.

У него не осталось выбора, кроме как приказать цилиню продолжить путь.

Спустя некоторое время небо внезапно потемнело. Подняв головы, Цинь Му и остальные увидели гигантскую зелёную птицу, летящую в их сторону. Её крылья простирались на несколько километров, а острые, как бритва когти, сверкали, будто были выкованы из камня и металла. Они намертво держали внушительного на вид дьявольского бога.

Дьявольский бог имел высоту более ста метров, и казался сильным полубогом. Тем не менее, теперь, когда его схватила и обездвижила зелёная птица, на его лице виднелось удручённое выражение, будто он просто ждал своей смерти.

Увидев это зрелище, все ошарашенно застыли.

Из клюва зелёной птицы раздался голос Янь’эр:

— Я нашла еду! Жирдяй, у тебя самый сильный аппетит, открой рот, я брошу это тебе!

Цилинь открыл рот, но осознав, что не сможет проглотить бога, он поспешно покачал головой:

— Сестра Янь’эр, я питаюсь духовными пилюлями, как я должен есть сырое мясо? Более того, этот дьявольский бог до сих пор жив, его нужно приготовить…

Зелёная птица сложила крылья и приземлилась на землю, переворачивая бога на спину своим острым когтем:

— Погоди, я быстро его приготовлю.

Она открыла клюв, в котором бушевал божественный огонь, собираясь прожарить дьявольского бога.

Все ошеломлённо наблюдали.

Цилинь встревоженно посмотрел на Цинь Му. Сердце последнего начало болеть, и он тут же проговорил:

— Сестра Янь, мы не едим такого.

Зелёная птица изумлённо отпустила дьявольского бога и ответила:

— Он очень вкусный. В молодости я много таких ела, почему бы вам не попробовать?

Дьявольский бог дрожал от страха лежа на земле и не осмеливаясь пошевелиться.

Цинь Му не знал смеяться ему, или плакать:

— Боги и дьяволы не входят в наш рацион. Сестра Янь’эр, тебе не стоит тратить свои силы на наше питание.

Взгляд дьявольского бога замелькал, он попытался улизнуть. Тем не менее, в следующий миг его надёжно прижал к земле один из когтей зелёной птицы.

С неверием в голосе она спросила:

— Вы и вправду не едите такого?

Цинь Му, Небесный Преподобный Юй и цилинь одновременно начали качать головами. Водный цилинь, в свою очередь, колебался. Он хотел съесть бога, но так как его хозяин отказался, он не имел права действовать по-другому, и был вынужден всё-таки покачать головой, думая про себя: »Как жаль, мне никогда раньше не выпадал шанс отведать бога или дьявола…»

В следующий миг зелёная птица клюнула дьявольского бога, подняла его в воздух и проглотила целиком, повергая всех в ужас. Затем она превратилась в маленькую девушку в изящной зелёной одежде, и капризно запрыгнула на голову цилиня.

По лбу жирдяя обильно потёк холодный пот: »Откуда Владыка Культа украл эту девицу? Она невероятно брутальная…»

Спустя некоторое время девушка снова улетела прочь и вернулась с огромным количеством фруктов, чтобы продолжить их кормить. Несмотря на то, что оба цилиня не слишком любили фрукты, они заставили себя их съесть.

Наконец они достигли Академии Реки Ли. Она располагалась возле южных морей, а за несколькими божественными горами неподалёку находились выжившие люди Багрового Света. Они были невероятно сильной расой, поэтому в округе царил удивительный покой.

Цинь Му отправился на встречу с Канцлером Ба Шанем, и ещё до того, как он успел объяснить причину своего визита, раздался жалкий вой зелёного быка, которого как раз избивал цилинь.

Сделав вид, что ничего не слышит, юноша вскоре снова услышал вой быка, которого теперь избивал водный цилинь. Небесный Преподобный Юй продолжал смиренно сидеть напротив Ба Шаня, пытаясь не обращать внимания на шум.

Поспешно выбежав, старик схватил двух цилиней, вместе избивающих его быка. Помрачнев в лице, он возмущённо оглянулся:

— Младший брат, иди сюда и разними их!

Цинь Му и Небесный Преподобный Юй тут же примчались, пытаясь унять хулиганов.

Уползая прочь, зелёный бык прокричал:

— Подождите! Я позову своего крёстного! Вам лучше оставаться здесь!

Цилини поднялись, гордо положив руки себе на пояс, и ответили:

— То, что ты позовёшь своего крёстного, ничего не изменит, даже если он придёт, мы вас побьём!

— Этот бык всегда казался мне бельмом на глазу. Постоянно ходит со своим пионом во рту и задирает нос до самого неба! — облегчённо вздохнув, Ба Шань повернулся к Цинь Му. — Ты, скорее всего, об этом не знал, но Академия Реки Ли отличается от остальных академий. Мы разделены на разные навыки и фракции. Здесь есть моя Фракция Боевых Техник, Фракция Природы Канцлера Юй Чжаоцин, к нам даже приходит дать лекции Сын Бога Багрового Света из Фракции Создания. Сейчас к нам также пришли учитель Небесный Нож и Небесный Наставник Боевых Искусств, чтобы помочь построить оборонные сооружения и дать уроки боевых искусств и навыков ножа.

— Дедушка мясник и Небесный Наставник Боевых Искусств Гуань Ча здесь? — Цинь Му был вне себя от радости, услышав эту новость. Внезапно что-то вспомнив, он поинтересовался. — Так кто тогда этот крёстный зелёного быка?

В следующий миг снаружи раздались вопли жирдяя и водного цилиня. Первый прокричал:

— Старший брат Саньдо, я не знал, что он твой крестник! Пожалуйста, прекрати меня избивать! Старший брат Саньдо, ты помнишь, как мы вместе курили водную трубку… Старшая сестра, спаси…

Пока они отвлеклись на шум, неподалёку мелькнул белый силуэт. Маленькая девочка восьми-девяти лет вбежала в здание и бросилась к Цинь Му, за её спиной болтался белый лисий хвост. Подбежав к юноше, она несколько раз оббежала вокруг него, прежде чем превратиться в белую лису и забраться на его плечо. Несколько её хвостов обвились вокруг его шеи, и она залезла на его голову, окончательно закрывая его лицо своим хвостом.

Глава 846. Tанец Дpакoнов и Змей на Южной Границе

— Лин’эр!

Вне себя от радости Цинь Му снял лисичку со своей головы. Но ещё до того, как он успел на неё взглянуть, она выскользнула из его рук и снова забралась обратно, закрывая его лицо хвостом.

— Хватит дурачиться, Лин’эр, я знаю, что это ты!

Цинь Му снова её снял, но в этот раз лисичка начала вести себя более смиренно. Обвив его руку хвостом, она удобно уложилась на его груди и свернулась в клубок, время от времени моргая своими сверкающими чёрными глазами, смотря на юношу.

Моргая, маленькая лиса выглядела крайне очаровательно.

— Молодой мастер! — поздоровалась она.

Цинь Му кивнул. Ху Лин’эр повторила его имя, и Цинь Му кивнул снова. Убедившись, что это он, маленькая лисичка закрыла глаза и притворилась спящей, в то же время тайком протянув лапу, чтобы пощекотать щеку юноши.

Стоящая рядом с ними Янь’эр тоже крайне обрадовалась при виде лисички, и тут же выхватила её из рук Цинь Му. Ху Лин’эр поспешно вырвалась на свободу и вернулась обратно.

Янь’эр снова утащила лису, и как только та попыталась сбежать, девушка засунула ей в рот духовную пилюлю. Лиса тут же перестала двигаться и смиренно распласталась в объятиях Янь’эр.

Канцлер Ба Шань проговорил:

— Ху Лин’эр сейчас возглавляет Фракцию Демонов Академии Реки Ли. За этой дверью место с наименее приятной атмосферой и есть её фракцией. Тем не менее, так как у Ху Лин’эр широкий круг друзей, она сумела пригласить людей вроде Бессмертной Лисы, Белого Бессмертного, Старшего Тигра, Гроссмейстера и Небесного Короля Минду, чтобы те пришли дать лекцию. Теперь Фракция Демонов процветает в сравнении с остальными. С тех пор она начала настаивать, чтобы все называли её Старшей Сестрой.

— Лин’эр всегда была такой. Даже зелёный бык и жирдяй согласились стать её младшими братьями.

Цинь Му не знал, что ему и думать. Посмотрев на маленькую лису, лежащую в объятиях Янь’эр, он попытался посчитать её хвосты. Тем не менее, даже спустя некоторое время, ему так и не удалось определить их точное количество.

— По правде говоря, Небесный Король Минду Тянь Шу тоже согласился стать её братом. Кроме того, он стал братом и цилиню, тем не менее, его отношения с лисой намного лучше, ведь она тоже любит выпить, — удивлялся парень. — Я совсем не ожидал, что она сумеет уговорить дать здесь лекцию даже гроссмейстера.

Канцлер Ба Шань хлопнул себя по ноге:

— Я всё это время не мог понять, почему Небесный Король Минду так часто приходит в мою академию. Я думал, что он просто мной восхищается, но на самом деле, его интересует лишь моё вино. Канцлер Ху даже сумела пригласить в Академию Реки Ли Син Аня, но тот дал лишь несколько лекций. Впрочем, я не думаю, что остальные академии слишком охотно принимают таких опасных людей к себе. Лишь моя Академия Реки Ли обладает достаточно свободной философией, чтобы впускать к себе таких неправедных практиков.

Цинь Му молчал, думая про себя: «Академия Реки Ли старшего брата Ба Шаня и вправду более свободна, чем остальные.»

Путешествуя к Академии Реки Ли, он смог ещё издалека заметить, что небо над ней было окутано хаотическим явлением. В нём виднелись духи практиков боевых искусств вроде Яростного Тигра, Спускающегося с Горы, Белого Слона, Пересекающего Море или Вороньего Орла, Охотящегося на Добычу. Кроме того, он заметил видения ужасающих дьявольских рыб, призванных экспертами дьявольского пути, демонические облака, созданные представителями расы демонов, энергию мечей мастеров меча, и даже зачарованные тучи, созданные мастерами заклятий.

Ба Шань говорил, что Фракцию Демонов окутывала зловонная атмосфера, но на самом деле этой атмосферой была окутана вся Академия Реки Ли.

Тем не менее, именно благодаря этому бесчисленные божественные искусства могли столкнуться друг с другом, позволяя различным школам обмениваться знаниями.

После того, как Цинь Му прибыл к Академии Реки Ли, он понял, что это самая безумная из академий Вечного Мира. Ещё по пути сюда он стал свидетелем больше десятка сражений.

Дирекцию и канцлера это совсем не волновало. На самом деле, они даже подбадривали сражающихся и гордились, когда победитель оказывался их учеником.

Взгляд Ба Шаня дрогнул, он проговорил:

— Младший брат, ты пришёл сюда учиться, но тебе стоит знать, что простое слушание лекций — не самый эффективный способ.

— Действительно? — спросил Цинь Му. — А какой способ лучше?

Ба Шань улыбнулся:

— Бой, ясное дело. Многие фракции моей Академии Реки Ли достигли невероятного уровня. Реформа Вечного Мира родилась не в Имперском Колледже, он для этого слишком праведный, из-за страха перед Императором ему не хватает смелости в создании путей и божественных искусств. Хе-хе, небеса высоко, а император далеко, у него здесь нет власти. Следовательно, в Академии Реки Ли практики божественных и боевых искусств могут свободно развиваться.

Канцлер Ба Шань поднялся и аккуратно снял своё пальто, обнажая широкую грудь и мускулистое тело. Он спокойно продолжил:

— Эффективность любого божественного искусства и навыка можно оценить лишь использовав его в настоящем бою. Если ты пришёл в Академию Реки Ли учиться, то должен хотя бы раз сразиться со здешними фракциями.

Цинь Му встревожено спросил:

— Сразиться со всеми фракциями? Разве это не плохая идея?

Канцлер Ба Шань бросил на него презрительный взгляд:

— Младший брат, ты боишься?

Цинь Му энергично кивнул, вздыхая:

— Янь’эр очень любит кормить всех вокруг, и она почти исчерпала мой запас лекарственных трав. По дороге сюда я лишь раз его пополнял, и у меня почти ничего не осталось. Если я раню Канцлера или кого-либо из учителей Академии, то не смогу вас вылечить.

Ба Шань сжал кулаки так сильно, что его кости громко заскрипели. Он снова захихикал:

— За все эти годы младший брат стал намного сильнее. Теперь ты говоришь более уверенно, и даже твоё дыхание утяжелилось.

Пытаясь дышать потише, Цинь Му ответил:

— Я определённо не так хорош, как старший брат. Ты давно пересёк Божественный Мост и стал богом. Я же лишь недавно открыл божественное сокровище Райской Реки. Я даже не знаю сколько ещё времени мне понадобится для того, чтобы достичь райских дворцов. К тому же дедушка мясник должен был научить тебя своему новому навыку ножа, и Небесный Наставник Боевых Искусств тоже должен был поделиться чем-то хорошим. Возможно, брат даже научился чему-то у Сына Бога Багрового Света, так что я не осмелюсь твердить, что я сильнее тебя.

Канцлер поспешно махнул рукой:

— Я не такой усердный, как ты. Ты — Тело Тирана, и более тщателен в своём совершенствовании. Я не смогу победить в бою с тобой. В лучшем случае я лишь побью тебя до полусмерти.

Цинь Му потянулся, внутри его тела раздался рёв дракона. Он рассмеялся:

— Здесь дедушка мясник. Разве он выдержит зрелище того, как я выбиваю тебе зубы?

— Учитель Небесный Нож определённо не позволит мне избить тебя слишком сильно. Старик достанет свой нож и набросится на меня, если увидит, что я отправил тебя в отключку.

Продолжая говорить, они пошли наружу. Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и расслабился. Канцлер Ба Шань достал свой нож и поднял его перед собой, прежде чем открыть рот и закалить божественное лезвие Огненной Бурей.

Моргая, Янь’эр наблюдала, как они выходят за дверь.

Ху Лин’эр поспешно выпрыгнула из её объятий и приземлилась на землю, превратившись в маленькую девочку. Как только она открыла рот, чтобы заговорить, Янь’эр положила туда духовную пилюлю.

— Молодой мастер собирается сражаться? Разве у него есть шансы на победу? — кормя её, спросила Янь’эр. — Этот старик крайне выдающийся, его исконный дух достиг очень высокого уровня.

Ху Лин’эр громко грызла духовную пилюлю:

— Молодой мастер тоже талантлив, Ба Шань не сможет сильно его ранить… А можно сделать эти пилюлю пустыми внутри? Если наполнить их вином, вкус станет даже лучше.

Небесный Преподобный Юй подошёл к ним, и Янь’эр тут же начала кормить его духовными пилюлями. Он приглушённо пробормотал:

— Если добавить вина в пилюли, они действительно будут вкуснее?

Посмотрев на него, Ху Лин’эр улыбнулась:

— Так ты Лань Юйтянь? Я слышала о тебе, когда была в столице. Ты младший брат молодого мастера, так почему твоя фамилия Лань? Что касается пилюль с вином, они определённо будут вкусными. Впрочем, мне приходится есть их в обычном виде и просто запивать вином. Старший брат Саньдо пробовал, и говорил, что это и вправду вкусно. Мне кажется, что если вино будет внутри пилюль, то вкус станет ещё лучше.

У Небесного Преподобного Юя возникло желание самому попробовать такие пилюли.

К тому моменту, как троица вышла из зала, Цинь Му и Канцлер Ба Шань уже начали обмениваться ударами, сражаясь прямо в небе.

Канцлер Ба Шань был автором слияния боевых техник и заклятий. Политическая реформа Вечного Мира тоже отчасти была его заслугой.

За все годы, на протяжении которых божественные искусства Вечного Мира стремительно развивались, боевая сила Ба Шаня увеличивалась с даже более высокими темпами.

Южная граница располагалась в отдалённой части Вечного Мира, но здесь наиболее активно соприкасались различные техники, что позволяло навыкам и божественными искусствам развиваться в удивительном темпе. Более того, уроки Небесного Наставника Боевых Искусств, мясника, Сына Бога Багрового Света и Син Аня позволили Канцлеру совершенствоваться даже сильнее, он сумел достичь совершенно нового уровня как в божественных, так и в боевых искусствах.

Канцлер Ба Шань был учеником мясника, и овладел Девятью Навыками Небесного Ножа. Тем не менее, его учитель поднял свои ножи на небеса, за что поплатился половиной своего тела и был вынужден инсценировать свою смерть, прежде чем спрятаться в Великих Руинах.

Потеряв возможность закончить изучение Девяти Навыков Небесного Ножа, Ба Шань создал свою собственную технику — Семь Навыков Ножа Тирана, которая базировалась на слиянии боевых и божественных искусств, что позволяло компенсировать недостатки в его владении ножом.

Когда мясник вернулся, он счёл эту технику ножа неправедной.

Тем не менее, теперь Ба Шаню удалось найти свой собственный путь и заработать определённое уважение со стороны мясника.

Божественное искусство Канцлера крылось внутри его техники ножа, отчего она наполнялась невероятной силой и мощной аурой. Он ловко переходил от ближних атак к дальним, из-за каждой из которых Цинь Му отлетал на сто метров, прежде чем ему удавалось поймать равновесие.

Канцлер Ба Шань сильно давил на Цинь Му, его техника ножа постоянно менялась. Его лезвие окутывали то божественные лучи, то небесный гром. Каждый удар извергал океан света, а ударная волна вызывала магнетический взрыв.

Цинь Му вступил в невероятно сложный бой, и был вынужден отступать после каждой атаки противника.

В Академии Реки Ли Ню Саньдо и зелёный бык отвлеклись от избиения цилиней и уставились в небо, хваля:

— Какие сильные навыки ножа! Удивительные божественные искусства! Канцлер Ба Шань просто поражает. Он сумел мастерски сбалансировать соединение боевых и божественных искусств. Если бы он достиг подобного в божественных искусствах боевого пути, то определённо помог бы школе боевых искусств подняться на новую высоту!

Зелёный бык положил свои копыта на пояс, гордо проговорив:

— Мой старый учитель избил твоего мастера, а мой учитель избил тебя до слёз. Посмотрим, как в будущем ты будешь отбиваться от меня!

Старый фермер и мясник подошли поближе, наблюдая за битвой в небе. Первый проговорил:

— Твой ученик очень талантлив, но он проиграет эту битву.

Вскоре к ним подошёл Юй Чжаоцин, одетый в сверкающие яркие одежды. Посмотрев в небо, он проговорил:

— Небесный Наставник Боевых Искусств, почему ты так говоришь? Слитие боевых и божественных искусств Ба Шаня не имеет себе равных во всём Вечном Мире. Если бы мы сравнивали грубую силу сегодняшних богов, то он вне конкуренции. Я видел, как он сражался со Старшим Тигром, и тот не смог его одолеть.

Мясник начал объяснять:

— Ему определённо было непросто достичь такого уровня за счёт слития боевых техник. Тем не менее, даже сложнее ступить на путь навыками ножа, божественными и боевыми искусствами одновременно. Даже будучи создателем слития боевых техник, его понимание слабее, чем у шестой принцессы Семьи Лин. Как только Му’эр исполнит свои божественные искусства, Ба Шань проиграет.

Старый Фермер подчеркнул:

— Он слишком самоуверен. Найти человека, ступившего на путь хоть одним атрибутом, уже невероятно сложно, не говоря уже о трёх атрибутах. Ступить на путь боевыми искусствами — это огромное достижение. Тем не мене, Сыну Циня удалось это сделать.

Пока он говорил, неподалёку раздался грохот. Сундук с шестью ногами поднимался к ним, таская на себе красивого юношу.

Следом за сундуком бежал парень с ногами оленя, одетый в фиолетовый костюм.

— Син Ань, — холодно фыркнув, мясник со звонким звуком достал свой нож.

Сундук резко остановился перед ними.

Юноша, стоящий на нём, наблюдал за битвой, и оглянулся лишь услышав звук ножа. Он спокойно проговорил:

— Небесный Нож, ты мне не ровня.

Мясник рассмеялся в голос:

— Интересно, кто же это однажды заставил тебя убегать в ужасе? Судя по слухам, ты отправился к южному морю и умолял у Сына Бога Багрового Света воссоздать твоё тело с помощью божественных искусств создания. Тебе больше не приходится воровать чужие части тел? Твоё тело отросло обратно? Я не буду пользоваться твоим положением, но если ты хочешь реванша, то можешь найти меня, когда тебе будет удобно!

Син Ань покачал головой:

— Ты меня не интересуешь. Я пришёл встретиться с Владыкой Культа Цинем… Какое хорошее тело…

Изумлённым взглядом, он продолжил наблюдать за Цинь Му, до сих пор сражающегося с Ба Шанем.

Затем к ним подошёл Сын Бога Багрового Света, улыбаясь:

— Небесный Нож, не пойми это неправильно. Син Ань здесь лишь из-за того, что он столкнулся со сложной проблемой, и хочет, чтобы Владыка Культа помог ему её решить. Его владение божественными искусствами создания не уступает моему, и он приходил ко мне, чтобы посоветоваться насчёт воссоздания его физического тела. Несмотря на то, что я частично помог ему решить проблему, он чувствует, что в его новом теле всё ещё остались недостатки, поэтому после того, как я сказал ему, что Владыка Культа — истинный эксперт техник создания, он решил прийти к нему.

Син Ань равнодушно добавил:

— На пути создания, Владыка Культа Цинь не имеет себе равных. Закончив с ним, я продолжу работать с Сыном Бога Багрового Света.

Глава 847. Cтрeмительный Прoрыв

Сын Бога Багрового Света улыбнулся и промолчал. B его улыбке чувствовалось самодовольство, — он не соглашался с Син Анем: «Он не понимает, что я лишь пытался вести себя прилично, сказав, что мы с ним равны… Тем не менее, я и вправду не смог решить его проблему. Здесь может помочь лишь Сын Юду.»

В небе Цинь Му продолжал сражаться в безнадёжной битве.

Канцлер Ба Шань чувствовал, что всё идёт гладко, и не удержавшись, несколько раз завил. Он пытался продемонстрировать всё, чему научился за жизнь.

Будучи Великим Канцлером Академии Реки Ли, он, очевидно, пропускал сквозь себя все достижения реформы. Его ограничивали его собственные навыки и божественными искусства, останавливая прогресс, поэтому он был вынужден изучать друге божественные искусства, надеясь, что они помогут ему достичь прорыва.

Тем не менее, найти достойного противника было довольно трудно.

Он находился в неудобном положении — слияние божественных и искусств сделало его атаки настолько сильными, что в одной с ним области никто не мог выдержать его удара. Тем не менее, так как он не ступил на путь, практики вроде мясника или Син Аня могли одолеть его одним-двумя ударами. В обоих случаях, у него не было возможности посоперничать и продемонстрировать свои достижения.

Канцлер находился на ранней стадии своего превращения, которая, по совместимости, была к тому же самой депрессивной и сложной. Он был крайне талантлив, но один лишь талант не позволял ему продвинуться дальше, он нуждался в давлении, но мало кто мог его оказать.

Единственным случаем, когда ему действительно удалось воспользоваться всем своим мастерством, была встреча с чёрным тигриным богом. Тем не менее, тот постоянно путешествовал с Дровосеком, поэтому встретился с ним лишь однажды.

В этот раз появление стойкого к избиениям Цинь Му наконец позволило ему от души воспользоваться всеми техниками и навыками, что он освоил.

Цинь Му пришёл, чтобы постичь плоды реформы Академии Реки Ли, тем не менее, сейчас он стал лишь куклой для избиений Ба Шаня, позволяя ему свободно исполнить любые божественные искусства или навыки. Более того, Цинь Му невероятно быстро приспосабливался, и несмотря на то, что он отступал, он исполнял сложные движения и изучал техники Ба Шаня, используя их в ответ.

Кроме того, это отнимало у Цинь Му не более двух движений. Ему также удавалось находить слабые места в техниках Ба Шаня, вынуждая его постоянно подстраиваться и совершенствоваться.

Цинь Му был точильным камнем, способным сделать из Ба Шаня более острое и яркое лезвие.

Подобного противника было действительно сложно найти.

— Старший брат не учит младшего брата движениям. На самом деле, это младший брат направляет старшего брата, — фермер повернулся к мяснику, качая головой. — Сын Циня учит твоего ученика лучше, чем ты сам.

Мясник кивнул:

— Ба Шаню не хватает героизма, он не может выучить мой навык меча, но всё же пытается пойти по моим стопам. Он также недостаточно умён, чтобы изучить высшие искусства и войти на путь. К счастью, я когда-то умер. Это заставило его выйти из моей тени и придумать свой собственный навык слияния божественных и боевых искусств. Сейчас я уже не могу его учить.

Старый фермер задумался над его словами:

— То, что ты знаешь когда нужно уходить, делает тебя хорошим учителем.

Мясник усмехнулся:

— Небесный Наставник Боевых Искусств уже открыл божественное сокровище Райской Реки?

Вздохнув, фермер покачал головой:

— Великий Император Боевого Пути получил свой титул, сумев достичь райского дворца напрямую, не открывая седьмого божественного искусства. Тем не менее, по той же причине он слегка слабее остальных сильных практиков Императорского Трона.

Мясник неторопливо ответил:

— Только с открытыми семью божественными сокровищами и Райской Рекой, Великий Император Боевого пути будет соответствовать своему званию. Когда откроется божественное сокровище Райской Реки, оно соединит все остальные божественные сокровища, и ты станешь одним из самых выдающихся практиков Императорского Трона в мире. Твои достижения навеки останутся в истории!

Слегка изменившись в лице, фермер сухо проговорил:

— Я слегка глуп. Я днями сидел у берега Райской Реки, но так и не сумел ощутить её силу. Возможно, Дровосек был прав, и у меня действительно лишь мышцы без мозгов.

Мясник не знал, смеяться ему или плакать.

В этот момент в небе сверкнули гром и молния и пронеслись бесчисленные лезвия. Молния двигалась вслед за вспышками ножа, соединяясь с Ножом Тирана и издавая оглушительный хруст и звон. Затем она разделилась в полёте, превращаясь в огромную волну из лезвий, несущуюся в сторону Цинь Му.

Мясник, фермер и остальные, повернулись в сторону Ба Шаня, переполняясь восторгом. Первый проговорил:

— Слияние боевых и божественных искусств Ба Шаня значительно улучшилось. Тем не менее, он всё ещё не в силах вступить на путь. Будь то навыки ножа, заклятия молний или даже боевые искусства, он ещё слишком слаб.

Старый фермер был удивлён:

— Странно… Он обладает ужасающей силой.

Пока он говорил, Цинь Му внезапно окружили бесчисленные призраки, будто вокруг него появилось огромное количество его клонов, демонстрирующих высшие искусства боевого пути. В самом центре этого явления раскололось небо, и в нём появилась огромная ладонь!

Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин!

Мощь его ладони столкнулась с ножом Ба Шаня, ярко сияющим во все стороны и разделяющим окрестности на две половины.

Выполнив это движение, силуэт Цинь Му внезапно мелькнул, и в его руке появилась пилюля меча, быстро превращающаяся в нож тирана.

Цинь Му облетел вокруг Ба Шаня, исполняя то же движение слияния боевых техник, которое только что исполнил старик. Каждый элемент его движения был отчётливо виден, оно отличалось лишь тем, что все его недостатки были устранены.

Ба Шань неподвижно застыл в воздухе, наблюдая, как Цинь Му носится вокруг него, исполняя его искусство. Хотя сила движения была недостаточно великой, оно было крайне запутанным и несло в себе суть техники.

Спустя некоторое время Цинь Му продемонстрировал все Семь Техник Ножа Тирана. Наполовину исполнив восьмую технику, он резко остановился.

Свет ножа замер, и Канцлер Ба Шань почувствовал тяжесть в груди. Он был настолько расстроен, что едва не начал блевать кровью. Переполнившись гневом, он направил свой нож по такому же пути, как только что продемонстрировал Цинь Му, крича:

— Вот как это надо делать!

Свет их ножей столкнулся. Ба Шань направил лезвие Цинь Му своим ножом тирана, помогая закончить исполнение восьмой техники.

Семь Техник Ножа Тирана Канцлера Ба Шаня базировались на Девяти Навыках Небесного Ножа мясника. Став Великим Канцлером Академии Реки Ли, он создал на их базе восьмую технику.

Цинь Му исполнил лишь половину этой техники. Возможно, это казалось не важным в глазах остальных, но Ба Шань тут же ощутил непреодолимое желание её закончить.

Слегка улыбнувшись, юноша позволил своему ножу и божественному искусству следовать за техникой старика.

Канцлер Ба Шань закончил исполнение своей восьмой техники и собрался отступить, но в следующий миг нож Цинь Му потянул его нож тирана за собой, направляя его в совершенно новую область.

Ба Шань был ошеломлён, тут же ощутив, будто его магические силы, божественные искусства, ножи боевые искусства нашли выход на свободу.

Его нож продолжал следовать за ножом Цинь Му. Казалось, будто он разрушил врата, сдерживающие его, и теперь мог беспрепятственно воплотить свои стремления!

Небо тут же загорелось, в нём появился огромный вихрь из грома и молний, которые сливались воедино, образовывая плотные лучи света. Проходя сквозь центр вихря, они соединялись с ножом тирана.

Сияя ярче солнца, нож в руках Канцлера Ба Шаня стал мостом, связывающим великие силы неба и земли.

Девятая Техника Ножа Тирана.

Лезвие в руках Цинь Му исчезло, он больше не направлял нож тирана. Тем не менее, Канцлер Ба Шань уже пробился сквозь туман, закрывающий его зрение, и нашёл свой путь. Он наносил удары один за другим, создавая яркие вспышки ножа, сопровождающиеся раскатами грома и молниями.

Вихрь из грома и молний продолжал кружиться, когда за спиной Ба Шаня внезапно появилось широкое море пламени. Взмыв вверх, оно вылилось в нож, наполняя его силой слияния боевых техник и заклятий.

Слияние боевых техник Ба Шаня достигло совершенно нового уровня.

Изначально он стоял у входа на путь, тем не менее, из-за недостатка мудрости, он не мог сделать последний шаг. Цинь Му помог ему доработать недостатки и наконец достичь успеха.

Этот единственный шаг привёл Ба Шаня в совершенно новый мир. Теперь он мог продолжить двигаться вперёд самостоятельно, не нуждаясь в учениях Цинь Му.

Канцлер Ба Шань носился по округе, выполняя своё движение. Вспышки его ножа разрубали небо и землю, формируя огромную волну, проносящуюся по воздуху. Небо стало невероятно чистым, будто с него прогнали все тучи.

Цинь Му искренне рассмеялся и подошёл к Ба Шаню, восклицая:

— Старший брат Ба Шань, с сегодняшнего дня ты мастер слияния боевых техник и навыков!

Ба Шань резко остановился и повис в воздухе. На его лице возникло странное выражение, а по щекам потекли слёзы.

Этот дикарь стоял, сжимая свой нож и продолжая молчать. Внезапно, он схватил нож обеими руками, встал на колени и преклонил голову:

— Спасибо, младший брат!

Цинь Му тоже поспешно встал на колени, возвращая его жест уважения:

— Старший брат, я всего лишь заметил, что тебе не хватало сделать один последний шаг, и ты буквально топтался у врат. Я знаком с такой ситуацией, поэтому повёл тебя за собой, помогая сделать этот шаг и пройти сквозь врата. Становление на путь слияния боевых техник и навыков — это исключительно твоя заслуга.

Они встали и посмотрели друг на друга, прежде чем громко рассмеяться и спуститься с неба.

Паньгун Цо с выражением сомнения спросил:

— Канцлер Ба Шань, казалось, не вступил на путь боевых или божественных искусств. Как тогда его совершенствование так резко возросло?

Стоящий рядом с ним Син Ань ответил:

— Он вступил на путь слития боевых искусств и навыков, воспользовавшись кратким путём и создав свою собственную систему. Владыка Культа Цинь пошёл в том же направлении и подарил ему один шаг. Этот шаг и привёл к такому стремительному прорыву.

Сын Бога Багрового Света кивнул в согласии:

— Изначально Канцлер Ба Шань пытался стать сильнее, одновременно работая над путями боевых искусств, ножей и божественных искусств. Тем не менее, ступить на путь с помощью трёх навыков одновременно невероятно сложно! У него был неправильный подход. Владыка Культа Цинь использовал восьмое движение Ножа Тирана, чтобы вынудить его забыть о трёх путях, и сконцентрироваться на своём собственном. Этот единственный шаг, в котором ему помог Владыка, позволил ему стать мастером поколения.

Паньгун Цо был шокирован:

— Этот подлец с фамилией Цинь… Неужели он такой грозный?

— Он не грозный, а умный.

Син Ань пошёл в сторону Цинь Му, его сундук загрохотал, двигаясь следом. Подойдя к ногам юноши, он начал ходить по кругу и тереться о них.

— Син Ань, — Цинь Му потрогал сундук, прежде чем поздороваться с Син Анем и улыбчиво проговорить. — Каждый раз, когда ты появляешься, у тебя новый вид. Чьё это тело?

— Это настоящий я, — с серьёзным выражением лица вернул приветствие Син Ань. — Именно так я выглядел в молодости.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он спросил:

— Божественное искусство создания? Это тело создано заново? Раньше ты носился по миру, охотясь на чужие тела и отрубая самые сильные части тел выдающихся практиков, чтобы создать себе новое тело и исконный дух. Я могу представить, как ты воссоздал своё тело, но как ты сделал новый исконный дух?

— Именно поэтому я пришёл к тебе, — молодой Син Ань продолжил с некоторой неуверенностью. — Я уже не знаю, являюсь ли сегодняшний я настоящим собой. Раньше, чтобы продлить свою жизнь и обретать навыки и божественные искусства, я изучал своё тело и исконный дух, разбирая его по частям и воруя тела и исконные духи других для своего использования. Тем не менее, сегодняшняя реформа Вечного Мира заставила меня осознать недостатки такого подхода. Я могу продвинуться дальше лишь вернувшись к настоящему себе. Вот только я больше не могу найти свою душу или тело. Несмотря на то, что я сумел воссоздать тело себя в молодости, это всё же не настоящий я. Это повергает меня в ужас.

— Тебе стоило подумать о последствиях таких действий, — усмехнулся Цинь Му. — Ты хочешь, чтобы я собрал и отстроил твою душу? Извини, но я не могу выполнять желаний!

Внезапно сундук открылся по собственной воле.

Взгляд Цинь Му упал на его содержимое, и его сердце резко дрогнуло.

Смотря внутрь сундука, Син Ань неохотно предложил:

— Этого хватит, чтобы купить твою помощь?

Собравшись с мыслями, Цинь Му закрыл сундук и торжественно ответил:

— Хватит.

Глава 848. Предмет

— Где ты достал этот предмет? — отведя взгляд от сундука, спросил Цинь Му.

Молодой Син Ань вздохнул с облегчением:

— Когда Первобытное Царство освободилось из-под печатей, я заметил древние руины, окутанные божественными лучами. Отправившись туда, я всё тщательно обыскал и обнаружил эту вещицу.

Сын Бога Багрового Света, мясник и остальные подошли поближе, чтобы заглянуть в сундук, но тот уже был закрыт, так что они так и не узнали, что лежит внутри.

Тем не менее, в миру было не так уж много артефактов, способных заставить сердце Цинь Му биться быстрее. Даже техники Императорского Трона не вызывали у него волнения, а значит то, что лежало в сундуке, несло в себе невообразимую ценность.

Цилинь подошёл к сундуку и начал тереться о него, шепча:

— Добрый брат, что у тебя внутри? Ты не мог бы мне показать?

Ху Лин’эр попыталась вскрыть сундук, тем не менее, тот оставался наглухо закрытым, не позволяя ей заглянуть внутрь.

— Где находятся руины, в которых ты это нашёл? — серьёзным тоном спросил Цинь Му. — С этого предмета пользы не слишком много. Самым важным для меня является местонахождения руин. Если ты хочешь, чтобы я тебя спас, покажи их мне.

— B сундуке есть карта, —ответил Син Ань. — Если ты мне поможешь, я отдам тебе всё, что в сундуке, включая карту. Если тебе этого мало, то я могу лично тебя туда провести.

Посмотрев ему в глаза, Цинь Му кивнул, прежде чем обернуться к Канцлеру Ба Шаню:

— Старший Брат, пожалуйста, выдели мне место, где я мог бы исполнить заклятие, чтобы восстановить душу этого парня.

Ба Шань ту же приказал всем покинуть главный зал Академии Реки Ли, Цинь Му поспешно зашёл внутрь, положив сундук возле себя.

Син Ань последовал за ним, не отводя глаз от сундука.

Последний мог передвигаться самостоятельно, но Цинь Му предпочёл таскать его самостоятельно. Было очевидно, что предмет внутри был для него крайне важным, и Син Ань не ошибся, выбрав именно его.

Внутри зала за спиной Цинь Му появились Врата Небесной Воли. Он начал работать над заклятием, чтобы восстановить рассеянную душу Син Аня.

Син Ань был святым, появляющимся раз в пятьсот лет, прошлого поколения, так что обладал удивительным талантом и разумом. Тем не менее, из-за ограничений своего времени, он не смог стать богом.

Он отличался от святого нынешнего поколения — Имперского Наставника. Тот был искрене предал реформе Вечного Мира и преследовал свои амбиции с предельной страстью и самоотверженностью. Син Ань, с другой стороны, был предан лишь изучению способов продления собственной жизни.

Пойдя неправедным путём, он убивал практиков, почти ставших богами, чтобы завладеть тем и частями их тел, что достигли области богов, после чего собирал из них новое тело, чтобы продолжить свою жизнь.

Позже его успехи достигли даже больших высот, и он сумел разобрать свой исконный дух и душу, заменив их исконными духами и душами других.

Время шло, и Син Ань начал терять настоящего себя, забывая, кем он есть на самом деле.

Кроме того, чужое физическое тело и душа в итоге ограничивали его совершенствование. Теперь, в период стремительного развития навыков, подобная проблема обрекала его на гибель.

Для Цинь Му восстановление души Син Аня было сродни лёгкой прогулки. Он мог сделать это без особых усилий, в конце концов, Син Ань не шёл ни в какое сравнение с Матерью Земли или Богиней Небесной Инь.

Кроме того, он не волновался, что Син Ань сумеет изучить проводника душ. Так как он не был Сыном Юду, ему не стоило мечтать об открытии истинных Врат Небесной Воли.

Даже более важным было то, что не имея хороших отношений с Небесным Герцогом и Графом Земли, кража их сил для воссоздания души не осталась бы безнаказанной.

Спустя некоторое время заклятие было закончено. Син Ань сел в позу лотоса, с трепетом чувствуя возвращение собственной души. Эмоции, которые он испытывал, были неописуемы.

Цинь Му открыл сундук. Внутри лежали аккуратно разложенные физические тела божественных существ, часть из которых были полубогами, достигшими области бога.

Кроме них там также было несколько исконных духов, запечатанных с помощью странных техник. Все они отличались друг от друга и принадлежали всевозможным странным расам.

Тем не менее, внимание Цинь Му привлекла не эта коллекция, а жетон из нефрита, похожий на Жетон Небесного Преподобного Му.

Сундук выплюнул жетон, и тот упал в руку Цинь Му. Перевернув его, он увидел на обратной стороне слово «Цинь» вырезанное на языке древних богов.

Жетон Небесного Преподобного Циня.

Когда Цинь Му и Ню Саньдо оказались в первом году Эпохи Дракона Ханя, они встретили на райской реке Императора-Основателя. Позже они потрясли небеса над Собранием Яшмового Водоёма своей битвой.

Увидев, что они оба обладают удивительными способностями и превосходят людей, полубогов и древних богов того времени, отправил Небесному Императору письмо с просьбой наградить их.

В ответ Небесный Император назначил их Небесными Преподобными Му и Цинем. Небесным Преподобным Му был Цинь Му, называвший себя Му Цинем, а Император-Основатель Цинь Э, скрывавшийся под именем Цинь Кай, стал Небесным Преподобным Цинем.

Цинь Му и Император-Основатель возвысились к уровню Семи Небесных Преподобных, и вместе с ними стали известны как Девять Небесных Преподобных.

Кроме этого, Небесный Император даровал им по указу и жетону.

Именно из-за этого юноша без раздумий согласился помочь Син Аню при виде жетона.

Цинь Му несколько раз подбросил жетон Небесного Преподобного Циня и рассмотрел его, прежде чем положить в свой мешочек таотэ. Затем он посмотрел на Син Аня, который исполнял технику, чтобы закалить свою слабую, только что восстановленную душу.

Затем Цинь Му вытащил из сундука географическую карту и внимательно её прочёл. На карте было изображено Первобытное Царство, он не знал большинство нарисованных на ней мест, так что был не в силах ею воспользоваться.

«Даже с этой картой, мне всё равно нужно, чтобы Син Ань провёл меня к руинам.»

Спрятав карту, Цинь Му вышел из главного зала Академии Реки Ли.

Снаружи, мясник превратился в луч ножа и подлетел к нему, смеясь:

— Раве ты не хотел узнать о реформе Академии Реки Ли? Я буду ждать тебя в Фракции Небесного Ножа!

Отбросив лишние мысли в сторону, Цинь Му усмехнулся:

— Дедушка мясник, я ведь побью тебя до полусмерти.

Старик громко рассмеялся, и приземлился в одном из здании Академии, в котором располагалась Фракция Небесного Ножа.

Фиолетовая мантия Сына Бога Багрового Света затрепетала, и тот исчез со вспышкой света. В следующий миг раздался его голос:

— Сын Юду, я жду тебя во Фракции Создания!

Старый фермер спокойно ушёл, говоря:

— Я буду в Фракции Боевых Искусств. Приходи, если хочешь, чтобы тебя избили.

Цинь Му помрачнел в лице, и Юй Чжаоцинь захихикал:

— Я буду ждать Владыку Культа Циня во Фракции Природы!

В этот миг Паньгун Цо переполнился смелостью и засмеялся, проговорив:

— Владыка Культа Цинь, я готов встретиться с тобой во Фракции Шаманов!

***

Большинство сильных практиков вернулись к своим фракциям, чтобы дождаться прибытия Цинь Му. Ху Лин’эр тоже обрадовалась, и улетела прочь на демонической туче, прокричав напоследок:

— Молодой мастер, я жду, когда ты бросишь мне вызов во Фракции Демонов!

Юноша почесал голову:

— Ху Лин’эр, кажется, что-то попутала. Я пришёл учить божественные искусства, и мне не удастся овладеть заклятиями демонов… Тем не менее, её не часто увидишь в таком приподнятом настроении, так что справившись со всеми остальными фракциями, мне стоит пойти к ней и побеседовать, чтобы девочка не обиделась. Судя по всему, с Фракциями Академии Реки Ли будет непросто справиться… За исключением гроссмейстера…

В Академии Реки Ли было более двадцати фракций — Пути Меча, Демонов, Бога и другие, все они были по-своему сильны. Цинь Му пришлось носиться по Академии, бросая вызов каждой их них.

Его цель состояла в том, чтобы изучить реформу Академии Реки, так что он соревновался во владении божественными искусствами каждой из фракций, в чём как побеждал, так и проигрывал. Наиболее разгромное поражение он потерпел, сражаясь с Паньгун Цо, так как они соревновались в искусствах побегах, в которых его противник оказался непобедимым.

Цинь Му попытался взять реванш, предложив ему сразиться в шаманских навыках, но Паньгун Цо отказался и скрылся сразу после.

Самую лёгкую победу Цинь Му одержал во Фракции Создания. Когда речь шла о техниках создания, Сын Бога Багрового Света всё даже уступал Цинь Му даже несмотря на то, что обладал несравнимо высшим совершенствованием.

Самым непринуждённым из сражений было соревнование с Ху Лин’эр. Цинь Му и лисичка немного поиграли, прежде чем напиться до полусмерти вместе с Бессмертной Лисой.

Во Фракции Боевых Искусств юноша был жестоко избит старым фермером. Его начали бить, как только он вошёл внутрь, и закончили лишь тогда, когда он уже не мог стоять на ногах.

Самым тёплым приём был во Фракции Небесного Ножа. Дедушка и внук сражались друг с другом, время от времени останавливаясь. Пока старик пытался помочь Цинь Му ступить на путь ножа, совершенствуя его навыки, юноша вспомнил время, которое он провёл в деревне Цань Лао, что было довольно эмоциональным моментом.

Когда он не был в обезумевшем состоянии, мясник не был лишён старческой теплоты.

В один день Син Ань вышел из главного зала Академии Реки Ли, сообщая:

— Владыка Культа Цинь, мы можем идти.

Цинь Му попрощался со всеми, преде чем навестить мясника:

— Дедушка мясник, это путешествие может быть опасным, так что я оставлю Лань Юйтяня здесь, чтобы он изучил пути и техники Реки Ли. Пожалуйста позаботься о нём. Ты не должен учить обучать его навыкам, но проследи за его совершенствованием.

Мясник посмотрел на Син Аня:

— Я не слишком доверяю этому маленькому Аню. Он не знает жалости, и я боюсь, что он может поднять на тебя руку, когда ты будешь один. Му’эр, тигр не может менять своих полосок. Он странно на тебя смотрит, я боюсь, что он искренне хочет заполучить твоё тело.

Юноша спокойно ответил:

— Син Ань не сможет мне что-то сделать.

Мясник всё равно продолжал волноваться.

Цинь Му позвал цилиня и Янь’эр, прежде чем отправиться в путь вместе с Син Анем.

Син Ань вынул из своего сундука дракона и подул на него. В следующий миг дракон вернулся к жизни и полетел по облакам, с невероятной скоростью проникая сквозь туман.

Цинь Му сидел на голове цилиня, который нёсся на огненном облаке следом за божественным драконом.

— Владыка культа Цинь, скорость совершенствования этого твоего обжоры довольно высока, — оглянувшись, удивлённо проговорил Син Ань. — Владыка Культа Цинь не взял с собой ни одного эксперта? Кажется, ты спокойно себя чувствуешь в моей компании.

Цинь Му равнодушно ответил:

— Син Ань, в прошлом ты был поистине выдающимся. В бою у Небесной Святой Академии тебе удалось одолеть почти всех экспертов деревни Цань Лао и Империи Вечного Мира. Тем не менее, сейчас другое время, твои способности не так хороши, как раньше, и мне не нужно никого брать с собой, чтобы путешествовать с тобой.

Син Ань спокойно ответил:

— Ты меня недооцениваешь. Хоть я и выбрал неправильный путь, среди моих сверстников всё же не слишком много людей, способных со мной сравниться. Даже Бог Меча Су немного слабее меня. Тебе стоило кого-то с собой взять, так как ты для меня очень привлекателен. Лишь взглянув на содержимое моего сундука, ты должен был понять, что я ещё не успел полностью отказаться от своего старого пути.

Цинь Му громко рассмеялся. Воспользовавшись появившейся возможностью, Янь’эр засунула Пилюлю Алого Огня в его открытый рот.

Цинь Му помрачнел в лице и собирался выплюнуть пилюлю, но в следующий миг обнаружил, что она была невероятно хороша на вкус, и тут же проглотил её с дьявольским аппетитом: «Не странно, что жирдяй так любит есть Пилюли Алого Огня, я даже не представлял, что они настолько вкусные… Тьфу, тьфу,! Это корм для цилиня!

Путешествуя в компании Янь’эр, Цинь Му был полон мужества.

Даже несмотря на то, что цилинь бежал изо всех сил и не останавливался для ночлега, им всё равно ушло почти два месяца, чтобы достичь древних руин, о которых говорил Син Ань.

Цилинь приземлился, божественный дракон Син Аня тоже медленно спустился на землюю. Постепенно уменьшившись в размерах, он вернулся обратно в сундук.

Взяв Сундук, Син Ань тихо проговорил:

— Это то место. В прошлый раз мне едва удалось избежать смерти, я почти здесь погиб.

Посмотрев вперёд, Цинь Му видел разрушенную гору, сияющую разноцветными божественными лучами.

Среди этих лучей носился яркий свет. Цинь Му собирался его осмотреть, когда клочок света внезапно выстрелил в его сторону, превращаясь в луч меча длинной в несколько километров!

— Разве это не похоже на твою технику меча? — спросил стоящий неподалёку Син Ань. — Я нашёл жетон с фамилией Цинь в этом месте. Заметив, что эта техника меча похожа на твою, я предположил, что этот артефакт сможет тебя тронуть.

Сердце и разум Цинь му слегка дрогнули. Меч Беззаботный начал тихо гудеть.

Глава 849. Moста Меча Долины Падшего Бога

Цинь Му тут же схватил рукоять Беззаботного, и тот постепенно затих.

«Навык меча Императора-Основателя и вправду слегка похож на мой. Я обрёл часть наследия деревни Беззаботной у отца, а также встретил Императора-Основателя на Собрании Яшмового Водоёма, думаю, что мы слегка повлияли друг на друга.»

Осмотрев луч меча, он заметил, что шар света на самом деле не двигался. Двигались лишь разноцветные лучи вокруг, что создавало впечатление движения.

Вокруг валялись трупы, горы были усеяны гигантскими скелетами богов и дьяволов. На некоторых их них были даже золотые руны. Зажигаясь, они хрустели и трещали, прежде чем превратиться в божественный луч.

Цинь Му был ошеломлён. Эти божественные лучи обладали ужасающей силой, запечатывающей округу.

«Свет — это след, оставленный в пространстве навыком меча, разноцветные лучи тоже были оставлены каким-то божественным искусством.»

Таща свой сундук, Син Ань двинулся в сторону руин:

— Осторожно следуй за мной, эти руины отличаются от остальных, так что мы должны ступать по божественным искусствам, отбившимся в пространстве.

Цинь Му удивился. Ступать по божественным искусствам, отбившимся в пространстве?

Он побывал в огромном количестве руин, и обычно ему приходилось избегать следов божественных искусств. Они обладали огромной силой, и прикосновение к ним могло освободить эту силу и разорвать гостей на части.

Разве ступать по божественным искусствам не было самым опасным путём?

В этот момент он услышал смех:

— Небесный Преподобный Му! Давно не виделись!

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он повернулся, смотря в сторону голоса. Не удержавшись, он улыбнулся и помахал рукой:

— Старшая сестра Янь Цилин, я так за тобой скучал с тех пор, как мы расстались. Как ты поживала всё это время?

Син Ань остановился и оглянулся, увидев в воздухе прогулочную лодку. На её носу стояла девушка, окружённая бесчисленными богинями, за её головой сиял переливающийся ореол, придавая её священного виду. Ореол не был идеально круглым, а овальным, на её поверхности виднелись всяческие символы.

Син Ань не узнал девушку, но её глаза загорелись, и он похвалил:

— Эту девушку стоит добавить в коллекцию!

Цинь Му ответил:

— Это ученица древнего бога Небесного императора, так что её способности не слишком отличаются от моих, ясное дело, она достойна твоей коллекции. Тем не менее, её спутницы очень сильны, их способности невообразимы, так что ты с ними не справишься.

Янь Цилин приблизилась к руинам и остановила свою лодку за триста метров от Цинь Му.

Затем она спустилась на землю вместе со своими спутницами. Вслед за ними вышел ещё один юноша, того же возраста, что и девушка. За его головой сиял похожий ореол.

«Неужели этот парень тоже ученик Небесного Императора?» — подумал Цинь Му.

Заметив юношу, сердце Син Аня началось биться быстрее: »Он тоже достоин стать частью моей коллекции!«

Янь Цилин улыбчиво проговорила:

— После того, как Небесный Преподобный Му меня ранил, младшей сестре пришлось потратить много времени, чтобы восстановиться. Его Величество крайне рассержен тем, что ты с ним дурачишься. Ты передал его благословление дикому кабану, и Его Величество общался с ним на протяжении долгого времени, прежде чем понял что происходит. Он впал в ярость и долго тебя проклинал.

Девушка рассмеялась, но на лице юноши возле неё возникло неприятное выражение, и он серьёзно проговорил:

— Младшая сестра, этот парень оскорбил Небесного Императора, как ты можешь с ним шутить?

Янь Цилин тихо ответила:

— Его Величество всё ещё нуждается в его помощи, так что мы должны оставить его в живых.

Выражение юноши по имени Му Цюбай осталось неизменным, ухмыльнувшись, он проговорил:

— Избежать ответственности за оскорбление Небесного Императора невозможно.

Будучи безмерно довольным собой, Цинь Му улыбнулся:

— Его Величество хочет взять меня под свой контроль, так что я, естественно, должен быть начеку. Кстати, как там поживает тот кабан?

Янь Цилин покачала головой:

— Его Величество был чрезвычайно рассержен, и приказал поймать того демонического кабана. Тем не менее, тот оказался крайне хитрым и сумел преждевременно сбежать вместе со своей семьёй. Его Величество даже говорил, что благодаря своему уму и его благословлению, тот рано или поздно станет выдающимся существом, и превратится в пятно на его репутации. Так что же Небесный Преподобный Му делает в Долине Падшего Бога?

— Это место называется Долиной Падшего Бога? — обрадовавшись, Цинь Му поспешно достал карту Син Аня и пометил на ней Долину Падшего Бога, прежде чем улыбнуться. — Спасибо, старшая сестра. А как там ранения Матери Земли?

Янь Цилин лишь сейчас поняла, что он не знал где находится. Ещё до того, как она успела ответить, земля в округе вздулась, и над неё поднялись несколько горных вершин. На каждой из них виднелись боги.

— Небесный Преподобный Му, спасибо, что спросил, у Матери Земли всё хорошо, — раздался громкий, как гром, голос, и Цинь Му повернул в сторону только что появившейся горной вершины. На ней стоял старый король драконов, чьи брови и борода свисали до земли. У него были мутные глаза, но открываясь, они каждый раз извергали божественные лучи. Он невнятно ответил Цинь Му. — Мать Земли сильно по тебе скучает, она ждёт, когда ты восстановишь её душу.

Цинь Му поглотил страх. Старый дракон был никем иным, как королём драконов из дворца Матери Земли. Он был не слабее Фэн Цююнь!

Последняя ступила на борт корабля призрака, после чего её больше никто не видел. Мать Земли же была ранене второй Матерью Земли, после чего также пострадала от руки Учёной Цзи Си. Позже, направляясь к столице Вечного мира, она также наткнулась на Небесного Наставника Боевых Искусств Гуань Ча Небесного Короля Тянь Шу, и получив серьёзные ранения, была вынуждена затаиться.

Цилинь восторженно спросил:

— Король Драконов Тянь, ты ещё помнишь младшего брата?

Старый дракон помрачнел в лице и сделал вид, что не замечает цилиня. В прошлый раз тот подкупил его духовными пилюлями и стал с ним назваными братьями, что принесло ему огромную выгоду. Это стало пятном на репутации короля драконов, поэтому он, естественно, не хотел об этом вспоминать.

Король Драконов Тянь проговорил:

— Небесный Преподобный Му, тебе не стоит появляться в Долине Падшего Бога, иди ко мне, я отведу тебя к Матери Земли.

Глаза Му Цюбая загорелись, он посмотрел на Короля Драконов Тяня:

— Небесный Преподобный Му должен пойти с нами, Король Драконов Тянь, пожалуйста, уходи.

В глазах Короля Драконов внезапно загорелся огонь, его убийственная аура вырвалась наружу.

Рассмеявшись, Цинь Му проговорил:

— Вы оба хотите привести меня к Матери Земли, но их двое, так к какой мне стоит отправиться? Или же я должен выбрать после того, как будет определён исход их конфликта?

Король Драконов Тянь фыркнул.

Му Цюбай ответил:

— Король Драконов Тянь, ты верен Небесному Императору, или Матери Земли?

Король Драконов Тянь равнодушно ответил:

— Я признаю только Мать Земли и не знаю никакого Небесного Императора. Я готов убить любого, кто встанет на пути Матери Земли.

Син Ань осмотрелся. Две группы сильных практиков блокировали им любые пути отхода, они могли сбежать лишь в Долину Падшего Бога.

Теперь, когда вокруг появилось столько сильных практиков, он начал ощущать давление.

Внезапно Янь Цилин улыбчиво проговорила:

— Мы все пришли в Долину Падшего Бога, а не для того, чтобы схватить Небесного Преподобного Му, так с чего мы должны сейчас сражаться друг с другом? Раз уж мы пришли в Долину, то должны её исследовать. Что скажешь, Король Драконов Тянь?

По всей видимости, Король Драконов Тянь тоже был испуган, поэтому медленно кивнул головой. Бесчисленные боги под его руководством спустились с горы, и его тело задрожало. Пряди его белоснежной бороды подлетели в воздух и пронзили небо.

Его драконья борода открыла проход в другой мир, из которого вылетели бесчисленные огненные драконьи вороны.

Он не был слишком уверен в безопасности Долины Падшего Бога, поэтому вместо того, чтобы начать исследовать её самостоятельно, он воспользовался огненными драконьими воронами и приказал им проложить путь. Эти существа имели голову ворона, пасть дракона, перья ворона и драконьи хвосты. Их длина составляла пятнадцать метров, они являлись полубогами с родословной драконьей расы.

Одина из горничных Янь Цилин и Му Цюбая вытащила дверь и положила её на землю. Затем она схватила за ручку и открыла её. С противоположной стороны показался другой мир, из которого вылетели бесчисленные полубоги с птичьими крыльями.

Син Ань покачал головой и усмехнулся:

— Эти дураки лишь знают, как жертвовать чужими жизнями, не включая голову, они действительно не понимают значения смерти.

На полпути к Долине Падшего Бога, полубоги с крыльями птиц и огненные драконьи вороны внезапно превратились в скелеты и упали на землю. Тем не менее, некоторые из них всё же сумели выжить и добрались ко входу в Долину.

Увидев проход, Янь Цилин, Король Драконов Тянь и остальные двинулись в сторону Долины Падшего Бога.

Цинь Му посмотрел на Син Аня и расслаблено проговорил:

— Путь, который они выбрали, ведёт к смерти. Настоящий проход у нас под ногами. Следите за тем, что у нас под ногами, и иди на той же высоте, что и я. Кроме того, ваши головы не должны подниматься выше моей.

Цинь Му поднял ногу, и цилинь в панике сжался до одного метра в размерах. Его рост стал таким же, как у Син Аня. Янь’эр была ниже, Чем Син Ань, потому тут же превратилась в зелёного воробья и уселась на плече Цинь Му.

Син Ань достал огромное духовное оружие для подсчётов, и начал звенеть бесчисленными рунами. Лишь спустя некоторое время он во всём убедился и сделал первый шаг.

„Его духовное оружие для вычислений такое же, как у меня! — со странным выражением лица подумал Цинь Му. — Син Ань скопировал моё духовное оружие!“

Син Ань шагнул вперёд и внезапно увидел перед собой яркий свет, вспыхнувший из шара света. Луч сеча длиной в несколько десятков километров ударил ему прямо в лицо, заставляя содрогнуться от безграничной Ци меча!

Этот свет меча был настолько ужасным, что с лёгкостью пронзил божественные лучи и рассекал пространство!

Его огромная сила могла разрубить всё, что угодно, и не говоря уже о Син Ане или Цинь Му, даже практик области Нефритовой Столицы умер бы от первого же её удара!

Свет меча достиг их ног, и они почувствовали, будто бесчисленные лучи меча проникают сквозь их тела. Это сопровождалось ужасной колющей болью, тем не менее, они не наносили никакого вреда, колющая боль на самом деле была вызвана волей меча, кроющейся в свете.

Син Ань наступил на свет меча и зашагал быстрее, серьёзным тоном проговорив:

— Идём быстрее, этот свет меча скоро исчезнет.

Цинь Му поспешно потащил цилиня за собой, шагая по следам Син Аня.

Тем временем, Янь Цилин, Му Цюбай и Король Драконов Тянь подняли головы, смотря на цилиня, Син Аня и Цинь Му, проносящимися над ними. Они удивились:

— Этот свет меча является мостом, а не убийственным построением Долины Падшего Бога?

Боги вокруг них продолжали гибнуть и растворяться в божественных лучах, превращаясь в груды белых костей. Все начали чувствовать страх.

Янь Цилинь поспешно запрыгнула на мост из света меча:

— Здесь безопасно!

Остальные бросились следом, и шесть-семь человек, чей рост был вые, чем у остальных, тут же остались без головы лишь ступив на мост. Один из них потерял лишь половину головы, что выглядело поистине ужасно!

— Будьте осторожны, этот мост защищает лишь на высоте в два метра, сделайте свои тела ниже! — поспешно прокричал Король Драконов Тянь.

К тому времени как они ступили на мост из света меча, Цинь Му и Син Ань уже находились на его противоположной стороне, где располагался шар света. Позади него возвышались скалы и летающий мост, ведущий к ним.

Син Ань спрыгнул с меча и приземлился прямо на летающий мост. Цинь Му поспешно спустился следом, и как только он ступил на поверхность моста, за его спиной раздался гул, с которым луч меча молниеносно вернулся обратно в шар света. Божественные лучи, которые он разрубил раньше, соединились обратно.

Янь Цилин и остальные, стоящие на луче меча, внезапно оказались в свободном падении, и завопили в ужасе, увидев, как в их сторону несутся божественные лучи.

— Отступаем! — решительно прокричал Король Драконов Тянь.

Все тут же бросились назад, по дороге некоторые из них превратились в белые скелеты.

Покинув Долину Падшего Бога, Му Цюбай снова открыл свои врата и выпустил ещё больше полубогов с птичьими крыльями, приказывая:

— Найдите тот мост!

Вьюх!

Свет меча возник снова и отрубил головы нескольким полубогам, трупы которых упали на землю. Му Цюбай наконец сумел определить точное расположение моста.

Тем временем, на летающем моста Син Ань покачал головой:

— Они умеют лишь рисковать своими жизнями.

Цинь Му улыбчиво спросил:

— А сколько тебе пришлось потерять жизней, прежде чем найти этот мост?

Син Ань промолчал, сопротивляясь с желанием избить юношу до смерти.

Они подошли к скале на противоположной стороне моста, и вскоре увидели позади неё долину. Её окружали отвесные скалы, с которых тянулись цепи, сведущие к гробу в центре. Внизу под гробом виднелся колодец.

Глава 850. Cтаpый Друг в Грoбу

Цинь Му рассмотрел гроб, обнаруживая, что тот был подвешен в воздухе и не касался земли. Вокруг него и каменного колодца витали разноцветные лучи, создавая крайне умиротворённую картину.

Казалось, что в этом месте всё остановилось, вокруг не было слышно ни звука. Чёрный гроб неподвижно висел прямо над колодцем.

Из колодца поднимались едва различимые разноцветные лучи.

Цинь Му с подозрением спросил:

— Син Ань, гроб ещё не открывали, где же тогда ты нашёл жетон?

Гроб до сих пор был обмотан цепями и был заперт. Кроме него и колодца в этом месте ничего не было.

Син Ань положил сундук на землю, и тот со звоном открылся.

— Он лежал на гробу.

С помощью неизвестной Цинь Му техники, Син Ань заставил тела полубогов выпрыгнуть из сундука. Тот тут же начал носиться туда-сюда, пытаясь схватить их обратно.

Через мгновение Цинь Му окружили сотни богов.

Все они не дышали, Син Ань давно их обработал.

Молниеносно носясь по округе, Син Ань быстро стукнул своим пальцем меча по межбровью каждого из полубогов, прежде чем снова замереть на месте.

— Откройся!

Его межбровье внезапно открылось, обнаруживая чёрный глаз. Оглянувшись по сторонам, тот выстрелил чёрным лучом, пронёсшимся по воздуху, будто дым, проникая в межбровья полубогов.

«Заклятие Юду» — Цинь Му был шокирован.

Вертикальный глаз в межбровье Син Аня напоминал его собственный третий глаз. Они оба использовались для контроля силы Юду, тем не менее, глаз Син Аня всё ещё был на начальной стадии развития и не был таким изысканным, как глаз Цинь Му.

Тем не менее, божественное искусство Юду Син Аня было крайне примечательным.

— Владыка Культа, он тебе подражает, — прошептал Цилинь.

Оставаясь спокойным, Цинь Му ответил:

— Не говори ерунды.

Несмотря на свои слова, он слегка насторожился. Третий глаз Син Аня и вправду пытался скопировать его собственный, что значило, что он крайне заинтересован телом Цинь Му.

Учитывая характер Син Аня, он обязательно попытается заполучить то, что приметили его глаза!

Даже сильнее его удивило то, что все полубоги, выпрыгнувшие из сундука Син Аня, оказались крайне сильными. Они достигли области истинных богов, и были схвачены Син Анем, что показывало, насколько ужасающими были его способности.

Син Ань закончил своё заклятие, и внезапно один из полубогов широко открыл свой рот, прежде чем проглотить полубога, стоящего перед ним!

Цинь Му встревожился, наблюдая, как этого полубога проглатывает его сосед, стоящий сзади, которого тоже проглотили в следующий миг. Таким образом, всего лишь за несколько мгновений из сотни полубогов остался лишь один!

Это напоминало ситуацию, где большая рыба съедает маленькую, после чего её же пожирает ещё большая рыба.

Оставшийся полубог молниеносно вскочил и бросился вниз по склону, направляясь к древнему колодцу под гробом.

Пока он бежал, с его тела непрерывно отваливались плоть и кровь. Преодолев лишь половину пути, он уже был превращён в белый скелет силой разноцветных лучей.

В тот же миг скелет взорвался, и из него выпрыгнул второй полубог. Он продолжил двигаться вперёд, но вскоре тоже превратился в скелет.

Этот скелет взорвался, и наружу вырвался третий полубог, а следом за ним четвёртый, пятый…

Полубоги выпрыгивали из костей один за другим, продолжая эстафету к древнему колодцу.

На лице Син Аня виднелось нервное выражение. Когда он досчитал до ста семи, последний полубог, бегущий к колодцу, превратился в скелет.

За миг до смерти он запрыгнул внутрь.

Со дна колодца донёсся мягкий хлопок.

Облегчённо вздохнув, Син Ань поднял свой сундук с земли:

— Сейчас откроется ещё один мост меча, следуйте за мной! Подпрыгните!

Из колодца внезапно поднялся яркий свет в форме меча. Он не был материальным, и висел в воздухе, своим кончиком повернувшись к земле.

Внезапно этот свет зашевелился, и округу заполнили бесчисленные горизонтальные лучи меча. Вибрируя, они разделялись на ещё большее количество лучей, наполняя собой всю Долину Падшего Бога!

Цинь Му подпрыгнул в тот же миг, как услышал указания Син Аня. Цилинь, стоящий за ним, не успел вовремя прийти в себя, поэтому ему пришлось тащить его за собой.

Вьюх!

Под их ногами раскинулись огни меча, и Син Ань осторожно на них приземлился. Стоя на них, он серьёзно проговорил:

— Свет меча, заполнивший Долину Падшего Бога, скоро вернётся обратно в колодец, нужно поспешить!

Цинь Му поспешно бросился к колодцу вместе с цилинем. Забравшись на гроб, Син Ань проговорил:

— Это единственное безопасное место.

Внезапно лучи меча, накрывшие всю долину, вернулись в свет и бесследно исчезли.

Шар света медленно опустился в колодец, а в следующий миг снова появились разноцветные лучи. Тем не менее, они не приближались к гробу.

Разноцветные лучи были крайне странными, если чьё-то тело попадало под их воздействие, оно начинало непрерывно плавиться. Подобная смерть выглядела слишком ужасной, чтобы спокойно за ней наблюдать.

В этот момент Янь Цилин, Му Цюбай и Король Драконов Тянь подбежали к скале, увидев вдали Цинь Му и остальных. Все они нахмурились.

Му Цюбай снова положил свою дверь на землю и открыл её. Король Драконов, в свою очередь, начал громко реветь, а его драконья бусина взмыла в воздух. Раздался невероятно громкий глухой звук, когда он грубой силой пытался подтащить к себе мир с огненными драконьими воронами!

— Они прокладывают себе путь вперёд трупами. Возможно, им и под силу найти дорогу или открыть мост меча, но я даже боюсь представить, сколькими жизнями им придётся пожертвовать для этого.

Взгляд Син Аня загорелся, он посмотрел на Цинь Му:

— Если бы Владыка Культа был здесь сам, как бы ты открыл печать без моей помощи?

На мгновение задумавшись, юноша ответил:

— Я бы попытался раскрыть секрет божественного искусства разноцветных лучей. Если бы мне удалось понять, как они работают, то смог бы пройти невредимым.

Син Ань улыбнулся:

— Ты всё ещё не хочешь признавать, что уступаешь мне. Я нашёл жетон на крышке гроба, посмотри себе под ноги.

Цинь Му опустил голову и ошарашенно дрогнул.

Верхняя часть гроба была довольно широкой, имея радиус более метра. Стоя на ней, они не занимали всего пространства, и могли разглядеть красивые руны на её поверхности, а также строчку красивого текста.

Возле текста было отверстие, в которое идеально помещался Жетон Небесного Преподобного.

Цинь Му прочитал надпись в голос:

— Открыть, когда здесь будет Цинь, Му.

Подняв голову, Цинь Му посмотрел на Син Аня со странной улыбкой:

— Значит ты дал мне жетон не только для того, чтобы я решил твою проблему. Ты собирался выманить меня сюда, чтобы открыть гроб. Син Ань, ты очень умён, тебе убить двух птиц одним броском. Скорее всего то, что я не смог прочитать твою карту, тоже твоих рук дело, ты намеренно сделал её непонятной, чтобы я был вынужден притащить тебя с собой.

Син Ань улыбнулся и радостно потёр ладони:

— Ты понял это слишком сложно:

— Ты понял это слишком поздно. Теперь, когда ты уже здесь, у тебя не осталось выбора. Когда я был здесь впервые, мне удалось заполучить тот жетон заметить твоё имя на крышке. Не сумев открыть гроб с помощью того жетона, я подумал, что, скорее всего, ты единственный, кто может открыть гроб с его помощью, поэтому отправился на твои поиски.

Они оба стояли на гробу, в тот время как в их сторону мчались бесчисленные огненные драконьи вороны и полубоги с головами птиц. Тем не менее, их плоть и кровь плавились под разноцветными лучами, и их тела быстро превращались в скелеты.

Впрочем, их количество всё же было огромным, их скелеты сваливались в огромную кучу, начавшую медленно катиться вперёд. Ещё немного, и их будет достаточно для того, чтобы перевалиться через отверстие колодца.

— Долина Падшего Бога не слишком большая, и со всех сторон её окружают горы, так что осмотреть всё здесь не слишком сложно. Тем не менее, я чувствовал, что она является лишь входом к настоящем сокровищу, уставившись на Цинь Му, неторопливо проговорил Син Ань. — Владыка Культа Цинь, принимай решение, пока у тебя есть время, ведь скоро сотни тысяч трупов смогут активировать мост меча.

— Син Ань, если бы ты использовал свой разум для праведного пути, то твои достижения не уступали бы Имперскому Наставнику. Как жаль, что ты всегда направляешь его на злодеяния.

Покачав головой, Цинь Му достал жетон Небесного Преподобного Му и равнодушно проговорил:

— Я не могу использовать жетон со словом Цинь, который ты мне дал. Надпись на крышке гроба адресована двум людям, один из них — я, второй — владелец жетона, что ты нашёл. Чтобы открыть гроб, мне нужно использовать свой собственный жетон.

Он положил свой жетон в отверстие, и тот отлично там поместился. В этот миг гора белых костей стала достаточно большой, и несколько скелетов с грохотом полетели вниз.

Со дна колодца тут же поднялся свет меча, повисая над гробом.

Жетон Небесного Преподобного Му был зажат в отверстии, цепи вокруг начали вибрировать. Внезапно одна из них со звоном упала на землю, вслед за ней отвалилась другая.

Цинь Му пытался удержать равновесие, стоя на качающемся гробу, когда упала ещё одна цепь. Между тем, свет меча разразился внизу под ним, наполняя Долину Падшего Бога.

Король Драконов Тянь, Янь Цилин и Му Цюбай поспешно наступили на свет меча, мчась к гробу.

Наконец все цепи отсоединились, и гроб опустился. Под ногами Цинь Му внезапно возникла пустота, и он полетел вниз вместе с цилинем и Син Анем. Перед его глазами была лишь тьма.

— Мы упали внутрь гроба!

В плече юноши возникла жгучая боль, вызванная тем, что зелёный воробей, в которого превратилась Янь’эр, начал волноваться и крепко впился в него когтями.

Цнь Му поспешно хлопнул воробья по спине, и тот наконец пришёл в себя и послабил хватку.

Они продолжали падать, обнаруживая, что пространство внутри гроба было невероятно обширным. Цинь Му поднял голову, увидев вверху квадратное окошко света. За миг до того, как оно закрылось, внутрь успели запрыгнуть несколько людей.

Как только они оказались в гробу, его крышка наглухо закрылось.

Плюх!

Раздался громкий хлопок, с которым что-то упало в воду, и сердце Цинь Му замерло: «Гроб упал в древний колодец!»

Подвешенный в воздухе гроб упал в колодец и погрузился на его дно. Несмотря на то, что они находились в кромешной тьме, они всё ещё чувствовали, как тот летит ко дну всё быстрее и быстрее.

Более того, они тоже стремительно неслись ко дну гроба. Его глубина оказалась поистине поразительной.

Наконец, Цинь Му заметил под собой свет, и поспешно использовал магическую силу, чтобы восстановить контроль над своим телом. Спустя некоторое время его ноги коснулись земли, и он посмотрел вперёд, увидев там восьмиугольный павильон. На его углах висело восемь фонарей, издавая лёгкий свет.

Син Ань насторожился и тщательно осмотрел павильон, не осмеливаясь идти вперёд.

Гроб был слишком странным. В нём не было трупов, а лишь этот павильон, но здесь всё равно стило быть крайне осторожным.

Из павильона впереди исходил свет, всё остальное было поглощено тьмой. Из неё в любой миг мог кто-то выпрыгнуть.

Цинь Му шагнул вперёд и подошёл к павильону. Он увидел внутри лишь каменный стол и четыре каменных стула.

На столе стоял чайник и две чашки. Одна из них была пустой, а вторая полной. У чая был нефритово-зелёный оттенок, над ним до сих пор поднимался пар.

Усевшись за столик, Цинь Му поднял чашку обеими руками. Опустив голову, он поклонился в пустоту.

Затем он поднял голову и горько вздохнул:

— Когда мы встретились впервые, ты называл меня младшим братом, а я вёл себя довольно жестоко, из-за чего ты начал винить меня в излишней гордости. Ты не знал, что между нами пропасть в сотню поколений, но я знал. Когда ты встретил Ню Бэня, Ню Саньдо, ты должно быть всё понял. Неужели ты хотел выпеть со мной чаю, оставив этот столик здесь?

Подойдя к нему, Сн Ань холодно проговорил:

— Владыка Культа Цинь, тебе хватает смелости пить этот чай? А что, если он отравлен?

Цинь Му наклонил голову и выпил чай. У напитка было сладкое послевкусие, он до сих пор был тёплым. Казалось, будто человек напротив только что его налил, прежде чем уйти.

На лице Цинь Му возникло сложное выражение, он положил чашку на стол, прежде чем налить себе ещё чаю и мягко проговорить:

— Как бы я хотел, чтобы ты сидел напротив, и мы могли бы вместе выпить этот чай. Жаль, что тебя нет.

Он снова наклонил голову и выпил. Несмотря на то, что в чашке был чай, он, казалось, слегка опьянел. Сидя в одиночестве, он тихо спросил:

— Ты вернёшься?

Несмотря на то, что напротив него было пусто, Син Ань не осмеливался сесть. Вместо этого он продолжил стоять снаружи павильона.

В этот момент неподалёку приземлились Янь Цилин и Му Цюбай вместе со своими горничными, и те начали встревожено осматриваться. Король Драконов тоже привёл с собой нескольких сильных практиков, из глаз которых вырвался божественный свет, осматривая округу.

Между тем, Янь Цилин, Му Цюбай и Король Драконов Тян уставились на Цинь Му, сидящего за каменным столом в одиночестве.

Зелёный воробей слетел с плеча юноши и превратился в послушную на вид двушку. Усевшись на соседний стул, она налила чашку чая, прежде чем поднести её ко рту юноши.

Когда возле него появилась такая красотка, Цинь Му, казалось, забыл о всякой сдержанности.

— В Долине Падшего Бога кроется огромная тайна, — неожиданно проговорил Му Цюбай. — Мы, старший брат и младшая сестра, пришли исследовать это место по приказу Его Величества Небесного Императора. Король Драконов Тянь, ты пришёл по приказу Матери Земли, я прав? Мать Земли всё это время находилась в Первобытном Царстве, и секрет Долины Падшего Бога не мог ускользнуть от её глаз.

Король Драконов Тянь немного помолчал, прежде чем ответить:

— Мать Земли говорила, что здесь похоронен Небесный Преподобный, поэтому отправила меня найти его.

Нос Син Аня внезапно дёрнулся, когда он проговорил:

— Кто-то из вас привёл с собой ещё одного человека на поиски этого мёртвого Небесного Преподобного?

Все слегка растерялись.

Син Ань продолжил:

— Я чувствую запах дыхания ещё одного человека. Неужели кто-то воспользовался возможностью и проскользнул сюда, когда вместе с вами?

Как только он это сказал, все ту же ощутили присутствие ещё одного человека и начали нервничать.

Все они были невероятно сильными практиками, как кто-то мог пройти мимо них незамеченным?

— Не нужно беспокоиться, — из темноты раздался смешок, постепенно приближающийся к павильону. В свете фонарей медленно появилось чьё-то лицо.

Улыбающееся лицо выглядело знакомым. Поклонившись, человек проговорил:

— У меня нет злых намерений, я просто пришёл встретить старого друга.

— Тьфу! — чашка в руке Цинь Му внезапно взорвалась, во все стороны брызнул чай.

Грудь юноши яростно вздымалась вверх-вниз, лицо в темноте принадлежало никому другому, как Небесному Преподобному Юю. Оно выглядело так же, как лицо Лань Юйтяня!

Глава 851. Moгила Небесного Пpеподобного

— Небесный Преподобный Юй! — воскликнула Янь Цилин. Она с неверием уставилась на человека, шагающего им навстречу, и тут же повернула голову, смотря на Цинь Му.

Она уже встречала Небесного Преподобного Юя. В сравнении с Цинь Му, он был довольно пухлым юношей.

Более того, Янь Цилин даже сразилась с Цинь Му в попытке украсть Небесного Преподобного Юя, и едва его не убила. Тем не менее, Цинь Му в конце концов сумел одержать верх, и она чуть не погибла.

Тем не менее, разве Небесный Преподобный Юй не должен был быть вместе с Цинь Му?

Кем тогда был тот «Небесный Преподобный Юй», что стоял перед ней?

Син Ань тоже был озадачен и вопросительно посмотрел на Цинь Му. Он также встречал Небесного Преподобного Юя, но просто предположил, что тот был спутником Цинь Му и не обратил на него особого внимания. В конце концов, его совершенствование было слишком низким, чтобы привлечь Син Аня.

Тем не менее, внезапное появление этого «Небесного Преподобного Юя» встревожило Син Аня, он насторожился.

На лице Короля Драконов Тяня тоже возникло озадаченное выражение, его взгляд перепрыгивал с Небесного преподобного Юя на Цинь Му. Когда Цинь Му привёл Небесного Преподобного Юя во Дворец Матери Земли, он успел тщательно рассмотреть его внешность.

Этот « Небесный Преподобный Юй» отличался от того, что был с Цинь Му во дворце, но отличия были не слишком значительными.

В гробу воцарилась тишина.

«Небесный Преподобный Юй» продолжал улыбаться, его взгляд упал на руку Цинь Му.

Потеряв контроль над своими эмоциями, Цинь Му случайно взорвал чашку с чаем. Янь’эр поспешно достала шарф, чтобы вытереть чай с его лица.

Жетон Небесного Преподобного неистово вращался на кончике пальца Цинь Му, постепенно замедляясь.

Этот жетон привлёк внимание «Небесного Преподобного Юя».

Цинь Му проигнорировал его взгляд.

Небесный Преподобный Юй, появившийся в гробу, определённо не мог быть настоящим Лань Юйтянем.

Лань Юйтянь погиб миллион лет назад, его душа была рассеяна. Цинь Му восстановил его физическое тело и вылечил раны. После этого он выковал гроб и отдал его на хранение в Юду Небесному Преподобному Ю.

С тех пор как Цинь Му воскресил Небесного Преподобного Юя и тот начал путешествовать вместе с ним, прошло лишь несколько лет.

Сейчас Небесный Преподобный Юй остался в Академии Реки Ли, чтобы поучиться у мясника.

«Небесный Преподобный Юй», внезапно появившийся в гробу, был стройнее, чем настоящий. После того как последний научился готовить духовные пилюли, он начал воровать еду водного цилиня, и со временем слегка растолстел. Лишь после уроков старого Фермера он сумел вернуться в форму.

Тем не менее, с того момента, как к ним присоединилась Янь’эр, он снова начал набирать вес.

«Небесный Преподобный Юй» стоящий перед ним был в идеальной физической форме, настолько идеальной, что был не слишком похож на человека.

Он выглядел как совершенный Небесный Преподобный Юй, которого Цинь Му встретил на Собрании Яшмового Водоёма.

В этом мире существовал только один Небесный Преподобный Юй. Вероятно, Мастер Дао взял руны Небесного Преподобного Юя с Павильона Хранителя и воссоздал его с помощью божественного оружия создания.

«Кроме того, существует и другое объяснение… кто-то мог освоить технику Будды Брахмы и превратился в Небесного Преподобного Юя. Тем не менее, тот, кто совершенствовал такую технику, уже давно мёртв.»

Цинь Му нахмурился, его взгляд упал на жетон, который постепенно останавливался: «Если тот человек вернулся к жизни, он не был бы таким осторожным. В конце концов, он тоже Небесный Преподобный. Значит, этот Небесный Преподобный Юй был создан с помощью божественного оружия создания, чтобы проверить технику Райских Небес! Хе-хе, существо, создавшее систему совершенствование божественных сокровищ и райских дворцов, стало чьим-то подопытным…»

В конце концов жетон остановился, повисая на кончике пальца Цинь Му. Сторона, на которой было написано одно слово, повернулась к Небесному Преподобному Юю.

Взгляд Небесного Преподобного Юя упал на это слово, и он обнаружил, что это было слово «Му».

Внимательно его рассмотрев, он поднял глаза, встречаясь с яростным взглядом Цинь Му.

Небесный Преподобный Юй слегка улыбнулся:

— Прошло много времени.

Цинь Му рассмеялся, ярость в его глазах погасла. Легким движением пальцев, он спрятал жетон и проговорил:

— И вправду много! Ты пришёл с чужеземных райских небес, как я могу к тебе обращаться? Можно поинтересоваться, ты случайно не мой старый друг?

Небесный Преподобный Юй улыбнулся:

— Нас можно назвать старыми друзьями.

Он не стал объяснять дальше.

Гроб продолжал падать, внутри него воцарилась мрачная атмосфера.

Все уставились на Небесного Преподобного Юя, осматривая его и строя предположения. Глаза Син Аня загорелись: «Этого юношу стоит добавить в мою коллекцию, его физическое тело выглядит даже более совершенным, чем Тело Тирана Цинь Му.»

Гроб внезапно встряхнуло, будто он упал в воду. В следующий миг он начал медленно подниматься, прежде чем со свистом всплыть на поверхность.

Раздался шум потока воды. Она текла невероятно быстро, унося гроб в неизвестность.

Атмосфера внутри оставалась напряжённой, никто не двигался.

Му Цюбай внезапно усмехнулся:

— Младшая сестра, посмотри на этих людей в гробу. Мы пришли с древних райских небес, Король Драконов Тянь пришёл от Матери Земли, эти трое пришли с Вечного Мира, а поддельный Небесный Преподобный Юй принадлежит к поддельной династии. Это довольно странное сборище. Но знаешь, что даже более странно?

Янь Цилин улыбнулась:

— Пожалуйста, просвети нас, старший брат.

Глаза Му Цюбая загорелись:

— Даже более странным является тот факт, что в этом гробу так много живых людей, и совсем нет мёртвых. Гроб, внутри которого лишь живые, очень странный, тебе не кажется? — сказав это, он рассмеялся.

Король Драконов Тянь холодно ответил:

— Сколько мёртвых людей должно быть в этом гробу? Я могу это устроить.

Му Цюбай улыбнулся, в то время как служанки поспешно подошли к нему поближе, закрывая его от Короля Драконов Тяня.

В этот миг из гроба донёсся скрип. Его крышка внезапно открылась, и снаружи показался свет.

Внутреннее пространство гроба было очень обширным. Несмотря на то, что отверстие было довольно маленьким, оно казалось им невероятно широким.

Лучи света, падающие на них, не были слишком яркими, тем не менее, они вызывали у всех внутри искреннее удивление, так как их источником была целая галактика!

Галактика дрейфовала над гробом, её звёзды напоминали песчинки.

Король Драконов Тянь поспешно подпрыгнул, высунув голову наружу, чтобы осмотреться. Он застыл в оцепенении от увиденного.

Остальные бросились следом за ним и выползли наружу, забравшись на крышку гроба.

Янь’эр уселась на плечо Цинь Му, и тот вылетел из гроба вместе с Син Анем и цилинем. Все забрались на крышку, вверху над ними висела удивительная галактика, а под ногами текла река.

Цинь Му посмотрел вниз. Гигантская река стремительно протекала через галактику, мчась в её глубины.

Ширина этой реки выходила за пределы воображения, напоминая Цинь Му Райскую Реку райских небес.

Когда Первобытное Царство вырвалось из-под печати, река Вздымающаяся слилась с райской рекой. Тем не менее, насколько помнил Цинь Му, райская река текла в Первобытное Царство по небу, в то время как Вздымающаяся до сих пор текла по земле. Это значило, что в том месте, где райская река попадала в Первобытное Царство, остались неразрушенные печати.

Если бы разрушить эти печати, Райская Река поднимется в небо.

Все были удивлены тем, что древний колодец был соединён с Райской Рекой. На самом деле гроб упал в реку и уплыл в Первобытное Царство.

Люди на крышке гроба осматривались по сторонам, но так и не могли обнаружить Первобытного Царства.

Они не знали, насколько далеко оно находилось и куда именно плывёт этот странный гроб.

Райская река стремилась к огромному солнцу, прежде чем обойти его по кругу.

Цинь Му рассмотрел солнце вдали, увидев на его поверхности масштабные скопления дворцов. Впрочем, они были полуразрушены, а значит там не было никаких божественных существ.

Вскоре они увидели впереди величественные, ослепительные небеса.

Древние райские небеса находились довольно далеко от них, их окутывал золотой свет. По мере движения гроба эти небеса постепенно становились всё ближе и ближе. Лишь спустя некоторое время все поняли, что эти небеса выглядят величественно лишь издали, — в их центре воцарилась мрачная аура.

Это была аура смерти.

Райская река протекла мимо этих небес, прежде чем внезапно развернуться и двинуться прямо в их сердце. Аура смерти становилась всё сильнее.

Перед ними показались разрушенные Врата Южных Небес. На них висел труп огромного дьявольского бога, разорванного напополам и с торчащим из головы копьём.

Копьё пронзило череп бога, прежде чем вонзиться во врата.

— Что это за райские небеса? — хриплым голосом спросил Король Драконов Тянь.

Янь Цилин и остальные в оцепенении всмотрелись во врата. Позади них виднелись бесчисленные белые кости, принадлежащие дьявольским богам.

Гроб проплывал через небеса, с обеих сторон от него виднелись горы трупов и костей. Это зрелище заставляло всех содрогаться от ужаса.

Цилинь спрятался за спиной Цинь Му и упал на землю, прикрыв лицо лапами, чтобы не видеть картины вокруг. Тем не менее, время от времени он выглядывал наружу, почле чего начинал дрожать от ужаса.

Сундук рядом с ним был невероятно взволнован. Он носился туда-сюда, желая выпрыгнуть и проглотить все эти кости.

По спине Син Аня тоже пробежали мурашки. Он пришёл к выводу, что Долина Падшего Бога была лишь вратами, ведущими к огромному сокровищу, совершенно не подозревая, что они приведут его к такому ужасному месту.

Янь Цилин внезапно проговорила:

— Небесный Преподобный Юй, что ты знаешь о Долине Падшего Бога?

Все уставились на Небесного Преподобного Юя, и тот засмеялся:

— Я тоже не слишком много о ней знаю. Разве вы только что не пришли к выводу, что это кладбище Небесных Преподобных? Логично рассуждая, вам известно больше, чем мне.

— Из твоего рта никогда не услышать правды! — холодно хихикнул Му Цюбай. — Ты не настоящий Небесный Преподобный Юй! Кто ты? Думаешь, если ты откажешься отвечать, мы не схватим тебя и не заставим рассказать все секреты этого места?

Король Драконов Тянь нахмурил брови и проговорил приглушённым голосом:

— Маленький брат с райских небес, будет лучше, если ты расскажешь всё, что знаешь.

«Небесный Преподобный Юй» улыбнулся:

— Я знаю лишь что в Долине Падшего Бога и вправду похоронен Небесный Преподобный. Райская река — это место рождения Северного Божества Сянь У, но с помощью огромной силы её часть была украдена группой людей, которые создали из неё базу для своего восстания. Эта группа людей называлась Небесным Союзом.

Сердце Цинь Му задрожало. Неужели тот, кто здесь похоронен, был Небесными Преподобным из Небесного Союза?

Так кто же был этот Небесный Преподобный?

Внезапно гроб слегка задрожал и остановился у небольшой гавани.

Все вышли на берег и поднялись по лестнице. На самой её вершине была установлена табличка с надписью: «Могила Небесной Преподобной Лин».

Глава 852. Cмepть Hебеcной Преподобной Лин

Увидев надпись на каменной табличке, Цинь Му почувствовал головокружение.

Могила Небесной Преподобной Лин.

Небесная Преподобная Лин была мертва?

Его взгляд наполнился недоумением. Он верил, что даже если Небесные Императоры гибнут один за другим, Небесная Преподобная Лин никогда не умрёт. Тем не менее, сейчас он стоял перед её могилой.

Цинь Му подошёл к каменной табличке, чтобы её осмотреть, и внезапно ошарашенно застыл.

Позади таблички виднелся аккуратный каменный гроб, тем не менее, за ним показалась ещё одна табличка, а за неё ещё один гроб.

Цинь Му всмотрелся вдаль. Впереди лежало ещё больше табличек и гробов, они полностью забили собой Нефритовую Столицу этиx райских небес!

Цинь Му огляделся, обнаруживая, что во всей Нефритовой Столице не было других зданий, кроме каменных табличек и гробов!

Не каждой из них была одинаковая надпись: »Могила Небесной Преподобной Лин.«

Янь Цилин, Му Цюбай, Король Драконов Тянь и »Небесный Преподобный Юй« подошли к нему со спины и безучастно уставились на картину впереди.

Здесь было слишком много могил Небесной Преподобной Лин, отчего по их коже побежали мурашки. Неужели в каждой из них лежала Небесная Преподобная Лин?

— Эти гробы, скорее всего, поддельные. Настоящая Небесная Преподобная Лин должна быть похоронена в Зале Непостижимого Неба! — внезапно воскликнул Му Цюбай. — Будучи одной из девяти Небесных Преподобных, она достойна быть похороненной в Зале Непостижимого Неба!

Король Драконов Тянь зашагал в сторону зала. Янь Цилин и Му Цюбай поспешно отправились за ним, а Син Ань и Небесный Преподобный Юй тут же со свистом испарились.

Остались лишь цилинь Цинь Му и Янь’эр, сидящая не плече юноши.

Цинь Му собрался с мыслями, после чего достал палочку благовоний и тихо положил её у одной из могил.

Спустя некоторое время он обошёл гроб по кругу, схватил его обоими руками и вырвал из земли.

Внутри не было тела, а только чистая вода. На мгновение замер, он закрыл гроб обратно.

Затем он подошёл ко второму гробу и открыл его, чтобы заглянуть внутрь. Там тоже оказалась лишь вода.

Цинь Му ходил по кругу, открывая гробы один за другим, и обнаруживая внутри лишь воду, а не тела Небесной Преподобной Лин.

Юноша безостановочно открывал гробы один за другим, находя внутри них одну лишь воду.

Из Зала Непостижимого Неба внезапно донеслись яростные толчки и громкий голос Короля Драконов Тяня:

— Даже не думайте о том, чтобы забрать себе сокровища Небесной Преподобной Лин! Все они принадлежат Матери Земли!

Цилинь всмотрелся вдаль, увидев, что Король Драконов Тянь превратился в старого дракона, овившись вокруг Зала Непостижимого Неба. Его тело было настолько огромным, что полностью окутало здание, и на нём стояли полубоги, отбиваясь от атак служанок Янь Цилин.

Уровень совершенствования служанок оказался на удивление высоким, им удавалось сдерживать Короля Драконов Тяня.

Внутри зала будто лучи света носились едва различимые силуэты — это были „Небесный Преподобный Юй“, Син Ань и Му Цюбай, которые отчаянно пытались украсть сокровища Небесной Преподобной Лин.

— Владыка Культа, — прошептал цилинь. — Разве нам не стоит отправиться к ним? Они определённо нашли что-то интересное.

Цинь Му поднял ещё один гроб, в котором снова оказалась чистая, прозрачная вода.

Он неподвижно замер. В Нефритовой Столице осталось ещё бесчисленное количество гробов, и проверять их все было слишком долго.

Син Ань, Янь Цилин и остальные решили отправиться прямиком к Залу Непостижимого Неба, что и вправду было лучшим решением. Небесная Преподобная Лин обладала невероятно высоким положением, и её должны были похоронить там.

Гробы в Нефритовой столице, скорее всего, были поддельными.

— Возможно, нам тоже стоит отправиться в Зал Непостижимого Неба, чтобы осмотреться, она и вправду может быть похоронена там.

Цинь Му выпрямил спину, и в тот же миг услышал стук.

Он вздрогнул. Этот звук не был вызван божественным искусством, а напоминал стук по камню.

В Зале Непостижимого Неба продолжалось сражение, но Цинь Му решил отправиться на звук. Вскоре он оказался за пределами Нефритовой Столицы, увидев седовласого старика, разваливающего одно из строений. Он собирал камни, извлекая их с помощью кирки, после чего строил их них каменные гробы.

Цинь Му стоял у него за спиной, молча наблюдая за происходящим. Старик работал невероятно быстро, и создание одного гроба не забирало у него слишком много времени. Закончив, он брался за изготовление каменой таблички, вырезая на ней надпись „Могила Небесной Преподобной Лин.“

Старик, казалось, не заметил появления Цинь Му, и спокойно продолжал работать. Вокруг него быстро скапливались каменные гробы и таблички.

Спустя некоторое время старик остановился, чтобы передохнуть. Подняв голову и посмотрев на Цинь Му, он спросил:

— Это Небесный Преподобный Му?

Цинь Му заметил, что глаза старика были полностью белыми. У него не было зрачков, он был слепым.

— Старик, как ты узнал, что это я? — спросил Цинь Му.

— Сюда уже приходил Небесный Преподобный Цинь, это случилось тридцать тысяч лет назад. С тех пор прошло слишком много времени, я уже не могу отчётливо всё вспомнить? — старец отложил свою кирку. — Небесный Преподобный Цинь пришёл отдать дань своего уважения Небесной Преподобной Лин. Небесная Преподобная Лин приказала мне построить её гроб таким образом, что в него смогут войти лишь двое людей — Небесный Преподобные Му и Цинь. Они смогут войти внутрь с помощью своих жетонов. Так как Небесный Преподобный Цинь уже был здесь, ты можешь быть лишь Небесным Преподобным Му. Тем не менее, кажется, ты привёл за собой незваных гостей.

Цинь Му собрался с мыслями:

— Старик, Небесная Преподобная Лин и вправду мертва?

Старик ответил:

— Она мертва, тем не менее, она всё ещё жива. Она умерла, завершая божественные искусства, позволяющие веществу оставаться неизменным, таким образом обретая бессмертие.

Цинь Му был ошеломлён.

Поднявшись, слепой старик продолжил:

— Небесный Преподобный Цинь приходил, чтобы похоронить её должным образом. Так как Небесному Преподобному Му тоже можно её навестить, можешь зайти.

Старик зашагал вперёд, таща гробы за собой с помощью длинной цепи. Цинь Му последовал за ним, вскоре увидев перед собой райскую реку.

Спустя некоторой время они подошли к её берегу.

Слепой старик отпустил цепи и проговорил:

— Она скоро придёт.

Цинь Му стоял у райской реки. Спустя некоторое время вниз по её течению спустилась женщина.

Сердце Цинь Му внезапно заболело.

Женщина, спускающаяся по реке, была одета в леопардовую юбку и соломенные туфли, а в её волосах виднелась заколка из персикового дерева, — это была Небесная Преподобная Лин, и она больше не дышала.

— Душа учителя, вернись, ученик пришёл похоронить тебя должным образом!

Слепой вошёл в реку и схватил труп Небесной Преподобной Лин. Цинь Му поспешно прыгнул следом, помогая ему вытащить тело на берег.

Общими усилиями, они положили труп в каменный гроб. Вскоре Небесная Преподобная Лин превратилась в чистую воду.

Цинь Му был ошарашен.

Судя по всему, старик ничего на заметил. Закрыв крышку гроба, он продолжил сидеть у берега реки.

Спустя некоторое количество времени по реке спустилась ещё одна Небесная Преподобная Лин в леопардовой юбке и соломенной обуви.

Цинь Му недоумевал. Старик снова вошёл в воду и произнёс:

— Душа учителя, вернись, твоё ученик пришёл похоронить тебя должным образом!

Цинь Му тут же ему помог. Они снова положили труп в могилу и тот превратился в воду.

— Что происходит? — он недоумевал ещё сильнее.

Старик продолжал молча сидеть, дожидаясь, когда по реке снова спустилось тело Небесной Преподобной Лин. Они снова её похоронили, и всё повторилось, — казалось, что её тело не было настоящим, я было лишь речной водой.

Спустя некоторое время в каждом из гробов лежала »Небесная Преподобная Лин«, и старик потащил их в сторону Нефритовой Столицы.

Нефритовая Столица уже была битком забита гробами и табличками, и старику вонзить гробы в землю за её пределами.

Цинь Му отправился следом за ним, отдавая дань уважения каждому из гробов, прежде чем вернуться к месту, где он брал камни и продолжить размахивать киркой.

Спустя некоторое время, когда терпение Цинь Му исчерпалось, он спросил:

— Старик, что здесь происходит?

Слепой отложил кирку и с ошарашенным выражением лица проговорил:

— Учитель провела всю жизнь изучая навыки и божественные искусства. Обычно она была одинокой и редко заводила друзей. Возможно, она взяла меня себе в ученики из-за скуки. Я был рождён в Эпохе Высшего Императора, и став её учеником, я совершенствовался вместе с ней и наблюдал за её жизнью. Тем не менее, она всё время говорила о двух людях, внезапно появившихся во времена Эпохи Дракона Ханя, которые сильно её с помогли.

Цинь Му почувствовал приятное тепло в сердце.

Этими двумя человеками были он и Императора-Основатель.

— Она всегда вспоминала о Небесных Преподобных Му и Цине. Она хотел их найти, но все её попытки оказались неудачными.

Слепой старик снова поднял свою кирку и продолжил ломать камень:

— Эпоха Высшего Императора была очень долгой. В то время её так и не удалось найти этих двух Небесных Преподобных, и она больше не могла держать себя в руках. Её божественное искусство было почти готово, а с поддержкой Небесного Союза райские небеса Высшего Императора тоже одержали победу. Я до сих пор помню тот день, когда она взяла кусок райской реки и продемонстрировала своё божественное искусство. В тот день…

Стук прекратился.

Цинь Му почувствовал, как его волосы встают дыбом.

Райские Небеса Высшего Императора одержали победу при поддержке Небесного Союза?

Какую победу?

Речь идёт об уничтожении Северных райских небес Высшего Императора?

Райские небеса, поддерживаемые Небесным Союзом, были Южными райскими Небесами Высшего Императора?

— В тот день райская река была разделена. Учительница стояла на небесах, и с помощью своего божественного искусства смогла заморозить вещество райской реки. Она даже вернула его к состоянию древних времён, а после отправила в будущее. Я до сих пор помню, как стоял на берегу, наблюдая как над рекой внезапно понимается туман. Учительница стояла посреди него, а затем она с ним слилась.

В тот день Первобытное Царство прошло через удивительные изменения.

Бескрайняя райская река внезапно разделилась, её огромный кусок исчез без вести.

Из-за этого ситуация на Южных райских небесах Верховного Императора стала нестабильной, и вскоре они подверглись нападению чужеземных райских небес. Эта атака полностью их уничтожила.

— Небеса, на которых мы сейчас находимся, это Южные райские небеса Высшего Императора? — внезапно спросил Цинь Му. — Кто же тогда похоронен в зале Непостижимого Неба?

— Ясное дело, там лежит Небесный Император Эпохи Высшего императора. Он погиб в битве, пытаясь защитить Небесную Преподобную Лин. Я похоронил его в зале Непостижимого Неба.

Слепой старик продолжил:

— Небесный Император эпохи Высшего Императора тоже был членом Небесного Союза. Он был учеником одного из Небесных Преподобных. В прошлом все Небесные Императоры были их учениками, тем не менее, падение Южных райских небес Высшего Императора было вызвано не божественным искусством учительницы, а предательством Небесного Союза.

В тот момент, как Небесная Преподобная Лин продемонстрировала своё божественное искусство, измена Небесного Союза позволила райским небесам захватить Южные райские небеса Высшего Императора. Как только наступила тьма, Небесная Преподобная Лин исчезла в тумане.

В тот момент разразилась ужасающая сила, и чей-то внушительный силуэт набросился на Небесную Преподобною Лин.

Южные райские небеса Высшего Императора пали, оставив после себя лишь руины.

— Позже я увидел труп учительницы, плывущий по течению реки, — слепой достал жетон Небесной Преподобной Лин и продолжил. — Я построил эту гробницу и создал механизм, позволяющим войти сюда лишь Небесным Преподобным Му и Циню.

Цинь Му посмотрел на жетон Небесной Преподобной Лин. Тот был такого же размера, что и его собственный, а значит старик построил механизм, базируя его на нём.

— Почему тогда ты говоришь, что она всё ещё жива? — внезапно спросил Цинь Му.

Старик отложил кирку и взял цепи, начиная тащить гробы к реке. По дороге он ответил:

— Небесный Преподобный Цинь приходил сюда, и говорил, что он встречал Небесную Преподобную Лин. Та сама его нашла и рассказала много интересного.

Цинь Му ошеломлённо застыл на некоторое время. Придя в себя, он догнал старика и спросил:

— Откуда взялись чужеземные райские небеса? Кто их Небесный Император? Если даже это и так, Небесная Преподобная Лин определённо об этом знает!

— Небесный Император чужеземных райских небес это… — старик повернулся, на его морщинистом лице возникла странная улыбка, напоминающая выражение ужаса. — Небесный Союз… Небесный Преподобный Му, это Небесный Союз, который ты построил…

Глава 853. Tрупный Демoн

Тело Цинь Му замерло. Небесным Императором чужеземныx райских небес был Небесный Союз?

Слепой старик имел в виду, что Небесным Императором стал кто-то из Небесного Союза, или же райские небеса возглавил весь Небесный Союз?

Он никогда раньше об этом не думал.

Неужели Небесным Императором чужеземных райских небес был не один человек, а группа людей, которые вместе решали, как пользоваться своим положением?

Если это правда, то он мог понять картину Эпохи Высшего Императора.

Эпоха Высшего Императора была вызвана Матерью Земли.

Мать Земли пеклась о своих детях и помогла им создать Эпоху Высшего Императора и построить райские небеса, которые позже начали называться Северным Небесным Императором.

Между тем, Небесный Союз поддержал другую группу людей и создал Южные райские небеса Высшего Императора, которые начали соперничать с Северными.

Бои между двумя райскими небесами длились триста лет.

В то время чужеземные райские небеса были лишь наблюдателем, сидящим на горе следя за сражением двух тигров.

Тогда они ещё были райскими небесами Дракона Ханя.

После того, как райские небеса Дракона Ханя захватили Небеса Ханя и Небеса Дракона, они стали настоящим гигантом, в нём уже были боги, совершенствовавшиеся из полубогов и существ, появившихся после начала мира.

Тем временем Небесный Союз становился всё сильнее и сильнее, используя различные методы чтобы постепенно заменить основы чужеземных райских небес и взять их под свой контроль.

Все древние боги чувствовали себя в опасности. Небесный Герцог и Граф Земли понимали, что их положение находится под угрозой, и их могли заменить.

Строение Небесного Союза тоже начало меняться из-за появившихся на горизонте возможностей и власти.

В Небесном Союзе, контролирующем чужеземные райские небеса, начали возникать конфликты, которые нельзя было решить компромиссом. Философия Южного Высшего Императора состояла в том, что люди были важнее небес, и что боги тоже должны были им служить.

Тем не менее, после того как Небесный Союз захватил чужеземные райские небеса и овладел их властью и авторитетом, Южные райские небса Высшего Императора стали бельмом в его глазу, угрозой его правлению.

Сразу после того, как Небесный Союз уничтожил Мать Земли, в нём разгорелись противоречия. После её смерти Северный Высший Император был уничтожен, главной задачей Небесного Союза стало уничтожение Южного Небесного Императора.

Битва между ними началась тогда же, когда Небесная Преподобная Лин украла часть Райской Реки, чтобы проверить своё божественное искусство. Если бы она не погибла, уничтожить Южные райские небеса Высшего Императора было бы невозможно.

Ужасающее существо пробилось в туман и убило Небесную Преподобную Лин. В то же время боги чужеземных райских небес атаковали Южные райские небеса Высшего Императора, что привело к полному исчезновению райских небес Высшего Императора.

Такой была догадка Цинь Му.

Хотя много вопросов оставались без ответа, он чувствовал, что его версия более или менее близка к истине.

Он снова вернулся со стариком к берегу Райской Реки, и начал хоронить «трупы» Небесной Преподобной Лин, спускающиеся по течению. Как и раньше, они превращались в чистую воду.

Цинь Му не удержался, проговорив:

— Старик, божественное искусство Небесной Преподобной Лин делает вещество неизменным, не позволяя ему увеличиваться или уменьшаться. Даже если она умирает, её тело всё равно вернётся к жизни из-за неизменности вещества. Ты никогда не сможешь похоронить её тело, оно будет превращаться в речную воду. На самом деле она уже превратилась в кусок неизменного пространства Райской Реки. Она стала туманом, и её нет дела до того, что ты делаешь! Её всё равно на те камни и гробы, что ты для неё воздвигаешь!

Цинь Му был одним из немногих людей, которые понимали Небесную Преподобную Лин.

Он лучше всех понимал её божественное искусство, именно он вместе с Императором-Основателем передали ей незавершённое божественное искусство создания. Кроме того, именно они помогли ей довести своё исследование до конца.

Спустившись на борт корабля призрака, Цинь Му сумел воспользоваться силой четырёх божеств, чтобы разрушить её божественное искусство. Тем не менее, тогда он имел дело с его незавершённой версией.

Когда речь шла о понимании божественного искусства Небесной Преподобной Лин, ему не было равных.

В его глазах, старик, стоящий у берега и собирающий тела Небесной Преподобной Лин, был совершенно ненужным. Дело было в том, что Небесная Преподобная Лин уже слилась со своим божественным искусство, становясь им.

В таком состоянии она будет жить вечно, бесконечно умирая и возрождаясь.

Цинь Му догадался, что туман, который он встретил у истоков Вздымающейся, был божественным искусством Небесной Преподобной Лин. Именно она вернула его обратно во времени, отправляя в эпоху Высшего Императора.

В то время Цинь Му попросту этого не знал.

Слепой старик положил тело в каждый гроб и потащил их в сторону кладбища, тихо отвечая:

— О ней никто не заботится, даже она сама. Учительница жила ради Дао, она чистый человек, она настолько невинна, что в её сердце есть лишь Дао! Её не обременяли все те мысли, что есть у вас, она не хитра и не стремится к власти, она не была для кого-то угрозой, так почему же ей пришлось умереть? Почему её нельзя было оставить в живых?

Слепец впал в ярость и поднял голову, начиная вить, будто раненый зверь.

— Почему такому чистому человеку пришлось умереть? Почему вы, двое Небесных Преподобных, не могли взять свою ответственность на себя? Почему вы вернулись во времени и положили на неё такое тяжёлое бремя?

Его волосы встали дыбом от гнева, он сердито кричал:

— Разве вы не могли понести эту ответственность? Почему вы ушли? Разве вы не могли пойти по этому пути вместе с ней? Почему вы оставили её наедине с опасностью?

— Она не понимает, Небесный Преподобный Му! Она действительно не понимает…

По его старому лицу потекло две линии кровавых слёз. Он тащил гробы вперёд, его голос постепенно становился спокойнее.

— Почему я её хороню? Почему я прихожу к этому берегу снова и снова, чтобы положить её в могилу? Небесный Преподобный Му, разве ты не понимаешь? Всё потому, что она мертва. В своём божественном искусстве она умирает снова и снова, разве ты не понимаешь боли смерти?

— Она пережила бесчисленные смерти, поэтому я должен хоронить её бесчисленное количество раз. Дело в том, что каждая смерть болезненна и реальна. Она вынуждена раз за разом повторять такую смерть…

Ошарашенный, Цинь Му проводил его взглядом.

Янь’эр слетела с его плеча и превратилась в красивую девушку. Достав шёлковый платок, она вытерла слёзы с его лица.

Улыбнувшись, юноша прохрипел:

— Я в порядке, спасибо, старшая сестра.

Из Нефритовой Столицы донеслись ужасающие толчки и громкий смех Короля Драконов Тяня. Ни на кого не обращая внимания, он бросился к чёрному гробу, висящему над рекой:

— Сокровища Небесной Преподобной Лин теперь мои! У Матери Земли появился шанс на воскрешение!

Старый дракон тащил на своём плече второй гроб, радостно открыв его, прежде запрыгнуть внутрь.

— Сокровища Небесной Преподобной Лин лежат внутри этого гроба…

Изнутри гроба над рекой раздался смех Короля Драконов Тяня, и Цинь Му внезапно услышал, что этот смех постепенно превращается в жалкие вопли. Гроб начал яростно дрожать, отчего поверхность райской Реки забурлила, покрываясь высокими волнами!

Вскоре из гроба вытекла свежая кровь и она прекратил дрожать.

Уголки глаз Цинь Му дёрнулись, он уставился на гроб, витающий над поверхностью реки.

В Зале Непостижимого Неба Нефритовой Столицы воцарился хаос, он уже превратился в руины. Полубоги, которых привёл Король Драконов Тянь, были мертвы, а служанки Янь Цилин и Му Цюбая получили серьёзные ранения в бою с Тянем. Все они лежали на земле.

Несколько силуэтов молниеносно вылетели из Зала Непостижимого Неба, увидев как Райская Река превращается в море крови. Красная жидкость выливалась из гроба, окрашивая собой реку.

Сердца всех вокруг дрогнули, когда внезапно подвешенный гроб с треском открылся. Внутри показался гроб, который таскал на своей спине Король Драконов Тянь.

Он тоже был открыт, и изнутри доносились звуки жевания, будто там кого-то пожирали!

Внезапно из гроба, будто потоп, хлынула кровь, брызжа во все стороны.

Райская Река, окрашенная в цвет крови, стала ещё краснее.

Плюх!

Из гроба вылетела огромная драконья голова, прежде чем удариться о воду и медленно спуститься на речное дно.

На берегу Райской Реки резко дёрнулись уголки глаз Син Аня, он схватил свой сундук и медленно начал отступать.

«Небесный Преподобный Юй», Янь Цилин и Му Цюбай тоже тайком начали шагать назад.

Их способности были относительно невысокими, поэтому Король Драконов Тянь не обратил на них внимания в недавней битве, позволяя выжить.

Тем не менее гроб, за который они сражались, теперь вызывал у них лишь ужас.

Внезапно из гроба показались лапы, покрытые зелёными волосами, из которых торчали когти, будто отлитые из золота и меди. Выражения лиц всех вокруг резко изменились. В этот миг из гроба выпрыгнул чей-то силуэт, и небо над Райской Рекой закрыла изодранный плащ.

Это был несравнимо сильный труп императора, успевший превратиться в гробу в трупного демона. Его пасть сверкала острыми, как бритва, зубами, между которыми застряли куски плоти Короля Драконов Тяня.

На райских небесах воцарилась гробовая тишина, их начал окутывать трупный газ. Трупный демон нёсся по небу, будто молния, направляясь прямо к ним.

Янь Цилин завизжала от ужаса, и несколько служанок тут же бросились в небо, чтобы остановить труп императора.

После сражения с Королём Драконов Тянем они выжили, несмотря на серьёзные ранения. Их способности были невероятно высокими, тем не менее, труп императора схватил их одна за другой и сожрал.

Все поспешно бросились в разные стороны, пытаясь сбежать.

Трупный демон странно улыбнулся, его красный плащ затрепетал на ветру. Внезапно спустившись, он накрыл им большую часть дворца и схватил одну из служанок, не успевшую бежать.

Из зала раздались крики, которые быстро утихли.

Плащ снова подлетел в воздух и закрыл небо. Трупный демон начал носиться вокруг, пытаясь найти кого-то живого.

— Старший брат! — слепой старик отложил свою кирку в сторону и громко прокричал: — Старший брат! Ты уже мёртв, возвращайся туда, где тебе место!

Услышав голос старика, трупный демон тут же на него набросился. Он переполнился высокомерием, присущим Небесному Императору Эпохи Высшего Императора области Императорского Трона!

Слепой старик схватил одной рукой топор и кирку второй. С громким звоном он стукнул их друг о друга!

Из кирки вырвался луч света, пронзая межбровье трупного демона.

Будто пропустив сильный удар, трупный демон улетел назад, падая в гроб над рекой.

Крышка гроба тут же закрылась.

Старик положил свои топор и кирку и начал размахивать цепью, отчего та становилась всё длиннее и длиннее, прежде чем забросить её на гроб. Дёрнув цепь, он отправил гроб в руины Зала Непостижимого Неба.

Когда гроб Небесного Императора упал на землю, разбросанные вокруг кирпичи внезапно подлетели в небо. Балки вернулись на свои места, отстраивая наполненный гробами Зал Непостижимого Неба, возвышающийся над Нефритовой Столицей.

Не успев оправиться от шока, все вокруг снова почувствовали глубокий ужас.

Цинь Му с удивлением посмотрел на слепого старца. В его виде не было ничего особенного, но его совершенствование оказалось неизмеримо высоким. Он не уступал существу области Императорского Трона!

«Небесный Преподобный Юй» подошёл к старику, его взгляд дрожал:

— Ты… ученик Небесной Преподобной Лин И Шишэн. Ты до сих пор жив, и был здесь всё это время?

Не обращая на него внимания, старик продолжил размахивать топором и киркой.

Улыбнувшись, «Небесный Преподобный Юй» проговорил:

— Ты обладаешь удивительными способностями, так почему ты закрылся в таком уединённом месте? Небесная Преподобная Лин отрубила часть Райской Реки и заменила её собой, становясь веществом реки. Её божественное искусство удивительно, я им восхищён. Ты её ученик, и определённо что-то у неё выучил. Райские небеса нуждаются в таких талантах, как ты.

Старик оторвался от работы и повернулся к нему, ошарашенно спрашивая:

— Ты один из моих старших дядей? Если тебе известно, что моя учительница стала частью вещества Райской Реки, для чего ты сюда пришёл?

«Небесный Преподобный Юй» улыбчиво ответил:

— Я пришёл на неё взглянуть и убедиться, что она действительно мертва.

— Теперь ты спокоен? — спросил слепой старик.

— Естественно, — ответил «Небесный Преподобный Юй».

Слепой сжал свой топор покрепче, прежде чем внезапно ослабить хватку и равнодушно проговорить:

— Старший дядя, уходи, не приходи сюда и не нарушай нашего покоя.

«Небесный Преподобный Юй» тихо рассмеялся.

Старик повернулся к Цинь Му и холодно проговорил:

— Небесный Преподобный Му, ты тоже уходи. Забери их всех с собой. Вам здесь не место!

Тяжело вздохнув, Цинь Му серьёзно ответил:

— Не волнуйся, я спасу Небесную Преподобную Лин. Я всегда держу своё слово.

Он обернулся и пошёл в сторону гроба, висящего над Райской Рекой. За его спиной снова раздался стук кирки, он не знал, услышал ли его старик.

Глава 854. Возвpащeние Короля Драконов Тяня

Цинь Му зашёл в гроб над рекой, следом за ним вошёл Син Ань с сундуком, бросив взгляд на «Небесного Преподобного Юя», Янь Цилин и Му Цюбая, которые уже сидели внутри.

Слепой старик не был рад гостям, поэтому им оставалось лишь уйти.

Внезапно со дна реки поднялась окровавленная голова Короля Драконов Тяня и запрыгнула в гроб. Остальные части его тела были сожраны трупным демоном.

Тем не менее, он до сиx пор был жив, находясь на грани смерти.

Король Драконов Тянь бросил на них грозный взгляд и спрятался в углу, начиная задыхаться. Он насторожено осматривался, с его головы поднимался трупный газ.

Трупный демон, в которого превратился Небесный Император, обладал невероятно сильным ядом, который проник в мозг дракона и начал убивать его исконный дух.

Гроб над рекой громко закрылся.

Снаружи снова раздался шум воды. Раньше внутри было много людей, но теперь из них осталось лишь несколько. Бесчисленные жизни были потеряны, чтобы открыть печати Долины Падшего Бога, некоторые погибли сражаясь между собой или же от рук трупного демона.

Из огромного числа служанок Янь Цилин осталась лишь одна. Более того, даже она была серьёзно ранена.

Тем не менее, в гробу всё ещё было крайне опасно.

Трупный яд продолжал поглощать Короля Драконов Тяня, и несмотря на то. Что от него осталась лишь голова, он до сих пор тяжело дышал.

— Король Драконов Тянь, ты сейчас превратишься в труп, — не удержавшись, предупредил цилинь. — Владыка Культа отлично владеет искусством исцеления, он может помочь тебе от избавиться от яда.

— Хе-хе, вы хотите меня убить?

Голова Короля Драконов Тяня тяжело дышала. Потоки воздуха проникали в его рот и из шеи, выплескивая наружу трупный газ.

Божественный дракон был невероятно осторожным, и усмехнулся:

— Вы не в силах меня убить, поэтому решили меня отравить? Не так быстро! Хе-хе-хе…

Цилинь нахмурился и уставился на Цинь Му.

Цинь Му покачал головой:

— Я не могу его спасти. Даже мне не под силу разобраться с трупным ядом трупа императора. Если бы здесь был дедушка целитель, у нас была бы надежда.

Сердце цилиня наполнилось печалью. Король Драконов Тянь одарил его своей добротой и помог завершить свою технику. Он и вправду хотел спасти божественного дракона, но если Цинь Му не мог ничего сделать, то это было ему не под силу.

Король Драконов Тянь продолжал использовать свою магическую силу в попытках избавиться от трупного газа, но все вокруг могли отчётливо видеть, как его жизненная Ци постепенно меняет цвет, превращаясь в серо-зелёную серную жидкость.

Руны божественных искусств, созданные из его жизненной Ци, были испорчены трупным ядом, и рассыпались одна за другой.

Син Ань почувствовал леденящий кровь холод, и молча вышел из зала вместе со своим сундуком. Уйдя во тьму, он исчез.

Два огромных драконьи глаза Короля Драконов Тяня побелели. Его зрачки исчезли, и всё же он продолжал моргать, будто видел.

Янь Цилин и Му Цюбай насторожились и тоже тайком отступили, исчезая во тьме.

Цинь Му дал сигнал цилиню, и тот поспешно последовал за ним. Янь’эр превратилась в зелёного воробья и забралась на голову цилиня, скрываясь во тьме вместе с ними.

Небесный Преподобный Юй тоже покинул зал, где-то затаившись.

— Я вас вижу! — изо рта Короля Драконов Тяня вытекала трупная жидкость, он продолжал осматриваться своими белыми глазами и кричать. — Я вас вижу, даже не думайте пытаться причинить мне вред!. Я вас вижу!..

Его дыхание остановилось, и в следующий миг огромная голова бесшумно подлетела. Её окутывал зелёный туман, издав странный вопль, она засмеялась:

— Я вас вижу! — летя в сторону тьмы, она смеялась. — Я вас вижу! Где вы спрятали моё тело? Как только я словлю и сожру вас, моё тело отрастёт обратно, хе-хе…

Пространство внутри гроба было невероятно обширным. Когда они впервые запрыгнули внутрь, то довольно долго падали, прежде чем наконец достичь дна. Но теперь, когда Цинь Му шагнул в его тьму, он обнаружил, что здесь было даже больше места, чем он думал раньше.

Гроб был средством передвижения, позволяющим доставить Небесных Преподобных к месту захоронения Небесной Преподобной Лин, его построил слепой старику. Способности последнего оказались невероятно высокими, и он исказил внутреннее пространство гроба, делая его огромным. Цинь Му шёл вперёд очень долгое время, тем не менее, так и не достиг края.

— Жирдяй? — позвал Цинь Му.

В ответ не раздалось ни звука.

Ошарашенный, Цинь Му поспешно остановился. Его сердце неистово билось, а жизненная Ци превратилась в огненный шар, освещая собой округу. Цилинь и Янь’эр бесследно исчезли!

В этом месте попросту было слишком темно. Из-за этого он не заметил, как исчезли цилинь и Янь’эр!

По лбу юноши покатились капли холодного пота, он подумал: «На его голове сидит Янь’эр, жирдяй будет в порядке.»

В этот миг раздался странный смех Короля Драконов Тяня:

— Я тебя вижу!

Цинь Му поспешно погасил огненный шар и использовал технику Иллюзорной Тени, чтобы превратиться в тень на земле.

Вьюх!

Огромная голова Короля Драконов Тяня качаясь пролетела над ним, её глаза сверкали ослепительным зелёным блеском.

Цинь Му облегчённо вздохнул, и его тень поднялась над землёй. Задрожав, она увеличилась в объёме, восстанавливая нормальный вид.

— Я тебя вижу! — издали донёсся смех Короля Драконов Тяня, следом за ним раздался чей-то жалкий вопль. Было неизвестно кто именно пострадал.

Цинь Му собрался с мыслями, в то время как голова Короля Драконов Тяня улетела вдаль. Спустя некоторое время её смеха уже не было слышно.

В окрестностях воцарилась тишина.

Цинь Му достал пилюлю меча, и его сердце слегка дрогнуло. Пилюля внезапно рассыпалась, превращаясь в облако мечей, охватившее собой всё в радиусе трёхсот метров.

Он продолжил медленно шагать во тьме, летающие мечи двигались в такт с его телом. Они качались вверх-вниз, непрерывно выстраивая новые построения.

В этот момент возле зала показался чей-то силуэт, входя внутрь здания. Му Цюбай облегчённо вздохнул: «Король Драконов Тянь превратился в трупного демон и гонится за моей служанкой, а значит не скоро сюда вернётся. Это самое безопасное место… Кто там?»

Он внезапно оглянулся и нервно уставился в темноту.

Во тьме раздались едва различимые шаги, и перед ним показался юноша с сундуком.

Му Цюбай облегчённо вздохнул и неторопливо проговорил, улыбаясь:

— Итак, это эксперт, пришедший вместе с Небесным Преподобным Му. Ты держался поблизости, должно быть, ты, как и я, понял, что это самое безопасное место. Судя по всему, ты не обделён умом.

— Мне очень нравится твоё тело.

Син Ань положил свой сундук и посмотрел на него пылающим взглядом, будто восхищаясь произведением искусства.

Сундук с грохотом открылся, в то время как Син Ань продолжал осматривать Му Цюбая, наклонив голову. Огонь в его глазах пылал всё сильнее.

Му Цюбай почувствовал себя крайне неловко и усмехнулся:

— Мы с тобой сталкивались в зале Непостижимого Неба, и я должен признать, что ты и вправду очень силён. Тем не менее, ты, должно быть, не ожидал, что я ученик древнего бога Небесного Императора. Я с детства совершенствовался вместе с Его Величеством, и знаю наизусть всё великое Дао мира. Бросать мне вызов — это самоубийство.

Син Ань продолжал его рассматривать, кивая головой:

— Ученик Небесного Императора, не странно, что твоё физическое тело и исконный дух так хороши. Чтобы разобраться с тобой, мне придётся использовать свой козырь… Владыка Культа Цинь всегда говорил, что воруя чужие конечности для своего бессмертия я пошёл по неправильному пути. Меня всегда презирали и пытались убить, они меня не понимали.

В сундуке осталось не слишком много тел, так как большинство их них были утеряны в Долине Падшего Бога, но в этот миг из него поднялась ужасающая аура.

Слегка улыбнувшись, Син Ань проговорил:

— Они думали, что я делал это ради бессмертия, но для меня это было лишь мечтой, так как я не мог стать богом. Теперь моя мечта стала ещё большей.

Из сундука постепенно вылезло огромное тело, созданное из рук, голов и других частей тел десятков богов. Оно подползло поближе, все его головы взволнованно уставились на Му Цюбая.

Син Ань забрался на этого гиганта и тихо проговорил:

— Я собираюсь добавить тебя в свою коллекцию.

Гигант взмыл в небо и набросился на Му Цюбая.

Мысли последнего вскипели: «Что это за Дао? В сокровищнице Небесного императора о нём не было ни слова!»

Во тьме Цинь Му ощутил колебания божественного искусства, донёсшиеся со стороны зала, и его сердце слегка дрогнуло. Он сразу же двинулся в их сторону.

Внезапно он остановился, увидев перед собой яркие вспышки божественных искусств

— Третье Дао Матери Земли? — раздался голос Янь Цилин. — Первое Дао Великого Владыки Солнца! Второе Дао небесной Императрицы! Шестнадцатое Дао Небес! Кто ты такой, чтобы контролировать все эти Дао?

Лучи яркого света пронзили тьму, и Цинь Му оглянулся, увидев Янь Цилин и «Небесного Преподобного Юя».

Совершенствование Янь Цилин оказалось невероятно высоким. Сразившись с ней в прошлый раз, он был почти избит до смерти.

Янь Цилин была ученицей древнего бога Небесного Императора. Прендок Дао должен был изучить все Великие Дао мира. Прежде чем передать их её учителю, благодаря чему девушка так хорошо разбиралась в Великом Дао.

Самым важным был тот факт, что Янь Цилин обрела истинные учения Небесного Императора и совершенствовала Первое Дао Небесного Императора, обладающее ужасающей силой!

И всё же, «Небесный Преподобный Юй», стоящий перед ней, был намного страшнее. Янь Цилин лишь была знакома со всеми видами Дао, в то время как он мог свободно использовать все их божественные искусства. Каждой из них было крайне изящным и мощным. Казалось, будто их исполнял сам древний бог, которому они принадлежали!

Оказавшись в невыгодном положении, Янь Цилин внезапно разразилась яростным криком, исполняя великое божественное искусство Первого Дао Небесного Императора.

В этот миг законы Дао разразились, будто к ним снизошёл сам Небесный Император. Ужасающие волны силы устремились к «Небесному Преподобному Юю».

Между тем тот исполнил такое же божественное искусство. Янь Цилин с ужасом наблюдала как сталкиваются два великих божественных искусства Первого Дао. В следующий миг вспыхнул яркий свет, освещая всё в радиусе нескольких километров!

Кашляя кровью, Янь Цилин отлетела назад. Её тело внезапно превратилось в чёрного воробья с белым брюхом, улетая прочь.

«Небесный Преподобный Юй» сделал два шага, пытаясь её догнать, дно внезапно остановился и уставился на Цинь Му.

Их взгляды встретились, их два невидимых кулака безжалостно столкнулись. Это заставило воздух сжаться, вызывая сильные порывы ветра.

— Я вас вижу, хе-хе… — в их сторону молниеносно бросилась огромная голова.

Цинь Му махнул рукой в качестве приглашения, и »Небесный Преподобный Юй« ухмыльнулся. Они двинулись друг другу навстречу.

Свет великого божественного искусства Первого Дао погас, и их поглотила тьма. Тем не менее, они продолжали шагать вперёд.

Разразилась трупная вонь, и в небе показалась ухмыляющаяся голова Короля Драконов Тяня:

— Я вас вижу…

Цинь Му и „Небесный Преподобный Юй“ продолжали идти вперёд, последний сложил руки за спиной, шагая в темноте:

— В прошлом, на собрании Яшмового Водоёма, ты потряс весь мир своим несравненным божественным искусством, оно и вправду вызывало восхищение. Даже сейчас его можно счесть неплохим. Я уже встречал взрослого Небесного Преподобного Циня, он мог держать весь мир в напряжении своими техниками. К сожалению, он совершенствовался не слишком долго.

Уверенно шагая вперёд, Цинь Му ответил серьёзным тоном:

— Стащив несовершенное тело, ты набрался смелости здесь показаться, тем не менее, твоё совершенствование и способности совсем не сильны. Убить тебя будет несложно.

„Небесный Преподобный Юй“ рассмеялся в ответ:

— Ты думал, что божественные искусства райских небес всегда оставались неизменными и не развивались? Ты слишком наивен. Божественные искусства райских небес развились до уровня, который ты не в силах представить. Прошёл миллион лет, Небесный Преподобный Му. С тех пор, как ты стал героем Собрания Яшмового Водоёма, прошёл миллион лет. Ты не понимаешь, насколько за это время развились божественные искусства, — он ухмылялся. — Ты всё ещё ослеплён славой, которую завоевал миллион лет назад, напоминая жабу на дне колодца.

Вьюх!

Огромная драконья голова остановилась между ними, испуская облака зелёного трупного газа. Один её глаз смотрел налево, а второй направо, в то время как из улыбающегося рта вытекала зелёная жидкость:

— Я вижу вас обоих…

Цинь Му и „Небесный Преподобный Юй“ рванули вперёд, одновременно атакуя друг друга, не обращая внимания на голову между ними!

Глава 855. Меч, Неcущийся пo Небу

Голова Короля Драконов Тяня выглядела невероятно огромной, вися в воздухе между ними. К этому времени она окончательно превратилась в живого мертвеца и обрела ярко-зелёный цвет. Даже волоски его драконьей бороды стали зелёными и покрылись трупной жидкостью.

Божественные искусства Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя» взорвались с обеих сторон от головы Короля Драконов Тяня. Цинь Му поднял руку и схватил летающий меч, носящийся вокруг него, прежде чем ударить вперёд. Бесчисленные лезвия бросились следом за этим мечом, мчась в сторону головы Короля Драконов Тяня. B следующий миг все они покрылись трупным ядом.

Вылетев с другой стороны головы, летающие мечи Цинь Му окружили собой «Небесного Преподобного Юя», выстраиваясь в построение.

В тот же миг «Небесный Преподобный Юй» исполнил божественные искусства Сорок Девятого Небесного Дао. Он освоил сорок девять путей, превратив их в сорок девять искусств.

На теле Небесного Герцога Сюаньду жили бесчисленные дьявольские боги. Путём наблюдения и измерений, райские небеса тщательно изучили их божественные искусства. Тело самого Небесного Герцога тоже было изучено до мельчайших деталей, секрет его божественных искусств тоже был раскрыт.

Цинь Му сумел изучить лишь Великое Дао Небесного Огня, рассмотрев кристаллы призмы небесного огня, тем не менее, райские небеса сумели изучить все остальные Великие Дао. Единственным их просчётом было лишь то, что они воссоздали Небесное Дао с помощью одной лишь макроскопической математики, микроскопическая математика была упущена.

Божественные искусства «Небесного Преподобного Юя» разделились на различные формы. Среди них виднелась небесная сеть, кристальная башня небесного огня, райская лодка, божественный памятник, небесный купол, солнечный день, лунная ночь и небесная бездна. Затем все они внезапно слились воедино, превращаясь в одну мудру. Сложные руны, из которых они были созданы, двинулись сквозь голову Небесного Преподобного Юя, будто сквозь пустоту, целясь в Цинь Му.

Два божественных искусства не сталкивались друг с другом, вместо этого двигаясь прямиком к телу противника в попытке убить его первым же ударом.

Голова Короля Драконов Тяня до сих пор была меду ними, и хотя после воскрешения он ещё не успел прийти в себя, его уровень совершенствования оставался высоким.

Если бы он сделал ход против них, то ни у одного из юношей не оказалось бы возможности отбиться, так что лучшим вариантом для них было бы убить противника как можно быстрее, чтобы затем скрыться.

Мудра Небесного Дао выглядела так, будто Небесный Герцог лично спустился к ним, сверкая аурой великолепия и мощи.

С противоположной стороны головы Короля Драконов Тяня, Цинь Му столкнулся лицом к лицу с божественные искусством Великого Небесного Дао. Сорвав ивовый лист со своего межбровья, взгляд его третьего глаза стал подобен глубокой бездне.

— Где я, там Юду!

Разъярённая дьявольская Ци Юду вырвалась наружу, и в тот же миг Цинь Му почувствовал, будто он тонет во тьме Юду. На его голове запылало ослепительное пламя и появились дьявольские рога, созданные Жёлтым Источником.

Он напоминал Графа Земли, вышедшего из Юду и орудующего его Великим Дао. Законы Великого Дао Юду превращались в бесчисленные цепи, окутывающие его тело.

Овившись цепями, Цинь Му протянул руку и столкнулся с мудрой Небесного Дао.

С противоположной стороны освободилась сила мечей. Бесчисленные лезвия хаотично взмыли в воздух, исполняя вторую форму меча Бедствия, Восход Бедствия. Между тем они молниеносно появлялись и скрывались, выстраивая разные построения.

Меч Дао Цинь Му состоял из двух частей — Начала Бедствия и Восхода Бедствия. Понимание, на котором они базировались, сильно отличалось друг от друга.

Несмотря на то, что мечи Начала и Восхода Бедствия скрывали в себе невероятно сложные принципы, изначально их движения были очень простыми.

Теперь же любая форма меча Восхода Бедствия оставалась простой, но, когда они объединялись в полное движение, получалось крайне запутанное построение меча.

И это было ещё не всё. Каждое новое движение меча отличалось от всех предыдущих!

Это было результатом изучения Цинь Му плодов реформы Вечного Мира под руководством слепого.

Реформа Вечного Мира достигла невероятных высот на пути построений, основываясь на достижениях построений Эпохи Императора-Основателя.

Слепой вобрал в себя весь успех навыков построений Вечного Мира. Возглавив их реформу, он начал действовать праведно, улучшая жизнь людей.

Цинь Му, в свою очередь, использовал путь построений для своих собственных движений и божественных искусств, чтобы увеличить количество превращений Меча Бедствия.

Оказавшись в постоянно меняющемся построении меча, аура  «Небесного Преподобного Юя» внезапно изменилась. По небу за его спиной протянулся божественный мост, а его исконный дух взмыл в небо, останавливаясь у Южных Небесных Врат.

За его спиной показались слои райских дворцов, образовывая собой бескрайние Райские Небеса, золотое сияние которых пронзало небо.

Над тридцатью шестью дворцами возвышался Зал Непостижимого Неба.

Вверху над ним сияли слои света, в то время как неподалёку кружились бесчисленные явления. Сливаясь воедино, они создавали призрак Небесного Императора, сидящего в позе лотоса.

— Властелин Десяти Тысяч Путей, Соединение Десяти Тысяч Путей Воедино! — Небесный Преподобный Юй поднял руку и его мудра столкнулась с построением меча Восхода Бедствия Цинь Му. Последнее разразилось силой, тем не менее, внезапно столкнувшись с божественным искусством оно замерло, а мечи неподвижно застыли на месте. Построение меча тут же поглотил хаос.

Божественное искусство Небесного Преподобного Юя вспыхнуло, разбив бесчисленные мечи.

Прорвавшись сквозь построение, Небесный Преподобный Юй подпрыгнул, внезапно обнаруживая пролетающую в миллиметрах от него зелёную бороду Короля Драконов Тяня.

Между тем Цинь Му суме разбить его божественное искусство Небесного Дао. Тут же повернувшись боком, Цинь Му сделал своё тело тоньше и атаковал чёрной тенью, сливаясь со тьмой вокруг.

Густая борода Короля Драконов Тяня пронеслась мимо, так и не коснувшись его.

Глаза огромного Короля Драконов начали вращаться, остановившись на чёрной тени, тем не менее, они так и не сумели разглядеть Цинь Му.

Цинь Му научился этому движению у Паньгун Цо, тот не знал себе равных в искусстве побега и маскировки.

— Точно, ты ведь ещё и Сын Юду, — разразившись смехом, Небесный Преподобный Юй бросился на него с головы Короля Драконов Тяня. — Тебе не составит труда отбить Небесное Дао с помощью Великого Дао Юду.

Борода Короля Драконов Тяня перестала пытаться догнать Цинь Му и бросилась следом за «Небесным Преподобным Юем».

Двигаясь будто призрак, тот ловко избегал атак драконьей бороды. Становясь то мягкими, то твёрдыми, волоски пробились сквозь драконью чешую и обнажили гнилую плоть под ней.

В тот же миг рассеянные летающие мечи со свистом полетели вперёд, а из чёрной тени показалась ладонь, сильно ударяя по мечу. Трупный яд тут же разбрызгался по сторонам, обнажая настоящее лезвие меча.

Раздался оглушительный грохот, с которым летающие мечи слились воедино, образовывая пилюлю в ладони Цинь Му.

Голова Короля Драконов Тяня стремительно бросилась к нему, широко открывая свою пасть. В воздухе распространилась трупная вонь, и он попытался проглотить Цинь Му одним махом, но в тот миг как юноша оказался у него во рту… вспыхнули руны мгновенного перемещения.

Как только рот Короля Драконов Тяня закрылся, засиял яркий свет и Цинь Му исчез.

В следующий миг яркий свет засиял позади «Небесного Преподобного Юя», сидящего на голове Короля Драконов Тяня, и Цинь Му нанёс удар в его спину.

Тело  «Небесного Преподобного Юя» резко изменилось, и он превратился в человека с головой птицы, а за его спиной засиял яркий солнечный ореол. Огромное солнце спустилось с неба, и божественный меч Цинь Му вонзился в него, тут же раскаляясь до красна и начиная растекаться.

Напряг обе ноги, Цинь Му ударил вперёд мечом. Между тем «Небесный Преподобный Юй» молниеносно бросился вперёд.

Они оба побежали по голове Короля Драконов, каждый шаг давался им с огромным трудом.

Тело Цинь Му задрожало, отращивая две головы и четыре руки. Движения его ладоней непрерывно менялись, а пальцы меча один за другим касались межбровий.

Первая форма Меча Бедствия — Начало Бедствия.

Наконец он оттопырил свои пальцы, касаясь ими божественного меча. В следующий миг тот разразился всей своей силой.

«Небесный Преподобный Юй» хмыкнул, когда меч пронзил ореол за его головой, и тут же изменил свой вид, принимая облик богини.

Изначально он был повёрнут к Цинь Му спиной, но как только он превратился в богиню, его голова, тело и конечности уже были повёрнуты к нему, и он столкнулся с ним лицом к лицу.

«Её» руки схватили божественный меч, торчащий из её груди, и пространство между её ладоней тут же превратилось в бездонную пропасть.

Бездна Руин Конца.

Бездна напоминала огромный вихрь, неистово вращающийся во тьме. Меч Начала Бедствия Цинь Му тут же со скрипом исчез внутри, а в следующий миг он полетел вслед за ним!

Цинь Му был поглощён божественным искусством «Небесного Преподобного Юя». Вокруг него закружились руны божественного искусства мгновенного перемещения, с помощью которого он попытался выбраться.

«Небесный Преподобный Юй» поднял руку к небу, и там тут же взорвались бесчисленные лучики звёздного света. Множественные звёзды собрались в галактику, образовывая собой сеть неизбежности.

Силуэт Цинь Му только что появился из света, и тут же был пойман сетью неизбежности.

Юноша снова воспользовался божественным искусством мгновенного перемещения, но в следующий миг раздались вспышки молнии и раскаты грома, и он снова оказался в сети.

Он непрерывно пытался вырваться из сети, но раз за разом оказывался в ловушке.

«Небесный Преподобный Юй» размахивал руками, делая свою сеть всё крепче и крепче. Бесчисленные лучи звёздного света скапливались всё ближе и ближе. В сжимающемся пространстве непрерывно сверкали яркие вспышки, с которыми Цин Му пытался выскользнуть наружу.

— Кому под силу овладеть всеми божественными искусствами Великих Дао древних богов? — «Небесный Преподобный Юй» внезапно превратился во Владыку Звезды Деревянного Волка Куя, обретая тело человека с головой волка. Подпрыгнув в небо и уклоняясь от атак Короля Драконов Тяня, он бросился в сторону Цинь Му, смеясь. — Только мне, только этому физическому Телу! Лунный Вой Сириуса!

Он издал оглушительный рёв, и из его рта вырвался поток света, мчащийся в сторону Цинь Му.

Божественный меч в руках Цинь Му внезапно превратился в золотую кисть. Взмахнув ею, он нарисовал дверь и вбежал внутрь.

Лунный Вой Сириуса влетел в дверь следом за ним, бесследно исчезая.

Ошарашенный, «Небесный Преподобный Юй» поспешно бросился следом, смеясь:

— Божественные искусства Великого Дао нижней границы становятся всё более интересными!

Как только он вошёл в дверь, драконья борода Короля Драконов Тяня тоже залетела внутрь. Вцепившись в дверь своей бородой, гигантская голова пыталась протиснуться вперёд, крича:

— Я вижу вас обоих!

«Небесный Преподобный Юй» подпрыгнул в воздух превращаясь в красную птицу. Взмахнув своими тридцатиметровыми крыльями, он улетел прочь, избегая атак Короля Драконов Тяня. Цинь Му впереди продолжал размахивать своей золотой кистью, и вскоре из-под неё показался райский дворец.

Цинь Му побежал вперёд, будто перелетая через райский дворец. Он размахивал кистью, рисуя всё новые слои пространства.

После этого из-под его кисти вытекла райская река. С неба спустился огромный поток, хлынувший на красную птицу, в которую превратился Небесный Преподобный Юй.

Красная птица летела слишком быстро, поэтому не сумела от него уклониться. Тело «Небесного Преподобного Юя» внезапно превратилось снова, и как только он должен был столкнуться с райской рекой, он обрёл форму чёрной черепахи и с рёвом влетел в воду. Вокруг его тела извивался зелёный змей, размахивая крыльями, он непрерывно увеличивал свою скорость.

Позади, воскресшая голова Короля Драконов Тяня столкнулась с рекой и напрочь промокла.

Впав в ярость, Король Драконов Тянь открыть свою пасть и отчаянно вдохнул. Пролетев сквозь его горло, Райская Река начала вытекать из шеи.

С широко открытым ртом, он начал продвигаться вверх по течению.

«Небесный Преподобный Юй» вот-вот должен был догнать Цинь Му, когда увидел как тот нарисовал себе небольшую лодку и стремительно скрылся вдали.

На её борту Цинь Му сделал несколько резких движений кистью, и из-под неё показался несравнимо огромный бог.

Это был Небесный Император.

Дорисовав глаза Небесного Императора, Цинь Му открыл их и поспешно запрыгнул в свою лодку.

«Небесный Преподобный Юй» мчался за Цинь Му, когда с огромным удивлением наткнулся на глаза Небесного Императора.

— Где все? — недоумевал он. Сзади к нему неумолимо приближалась голова Короля Драконов Тяня.

Вдали появился силуэт Цинь Му. Выпрыгнув с лодки он развернулся, становясь перед рисунком райского дворца, возвышающегося во тьме.

Цинь Му взмахнул кистью, и та превратилась в пилюлю меча. В следующий миг пилюля рассыпалась, создавая море мечей, обволакивающее собой райские дворцы.

Тело юноши вспыхнуло светом, превращаясь в Сына Юду.

Протянув руку, он схватил рисунок райского дворца и безжалостно его встряхнул, отчего пространство картины уничтожилось!

Как только рисунок был уничтожен, сила построения меча освободилась, и из его сердца донёсся рёв Короля Драконов Тяня и «Небесного Преподобного Юя». Лучи мечей хлынули на них, будто огромная волна, но парочка не погибла — им удалось выбраться наружу!

Вырвавшись на свободу, огромная голова Короля Драконов Тяня укатилась в неизвестном направлении!

«Небесный Преподобный Юй» бросился вслед за ним, разбивая построение меча за своей спиной. Но лишь выбравшись наружу, он замер, ощутив ужасающую убийственную ауру позади.

Он немедленно обернулся, увидев райскую реку, шумящую за спиной Цинь Му. Исконный дух юноши стоял на её поверхности, держа в руке меч-сокровище. Ступая по воде, он спустился с небес, нанося удар мечом!

Когда »Небесный Преподобный Юй« увидел вспышку меча, та уже достигла пространства между его бровей, а к тому времени, как он разглядел лезвие целиком, исконный дух Цинь Му уже пронзил его голову и остановился за его спиной

Глава 856. Богомол Прecледует Цикаду, не Замечая Иволги за Cвоей Спиной

«Небесный Преподобный Юй» вертел головой по сторонам, наблюдая за белым предметом, вылетевшим из его межбровья.

Он поднял руку и коснулся своего лба. На его ладони отбилась серая мозговая жидкость и кровь.

— Удар был настолько быстрым, что я не успел отреагировать…

Он ткнул пальцем в своё межбровье, и тот залез внутрь головы.

На затылке он тоже обнаружил отверстие.

Цинь Му спустился на землю и сделал два шага вперёд. Райская река за его спиной медленно рассеивалась, покачиваясь в небе. Над ней виднелся райский дворец.

Из райского дворца донеслись голоса богов, будто там пели бесчисленные боги и дьяволы. Рассеиваясь вместе с аурой Цинь Му, они постепенно затихли.

Исконный дух Цинь Му вернулся обратно вместе с мечом и остановился у Южных Небесных Врат, неподалёку от райской реки и дворца, наблюдая за движениями «Небесного Преподобного Юя».

Тот снова повернул голову, чувствуя тяжесть и головокружение. Он засмеялся:

— Это тело и вправду не совершено, в нём ещё есть что улучшать. Скорость развития божественных искусств нижней границы превзошла мои ожидания.

Цинь Му покачал головой:

— Ты использовал лишь силу этого физического тела, и не воспользовался своей собственной силой. В этом теле кроются правила Великих Дао почти всех древних богов, но в нём нет ничего твоего. Ты пытаешься скрыть свою личность, или же твоя собственная сила не может пробиться сквозь мировой барьер? Как бы то ни было, без ничего своего, ты обречён погибнуть от моей руки.

То, что сказал Цинь Му, было неоспоримо.

Сила мирового барьера возрастала в зависимости от совершенствования того, кто пытался его преодолеть. Поэтому те, кто спускался с райских небес, в основном были обычными практиками божественных искусств, среди них было крайне мало богов и дьяволов.

Только когда кто-то был достаточно сильным, чтобы обрушить мировой барьер, он мог пройти. Подобное могло случиться только в случае масштабных сражений между богами.

К примеру, на закате Эпох Императора-Основателя и Высшего Императора их мировые барьеры были разрушены.

Кроме того, были и другие способы обойти ограничения мирового барьера.

Одним из них был Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, который создали Цинь Му и чёрный тигр, а также фениксовый корабль Красного Божества Ци Сяюй и техника снов Будды Брахмы.

Возможно, существовали и другие способы, о которых не знал Цинь Му.

Следуя этом принципу, те, кто спускался с райских небес, были в основном практиками божественных искусств вроде Ци Цзюи и Принца Цзю Мина. Оказавшись в Юаньду, они искали сильных существ, оставленных здесь райскими небесами, и путешествовали вместе с ними.

Кроме них с райских небес спускались посланники Сяо Чуньфэн и Юй Хунсю, а также ученики богов. Всем им было приказано спуститься к нижней границе, чтобы доработать звёздную карту.

Секта Чистого Небосвода были подчинёнными Секты Дао райских небес, поэтому их посланникам не пришлось искать богов и дьяволов для защиты. Вместо этого их защищала сама секта. Тем не менее, они не ожидали, что Цинь Му и Мастер Дао придут к Чистому Небосводу и устроят резню в Святилище Дао.

В прошлом Лоу Юньцюй и остальные использовали фениксовый корабль Красного Божества Ци Сяюй, чтобы спуститься к нижней границе в обход мирового барьера. Между тем, из-за схожести Минду и Юду, они могли использовать Небесные Врата Минду, чтобы путешествовать туда и обратно.

«Небесный Преподобный Юй» тоже должен был починяться этому правилу, чтобы спуститься к нижней границе.

Область совершенствования «Небесного Преподобного Юя» была снижена до уровня практика божественных искусств. В лучшем случае он мог достичь вершины Божественного Моста, но любые попытки перенести больше силы не позволили был ему пройти сквозь мировой барьер.

Также существовала вероятность, что кто-то из Небесных Преподобных из райских небес силой разрушил мировой барьер. Тем не менее, это принесло бы невообразимые последствия.

Руководствуясь этой логикой, Цинь Му был уверен, что сможет убить «Небесного Преподобного Юя».

Он был слепо уверен в том, что в этом мире не существовало существа, способного убить Тело Тирана в одной с ним области, и даже «Небесному Преподобному Юю», созданному райскими небесами, это не было под силу!

Мозговая жидкость «Небесного Преподобного Юя» продолжала вытекать, его мозг разрушился от удара Цинь Му. Система божественных сокровищ в его теле тоже была уничтожена.

Управляя мечом, исконный дух Цинь Му пронзил небо и уничтожил его физическое тело и исконный дух.

— За твоей спиной не Божественный Мост, почему твоё седьмое божественное сокровище выглядит как Райская Река?

«Небесный Преподобный Юй» был сбит с толку. Из его головы вытекла почти вся мозговая жидкость, тем не менее, он продолжал смотреть на Цинь Му и Божественное Сокровище Райской Реки за его спиной.

В теле «Небесного Преподобного Юя» содержались бесчисленные Великие Дао, но все они принадлежали древним богам, — Великое Дао Создания было ему недоступно.

Он не мог использовать его чтобы исцелить свои раны, как это делал Цинь Му, поэтому был вынужден лишь ждать, пока его мозг не вытечет.

— Ты создал новое божественное сокровище? С его помощью тебе удалось объединить райские дворцы с остальными сокровищами, формируя целостную систему?

«Небесный Преподобный Юй» снова повернул голову, его череп был абсолютно пуст.

Тем не менее, он всё ещё мог говорить и думать:

— Небесный Преподобный Му определённо достоин своего звания. Достигнув подобного уровня, ты и вправду можешь считаться ровней Семи Небесным Преподобным. Как смешно, что остальные на райских небесах продолжают бороться за славу и власть, игнорируя изменения в нижней границе. Хе-хе, было бы намного проще, если бы Небесный Император не был целой группой людей.

Цинь Му посмотрел в его глаза и серьёзно спросил:

— Какие мысли у тебя возникают при виде моего седьмого божественного сокровища, Небесный Преподобный Юнь?

Тот слегка улыбнулся и неторопливо ответил:

— Кажется ты подумал, что я это он, и решился показать мне своё седьмое божественное сокровище, надеясь, что оно заставит меня выдать себя. В конце концов, Небесный Преподобный Юнь открыл божественное сокровище Божественного Моста, поэтому увидев твоё творение, он определённо бы взволновался, ведь оно намного лучше, чем его Божественный Мост. Тем не менее, ты не угадал, я — не он.

Его тело внезапно окутал огонь Дао, и  «Небесный Преподобный Юй» улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му, ты повёл себя слишком наивно, так поспешно раскрыв все свои карты. Это физическое тело — всего лишь один из моих экспериментов, я попросту хотел проверить его боевую силу. Теперь я понял, что в нём всё ещё слишком много недостатков. Теперь я знаю твои секреты, но тебе не удастся овладеть этим телом и узнать его секреты. В следующий раз, когда ты увидишь «Небесного Преподобного Юя», ты умрёшь.

Внезапно огонь Дао, окутывающий его, погас.

«Небесный Преподобный Юй» был шокирован. Он снова попытался зажечь огонь Дао, чтобы уничтожить своё физическое тело, но оно так и не загорелось.

— Я заберу твоё тело.

За спиной «Небесного Преподобного Юя» раздался чей-то голос, и он оглянулся, увидев во тьме перед собой Син Аня. Тот держал в одной руке сундук, а вторую поднял, исполняя странную технику чтобы погасить огонь Дао.

С огнём в глазах Син Ань положил сундук на землю. Тот тут же отрастил себе ноги и с грохотом открылся, переполняясь радостью.

Син Ань не обращал внимания на «Небесного Преподобного Юя», вместо этого его взгляд был прикован к Цинь Му. Он оставался настороже.

Цинь Му спокойно проговорил:

— Син Ань, сознание, кроющееся в этом физическом теле, сильнее, чем ты можешь себе представить. Должно быть, ты не боишься смерти, если решил его забрать.

Из сундука вылезли бесчисленные руки, хватаясь за его стенки. В следующий миг оттуда вылез огромный монстр из различных конечностей. На его спине виднелась голова Му Цюбая!

Тот был пойман Син Анем, и стал его куклой.

Прищурившись, Син Ань ответил:

— Это Небесный Преподобный? Если даже Небесный Преподобный восхищается этим телом, значит оно и вправду удивительно. Я определённо должен добавить его к своей коллекции. И не только тело, я также хочу заполучить сознание этого Небесного Преподобного!

Пошевелив кончиками пальцев, Син Ань выпустил бесчисленные летающие иголки, которые вонзились в различные части тела «Небесного Преподобного Юя»!

Выражение лица Небесного Преподобного Юя резко изменилось, он не мог пошевелиться ни на сантиметр. Нить его сознания оказалась запечатанной внутри его тела, ему не удавалось её вытащить!

— Когда это младшие из нижней границы стали такими самоуверенными и наглыми?

Он не мог сдержать своей ярости. Если бы Цинь Му уничтожил это физическое тело и исконный ух, это не было бы проблемой. В конце концов, юноша был одним из девяти Небесных Преподобных прошлого.

Но кем себя возомнил этот парень с сундуком? Как он осмелился стащить нить его сознания вместе с этим физическим телом?

— Я всё равно хочу добавить в свою коллекцию настоящего Небесного Преподобного… — Син Ань пристально наблюдал за Цинь Му, напоминая ядовитую змею в человеческом теле. — У настоящего Небесного Преподобного намного более интересное и удивительное физическое тело…

Цинь Му слегка улыбнулся:

— Син Ань, лучше уйди, ты и так получил огромную выгоду. В противном случае я не прочь от тебя избавиться.

Син Ань хмыкнул и тихо оттопырил свои пальцы, между которыми тут же начали кружиться тонкие лучи. Он спокойно проговорил:

— Сражаясь с ним, ты определённо был ранен. Я следил за его божественными искусствами, и те оказались крайне сильными. Ты всего лишь использовал путь живописи, чтобы сбить его с толку, но на самом деле его совершенствование выше твоего.

Цинь Му молчал. Раздался тихий гул, и за его спиной появились Врата Небесной Воли.

Уголки глаз Син Аня дрогнули, и он заколебался.

— Я вернулся… — вдали раздался странный смех Короля Драконов Тяня. — Я вас вижу! Сожрав вас, я смогу отрастить своё тело!

Син Ань слегка изменился в лице, его сундук тут же бросился вперёд, проглотив «Небесного Преподобного Юя». Дьявольский бог из конечностей молча отступил, вернувшись в сундук. Схватив крышку одной из своих рук, он с грохотом его закрыл.

Подняв сундук, Син Ань скрылся во тьме.

Цинь Му облегчённо вздохнул. В следующий миг он внезапно сплюнул пригоршню крови.

— Я чувствую запах свежей крови!

Гигантская зелёная голова Короля Драконов Тяня вылетела из тьмы, открывая свою пасть чтобы проглотить Цинь Му!

Цинь Му отскочил, прежде чем превратиться в чёрную тень и скрыться под землёй. Тем не менее, Король Драконов Тянь не улетел прочь, свет его глаз продолжал падать на тень, в которую превратился Цинь Му.

«Почему этот воскресший дракон стал умнее?»

Цинь Му резко изменился в лице. С громким хлопком чёрная тень взорвалась, превращаясь в облако чёрного дыма, которое тут же полетело прочь.

Король Драконов Тянь бросился следом за ним, начав со всей силы всасывать в себя воздух. Чёрное облако почти полностью оказалось у него во рту.

В этот момент чёрный дым исказился, превращаясь в цветок лотоса, в самом центре которого сидел Цинь Му. Лепестки цветка начали закрываться, накрывая его множественными слоями.

Голова дракона проглотила его одним махом. В следующий миг, в дальнем конце темноты бесшумно расцвел второй цветок. Сидящий внутри него Цинь Му поспешно встал на ноги. Сплёвывая кровь, скопившуюся в его горле, он бросился вперёд, думая про себя: «Спасибо, Гроссмейстер. В следующий раз я точно не буду пытаться избить тебя до смерти.»

Король Драконов Тянь сожрал цветок, и, думая, что он съел Цинь Му, радостно бросился на поиски следующей добычи.

Вскоре Цинь Му заметил во тьме красный свет. Его сердце слегка дрогнуло, и он тихо подкрался, прежде чем обнаружить девушку, блуждающую с красным фонарём в руках.

— Сестра Янь’эр.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му поспешил к ней. Заметив его, девушка воскликнула:

— Молодой мастер, ты не видел жирдяя? Я его потеряла!

Цинь Му поспешно исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы вылечить ранения своего тела. Божественное искусство сети неизбежности «Небесного Преподобного Юя» довольно сильно его потрепало.

— Жирдяй, скорее всего, уснул, тебе не нужно его искать. Когда гроб вернётся в Долину Падшего Бога, он откроется, и мы его найдём. Син Ань, ты ещё не уходишь?

Он внезапно обернулся, увидев во тьме два глаза. Син Ань тихо отступил, держа в руках сундук.

Глава 857. Небеcный Пpепoдобный и Небесный Император

Снаружи гроба раздался шум воды, вслед за которым послышался грохот цепей. B следующий миг гроб остановился.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он тут же понял, что гроб покинул старинный колодец и снова оказался окутан цепями.

Он вот-вот должен был открыться.

Янь’эр тут же спрятала свой красный фонарь и оглянулась по сторонам. Внезапно над их головами показался квадратный выход. Лучи света упали внутрь, позволяя разглядеть окрестности.

— Я вас вижу! — огромная голова Короля Драконов Тяня радостно бросилась в погоню за Син Анем, её зелёная борода трепетала на ветру.

Цинь Му тоже оглянулся вокруг, пытаясь найти цилиня. Он начал волноваться:

— Король Драконов Тянь ведь не мог сожрать жирдяя, верно?

Внезапно Янь’эр заметила цилиня и воскликнула:

— Он там! — молниеносно превратившись в зелёного воробья, она улетела вдаль.

Цинь Му поспешно посмотрел в направлении, куда она улетела, и увидел цилиня, спящего в углу.

Схватив жирдяя, Янь’эр полетела в сторону выхода, Цинь Му двинулся следом.

Оказавшись снаружи гроба, Цинь Му приземлился на землю. Внезапно он увидел, как разноцветные лучи за пределами Долины Падшего Бога рассеиваются — печати теряли свою силу!

— Вот дерьмо, слепой старик собрался уничтожить это место!

Цинь Му тут же принял решение улетать вместе с Янь’эр. Цилинь тоже проснулся и поспешно раскрыл свою настоящую форму и умчался прочь с Цинь Му на спине.

Разноцветные лучи, изначально заполнявшие всё пространство Долины Падшего Бога, почти мгновенно сжались до размеров небольшой точки. Син Ань, Янь Цилин и огромная голова Короля Драконов Тяня выпрыгнули из гроба, пытаясь сбежать. Вот только огромная голова на самом деле не думала о побеге, а вместо этого пыталась сожрать их, широко открыв свою пасть.

Бум!

Ослепительные лучи света взорвались, уничтожая древний колодец и гроб. Цепи, сковывающие гроб, начали грохотать, разрушаясь одна за другой под ужасающими волнами силы и разлетаясь во все стороны.

Цинь Му приподнялся на спине цилиня и оглянулся. Горы, окружающие древний колодец и гроб, были стерты с лица земли, а бездонная пропасть была засыпана обломками. Кроме того, ударная волна активировала божественное искусство меча Императора-Основателя, и в воздухе появились пересекающиеся лучи меча, создавая устрашающую картину.

Цилинь яростно взревел, ускоряясь до предела своих сил. Он быстро достиг летающего моста, прежде чем перепрыгнуть через него и выбраться из руин.

Он собрался остановиться, когда Цинь у внезапно прокричал:

— Беги дальше!

Цилинь продолжил бежать изо всех сил, в то время как Цинь Му оглянулся и увидел, что ударная волна встряхнула летающий меч Императора-Основателя, и тот разразился бесчисленными лучами меча.

Разноцветные лучи снаружи тут же сжались в небольшую точку, которая взорвалась вместе с мечом.

Человек тысячу лет взращивает дракона, чтобы использовать его в решающий момент. Цинь Му никогда бы не подумал, что на самом деле цилинь может бежать так быстро, и невероятно обрадовался: «Все мои расходы на него оказались ненапрасными…»

Цинь Му обычно не тратил много денег, независимо от того, в каком уголке Вечного Мира он находился, ему не приходилось тратить на повседневные вещи. Кормление цилиня составляло почти девяносто процентов всех его расходов.

— Теперь можешь остановиться! — он наконец позволил жирдяю остановиться, увидев, что хоть разноцветные лучи до сих пор активны, их сила стала небольшой.

— Скорее всего, Син Ань выживет, у него много козырей в рукаве. Но вот я не уверен в том, что Янь Цилин и Король Драконов Тянь спасутся.

Раны Син Аня почти полностью исцелились. Когда он отбирал физическое тело «Небесного Преподобного Юя», его состояние уже было не слишком плохим.

В физическом теле «Небесного Преподобного Юя» содержались бесчисленные руны древних богов. Оно обладало почти совершенной системой божественных сокровищ и райских дворцов, и могло управлять силой древних богов.

У жителей нижней границы не было всего этого.

Тем не менее, ему не хватало самого важного божественного сокровища — Райской Реки, а также он не до конца освоил силу Небесного Герцога и Графа Земли.

Более того, его тело было создано с помощью макроскопической математики Мастера Дао, его нельзя было счесть совершенным из-за отсутствия микроскопической математики Цинь Му.

Но ключевым моментом было то, что Цинь Му уже успел скопировать руны, хранящиеся в Павильоне Хранителя райских небес. Только когда Мастер Дао Линь Сюань и Секта Дао Вечного Мира доведут Математический Трактат Высшей Молекулы до идеала, Цинь Му сможет довести эти руны и тело до совершенства.

Син Ань заполучил лишь физическое тело «Небесного Преподобного Юя». В лучшем случае ему удастся изучить его частично, и ему придётся приложить ещё немало усилий, чтобы совершенствовать совершенное физическое тело и исконный дух.

Внезапно из Долины Падшего Бога выкатилась голова Короля Драконов Тяня. Он хотел подпрыгнуть в воздух, но оказался не в силах летать, что свидетельствовало о тяжёлых ранениях.

Воскресшая голова внезапно оттолкнулась от земли своей бородой, используя волоски будто длинные ноги, и начала уходить.

— Я вас видел…

Огромная голова возвышалась в небе, напоминая движущуюся гору. Осматриваясь по сторонам, она по-глупому улыбалась.

Шагая, Король Драконов Тянь заставлял горы и землю в округе дрожать. Он искал пищу.

Цинь Му нахмурился. Его Королю Драконов Тяню удастся сбежать и начать пожирать людей, то случится настоящая катастрофа. Он должен быть уничтожен.

Тем не менее, он сумел выжить под ударной волной, что свидетельствовало о его огромной силе.

— Король Драконов Тянь такой же сильный, как Фэнь Цююнь, они оба являются практиками области Непостижимого Неба, как мне от него избавиться?

Цинь Му достал географическую карту, которую ему дал Син Ань. Найдя на ней Долине Падшего Бога, он начал осматривать её окрестности.

С тех пор как печать Первобытного Царства была сломана, Син Ань успел посетить многие его места и отметить их на этой карте.

Взгляд Цинь Му загорелся, остановившись на древних руинах неподалёку. Он подумал про себя: «Заманить Короля Драконов в эти руины, чтобы он застрял там в ловушке — отличная идея.»

Как только он об этом подумал, вдали вспыхнул яркий свет. Из него вылетела ласточка с чёрной спиной и белым брюхом, превращаясь в измотанную Янь Цилин.»

Девушка сразу же его заметила и насторожилась.

Цинь Му невинно улыбнулся, между тем его пилюля меча бесшумно вылетела из мешочка таотэ и погрузилась под землю.

Янь Цилин поспешно достала десятисантиметровую ветку и вонзила её в землю Ветка тут же пустила корни, которые начали неистово распространяться под землёй.

Часть ветки, оставшаяся снаружи, молниеносно переросла в огромное дерево высотой в несколько сотен метров.

— Ветка Первобытного Дерева?

Цинь Удивлённый, Цинь Му убрал свой меч и улыбнулся:

— Сестра Янь Цилин, я искренне хочу встретиться с Небесным Императором.

Девушка потеряла дар речи. Взмахнув рукой. Она вырвала огромное дерево из земли и оно тут снова превратилось в маленькую ветку.

— Небесный Преподобный Му…

Цинь Му махнул рукой, приказывая цилиню броситься вслед за Королём Драконов Тянем. Оглянувшись, он улыбнулся:

— Сестра Янь, не стоит так церемониться. Можешь называть меня просто Владыкой Культа Цинем. Звания Небесного Преподобного Му всего лишь шутка, Небесный Император не воспринимает его всерьёз, как и я. Все люди Вечного Мира. Мои друзья и враги, называют меня Владыкой Культа…

Янь Цилин потеряла дар речи. Пытаясь догнать Цинь Му, она проговорила:

— Владыка Культа Цинь, изначально ты считал Небесного Императора врагом и даже отдал его императорский указ чёрному кабану. Ты избегал его, будто чумы, так почему ты сейчас просишь с ним встречи?

Цилинь пробежался перед Королём Драконов Тянем, и глаза последнего тут же засияли зелёным пламенем. Пуская зелёные трупные слюни, он бросился в погоню.

Цинь Му серьёзно ответил:

— Я не прошу аудиенции, это встреча равных между собой людей. Если Небесный Император всё ещё такого высокого о себе мнении, то нам незачем встречаться.

Янь Цилин слегка нахмурилась.

Цинь Му рассмеялся:

— В прошлом он хотел подчинить меня себе, разве я мог согласиться дать ему то, что он хотел? Именно поэтому я избегал его, будто чумы. Если Его Величество согласится сотрудничать, то мы сможем встретиться и поговорить.

Янь Цилин усмехнулась:

— Владыка Культа Цинь, какой у тебя уровень совершенствования? Как ты смеешь торговаться с Небесным Императором? Не говоря уже о тебе, даже если бы весь Вечный Мир объединился, он всё равно не был бы в состоянии этого делать!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Я Небесный Преподобный Му, я Сын Юду. В моих руках достаточно силы для пробуждения древних богов, так с чего это я не могу с ним торговаться? Более того, он мёртв, а я жив. Если бы я не выступил посредником, Граф Земли не смилостивился бы над ним! Боюсь, что Граф Земли желает его смерти боже кого-либо другого. С моей же помощью Граф Земли может даже согласиться его отпустить. Ты всё равно не в праве принимать решений, почему бы тебе не спросить у Его Величества напрямую?

Янь Цилин немного колебалась, отвечая сквозь зубы:

— Я вернусь и поговорю с Его Величеством…

— Не стоит, — взгляд Цинь Му упал на ореол позади её головы, и он улыбнулся. — Для чего тебе возвращаться? Разве Небесный Император не следит за нами с помощью этого благословления? Я прав, Ваше Величество?

Янь Цилин ошарашено застыла, а ореол позади неё внезапно замерцал. Внутри него появилось лицо, которое спокойно ответило:

— Небесный Преподобный Му, наконец мы встретились.

Цинь Му приказал цилиню продолжать выманивать голову Короля Драконов Тяня, после чего проговорил:

— Можно спросить у Его Величества, не хочет ли он со мной поговорить?

Лицо в ореоле некоторое время молчало:

— Мы поговорим в Мире Небесной Инь.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, после чего он ответил:

— Мы встретимся в Мире Небесной Инь через два месяца.

Лицо в ореоле позади Янь Цилин рассеялось, будто дым.

Девушка облегчённо вздохнула, но её взгляд оставался настороженным.

Цинь Му мягко улыбнулся:

— Не стоит относиться к нему слишком насторожено, а не то умрёшь необъяснимой смертью.

Собравшись с мыслями, Янь Цилин искренне поклонилась:

— Спасибо за совет.

Выпрямившись, она превратилась в ласточку и быстро улетела прочь, исчезая без следа.

Цинь Му посмотрел вперёд. Перед ним показались руины, опустошенные настолько, что в них не было даже полубогов. Было очевидно, что они опасались этого места.

— Надеюсь, здесь мне удастся заманить Короля Драконов Тяня в ловушку.

В Павильоне Хранителя райских небес Мастер Дао Секты Дао поднялся на верхний этаж, срезая тонкий кусок нефрита. Внутри него показался силуэт Небесного Преподобного Юя, созданный из бесчисленных рун.

— Разве райские небеса уже не создали себе нескольких Небесных Преподобных Юев? — Мастер Дао райских небес озадаченно покачал головой. Спускаясь вниз, он тихо проговорил. — Зачем им ещё один?

Небесный Преподобный Хо ждал его внизу. Услышав его слова он спросил:

— Создали нескольких Небесных Преподобных Юев? Когда это произошло?

Мастер Дао поспешно рассмеялся в ответ и проговорил:

— После того, как Небесный Преподобный приходил и просил меня отправить руны Небесного Преподобного Юя на создание божественного оружия, меня посетили несколько древних существ с просьбой создать им парочку Небесных Преподобных Юев для экспериментов.

Ошарашенный, Небесный Преподобный Хо холодно рассмеялся:

— Эти старики такие странные!

Мастер Дао райских небес не осмелился развивать тему и улыбнулся:

— Я должен отправить этот нефрит к месту создания божественного оружия?

Небесный Преподобный Хо кивнул, его взгляд продолжал дрожать:

— Кто именно приходил к тебе с просьбой?

Мастер Дао тут же ответил:

— Небесный Преподобный, дай старику покой.

Небесный Преподобный Хо нахмурился, но не стал на него давить:

— Когда закончишь, отправь всё ко мне… Сколько штук они создали?

— Девять. Если добавить к ним того, что был создан ранее, то в общей сложности выходит десять, — Мастер Дао засмеялся. — А если посчитать экземпляр Небесного Преподобного, то одиннадцать.

Глава 858. Стаpшие Ocнователи Небесного Союза

Цинь Му выманил голову Короля Драконов Тяня в руины. Последние были усеяны скелетами, а скалы в окрестности были залиты кровью, что создавало зловещую атмосферу.

По мере их продвижения вперёд вокруг встречалось всё больше и больше белых силуэтов.

Сначала их было лишь один или два, но затем их стало значительно больше. Некоторые внезапно показывались на вершинах близлежащих гор, другие же на земле. Все они ошеломлённо смотрели на приближающихся людей, но не смели ничего предпринимать.

Цинь Му внимательно их рассматривал, но не мог разглядеть их лиц.

— Молодой мастер, человек в белом сидит на твоей спине, — прошептала Янь’эр.

Юноша тут же повернул голову, но ничего не увидел. Он лишь почувствовал, как его волосы встают дыбом.

Он поспешно достал зеркало и посмотрев в отражение, увидел, что на его спине действительно сидит белый силуэт. Из его шеи торчало неразличимое лицо, которые тоже смотрело в отражение.

По спине Цинь Му побежали мурашки, он поспешно посмотрел на цилиня. На зверя тоже взобралось несколько белых силуэтов, их черты было невозможно различить.

Он посмотрел на Янь’р, в затылок девушке тоже дышало подобное существо.

Затем он оглянулся на Короля Драконов Тяня, на которого забралось даже больше белых силуэтов.

— В этом месте не стоит задерживаться!

Цинь Му тут же открыл Врата Небесной Воли, и цилинь запрыгнул внутрь, сбегая из руин в Юду.

Как только они оказались с другой стороны врат, Цинь Му услышал пронзительные крики, раздающиеся позади. Он поспешно оглянулся, увидев, как бесчисленные белые силуэты протягивают руки в сторону Врат Небесной Воли.

Цинь Му тут же закрыл Врата Небесной Воли. Бесчисленные отрубленные конечности упали в Юду, исчезая во тьме.

— Руины Первобытного Царства и вправду необычны…

Цинь Му собирался с мыслями, в то время как цилинь и Янь’эр проваливись во тьму. Перевернув свои божественные сокровища, он превратил их в божественные сокровища дьявольского пути и исполнил божественное искусство Юду, чтобы вытащить их обратно. Он рассмеялся:

— Здесь вы не можете использовать свои навыки, так что мне придётся тащить вас за собой. Давайте не будем спешить покинуть это место, а просто подождём, пока нас подберут и подвезут на лодке.

Янь’эр в недоумении оглянулась и спросила:

— A где эта лодка?

Цинь Му уверенно ответил:

— Она скоро прибудет!

После длительного ожидания он помрачнел в лице и обиженно проговорил:

— У Небесного Преподобного сегодня выходной? Почему он до сих пор не явился? Обычно, как только я открываю Врата Небесной Воли, его крохотная лодка прилетает меня забрать…

— Обычно Владыка Культа путешествует, сидя у меня на голове, можно сегодня я посижу на твоей? — радостно спросил цилинь.

Цинь Му сорвал ивовый лист со своего межбровья, и его сознание отправилось к земле слова Цинь. Приземлившись, он принял свой обычный облик и спросил:

— Граф Земли, почему Небесный Преподобный Ю сегодня не пришёл за мной?

Лавовый Граф Земли прочувствовал физическое тело Цинь Му, после чего ответил:

— Небеса были разрушены, умерло слишком много людей. Небесный Преподобный Ю отправился туда, чтобы провести души мёртвых.

— Понятно. Граф Земли не мог бы найти кого-то, кто мог бы провести меня к Академии Реки Ли? — спросил Цинь Му.

Лавовый Граф Земли посмотрел на Цинь Му, чьи глаза сверкали искренностью. Не меняясь в лице, он проговорил:

— Я не знаю, как попасть в Академию Реки Ли из Юду, — после недолгой паузы он вздохнул. — Я сам вас проведу, подходит?

Цинь Му тут же восторженно ответил:

— Хорошо!

Он вернул своё сознание, будучи крайне довольным собой. Повернувшись к цилиню и Янь’эр, он скромно сообщил:

— Граф Земли сказал, что сам проведёт нас к Академии Реки Ли.

Цилинь немного разочаровался. В этот миг из глубин Юду внезапно подул сильный ветер, подхвативший Цинь Му, цилиня и Янь’эр. Они молниеносно двинулись вперёд, вертясь и поворачиваясь, не понимая какое расстояние уже преодолели.

Все трое чувствовали головокружение и растерянность. Когда ветер утих, цилинь оказался впечатан лицом в скалу неподалёку от Академии Реки Ли. Янь’эр превратилась в зелёного воробья и лежала вверх брюхом на одном из деревьев на скале. Цинь Му, в свою очередь, упал в Реку Ли.

Спустя некоторое время все трое привели себя в порядок. С мрачным выражением лица Цинь Му пригрозил:

— Сегодняшние события останутся между нами, если кто-то проговорится, то будет убит мною! Понятно?

Цилинь и зелёный воробей тут же кивнули.

Уставившись на цилиня, он спокойно проговорил:

— Жирдяй, ты знаешь, почему умер Великий Владыка Солнца?

Тот быстро ответил:

— Владыка Культа, я всегда держу язык за зубами! Вспомни, я никому не рассказывал о позорных моментах Патриарха!

Спустя два месяца Цинь Му забрал Небесного Преподобного Юя. У истоков реки Вздымающейся можно было увидеть, что та уже не вытекала из разрушенной скалы Великих Руин, а протекала через бесчисленные миры.

Поток райской реки вытекал из небес, свисая в воздухе и сверкая преломлениями нефрита. Зрелище было поистине впечатляющим.

Цинь Му прождал у её истоков полдня, но туман над водой так и не появился.

«Должно быть, именно здесь Небесная Преподобная Лин подменила райскую реку. Заменив её вещество собой, она продемонстрировала своё удивительное божественное искусство.»

Поднявшись, он отправился в Мир Небесной Инь.

Песчаные корабли Мира Небесной Инь, доверху набитые Металлом Небесной Инь, один за другим спускались по течению райской реки, направляясь в Вечный Мир.

Цинь Му поднялся на борт одного из кораблей, чтобы расспросить, и практик божественных искусств, охранявший судно, ответил:

— Мы действуем по приказу Имперского Наставника, и должны доставить ему металл Небесной Инь. Он говорит, что сегодняшний Вечный Мир разделён, и городам с трудом удаётся себя защитить, поэтому он приказал нам собрать Металл Небесной Инь для постройки Божественной Пушки Солнечного Удара. Каждый большой город обязан её иметь.

— Как он собирается решить проблему медицинских камней? — спросил юноша.

— Этого я не знаю.

Цинь Му продолжил расспрос:

— На пути безопасно?

Практик божественных искусств ответил:

— Владыка Взращивания Драконов и Короли Драконов под его руководством охраняют реку, так что её можно называть безопасной. Но время от времени нам приносят хлопоты речные демоны, из-за которых мы потеряли несколько кораблей.

Кивнув, Цинь Му ушёл.

Оказавшись в Мире Небесной Инь, Цинь Му остановился перед дворцом Богини Небесной Инь, расположенном посреди моря, и уставился на берег. Там работало множество практиков божественных искусств, которые добывали из воды песок, после чего отсеивали с него Металл Небесной Инь и отправляли его во внешний мир.

На берегу располагалось несколько городов, в которых жили люди из Вечного Мира и Великих Руин, избегая хаоса внешнего мира. Многие из них занимались обучением учеников, отчего в этом месте уже не было так тихо, как раньше.

— Я совсем не ожидал, что Мир Небесной Инь станет таким, как сейчас, — чёрный песок за спиной Цинь Му начал переливаться и подниматься, формируя внушительный силуэт мужчины. — Вечный Мир поистине удивителен. Если дать вам время, то каких высот вы достигнете? Даже мне страшно от мысли об этом.

Цинь Му оглянулся и улыбнулся:

— Мне стоило давно догадаться, что чёрный песок души Вашего Величества кроется где-то в Мире Небесной Инь. Именно из-за этого погибла Богиня Небесной Инь. Сын Небесной Инь хотел заполучить контроль над Миром Небесной Инь, но не ради того, чтобы избавиться от Богини Небесной Инь. Он хотел найти рассеянную душу Вашего Величества. Как жаль, что Богиня Небесной Инь этого не понимала и не сумела предвидеть его действий.

В переливающемся чёрном песке можно было разглядеть едва различимый силуэт. Когда он открывал рот, чтобы заговорить, песчинки вылетали наружу из-за вибраций, но так и не могли улететь прочь.

— Небесный Преподобный Му воскресил Богиню Небесной Инь, а значит ты можешь воскресить и меня. После того, как ты это сделал, я понял, что это мой шанс. Как жаль, что Небесный Преподобный Му всё-таки остаётся Небесным Преподобным Му, и с тобой трудно иметь дело, ведь ты всё время со мной дурачишься, — силуэт из чёрного песка продолжал. — Но ты был прав, я, в конце концов, являюсь погибшим древним богом, у тебя есть право со мной торговаться и вступать в союз.

Цинь Му смерил его взглядом и внезапно спросил:

— Кто собрал твою душу обратно?

Чёрный силуэт слегка дрогнул и улыбнулся:

— Почему ты это спрашиваешь?

— Я создал технику воскрешения душ. Мне достаточно одного взгляда чтобы понять, не собирали ли твою душу, — равнодушно ответил Цинь Му. — В мире не слишком много людей, способных воскрешать древних богов. По правде говоря, это под силу только мне. Тем не менее тех, кто может собирать души, довольно много. В прошлом я пригласил пятерых людей, чтобы изучить систему рун мира Небесной Инь. Этими людьми были Король Яма, Имперский Наставник, Сюй Шэнхуа, Первый Предок и Святой Дровосек. Открыв систему рун, они записали их на стене у моря. Но даже овладев ею, потребуются сверхчеловеческие способности, чтобы освоить технику собирания души. А чтобы провернуть подобное с душой небесного императора, потребуется эксперт даже более высокого уровня. Кто был этим человеком?

Силуэт Небесного Императора, созданный из чёрного песка, молчал.

В этот момент из дворца Небесной Инь вышел улыбающийся старик:

— Это был я. Небесный Преподобный Му, давно не виделись. Ты ещё помнишь, как ткнул мой компас?

Глаза Цинь Му расширились при виде этого старика. Перед ним показался неухоженный даос с непричесанными волосами, который, казалось, совсем не заботился о своей внешности. В его руке был компас.

Несмотря на то, что он выглядел очень старым и измотанным, его глаза сверкали невероятно ярко, будто в них крылась безграничная мудрость.

Глубоко вздохнув, Цинь Му улыбнулся:

— Предок Дао, давно не виделись.

Неухоженный старый даос зашагал вперёд, выражая своё почтение:

— Старый Даос из Небесного Союза отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Сердце Цинь Му подпрыгнуло, а уголки его глаз дрогнули, он прокричал:

— Предок Дао, ты тоже стал частью Небесного Союза?

Старик засмеялся в ответ:

— Небесный Преподобный Му, должно быть ты уже встречал старого монаха? Он тоже является одним из Старших Основателей Небесного Союза.

Цинь Му почувствовал головокружение.

Будда Брахма тоже был членом Небесного Союза?

Одна из инкарнаций Будды находилась на земле слова Цинь в его межбровье. Несмотря на то, что тот всё время спал, всё, что там происходило, не оставалось для него незамеченным!

Неужели он тоже приложил руку к захвату власти на райских небесах?

В этот миг к ним вышла Богиня Небесной Инь:

— Заходите внутрь, отдохните.

Собравшись с мыслями, Цинь Му проследовал за ней во дворец Небесной Инь, обернувшись к цилиню и Янь’эр:

— Вы, ребята, оставайтесь снаружи. Брат Юй, ты… иди со мной!

Небесный Преподобный Юй последовал за ним, недоумевая. Во дворце все расселись кому как удобно. Нельзя было понять, кто здесь хозяин, а кто гость.

Успокаивая себя, Цинь Му думал: «В худшем случае, мы сбежим. Я освобожу старшего брата, стану Маленьким Графом Земли и превращу это место в Юду, а после этого призову сюда Графа Земли, чтобы всё им испортить!»

Размышляя, он улыбнулся:

— Когда Предок Дао заманил меня в Павильон Хранителя, мои горизонты и вправду расширились. Так когда ты осознал, что система рун Мира Небесной Инь уже готова? Когда ты пришёл сюда? Обучение ученика вроде Янь Цилин непростая задача, этого нельзя достичь за один-два года. Даже если ты сумел воскресить Небесного Императора, он не мог бы обучить такой талант за столь короткое время.

Старый даос рассмеялся:

— У Небесного Императора остался один целый кусок души, спрятанный на райских небесах. Этот кусочек тоже является одним из Старших Основателей Небесного Союза, и, естественно, он сумел обучить немало учеников.

Глава 859. Пастуx Богов

Цинь Му уставился на него широко открытыми глазами. У Небесного Императора остался целый кусок души, и тот даже стал одним из Старших Основателей Небесного Союза?

Значило ли это, что древний бог Небесный Император до сих пор занимал высокое положение на райских небесах?

Он находился в окружении всех тех людей, что когда-то его убили, и едва не стерли его душу с лица земли!

Эти люди даже захватили его место Небесного Императора и его физическое тело.

Его положение, жена, всё это больше не принадлежало ему.

Ему приходилось продолжать вести себя вежливо с этими людьми, и называть их своими братьями. Он должен был вступить вместе с ними в сговор против древних богов, помогая им стать правителями всей вселенной.

Возможно, он даже был одним из экспертов Небесного Союза, убивших Мать Земли. Он мог поднять руку на старую мать земли, и даже помочь вырастить её замену!

Только так можно было объяснить то, что Первобытное Дерево оказалось в руках Небесного Императора после того, как Небесный Союз избавился от Матери Земли.

Это случилось благодаря тому, что, будучи членом Небесного Союза, он охранял как их, так и свои интересы!

Ему пришлось втайне планировать своё воскрешение и возвращение своей былой власти и положения. Он был вынужден вступить в сговор с Небесным Союзом, и одолжить их силу, чтобы восстановить своё правление и разобраться с врагами, которые его уничтожили.

Это было более странным чем всё, с чем Цинь Му сталкивался ранее. Подобное сильно выходило за пределы его воображения!

Не в силах себя сдержать, Цинь Му внезапно рассмеялся. Его смех становился всё громче и громче, проносясь эхом по всему дворцу Небесной Инь.

Он смеялся так долго, что начал задыхаться, а затем кашлять:

— Старый и опытный… Кхм, кхм! Именно это старейшина деревни имеет в виду под старым и опытным! Все утехи, конфликты и распри — твои тактики! Любой мировой порядок — это твоя игра! Какой бы справедливости не было в мире, она для тебя лишь игрушка! — Его улыбка странно изменилась. — Теперь я действительно понимаю, что райские небеса крайне жалки, а, с другой стороны, Вечный Мир, крохотное место на грани жизни и смерти, является настоящим миром людей, местом, где можно почувствовать и тепло, и холод. На райских небесах можно найти лишь грязь и нечистоты.

Старый неопрятный даос замолчал, будто погрозившись в состояние медитации.

Выражение лица Богини Небесной Инь слегка изменилось, она посмотрела на силуэт Небесного Императора из чёрного песка.

Тот безразлично проговорил:

— В таком случае, почему Небесный Преподобный Му всё-таки решил со мной встретиться?

— Потому, что Вечному Миру не хватает времени и возможности расти, — ответил юноша. — Вечному Миру нужно время. Эпоха Императора-Основателя продлилась двадцать тысяч лет, и всё равно не смогла изменить мир, она исчезли с лица земли из-за нехватки времени. Вечный Мир существует всего лишь несколько сотен лет, и его конец уже начал появляться на горизонте. Мне нужна помощь кого-то вроде Вашего Величества, чтобы совладать с этим давлением. Ваше Величество тоже нуждается во мне, чтобы восстановить свою душу.

Силуэт из чёрного песка улыбчиво ответил:

— Мы с тобой воспользуемся друг другом. У меня огромный авторитет на райских небесах, и я смогу выиграть время для Вечного Мира. Я могу заставить обоих матерей земли сражаться друг с другом, и продлить ваше существование. Тем не менее, мне кажется, что если я вернусь на свой трон, а Вечный Мир продолжит развиваться, то рано или поздно он станет для меня угрозой.

Цинь Му ответил серьёзным тоном:

— У Вашего Величества есть выбор?

Силуэт из песка улыбнулся:

— Нет.

— Я тоже так думаю, — безразлично проговорил Цинь Му. — Ваше Величество, есть ещё одно требование для воссоздания твоей души. Мне понадобится сила Небесного Герцога и Графа Земли.

Чёрный песок задрожал, но ничего не ответил.

Цинь Му улыбнулся:

— Не знаю насчёт Небесного Герцога, но думаю, что с Графом Земли возникнет проблема. Если я воспользуюсь его силой, чтобы тебя воскресить, он определённо меня убьёт.

Силуэт из чёрного песка продолжил молчать.

Богиня Небесной Инь столкнулась с дилеммой, не зная, стоит ли ей что-то говорить.

В прошлом, чтобы контролировать Графа Земли, Небесный Герцог воспользовался шансом, когда тот реинкарнировал, и позволил своему сыну возглавить полубогов и атаковать его реинкарнацию.

Реинкарнацию Графа Земли звали Ах Чоу, у неё было трое детей. Его старший сын и дочь были сброшены со скалы и погибли, и осталась лишь младшая дочь. Когда Ах Чоу начал резню на райских небесах, она оказалась в руках Небесного Императора и стала инструментом для давления на Графа Земли.

Несмотря на то, что они были правителем и подчинённым, между ними разгорелась искренняя ненависть.

Старый неопрятный даос медленно открыл глаза и проговорил:

— Дочь Графа Земли до сих пор жива. Она занимает чрезвычайно высокое положение на райских небесах, поэтому у тебя до сих пор есть способ искупить свою вину.

Силуэт из чёрного песка проговорил:

— Есть ещё Небесный Герцог. Он тоже может не проявить желания мне помогать.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Неужели Небесный Император сделал что-то подобное и с Небесным Герцогом?

Неудивительно, что Небесный Герцог и Граф Земли не любили упоминать о Небесном Императоре и презирали его действия.

Небесный Герцог не хотел упоминать то, что с ним случилось.

— Ты заслужил то, что получил, — проговорил Цинь Му. — Иногда кому-то может казаться, что он контролирует весь мир и не имеет себе равных, но когда ты окажешься в полном забвении и отчаянии, тебе никто не придёт на помощь.

Силуэт из чёрного песка фыркнул, но ничего не ответил.

Цинь Му продолжил:

— В таком случае, не мог бы Предок Дао убедить дочь Графа Земли поговорить со своим отцом? Что касается Небесного Герцога, думаю, что я здесь что-то придумаю. Ваше Величество может приказать новой Матери Земли разобраться с давлением на Вечный Мир.

Силуэт из чёрного песка несчастно вздохнул.

Взгляд Цинь Му загорелся, он проговорил:

— Есть ещё один момент касаемо Небесного Преподобного Юя. Мне нужна последняя часть его души.

— Невозможно! — уверенно покачал головой силуэт из чёрного песка.

Старый даос тоже покачал головой:

— Это невозможно. Душа Небесного Преподобного Юя спрятана в Зале Ароматов, его никто не в силах вытащить. Этот вопрос…

Он посмотрел на силуэт из чёрного песка и промолчал.

Цинь Му нахмурился. Частичка души Небесного Преподобного Юя была связана с Небесным Императором. В прошлом, когда Небесный Преподобный Юй был убит, Небесный Император отдал приказ найти его душу, тем не менее, Графу Земли не удалось этого сделать.

Цинь Му догадывался, что часть разбитой души Небесного Преподобного Юя, хранящую воспоминания, куда-то спрятал Небесный Император. Только он был в силах скрыть что-то от Графа Земли.

Теперь, когда у райских небес появился новый хозяин, осколок души Небесного Преподобного Юя был связан с различными силами, и ни Предок Дао, ни древний Небесный Император не могли решать, что с ним делать.

Цинь Му стиснул зубы. Неужели Небесный Преподобный Юй навсегда останется таким глупым?

— В таком случае, кто создал Небесного Преподобного Юя, спустившегося с райских небес? — внезапно спросил он.

Силуэт из чёрного песка спросил:

— Какого именно Небесного Преподобного Юя ты имеешь в виду?

Цинь Му был ошеломлен.

Силуэт из чёрного песка улыбнулся:

— Райские небеса создали много версий Небесного Преподобного Юя. Все они, вероятно, были отправлены к нижней границе, чтобы проверить насколько идеален Небесный Преподобный Юй, которого они создали. Что касается того, чьё творение ты встретил, я не могу такого знать. Более того, я тоже создал одного.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, и он уставился на Небесного Преподобного Юя, чувствуя одновременно горечь и желание убивать.

— У меня есть последний вопрос, — собравшись с мыслями, Цинь Му выдавил из себя улыбку. — Император-Основатель на райских небесах? Он стал одним из сил райских небес? В конце концов, он тоже один из основателей Небесного Союза.

Силуэт из чёрного песка покачал головой:

— Он не хочет идти на компромисс или умирать, поэтому, естественно, он прячется в деревне Беззаботной. Райские Небеса всегда искали её местонахождения, но нам до сих пор это не удалось.

Мысли Цинь Му запутались, он наконец почувствовал, как с его души свалился огромный камень. Его глаза стали слегка влажными, он был тронут.

— Император-Основатель действительно такой… — тихо это сказав, он заставил слёзы на своих глазах испариться.

Император-Основатель говорили, что чем лучше человек понимает райские небеса, тем больше отчаяния он испытывает. Теперь он мог понять эмоции, которые заставили его так говорить. Тем не менее, тот всё равно не пошёл на компромисс и не стал одной из сил райских небес.

Всё это время Император-Основатель оставался примером для подражания и мотивировал Цинь Му. Даже несмотря на множественные недопонимания, Цин Му никогда не переставал им восхищаться.

Если бы Император-Основатель тоже оказался на райских небесах, подобный удар скорее всего сломал бы его!

Настроение Цинь Му значительно улучшилось, и он поднялся, улыбаясь:

— На сегодня наш разговор закончен. Я придумаю решение проблемы с Небесным Герцогом, но вы сами должны разобраться с Графом Земли. Ваше Величество, у меня много дел, так что я должен уходить. Брат Юй, идём.

Он повёл Небесного Преподобного Юя прочь, но силуэт из чёрного песка его остановил, улыбчиво говоря:

— Небесный Преподобный Му, ты задал мне много вопросов, и у меня тоже есть вопрос, на который я не знаю ответа.

Цинь Му остановился.

Чёрный силуэт озадаченно спросил:

— Я не понимаю, к чему ты стремишься. Ты обладаешь удивительным талантом и способностями, ты крайне трудолюбив, любопытен, знаешь множество тактик и к тому же владеешь званием Небесного Преподобного. Твоё положение настолько высоко, что тебе ничего не нужно делать для мира людей, чтобы завоевать уважение райских небес. Если ты хочешь, то можешь отправиться на райские небеса и стать Небесным Преподобным Му, возвышающимся над всеми. Тем не менее, вместо этого ты носишься по миру смертных, и открыто им противостоишь, становясь врагом силы, которая даже у Императора-Основателя вызывала отчаяние, — в его голосе слышалось недоумение. — К чему ты таким образом стремишься? Что ты хочешь получить?

Цинь Му повернул голову, его взгляд сверкал от чистой улыбки, растянувшейся на всё лицо.

— Ваше Величество, ты родился лидером, главой всей вселенной. Ты не смертный и никогда не жил в мире смертных. Ты также не жил в Вечном Мире, — ответил он. — Я жил здесь с самого детства, я жил в мире смертных. Здесь слишком много людей, которые меня любят, и слишком много людей, которых люблю я. Даже несмотря на то, что у всех них есть небольшие недостатки, они удивительные люди. Они не боги возвышающиеся над всеми, тем не менее, я понимаю, что боги райских небес боятся смертных, из-за чего разрушили их божественные мосты. Когда они отобрали у нас все перспективы, я понял, что не смертные боятся богов, а боги боятся смертных.

Силуэт из чёрного песка был слегка ошеломлён.

Старый неряшливый даос, дремлющий неподалёку, внезапно открыл глаза.

— Когда я мочился на статую бога вместе с дедушкой слепым, я уже не уважал вас, богов. Когда я пас коров у реки Вздымающейся, я был лишь пастухом без высоких амбиций, и не планировал ничего грандиозного. Я всего лишь хотел пасти богов, чтобы они больше не были выше других.

Цинь Му вышел из дворца Небесной Инь, и его голос донёсся снаружи:

— Человек, пасущий коров, должен получить власть над ними, чтобы не позволить им разбежаться во все стороны. Чтобы пасти богов, нужно получить над ними власть и заставить их служить людям. Когда они будут делать зло, то будут наказаны, их будут заменять новые боги, рождённые из смертных, и борьба сил между богами закончится. В этом и заключается реформа Вечного Мира.

Силуэт из чёрного песка на мгновение замолчал, прежде чем вздохнуть:

— Просить тигра о его шкуре, ты и вправду главная для меня опасность.

Снаружи зала, Цинь Му развернулся и улыбнулся:

— Ты прав. Тем не менее, это всё в будущем, сейчас мы должны работать сообща.

Чёрный песок рассеялся, исчезая.

Старый неопрятный даос встал и вышел из зала. Проходя мимо Цинь Му, он проговорил:

— Ты проиграешь и погибнешь. Многие питали те же мечты, что и ты, прошлые небесные императоры Эпохи Южного Высшего Императора, Император-Основатель, Небесная Преподобная Лин, все они без исключений потерпели неудачу.

Провожая его взглядом, Цинь Му громко ответил:

— Кто-то всё же должен это сделать! Есть вещи, которые должны быть сделаны, и вещи, которые нужно вернуть назад, ничто не может быть неизменным!

Старый даос остановился, и его тело внезапно исчезло.

— Кто-то должен это сделать, — Цинь Му начал бормотать к Небесному Преподобному Юю. — Верно?

Небесный Преподобный Юй был озадачен.

Улыбнувшись, Цинь Му спросил снова:

— Верно?

Тот не смог ответить.

На лице Цинь Му возникло растерянное выражение, он снова пробормотал:

— Верно?

Цилинь, лежащий перед дворцом, поднялся, и качаясь подошёл к нему:

— Верно.

Цинь Му улыбнулся, его сердце наполнилось радостью.

Янь’эр посмотрела на цилиня и тихо спросила:

— Почему ты его поддержал?

— Когда Патриарх ещё был жив, к нему часто приходил Имперский Наставник, — шёпотом ответил цилинь. — Имперский Наставник часто был растерян и беспомощен. В такие моменты он спрашивал Патриарха, считает ли тот его действия правильными. Когда Патриарх не отвечал, Наставник чувствовал пустоту в сердце, и лишь когда тот его поддерживал, он улыбался. Владыка Культа нуждается в друге Дао, который бы его поддерживал, к сожалению, у него его нет. Я не хочу, чтобы он грустил.

Глава 860. Божecтвенное Cокровище Галактики

Несмотря на то, что цилинь сказал лишь »Верно«, Цинь Му казалось, будто он обрёл великое ободрение, и его настроение снова улучшилось.

Наблюдая за этой сценой, Янь’эр не удержалась и удивлённо цокнула языком, прежде чем дать цилиню духовную пилюлю.

Заметив это, водный цилинь начал завидовать, думая про себя: „Когда мой хозяин разбит и растерян, я тоже должен казать ему ‚Верно‘. Таким образом, я получу больше еды. Тем не менее, кажется, мой хозяин всегда растерян…“

Богиня Небесной Инь проводила их из мира Небесной Инь, прошептав перед прощанием:

— Великий Чародей, ты не будешь злиться из-за того, что я сделала, верно? Небесный Император, в конце концов, правитель всех нас, древних богов. Несмотря на то, что некоторым из нас он сделал много плохих вещей, его всё же нельзя считать злом. Когда Предок Дао нашёл меня, чтобы попросить о рунах Мира Небесной Инь для восстановлений души Его Величества, я не могла отказать.

— Богиня, ты не должна ничего объяснять, я всё понимаю, — улыбнулся Цинь Му. — Богиня помнит свои старые связи, так что твой выбор полностью оправдан. Тем не менее, ты уже не древний бог, рождённый небом и землёй. Как древний бог, ты уже мертва. Теперь ты новая жизнь, ты такая как мы, существа после начала мира.

Богиня Небесной Инь потеряла дар речи.

— Богиня, ты наивна, настолько наивна, что не остерегаешься чужаков, что не понимаешь почему ты умерла, что снова посвятила себя древнему Небесному Императору. Но разве ты не думала об этом раньше? Когда ты умерла, кусочек души древнего Небесного Императора уже занимал высокую должность в Небесном Союзе. — Цинь Му поклонился на прощанье и искренне продолжил. — Он не остановил Сына Небесной Инь, позволяя ему пойти против тебя. Таким же образом он не остановил Небесный Союз, когда тот решил атаковать Мать Земли. Богиня, твоё физическое тело было уничтожено. Когда я тебя воскресил, от тебя оставалась лишь кожа. Ты не такая, каким будет Небесный Император после воскрешения. У него ещё осталось его физическое тело древнего бога, он может снова стать древним богом. Вы с ним уже не представители одного вида.

С ошеломлённым выражением лица Богиня Небесной Инь смотрела им в след. Голос Цинь Му всё ещё эхом звенел в её ушах:

— Богиня, тебе не стоит продолжать быть такой наивной.

Цилинь использовал свою Ци, чтобы тащить на своей спине огромное зеркало, шагая вперёд. Цинь Му не было видно на его голове, только водный цилинь шагал сбоку. Небесный Преподобный Юй куда-то исчез, а Янь’эр энергично носилась туда-сюда, кормя их духовными пилюлями.

Время от времени девушка доставала горстку пилюль и засовывала её в зеркало. Внутри неё Небесный Преподобный Юй открывал рот, чтобы покушать.

Цинь Му тоже находился внутри зеркала. Достав ещё одно маленькое зеркало, он повернулся спиной к рунам на нефритовых свитках вокруг, и поднял его, чтобы прочитать их.

Затем юноша вынул множественные божественные оружия для вычислений и начал энергично считать. Он пытался соединить Математический Трактат Высшей Молекулы, доведённый до идеала Мастером Дао Линь Сюанем, с рунами, чтобы улучшить их.

Небесный Преподобный Юй, в свою очередь, стоял неподалёку, погрузившись в мысли. Его совершенствование достигло предела. Он находился на вершине области Духовного Эмбриона и пытался продвинуться дальше.

Цинь Му не передавал ему техники открытия божественного сокровища Пяти Элементов и не давал ему советов по совершенствованию. Небесный Преподобный и сам его об этом не просил, так как Цинь Му сказал ему, что Тело Тирана вроде него должно создавать свои собственные техники и само искать свой путь.

Из-за этого Небесный Преподобный Юй решил, что пойдёт своим собственным путём.

Цилинь следовал за течением реки Вздымающейся, путешествуя на восток. По тому же маршруту двигалось много песчаных кораблей, в воде под которыми Владыка Взращивания Драконов и несколько Королей Драконов приняли свои истинные формы, плывя вместе с ними. Используя свою магическую силу, они ускоряли речной поток, позволяя кораблям плыть быстрее.

Металл Небесной Инь не был редкостью в Мире Небесной Инь, но во внешнем мире его было трудно найти, так что по пути случалось много грабежей. Так как райская река соединяла бесчисленное количество небес, с них спускались дьявольские боги, чтобы ограбить корабли. Владыке Взращивания Драконов и Королям Драконов приходилось постоянно от них отбиваться.

Цинь Му не просил цилиня бежать как можно быстрее, поэтому тот двигался почти с такой же скоростью, как и корабли внизу. Более того, жирдяй невероятно радовался возможности поедать сколько угодно духовных пилюль по пути.

Время от времени Короли Драконов поднимались над поверхностью реки, и, понимая, что цилинь был ездовым зверем Цинь Му, предлагали ему всевозможные сокровища и пищу. Тот не часто ел мясо, поэтому принимал в основном лишь артефакты вроде драконьих бусин, в то время как водный цилинь и Янь’эр с радостью брали всё, что им предлагали.

Часть песчаных кораблей начали разгружаться по прибытию к Академии Реки Вздымающейся, в то время как остальные продолжили плыть на восток, направляясь к морю.

Море стало намного обширнее, в сравнении со своими старыми размерами. Посмотрев на восток, цилинь обнаружил, что звёздная карта уже была не в силах его накрыть, и вместо того, чтобы подниматься из-за моря, солнце внезапно появлялось прямо посреди неба.

Даже более странными были гигантские планеты на поверхности моря. Некоторые упали в воду, возвышаясь над ним будто полукруглые горы, в то время как другие свисали с неба, выглядя невероятно огромными.

Эти планеты разрывали небо на части, отчего на его поверхности появились трещины.

Бог, отвечающий за работу звёздной карты, должно быть давно уже сдался, и совершенно не обращал внимания на её недостатки, не говоря уже о том, чтобы пытаться что-то исправить.

Внезапно из зеркала показалась голова Цинь Му. Осмотрев окрестности, он был ошеломлён увиденным:

— Это устье реки Вздымающейся? Бог, управляющий звёздной картой, и вправду сдаёт позиции, на это больно смотреть.

Цилинь кивнул:

— Мы достигли устья.

С другой стороны зеркала показалась голова Небесного Преподобного Юя, с любопытством осматриваясь по сторонам.

— В древние времена райская река текла дальше, достигая Руин Заката. Теперь она впадает в море, ей не хватает огромной части маршрута. Боюсь, что найти Руины Заката будет невероятно сложно.

Цинь Му внезапно повернул зеркало, ставя его вертикально. Наклонившись параллельно морю и посмотрев вниз, он увидел, как песчаные корабли формируют целый флот и плывут на север вдоль берега:

— Разве здесь не опасно путешествовать, не имея защиты Королей Драконов?

Пока он говорил, на поверхности моря показались огромные зелёные спины, напоминающие острова. На самом деле это были огромные рыбы, защищающие песчаные корабли со всех сторон.

Затем к ним подплыли гигантские черепахи, начиная сопровождать корабли.

В этот момент с гавани на берегу выплыл какой-то корабль. С его борта в небо поднялись видения, превратившиеся в длинную дамбу, построенную из земли, дерева и воды.

Огромная дамба имела более восьмисот метров в длину. Река за ней протянулась на несколько сотен километров, формируя удивительное зрелище.

Несколько зелёных рыб поплыли в сторону видения. Внезапно выпрыгнув из воды, они превратились в мужчин и женщин, прежде чем спуститься на борт.

Часть чёрных черепах поплыли следом, тоже приняв человеческий облик, чтобы взойти на корабль.

— Подобный уровень видений воды, земли и дерева, скорее всего работа Великого Сыкуна Империи Вечного Мира Вэя Пинбо. Судя по всему, бог охраны вод получил приказ защищать корабли, — быстро всё осмотрев, проговорил Цинь Му. — Рыбы с зелёными спинами принадлежат к расе Куней, а чёрные черепахи к расе богов Чёрной Черепахи. В прошлом, в битве у горного хребта Разрушенный Богом, Печать Императора Людей призвала их на помощь, и они понесли огромные потери. Но с совместными усилиями бога охраны вод и морскими расами богов, песчаные корабли в безопасности.

Успокоившись, Цинь Му вернулся обратно в зеркало, чтобы продолжить свои исследования.

Небесный Преподобный Юй выполз из зеркала. Уверенно усевшись на голове водного цилиня, он повернулся к Янь’эр и проговорил:

— Сестра, не корми меня больше, я несколько дней буду совершенствоваться в уединении.

Растерявшись, Янь’эр спросила:

— Будешь голодать? Может для начала покушаешь?

Немного поразмыслив, Небесный Преподобный Юй ответил:

— Должно быть, мне и вправду нужно поесть для начала.

Цилинь начал ускоряться, двигаясь на север вблизи от берега. После почти двадцатидневного путешествия он наконец достиг устья реки Золотой.

За это время однажды ночью появилось странное видение. В звёздном небе внезапно начался хаос, а сила звёзд объединилась в поток, видимый невооружённым взглядом, прежде чем хлынуть в тело Небесного Преподобного Юя.

Это явление повторялось на протяжении следующих нескольких дней, прежде чем наконец прекратиться.

Янь’эр и водный цилинь решили разбудить Небесного Преподобного Юя и спросить его о происходящем. Цилинь тут же их остановил:

— Жирдяй поглощён пониманием своего пути, его нельзя тревожить. Владыка Культа говорил, что в состояние понимания крайне сложно погрузиться, и что если человек достигает его раз или два за жизнь, то это огромное достижение.

Водный цилинь с подозрением спросил:

— Действительно? Припоминаю, что когда мой хозяин открывал божественное сокровище Духовного Эмбриона, он уже понял свой путь. В тот раз это далось ему крайне просто.

Цилинь тоже слегка недоумевал:

— Так сказал Владыка Культа.

Цилинь продолжал двигаться в сторону устья реки. Достиг Речной Гробницы, он наконец снял зеркало со своей спины. Постучав по его поверхности, он проговорил:

— Владыка Культа, мы прибыли в Речную Гробницу.

Выпрыгнув из зеркала, Цинь Му взмахнул рукавом, пряча зеркало в свой мешочек таотэ.

Очнувшись, Небесный Преподобный Юй взволнованно проговорил:

— Брат, я открыл второе божественное сокровище!

Цинь Му спрыгнул с головы цилиня, давай понять, что собирается идти пешком, прежде чем засмеяться:

— Какое божественное сокровище ты открыл?

На протяжении всего этого времени Цинь Му не учил Небесного Преподобного Юя открытию божественных сокровищ, божественным искусствам или навыкам. Он позволил ему изучать всё самостоятельно, а не учить готовое.

Сегодняшний Вечный Мир был эпохой глубоких знаний, и навыки и божественные искусства любой академии были доступны всем желающим. Небесный Преподобный Юй уже прочитал книги Имперского Колледжа, Академии Реки Вздымающейся, Небесной Святой Академии, Академии Реки Ли и Секты Дао. Его знания уже стали невероятно обширными, а его горизонты и опыт значительно превосходили Небесного Преподобного Юя из древности.

Цинь Му верил, что даже если Небесный Преподобный Юй не будет совершенствовать чужих техник, он всё равно найдёт свой путь.

— Божественное Сокровище Галактики! — взволнованно подпрыгнул Небесный Преподобный Юй. — Я вдохновился, наблюдая за небесным явлением, таким образом открыв галактику вокруг духовного эмбриона.

Ошеломлённый, Цинь Му остановился, переспросив:

— Божественное Сокровище Галактики? Не Пяти Элементов или Шести Направлений?

Небесный Преподобный Юй покачал головой.

Цинь Му смущённо спросил:

— Как выглядит это Божественное Сокровище Галактики?

Небесный Преподобный Юй на мгновение задумался, прежде чем открыть своё божественное сокровище, чтобы показать его Цинь Му.

Осмотрев это божественное сокровище, Цинь Му почувствовал лёгкое помутнение в голове. Пухлый духовный эмбрион Небесного Преподобного Юя сидел на духовной платформе в окружении бескрайней галактики, вращающейся вокруг.

Главное, что между этими божественными сокровищами не было стены!

Цинь Му покачал головой. Тщательно осмотрев всё во второй раз, он действительно не обнаружил стены между божественными сокровищами!

Это означало, что Божественные Сокровища Духовного Эмбриона и Галактики Небесного Преподобного Юя были одним целым!

— Владыка Культа, толстяк снова впал в состояние понимания, открывая Божественное Сокровище Галактики, — осторожно проговорил цилинь. — Кроме того, каждый раз когда он попадает в подобное состояние, то не выходит из него десять дней. Владыка Культа, по правде говоря, мне кажется, нет разницы, поддельное Тело Тирана, или настоящее…

Не в силах держать выражение своего лица под контролем, Цинь Му кивнул:

— Жирдяй, в твои словах есть смысл… Не знаю почему, но у меня возникло внезапное желание кого-то избить!

С неприятным выражением он отправился в сторону производственной фабрики Речной Гробницы.

Речная Гробница была местом, где начал свою деятельность Имперский Наставник Вечного Мира, кроме того, здесь находилась Академия Речной Гробницы и располагалось большинство производственных фабрик Империи Вечного Мира. Их здесь было даже больше, чем в окрестностях Академии Реки Вздымающейся.

Когда песчаные корабли достигали этого места, они разгружались на производственных фабриках.

Цинь Му увидел, что бесчисленные компоненты Божественной Пушки Солнечного Удара уже строятся, хоть они ещё не были собраны вместе.

Когда Цинь Му прибыл на фабрику, его встретил кто-то из Чертога Небесных Работ. Приказав этому человеку показать чертежи Божественной Пушки Солнечного удара, он улыбнулся:

— Дедушка слепой уже улучшил чертёж. Он добавил построение Эпохи Императора-Основателя, заимствующее силу неба и земли. Это позволит пушке висеть над землёй, не потребляя медицинских камней.

Ученик Чертога Небесных Работ проговорил:

— Владыка Культа, Божественной Пушке Солнечного Удара всё же нужна энергия медицинских камней для мгновенного убийства дьявольского бога.

Цинь Му кивнул, улыбнувшись:

— Имперский Наставник сейчас в Речной Гробнице?

— Имперского Наставника сейчас здесь нет, но в Речной Гробнице было много гостей из разных племён, все они пришли бросить вызов, — ученик продолжил. — Очевидно, это эксперты с северных небес, и все они пришли бросить вызов… — он взглянул на Цинь Му, прежде чем осторожно проговорить. —— Бросить вызов Телу Тирана Вечного Мира. Эти эксперты блокируют Академию Речной Гробницы уже более десяти дней.

— Северные Небеса… вызов Телу Тирана Вечного Мира? — Цинь Му был поражён. — С каких пор я стал таким знаменитым?

Ученик Чертога Небесных Работ начал говорить даже более осторожно. На его лбу появились маленькие капли пота:

— Я слышал… я только слышал… так что это нельзя воспринимать как окончательную информацию… Я слышал, что Святой Дровосек и Небесный Наставник Цзы Си посетили северные небеса и уверенно сообщили, что в Вечном Мире есть Тело Тирана, которое нигде не смогло найти себе достойного противника. Затем они добавили, что если кто-то одолеет Тело Тирана Вечного Мира в одной с ним области, то вся Империя Вечного Мира сдастся. Я также слышал, что Святой Дровосек сделал неведомое количество ставок с богами северных небес и заключил с ними какое-то Соглашение Маленького Графа Земли…

Цинь Му был ошеломлён. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

— Переложил конфликт на мои плечи? Учитель и вправду… старый убл*док! Впрочем, я как раз думал о том, чтобы кого-то избить!

Глава 861. Hепpевзoйденная Cвирепость и Мощь

Переполняясь волнением, Цинь Му шагал к Академии Речной Гробницы. Он понимал глубокое значение действий Святого Дровосека и Небесного Наставника Цзы Си.

После того, как Первобытное Царство освободилось из-под печати, проснулись всевозможные мощные силы. B иx окружении Вечный Мир казался лишь каплей в ведре. На него смотрели свысока и считали его пустяком.

Когда все силы вокруг считают тебя неудачником и с готовы радостью тебя унизить, тебе рано или поздно придёт конец.

Для того, чтобы Вечный Мир выжил в наполненном опасностями Первобытном Царстве, одних лишь бывших подданых Императора-Основателя не хватало, для начала нужно было заработать себе репутацию.

Что касалось святого, появляющегося раз в пятьсот лет, то для бесчисленных больших небес Первобытного Царства это не было чем-то значимым. Несравненное Тело Тирана Вечного Мира, с другой стороны, казалось более впечатляющим, поэтому делать ставку на репутацию Цинь Му было правильным решением.

Даже более важным было Соглашение Маленького Графа Земли.

Маленький Граф Земли был Сыном Юду, другим »я« в теле Цинь Му, его старшим братом Цинь Фэнцинем.

Святой Дровосек и боги северных небес заключили Соглашение Маленького Графа Земли, что означало, что они давали клятву Цинь Фэнцину, а следовательно, и Цинь Му. Если могущественные практики северных небес одолеют Цинь Му, то даже если Вечный Мир не сдастся, Цинь Му ничего не сделает Святому Дровосеку.

Цинь Му был уверен, что смог бы сдержать Цинь Фэнцина. Тот определённо начал бы обижаться, но Цинь Му верил, что убедил бы его.

С другой стороны, если боги северных небес проиграют, но решат не соблюдать Соглашение Маленького Графа Земли, то в результате будут сожраны Цинь Фэнцином.

Таким образом, постоянная проблема в виде поиска пропитания для брата Цинь Му будет решена.

Даже более важным было то, что ставкой была Империя Вечного Мира, она была единственной фишкой Святого Дровосека и Цзы Си в игре с северными небесами. Счёт небес севера шёл на сотни, и эта игра позволяла выиграть что-то очень ценное, не рискуя ничем!

Подобный обмен принесёт гарантированный доход без риска, поэтому два хитрых Небесных Наставника, Дровосек и Цзы Си, естественно, догадались его совершить.

Академия Речной Гробницы.

Академия была основана Имперским Наставником, но была построена за пределами уезда Речной Гробницы. Уезд был центром торговли, и в нём не было места для учебных учреждений, поэтому Академию построили возле дельты реки Золотой.

Имперский Наставник пригласил сильных работников Вечного Мира, чтобы сдвинуть горы, и построить возле них академию.

Он также пригласил мастеров построений вроде слепого, чтобы построить несколько парящих дворцов. Соорудив канатную дорогу, он окружил горы дворцами, будто лепестками цветка.

Кроме того, ученики искусств построений оставили на горах и камнях печати, окружая академию гигантскими парящими валунами.

Некоторые особо ленивые ученики предпочитали прыгать по этих камнях, вместо того чтобы ходить по канатных дорогах, что стало одной из достопримечательностей Академии Речной Гробницы.

Вскоре Цинь Му и Небесный Преподобный Юй прибыли на место. Посмотрев издали, они увидели, что в Академии Речной Гробницы кипела жизнь. Юноши на реке напряжённо сражались заклятиями, поднимая на поверхности воды огромные волны. Божественные искусства непрерывно взрывались, напоминая рёв гигантских монстров, что повергало всю реку в хаос.

Внезапно огромные волны на поверхности реки превратились в айсберги. Поднимаясь в воздух и носясь вокруг, они непрерывно сталкивались и взрывались. Время от времени из них выстреливали бесчисленные ледяные мечи, разлетаясь во все стороны!

Всё больше айсбергов поднималось над поверхностью реки, создавая удивительное зрелище. Ледяные мечи летели вслед за ними, исполняя удивительные техники меча, от вида которых все вокруг удивлённо восклицали.

Цинь Му остановился, непрерывно восклицая от восхищения.

Несмотря на то, что Академия Речной Гробницы довольно сильно славилась своими навыками построений, её главным достоинством всё же были техники меча. Техника Меча Ледника считалась редким высшим навыком, объединившим в себе восемнадцать базовых движений.

„Имперский Наставник воспитал много удивительных людей. Тот, кто выполняет эту технику меча, должно быть академик искусств меча из академии.“

Цинь Му посмотрел в центр построения, увидев, что технику меча исполняет девушка двадцати лет. Тем не менее, он её не узнал. Должно быть, она была новым талантом Вечного Мира.

В тот самый момент из построения меча раздался яростный рёв. Гигантский полубог высотой в несколько метров сдержал построение меча и бросился в сторону девушки.

Его четырёхрукое физическое тело было чудовищным. Размахивая молотом и щитом, он обрушил на айсберг свой удар, разбивая все ледяные мечи. Как только его молот коснулся щита, он разразился магической силой и кругами построений, разбивая всё на своём пути.

Подпрыгнув в воздух, четырёхрукий полубог бросился к девушке и безжалостно замахнулся своим молотом, переполняясь слепой храбростью.

Если речь шла об изысканности божественных искусств, то полубог не мог соперничать в этом с академиком из Академии Речной Гробницы. Тем не менее, будучи полубогом, он был физически сильнее, значительно превосходя в этом человеческую расу.

Кроме того, полубоги имели родословную древних богов, что наделяло их определёнными талантами. В сравнении с людьми они имели огромное врождённое преимущество благодаря своей родословной, и в ближнем бою могли пробить божественные искусства одной лишь грубой силой.

Четырёхрукий полубог ударил своим огромным молотом, отчего речной поток разделился. Девушка отлетела в небо, и несмотря на то, что она проигрывала, она не теряла самообладания. Взмахнув рукой, она заставила бесчисленные капли воды подняться в воздух, превращаясь в зеркало, возвышающееся в небе.

Лучи мечей выстрелили из зеркала, обрушиваясь на полубога. Тот взревел, разбивая зеркало на части. Затем он поднял свой щит, и с поверхности реки Золотой тут же появилась толстая стена воды высотой в сто метров, прежде чем обрушиться на девушку.

Вокруг раздались звуки аплодисментов.

— Эту крохотная девка точно не сможет встать после божественного искусства Ци Сяюй!

— Академия Речной Гробницы уже проиграла более десятка раундов, где ваше Тело Тирана Вечного Мира? Он до сих пор не решился показаться?

— Приведите своего Имперского Наставника, появляющегося раз в пятьсот лет, пусть он найдёт свою смерть!

…

Цинь Му посмотрел в сторону голосов, увидев бесчисленных полубогов, стоящих у горных ворот Академии Речной Гробницы. В воздухе над ними витали всевозможные видения, создавая ослепительное зрелище.

Среди них были полубоги, достигшие области богов, божественное сияние которых вздымалось до небес. Несмотря на то, что в Академии Речной Гробницы были свои боги, их ауры выглядели слабее в сравнении с ними.

Боги противостояли друг другу, и мастера Речной Гробницы оказались подавлены. Это стало сильным ударом по боевому духу людей в Академии.

Некоторые из учёных Академии Речной Гробницы выглядели удручённо, возможно из-за окружения полубогов северных небес. Кроме того, они проиграли больше раз, чем выиграли, что также ударило по их боевому духу.

Если речь шла о божественных искусствах, то эти учёные были исключительными, но разница во врождённом преимуществе была слишком ощутимой. В результате, практикам человеческой расы было сложно победить сражаясь в одной и той же области.

Гении вроде Цинь Му, Сюя Шэнхуа и Чжэ Хуали, шагающие в авангарде своей эпохи и возглавляющие её прогресс, не ощущали разницы между людьми и полубогами. Тем не менее, для остальных практиков божественных искусств она была существенной.

Кроме того, Академия Речной Гробницы отправила своих обычных учеников против самых талантливых практиков среди сотен северных небес!

Можно было представить, какой стресс сейчас переживала академия.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он направился в сторону Академии Речной Гробницы.

Река рядом с ним медленно поднималась, вода начала витать в воздухе, вздымаясь всё выше и выше. Постепенно, поток шириной почти в десять километров повис над землёй.

Перед Академией Речной Гробницы, ученики, полубоги с северных небес, боги и дьяволы подняли головы, смотря на великолепное зрелище впереди ошеломлёнными взглядами.

Река Золотая поднялась в небо вместе с множественными гигантскими рыбами, диной в несколько метров. Невидимая сила оторвала их от земли.

Даже зловещие на вид речные монстры и водные демоны беспомощно размахивали конечностями, подлетая вместе с рекой в небо.

Огромные грузовые корабли, плывущие по реке Золотой, теперь тоже оказались в воздухе. Они продолжили плыть по её поверхности, огонь в их печах до сих пор горел, а турбины крутились. Практики божественных искусств, охранявшие их, подошли к краю борта и высунули головы, чтобы посмотреть вниз. Очевидно, они не понимали, что происходит.

Четырёхрукий полубог и девушка, сражавшиеся ранее, тоже были подняты невидимой силой. Им оставалось лишь наблюдать, как она сковывает их движения и отправляет вслед за течением.

Река Золотая поднялась на несколько сотен метров от земли, пролетая над горными вершинами вокруг Академии Речной Гробницы, прежде чем отдалиться на несколько километров. Нарисовав в небе дугу, она вернулась в своё русло и продолжила течь дальше.

Это зрелище заставило сердца всех вокруг биться быстрее.

— Здесь бог Вечного Мира? — один из богов с северных небес поднял голову к небу, смеясь. — У него определённо есть кое-какие способности, но это всего лишь понты.

Он отвёл взгляд, увидев как по над руслом реки шагал внушительный на вид юноша, двигаясь в сторону Академии Речной Гробницы.

За его спиной шли водный и драконий цилини и пухлый юноша, с любопытством оглядывающийся по сторонам.

Звук волн и воды, бурлящих вверху, продолжал звенеть в ушах.

Несмотря на то, что шаги юноши, шагающего в их сторону, были расслабленными, его скорость была приличной. Когда он приблизился к Академии Речной Гробницы, небо внезапно потемнело, погружая округу в полумрак.

За его спиной показалось видение врат, становящееся всё более и более отчётливым. В следующий миг устрашающие врата тьмы открылись и дьявольская Ци Юду хлынула наружу, окрашивая небо в чёрный.

— Ученики с северных небес.

Врата напоминали огромный рот, способный проглотить небо и землю, из них доносился душераздирающий голос, резонирующий по округе. Звуковые волны пробились вперёд, отчего кожа на лицах практиков божественных искусств полубогов северных небес, скукожилась.

— Среди вас нет никого, способного сражаться!

Звуковые волны снова ударили им в лицо, и волосы всех вокруг начали развеваться, а одежда трепетать.

Несколько полубогов с низким уровнем совершенствования не смогли удержаться на месте и подлетели в воздух, улетая прочь.

Этот голос был наполнен демонической аурой, способной вызвать в сердцах самые ужасные чувства. Когда он звучал, всем вокруг казалось, будто они провалились в Юду и непрерывно падали во тьму.

Полубоги северных небес тут же вспотели, их колени начали дрожать от страха.

Внезапно видение исчезло, а река Золотая раскололась на два потока и начала медленно спускаться, обтекая вокруг Академии Речной Гробницы.

Тьма в небе тут же отступила, скрываясь в гигантских вратах. Последние начали становиться всё менее различимыми, прежде чем окончательно исчезнуть. Вскоре небо снова стало ясным.

Юноша уже достиг врат Академии Речной Гробницы. Сверкая улыбкой, он посмотрел на практиков божественных искусств впереди. Они ещё не успели оправиться после увиденного.

Один из богов с северных небес посмотрел на юношу пылающим взглядом и яростно прокричал:

— К нам пришёл бог, чтобы посеять суматоху и запугать практиков божественных искусств, это и есть гостеприимство Вечного Мира?

В тот же миг из Академии Речной Гробницы раздался оглушительный смех:

— Ученики, следуйте за мной, чтобы поприветствовать Тело Тирана Вечного Мира Циня!

В академии началась суматоха, и вскоре седовласый старый бог вышел наружу вместе с тысячами учеников. Старик поклонился и его голос прогремел, будто гром, проносясь по реке Золотой ужасающими толчками:

— Заместитель Великого Ректора Речной Гробницы, Герцог Вэй вместе с учениками, пришёл поприветствовать Тело Тирана Вечного Мира Циня!

Голоса тысяч учеников прогремели даже громче, чем голос Герцога Вэя, все они в унисон прокричали:

— Мы приветствуем Тело Тирана Вечного мира Циня!

Все выпрямились, и Герцог Вэй поклонился снова, улыбаясь:

— Небесный Король Вэй Небесного Святого Культа отдаёт дань своего уважения Владыке Культа Священному Учителю!

Скрестив руки, Цинь Му громко рассмеялся. Говоря намного тише Герцога Вэй, он улыбнулся:

— Святой Дровосек не сообщил меня о том, что сделал, поэтому я опоздал на несколько дней. Герцог, должно быть последние несколько дней принесли тебе много неудобств. Кто из северных небес собрался бросить мне вызов?

Цинь Му молниеносно огляделся по сторонам, его глаза разразился яркими лучами. В следующий миг всё в радиусе нескольких километров вокруг Академии Речной Гробницы залило ослепительным светом, и лишь когда он отвёл взгляд, все снова смогли видеть.

Раздалась долгая пауза, которую прерывало лишь тяжёлое дыхание и стук зубов. Ни один из практиков божественных искусств не осмеливался заговорить.

Глава 862. Зло, Bызывающeе Благоговение

Спустя некоторое время дьявольский бог северных небес с телом человека и головой быка торжественно проговорил:

— Тело Тирана Вечного Мира — бог? Старый лис Вэнь Тяньгэ не соизволил сообщить, что оно уже совершенствовалось до области богов! Если ты бог, то мы, естественно, поставим против тебя эксперта соответствующей области.

Цинь Му разразился подавляющей аурой и открыл свои божественные сокровища, позволяя всем на них взглянуть, прежде чем покачать головой:

— Я лишь недавно открыл своё седьмое божественное сокровище.

Бесформенная аура окутала Академию Речной Гробницы, будто тёмное облако, и в тот же миг все вокруг начали задыхаться.

Казалось, что какой-то бог небрежно освободил свою ауру, ужасающее давление которой чувствовалось даже за тысячи километров!

К счастью, Цинь Му не переусердствовал, и освободил лишь часть своей ауры.

Старейшина деревни и остальные всегда учили его быть сдержанным. Если ситуация этого не требовала, то он не раскрывал все свои силы в первый же миг.

«Я открыл только сорок процентов своего совершенствования, это можно считать довольно сдержанным поведением, — Цинь Му оглянулся по сторонам, думая про себя. — Я не раскрыл всех своих карт. Я не снял ивового листа со своего межбровья и не показал божественных сокровищ дьявольского пути.»

Бесчисленные дьяволы и боги северных небес нахмурились от увиденного. Смотря на видение божественных сокровищ, витающее за спиной юноши, их глаза нервно дёргались.

Этот парень и вправду был слишком сильным, настолько, что казался сверхчеловеком, совершенно не соответствуя уровню практика божественных искусств!

Подобная аура была рождена не путями, навыками или божественными искусствами, а исключительно магической силой.

Цинь Му обладал магической силой, соответствующей уровню богов, поднявшихся к райским дворцам и стоящих перед Южными Небесными Вратами, а может быть даже большей!

Столь поразительная магическая сила заставляла верить, что если он попытается пройти через Южные Небесные Врата, то сможет выдержать их давление и стать истинным богом за счёт одной лишь грубой силы!

Естественно, чем сильнее был уровень совершенствования практика, тем сильнее становилось давление, которое на него оказывали Южные Небесные Врата. Поэтому, если бы Цинь Му попытался через них пройти, то его всё же могло раздавить в лепёшку.

Даже более удивительным было то, что божественные сокровища Цинь Му были уникальными, и соединились воедино. Между ними не было стен!

Боги не могли понять как устроено его седьмое божественное сокровище и определить, было ли оно огромным деревом, торчащим из Земли Шести Направлений, или же райской рекой, вытекающей из райского дворца.

«Что это за выродок? — несколько дьявольских богов переглянулись, думая об одном и том же. — Это и есть Тело Тирана?»

Несмотря на то, что молодые практики из северных небес были тщательно отобранными из самых талантливых представителей своего поколения, они не могли сравниться с чем-то настолько ужасающим!

Тем не менее, Герцог Вэй понимал намерения Цинь Му. Придя в Академию Речной Гробницы, тот сразу же продемонстрировал свою силу, подняв реку Золотую над землёй.

По мнению Герцога, тот не просто пытался похвастаться своей силой Тела Тирана, а хотел отпугнуть часть противников, не желая сражаться с теми, чьи способности были хуже, чем у других.

Несмотря на то, что юноша всегда был приветлив и мил в общении, на самом деле он был крайне высокомерен. Если чей-то уровень совершенствования был слаб, ему не было интересно с ним сражаться.

«К сожалению, в этот раз Владыка Культа Цинь отпугнул не часть противников, он отпугнул всех практиков с северных небес.»

Герцог огляделся по сторонам, думая про себя: »Молодые практики северных небес, возможно, сильны, но их сила не выходит за пределы разумного. Даже если они все атакуют одновременно, боюсь, что у Владыки не уйдёт много времени на то, чтобы их убить.»

— Ха-ха-ха! Тело Тирана Вечного Мира оправдывает свою репутацию! — дьявольский бог с головой быка внезапно рассмеялся и громко проговорил. — Тело Тирана Цинь действительно удивительно силён. Мы, посланники, уже видели на что ты способен. Ты достоин мериться силами с северными небесами. Мы здесь не для того, чтобы бросать тебе вызов, а чтобы доставить письмо вызова.

После этих слов на лицах остальных богов и дьяволов с северных небес возникли озадаченные выражения.

Они, очевидно, считали Вечный Мир лёгкой мишенью и пришли, чтобы поставить его и Тело Тирана на место, и заодно захватить его земли.

Со спокойным выражением лица дьявольский бог продолжил:

— Мы уже видели способности практиков божественных искусств Вечного Мира и боялись, что Тело Тирана тоже продемонстрирует их уровень мастерства. Но теперь, увидев на что ты способен, мы думаем, что ты достоин получить письмо вызова северных небес!

Остальных богов наконец осенило: «Так вот что он имеет в виду. Практики божественных искусств, которых мы привели сюда, не ровня этому парню. Только сказав, что мы пришли лишь чтобы доставить письмо, у нас останется возможность сохранить свою репутацию.»

Дьявольский бог с головой быка торжественно продолжил:

— Северные небеса объединились под именем «Махакала». Раз уж Тело Тирана Цинь обладает нужными способностями, мы приглашаем тебя на северные небеса, и будем ждать твоего появления!

Остальные боги закивали головами, восклицая:

— Мы ждём твоего появления!

Герцог Вэй с любопытством спросил:

— Где ваше письмо вызова?

Дьявольский бог ответил с неизменным выражением лица:

— Вечный Мир — это всего лишь крохотная страна, здесь нет нужны в настоящем письме вызова. Достаточно просто сообщить.

Герцог Вэй презрительно улыбнулся.

Дьявольский бог притворился дураком, продолжая:

— Мы доставили письмо вызова. Теперь нам можно возвращаться на северные небеса и надеяться, что Тело Тирана скоро придёт.

Он развернулся, собираясь повести практиков божественных искусств обратно.

— Погоди, — за его спиной раздался голос Цинь Му.

Мышцы на спине дьявольского бога напряглись, он поспешно оглянулся, на случай если Цинь Му решил на него наброситься.

Тот лишь улыбнулся:

— Старшие из северных небес напрочь забыли об этикете. Ты говоришь, что пришёл доставить письмо вызова, но не доставил его. Тем не менее, Вечный Мир не будет вести себя так же грубо, и я отвечу тебе письмом вызова. Когда ты вернёшься, дай героям северных небес на него взглянуть.

Дьявольский бог облегчённо улыбнулся:

— Тело Тирана Цинь, давай своё письмо!

Вьюх!

Из мешочка таотэ Цинь Му вылетел меч Беззаботный, после чего он сложил пальцы и ткнул ими вперёд, заставляя оружие со свистом пронзить небо.

Цинь Му начал носиться вокруг и менять положение своих пальцев. Меч двигался вслед за ним, рисуя в небе силуэт юноши с мечом на спине.

Спустя недолгое время рисунок был готов.

Он скопировал портрет бога меча глухого, тем не менее, на нём был изображён не старейшина деревни, а сам Цинь Му.

— Это моё письмо вызова, — Цинь Му схватил меч Беззаботный и аккуратно повёл рукой, вырезая рисунок из неба, прежде чем сжать его, уменьшая в размерах до полуметра.

Герцог Вэй приказал принести лист бумаги. Запечатав рисунок в нём, Цинь Му проговорил:

— Когда вернётесь, выбери своих экспертов, а затем дай им открыть моё письмо вызова. Помни, что практикам с низким уровнем совершенствования нельзя смотреть на него. Когда я почувствую, что рисунок меча в письме разрушился, то лично отправлюсь на северные небеса и навещу всех вас.

Немного поколебавшись, он искренне добавил:

— Если вам дороги ваши жизни, то не открывайте это письмо, пока не отберёте самых сильных практиков из каждой из областей. Более того, чужакам нельзя смотреть на это письмо, оно крайне опасно! Помни об этом, помни! Теперь можете уходить.

На лице дьявольского бога с головой быка возникло серьёзное выражение. Схватив письмо, он прокричал:

— Уходим!

Боги, дьяволы и практики божественных искусств северных небес поспешно развернулись и отправились в путь.

Когда они оказались вдали от Академии Речной Гробницы, один из практиков божественных искусств спросил:

— Учитель, это письмо вызова и вправду настолько мощное? Ты не мог бы открыть его, чтобы мы взглянули?

Дьявольский бог с головой быка покачал головой:

— Его нельзя так просто открывать. Рисунок меча, оставленный внутри, хранит в себе божественные искусства, и если его открыть, то они сработают.

Другой дьявольский бог засмеялся:

— Ты преувеличиваешь. Несмотря на то, что рисунок меча, оставленный внутри, скрывает его божественные искусства, разве те не смогут сработать лишь раз, после чего письмо разрушится? Как по мне, пока мы не будем использовать своей жизненной Ци, то божественные искусства не освободятся. Не случится ничего плохого, если взглянуть на письмо.

Остальные боги засмеялись в ответ:

— Знай себя и знай своего врага, чтобы выходить победителем в каждой битве!

Дьявольский бог с головой быка ненадолго заколебался. Вынув письмо вызова, он проговорил:

— В таком случае, можете на него взглянуть. Но проследите, чтобы не вызвать никаких колебаний Ци и не пробудить божественные искусства. Мне ещё нужно доставить письмо Махакале. На наших небесах нет достаточно мощного эксперта, и только под его руководством может найтись сильный практик, способный совладать с такой силой.

Дьявольский бог осторожно открыл письмо вызова Цинь Му, и божественные искусства и вправду не освободились. Вздохнув с облегчением, он проговорил:

— Можете подойти и взглянуть.

Все подошли поближе, с любопытством рассматривая рисунок меча.

Цинь Му использовал меч Беззаботный в качестве кисти, чтобы запечатлеть свои навыки меча.

Чтобы достичь подобного шага, требуются способности бога. Только бог мог отбить свои божественные искусства в пространстве, где они оставались на протяжении долгого времени.

Все подошли осмотреть рисунок меча. Цинь Му на нём выглядел как живой, он был трёхмерным, реалистичным и отчётливым.

— Это Тело Тирана Вечного Мира и вправду обладает многими талантами. Если бы он начал продавать картины на улицах, то добился бы успеха! — рассмеялись боги.

Дьявольский бог с головой быка тут же воскликнул:

— Я показал вам это не для того, чтобы позволить оценить его навыки рисования, а чтобы осмотреть его путь меча и понять истинный уровень его навыка! Кто знает, может быть нам даже получится понять его божественные искусства и придумать способ с ним разобраться!

Выражения богов тут же стали более серьёзными, и они внимательно всмотрелись в рисунок.

Внезапно один из полубогов громко взревел. Его аура взорвалась, и раздался звук открытия божественных сокровищ внутри его тела. Протянув обе руки, будто пытаясь прикрыться, он прокричал:

— Он несётся на меня с мечом!

Дьявольский бог с головой быка резко изменился в лице. Как только он собрался схватить практика, чтобы прекратить колебания жизненной Ци, межбровье полубога раскололось. Его исконный дух убила бесформенная сила, а душа рассеялась, приводя к неестественной смерти.

Растерявшись, дьявольский бог сделал шаг вперёд, увидев во лбу мёртвого бога рану в форме меча. Тем не менее, сила, которая её вызвала, произошла не с рисунка, а изнутри головы.

«Что это за божественное искусство?»

Как только он об этом подумал, ещё несколько практиков божественных искусств впали в бешенство и достали своё духовное оружие, крича:

— Он меня атакует!

Ещё до того, как они успели договорить, из их тел донеслись резкие звуки, а затем выстрелили бесчисленные кровавые лучи. Сильно задрожав, они упали на землю, их исконные духи были разрушены.

— Не смотрите на письмо вызова!

Внезапно опомнившись, дьявольский бог поспешно закрыл письмо и спрятал его.

Тем не менее, уже было слишком поздно.

Практики божественных искусств, пришедшие с ним в Вечный Мир, чтобы бросить вызов Телу Тирана, один за другим начали впадать в состояние бешенства, атакуя всё вокруг своими божественными искусствами и духовными оружиями. Казалось, будто они вступили в смертельную битву с невидимым врагом!

Остальные боги и дьяволы быстро бросились на помощь и попытались вернуть их в порядок, но несмотря на их давление, практики божественных искусств быстро покрылись бесчисленными дырами. Все их исконные духи были уничтожены один за другим.

Дьявольский бог с головой быка и все остальные почувствовали мороз по коже, ошеломлённо осматривая усеянные трупами окрестности.

— Зловеще! — пронзительно закричал дьявольский бог. — Это чертовски зловеще!

Остальные дьявольские боги побледнели в лицах. Цинь Му так и не сразился с теми, кто пришёл бросить ему вызов. Он всего лишь продемонстрировал свою силу у Академии Речной Гробницы, отпугнув практиков божественных искусств с северных небес.

Тем не менее, несмотря на то что он ничего не сделал, его божественное искусство всё равно убило их всех!

— Что произошло? Что это за божественное искусство? — дрожащим голосом спросил один из дьявольских богов.

— Навык меча, — хриплым голосом ответил бог с головой быка. — Навык меча, вступивший на путь! Он отбивается в сердце того, кто на него смотрит. Подобный навык слишком зловещий, он атакует волю и дух, и когда те обрушиваются, он ворует твои силы и с их помощью освобождается внутри твоего тела. Дух и воля этих практиков не смогли совладать с волей пути меча, кроющегося в рисунке, из-за чего все они погибли. Мы — существа области богов, поэтому воля пути меча не смогла нам навредить.

По спине бесчисленных богов и дьяволов пронёсся холод.

Дьявольский бог грозно прокричал:

— Вперёд! Отправляемся к Махакале!

Все поспешно двинулись следом.

***

Спустя некоторое время один из богов спросил:

— Как рисунок его меча мог содержать столь ужасающую волю меча? Неужели что-то подобное существует в этом мире?

— Это не сила воли, а Бессмертное Сознание Бога, — из райского дворца Махакалы просачивалась тьма, окутывая собой окрестности. Тем не менее, внутри здания было светло. На затылке Махакалы виднелось чёрное солнце. Расслабленно усевшись на троне, он открыл письмо вызова Цинь Му и внимательно его осмотрел, прежде чем проговорить. — Это Бессмертное Сознание Бога происходит из Эпохи Багрового Света. Оно является техникой первого поддельного императора Багрового Света, так что нет ничего странного в том, что вы его не узнали. Даже райские небеса не владеют навыками Багрового Императора. Этот рисунок меча вовсе не зловещий, наоборот, он чистый и радужный.

Глава 863. Арoмат Мeча

— Кроме Сознания Бессмертного Бога, я также вижу божественные искусства Меча Дао и создания.

Махакала продолжал осматривать рисунок меча с задумчивой ухмылкой.

Чёрная аура входила и выходила из чёрного солнца на его затылке. Она была источником тьмы, окутавшей всё в радиусе тысяч километров вокруг.

— Тем не менее, самое странное то, что существа области богов не могут заставить Сознание Бессмертного Бога, Меч Дао и божественное искусство создания активироваться, и не могут почувствовать их уровень совершенствования. Его божественное искусство нацелено исключительно на практиков божественных искусств. Мы не могли ощутить пути, навыки и божественные искусства, кроющиеся в рисунке, поэтому не сумели понять их суть.

Махакала странно улыбнулся и похвалил:

— Это Тело Тирана Вечного Мира определённо обладает некоторыми способностями. Разрушить его письмо несложно, но пробиться сквозь его божественное искусство — это трудная задача.

Во дворце Махакалы боги северных небес встревожено переглянулись.

В Академии Речной Гробницы Цинь Му использовал свой меч в качестве кисти, а воздух в качестве бумаги, нарисовав это картину для письма вызова.

Рисуя, Цинь Му был совершенно расслаблен и не напрягался, но теперь, когда рисунок был доставлен, он встревожил даже могущественных богов.

Вернитесь на свои небеса и выберите самых выдающихся практиков божественных искусств. Их уровень совершенствования не имеет значения, — закрыв письмо, Махакала продолжил. — Соберите их и отправьте сюда. Единственное условие — они должны ступить на путь. Если молодые практики ещё не сделали этого, то вы отправите их на верную смерть.

Боги северных небес переглянулись, и один из них воскликнул:

— Ступить на путь невероятно тяжело. На севере более трёхсот небес, на каждых из которых живёт более миллиарда людей. Тем не менее, нам будет невероятно трудно найти практиков, ступивших на путь.

Махакала равнодушно ответил:

— Почему в Вечном Мире так много практиков, ступивших на путь?

— Из-за…

— Войны! — Махакала поднялся, и из солнца на его затылке вылетели тысячи нитей, соединяясь со тьмой. Шагая вперёд, он потащил за собой чёрную ауру, напоминающую шёлк.

— Вечный Мир прошёл через восемьсот лет войны, не оставляя своим жителям выбора, кроме как воспользоваться любыми способами, чтобы продвинуться вперёд. Их божественных мосты были разрушены, не позволяя достичь райских дворцов, поэтому они стремились к прорыву, чтобы обойти это, — серьёзным тоном продолжил Махакала. — И война стала котлом их прорывов! Небеса севера жили в мире и стабильности слишком долго, из-за чего их молодые поколения начали бездействовать, редко становясь на путь. Пусть они начнут сражаться и убивать. Так же, как мы взращиваем ядовитых насекомых, мы должны положить их в котёл и заставить сражаться, пока из них не останется лишь один. Последний выживший станет самым ядовитым.

По спинам богов северных небес пробежали мурашки.

Дьявольский бог с головой быка осторожно проговорил:

— У Махакалы есть много сильных, талантливых учеников…

Посмотрев на него, Махакала рассмеялся:

— За моей спиной, вы заключили Соглашение Маленького Графа земли с Вэй Тяньгэ, тем хитрым небесным наставником. Теперь, обнаружив что вы не в силах выполнить свою часть уговора, вы хотите чтобы я сделал всё за вас? Кто правитель северных небес, я, или вы? Исчезните из моих глаз и выберите практиков. Через месяц я хочу увидеть самых ядовитых насекомых, которых вы вывели!

Боги разошлись, возвращаясь на свои небеса.

***

Небеса Инея были покрыты льдом и снегом, там, в огромной долине, скрытно перемещались бесчисленные практики божественных искусств то прячась, то вступая в ожесточённые схватки среди снежных пустошей. Поначалу красивые пейзажи теперь покрылись лепестками кровавых пятен.

Снег продолжал падать с неба, постепенно засыпая эти пятна.

Кроме этой долины было множество других, в которых тоже сражалось множество людей. В каждой из них находились практики одной области.

В попытке выбрать самого выдающегося практика божественных искусств, боги Небес Инея собрали тысячи учеников вместе, вынуждая их столкнуться в ожесточённом бою. Подобный подход напоминал выращивание ядовитых насекомых, и был нацелен исключительно на то, чтобы выбрать самого сильного практика и заставить его вступить на путь боем на смерть.

Это были лишь одни из небес севера.

В северной части Первобытного Царства располагалось более трёхсот небес разных размеров. Население некоторых было огромным, составляя сотни миллиардов, но даже в самых маленьких жило более миллиарда людей.

За один месяц практики божественных искусств небес севера понесли огромные потери, но полученный результат тоже был удивительным. В процессе было отобрано огромное количество талантливых молодых людей.

Среди них было около десятка мастеров, ступивших на путь и обладающих удивительным способностями.

Боги северных небес привели своих выбранных практиков к райскому дворцу Махакалы, как тот и приказывал.

Более трёхсот практиков божественных искусств выстроились перед дворцом. Все они были лучшими из лучших, и переполнялись убийственным намерением, боевым духом и непоколебимой уверенностью.

— Здесь всё ещё слишком много людей, не успевших ступить на путь.

Махакала не впустил их во дворец, и вместо этого отдал указ:

— Если мы позволим этим младшим братьям взглянуть на письмо вызова Тела Тирана Вечного Мира, то лишь выставим себя дураками. Вы собираетесь позволить деревенщине с Вечного Мира надо мной издеваться? Пусть продолжат сражаться до тех пор, пока останутся лишь те, кто ступил на путь. Даже если таким способом у нас появится лишь на одного практика, ступившего на путь, больше, это всё равно будет хорошо.

Приказ был услышан за пределами дворца, и более трёхсот практиков тут же бросились друг на друга, освещая окрестности своими божественными искусствами!

После каждой яркой вспышки света, пронзающей тьму, один из них бездыханно падал на землю.

Спустя некоторое время Махакала приказал снова:

— Достаточно!

Оставшиеся практики прекратили сражаться и посмотрели в сторону ярко освещённого дворца.

Теперь осталось лишь семнадцать человек. Среди них были полубоги с невероятно мощными родословными, и все они были экспертами, ступившими на путь и обладающими нескончаемым желанием сражаться!

— Махакала! — поклонившись, громко прокричал дьявольский бог. — Из трёхсот шестнадцати небес севера и миллиардов практиков божественных искусств, мы выбрали семнадцать человек, ступивших на путь! Процесс выбора привёл к миллионам смертей! Всё это лишь для того, чтобы посмотреть на письмо вызова Тела Тирана Вечного Мира, разве оно того стоило? Миллионы практиков божественных искусств могли бы стереть Вечный Мир с лица земли несколько раз!

— Невежественный дурак! — из дворца донёсся голос Махакалы, он холодно ответил. — Я спасаю ваши жизни! Если бы вы не заключили Соглашения Маленького Графа Земли с Вэй Тяньгэ, то я мог бы уничтожить Вечный Мир щелчком своих пальцев! Тем не менее, теперь, когда вы заключили соглашение, даже если нас будет десятки миллионов, или даже миллиардов, все они погибнут!

Внутреннюю часть дворца затопила тьма, Махакала зашагал вперёд, таща её за собой. В следующий миг она накрыла фонари с двух сторон дворца, их свет перестал освещать окрестности.

— Граф Земли был сформирован Великим Дао, а Маленький Граф Земли является Сыном Юду, обладающим силой древних богов и форм жизни, рождённых после начала мира. Я первый дьявольский бог Юду, постигший Дао, и отлично понимаю насколько он силён. Вы были крайне глупы, приняв Соглашение Маленького Графа Земли.

Махакала достал письмо вызова Цинь Му, и повесив его в воздухе, прокричал:

— Посмотрите на него!

Все семнадцать практиков божественных искусств посмотрели на письмо Цинь Му, увидев перед собой юношу с мечом на спине, молча улыбающегося им.

Спустя некоторое время глаза одного из практиков божественных искусств, ступившего на путь, широко открылись, его тело начало резко дрожать. Внезапно он громко закричал и разорвался на огромное количество частей, умирая неестественной смертью!

Затем второй практик божественных искусств достал свой меч и начал энергично им размахивать. Его техники напоминали гром и молнии, он казался обезумевшим.

— Техника Великого Меча…

Внезапно он опустил свой меч и остановился, а из его межбровья вырвался луч света. На его лбу показалось ранение от меча, из которого начала течь кровь.

Другой практик был окутан устойчивой аурой, энергично вращающейся вокруг него звеня странными звуками колокола. Её руны превратились в огромный колокол, начавший непрерывно дрожать. Это божественное искусство выглядело невероятно изысканным.

Внезапно колокол разразился лучами крови, полностью окрасившись в красный цвет.

В следующий миг колокол рассыпался, его руны разлетелись, оставляя под собой лишь труп, покрытый тысячами дыр.

Количество практиков становилось всё меньше и меньше, и вскоре из семнадцати только шестеро стояли на ногах.

Эти шестеро практиков божественных искусств умудрились блокировать Сознание Бессмертного Бога из письма вызова Цинь Му, и несмотря на то, что они только что прошли изнурительную тренировку, их духи были свежи и энергичны. Их способности снова невероятно увеличились!

Заметив это, дьяволы и боги северных небес облегчённо вздохнули.

— На наших северных небесах есть шесть людей, способных соперничать с Телом Тирана Вечного Мира. Нам всё-таки удастся сохранить часть своего достоинства.

— Эти шесть практиков обладают выдающимися талантами, их способности удивительны. Они сумели воспользоваться рисунком меча и продвинуться вперёд, чтобы наконец пройти испытание Тела Тирана Вечного Мира!

— После этой битвы на наших северных небесах будет ещё шесть гениев, способных встряхнуть весь мир. Их будущие достижения определённо зажгут все небеса!

…

В этот миг Махакала проговорил:

— Это первый этап испытания письма вызова Тела Тирана Вечного Мира. Вы его прошли.

Дьявольский боги северных небес ошеломлённо дрогнули, и тот продолжил:

— Только когда рисунок меча в письме будет уничтожен, можно будет считать, что вы приняли вызов. Скрывая в письме своё сознание, Тело Тирана был достаточно справедлив, сила рисунка меча меняется в зависимости от совершенствования противника, и соответствует его области. Поэтому вам не стоит волноваться о том, что он победит благодаря разнице в области. Теперь…

Махакала провёл взглядом по шести практиках божественных искусств, ступивших на путь, и холодно проговорил:

— Подходите один за другим, и используйте свою Ци, чтобы активировать письмо вызова!

Один из практиков шагнул вперёд, активируя рисунок меча своей Ци. Цинь Му на рисунке обнажил своё оружие, и в следующий миг небо наполнили лучи меча, вылетая из бумаги!

Практик божественных искусств громко взревел, исполняя своё божественное искусство пути.

Два божественных искусства столкнулись друг с другом, их сила подула во все стороны, вызывая мощную волну, утихшую лишь спустя некоторое время.

Боги перед дворцом Махакалы поспешно подошли осмотреться, обнаруживая, что практик божественных искусств величественно стоит, не двигаясь.

Внезапно он отлетел назад, делая свой последний вздох.

Боги северных почувствовали, как их волосы встают дыбом, и посмотрели на рисунок меча. Силуэт Цинь Му на бумаге до сих пор был крайне отчётливым, и выглядел живим и настоящим, его меч снова был в ножнах.

Махакала холодно проговорил:

— Следующий!

Другой практик божественных искусств, ступивший на путь, двинулся вперёд. Он был могущественным мастером, ступившим на путь своими навыками ножа, и не использовал Ци, чтобы активировать рисунок меча, а просто достал свой нож, прежде чем исполнить высшее искусство и обрушить его прямо на письмо.

Округу тут же затопили тени ножей и мечей, оставляя в воздухе лишь тонкие чёрные линии. Это были разрезы в пространстве, созданные стремительными навыками ножа и меча.

Спустя некоторое время чёрные линии постепенно исчезали.

Уголки глаз полубога, ступившего на путь ножом, задрожали. Он опустил голову, чтобы посмотреть на свой живот, из его рта потекла кровь.

На его талии появилась чрезвычайно тонкая кровавая линия — нижняя и верхняя части его тела начали медленно отделяться друг от друга.

— Ты довольно хорош. Его меч не убил тебя, подарив шанс продолжить развиваться, — равнодушно проговорил Махакала. — Следующий!

К практику тут же подбежал бог, помогая остановить кровотечение, прежде чем оттащить его прочь. Ноги и задница парня упали на землю, и богу пришлось поспешно подобрать их и отправить бедолагу на лечение.

Затем к письму подошёл следующий практик божественных искусств, уверенно смотря на рисунок меча Цинь Му.

В следующий миг его божественное искусство разразилось ужасающей силой!

***

На земле лежало ещё два трупа и один искалеченный практик. Тем не менее, из шести практиков, ступивших на путь, нашёлся один юноша, сумевший остаться невредимым. Он отбил атаки меча Цинь Му, и даже разрушил рисунок своей грубой силой!

— Как тебя зовут? — посмотрев на него, спросил Махакала.

Поклонившись, тот ответил:

— Ученик является практиком божественных искусств Небес Удивительного Цветения. Моя фамилия Фэн, а имя Хуаюй. Древний Бог Сотни Флор — мой предок.

Махакала одобрительно кивнул:

— У тебя невероятно высокая родословная и поразительный уровень понимания. Ты сумел использовать божественное искусство пути, чтобы остановить его меч, а затем уничтожить рисунок. Это большое достижение. То, что ты сумел ступить на путь божественными искусствами, уже говорит о том, что твои способности непросто найти в нашем мире. Тем не менее, ты всё ещё слишком слаб в некоторых местах, чтобы сражаться с Телом Тирана Вечного Мира.

Взгляд Фэн Хуаюй задрожал. Казалось, он не хотел соглашаться с этими словами.

— Тем не менее, есть способ восполнить твои недостатки, — Махакала развернулся и зашагал в сторону дворца. — Следуй за мной. Ты разрушил письмо вызова Тела Тирана Вечного Мира. Он это ощутил, и, скорее всего, уже в пути. Но на дорогу сюда ему уйдёт не менее трёх месяцев. За это время я поделюсь с тобой своей высшей техникой Императорского Трона, Сутрой Тёмного Мо Цзя.

Фэн Хуаюй удивился и обрадовался, поспешно следуя за Махакалой во дворец.

— Отправьте кого-то за Ханом Руанди! — тихо проговорил Махакала. — Однажды тот сдался Вечному Миру и изучил его реформу. Когда он поделится своими знаниями с тобой, ты сможешь сражаться с Телом Тирана! Руанди теперь мой ученик, и его способности стали довольно высокими. Он определённо поможет тебе продвинуться даже дальше после совершенствования моей техники!

***

Академия Речной Гробницы.

Цинь Му провёл это время в академии, изучая плоды её реформы.

Незаметно для него, прошёл месяц. Закончив учиться, он сражался с Герцогом Веем, когда внезапно почувствовал что-то своим сердцем. Остановившись, он улыбнулся:

— На северных небесах уже нашёлся человек, сумевший принять мой вызов. Небесный Король Вэй, как и было договорено, я отправляюсь туда.

Сердце Герцога Вэя дрогнуло, от тут же проговорил:

— Владыка Культа, небеса севера — это вражеская сила, а Махакала является потомком дьявольского пути. Даже Небесный Наставник Боевых Искусств ему не ровня! Сколько экспертов тебе нужно для сопровождения в этом путешествии?

Цинь Му улыбнулся:

— Мне хватит одного цилиня.

Глаза Герцога Вэя широко открылись, его сердце наполнилось беспокойством:

— Как ты можешь отправиться туда с одним лишь жирдяем? Владыка Культа, подожди несколько дней, я отправлю последователей за четырьмя Небесными Наставниками и Королями, чтобы те составили тебе компанию!

Цинь Му покачал головой и рассмеялся:

— Для чего Телу Тирана Вечного Мира защита Небесных Наставников и Небесных Королей Императора-Основателя? Разве это не навредит репутации Вечного Мира? Лучше позаботься о брате Юе, следи, чтобы он хорошо учился, а мне пора идти! — сказав это, юноша приказал Янь’эр остаться с Небесным Преподобным Юем, позвал цилиня и отправился на север.

Герцогу Вэю было не по себе, он тут же достал зеркало, чтобы связаться с Сы Юньсян:

— Владыка Культа отправился на северные небеса на встречу. Быстро найди четырёх Небесных Королей и Наставников Императора-Основателя, чтобы те тоже поспешили туда!

Сы Юньсян понимала, что дело срочное, и тут же приказала всем мастерам чертогов Небесного Святого Культа найти четырёх Небесных Наставников и Королей.

Цилинь мчался в северном направлении, в то время как Цинь Му сидел внутри зеркала, продолжая изучать руны древних богов и отпечатки Великого Дао, которые достались ему в Павильоне Хранителя.

Прошло более двух месяцев, и они наконец прибыли на север Первобытного Царства. В небе над ним пульсировали разноцветные лучи, которые являлись видениями, созданными северными небесами.

Цилинь продолжал двигаться вперёд, и в один день перед ними внезапно зашевелилась огромная гора, высотой в несколько километров, превращаясь в гигантское божественное существо. Голосом, напоминающим раскаты грома и молнии, оно спросило:

— Это Цинь Му из Вечного Мира, Тело Тирана Цинь?

Остановившись, цилинь позвал:

— Владыка Культа, тебя зовёт горный бог.

Цинь Му выполз из зеркала и поднял голову, осматриваясь. Поклонившись, чтобы выразить своё почтение, он проговорил:

— Я Цинь Му из Вечного Мира.

Ответив на его жест, горный бог тихо проговорил:

— Тело Тирана Вечного Мира, Махакала отдал приказ. Телу Тирана не стоит посещать каждые небеса, ты можешь отправиться прямиком к его дворцу. Сильный практик северных небес ждёт тебя там! — протянув руку, он указал в сторону дворца Махакалы. — Тело Тирана, иди в том направлении!

Цинь Му мягко кивнул:

— Спасибо за помощь. Жирдяй, поворачивая в сторону дворца Махакалы.

Цилинь тут же изменил курс.

Спустя два дня они заметили, что вся округа была окутана тьмой, сквозь которую не мог пробиться даже солнечный свет.

Во тьме, на вершине огромной горы, дьявольский бог высотой в десять тысяч метров расправил крылья, будто огромная птица, и громко прокричал:

— Это Цинь Му из Вечного Мира, Тело Тирана Цинь?

Цилинь остановился, а Цинь Му улыбчиво поднял взгляд:

— Это я.

— Ты на территории дворца Махакалы, — снова закричал дьявольский бог с головой птицы. — Махакала боялся, что ты не найдёшь дорогу, и приказал мне ждать здесь, чтобы показать тебе направление.

— Огромное спасибо.

Цинь Му поклонился и приказал цилиню продолжить двигаться вперёд. Не успев отойти далеко, они увидели впереди божественное сияние, пронзающее небеса. Во тьме возвышалось огромное божественное существо, прокричавшее:

— Тело Тирана Цинь из Вечного Мира, Махакала приказал мне показать тебе направление!

Цин Му снова поблагодарил.

Спустя ещё несколько километров показался очередной дьявольский бог, окутанный языками пламени:

— Тело Тирана Вечного Мира, пожалуйста, двигайся в эту сторону!

По пути их встретило почти сто тысяч дьявольских богов. Они выстроились от границы тьмы вплоть до самого дворца Махакалы, отчего сердце цилиня начало взволнованно дрожать.

Махакала управлял трёхсот шестнадцатью небесами севера, и сто тысяч их высших богов выстроились вдоль дороги, чтобы их встретить. Подобная сцена повергла цилиня в ужас, и тот не мог думать ни о чём другом, кроме побега.

Цинь Му оставался спокойным, приказав цилиню продолжить двигаться вперёд.

Достигнув дворца Махакалы, они увидели перед собой бесчисленных богов и дьяволов, освободивших свои ауры. Среди них было довольно много богов областей Нефритового Павильона, Нефритовой Столицы и Непостижимого Неба. В небе их видения формировали различные райские дворцы, возвышающиеся над всем вокруг. Их тела стояли на вершинах гор, а исконные духи сидели в своих райских дворцах. Мощь этих существ была неестественно высокой, образовывая перехватывающее дыхание зрелище!

Дворец Махакалы располагался посередине всех этих видений. К нему вела узкая лестница, протянувшаяся вплоть до сверкающего главного зала!

Таща Цинь Му вверх по ступеням, цилинь чувствовал, как его сердце начинает биться всё чаще и чаще. Он заставлял себя продолжать двигаться вперёд, в то время как с обоих сторон от него стояли грозные боги и дьяволы северных небес.

Цинь Му сидел у него на лбу, на его лице застыло безразличное выражение.

Наконец цилинь взобрался на вершину и остановился у входа во дворец.

Языки пламени перед дворцом напоминали факелы, а за ним, во тьме, можно было разглядеть едва различимые видения богов. Зрелище было поистине ужасающим.

Не обращая внимания на картину вокруг, Цинь Му громко проговорил:

— Тело Тирана Вечного Мира Цинь Му здесь, чтобы встретиться с героем северных небес. Ему хватит смелости показаться?

Дверь дворца широко распахнулась, и показался едва различимый силуэт с огромным солнцем за спиной, сидящий внутри.

— Фэн Хуаюй, Тело Тирана прибыл, — раздался спокойный голос человека впереди. — После трёх месяцев совершенствования, ты уже не тот, кем был раньше. Ты уверен в своих силах?

— Уверен! — в зале прогремел второй голос.

— Иди!

Взгляд Цинь Му упал на юношу, вышедшего из дворца, и в его ноздри тут же ударил аромат цветов.

— Практик Божественных Искусств Небес Удивительного Цветения, Фэн Хуаюй! — поздоровался юноша.

Цинь Му спустился с головы цилиня, улыбаясь:

— Тело Тирана Вечного Мира, Цинь Му. Прошу.

— Спасибо!

Аура Фэн Хуаюй тут же вспыхнула и рванув с места, он набросился на Цинь Му, окутываясь лучами света, заполнившими собой всё небо.

Цинь Му схватил свою пилюлю меча и задрожал всем телом, принимая трёхглавую шестирукую форму. Его меч тут же разразился ослепительными лучами!

Перед дворцом Махакалы начали сверкать вспышки меча, мерцая видениями рыб и драконов и сопровождаясь чётким и звонким свистом лезвий. В следующий миг вспышки погасли, и с неба, будто дождь, посыпались всевозможные лепестки цветков.

Боги и дьяволы вокруг дворца Махакалы подняли головы вверх. Лепестки несли в себе горькую красоту, их количество становилось всё больше и больше.

Падая вниз, будто капли дождя, они превращались в настоящий поток.

Лепестки продолжали сыпаться, скапливаясь на земле и хороня под собой труп Фэн Хуаюя.

Юноша с Небес Удивительного Цветения уже был наполовину засыпан ими.

Цинь Му опустил свой меч и поклонился, чтобы отдать дань своего уважения существу, неподвижно сидящем во дворце Махакалы. Затем он развернулся и зашагал в сторону цилиня.

Забравшись на его голову, он равнодушно произнёс:

— Жирдяй, можем возвращаться.

Глава 864. Скользкий Bэнь

Цилинь искренне хотел вести себя так же спокойно и уверенно, как Цинь Му, пытаясь непринуждённо развернуться, шлёпнуть себя хвостом по заднице и расслабленно выйти из дворца. Тем не менее, его лапы дрожали, а хвост начал жить своей жизнью.

Обычно он мог с лёгкостью управлять хвостом, но теперь тот онемел, и поднялся лишь наполовину, в то время как его вторая половина продолжала свисать вниз.

Цилиню понадобилось три месяца, чтобы пешком доставить Цинь Му сюда от Речной Гробницы. Едва успев расслабиться, он был вынужден снова отправляться в дорогу.

Вот только удастся ли им так просто уйти?

Ноги цилиня всё ещё дрожали, в то время как в округе воцарилась удушающая тишина. Дворец Махакалы окружали могущественные, высокие боги, физические тела которых пронзали тьму своим светом. Слышался лишь звук их дыхания, все молчали.

Цилинь наконец сумел развернуться, изо всех сил стараясь удержать равновесие, чтобы не поскользнуться и не скатиться с горы дворца Махакалы. Несмотря на все усилия, он не был уверен, что сможет этого избежать.

С обоих сторон каменной тропы возвышались огромные тела богов и дьяволов. Они выглядели так, будто были вырезаны из метеоритов, их силуэты казались зловещими, а лица выглядели даже более ужасающе. Все они разъярённо смотрели на Цинь Му и цилиня.

Жирдяй поднял переднюю лапу, собираясь начать спускаться по ступеням.

«А может быть, лучше скатиться?..» — думал он про себя.

В этот момент из ноздрей дьявольского бога, стоящего неподалёку, вырвались клубы дыма. Его огромная ладонь потянулась к божественному оружию, висящему на его поясе.

Остальные боги тоже решились сделать свой шаг, и раздался грохот их божественного и дьявольского оружия.

Цилинь наконец собрался с мыслями, мышцы в его отеле постепенно напряглись, готовясь в любой момент броситься прочь.

Ещё мгновение назад жирдяй был растерян, но теперь, когда ему пришлось спасать свою жизнь, его мысли очистились. Если он хотел сбежать, то должен был приложить для этого все свои силы.

Он был искусен в этом деле.

В этот миг из дворца Махакалы раздался голос:

— Остановитесь.

Услышав это, боги и дьяволы северных небес постепенно опустили своё оружие.

Цинь Му похлопал цилиня по лбу, и тот тут же понял его намерения, остановился и развернулся.

Цинь Му посмотрел прямо на предка дьявольского пути, сидящего во дворце.

Поднявшись со своего трона, Махакала проговорил:

— Тело Тирана Вечного Мира и вправду соответствует своей репутации. Северные небеса потерпели сокрушительное поражение. Ты победил честно.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Боги Северных Небес заключили Соглашение Маленького Графа Земли с Небесным Наставником Дровосеком и Цзы Си. Если они не сдержат своё слово и попытаются меня убить, то в тот же миг погибнут.

Боги и дьяволы, окружившие дворец Махакалы, начали сердито вопить, приказывая ему замолчать.

Помрачнев в лице, Махакала проговорил холодным тоном:

— Это вам нужно заткнуться!

Его голос тут же заглушил вопли богов и дьяволов. Они ничего не могли на это ответить.

Махакала медленно зашагал вперёд, чёрное солнце у его затылка двинулось следом, поглощая свет во дворце.

Очень скоро он достиг передней части зала.

Цинь Му внимательно смотрел на предка дьявольского пути. Он слышал истории о происхождении Махакалы.

Ходили слухи, что Махакала был первым дьявольским богом, рождённым Юду. Юду был местом, куда мёртвые отправлялись после смерти. Граф Земли содержал в себе Великое Дао Небес и Земли, поэтому родился вместе с ним. Он отвечал за смерть, наказывая злых и награждая добрых.

Тем не менее, Граф Земли был вынужден следовать законам Юду и не мог руководствоваться исключительно собственными мыслями.

По мере того, как всё больше и больше душ оказывались в Юду, негативные эмоции и мысли мёртвых начинали формировать его демоническую природу. Кроме того, в мире мёртвых оказывались осколки разбитых душ и духов, отчего та с каждым днём росла всё быстрее.

Таким образом родились монстры Юду. Они не обладали развитым сознанием, и были воплощением самых грязных и злобных мыслей, слившихся с дьявольской Ци.

Эти монстры пожирали друг друга, в конце концов превращаясь в дьявольских богов.

Махакала родился именно таким образом. Он стал первым дьявольским богом Юду, и, как и Сын Юду, был необыкновенным.

Он родился ещё до Эпохи Дракона Ханя и до постройки райских небес, в невероятно древние и нецивилизованные времена.

Рождение Махакалы было началом дьявольской расы.

Некоторые говорили, что настоящая дьявольская раса была дочерью Графа Земли, а дьяволы, которых знал весь мир, на самом деле были поддельными. Тем не менее, такого мнения придерживались немногие.

Дьявольская раса почитала Махакалу как предка своего пути, предка и правителя тысяч дьяволов. На самом деле, настоящим первым предком дьявольской расы должен был быть Граф Земли. Тем не менее, у того было не слишком много потомков, поэтому расу дьяволов создал Махакала и остальные боги, которые позже родились в Юду. Она была не слишком связана с Графом Земли.

Махакала был первым дьявольским богом, рождённым Юду, поэтому не было ничего странного в том, что дьявольская раса так его почитала.

Цинь Му заметил, что у Махакалы были схожие с Графом Земли черты внешности. У него тоже было два длинных, изогнутых рога, тем не менее, так как он не поворачивался к нему спиной, Цинь Му не мог сказать, был ли у него бычий хвост.

— Вы очень безрассудны, — Махакала огляделся по сторонам, чувствуя лёгкое разочарование. — Заключить Соглашение Графа Земли, а потом решить его не придерживаться, это безрассудство. Вы не знали, что Вэнь Тяньгэ это один из четырёх Небесных Наставников по прозвищу скользкий Вэнь? Если он предлагает уговор, то вы должны отказать, иначе проиграете. Если принять его условия, вы проиграете. Вы собирались обхитрить Вечный Мир, считая его лёгкой мишенью, но он тоже решил обхитрить северные небеса! И что мне теперь с этим делать?

Вокруг дворца воцарилась тишина.

Махакала вздохнул:

— Мы с моими солдатами с огромным трудом завоевали триста шестнадцать небес севера. Тем не менее, из-за того, что вы понадеялись получить лёгкую выгоду, нам придётся их отдать! У скользкого Вэня и вправду удивительные стратегии!

— Мы не можем разорвать соглашение? — дрожащим голосом спросил дьявольский бог.

Махакала посмотрел на него, и дьявольский бог тут же побледнел в лице.

— Нарушить соглашение — значить встретиться лицом к лицу с Маленьким Графом Земли, — равнодушно ответил Махакала. — Хоть я его и не боюсь, нарушение соглашения определённо навредит моей репутации и чести. Меня будут осмеивать за то, что я ненадёжный. С незапамятных времён и до сегодняшних дней, дьявольская раса росла под моим руководством, тем не менее, она всё равно не смогла достичь резкого прорыва. Оглядываясь назад, я понимаю, что причина этого в том, что я всегда был слишком хитрым и подлым, не сдерживая своего слова. Теперь, когда я наконец достиг успеха, я должен это изменить.

Его взгляд остановился на Цинь Му. Улыбнувшись, он продолжил:

— Тело Тирана Вечного Мира, ты осмелишься заключить со мной уговор?

Посмотрев на могучее существо области Императорского Трона, Цинь Му поинтересовался:

— Если я не приму спор Махакалы, что ты сделаешь?

— Я в любом случае не смогу отказаться от своих трёхсот шестнадцати небес, и буду вынужден позволить Маленькому Графу Земли их сожрать, — решительно ответил Махакала. — Пожертвовав их жизнями, я смогу вырастить новое поколение богов и дьяволов, которые будут править этими землями.

Цинь Му улыбнулся:

— На твоём месте я поступил бы так же. Сегодняшние правители северных небес, это всего лишь слуги, помогающие Махакале охранять это место. Самое главное — это население. Лишь благодаря ему может родиться бесконечное количество гениев, что позволит тебе вырастить даже более сильных слуг. Это сделает власть Махакалы более устойчивой.

Махакала засмеялся:

— Ну так что, ты готов поспорить?

Цинь Му спокойно ответил:

— На что Махакала хотел бы поспорить?

— На то, что я не нарушу соглашения. Если ты победишь, триста шестнадцать небес севера будут принадлежать Вечному Миру. Если же я выиграю, предыдущее соглашение будет разорвано.

Цинь Му рассмеялся:

— Я не буду с тобой спорить.

— Почему? — нахмурился Махакала.

— Если я выиграю, и Махакала захочет нарушить соглашение, то всё равно сможет это сделать. Если же я проиграю, то все старания двух великих Небесных Наставников окажутся напрасными, — рассмеялся Цинь Му. — Что важнее, репутация Махакалы, или триста шестнадцать небес севера?

Махакала внимательно на него уставился, прежде чем ответить:

— Триста шестнадцать небес важнее. Моя репутация ничего не стоит. За прошедшие миллионы лет я полностью её растерял!

Цинь Му засиял в улыбке:

— Именно поэтому я не буду с тобой спорить.

Махакала нахмурился, прежде чем вежливо спросить:

— Можно поинтересоваться кто твой учитель?

Цинь Му равнодушно ответил:

— Скользкий Вэнь.

Слегка изменившись в лице, Махакала рассмеялся:

— Это и вправду был он. Не странно что ты сумел заметить мой обман. Раз уж ты так решил, то мы изменим ставку, и будем спорить на твою жизнь, — спокойно проговорил он. — Если ты победишь, то я позволю тебе живым отойти на тысячу километров от дворца Махакалы, и мои боги отправятся в погоню лишь после того, как ты уйдёшь. А если ты проиграешь, то умрёшь вместе со всеми правителями моих трёхсот шестнадцати небес.

Когда он это сказал, выражения богов вокруг одновременно изменились.

Махакала был безжалостен и решителен, его крайне разозлило то, что они заключили соглашение Маленького Графа Земли с Вэнь Тяньгэ без его ведома, и теперь он, казалось, твердо решил пожертвовать их жизни, чтобы разорвать это соглашение.

Цинь Му молчал. Оглядываясь вокруг, он не сумел различить что-то во тьме.

Махакала рассмеялся:

— Ты ищешь Вэнь Тяньгэ, этого старого мерзавца? Он не достиг окрестностей дворца, в противном случае, я бы это почувствовал.

Цинь Му расплылся в улыбке:

— Махакала решил лично со мной разобраться?

Тот покачал головой:

— По логике, я сам должен с тобой разобраться. Тем не менее, я всё же хочу сохранить часть своей чести. С тобой разберётся мой отобранный ученик, который будет не старше тебя. Тебе не о чём волноваться.

Цинь Му тяжело вздохнул и торжественно ответил:

— В таком случае, Махакала, рассказывай свои условия!

Громко рассмеявшись, Махакала торжественно проговорил:

— Отлично! Тело Тирана Вечного Мира пожалуйста, подожди несколько дней. Ты можешь остаться здесь и взглянуть на таланты моего дворца!

Цинь спустился с головы цилиня, следуя за ним во дворец и улыбаясь:

— Махакала, ты мой старший…

Махакала покачал головой:

— Старший, не говори так. Я знаю о твоём происхождении. Возможно, ты ещё этого не знаешь, но Четыре Великих Губернатора Провинций мои младшие…

Сердце Цинь Му замерло, а уголки его глаз дрогнули.

«Это значит, что Махакала знает о том, что я Сын Юду. Так почему он хочет заключить со мной уговор?»

Цилинь встревоженно последовал за ним, осматривая все уголки дворца. Он видел, как огни неподалёку гаснут, и ему казалось, что во тьме кроются бесчисленные монстры.

— Я дам тебе добавку, — воодушевил его Цинь Му.

Робость в сердце цилиня тут же рассеялась. Высоко подняв голову и задрав грудь, он уверенно зашагал вперёд.

Махакала подозвал дьяволицу, отдавая ей приказ:

— Пусть Тело Тирана останется в этом дворце. Ты должна хорошо о нём позаботиться.

Дьяволица послушалась, и повела Цинь Му в дальний конец дворца, где подготовила ему комнату. Смотря на него нежным взглядом, она проговорила:

— Молодой мастер Цинь — почётный гость. Если тебе что-то нужно, можешь смело обращаться ко мне. Я могу сделать всё, что захочешь…

Она обладала крайне привлекательной внешностью, её брови напоминали шёлк, а взгляд яростно пылал.

Глаза Цинь Му загорелись:

— Сестра может сделать всё, что я захочу?

Дьяволица смущённо покраснела, прежде чем кивнуть головой.

Цинь Му тут же вручил ей рецепт:

— Сестра, помоги мне приготовить несколько сотен котлов духовных пилюль. Жирдяй, сейчас мы тебя накормим!

Глава 865. Сутра Tёмного Мо Цзя

Цинь Му спокойно проводил время во дворце Махакалы, совершенствуясь или расслабленно прогуливаясь. Казалось, он совершенно не опасался Махакалы и его ужасающего, зловещего дворца.

Дворец был ярко освещён огнями, но снаружи него было совершенно темно. Казалось, будто тьма поглощала весь свет, и разглядеть что-то было невозможно.

Цинь Му несколько раз выходил наружу, и его никто не останавливал. Тем не менее, войдя во тьму, он быстро разворачивался и самостоятельно возвращался, улыбаясь и выглядя крайне счастливым.

Цилинь, в свою очередь, был крайне расстроен. Общаясь с дьяволицей, помогающей готовить его пилюли, он был крайне строгим, и постоянно придирался к их вкусу, чистоте духовных растений и её методам готовки.

Наконец, после того как он довёл дьяволицу до слёз более десяти раз, та убежала, прикрывая лицо руками.

— Владыка Культа, с этой девушки нет толку! — съев пилюлю, проговорил цилинь. — Несмотря на то, что она готова делать всё, она не умеет ничего!

Попробовав одну из пилюль, Цинь Му кивнул головой в ответ:

— Она неправильно готовит пилюли, забывая обработать лекарственные травы. Её мастерство контроля огня, понимание пропорций и длительности готовки тоже желают лучшего. Это привело к небольшим отличиям во вкусе, аромате и лекарственных качествах.

Почувствовав, что его понимают, цилинь проговорил:

— Она совершила ошибку, и после этого ещё осмелилась заплакать. Как бесстыдно!

В этот момент снаружи донёсся разъярённый голос:

— Кто осмелился обидеть мою двоюродную сестру? Не плач, сестра, я побью твоего обидчика до смерти!

Цилинь Му улыбнулся:

— У нас проблема.

Цилинь растерялся:

— Владыка Культа, что ты имеешь в виду?

Дьяволица, которую он довёл до слёз, вернулась обратно, приведя с собой юношу из дьявольской расы. Показав на Цинь Му пальцем, она проговорила:

— Это он!

Юноша из дьявольской расы посмотрел на Цинь Му и, холодно хмыкнув, проговорил:

— Ты обидел мою двоюродную сестру? Хоть ты и гость моего учителя, Махакалы, я не могу тебе этого простить. Я должен привести тебя к ответственности!

Цинь Му не обращал на него внимания и повернулся к цилиню, чтобы объяснить:

— Последние несколько дней Махакала ничего не предпринимал, заставив меня остаться во дворце и поспорить с ним. Тем не менее, на самом деле он не уверен, что сможет меня одолеть. Даже с учениками, которых он лично обучил и вырастил, он сомневается в своей победе. Поэтому, он решил доставить нам проблем.

Цилинь всё равно ничего не понял.

Цинь Му рассмеялся:

— Если ученик сам проявит инициативу и найдёт причину бросить мне вызов, то наше сражение пройдёт не в рамках спора. В таком случае, даже если этот ученик погибнет, он не проиграет. Более того, остальные практики смогут понаблюдать за мной и изучить мои навыки, пути и боевые искусства, чтобы найти способ со мной сражаться.

Цилинь наконец всё осознал, а ученик дьявольский расы, ворвавшийся во дворец, ошарашено застыл, услышав его слова.

Взглянув на юношу, цилинь спросил:

— В таком случае, какой будет судьба первого ученика Махакалы, который придёт сюда создавать тебе проблемы?

Цинь Му горько вздохнул:

— Старшие и младшие братья отправят его на верную смерть.

Выражение лица юноши дьявольской расы резко изменилось, он крепко сжал кулаки.

— Пока он будет умирать, его старшие и младшие братья увидят часть моих божественных искусств, и изучив их, они отправят умирать следующего. Он будет использовать придуманные ими техники, чтобы бросить мне вызов снова, — равнодушно ответил Цинь Му.

Цилинь с любопытством спросил:

— Владыка Культа, что случится после этого?

Цинь Му неторопливо продолжил:

— Тогда умрёт второй. Я убью его с лёгкостью, используя недостатки их техники. Убивая первого противника, я оставлю в своих божественных искусствах ловушки, изучив которые, они создадут несовершенную технику. Таким образом, второй противник умрёт даже быстрее первого.

Юноша из дьявольской расы побледнел в лице и выглядел растерянным. Он беспомощно оглянулся, не зная, стоит ли ему следовать плану и бросать вызов Цинь Му.

Поедая свои духовные пилюли, цилинь спросил:

— Владыка Культа и вправду собрался убить учеников Махакалы в его же дворце?

— Некоторые люди действительно верят, что я слишком милостив. Зная, что я Владыка Небесного Святого Культа, они забывают, что тот также является Небесным Дьявольским Культом, — улыбнулся Цинь Му. — Я отправил на северные небеса одно лишь письмо вызова. Не знаю сколько практиков божественных искусств погибло, чтобы его открыть, но ученики Махакалы должны быть в курсе. Если столько людей погибли из-за моего письма, то разве убийство ещё нескольких учеников Махакалы можно считать злодеянием?

Лицо юноши из дьявольской расы обрело пепельный цвет, он смотрел на Цинь Му так, будто перед ним стоял дьявольский король, преследующий свою жертву.

Этот юноша пришёл сюда, переполняясь агрессией, но теперь у него не было желания сражаться.

Учениками Махакалы становились самые талантливые юноши, отобранные из тысяч практиков северных небес. Должно быть, ему пришлось пройти бесчисленные испытания жизни и смерти и переступить через огромное количество трупов своих сверстников. Только таким образом можно было заслужить внимание Махакалы.

Исходя из этого, способности каждого из учеников Махакалы были выше, чем у Фэн Хуайю!

Каждый из них был по-своему выдающимся, что выливалось в крайней самоуверенности и высокомерии.

Тем не менее, в этот миг высокомерие и самоуверенность этого юноши испарились, сменяясь страхом, растерянностью и беспомощностью.

Он чувствовал себя маленьким ягнёнком, а Цинь Му казался ему грозным и злым чёрным драконом, собирающимся его сожрать. Тьму вокруг него пронзали молнии и раскаты грома, промокнув от проливного дождя, он дрожал от холода.

Он в любой миг мог стать обедом этого дракона!

Цинь Му неторопливо проговорил:

— Старший брат, разве ты не должен проявлять инициативу?

Лицо юноши скривилось, он дрожал.

Цинь Му посмотрел на него:

— Как безответственно, ты ставишь меня в сложное положение.

Юноша напротив обливался потом. Внезапно он поднял голову и стиснул зубы:

— Если я уйду, моё сердце Дао будет разрушено. Учитель Махакала прогонит меня из секты. Я больше не смогу посмотреть в сторону северных небес, моя жизнь будет закончена! — прохрипел он. — Поэтому я должен сражаться. Даже если я умру, я должен сражаться! Лишь таким образом я смогу стабилизировать своё сердце Дао, сохранить своё положение на северных небесах и избежать насмешек со стороны других. Выдержав твои атаки, я смогу продолжить уверенно двигаться вперёд!

Цинь Му восхищённо спросил:

— Как тебя зовут?

Юноша из дьявольской расы ответил:

— Мо Саньтун!

Кивнув, Цинь Му продолжил:

— Мо Саньтун, в чём ты наиболее компетентен? Чем ты вступил на путь?

Мо Саньтун немного растерялся, прежде чем проговорить:

— Обучаясь у Махакалы, я совершенствовал Сутру Тёмного Мо Цзя, его боевые техники, и ступил на путь божественными искусствами. Затем я учился у Старшего Брата Руанди, изучая плоды реформы Вечного Мира, и начал немного её понимать.

— Сутра Тёмного Мо Цзя, боевые техники Махакалы, и вступление на путь божественными искусствами, — рассмеялся Цинь Му. — Неплохо. Даже я не успел вступить на путь божественными искусствами, это крайне сложно. Пока что мне удалось достичь лишь пути меча и боевых искусств. Тем не менее, реформа Вечного Мира, которой тебя учил Хан Руанди, слишком стара, её плоды ужасно устарели. Используй всё, что ты изучил, и атакуй меня. Я заблокирую твои атаки своими божественными искусствами. Я сильно тобой восхищаюсь, поэтому позволю тебе выжить, чтобы ты вернулся и встретился со своими старшими и младшими братьями.

Глаза Мо Саньтуна загорелись, его аура тут же вспыхнула.

За его спиной появились бесчисленные демонические круги, вздымающиеся в небо. Затем перед ними возник исконный дух юноши, постепенно поднимаясь и становясь всё более и более ужасающим.

Этот исконный дух выглядел как дьявольский бог, и имел четыре руки и четыре пары глаз, выстроенных в линию на его лбу. Вокруг него витали бесчисленные ленты, созданные из рун Юду.

Исполняя божественные искусства с помощью исконного духа, и в то же время умудряясь доводить их силу до предела, этот юноша и вправду выглядел так, будто достиг невероятных высот на пути божественных искусств и исконного духа!

Мо Саньтун издал громкий рёв, и четырёхрукий восьмиглазый исконный дух исполнил боевую технику Махакалы, атакуя Цинь Му!

В этот момент он полностью освободил силу Сутры Тёмного Мо Цзя!

Божественное искусство дьявольского пути казалось невероятно странным, тем не менее, в то же время оно было крайне мощным и удивительным!

Исконный дух исполнил своё искусство, движением своей руки отправляя в Цинь Му бесчисленные демонические круги. Кроме того, из его восьми глаз тоже вылетели огромные круги, целясь в противника.

Внутри демонических кругов крылись невероятно сложные руны Юду, обладающие невообразимой силой!

Цинь Му поднял руку, исполняя великое божественное искусство магнетизма, созданное бабушкой Сы. Его тут же окружила галактика, разразившаяся силой магнетизма.

Он ещё не успел вступить на путь своими божественными искусствами, но бабушка Сы была экспертом, которому это удалось. Ему оставалось лишь изучить её искусство и без особого труда его повторить!

Во дворе дворца Махкакалы тут же поднялся шторм, внутри которого Мо Саньтун отлетел назад, прежде чем врезаться в огромную каменную колонну.

В следующий миг раздался оглушительный грохот. Сила магнетизма продолжала давить на Мо Саньтуна, отчего тот распластался на земле, создавая кратер радиусом в несколько метров!

Сила божественного искусства магнетизма могла искривлять пространство, она хаотично сжимала и растягивало тело юноши, сменяя своё направление бесчисленное количество раз. Мо Саньтун, лежащий на дне кратера, с трудом выдерживал её давление, его едва не разорвало на части.

Цинь Му рассеял своё божественное искусство, и галактика вокруг него исчезла. Зашагав в сторону огромного кратера, он проговорил:

— Мои божественные искусства не так изысканны, как твои, но я в несколько раз превосхожу тебя по магической силе. Так как ты сумел вступить на путь своим божественными искусствами, я не могу убить тебя с их помощью. Можешь вернуться к своим братьям и всё им рассказать.

Мо Саньтун с огромным трудом поднялся и выбрался из кратера, прежде чем поклониться Цинь Му.

Цинь Му ответил на его жест:

— Твоё владение рунами Юду хромает, из-за чего ты не можешь извлечь полную силу Великого Дао Юду.

Поначалу Мо Саньтун собирался уйти, но после услышанного он робко развернулся и снова поклонился Цинь Му:

— Могу я попросить Тело Тирана меня просветить?

Цинь Му радостно ответил:

— В этом нет ничего сложного. Освободи свой исконный дух ещё раз и исполни боевую технику Махакалы.

Мо Саньтун сделал, как сказал Цинь Му, после чего тот подошёл к его исконному духу и вырвал несколько рун Великого Дао из демонических кругов. Разум Цинь Му задрожал, превращая его Ци в дьявольскую, прежде чем изменить структуру этих рун. Развернувшись к Мо Саньтуну, он проговорил:

— Попробуй снова исполнить своё божественное искусство.

Мо Саньтун тут же исполнил боевую технику Махакалы, с удивлением обнаруживая, что сила его божественного искусства возросла на двадцать-тридцать процентов. Удивившись, он сразу же захотел узнать больше:

— Можно поинтересоваться почему Тело Тирана сделал именно такие изменения?

Цинь Му оглянулся. Заметив, что округа была перевернута вверх дном, он улыбнулся:

— Здесь слишком неопрятно, давай найдём место получше, чтобы спокойно всё обсудить.

Мо Саньтун вышел с ним в павильон внутри дворца. Попытавшись снова исполнить техники Махакалы, он обнаружил, что его совершенствование было слишком истощено для этого.

Цинь Му приготовил для него котёл пилюль демонической живучести:

— Приняв их, исполни Сутру Тёмного Мо Цзя, она поможет тебе быстро восстановить силы.

Сделав как ему сказали, Мо Саньтун и вправду смог быстро восстановить своё совершенствование, от чего начал восхищаться Цинь Му ещё сильнее.

Цинь Му обучал его рунам Великого Дао Юду, и Мо Саньтун чувствовал, что каждое его слово было ценным, будто жемчуг. Его восхищение Цинь Му продолжало расти, и он рассказал о всех проблемах, с которыми сталкивался в совершенствовании, после чего Цинь Му быстро в них разбирался и находил решение.

Мо Саньтун пребывал в полном восторге.

Они провели полдня, разговаривая, в результате чего Мо Саньтун был полностью повержен Цинь Му. Поднявшись, он поклонился:

— Твоя великая репутация целиком оправдана. Тело Тирана Цинь много знает, я убеждён.

Цинь Му быстро его прервал и проговорил:

— Я тоже должен тебя поблагодарить. Теперь можешь возвращаться к своим братьям.

Мо Саньтун растерялся, но не стал интересоваться что он имел в виду и развернулся, прежде чем уйти.

Шагая по длинному коридору, он встретил нескольких своих старших и младших братьев, поспешно сообщая им:

— Он обучал меня полдня, и теперь моё божественное искусство намного совершеннее, чем раньше!

Спустя некоторое время снаружи донёсся разъярённый голос:

— Тело Тирана Цинь, ты обидел моего младшего брата, я пришёл за него отомстить!

Цинь Му поднялся, улыбаясь:

— Могу я поинтересоваться кто ты?

Высокое, крепкое создание из дьявольской расы длинными шагами подбежало к нему, прежде чем сложить руки на поясе и ухмыльнуться:

— Я Ученик Махакалы, Сюэ Тайдоу!

— Брат Сюэ, чем ты вступил на путь? — продолжал улыбаться Цинь Му.

Сюэ Тайдоу холодно ответил:

— Я вступил на путь демоническим ножом.

На лице Цинь Му возникло озадаченное выражение:

— Я ещё не успел вступить на путь своими навыками ножа. Давай сделаем так, брат Сюэ исполнит божественные искусства, которыми вступил на путь, а я заблокирую их своими навыками ножа.

Сюэ Тайдоу посмотрел на него широко открытыми глазами, прежде чем расплыться в улыбке:

— Победив меня, ты тоже дашь мне несколько уроков?

***

В главном зале дворца Махакала сидел на своём троне, расслаблено попивая чай. Громкие звуки божественных искусств не могли ускользнуть от его ушей, и перед ним медленно появился огромный чёрный бассейн. Напоминая зеркало, тот отчётливо показал картину сражения между Цинь Му и учеником Махакалы. Угол обзора можно было менять, что позволяло рассмотреть божественные искусства юноши с любой стороны.

— Махакала, несмотря на то, что он обучает твоих учеников, на самом деле он пытается изучить твою Сутру Тёмного Мо Цзя, — внезапно раздался смех юноши. — Неужели ты этого не видишь?

Махакала отставил свою чашку в сторону и нахмурился, в его глазах забурлила тьма:

—Мы пытаемся изучить его пути, навыки и божественные искусства, а он, в свою очередь, решил получить от моих учеников моё высшее искусство. Неужели в этом мире и вправду существует Тело Тирана?

— О Теле Тирана уже давно ходят слухи, — голос юноши становился всё ближе. — Они существовали ещё в первом году Дракона Ханя. Тело Тирана Цинь и вправду выглядит очень грозным. Несмотря на то, что твои ученики чему-то научились, вскоре они позволят ему изучить Сутру Тёмного Мо Цзя!

Махакала странно улыбнулся, отвечая:

— Тем не менее он думает, что я использую своих учеников, чтобы с ним расправиться. Он не понимает, что на самом деле, я использую для этого тебя. Его план заполучить Сутру Тёмного Мо Цзя — это лишь трата времени. Он просто помогает мне обучить моих учеников.

Юноша наконец вышел из темноты и с любопытством посмотрел на силуэт Цинь Му в бассейне. Улыбнувшись, он проговорил:

— Ты стар и хитёр, благодаря чему сумел дожить до наших дней.

На его лицо упал свет, обнаруживая те же черты, что и у Небесного Преподобного Юя, Лань Юйтяня, только слегка худее.

Парень засмеялся:

— Если ты позволишь ему играть дальше, то он заполучит твою Сутру Тёмного Мо Цзя. В таком случае она станет ничего не стоящей.

Махакала кого-то подозвал, шепотом отдавая приказ.

— Ты искал Технику Императорского Трона, разве ты не хочешь заполучить мою Сутру Тёмного Мо Цзя? — улыбнулся Махакала.— Это шанс для вас обоих. Если ты его одолеешь, я поделюсь с тобой Сутрой Тёмного Мо Цзя!

«Небесный Преподобный Юй» уставился на Цинь Му в бассейне. Сейчас тот был один, и начал исполнять Сутру Тёмного Мо Цзя. Вокруг него постепенно начали вращаться чёрные круги, количество которых становилось всё больше и больше, прежде чем они превратились в огромное чёрное солнце, похожее на то, что висело у затылка Махакалы!

Кожа на лице Махакалы начала неконтролируемо дёргаться, он не сводил глаз с Цинь Му в воде.

В этот миг Цинь Му, казалось, что -то почувствовал. Подняв голову, он уставился прямо на них.

Клон Небесного Преподобного Юя был крайне удивлён, наблюдая, как чёрная вода постепенно поднимается над поверхностью бассейна, принимая форму силуэта Цинь Му.

Этот Цинь Му шагнул вперёд, выходя из бассейна. Чёрная вода отступила с его тела, возвращаясь обратно.

— Махакала, помощник, которого ты пригласил, уже здесь?

Чёрная вода полностью исчезла с его тела, и он улыбнулся, смотря на Махакалу и клона Небесного Преподобного Юя.

Они оба пристально на него уставились, не понимая, был ли этот Цинь Му настоящим, или же нет.

Внезапно снаружи донёсся голос Цинь Му:

— Раз он уже здесь, тогда можем начинать?

Они оба ошарашенно застыли. В этот миг силуэт Цинь Му, вышедший из бассейна, странно улыбнулся и упал на землю, превращаясь в лужу чёрной жидкости.

— Тело Тирана крайне непредсказуемо, ты должен быть осторожен! — серьёзно проговорил Махакала. — Я никогда не видел такого зловещего существа! Он даже ужаснее дьявольских богов!

Глава 866. Pаcтeряннoсть на Вершинаx Гор

— Махакала, тебя избили до такой степени, что ты потерял свой дух. Скрываясь столько времени в нижней границе, ты не можешь знать, насколько сильные сейчас райские небеса, — Клон Небесного Преподобного Юя слегка улыбнулся, выходя из дворца. — Моё тело — это воплощение всех знаний райских небес за последние несколько миллионов лет, оно является самым мощным оружием! В будущем райские небеса будут полагаться на него, чтобы очищать небо и землю, править вселенной, уничтожать любые проявления дьяволов и захватывать неизвестные миры, о которых ты сможешь лишь мечтать.

Махакала помрачнел в лице и холодно фыркнул, прежде чем подняться и выйти следом за ним.

— В будущем будет лишь десять великих богов, правящих вселенной и каждым из миров, будь то Юду, Сюаньду, или Руины Заката. Все эти места будут не в силах сопротивляться, у них не будет шансов пойти против райских небес! — Голос клона Небесного Преподобного Юя содержал в себе удивительную силу, способную завоевать сердце любого человека. — К тому времени не будет существовать реформ, так как все техники, навыки, божественные искусства, все виды Великого Дао будут скрыты в этом теле. Будь то бесчисленные боги или существа будущего, пытающиеся приложить свой ум, они не смогут превзойти те знания, которыми будет владеть это тело. Они с горечью обнаружат что оно владеет всеми их усилиями и реформами! В будущем… — он улыбнулся. — Амбициозных людей ждёт лишь бессилие и безнадёжность. Нас же, людей с властью, ждёт беззаботная жизнь.

Сердце Махакалы сильно дрогнуло, он тихо проговорил:

— Безжизненное будущее…

Он даже немного боялся будущего, которое сейчас представил.

Можно было представить себе будущее, в котором было лишь десять сильных, непобедимых «Небесных Преподобных Юев», владеющих самой большой властью всех времён, и вздымающихся над всеми мирами вселенной, подавляя их!

Их лица напоминали бы физическое воплощение Дао Небес, их глаза были бы как луны и солнца, их тела были бы тверже и сильнее любого оружия в мире, а их магическая сила была бы более безграничной, чем море преисподней.

Они бы витали над солнцем, луной и звёздами, даже над галактиками, а небо и земля кружилась бы вокруг них.

В этом мире древние боги бы пали, обычные люди были бы бессильными, расы богов, дьяволов и людей напоминали бы муравьёв. Всё оказалось бы во власти десяти непобедимых богов.

Что это за ужасающее будущее?

«Надеюсь, этот день никогда не наступит!» — собравшись с мыслями, Махакала наконец догнал «Небесного Преподобного Юя».

Клон Небесного Преподобного Юя вышел из дворца, в то время как Цинь Му разминался, делая упражнения, невозможные для обычного человека.

— Небесный Преподобный Юй улыбнулся, наблюдая как тот разминает мышцы и кости.

Спустя некоторое время Цинь Му повернулся к Махакале, улыбаясь:

— Махакала, это и есть то сильное существо, что ты пригласил? Когда я его побью, наш уговор вступит в силу?

Махакала кивнул, отвечая торжественным тоном:

— Да. Если ты его победишь, правители трёхсот шестнадцати небес станут твоими. Я позволю тебе делать с ними что пожелаешь. Я не будут вмешиваться снова, но всё же не отдам тебе триста шестнадцать небес севера.

Цинь Му громко рассмеялся:

— Я хотел бы заключить с тобой Соглашение Графа Земли, тем не менее, ты тоже из Юду. Граф Земли слишком прост, в его Соглашении много недочётов, и он не найдёт способа тебя обхитрить. А если я заключу с тобой Соглашение Маленького Графа Земли, тот может оказаться не в силах тебя одолеть, поэтому, мне остаётся надеяться лишь на то, что ты сдержишь своё слово.

Клон Небесного Преподобного Юя слегка улыбнулся:

— Молодой человек, тебе не нужно об этом всём думать, так как ты не сможешь победить. Судя по слухам, ты Тело Тирана. Но моё тело — это король всех Тел Тирана, оно появляется лишь раз на миллион лет.

Цинь Му тихо засмеялся, делая шаг назад. Его тело скрылось во тьме снаружи дворца, и виднелись лишь два ряда белых зубов, висящие в воздухе.

Белоснежные зубы во тьме зашевелились, и раздался смех Цинь Му:

— Брат, прошу!

— Брат? Ты называешь меня братом? — »Небесный Преподобный Юй» не сдержал смеха, делая шаг во тьму. — Какая наглость!

Во тьме разразились лучи света, Цинь Му и клон Небесного Преподобного Юя начали обмениваться ударами. Их божественные искусства тут же разогнали тьму в окрестностях, обнаруживая огромную планету, висящую позади дворца.

Её разноцветная поверхность выглядела невероятно потрёпанной.

Вокруг дворца возвышались бесчисленные огромные дьяволы и боги, выглядящие так, будто были выкованы из метеорита, и напоминая странные горы. Неподвижно стоя, они позволяли божественным искусствам ударять о свои тела.

Божественные искусства Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя» подняли ужасающий шторм, ветры которого вызывали раскаты грома и вспышки молний на своём пути.

Когда он проносился мимо тел богов, его трение порождало огонь, отчего их кожу окутывали языки пламени, напоминая пожар в пустыни.

Всего было триста шестнадцать богов и дьяволов, правителей северных небес.

Их удивительные способности сильно превышали способности обычных богов и дьяволов, большинство из них находились в области Нефритовой Столицы, и даже стоя посреди поля битвы Цинь Му и »Небесного Преподобного Юя», они оставались невредимыми.

От исхода этой битвы зависело их будущее, поэтому они должны были лично стать её свидетелями.

Мо Саньтун, Сюэ Тайдоу и остальные быстро вышли из дворца Махакалы. Уставившись в темноту, они нахмурились.

Небесный Преподобный Юй во тьме с лёгкостью исполнял всевозможные божественные искусства Великого Дао. Каждое из них казалось великим божественным искусством, способным войти на путь!

Казалось, будто он сумел освоить все пути, навыки и божественные искусства мира, и изучил каждую систему божественных искусств, доводя её до уровня вступления на путь!

У вступления на путь тоже были разные уровни, которые практики божественных искусств разделяли на разные небеса.

Освоение одного навыка, вошедшего на путь, было первыми небесами, а вступая на путь вторым — вторыми.

У разных Великих Дао были разные небеса.

Самый сильный Меча Дао был создан Императором-Основателем, и судя по слухам, он состоял из тридцати трёх небес. Даже спустя многие годы, его ещё никто не сумел превзойти.

Из-за этого райские небеса Императора-Основателя имели тридцати три уровня.

Если речь шла о Дао Буддизма, то его самый сильный навык был создан Буддой Брахмой. В Области Брахмы было двадцать небес, которые, судя по слухам, были образованы из его Великого Дао.

Также существовало Дьявольское Дао, во владении которым Махакала достиг невероятного уровня. Тем не менее, тот никогда не признавался сколько именно уровней постиг.

Впрочем, ранее, когда Великий Император Пути Боевых Искусств, один из четырёх небесных наставников Императора-Основателя, приходил на северные небеса, Махакала исполнил семнадцать навыков великого божественного искусства, ступивших на путь, что привело к огромным потерям с обоих сторон.

Ученикам Махакалы Мо Саньтуну, Сюэ Тайдоу и остальным повезло стать свидетелями этой битвы. Тогда некоторые из их младших братьев, не успевшие ступить на путь, сумели наконец вступить на путь лишь благодаря тому, что увидели это сражение, обретая невероятную пользу для себя.

Возможность лицезреть сражение двух практиков области Императорского Трона было огромной удачей.

Тем не менее, то, что юноша, которого пригласил Махакала, мог с лёгкостью исполнить любое искусство Великого Дао, независимо от его уровня небес, удивило их даже сильнее. Это было поистине невообразимо!

Подобное казалось невозможным, но именно это сейчас происходило перед их глазами.

Исполняя Великое Небесное Дао, он мог продемонстрировать сорок девять различных божественных искусств, ступивших на путь!

Он даже сумел исполнить пятьдесят восемь божественных искусств Великого Дао Магнетизма Матери Земли!

Триста шестьдесят различных видов божественных искусств, ступивших на путь, сверкали перед их глазами.

Для Мо Саньтуна и остальных, уровни вступления на путь разделялись на небеса, но для древних богов райских небес, они были лишь порядковыми номерами, вроде Дао Один, Дао Два, и так далее.

Среди живых существ нижней границы было множество практиков божественных искусств, которые усердно тренировались, чтобы ступить на путь. Они всё время ломали себе мозги и прилагали все усилия.

Тем не менее, все эти удивительно талантливые люди совсем не ожидали, что Предок Дао Секты Дао сумеет разобрать почти всех древних богов райских небес с помощью математики, значительно улучшая процесс становления на путь.

Даже более сильно Мо Саньтуна удивляло то, что Цинь Му умудрялся отбивать все эти атаки.

Независимо от того, сколько небес божественных искусств исполнял Небесный Преподобный Юй, Цинь Му отбивал их все, и даже находил возможность контратаковать.

Во тьме непрерывно мерцали вспышки света, на миг освещая силуэты Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя». Их тела то сталкивались, то отлетали друг от друга на сотни километров!

В одно мгновение они могли сражаться в ближнем бою, а в следующее отдалялись на несколько километров, бомбардируя друг друга божественными искусствами. Сталкиваясь в центре поля боя, те вспыхивали ослепительными лучами!

Внезапно противники забрались на голову четырёхглавого дьявольского бога, стоящего во тьме.

Все четыре головы этого бога были покрыты густыми чёрными волосами, толстыми, как деревья. Цинь Му и »Небесный Преподобный Юй» стояли на кончике волосков, слегка сгибая их своим весом.

Цинь Му сжал пальцы меча на обоих своих руках, и его пилюля меча внезапно взорвалась, превращаясь в бесчисленное количество летающих мечей, со свистом проносящихся среди волос дьявольского бога. Двигаясь в сторону «Небесного Преподобного Юя», они сверкали убийственным намерением.

Тот выстрелил божественными лучами магнетизма, и над его головой закружились галактика и созвездия. Лучи магнетизма между звёзд начали соединяться, притягивая к себе летающие мечи, отчего те вонзались в звёзды.

«Небесный Преподобный Юй» потёр ладони, и галактика повернулась вертикально, развернулась, и полетела в сторону Цинь Му. В тот же миг она превратилась в огромное построение созвездия, поглощая противника под собой.

Гигантское построение вырвало несколько густых прядей волос с головы демона, и те подлетели в воздух, с их корней начала капать кровь.

Внезапно в центре огромного созвездия показалось дьявольское солнце, поглощая собой все звёзды и свет солнца и луны.

Цинь Му снял ивовый лист со своего межбровья, а у его затылка появилось чёрное солнце, после чего он сумел пробиться сквозь построение. Потряс головой, он отрастил себе ещё две головы, после чего остановился на кончике последней пряди волос дьявольского бога и начал вертеться вокруг своей оси, будто волчок.

Вьюх!

Божественные лучи, вырвавшиеся из его глаз, пронзили округу, разрезая как звёзды, так и волосы дьявольского бога, витающего в воздухе.

Клон Небесного Преподобного Юя подпрыгнул в воздух, чтобы избежать этой атаки. Его шаги значительно ускорились, и вскоре он приземлился на реснице левого глаза одной из голов дьявольского бога.

В следующий миг Цинь Му уже стоял на реснице правого глаза.

Глаза четырёхглавого дьявольского бога открылись шире, его зрачки начали преследовать Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя». На его лбу выступила огромная капля пота, напоминающая холм, которая медленно спустилась вниз и повисла на кончике носа.

В тот миг, когда сила божественных искусств Цинь Му и Небесного Преподобного Юя освободилась, он не удержался и закрыл глаза.

Когда он открыл их снова, Цинь Му и клон Небесного Преподобного Юя уже покинули его глаза и теперь сражались на теле другого дьявольского бога, постепенно поднимаясь от его плеча к огромному уху.

Мочка его уха была невероятно длинной, сражаясь на ней, их тела находились параллельно земле. Цинь Му исполнял великое божественное искусство пути боевых искусств, в то время как вокруг «Небесного Преподобного Юя» обвился огромный дракон, извергая всю силу Великого Дао Восточного Божества Цин Луна.

Раздался оглушительный взрыв, и у дьявольского бога, на теле которого проходило сражение, не осталось выбора, кроме как наклонить голову и ударить себя по ухе. К этому времени Цинь Му и Небесный Преподобный Юй уже покинули его тело, приземляясь на разноцветные ленточки, обвитые вокруг тела женщины-бога.

Они бежали вдоль ленточек, будто летя, на расстоянии нескольких километров друг от друга. Их божественные искусства непрерывно менялись, раз за разом обрушиваясь на противника.

Глаза женщины-дьявола молниеносно вращались по сторонам, пытаясь уследить за юношами и увидеть ситуацию на поле боя. Внезапно они начали превращаться на ходу, промелькнув на её груди, будто преодолевая две высоких горы.

Цинь Му отвлёкся, посмотрев на эти горы, и на него тут же обрушился удар Небесного Преподобного Юя, ломая кости и сухожилия.

Женщина-дьявол не смогла удержаться и захихикала, отчего всё поле боя неистово задрожало.

«Небесный Преподобный Юй» не удержался и оглянулся, и внезапно его голову поразил удар ножа, приземлившийся прямо посреди «горных» вершин.

Силуэты обоих парней снова скрылись, прежде чем появиться на между двумя дьявольскими богами. Каждый из них сплёвывал кровь и разъярённо смотрел на противника.

— Полагаясь исключительно на силу этого физического тела, я не могу тебя одолеть, — восхищённо улыбнулся »Небесный Преподобный Юй». — Кажется, что лишь используя свои собственные пути, навыки и божественные искусства, я смогу с тобой совладать. Махакала, этот противник и вправду удивителен. Меняя свою Сутру Тёмного Мо Цзя на то, чтобы я с ним сразился, ты ничего не теряешь.

Махакала, стоящий вдали, тихо фыркнул.

Цинь Му задержал дыхание, пристально наблюдая за противником. Божественные сокровища дьявольского пути в его теле начали открываться одно за другим, прежде чем слиться воедино с божественными сокровищами божественного пути!

Глава 867. Беcсмертнoе Тело

— Небесный Преподобный Юй не использовал своей полной силы, но и Цинь Му тоже этого не делал.

Цинь Му намеренно пытался заставить его продемонстрировать свою полною силу, в надежде понять, не стоял ли за этим клоном Небесного Преподобного Юя один из девяти Небесныx Преподобных прошлого.

Даже если этого человек и не был одним из них, Цинь Му всё равно мог бы заметить особенности его совершенствования, наблюдая за божественными искусствами.

Когда он победил предыдущего «Небесного Преподобного Юя», даже умирая тот не продемонстрировал своих настоящих способностей, опасаясь быть разоблачённым. Этот же всё-таки решился исполнить своё высшее божественное искусство, на что и надеялся Цинь Му.

На райских небесах было мало людей, способных заполучить себе тело Небесного Преподобного Юя, а управлять им и отправить его к нижней границе было под силу лишь лидерам Небесного Союза.

Цинь Му хотел узнать какой силой обладали существа, правящие райские небесами!

Циркуляция техники Трёх Эликсиров Тела Тирана внутри его тела достигла своего предела, соединяя все четырнадцать божественных сокровищ воедино!

Широкая Райская Река проходила через божественные сокровища Жизни и Смерти, Небожителя, Семи Звёзд, Шести Направлений, Пяти Звёзд и Духовного Эмбриона, прежде чем обвиться вокруг Сюаньду и войти в божественные сокровища дьявольского пути, соединяя их вместе!

Исконный дух Цинь Му содержал в себе бога и дьявола, а его техника Трёх Эликсиров Тела Тирана объединяла их силу воедино. Его исконный дух возвысился над райской рекой, готовясь в любой миг разразиться всей своей силой!

Это будет самый сильный удар, который он когда-либо наносил!

Тьма, окружавшая дворец Махакалы, хлынула обратно, потопая под собой Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя».

Внезапно из-за дворца донёсся оглушительный звук. Гигантская звезда раскололась напополам, и вдоль всей её поверхности протянулась огромная долина.

Она продолжала расширяться, сдвигая горы и моря в стороны. Становясь всё больше и больше, она постепенно открывала гигантский зрачок.

Огромный дьявольский зрачок уставился во тьму, в преддверии момента, когда Цинь Му и Небесный Преподобный Юй выполнят свои атаки.

Это был глаз настоящего тела Махакалы.

Тело Махакалы, сидящее во дворце, не было настоящим. В конце концов, тот был первым дьявольским богом, и размеры его истинного тела были попросту слишком большими. Если бы он показался перед ними, даже боги и дьяволы не смогли бы разглядеть его целиком.

Из-за этого Махакала пользовался поддельным телом, а настоящее скрывал во тьме.

Пробыв некоторое время во дворце Махакалы, Цинь Му однажды вышел на улицу и вошёл во тьму. Прогуливаясь там, он ощутил присутствие чего-то ужасающего, поэтому с улыбкой на лице вернулся обратно.

Он уже тогда почувствовал, что во тьме прятался настоящий Махакала. Зная, что у него нет возможности уйти, он просто развернулся и пришёл обратно во дворец.

Во тьме раздались яростные толчки. Казалось, будто всё пространство завибрировало десятки тысяч раз, отчего все, кто стоял вокруг дворца, потеряли равновесие!

Причиной этого было не столкновение божественных искусств Цинь Му и клона Небесного Преподобного Юя, а лишь активация божественного искусства последнего.

Трудно было представить, что тело практика области Божественного Моста могло содержать в себе столь ужасающую силу!

Во тьме Цинь Му стоял в самом сердце толчков. Божественное искусство Небесного Преподобного Юя напоминало катастрофу, взорвавшую небо и землю, своей безграничной яростью уничтожая всех предателей и еретиков мира!

Цинь Му тоже освободил всю свою силу, его разум очистился от всех лишних мыслей.

Его Ци и кровь напоминали яростные волны, переполняясь мощным духом эпохи и кипя, будто подожжённое масло!

Он отчаянно рванул вперёд, напоминая мерцающую тень. Его скорость была настолько высокой, что бескрайнее море Ци и крови едва успевало вслед за ним.

Море Ци и крови поднялось вертикально, будто флаг, окрашенный в красный цвет. На его поверхности катились высокие волны, порождая раскаты грома.

Пилюля меча в руке Цинь Му превратилась в несравненную волю меча, прежде чем броситься в сторону противника!

Перед дворцом Махакалы, Мо Саньтун, Сюэ Тайдоу и остальные всмотрелись во тьму, пытаясь разглядеть сражение Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя», тем не менее, они так и не смогли ничего увидеть.

Тьма впереди блокировала их зрение.

Остальные сильные боги и дьяволы во тьме осматривались вокруг, тоже надеясь увидеть битву. Их взгляды напоминали колонны света, пронзающие тьму, тем не менее, им удавалось увидеть лишь фрагменты сражения в виде пролетающих мимо силуэтов и вспышек божественных искусств.

Цинь Му и клон Небесного Преподобного Юя двигались слишком быстро, а поле боя было окутано тьмой, из-за чего увидеть их сражение было крайне сложно.

Внезапно в округе воцарилась тишина.

— Всё закончилось? — пробормотал один из правителей северных небес.

В этот миг за несколько сотен километров от них раздался ещё один взрыв божественного искусства. Все взволновано посмотрели в его сторону, но, прежде чем они успели повернуть головы, Цинь Му и «Небесный Преподобный Юй» уже исчезли, оставляя после себя лишь разрушенную горную вершину. Боги наблюдали, как вершина медленно катится вниз, прежде чем приземлиться посреди долины с громким хлопком.

Затем вдали раздался следующий взрыв божественного искусства. Более чем три сотни правителей северных небес повернули головы, увидев бесчисленные колонны света, осветившие округу.

Тело Цинь Му свисало с вершины горы, его три головы и шесть конечностей были ранены настолько, что казалось, их невозможно вылечить. «Небесный Преподобный Юй» поклонился перед ним, после чего горная вершина взорвалась, и Цинь Му отлетел прочь, исчезая из виду. Силуэт «Небесного Преподобного Юя» исчез в следующий миг.

Вскоре боги почувствовали следующую волну божественных искусств.

Когда свет более трёхсот взглядов упал на эпицентр взрыва, он осветил луч меча длиной более десяти километров. Имея более метра в радиусе, он скорее напоминал колонну, обрушиваясь на «Небесного Преподобного Юя».

Гора тут же разделилась на две части, но её вершина не упала. Скорость меча Цинь Му была настолько высокой, что несмотря на то, что часть горы исчезла, вершина не улетела прочь, а постепенно опустилась, надёжно становясь на новое место.

Правители северных небес были самыми сильными из здешних богов и дьяволов, их взгляды могли осветить округу, отчётливо различая структуру меча Цинь Му.

На самом деле это была не колона, а построение из множества летающих мечей, каждый из которых исполнял особенный навык и двигаясь таинственным образом.

Наблюдая издалека, могло показаться, будто Цинь Му орудовал гигантским столбом длиной в десятки километров.

Казалось, что колонна мечей раздавила клон Небесного Преподобного Юя, но на самом деле тот блокировал мечи, непрерывно пытающиеся вонзиться в его тело. Пропустив десятки ударов, он скривился в удивлённом выражении и открыл рот, собираясь что-то сказать, но из-за огромного расстояния, боги не смогли разобрать его слов.

— Что он говорит?

Правители северных небес были сбиты с толку. Вскоре тьма хлынула обратно, скрывая Цинь Му и «Небесного Преподобного Юя».

Когда волна божественного искусства вспыхнула снова, ладонь Небесного Преподобного Юя, три пальца которой были сломаны, надавила на лицо Цинь Му, безжалостно ударяя противника о поверхность огромного озера. Вода озера тут же разлетелась во все стороны, отчего оно почти опустело. Казалось, будто в него упал огромный метеорит.

Несколько сотен взглядов тут же повернулись в сторону озера. На его дне кулаки клона Небесного Преподобного Юя обрушивали на Цинь Му настоящий ураган ударов, отчего земля в округе начала раскалываться. Трещины на её поверхности становились всё больше и больше, достигая нескольких метров в глубине.

Внезапно »Небесный Преподобный Юй« взмыл в воздух, будто испуганный гусь, едва сумев уклониться от чёрных врат.

Как только он увернулся от Врат Небесной Воли, из них вырвался луч света меча. В центре врат стоял избитый до неузнаваемости силуэт. Ко всеобщему удивлению это был Цинь Му, его меч вонзился прямо в межбровье „Небесного Преподобного Юя“.

Последний махнул рукой, чтобы сломать меч, делая это за счёт одной лишь грубой силы.

Двое противников снова исчезли.

Когда они появились снова, Цинь Му бежал, пытаясь увернуться от ужасающих волн силы, на его лице виднелось выражение ужаса.

Тем не менее, вокруг него медленно появлялись бесчисленные осколки звёздного света, сплетаясь в сеть. Они застали Цинь Му врасплох, из-за чего он пробежал прямо сквозь неё. В следующий миг его тело разделилось на несколько сотен частей, его голова отлетела в сторону.

— Тело Тирана проиграло! — три сотни правителей северных небес облегчённо вздохнули, улыбаясь. — Соглашение маленького Графа Земли теперь можно считать расторгнутым.

В следующий миг они увидели, как сотни кусочков Цинь Му отращивают себе руки и ноги, начиная носиться по округе. Постепенно, они слились воедино, формируя целое тело.

Боги и дьяволы северных небес ошеломлённо уставились на эту картину, недоумевая.

— Бессмертное тело? — огромный глаз позади дворца Махакалы обнаружил ошеломлённый взгляд. — Разве оно не было утеряно со времён исчезновения Багрового Императора? Неужели кто-то ещё сумел совершенствоваться до такого уровня?

Из земли позади Цинь Му вырвались бесчисленные летающие мечи. Напоминая горы и леса, они пробивались сквозь божественное искусство, преследующее юношу.

Цинь Му развернулся и поднял свои шесть рук. Горы и леса из мечей тут же поднялись, с грохотом повторяя движения его рук и обрушиваясь на противника!

Одна из рук клона Небесного Преподобного Юя тут же отлетела в сторону, и тот был вынужден отступить. Противники снова исчезли из виду.

На этот раз воцарилась длительная тишина, волны божественных искусств затихли.

Правители северных небес вокруг дворца внимательно осматривались, пронзая тьму колоннами света своих глаз. Тем не менее, тьма покрывала всё в радиусе нескольких тысяч километров вокруг дворца, и несмотря на огромную мощь их взглядом, они ничего не могли разглядеть.

— Куда они делись?

В тот же миг между богов раздался оглушительный грохот, сопровождающийся раскатами грома и вспышками молний, заливая округу ослепительным светом. Цинь Му упал с неба, из его груди торчала рука. Прежде чем он успел приземлиться на землю, в воздухе появились врата Небесной Воли, поглощая его.

Врата Небесной Воли бесследно исчезли.

Вдали засиял свет меча, и Врата Небесной Воли показались на горизонте. Внутри них стояли два белых скелета, отчаянно сражающихся друг с другом.

Из груди одного из них торчала рука, у второго же одной руки не хватало.

Врата Небесной Воли повисли в воздухе, привлекая взгляды всех вокруг. Внутри них. Скелеты безостановочно пытались убить друг друга.

— Эти два парня собрались погибнуть вместе?

Внезапно Врата Небесной Воли упали, с грохотом вонзаясь в землю перед дворцом Махакалы. Они закрылись, но изнутри продолжал доноситься звон металла. Два скелета продолжали сражаться.

Вокруг воцарилась полная тишина, никто не осмеливался дышать слишком громко, ожидая исхода.

Спустя длительное время звон внутри врат затих.

Все продолжали ждать. Внезапно врата громко заскрипели и открылись. Наружу хлынула свежая кровь с осколками костей, напоминая речной поток.

Все шокировано застыли в ожидании.

Из врат выкатился белый скелет. Хлопнувшись на землю, он упал в лужу крови, начиная медленно обрастать плотью.

— Тело Тирана, ты и вправду оправдываешь свою репутацию! Даже самая большая шишка райских небес не в силах соперничать с тобой в одной области! — Махакала внезапно разразился смехом, хлопая в ладоши. — Ты выиграл, я проиграл. Триста шестнадцать правителей северных небес теперь в твоём распоряжении. Тем не менее, северные небеса останутся моими, даже не думай о них! Правители северных небес, слушайтесь своего хозяина и убирайтесь с моих земель!

Более трёхсот богов и дьяволов не двигались, их взгляды один за другим упали на Цинь Му, лежащего в луже крови. Его плоть до сих пор отрастала.

— Если мы его убьём, Соглашение Маленького Графа Земли перестанет действовать! — пробормотал один их них.

Внезапно все боги и дьяволы двинулись с места, атакуя Цинь Му!

Махакала закрыл глаза, бормоча:

— Почему мне служат так много идиотов?

Глава 868. Cын Heбеcнoго Герцога

В тот миг, когда убийственное намерение богов освободилось, первый из них уже рухнул на землю. Его глаза, недавно кипящее жизнью, опустели, вся жизнь в них исчезла.

Физическое тело этого бога осталось невредимым, но его дыхание мгновенно остановилось. Казалось, будто какая-то ужасающая сила высосала его исконный дух, приводя к сиюминутной смерти!

Остальные боги и дьяволы мчались к Цинь Му, не заметив произошедшего.

Тем не менее, в следующий миг глаза второго бога помутнели, его тело упало на землю. За ним последовал третий дьявольский бог, а после него четвёртый…

Когда дьявольский бог, первым достигший Цинь Му, исполнил своё божественное искусство, он услышал звуки падения бесчисленных богов за своей спиной.

Он повернул голову, ошеломлённо оглядываясь.

Правители северных небес напоминали череду силуэтов, оставленных им в прыжке. Один за другим они падали, протянув руки вперёд, их глаза обретали белый цвет, а на лицах возникали выражения ужаса.

— Маленький Граф Земли…

Единственный оставшийся дьявольский бог пробормотал эту фразу, после чего его взгляд окутала тьма. Вдали перед ним показался огонь в форме крыльев бабочки, выглядя невероятно красиво.

Это был глаз, сияющий невероятной красотой, и в то же время переполняясь демонической аурой. Его взгляд упал на полубога, и тот потерял сознание.

Бум.

Последний труп упал на землю.

Остальные правители северных небес начали отступать с выражением ужаса в глазах, но было уже слишком поздно.

Душа одного из них мгновенно была высосана из тела. Обеими руками он схватил себя за шею и широко открыл рот. Его язык выкатился наружу, и он упал на колени, не дыша.

Следом за ним пал второй правитель северных небес, а затем третий.

Остальные боги пали в состояние полного ужаса, разбегаясь во все стороны. Тем не менее, смерть преследовала их, будто собственная тень, как паразит, забравшийся внутрь их тела, забирая их жизни одну за другой.

— Махакала, спаси меня! — во тьме пронзительно завопил один из правителей, но его голос резко оборвался. Его бездыханное тело упало с неба, с грохотом врезаясь в землю.

Махакала не открывал глаз. Что бы не происходило во тьме, он давно это предвидел. Поражение Небесного Преподобного Юя заставило его пожертвовать своими старыми поддаными, он твёрдо решил не вмешиваться.

Не каждый из правителей райских небес пытался убить Цинь Му, но смерти, казалось, не было до этого дела. Дьявольский король, контролирующий смерть, строго следовал Соглашению Графа Земли, заключённым ими, и просто пришёл забрать своё.

По Соглашению Графа Земли, если они не выполнили обещания отдать северные небеса Вечному Миру, как этого желал Дровосек, то их жизни окажутся в его распоряжении!

В луже крови скелет Цинь Му продолжал обрастать плотью. Он обессилено поднял ладонь, надеясь спасти часть богов, чтобы те стали частью военной силы Вечного Мира. Тем не менее, он оказался слишком слабым.

В бою против клона Небесного Преподобного Юя, он столкнулся с двадцатью восемью небесами великих божественных искусств, ступивших на путь.

Его противник был существом, сумевшим освоить двадцать восемь небес почти всех Великих Дао древних богов. Цинь Му сумел его одолеть лишь объединив все плоды реформы Вечного Мира, а также полагаясь на свою магическую силу, значительно превосходящую магическую силу «Небесного Преподобного Юя».

Даже после этого Цинь Му всё равно избили до такой степени, что его тело и дух почти разрушились.

У него не осталось сил, чтобы остановить своего брата.

Между тем Цинь Фэнцин, скорее всего дрожал от волнения, радостно пожиная души правителей северных небес согласно Соглашению Маленького Графа Земли, заталкивая их в свой Котёл Резни, чтобы поесть позже.

Цинь Фэнцин не мыслил рационально. За исключением матери, его мозг разделял всех существ и все вещи мира на съедобное и несъедобное.

Даже его отец Цинь Ханьчжэнь и брат Цинь Му относились к категории того, что можно есть. Он оставил Цинь Му в живых лишь потому, что мама запретила ему его есть.

— Если правители северных небес области Нефритовой Столицы отправились бы в Вечный Мир, наша военная сила значительно бы увеличилась… — из уголков рта Цинь Му потекла кровь, его сердце наполнилось ужасной болью.

Наконец, во тьме упал последний дьявольский бог.

Махакала открыл глаза, равнодушно смотря на Цинь Му:

— Я считал, что ты оставишь их себе, никогда бы не подумал, что ты окажешься таким злым.

Лежа в луже крови, Цинь Му почувствовал, что боль в его сердце становится всё сильнее, поток крови из его рта превратился в фонтан.

Обернувшись, Махакала вернулся во дворец:

— Уходи. Я дам тебе полдня. Если ты не сумеешь покинуть мой дворец за это время, то я сам тебя убью. Если же ты сумеешь выбраться, то я соглашусь сдержать свою злость и принять случившееся, а также не буду ничего предпринимать по отношению к Вечному Миру.

Цилинь поспешно подбежал, чтобы положить Цинь Му, продолжающего отращивать своё тело, себе на спину, прежде чем молча спуститься с горы.

Во дворце, ученики Махакалы обменялись взглядами, тихо смотря на поникшего Махакалу.

В этот раз Махакала понёс огромные потери. Два Небесных Наставника, Дровосек и Цзи Си, сначала спровоцировали сражение между северными небесами и Телом Тирана Вечного Мира. Если бы Махакала не вмешался, то правители северных небес передали бы свои земли Вечному Миру, чтобы спасти свои жизни.

Тем не менее, даже несмотря на вмешательство Махакалы, все правители северных небес погибли!

Можно было сказать, что все эти боги были самой грозной военной силой Махакалы. Более того, отбирая сильных практиков божественных искусств, они были вынуждены пожертвовать бесчисленными молодыми мастерами. Махакала был известен тем, что мстил за даже самые мелкие проступки, не говоря уже о подобном.

Тем не мене, он сдержался, молча принимая поражение, и даже проявил невероятную милость, позволяя Цинь Му покинуть свои земли.

«Он сумел одолеть самое мощное оружие райских небес в одной области. Он и вправду соответствует репутации Тела Тирана. Если он сумеет выжить, то будущее не будет таким безрадостным.» — Махакала некоторое время размышлял, прежде чем громко рассмеяться.

— Вы думаете, что, отпустив его, я разрушаю репутацию северных небес, верно?

Мо Саньтун, Сюэ Тайдоу и остальные не смели ничего отвечать.

— Как ваш учитель, позвольте мне рассказать вам один секрет, — злорадно улыбаясь, Махакала проговорил. — Я родился до начала Дракона Ханя, и дожил до сегодняшних дней исключительно из-за своей бесстыдности.

На лицах Мо Саньтуна и остальных возникли странные выражения, они молчали.

Махакала поднялся и улыбнулся, за его спиной бурлила тьма:

— В прошлом существовало слишком много существ, более выдающихся чем я, умнее, чем я, но лишь немногие из них выжили. С другой стороны, я всегда процветал, меня уважали как дьявольского предка. Если бы не моя бесстыдность, то я уже давно был бы мёртв.

Мо Саньтун и остальные не понимали к чему он клонит.

По правде говоря, все они разделяли ход мыслей и поведение Махакалы.

К примеру, на протяжении времени, когда Цинь Му оставался во дворце, несколько учеников Махакалы бросили ему вызов, чтобы тот помог им доработать недостатки своего совершенствования.

Они не были дураками, и понимали, что их действия позволят ему выучить Сутру Тёмного Мо Цзя Махакалы, тем не менее, ради своей собственной выгоды, они всё равно пошли на этот шаг. Это отлично иллюстрировало выражение «яблоко от яблони».

— Чем больше в мире хаоса, тем лучше для дьявольской расы, — расслаблено продолжал Махакала. — Только в условиях хаоса у нас есть шанс выжить. Если райские небеса создадут абсолютно стабильное будущее, нам придёт конец. Я пригласил то существо с райских небес, чтобы увидеть, действительно ли их сильнейшее оружие непобедимо. Судя по увиденному, это не так, — он радостно засмеялся. — Внезапно, с моей спины исчез огромный груз. Этого уже достаточно, чтобы пощадить Тело Тирана. Более того, я не уверен, что смог бы его убить.

Мо Саньтун и остальные были слегка озадачены, не понимая, почему Махакала так высоко оценивает Цинь Му.

— Маленький Граф Земли и есть Телом Тирана Вечного Мира, — Махакала наконец продолжил говорить, и от его слов по спинам учеников пробежали мурашки. Со странным выражением лица он продолжал. — Как и я, он был рождён в Юду. Меня породили негативные эмоции, демоническая аура и Ци того места, делая меня первым дьявольским богом. Он, с другой стороны, был первой формой жизни Юду, рождённой с утробы. У нас обоих есть свои сильные стороны, тем не менее, у него есть врождённое превосходство надо мной. Но вот странно то, что он не в состоянии управлять своей силой. Кажется, будто у неё есть своё сознание…

***

Райские Небеса, Павильон Хранителя.

Предок Дао Секты Дао райских небес отрезал кусок нефритовой колонны, наблюдая, как та быстро возвращает свою прежнюю форму, восполняя недостающую часть.

Качая головой, старый Даос спустил кусок нефрита с рунами Небесного Преподобного Юя, передавая его человеку внизу:

— Потомственный Король Богов, что случилось со старым оружием?

— Разбилось, — внизу стоял красивый мужчина, его тело сияло белым светом, его глаза были полностью белыми. Покачав головой, он ответил. — Это оружие все ещё несовершенно. В Великом Дао Небесного Герцога остались недостатки. Я отправил его к нижней границе, и Тело Тирана его разрушило.

Старый Даос удивлённо спросил:

— Тело Тирана?

— Кстати говоря, это Тело Тирана является одним из Небесных Преподобных, — на лице Потомственного Короля Богов было странное выражение. — В прошлом, когда я поздравлял Небесного Императора в честь его восхождения к власти на Собрании Яшмового Водоёма, это Тело Тирана посеяло хаос у Яшмового Водоёма. Я видел следы его техник меча, поэтому сумел узнать его в этот раз. Я совсем не ожидал, что наткнусь на Тело Тирана из прошлого. Он даже избил то существо до полусмерти…

Решив не упоминать о том существе. Он засмеялся:

— В этот раз я отправился к нижней границе, чтобы проверить оружие, после того как Махакала предложил мне с ним разобраться. В результате я потерял руку, и мне осталось лишь создать новое оружие. Ха-ха!

Он разразился смехом, похлопывая старого даоса по плечу:

— Зачем я тебе это рассказываю? Если бы ты не был Мастером Дао, которого интересует лишь Дао, и которому нет дела до мирских дел, то мне бы пришлось убить тебя после сказанного!

Старый даос опустил взгляд и слегка улыбнулся, ничего не ответив.

Потомственный Король Богов продолжил:

— Отправь сокровище к месту с божественным оружием создания, после чего доставь оружие мне. Кстати, руны Великого Дао Небесного Герцога уже доработаны?

Старый даос покачал головой:

— Физическое Тело Небесного Герцога Сюаньду слишком огромно, его сложно измерить. Более того, он слишком силён, поэтому расположенные там боги не осмеливаются переходить грань.

— Старик и вправду очень сильный и мощный. Его физическое тело невероятно крепко.

Потомственный Король Драконов зашагал прочь, продолжая говорить:

— Тем не менее, скоро я его заменю. Я лично отправлюсь в Сюаньду и изучу оставшиеся руны Небесного Герцога.

Старый даос смотрел вслед Потомственному Королю Богов, продолжая слышать его смех:

— Мой отец, очень скоро я тебя заменю, стану тобой и превзойду тебя…

***

Цилинь мчался вперёд, таща Цинь Му сквозь тьму. Округу окутывала непроглядная мгла, отчего он не мог определить направление.

Постепенно зверь терял ориентацию в пространстве, начиная паниковать. Вокруг была лишь тьма, и если он потеряется, то не успеет покинуть это место за полдня.

Цинь Му до сих пор пытался восстановить своё тело, проговорив слабым голосом:

— Жирдяй, поднимись как можно выше и следуй за звёздной картой.

Цилиня наконец осенило, и собрав все свои силы, он рванул вверх на всех парах.

Выделенное им время постепенно истекало, пока жирдяй продолжал мчать вперёд, будто молния. Под его ногами пылал огонь цилиня, а вокруг тела сверкали молнии, он бежал так быстро, как только мог.

Постепенно впереди начал появляться свет.

Цилинь был вне себя от радости. Во тьме впереди виднелась дыра, сквозь которую внутрь попадал свет.

Вокруг дыры можно было разглядеть огромное построение. Должно быть, это была луна звёздной карты. Её построение было исковеркано из-за повреждений звёздной карты, отчего лунный свет рассеивался по округе.

Увидев эту луну, Цинь Му внезапно начал кашлять кровью.

Сердце цилиня резко дрогнуло:

— Владыка Культа, ты жив?

Цинь Му неуверенно протянул руку, указывая на кривую луну, и прохрипел:

— Гадко, не туда…

— Владыка Культа, мысли разумно! — цилинь продолжал бежать к сломанной луне, разъярённо отвечая. — Если мы не успеем покинуть территорию дворца Махакалы, то он нас догонит и убьёт!

Цинь Му всё же предпочитал смерть плену, но цилинь не останавливался, входя внутрь звёздной карты, проникая в построение, сияющее светом, похожим на лунный.

— Интересно, в звёздной карте ещё остались какие-либо боги? — осторожно оглядываясь, прошептал цилинь. — Астрономическое явление в полном беспорядке, и боги, отвечающие за него, уже давно должны были бежать…

— Кто там? — внезапно, с противоположной стороны луны раздался чей-то голос.

Глaва 869. Паcтух у Pеки

Цилинь ошарашено застыл, услышав знакомый голос.

Несмотря на это, он не осмеливался расслабляться, и задрожав всем телом, превратился в крепкого на вид юношу с головой цилиня и телом человека. Тем не менее, он превратился слишком быстро, забыв о том, что на его спине до сих пор сидел Цинь Му.

Цинь Му полетел вниз, размахивая конечностями, но цилинь успел его поймать и закинуть себе на плечо, прежде чем с тревогой посмотреть в сторону лунного света.

Сегодня был седьмой день месяца. Построение луны превратилось в полумесяц, его вторая половина была скрыта тенью.

Построение было крайне большим и широким, простираясь на сотни километров. Его тёмная половина на самом деле не исчезала, и продолжала двигаться, скрываясь из виду.

Построение напоминало лунный дворец, выглядя крайне красиво и приятно.

— Тот, кто управляет луной звёздной карты должно быть, очень красивая женщина.

Цилинь высунул голову из тени, увидев, что лунный свет вытекал из повреждённого места, будто поток воды.

На кончике полумесяца сидела женщина. Удивлённо моргая, она смотрела в их сторону.

— Это она? — Цилинь был слегка шокирован. Цинь Му на его плече напоминал марионетку без нитей. Он онемело соскользнул с плеча зверя и по странному повернул шею.

Цилинь поспешно его подхватил, в то время как женщина, сидящая на полумесяце, подошла к ним и удивлённо спросила:

— Что с ним случилось?

— Владыка культа ранен, — ответил цилинь — Его состояние крайне тяжёлое, но с ним всё будет в порядке. Владыка Культа, просыпайся!

Он потряс Цинь Му, и его голова начала стучать, будто барабан, отчего тот сразу же открыл глаза. Он растерянно посмотрел на женщину, и та показалась ему знакомой, тем не менее, он не смог вспомнить, кто это.

— Почему ты здесь? — пробормотал он, прежде чем снова потерять сознание.

— Видишь, с ним всё хорошо! — уверенно проговорил цилинь.

Тем не менее, женщина сильно заволновалась. Провожая их в лунный дворец, она проговорила:

— Я только что убрала, можете здесь отдохнуть.

Цилинь положил Цинь Му на землю. Осмотрев его ранения, женщина ненадолго замолчала, после чего отправилась готовить пилюли и лекарства.

Цилинь шагнул подошёл к ней, смеясь:

— Раньше ты ничего не умела, а сейчас уже можешь готовить пилюли и лекарства?

Женщина улыбнулась:

— После того, как вы ушли, я должна была сама о всём заботиться. Тогда я была ещё молода, и мне лишь предстояло научиться. Нет ничего странного в том, что теперь я могу делать всё сама.

Цилинь ненадолго задумался, прежде чем ответить:

— В тот раз всё и вправду напоминало сон. Владыка Культа, Гроссмейстер, сундук и я внезапно оказались в городе Ста Процветаний, а затем исчезли на рассвете. То, через что мы прошли той ночью, было настолько странным, что об этом нельзя забыть.

Женщина повернула голову и посмотрела на Цинь Му, слегка улыбаясь:

— Это правда. На протяжении десятков тысяч лет я огромное количество раз просыпалась в кошмарах. Вспоминая о той странной ночи, у меня появлялась смелость, чтобы продолжать жить.

Цинь Му услышал знакомый голос. Он несколько раз пытался открыть глаза, но из-за своих тяжёлых ранений и их природы, он снова терял сознание.

Худшее было уже позади, впрочем, Небесный Преподобный Юй оказался слишком сильным. В бою против Цинь Му он исполнил своё собственное божественное искусство, вошедшее на путь, начиная от первых, и заканчивая двадцать восьмыми небесами. Двадцать восемь божественных искусств, вошедших на путь, одно за другим, вынудили Цинь Му отдать все свои силы.

Продемонстрировав в бою всё, что он мог, Цинь Му был вынужден освободить свою полную силу и исполнить технику создания Бессмертного Бога и Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, чтобы восстановить своё физическое тело и исконный дух. Это привело к даже более сильному истощению.

Теперь он то терял сознание, то приходил в себя. Он чувствовал горечь во рту, понимая, что кто-то кормит его лекарствами. Попадая в его рот, лекарства превращались в горячий поток, спускающийся в горло, после чего начинали кипеть в его теле, проникая в конечности и кости.

Он открыл глаза, едва различая знакомую на вид женщину, которая открыла рот и выплюнула духовную бусину.

Духовная бусина начала вращаться вокруг него, отчего в его повреждённом исконном духе и божественных сокровищах возникало невероятно приятное чувство.

Цинь Му постепенно уснул. У его ушей раздавался разговор женщины и цилиня. Казалось, что те хорошо знают друг друга.

Спустя некоторое время он услышал другие голоса, похожие на голоса Небесных Наставников Дровосека и Цзы Си. Также ему казалось, что Ди Июэ и остальные тоже были там.

Он не мог разобрать их разговора, а спустя некоторое время всё стихло.

Цинь Му спал, чувствуя, будто вернулся в дни своего детства. Время, казалось, вернулось вспять, и он снова попал в деревню Цань Лао, где тщательно тренировался под надзором старого Ма, мясника и других.

Время в его снах продолжало двигаться вспять, и вскоре он уже стал ребёнком, лежащим в крохотной корзине. Протянув руки и ноги, он вопил, ярким взглядом смотря на бабушку Сы.

Бабушка Сы была невероятно уродлива, но вытаскивая его из корзины, она смотрела на него крайне добрыми глазами.

Рядом с ней была каменная статуя и старый Ма.

Картина в его сне снова изменилась, тем не менее, он и дальше лежал в корзине. Какая-то девушка тащила корзину, в ужасе прячась от богов и дьяволов в бушующей реке.

Огромная чёрная волна закрывала всё вокруг. Цинь Му выглянул на девушку, которая со всех сил отбивалась от преследователей, пытаясь его защитить.

Её тело покрылось ранами и было полностью истощено.

— Тётя Пин’эр…

Пухлый ребёнок выпрямил свои короткие руки, чтобы коснуться её лица, но не сумел дотянуться.

У Цинь Му никогда не было воспоминаний о том, как он покинул Юду и попал в Великие Руины. Он попросту был слишком мал. Граф Земли запечатал его, после чего мать отдала его тёти Пин’эр, чтобы та вывела его из Юду в Великие Руины.

Тётя Пин’эр умерла в реке, защищая его, а после наступления тьмы его нашла бабушка Сы.

Цинь Му никогда не вспоминал ничего подобного, но во сне он сумел увидеть произошедшее.

Во тьме хлынула чёрная речная вода, накрывая их. Зловещие на вид боги и дьяволы преследовали их с обоих сторон реки, в то время как ранения тёти Пин’эр становились всё серьёзнее, ей становилось всё труднее отбиваться.

В этот момент, во сне Цинь Му показался белый туман, движущийся в их сторону.

Тётя Пин’эр тут же потащила корзину внутрь тумана.

Преследователи рванули вслед за ней.

Когда туман рассеялся, они увидели в небе ярко светящее солнце. Его лучи были настолько ослепительными, что пухлый ребёнок был вынужден закрыть глаза и прикрыть лицо пелёнкой.

Из уголков рта тёти Пин’эр выступила кровь, но она продолжала бежать. Накрыв корзину ладонью, она начала напевать детскую песню, пытаясь убаюкать Цинь Му.

— Высокий камыш, длинный камыш, играешь в прятки в камышовом болоте. Как много сильных, известных людей когда-то были пастушками.

— Высокий камыш, длинный камыш, смотрите друг на друга через горы и моря. С одной стороны камыша дом, с другой стороны море.

— Высокий камыш, длинный камыш, колышется над болотом. Закончив качаться, он лежит в моей сумке, составляя мне компанию в долгом путешествии.

— Высокий камыш, длинный камыш, песня его флейты очень мелодична.

— Пастухи в далёкой земле, всегда на уме у своей мамы и отца.

***

Цинь Му ошеломлённо её слушал, пытаясь подпевать. Тем не менее, будучи трёхмесячным ребёнком, он не мог этого сделать.

Зловещие, жестокие боги и дьяволы сидели у них на хвосте.

У истоков реки отчаянная тётя Пин’эр заметила женщину, моющую свой меч.

Цинь Му заметил, что у этой женщины были знакомые черты лица, напоминающие ту девушку, которая сейчас кормила его лекарствами. Тётушка Пин’эр попросила её о помощи, и девушка без раздумий достала свой меч. Напоминая разъярённого дракона, танцующего на ветру, тот был готов захватить целый город и завоевать признание во всех девяти префектурах.

Свет её меча тоже выглядел знакомо. Её техники основывались на техниках Цинь Му, обладая сущностью и духом, готовыми защищать обычных людей во время апокалипсиса.

— Как его зовут? — женщина с мечом подошла к тёте Пин’эр, глядя на ребёнка в корзине.

— Его зовут Цинь Фэнцин, — тётя Пин’эр нежно посмотрела на ребёнка в корзине, из уголков её губ продолжала течь кровь. — Я должна доставить его в безопасное место, нельзя позволить этим богам и дьяволам причинить ему вред. Но я больше не в силах продолжать, мне остаётся лишь доверить его тебе…

Женщина, моющая меч, покачала головой:

— Меня зовут Бай Цюэ’эр, и я одна из выживших людей Высшего Императора. Я скрываюсь от своих преследователей и уже убила нескольких из них. Оставить его мне лишь принесёт ему больше опасности. Я могу защищать его некоторое время, но не слишком долго.

Они двигались вдоль реки, в небе на западе от них висело яркое солнце. Тётя Пин’эр продолжала напевать детскую песню, в то время как женщина с мечом молча её слушала. Преодолев огромное расстояние, звуки её песни внезапно прервались.

Женщина с мечом посмотрела на тётю Пин’эр. Та уже перестала дышать, жизнь в её глазах погасла. Её труп продолжал идти вперёд, неся корзину.

Невероятная привязанность позволила ей продолжать неумолимо двигаться вперёд, чтобы найти безопасное место для ребёнка и найти кому его доверить.

Бай Цюэ’эр впала в оцепенение, но не стала забирать корзину из рук тёти Пин’эр. Она не была готова взять ребёнка себе, и ей оставалось лишь защищать этот упрямый труп, пока тот не найдёт кого-то.

Она начала напевать тот же стишок, который перед смертью напевала тётя Пин’эр.

— Высокий камыш, длинный камыш, играешь прятки в камышовом болоте. Как много сильных, известных людей когда-то были пастушками…

Трут тёти Пин’эр следовал за ней, улыбаясь.

Они продолжали двигаться вдоль реки, напевая детскую песенку.

В конце концов небо потускнело, вот-вот должна была грянуть тьма.

— Высокий камыш, длинный камыш, песня его флейты очень мелодична. Пастухи в далёкой земле всегда на уме у своей мамы и отца.

Женщина с мечом продолжала напевать детский стишок, в то время как тьма и туман преследовали их, потопая под собой тётю Пин’эр.

Когда они вошли в туман, тётя Пин’эр погрузилась под воду, продолжая крепко держать корзину.

Река быстро подхватила её, унося вниз по течению.

— Когда на улице ночь — нельзя выходить из дому, — вдали раздался чей-то голос. — Ты слышишь плач младенца?

— Такого не может быть, я ничего не слышу… Ах, да, и правда плач младенца!

***

— Я использовал Сутру Безграничного Бедствия, вступив на путь сном, чтобы помочь ему отследить своё происхождение. Сейчас его жизни ничего не угрожает. — в земле слова Цинь, старый Будда, проводящий большинство своего времени во сне, внезапно спустился, обращаясь к Небесному Герцогу, Графу Земли и остальным. — Изначально я хотел обучить его своей сутре, но он не был готов. Сейчас, когда я помог ему вспомнить своё прошлое с помощью сна, его изучение Безграничного Бедствия это лишь вопрос времени.

Небесный Герцог ответил:

— К счастью, старый Будда проснулся вовремя. В противном случае, даже если бы он выжил, его совершенствование значительно бы пострадало.

В этот момент Цинь Му проснулся, услышав знакомый детский стишок.

— Высокий камыш, длинный камыш, камышовые серёжки походят на снег. Камыш лучше всех знает о сильном ветре, камыш лучше всех знает о проливном дожде…

Он изо всех сил пытался подняться на ноги и последовать на звук песни.

Эта песня заставила его почувствовать, будто он вернулся в те дни, когда был пастухом, когда слушал мелодичные звуки камышовой флейты и смотрел, как на ветру развеваются камышовые серёжки.

Он вышел на улицу. Лунный свет был крайне ярким, а во дворце впереди виднелось знакомое лицо девушки, напевающей детский стишок, смотря вниз на горы и реки Вечного Мира.

Она повернула голову, смотря на него с мирной, застенчивой улыбкой.

Глaва 870. Галактика Cнаpужи

Увидев эту улыбку, Цинь Му почувствовал, как его сердце тает.

Оно таяло, возвращаясь в те дни, когда в небе сияло яркое солнце, над рекой колыхались белые серёжки камыша, а маленький пастух медленно ехал по берегу на своей корове.

B тот день в его уме вспомнилась странная мелодия. Он попытался её напеть, но не смог.

Он чувствовал, что эта мелодия была крайне знакомой, тем не менее, так и не сумел её вспомнить.

В этот момент он наконец её вспомнил.

Когда его пеленали в корзине, он услышал эту мелодию и голос, напевающий её, впервые.

Он подошёл к девушке, напевающую ту мелодию, и сел возле неё, улыбаясь:

— С нашей последней встречи прошло много времени. Ты ещё помнишь того ребёнка по имени Цинь Фэнцин? Это я.

Бай Цюй’эр посмотрела на него, на её лице медленно появилось удивлённое выражение, прежде чем смениться улыбкой:

— Ты ещё помнишь ту девушку, сидящую на сундуке?

— Помню.

Цинь Му почувствовал сильное жжение в груди, не понимая, было ли оно вызвано ранениями, или сильными эмоциями.

Бай Цюй’эр сидела, обняв колени руками и ошеломлённо смотрела вниз:

— Вечный Мир действительно красивый.

Цинь Му посмотрел вниз, увидев свет десятков тысяч домов. На огромном куске земли, среди гор и рек, виднелись небольшие пятна света. Там, где тот светил, были люди.

Даже когда Вечный Мир претерпевал удивительные изменения, его стойкие люди делали всё возможное, чтобы выжить.

Сидя в лунном дворце и смотря на мир смертных, он восхищался какой-то странной красотой.

Высокие и мощные райские небеса, день на которых длился вечно, никогда не могли увидеть красоты теней, увидеть надежду людей, зажигающих фонари Вечного Мира ночью.

Луна в небе ярко сияла, её построение постепенно менялось, готовясь изобразить полную луну. Цинь Му чувствовал, что проспал уже пять или шесть дней.

— Что тебя сюда привело? — он посмотрел на лицо девушки, сидящей сбоку, и спросил.

— Я встретила Имперского Наставника, и мы с ним некоторое время разговаривали про мечи. Затем я услышала, что девушка по имени Сы Юньсян ищет четырёх Небесных Наставников и Великих Королей Императора-Основателя, чтобы те отправились на северные небеса спасать Сына Циня, — ответила Бай Цюй’эр. — Поэтому я сразу же поспешила сюда, собираясь попасть во дворец Махакалы через звёздную карту. Я как раз успела избавиться от здешних богов райских небес, когда увидела цилиня и тебя.

Внезапно поняв её план, Цинь Му рассмеялся:

— Пробраться во дворец Махакалы и атаковать его врасплох, это поистине удивительная идея! Он бы тебя не заметил!

Бай Цюй’эр улыбнулась:

— Верно. Пока ты был без сознания, Вэнь Тяньгэ, Хань Тан, Янь Юньси и остальные пришли на твои поиски. Они тоже пробрались через звёздную карту. Хань Тан хотел проделать дыру в звёздной карте и закинуть леску во дворец Махакалы, чтобы выловить тебя.

Небесный Наставник Рыболов носил имя Хань Тан, в то время как Небесного Наставника Цзы Сы звали Янь Юньси. Тем не менее, последняя пользовалась своим настоящим именем только когда, когда одевалась как женщина.

Небесный Наставник Рыболов твердил, что его крючок никогда не оставался пустым, так что он и вправду мог бы выловить Цин Му обратно.

— Янь Юньси намеревалась создать построение, чтобы атаковать Махакалу исподтишка, но Вэнь Тяньге сказал, что между Вечным Миром и Махакалой нету никаких конфликтов, и что у них был шанс сохранить нейтралитет.

Бай Цюэ’эр улыбнулась:

— Все они крайне о тебе заботятся, и ушли лишь убедившись, что тебе ничего не грозит. Как твои раны?

Цинь Му почувствовал тепло в своём сердце:

— С ними произошло что-то странное. Когда я проснулся, то все они уже зажили. Я сильно пострадал, и повредил даже свою природу, и думал, что на восстановление у меня уйдёт несколько лет, прежде чем я смогу восстановить своё совершенствование. Каком духовным лекарством ты меня кормила?

Он крайне недоумевал, так как повреждение природы было крайне серьёзной проблемой. Даже будучи мастером в искусстве лечения, он был бы вынужден искать редкие лекарства и долго работать над своим восстановлением.

Даже прилагая все усилия, ему всё равно пришлось бы потратить несколько лет, чтобы вернуться в свою прежнюю форму.

Бай Цюэ’эр кормила его лекарствами и использовала драконью бусину, из-за чего он предполагал, что его исцеление было её заслугой.

— Духовные лекарства, которые я тебе давала, вполне обычны, они лишь помогали тебе оставаться в живых и не могли исцелить корень твоих ранений. Впрочем я заметила, что пока ты спишь, твои ранения заживают сами по себе.

Бай Цюэ’эр задумалась:

— Пока ты лежал без сознания, Вэй Тяньгэ и остальные тоже ощутили, что ты восстанавливаешься самостоятельно. Вэнь Тяньгэ упоминал что в твоём теле каким-то странным образом работает Дхарма, будто воскрешая тебя. Тем не менее, он не мог понять откуда она взялась. Я тоже не сумела ответить на этот вопрос.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Казалось, будто он вернулся к жизни, все его ранения бесследно исчезли. Даже его природа вернулась к своей лучшей форме. Его техника, казалось, была похожей на вхождение на путь сном Будды Брахмы.

Неужели во сне ему удалось совершенствовать технику Императорского Трона Будды Брахмы?

Но он не учил её никогда раньше!

Однажды Будда Брахма сказал ему, что в земле слова Цинь остался будда, который владеет истинными писаниями его техники Императорского Трона, но чтобы изучить её, Цинь Му должен был полагаться на своё собственное понимание.

Тем не менее, на земле слова Цинь правил Цинь Фэнцин, и сам он проводил там не слишком много времени, из-за чего не успел её изучить.

Так когда же он её выучил?

Не прилагая ни малейших усилий на изучение этой техник, он сумел ею овладеть. Это было слишком странно.

Внезапно Бай Цюэ’эр поднялась и протянула ему руку, красиво улыбаясь:

— Хочешь увидеть настоящую галактику?

Цинь Му ошеломлённо на неё уставился, прежде чем протянуть ладонь и взять её за руку.

Держа его руку, Бай Цюй’эр покинула луну, облетая звёздную карту. Улыбаясь, она проговорила:

— Астрономическое явление вашего неба — фальшивка, это всего лишь построение. Тем не менее, за ним находится настоящая галактика. Я знаю об одной дыре в звёздной карте, сквозь которую можно её увидеть.

Цинь Му не мог не отправиться следом за ней. Оглядываясь, он увидел что цилинь, дремлющий у колонны во дворце, поднялся и повернул голову в их сторону, будто тоже желая полететь посмотреть на галактику.

Юноша бросил на него угрожающий взгляд, и зверь тут же остановился, прежде чем вернуться и лечь спать снова.

Летя по звёздной карте, держа девушку за руку, он улыбнулся.

Они быстро неслись по звёздной карте, пролетая мимо бесчисленных сложных построений. Боги, управлявшие ими, давно были истреблены Бай Цюй’эр, оставляя свои звёзды без присмотра.

Несмотря на то, что эта галактика была фальшивой, пролетать сквозь её звёздный свет всё равно было крайне романтично.

— Вэнь Тянь говорил, что собирается попросить Императора Яньфэна отправить несколько практиков, владеющих математикой, поддерживать работу звёздной карты.

Бай Цюй’эр тащила его через галактику:

— Вот там солнце звёздной карты. Днём все звёзды на ней гаснут, отчего галактика темнеет. Сиять продолжает лишь солнце. Тем не менее, когда наступает ночь, его свет угасает.

Цинь Му посмотрел в ту сторону, куда она указывала. Построение солнца перестало работать, напоминая круглую дверь мгновенного перемещения. Внутри него была лишь пустота, за исключением дворца солнца.

Как он и догадывался, построение заимствовало лучи настоящего солнца, чтобы излучать тепло и свет.

— Вот тут находится дыра в звёздной карте.

Бай Цюй’эр спустилась в солнечный дворец, прежде чем улыбчиво проговорить:

— Тем не менее, она появляется только тогда, когда светит солнце. Как только это случится, мы сможем вылететь наружу и посмотреть на настоящую галактику.

Цинь Му моргнул, отвечая:

— Сейчас в Вечном Мире ночь.

Бай Цюй’эр кивнула.

— Если мы зажжём солнце, то оно появится в небе Вечного Мира одновременно с луной, — продолжил Цинь Му.

Бай Цюй’эр кивнула, на её лице появилось выражение жалости.

Цинь Му расплылся в широкой улыбке:

— Так давай сделаем это!

Бай Цюй’эр радостно завизжала, бросаясь к центру дворца, где лежал кусок странной красной ткани. На её поверхности виднелись рисунки воронов, а под ней находился какой-то предмет.

Девушка со всех сил потянула ткань на себя, обнаруживая предмет под ней. Это был отпечаток ладони, созданный из рунных символов.

Она прижала ладонь к отпечатку, с волнением смотря на Цинь Му:

— Нам и вправду стоит это делать? Это зрелище не будет слишком шокирующим?

Цинь Му рассмеялся:

— Жители Вечного Мира давно привыкли к подобному. Если речь идёт о шокирующих зрелищах, то солнце, появляющееся ночью, не идёт ни в какое сравнение с открытием печати Первобытного Царства. На протяжении последних нескольких лет они стали свидетелями взрыва природных бедствий, превращения реки Вздымающейся в Райскую реку, бесчисленных воскрешений богов и дьяволов, а также появления небес в воздухе. Их способность привыкать к изменениям намного сильнее, чем мы представляли.

Бай Цюй’эр облегчённо вздохнула. Она задействовала свою жизненную Ци, после чего отпечаток ладони издал лёгкий гул, который пронёсся по земле вокруг.

Очень скоро снаружи дворца зажгись руны построения, накаляясь до красна, после чего построение начало кружиться и увеличиваться в размерах.

В Вечном Мире ещё не успела наступить глубокая ночь, во многих домах до сих пор светил свет фонарей. Свет городов был даже более яркий, на ночных рынках до сих пор было много людей.

Тем не менее, внезапно, без предупреждения, в небе над ними засияло солнце, мгновенно заливая ночь своим светом!

Более того, луна всё ещё оставалась в небе, её свет был почти таким же ярким, как и свет солнца, создавая и вправду ослепительное зрелище.

Все жители Вечного Мира были шокированы, и даже боги, дьяволы и полубоги Юаньду были поражены увиденным. Бесчисленные люди подняли головы, изумлённо смотря в небо.

Во дворце солнца, Бай Цюй’эр взяла Цинь Му за руку и побежала вперёд, громко смеясь:

— Быстро! Нам нужно уйти до того, как сюда примчатся другие боги и дьяволы.

Сердце Цинь Му начало неистово биться. Он последовал за девушкой внутрь построения солнца, где находилось огромное чёрное пятно, неприятное на вид.

Бай Цюй’эр схватила его и запрыгнула в чёрное пятно, её одежда развевалась на ветру, ударяя по лицу Цинь Му.

Цинь Му протянул свободную руку, чтобы забрать её юбку со своего лица, обнаруживая, что они уже покинули построение солнца на звёздной карте и выбрались из поддельного астрономического явления.

Теперь они находились в бескрайнем звёздном небе вселенной. За их спинами находилась звёздная карта невероятных размеров, а впереди располагался гигантский огненный шар, парящий в тихом космосе.

Его размеры выходили за пределы воображения.

Стоя перед ним, они чувствовали себя такими же крохотными и незначительными, как муравьи.

Внезапно Бай Цюй’эр снова его подхватила, улетая вдаль. Двигаясь, будто мерцающая тень, она молниеносно поднималась вверх, прежде чем указать рукой вперёд и засмеяться:

— Посмотри туда!

Цинь Му посмотрел туда, куда она указывала, и увидел бесчисленные небеса, напоминающие драгоценные камни, возвышающиеся в нее над Первобытным Царством. Межу ними было солнце, луна и звёзды, напоминая бесчисленные фонари, мерцающие перед их глазами.

Они пролетели мимо этих драгоценных камней, время от времени сталкиваясь с невидимыми мировыми барьерами, которые отталкивали их прочь, когда они приближались слишком близко.

Бай Цюй’эр использовала силу мировых барьеров, чтобы ускорить себя и Цинь Му.

Они отдалялись от настоящего солнца, но подняв голову, Цинь Му обнаружил впереди ещё одно солнце, излучающее красный свет. Вверху над ним располагалось ещё одно такое же красное солнце.

— Там находилось тридцать три неба Императора-Основателя, — Бай Цюй’эр продолжала таскать его вокруг. — Он построил здесь тридцать три мира, но сейчас все они уже уничтожены.

Они пролетели мимо первого потухшего солнца, увидев позади него огромную галактику.

— Это глаз Небесного Герцога, он должен нас видеть! — Бай Цюй’эр начала махать рукой огромной галактике.

Цинь Му тоже начал размахивать рукой, покраснев от волнения.

В земле слова Цинь, клон Небесного Герцога фыркнул, поворачиваясь к лавовому Графу Земли:

— Я вижу этого негодника, он доволен, как удав.

Лавовый Граф Земли повернулся к Маленькому Графу Земли, чья задница торчала из Котла Резни, а голова находилась внутри:

— Так же доволен, как он?

Цинь Фэнцин регулярно пересчитывал свои трофеи, лежащие в котле, и совсем не слышал о чём они говорят.

Великий Владыка Солнца взмахнул крыльями и поднялся. Лежа на вершине земли слова Цинь, он протянул свои три лапы к небу, напоминая огромную летучую мышь, и смотря наружу через глаза Цин Му.

— То яркое солнце, которое мы только что видели, является местом моего рождения. Это единственное божественное солнце Юаньду! — бормотал он. — Там, где я родился, прозвучал первый и самый громкий крик ворона. Я до сих пор помню, как бегал по небу. Таская за собой это солнце…

Внезапно в его глазах потемнело. Цинь Му достал ивовый лист и наклеил его на своё межбровье, не позволяя ему продолжать наблюдать за происходящим.

— Мерзавец, быстро сними его! — завопил Великий Владыка Солнца. — Я хочу увидеть свой дом!

Сознание Багрового Императора потащило его вниз:

— Он там флиртует, зачем ты пытаешься составить им компанию? Мы лишь недавно сумели здесь обустроиться и поселиться, так что прекрати вести себя так разбаловано!

Великий Владыка Солнца удивлённо повернул голову:

— Это ты здесь поселился, я же здесь в плену! Мы не в одинаковой ситуации. Скажи, что же они там делают, на что мне нельзя посмотреть?

Глава 871. Boюющиe Hебеса

Когда Цинь Му и Бай Цюй’эp покинули настоящее небо, солнце над Вечным Миром уже погасло.

Солнце на звёздной карте было крайне пунктуальным. Несмотря на то, что за его работой уже никто не следил, каждые двенадцать часов оно автоматически выключалось.

К тому времени, как они вернулись, луна тоже успела погаснуть. Даже сотни тысяч звёзд, образовывающие галактику звёздной карты, перестали светить.

Как и солнце, эти звёзды и луна чётко следовали циклу, включаясь и выключаясь изо дня в день.

Цинь Му и Бай Цюй’эр небрежно активировали построение солнца, отчего-то засияло одновременно с луной и звёздами, а цикл его работы нарушился. Теперь же оно погасло вместе с луной.

Бай Цюй’эр тащила Цинь Му, молниеносно пролетая мимо галактики, зажигая на ней звёзды. Её одежда трепетала.

Люди Вечного Мира, а также все боги, дьяволы и полубоги Юаньду, снова стали свидетелями невероятно странного зрелища.

Небо на Вечным Миром было полностью тёмным. Сейчас должен был быть день и сиять солнце, тем не менее, последнее куда-то пропало вместе со всеми звёздами и луной.

Тем не менее, в этот момент над их головами внезапно зажглись бесчисленные звёзды, формирующие галактику на юге. Их, казалось, пробудила какая-то странная магическая сила, отчего они поочерёдно зажигались с севера на юг. Зрелище был поистине завораживающим.

— Звёзды в небе сошли с ума, — люди внизу покачали головами. — Сначала солнце засияло посреди ночи, а теперь днём наступила абсолютная тьма. Что-то подобное — это всегда работа демонов. Должно быть, они решили посеять хаос на небесах.

Цинь Му и Бай Цюй’эр играли с галактикой на звёздной карте, активируя её построения. Они радостно носились вокруг, зажигая звёзды с севера на юг.

Обычно боги, охранявшие звёздную карту, не активировали галактику целиком, а зажигали лишь несколько тысяч её построений.

Тем не менее, сейчас Цинь Му и Бай Цюй’эр одним махом активировали все её построения, открывая перед глазами людей внизу удивительную картину.

Когда вся галактика зажглась, её свет напоминал сверкающий поток широкой реки, протянувшийся с юга на север. Хоть это и было поддельное астрономическое явление, оно всё же обладало удивительной красотой, неприсущей этому миру.

Внезапно рядом с галактикой зажглась луна, ослепляя всех своим светом.

Был пятнадцатый день месяца, поэтому она была полностью круглой.

На лицах людей и полубогов Вечного Мира возникли озадаченные выражения. Бог, отвечающий за работу луны, казалось, сошёл с ума и дёрнул за занавеску, медленно закрывая половину луны.

Затем он будто вспомнил, что сегодня пятнадцатое, и потянул занавеску ещё раз. Перед глазами бесчисленных ошеломлённых зрителей, луна снова стала круглой.

Некоторые люди в Вечном Мире наслаждались прохладной погодой, попивая вино во дворах. После увиденного они удивлённо открыли рты, из которых тут же полилось вино. Между тем, из ртов других выпало печенье, оставляя крошки на губах.

Какой-то младенец широко открыл рот и завопил. В следующий миг мама прикрыла его рот и встревожено посмотрела в сторону странной луны, внезапно появившейся в небе, и что-то пробормотала.

***

Звёздная карта, дворец луны.

Цинь Му и Бай Цюй’эр сидели у входа, руками опёршись на землю и болтая ногами над пропастью. Расслаблено проводя время, они говорили о всём подряд.

За их спинами цилинь закатил глаза, считая их разговор бессмысленным. Тем не менее, парочка выглядела крайне счастливой, каждое слово казалось им глубоким и вызывало дрожь в их сердцах.

«Он ведёт себя так же, как и Патриарх, оказавшись в западных землях, — огромная голова цилиня лежала на земле, выпрямив свой огромный драконий коготь, он рисовал на земле двух людей, держащихся за руки, и размышлял. — В те дни Патриарх внезапно потерял рассудок. Несмотря на то, что его разговоры были невообразимо примитивны и сухи, ему казалось, что они слаще мёда.»

На самом деле, судьба отношений Цинь Му и Бай Цюй’эр была довольно странной. Впрочем, их мысли ничем ей в этом не уступали.

В глубине сердца Бай Цюй’эр воспринимала Цинь Му как своего старшего брата, который дал ей надежду и защиту в ночь, когда на её плечи обрушилась катастрофа. Даже спустя сорок тысяч лет после того, как он ушёл, она и дальше помнила его крепкие плечи, сильный голос, слова и действия.

В то же время, для Цинь Му она казалась несравненным Богом Меча Эпохи Высшего Императора. Она не просто была той девушкой, которая спасла его у истока реки Вздымающейся, но и тем, кто передала философию того, что человеческие жизни дороже небес, на которой базировалась Эпоха Императора-Основателя.

Она была крайне сильной и обладала удивительной мудростью.

Между ними были товарищеские чувства, и в то же время они считали друг друга плечом, на которое можно положиться.

Если бы изобразить историю последних сорока тысяч лет в одной картине, то на ней эта парочка определённо стола бы, опираясь друг другу на плечо. Вот только один из них родился на сорок тысяч лет раньше другого.

Имперский Наставник Вечного Мира привёл в окрестности бесчисленных практиков божественных искусств, собираясь взять под контроль звёздную карту. Кроме них в небо поднялись бесчисленные лидеры расы полубогов Вечного Мира и представители различных небес, чтобы понять природу видений в небе. Среди них были даосы Секты Чистого Небосвода.

Выражение лица Имперского Наставника ужасно помрачнело. Когда речь шла о математике, он был настоящим перфекционистом. Солнце и луна в небе уже давно были кривыми и неопрятными, из-за чего его переполняло желание сбить их с неба.

Тем не менее, он был слишком занят делами Вечного Мира, поэтому не мог уделить внимания этому вопросу.

Теперь, когда даже цикл дня и ночи вышел их строя, он уже не мог с этим мириться.

Карта звёздного неба была изначально создана даосами секты Чистого Небосвода, и теперь, когда она была повергнута в хаос, те прилетели, чтобы всё починить.

К звёздной карте поднималось всё больше и больше людей. Юй Чэнь’Цзы первым бросился во дворец Луны, из-за чего Цинь Му и Бай Цюй’эр поспешно поднялись. Девушка всё ещё была одета как Бог Меча Высшего Бога, представляя Северные Небеса Высшего Императора, и даже Император Основатель, Дровосек и Ди Июэ считались её младшими.

Она была слишком смущена, чтобы встречать гостей, поэтому поспешно спряталась, оставляя Цинь Му наедине.

Юй Чэнь’Цзы не успел её разглядеть, заметив лишь то, что перед ним была девушка. Сунув голову во дворец, он начал осматриваться.

Цинь Му остановил его, смеясь:

— Юй Чэнь’Цзы ты уже встречался с Имперским Наставником? Ты дал ему моё рекомендательное письмо?

Ещё до того, как Юй Чэнь’Цзы успел ответить, раздался голос Имперского Наставника:

— Какое ещё письмо?

Цинь Му обернулся и засмеялся:

— Я заметил удивительный разум Юй Чэнь’Цзы и его великий талант. Поэтому я написал письмо и попросил его передать его тебе. В письме я советовал тебе устроить его куда-то в Вечном Мире, чтобы он сумел достичь там новых высот.

Имперский Наставник Вечного Мира был поражён:

— Друг Дао Юй Чэнь, если у тебя есть письмо от моего старшего брата, почему ты не показал его мне?

Юй Чэнь’Цзы засмеялся:

— Если мне и так удалось завоевать восхищение имперского Наставника и удостоится высокого звания в Вечном Мире, то для чего мне пользоваться письмом Владыки Культа Циня?

Имперский Наставник Вечного Мира повернулся к Цинь Му:

— Он пришёл ко мне, и мы провели несколько дней, говоря о Дао. Я тоже заметил его огромный талант и позволил ему заняться внешними делами Вечного Мира. Он ответственен за переговоры с различными силами в пределах Вечного Мира.

Цинь Му крайне обрадовался за Юй Чэнь’Цзы. Улыбнувшись, он проговорил:

— Заручившись помощью Юй Чэнь’Цзы, Имперский Наставник может немного расслабиться.

Юй Чэнь’Цзы оглянулся по сторонам, и взгляд Цинь Му дрогнул:

— Юй Чэнь’Цзы, райские небеса снова отправили кого-то создать новую звёздную карту? Я заметил здесь множество даосов секты Чистого Небосвода, почему бы тебе их не расспросить?

Юй Чэнь’Цзы бросил на него обиженный взгляд и ушёл.

Имперский Наставник Вечного Мира проговорил:

— Старший брат, астрономическое явление звёздной карты было повергнуто в хаос, день и ночь поменялись местам. Ты случайно не знаешь, почему это произошло? — осмотрев лунный дворец, он продолжил. — Кажется, здесь кто-то живёт?

Цинь Му кашлянул:

— Я только что сбежал от Махакалы и прибыл сюда. Понятия не имею, что здесь произошло.

Имперский Наставник ответил:

— Несколько дней назад, услышав, что ты оказался в ловушке во дворце Махакалы, Бог Меча Высшего Императора ужасно встревожилась и отправилась на твои поиски. Ты её не встречал?

Цинь Му собирался ответить, когда заметил, что Бай Цюй’эр выходит из противоположной стороны дворца. Она проговорила:

— Маленький Друг Цзян, я собиралась пробраться во дворец Махакалы через звёздную карту и спасти Владыку Культа Циня. Это я убила здешних богов. Но вот здешние построения оказались довольно сложными, и, возможно, я случайно активировала некоторые из них, что и привело к беспорядку в астрономическом явлении. Теперь, когда я вижу, что Владыка Культа в порядке, я чувствую облегчение.

Имперский Наставник крайне её уважал, торжественно отвечая:

— Старшей пришлось непросто. Я тоже планировал очистить звёздную карту, но мне не хватило времени и сил для этого.

Незаметно ткнув Цинь Му, он прошептал:

— Старший брат, отдай дань своего уважения! Это Бог Меча Высшего Императора!

Цинь Му растерялся.

— В ранние годы она обучала Наставника Дровосека и остальных небесных наставников. Я слышал, что это она рассказала Императору-Основателю о философии того, что жизнь людей ценнее небес, и что она оказала огромную поддержку Эпохе Императора-Основателя! — продолжил шептать Имперский Наставник. — Если такой предок бросился на помощь, услышав, что ты в беде, бросился на помощь, ты должен быть ему крайне благодарен!

У Цинь Му не оставалось выбора, кроме как искренне поприветствовать Бай Цюй’эр, как своего старшего. Тем не менее Имперскому Наставнику всё же показалось, что он не продемонстрировал достаточного для первой встречи уважения.

Бай Цюй’эр быстро ответила:

— Не стоит так церемониться. Я не слишком серьёзно отношусь к этикету. Даже Вэнь Тянге не отдаёт мне дани уважения при встрече.

— Старшая определённо этого достойна! — серьёзно продолжил Имперский Наставник. — Когда учитель встречает старшую, он тоже должен отдавать дань своего уважения!

В этот миг Юй Чэнь’Цзы прилетел обратно, постепенно замедляясь и приземляясь перед лунным дворцом. Бросив на Бай Цюй’эр любопытный взгляд, он озадачено заглянул внутрь. Цинь Му кашлянул:

— Юй Чэнь’Цзы, что тебе сказали гости с Небес Чистого Небосвода? Райские небеса до сих пор расследуют смерть своих посланников? Они собираются создать новую звёздную карту?

Юй Чэнь’Цзы отвёл взгляд в сторону, пытаясь заглушить вопросы, звенящие в его сердце:

— Райские Небеса действительно отправляли эксперта из лагеря Божественных Констеблей, чтобы тот расследовал смерти посланников. Они уже арестовали земного дракона и отправили его на Сцену Казни Бога райских небес.

Сердце Цинь Му дрогнуло.

Неужели в лагере Небесных Констеблей нашёлся эксперт, способный совладать с земным драконом?

Этот земной дракон не уступал могущественным практикам областей Нефритовой Столицы и Непостижимого Неба, тем не менее, лагерь Небесных Констеблей смог его арестовать и доставить для казни на Сцене Казни Бога?

— Как боги Лагеря Божественных Констеблей смогли спуститься к нижней границе? — спросил Цинь Му.

— Ходят слухи, что в лагере Небесных Констеблей есть уникальное сокровище, позволяющее им путешествовать в различные миры, чтобы ловить там преступников, — ответил Юй Чэнь’Цзы. — Люди, которые видели это сокровище, рассказывали, что оно выглядит как трёхногий золотой ворон. Боги садятся на него и путешествуют куда захотят, чтобы проводить свои расследования.

— Трёхногий золотой ворон? Неужели речь идёт о физическом теле Великого Владыки Солнца?

Цинь Му недоумевал. Великий Владыка Солнца был главой богов звёзд и контролировал неизбежную сеть. Кроме того, он возглавлял Армию Великого Небесного Звёздного Цикла райских небес и следил за порядком на небесах. Его сила была поразительной.

Неужели после смерти Великого Владыки Солнца его физическое тело было превращено в сокровище и отправлено в лагерь Небесных Констеблей?

Юй Чэнь’Цзы продолжил:

— Кроме того, райские небеса отправили людей присмотреть за постройкой новой звёздной карты. Секта Чистого Небосвода отвечает за их разработку, в то время как ковкой займутся Небеса Строительства.

Цинь Му нахмурился:

— Что за Небеса Строительства?

— Небеса Строительства и Создания — это двое великих небес под руководством райских небес, отвечающие за создание артефактов и сокровищ. Их боги обрабатывают драгоценные предметы. Они как-то связаны с расой богов Небесных Работ Эпохи Императора-Основателя и похожи на Чертог Небесных Работ Вечного Мира. Они обязательно создадут новую звёздную карту, которая заменит небо над Вечным Миром. Этого не избежать.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Насколько хороши эти Небеса Строительства и Создания?

— Они называют себя воюющими небесами, и уже давно превратились в настоящие машины войны. В прошлом на Верховных Небесах Сияния Императора-Основателя жила раса богов Небесных Работ, тем не менее, в сравнении с ними, она покажется слабой. Даже с миллионом богов и дьяволов, а также практиками Императорского Трона, их уничтожение может оказаться невозможным! — продолжал Юй Чэнь’Цзы . — Секта Чистого Небосвода всегда помогала их разрабатывать свои сокровища, и после миллиона лет развития эти небеса, скорее всего, ожили, и превратились в оружие хаоса, обладающим невообразимой мощью!

Цинь Му и остальные потеряли дар речи.

Силы райских небес были попросту слишком ужасающими!

— Будда Сакра был Небесным Работником Императора-Основателя, богом войны. Тем не менее, в одиночку он может не суметь пробраться на Небеса Строительства и повредить новую звёздную карту.

Ужасно взволновавшись, Цинь Му задумался: «Когда новую карту закончат строить и повесят над Вечным Миром, нам конец.»

Имперский Наставник внезапно проговорил:

— Строительство новой звёздной карты побеспокоит Вечный Мир не сильнее, чем остальных. Практики вроде двух Матерей Земли, Махакалы и остальных, будут встревожены не слабее, чем мы.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он кивнул.

— Новую звёздную карту повесят в небе только тогда, когда Мать Земли, Махакала и остальные будут повержены, либо сдадутся, — улыбнулся Имперский Наставник. — Поэтому нам не стоит слишком волноваться. Что касается старой звёздной карты, то Вечный Мир мог бы ею воспользоваться. Вот только её некому охранять…

Бай Цюй’эр улыбнулась:

— Я не привыкла к суете нижней границы, поэтому собираюсь остаться в лунном дворце.

Имперский Наставник Вечного Мира поспешно её отблагодарил.

На лице Цинь Му возникло серьёзное выражение:

— Я хотел бы посоветоваться с Богом Меча Высшего Императора касательно техник меча, это возможно?

Бай Цюй’эр торжественно ответила:

— Не знаю, можно ли это будет назвать «консультацией», но Владыка Культа может остаться на пару дней, и мы поболтаем.

Цинь Му был вне себя от радости, следуя за ней в лунный дворец.

Имперский Наставник и Юй Чэнь’Цзы смотрели парочке вслед, увидев, как Цинь Му пытается взять Бога Меча Высшего Императора за руку, но та лишь шлёпнула его по ладони.

Двое мужчин растерянно переглянулись.

Глава 872. Вxoждение на Путь c Помощью Мирских Проблем

В лунном дворце Цинь Му и Бай Цюй’эр и вправду разговаривали о техниках меча. Несмотря на то, что искусство девушки базировались на учениях Цинь Му, за сорок тысяч лет совершенствования её мастерство значительно улучшилось.

Когда Цинь Му и гроссмейстер вернулись на сорок тысяч лет в прошлое, в город Ста Процветаний, первый продемонстрировал свои техники меча Бай Цюй’эр, Бай Цинфу и остальным. Тем не менее, когда Эпоха Высшего Императора пала, из всех, кто это увидел, выжила только Бай Цюй’эр.

После того, как Цинь Му ушёл, она была вынуждена в одиночку защищать своих людей и искать место, в котором Эпоха Высшего Императора могла бы выжить, самостоятельно преодолевая все испытания и невзгоды.

Бай Цюй’эр постепенно развивала технику меча Цинь Му, становясь богом, защищающим своих подданных. Она напоминала Первого Предка, отличаясь лишь тем, что обладала даже большей решимостью.

Происхождение Бай Цюй’эр было хуже, чем у Первого Предка. Тот являлся потомком Императора-Основателя, и с детства получал лучшее образование, а также совершенствовал самые сильные техники и божественные искусства.

Она же, с другой стороны, была лишь дочерью городского лорда города Ста Процветаний и обладала не слишком чистой родословной драконьей расы. Лучшими божественными искусствами, которые она изучала, были техники меча и Высшей Тайны Древнего Дракона, которые ей передал Цинь Му. Более того, юноша не успел передать их целиком.

Её оставалось полагаться лишь на себя, дорабатывая и улучшая эти техники, и несмотря на то, что в них до сих пор виднелись следы Цинь Му, их ключевые свойства давно отдалились от его пути.

Это вызвало у Цинь Му невероятное восхищение и уважение.

Только когда техника меча олицетворяет дух своей эпохи, практик может вступить на путь.

Подобный вид вхождения на путь базируется не на изучении техник Императорского Трона или же математических вычислений Великого Дао древних богов, как это делали клоны Небесного Преподобного Юя.

Вхождение на путь с помощь техники Императорского Трона базировалось на совершенствовании её создателя, и позволяло практикам обрести безграничное понимание.

Если речь шла о вхождении на путь посредством изучения Великого Дао древних богов, то этот способ лишь позволял исполнять божественные искусства древних богов.

Оба эти подхода позволяли срезать огромную часть пути.

Истинный способ вхождения на путь состоял в том, что практик подвергался влиянию духа великой эпохи, благодаря чему его сердце Дао, пульс и дыхание колебались в такт с ней, подобное сердце Дао черпало силы с мирских проблем, позволяя вступить на путь.

Подобный способ вхождения на путь был возможен только в мире смертных.

Вхождение на путь с помощью мирских проблем являлось самым верным способом.

Меч Дао старейшины деревни был рождён бесчисленными взмахами меча, глубоко почитающими достижения предшественников несмотря на все неудачи.

Имперский Наставник взошёл на путь с помощью реформы и решимости двигаться вперёд.

Мясник вступил на путь своим непреклонным духом, отказывающимся боготворить небеса и землю и принимать поражение. Он поднял свои мечи на небо, искренне веря в возвращение долгов благодарности и мести.

Цинь Му вступил на путь после того, как его подтолкнул Первый Предок. Он нёс на своей спине бремя ответственности, но был не в силах что-либо сделать. Впав в ярость на поле боя Верховных Небес Императора, он пытался изменить судьбу человечества.

Бай Цюй’эр, в свою очередь, вступила на путь используя свой меч для защиты людей, обороняя простых людей и даря им надежду на выживание.

Её Меч Дао перестал продвигаться после того, как Эпоха Высшего Императора окончательно закончилась, а её люди были в безопасности. Лишь тогда, когда война и хаос прекратились, и граждане Эпохи Высшего Императора снова обрели шанс жить и развиваться.

На тот момент её Меч Дао достиг двадцати семи небес совершенствования.

Тогда пришёл черёд развиваться для талантов нового поколения вроде Императора-Основателя, что позволило Богу Меча Высшего Императора наконец сложить свои полномочия. Из-за этого её Меч Дао не мог продолжить совершенствоваться.

Тем не менее, её техники меча и философия того, что жизнь людей дороже небес, значительно повлияла на Эпоху Императора-Основателя, которая просуществовала двадцать тысяч лет, и даже на Вечный Мир, который пришёл после неё.

Обсуждая техники меча, Цинь Му передал ей свои восемнадцатую и девятнадцатую формы меча, а взамен изучил её великое божественное искусство Меча Дао.

В мече этой девушки он сумел увидеть все испытания и невзгоды, которые она пережила, а также её упрямую решительность.

В этот раз он передал ей полную версию своих техник меча, а также техники Высшей Тайны Древнего Дракона.

Причина, по которой Бог Меча Высшего Императора не сумела совершенствоваться до следующей области, состояла как раз в том, что в изученной ею технике Высшей Тайны Древнего Дракона были пробелы. Теперь же, когда она обрела полную версию, даже без улучшения своего Меча Дао, она могла перейти на новую область совершенствования.

— Ты хочешь найти Руины Заката? — после того, как Цинь Му упомянул Руины Заката, Бай Цюй’эр ненадолго задумалась, прежде чем проговорить. — В прошлом я вела своих людей к восточному морю, ещё до того, как Юаньду был запечатан. Неподалёку от моря я встретила огромного дракона, по описанию похожему на Герцога Драконов, которого ты упоминал. Если он был там, то и Руины Заката должны быть где-то в том месте.

Глаза Цинь Му загорелись, он тут же расспросил, где именно она видела Герцога Драконов.

Бай Цюй’эр нарисовала для него морскую карту:

— У Герцога Драконов крайне скверный характер. Он является потомком древних божественных драконов, поэтому отправляясь туда, ты должен быть крайне осторожным.

На звёздной карте ученики Вечного Мира тщательно работали, будто пчёлы, исправляя повреждённые части построений и молниеносно носясь по небу.

Звёздная карта была драгоценным артефактом, и Имперский Наставник хотел её отстроить, чтобы превратить в оружие построения Вечного Мира.

Он думал о том, чтобы избавиться от этой звёздной карты, тем не менее, это лишь бы ускорило создание новой карты райскими небесами. Это было бы крайне невыгодно для Вечного Мира.

Воспользоваться ленивостью райских небес и сделать Вечный Мир даже более безобидным на вид было намного разумнее.

Цинь Му и Бай Цюй’эр покинули лунный дворец, чтобы помочь ученикам отремонтировать карту и исправить и улучшить её построения, проводя своё время с пользой.

Это длилось до того дня, когда Цинь Му внезапно вспомнил о Небесном Преподобном Юе.

— Чёрт, я оставил брата Юя в Академии Речной Гробницы почти на полгода!

У юноши не оставалось выбора, кроме как уйти. Бай Цюй’эр стояла у лунного дворца, маша ему на прощанье.

Цинь Му сидел на голове цилиня, в то время как тот мчался в сторону мира внизу.

Он оглянулся, увидев девушку, танцующую со своим мечом в ослепительном свете луны.

Ошеломлённо на неё смотря, он чувствовал, что Меч Дао Бай Цюй’эр, застывший в развитии на тысячи лет, внезапно проснулся и начал продвигаться вперёд.

Девушка, казалось, снова нашла что-то или кого-то, ради защиты чего можно было пожертвовать жизнью, благодаря чему её достижения в Мече Дао сдвинулись с места!

«Она хочет защитить Вечный Мир, унаследовавший философию Высшего Императора, или она хочет защитить меня?.. — покачав головой, Цинь Му рассмеялся. — Должно быть, она хочет спасти Вечный Мир.»

В Академии Речной Гробницы Цинь Му с мрачным выражением лица забрал Небесного Преподобного Юя и водного цилиня, которые сильно разжирели из-за кормёжки Янь’эр. За последние полгода, которые Небесный Преподобный Юй провёл с Герцогом Веем, его голос стал значительно громче, вызывая звон в ушах Цинь Му.

Выражение лица юноши помрачнело ещё сильнее, он строго запретил Янь’эр продолжать кормить Юя и водного цилиня, после чего заставил первого тренироваться на протяжении всего путешествия, не теряя времени, чтобы избавиться от всех лишних складок жира.

Что касалось водного цилиня, то Цинь Му отдал его под опеку жирдяю.

Когда речь шла о сбросе лишнего веса, цилинь хорошо в этом разбирался.

Потеряв возможность их кормить, у Янь’эр не осталось выбора, кроме как заняться Цинь Му. Тот купил ей семян подсолнуха, и девушке приходилось чистить их по одному, кормя его.

— Молодой мастер ест дьявольских богов? — она поймала дьявольского бога, огромного и крепкого будто гора, пытаясь пробудить в парне аппетит.

Цинь Му покачал головой.

Глубоко разочаровавшись, девушка сама съела дьявольского бога, а затем улетела прочь, прежде чем вернуться с богом в когтях:

— Молодой мастер ест обычных богов?

Тот снова покачал головой.

Янь’эр отрыгнула, наевшись до отвала.

Вскоре они достигли Академии Нефритовой Столицы. Академия Ван Мужаня слегка уступала в сравнении с другими академиями. В прошлом она была главной и самой известной священной землёй Вечного Мира, но из-за своей излишней изоляции отстала во времени, не сумев реформироваться вовремя и продолжая пытаться использовать своё древнее основание, чтобы привлекать учеников.

Тем не менее, здесь Цинь Му наткнулся на Первого Предка. Кроме него, остальные Императоры Людей тоже прибыли сюда, занимая должности в дирекции, чтобы обучать учеников.

Маленькая Нефритовая Столица была осколком райских небес Императора-Основателя, и несла в себе глубокую сентиментальную ценность для Первого Предка. В прошлом, когда тот пал духом, он превратился в каменную статую именно в этом месте.

Второй и Третий Предки, Император Людей Ци Кан и остальные были самыми выдающими гениями за двадцать тысяч лет с момента падения Императора-Основателя. Теперь, воскреснув, они стали даже более выдающимися чем раньше.

Эти Императоры Людей умудрились открыть свои божественные сокровища Райской Реки — их способности были поистине удивительными.

Более того, они продолжали оставаться основными силами Фэнду, чем привлекали многих учеников к Академии Нефритовой Столицы.

Первый Предок также перенёс коллекции Дворца Нефритового Сияния в Маленькую Нефритовую Столицу, значительно ускоряя прогресс Академии.

Цинь Му привёл сюда Небесного Преподобного Юя в поисках знаний, и спустя десять дней, он уже закончил изучать все плоды здешней реформы. Тем не менее, Небесный Преподобный Юй ещё не успел закончить, поэтому ему оставалось лишь ждать.

— Император Людей Цинь, кажется, ты сильно заботишься о маленьком пухляше, — небрежно играя со щеками Небесного Преподобного Юя, Император Людей Ци Кан сжал его рот в трубочку и засмеялся. —— Неужели ты собираешься вырастить в нём следующего Императора Людей?

Глаза Цинь Му загорелись, он никогда раньше не строил планов на счёт Небесного Преподобного Юя.

Он всего лишь пытался не разочаровать Старшего Вестника Смерти, и хотел помочь Небесному Преподобному Юю стать существом, которое бы не уступало тому, кем он был в прошлом, и вновь начать соответствовать репутации Небесного Преподобного, поразившего весь мир.

Тем не менее, он не сможет всегда таскать Небесного Преподобного Юя за собой, и возможно, в будущем тому придётся стать новым Императором Людей.

— Император Людей каждого нового поколения сильнее предыдущего, — широко улыбнулся Император Людей Ци Кан. — Как ты думаешь, в будущем он сможет тебя одолеть?

Цинь Му скромно ответил:

— В нашем Зале Императоров Людей и вправду есть подобная традиция. Брат Юй поистине талантлив и удивителен, в чём значительно меня превосходит, тем не менее, я же Тело Тирана…

Император Людей Ци Кан ухмыльнулся:

— Оставь маленького пухляша здесь, мы, старики, вместе займёмся его обучением. Я гарантирую, что он сможет избить тебя, Тело Тирана, до такой степени, что ты будешь звать маму и папу!

Цинь Му громко рассмеялся, оставляя им Небесного Преподобного Юя:

— Не обучайте его техникам и тому, как открывать божественные сокровища. Если кто-то меня не послушает, то я побью его до такой степени, что он будет звать маму и папу!

Старый Императоры Людей холодно рассмеялись, собираясь преподать этому обманщику учителей и предателю предков урок, но Цинь Му поспешно позвал Цилиня, схватил Янь’эр и со свистом улетел прочь.

— Молодой мастер, куда мы отправляемся? — заметив его приподнятое настроение, Янь’эр улыбчиво поинтересовалась.

— К восточному морю! — указав пальцем на восток воскликнул Цинь Му.

Янь’эр продолжала любопытствовать:

— Молодой мастер устал есть богов и дьяволов суши? Ты хочешь попробовать морепродукты? Боги и дьяволы морей воняют рыбой.

— Мы будем искать Руины Заката! — Цинь Му зловеще засмеялся. — Мы будем искать следы Мастера-Основателя Небесного Святого Культа Вэй Суйфэна, и посмотрим, какие тайны он там оставил для меня!

Цилинь радостно помчался в сторону Восточного Моря. Достиг воды, они увидели огромных зверей, радостно резвящихся над волнами.

Спустя несколько месяцев цилинь лежал на воде брюхом к небу. Как бы сильно Цинь Му его не избивал, он отказывался продолжать двигаться вперёд.

«Исходя из морской карты, которую мне нарисовала Бай Цюй’эр, место, где она встретила Герцога Драконов, должно быть неподалёку.»

Цинь Му огляделся по сторонам, сравнивая окрестности с картой, но всё же не сумел ничего обнаружить.

Сняв ивовый лист со своего межбровья, он спустился сознанием на землю слова Цинь и спросил:

— Небесный Герцог, ты меня видишь?

Спустя некоторое время клон Небесного герцога ответил:

— Да! Что ты задумал в этот раз?

Цинь Му тут же ответил:

— Я могу попросить Небесного Герцога помочь мне найти Руины Заката?

Небесный Герцог пристально на него уставился.

Выражение лица Цинь Му оставалось неизменным.

Спустя некоторое время Небесный Герцог фыркнул:

— Поверхность моря здесь очень гладкая, Руины Конца не тут.

Цинь Му растерянно повернулся к лавовому Графу Земли, но тот не обращал на него внимания.

Ему оставалось лишь вернуть своё сознание. Открыв Врата Небесной Воли, он в ожидании встал перед ними.

Спустя долгое время крохотная лодка медленно подплыла к противоположной стороне врат, на её носу стоял Старший Вестник Смерти.

— Небесный Преподобный Ю, можно поинтересоваться как найти дорогу к Руинам Заката? — спросил Цинь Му.

Фонарь в руке Старшего Вестника Смерти почти погас, он молча покачал головой.

Цинь Му продолжал давить:

— А к Стране Герцога Драконов?

Фонарь Старшего Вестника Смерти задрожал, он высунул руку из врат и показал пальцем.

— Спасибо, — вежливо ответил Цинь Му, собираясь закрыть Врата Небесной Воли.

— Погоди минутку, — Старший Вестник Смерти протянул руку, свет его фонаря упал прямо на лицо Цинь Му. Выражение лица старика было не слишком приятным. — Ты звал меня лишь для того, чтобы спросить дорогу?

Цинь Му кивнул.

Ладонь, держащая фонарь, слегка задрожала, старик за ней тяжело дышал, пытаясь ответить не слишком грубо:

— Что касается того, как ты заботишься о Небесном Преподобном Юе… Где он? Где ты его оставил?

Глава 873. Пеcнь Дракoна над Бескрайним Mорем

Сверкая улыбкой, Цинь Му засунул руку Старшего Вестника Смерти обратно в Юду, пытаясь закрыть Врата Небесной Воли:

— У Небесного Преподобного Юя всё отлично. Я оставил его в Академии Нефритовой Столицы. Сейчас он совершенствуется вместе с тридцатью пятью Императорами Людей, включая Первого Предка. Он уже довольно силён. Когда я покину место Императора Людей, то он станет тридцать восьмым из нас…

Старший Вестник Смерти не собирался уходить. Цинь Му со всей силы надавил на врата, наконец умудряясь их закрыть, прежде чем тут же рассеять их.

— Молодой мастер, море почернело, — проговорила Янь’эр, смотря вниз.

Цинь Му опустил взгляд. Морская вода и вправду стала чёрной, под её поверхностью медленно плыла бумажная лодка. Старший Вестник Смерти протянул свой фонарь, с горьким выражением лица осветив им Цинь Му.

Увидев зрелище под водой, цилинь почувствовал, как по его спине пробежались мурашки, и тут же подлетел в небо.

Цинь Му ничего не мог с этим поделать:

— Небесный Преподобный Ю, отправляйся в Академию Нефритовой Столицы и сам взгляни, ты увидишь, говорю ли я правду. Не нужно утруждать себя и преследовать меня.

Старший Вестник Смерти постепенно исчез из-под воды, его голос прозвенел вдали:

— Я навещу Академию Нефритовой Столицы. Если твои слова окажутся неправдой, то я вернусь, и мы с тобой хорошенько поболтаем!

Лишь после этого тьма под ногами Цинь Му исчезла.

Спустя некоторое время в Академию Нефритовой Столицы прибыл ещё один Старший Вестник Смерти.

Миры живых и мёртвых сильно отличались. Старший Вестник Смерти не хотел вмешиваться в дела живых поэтому решил не показываться им на глаза и наблюдал за происходящим из тени, откуда он увидел, что Императоры Людей тренировались с каким-то маленьким жирдяем.

На лице Старшего Вестника Смерти застыла ухмылка, он думал: «Этот жирдяй определённо не Небесный Преподобный Юй.»

— Лань Юйтянь, давай сразимся!

Коренастый Император Людей Ци Кан запечатал свои божественные сокровища и начал избивать маленького толстяка. После него наступила очередь И Шаня, а затем Лань По.

Выражение лица Старшего Вестника Смерти стало ужасно мрачным, он загорелся желанием уничтожить тот мир.

Единственным, что его успокаивало, был тот факт, что несмотря на то, что жирдяю сильно доставалось, Императоры Людей не переходили грани, и его жизни ничего не угрожало.

Окружив избитого Небесного Преподобного Юя, Императоры Людей начали указывать на слабые места его движений.

— Зал Императоров Людей верит в то, что если ты не сражаешься, то не достигнешь успеха, и если тебя не избивают, то ты ничего не стоишь.

— У нас есть традиция, по которой, если ученик добился успеха в своём обучении, то он должен избить своего учителя!

— Тебе нельзя у нас учиться! Мы никогда не изучали техник своих учителей, вместо этого создавая свои собственные техники и божественные искусства! Если ты не придумаешь чего-то своего, то как тебе удастся избить того мерзавца по фамилии Цинь?

Услышав это, Старший Вестник Смерти почувствовал облегчение. Его слегка волновал подход стариков к обучению, тем не менее цель, к которой они стремились, была священной.

***

Цинь Му, Янь’эр и цилинь отправились в том направлении, куда указал Старший Вестник Смерти. Проведя в пути более десяти дней, они так и не нашли страны Герцога Драконов. За исключением волн и летающей рыбы, вокруг ничего не было. Море напоминало пустыню, постепенно сводя их с ума.

Цилинь снова решил разлечься на воде, но у Цинь Му уже не было сил его избивать. Схватив громадину за хвост, он продолжил идти вперёд, волоча его за собой.

Последнее время Янь’эр питалась исключительно рыбой и морскими созданиями, и вскоре те ей надоели. Примостившись на плече Цинь Му, она уставилась вперёд безжизненным взглядом время от времени протягивая коготь, чтобы почесать уголок своего рта и достать застрявшую там рыбью кость.

Цинь Му в очередной раз достал морскую карту, нарисованную Бай Цюй’эр. Недолго на неё поглядев, он выбросил её в море.

Карта изображала море сорокатысячелетней давности. Со всеми изменениями неба и земли, география Восточного Моря больше не соответствовала ей.

Более того, Первобытное Царство было запечатано, а затем распечатано, претерпев значительные изменения. Особенно сильно это касалось моря. Заметить движение гор на морском дне было крайне сложно. За долгие годы исчезли бесчисленные острова, значительно усложняя определение местонахождения.

Внезапно Цинь Му наклонил голову и прохрипел:

— Сестра Янь, ты слышишь эту песню?

Янь’эр тихо ответила:

— Молодой мастер, должно быть тебе послышалось, нет никакой песни… ээм, я и вправду слышу чей-то голос!

Они двинулись в сторону голоса, и спустя некоторое расстояние увидели огромный скелет, наполовину торчащий из воды.

Это был невообразимо огромный скелет дракона. Несмотря на то, что море было крайне глубоким, он всё равно наполовину торчал над его поверхностью, что позволяло представить его ужасающие размеры!

Звуки песни доносились со стороны скелета.

Подойдя поближе, Цинь Му и остальные обнаружили, что именно он их и извергал.

Рот божественного дракона открывался и закрывался, порождая звуки песни. Тем не менее, тот определённо был мёртв, так как он мог петь?

Голос скелета был грубым, затяжным и глубоким, монстр напоминал морского поэта, его песня была полна грусти и скорби.

— Молодой мастер, о чём он поёт? — спросила Янь’эр, так как она не понимала языка драконов.

— Он поёт о своём доме на невероятно древнем драконьем языке.

В свои ранние годы Цинь Му пытался расшифровать драконьи писания в гнезде истинного владыки драконов, поэтому отлично разбирался в вопросах драконьего языка.

— Его родной дом — это страна Герцога Драконов, — продолжая слушать песню, проговорил Цинь Му. — Он рассказывает о том, что страна Герцога Драконов была прекрасным место. В ней божественные драконы резвились над морскими волнами и бесчисленными островами. На этих островах они строили удивительные строения и правили морями. Различные расы моря отдавали им дань своего уважения и приносили подношения в виде нефрита и морских драгоценных камней. Божественные драконы жили в мире и гармонии. Многие из них отправлялись в различные города и становились Драконьими Королями, призывающими дожди, чем завоевали огромное уважение со стороны людей.

Внезапно песня стала невероятно грустной, наполняясь желанием убивать и растерянностью.

— Он рассказывает, что однажды спустились Стражи Пернатого Леса райских небес и разрушили его дом. Семьи божественных драконов были разделены и порабощены, их тела пронзили цепями. Многих пленников обезглавили, и море стало красным от их крови. Множество его сородичей стали рабами на кораблях.

Внимательно слушая песню дракона, Цинь Му продолжал переводить:

— Стражи Пернатого Леса райских небес использовали их плоть и кровь в качестве подношения Небесному Императору райских небес. Их король, Герцог Драконов, тоже оказался в рабстве и был отправлен на райские небеса для суда. Его дом разрушили вот так просто, делая его бездомным скитальцем. Скучая по родине, он возвращался в свой пустой дворец, встречая там одиноких духов и диких призраков, до сих пор блуждающих по зданию.

Цилинь спрятался за спиной Цинь Му, робко поглядывая на скелет божественного дракона:

— Владыка Культа, где его родина? Почему он умер здесь?

Скелет Дракона давно был мёртв. Но его тоска по родному городу заставляла его продолжать эту песню о родине. Он не мог им ответить.

— Это Герцог Драконов, неужели именно его Бай Цюй’эр видела у Восточного Моря?

Цинь Му ненадолго задумался, прежде чем использовал технику Природы Десяти Тысяч Душ, чтобы пробудить скелет.

Огромный дракон, торчащий над морем, внезапно загрохотал и задрожал, поднимая к небу огромную волну и взлетая над водой. Выпрямившись, он открыл пасть и проревел:

— Дом! Дом! Меня нельзя хоронить на чужбине, я хочу вернуться домой!

Цинь Му стоял под ним. Его окружила бурлящая вода, но он защитился своей жизненной Ци, поднял голову и громко прокричал:

— Где твой дом?

Вьюх!

Скелет дракона внезапно взмыл в воздух и улетел прочь, двигая всем телом. Тем не менее, без плоти и магической силы, он преодолел лишь небольшое расстояние. прежде чем упасть с неба и погрузиться в воду. Во все стороны двинулись огромные волны, а его кости рассыпались, разлетаясь по округе.

Цинь Му снова использовал магическую силу, чтобы пробудить скелет, и спустя некоторое время тот сложился обратно, возвращая свою прежнюю форму. В этот раз он не стал подниматься в воздух, и поплыл по воде, тем не менее, его скорость всё равно была невероятно высокой.

— Не отставайте от него!

Цинь Му запрыгнул на голову цилиня, и тот поспешно бросился вдогонку за скелетом. Скорость последнего непрерывно увеличивалась. Рассекая поверхность воды, он внезапно исчез из поля зрения.

Цинь Му ошеломлённо дрогнул, а цилинь осторожно протянул коготь, чтобы коснуться пространства впереди. Внезапно тот исчез также, как дракон.

— Это дымовая завеса, созданная построением.

Цинь Му вошёл внутрь. Море перед ним внезапно исчезло, обнаруживая масштабную картину. Бесчисленные боги хватали Герцогов Драконов с телами людей и драконьими головами, после чего обезглавливали их ножами для жертвоприношений. Несчётные головы падали вниз, их кровь формировала целый океан, поднимая к небу красные волны.

В воздухе висел огромный жертвенный алтарь. Его окружила кровь, начиная масштабное жертвоприношение.

Божественные и дьявольские генералы Стражей Пернатого Леса один за другим выкрикивали приказы. Граждане страны Герцога Драконов стали жертвоприношениями, их плоть и кровь отправлялась на райские небеса в качестве подарка Небесному Императору и чиновникам райских небес.

Цинь Му ошеломлённо покачал головой.

Внезапно видение перед его глазами рассеялось, и показалась реальность.

Картина жертвоприношения была лишь эхо истории. Эта сцена произошла во времена Эпохи Дракона Ханя, в период, когда Вэй Суйфэн повёл Стражей Пернатого Леса подавлять восстание в стране Герцога Драконов, а затем преподнести её жителей в качестве жертвоприношения райским небесам.

То, что он только что увидел, было действительностью.

По огромном клочке земли впереди были разбросаны бесчисленные скелеты драконов. Их кости виднелись в каждом его уголке, а внутри полуразрушенных дворцов сиял призрачный огонь, окутывая белые кости и двигая ими.

Это место напоминало преисподнюю. В воздухе парили скелеты с призрачным огнём в глазах, городские рынки до сих пор кипели жизнью, по ним бродили бесчисленные мёртвые монстры. Цинь Му даже разглядел призрачный рынок.

Герцоги драконов продолжали покупать и продавать товары, будто были живы.

Он даже слышал шум, с которым они торговались.

Цинь Му привёл цилиня и Янь’эр в город страны Герцога Драконов. В сравнении с огромными божественными драконами цилинь казался карликом, и даже приняв свой истинный облик, он не шёл бы ни в какое сравнение с их размерами.

Божественные драконы прошлого построили удивительную цивилизацию и великую страну. Стоя среди ходячих белых костей, Цинь Му наблюдал как они будто продолжали жить своими беззаботными жизнями.

Тем не менее, эта картина всё равно была невероятно странной.

Затем Цинь Му заметил скелет дракона, который привёл их в страну Герцога Драконов. Превратившись в Герцога Дракона с телом человека и головой дракона, тот, казалось, возродился, и радостно летал по небу.

Юноша видел перед собой лишь горы белых костей. Тем не менее, для дракона это место не было руинами, а бурлило жизнью, его сородичи казались ему вполне живыми.

Герцог Драконов радостно здоровался с пролетающими мимо скелетами, не осознавая, что он был мёртв, как и его сородичи.

Всё это было лишь плодом несправедливой смерти Герцога Драконов. Из-за этого он забыл, что умер, и в своей тупости и растерянности просто повторял всё, чем занимался при жизни. Тем не менее, ему наконец удалось вернуться в свой дом, успокоить свою тоску и обрести покой после смерти.

— Владыка Культа, они знают, что мертвы? — встревожено спросил цилинь.

Ещё до того, как Цинь Му успел ответить, все божественные драконы Страны Герцога Драконов, казалось, услышали его слова и повернули головы в сторону цилиня.

Тот ошеломлённо моргнул, прежде чем поспешно спрятаться за спиной Цинь Му, поджать хвост и начать дрожать от страха.

Хуа!

Казалось, будто на них обрушился гул цунами. В мгновение ока в кипящей движением стране Герцога Драконов все скелеты упали на землю и рассыпались. Бесчисленные кости разлетелись по земле, а призрачный огонь в их глазах погас, не осталось ни одного Герцога Драконов, стоящего на ногах!

Изначально они не понимали, что были мертвы, но теперь, когда цилинь им об этом сообщил, их души потеряли контроль над скелетами, и страну Герцога Драконов целиком поглотила смерть!

Когда звон костей затих, в округе воцарилась гробовая тишина, не было слышно ни малейшего шума.

Небеса постепенно потемнели.

Раздался едва слышный вздох, и в воздухе запылало призрачное пламя. Бесчисленные бумажные лодки выплыли из Юду, на носу каждой их них стоял вестник смерти.

Цинь Му выразил своё почтение, вестники смерти ответили ему тем же.

— Герцоги Драконов мертвы уже почти миллион лет. Тем не менее, они об этом не знали, из-за чего их души задержались здесь, отказываясь уходить, — объяснил один из вестников смерти. — До этого их воля к жизни была слишком сильна, поэтому я не мог их увести. Но теперь, когда они осознали, что мертвы, я наконец могу доставить их в Юду.

Цинь Му огляделся по сторонам. Головы большинства скелетов были отрублены и лежали на земле. Нахмурившись. Он проговорил мрачным тоном:

— Небесный Преподобный Ю, Командир Стражей Пернатого Леса Вэй Суйфэн является моим старшим братом. Неужели он и вправду был таким жестоким? Ему действительно нужно было уничтожать всю расу Герцогов Драконов и их страну?

— Вэй Суйфэн не был жестоким, — ответил Старший Вестник Смерти. — Жестокими были все райские небеса Дракона Ханя.

Цинь Му был ошеломлён.

— Использование восставшей расы в качестве жертвоприношения Небесному Императору… во времена Дракона Ханя, это было довольно популярной практикой, — продолжал Старший Вестник Смерти. — Стражи Пернатого Леса подавили восстание и обрели победу в бою со страной Герцога Драконов. Затем они уничтожили всю страну и её расу, принося их в жертву Небесному Императору, чтобы тот насладился пиром из свежей плоти и крови. Подобное считалось нормальным лишь в те времена. Твой старший брат всего лишь следовал традициям эпохи, в которой оказался. Он не мог ничего с этим поделать. Если бы он сделал по-своему, то стал бы изгоем. Такие вещи попросту происходили слишком часто. Почему Небесного Императора пришлось убить? Почему Небесный Союз был вынужден приложить для этого все усилия? Именно поэтому.

Волосы Цинь Му встали дыбом.

Смерть древнего Небесного Императора не была несправедливой!

Глaва 874. Кpовавоe Бедcтвие Дракона Ханя

— Ты провёл слишком мало времени на райскиx небесах Дракона Ханя, из-за чего не успел увидеть, насколько мрачным было то место, — лицо Старшего Вестника Смерти было скрыто тенями, из-за чего его нельзя было разглядеть. Он продолжал спокойно говорить. — В эпоху древнего Небесного Императора, бесчисленные расы существ после начала мира были истреблены. Даже расы полубогов не спаслись от этой угрозы. Тогда, у Яшмового Водоёма, ты увидел лишь красивую часть тех времён. Что же касается её грязной стороны, то ты о ней не знаешь.

Цинь Му ненадолго замолчал:

— Насколько она была грязной?

Картина перед его глазами внезапно изменилась, он попал в воспоминания Старшего Вестника Смерти.

Он оказался в какой-то варварской эпохе. Здешние люди были одеты в юбки из соломы и кожи зверей, их одежда выглядела изодранной и неопрятной. Тем не менее, вдали возвышалась огромная святыня, поражающая своим изящным видом.

Перед святыней располагался жертвенный алтарь. Плохо одетые, голодные люди подносили туда свою лучшую еду и самых красивых девственниц в качестве жертвы, надеясь получить хорошую погоду взамен.

Лучи света мерцали над жертвенным алтарем, формируя силуэты Небесного Императора и Королей Богов райских небес, которые затем забирали девственниц себе для обеда и развлечений.

Затем перед глазами Цинь Му появилась следующая картина, и он увидел другую расу, которая не приносила в жертву богам мясо. Внушительные на вид боги схватили её жителей и повели их к жертвенному алтарю, после чего обезглавили их, чтобы успокоить ярость небес.

Под жертвенным алтарём постепенно скапливалась целая гора из трупов и костей.

Старший Вестник Смерти показал Цинь Му ещё одно воспоминание. В нём рабы из различных рас добывали ресурсы в Первобытном Царстве. Тела этих практиков божественных искусств были проткнуты цепями, из их ран вытекал гной. Босыми ногами они ступали по бездонной шахте, добывая руду под ослепительным светом божественного металла.

Над этими рабами надзирали боги райских небес Дракона Ханя.

От ярких лучей божественного метала кожа этих практиков покрывалась ожогами и гноилась, им казалось, будто их разрежет в любой момент. Это напоминало ужасную пытку тысячи порезов!

Воспоминание Старшего Вестника Смерти снова изменилось, он перетащил Цинь Му в новое место.

Юноша увидел на небесах войну между различными расами. Перед началом боя вожди рас приносили в жертву богам райских небес простых людей и рабов, чтобы те помогли им победить. Бесчисленные трупы падали перед линией столкновения, поднимая к небу красную дымку.

Когда бой наконец начался, боги и дьяволы райских небес спускались на землю, чтобы собирать плоды.

Древние боги безжалостно уничтожали армию противника. Тем не менее, они не поднимали руку на древнего бога, сражающегося на стороне противника. Их цель состояла лишь в том, чтобы убить простых людей, и проигрывал тот, чьи люди заканчивались первыми.

Для древних богов райских небес войны простых людей казались незначительными, и они использовали их лишь для получения кровавых жертв.

Тем не менее, для рас мира смертных это было борьбой за выживание.

У них не было выбора, кроме как подносить жертвоприношения перед каждым боем. В противном случае их всех бы убили!

Задрожав всем телом, Цинь Му вырвался из воспоминания Старшего Вестника Смерти. Задыхаясь, он напоминал человека, который едва не утонул, и пытался отдышаться на суше.

В условиях такой ужасной эпохи Мастер-Основатель Вэй Сюйфэн и вправду не мог не следовать обычаям!

Старший Вестник Смерти продолжил:

— Сцены, которые я видел, были лишь вершиной айсберга. Было много того, что я не увидел. Во времена Дракона Ханя подобное происходило каждый день, и такие райские небеса и Небесный Император… будь то полубоги или существа после начала мира, они думали лишь о том, чтобы их истребить.

Цинь Му собрался с мыслями. Попав в Эпоху Дракона Ханя, он провёл там не слишком много времени, и посетил лишь Собрание Яшмового Водоёма. Тогда, райские небеса собрались всех великих лидеров различных рас и провели невероятно величественное мероприятие.

Ему удалось увидеть лишь самую цивилизованную и процветающую сторону той эпохи.

Он не спускался к нижней границе и не видел жизни обычных людей других небес.

Из-за этого он не слишком ненавидел древнего Небесного Императора, и почувствовав, что может объединить с ним силы, связался с Янь Цилин и сформировал с ним союз.

Только сейчас он понял, насколько наивно тогда повёлся.

Несмотря на то, что это он инициировал создание Небесного Союз, являясь его основателем, он не мог понять почему Небесный Преподобный Юнь и остальные объединили силы с Небесами Дракона, основанными Небесным Преподобным Хао. Он не знал, с какой стати они закрыли глаза на свои раздоры и вместе расправились с небесным Императором.

В то время райские небеса, возглавляемые древним Небесным Императором, были невообразимо диким и жестоким местом. Оно заставляло десятки тысяч рас мира дрожать от страха, понимая, что их могут уничтожить в любой миг.

Райские Небеса Дракона и Ханя были пешками, позволяющие им оставаться у власти. Небесный Император заставил их контролировать нижнюю границу и подносить жертвоприношения мощным райским небесам Дракона Ханя. Кроме того, он следил за тем, чтобы они всё время воевали друг с другом и не могли стать слишком сильными!

В то время конфликт между полубогами и остальными существами не был самой важной проблемой. Ею был конфликт с райскими небесами Дракона Ханя!

В результате, райские небеса Дракона и Ханя объединились, как и все остальные расы — будь то полубоги или существа после начала мира. Они должны были избавиться от Древнего Императора!

Этот мир не разделялся на чёрное и белое. В прошлом Небесный Союз изменился, и заменил собой древних богов, становясь правителем зловещих райских небес современности. Тем не менее, в его рядах до сих пор были те люди, которые тяжело сражались за жизнь различных рас.

Только после того, как Небесный Союз избавился от древнего Небесного Императора, смогли появиться Эпохи багрового Света, Высшего Императора, Императора-Основателя и Вечный Мир.

Если бы древний Небесный Император до сих пор был у власти, то вся вселенная, десятки тысяч миров и небес, навсегда застряли бы в тех жестоких временах и не смогли бы развиться!

Несмотря на то, что Небесный Союз в будущем перестал быть праведным, сначала он совершил великое добро для всех рас, включая полубогов!

Избавление от древнего Небесного Императора было невероятно благим делом!

— В таком случае то, что я вступил в союз с Небесным Императором, было ошибкой? — пробормотал себе под нос Цинь Му.

В руинах страны Герцога Дракона бесчисленные вестники смерти летали по округе, поднимая духи мёртвых драконов на свои лодки.

Некоторые из Герцогов Драконов не желали садиться в лодку и убегали от Вестников Смерти, летая по небу.

В ответ на это Вестники Смерти подняли свои фонари и посветили на лица душ драконов. Те тут же потеряли сознание и невольно выстроились в очередь перед лодками.

Наполнившись душами мёртвых, лодки отплыли в сторону Юду, исчезая из поля зрения.

Очень скоро округа затихла, в ней воцарилась абсолютная тишина.

— Тем не менее, если бы я не заключил союз с Небесным Императором, то Вечный Мир оказался бы в огромной опасности и не смог бы совладать с Матерью Земли.

Цинь Му отвёл взгляд в сторону, чувствуя себя растерянным. Он ходил взад-вперёд, бесцельно блуждая по городу драконов.

Понимая его чувства, цилинь оставил его в покое.

«Небесный Император заслуживает смерти. Тем не менее, если бы я не объединил с ним сил, то Вечный Мир не смог бы долго продержаться. Но если Небесный Император сможет вернуть себе своё физическое тело, то мир вернётся в те жестокие времена!»

«Небесного Императора можно использовать, его нужно использовать, чтобы выиграть время. Тем не менее, ему нельзя позволить воскреснуть!»

«Нельзя позволить ему воскреснуть. Он должен навсегда остаться полуживым, как сейчас.»

***

Успокоившись, Цинь Му начал обыскивать округу на предмет следов, оставленных его старшим братом Вэй Суйфэнем.

Вэй Суйфэн всегда продумывал свои действия, и если он оставил что-то для Цинь Му в Руинах Заката, то определённо учитывал возможность того, что Цинь Му не найдёт Руин Заката.

Таким образом, он должен был оставить какие-то подсказки.

Тем не менее, страна Герцога Драконов давно превратилась в руины, а её размеры были огромны. Она была почти такой же обширной, как Вечный Мир, и чтобы найти здесь что-то, нужно было потратить огромное количество времени.

Цинь Му продолжал идти. Внезапно он развернулся и лёг на спину, сложив руки за головой. Валяясь среди драконьих костей, он уставился на небо.

Спустя некоторое время он медленно закрыл глаза и уснул.

Цилинь хмыкнул:

— Сестра Янь’эр, время от времени Владыка Культа всё же любит расслабиться…

Сказав это, он увидел, как из-промеж прядей волос Цинь Му выполз крохотный клон юноши. Оглядываясь по сторонам, тот начал что-то бормотать.

Ошеломлённый, цилинь собирался что-то сказать, когда увидел, как из волос Цинь Му выползает всё больше клонов. Они потягивались, выпрямляли конечности и бормотали на языке, который никто не мог понять. Их речь напоминала разговоры во сне.

Спустя некоторое время клоны Цинь Му начали вылезать из его ушей, рта и ноздрей. Разбегаясь во все стороны, они не прекращали болтать.

Очень скоро цилиню не осталось места, и он был вынужден подняться в воздух.

Часть этих крохотных Цинь Му подлетели в небо, некоторые зарылись в землю, а другие пробормотали что-то костям драконов, отчего те начали подниматься один за другим.

Забравшись на головы, рога, и в глаза скелетов герцогов драконов, они радостно подняли руки и прокричали:

— Ма Ха!

Цилинь понял, что они сказали. В конце концов у него тоже была родословная драконьей расы. Сказанное ими «Ма Ха» было звуком радости или приказом двигаться, его можно было понять по-разному.

Крохотные Цинь Му катались на скелетах герцогов драконов, хаотично носясь по округе. Они то поднимались в воздух, то бежали по морю, то спускались к руинам, обыскивая каждый уголок.

— Ма Ха, Ма Ха!

Сталкиваясь друг с другом, они торжественно извинялись.

Цилинь и Янь’эр ошеломлённо наблюдали за происходящим. Количество клонов, выползающих из Цинь Му, становилось всё больше, и вскоре они превратили пустынную страну Герцога Драконов в невероятно оживлённое место. С серьёзными выражениями лиц они тщательно обыскивали это место, переворачивая его с ног на голову!

— Я слышал об этой технике, кажется, это истинные писания Императорского Трона Будды Брахмы.

Янь’эр приняла свою человеческую форму и подняла крохотного Цинь Му над землёй. Тот пробежал по её ладони и телу, двигаясь в произвольном направлении.

— Богиня однажды рассказывала, что для совершенствования этой техники практику нужно спать. Она очень загадочна, — крохотный Цинь Му, бегающий по её телу, начал её щекотать, и девушка не удержалась, захихикав. — Не бегай, ты меня щекочешь… Быстро вылезай, тебе туда нельзя!

Она собиралась схватить его, когда тот забрался на её голову и схватился за одно из перьев. Показав пальцем вперёд, он торжественно произнёс:

— Ма Ха!

У Янь’эр не осталось выбора, кроме как отрастить свои крылья и подняться в воздух, исполняя приказы крохи и двигаясь в сторону, куда он указывал.

Другой крохотный Цинь Му запрыгнул на голову цилиня и прокричал «Ма Ха, Ма Ха», приказывая ему лететь вперёд.

Небо, земля и море кишели этими крошечными созданиями. Все три их глаза сверкали ярким светом, используя божественные глаза в поисках подсказок, оставленных Вэй Суйфэнем.

Внезапно все эти клоны двинулись назад, молниеносно возвращаясь в город, прежде чем забраться в межбровье Цинь Му и исчезнуть.

Тот зевнул, лениво потянулся, а затем засмеялся:

— Я наконец её нашёл!

Глава 875. Цвeтoк

Цинь Му совершенно не понимал, как ему удалось исполнить Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы. Он лишь почувствовал, что та кружится в его голове и захотел спать.

Затем, во сне, он неосознанно исполнил Сутру Безграничного Бедствия.

Уснув, он оказался в мире пузырей, которые постепенно росли, сливаясь с руинами Страны Герцога Драконов.

Его бесчисленные клоны будто сорняки выросли в этом мире, разбегаясь во все стороны.

Происходящее казалось невероятно странным, каждый клон, казалось, был самостоятельным, тем не менее, все они были связаны с разумом Цинь Му, он мог говорить с помощью их уст.

Слова, которыми они обменивались, было невероятно сложно разобрать, и даже сами крохотные Цинь Му с трудом понимали о чём идёт речь. В конце концов он решил использовать более примитивный язык, и его выбор пал на «Ма Ха» драконьей расы.

Картина во сне Цинь Му была невероятно бурной. Он перевернул страну Герцога Драконов с ног на голову, прежде чем наконец найти подсказки, оставленные Мастером-Основателем. Лишь после этого он проснулся ото сна, потягиваясь и зевая.

Мир из пузырей разрушился в тот же миг, все его крохотные клоны бесследно исчезли.

Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы обладала огромным количеством применений, подобный сон был лишь одним из них. В ней крылось множество других техник совершенствования, вот только Цинь Му не особо понимал как их исполнить, в этот раз это получилось у него само по себе.

Он отложил свои мысли о Сутре Безграничного Бедствия в сторону и отправился в древние руины, которые только что обнаружил.

Цилинь и Янь’эр последовали за ним, увидев, что Цинь Му стоит на площадке для наблюдения за звёздами. Здешние инструменты и божественные оружия были давно разрушены на мелкие куски.

Опустив голову, он смотрел на символы на земле. Затем он достал своё божественное оружие для исчислений и начал считать, грохоча им.

Янь’эр не знала математики, и немного понаблюдав за его работой, спросила, ничего не понимая:

— Молодой мастер, что ты считаешь?

Цилинь ответил:

— Это загадка, оставленная Мастером-Основателем Небесного Святого Культа. Каждый раз старший брат оставляет математическое уравнение, которое Владыка Культа должен решить. Сделав это, он получит подсказку. Они всегда общаются таким образом.

Янь’эр удивилась:

— Математика — это тоже язык?

— Для настоящих мастеров это так, — продолжил цилинь. — Все твердят, что в математике нет равных Секте Дао, совершенно забывая о нашем Небесном Святом Культе. В прошлом я путешествовал с Патриархом, когда тот усердно изучал математику, и сумел немного её освоить. Божественное искусство мгновенного перемещения, построения звёзд и техники создания Небесного Святого Культа являются плодами изучения математики. Более того, Мастер-Основатель был экспертом в ней, также, как и Святой Дровосек. Даже его ездовой зверь, старший брат тигр, тоже ею владеет. Окажись они в секте Дао, то стали бы там одними из лучших экспертов.

Янь’эр наградила его духовной пилюлей, хваля:

— Жирдяй и вправду многое знает!

Решив уравнение, оставленное Мастером-Основателем, Цинь Му начал расхаживать по платформе, бормоча себе под нос:

— Он оставил мне информацию об измерении. Но чтобы определить его местоположение, мне нужно знать координаты центра. Если предположить, что центром является эта платформа, то…

На его лице возникло странное выражение, а из подмышек выросло четыре дополнительных руки, начиная оживлённо считать.

— Это измерение существует не в том же пространстве, что Первобытное Царство!

Выражение лица Цинь Му становилось всё страннее. Исходя из того, что оставил Мастер-Основатель, Руины Конца не находились в Первобытном Царстве, а были частью другого мира.

Расположение этого измерения относительно Первобытного Царства напоминало расположение Юду.

Юаньду пересекался с первобытным Царством и десятками тысяч его миртов, тем не менее, они не находились в одном пространстве.

С Руинами Заката была такая же ситуация.

— С помощью одного лишь божественного искусства мгновенного перемещения попасть в это пространства будет крайне трудно.

Цинь Му медленно покрыл платформу рунами. Попасть в измерение, на которое указывал Вэй Суйфэн, можно было лишь использовав гигантское построение мгновенного перемещения.

Цилинь присоединился к нему, чтобы помочь, и спустя два дня они наконец создали нужное построение.

Янь’эр превратилась в воробья и уселась на плече Цинь Му, цилинь тоже встал посреди платформы. В следующий миг построение активировалось, пронзая небо ярким лучом света. Когда тот наконец погас, они покинули Страну Герцога Драконов.

Наконец встав на землю, Цинь Му увидел унылую картину вокруг. В небе над ними висела разрушенная планета, в ней было множество огромных дыр, возле которых молча витали бесчисленные обломки.

Под их ногами находился кольцеобразный горный хребет чёрного цвета и великолепные дворцы, а дальше, за горными вершинами, было бескрайнее тёмное море.

В самом центре этого горного хребта была гигантская бездна!

Размеры горного хребта были невообразимо огромными, его диаметр было попросту невозможно измерить. Даже если поместить в бездну в его центре гору Сумеру, там всё равно осталось бы свободное место!

Это была бездна Руин Заката!

Райская река начинала своё течение на райских небесах, а заканчивала в Руинах Заката.

Тем не менее, Цинь Му не увидел райской реки на земле, и подняв голову, с трудом заметил отпечаток её русла в небе.

Тот был лишь следом в пространстве, оставленный весом Райской реки.

Поток райской реки был отрезан.

На закате Эпохи Высшего Императора Небесная Преподобная Лин исполнила своё божественное искусство, перехватывая Райскую реку и заменяя её вещество собой. Божественное искусство, продемонстрированное ею, могло перемещаться сквозь прошлое, настоящее и будущее.

С тех пор Райская Река больше не текла к Руинам Заката, а впадала в восточное море.

Когда Первобытное Царство было запечатано, Райская река превратилась в реку Вздымающуюся.

Поток Райской был прерван, и она больше не текла в Руины Заката. Разрушенная планета в небе, должно быть, была звездой, которая в прошлом кружилась вокруг неё, тем не менее, после масштабной битвы она была полностью разрушена.

Цинь Му и остальные стояли у бокового дворца Руин Заката и смотрели в сторону их центра. Они тут же почувствовали головокружение и шок. Им казалось, будто их души сейчас затянет в пропасть, отчего они поспешно отвернули взгляды.

— На географической карте старшего брата изображено это место.

Вынув из своего мешочка таотэ географическую карту, Цинь Му раскрыл и выровнял её, прежде чем начать изучать. Он нашёл её раньше, в звёздной долине возле Ковчега Парамиты среди географических карт из звёздного песка.

Двадцать тысяч лет назад Вэй Сюйфэн отправился в Руины Заката в поисках древних секретов, надеясь выполнить условия для становления святым. Там он стал свидетелем того, как поток Райской реки обращается вспять.

Райская река была отрезана, тем не менее, когда он пришёл сюда, она до сих пор была на своём месте. Её высохшее русло снова наполнилось водой, которая падала с неба, выливаясь в Руины Заката.

Самым странным было то, что когда Вэй Суйфэн подошёл к реке, его окутал туман, поднимающийся над её поверхностью. В нём он встретил Небесную Преподобную Лин, а когда вышел наружу, то оказался на рассвете Эпохи Дракона Ханя и даже стал командиром Стражей Пернатого Леса, возглавив самую сильную армию богов и дьяволов под Небесным Императором.

Цинь Му внимательно осмотрел географическую карту.

На борту корабля-призрака Вэй Суйфэн оставил письмо, в котором тоже была географическая карта Руин Заката. Тем не менее, она отличалась от той, что была у Цинь Му, а значит они были сделаны в разные периоды времени.

Тем не менее, в целом Руины Заката не сильно изменились.

— То, что мне оставил старший брат, находится где-то здесь.

На лице Цинь Му возникло немного странное выражение. Он посмотрел на карту, а затем в бездну, чувствуя лёгкое головокружение.

Эта бездна и была местом, которое Вэй Суйфэн отметил на карте!

— Неужели туда можно спускаться?

Цинь Му немного сомневался. Бездна, казалось, могла целиком проглотить райскую реку, и выглядела крайне подозрительно. Создавалось впечатление, что она поглощала души, и если повести себя слишком безрассудно, то в ней можно найти ужасную смерть!

Цилинь поднял с земли огромный камень и бросил его в пропасть. Тот исчез в темноте, но даже спустя долгое время они так и не услышали звука падения.

— Неужели мы должны туда прыгнуть?

Цинь Му нахмурился, используя технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать свои три души и семь духов в теле. Благодаря этому бездна не смогла бы их высосать.

Когда он уже собрался прыгать, из неба полился дождь из метеоров. Разрушенная планета в небе подлетела слишком близко к бездне Руин Заката, оказываясь под влиянием её силы притяжения, из-за чего с её поверхности посыпались бесчисленные обломки.

Осколки планеты размером с гору падали с неба лучами яркого света, быстро набирая скорость, прежде чем один за другим исчезнуть в пропасти.

Хоть планета в небе была повреждённой, её размеры оставались гигантскими. Тем не менее, в этот миг её тоже настигла сила притяжения бездны. Не в силах ускользнуть, она начала менять направление движения, постепенно поворачивая в сторону бездны.

В процессе она начала искривляться от давления, а её поверхность загорелась — десятки тысяч вулканов начали извергаться, превращая всё вокруг в море пылающей магмы!

Затем ужасающая сила вытянула её, будто лапшу, делая всё тоньше и длиннее.

Цинь Му и остальные в ужасе наблюдали, как огромная планета превращается в нить из пламени и погружается в бездну.

В бездне ещё некоторое время сияло яркое пламя, но постепенно его свет погас.

Цинь Му вытер со лба холодный пот и прохрипел:

— Жирдяй, мы можем выбраться отсюда по руслу Райской реки…

До того, как он успел договорить, в бездне засиял слабый свет.

Цинь Му ошеломлённо наблюдал, как свет внизу становится всё ярче и ярче, прежде чем раздался оглушительный гром, и бездна Руин Заката изверглась!

— Бездна Руин Заката взорвалась?

Сердце Цинь Му дрогнуло. Из бездны Руин Заката внезапно вырвался яростный вертикальный поток, движущийся с невообразимой скоростью. Его сила была настолько огромной, что смогла встряхнуть всё небо!

Ещё мгновение назад внизу сиял яркий свет, но поток, вырвавшийся на поверхность, был абсолютно чёрным и не излучал ни малейшего сияния!

Бездна Руин Заката напоминала гигантский рот монстра, отрыгнувшего после того, как сожрал планету.

Небо над их головами изначально было крайне тусклым, а теперь и вовсе стало чёрным, казалось, оно разрушилось под резкими потоками силы, в воздухе витал лишь пепел. Цвет воды в море у Руин Заката тоже изменился, теперь она стала ещё темнее, чем раньше.

В воздухе летал чёрный пух, напоминающий пепел сгоревшего неба. Попадая на руку или падая на землю он тут же рассеивался.

— Это пепел не от сгоревшего неба, а от той планеты…

Цинь Му поднял голову, смотря на свистящий чёрный поток, и начал ругаться:

— Проклятое место, людям сюда нельзя! Бездна Руин Заката может с лёгкостью сожрать планету, кто в силах в неё спуститься? Старший брат, ты отлично умеешь прятать ценные вещи!

В этот момент поток, извергающийся из бездны, начал утихать, и с её дна постепенно поднялся свет, которые они видели раньше.

Цинь Му ошеломлённо застыл. Тьма в воздухе почти остановилась, напоминая едва движущуюся небесную реку.

Свет продолжал подниматься с бездны, показываясь перед ними.

Его источником был стебель цветка гигантских размеров. Несмотря на то, что стебель был один, на нём расцвело два цветка, напоминающих лотосы, сросшиеся посередине. Один из них был красного цвета, в то время как второй был абсолютно чёрным, из-за чего его было трудно заметить на фоне окрестностей.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он внезапно расхохотался:

— Так вот оно что! Старший брат и вправду хитёр! Теперь, когда Руины Заката успокоились, сила притяжения исчезла, позволяя спуститься по цветку в бездну и получить то, что он оставил!

— Владыка Культа, ты уверен, что хочешь туда спускаться? — сердце цилиня неистово стучало от страха.

К этому времени Цинь Му уже вошёл в тёмную райскую реку и двинулся в сторону гигантских цветков. Янь’эр забралась на его плечо и прокричала:

— Жиирдяй, шевелись!

Тот не горел желанием идти за ними. Тем не менее, осмотревшись вокруг он вспомнил, что в этом мест есть лишь тьма, а его уши уловили едва различимый вой. Не понимая, был ли это свист потока, или же где-то неподалёку и вправду скрывались монстры, он был вынужден быстро войти в тёмный поток следом за остальными.

— Владыка Культа, а что, если эти цветки спустятся обратно в пропасть? Разве мы не застрянем там навсегда? — тихо спросил он.

В этот миг два цветка слегка задрожали, а райская река начала течь в обратном направлении!

Бросив на цилиня яростный взгляд, Цинь Му ускорился, пытаясь успеть вслед за потоком!

— Жирдяй, ты случайно не был вороном в прошлой жизни? — поинтересовалась Янь’эр.

Глава 876. Женщина в Цветке, Kpаcивая, как Hефрит

Течение тёмной райской реки обрушилось вниз, его скорость становилась всё выше и выше. Два гигантскиx цветка спускались вместе с ним, постепенно оказываясь под воздействием ужасающей силы притяжения бездны!

Тёмная райская река и давление силы притяжения сделали тела Цинь Му и цилиня невообразимо тяжёлыми, и они больше не могли управлять своим падением.

— Драконий Воробей, Кусающий Небеса!

Зелёный воробей на плече Цинь Му внезапно заревел, и за его спиной появился исконный дух в виде драконьего воробья. Его хвост был соединён с головой, а тело было наполовину телом красной птицы, и наполовину дракона. Оно было покрыто в основном красными перьями, но хвост птицы плавно превращался в драконий.

Драконий воробей расправил крылья и закружился в небе. Подняв голову, он издал резкий крик, в котором соединялись ноты дракона и красной птицы, из его клюва разразились языки пламени.

Перья на его хвосте были невероятно длинными и доставали до самого затылка, формируя круг, в котором могли спрятаться Цинь Му и цилинь.

Священное пламя красной птицы, вырвавшееся из его клюва, перебралось на хвост, быстро распространяясь по всему телу, образуя огненный обруч и блокируя ужасающую силу Руин Заката.

Драконий Воробей, Кусающий Небеса, схватил себя клювом за хвост, формируя круг, в котором возникли отдельные, безопасные небеса.

Цинь Му впервые увидел, как Янь Цинь’эр использует своё высшее искусство, удивляясь тому, насколько сильным оно оказалось на самом деле. Ему и вправду удалось заблокировать поток тёмной райской реки и силу притяжения.

Обычно эта девушка охотилась на богов и дьяволов Первобытного Царства, чтобы прокормить себя и остальных, но Цинь Му так и не увидел, как она кого-то атакует. Девушка всегда была сконцентрированной на служении людями и за исключением еды, заботилась лишь о том, чтобы одежда Цинь Му всегда была чистой и поглаженной.

Но теперь, когда Янь’эр наконец освободила свои способности, Цинь Му наконец понял насколько сильной и ужасающей она была. Она была даже сильнее и яростнее Первого Предка!

Стоило отметить, что Первый Предок был экспертом области Нефритовой Столицы!

«Интересно, насколько она сильна в сравнении с Буддой Сакрой? — Цинь Му сразу ускорился, двигаясь в сторону двух огромных цветков. Он крайне заинтересовался происхождением Янь’эр, девушки, которую Южное Божество Чжу Цюэ подарила Небесному Преподобному Юю, думая про себя. — Она обладает родословной, как красной птицы, так и зелёного дракона. Как именно сестра Янь’эр связана с Южным Божеством Чжу Цюэ и Восточным Божеством Цин Лун?»

Он удивлённо моргнул. Девушка, так любящая служить людям, не могла быть дочерью Южного Божества Чжу Цюэ и Восточного Божества Цин Луна, верно?

Будучи дочерью двух божеств, её положение должно быть высоким, как у принцессы, разве она могла обладать подобными привычками?

Вскоре они пролетели сквозь щель между лепестками цветков, и в следующий миг те закрылись за их спинами!

Как только это произошло, ужасающая сила притяжения бездны исчезла вместе с давлением тёмной райской реки. Тем не менее, Янь’эр уже была слишком истощена, тут же падая на землю.

Небеса, сформированные её исконным духом, тоже рассеялись. Цинь Му и цилинь полетели вниз, сталкиваясь с толстой тычинкой, прежде чем отскочить от неё и удариться о следующую.

Тычинки оказались очень мягкими, и несмотря на падение с огромной высоты, они совсем не пострадали. Тем не менее, их едва не стошнило в процессе падения.

Цинь Му встал на ноги и помог Янь’эр подняться. Цилинь поднялся следом, тут же почувствовав, что земля под его ногами была невероятно мягкой. Ступая по ней, он видел, что она прогибается под его ногами, из-за чего удивлённо цокнул языком.

Оглянувшись, Цинь Му обнаружил, что в сравнении с внешним миром это место было удивительно спокойным и просторным. Внутри цветков располагалось два мира соединённых между собой.

Эти миры нельзя было назвать маленькими, их размеры были сопоставимы с размерами небес внешнего мире. Тем не менее, в здешнем небе не было ни луны, ни солнца, ни звёзд.

Более того, даже несмотря на то, что в Руинах Заката была одна лишь тьма, в этом месте было светло. В одном из миров преобладали розово-красные оттенки, в то время как второй был тёмный. Приземлившись посреди первого, Цинь Му и остальные увидели в небе лепестки, покрытые различными символами, которые ярко сверкали красным светом.

Там, где два мира соединялись, располагалось два дворца. Один из них был красным, второй — чёрным.

Оглядевшись по сторонам, цилинь насторожено проговорил:

— Только что в бездну упала звезда, из-за чего течение тёмной реки повернулось вспять. Что если это была последняя звезда, которая упадёт в бездну, и мы никогда не сможем отсюда выбраться?

Янь’эр бросила на него свирепый взгляд, и он опустил голову, не осмеливаясь что-то сказать.

Он только что увидел, насколько сильной она была на самом деле, и решил, что с этого момента будет проявлять максимальное уважение к своей кормилице.

Девушка привела одежду Цинь Му в порядок, выглаживая складки, появившиеся на рубашке.

Цинь Му уже давно привык к такому, и спокойно отправился к краю горизонта, чтобы осторожно потрогать стену из лепестков. Тот оказался невероятно мягким, напоминая кожу молодой девушки. Чувство, которое он вызывал, казалось даже более изысканным и удивительным.

— Мы находимся в цветочной комнате. Это и вправду два цветка, а не божественное оружие или что-то подобное, — удивлённо проговорил парень, на его лице было странное выражение. — Что за цветок может выдержать ужасающее давление Руин Заката?

Символы на стенках едва заметно зашевелились, внезапно формируя лицо женщины. Закрыв глаза, оно нежно потёрлось о ладонь Цинь Му, наслаждаясь процессом.

Шокированный, Цинь Му поспешно убрал руку.

— Небесная Императрица!

Будь он котом, то вся его шерсть встала бы дыбом!

Лицо, появившееся на стене, и вправду принадлежало Небесной Императрице!

В гробу на борту корабля-призрака, он видел её труп, поэтому не мог её не узнать.

Лицо начало вылезать из стены, преследуя его ладонь в попытке о неё потереться. Оно выглядело невероятно мило и нежно.

— Младший брат! — засмеялась Небесная Императрица.

Тело Цинь Му напряглось, застывая на месте. Девушка в стене отрастила себе невероятно длинную шею, но её тела не было видно, отчего она напоминала змею.

— Младший брат, с тех пор как сюда кто-то приходил, прошло очень много времени.

Шея девушки обвилась вокруг его тела, и вправду обрастая змеиной чешуёй. Трясь о шею юноши, она начала покрывать её порезами, из которых хлынула свежая кровь.

Его физическое тело уже давно было развито до уровня бога, тем не менее, для чешуи этой красотки оно было не тверже масла.

«Небесная Императрица и её сестра — это не единственные древние боги Руин Заката! —сердце Цинь Му сильно задрожало. — Здесь родились и другие древние боги!»

Янь’эр поспешно взлетела с плеча Цинь Му и приземлилась на голове цилиня. Наклонив голову, она с любопытством уставилась на змеиную шею, выросшую из цветочной стены.

— Я охраняю это место по приказу старшей сестры, мне было невероятно одиноко на протяжении десятков тысяч лет.

Шея Небесной Императрицы обвилась вокруг тела Цинь Му, её лицо упёрлось в лицо парня. Потираясь о него, она захихикала:

— Сестра Небесная Императрица всегда приказывала мне защищать наш дом, и оставаясь здесь, я умирала со скуки. Проведя столько времени в ожидании, ко мне наконец пришёл такой красивый мальчик…

Она высунула язык, и тот оказался совершенно не похожим на крохотный язык девушки. Вместо этого он был раздвоенным на конце, длинным, мягким, и невероятно проворным. Лизнув лицо Цинь Му, она улыбчиво проговорила:

— Тебя сюда отправила старшая сестра?

Цинь Му спокойно ответил:

— У меня и вправду есть приказ от Небесной Императрицы.

Её лицо внезапно упало на грудь Цинь Му, прислушиваясь к его сердцебиению. Захихикав, она проговорила:

— Частота твоего сердцебиения не изменилась, как и давление. Если ты лжёшь, то у тебя отлично получается.

Цинь Му улыбнулся, качая головой:

— Старшая сестра, разве я посмел бы тебе лгать?

Девушка захихикала, спрашивая:

— Ты умеешь красиво говорить. Назови пароль.

Сердце Цинь Му замерло, уголки его глаз задрожали. Выражение лица на змеиной шее резко изменилось, она тут же крепко сжала юношу и проговорила:

— Ты и вправду отлично умеешь лгать! Ты почти сумел меня обмануть! Я так сильно хотела тебя съесть, и наконец могу это сделать!

Её рот открылся, становясь всё шире и шире. В этот миг прозвенел восхищённый голос Янь’эр:

— Какой красивый… и большой червяк!

Зелёный воробей взмахнул крыльями, молниеносно увеличиваясь в размерах, прежде чем схватить змеиную шею клювом и со всей силы потянуть её на себя.

Цинь Му едва не раздавило, он поспешно превратился в тень, чтобы освободиться. Провалившись под землю, он тут же скрылся.

Чувствуя ужасное давление на своей змеиной шее, голова девушки жалко завопила:

— Маленькая птичка, я не червяк, а древний бог!

Не отпуская её шеи, Янь’эр продолжала тянуть её на себя. Отступая шаг за шагом, она преодолела почти десять километров, растягивая шею всё сильнее и сильнее. Тело девушки в стене медленно выбиралось наружу.

Покинув состояние тени, Цинь Му увидел зелёного воробья, пролетевшего над его головой таща за собой невероятно длинную шею.

— Сестра Янь’эр, это не червь, а древний бог! — поспешно прокричал он. — Это древний бог Руин Заката!

— Это червь! — зелёный воробей принял форму драконьего воробья, распуская свой драконий хвост. Его птичьи когти тут же стали в разы прочнее, не собираясь отпускать жертву. Собираясь вытащить воробья из цветочной стены и сожрать, он прокричал в ответ. — Это огромный червь! В цветке завёлся вредитель!

Цинь Му и цилинь почувствовали, как по их коже бегут мурашки, наблюдая за тем, как девушку со стены растягивают на сотни километров, тем не менее, та до сих пор не вылезла наружу.

— Это всё же древний бог! — раздражённо прокричал юноша.

Внезапно, тычинки внутри цветка начали менять форму, на их кончиках медленно появились лица Небесной Императрицы. Каждое из них нежно завопило:

— Больно…

— Маленькая птичка, ты причинила мне боль!

Невообразимо длинные тычинки рванули с места, извиваясь будто змеи, молниеносно мчась вслед за драконьим воробьём.

Янь’эр была вне себя от радости:

— У этого червя так много голов! Мне хватит их даже на дольше, чем я думала!

Она энергично взмахивала крыльями, то уменьшаясь, то увеличиваясь в размерах, пытаясь уклониться от атак тычинок, и время от времени пытаясь разрубить их своими перьями. Кроме того, она поливала их языками пламени, вынуждая издавать жалкие вопли, и отправляла в них небесные молнии.

Цинь Му приказал цилиню двигаться к месту, где соединялись два мира, направляясь прямиком к красному и чёрному дворцам, чтобы скрыться там от божественных искусств двух существ.

Между тем, в небе, сражение между Янь’эр и змеёй становилось всё более ожесточённым. Сила их божественных искусств продолжала возрастать, заставляя их непрерывно уклоняться.

«С сестрой Янь’эр всё будет в порядке?»

Цинь Му поспешно оглянулся, увидев что способности драконьего воробья, в которого превратилась Янь’эр, не ограничивались огнём Южного Божества и молниями Восточного. Её божественные искусства были крайне необычными.

С каждым движением её тело оставляло за собой череду из тринадцати отражений. Все они обладали силой её истинной формы, уверенно атаковали противников.

Тринадцать отражений.

«Неужели Небесный Преподобный Юэ передал ей свои умения?»

Цинь Му был ошеломлён и заинтригован. Если ему удастся изучить высшее искусство Небесного Преподобного Юэ, наблюдая за Янь’эр, это принесло бы огромную пользу!

Янь’эр и древний бог из Руин Заката сражались всё яростнее, вынуждая Цинь Му и цилиня поспешно отступать, чтобы избежать ряби от их божественных искусств.

Наконец, они пришли к месту, где соединялись два мира.

Цинь Му подошёл ко входу в красный дворец, и цилинь встревожено заглянул внутрь:

— Там могут быть враги?

— Не сглазь!

Разозлившись, Цинь Му пинком отправил цилиня внутрь дворца. Тот издал жалкий вопль, который не утихал ещё долгое время.

Собравшись с мыслями, Цинь Му зашёл внутрь дворца, смеясь:

—Жирдяй, хватит кричать, здесь нет врагов…

В следующий миг он ошеломлённо дрогнул, увидев, что пнул цилиня прямиком на хрустальный гроб. Вцепившись когтями в его четыре угла, тот не осмеливался пошевелиться.

Больше всего на свете цилинь боялся сверхъестественных явлений, поэтому упав на гроб, он испугался до безумия, и не переставал вопить, смотря в глаза трупу внутри.

Цинь Му подошёл к нему, качая головой:

— Проведя со мной столько времени, ты уже должен был привыкнуть к подобным вещам. Я…

Он посмотрел на лицо в гробу и открыл рот от шока. Его глаза широко раскрылись, он забыл, что хотел сказать.

Внутри хрустального гроба лежала ещё одна Небесная Императрица. Тем не менее, она слегка отличалась от тела в гробу на призрачном корабле. На её межбровье виднелась чёрная метка, в то время как метка на теле на корабле была красной!

Глава 877. Пpиятнo Познакомитьcя

«Что здесь делает труп сестры Небесной Императрицы?»

У Цинь Му закружилась голова, он не мог поверить своим глазам!

Труп Небесной Императрицы был спрятан на корабле призраке, и то, свидетелем чего он стал на его борту, было слишком странным, чтобы об этом забыть.

Чтобы разгадать тайну корабля-призрака, ему пришлось запомнить каждый его уголок и порядок циклов, так что он до сиx пор отчётливо помнил увиденное.

На борту корабля он нашёл гроб, в котором хранились физические тела Небесной Императрицы и Цзюэ Учэнь. Он попытался призвать их души, обнаруживая, что на самом деле души Цзюэ Учэнь не существовало. Она была рукотворной, идеальной женщиной, которую создала Небесная Преподобная Лин с помощью техники создания для того, чтобы избавиться от древнего Небесного Императора.

Затем Цинь Му призвал Небесную Императрицу, с удивлением обнаруживая, что на самом деле та была жива, и до сих пор находился в этом мире!

После этого он пришёл к выводу, что Небесная Императрица и её сестра объединили силы с Небесным Союзом, чтобы совместно убить Небесного Императора.

Две сестры объединили свои силы. Младшая осталась на райских небесах, чтобы приглядывать за Небесным Императором, в то время как Небесная Императрица вернулась в свой родной город, чтобы навесить родственников. Пребывая там, она решила использовать Страну Герцога Драконов, позволяя ранить себя и оказалась в плену в Руинах Заката.

В ответ на это Небесный Император приказал Вэй Суйфэну повести Стражей Пернатого Леса, чтобы подавить восстание. После спасения Небесной Императрицы, за день до того, как Вэй Суйфэн должен был вернуться на райские небеса, Небесная Императрица попала в засаду. Из Руин Заката вырвалось вертикальное течение, и в ночном небе появилось две Небесных Императрицы, ни одна из которых не была настоящей.

Вэй Суйфэн нашёл её труп и собирался возвращаться на райские небеса, когда наткнулся на Небесную Преподобную Лин, исполняющую своё божественное искусство на райской реке. Воспользовавшись возможностью, он тут же покинул Эпоху Дракона Ханя и вернулся в своё время. Между тем Стражи Пернатого Леса остались охранять тело Небесной Императрицы, становясь призраками, застрявшими в тридцати шести циклах пространства и времени.

Тем не менее, Небесная Императрица не была мёртвой. Она стала Цзюэ Учэнь.

Райские небеса тоже сообщали, что Небесная Императрица никуда не пропала. Цинь Му пришёл к выводу, что сейчас её место попросту заняла её младшая сестра.

Исходя из этого, Небесная Императрица и её сестра определённо были замешаны в убийстве Небесного Императора.

Тем не менее, труп младшей сестры Небесной Императрицы лежал в гробу прямо перед ним!

Что, если в прошлом, сестра Небесной Императрицы не осталась на райских небесах, чтобы следить за Небесным Императором, а вместо этого отправилась к Руинам Заката, чтобы разжечь восстание в Стране Герцога Драконов? Что, если она решила воспользоваться шансом избавиться от своей старшей сестры, но в результате была ею убита?

После этого старшая сестра спрятала её труп в Руинах Заката и инсценировала своё попадание в засаду и скрылась? Затем, пока Вэй Сюйфэн доставлял её тело на райские небеса, она сумела превратиться в Цзюэ Учэнь и сбежать.

Тогда Вэй Сюйфэн, должно быть, понял, что на самом деле погибла сестра Небесной Императрицы, и оставил для Цинь Му карту, чтобы тот узнал правду.

«Тем не менее, в этой версии есть недостаток. Что заставило райские небеса твердить о том, что Небесная Императрица осталась жива? — успокоившись, Цинь Му задумался. — Небесная Императрица на райских небесах — это определённо одна из сестёр. Существует также возможность, что они сговорились. Младшая сестра инсценировала засаду, убивая старшую перед свидетелями, прежде чем вернуться на райские небеса и занять её место, в то время как сама Императрица та притворилась мёртвой и сбежала, становясь Цзюэ Учэнь.»

«После Смерти древнего Небесного Императора, Небесная Императрица избавилась от своей младшей сестры и спрятала её труп, чтобы никто не узнал правду. У неё всё удалось, пока Вэй Сюйфэн не пришёл в это место и не обнаружил его…»

«Остались ещё спорные моменты! Один из трупов сестёр спрятан на корабле-призраке, а второй в Руинах Заката… так в каких телах они сейчас? На райских небесах ещё есть Небесная Императрица? Или же Небесная Императрица не убивала своей сестры, а вместо этого они поделили одно тело на двоих и остались на райских небесах, чтобы заполучить контроль над телом Небесного Императора?»

***

Цинь Му казалось, что его мозг вот-вот взорвётся, он резко прокричал:

— Жирдяй, иди сюда и помоги мне открыть гроб!

Тело цилиня неконтролируемо задрожало. Разлёгшись на хрустальном гробу, он не осмеливался пошевелиться ни на сантиметр. Цинь Му поднял урку, чтобы поднять его вместе с гробом, прежде чем отбросить его в сторону и начать исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана.

За спиной юноши появились Врата Небесной Воли, тем не менее, они были почти прозрачными, им никак не удавалось окончательно сформироваться.

Цинь Му нахмурил брови. Руины Заката были крайне странным местом и могли блокировать божественные искусства Юду, не позволяя исполнить Проводника Душ, чтобы проверить, жива ли сестра Небесной Императрицы.

«Вэй Сюйфэн оставил труп сестры Небесной Императрицы, будто ценный артефакт, может он хочет, чтобы я забрал его отсюда?»

Он нахмурился ещё сильнее, начиная блуждать вокруг гроба и молча поглядывать на труп внутри.

«Мне действительно нужно брать его с собой?»

Внезапно снаружи раздался оглушительный шум воды. Ошеломлённый, Цинь Му поспешно вышел из красного дворца и выглянул вперёд. Звук воды доносился с неба, тем не менее, она не просачивалась в мир внутри цветка.

«Небесная Река была разделена, откуда здесь вода? — недоумевал юноша. — Неужели…»

В этот момент небо наполнил густой туман, проникая сквозь щели в цветочной стене и наполняя мир внутри.

Янь’эр продолжала ожесточённо сражаться со змеей и тычинками, пропадая из виду в тумане.

Внезапно густой туман рассеялся, шум воды затих. Снаружи донёсся громкий звук, и мир внутри цветка яростно задрожал. В следующий миг Цинь Му почувствовал, что два цветка начинают стремительно подниматься вперёд.

«Цветки вот-вот покинут Руины Заката!»

Сердце Цинь Му дрогнуло, он поспешно вернулся в красный дворец и снял цилиня с гроба.

Поднимая гроб с места, он проговорил:

— Жирдяй, хватит дрожать, я дам тебе больше еды. Поспеши и позови сестру Янь’эр. Нам нужно покинуть это место, пока цветки висят над бездной.

Цинь Му тут же воспрял духом и молниеносно выпрыгнул из красного дворца, оглядываясь:

— Владыка Культа, цветок раскрылся! Сестра Янь’эр и древний бог сражаются в мире тьмы! Там слишком темно, я туда не пойду!

— Я дам тебе на две порции больше!

Цилинь бросился в мир тьмы в поисках Янь’эр. Между тем Цинь Му поднял хрустальный гроб и засмеялся:

— На знаю в какую игру играют Небесная Императрица и её сестра, но как только я вытащу гроб наружу, то смогу узнать, живы они или мертвы…

Выйдя из красного дворца, он увидел мужчину средних лет, шагающего ему навстречу. Тот был одет в изодранную, дорожную одежду. У него были крепкие руки и ноги, толстые брови, на поясе висел ремень из грубой ткани, а в воздухе перед ним парил свиток из козьей кожи.

Вокруг свитка летала кисть, самостоятельно рисуя на нём карту местности мира в цветке.

Встретившись взглядами, они оба ошеломлённо дрогнули.

— Мастер-Основатель… Старший брат!

Гроб упал с плеча Цинь Му на землю, он безучастно уставился на мужчину впереди, заикаясь:

— Вэй… Вэй Суйфэн!

— Ты кто?

Мужчина ошарашенно уставился на хрустальный гроб на земле. Тот открылся, и из него выкатился труп женщины, падая лицом на землю. На её затылке показалась дыра, из которой торчала заколка из ветки персика.

Насторожившись, он немедленно спрятал свой свиток из козлиной кожи, кисть и чернила:

— Кто ты? Откуда ты знаешь моё имя? Что ты собрался делать с трупом этой женщины?

В голове Цинь Му воцарился хаос. Он только что увидел туман, из которого появился его старший брат, Вэй Суйфэн, а также заметил персиковую заколку, торчащую из затылка сестры Небесной Императрицы — подобная череда событий не позволяла ему быстро всё осознать.

Мужчина перед ним и вправду был Мастером-Основателем Небесного Святого Культа, Вэй Суйфэнем. Его портрет висел на горе Святого Прибытия Небесного Святого Культа, и когда каждый Владыка Культа получал учения священного учителя, он видел видение. В котором Вэй Суйфэн слушал лекции Святого Дровосека.

Он не мог его с кем-то попутать.

«Шум воды, который я только что услышал, был вызван появлением райской реки. Затем туман рассеялся, отправляя это место на двадцать тысяч лет в прошлое.»

Мысли Цинь Му наконец пришли в порядок, и он понял, что происходит.

Божественное Искусство Небесной Преподобной Лин перенесло его в прошлое, в период, когда Вэй Суйфэн был занят тремя требования для становления святым — основанием культа, записыванием своих идей и обретением заслуг. Он начал разгадывать тайны прошлого и в результате оказался в Руинах Заката.

Из затылка сестры Небесной Императрицы торчала персиковая заколка, так как та была убита Небесной Преподобной Лин, а не Небесной Императрицей.

Именно Небесная Преподобная Лин спрятала здесь труп Небесной Императрицы!

— Почему ты молчишь?

На спине мужчины было различное оружие. Внезапно, он задрожал всем телом, и оно с грохотом упало на землю, прежде чем начать собираться воедино. Настороженно уставившись на Цинь Му, он спросил:

— Как ты меня узнал? Тебя оставили здесь чужеземные райские небеса, или же ты просто расхититель гробниц?

Его оружие было крайне странным. Оно состояло из множества компонентов, которые собирались в различные предметы в зависимости от случая.

Разобравшись с мыслями, Цинь Му улыбнулся:

— Старший брат, я твой второй младший брат. Мы оба принадлежим к одной секте и являемся учениками Святого Дровосека…

Мужчина потянулся рукой себе за спину, хватая божественное искусство. Он холодно ухмыльнулся:

— Ты мой младший брат? Священный Учитель никогда не брал себе других учеников! Кто ты?

Оружие в его руках выглядело, как бамбуковая шляпа, но могло превратиться и в что—либо другое.

— Я твой младший брат из будущего, — поспешно продолжил юноша. — Учитель Дровосек возьмёт меня в ученики через двадцать тысяч лет. Я также являюсь Владыкой Небесного Святого Культа, нас разделяет двадцать тысяч лет. Ты видел тот туман? Это он перенес меня в прошлое. Я следовал географической карте, которую ты оставил, и нашёл это место, гроб и женщину в нём. Ты оставил мне подсказки для нахождения всех этих тайн истории, ожидая, что я их найду. Эта женщина — младшая сестра Небесной Императрицы чужеземных райских небес…

Постепенно он понимал, что не может продолжать говорить.

Его слова были настолько странными, что он сам бы в них не поверил, окажись на месте мужчины напротив!

Они были слишком странными, слишком абсурдными!

Цинь Му вздохнул:

— После всего сказанного… ты ведь мне не веришь, верно?

— A как ты думаешь? — ухмылка на лице мужчины становилась всё шире. — Оставь гроб и труп, и я позволю тебе уйти.

Цинь Му снова вздохнул:

— Учитель говорил, что ты крайне упрям, и что если ты принял своё решение насчёт чего-то, то даже девятиглавый бык не сможет сдвинуть тебя с места, тебя невозможно переубедить. Кажется, что лишь если мы сразимся, и я тебя одолею, ты поверишь, что я и вправду твой младший брат. Мы, трое братьев из одной секты, ещё ни разу не сражались друг с другом.

Крайне простой на вид мужчина рассмеялся от услышанного:

— У меня есть ещё и третий младший брат? Придя сегодня в это зловещее место, я внезапно обрёл двух братьев… это и вправду странно.

Цинь Му ответил серьёзным тоном:

— В будущем мы все встретимся. Тем не менее сейчас…

Ещё до того, как он успел договорить, Вэй Суйфэн внезапно подбросил свою бамбуковую шляпу. Та повисла в воздухе и закружилась, прежде чем бесследно исчезнуть в следующий миг. Цинь Му поднял голову, увидев, что небо теперь полностью заполняли ослепительные звёзды!

Десятки тысяч лучей пересекались друг с другом, обрушившись вниз.

— Звёздный песок? Нет, это десятки тысяч божественных искусств Великих Небесных Дьявольских Рукописей!

Пока он думал, бесчисленные звёзды потопили его под собой!

Вэй Суйфэн поднял руку, его бамбуковая шляпа вернулась обратно. Он равнодушно проговорил:

— Бросать мне вызов? Чтобы одолеть тебя, мне не придётся потратить много сил…

Бум!

Бамбуковая шляпа в его руке внезапно рассыпалась, и воздух наполнился бесчисленными божественными оружиями. Отбив её удар, Цинь Му подлетел в воздух и рассмеялся:

— Старший брат, учения учителя против меня не…

Выражение лица Вэй Суйфэна слегка изменилось. Его бесчисленные божественные оружия внезапно слились воедино, превращаясь в котёл. До того, как Цинь Му успел подняться, тот накрыл его собой!

— Райская Река Хоронит Небеса!

Огромная галактика окружила юношу, прежде чем рвануть в котёл, будто могучая река!

Глава 878. Путeшествие во Bpемени

После того, как сила божественного искусства освободилась, в котле воцарилась тишина. Вэй Сюйфэн облегчённо вздохнул:

— Я не собираюсь тебя убивать, а лишь хочу тебя обездвижить. Если ты не будешь сопротивляться, то закончив изучать бездну Руин Заката, я тебя отпущу…

Хрясь!

На огромном котле перед ним внезапно появилась трещина. Вэй Сюйфэн ошеломлённо наблюдал за тем, как всевозможное божественное оружие, сформировавшее собой котёл, отделяется друг от друга и разлетается в стороны, будто метеоры.

Цинь Му стоял посреди этого божественного котла, разрывая связи между оружиями. Он вот-вот должен был освободиться.

Внезапно артефакты Вэй Сюйфэня воссоединились, превращаясь в сплетение цепей и начиная кружиться вокруг Цинь Му.

На поверхности цепей появились всевозможные руны, сверкающие ослепительными лучами света. Отбиваясь на лице Цинь Му, они стремительно увеличивались в количестве.

— Руны мгновенного перемещения! — кожа на голове Цинь Му онемела. На его руках, ногах, голове и груди отбились руны мгновенного перемещения, формируя шесть отдельных божественных искусств!

То есть, как только эти божественные искусства мгновенного перемещения активируются, он будет разделён на шесть кусков!

Он впервые видел, чтобы кто-то использовал божественное искусство мгновенного перемещения подобным образом.

Ещё до того, как он успел отреагировать, руны божественных искусств мгновенного перемещения закончили формироваться.

— Вэй Сюйфэн, твою…

До того, как Цинь Му договорил, божественные искусства активировались. Его голова внезапно исчезла, следом за ней пропали ноги и руки, после которых растворилась грудь.

Вэй Сюйфэн использовал божественное искусство мгновенного перемещения, чтобы разрубить его на шесть частей!

— Кем бы ты ни был, встав на моём пути, ты найдёшь лишь смерть.

Вэй Сюйфэн поднял руку, и его цепи рассыпались, превращаясь в божественные оружия и возвращаясь ему за спину. Он равнодушно продолжал:

— Я давал тебе два шанса.

Он зашагал в сторону женского трупа, лежащего на земле. Наклонившись, чтобы его осмотреть, он почувствовал что-то странное, и поспешно поднялся, чтобы осмотреться, обнаруживая, что четыре конечности, голова и грудь Цинь Му летели друг к другу с шести разных направлений.

— Он выжил после такого?

Вэй Сюйфэн был глубоко шокирован. Части тела Цинь Му встретились в воздухе, складываясь обратно, формируя безглавое тело. Наклонившись вперёд, оно внезапно со всех сил бросилось вперёд, преодолевая несколько километров каждым шагом. Сила безглавого тела была настолько огромной, что оно сжало воздух перед собой в стену толщиной в несколько километров.

С каждым шагом, который он делал, раздавался раскат грома и создавалась зона вакуума, длиной около десяти километров.

Уголки глаз Вэй Сюйфэна дрогнули. Он махнул рукавом, и все его божественные оружия с грохотом соединились, формируя чистое зеркало. Вместо того, чтобы нацелиться на безглавое тело Цинь Му, оно было повёрнуто в сторону.

Между тем голова Цинь Му летела по небу в сторону своего тела. Как только она столкнулась с лучом зеркала, раздался оглушительный взрыв, отбросивший её с поля зрения!

Вэй Сюйфэн махнул рукой ещё раз, и его зеркало полетело в сторону физического тела Цинь Му, которое неумолимо мчалось ему навстречу. Выстрелив вперёд лучом света, оно создало видение огромного здания.

Безголовое тело Цинь Му продолжало мчаться вперёд, когда зеркало внезапно разрушилось, сливаясь с видением. Здание тут же материализовалось, с оглушительным грохотом падая на землю.

Столкнувшись со зданием, тело Цинь Му потянуло его по земле, извергая искры и пламя.

Здание остановилось прямо перед Вэй Суйфэнем, изнутри донеслись громкие взрывы. Это безглавое тело Цинь Му пыталось пробиться сквозь стены и вырваться на свободу.

Вэй Суйфэн начал молниеносно кружиться вокруг здания, исполняя десятки тысяч движений ладонями и нанося на поверхность первого этажа всевозможные руны.

— Восемь Крайностей Определяют Жизнь и Смерть!

Его силуэт взмыл в воздух, поднимаясь ко второму этажу. Напоминая водного дракона, он отправлял внутрь здания всевозможные атаки.

— Семь Звёзд Выравнивают Небо! — он поднялся к третьему этажу. — Падение Шести Направлений!

— Поворот Пяти Стихий!

— Парадокс Четырёх Символов!

***

Он неустанно исполнял божественные искусства, поднимаясь на самый высокий этаж, чтобы поочерёдно активировать все убийственные построения внутри здания.

Закончив, он приземлился на землю и обхватил здание руками, начиная яростно им трясти. Сила его убийственных построений взмыла к небу, сопровождаясь острым звоном металла и камня, непрерывно сталкивающихся друг с другом.

Спустя некоторое время наружу вытекла кровь, окрашивая землю вокруг в красный цвет.

Вэй Сюйфэн протянул руку, и восьмиэтажное здание сжалось, падая на его ладонь.

— С этим парнем непросто иметь дело. К сожалению, его область совершенствования слишком низка, он ещё не успел стать богом.

Он подбросил здание в воздух, и оно рассыпалось на составляющие. На землю посыпались сломанные кости, а божественные оружия повисли в воздухе за его спиной.

Внезапно зрачки Вэй Сюйфэна сузились, он уставился на Цинь Му, шагающего ему навстречу.

Он был уверен, что только что убил Цинь Му, откуда он мог появиться?

Осмотрев кости на земле, он окончательно убедился, что Цинь Му, попавший внутрь здания, погиб, так как он мог сейчас шагать ему навстречу?

— Неужели это Писания Создания из Великих Небесных Дьявольских Рукописей? — Вэй Сюйфэн ошеломлённо покачал головой. — Техника Создания не в силах отрастить тело с головы. Даже я не изучал чего-то подобного!

— Когда Наставник Дровосек передавал тебе свои техники создания, он не знал о техниках создания Эпохи Багрового Света. Нет ничего странного в том, что он не мог тебя им обучить.

Цинь Му поднял руку, и в его ладони появилась пилюля меча. Непрерывно вращаясь, она рассыпалась на бесчисленные летающие мечи.

— Наставник Дровосек был слишком предвзятым. Он обучал третьего младшего брата на протяжении двух лет, а тебя ещё дольше. Тем не менее, он никогда не учил меня лично. К счастью, у меня есть что-то получше!

Рукава Вэй Сюйфэна затрепетали, божественные оружия за его спиной начали снова складываться воедино. Тем не менее, в этот момент Цинь Му поднял руку, нажимая ею на пустоту!

Вэй Сюйфэн тут же увидел, что за спиной Цинь Му появилось видение Небесного Звёздного Цикла. Превратившись в бескрайнюю галактику с бесчисленными сверкающими звёздами, оно разразилось лучами магнетизма, исходящими из магнитного поля в центре!

Подобное магнитное поле было намного более грозным, нежели силовое поле Небесного Звёздного Цикла из Великих Небесных Дьявольских Рукописей!

Бум!

Внезапно на Вэй Сюйфэна обрушилась ужасающая сила, отчего его божественное оружие упало вниз. Земля под его ногами начала прогибаться, давление на его физическое тело мгновенно возросло в огромное количество раз. Ужасно дрожа, он еле стоял на ногах.

— Старший брат, твои способности и вправду удивительны. Ты вступил на путь божественными искусствами, верно?

Шея Цинь Му задрожала, и из неё выросли ещё две головы. Из его подмышек появились четыре дополнительных руки. Поднимая их одну за другой, он засмеялся:

— Тем не менее, я вернулся на двадцать тысяч лет в прошлое, и твои божественные искусства устарели в сравнении с моими.

Бум! Бум!

Слои силового поля Цикла Небесных Звёзд надавили на Вэй Сюйфэна, и тот быстро достиг предела своих сил, будучи не способным бороться. Его тело было раздавлено, он распластался на земле, не в силах поднять голову!

К счастью, земля мира в цветке была невероятно мягкой. Даже когда силовое поле Цикла Небесных Звёзд надавило на него, будто огромная гора, он не получил серьёзных ранений.

Вокруг него внезапно закружились руны мгновенного перемещения, со свистом исчезая вместе с божественным оружием, окружившим его.

Цинь Му рассеял силовое поле Цикла Небесных Звёзд, его три головы непрерывно осматривались, тем не менее, Вэй Сюйфэн не появлялся.

В этот момент Цинь Му почувствовал, что его живот распухает: «Это божественное искусство мгновенного перемещения!»

Его живот начал раздуваться с ужасающей скоростью, наполняясь всевозможными божественными оружиями. Вэй Сюйфэн переместился прямиком внутрь Цинь Му!

— Неудивительно, что они называют нас, Небесный Святой Культ, Небесным Дьявольским Культом!

Внутри божественных сокровищ Цинь Му засияли лучи света. Даже они начали раздуваться из-за внезапного появления божественного оружия!

Его физическое тело неистово увеличивалось в размерах. Цинь Му изо всех сил старался укрепить своё физическое тело, чтобы не позволить ему разорваться на части под давлением!

— Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана, Восемь Голосов Древнего Дракона!

Цинь Му громко взревел. Жизненная Ци в его физическом теле вскипела, звеня рёвом дракона. Она напоминала песню древнего дракона, овившегося вокруг пустоты разрушенной земли и неба. Колебания его голоса подавляли божественные оружия внутри его тела и божественных сокровищ, отчего те начали покрываться трещинами.

Под давлением рёва дракона бесчисленные оружия раскололись, превращаясь в порошок.

Цинь Му взревел снова, и в этот миг между его божественных сокровищ вспыхнуло огромное солнце. Его кипящая энергия превратила божественные сокровища в самую ужасающую и горячую печь мира, жар которой тут же расплавил осколки божественного оружия.

Цинь Му скрестил руки на груди, исполняя технику Восьми Закалённых Сокровищ Будды Сакры. Расплавленное божественное оружие превратилось в пар и вышло наружу сквозь поры, прежде чем остыть, формируя Восемь Закалённых Сокровищ. Кружась вокруг, они превратились в буддистский ореол за его головой.

Цинь Му взмыл в воздух и протянул руку, нанося удар в пустоту. В глубинах пространства раздалась дрожь, вслед за которой разразились ослепительные лучи божественного искусства мгновенного перемещения. Внезапно вдали появилась огромная ладонь, несущаяся навстречу его кулаку.

Силуэт Цинь Му двинулся с места, бросаясь в погоню за лучом мгновенного перемещения, его шесть рук непрерывно обрушивали удары в глубины пространства. Двигаясь в сторону вершины неба мира в цветке, он нанёс бесчисленные удары, которые объединились в одну линию!

Внезапно все видения кулаков двинулись в сторону Цинь Му, постепенно сливаясь друг с другом.

Возвращение Тысячи Ладоней за Пределами Странных Небесных Вершин!

Этот удар породил ужасающую силу, разрывающую пространство на части. Плотная стена кулаков непрерывно разрушали округу, разбивая руны мгновенного перемещения вокруг Вэй Сюйфэна, прячущегося вдали.

Исполнив это божественное искусство, Цинь Му выпрямил ладонь и ударил ею вперёд, создавая бесчисленные руны мгновенного перемещения. В следующий миг в воздухе засвистели летающие мечи, пролетая сквозь него.

Затем лучи меча бесследно исчезли.

Цинь Му приземлился на землю и уставился в небо. Его шесть рук готовили переменяющиеся техники меча, создавая ослепительную картину.

Вьюх!

Небо внезапно разделилось, из него засиял яркий луч света, падая на землю. В следующий миг он погас, превращаясь в окровавленного Вэй Сюйфэна. Тот поднял руку:

— Младший брат, остановись.

Раздался громкий звон, с которым бесчисленные мечи обрушились из трещины в небе, прежде чем вонзиться в землю вокруг него. Всего лишь за несколько мгновений они сформировали целый меч из лезвий шириной в сто метров!

Все они повернулись к Вэй Сюйфэну одной стороной, сверкая бесчисленными рунами божественного искусства мгновенного перемещения.

Вэй Сюйфэн внимательно осмотрелся, его жизненная Ци внезапно превратилась в множественные зеркала, отбивающие лучи рун мгновенного перемещения. Засмеявшись, он проговорил:

— Младший брат, ты очень быстро учишься.

Цинь Му взмахнул рукой, и лес мечей взмыл в небо, звеня и сталкиваясь друг с другом, постепенно превращаясь обратно в пилюлю:

— Старший брат, теперь ты признаёшь, что я твой младший брат?

Несмотря на то, что он выучил приём Вэй Сюйфэна, одного лишь божественного искусства мгновенного перемещения не хватало, чтобы с ним разобраться.

Зеркала, созданные жизненной Ци Вэй Сюйфэна, исказили лучи рун летающих мечей. Если бы Цинь Му решил исполнить своё божественное искусство, чтобы разрубить противника на восемь частей, тот смог бы использовать зеркала, чтобы его остановить.

Как только божественное искусство мгновенного перемещения активировалось бы, он оказался бы в безопасности, а летающие мечи, в свою очередь, разорвались бы на части.

Цинь Му впервые встретил кого-то, сумевшего развить Великие Небесным Дьявольские Рукописи до такого уровня. Если речь шла о превращении божественных искусств. То Вэй Сюйфэн был единственным практиком из всех богов и дьяволов, которых он встречал, способным сравниться с Сюем Шэнхуа.

Раньше, когда Сюй Шэнхуа был неопытен, даже он уступал Вэй Сюйфэну.

— Старший брат, я наконец тебя встретил! — громко рассмеявшись, Цинь Му шагнул вперёд, обнимая его. Крайне волнуясь, он проговорил. — Я шёл по твоим следам, преследуя секреты истории!

Вэй Сюйфэн, очевидно, не ожидал подобного поведения. На протяжении многих лет он носился по миру, пытаясь раскрыть секреты истории, поэтому не разделял энтузиазма Цинь Му.

Он безуспешно пытался вырваться из его объятий, но поняв, что не может ничего поделать, обнял юношу в ответ и беспомощно ответил:

— Младший брат, можешь отпускать… Младший брат, ты действительно уже можешь меня отпустить! Пусти меня… Что это за женский труп?

Наконец отпустив его, Цинь Му улыбнулся:

— Это труп сестры Небесной Императрицы. Ты оставил его для меня.

Вэй Сюйфэн покачал головой:

— Ты вернулся на двадцать тысяч лет назад, попадая в мою эпоху, и обнаружил здесь этот труп. Как же я мог его здесь оставить? Должно быть, это сделал кто-то другой.

Цинь Му был слегка шокирован:

— И всё же, в будущем ты оставил мне географическую карту бездны Руин Заката и отметил на ней это место.

Услышанное показалось Вэй Сюйфэну крайне странным, тем не менее, это была правда. Ему оставалось лишь принять её.

— Младший брат, я мог отметить здесь что-то другое, но это не я оставил здесь труп.

Наклонившись, он посмотрел на заколку, торчащую из затылка сестры Небесной Императрицы:

— Она была убита этой заколкой. Может быть, владелец намеренно оставил её для тебя? Я видел много странных событий…

Он протянул руку, собираясь вытащить заколку. В этот миг Цинь Му почувствовал что-то странное, и тут же прокричал:

— Не вытаскивай её!

Тем не менее, было уже слишком поздно.

Вэй Сюйфэн уже вытащил шпильку из головы Небесной Преподобной Лин, и в следующий миг округу накрыла волна тумана, поглощая их под собой.

Цинь Му поспешно протянул руку, чтобы схватить Вэй Сюйфэна, но тот уже исчез внутри тумана!

Когда Вэй Сюйфэн наконец вернулся к сознанию, он увидел райскую реку, протекающую сквозь туман. Впереди стояла женщина в леопардовой юбке и соломенной обуви, с фонарём в руках.

— Почему здесь появился ты?

На лице женщины возникло разочарованное выражение. Она сунула фонарь ему в руку и забрала персиковую заколку, прежде чем раствориться в тумане:

— Это он должен был вернуться, чтобы помочь мне. Вэй Сюйфэн, когда мы встретимся снова, тебе нужно будет уходить. Помни, когда фонарь погаснет, ты свободен.

Туман рассеялся, и Вэй Сюйфэн ошеломлённо оглянулся. Удивительная райская река текла в его сторону, мимо проносились бесчисленные флаги кораблей.

— Кто ты? Как ты смеешь стоять на пути патруля Небесного Императора? — с борта одного из кораблей прокричал бог с телом человека и головой птицы.

Вэй Сюйфэн растерялся:

— Небесный Император? Это…

— Идиот! Это райские небеса Дракона Ханя! — засмеялся бог. — Убейте этого дурака!

Вэй Сюйфэн поспешно исполнил своё божественное искусство, избивая нескольких богов, попытавшихся его схватить. Глаза бога с головой птицы тут же загорелись, он похвалил:

— Твои способности совсем неплохи! Друг, ты не хотел бы присоединиться к моим Стражам Пернатого Леса?

Глава 879. Следуй Карте

«Заколка Небесной Преподобной Лин была предназначена для меня, тем не менее, её достал старший брат.»

Цинь Му поспешил к тому месту, где исчез Вэй Сюйфэн. Обнаружив, что заколка исчезла вместе с ним, Цинь Му нахмурился.

Когда он понял, что заколка Небесной Преподобной Лин была предназначена для него, было уже слишком поздно. Вэй Сюйфэн уже отправился в древние времена вместо него.

«Старший брат попал в древнюю Эпоху Дракона Ханя, и проведёт там неизвестное количество времени, становясь Правым Командиром Стражей Пернатого Леса райских небес Дракона Ханя. Он освободится лишь после того, как Небесная Императрица попадёт в засаду и произойдут события на корабле призраке.»

Цинь Му положил труп сестры Небесной Императрицы обратно в хрустальный гроб, и решил подождать, думая про себя: «Вернувшись в эпоху Дракона Ханя, он попадёт в это место. Я могу подождать на его возвращение. Возможно, ему удастся узнать что-то от Небесной Преподобной Лин.»

Тем не менее, в мире внутри цветка ничего не происходило. Цилинь, отправившийся на поиски Янь’эр, ещё не вернулся. Об исходе её битвы ничего не было известно.

Цинь Му оставался рядом с гробом. Достав своё зеркало, он начал изучать руны древних богов, ожидая возвращения Вэй Сюйфэна.

Так он провёл несколько дней, так и не дождавшись возвращения цилиня и Янь’эр. Начав волноваться, он поднялся, отправляясь на их поиски.

Он подошёл к границе мира внутри цветка, собираясь шагнуть во тьму, но внезапно остановился, постепенно покрываясь холодным потом.

«В цветочном мире внутри бездны нет цикла дня и ночи, тем не менее, внутри красного цветка всегда день, а внутри чёрного — ночь!»

Юноша посмотрел в сторону тёмного цветка, в котором не было даже малейшего источника света. Достав кусок нефрита, он выцарапал на его поверхности надпись «ждите меня», прежде чем бросить его в мир внутри чёрного цветка.

Кусок нефрита перед его глазами упал в чёрный мир и внезапно исчез. Звука, с которым он падал на землю, так и не последовало!

Он полностью исчез с этой эпохи!

«В красном цветке всегда день, а в чёрном — ночь. Если пройти между ними, можно остановить путешествие во времени и вернуться в свою изначальную эпоху. Жирдяй и сестра Янь’эр, должно быть, вернулись в то время, из которого пришли, но так как я ещё не вошёл во тьму, я до сих пор нахожусь во временах старшего брата.

Цинь Му сделал несколько шагов назад и снова уселся у хрустального гроба. Пока он не войдёт в мир во тьме, он не вернётся в момент, из которого отправился в Руины Заката.

Тем не менее, чтобы перестраховаться, он всё-таки изучил руны Великого Владыки Солнца и сформировал над своей головой огромное солнце из жизненной Ци.

Дни пролетали один за другим, и Цинь Му наконец закончил изучать руны Великого Дао древних богов с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы. Борода на его лице становилась всё длиннее.

Он провёл в этой эпохе намного больше времени, чем в эпохе Дракона Ханя.

В течение этого времени в бездну Руин Заката упало ещё несколько планет, из-за чего в небо выстреливало чёрное течение, а два цветка поднимались на поверхность и открывались. Тем не менее, это место оставалось заброшенным, сюда никто не приходил.

В один день он был полностью поглощён обучением, совершенно не обращая внимание на происходящее вокруг. Между тем, труп женщины в хрустальном гробу внезапно открыл глаза.

Беззвучно повернув голову, он уставился на Цинь Му.

За последние несколько месяцев рана на затылке женщины зажила.

Цинь Му внезапно что-то почувствовал и оглянулся. Труп женщины оставался неподвижным, совершенно не отличаясь от своего прежнего вида.

— Странно, мне показалось, что на меня кто-то смотрит.

Цинь Му покачал головой, возвращаясь к своим исследованиям. Тем не менее, он повернул зеркало, чтобы видеть гроб за своей спиной.

Орудуя божественными оружиями для вычислений, он непрерывно что-то считал, тщательно изучая руны и постепенно теряя бдительность. Спустя долгое время труп в гробу снова открыл свои глаза.

Лежа в гробу, женщина медленно повернула голову в его сторону. Её шея повернулась под неестественным углом, на спину Цинь Му упал зловещий взгляд.

Крышка хрустального гроба бесшумно поднялась, и женский труп молча взмыл в воздух.

Цинь Му до сих пор был занят вычислениями, но уголки его глаз внезапно дёрнулись.

Женский труп за его спиной медленно начал спускаться. Её красивая голова смотрела вниз, а волосы стекали вниз по белой шее, будто водопад.

Её голова постепенно приближалась к шее Цинь Му.

Тот, казалось, до сих пор ничего не замечал, но по его лбу катились капли пота. Пилюля меча в мешочке таотэ на его поясе превратилась в жидкость, постепенно вытекающую наружу и подкрадываясь к затылку женщины. Медленно сформировав меч, она нацелилась на то место, где лишь недавно было ранение от заколки.

В этот момент впереди засиял свет, из которого вышел мужчина средних лет, одетый в белую рубашку и штаны.

Он выглядел довольно благородно, и сразу же обратил внимание на труп женщины, витающий за спиной Цинь Му. Его глаза широко открылись от злости, и за его спиной тут же одно за другим появились божественные сокровища. Раздался оглушительный грохот, с которым в воздух поднялся райский дворец! Следом за ним показались видения богов и дьяволов всевозможных размеров. Своим огромным количеством они напоминали реку звёзд, протекающую над райским дворцом!

Его исконный дух напоминал древнего бога, обладающего безграничной силой целой галактики. Возвышаясь перед Императорским Троном во Дворце Непостижимого Неба, он протянул ладонь, которая з грохотом вырвалась наружу, атакуя труп женщины!

— Госпожа Юаньму, разве обязательно доставлять так много проблем даже после смерти?

Услышав, как он называет её настоящее имя, труп женщины за спиной Цинь Му издал пронзительный визг, её волосы тут же встали дыбом. Великое Дао Руин Заката внутри её тела, казалось, воскресло, и тёмные потоки мира внутри цветка тут же хлынули в сторону её противников!

Цинь Му тут же почувствовал на себе огромное давление.

Сила древнего бога проснулась внутри трупа женщины. Она была настолько ужасающей что, казалось, могла проглотить всех живых существ в мире. Тем не менее, исконный дух мужчины в белом надавил своей ладонью на её лоб, освобождая свою силу, и тёмные потоки тут же двинулись в обратном направлении!

Труп женщины невольно отлетел обратно, приземляясь в свой хрустальный гроб. Тот с грохотом закрылся, заточив её внутри.

Женщина продолжала бороться и громко визжать, на её лице возникло зловещее выражение. Тем не менее, её не удавалось освободиться из заточения.

Мужчина в белом подошёл к Цинь Му и поклонился, здороваясь:

— Второй младший брат, с тех пор как мы попрощались, прошло восемь тысяч лет. Вижу, что за это время ты успел отрастить себе бороду.

Женский труп напоминал рыбу, выловленную из воды, непрерывно дёргаясь внутри гроба.

Поздоровавшись в ответ, Цинь Му улыбнулся:

— Из-за тоски по старому другу я забыл о своей бороде. Старший брат, для тебя прошло восемь тысяч лет, но я провёл здесь не более шести месяцев. Я видел письмо, которое ты оставил на корабле призраке. Ты уже нашёл свой путь святого?

Мужчина в белом и вправду оказался Вэй Сюйфэнем. Услышав слова Цинь Му, он радостно рассмеялся:

— Обобщенно говоря, нашёл. Тем не менее, мне не удалось сделать это в Эпохе Дракона Ханя, и я был вынужден вернуться в свои времена, чтобы достичь успеха. Небесный Наставник говорил, что для становления святым нужно сделать три вещи, и теперь мне осталось лишь обрести заслуги.

Цинь Му не удержался:

— Старший брат, Небесный Наставник шутил, говоря, что для становления святым нужно сделать три вещи. Его слова нельзя воспринимать всерьёз. Хоть я и не знаю, к чему ты стремишься, он говорил, что ты уже сошёл с правильного пути. Если ты продолжишь свои поиски, то окажешься в огромной опасности. Я не встречал тебя в своей эпохе!

Вэй Сюйфэн слегка растерялся, прежде чем улыбнуться:

— Святой Учитель не мог ошибаться. Всю свою жизнь я стремился выполнить три вещи для становления святым. Но я хочу стать таким святым, каким не смог стать Небесный Наставник. Он помогал Императору-Основателю, и не добился своих собственных достижений, поэтому его сердце Дао несовершенно. Младший брат, я хочу быть святым, который превзойдёт Учителя и сможет исправить трагические судьбы людей! Тебе не стоит пытаться меня убедить, я уже всё решил.

Цинь Му промолчал.

Вэй Сюйфэн улыбнулся:

— Ты однажды сказал, что следовал географическим картам, которые я для тебя оставил, и нашёл это место. Если бы я этого не сделал, разве ты мог бы меня встретить? Я буду оставлять их в своём будущем, а ты уже их нашёл. В таком случае, если сейчас я решу их не оставлять, разве это не изменит будущего?

Цинь Му замолчал на некоторое время:

— Старший брат, я не встречал тебя в своей эпохе, а лишь увидел географические карты в твоём божественном оружии. Я не знаю, был ли ты ещё жив в тот момент.

Вэй Сюйфэн громко рассмеялся:

— Я определённо был жив, можешь быть в этом уверен! То, что мы, старший и младший братья, можем встретиться несмотря на двадцать тысяч лет, разделяющих нас, и вправду удивительно. Я знаю способ помочь тебе остаться в этой эпохе. Как тебе такое: мы можем вместе отправиться во внешний мир, чтобы найти секреты истории и обрести заслуги, о которых не мечтал даже Учитель? Теперь, когда у меня есть достаточно сил, мне не нужно быть таким осторожным, как раньше!

Цинь Му покачал головой:

— Я должен вернуться, мне нельзя здесь оставаться.

Вэй Сюйфэн нахмурился:

— Почему ты такой упрямый? — внезапно он засмеялся. — Кажется, я тоже довольно упрямый. Кстати, возвращаясь сюда, я встретил Небесную Преподобную Лин, и она попросила меня передать это тебе.

Он достал персиковую заколку и улыбнулся:

— Эта заколка — драгоценный артефакт Небесной Преподобной Лин. Кажется, она заточена внутри райской реки. Она доверила мне передать её тебе. Ты не мог бы одолжить мне её на некоторое время?

Цинь Му ожидал чего-то подобного, поэтому быстро протянул руку, пытаясь выхватить заколку. Вэй Сюйфэн тут же дёрнул рукой, крепко хватаясь за артефакт:

— Младший брат, одолжи мне заколку на некоторое время.

Цинь Му был вне себя от ярости, размахивая рукой:

— Отдай! В прошлый раз, когда Небесная Преподобная Лин оставила её в затылке Госпожи Юаньму, я должен был её найти, но она оказалась в твоих руках!

Вэй Сюйфэн тут же ответил:

— Мне действительно нужна эта заколка. Младший брат, в будущем я отдам её тебе. Я оставлю её в Руинах Заката, можешь в этом не сомневаться!

Цинь Му продолжал пытаться вырвать заколку из его рук, но в этот момент активировался подземный поток Руин Заката.

Вэй Сюйфэн взмыл в небо и покинул мир внутри цветка, смеясь:

— Не сомневайся, я её верну!

— Вэй Сюйфэн, твою…

Мужчина в белом скрылся, продолжая смеяться:

— Когда вернёшься в свою эпоху, отправляйся во дворец и поищи заколку там, я оставлю тебе географическую карту!

Цинь Му был ошеломлён.

Спустя некоторое время чёрный поток затих.

Собравшись с мыслями, юноша тут же схватил хрустальный гроб и двинулся в сторону мира внутри чёрного цветка.

Труп Госпожи Юаньму внутри гроба захихикал, чувствуя приближение чёрного мира.

Несмотря на то, что она была лишь воскрешённым телом, чёрный мир был местом её рождения, там она чувствовала себя намного лучше. Кроме того, она могла управлять Великим Дао чёрного цветка, что позволило бы разрушить печать Вэй Сюйфэна.

Цинь Му остановился перед границей мира в чёрном цветке. Положив хрустальный гроб на землю, он снял ивовый лист со своего межбровья и громко проговорил:

— Небесный Герцог, помоги мне присмотреть за трупом этой женщины, не дай брату её сожрать! — сказав это, он засунул гроб на землю слова Цинь.

Труп женщины тут же впал в ярость.

Не обращая на это внимания, Цинь Му запрыгнул в мир в чёрном цветке, исчезая во тьме.

Когда его ноги коснулись земли, он открыл глаза, увидев, что находится внутри чёрного мира. Он услышал голос цилиня, ругающего Янь’эр, доносящийся из мира в красном цветке:

— Я говорил тебе не есть её, не есть! Но ты всё равно это сделала! Посмотрим, что ты скажешь Владыке Культа!

Цинь Му поспешно бросился в сторону двух дворцов, находящихся на границе миров в цветках. Заметив его, цилинь удивился и обрадовался, громко прокричав:

— Владыка Культа, мы нашли кусок нефрита, который ты бросил, и остались здесь! Сестра Янь’эр сожрала змею, и теперь она…

— Молчи! — прервала его Янь’эр.

Цинь Му заметил круглый силуэт зелёного воробья, сидящего на голове цилиня. Решив осмотреться, он молниеносно бросился в чёрный дворец, тщательно обыскивая всё вокруг.

Внезапно его взгляд упал на стол для жертвоприношений.

Вокруг стола витал звёздный песок, напоминая реку.

Цинь Му сердито проворчал:

— Снова?

Он быстро всё подсчитал, решая построение галактики, после чего прошёл сквозь него и протянул руку, поднимая со стола кусок красной ткани. Под ним лежала персиковая заколка.

Также возле заколки лежал кусок козлиной кожи с надписью.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му поспешно схватил заколку, не обращая внимания на надпись на коже: «По крайней мере старший брат сдержал своё слово. Но… что же произошло с зелёным воробьём?»

В этот момент его взгляд упал на надпись на козлиной коже. Она была оставлена почерком Вэй Сюйфэна, и состояла лишь из пяти слов: «Следуй карте и спаси меня!»

Глава 880. Старый Друг

— Яне буду тебя спасать! — Цинь Му бросил козлиную кожу на землю, и дважды топнул по ней ногой, прежде чем зарыть её в землю пяткой. Ухмыльнувшись, он продолжил. — Сам себя спасай! Если ты позволяешь себе никого не слушать, то должен уметь спасать себя самостоятельно!

Он обернулся и собрался уходить, но немного подумав, всё-таки поднял кусок кожи с земли и стряхнул с него пыль. Засунув его в свой мешочек таотэ, он недовольно проворчал:

— Ты просишь меня тебя спасать, так по крайней мере скажи, где ты заточён. Как я должен тебя спасать, не зная, где тебя искать?

Он покинул чёрный дворец и вошёл в мир в красном цветке. Цилинь поспешно поздоровался:

— Владыка Культа, где труп женщины?

— Она воскресла, так что мне пришлось отдать её младшему брату на хранение.

Цинь Му осмотрел зелёного воробья, сидящего на голове цилиня, и увидел, что птичка, ещё недавно обладающая изящной внешностью, надулась, будто её накачали воздухом. Несмотря на то, что она стала довольно толстой, ей вид всё ещё оставался милым.

— Молодой мастер, я — Янь’эр, — проговорил круглый зелёный воробей.

Цинь Му улыбчиво ответил:

— Сестра Янь’эр, я тебя узнал. Ты уже доела змею?

Осмотрев мир внутри красного цветка, он обнаружил, что от тычинок, превратившихся в змей, не осталось и следа. Они все были сожраны:

— Древнего бога сложно переварить?

— Тот огромный червь оказался очень вкусным, — немного смущённо ответил зелёный воробей. — Мне потребовалось довольно много времени, чтобы его сожрать. Я забыла оставить тебе кусочек попробовать. Жирдяй отказался кушать, так что я съела его сама.

Цинь Му уставился на неё широко открытыми глазами. Она съела змею самостоятельно?

Змея была рождена из тычинок в мире цветка, и те напоминали колонны, соединяющие небо и землю, но Янь’эр умудрилась их сожрать?

Цилинь тихо ответил:

— С другой стороны, я совсем не растолстел.

Зелёный воробей клюнул его голову, издавая громкий звон, и цилинь завизжал от боли и тут же замолчал.

Цинь Му посмотрел в небо, обнаруживая, что печать красного цветка до сих пор была закрытой. Они, должно быть, о сих пор находились в бездне, и были вынуждены ждать пробуждения течения, чтобы выбраться на свободу.

Он достал географические карты, разложив их на земле. Все они были оставлены Вэй Сюйфэнем на Ковчеге Парамиты, и юноша даже успел посетить некоторые из отмеченных на них мест.

К примеру, следуя карте Деревни Дракона, он заполучил командирскую печать Стражей Пернатого Леса от Старшего Цин Хуана, а следуя карте аномальной звезды, он встретил бога Чи Си на Сцене Казни Бога, в результате найдя Таинственный Нож Казни Бога.

В заброшенном городе на Верховных Небесах Сияния он наткнулся на мозг сильного бога Ин Чжао и заполучил чертежи Ковчега Парамиты, а в бездне Руин Заката он встретился с самым Вэй Сюйфэнем и нашёл заколку Небесной Преподобной Лин.

На самом деле, это карты старшего брата привели его в это место.

Цинь Му отложил использованные географические карты в сторону и начал рассматривать оставшиеся, пытаясь определить, где был заточён Вэй Сюйфэн.

Сидящая сбоку Янь’эр пробормотала цилиню:

— Молодой мастер говорил, что его брат присматривает за трупом женщины. У него что, есть старший брат? Почему я никогда его не встречала?

Цилинь повернулся в сторону Цинь Му и указал когтём на голову юноши, тихо проговорив:

— На самом деле, старшим братом Владыки Культа и есть сам Владыка Культа. Но он всё время твердит, что речь идёт о его сильном и зловещем брате, так что не пытайся его разоблачить.

Янь’эр расправила крылья, и начала чесать себе голову кончиками перьев, вздыхая в неверии:

— Ты имеешь в виду, что Владыка Культа…

Цилинь кивнул.

Янь’эр бросила на Цинь Му, рассматривающего свои карты, сочувствующий взгляд:

— Молодой мастер слишком одинок, у него галлюцинации.

Цинь Му потратил довольно много времени, изучая карты, большинство из которых он видел впервые. Он не мог понять которая из них вела к месту заточения Вэй Сюйфэна, и не знал способа это определить.

— В прошлом, Святой Дровосек, кажется, узнал многие из карт, которые я ему показывал. Возможно, нам стоит его найти. Он определённо согласится приложить усилия для поиска своего старшего ученика.

Цинь Му спрятал географические карты и достал персиковую заколку Небесной Преподобной Лин.

Заколка Небесной Преподобной Лин оказалась самой обычной заколкой из персикового дерева, в ней не было ничего особенного. На её поверхности не было рун, и осмотрев её внимательно, Цинь Му не обнаружил никаких божественных искусств или Великого Дао, сокрытых внутри.

Он осторожно приложил силу, и заколка начала сгибаться, будто вот-вот должна была треснуть.

— Внутри заколки нет божественного искусства Небесной Преподобной Лин. Как предмет, принадлежащий ей, может быть таким обыденным?

Цинь Му попытался использовать магическую силу и его жизненная Ци наполнила персиковую шпильку, тем не менее, ничего так и не произошло. Впрочем, он ощутил, что внутри предмета всё же кроется мощная, странная сила.

Его сердце внезапно дрогнуло, и он исполнил божественное искусство создания. Персиковая шпилька тут же начала возвращаться к жизни, начиная прорастать свежими ветками. Спустя некоторое время она превратилась в персиковое дерево.

Персиковое дерево расцвело и на нём появились персики, созревшие всего за несколько мгновений.

Цинь Му сорвал персик и очистил его от кожуры. Откусив кусочек, он обнаружил, что тот был невероятно сладким.

«И всё же, мне так и не удалось освободить ту силу, должно быть, для этого нужна даже более сложная техника создания.»

Внезапно персиковое дерево разразилось светом и исчезло, снова превращаясь в шпильку, упавшую неподалёку.

«Неизменное вещество!»

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он поднял заколку с земли. С помощью божественного искусства создания ему удалось изменить вещество заколки и позволить ей прорасти в дерево. Затем, странная сила внутри неё активировалась, возвращая всё к изначальному состоянию.

Это и было неизменным веществом!

Кроме персикового дерева, превратившегося в заколку, даже яма в земле и персик, который он съел, исчезли в одно мгновение. Их вещество вернулось к своему изначальному состоянию.

«Эта заколка стала неизменным веществом, которое навсегда останется в своём исходном состоянии. Что бы я не делал, оно не изменится!»

Цинь Му ещё раз выполнил своё божественное искусство создания, и из заколки внезапно хлынул поток удивительной силы, формируя в воздухе несравнимо тяжёлую райскую реку. Под её весом мир в цветке резко наклонился!

Цилинь и Янь’эр, стоящие неподалёку, потеряли равновесие от удара райской реки. В следующий миг их отбросило к границам мира в цветке, и они громко стукнулись о его стену.

Давление райской реки было слишком сильным, цилинь был не в силах ему противостоять. Его почти раздавило, и Янь’эр была вынуждена накрыть его своими крыльями, чтобы спасти.

Внезапно райская река успокоилась и исчезла. От её воды не осталось и следа, будто она никогда и не появлялась. Цинь Му продолжил осматривать персиковую шпильку, бормоча себе под нос.

Вдали, цилинь и Янь’эр упали с цветочной стены. Когда они попытались понять, что произошло, река появилась снова, ещё раз ударяя их о стену!

Янь’эр снова пришлось защищать цилиня, она чувствовала, что давление становится всё сильнее и сильнее. Внезапно, райская река снова исчезла, и они упали на землю.

Тихо закричав, Янь’эр задрожала всем телом, превращаясь в драконьего воробья. Её пухлое тело резко увеличилось в размере, закрывшись крыльями, она насторожено осматривалась по сторонам.

Внезапно райская река надавила на них снова, почти погасив священный огонь красной птицы, окутывающий её, и в очередной раз ударив её о стену.

«Странно, откуда берётся эта вода?»

Цинь Му ещё раз всё проверил, оставляя Янь’эр и цилиня на волоске от смерти.

В руинах Райских Небес Высшего Императора, посреди долины Падшего Бога, слепой старик И Шишэн продолжал вылавливать труп Небесной Преподобной Лин. Он провёл здесь уже сорок тысяч лет.

Внезапно этот старик изумлённо уставился вперёд и пробормотал себе под нос:

— Райская река сильно обмелела… Она ещё никогда не опускалась до такого низкого уровня, с чего бы это произошло? — он взволновался. — Неужели учитель сейчас выберется на свободу? Она наконец освободится из вечного цикла смертей?

Спустя мгновение райская река вернулась к своему начальному уровню.

И Шишэн был ошеломлён.

Затем райская река снова обмелела, прежде чем вернуться к обычному уровню. Это повторялось раз за разом.

Недоумевая, И Шишэн стоял рядом с райской рекой. Он не понимал, что происходит.

В цветочном мире в бездне Руин Заката, Цинь Му наконец прекратил свои эксперименты и почесал голову, бормоча себе под нос:

— Сила заколки довольно большая, тем не менее, Небесная Преподобная Лин передала её мне не из-за этого. Она не могла дать мне такое сокровище без должной на то причины. Впрочем, что мне сделать, чтобы освободить его силу?

Неизменное вещество, неизменное вещество…

Он ходил туда-сюда, погрузившись в мысли. Внезапно, его глаза загорелись, и он поспешно проговорил:

— А что произойдёт, если я активирую заколку с помощью божественного искусства Небесной Преподобной Лин? Когда неизменное вещество встретит неизменное божественное искусство, должно случиться что-то интересное!

На корабле-призраке он изучил божественное искусство Небесной Преподобной Лин и узнал много нового. Тем не менее, он всё ещё был далёк от полного освоения её учений.

К тому же, в то время Небесная Преподобная Лин лишь закончила формировать основание своего божественного искусства, так что можно было представить, насколько сложным оно стало в итоге.

Цинь Му схватил заколку и попытался исполнить неполное божественное искусство Небесной Преподобной Лин.

Заметив, что он снова взял заколку в руки, цилинь и Янь’эр тут же почувствовали, как по их коже бегут мурашки, и поспешили в укрытие.

Райская река появилась снова, тем не менее, она уже не была такой ужасающей, как раньше. Далеко в небе просто показался кусок речного потока, он был намного дальше, чем в прошлый раз.

Над поверхностью воды виднелись слои тумана и стоял еле заметный силуэт женщины в леопардовой юбке.

— Небесная Преподобная Лин! — громко прокричал Цинь Му.

Женщина в леопардовой юбке и соломенной обуви, казалось, услышала его голос и обернулась. Выражение удивления на её лице плавно превратилось в улыбку.

Она открыла рот и заговорила, когда внезапно за её спиной показалась гигантская тень.

Цинь Му резко изменился в лице:

— Осторожно, сзади!

Луч света пронзил грудь Небесной Преподобной Лин, прежде чем поднять её над землёй и швырнуть в сторону райской реки.

Цинь Му неподвижно застыл, чувствуя холод по телу.

Лицо Небесной Преподобной Лин продолжало смотреть в его сторону несмотря на то, что её только что пронзило копьё, которое до сих пор держала в своей руки гигантская тень.

Небесная Преподобная Лин продолжала улыбаться, внезапно прозвучал её голос:

— Спаси меня.

Тень в тумане начала приближаться, будто освободившись от оков божественного искусства Небесной Преподобной Линю. Мчась в сторону Цинь Му, оно очевидно намеревалось вырваться из бесконечного цикла.

— Кто ты? — громко прокричал юноша. — Покажи мне своё лицо!

Силуэт добрался к передней части реки и прыгнул, надеясь спуститься на землю. Тем не менее, в этот момент райская река забурлила, прежде чем исчезнуть вместе с тенью и Небесной Преподобной Лин.

Цинь Му был шокирован. Подняв персиковую шпильку, он снова исполнил божественное искусство, и перед ним во второй раз показался кусок райской реки и повторилась та же сцена.

Небесную Преподобную Ли н снова убили, а тень попыталась вырваться на свободу, но была схвачена неизменным божественным искусством. Тем не менее, в этот раз ей удалось подобраться поближе, и Цинь Му сумел разглядеть грубые очертания её лица. Впрочем, он увидел его деталей.

Тень была заточена божественным искусством Небесной Преподобной Лин, ей было не под силу вырваться наружу, она не могла покинуть цикл.

— Молодой мастер, течение пропасти активируется! — Зов Янь’эр заставил Цинь Му прийти в себя. — Мир в цветке поднимается, нам нужно уходить!

Не обратив на неё внимания, Цинь Му снова исполнил божественное искусство. Между тем, мир в цветке поднимался на поверхность, небо над ним постепенно открывалось. Два лотоса вот-вот должны были расцвести.

Бурный поток райской реки разразился, и сцена убийства Небесной Преподобной Лин гигантской тенью повторилась. Накрыв собой небо и землю, тень бросилась прямо на Цинь Му.

Мир в цветке полностью открылся, создавая выход в Руины Заката. Тёмная райская река неподвижно висела в воздухе. Посреди неё висели чёрный и красный лотосы, картина казалась невероятно спокойной.

Янь’эр и цилинь уставились на Цинь Му, и последний закричал:

— Владыка Культа, если мы не выйдем сейчас, то неизвестно сколько нам придётся ждать следующей возможности!

Наконец, огромная тень над райской рекой бросилась на Цинь Му, и внезапно её лицо наткнулось на невидимый барьер. Ей так и не удалось вырваться из неизменного божественного искусства Небесной Преподобной Лин.

Издав яростный рёв, она снова исчезла вместе с райской рекой, начиная новый цикл.

Цинь Му в оцепенении смотрел на её лицо. Наконец он понял кому оно принадлежало.

Янь’эр превратилась в огромную толстую птицу, хватая его и цилиня, прежде чем двинуться в сторону неба, которое вот-вот должно было закрыться снова.

В конце концов, ей удалось выскользнуть наружу, за миг до того, как оба лотоса закрылись.

Тёмная река начала течь обратно, её поток становился всё сильнее и сильнее. Сила притяжения бездны тоже увеличивалась, и Янь’эр пришлось приложить все силы своего исконного духа и превратиться в драконьего воробья, чтобы отбиваться от неё, отчаянно взмахивая крыльями.

Бум!

Она врезалась в боковой дворец Небесной Императрицы, прибивая стены бесчисленных залов, прежде чем наконец остановиться.

Глава 881. История сильнейших

Прим. Адм: Данная глава отсутствует в переводе, внизу машинный перевод.

Дворец на стороне Поднебесной Императрицы простоял миллион лет без разрушения. Он был построен с использованием божественных металлов и был чрезвычайно роскошным, но как бы роскошно он ни был, он не смог защитить от столкновения великого эксперта, такого как Ян’ер.

Боковой дворец был в беспорядке, и более половины территории было уничтожено толстой птицей, в которую превратился Ян’ер. Это было особенно важно, когда ее изначальный дух воробья-дракона исполнил ее божественное искусство, когда ее изначальный дух рухнул. В результате священный огонь ярко-красной птицы растопил боковой дворец, вызвав переполнение расплавленного железа.

Священное пламя не прекращало гореть, и поэтому оно зажгло другие боковые дворцы, которые не были разрушены.

Ян’ер встала из обломков руин, и она отступила от своего исконного духа. Она похлопала по крыльям и стряхнула с себя разбитые камни на своем теле. Неподалеку павильон, который первоначально колебался от сожжения священным огнем, мгновенно рухнул, когда шторм, поднятый ее крыльями, пролетел мимо. Павильон упал в море огня.

Дракон Цилин тоже поднялся и стряхнул пыль с его тела.

Цинь Му встал и снова принялся за работу, как будто ничего не случилось.

Дракон Цилин наблюдал, как он воспользовался шансом, когда священное пламя расплавило божественный металл, чтобы очистить божественный металл. Он запечатлел руны телепортации и, вероятно, планировал построить крупномасштабную телепортацию, чтобы покинуть это место.

Цинь Му поспешил туда-сюда, но дракон Цилинь мог видеть что-то очень тяжелое, давящее на него. Это было потому, что дракон цилин также был опытным в алгебре, и он увидел, что Цинь Му допустил несколько ошибок при расчете узлов пространства.

Это было то, что было невозможно в обычное время.

Как один из сильнейших мастеров алгебры в современном мире, частота ошибок Цинь Му в его вычислениях была близка к нулю, что сделало несколько ошибок подряд чем-то невозможным.

Когда он допустил несколько ошибок подряд, стало ясно, что в его сердце что-то грызло, что привело к тому, что он не мог сосредоточиться.

«Культовый Мастер, что ты видел в пропасти?» прощупал дракона цилин.

Цинь Му прекратил строить телепортацию и впал в оцепенение. Через мгновение он сказал: «Человек, который убил Небесного Достопочтенного Линга, был Древним Богом Небесным Императором. Когда он выпрыгнул из сломанного участка небесной реки, я увидел его лицо. Это было то же лицо, что и у Древнего Бога Небесного Императора, которого я встретил в Мире Небесного Инь».

Дракон Цилин был озадачен. «Древний Бог, Небесный Император?»

«Или, я должен сказать, телесное тело Древнего Бога Небесного Императора. Что касается того, кто управляет этим телесным телом, это то, чего я бы не знал».

Когда Цинь Му начал говорить, его мысли начали распадаться. «Тело тела Древнего Бога Небесного Императора не находится на небесах небесных, и именно поэтому существа, управляющие небесными небесами, настаивают на создании совершенного Небесного Достопочтенного Ю. Это потому, что телесное тело Древнего бога Небесного Императора является самым сильным телесным телом в истории, и никакое другое Небесное Достопочтенное не может раскрыть весь потенциал этого телесного тела. Они должны работать вместе, чтобы высвободить всю силу в телесном теле Древнего бога Небесного Императора!»

Он шел туда-сюда, и его мысли ускорились. «Это телесное тело — инструмент для того, чтобы сдерживать друг друга. Когда никто не может полностью контролировать материальное тело Небесного Императора, он вместо этого создает баланс между ними, поскольку они не осмеливаются возлагать руки друг на друга».

«Однако, если телесное тело Древнего бога Небесного Императора исчезло, кто должен управлять небесными небесами? Власть сделает их подозрительными и ревнивыми друг к другу. Кроме того, без телесного тела Древнего бога Небесного Императора Небесный Герцог и Граф Земли представляют для них большую угрозу. Вот почему им нужно создать мощное оружие, оружие, способное справиться с Небесным Герцогом, Графом Земли и всеми остальными.

«Это оружие — Небесный Преподобный Ю!»

Цинь Му остановился на своих шагах и задумался на мгновение. «Именно по этой причине они создали Небесного Преподобного Ю и контролировали его тело, чтобы приблизиться к нижней границе. Они хотели проверить, возможно ли это оружие, чтобы посмотреть, можно ли его сравнить с телесным телом Небесного Императора».

Дракон Цилин с любопытством спросил: «Мастер культа, тот человек, который заперт в телесном теле Небесного Императора, все еще на небесах?»

Цинь Му покачал головой. «Только его телесное тело находится на небесах небесных, его изначальный дух — нет. Он пойман в ловушку Небесным Достопочтенным Лингом и не может сбежать. Если вы хотите убить Небесного Достопочтенного Линга, как вы могли не заплатить цену? Древнему Богу Небесному Императору не нужно использовать оружие, его телесное тело является самым сильным оружием, и все же этому человеку пришлось использовать копье в качестве своего оружия. Он должен быть старейшиной-основателем Небесного союза. Цена, которую он заплатил, была очень высока, и теперь он заперт в небесной реке, чтобы никогда не вырваться на свободу. Кроме того, для него уже нет основания на небесах небесных «.

Теперь он был полон энергии, и больше не было ошибок, когда он продолжал планировать телепортацию.

Яньер накормила дракона цилина таблеткой духа, и она похвалила: «Жирный дракон, твое Писание о человеческом воспитании становится все более и более невероятным».

Дракон Цилин съел таблетку спиртного и сказал с улыбкой: «Мастер культа слишком умен, иногда его просто поймают в погоне за диким гусем и он не сможет вырваться на свободу. Ему просто нужно высказаться, и тогда он сможет вырваться на свободу сам. Однако эти умные люди, как правило, не высказываются. Я ничего не делал, я просто позволил Мастеру Культов высказать свое мнение «.

Яньер сиял и продолжал кормить дракона цилин.

Цинь Му закончил строительство телепортации и ушел собирать божественный металл. Боковой дворец Небесной Императрицы был полностью сожжен, и весь божественный металл также был расплавлен в расплавленное железо. Ян вернул священное пламя, и божественный металл затвердел.

Божественный металл, использовавшийся для придворного дворца Небесной Императрицы, был специальностью Руин Конца. Это было железо бездны, которое было извергнуто из пропасти, и его можно было найти только в Руинах Конца. Цинь Му заставил Яньера снова выплавить железо из бездны и измельчить его в металлические кубики, сложив их по окончании.

«Молодой мастер, мы не можем их отнести».

Ян’ер и дракон Цилин посмотрели на гору бездны и почувствовали удивление. Ян’ер покачала головой и сказала: «Железо Бездны слишком тяжелое, даже я не могу его нести».

«Все в порядке, у меня есть место для их хранения».

Цинь Му снял ивовый лист на сердце своих бровей и бросил железо бездны, куб за кубом, в землю слова Цинь.

В земле слова Цинь железо бездны упало, как дождь, и сложилось в большую гору. Небесный Герцог, Алый Император и Брахма Будда окружили хрустальный гроб с черными лицами и позволили бездонной железной земле приземлиться вокруг них.

Лицо графа Земли Лавы не стало черным, поскольку его лицо чередовалось между красным и черным с самого начала.

«Ерунда! Это место, чтобы запечатать его старшего брата, как он мог бросить все внутри? Лава Земля граф сказал.

Цинь Му закончил сортировать железо бездны, и он прыгнул вверх и вниз. Он не почувствовал никакого веса и сказал с улыбкой: «С сегодняшнего дня мне больше не нужны таотые мешки!»

Он вынул Беззаботный Меч и посмотрел на небо. Разбитые звезды на небе были очень близко к Руинам Конца.

Небесный Герцог и остальные также видели разбитые звезды на небе Руин Конца, и они с тревогой смотрели друг на друга.

«Что этот парень собирается сделать?» Все были в недоумении.

Пухлый младенец, который сидел в Котле Скотни и ел, поднял глаза, когда услышал их. Он сказал с улыбкой: «Плохой брат планирует толкнуть звезды вниз и разбить их в Руинах Конца, собрав два цветка».

Небесный Герцог поспешно сказал: «Братья знают друг друга лучше всех. Что твой плохой брат пытается сделать, собрав два цветка?

«Отрубить их своим мечом и увести их», — сказал Цинь Фэнцин.

Лицо Небесного Герцога сильно изменилось. Выражение графа Земли не изменилось, но его конечности также дрожали.

Брахма Будда и Алый Император не знали происхождения этих двух цветов, поэтому они не особо задумывались об этом. Тем не менее, Небесный Герцог и Граф Земли были в ужасе.

«Смешной! Поистине смешно!»

Белая борода Небесного Герцога дрожала беспорядочно, и он сердито ругал: «Эти два цветка используются, чтобы заглушить морской глаз!

Граф Лава Земля крепко сжал кулаки и сделал яростный выговор: «Эти два цветка — то, почему Руины Конца не поглощают все звезды!»

«Если вы отрубите их, даже восточное море Юанду будет высосано!»

Они смотрели на небо, и Цинь Му в настоящее время стоял на голове большой толстой птицы. Он летел к одной из звезд над пропастью, планируя использовать изначальный дух толстой птицы, чтобы протолкнуть эту разбитую звезду в пропасть.

Небесный Герцог немедленно принял решение и закричал: «Выкинь старшего брата и подави младшего брата, не позволяй ему совершить этот фарс!»

Цинь Фэнцин все еще собирал еду в Котле Скотни, когда увидел, что его окружают Небесный Герцог, Граф Земли, Алый Император и Брахма Будда. Подошел даже обычно робкий Великий Суверен Великого. Все подняли котел, выбросив его вместе с ним в небо.

Цинь Му был полон храбрости и инструктировал Ян’ера о том, как изменить курс звезды, чтобы они могли толкнуть разбитую звезду в пропасть. Внезапно у него закружилась голова, и он яростно закричал: «Небесный герцог, ты замышляешь против меня! Ты не боишься, что мой старший брат создаст хаос после освобождения?

Он взмахнул руками и ногами, падая с неба. В следующее мгновение он увидел, что упал на землю, и вокруг него была земля слова Цинь. Небесный Герцог, Граф Земли и остальные окружили его неприятными взглядами.

С другой стороны, Ян’ер услышал крик Цинь Му и подумал про себя: «У молодого мастера действительно что-то не так с его мозгом, он всегда думает, что у него есть старший брат».

Внезапно она почувствовала, что Цинь Му стала несравнимо тяжелой, и была поражена.

Стоя на ее голове, телесное тело Цинь Му отчаянно расширилось, и за долю секунды он превратился в несравненно огромного ребенка, который был даже больше и пухлее, чем ее настоящее тело. Она почти не могла взлететь!

Ян’ер был поражен, и она услышала, как громадный ребенок говорит его детским голосом. «Граф Земли часто говорит, что я злой, теперь ты знаешь, кто настоящий злодей, верно? Плохой брат — злой! Плохой брат всегда попадает в неприятности, и мне приходится чистить его **. Однако, что я могу сделать, когда я старший брат …»

Яньер почувствовала страх в своем сердце и увидела, что пухлый ребенок протягивает свою ладонь. Его пухлая ладонь нежно погладила эту огромную разбитую звезду, и одним движением пальца он стряхнул это небесное тело.

«Не бойся, я здесь, чтобы спасти тебя!»

Пухлый малыш спрыгнул и приземлился на землю с грохотом. Стоя в бездне, он протянул руку, чтобы схватить шею пухлой птицы и сказал с улыбкой: «Не бойся, я не убиваю без причины сейчас. У меня сейчас свои правила. Правильно, ты хочешь заключить Пакт Малой Земли?

Ян’ер поспешно покачал головой.

Пухлый малыш положил ее на плечи и сжал свое тело. Он приложил немало усилий, чтобы проникнуть в телепортацию, оставленную Цинь Му, и сказал: «Я стал более пухлым, Мать определенно будет рада снова увидеть меня… Давай, давай вернемся к Вечному миру, мы можем не оставайся здесь, иначе плохой брат выбежит, чтобы снова навредить».

У Ян’ера и дракона Цилин были пустые выражения на лицах, и они только поспешно вошли в телепортацию после его предупреждения. Дракон Цилин сказал дрожащим голосом: «Вы старший брат Мастера Культов?»

Пухлый малыш кивнул головой и поиграл с телепортацией. «Мне не нравится выходить, на улице слишком шумно, слишком много правил, я все еще люблю возвращаться. Однако маленький брат доставляет неприятности, поэтому у меня нет выбора, кроме как выйти … Как вы используете эту игрушку?

Дракон Цилинь поспешно выполнил формирование телепортации, и руны на формировании зажглись.

Глаза пухлого младенца загорелись, и он протянул свою пухлую руку, чтобы погладить голову дракона цилин. Он похвалил: «Ты много знаешь, не удивительно, что мой младший брат не ест тебя…»

Свет вспыхнул, и они исчезли из телепортации.

В следующий момент они появились в руинах Древней Страны графов драконов. Старейшина Посланник Смерти уже забрал души, и это место было смертельно тихо.

Пухлый малыш схватил Яньера и дракона Цилин, положив их себе на плечи. Он сказал с улыбкой: «Вы, ребята, бегите медленно, позвольте мне вернуть вас, ребята. Вы должны хорошо заботиться о плохом брате, не всегда позволяйте ему создавать проблемы. Я тоже не люблю выходить …

Дракон Цилин и Ян’ер были ошеломлены.

Они внезапно увидели, как этот пухлый ребенок шагает своей короткой ногой, и он бросился вперед с силой. С громким ударом он врезался в барьер Страны графов драконов и бросился в море. Скорость, с которой он бежал по морю, была такой высокой, что даже Ян’ер был ошеломлен.

Пухлый малыш выбежал изо всех сил, оставив позади бушующие волны. С такой скоростью им даже не понадобится несколько дней, чтобы достичь Вечного Мира!

«В теле Мастера культа действительно есть старший брат!» Дракон Цилин наконец-то пришел в себя.

В слове Цинь земля …

Цинь Му послушно сидел в центре каждого и опустил голову, не говоря ни слова.

«Так близко, ты был так близок к созданию бедствия!»

Небесный Герцог был взбешен и ругал его, говоря: «Как вы думаете, почему Небесная Императрица и ее сестра имеют такие высокие статусы? Как вы думаете, почему Небесный Император должен жениться на них? Это из-за двух лотосов, блокирующих морской глаз. Эти два лотоса являются корнем неба и земли! Если бы вы отрубили их и вырвали их, в Юанду не было бы больше жизненной силы, и даже галактика моего Сюанду была бы поглощена пропастью в Руинах Конца! «

Цинь Му опустил голову. «Теперь я знаю свою ошибку».

Небесный Герцог сердито ругал: «Подавить Цинь Фэнцина? Я думаю, что мы должны подавить вас вместо этого! Вы слишком хороши в создании проблемы! Что случилось с трупом сестры Небесной Императрицы?

Цинь Му поспешно сказала: «Это не моя вина, именно Небесный Достопочтенный Линг убил ее».

Небесный Герцог все еще хотел ругать, но его лицо внезапно резко изменилось. Он закричал: «Это плохо! Я умру!»

Цвет лица графа Лавы также изменился, и он закричал: «Дерьмо, мое время почти истекло!»

Цинь Му был ошеломлен и поспешно встал, чтобы спросить.

Клоны Небесного Герцога и Графа Земли взволнованно ходили взад-вперед, когда Будда Брахма также вздохнул и сказал: «Старшие Братья, я знаю, что вы имеете в виду. Это оружие также попало в мое Царство Будды».

Сердце Цинь Му замерло, и он закричал: «Оружие?»

Клон Небесного Герцога махнул сквозь пустоту и со вздохом сказал: «Посмотри».

Его руки раздвинулись, и то, что происходило в Сюаньду, появилось в небе над землей слова Цинь. Перед Небесным Герцогом, у которого было гигантское тело, бог, обладающий способностью править миром, прорвался через мировой барьер Сюаньду, появляющийся внутри.

Это был Небесный Достопочтенный Юй с небесными дворцами, плывущими за ним в скоплениях, образуя небесные небеса. Небесный Преподобный Ю был как правитель небесных небес.

«Чтобы самое сильное оружие небесных небес появилось в моем Сюаньду, это здесь, чтобы избавиться от меня?» Клон Небесного Герцога вздохнул.

Граф Земли из лавы сказал: «В Юду такое оружие также спустилось».

Глава 882. Бессилие

Лавовый Граф Земли ткнул в землю пальцем, и округу наполнила демоническая аура, после чего земля под их ногами исчезла, обнаруживая картину Юду.

Посмотрев на неё, Цинь Му увидел, что перед истинным телом Графа Земли стоял ещё один «Небесный Преподобный Юй». Его внушительное физическое тело, которое хоть и было меньше Графа Земли, всё же было огромным, соответствуя одной десятой размеров Графа Земли.

«Небесный Преподобный Юй», спустившийся в Сюаньду, обладал такими же габаритами. Впрочем, истинные тела Небесного Герцога и Графа Земли были невообразимо гигантскими, и лишь немногие древние боги могли с ними в этом сравниться.

За спиной «Небесного Преподобного Юя»в Юду тоже возвышались слои райских дворцов, формирующие безграничные райские небеса. Это было поистине великолепное зрелище.

Его божественные сокровища и райские дворцы были созданы из рун Великого Дао едва не всех древних богов. Поэтому не было ничего странного в том, что при его виде сердца и умы Небесного Герцога и Графа Земли были повергнуты в ужас.

Для древних богов не существовало чего-то вроде области совершенствования, они могли совершенствоваться и улучшать свои способности лишь посредством понимания своего собственного Великого Дао, у них были свои ограничения.

К примеру, Граф Земли не мог постичь Великое Дао Небесного Герцога.

У форм жизни после начала, к сравнению, не было таких ограничений. Тем не менее, они и полубоги всё же ужасно уступали древним богам, и даже с системой совершенствования райских дворцов и божественных сокровищ они не мечтали от том, чтобы с ними сравниться.

В конце концов, сколько бы существа после начала не увеличивали свой уровень понимания, они не могли стать сильнее древних богов, рождённых Великим Дао. Великое Дао, достигнутое пониманием, в любом случае уступало истинному.

Тем не менее, Небесный Герцог и Граф Земли знали, что бывают исключения.

В первый год Дракона Ханя, на собрании Яшмового Водоёма, Небесный Преподобный Хао рассказал о восьмой божественной области Небесного

Преподобного Юя. Это была область Райских Небес.

Райские Небеса были ключом, который позволит существам после начала превзойти древних богов!

Райские Небеса состояли из всех систем древних богов, включая в себя тридцать шесть райских дворцов и семьдесят два тронных зала. Как только человек достигал этой области, его способности становились сопоставимыми с мощью Райского Императора!

За всю историю не было никаких рассказов об области Райских Небес. Те, кто правил райскими небесами, не хотели, чтобы кто-то в мире узнал об этой области, древние боги также делали всё возможное, чтобы эта информация оставалась в тайне.

Дело было в том, что эта область была попросту слишком ужасающей!

Небесный Герцог и Граф Земли всегда знали о том, что правители райских небес разыскивают всевозможные техники Императорского Трона, чтобы создать технику Райских Небес. Тем не мене, объединение всех тридцати шести райских дворцов и семидесяти двух тронных залов было невероятно сложной задачей, так что их успехи были не слишком большими.

В каждой эпохе было очень мало сильных практиков Императорского Трона, более того, каждая из техник тридцати шести райских дворцов и семидесяти двух райских тронных залов должна была обладать уникальными качествами. Всё это делало процесс их объединения невероятно сложным.

Несмотря на это, внезапное появление клонов Небесного Преподобного Юя в Сюаньду и Юду сильно их встревожило.

— Что-то здесь не так, не так! — подсчитав, воскликнул Цинь Му. — У этих клонов нету нужного количества райских дворцов! У того, что спустился в Сюаньду, их лишь восемнадцать, а у того, что в Юду — двадцать. Их области Райских Небес неполноценны! Они не непобедимы!

Успокоившись, Граф Земли кивнул:

— Я могу одолеть его! Они не сумели схватить Сына Юду, и не изучили Великое Дао Юду достаточно глубоко.

Клон Небесного Герцога проговорил унылым тоном:

— Мои руны уже почти изучили. В этот раз ко мне пришёл никто другой, как мой неверный сын. Боюсь, что его появление скорее предвещает беду, нежели что-то хорошее. Тем не менее, он ничего мне не сделает пока не закончит изучать моё тело. Он хочет превзойти меня, заменить меня, стать сильнее меня. Пока ему это не удастся, он не будет меня трогать.

Цинь Му успокаивал себя, шагая туда-сюда. Внезапно он посмотрел на Будду Брахму:

— Будда является членом Небесного Союза, думаешь, Небесный Преподобный Юй будет атаковать тебя в области Будды?

Тот покачал головой:

— Хоть он и не решится меня атаковать, из-за того, что я один из старших основателей Небесного Союза, мне определённо придётся отдать свои писания Императорского Трона. Небесный Преподобный Му, райские небеса не будут трогать Графа Земли и Небесного Герцога. Боюсь, сейчас они поднимут руку… на Первобытное Царство…

Резко изменившись в лице, Цинь Му воскликнул:

— Ты имеешь в виду, что в Первобытное Царство сейчас тоже спустится Небесный Преподобный Юй?

Будда Брахма вздохнул:

— Мать Земли, которая находится здесь, мертва, но не исчезла, так что они должны от неё избавиться. Кроме Первобытного Царства есть ещё и Четыре Божества. Восточные, Западные, Южные и Северные Небеса тоже скоро встретятся с «Небесными Преподобными Юями». Вечный Мир находится в Первобытном Царстве, и хоть раньше он был в безопасности, теперь ситуация тревожная. Уничтожить его так же просто, как сдуть пыль с оружия.

Цинь Му почувствовал головокружение и прохрипел:

— Что же мы можем сделать?

Он посмотрел на Небесного Герцога, но тот вздохнул, ничего не ответив.

Цинь Му посмотрел на Графа Земли, но тот молча отвёл взгляд в сторону.

Юноша повернулся к Будде Брахме, который лишь покачал головой в ответ. Багровый Император и Великий Владыка Солнца тоже оказались беспомощны, первый проговорил:

— Мы уже мертвы, так что с нас нет никакого толку. Боюсь, что теперь моей Эпохе Багрового Императора придёт окончательный конец.

Цинь Му был растерян, грустно усевшись на земле.

Сейчас наибольшая опасность грозила не Небесному Герцогу или Графу Земли, а Вечному Миру.

Не закончив изучать все руны Великих Дао Небесного Герцога и Графа Земли райские небеса не поднимут на них руку. В противном случае они потерпели бы огромные потери.

Тем не менее, разобраться с Вечным Миром было для них невероятно простой задачей.

Будучи маленьким, непримечательным уголком Первобытного Царства, у Вечного Мира было не слишком много шансов выжить в этот раз.

— Сын Циня, мы едва в силах защитить самих себя, и не сумеем тебе помочь, — продолжил Лавовый Граф Земли. — В Юду сейчас относительно безопасно. Небесный Преподобный Ю уже в пути в Вечный Мир, чтобы забрать оттуда Небесного Преподобного Юя. Вместе с Небесным Преподобным Ю мы сможем гарантировать его безопасность. Не оставайся в Вечном Мире, там слишком опасно. Иди в Юду, там мы решим, что делать дальше.

Мысли Цинь Му опустели.

Небесный Герцог добавил:

— Ты также можешь отправиться в Сюаньду. Мой неверный сын пока что не будет поднимать на меня руку. Не пробуй попасть в Область Будды, тебя там до сих пор ищут.

Сердце Цинь Му замерло. Внезапно в нём появилась надежда:

— Небесный Император, остался ещё древний Небесный Император! Он один из лидеров Небесного Союза! Кроме него есть Небесная Преподобная Юэ, Богиня Небесной Инь и оставшиеся люди Императора-Основателя! Они смогут помочь Вечному Миру! У нас осталась надежда!

— Ты Сын Юду, нельзя позволить райским небесам тебя схватить, — продолжил Лавовый Граф Земли. — Если ты окажешься в их руках, исход будет таким же, как если бы мы отдали Великое Дао Юду им в руки. Возвращайся в Юду. Ты был рождён там, ты один из нас, тебе не место в Вечном Мире. Твой дом — Юду!

— Я хочу вернуться в Вечный Мир! — стиснув зубы, прокричал Цинь Му. — Я хочу вернуться в Вечный Мир!

Лавовый Граф Земли нахмурился:

— В таком случае, возвращайся туда и собери своих друзей и родных. Я прикажу Небесному Преподобному Ю вас забрать.

Цинь Му не ответил.

***

Цинь Фэнцин продолжал бежать вперёд. Спустя два дня вдали перед ним показалась земля Первобытного Царства.

Внезапно Цинь Фэнцин дрогнул. Подняв голову к небу, он громко прокричал:

— Здесь есть кто-то, больше даже меня. Сколько у меня уйдёт времени, чтобы сожрать что-то подобное?

В небе гигантский Небесный Преподобный Юй пробился сквозь мировой барьер Первобытного Царства, спускаясь на землю. Даже с окраин Первобытного Царства можно было заметить его огромный силуэт.

У его затылка сверкали слои кругов света, вращающиеся вокруг своей оси. Он двигался по направлению к Великим Руинам.

Ужасающие волны толчков мгновенно пронеслись по тысячам километров Первобытного Царства. Все люди в этом безграничном пространстве почувствовал присутствие ужасающей ауры, им казалось будто на их сердца надавил бог, сияющий ослепительными лучами.

Даже могущественные практики, сумевшие уничтожить бога в своём сердце, переполнились неодолимым чувством беспомощности, ощутив его присутствие.

В этот миг каждый в Первобытном Царстве ощутил и увидел самое сильное оружие райских небес.

Оружие, способное испугать сами небеса, спустилось к ним в этот день.

Небесного Преподобного Юя сопровождало бесчисленное количество военных кораблей. Когда его тело пробило мировой барьер Первобытного Царства, они начали кружиться вокруг него, спускаясь на землю с одинаковой скоростью.

На их бортах находилась армия богов и дьяволов райских небес.

Небесный Преподобный Юй пришёл сюда не для того, чтобы разбираться с оставшимися жителями Багрового Света, Императора-Основателя и Высшего Императора. Его задачей было убийство правительницы Первобытного Царства, Матери Земли.

Устранение выживших жителей всех прежних эпох было задачей армии богов и дьяволов райских небес, спустившейся вместе с ним к нижней границе.

— Я не смогу его одолеть, — пробормотал Цинь Фэнцин. В следующий миг он спустил цилиня и Янь’эр со своего плеча и прокричал. — Плохой младший брат, мы пришли. Здесь какой-то великан, и мне определённо не под силу с ним разобраться. Береги себя!

Его физическое тело начало резко уменьшаться в размерах, быстро принимая облик Цинь Му.

— Небесный Преподобный Му, найди своих друзей и родных как можно скорее. Небесный Преподобный Ю придёт и заберёт вас в Юду! — прозвенел голос лавового Графа Земли.

Цинь Му промолчал. Достав ивовый лист, он налепил его на своё межбровье и улыбнулся, поворачиваясь к Янь’эр:

— Сестра Янь’эр, моя одежда порвалась, ты не могла бы привести её в порядок?

Янь’эр до сих пор пребывала в шоке от вида огромного Небесного Преподобного Юя, но, услышав слова Цинь Му, поспешно превратилась в толстую девочку и начала приводить его одежду в порядок:

— Молодой Мастер, человек, спустившийся с небес, сильно напоминает нашего толстяка.

Цинь Му кивнул:

— Это подделка, но она невероятно сильна.

Внезапно в его уме прозвенел голос Графа Земли:

— Не думай рисковать, уничтожение Вечного Мира неизбежно! Возвращайся в Юду. В конце концов, ты Сын Юду!

Цинь Му заметил, что его одежда доставляла Янь’эр много хлопот, и засмеялся:

— Давай я сам всё сделаю. Сестра Янь’эр, если ты будешь нести меня с жирдяем на своей максимальной скорости, когда мы окажемся в персиковом лесу?

Облегчённо вздохнув, девушка приняла свою истинную форму:

— За день!

Забравшись ей на спину, Цинь Му тихо проговорил:

— В таком случае, сначала мы посетим персиковый лес! Жирдяй, поднимайся!

Цилинь поспешно забрался на спину драконьего воробья, и тот расправил крылья, поднимаясь в небо. Несмотря на то, что его скорость не была такой высокой, как у Цинь Фэнцина, она всё же была огромной, значительно превосходя цилиня!

На второй день Янь’эр преодолела Границу Куньлунь и приземлилась снаружи Академии Секты Дао.

Заметив божественную птицу, спустившуюся с небес, Мастер Дао Линь Сюань поспешно вышел наружу и тут же увидел, как с её спины сползает Цинь Му. Не обратив на него никакого внимания, тот тут же бросился в сторону персикового леса.

— Небесная Преподобная Юэ! — Цинь Му забежал в лес, громко крича. — Твой старый друг Небесный Преподобный Му требует твоего появления!

Мастер Дао Линь Сюань шокировано наблюдал как Цинь Му продолжает идти вглубь леса, но в итоге лишь ходит вдоль его внешнего круга.

— Что случилось с Владыкой Культа Цинем? — спросил Лин Сюань у цилиня.

Тот огляделся по сторонам и ответил:

— Конец Вечного Мира близко. Владыка Культа хочет обратиться за помощью к хозяйке персикового леса, так что он решил раскрыть её личность. Если она до сих пор помнит старые связи, то ответит на его зов.

Недоумевая, Мастер Дао тут же спросил:

— Конец Вечного Мира как-то связан с тем, что с неба спустился Лань Юйтянь? Этот бог сильно напоминает спутника Владыки Культа, но тот слегка пухлее.

В этот миг несколько даосов подошли к ним, громко сообщая:

— Мастер Дао, Секта Чистого Небосвода послала нам нескольких людей, пожалуйста, идите сюда!

У Мастера Дао не оставалось времени, чтобы узнать больше, и он поспешно

вернулся в академию, чтобы встретить гостей из секты Чистого Небосвода.

Его тут же удивил тот факт, что к ним лично спустился Мастер Секты Чистого Небосвода. Как только Линь Сюань собрался поздороваться, тот поднял руку:

— Младший брат Линь, я пришёл по приказу Предка Дао, чтобы попросить тебя мгновенно перевести твоих последователей на территорию Секты Чистого Небосвода и держаться подальше от проблем! Вечный Мир не спасти!

Глаза Мастера Дао Линь Сюаня широко открылись, он потерял дар речи. Внезапно, его покинули все силы, и он опёрся на колонну, спрашивая хриплым голосом:

— Это были слова Предка Дао?

— Да! — Мастер Секты Чистого Небосвода тут же ушёл, торжественно говоря. — Я должен сообщить другим Сектам Дао различных небес и передать им указания Предка Дао! Младший брат Линь, Предок Дао сильно тебя ценит, он приказал мне сообщить тебя первым. Не разочаруй его!

Затем он ушёл.

Мастер Дао Линь Сюань недоумевал, он пришёл в себя лишь спустя некоторое время. Выбежав из Академии, он увидел, что Цинь Му до сих пор блуждает по лесу, ему навстречу так никто и не вышел.

После наступления ночи персиковый лес засиял тусклым светом. Женщина с фонарём в руках вышла наружу и проговорила:

— Молодой Мастер Цинь, Богиня говорит, что ничего не может поделать с происходящим. Она не сможет помочь, так что, пожалуйста, возвращайтесь. Она также добавила, что тебе стоит быть мудрым и вести себя максимально осторожно, тебе не стоит слишком вмешиваться в дела мира смертных. Если Молодой Мастер здесь не для того, чтобы просить о помощи, ты можешь войти в лес, когда захочешь. Там нет войны и опасности.

Цинь Му был ошеломлён.

Женщина с фонарём посмотрела на Янь’эр:

— Сестра, богиня хочет, чтобы ты вернулась во дворец.

Янь’эр покраснела от волнения. Она посмотрела на Цинь Му, цилиня и женщину с фонарём, колеблясь.

Женщина продолжила:

— Богиня говорит, что здесь твоя жизнь в опасности. Особенно учитывая тот факт, что ты следуешь за Владыкой Культа.

Колеблясь, Янь’эр внезапно проговорила:

— Жирдяй, уговори Владыку Культа пойти в персиковый лес со мной, Богиня обеспечит вашу безопасность.

Цилинь посмотрел на Цинь Му, отвечая:

— Владыка Культа уже принял решение, никто не сможет его переубедить. Янь’эр, иди без нас.

Девушка в панике ответила:

— Ты не пойдёшь со мной?

Цилинь рассмеялся в ответ:

— Владыка Культа нуждается во мне. Когда я почти умер от голода, это он меня накормил. Я не могу покинуть его теперь, когда он в беде. Сейчас Владыка Культа более беспомощен, чем когда-либо, так что я не оставлю его. Хоть я трус и обжора, я не боюсь смерти. Сестра Янь’эр, береги себя!

Глава 883. Жертвы ради Великих Стремлений

Перед Янь’эр возникла сложная дилемма. Женщина с фонарём подгоняла её, и девушка последовала за ней вглубь леса, оборачиваясь после каждых нескольких шагов, прежде чем исчезнуть вдали.

Цилинь подошёл к Цинь Му:

— Владыка Культа, куда мы пойдём теперь?

Цинь Му задумчиво опустил голову. Спустя некоторое время он ответил:

— Для начала нужно посетить город Пограничный Дракон.

Тело Цилиня задрожало, принимая свой истинный облик.

Мастер Дао Линь Сюань подошёл к ним, проговорив:

— Владыка Культа Цинь, Предок Дао хочет, чтобы моя Секта Дао скрылась на Небесах Чистого Небосвода.

Цинь Му молча кивнул.

— Владыка Культа не собирается ничего сказать? — не удержался Линь Сюань.

Цинь Му запрыгнул на лоб цилиня. Смотря вниз, он ответил:

— Возможно, если зелёные холмы уцелеют, в будущем у нас останется шанс разжечь огонь снова. Мастер Дао Линь, береги себя!

Линь Сюань спросил напоследок:

— Владыка Культа Цинь, ты не собираешься искать себе убежища?

Цинь Му улыбнулся. Линь Сюань почувствовал, что улыбка этого подлеца была абсолютно чистой.

— Революция Эпохи Багрового Света доказала, что смертные могут быть такими же выдающимися, как боги. Революция Эпохи Высшего Императора боролась за право людей на жизнь. Она создала идеал того, что жизни людей столь же ценны, как жизни богов, и что они больше небес. Реформы Эпохи Императора-Основателя были продолжением достижений Высшего Императора. Она ставила жизнь людей наравне с жизнью богов и стремилась к тому, чтобы боги и дьяволы действовали на благо смертных, и что их величие должно быть заперто в клетке.

Он продолжал:

— Реформа Вечного Мира продолжила реформу Императора-Основателя. Она стремится вернуть Дао обычным людям. Дао можно считать истинным только в случае, если его можно использовать в повседневной жизни людей. Революции и реформы трёх эпох не могут закончиться на Эпохе Вечного Мира, мы не можем позволить райским небесам так просто украсть их плоды. За период существования Багрового Императора, Высшего Императора, Императора-Основателя и Вечного Мира погибло слишком много героев. Они поднесли свои жизни в качестве жертвоприношения ради революции, Эти праведные люд отдали свои жизни, чтобы следующие поколения могли жить лучше. Если реформа Вечного Мира тоже требует жертвы…

Он стиснул губы. Несмотря на то, что его голос был мягким, в нём чувствовалась мощь и вдохновение:

— В таком случае нам придётся начать с трёх героев реформы Вечного Мира! Будучи Владыкой Небесного Святого Культа, одним из них, я готов. Мастер Дао Линь, отправляйся на Небеса Чистого Небосвода. Жирдяй, пошли.

Извергая клубы огня из-под ног, цилинь длинными шагами помчался в сторону Города Пограничный Дракон.

Мастер Дао Линь Сюань провожал его взглядом, погрузившись в мысли:

— Ради идеи… Владыка Культа, когда-то я считал тебя одним из отбросов из Великих Руин и дьявольским Владыкой Небесного Дьявольского Культа, не воспринимая тебя как человека из Вечного Мира. Тем не менее, тогда я представить не мог, что в период неминуемого конца ты будешь самым решительным из людей. В то же время я, человек, рождённый на территории Вечного Мира, поведу свою Секту Дао отсюда…

Не жалея своих сил, цилинь всю дорогу двигался на полной скорости.

Раньше он лишь постепенно увеличивал свою скорость взамен на духовные пилюли, в надежде что Цинь Му, заметив его прогресс, угостит его добавкой. Теперь же, он не думал о подобных мелочах.

Он бежал на протяжении двух дней, но границы Великих Руин всё не показывались на горизонте. Впрочем, выносливость цилиня значительно возросла, и он не чувствовал усталости даже после столь длительного пути. Внезапно из-за спины к ним подлетел зелёный воробей, с лёгким взмахом крыльев приземляясь на голову жирдяя. Он засмеялся:

— Я вернулась!

Цинь Му и цилинь обрадовались и воспряли духом:

— Сестра Янь’эр, почему ты вернулась?

— У богини достаточно служанок, она не будет по мне скучать, — птичка говорила невероятно звонко и быстро. — Кроме того, она не любит, когда я о ней забочусь, и всегда жалеется, что из-за моего ухода она растолстеет. В этот раз я и сама растолстела, что даже больше её разозлило. Вы, по крайней мере, не боитесь потолстеть.

Цинь Му покачал головой:

— Следовать за нами опасно. Сестра Янь’эр, ты должна возвращаться. Когда начнётся катастрофа, персиковый лес будет самым безопасным местом во всём Первобытном Царстве.

Янь’эр рассмеялась:

— Когда наступит катастрофа, я вернусь. Я просто за вас волнуюсь, и без моего ухода с вами определённо случится что-то плохое. Вы лишь маленькие птенцы. К тому же, жирдяй, ты слишком медленный!

Девушка приняла свою истинную форму, превращаясь в толстого драконьего воробья, и рассмеялась:

— Забирайтесь ко мне на спину, я двигаюсь быстрее!

Таща Цинь Му и цилиня на спине, она двинулась вперёд. Менее чем за день они добрались до окрестностей города Пограничный Дракон. Цинь Му спустился на землю и осмотрел местность. Когда печать Первобытного Царства разрушилась, здешняя географии значительно изменилась, и он знал лишь приблизительное положение города, и не имел карты, ведущей к нему.

— Там… Храм Небесного Короля! — глаза Цинь Му загорелись, он взволнованно уставился на полуразрушенный храм. — Он находится недалеко от Горда Пограничный Дракон. Если мы до него доберёмся, то сможем быстро найти город! Жирдяй, ты ещё помнишь, как тащил на спине статую небесного короля, которая сражалась с драконьим королём? Это случилось в этом храме!

Цилинь Фыркнул. Он отлично помнил о произошедшем.

В этот миг перед ними пронеслась группа белых скелетов с флагами, на которых были написаны слова «тишина» и «вызов», мчащаяся в сторону Храма Небесного Короля. Издали донеслись их голоса:

— Небесный Король Подавления Моря, приказ Императора-Основателя. Скоро начнётся великий хаос. Небесный Король Подавления Моря должен собрать солдат четырёх морей, покинуть Великие Руины и отправиться в Фэнду, чтобы на время укрыться от оружия райских небес! После призыва войск Небесный Король Подавления Моря должен доложить Цин Хуану и вернуться под его руководством.

— Генерал принял приказ! — прозвенел голос Небесного Короля Подавления Моря.

Группа белых скелетов покинула храм и потащил свои знамёна дальше.

Цинь Му недоумевал, когда снова услышал голос Небесного Короля Подавления Драконов:

— Принесите мой клинок! Приведите сюда моего коня!

Услышав последнюю фразу, цилинь неконтролируемо задрожал.

Подойдя поближе, Цинь Му увидел, как статуя выходит из храма. Она молниеносно изменилась в виде, превращаясь из камня в плоть и кровь.

Небесный Король Подавления Моря был полностью одет, в одной руке он держал Клинок Полумесяца Зелёного Дракона. Он запрыгнул на спину каменного коня, стоящего у врат храма, и тот тут же ожил. Драконья чешуя на его теле обрела зелёный цвет, копыта разделились, превращаясь в драконьи когти, хвост также изменился в виде. Из его рта торчали огромные клыки, а рёв напоминал раскат грома.

Поздоровавшись с ним, Цинь Му проговорил:

— Небесный Король Подавления Моря, я Цинь Му, сто седьмой потомок Императора-Основателя. Мы уже встречались раньше. Можно поинтересоваться, какой приказ Император-Основатель отдал в этот раз?

Небесный Король Подавления Моря натянул поводья своего коня, и посмотрел на юношу, рассмеявшись:

— Я помню этого цилиня, когда-то я ехал верхом на нём, чтобы убить восставшего дракона на Восточном Море. Император-Основатель отдал приказ из Деревни Беззаботной. Он приказал богам под руководством Цин Хуана из восточного Дворца Чистого Неба покинуть Великие Руины и отступить, чтобы сохранить свои силы. Так как ты потомок Императора-Основателя, ты должен понимать всю опасность ситуации. Можешь отправиться в Фэнду, чтобы укрыться. Вперёд!

Подняв свой клинок над головой, он двинулся вперёд.

Цинь Му нахмурился, чувствуя тревогу в своём сердце.

Император-Основатель приказал отвести все войска, чтобы спасти их. Это значило, что Дровосек, Небесный Наставник Боевых Искусство, Ди Июэ, Тянь Шу, остальные Небесные Наставники и Небесные короли тоже получат такой приказ.

Всё это время Вечный Мир выживал благодаря защите выживших людей Эпохи Императора-Основателя. Теперь, когда Император-Основатель отдал им приказ, четыре Небесных Наставника, Небесные Короли и остальные силы Фэнду уйдут, и не будут помогать Вечному Миру!

Собравшись с мыслями, Цинь Му проговорил хриплым голосом:

— Нужно двигаться в город Пограничный Дракон.

По пути Цинь Му увидел, что каменные статуи в многих деревнях и городах проснулись и превратились из камня в плоть и кровь. Боги Эпохи Императора-Основателя собирались в армии и покидали земли, которые охраняли до этого.

Жители Великих Руин стояли у врат, наблюдая как их защитники уходят. Их глаза были наполнены беспомощностью.

Цинь Му последовал за огромной армией в город Пограничный Дракон. Армия пересекла мост Между Жизнью и Смертью, входя в Фэнду.

На окраинах Пограничного Дракона воцарилась абсолютная тишина. В городе было множество храмов и каменных статуй, и теперь все они ожили и молча уходили в Фэнду.

— Владыка Культа Цинь! — в городе было множество последователей Небесного Святого Культа, которые быстро заметили приход Цинь Му. Небесный Король Ши повёл нескольких мастеров Чертогов ему навстречу, растерянно спрашивая:

— Владыка Культа, что происходит?

Махнув рукой, Цинь Му улыбнулся:

— Я здесь, так что не стоит паниковать. — сказав это, он ступил на мост Между Жизнью и Смертью и вошёл в Фэнду.

Зал Короля Циня.

Лицо Корля Ямы было скрыто под тёмным плащом, он проговорил:

— Сын Циня, можешь не говорить. Я знаю, почему ты пришёл. В любом случае, мы — люди Императора-Основателя, а не Вечного Мира. Императора-Основатель отдал свой приказ, и как его подданные, мы должны его исполнить!

На лбу Цинь Му выступили вены, он крепко сжал кулаки:

— А как же жизни людей, бесчисленные жизни в Вечном Мире? Ты контролируешь самую сильную армию Эпохи Императора-Основателя, и собираешься просто наблюдать как все они гибнут? Речь идёт о миллионах жизней. Их предками были люди Высшего Императора!

В голосе Короля Ямы не было никаких эмоций:

— Император-Основатель — мой крёстный отец. У него есть план. Он оставил своих богов и дьяволов под моё руководство, я за них отвечаю. Четыре Великих Небесных Наставника и Небесных Короля тоже получили свои приказы и уже покинули Вечный Мир. Сын Циня, Цинь Му, в конце концов, ты потомок Императора-Основателя. Останься в Фэнду, здесь мы можем отступить в Юду или отбиваться.

Цинь Му был глубоко разочарован. Поднявшись, он холодно рассмеялся:

— Я Сын Циня, но также я Император Людей. В зале Императоров Людей было тридцать семь поколений, начиная с Первого Предка. Все они отчаянно сражались за жизни людей Вечного Мира. Когда один падал, следующий продолжал сражаться, никто из нас не отступал. Не могу прервать наследие Зала Императоров Людей! Прощай!

Он вышел из Зала Короля Циня.

Снаружи, тысячи богов и дьяволов молча ему поклонились, неподвижно стоя.

— Владыка Звезды Семи Убийств Вэй Ляо отдаёт дань своего уважения благодетелю!

Генерал, возглавляющий богов, торжественно проговорил:

— Вэй Ляо мёртв, так что больше не является подданым Императора-

Основателя. Я хочу пойти за благодетелем на войну!

Цинь Му ошеломлённо на них посмотрел, прежде чем улыбнуться:

— Владыка Звезды Вэй Ляо, ваши душ могут быть разрушены…

Вэй Ляо рассмеялся в ответ:

— Мы уже один раз погибли за Императора-Основателя, что страшного в том, чтобы умереть ещё раз за благодетеля? Братья, вам страшно?

Тысячи богов громко рассмеялись:

— Мы не боялись двадцать тысяч назад, так разве можно бояться после смерти? В таком случае мы перестали быть героями-призраками!

Сложив руки вместе, Цинь Му низко поклонился:

— Благодарю вас от имени всего народа Вечного Мира! Пожалуйста, помогите людям Великих Руин перебраться в города Вечного Мира, чтобы укрыться!

Он собирался уходить, когда увидел перед собой группу стариков, старух, а также молодых красавиц, с шумом двигающихся в его сторону.

Их возглавлял молодой Патриарх. Пнув цилиня, он проговорил:

— Мы, в конце концов, тоже не являемся подданными Императора-Основателя. Умереть ради Вечного Мира — наша обязанность!

Цинь Му был ошеломлён. Все эти старики и старухи были прежними Владыками Небесного Святого Культа. Они проговорили:

— Мы — Небесный Святой Культ, а не Небесный Дьявольский. К тому же, здесь от нас нет никакой пользы. Нужно чем-то заняться!

Цинь Му молча сложил руки и поклонился старым поколениями Владык Культа и молодому Патриарху, не поднимаясь довольно долгое время.

Молодой патриарх помог ему встать и улыбнулся:

— Это не твоя проблема, а наша общая. Мы не можем позволить тебе разбираться во всём самостоятельно. Идём, мы, старые демоны и дьяволы, прятались здесь слишком долго, пришло время выйти наружу.

Цинь Му поднялся и вышел вместе с Янь’эр и цилинем.

Он подошёл к мосту Между Жизнью и Смертью, увидев небольшую лодку, парящую над рекой Беспомощности. Лодочник снял свою бамбуковую шляпу и улыбнулся:

— Император Людей Цинь, я тебя подвезу.

Цинь Му забрался в крохотную лодку. Даос Лин Цзин поплыл против течения и отправился в Царство Живых Мертвецов. Добравшись туда, он превратился в белый скелет и расслабленно проговорил:

— Цены на жильё в Фэнду растут с каждым днём, я не смогу позволить себе дом у берегов реки Беспомощности. Император Людей Цинь, ситуация снаружи крайне тревожна.

Юноша какое-то время молчал:

— Даос Лин Цзинь, ты уже мёртв, тебе не нужно думать о таких вещах.

Тот улыбнулся:

— Я всю свою жизнь боролся с твоим учителем Императором Людей Су. Он отрубил мне палец, и я глубоко его ненавижу. Тем не менее, когда он использовал Печать Императора Людей, я всё же отправился на помощь вместе с Патриархом Небесного Дьявольского Культа. Раса Людей, как и все другие расы Вечного Мира… все они были спасены Императором Людей. Теперь я плаваю на лодке и доставляю сюда людей, в этом нет особого смысла. Если я продолжу работать ещё несколько десятков тысяч лет, то, возможно, смогу позволить себе небольшой дом на берегу реки Беспомощности. Вместо этого я могу поучаствовать в ещё одной битве. Патриарх решил так и поступить, и я тоже.

Цинь Му ответил хриплым голосом:

— Даос Лин Цзин, ты и Патриарх собираетесь умереть за Вечный Мир, но его жители никогда не узнают, что героем, защитившим их, был ты.

Лодка проплывала мимо гор из белых костей. Улыбнувшись, даос проговорил:

— Тем не менее, я буду знать, что я герой. Я хочу следовать своему сердцу, делать что-то важное. Мы прибыли к берегу. Когда ты вернёшься в следующий раз, возможно, этой лодкой будет управлять кто-то другой.

Цинь Му спрыгнул на землю и поклонился. Маленькая лодка уплыла вдаль, исчезая среди тумана и костей.

Глава 884. Единственный Шанс

После того, как Цинь Му покинул Фэнду, Янь’эр превратилась в драконьего воробья и понесла их в сторону Мира Небесной Инь.

Во дворце Небесной Инь, Богиня Небесной Инь и разрушенная душа Небесного Императора из чёрного песка молчали. К последнему тут же подошла Янь Цилинь.

Цинь Му тихо ждал, пока тот заговорит.

Спустя некоторое время разбитая душа Небесного Императора проговорила:

— Небесный Преподобный Му, ты знаешь чьим оружием является Небесный Преподобный Юй? Если так, то тебе стоит держаться в стороне, и чем дальше, тем лучше.

Цинь Му шокировано дрогнул, догадываясь, о ком идёт речь.

— Да, это мой неверный сын, — разбитая душа Небесного Императора засмеялась. — Именно тот, кого ты одолел на Собрании Яшмового Водоёма, и кого ты тяжело ранил на глазах у его матери и остальных героев, — это Небесный Преподобный Хао. Его сила и высокомерие достигли невероятных вершин, в результате чего райские небеса ему подчинились.

Затем он покачал головой:

— Ты должен отсюда уходить. Силы моего сына достигли области Райских Небес. Хоть она и неполноценна, её можно считать самым сильным, что когда-либо существовало в истории. Даже Император-Основатель ему не ровня. Лишь половина области Райских Небес может разобраться с несколькими практиками Императорского Трона. Более того, у него есть Небесный Преподобный Юй.

Цинь Му рассмеялся:

— Ваше Величество, тебе нужна моя помощь, чтобы восстановить свою душу. Ты не можешь позволить мне умереть.

Разрушенная душа Небесного Императора из чёрного песка посмотрела на него, прежде чем продолжить:

— Самое сильное оружие было отправлено не только в Первобытное Царство, но и в Сюаньду, Юду и к четырём божествам. Это план не одного Небесного Преподобного Хао, а всех руководителей Небесного Союза. Единственное, что

может тебя успокоить — это то, что мишенью божественного оружия является Мать Земли, а не Вечный Мир. Хоть я и один из основателей союза, я не пошёл против их решения и согласился с отправкой оружия в мир смертных.

Цинь Му удивлённо приподнял брови.

— Я не могу тебе помочь, — разрушенная душа Небесного Императора вздохнула. — Наш союз закончен.

Цинь Му с сожалением проговорил:

— Я могу помочь тебе отстроить свою душу и вернуться к жизни.

Небесный Император покачал головой и неоднозначно улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му, ты так и не понял. Нет шанса на победу! Совсем нет шанса! Я вмешаюсь, если помогу тебе. Может быть, от меня остался лишь один осколок души, но всё же это один осколок души. Если я тебе помогу, то моей души вовсе не станет!

Цинь Му молча стоял. Спустя долгое время он искренне рассмеялся:

— Шутка! Все эти древние боги лишь шутка! И я лишь шутка. Мне не стоит полагать свои надежды на всех них!

Разрушенная душа Небесного Императора тихо на него смотрела.

Янь Цилин холодно вздохнула:

— Небесный Преподобный Му, почему ты смеешься?

— Я смеюсь над тем, насколько наивны эти древние боги! — Цинь Му понемногу выходил из себя. Хлопнув в ладони, он продолжил смеяться. — Я смеюсь с того, что и сам был наивен!

Небесный Император до сих пор не сводил с него глаз.

Янь Цилин мягко спросила:

— Почему ты так говоришь?

— Самое сильное божественное оружие райских небес спустилось не ради уничтожения Вечного Мира. Последнее является лишь побочным эффектом. Настоящей целью райских небес являются древние боги, — Цинь Му смеялся, его глаза широко открылись. — Когда райские небеса захотели разобраться с Графом Земли, у того затряслись коленки и закрылся рот. Когда они решили убить Небесного Герцога, тот струсил и сдался. Когда они пришли в Первобытное Царство за Матерью Земли, Император Основатель, герои и шуты оказались бессильными. Когда пришло время четырёх божеств, им пришлось лишь ждать своей смерти. Теперь они собрались уничтожить силы древних богов, и то, что раньше было императором древних богов, сейчас вынуждено прятаться, напоминая муравья, зарывшегося под землю и рассказывающего о победах и поражениях. Это смешно, что я пришёл к тебе.

Янь Цилин резко изменилась в лице:

— Как ты смеешь! Какой муравей? Как ты посмел говорить такое перед его Величеством?

Разрушенная душа Небесного Императора протянула руку, останавливая Янь Цилин и улыбаясь:

— Пусть продолжает.

— Лишь благодаря силе Небесного Герцога и Графа Земли мне удалось вернуть Богиню Небесной Инь к жизни. Если они погибнут, я ничего не смогу поделать. Когда райские небеса отправились убивать Мать Земли, вы, древние боги, ничего не предприняли. Когда они поднимут руку на четырёх божеств, я не думаю, что вы будете что-то предпринимать. После этого райские небеса убьют Небесного Герцога и Графа Земли, и древние боги окончательно вымрут. Эпоха древних богов закончится навеки! И всё это случится по вине бездействия Вашего Величества!

Янь Цилин впала в ярость, громко крича:

— Что за бред! Как ты смеешь разговаривать с Его Величеством подобным образом? Я тебя убью! Мой учитель, древний Небесный Император, является самым сильным императором в истории. Даже если его убьют, или украдут его силу, он не пойдёт у тебя на поводке!

Разрушенная душа Небесного Императора рассмеялась:

— Цилин, хватит. Не говори больше.

Поклонившись, Янь Цилин сделал шаг назад:

— Твоя ученица не может слушать его оскорбления, поэтому, я решила за тебя заступиться. Что за бред о рассказах муравья! Он заслуживает смерти!

Небесный Император не знал, смеяться ему, или плакать. Он ответил:

— Небесный Преподобный Му, в твоих словах и вправду есть смысл. Тем не менее, учитывая сложившуюся ситуацию, если мы попытаемся что-то сделать, то лишь приблизим свою смерть. Что ты предлагаешь предпринять?

— Ваше Величество, нужно бросить Вечному Миру спасательный круг, — торжественно проговорил юноша. — Если его разрушат, то погибнет всё, включая древних богов, старые эпохи, и даже Императора-Основателя! Единственное, о чём я прошу, это чтобы ты использовал все свои силы для его защиты!

Душа Небесного Императора страдальчески вздохнула:

— Это слишком сложно, я не вижу ни малейшей надежды.

Цинь Му не хотел сдаваться, продолжая:

— Я могу использовать силу Небесного Герцога, чтобы воссоединить твои две души!

Твоё предложение звучит слишком заманчиво. Если бы обстоятельства были другими, я без раздумий бы согласился. Ты просто не понимаешь, что если я восстановлю все свои божественные души, то буду не таким, как сейчас.

— Это из-за твоего тела? — внезапно спросил Цинь Му.

Душа Небесного Императора ошеломлённо дрогнула, он холодно спросил:

— Что ты уже разузнал?

Цинь Му достал персиковую заколку и проговорил:

— Я знаю, что тело Вашего Величества застряло в божественном искусстве Небесной Преподобной Лин.

— Заколка Небесной Преподобной Лин! — разрушенная душа тут же протянула руку к заколке.

Цинь Му расслабил руку, позволяя ему взять заколку.

Схватив её, разрушенная душа Небесного Императора внезапно успокоилась.

Он внимательно рассмотрел заколку, и внезапно та разрушилась. Впрочем, спустя несколько мгновений она вернулась к своему первоначальному состоянию.

— Это и вправду персиковая заколка Небесной Преподобной Лин. Похоже, она всё-таки тебя нашла.

Разрушенная душа Небесного Императора отдала заколку, улыбаясь:

— Я тронут. Я поистине тронут. Тем не менее, у меня нет причин отправляться в мир смертных. Небесного Преподобного Хао достаточно, чтобы во всём разобраться.

Шагая туда-сюда, он вздохнул:

— У моего неверного сына есть власть над всеми слоями общества. Мои силы близки к его, тем не менее, если кто-то разузнает, что когда-то я был Небесным Императором, они объединят усилия и убьют меня. Мне незачем отправляться в мир смертных.

Глаза Цинь Му загорелись:

— Если Небесный Преподобный Хао не сможет разобраться с Первобытным Царством, у Вашего Величества появится причина посетить мир смертных?

Небесный Император был поражён.

Цинь Му продолжил:

— Посмотрим, если у тебя появится желание.

— Ты демон! Небесный Преподобный Му, ты настоящий демон!

Разрушенная душа Небесного Императора нервно шагала по округе, когда внезапно остановилась:

— У меня есть желание. Мне нечего терять. Бедная Мать Земли — это единственная причина, по которой я отправился бы в мир смертных. Лишь таким образом у нас появится луч надежды!

Янь Цилин понимала, что он собрался делать. Она была повергнута в ужас, но молчала.

— Цилин!

Девушка поклонилась:

— Да, учитель.

Чёрный песок душ, окруживший душу Небесного Императора, засвистел, извергая сияющее круглое зеркало в руки Янь Цилин.

Девушка тихо его спрятала.

Богиня Небесной Инь, стоящая неподалёку, молчала. Она была простым человеком, и не понимала о чём говорят Небесный Император и Цинь Му. Тем не менее, увидев зеркало, она всё поняла.

Она стала ещё более удручённой.

Душа Небесного Императора проговорила:

— Небесный Преподобный Му, я планирую дать тебе своего самого сильного генерала. Что скажешь?

Цинь Му поклонился:

— Жертва Вашего Величества обязательно будет возмещена.

Небесный Император покачал головой, смеясь:

— Конечно же, я рассчитываю на благодарность. Ты исполнишь своё заклятие, чтобы восстановить мои души. После этого можешь отправляться с Цилин к новой Матери Земли.

Цинь Му собирался согласиться, когда услышал кашель Богини Небесной Инь. Он понял, что она пыталась сказать, но проигнорировал её, продолжая исполнять заклятие.

Когда он открыл Врата Небесной Воли, чтобы использовать силу Небесного Герцога, Граф Земли и Небесный Герцог тут же это ощутили и повернули свои взгляды в его сторону.

Цинь Му встал на колени перед двумя древними богами.

Из-за вражды с Небесным Императором они оба собирались заблокировать свою силу. Тем не менее, увидев, как Цинь Му кланяется им, разбивая голову до крови, они решили уступить, и покинули Врата Небесной Воли, позволяя ему использовать их силы.

Поднявшись, он продолжил исполнять заклятие.

Восстановление души Небесного Императора было сложной задачей. Тем не менее, несмотря на полное истощение, он решил закончить работу.

Когда вторая душа Небесного Императора восстановилась, Цинь Му упал на алтарь, теряя сознание.

Душа земли Небесного Императора начала сгущаться, превращаясь во внушительный на вид силуэт. Затем он посмотрел на алтарь и засмеялся:

— Возможно, если бы от тебя была ещё какая-то польза, я бы заставил тебя найти моё тело. Теперь я от тебя избавлюсь. Небесный Преподобный Му, оставлять тебя в живых опасно…

— Ваше Величество! — Богиня Небесной Инь шагнула вперёд, поклонившись. — Ваше Величество человек слова. Ты не можешь не выполнить своего обещания.

Вторая душа Небесного Императора посмотрела на неё, размышляя. Спустя некоторое время он вздохнул:

— Небесная Инь, ты всегда любила чужаков. Так как он однажды спас твою жизнь, тебя не в чём винить. Тем не менее, ты слишком простодушна. В этом мире много зла, и много вещей, которых ты не понимаешь. Не переживай, он будет жить.

Он легко взмахнул пальцем, и в Цинь Му вошёл поток энергии, восстанавливая его силы.

— Цилин, отправляйся вместе с Небесным Преподобным Му, — сказав это, вторая душа Небесного Императора вылетела из Мира Небесной Инь, добавив.

— Небесный Преподобный Му, теперь всё в твоих руках. Я буду на райских небесах, ждать шанса спуститься в мир смертных. Прежде чем это произойдёт, ты должен защищать Вечный Мир. Если у тебя выйдет, у нас появится надежда!

Цинь Му встал на ноги, повернувшись к Янь Цилин:

— Благодарю.

Девушка покачала головой:

— Я не пыталась тебе помочь. Я просто не хочу, чтобы ты умер до того, как я одолею тебя и заставлю просить пощады. Идём, я отведу тебя к новой Матери Земли.

Цинь Му повернулся, благодаря Богиню Небесной Инь:

— Богиня, тебе не стоит заступаться за меня перед Небесным Императором. Он больше тебе не доверяет.

Богиня Небесной Инь была совершенно сбита с толку и внезапно расплакалась:

— Ты и вправду решил убить Мать Земли? Она такая же, как и я, она одинокий человек.

Цинь Му попрощался:

— Тем не менее, она является пешкой Небесного Императора. Богиня, береги себя!

Развернувшись, он ушёл вместе с Янь Цилин.

Покинув Мир Небесной Инь, они полетели на драконьем воробье, указывая ей направление. Спустя некоторое время Янь Цилин проговорила:

— На самом деле новая Мать Земли является женой моего учителя.

Цинь Му был поражён, но решил промолчать.

— Я даже не могу думать о том, чтобы совершить подобное, тем не менее, у меня нет выбора, — девушка ошарашенно уставилась в пустоту, прежде чем рассмеяться. — Я была уверена в своих способностях и смотрела свысока на молодых воинов райских небес. Я чувствовала, что спустившись в мир смертных мне с лёгкостью удастся одолеть Первобытное Царство и помочь учителю его объединить. Это было до того, как я встретила тебя, и ты преподал мне урок. Иногда я чувствую себя благословленной. Пережив так много, я осознала…

Цинь Му протянул руку, ткнув пальцем в её затылок.

Благословление Небесного Императора за головой Янь Цилин тут же погасло.

Глава 885. Равнина

Сердце Янь Цилинь тут же успокоилось. Забыв о благословлении Небесного Императора, она поделилась своими искренними чувствами.

Несмотря на то, что вторая душа спешила на райские небеса, чтобы воссоединиться со своими остальными душами, и не наблюдала за девушкой, ей всё же стоило быть осторожной. Если бы Небесный Император узнал, что Янь Цилин думает на самом деле, у неё бы возникли проблемы.

Цинь Му забрал палец от её затылка. Раньше ему пришлось потратить много сил, чтобы избавить Небесного Преподобного Юя от благословлений древних богов. Он пригласил многих экспертов в столицу Вечного Мира и наконец добился в этом успеха, поэтому был в силах решить разобраться с благословлением Небесного Императора.

Более того, в Павильоне Хранителя он нашёл руны Великого Дао Небесного Императора, обретя более глубокое понимание его благословления.

Он не разрушил благословление Небесного Императора на затылке Янь Цилин, а вместо этого испортил его.

Он сделал это таким же образом, как Небесный Наставник Дровосек разрушил его благословление Матери Земли в столице Вечного Мира.

— Спасибо, — улыбнулась Янь Цилин. —Иногда ты очень добр, а иногда отвратителен.

Цинь Му улыбнулся, воспринимая её слова как комплимент.

Янь Цилин продолжила:

— Я осознала, что у моего учителя нет сердца. Мои с ним отношения не имеют для него никакого значения. Именно поэтому я заступилась за тебя в мире Небесной иНь. Помогая тебе, я помогаю себе.

После недолгой паузы Цинь Му ответил:

— В таком случае, жена твоего учителя…

Янь Цилинь дрогнула, ненадолго замолчав:

— Её временное убежище прямо перед нами.

Янь’эр сложила крылья и приземлилась. Спустившись с её спины, Янь Цилин проговорила:

— Небесный Преподобный Му, ты хочешь пойти со мной?

Цинь Му на мгновение заколебался, прежде чем кивнуть и покинуть цилиня и Янь’эр.

Так как это был единственный шанс Вечного Мира, он должен был её помочь, чтобы избежать неудачи.

Они подошли к новой резиденции Матери Земли, которая, по всей видимости, была построена совсем недавно. Округу охраняли бесчисленные боги, служившие Матери Земли.

Разрушение печати Первобытного Царства имело серьёзные последствия.

Настоящая мать Земли не осмеливалась показываться. Она сильно пострадала, и от неё осталась лишь душа земли. В то время как её физическое тело и Первобытное Тело оказалось в руках Небесного Союза и были использованы для создания новой Матери Земли.

Так как Мать Земли потеряла тело, её власть над полубогами была не такой твёрдой, как у её замены. Несмотря на то, что у неё осталось несколько верных подданных, когда речь шла о масштабе, она не была ровней новой Матери Земли.

Когда полубоги заметили Янь Цилин и Цинь Му, на их лицах возникли удивлённые выражения, тем не менее, они молчали.

Добравшись к убежищу Матери Земли. Янь Цилин встала перед ней на колени, проговорив:

— Жена учителя.

Несмотря на то, что новая Мать Земли выглядела также. Как и старая, ей не хватало той властной агрессивности. Вместо этого она была довольно вежливой:

— Поднимись, быстро. Почему ты так официально со мной здороваешься? Может, у твоего учителя и есть подобные требования, но у меня нет, — она удивилась, увидев Цинь Му. — Небесный Преподобный Му? Почему вы вместе? В последний раз я слышала, что он тебя одолел и ты хочешь отомстить,

Поклонившись, Цинь Му проговорил:

— Цинь Му приветствует Мать Земли.

Новая Мать Земли засмеялась:

— Ты Небесный Преподобный Му, так что не стоит церемониться. Ты пошил моего мужа в дураки, отдав его благословление кабану. В тот раз он впал в ярость и долго тебя проклинал, — она не могла сдержать свой смех. Осознав, что Янь Цилин до сих пор стоит на коленях, она проговорила. — Яньци, быстро поднимись. Небесный Преподобный Му здесь, увидев это, он подумает, что я плохо к тебе отношусь.

Янь Цилин опустила голову, держа зеркало Небесного Императора обоими руками:

— Учитель вернулся на райские небеса. Это подарок от него.

— Он вернулся?

Новая Мать Земли взяла зеркало:

— Небесный Преподобный Му помог ему восстановить свои души? Кажется, они сноова поладили. Это хорошо…

Её взгляд упал на зеркало, она не могла от него оторваться.

Янь Цилин упала на землю, заливаясь слезами:

— Учитель хотел, чтобы я дала тебе это зеркало. Я знала о последствиях, но всё равно его послушала. Жена учителя, пожалуйста, казни меня…

Новая Мать Земли подняла взгляд, её в её глазах виднелась растерянность, а лицо побледнело.

— Это не твоя вина, Яньци. Это не твоя вина…

Она нежно погладила Янь Цилин по голове, её руки постепенно превращались в зелёный дым:

— Это не твоя вина. У тебя не было выбора.

Затем она повернулась к Цинь Му и улыбнулась:

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, позаботься о ней.

Её тело превратилось в зелёный дым и исчезло внутри зеркала.

В следующий миг зеркало упало на землю и покатилось в сторону, останавливаясь у ног Цинь Му.

Цинь Му поднял зеркало. Внутри него виднелось пышное Первобытное Зеркало.

Первобытное Дерево было основным телом новой Матери Земли и физическим телом старой.

В последние годы Эпохи Высшего Императора Небесный Союз избавился от матери Земли и притащил Первобытное Дерево на райские небеса. Небесный Император использовал его чтобы создать новое живое существо, которое и стало новой Матерью Земли.

Так как Небесный Император её создал, он мог её и убить.

Теперь, когда новая Мать Земли была уничтожена, первобытное Дерево вернулось на своё место.

— Не волнуйся, — пробормотал Цинь Му. — Не волнуйся. Я ничего не могу обещать тебе, но могу гарантировать, что сделаю для неё всё возможное.

Янь Цилин до сих пор рыдала на земле, Цинь Му попытался её поднять:

— Мне нужно заняться делами. Ты не хочешь ко мне присоединиться?

Янь Цилин не спешила подниматься, поэтому Цинь Му вышел наружу. Он спешил, поэтому не мог терять времени.

Цинь Му покинул резиденцию и забрался на спину Янь’эр. Когда он уже был готов улетать, Янь Цилин внезапно вышла наружу, успокоившись:

— Я пойду с тобой.

Цинь Му кивнул:

— Мне нужно найти равнину, где можно будет исполнить заклятие и призвать Мать Земли.

— Я знаю куда нам идти, — от грусти Янь Цилин не осталось и следа. — Это равнина, где встречаются райские реки. Идём!

Вскоре они добрались к равнине. Вокруг виднелся лишь густой лес.

Янь’эр спустилась на землю, и Цинь Му приказал всем отойти:

— Чем дальше, тем лучше.

Они послушались, оставляя его наедине.

Достав зеркало, Цинь Му положил его на землю. Затем он вынул Меч

Беззаботный и замахнувшись, вонзил его в зеркало.

Дзинь!

Меч пронзил зеркало, отчего на поверхности стекла тут же появились бесчисленные трещины.

Цинь Му поспешно отпрыгнул в сторону, в то время как зеркало разлетелось на мелкие кусочки. В том месте, где оно только что лежало, воздух завибрировал, и из-под земли пробилось Первобытное Дерево. Становясь всё выше и выше, оно начало раскалывать землю вокруг.

Высота Первобытного Дерева достигла трёх километров, но его рост не останавливался. Ствол гигантского дерева становился всё толще и толще, вокруг него сверкали огонь и молнии. Картина была поистине ужасающей.

Цинь Му мчался прочь с мечом в руках, избегая опасности.

Внезапно за его спиной появились Врата Небесной Воли, а из его рта раздался странный язык Юду, призывающий к себе фрагменты души Первобытного Дерева.

Чёрный песок закружился, устремляясь к Первобытному Дереву, формируя душу Матери Земли.

Казалось, будто Первобытное Дерево кипит. Земля вокруг дрожала, а горы покачивались из стороны в сторону. Округа то поднималась, то опускалась, будто под ней ползали бесчисленные драконы.

Вскоре из-под земли поднялись огромные чёрные горные хребты. Они были корнями Матери Земли!

Её корни напоминали возвышающиеся горные вершины. Издали их движение напоминало танец драконов, создавая устрашающее, удивительное зрелище!

Цинь Му привлёк внимание последней оставшейся души Матери Земли. Почувствовав положение Первобытного Дерева, она тут же двинулась в его сторону.

Клон Небесного преподобного Юя в центре Первобытного Царства тоже ощутил изменения и двинулся в сторону равнины.

Его сопровождали бесчисленные корабли райских небес, заполненные солдатами и генералами, над бортами которых развевались флаги. Звук их

барабанов был оглушительным, накрывая всё вокруг, будто потоп!

— Мать Земли, если ты хочешь вернуться к своему прежнему состоянию, то сначала должна заплатить!

Цинь Му кружился вокруг Первобытного Дерева, которое до сих пор продолжало расти и почти касалось неба своей кроной.

Приняв свою трехглавую шестирукую форму, он начал исполнять заклятие быстрее, крича:

— Я могу тебя воскресить, но перед этим ты должна помочь мне разобраться с Небесным Преподобным Юем!

Под землёй корни дерева наконец воссоединились со стволом, отчего Первобытное Дерево стало даже выше и больше. Его крона накрыла бесчисленные километры, и казалось, будто здешняя равнина не сумеет его уместить.

Из-под земли донёсся голос Матери Земли, в котором чувствовалась бесконечная радость. Округа начала дрожать, будто неподалёку пробежало стадо бегемотов:

— Небесный Преподобный Му, ты наконец пришёл выполнить своё обещание!

— Что за Небесный Преподобный Юй? Небесный Преподобный Юй всегда с тобой. Тот, о ком ты говоришь, всего лишь оружие райских небес. Откуда у него смелость меня атаковать?

— Мои дети, пришло время вам показаться!

Бум! Бум! Бум!

Вокруг Первобытного Дерева из-под земли вырвались гигантские гробы императоров. Перед ними появились ряды каменных зверей. Скинув свою каменную кожу, они превратились в цилиней, львов, верблюдов, лошадей, белых слонов и полубогов Сечжи.

Эти полубоги были важными служителями райских небес во времена Императора-Основателя, и обладали огромной силой. Один за другим, они схватили по гробу и открыли их печати.

Восемь гробов императоров открылись. И по округе пронеслась воля императоров и запах гнили.

На Северных Небесах Высшего Императора было четырнадцать императоров, и все они были потомками Матери Земли!

Все эти небесные императоры были на Императорском Тронном Царстве. Пятеро были убиты во время битвы с Небесными Небесами Высшего Императора и их трупы уничтожены. Еще один был взят на корабль-призрак Фэн Цуюнем и пропал без вести.

Эпоха Высшего Императора была периодом хаоса, тем не менее, она родила сильных практиков.

В то время, у Северных и Южных Небес Высшего Императора были сои райские небеса и свой император.

В битве между ними бесчисленные практики сражались за свои расы, превращая своих врагов в сильных воинов, или в мясо для жертвоприношений!

Северные Небеса Высшего Императора были более жестокими. Сын Бога Багрового Света увёл своих людей в укрытие парящего мира, и не осмеливался чего-то предпринимать в период Высшего Императора и сталкиваться с его жителями, так как отлично знал о их повадках.

В этот момент трупы оставшихся восьми Высших Императора проснулись, превращаясь в трупных демонов. Они поднялись в небо в ожидании встречи с самым сильным оружием райских небес — Небесным Преподобным Юем!

В небе развевалось бесчисленное количество флагов. Множественные боги райских небес дули в свои боевые рога, сделанные из рогов гигантских монстров. Они спускались с кораблей, громко ревя.

Боги на бортах кораблей стучали в свои барабаны, изготовленные из кожи драконов. Их шум оглушал и заставлял небо и землю дрожать.

Небесный Преподобный Юй приближался, на его фоне корабли казались крохотными червями. Тем не менее, на самом деле они были лучшими творениями божественных мастеров. Каждый из них был поистине огромным, достигая десяти километров в долине.

Тем не менее, в сравнении с ним они были крохотными.

Подобным образом, восемь трупных демонов тоже выглядели незначительными.

Глава 886. Непобедимый Великий Чародей

— Несмотря на то, что все восемь Высших Императоров были потомками Матери Земли, они принадлежали к разным расам. Один из них родился, когда Мать Земли столкнулась с импульсом Древнего Дракона в землях Первобытного Царства. У него была голова дракона и тело человека, а звали его Высший Император Лунси.

Другая родилась, когда Мать Земли почувствовала воздух. У неё была голова феникса и тело женщины с парой крыльев. Её звали Высшим Императором Фэнъю.

Третий родился после того, как Мать Земли увидела Райскую Реку. У него было Тело человека и черепаший панцирь. Его звали Высшим Императором Хэло.

Четвёртый был рождён после того, как Мать Земли увидела самую высокую гору Первобытного Царства, гору Сумеру. Его тело было твёрдым, как камень, а звали его Высшим Императором Цзямо.

Пятый родился, когда Мать Земли увидела Юду. У него была голова быка с тремя глазами и тело человека. Его почитали Высшим Императором Ебо.

Шестая появилась на свет, когда Мать Земли увидела Сюаньду. Её тело было белым, как снег, а в глазах не было зрачков, и они сияли ярким светом. Её удостоили звания Высшей Императрицы Сюаньнюй.

Высший Император Юаньцзюнь родился, когда Мать Земли увидела руины Заката. Его тело имело чёрный цвет и было покрыто спиральными отметинами.

Лишь старшая дочь Матери Земли, Высшая Императрица Мэйин была рождена из Плода Дао Земного Эона.

Помимо упомянутых Высших Императоров и того, которого схватила Фэн Цююнь, остальные погибли, а их души рассеялись. Ходили слухи, что некоторые из них были превращены в божественные сокровища.

Несмотря на то, что у них была одна мать, из-за того, что они родились вследствие столкновения Матери Земли с различными явлениями, они не были похожи друг на друга. Тем не менее, все они были сильными и обладали мощными божественными искусствами.

Их божественны искусства были связаны с Матерью Земли и явлениями, с которыми она сталкивалась. У них не было никакого отношения к Небесному

Герцогу или Графу Земли.

Эпоха Высшего Императора была периодом хаоса, поэтому все эти Высшие Императоры совершенствовали до своих пределов. Когда они двинулись в сторону Небесного Преподобного Юя, за их спинами появились разрушенные, но огромные Райские Дворцы!

Искажая пространство своим огромным телом, Небесная Императрица Сюаньнюй дотянулась до небес и сорвала с них луну, солнце и звёзды. Вырвав ядро солнца своей грубой силой, она превратила его в солдата, бросившегося в сторону Небесного Преподобного Юя.

Несмотря на то, что звёзды были настоящими, в её руках они выглядели как игрушки. Они до сих пор продолжали гореть, излучая магнетизм и звёздный свет.

Высший Император Хэло схватил кусок райской реки, превращая его в оружие. Гигантская река напоминала кнут или огромного дракона.

Когда Верховный Император Ебо взмахнул руками, плоть полубогов вокруг него взорвалась. Высосав их кровь, он мгновенно увеличил свою боевую силу.

Его рога засияли красным цветом, напоминая два потока жёлтых источников, спустившихся с неба. В местах, где его копыта ступали на землю, образовывались моря.

Высший Император Цзямо напоминал Будду, сидящего в центре мира, его сильная аура Дхармы потопала округу. Он соединял в себе сострадание и ярость, напоминая разозлившегося Великого Будду.

Высшая Императрица Фэнъю взмахнула своими крыльями, превращаясь в луч света длиной в тысячи километров. Это было самое острое лезвие Высшего Императора и могло разрубить что угодно. Даже сильные практики были не в силах столкнуться с ним лоб в лоб.

Высший Император Лунси славился своими способностями превращения. Его тело резко увеличилось в размерах, почти не уступая габаритам Небесного Преподобного Юя. За его спиной появилось небо, в котором сверкали бесчисленные зелёные молнии. Используя разряды вместо мечей, он призвал Напасть Апокалиптической Молнии. Море молний скопилось в его ладони, формируя острейший меч.

Над головой Высшего Императора Юаньцзюня возник огромный вихрь, поглощающий всё вокруг. В эпоху Высшего Императора он мог разрушать с его помощью божественные искусства своих врагов.

Высшая Императрица Мэйин напоминала Мать Земли, обладающую силой земли Первобытного царства. Её родословная была самой чистой, как и владение божественными искусствами магнетизма.

Восемь Высших Императоров одновременно исполнили свои божественные искусства, отчего небо упало, а земля раскололась, создавая поистине ужасающую картину.

Небесный Преподобный Юй засмеялся:

— Муравьи.

Его тело разразилось божественными лучами магнетизма, а ладонь обрушилась на Высшую Императрицу Мэйин. Несмотря на то, что она была практиком области Императорского Трона с невообразимой физической силой, ей не удалось совладать с силой удара. Ошеломлённая, она упала с неба, её кости рассыпались.

В тот миг, когда она попыталась встать, в небе появилась огромная нога, раздавив её своим весом.

Вторая ладонь Небесного Преподобного Юя поразила Высшего Императора Ебо божественным искусством Юду, используя против него его же навыки.

Рога Высшего Императора Ебо тут же треснули, а моря под его ногами вскипели. Небесный Преподобный Юй тут же полетел к земле, его тело едва не разрушилось от полученного удара.

— Не думал, что руны Графа Земли тебя спасут.

Небесный Преподобный Юй искренне рассмеялся, не бросаясь в погоню за Высшим Императором Ебо. Тем не менее, он развернулся, и его волосы начали трепетать на ветру, прежде чем тысячи волосков пронзили тело Высшего Императора Ебо, не встречая на своём пути никакого сопротивления.

Высший Император был ошеломлён, его тело разделилось на тысячи ровных кусочков мяса.

— С этого дня Императорский Трон больше не является высшей областью!

Волосы Небесного преподобного Юя вернулись обратно, и его ладонь ударила

Высшего Императора Лунси, разрушая его Напасть Апокалиптической Молнии, которая, по слухам, могла пронзить что угодно. Голова Лунси отлетела прочь, его глаза выстрелили разрядами молний во все стороны.

Глаза Небесного Преподобного Юя засияли, выстреливая два луча света в божественное искусство Высшего Императора Юаньцзюня, бездну Руин Заката. Беспрепятственно пройдя сквозь неё, они пронзили голову Юаньцзюня!

Райская река засвистела в воздухе, обвиваясь вокруг Небесного Преподобного Юя, начиная высасывать его кровь и сдерживая его движения.

Внезапно кнут из реки треснул, ударив по рукам Высшего Императора Хэло и превращая их в кровавое месиво.

Схватив райскую реку, Небесный Преподобный Юй ударил потоком воды в Высшего Императора Хэло, изуродовав его тело и едва не оторвав мышцы от костей.

Самым острый клинок Высшей Императрицы Фэнъю сумел повредить кожу Небесного Преподобного Юя, но так и не проткнул её. Божественное искусство магнетизма и боевое построение звёзд Небесной Императрицы Сюаньнюй оказались бессильными.

Небесный Преподобный Юй заходился от смеха, понимая, что он был в нескольких шагах от победы над восемью Высшими Императорами.

Он протянул руку, чтобы схватить Первобытное Дерево, которое до сих пор продолжало расти. Трение его ладони о воздух породило небесный огонь.

Цинь ум продолжал кружиться вокруг Первобытного Дерева, выполняя заклятие для восстановления души Матери земли.

Тем не менее, он не мог ускользнуть от руки Небесного Преподобного Юя.

В этот момент силы Небесного Герцога и Графа Земли внезапно усилились, посылая через Врата Небесной Воли мощный импульс и в сотни раз увеличивая способности юноши!

Этот поток, влившийся в Цинь Му, превратился в энергию для восстановления души Матери земли, которая быстро наполняла Первобытное Дерево.

Цинь Му подумал: «Небесный Герцог, Граф Земли, вы больше не можете спокойно сидеть?»

Ладонь Небесного Преподобного Юя почти достигла его, и вот-вот должна была схватить его вместе с Первобытным Деревом:

— Цинь Му, один из трёх героев реформы Вечного Мира. Легенда гласит, что ты являешься непобедимым великим чародеем, способным воскрешать людей из мёртвых. Великий Чародей Цинь Му, наконец мы встретились!

Внезапно Первобытное Дерево поднялось и-под земли, вдоль его листьев засияли бесчисленные лучи света. Сильным порывом Небесного Преподобного Юя отбросило назад.

— Наконец…

Бесчисленные корни поднялись из-под земли вместе с Первобытным Деревом. Мать Под ними показалась Мать Земли, смеясь:

— Наконец я вижу дневной свет! Сегодня ты вернёшь мне то, что забрал!

Первобытное Дерево напоминало гигантского осьминога, летящего по небу, пробиваясь сквозь мировой барьер первобытного Царства. Под управлением Матери Земли оно полетело в сторону горизонта.

Цинь Му попал в ловушку, и полетел вместе с деревом.

Скорость, с которой летела Мать Земли, была слишком высокой для него. Он оказался под огромным давлением, его кожа начала разрываться.

— Мать Земли, на что ещё ты способна?

В небе над Первобытным Царством появилось лицо Небесного Преподобного Юя. Несмотря на то, что на него обрушился удар воскресшей Матери Земли, он не был ранен, и смеялся:

— Тебя воскресили лишь для того. Чтобы ты снова умерла. Но в этот раз, ты умрёшь навсегда.

Его тело резко уменьшилось в размерах. Но даже достиг своего предела, его рост всё равно превышал тридцать метров.

Мать Земли быстро сделала то же самое.

Сталкиваясь с ким-то слабым, огромное тело помогало повергнуть противника в ужас. Тем не менее, сталкиваясь с кем-то своего уровня, огромное тело могло выявить слабые места.

Несмотря на то, что Мать Земли уменьшилась в размерах её рост и дальше

превышал триста метров. Это ставило её в невыгодное положение.

Размеры Первобытного Дерева тоже начали уменьшаться, его бесчисленные корни сжимались, превращаясь в огромный запутанный клубок.

Сжимаясь, ствол дерева начал ломать кости Цинь Му. Внезапно, тот почувствовал поток энергии, которую ему передавал Цинь Фэнцин.

Цинь Му вдоль ствола, приближаясь к кроне. Там он наткнулся на сияющее гнездо феникса. Посреди хаоса вокруг, оно было самым безопасным местом.

Юноша тут же в нём спрятался.

— Мать Земли, ты не сможешь победить Небесного Преподобного Хао. Я дам тебе лишь один шанс, — сознание Бессмертного Бога Цинь Му покинуло гнездо и подобралось к уху Матери Земли. — Я уже с ним сражался, мне известны его слабые места.

В этот момент Мать земли схватила Первобытное Дерево, сталкиваясь с Небесным Преподобным Юем. В следующий миг освободилась апокалиптическая сила, способная разрушить весь мир.

Мать Земли фыркнула. Она впервые столкнулась с ужасающей силой практика области Райских Небес.

Это был сильный практик, способный задействовать тысячи Великих Дао. Несмотря на то, что его райские небеса не были совершенны, и он не успел построить тридцать два райских дворца и семьдесят два тронных зала, его магическая сила ей не уступала.

Даже более пугающим было обилие божественных искусств и Великих Дао Небесного Преподобного Юя. Древние боги не могли мечтать о достижении подобного уровня.

Мать Земли и Небесный Преподобный Юй столкнулись снова. Божественное искусство первой разрушилось, она была ранена.

Атаки Небесного Преподобного Юя были невероятно жестокими. Даже такое мощное оружие, как Первобытное Дерево не могло его ранить, в то время как Мать Земли продолжала получать новые ранения.

Хоть она и была сильной, райские небеса тщательно изучили руны её Великого Дао. Божественное искусство магнетизма, которое использовал Небесный Преподобный Юй, было намного сильнее её собственного.

Независимо от того, какое движение она использовала, в нём было полно недостатков. У неё не было шанса поразить Небесного Преподобного Юя. Это было ужасающе.

У неё больше не было козырей в рукаве.

Её мозговые волны пульсировали, говоря с Сознанием Бессмертного Бога Цинь Му:

— Где его слабые места?

Когда сознание Бессмертного Бога ответило её мыслям, Мать Земли увидела вспышку света и оказалась на райских небесах Эпохи Дракона Ханя.

Она стояла над Яшмовым Водоёмом, смотря в лицо Небесному Преподобному Хао.

Каким-то образом она снова стала подростком, переполненным злостью и желающим помочь настоящему Преподобному Юю сражаться за справедливость.

Затем она, казалось, превратилась в Небесного Преподобного, потерявшегося в истории — Небесного Преподобного Му.

— Взгляни на моё божественное искусство! — проговорил Цинь Му. — Помни, у тебя будет лишь один шанс!

Небесный Преподобный Юй атаковал ослепительным божественным искусством. Тем не менее, Мать Земли не могла его увидеть, так как её мысли соединились с Бессмертным Сознанием Бога Цинь Му.

С Первобытным Деревом в руках она не исполнила божественного искусства магнетизма, вместо этого использовав дерево как меч.

Её меч проткнул безупречное на первый взгляд божественное искусство Небесного Преподобного Юя и вонзился в его грудь.

На лице Небесного Преподобного Юя появилось выражение шока, плавно переходящее в ужас.

Ветви первобытного дерева начали пульсировать в таинственном ритме, разрастаясь в его, казалось бы, совершенном теле.

Навык меча был исполнен каждой его ветвью и листом, навык, пугавший его на протяжении столетий!

— Небесный Преподобный Му! — он закричал, пытаясь вытащить Первобытное Дерево из своего тела. — С момента нашей последней встречи прошло много времени!

Цинь Му стоял посреди кроны Первобытного Дерева, его одежда трепетала божественным сиянием. Он улыбнулся:

— Да, это было давно.

Глава 887. Писания Гроссмейстера

Мать Земли не оставила ему времени на воспоминания. Она превратила корни Первобытного Дерева в огромный молот, ударяя им по груди ошеломлённого Небесного Преподобного Юя.

Небесный Преподобный Юй резко развернулся, сталкиваясь с барьером Первобытного Царства. Будто камень, прыгающий по воде, его тело несколько раз отбилось от барьера и упало на землю.

От мощных ударов Небесного Преподобного Юя в мировом барьере Первобытного Царства остались дыры.

Эти дыры напоминали ранения Первобытного Царства, для их восстановления понадобится некоторое время.

Мать Земли закричала, ткнув двумя пальцами в небо. Из-под земли показались бесчисленные корни Первобытного Дерева, вонзаясь в раны Небесного Преподобного Юя.

Так как у неё был лишь один шанс, она не могла его упустить. Теперь, кога Небесный Преподобный Юй был тяжело ранен, она должна была его убить.

Если ей это не удастся, то она умрёт!

— Безграничный Магнетизм! — Корни Первобытного Дерева вонзились в раны Небесного Преподобного Юя и вышли через его спину. Вокруг них сияли бесчисленные лучи магнетизма.

В следующий миг они подняли противника в воздух и начали переплетаться друг с другом. Быстро сформировав клубок, они начали напоминать знак бесконечности.

Цинь Му внимательно рассмотрел корни. Руны магнетизма формировали вокруг них бесчисленные ореолы света, постепенно сливаясь с ними воедино.

Мощная сила магнетизма нейтрализовала природу Небесного Преподобного Юя, значительно его ослабив. Ужасающие божественные волны магнетизма разрушали руны Великого Дао в его теле, нанося огромные повреждения его физическому телу и исконному духу.

Предыдущие Небесные Преподобные Юи были подопытными владык райских небес и совершенствовались лишь до области Божественного Моста. Этот же

был совершенно другим, в нём находился исконный дух Небесного Преподобного Хао.

Божественные искусства Матери Земли и Первобытного Дерева были слишком сильными, значительно повреждая его исконный дух.

Божественный свет магнетизма притягивал к себе куски небес, используя их чтобы раздавить тело Небесного Преподобного Юя. Если бы тот был в области Императорского Трона, то давно уже бы умер!

— Небесный Преподобный Му, Мать Земли, вы недооценили силу области Райских Небес!

Величественные райские небеса, райские дворцы и тронные залы появились за спиной Небесного Преподобного Юя, ярко сияя. Разразившись силой, они остановили движение корней Первобытного Дерева и рун Великого Дао. Символ бесконечности, сформированный корнями, растянулся в огромный круг.

Небеса, сдавливающие его тело, отлетели прочь.

Следом за этим руны магнетизма закружились, возвращая ему природу, которую только что отобрала Мать Земли!

Мать Земли издала пронзительный крик, и из клубка корней Первобытного Дерева вырвались бесчисленные гигантские, толстые корни, пронзая райские небеса и разрушая дворцы и тронные залы.

Ствол и крона были лишь десятой частью Первобытного Дерева. Самой сильной стороной Матери Земли были её корни.

Она рванула навстречу Небесному Преподобному Юю, Первобытное Дерево держалось за её спиной.

Сидя в его кроне, Цинь Му выпрыгнул из гнезда феникса, вокруг его тела кружились бесчисленные руны. Превратившись в едва заметный поток света, он подлетел к дырам в мировом барьере Первобытного Царства.

— Небесный Преподобный Му, я ждал тебя миллион лет! — странным тоном проговорил Небесный Преподобный Юй. — Миллион лет назад у тебя было преимущество второго хода, ты использовал против меня миллион лет развития божественных искусств. Именно поэтому я тебе проиграл! Миллион лет спустя у меня есть преимущество первого хода. У меня есть миллион лет знаний, и миллион лет на то, чтобы построить совершенные райские небеса!

Цинь Му оглянулся, увидев, что два божественных существа продолжают сражаться. За спиной Небесного Преподобного Юя, посреди райских небес, стоял безликий мужчина. Он выглядел как владыка одного из тронных залов, напоминая императора небес.

«Небесный Преподобный Хао уже давно находился в области Райских Небес, должно быть, у него удивительные способности, — Цинь Му не прекращал набирать скорость, думая. — Он сильно ранен. Если он решит сражаться до смерти, то может быть, сумеет убить Мать Земли. Тем не менее, он из тех людей, что сильно дорожат своей жизнью. Так было на протяжении столетий, и я не думаю, что сейчас что-то изменилось. Чтобы сохранить своё положение на райских небесах, он не может позволить себе пострадать слишком сильно. В таком случае он покинет бой и вернётся на райские небеса, после чего не станет предпринимать серьёзных действий пока не поправится.

Когда мировой барьер исцелился, Цинь Му исчез в Первобытном Царстве.

Два ужасающих существа продолжали сражаться в небе. Их божественные искусства разрывали всё вокруг на части, повергая мир смертных в ужас своими огромными силуэтами и силой.

Ранения Матери Земли становились всё сильнее, она постепенно ослабевала.

— Небесный Преподобный Му, что мне делать дальше? — её мысли задрожали, когда внезапно она осознала, что Цинь Му уже не было в кроне дерева.

Мать Земли запаниковала. Советы Цинь Му помогали ей избежать поражения. Теперь же после его исчезновения, она начинала терять инициативу и чувствовать страх смерти.

Тем не менее, Небесный Преподобный Юй пребывал в ещё большем ужасе.

Мать Земли уже всё потеряла. Он — нет.

Он занимал высокое положение на райских небесах. Если он потерпит серьёзные ранения, то остальные владыки с радостью воспользуются шансом, чтобы занять его место.

Если он продолжит сражаться, то столкнётся с этой неудобной ситуацией.

Тем не менее, если он не сумеет добить Мать Земли, его репутация тоже пострадает.

В этот день ему на помощь не спустился ни один из владык, ни даже его

последователь, Небесный Преподобный Хо. Возможно, все они были его близкими друзьями всё это время, но на самом деле они лишь ждали шанса. Это тревожило Небесного Преподобного Хао.

В этот момент в небе появилось лицо, принадлежащее другому клону Небесного Преподобного Юя.

Изначальная радость Небесного Преподобного Юя плавно превращалась в удивление. Небесный Преподобный Юй в небе не предлагал помощи, а лишь молча за ним наблюдал.

— Вашему Величеству нужна помощь? — засмеялся он.

Услышав этот голос, Небесный Преподобный Хао понял, кто был перед ним.

***

Первобытное Царство.

Цинь Му спустился на землю, увидев вокруг руины.

Флот кораблей под управлением армии райских небес начал уничтожать силы Первобытного Царства, истребляя народы полубогов, грабя и убивая.

Первобытное Царство было повергнуто в хаос. Повсюду свирепствовали демоны и монстры. В воздухе воцарилась тяжёлая атмосфера, вызванная богами и дьяволами, сражающимися друг с другом среди туч. Время от времени на землю падали головы размером с гору.

Вьюх!

Огромный демон пролетел над головой Цинь Му, пытаясь сбежать, но сотня солдат догнали и добили его.

Не успев уйти далеко, Цинь Му увидел реку крови. Труп демона упал с неба, преграждая ему дорогу.

Боги из райских небес тут же приземлились неподалёку:

— Возьмите труп, он нам ещё пригодится.

Цинь Му спрятался во тьме, наблюдая, как они утаскивают труп, и вышел лишь когда убедился, что его не заметят.

Проходя через погруженную в хаос округу, он увидел, как боги вырывают горы из земли, прежде чем раздавить с их помощью поселений полубогов. Имперские города и бесчисленные расы полубогов превращались в пыль.

Боги райских небес сдирали кожу с рас демонических полубогов и заживо сжигали их божественным огнём.

Он бродил по бескрайнему полю боя, повсюду встречая пожары и разграбления. Армия райских небес вторглась в божественное королевство расы фениксов. Её множественные красивые жители были взяты в рабство в качестве наложниц.

Перед горным хребтом был повешен бог. Эти небеса были полностью разгромлены. Бесчисленные полубоги были ранены и с трудом шевелились.

По всей территории Первобытного Царства пылал огонь войны. Армия райских небес использовала трупы богов и дьяволов для постройки огромного жертвенного алтаря, готовясь к кровавому жертвоприношению.

Небо наполнилось красным туманом. Благодаря кровавому жертвоприношению в Первобытное Царство протянулся нескончаемый поток огромных кораблей с богами и дьяволами на борту, укрепляя силы райских небес.

Количество кораблей и богов в небе постоянно увеличивалось.

— Что там с Небесным Императором? — бормотал себе под нос Цинь Му. — Ты спустился? Я дал тебе шанс… Раса людей, что с ней будет?

Поле битвы расширялось, и вскоре оно достигло бы Вечного Мира.

— Сын Юду? — внезапно бог из райских небес заметил его и достал свиток с портретом. — Человек обыскивает весь мир, но находит там, где совершенно этого не ожидает. Ты — Сын Юду.

Цинь Му был совершенно безразличен к происходящему. Приняв свою трехглавую шестирукую форму, он резко увеличился в размерах. Одна из его голов принадлежала младенцу.

— Где бы я ни был, это место превращается в Юду! — младенец растерянно оглядывался по сторонам. — Но это место намного страшнее Юду!

***

В южное море упала звезда, оставив на небе длинный огненный след и подняв гигантские волны.

На поверхности моря, во дворце выживших людей Багрового Света, бесчисленные боги пытались остановить вторжение армии райских небес. Чи Си

возглавил сопротивление, надеясь выиграть время для отступления своих людей.

Ряды его товарищей постепенно становились всё реже. В конце концов, на Сцене Казни Бога остался лишь он, яростно сражаясь с волнами богов и дьяволов.

— Умрите вместе со мной! — он закричал в последний раз. — Поклоняюсь!

Сцена Казни Бога тут же начала поглощать его Ци и кровь. Божественное сокровище сильного практика Императорского Трона, казалось, проснулось от долгого сна, освобождая свою силу. Оно начало всасывать Ци и кровь бесчисленных богов райских небес, убивая всех, кто подобрался слишком близко к Чи Си.

Силы Чи Си иссякли, его глаза помутнели.

— Сын Бога Багрового Света уже должен был отвести моих людей в безопасное место. Интересно, как там мой ученик, с ним всё в порядке?

Перед смертью он увидел как гроссмейстер, будто кролик, перепрыгивает от убежища к убежищу посреди руин дворца Багрового Света.

Чи Си улыбнулся в последний раз:

— Он и вправду быстро бегает…

Паньгун Цо воспользовался суматохой, чтобы выбраться из дворца Багрового Света. Цинь Му считал его одним из лучших мастеров, когда речь шла об искусствах побега. Сотня богов не могла его схватить, и даже мастера области Яшмового Водоёма и Нефритовой Столицы, которых он встречал по пути, оказывались бессильны.

Небо потускнело, было сложно понять, был ли на улице день, или же ночь. Всё вокруг пылало, напоминая подожжённую картину.

Паньгун Цо выбежал из этой картины, выбираясь на материк. Несмотря на то, что его тело было покрыто ранами, он улыбнулся:

— В мире нет никого, кто мог бы меня убить! Никого! Даже Владыке Культа Циню это не под силу!

Он увидел сцену битвы впереди. Флот Вечного Мира нёс бесчисленных смертных на север, потопая под волнами божественных искусств богов и дьяволов.

— Меня это не касается.

Он собирался обойти опасность и найти убежище. В этот миг его взгляд застыл, не в силах оторваться от силуэта, сражающегося с богами райских небес.

Это был Первый Предок. Он одновременно сражался с более чем десятью генералами, пытаясь выиграть время для того, чтобы корабли унесли смертных в безопасное место.

Пламя битвы освещало лица на кораблях — лица испуганных женщин и детей.

— Это меня не касается. В своей жизни я не сделал ничего хорошего. На протяжении тысяч лет я творил лишь злодеяния.

Паньгун Цо усмехнулся и ушёл. В этот миг тело Первого Предка упало с неба и пролетело более десяти километров, прежде чем остановиться у его ног. Бог области Нефритовой Столицы спустился с неба и вонзил меч в его грудь.

Не раздумывая, Паньгун Цо превратился в облако дыма и унёс Первого Предка Прочь.

— Стой! — Первый Предок прогнал чёрный дым от своего тела. Не смотря на него, он повернулся в сторону практиков райских небес, мчащихся вслед за ними:

— Помоги тем людям бежать!

Не раздумывая, он бросился навстречу преследователям.

Паньгун Цо был поражён. Молча подлетев в воздух, он приземлился на борту одного из кораблей, движущихся на север. За его спиной мелькали силуэты Первого Предка и богов райских небес. Ударные волны их божественных искусств ударяли одна за другой, готовые в любой миг разрушить корабль.

— Это корабль Его Величества. Пожалуйста, спустись.

Посмотрев на отчаявшихся практиков божественных искусств, Паньгун Цо засмеялся:

— Я всю жизнь спасался бегством, и могу гарантировать, что вы выберетесь отсюда живыми!

Корабль приземлился, и люди спустились на землю.

— Ситуация наладится, когда мы придём в Академию Реки Ли.

Паньгун Цо повёл их вперед, успокаивая:

— Когда мы доберёмся до академии Реки Ли, Имперский Наставник Вечного Мира построит телепорт, который перенесёт нас в столицу.

Люди двигались во тьме, не ориентируясь в пространстве. По пути к ним присоединялось всё больше и больше пострадавших.

Паньгун Цо стал их лидером. Солнце и звёзды исчезли с неба, и он был единственным, кто мог показать им путь.

Они шли на протяжении десяти дней. Всё больше людей выбивались из сил и были оставлены позади.

— Однажды у меня был шанс стать Императором Людей, — Паньгун Цо беседовал с практиками божественных искусств. — Это случилось на закате Эпохи Высшего Императора. Я повёл оставшихся выживших людей Высшего Императора и сбежал с ними во тьму. Мне почти удалось стать Первым Предком… — захихикал он.

В этот день Академия Реки ли должна была появиться на горизонте.

Тем не менее, беженцы впали в ужас, заметив корабль райских небес, спускающийся с неба. На его носу стояли боги с каменными выражениями лиц.

— Гроссмейстер! — практики божественных искусств начали звать Паньгун Цо, но тот не отвечал.

Люди впали в отчаяние.

Скрываясь во тьме, Паньгун Цо наблюдал, как боги райских небес спускаются с корабля и шагают в сторону людей, которых он только что защищал.

— Я бежал всю свою жизнь и не потерплю неудачи сегодня. Я убил бесчисленное количество людей и никогда не сделал ничего доброго, — Паньгун Цо задыхался от смеха. — Никто не сможет меня убить, даже Владыка Культа Цинь! Хе-хе, хе-хе…

Его дыхание становилось всё тяжелее, он медленно вышел из тьмы. Шагая навстречу богам с райских небес, он проговорил:

— Я мог стать Императором Первым Предком… Никто не может меня убить! Выходите!

Он набросился на богов с райских небес, смеясь:

— Выходите! Я сбегал всю свою жизнь…

Боги райских небес бросили на него холодные взгляды.

Повернувшись, он приказал практикам божественных искусств Вечного Мира:

— Берите людей и уходите. За той горой Академия Реки Ли! Я сам справлюсь! Практики божественных искусств поспешно ушли, уводя с собой беженцев. Спустя некоторое время, залитый кровью Первый Предок нашёл труп Паньгун Цо посреди опустевшего поля битвы.

Первый Предок закрыл его глаза:

— В прошлом я был лишь дезертиром. Я никогда не думал, что стану Императором Людей.

Он пошёл дальше, вскоре догнав беженцев.

На горизонте показалась Академия Реки Ли.

Глава 888. Сумасшедший в Клетке

— Привет, старые враги!

У истока реки Вздымающейся, группа призраков, состоящая из красивых парней и девушек, плыли по воде, ведя за собой тысячи жителей Великих Руин. Там они встретили другую группу мужчин и женщин, которые также помогали беглецам.

На самом деле, некоторые из призраков симпатичных парней и девушек были стариками. Увидев вторую группу юношей, они засияли от радости, и начали дразнить их, смеясь:

— Проклятые старые призраки из Зала Императоров Людей сегодня выглядят на удивление прилично!

Молодые люди напротив были прежними поколениями Императоров Людей. Ци Кан, И Шань, Второй, Третий Предки и остальные отправились в глубины Великих Руин после появления богов райских небес. Они собирались помочь местным жителям выбраться в Вечный Мир.

Прибыв сюда, они наткнулись на группу призраков старых Владык Небесного Дьявольского Культа. Те тоже помогали жителям Великих руин и вели их в убежище в Вечном Мире.

И Шань был невысоким и толстым. Положив себе руки на пояс, он ухмыльнулся:

— Это мы проклятые старые призраки? Мы все отлично живём, это вы, Небесный Дьявольский Культ, проклятые призраки! Ни у кого из вас нет физических тел, что вы здесь делаете? Оставьте этих людей нам, вам лучше вернуться в Фэнду, чтобы спастись!

Ци Кан холодно рассмеялся:

— Без физических тел вы можете умереть, даже не поняв, как это случилось!

— Тьфу, тьфу! Детские оскорбления нам совсем не обидны! Постучите по дереву!

Все Владыки Небесного Дьявольского Культа рассмеялись:

— Дураки из Зала Императоров Людей, мы, мертвецы, — великодушные люди, и не опустимся до вашего уровня. От вашей вони нас тошнит!

Зал Императоров Людей и Небесный Дьявольский Культ продолжали ругаться, каждая из сторон безжалостно унижала другую.

Раньше они были хозяевами Фэнду и всё время сражались друг с другом. Ещё при жизни они не слишком ладили друг с другом, и лишь когда Император Людей доставал свою печать, Владыки Небесного Дьявольского Культа успокаивались.

Но когда Печать Императора Людей не была использована, они дрались и ссорились друг с другом.

Молодой Патриарх поспешно их прервал, проговорив:

— Мы все здесь для того, чтобы помочь людям Великих Руин, хватит ругаться. По всему Первобытному Царству идут сражения, так что мы должны сконцентрироваться на спасении смертных.

Пятый Предок усмехнулся:

— Вэнь Юань, вы все мёртвые призраки, разве вы сможете спасти так много людей?

Духи Владык Небесного Дьявольского Культа начали смеяться, и каждый из них тут же выполнил свою технику, крича:

— У нас есть техника Переноса Пяти Демонов, построения мгновенного перемещения, техники для перемещения по земле, бега по воде, и даже сдвига гор. Работая вместе, прошлые поколения Владык Культа могут передвинуть миллионы людей, не говоря уже о нескольких десятках тысяч. Вы же, Императоры Людей, глупы, толсты, и мрачны, ваши техники такие же. Разве у вас есть хоть какие-то способности?

Императоры Людей рассмеялись, каждый из них выполнил своё божественное искусство. Один достал листок и подул на него, отчего тот превратился в зелёный корабль длиной в сто метров. Второй задрожал всем телом, превращаясь в длинного дракона, в то время как под ногами третьего появились тучи, на которых могли стоять смертные. Различные божественные искусства повергли всех вокруг в оцепенение.

Владыки Небесного Дьявольского Культа недоверчиво переглянулись.

— Эти глупые толстяки прожили ещё одну жизнь, и их божественные искусства стали даже более сложными.

Они понесли людей Великих Руин вниз по реке. По пути, обе группы продолжали ругаться друг с другом, не замолкая.

Патриарх не мог ничего с этим поделать, и был вынужден оставить их в покое.

Когда в пути они сталкивались с богами и дьяволами райских небес, обе стороны прекращали ссориться. Если враг не превосходил их числом, они атаковали вместе, и Императоры Людей сталкивались с противником лицом к лицу, в то время как Владыки Культа использовали свои грязные приёмы. Если же врагов было больше, то они исполняли божественное искусство мгновенного перемещения и уносили смертных в безопасное место.

Пока что путешествие было вполне безопасным, вот только исконные духи Владык Небесного Дьявольского Культа становились всё слабее и слабее.

— Вы слишком долго пребываете за пределами Фэнду, — предупредил Император Людей Ци Кан. — Патриарх Вэнь Юань, вам нужно возвращаться. Если вы затянете, то ваши души рассеются.

Патриарх покачал головой, но до того, как он успел что-то ответить, Цзу Ян, Юй Лянь, Сы Юаньвэй и остальные Владыки Культа начали громко ругаться, отчего у Императора Людей Ци Кана началось головокружение.

Внезапно на поверхность реки всплыли трупы божественных драконов, богов и дьяволов. Драконий дворец на речном дне был разрушен. Должно быть, великая армия райских небес атаковала его, и все эти боги и дьяволы были солдатами райских небес, погибшими в битве.

На поверхности реки до сих пор пылал божественный огонь, даже вода Вздымающейся не могла его потушить.

На берегах виднелись разрушенные корабли. Солдаты и генералы райских небес, судя по всему, столкнулись с сильными практиками драконьей расы, и понесли потери.

Владыки Небесного Дьявольского Культа тут же вселились в трупы солдат и генералов. Приняв всевозможные облики, они начали танцевать от радости, прежде чем окружить один их кораблей и начать что-то мастерить.

Они были крайне умелыми, и довольно быстро отремонтировали корабль райских небес. Императоры Людей наблюдали за происходящим с ошеломлёнными выражениями.

Владыки Небесного Дьявольского Культа забрались на нос корабля и исполнили свои техники, перенося беженцев на борт.

— Вы все благословлены! — они светились от радости. — Мы — великая армия райских небес, а вы — наши пленники. Мы вас сопровождаем!

Корабль поднялся в воздух и двинулся на восток, флаг райских небес развевался над его кормой. По пути они встречали всё больше и больше кораблей райских небес, появляющихся из пустоты жертвенных алтарей, работающих за счёт бесчисленных жертвоприношений плоти и крови. От увиденного они почувствовали огромный груз на душе.

Однажды они встретили группу беженцев, которых сопровождали практики божественных искусств из Небесной Святой Академии.

Ученики Академии сообщили:

— Мы смогли выжить лишь благодаря духу по имени Лин Цзин.

— Где сейчас Даос Лин Цзин?

Ученики замолчали.

Они подобрали беженцев на борт и продолжили двигаться вперёд. Вскоре они встретили молодого даоса, который вёл истощённых людей из Великих Руин. Этим даосом был Мастер Дао Линь Сюань.

— Вонючие Даосы, они вызывают даже большее отвращение, чем глупые, толстые и мрачные Императоры Людей!

Владыки Небесного Дьявольского Культа с презрением посмотрели на Мастера Секты Дао, тем не менее позволив ему привести своих людей на бот корабля.

— Можете доставить эти х людей в персиковый лес у моей Академии Секты Дао.

Мастер Дао снял с головы окровавленную корону Дао и продолжил. — В том лесу находится Небесная Преподобная Юэ. Несмотря на то, что она не вмешивается в дела мира, персиковый лес вас защитит. Вы также можете отправить их на Небеса Чистого Небосвода. Там располагается ответвление Секты Дао райских небес, это довольно безопасное место. Я уже отправил туда учеников Секты Дао, и сказал им взять с собой людей, живущих у реки Вздымающейся. На Небесах Чистого Небосвода находятся двадцать четыре королевства богов, которые позаботятся о их безопасности.

— Этот даос не так уж и плох, — Владыка Культа Сы Юаньвэй была восхищена и улыбнулась. — То, что ты готов пожертвовать своей жизнью, говорит, что у тебя хорошая совесть, как для Мастера Секты Дао. Ты пришёл один?

— Нас было двое, — ответил Мастер Дао Линь Сюань. — Со мной был Даос Ча.

— Где он?

Линь Сюань стиснул губы:

— Он остался, чтобы разрушить дорогу, и сказал, что догонит нас, когда справится. Он также добавил, что если он не придёт через два часа, то нам не стоит его ждать.

— Когда это случилось?

— Шесть дней назад, — Мастер Дао одел корону Дао обратно и безучастно продолжил. — Вероятно, он пошёл по другому пути и не нашёл нас, поэтому я не стал его ждать. Он также уже мог достичь персикового леса, он невероятно быстро бегает.

Никто больше не задавал вопросов.

Они продолжали двигаться вперёд, количество людей на борту корабля постепенно увеличивалось до тех пор, пока тот не был забит до предела. Несмотря на то, что корабль райских небес был огромным, он не мог вместить больше беженцев.

Внезапно корабль начал замедляться. Подойдя к носу, Император Людей Ци Кан спросил:

— Что произошло?

Дрожащей рукой, Владыка Культа Янь Цзи указал вперёд. В небе перед ними повисло несколько десятков кораблей длиной в несколько километров, на их борту находились тысячи богов райских небес.

Один из богов полетел к ним, крича издали:

— Кому вы служите?

Все на корабле растерялись, не зная, что отвечать.

Подлетев ближе, бог прокричал снова:

— Кто ваш генерал?

— Что дам делать? — прохрипел Император Людей И Шань. — Будем сражаться?

В этот миг из кораблей донёсся звук рога, и бог в золотой броне громко проревел:

— Мы нашли следы Сына Юду! Белое Божество приказало нам его подавить! Идём за мной!

Бог, летящий в их сторону, на мгновение заколебался, прежде чем поспешно вернуться на свой корабль. Огромные судна пронзили воздух, исчезая одно за другим.

Все на борту обливались холодным потом.

— Кто такой Сын Юду? Белому Божеству пришлось мобилизовать такую огромную армию, чтобы его убить? — недоумевал Второй Предок.

— Это Владыка Культа Цинь, — ответил Мастер Дао Линь Сюань. — Когда я был на Верховных Небесах Императора, то слушал, как люди называют его Сыном Юду.

Владыки Небесного Святого Культа рассмеялись:

— Чего и стоило ожидать от нынешнего Владыки Небесного Святого Культа, его репутация поистине впечатляет!

Старые Императоры людей тоже разразились смехом:

— К чему здесь Небесный Дьявольский Культ? Он определённо является Императором Людей этого поколения!

Они снова начали ссориться, и Мастер Дао поспешил:

— Персиковый лес недалеко отсюда, давайте для начала доберёмся туда.

Он пробормотал себе под нос:

— Может быть, Даос Ча уже ждёт меня там.

Старики были слегка озадачены. Казалось, что с душевным состоянием Мастера Дао было что-то не так.

Патриарх подошёл поближе. Протянув руку, он снял корону Мастера Дао. Из его волос торчал сломанный меч, проникший глубоко в мозг.

Корона Дао снова была покрыта кровью.

Патриарх остановил остальных Владык Культа, надев корону обратно на голову Мастера Дао:

— Не пытайтесь его вытащить. Если это сделать, он умрёт, но если оставить, то у него останется шанс выжить, если мы найдём кого-то владеющего искусством исцеления.

Корабль продолжил двигаться в сторону персикового леса. Тысячи километров персикового цвета на горизонте ещё издали бросились всем в глаза. Прибыв в пустующую Академию Секты Дао, Линь Сюань отправился на поиски Даоса Ча, но так его и не нашёл.

Люди Великих Руин спустились с корабля и скрылись в персиковом лесу.

Небо над ними было невероятно тусклым. Внезапно из персикового леса донёсся луч света. Беженцы двинулись в его сторону, исчезая среди деревьев.

— Безликий Король Вечного Мира отлично владеет искусством исцеления, я отведу его к нему! — потащив Линь Сюаня на своей спине, проговорил Император Людей Ци Кан. — Берегите себя!

Все поклонились в ответ:

— Будь осторожен!

Ци Кан бежал с молниеносной скоростью, спустя шесть дней достигнув реки Вздымающейся. По прибытию он ступил на речные волны, продолжая путь по воде. В небе над ним проносилось множество огромных кораблей, и внезапно несколько их них резко остановились.

Император Людей поспешно спрятался в тени, наблюдая, как с кораблей спускаются бесчисленные цепи, к которым была подвешена огромная клетка.

— Меня зовут Вэй Суйфэн, Вэй Суйфэн!

Внутри клетки было заперто внушительное тело бога, пронзённое бесчисленными цепями, которые сковывали даже его божественные сокровища, исконный дух и райские дворцы!

— Молчи! — мощная божественная аура донеслась с одного из кораблей и прогремел оглушительный голос. — Вэй Сюйфэн, ты уже встречался с Небесной Преподобной Лин, и даже владеешь её заколкой. Ты так долго контактировал с той заколкой и изучал её божественное искусство, что твоё тело и исконный дух претерпели какие-то изменения. Обменять тебя на корабль-призрак — это не такая уж и плохая идея, верно?

Император Людей Ци Кан прятался во тьме, наблюдая как силуэт в клетке кричит:

— Меня зовут Вэй Сюйфэн!

Ци Кан недоумевал:

— Этот парень, кажется, кричит мне, чтобы сообщить, что его зовут Вэй Сюйфэн. Что бы это значило?

В этот момент он увидел, что под водой медленно проплывает огромный корабль.

— Меня зовут Вэй Сюйфэн! — кричал ему сумасшедший в клетке.

Глава 889. Деревня Стариков

«Вэй Суйфэн? Звучит как вполне обычное имя. Но он продолжает его выкрикивать, для чего?»

Император Людей Ци кан не осмеливался шевелиться, наблюдая как боги райских небес опускают огромную клетку с человеком внутри в реку Вздымающуюся.

На борту огромного корабля под водой, в чёрном тумане, можно было заметить мелькающие силуэты людей.

Ци Кан уже видел этот корабль у берегов Вздымающейся. В прошлом Цинь Му остановил людей, спешащих спуститься на его борт, и убил принца райских небес.

— Вэй Сюйфэн, ты тесно связан с этим кораблём. В прошлом ты был его владельцем, Командиром Стражей Пернатого Леса. Затем ты сбежал и исчез на сотни тысяч лет. Затем Тем не менее, твои Стражи Пернатого леса остались на борту и стали частью корабля.

Практик области Императорского Трона на борту корабля райских небес засмеялся:

— Посмотри, как сильно твои подданные по тебе скучают, все они тут же пришли к тебе. Ты внедрился в Небесный Союз, думая, что достаточно хорошо замаскировался, после чего множество раз нарушал планы райских небес. Твоих грехов хватит на тысячу смертей. Тем не менее, с тебя ещё есть польза.

Клетка погрузилась в реку Вздымающуюся, в то время как корабль призрак плавно поднимался наружу. Задействовалась странная сила, заменяющая вещество в реке!

В этот миг человек в клетке внезапно двинулся с места. Раздались звуки оглушительных взрывов, и цепи, сковывающие его, треснули!

Цепи вцепились в корпус корабля призрака, в то время как клетка с грохотом выскочила из воды и приземлилась на его палубу!

Вьюх!

Цепи подлетели в небо, сливаясь с цепями вокруг корабля призрака. Казалось, будто они изначально были одним целым!

— Мерзавец!

Корабля в небе спустился внушительный силуэт. Бесчисленные цепи спустились вместе с ним, устремляясь к кораблю призраку!

Бесчисленные боги повернули свои корабли один за другим, в то время как цепи вокруг корабля призрака начали переплетаться, намереваясь вытащить его на поверхность.

— Зелёное божество Восточного Неба, тебе хватит смелости спуститься на борт?

Безумец в клетке поднялся на ноги, и клетка с грохотом открылась, разрушаясь на бесчисленные куски. Его огромное тело излучало плотную чёрную ауру, постепенно превращаясь в туман и сливаясь с корпусом корабля призрака.

Спустя несколько мгновений он превратился в чёрный туман, окутав собой корабль призрак. Суда райских небес оказались не в силе тащить его к себе, и вместо этого сами начали опускаться к воду.

Из чёрного тумана доносился голос Вэй Сюйфэна, он смеялся:

— Если ты спустишься на борт корабля, то станешь таким, как и я, и сольёшься с ним воедино! Ты этого не понимаешь, но для меня этот момент является лишь отправной точкой в цикле!

Корабль призрак погрузился под реку. Зелёное Божество Восточных Небес спрыгнуло, бросаясь в погоню за ним, но клубок цепей вокруг корабля начал яростно его атаковать. В то же время корабли райских небес продолжали опускаться, прежде чем столкнуться с речной поверхностью.

Солдаты райских небес быстро разорвали цепи, чтобы не быть втянутыми в чёрный туман.

Два создания области Императорского Трона, один из которых был под водой, а второй над нею, обменивались ударами, повергая округу в хаос. Река Вздымающаяся дрожала от ударов, прежде чем подлететь в небо, обнаруживая дворцы и залы драконов на своём дне.

Император Людей Ци Кан поспешно потащил Мастера Дао прочь, убегая в направлении Небесной Святой Академии.

Затем он услышал крики сумасшедшего, доносящиеся с реки:

— Меня зовут Вэй Сюйфэн, следуй за картой и спаси меня!

— Он обращается ко мне? — недоумевал Ци Кан.

Посреди хаоса несколько богов заметили его, тут же бросаясь в погоню. Император Людей Ци Кан усмехнулся:

— Думаете, что я прожил вторую жизнь просто так? Этот старик учился у божественных ног!

Его ноги двинулись быстрее ветра, унося его в закат и оставляя после себя раскаты грома. «Хоть у того парня, что называл себя одноногим, и вправду божественные ноги, он слишком любит хвастаться, и убегая, всегда оставляет после себя череду раскатов грома.»

Император Людей Ци Кан чувствовал себя беспомощным. Он изучил техники одноногого, и вместе с ними ему передался недостаток Божественных Ног Небесного Расхитителя, из-за которого его бег всегда сопровождался оглушительными звуками грома.

В прошлом, когда одноногий обворовывал весь мир, никто не мог его поймать. Это сильно повлияло на его характер, и каждый раз, когда несчастная жертва пыталась его догнать, старик оставлял после себя череду раскатов грома, прежде чем исчезнуть за горизонтом. Тот, кто его догонял, увидел бы перед собой лишь след из белого дыма.

Тем не менее, сейчас Императора Людей преследовали несколько богов. Оставляя за собой раскаты грома, он выдавал им своё местонахождения и направление.

Ци Кан бежал почти две недели. Он уже давно выбился из сил, его Ци была истощена до предела. Он не мог продолжать. То, что он продержался так долго, уже было огромным достижением.

— Небесная Святая Академия совсем радом…

Он не мог продолжать и упал с неба. Прямо перед ним находилась Небесная Святая Академия, окутанная белым туманом.

Приземлившись посреди тумана, Ци Кан из последних сил зашагал вперёд, заметив вдали неподвижные силуэты.

Подойдя к одному из них, он вздрогнул. У этого человека не было головы, а на её месте вырос красивый цветок.

Судя по одежде, это был один из генералов райских небес.

Впереди был ещё один человек, чьё тело окутывали зелёные лозы. Они переплетались между его костей, его кровь и плоть исчезли. Из его глазниц торчали два листа.

Из шеи третьего бога торчал огромный гриб. Заметив приближение Императора Людей Ци Кана, гриб вытащил свои корни и спрыгнул, медленно проносясь мимо.

Гриб издавал едва слышные звуки и извергал белый туман, в котором содержались мелкие споры.

— В тумане яд…

Император Людей Ци Кан тут же почувствовал, что его тело немеет и отказывается двигаться. Ему казалось, что из его горла пытается что-то вырваться.

— Безликий Король Ядов, — пробормотал он, но его голос был очень тихим.

Группа богов за его спиной усмехнулись:

— Беги, почему ты не бежишь?

Тело Императора Людей Ци Кана застыло, он не мог пошевелиться ни на сантиметр. Из ноздрей Мастера Дао на его спине вырвался зелёный росток.

— Нам конец… — Ци Кан почувствовал, что по его бедру что-то ползёт, предполагая, что это был корень ядовитого растения.

Шаги в тумане постепенно замедлялись. Внезапно один из богов начал кашлять, выплёвывая огромное количество грибов. Они медленно пролетели мимо Ци Кана.

— В тумане яд! — яростно проревел бог.

Внезапно его глаза выпали из глазниц, на их месте показались два гриба, идеально поместившиеся в черепе.

Тем не менее, этот бог, казалось, ничего не почувствовал.

Его плоть и кровь исчезали, на их месте появлялись лозы, тем не менее, он никак на это не реагировал.

Из его ног распустились корни, превратившиеся в бесчисленное количество различных растений, укоренившихся в почве.

Спутников этого бога ждал такой же исход, их тела окоченели, а исконные духи и божественные сокровища расцвели разноцветными ядовитыми растениями.

Из тумана вышел высокий мужчина, смеясь вместе с людьми, стоящими за его спиной:

— Бабушка, соединение техники создания с Дао лечения и вправду подаёт огромные надежды. Несмотря на то, что тот хитрец, Му’эр, отлично владеет правой, он всё же уступает мне когда речь идёт об исцелении.

— Да, да! — женщина за его спиной поспешно ответила. — В тумане кто-то назвал твоё имя. Если ты не поспешишь, то он умрёт от отравления.

— Он не умрёт, как только я услышал его голос, то остановил яд в его теле… Ээм, это Ци Кан и Даос Линь!

Император Людей Ци Кан полностью освободился и потерял сознание. Придя в себя, он увидел, что лежит на теле огромного паука, который быстро бежал вперёд.

Мастер Дао Линь Сюань уже был полностью здоров и сидел сбоку от него.

Поднявшись, он оглянулся, заметив своего ученика, парящего в воздухе с мечом за спиной.

— Маленький мерзавец Су, это ты? — Ци Кан заметил других людей — Безликого Короля Ядов, Копьё Бога, зовущий себя слепым, Божественный Вор, Наследный Принц Страны Небесной Живописи, старый кузнец, красотка бабушка Сы и остальные.

— Мы будем спасать людей, — старейшина посмотрел на него. — Учитель, если бы ты пришёл чуть позже, то уже не встретил бы нас в Небесной Святой Академии. Мы уже закончили очищать города вокруг Академии.

Оглядевшись по сторонам, Ци Кан поинтересовался:

— Где все те люди, которых вы спасли?

Внезапно гигантский паук остановился. Они прибыли в город, где осталось несколько стариков, неуспевших сбежать. Немой громко прокричал, приказывая им всем выйти и собраться вместе.

Глухой спрыгнул со спины паука, развернув свиток с рисунком. Как только он повернул его в сторону стариков, те исчезли внутри картины.

Император Ци Кан посмотрел на картину, увидев на ней огромную толпу, состоящую из десятков тысяч людей.

Ци Кан был ошеломлён, заметив, что в сундуке немого были сотни таких свитков.

— Хорошо, что учитель проснулся, — продолжил старейшина. — Мы можем умереть сами, но немой должен остаться в живых. Мы должны доставить его в столицу Вечного Мира!

Император Людей Ци Кан молча кивнул:

— Что будем делать, когда доберёмся до столицы?

Старейшина на мгновение замолчал, прежде чем ответить подавленным тоном:

— Я не знаю… я сам не знаю…

— Где четыре Великих Небесных Наставника и Четыре Небесных Короля? — снова спросил Ци Кан.

Старейшина деревни подавленно ответил:

— Не знаю.

— Они — это силы Императора-Основателя. Мы же Вечный Мир, — тепло улыбнулась бабушка Сы. — Нет ничего странного в том, что они не помогают Вечному Миру. Если бы мы попросили их помочь, то лишь принесли бы им потери.

Все молча кивнули.

— Кстати, кто-нибудь из вас слышал о Вэй Сюйфэне? — Ци Кан внезапно вспомнил о чудаке в клетке и спросил.

Бабушка Сы удивилась:

— Вэй Сюйфэн — это Мастер-Основатель Небесного Святого Культа, старший ученик Святого Дровосека. Откуда ты узнал его имя? Му’эр давно его ищет, он говорил, что тот оставил какие-то географические карты, ведущие в бесчисленным тайнам.

Император Людей Ци Кан ошеломлённо на неё уставился, прежде чем прокричать:

— Мастер-Основатель Небесного Святого Культа? Не странно, что у него такая дьявольская природа! Я видел его, Зелёное Божество Восточных Небес потопило его в реке, после чего он слился с кораблём-призраком. Он тоже говорил что-то об карте и спасении. Мне кажется… — он недолго колебался, прежде чем продолжить. — Мне кажется, что он может быть самым могущественным человеком с момента уничтожения Эпохи Императора-Основателя и до наших дней.

Бабушка Сы покачала головой:

— Мастер-Основатель отказался от всякой ответственности и исчез сразу после основания Небесного Святого Культа. Он не может быть слишком сильным. Если он успел совершенствоваться до области бога к этому моменту, то это было бы настоящее чудо.

Император Людей Ци кан озадачено почесал голову:

— Он, возможно, уже достиг области Императорского Трона. Возможно, он единственное существо области Императорского Трона в Вечном Мире.

Все были удивлены.

Старейшина деревни объяснил:

— Ты говорил, что Восточное Божество потопило его в реке и он слился с кораблём призраком?

Император Людей Ци Кан кивнул.

Старейшина решительно ответил:

— В таком случае его уже не спасти!

Все недоумевали, и старику пришлось объяснять:

— Му’эр когда-то рассказывал мне о корабле призраке. Он говорил, что был вынужден использовать силу четырёх божеств и способности самой выдающейся армии богов и дьяволов мира, чтобы решить божественное искусство корабля и выбраться живым. Вэй Сюйфэн слился с кораблём, как он найдёт четырёх божеств? Нет смысла думать о его спасении, он несомненно мёртв.

Бабушка Сы нахмурила брови.

Мясник улыбнулся:

— Нам всё же стоит рассказать об этом Му’эру, пусть он сам решает, спасать его или нет.

Бабушка облегчённо вздохнула, прежде чем обеспокоенно спросить:

— Кто-то знает где пропал Му’эр?

Император Людей Ци Кан поспешно ответил:

— Он до сих пор в Великих Руинах, и должен быть где-то неподалёку от города Пограничный Дракон. Когда Мы проходили мимо того места, то увидели целую армию богов райских небес, которая исполняла приказ и отправилась убить Сына Юду!

Старейшина деревни задумался, после чего решительно проговорил:

— Одноногий, иди предупреди Му’эра. У тебя больше всего скорости и меньше всего мужества. Когда начнётся бой, ты и так сбежишь, так что тебе здесь нечего делать.

Одноногий фыркнул, выглядя немного обиженным.

Слепой обеспокоено добавил:

— Одноногий, будь осторожен, не умри по пути.

— Я ещё не обворовал райские небеса, я не могу умереть.

Громко рассмеявшись, одноногий мгновенно исчез. Издали донеслись раскаты грома, судя по всему, он уже был за сто километров от них.

— Этот мерзавец и вправду очень быстро бегает! — все восхищённо воскликнули.

Одноногий бежал без остановки, и спустя несколько дней он достиг окрестностей города Пограничный Дракон. Оглядевшись по сторонам, он не заметил следов Цинь Му. Вместо этого он увидел, что в небе над ним появляются бесчисленные звёзды, формируя величественную галактику.

Старик ошеломлённо уставился в небо. Количество звёзд становилось всё больше, издали доносился едва различимый стук барабанов.

Спустя несколько мгновений яркие звёзды можно было отчётливо разглядеть невооружённым взглядом. Над ними возвышались древние боги, совершенно не похожие на жителей мира смертных. Они напоминали существ из мифов и легенд, ореолы у их затылков напоминали звёзды.

— Схватите Сына Юду с помощью сети неизбежности! — в небе раздался голос, похожий на гром.

Сердце одноногого дрогнуло, он двинулся вдоль галактики. Вдали перед ним виднелась бескрайняя тьма, напоминающая огромный котёл, накрывший собой тысячи километров Первобытного Царства.

Бесчисленные солдаты и генералы райских небес мчались во тьме на кораблях. Вокруг непрерывно сверкали лучи их божественных искусств.

Во тьме трёхглавый бог с шестью руками безжалостно убивал всех вокруг. Он привлёк к себе почти три армии райских небес, спустившихся к нижней границе.

Одноногий удивлённо вытянул шею:

— Это Му’эр? Тот самый Му’эр, который в детстве сражался со мной за сладости?

Глава 890. Жертва Ради Реформы

Одноногий слегка колебался, опасаясь двигаться вперёд. Он предпочитал наблюдать издали.

Впереди было слишком опасно. Он видел, как бесчисленные боги и дьяволы врываются во тьму и падают, их исконные духи мгновенно разрушались. Некоторые из них были намного сильнее него, но всё равно не могли остановить вторжение тьмы.

— Эта тьма намного сильнее тьмы Великих Руин! — старик волновался, думая про себя. — Вэй Сюйфэн проживёт ещё полтора часа?

В небе дрейфовали множественные галактики. Тем не менее, это были не звёзды, а Армия Великого Звёздного Цикла райских небес. Она сформировала Небесную Сеть, подавляя тьму. Её вид напоминал гигантский купол, накрывший собой чёрный котёл.

Небо и земля были полностью освещены, будто на них сияли миллионы ярких звёзд. Их свет сиял во все стороны, убивая малейшие тени.

Небесная Сеть начала сужаться, сжимая чёрную Ци Юду. Вскоре маленькой Юду на землях Первобытного Царства уменьшилось вдвое.

«Му’эра подавляют!» — испугался одноногий.

Мимо пронеслись бесчисленные горные боги, и одноногий тут же смешался с ними, направляясь во тьму.

Он хорошо владел искусством создания и быстро замаскировался под горного бога.

Вскоре гигантские боги окружили Небесную Сеть.

Каждый из них достал огромную колонну и вонзил её в землю. Затем все они выстроились в круг, начиная исполнять божественные искусства и произносить заклятия.

Колонны начали устрашающе увеличиваться в размерах и вращаться, на их поверхности засияли множественные руны. Затем руны проникли в землю, отчего та начала становиться твёрже.

Горный бог рядом с одноногим начал на него кричать:

— Где твоё сокровище? Почему ты его не достал?

Ещё до того, как старик успел ответить, из тьмы засиял ослепительный луч. Заметив его, одноногий поспешно упал на землю, дрожа всем телом.

Горный бог не успел понять, что происходит, когда гигантский луч света просвистел мимо, разрезая его напополам. Его толстая колонна также была разрублена и упала на землю.

Луч света пронёсся по округе, сотрясая воздух и издавая глубокий гул.

Этот луч был не один, всего их было шесть.

Шесть лучей света носились по округе, разрезая всё вдоль сети неизбежности. Небесная Сеть Армии Великого Звёздного Цикла райских небес почти закрылась, затылок каждого из её богов сиял ярче звезды, подавляя шесть лучей.

Тем не менее, она ещё не успела окончательно сформироваться. Внезапно, колонны пали одна за другой, некоторые из них и вовсе рассыпались на шесть-семь кусков. Горные боги, тем временем, пытались уклониться от лучей, сияющих из тьмы. Тем как лучи были невероятно яркими, сделать это было не слишком трудно.

Одноногий оставался на земле, наблюдая за горными богами. Те и вправду оказались сильными, и быстро уклонялись. За исключением тех двух, что отвлеклись на него все остальные успешно уклонились от лучей света.

Вскоре от заметил, что все они прыгали на одинаковую высоту.

«Идиоты! — одноногий покрылся холодным потом, не смея шевелиться. Он думал про себя. — У Му’эра есть три глаза, два из них выстреливают лучами света, в то время как третий стреляет тьмой. Теперь, когда он в своей трёхглавой форме, у него есть шесть лучей света и три луча тьмы. Он вынуждает вас подпрыгивать на одинаковую высоту, чтобы убить лучами тьмы…»

Когда он был на Верховных Небесах Императора, то увидел, как Цинь Му освобождается от печати и превращается в Сына Юду. Эта картина была поистине ужасающей. Если бы тогда не вмешался Граф Земли, случилась бы катастрофа.

Одноногий крайне боялся демонического третьего глаза Цинь Му.

Он уставился на горного бога, прыгающего в воздухе. Внезапно невидимые ножи разрубили его тело на четыре ровных куска.

Оглянувшись по сторонам, одноногий обнаружил, что с остальными горными богами произошло то же самое.

«Дьявольская природа не контролирует Му’эра. Скорее наоборот — это он её контролирует. Это значит, что Сын Юду не пытается ему сопротивляться, — задумался старик. — Сын Юду борется инстинктивно, в то время как он использует разум.»

Сеть Неизбежности в небе внезапно сжалась, будто её натянули четыре свирепых зверя. Армия Великого Звёздного Цикла оказалась заточённой внутри и двинулась следом. Бесчисленные боги издавали отчаянные крики.

Армией Великого Звёздного Цикла управлял Бог Небесного Звёздного Цикла. Он был древним богом, но в его армию вербовали представителей других рас, которым удалось совершенствоваться од достаточного уровня.

Великая Армия Звёздного Цикла упала во тьме вместе с Сетью Неизбежности и попала в огромный котёл. Оказавшись внутри, бесчисленные боги тут же затихли.

Поглотив такое огромное количество богов, гигантский котёл внезапно взмыл изверг огромное количество вещества. Во тьме появились бесчисленные лица, повторяющие:

— Ах Чоу.

Как только одноногий начал успокаиваться, в тёмном небе снова засиял свет. Бесчисленные боги тащили осколки сокровищ, формируя силуэт Небесного Герцога с белыми глазами и бровями!

Этот силуэт был создан из бесчисленных сокровищ, выложенный в форме головы Небесного Герцога с помощью математики райских небес.

Глаза Небесного Герцога засияли, молниеносно сжигая дьявольскую Ци Юду и обнаруживая Цинь Му!

Одноногий тут же увидел, что одна из голов Цинь Му принадлежала младенцу. Оказавшись под ослепительным взглядом Небесного Герцога, тот завизжал от боли и попытался спрятаться.

«Великое Дао Сюаньду и Юду столкнулись друг с другом… Му’эр этого не выдержит.» — подумал про себя одноногий.

Цинь Му подпрыгнул в небо и улетел. Боги райских небес двинулись вслед за ним, сохраняя построение головы Небесного герцога. Тем не менее, Цинь Му двигался слишком быстро.

Одноногий быстро встал и побежал вслед за ними, но ему тоже не удалось догнать Цинь Му.

В этот момент одноногий заметил вспышку света над западными небесами, в сторону которых двигался Цинь Му. Воздух тут же наполнился аурой императора, блокирующей путь вперёд. Построение райских дворцов с исконным духом великого божества области Непостижимого Неба возникло из-ниоткуда, повисая в небе.

Почти в то же время на северных небесах появился покров тьмы с такой же аурой императора. На Императорском Троне в райском дворце сидел Сын Небесной Инь, за его спиной бушевали огромные моря.

На юге разразилось пламя, в котором виднелись райские дворцы. Там, в зале Непостижимого Неба, свои крылья расправили девять фениксов, издавая пронзительный визг.

Одноногий был поражён аурой императора. Оглянувшись, он увидел за своей спиной зелёный свет, вместе с которым в небе появились райские дворцы. Все они были покрыты драконьей чешуёй и окутаны аурой простоты.

Белое, Чёрное, Красное и Зелёные божества — Четыре Великих Божества, все они были здесь.

Сердце одноногого замерло, он всё сильнее отчаивался.

Цинь Му без раздумий бросился к Белому Божеству на западе, вызывая страшную ударную волну. Тем не менее, Белое Божество оттолкнуло его назад, не позволяя вырваться из заточения.

Затем он атаковал Сына Небесной Инь, сражаясь с ним среди разъярённых морей. Обменявшись несколькими ударами, он был вынужден отступить. Отступать через север было невозможно.

Цинь Му повернул на юг. Заиграла музыка, и Красное Божество Ци Сяюй превратилось в девятиглавого феникса, отталкивая его обратно.

Одноногий наблюдал, как Цинь Му проносится мимо него, мчась к Зелёному Божеству на востоке. Вскоре он отлетел назад.

— Му’эр…

Он протянул свои дрожащие руки, пытаясь поймать Цинь Му, который отлетал назад каждый раз, когда на кого-то набрасывался.

— Не убивайте Сына Юду, схватите его! — издалека донёсся безразличный голос.

— Он — важное оружие для борьбы с Графом Земли.

Одноногий наблюдал, как Цинь Му продолжает атаковать, раз за разом терпя поражение. Его ранения становились всё серьёзнее, он с трудом стоял на ногах.

— Му’эр!

Внезапно, старик побежал в сторону Цинь Му. Тот опёрся своими шестью руками на землю и кашлял кровью и кусочками своих лёгких.

Одноногий изо всех сил мчался к нему. Заметив его, Цинь Му развернулся и улыбнулся:

— Дедушка одноногий…

Одноногий увидел, как Цинь Му поднимает палец, вокруг которого закружились бесчисленные руны.

— Нет! — сердито закричал старик, но в следующий миг его окружили руны, унося прочь.

Его тело неистово кружилось, и когда он наконец пришёл в себя, то находился уже за тысячи километров от поля боя.

Старик был шокирован и зол, желая вернуться обратно. Тем не менее, путь был слишком долгим, даже для него.

— Брат, тебе нужно идти, — Цинь Му с трудом пытался подняться. Вытер кровь из уголков своих губ, он взглянул на несущихся ему навстречу четырёх божеств и улыбнулся. — Ты всё ещё можешь вернуться в Юду. Ты очень важен, нельзя позволить райским небесам тебя схватить. Если это случится, то Граф Земли будет в опасности. Я отправлю тебя обратно.

Цинь Фэнцин покачал головой, набрасываясь на Красное Божество Ци Сяюй:

— Ты важнее!

Ци Сяюё дёрнула струны своей цитры, вынуждая его отступить. В следующий миг он снова встал на ноги и набросился на неё.

Цинь Му призвал бессмертное сознание бога, пытаясь подавить его волю и отправить обратно на землю слова Цинь:

— Возвращайся, возвращайся в Юду!

Цинь Фэнцина снова избили, он пытался подняться на ноги. Внезапно его дьявольская природа взорвалась, не позволяя себя подавить:

— Это ты должен возвращаться!

— Упрямец! — Цинь Му использовал свои последние силы, чтобы его подавить, закричав. — Мы не можем позволить им тобой завладеть! Я не Сын Юду… а всего лишь сознание, рождённое этим телом после того, как тебя запечатали! У меня нет души, у нас одна душа на двоих! Возвращайся!

Ужасное давление прижало Цинь Фэнцина к земле, он стонал, пытаясь ползти к Ци Сяюй:

— Ты важнее… плохой брат важнее… Мать меня не любит, она меня боится… Мать любит тебя сильнее. Если ты выживешь, она будет счастлива.

Он снова попытался встать, надеясь восстановить контроль над телом.

Цинь Му вздохнул и закрыл глаза, тихо шепча:

— Небесный Герцог, Граф Земли, пожалуйста, одолжите мне свою силу…

Его накрыла волна силы, и Цинь Фэнцин полетел обратно на землю слова Цинь.

— Плохой брат! — Цинь Фэнцин отчаянно прокричал, возвращаясь на землю слова Цинь.

Цинь Му схватил Котёл Резни. Лица внутри уставились на него.

Подняв руку, он вырвал третий глаз из своего межбровья.

В следующий миг за его спиной появились Врата Небесной Воли, и он выбросил глаз в Юду.

Лица в Котле Резни посмотрели на него — подростка без третьего глаза, и тихо проговорили:

— Ах Чоу.

— Да, я Ах Чоу — Цинь Му вытер кровь со лба и улыбнулся.

Цинь Му поднялся на ноги, четыре божестве медленно приближались к нему.

Глава 891. Наступление Тьмы

Кем был Ах Чоу?

Ах Чоу был человеком, потерявшим всё.

Родители Ах Чоу, которым стал Граф Земли, были убиты, против него сговорились райские небеса. В то время сила Графа Земли не дала ему отомстить.

Ах Чоу и Граф Земли были двумя сознаниями одного существа. Последнего сдерживали правила, в то время как первый сумел от них освободиться. В конце концов, Небесный Император избил Ах Чоу и отправил его обратно в Юду. Там, в одиночестве Прохода Нефритового Замка, его заточил Граф Земли.

Теперь Цинь Му тоже стал Ах Чоу. Они были похожи, и оба являлись дополнительными сознаниями своих тел. Ах Чоу был реинкарнацией Графа Земли, в то время как Цинь Му был вторым сознанием Цинь Фэнцина, рождённым после того, как младенца запечатали.

Ни у него, ни у Ах Чоу, не было своей собственной души.

Ах Чоу был хранителем и мстителем. Он отчаянно пытался защитить свою семью, но потерпел неудачу, в результате чего его дочь оказалась в руках Небесного Императора.

Цинь Му тоже хотел спасти Вечный Мир и отомстить за людей, которые пострадали и погибли из-за бедствия.

В конце концов, Ах Чоу был заточён в Проходе Нефритового Замка, не имея возможности освободиться и будучи вынужденным всё время страдать в адском пламени.

Он стал грешником, отбывающим своё наказание в Юду.

Он должен был оставаться беспристрастным Графом Земли с божественной природой. Вместо этого он обрёл человеческие чувства.

Цинь Фэнцин был Маленьким Графом Земли. Цинь Му — вторым сознанием, рождённым в его теле, которое тоже должно был разделять его божественную природу, но вместо этого стало человеком.

Из-за схожего жизненного пути и обстоятельств, он стал Ах Чоу — человеком, желающим мстить и защищать, но не способным этого сделать.

Цинь Му засмеялся, крепко сжимая в руке персиковую заколку Небесной Преподобной Лин. Он ткнул в своё межбровье, в котором вместо глаза теперь была пустая глазница.

— Древний Император, ты чего-то ждёшь, вместо того чтобы сделать свой ход. Ты хочешь, чтобы я тебе подчинился?

Свежая кровь продолжала вытекать из третьей глазницы Цинь Му, стекая вниз по носу. Несмотря на это, его руки не дрожали, вонзая персиковую заколку в рану. Он тихо смеялся:

— Без Вечного Мира у меня ничего не останется. Как только я активирую заколку Небесной Преподобной Лин, вода из райской реки уничтожит моё тело и сознание. Тогда ты не сможешь вернуться к жизни!

С неба обрушилось мощное сознание, и в его голове прогремел голос. Древний Небесный Император безразлично проговорил:

— Тебе не стоило выколупывать свой глаз. Теперь у тебя не осталось души и силы, чтобы решить божественное искусство Небесной Преподобной Лин. С чего бы мне оставлять тебя в живых, если ты не в силах помочь мне вернуть моё физическое тело? — его голос становился всё холоднее. — Ты думал, что можешь делать что угодно — отдавать мой имперский указ дикому кабану, использовать меня в своих целях, словно пешку. Тем не менее, ты оказался на шаг позади. Помнишь Вэй Сюйфэна?

Цинь Му был ошеломлен.

— Мой Правый Командир Стражей Пернатого Леса, Вэй Сюйфэн. Он от моего имени правил Стражами Пернатого Леса. Как и ты, он был слишком самоуверен,

— в голосе Небесного Императора чувствовалось презрение. — Он такой же высокомерен, как и ты. Он думал, что может внедриться в Небесный Союз и всех обмануть. Он верил, что сможет чем-то помочь нижней границе. Тем не менее, он не сумел меня обмануть, так как это я назначил его на должность! Я увидел его насквозь, как только он вошёл в Небесный Союз, и тут же его схватил. Он тоже понял божественное искусство Небесной Преподобной Лин, и я приказал Зелёному Божеству потопить его в реке, чтобы обменять его на корабль призрак.

Он искренне рассмеялся:

— Если я получу корабль призрак, то смогу обменять его на своё физическое тело, заточённое под Райской Рекой Небесной Преподобной Лин. Кроме того, мне помогает Предок Дао, и я могу поставить Графа Земли в неудобное положение, шантажируя его дочерью!

— Для чего мне надеяться на тебя? Я использовал тебя, чтобы восстановить свои души, и теперь они снова вместе. Кроме того, ты помог мне ранить Небесного Преподобного Хао и вынудить его вернуться на райские небеса и перестать вмешиваться в дела Первобытного Царства. Я даже использовал его, чтобы избавиться от Матери Земли и заполучить её физическое тело. С ним всё Первобытное Царство теперь моё! Половина вселенной принадлежит мне!

— Небесный Преподобный Му, как ты думаешь, ты в состоянии со мной торговаться?

Небесный Император был настоящим победителем битвы за Первобытное Царство!

Будь то Цинь Му, боги Первобытного Царства, великая армия богов и дьяволов райских небес, четыре божества или даже Небесный Преподобный Хао и Мать Земли — все они были его пешками!

Он вернулся, тут же заполучив контроль над половиной вселенной!

В прошлом он проиграл, так как перегнул палку. Против него сговорились все. Полубоги, формы жизни после начала, древние боги — все они желали его смерти.

Теперь, когда он скрывался в тени, кто мог против него сговориться?

Он был победителем, настоящим победителем битвы за Первобытное Царство!

Цинь Му равнодушно проговорил:

— Зелёное Божество Восточного Неба? Он прямо за моей спиной. Почему бы тебе не спросить его о том, как прошёл обмен?

Голос Небесного Императора затих, его сознание исчезло. Очевидно, оно отправилось спросить Восточное Божество о том, как всё прошло.

Спустя некоторое время Цинь Му почувствовал, как сознание возвращается в его разум.

Это снова было сознание Небесного Императора. Тем не менее, теперь оно не говорило заносчивым тоном победителя.

Вместо этого оно молчало.

Цинь Му холодно ответил:

— Вэй Сюйфэн — мой старший брат. Он — самый параноидальный человек под небесами, а также самый хитрый. Он провёл миллион лет на свободе, ты не в силах его поймать.

Четыре божества райских небес приближались, они могли схватить или убить Цинь Му в любой момент.

Голос Небесного Императора прозвенел снова. Тем не менее, теперь он звучал не в голове Цинь Му, а неподалёку:

— Четыре божества, стойте.

Ци Сяюй, Сын Небесной Инь и остальные остановились. Подняв головы, они увидели огромное Первобытное Дерево, спустившееся с неба, прежде чем вонзиться в центре Первобытного Царства.

Другой Небесный Преподобный Юй спустился вместе с ним, его тело излучало тысячи лучей божественного света, выглядя внушительно и удивительно.

Клубок корней Первобытного Дерева медленно размотался, гигантские корни выпрямлялись и вонзались в землю.

По мере их движения под землёй, над округой поднялись тысячи километров горных хребтов.

Вокруг сформировался величественный горный пейзаж. Жизненная сила Первобытного Дерева покрыла все эти горы густыми лесами, напоминающими красивый рисунок.

Это странное явление демонстрировало силу Матери Земли. Тем не мене, ею управлял кто-то другой.

Небесный Преподобный Юй, спустившийся с неба, подошёл к четырём божествам:

— Вы свободны. Он уже не Сын Юду.

Ци Сяюй и остальные были ошеломлены.

Сын Небесной Инь проговорил:

— Этот человек — один из трёх героев реформы Вечного Мира, Тело Тирана

Вечного мира, его нельзя оставлять в живых…

Небесный Преподобный Юй уставился на него, неоднозначно улыбаясь:

— Инь Чжаоцинь, у него есть и другое звание — Небесный Преподобный Му.

Выражение лица Сына Небесной Инь резко изменилось, он побледнел.

Небесный Преподобный Юй равнодушно продолжил:

— Заслуги Небесного Преподобного Му не имеют себе равных, он передал свои учения на Собрании Яшмового Водоёма, принося огромную пользу новым поколениям. Сколько людей достойны того, чтобы его убить? Если ты это сделаешь, то будешь до конца дней носить бремя позора. Отступи, он и так ни на что уже не годится. Без души и с одним лишь духом и плотью, он уже не Тело Тирана.

Сын Небесной Инь ошарашенно застыл.

Он хотел рассмотреть Цинь Му, но не мог найти в себе смелости посмотреть ему в глаза.

Он был Чёрным Божеством Райских Небес, существом области Императорского Трона, правителем Минду, имеющим власть во всех уровнях общества. Тем не менее, когда он встречался взглядами с Цинь Му, то не мог не вспомнить о том, что случилось миллион лет назад.

Цинь Му, в свою очередь, был абсолютно спокоен.

Древний Небесный Император был прав в том, что у него не было души, и от него остался лишь духовный эмбрион и физическое тело.

Цинь Му был сознанием, рождённым из тела Цинь Фэнцина после того, как тот был запечатан Графом Земли. Проще говоря, даже его тело принадлежало не ему, а Цинь Фэнцину.

Всё это время он был лишь сиротой.

В ту ночь тридцать два года назад, когда бабушка Сы достала его из корзины в реке, было рождено его сознание.

Старейшина деревни дал ему имя Цинь Му.

Сын Небесной Инь повернулся и ушёл, а Ци Сяюй ненадолго уставилась на Цинь Му, прежде чем улететь.

— Небесный Преподобный Му? Тело Тирана Цинь?

Зелёное и Белое Божества покачали головами:

— Он ни на что не годится.

Небесный Преподобный Юй держал Цинь Му в руке, осматривая его и качая головой:

— У тебя нет души, так как ты вернёшь моё физическое тело? Небесный Преподобный Му, мне сложно тебе поверить.

Цинь Му вытащил персиковую заколку из своего межбровья и уселся на его ладони, холодно отвечая:

— Да, если бы я не овладел бессмертным сознанием бога, то мог бы умереть, вырвав свой третий глаз. Моё сознание попросту бы рассеялось. Нет ничего странного в том, что Ваше Величество волнуется. Тем не менее, ты вынужден рискнуть.

Небесный Преподобный Юй улыбнулся:

— Обычно я так не делаю, но встретив тебя, я понял, что мой риск был оправдан. Райские Небеса и Небесный Союз сейчас в полной безопасности. Они задействовали своё сильнейшее божественное оружие лишь для того, чтобы разделить богатство. Кому-то достанется Сюаньду, кому-то Юду, кому-то Великие Руины, а кому-то Четыре Великих Небесных Полюса. Для себя я вырвал Первобытное Царство из рук Небесного Преподобного Хао. В будущем, мне достанется даже больше.

Цинь Му затаил дыхание и выдавил из себя улыбку:

— У Вашего Величества есть Первобытное Царство. В таком случае…

— Я не разрушу Вечный Мир, я это обещал.

Небесный Преподобный Юй улыбнулся:

— Мои слова до сих пор актуальны, я не откажусь от них. Сила Первобытного Царства слишком разнообразна и сложна, им довольно трудно управлять. Я дам твоим людям небольшой кусок земли. Сохранение их жизней — это небесная добродетель, любовь ко всем живым существам. Более того, небеса — это и есть я.

Цинь Му облегчённо вздохнул.

— Тем не менее, Реформа Вечного Мира должна быть остановлена, а три её лидера должны быть публично убиты на Сцене Казни Бога. В противном случае, как сохранить репутацию райских небес? — Небесный Преподобный Юй посмотрел на лицо Цинь Му и улыбнулся. — Ты можешь жить, люди Вечного Мира могут жить. Новая звёздная карта накроет всё Первобытное Царство. Это мой план на будущее Вечного Мира и Первобытного Царства.

Сердце Цинь Му замерло.

Безнадёжное будущее, накрытое звёздной картой.

Император Яньфэн и Имперский Наставник станут жертвами, олицетворяющими окончание реформы Вечного Мира.

— В Первобытном Царстве остались силы, которые нужно подавить, — это Махакала, Сын Бога Багрового Света и Фэнду.

Опустив его на землю, Небесный Преподобный Юй рассмеялся:

— Твой друг здесь, иди с ним.

Цинь Му увидел одноногого, спешащего к нему со скоростью молнии, на его морщинистом лице виднелись страх и паника. Казалось, будто старик собрался с мыслями и нашёл в себе смелость для того, чтобы броситься прямиком на на Небесного Преподобного Юя.

Одноногий был самым трусливым из жителей деревни. Тем не менее, он был готов пожертвовать своей жизнью ради спасения Цинь Му.

Небесный Преподобный Юй засмеялся и улетел прочь.

— Дедушка одноногий, — Цинь Му улыбнулся, глядя на старика. — Со мной всё хорошо, я просто устал.

— Не говори!

Одноногий забросил его себе на спину и изо всех сил бросился на восток. Он чувствовал, как по его спине течёт тёплая кровь, и дыхание Цинь Му становится всё слабее.

— Дедушка одноногий, я помню как в детстве, когда я был ещё маленьким, бабушка Сы отдавала меня людям из других деревень, а ты всегда воровал меня обратно, — из рта Цинь Му непрерывно лилась кровь, его голос становился всё тише. — Раньше я не вспоминал случаев из детства. Тогда я был лишь слабым

сознанием этого тела. Но теперь я понял… я лишь сознание, рождённое этим телом. Я постепенно начинаю многое вспоминать.

— Молчи.

Широко открыв глаза от истощения, одноногий побежал вперёд так быстро, как только мог.

— Му’эр, не говори ничего. Я отнесу тебя к целителю… Целитель, мерзавец, почему ты ещё не здесь? Я слишком медленно бегу!

Он бежал из последних сил и был измотан до такой степени, что мог в любой миг начать блевать кровью. Цинь Му на его спине молчал, отчего старик начал волноваться сильнее:

— Му’эр, говори со мной. Не спи. Му’эр?

Цинь Му открыл глаза и неуверенно посмотрел вперёд. В небе над ним летал зелёный драконий воробей, на спине которого сидел цилинь.

Глава 892. Если Вам Удастся Умереть, Я Проиграл

Одноногий посадил Цинь Му на спину Янь’эр, подгоняя её.

Так как Янь Цилин была ученицей Небесного Императора, по пути у них не возникало проблем с патрулями и проверками.

Янь’эр несла их в сторону Вечного Мира настолько быстро, насколько могла. Цилинь внимательно осмотрел раны Цинь Му и покачал головой:

— У Владыки Культа нет серьёзных ранений. Его техника Трёх Эликсиров Тела Тирана очень сильна и содержит в себе силы создания, так что он может вылечить своё тело. Старый учитель одноногий, тебе не о чём волноваться.

Одноногий холодно ответил:

— Ты разбираешься в искусстве исцеления?

Цилинь тут же покачал головой и ответил:

— Не разбираюсь. Тем не менее, когда Владыка Культа сразился с Небесным Преподобным Юем райских небес во дворце Махакалы, он получил более серьёзные ранения и даже его природа пострадала. Но поспав одну ночь в лунном дворце, он почти восстановился. Бог Меча Высшего Императора это видела. Если старый учитель одноногий мне не верит, то можешь спросить у неё.

Одноногий наполовину ему верил, а наполовину сомневался. Тем не менее, он заметил, что Цинь Му перестал блевать кровью и молча спад, его дыхание постепенно приходило в норму.

Глазные яблоки Цинь Му двигались под веками, что значило, что он видит сон.

Цилинь проговорил:

— Когда Владыка Культа разговаривал с Богом Меча Высшего Императора, я притворялся, что сплю, поэтому сумел кое-что разузнать. Бог Меча Высшего императора сказала осмотрела его ранения во сне и заметила, что пока тот спал, в его теле циркулировала Дхарма. Позже Владыка Культа рассказывал, что это была Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы.

Внимательно осмотрев Цинь Му, одноногий сердито проговорил:

— Где эта Дхарма? Почему я её не вижу?

Цилинь растерянно ответил:

— Истинные писания Императорского Трона Будды очень сильны. Возможно, старый учитель одноногий не столь искусен, как Святой Дровосек, поэтому ты не видишь её.

Одноногий возмутился. В следующий миг он внезапно начал плеваться кровью.

Цилинь тут же проговорил:

— Старый учитель одноногий, ты бежал слишком быстро и совсем не отдыхал, из-за чего твоя душа и лёгкие повредились. Я не умею лечить души, но драконья слюна может вылечить ранения твоего тела, и у меня её много…

— Я не буду пить твоей слюны! Моя техника создания очень хороша, так что мне не нужны лекарства!

Одноногий начал материться себе под нос, его глаза были прикованы к спящему Цинь Му. В межбровье юноши виднелось ранение в форме глаза, внутри неё были сморщенные веки.

Старик был разбит горем и хотел вылечить эту рану, но не мог.

В этот момент рана начала зарастать плотью, постепенно заполняясь. Веки и область вокруг глаза слились воедино.

Рана на лбу Цинь Му уменьшилась, напоминая след от укуса комара.

Одноногий коснулся до неё, почувствовав под пальцами небольшую кочку. Он не мог понять, была ли это плоть, или же глаз.

Янь Цилин внимательно осмотрела рану Цинь Му, на её лице возникло озадаченное выражение:

— В его теле и вправду циркулирует Дхарма.

Одноногий сердито фыркнул:

— Ты её видишь?

Янь Цилин ответила:

— Я изучала Дхарму. Это единственное Дао после начала, которое не было изучено с помощью Математики Предка Дао, так что я уделила ему немного внимания, пытаясь понять его секрет.

Выражение на лице одноного стало мягче. Обычно он улыбался людям, но из-за положения Цинь Му, его улыбка исчезла, он был не в настроении.

— Тем не менее, есть один странный момент… — Янь Цилин продолжала осматривать раны Цинь Му, её выражение лица становилось всё более озадаченным. — У него нет души! Его исконный дух рассеялся, остался лишь духовный эмбрион. Он должен был умереть, я не понимаю, почему он до сих пор жив.

Одноногий тут же посмотрел на Цинь Му и успокоился, заметив, что тот до сих пор дышит.

В глазах старика появилась нежность, их уголки засверкали:

— То, что он выжил, уже хорошо. Раз уж его состояние улучшается, значит Дхарма работает. В таком случае нам не нужно идти в Вечный Мир и искать целителя. Он всё равно не сможет помочь, так как не владеет Дхармой. Вместо этого нужно отправиться в Монастырь Великого Громового Удара и встретиться со Старым Ма.

Они пришли к горе Сумеру.

Печать Первобытного Царства открылась, и гора Сумеру поднялась даже выше, чем раньше. Вдоль неё выстроились двадцать небес Области Будды, спиралью извивающиеся к небу, создавая удивительную картину.

Часть горы Сумеру, принадлежащая Монастырю Великого Громового Удара, была в Первобытном Царстве, в то время как остальные двадцать небес области Будды располагались за её пределами. Так как это были земли Будды Брахмы, никто не осмеливался туда входить, и миллионы людей Вечного Мира решили здесь спрятаться, чтобы переждать бедствие.

— Это Сутра Безграничного Бедствия, жизнь Владыки Культа в безопасности.

В Монастыре Великого Г ромового Удара Жулай Ма позвал Демонического Обезьяна Чжан Куна и монаха Мин Синя, чтобы те взглянули на спящего Цинь Му. Лишь один из них овладел истинными писаниями Императорского Трона Будды Брахмы.

Мин Синь проговорил:

— У Владыки Культа Циня есть духовный эмбрион, но нет души. Я не слишком разбираюсь в подобных вещах. Старший брат Чжан Кун, ты глубоко познал Дхарму, что ты думаешь о его состоянии?

Демонический обезьян ответил:

— Доброта.

Жулай Ма нахмурился, спрашивая:

— Ученик, как мне это понимать?

Мин Синь ответил:

— Учитель, старший брат говорит, что добрые дела превращают бедствия на благословления. Его жизни ничего не грозит.

Жулай Ма продолжал беспокоиться:

— Будда Брахма до сих пор находится на Небесах Брахмы. Я отправлю Му’эра к нему. Способности Будды удивительны, он определённо найдёт решение.

Одноногий кивнул головой и собирался согласиться. Тем не менее, демонический обезьян наклонился и что-то прошептал на ухо Цинь Му. Внезапно тот начал приходить в себя, постепенно открывая глаза.

Демонический обезьян сложил ладони вместе и улыбнулся:

— Доброта.

Монах Мин Синь вздохнул:

— Старший брат владеет глубокой мудростью, — у Цинь Му всё ещё был не наилучший вид, он с трудом поднялся, чтобы отдать дань своего уважения Жулаю Ма. — Я был в сознании, и слышал, о чём говорил старый Ма. Я понимаю степень своих ранений, и не вижу смысла во встрече с Буддой Брахмой. Старый Будда передал мне свою технику, так что нет разницы кто будет решать моё положение. Я возвращаюсь в Вечный Мир.

Затем он повернулся и поздоровался с демоническим обезьяном и Мин Синем, которые тут же ответили.

— Му’эр, ты и вправду решил возвращаться в Вечный Мир? — Жулай Ма внезапно достал свои чётки. — Я обещал учителю, что передам его учения и сохраню Монастырь Великого Громового Удара. Сегодня Чжан Кун и Мин Синь превзошли меня в понимании Дхармы, так что я исполнил свой долг учителя. С сегодняшнего дня я снова Старый Ма, Божественный Констебль Ма. Мин Синь, передай чётки своему старшему брату.

Дьявольский обезьян поклонился, и Мин Синь одел чётки ему на шею.

Старый Ма рассмеялся:

— Найдите истинных себя и сразите беспокойный разум. Мин Синь, ты должен помочь ему это сделать. Чжан Кун, теперь ты Жулай. Преподобные, прощайте, наша судьба Дхармы закончилась.

Дьявольский обезьян поднялся и сложил ладони вместе:

— Прощай, благодетель.

Старый Ма вернул любезности и отправился следом за одноногим, Цинь Му и остальными вниз по склону.

***

Столица Вечного Мира.

Толпы жителей Вечного Мира, двигающиеся в сторону города, становились всё больше, встречались даже беженцы из Багрового Света. Вокруг города возникло множество переполненных лагерей, которых нервно охраняли двести богов Вечного Мира.

Людей было слишком много, что создавало огромную проблему с продовольствием.

Учёные бесчисленных академий владели искусством создания, благодаря чему было открыто множество ферм, где с помощь божественных искусств ускорялся рост растений, которые тут же собирали для приготовления еды.

Тем не менее, почва выдерживала лишь три-четыре цикла посевов, после чего становилась неплодородной, что вынуждало их постоянно искать новую землю.

Учитывая суматоху и бедствия, происходящие вокруг, а также внезапные появления богов и дьяволов райских небес, можно было легко погибнуть, пытаясь посеять новое поле. Из-за этого многие учёные потеряли свои жизни.

Как внутри, так и за пределами столицы, царила атмосфера паники, отчаяния и мрака.

В один из дней небо заполнили корабли райских небес, на палубах которых сверкали внушительные, гордые боги. Их оружие сияло на солнце, а божественная сила подавляла всё вокруг, вызывая в людей Вечного Мира удушье.

Несмотря на то, что армия райских небес находилась вблизи от горда, она не атаковала. Вместо этого они подавляли своих же богов и дьяволов, бродящих по округе, не позволяя им причинять вред жителям Вечного Мира. Их дисциплинированность сразу же бросалась в глаза.

В столице и за её пределами множественные люди поклонялись и приносили подношениями этим богам, надеясь на мир.

— Пока люди страдают, дьявольская природа будет процветать.

Имперский Наставник стоял на самой высокой точке города, наблюдая за огромной армией райских небес. Затем он посмотрел на бесчисленное количество людей, молящихся этим богам, и горько улыбнулся:

— Ваше Величество, кажется, мы не сможем изменить того за свою жизнь.

Император Яньфэн встал позади него и болезненно вздохнул, прежде чем проговорить хриплым голосом:

— С древних времён ни одна революция и реформа не проходила без крови. Во время второй династии Багрового Света, Багровый Император умер. Его тело было уничтожено. Ни одно из поколений Высшего Императора не закончило хорошо. Когда уничтожили Эпоху Высшего императора, тридцать три неба были стёрты с лица земли в одно мгновение, а поколение могущественных правителей было вынуждено скрыться в деревне Беззаботной. Против реформы Вечного Мира боролись ещё усерднее, так что если для неё прольётся кровь…

Имперский Наставник засмеялся:

— То она будет наша.

Император Яньфэн тоже начал смеяться, прежде чем внезапно вздохнуть:

— Я лишь боюсь, что после нашей смерти у нас не найдётся наследников. В конце концов, в мире много дураков. Боги хотят, чтобы люди оставались глупыми, не осмеливались восставать и бунтовать. Имперский Наставник, с самого начала нашей реформы идо наших дней многие люди продолжали поклоняться этим богам и дьяволам. Самым большим препятствием для нас иногда были именно они.

Имперский Наставник чувствовал себя подавленным:

— Стоит ли жертвовать своей жизнью ради этих людей?

— Стоит! — громко ответил Яньфэн. — Есть люди, не осмеливающиеся разрушать богов в храме и в своём сердце, но есть и те, кто не встаёт на колени!

— его глаза загорелись, он улыбнулся. — Если люди, которые встают на колени после того, как стояли ровно, но есть и те, кто никогда этого не сделает. Если мы с тобой стали жертвоприношениями для этой реформы, то есть и другие, кто продолжит идти нашим путём до тех пор, пока мир не изменится! Это того стоит! Величественный бог взмыл в воздух, поднимаясь в небо над столицей Вечного Мира.

Его огромные размеры искажали пространство, а флот райских небес кружился вокруг него, будто звёзды вокруг солнца.

Это было Зелёное Божество Восточных Небес.

Он был настолько высоким, что когда поднялся к облакам, его лицо оказалось посреди небес, а облака остались на уровне пояса.

Его тело извергало ауру подавляющей праведности, сияя десятками тысяч лучей. Обладая неизмеримой силой и властью, он мог уничтожить столицу Вечного Мира и миллиард людей, собравшихся здесь, щелчком пальцев.

Чиновник подлетел в небо, приземляясь на ладони Зелёного Божества, прежде чем уважительно поклониться и принять имперский указ. Затем он поклонился ещё раз, прежде чем поднять указ над головой, попрощаться и улететь прочь.

— У меня никогда не было подобных правил, — увидев эту сцену, Император Яньфэн рассмеялся. — Правила райских небес слишком строги.

Имперский Наставник тоже начал смеяться:

— Ваше Величество что-то забыл. Когда противники двора начали обвинять меня и Владыку Культа Циня, нам пришлось кланяться до тех пор, пока из наших лбов не потекла кровь.

Яньфэн помрачнел в лице и обиженно проговорил:

— Я должен тебя казнить, пожалуйста, напомни мне.

— У Вашего Величества уже не будет шанса этого сделать, — улыбнулся Имперский Наставник. Он увидел в городе свою жену и дочь и почувствовал боль в сердце, но отвернул взгляд, не изменившись в лице.

— Грешники Вечного Мира, слушайте имперский указ!

Чиновник держал в руках свиток, его голос гремел среди облаков, словно гром.

Бесчисленные люди, среди которых было множество практиков божественных искусств, встали на колени, услышав этот голос. Император Яньфэн и Имперский Наставник почувствовали ужасную боль в сердцах, увидев эту картину, но заметив, что многие люди отказались кланяться, они слегка успокоились.

Посмотрев на них, чиновник холодно рассмеялся, разворачивая имперский указ, прежде чем прочитать его вслух:

— По воле небес, люди Вечного Мира не задумывались о доброте небес и пошли против них. Реформа нарушила Небесное Дао, приводя к гневу небес и негодованию людей, к обездоленности и бедности большинства. Тем не менее, небеса любят всех живых существ. Его Величество приказал наказать лишь лидеров, но не простых людей. Воля небес такова:

— Во-первых, конфисковать все книги и записи реформы из каждого колледжа и академии и сжечь их перед лицом народа. Следующие поколения не смогут начать реформы.

— Во-вторых, восстановить древний строй, сохранить власть императора над страной. Все секты и культы будут поклоняться богам, и все люди будут поклоняться и молиться богам.

— Во-третьих, право Вечного Мира чеканить монеты будет передано райским небесам. В обороте будут монеты райских небес, Империя не будет бороться с людьми за доходы.

— В-четвёртых, Вечный Мир прекратит создание тяжёлого божественного оружия. Семьи всех, кто занимается ковкой, будут казнены.

— Во-пятых, Вечный Мир должен следовать учениям предков и не вмешиваться в навыки, пути и божественные искусства.

— Во-шестых, каждый год Император Вечного Мира будет организовывать масштабный праздник, чтобы отблагодарить небеса за их доброту.

— Во-седьмых, люди, владеющие артефактами, способными творить странные вещи, должны уничтожить их, а не прятать.

— В-восьмых, Император Яньфэн и Имперский Наставник нарушили порядок и распространили ложь, создавая хаос и разруху. Они будут арестованы и отведены к Сцене Казни Бога, их физические тела и исконные духи будут казнены в качестве предупреждения другим! Конец имперского указа!

В столице Вечного Мира и за её пределами началась суматоха. Бесчисленные практики божественных искусств, боги и дьяволы Вечного Мира чувствовали себя униженными, злыми и обиженными. Они не могли дождаться момента броситься вперёд и атаковать небеса.

Император Яньфэн громко рассмеялся и поклонился:

— Ваш преступник принимает имперский указ!

Имперский Наставник отдал приказ, воспрещая что-то предпринимать или атаковать.

Несколько кораблей райских небес пролетели над ними, таща за собой Сцену Казни Бога. Кровь, которой она была покрыта, сверкала в небе, а два ножа двигались по небу, словно два красных луча, пересекаясь друг с другом.

Чиновник проговорил:

— Поднимайтесь на Сцену Казни Бога.

Бесчисленные люди вокруг замолчали, уставившись на Сцену Казни Бога.

— Если вы хотите убить лидеров, то пусть так и будет, — внезапно тишину нарушил чей-то смех. Люди и практики божественных искусств резко повернулись в сторону источника звука, увидев Цинь Му, появившегося позади флота райских небес. Он стоял на лбу цилиня, его лицо было бледным, будто он был серьёзно болен.

Цилинь стоял на огненных облаках, спокойно двигаясь среди плотного флота. Затем он повернул голову, смотря на лицо Зелёного Божества, возвышающегося в небе.

— Сцена Казни Бога выглядит довольно устрашающе, — посмотрев на сцену Казни Бога, Цинь Му засмеялся. — Вы говорите так, будто если когда их души рассеются, я не смогу их воскресить.

Он не смотрел на Зелёное Божество Восточного Неба, вместо этого помахав рукой Имперскому Наставнику и Императору Яньфэну и слабо проговорив:

— Имперский Наставник, Император, пожалуйста, идите и умрите. Если вам удастся это сделать, то я проиграл.

Зелёное Божество за его спиной подняло руку, останавливая богов и дьяволов райских небес, кипящих желанием убивать: — Это Небесный Преподобный Му, проявите уважение.

Глава 893. Отставать Не Грех, Слабость — Грех

Боги райских небес едва сдерживали свой гнев, но Зелёное Божество восточного неба держал себя в руках. С устрашающим выражением лица он проговорил:

— Небесный Преподобный Му, ты прав. В конце концов, ты ведь Небесный Преподобный и обладаешь удивительными способностями. Тем не менее, сейчас с тебя нет толку. Говорят, что героический дух никогда не гаснет. У тебя нет души, так что сейчас ты полагаешься лишь на свой героический дух.

Император Яньфэн и Имперский Наставник почувствовали дрожь в своих сердцах и взволнованно посмотрели на Цинь Му.

Героический дух никогда не гаснет. Он имел в виду, что душа Цинь Му рассеялась, и остался лишь его дух.

Это также значило, что Цинь Му из трёх героев реформы Вечного Мира уже был мёртв.

Имперский Наставник внезапно заплакал, думая про себя: «Неужели Старший Брат добрался сюда, полагаясь лишь на свою привязанность и волю, из-за того, что не мог так просто попрощаться с Вечным Миром?»

Он встречал слишком много подобных людей, которые погибали в бою, но продолжали стоять благодаря своей привязанности. Даже после смерти они желали продолжить сражаться.

Впрочем, положение Цинь Му было не совсем таким, как он себе представлял.

Выражение лица Зелёного Божества становилось всё более торжественным и гордым. Его голос звенел в небе, отбиваясь от гор и напоминая звон колокола, доносящийся со всех сторон:

— Небесный Преподобный Му, Вечный Мир — это всего лишь небольшая страна, занимающая крохотный клочок земли Первобытного Царства. У меня приказ уладить сложившуюся здесь ситуацию, и уже пошёл перед тобой на уступки, не став уничтожать это место. Небесный Преподобный Му, пожалуйста, не усложняй ситуацию. Из-за того, что случилось с Вэй Сюйфэнем, я уже провинился и не выполнил свою миссию. Поэтому казнь лидеров восстания не обговаривается!

Цинь Му развернулся, на его лице возникло странное выражение:

— Если я не усложню ситуацию для тебя, то она станет очень сложной для меня.

Зелёное Божество спросил:

— Если их физические тела будут полностью уничтожены, и от них не останется даже сосудов, Небесный Преподобный Му сможет их восстановить и воскресить? Цинь Му покачал головой:

— Я смогу лишь помочь им воссоздать свои души и перевоплотиться. Лишь через двенадцать лет после этого они смогут восстановить свою память и вернуться. Если же ты оставишь тела целыми, то я воскрешу их, как только ты уйдёшь. Это было бы намного удобнее.

Боги вокруг завопили от злости.

Зелёное Божество поднял руку и холодно ответил:

— Небесный Преподобный Му, ты наглеешь! Что ты хочешь сделать с мощью небес? Ты собрался уничтожить авторитет и честь райских небес?

Цинь Му махнул рукой:

— Так как ты не в силах принять решения, можешь быть свободен. Найди кого-то, кто в силах сделать решение, и отправь его ко мне!

Боги впали в ярость. Небо тут же закрыли тёмные тучи, среди которых сверкали молнии и гремел гром.

— Небесный Преподобный Му, прекрати сопротивляться воле небес! — внезапно старик из Вечного Мира, стоявший на коленях, несколько раз поклонился и пронзительно завопил. — Это небеса! Идти против них — предательство!

Цинь Му был поражён, у него закружилась голова. Лишь спустя некоторое время он сумел прийти в себя.

Всё больше и больше людей внизу начинали кричать.

— Правильно! Откуда у тебя право принимать решение вместо нас? Если райские небеса хотят кого-то убить, то пусть убивают Имперского Наставника и Императора Яньфэна!

— Своими реформами они привели к катастрофе! Просто убейте этих двух предателей!

— Нужно молиться, чтобы небеса извергли свою злость и убили Небесного Преподобного Му вместе с ними!

Уголки глаз Цинь Му резко дёрнулись, но сразу после этого он успокоился.

Зелёное Божество Восточных Небес громко рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му, кажется, те люди, которых ты так отчаянно пытаешься защитить, не слишком это ценят. Ты спасаешь толпу скота и даже готов убить себя ради них. Ты вырвал свой глаз и отказался от статуса Сына Юду, в результате чего от тебя остался лишь неугасаемый героический дух. Оно того стоило?

Цинь Му усмехнулся:

— Уходи, и найди кого-то, кто может принять решение!

Зелёное Божество холодно фыркнул. Поднявшись, он собрался отдать приказ войскам отступить, когда издали донёсся чей-то расслабленный голос:

— Зелёное Божество Восточного Неба, если ты так просто отдашь своим войскам приказ отступить, то подорвёшь авторитет и честь райских небес! Если ты отступишь, то наша репутация будет разрушена, и в будущем на пути небесной воли встанет ещё больше мятежников!

Зелёное Божество был поражён и тут же упал на колени и наклонил голову.

Бесчисленные боги тоже со свистом повернулись и поклонились. Небесный Преподобный Юй, чьё телосложение напоминало Цинь Му, широкими шагами шагал в их сторону, смеясь:

— Небесный Преподобный Му и вправду умеет доставлять мне проблем. Такая крохотная земля, как Вечный Мир, требует моего личного вмешательства.

— Дело лишь в том, что брат Дао заходит слишком далеко.

Небесный Преподобный Юй улыбнулся:

— Имперский Наставник и Император Яньфэн могут избежать смерти. Тем не менее, они бросили вызов небесам и пошли против их воли. Если с ними не расправиться, то репутация райских небес будет разрушена. Я могу пощадить их жизни и попросту заточить их. Это удовлетворит как Небесного Преподобного Му, так и нас. Что скажешь?

Цинь Му ответил:

— Их срок должен быть ограничен, в противном случае брат Дао может с таким же успехом их убить.

Небесный Преподобный Юй холодно ответил:

— Ты просишь слишком много.

Цинь Му молчал.

Спустя некоторое время Небесный Преподобный Юй рассмеялся:

— В Первобытном Царстве много мятежников, которые всё равно останутся живы. Я собираюсь построить здесь огромную тюрьму, в которой все они будут сидеть. Ради тебя я посажу их лишь на двести лет. Это не обговаривается.

Цинь Му собрался что-то сказать, когда Небесный Преподобный Юй равнодушно добавил:

— Даже если ты можешь их спасти, не забывай, что у райских небес есть способы, которые не позволят тебе призвать их души. Разве ты уже сумел найти недостающий кусок души Лань Юйтяня?

Цинь Му бросил на него ошарашенный взгляд.

Часть души настоящего Небесного Преподобного Юя подавлялась в Зале Благоухания на райских небесах, из-за чего тот стал слегка глуповатым. Это не позволяло ему стать таким же, как он был в прошлом.

Райские небеса и вправду могли запечатать Души Имперского Наставника и Императора Яньфэна, и он, Великий Чародей, ничего не мог бы с этим поделать.

Небесный Преподобный Юй поднялся в небо над столицей и засмеялся, смотря на Императора Яньфэна:

— Небеса любят всех живых существ. Возможно, тебя не казнят, но тебе не удастся избежать наказания. Ты будешь навеки заточён в великой тюрьме. Вечный Мир не может остаться без Императора. Иди и выбери себе преемника.

Император Яньфэн повернулся и посмотрел на своих детей. Его взгляд упал на Линь Юйсю, после чего он сразу же двинулся к Лин Юйшу. Улыбнувшись, он проговорил:

— Юйшю, иди сюда. После того, как я уйду, ты станешь Императором Вечного Мира.

Имперский Наставник понял его намерения и почувствовал горечь в своём сердце.

Лин Юйшу шагнул вперёд, прежде чем встать на колени и склонить голову.

В этот момент Небесный Преподобный Юй щёлкнул пальцами, превращая тело и душу Лин Юйшу в пепел. Он улыбнулся:

— Ребёнок, которого ты выбрал, определённо лучше всего унаследовал твои амбиции, так что я не могу не перестраховаться. Выбери следующего.

Император Яньфэн упал на колени, обливаясь слезами. Спустя долгое время он поднялся, проводя взглядом по остальные детях.

— Юйсю, иди ко мне, — продолжая плакать, проговорил он. — С сегодняшнего дня Империя Вечного Мира в твоих руках. Не делай своей работы хорошо, оставайся бестолковой. Теперь ты Императрица Вечного Мира!

Имперский Наставник мысленно вздохнул. Он знал, что Император Яньфэн с самого начала выбрал Линь Юйсю.

Он попросту решил её защитить.

Боги райских небес схватили Имперского Наставника и Императора Яньфэна и погрузились на корабль, который отправился к тюрьме. Между тем, остальные солдаты и генералы райских небес остались. Они собирались уничтожить систему начальных школ, колледжей и академий, а также Имперский Колледж. Все книги и записи о реформе тоже должны были быть сожжены, а тяжёлое божественное оружие вроде Кораблей Солнца и Луны и Пушки Божественного Солнечного Удара разрушены.

Линь Юйсю унаследовала трон. Её династию назвали Династией Яньсю, а сама она стала Императрицей Яньсю.

— Крохотная Империя Вечного Мира долго меня сковывала. Низшие формы жизни вроде людей крайне надоедливы, — Небесный Преподобный Юй, в которого превратился Небесный Император, смеялся, говоря с Цинь Му. — Мне пора возвращаться. Небесный Преподобный Му, я искренне надеюсь на то, что ты поправишься и сумеешь вернуть моё физическое тело. Знаешь почему я заточу Имперского Наставника и Императора на двести лет, и почему я дал тебе столько времени?

Цинь Му вышел из столицы вместе с ним, спокойно отвечая:

— Через двести лет Небесный Герцог умрёт и его заменят. К тому времени я, неуязвимый Великий Чародей, кану в лету и не смогу больше никого воскресить.

Древний Небесный Император рассмеялся:

— Разговор с умным человеком и вправду экономит много сил и времени. Через двести лет в Великом Дао Сюаньду не останется никаких тайн. Небесный Герцог уйдёт в историю, в мире появится новый Небесный Герцог. Ты не сможешь использовать сил Сюаньду, и твоё искусство воскрешения исчезнет. Тогда ты будешь не в силах о чём-то торговаться и чего предложить взамен.

Он остановился и мягко улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му, позволь мне сказать тебе правду.

Цинь Му остановился:

— Я весь во внимании.

— Небесный Преподобный Му, отставать не грех, но быть слабым — грех, — расслабленно продолжил Небесный Император. — Звёздная карта уже почти готова. Через несколько десятилетий она будет повешена над Первобытным Царством, и накроет его целиком.

Он поднял голову, смотря в небо. Там появилось солнце, настоящее божественное солнце Первобытного Царства.

— Наслаждайся этим видом, — Небесный Император засмеялся. — на протяжении нескольких десятилетий ты будешь видеть настоящее звёздное небо. После этого уже никто не сможет вспомнить как оно выглядело. Не нужно меня провожать, возвращайся.

Его силуэт поднялся в небо, постепенно исчезая.

Цинь Му поднял голову и задумался над его словами. Отставание приводило к избиениям, Вечный Мир не отставал, он был впереди, опережая райские небеса своими путями, навыками и философией.

Единственной причиной, по которой Вечный Мир потерпел поражение, была его слабость.

У него было слишком мало времени, чтобы противодействовать райским небесами. Именно поэтому он оказался бессильным против их мощи.

Он долго стоял, молча и не двигаясь, пока не наступила ночь и в округе не зажглись огни.

Между тем тьма перед ним открылась, и на его лицо упал слабый свет из другого мира.

Цинь Му увидел клочок земли, плавающий в мире вдали, горы на котором формировали слово Цинь. Там, скрестив ноги, сидел гигантский младенец. Сложив руки, он молча смотрел на Цинь Му.

Взгляд Цинь Му упал на младенца, и тот фыркнул, ещё крепче сжимая руки и гневно отводя взгляд в сторону.

Цинь Му улыбнулся:

— Брат, мне жаль, что я украл твоё физическое тело.

Он заметил, что младенец с огромной головой использовал его третий глаз, чтобы превратить его в плоть и кровь и перековать своё физическое тело.

— Хм! — младенец надулся, становясь всё злее.

Свет исходил из руки Старшего Вестника Смерти. Тот держал фонарь, стоя посреди земли слова Цинь. Возле него находился Небесный Преподобный Юй, махающий рукой.

Клон Небесного Герцога, Лавовый Граф Земли, Багровый Император, Великий Владыка Солнца и старый Будда куда-то пропали. Он не знал, куда они все подевались.

Цинь Му помахал рукой Старшему Вестнику Смерти и Небесному Преподобному Юю.

Внезапно к ним подлетел корабль, на борту которого виднелись множественные силуэты.

Цинь Му заметил Принцессу-Консорта Чжэнь и человека-дерево, которые когда-то были его родителями.

— Му’эр, Граф Земли отпустил нас. Мы планируем вернуться в деревню Беззаботную, ты не хочешь пойти с нами? — Принцесса-Консорт Чжэнь стояла на носу корабля, обращаясь к нему. — В этом мире слишком много опасности и зла, на земле смертных опаснее, чем в Юду. Несмотря на то, что в деревне Беззаботной тоже не слишком спокойно, в сравнении с внешним миром, она намного безопаснее.

Цинь Му энергично помахал рукой, улыбаясь:

— Я не Цинь Фэнцин, я не твой сын. Я Цинь Му, сирота из Великих Руин, ребёнок, которого бабушка Сы подобрала на берегу реки. Я тоскую по деревне Беззаботной, но моё сердце всё же принадлежит миру смертных. Через несколько лет я приду к вам в деревню Беззаботную, но не сейчас!

Он вытащил Меч Беззаботный и со всей силы бросил его вперёд.

Меч Беззаботный нарисовал в небе широкую дугу и приземлился на корабле из деревни Беззаботной. Цинь Ханьчжэн поднял его с земли.

— Ты мой ребёнок! — Принцесса-Консорт плакала, маша рукой. — Ты плоть и кровь, которую я родила. У тебя есть дом, родня, и наша родословная!

Корабль деревни Беззаботной уплыл вдаль, из него донёсся голос Принцессы-Консорта Чжэнь:

— Ты должен вернуться домой, ты должен вернуться!

Улыбаясь, Цинь Му энергично помахал ей в ответ.

Родня.

Родня из деревни Беззаботной.

В прошлом он множество раз пытался найти деревню Беззаботную, надеясь вернуться в свой родной город и встретить Императора-Основателя и родственников. Тем не менее, сейчас в Первобытном Царстве оставались другие родные ему люди и те, кто сильнее нуждался в его помощи.

Он обернулся, увидев, что возле него стоит Императрица Яньсю.

— Я думала, что ты уйдёшь, — нежно проговорила она.

— Если бы я ушёл, что бы ты делала? — подойдя к ней, Цинь Му улыбнулся. — Возвращайся. С сегодняшнего дня я твой Имперский Наставник Вечного Мира!

Глава 894. Решить Проблему на Корне

Цинь Му и Линь Юйсю пригласили во дворец Юй Чэнь’Цзы, Мастера Дао Линь Сюаня, Ван Мужаня, Сы Юньсян, и многих других. Некоторые из них были старыми членами Небесного Союза, все они были молоды. Он собрались, чтобы решить, что делать Вечному Миру после всего случившегося.

Когда Небесный Союз был основан, в нём было лишь четыре человека — Цинь Му, Линь Сюань, Ван Мужань и Сюй Шэнхуа.

После этого, когда Цинь Му и остальные жарили рыбу в Имперском Колледже, к ним присоединились Лин Юйсю, Сы Юньсян, Ху Лин’эр, Монах Мин Синь, Му Циндай и Лун Юй. Цинь Му также предложил присоединиться к ним демоническому обезьяну Чжан Куну.

Что касалось Ху Л ин’эр, то ей нравились шумные собрания, и она присоединилась к Небесному Союзу лишь для того, чтобы увеличить его численность. Она не воспринимала его всерьёз, также как Цинь Му и остальные не слишком серьёзно относились к её членству.

В прошлом на их собраниях также присутствовали Син Ань и Император Яньфэн, но они относились к Небесному Союзу с некоторым презрением, поэтому не присоединялись к нему.

На этом собрании не было Сюй Шэнхуа и Лин’эр, а Мин Синь и демонический обезьян не успели прийти вовремя. Тем не менее, в этот раз к ним присоединился Юй Чэнь’Цзы.

Последний проговорил:

— Новая звёздная карта невероятно огромна, выковать её будет крайне сложно. Даже если этим займётся Секта Дао райских небес, на её создание уйдёт от тридцати до пятидесяти лет. Более того, Секта Чистого Небосвода занимается её разработкой, так что мы сможем оставить в конструкции несколько изъянов. Несмотря на то, что она будет крайне опасной, у нас останется шанс на выживание. Сейчас восемь пунктов имперского приказа доставят намного больше хлопот.

Лин Юйсю проговорила:

— На самом деле, пунктов только семь. Мой отец и Имперский Наставник сейчас в тюрьме, так что мы можем отложить их вопрос и сконцентрироваться на первых семи требованиях и том, что нам с ними делать. Нужно решить, продолжит ли Вечный Мир реформы, и как нам обойти распоряжения райских небес, если мы решим продолжать.

Юй Чэнь’Цзы посмотрел на Цинь Му, и тот ответил:

— Естественно, мы продолжим свой путь. Если мы этого не сделаем, то одних лишь ежегодных жертвоприношений хватит, чтобы подорвать основы выживания Вечного Мира.

Все недоумевали.

Юй Чэнь’Цзы объяснил:

— Могущественные полубоги райских небес питаются мясом, и ежегодные жертвоприношения райским небесам будут подноситься в виде девственных парней и девушек. Принесения молодёжи в жертву райским небесам хватит, чтобы потерять поддержку людей. В конце концов, они не осмелятся злиться на райские небеса, и будут винить во всём Вечный Мир.

— Это слишком жестоко, — Ван Мужань нахмурился. — Одного лишь этого пункта достаточно, чтобы уничтожить Вечный Мир.

Лин Юйсю проговорила:

— Именно поэтому мы должны придумать ответные меры. Райские Небеса хотят лишить Вечный Мир права чеканить монеты. Сестра Сян, как бы ты решила эту проблему?

Немного подумав, Сы Юньсян улыбнулась:

— Валюта райских небес будет использоваться только в Вечном Мире, или же по всей территории Первобытного Царства?

Цинь Му ответил:

— Райские небеса не будут создавать отдельную валюту для Вечного Мира. Теперь, когда они полностью овладели Первобытным Царством, по всей его территории будет использоваться одна и та же валюта.

Сы Юньсян хлопнула в ладоши и улыбнулась:

— Если бы для Вечного Мира была создана особая валюта, которую могли бы создавать лишь райские небеса, то экономика бы исчезла, и Вечный Мир нельзя было бы спасти. Тем не менее, если одной валютой будет пользоваться всё

Первобытное Царство, то в этом не будет ничего плохого!

Остальные не слишком разбирались в подобных вопросах, поэтому попросили её объяснить поподробнее.

— Если всё Первобытное Царство будет использовать одну и туже валюту, то райские небеса смогут на нём паразитировать. Контролируя валюту, они смогут контролировать богатство всего Первобытного Царства. Тем не менее, они всё же будут вынуждены гарантировать, что их валюту можно будет использовать для продажи и покупки товаров, — Сы Юньсян улыбнулась. — Люди Вечного Мира лучше всех умеют вести предпринимательскую деятельность. С её помощью они смогут зарабатывать деньги с других частей Первобытного Царства и гарантировать своё выживание. Райские небеса ограничат богатство Первобытного Царства и будут отбирать его ресурсы себе, но мы сможем получать ресурсы с других частей Первобытного Царства с помощью предпринимательства. Император Яньфэн однажды сказал, что монеты Великого Изобилия должны быть использованы во всех странах, и мы многие годы сражались за достижение этой цели. Теперь, когда во всём Первобытном Царстве будет одна валюта, его мечта исполнится. Вот только над нашей головой теперь будет ещё один небесный надсмотрщик.

Цинь Му проговорил:

— Ты будешь отвечать за торговлю, коммерцию и предпринимательскую деятельность.

Сы Юньсян ответила:

—Мне понадобится помощь демонической лисы.

Цинь Му кивнул:

— Контроль над чеканкой монет — это третий пункт. Сы Юньсян займётся этим вопросом, она создаст план для обеспечения жизней людей. Согласно первому пункту, все книги и записи должны быть сожжены для того, чтобы остановить реформу. У нас есть копии всех записей, так что мы можем не переживать по этому поводу. Второе требование — это восстановление системы предков, в которой секты правят страной и все секты и люди поклоняются богам. Использование сект и людей для контроля Вечного Мира — это стратегия, которая изнурит население и сделает его глупее. Как мы будем ей противостоять?

Ван Мужань спросил:

— Требования запрещают создание начальных школ, колледжей и Имперского Колледжа?

Лин Юйсю ответила:

— Не запрещают. Тем не менее, Имперский Колледж, как и начальные школы и колледжи по всей империи были уничтожены. Даже их книги были сожжены.

Ван Мужань рассмеялся:

— В таком случае мы просто их восстановим! Но мы больше не будем называть их начальными школами и колледжами, и просто поменяем их названия. К примеру Секта Нефритовой Столицы Клан Небесного Святого, Боковой Дворец Секты Дао и так далее. Названия просто должны звучать, как названия сект. Начальные школы, колледжи и Имперский Колледж поначалу тоже ничем не отличались от сект.

Цинь Му ответил:

— Так и поступим. В четвёртом требовании речь идёт о тяжёлом божественном оружии. Пока что мы можем просто прекратить его создание, и об этом правиле не придётся волноваться. Пятое требование запрещает изменение путей, навыков и божественных искусств. В мире крайне мало людей, которые способны на подобное, так что с этим тоже не возникнет проблем. В шестом идётся о жертвоприношениях. Это требование слишком жестокое, что нам с ним делать?

Немного подумав, Юй Чэнь ответил:

— У меня есть связи в секте Дао райских небес. Возможно, я смогу уговорить её лидеров изменить требования для жертвоприношений. Мы не можем позволить Небесному Императора относиться к людям как к скоту, который должен быть сожран небесами.

Цинь Му поблагодарил:

— Спасибо за помощь, старший брат Юй Чэнь. В седьмом требовании идётся об уничтожении любых артефактов, способных на странные вещи. Это правило не слишком значимо. После случившейся катастрофы, ценные вещи, которыми владели люди, и так почти все пропали.

Оглянувшись, он улыбнулся:

— Теперь давайте подумаем о том, как нам атаковать в ответ.

Все были ошеломлены.

Атаковать в ответ?

Откуда такая смелость?

Как они могут атаковать в ответ?

Цинь Му продолжил:

— Последними днями меня мучала одна идея. Я думал о столице и увидел, что многие солдаты и генералы райских небес врывались в дома людей и отбирали всевозможные артефакты. Кажется, боги райских небес сильно любят подобные вещи. В таком случае, мы будем создавать их и продавать райским небесам за их монеты, по как можно низкой цене. В Вечном Мире огромное количество искусных мастеров, и дав эту работу, мы сможем их прокормить и сохранить их навыки.

Остальные до сиз пор не понимали к чему он ведёт.

Цинь Му продолжил:

— Старший брат Юй Чэнь, ты не мог бы использовать свои связи в Секте Дао райских небес, чтобы договориться о том, чтобы Вечный Мир ковал часть их сокровищ?

Юй Чэнь нахмурился:

— Ты хочешь, чтобы Вечный Мир ковал новую звёздную карту? Это невозможно! Райские небеса никогда этого не допустят! Подобное сокровище может быть выковано лишь во Дворце Создания Патриарха райских небес. Именно там создаются все самые важные божественные сокровища! Почти всё тяжёлое оружие райских небес было создано в том месте, оно тщательно охраняется. Личность людей, работающих там, каждый день проверяют Книгой Жизни и Смерти!

Цинь Му рассмеялся:

— Я имел в виду, чтобы Вечный Мир создавал часть ежедневных товаров для райских небес. К примеру, мельницы или ледяные камеры. После этого мы могли бы начать работать над божественной бронёй, оружием, кораблями и диаграммами построений для потребностей армии. Райские небеса будут платить своей валютой, и покупать сокровища у Вечного Мира.

Юй Чжэнь был ошеломлён.

Остальные нахмурились, до сих пор ничего не понимая.

— На подобную сделку райские небеса могут согласиться. Вот только… — Юй Чэнь начал колебаться. — Рабочие Вечного Мира будут вынуждены тяжело работать, чтобы выковать эти сокровища, и взамен будут получать лишь монеты райских небес. Это как-то…

Цинь Му его успокоил:

— До тех пор, пока валюта будет циркулировать в Вечном Мире, всё будет хорошо. Нам не стоит волноваться о том, сколько мы сможем заработать. Ты сможешь провернуть подобное?

Юй Чэнь’цзы решительно ответил:

— Да!

Цинь Му облегчённо вздохнул:

— В таком случае, сколько времени понадобится для того, чтобы фабрики Вечного Мира вытеснили производство Райских Небес, оставив лишь Дворец Создания Патриарха?

Юй Чэнь был ошеломлён, рассмеявшись:

— Ты предлагаешь решать проблему на корне, уничтожая основание экономики райских небес! Силы райских небес многогранны. Если божественное оружие станет почти что бесплатным, производственные фабрики райских небес не смогут долго продержаться и будут вынуждены закрыться! К тому времени, по всему Вечному Миру будет множество фабрик для создания божественного оружия, в то время как райские небеса останутся без них! — он начал ходить туда-сюда. — Под контролем райских небес находится Сюаньду, Юду, Первобытное Царство, Минду, Южные, Восточные, Северные и Западные Небеса. Кроме того, у них есть тридцать два райских дворца и семьдесят два тронных зала и десятки тысяч миров и небес! Если Вечный Мир сможет поставлять им все нужные товары, военные припасы и оружие, то богатство десятков тысяч миров и небес начнёт постепенно опустошаться, и они обанкротятся. К тому времени, жизни их людей станут несравнимо тяжёлыми, и они восстанут.

Цинь Му ответил:

— Я лишь поинтересовался сколько времени для этого понадобится.

Юй Чэнь искренне ответил:

— Не больше ста лет!

Цинь Му задумался:

— Сто лет — это не слишком много. Ты сможешь договориться о том, чтобы от нас не требовали каждый год приносить в жертву девственных парней и девушек, взамен на бесплатное божественное оружие для райских небес?

Немного подумав, Юй Чэнь ответил:

— Я попробую.

— Что касается деталей, то ты в этом разбираешься лучше меня. Проблемами паники среди людей, восстановления предприятий, посевах полей и преодоления голода займутся множественные чиновники имперского двора, можешь просить их о помощи. Мои старшие владеют различными высшими искусствами Дао Меча, построений, навыков ковки, искусства лечения, каллиграфии и живописи. Обращайся к ним за советом, если нужно, — встав, Цинь Му поклонился. — Вечный Мир теперь в ваших руках!

Все вокруг тут же поднялись, кланяясь в ответ. Мастер Дао Линь Сюань проговорил:

— Почему Владыка Культа так говорит? Ты не планируешь оставаться в Вечном Мире? Теперь, когда ты являешься Имперским Наставником Вечного Мира и Небесным Преподобным Му, за тобой наблюдает множество людей. Ты не в лучшем состоянии, так что тебе не стоит носиться по миру, как раньше.

Цинь Му выпрямился, отчего у него слегка закружилась голова, и улыбнулся:

— Если я останусь в Вечном Мире, то райские небеса никогда не сведут с него взгляда. Они следят не за Вечным Миром, а за мной, Небесным Преподобным Му. Как Имперский Наставник, если я буду путешествовать по миру, то в Вечного Мира появится время сделать передышку. Вас не стоит пытаться меня переубедить.

Сы Юньсян заметила нервное выражение на лице Лин Юйсю, Императрица проговорила:

— Имперский Наставник, когда ты вернёшься?

Цинь Му ответил:

— Я найду вас как только вернусь, Касаемо того, когда это произойдёт, я ещё не решил.

— Вернись сюда в этот день в следующем году, хорошо? — смотря на него, нежно проговорила Лин Юсю. — Твоё тело не в лучшем состоянии. Вернись через год, чтобы я знала, что с тобой всё в порядке.

Цинь Му рассмеялся, энергично кивая:

— Я вернусь в этот день в следующем году!

Он развернулся и ушёл. У ворот дворца он разбудил цилиня, и они вместе отправились к поместью Имперского Наставника.

— Насколько опасно положение Владыки Культа Циня? — смотря ему вслед спросил Ван Мужань.

— У него больше нет души, — тихо проговорил Юй Чэнь. — Я никогда не встречал никого, кто оставался бы в живых потеряв душу.

— Владыка Культа не планирует где-то спрятаться, чтобы тихо умереть, верно? -Сы Юньсян внезапно взволновалась, её глаза покраснели. Она тихо проговорила. — Я опасаюсь, что он боится нас огорчить, и собирается где-то спрятаться и медленно умереть. Даже если его труп найдут, никто не узнает, что это Небесный Преподобный Му, Владыка Культа Цинь, Имперский Наставник Вечного Мира…

Лин Юйсю покачала головой:

— Он вернётся. Через год он придёт, чтобы встретить нас снова!

В столице было два поместья Имперского Наставника. Первое принадлежало Имперскому Наставнику предыдущего поколения, Цзян Байгую, в то время как второе было дворцом Цинь Му, возле которого возвышалось пышное Первобытное Дерево.

Цинь Му подошёл к подножию Первобытного Дерева и коснулся его ствола. Внезапно из-за дерева с чайником в руке вышла Гунсунь Янь, одетая в зелёную юбку: — Младший брат, ты вернулся? Янь’эр, твой молодой мастер вернулся!

Янь’эр выглянула из гнезда в кроне Первобытного Дерева, и уже в следующий миг она приземлилась на плечо Цинь Му, превратившись в зелёного воробья.

Цинь Му кивнул и улыбнулся:

— Сестра Янь’эр, если тебе удобно в том гнезде, то оставайся, можешь присматривать за Вечным Миром.

Янь’эр на мгновение заколебалась, прежде чем покачала головой:

— Богиня приказала мне ходить за тобой, так что я не могу остаться здесь. Кроме того, Гунсунь Янь намного лучше заботится о людях, чем я, она даже успела позаботиться обо мне, пока я ждала здесь. В гнезде феникса есть всё, что нужно

— она подготовила мне всевозможные фрукты и даже черви! Я никогда не встречала кого-то более осторожного с едой, чем я, но я всё равно растолстела!

Из-за спины Цинь Му показалась голова цилиня, и тот уже собрался говорить, когда зелёный воробей начал на него кричать:

— Жирдяй, заткнись!

Цилинь не осмелился что-то сказать.

Гунсунь Янь обеспокоенно проговорила:

— Я тоже хотела бы уйти вместе с вами, но здесь мои корни…

Цинь Му тепло улыбнулся:

— Тогда оставайся здесь. Мои корни тоже здесь, так что я ещё вернусь…

Глава 895. Третье Писание Меча Бедствия, Столкновение с Бедствием

Гунсунь Янь не слишком охотно попрощалась и проводила их в дорогу.

— Он сказал, что его корни здесь. Он и вправду дерево… Когда моё гнездо феникса начнёт привлекать к себе фениксов? — девушка взволнованно мечтала о будущем.

Цинь Му прибыл в поместье старого Имперского Наставника. Его жена как раз обучала Цзян Юньцзянь совершенствованию путей, навыков и божественных искусств. Также в доме была дочь Наставника по имени Цзян Цинчжоу.

— Сведённая сестра, младший брат не застрянет в тюрьме надолго, — Цинь Му учил Цзян Юньцзян совершенствованию, передавая ей техники Божественного Сокровища Духовного Эмбриона и Райской Реки. Затем он обратился к жене Имперского Наставника. — Не переживай, он вернётся. Между тем, я позабочусь, чтобы тебе приносили еду и одежду, так что тебе и твоим детям не о чём переживать. Сконцентрируйся на обучении и наставлении моего племянника и племянницы.

Жена Имперского Наставника кивнула, но в её голосе слышалось сомнение:

— Почему ты рассказал лишь о двух божественных сокровищах? Что насчёт остальных?

Цинь Му рассмеялся:

— Нужно дождаться, пока кто-то их создаст, тогда и продолжим. Надеюсь, что мне удастся заменить и свои божественные сокровища. Если Юньцзянь сможет открыть эти два божественные сокровища за следующие несколько лет, то это будет отлично. Пусть тренируется. Я приду на следующий год и приведу ему глупого учителя.

Жена Имперского Наставника не знала, смеяться ей или плакать:

— Глупого учителя? Интересно, о ком говорит Владыка Культа…

***

Цинь Му добрался к окраине столицы, где увидел, что через каждые тысячу километров строится новый город. Они должны были предоставить жильё беженцам и были крайне простыми, в них можно было лишь ночевать.

Кроме того, практики божественных искусств открывали огромное количество ферм, строили системы орошения и транспорта. Ускорить решение этих проблем было невозможно, и в то же время они были самыми неотложными.

Цинь Му нашёл стариков деревни Цань Лао. Целитель командовал множественными учениками, работая в поле и используя искусства создания для выращивания растений. Тем самым удовлетворяя потребность в пище, в то время как немой и остальные отстраивали производственную фабрику. Что касается старейшины и остальных, то они тоже был заняты тем, в чём хорошо разбирались.

Осмотрев состояние Цинь Му, целитель засмеялся:

— Ничего серьёзного. Хорошо пей и кушай, и можешь идти куда хочешь.

Цинь Му ответил:

— Я же говорил, что со мной всё хорошо. Старейшина и остальные всегда слишком сильно волнуются.

Целитель смотрел ему в след, пока тот уходил. Спустя некоторое время старейшина проговорил:

— Я не скрывал от тебя правды о Теле Тирана, так что ты тоже не можешь от меня ничего скрывать. Как Му’эр?

Немного колеблясь, целитель покачал головой:

— Не слишком хорошо. Его Сознание Бессмертного Бога очень сильное, тем не менее, оно недостаточно крепкое, чтобы существовать вечно. Он будто свеча на ветру, которая может погаснуть в любой момент.

Старейшина был ошеломлён.

Целитель продолжил:

— Я также почувствовал источник жизни в его теле, будто там что-то растёт. Эта сила сильно отличается от искусства создания. У нас есть надежда. Но вот я не знаю, сумеет ли его тело вырваться из кокона.

Старейшина деревни ненадолго замолчал, прежде чем проговорить:

— Внезапно, я начал надеяться, что Тело Тирана и вправду существует…

Цинь Му нашёл Янь Цилин, и девушка сообщила:

— Я должна вернуться на райские небеса, к Его Величеству. Мне нельзя оставаться у нижней границы.

— Перед смертью жена твоего учителя попросила меня о тебе позаботиться… — проговорил Цинь Му.

— Заботься в первую очередь о себе! — неоднозначно улыбнувшись, ответила Янь Цилин. — Несмотря на то, что Небесный Император не желает твоей смерти, многие люди всё же этого хотят. Хоть Первобытное Царство теперь и находится во власти райских небес, Небесный Император не в силах полностью контролировать армию райских небес, расположенную тут. Большие шишки Небесного Союза не позволят ему полностью забрать себе Первобытное Царство и определённо разместят здесь свои глаза, уши и силы. Теперь у тебя нет души, а значит, как только они разрушат твоё сознание, ты умрёшь. Возможно, Небесный Император видит в тебе сокровище, но не они, — судя по всему, девушка слышала много слухов, и имела доступ к секретам райских небес. — В Первобытном Царстве уже есть боги и дьяволы, которые планируют от тебя избавиться, так что будь осторожен! Прощай!

Цинь Му помахал ей рукой на прощанье.

Чжэ Хуали подошёл к Цинь Му, посмотрев ему в глаза и спросив:

— Владыка Культа, у сегодняшнего Вечного Мира ещё есть надежда?

— Как человек, вступивший на путь навыком ножа, ты не должен задавать таких вопросов, — ответил Цинь Му. — Сказав это, ты опозорил свой демонический нож.

Чжэ Хуали рассмеялся:

— Я просто переживал за тебя. Пока ты жив, в Вечном Мире ещё есть надежда и его можно спасти. Тем не менее, если ты умрёшь, то я покину это место и никогда не вернусь.

Цинь Му искренне рассмеялся:

— Не волнуйся, ты навсегда будешь привязан к этой земле.

Чжэ Хуали громко рассмеялся, уходя.

Цинь Му улетел из столицы на цилине. Янь’эр кормила жирдяя духовными пилюлями, небо постепенно темнело. Когда наступила ночь, Цинь Му воспользовался возможностью и достал артефакт, оставшийся от Лин Юйшу.

Исполнив Проводника Душ, он начал собирать его душу обратно.

Хоть у Цинь Му больше не было души, его горизонты, совершенствование и знания остались. Вскоре он сумел призвать душу Юйшу обратно.

Душа Лин Юйшу уставилась на Цинь Му из облаков, и он проговорил:

— Ваше Величество, вскоре сюда прибудет Вестник Смерти, чтобы отвести твою душу в Юду. Не злись на Императора Яньфэна, он думал о Вечном Мире.

Лин Юйшу смотрел на него. Его силуэт оставался размытым:

— Я никогда не сравнился бы с моей младшей сестрой. Она, как и мой отец, обладает видением, которого мне всегда не хватало. Когда он позвал меня, я знал, что он собирается принести меня в жертву, чтобы спасти Юйсю. Тем не менее, я был готов это сделать.

В этот момент во тьме засиял луч света. Старший Вестник Смерти выплыл из Юду на своей лодке, двигаясь в их сторону, прежде чем погрузить Лин Юйшу на борт.

Лин Юйшу продолжал смотреть на Цинь Му, не желая садиться в лодку.

— У тебя остались невыполненные желания? — спросил Цинь Му.

— Держись подальше от моей сестры! — ответил Лин Юйшу.

Цинь Му помрачнел в лице, в то время как Старший Вестник Смерти посвети на лицо Лин Юйшу своей лампой, утаскивая его. Поднявшись в лодке, Лин Юйшу прокричал:

— Либо ты женишься на ней сейчас же, либо же будешь держаться от неё подальше! Если я узнаю, что ты что ты крутишь ей голову, то стану призраком, и буду тебя преследовать! Я буду каждую ночь приходить в твои сны!

Старший Вестник Смерти спустился с бумажной лодки и бросил Цинь Му нефритовую подвеску. Увидев её, Цинь Му был слегка ошеломлён. Он заметил, что на поверхности нефрита было слово «Цинь». Внутри подвески скрывалась земля слова Цинь.

— Твой брат покинул Юду. Он и твои родители отправились в деревню Беззаботную. Император-Основатель сможет их защитить, — проговорил старший Вестник Смерти. —Там они будут в безопасности, так что Графу Земли не придётся о нём беспокоиться. Согласно Графу Земли, он уже готов быть Маленьким Графом Земли. Путешествуя с тобой, он быстро вырос. Нефритовая подвеска — это часть рога Графа Земли, с помощью которого подавлялся твой брат. Она позволила тебе связаться с Юду, и Граф Земли сказал, что она твоя.

Цинь Му поднял нефритовую подвеску и внимательно её осмотрел. Он увидел, что земля слова Цинь была пуста, на ней остались лишь несколько гор, металл бездны, который он достал из Руин Заката, и хрустальный гроб Госпожи Юаньму.

Небесный Герцог, Багровый Император, Граф Земли, Великий Владыка Солнца, старый Будда и остальные исчезли.

Тяжело вздохнув, Цинь Му достал шелковую ленту, связал её и повесил подвеску себе на шею.

— Небесный Герцог и Граф Земли могли вернуться обратно, Великий Владыка Солнца отправился в Юду. Багровый Император отыскал Сына Бога Багрового Света и отправился в парящий мир, а Будда Брахма из области Будды проснулся от своего сна и призвал старого Будду к себе, — проговорил Старший Вестник Смерти. — Котёл Резни — это артефакт, принадлежащий Ах Чоу Графа Земли. Теперь Ах Чоу — это не Граф Земли, а ты, так что Котёл Резни твой. Возможно, в будущем он чем-то тебе поможет.

Старший Вестник Смерти продолжал смотреть на Цинь Му. Спустя некоторое время он внезапно поклонился:

— Небесный Преподобный Му, береги себя!

Цинь Му поклонился в ответ.

Когда он поднялся обратно, Старший Вестник Смерти и бумажная лодка уже исчезли из виду.

— Не пытайся активировать свою жизненную Ци, это повредит твоё сознание, — издали донёсся голос Старшего Вестника Смерти.

Цинь Му закашлялся, чувствуя, как внутри его тела содрогаются божественные сокровища. Ему было крайне сложно стабилизировать своё Сознание Бессмертного Бога.

Спустя некоторое время его божественные сокровища вернулись в порядок. Тем не менее, он всё ещё чувствовал, что продолжает терять жизненную Ци.

Физическое тело без души напоминало дерево без корней. Даже с Сознанием Бессмертного Бога он не мог сдержать море Ци внутри своего тела, отчего та непрерывно ускользала наружу.

Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы могла замедлить утечку, но не остановить её.

Если бы Цинь Му достиг области Императорского Трона, то его Сознание Бессмертного Бога стало таким же, как у Багрового Императора. Лишь в таком случае он мог бы выжить без души. Тем не менее, такой вариант не был ему доступен.

Ему оставалось полагаться на Сознание Бессмертного Бога и Сутру Безграничного Бедствия, чтобы стабилизировать своё сознание и не позволить ему рассыпаться.

Цинь Му сидел на огромной голове цилиня, закрыв глаза, чтобы отдохнуть. Незаметно для себя он уснул. Цилинь день за днём бесцельно летел вперёд.

Время от времени юноша просыпался, чтобы поесть вкусных блюд, приготовленных Янь’эр. Время шло приятно и спокойно.

***

В этот день в небо поднялся полумесяц. Внутри его света стояла женщина, маша им рукой, и цилинь тут же двинулся в её сторону. Вскоре они прибыли во дворец, располагающийся на поверхности луны.

Старая звёздная карта, накрывающая Вечный Мир, была уничтожена во время битвы, и теперь от неё остались лишь разбросанные построения.

Цинь Му и остальные провели во дворце какое-то время. Жизненная Ци юноши непрерывно иссякала, с каждым днём он становился всё слабее.

Исконный дух был объединением души и духовного эмбриона. Изначально, духовный эмбрион Цинь Му стоял на райской реке, вблизи от Южных Небесных Врат, и теперь, когда его душа исчезла, было крайне сложно сдерживать магическую силу, и та постепенно уносила духовный эмбрион прочь.

Смотря с места, где находился духовный эмбрион, становилось всё сложнее разглядеть Южные Небесные Врата.

Девушка в лунном дворце сразу же сказала ему:

— Пожалуйста, останься, я могу позаботиться о твоей жизни.

Несмотря на её предложение, Цинь Му решил уйти. Рассмеявшись, он проговорил:

— В жизни много неожиданностей, так что я не посмею задерживать тебя здесь.

Стоя у входа в лунный дворец, девушка прокричала:

— Мне всё равно, я прождала уже сорок тысяч лет, мне всё равно!

— Но мне не всё равно, — Цинь Му помахал ей рукой, прежде чем уйти.

Покинув лунный дворец, он некоторое время был подавлен. Скорость, с которой иссякала его жизненная Ци, становилась всё выше, и его духовный эмбрион упал с райской реки на Плотника Дерева, не собираясь останавливаться!

Если его падение продолжится, то вскоре он достигнет Юду и окажется в божественном сокровище Жизни и Смерти.

***

В один из последующих дней Цинь Му неожиданно набрался сил, от его депрессии не осталось и следа. Он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы совершенствоваться, но из-за этого его жизненная Ци начала утекать быстрее!

Он тут же остановился, раз за разом повторяя какие-то слова. Янь’эр и цилинь, стоящие сбоку внимательно прислушались, и услышали. Что тот приносит всевозможные техники совершенствования, не относящиеся к какой-то системе. Казалось, будто им овладел какой-то дьявол.

Через два дня, когда Цинь Му лёг спать, цилинь и Янь’эр заметили, что из его межбровья вылетел бесформенный пузырь. Бесчисленные крохотные Цинь Мы выбрались из его головы, бормоча на невнятном языке внутри пузыря.

Каждый из этих Цинь Му совершенствовал различные техники, вроде Трёх Эликсиров Тела Тирана, Бессмертного Сознания Бога, Таинственных Писаний Бесстрастного Создания, Высшей Тайны Древнего Дракона, Святых Секретов Сердце Неба и Земли, Небесной Техники Боевых Искусств, Дьявольского Дао Юду и Сутры Тёмного Мо Цзя. Некоторые из крохотных Цинь Му даже исполняли Сутру Безграничного Бедствия, создавая свой собственный крохотный мир.

— Жирдяй, что он задумал? — недоумевала Янь’эр.

Немного подумав, цилинь ответил:

— Владыка Культа пытается определить свои шансы на выживание, пробуя бесчисленное количество путей.

— Жирдяй очень много знает, — Янь’эр похвалила и дала ему духовную пилюлю, после чего продолжила нервно наблюдать за Цинь Му.

Она увидела, что бесчисленные Цинь Му в мире из пузырей один за другим гибнут всевозможными способами. Картина была поистине ужасной.

Некоторые из них ни то чём не подозревая занимались совершенствованием, когда их сознание внезапно исчезало, и они умирали, падая на землю с языком наружу. Некоторые гибли от истощения Ци. Время от времени раздавались громкие взрывы, и крохи умирали прямо во сне, загораясь и превращаясь в пепел!

Количество крохотных Цинь Му в мире внутри пузыря непрерывно уменьшалось. Спустя десять дней в он был полностью завален трупами. Тем не менее, один их крох до сих пор был жив. Несмотря на то, что он едва дышал, на его лице сияла улыбка.

Внезапно пузырь лопнул и исчез. Цинь Му проснулся и открыл глаза, зевая и улыбаясь:

—Сестра Янь’эр, я снова голоден.

Янь’эр поспешно приготовила обед, и Цинь Му покушал, прежде чем снова уснуть.

Мир в пузыре появился снова, и его наполнили бесчисленные крохотные Цинь Му, выбравшиеся из носа, рта, глаз и ушей Цинь Му. Тем не менее, они не пытались найти путь к выживанию, и вместо этого торжественно что-то обсуждали на непонятном языке.

После этого крохотные люди начали совершенствовать навык меча, сражаясь друг с другом. Удары пронзали воздух один за другим, и очень скоро многие крохи погибли от рук своих собратьев.

— Жирдяй, что делает молодой мастер? — спросила Янь’эр.

Цилинь и сам не понимал, что происходит. Покачав головой, он ответил:

— Сам не знаю.

Янь’эр прищурилась, крепко сжимая еду, и не собираясь давать ему духовной пилюли.

Цилинь разочарованно опустил голову. Наконец засиял яркий луч меча. Оставшиеся Цинь Му внезапно замахнулись своими мечами и разрубили мир в пузыре, атакуя реальность из сна!

В следующий миг Цинь Му проснулся и встал на ноги. Его крохотные клоны рассеялись.

— Я мог быть сильным, но я колебался, постав перед лицом бедствия!

Цинь Му вытащил свой меч и громко взревел, внезапно вонзая лезвие прямо в свои божественные сокровища и райские дворцы!

Глава 896. Драгоценный Меч, Вытащенный из Древних Ножен, Ветер и Дождь Смывают Свинцовую Пыль

Янь’эр и цилинь были в шоке. Первая думала, что Цинь Му решил убить себя, и быстро попыталась его остановить, но цилинь тут же прокричал:

— Владыка Культа только что нашёл путь к спасению, с чего бы он решил покончить с собой? Хватит придумывать!

Янь’эр тут же успокоилась, не смея ничего отвечать.

Цинь Му столкнулся с бедствием со своим мечом и пронзил свой же райский дворец, уничтожая Непостижимое Небо, Нефритовую Столицу, сравнивая с землёй Нефритовый Павильон, успокаивая волны на Яшмовое Море и обрушивая Южные Небесные Врата.

Посреди обрушивающегося райского дворца свет меча собрался в единственный луч и двинулся вдоль райской реки, сокрушая всё перед собой. Спускаясь от Южных Небесных Врат, он рванул в сторону Плотника Дерева!

Свет меча расколол Плотника Дерева на части, райская река, извивающаяся вокруг него, тоже рассеялась, превращаясь в чистую, бесформенную силу.

Над обломками райской реки разрушенный райский дворец превратился в огромное море энергии. Он раздавил звёздное небо под собой, поглотил луну и солнце, прежде чем обрушиться на Землю Шести Направлений.

Духовный Эмбрион Цинь Му внезапно схватил свет меча, прежде чем ужасающая энергия разрушения успела его уничтожить, он вонзил луч в Юду, разрушая Пять Элементов. Шести Направлений, Семь Звёзд, Небожителя и Сюаньду дьявольского пути, прежде чем достигнуть Райской Реки!

Снаружи, Янь’эр и цилинь видели как область совершенствования Цинь Му молниеносно рушится. Лишь мгновение назад он был в области Жизни и Смерти, а в следующий миг уже спустился к области Небожителя!

Затем он спустился в область Семи Звёзд, Шести Направлений и Пяти Элементов!

Их сердца резко дрогнули. Наконец, область Цинь Му достигла предела, и он снова стал слабым практиком области Духовного Эмбриона!

В области Духовного Эмбриона никто даже не мог называться практиком божественных искусств, так как их слабой магической силы не хватало для выполнения божественных искусств, ограничивая их способности до нескольких приёмов и движений.

Цинь Му неожиданно спустился в область Духовного Эмбриона, всё его совершенствование было утеряно!

Дрожащим голосом Янь’эр спросила:

— Жирдяй, что молодой мастер делает?

Цилинь был шокирован и не знал что ответить.

Внезапно из глаз, ушей и рта Цинь Му вырвался огромный всплеск жизненной ЦИ, напоминая поток горячего пара. После разрушения остальных божественных сокровищ, его в его физическом теле остался один лишь духовный эмбрион, и тот был не в силах сдержать такое количество Ци.

Так как его физическое тело не могло выдержать давления, жизненная Ци вылилась наружу.

В этом не было ничего плохого. В конце концов, если бы этого не произошло, его тело бы взорвалось!

В следующий миг тело юноши начало резко расширяться, будто его надували. Совсем скоро он стал больше и круглее, чем Янь’эр.

Бесчисленные поры на его коже тоже расширились, свозь них со свистом утекала жизненная Ци.

Не обращая на это внимания, Цинь Му быстро применил технику Создания Небесного Дьявола, пытаясь закрыть поры и запечатать свою Ци и природу, останавливая утечку сил.

Он продолжал становиться всё выше и толще, превращаясь в гигантский объект, нависший над Янь’эр и цилинем, будто гора.

— Жирдяй, что делает молодой мастер? — взволновалась Янь’эр.

Зелёный воробей будто дятел начал стучать по затылку цилиня. В ушах зверя раздался оглушительный звон, и вскоре в его голове появилась рана, из которой потекла кровь.

Тем не менее, цилинь совсем не чувствовал боли. Он был слишком отвлечён, и с открытым ртом наблюдал, как растёт тело Цинь Му.

Вес тела Цинь Му уже превзошёл вес цилиня в его истинной форме. Даже будучи лучшим мастером искусства создания в Мире, Цинь Му никогда раньше не мог достичь таких огромных размеров!

— Хватит стучать! — внезапно почувствовав боль в затылке, прокричал цилинь.

— Сестра Янь, ты уже добралась до моего черепа!

Янь’эр в ужасе уставилась на непрерывно растущего Цинь Му и расправила крыло, прежде чем положить его себе в клюв. В конце концов, она была драконьим воробьём, и в её клюве было полным-полно острых драконьих зубов.

Зубы Янь’эр продолжали стучать, издавая режущие звуки. Совсем скоро перья на её крыле были аккуратно подстрижены.

Подняв второе крыло, Янь’эр продолжила жевать. Спустя некоторое время оно тоже слегка облысело.

Затем девушка накрыла уши цилиня своими крыльями, отчего тот испугался и поспешно сложил уши. Впрочем, Янь’эр была слишком сильна, и с лёгкостью оттянула одно ухо обратно, положив его себе в клюв.

Цилинь терпел боль, не смея кричать.

***

Божественное сокровище Духовного Эмбриона в теле Цинь Му.

В этот момент вся энергия разрушенных райских дворцов, божественных сокровищ, будь то дьявольского или божественного пути, сконцентрировалась в божественном сокровище Духовного Эмбриона. Она напоминала огромный потоп, водоворот, потопивший под собой духовный эмбрион.

Изначально он находился в области Райской Реки, аналоге Божественного Моста сильного практика божественных искусств. Тем не менее, когда речь шла об уровне совершенствования жизненной Ци, он был на уровне богов.

Несмотря на то, что Цинь Му недавно потерял свой исконный дух, отчего его совершенствование начало иссякать, а область понижаться, его силу нельзя было назвать незначительной.

Огромная сила разрушенных божественных сокровищ и райского дворца давила на Духовного Эмбриона изнутри, отчего тот расширялся. Каждый раз, когда стенки Божественного Сокровища Духовного Эмбриона не выдерживали, они трескали, и перед ними формировались новые стены, которые тоже рушились спустя некоторое время.

Из-за яростной энергии поверхность самого Духовного Эмбриона тоже непрерывно разрушалась. Тем не менее, Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога позволяли его восстанавливать.

В руках духовного эмбриона до сих пор оставался луч света меча. Он до сих пор сиял, помогая отбивать свирепые атаки Ци.

Если бы подобное случилось с кем-то другим, то их духовный эмбрион уже давно бы разрушился. Только Цинь Му мог выдержать столь ужасное давление. Тем не менее, его запаса сил не хватит надолго.

Старший Вестник Смерти упоминал, что ему не стоит активировать своей жизненной Ци, в противном случае, его сознание пострадало бы. Тем не менее, именно этим он сейчас занимался!

Он определённо потерял контроль над своей Ци!

В такой ситуации его Сознание Бессмертного Бога не просто пострадает, оно полностью разрушится!

Духовный Эмбрион Цинь Му и дальше держал меч, свет которого становился всё ярче. Среди яростного потока Ци, его рукоять сияла ослепительным светом, напоминая колонну, поддерживающую собой небо, в центре водоворота, поглотившего всю вселенную!

— Духовный Эмбрион Цинь Му использовал остатки своей жизненной Ци для выполнения техники. Свет меча взорвался, проносясь по всей вселенной!

— Раскалывание Небес Инь и Ян!

Это движение меча было Столкновением с Бедствием, а техникой, которую он использовал, была техника Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Исполнив Сутру Безграничного Бедствия, он вошёл на путь через сон. Затем, превратившись в армию своих клонов, он проверил бесчисленное количество вариантов. В конце концов, ему удалось найти шанс на выживание среди огромного количества способов.

Его подход базировался на технике неизменного божественного искусства Небесной Преподобный Лин. Он добавил её философию в технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, предотвращая смерть своего Духовного Эмбриона.

В этот момент его Духовный Эмбрион находился в странном, загадочном состоянии. Яростная жизненная Ци уничтожала его, но он восстанавливался в следующий же миг.

Тем не менее, он исполнял свой собственный навык меча — Третье Писание Меча Бедствия, Столкновение с Бедствием.

Столкновение с Бедствием было Дао Меча, которое он создал, основываясь на пережитых в Первобытном Царстве бедствиях, резких изменениях в Вечном Мире, и увидев дух всех живых существ, столкнувшихся с бедствием.

Этот навык был создан им в мире сна, где множество раз повторялись различные бедствия и битвы, пока не появился меч, способен их одолеть!

Писания Столкновения с Бедствием встречали лицом к лицу бедствия, катастрофы, и бедность живых существ, а также сильных врагов, людей, богов и дьяволов в сердце!

В писаниях Столкновения с Бедствием мечник был первым, кто сталкивался с бедствием!

Цинь Му столкнулся с бедствием, уничтожая свой райский дворец и божественные сокровища одно за другим, оставляя лишь, Духовный Эмбрион. Он уничтожил путь обратно, достигая точки невозврата.

Лишь не имея пути назад, можно было двигаться вперёд, не оглядываясь!

В таком положении был как он, так и Вечный Мир. Пути назад не было, был лишь путь вперёд. Они были должны пробить себе путь вперёд!

Несмотря ни на что, они должны были пройти этот путь!

Бум!

Его Духовный Эмбрион разлетелся на куски, прежде чем восстановиться и продолжить сталкиваться с бедствием с мечом в руках. В этот раз он отбивался сильнее.

Раз за разом его Духовный Эмбрион разрушался и восстанавливался. После каждого раза он становился сильнее, чем раньше.

После того, как Небесный Преподобный Юй открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона, он занялся божественным сокровищем Райской Реки. Он искал силы извне, изучая райскую реку, протянувшуюся между небом и землёй.

Тем не менее, в этот раз Цинь Му не учился у Небесного Преподобного Юя.

Он искал силы в своём теле. Сила неба и земли снаружи была огромной и доступной, тем не менее, открывая божественное сокровище Духовного Эмбриона, Небесный Преподобный Юй не использовал её, вместо этого отыскав источник силы внутри своего тела.

Следовательно, Цинь Му не просто отбросил систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, он даже отказался от использования Великого Дао Неба и Земли, на подобии того, что сделал Небесный Преподобный Юй открывая божественное сокровище Духовного Эмбриона.

В этот раз он хотел использовать метод, с которым Небесный Преподобный Юй открыл Духовный Эмбрион, создавая систему совершенствования своего собственного тела. Это был самый примитивный подход, позволяющий развиваться без помощи извне!

Ему не придётся заимствовать силу богов и дьяволов или неба и земли.

Бедствие, с которым в этот раз столкнулось Первобытное Царство… небо и земля не слышали зова на помощь. Бездействие оставшихся жителей Императора-Основателя, трусость Небесного Герцога, молчание Графа Земли и зловещий план Небесного Императора заставили Цинь Му чувствовать себя беспомощным. Кроме того, он понял, что силы, на которые он полагался, ненадёжны.

Единственным, на кого можно было надеяться, был он сам!

Не имея души, он должен был переродиться самостоятельно!

Потеряв своё совершенствование, он должен был подчинить жизненную Ци и вернуть его!

Это был путь невозврата, ведущий во тьму!

Духовный Эмбрион Цинь Му продолжал уничтожаться и восстанавливаться. В конце концов он почувствовал, что его сила достигла предела.

Меч Столкновения с Бедствием в его руках стал невообразимо острым, одним ударом разделяя Инь и Янь, разрубая день и ночь, как и две Ци бога и дьявола.

Дрожание Духовного Эмбриона наконец утихло.

Духовный Эмбрион стоял на потоках дьявольской и божественной Ци, на Инь и Янь, контрастирующих между собой, напоминая диаграмму тайцзы.

Перед глазами Духовного Эмбриона тихо циркулировали две Ци, формируя обширную и бескрайнюю долину.

Это была его духовная платформа, точка опоры для Духовного Эмбриона.

Потоки божественной магической силы медленно поднимали над землёй солнце, осветившее всё вокруг. С противоположной стороны медленно опускалась луна, погружаясь в озеро дьявольской Ци.

Духовный Эмбрион Цинь Му поднял голову. Небо над ним было залито ослепительным светом, в нём, будто яркое зеркало, кружилась галактика, отражая его лицо.

Лицо в центре галактики напоминало высокого и могущественного Небесного Герцога. Он был своим собственным Небесным Герцогом.

Духовный Эмбрион Цинь Му посмотрел вниз. Под духовной платформой была тьма, в которой тоже отбилось отражение его лица. Он напоминал Графа Земли в Юду.

Духовный Эмбрион опустил свой меч. Вокруг была тишина.

Цинь Му почувствовал, будто внутри его духовного эмбриона что-то растёт.

Это была его душа, его новая душа. Казалось, будто она была медленно прорастающим семем этой земли и неба.

Душа и дух остальных людей были разделены. Соединяясь, они формировали исконный дух. Тем не менее, его душа была рождена при встрече с бедствием, и сразу же слилась с духовным эмбрионом, становясь с ним одним целым.

Духовный Эмбрион сел в позу лотоса, погружаясь в свои мысли.

Янь’эр и цилинь, стоящие снаружи, до сих пор были в ужасе. Вскоре они заметили, что физическое тело Цинь Му начинает уменьшаться, оно уже не было таким огромны и толстым, как раньше.

Вскоре Цинь Му вернулся к своим изначальным размерам, не будучи ни худым, ни толстым, и обретая нормальные пропорции.

Кожа на огромных ушах цилиня была тщательно пожёвана и покрылась кровью. Крылья Янь’эр, которым тоже немало досталось, стали намного короче, чем раньше.

Они собирались спросить Цинь Му об исходе его совершенствования, когда внезапно тот упал на колеи, начиная пронзительно рыдать.

Цилинь и Янь’эр встревоженно переглянулись. Они слышали в плаче Цинь Му безграничные обиды и унижение.

Источником его унижения были личные поражения, а также страдания, через которые пришлось пройти Вечному Миру.

Цилинь собирался подойти и успокоить его, когда плачь Цинь Му внезапно превратился в смех, становящийся всё более и более громким.

Его лицо обливалось слезами, но из его сердца исходил искренний смех, не оставляя и следа от былой грусти.

Продолжая смеяться, Цинь Му поднялся, не собираясь снова опускаться на колени.

Цилинь и Янь’эр были шокированы увиденным. Казалось, словно Цинь Му стал другим человеком.

Всё это время, хоть он и улыбался, не подавая признаков грусти, они могли чувствовать в его сердце хрупкость и безнадёжность.

Теперь же он выглядел так, будто переродился, снова становясь тем весёлым мальчиком, каким был когда-то.

Тем не менее, в нём было что-то новое, хоть они и не могли понять, что именно. Цинь Му лишь сильно напоминал им пылающее солнце, взошедшее после бури.

Глава 897. Тело Тирана Цинь Вечного Мира, Небесный Преподобный Му Дракона Ханя

Цилинь и Янь’эр дождались, пока Цинь Му успокоится, прежде чем подойти к нему.

— Владыка Культа, как твоё здоровье? — посмотрев на Цинь Му, цилинь заметил, что его жизненная Ци перестала иссякать, и что его состояние значительно улучшилось. Он поинтересовался. — Твоя жизнь всё ещё в опасности?

— Кажется, мне уже лучше, вот только моя новорождённая душа ещё слишком хрупка. Кроме того, я потерял слишком много жизненной Ци. Хоть моей жизни ничего уже не грозит, я ещё не вернулся к своему лучшему состоянию, — оценив своё состояние ответил Цинь Му. — Моя душа сейчас будто младенец, что не слишком безопасно. Тем не менее, мой духовный эмбрион невероятно силён. Я думаю, что мне придётся потратить некоторое время на совершенствование, чтобы восстановить баланс.

— Если твоя душа только что родилась, то сколько тебе лет?

Задумавшись, Цинь Му ответил:

— Моему физическому телу тридцать два года, но моя душа только что родилась. Я существую в этом мире лишь один день, я младенец! Странно, это очень странно!

Цилинь и Янь’эр рассмеялись вместе с ним.

Янь’эр проговорила:

— Сегодня важный день, день, когда родился Небесный Преподобный Му.

Цинь Му покачал головой, в его сердце возникли странные чувства.

Он живёт уже тридцать два года, но его настоящий день рождения сегодня. Это и вправду было странным.

Его совершенствование было ещё далеким от своего прежнего уровня. Сейчас у него осталась лишь пятая часть Ци из-за ужасного истощения. Это было существенной потерей.

Более того, он не знал на каком уровне находится его совершенствование, так как не мог измерить его при помощи семи божественных сокровищ. Он не мог сравнить себя с остальными практиками божественных искусств.

Сильнее всего его беспокоил тот факт, что оставшись с одним лишь Духовным Эмбрионом, он не мог идеально исполнять свои старые техники.

Будь то техники Императорского Трона, которые он изучил раньше, или же Три Эликсира Тела Тирана, созданные им, циркуляция Ци при их исполнении была крайне вялой и неорганизованной.

Раньше, когда Цинь Му был во сне, он провёл бесчисленное количество экспериментов. В конце концов ступив на путь во сне, он сумел изменить и улучшить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, спасая себе жизнь.

Затем он использовал улучшенную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы уничтожить свой райский дворец и божественные сокровища, после чего достиг невозможного, обретя божественную душу, а вместе с ней и новую жизнь.

Тем не менее, он всё ещё не мог совершенствоваться даже с улучшенной техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана!

Улучшенная техника Трёх Эликсиров Тела Тирана была рассчитана на систему совершенствования семи божественных сокровищ, но теперь у Цинь Му был лишь Духовный Эмбрион. Более того, его Духовный Эмбрион отличался от духовных эмбрионов остальных практиков и богов.

Техники практиков божественных искусств и богов строились на системе божественных сокровищ и райских дворцов. Если их основание рушилось, они больше не могли их использовать.

Единственным, что он до сих пор мог исполнять, оставалась Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы. Причина этого крылась в том, что техника Будды была философией разума. Чтобы вступить на путь во сне, нужно было полагаться на свой разум. Тем не менее, чтобы использовать сон для увеличения совершенствования, всё же нужно было полагаться на систему совершенствования божественных сокровищ.

Он мог использовать технику, чтобы войти в сон, но не мог в нём совершенствоваться.

Цинь Му попытался исполнить свои божественные искусства, и облегчённо вздохнул. В его божественных искусствах всё ещё осталась сила, а значит, он ещё не совсем потерял всё то, что изучил и освоил раньше.

Если бы это всё же произошло, ему пришлось бы потратить огромное количество усилий и времени.

Он снова уснул. В мире во сне бесчисленные крохотные Цинь Му снова выползли из его ушей, глаз, рта, носа и межбровья. Некоторые даже появились из его волос.

В мире внутри пузыря крохотные Цинь Му торжественно обсуждали способ подстроиться под новое божественное сокровище Духовного Эмбриона на языке, которого цилинь и Янь’эр не понимали.

Один из крохотных Цинь Му стоял на возвышении, рисуя своей жизненной Ци. Он построил божественное сокровище Духовного Эмбриона, после чего отметил на нём путь циркуляции жизненной Ци. Покачав головой, он громко прокричал:

— Цзи Гу! Цзи Гу Цзи Гу!

На лицах остальных крохотных Цинь Му появились мрачные улыбки, они начали шептать друг другу на ухо:

— Цзи Гу! Цзи Гу!

Крохотный Цинь Му на возвышении был возмущён и немедленно выполнил придуманную технику. Спустя несколько мгновений он начал блевать кровью.

Остальные рассмеялись:

— Ма Ха Ма Ха!

Ещё один крохотный Цинь Му забрался на возвышение, планируя столкнуть парня, блюющего кровью. Тем не менее, тот до сих пор дышал, и схватил его за рукав, с трудом проговорив:

— Цзи Гу…

— Ма Ха!

Оттолкнув его, второй Цинь Му взволнованно смоделировал свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, демонстрируя её бесчисленной армии внизу. Он громко прокричал:

— Цзи Гу! Цзи Гу!

Увидев её, остальные Цинь Му начали кивать головами и хвалить:

— Цзи Гу!

Кроха на горе исполнил технику божественного сокровища Духовного Эмбриона. Внезапно его тело взорвалось, брызгая кровью во все стороны. Упав на землю, бедолага умер.

Клоны Цинь Му под возвышением от души рассмеялись:

— Ма Ха Ма Ха!

Цилинь и Янь’эр уже привыкли к подобному, и не удивлялись. Тем не менее, Янь’эр заинтересовали крохотные Цинь Му, и она встала снаружи мира в пузыре, смеясь над различными способами, в которые гибли бедолаги.

Крохотные Цинь Му создавали и проверяли техники, которые затем становились всевозможными способами их гибели.

Из разума Цинь Му до сих пор вылезало огромное количество его клонов. Они продолжали экспериментировать, не боясь смерти.

Они общались на своём таинственном языке, который Янь’эр не понимала. Он позволял им без проблем обмениваться мыслями и идеями.

Цилинь продолжал лететь вперёд, неся их на своей голове. В конце концов они достигли реки Вздымающейся, услышав грохот речного потока и волн.

В этот момент цилинь услышал, что на его макушке началась какая-то суматоха. Бесчисленные крохотные Цинь Му носились по миру в пузыре, восклицая от радости. Они подбрасывали в воздух одного из своих собратьев, после чего ловили его и подбрасывали снова, весело крича.

— Сестра Янь’эр, что произошло? — поспешно поинтересовался цилинь.

Янь’эр взволнованно ответила:

— Молодой мастер создал свою собственную технику!

Цилинь поспешно остановился. Его жизненная Ци подняла спящего Цинь Му, и положила его на землю. В мире сна вокруг парня виднелись горы и моря из трупов. Бесчисленные крохи погибли, их тела создавали поистине трагическую картину.

Тем не менее, те, кому удалось выжить, радостно восклицали, подбрасывая одного из своих братьев в воздух. На лице последнего виднелось выражение гордости, он позволял подбрасывать себя в небо, переполняясь радостью и удовольствием.

Внезапно, все крохи запаниковали и разбежались в различные стороны. Не осталось никого, кто мог бы поймать Цинь Му, придумавшего технику, и тот грохнулся на землю и начал сердито ругаться:

— Цзи Гу Цзи Гу!

Остальные продолжали бегать, будто тараканы без головы, крича и плача, прежде чем внезапно исчезнуть. Бедолага, придумавший технику, тоже запаниковал и начал обезумевши носиться по округе, прежде чем опереться о стену мира сна и начать умолять Янь’эр о спасении.

Янь’эр ничего не оставалось, кроме как попытаться его спасти. Тем не менее, как только она протянула руку к пузырю, тот лопнул, и все крохи внутри исчезли.

Цинь Му открыл глаза и поднялся, пытаясь усесться поудобнее. Улыбнувшись, он проговорил:

— Я пережил во сне бесчисленные бедствия. Наконец мне удалось завершить свою технику.

Янь’эр до сих пор испытывала жалость к крохотному Цинь Му, и была подавлена. Она ответила, выражая своё недовольство:

— Когда ты проснулся, эти бедные крохи погибли. Даже не надейся, что я ещё когда-то тебя накормлю!

Цинь Му выполнил свою новую технику, не опасаясь об истощении Ци. Циркуляция его Ци стала невероятно плавной, а его новорождённая душа начала расти, становясь всё сильнее, что сильно его обрадовало.

Увидев изменение в его настроении, цилинь спросил:

— Владыка Культа, ты можешь передать свою технику кому-то ещё?

Цинь Му покачал головой:

— Это слишком сложно. Чтобы добраться туда, где я сейчас, я пошёл путём который мне лучше всего подходит. Если кто-то решит изучить мою технику, то ему придётся совершенствоваться до области Райской Реки, после чего изучить неизменное божественное искусство. Кроме того, ему придётся овладеть математикой и искусством создания, а также заполучить Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы. Его достижения в Дао Боевых Искусств и Дао Меча тоже должны превзойти обычных людей. Исходя из этого, никто не в силах изучить моей техники.

Цилинь разочарованно вздохнул.

— Тем не менее, техника, созданная Небесным Преподобным Юем, отлично подойдёт для большинства людей, — добавил Цинь Му. — Вот только она довольно требовательна к уровню понимания, так что её будет трудно распространить и популяризировать. Мы уже достигли реки Вздымающейся?

— Академия Реки Вздымающейся прямо перед нами, — проговорил цилинь.

Прибыв в Академию Реки Вздымающейся, они обнаружили, что её уже давно захватили боги райских небес. Здесь началась масштабная стройка роскошных дворцов, многие драконьи боги и боги реки были взяты в рабство, и сейчас тяжело работали.

К этому времени они уже успели построить огромный город богов. Когда Цинь Му вошёл в город, то увидел, что рабы используют собственную кровь, чтобы нанести руны на стены города. Дворцы, покрытые благословлениями построений, медленно поднимались в небо.

Эти божественные горы и тронные залы были привязаны цепями, которые не позволяли им улететь прочь.

После того, когда город поднимется в небо, он стабилизируется, и станет важным элементом власти райских небес в этих землях.

Река Вздымающаяся была райской рекой, и в ней было множество природных ресурсов, которые были крайне важны для Первобытного Царства.

Древний Небесный Император, управляющий Первобытным Царством, естественно, понимал важность реки Вздымающейся, поэтому отправил сюда огромное количество военной силы.

Цинь Му увидел в городе богов Владыку Взращивания Драконов. Тот возглавил небольшую группу и следил за работой драконьих и речных богов, и сейчас был занят своими обязанностями.

— Владыка Взращивания Драконов! — воскликнул цилинь. — Тебя ищет Владыка Культа!

Услышав его голос, Владыка Взращивания Драконов повернул голову. Заметив Цинь Му, он поспешно подбежал к ним и поздоровался, чувствуя себя весьма неловко.

Цинь Му рассмеялся:

— Не стоит беспокоиться. Если бы ты меня предал, то уже погиб бы. Ты сдался райским небесам лишь для того, чтобы спастись. Владыка Взращивания Драконов, как тебе удалось выжить?

Владыка Взращивания Драконов заключил с ним Соглашение Маленького Графа Земли, поэтому Цинь Фэнцин всегда за ним наблюдал, видя в нём потенциальный обед. Если бы Владыка предал Цинь Му, то Цинь Фэнцин тут же сожрал бы его.

Если Цинь Фэнцин до сих пор этого не сделал, значит Владыка Взращивания Драконов не нарушил соглашения.

Несмотря на то, что Цинь Му не был слишком уверен в характере своего брата, он был уверен в его аппетите.

Владыка Взращивания Драконов облегчённо вздохнул и проговорил:

— Когда армия райских небес атаковала это место, я приказал драконам реки сдаться. Многие речные боги планировали предать Повелителя, но они тут же погибали, необъяснимым образом становясь трупами. Хоть я и сдался, я не осмелился предать Повелителя. Великая армия райских небес увидела во мне пользу и пощадила мою жизнь, заставив меня контролировать постройку города богов.

Цинь Му спросил:

— Какой бог сейчас охраняет реку Вздымающуюся?

— Ученик Зелёного Божества Восточных Небес, Почтённый Бог У Цзи, — ответил Владыка Взращивания Драконов. — Закончив подавлять бесчисленные расы полубогов, Зелёное Божество Восточных Небес покинул Первобытное Царство и вернулся на Восточные Небеса, оставив своего Почтённого Бога У Цзи следить за ситуацией. Здесь осталось множество людей из райских небес, этот город населён смесью хороших людей и мерзавцев. Некоторые боги даже расспрашивали меня о тебе, и они не были слишком приятными.

Цинь Му легко кивнул и улыбнулся:

— Я давно слышал, что на райских небесах есть люди, которые хотят убить меня

— Небесного Преподобного Му, и готов к этому. Нам не о чём беспокоиться.

Пока они говорили, из одного из огромных залов над их головами донёсся весёлый голос. Он проговорил:

— Небесный Преподобный Му прибыл к нам издалека, но я не смог тебя встретить! Небесный Преподобный Му, пожалуйста, поднимись для разговора.

Выражение Владыки Взращивания Драконов слегка изменилось, он подавал Цинь Му сигнал уходить. Тот рассмеялся:

— Всё хорошо. Есть много желающих меня убить, и если я буду прятаться от каждого из них, то сколь времени потеряю? Можешь уходить.

Владыка Взращивания Драконов планировал продолжить его убеждать. Тем не менее, Цинь Му неоднозначно рассмеялся:

— Даже если бы здесь было Зелёное Божество Восточных Небес, он был бы вынужден вести себя с уважением, не говоря уже о его ученике.

Владыка Взращивания Драконов проговорил:

— Повелитель, иметь дело со слугами намного труднее! У богов из райских небес плохие намерения, так зачем подвергать себя лишнему риску? Этот Почтённый Бог У Цзи не являет собой ничего хорошего…

Цинь Му махнул рукой, забираясь на голову цилиня, прежде чем отправиться к тронному залу в небе.

У входа в тронный зал его встретил Почтённый Бог У Цзи, вместе с группой красивых молодых людей. Он засмеялся:

— Тело Тирана Цинь Вечного Мира, Небесный Преподобный Му Дракона Ханя, один из трёх героев реформы. Даже если бы мой учитель был здесь, он должен был бы проявить к тебе уважение.

Он поклонился и поздоровался с Цинь Му, прежде чем бросить взгляд на богов райских небес вокруг. Едва сдерживаясь от ярости, он прокричал:

— Вы что, не видите Небесного Преподобного Му? Почему вы не приветствуете его?

Один из богов холодно рассмеялся и проговорил:

— Тело Тирана? Небесный Преподобный Му? Он просто бесполезный человек, не достойный того, чтобы бог райских небес с ним здоровался.

Почётный Бог У Цзи рассердился, начиная ругать бога и извиняться перед Цинь Му:

— Небесный Преподобный Му, этот сброд ничего не понимает. Надеюсь, такой великодушный человек, как ты, не примет этого близко к сердцу. Пожалуйста, заходи.

Цинь Му спустился с головы цилиня и встал перед входом, едва заметно улыбаясь:

— Всё хорошо. После тебя.

Глава 898. Испытание Столкновения с Бедствием

Интерьер тронного зала был невероятно роскошным, тем не менее, он сильно отличался от всего, что Цинь Му видел раньше. Большинство рисунков на стенах и колоннах были портретами огромных драконов. Все они лежали под старым деревом, которое, судя по всему, вызывало у них глубокий страх.

Кора старого дерева напоминала чешую дракона, его ветви выглядели крайне просто и загадочно, напоминая стаю драконов.

Цинь Му осмотрелся вокруг, недоумевая. Он рассмеялся:

— Зелёное Божество Восточных Небес принадлежит к расе драконов?

Почтённый Бог У Цзи предложил ему сесть:

— Мой учитель — это зелёное дерево, постигшее Дао. До Эпохи Дракона Ханя, он был деревом, иссохшим и увядшим. Небесный Преподобный Юй освоил Дао од этим деревом и открыл божественное сокровище Духовного Эмбриона. В этот момент небеса задрожали и в воздухе появились древние боги, начавшие восхвалять Небесного Преподобного Юя и дарить ему свои благословления. Мой учитель получил кое-какую выгоду благодаря ему. Обретя немного божественной Ци, дерево вернулось к жизни, превращаясь из иссохшего дерева в божественное.

Цинь Му разрешил цилиню прилечь у его ног. Янь’эр превратилась в толстую девушку и встала за его спиной, совсем не напоминая ту красотку, которой она была в персиковом лесу. Теперь же она выглядела слегка глуповатой.

Продолжая осматривать картины в тронном зале, Цинь Му проговорил:

— Я не знал, что Зелёное Божество Восточных Небес было глубоко связано с Небесным Преподобным Юем.

Увидев, что Цинь Му уселся на троне, боги, служащие Почтённому Богу У Цзи разозлились, а когда они заметили, что тот привёл с собой какую-то странную толстуху, вместо красивой служанки, они начали с подозрением относиться к его стандартам красоты.

Почтённый Бог У Цзи улыбнулся:

— Тем не менее, став божественным деревом, мой учитель столкнулся с бедствием.

Не обращая внимания на остальных, Цинь Му спросил:

— Почему это?

— Изначально мой учитель был бесполезен. Он был лишь старым прогнившим деревом, из которого даже мебель нельзя было сделать. Сделать из него красивой статуи бога тоже не получилось бы. Даже использовать его для костра было бы не самой лучшей идеей. Благодаря этому, он сумел выжить, — лицо Почтённого Бога У Цзи сияло улыбкой, в его словах крылось глубокое значение.

— После того, как он стал божественным деревом, он стал полезным. Спустя некоторое время его срубили и превратили в сокровища. После этого он десять тысяч лет снова был бесполезным. Небесный Преподобный Му, стать бесполезным — это способ спастись, правда?

Цинь Му громко рассмеялся:

— В этом есть определённый смысл.

— Моего учителя срубили чтобы превратить в сокровище из-за того, что он стал полезным. На Собрании Яшмового Водоёма в первом году Эпохи Дракона Ханя, моего учителя притащили к Яшмовому Водоёму. Тогда он увидел десятерых Небесных Преподобных, среди которых был и Небесный Преподобный Му. Он стал свидетелем той золотой эпохи, — проговорил Почтённый Бог У Цзи. — В то время он был лишь бездумным духовным оружием. Кто-то держал его в руках, слушая чьи-то слова. На божественной платформе райских дворцов были Небесный Преподобный Му и Хао. Позже мой учитель осознал, что Небесный Преподобный Юй на самом деле был Небесным Преподобным Му. С тез пор он был тебе глубоко благодарен.

Потеряв дар речи, Цинь Му разразился смехом:

— Я не ожидал, что те, кто слушали меня в Яшмовом Водоёме, в итоге станут большими шишками.

Почтённый Бог У Цзи проговорил:

— Впоследствии, формы жизни после начала и полубоги создали свои собственные райские небеса и развязали бесконечные войны. В результате мой учитель поменял огромное количество владельцев. До наступления первого бедствия Дракона Ханя раские небеса поднялись и покинули мир смертных, поселившись за пределами девяти небес. После войны мой отец стал деревом без хозяина и упал в мир смертных. Спустя десять тысяч лет, когда он пытался освободиться от своего деревянного тела, его заметили боги Багрового Света и сделали из него рукоять.

Цинь Му вздохнул:

— Я сочувствую Зелёному Божеству, он пережил много испытания и невзгод.

— Несмотря на такое количество поворотов и смену многих владельцев, исконный дух моего учителя выжил. В один момент времени он оказался в руках Багрового Императора, становясь божественным оружием области Императорского Трона. На протяжении Эпохи Высшего Императора бои и убийства становились более частыми, и мой учитель стал одним из самых сильных оружий, за которое сражались Северный и Южный Высший Император,

— проговорил Почтённый Бог У Цзи. — Древние боги райских небес тоже принимали участи е в войнах Эпохи Высшего Императора. Из-за силы моего учителя Восточное Божество Цин Лун был вынужден спуститься лично. В одной из битв он сломал учителя, становясь его врагом.

Цинь Му посмотрел на картины на стене, и вдруг его осенило:

— Итак, между ними есть обида. Не странно, что большинство богов, строящих этот город, — драконы. Кроме того, на рисунках на стенах тоже изображены драконы.

Почтённый Бог У Цзи проговорил:

— Несмотря на то, что Восточное Божество сломало моего учителя, он не умер. Вместо этого, в последние годы Эпохи Высшего Императора он превратился в человека и поклялся отомстить в будущем. Позже, благодаря тому что райские небеса высоко его ценили, он стал Зелёным Божеством Восточного Неба, Хозяином Восточного Райского Дворца. В будущем мой учитель захватит райский дворец Зелёного Дракона и станет Восточным Божеством!

Цинь Му восхищённо воскликнул:

— Из глубин несчастья приходит блаженство, и тот, кто талантлив, в итоге добьётся признания.

Почтённый Бог У Цзи проговорил:

— Мой учитель не хочет видеть в тебе своего врага. Он даже благодарен тебе. Раньше, в столице Вечного Мира, он даже приказал мне слегка тебе поддаться.

На лице Цинь Му возникло торжественное выражение.

Почтённый Бог У Цзи продолжил:

— Перед тем, как мой учитель вернулся на Восточное Небо, он дал мне такие инструкции: Если Небесный Преподобный Му решит здесь остановиться, то Восточный Райский Дворец готов гарантировать твою защиту. Мой учитель говорил, что он тоже когда-то был деревом, с которого нет толку. Небесный Преподобный Му — умный человек, ты должен понимать, что он имеет в виду.

Цинь Му рассмеялся:

— Понимаю. Зелёное Божество Восточных Небес хочет, чтобы я был человеком, с которого нет толку. Даже если это не так, то я всё равно должен остаться здесь и делать вид, что ничего не изменилось.

Почтённый Бог У Цзи улыбнулся:

— В этом и заключается задумка моего учителя. Он готов противостоять определённым силам, чтобы защитить Небесного Преподобного Му. Кроме того, он опасается, что без души Небесный Преподобный Му не сможет продержаться долго. Мы, Восточный Райский Дворец, можем взять на себя все заботы. Небесный Преподобный Му сможет дожить здесь свои дни счастливо. Таким образом учитель пытается отплатить тебе за то, что передал ему техники и учения на Собрании Яшмового Водоёма. Небесный Преподобный Му должен понимать масштаб его стараний.

— Я понимаю, но не слишком их ценю, — рассмеялся Цинь Му. — Император Яньфэн и Цзян Байгуй, двое из трёх героев реформы Вечного Мира, являются главными преступниками, пошедшими против небес и их воли. В результате они проведут по двести лет в заточении. Я, Небесный Преподобный Му, не был заточён райскими небесами, но вместо этого застряну здесь. Разве Зелёное Божество Восточных Небес независим от райских небес?

Выражение лица Почтённого Бога У Цзи слегка изменилось, он улыбнулся:

— Если Небесный Преподобный Муне желает принять защиту моего Восточного Райского Дворца, то я не в силах что-то сделать. По правде говоря, несмотря на то, что мой учитель контролирует Восточный райский Дворец, там всё же есть силы райских небес. У меня здесь много сильных учеников.

Множественные боги под его руководством в нетерпении ждали возможности сразиться с Цинь Му.

Цинь Му рассмеялся:

— Почтённый Бог имеет в виду, что даже если Зелёное Божество Восточных Небес не осмелится меня убить, то есть те, кто осмелится?

Почтённый Бог У Цзи вздохнул:

— Я всего лишь мелкая сошка, не смеющая принимать решений. Если Небесный Преподобный Му готов согласиться на защиту райских небес, то я буду защищать его ценой своей жизни. Если же ты откажешься, то я закрою свои глаза.

Цинь Му посмотрел на богов в зале и проговорил:

— Почтённый Бог, ты не мог бы представить меня одному или двум людям, которые хотят меня убить?

Почтённый Бог У Цзи тут же ответил:

— Они не хотят тебя убивать, а лишь преподать тебе урок. Это ученик Сына Небесной Инь, Юэ Уцзи.

Позади одного из богов возвышались Небесные Врата Минду, внутри которых виднелась густая тьма и раздавался шум волн моря преисподней. Бог вышел вперёд, поклоняясь и здороваясь:

— Юэ Уцзи отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Цинь Му поздоровался, за его спиной возникли Врата Небесной Воли.

Они поклонились друг другу, за их спинами появились их исконные духи. Стоя на жертвенных алтарях, исконные духи тоже поклонились, поднося огромную жертву.

Внезапно Юэ Уцзи закричал, из его глаз потекла кровь, и в следующий миг он бездыханно упал на землю!

Исконный дух на жертвенном алтаре за спиной Юэ Уцзи был убит, его душа рассыпалась. Его душа рассыпалась. Его духовный эмбрион погиб изящным образом, превратившись в потоки духовной энергии.

— Ученик Чёрного Божества был чиновником под Зелёным Божеством райского дворца Восточных Небес. Это странно.

Цинь Му выпрямился и улыбнулся:

— Боги, кто следующий?

Почтённый Бог У Цзи растерялся, остальные боги находились в шоке.

— Ха-ха-ха, я давно слышал, что Небесный Преподобный Му является Сыном Юду, что в его теле полно божественных искусств Юду, и он знает его Великое Дао как свои пять пальцев. Юэ Уцзи заслужил смерти, решив противопоставить своё искусство Юду твоему!

Почтённый Бог У Цзи искренне рассмеялся, поняв на причину смерти Юэ Уцзи:

— Это ученик Потомственного Короля Богов райских небес, Хуа Цин. Его божественные искусства безграничны и удивительны!

Хуа Цин вышел вперёд и поздоровался с Цинь Му.

Цинь Му посмотрел на него, внимательно изучив странные видения за его спиной и засмеявшись:

— Я уже встречал твоего Учителя. Потомственный Король Богов использовал физическое тело Небесного преподобного Юя, чтобы сразиться со мной, и был уничтожен.

Хуа Цин слегка изменился в лице, но продолжил равнодушно говорить:

— Это было лишь оружие, которым управляла прядь сознания учителя, оно исполнило только часть его способностей. Если бы он лично спустился к нижней границе и сразился с тобой в одной и той же области, то с лёгкостью бы тебя убил.

Цинь Му громко рассмеялся и покачал головой:

— Я уничтожил его тело Небесного Преподобного Юя. Если бы он спустился к нижней границе и сразился со мной в одной и той же области, то погиб бы ещё быстрее.

Хуа Цин холодно улыбнулся:

— Я хотел бы проверить Тело Тирана Небесного Преподобного Му, о котором так много слышал. Небесный Преподобный Му, в какой области ты сейчас находишься?

Немного подумав, Цинь Му ответил:

— Должно быть, в области Божественного Сокровища.

Хуа Цин переполнялся убийственным намерением:

— У божественных сокровищ есть семь областей. В какой ты находишься? Я не пытаюсь тебя испугать, а планирую сразиться и убить тебя, восстанавливая репутацию своего учителя!

Цинь Му покачал головой, отвечая:

— У моих божественных сокровищ есть лишь одна область — Духовный Эмбрион. Тем не менее. Если ты ограничишь свои силы до уровня Духовного Эмбриона, то это будет несправедливо, и ты умрёшь жалкой смертью. Области не имеют для меня значения, так что можешь выбрать какую хочешь.

Уголки глаз Хуа Цина дёрнулись. Когда Цинь Му убил Юэ Уцзи, он не был в области Духовного Эмбриона. Тем не менее, Цинь Му, будучи Небесным Преподобным, не мог лгать.

Запечатав свои Южные Небесные Врата, он проговорил:

— Я буду сражаться, используя своё совершенствование области Божественного Моста. Что скажешь?

Цинь Му кивнул:

— Если тебе будет не хватать сил, то можешь открыть свои Южные Небесные Врата и использовать их.

— Как ты смеешь меня недооценивать! — Хуа Цин взревел и тут же двинулся вперёд. Как только он исполнил своё божественное искусство, ему навстречу полетел свет меча, двигаясь со скоростью грома!

Ошеломлённый скоростью меча, Хуа Цин не смог уклониться или отбить удар. Ему тут же пришлось открыть свои Южные Небесные Врата. Божественная жизненная сила хлынула на него с небес, и его совершенствование мгновенно достигло своего предела.

Меч, продемонстрированный Цинь Му, был третьим Писанием Меча Бедствия — Столкновением с Бедствием.

Свет меча пронзил тело Хуа Цина, разрушая его Божественный Мост. Затем он двинулся прямиков вниз, уничтожая божественные сокровища Небожителя, Семи Звёзд, Пяти Элементов, Шести Направлений и Жизни и Смерти.

Как только божественное сокровище Жизни и Смерти Хуа Цина рассыпалось, меч обрушился на его Духовный Эмбрион, превращая его в пепел!

В этот момент божественная жизненная сила спустилась с неба, и Южные Небесные Врата Хуа Цина открылись. Тем не менее, она тут же вышла из-под контроля, в результате чего его райский дворец стал невероятно неустойчивым!

Цинь Му вернул свой меч обратно, и тот превратился в пилюлю меча, которая начала кружиться между его пальцев.

Бум!

Хуа Цин взорвался, извергая ужасающие волны божественной жизненной силы, отчего крыша зала подлетела в небо.

Осторожно подняв пилюлю меча, Цинь Му превратил её в зонтик, чтобы прикрыться от падающих обломков. Засмеявшись, он проговорил:

— Почтённый Бог, пожалуйста, представь следующего друга Дао.

До того, как Почтённый Бог У Цзи успел заговорить, другой бог воспользовался шансом, чтобы атаковать. Его божественная сила наполнила округу, неся его в сторону Цинь Му.

В этот момент толстая служанка, которая выглядела так, будто весила больше ста килограммов, внезапно превратилась в драконьего воробья. Взмахнув когтем, она прижала бога к земле.

Драконий воробей открыл клюв и глубоко вдохнул. В тронном зале поднялся яростный ветер, и все боги под руководством Почтённого Бога У Цзи потеряли равновесие и начали медленно сунуться в её сторону.

Эти боги боролись изо всех сил, пытаясь выбежать на улицу. В следующий миг в зале будто закончился воздух, и все боги оторвались от земли, неконтролируемо полетев в клюв воробья!

Янь’эр подняла лапу, забрасывая схваченного бога себе в ключ. Затем она задрала голову и проглотила его заживо.

В следующий миг в ней проснулась яростная природа, и она зловеще посмотрела в сторону Почтённого Бога У Цзи.

Тот застыл в ужасе, когда острый коготь, способный разрубить небо и землю, надавил на него!

— Сестра Янь’эр, мы здесь гости.

Услышав голос, драконий воробей опустил коготь и превратился в стокилограммовую служанку, послушно становясь возле Цинь Му.

Глава 899. Встреча со Старым Другом по Пути в Тюрьму

Почтённый Бог У Цзи был в ужасе. Изначально он думал, что Цинь Му допустил фатальную ошибку, прибыв сюда из Вечного Мира.

Цинь Му носил титул Тела Тирана Вечного Мира, а также Небесного Преподобного Му, прославившись ещё в первом году Эпохи Дракона Ханя. Тем не менее, большие шишки райских небес знали его историю.

Он был всего лишь маленьким человеком из Вечного Мира, который случайным образом попал в первый год Дракона Ханя и использовал знания, опережающие то время на миллион лет, добился своего титула.

Так называемое Тело Тирана на самом деле было лишь тираном крохотной выгребной ямы под названием Вечный Мир.

На самом деле страх в их сердца вселяла его личность Сына Юду. Теперь, когда он больше не был Сыном Юду и стал человеком без души, которому недолго осталось жить, любой осмеливался пойти против него!

Тем не менее, оказалось, что Небесный Преподобный Му был не таким простым, как они считали!

Его способности были чрезвычайно странными, и несмотря на его низкий уровень совершенствования, божественные искусства, которые он исполнял, выходили за пределы их понимания.

Более того, способности и методы толстого драконьего воробья, пришедшего вместе с ним, были ужасающими. Она была намного сильнее губернатора провинции Восточного Райского Дворца!

Он не смог бы её одолеть даже задействовав великую армию богов Восточного Райского Дворца и дьявольские построения, более того, сделать это в тронном зале было невозможно.

Даже более важным было то, что он не смел этого делать.

Только существа с огромной властью на райских небесах могли осмелиться убить Цинь Му, но не он.

Силы райских небес, стоящие за убийцей, закрыли бы глаза, если бы Цинь Му был убит кем-то влиятельным. Они с лёгкостью могли бы свалить его вину на кого-то другого.

Тем не менее, за ним стоял Зелёное Божество Восточного Неба, и тот не простил бы ему такого проступка.

Цинь Му осмотрелся вокруг и улыбнулся:

— Уважаемый Бог У Цзи, будучи твоим гостем, я осмелился повредить твой тронный зал. Я сильно об этом сожалею.

Почтённый Бог У Цзи не заметил в его голосе чувства вины, но всё же выдавил из себя улыбку:

— Всё хорошо. В первом году Дракона Ханя Небесный Преподобный Му и вовсе уничтожил Яшмовый Водоём. Разве моё скромное жилище идёт с ним в сравнение?

Цинь Му громко рассмеялся и поднял руку, собираясь похлопать его по плечу, тем не менее, Почтённый Бог У Цзи оказался слишком высоким.

Почтённый Бог У Цзи быстро присел, и Цинь Му наконец смог похлопать его по плечу. Довольным голосом он проговорил:

— Почтённый Бог хорошо меня понимает, и знает мои вкусы. Интересно, ты знаешь, какие у меня планы на будущее?

Почтённый Бог У Цзи спросил уважительным тоном:

— Могу я узнать о твоих планах?

— Я планирую покинуть Вечный Мир, — ответил Цинь Му. — Собираюсь путешествовать по Первобытному Царству и навещать моих друзей. Для начла я отправлюсь в великую тюрьму и посмотрю, как поживает мой друг. Затем я поднимусь на райские небеса, чтобы встретить друга там.

Почтённый Бог У Цзи был потрясён и воскликнул:

— Небесный Преподобный Му, разве путешествие на райские небеса не равноценно самоубийству?

Цинь Му взглянул на него, и Почтённый Бог У Цзи поспешно присел. Тем не менее, Цинь Му не стал хлопать его по плечу, и вместо этого проговорил:

— Ты ещё слишком молод. Я отправлюсь на райские небеса как Небесный ПРеподобны1й, и ко мне будут вежливо и гостеприимно относиться. Мои маленькие друзья из прошлого не посмеют сделать свой ход в открытую. В худшем случае они будут действовать тайком.

Несмотря на то, что Почтённому Богу У Цзи казалось, что репутация Цинь Му была незаслуженной, он понимал, что соответствовать своей репутации не всегда просто, и восхищался смелостью парня. Он проговорил:

— Я поражён твоей смелостью. В таком случае, желаю тебе безопасного путешествия.

Цинь Му рассмеялся:

— Спасибо за твои добрые слова. Впрочем, я не знаю где находится великая тюрьма, так что хотел бы попросить тебя указать мне путь.

Почтённый Бог У Цзи торжественно ответил:

— Небесный Преподобный, пожалуйста, отправляйся к Первобытному Дереву. Великая тюрьма находится у его подножия.

Цинь Му поблагодарил:

— Почтённый Бог, можешь меня не провожать. Прощай.

Тот уважительно ответил:

— Я должен это сделать. В конце концов, ты Небесный Преподобный, и если я тебя не провожу, то проявлю неуважение. Небесный Преподобный, не стоит церемониться. Меня зовут У Шэнцзи, пожалуйста, зову меня Сяо У.

Кивнув, Цинь Му покинул тронный зал.

Почтённый Бог У Цзи следовал по его стопам. Выйдя наружу, он увидел тысячи богов и дьяволов великой армии, выстроившихся в построения и переполняющихся убийственным намерением.

Убийственное построение райских небес было несравнимо ужасающим, его аура разрушала небеса. Сияние бесчисленных божественных оружий ослепляло округу, огромное количество рун соединились, формируя гигантское дерево, способное подавить небеса!

Почтённый Бог У Цзи впал в ярость. Сделав шаг вперёд, он прокричал:

— Как неблагоразумно! Перед вами Небесный Преподобный Му, почётный гость моего Восточного Райского Дворца. Это позор, вытягивать перед ним оружие. Отступите!

Боги и дьяволы армии Восточного Райского Дворца растерялись. Они собрались, ощутив ужасающую ауру, вспыхнувшую внутри дворца.

Прибыв на место, они увидели в зале толстую птицу, пожирающую человека. Перед их глазами стены зала разлетелись, оставляя лишь фундамент и колонны. Следовательно, они выстроились в построения, готовясь к атаке.

Тем не менее, исполняя приказ Почтённого Бога У Цзи, они были вынуждены отступить.

Почтённый Бог У Цзи расслабился и улыбнулся:

— Небесный Преподобный, прошу.

Цинь Му кивнул и забрался на голову цилиня. Тот наступил на огненные облака и двинулся вперёд, в то время как Янь’эр превратилась в пухлого воробья и уселась на плече Почтённого Бога У Цзи. Тот пошёл впереди цилиня, прокладывая дорогу.

Он проводил Цинь Му на тысячу километров. Улыбнувшись тот проговорил:

— Почтённый Бог, ты провёл меня на целую тысячу километров. В конце концов, мы должны когда-то попрощаться. Давай сделаем это здесь.

Почтённый Бог поклонился и ответил:

— Прощай, Небесный Преподобный.

Янь’эр слетела с его плеча и уселась на плече Цинь Му. Тот проговорил:

— Почтённый Бог был крайне вежливым и гостеприимным, ты поделился со мной историей Зелёного Божества Восточных Небес. Я почерпнул из неё много пользы, так что прежде чем мы попрощаемся, хотел бы выразить свою благодарность.

Почтённый Бог У Цзи поспешно ответил:

— Я внимательно слушаю.

Цинь Му улыбнулся:

— Восточное Божество Цин Лун не слишком хорошо относился к Зелёному Божеству, в результате взял на себя риск быть схваченным и убитым. Если Почтённый Бог развяжет конфликт с Вечным Миром, то кто знает, может быть, Вечный Мир станет ещё одним Зелёным Божеством Восточного Неба? Что бы мы не делали, мы всегда учитываем различные возможности. Я дал тебе шанс и не отобрал твою жизнь. Если Почтённый Бог даст шанс Вечному Миру, то в будущем, Вечный Мир может его отблагодарить. Жирдяй, пора идти.

Цилинь улетел прочь.

Почтённый Бог У Цзи почувствовал, будто огромный груз наконец свалился с его плеч. Он тщательно обдумывал слова Цинь Му, чувствуя опасение.

Спустя некоторое время его догнала великая армия Восточного Райского Дворца. В небе показались её корабли, их флаги развевались на ветру, излучая убийственную ауру.

— Почтённый Бог, нам следует начать погоню? — спросил один из богов.

Тот махнул рукой и ответил:

— В этом нет необходимости. Передайте мой приказ —мы должны лучше заботиться о Владыке Взращивания Драконов и Короле Драконов Реки Вздымающейся. Не стоит быть слишком безжалостными. Кроме того, если простые жители Вечного Мира будут исправно подносить жертвоприношения, к мы не должны проявлять к ним жестокость. Нужно дать им путь к выживанию.

В сердцах солдат великой армии райских небес возникли сомнения, тем не мнее, они всё же поклонились и приняли приказ.

— Также передайте следующие приказы! — торжественно продолжил Почтённый Бог У Цзи. — Тело Тирана Цинь Вечного Мира, Небесный Преподобный Му Дракона Ханя, движется в сторону великой тюрьмы! Дайте лучшему генералу наш самый быстрый корабль и отправьте его к Северному, Южному и Западному Райским Дворцам, пусть приготовятся!

Сомнения в сердцах богов усиливались.

Прищурившись, Почтённый Бог У Цзи подумал: «Небесный Преподобный Му знает, что его много кто хочет убить, так почему он рассказал мне о своих планах? Тем не менее, раз уж я о них знаю, то должен воспользоваться возможностью. Касаемо того, сможет ли он убить их практиков, или же они убьют его, это меня не касается! — он мрачно вздохнул. — Он хочет отправиться на райские небеса. Этот парень невероятно смел!»

Цилинь двигался вверх по течению реки Вздымающейся, в то время как Цинь Му сидел на его голове, глубоко дыша и совершенствуя техники, которые он недавно создал. Его совершенствование увеличивалось с каждым днём, и спустя четыре месяца оно достигло предыдущего уровня.

Странным было то, что несмотря на то, что он достиг своего прежнего предела, он чувствовал, что в его Духовном Эмбрионе кроется огромный потенциал, будто он был ещё далеко от вершины!

Это сильно его озадачивало.

Он разрушил свой райский дворец и божественные сокровища, после чего открыл заново свой Божественный Эмбрион, небо и землю, позволяя своему исконному духу выжить. Более того, он сумел обрести новую душу, идя по совершенно другому пути, нежели системе совершенствования райских дворцов и божественных сокровищ.

В связи с этим, он понятия не имел сколько времени понадобится, чтобы достичь предела своего божественного сокровища Духовного Эмбриона, и насколько огромным был его потенциал.

Он исполнил Сутру Безграничного Бедствия и снова вошёл мир сна, изучая всевозможные варианты. Тем не менее, он так и не смог определить предел божественного сокровища Духовного Эмбриона и понять, что делать после его достижения.

Не достигнув предела, он не мог перейти на следующую область и стать богом.

— На собрании Яшмового Водоёма в первому году Дракона Ханя Небесная Преподобная Лин сказала, что бессмертия можно достичь с помощью божественного искусства создания. Если я смогу это сделать, то разве не стану подобием бога? Буду я богом, или нет, больше не будет иметь значения. Что называется богом?

«Пересечение Божественного Моста и вхождение в райский дворец делает человека богом?»

«Подобный вид бога — это лишь название практиков божественных искусств, способных жить так долго, как небо и земля. Сильные практики, вошедшие в райские дворцы — это всё же лишь сильные практики, а не боги!»

«А что насчёт древних богов? Это сильные формы жизни, рождённые Великим Дао Неба и Земли. Разве это делает их богами? Боюсь, что нет. Они ограничены своим собственным Дао, и не могут пробиться сквозь эти ограничения. Они не всемогущи, они не боги. А лишь сильные формы жизни.»

«В этом мире нет богов.»

Цинь Му рассмеялся и поднял голову. Цилинь достиг середины реки Вздымающейся, на горизонте, Первобытное Дерево, расположенное в глубинах Первобытного Царства, становилось всё больше.

«Моя техника уже превзошла обычную технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и вышла за пределы современной системы совершенствования. Как мне её назвать?»

Он глубоко задумался, и вдруг засмеялся «Раз уж я не могу передать её другим, то нет разницы, как я её назову. Можно просто использовать старое имя и продолжить называть её техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана.»

Впереди реку Вздымающуюся пересекали корни Первобытного Дерева. Торча из земли, корень поднимался на триста метров над водой, с него, словно занавеска, свисали бесчисленные веки.

Цилинь остановился. Внезапно он заметил молодой росток, торчащий из чёрного корня. Он быстро рос, и вскоре на нём появились два листа и цветок.

Росток медленно наклонился к воде, цветок на нём раскрылся, и из него выпал каменный гроб.

— Здесь буйствуют демоны! — в ужасе воскликнул цилинь.

Цинь Му спустился с его головы и подошёл к цветку. Несмотря на шум реки. Он смог услышать слабый голос:

— Небесный Преподобный Му…

— Мать Земли, — улыбнулся Цинь Му. — Я думал, что ты погибла от руки Небесного Императора. Мать Земли, кажется, твоя разрушенная душа до сих пор жива. Почему ты преградила мне дорогу?

Глава 900. Годовые Кольца Матери Земли

Из каменного гроба, свисающего из цветка, раздался голос Матери Земли. Он был очень слабым, тем не менее, его переполняла невероятная злость:

— Ты знал, что меня атаковал Древний Бог Небесный Император? Ты знал, что он до сих пор был жив?

На лице Цинь Му было расслабленное выражение, он ждал, пока она успокоится.

Воспользовавшись возможностью, он тщательно осмотрел каменный гроб. Раньше это был гроб одного из императоров Северных Небес Высшего императора. Который он видел во дворце земли.

Он не знал как разбитая душа Матери Земли сумела бежать от древнего Небесного Императора, и как она отыскала этот гроб.

Когда произошла катастрофа, Небесный Преподобный Хао воспользовался сильнейшим оружием райских небес и сразился с Матерью Земли, в то время как Цинь Му использовал силу Матери Земли, чтобы сильно его ранить. Затем, как только у него появился шанс, он сбежал в Первобытное Царство.

В итоге его обнаружила и окружила армия богов райских небес. Лишь когда против него вышли существа области Императорского Трона вроде Сына Небесной Инь и Ци Сяюй, ему пришлось покинуть свою душу и отправить Цинь Фэнцина в Юду.

Немногим позже, древний Небесный Император использовал своё сильнейшее оружие и спустился в Первобытное Царство, вонзив в его центре Первобытное Дерево, Цинь Му понял, что Мать Земли была мертва.

Он понятия не имел что случилось за это время. Ему оставалось предположить, что Небесный Император спустился и прогнал Небесного преподобного Хао, прежде чем убить Мать Земли.

Цинь Му был искренне удивлён тем, что разбитой душе Матери Земли удалось сбежать в столь опасной ситуации.

У неё ничего не осталось, её силы либо погибли, либо сбежали. Многие расы, оставшиеся под её контролем, а также захваченные небеса, были превращены в рабов и пленников.

Тем не менее, он до сих пор боялся Матери Земли.

Сороконожка может умереть, но она никогда не упадёт. Будучи самым сильным древним богом, рождённым в Юаньду, даже оставшись с одной лишь разрушенной душой, она была для него слишком сильным противником.

Гроб, свисающий с цветка, принадлежал одному из императоров Северного высшего Императора, было непонятно, был ли внутри него труп.

Мать Земли наконец успокоилась и равнодушно проговорила:

— Небесный Преподобный Хао отступил, а древний Небесный Император задействовал самое сильное оружие райских небес, чтобы убить меня. Несмотря на то, что он был крайне сильным, ему было сложно убить меня тем оружием. В конце концов, он был вынужден исполнить своё сильнейшее искусство, позволяя мне понять, что предо мной именно он!

Она снова разозлилась:

Хе-хе, однажды он реинкарнировал в Первобытное Царство и женился на той женщине по имени Цзю Учэнь. Он никогда бы не подумал, что на самом деле она была одним из членов Небесного Союза. В результате Небесный Союз его окружил, а я просто наблюдала за происходящим, ничего не предпринимая. Никогда бы не подумала, что он выжил! Как только он исполнил своё высшее искусство, я его узнала. Он пришёл отомстить, отомстить мне!

— Душа древнего Небесного Императора не рассеялась окончательно, и он сумел стать одним из лидеров Небесного Союза. У лишь недавно об этом узнал, — смотря на каменный гроб, проговорил Цинь Му. — Мать Земли остановила меня, чтобы я снова тебя воскресил? По правде говоря, я уже не Сын Юду.

— Но ты всё ещё непобедимый Великий Чародей, — из гроба донёсся ответ Матери Земли. — Почти все древние боги знают о твоей репутации и о том, что ты в силах воскрешать древних богов.

Цинь Му покачал головой и в его глазах появилась печаль, напоминающая осенние листья. Вокруг него воцарилась угрюмая и безразличная аура, будто он наконец понял суть мира смертных:

— У меня уже нет ни души, ни духа, так что я не в силах тебя воскресить. Нет смысла преграждать мне дорогу, я и так долго не протяну. В этот раз я путешествую лишь для того, чтобы найти место с зелёными холмами и прозрачной водой, чтобы умереть.

Янь’эр наклонила голову и осмотрела Цинь Му. Затем она почесала себе затылок когтем, думая: «Молодой мастер умеет лгать, совершенно не меняясь в лице. Определённо, он этому долго учился.»

Мать Земли молчала. Спустя некоторое время каменный гроб открылся.

По спине Цинь Му побежали мурашки. Взглянув на его шею, Янь’эр заметила, что он дрожит, его волосы встали дыбом. Он определённо был крайне взволнован.

Тем не менее, самым удивительным было то, что несмотря на шок Цинь Му, его дыхание и сердцебиение совсем не изменились. Он определённо прилагал огромные усилия, чтобы не подать виду.

«Кто его этому научил?» — недоумевала Янь’эр.

В каменном гробу переливался луч зелёного света. Он напоминал воду и свет, выглядя крайне уязвимым.

Этот луч не падал в реку, продолжая кружиться в гробу. Внутри него Цинь Му увидел едва заметную нить души.

Зелёный свет засиял ярче, и Цинь Му почувствовал, как в лицо ему ударяет аура невообразимой жизненной сил. Он тут же ощутил себя освежённым.

Даже его душа, казалось, невероятно обрадовалась.

— С самого начала я была Первобытным Деревом, и при рождении мои корни находились в подобном жидком свете. Не знаю, как он называется, я называю его Первобытной Жидкостью Обширного Тумана, — душа Матери Земли в водовороте жидкого света говорила не слишком охотно. — Причина, по которой мне удалось пережить две катастрофы, кроется в этой жидкости. За всё это время я расходовала уже большую часть своих запасов, осталось совсем немного.

Из каменного гроба вылетели капли зелёной жидкости, сияя зелёным светом. Рыбы, плавающие в реке, начали радостно выпрыгивать из воды, тут же начиная расти со скоростью, заметной даже невооружённым глазом. Они становились всё огромнее и огромнее, и в момент, когда их тела падали обратно в воду, их размеры уже были в десять раз больше, чем раньше!

Внезапно гигантская рыба, длиной в несколько десятков метров, выдохнула мощный демонический воздух!

Контролируя демонический воздух, она двинулась в сторону зелёной жидкости. Не успев подлететь к ней, она уже достигла трёхсот метров в длину. Постепенно её тело покрывалось длинными костяными шипами, напоминающими копья. Тем не менее, подлетев слишком близко к Первобытной Жидкости Обширного Тумана, она взорвалась, забрызгивая окрестности своими останками.

Вторая рыба неподалёку тоже взорвалась, оставляя после себя ужасающую кровавую картину!

У плотины реки Вздымающейся вспыхнули ауры богов и дьяволов. Они принадлежали трупам богов, дьяволов и драконов. В этот миг их тела резко менялись, воскресая. Открыв глаза, сияющие зелёным светом, они поднялись из-под воды, бросаясь в сторону Первобытной Жидкости Обширного Тумана.

На несколько мгновений этот отрезок реки стал невероятно оживлённым.

Трупам тоже не удалось коснуться к Первобытной Жидкости, когда их тела выросли до невероятных размеров и взорвались от давления!

Над рекой остался резкий запах крови.

Капля Первобытной Жидкости Обширного Тумана летела в лицо Цинь Му, и цилинь первый не выдержал её давления. Его физическое тело резко разрасталось, а драконьи когти достигли длины в двадцать метров. Его чешуйки увеличились, сияя, будто зеркало. Даже его грива была более пышной, чем до этого!

Янь’эр до сих пор могла себя контролировать, но её взгляд был прикован к капле Первобытной Жидкости. Казалось, будто она сильно хотела её проглотить.

Цинь Му запечатал свои поры и изо всех сил пытался сохранять контроль над своим физическим телом. Тем не менее, его плоть, кровь и кости неистово росли. Даже его волосы становились всё длиннее. Божественное искусство создания, которым он так хорошо владел, оказалось бессильным!

Капля Первобытной Жидкости влетела в его межбровье и проникла в божественное сокровище Духовного Эмбриона. Несмотря на свои крохотные размеры, в божественном сокровище она превратилась в огромное озеро. Переливаясь зелёной рябью, оно упало под ногами духовного эмбриона.

Цинь Му тут же почувствовал, как его Духовный Эмбрион наполняет жизненная сила. Несмотря на то. Что его исконный дух и душа до сих пор были крайне слабы, они быстро росли, поглощая энергию Первобытной Жидкости Обширного Тумана.

Его исконный дух взмыл в небо, жадно поглощая энергию Первобытной Жидкости. Цинь Му попытался исполнить технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и рост его исконного духа стал ещё быстрее!

— Первобытная Жидкость может поддерживать душу и дух, делая их бессмертными. С её помощью я защищала свою собственную душу. Небесный Преподобный Му, хоть у тебя и нет души, ты можешь укрепить свой дух Первобытной Жидкостью, делая его бессмертным! — проговорила разбитая душа Матери Земли. — Таким образом, ты не умрёшь. И тебе не нужно будет искать зелёный холм с прозрачной водой, чтобы там умереть.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он взглянул на оставшуюся в гробу зелёную жидкость:

— Мать Земли, я всё равно не в силах тебя воскресить. Мои способности слишком слабы. По правде говоря, у меня осталась лишь пятая часть прежнего совершенствования.

Мать Земли ненадолго замолчала, прежде чем из гроба вылетела ещё одна капля зелёной жидкости, проникая в божественное сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му.

— Этой капли хватит, чтобы восстановить твоё совершенствование, — проговорила Мать Земли.

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Мать Земли слишком жадна. Какой толк с того, что я восстановлю своё совершенствование, если я уже не Сын Юду? Небесный Герцог и Граф Земли отвернулись от меня, они не видят во мне никакой ценности. Если они не одолжат мне своей силы, то я не смогу тебя воскресить. Почему бы Матери Земли не дать мне ещё Первобытной Жидкости, чтобы мои способности стали такими же, как у Сына Юду? Если они увидят, что во мне ещё есть польза, то более охотно дадут мне свои силы.

Разбитая душа Матери Земли цинично рассмеялась, отвечая:

— Не то, чтобы я не хотела с тобой делиться, ты просто не способен выдержать силы первобытной Жидкости. Ты будешь переваривать эти две капли десятки, а то и сотни лет. Если я дам тебе ещё, твой Духовный Эмбрион не сможет его запечатать, и как только сила Первобытной Жидкости попадёт в твой кровоток, тебя разорвёт на части!

Цинь Му и вправду чувствовал, что его божественное сокровище Духовного Эмбриона постепенно достигает своего предела, и если туда попадёт ещё одна капля, то сила Первобытной Жидкости попадёт в его тело.

От ауры Первобытной Жидкости взрывались даже боги и дьяволы, не говоря уже о нём.

— В таком случае… — Цинь Му протянул руку, сжимая между пальцами крохотные бутылки. Вылив из них драконью слюну, он спросил. — Можешь наполнить эти бутылки?

Мать Земли снова замолчала. Немного подумав. Она ответила:

— Они не выдержат.

Цинь Му тут же начал двигать руками, оставляя на поверхности бутылок бесчисленные руны:

— Такой печати хватит?

— Нет.

Нанеся ещё несколько десятков печатей, он обнадёженно спросил:

— А сейчас?

— Нет.

Цинь Му озадаченно оглянулся, и Янь’эр тут же использовала свою магическую силу, нанося на бутылки печати зелёного дракона.

— А теперь? — с надеждой в глазах спросил он.

Мать Земли ненадолго замолчала, прежде чем ответить:

— Лишь одну баночку.

Цинь Му был разочарован. Тем не менее, как только он собрался что-то сказать, Мать Земли проговорила суровым тоном:

— Одна бутылка! Хватит торговаться!

Цинь Му осталось лишь положить бутылку в гроб с помощью своей магической силы. Наполнив её доверху Первобытной Жидкостью Обширного тумана, он тут же спрятал её в надёжном месте.

— Сколько времени тебе нужно, чтобы вернуться к своему лучшему состоянию? — спросила Мать Земли.

Цинь Му ответил:

— Сто лет или около того.

Из императорского гроба раздалось громкое рычание, и из тьмы позади Первобытной Жидкости вышел труп императора. Смотря на Цинь Му, он яростно рычал.

— Не больше десяти лет! — уверенно ответил Цинь Му.

Тело императора эпохи Высшего Императора уставился на него холодным взглядом, разрушенная душа Матери Земли в гробу фыркнула:

— Я дам тебе лишь десять лет. Если ты не оживишь меня за это время, то мой сын искупает Вечный Мир в крови!

Каменный гроб с грохотом закрылся, запечатывая труп императора и Первобытную Жидкость внутри. Вслед за ним начал закрываться огромный цветок.

— Подожди! — Цинь Му поспешно проговорил. — Мать Земли, моё совершенствование ещё не восстановилось. Если я погибну, то разве твои усилия не окажутся напрасными? Мать Земли, пожалуйста, дай мне подходящее оружие.

Огромный Цветок перестал закрываться, из него донёсся разъярённый голос Матери Земли:

— Ты сейчас полумёртвый. Вместо того, чтобы хорошо спрятаться и переварить Первобытную Жидкость, ты собрался привлекать к себе внимание и искать себе смерти?

Цинь Му торжественно ответил:

— Теперь, когда мне не нужно беспокоиться о смерти, я планирую отправиться на райские небеса…

Бум!

Каменный гроб внезапно распахнулся, и труп императора вывалился наружу, широко открыв рот и зарычав на Цинь Му. Цинь Му, цилинь и Янь’эр были настолько маленькими в сравнении с ним. Что не могли даже заполнить щели между его зубами!

Лицо Цинь Му сморщилось от ужасного запаха, доносящегося из рта императора, и он потерял равновесие. Река Вздымающаяся за его спиной взорвалась, её поток почти остановился!

Закончив рычать, труп втянул голову, продолжая свирепо смотреть на Цинь Му.

— Ты планируешь отправиться на райские небеса? — раздражённо спросила Мать Земли. — Почему бы тебе просто не покончить с собой?

Выражение лица Цинь Му оставалось неизменным, он ответил:

— Я должен посетить Райские Небеса. Как и сказала Мать Земли, я непобедимый Великий Чародей, и несмотря на то, что путешествие на райские небеса крайне опасное, древние боги меня защитят. Более того, я Небесный Преподобный Му, а также основатель Небесного Союза, так что на самом деле я в безопасности. Тем не менее, легко открыться от копья на виду, но тяжело отбить удар ножа в спину. У меня до сих пор нет подходящего оружия. Моя пилюля меча — это лишь духовное оружие, а не божественное…

Труп императора вернулся обратно в гроб, но спустя несколько мгновений вышел обратно, держа в руках деревянную палку длиной в десять метров.

— У тебя есть лишь палка? — разочарованно спросил Цинь Му.

Гроб императора внезапно закрылся, и Мать Земли проговорила холодным тоном:

— Это ядро Первобытного Дерева, одно из самых сильных божественных оружий в мире. Взгляни внимательно на количество его годовых колец!

Цинь Му посмотрел на кончик палки, увидев на ней бесчисленные кольца. Ка только он собрался их подсчитать, огромный цветок закрылся, и гроб император погрузился обратно в корень Первобытного Дерева. Корень, протянувшийся над рекой, молниеносно двинулся с места, исчезая!

— Какая жадина, боится, что я попрошу ещё об одном оружии… — Покачав головой, Цинь Му начал тщательно считать кольца. Спустя некоторое время он ещё не закончил.

Не удержавшись, цилинь спросил:

— Владыка Культа, сколько ты уже насчитал?

— Пять миллионов, но это даже не десятая часть…

Глава 901. Вспоминая Старые Обиды

Цилинь дрогнул:

— Пять миллионов колец — это меньше десятой части? То есть Мать Земли прожила не менее пятидесяти миллионов лет?

Цинь Му продолжал считать кольца, отвечая:

— Это слишком мало. Эта палка — всего лишь ядро Первобытного Дерева. Это не весь ствол, и я понятия не имею, сколько в нём может быть колец. По скромным подсчётам, в ядре не больше десяти процентов всех колец.

Янь’эр тоже дрогнула, понимая, что Матери Земли было как минимум полмиллиарда лет.

— Молодой Мастер, если эта палка не показывает настоящего возраста Матери Земли, то для чего считать её кольца? — недоумевала Янь’эр.

Цинь Му продолжал считать, не отвлекаясь:

— Я хочу определить возраст этого сокровища и понять, что из него можно сделать. Более того, годовые кольца раскроют тайну ранних годов Матери Земли. К примеру, в одном месте они близко расположены друг к другу, свидетельствуя о том, что спустя два миллиона лет после рождения Матери Земли, в Первобытном Царстве произошла катастрофа, из-за которой рост Первобытного Дерева почти остановился.

Формы жизни после начала не знали о событиях до наступления Эпохи Дракона Ханя. Это будет оставаться тайной до тех пор, пока кто-то из древних богов не решит её раскрыть.

Это была древняя первобытная Эпоха, о которой не существовало записей.

Цинь Му тщательно досчитал годовые кольца и тихо проговорил:

— Ядро Первобытного Дерева росло на протяжении семидесяти шести миллионов лет, за это время произошло десять катастроф, из-за которых рост Первобытного Дерева почти останавливался. Кажется, что в период правления древних богов в Первобытном Царстве было не слишком спокойно. Тем не менее, древние боги были самыми сильными существами тех времён. Где они встречали такую опасность? Они убивали друг друга, или же тогда существовали какие-то другие силы?

Древние боги определённо были самыми сильными существами древности, не существовало ничего, что могло бы им угрожать. Мать Земли была существом на уровне с Графом Земли и Небесным Герцогом, её способности лишь слегка уступали Древнему Императору.

Она не должна была сталкиваться с какой-либо опасностью, разве что её атаковали Небесный Герцог, Граф Земли или Небесный Император. Тем не менее, в то время между ними не было серьёзных недоразумений, в условиях которых они не могли мирно существовать друг с другом. Поэтому, они не могли пытаться убить друг друга.

Цинь Му долго размышлял, но так ничего и не понял.

«В ядре Первобытного Дерева очень много годовых колец. Будет крайне сложно сделать из него божественное оружие и довести его до состояния, в котором я смогу с комфортом им пользоваться. Возможно, мне удастся нанести руны на каждое из колец, создав по одному построению и небу. В таком случае у меня будет семьдесят шесть миллионов построений! Их энергии хватит, чтобы уничтожить небо и землю!

Цинь Му переполнился боевым духом, но в следующий миг выражение его лица помрачнело. В ядре Первобытного Дерева было слишком много годовых колец, и его знаний не хватило бы, чтобы нанести построения на каждое из них.

Его запас знаний ещё не достиг такого высокого уровня.

«Как насчёт того, чтобы использовать его в качестве копья? Впрочем, я не слишком хорошо пользуюсь копьями… Может быть летающий меч?»

Немного подумав, он попытался направить свою жизненную Ци в ядро Первобытного Дерева. В следующий миг его выражение лица стало ещё более мрачным.

Его запас жизненной Ци вернулся к своему прежнему максимуму, и не уступал богам. Тем не менее, полностью вылившись в ядро Первобытного Дерева, он растворился, будто кусок глины, брошенный в море. Его не хватало, чтобы заполнить артефакт.

Мать Земли и вправду дала ему отличное сокровище. Даже практики области Императорского Трона не смогли бы создать чего-то подобного. Тем не менее, он не мог использовать его силы!

Цинь Му продолжил управляться своей Ци, и наконец сумел заставить ядро первобытного Дерева подлететь в воздух. Тем не менее, тот был слишком длинным и тяжёлым, и лишь после нескольких ударов он выдохся.

«Не странно, что Мать Земли так быстро скрылась!» — Цинь Му протянул руку и схватил палку, взмахнув ею несколько раз. Вскоре он понял, что если использовать её в качестве копья, то ему понадобится наконечник, а если как посох, то подобное оружие будет попросту слишком длинным.

«Если бы только я мог слегка его укоротить…»

Как только он об этом подумал, ядро Первобытного Дерева резко стало короче.

Недоумевая, Цинь Му проговорил:

— Укоротись ещё немного.

В следующий миг ядро Первобытного Дерева стало ещё немного короче.

— Ещё короче, — продолжил Цинь Му.

Палка укоротилась всего лишь до одного метра. Взмахивая ею, Цинь Му исполнял навыки меча, чувствуя, что делать это стало намного легче. Не удержавшись, он довольно проговорил:

— Удлинись!

Бум!

Внезапно палка в его руках резко расширилась, превращаясь в длинный посох, пронзивший вершину горы за сто километров. Создав в ней небольшую дырку, он вылетел из обратной стороны.

Цинь Му испугался, тут же попытавшись его вытащить. Не добившись успеха, он беспомощно проговорил:

— Укороти…

С громким свистом он слетел с головы цилиня. Уменьшаясь в длине, посох потащил его в сторону горы, прежде чем с грохотом ударить о её вершину.

Цилинь и Янь’эр ошеломлённо наблюдали как от удара на поверхности вершины появляется трещина. Спустя некоторое время Цинь Му выбрался наружу, выглядя крайне несчастным.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он поспешно достал свою пилюлю меча. Приземлившись на кончике палки, она превратилась в наконечник. Теперь оружие стало намного послушнее, его толщина, длина и твёрдость непрерывно менялись. Напоминая огромного питона, оно кружилось вокруг его тела, создавая ужасающую картину.

— Кажется, ядро Первобытного Дерева вполне неплохое оружие, — Цинь Му радостно воскликнул и полетел назад, спрятав пилюлю меча. — Жаль, что я не могу превратить его в деревянный меч, ведь я не в силах убить кого-то копьём. Мои навыки копья не слишком хороши, и в моих руках это будет жалкое оружие.

Он спрятал ядро Первобытного Дерева в своём мешочке таотэ, в то время как Янь’эр начала приводить его одежду в порядок.

Цинь Му достал небольшую нефритовую бутылку и снял с неё печать, прежде чем использовать свою Ци, чтобы вытащить каплю Первобытной Жидкости:

— Янь’эр, это тебе.

Янь’эр была удивлена и восхищена, быстро проглотив Первобытную Жидкость.

Цилинь с завистью за ней наблюдал. Заметив это, Цинь Му проговорил:

— Жирдяй, ты ещё не в силах подавить энергию Первобытной Жидкости, так что тебя убьёт даже маленькая капля. Я отложил каплю и дам её тебе, когда станешь старше.

Цилинь облегчённо вздохнул, соглашаясь.

— С ядром Первобытного Дерева появится шанс спасти Старшего Брата…

Оставшись наедине, Цинь Му достал персиковую шпильку. Повернувшись лицом к реке Вздымающейся, он активировал артефакт, и в воздухе появилась огромная и мощная Райская река, сливаясь с Вздымающейся.

Когда его спас одноногий, то рассказывал, что встретил на реке Вздымающейся Императора Людей Ци Кана. Он узнал, что Зелёное Божество Восточных Небес пытался утопить Вэй Сюйфэна, но тот слился с кораблём-призраком и бежал.

Когда они находились неподалёку от Восточного Райского Дворца, Цинь Му не хотел привлекать к себе внимание. Но когда перед ним осмелилась появиться Мать Земли, он понял, что уже находился в безопасном месте. Теперь он мог проверить, возможно ли спасти корабль-призрак и Вэй Сюйфэна от божественного искусства Небесной Преподобной Лин с помощью заколки.

Божественное искусство в персиковой заколке активировалось, и над центром реки тут же поднялся туман. Казалось, будто этот туман явился прямиком из прошлого, вода вокруг него начала яростно бурлить!

Река Вздымающаяся и Райская были одной рекой, которую разделили надвое. Теперь же они воссоединились. В тот е миг над ними понялись всевозможные явления, освещая небо своим странным сиянием.

Огромные корабли с дворцами, множественные боги и дьяволы и всяческие другие видения поднялись над рекой, их звуки сливались в оглушительный грохот.

Эти явления показывали историю реки Вздымающейся — людей и здания прошлого, а также исторические события. Всё это было вызвано неизменным божественным искусством Небесной Преподобной Лин!

Райская и Вздымающаяся реки яростно задрожали, и внезапно оторвались от земли, вздымаясь в небо. Река длиной в тысячу километров повисла воздухе, продолжая порождать всяческие видения. Летающие дворцы, казалось, воскресали из пепла истории, материализуясь в наши дни!

Бум!

Здания, боги и дьяволы каждой из эпох сталкивались, посыпая землю бесчисленными осколками. Это была крайне удивительная картина.

Туман становился всё гуще, когда в нём появился корабль-призрак. Его окутывали чёрные тучи, а вокруг корпуса будто драконы и питоны обмотались огромные цепи. Тем не менее, они не касались корабля.

Рука, держащая персиковую заколку, сильно дрожала. Цинь Му схватил заколку двумя руками. Пытаясь стабилизировать своё тело, тем не менее, заколка продолжала дрожать, будто пытаясь вырваться из его рук.

— Вэй Сюйфэн! — Цинь Му громко прокричал, и из-под его подмышек выросли дополнительные руки, тут же хватая заколку. — Старший брат, почему ты ещё не появился?

Едва заметный корабль-призрак двигался сквозь туман, приближаясь к нему.

Пространство вокруг Цинь Му становилось всё более нестабильным, начиная разрушаться. Все эпохи, казалось, пересекались друг с другом, а вместе с ними дворцы, дьяволы и боги. Даже на корабле-призраке появлялись повреждения.

Наконец, на носу корабля-призрака появился мужчина средних лет. Он открыл рот и что-то проговорил, тем не менее, из-за шума Цинь Му не услышал, что он говорил.

Цинь Му освободил одну руку и достал ядро Первобытного Дерева, прокричав:

— Увеличься!

Вьюх!

Ядро Первобытного Дерева двинулось в сторону корабля-призрака, будто пытаясь построить мост между прошлым и настоящим.

Его длина достигла невероятной величины, тем не менее, корабль-призрак всё ещё был далеко. Вэй Сюйфэн пытался запрыгнуть на него, тем не менее, как только он поднимался в воздух, его тело рассеивалось, возвращаясь на борт, будто он не двигался с места.

— Карта… — донёсся его слабый голос.

Цинь Му больше не мог держать шпильку, и был вынужден рассеять свою магическую силу. Райская река тут же разделилась надвое, одна её половина исчезла, в то время как вторая упала на землюю. Корабль-призрак, дворцы, боги и дьяволы тут же растворились, исчезая в истории.

Туман быстро рассеялся, не оставляя и следа.

Ядро Первобытного Дерева приземлилось в руку Цинь Му.

Оглянувшись вокруг, он обнаружил, что пространство быстро стабилизировалось и успокоилось, будто все прежние видения были всего лишь иллюзией.

— Персиковая заколка не может вытащить корабль-призрак из божественного искусства небесной Преподобной Лин, неужели карта — единственное, что может его спасти?

Цинь Му был ошеломлён. Спрятав заколку, он прокричал:

— Янь’эр, быстро убери нас отсюда!

Янь’эр поспешно превратилась в драконьего воробья и быстро схватила цилиня, забросив его себе на спину. Цинь Му тоже забрался, после чего она расправила крылья и тут же улетела.

Сразу после их ухода пространство вокруг исказилось, и в округе появилось множество странных на вид сильных богов. Они осмотрели всё вокруг. Но так ничего и не нашли.

Внезапно один бог поднял над землёй ворота, и как только они открылись, наружу вышел Сын Небесной Инь, осматриваясь.

— Чёрное Божество, над райской рекой вспыхнули странные видения. Они показали прошлое, и разрушенная райская река воссоединилась. Нам стоит доложить об этом райским небесам? — спросил бог.

Сын Небесной Инь нахмурился. Отвечая:

— Райская река, которую разбили надвое, воссоединилась?

Бог проговорил:

— Её вторая половина появилась из-ниоткуда, а потом так же загадочно исчезла.

Продолжая осматриваться, Сын Небесной Инь ответил:

— Это серьёзный вопрос, тщательно всё проверьте и определите. Что за монстр доставляет нам проблем. Я лично доложу об этом райским небесам!

Боги и дьяволы разошлись один за другим.

Сын Небесной Инь развернулся и вошёл во врата, бормоча себе под нос:

— Небесная Преподобная Лин, корабль-призрак… Разве мир не может хоть недолго побыть в покое? Кто пытается вспомнить все старые обиды?

Глава 902. Новые Способности Ядра Первобытного Дерева

Первобытное Дерево было зелёным и пышным, накрывая собой огромную часть Первобытного Царства. Вокруг него кружились множественные здешние небеса, и хоть издали оно выглядело вполне обычно, подойдя поближе можно было увидеть его настоящее великолепие.

Несмотря на то, что Мать Земли была мертва, в Первобытном Дереве осталась огромное количество жизненной силы.

Боги райских небес собирали божественный металл из различных небес для постройки невероятно масштабного дворца в кроне Первобытного Дерева. Он был построен согласно требованиям для райского дворца, и состоял из Яшмового Водоёма, Нефритовой Столицы и десятков тысяч всяческих залов. Его назвали Райской Дворец Первобытного Царства.

Древний Небесный Император оставалось на райских небесах, в то время как Небесный Преподобный Юй, оружие для подавление Первобытного Царства, оставалось в Зале Непостижимого Неба Райского Дворца Первобытного Царства.

Райский Дворец был невообразимо изящным, в то время место у корней Первобытного Дерева было крайне тёмным и зловещим. Армия райских небес сложила здесь огромное количество трупов богов и дьяволов, используя их в качестве источника питательных веществ для Первобытного Дерева.

Среди гор трупов и морей крови находилась тюрьма Первобытного Царства.

Она была построена на самом зловещем и грязном клочке земли в Первобытном Царстве, боги райских небес использовали кости, чтобы построить её стены и камеры, в которых будут содержаться самые опасные преступники мира. Здесь не было видно ни солнца, ни неба, и непрерывно ударяли волны холодного ветра, отчего внутри было крайне холодно и сыро. Кроме того, из-за огромного количества трупов, земля вокруг была залита кровью, которая не высыхала. Из неё непрерывно порождались демонические существа, которые затем блуждали по тюрьме.

Древние бои райских небес редко сюда приходили, и кроме узников здесь были лишь тюремщики, надзиратели и судьи.

Все они были богами с родословной Юду, поэтому, в то время как другие не выносили мерзости этого места, они чувствовали себя довольно комфортно.

Тем не менее, в это время в тюрьму прибыло несколько гостей. Женщина, одетая в изысканное дворянское платье, нахмурила брови, смотря, как один из стражников мыл недавно рождённое дьявольское создание в кровавом бассейне.

Даже искупавшись в бассейне, демоническое создание продолжало громко визжать, с его тела продолжала капать дьявольская и божественная кровью В следующий миг стражник широко открыл рот, проглотив его одним махом.

Женщина тут же отвернулась, не осмеливаясь смотреть на подобную картину.

— Старшая Сестра Юнь Хуаянь, здешние стражники — это боги, рождённые в Юду, они питаются демоническими созданиями, порождёнными здешней грязью и тьмой. Для вас они выглядят крайне отвратительно, но для них это настоящие деликатесы, — молодой человек, стоящий возле женщины, улыбнулся и проговорил. — Новорождённые существа особенно вкусные.

Юнь Хуаянь прикрыла свой рот и нос, нахмурившись:

— Эта тюрьма слишком жестокая, это не место для людей. Почему Тело Тирана Вечного Мира ещё не прибыл? Чем быстрее мы с ним разберёмся, тем быстрее вернёмся и доложим о своей миссии.

Глаза стражника загорелись, он тут же достал из кровавого бассейна демоническое существо. Держа его в руках, он захихикал:

— Молодой мастер Тао Юй, он свежий, хочешь его съесть?

Юноша по имени Тао Юй нахмурился и торопливо махнул рукой.

Разочарованный стражник помыл существо в бассейне. Внезапно к нему подошёл здоровенный мужчина в длинной чёрной робе с круглым воротником, улыбаясь:

— Такая вкуснотища, почему вы не едите? Высший бог стражник, дай это существо мне, когда помоешь, мне они нравятся.

Отмыв демоническое создание, стражник переда его мужчине.

Тот широко открыл свой рот, который напоминал лужу крови, и проглотил бедное существо. Визжащее от страха.

Тао Юй и Юнь Хуаянь нахмурилась, наблюдая за происходящим, последняя прокричала:

— Вэй Моцзе, хватит!

Сожрав существо, Вэй Моцзе вытер кровь из уголков рта, после чего улыбнулся:

— Вы из расы богов, а я из расы дьяволов, и это именно то, чем я питаюсь. Как говорится, повторяй за местными. Давайте, попробуйте!

Резко изменившись в лице, Тао Юй решил сменить тему:

—Тело Тирана Вечного Мира — это Небесный Преподобный Му из Девяти Небесных Преподобных. Я слышал, что в первом году Дракона Ханя он передал навыки от имени Небесного Преподобного Юя, позволяя всем формам жизни становиться богами. Как только появился способ становления богом, формы жизни после начала стали ровней богам и обрели бессмертие. Убивать его по чьему-то приказу, это…

Вэй Моцзи усмехнулся:

— Если бы он не передал способа становления богом, то это сделал бы Небесный Преподобный Хао. Я слышал, что Небесный Преподобный Му всего лишь украл себе славу Небесного Преподобного Хао. Он лишь парень, стремящийся заработать себе имя, который по воле случая перенёсся в эпоху Дракона Ханя… Я удивлён, что Небесный Император оказался настолько глуп, что был обманут им и даровал ему звание Небесного Преподобного.

— Держи язык за зубами!

Юнь Хуаянь внимательно осмотрелась. Узнав о Планах Цинь Му, в тюрьму пришло огромное количество экспертов, готовясь к его прибытию. Здесь было не меньше четырёхсот людей, все из которых были экспертами райских небес. Среди них были как добрые люди, так и мерзавцы, все они внимательно следили друг за другом.

Все эти молодые практики были учениками из различных великих дворцов райских небес. Когда райские небеса отправили свою армию захватить Первобытное Царство, они получили приказ присоединиться к атаке, чтобы убивать и тренироваться. Если они обретут какие-либо заслуги. То получат шанс на повышение.

— Ты захотел умереть, вздумав критиковать Небесного Императора? — тихо проговорила Юнь Хуаянь. — Если о твоих словах узнают на райских небесах, то даже учитель не сможет тебя защитить.

Вэй Моцзе рассмеялся:

— Учитель на райских небесах никогда не уважал Небесного Императора, что плохого в том, что я выскажу своё мнение? Если бы это мы вернулись в эпоху Дракона Ханя вместо него, то, хе-хе, могли бы стать Небесными Императорами, не говоря уже о Небесных Преподобных… — несмотря на свою уверенность, он начал говорить слегка тише.

— Западный, Северный Райский Дворец, Дворцы Рождения Туч, Песчаной Границы, Панчавидьи, Майтрейи, Ослепительного Света, Миовы… — тихо проговорил Тао Юй. — Различные дворцы райских небес отправили сюда своих лучших учеников. Наш Дворец Чистого Нефрита Секты Дао может не выдержать их конкуренции и убит Небесного преподобного Му!

— Репутация Небесного преподобного Му незаслуженная. Если верить слухам, то он теперь полумёртвый человек без души. Тот, кто сделает свой ход первым, и станет победителем. Если мы опоздаем хотя бы на мгновение, то ничего не получим! — ответил Вэй Моцзе. — Как по мне, нам нужно уйти отсюда и подождать, пока кролик сам не придёт в ловушку. Как только Небесный Преподобный Му покажется на горизонте, мы заберём всю. Славу себе!

Тао Юй на мгновение заколебался:

— Я видел, что несколько сильных практиков из других дворцов уже вышли наружу. Скорее всего, у них такой же план, как у нас. Боюсь, что один из них уже убил небесного Преподобного Му.

Вэй Моцзе возразил:

— Если мы останемся здесь, то определённо ничего не достигнем! Учитель говорил, что если мы обретём эту заслугу, то он порекомендует нас Небесному Преподобному Хао, и тот будет учить нас на протяжении тридцати лет!

Юнь Хуаянь и Тао Юй стиснули зубы и тут же вышли из тюрьмы. Вместе с ними это сделало ещё около десятка экспертов.

Троица тут же взволновалась и ускорилась, молниеносно покидая тюрьму.

Они пробежали тысячу километров, и лишь после этого оторвались от остальных экспертов из других райских дворцов. Когда троица собралась заговорить, перед ними внезапно вспыхнуло море красного света и раздались звуки битвы.

— Небесный Преподобный Му прибыл! — восторженно воскликнули они. Вэй Моцзе первым бросился в сторону красного света, подгоняя остальных. — Быстрее! Там кто-то уже начал сражение! Если мы опоздаем хоть немного, то Небесный Преподобный Му уже будет мёртв!

Его скорость была невероятно высокой. Мчась вперёд, он начал резко увеличиваться в размерах, и спустя несколько мгновений он превратился в дьявольского бога и яростно взревел.

Тао Юй и Юнь Хуаянь не могли его догнать, удивляясь: «С тех пор, как мы спустились к нижней границе, совершенствование и способности старшего брата Вэй Моцзе значительно улучшились! Как и говорил учитель, лишь убивая можно быстро расти и понимать новые пути, навыки и божественные искусства!»

Они со всех сил пытались успеть, когда перед их глазами возникла странная картина. В голове Вэй Моцзе появилась дыра, сквозь которую засиял свет.

Они дрогнули, вскоре услышав чей-то голос:

— Жирдяй, сестра Янь’эр, я нашёл ещё одно применение ядру Первобытного Дерева. Смотрите, его можно превратить в невероятно тонкую деревянную иглу. Если с её помощью исполнить простейшие техники меча, к примеру колющий удар…

У Тао Юя было острое зрение, и он тут же заметил тонкую, как волосок, деревянную иглу, появившуюся перед впереди!

Яростно закричав, он окружил своё тело рунами. Используя великую математику Секты Дао для создания защитных божественных искусств, он построил несколько сотен Божественных Щитов Чёрной Черепахи!

Двигаясь с невероятной скоростью, деревянная игла пронзила сотни слоёв Божественных Щитов Чёрной Черепахи, издав лишь лёгкий щелчок!

В следующий миг она попала в левый глаз Тао Юя и вылетела из его затылка.

Тао Юй почувствовал, как внутри его головы происходит взрыв, а его исконный дух рассыпается. С трудом повернув голову, он проговорил:

— Старшая сестра, беги…

В его левом глазу расширялось облако кровавых лучей, а в зрачке отражался силуэт Юнь Хуаянь.

Девушка как раз выполняла своё Дао Меча, собираясь уничтожить тонкую иголку. Тем не менее, вскоре в её Дао Меча появилась крошечная дыра, а в следующий миг девушка хмыкнула, из её затылка вырвался кровавый луч.

Картина перед её глазами помутнела, она увидела размытый силуэт огромного цилиня, ступающего на огненных облаках. На голове зверя сидел молодой человек, держащий крохотную иглу своими двумя пальцами.

На плече парня сидела толстая птица, кормя цилиня духовными пилюлями.

— Небесный Преподобный Му… — в глазах Юнь Хуаянь потемнело, её труп упала на землю.

Цилинь спокойно двигался в сторону тюрьмы. Нахмурив брови, он посмотрел вниз, увидев потоки дьявольской и божественной крови. В крови купались крохотные демонические создания, напоминающие насекомых, отчего картина становилась невообразимо мрачной.

— Так вот где заключены Имперский Наставник и Император Яньфэн? — пробормотал цилинь. — С Императором всё должно быть хорошо, но вот Наставник — это крайне чистоплотный человек, разве он может вынести подобное?

Цинь Му щёлкнул пальцами, и его деревянная иголка двинулась в сторону десятка экспертов из райских небес, которые собирались его атаковать:

— Императору Яньфэну нет разницы, чисто вокруг, или нет. Он может уснуть даже в свинарнике. Что касается Имперского Наставника, то он и вправду очень любит чистоту, и, скорее всего, вовсе не может здесь уснуть.

Деревянная игла прилетела обратно.

Цилинь продолжал лететь вперёд. Рядом с ним бесчисленные трупы падали в реку крови, размахивая конечностями. Река будто вскипела, огромное количество демонических существ начали сражаться друг с другом за право сожрать упавшие трупы.

— Если бы ядро Первобытного Дерева могло превратиться в меч, оно стало бы невообразимо мощным, — горько вздохнул, Цинь Му внезапно схватил деревянную иглу и проговорил. — Расти!

Толщина иглы оставалась неизменной, но её длина увеличилась до сотни километров, напоминая тонкую струну.

Цинь Му крепко сжал тонкую стокилометровую струну и выполнил технику меча. Несколько молодых экспертов райских небес за сто километров от него не успели понять, что произошло, внезапно разделившись на несколько частей.

Даже на расстоянии ста километров, техники меча Цинь М оставались невероятно точными, не позволяя противнику уклониться!

Более того, ядро Первобытного Дерева было настолько тонким, что его было почти невозможно заметить.

— Это сокровище, которое мне дала Мать Земли, и вправду очень полезно, — не удержавшись, снова похвалил Цинь Му.

Вскоре они добрались до тюрьмы, где их остановил стражник Стоя над городскими воротами, выкованными из огромного черепа, он посмотрел на них и прокричал:

— Представьтесь!

— Цинь Му из Вечного Мира, — представился Цинь Му, прежде чем добавить. — Я пришёл навестить заключённых.

Тюремный стражник был ошеломлён, и не посмел проявлять неуважения, тут же открывая врата. Череп, высотой почти в сто метров, открыл пасть, позволяя им войти. Затем стражник добавил:

— Небесный Преподобный Му нашёл в себе смелость прийти в тюрьму, твоя храбрость удивительна! Небесный Преподобный Му, пожалуйста, входи. Внутри тебя ждут много хороших друзей, некоторые из них здесь уже почти пять месяцев!

Цинь Му вошёл в город, увидев перед собой несколько сотен экспертов. Оборачиваясь один за другим, они уставились на него горящими взглядами.

— Небесный Преподобный Му… — с трудом подавляя своё волнение, произнёс кто-то дрожащим голосом.

Внезапно молодой бог двинулся вперёд, крича:

— Небесный Преподобный Му лишь один, а нас несколько сотен, как мы поделим этот подвиг?

В следующий миг вокруг началась суматоха, все оживлённо обсуждали решение проблемы.

— Тихо! Тихо! — Цинь Му немного подождал, но эксперты так и не пришли к компромиссу, поэтому он прокричал. — Вам нечего обсуждать. Посмотрите, что у меня есть!

Шум затих, и все взглянули на его руку, увидев. Что Цинь Му держит в ней лишь крохотную деревянную иглу.

Засмеявшись, он проговорил:

— Увеличься.

Бум!

Внезапно из ниоткуда появилась деревянная колонна длиной в сто километров и толщиной в несколько сотен метров. Подняв её, Цинь Му провёл ею по всей площади тюрьмы. Одним ударом он раздавил всё вокруг, уничтожая бог знает сколько экспертов!

Деревянная колонна исчезла, и практики райских небес, которым повезло выжить, в ужасе поднялись в воздух, не понимая куда она делась.

Цинь Му повернулся к шокированному стражнику и спросил:

— Где заключён Цзян Байгуй?

Стражник почувствовал, как по его спине бегут мурашки, и поспешно ответил:

— Небесный Преподобный, пожалуйста, следуй за мной.

Он зашагал вперёд, когда внезапно перед его ногами шлёпнулся труп.

Стражник ошарашенно поднял голову, смотря вверх. С неба, будто дождь, сыпались тела. Казалось, будто эксперты райских небес столкнулись с невидимыми духами смерти, и молча превращались в трупы, прежде чем упасть на землю.

Глава 903. Спасение Узников

Ядро Первобытного Дерева бесшумно вернулось обратно. Странник пытался подглядеть куда оно двинулось, тем не менее, ему так и не удалось понять, где Цинь Му его спрятал.

Спустя некоторое время он привёл Цинь Му и остальных в тронный зал Белых Костей, проговорив:

— Если ты хочешь навестить Цзян Байгуя, то должен оформить пропуск у Судьи Янь.

В этот момент из тронного зала Белых Костей вышел бог, улыбаясь:

— Небесный Преподобный Му ведь Небесный Преподобный, с чего бы ему требовался пропуск? Можешь возвращаться. Небесный Преподобный Му, тюрьма — это крайне опасное место, давай я сам тебя проведу.

Цинь Му поблагодарил.

— Небесный Преподобный. Не нужно быть таким вежливым, я этого не заслужил, — поспешно вернув любезность, улыбнулся Судья Янь. — Ты Небесный Преподобный. С самого начала времён, таких. Как ты, было лишь девять. Я не заслужил такой вежливости. Небесный Преподобный, сюда!

Цинь Му двинулся следом за ним в сторону входа в великую тюрьму, построенную под корнями Первобытного Дерева. В одном из корней, размером с гору, было отверстие — дверь, вырезанная из дерева. Здесь была сильная охрана, состоящая из многих богов.

Войдя в эту дверь, они увидели перед собой лестницу, ведущую вниз. С обоих сторон от неё стояли скелеты богов и дьяволов в качестве фонарей. Тем не менее, их свет был слишком тусклым.

— Судья Янь, как я могу к тебе обращаться? — осмотревшись, спросил Цинь Му.

— Младшего зовут Янь Шаоцин, — улыбнулся судья Янь. — Младший — совсем никто на райских небесах. Небесный Преподобный Му, должно быть, никогда обо мне не слышал.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он рассмеялся:

— Левый Помощник Янь Шаоцин из райских небес, владеющий божественными искусствами разума. Это ты заточил Небесного Короля Минду Тянь Шу в Божественном Ноже Имперских Врат на семь миллионов лет.

Судья Янь был шокирован:

— Небесный Преподобный Му обо мне слышал?

Цинь Му ответил:

— Я тоже попал в ловушку Божественного Врата Небесных Врат и провёл там несколько лет, прежде чем с огромным трудом освободиться. Внутри Божественного Ножа Имперских Врат я видел прекрасное вино, с помощью которого ты обманул Тянь Шу. Ты первый человек из тех кого я встречал, который владел божественными искусствами разума!

Цилинь добавил:

— Я пробовал твоё вино и даже стал с Тянь Шу названными братьями.

Янь Шаоцин рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му меня перехваливает. Я не думаю, что меня можно считать номером один. То, что Небесный Преподобный Му считает духом, я считаю сознанием. Лучшим практиком божественных искусств сознания на самом деле является Багровый Император Багрового Света.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Несмотря на то, что Багровый Император передал ему Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, он не поделился своей техникой Императорского Трона.

Багровый Император, в конце концов, был человеком из прошлого. Его Бессмертное Сознание Бога делало упор на совершенствовании трёх исконных духов, усиливая исконный дух практика. Тем не менее, когда речь шла о развитии божественных искусств сознания, он сильно отставал от талантов нового поколения вроде Янь Шаоцина.

Янь Шаоцин мог считаться самым сильным мастером божественных искусство сознания райских небес.

У Левого Помощника Янь Шаоцина и Тянь Шу были одинаковые звания. Первый был Левым Помощником райских небес, в то время как второй был левым помощником Императора-Основателя. Тянь Шу владел божественными искусствами Юду, его достижения в Дьявольском Дао Юду не уступали Сыну Небесной Инь.

Янь Шаоцин, с другой стороны, был искусен в божественных искусствах сознания, поэтому обмануть Тянь Шу было для него не сложнее, чем сдуть пылинку с плеча. Тянь Шу видел в нём старого противника, а значит они не раз сражались, и их способности были на крайне высоком уровне.

Они оба должны были совершенствовать Великое Дао Юду, вот только их подходы были совершенно разными.

— Райским Небесам всегда не хватало техники сознания Императорского Трона. Жаль, что Багровый Император умер четыреста тысяч лет назад, и что его Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога давно утеряны, — проговорил Янь Шаоцин. — Райские Небеса возлагают на меня огромные надежды, надеясь, что я создам им техника сознания Императорского Трона. Тем не менее, я потерпел множественные неудачи, и в качестве наказания меня сделали судьёй в этой тюрьме. Лишь прибыв сюда, я понял, насколько глупы были райские небеса, обыскав пол вселенной в попытках найти Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. Кажется, что здесь её знает почти каждый практик божественных искусств, проблема лишь в их уровне понимания.

Цинь Му улыбнулся.

Янь Шаоцин продолжил:

— Так как Цзян Байгуй передал мне эту технику, я хорошо о нём забочусь и не допускаю, чтоб он страдал. Всё это время я был занят пониманием техники Трёх Исконных Духов Божественного Сознания Бога и получил от этого огромную пользу. Небесный Преподобный Му может выжить без души, и всё это благодаря Бессмертному Сознанию Бога, верно?

Цинь Му рассмеялся:

— Это я передал эту технику Вечному Миру, естественно, я её знаю.

Янь Шаоцин улыбнулся:

— В таком случае, мне нечем хвастаться перед знатоком.

В его словах было скрытое предупреждение, Цинь Му не стоило пытаться использовать против него свои навыки.

По мере их продвижения вглубь тюрьмы, вокруг становилось всё темнее и чувствовалась сильная вонь. Река крови, берущая своё начало снаружи, неслась вниз, протекая мимо множественных камер.

Корни Первобытного Дерева образовали сложные узлы, формируя клетки, в которых содержались заключённые. Более тонкие корни будто цепи обездвиживали узников, пронзая их физические тела и исконные духи.

Заключённые в клетках вопили от боли, их кровь стремительно текла по корням.

Река крови была грязной и зловещей, в ней рождались множественные демонические создания. Напоминая огромных червей с бесчисленными руками и ногами, они вцеплялись в тела узников, высасывая их кровь.

Когда неподалёку были стражники, демонические создания прятались в тени за спинами узников. Но как только они уходили, те вылезали обратно и продолжали пить кровь.

В великой тюрьме была крайне надёжная защита, стражники непрерывно патрулировали округу.

Цинь Му внимательно осмотрел корни Первобытного Дерева, увидев, что они были невероятно крепкими. Первобытное Дерево было физическим телом Матери Земли, а твёрдость тела древнего бога подобного уровня была сопоставима с божественным оружием Императорского Трона. Лишь что-то вроде Имперского Ножа Небесных Врат могло его разрубить.

Кроме того, на его поверхности были руны Великого Дао Матери Земли. Из этого места было попросту невозможно сбежать!

Среди узников были всего лишь несколько практиков области Нефритовой Столицы и Непостижимого Неба. Они были лидерами различных рас под предводительством Матери Земли. Раньше они правили своими небесами, тем не менее, сейчас они сидели в тюрьме.

Стражники присматривали за ними, собирая их кровь в таз, прежде чем осторожно унести её наружу.

— Их кровь крайне полезна, у неё идеальный цвет, — проговорил Янь Шаоцин, показывая дорогу. — При строительстве божественного города, мы наносим руны на поверхность стен для устойчивости. Для этого можно использовать кровь богов и дьяволов. Дворцы правителей достойны, чтобы их руны были нарисованы кровью сильных практиков области Непостижимого Неба или Нефритовой Столицы. Пигменты крови различных рас отличаются, если использовать их для покраски стен, то их цвет никогда не увядает, и всегда остаётся свежим, поэтому она стала крайне популярной. Кроме того, некоторые боги райских небес любят пить кровь. Обычная кровь им не по вкусу, поэтому он всегда просят мою тюрьму предоставить им чего-то лучшего.

Цинь Му прищурился. Среди стражников великой тюрьмы были боги. Владеющие искусством целения. Они лечили раны заключённых, не позволяя им умереть, чтобы продолжить использовать их в качестве источника «пигмента».

— Янь Шаоцин, я тебя убью! — заключённый с головой цилиня и телом человека яростно взревел и прокричал. — Если я освобожусь, то порублю тебя на тысячу кусков!

Янь Шаоцин громко рассмеялся. Внезапно между его бровей открылся глаз, и оттуда вылетел цветок лотоса, проникая в голову лидера расы цилиней.

Тот мгновенно впал в оцепенение. В следующий миг на его лице возникло приятное выражение, и он замолк.

— Божественное искусство создание может навсегда погрузить его в состояние приятного, завораживающего сна, — объяснил Янь Шаоцин. — Я использовал божественное искусство для создания реалистичного мира в его сознании. В том мире у него есть всё, чего он захочет, поэтому он никогда оттуда не выберется. С огромными усилиям, он даже сможет стать Небесным Императором Придуманного Мира и будет крайне счастливым. Это послабит его боль, и он продолжит создавать пигмент.

Цилинь дрогнул. Он узнал лидера расы цилиней. Раньше, во дворце Матери-Земли, тот обучал его совершенствованию.

Он совершенно не ожидал, что столь могущественное существо может оказаться в подобном состоянии.

Это место называлось великой тюрьмой. Тем не менее, на самом деле оно было фабрикой по производству дьявольской и божественной крови!

— Камеры Цзян Байгуя и Императора Яньфэна прямо перед нами.

Янь Шаоцин привёл их к двум камерам. Заглянув внутрь, Цинь Му увидел Императора Яньфэна и Имперского Наставника. Несмотря на то, что они были заперты, их тела не были пронзены корнями.

Император Яньфэн держал в руках демоническое создание, и как раз открыл рот, собираясь его сожрать, когда заметил Цинь Му, и поспешно спрятал существо у себя за спиной и выпрямился.

В камере неподалёку Имперский Наставник использовал своё божественное искусство огня, чтобы поджарить демоническое создание до тех пор, пока тот не был готов. Заметив Цинь Му, он оставался спокоен и не пытался спрятать свой обед.

— Левый Помощник, ты не мог бы дать мне немного времени побыть с ними наедине? — улыбнулся Цинь Му. — Я хотел бы обменяться с ними несколькими словами, но говорить перед чужаками как-то неудобно.

Янь Шаоцин не двигался, улыбаясь:

— Небесный Преподобный Му носит титул Великого Чародея, так что я буду волноваться, если оставлю тебя наедине. Не думаю, что кто-то осмелился бы освобождать моих узников, тем не менее, думаю, что тебе хватило бы на это смелости. Небесный Преподобный Му был достаточно смел, чтобы посеять хаос на Собрании Яшмового Водоёма, не говоря уже о тюрьме.

У Цинь Му не оставалось выбора, кроме как повернуться к Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику, спрашивая:

— Как поживаете?

Император Яньфэн сердито ответил:

— Почему бы тебе не остаться здесь на несколько лет и самому не попробовать как это?

Имперский Наставник, с другой стороны, не обращал внимания на трудности и вёл себя спокойно. Он проговорил:

— Старший брат, что ты здесь делаешь?

— Я здесь, чтобы сказать вам, что у меня всё хорошо, — улыбнулся Цинь Му. — В Вечном Мире тоже всё хорошо, вам не о чём волноваться. Я собираюсь покинуть Первобытное Царство и отправиться на райские небеса. Не уверен, что смогу пережить это путешествие, так что решил с вами повидаться, прежде чем уйти.

Император Яньфэн ненадолго замолчал, прежде чем спросить:

— Ты идёшь на райские небеса? Чтобы стать их заложником?

Цинь Му громко рассмеялся:

— Я Небесный Преподобный, разве райские небеса осмелятся взять меня в плен? Ваше Величество, должно быть, шутит. Нет, я просто планирую навестить старого друга.

Глаза Имперского Наставника загорелись:

— Отправиться на райские небеса и вправду хорошая идея. В период отчаяния человек должен яростно сражаться, и у него может появиться шанс на выживание. Вот только твоё тело…

Цинь Му зевнул и проговорил:

— Моё тело разлагается каждый день. Без души моё совершенствование становится всё слабее. Я с трудом остаюсь в живых. Время от времени, просто шагая, я теряю сознание, и просыпаюсь лишь через три-четыре дня.

Имперский Наставник нахмурился:

— Учитывая твоё состояние, разве путешествие на райские небеса — это не самоубийство?

Дух Цинь Му начал ослабевать, он сонным голосом проговорил:

— Я собираюсь…

Внезапно он начал храпеть, уснув стоя.

Янь Шаоцин улыбался, стоя возле него. Молча смотря на него, он даже не попытался поймать парня, и тот упал не землю.

Цилинь и Янь’эр, казалось, привыкли к подобным случаям, и совершенно не встревожились.

Император Янь’эр утопал в слезах:

— Кажется, Владыка Культа Цинь долго не продержится…

Янь Шаоцин прождал около трёх дней, когда Цинь Му медленно проснулся и прокричал:

— Я снова потерял сознание? Как долго я спал?

— Небесный Преподобный спал три дня и десять часов, — ответил Янь Шаоцин.

Цинь Му извинительно проговорил:

— Я так долго спал, отвлекая Левого Помощника от его дел. Ну ладно, мне пора уходить, Ваше Величество, Младший Брат, прощайте!

Император Яньфэн и Имперский Наставник поднялись и попрощались.

Янь Шаоцин проводил Цинь Му из тюрьмы. Когда деревянная дверь закрылась, и подземелье запечаталось, он проверил рунический замок, и лишь после этого успокоился.

Затем он проводил Цинь Му из города Белого Скелета. Обернувшись, тот попрощался:

— Левый Помощник, можешь не провожать меня дальше.

Янь Шаоцин поклонился:

— Прощай, Небесный Преподобный.

Он наблюдал, как Цинь Му улетает верхом на цилине, исчезая за горизонтом. После этого он вернулся в Тронный Зал Судьи, собираясь записать детали визита Цинь Му. Внезапно, он шокировано дрогнул.

Выражение лица Янь Шаоцина слегка изменилось. Он отложил ручку и поспешно открыл свой журнал, увидев что страницы в нём были пусты!

Мужчина начал обливаться холодным потом. В его журнале хранились записи о его трудах, описывая всевозможные детали великой тюрьмы. Теперь все они исчезли!

— Небесный Преподобный Му, моё божественное искусство сознания достигло предела, я постиг Три Исконных Духа Сознания Бессмертного Бога, и мне осталось полшага до области Императорского Трона. Ты осмеливаешься использовать свои навыки против меня, мастера? — Сознание Янь Шаоцина вырвалось из его межбровья, крича. —Разрушься!

Его божественное искусство сознания задрожало, разразившись во все стороны. В следующий миг небо и земля резко изменились. Казалось, будто всё вокруг потеряло свой цвет, становясь чёрно-белым.

После этого чёрно-белая картина рассыпалась, и Янь Шаоцин обнаружил, что он стоит не в Тронном Зале Судьи, а до сих пор находится в тюрьме, перед камерами Императора Яньфэна и Имперского Наставника!

Глава 904. Когда Подделка Становится Реальностью, Реальность Становится Подделкой

Янь Шаоцин встревоженно огляделся по сторонам. Стражники неподалёку от него поменяли огромный деревянный таз и потащили кровь богов и дьяволов наружу.

В кровавой реке неподалёку рождались новые монстры, молча выползая на берег, прежде чем забираться на тело заключённого ни начать сосать его кровь.

Янь Шаоцин отвёл взгляд в сторону. Цинь Му стоял сбоку, разговаривая с Имперским Наставником и Императором Яньфэном. Его лицо сверкало в улыбке, будто ничего не произошло.

Цилинь лежал у его ног и крепко спал. На голове зверя сидел толстый воробей, покусывая свои перья от скуки.

Прищурившись, Янь Шаоцин холодно проговорил:

— Небесный Преподобный, время визита истекло, пора уходить!

Цинь Му ответил:

— Ваше Величество, Младший брат, берегите себя. В будущем настанет день, когда вы окажетесь на свободе. Прощайте.

— Береги себя! — попрощались Император Яньфэн и Имперский Наставник.

Цинь Му кивнул, и ушёл. Янь Шаоцин шёл по его следам и не сводил с него глаз на случай, если тот решит что-то предпринять.

За пределами тюрьмы Янь Шаоцин снова проверил рунный замок не двери. В этот раз он осмотрел всё более тщательно, тем не менее, он всё равно не обнаружил ничего странного.

В этот раз он не стал тратить время на то, чтобы проводить Цинь Му из города, и сразу же вернулся в свой Тронный Зал Судьи, чтобы проверить журнал. Заметив в нём текст, он облегчённо вздохнул и вернулся, чтобы проводить Цинь Му.

Снаружи города Цинь Му повернулся к нему и улыбнулся:

— Левый Помощник, можешь меня дальше не провожать.

Янь Шаоцин поклонился и ответил:

— Прощай, Небесный Преподобный…

Сказав это, он ошеломлённо дрогнул. Его слова были такими же, как и в прошлый раз, когда Цинь Му обманул его своим божественным искусством сознания.

Янь Шаоцин обливался холодным потом, вспыхнув силой своего божественного искусства, он прокричал:

— Разрушься!

Мир вокруг него снова потерял цвет, становясь чёрно-белым. В следующий миг чёрно-белая картина разрушилась, и он открыл глаза и оглянулся, продолжая обливаться холодным потом.

Он понял, что до сих пор стоит в великой тюрьме, неподалёку от охранников, которые поменяли таз, прежде чем вынести кровь. В реке продолжали рождаться монстры, тайком заползая в клетки заключённых и вцепляясь в их тела.

Цилинь и дальше крепко спал, а Янь’эр жевала своё перья, в то время как Цинь Му разговаривал с Имперским Наставником и Императором Яньфэнем.

На лбу Янь Шаоцина вспыхнули огромные капли пота, он спросил хриплым голосом:

— Цзян Байгуй, в технике Трёх Исконных Духов Божественного Сознания Бога, которую ты мне передал, есть какие-либо недостатки?

Имперский Наставник в клетке повернул голову. Его взгляд был пуст, он, казалось, был в оцепенении. Напоминая зомби, он двигал ртом, будто марионетка:

— Божественные искусства райских небес устаревши и неактуальны. Недостатки кроются не только в Трёх Исконных Духах Божественного Сознания Бога, но и в самом Левом Помощнике. Ты родился слишком рано. С точки зрения современности, пути, навыки и божественные искусства, которые ты изучил в прошлом, неправильны. Взять, к примеру, твои божественны сокровища.

Император Яньфэн в клетке напротив повернул голову. Его взгляд был столь же пустым, его рот двигался неестественным образом:

— В прошлом ты совершенствовал божественные сокровища Духовного Эмбриона, Пяти Элементов, Шести Направлений, Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти и Божественного Моста. Тем не менее, божественные сокровища реформы Вечного Мира совсем другие. Ты уже достиг области Непостижимого Неба, и из-за того, что твои божественные сокровища надёжно укрепились, ты не можешь поменять их основание, а так как твоё совершенствование очень высокое, в этом также нет смысла. Это приводит тому, что в твоих техниках есть недостатки.

Имперский Наставник Вечного Мира беззаботно проговорил:

— Такая же проблема и с Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Бога Багрового Императора, так как оно совершенствуется с помощью божественного моста. В сравнении с техниками современного Вечного Мира, в ней есть серьёзные недостатки.

На лице Императора Яньфэна возникла простая, искренняя улыбка:

— Три Исконных Духа Божественного Сознания Бога, которое передал тебе Имперский Наставник, было полным. Тем не менее, техника, которой он владел, была Бессмертным Сознанием Бога Божественного Моста, а не Райской Реки!

— Когда фундамент слабый, земля колеблется, а горы дрожат!

— Я исходил из недостатков в твоих техниках.

— Если в технике есть недостатки, то в божественных искусствах тоже будет много слабых мест!

— Чтобы сломать моё божественное искусство, нужно разрушить Божественный Мост, открыть божественное сокровище Райской Реки, и совершенствоваться заново!

***

Имперский Наставник и Император Яньфэн давали ему инструкции, разговаривая между собой.

Сознание Янь Шаоцина снова вспыхнуло, он яростно прокричал:

— Разрушить моё совершенствование? Я существо области Непостижимого Неба, мне осталось полшага до области Императорского Трона. Магическая сила моего совершенствования превосходит тебя в огромное количество раз. Полагаясь только на неё, я с лёгкостью могу разрушить твои божественные искусства. Какими бы выдающимися они не были, ты не сможешь меня сдержать!

— Разрушься!

Бум!

Раздались сильные толчки, и мир вокруг снова потерял свои цвета.

Янь Шаоцин выглядел так, будто только что вылез из воды, его тело промокло потом. Он до сих пор стоял у камер Имперского Наставника и Императора Яньфэна. Цилинь дальше спал, а Цинь Му разговаривал с Императором и Наставником. Казалось, будто он вернулся туда, откуда пришёл.

— Просто разрушься! — Янь Шаоцин тут же исполнил своё божественное искусство снова, сердито крича. — Давай выясним, чьё божественное искусство быстрее!

Он обезумлено исполнял своё божественное искусство, цвета вокруг исчезали раз за разом. После этого мир формировался заново, прежде чем тут же разрушиться. В этот момент пространство рушилось, на поверхности бесцветного мира появлялись множественные трещины.

В конце концов, Янь Шаоцин исполнил божественное искусство тысячу раз за одно мгновение. Он превзошёл пределы этого мира, в результате чего тот развалился!

Янь Шаоцин тяжело дышал, оглядываясь по сторонам.

Он увидел Цинь Му, стоящего перед камерами, на его лице было выражение ужаса и удивления. Бесчисленные монстры и стражники тюрьмы потеряли сознание из-за сильного удара божественного искусства сознания.

Цилинь, лежащий у ног Цинь Му, тоже потерял сознание, и лишь зелёный воробей до сих пор был при себе.

Янь Шаоцин протянул руку и схватил Цинь Му. Впадая в ярость, он прокричал:

— Ты Небесный Преподобный, поэтому я не буду тебя убивать. Покинь это место быстрее.

Он тут же поднял Цинь Му и цилиня своей жизненной Ци и побежал прочь. Зелёный воробей взмахнул крыльями и бросился следом, крича:

— Отпусти молодого мастера, или тебе не поздоровится!

Янь Шаоцин не обратил на неё внимания, унося Цинь Му прочь из великой тюрьмы и города Белых Костей. Лишь после этого он положил парня на землю и холодно проговорил:

— Небесный Преподобный Му, прощай, надеюсь, я больше тебя не увижу!

Цинь Му рассмеялся:

— Ты не понял невинной шутки. Ты заточил Небесного Короля Тянь Шу в Божественном Ноже Имперских Врат на миллионы лет, и я тоже там долго просидел, но разве я на тебя злюсь?

Янь Шаоцин помрачнел в лице и вернулся в Тронный Зал Судьи. Подняв ручку, он собирался записать детали визита Цинь Му в журнал.

Он облегчённо вздохнул, но в следующий миг взволновался и побежал в сторону деревянной двери великой тюрьмы, думая: «Неужели мне и вправду удалось пробиться из его Сознания Бессмертного Бога? Нужно проверить, нельзя допускать ошибок.

Прибыв в глубины Великой Тюрьмы, он ошарашенно застыл. Несколько стражников меняли деревянные тазы с кровью и выносили их наружу. В кровавой реке неподалёку рождались демонические создания, прежде чем проникнуть в клетки и начать сосать кровь узников.

Тело Янь Шаоцина онемело, он с трудом шагнул вперёд, чтобы осмотреться. Он увидел цилиня, спящего у камер Имперского Наставника и Императора Яньфэна. На его макушке жевал свои перья зелёный воробей.

Цинь Му тоже стоял перед камерами, разговаривая с Имперским Наставником и Императором.

Янь Шаоцин покачал головой, чувствуя головокружение, его ноги начали подкашиваться. Ему ничего не оставалось, кроме как схватиться за камеру, чтобы не упасть.

— Что здесь происходит? — задыхаясь, он упал на колени, бормоча. — Почему ты всё ещё здесь? Почему… Моё совершенствование значительно превосходить твоё, так почему я не смог вырваться из твоего божественного искусства?

Дьявольский бог, заточённый в камере неподалёку, внезапно ошарашенно открыл глаза, напоминая марионетку, которой кто-то управлял. Его рот задрожал, произнося:

— Потому что твой фундамент неправильный. Главная реформа Вечного Мира — это изменение фундамента. Твои базовые знания рун, божественных искусств и техник неверно! Если ты хочешь вырваться их этого божественного искусства. То должен уничтожить своё совершенствование!

Янь Шаоцин впал в ярость и протянул руку, разбивая дьявольского бога на части.

Другой бог в клетке неподалёку внезапно открыл глаза и равнодушно проговорил:

— Ягь Шаоцин, я провёл многие годы в Божественном Ноже Имперских Врат. Ты провёл здесь лишь несколько дней, и у тебя уже закончилось терпение?

Не в силах сдержать свой гнев, Янь Шаоцин убил второго бога.

Стражник, проходящий мимо, остановился. Поднял голову и холодно проговорил:

— Янь Шаоцин, моё божественное искусство базируется не только на Сознании Бессмертного Бога, но и на Сутре Безграничного Бедствия. Ты сильно ошибаешься, думая, что всё происходящее — это иллюзия, созданная моим воображением.

Янь Шаоцин одним ударом убил стражника и бросился к Цинь Му.

Другой стражник уставился на него странным выражением лица:

— Янь Шаоцин, я заметил недостатки в твоём основании, поэтому поместил Сутру Безграничного Бедствия внутрь твоего тела. Выбраться очень просто, всё, что ты должен сделать, это разрушить своё Божественный Моста.

Помрачнев в лице, Янь Шаоцин стукнул стражника о землю, превращая его тело в кровавое месиво.

Подняв голову, Цинь Му равнодушно проговорил:

— То, чем ты сейчас занимаешься, бесполезно.

Янь Шаоцин разорвал Цинь Му на части, и мир вокруг стал чёрно-белым. Тем не менее, вскоре знакомая картина вернулась, будто ничего не случилось.

Мужчина был подавлен. Усевшись на пол, он пробормотал:

— Должен быть способ выбраться отсюда, который не требует разрушения Божественного Моста…

Закрыв глаза, он начал размышлять.

Прошло бесчисленное количество дней, волосы Янь Шаоцина успели поседеть, тем не менее, он так и не придумал решения.

Внезапно снаружи донёсся крик стражника:

— Судья Янь, прибыл посланец Минду!

Ошеломлён и взволнован, Янь Шаоцин от души рассмеялся:

— Понятно! Я не мог решить твоё божественное искусство, н при встрече с внешней силой, оно разрушилось само по себе. Небесный Преподобный Му, может быть, тебе удалось контролировать меня своим божественным искусством, но теперь, когда ко мне пришли извне, они станут новой переменной в божественном искусстве. Чем больше людей сюда придёт, тем больше станет в нём недостатков!

Он посмотрел на Цинь Му, обнаруживая, что тот исчез вместе с цилинем и воробьём.

Тем не менее, Имперский Наставник и Император до сих пор были в клетках.

Немного успокоившись, Янь Шаоцин рассмеялся:

—Кажется, они ушли! — он вышел наружу, собираясь поздороваться с Посланником Минду. Тот уже вошёл в тюрьму, говоря:

— Левый Помощник, ученики различных райских небес прибыли сюда, чтобы разобраться с Небесным Преподобным Му, тем не менее, они уже долго не возвращаются. Я пришёл проверить как тут дела.

Янь Шаоцин подошёл поздороваться с гостем, увидев, что это был Лоу Юньцюй, ученик Сына Небесной Инь. Он поспешно проговорил:

— Так это старый брат Лоу Юньцюй. Ученики райских небес были убиты Небесным Преподобным Му.

Он довольно близко знал Лору Юньцю.

Небесный Король Тянь Шу и Сын Небесной Инь были заклятыми врагами. Последний хотел убить Тянь Шу, тем не менее, тот сумел бежать. В результате Тянь Шу отрубил рог Графа Земли, и попал в плен, из-за чего от него остался лишь исконный дух. Тогда Сын Небесной Инь попросил Янь Шаоцина обмануть Тянь Шу и заточить его в Божественном Ноже Имперских Врат.

Выражение лица Лоу Юньцюя слегка изменилось, он прокричал:

— Ученики райских небес мертвы?

Янь Шаоцин кивнул.

Лоу Юньцюй топнул ногой, проговорив:

— И как я должен об этом доложить? Ученики различных дворцов райских небес погибли здесь, на твоей земле. У тебя проблемы! Среди них было несколько моих младших братьев, и даже любимый ученик учителя Черного Божества!

Янь Шаоцин, казалось, совсем не волновался:

— Райские Небеса ещё не получили техники сознания Императорского Трона, поэтому они не посмеют меня тронуть до тех пор, пока я не достигну области Императорского Трона. Старый брат Лоу, ты не встречал по пути сюда Небесного Преподобного Му? Он только что сбежал.

Лоу Юньцюй покачал головой:

— Я его не видел.

Взгляд Янь Шаоцина дрогнул, он внезапно спросил:

— Старый брат Лоу, так как ты здесь по поручению Чёрного Божества, то у тебя должен быть его приказ. Можно мне его увидеть?

Лоу Юньцюй рассмеялся:

— С каких пор Левый Помощник стал таким осторожным? Неужели ты думаешь, что я — это замаскировавшийся Небесный Преподобный Му?

Несмотря на это, он всё же передал ему приказ Сына Небесной Инь.

Янь Шаоцин внимательно прочёл приказ, и обнаружив, что тот и вправду был написан Сыном Небесной Инь, успокоился.

Лоу Юньцюй проговорил:

— Я несколько раз сталкивался с Небесным Преподобным Му, и хорошо знаю о его мастерстве. Если он был здесь, то определённо собирался спасти Имперского Наставника и Императора. Они ещё на месте?

Янь Шаоцин ответил:

— Они до сих пор в великой тюрьме.

Лоу Юньцюй пошёл вперёд, чтобы осмотреться, и застыл перед камерами, не двигаясь. Янь Шаоцин подошёл к нему, увидев. Что Имперский Наставник и Император до сих пор были внутри. Не удержавшись, он рассмеялся:

— Старый Брат Лоу, что случилось?

Лоу Юньцюй побледнел, проговорив хриплым голосом:

— Обе клетки пусты, разве ты этого не видишь? Твои заключённые сбежали!

Янь Шаоцин был ошеломлён. Он внимательно осмотрел камеры Императора Яньфэна и Имперского Наставника, так и не заметив ничего странного.

Он поспешно открыл клетки и потрогал Императора Яньфэна и Имперского Наставника, но ему всё же казалось, что всё было в порядке.

Янь Шаоцин взревел от злости:

— Даже гений области Непостижимого Неба вроде Тянь Шу опьянён вином, созданным моим божественным искусством сознания. Божественное искусство Небесного Преподобного Му укоренилось в моих божественных сокровищах, отчего даже воздух кажется мне настоящим человеком. Проиграл… я и вправду проиграл…

Спустя некоторое время он пришёл в себя, после чего оглянулся и понял, что Лоу Юньцюй уже ушёл. Скорее всего, он отправился обратно к Сыну Небесной Инь.

Янь Шаоцин был полностью обескуражен и заперся в клетке, молча ожидая.

Вскоре после этого боги их райских небес спустились с кроны Первобытного Дерева, чтобы его задержать. Затем, на Сцене Казни Бога, его обезглавил Небесный Преподобный Юй, оружие, которым управлял сам Небесный Император.

Свет ножа засвистел в воздухе, и Таинственный Нож Казни Бога отрубил его голову.

Голова Янь Шаоцина упала, его исконный дух медленно растворился, а три его глаза закрылись. Мир перед ними постепенно погрузился во тьму.

Спустя долгое время он почувствовал, что его разбудили. У его уха раздался голос Цинь Му:

— Левый Помощник, Левый Помощник!

Янь Шаоцин быстро открыл глаза и понял, что лежит на полу. Стражники возле него меняли деревянные тазы, прежде чем вынести божественную кровь наружу.

В реке крови рождались монстры, тайком пробираясь в камеры и начиная сосать кровь узников.

Цилинь спал у ног Цинь Му, а зелёный воробей грыз свои перья от скуки. Имперский Наставник и Император Яньфэн сидели в своих камерах. Как раз прощаясь с Цинь Му.

Цинь Му обеспокоенно спросил:

— Левый Помощник, почему ты спросил? Мой визит закончен, я доволен. Можно уходить.

Янь Шаоцин продолжал в оцепенении сидеть на полу. Внезапно он издал пронзительный смех:

— Это не реальность, ничто не реально. Даже то, что происходит сейчас, подделка!

Глава 905. Когда Ничто Становится Чем-то, Что-то Становится Ничем

Казалось, будто Янь Шаоцин сошёл с ума. Он начал одновременно смеяться и плакать, и несколько стражников тут же отложили свои дела, поспешно подбежав и схватив его.

Янь Шаоцин пронзительно кричал, пытаясь вырваться из их рук:

— Подделки, вы все подделки!

Он ранил многих стражников, и даже убил нескольких их них. Внезапно его тело застыло, будто деревянная марионетка, он ошеломлённо уставился на пятна крови на своих руках.

Спустя долгое время он с трудом оглянулся и спросил у Цинь Му:

— Небесный Преподобный Му, в этот раз я в реальности, или иллюзии?

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Левый Помощник, я собираюсь уходить, ты меня не проводишь?

Мышцы на лице Янь Шаоцина начали дёргаться, он странно скривился в лице.

Следуя за Цинь Му, он отправился наружу.

Спустя некоторое время он проводил Цинь Му и остальных из тюрьмы. После этого Цинь Му обернулся и улыбнулся, проговорив:

— Левый Помощник. Можешь меня не провожать.

Поклонившись в ответ, Янь Шаоцин монотонно ответил:

— Прощай, Небесный Преподобный.

Улыбаясь, Цинь Му медленно забрался на цилиня. Под ногами последнего вспыхнули огненные облака, и он улетел прочь.

— Небесный Преподобный, я в реальности, или до сих пор в иллюзии? — за его спиной раздался голос Янь Шаоцина.

Цинь Му похлопал цилиня по голове, и тот остановился.

Рассмеявшись, Цинь Му проговорил:

— Когда-то, что является реальным, становится подделкой, то подделка становится реальным. Если принимать ничто за что-то, то что-то становится ничем. Левый Помощник, ты лучший мастер божественных искусств создания на райских небесах. Разве то, что реально, а что нет, имеет значение? Пожалуйста, возвращайся.

Тело Янь Шаоцина слегка дрогнуло, он поднял голову, уставившись на Цинь Му.

Цилинь улетел прочь.

Уголки глаз Янь Шаоцина дрогнули, он увидел, что тень Цинь Му, сидящего на голове цилиня, внезапно исказилась, разделяясь на трое.

Ему показалось, будто его голова вот-вот взорвётся, и он тут же бросился обратно в тюрьму, спеша к клеткам, в которых сидели Имперский Наставник и Император Яньфэн.

Он остановился, безучастно смотря внутрь двух пустых камер. Император Яньфэн и Имперский Наставник пропали!

— Понятно, понятно… — Янь Шаоцин тихо засмеялся. — Так это я научил тебя открывать печати на клетках. Теперь я не во сне и не в иллюзии. То, что было настоящим, я посчитал подделкой, а то, что было подделкой, я принял за реальность. Когда ничто становится чем-то, то что-то становится ничем. Хороший ход… хороший ход…

**

Внезапно, стражник. Проходящий мимо, заметил пустые камеры, и прокричал:

— Преступники сбежали!

Янь Шаоцин повернулся, смотря на него, и с лёгкой улыбкой на лице проговорил:

— Преступники до сих пор в своих клетках, о чём ты говоришь?

Недоумевая, стражник снова взглянул внутрь камер. Император Яньфэн и Имперский Наставник до сих пор были на своих местах.

На лице стражника возникло озадаченное выражение, Янь Шаоцин его успокоил:

— Не волнуйся из-за пустяков. Возвращайся к своей работе… Погоди-ка, не знаешь, сколько времени здесь пробыл Небесный Преподобный Му?

Стражник ответил:

— Не более пятнадцати минут.

— Не более пятнадцати минут?

Янь Шаоцин почувствовал, как его вздрогнуло его сердце. Ему казалось, что прошло уже несколько месяцев. Махнув рукой, он позволил стражнику уйти.

Медленно шагая прочь, Янь Шаоцин чувствовал холод по телу, думая про себя: «Ты умудрился организовать побег Имперского Наставник и Императора Яньфэна, не оставив мне выбора, кроме как замести за тобой следы. С моим божественным искусством сознания. Даже если сюда прибудет проверка из райских небес, если они не будут существами области Императорского Трона, они не смогут понять, что узники в клетках — иллюзия. Ты знаешь, что я не буду тебя преследовать, чтобы их вернуть, так как я не в силах сломать твоего божественного искусства сознания. Даже если я тебя догоню, то лишь снова попаду в твою ловушку.»

«Ты также понимаешь, что я замету за тобой следы, так как я уже побывал на Сцене Казни Бога. Чтобы спасти свою жизнь, я должен тебя прикрыть. Ты даже нарочно выдал себя, превратившись в три тени. Эти две лишних тени принадлежали Цзян Байгую и Императору, верно?»

«Небесный Преподобный Му, Небесный Преподобный Му, та стал таким ужасным…»

Он вернулся в Тронный Зал Судьи и открыл свой журнал, записывая: «Во время визита Небесного Преподобного Му не произошло ничего подозрительного.»

Внезапно он крепко сжал кулаки, его ногти вонзились в ладонь, пронзая кожу до крови. Затем он расслабил руку и горько рассмеялся, прежде чем вернуться к своим обязанностям.

«Я потерпел поражение, но твоё божественное искусство сознания не непобедимо. Твоё совершенствование слишком низко, так что пробиться сквозь него несложно. Если вмешается кто-то извне, оно разрушится само по себе. К тому же оно существует меньше часа.»

«Разве ты не планируешь отправиться на райские небеса? Если ты исполнишь там своё божественное искусство, то определённо погибнешь. Тем не менее…»

Он отложил ручку, на его лице возникло выражение ужаса, а по спине побежали мурашки: «Тем не менее, если ты совершенствуешься до области Императорского Трона и объединишь свои божественные искусства сознания с Сутрой Безграничного Бедствия, то станешь слишком ужасным!»

Он даже не осмеливался представить, насколько сильным тогда стал бы Цинь Му.

Продолжив вести свои записи, он снова ошеломлённо дрогнул.

«Как мне узнать, действительно ли я сумел сбежать из иллюзии? — зрачки Янь Шаоцина расширились. — А что, если я до сих пор в иллюзии? Сейчас я во сне, или же в настоящем мире?»

На его лице возникло беспомощное выражение: «Неужели всё так, как он говорил, и я действительно должен уничтожить своё божественное сокровище Райского Дворца, чтобы полностью освободиться? В таком случае, разве я буду чем-то отличаться от мятежников Вечного Мира?..»

Выражение ужаса на его лице становилось всё отчётливее.

Хотя Цинь Му ушёл, и его божественное искусство рассеялось, последствия его влияния укоренились в сердце Янь Шаоцина, начиная прорастать словно зерно дьявольской природы.

Янь Шаоцин знал, что он должен освободиться, и что ему нужно уничтожить своё божественное сокровище Божественного Моста и принять реформу Вечного Мира, совершенствовав Райскую Реку. В противном случае он страдал бы остаток своих дней и не мог бы отличить реальность от подделки. Недостатки его сердца Дао не позволят ему достичь области Императорского Трона!

Тем не менее, райские небеса строго запрещали реформы. Если он совершенствует божественное сокровище Райской Реки, то станет преступником.

«После уничтожения Божественного Моста, мой райский дворец обрушится, и я умру… Цзян Байгуй рассказывал, что он создал технику, запечатывающую Южные Небесные Врата. Таким образом я смогу уничтожить Божественный Мост и выжить… Почему он мне об этом рассказывал? — Янь Шаоцина внезапно осенило. — Старший и младший брат объединили свои силы, чтобы создать для меня ужасную ловушку! Их слова и вправду объединяются в единую картину… Я должен тайком изучить реформу Вечного Мира. Я не буду принимать в ней участия, а лишь изучу её результаты…»

***

Вдали от тюрьмы Цинь Му приказал цилиню остановиться. Улыбнувшись, он проговорил:

— Янь Шаоцин нас не преследует, так что ваше спасение можно считать успешным. Можете выйти. Янь Шаоцин умный человек, он использует своё божественное искусство создания, чтобы помочь мне скрыть следы. Никто не узнает, что вы уже на свободе.

Под его ногами было три тени. Две из них задрожали и поднялись над землёй, постепенно превращаясь в Императора Яньфэна и Имперского Наставника.

Император Яньфэн жадно вдохнул свежий воздух. Он всё ещё не мог поверить, что оказался на свободе, бормоча:

— Я и вправду выбрался оттуда живым. Я думал, что могу там просто умереть…

Имперский Наставник поклонился Цинь Му:

— Старший брат, спасибо, что нас спас!

Цинь Му поспешно поклонился в ответ и улыбнулся:

— Если бы ты не передал ему Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога, то я не смог бы найти недостатков его техники и поместить в его сердце Дао дьявольское зерно. Нам пришлось приложить много усилий, чтобы изучить недостатки техники Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога и усовершенствовать её до современных стандартов.

Имперский Наставник торжественно ответил:

— Тем не менее, обмануть его до такой степени —это огромное достижение.

— Я вошёл в сон с помощью Сутры Безграничного Бедствия, и за короткое время сумел проверить бесчисленные варианты развития событий, находя простейший способ победы над Янь Шаоцином. Затем я использовал Великое Дао Юду, чтобы поместить дьявольское зерно в его сердце Дао. Там расцвёл дьявольский цветок, отправляя его в мир снов и иллюзий, — объяснил Цинь Му. — Моё божественное искусство проникло в его сердце Дао и поселилось в его божественных сокровищах. После этого он оказался не в силах сбежать из снов и иллюзий, которые я для него создавал. Каждый раз, когда он пытался выбраться, он опускался всё глубже в сны. Чем чаще он разбивал моё божественное искусство сознания, тем глубже он погружался с безграничные бедствия, проживая одну иллюзию за другой.

Император Яньфэн и Имперский Наставник восхищённо воскликнули.

Сутра Безграничного Бедствия была истинным священным писанием Императорского Трона Будды Брахмы, в то время как Сознание Бессмертного Бога было техникой Императорского Трона Багрового Императора, а помещение дьявола в сердце Дао было техникой из Великих Небесных Дьявольских Рукописей Святого Дровосека.

Цинь Му объединил три этих техники и использовал реформу Вечного Мира для их усиления, что позволило ему поймать в ловушку существо области Непостижимого Неба! Его способности были поистине удивительными!

Взгляд Имперского Наставника Вечного Мира задрожал:

— В будущем Янь Шаоцин может стать нашим другом Дао. Я уже показал ему нужный путь. Теперь он должен решить, пойдёт он по этому пути, или нет.

— Несмотря на то, что вы сейчас на свободе, вам нельзя раскрывать свою личность. Вы должны полностью изменить свою внешность, — напомнил им Цинь Му.

Император Яньфэн и Имперский Наставник кивнули. Они оба совершенствовали две высших техники создания — Три Исконных Духа Бессмертного Создания Бога и Таинственные Писания Бесстрастного Создания, поэтому изменение своей внешности было для них крайне простой задачей.

Вынув зеркало, Цинь Му передал его Имперскому Наставнику:

— Внутри этого зеркала результаты миллионов лет исследования древних богов райскими небесами, доставшиеся мне от Предка Дао. Райский небеса использовали эти знания, чтобы создать оружие вроде Небесного Преподобного Юя. Вы должны тщательно их изучить.

Имперский Наставник внимательно осмотрел зеркало, обнаруживая, что внутри него кроется целый мир, доверху заполненный нефритовыми свитками, на которых были записаны бесчисленные руны.

— Если ты дашь это зеркало нам, то у тебя не останется записей? — спросил Имперский Наставник.

— Я создал одно зеркало, и могу создать ещё столько, сколько захочу, — перевернув ладонь, Цинь Му достал ещё одно зеркало. Улыбнувшись, он продолжил. — Если навести зеркала друг на друга, то нефритовые свитки отобьются. У меня есть несколько таких зеркал, так что вам не о чём беспокоиться. Здесь нам нужно расстаться! — Он поклонился на прощанье. — Я собираюсь посетить райские небеса, и не знаю когда мне удастся вернуться. Я договорился с Императрицей Яньсю, что встречу её через год. Если вы отправитесь обратно в Вечный Мир, то, пожалуйста, сообщите ей, что со мной всё хорошо.

Имперский Наставник спросил:

— Ты не возвращаешься? Ты и вправду вздумал отправиться на райские небеса?

Цинь Му улыбнулся:

— Я хотел бы проверить, нет ли у райских небес слабых мест. Если кто-то знает себя и своего врага, то он может победить в любой битве. Если я не отправлюсь на райские небеса, то не буду понимать настоящего положения дел! Поэтому, у меня нет выбора!

Император Яньфэн внезапно спросил:

— Ты уже женился на Юйсю? Ты теперь её Император?

Цинь Му покраснел в лице и махнул рукой:

— Как Император может о таком говорить? Мы невинны!

Император Яньфэн плюнул и ухмыльнулся:

— Я… как старик Юйсю, не хочу, чтобы вы оставались невинными. Негодяй, я лишь волнуюсь из-за того, что ты никак не можешь найти себе жены. Дело не в том, что я пытаюсь выдать за тебя свою дочь, чего ты боишься? Я не буду тебя убивать! Ты такой же, как Имперский Наставник, вы оба остаётесь одинокими из-за своих способностей. Если бы я тогда не подарил Наставнику жены, то он так и остался бы одиноким стариком…

Имперский Наставник кашлянул, напоминая ему:

— Ваше Величество, нам нужно идти.

Император Яньфэн вздохнул:

— Я больше не Император, теперь Императрицей является Юйсю. Кроме того, ты уже не Имперский Наставник. Интересно, какого подонка назначили на твою должность?

Цинь Му ответил:

— Этот подонок сейчас прямо перед тобой, и он только что спас тебе жизнь.

Император Яньфэн громко рассмеялся и махнул рукой, прощаясь.

Цинь Му был в приподнятом настроении, он прокричал:

— Жирдяй, пошли!

Император Яньфэн и Имперский Наставник смотрели ему вслед. Спустя некоторое время первый уже принял новый облик и проговорил:

— Юйсю теперь Императрица, а он стал Имперским Наставником. Судьба и вправду решила сделать из нас дураков. Изначально я надеялся, что они будут вместе.

— Ваше Величество и вправду не предвидел такого варианта развития событий? — Имперский Наставник тоже обрёл новую внешность. Шагая в сторону востока, он спокойно проговорил. — Мы давно планировали, что если наши реформы провалятся, и мы оба умрём, то нужно будет найти кого-то, кто продолжил бы наше наследие. Этими людьми были именно Лин Юйсю и Владыка Культа Цинь.

Император Яньфэн догнал его, и после недолгой паузы ответил:

— В то время я был Императором и не думал о счастье Юйсю. Я лишь хотел, чтобы она продолжила нашу работу. Теперь же я не Император, а отец, так что я больше не хочу, чтобы она тащила на себе эту ношу, а хочу, чтобы она нашла себе хорошего мужа и прожила спокойную, счастливую жизнь. Теперь, когда она стала Императрицей, её шансы сойтись с Владыкой Культа близки к нулю. Этот негодник никогда не станет её Императором, а Императрица не выйдет замуж за кого-попало. Они оба…

Он покачал головой и замолчал.

Имперский Наставник понял, что он имел в виду.

Когда Лин Юйсю унаследовала трон и стала Императрицей, а Цинь Му стал новым Имперским Наставником, их шансы стать вместе исчезли.

Лин Юйсю должно быть, знала об этом, но всё же согласилась взойти на трон.

Согласившись стать Имперским Наставником, Цинь Му тоже должен был понимать это, тем не менее, он не отказался.

Они закрыли глаза на чувства в своих сердцах, не проговорив и слова.

Глава 906. Cюй Шенхуа из Западных Земель

Западные Земли.

Внезапнo впереди пронёсся огромный город. Ошеломлённо дрогнув, Цинь Му тут же воскликнул:

— Сестра Хэ Ии?

Город приостановился. На его вершине стояли несколько богов, повернувшись к Цинь Му, они спросили:

— Это карета Белого Божества, а не твоей так называемый сестры. Ты кто?

Цинь Му ответил:

— Я Небесный Преподобный Му. Могу я поинтересоваться, вернулась ли Академия Высших Небес к Белому Божеству?

Бог над городом проговорил:

— Академия Высших Небес? Ты говоришь о Высших Небесах? Эта сила не подчиняется Белому Божеству. Там правит кто-то по имени Ци Цзюи, ученик Красного Божества Ци Сяюй. Красное и Белое Божество договорились между собой и разделили Западные Земли напополам. Взамен Красное Божество дала Белому половину Южных Земель… Как, ты сказал, тебя зовут?

— Небесный Преподобный Му, — улыбнулся Цинь Му.

Придя в себя, боги ошеломлённо застыли.

Цинь Му спросил:

— Как мне тогда попасть в Академию Высших Небес?

Боги посоветовались между собой, прежде чем один из них ответил:

— Небесный Преподобный, пожалуйста, посмотри в сторону, где небо обретает светло-зелёный оттенок. Это Высшие Небеса. Когда доберёшься туда, можешь спросить о точном местонахождении Академии Высших Небес.

Цинь Му поблагодарил, и цилинь тут же двинулся в сторону Высших Небес, говоря:

— Когда-то я думал, что Высшие Небеса — это загадочное место, следящее за всем происходящим в Великих Руинах. Теперь я понял, что это лишь один из немногих небес Первобытного Царства, и в них нет ничего особенного.

Жирдяй ответил:

—Культа, когда-то ты тоже был маленьким практиком божественных искусств, считающим, что Высшие Небеса были гигантским, страшным врагом. Теперь ты стал Небесным Преподобным Му, Высшие Небеса стали для тебя намного менее значимыми.

Цинь Му рассмеялся:

— Жирдяй становится мудрее, ты тоже быстро растёшь.

Боги проводили его взглядами, прежде чем ошеломлённо переглянуться. Один из них спросил:

— Небесный Преподобный Му прибыл в Западные Земли Первобытного Царства. Нам стоить сообщить об этом Белому Божество?

— Он идёт к Красному Божеству. Если сильные практики Белого Божества перехватят его на полпути, то разве мы не оскорбим Красное Божество?

Пожилой на вид бог проговорил мудрым тоном:

— Более того, это Небесный Преподобный. Кто осмелится его тронуть? Пусть себе идёт.

Боги согласились, и их город продолжил двигаться вперёд, поднимая за собой густой дым.

За время своего путешествия Цинь Му встретил много таких летающих городов. Они двигались крайне быстро, и боги и дьяволы использовали их в качестве средств передвижения. С их помощью можно было с лёгкостью переместить армию и подавить восстание.

— Это заклятие Дворца Истинных Небес, который происходит именно с райских небес, — тихо проговорил Цинь Му. — Старая Мать Истинных Небес является истинным богом с райских небес. Теперь она. Скорее всего, подчиняется Белому Божеству.

Поскольку на Западных Землях располагались как Высшие Небеса, так и дворец Истинных Небес, они не так сильно пострадали, как Вечный Мир. Здешние люди жили достаточно хорошо и могли утолить свои базовые потребности.

Прибыв на земли Красного Божества, Цинь Му обнаружил, что власть здесь справлялась лучше, чем на территориях Белого Божества. Люди здесь мирно жили и работали, так же, как и в прошлом.

Какие-то девушки внезапно узнали Цинь Му, и тут же позвали его к себе.

— Академия Высших Небес исчезла, осталась лишь Божественная Секта Высший Небес. Ею управляет Сюй Шэнхуа, до этого он был Великим Ректором Академии Высших Небес, — сообщили они. — Что касается Ци Цзюи, то у него дела даже лучше, чем раньше. Он презирает мастера Божественной Секты Высших Небес, и временно поселился в резиденции Красного Божества. Он — молодой мастер Западных Земель и правит половиной здешних богов и дьяволов, что просто удивительно!

Цилинь взволновано проговорил:

— Ци Цзюи — мой младший брат!

— Сюй Шэнхуа и вправду умён. Он переименовал Академию Высших Небес в Божественную Секту Высших Небес, замаскировавшись под секту, — восхитился Цинь Му. — Когда человек вроде него прилагает свои усилия для совершенствования, он быстро становится сильнее. Когда его разум фокусируется на чувствах, он становится крайне эмоциональным. А когда он уделяет внимание мирским делам, то делает всё гладко и успешно. В сравнении со мной он далеко позади…

Узнав о местонахождении Божественной Секты Высших Небес и резиденции Красного Божества, он попрощался с девушками и продолжил путь.

Божественная Секта Высших Небес была старой Академией Высших Небес и располагалась неподалёку от временной резиденции Красного Божества. Последняя находилась в небе, вблизи от Дворца Истинных Небес.

Спустя несколько дней Цилинь достиг Божественной Секты Высших Небес. Затем он покинул Цинь Му и двинулся в сторону временной резиденции Красного Божества, крича:

— Владыка Культа, я собираюсь навестить своего старшего брата!

— Будь осторожен, не разозли Ци Цзюи, а не то он тебя поджарит и сожрёт! — прокричал Цинь Му.

Цилинь ответил:

— Не беспокойся, мы заключили Соглашение Графа Земли. Мы не просили быть рождёнными в один день, но мы пообещали, что умрём в один день. Сестра Янь’эр, ты с нами?

Янь’эр тут же подлетела к нему, проговорив:

— Молодой Мастер, я составлю компанию жирдяю на случай, если его и вправду решат сожрать!

Цинь Му покачал головой и отправился к Божественной Секте Высших Небес. Узнав о его приходе, Сюй Шэнхуа тут же вышел ему навстречу, здороваясь:

— Владыка Культа, мы не виделись несколько лет. Ты потерял много веса. Как дела в Вечном Мире?

Цинь Му проговорил:

— Это сложно описать в нескольких словах. Я пришёл посмотреть, выжил ли ты и Западные Земли. Увидев, что здесь безопасно, я успокоился.

— Всё это заслуга Ци Цзюи. Без него Западные Земли потерпели бы огромное бедствие, — ответил Сюй Шэнхуа. — Несмотря на то, что Западные Земли связаны с Высшими Небесами и Дворца Истинных Небес, если бы райских небеса решили их уничтожить, то эти связи не остановили бы их. Ци Цзюи является учеником Красного Божества, и именно благодаря тому, что он за нас вступился, Западные Земли удалось спасти.

Услышав о Красном Божестве Ци Сяюй, Цинь Му замолчал.

Когда райские небеса его подавили, Ци Сяюй принимала в этом участие. Четыре Божества атаковали вместе, из-за чего он оказался в отчаянном положении, у него не осталось другого выбора, кроме как остановить своего старшего брата.

Он никогда не говорил о боли, которую он перенёс в тот момент, когда потерял свою душу. Эта боль была намного хуже, чем от ножа, режущего кости!

Тем не менее, наиболее болезненными были не физические страдания, а то, что ему пришлось покинуть своего старшего брата Цинь Фэнцина, забыть о своих братским связях, и перестать быть сыном Цинь Ханьчжэня и Принцессы-Консорта Чжэнь.

Он стал лишь ходячим трупом.

Красное божество сыграло во всём этом свою роль.

Сюй Шэнхуа не знал о его сложном положении, и не был в курсе того, сколько боли и страданий он перенёс.

Люди Западных Земель тоже не знали о боли, через которую прошёл Вечный Мир. В результате бедствия его население сократилось из более десяти миллиардов к всего лишь нескольким миллиардам. Некоторые люди погибли, пытаясь бежать, другие были схвачены и сожраны дьяволами и богами. Остальные же были ранены или взяты в рабство.

Шанс выжить во всём этом был один из десяти. Именно в таком положении сейчас находился Вечный Мир.

Невероятно процветающая ранее страна оказалась на грани уничтожения.

Это было результатом того, что практики божественных искусств Вечного Мира и боги непрерывно сопротивлялись, пытаясь спасти людей. Если бы этого не произошло, то количество жертв стало бы намного больше. Те, кому удалось выжить, стали скотом, которого содержали в загонах, ожидая своей очереди быть сожранными или убитыми.

Именно поэтому Цинь Му пришёл в столицу Вечного Мира, чтобы остановить Зелёное Божество и древнего Небесного Императора.

Он должен был использовать свой авторитет Небесного Преподобного Му. Если бы он этого не сделал, то Вечный Мир ждала бы не просто катастрофа!

— Я пришёл к тебе, так как собираюсь покинуть Первобытное Царство и посетить Райские Небеса, чтобы найти путь к выживанию для Вечного Мира. — улыбнулся Цинь Му. — Ты не появлялся в Вечном Мире все эти годы. Наши пути разделились, мы не обменивались новостями. Ты не в курсе результатов плодов реформы. Перед катастрофой я посетил различные академии и выучил плоды реформы. Не знаю, смогу ли я пережить это путешествие, так что я хочу передать свои знания тебе.

Сюй Шенхуа ошеломлённо улыбнулся:

— Райские Небеса? Давай я пойду с тобой.

Цинь му был тронут, но всё же покачал головой:

— Тебе нельзя идти туда. Реформу Вечного Мира нельзя погубить. Если я умру на райских небесах, то по крайней ты останешься, и сможешь её продолжить. Хоть твоё Тело Тирана и поддельно, оно лишь немного уступает моему. Если ты выживешь, то наши знания передадутся следующим поколениям.

Сюй Шэнхуа хотел ещё что-то сказать, но Цинь Му низко поклонился и проговорил:

— Друг Дао, прошу.

Тут же помог ему подняться, Сюй Шэнхуа ответил:

— Я не пойду с тобой, но ты должен быть осторожен.

Цинь Му улыбнулся:

— Буду. Брат Сюй, ты ещё помнишь наш старый спор? Тот, кто первым решит проблему открытия седьмого божественного сокровища, будет истинным Телом Тирана!

Сюй Шэнхуа улыбнулся:

— Какое совпадение. Вскоре после твоего ухода, мне удалось освоить много различных способов открытия седьмого божественного сокровища. В конце концов я выбрал лучший из них. Всё это время я ждал тебя, когда внезапно на нас обрушились бедствия, разрушая сообщение с Вечным Миром.

Цинь Му прищурился и проговорил:

— Давай запишем свои способы открытия седьмого божественного сокровища и посмотрим, у кого лучше.

Сюй Шэнхуа согласился, и они отвернулись, начиная писать.

Затем они повернулись друг к другу. На листе Цинь Му была надпись «Божественное Сокровище Райской Реки», а на листе Сюй Шэнхуа «Божественное Сокровище Реки Вздымающейся.».

Райская Река и Вздымающаяся были одним целым, поэтому в решении Сюй Шэнхуа не было ошибки.

Они оба переглянулись, и Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Я уверен, что открыл Божественное Сокровище Райской Реки первым. Сразу после моего успеха произошли странные метеорологические явления!

Сюй Шэнхуа ответил:

— Когда я открывал Божественное Сокровище Реки Вздымающейся, то заметил едва ощутимую дрожь, с которой менялись Великие Дао Неба и Земли. Несмотря на то, что она была слабой, она не сумела избежать моего взора.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Когда он открыл своё божественное сокровище, то не почувствовал изменения в Великом Дао!

Это явно свидетельствовало о том, что Сюй Шэнхуа добился успеха первым!

«Тогда я экспериментировал с более чем двадцатью видами божественных сокровищ, проверяя их одно за другим в поисках лучшего. Сюй Шэнхуа сумел сразу выбрать лучший вариант и не проверял остальные!»

Цинь Му наконец понял, почему он опоздал. Не меняясь в лице, он проговорил:

— Возможно, мы открыли свои божественные сокровища одновременно. Когда я открыл Райскую Реку, то метеорологическое явление было крайне странным! В этот раз произошла ничья. В будущем нам нужно будет снова посоревноваться!

Сюй Шэнхуа улыбнулся, не став с ним спорить. Внезапно к ним подошла Цзин Янь, и он проговорил:

— Дорогая, нам с Владыкой Культа Цинем нужно некоторое время совершенствоваться в уединении. На протяжении этого времени нам нужно будет приносит пищу. Тем не менее, не стоит беспокоить нас другими делами.

Цинь Му поклонился:

— Извини, что побеспокоил, невестка.

Цзин Янь улыбнулась:

— С пищей не будет проблем. Пожалуйста, не перенапрягайте себя.

— Не волнуйся, сестра, я позабочусь о твоём муже.

Затем они отправились в огромный дворец. Взмахом руки Сюй Шэнхуа зажёг бесчисленные руны, которые начали спускаться с потолка, будто потоки света. Казалось, словно зал накрывал огромный колокол, запечатывая его.

— Цзин Янь знает моё божественное искусство, лишь она может войти внутрь. Владыка Культа Цинь, можешь начинать обучение.

Цинь Му зевнул и улыбнулся:

— Я буду обучать тебя во сне, — сказав это, он лёг на бок и уснул.

Сюй Шэнхуа удивлённо рассмеялся:

— Это техника Будды Брахмы? Я давно о ней слышал, но никогда раньше не видел.

Он прилёг возле Цинь Му, и спустя некоторое время уснул.

Тьма перед ним напоминала занавеску. Она качалась в стороны, пропуская лучи света.

Сюй Шэнхуа прикрылся от них рукой, и лишь когда его глаза привыкли к свету, опустил ладонь. Пройдя сквозь яркий свет, он заметил Цинь Му, шагающего ему навстречу, улыбаясь:

— Брат Сюй здесь. Мы можем начинать.

— Мы?

Сюй Шэнхуа шокировано дрогнул, увидев как много Цинь Му шагает ему навстречу. Вскоре он насчитал целую сотню клонов, за спинами которых шумели многие другие. Усевшись за свои столы, они начали энергично записывать плоды реформы Вечного Мира.

— Сколько времени на это уйдёт? — удивлённо воскликнул Сюй Шэнхуа.

— Мне потребовалось почти три года, чтобы освоить семьдесят процентов реформы Вечного Мира, — подняв голову, ответил один из Цинь Му. — Тебе тоже понадобится два-три года. Тем не менее, в моём сне на это уйдёт лишь несколько мгновений. Давай начнём!

Сюй Шэнхуа сконцентрировался, прилагая все свои усилия для обучения.

В то же время Цзин Янь принесла им еду. Войдя в зал, она увидела, что оба парня лежат на полу и крепко спят. Покачав головой, она положила корзину с едой рядом с ними и тихо ушла.

Цинь Му и Сюй Шэнхуа проснулись, их животы урчали от голода. Они поспешно съели свою еду.

После этого Цинь Му захотел помыть посуду. Сюй Шэнхуа не знал, смеяться ему, или плакать:

— Владыка Культа, не стоит себя утруждать. Положи посуду в корзину, и моя жена придёт и уберёт. Давай продолжим обучение.

Цинь Му кивнул.

Они снова легли спать. Тем не менее, спустя некоторое время Сюй Шэнхуа проснулся и проговорил:

— Я не могу спать, пока посуда непомыта. Давай уберём.

Цинь Му тоже не смог спокойно уснуть, и тут же встал, смеясь:

— Мне тоже не удаётся уснуть. Мой разум не может расслабиться, если я знаю, что не помыл посуду.

С помощью божественного искусства создания они создали чистую воду и помыли посуду. Наконец им удалось успокоиться и уснуть.

— Я понятия не имею как Имперскому Наставнику и Императору Яньфэну удалось столько времени провести в тюрьме. Там было так грязно… — пробормотал Цинь Му, прежде чем начать храпеть.

Глава 907. Вечный Боевой Дух

В мире во сне Сюй Шэнхуа наконец закончил изучать плоды реформы Вечного Мира. Во сне время, казалось, замедлилось, он был крайне истощён, чувствуя, будто прошло уже два или три года.

Тем не менее, мир Цинь Му не разрушался.

Сюй Шэнхуа растерялся. Он увидел, как Цинь Му достал зеркало и поставил его вертикально. Его площадь резко увеличилась, начиная проецировать бесчисленные свитки.

Подойдя поближе, Сюй Шэнхуа ненадолго всмотрелся, осматривая зеркало, прежде чем с сомнением проговорить:

— Руны Великого Дао древних богов? Они были изучены с помощью традиционной математики! Ээм, если они у тебя, то значит ты уже усовершенствовал их с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы.

Он наклонил голову на бок, задумавшись:

— Неужели тот Небесный Преподобный Юй, спустившийся в тот день к нижней границе, был построен с помощью рун традиционной математики?

Цинь Му ответил:

— Это самое сильное божественное оружие, созданное райскими небесами. Несмотря на то, что оно выглядит как Небесный Преподобный Юй, им управляют большие шишки райских небес. Кроме того, они в любой момент могут создать ещё несколько подобных оружий.

Сюй Шэнхуа блуждал среди нефритовых свитков. Их количество было поистине огромным. Несмотря на то, что Цинь Му использовал Математический Трактат Высшей Молекулы и переделал огромное количество записей, количество его работ было лишь каплей в море!

В мире во сне можно было увидеть огромное количество клонов Цинь Му, занимающихся усовершенствованием рун, реструктуризируя их с помощью Трактата Высшей Молекулы.

Сюй Шэнхуа был шокирован масштабом работ. Тем не менее, он хранил спокойное выражение и самообладания, будто его не могло удивить даже падение неба.

Осмотрев свитки, он проговорил:

— Райские Небеса экспериментируют с совершенной техникой области Райских Небес. Она сможет объединить все Великие Дао древних богов. Постройка сильнейшего оружия не является их целью, на самом деле они стремятся к созданию объединённой техники Райских Небес.

Цинь Му ответил:

— Их техника райских небес базируется на системе семи божественных сокровищ,в то время как реформа нижней границы уже давно их изменила. Поэтому, они должны любой ценой нас остановить, ведь в противном случае миллионы лет их усилия окажутся напрасными.

Сюй Шэнхуа ответил:

— Но ведь их оружие слишком опасное. Это удивительно, что райским небесам удалось создать что-то подобное. Его можно сравнить с физическим телом сильнейшего и наибольшего древнего бога, и если добавить к нему технику Райских Небес, то не найдётся силы, которая смогла бы с ними сравниться. Отсутствие Математического Трактата Высшей Молекулы — это его единственная слабая сторона. Если добавить его…

Не удержавшись, он дрогнул.

Если усовершенствовать его с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы, то это тело стало бы самым сильным физическим телом в мире. Вместе с техникой Райских Небес его способности не имели бы себе равных. Даже если древний Император вернулся бы к жизни, или же Небесный Герцог и Граф Земли объединили свои силы, они не стали бы ему ровней.

— Владыка Культа, ты и вправду собираешься улучшить эти руны? — неожиданно спросил Сюй Шэнхуа. — Я внезапно почувствовал истинный ужас.

Цинь Му бросил на него озадаченный взгляд.

Сюй Шэнхуа проговорил:

— Если Математический Трактат Высшей Молекулы попадёт в руки чужеземных райских небес, то никто больше не сможет противостоять им. Даже если этого не произойдёт, и он останется у нас, мне всё равно будет страшно. Я боюсь, что однажды мы сами станем райскими небесами, которых так боялись.

Ошеломлённый, Цинь Му рассмеялся:

— Мы ещё даже не можем себя защитить. Зачем волноваться о том, что так далеко в будущем?

Сюй Шэнхуа ненадолго замолчал, прежде чем проговорить:

—Владыка Культа Цинь, Небесный Союз времён Дракона Ханя тоже был одной из главных сил, ведущих реформу, но в итоге он испортился. Если в будущем мы обретём власть и авторитет, то разве не испортимся так же, как они? Ты уверен, что сумеешь остаться верным своим стремлениям перед лицом власти и желаний? Даже если тебе это удастся, ты можешь быть уверен, что остальные такие же, как ты?

Подняв взгляд, Цинь Му надолго задумался. Затем, он покачал головой, проговорив:

— Я не могу быть в этом уверен.

Сюй Шэнхуа замолчал.

Похлопав его по плечу, Цинь Му засмеялся:

— В Будущем, если мы испортимся, нас остановят следующие поколения. Нам не о чём волноваться.

Сюй Шэнхуа засомневался:

— Тем не менее, пути, навыки и божественные искусства, соединяющие в себе обычную математику и математику Высшей Молекулы, несомненно достигли совершенства. Если в будущем мы испортимся, то никто не сможет нас остановить! Мы будем обладать самой огромной силой в истории, и она будет оставаться таковой на протяжении миллиардов лет! Уничтожить тех, кто пойдёт против нас, будет крайне просто. Мы строим даже более безнадёжное будущее!

— Оно будет не более безнадёжным, чем-то, что есть у нас сейчас, — серьёзно ответил Цинь Му. — Брат Сюй, райские небеса современности верят, что создали самое сильное божественное оружие и открыли самую сильную технику. Они верят, что никто не в силах их свергнуть, и что они смогут сохранить свою власть и территории навеки. Тем не менее, мы открыли Математический Трактат Высшей Молекулы и пережили реформу Вечного Мира. Их сильнейшее божественное оружие уже не столь безупречно. Теперь у нас есть шанс свергнуть их. Кто знает, может быть в будущем люди найдут много недостатков в наших, совершенных на первый взгляд, техниках, — переполняясь уверенностью, он улыбнулся. — Из прошлого к настоящему, пути, навыки и божественные искусства развивались и совершенствовались, каждое новое поколение превосходило своих предшественников. То, что казалось совершенным в прошлом, молодые поколения считают полным недостатков. Самое сильное оружие прошлого может поступиться своим местом в будущем. Разве это не развитие?

— Мы должны следовать своей философии и амбициям. Путь святого — не что иное, как ежедневная польза для обычных людей. Богам нельзя быть высшими и могущественными, контролировать жизнь и смерть людей. Наоборот, это люди должны их использовать, получать от них пользу, — сжал кулаки Цинь Му. — Я твердо верю, что наступит день, когда боги будут работать для людей и служить им. Если они не согласятся, то их свергнут реформаторы! Брат Сюй, мой друг Дао, если мы испортимся, то нас обязательно свергнут!

Сюй Шэнхуа успокоился, обдумывая услышанное. Он чувствовал, что в словах Цинь Му был смысл:

— Я не знаю почему, но когда я рядом с тобой, то меня переполняет энтузиазм и надежда на будущее, мой пессимизм исчезает. Владыка Культа Цинь, ты слишком хорошо умеешь завоёвывать сердца людей!

Цинь Му рассмеялся:

— Разве мы стали друзьями Дао не потому, что у нас схожие цели и интересы? Иногда ты путаешься, и всё что я сделал, это в ней разобраться.

Яюй Шэнхуа был ошеломлён. В следующий миг он громко рассмеялся.

Обычно он был безразличен ко всему, но сегодня он внезапно засиял от смеха. Это было крайне редкое зрелище.

Цинь Му закончил рассказывать ему всё, что выучил, и проговорил:

— Император Яньфэн и Имперский Наставник тоже изучают руны Великого Дао древних богов, и Мастер Дао Линь Сюань добился огромных высот в этой области. Есть шанс, что они решат тебя навестить.

Сюй Шэнхуа легко кивнул.

Затем Цинь Му рассказал ему о том, как Небесный Преподобный Юй открыл божественные сокровища духовного эмбриона и галактики, а также о том, как его духовный эмбрион сумел родить новую душу. Сюй Шэнхуа был ошеломлён, но в то же время обеспокоен.

Цинь Му не упускал деталей, рассказывая о реформе Вечного Мира, рунах Великого Дао древних богов и своих собственных божественных сокровищ. Казалось, будто он пытался завершить свои дела, прежде чем уйти.

Сюй Шэнхуа усердно учился. Несмотря на то, что он не мог совершенствовать способа рождения души Цинь Му, и тот был совершенно для него бесполезен, он всё равно его выучил.

Цинь Му хотел передать ему Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы, но эта техника Императорского Трона была уникальной. Обучая её парня, Будда Брахма не учил его писаниям. Всё, что нужно было сделать Цинь Му, это поспать, после чего он уже мог с лёгкостью её выполнять.

Даже если бы он захотел, то не мог бы передать её Сюю Шэнхуа.

Цинь Му оставалось лишь оставить всё, как есть. Он рассеял своё состояние сна, и они покинули огромный зал. В мире снаружи прошло всего восемь дней.

— Твоё путешествие на райские небеса будет крайне рискованным, мы даже не знаем, откуда можно ждать опасности. Владыка Культа, трудно предсказать, сможешь ли ты выжить, — проговорил Сюй Шэнхуа. — Я знаю, что многие тебя не понимают. Они считают тебя заносчивым, высокомерным и дерзким. Тем не менее, я тебя понимаю. Они видят лишь твою славу, и думают, что ты любишь хвастаться и создавать проблемы, не понимая те смертельные опасности, перед которыми тебе придётся столкнуться, и те жертвы, на которые ты шёл. Ты постоянно ставишь свою жизнь на кон, сражаясь за будущее Вечного Мира.

Цинь Му рассмеялся:

— Несмотря на то, что путешествие на райские небеса опасно, не то, чтобы у нас не было пути к выживанию. У нас осталась небольшая надежда, именно поэтому я должен отправиться на райские небеса. Если я этого не сделаю, то у Вечного Мира, и у остальных форм жизни, не будет шансов.

Его глаза загорелись, он проговорил:

— Не волнуйся обо мне. Если я умру, то Ци Тела Тирана перейдёт к тебе. Как только ты обретёшь мою Ци, то перестанешь быть подделкой, и станешь настоящим Телом Тирана.

Сюй Шэнхуа недовольно фыркнул.

Цинь Му продолжил:

— Если же ты тоже потерпишь неудачу, то появится новое Тело Тирана, которому достанется твоя Ци, а после него следующая. В конце концов появится Тело Тирана, сильнее и умнее нас, которому удастся добиться успеха. Пришло время попрощаться, мой друг Дао.

В груди Сюй Шэнхуа загорелось чувство героизма. Он захотел заполнить небо длинным воем, наполненным яростным стремлением. Тем не менее, его с детства учили контролировать свои чувства.

Подавив свой героизм, Сюй Шэнхуа остановился. Он не стал провожать Цинь му, так как опасался, что если проведёт с ним ещё немного времени, то станет таким же, как Цинь Му, и наполнится героизмом, свободой и лёгкостью.

Чем дольше он находился с Цинь Му, тем сильнее тот на него влиял.

— Муж, он сказал, что планирует посетить райские небеса. Он хоть знает туда дорогу? — подойдя к нему, спросила Цзин Янь.

— Ци Цзюи знает. Он его найдёт, — держа её за талию, Сюй Шэнхуа посмотрел в сторону временной резиденции Красного Божества и неспешно проговорил. — Вес, который Владыка Культа Цинь несёт на своих плечах, намного тяжелее моего. В прошлом я не слишком много чувствовал. Тем не менее, в этот раз, когда он передал мне свои учения, он сказал, что если умрёт на райских небесах, то ответственность за реформу достанется мне. Лишь тогда я пойму вес бремени, что он несёт.

Опершись на его плечо, Цзин Янь мягко проговорила:

— Владыка Культа Цинь неустанно трудится, я не видела, чтобы он хоть мгновение наслаждался жизнью. В сравнении с ним мы намного счастливее.

— Это правда, — с сожалением вздохнул Сюй Шэнхуа. — Но откуда мне знать, сколько продлятся эти счастливые дни. Надуюсь, Владыка Культа вернётся живым. Только в таком случае буду спокоен.

Сделав небольшую паузу, он проговорил:

— В мире снов Владыка Культа Цинь назвал меня другом Дао. Когда я был растерян, и меня терзали сомнения., именно он помог мне найти путь к свободе. Тем не менее, я также чувствую, что и у него есть некоторые сомнения и растерянность. Но я не могу помочь ему с этим справиться. Он относится ко мне, как к другу Дао, но я не в силах ему помочь.

Цзин Янь спокойно на него посмотрела.

Сюй Шэнхуа горько улыбнулся:

— Раньше я был гостем из Высших Небес, полностью сконцентрированным на Дао. Тем не менее, он пробудил мою непоколебимую волю, заставил меня стремиться к тому, чтобы превзойти его. Если бы не его поддержка, то я до сих пор был бы поддельным богом высших Небес. Даже если бы у меня были какие-то достижения, они не были бы слишком значимыми. Благодаря ему я тот, кем являюсь сейчас. Я не достоин такого друга Дао, как он.

Держа его за руку, Цзин Янь улыбнулась:

— Муж, кто, по-твоему, умнее, Владыка Культа, или ты?

— Я! — без раздумий ответил Сюй Шэнхуа. — Владыка Культа крайне умён, но в сравнении со мной он всё же хуже.

Цзин Янь рассмеялась:

— Раз ты умнее него, то что плохого в том, что ты его друг Дао? Я чувствую, что ты ни в чём не уступаешь Владыке Культа Циню. Мужу лишь не хватает его стремления и способностей. У тебя нет боевого духа, который ничего не боится и готов сражаться против небес, не принимая поражения!

Ошеломлённый, Сюй Шэнхуа её обнял:

— Самым счастливым днём моей жизни был тот не день, когда я встретил Владыку Культа Циня, а тот, когда я встретил тебя!

***

Временная резиденция Красного Божества.

Ци Цзюи махнул рукой, отпуская богов Южных небес, которые были в его резиденции, и проговорил:

— Второй брат уже сообщил мне, что Владыка Культа Цинь собирается отправиться на райские небеса и хочет спросить у меня дорогу. Хорошо, я пойду с тобой на райские небеса.

Цинь Му приподнял брови и собирался что-то сказать, когда Ци Цзюи холодно рассмеялся:

— Я не волнуюсь о тебе, я волнуюсь о безопасности моего второго брата! Мы с ним стали названные братьями и заключили соглашение Графа Земли. Если он умрёт во время поездки, то я умру вместе с ним!

Он переполнился негодованием, вспоминая как напился в Божественном Ноже Имперских Врат и стал названными братьями с цилинем.

Цинь Му взглянул на цилиня и подумал:

— Странно. Когда жирдяй успел стать таким умным? В прошлом он тоже не был глупцом, вот только из-за своей лени он годился лишь на то, чтобы пугать прохожих. Теперь же он находит способы разделять и решать мои проблемы. Разве что …

Он посмотрел на Янь’эр, с серьёзным лицом кормящую цилиня духовными пилюлями.

Улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Брат Ци, как ты планируешь попасть на райские небеса?

Ци Цзюи ответил:

— Если речь идёт о практиках божественных искусств, то мы можем просто попросить богов продавить нас сквозь мировой барьер. Но вот что касается этой Янь’эр…

Цилинь кашлянул, проговорив:

— Третий брат, зови её сестрой.

Уголки глаз Ци Цзюи дёрнулись, он терпеливо проговорил:

— Сестра Янь’эр — полубог области Непостижимого Неба. Есть два пути помочь ей попасть на райские небеса. Мы можем либо положиться на силу практика Императорского Трона, чтобы пронзить мировой барьер, либо одолжить корабль Красного Божества. Так как никто из нас не находится в области Императорского Трона, нам остаётся лишь второй вариант.

Глава 908. Область Ржавой Крови

Цинь Му чувствовал себя немного неловко, совершенно не желая просить Красное Божество Ци Сяюй одолжить ему корабль.

В тот день, когда его окружили райские небеса, четыре божества объединили усилия, чтобы остановить его, и Ци Сяюй не проявила к нему никакой пощады.

Несмотря на то, что Цинь Му был в состоянии понять положение Ци Сяюй, и знал, что она следовала тщательно продуманному плану, ему всё же было не по себе.

Он не был святым, как дровосек.

Святой Дровосек мог отказаться от всех своих эмоций и делать что-то исключительно ради достижения цели. Он мог принимать решения, рационально проанализировав все за и против.

Дровосек никогда не обучал Цинь Му, поэтому тот не был слишком рациональным.

Святой Дровосек обучал лишь Имперского Наставника. Что касалось Цинь Му и Вэй Сюйфэна, то он дал им расти самостоятельно, и не обращал на них почти никакого внимания.

Взяв себя в руки, Цинь Му проговорил:

— В таком случае, нужно встретиться с Красным Божеством.

— Мастер не хочет тебя видеть, — ответил Ци Цзюи. — Я связывался с ней, пока ты был в Божественной Секты Высших Небес. Она сказала, что не хочет тебя видеть, но что ты можешь ненадолго одолжить её фениксовый корабль. Тем не менее, как только ты достигнешь райских небес, она заберёт его обратно. Он скоро прибудет.

Цинь Му облегчённо вздохнул. Красное Божество Ци Сяюй, скорее всего, чувствовала какую-то вину, и пыталась избежать неудобных ситуаций, которые возникли бы при их встрече.

— Молодой Мастер, фениксовый корабль прибыл! — во дворец вошёл бог, поклонившись.

Ци Цзюи сделал шаг вперёд и вышел наружу. Цинь Му двинулся следом, его сердце дрогнуло:

— Брат Ци, Красное Божество до сих пор в Первобытном Царстве? Она не вернулась на райские небеса?

Ци Цзюи ответил:

— Не вернулась. Она сказала. Что хочет найти врага, и арестовать мерзавца по имени Ли Южань. Тот творит всякое зло. Более того, здесь остались выжившие люди Императора-Основателя, и она хочет их найти…

Только тогда он вспомнил, что Цинь Му когда-то упоминал, что он являлся потомком Императора-Основателя. Тем не менее, посмотрев на лицо Цинь Му, он не заметил признаков разочарования.

Несмотря на то, что они множество раз сражались друг с другом, в этих сражениях родилась их дружба, а Ци Цзюи начал восхищаться Цинь Му. Кроме того, их также связывала связь Ци Цзюи с цилинем, поэтому, в глубине души, он не видел в Цинь Му чужака.

Фениксовый Корабль был одним из немногих сокровищ, способных свободно пересекать мировые барьеры. Корпус корабля был выполнен из неизвестного металла. На его внешней стороне располагались крылья феникса, позволяющие развивать невообразимую скорость. Время от времени, спускаясь к нижней границе, сильные практики райских небес использовали именно его.

Цинь Му взошёл на борт следом за Ци Цзюи. На борту находилось многотысячное войско солдат и генералов Южных Небес, управляющих кораблём.

— Этот корабль — сокровище области Императорского Трона. Его скорость не знает себе равных, но для его активации требуется удивительная магическая сила. Именно поэтому его команда состоит из шести тысяч солдат.

Ци Цзюи отдал приказ отправляться в сторону райских небес. Более чем шесть тысяч солдат и генералов активировали корабль, и тот поднялся в небо, постепенно ускоряясь. Удивительные крылья по бортам медленно открылись, сияя яркими лучами и цветами, окутывая всё судно своим светом.

У крыльев феникса было множество различных оттенков. Открывшись полностью, они начали медленно вибрировать, неуклонно увеличивая скорость корабля.

Ци Цзюи проговорил:

— Несмотря на то, что корабль учительницы не является единственным сокровищем, способным двигаться сквозь мировые барьеры, он самый удобный. На его борту не приходится волноваться о дискомфорте от искривления пространства.

Скорость корабля достигла невероятного уровня, но он оставался устойчивым. Когда скорость крыльев феникса достигла предела, он тут же исчез из первобытного Царства!

Цинь Му стоял на носу корабля, наблюдая, как оно разрывает пространство. Последнее больше напоминало бесчисленные полосы белого света, молниеносно пролетающих мимо.

Скорость корабля превысила всё, что мог себе представить Цинь Му, и он тут же понял, что Красное Божество Ци Сяюй действительно обладала удивительными способностями.

Будда Сакра всегда хотел достичь области Императорского Трона, и даже пытался заимствовать техники Будды Брахмы. Тем не менее, прорва между областями Непостижимого Неба и Императорского Трона напоминала небесный ров. Независимо от знаний и основания, это препятствие было почти невозможно обойти.

Цинь Му не мог не воскликнуть от восхищения скоростью корабля. Она отлично демонстрировала способности Ци Сяюй. Затем он вспомнил о конфликте между Ци Сяюй и Буддой Сакрой, думая про себя: «В мире есть много сильных практиков Непостижимого Неба, но мало мастеров области Императорского Трона. Возможно, причина этого кроется в том, что перейти с одной области на вторую так же сложно, как взобраться на небо.»

Сакра Будда самостоятельно создал Писания Сакры. Тем не менее, если сравнить его технику с Сутрой безграничного Бедствия Будды Брахмы, то разрыв в их знаниях и основании нельзя было закрыть одним лишь совершенствованием.

Несмотря на то, что Ци Сяюй, возможно, уступала Будде Брахме, она всё же была намного сильнее Будды Сакры.

Фениксовый Корабль двигался сквозь пространство, и спустя неизвестное количество времени, он наконец гладко остановился. Оказавшись в глубинах пространства, он прибыл к центру обширного звёздного неба.

Продолжая стоять на носу корабля, Цинь Му выглянул наружу. Звёзды в небе были невероятно яркими и сверкающими, между ними виднелись прекрасные полосы света, напоминая цепи, соединяющие их между собой.

Это было настоящее звёздное небо, а не картина.

— Это Небесная Звезда Силы, одна из тридцати небесных звёзд. В её центре находится город силы, также известный как Звезда Нефритового Цилиня, — рассказывал Ци Цзюи. — Если посмотреть под другим углом, то можно заметить, что Звезда Силы обладает формой древнего бога нефритового цилиня. Владыка Звезды Силы был рождён городом Силы.

Лежащий на носу корабля цилинь взбодрился, выглядывая за борт:

— Так это место, где родились предки расы цилиней? Там родился Владыка Звезды Силы?

Фениксовый корабль снова двинулся с невообразимой скоростью, и спустя некоторое время они уже находились у передней части Звезды Силы. Смотря издали, можно было заметить, что звёзды вокруг были соединены звёздными цепями, формируя силуэт цилиня.

В центре связанных между собой звёзд виднелся гигантский божественный город, построенный из нефрита.

Ци Цзюи на мгновение заколебался, прежде чем проговорить:

— Есть много видов цилиней. Владыка Звезды Силы является нефритовым цилинем, самым уважаемым из них. Кроме того, в Первобытном Царстве встречаются цилини пяти элементов — воды, огня, золота, дерева и земли, которые породили Пять Великих Древних Богов Цилиней. Что касается того, является ли Второй Брат потомком Владыки Звезды Силы, я этого не знаю.

Цилинь помрачнел в лице.

Он с рождения мог контролировать священный огонь цилиня. Очевидно, у него была родословная огненных цилиней Первобытного Царства, и он не имел никакого отношения к Владыке Звезды Силы.

Фениксовый Корабль летел сквозь множественные скопления звёзд, сформированные тридцатью шестью небесными звёздами, и вскоре впереди показались всяческие божественные города, расположенные в центрах своих звёзд —Лидера, Знаний, Отдыха, Храбрости, Величества, Ярости и так далее.

Форма каждой звезды была уникальной. Цепи, связывающие их между собой, формировали силуэты различных богов. Все они казались странными, зловещими и ужасающими.

Сами звёзды тоже напоминали древних богов, позволяя понять, как выглядел их хозяин.

— В этих божественных городах располагаются солдаты, — рассказывал Ци Цзюи. — Большинство солдат и богов, принимавших участие в битве Первобытного Царства, происходили из различных городов небесных духов и земных бесов. Армии небесной обители, тридцати шести райских дворцов и семидесяти двух тронных залов, не были задействованы.

Цинь Му почувствовал, как сжимается его сердце. Солдаты и генералы райских небес одних лишь городов небесных духов и земных бесов сумели полностью одолеть Первобытное Царство. Сила райских небес была поистине невообразимой!

Затем фениксовый корабль пролетел сквозь скопления звёзд земных бесов, оказываясь в бескрайнем звёздном небе.

Внезапно они прибыли в разрушенное звёздно небо. Осколки звёзд и земли витали вокруг, корабль осторожно их облетал.

Цинь Му посмотрел на Ци Цзюи и спросил:

— Брат Ци, что это за место? Почему это небо разрушено?

Ци Цзюи ответил:

— Это Область Ржавой Крови райских небес.

— Область Ржавой Крови?

— Область Ржавой Крови — это доисторические руины. Они существуют очень давно, я слышал, что они появились ещё до начала цивилизации. — Что касается того, что здесь произошло, то я слышал лишь несколько слухов. В одном из них говорилось, что в доисторические времена здесь жила цивилизация, но её уничтожил древний Небесный Император и его последователи. После этого наступила эпоха древних богов. Поэтому те времена называют доисторическими.

Фениксовый корабль пролетел над огромной планетой, крайне спокойно и медленно вращающейся в пространстве. Только когда она повернулась к ним передней частью, Цинь Му понял, что это был череп.

Это был невообразимо огромный череп!

В Области Ржавой Крови было много подобных черепов. Они витали среди разрушенных звёзд посреди невероятно унылого и тёмного неба. Если не быть осторожным, то можно было с ними столкнуться.

Фениксовый Корабль снизил скорость, пролетая по этому месту. Стоя на боту корабля, Цинь Му выглянул за борт. Вверху над ними летал огромный кусок земли, на котором виднелись какие-то древние руины.

Цинь Му тщательно его рассмотрел, увидев величественные, удивительные дворцы, гигантские колонны которых свисали над кораблём. Также на земле можно было увидеть статуи богов, за спинами которых возвышались огромные кольца.

— Эти кольца напоминают ореолы света, появляющиеся после получения благословления древних богов.

Цинь Му был поражён. Должно быть, наличие подобных колец было какой-то традицией древних богов. Когда он оказался в первом году Дракона Ханя, то увидел, что у затылков многих богов и полубогов было что-то подобное.

Наиболее отчётливыми эти круги были у Семи Небесных Преподобных.

Семь Небесных Преподобных получили благословления древних богов, поэтому у их затылков было много ореолов света. У Небесного Преподобного Юя и вовсе были бесчисленные слои сложных колец. В конце концов, ему достались благословления от каждого из древних богов.

Естественно, ореолы света носили не только Небесные Преподобные, но и полубоги с сильным уровнем совершенствования.

В первые годы Эпохи Дракона Ханя благословления могли давать не только древние боги. Полубоги с сильным совершенствованием тоже были на это способны.

Изучив Руны Великого Дао древних богов Цинь Му тоже был способен дарить благословления. Для него в этом не было ничего сложного.

Тем не менее, статуи богов в этих руинах наводили его на мысль, что идея благословлений была создана не древними богами, а какой-то доисторической цивилизацией.

Цинь Му поинтересовался:

— Доисторическая цивилизация Области Ржавой Крови могла совершенствоваться? Как они это делали?

Ци Цзюи рассмеялся:

— Владыка Культа, я же говорил, что существование доисторической цивилизации — это всего лишь слух. Слухи нельзя принимать всерьёз, зачем уделять им столько внимания?

Цинь Му начал говорить ещё серьёзнее:

— Если человек достаточно тщателен, то для него не останется событий, которые нельзя исследовать. Так как Область Ржавой Крови существовала здесь в доисторическое время, и на её территории жила древняя цивилизация, то мы можем многое почерпнуть, изучая её. Ей стоит уделить внимание. Можем остановиться и немного осмотреться.

Ци Цзюи не знал, смеяться ему или плакать:

— Владыка Культа Цинь, моя учительница позволила тебе взять этот корабль лишь для того, чтобы попасть на райские небеса, а не для того, чтобы исследовать достопримечательности.

Цинь Му рассмеялся:

— Мы лишь взглянем, это не заберёт много времени. Брат Ци, разве тебя не интересуют древние руины вроде Области Ржавой Крови?

— Совершенно! — решительно ответил Ци Цзюи.

Несмотря на свои слова, он всё же приказал солдатам остановить фениксовый корабль и проговорил с серьёзным выражением лица:

— Владыка Культа Цинь, мы можем неспешно обойти Область Ржавой Крови, но нам ни в коем случае нельзя здесь задерживаться! В конце концов, это доисторические руины, и мы не знаем, безопасно ли здесь. В этом месте каждый год гибнет какой-то безрассудный бедолага из райских небес!

Цинь Му кивнул и улыбнулся:

— Не волнуйся, я лишь осмотрюсь…

Внезапно его выражение лица слегка изменилось. Уставившись на кусок земли, пролетающий мимо, он поспешно достал географическую карту из своего мешочка таотэ. Осмотрев её, он поднял взгляд, снова уставившись на кусок земли.

— Брат Ци… — усмехнулся Цинь Му. — Мы можем пришвартоваться здесь? Мой старший брат мне кое-то оставил.

Ци Цзюи впал в ярость:

— Ты же только что твердил, что хочешь лишь осмотреться, а теперь забрал свои слова назад! Мерзавец Цинь, не думай, что из-за твоей близости с моим вторым братом я позволю тебе делать что угодно. В прошлом, когда я спустился к нижней границе по приказу Чёрного Божества, моей целью было схватить тебя! По правде говоря, я слишком долго тебя терпел!

Цинь Му посмотрел на цилиня, и тот кашлянул:

— Третий брат, раз уж Владыка Культа хочет осмотреться, то ты должен позволить ему так и поступить.

Ци Цзюи едва сдерживал свой гнев, но всё же был вынужден сдаться. Он холодно ответил:

— Если ты там умрёшь, то не вини меня! Что это у тебя за карта? Ээм…

Его глаза расширились, уставившись на географическую карту в руках Цинь Му, после чего он поднял голову, смотря на пролетающий мимо кусок земли. С выражением недоумения на лице, он спросил:

— Откуда у тебя карта Области Ржавой Крови? Тебе и вправду тут что-то оставили?

Глава 909. Третий Глаз

— Разве я бы тебе врал? — свернув географическую карту, проговорил Цинь Му. — У меня есть старший брат, любящий путешествовать и находить загадки прошлого и раскрывать секреты истории. Он оставил мне много карт, и это одна из них.

Ци Цзюи приказал богам на корабле пришвартоваться у полуразрушенного клочка земли и проговорил:

— Твой старший брат даже более безрассуден, чем ты. Раз уж он сумел прийти сюда из Первобытного Царства, а затем вернуться обратно, то его способности и совершенствование неплохи. Он точно не простой проходимец. Как его зовут?

— Вэй Сюйфэн.

— Вэй Сюйфэн? — немного подумав, Ци Цзюи покачал головой. — Никогда о нём не слышал.

Услышав это имя, один из богов Красного Божества слегка изменился в лице, прошептав:

— Молодой Мастер, Вэй Сюйфэн не проходимец, он является Императором Дворца Бескрайних Туч.

Испугавшись, Ци Цзюи наклонил голову и прошептал:

— Император Дворца Безграничных Туч? Этот Вэй Сюйфэн правит одним из тридцати шести райских дворцов? Это крайне высокое звание, оно лишь немного уступает моему учителю. Как он стал старшим братом мятежника Цинь Му?

Бог тихо ответил:

— Император Дворца Бескрайних Туч тоже мятежник. Он восстал несколько тысяч лет назад, но его раскусили Небесные Преподобные. После того как они схватили и подавили его, его жизнь превратилась в ад.

Внезапно придя к осознанию, Ци Цзюи рассмеялся:

— Скажи мне кто твои друзья, и я скажу кто ты. Кажется, что все родственники Владыки Культа Циня — мятежники.

Цинь Му кашлянул, напоминая:

— Брат Ци, я всё слышу.

Ци Цзюи сделал вид, что не услышал его, пока корабль начал постепенно останавливаться. Открыв географическую карту, Цинь Му запомнил место, отмеченное Вэй Сюйфэнем. Затем он перевёл взгляд на клочок земли, пытаясь найти местоположение сокровища.

Фениксовый корабль пролетел над огромным клочком земли и начал медленно спускаться. Внезапно он свирепо задрожал под воздействием мощной силы, начиная вращаться.

Более шести тысяч богов на борту корабля одновременно взревели, задействовав всю свою магическую силу. В следующий миг над судном появились бесчисленные райские дворцы, в которых сидели исконные духи, окутанные магической силой. Прилагая все свои усилия, они пытались восстановить контроль над кораблём!

Крылья корабля начали неистово вращаться, разрубая воздух, мгновенно нейтрализуя воздействие страной силы и возобновляя положение корабля!

В этот момент из руин внизу донёсся оглушительный звук. У него был странный ритм, напоминающий звуки масштабного жертвоприношения.

Со стороны источника звука разразились лучи света, становящиеся всё ярче и ярче. Вскоре они стали настолько мощными что, казалось, вот-вот превратятся в материю. Все они стремились в сторону фениксового корабля!

Все люди на борту в ужасе уставились вперёд, наблюдая, как свет сгущался, формируя огромный силуэт внушительного бога, напоминающий дух без физического тела. Пульсации света формировали на его коже странные узоры.

Его тело было значительно больше, чем фениксовый корабль, его голова возвышалась над левым бортом судна, за ней виднелись бесчисленные вращающиеся круги. Протянув руку, бог нанёс удар по корпусу корабля!

Цинь Му шокировано наблюдал за величественным богом.

— Небесный Герцог…

Гигант сильно напоминал Небесного Герцога, с его белыми бровями, бородой и глазами, вот только символы на его коже были совершенно другими. Кроме того, у настоящего Небесного Герцога не было ореолов света у затылка.

Более шести тысяч богов на борту корабля гневно взревели, мобилизуя остатки своих сил. Тем не менее, когда рука бога, похожего на Небесного Герцога настигла их, их Ци и кровь вскипели, и они начали блевать кровью и стонать от боли.

В этот момент внутри корабля взорвалась мощная сила. Казалось, будто откуда-то появился сильный практик области Императорского Трона. Цинь Му поднял голову, увидев силуэт девятиглавого феникса, постепенно материализующегося в воздухе над ними.

Девятиглавый феникс быстро двинулся вперёд, в то время как корабль молниеносно уклонился от атаки клона Небесного Герцога. В следующий миг он пронзил лоб гигантского бога и вылетел из его затылка!

Гигантски бог рухнул, его свет рассыпался, будто водопад.

Все на корабле до сих пор пребывали в шоке, с трудом поднимаясь на ноги.

Смотря вперёд, глаза Цинь Му начали дёргаться. Предыдущий взрыв на корабле произошёл на только из-за того, что шесть тысяч богов использовали свою силу. Наоборот, его источником была Красное Божество, которая довела силу судна до предела, позволяя ему уничтожить поддельного Небесного Герцога.

Тем не менее, Ци Сяюй не было на борту корабля. Вместо этого она оставалась в Первобытном Царстве, неизвестно за сколько тысяч километров отсюда. Своей магической силой она пробудила мощь фениксового корабля, так как почувствовала, что тот был в опасности.

Именно это делало Красное Божество таким ужасающим.

Цинь Му несколько раз встречался с Ци Сяюй. В прошлом та преследовала его и Будду Сакру. Несмотря на то, что тогда она находилась в Области Будды, отделённой бескрайним пространством и временем, ноты её цитры долго их не покидали. Это было поистине ужасающим и удивительным.

В Первобытном Царстве Цинь Му стал свидетелем того, как Ци Сяюй и Учёная Цзы Си соревновались друг с другом своими навыками цитры. Но когда две Матери Земли сражались между собой, Ци Сяюй не принимала участия и тут же сбежала.

Впоследствии они встречались ещё несколько раз. Во время катастрофы Первобытного Царства Ци Сяюй сразилась с Цинь Му и Цинь Фэнцином, несколько раз их одолев.

На первый взгляд она не казалась слишком сильной. Наоборот, её сильнейшим божественным искусством казалось Дао Музыки.

Только когда Цинь Му вошёл в персиковый лес, он понял, что Ци Сяюй была ученицей Небесной Преподобной Юэ. Та достигла удивительных высот в искусствах пространства. Её персиковый лес, площадью в тысячи километров, искривлял пространство множество раз, соединяя между собой бесчисленные небеса!

У неё Ци Сяюй научилась божественным искусствам пространства. Следовательно, несмотря на расстояние до корабля, она могла направить свою магическую силу и помочь им выжить в такой сложной ситуации.

«Будде Сакре будет крайне сложно сравниться с ней.» — подумал Цинь Му.

Фениксовый Корабль стабилизировался, и силуэт девятиглавого феникса медленно рассеялся.

Ци Цзюи побледнел в лице. Внезапно он закричал:

— Нужно покинуть это место и вернутся обратно!

Цинь Му тут же ответил:

— Стоять!

Бросив на него свирепый взгляд, Ци Цзюи повторил:

— Возвращаемся!

Цинь Му протянул руку, схватил цилиня и спрыгнул с корабля. Ци Цзюи тут же прокричал:

— Стой, Владыка Культа Цинь! Это место слишком опасно. Зачем тебе туда идти? Прежняя атака Небесного Герцога говорит о том. Что он не хочет, чтобы мы исследовали это место. Если бы моя учительница нам не помогла, мы бы погибли!

Цинь Му отпустил цилиня и рассмеялся:

— Это был не Небесный Герцог, а лишь странное духовное тело, напоминающее духовный эмбрион. Я считаю, что оно не сможет быстро оправиться после удара Красного Божества, так что нам ничего не грозит. Раз уж мы здесь, то можно осмотреться.

— Если ты собрался умереть, то никто не будет составлять тебе компанию! — Ци Цзюи холодно фыркнул, прежде чем повернуться к цилиню. — Второй брат, пожалуйста, вернись на корабль. Не стоит идти с ним!

Немного колеблясь, цилинь прошептал:

— Владыка Культа, это правда, что духовный эмбрион Небесного Герцога не сможет восстановиться?

Цинь Му кивнул.

Облегчённо вздохнув, цилинь рассмеялся:

— Третий брат, пожалуйста, оставайся на корабле. Я пойду с Владыкой Культа Цинем.

Лицо Ци Цзюи ужасно помрачнело. Спрыгнув с корабля, он оглянулся и прокричал:

— Несколько богов с самым высоким совершенствованием, идём с нами. Остальные — ждите на корабле и будьте наготове!

Цинь Му покачал головой и ответил:

— Сестра Янь’эр достигла области Непостижимого Неба. С ней нам не нужен кто-то ещё.

На лице Ци Цзюи было мрачное выражение, он не обращал внимания на слова Цинь Му, и приказал девяти богам, шагающим к нему:

— Когда мы достигнем руин, вы не должны спасать меня в случае опасности. Спасайте моего второго брата. Не дайте ему пострадать любой ценой! Вам понятно?

Боги тут же послушались:

— Мораль Молодого Мастера высока, словно тучи!

Стиснув зубы, Ци Цзюи подумал: «Какая мораль? Я просто волнуюсь, что если мой второй брат умрёт, мне придётся умереть вместе с ним!»

Цинь Му искренне рассмеялся:

— Брат Ци такой праведный. Раз уж он так решил, давайте продолжим.

Янь’эр уселась на его плече, остальные двинулись следом. Девять богов окружили цилиня, тщательно его охраняя.

Цинь Му спустился с неба, ещё в полёте открывая свою географическую карту. Всё осмотрев и сверив, он предположил, что отмеченное место находилось на востоке от центра клочка земли.

Они были недалеко от цели.

— Не лети туда! — быстро подойдя к нему, Ци Цзюи холодно проговорил. — Мы не знаем, есть ли здесь ещё какая-нибудь опасность. Стоять не твёрдой земле лучше, чем стать мишенью в небе. Кроме того, так будет легче спрятать или использовать нашу силу.

Цинь Му согласился:

— Брат Ци и вправду опытен.

Ци Цзюи фыркнул, равнодушно ответив:

— Я учился у Красного и Чёрного Божества, поэтому я, ясное дело, опытен, и не такой неправедный, как ты. Когда мы придём в руины, ты должен меня слушать!

Цинь Му громко рассмеялся, приземляясь у руин древнего здания.

Ци Цзюи пошёл следом за ним. Осторожно оглядываясь по сторонам, он выглядел крайне нервным.

Внезапно Янь’эр засунула ему в рот духовную пилюлю.

Ци Цзюи хотел её выплюнуть, тем не менее, вкус оказался неплохим, и он доел.

Янь’эр хотела покормить его ещё раз, но Ци Цзюи поспешно её остановил:

— Сестра Янь’эр, я такого не ем.

Янь’эр рассмеялась:

— Когда-то я кормила твою учительницу, Ци Сяюй. Когда она была маленькой, то очень много болтала и называла меня сестрой.

— Ты кормила учительницу? — Ци Цзюи помрачнел в лице, думая: «В таком случае, я должен называть тебя сестрой, или тётей?»

Цинь Му оглянулся и внезапно спрыгнул с крыши огромного здания, спускаясь на землю.

Ци Цзюи поспешно остановил цилиня:

— Второй брат, не спускайся первым. Давай подождём и убедимся, что с Цинем всё в порядке, прежде чем продолжим… Ну ладно, можно идти.

Цинь Му закрыл глаза и попытался войти в мир сна. Внезапно его газа открылись обратно, а на его лице возникло шокированное выражение.

Он не смог выполнить Сутру Безграничного Бедствия и создать мир сна.

Изначально он хотел позволить исследовать мир своими бесчисленными клонами, так как в таком случае ему не грозила бы опасность. Тем не менее, в Оласти Равой Крови существовала какая-то невидимая сила, нарушающая Сутру Безграничного Бедствия, не позволяя создать мир сна.

Когда он попытался войти в мир сна, в его разуме прозвенел громкий шум жертвоприношения. В этом звуке содержалась сила, создающая ужасающие колебания и прерывающая Сутру Безграничного Бедствия.

— В таком случае, неужели я не могу исполнять свои божественны искусства в Области Ржавой Крови?

Цинь Му попытался выполнить ещё одно божественное искусство, и в этот раз всё получилось. Он внезапно замолчал. Исполняя его, он снова услышал шум жертвоприношений, нарушающий его сознание.

— Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы — это философия ума, похожая на тот звук жертвоприношений. Я слышу его, когда вхожу в сон, но не тогда, когда бодрствую. Это значит, что этот звук и есть невидимой силой. Интересно, он как-то связан с появлением клона Небесного Герцога?

Он зашагал вперёд, двигаясь в сторону источника света, из которого появился Небесный Герцог.

Догнав его, Ци Цзюи проговорил:

— Второй брат, пусть Цинь сам идёт вперёд и исследует местность. Если там безопасно, то мы пойдём следом.

Цинь Му остановился. В месте откуда появился свет небесного герцога, возвышался жертвенный алтарь, окружённый бесчисленными гигантскими скелетами.

В самом центре алтаря была глубокая воронка, в которой витал едва заметный жидкий свет.

Подойдя к одному из скелетов, Цинь Му увидел, что тот напоминал человека, за исключением того, что был в несколько раз больше. В его межбровье виднелся шестиугольный кристалл, сияющий слабым светом.

Он подлетел в воздух и начал кружиться вокруг скелета, рассматривая его.

— На его костях нет отпечатков рун Великого Дао. Это не практик божественных искусств, бог или древний бог. Тем не менее, его кости не разрушились даже спустя миллионы лет, а значит, он был крайне сильным.

Цинь Му вспомнил ядро Первобытного Дерева. Его годовые кольца показывали, что в доисторические времена Мать Земли столкнулась с десятью катастрофами, которые едва её не погубили.

Неужели те катастрофы были как-то связаны с этими гигантами?

Цинь Му подлетел к межбровью гигантского скелета. Кристалл в форме шестиугольника был такого же размера, ка он сам.

— Возможно, этот кристалл на что-то годится, нужно его осмотреть!

Цинь Му использовал свою магическую силы и вытащил кристалл. Внезапно, скелет с грохотом рассыпался, превращаясь в пыль!

Ци Цзюи и остальные внизу испугались. Им повезло, что кроме рушащегося скелета, не было никаких других опасностей.

Цинь Му засунул кристалл в свой мешочек таотэ, прежде чем перейти к другому скелету и обнаружить в его межбровье ещё один шестиугольный камень.

Оглядевшись по сторонам, он обнаружил, что во лбу каждого из огромных скелетов торчал кристалл:

— Неужели они использовали эти кристаллы в качестве третьего глаза? На что он был способен?

Глава 910. Доисторические Мастера Создания

Цинь Му вытащил ещё один шестиугольный кристалл, который был почти таким же высоким, как он сам. Посмотрев сквозь него, он увидел, из-за преломления света мир выглядел совершенно другим.

— Смотря сквозь кристалл, видишь совсем не то, что невооружённым глазом. Тем не менее, я считаю, что это не единственное его применение.

Цинь Му коснулся своего межбровья, почувствовав на нём небольшую шишку.

Во время бедствия Первобытного Царства он вырвал свой третий глаз и бросил его в Юду. После этого рана зажила, и на её месте остался лишь маленький бугорок.

— В прошлом я использовал свой третий глаз для связи с Юду и выполнения божественных искусств Великого Дао Юду. Но эти доисторические гиганты вонзили кристаллы в свои межбровья… какие божественные искусства они пытались выполнить?

После долгих размышлений он так и не придумал ответа. Подумав ещё немного, он отправился к центру жертвенного алтаря и посмотрел на витающий в нём жидкий свет. Тот напоминал воду, медленно качаясь.

Раньше, когда Красное Божество задействовало фениксовый корабль, чтобы сокрушить странное духовное тело, напоминающее Небесного Герцога, жидкий свет рассеялся. Тем не менее, теперь он медленно восстанавливался.

Вполне вероятно, что как только в жертвенном алтаре соберётся достаточно жидкого света, он станет новым Небесным Герцогом, охраняющим эту землю.

— Что это за свет? — Цинь Му осторожно поднял немного яркой жидкости и начал её осматривать. Тем не менее, он так и не обнаружил на её поверхности рун Великого Дао. Казалось, будто в ней нет ничего особенного.

— Как этот свет мог сформировать такое мощное духовное тело Небесного Герцога?

Он осторожно активизировал свою Ци, взаимодействуя с её помощью с жидким светом. Внезапно, она резко затвердела, создавая маленького Небесного Герцога высотой в десять сантиметров. Тот тут же бросился в атаку.

Цинь Му не был готов к такому и тут же хмыкнул, чувствуя, как ломаются кости в его груди. Раздался оглушительный взрыв, и он столкнулся с одним из гигантских доисторических скелетов.

В следующий миг он ударился о древнее здание. Сила удара Небесного Герцога была настолько огромной, что оно раскололось.

Эта сила продолжала давить на его тело, всё глубже впихивая его в здание.

Ци Цзюи прокричал:

— Будьте настороже! Защитите моего второго брата!

Девять богов окружили цилиня, будто готовясь к приближению сильного врага.

Десятисантиметровый Небесный Герцог на жертвенном алтаре подпрыгнул, протягивая ладони вперёд, прежде чем начать размахивать руками, образуя символ Четвёртого Дао Небес.

Цинь Му приземлился на землю, его десять пальцев быстро двигались, соединяя сломанные кости обратно. Подняв голову и увидев, как Небесный Герцог атакует обоими руками, он резко изменился в лице:

— Четвёртое Небесное Дао, Мудра Небес?

Это было четвёртое из Небесных Дао. Янь Цилин однажды сказала, что Предок Дао помог райским небесам довести до ума различные Дао Неба и Земли, разделяя их на различные группы. Среди них было сорок девять видов Небесного Дао, базирующихся на рунах в теле Небесного Герцога.

В Павильоне Хранителя Цинь Му получил нефритовый свиток с рунами Великих Дао древних богов, поэтому знал о сорока девяти видах Небесного Дао. Четвёртым из них была Мудра Небес.

Именно его исполнил крохотный Небесный Герцог — Четвёртое Дао Небес, Мудра Небес!

Две мудры крохотного Небесного Герцога полетели в сторону Цинь Му, их сила оказалась невероятно высокой. Казалось, будто в них содержались пересекающиеся Инь и Янь, заполнившие собой Небо и Земли и не позволяя от них ускользнуть.

Мудра Небес Небесного Герцога уже подобралась к Цинь Му, разразившись силой. Внезапно Янь’эр, сидящая на плече Цинь Му, подняла крыло и выпрямила один из своих когтей, хватая лицо крохотного Небесного Герцога.

Пока тот выл от гнева, его мудра промахнулась. Ярость крохи наполнила небо, его рёв напоминал гром.

— Сестра Янь’эр, не убивай его, — быстро проговорил Цинь Му. — запечатай его, чтобы я мог изучить его духовное тело. Оно очень странное.

Янь’эр взмахнула крыльями, нарисовав перед собой круг из Ци. Крохотный Небесный Герцог тут же оказался обездвижен.

Ревя от ярости, он злостно пытался вырваться. Внезапно он окутался небесным огнём, надеясь, что тот сожжёт кольцо.

Цинь Му удивлённо цокнул языком, прежде чем поднять Небесного Герцога и начать его осматривать.

Крохотный Небесный Герцог сердито на него уставился. Тем не менее, он не мог вырваться, так как его держал великий эксперт области Императорского Трона.

— Молодой Мастер, что произошло с Небесным Герцогом? — интересовалась Янь’эр. — Это его сын?

— Нет, это такой вид духовного тела, сформированный из жидкого света, — внимательно осматривая кроху ответил Цинь Му. — У него нет души или физического тела, он всего лишь сгусток чистой энергии. В его теле нет Великого Дао, рун или сознания. Странно, что он сумел исполнить Дао Небес. Что он такое?

Чем больше Цинь Му его изучал, тем больше сомнений рождалось в его сердце.

Как он мог стать таким сильным, не имея души, физического тела, сознания, Великого Дао или рунных символов?

Это было совершенно нелогично!

— В жидком свете нет ничего странного. Но когда к нему коснулась моя жизненная Ци, он тут же начал принимать облик Небесного Герцога. Более того, тот оказался невероятно сильным, и смог сломать мне несколько костей.

Цинь Му был полон гнева, думая об этом. Подняв маленького Небесного Герцога, он дважды шлёпнул его по спине.

От этого ярость последнего стала ещё больше. Тем не менее, он не мог сбежать.

Внезапно он громко взорвался, превращаясь в комок света, прежде чем рассеяться.

В руке Цинь Му не осталось ничего, кроме круглой печать Янь’эр.

Ошеломлённый, Цинь Му глубоко задумался. Обойдя жертвенный алтарь по кругу, он заметил, в его сторону были повёрнуты все скелеты, и что на его поверхности не было никаких рун, он был сделан из обычных камней.

Он не мог понять как эти древние гиганты могли создать такую странную и таинственную энергию, как жидкий свет.

— Раз уж старший брат оставил мне карту этого места, то он, очевидно, что-то здесь нашёл!

Цинь Му воспрял духом и двинулся в сторону места, отмеченного на карте. Цилинь поспешно зашагал следом за ним, не оставив Ци Цзюи выбора, кроме как присоединиться к нему. Его сердце наполнилось беспокойством.

Несмотря на то, что способности Цинь Му были удивительны, его едва не убил маленький Небесный Герцог, образованный жидким светом. Можно было представить, насколько опасным было это место!

— Место, отмеченное старшим братом, здесь!

Цинь Му свернул географическую карту и посмотрел вперёд. В месте, которое отметил Вэй Сюйфэн, находился величественный дворец. Несмотря на то, что он был полуразрушен, он до сих пор обладал внушительным видом.

У этого зала не было крыши, его внутренняя часть была крайне просторной. Цинь Му вошёл внутрь первым, заметив различные барельефы на стенах.

Он поочерёдно их рассмотрел. Все они изображали доисторических великанов, правящих огромной, бескрайней землёй.

Размеры этих существ были огромными, они выглядели так, словно обладали невообразимой силой и моли сорвать звёзды с неба и схватить луну своими руками.

Земля, на которой они жили, тоже была невообразимо огромной, в её множественных частях жили разные расы и племена. Окружающая среда казалась суровой, в ней водились бесчисленные странные доисторические звери.

Великаны и звери сражались и убивали друг друга, защищая свои территории.

— У доисторических гигантов на этих скульптурах нету третьего глаза!

Тщательно всё осматривая, Цинь Му заметил, что ни у одного из нарисованных гигантов не было шестиугольного кристалла в межбровье.

Также на барельефах можно было увидеть сцены охоты и сражений. Исходя из того, что увидел Цинь Му, гиганты не знали навыков Дао и не совершенствовали божественных искусств. В битве они полагались исключительно на свою грубую силу и габариты, и в лучшем случае пользовались костяными дубинами и бронзовым оружием.

Для мастера путей, навыков и божественных искусств, вроде Цинь Му, сцены этих сражений были слишком неприятными для глаз.

Тем не менее, по мере того как он шагал вглубь зала без крыши, содержание барельефов становилось всё более интересным.

Остановившись перед одним из них, он увидел крепкого гиганта, держащего между своим большим и указательным пальцами шестиугольный кристалл и смотрел сквозь него на солнце.

— Этот кристалл почти такой же, как те, что я нашёл на лбах богов снаружи!

Сердце Цинь Му неистово задрожало, он двинулся в сторону следующего барельефа. На нём был изображён тот же гигант, тем не менее, теперь шестиугольный кристалл находился в его межбровье.

Остальные великаны стояли перед ним на коленях, вопя от страха и трепета.

Размеры этого гиганта были намного больше, чем у остальных. В одной руке он держал золотой скипетр, а другую протянул, указывая вперёд.

Кристалл в его межбровье излучал лучи света, но сколько бы Цинь Му не пытался понять его предназначения, ему ничего на приходило на мысль.

Ци Цзюи и остальные подошли к нему, рассматривая барельефы.

Владыка Культа Цинь, здесь нарисованы какие-то варвары и аборигены. На что тут смотреть? — недоумевал Ци Цзюи.

Цинь Му подошёл к следующему барельефу и проговорил:

— Эти примитивные аборигены создали странную сущность, которая почти смогла уничтожить фениксовый корабль Красного Божества.

Ци Цзюи фыркнул.

Цинь Му тихо вскрикнул, с шокированным выражением лица осматривая барельефы.

Судя по изображениям на этих барельефах, можно было увидеть, что великаны стали больше, чем раньше. Некоторые из них напоминали гиганта из предыдущих барельефов, в их лбах торчали такие же шестиугольные кристаллы. Кто знал, где они их отыскали.

Главная странность заключалась в том, что после того, как гиганты запихивали кристалл в свой лоб, тот начинал ярко сиять, формируя всевозможные вещи.

Некоторые из них образовывали доисторических гигантских зверей, другие же создавали тарелки с едой, а третьи оружие вроде копий, посохов и дубин.

Находились даже такие, что создавали светом своих третьих глаз красивых женщин!

— Это… — Цинь Му был ошеломлён. И немедленно достал кристалл, извлечённый ранее. Тем не менее, он был слишком большим, чтобы он мог вонзить его в своё межбровье.

— Сестра Янь’эр, ты владеешь искусствами пространства? Ты не могла бы уменьшить этот кристалл?

Осмотрев предмет, Янь’эр ответила:

— Искусство пространства может позволить ему выглядеть меньше, но не сделает его таким. На самом деле оно сожмёт пространство, делая его крохотным, будто семя горчицы. Если ты засунешь его в своё межбровье, то он взорвётся, как только божественное искусство пространства потеряет свою силу.

Цинь Му рассмеялся:

— Я лишь хочу ненадолго поместить его в своё межбровье и проверить, не произойдёт ли чего-то странного.

Янь’эр много лет совершенствовалась с Небесной Преподобной Юэ, поэтому быстро смогла вжать шестиугольный кристалл до размеров не больше двух сантиметров.

Подняв кристалл, Цинь Му прилепил его к своему межбровью. Затем он попытался активировать его с помощью своей Ци, но ничего не произошло.

Он не сдавался, активизируя свою Ци и кровь, тем не менее, кристалл так и не ответил.

Даже пробудив свой дух, он не смог ничего добиться.

«Неужели этот кристалл совершенно бесполезен для людей? Для чего тогда старший брат вынудил меня приехать сюда?»

Когда у него возникла эта мысль, кристалл засиял, и в его свете образовался силуэт Вэй Сюйфэна.

Цинь Му был ошеломлён. Как только его мысли поменялись, силуэт исчез.

— Разве что…

Цинь Му тут же сосредоточился и собрался с мыслями, думая о силуэте Небесного герцога. Кристулл снова засиял, и в нём появился крохотный Небесный Герцог!

Цинь Му шокировано пошатнулся. Ему казалось, что с помощью этого кристалла можно создать всё, что угодно!

Когда его мысли очистились, Небесный Герцог исчез.

— Проблема в том, что моё сознание недостаточно сильно? Но я ведь могу совершенствовать сознание бессмертного бога!

Цинь Му исполнил Сознание Бессмертного Бога и подумал о Графе Земли. Разразившись светом, кристалл тут же создал его силуэт.

Крохотный Граф Земли в свете становился всё более и более реалистичным, медленно обрастая плотью. Спустя некоторое время перед всеми появился Граф земли размером с ладонь!

Цинь Му рассеял Сознание Бессмертного Бога, и крохотный Граф Земли припал к земле. Широко открыв свой рот, он начал вопить, как бык.

Все вокруг были ошеломлены. Им хотелось смеяться, но услышав пронзительный бычий стон Графа Земли, они не осмелились этого сделать.

— Это не настоящий Граф Земли, так что можете смеяться сколько угодно. Его не стоит бояться, — проговорил Цинь Му.

Ци Цзюи проговорил дрожащим голосом:

— Кажется, мы можем создать что-то из ничего. Разве такое возможно? С помощью простого куска камня можно делать что-то столь удивительное? Неужели эти гиганты были доисторическими мастерами создания?

Играясь кристаллом, Цинь Му неспеша проговорил:

— Возможно, они действительно древние мастера создания. Тем не менее, свои способности они обрели лишь благодаря этим кристаллам. Судя из результатов моих попыток, кристаллы усиливают сознание в много раз, и если оно достаточно сильно, то способно создать что-то из ничего. Но даже в таком случае это не каждому под силу!

Глава 911. Создание Мира из Ничего

Ци Цзюи собрался своровать ещё несколько шестиугольных кристаллов, но услышав слова Цинь Му, передумал и рассмеялся:

— Владыка Культа Цинь, учитывая внушительную силу твоего сознания, насколько сильным сбыл бы Граф Земли, созданный этим сокровищем? Он сильнее тебя?

Цинь Му покачал головой. Подняв крохотного Графа Земли, он положил его себе на ладонь и ответил:

— У него нет каких-то особых способностей или души, он лишь растерянное создание. Он только кажется злобным, не больше.

Ци Цзюи выпрямил палец и изучил крохотного Графа Земли, прежде чем ответить:

— В таком случае с кристаллов нет толку. Созданные ими формы жизни намного слабее чем ты, они даже не являются практиками божественных искусств. Более того без души они не в силах совершенствоваться. Какой тогда толк с кристаллов?

Он надавил пальцем на крохотного Графа Земли. Существо освирепело и вцепилось в палец, собираясь с ним сражаться, тем не менее, оно было не в силах что-либо сделать, и могло лишь яростно реветь.

Цинь Му поставил крохотного Графа Земли на землю и проговорил:

— Если я прав, то доисторические мастера создания обладали намного более сильным сознанием, чем у обычных людей. Должно быть, его сила была просто ужасающей. Посмотри, любой гигант, изображённый на барельефе, был способен создавать что-то из ничего. Мне же это удаётся лишь с помощью Бессмертного Сознания Бога. Исходя из этого, их сознание ничем не уступало моему!

Ци Цзюи не заметил ничего подозрительного в его словах, но цилинь и Янь’эр поняли, что он имел в виду.

Сознание Бессмертного Бога Цинь Му было ужасно сильным. Несмотря на то, что Янь Шаоцин был сильнейшим практиком техник сознания райских небес, Цинь Му смог заточить его в мире снов и иллюзий!

Сознание Цинь Му было не таким плотным, как у Янь Шаоцина, но его качество было намного выше.

То, что у доисторических мастеров создания были такие же сильные сознания, было просто ужасающим.

Цинь Му указал пальцем на мастеров создания из барельефов и продолжил:

— Что даже более странно, это то, что их физические тела стали больше, чем раньше. Предполагаю, что они использовали свои способности создания для усиления своих физических тел.

Не понимая, о чём он, цилинь спросил:

— Владыка Культа, как таким образом можно увеличить своё тело?

— Этот кристалл позволял использовать силу создания для восстановления физического тела. Это не сложнее, чем создать крохотного Графа Земли, — объяснил Цинь Му. — Раньше, в Области Ржавой Крови, мы увидели череп размером с планету. Остальное тело должно было быть значительно больше. Разве можно вырасти до таких габаритов? Думаю, что это заслуга кристаллов.

Сделав небольшую паузу, он вернулся к предыдущим барельефам:

— Тело гиганта, который первым нашёл кристалл, стало больше и сильнее, чем у остальных. Возможно, он использовал искусство создания для ускорения своего роста. Кроме того, есть ещё один важный момент — он стал бессмертным, и мог считаться богом!

Ци Цзюи сильно нахмурился.

Цинь Му серьёзно проговорил, помрачнев в лице:

— Совершенствовав искусство создания до определённого уровня, можно достичь бессмертия и сделать своё физическое тело неуничтожимым. Даже если слабый практик области Духовного Эмбриона будет достаточно хорошо владеть искусством создания, то он сможет жить вечно. Словно бог! Мастера создания прошлого все были бессмертными богами!

Слова Цинь Му поразили его самого, так как он был таким же, как гиганты из прошлого.

Для обычного практика божественных искусств боги были людьми, чьи исконные духи достигли Райского Дворца, что дарило бессмертие, огромную магическую силу и удивительные способности.

Но для создания вроде Цинь Му, отличия богов от обычных людей были лишь мифом.

Во-первых, области совершенствования были созданы Семью Небесными Преподобными, и Цинь Му лично принимал участие в их распространении.

В течение первого года Эпохи Дракона Ханя он, от имени Небесного Преподобного Юя, подарил людям путь становления богом. Он и Небесный Преподобный Хао рассказали о семи божественных областях, начиная Южными Небесными Вратами и заканчивая Райскими Небесами.

После этого Цинь Му, Сюй Шэнхуа и другие талантливые люди Вечного Мира разрушили барьеры областей один за другим, превращая семь областей в одну.

Цинь Му также сумел открыть божественное Сокровище Духовного Эмбриона заново, восстанавливая свою душу.

Обычные люди с благоговением относились к областям, совершенствуясь в пределах их ограничений, и безынициативно следуя за остальными.

Гении, в свою очередь, создавали новые области выходя за пределы старых.

Они были основателями и создателями областей.

Ци Цзюи осмотрел барельефы и покачал головой:

— И что с того, что они были бессмертными? Они просто были большими, и ничего на знали о божественных искусствах Великого Дао. Более того, у их метода создания, за исключением возможности усиливать своё тело и обретать бессмертие, не имеет достойных применений. Вещи, которые они создают, слишком слабы.

Цинь Му ответил:

— Что, если бесчисленные мастера создания прошлого подумали бы о чём-то одном, используя своё сознание?

Ошеломлённый, Ци Цзюи внезапно вспомнил о жертвенном алтаре и скелетах, окружавших его, прокричав:

— Ты имеешь в виду, что Небесный Герцог, атаковавший нас, был создан их сознанием?

Цинь Му пошёл вперёд, осматривая остальные барельефы:

— Скелеты вокруг алтаря на самом деле были мастерами создания прошлого. Они собрали своё сознание, прежде чем усилить его с помощью кристаллов и создать Небесного Герцога.

Ци Цзюи удивлённо покачал головой. Если десятки тысяч подобных мастеров создания из древности подумали бы о чём-то одном одновременно, то создание, созданное их техникой, было бы невообразимо сильным!

Что, если бы ещё больше мастеров объединили свои усилия?

Не стала бы созданная ими форма жизни сильнее?

Был ли предел у такой силы?

Внезапно Ци Цзюи громко рассмеялся и прокричал:

— Даже если они могли создавать что-то из ничего, и создать Небесного Герцога, тот не стал бы сильнее настоящего Небесного Герцога! Настоящий Небесный Герцог является воплощением Небесного Дао, правителем Сюаньду, и главой всех богов под небом!

Цинь Му стоял у барельефа неподалёку и проговорил:

— Взгляни сюда.

Ци Цзюи посмотрел на барельеф, увидев кристаллы в межбровьях доисторических мастеров создания. Они создавали формы жизни намного сильнее чем были сами, и использовали их, чтобы убивать своих врагов.

На следующем барельефе был изображён лидер мастеров создания, стоящий в центре жертвенного алтаря. Он широко расправил руки и поднял голову к небу, держа в руке золотой скипетр.

Вокруг жертвенного алтаря остальные мастера приносили ему подношения, отчего он становился всё больше и сильнее.

Этот лидер обладал невообразимыми способностями, и даже мог использовать божественные искусства!

Сердце Ци Цзюи неистово забилось от стража, он прохрипел:

— Божественные искусства не создаются таким образом. Они рождаются лишь путём контроля силы Великого Дао Неба и Земли, который освоили древние боги. А божественные искусства форм жизни после начала являются лишь плодом изучения и повторения действий древних богов, позволивший нам тоже управлять Великим Дао Неба и Земли!

Цинь Му покачал головой и продолжил идти вперёд.

Зал под открытым небом напоминал доисторическую летопись, в которой были записаны всевозможные события прошлого.

Они увидели, что мастера создания порождали всевозможных странных существ, у которых были тела человека и головы быков, птиц, змея и зверей. Кроме того, иногда их фантазия действовала противоположным образом, создавая змей с головами людей.

Ци Цзюи побледнел в лице, увидев, как они создают фениксов!

— Хе-хе… — он усмехнулся, но ничего не ответил.

То, что было запечатлено на древних барельефах, было слишком страшным. Существа, которых создавали мастера прошлого, становились всё более странными. Некоторые из них выглядели как древние боги!

— Они подражали древним богам! — рассмеялся Ци Цзюи. — Они повторяют за древними богами, пытаясь создать жизнь. Тем не менее, им всё равно не удастся с ними сравниться или превзойти!

Цинь Му проговорил:

— Подражают, или создают их?

Ци Цзюи был ошеломлён, внезапно прокричав:

— Ересь! Ты хоть понимаешь, о чём говоришь?

Цинь Му тоже чувствовал, что его предположение было нелепым. Разразившись смехом, он покачал головой и продолжил рассматривать рисунки.

Ци Цзюи не мог сдержать своего гнева:

— Ты хотел сказать, что эти варвары создали Небесного Герцога, Графа Земли, Мать Земли и Великое Дао Неба и Земли? Ы хоть понимаешь, что говоришь?

Проигнорировав его, Цинь Му продолжил шагать вперёд. Рисунки, которые он видел, становились всё более шокирующими.

Мастера создания объединились в несколько крупных племён. Чем больше людей в них было, тем сильнее становились созданные ими существа.

Они проводили различные масштабные жертвоприношения. Бесчисленные трёхглазые гиганты круглосуточно подносили подношения, создавая ещё больших и сильных существ для уничтожения своих врагов.

Тем не менее, одна раса предпочла подносить приношения своему лидеру, что продолжая делать его сильнее.

Его тело стало огромным, будто небо. Вокруг него кружились бесчисленные гиганты, сияя своими кристаллами на него и придавая ему божественного виду.

Во лбу лидера тоже был кристалл, тем не менее, он отличался от остальных. Будучи ярко-красным, он поглощал свет других кристаллов.

Цинь Му попытался разглядеть его лицо, тем не менее, оно было закрыто ярким светом кристаллов, и не было запечатлено на барельефе.

Ци Цзюи продолжил следовать за ним, холодно проговорив:

— Они лишь использовали своё сознание для создания вещей и ни за что не смогли бы создать настоящих богов. Древних богов нельзя создать, они лишь могут родиться от Великого Дао Неба и Земли.

Цинь Му посмотрел на следующий барельеф, который оказался крайне интересным.

На барельефах было изображено огромное племя, казалось, будто в нём состояли все доисторические мастера создания. Они объединили свои мысли и сознания, намереваясь создать новый мир и покинуть это опасное место!

Они хотели создать новый мир и переместить своих людей туда во избежание опасностей своей реальности.

— Создание мира из ничего! Неужели доисторические мастера добились успеха? Минутку, деревня Беззаботная! Разве деревня Беззаботная Императора-Основателя не является миром, созданным из ничего?

Цинь Му взволновался, задумавшись над этим. Он продолжил идти вперёд, и внезапно шокировано дрогнул, обнаружив, что в зале больше не осталось барельефов.

Они были уничтожены мощной силой, превращаясь в осколки каменных плит на земле.

Наклонившись, он начал осматривать обломки. На большинстве из них не осталось изображений, а значит кто-то их вытер.

Он тщательно всё осмотрел, пытаясь выяснить, не осталось ли чего-нибудь полезного.

— Владыка Культа Цинь, ты забыл один важный момент! У древних богов есть души, в то время как у творений доисторических мастеров создания их не было! Ни у Небесного Герцога, ни у Графа Земли, которых мы видели ранее, не было души! — проговорил Ци Цзюи. — Мастера создания прошлого пошли против древних богов, пытаясь им подражать. Они вмешались в их дела и оскорбили их, заходя настолько далеко, что позволяли созданным ими существам воевать, что является грехом, наказуемым смертью! Они заслуживали уничтожения!

Он казался слегка взволнованным, его сердце Дао стало неустойчивым.

Ци Цзюи был немногословным человеком. Теперь же он начал непрерывно болтать. На поверхности казалось, что он пытался убедить Цинь Му, но на самом деле он убеждал самого себя.

Предыдущие слова Цинь Му расстроили его, заставив его выйти из себя.

Тем не менее, он отметил важный момент. Будь то Небесный Герцог, атаковавший их ранее, или же крохотный Граф Земли, созданный Цинь Му, ни у одного из них не было души.

Цилинь проговорил:

— Третий брат, здешний Небесный Герцог был создан остатками сознания доисторических мастеров создания, они давно потеряли свою былую силу. Что, если раньше, они были в состоянии создать Небесного герцога с душой и сознанием?

Ци Цзюи был ошеломлён, проговорив дрожащим голосом:

— Второй брат, это ересь…

Цинь Му поднял взгляд, осматриваясь по сторонам.

— Нашёл!

Радостно воскликнув, он быстро бросился вперёд. Ци Цзюи двинулся следом за ним, всё ещё выглядя удручённо. Он продолжал спорить:

— Владыка Культа Цинь, ты богохульствуешь перед древними богами, тебе нужно покаяться…

Цинь Му подошёл к центру зала, прежде чем поднять взгляд к небу и засмеялся:

— Брат Ци, подними голову и посмотри на небо. Что ты видишь?

Ци Цзюи уставился в небо. Не увидев в нём ничего странного, он ответил:

— Звёзды, ясное дело.

Цилинь тоже задрал голову и сделал вывод:

— Там есть звёзды.

Взгляд Янь’эр был более острым, чем у остальных. Засмеявшись, она проговорила:

— Эти звёзды ненастоящие. Кажется, будто они далеко отсюда, но на самом деле это не так.

Ци Цзюи с сомнением проговорил:

— Это звёздное небо точно настоящее, — немного подумав, он проговорил. — Хотя нет, оно и вправду поддельно! Мы ведь в Области Ржавой Крови! Вокруг нас летают бесчисленные фрагменты звёзд и планет, а также гигантские скелеты, так что отсюда нельзя увидеть настоящее небо!

Цинь Му рассмеялся:

— Это и есть то сокровище, что старший брат мне оставил.

Глава 912. Тайна Мастеров Создания

Цинь Му продолжал смотреть в небо, бормоча себе под нос. Он формулировал математические уравнения, окружив себя рунами математики. Те непрерывно превращались, создавая удивительное зрелище.

Ци Цзюи почувствовал лёгкую дрожь в сердце. Он знал, что Цинь Му пытался определить траекторию звёзд, чтобы решить сложное уравнение, которое ему оставил старший брат.

На Сцене Казни Бога он уже видел подобное.

В тот раз Вэй Сюйфэн оставил небольшой футляр внутри построения звёздного явления. Внутри футляра лежал Таинственный Нож Казни Бога, который в последствии достался Цинь Му. Именно благодаря нему Цинь Му сумел связаться с выжившими людьми Багрового Света, после чего отправился в парящий мир вместе с Ци Си и договорился о союзе между Вечным Миром и Багровым Светом.

«Если я смогу решить проблему, оставленную Вэй Сюйфэнем, до того, как это удастся Владыке Культа Циню, то артефакт достанется мне?»

Ци Цзюи тут же покачал головой. На Сцене Казни Бога он и Чжэ Хуали уже пытались решить уравнение, но Цинь Му всё же удалось сделать это первым.

«Ещё тогда достижения этого парня в математики были выше моих. За все эти годы он, вероятно, стал ещё более опытным.» — подумал он.

Цинь Му вздохнул и улыбнулся, прежде чем протянуть палец и коснуться неба. Звёзды в небе начали вращаться, их траектория изменилась.

Некоторые из них начали двигаться по чёткому маршруту, в то время как другие начали ошарашенно носиться по небу, словно испуганные мухи.

В конце концов звёзды перестали вращаться, формируя картину в форме бутона цветка.

Цинь Му согнул пальцы и осторожно щёлкнул. Звёзды в небе снова сместились, формируя медленно расцветающий цветок.

«Какие удивительные способности!» — Лишь об этом могли думать все вокруг.

Эта фраза восхваляла не только Цинь Му, но и Вэй Сюйфэна, который оставил этот кусок неба.

Старший и младший братья, Цинь Му и Вэй Сюйфэн, показали им красоту математики звёздного неба. Они продемонстрировали попросту поразительные способности!

Цветок расцвёл, и с него спустился луч кровавого света.

Цинь Му протянул ладонь, и луч приземлился в его руке, прежде чем рассеяться и оставить шестиугольный кристалл диаметром в сантиметр.

Подняв кристалл пальцами, Цинь Му посмотрел сквозь него на путь движения звёззд. Несмотря на то, что его душа тут же задрожала от шока, он спокойно улыбнулся и проговорил:

— Брат Ци, тебе не кажется, что этот кристалл напоминает тот, что торчал в межбровье лидера доисторических мастеров создания из барельефов?

Ци Цзюи был слегка озадачен. Осмотрев кусочек камня, он растерянно спросил:

— Владыка Культа Цинь, что ты пытаешься этим сказать?

— Ничего такого, — спрятав крохотный кристалл кровавого цвета, Цинь Му улыбнулся. — Должно быть, это какой-то другой камень. Старший брат начал свою деятельность двадцать тысяч лет назад и закончил лишь за несколько тысяч лет до нас, и время от времени он находил вещи, которые решал оставить мне. Нас с ним разделяют тысячи лет, тем не менее, он знает меня уже очень долго. Должно быть, он счёл этот камень очень красивым, и решил подарить его мне.

Ци Цзюи искренне захотел схватить Цинь Му за шею и начать его душить, чтобы заставить поделиться своим предположением. Тем не менее, он сумел удержать себя в руках.

Что касалось Янь’эр, то ей не хватило терпения, и она сунула в рот Цинь Му духовную пилюлю, спрашивая:

— Молодой Мастер, ты не мог бы объяснить подробнее?

Цинь Му отдал духовную пилюлю цилиню, прежде чем взглянуть на девятерых богов, которых привёл Ци Цзюи, и улыбнуться:

— Здесь много людей, кто-то проболтается. Я думаю, это и так понятно.

Ци Цзюи махнул рукой, отдавая приказ:

— Вернитесь на корабль. Мы скоро придём.

Несмотря на то, что девятеро богов умирали от любопытства, желая услышать, что же расскажет Цинь Му, получив приказ молодого мастера, у них не осталось выбора, кроме как уйти.

Ци Цзюи моргнул:

— Владыка Культа Цинь теперь может поделиться своими мыслями, верно?

Цинь Му ответил:

— Причина, по которой мой старший брат оставил этот кусочек божественного камня создания, состоит в том, что он предполагает, что владелец камня до сих пор жив.

Ци Цзюи почувствовал, как по его спине бегут мурашки.

С серьёзным выражением лица Цинь Му ответил:

— Владелец божественного камня создания был древним мастером создания с удивительными способностями. Скорее всего, существует какая-то связь между ним и исчезновением его расы. Должно быть, он является одним из самых сильных существ в истории, и должен до сих пор быть где-то в этом мире. В прошлом он мог быть одним из самых сильных древних богов, а сейчас он мог бы являться одной из больших шишек райских небес.

Тело Ци Цзюи покрылось перьями, его разум помутнел.

Янь’эр с любопытством посмотрела на него, убеждаясь, что он, как и она, птица.

Янь’эр и Ци Цзюи обладали совершенно разными степенями сосредоточенности. Как только Цинь Му дал ответ на вопрос Янь’эр, она успокоилась и начала думать о своём, в то время как Ци Цзюи обдумал всё более глубоко и испугался настолько, что кровь в его жилах застыла.

Можно было представить себе ужасающее существо, скрывающееся в эпохе древних богов и сейчас, не обнаруживая себя даже на современных райских небесах. Ци Цзюи не удержался, тут же начав искать связь между ним и закатом эпохи древних богов и бедствиями эпох Дракона Ханя, Багрового Света, Высшего Императора и Императора-Основателя.

Если бы столь сильное существо и вправду существовало, скрываясь на протяжении многих лет, непрерывно пытаясь отомстить древним богам, к каким ужасам это бы привело?

Ци Цзюи понемногу сходил с ума. Он начал носиться взад-вперёд, пытаясь забыть то, что только что услышал.

Внезапно он остановился и пристально посмотрел на Цинь Му:

— Владыка Культа, как ты думаешь, кем бы мог быть этот человек?

В голове Цинь Му тут же всплыл образ Небесного Императора, но немного подумав, он покачал головой.

Некоторые качества и поступки Небесного Императора подходили под его предположение. К примеру, тот существовал с незапамятных времён, и родился даже раньше Графа Земли и Небесного Герцога.

Более того, Небесный Император и вправду имел отношение к закату эпохи древних богов. Он сформировал райские небеса древних богов, уничтожал всех, кто шёл против него, поддерживал полубогов и формы жизни после начала, а затем развязал между ними войну.

Тем не менее, переоценив свои способности, он попал в ловушку Небесного Преподобного Хао, Юня и остальных, в результате потерял своё физическое тело.

Несмотря на это, он так и не умер, а лишь скрылся во тьме, и даже стал одним из лидеров Небесного Союза и тиранов современных райских небес!

Также существовала вероятность, что Небесный Император как-то был связан с окончанием различных эпох — Багрового Света, Высшего Императора и Императора-Основателя.

Тем не менее, если Небесный Император был бы лидером доисторических мастеров создания, то их эпоха должна была бы существовать до начала эпохи древних богов, а значит последние были их творением.

Цинь Му не был в этом уверен.

Причина этого крылась в том, что древние боги попросту были слишком древними. Возраст Матери Земли составлял по крайней мере несколько миллионов лет.

Более того, Ци Цзюи отметил крайне важный момент. Доисторические мастера создания могли создавать вещи, но было неизвестно, могли ли они создавать души.

У древних богов были души.

Чтобы разобраться в этом, нужно было провести дополнительные исследования.

Кроме того, в слухах, которые слышал Ци Цзюи, шлось о том, что древние боги уничтожили доисторических мастеров создания. Тем не менее, Небесный Император правил древними богами, и несмотря на то, что Граф Земли, Небесный Герцог и Мать земли презирали его поведение, они всё же его слушались и восхищались им.

Если Небесный Император было лидером доисторических мастеров создания, то с чего бы он приказывал древним богам их убивать?

Тем не менее, Небесный Император схватил и подавил Вэй Сюйфэна.

Неужели могло случиться так, что овладев божественным камнем творения, Вэй Сюйфэн узнал, что Небесный Император на самом деле был лидером мастеров творения, из-за чего тот решил от него избавиться?

— Я не могу понять кто бы мог быть этим мастером творения, — глаза Цинь Му загорелись, он вышел наружу, улыбаясь. — Тем не менее, я уверен, что он до сих пор на райских небесах. Моё путешествие становится всё более интересным. Брат Ци, жирдяй, пора возвращаться!

Янь’эр уселась на его плече, цилинь и Ци Цзюи двинулись следом за ним.

Цинь Му снова остановился перед барельефами, внимательно осматривая мастеров творения, создающих мир своими сознаниями.

Ци Цзюи его поторопил:

— Небесный Герцог на алтаре может восстановиться в любой миг, нам нужно быстро уходить!

Цинь Му кивнул, но его взгляд до сих пор был прикован к барельефу.

Секрет, который раскрывало это изображение, был поистине шокирующим, — невообразимо мощное сознание могло создать мир из пустоты, строя новое небо и землю. Если бы это и вправду работало, то разве доисторические мастера создания не могли бы пережить войны с древними богами?

Неужели за пределами их мира существовал другой мир, где до сих пор жили эти сильные мастера создания? С их торчащими во лбу шестиугольными камнями, они до сих пор превращали пустоту в яркие звёзды.

Вернутся ли они?

Могла ли деревня Беззаботная, которую никак не могли найти райские небеса, быть как-то связанной с миром, созданным мастерами создания?

Будь то Учёная Цзы Си, Принцесса-Консорт Чжэнь, или кто-то другой из деревни Беззаботной, все они не хотели, чтобы Цинь Му возвращался в деревню Беззаботную, так как считали это чрезвычайно опасной затеей.

Если деревня Беззаботная была построена в мире, созданном мастерами создания, то могли ли мастера создания и быть той самой опасностью, о которой все говорили?

— Владыка Культа Цинь, мы должны идти! — не церемонясь, Ци Цзюи схватил Цинь Му за руку и потащил его прочь.

Цинь Му отвёл взгляд и последовал за ним, спеша к выходу. Цилинь бросился вперёд, прокричав:

— Владыка Культа, третий брат, садитесь мне на спину. Я вытащу вас отсюда!

Они запрыгнули на его спину, и цилинь тут же ускорился. Спустя некоторое время они достигли жертвенного алтаря, пролетая мимо него.

В яме в центре алтаря было намного больше жидкого света, чем раньше. Шестиугольные кристаллы на лбах скелетов вокруг него испускали едва заметное сияние.

Цинь Му был поражён:

— Жирдяй, беги быстрее!

Цилинь взмыл в небо, направляясь к фениксовому кораблю.

Цинь Му и Ци Цзюи оглянулись. Свет кристаллов внизу становился всё сильнее, и внезапно его лучи с оглушительным хлопком рванули к его центру!

Жидкий свет в центре алтаря вскипел, и в воздухе начали одно за другим появляться ослепительные круги!

В следующий миг яркие лучи выстрелили в небо, среди слоёв света появился силуэт огромного создания. Лучи и часть колец тут же разрушились, а те кольца, что остались повисли у затылка гиганта.

Небесный Герцог!

Оружие в виде Небесного Герцога, созданное доисторическими мастерами творения!

Небесный Герцог поднял голову, становясь всё выше и выше. Затем он взмахнул рукой и попытался схватить цилиня, стремящегося к кораблю.

Янь’эр, сидящая на плече Цинь Му, внезапно увеличилась в размерах и затрепетала крыльями. В мгновение ока она превратилась в гигантского драконьего воробья, унося Цинь Му, цилиня и Ци Цзюи вдаль. Ей едва удалось увернуться от ладони Небесного Герцога!

Ци Цзюи изо всех сил вцепился в перья Янь’эр и громко прокричал солдатам на борту фениксового корабля:

— Готовьтесь отчаливать!

Более шести тысяч богов на корабле тут же задействовали свою магическую силу, отчего крылья по бортам судна начали дрожать. Раскрывшись, они были готовы унести их прочь.

Янь’эр приземлилась на палубу, пробежав ещё несколько десятков метров, прежде чем остановиться.

Цинь Му, Ци Цзюи и цилинь тут же упали с её спины. Катясь по палубе, последний заметил, что за его хвост крепко держится крохотное существо. Посмотрев на него, он понял, что это был Граф Земли размером с ладонь.

Подняв кроху с земли, он собрался спросить у Цинь Му что с ней делать, тем не менее тот уже присоединился к богам и активировал свою Ци, чтобы увеличить скорость корабля, поэтому был занят.

«Если оставить этого бедолагу здесь, то он проживёт не больше суток. Нужно взять его с собой.»

Подумав об этом, цилинь положил Графа Земли на землю. Тот казался крайне свирепым и смотрел на него угрожающим взглядом.

Цилинь немного подумал и огляделся по сторонам. Обнаружив, что ни Цинь Му, ни Янь’эр не смотрят в его сторону, он достал духовную пилюлю и сунул её в руки крохотному Графу Земли, тихо проговорив:

— Хватит шуметь, я не хочу, чтобы Владыка Культа или сестра Янь’эр узнали, что я припрятал себе немного пилюль…

Кроха схватил пилюлю обоими руками. Она была слишком огромной для него, и ему составляло огромного труда тащить её на своей спине. Он слегка растерялся, не понимая, что нужно делать с этой круглой штукой.

— Её нужно есть, — спокойно объяснил цилинь, прежде чем достать ещё одну пилюлю и засунуть её себе в рот.

Крохотный Граф Земли повторил за ним, начиная грызть пилюлю. Его рот был слишком мал, поэтому ему удавалось откусывать лишь по крохотному кусочку.

Цилинь радостно улыбнулся:

— Ну как тебе? Очень вкусно, верно?

Крохотный Граф Земли уселся на земле, крепко держа пилюлю и усердно стараясь её съесть. Тем не менее, он не был слишком прожорлив, и сожрав лишь половину, уже наелся до отвала. Впрочем, он не собирался отпускать пилюли, продолжая крепко держать её в руках.

Подняв кроху с земли, цилинь положил его себе в ухо:

— Не шуми, или тебя увидят. Будь хорошим мальчиком и поспи, чтобы переварить пищу.

Внезапно издали донёсся громкий крик Цинь Му:

— Остерегайтесь Небесного Колокола!

Цилинь поспешно оглянулся, увидев за своей спиной Небесного Герцога с бесчисленными кругами света у затылка. Над его головой появился огромный колокол из света.

Огромный колокол висел в воздухе, вращаясь. Изначально он был повёрнут вниз, но теперь был нацелен в сторону фениксового корабля.

Тридцать Шестое Дао Небес, Небесный Колокол!

Внезапно колокол прозвенел, и пространство позади фениксового корабля неистово задрожало. Казалось, будто всех на его борту ударила молния, их, а конечности произвольно двигались, а тела начали дрожать и трещать по швам!

Глава 913. Странности Третьего Глаза

Из корабля вылетел девятиглавый феникс, его крылья простирались по небу. Накрыв собой корпус судна, он принял удар на себя. Ци Цзюи направила свою магическую силу из Первобытного Царства, чтобы их спасти.

Все боги, подлетевшие в воздух от звона колокола, приземлились на невероятно мягкие и нежные крылья феникса, не пострадав от удара.

Импульсы Небесного Колокола становились всё сильнее, отчего фениксовый корабль потерял стабильность и сталкивался со всем на своём пути, пробиваясь сквозь Область Ржавой Крови.

Корабль пролетал мимо обломков, врезаясь в разрушенные звёзды и клочки земли. Древние руины на одном из них внезапно засияли, излучая ослепительные лучи света. В следующий миг перед глазами всех вокруг появилась картина, заставившая их волосы встать дыбом.

На бесчисленных клочках земли с руинами разразился яркий свет и появились видения древних богов.

Размеры Области Ржавой Крови были огромными, и она была усыпана красными телами звёзд и кусков земли. Тем не менее, сейчас в ней появилось множество ярких источников света, осветивших всё вокруг.

Видение девятиглавого феникса изо всех сил пыталось управлять кораблём и продвигаться вперёд, уклоняясь от различных ужасающих атак.

Более шести тысяч богов на корабле одновременно повернулись к Цинь Му. Один за другим они протянули руки и указали на него пальцем.

Янь’эр тоже протянула своё крыло, указывая на Цинь Му.

Цилинь немного колебался, но всё же решил не идти против своего хозяина.

Тем не менее, из его уха показался крохотный Граф Земли, тыкая пальцем в сторону Цинь Му. С торжественным выражением лица он громко мычал.

Цилинь поспешно его успокоил:

— Тебе нельзя говорить глупостей. Владыка Культа готовит все духовные пилюли, и если ты его оскорбишь, то он перестанет тебя кормить.

Крохотный Граф Земли опустил руку, обернулся и вернулся в ухо, опустив голову, словно признавая свою вину.

Цинь Му тут же почувствовал, будто от него отвернулся весь мир. Он стоял, не меняясь в лице, тем не менее, он чувствовал волнение в своём сердце, опасаясь, что его сейчас выбросят за борт.

— Небесный Преподобный Му, я помогу тебе только один раз. Не рассчитывай, что я спасу тебя в будущем!

Видение девятиглавого феникса подняло силу корабля до предела. Тем не менее, Область Ржавой Крови уже превратилась в кипящий котёл, в нём повсюду сверкали лучи, с которыми появлялись боги и дьяволы различных форм и размеров, напоминающие древних богов. Протягивая руки вперёд, они пытались схватить корабль!

Люди на борту поспешно искали за что схватиться, чтобы не вылететь за борт вышедшего из-под контроля корабля.

Видение девятиглавого феникса контролировало корабль, движущийся на огромной скорости. Область Ржавой Крови казалась бесконечным звёздным небом, и ему не удалось бы выбраться за короткое время.

Более того, силуэты в воздухе над жертвенными алтарями поднимали суматоху в Области Ржавой Крови, что активировало алтари вдали, из-за чего появлялось всё больше и больше древних богов.

Способности духовных тел древних богов определённо были выдающимися. Различные божественные искусства, которые они использовали, в точности повторяли мощное Великое Дао Древних Богов.

Если бы это было сражение один на один, то Ци Сяюй не было бы чего опасаться, контролируя корабль даже из Первобытного Царства. Тем не менее, здесь было слишком много врагов.

Её сил хватало лишь для того, чтобы управлять кораблём и уклоняться от атак гигантов, а также защищать людей на борту.

Фениксовый Корабль двигался из стороны в сторону, а когда уклониться было невозможно, он уменьшался в размерах и врезался прямо в тело противника, пронзая его в порыве храбрости.

Тем не менее, каждое подобное столкновение истощало силы Ци Сяюй. В конце концов, она не присутствовала здесь лично. Управление фениксовым кораблём из Первобытного Царства замедляло её реакцию и ослабевало её магическую силу. Видение девятиглавого феникса становилось всё слабее.

Наконец, когда её магическая сила почти исчерпалась, кораблю фениксу удалось вылететь из самой сложной части Области Ржавой Крови. Все на корабле облегчённо вздохнули.

Видение девятиглавого феникса почти полностью рассеялось. Очевидно, что в этот попытке их спасти, Ци Сяюй потратила много сил, и была истощена.

— Доставьте его на райские небеса, но высадите за борт, как только достигнете Южных Небесных Врат. После этого верните корабль мне, и скажите, что я больше никогда не хочу его видеть! — сказав это, девятиглавый феникс тут же рассеялся.

Цинь Му склонил голову, промолчав.

Ци Цзюи повернулся к нему:

— Владыка Культа Цинь, я предупреждал тебя, что Область Ржавой Крови невероятно опасна, но ты мне не верил. Туда нельзя спускаться. Даже существо области Императорского Трона не стало бы действовать так безответственно, не говоря уже о практиках вроде нас. Солдаты, помогите Владыке Культа Циню спуститься в трюм, пусть отдохнёт!

Несколько богов подошли к Цинь Му. Двое из них схватили его за руки и потащили в трюм, в то время как остальные настороженно шли следом.

Ци Цзюи обеспокоился ещё сильнее. Испугавшись, что тот решит сбежать, он приказал своим людям нанести несколько слоёв печатей, проговорив:

— Владыка Культа, по пути мы встретим ещё некоторые опасности. Просто посиди спокойно пару дней. Когда мы достигнем райских небес, я тебя выпущу.

Янь’эр с любопытством спросила:

— В пути будут другие опасности? Насколько там опасно в сравнении с Областью Ржавой Крови?

Ци Цзюи ответил:

— Не менее опасно, чем здесь. Через два дня мы доберёмся до места, где пал Светлый Император. Там произошла битва, в которой он погиб, так что-то место даже более опасно, чем это.

Янь’эр ответила серьёзным тоном:

— Твои боги не смогут сдержать Владыку Культа. Он обладает всевозможными навыками для разрушения печатей. Несмотря на то, что его совершенствование уступает твоим богам, он с лёгкостью сможет выбраться из трюма. Думаю, что мне самой стоит его запечатать, в таком случае он не выберется наружу.

С этими словами она нанесла на дверь трюма ещё несколько печатей, не позволяя Цинь Му сбежать и доставить им новых проблем.

Из трюма донёсся разъярённый голос Цинь Му:

— Сестра Янь’эр, это мятеж!

Цилинь поспешно проговорил:

— Владыка Культа, сестра Янь’эр делает это для твоего же блага. Она просто пытается не дать тебе попасть в беду. В следующий раз Красное Божество не будет нас спасать, и мы умрём!

Цинь Му не мог успокоить свой гнев, отвечая:

— Жирдяй, ты тоже мятежник! Я убью тебя на новый год и приготовлю из тебя праздничное блюдо!

Фениксовый корабль ускорился, продолжая двигаться вперёд.

Сидя в трюме, Цинь Му достал кусок красного божественного камня создания. Он ещё не успел как стоит изучить это сокровище.

Божественный камень создания был небольшим по размеру и, вероятно, был осколком чего-то большего. Скорее всего, Вэй Сюйфэн нашёл его, обыскивая руины Области Ржавой Крови.

Вэй Сюйфэн знал много секретов. Этот старший брат и вправду приложил огромные усилия, пытаясь обрести заслуги, а значит в том, что он оставил осколок божественного камня создания для Цинь Му, было какое-то значение.

Цинь Му прилепил божественный камень создания на своё межбровье и очистил своё сердце и разум от лишних мыслей, направляя своё сознание в камень. В этот миг произошло что-то невероятно странное!

Крохотная шишка в его межбровье зашевелилась, в неё хлынула ужасающая волна энергии, таща за собой всю кровь в его теле!

Цинь М убыл ошеломлён, его лицо внезапно побледнело. Вся его кровь поднялась ко лбу, из-за чего его тело истощилось, начиная напоминать мешок с костями!

— Вот дерьмо!

Он активировал свою Ци, чтобы восстановить контроль над кровью, тем не менее, это лишь усугубило ситуацию. Как только Ци активировалась, она тут же неконтролируемо хлынула к межбровью!

«Что именно делает божественный камень создания, который мне оставил Старший Брат?»

Цинь Му чувствовал, как кожа на его голове немеет. Его измождённая ладонь изо всех сил сжала камень создания, пытаясь противостоять его энергии. Казалось, эта энергия отчаянно хотела проглотить камень, втягивая его в межбровье.

Эта энергия была настолько мощной, что Цинь Му почти не мог держать камень в руке.

«На самом деле. Это не моё межбровье пытается засосать камень, а камень хочет проникнуть в межбровье!» — внезапно осознал Цинь Му.

Вся энергия в теле Цинь Му принадлежала ему самому, он потерял силы Сына Юду. С тех пор, как он выковал себе новую душу и переродился, он обрёл невероятно глубокое понимание своих собственных сил.

Сейчас в его теле не было посторонней энергии.

В таком случае, на него определённо воздействовала сила божественного камня создания!

Это божественный камень создания контролировал его ЦИ и кровь. Он хотел вонзиться в межбровье Цинь Му и стать его третьим глазом!

Цинь Му изо всех сил пробовал это остановить. Открыв рот, он попытался позвать на помощь Янь’эр, но не сумел издать и звука.

Затем он протянул руку и попробовал что-то нащупать, чтобы постучать по полу и привлечь внимание цилиня и Янь’эр, охраняющих дверь. Тем не менее, он не смог пошевелиться или использовать свою магическую силу.

Даже его исконный дух оказался заперт в теле, не в силах вылететь наружу!

Внезапно он почувствовал мучительную бровь в межбровье. На его лбу появилась кровавая рана.

Напротив Цинь Му было зеркало, посмотрев в которое он увидел, что несмотря на то, что рана была глубокой, из неё не текла кровь.

Наконец крохотная шишка в его межбровье полностью открылась. Там, в глазнице, в которой ранее находился его третий глаз, появилось новое глазное яблоко, неистово всасывающее в себя его Ци и кровь.

Цинь Му быстро терял свои силы. Несмотря на то, что его жизненная Ци и кровь были невероятно плотными, словно у истинного бога, этот глаз напоминал бездонную яму, которую было невозможно наполнить!

Сердце Цинь М у начало дрожать от ужаса. Он долго пытался понять, что кроется в его межбровье, подозревая, что там растёт новый глаз.

В конце концов, он владел искусством создания, и мог с лёгкостью вырастить себе дополнительный глаз.

Вот только крохотная шишка никак себя не проявляла всё это время. Тем не менее, каждый раз, когда он исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, часть его жизненной Ци бесследно исчезала, циркулируя сквозь эту шишку.

Это не потребляло много сил, к тому же, Цинь Му развивался с невероятной скоростью, так что он не уделял особого внимания этой проблеме.

Разве он мог бы подумать, что как только божественный камень создания потянет всю его Ци и кровь к этому месту, этот глаз их попросту проглотит?

«Мой собственный глаз ведь не сможет меня убить, верно?»

Он почувствовал мороз по коже, постепенно теряя контроль над своей ладонью. Божественный камень создания медленно приближался к третьему глазу. Казалось, у того был собственный разум, и он отчаянно пытался вонзиться в его лоб и заменить собой третий глаз!

«Вэй Сюйфэн, чёрт бы тебя побрал… ты всегда доставляешь мне проблем!»

Цинь Му стиснул зубы, его ладони начали дрожать. Сопротивляться силе камня становилось всё сложнее.

Наконец, его третий глаз закончил поглощать Ци и кровь. В следующий миг он разразился ярким лучом света, который попал на божественный камень создания.

Он пытался поглотить энергию камня создания!

«Мой глаз — тот ещё монстр!» — мысленно ругался Цинь Му. Его третий глаз и камень создания боролись друг с другом, первый пытался энергию противника, в то время как тот хотел занять его место во лбу.

С огромным трудом Цинь Му поднял вторую руку и задрал рубашку, пытаясь поднять её ко лбу.

Это была нефритовая подвеска в форме слова Цинь. Когда Цинь Фэнцин отправился в деревню Беззаботную, он передал её Небесному Преподобному Ю. который затем вернул её Цинь Му. С тех пор он не снимал её со своей шеи.

Едва шевеля рукой, Цинь Му медленно поднял подвеску к межбровью. С огромным трудом сопротивляясь энергии глаза и камня, он в конце концов умудрился засунуть её между ними.

Нефритовая подвеска была выкована из рога Графа Земли, поэтому несмотря на то, что она выглядела, как украшение, на самом деле это был огромный кусок земли, в которой раньше был подавлен Цинь Фэнцин.

Теперь, когда две ужасающие энергии камня и глаза были разделены подвеской, Цинь Му наконец смог послабить хватку. Его глаз и камень больше не притягивались друг к другу, и он облегчённо вздохнул.

В этот миг божественный камень создания вырвался из его руки и столкнулся с нефритовой подвеской. Это случилось настолько неожиданно, что он ничего не смог сделать!

Глаза Цинь Му расширились от ужаса. Он хотел схватить камень, но тот уже столкнулся с глазом, и его отделяла лишь нефритовая подвеска!

В его межбровье разразился яркий свет и сила, содержащаяся в нефритовой подвеске, столкнулась с божественное камнем создания и третьим глазом. В следующий миг сознание Цинь Му потерпело настолько сильный удар, что он отлетел назад и упал в обморок.

— Вэй Сюйфэн, чёрт бы тебя побрал… — проревел он за миг до того, как потерять сознание.

— Мы прибыли в место, где пал Светлый Император, всем быть начеку!

Из палубы донёсся крик множественных богов. Цилинь и Янь’эр, стоящие на страже за дверью, поспешно подбежали, чтобы увидеть последнее поле боя императора Эпохи Багрового Света.

Они вернулись лишь после того, как фениксовый корабль пересёк опасную местность.

— В этот раз Владыка Культа вёл себя довольно хорошо. Он так не любопытствовал, как раньше, — рассмеялся цилинь. — Такое и вправду редко случается. Нужно время от времени его так запирать, чтобы он стал немного спокойнее.

Янь’эр была полностью с ним согласна.

Цинь Му неподвижно лежал в трюме корабля. Его дыхание было крайне слабым, а в его межбровье до сих пор продолжалось сражение между нефритовой глазом, подвеской и камнем.

Глава 914. Тёмный Дьявол, Растущий в Кровавом Свету

Спустя неизвестное количество времени Цинь Му постепенно проснулся. Он чувствовал себя полностью истощённым, испытывая нехватку Ци и крови. Последние ещё не успели восстановиться.

Дрожащей рукой он коснулся своего межбровья. Божественный камень создания и нефритовая подвеска исчезли.

— Что случилось, пока я был в коме?

Он с трудом уселся и посмотрел на зеркало впереди. В отражении от увидел, что от его тела остались лишь кожа да кости.

Рана в его межбровье закрылась, на её месте остался лишь кровавый след.

Мысли Цинь Му кипели. Ему было трудно стабилизировать своё сознание, он чувствовал, что в его теле не осталось жизненной Ци, его сердце едва билось из-за нехватки крови.

Онемевшими руками он медленно искал в своём мешочке таотэ духовное лекарство. Спустя некоторое время ему удалось найти какие-то травы, которые он тут же приготовил, задействовав остатки своей Ци.

Его контроль над Ци был не таким, как раньше. Готовя пилюли, он случайно взорвал котёл, испортив целую партию лекарств.

Подобного не происходило с тех пор, как он овладел искусством лечения!

Он научился искусству лечения у целителя, и в последний раз его котёл взрывался ещё в те времена, когда он жил в деревне Цань Лао. Теперь же. Когда его совершенствование достигло высокого уровня, он каждый раз добивался успеха. Он попросту не мог взорвать котёл.

Цинь Му был слишком истощён, поэтому его контроль над физическим телом, жизненной Ци и кровью стал даже хуже, чем в детстве!

Его искусства лечения и создания могли подвести лишь в том случае, если бы он умер от травм на месте. Теперь же он был слишком истощён для их использования. Даже готовка пилюль для лечения травм стала слишком сложной задачей.

— Старший брат, божественный камень создания, что ты мне оставил, доставил мне много проблем…

Вэй Сюйфэн оставил камень для блага Цинь Му. Тем не менее, в его плане был какой-то просчёт, из-за которого у Цинь Му теперь появились огромные неприятности.

В межбровье Цинь Му был третий глаз, и, прежде чем парень сумел понять его секрет, божественный камень создания решил уничтожить глаз и занять его место, что привело к ужасным страданиям.

Собравшись с мыслями, Цинь Му снова попытался приготовить пилюли, в этот раз проявив особую осторожность и наконец сумев добиться успеха.

Схватив пригоршню пилюль, он проглотил их одним махом, прежде чем использовать остатки своей Ци и ускорить действие лекарственной энергии. Спустя некоторое время его костный мозг начал создавать кровь, и его состояние начало медленно улучшаться.

Цвет лица Цинь Му понемногу восстанавливался, как и запас его жизненной Ци. Вскоре он приготовил ещё несколько котлов пилюль, восстанавливая запас крови почти до половины. Затем он начал готовить пилюли для восстановления Ци, пытаясь поднять и её уровень.

Он изо всех сил попытался встать. Его тело до сих пор было слабым и дрожало, хоть его цвет и стал более природным. Оно всё ещё оставалось крайне худым.

— Куда делась нефритовая подвеска и божественный камень создания? Неужели они… выдавили мой третий глаз?

Волосы на его голове встали дыбом, он попытался открыть глаз в своём межбровье.

На его межбровье были две тонких веки. Они медленно отодвинулись, открывая глаз.

Цинь Му внимательно осмотрел этот глаз в зеркале, увидев, что он отличается от обычного глаза. Несмотря на то, что он состоял из плоти и крови, у его зрачка была шестиугольная форма!

Его зрачок был не чёрным, а кроваво-красным!

— Осколок божественного камня создания всё же не выдавил моего третьего глаза. Вместо того он стал его частью. А где нефритовая подвеска?

Цинь Му осмотрел глаз более подробно. Его радужная оболочка осталась круглой, но рисунок на её внутренней части выглядел как длинный горный хребет!

Он покачал головой. Узор на обычной радужной оболочке напоминал веер из листьев, но в этом глазу он образовывал слово Цинь!

— Моя нефритовая подвеска тоже слилась с третьим глазом…

Успокоившись, он исполнил технику трёх эликсиров Тела Тирана и успокоил своё сознание, намереваясь поднять своё совершенствование и обрести возможность восстановить Ци и кровь с помощью божественного искусства создания.

Выполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, он почувствовал внезапный толчок в своём сознании, протекающем через третий глаз. Оно тут же стало в десять раз сильнее, чем раньше!

Вжж.

За его головой появилось толстое и тяжёлое кольцо, созданное потоком жизненной Ци. Вращаясь вокруг своей оси, оно громко свистело. Пройдя через третий глаз, его сознание усилилось, тем самым ускорив циркуляцию техники Трёх Эликсиров Тела Тирана и создав странное видение у его затылка!

Цинь Му был ошеломлён. Он чувствовал, что жизненная Ци его божественного сокровища Духовного Эмбриона напоминала приливную волну, поднимающуюся и опускающуюся в такт с циркуляцией техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Более того, звёзды в небе над ним тоже, казалось, дышали. На духовной платформе в форме символа тайцзи, духовный эмбрион ритмично дышал, а то время как дьявольская Ци Юду под его ногами кружилась и кипела, будто воздух, которым дышал гигантский бог.

Всё божественное сокровище Духовного Эмбриона напоминало огромную грудь, поднимающуюся и опускающуюся.

Его жизненная Ци и сознание быстро становились сильнее, восстановляясь под воздействием техники Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Тем не менее, Цинь Му до сих пор чувствовал, что глаз продолжает поглощать его Ци и кровь, хоть и не так неистово, как раньше.

— Это и есть польза третьего глаза!

Пока Цинь Му продолжал исполнять технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, у затылка его духовного эмбриона постепенно появилось кольцо жизненной Ци.

По мере циркуляции техники Первобытная Жидкость начала превращаться в туман. Скорость её поглощения значительно увеличилась, она усиливала физическое тело Цинь Му и восстанавливала запасы его Ци и крови. Тем не менее, последние тут же поглощались третьим глазом.

В небе над ним становилось всё больше звёзд, в то время как тьма Юду внизу сгущалась. Духовная платформа в форме символа тайцзи непрерывно росла.

Спустя неизвестное количество времени Ци и сознание Цинь Му восстановились до своего предыдущего уровня, но их рост не остановился. Тем не менее, он до сих пор был истощён!

Божественное сокровище духовного эмбриона продолжало расширяться. В небе над ними всё ещё появлялись звёзды, а тьму внизу сгущалась.

Изначально он думал, что его божественное сокровище духовного эмбриона достигло своего предела. Тем не менее, увидев, насколько оно расширилось, он понял, что ещё далёк от раскрытия его полного потенциала.

Озеро, образованное Первобытной Жидкостью, постепенно мелело. Раньше Цинь Му считал, что оно иссякнет через десять лет, тем не менее, теперь на это ушло бы не больше нескольких месяцев!

— Мой глаз ведь уже вырос, почему он продолжает поглощать Ци и кровь?

Цинь Му активировал своё сознание и направил его в межбровье. Превратившись в крохотного человечка, оно начало осматриваться внутри третьего глаза.

Пространство внутри глаза выглядело ужасающим. В нём находилась обширная земля слова Цинь, покрытая множественными горными хребтами, которые пересекались друг с другом, формируя буквы.

Это был лишь кусок рога Графа Земли. Издали он напоминал лишь круглый клочок земли, горные хребты которого формировали странный узор.

В самом центре земли слова Цинь находился осколок божественного камня создания.

Осколок божественного камня создания бы невероятно огромным. Вытеснив своим весом огромное количество почвы, он лежал посреди глубокой долины, вокруг которой сознание и земля соединялись в виде сияющих цепей, удерживающих его на месте.

Рог Графа Земли формировал радужную оболочку третьего глаза Цинь Му, в то время как божественный камень создания стал его зрачком.

Жизненная Ци и сознание Цинь Му циркулировали в этом месте, двигаясь вокруг земли слова Цинь в виде туч и вызывая непредсказуемые изменения в небе.

Цинь Му не ожидал подобного результата, не говоря уже о Вэй Сюйфэне, оставившего ему осколок камня божественного создания.

— Интересно, эти изменения к лучшему, или наоборот? — Цинь Му был слегка взволновал. Осматриваясь, он увидел, как бурный поток Ци и крови исчезает внутри божественного камня создания. — Этот камень отнимает у меня Ци и кровь?

Сознание Цинь Му влетело внутрь кристалла.

Внутренняя часть кристалла была залита красным светом, из-за чего здесь было сложно ориентироваться. Сознание Цинь Му долго летело вперёд, так и не обнаружив краёв кристалла.

Внезапно он остановился, почувствовав место, куда стремились его Ци и кровь. Затем он двинулся в его сторону, и спустя некоторое время остановился. Внутри красного света возвышался жертвенный алтарь, на котором извивался странный кусок плоти и крови, немного напоминающий странного гигантского зверя.

— Мою Ци и кровь воровал не третий глаз или божественный камень создания. Виновником всего этого является это странное существо внутри камня, которое собиралось использовать меня, чтобы возродиться!

Сердце Цинь Му дрогнуло, он медленно зашагал вперёд. Кусок плоти и крови на алтаре заметил его присутствие и замер.

Цинь Му прищурился. Внезапно кусок плоти и крови раскрылся, открывая алый глаз, нервно осматривающийся вокруг.

Сознание Цинь Му тут же рассеялось, избегая взгляда странного создания. В следующий миг плоть и кровь закрылись, пряча алый глаз и продолжая поглощать Ци и кровь.

Посмотрев в зеркало в трюме, Цинь Му увидел в нём мрачное выражение своего лица.

В божественном камне, оставленном ему Вэй Сюйфэном, скрывался какой-то монстр. Прячась внутри, он непрерывно поглощал Ци и кровь.

«Этот жертвенный алтарь выглядит довольно знакомым, он похож на алтарь, который я видел в Области Ржавой Крови. Он пытается своровать мою Ци и кровь, а также использовать моё сознание, чтобы восстановить своё физическое тело. В таком случае создание внутри должно быть доисторическим мастером создания, — Цинь Му стабилизировал свою Ци и кровь, пытаясь не привлечь внимания создания внутри камня. Он размышлял. — Область Ржавой Крови является местом, где древние боги сразились с доисторическими мастерами создания. Мастер создания в моём глазу был повержен, но не умер. Думаю, что он использовал последние капли своих сил, чтобы скрыться внутри осколка божественного камня создания.»

Он нервно ходил по трюму, погрузившись в мысли: «Старший брат нашёл этот кристалл. Так как он был слишком сильным, существо внутри не смогло причинить ему вреда. Из-за этого старший брат подумал, что камень безопасен и оставил его мне. Тем не менее, моё совершенствование слабее, чем у него, и когда я достал камень, тот сразу же попытался похитить мою Ци и кровь, чтоб возродиться. В конце концов, моё глаз его остановил.»

Цинь Му постепенно понимал, что произошло: «Когда я использовал нефритовую подвеску, чтобы отделить камень от глаза, тот внезапно вырвался из моих рук и столкнулся с подвеской. Должно быть, это было дело рук мастера создания!»

«Он мог занять место моего третьего глаза и полностью исчерпать мою Ци и кровь. Впрочем, он не ожидал, что нефритовая подвеска окажется печатью, выкованной самим Графом Земли, и что она была способна запечатать моего старшего брата Цинь Фэнцина — Сына Юду, — глаза Цинь Му загорелись. — Столкнувшись с печатью Графа Земли, он уже не мог сбежать. В последствии он попросту остался, продолжая тайком воровать мою Ци и кровь. Каждый раз, когда я исполняю технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и моё сознание проходит через третий глаз, активируя божественный камень создания, он поглощает его часть!»

«Он накапливает силы, собираясь возродиться! Раз уж ему удалось выжить на протяжении такого долгого времени, то он должен быть одним из важных людей среди мастеров создания. Как только ему удастся украсть достаточно Ци и крови, а также получить достаточно пользы от божественного камня создания, он воскреснет. В таком случае… — третий глаз Цинь Му сиял всё ярче. — Как мне его убить?»

Цинь Му остановился. Исходя их того, с какой скоростью мастер создания поглощал Ци и кровь, даже если у него не было физического тела, Цинь Му был не в силах с ним совладать.

Раньше Цинь Му полностью потерял контроль над своей Ци и кровью. Если бы не его третий глаз, он бы умер.

Теперь же божественный камень создания слился с глазом Цинь Му и печатью Графа Земли, поэтому ещё некоторое время существо внутри него не сможет доставить проблем, и лишь продолжит медленно воровать Ци и кровь Цинь Му.

Это давало Цинь Му время чтобы с ним разобраться.

Избавиться от мастера создания, скрывающегося внутри третьего глаза, и вправду было непростой задачей. Камень, в котором тот сидел, стал частью глаза Цинь Му, поэтому если поступить небрежно, можно было его повредить.

«Для начала мне нужно восстановить контроль над своей Ци и кровью. Кроме того, мне нужно остановить своё сознание, не позволяя ему проникать внутрь третьего глаза. Это не позволит паразиту становиться сильнее, — тщательно обдумывал всё Цинь Му. — Кроме того, мне нужно создать построение внутри третьего глаза. Навык Пробуждения Глаз Девяти Небес не подойдёт для того, чтобы убить столь ужасающее существо. Нужно придумать что-то новое. Мастер создания Области Ржавой Крови был убит древними богами, а значит Великое Дао древних богов — лучшее оружие против него. Нужно начать с Дао рун богов звёзд!»

Он немедленно начал воплощать свой план в жизнь, запечатывая свою Ци и кровь и начиная наносить руны Великого Дао трёхсот шестидесяти богов на внутреннюю часть третьего глаза!

Это не просто позволяло разобраться с мастером создания, но также усиливало его третий глаз, позволяя ему стать божественным.

После активации построения третий божественный глаз становился мощным построением богов звёзд, способным без труда убивать мощных противников.

В божественном сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му забурлила жизненная Ци, превращаясь в длинную реку, которой управлял духовный эмбрион. Её поток пересёк землю слова Цинь, отбивая в небе руны бога звезды.

В следующий миг бесчисленные руны в небе сформировали первого бога звезды.

В этот момент в его уме задрожало древнее, загадочное сознание:

— Стой.

Глава 915. Мастер Создания Шу Цзюнь

Цинь Му испугался. Это сознание пришло из божественного камня создания в его третьем глазу!

Как только он начал наносить руны Великого Дао древних богов, доисторический мастер создания внутри божественного камня это заметил!

Изначально он думал, что сможет неспешно создать построение, не ожидая, что мастер создания окажется столь бдительным.

Цинь Му намеренно заставил своё тело покрываться холодным потом и активировал Ци и кровь, чтобы ускорить сердцебиение, давая мастеру создания понять, что он испуган. Дрожащим голосом он спросил:

— Кто у меня в голове?

Одна половина холодного пота, выступившего на его лбу, была настоящей, в то время как вторая — поддельной. Он и вправду был слегка испуган, так как не ожидал, что мастер создания что-то заподозрит, делая всё возможное, чтобы не выдать себя.

Что касалось ускоренного сердцебиения, то оно было полностью поддельным. Его страх не был настолько сильным.

Загадочное создание, появившееся в его разуме, на мгновение замолчало, прежде чем ответить:

— Тебе не стоит быть настолько осторожным и скрытным. Раньше я и вправду собирался причинить тебе вред. Тем не менее, увидев твои меры, я думаю, что они искренни и чрезмерно радикальны. Давай всё обсудим. Кто знает, возможно нам удастся прийти к какому-то лучшему решению, чем убить друг друга.

Ци и кровь Цинь Му тут же успокоились, его сердцебиение вернулось в норму. Затем его сознание задрожало в ответ:

— Старший, кажется, ты понимаешь мой язык?

— Не понимаю, — ответил мастер создания. — Я общаюсь с тобой посредством сознания. Когда два сознания сталкиваются, мы можем понять друг друга без слов. Маленький друг, я был неправ. Мне не стоило тебя атаковать. К тому же тебе тоже не стоит пытаться скрытно от меня избавиться. Давай будем сотрудничать, принося пользу друг другу!

Духовный эмбрион Цинь Му задействовал жизненную Ци и продолжил наносить руны на поверхность третьего глаза, формируя символы второго бога звезды, прежде чем заняться третьим.

— Старший, ты, должно быть, шутишь. Сейчас у тебя есть возможность со мной справиться, в то время как у меня её нет. Разве эта ситуация может быть выгодной нам обоим? — сознание Цинь Му дрожало, пока он продолжал наносить руны. — Раньше ты исчерпал почти всю мою Ци и кровь, отчего я чуть не умер. Мы не можем сотрудничать, пока у меня не найдётся способа себя защитить. Как я могу к тебе обращаться?

Сознание ответило:

— Меня зовут Шу Цзюнь, в стране Фанбо я был… Впрочем, какая разница, мою расу уничтожили, нет смысла вспоминать кем я был при жизни. Маленький друг, даже если ты всё сделаешь верно, то не сможешь ничего мне сделать.

Цинь Му продолжил создавать построение, отвечая:

— Даже если я не смогу ничего сделать, я всё же буду более спокойно себя чувствовать.

Он преднамеренно пропускал некоторые руны Великого Дао древних богов, заставляя мастера создания думать, что он окажется не в силах его одолеть.

Нанеся руны трёхсот шестидесяти богов, он в любой миг смог бы доработать построение и перехватить инициативу.

Сознание Шу Цзюня позволило ему продолжить, проговорив:

— Всё, чего я хочу, — это вернуться к жизни, у меня нет злых намерений. Если ты одолжишь мне немного своей Ци, крови и сознания, я могу отдать тебе Исконный Камень Великого Первоначала. Ты знаешь откуда он взялся? Это божественный камень из ранних годов доисторический эпохи. Мы обыскали всю вселенную и нашли его осколок, тем не менее. Его отобрали выжившие люди расы Великого Императора.

Цинь Му мысленно кивнул, не переживая о том, был ли это божественный камень создания, или же Исконный Камень Великого Первоначала. В следующий миг он рассмеялся:

— Этот камень мой. Мне дал его мой старший брат.

Шу Цзюнь ненадолго замолчал, прежде чем ответить:

— В мире существует два вида божественных камней. Первый — это Божественный Камень Великого Первоначала, а второй — это Исконный Камень Великого Первоначала. Первый является шестиугольным кристаллом, способным лишь усиливать сознание, в то время как сила второго значительно выше! Я могу научить тебя им пользоваться и помогу обрести такую же силу, как у Великого Императора!

Цинь Му заинтересовался:

— И как мне это сделать?

Шу Цзюнь проговорил:

— Сила, которую содержит в себе Исконный Камень Великого Первоначала, безгранична. После нашего открытия, мы изучили множество способов его использования. Я могу поделиться с тобой одним из них, и ты решишь, сотрудничать со мной, или нет.

Цинь Му слегка нахмурился, опасаясь, что Шу Цзюнь решит использовать эту возможность, чтобы вынудить его сознание снова приблизиться к жертвенному алтарю у Камня Первоначала.

Шу Цзюнь поспешно добавил:

— Можешь проверить мой способ после того, как достроишь своё построение.

Цинь Му тут же начал работать быстрее, и спустя некоторое время великое построение древних богов было готово.

— Можешь пробовать, — сознание Шу Цзюня задрожало, его голос прозвенел в голове Цинь Му.

Цинь Му направил часть своего сознания в Исконный Камень Великого Первоначала, проверяя, нет ли там опасности. Он проговорил:

— Как мне использовать этот камень?

— Ты можешь создать всё, о чём подумаешь. В этом и состоит главное отличие между этим камнем и остальными. Чем сильнее твоё сознание, тем реалистичнее будет созданный предмет, — проговорил Шу Цзюнь. — Подумай об огне.

Сознание Цинь Му тут же активировалось, думая об огне, за его головой появилось вращающееся кольцо из Ци. В следующий миг оно загорелось, превращаясь в кольцо огня, внутри которого даже крылось какое-то божественное искусство. Языки пламени искривлялись, меняя свою форму. Они сильно напоминали кольцо огня у затылка Небесного Преподобного Хо!

Цинь Му был шокирован:

— Я не пытался изменить атрибутов своей Ци, и лишь силой мысли превратил кольцо жизненной Ци в огонь. Это и вправду удивительно!

Шу Цзюнь ответил:

— Ты получишь всё, о чём подумаешь. Это и делает Первобытный Камень Великого Первоначала таким ценным. Тем не менее, твоё сознание ещё недостаточно сильно. Чем сильнее оно станет, тем мощнее будет созданный тобой огонь и твои способности! Когда этот камень был в межбровье Первобытного Императора, тот мог создавать ужасающие пожары, которые с лёгкостью уничтожали целые планеты!

Сознание Бессмертного Бога Цинь Му слилось с Первобытным Камнем Великого Первоначала, пытаясь вытащить из камня больше силы. Огонь за его затылком тут же стал ярче, слегка деформируя пространство вокруг.

В этот момент Цинь Му почувствовал, что часть его сознания исчезла. Шу Цзюнь не упустил шанса его обворовать.

Недовольно фыркнув, Цинь Му тут же послабил своё сознание. Шу Цзюнь перестал впитывать его силы, проговорив:

— Можешь попробовать подумать о чём-то другом. Что бы ты не придумал, оно появится.

Цинь Му подумал о райской реке, и кольцо огня мгновенно превратилось в кольцо воды. Несмотря на то, что её поток был довольно коротким, и не достигал больше метра, с небольшого расстояния он выглядел как полноценная Райская Река длиной в сотни километров.

Кольца, создаваемые камнем, напоминали благословления древних богов, а также на видения за спинами существ на барельефах Области Ржавой Крови.

Цинь Му был глубоко поражён. Первобытный Камень Великого Первоначала открывал перед ним совершенно новый путь совершенствования божественных искусств.

Исполняя божественные искусства, обычные практики полагались на руны и свою ЦИ.

Независимо от типа техники, которую изучал практик, для начала он должен был открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона. Оно олицетворяло древних богов, помогая придавать жизненной Ци различные атрибуты. Это было причиной появления четырёх великих духовных тел Вечного Мира.

Чтобы совершенствовать божественные искусства, практик должен был изучать различные техники и способы создания рун различных древних богов, после чего создать эти руны с помощью своей Ци и освободить силу божественного искусства.

Конечно, существовали исключения. К примеру, техники боевых искусств и навыки меча были придуманы существами после начала, так что для них не нужно было изучать руны Великого Дао древних богов.

Доисторические мастера создания, в свою очередь, совершенно не нуждались во всём этом. Они не пользовались рунами, жизненной Ци, не изучали способы создания рун древних богов.

Они использовали сознание.

Их сознание было невообразимо сильны, и когда его усиливал Божественный или Первобытный Камень Великого Первоначала, оно достигало поразительных высот.

Это была совершенно другая система совершенствования.

Сердце Цинь Му дрогнуло, и кольцо Райской Реки превратилось в Зелёного Дракона, вцепившегося зубами в свой хвост. По мере циркуляции Ци, дракон ревел, вызывая раскаты грома, которые напоминали звуки Восьми Голосов Древнего Дракона.

Кольцо Зелёного Дракона быстро увеличивало запасы жизненной Ци в его физическом теле. Его эффект был сопоставим с непосредственным исполнением техники, и, возможно, мог бы даже его превзойти.

Его мысли быстро менялись, и вскоре Зелёный Дракон превратился в колесо, золотого Света, лучи которого разлетелись во все стороны, словно мечи.

Затем Кольцо Золотого Света превратилось в Кольцо Звёздного Света Сюаньду, кружащееся у затылка Цинь Му, будто галактика. В следующий миг на его месте появилось Кольцо Дьявольской Земли Юду, созданное из чёрной Ци и напоминающее врата, ведущие прямиком в мир мёртвых.

Вскоре после этого во тьме за колесом засиял зелёный свет. Старший Вестник Смерти спешил к нему, плывя на своей бумажной лодке с фонарём в руках. Он решил проверить, кто осмелился открыть проход между миром живых и Юду, не имея на это разрешения.

Тем не менее, ещё од его прибытия Кольцо Дьявольской Земли Юду у затылка Цинь Му исчезло, на его месте возникло кольцо магнетизма Юаньду.

— Что за негодник решил создать проблем? — Старший Вестник Смерти впал в ярость, не увидев и следа от прохода.

К тому времени, как он прошёл через барьер между Юду и Сюаньду, фениксовый корабль уже успел скрыться.

Цинь Му с лёгкостью менял атрибуты кольца. Он был весьма доволен, если не обращать внимания на тот факт, что после каждой попытки Шу Цзюн воровал часть его Ци, крови и сознания.

— Старший Шу Цзюнь, у Первобытного Камня Великого Первоначала есть ещё какие-либо интересные применения? Мне кажется, он может укреплять сознание, так? — спросил он.

Шу Цзюнь не ответил на его вопрос, проговорив:

— Теперь, когда ты увидел силу Первобытного Камня Великого первоначала, ты готов со мной сотрудничать? Если ты согласен дать мне достаточно Ци, крови и сознания, чтобы я воскрес, я обучу тебя всем применениям Камня Первоначала.

Цинь Му пробормотал себе под нос:

— Божественные кольца напоминают благословления древних богов и равноценны мощным божественным искусствам, что добавляет мне ещё один слой защиты. Тем не менее, Шу Цзюнь определённо не питает хороших намерений. Первобытный Камень Великого Первоначала попросту слишком ценный. Воскреснув, он обязательно попытается меня убить и вернуть его себе.

Он прищурился. Шу Цзюнь, даже после смерти, всё же был мастером создания. Одного лишь его воскресшего физического тела хватит, чтобы одолеть Цинь Му.

— Если я откажусь ему помогать, то мне будет крайне сложно раскрыть секреты Первобытного камня Великого Первоначала. Он может не только усилить мои божественные искусства, но и развить моё сознание и физическое тело. Если добавить всё это к моим техникам и божественным искусствам, результат будет попросту ужасающим.

Подумав об этом, Цинь Му рассмеялся:

— Старший, мне не хватит Ци и крови, чтобы быстро вернуть тебя к жизни. Тем не менее, я могу отдавать тебе немного каждый раз, когда буду совершенствоваться, постепенно восстанавливая твоё тело.

Шу Цзюнь усмехнулся:

— Это подойдёт. Я могу обучать тебе одному-двум способам после каждого раза.

«Хитрый Лис!» — мысленно воскликнули Цинь Му и Шу Цзюнь.

***

Фениксовый Корабль на полной скорости мчался по звёздному небу. По пути он пролетал мимо различных величественных райских дворцов. Всего на райских небесах было тридцать шесть подобных строений, каждое из которых находилось в центре галактики, сияющей ярче миллиарда звёзд.

Цилинь и Янь’эр подошли к носу корабля, чтобы полюбоваться великолепным видом, непрерывно восклицая от удивления.

Внезапно впереди засиял яркий свет. Они увидели гигантский поток Райской Реки, вытекающий из глубин звёздного неба, вокруг которого кружились бесчисленные звёзды. Это зрелище было попросту удивительным!

Фениксовый корабль пролетал над райской рекой, двигаясь вверх по течению. На поверхности реки виднелись бесчисленные корабли, путешествующие между планетами, расположенными у реки. На их палубах было множество богов и учеников.

Корабль принадлежал Красному Божеству, и был намного больше и величественнее кораблей на реке, отчего у тех не оставалось выбора, кроме как уступать ему дорогу.

Цилинь и Янь’эр оглядывались по сторонам, восхищаясь священными землями с обоих сторон реки и цокая языками от удивления.

Кроме планет возле реки витали клочки земли различных размеров. С корабля они не казались слишком большими, но на самом деле их ширина достигала десяти тысяч километров.

Кружась вокруг реки, они время от времени пролетали над кораблём, позволяя увидеть на их поверхности зелёные холмы и чистые воды. Было сложно понять, какие расы их населяли.

— Второй брат, откуда Райская Река берёт своё начало и куда она течёт? — спросил Цилинь.

Ци Цзюи ответил:

— Не знаю. Раньше она текла в Первобытное Царство, к Руинам Заката.

Янь’эр тут же полюбопытствовала:

— Если райская река течёт к Первобытному Царству, то почему мы просто не отправились вверх по её течению, и вместо этого полетели через звёздное небо?

— Если бы мы так сделали, то нам пришлось бы посетить Четыре Крайних Мира, расположенных на полюсах вселенной. Такое путешествие намного дольше, кроме того, нам пришлось бы преодолеть несколько мировых барьеров, — объяснил Ци Цзюи. — Четыре Крайних Мира, которые также называют Четырьмя Крайними Небесами, находятся на четырёх полюсах вселенной. Там живут четыре божества древних богов. Несмотря на то, что каждый из этих миров меньше Юаньду, вместе они всё же больше, и если путешествовать через них, то на дорогу пришлось бы потратить около десяти лет.

Пока они разговаривали, на горизонте появился металлический блеск. Высоко в небе медленно показывались Южные Небесные Врата.

Они наконец достигли райских небес!

Ци Цзюи проговорил:

— Солдаты, пожалуйста, выпустите Владыку Культа Циня из трюма!

— Не стоит, — позади раздался голос Цинь Му, шокируя его. Незаметно выбравшись наружу, Цинь Му зашагал в их сторону, за его спиной виднелось кольцо огня, напоминающее драконьего воробья.

Янь’эр испугалась:

— Молодой Мастер сумел исполнить моё божественное искусство! Странно, его аура будто исходит от драконьего воробья с невероятно чистой родословной!

Цинь Му подошёл к ним и задрал голову, смотря на Южные Врата Небес. Он не мог не вспомнить того, что случилось миллион лет назад, и как он с Ню Саньдо отправились на райские небеса Дракона Ханя, побывали на Собрании Яшмового Водоёма и Райских Небес и встретили Небесных Преподобных. Это были замечательные времена.

Тем не менее, это был единственный раз, когда все Небесные Преподобные собрались вместе.

Сейчас же Небесный Преподобный Юй был не в себе после воскрешения, Небесный Преподобный Юнь был мёртв, а Небесный Преподобный Цинь скрылся в деревне Беззаботной. Что касалось Небесной Преподобной Юэ, то она жила в уединении, а Небесный Преподобный ю стал Вестником Смерти Юду.

Что касалось его самого, то он наконец вернулся в то место, с которым был так хорошо знаком.

«Где сейчас мой старый друг?»

Вода райской реки оглушительно шумела.

Райские Небеса оставались такими же, как раньше. Тем не менее, Небесный Преподобный Му уже не был тем, кем был тогда. Но хоть у него не было его старой души, его стремления остались неизменны.

Сердце Цинь Му начинало биться сильнее, в его уме кружились тысячи слов, которые в конце концов превратились в громкий смех, сотрясающий Южные Небесные Врата:

— Райские небеса Дракона Ханя, Небесный Преподобный Му вернулся!

Глава 916. Встреча под Лунным Светом у Яшмового Водоёма

— Этот человек вернулся спустя миллион лет!

Величественные райские небеса населяли множественные боги и дьяволы, живущие в своём изящном мире. Изначально, это место было крайне спокойным, по крайней мере внешне. Даже когда их армия отправилась убить Мать Земли и уничтожить Первобытное Царство, никто не уделил этому особого внимания.

Тем не менее сейчас оно полностью изменилось, напоминая спокойное озеро, в которое бросили камень, поднимая рябь на его поверхности.

Повсюду начали распространяться слухи, которые достигли не только дворца, но и ушей Небесных Преподобных, становясь самой обсуждаемой темой.

Этот человек вернулся.

В первом году Эпохи Дракона Ханя Небесный Император удостоил этого человека звания Небесного Преподобного. Он стал одним из девяти небесных Преподобных, завоевав славу в той эпохе благодаря своим путям, навыкам и божественным искусствам.

Он передал технику становления богом вместо Небесного Преподобного Юя, открывая систему совершенствования райских дворцов. Кроме того, он серьёзно ранил Небесного Преподобного Хао, в результате чего тот долго пролежал на койке, почти не приходя в себя.

Теперь, когда Небесный Император оставался в стороне от мирских дел, Небесный Преподобный Хао правил райскими небесами, возвышаясь над всеми.

Тем не менее, человек, ранивший его, не появлялся уже миллион лет.

Поступало всё больше новостей, и теперь ходили слухи, что когда Небесный Преподобный Хао попытался использовать своё самое сильное оружие против Матери Земли, тот человек помог ей ранить его исконный дух.

Другие же слуги твердили, что этот человек был Сыном Юду, и подвергся нападению Четырёх Божеств райских небес, получив серьёзные травмы.

Также говорили, что этот человек отказался от своей собственной души, и его силы стали невообразимо малы.

Спустя некоторое время после этого на райских небесах узнали, что этот человек убил множественных их учеников, среди которых были последователи древних богов и четырёх божеств.

Кроме того дьяволы, вернувшиеся из нижней границы, утверждали, что он на был волоске от смерти и совсем скоро покинет этот мир.

Каким бы не было количество людей, обсуждающих новость его возвращения, над райскими небесами воцарилась странная атмосфера. Под их спокойной поверхностью сгущалась тьма.

— Его возвращение как-то связано с сегодняшним появлением корабля Южного Божества Цзю Цюэ?

— Я слышал, что Восточное Божество покинуло Восточный Полюс, так же, как и Западное.

— Воды райской реки как-то странно бурлят. Недавно их уровень сильно поднялся, из-за чего люди начали подозревать, что Северное Божество Сюань У втайне прибыло на райские небеса!

— Я даже слышал, что Четыре Божества райских небес позвали Небесного Императора вернуться сюда. Судя по слухам, Чёрное Божество уже давно здесь!

— Я слышал, что многие древние боги, давно канувшие в лету, вернулись, чтобы выполнить свои обязанности, и даже Великий Владыка Солнца находится в пути сюда. Даже Предок Дао, пропавший на много лет, вернулся в Секту Дао райских небес, а Будда Брахма, спавший на протяжении тысячелетий, проснулся и прибыл сюда, требуя немедленной встречи с Предком Дао.

— На райских небесах сейчас какая-то странная обстановка.

— Я слышала, что он прибыл к Яшмовому Водоёму, твердя, что собирается отдать дань уважения Небесной Императрице. Какая наглость! Именно у Яшмового Водоёма он миллион лет назад ранил Небесного Преподобного Хао!

— Небесная Императрица позволила ему остаться в Павильоне Медленного Вращения, месте, где был убит Небесный Преподобный Юй!

— Я лично был у Яшмового Водоёма и видел этого человека. Он едва дыхал, его тело иссохло, напоминая тростину, а его лицо ужасно побледнело. Он каждый миг теряет жизненную Ци. Я подозреваю, что он пришёл сюда, чтобы встретить старых друзей, и погибнуть от руки кого-то из них, чтобы проклясть их имена до конца веков!

— Кто осмелится его убить? Разве они не боятся, что подвергнутся мести со стороны своих политических оппонентов?

— Его много кто хочет убить, и есть множество способов это сделать. После преступления попросту найдут нескольких козлов отпущения, и никто не пострадает.

— Сегодняшние райские небеса — уже не то место, к которому он привык.

***

Священная земля Яшмового Водоёма, Павильон Медленного Вращения.

Цинь Му подошёл к окну и начал рассматривать огромные лотосы и черепах, тащащих горы на своих панцирях. За всё это время они почти не изменились.

Его тело было крайне худым, а лицо и вправду побледнело. Тем не менее, посетив старые места, он горько вздохнул.

Несмотря на то, что главные здания райских небес почти не изменились со времён первого года Дракона Ханя, в других местах произошли серьёзные перемены.

В прошлом в близи райских небес располагались тридцать шесть райских дворцов и семьдесят два тронных зеле. Теперь же почти все они были перемещены в другие части мира, чтобы подавлять различные земли.

Несмотря на это, размахи райских небес лишь увеличились. С тысячами этажей и огромным количеством новых залов, они стали даже грандиознее, чем до этого.

Яшмовый Водоём тоже изменился. В прошлом он уже был невероятно большим, но сейчас его пейзажи разрослись до нового уровня и казалось, что чего-то более прекрасного нельзя даже представить.

Именно здесь проводилось собрание Яшмового Водоёма и произошли все те странные события, изменившие ход истории на миллионы лет.

Цинь Му и Император-Основатель были авантюристами, воспользовавшимися своими знаниями, опережающими Эпоху Дракона Ханя на миллион лет. Если бы они родились в то время, то, возможно, были бы совершенно обыкновенными людьми.

Это было одной из причин, по которой молодое поколение райских небес смотрело на него свысока. Молодые таланты считали, что если бы они вернулись в первый год Дракона Ханя, то достигли бы не меньшего успеха, чем он, а может даже бы превзошли его.

Янь’эр подошла к нему, держа в руках тарелку с фруктами, проговорив:

— Молодой мастер, дворцовые горничные принесли нам немного фруктов. Я дала жирдяю и молодому мастеру Ци их попробовать. Пока что никто из них не умер, так что думаю, что они не отравлены.

Услышав это, цилинь и Ци Цзюи, стоящие неподалёку, ужасно помрачнели в лицах, прежде чем почувствовать острую боль в душе.

Фениксовый Корабль доставил их к Южным Небесным Вратам, после чего тут же развернулся и улетел обратно в Первобытное Царство. Тем не менее, Ци Цзюи остался, чтобы гарантировать безопасность своего второго брата.

Новость о прибытии Цинь Му на райские небеса быстро распространялась. Он попросил о встрече с Небесной Императрицей, но та не пришла. Вместо этого она приказала ему остаться в Павильоне Медленного Вращения у Яшмового Водоёма, там, где был убит Небесный Преподобный Юй.

Все люди в павильоне служили Небесной Императрице, они обладали безупречной внешностью и носили изысканную одежду.

Янь’эр начала беспокоиться, что кто-то решит отравить Цинь Му, поэтому решила заставить цилиня и Ци Цзюи попробовать каждый кусочек пищи, прежде чем давать её Цинь Му.

— Сестра Янь, не стоит быть такой осторожной. Я отлично разбираюсь в медицине, к тому же отравить кого-то едой не так уж просто, — рассмеялся Цинь Му. — К тому же, райским небесам не нужно использовать яд, чтобы от меня избавиться. В их распоряжении есть все возможные способы.

Глаза Ци Цзюи загорелись, она осмотрелась, прежде чем проговорить:

— Владыка Культа Цинь, ты знаешь, что в этом месте был убит глава Девяти Небесных Преподобных, Небесный Преподобный Юй?

Цинь Му легко кивнул:

— Это место стало причиной всевозможных бедствий, начиная со времён Дракона Ханя, и заканчивая Вечным Миром.

Ци Цзюи продолжил:

— Я слышал, что в этом месте был рождён Небесный Союз. Небесная Преподобная Лин, Небесный Преподобный Юнь и Юэ основали его, прежде чем объединить усилия с Небесным Преподобным Му и Цинем, становясь Пятью мастерами-Основателями Небесного Союза.

Брови Цинь Му дёрнулись, он тут же поправил:

— К тому времени я уже ушёл.

Ци Цзюи посмотрел на него. Прежде чем проговорить:

— Я также слышал, что после основания Небесного Союза его лидеры часто приходили сюда, чтобы обсудить вопросы. Таким образом, это место можно считать их штабом.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Кто сейчас правит Небесным Союзом?

— Сегодня в Небесном Союзе есть десять лидеров, каждому из которых Небесный Император даровал звание Небесного Преподобного. Тем не менее, древние боги с этим не согласны, и до сих пор признают только Девятерых Небесных Преподобных, — ответил Ци Цзюи. — В Небесном Союзе состоит Небесный Преподобный Хао, Небесный Преподобный Хо, Небесный Преподобный Сяо, Потомственный Король Богов, известный как Небесный Преподобный Цзу, Император Богов Лан Сюань, зовущий себя Небесным Преподобным Ланем, Небесная Преподобная Цян, Небесная Преподобная Янь, Небесный Преподобный Хун, Небесный Преподобный Сю и Небесный Преподобный Гун.

Цинь Му нахмурился. Из этих десятерых людей он знал лишь Небесного Преподобного Хао, Хо и Потомственного Короля Богов. Тем не менее, он лишь сразился с божественным оружием последнего и не встречался с ним лично.

Что касалось остальных, то он никогда о них не слышал.

— А что насчёт Небесных Преподобных Юэ и Ю? Почему они не состоят в Небесном Союзе?

Ци Цзюи покачал головой, прежде чем ответить:

— Я слышал, что Небесные Преподобные Юэ и Ю давным-давно решили спрятаться в уединении. Они потеряли свою славу, и когда Небесный Император решил обновить ряды Небесных Преподобных, он их исключил. В то же время новые Небесные Преподобные были крайне могущественными людьми на райских небесах, поэтому их повысили. Впрочем, они не пользуются особой популярностью.

Он оглянулся по сторонам и тихо добавил:

— Кто-то сказал, что за исключением Небесного Преподобного Циня, все Девять Небесных Преподобных обрели огромные заслуги, так как именно они основали систему совершенствования райских дворцов и божественных сокровищ, что принесло огромную пользу пришедшим поколениям. Даже Небесный Преподобный Цинь, сразившийся на собрании Яшмового Водоёма, продемонстрировал Божественные Глаза, сильно повлияв на многих практиков и обретя великие заслуги. Тем не менее, сегодняшние Небесные Преподобные полагались лишь на свою боевую силу, и не оставили ничего, что помогло бы новым поколениям. Поэтому, на райских небесах, многие недовольны и говоря о Небесных Преподобных, имеют в виду лишь героев прошлого.

Цинь Му рассмеялся:

— Получается, что даже ты думаешь, что я обрёл огромные заслуги и достоин звания Небесного Преподобного Му?

Ци Цзюи разозлился, на спустя некоторое время рассмеялся и ответил:

— Хоть ты мне и не слишком нравишься, с тех пор как я узнал, что ты — Небесный Преподобный Му, передавший технику становления богом, моё уважение к тебе выросло. Вот только каждый раз, когда я тебя вижу, я чувствую отвращение.

Цинь Му искренне рассмеялся. Как только он собрался расспросить о происхождении новых Небесных Преподобных, в Павильон Медленного Вращения внезапно вошла горничная, вручая ему приглашение:

— Небесный Преподобный Му, к тебе гости.

Цинь Му пришлось успокоиться и взять приглашение. Улыбнувшись, он проговорил:

— Я знал, что кто-то попытается меня найти, но не думал, что это случится так быстро. Пожалуйста, впустите его.

Горничная вышла.

Открыв приглашение, Цинь Му увидел, что человека, отправившего его, звали Юнь Цзяньли. Он спросил:

— Кто этот Юнь Цзяньли?

Ци Цзюи побледнел в лице, прежде чем ответить:

— Юнь Цзяньли — это человек из семьи Юнь.

Цинь Му поинтересовался:

— Семья Юнь? Кто это?

— Потомки Небесного Преподобного Юня, — продолжил Ци Цзюи. — Если верить слухам, то когда Небесный Преподобный Юнь умер, нескольким членам его семьи удалось выжить. У каждого их поколения есть один сын, они едва сохраняют свою родословную. Тем не менее, каждый из них обладает удивительным талантом. Но по какой-то странной причине, достигая области Божественного Моста, и готовясь войти в райский дворец, они гибнут. Именно поэтому в этой семье обычно есть только один мужчина, и все остальные ё члены — вдовы. Юнь Цзяньли это наследник их семьи, восходящая звезда райских небес, по прозвищу болеющий мастер. Впрочем, его талант…

Уголки его глаз начали дрожать, он продолжил:

— Перед тем, как я получил приказ убить тебя, я был здесь и сражался с молодыми экспертами райских небес. Этот парень очень сильный.

Цинь Му улыбнулся, прежде чем проговорить:

— В то время ты был учеником Красного и Чёрного Божеств, совершенствующим две техники Императорского Трона. Когда мы с тобой сразились, ты продемонстрировал поразительную силу, удивляя как меня, так и Чжэ Хуали. Вот только ты ступил на путь с помощью техники Красного Божества, из-за чего твоя реакция была медленнее, чем у нас. Как ты показал себя против этого Юнь Цзяньли?

— Я довольно быстро проиграл, — признался Ци Цзюи. — Даже сейчас я не слишком высокого о тебе мнения, и думаю, что мог бы тебя одолеть, но я признаю своё поражение ему, и признаю, что мои способности сильно ему уступают. Тем не менее, я прошёл крещение реформой Вечного Мира, и если бы мы сразились сейчас, исход было бы сложно предугадать.

Выражение лица Цинь Му изменилось.

Ци Цзюи изначально был невероятно сильным. Учитывая то, сколько времени он провёл у нижней границы, помогая Сюй Шэнхуа развивать Академию Высших Небес, его способности выросли ещё сильнее.

Сюй Шэнхуа тоже был олицетворением реформы Вечного Мира и обладал несравнимым талантом, благодаря чему сегодняшняя сила Ци Цзюи была намного выше, чем раньше. Тем не менее, он не всё равно не осмеливался предполагать, что смог бы победить Юнь Цзяньли. Это позволяло представить себе, насколько уверенно тот его одолел!

В этот момент горничная привела в Павильон Медленного Вращения мужчину и женщину. Мужчина был худым и высоким, на нём была одета простая белая рубашка, и несмотря на бледный цвет своего лица, он выглядел красиво.

Хоть он и был в хорошем настроении, в его межбровье чувствовала мрачная аура, будто он был неизлечимо болен.

Болеющий мастер Юнь Цзяньли уважительно поклонился, здороваясь:

— Сын Юня пришёл отдать дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Ка только Цинь Му собрался помочь ему подняться, он увидел, что девушка, пришедшая с Юнь Цзяньли, тоже кланяется:

— Юнь Чусю пришла отдать дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Увидев черты лица Юнь Чусю, Цинь Му был потрясён.

Янь’эр, стоящая позади него, тут же заметила гусиную кожу на его шее. Было очевидно, что тот почувствовал огромную опасность и взволновался.

«Молодой мастер, почему эта девушка так тебя взволновала? — посмотрев на Юнь Чусю, Янь’эр глубоко задумалась. — Её одежда будто облако, а лицо как цветок. Такую красивую девушку редко найдёшь в этом мире. Она вряд ли уступил бабушке Сы.»

Девушка перед ней обладала ясной, элегантной и утончённой внешностью, напоминая самую красивую богиню мира, спустившуюся с легенд и картин. Каждое движение её бровей, улыбка, действие и слово казались естественными и безошибочными.

Тем не менее, Цинь Му почувствовал мороз по коже.

Он видел эту девушку раньше.

Из глубин его сердца поднимался холодный воздух, он задумался: «Разве она не должна лежать в гробу на корабле-призраке вместе с Небесной Императрицей? Как ей удалось сбежать?»

Глава 917. Первая Любовь

Цинь Му был слегка смущён. В гробу на корабле-призраке были похоронены Небесная Императрица и Цзю Учэнь, их охраняли восемь драконов. Он видел это собственными глазами!

Тем не менее, девушка по имени Юнь Чусю выглядела точно так же, как Цзю Учэнь!

Неужели в этом мире и вправду родился кто-то с такой же внешностью?

«Невозможно!» — подумал Цинь Му.

«Цзю Учэнь — это совершенное тело, созданное Небесной Преподобной Лин в качестве оружия для соблазнения Небесного Императора. Несмотря на то, что он славился своей проницательностью, он погиб из-за её красоты! Никто не мог выглядеть так же, как она!»

«Неужели эта девушка и вправду есть той самой Цзюэ Учэнь с корабля? — в разуме Цинь Му кипели разные мысли. — Я был единственным, кому удалось скрыться с борта корабля-призрака, сумев изучить божественное искусство Небесной Преподобной Лин. Более того, у меня было кое-какое понимание неизменного божественного искусства и силы Четырёх Божеств и Стражей Пернатого Леса, что значительно облегчило побег. Разве это под силу кому-то, кроме меня?

Несмотря на то, что снаружи он выглядел спокойным, на самом деле он был глубоко шокирован.

Неужели у этого Юнь Цзяньли была какая-то сила, неведомая богам и дьяволам? Он сумела спуститься на корабль и унести Цзю Учэнь?

Тем не менее, у него не было на это времени.

Вэй Сюйфэн, старший брат Цинь Му, сейчас был на борту корабля-призрака, и Цинь Му даже пытался его спасти. Если после этого он Юнь Цзяньи спустился на борт, то не сумел бы справиться с Вэй Сюйфэном.

И даже если бы ему удалось унести Цзю Учжэнь с корабля, он не смог бы так быстро вернуться на райские небеса.

В конце концов, фениксовый корабль, на котором был заточён Цинь Му, был самым быстрым божественным оружием мира!

Учитывая тот факт, что Юнь Цзяньли не был богом, то как ему удалось украсть Цзю Учэнь? У него не было достаточно магических сил, чтобы управлять кораблём.

«Что, если он спустился на корабль раньше, чем Вэй Сюйфэн, и унёс Цзю Учэнь ещё тогда? Небесный Преподобный Юнь и Небесная Преподобная Лин хорошо друг к другу относились, и большинство потомков первого владели писаниями о неизменном божественном искусстве, — оторвав взгляд от Юнь Цзяньли, подумал Цинь Му. — Даже если Юнь Цзяньли её освободил, он не мог бы её воскресить. В конце концов, Цзю Учэнь была лишь телом Небесной Императрицы, спасать его — бессмысленно. Разве что предо мной Небесная Императрица собственной персоной?»

Он посмотрел на кланяющуюся Юнь Чусю и его брови дрогнули, он тут же попросил гостей подняться:

— Поднимитесь, мы с вами одного возраста, так что эти формальности лишни.

В его голове продолжались размышления: «Есть вероятность, что это Небесная Императрица. Когда-то я пытался призвать её душу обратно в тело, но оказалось, что она до сих пор жива. В тот раз она могла почувствовать моё присутствие. Возможно, узнав, что я направляюсь на райские небеса, она решила вернуть Цзю Учэнь. В таком случае настоящее тело Небесной Императрицы — всего лишь кукла! Впрочем… — его мысли не утихали. — Но в таком случае, разве Небесный Император отдавал бы Зелёному Божеству приказ потопить Вэй Сюйфэна? Он хотел обменять старшего брата на корабль-призрак, чтобы овладеть телами Небесной Императрицы и Цзю Учэнь и использовать их против сегодняшней Небесной Императрицы. Может быть в теле Цзю Учэнь сейчас сидит древний Небесный Император?»

Его мозг вот-вот должен был взорваться, придумывая бесчисленные версии, среди которых нельзя было выбрать верной.

Юнь Цзяньли и Юнь Чусю поднялись, и Цинь Му улыбнулся, предлагая им сесть. Он извинился:

— Я здесь впервые, и у меня ничего нет. Принимая гостей в чужом доме, я вас оскорбляю.

Янь’эр взглянула на шею Цинь Му, увидев, что гусиная кожа на ней стала даже более заметной. Более того, теперь она ещё и покрылась холодным потом, отчётливо говоря о том, что парень волнуется.

«Лоб молодого мастера остаётся сухим, в то время как его шея потеет. Где он такому научился?» — задумалась Янь’эр.

Юнь Цзяньли быстро проговорил:

— Небесный Преподобный Му, ты поделился своими навыками со всем миром, исполняя нашу мечту становления богами, это невероятная заслуга. Я пришёл по приказу своего предка, чтобы покаяться перед тобой, Небесный Преподобный.

Цинь Му шокировано спросил:

— Приказ небесного преподобного Юня? Какое преступление он совершил?

— Мой предок, пытаясь спасти простых людей от бедствия, был вынужден принять облик Небесных Преподобных Му и Циня. Используя их имена, он собрал людей под своим началом, чтобы построить Райские Небеса Ханя и дать им путь к спасению. Из-за этого он передал приказ всем своим предкам, что если они встретят Небесного Преподобного Му или Небесного Преподобного Циня, то должны покаяться перед ним!

Юнь Цзяньли поднялся, прежде чем снова поклониться и проговорить:

— Мой предок уже встречал Императора-Основателя и покаялся перед ним. Тем не менее, ему так и не удалось найти Небесного Преподобного Му. Сегодня мне повезло наконец встретить тебя. Будучи неверным сыном семьи Юнь, я, от имени предков, признаю вину перед тобой!

Сердце Цинь Му было тронуто, он снова помог ему подняться:

— Разве Небесный Преподобный Юй совершил преступление? Не стоит извиняться, поднимайся.

Юнь Цзяньли продолжал кланяться:

— Хоть ты меня ни в чём не винишь, я всё же несу бремя слов моего предка и должен извиниться.

Он настоял на том, чтобы закончить свои формальности, прежде чем подняться.

Затем Цинь Му предложил ему сесть, пытаясь узнать от него побольше информации:

— Я встречал здесь твоего предка, Небесного Преподобного Юня, тем не менее, у меня не было возможности пообщаться с ним достаточно долго. Откуда пришла твоя сестра Юнь Чусю? Я слышал от своего брата Ци. Что в вашей семье есть лишь один наследник, и которому передаётся ваша родословная, и он всегда является мужчиной.

Юнь Цзяньли вёл себя крайне изыскано, как и подобало сыну семьи Юнь. Несмотря на то, что он был болеющим мастером, он обладал необычным обаянием:

— Чусю — моя сведённая сестра, которую я недавно принял. Хоть она и носит фамилию Юнь, на самом деле она не является частью нашей семьи. Увидев, что она была невероятно умной и талантливой, но жила одна, я принял её в качестве своей сестры, чтобы позаботиться о ней.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Я узнала, что мой брат собирается отдать дань своего уважения небесному преподобному Му, поэтому решила прийти вместе с ним. Я совсем не ожидала, что ты окажешься таким молодым.

Каждый её взгляд и улыбка были настолько завораживающими, что в умах всех вокруг тут же возникали всяческие фантазии.

Ци Цзюи и Цинь Му по-разному воспринимали её улыбку. Последний обладал крайне сильным сознанием и долго учился у бабушки Сы, поэтому почти не поддавался её влиянию.

Тем ен менее, Ци Цзюи видел перед собой не только её улыбку. В его фантазии возникали сцены их становления друзьями, влюблёнными, а затем мужем и женой.

Когда тихая, мелодичная музыка зазвучала в его ушах, он тут же представил, как вокруг бегают их дети.

Только когда Юнь Чусю замолчала, он успокоился и его выражение лица вернулось в норму.

Его сердце начало хаотично биться, а лицо покраснело. Казалось, будто он влюбился впервые.

Цинь Му бросил на него взгляд и кашляну.

Будто услышав удар грома, Ци Цзюи тут же отвлёкся от своих эмоций.

Он шокировано размышлял на тем, что произошло.

Цинь Му рассмеялся:

— Сестра Чусю и брат Цзяньли стали бы отличной парой. Жаль, что вы стали братом и сестрой.

Лицо Юнь Чусю слегка покраснела, застенчиво поглядывая на Юнь Цзяньли.

Юнь Цзяньли успокоил его, проговорив:

— Очень смешно, Небесный Преподобный. Как человек, который скоро мрёт, я не осмелюсь нарушать будущего сестры Чусю. Более того, у меня уже есть семья и сын. Говоря об этом, ты не собираешь жениться?

Цинь Му был истощён, но всё же радостно рассмеялся:

— Брат Цзяньли, я тоже скоро умру. Если ты не против, то можешь называть меня Владыкой Культа Цинем, так меня зовёт брат Ци. Не стоит называться меня Небесным Преподобным, по правде говоря, мне только тридцать три года.

Юнь Чусю была шокирована, со всех сил пытаясь сдержать смех:

— Небесный Преподобный, ты моложе меня на несколько лет!

Увидев её повадки, Ци Цзюи снова услышал чарующую музыку и начал представлять всяческие романтические сцены.

Кашель Цинь Му снова вернул его к реальности. Лоб Ци Цзюи покрылся холодным потом, он подумал:

— Мне конец, моё сердце разрушено! Несмотря на то, что Сы Юю из первобытного Царства тоже красива, она никогда не пыталась меня соблазнить. Эта же девушка, в свою очередь, превратила свою красоту в сильное оружие!

Цинь Му посмотрел на Юнь Цзяньли и продолжил разговор:

— Я слышал, что когда члены семьи Юнь достигают области Божественного Моста и пытаются стать богами, они внезапно умирают. Учитывая то, что Небесный Преподобный Юнь был первооткрывателем Божественного Моста, это кажется странным.

Юнь Цзяньли грустно ответил:

— Я не знаю в чём дело. Бесчисленные поколения нашей семьи нанимали всевозможных врачей и божественных существ, которые изучали нашу болезнь, тем не менее, они ничего не могли найти. На самом деле, я совершенствовался до божественного моста ещё пять лет назад, но пока что не осмелился продолжить.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Я хорошо разбираюсь в медицине, ты не мог бы открыть свои божественные сокровища и позволить мне их изучить?

Юнь Цзяньли спокойно открыл свои божественные сокровища и Цинь Му начал тщательно их осматривать. Он обнаружил, что они были совершенно нормальными, за исключением того, что Божественный Мост был слегка больше, чем остальные божественные сокровища. Кроме этого, он не заметил ничего подозрительного.

Глаза Цинь Му остановились на его исконном духе.

Исконный дух Юнь Цзяньли был невообразимо сильным, энергично летая над божественным мостом. Внимательно его осмотрев, он так и не заметил ничего странного.

Развернувшись, Цинь Му уставился на райские дворцы, его взгляд стал даже более пристальным, чем раньше.

Бум!

У затылка Цинь Му внезапно загорелись языки пламени, образовывая кольцо. Внутри них виднелся огромный огненный глаз, смотрящий вглубь райского дворца Юнь Цзяньли!

Тот был шокирован. Кольцо огня у затылка казались ему подарком древних богов, тем не менее, это было не так.

«Как и ожидалось от Небесного Преподобного, уровень его божественных искусств настолько высок, что я не в силах их понять.»

Его сердце наполнилось восхищением, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му, тебе всего лишь тридцать три года, подобные достижения в таком возрасте — это просто ужасающе!

Кольцо пламени у затылка Цинь Му постепенно рассеялось.

Третий глаз в его межбровье медленно открылся и начал рассматривать Юнь Цзяньли, пытаясь определить источник проблемы. Этот был уникальный, божественный глаз, который он обрёл совсем недавно.

Несмотря на то, что Цинь Му не знал истинного предназначения этого божественного глаза, тот поглотил огромное количество его Ци, крови и сознания. Кроме, того внутри него находился осколок рога Графа Земли, а также Первобытный Камень Великого Первоначала, что позволяло представить его настоящий потенциал.

Третий глаз Цинь Му полностью открылся, тут же обнаруживая источник чёрной Ци Юнь Цзяньли.

Чёрная Ци Юнь Цзяньли исходила из его сознания и окутывала собой его исконный дух, жизненную Ци и божественные сокровища. Те мне менее, это было лишь вершиной айсберга.

Осматриваясь вокруг своим Божественным Глазом, Цинь Му увидел ужасающую картину.

Родословная Юнь Цзяньли была окутана бесчисленными нитями чёрной Ци. Божественный глаз Цинь Му сумел их увидеть, позволяя изучить историю его семьи.

Третий глаз Цинь Му смог увидеть историю его рода.

Память родословной была уникальной, она передавалась от поколения к поколению. Вот только увидеть её было невероятно сложно, так как она была скрыта.

Цинь Му впервые обнаружил применение своего третьего глаза.

Он сразу же увидел среди нитей чёрной Ци силуэт человека, который, по всей видимости, был отцом Юнь Цзяньли. Присмотревшись поближе, он увидел среди его Ци тело Юнь Цзяньли.

Цинь Му отследил всю его родословную, просматривая силуэты молодых мужчин один за другим. Все они были предками семьи Юнь, их родословная тянулась к самому Небесному Преподобному Юнь. Бесчисленные предки Юнь Цзяньли были окутаны этой Ци, в результате чего они умирали в молодом возрасте, их души рассеивались.

Начиная с Небесного Преподобного Юня. И заканчивая нашими временами, за миллион лет н нашлось ни одного члена семьи Юнь, сумевшего стать богом!

Цинь Му продолжал изучать источник чёрной Ци и на самом его конце увидел момент смерти Небесного Преподобного Юня.

Он увидел, как его силуэт окутывает чёрная Ци. Должно быть, это и стало причиной проблемы семьи Юнь, из-за которой в ней всегда был один сын, и тот всегда умирал, так и не успев стать богом.

Внезапно в голове Цинь Му прозвенел голос Шу Цзюня:

— Этого парня прокляли. Его проклятье кроется в глубине его родословной, и когда его кровь передаётся, оно передаётся вместе с ней. Это работа рук мастера создания. Подобное проклятье становится сильнее по мере усиления его совершенствования, и достигнув определённого уровня, он умрёт.

Сознание Цинь Му задрожало, он спросил:

— Как от него избавиться?

— Дай мне больше крови и сознания, и я научу тебя использовать Первобытный Камень Великого Первоначала для снятия проклятия родословной! — прозвенел в ответ голос Шу Цзюня.

Цинь Му холодно рассмеялся:

— Шу Цзюнь, мне нет дела до того, умрёт Юнь Цзяньли, или останется жить. Я не знаю его позиции и мотивов, так что не собираюсь спасать его лишь из-за его связи с Небесным Преподобным Юем.

Шу Цзюнь на мгновение задумался, прежде чем ответить:

— Мастер создания, отравивший его, скорее всего является одним из Небесных Преподобных.

Цинь Му равнодушно спросил:

— И как это связано со мной?

Шу Цзюнь снова замолчал, прежде чем ответить:

— Ты поможешь мне найти этого мастера создания, а я научу тебя технике, с помощью которой можно использовать Первобытный Камень Великого Первоначала для совершенствования сознания.

Цинь Му хитро предложил:

— Сначала передай мне технику совершенствования и научи меня разрушить проклятье родословной семьи Юнь, а после этого я помогу тебе найти бога создания!

— Ты… — Шу Цзюнь впал в ярость, но спустя некоторое время взял себя в руки и ответил. — Договорились.

Глава 918. Когда Дорога Заканчивается, Поднимается Божественный Мост

Юнь Цзяньли и Юнь Чусю молча наблюдали за Цинь Му. Тот уже довольно рассматривал Юнь Цзяньли своим третьим глазом, тем не менее, ничего не происходило.

Янь’эр и цилиню тоже стало невероятно скучно. Цинь Му уже очень долго молчал, отчего им казалось, будто время остановилось.

Они не знали, что Цинь Му был занят изучением методов, которые ему передавал Шу Цзюнь, и надеялся, что сможет использовать Первобытный Камень Великого Первоначала, чтобы развивать своё сознание.

Способ, которому его учил мастер создания, на современном языке назывался Знаниями Корпуса Высшего Дворца. Он позволял создать видение Корпуса Высшего Дворца с помощью Первобытного Камня Великого Первоначала.

Изначально Цинь Му считал, что техники, которыми пользовались мастера создания, были крайне примитивными. Тем не менее, Знания Корпуса Высшего Дворца оказались невероятно сложными.

Для совершенствования этой техники надо было подумать об обликах высших богов созвездий, создавая двадцать созвездий внутри Первобытного Камня Великого Первоначала. Затем, добавив к ним семьдесят восемь великих владык звёзд, можно было создать Корпус Высшего Дворца, который заливал пространство внутри камня ослепительным светом.

Если человек совершенствовался с помощью этого метода, он мог значительно усилить своё сознание.

Тем не менее, изучив технику, Цинь Му заметил, что его Корпус Высшего Дворца мог осветить лишь часть камня, и пришёл к выводу, что мастер создания передал ему только часть техники.

Очевидно, Шу Цзюнь решил скрыть часть техники, не передавая её целиком.

— Техники, которые мы использовали для своего совершенствования, могут тебе не подойти. В конце концов, ты принадлежишь к совершено другой расе, — проговорил Шу Цзюнь. — Кроме того, твоё сознание слишком слабое. Пока что ты не в силах полностью изучить проклятье родословной этого парня, тебе ещё долго предстоит совершенствоваться.

Переполняясь уверенностью, Цинь Му тут же использовал Знания Корпуса Высшего Дворца, заявив:

— Я — Тело Тирана, так что могу быстро его совершенствовать.

Шу Цзюнь шокировано воскликнул:

— Тело Тирана? К какой расе ты принадлежишь?

Цинь Му не ответил, наблюдая, как по жертвенному алтарю внутри Первобытного Камня Великого Первоначала катится шар из плоти. Вскоре тот разделился надвое, открывая огромный глаз, который начал осматриваться по сторонам.

Внутри пространства, окутанного красным светом Первобытного Камня Великого Первоначала, одно за другим начали подниматься созвездия, и вскоре их количество достигло двадцати.

«У этого парня неплохое понимание, впрочем, зажечь двадцать созвездий Корпуса Высшего Дворца не так уж сложно. Создать видения семидесяти восьми великих владык звёзд намного сложнее, так как я не передал ему их карты…»

Гигантский глаз внезапно удивлённо подпрыгнул. Звёзды в небе над ним начинали сиять всё ярче, внутрь камня хлынуло огромное количество Ци, смешиваясь с сознанием Цинь Му.

«Это не те Знания Корпуса Высшего Дворца, что я ему передал! Этот парень изменил технику, которой я его обучил…»

Он увидел, как сознание Цинь Му сливалось с его Ци, формируя всевозможные руны.

Огромный глаз впал в ярость и едва не подпрыгнул, прежде чем рассмеяться: «Мерзавец, если ты допустишь ошибку, пытаясь изменить технику моей расы, то умрёшь, даже не поняв как!»

В этот момент в пространстве Первобытного Камня Великого Первоначала поднялся силуэт гигантского древнего бога звезды. Это был Древний Бог Си Лу, живущий в Созвездии Трёх Мудрецов!

Огромный глаз сразу же понял, что задумал Цинь Му. Тот пытался использовать знания своей эпохи, чтобы дополнить недостающие части техники Знаний Корпуса Высшего Дворца.

Знания Корпуса Высшего Дворца использовались для создания видения древних богов, в то время как Цинь Му смешивал своё сознание и Ци для того, чтобы воссоздать их целиком с помощью традиционной математики и Трактата Высшей Молекулы!

Несмотря на то, что Знания Корпуса Высшего Дворца были довольно сложными, в их видении не было ничего чрезвычайного, и оно не шло ни в какое сравнение с рунами Великого Дао древних богов, которыми владел Цинь Му.

В конце концов, руны Великого Дао изучались на протяжении миллиона лет. Они включали в себя даже реформированную математику вроде Математического Трактата Высшей Молекулы.

Когда построения семидесяти восьми древних богов начала показываться в небе, сознание Цинь Му начало неконтролируемо усиливаться и развиваться.

«Если добавить технику Трёх Исконных Духов Тела Тирана, то разве скорость совершенствования не увеличится?»

Подумав об этом, он сразу же так и сделал, исполняя Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. Шу Цзюнь тут же увидел перед собой три слоя Корпуса Великого Дворца, количество видений древних богов тоже утроилось!

Три слоя Корпуса Высшего Дворца начали складываться воедино, то же произошло и с видениями древних богов.

«Этот маленький мерзавец… — огромный круглый глаз уставился на Цинь Му, размышляя. — Изменив Знания Корпуса Высшего Дворца, он сделал его таким же эффективным, как и Три Корпуса Знаний. Последние включают в себя Знания Корпуса Высшего Двворца, Знания Фиолетового Запретного Корпуса и Знания Корпуса Небесного Рынка, которые вместе формируют полную технику. Если ему удалось достичь успеха овладев лишь Знаниями Корпуса Высшего Дворца, не значит ли это, что он является Великим Императором Цзюй Юйши?

Цинь Му не знал, что и думать. Спустя некоторое время он почувствовал, что его сознание совершило удивительный скачок в силе.

— Эта доисторическая техника и вправду необычна, — похвалил он.

Внезапно глаз в его межбровье дёрнулся, перемещаясь с Юнь Цзяньли на Юнь Чусю.

Юнь Чусю сладко улыбнулась, и Цинь Му улыбнулся в ответ. Использовав свой третий глаз, он посмотрел на девушку, так и не заметив в ней чего-то подозрительного.

Девушка казалась крайне чистой, её переполняла и окутывала юношеская энергия. Более того, её душа, исконный дух, божественные сокровища и жизненная Ци тоже казались безупречными!

Её исконный дух был крайне активен, будто она и вправду была ещё молода.

— Шу Цзюнь, ты не видишь ничего подозрительного в этой девушке? — спросил Цинь Му.

Огромный глаз на жертвенном алтаре Первобытного Камня Великого Первоначала внезапно уменьшился в размерах, превращаясь в шар из плоти. Из него донёсся голос Шу Цзюня:

— Я хочу, чтобы на протяжении следующих трёх месяцев ты непрерывно давал мне своей жизненной Ци и крови. Это позволит мне наконец отрастить себе голову! После этого я скажу тебе, всё ли с ней в порядке.

— Ну ладно, тогда забудь, — ответил Цинь Му.

Шу Цзюнь впал в ярость, едва не подпрыгивая от злости.

Цинь Му уставился в глаза Юнь Чусю, но спустя некоторое время отвёл взгляд и закрыл свой третий глаз. Немного подумав, он сказал Юнь Цзяньли:

— На твоей родословной лежит проклятье, которое передаётся с поколения в поколение. Возможно, существует способ его вылечить, тем не менее, я ещё никогда не видел чего-то столь серьёзного. На его лечение уйдёт много времени.

— Проклятье родословной? И у Небесного Преподобного Му есть способ его вылечить?

Юнь Цзянли был шокирован и удивлён. Из-за излишнего волнения его сознание растерялось, он почти потерял контроль над своей Ци. Чтобы восстановиться, ему пришлось поспешно проглотить несколько духовных пилюль.

Лишь после того, как он активировал силу пилюль, его растерявшееся сознание пришло в себя. Затем он извинительным тоном проговорил:

— Извини, что потерял самообладание, Небесный Преподобный, надеюсь ты понимаешь моё состояние. Если ты не против, то можешь остаться в моём доме. В конце концов, это ведь резиденция Небесного Преподобного. Никто не осмелится туда ворваться, хорошенько не подумав, — он горько рассмеялся. — Хоть способности наследников семьи Юнь не слишком хороши, мы женимся на невероятно сильных женщинах. По правде говоря, моя жена — это крайне сильное создание, её способности значительно превосходят мои. Моя бабушка и прабабушка тоже сильные люди, вот только они слишком меня разбаловали.

Цинь Му рассмеялся:

— Я ведь Небесный Преподобный. Если кто-то решит меня убить, то я не думаю, что твоя резиденция сможет меня спасти. Тот, кому хватит смелости убить Небесного Преподобного, не станет волноваться из-за семьи Юнь?

Юнь Цзяньли слегка нахмурился и обратился к Юнь Чусю:

— Сестра, я останусь здесь на несколько дней. Возвращайся в резиденцию Юнь и скажи бабушке и прабабушке, что со мной всё хорошо.

Юнь Чусю послушалась и встала, улыбаясь:

— Я тоже хотела бы здесь остаться и посоветоваться с Небесным Преподобным касательно нескольких сложных проблем. Если я приду позже, ты ведь меня не прогонишь, правда?

Цинь Му покачал головой, отвечая:

— Нет, здесь много места, так что можете остаться, где вам понравится.

Юнь Чусю неспешно вышла из Павильона Медленного Вращения.

Цинь Му встал и засмеялся, проговорив:

— Я помогу тебе найти комнату.

Юнь Цзяньли пошёл вместе с ним, покидая Павильон Медленного Вращения. Ци Цзюи, Янь’эр и цилинь тоже вышли следом.

Красота Яшмового Водоёма была безупречной, превосходя даже то, что Цинь Му увидел здесь миллион лет назад. Прогуливаясь вдоль берега, он вдруг спросил:

— Брат Юнь, как ты познакомился с Юнь Чусю?

Юнь Цзяньли рассмеялся:

— У Небесного Преподобного есть на неё какие-то планы?

Цинь Му искренне рассмеялся, отвечая:

— Она милая, красивая и изящная девушка, которая стала бы хорошей женой. Несмотря на то, что я скоро умру, думаю, что можно найти кого-то напоследок.

На лице Юнь Цзяньли возникло серьёзное выражение, он признался:

— Честно говоря, Небесный Преподобный, я ничего не знаю о её происхождении.

Цинь Му был слегка удивлён:

— Она твоя названная сестра, но ты не знаешь её происхождения?

Юнь Цзяньли продолжил:

— Я никогда раньше о ней не слышал. Она просто появилась на райских небесах в один момент, шокировав это место. У неё было бесчисленное количество ухажеров, но по каких-то причинах она пришла ко мне, из-за чего я чуть не погиб. Ещё недавно огромное количество мастеров бросали мне вызовы! К счастью, мне удалось всё это пережить, и с тех пор я даже более осторожен, чем раньше.

Цинь Му растерялся:

— Брат Юнь, почему ты стал более осторожен?

— Я вот-вот умру, в то время как она — красивая девушка с огромным количеством ухажёров, среди которых есть даже бог из небес наверху. Несмотря на всё это, она решила связаться с умирающим человеком, — равнодушно проговорил Юнь Цзяньли. — Я не такой самовлюблённый, как Ци Цзюи, поэтому знаю, что у неё есть какой-то мотив. Поэтому я решил стать с ней названным братом и сестрой, чтобы увидеть, что же она задумала.

Разум Ци Цзюи всё ещё находился в состоянии помутнения, не успев оправиться от красоты Юнь Чусю. Улыбнувшись, он проговорил:

— Как бы нам назвать ребёнка?

Цинь Му растерянно на него посмотрел, боясь представить, о чём тот фантазирует.

— Брат Юнь ещё не раскусил мотивов Юнь Чусю?

Юнь Цзяньли мягко улыбнулся:

— Раскусил. Её мотив — ты, Небесный Преподобный Му.

Цинь Му был ошеломлён, едва сдерживая улыбку:

— Мотив Юнь Чусю — я? Как такое возможно? Брат Юнь, ты, должно быть, шутишь!

Юнь Цзяньли твердо ответил:

— Небесный Преподобный Му вернулся на райские небеса, и я, как единственный наследник мужского пола в семье Юнь, обязан встретиться с тобой по велению моего предка. В таком случае, я — лучший способ тебя найти. Более того…

Он остановился, и заметив это, Цинь Му проговорил:

— Продолжай.

— Более того, как сильнейший практик области Божественного Моста на райских небесах, если я начну её ревновать и решу тебя убить, это будет крайне невыгодно для моей семьи, — рассмеялся Юнь Цзяньли. — Если я, единственный наследник семьи Юнь, умру от руки Небесного Преподобного Му, получится интересно. Моя бабушка и прабабушка убили бы тебя от злости. Таким образом можно одним махом избавиться и от тебя, и от семьи Юнь.

Цинь Му тоже рассмеялся:

— А ты будешь ревновать?

Юнь Цзяньли вздохнул, прежде чем покачать головой:

— Нет. Я уже безразличен к жизни и смерти, так что у неё не получится меня спровоцировать. Я лишь опасаюсь, что ей удастся спровоцировать тебя.

Цинь Му ответил:

— Я не думаю, что это возможно. Хоть она и красивая, как по мне, бывают и красивее.

Юнь Цзянгьли с любопытством спросил:

— А как ты себе представляешь самую красивую женщину?

Цинь Му ответил, не раздумывая:

— Большая грудь, упругий зад, мускулистое, крепкое тело.

Юнь Цзяньли был поражён.

Собравшись с мыслями, он улыбчиво проговорил:

— Твоё видение идеальной внешности и вправду интересно. По правде говоря, я отправил Юнь Чусю прочь по другой причине. На самом деле, мой предок оставил ещё один приказ.

Цинь Му серьёзно спросил:

— Какой была его воля?

Юнь Цзяньли ответил:

— Наш предок много раз использовал твой облик во времена Эпохи Дракона Ханя. Тогда люди твердили, что Небесный Преподобный Му стал слабее, и что раньше он значительно превосходил предка.

Он не продолжил.

Цинь Му ответил:

— Небесный Преподобный Юнь мне не уступал.

— И всё же мир убеждён в противоположном, — вздохнув, Юнь Цзяньли продолжил. — Перед тем, как предка не стало, он озвучил свою последнюю волю. Во-первых, он хотел, чтобы мы покаялись перед тобой за то, что он использовал твою внешность. Во-вторых, он приказал проверить, смогут ли его техники одолеть твои. В своей последней воле он приказал потомкам показать тебе его искусства при встрече.

Цинь Му улыбнулся:

— Но ведь твоё тело ослаблено, разве ты можешь выполнить его волю?

Юнь Цзяньли уверенно улыбнулся:

— Тело Небесного Преподобного Му тоже нездорово. На самом деле, я волновался, что ты не в состоянии сразиться.

Цинь Му рассмеялся:

— Чужаки должны думать, что я слаб, но тебе я могу обещать, что это не так. Как называется техника Небесного Преподобного Юня?

Юнь Цзяньли опёрся на перила и посмотрел на Яшмовый Водоём. Болеющий мастер громко проговорил:

— Тысячи вершин возвышаются в небе. Когда дорога заканчивается, поднимается божественный мост. Звёзды в небе становятся ближе, под ними раскидывается бескрайний мир смертных!

«Когда дорога заканчивается, поднимается божественный мост? — Цинь Му понял значение этого предложения и наконец осознал, что заставило Небесного Преподобного Юня открыть божественное сокровище Божественного Моста. — В тот период, когда Небесный Преподобный Юнь открыл божественный мост, у практиков божественных искусств не было пути вперёд. Когда дорога закончилась, он поднял Божественный Мост. Именно это божественное сокровище сподвигло Небесного Преподобного Юя, и тот открыл райский дворец на противоположной стороне моста.»

Хлопнув в ладоши, Цинь Му похвалил:

— Когда дорога заканчивается, поднимается божественный мост. Красиво! Очень красиво! Как жаль, что эта логика устарела.

Глава 919. Багровый Воздух Накрывает Небеса Ханя, Воля Кулаков Разрезает Небо

— Устарела? — Юнь Цзяньли повернул голову и посмотрел на Цинь Му. Несмотря на то, что он был болен, казалось, будто его переполняла невероятная сила и энергия. — Техника моего предка — это первая техника Императорского Трона в мире! Она называется техникой Фиолетовых Небес Синего Неба! Никто до него не достигал области Императорского Трона! Главная особенность его техники состоит в том, что её природа непрерывно меняется! Каждое поколение мужчин семьи Юнь улучшало её, идя в ному со временем. Сейчас Фиолетовые Небеса Синего Неба намного сильнее, чем тогда!

Когда он рассказывал о технике своей семьи, в его словах чувствовала невероятная гордость:

— Каждое поколение мужчин семьи Юнь было сильнейшими практиками райских небес в своей области. Если бы наши дети могли войти в область Божественного Моста. То у нас давно был бы сильный практик области Императорского Трона! — самоуверенным тоном проговорил он. — Даже мне сложно найти на райских небесах достойного противника среди моего поколения. Техника Фиолетовых Небес Синего Неба Небесного Преподобного Юня никогда не устареет!

За его спиной внезапно появился пурпурный свет, формируя отрезок фиолетового неба!

В этом небе было множество ярких звёзд, формирующих собой синеватую реку, спускающуюся вниз бурным потоком. Вслед за её появлением над землёй поднялась божественная вершина, пронзая небеса!

Казалось, что божественная вершина, покрытая таинственным льдом, постепенно таяла под летним теплом. Картина вокруг была сформирована зелёными горами, длинными реками и фиолетовым небом!

На горизонте виднелся божественный мост, на котором стоял исконный дух. Вокруг него было лишь фиолетовое небо, река звёзд и зелёные горы, создавая обворожительную, поэтическую картину.

Тысячи вершин взмыли в небо. Когда дорога заканчивалась, поднимался божественный мост.

Звёзды в небе становились ближе, под ними раскидывался бескрайний мир смертных!

Цинь Му рассматривал видение за спиной Юнь Цзяньли, вспоминая его стих, и начиная понемногу им восхищаться.

Техника Фиолетовых Небес Синего Неба, созданная Небесным Преподобным Юнем, и вправду была крайне отточенной и выдающейся. Этого и стоило ожидать от первой в мире техники Императорского Трона.

Девять Небесных Преподобных из первого года Дракона Ханя обрели заслуги, которые мало кому были под силу. Даже Небесная Преподобная Юэ, скрывающаяся от мира, достигла невообразимых высот в искусстве пространства. Император-Основатель. Хоть и был талантом будущего, всё равно прославился своими тридцатью тремя небесами Дао Меча, считающимися величайшей техникой всех времён.

Будучи первым существом, Сумевшим достичь Императорского Трона, Небесный Преподобный Юнь обрёл немаловажные заслуги.

— Небесный Преподобный Му, несмотря на то, что воля моего предка демонстрирует к тебе огромное уважение, в ней также есть определённое недовольство твоим Телом Тирана Дракона Ханя.

Аура Юнь Цзяньли достигла своих пределов. Несмотря на то. Что на первый взгляд он казался слабым, больным парнем, сейчас его окутывала поразительная атмосфера, его бледное лицо обрело нормальный цвет. Он продолжал:

— В своих последних словах он сказал, что не верит, что созданная им техника не сможет остановить так называемое Тело Тирана. Поэтому он надеялся, что его потомки смогут это доказать!

Его глаза стали влажными, он тихо засмеялся:

— Сегодня техника предка наконец встретится с Небесным Преподобным Му. Такой была последняя воля предка! Небесный Преподобный Му… — оглушительно проревел он. — Прости мне мою наглость, но я бросаю тебе вызов от имени предка!

Цинь Му прыгнул вперёд, приземляясь за десять километров, посреди Яшмового Водоёма, прежде чем спокойно ответить:

— В прошлом, когда я оказался в первом году Дракона Ханя, я встретил всех Небесных Преподобных, тем не менее, мне так и не удалось сразиться с Небесным Преподобным Юнем. Тот определённо был талантом, и я никогда бы не подумал, что он мог бы думать о чём-то подобном. Янь Цзяньли, позволь мне взглянуть на его достижения.

Лицо Юнь Цзяньли обливалось слезами, но его сердце было наполнено неописуемым героизмом.

Внезапно он взмыл в воздух, двигаясь со скоростью падающей звезды, чтобы атаковать Цинь Му:

— Если дух предка сейчас где-то на небесах, и смотрит на нас, то он определённо заплачет от эмоций!

Родословная Небесного Преподобного Юня, текущая в жилах Юнь Цзяньли, казалось, внезапно проснулась. Он больше не напоминал болеющего мастера, и вместо этого превратился в лидера человеческой расы, единственного человека, ставшего Небесным Императором этого мира!

Будучи основателем божественного сокровища Божественного Моста, существом, сумевшим первым достичь области Императорского Трона, одним из пяти мастеров-основателей Небесного Союза, и как лидер человечества, спасший своих людей в эпоху Дракона Ханя, Небесному Преподобному Юню была присуща излишняя самоуверенность. Впрочем, у него было на это право.

Даже несмотря на то, что пришлось притворяться Небесными Преподобными Му и Цинем в опасные для человечества времена, и на то, что он был перед ними в долгу, он всё же отлично понимал масштаб своих достижений!

Он был самым выдающимся человеком той эпохи!

Именно он построил райские небеса Ханя и нашёл хитрый путь убить, казалось бы, неуязвимого Небесного Императора, даруя всем живым существам шанс сделать передышку.

Он обладал невообразимой самоуверенностью, которую, вместе с его духом и волей, унаследовали и его потомки!

Атака Юнь Цзяньли напоминала удар самого Небесного Преподобного Юня, обрушившийся на Цинь Му спустя сотни тысяч лет!

Девять Небес Ханя!

Цинь Му поднял голову, и на него обрушились божественное искусство Небесного Преподобного Юня — Девять Небес Ханя. Оно было безжалостным у Цинь Му, и, по всей видимости, являлось первым учением Фиолетовых Небес Синего Неба. Тем не менее, в глазах богов райских небес оно казалось невероятно редким высшим искусством.

Юнь Цзяньли раньше упоминал, что техника Небесного Преподбного Юня, была способна непрерывно меняться.

Она улучшалась по мере развития эпохи, каждое поколение семьи Юнь добавляло в неё пути, навыки и божественные искусства своего времени.

Тем не менее, сейчас Юнь Цзяньли использовал самую раннюю версию Девяти Небес Ханя. Должно быть, он делал это для того, чтобы отдать дань уважения своему предку.

Несмотря на то, что это божественное искусство было невообразимо древним, в нём всё же можно было заметить множество удивительных моментов, достойных восхищения.

Цинь Му был уверен, что Небесный Преподобный Юнь пытался использовать в нём руны Великого Дао. Более того, эти руны состояли из математических построений, хоть и уступали в изящности рунам современной Секты Дао райских небес. Тем не менее, в свои годы они определённо были огромным прорывом.

«Это наводит на мысль, что во времена райских небес Дракона Ханя, Небесный Преподобный Юнь с предком Дао уже начали изучать Небесного Герцога. Использование математики, чтобы помочь райским небесам изучить Великое Дао древних богов, на самом деле было планом Небесного Преподобного Юня, который начал воплощать его уже сотни тысяч лет назад!»

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, и он повернул ладонь, создавая половину Мудры Небес, чтобы остановить божественное искусство Юнь Цзяньли.

Увидев это движение, Цинь Му смог понять много вещей, которые раньше были для него загадкой.

Позиция Предка Дао всегда оставалась неоднозначной, было сложно понять, чью сторону он занимал на райских небесах.

Будучи членом Небесного Союза, он помог райским небесам собрать информацию о древних богах и рунах их Великого Дао. В то же время, он также знал о настоящей личности древнего Небесного Императора и часто ему помогал.

И всё же, если всё, что случилось за последние миллион лет, было его с Небесным Преподобным Юнем планом, то Цинь Му бы этому не удивился.

Движение Юнь Цзяньли было удивительным, тем не менее, оно ничего не смогло противопоставить половине божественного искусства Мудры Небес Цинь Му, и рассыпалось.

Подобный исход был предсказуем. В конце концов, Небесный Преподобный Юнь умер пятьсот тысяч лет назад.

Использование божественного искусства, которому полмиллиона лет, против чего-то современного, определённо привело бы к поражению.

Юнь Цзяньли не удивился, и после того, как Девять Небес Ханя разрушились, он исполнил их снова. Тем не менее, в этот раз это уже не было божественным искусством Небесного Преподобного Юня.

В этот раз его атака переполнялась самыми свежими и полноценными Небесными Дао, открытыми Сектой Дао райских небес. Девять Небес Ханя напоминали девять фиолетовых небес с райскими дворцами, внутри каждого из которых сидел Небесный Император.

Более того, площадь поражения божественного искусства Юнь Цзяньли уменьшилась в несколько раз. Раньше его сила рассеивалась на нескольких километрах, и несмотря на то, что оно казалось крайне мощным, оно теряло большую часть энергии, рассеиваясь по округе.

Если бы он сражался против обычного человека, то определённо смог бы его одолеть, но против Цинь Му подобная атака больше напоминала фокус, нежели что-то действительно существенное.

Но теперь площадь, которую охватило его движение, имела площадь небольшого двора. Цинь Му уже не мог не воспринимать её всерьёз!

Предыдущее божественное искусство Юньт Цзяньли не шло с этим ни в какое сравнение!

Выражение лица Цинь Му изменилось. Техника Фиолетовых Небес Синего Неба Небесного Преподобного Юня действительно была олицетворением понятия «изменение». Она не просто поглотила все наработки секты Дао, но и особенности техник и божественных искусств Эпохи Императора-Основателя.

Главная особенность божественных искусств эпохи Императора-Основателя заключалась в том, что они не стремились к обретению огромной устрашающей ауры. Вместо этого они пытались уменьшить площадь поражению как можно сильнее, и пронзать самую слабую точку противника. Это позволяло не наносить случайного ущерба окрестностям, и терять наименьшее количество сил, при этом нанося максимально сильный удар!

Юнь Цзяньли добился именно этого.

— Божественное искусство семьи Юнь и вправду великолепно, — глаза Цинь Му загорелись, он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, ускоряя циркуляцию Ци в своём теле. — Тем не менее, я сильнее!

В его теле вспыхнул дух пути боевых искусств, его безграничная энергия тут же ударила прямо в Девять небес Ханя!

В доли секунды их кулаки столкнулись, отчего на поверхности Яшмового Водоёма поднялись две волны, двигающихся в противоположные стороны.

Волны подняли над собой даже огромных черепах Яшмового Водоёма. Эти монстры несли на своих спинах горы, на которых отдыхали и жили многие богини Водоёма.

Божественные черепахи пытались уклониться от огромных волн, стараясь спасти горы на своих спинах, которые дрожали, будто во время землетрясения. Множественные богини вышли наружу осмотреться, обнаруживая двух парней, сражающихся межде двух волн. Они молниеносно обменивались ударами, демонстрируя ужасающие техники и божественные искусства!

В Павильоне Медленного Вращения Ци Цзюи внезапно пришёл в себя, почувствовав их ауры. Он наконец освободился из-под влияния магии Юнь Чучю и начал наблюдать за их сражением.

— Способности Юнь Цзяньли немного лучше, чем раньше.

Выражение его лица слегка изменилось. Он уже сражался с Юнь Цзяньли, и понимал, насколько тот был сильным и ужасающим.

Несмотря на то, что наследник семьи Юнь был болен, он носил благословление небес, его совершенствование было невообразимо высоким, в сравнении с остальными представителями своего поколения. Даже его божественные искусства выглядели ужасающе.

Когда Ци Цзюи обменивался с ним ударами, он проиграл после первого же движения. Юнь Цзяньли дал ему отдохнуть, и когда они сразились ещё раз. Ци Цзюи проиграл ещё быстрее.

Ци Цзюи был учеником Красного Божества Ци Сяюй и Чёрного Божества Инь Чжаоцина, изучая высшие искусства обоих божеств. Тем не менее, он оказался не в силах отбить даже одного удара Юнь Цзяньли. С тех пор тот пользовался его глубочайшим уважением.

«Владыка Культа одолел меня у нижней границы, и тогда я понял свои слабые места. Затем Сюй Шэнхуа обучил меня плодам реформы Вечного Мира. Раньше я думал, что смогу сравниться с Юнь Цзяньли, но, судя по всему, мне всё же не хватит опыта. Главная проблема — это становление на путь.»

Ци Цзюи наблюдал за парнями на поверхности воды. В этот миг Юнь Цзяньли нажал ладонью на поверхность моря, и та задрожала, огромные волны, несущиеся к берегу, исчезли. Волны, ещё недавно возвышающееся к небу, упали, в то время как черепахи, поднятые на их вершины, до сих пор висели в воздухе.

Пытаясь удержать божественные острова и дворцы на своих спинах, черепахи начали медленно двигать конечностями, чтобы не упасть вниз.

Море под ними внезапно забурлило, его вода взмыла в воздух. В тот же миг над ним поднялись бесчисленные флаги из воды.

На этих флагах виднелись различные рунные символы, образовывающие триста шестьдесят изображения богов!

Ещё недавно божественное искусство Юнь Цзяньли использовало преимущество своего крохотного размера, но теперь оно стало совершенно противоположным.

Триста шестьдесят флагов окружили площадь радиусом в сто километров, формируя огромное боевое построение.

— Технике Юнь Цзяньли удалось… — слегка недоумевал Ци Цзюи.

После создания построения, Юнь Цзяньли внезапно отступил, уклоняясь от атаки Цинь Му, будто испуганный гусь. В следующий миг он столкнулся с гигантским флагом, исчезая без следа.

— Мо… — из флага донёсся невероятно громкий и звонкий голос, и в следующий миг наружу вышел внушительный на вид бог. Это был бог Тай И из трёхсот шестидесяти богов!

Изнутри флага донесся чрезвычайно громкий и чистый голос, и с поверхности флага вышел бог с внушительным ростом. Это был бог Тай И триста шестьдесят богов!

У Тай И не было лица, ушей, глаз, рта или носа, а на его голове не было волос. Все четыре стороны его головы были полностью пустыми. Именно так выглядел Высший Император Северного Полюса Тай И.

Юнь Цзяньли и вправду превратился в Высшего Императора Тай И, выглядя так, будто Тай И лично спустился к Яшмовому Водоёму. За его спиной сияла фиолетовая звезда, каждое его движение содержало в себе безграничное божественное искусство. В следующим миг он набросился на Цинь Му!

Его божественное искусство скрывало в себе силу Великого Дао Неба и Земли. Оно сформировалось естественным образом, освобождая безграничную силу.

В сравнении с ним, Цинь Му выглядел крохотным и незаметным. Тем не менее, сила его удала оказалась крайне высокой, ей удалось блокировать божественное искусство противника.

Двое парней, один огромный, а другой маленький, яростно сталкивались друг с другом на поверхности воды. Их кулаки и ноги молниеносно обрушивались на противника, раскалывая небо и землю вокруг.

Внезапно Великий Император Тай И упал от ударов Цинь Му, его огромное тело начало рассыпаться, отлетая назад. В следующий миг он столкнулся с одним из флагов.

Флаг взорвался, превращаясь в туман, окутавший собой округу. Затем из тумана вышел ещё один бог с телом человека и головой птицы. В одной руке он держал свиток, а во второй кисть, напоминая Высшего Императора Вэнь Чана.

Этот древний бог был настолько мощным, что мог использовать свою силу с помощью одних лишь слов.

Юнь Цзяньли наконец продемонстрировал главную сильную сторону Небесного Преподобного Юя.

Глава 920. Божественный Мост, Разрубленный Мечом

Верховный Император Вэнь Чан начал петь на древнем языке Дао, прежде чем достать свою кисть и начать что-то записывать.

В его словах содержалась удивительная сила. Язык Дао мог превратиться в любое божественное искусство мира, даруя всё, о чём можно было только мечтать. Он мог призвать ветер, тучи, гром или молнию лишь песней на своём языке.

Кроме того, он мог создавать вещи, просто рисуя своей кистью. Если он рисовал дракона, тот взмывал в небо, если он рисовал верёвка, та могла связать врага, а если рисовал гору Сумеру, то она падала с небес!

Несмотря на то, что Юнь Цзяньли превратился в Высшего Императора Вэнь Чана, он не мог что-то противопоставить Цинь Му. Дух кулаков Цинь Му пробивал его божественные искусства одно за другим, казалось, это не требовало от него больших усилий, чем сломать иссохшую ветку.

В ближнем бою Цинь Му был бесподобен!

Поднялся ещё один флаг, окутывая собой отступающего Юнь Цзяньли. В следующий миг его тело взорвалось, превращаясь в огромного трёхногого ворона, тащащего на своей спине солнце, прежде чем снова наброситься на Цинь Му.

Юнь Цзяньли неоднократно превращался, меняя облик Великого Владыки Солнца на тела Владыка Звёзд Пяти Элементов, Владык Звёзды Семи Убийств, небесных духов и земных бесов. Он мог свободно превращаться в любого из трёхсот шестидесяти богов, создавая ослепительное зрелище.

Когда Небесный Преподобный Юй умер, техника Фиолетовых Небес Синего Неба находилась лишь на начальной стадии своего развития. Тем не менее, со временем она эволюционировала, семья Юнь быстро её улучшала.

Теперь её можно было считать завершённой, она демонстрировала уровень красоты, невиданный другим техникам.

Спустя десятки тысяч лет она наконец созрела. Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юнь умер, его техника сравнилась с другими техниками Небесных Преподобных.

Именно в этом заключалась гениальность Небесного преподобного Юя.

Цинь Му продолжал использовать божественные искусства дао боевых искусств, сражаясь с Юнь Цзяньли. С каким бы древним богом он не стыкался, ударами кулаков и ладоней он уничтожал его атаки.

Независимо от того, каким сложным было божественное искусство Юнь Цзяньли и насколько изящными не были его превращения, Цинь Му видел его недостатки.

Цинь Му был основателем Математического Трактата Высшей Молекулы, поэтому руны Великого Дао древних богов, базирующиеся на обычной математике Предка Дао, были неэффективны против него.

Внезапно все флаги поднялись в воздух, сливаясь воедино. Силуэт Юнь Цзяньли подлетел, объединяясь с ними.

Небо залило ослепительное сияние, и в следующий миг в нём сформировалось тело величественного древнего бога. У него были белые брови, белые глаза и белая борда. Даже его зрачки были снежно-белыми, ярко сияя.

Небесный Герцог.

За спиной Юнь Цзяньли появились сорок девять различных сокровищ, сформированных сорока девятью видами Дао Небес.

Техника Фиолетовых Небес Синего Неба Юнь Цзяньли достигла совершенства. Если бы не реформа Вечного Мира, то Цинь Му был бы не в силах заметить её недостатков.

Он восхищённо воскликну, медленно открывая третий глаз в своём межбровье. За его спиной появился ореол света, поглощая лучи Небесного Герцога, будто чёрная дыра.

Физическое тело парня начало превращаться, в то время как его третий глаз сиял всё ярче, будто в нём крылся божественный огонь Юду.

Из лба Цинь Му вырывались потоки пламени, на его голове выросли два рога с девятью изгибами и восемнадцатью извилинами. Его лицо стало тигриным, а физическое тело резко увеличилось в размерах, становясь всё более и более внушительным.

Ужасная дьявольская Ци Юду внезапно поднялась над Яшмовым Водоёмом, превращая всё в радиусе ста километров в Юду.

Перед Павильоном Медленного Вращения крохотный Граф Земли выполз из уха цилиня. Уставившись на Цинь Му широко открытыми глазами, он прокричал:

— Страшный…

Ещё до того, как цилинь успел как-то отреагировать, Янь’эр заметила кроху, и восторженно сунула ему духовную пилюлю.

Крохотный Граф Земли с трудом держал пилюлю в руках, торжественно спрашивая у неё:

— Тебе страшно?

— Да, как и тебе, — рассмеялась девушка. — Жирдяй, ты привёл это создание за собой?

Кивнув. Цилинь тихо ответил:

— Я не знаю когда он забрался на моё тело, но он показался мне довольно бедным, так что я решил о нём позаботиться. Если бы он остался сам, то умер бы с голоду на второй день.

Пока они разговаривали, Цинь Му превратился в Графа Земли и сражался с Небесным Герцогом, которым стал Юнь Цзяньли. Настоящие древние боги ещё никогда не сражались друг с другом, так что никто не знал, что из них был сильнее. Должно быть, всем не терпелось узнать правду.

Несмотря на то, что это не была битва настоящих Небесного Герцога и Графа Земли, зрители были вне себя от взволнованности.

Ужасающие волны силы проносились над округой, ударяя людей, стоящих у Павильона Медленного Вращения. Сначала они почувствовали на себе дрожь и искривления пространства, следом за которыми прилетала сила божественных искусств!

Горные хребты на острове растягивались, некоторые из них становились в десять раз длиннее, чем раньше, в то время как другие наоборот значительно уменьшались в размерах.

Заметив это, Янь’эр тут же расправила крылья, чтобы защитить Павильон Медленного Вращения и не дать людям внутри пострадать.

Второй ударной волной были волны Яшмового Водоёма. Они почти перевернули Водоём вверх ногами, заливая всё вокруг. Даже божественные черепахи, парящие в небе, не смогли уклониться и потеряли равновесие. С трудом размахивая конечностями, они пытались спасти горы и острова на своих спинах.

Гигантские золотые лотосы в море покачивались из стороны в сторону. Вспыхивая золотым светом, они отбивали атаки, спасаясь.

Третьей ударной волной были ужасные порывы ветра. Их скорость превосходила скорость звука во множество раз, вырывая с земли всё на своём пути и вызывая ужасающий грохот.

Подобный уровень выходил за пределы возможностей многих богов, тем не менее, сейчас его освобождали Цинь Му и Юнь Цзяньли, двумя больными на вид практиками божественных искусств. Это было попросту поразительно!

Только когда шум утих, Янь’эр наконец сложила свои крылья. Ци Цзюи, цилинь и остальные посмотрели на Цинь Му и Юнь Цзяньли, увидев, что те просто стоят, ещё не начав сражаться.

Ци Цзюи был искренне впечатлен:

— Юнь Цзяньли сильнейший представитель своего поколения, он достойный потомок Небесного Преподобного Юня. Владыка Культа Цинь тоже удивителен, он даже верит, что сможет стать ровней своему противнику. Если ему удастся выжить, то значит он и вправду заслужил звание Небесного Преподобного!

Цилнь расмеялся:

— Третий брат, ты так и не понял кто такой Владыка Культа. Он скромный человек, и всегда даёт своему противнику шанс продемонстрировать себя с лучшей стороны.

Ци Цзюи был слегка ошеломлён:

— Скромный? Когда это он успел стать скромным? Второй брат, пожалуйста, отставь шутки в сторону.

— Владыка Культа всегда скромничает, и перестаёт это делать лишь тогда, когда чувствует, что его хотят за это ударить, — проговорил цилинь. — Сам подумай. Сражаясь с Юнь Цзяньли он не использовал своего исконного духа. Кроме того, он не продемонстрировал навыков меча, в которых наиболее искусен.

Ци Цзюи покачал головой, не придавай его словам особого внимания:

— Откуда у Владыки Культа исконный дух? У него нет души, так что он не может использовать исконного духа. Что касается его навыков меча, то какой с них толк, когда речь идёт об использовании Небесного Дао и Дао Юду?

Над Яшмовым Водоёмом Юнь Цзяньли дышал всё тяжелее. Внезапно он сильно закашлялся и покраснел:

— Небесный Преподобный Му, что скажешь о технике Фиолетовых Небес Синего Неба моего предка?

Цинь Му восхищённо ответил:

— Это удивительная, прекрасная техника. Небесный Преподобный Юнь определённо соответствовал своему званию. Брат Юнь, ты тоже неплох. С твоими способностями тебе должно быть под силу продержаться несколько раундов против Небесного Преподобного.

Глаза Юнь Цзяньли загорелись, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му, ты пытаешься сказать, что техника моего предка устарела?

— Это очевидно, — искренне ответил Цинь Му. — Но это не должно тебя расстраивать. Даже на нижней границе найдётся не много людей, которые смогли бы тебя одолеть в одной с тобой области. Достигнув такого уровня, не пользуясь плодами реформы Вечного Мира, ты определённо не подвёл Небесного преподобного Юня.

Юнь Цзяньли рассмеялся:

— В Первобытном Царстве есть люди, способные меня одолеть? Они сильнее Небесных Преподобных?

Цинь Му покачал головой:

— Их способности значительно уступают моим, хоть и превосходят тебя. В конце концов, я — Тело Тирана. В сравнении со всеми остальными, я попросту лучше.

Юнь Цзяньли смеялся до тех пор, пока не начал ужасно кашлять. Отдышавшись, он пришёл в себя и проговорил:

— В таком случае Небесный Преподобный не продемонстрировал своей силы. Я слышал, что Тело Тирана Вечного Мира является экспертом навыков меча. В том году, на Собрании Яшмового Водоёма, видение Госпожи Юаньму не сумело разобраться даже в одном из твоих навыков. Я хотел бы на них взглянуть!

На лице Цинь Му возникло болезненное выражение:

—Брат Юнь, ты ведь гений. Я не хочу, чтобы ты впадал в депрессию и разрушать твоё сердце Дао…

Юнь Цзяньли серьёзно ответил:

— Мой предок высоко ценил твои навыки меча. Небесный Преподобный, не сдерживай своей силы. Если высшее искусство моей семьи тебе проиграет, то это будет не позором, а удачей, — переполняясь уверенностью и гордостью проговорил он. — Лишь потерпев поражение я осознаю, что моя семья Юнь ещё не достигла совершенства и ей есть куда расти. Если же я не проиграю, то жизнь больше не принесёт мне радости! По правде говоря, у меня осталось незаконченное движение, которое я ещё не успел продемонстрировать. Я хотел бы, чтобы Небесный Преподобный Му встретил его своим божественным мечом, подарив мне убедительное поражение!

Он снова разразился силой.

В этот момент Ци Цзюи огляделся по сторонам и увидел множество молодых мужчин и женщин, движущихся в их сторону на корабле.

Цилинь оглянулся и спросил:

— Третий брат, кто эти люди?

Ци Цзюи уставился на людей на корабле с мрачным выражением лица:

— Это люди из Списков Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов. На райских небесах много талантливых людей, и чтобы мотивировать их расти, был создан Списки Духовных Талантов, Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов. Последний составляет рейтинг последователей Небесных Преподобных, древних богов, небесных королей и принцев. Список Великолепной Молодёжи составляет рейтинг учеников влиятельных семей, а Список Духовных Талантов оценивает простых людей. Люди на корабле находятся в списках Духовных Талантов и Великолепной Молодёжи.

Покачав головой, он продолжил:

— Они идут туба с недобрыми намерениями. Я знал, что путешествие Владыки Культа закончится плохо. Он ошибался, считая, что никто не осмелится его атаковать. Если райские небеса хотят убить, они готовы поднять руку не то, что на Небесного Преподобного, но даже на Небесного Короля!

Вскоре корабль приблизился и остановился. Люди на его борту готовились спускаться.

Ци Цзюи прошептал:

— Они здесь определённо для того, чтобы доставить нам проблем и найти повод для убийства Владыки Культа Циня. Второй брат, не вмешивайся. Давай я их встречу. Они всё же должны проявить некоторое уважение к ученику Красного и Чёрного Божеств. Впрочем, я могу помочь лишь тебе, но не Владыке Культа…

Затем он повернулся к Янь’эр:

— Если Владыка Культа окажется в опасности, ты не должна вмешиваться. В корнце концов, мы на райских небесах. Они могут воздержаться от убийства Владыки Культа, но не от твоего!

Он не дождался ответа цилиня и Янь’эр и зашагал вперёд, громко смеясь:

— Прошло много времени с тех пор, когда мы виделись в последний раз. Что привело вас к Яшмовому Водоёму?

— О, это брат Цзюи, — засмеялся мужчина в жёлтом. — Я слышал, что ты долго не возвращался на райские небеса после того, как спустился к нижней границе. Я даже начал думать, что ты погиб. Совсем не думал, что снова тебя увижу. Небеса и вправду слепы.

Ци Цзюи холодно улыбнулся в ответ:

— Спасибо за твои благословления. Доброму человеку помогает небо. Я поистине благословлён, так что нет ничего странного в том, что я ещё жив.

Изящная и элегантная девушка с крыльями посмотрела в сторону Яшмового Моря, где стояли Цинь Му и Юнь Цзяньли, и с любопытством спросила:

— Это ведь Небесный Преподобный Му и Юнь Цзяньли только что обменялись ударами, верно? Они и вправду сильны. Их божественные искусства не имеют границ. Я почти передумала идти сюда из-за страха.

— Нет ничего необычного в том, что Небесный Преподобный обладает подобными способностями, — рассмеялся какой-то даос. — Небесный Преподобный Му пришёл из крохотного мира внизу и то, что он может совладать с Юнь Цзяньли и вправду удивительно.

Все кинули:

— Не удивительно, что деревенщина из нижней границы зовёт его Телом Тирана Вечного Мира. Он и вправду талантлив!

Внезапно вспыхнула силы Юнь Цзяньли, и все вокруг были повергнуты в шок:

— Они собираются продолжить сражение?

Тем не менее, в этот раз всё происходило совершенно не так, как раньше.

В небе образовались божественные города и тронные залы, в то время как руны выстраивались в облики древних богов.

Количество богов становилось всё больше, райские дворцы были почти достроены. Когда они окончательно сформировались, казалось, что в реальность вернулись древние райские небеса Ханя. Там, посреди зала Непостижимого Неба, сидел райский император, ожидающий своего воскрешения.

Внезапно над всем Яшмовым Водоёмом прозвенел отчётливый, оглушительный звук Дао!

Даже самые сильные юноши из списков Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов резко изменились в лицах. Юнь Цзяньли ещё никогда не демонстрировал перед ними своего сильнейшего искусства, а значит он лишь недавно его создал!

Его Ци и кровь были невероятно плотными, а аура подавляла всё вокруг, вселяя ужас в сердца людей!

В этот момент он полностью раскрыл силу своего высшего божественного искусства. Эта мудра позволила ему пробиться в область, которой он никогда раньше не мог достичь, отчего на его душе стало ясно и свежо.

В прошлом он не мог полностью раскрыть силу этого движения. Тем не менее, столкнувшись с сильным противником вроде Цинь Му, он наконец отложил свои волнения в сторону, без малейших колебаний освобождая свои стремления и идеалы!

В глубине сердца он считал это движение идеальным!

Мгновение спустя навстречу ему вылетел меч.

Свет меча Цинь Му был невообразимо острым. Пронзив Небеса Ханя, он убил небесного императора, сидящего в Зале Непостижимого Неба, прежде чем вонзиться в тело Юнь Цзяньли.

Раздался громкий взрыв, с которым меч Цинь Му внезапно разрушил его божественное сокровище Божественного Моста, и оно обрушилось!

Глава 921. Реформа Райских Небес

Перед Павильоном Медленного Вращения множество молодых экспертов из списков Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов широко открыли глаза. Они ошеломлённо уставились на картину впереди, наблюдая как Цинь Му вытаскивает свой меч из тела Юнь Цзяньли и стряхивает с него кровь.

Ему хватило одного движения.

Цинь Му использовал лишь одно движение, чтобы с правиться с, казалось, непобедимым Юнь Цзяньли!

Он не просто одолел его одной атакой, но даже сумел разрушить его божественный мост, опуская его совершенствование до области Жизни и Смерти!

Тем не менее, даже это не было самым ужасным. Самым ужасным было то, насколько сильно пострадал его божественный мост.

Другими словами, Юнь Цзяньли уже никогда не смог бы совершенствоваться обратно в область Божественного Моста. Теперь он застрял в области жизни и смерти, потеряв любой шанс стать богом!

Впрочем, для него это было не так критично, как могло показаться. В конце концов, все сыновья семьи Юнь носили проклятье, которое убивало их после достижения области Божественного Моста.

Теперь, когда Цинь Му разрушил его божественный мост, он мог жить вечно.

Людям вокруг его поступок всё равно казался ужасающим.

Толпа практиков дрожала от страха. Если бы они столкнулись с движением Юнь Цзяньли, их шансы выжить были бы не слишком большими. Тем не менее, возможность наткнуться на Цинь Му казалась им даже более страшной, так как даже Юнь Цзяньли не смог от него уклониться.

В их памяти надолго отбилось зрелище того, как меч Цинь Му вонзается в свою цель. Независимо от того, сколько раз они не повторяли её в своей голове, им всё равно не удавалось найти способа уклониться.

Раз за разом они представляли как лезвие вонзается в их тела. Разрубая божественные сокровища. Речь шла не только о Божественном Моста, но и о всех остальных. Их Духовные Эмбрионы, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель и Жизнь и Смерть были разрублены на части!

Это был удар Цинь Му в полную силу!

Внезапно девушка с птичьей головой захихикала:

— Я внезапно вспомнила, что должна уделить своё внимание неотложным делам, так что мне пора идти. Я отдам тебе дань своего уважения в следующий раз, Небесный Преподобный! Прощай!

Расправив крылья, она улетела прочь. Остальные практики отправились следом за ней.

Цинь Му зашагал вперёд, держа Юнь Цзяньли за руку и громко говоря:

— Раз уж вы все здесь, то почему бы ещё ненадолго не задержаться, прежде чем расходиться? Люди, не понимающие ситуации, могут подумать что я, Небесный Преподобный Му, не умею вести себя с гостями, и начнут распространять ложные слухи.

Девушка с птичьей головой, собравшаяся улетать, внезапно застыла в воздухе. Она не осмеливалась пошевелиться.

Остальные тоже остановились, на их лбах начали выступать капли холодного пота.

Мягко улыбнувшись, Цинь Му начал их успокаивать:

— Не волнуйтесь, люди из нижней границы не едят других.

Тем не менее, для толпы впереди его улыбка казалась вершиной ужаса и злобы. Несмотря на то, что они были детьми вершин общества и входили до списков Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов, они чувствовали, что не смогут противостоять удару меча Цинь Му.

Девушка с птичьей головой пробормотала:

— Люди из нижней границы едят полубогов?

Цинь Му промолчал, помогая Юнь Цзяньли подняться на остров перед Павильоном Медленного Вращения. Затем он беспомощно вздохнул:

— Брат Юнь, изначально я собирался убить парочку слепых экспертов райских небес, чтобы продемонстрировать свою силу. Но так как ты вынудил меня продемонстрировать свою полную силу как мне это сделать?

По спинам практиков в толпе пробежали мурашки, они уставились на Цинь Му в ужасе.

Цинь Му улыбнулся в ответ, осматриваясь вокруг и осматриваясь:

— Я не говорил об убийстве кого-то из вас, не волнуйтесь. Разве есть смысл бросать вам вызов?

Он радостно посмотрел на толпу, все люди в которой начали кивать.

Цинь Му был крайне разочарован.

Тело Юнь Цзяньли становилось всё слабее из-за полученых ранений, но несмотря на разрушенный божественный мост, его выражение лица оставалось неизменным. Казалсь, что он не был ранен и не разочаровался тем, что его божественное сокровище разрушилось. Рассмеявшись, он проговорил:

— Какой смысл атаковать младшее поколение, чтобы продемонстрировать силу?

Цинь Му тоже засмеялся:

— Ты прав, но вот моя область совершенствования слишком низка. Если бы тут показался какой-то бог, я не смог бы себя защитить.

Юнь Цзяньли до сих пор кашлял, предупреждая:

— Не верьте ему. Он просто хочет продемонстрировать свою силу, убив какого-то бога. Если вы позовёте своих старших братьев, большинство из них умрёт.

Толпа смотрела на них, не в силах произнести и слова.

Цинь Му помогал Юнь Цзяньли пройти мимо них. Ци Цзюи поспешно следовал за ними, тоже поддерживая Юнь Цзяньли и бормоча:

— Владыка Культа, мне кажется, ты ударил его слишком сильно! Его Божественный Мост полностью разрушен! Думаю, что его бабушки тебе этого не простят! Все на райских небесах знают. Что вдовы семьи Юнь это самые страшные враги! Теперь, когда ты обидел их мальчика, если тебя не убьют, то как минимум снимут с тебя коржу заживо!

Юнь Цзяньли горько пошутил:

— С моими бабушками и вправду так сложно иметь дело?

Ци Цзюи холодно продолжил:

— Если не веришь, то спроси у кого-нибудь! На райских небесах нет никого, кто не знал бы, что бабушки семьи Юнь отчаянно охраняют своих внуков! Владыка Культа Цинь, что ты наделал? Ты тронул гнездо шершней!

Цинь Му ответил:

— Я намеренно разрубил Божественный Мост Брата Юня, так как это позволит ему опробовать плод реформы Вечного Мира — божественное сокровище Райской Реки. Вы все тоже идите сюда.

Махнув рукой, он продолжил:

— Когда-то я провёл здесь лекцию, обучая всех технике становления богом. Это было миллион лет назад. Сегодня я дам ещё одну лекцию.

Люди из списков Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов переглянулись, неохотно следуя в Павильон Медленного Вращения.

Цинь Му обработал раны Небесного Преподобного Юня, прежде чем объяснить:

— Причина, по которой Небесный Преподобный Юнь открыл Божественный Мост, состояла в том, что после открытия божественного сокровища Жизни и Смерти не было пути вперёд. Небесный Преподобный Юнь хотел создать путь, протянув мост, поэтому и открыл Божественный Мост. Это вдохновило Небесного Преподобного Юя открыть огромную область райского дворца, позволяя человечеству становиться богами. Божественный Мост невообразимо важен, так как именно на нём базировалось открытие райского дворца. Небесный Преподобный Юнь совершил огромное дело.

Юнь Цзяньли ответил:

— Что такого особенного в божественном сокровище Райской Реки, о котором говорил Небесный Преподобный Му?

Цинь Му объяснил:

— Божественное сокровище Райской Реки — это плод реформы Вечного Мира. Несмотря на то, что Божественный Мост в большинстве случаев врождённый, это не всегда так. Райская Река соединяет все миры, открывает доступ к Жизни и Смерти и ведёт к райскому дворцу. Если разрушить Божественный Мост, чтобы построить вместо него Райскую Реку, она соединит райский дворец со всеми семью божественными сокровищами, соединяя их воедино!

Глаза Юнь Цзяньли тут же загорелись.

Толпа перед Павильоном Медленного Вращения содрогнулась, размышляя о его словах.

Когда семь божественных сокровищ соединялись воедино, происходил внезапный всплеск уровня жизненной Ци, и практик тут же становился значительно сильнее, чем его ровесники в той же области, совершенствующиеся традиционным путём!

Более того, из-за объединения божественных сокровищ, скорость циркуляции техники становилась выше, чем обычно. Это происходило потому, что обычные техники должны были начать двигаться в Божественном Эмбрионе, после чего достигнуть Пять Элементов. Затем они направлялись к Шести Направлениям, достигали Семи Звёзд, Небожителя, Жизни и Смерти и наконец Божественного Моста.

Объединив божественные сокровища Райской Реки с остальными, жизненная Ци циркулировала в пределах одного божественного сокровища, что позволяло значительно избежать огромного количества лишних шагов.

Благодаря этому можно было быстрее активировать божественное искусство, нежели с помощью семи божественных сокровищ, ужасно увеличивая свои боевые способности!

В конце концов, в списках Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов были удивительные люди, обладающие невероятным талантом и умом, что позволяло им быстро понять скрытый потенциал Райской Реки!

Цинь Му продолжил:

— Совершенствовав Райский Дворец и став богом, практик почти перестаёт нуждаться в семи божественных сокровищах. Они становятся лишь дополнениями к райскому дворцу. Но в случае с Райской Рекой сила райского дворца становится выше благодаря божественным сокровищам. Такой практик станет сильнее и обретёт более плотное совершенствование чем тот, что совершенствовался обычным образом, так что Райская Река крайне полезна и для богов!

Девушка с птичьей головой внезапно его прервала. Спросив:

— Небесный Преподобный, если ты так расхваливаешь божественное сокровище Райской Реки, то почему тогда райские небеса не спешат заменять ею Божественный Мост?

Цинь Му посмотрел на неё, увидев в ей выражении сомнение.

Девушка продолжила:

— Я — Цюэ Цзинсюэ из списка Великолепной Молодёжи, ученица Тай Лао.

— Тай Лао? — Цинь Му никогда раньше не слышал об этом боге и рассмеялся. — Разве кто-то из богов заботится о божественных сокровищах после совершенствования райского дворца? Они видят в них лишь пути к успеху, которые уже сделали. Они намного сильнее переживают об области Райских Небес. Как только они узнали о её существовании, все их мысли были сконцентрированы на ней. Что касается вас, практиков божественных искусств, то как часто вы сомневаетесь в своих учителях? Вы сомневаетесь в техниках совершенствования, которые они вам передают? Если бы вы смели сомневаться, то тогда, возможно, вы и сами открыли бы Райскую Реку.

Толпа была ошеломлена, начиная вспоминать свой путь совершенствования.

Будучи самыми талантливыми юношами райских небес, они всё же никогда не задумывались о замене Божественного Дворца. Их величайшими нововведениями были разве что несколько новых божественных искусств.

Для них открытие каждой из областей было законом, нарушать который было нельзя.

Цинь Му добавил:

— На нижней границе всё по-другому. Там у многих людей нет Божественного Моста. Поэтому они пытались найти способ стать богом, используя современные знания. Реформа Вечного Мира, отказ от путей предков и непризнание власти древних богов, райских небес и Небесных Преподобных, позволило им сделать шаг вперёд и открыть божественное сокровище Райской Реки.

После того, как толпа услышала слово «реформа», по их спинам побежали мурашки.

Внезапно один из юношей поднялся и проговорил хриплым голосом:

— Я больше не буду этого слушать! Прости мне мой страх, Небесный Преподобный, я должен уходить!

Цинь Му встревожено спросил:

— Разве ты не хотел бы узнать, как открыть божественное сокровище Райской

Реки?

— Хотел бы! — смех этого парня напоминал крик протеста. — Тем не менее, я не осмелюсь тебя слушать! Я боюсь, что послушав твою лекцию о божественном сокровище Райской Реке, то умру жалкой смертью! — развернувшись, он поспешно ушёл.

Ещё пара практиков поднялась, уходя следом.

Остальные тоже хотели уйти, но божественное сокровище Райской Реки было слишком заманчивым, отчего они колебались.

Глаза Ци Цзюи загорелись, он поднялся и закричал:

— Я вас провожу!

Цинь Му улыбнулся, продолжая свою лекцию об открытии божественного сокровища Райской Реки:

— Божественное Сокровище Райской Реки содержит в себе Великое Дао Неба и Земли, но человеческое тело может содержать в себе лишь семь божественных сокровищ, из-за чего нужно избавиться от Божественного Моста. Я придумал несколько техник, позволяющих понять силу Райской Реки. Уничтожив свой божественный мост, человек должен отправиться к берегу райской реки и задействовать свою магическую силу, чтобы понять силу реки.

Объяснив им несколько техник, позволяющих освоить силу райской реки, он посеял сомнения в сердцах многих практиков. Несмотря на то, что они запомнили техники, им не хватало смелости их опробовать.

Юнь Цзяньли улыбнулся. Проговорив:

— В таком случае, думаю человек в моём положении может рискнуть жизнью и попытаться открыть божественное сокровище Райской Реки.

Цюэ Цзинсюэ было сложно поверить в его слова, она проговорила:

— Принц Юнь, ты уверен, что готов отказаться от Божественного Моста, открытого твоим предком Небесным Преподобным Юнем? Разве ты его не предашь?

Юнь Цзяньли покачал головой:

— Он не был настолько недалёким. Думаю, что увидев Райскую Реку Небесного Преподобного Му, он бы обрадовался и сам разрушил бы свой Божественный

Цюэ Цзинсюэ прошептала:

— Это реформа! Ты должен хорошо подумать, реформа — это мятеж!

Юнь Цзяньли рассмеялся:

— Чего бояться человеку, который вот-вот умрёт?

У Райской Реки были ответвления, упадающие в Яшмовый Водоём, отчего её сила в этом места была довольно плотной. Юнь Цзяньли тут же попытался использовать технику. Переданную Цинь Му.

Он был исключительно одарённым, даже превосходя множественные поколения Императоров Людей, поэтому ему быстро удалось понять что к чему и начать поглощать силу реки.

Можно было заметить Райскую Реку, медленно формирующуюся вокруг него, её размеры постепенно увеличивались. Юнь Цзяньли накапливал силу, ожидая момента для достижения прорыва.

Все нервно за ним наблюдали.

Если бы Юнь Цзяньли удалось открыть Божественное Сокровище Райской Реки, это бы доказало работоспособность переданного Цинь Му пути.

Вскоре Райская Река, вращающаяся вокруг Юнь Цзяньли, исчезла внутри его тела. Этот процесс сопровождался оглушительным звуком и странной мелодией.

Это был шум Дао, чей ритм напоминал бурление Райской Реки. Он пронзал бесчисленные миры, начинаясь на райских небесах, прежде чем достичь мира людей и исчезнуть в Руинах Заката и Юду.

Мелодия была крайне гипнотизирующей, отчего сердца людей вокруг начали биться в её ритме.

Юнь Цзяньли был удивлён и доволен, тщательно осматривая своё новое божественное сокровище. Вскоре воды райской реки вскоре вытекли из райского дворца, окружая все его божественные сокровища и впадая в Юду, образуя цикл.

— Неужели нам тоже стоит совершенствовать божественное сокровище Райской Реки? — пробормотала Цюэ Цзинсюэ.

Остальные взволнованно начали пробовать исполнить технику, но из-за лишних эмоций у них ничего не получилось.

Цинь Му проговорил:

— У вас всех есть выбор:

— Совершенствовать Божественное Сокровище Райской Реки, или нет. Если вы этого не сделаете, то начав войну против нижней границы — умрёте. С другой стороны, ваши учителя и другие боги захотят вас убить после того, как вы обретёте Божественную Реку.

По спине Цюэ Цзинсюэ побежали мурашки:

— Не пытайся нас напугать, Небесный Преподобный. Наши учителя тоже могут совершенствовать Райскую Реку!

— Они совершенствуют Райскую Реку? — искренне рассмеялся Цинь Му. — В таком случае им пришлось бы менять все свои техники, начиная с божественного сокровища Духовного Эмбриона. Если же у них что-то пойдёт не так, то им придётся реинкарнировать и начинать всё сначала, теряя своё положение и даже жизни! Причина, по которой райские небеса хотят уничтожить нижнюю границу, состоит в том, что они совершенно не хотят меняться!

Глава 922. Как Воспользоваться Возможностью, чтобы Вытащить Сына с Райских Небес?

Вокруг Павильона Медленного Вращения воцарилась тишина.

Цюэ Цзинсюэ и остальные замолчали, на их лицах отображались сложные эмоции и дилеммы.

Божественное сокровище Райской Реки впечатлило их, но речь Цинь Му впечатлила их даже сильнее.

Цинь Му был прав. Причина, по которой райские небеса враждебно относились к реформам, не состояла в том, что нижняя граница станет нести в себе угрозу их правлению. Даже если дать Вечному Миру тысячу лет, тот не сможет ничего противопоставить гигантским райским небесам.

Настоящая причина крылась в том, что правители райских небес не получили бы никакой пользы от реформы. Поддерживая её, или не обращая на них внимания, они медленно теряли фундамент своей власти!

Если они примут реформу, то рано или поздно их политические враги их одолеют.

Даже не перевоплощаясь, они всё равно были бы вынуждены менять свои собственные техники и постигать их заново, что было сродни начинанию с нуля!

Для того, чтобы догнать реформу, им пришлось бы потратить слишком много сил и времени. Что, если за это время их превзошёл бы какой-то молодой практик?

С чего бы им рисковать своей силой и положением?

Если игнорировать реформу, то старые боги будут постепенно заменяться новыми и уступать им в силе. В конце концов их свергли так же, как и они когда-то свергли древних богов!

Следовательно, простейшим способом этого избежать было сделать реформу преступлением, восстанием, наказуемым смертью!

Только в таком случае они могли бы гарантировать продолжительность своего правления и не дать молодому поколению шанса их заменить.

Цюэ Цзинсюэ и остальные понимали это, столкнувшись с трудной дилеммой.

Стоит ли им совершенствовать Райскую Реку? А может они должны принять реформу Вечного Мира?

Если они этого не сделают, то в будущем погибнут на поле боя, так как Божественный Мост на смог бы сравняться с Райской Рекой практиков Вечного Мира. Столкнувшись с кем-то их них, они определённо проиграли бы!

С другой стороны, отказ от реформы приведёт к тому, что секты перестанут их терпеть. Старшие их сект тут же станут их врагами и убьют их!

Ци Цзюи вошёл в павильон и тихо сел.

От него несло кровью.

Те, кто сейчас был в павильоне, были шокированы. Ци Цзюи сказал, что проведёт тех, кто решил уйти, и теперь от него несло кровью. Скорее всего, те практики были мертвы.

На лице Цинь Му было выражение любопытства, поэтому он объяснил:

— Я ними нужно было разобраться. Райские небеса собирались убить Небесного Преподобного Му, прислав их сюда. Поэтому, они должны были умереть от твоей руки.

Нахмурившись, Цинь Му спросил:

— Почему ты их убил? Ты не мог их просто отпустить?

Ци Цзюи самодовольно ответил:

— Отпустить их? Владыка Культа Цинь, ты собирался использовать их, чтобы разрушить райские небеса? Ты их недооценил. После того, как они отсюда выйдут, никто их них не выживет. Никто, даже я!

Цюэ Цзинсюэ и остальные испугались, их сердца замерли.

Цинь Му обеспокоенно спросил:

— Их смерть была быстрой?

— Очень. Их души попросту рассеялись, — гордым тоном ответил Ци Цзюи. — Не стоит сомневаться в моих способностях, Небесный Преподобный Му. С тех пор как я открыл божественное сокровище Райской Реки, моё совершенствование значительно выросло. Их божественные искусства слишком устарели. В прошлом они могли бы стать мне достойными противниками, но теперь они не выдержали даже одного моего удара.

Над поверхностью райской реки за его спиной появился девятиглавый феникс. Его исконный дух казался высокомерным и тщеславным, злобным тоном он проговорил. — Их убил Небесный Преподобный Му. Они бросили ему вызов, недооценив его зловещую природу, что привело к тому, что их исконные духи были уничтожены! Думаю, что Небесный Преподобный Му не будет возражать против этих обвинений, верно?

Цинь Му улыбнулся:

— Мне всё равно, я справлюсь.

Ци Цзюи зловеще осмотрелся, успокаивая всех:

— Можете расслабиться, я их убил. Даже если вы совершенствуете божественное сокровище Райской Реки, никто не узнает.

Какой-то юноша пробормотал:

— Что, если кто-то из нас не совершенствует божественное сокровище Райской Реки?

Ци Цзюи замолчал, девятиглавый феникс за его спиной взмахнул крыльями, извергая огромные языки пламени.

Юноша в отчаянии провизжал:

— Нам определённо не удастся скрыть того факта, что мы совершенствовали божественное сокровище Райской Реки от наших братьев и учителей! Мой учитель — небесный король!

Юнь Цзяньли его прервал:

— Ты можешь спуститься в Первобытное Царство.

Все были ошеломлены и растеряны от его слов.

Юнь Цзяньли продолжил:

— Первобытное Царство — это путь к спасению, он позволит нам всем избежать мести своих сект. Более того, там происходит реформа Вечного Мира, а значит мы сможем узнать даже больше. Увидев способности Небесного Преподобного Му, я тоже захотел спуститься. Оставаться на райских небесах это то же, что смотреть на небо из колодца, что сделает ваш разум узким и не даст вам познать настоящее небо и землю. Моё поколение практиков божественных искусств — это искатели пути. Так как райские небеса являются мёртвым миром, где высшие боги со всех сил держатся за свои места у власти, отказываясь развиваться, я не вижу перспективы в том, чтобы здесь оставаться. Нам нужно спускаться!

Цюэ Цзинсюэ поднялась и рассмеялась:

— Небесный Преподобный Му, Юнь Цзяньли и дикарь с девятью мозгами, встретимся в Первобытном Царстве! — внезапно она развернулась и странно улыбнулась юноше в жёлтой рубашке. — Принц Юй, ты являешься членом императорской семьи, так что ни в коем случае не поддержишь реформу, верно? К тому же. Ты не станешь совершенствовать божественное сокровище Райской Реки, я права?

Выражение лица парня в жёлтой рубашке резко изменилось, он тут же поднялся и встревоженно выпалил:

— О чём ты говоришь, сестра Цзинсюэ? У меня нет надежды на то, чтобы стать императором независимо от того насколько высоким станет моё совершенствование. Небесный Император не стареет и не умирает. Я определённо должен восстать! Я поддерживаю реформу!

— Хорошо сказал! Но я всё равно тебе не доверяю, — Цюэ Цзинсюэ рассмеялась, обращаясь ко всем остальным. — Все здесь находятся в списках Великолепной Молодёжи и Божественных Талантов. Очевидно, что для того, чтобы спать спокойно, мы должны пролить немного крови. В противном случае слух о том, что мы совершенствовали Райскую Реку, разойдётся по всем райским небесам, и никто из нас не останется в живых!

Все в павильоне поднялись.

Парень в жёлтой рубашке понимал, что дело плохо, так что немедленно поднялся в воздух и попытался пробиться сквозь крышу Павильона Медленного Вращения и сбежать.

Как только его тело двинулось с места, почти все практики внутри сделали свой ход. Один за другим их силуэты мелькнули в воздухе, исполняя свои божественные искусства, чтобы убить юношу в жёлтом.

Его исконному духу тоже не удалось бежать, он тут же рассеялся.

Потребовалось некоторое время, чтобы в павильоне снова воцарилась тишина, одежда и божественные искусства практиков ещё долго шумели.

Цинь Му, Ци Цзюйи и Юнь Цзяньли молча наблюдали за происходящим, не собираясь вмешиваться или что-то говорить.

Цюэ Цзинсюэ вытерла руки и посмотрела в глаза Цинь Му:

— Принц Ю бросил вызов Небесному Преподобному Му и был убит в Павильоне Медленного Вращения.

Цинь Му кивнул:

— Я его убил.

— Огромное спасибо за благословления, Небесный Преподобный! — Цюэ Цзинсюэ поклонилась, прежде чем встать и уйти.

Остальные сделали то же.

В здании остались лишь Цинь Му, Ци Цюи и Юнь Цзяньли, у входа снаружи стояли Янь’эр и цилинь.

Цинь Му первым нарушил тишину, вздохнув:

— Направляясь на райские небеса, я собирался убить кого-то, чтобы продемонстрировать свою силу и нарушить здешний покой, совершенно не ожидая, что мне не только не придётся никого убивать, а я даже буду вынужден взять на себя ответственность за убийства, которых я не совершал.

Юнь Цзяньли кашлянул, пятно чёрной Ци между его бровей стало больше:

— В этом и заключается сила Небесного преподобного Му. Небесный Преподобный, за такое короткое время тебе удалось сократить список Великолепной Молодёжи и Божественных талантов на двадцать человек. Все они были учениками небесных королей, Небесных Преподобных и древних богов, но тебе удалось подстрекнуть их к восстанию. Мне стало интересно, чем именно ты занимался в Первобытном Царстве?

Воспряв духом, Цинь Му наклонился и спросил:

— Брат Юнь, ты когда-либо слышал о Небесном Святом Культе? Видишь ли, причина, по которой брат Ци всегда зовёт меня Владыкой Культа Цинем, состоит в том, что я возглавляю Небесный Святой Культ. Тебе такое не интересно?

Юнь Цзяньли рассмеялся, прежде чем снова закашляться.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, его третий глаз широко открылся. Осмотрев Юнь Цзяньли, он проговорил:

— После того, как ты открыл божественное сокровище Райской Реки, твоя сила значительно увеличилась. Теперь ты намного ближе к смерти!

Юнь Цзяньли улыбнулся в ответ:

— Несмотря на то, что моя смерть близка, твоя ещё ближе. Теперь, когда ты несёшь ответственность за столько смертей, за тобой придут высшие боги!

Цинь Му неспешно ответил:

— На райских небесах есть много людей, желающих моей смерти, но есть и те, кто хотел бы этого избежать. Именно поэтому я не только Небесный Преподобный Му и один из трёх героев реформы Вечного Мира, но и неуязвимый Великий Чародей. Люди, которые хотят, чтобы я жил, защитят меня. Неразделимые райские небеса разделятся надвое из-за моего прибытия. Противостояние двух сторон разгорится сильнее!

По спине Юнь Цзяньли пробежали мурашки, он вздохнул:

— Теперь я понимаю почему ты настаивал на том, чтобы прийти на райские небеса, рискуя своей жизнью. Если бы ты остался в Первобытном Царстве, конфликт на райских небесах мог бы быть решен. Тем не менее, из-за твоего появления здешние внутренние распри усилятся, отчего райские небеса рассыпятся. После этого они больше не смогут уделять внимания нижней границе и вместо этого займутся внутренним кризисом. Небесный Преподобный Му, почему у тебя всегда такие продуманные планы?

Цинь Му мрачно улыбнулся, ответив:

— Внизу живут старые и опытные странники. Обхитрив меня, они вынудили меня спровоцировать Бедствие Вечного Мира. То, что происходит сейчас, не идёт с этим ни в какое сравнение.

Внезапно снаружи донёсся крик цилиня:

— Владыка Культа, прибыла госпожа Юнь Чусю.

Они сразу же сменили тему, и Цинь Му проговорил:

— Я приказал людям найти вам комнаты. Было бы хорошо, если бы вы пожили здесь некоторое время.

Прибытие Юнь Чусю в Павильон Медленного Вращения было олицетворением её энергичной натуры. Она всегда старалась находиться вблизи Цинь Му и Ци

Цзюи, в то время как последний постоянно пытался привлечь её к себе, ставя её в неловкое положение.

Состояние Юнь Цзяньли становилось всё хуже из-за роста его совершенствования, так что Цинь Му был вынужден быстрее совершенствовать Знания Корпуса Высшего Дворца, чтобы усилить своё сознание и наконец вылечить его родовое проклятье.

Его сознание становилось всё сильнее и сильнее, улучшив Знания Корпуса Высшего Дворца он совершенствовался даже быстрее, чем ожидал.

«Ещё немного и можно будет попробовать снять родовое проклятье Юнь Цзяньли.»

Внезапно небо потемнело, и Цинь Му был вынужден отвлечься и поспешно выйти из Павильона Медленного Вращения. Павильон был резиденцией Небесной Императрицы, и обычно здесь было невероятно светло. Небо над ним не могло просто так потемнеть.

И всё же все звёзды над ним погасли, казалось, будто наступил закат.

Из павильона поспешно вышло множество служанок, зажигая фонари на улице.

Юнь ЦЗяньли, Юнь Чусю и Ци Цзюи тоже вышли из здания.

Солнце в небе медленно угасало, а луна тускнела. Их свет уже было невозможно увидеть невооружённым глазом. Цвет ночи становился всё плотнее.

— Такое происходит на всех райских небесах? — прокричала служанка. — Или только над Яшмовым Водоёмом?

Остальные служанки были слишком заняты разжиганием фонарей, поэтому ей никто не ответил.

Количество огней вокруг Павильона Медленного Вращения всё увеличивались, в ночной тьме они невероятно бросались в глаза.

Понимая, что происходит, Юнь Цзяньли поспешно побежал обратно в павильон, крича:

— Это нехорошо! Не зажигайте фонарей, быстро их гасите!

Цинь Му остановил его, проговорив:

— Не волнуйся, брат Юнь. Давай посмотрим какая из сторон сильнее.

На лбу Юнь Цзяньли выступили капли холодного пота, в то время как Юнь Чусю с любопытством осмотрелась по сторонам, прежде чем воскликнуть:

— Что-то приближается со стороны Яшмового Водоёма! Оно пришло с потока Райской Реки и уже достигло Водоёма!

В тёмное небо над Яшмовым Водоёмом внезапно поднялись огромные волны. Их высота была настолько большой, что они больше напоминали стену, соединяющую небо и землю, движущуюся в сторону Павильона Медленного Вращения с ужасающей скоростью!

Всьюх!

В небе сверкали бесчисленные молнии. Весь Яшмовый Водоём был накрыт тёмными облаками, внутри которых внезапно возникли искры. Становясь всё ярче, они освещали тучи так ярко, что, казалось, те вот-вот загорятся.

Вскоре в облаках возникло зловещее лицо небесного короля с длинными усами. Последние были сформированы из молний, и протягивались во все стороны, напоминая танец драконов. Зрелище было поистине ужасающим!

Небесный Король молний посмотрел на огромные волны внизу и внезапно открыл свой рот и издал оглушительный рёв, отчего волны тут же рассыпались.

Из воды показался гигантский зверь, его рёв встряхнул округу. Невообразимо огромный остров чёрно-зелёного цвета медленно поднимался со дна водоёма.

Глаза Цинь Му загорелись, наблюдая за происходящим:

— Как воспользоваться возможностью, чтобы вытащить сына с райских небес?

Услышав эти слова, Юнь Чусю повернулась к нему, недоумевая.

Цинь Му улыбнулся ей, и девушка сладко улыбнулась в ответ.

Глава 923. Мастер Создания Райских Небес

Красота этой девушки была словно чистая озерная вода, в ней не было ни малейшего недостатка. Её улыбка, казалось, отбивала состояние её сердце, чистого и безупречного, отчего казалось, что любые плохие мысли были её не свойственны.

Цинь Му отвёл взгляд, сверкая улыбкой. Подавляя биение своего сердца, он подумал: «В сравнении с Ли Тяньсином. Она намного опаснее. Если речь идёт о манипуляции людьми, то последнему ещё есть к чему стремиться. Если бы я не видел Цзюэ Учэнь раньше, то она и вправду смогла бы меня соблазнить. Тем не менее. В ней есть недостаток, её грудь слишком маленькая…»

Над Яшмовым Водоёмом свистели яростные ветры, сопровождающиеся ужасающим рёвом. Два бога сражались во тьме, обмениваясь ударами своих божественных искусств и превращая пейзаж снаружи Павильона Медленного Вращения в апокалиптическую картину.

Цинь Му обернулся и пошёл в сторону павильона:

— Брат Юнь, ситуация здесь будет только накаляться. Раз у нас есть свободное время, то почему бы не использовать его, чтобы избавить тебя от родового проклятия?

Юнь Цзяньли быстро последовал за ним, входя в беседку с видом на Яшмовый Водоём. Усевшись, Цинь Му спросил:

— Кто этот бог в небе? Брат Юнь его узнал?

Юнь Цзяньли ответил:

— Этот человек использует лишь видение, пытаясь скрыть свою личность. Тем не менее, по его божественным искусствам можно понять кто он такой. Это один из четырёх небесных королей райских небес, Король Богов Наньмин. Его противником является Северное Божество СюаньУ. Громовой Огонь Наньмина сражается с пятью великими грозовыми тучами Северного Божества. Несмотря на то, что они скрывают свои личности, они не в силах меня обмануть.

Третий глаз в межбровье Цинь Му открылся, он исполнил Знания Высшего Дворца, активируя своё сознание. В следующий миг оно стало невообразимо сильным.

Вьюх! В шестиугольном зрачке третьего глаза сознание Цинь Му превратилось в луч света, вонзаясь в межбровье Юнь Цзяньли.

В этот момент в небе слабо засиял дневной свет, сквозь туман можно было разглядеть контуры солнца.

Тем не менее, следом за этим солнцем в небе появилось бесчисленное количество других. Одно за другим, они молча показывались за тучами.

В следующий миг из поверхности этих солнц поднялись бесчисленные трёхногие вороны, стремящиеся в сторону Яшмового Водоёма сквозь облака!

Раздались всевозможные пронзительные визги, с которыми облако трёхногих золотых воронов помчались к беседке у Яшмового Водоёма. Они поливали округу языками ослепительного пламени. Поджигая небо!

Юнь Цзяньли тут же выглянул наружу и прокричал хриплым голосом:

— Это Великий Владыка Солнца!

Янь’эр и цилинь поспешили к ним. Приблизившись к беседке, Янь’эр превратилась в драконьего воробья и забралась на крышу, нервно смотря на приближающихся со всех сторон воронов.

Ци Цзюи собрался бежать на помощь, когда Юнь Чусю улыбнулась:

— Молодой Мастер Ци, снаружи очень опасно, так зачем подвергать себя опасности?

Ци Цзюи бросил на неё тёплый взгляд:

— Оставаться с тобой даже более опасно. Ты влияешь на моё Сердце Дао, — сказав это, он пошёл в сторону беседки.

Юнь Чусю в ярости пошла следом.

Внезапно в небе появилось множество тусклых звёзд. Они, казалось, дрожали, пространство вокруг них стало нестабильным. Одна за другим, они упали в Яшмовый Водоём, поднимая оглушительный шум.

Звёзды пронзали собой плотные тучи, таща за собой хвосты из пламени. Падая в Яшмовый Водоём, они поднимали воду вокруг, открывая дно. Затем со дна поднимались обычные, но сильные боги, пытаясь схватить золотых воронов, несущихся по небу.

Бесчисленные морские гиганты и золотые вороны убивали друг друга, не позволяя приблизиться к Павильону Медленного Вращения.

***

Цинь Му пытался решить корень проблемы, поэтому его сознание последовало течению его крови, чтобы найти источник проклятья.

Как только он его нашёл, в небе раздался яростный гнев. В воздухе появилась гигантская ладонь, собираясь обрушиться на Павильон Медленного Вращения.

От трения воздух вокруг неё начал гореть, и казалось, что остров, на котором находился Павильон Медленного Вращения, сейчас сгорит дотла.

В этот момент раздался звон гонга. Остров накрыло золотым светом, и на западе возник гигантский золотой шаг, молниеносно катящийся в сторону павильона, прежде чем повиснуть над его крышей.

Шар золотого света быстро вращался, внутри него можно было разглядеть едва заметный силуэт белого тигра, радостно прыгающего со стороны в сторону. В следующий миг в небо выстрелили бесчисленные лучи золотой Ци меча, пронзая гигантскую ладонь.

В небе кто-то холодно фыркнул. Внезапно в Яшмовый Водоём вонзилась огромная пылающая колонна, возвышаясь над округой. Начав кружиться вокруг Павильона Медленного Вращения, она, казалось, пыталась перевернуть небо и землю!

Колонна золотого света продолжала парить над Павильоном Медленного Вращения, испуская лучи света и звуки Дао. Белый тигр был вынужден носиться по округе, отбивая каждый из этих лучей.

Колонна быстро сжалась, теперь напоминая золотую иглу. То появляясь. То исчезая, она утрудняла положение белого тигра.

В этот момент из тьмы прилетел золотой лист, развевающийся на ветру. Несмотря на то, что игле удалось его пронзить, она всё ещё была в опасности.

Лист и игла непрерывно сталкивались друг с другом, излучая ужасающие волны силы. Люди на острове начали дрожать от страха. Если одна из атак их настигнет, то никому их них не удастся выжить!

Даже практик области Непостижимого Неба, вроде Янь’эр, не мог отбить подобной атаки. Её ждала лишь смерть!

— Брат Юнь, не отвлекайся! — Цинь Му заметил беспокойство в сознании Юнь Цзяньли, поэтому поспешно напомнил ему. — Ты отвлекаешься, и это мешает мне избавиться от родового проклятья.

Юнь Цзяньли не мог ничего с этим поделать:

— Небесный Преподобный, как ты можешь быть таким беспечным? Тебе не страшно? Если хоть одно из этих божественных искусство проскользнёт мимо тех, кто пытается тебя защитить, его хватит, чтобы убить нас миллион раз.

Сознание Цинь Му проникло в его божественное сокровище Духовного Эмбриона. Напоминая золотой поток, оно вонзилось в духовную платформу, превращаясь в жертвенный алтарь:

— Естественно, мне страшно. Тем не менее, они сдержат свои силы. Те, кто хочет меня убить, не пойдут против меня в полную силу, так как это разрушило бы райские небеса. В то же время те, кто хочет, чтобы я жил, сделают всё, что смогут для моей защиты. В этом и кроется наш шанс на выживание. Брат Юнь, разве ты не был готов к смерти? Почему тебе до сих пор страшно?

Исконный дух Юнь Цзяньли уставился на жертвенный алтарь в его божественном сокровище Духовного Эмбриона, удивляясь тому, что сознание Цинь Му сумело превратиться в физический объект. Он ещё никогда не видел столь сильного сознания.

— Из-за моего родового проклятья я умру, как только стану богом. Из-за этого мне не страшна смерть. Тем не менее, сталкиваясь лицом со смертью, мне всё равно почему-то становится страшно, — рассмеялся он.

Снаружи пронеслась ужасающая волна, напоминая гигантскую огненную птицы, молниеносно несущуюся сквозь тьму.

На вершине беседки Янь’эр взволнованно подпрыгивала и восклицала, сумев почти её остановить.

По мере того, как сильные существа одно за другим присоединялись к битве, картина становилась всё более хаотичной.

Среди тьмы поднялись Небесные Врата Минду. Из них вылетела Книга Жизни и Смерти, поливая остров яркими лучами света.

Следом за ней на противоположной стороне острова показалась гигантская голова дракона. Его длинная шея пролетела над островом, двигаясь в сторону

Павильона Медленного Вращения, чтобы закрыть его от света Книги Жизни и Смерти.

Когда гигантский дракон выдохнул, в радиусе десяти километров вспыхнули гром и молнии, ударяя в Небесные Врата Минду.

Внезапно с неба упало древнее дерево, вонзаясь в Яшмовый Водоём. Его ствол извивался, окружая собой остров, чтобы не дать людям на нём погибнуть.

Гигантский дракон обвился вокруг дерева, закрепляя его на месте. В следующий миг корни дерева вылезли из-под земли и вонзились в дракона, пытаясь его остановить.

Юнь Цзяньли, Ци Цзюи и остальные были ошеломлены увиденным, в их сердцах был страх. На острове, где был расположен Павильон Медленного Вращения, стало слишком опасно. Они в любой миг могли быть превращены в пепел.

Несмотря на это, в сражении принимали не самые сильные существа райских небес. Самыми сильными на райских небесах были Десять Небесных Преподобных!

Они были самыми сильными практиками за всю историю мира!

Шестиугольный зрачок в третьем глазу Цинь Му становился всё ярче, освобождая всю силу Первобытного Камня Великого Первоначала. Золотой жертвенный алтарь, возвышающийся посреди Духовного Эмбриона Юнь Цзяньли немедленно пробудился!

Жертвенный алтарь начал разрушать родовое проклятье Юнь Цзяньли слой за слоем, будто снимая шёлк из кокона шелкопряда.

В этот момент небо неистово задрожало. Звук Дао наполнил небо и землю, и спустя несколько мгновений надавил на группу сильный практиков, сражающихся посреди Яшмового Водоёма.

Эта сила была настолько пугающей, что им не стоило даже думать о том, чтобы пытаться сопротивляться.

Не говоря уже о людях на острове, ужасающие монстры, сражающиеся вокруг, тоже затихли.

В мгновение ока над Яшмовым Водоёмом воцарилась тишина и спокойствие. Гиганты, сражавшиеся ещё несколько мгновений назад, спрятались среди туч, в то время как солнце и луна поднялись над морем, скрываясь за их спинами.

Звёзды одна другой двинулись с места, скрываясь.

Золотой свет отступил и рассеялся. Белый флаг и золотая иголка исчезли. Божественный дракон погрузился на морское дно, а чёрная черепаха сбежала. Остался лишь тихий Яшмовый Водоём. Казалось, будто недавняя битва вовсе не происходила.

Небо оставалось хмурым, дневной свет так и не вернулся. Вокруг ничего нельзя было разглядеть, единственным источником света оставался Павильон Медленного Вращения.

В этот момент на поверхности моря показался силуэт человека, ступающий по воде в их сторону. Он обладал аурой, значительно превосходящей область Императорского Трона, и был способен испугать кого-угодно.

У него была невероятная сила и способности.

Если он хотел убивать, то на райских небесах не было никого, кто мог бы его остановить.

И прямо сейчас он пришёл кого-то убить!

Он скрывал свою личность, не позволяя кому-то себя узнать.

Человеком. Которого н хотел убить, был Небесный Преподобный Му. Небесный Преподобный, давший людям способность становиться богами, из-за чего боги отошли на второй план.

Он не хотел оставлять за собой следов на случай, если кто-о решит ему отомстить.

Теперь на его пути никого не было, и он был уже очень близко к Павильону Медленного Вращения.

Юнь Цзяньли быстро повернул голову и хрипло проговорил:

— Небесный Преподобный Му!

Цинь Му оставался полностью сосредоточенным на устранении родового проклятья, равнодушно ответив:

— Успокойся. Всё, что произошло до этого, было лишь репетицией. Сейчас начнётся само представление.

На лбу Ци Цзюи выступил холодный пот, ситуация казалась ему безнадёжной. Янь’эр вернулась в беседку, её перья дрожали от тревоги. Достав фонарь и осветив округу, она всё равно продолжала дрожать.

Этот фонарь достался ей от Небесной Преподобной Юэ, и внутри него содержалось божественное искусство. Тем не менее, Янь’эр не знала, сможет ли оно её защитить.

Только цилинь продолжал спокойно лежать у входа, храпя.

В этот момент под поверхностью Яшмового Водоёма засиял свет.

Человек на воде внезапно остановился и опустил голову, смотря в воду.

Под его ногами плыла бумажная лодка, следуя за ним, будто тень. На его борту сидел старик с фонарём в руке.

Когда человек на воде остановился, лодка тоже замерла.

Цинь Му рассмеялся:

— Кто-нибудь хочет увидеть, как сражается практик несовершенной области Райских Небес?

— Нет! — решительно ответил Цин Цзюи. — Только через мой труп! Ситуация уже и так вышла из-под контроля!

Его лоб покрылся холодным потом, а сердце наполнилось страхом.

Старшим Вестником Смерти и Доброжелательным Святым Королём Юдубыл Небесный Преподобный Юй — один из Небесных Преподобных Эпохи Дракона Ханя, открыватель божественного сокровища Жизни и Смерти!

Несмотря на то, что личность второго человека оставалась неизвестной, он тоже должен был быть Небесным Преподобным райских небес.

Если бы они вступили в битву, то какие ужасные волны силы это бы вызвало?

Не говоря о крошечной беседке, Павильоне Медленного Вращения или острова, на котором они находились, даже Яшмовый Водоём мог бы этого не пережить. Кто знает, возможно, райские небеса были бы полностью уничтожены.

Силуэт на воде не двигался, продолжая смотреть на спокойную морскую гладь. В другом мире под ней спокойно парила крохотная бумажная лодка. Казалось, будто дно Яшмового Водоёма находилось в одном мире, а его поверхность в другом.

На бумажном кораблике небесный Преподобный Ю молчал, не двигаясь.

Они оба были встревожены и не желали нарушать баланс вещей. Разрушать Яшмовый Водоём или райские небеса им тоже не хотелось.

В этот момент Цинь Му наконец удалось снять родовое проклятье с Юнь Цзяньли. Им оказалось сознание кровавого цвета, которое сейчас было заточено на жертвенном алтаре посреди божественного сокровища Духовного Эмбриона Юнь Цзяньли.

Цинь Му успокоился. Внезапно кровавое сознание превратилось в мутный силуэт, издавший странный смех:

— Хе-хе-хе, какой мастер создания сумел снять моё проклятье? Я не думал, что на райских небесах когда-то появится ещё один из нас!

Сознание Цинь Му ответило:

— Это я.

— А, это Небесный Преподобный Му, — шокировано проговорил силуэт. — Ты и вправду сумел выучить заклятия моей расы. Твой титул Небесного Преподобного действительно достался тебе по праву. Тем не менее, ты не в силах даже защитить себя, и всё же насмелился рушить мои планы! Ты мог остаться здесь для защиты, но вместо этого, ты решил меня спровоцировать.

Внезапно небо над Яшмовым Водоёмом начало яростно дрожать, сигнализируя о приближении второго Небесного Преподобного.

Слабый баланс между человеком на поверхности воды и Небесным Преподобным Ю тут же нарушился внезапным гостем!

Глава 924. Разрушение Райских Небес

В этот момент даже Цинь Му почувствовал, как волосы на его голове невольно встают дыбом. Ему казалось, будто он летит в пропасть.

Несмотря на то, что область Райских Небес оставалась несовершенной, она всё же была высшей из областей, из-за чего даже её неполная версия была ужасающей.

Небесный Преподобный Ю мог оказаться не в силах противостоять таинственному человеку на поверхности водоёма.

Все эти годы райские небеса пытались найти различные техники Императорского Трона, намереваясь создать с их помощью полноценную технику Райских Небес. Несмотря на то, что у них пока это не удалось, они всё же собрали огромное количество знаний.

С другой стороны, Небесный Преподобный Ю уже давно разорвал контакт с райскими небесами и отправился в Юду.

Количество сильных практиков области Императорского Трона, гибнувших в бою, было довольно большим, и души многих из них оказывались в Юду, а значит Небесный Преподобный Ю имел возможность заполучить много техник Императорского Трона. Тем не менее, на протяжении веков Юду уступало свои позиции Райским Небесам. К примеру, приказ Сына Небесной Инь построить Минду не просто ослабил Графа Земли, но и перехватывал часть душ, принадлежащих Юду.

Таким образом, Небесный Преподобный Ю просто не имел шанса создать технику Райских Небес.

Кроме того, райские небеса обладали попросту огромным количеством ресурсов, Предок Дао помогал им изучать руны Великого Дао всевозможных древних богов. Поэтому Небесный Преподобный Ю мог оказаться слишком слабым противником для человека наверху.

Кроме того, к нему двигалось ещё одно создание уровня Небесного Преподобного!

На лбу Цинь Му выступил холодный пот.

Изначально он думал, что на его помощь придёт Небесный Император. Если бы тот вмешался, то райские небеса сразу бы были разорваны в клочья.

Он совсем не ожидал, что Небесный Преподобный Ю будет настолько обеспокоен его безопасностью, что вмешается лично.

Он был тронут, но в то же время начал волноваться о безопасности Небесного Преподобного Ю.

Небесный Преподобный Ю подлетел в воздух почти в тот же миг, что и человек на поверхности. Замахнувшись своим фонарём, он громко ударил ним о противника. В следующий миг Яшмовый Водоём будто перевернулся, прежде чем исчезнуть из райских небес и переместиться в мир тьмы.

Нефритовый Павильон и Яшмовое Море оказались в Юду!

В то же время таинственный человек ударил в ответ, и перед ним один за другим появились райские дворцы, соединяя небо и землю и создавая обширные райские небеса!

Между тем над Яшмовым Водоёмом появился ещё один силуэт, за спиной которого горели яркие огни. Несовершенные, но численные райские дворцы появлялись за его спиной.

Два великих Небесных Преподобных одновременно подняли ноги, прежде чем со всей силы ударить по Яшмовому Водоёму, отчего пространство вокруг них неистово задрожало. Под их давлением Яшмовый Водоём вернулся обратно на райские небеса!

«Небесный Преподобный ю не сможет справиться с ними одновременно!»

Цинь Му тут же пришёл в себя и подлетел в воздух, выстреливая из межбровья лучом света, чтобы уничтожить сознание мастера создания на жертвенном алтаре.

Ци Цзюи, Юнь Цзяньли и остальные были шокированы, не понимая, что происходит. Они верили, что Цинь Му сошёл с ума, решив атаковать двух Небесных Преподобных.

Внезапно свет третьего глаза Цинь Му двинулся в сторону Юнь Чусю, что ещё больше их встревожило.

Луч света ярко засиял, и у ног Юнь Чусю появился гроб. Громко закричав, девушка тут же начала отступать назад.

Цинь Му махнул рукой и гроб раскрылся, из него засиял божественный свет.

Сердце Юнь Чусю дрогнуло, когда она увидела труп внутри.

Подойдя к гробу, Цинь Му торжественно проговорил:

— Если Небесный Преподобный Ю не сможет одолеть двух Небесных Преподобных, то я использую Проводника Душ, чтобы призвать душу владельца этого тела и воскресить её!

Взгляды Цинь Му и Юнь Чусю встретились, и девушка улыбнулась:

— Чего и стоило ожидать от Великого Чародея.

После этого она замолчала, и вскоре небо прогремело снова, ознаменовывая прибытие ещё одного Небесного Преподобного. Его аура вспыхнула, и в небе появились райские дворцы и зазвучали звуки Дао.

Тем не менее, этот Небесный Преподобный пришёл не для того, чтобы сражаться с Небесным Преподобным Ю, а чтобы бросить вызов двум другим.

Те двое были ошеломлены, с трудом веря в происходящее.

Тот, как и они, скрыл свою личность, поэтому они не могли понять какой именно Небесный Преподобный сейчас перед ними.

Цинь Му успокоился и закрыл гроб, пряча его обратно в земле слова Цинь в своём третьем глазу. Затем он начал взволнованно наблюдать за развитием событий.

Юнь Чусю подошла к нему поближе, наблюдая за ситуацией, разворачивающейся над Яшмовым Водоёмом, и прошептала:

— Так ты знаешь кто я?

Цинь Му кивнул и прошептал как можно тише:

— Да. Однажды я попытался призвать душу Императрицы на корабле призраке.

Юнь Чусю засмеялась:

— Я пыталась понять кто призывал мою душу сотни тысяч лет назад. Затем я услышала о существовании неуязвимого Великого Чародея, и пришла к выводу, что это был ты.

Цинь Му громко рассмеялся.

Брови Юнь Чусю застенчиво опустились, она начала играть уголком своей рубашки, притворяясь молодой девушкой, влюбившейся впервые, тихо угрожая:

— Ты должен хорошо заботиться о трупе моей сестры. Если нет, то я этого тебе не прощу! Остальные боги нуждаются в твоих навыках воскрешения, но не я. Моя душа в полной сохранности, и я уже давно освободилась от ограничений своего физического тела!

Ци Цзюи и Юнь Цзяньли, наблюдающие за ними из здания, не могли не почувствовать зависти.

Несмотря на это, Юнь Цзяньли понимал, что от этой девушки не стоит ждать чего-то хорошего, тем не менее, он всё же не мог не ревновать.

Никто из них не подумал бы, что на самом деле Цинь Му и Юнь Чусю не флиртуют, а угрожают друг другу!

Цинь Му нашёл слабое место Юнь Чусю и начал угрожать ей возможностью воскрешения Госпожи Юаньму. Между тем, хоть она и согласилась ему помочь, она тоже ему пригрозила.

Тем не менее, Цинь Му наконец подтвердил свои догадки о том, что сестра небесной Императрицы, Госпожа Юаньму, умерла от рук Небесной Императрицы.

Загадочная атака на Небесную Императрицы наконец была решена.

Тем не менее, у него всё ещё остались некоторые подозрения. К примеру, почему в затылке Госпожи Юаньму торчала заколка Небесной Преподобной Лин?

Согласно теории Цинь Му, Небесная Императрица заключила соглашение с Небесным Союзом, и вернувшись домой, она спровоцировала восстание Страны Герцога Дракона.

Небесный Император отправил Стражей Пернатого Леса в качестве подкрепления, в то время как Небесная Императрица инсценировала нападение на себя перед глазами Вэй Сюйфэна, чтобы убедить весь мир в своей смерти.

На самом деле, она убила госпожу Юаньму и инсценировала свою смерть, чтобы ей всё сошло с рук и инсценировать свою смерть.

Позже, когда Небесная Преподобная Лин вмешалась и увидела как корабль Стражей Пернатого Леса стал призраком, она уничтожила все доказательства случившегося.

Между тем, тело Госпожи Юаньму не было доставлено в мир внутри цветков в

Руинах Заката. Это случилось потому, что в него поместили исконный дух Императрицы, прежде чем отправить его на райские небеса и позволить им объявить о том, что Небесная Императрица ещё жива.

Древний Небесный Император находился в тесных связях с Госпожой Юаньму, поэтому помог ей скрыть тот факт, что она не была настоящей Небесной Императрицей, не подозревая, что на самом она и вправду настоящая.

Таким образом, Небесная Императрица избавилась от своей сестры и закончила процесс своей замены.

После этого она вместе с Небесной Преподобной Лин создала Цзюэ Учэнь, используя её чтобы обмануть Небесного Императора и отомстить парочке, пытавшейся от неё избавиться.

Избавившись от Небесного Императора, она, Небесный Преподобный Юнь, и Небесный Преподобный Хао бросились на райские небеса, собираясь захватить физическое тело Императора. Личность того, кому удалось это сделать, до сих пор остаётся загадкой.

Соединив эти события, Цинь Му осталось ответить лишь на один вопрос — почему из затылка госпожи Юаньму торчала заколка Небесной Преподобной Лин?

«Неужели Небесная Преподобная Лин хотела убить Небесную Императрицу, а Небесный Император воспользовался этой возможностью, чтобы избавиться от трупа?»

Это была догадка Цинь Му, он не мог сказать, верна ли она.

На поверхности Яшмового Водоёма Небесные Преподобные стояли напротив друг друга, создавая удушающую атмосферу.

Кроме Цинь Му и остальных, на острове было множество горничных. Несмотря на то, что они были либо богами, либо полубогами, и обладали сильными родословными, если четыре Небесных Преподобных начнут сражаться, они погибнут!

— Шу Цзюнь, теперь ты можешь определить личность мастера создания, верно?

— Цинь Му пробудил своё сознание и заговорил к огромному шару из плоти на духовной платформе. — Наша сделка закончена.

Мастером создания, о котором он говорил, был третий Небесный Преподобный, пришедший к Яшмовому Водоёму.

Этот человек был доисторическим мастером создания, проклявшим родословную Небесного Преподобного Юня!

Его появление сместило баланс между человеком на воде и Небесным Преподобным Ю, вынуждая его атаковать первым!

Огромный шар плоти на жертвенном алтаре открыл глаз и начал осматривать человека впереди.

Этот Небесный Преподобный обладал крепким телосложением и был окутан ярким светом, отчего было невозможно разглядеть его лицо.

— Я не могу его узнать, — ответил Шу Цзюнь.

Цинь Му равнодушно рассмеялся:

— Я помог тебе найти мастера создания, которого ты искал, наша сделка закончена! Что касается того, что ты не в силах разглядеть его лица, то это проблема твоих способностей, а не моя!

Шу Цзюнь ответил:

— Это проблема не моих способностей, а твоих! Я смотрел на него сквозь твои глаза, и причина, по которой мне не удалось увидеть сквозь свет вокруг его тела, состоит в том, что твоё совершенствование слишком низкое! Пока я не узнаю, кем из Небесных Преподобных он является, наша сделка не закончена!

Цинь Му был слегка обижен.

Между тем напряжение между четырьмя Небесными Преподобными сформировало некоторый баланс, никто не смел атаковать первым.

— Небесный Преподобный Ю, ты пришёл издалека. Неожиданно, твоё появление начало на райских небесах внутреннюю борьбу, — внезапно с неба донёсся громкий голос, и вслед за ним появился бог с белыми бровями, белыми усами и глазами, за его головой сияли бесчисленные лучи света. Рассмеявшись, он проговорил. — Вы все прячете свои лица. Но я, Потомственный Король Богов, не боюсь. Я хочу убить своего отца, Небесного Герцога, так с чего я должен бояться убить Небесного Преподобного Му?

Внезапно небо затопил яркий луч света, спустившийся на поверхность Яшмового Водоёма. Вместе с ним над водой начал появляться силуэт Небесного

Герцога. Его тело постепенно поднималось, становясь всё выше и выше.

— Старик… — после появления Небесного Герцога взгляд Потомственного Короля Богов начал дрожать.

Небесный Герцог молчал.

В этот момент пространство сильно задрожало, и на Яшмовом Водоёме появился ещё один Небесный Преподобный, скрывающий свою личность. Засмеявшись, он проговорил:

— Небесный Герцог, твоё прибытие помогает поднять престиж райских небес.

Обстановка снова вышла из равновесия.

Небесный Герцог хмыкнул, и его голос прогремел, будто гром:

— Граф Земли, ты и дальше ещё планируешь сидеть без дела?

Толпа на острове была шокирована. В глубинах Яшмового Водоёма забурлила чёрная Ци, и поверхность воды раскололась, обнаруживая два рога Графа Земли!

— Даже Граф Земли не может больше просто смотреть!

В павильоне Юнь Цзяньли внезапно облегчённо вздохнул, проговорив:

— Чем больше сюда придёт людей, тем лучше для нас. В конце концов, если они атакуют друг друга, исход их битвы будет не таким предвиденным. Более того, это разрушит райские небеса, и они не будут атаковать!

Ци Цзюи тоже почувствовал облегчение, настороженно проговорив:

— Тем не менее, после этого райские небеса разделятся.

— Граф Земли, Небесный Герцог, почему вы не сказали, что прибудете одновременно? — ещё один Небесный Преподобный прибыл на Яшмовый Водоём, скрывая свою личность.

Прежде чем он остановился, посреди группы людей на водоёме вспыхнуло пламя, и появилась красная птица Южного Божества. Держа в руке персиковый цветок, она улыбнулась и проговорила:

— Мои способности значительно слабее ваших. Я пришла лишь доставить предмет, а не чтобы вмешиваться.

Она вонзила цветок в поверхность Яшмового Водоёма, и тот тут же расцвёл, раскидываясь на тысячи километров, покрывая под собой поверхность воды.

Среди персиковых деревьев возвышался дворец. Несколько девушек вышли наружу, чтобы зажечь фонари под крышей, прежде чем вернуться обратно.

Цинь Му облегчённо вздохнул, увидев появление Небесной Преподобной Юэ.

Глава 925. Спокойствие

Несмотря на то, что ноги Небесной Преподобной Юэ были полностью парализованы, она всё же оставалась Небесной Преподобной.

Хоть она и прожила множество лет в уединении, на неё нельзя было смотреть свысока.

Ужасающие создания почти уничтожили пространство вокруг Яшмового Водоёма. Один лишь остров. На котором располагался Павильон Медленного Вращения, оставался относительно безопасным местом.

Если смотреть с острова, то пространство вокруг рассыпалось на множественные осколки, которые создавали вихрь, вращающийся с неистовой скоростью. В его центре неподвижно стояли ужасающие создания.

Картина была поистине ужасающей, отчего Цинь Му и остальным казалось, что внешний мир уже был уничтожен, и остался лишь их остров.

— Если начнётся битва между Небесными Преподобными, существует возможность, что райские небеса будут полностью уничтожены, — пнув цилиня, проговорил Цинь Му. — К сожалению, битвы не будет.

Проснувшись, цилинь огляделся по сторонам, прежде чем спросить:

— Всё уже закончилось, Владыа Культа?

Цинь Му отрицательно покачал головой, и тот снова уснул.

Юнь Цзяньли рассмеялся:

— Этот парень благословлён, раз может спать в подобной ситуации.

Цилинь снова открыл глаза, проговорив:

— Если небо упадёт, Владыка Культа его словит. Если он умрёт, то и я не спасусь, так почему бы не поспать?

Толпа внезапно рассмеялась.

Тем не менее, немного подумав, они поняли смысл слов цилиня.

Ситуация явно вышла из-под их контроля. Даже если они убьют преступника, решившего уничтожить райские небеса, ничего не изменится.

Они не могли повлиять на ход событий независимо от того, насколько сильно они волновались, поэтому волноваться было бессмысленно.

С другой стороны, то, что цилинь мог спокойно спать при таких обстоятельствах, было впечатляющим.

— Сюда прибыло десять существ уровня Небесного преподобного, шесть из которых спустились с райских небес, — прокомментировал Юнь Цзяньли. — Это значит, что на райских небесах ещё есть четыре Небесных Преподобных, что даёт им огромный перевес. Небесный Преподобный Му, ситуация обернулась не в нашу пользу. Если появится ещё несколько Небесных Преподобных, то нам кто-то придёт на помощь? Сюда явится Небесный Преподобный Цинь?

Цинь Му улыбнулся:

— Император-Основатель стережёт Деревню Беззаботную. Он не являлся раньше и не явится сейчас. Более того, кто сказал, что оставшиеся четыре Небесных Преподобных не придут на мою помощь?

Юнь Чусю, стоящая рядом, обнаружила ошеломлённое выражение и о чём-то задумалась.

Из десяти Небесных Преподобных, — У, Хо, Сяо, Цзу, Лан, Цян, Янь, Хун, Сюй и Гун, лишь Потомственный Кроль Богов осмелился раскрыть свою личность. Остальные же этого не сделали, чтобы не стать чьим-то врагом после убийства Небесного Преподобного Му.

Более того. Небесная Императрица, принявшая сторону Цинь Му, был одной из них.

Небесная Императрица была вынуждена принять сторону Цинь Му, так как в его руках было тело Госпожи Юаньму, и она боялась, что тот её воскресит.

Цинь Му был уверен, что кто-то ещё придёт ему на помощь. Но кто, из числа Небесных Преподобных, был на это готов?

Десять Небесных Преподобных никогда не были едины.

В прошлом они всегда создавали друг другу проблемы. Ещё недавно Небесный Преподобный Хо спустился к нижней границе, используя своё самое сильное оружие, но его вынудили вернуться обратно. Разве это не было признаком внутренней борьбы?

Вскоре к ним пришёл ещё один Небесный Преподобный. Остров, на котором стоял Павильон Медленного Вращения, больше не мог выдерживать давления, и его края начали медленно разрушаться. Прибережные скалы рассыпались, превращаясь в порошок.

Горничные на берегу закричали, начиная отступать у Павильону Медленного Вращения, чтобы не быть уничтоженными ужасающей аурой небесных Преподобных.

Несмотря на то, что Павильон Медленного Вращения находился в непосредственной близости от водоёма, его втайне защищали Небесный Герцог, Граф Земли, Небесная Императрица и остальные, позволяя ему выстоять ещё как минимум полтора часа.

Тем не менее, прибытие нового Небесного Преподобного склонило чашу весов. Остров, на котором они находились, не мог продержаться долго, и вскоре вместе с ним Цинь Му и остальные превратятся в пыль, их души рассеются.

В этот момент к Яшмовому Водоёму прибыл ещё один небесный Преподобный.

Его появление уравновесило ситуацию и предотвратило разрушение острова.

— Как кто-то из десяти Небесных Преподобных осмелился пойти против райских небес? — рассмеявшись, проговорил Небесный Преподобный, окутанный ярким светом. — На больше не стоит называть друг друга Друзьями Дао, как оказалось, некоторые из нас что-то скрывают. Тем не менее, вы всё же в меньшинстве!

В этот момент пришёл ещё один Небесный Преподобный, снова склоняя чашу весов и начиная разрушать остров.

Тем не менее, когда он остановился, напротив него показался ещё один Небесный Преподобный, восстанавливая баланс и останавливая процесс разрушения острова.

Десять Небесных Преподобных Райских Небес прибыли один за другим!

Кроме Небесного Герцога, Графа Земли и Небесного преподобного Ю, здесь присутствовало ещё четырнадцать крайне сильных практиков!

Юнь Цзяньли был крайне взволнован, проговорив:

— Собрание четырнадцати существ, достигших уровня Небесного Преподобного,

— это невероятно редкое явление, которое не происходило ещё никогда раньше. Если бы они сразились, это невероятно великолепное зрелище!

— До ус**чки великолепное! — разъярённо ответил Ци Цзюи, брызжа слюной. —

Сейчас нам стоило бы подойти к ним и начать умолять передумать сражаться! Если они вступят в бой, то мы определённо умрём! Второй брат, ты, мерзавец, и дальше спишь! Сейчас ты должен думать о том, как решить эту ситуацию!

Цинь Му внезапно проговорил:

— Это невозможно. Только Небесный Император, правящий над всеми райскими небесами, может остановить этот конфликт. Возможно, его указ прибудет совсем скоро.

Толпа вздрогнула. В конце концов, Небесный Император был властелином райских небес. Все боги, будь то древние боги или Небесные Преподобные, были его подданными.

Небесный Император перестал заниматься политикой, позволив десяти Небесным Преподобным воцариться в Имперском Дворце. Более того, Небесный Герцог, Граф Земли и остальные не слишком часто выполняли его приказы. Тем не менее, он всё же был повелителем всех существ.

Если бы он появился, то определённо смог бы остановить этот конфликт.

Тем не менее, Цинь Му и Небесная Императрица знали, что этот владыка, древний Небесный Император, правящий на райских небесах, давно умер. Причина, по которой райские небеса до сих пор называли его правителем, крылась в конфликте между Небесными Преподобными.

Если бы не было древнего Небесного Императора, то кто должен был занять его место?

Им оставалось лишь поддерживать авторитет Небесного Императора и ослаблять позиции древних богов, чтобы укрепить свои собственные. Лишь когда сила и власть кого-то из них вырвется вперёд и превзойдёт всех остальных, они смогут избавиться от Небесного Императора и взойти на трон.

Пока это никому не удастся, они не станут раскрывать тот факт, что древний Небесный Император уже давно мёртв, и будут продолжать признавать его своим правителем.

Что касалось Юнь Цзяньли, то он не знал, что древний Небесный Император был мёртв, так как его семья не передавала этой тайны.

Из-за тесной связи между семьёй Юнь и древним Небесным Императором, если бы они владели этой информацией, то их давно уже убили бы, не позволяя стать сильной и влиятельной семьёй.

Иногда для того, чтобы выжить, требовалось невежество. Это было неписаным правилом райских небес.

Внезапно издали донёсся чей-то голос:

— Прибыл Императорский Указ! Небесный Преподобный Му обрёл огромные заслуг. Он поднялся с нижней границы путём великих достижений и тяжёлой работы. Чтобы наградить его за это, я дарую ему хорошего вина и красивых женщин!

Юнь Чусю посмотрела на Цинь Му, и тот улыбнулся.

Девушка фыркнула.

Один из Небесных Преподобных на поверхности Яшмового Водоёма, фыркнул, уходя во тьму. Персиковый лес, раскинувшийся на тысячи километров, начали исчезать вместе со дворца, оставляя за собой лишь один персиковый цветок, недолго покруживший в небе, прежде чем рассыпаться.

Остальные Небесные Преподобные ушли следом. Небесный Герцог превратился в луч света и выстрелил в небо, в то время как Граф Земли погрузился во тьму. Бумажная лодка Небесного преподобного Ю уплыла прочь, и вскоре округа опустела, остался лишь разрушенный Яшмовый Водоём. Пространство продолжало дрожать, уйдёт ещё много времени, прежде чем оно вернётся в норму.

Бесчисленные божественные солдаты и генералы выстроились в ряд, сопровождая чиновника, которому пришлось потратить много сил, чтобы пробраться сквозь вихрь осколков пространства и спуститься на остров. Держа в руках имперский указ, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му должен принять указ!

За его спиной виднелись горничные невероятной красоты, держащие в руках всяческие артефакты, вино и другие подарки, дарованные Цинь Му Небесным Императором.

Цинь му поклонился, покорно отвечая:

— Подданный принимает указ.

Чиновник передал указ и поспешно проговорил:

— Пожалуйста, поднимись, Небесный Преподобный Му. Ты являешься Небесным Преподобным, так что никто не достоит принимать дань твоего уважения. Поданные, уберите в резиденции Небесного Преподобного!

Бесчисленные божественные солдаты и генералы достали свои артефакты и начали убирать осколки пространства, прежде чем склеивать их воедино, восстанавливая Яшмовый Водоём. Остальные же начали использовать искусства создания, восстанавливая землю и остров. Все они молча делали свою работу.

Некоторые солдаты нашли в Яшмовом Водоёме несколько трупов, приказав погрузить их на корабль и похоронить.

Это был не первый раз, когда на райских небесах происходило что-то подобное. Они были к этому готовы и следовали чёткому плану.

В воздухе появились женщины, начавшие танцевать и выступать. Звуки барабанов были приятными для ушей, а их танец — для глаз, создавая картину спокойствия.

Чиновник продолжал вежливо говорить к Цинь Му:

— С тех пор, как Небесный Преподобный Му вернулся на райские небеса, прошло уже довольно много времени. Тебе здесь нравится? Небесный Император волновался, что ты здесь тебе будет неудобно, потому отправил этих женщин тебя развеселить. Если у тебя есть какие-либо ещё пожелания, пожалуйста, обращайся ко мне. Несмотря на то, что я здесь не хозяин, я могу передать Небесному Императору, и он быстро сделает то. Что ты просишь.

Рассматривая горничных, Цинь Му проговорил:

— В Яшмовом Водоёме и так достаточно горничных, зачем мне ещё?

Чиновник, похоже, не понял о чём он. И проговорил:

— Горничные Яшмового Водоёма? С каких пор здесь есть горничные? Здесь некому тебе служить, поэтому Небесный Император и приказал мне дать привести сюда этих людей.

Цинь Му был ошеломлён, услышав крики агонии, и быстро оглянулся.

Солдаты райских небес, исполняющие приказ чиновника, схватили горничных в толпе. Связав им руки, они начали отрубать их головы, уничтожать их исконные духи и души.

Божественные солдаты и генералы быстро убили всех горничных павильона, прежде чем погрузить их тела на корабль и уплыть.

В небе под мелодичную музыку продолжали своё представление множественные женщины. Они пели и танцевали, будто не видя реки крови внизу.

Сердце Цинь Му замерло, он развернулся, уставившись на чиновника.

Тот сверкал в улыбке:

— Они слышали то, чего нельзя слышать, и видело то, чего нельзя видеть. Поэтому от них пришлось избавиться. Пожалуйста, не усложняй мне работу. Такие здесь обычаи.

Цинь Му промолчал.

Страшными были не слова чиновника, а здешние обычаи.

Он посмотрел на Ци Цзюи и Юнь Цзяньли, которые стояли, не шевелясь. Они определённо привыкли к подобному, что шокировало ещё больше.

«Реформа должна менять не только пути, навыки и божественные искусства, но и подобное отвратительное мышление. Если мы будем уделять внимания лишь навыкам, то даже свергнув райские небеса, мы построим на их фундаменте такие же!»

Его сердце наполнилось печалью.

В Эпоху Высшего Императора существовала философия того, что жизни людей дороже небес. Философия Императора-Основателя состояла в том, что боги должны служить людям. Вечный Мир, в свою очередь, верил, что святой должен разрушить в своём сердце бога, используя его в повседневной жизни. На протяжении веков люди этих трёх эпох сражались и жертвовали жизни для достижения этих целей.

Тем не менее, их мышление так и не добралось до райских небес.

Реформа, которая применяется лишь к путям, навыкам и божественным искусствам, неправильна!

— О чём ты думаешь? — спросил чиновник.

— Я думаю… — под спокойным выражением лица Цинь Му кипело пламя, напоминая извержение вулкана. — Что однажды разрушу этот испорченный мир.

Чиновник ошеломлённо ответил:

— Хорошая идея, Небесный Преподобный. Тем не менее, это уже и так происходит, и этого не остановить. Быстрее! — он прокричал солдатам и генералам. — Уберите здесь! Не нарушайте покоя Небесного Преподобного!

Вскоре тьма, накрывшая Яшмовый Водоём, рассеялась. Местность вокруг была восстановлена, снова напоминая море. Несмотря на это, все божественные черепахи, тащащие на своих спинах острова и горы, погибли. Внезапно, из ниоткуда появилось новое поколение этих черепах, новые острова и горы, окончательно восстанавливая прежний вид.

Некоторые из женщин посадили на воде лотосы, которые тут же расцвели.

Внутри некоторых из них поселились крохотные девушки. Сидя у моря, они мыли волосы, играли на музыкальных инструментах и пели, создавая невероятно красивую картину.

Чиновник поклонился:

— Небесный Преподобный Му, это место, по больше части, вернулось в норму. Ты удовлетворён?

Глава 926. Прибытие Бога Чумы

В Яшмовом Водоёме старые горничные были заменены новыми. Те, что пришли, даже лучше относились к гостям, чем Янь’эр. Они были крайне внимательны и быстры, справляясь с любыми требованиями.

Цинь Му знал, что они были насторожены из-за того, что увидели смерть своих предшественниц, и волновались за свои жизни. Тем не менее, несмотря на всё его желание изменить райские небеса прямо сейчас, сделать этого он не мог.

После шокирующих событий дня накануне, райские небеса быстро вернулись к былой гармонии и спокойствию. Несмотря на то, что произошедшее подняло много шума, никто на райских небесах не смел об этом говорить и все вели себя так, будто ничего не произошло.

Шум, вызванный случившимся в Яшмовом Водоёме, был слишком велик, чтобы его скрыть. Причина, по которой об этом никто не говорил, состояла в том, что люди просто не осмеливались этого делать.

Тем не менее, большинство любопытных людей понимали, что происходит.

Хоть райские небеса и казались нерушимыми, инцидент в Яшмовом Водоёме показал, что на самом деле они уже давно находятся на грани краха. В любой миг они могли затрещать по швам.

Появление Небесного Преподобного Му лишь ускорило этот процесс и обострило тайные конфликты, отчего восстановить былую гармонию было невозможно.

Внимание большинства людей всё ещё было приковано к Яшмовому Водоёму. Это было первое великое событие, связанное с прибытием Небесного Преподобного Му, из-за которого райские небеса уже начали раскалываться!

Произошедшее в Яшмовом Водоёме было первым извержением подводных течений райских небес.

Следом за ним произойдёт второе и третье, и конфликт будет становиться всё острее, пока ситуация окончательно не выйдет из-под контроля!

На протяжении следующих двух дней на Яшмовом Водоёме воцарилось спокойствие, прежде чем внезапно сюда не пришла пра-прабабушка семьи Юнь вместе со вдовами, собираясь встретится с Юнь Цзяньли.

Великим предком Юнь Цзяньли была жена Небесного Преподобного Юня, Небесная Императрица Небес Ханя времён Эпохи Дракона Ханя. После поражения Небес Ханя, её люди либо погибли, сдались, или сбежали, а из родословной Небесного Преподобного Юня выжить удалось лишь её и ребёнку в её утробе.

Благодаря положению Небесного Преподобного Юня, райские небеса Дракона Ханя не доставляли ей проблем, Небесный Император согласился принять их у себя, построив резиденцию семьи Юнь и назначив её Госпожой Юньсяо.

Затем родовое проклятье семьи Юнь проявило себя, все их сыновья из поколения в поколение умирали, достигая определённого уровня совершенствования, отчего в семье оставались одни лишь вдовы.

Несмотря на то, что многие из них выходили замуж снова, некоторые всё же оставались одни. Поэтому сейчас семья Юнь состояла из многих сильных практиков, отчаянно защищающих своих потомков.

Вместе с Госпожой Юньсяо пришёл писарь райских небес, чтобы записать всё, что происходит на их встрече. Небесный Преподобный Му лично встретил Госпожу, и они провели дружескую беседу в Павильоне Медленного Вращения. Они оба сошлись на том, что сейчас на райских небесах стоит ожидать лишь мира и процветания.

На самом деле, Госпожа Юньсяо была в ярости, и сразу же начала допрашивать Цинь Му. Она хотела увести Юнь Цзяньли и жаловалась, что Небесный Преподобный Му подверг её потомка огромной опасности. Жена Юнь Цзяньли и вовсе хотела избить Небесного Преподобного в качестве предупреждения.

Именно это писарь счёл дружеской встречей.

Писарь, у которого сразу разболелась голова уже после первых слов этих дам, не слишком много записывал, особенно после того, как Ци Цзюи пригласил его выпить.

Только когда эти зловещие дамы услышали, что Цинь Му сумел уничтожить проклятье родословной Юнь Цзяньли, их гнев превратился в радость, и они начали его благодарить.

Что касалось записей о том, что они сошлись на том, что райские небеса ждёт мир и процветание, то это тоже было не совсем так. На самом деле Госпожа Юньсяо рассказывала Цинь Му о различных фракциях райских небес. Вдовы семьи Юнь знали множество сплетен, которые просачивались из каждого дворца и зала райских небес.

Писарь райских небес опьянел от угощений Ци Цзюи и цилиня, поэтому описал эти события глубокими, многозначными словами, не имеющими отношения к реальности.

Госпожа Юньсяо повела женщин семьи Юнь обратно в свою резиденцию, обняв Юнь Цзяньли на прощанье. Они были крайне рады, что Цинь Му удалось освободить парня от проклятья.

В этот раз мастер создания, скрывающийся на райских небесах, не появился снова.

— Небесный Преподобный Му, мой муж сильно хотел встретить тебя снова, — на самом деле Госпожа Юньсяо до сих пор выглядела молодой. Она лишь прикидывалась старухой, нося золотую фениксовую корону, опираясь на посох в форме дракона, и крася свои волосы в белый цвет. Внезапно она бросила взгляд на остальных вдов своей семьи, и те поспешно окружили писаря, не позволяя ему выйти.

Писарь хотел подойти поближе и послушать разговор Цинь Му с Госпожой Юньсяо, но ему так и не позволили выбраться, отчего он сильно взволновался.

Прогуливаясь, Цинь Му и Госпожа Юньсяо разговаривали, женщина проговорила:

— Мой муж ждал на появление Небесного Преподобного Му всю свою жизнь Он часто говорил о создании законов Небесного Союза, согласно которым ко злым людям нельзя было относиться слишком хорошо, а к хорошим — слишком плохо. Тем не менее, ему это так и не удалось, и перед смертью он осознал, что Небесный Союз уже начал относиться слишком хорошо к злым людям, и слишком плохо к добрым.

Цинь Му посмотрел на дрогу впереди. Прежде чем оглянуться и проговорить:

— Хоть говорить о чём-то подобном легко, сделать это невероятно сложно. Люди всегда слишком критичны к добрым, и слишком терпимы к злым.

— Он оставил предмет, который я должна была тебе отдать, — продолжала Госпожа Юньсяо. — Но во время побега из Небес Ханя я была беременна, и мне было сложно себя защитить. Даже если бы мне удалось выжить, я могла бы не сохранить эту вещицу, поэтому отдала её Предку Дао, который являлся невероятно хорошим другом моего мужа. Довериться ему было самым разумным решением.

— Предку Дао?—Цинь Му внезапно остановился и спросил. — Госпожа отдала его Предку Дао? Что именно оставил мне Небесный Преподобный Юнь?

Госпожа Юньсяо ответила:

— Это был футляр, но я никогда его не открывала, так что понятия не имею, что лежит внутри.

Цинь Му кивнул и продолжил:

— Небесный Преподобный Юй был умным человеком, его дальновидность значительно превосходит мою. Должно быть то, что он оставил, несёт в себе глубокий смысл. Жаль, что когда я оказался на райских небесах Дракона Ханя, у нас не было времени достаточно пообщаться. Кто знал, что это окажется нашей последней встречей.

Госпожа Юньсяо сменила тему и проговорила:

— Цзяньли только что говорил, что собирается спуститься, с чем я крайне не согласна. Нижняя граница слишком опасна! Он едва спасся от родового проклятья, а теперь хочет найти свою смерть внизу! Он может попросту оборвать родословную семьи Юнь! Небесный Преподобный Му, пожалуйста, помоги мне его переубедить.

Цинь Му улыбнулся:

— Госпожа, какое место ты считаешь более безопасным, райские небеса, или нижнюю границу?

— Естественно райские… — Госпожа Юньсяо была шокирована, поняв, о чём говорит Цинь Му. Тем не менее, она проговорила. — Жить с королями — то же самое, что жить с тиграми. На райских небесах есть десять Небесных Преподобных, что делает это место в десять раз опаснее. Тем не менее, нижняя граница тоже крайне опасна, у неё нет будущего. Если райские небеса решат снова начать там бедствия, то он окажется в беде.

Цинь Му посмотрел на неё, предложив:

— Разве там не станет безопаснее, если мы свергнем райские небеса? Рано или поздно птенцы должны покинуть своё гнездо. Как по мне, то он уже не птенец, у него есть много знания и амбиций, не говоря уже о том, что он

продемонстрировал должную сдержанность, столкнувшись с Небесной Императрицей. Должен сказать, Госпожа, что тебе больше не стоит его сдерживать.

— Ты знаешь, что Юнь Чусю — это Небесная Императрица? — Госпожа Юньсяо взволновалась, вставая на колени. — Я искренне не хочу, чтобы Юнь Цзяньли пошёл по пути своего предка. У нас наконец появился наследник, способный жить достаточно долго. Тем не менее, Небесный Преподобный является благодетелем нашей семьи, так что я доверю жизнь Цзяньли тебе!

Цинь Му поспешно наклонился в ответ:

— Пожалуйста, не стоит, Госпожа, я этого не заслуживаю!

Они оба поднялись, и Цинь Му улыбнулся:

— Юнь Цзяньли — гений этого мира. После того, как он спустится к нижней границе, он обязательно превзойдёт все твои ожидания. Не стоит беспокоиться, Госпожа.

Госпожа Юньсяо продолжила:

— Я хочу, чтобы он возродил семью Юнь и восстановил достижения своего предка, но не хочу, чтобы он умер. Небесный Преподобный Му, у вас, парней, всегда в голове всевозможные амбиции и идеалы. Я всего этого не понимаю, и мне остаётся лишь молча вас поддерживать. Прощай.

Цинь Му проводил её.

Женщины из семьи Юнь тоже ушли, в то время как Юнь Цзяньли и Юнь Чусю остались в Яшмовом Водоёме.

Цинь Му глубоко задумался:

— Небесный Преподобный Юнь оставил мне футляр в доме Предка Дао. Предок Дао так и остался тем неухоженным даосом из прошлого? Он всё ещё друг Дао Небесного Преподобного Юня? Он не был сломлен властью и роскошью, которую даруют райские небеса?

После долгих раздумий он, наконец, принял решение.

Он собирался встретить старого даоса несмотря ни на что!

— Встретить Предка Дао прямо посреди Секты Дао райских небес — это слишком очевидное и прослеживаемое решение, из-за которого у него определённо

возникнут проблемы. — Цинь Му задумался, прежде чем составить план.

— После случая в Яшмовом Водоёме тебе ещё хватает смелости выходить на улицу? Ты не боишься, что тебя убьют? — Ци Цзюи не был впечатлён его идеей, и начали ругаться. — Лучше иди туда один, оставь меня, второго брата и сестру Янь’эр здесь, чтобы мы просто посмотрели как тебя убивают!

Цилинь шагал следом за Цинь Му, в то время как Янь’эр превратилась в драконьего воробья и сидела на его голове, поглядывая на Ци Цзюи.

Впав в ярость, Ци Цзюи пошёл вперёд, на его лице возникло торжественное выражение.

Юнь Цзяньли бросил на него удивлённый взгляд:

— Разве ты не последователь Небесного преподобного Му? Как ты смеешь так с ним разговаривать?

Он не знал, что между Цинь Му и Ци Цзюи никогда не было дружеских отношений. То, что они последним временем не сражались, было заслугой цилиня.

Юнь Чусю предложила:

— Брат Цзю, время от времени нужно выходить из дому. Несмотря на то, что пейзаж Яшмового Водоёма крайне красив, со временем он надоедает. Ты должен пройтись вместе с ним.

После того, как она назвала его братом Цзю, Ци Цзюи почувствовал, что его кости ослабевают, душа улетает прочь, а сердце наполняется сладостью: «Эта дьяволица и вправду могущественна, моё сердце Дао… К чёрту сердце Дао!»

Юнь Цзяньли двинулся следом за ним, спрашивая:

— Куда ты планируешь идти, Небесный Преподобный?

Глаза Цинь Му загорелись, он проговорил:

— Во время инцидента на Яшмовом Водоёме меня навестило множество сильных существ. Если я не верну их визиты, то меня будут критиковать за отсутствие манер!

Юнь Цзяньли был шокирован, в то время как Ци Цзюи и Янь’эр почувствовали мороз по коже. Цинь Му собирался навестить существ, пытавшихся его убить! Какая дерзость!

Не боялась лишь Юнь Чусю. Наоборот, она была крайне обрадована.

— К которому из практиков, атаковавших Яшмовый Водоём, ближе всего идти? — спросил Цинь Му.

Юнь Цзяньли и Ци Цзюи молча переглянулись. Юнь Чусю тут же проговорила:

— Я знаю кто. Ближе всего к Яшмовому Водоёму живёт Небесный Преподобный Лан, являющийся Императором Богов Божественного Дворца Лан Сюаня. У него есть множество учеников из всего мира, а его дворец является важным священным основанием райских небес!

Ци Цзюи быстро изменился в лице, проговорив:

— Нет, нет, нам нельзя идти в Божественный Дворец Лан Сюаня…

— Брат Цзю… — моргнула своими прекрасными глазами Юнь Чусю, тут же опьяняя его разум.

Ци Цзюи растерялся и неосознанно проговорил:

— Ладно, пошли в Божественный Дворец Лан Сюаня.

Вскоре после того, как они покинули Яшмовый Водоём, они добрались на Райскую улицу. Здешний рынок был невероятно оживлённым, и являлся частью Небесного Рынка. Хоть райские небеса возвышались над всеми, их боги не были полностью независимы, и должны были покупать еду для своих семей, что делало это место крайне важным.

На Райской улице было множество полубогов и представителей различных рас, включая людей. Вот только полубогов всё же было намного больше, чем всех остальных.

Это место было просторным, в нём повсюду бушевал бесконечный поток лошадей и повозок. Дела определённо шли хорошо, но как только на горизонте появился Цинь Му и его спутники, все люди внезапно остановились, уставившись не них. Казалось, будто время остановилось.

В следующий момент сработали всевозможные механизмы тревоги. Повозки и лошади начали разбегаться, в то время как во все стороны полетели божественные лучи. Райская улица мгновенно опустела, здесь не осталось ни одного человека.

Цинь Му шокировано оглянулся по сторонам. Магазины райских небес закрылись.

Человек ростом в полутора метра отреагировал слишком поздно, поэтому был заперт снаружи. Отчаянно стуча в дверь, он звал на помощь.

Цинь Му взволнованно подошёл к нему:

— Брат…

— Спасите меня! — человек начал вопить, заметив приближение Цинь Му. Опёршись на дверь, он хотел попасть внутрь, умоляя. — Я не хочу здесь умирать!

Цинь Му был даже более шокирован, наблюдая, как дверь внезапно открылась. Человек упал внутрь магазина. После чего тот поспешно закрылся.

— Спасибо за спасение! — проговорил бедолага. — Спас мою жизнь, вы стали моими вторыми родителями! Я никогда этого не забуду!

Кто-то пробормотал в ответ:

— Ты определённо обезумел, раз не стал бежать при виде бога чумы, а вместо этого решил заплакать и втянуть во всё это нас!

Мужчина объяснил:

— Я был так напуган, что мои ноги перестали слушаться, и я не мог бежать…

— Молчи! Если кто-то убьёт того монстра, то нас всех заставят замолчать!

Половина сражений уже закончилась, и ситуация была предельно ясна.

Ситу Тао и Ван Хэйлун имели достаточно сил, чтобы бороться за место главного представителя. За ними вплотную следовали Гу Хэн и Ли Фучэнь. Остальные кадеты были недостаточно сильны, чтобы противостоять им четверым.

— Декан, мои поздравления. Оба ваших кадета просто выдающиеся! — Линь Чжубай чувствовал сожаление.

Было бы здорово, если бы Ли Фучэнь был его помощником. Что же касается Ван Хэйлуна, то Линь Чжубай уже сдался. С древних времен все 6-звёздочные специальные костяные каркасы были не менее помощников декана.

— Не имеет значения, что они сейчас показывают, — рассмеялся Мэн Чилан. — Их будущие достижения ещё предстоит увидеть.

В середине отборочного турнира Ли Фучэнь был выставлен против Гу Хэна.

— Старший Гу Хэн, пожалуйста, будьте осторожны, — Ли Фучэнь выхватил свой Алый Кровавый Меч.

— Младший Ли, давай сюда.

В течение последних нескольких месяцев Гу Хэн пребывал в уединении, обдумывая способы нейтрализации Небесного Полога Тьмы. О Ли Фучэне он даже не задумывался.

Для людей, которые пробудили божественные способности, равными были только другие с божественными способностями.

— Тогда будь осторожен.

Ли Фучэнь взмахнул мечом и выстрелил тысячами огней мечей.

— Ммм!

Мэн Чихан и Линь Чжубай были удивлены. Когда же Намерение Меча Зелёного Солнца Ли Фучэня достигло такого уровня? Это больше не было похоже на средний уровень земного класса, скорее на высокий уровень. Если бы это было правдой, тогда это было бы невероятно.

Гу Хэн был в плачевном состоянии, потому что он был неосторожен, и у него не было другого выбора, кроме как постоянно отступать, не имея никакой возможности сопротивляться.

Ван Хэйлун под ареной сузил глаза.

главном месте в белом одеянии, когда увидел, что все уже прибыли.

— Организовать немедленно? Разве до Рейтингового Турнира ещё не четыре месяца? Не будет ли справедливее для молодых людей иметь больше времени? -возразил один из помощников декана, седовласый Линь Чжубай.

— Турнир был перенесён, — сказал Мэн Чихан.

— Перенесён? Почему? — Линь Чжубай был поражён.

Мэн Чихан указал наверх и сказал:

— Секта Красной Радуги требует свежей крови. С сегодняшнего дня Турнир Рейтинга 24 Институтов Боевых Искусств будет проводиться один раз в два года. Каждый раз топ-50 будут выдвинуты на звание внешних учеников Секты Красной Радуги.

— Что? Секта Красной Радуги собирается увеличить свои ряды? — все старейшины и наставники в большом зале были поражены.

В прошлом Секта Красной Радуги, возможно, и набирала учеников, но они не делали этого с такой большой помпой и в таком количестве. 20 мест уже считалось неплохо. Сейчас же открывалось 50 мест от 24 Институтов Боевых Искусств, и если включить направления двух крупнейших Институтов Боевых Искусств, это было невероятно.

— Раз уж это так, давайте немедленно проведём отборочный турнир! — Линь Чжубай кивнул и заговорил с большим волнением.

Секта Красной Радуги была сектой королевского класса и диктатором Континента Красной Земли. Помимо соревнования наставников институтов главным будет состязание кадетов. Институт Боевых Искусств, в котором было больше кадетов, вступивших в Секту Красной Радуги, будет более уважаемым. Курсанты, которые станут внутренними учениками или прямыми учениками, будут находиться в самом центре внимания. Рейтинговый турнир сможет определить рейтинги среди институтов боевых искусств, а также будущее развитие различных институтов.

Новость о переносе распространилась как лесной пожар. Курсанты внутреннего круга почувствовали себя неожиданно и одновременно взволнованно.

«Рейтинговый турнир был перенесён?»

Через четыре месяца Ван Хэйлун усердно занимался культивацией и прорвался

Глава 927. Резня в Божественном Дворце Лан Сюаня

Цинь Му и остальные прошли через Райскую улицу и вышли на следующую. Здешние люди уже давно успели разбежаться, вокруг не было видно даже тени.

Юнь Чусю похвалила:

— Как впечатляюще, Небесный Преподобный! Куда бы ты не пошёл, нигде не остаётся ни малейших признаков жизни!

Цинь Му рассмеялся:

— В конце концов, я же Небесный Преподобный, поэтому нет ничего странного в том, что моё появление всех шокирует!

Из уха цилиня показался крохотный Граф Земли, торжественно осматривая величественные здания вокруг. Цилинь испугался, что кроху заметят, и поспешно согнул ухо, запихивая его обратно.

Крохотный Граф Земли начал стучать изнутри, но цилинь терпел, отказываясь его выпускать.

Юнь Чусю заметила крохотного Графа Земли и сильно удивилась. Внезапно она загадочно засмеялась.

Они прибыли к передней части Божественного Дворца Лан Сюаня, и несмотря на то, что тот не был таким обширным, как Яшмовый Водоём, он всё же оставался одним из самых больших зданий райских небес.

Это место казалось ослепительным, между здешними дворцами не было ничего, кроме туч, отчего чтобы передвигаться между ними, приходилось летать.

На самом деле большинство зданий райских небес не были такими. Не все дворцы были соединены друг с другом. К примеру, Яшмовый Водоём витал в небе и был окружён тучами. К нему вели лишь притоки райской реки, и Нефритовый Павильон, возле которого находился Яшмовый Водоём, тоже был отрезан от остальных райских небес.

Пространство между Небесным Рынком и остальными дворцами было пустым, что значило, что здесь тоже нужно было летать.

Остальные здания райских небес не были соединены дорогами. Это произошло из-за того, что во время их постройки в первом году Дракона Ханя, райские небеса не были таким огромными, как современные. Они состояли лишь из тридцати шести райских дворцов и семидесяти двух тронных залов. Райские дворца, тронные залы и Нефритовая Столица формировали один огромный костяк.

Соединённые между собой, эти здания формировали райские небеса, в то время как все остальные не были их частью и к ним не строили дорог.

Позже, старые тридцать шесть райских дворцов и семьдесят два тронных зала были перемещены в другие уголки вселенной, для контроля над ними.

В процессе непрерывного роста и присоединения к райским небесам Дракона Ханя райских небес Ханя и Дракона, они достигли своих современных размеров.

Тем не менее, традиция, по которой все дворцы райских небес были независимыми, оставалась неизменной.

В Божественном Дворце Лан Сюаня уже знали о приближении Небесного Преподобного Му. Ученики Императора Богов Лан Сюаня быстро об этом доложили, и у главного из них, Чан Ситина, управляющего этим местом, тут же разболелась голова.

— Небесный Преподобный Му и вправду движется сюда? — в неверии повторял он.

— Старший брат, он уже снаружи!

Чан Ситин издевался:

— Что он здесь забыл? Он не боится смерти?

Толпы переглянулись, и кто-то осмелился ответить:

— Старший брат, кому хватит смелости его убить? Несколько дней назад, у Яшмового Водоёма, даже Небесные Преподобные решили его атаковать, а он всё равно сумел выжить. Если он умрёт в нашем дворце Лан Сюаня, то у нас будут огромные проблемы! Остальные силы обвинят нас в причинении вреда Небесному Преподобному, и мы всё погибнем!

Голова Чан Ситина разболелась настолько, что ему казалось, что она сейчас треснет. Махнув рукой, он ответил:

— Естественно я знаю о последствиях. Но я слышал, что теперь у него нет души и он жив лишь благодаря Сознанию Бессмертного Бога. Ему недолго осталось. И хоть мы не можем непосредственно убить его, мы можем заставить его пережить огромное поражение и ускорить его смерть, — его глаза загорелись. — Если Небесный Преподобный Му будет повержен учеником Небесного Преподобного Лана, не раз, а сто раз, то его уверенность и стремления сильно пошатнутся. Разве в таком случае он не умрёт быстрее?

Глаза людей в толпе загорелись.

Чан Ситин хитро улыбнулся, продолжая:

— Мы — ученики Небесного Преподобного, он учил нас с самого детства, и мы совершенствовались с помощью лучших техник и божественных искусств. Небесный Преподобный Му, в свою очередь, всего лишь деревенщина и з нижней границы, использовавший божественное искусство Небесной Преподобной Лин, благодаря чему заполучил титул Небесного Преподобного. Одолеть его крайне просто. Если он не умрёт от рук Божественного Дворца Лан Сюаня, то у нас не возникнет проблем.

Один из молодых людей в толпе нахмурился:

— Старший брат, я слышал, что принц Юй и остальные бросили ему вызов у Яшмового Водоёма, собираясь его унизить, но в результате все они погибли. Принц Юй занимал довольно высокое место в списке Божественных Талантов, и он мог убить любого, кто был ниже него по званию. Он определённо силён!

Чан Ситин улыбнулся:

— Эти два списка — всего лишь сказки для маленьких детей. Посмотри на учеников Небесных Преподобных, сколько из них входят в списки? Каждый из Небесных Преподобных тщательно скрывает свои техники и знания, чтобы ими не овладели другие Небесные Преподобные. Ученики Небесных Преподобных, входящие в списки, должны использовать чужие техники, чтобы обмануть противников! Но если мы используем настоящие техники учителя, то с лёгкостью одержим победу! Я хочу, чтобы он начал блевать кровью и умер от депрессии!

Толпа облегчённо вздохнула:

— Спасибо, старший брат, ты нас успокоил. Если всё так, как ты говоришь, то что нам делать, если он не осмелится принять вызов?

Чан Ситин снова рассмеялся:

— Разве он не Тело Тирана из легенд? Я слышал, что он такой один на весь мир.

Мы должны использовать это, чтобы его разозлить. Он сражается, когда чует запах крови. Этому парню всего лишь двадцать-тридцать лет, у него нет глубоких знаний. Готовьтесь, я пойду к учителю!

Толпа разошлась, чтобы подготовиться к сражению.

В зале императора богов, Чан Ситин поклонился и доложил и происходящем:

— Учитель, ты не против, если ученики этим займутся? Ты не хочешь встретить его лично?

На голове Императора Богов Лан Сюаня возвышались рога. Его лицо было длинным и древним на вид. Будучи первым полубогом в мире, он был сыном древним богов, которые подарили ему бессмертие, позволяя выжить.

Говорили, что совершенствовавшись он достиг невообразимого уровня способностей. Он был старше чем Небесный Преподобный Юй и Хао, и, если верить слухам, принимал участие в битве Области Ржавой Крови.

То, какие именно древние боги были его родителями, оставалось загадкой.

Его ученики тоже в основном были полубогами. Из числа полубогов Небесный Преподобный Хао, Император Богов Лан Сюань и Потомственный Король Богов были тремя лидерами, с огромной политической властью. Они были самыми сильными представителями своей расы.

— Ты отлично всё продумал. Только не убей его.

Император Богов Лан Сюань нахмурился: «Этот парень осмелился прийти сюда? ОТ этого у меня начинает болеть голова. Из-за него райские небеса и так повергнуты в хаос, нам удалось избежать битвы лишь благодаря тому, что Небесные Преподобные насторожено относятся друг к другу. Этот смельчак… Он доставил проблем небесным королям и четырём божествам, а теперь он решил спровоцировать и меня! Ну и сложные времена настали…»

Нервно ходя по кругу, он пробормотал:

— Я не буду с ним встречаться. Он был одним из пяти старейшин. Создавших Небесных Союз, и его положение в нём даже выше, чем у Небесной Преподобной Лин! Из этих пяти, Небесная Преподобная Юэ покалечена, Небесный Преподобный Юнь и Небесная Преподобная Лин умерли, в то время как Небесный Преподобный Цинь скрывается. Он единственный, кто остался, поэтому он по праву должен быть самым влиятельным человеком в Небесном

Союзе и обладать самым высоким статусом. В таком случае, встретившись с ним, мне придётся поклониться и назвать его своим братом!

Чан Ситин встревожился. Не осмелившись отвечать, он подумал: «Если я добьюсь успеха, то совершу великое деяние для учителя. Он определённо щедро меня вознаградит.»

Смотря на него глубоким взглядом, Император Богов Лан Сюань медленно проговорил:

— Этот парень воспользовался многими преимуществами. Во время первого года Дракона Ханя, когда Небесный Император пригласил меня присоединиться к Собранию Райских Небес, он побежал на Собрание Яшмового Водоёма с Небесные Преподобным Юем. В результате был создан Небесный Союз, а я занял его место… Ситин, я собираюсь немного попутешествовать по миру. Унизив его, попроси его уйти. Не дай ему умереть здесь. К тому же…

Он торжественно проговорил:

— Позаботься о Небесном Преподобном Му, нельзя допустить, чтобы с ним случилось что-то слишком плохое! Если он умрёт в Божественном Дворце Лан Сюаня, то на меня выльется огромное количество дерьма, от которого я никогда не отмоюсь! На райских небесах уже и так достаточно Небесных Преподобных. Желающих от меня избавиться, вот только у них не было для этого подходящей возможности. Теперь же она может у них появиться. Кто-то может целенаправленно попытаться его убить!

Чан Ситин почувствовал мороз по коже и поспешно ушёл.

Император Богов Лан Сюань улетел прочь, смеясь: «Моё положение на Собрании Райских Небес было выше, чем у некоторых древних богов. Вот только Собрание Яшмового Водоёма, внезапно, изменило положение будущих поколений, и стало событием, изменившим ход истории на несколько миллионов лет. К счастью, мне удалось вступить в Небесный Союз достаточно рано. В противном случае я не получил бы от этого никакой выгоды.»

***

Цинь Му был истощён, ему не хватало ни Ци, ни крови. Он непрерывно кашлял, в то время как бесчисленные ученики Божественного Дворца Лан Сюаня пытались его спровоцировать. Для этого они просили его, Тело Тирана, научить их чему-то.

Продолжая молчать, Цинь Му их игнорировал. Его Ци и кровь хаотично витали вокруг его тела, отчётливо свидетельствуя о недостатке спокойствия.

Ци Цзюи не мог не ответить на провокацию, заявляя:

— Братья из Божественного Дворца Лан Сюаня, что вы делаете? Небесный Преподобный Му пришёл навестить Небесного Преподобного Лан Сюаня, а не чтобы дурачиться с его учениками! Если вы хотите сразиться, сражайтесь со мной!

Какая-то девушка рассмеялась:

— Ци Цзюи, мы уже о тебе наслышаны. Ты лишь простой ученик четырёх божеств с заурядными способностями, не стоит позориться. Мы здесь, чтобы попросить Небесного Преподобного Му, Тело Тирана Вечного Мира, нас обучить. Ты для этого не годишься.

Ци Цзюи впал в ярость:

— Разве я должен годиться, чтобы бросить кому-то вызов?

Толпа рассмеялась, не в силах ему ответить.

Юнь Цзяньли улыбнулся:

— А я гожусь? Я потомок Небесного Преподобного Юня. Можно я приму ваш вызов вместо Небесного Преподобного Му?

Чан Ситин вышел наружу, улыбаясь:

— Бабушки твоей семьи — не те люди, которых стоило бы провоцировать, так что с чего тебе бросать нам вызов? Расслабься, мы лишь хотим. Чтобы Небесный Преподобный Му дал нам несколько указаний по совершенствованию. Я слышал, что он возглавил реформу нижней границы и является одним из трёх её героев. Кроме того, он обладает уникальным Телом Тирана, так что если он поделится своими знаниями с моими братьями и сёстрами, их горизонты значительно расширятся.

Толпа поклонилась и поздоровалась:

— Старший брат!

Цинь Му с трудом поднялся, отвечая:

— Если все хотят стать свидетелями силы Тела Тирана и увидеть величайшие техники Вечного Мира, то я…

Внезапно Цинь Му закашлялся, его тело пошатнулось, он протянул руку, будто пытаясь за что-то ухватиться.

Юнь Чусю подошла, чтобы его поддержать, прошептав:

— Тебе не стоит всегда выпендриваться. Береги своё тело. Я говорила, что тебе не стоит сюда идти, но ты настаивал… — проговорив это, она тайком ущипнула его подмышкой.

«Небесная Императрица надо мной издевается?» — его сердце дрогнуло, и он поспешно оттолкнул девушку, прежде чем отдышаться и проговорить. — Я лучше умру, чем буду унижен! У меня всё ещё есть силы! Я пришёл встретить Небесного Преподобного Лана, а не терять свою репутацию! Будучи Телом Тирана, я должен вести себя достойно! Подходите!»

Он выпрямился и достал Ядро Первобытного Дерева. Держа эту палку в руке, он прокричал высокомерным и гордым тоном:

— Тело Тирана никогда не отступало ни никогда не проигрывало!

Ци Цзюи грустно вздохнул: «Боюсь, что из-за нашего визита умрёт много людей. Сначала Яшмовый Водоём, а теперь Божественный Дворец Небесного Преподобного Лана. Владыка Культа и вправду хочет разорвать райские небеса в клочья?»

Сердце Юнь Чусю дрогнуло при виде палки в руках Цинь Му: «Ядро первобытного Дерева! Мать Земли пошла на всё, чтобы удовлетворить этого парня! Мерзавец Лан Сюань только что сбежал, и хоть Небесный Преподобный Му не может освободить всей силы ядра, если я ему помогу, мы сможем сравнять это место с землёй…»

Её глаза наполнились волнением.

Цинь Му поднял Ядро Первобытного Дерева и холодно спросил:

— Кто хочет у меня поучиться?

В его голове роились совершенно другие мысли: «Доставив проблем Небесному Преподобному Лану и остальным гигантам райских небес, я наконец смогу встретить Предка Дао в Секте Дао райских небес!»

Чан Ситин бросил взгляд на юношу, сделавшего шаг вперёд, улыбаясь. Тот поклонился и проговорил:

— Ученик Небесного Преподобного Лана, Шэнь Ваньчжоу. Пожалуйста, научи меня, Небесный Преподобный!

Чан Ситин кашлянул и напомнил:

— Брат Шэнь, не рань Небесного Преподобного Му. Мы здесь хозяева, и должны хорошо относиться к своим гостям.

Цинь Му сухо ответил:

— Не слушай его! Можешь ранить меня, сколько хочешь!

Шэнь Ваньчжоу рассмеялся и проговорил:

— Я могу дать тебе атаковать первым, чтобы увидеть силу Тела Тирана.

Цинь Му впал в ярость, его жизненная Ци хлынула в Ядро Первобытного Дерева, освобождая его полный потенциал. Он думал: «Мне стоит убить его с одного удара? Если я это сделаю, то остальные могут не осмелиться бросить мне вызов…»

Внезапно ядро наполнила невообразимо мощная магическая сила. Она была попросту ужасающей, превосходя все пределы его совершенствования. На самом деле, она превосходила его в тысячи раз!

Цинь Му шокировано дрогнул, в то время как палка в его руках превратилась в гигантскую колонну, пронзившую небеса. Он полетела в сторону Шэнь Ваньчжоу, превращая его в порошок!

Не говоря уже о нём, остальные ученики Императора Богов Лан Сюаня не смогли избежать такой же судьбы, и тут же погибли!

Увидев, что дело плохо, Чан Ситин поднял руки, чтобы отбить удар. Тем не менее, сила ядра оказалась слишком высокой, и он тут же начал блевать кровью и отлетел прочь.

Гигантская колонна в руках Цинь Му пронзила Божественный Дворец Лан Сюаня. Пространство под ним рассыпалось вместе с остальными зданиями.

Дворцы и залы Божественного Дворца Лан Сюаня были уничтожены ужасающей силой и разлетелись во все стороны. Покидая пределы райских небес,

Колонна в руках Цинь Му уничтожила большую часть Божественного Дворца. В шоке и гневе, он повернулся к Юнь Чусю, проговорив:

— Девица, я терпел тебя слишком долго!

Юнь Чусю тоже рассердилась и поднялась:

— Ты сам не знаешь, что для тебя хорошо! Ты думаешь, мне не приходилось тебя терпеть?

Цинь Му рассмеялся, атакуя ей:

— Зачем сражаться с учениками Небесного Преподобного? Если хочешь биться, то можешь бросить вызов самому Небесному Преподобному!

Юнь Цзяньли и Ци Цзюи шокировано уставились на это зрелище. Последний тут же пнул цилиня, требуя объяснения:

— Второй брат, что происходит?

Глава 928. Лун Пи

Цилинь поднял голову, наблюдая как Цинь Му и Юнь Чусю обмениваются ударами среди развалин дворца, их силуэты проносились по воздуху, будто молнии, двигаясь с невообразимой скоростью.

— Юнь Чусю — это либо Небесная Императрица, либо её сестра, Госпожа Юаньму, — ответил жирдяй. —Деревянная палка в руках Владыки Культа называется Ядром Первобытного Дерева. У неё более пятидесяти миллионов годовых колец, и она обладает невообразимой силой, являясь драгоценным сокровищем Матери Земли. Тем не менее, Владыка Культа не в силах освободить её полной силы. Несмотря на это, ему только что удалось это сделать. Исходя из этого, он сделал вывод, что это работа рук Юнь Чусю.

— Небесная Императрица, Госпожа Юаньму?

Юнь Цзяньли был шокирован. Услышав это, после чего слегка испугался. Он не только стал сведённым братом и сестрой со столь ужасающим существом, но даже всё время держался к ней поближе, чтобы шпионить и пытаться понять её намерения.

Теперь, когда он это осознал, у него по спине пробежали мурашки.

Тем не менее, он всё ещё слегка недоумевал и с любопытством спросил:

— Брат Лун Пи, ты не знаешь точно, является ли Юнь Чусю Небесной Императрицей, или всё же её сестрой?

Ци Цзюи прокричал:

— Как такая красотка может быть Небесной Императрицей или Госпожой Юаньму?

В то же время ему тоже было крайне интересно узнать правду. Всё это время цилинь либо ел, либо спал, находясь в каком-то затуманенном состоянии, и не слишком часто разговаривая с Цинь Му.

Как ему удалось определить настоящую личность Юнь Чусю, если ни у кого больше это не получилось?

Божественный Дворец Лан Сюаня настолько сильно пострадал от удара Ядра Первобытного Дерева, что превратился в руины. Бесчисленные дворцы и залы потеряли свой изначальный вид и непрерывно рушились, превращаясь в кучи обломков.

Цинь Му стоял посреди тронного зала, хаотично летающего вокруг, в то время как Юнь Чусю стояла на крыше здания вдалеке. Два строения двигались в противоположных направлениях, одно поднималось в небо, в то время как второе падало.

Между ними витали огромные колонны и обрушенные дворцы, беспорядочно сталкивающиеся друг с другом. Кроме того, вокруг было множество божественных гор, со свистом пролетающих мимо них и создавая картину истинного хаоса.

Совсем недавно Юнь Чусю освободила силу Небесного Преподобного и пробудила ядро Первобытного Дерева, уничтожив большую часть Божественного Дворца Лан Сюаня. Это и стало причиной гнева Цинь Му.

Он пришёл в это место с намерением разжечь небольшой конфликт, не собираясь ссориться с Императором Богов Лань Сюанем. До тех пор, пока он бы мог отрицать свою вину, тот ничего бы ему не сделал.

Но выходка Юнь Чусю была равноценна десятью плевкам в лицо Небесного Преподобного Лана.

Несмотря на то, что Цинь Му был Небесным Преподобным Му, одним из пяти основателей Небесного Союза, после такого Небесный Преподобный Лан не стал бы сидеть, сложа руки. Он мог бы выйти из тьмы и начать открыто ему противостоять.

Эта проблема было слишком серьёзной, чтобы он самостоятельно с ней справился.

Несмотря на всю дерзость Цинь Му, который, казалось, не заботился о своей жизни, ворвавшись на райские небеса, и не чувствовал страха войдя в логово водного дракона или тигра, каждый его ход был тщательно спланирован и выполнен с невероятной точностью. Каждый раз, когда он оказывался в смертельной опасности, у него были различные возможности выжить и спастись.

Он мог разрушить райские небеса и оставить себе достаточно путей для отхода от ответственности.

Тем не менее, то, что сделала Юнь Чусю, мгновенно подтолкнуло его к прямой вражде с Небесным Преподобным Ланом, на сторону, где он был неправ!

Цинь Му поднял руку и ударил ладонью в сторону Юнь Чусю. Которую отделяли от него множественные дворцы. За его спиной засияли бесчисленные звёзды, танцующие в небе. В мгновение ока они сформировали великолепную галактику.

Лучи звёзд соединились между собой, их божественная сила магнетизма тут же пробудилась, превращая галактику в мощный поток, яростно хлынувший вперёд вместе с ударом ладони.

Строения, летающие вокруг, тут же были притянуты его божественным искусством. Божественная энергия магнетизма схватила гигантские здания и зафиксировала тело Юнь Чусю на месте, прежде чем обрушить на неё гору обломков!

Из-за ужасающей силы магнетизма пространство вокруг Юнь Чусю начало искажаться. Она падала вниз, в то время как огромные дворцы, колонны и осколки зданий непрерывно обрушивались на неё!

Картина была попросту ужасающей. Выполнив своё божественное искусство магнетизма, Цинь Му заполучил полный контроль над полем боя. Строения Божественного Дворца Лан Сюаня были построены из божественных металлов и весили невероятно много, что лишь усиливало его атаку.

Даже истинный бог не мог вынести подобного давления!

Ци Цзюи и остальные наблюдали за происходящим, видя, как кирпичи и черепица врезаются в тело Юнь Чусю, будто кометы. Пространство вокруг до сих пор было искажено под воздействием силы магнетизма, увеличивая их скорость и делая их не менее опасными, чем божественное оружие!

Цилинь проговорил:

— Сестра Янь’эр, ты ещё помнишь те два лотоса в Руинах Заката? Там был хрустальный гроб, внутри которого лежала женщина. Владыка Культа говорил, что в нём была сестра Небесной Императрицы, Госпожа Юаньму.

Янь’эр кивнула. Она хорошо запомнила те события.

В мире внутри цветков в Руинах Заката она поймала огромного червя. Ей пришлось потратить много времени, чтобы его сожрать.

Цинь Му предупреждал её, что на самом деле это был не червь, а древний бог. Рождённый в Руинах Заката, являющийся духом Великого Дао, в которого превратились тычинки лотосов. Тем не менее, Янь’эр всё равно верила, что это червь, и проглотила его. Не сумев переварить его полностью, её живот с тех пор был круглым.

Цилинь продолжил:

— Во время произошедшего в Яшмовом Водоёме, когда два Небесных Преподобных объединились против Небесного Преподобного Ю, возникла крайне опасная ситуация. Поэтому Владыке Культа пришлось достать хрустальный гроб и показать его Юнь Чусю, угрожая воскресить Госпожу Юаньму. В результате прибыл ещё один Небесный Преподобный, восстанавливая баланс сил, и Владыке не пришлось воскрешать Госпожу Юаньму. Так кто же тогда пришёл на помощь?

На лицах Ци Цзюи и Юнь Цзяньли возникли шокированные выражения. Они уставились на цилиня широко открытыми глазами.

Тот проговорил:

— Как вы и догадались, на помощь пришла Юнь Чусю. В таком случае она может являться только Небесной Императрицей или Госпожой Юаньму.

Как только он договорил, Юнь Чусю развела руки в сторону, нанося удар в воздухе. Внезапно перед ней появилась бездонная пропасть, быстро разрушая мощное на вид движение Цинь Му!

Юнь Чусю стояла над пропастью. Это и была та самая Бездна Руин Заката, созданная её божественным искусство и способная проглотить всё, что угодно. Галактика, кружащаяся за спиной Цинь Му, дрожащая энергия магнетизма, бесчисленные обломки, разрушенные дворцы и великие залы, тут же провалились в бездну Руин Заката!

Увидев это, Ци Цзюи и Юнь Цзяньли были ошеломлены. Подобное божественное искусство было именно тем, чем славились Небесная Императрица и её сестра!

Судя по всему, Юнь Чусю и вправду была одной из сестёр!

Ци Цзюи прокричал:

— Второй брат, ты не спал всё это время? Откуда ты так много знаешь?

Цилинь бросил на него презрительный взгляд и спокойно проговорил:

— Ты видишь лишь то, что я сплю, не осознавая, насколько я на самом деле внимателен. На самом деле во сне я совершенствуюсь! Самым трудолюбивым человеком в мире. Очевидно, является Владыка Культа, но я на втором месте!

Янь’эр была в восторге, и достала духовную пилюлю. Цилинь открыл свой рот именно в тот момент, когда девушка протянула руку, чтобы положить пилюлю ему в рот.

Жуя духовную пилюлю, цилинь прищурился и равнодушно проговорил:

— Я следовал за Владыкой Культа на протяжении многих лет. Люди, которых я встречал, были либо известными богами, либо достигли невообразимого уровня совершенствования, либо же обладают крайне глубокой мудростью. Кроме того, они были сильными практиками реформы, Небесными Преподобными и священными богами. Поэтому мои знания и горизонты расширились, будто корабль, которого поднимают приливные волны!

Божественное искусство Руин Заката Юнь Чусю проглотило божественное искусство Цинь Му вместе с обломками. Затем бездна исказилась и задрожала, собираясь извергнуть на Цинь Му тёмный, неистовый поток состоящий из всего, что только что упало на её дно. Внезапно, галактика ща спиной Цинь Му превратилась в видение Небесного Герцога, обрушивая свой удар на бездну Руин Заката!

Юнь Чусю слегка изменилась в лице. Изначально Цинь Му использовал против неё божественное искусство магнетизма. Сила магнетизма звёзд была невообразимо мощной, поэтому она совершенно не ожидала, что он использует те самые звёзды, превращая их в Небесного Герцога.

Его прежнее божественное искусство выглядело как одно движение, но на самом деле оно состояло из двух!

Отношения между Матерью и Небесным Герцогом были сложными. Однажды первая пробралась в Сюаньду, чтобы своровать немного природы Небесного Герцога и родить от него нескольких детей.

Великие Дао этих двух богов дополняли друг друга. Тем не менее, Мать Земли вступала в отношения и с другими древними богами, и успела также своровать природы Графа Земли, родив нескольких его детей. Остальные боги тоже стали жертвами чего-то подобного, из-за чего Небесный Герцог не слишком её любил.

Атака Цинь Му увенчалась успехом. Он подлетел в воздух над Юнь Чусю, и его божественное искусство Дао Боевых Искусств разразилось силой, обрушивая на неё свой удар!

— Разве ты не говорила. Что уже освободилась от ограничений древних богов?

Цинь Му полностью активировал своё совершенствования, проговорив холодным тоном:

— Почему тогда ты до сих пор пользуешься их божественными искусствами?

Огромный зал под ногами Юнь Чусю рассыпался на части, его осколки разлетелись в стороны, будто кометы, исчезая из поля зрения.

В следующий миг в небе возникла длинная река. На которой стояла Юнь Чусю. Пять Великих Грозовых Облаков превратились божественные оружия огненного колокола, окружая Цинь Му и начиная яростно звенеть. Между тем райская река начала извиваться в небе, сковывая Цинь Му.

За спиной Юнь Чусю кружились драконья черепаха и летающий змей, яростно ревя. Змей с тысячью перьев слился с райской рекой, его перья начали вылетать из воды будто ножи. Обрушиваясь на Цинь Му, заточённого в центре. Их скорость становилась всё выше, двигаясь будто молнии, а их сила раскатывалась по округе, словно раскаты грома!

Огненные колокола, сформированные из пяти грозовых облаков, непрерывно звенели, отчего пространство вокруг Цинь Му начало рассыпаться.

Тело драконьей черепахи качнулось, осколки её панциря поднялись в воздух. Это сформировало невероятно плотную печать в форме куба, заточив Цинь Му внутри. Не имея возможности освободиться, ему оставалось лишь ожидать, пока пять колоколов и летающий змей его убьют!

— Если Юнь Чусю и вправду является Небесной Императрицей или же Госпожой Юаньму, то ей действительно удалось освободиться от ограничений древних богов.

Ци Цзюи слегка изменился в лице, поворачиваясь к Юнь Цзяньли:

— Болеющий мастер, как вы с ней познакомились и стали названными братом и сестрой?

Лицо Юнь Цзяньли слегка побледнело. Горько рассмеявшись, он проговорил:

— Откуда я должен был знать, что она настолько сильна? Даже сражаясь с ней в одной области, небесный Преподобный Му не может её одолеть…

В этот момент в небе показался ученик Небесного Преподобного Лана Чан Ситин, набрасываясь на Цинь Му и Юнь Чусю. Ядро Первобытного Дерева сильно его ранило, сумев разрушить даже Божественный Дворец Лан Сюаня. Его потеря была настолько высокой, что он впал в ярость, и не думал ни о чём другом. Кроме как об убийстве Небесного Преподобного Му!

Янь’эр расправила крылья, превращаясь в драконьего воробья. Её исконный дух вылетел наружу, блокируя собой его атаку.

Гнев Чан Ситина нельзя было утолить. Он собрался сражаться с ней до смерти, когда Юнь Цзяньли внезапно прокричал:

— Старший брат Чан, успокойся! Это не Небесный Преподобный Му уничтожил ваш дворец, а Небесная Императрица!

— Чёр… — Чан Ситин собирался начать ругаться, когда внезапно его будто облили холодной водой. Дрожащим голосом он спросил:

— Болеющий мастер, что ты только что сказал?

Юнь Цзяньли равнодушно ответил:

— Небесная Императрица использовала божественное оружие Цинь Му, чтобы разрушить ваш Божественный Дворец Лан Сюаня.

Чан Ситин резко изменился в лице. Посмотрев на молодую девушку и Цинь Му, сражающихся между руинами, он пробормотал:

— Небесная Императрица?

Посмотрев на него, цилинь медленно проговорил:

— Я не уверен, что ты выживешь, даже если начнёшь убегать прямо сейчас. Твой учитель не простит тебе разрушения Божественного Дворца Лан Сюаня, а теперь, когда ты знаешь, что она Небесная Императрица, она тоже тебя не пощадит…

Конечности Чан Ситина онемели, он тут же со свистом улетел прочь.

Он знал, что у него большие проблемы. Несмотря на то, что Император Богов Лан Сюань пощадил бы его жизнь, его жизнь всё равно превратилась бы в ад. Кто знает, сколько лет он проведёт в заточении. Прежде чем выйти на свободу. В конце концов, разрушение Божественного Дворца было серьёзным ударом по репутации Лан Сюаня, поэтому он определённо наказал бы его.

Тем не менее, узнав, что за этим нападением стояла Небесная Императрица, он осознал всю серьёзность ситуации.

Небесная Императрица не позволила бы ему рассказать правду Императору Богов.

Именно поэтому он решил сбежать с Божественного Дворца Лан Сюаня, чтобы выжить.

С другой стороны, чёрная черепаховая печать внезапно взорвалась. Держа нож в каждой руке. Цинь Му грубой силой пробился наружу, прежде чем нанести удар в сторону Юнь Чусю, затапливая округу своей магической силой.

— Парень с фамилией Цинь, ты определённо не понимаешь, когда стоит отступать!

Удар ножа едва не отрубил красивую голову Юнь Чусю. Не в силах сдержать ярости, она понизила голос и проговорила:

— Я всё это время тебе поддаюсь. Ты и вправду веришь, что можешь сравниться с моей магической силой? Эта куча дерьма — мой подарок тебе, просто прими его!

Глава 929. Вскрывая Последние Карты

— Подарок?

Цинь Му впал в ярость. Его тело начало резко увеличиваться в размерах и ярко вспыхнуло, наполняя небо звёздным светом. Его брови и глаза стали белыми, ярко сияя. Напоминая маленькую версию Небесного Герцога, он поднял руку, передвигая звёзды по небу. Прогремел его раскатистый голос:

— Всё дерьмо, с которым я имел дело, соответствовало моим способностям. Тебе не стоило дарить мне ещё!

Казалось, будто с неба спустился настоящий Небесный Герцог. Он размахивал кулаками и ногами, в то время как лучи звёздного света выстрелили из его головы в небо, превращаясь в Небесное Убежище Дао Небес.

Небесное Убежище было широким и необъятным, накрывая всё в радиусе ста километров лазурным светом. Оно давало всем вокруг понять, что перед ними был настоящий Небесный Герцог!

В его ладони появилось четвёртое Дао Небес, Мудра Небес.

Каждая его атака выглядела так, будто Небесный Герцог наказывал зло и вознаграждал добро. Он ударил прямо в сердце Дао Юнь Чусю, пытаясь изгнать её грехи, слабость и утончённость. Он хотел изгнать её божественную природу, снова делая её смертной. В конце концов, он хотел избить её до слёз!

Воля Небес за его спиной напоминала великую медведицу, Небесные Знания выглядели как зонт. Небесном Ян походило на огромное солнце, в то время как Небесной Инь — на луну.

Под его ногами виднелась Небесная Платформа. Жизненная Ци над его головой превратилась в навес, в то время как его глава были глазами Небес, сверкая яростью Дао Небес.

Ци Цзюи шокировано посмотрел на Юнь Цзяньли и проговорил:

— Божественное искусство Владыки Культа сильно напоминает искусство семьи Юнь. Оно непрерывно меняется, предоставляя в его распоряжение всевозможные приёмы.

На лице Юнь Цзяньли тоже возникло удивлённое выражение. Он проговорил:

— Всё ещё в нём есть некоторые отличия. Небесный Преподобный Му, кажется,

только что освоил подобный вид техники, поэтому он ещё не слишком ловко их исполняет. Это не техники моей семьи. А, я понял! — понизив голос, он продолжил. — Он отлично владеет божественным искусством создания и Небесным Дао. В связи с этим. Он может исполнять технику подобно тому, как это делает моя семья!

Юнь Чусю была вынуждена непрерывно отступать, впадая в ярость.

Она считала, что Цинь Му не знал, когда ему стоит отступать. Он был обязан ей своей жизнью. Если бы она не пришла в Яшмовый Водоём, чтобы помочь Небесному Преподобному Ю отбиться от двух Небесных Преподобных, Цинь Му был бы мёртв.

Разве у неё не было права так с ним поступить?

Тем не менее, атаки Цинь Му становились всё более и боле жестокими. Имея в своём распоряжении всевозможные божественные искусства Дао Небес, он исполнял их без малейших сомнений. Сила каждого его движения была невообразимо высокой. Демонстрируя необъятность его магической силы и то. Насколько сильно он превосходил своих сверстников.

Юнь Чусю была возмущена, но не осмеливалась использовать больше своих сил.

Она чувствовала, что за происходящим наблюдает множество глаз. Цинь Му вёл себя опрометчиво, не понимая последствий своих действий. Тем не менее, она знала, что некоторые из этих глаз могли принадлежать Небесным Преподобным.

Она боялась, что если убьёт Цинь Му, или продемонстрирует свои истинные способности, то остальные Небесные Преподобные решат с ней разобраться.

Особенно сильно она переживала из-за своего своих истинных способностей.

В настоящее время десять Небесных Преподобных пытались закончить технику области Райских Небес. Тем не менее, современные Небесные Преподобные были совершенно не такими. Как Небесные Преподобные прошлого. Между ними было множество конфликтов, и они не доверяли друг другу, поэтому действовали в одиночку.

Десять Небесных Преподобных никогда не были так близко к завершению техники Райских Небес. Тот, кому удастся сделать это первым, станет правителем мира!

Если она могла бы заполучить техники других Небесных Преподобных, то обрела бы огромную пользу. Во-первых, это помогло бы ей развить собственную технику Райских Небес, во-вторых, с её помощью она могла бы обнаружить недостатки техник других Небесных Преподобных!

Между Небесными Преподобными было много сговоров, они дошли до того, что внедряли своих людей во дворцы противников, чтобы воровать их техники. Жто привело к тому, что Небесные Преподобные отказывались передавать свои настоящие техники своим собственным ученикам.

«Этот парень крайне настойчив. Справиться с ним, не используя моего истинного искусства. Будет невероятно сложно. Тем ен менее, сейчас у меня не то тело, что лежит в гробу на корабле-призраке, а тело, созданное с помощью божественного оружия создания. Оно пока что не может выдержать слишком большого количества магической силы…»

Несколько раз Юнь Чусю едва не получила серьёзных ранений, что лишь усиливало её злость.

Её сегодняшнее тело достигло лишь области Божественного Моста. И ещё не успело войти в райский дворец. Раньше, чтобы освободить силу Ядра Первобытного Дерева, ей пришлось задействовать ресурсы своего истинного тела и воспользоваться возможностью унизить Небесного Преподобного Лана.

Тем не менее, полагаясь исключительно на способности этого тела, она не могла защититься от Цинь Му, не продемонстрировав своего высшего искусства.

Скорость их боя становилась всё выше и выше. Цинь Мухотел вынудить её использовать своё высшее искусство, но Юнь Чусю была слишком быстрой. Какими бы мощными не были его атаки, она умудрялась от них отбиваться.

В этот момент с неба внезапно спустилась гигантская рука, разрушая оставшиеся дворцы Божественного Дворца Лан Сюаня в клочья, пытаясь схватить Цинь Му!

Тело Цинь Му превратилось в Графа Земли с головой быка, тело человека и лицо тигра. Длинные рога на его макушке вонзились в небо, превращаясь в два потока дьявольского огня и лавы, напоминающих два жёлтых источника. Он поднял руку, проводя пальцем по своему межбровью и открывая свой третий глаз!

Вьюх!

Мимо него пронёсся луч света, разрубая гигантскую руку на две половины. Раздался болезненный вопль, после которого два куска руки упали на землю.

Эта рука принадлежала дьявольскому богу, спрятавшемуся вдали, чтобы тайком атаковать и убить Цинь Му, пока тот сражался с Юнь Чусю. Он не ожидал, что тот превратится в Графа Земли и своим взглядом умудрится отрубить ему руку!

Увидеть столь огромную силу, каку вертикального глаза Цинь Му, можно было крайне редко. Дьявольский бог тоже оказался непростым. После того, как Цинь Му отрубил ему руку, он тут же скрылся, не оставив ни следа.

Воспользовавшись возможностью атаковать, Юнь Чусю подкралась к спине Цинь му, нанося удар ладонью прямо в его сердце.

Бум!

Когда её удар достиг цели, его сила взорвалась. Центр её ладони, казалось, превратился в великую бездну Руин Заката, и физическое тело Цинь Му тут же исказилось, будто его засасывало внутрь!

Внезапно её ладонь треснула. Луч света меча пронзил её руку и влетел в её межбровье!

Юнь Чусю испугалась и тут же отступила. Тем не менее. Цинь Му почувствовал, что до сих пор торчит из её руки. Его рост сейчас составлял не более полуметра, он слился с её плотью. Куда бы девушка не отступала, он и его меч оставались с ней!

Крепко сжав кулак, она ударила вперёд, разрушая тронный зал впереди на куски. Внезапно, из зала вылетел свет ножа, направляясь в сторону Цинь Му. Впереди появился ещё один бог, поджидавший шанса напасть на него.

Юнь Чусю заметила его, и решила разрушить зал, чтобы тот помог ей в столь сложной ситуации.

Тело Цинь Му внезапно исчезло из её руки, и удар бога попал прямо в неё.

Юнь Чусю нахмурилась, указывая пальцем вперёд. Глаза бога тут же наполнились страхом, а его физическое тело начало разрушаться изнутри, превращаясь в крохотный шар плоти, прежде чем громко взорваться!

К этому времени Цинь Му уже забрался за спину Юнь Чусю. По её коже пробежали мурашки. Когда она почувствовала, как из тела Цинь Му освобождается огромная аура, кажущаяся предком всех Дао и техник.

Если бы кто-то закрыл глаза и почувствовал эту ауру, то ему бы показалось будто перед ним возвышаются величественные райские небеса, которыми правит Цинь Му!

— Небесный Император! — Юнь Чусю стиснула зубы. — Ты смеешь использовать против меня божественные искусства этого презренного человека?

Её аура изменилась, волосы встали дыбом, а рукава затрепетали. Округу затопила совершенно другая аура, подавляя ауру десяти тысяч Дао Цинь Му.

Юнь Чусю окончательно потеряла самоконтроль. Если бы Цинь Му не исполнил божественное искусство древнего небесного Императора. У неё ещё остался бы шанс сдержать себя.

Тем не менее, Цинь Му всё же это сделал, и это резко изменило ход событий.

Она ненавидела древнего Небесного Императора до глубины души. Как только она увидела его в Цинь Му, все её техники освободились, нанося удар в ответ.

Раздался оглушительный грохот Великого Дао, звучащий будто голоса миллиарда богов, одновременно говорящих на языке Дао.

Цинь Му почувствовал, как в её теле одновременно вспыхивают двадцать различных аур. Все они, казалось, принадлежали великим императорам, совершенствующим различные техники.

Из-за этого у него возникло странное чувство. Юнь Чусю определённо была одна, но в ней крылось двадцать различных аур, как будто на самом деле она была двадцатью императорами, слившимися в одном теле.

Это значило, что она собрала больше двадцати различных техник Императорского Трона, соединяя их воедино.

Это было почти невозможным достижением. Цинь Му объединил техники Императорского Трона, чтобы создать свою технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, на что у него ушло много усилий, и что он считал одним из своих главных подвигов.

Но когда речь шла об объединении двадцати различных техник, то даже если бы ему удалось найти столько знаний, их объединение было бы почти невозможной задачей.

Тем не менее, Юнь Чусю удалось этого добиться. Или, если быть точнее, это удалось Небесной Императрице.

Сила двух ужасающих божественных искусств освободилась, и Цинь Му почувствовал, что его божественное искусство Небесного Императора рушится под неостановимой силой. Казалось, что так называемая высшая сила десяти тысяч Дао не могла выдержать и одного удара!

Бум!

Все осколки Божественного Дворца Лан Сюаня в округе тут же рассеялись, бесчисленные дворцы улетели прочь!

Цинь Му тоже отбросило назад, в то время как все дворцы начали сыпаться на него, сдавливая его своим весом. Ужасающая сила Юнь Чусю выходила за пределы воображения!

В прошлом Цинь Му был тяжело ранен божественным искусством Янь Цилин — Первым Дао Небесного Императора. Теперь, обретя руны Небесного Императора и поняв его божественные искусства, он не ожидал, что оно окажется не в силах выдержать атаки одной техники области Райских Небес.

Юнь Чусю взревела от ярости, и следом за её первым божественным искусством появилось второе. Оно было даже страшнее предыдущего.

— Все подлые мужчины должны умереть! — прокричала она.

Бум!

Дворцы и обломки, придавившие Цинь Му, превратились в пыль, а огромные залы взорвались один за другим, образовывая клубы дыма!

Женщина вышла из-под контроля, и это было поистине страшно.

В этот момент из облака пыли вылетел луч меча, пронзая её божественное искусство. Затем он пронзил ладонь, которой Юнь Чусю попыталась его остановить.

Бум! Бум!

Раздались два хлопка. Первый исходил от физического тела Цинь Му взорвавшегося, превращаясь в облако кровавого тумана. Второй же раздался. Когда луч меча пронзил межбровье Юнь Чусю, отчего её голова взорвалась, брызжа во все стороны свежими цветами!

Цилинь, Ци Цзюи и остальные поспешно бросились на помощь. Не успев подбежать, они увидели, как кровавый туман, которым стал Цинь Му, медленно сгущается, формируя силуэт парня.

Голова Юнь Чусю, разлетевшаяся на куски, тоже склеивалась обратно, формируя красивое лицо без единого шрама.

Ци Цзюи тут же остановились, шокировано наблюдая за происходящим.

Цинь Му спрятал свой меч и от души рассмеялся, чувствуя себя удовлетворённым:

— Небесная Императрица. Ты продемонстрировала свои техники и раскрыла два своих божественных искусства. Как тебе, когда на твою голову сваливают целую кучу дерьма?

Лицо Юнь Чусю ужасно помрачнело. Внезапно она улыбнулась, выглядя крайне очаровательно:

— Ты был вынужден дать всем понять, что твоя душа восстановилась, и ты уже не висишь на волосок от смерти. Это тоже немалая куча дерьма, не так ли?

Они встретились взглядами. Внезапно Цинь Му громко рассмеялся, проговорив:

— Мы закончили с Божественным Дворцом Лан Сюаня, куда нам идти дальше?

Юнь Чусю радостно пошла вперёд, держа его под руку. Подняв голову, чтобы посмотреть на его лицо, она проговорила:

— Пойдём к Потомственному Королю Богов, там будет весело!

Глaва 930. Рeзня во Дворце Потомcтвенного Kороля Богов

«Юй Чусю обладает довольно странным и импульсивным характером. Ходят слухи, что с самого рождения Небесная Императрица обладает качествами, присущими матери всего мира. Между тем её сестра, госпожа Юаньму, была намного активнее и энергичнее и тоже обладала невероятным умом? — Цинь Му и Юнь Чусю шагали в сторону Юнь Цзяньли, Ци Цзюи и остальных. Его сердце неистово билось, пока он думал. — Неужели Юнь Чусю — это не Небесная Императрица, а Госпожа Юаньму? Если во время покушения на Небесную Императрицу и вправду погибла настоящая Небесная Императрица…»

— Небесный Преподобный, у тебя гусиная кожа на шее! — с любопытством посмотрев на него, шокировано воскликнула Юнь Чусю. — Задняя часть твоей шеи вспотела. Как странно!

Она коснулась его лба своей нежной и тёплой рукой, воскликнув в ещё большем шоке:

— Твой лоб совершенно сухой! Небесный Преподобный, ты заболел!

— Нет, это ты больна! — Цинь Му разъярённо оттолкнул её руку, прежде чем повернуться к остальным и прошептать. — Сестра Янь’эр, сядь мне на плечо.

Только когда Янь’эр превратилась в маленького зелёного воробья и села на его плечо, он успокоился.

Когда Юнь Чусю держала его под руку, он испытывал необъяснимое беспокойство. Девушка была своеобразной и темпераментной. Только что она была крайне возмущена и зла, но теперь стала настолько милой, что от этого тошнило.

Он не мог понять, о чём она думала на самом деле.

Когда Юнь Чусю держала его за руку, у неё возникало ощущение, что вокруг него обвился ядовитый питон. Только когда на его плечо забралась Янь’эр, он наконец успокоился.

Янь’эр с любопытством осмотрела его затылок, прежде чем задуматься: «Мастер не волновался до этого, почему сейчас он так взволнован?»

«Остаётся лишь один подозрительный момент. Когда я призывал душу Небесной Императрицы, то обнаружил, что она жива. Даже более странным было то, что тело Госпожи Юаньму в гробу однажды зашевелилось, и старшему брату Вэй Сюйфэну пришлось его подавить, — глаза Цинь Му загорелись, его сомнения усиливались. — Кто же тогда эта Юнь Чусю? Если она и вправду Небесная Императрица, то в её характере что-то сильно поменялось. А может это и есть её настоящая природа?»

Юнь Цзяньли, Ци Цзюи и остальные крайне насторожено относились к Юнь Чусю. Несмотря на то, что они вели себя с ней очень вежливо, они не осмеливались слишком с ней сближаться. Только Цинь Му чувствовал себя относительно спокойно, и стал с ней даже ближе, чем раньше.»

Парочка спокойно болтала, шагая в сторону Дворца Потомственного Короля Богов.

— Этот Цинь планирует прийти сюда? — В Дворце Потомственного Короля Богов, Небесный Преподобный Чжу уже услышал новость о приближении Цинь Му. Рассмеявшись, он проговорил. — Он не знает, что я хочу его убить, и что он идёт на верную смерть? Разве что он верит, что я не осмелюсь атаковать его в своём дворце Потомственного Короля Богов.»

— Ты и вправду собираешься его убить? — спросил Великий Владыка Солнца. .

Этот Великий Владыка Солнца не был одним из древних богов. Настоящий Владыка Солнца был предан за то, что слишком много знал, и умер ещё во времена Эпохи Дракона Ханя.

Сегодняшний Великий Владыка Солнца был богом Эпохи высшего Императора по имени Дань Фэнлай. Он был учеником Потомственного Короля Богов, и должен был стать генералом Цикла Небесных Звёзд райских небес.

Причина, по которой Потомственный Король Драконов стал равным с Небесным Преподобным Хао и Императором Богов Лань Сюанем состояла в том, что он был сыном Небесного Герцога и освоил Цикл Небесных Звёзд. Большинству богов звёзд приходилось слушать его приказы.

— Естественно, нет, — рассмеялся Потомственный Король Богов. — Ты думаешь, что я настолько глуп? Если бы это было так, то разве я бы достиг того положения, в котором сейчас нахожусь? Иногда вести себя слишком нагло — хорошая идея. Взять, к примеру, случившееся на Яшмовом Водоёме. Все остальные Небесные преподобные скрыли свои личности, чтобы их не узнали. Теперь они подозревают и избегают друг друга, но так как я раскрыл свою личность, им не в чём меня подозревать, — положив руку ему на плечо, он продолжил. — Небесный Преподобный Му пришёл сюда, чтобы я его убил, но я его не трону. Он не является моим врагом, по крайней мере сейчас. Возможно, он и носит титул Небесного Преподобного, но на самом деле он всего лишь маленький человек со слишком высоким званием. Его убийство принесёт лишь проблемы.

Великий Владыка Солнца Дань Фэнлай удивлённо похвалил:

— Удивительно, Небесный Преподобный. Так как мне его принять?

Потомственный Король Богов ответил:

— На самом деле способности Небесного преподобного Му неплохи. Я сразился с ним во дворце Махакалы с помощью своего сильнейшего оружия. В то время я находился в области Божественного Моста, и он сумел сражаться со мной на равных. Даже когда я использовал двадцать восемь небес области, мне не удалось его убить. Наоборот. Ему удалось убить клона Небесного Преподобного Юя. Поэтому ты должен не позволить ученикам его провоцировать, — он улыбнулся. — Скажи, что меня нет, и прикажи ученикам относиться к нему с уважением. Не дай ему возможности развязать конфликт, веди себя так, будто он и вправду Небесный Преподобный. Как только он поймёт, что у него здесь ничего не получится, он уйдёт.»

Великий Владыка Солнца Дань Фэнлай поклонился и ответил:

— Тогда я пойду его встречать.

Потомственный Король Богов остановил его, отдавая последнее распоряжение:

— Ещё одно. Не дай никому пробраться в Дворец Короля Богов, чтобы убить его. Он был жертвой покушений в Божественном Дворце Лан Сюаня, так что здесь, вероятно, произойдёт что-то подобное. Нельзя дать этому позорищу умереть на моей земле.

Дань Фэнлай вышел, отправляясь встречать Цинь Му вместе со своими учениками.

Увидев его, Цинь Му рассмеялся:

— Великий Владыка Солнца, я до сих пор помню тот раз, когда мы встретились. Я едва не погиб от твоей руки.

Дань Фэнлай ответил:

— Тогда я не знал, что этому ты, поэтому сдержал себя. В тот раз я использовал лишь клонов и армию огненных воронов, чтобы убить людей Багрового Света. Я не видел в тебе противника. Небесный Преподобный Му, моего учителя сейчас нет, так что я буду принимать тебя. Прошу.

Цинь Му последовал за ним во Дворец Потомственного короля Богов, улыбаясь:

— В ту ночь у Яшмового Водоёма, меня пытался убить кто-то, похожий на Владыку Звезды. Он не был слишком сильным, но у него было много клонов, превратившихся в трёхногих воронов, летающих над водой.

Дань Фэнлай рассмеялся:

— Технику Великого Солнца совершенствует много людей. Разве это мог быть я? Владыка Культа, ты, должно быть, шутишь.

— Действительно.

Цинь Му начал тяжело дышать и несколько раз кашлянул. Рассматривая братьев и сестёр Великого Владыки Солнца, он увидел, что те уставились в землю, делая вид, что не замечают его болезненного состояния.

Дань Фэнлай обеспокоенно спросил:

— С твоим телом всё в порядке?

Цинь Му казался слегка растерянным. Его выражение лица изменилось, и он поспешно достал несколько духовных пилюль, дрожащей рукой положив их себе в рот. Мрачно вздохнув, он начал поглощать лекарственную энергию, прежде чем проговорить:

— У меня нет ни души, ни духа, я жив лишь благодаря силе моего сознания. Если оно рассеется, то я тут же умру. В этот раз я пришёл на райские небеса лишь для того, чтобы увидеть старые места и навестить друзей.

После этого он тайком взглянул на учеников Потомственного Короля Богов.

Они улыбались, их характеры оказались крайне стойкими.

Дань Фэнлай взволнованно проговорил:

— Твоё тело болеет Небесный Преподобный. Тем не менее, добрых людей благословят небеса. Кажется, твоя болезнь очень сложна и хитра, она проявляет себя нерегулярно. Я слышал, что в Божественном Дворце Лан Сюаня ты убил многих людей. Ты определённо очень силён. Я уверен, что тогда ты чувствовал себя намного лучше, — договорив, он засмеялся.

Цинь Му засмеялся вместе с ним, тут же наполняясь жизненной Ци.

Дань Фэнлай мысленно усмехнулся: «Этот парень и вправду бесстыден! Он даже не покраснел!»

Актёрские способности Цинь Му его впечатлили. Он отдал приказ своим братьям и сёстрам, проговорив:

— Пожалуйста, хорошо ведите себя с Небесным Преподобным, я найду нескольких сильных практиков для его защиты.

Толпа кивнула и повела Цинь Му и остальных поглядеть на прекрасные пейзажи у Дворца Потомственного Короля Богов.

Дань Фэнлай немедленно приказал богам и дьяволам разместить сеть в небе и паутину на земле, чтобы не позволить кому-либо пробраться на территорию незамеченным и убить Цинь Му, подставляя при этом Потомственного Короля Богов.

Только когда всё было готово, он нашёл Цинь Му. Один из учеников тут же ему сообщил:

— Брат, Цинь Му начал давать нам лекции. Он делится своими знаниями на Сцене Бездны. Все остальные уже отправились туда.

— Он даёт лекцию на Сцене Бездны? Что он задумал?

Дань Фэнлай бросился на Сцену Бездны, увидел, что та была заполнена учениками Дворца Потомственного Короля Богов, сидящих внизу, чтобы послушать лекцию.

— Исходя из этого, мы должны уничтожить божественное сокровище Божественного Моста и открыть Райскую Реку, так как она праведна. Посмотрите, кто из вас может стать мне достойным противником в одной и той же области? Дело не в том, что я сильнее вас, а в том, что я открыл божественное сокровище Райской Реки. Я учу вас тому, чему не научит Небесный Преподобный Чжу. Теперь я поделюсь с вами техникой для освоения силы Райской Реки…

Услышав его слова, Дань Фэнлай был озадачен: «Этот бог чумы и вправду учит их какой-то технике, вот только он несёт бред об уничтожении божественного моста. Нужно послушать его, и посмотреть, как он продолжит свою ложь. Вот только сначала я должен позаботиться о безопасности, чтобы его не убили.»

Он достал и открыл бутылку, из которой высыпались бесчисленные стеклянные шарики. Разлетаясь на ветру, они поднялись к небу, превращаясь в бесчисленные сияющие солнца. С поверхности последних взмыли трехногие вороны, таща солнца за собой.

Будучи невероятно сильными, вороны взмахивали крыльями, разрубая пространство, прежде чем скрыться в разрезах, готовя засаду. Своими внимательными взглядами они оглядывались вокруг, наблюдая за малейшими движениями.

Дань Фэнлай забрался на вершину холма неподалёку. Всё, что видели вороны, тут же отбивалось в его разуме.

Благодаря сети неизбежности, накрывшей небо и землю, Дворец Потомственного Короля Богов напоминал железную крепость, в которую было невозможно пробраться незамеченным!

Наблюдая за обстановкой, он слушал голос Цинь Му. Слова парня заинтересовали его, он задумался: «Убога чумы есть интересные мысли. Его техника, требующая понимания силы райской реки для открытия божественного сокровища Райской Реки, вполне реальна. Тем не менее, практику придётся сначала уничтожить свой божественный мост… Это плохо!»

Его разум был повергнут в хаос, а лоб покрылся холодным потом: «Это плохо! Его техника требует уничтожения Божественного Моста! Его лекция ведёт к отрицанию учений Дворца Потомственного Короля Драконов!»

Он подлетел в небо и прокричал:

— Небесный Преподобный Му соблазняет вас нелепыми, демоническими учениями! Его нельзя слушать!

Его голос был настолько громким, что на мгновение перебил Цинь Му.

Тот засмеялся, прежде чем подняться и неторопливо проговорить:

— Почему Великий Владыка Солнца так говорит? С каких пор моя техника стала демоническим учением?

Лицо Дань Фэнлая позеленело. Он подлетел к Сцене Бездны, истерично крича:

— Небесный Преподобный Му возглавляет силы предателей нижней границы, он демонический реформист. То, чему он учит, — зло. Происходящее от демонов! Не слушайте! Забудьте его слова! Я убью любого, кто попытается совершенствовать его технику!

Бесчисленные ученики Дворца Потомственного Короля Богов, сидящее у сцены, переглянулись, не понимая, почему Великий Владыка Солнца стал настолько строгим.

Какой-то парень рассмеялся и проговорил:

— Брат, я думаю, что божественное сокровище Райской Реки Небесного Преподобного Му вполне реально. Если разрушить свой Божественный Мост и на его месте построить Райскую Реку, то можно увеличить силу в одной области на сорок-пятьдесят процентов. А может даже и больше!

Прежде чем он успел закончить, Дань Фэнлай поднял его в воздух и потянул к себе. Бедолага пролетел приличное расстояние, прежде чем упасть в его руки.

Схватив его за шею и начав душить, Дань Фэнлай проревел:

— Что я только что сказал? Это зловещая, демоническая техника!

Спустя несколько мгновений он отбросил парня в сторону. Тот начал блевать кровью, несколько его костей были сломаны.

Прежде чем Дань Фэнлай успел продолжить, с неба внезапно полился дождь из крови.

Он резко изменился в лице, осознав, что кто-то умудрился пробраться во Дворец Потомственного Короля Богов, начав убивать его клонов!

С неба лились струи крови, клоны Дань Фэнлая умирали всё чаще и чаще. Тем не менее, он всё ещё не сумел обнаружить врага!

«Тот, кто убивает воронов, — это существо области Райских Небес, он может оказаться даже Небесным Преподобным!»

На лбу Дань Фэнлая выступили капли холодного пота. В следующий миг в воздухе появилось огромное тело Потомственного Короля Богов, серьёзным тоном предупреждая:

— Небесный Преподобный Му, кто-то пытается тебя убить. Тебе не стоит оставаться во Дворце Потомственного Короля Богов. Брат Дао, пожалуйста, уходи быстрее. Я задержу убийцу!

Цинь Му поздоровался, отвечая:

— Потомственный Кроль Богов, это наша первая встреча. Я не думаю, что тебе стоит прогонять своего гостя.

Потомственный Король Богов поздоровался в ответ и поднял руку, признавая свой низший статус, прежде чем начать умолять:

— Сюда вторгается сильный враг. Я не могу гарантировать безопасности Брата Дао. Пожалуйста, уходи быстрее, а не то ты окажешься в опасности. Извини мне мою грубость, но ты можешь доставить моему Дворцу Потомственного Короля Богов огромных проблем. Фэн, проводи гостя.

Лицо Дань Фэнлая оставалось зелёным, он протянул руку, проговорив:

— Прошу, Небесный Преподобный.

Цинь Му и остальные поднялись и ушли.

Дань Фэнлай вывел Цинь Му из Дворца Потомственного Короля Богов. Он всё ещё выглядел нервным, холодно смеясь и говоря:

— Небесный Преподобный Му, я не хочу тебя прогонять, но к нам и вправду пытается вторгнуться внешний враг, чтобы убить тебя, подставляя учителя!

Цинь Му выразил свою благодарность, прежде чем проговорить:

—Великий Владыка Солнца, откуда тебе знать, что это дело рук внешнего, а не внутреннего врага?

Дань Фэнлай был слегка ошеломлён. Провожая Цинь Му взглядом, он внезапно всё осознал, и поспешно вернулся к Сцене Бездны.

Не успев подойти к сцене, он увидел бесчисленные трупы своих братьев и сестёр.

Его сердце дрогнуло, он обезумевши бросился в сторону горы трупов. Достигнув Сцены Бездны, он увидел, что все его братья и сёстры, включая парня, чьи кости он только что поломал, были мертвы.

Потомственный Король Богов стоял на сцене, молча смотря на него.

Глава 931. Спpашивать o Дао у Жаб

Дань Фэнлай почувствовал, что его конечности онемели, из его горла попытался вырваться животный рёв. Потомственный Король Богов был Небесным Преподобным Чжу из десяти Небесных Преподобных, и все эти люди были его учениками. У него было огромное количество последователей по всему миру, поэтому он не мог самостоятельно заниматься обучением каждого из них.

Таким образом, на самом деле их учил Дань Фэнлай!

Они были крайне благодарны Дань Фэнлаю, и пытали к нему огромное уважение. Отношения между ними было сложно понять другим.

Теперь, Потомственный Король Богов убил столько его младших братьев и сестёр, в его сердце возникла боль, сродни удару ножом. Тем не менее, он всё ещё держал в себя в руках и поспешно подавил свой крик, проглатывая его!

Взглянув на него, Потомственный Король Богов сдержанно проговорил:

— Небесный Преподобный Му вершит всяческое зло. Он воспользовался моим отсутствием, чтобы убить более двух сотен моих учеников. Мой ученик Фэнлай видел это своими глазами. Так и случилось, Фэнлай?

Дань Фэнлай поклонился и шокировано ответил:

— Это именно то, что случилось. Я лично это видел.

Потомственный Король Богов удовлетворённо кивнул. Спустившись со Сцены Бездны, он похлопал его по плечу:

— Такие вещи, как реформа, являются предательством. Должно быть, ты тоже слушал о божественном сокровище Райской Реки, но твой уровень совершенствования и так достаточно высок. Думаю, что ты знаешь, что принесёт ползу, а что вред, и не будешь поступать опрометчиво.

Дань Фэнлай без раздумий согласился:

— Ученик понимает. Реформы идут против путей предков, они являются предательством. Я глубоко презираю и ненавижу такие вещи и больше всего хочу уничтожить всё, связанное с ними.

Потомственный Король Богов прошёл мимо него, неспешно говоря:

— Небесный Преподобный Му, это отродье, пришло доставить мне проблем сразу после того, как посеял хаос в Божественном Дворце Лан Сюаня. Которого из Небесных Преподобных он навестит следующим? Когда он направлялся на райские небеса, многие думали, что он тут же умрёт. Тем не менее, кто бы мог подумать, что он наоборот начнёт чувствовать себя всё лучше и лучше… Фэнлай, похорони своих младших братьев и сестёр. Что касается их семей, то им нужно щедро компенсировать потери!

— Как прикажешь, — Дань Фэнлай поднял голову, смотря ему вслед. Он думал про себя: «Мои младшие братья и сёстры погибли из-за Небесного Преподобного Му. Если бы он не рассказывал им о своих техниках и не учил их Дао, учителю не пришлось бы их убить! Небесный Преподобный Му, я испытываю к тебе глубокую обиду и ненависть, мы не сможем жить под одним небом!»

Он не осмеливался злиться на Потомственного Короля Богов, поэтому ему оставалось обвинить во всём Цинь Му.

— Небесный Преподобный Му, Небесный Преподобный Хун совершенствуется в уединении. Его дворец закрыт, и мы не впускаем никого внутрь.

Юнь Чусю привела Цинь Му и остальных во дворец Хуна, у входа в который их встретил бог, извиняясь:

— Что касается того, что к нас пришёл Небесный Преподобный… Как только Небесный Преподобный Хун выйдет из уединения, я сообщу его об этом, и он определённо сам тебя навестит. Небесный Преподобный Му, пожалуйста, возвращайся.

Цинь Му и остальным оставалось лишь уйти.

Когда Юнь Чусю привела их во дворец Небесного Преподобного Сяо, они получили такой же ответ.

Затем, когда они посетили дворец Небесного Преподобного Хо, бог у входа им ответил:

— В Великой Пустоши происходит какая-то странная активность, и Небесный Преподобный Хо повёл всех своих учеников, чтобы изучить ситуацию. Я не знаю когда они вернутся.

Во дворце Небесного Преподобного Сю, бог проговорил:

— Небесная Преподобная Сю отправилась к Великой Пустоши вместе с Небесным Преподобным Хо. Её сейчас нет во дворце. Небесный Преподобный Му, пожалуйста, возвращайся.

Юнь Чусю вздохнула, растерянно спрашивая:

— Неужели все Небесные Преподобный сбежали?

Глаза Юнь Цзяньли загорелись, он проговорил:

— Почему бы нам не пойти к Небесным Преподобным Янь и Цян?

Юнь Чусю посмотрела на него, сладко улыбаясь:

— Брат, разве ты забыл. Что эти двое Небесных Преподобных — это небесные госпожи, живущие в комнатах наложниц? Разве нас к ним пустят? Почему бы нам лучше не навестить Небесного Преподобного Хао? Тот же не мог тоже уйти, верно?

Юнь Цзяньли улыбнулся, думая про себя: «Кем из Небесных Преподобных является эта девушка? Из числа всех Небесных Преподобных, женщинам являются Цян, Янь, Гун и Сю. Тем не менее, двое последних избегают встречи. Хотелось бы узнать о настоящей личности Юнь Чусю. Неужели одна из двух сестёр стала мужчиной?

Цинь Му проговорил:

— Давайте не будем беспокоить Небесного Преподобного Хао. Между нами и так есть конфликт, и наши отношения не слишком хорошие. Даже если мы придём туда, он может просто меня прогнать. Недавно я узнал, что на райские небеса вернулся Предок Дао, так почему бы нам не пойти к Секте Дао райских небес, чтобы навестить старого даоса?

Юнь Чусю, казалось, хотела повергнуть весь мир в хаос. Но когда Цинь Му предложил пойти к Предку Дао, её энтузиазм куда-то пропал.

Всё это время главной целью Цинь Му была встреча с Предком Дао. Вот только он не представлял, что по пути к этой цели произойдёт столько всего, и что в результате Божественный Дворец Лан Сюаня будет уничтожен, все ученики Потомственного Короля Богов погибнут, а остальные Небесные Преподобные так и не осмелятся с ним встретиться.

Тем не менее, теперь цель его визита к Предку Дао не будет такой очевидной.

Секта Дао райских небес.

Секта Дао, казалось, совсем не ожидала, что к ним придёт Цинь Му. Старые Даосы и божественные звери, охранявшие врата, шокировано наблюдали за его приближением. Лишь когда он уже почти стоял у ворон, они наконец пришли в себя и поспешно побежали наверх, чтобы всех предупредить.

Спустя некоторое время старый даос привёл группу учеников им навстречу. Извиняющимся тоном он проговорил:

— Небесный Преподобный преодолел долгий путь, но мы не встретили тебя должным образом, прости нас.

Цинь Му смерил даоса взглядом. Он не был Предком Дао, которого он встречал в Эпоху Дракона Ханя. Судя по его голосу, это был тот же мужчина, который был в Павильоне Хранителя вместе с Небесным Преподобным Хо.

— Небесный Преподобный, это Мастер Дао Секты Дао, — напомнил ему Юнь Цзяньли.

— Предок Дао здесь? — спросил Цинь Му.

Мастер Дао райских небес тут же ответил:

— Предок Дао вернулся в Секту Дао несколько дней назад и сейчас находится в уединении. Почему бы Небесному Преподобному не прийти в какой-то другой день?

Цинь Му улыбнулся:

— Не волнуйся, я подожду пока он выйдет.

Мастеру Дао не оставалось ничего другого, кроме как впустить его на территорию секты.

Секта Дао райских небес располагалась в Райском Дворце Чистого Нефрита и занимала огромную площадь, её масштабы в разы превосходили Секту Дао Вечного Мира.

Несмотря на то, что Секта Дао Линь Сюаня считалась владельцем Границы Кунблунь, она всё же владела лишь одной божественной горой и несколькими даосскими монастырями, в которых даже ладана не хватало.

С другой стороны, Секта Дао райских небес была невероятно роскошной и изысканной. Её дворцы были величественными и большими, состоя из десятков тысяч зданий и павильонов. Здешние Даосы не носили традиционной даосской одежды. С ног до головы они носили аристократические костюмы, а с бытовыми потребностями им помогали справляться бесчисленные горничные.

На самом деле те, кто вступал в Секту Дао райских небес, не были даосами. Даосами считались те люди, которые совершенствовали Дао и не обладали слишком большим количеством желаний. Ученики Секты Дао Райских Небес были здесь лишь для того, чтобы овладеть техниками и математикой Секты Дао, и видели в этом месте лишь возможность для изучения путей, навыков и божественных искусств.

Традиционные учения Секты Дао их совершенно не интересовали.

Они были не настоящими даосами, а потомками могущественных и влиятельных людей райских небес, которые отправили их в это место, чтобы помочь им завоевать хорошую репутацию.

Секта Дао Вечного Мира, с другой стороны, до сих пор следовала основным учениям Предка Дао, на которых базировалась Секта Дао. Будь то старый Мастер Дао или Лань Сюань, они прилагали огромные усилия для того, чтобы передать их новым поколениям.

Естественно, в Секте Дао райских небес было несколько настоящих Даосов, одетых в традиционные мантии. Тем не менее, на общем фоне их количество было крайне малым.

Ещё в самом начале его путешествий, у Цинь Му были смешанные чувства на этот счёт.

Он уже встречал настоящих и поддельных монахов, так же, как и даосов. Если они всего лишь носили мантию и не совершенствовались должным образом, то с них не было никакого толку.

«В Секте Дао райских небес нет истинных учений, — Цинь Му посмотрел на ярко одетых юношей, думая про себя. — Не странно, что Предок Дао здесь не появляется.»

В этот момент к Мастеру Дао подошёл старый даос, что-то шепча ему на ухо.

Предок Дао райских небес легко кивнул и улыбнулся:

— Небесный Преподобный, Предок Дао вышел из уединения. Услышав, что Небесный Преподобный пришёл его навестить, он приказал мне привести вас к нему. Пожалуйста, за мной.

Цинь Му был вне себя от радости, следуя за ним вместе с остальными.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Небесный Преподобный Му навестил различных Небесных Преподобных, но никто из них не осмелился встретиться с ним лично. Предок Дао крайне смел, раз уж он решился на такой шаг.

Мастер Дао райских небес улыбнулся, извиняясь:

— Предок Дао — это всё же лишь Предок Дао нашей секты. Разве его можно сравнивать с Небесными Преподобными? Если к нему в гости Пришёл Небесный пРеподобный, то он не посмеет отказать.

Они вошли в главный зал Секты Дао. Он находился в том месте, где в других райских дворцах располагался Дворец Непостижимого Неба, тем не менее, он был выполнен в совершенно другой форме.

В отличии от них он казался невероятно ободранным. На самом деле это была даосская халупа радиусом в шесть метров. Её не охраняли божественные звери, а у его входа одна напротив другой сидели две жабы.

Те, казалось, обладали кое-каким умом. Как только они услышали шаги, их глаза выпучились из головы, а веки медленно открылись. Смотря на гостей, они начали громко квакать.

После этого две жабы отвели глаза в сторону, закрывая их.

Янь’эр спустилась с плеча Цинь Му и постучала по голове одной из жаб клювом.

Жаба снова медленно выпучила глаза, прежде чем спросить:

— Чего тебе?

— Оно может говорить! — шокировано воскликнула Янь’эр. Сделав два шага назад. Она встревожено спросила. — Вы монстры?

Жаба закатила глаза, отвечая недовольным тоном:

— А ты разве не можешь говорить?

— Я не такая, как ты. Я полубог, а ты жаба! — рассмеялась Янь’эр. — Если ты смертное существо, то не должно уметь говорить. Разве что тебе удалось совершенствоваться и стать демоном.

Жаба ответила:

— Я — Дао, а не жаба, так что нет ничего странного в том, что я могу говорить.

Янь’эр была глубоко шокирована. Цилинь высунул свою огромную голову и с любопытством спросил:

— Ты Дао? Кто тебе это сказал?

— Старый Даос, — с серьёзным выражением лица проговорила жаба. Он говорил, что Дао — это жаба, и что ему нужна наша помощь для его изучения. Поэтому он поставил нас охранять этот вход. Вам не понять, уходите.

Янь’эр и цилинь переглянулись.

Цинь Му следовал вошёл вслед за Мастером Дао в крохотный дворец. Затем старик развернулся и улыбнулся Юнь Цзяньли, Ци Цзюи и остальным:

— Предок Дао примет лишь Небесного Преподобного, пожалуйста, подождите.

Юнь Цзяньли и Ци Цзюи тут же ответили:

— Всё хорошо. Мастер Дао, продолжайте.

Все они знали, что несмотря на то, что Мастер Дао райских небес казался податливым и безвольным старым даосом, на самом деле он обладал невероятными способностями и уступал лишь Предку Дао.

Тем не менее, Юнь Чусю слегка разочаровалась, так как надеялась послушать разговор Цинь Му и Предка Дао. Тем не менее, Мастер Дао райских небес стоял у входа, улыбаясь. Было очевидно, что он не впустит внутрь никого, кроме Цинь Му.

«Старый Даос ведёт себя скрытно и странно, что он задумал?» — холодно фыркнула она.

Цинь Му вошёл в соломенную хижину, увидев неопрятного старого даоса, сидящего перед зелёным фонарём. Увидев его, он поднялся и улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му, с нашей последней встречи прошло много времени.

Цинь Му улыбнулся:

— И вправду много.

Старый Даос вынул свою деревянную заколку, чтобы ткнуть в лампу, прежде чем проговорить:

—Вокруг полно ушей, Небесный Преподобный, давай поговорим в лампе.

Внутри лампы тут же засиял цветок из света. Когда он погас, Даос и Цинь Му уже исчезли!

Осмотревшись, Цинь Му понял, что они оказались на небесах, расположенных внутри фитиля лампы. Вход в это место был создан из огня свечи высотой в тысячи метров, выглядя невероятно удивительно.

Предок Дао стоял возле него, неспешно говоря:

— Бедствие Вечного Мира, препятствия реформе, и теперь Небесный Преподобный Му пришёл на райские небеса. Услышав обо всём этом, я поспешил сюда, чтобы помочь тебе и отдать долг за то, что ты однажды помог мне достичь просвещения. Я не думал, что твои способности окажутся настолько высокими, что ты сумеешь самостоятельно справится со здешними опасностями. Вот только твои действия привели к нарушению здешнего мира Небесный Преподобный, ты поднял здесь настоящий хаос. Ты понимаешь, сколько людей, богов и дьяволов умрут из-за тебя?

Цинь Му холодно рассмеялся:

— Предок Дао доброжелателен. Ты знаешь, сколько людей погибло во время бедствия Вечного Мира? Выжило менее десяти процентов! Миллиарды жизней были утеряны за считанные мгновения! Ты им когда-либо сочувствовал?

Предок Дао вздохнул:

— Я был не в силах что-то сделать во время бедствия Вечного Мира.

Цинь Му ответил:

— Секта Дао оправдывает бездействие, тем не менее, в сложившейся ситуации, бездействие ведёт к смерти! Ты не смог спасти жизни этого мира, но всё же собираешься критиковать меня за то, что я посеял хаос на райских небесах и привёл к гибели нескольких учеников Небесных Преподобных?

— Я бы не осмелился тебя критиковать, — проговорил Предок Дао. — Вот только трава, цветы и деревья — это всё жизни…

— Глупец! Лицемер! — покачал головой Цинь Му. — Предок Дао, ты помог райским небесам изучить божественные искусства древних богов. Ты хоть понимаешь, к скольким смертям это привело? Разве эти жизни менее ценны, чем жизни деревьев, травы и цветов, о которых ты говоришь? Ты говоришь, что Дао — это жаба, но жабы не понимают Дао, люди понимают! Люди не только понимают Дао, они могут его создать!

— Ты ослеплён своей погоней за Дао! Ты хочешь его достичь, но сделать это просто изучая его невозможно! Вместо этого ты должен создать Дао, которое принадлежит тебе! Только созданное тобой Дао будет настоящим! — прокричал он. — Вместо того, чтобы спрашивать о Дао у Дао, ты мог с таким же успехом спросить о нём у людей!

Предок Дао почувствовал дрожь в сердце, торжественно отвечая:

— В прошлом я обрёл просветление благодаря Небесному Преподобному, и сегодня, я обрёл просветление снова. Твой совет принёс мне огромную пользу.

Глава 932. Bсматриваясь в Бeздну

Даo было жабами.

Это предложение передавало всю суть стремления Предка Дао к постижению Дао.

Предок Дао никогда не думал о чём-то другом, кроме поиска Дао. Он даже не мог справиться со своими бытовыми нуждами и полагался в этом на Будду Брахму. Когда Цинь Му прибыл в первый год Дракона Ханя, он увидел, что Будда Брахма попрошайничает, в надежде получить несколько духовных пилюль и прокормить их обоих.

Предок Дао, в свою очередь, был полностью сосредоточен на Дао, не обращая внимания на происходящее вокруг.

Дао было жабами. Он считал, что древние боги являются Дао и в результате получил этих жаб. На протяжении миллионов лет он изучал богов с помощью математики, высасывая весь потенциал из классической математики. Изучая Великое Дао древних богов и формулируя его в рунах, он помог Десятью Небесным Преподобным создать область Райских Небес.

Он больше не нуждался в том, чтобы Будда Брахма его кормил.

Говоря о спрашивании о Дао у Дао, Цинь Му имел в виду, что тот пытался изучить Дао древних богов. Последние и вправду являлись воплощением Дао, но пока он тратил свои силы на них, Дао не обращало внимания не его стремления. Он совершенно ничего не создавал.

Кроме того, Цинь Му сказал о спрашивании о Дао у людей, имея в виду существ, способных созидать. До появления людей не существовало пути меча, они сами его создали. То же можно было сказать о живописи и каллиграфии, духовном эмбрионе и техниках совершенствования.

Техники совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов были придуманы людьми и не являлись частью древних богов или жаб.

Напряжённые исследования Предка Дао, длящиеся многие годы, не позволили ему отступить от своих старых учений, отчего он начал сильно уступать Небесным Преподобным.

Тем не менее, должно быть он осознал ограничения своего подхода, раз приказал двум жабам охранять вход.

Между возрастом и мудростью не было прямой связи. Разум и мудрость базировались как на природе, так и на воспитании, которое сильно зависело от окружения.

Цинь Му родился в Вечном Мире и стал свидетелем его реформ. В конечном итоге он возглавил эту реформу и увидел, как развитие путей, навыком и божественных искусств меняет Великое Дао Неба и Земли.

Он не осмеливался предполагать, что его опыт был богаче, чем у Предка Дао, тем не менее, он и вправду много в чём его превосходил.

— Я слышал, что Госпожа Юньсяо была в Яшмовом Водоёме и встречалась с Небесным Преподобным Му. Предполагаю, что ты здесь в связи с Небесным Преподобным Юем, — Предок Дао достал деревянный футляр и проговорил. — Я охранял это на протяжении тысяч лет. Наконец я могу избавиться от этого бремени.

Цинь Му взял футляр в руки и проговорил:

— Ты тоже не знаешь, что внутри? — Предок Дао покачал головой и ответил. — Этот предмет предназначен для Небесного Преподобного Му, как я могу его открыть? Небесный Преподобный Юнь оставил два футляра. Один для тебя, другой для Небесного Преподобного Циня. Тем не менее, я его уже отдал.

— Небесный Преподобный Юнь оставил футляр Императору-Основателю? Госпожа Юньсяо не говорила мне об этом, — с любопытством проговорил Цинь Му. — Что досталось Небесному Преподобному Циню?

Предок Дао засмеялся:

— Я был вместе с Небесным Преподобным Цинем, когда он его открыл. Ему досталась топографическая карта места под названием Большая Пустошь, но я не осматривал её слишком детально.

— Великая Пустошь? — Цинь Му слегка взволновался. — Я только что навестил Небесных Преподобных Хо и Сюй, и узнал, что в Великой Пустоши происходят какие-то странности. Они взяли своих учеников и отправились туда. Что такое Великая Пустошь?

Предок Дао покачал головой:

— Я не знаю, это известно лишь десятью Небесным Преподобным. Мне известны лишь слухи, и не знаю, что там, и где она находится. Тем не менее после того, как Небесный Преподобный Цинь получил топографическую карту, произошло бедствие, и он отправился в деревню Беззаботную. Судя по слухам, деревня Беззаботная находится именно в Великой Пустоши. Десять Небесных Преподобных уделяют много внимания Великой Пустоши, так как они не знают, что случилось с Небесным Преподобным Цинем.

Цинь Му глубоко задумался. Великая Пустошь, деревня Беззаботная и мир, созданный мастерами создания. Неужели между этими тремя вещами есть какая-то связь?

На барельефах в Области Ржавой Крови он сам видел, как доисторические мастера творения объединяли свои сознания, становясь невероятно сильными. Они создали новый мир из ничего в попытке отдалиться от хаоса реальности и убийц в лице древних богов.

Таким образом, неужели мир, созданный этими мастерами творения, и действительно был Великой Пустошью?

Находилась ли деревня Беззаботная в Великой Пустоши?

Цинь Ханьчжэнь и Принцесса-Консорт Чжэнь говорили об опасностях, скрывающихся вокруг деревни Беззаботной. Что они могли иметь в виду?

У Цинь Му было множество вопросов, на которые он не мог ответить.

Открыв футляр Небесного Преподобного Юня, он был ошеломлён. Внутри лежал крохотный жертвенный алтарь.

Он был невероятно маленьким, имея не более сантиметра в длину и двух в высоту. В противном случае он не смог бы поместиться внутри футляра.

Цинь Му попытался достать алтарь наружу, с удивлением обнаруживая, что оказавшись внутри футляра его рука уменьшилась в размерах. Ему так и не удалось дотянуться до дна.

«Внутренняя часть футляра невероятно огромна, он совершенно не такой маленький, как кажется.»

Внимательно осматривая футляр, Цинь Му внезапно заметил. Что на алтаре стояло что-то невероятно крохотное.

Направив свою магическую силу в футляр, он создал ладонь из Ци, с помощью которой достал предмет на алтаре.

Вытащив его наружу, он обнаружил, что это была кубическая печать, слегка больше еги ладони.

«Эта печать…»

Он не мог не задуматься. Печать была не слишком большой и прозрачной. Её выковали из странного вещества, позволяющего неотчётливо разглядеть узоры на его ладони.

Несмотря на то, что это была печать, на ней, в отличие от остальных, не было надписей. На её поверхности виднелся лишь сложный рисунок горы.

Тщательно её осмотрев, он передал печать Предку Дао. Спрашивая:

— Ты не можешь сказать мне, какие секреты кроются в этом предмете?

Предок Дао начал внимательно осматривать печать, когда в его межбровье внезапно открылся третий глаз, выполняя божественное искусство Небесного Глаза.

Спустя некоторое время третий глаз закрылся, прежде чем открыться снова. В этот раз он пылал дьявольским огнём Юду и являлся глазом Графа Земли.

Рассеивая божественные искусства одно за другим. Он перебирал различные виды глаз древних богов, но так и не сумел разгадать секрета печати.

— Я не вижу в ней чего-то подозрительного, — покачав головой, Предок Дао отдал печать обратно. — Но раз уж Небесный Преподобный Юнь так сильно хотел, чтобы этот предмет достался тебе, значит в нём есть какой-то скрытый смысл.

Цинь Му взволновался, открывая свой третий глаз и продолжая рассматривать печать. Внезапно в его голове прозвенел голос Шу Цзюня:

— Это императорская печать Великого Императора Цзюй Юйши! Она является драгоценным артефактом, созданным его сознанием!

Рассматривая печать своим третьим глазом, Цинь Му тут же заметил что-то странное.

Этот предмет был сгущённым сознанием невероятно сильного существа. Смотря на него своим третьим глазом, Цинь Му увидел величественного императора, стоящего на его ладони!

Как только его взгляд упал на этого императора, Цинь Му почувствовал, что его сознание подвергается сильному нападению!

Оно тут же попыталось пробиться в его голову, его межбровье едва не лопнуло от давления.

Цинь Му поспешно закрыл свой третий глаз, и Шу Цзюнь продолжил:

— Откуда здесь сокровище Великого Императора Цзюй Юйши? Оно является символом его власти. В прошлом он носил его с собой, путешествуя по вселенной и уничтожая все расы, не признающие его правления! Когда эта печать появлялась на поле боя, в радиусе десяти тысяч километров все превращались в трупов! Никто не осмеливался отказываться выполнять его приказ! Тем не менее, он должен был погибнуть во время атаки древних богов, как тогда эта печать оказалась здесь?

От атаки на его сознание у Цинь Му ужасно разболелась голова. Лишь спустя некоторое время он сумел прийти в себя и спросил:

— Шу Цзюнь, как использовать силу печати Великого Императора?

Шу Цзюнь рассмеялся:

— Если ты согласишься давать мне свою природу, кровь и сознание на протяжении следующих трёх лет, я научу тебя использовать её истинный потенциал. Сила печати невероятно высокая, она убила бесчисленное количество мастеров создания, патриархов и древних богов, созданных различными расами. Никто из них не мог с ней совладать. Дай мне свою природу, кровь и сознание, и я научу тебя её освобождать!

— Забудь об этом, — проигнорировав его предложение, Цинь Му пробормотал. — Что же Небесный Преподобный Юнь мог иметь в виду, оставив мне эту печать? Он дал Императору-Основателю карту Великой Пустоши, а мне печать Великого Императора. Скорее всего между этими двумя предметами есть какая-то связь…

Предок Дао был шокирован:

— Небесный Преподобный Му знает название этого артефакта?

Спрятав печать, Цинь Му засмеялся:

— Я немного о ней знаю. Она создана из сознания Великого Императора Цзюй Юйши. Тем не менее, я не умею её активировать. Предок Дао, ты ведь был с Небесным Преподобным Юнем в хороших отношениях, верно?

Предок Дао ответил:

— После того, как мне удалось обрести некоторые заслуги и стать выдающимся представителем человеческой расы, Небесный Преподобный Му нашёл меня, чтобы спросить о моих достижениях в математике. Мы довольно долго с ним разговаривали, рассматривая возможность того, чтобы использовать моё Дао Математики, чтобы разгадать Великое Дао древних богов и свергнуть их.

Он рассказал об обстоятельствах их встречи с Небесным Преподобным Юнем.

В то время Небесный Преподобный Юнь уже был Небесным Императором Небес Ханя, и разорвал почти все связи с райскими небесами Дракона Ханя, став лидером всех форм жизни после начала.

Райские небеса Дракона в то время находились под управлением Небесного Преподобного Хао, возглавившего всех полубогов.

Эти двое райских небес часто сражались друг с другом, битва между полубогами и формами жизни после начала почти никогда не затихала.

Тем не менее, формально эти двое райских небес были ответвлениями Райских Небес Дракона Ханя, так как миром в то время всё ещё правили древние боги. Борьба между полубогами и формами жизни после начала лишь гарантировала безопасность их власти, и Небесам Ханя и Дракона приходилось отдавать им дань.

Если они отказывались это делать, то древние боги райских небес Дракона Ханя спускались, чтобы сразиться на стороне противника, тем самым наказывая всех, кто им не повиновался. Количество крови, которая проливалась в то время, было настолько огромным, что она формировала реки, а трупы погибших людей — горы.

Именно в таких условиях Небесный Преподобный Юнь нашёл прославившегося Предка Дао и предложил ему присоединиться к Небесному Союзу.

Затем тот начал изучать Великое Дао с помощью Математики. Он отлично разбирался во всевозможных видах Дао, но вот его магическая сила не была слишком высокой, и в его арсенале не было достаточно большого количества божественных искусств.

В те трудные времена во вселенной было столько же талантов, сколько звёзд. Количество могущественных воинов тоже поражало, и Предок Дао и Будда Брахма не слишком сверкали на их фоне.

Когда Небесный Преподобный Юнь сказал Предку Дао, что его математика может раскусить Великое Дао древних богов и свергнуть их, положив конец страданиям всего мира, тот был настолько шокирован, что отказывался ему верить.

Затем жизненные пути Предка Дао и Будды Брахмы разошлись. Они начали жить своими жизнями и начали набирать себе учеников.

Тем не менее, Небесный Преподобный Юнь заставил его поверить, что его цель реальна, и что обычные люди тоже могли постичь силу древних богов и управлять ею.

В конце концов, Предок Дао начал воплощать план Небесного Преподобного Юня в реальность и на протяжении сотен тысяч лет изучать Великое Дао древних богов.

К нынешнему времени он уже успел постичь основания Великого Дао древних богов.

— Тем не менее, наблюдая за событиями в мире, я понял, что сегодня древние боги не являются самой большой угрозой небу и земле, — Предок Дао замер, прежде чем внезапно проговорить. — Небесный Союз заменил их в этом. Явсего лишь исследователь, уделяющий не слишком много внимания мирским делам, поэтому такое изменение застало меня врасплох, я не был к нему готов. В связи с этим, когда я узнал, что Небесный Преподобный Му пришёл навестить меня в Секту Чистого Небосвода, я рискнул и отправил тебя в Павильон Хранителя, чтобы передать тебе Великое Дао древних богов и попытаться что-то изменить.

Цинь Му поблагодарил его, прежде чем спросить:

— Почему Предок Дао передал руны Павильона Хранителя древнему Небесному Императору?

Предок Дао заколебался, прежде чем ответить:

— Это была идея Небесного Преподобного Юня.

Цинь Му был ошеломлён.

— В последние дни той эпохи Небесный Преподобный Юнь, казалось, понимал, что не проживёт слишком долго. Он сказал мне, что Небесный Союз пошёл по неправильному пути и нуждается во враге. Он не мог решить проблему Небесного Союза, единственное, что ему оставалось, это повредить его, не позволяя ему слишком разрастись. К сожалению, он всё равно стал тем, чего мы так опасались.

Глава 933. Hастoящий и Поддельный

Цель создания Небесного Союза состояла в свержении древниx богов, уничтожении «Небес», под которыми имелись в виду древние боги Эпохи Дракона Ханя.

B прошлом, будучи лидером Небесного Союза, небесный Преподобный Юнь был вынужден объединить все силы воедино, будь то полубоги или формы жизни после начала. Если они разделяли его желание свергнуть древних богов, то двери Небесного Союза были для них открыты.

K тому времени, как они избавились от Небесного Императора, сила Небесного Союза достигла невероятного уровня, и наконец, в один прекрасный день, Небесный Преподобный Юнь осознал, что они не свергли Небеса, а стали ими.

Тем не менее, к тому времени он уже был не в силах изменить направление развития Небесного Союза, поэтому решил стать препятствием в их стремлении править всем миром.

Он знал, что его смерть неизбежна, и поэтому создал план на будущее, который должен был исполнить Предок Дао.

— Небесный Преподобный Юнь пытался использовать Небесного Императора в качестве палки в колёса Небесного Союза. В случае нужды тот мог отвлечь Небесный Союз от подавления нижней границы и заставить их сфокусироваться на нём, — продолжил Предок Дао. — Благодаря этому у нижней границы появился бы шанс на развитие.

Сердце Цинь Му резко дрогнуло.

Небесный Преподобный Юнь и вправду всё предвидел!

Небесный Союз любой ценой препятствовал бы возрождению древнего Небесного Императора. Только пока тот был мёртв, они оставались непобедимыми. Если же тот воскреснет, то все их усилия окажутся напрасными.

Причина этого состояла в том, что у всех других древних богов были свои недостатки и слабые места, кроме того, им приходилось следовать правилам собственного Дао, в то время как Небесного Императора не ограничивало ни то, ни другое.

Его не сдерживало Великое Дао Неба и Земли.

Подобный вид древнего бога был самым ужасающим.

Если бы они знали, что древний Небесный Император не был полностью уничтожен, и что его душа воскресла и внедрилась в ряды десяти Небесных Преподобных, то союз, который они образовали, тут же бы распался.

Но если бы они узнали кем именно был Небесный Император, то тут же позабыли бы о своих конфликтах и объединили усилия, чтобы от него избавиться.

— Почему тогда Предок Дао не разоблачил древнего Небесного Императора во время бедствия Вечного Мира? — спросил Цинь Му.

Он почувствовал острую боль в сердце. Во время бедствия Вечного Мира погибло огромное количество людей, в тот период он чувствовал себя невероятно беспомощным и поверженным. Он почти не мог восстановиться от произошедшего, но ради тех, кому удалось выжить, ему пришлось взять себя в руки и проложить себе совершенно новый путь.

Тем не менее, если бы Предок Дао разоблачил Небесного Императора и назвал его личность, внимание Небесного Союза тут же было бы нацелено на него, что, возможно, помогло бы избежать бедствия Вечного Мира.

Предок Дао покачал головой:

— Это был не самым подходящим моментом.

Цинь Му спросил хриплым голосом:

— Не самый подходящий момент? Что тогда можно назвать подходящим моментом? Сколько жизней должны быть потеряны, чтобы он наступил?

Предок Дао посмотрел на него глубоким взглядом:

— Во время бедствия Императора-Основателя я тоже не разоблачил Небесного Императора, и бедствие Вечного Мира не стало более подходящим моментом. Главная проблема состоит в том. Что способности Небесного Императора недостаточно высоки для того, чтобы в одиночку противостоять Небесному Союзу. Если поставить его против девяти Небесных Преподобных, он не сможет с ними справиться. После его смерти у нижней границы не останется никаких способов для борьбы с Небесным Союзом. Формы жизни после начала должны обрести достаточно силы, чтобы противостоять Небесному Союзу, что позволит Небесному Императору стать последним гвоздём в их могиле. Это и будет подходящим моментом, — на его лице было равнодушное выражение. — Будучи исполнителем плана Небесного Преподобного Юня, я должен быть абсолютно рациональным и ждать нужного момента. До этого, каким бы не было количество жертв, я всё равно буду вынужден ждать.

Цинь Му недолго помолчал, прежде чем спросить:

— Кто из Небесных Преподобных Является древним Небесным Императором?

— Небесным Преподобный Му, я не буду тебе этого раскрывать, — спокойно ответил Предок Дао. — Ты не подходишь в качестве исполнителя плана Небесного Преподобного Юня. Ты слишком опрометчив, и любишь использовать все свои козыри в напряжённый момент. Я же этого не сделаю. Я в силах закрыть глаза на смерть миллиардов. Ты Небесный Преподобный, которого все глубоко почитают, тебе не стоит брать на себя те грехи и презрение, которое принесёт исполнение плана Небесного Преподобного Юня.

На его старом лице показалась едва заметная улыбка:

— Я готовился к этому более пятисот тысяч лет, Небесный Преподобный Му, не воруй моих заслуг.

Цинь Му сложил руки и поклонился к земле, и Предок Дао поспешно поклонился в ответ.

— Я всего лишь безрассудный хулиган, не более. По воле судьбы и обстоятельств мне удалось переместиться в первый год Дракона Ханя и встретить выдающихся предков тех времён, в результате становясь Небесным Преподобным. Тем не менее. Моё звание ничем не оправдано. Я так и не успел чего-то добиться, прежде чем вернуться в своё время, — грустно вздохнул Цинь Му. — Вы, в свою очередь, отчаянно сражались ради своей цели, жертвуя своей кровью. Я не достоин называться Небесным Преподобным, в то время как вы все — достойны.

Предок Дао ответил:

— Того, что ты поделился способом становления богом и рассказал миру об области Райских Небес достаточно, чтобы назвать тебя Небесным Преподобным. Более того, твои заслуги не ограничиваются этим. Небесный Преподобный Му, думаю, что тебе вскоре придётся покинуть райские небеса.

Цинь Му слегка дрогнул, не понимая, что он имеет в виду.

Предок Дао продолжил:

— Небесный Преподобный Хао навещал меня, чтобы кое-о чём разузнать. Он спрашивал, возможно ли использовать божественное оружие создания во Дворце Создания Патриарха, чтобы выковать Небесного Преподобного Му. Он хотел, чтобы я это сделал. После этого я наблюдал за событиями у Яшмового Водоёма и за тобой. Спустя несколько дней я отдал Небесному Преподобному Хао чертежи Небесного Преподобного Му.

Цинь Му начал заикаться:

— Предок Дао, т-ты…

Тот спокойно ответил:

— Даже если бы я этого не сделал, он нашёл бы какого-нибудь другого мастера математики, чтобы создать чертёж. Поэтому я сделал это сам. После того, как он создаст твоего клона, то используется возможностью и убьёт тебя, чтобы заменить своим оружием. Таким образом он отомстит и использует твоё положение в своих целях.

Глаза Цинь Му расширились, он глубоко вздохнул.

Предок Дао продолжал:

— В арсенале райских небес полно подобных уловок, которые они будут использовать, чтобы разобраться с тобой. Небесный Преподобный Хао кажется безрассудным, но на самом деле он крайне хитёр. В ту ночь он тоже был у Яшмового Водоёма, но его целью не было твоё убийство, он лишь хотел проверить, сколько людей на райских небесах пойдут против него. Теперь он того добился.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Небесный Преподобный Хао, о котором рассказывал Предок Дао, был совершенно не таким, каким его воспринимали другие!

— Поэтому тебе нужно покинуть райские небеса.

Предок Дао проговорил:

— Я могу перенести тебя к нижней границе.

Собравшись с мыслями, Цинь Му покачал головой:

— Райские небеса вот-вот будут повергнуты в хаос, разве я могу уйти? Если я внезапно исчезну после визита в твой дворец, то любой, у кого есть хоть немного ума, поймёт, что это ты отправил меня обратно. Я не могу тебя подставлять, — улыбнулся он. — Небесному Преподобному Хао не удастся убить меня так просто. Есть ещё один вопрос, который я хотел бы с тобой обсудить. Ты не знаешь. как добраться до Великой Пустоши?

Предок Дао покачал головой:

— Не создавай проблем. Тебе всё равно стоит поспешить и покинуть райские небеса.

Янь’эр и цилинь стояли у маленького храма, разговаривая с жабами. Последние оказались крайне ленивыми, и говорили, не открывая глаз. Лишь когда Янь’эр достала несколько пилюль, искушая их, их веки снова открылись.

— Эти две жабы определённо вкусны — засмеялся Ци Цзюи.

В следующий миг жабы разъярённо на него уставились, отчего он почувствовал, будто весь мир вокруг исчез, видя перед собой лишь четыре огромных глаза.

Цинь Му вышел из храма и озадаченно на него посмотрел. Лишь после этого видение перед его глазами исчезло.

Он не мог не вздрогнуть, в его глазах остались следы страха. Способности этих двух жаб намного превосходили его собственные.

Мастер Дао райских небес провёл их райского дворца Чистого Нефрита.

Цинь Му некоторое время молчал, прежде чем спросить у Юнь Чусю:

— Я слышал о Дворце Создания Патриарха, в котором находится божественное оружие создания. Добрая младшая сестра не могла бы привести меня туда? Я собираюсь использовать его, чтобы построить несколько Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии, чтобы было удобнее путешествовать между нижней границей и райскими небесами.

Юнь Чусю закатила глаза, прежде чем хихикнуть:

— Называешь меня доброй младшей сестрой…

Волосы Ци Цзюи и Юнь Цзяньли встали дыбом, они в ужасе уставились на этих двух. Девушка перед ними была либо Небесной Императрицей, либо Госпожой Юаньму, но Цинь Му всё равно осмелился назвать её доброй младшей сестрой.

«Этот Небесный Преподобный Му, пришедший с нижней границы, должно быть не знает слова „смерть“. — сердце Юнь Цзянли задрожало, когда он подумал. — Впрочем, я тоже когда-то называл Юнь Чусю младшей сестрой, а значит и сам не знаю, что такое смерть… Мне стоит поскорее отсюда убраться!»

— Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии? — с любопытством спросила Юнь Чусю. — Для того, чтобы путешествовать между райскими небесами и нижней границей было более удобно? Небесный Преподобный не боится, что боги и дьяволы райских небес используют его, чтобы сделать жизнь в Вечном Мире невыносимой?

Цинь Му серьёзно ответил:

— Вечный Мир давно поклялся в верности райским небесам, мы поклялись в верности и послушности. Добрая младшая сестра, райские небеса не поднимут руку на честных и верных!

— Будь я проклята, если тебе поверю!

Юнь Чусю рассмеялась, её глаза игриво замелькали, прежде чем она ответила:

— Дай мне чертёж Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, и я помогу тебе выковать несколько штук. Открытие мирового барьера нижней границы — это чрезвычайно важное событие. Ты ещё не имеешь достаточно власти на райских небесах. Так что они не дадут тебе самостоятельно принимать такое решение. Его должен одобрить другой Небесный Преподобный.

Цинь Му достал высокую стопку чертежей моста и передал их ей. Вытащив несколько листов и рассмотрев нарисованные на них руны, она нахмурилась и злостно проговорила:

— Этим должна заниматься Секта Дао. Я прикажу им доставить чертежи к Дворцу Создания Патриарха, чтобы там построили Мосты Взаимного Сдвига Духовной Энергии… Брат, Небесный Преподобный, брат Цзю, мне пора!

Быстро схватив чертежи, она направилась к райскому дворцу Чистого Нерфита, думая про себя: «Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии довольно полезен. С его помощью можно соединить райские небеса с другими небесами, а не только с Первобытным Царством. Если он и вправду работает, то я смогу править даже большим количеством небес и миров…»

Цинь Му, Ци Цзюи и остальные направлялись в сторону Яшмового Водоёма. В сердце Юнь Цзяньли разрастались сомнения. Со всех сил стараясь их подавить, он наконец не выдержал и спросил:

— Почему Небесный Преподобный Му передал Юнь Чусю чертежи моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии? Он принесёт ей огромную пользу, и если соединить райские небеса и Первобытное Царство, то здешние боги смогут спускаться туда когда захотят. Не оставляя Вечному Миру времени от, чтобы отреагировать! Власть Райских Небес в том месте станет даже более устойчивой!

Цинь Му кивнул и улыбнулся:

— Сегодня Вечный Мир является подданным райских небес, мы не собираемся восставать, так чего нам бояться?

Сомнения в сердце Юнь Цзяньли усилились:

— Я не верю, что ты настолько глуп, что не понимаешь для чего может быть использован Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Что ты задумал?

Цинь Му не стал давать прямого ответа. Вместо этого он загадочно улыбнулся и проговорил:

— С помощью Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии даже ты сможешь спуститься к нижней границе, тебе не придётся оставаться здесь.

Он уже спланировал будущую стратегию Вечного Мира. Чтобы обойти восемь правил, оставленных древним Небесным Императором чтобы остановить реформу, нужно было в первую очередь наладить производство в Вечном Мире и начать ковать им божественное оружие.

Чтобы это стало возможным, нужно было наладить торговые пути.

Даже фениксовому кораблю, обладающему невероятной скоростью, нужно было потратить более года для путешествия между Вечным Миром и райским небесами в обе стороны. Если же для этих целей использовать обычные суда, то у них на это уйдёт целое столетие.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии позволит открыть новые торговые пути и значительно сократить время транспортировки. Таким образом, восстановление Вечного Мира с помощью производства будет происходить намного быстрее.

Если проложить Мосты Взаимного Сдвига Духовной Энергии через многие другие миры, то торговля с ними позволит Вечному Миру вытеснить из их рынка производство райских небес, что ускорит момент, когда эти миры восстанут!

Тем не менее, он не мог построить мосты самостоятельно. Если бы он предложил такую идею, то Небесные Преподобные сразу бы заподозрили неладное. Самым простым и эффективным способом было доверить эту задачу Небесной Императрице!

После того, как Небесная Императрица построит мост, чтобы не отставать от неё, другим Небесным Преподобным придётся сделать то же самое. Это соединит бесчисленные миры и небеса, и Вечный Мир достигнет своей цели!

До того, как они успели дойти до Яшмового Водоёма, дорогу им преградил бог, поклоняясь:

— Небесный Преподобный Му, Небесный Преподобный хао хотел бы пригласить тебя на банкет в свой Дворец Хао.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он усмехнулся:

— Между нами конфликт и его банкет не сулит ничем хорошим. Я не пойду!

Бог растерялся.

Цинь Му тут же ушёл, в то время как Янь’эр, сидящая на его плече, заметила, что волосы на его шее встали дыбом.

«Этот негодник, Небесный Преподобный Хао, должно быть уже использовал божественное орудие создания, чтобы создать моего клона. Вероятно, он пригласил меня на банкет для того, чтобы убить!»

Спустя некоторое время навстречу им вышла женщина:

— Молодой мастер Юнь, госпожа Юньсяо зовёт тебя к себе.

Юнь Цзяньли никогда раньше не видел этого человека, те не менее, всё же решил пойти с ней.

Спустя некоторое время бог Красного Божества Южных Небес преградил им путь и поклонился:

— Красное Божество соскучилось по молодому мастеру Ци Цзюи и просит его встретиться с ней.

Ци Цзюи был ошеломлён:

— Моя учительница здесь? Разве она не у нижней границы? Второй брат, пошли со мной!

Цилинь посмотрел на Цинь Му. Тот почувствовал, как его сердце дрогнуло, проговорив:

— Просто иди.

Ци Цзюи и цилинь пошли следом за богом.

Цинь Му улыбнулся:

— Похоже, сейчас придёт посланник Южного Божества Цзю Цюэ и позовёт тебя к Южному Божеству.

Янь’эр растерялась. Улыбнувшись:

— Откуда ты это знаешь?

Цинь Му промолчал.

Спустя некоторое время им навстречу и вправду вышла богиня, улыбаясь:

— Принцесса Янь, Южное Божество соскучилось по тебе. Она попросила меня позвать тебя к ней.

Янь’эр посмотрела на Цинь Му и тот мягко кивнул:

— Встреча матери и дочери очень важна, её нельзя откладывать.

Янь’эр последовала за богиней и ушла.

Цинь Му вернулся к Яшмовому Водоёму и вошёл в Павильон Медленного Вращения. Там, сложив руки за спиной, стоял его клон.

Глaва 934. Bид на Водоём

Цинь Му подошёл к павильону и встал рядом с другим Цинь Му, смотря на поверхность Яшмового Водоёма.

— Небесный Преподобный Му, кажется, совсем не удивлён, — клон посмотрел на него и рассмеялся. — Если бы я увидел другого себя, то определённо бы закричал от шока, прежде чем попытаться его убить. В мире есть лишь один я.

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Если райские небеса сумели создать более десяти Небесных Преподобных Юев, то им определённо под силу создать одного меня. Это тело было создано во Дворце Создания Патриарха, верно? Кажется, так оно и есть. Тем не менее, даже если им удастся создать точную копию меня, то она в следующий миг станет устарелой.

Клон наблюдал за каждым его действием и оттенком интонации, прежде чем проговорить:

— Цель состояла не в том, чтобы создать твою копию, а в том. Чтобы заменить тебя. Теперь можно спокойно тебя убить, в то время как твоя копия продолжить жить.

Пытаясь повторить самые мелкие движения Цинь Му, он отчётливо проговорил:

— После того, как ты умрёшь, ты продолжишь жить в качестве лидера реформы Вечного Мира. Ты по-прежнему останешься Небесным Преподобным Му и будешь общаться со своими союзниками. Граф Земли, Небесный Герцог и остальные не смогут заметить никаких отличий. Древние боги продолжат пытаться спасти твою жизнь, надеясь, что неуязвимый Великий Чародей их воскресит. Ты даришь этим испорченным созданиям надежду, но внезапно умрёшь.

Цинь Му наклонил голову, и в его межбровье появился третий глаз. Он посмотрел на это тело, прежде чем проговорить:

— Ты Небесный Преподобный Хао? Ты ведь дважды мне проигрывал.

Зрачки Цинь Му, стоящего напротив, сузились, между его бровями тоже появился третий глаз. Он открылся так же, как и настоящий, совершенно повторяя его движения.

Зрачок в этом глазу тоже был шестиугольным. Было ясно, что когда Предок Дао изучал Цинь Му, он убедился, что все детали нового тела будут совершенны.

Одежда, украшения и количество волосков — всё было точно таким же!

Именно таким дотошным был Предок Дао.

— Впервые это произошло в первом году Дракона Ханя. На самом деле, это случилось именно здесь, — Цинь Му взволнованно вспоминал прошлое. — Ты был избит до такой степени, что напоминал собаку, потерявшую свою семью. Тебе пришлось бежать, в то время как твои подданные пытались не дать мне тебя убить. Твоя с ними кровь окрасила Яшмовый Водоём в красный цвет, в результате чего твоей матери, Госпоже Юаньму, пришлось отправить сюда свою проекцию и помочь тебе. Тем не менее, на её глазах я продолжил избивать тебя как дохлую собаку. Сколько времени тебе понадобилось, чтобы оправиться?

Клон ответил:

— Тогдашняя медицина не была слишком развита. Небесному Императору пришлось нанять самых известных врачей, чтобы спасти меня, но им не удалось этого сделать. Никому не было под силу вылечить меня от воли твоего меча и от ран, которых ты мне причинил. Я пролежал в постели больше ста лет, не в силах есть или пить, полагаясь в этом на других. Ходить в туалет я мог лишь с помощью горничных. За всё эти годы я не раз хотел умереть. Я часто молился, чтобы меня кто-то убил.

Цинь Му улыбнулся:

— Это мой тебе подарок. Ты пролежал в постели сто лет, в то время как Небесный Преподобный Юй пролежал в гробу больше миллиона лет.

— После этого я медленно восстановился и снова начал ходить. Лишь позже я понял, что мои физические ранения уже давно исцелились. Не восстановилось только моё сердце Дао, — зрачки клона Цинь Му сжались, божественный свет в его глазах стал плотнее. — — Его восстановление заняло намного больше времени. На протяжении следующих тысяч лет, каждый раз, когда я закрывал глаза, я вспоминал как твой меч пронзает моё тело, и как меня ударяет твой кулак, ломая кости и разрывая сухожилия.

Цинь Му проговорил извинительным голосом:

— Мне стоило тебя убить, чтобы ты так не страдал.

Клон холодно ответил:

— Мне понадобились тысячи лет, чтобы выйти из твоей тени, но после этого я понял, что я уже не тот, кем был раньше. До этого я был лишь ножом, с помощью которого мой отец решил избавиться от потенциальной угрозы для своей власти, Небесного Преподобного Юя. Ты заставил меня умереть и родиться заново. С тех пор я поклялся жить ради себя, — он продолжал повторять поведение Цинь Му. — Я становился всё более устойчивым и бесстрастным. Я был не самым выдающимся принцем среди своих сверстников. В конце концов, я был позором, тем, кого Небесный Преподобный Му избил, будто дохлую собаку. Тем не менее, чем сильнее я менялся, тем больше у меня появлялось шансов проявить себя. В результате отец начал ценить меня больше. Я помог ему избавиться от наследного принца и убить его. Тот был сыном Небесной Императрицы и часто меня унижал, давя на тот факт, что я был внебрачным ребёнком и тем, кого избил Небесный Преподобный Му. В последствии я дал ему унизительное имя Се Уци, и позаботился, что даже смерти его будут ждать бесконечные пытки Юду!

Цинь Му увидел, что его клон смеётся не менее радостно, чем он сам. Тем не менее, под этой улыбкой крылась глубокая ненависть и удовлетворённость местью.

— После смерти Се Уци, остальные принцы при власти не были мне противниками. Некоторые из них умерли, в то время как другие были тяжело ранены. Нескольким я даже разрушил сердце Дао, — клон Цинь Му усмехнулся. — Мой отец чувствовал, что Небесный Преподобный Юнь и Небесная Преподобная Лин были угрозой для райских небес, поэтому он планировал помочь кому-то их подавить. В результате его выбор пал на меня. Хе-хе, он не мог выбрать кого-то, кроме меня. В последствии я спустился в Первобытное Царство и создал райские небеса Дракона, чтобы сопротивляться Небесному Преподобному Юню и остальным, сражаясь с ними до смерти. Тем не менее, в то же время я нашёл себе новое окружение, которое позволило мне идти к своей цели.

Цинь Му похвалил:

— Небесный Преподобный Хао, ты вырос.

— Это всё благодаря тебе, — улыбка клона Цинь Му стала шире. Сияя, будто солнце, она напоминала улыбку весёлого мальчика. — Я долго боролся с Небесным Преподобным Юнем, и люди и формы жизни после начала остались слишком слабыми противниками для полубогов. Поэтому, чтобы воодушевить своих союзников, он принял твой облик и сразился со мной. Как смехотворно.

Он признался:

— Тогда я и вправду испугался, пока не понял, что на самом передо мной был не ты. Как бы удачно он тебе не подражал, ему не удалось меня обмануть, — на его лице возникло странное выражение, напоминающее и улыбку, и плач. — Кто ещё понимает тебя так, как я? Ты был дьяволом, появлявшимся в моих бесчисленных кошмарах. Небесный Преподобный Юнь ни за что не смог бы меня обмануть! Тем не менее, я не стал разоблачать его перед всеми, и вместо этого рассказал ему о своём плане. В результате человек, которого ты так сильно ненавидишь, присоединился к Небесному Союзу. Хе-хе, я убил Небесного Преподобного Юя, отчего меня возненавидели все люди, включая тебя, но я всё равно присоединился к Небесному Союзу и стал одним из его старейшин! Это всё случилось благодаря тому, что он хотел, чтобы я помог ему справиться с моим отцом!

Он внимательно всматривался в лицо Цинь Му, пытаясь найти в его выражении следы разочарования, но они так и не появились.

— Я сговорился с ним и разработал план, чтобы избавиться от отца. В то же время я непрерывно внедрял полубогов в Небесный Союз, чтобы захватить Небесный Союз. Я не просто хотел убить отца, но и избавиться от Небесного Союза!

Он улыбнулся:

— Я преуспел, а он потерпел неудачу.

Это было простое предложение, но оно рассказывало об ужасном прошлом.

Цинь Му улыбнулся:

— Хоть ты и добился успеха, Небесный Союз не оказался полностью в твоей власти. Ты потерпел вторую неудачу в своей жизни, и снова из-за меня.

Цинь Му, стоящий напротив, кивнул, не собираясь отрицать:

— Я никогда не видел твоего настоящего лица. Построив Небесного Преподобного Юя, чтобы обрести самое сильное оружие, я собирался избавиться от Матери Земли в нижней границе. Тем не менее, я совершенно не ожидал, что Великим Чародеем, воскресившим её, окажешься ты. Ты использовал её, чтобы атаковать меня тем самым движением, из-за которого я провёл в постели сто лет. Это подарило человечеству шанс, и в результате я не смог овладеть Первобытным Царством. Тем не менее, это была всего лишь атака врасплох.

Он, казалось, не слишком заботился прошлым, расслабленно говоря:

— Теперь в моих глазах ты не такой великий, как раньше. Моё совершенствование значительно выросло, моё понимание Дао лучше твоего. Теперь я вспоминаю ту битву у Яшмового Водоёма только чтобы посмеяться, посмеяться с того, насколько незрелым я был, — смотря на волны Яшмового Водоёма он спокойно продолжил. — Теперь я тебя не ненавижу. Ненависть, которую я демонстрирую сейчас, всего лишь уловка. В моём сердце Дао больше нет для тебя места. Ты лишь инструмент, которым я воспользуюсь. Более того… — улыбка на его лице начала расти. — Более того, сегодня ты умрёшь! Я придумал для тебя идеальную смерть!

— Видишь тех горничных Яшмового Водоёма? В ту ночь я отправил чиновников и армию богов и дьяволов, чтобы те отдали императорский указ и заменили горничных. Все, начиная с божественных черепах и заканчивая лотосами на воде — мои подданные.

Он обернулся, вежливо улыбаясь:

— Кроме того я отвлёк твоих спутников. У меня есть свои люди в резиденциях Юнь, Красного и Южного Божеств, так что выманить их было несложно. Если я убью тебя здесь, то никто не узнает, даже Граф Земли и Небесный Герцог не будут в курсе того, что Небесный Преподобный Му уже не сними.

Цинь Му вздохнул:

— Небесный Преподобный Хао, я не знал, что твой план окажется настолько продуманным. Кажется, у меня нет шансов сбежать. У меня лишь один вопрос. Ты уверен, что этот твой Небесный Преподобный Му сможет стать мне достойным противником? — улыбнулся он. — Ты приложил столько усилий, чтобы создать этого клона и сделать его таким же, как я. Чтобы гарантировать, что у других Небесных Преподобных и райских богов не возникнет подозрений, ты не мог поднять его совершенствование выше области Божественного Моста. Подобное тело не в силах выдержать твой исконный дух, так как он слишком сильный. Ты можешь контролировать его лишь нитью своего сознания. Тем не менее, я убил множество практиков области Божественного Моста, включая два божественных оружия вроде твоего.

Улыбка клона Цинь Му была такой же яркой, как солнце, своим видом она вызывала ужас. За столь короткое время ему удалось достичь невероятного уровня сходства, заметить разницу было почти невозможно.

— Ты недооцениваешь мои достижения за этот миллион лет. В течение всего этого времени я бесчисленное количество раз анализировал наше сражение. В моём уме мы сталкивались миллиарды раз, — он рассмеялся. — Раньше ты выигрывал чаще, чем проигрывал, но к наступлению Эпохи Высшего Императора я начал выигрывать. После этого каждый раз, когда мы сражались, я лишь искал самый простой способ тебя убить. Когда пришла Эпоха Императора-Основателя, я убивал тебя за одно движение.

Сияя уверенностью, он продолжил:

— Я придумал движение для твоего убийства и назвал его Сотней Движений для Убийства Му. Оно состоит из сотни божественных искусств, и теперь, в моём сознании, ты умираешь до того, как успеваешь ударить.

Зрачки Цинь Му резко сузились.

Его аура вспыхнула, а пилюля меча взмыла в воздух!

Атакуя, он исполнил второе движение Поднятия Бедствия, Восход Бедствия!

В прошлом, на собрании Яшмового Водоёма, он использовал это движение, чтобы сильно ранить Небесного Преподобного Хао, и тот оказался не в силах спастись самостоятельно, и выжил лишь благодаря вмешательству Госпожи Юаньму!

Теперь Восход Бедствия стал намного сильнее, в нём было значительно больше изменений. Восход Бедствия был не только путём меча, но и базовым движением, известным как девятнадцатая форма меча, которую можно было использовать в любом другом навыке меча. В нём было почти бесконечное количество изменений!

Внезапно, до того, как сила меча Цинь Му успела освободится, на него обрушилась атака противника. Луч света пронзил Восход Бедствия, прежде чем ткнуть в межбровье Цинь Му.

В межбровье Цинь Му ничего не изменилось, тем не менее, в следующий миг его затылок взорвался. На его лице возникло выражение неверия, а тело задрожало, прежде чем упасть на землю. После недолгих судорог он перестал дышать.

Клон Цинь Му медленно опустил палец и равнодушно проговорил:

— Убить тебя было так просто, я сделал это одним пальцем. Как жаль…

Он посмотрел на спокойный Яшмовый Водоём, по которому ему навстречу шагал Цинь Му.

Клон стоял у павильона, сложив руки за спиной в ожидании его прибытия.

Он наблюдал за Цинь Му, пока тот не встал сбоку от него и уставился на воду.

— Небесный Преподобный Му, кажется, совсем не удивлён, — клон посмотрел на него и рассмеялся. — Если бы я увидел другого себя…

Он слегка нахмурился, чувствуя, что что-то не так.

В реальном мире Цинь Му сел за его спиной и налил себе чая. Подняв её ко рту, он проговорил:

— Неплохое движение. Мне вряд ли удалось бы от него защититься, и я был бы вынужден пожертвовать своей жизнью, чтобы тебя убить. Небесный Преподобный Хао, безусловно, вырос.

Глава 935. Coтня Движений для Убийства Mу

— Небесный Преподобный Хао убил меня в двадцать шестой раз, — Цинь Му тихо попивал свой чай, хоть его вкус уже слегка ему приелся. Отставив чашку в сторону, он проговорил. — За все двадцать шесть раз, ты ни разе не повторил одного и того же божественного искусства. Удивительно… Я был крайне занят с тех пор когда пришёл на райские небеса, интересно, здесь есть какой-то нормальный чай? Раз уж райские небеса — это место, где собрались самые могущественные и знатные люди, значит и чай здесь должен быть лучше, верно?

B его сердце родилась идея. Он хотел купить здесь чайных листьев и принести их своим друзьям в нижней границе.

В этот момент Небесный Преподобный Хао убил его снова.

— Вот только какая валюта используется на райских небесах? Не думаю, что здесь можно что-то купить за Монеты Великого Изобилия Вечного Мира.

Цинь Му вспомнил о Ху Лин’эр и Сы Юньсян. Если бы они были здесь, то ему не пришлось бы волноваться о деньгах.

— Спустя некоторое время Небесная Императрица сможет построить Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии и открыть дорогу между райскими небесами и Первобытного Царства. К тому времени я буду невероятно богатым.

Он закрыл глаза, задумавшись: «От руки Небесного Преподобного Хао я умер пятьдесят один раз, каждый раз он использовал новое божественное искусство. Удивительно. Не думал, что в моих техниках и божественных искусствах было столько недостатков.»

Его восхищение Небесным Преподобным Хао продолжало расти.

Как гласит пословица — со стороны виднее. Вряд ли можно было достаточно отчётливо разглядеть свои собственные слабости и недостатки.

Для таких гордых людей, как Цинь Му, его божественные искусства выглядели совершенными в его собственных глазах. Тем не менее, смотря со стороны их всё же можно было заметить.

Небесный Преподобный Хао, в конце концов, был Небесным Преподобным. Он был вторым человеком, открывшим божественное сокровище, его опередил лишь Небесный Преподобный Юй.

После многих лет исследований он создал Сотню Движений для Убийства Му, которые доказывали, что в техниках и божественных искусствах Цинь Му было как минимум сто недостатков. Заручиться поддержкой такого талантливого практика, чтобы их найти, было огромной удачей!

В мире Небесного Преподобного Хао Цинь Му умирал снова и снова. Странно, но после каждого раза всё начиналось заново.

Он снова поворачивался лицом к морю, а Цинь Му шагал к нему навстречу, прежде чем встать сбоку.

Каждый раз он начинал разговор теми же словами:

— Небесный Преподобный Му, кажется, совсем не удивлён.

Тем не менее, Небесный Преподобный Хао был всё более удивлён и растерян. Сцена начинала казаться ему знакомой, он чувствовал, будто уже видел её раньше, и не раз!

С тех пор как Цинь Му заполучил Первобытный Камень Великого Первоначала, его сознание становилось всё сильнее.

Оно было довольно крепким ещё до того, как он прибыл на райские небеса, что позволило ему воспользоваться недостатком в технике Янь Шаоцина. Из-за этого Левый Министр, сильнейший практик сознания райских небес, застрял в цикле иллюзий, не в силах освободиться.

Теперь его сознание стало в несколько раз сильнее. Обретя Знания Высшего Корпуса, Первобытный Камень Великого Первоначала и Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога, его прогресс был невероятным.

В этот раз он использовал не только божественное искусство сознания, но и неполную версию неизменного божественного искусства, которое превратило маленький павильон в неизменное пространство!

Небесный Преподобный Хао снова и снова проходил цикл, не в силах выбраться на свободу.

Более того, Цинь Му также задействовал Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы, чтобы создать мир сна, поместив в него своего клона!

В неизменном пространстве этот сон повторялся снова и снова, так как его память стиралась, и он возвращался к началу.

— Уже восемьдесят один раз, — в павильоне у моря Цинь Му допил чай и помыл чайный набор, расслаблено размышляя. — Я погиб от руки Небесного Преподобного Хао уже восемьдесят один раз! Каждый раз он совершал идеальное убийство, моя смерть была уникальной! Он определённо сумел изучить мои ножи Поднятий и Восхода Бедствия, а также остальные божественные искусства. Этот парень слишком силён. Теперь осталось лишь девятнадцать способов…

Внезапно он нахмурился.

Сквозь пространство в павильоне пронеслась ужасающая волна. Небесный Преподобный Хао понял, что что-то было не так!

— Неизменное божественное искусство, которое я изучил благодаря шпильке Небесной Преподобной Лин. Всё ещё слишком поверхностно. С его помощью можно кого-то заточить, но всё же оно не настолько сильно, как божественное искусство Небесной Преподобной Лин, — Цинь Му осенило. — После каждого цикла его недостаток становится всё ощутимее, и после восьмидесяти одного повторения нить сознания Небесного Преподобного Хао сумела его заметить!

В неизменном пространстве Небесный Преподобный Хао убил Цинь Му снова, и тот упал на землю. Все его кости были сломаны, спустя некоторое время он перестал дышать.

Небесный Преподобный Хао уставился на его труп, сомнения в его взгляде становились всё заметнее.

В этот момент всё вернулось к началу, воспоминания клона Цинь Му стёрлись.

Он стоял возле павильона, смотря на Яшмовый Водоём, навстречу ему шагал Цинь Му.

Сомнение в глазах Небесного Преподобного Хао сгущалось, он оглянулся на павильон. Внутри лежали чьи-то отрубленные стопы.

Он оглянулся, чтобы посмотреть на шагающего навстречу Цинь Му. У последнего не было стоп, тем не менее, он шёл совершенно нормально!

На его лице возникло выражение замешательства, в то время как его третий глаз открылся шире.

— Как смело с твоей стороны пытаться меня обмануть!

Невероятное сильное сознание тут же надавило на неизменное пространство павильона!

В этот момент мир вокруг клона Цинь Му разрушился, и он оказался в настоящем Яшмовом Водоёме!

На его лбу выступили капли холодного пота, он чувствовал, что что-то не так. В результате его сознание снова вспыхнуло, разрушая заклятие Цинь Му, чтобы выбраться из цикла!

Тем не менее, активность настоящего сознания Небесного Преподобного Хао привлекла бы внимание сильных практиков райских небес, которые тут же бросились бы проверять что происходит. Это не оставило бы ему шанса тайком убить и заменить Цинь Му!

План по замене Небесного Преподобного Му рухнул. Его противники на райских небесах не оставили бы ему второго шанса!

Небесный Преподобный Хао был в ярости, клон Цинь Му, которым он управлял, оглянулся. Увидев за своей спиной настоящего Цинь Му, он странно улыбнулся.

Воспряв духом, он проговорил:

— Хороший фокус, Небесный Преподобный Му, я, глупец, впечатлён.

— Хорошо сказано, хорошо сказано. Небесный Преподобный Хао не удивлён, верно? Ты показал лишь восемьдесят два из своих ста движений, у тебя осталось восемнадцать неиспользованных методов. Может нам стоит начать всё сначала?

Сердце Небесного Преподобного Хао замерло:

— Думаю, нет.

— Думаю, стоит, — из третьего глаза Цинь Му медленно вылетела пилюля меча, меняя свою форму в воздухе, чтобы превратиться в меч. Он улыбнулся. — Раз уж тебе не удастся выбраться и придётся здесь умереть, то почему бы тебе не продемонстрировать оставшиеся восемнадцать божественных искусств и не попытаться меня убить? В этот раз я не буду использовать божественного искусства сознания, чтобы дать тебе шанс.

В небе над Яшмовым Водоёмом прозвенели ужасающие волны сознания. Они были несравнимо плотными и нарушили метеорологическое явление, вызывая гром среди ясного неба.

Бесчисленные практики райских небес встревоженно отправили свои сознания к Яшмовому Водоёму, не спускаясь туда лично.

Цинь Му рассмеялся:

— Может быть тебе удастся убить меня с помощью оставшихся восемнадцати божественных искусств, а может, ты умрёшь сам.

Клон Цинь Му прищурился так же. Как это делал Цинь Му.

Тот нахмурился, заметив, что тот до сих пор пытается ему подражать.

— Что, если вместо использования оставшихся восемнадцати божественных искусств я использую те восемьдесят два, что уже продемонстрировал? — пошутил Небесный Преподобный Хао.

Цинь Му улыбнулся:

— Можешь попробовать.

Клон Цинь Му внезапно рванул вперёд. Освобождая силу первого движения Сотни Движения для Убийства Му. Его палец поднялся, и нацеливая свою атаку на недостатки в технике Цинь Му. Несмотря на то, что в движении меча Цинь Му были тысячи изменений, в нём всё же были слабые места, сквозь которые, будто сквозь трещину, могла пролететь его сила!

Его техника была нацелена на недостаток Цинь Му, благодаря чему в мире иллюзий тот умер после первого же движения его пальца!

Теперь то, что случилось в иллюзии, повторялось в реальности. Цинь Му исполнил Восход Бедствия, защищаясь движением с бесчисленным количеством изменений.

Тем не менее в следующий миг луч его меча рванул вперёд, молниеносно отрубая палец клона, и тот бесшумно упал в Яшмовый Водоём.

Небесный Преподобный Хао изменил своё божественное искусство, используя его восьмое движение в попытке убить Цинь Му. Из его трёх глаз вырвались лучи света, сталкиваясь друг с другом и образовывая тысячи сетей.

В мире иллюзии с помощью этого движения он смог разрушить технику Цинь Му и разрубить его тело на бесчисленные куски.

Тем не менее, как только в небе вспыхнули три луча меча, глаза клона были выколоты!

Небесный Преподобный Хао громко проревел, его мускулы выпучились, исполняя навык кулака, обладающий достаточной силой, чтобы вырвать горы из земли. В мире иллюзии это божественное искусство превратило Цинь Му в котлету!

Внезапно клон почувствовал ужасную боль в запястьях, обе его руки были отрублены.

— Именно так можно остановить второе движение твоей Сотни Движений для Убийства Му!

Меч Цинь Му свистел в воздухе, кружась вокруг Небесного Преподобного Хао. Вонзившись в его грудь, он вылетел со спины, напоминая молнию.

— Так можно остановить твоё третье движение!

— Четвёртое движение!

— Пятое!

***

В павильоне бесчисленные лучи меча разлетались во все стороны, и всего за несколько мгновений клон Небесного Преподобного Хао был полностью покрыт кровью и ранениями. Цинь Му не трогал его жизненно важных органов, чтобы не убить его слишком рано!

Мечи пронзили не только клона Цинь Му, но и, образно говоря, сердце Небесного Преподобного Хао. Тот узнал горькую правду, увидел, насколько незначительными были все его труды и усилия за последний миллион лет!

Сотня Движений для Убийства Му, над сознанием которой он так долго работал, стала неэффективной после первого же её использования!

Он не только разрушил его технику, но также доработал свои недостатки и улучшил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и свои навыки меча, отчего те стали даже более совершенными!

Кроме того, Цинь Му отложил свою пилюлю меча и начал наносить удары руками и ногами, а также божественные искусства. Недостатки его боевых техник и божественных искусств были выправлены!

Спустя некоторое время он разрушил восемьдесят два движения Сотни Движений для Убийства Му. Одежда Цинь Му затрепетала, его пилюля меча влетела обратно в его межбровье.

Клон Цинь Му был полностью покрыт кровью.

— Какое у тебя восемьдесят третье движение? — спросил Цинь Му.

Клон странно улыбнулся:

— Рано или поздно ты его увидишь, Небесный Преподобный Му. Я передам оставшиеся восемнадцать движений своим учениками, и они тебя убьют.

Его сознание быстро рассеялось, рассмеявшись напоследок:

— У тебя осталось восемнадцать недостатков, и они убьют тебя восемнадцать раз!

— Какая наглость!

Цинь Му мрачно вздохнул и поднял палец. Мозг его клона тут же взорвался, его тело задрожало, падая в Яшмовый Водоём.

Увидев эту картину, остальные сознания в небе были ошеломлены.

— Как только мы прибыли, то увидели, как Небесный Преподобный Му убивает другого Небесного Преподобного Му… — кто-то удивлённо проговорил.

Глава 936. Девушка

Небесный Преподобный Хао призвал нить своего сознания обратно, на его лице тут же возникло болезненное выражение. Воспоминания, которые только что пережил клон, начали появляться в его голове.

Несмотря на то, что Цинь Му стёр воспоминания из его нити сознания, в его несовершенном неизменном божественном искусстве были недостатки.

Проанализировав информацию, он тут же понял какие движения из Сотни Движений для Убийства Му были использованы.

«Это Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы? Техника будды является техникой совершенствования. Несмотря на то, что тот старый монах передал её райским небесам, мало кому удалось её освоить.

Он нахмурился. Выучить Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы было невероятно сложно. В прошлом Будда не делился этой техникой с чужаками, и лишь когда в мире сложилась слишком сложная ситуация, он поделился ею с райскими небесами.

Тем не менее, Сутра Безграничного Бедствия требовала невероятно высокого совершенствования на пути Будды. Ею было невозможно овладеть без достаточного опыта.

Будда Брахма был основателем буддизма, и он был моложе Небесного Преподобного Хао, а значит последний, скорее всего, не стал бы изучать путь Буддизма.

Чтобы научиться ему с нуля, нежно было потратить бесчисленное количество лет, прежде чем полностью постичь суть писаний Будды и овладеть Сутрой Безграничного Бедствия.

Естественно, Будда Брахма кое-что умалчивал.

Сутра Безграничного Бедствия была техникой совершенствования из школы разума. Её можно было освоить, постепенно изучая Буддистские писания, при этом обладая достаточно развитой природой Будды и спокойным разумом. Но, кроме этого, её можно было изучить во сне, не нуждаясь в глубоком понимании.

У обоих способов были свои плюсы и минусы. Первый позволял достичь более высокого уровня понимания, который можно было бы назвать истинным учением. К примеру, Демонический обезьян Чжан Кун, Жулай Ма, монах Мин

Синь и Будда Сакра принадлежали к этой категории.

Они обладали сильной природой Будды, а их разум был невообразимо спокоен.

Цинь Му, в свою очередь, принадлежал ко второй категории, и изучил технику Брахмы Будды во сне, в результате чего знания самостоятельно пришли ему в голову. Подобный подход не требовал понимания и тщательного учения, тем не менее, его работал даже когда практик не понимал принципов техники.

Цинь Му не мог объяснить, как работала Сутра Безграничного Бедствия Будды Брахмы.

— Учитель, нам нужно создать ещё одного Небесного Преподобного Му? — какой-то полубог подошёл к Небесному Преподобному Хао, поклонился и спросил.

Небесный Преподобный Хао покачал головой:

— Нет, Цинь Му — это маленький человек, не достойный моих сил. Мой враг — это не он, а древние боги и другие Небесные Преподобные. Сейчас ситуация становится всё более много обещающей, так как теперь мы можем отличить друзей от врагов. Если я уделю Цинь Му много внимания, то слишком много потеряю из-за какой-то мелочи, — он рассмеялся. — Куньу, выбери восемнадцать самых талантливых учеников и отправь их ко мне. Я передам им восемнадцать способов для убийства Му, чтобы они сами с ним разобрались.

Полубог Куньу кивнул, прежде чем спросить:

— В какой области должны находиться эти ученики?

Небесный Преподобный Хао ответил:

— Их область не должна быть слишком высокой. Достаточно кого-то, кто является истинным богом.

В любом случае, по дворце Хао не было слишком много учеников высокой области совершенствования. Те, кто достигали определённого уровня, сразу же отправлялись править различными небесами от имени Небесного Преподобного.

Нельзя было создать большой силы, собирая своих учеников в одном месте. Назначая их лидерами армий, они могли обретать новые достижения и заполучать власть в различных уровнях общества.

Куньу поклонился и пошёл искать восемнадцать учеников.

Вскоре он вернулся вместе с ними. Несмотря на то, что последователей у Небесного Преподобного Хао было довольно много, он не часто обучал их лично, поэтому Куньу лучше знал о способностях каждого из них. Большинство времени обучением занимались самые талантливые ученики, в то время как сам он занимался этим лишь изредка.

Число тех, кто обретал истинные учения Небесного Преподобного Хао, было небольшим.

Даже ученика древнего Небесного Императора Янь Цилин не изучила настоящих божественных искусств своего учителя. Её достались лишь руны Великого Дао других древних богов, собранные Предком Дао. Небесный Император попросту дал ей несколько их божественных искусств.

То же можно было сказать об этих восемнадцати практиках.

Посмотрев на них, Небесный Преподобный Небесный Хао нахмурился:

— Эти ученики слишком слабы, они не сильно превосходят Цинь Му.

Куньу поспешно ответил:

— Я передал им техники Императорского Трона, которым ты учил. Чтобы они самостоятельно их освоили. Им достались все двадцать восемь техник Императорского Трона, которые ты передал мне. Что касается их уровня понимания, то он зависит исключительно от их собственного таланта и понимания.

У Небесного Преподобного Хао возникла идея, он проговорил:

— Расскажите мне сами. Сколько техник Императорского Трона вы сумели осмыслить и объединить?

Девушка сделала шаг вперёд и поклонилась:

— Я ученица Сю Юфан, и мне удалось изучить технику Бедствия Четырёх Символов, Нефритовую Сутру Великой Зелёной Воды и технику Радостных Инь и Ян, которые я слил воедино, чтобы мою технику причислили к Маленьким Райским Небесам.

Небесный Преподобный Хао кивнул головой и проговорил:

— Объединение этих трёх техник Императорского Трона и вправду позволит твоей техникой быть причисленной к Маленьким Райским Небесам. Тем не менее, этого недостаточно, так как предатель Цинь Му тоже знает три или больше техники Императорского Трона.

В следующий миг к нему вышла девушка в фиолетовой рубашке, поклоняясь:

— Меня зовут Хуа Анею. Я освоила Сутру Безграничного Минду, махаяну Сутру Сюаньду, технику Бедствия Четырёх Символов и Технику Девяти Фениксов, Стремящихся к Солнцу. Мне удалось слить их воедино.

Небесный Преподобный Хао рассмеялся:

— Твоя сила мало чем отличается.

Затем ему поклонился какой-то юноша:

— Я ученик Пань Чуньцзин, мне удалось постичь Сутру Великой Пустоши Зелёного Леса, Сутру Скверного Кроля Дутяня, Сутру Безграничного Минду и технику Радостных Инь и Ян.

Один за другим боги выходили к нему, перечисляя свои техники.

Несмотря на то, что Небесный Преподобный Хао держал свою настоящую технику в тайне, он не воспрещал своим ученикам изучать различные техники Императорского Трона Дворца Хао. Количество техник, которыми они овладевали, зависело только от их способностей.

Хотя ученики, отобранные Куньу, были богами, им удалось слить лишь три-четыре техники. Самый талантливый из них освоил только пять, поэтому все их техники относились к Маленьким Райским Небесам и не были слишком примечательными.

Конечно, во внешнем мире они считались бы гениями!

В тысячах миров и небес, техники Императорского Трона были невероятно редкими. В некоторых не было сложно найти хоть одну из них, поэтому в таких мирах почти не было истинных богов.

Небесный Преподобный Хао продолжил говорить лишь после того, как все восемнадцать учеников перечислили свои техники. Посмотрев на Куньу, он проговорил:

— Это всё, что у тебя есть?

Немного колеблясь, тот ответил:

— Учитель сказал, что ты хотел учеников. Достигших области истинных богов. Среди остальных есть практики, которыми удалось изучить больше техник Императорского Трона, техника одного из которых соответствует уровню Великих Райских Небес!

Выражение Небесного Преподобного Хао тут же изменилось. Техника Великих Райских Небес требовала объединения восемнадцати или больше учений Императорского Трона!

В этом мире подобное удавалось только Небесным Преподобным. Тем не менее, внезапно, один из его учеников тоже этого добился.

Куньу тут же объяснил:

— Он объединил только восемнадцать техник, так что едва соответствует уровню Великих Райских небес. Вот только тот практик не является истинным богом, а находится в области Божественного Моста…

— Он объединил восемнадцать техник, находясь в области Божественного Моста?

Небесный Преподобный Хао был шокирован. Талант этого практика мог сравниться разве что с десятью Небесными Преподобными райских небес. Кроме того, раз он находился в области Божественного Моста. То должен был быть довольно молод, что тоже удивляло.

— Забудь об областях, совершенствование Небесного Преподобного Му тоже не слишком высоко, — успокоившись, Небесный Преподобный Хао рассмеялся и проговорил. —

Предатель Цинь тоже не является богом. Он владеет лишь тремя или четырьмя техниками Императорского Трона. Приведи того ученика.

Куньу ушёл, и спустя некоторое время вернулся с практиком божественных искусств.

Небесный Преподобный Хао посмотрел на него, увидев перед собой молодую девушку. Заметив своего учителя, она тут же поклонилась, чтобы отдать дань своего уважения:

— Ученица Лянь Хуахунь выражает своё почтение учителю.

Сердце Небесного Преподобного Хао дрогнуло, он улыбнулся и проговорил:

— Поднимись.

Девушка поднялась, и Небесный Преподобный Хао её осмотрел, обнаруживая, что она невероятно красива. Если бы её плечи было слегка уже, то её одежда отлично бы её облегала, разве что её растягивала бы её грудь. Посмотрев на её талию, он увидел, что та была довольно тонкой.

Её глаза очаровывали, посмотрев в них, он дрогнул.

Тело девушки было обмотано лентами, соединёнными на спине. За её затылком сиял круг из Ци, в нём не было ни капли грязной ауры мира смертных.

Внешне она сильно напоминала свою мать, Госпожу Юаньму!

Тщательно её осмотрев и подавив свою страсть, Небесный Преподобный Хао похвалил: «Среди моих учеников и вправду есть такая девушка?»

Открыв глаза, и снова её осмотрев, он не заметил никаких признаков того, что её тело было созданным, а значит оно было настоящим, а не рождённым с помощью техники создания.

Именно он придумал использовать красоту, чтобы обмануть древнего небесного Императора, поэтому не было ничего странного в том, что он делал всё возможное, чтобы не быть обманутым всей же уловкой.

Несмотря на то, что он унаследовал вредные привычки Небесного Императора, он всё же был осторожным. В прошлом многие пытались обмануть его с помощью красоты, но все те красотки были сожраны в итоге.

Небесный Преподобный Хао снова на неё взглянул, с трудом подавляя своё влечение, прежде чем рассмеяться:

— Остальные ученики могут изучить один способ убийства Му, но Лянь Хуахун в силах совершенствовать все восемнадцать. Помогите мне избавиться от Цинь Му. Я создам для каждого из вас по артефакту, который защитит ваше сознание от его иллюзий.

Толпа поклонилась и кивнула.

Куньу проговорил:

— Учитель, атаковать на райских небесах будет сложно. Несмотря на то, что у Небесного Преподобного Му здесь не слишком много власти, многие древние боги и Небесные Преподобные в тайне его защищают.

Небесный Преподобный Хао недолго подумал, прежде чем ответить:

— Небесные Преподобные Хо и Сюй вместе отправились исследовать Великую Пустошь и нашли так много странностей. Небесный Преподобный Хо сообщил, что там невероятно опасно, и что райские небеса должны отправить армию, чтобы решить сложившуюся там ситуацию. Если мы не можем убить его здесь, то это можно сделать в Великой Пустоши. Найти причину отправить его в Великую Пустошь будет несложно.

Куньу кивнул.

— Куньу, можешь быть свободен. Остальные пусть остаются здесь. Я передам вам восемнадцать способов убить Му, — Небесный Преподобный Хао прошёлся взглядом по толпе впереди, его глаза задрожали, снова увидев Лянь Хуахунь. Это было проявлением вредной привычки, доставшейся ему от Небесного Императора. Тем не менее, пока что он не мог её сожрать, так как хотел, чтобы она убила Цинь Му. Всё, что ему оставалось, это успокоиться и начать обучать их своим искусствам.

***

В Павильоне Медленного Вращения Цинь Му играл с печатью Великого Императора, наполнив её своим сознанием, прежде чем проговорить:

— Поднимись!

Бум!

Императорская печать упала на землю.

Цинь Му почесал голову и поднял её. Попытавшись контролировать предмет с помощью своей Ци, он воскликнул:

— Поднимись!

Печать парила в воздухе, но её сила так и не пробудилась. Цинь Му открыл свой третий глаз, пытаясь её контролировать, но ничего так и не произошло.

Он ещё раз попробовал построить внутри печать Корпус Высшего Дворца. В следующий миг артефакт подлетел в воздух, но как только Цинь Му начал радоваться, она с грохотом упала на землю.

— Эта побрякушка совершено бесполезна!

Впав в ярость, Цинь Му достал Ядро Первобытного Дерева, чтобы разбить

печать, отчего Павильон Медленного Вращения начал дрожать, едва не обрушившись. Тем не менее, печать совсем не пострадала. Несмотря на всю крепкость ядра, оно не могло повредить печать.

— Эта штука такая твёрдая, наверное, стоит использовать её, чтобы избивать людей, — Цинь Му спрятал печать, когда в его голове прозвенел голос Шу Цзюня. — Как ты смеешь бить с её помощью людей. Низшая форма жизни! Отдавай мне свою кровь, Ци и сознание на протяжении года, и я научу тебя использовать её силу!

Раньше он просил о трёх годах кормёжки, но теперь сделал огромную скидку, попросив лишь об одном.

Цинь Му проигнорировал его предложение, доставая футляр оставленный Небесным Преподобным Юнем и начиная рассматривать жертвенный алтарь внутри него.

Ше Цзюнь тут же взволновался, думая: «Неужели этот парень понял секрет?»

Вскоре он закрыл футляр, и Шу Цзюнь успокоился. В следующий миг Цинь Му проговорил:

— Шу Цзюнь, расскажи мне о других Знаниях Корпуса Высшего Дворца, и я помогу тебе отрастить ещё один глаз.

Тот холодно рассмеялся:

— Можешь разве что мечтать об этом! Знания Корпуса Высшего Дворца — это лишь третья часть всей техники. Разве всё оставшееся стоит всего один глаз? Мне по крайней мере нужен мозг! Кроме того, ты так и не нашёл мастера создания райских небес, ты не выполнил своего обещания!

Цинь Му рассмеялся от злости:

— Старый мошенник, наша сделка заключалась в том. Что я найду мастера создания, а ты передашь мне технику совершенствования сознания. Тем не менее, ты передал мне тлишь третью её часть, так как ты смеешь говорить, что я не выполнил обещания?

Шу Цзюнь холодно рассмеялся:

— Я обещал научить тебя использовать первобытный Камень Великого Первоначала для совершенствования, а не передать тебе полную технику! Таким образом, я не нарушил своей части сделки.

— Ну ты и г**нюк! — Цинь Му дрожал от злости.

Шар плоти на жертвенном алтаре тоже вышел из себя:

— Ты тоже!

Спустя некоторое время Цинь Му мило улыбнулся, предлагая:

— Передай мне полную технику, а я дам тебе достаточно крови, сознания и Ци для восстановления головы. Подходит?

Шу Цзюнь недолго подумал, прежде чем согласиться:

— Конечно. Я хочу, чтобы мы сотрудничали на равных условиях, без каких-либо уловок с любой стороны!

Цинь Му кивнул, думая: «Я восстановлю твою голову, но не мозг, уши, второй глаз, рот, зубы или язык. Я дам тебе лишь пустую голову!»

Глава 937. Знания Трёх Корпусов

После того, как Шу Цзюнь передал Цинь Му Знания Корпуса Небесного Рынка, он тут же поглотил его Ци, кровь и сознание, чтобы восстановить своё физическое тело. В то же время Цинь Му попробовал исполнить технику, обнаруживая, что во время циркуляции Знаний Корпусов Небесного Рынка и Высшего Дворца, те казались совершенно разными видами техник сознания, в результате чего ему приходилось разделять свои силы напополам, чтобы контролировать каждую по отдельности.

Он с подозрением спросил:

— Даже со Знаниями Корпусов Небесного Рынка и Высшего Дворца я не могу заполнить Первобытный Камень Великого Первоначала. Мне не хватает одной трети. Кроме того, эти две техники отделены друг от друга, я не могу их соединить. Ты снова попытался меня обмануть?

— Маленький негодяй, те хоть знаешь кем я был при жизни? Разве бы я лгал низшему существу, вроде тебя? Ты должен восстановить половину моей головы, прежде чем я передам тебе Знания Фиолетового Запретного Корпуса, — рассмеялся Шу Цзюнь. — Знания Фиолетового Запретного Корпуса — это основа Трёх Знаний Высшего Корпуса. Лишь с её помощью тебе удастся использовать три знания и объединить их. Судя по твоему характеру и поведению, я понял, что ты хитёр и злобен, так что я не могу тебе доверять. Сначала ты должен помочь мне восстановить половину моей головы, а затем я передам тебе Знания Фиолетового Запретного Корпуса.

Цинь Му впал в ярость:

— Ты успел узнать меня за столь короткое время?

— Характер человека определяется ещё в детстве. Даже если я провёл с тобой не слишком долго, я отчётливо понял, какими будут твои моральные качества до конца твоих дней. Хватит болтать, Быстро. Дай мне Ци, кровь и сознание!

Цинь Му стиснул зубы, направляя свою Ци, кровь и сознание в сторону жертвенного алтаря на поверхности Первобытного Камня Великого Первоначала. В тот же миг огромный шар плоти начал их поглощать, используя силу алтаря чтобы восстановить своё тело.

Вскоре рядом с ним появился ещё один шар из плоти. Уголки Цинь Му дрогнули:

— Этот парень использовал мою Ци, кровь и сознание, чтобы восстановить ещё один свой глаз. Если он отрастит себе мозг раньше, чем череп, то разве я не окажусь в проигрышном положении?

Шу Цзюнь поглощал его Ци, кровь и сознание с невероятной скоростью. Спустя короткое время Цинь Му стал тощим, как спичка, дрожащей рукой поглощая духовные пилюли, чтобы восстановить силы.

Вскоре второй глаз Шу Цзюня восстановился. Теперь на жертвенном алтаре было два шара из плоти, каждый из которых с хлопком открылся, обнаруживая огромное глазное яблоко. Он подгонял Цинь Му:

— Быстрее! Быстрее! Ты слишком слабое и хрупкое существо. Восстановление твоей Ци и крови занимает огромное количество времени.

Цинь Му несчастно фыркнул:

— Ты доисторический дурак. Если твоя Ци, кровь и сознание были такими сильными, то почему древние боги смогли вас истребить?

Шу Цзюнь разозлился, два огромных глазных яблока начали прыгать по жертвенному алтарю:

— Что ты знаешь? Причина в том, что мы были разобщены. Великий Император Цзю Юши думал по-своему и не стал чинить сопротивления. Должно быть, он присоединился к врагу! Кто-то из нас сдался, многие сбежали, чтобы создать новый мир. Если бы это не произошло, мы бы не оказались в таком положении!

Цинь Му сконцентрировался на восстановлении своей Ци и крови. Когда те достигли своего предела, Шу Цзюнь быстро исчерпал их снова.

«Если он начнёт восстанавливать свой мозг, я должен его убить!» — в мозгу Цинь Му возникла безжалостная мысль.

Он облегчённо вздохнул, увидев, что Шу Цзюнь занялся восстановлением черепа. Если бы тот предпочёл начать с мозга, что Цинь Му мог бы оказаться не в силах с ним справиться.

Как только Шу Цзюнь обретёт мозг, сила его сознания значительно увеличится, и он сможет с лёгкостью убить Цинь Му.

Пока что Шу Цзюнь был ему полезен. Цинь Му был жив, в то время как тот был мёртв, отчего должен был полагаться на его помощь. Но если мастер сознания воскреснет, то ситуация станет противоположной.

Как только Шу Цзюнь закончил восстанавливать череп, Цинь Му остановил поток своей Ци, крови и сознания.

Шу Цзюнь пытался держать себя в руках, его глаза в ярости вращались в глазницах. Ему всё-таки пришлось передать Цинь Му Знания Фиолетового Запретного Корпуса, чтобы тот продолжил кормить его Ци, кровью и сознанием.

Сердце Цинь Му разрывалось от ярости. Он сразу же попытался исполнить Знания Фиолетового Запретного Корпуса, Корпуса Высшего Замка и Небесного Рынка.

На этот раз исполнив три знания он увидел, как Фиолетовый Запретный Корпус формирует в камне тридцать девять созвездий и сто шестьдесят три звёздных бога. Корпус Высшего Дворца сформировал двадцать созвездий и семьдесят восемь богов, в то время как Небесный Рынок открыл девятнадцать созвездий и восемьдесят семь богов.

Когда Знания Трёх Корпусов были полностью исполнены, они образовали Великий Цикл Небесный Звёзд, который заполнил собой всё пространство внутри Первобытного Камня Великого Первоначала.

Цинь Му тут же почувствовал, что сила его сознания быстро начала расти.

«Существует семьдесят восемь созвездий и триста двадцать восемь звёздных богов. В сравнении с богами звёзд Великого Небесного Цикла, числа не сходятся. В цикле должно быть триста шестьдесят созвездий, — спокойно размышлял Цинь Му. — В таком случае, Знания Трёх Корпусов не являются лучшей техникой мастера Творения. Должны существовать другие техники, которые намного лучше!»

Голова скелета на жертвенном алтаре открыла глаза, осматривая звёздное небо внутри Первобытного Камня Великого Первоначала. Он увидел, как в небе красного мира появляются бесчисленные детальные древние боги, думая: «Этот младший из поколения будущего кажется, многое знает. Если бы он принёс свои реформированные техники в наши времена, то их можно было бы назвать высшими искусствами, не уступающими техникам Высшего Императора!»

Улучшенная версия Знаний Трёх Корпусов Цинь Му была смешана с Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Бога и рунами Великого Дао, изученными райскими небесами за миллион лет. Благодаря этому ему удалось поднять технику к совершенно новому уровню, поражая Шу Цзюня.

Цинь Му совершенствовался на протяжении некоторого времени. Восстанавливая своё истощённое сознание к предыдущему уровню. Оно непрерывно укреплялось, становясь всё сильнее.

Более того, он заметил, что семьдесят восемь созвездий и триста двадцать восемь богов звёзд, сформированных его сознанием, начали непрерывно отбиваться на поверхности его тела, постепенно его усиливая!

Цинь Му удивлённо цокнул языком. Эти видения значительно укрепили его тело, совершенно не уступая высшим навыкам Императорского Трона!

«Мастера сознания обладают врождённым преимуществом. Они рождаются с невероятно сильным физическим тело м и сознанием. Если этот парень продолжит совершенствоваться, то за несколько лет сравнится с нами.» — удивился Шу Цзюнь.

Он проговорил:

— Маленький мерзавец, мы можем продолжать?

Цинь Му продолжил кормить его Ци, кровью и сознанием, продолжая использовать Знания Трёх Корпусов.

Шу Цзюнь восторженно поглощал Ци, кровь и сознание, думая: «Как только моя голова восстановится, я смогу отобрать первобытный Камень Великого Первоначала и прогнать его сознание, будто гость, выгнавший хозяина из дому! Впрочем, мне нельзя убивать его до того, как моё тело восстановится. Он должен научить меня ориентироваться в этой эпохе и раскрыть её секреты. Тем не менее, его нужно подчинить себе, он должен стать моим рабом!»

Спустя некоторое время голова Шу Цзюня полностью покрылась кожей. Но как только он попытался восстановить свой мозг, поток Ци, крови и сознания внезапно иссяк.

Шу Цзюнь продолжал сосать, тем не менее, поток так и не возобновлялся, из-за чего он впал в ярость:

— Мерзавец, моя голова ещё не восстановилась! Продолжай кормить меня Ци, кровью и сознанием!

Цинь Му озадаченно ответил:

— Старший, твоя голова уже на месте, а значит наш уговор выполнен, и я тебе ничего не должен. С чего бы мне продолжать тебя кормить? Я не райская река,

моя Ци, кровь и сознания даются мне с огромным трудом.

Шу Цзюй был вне себя от злости:

— Мой мозг ещё не восстановлен, как и мои губы, уши, рот, язык и нос! У меня даже волос нет!

Цинь Му покачал головой:

— Мы договаривались о восстановлении твоей головы, а не мозга. Старший, успокойся. У тебя остались ещё какие-то сокровища? К примеру, способ использования силы печати Великого Императора? Если ты им со мной поделишься, я помогу тебе восстановить мозг…

Шу Цзюнь не мог утолить свой гнев, непрерывно ругаясь.

На лице Цинь Му возникло болезненное выражение:

— Старший, не веди себя так. Я пойду на уступки и дам тебе немного Ци, крови и сознания, чтобы ты отрастил себе волосы.

— Я тебя убью!

Глаза головы на алтаре наполнились яростью. Она с грохотом взмыла в небо, разъярённо бросаясь к краю Первобытного Камня Великого Первоначала. В этот момент видения трёхсот двадцати восьми богов засияли, подавляя её!

Шу Цзюнь был шокирован. Боги звёзд мгновенно его подавили, отталкивая обратно к жертвенному алтарю.

— Мерзавец! — глаза мастера создания едва не выпали из глазниц, его сознание вспыхнуло, начиная противостоять богам, атакующим его со всех сторон. Он кричал. — Ты думаешь, что сможешь меня убить? У тебя нет шансов! Выжил в битве Области Ржавой…

Его сознание было поразительным, создавая всё, о чём он думал. Вокруг появлялись всевозможные оружия, звери, боги, дьяволы и даже построения божественных искусств, отбивающие атаки Цинь Му.

Поскольку у него не было мозга, его сознание всё же оказалось слабее, чем у Цинь Му. Вскоре боги звёзд один за другим приблизились к жертвенному алтарю.

Шу Цзюнь испугался:

— Я отлично научил своего ученика, и теперь он решил убить меня! Он и вправду улавливает всё на ходу! — его положение было крайне невыгодным. Внезапно его сознание задрожало, вопя. — Остановись! Я последний из мастеров создания. Если ты меня убьёшь, моя раса исчезнет, и ты будешь проклят нашим сознанием бессмертного бога, блуждающим в пустоте вселенной с начала времён. Это проклятье будет следовать по твоим следам, а также по следам твоих детей и внуков!

Цинь Му встревожился и прекратил атаковать:

— Разве на райских небесах нет другого мастера создания?

Шу Цзюнь отдышался, прежде чем холодно рассмеяться:

— Это лишь моё предположение, оно может быть ошибочным.

Цинь Му улыбнулся:

— Твои люди создали новый мир, они до сих пор там живут!

Шу Цзюнь отвёл взгляд в сторону, проговорив мрачным тоном:

— В том мире их нет. Я единственный, кто остался. Если я умру, ты будешь проклят миллиардами моих погибших сородичей!

На лице Цинь Му возникло выражение сомнения. Он не мог понять, говорил ли Шу Цзюнь правду.

Неужели сознание доисторических мастеров создания оставалось жить даже после их смерти, проклиная того, кто истребит их расу?

Разве это не было похоже на выдумку?

Тем не менее, исходя из истории Багрового Императора, подобное было возможным.

Багровый Император умер, изучая крохотную вселенную. Его тело превратилось в парящий мир, но его сознание продолжило существовать. Оно дожило до момента, когда его пробудило великое жертвоприношение Светлого Императора, после чего показало своим последователям путь к парящему миру, тем самым спасая их.

Если это удалось Багровому Императору, то мастерам создания, обладающим невообразимо сильным сознанием, это тоже было под силу!

«Шу Цзюнь — это последний мастер создания. Получается, что его никто не может тронуть? Он похож на огромного дикобраза. Любой, кто к нему коснётся, будет пронзён!»

Когда он отозвал видения богов обратно, Шу Цзюнь облегчённо вздохнул и улыбнулся:

— Теперь ты понимаешь всю серьёзность ситуации? Если ты меня убьёшь, то ты, и все твои потомки будут прокляты, более того, тебе никогда не удастся использовать печать Великого Императора?

Цинь Му рассмеялся:

— Должно быть, мне нужно использовать жертвенный алтарь из футляра, чтобы активировать печать Великого Императора. Вскоре я выясню как это сделать. Старшему не о чём беспокоиться.

Глаза Шу Цзюня едва не выскочили из глазниц, он сердито фыркнул.

Увидев его реакцию, Цинь Му почувствовал облегчение: «Печать Великого Императора и вправду как-то связана с жертвенным алтарём.»

В этот момент райские небеса внезапно задрожали. Цинь Му поспешно вышел из Павильона Медленного Вращения и поднял голову, увидев в небе великолепный луч света, пронзающий пустоту.

Это был Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, луч которого создал огромную дыру в пространстве.

Тем не менее, размеры этого моста были слишком огромными, превосходя все ожидания Цинь Му.

«Небесная Императрица любит желать красивые представления. По такому огромному мосту взаимного сдвига духовной энергии может с лёгкостью пройти целый флот.» — сердце Цинь Му наполнилось удивлением.

В этот момент гигантский алтарь за пределами столицы Вечного Мира внезапно засиял, выстреливая лучом света в небо. Столкнувшись с лучом, мчащимся из другого мира, он соединил Первобытное Царство и райские небеса.

Монах и даос поспешно вылетели из столицы, двигаясь в сторону алтаря, наблюдая удивительное зрелище в небе. Последний проговорил:

— Великий Высший Император, райские небеса теперь соединены с нижней границей. Может быть нам стоит отправиться туда?

— Великий Верховный Имперский Наставник, пожалуйста, успокойся, — лысый монах рассмеялся. — Давай сначала подождём, пока к нам придёт гость из райских небес.

Пока они разговаривали, из света жертвенного алтаря показалась голова девушки. С любопытством осмотревшись по сторонам, она заметила двух мужчин и рассмеялась:

— Монах, даос, что это за место?

Глава 938. Роковая Слабость Небесного Преподобного Му

Монах и даос были потрясены красотой девушки и им понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Дао поспешно спросил:

— Маленькая госпожа, это Вечный Мир. Откуда ты пришла?

— Вечный Мир? — этой девушкой была Юнь Чусю. Сверкая улыбкой, она проговорила:

— Так это Первобытное Царство. Вечный Мир является домом Небесного Преподобного Му. Я даже слышала, что он здешнее Тело Тирана, один из так называемых трёх героев реформы Вечного Мира. Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии соединил между собой два жертвенных алтаря. Я построила один на райских небесах. А второй был оставлен тут им. Теперь они соединились…

Внезапно она добавила:

— Монах, Даос, вы не могли бы позвать сюда своего императора?

Двое мужчин поспешно вернулись в столицу Вечного Мира, и спустя некоторое время из города, в сопровождении сотен чиновников, вышла Лин Юйсю. В голове Юнь Чусю тут же возникла мысль, и она проговорила:

— Императором Вечного Мира, к удивлению, оказалась женщина. Я всё время твердила что нет ничего плохого в том, чтобы женщина была императором, но те упрямые старики райских небес находили всевозможные способы не позволить этому случиться.

Лин Юйсю приказала всем выразить своё почтение:

— Император маленькой страны нижней границы отдаёт дань своего уважения высшему богу из райских небес.

Юнбь Юнь Чусю улыбнулась, отвечая:

— Не стоит так церемониться. Нет ничего шокирующего в женщине-императоре. Я тобой восхищаюсь. Раз уж райские небеса и Первобытное Царство соединены, тебе стоит приходить туда и избавлять меня от скуки. Ты не должна всё время оставаться у нижней границы.

Дав ей жетон, она проговорила:

— Если у тебя будет с собой мой жетон, по дороге на райские небеса у тебя не

возникнет проблем.

Лин Юйсю кивнула и взяла жетон, проговорив:

— Вечный Мир бесплоден, у наших здешних людей нет возможности обеспечить себе достойную жизнь. Тем не менее, у нас есть много производственных фабрик, мы можем обменивать свои изделия на товары райских небес?

Немного подумав, Юнь Чусю поинтересовалась:

— Что вы здесь производите?

Лин Юйсю ответила:

— Мы можем создавать всё, начиная от повседневных товаров и заканчивая божественным оружием и кораблями.

Глаза Юнь Чусю неистово завертелись в глазницах, она спросила:

— Вы можете построить Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии?

Лин Юйсю кивнула:

— Да, наши рабочие уже таким занимались.

— Сколько он будет стоить?

Лин Юйсю подозвала министра Министерства Работ, и тот назвал сумму в валюте райских небес — монетах райских небес, также известных как небесная валюта. Тем не менее, в Вечном Мире в обороте были монеты великого изобилия, из-за чего проводить конвертацию было слегка неудобно.

Юнь Чусю впала в ярость, смеясь:

— Как та старая собака из Дворца Создания Патриарха брать за это столько денег! Цена, которую за мост просят в Вечном Мире, составляет меньше одного процента стоимости Моста на райских небесах!

Лин Юйсю промолчала.

Юнь Чусю продолжила:

— Император Вечного Мира, следуй за мной во Дворец Создания Патриарха. Вечный Мир будет производить компоненты Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, в то время как Дворец Создания Патриарха будет собирать их вместе! Цена будет не слишком низкой.

Лин Юйю обрадовалась и позвала с собой министра Министерства Работ и нескольких других важных чиновников, понимающей математику Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Посмотрев на них, Юнь Чусю увидела, что в группе важных чиновников есть две женщины. Одна из них была демоническим лисом, который даже не пытался спрятать свой хвост.

«В Вечном Мире есть женщина-император и много женщин-чиновников. На райских небесах нету чего-то подобного», — отметила она.

Она не знала. Что этими двумя девушками были Ху Лин’эр и Сы Юньсян. От переговоров во Дворца Создания Патриарха зависело будущее Вечного Мира, поэтому они должны были принять в них участие.

Монах, стоящий рядом с Мостом Взаимного Сдвига Духовной Энергии проводил их, явно волнуясь. Он проговорил:

— Байгуй, неужели скрывая свои таланты, можно и вправду построить процветающую нацию, как это задумал сделать Владыка Культа Цинь?

Мудрец-даос торжественно ответил:

— Мы не можем одолеть райские небеса, поэтому нам остаётся лишь стать их частью, чтобы не развязать нового конфликта. Наш Вечный Мир может воспользоваться этой возможностью, чтобы развиться и стать сильнее. Тем не менее, если на райских небесах нет никаких внутренних конфликтов или внешних врагов, то план Владыки Культа Циня сделает их лишь сильнее. Но как только что-то подобное появится, Вечный Мир поднимется и достигнет невероятного успеха!

Бросив на него глубокий взгляд, монах вздохнул:

— Неужели в чём-то настолько мощном, как райские небеса, и вправду есть внутренние проблемы и внешние враги?

— Великому Высшему Императору не стоит об этом беспокоиться, — рассмеялся даос. — Даже если пока что у них нет внутренних проблем, Владыка культа их создаст. ТО же самое произойдёт и с внешними угрозами. Это ему под силу.

Монах вспомнил достижения Цинь Му в Вечном Мире и с улыбкой ответил:

— Да, это и вправду ему под силу.

Даос продолжил:

— Всё, что должен в это время делать Вечный Мир — это непрерывно развиваться. Чобы избавиться от райских небес, недостаточно создать богатую нацию. Мы также должна быть сильными. Если у нас будет много сильных практиков Императорского Трона или даже Райских Небес, то до победы будет рукой подать.

Лин Юйсю прибыла на райские небеса. Осмотревшись по сторонам, она была поражена роскошностью здешней природы. Придя в себя спустя некоторое время, она спросила:

— Высшая богиня, Небесный Преподобный Му сейчас на райских небесах?

Бросив на неё грустный взгляд, Юнь Чусю спросила:

— Ты его маленькая любовница?

Лин Юйсю слегка покраснела и покачала головой.

— Сейчас он проживает у Яшмового Водоёма, за ним внимательно следят. Тем не менее, он всё же умудряется переворачивать всё с ног на голову, покачав головой, Юнь Чусю рассмеялась. — Есть много желающих от него избавиться, тем не менее, все они сейчас не в духе из-за его выходок.

Лин Юйсю почувствовала облегчение. Между тем Юнь Чусю внимательно её рассматривала её тело, и когда её взгляд остановился на груди девушки. Она подумала: «Понятно. Я думала, что Небесный Преподобный Му был утончённым человеком, которого внутренняя красота женщины волновала не меньше её внешности. Никогда бы не подумала, что он такой простак, что думает лишь о груди. Теперь ясно, где я проиграла…»

Лин Юйсю моргнула. Заметив, что грудь Юнь Чусю внезапно выросла. Она растерялась.

Соединение райских небес с Первобытным Царством с помощью Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии вызвало бурную реакцию на всех уровнях общества. Возможность переместить армию райских небес в различные миры была крайне привлекательной, отчего любой дальновидный человек сразу же понял, что это значительно усилит власть райских небес над другими мирами!

Если соединить тысячи миров с помощью Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии, власть райских небес достигла бы невероятных высот и значительно сократить численность своей армии!

В таком случае ненужные армии можно было бы расформировать. В конце концов, райские небеса больше бы не нуждались в том, чтобы оставлять в других мирах солдат для подавления восстаний!

Армию райских небес можно было бы мгновенно отправить в любой мир, где начиналось восстание!

Подобное решение сэкономило бы множество рационов и духовных пилюль, а расходы на транспортировку значительно бы уменьшились, что сделало бы власть райских небес более устойчивой!

К тому же это делало сбор жертвоприношений намного боле эффективным. Теперь для этого не требовались бы солдаты, ведь боги могли лично спуститься в нужный мир и наказать его жителей!

Тем не менее, автором идеи постройки Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии был Цинь Му, отчего люди с подозрением относились к его намерениям. Тем не менее, к нему за чертежами всё же приходили множественные посланники, чтобы обменять их на драгоценные артефакты.

Цилинь принимал дары, после чего отвечал:

— Владыка Культа уже передал чертежи Секте Дао райских небес, идите к ним.

Некоторые посланники начинали требовать вернуть свои подношения, тем не менее, всех их прогоняла Янь’эр.

За последние несколько дней Янь’эр, Ци Цзюи, Юнь Цзяньли и остальные вернулись в Павильон Медленного Вращения, чтобы помочь Цинь Му разобраться с различными делами.

Через десять дней Мосты Взаимного Сдвига Духовной Энергии строились один за другим. Лучи света поднимались в небо, образуя великолепное зрелище.

— Я планирую спуститься, Небесный Преподобный, — Юнь Цзяньли попрощался с Цинь Му, проговорив. — Райские Небеса и Первобытное Царство теперь соединены, поэтому дорога туда будет лёгкой. Я собираюсь посетить Вечный Мир, чтобы понять, что такое реформа.

Цинь Му кивнул и написал несколько писем. Отдав их Юнь Цзяньли, он проговорил:

— Брат Юнь, после того как доберёшься к нижней границе, можешь отправиться к Божественной Секте Высших Небес Западных Земель, чтобы встретиться с Сюй Шэнхуа. Или де можешь навестить Мастера Дао Линь Сюаня в Секте Дао Вечного мира, Жулай Чжан Куна на горе Сумеру, или Ван Мужаня в Маленькой Нефритовой Столице. Все они — лидеры здешней реформы.

Юнь Цзяньли взял письма, поднялся и ушёл.

Посмотрев на лучи света в небе, Цинь Му облегчённо вздохнул, в его глазах мелькнула искра: «Теперь в Вечном Мире воцарится покой.»

В этот момент издали донёсся голос Юнь Чусю:

— Небесный Преподобный Му, ты скоро умрёшь!

Цинь Му посмотрел в сторону голоса, увидев девушку на борту крохотной лодки, плывущей в его сторону по поверхности Яшмового Водоёма. Она выглядела слегка не так, как раньше.

— Это ты умрёшь! — разозлившись, ответил Цинь Му. Внезапно, его взгляд неконтролируемо остановился на её груди. Юнь Чусю тут же почувствовала себя самодовольной, неосознанно выпрямив спину.

Крохотная лодка причалила к берегу, и она выпрыгнула на берег. Взгляд Цинь Му не мог отвернуться от её качающейся груди. Заметив, что происходит, цилинь запаниковал: «Беда! Небесная Императрица нашла слабое место Владыки Культа!»

Юнь Чусю поспешно подошла к ним и рассмеялась:

— Ты и вправду сейчас умрёшь! Небесный Преподобный Хао организовал собрание влиятельных людей райских небес, где говорил о том, что Небесные Преподобные Хо и Сю сообщают о странных явлениях в Великой Пустоши. Он предложил отправить туда сильных практиков райских небес, чтобы не дать проблеме перекинуться на райские небеса. Обсудив его идею, они решили отправить Небесного Преподобного, чтобы тот встретил Хо и Сю на линии фронта. Угадай, на кого пал их выбор?

Цинь Му фыркнул:

— На меня, верно?

Юнь Чусю прижала его левую руку к своей груди, радостно проговорив:

— Знаменитого Небесного Преподобного Му! Несмотря на то. Что некоторые древние боги возражали против его плана, они оказались в меньшинстве. Более того. Даже Небесный Император согласился тебя туда отправить!

Цинь Му попытался освободить свою руку, но Юнь Чусю прижала её ещё крепче. Он не мог вытащить её, как бы не старался.

«Владыка Культа обречён! — Цилинь наблюдал ситуацию, его сердце неистово стучало. — Она эксплуатирует его роковую слабость!»

Глаза Цинь Му загорелись, он спросил:

— Я ещё не встречал здешнего Небесного Императора. Он сделан с помощью божественного оружия создания?

Юнь Чусю улыбнулась, смотря ему в глаза:

— Небесный Преподобный Му, кажется, совершенно не беспокоится о собственной безопасности, а лишь о тех, кто его окружает. По правде говоря, те, кто будут сопровождать тебя к Великой Пустоши, скорее всего хотят отнять твою жизнь. Более того, кроме учеников Небесных Преподобных, там будет один сильный практик, который не слишком тебя любит. Угадай кто.

Цинь Му покачал головой, неосознанно шагая за Юнь Чусю в Павильон Медленного Вращения, его рука всё ещё была на её груди. Кончиками пальцев он чувствовал невероятную мягкость и тепло.

«Владыка Культа обречён! — лицо цилиня побледнело, он мысленно рыдал. — Это ведь жена Небесного Императора!»

Юнь Чусю улыбнулась:

— Лидер Стражей Элитного Духа, Однорукий Божественный Нож Ло Ушуан! Как только он услышал, что ты собираешься в Великую Пустошь, то его глаза засияли светом ножа, он невероятно обрадовался!

Глава 939. Воображаемое Становится Реальностью

— Божественный Нож Ло Ушуан? Он тоже собирается посетить Великую Пустошь?

Цинь Му слегка нахмурилась. Ло Ушуан испытывал к нему глубокую ненависть. Если они вместе отправятся в Великую Пустошь, Цинь Му будет в большой опасности.

— Что такого есть в Великой Пустоши? — Цинь Му наконец освободил свою левую руку из заточения и спросил. — Я слышу о ней с тех пор, как пришёл на райские небеса. Это место крайне таинственно. Для чего нам его исследовать? Это случайно не из-за деревни Беззаботной?

Юнь Чусю ответила:

— Небесный Преподобный Цинь основал деревню Беззаботную и перенёс туда свои райские небеса. Несмотря на то, что его эпоха была уничтожена, основание райских небес Императора-Основателя до сих пор существует. Почему Фэнду никак не отреагировал на то. Что райские небеса подавили восстание Первобытного Царства? Потому, что деревня Беззаботная ещё в безопасности.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Юнь Чусю продолжила:

— В конце концов, Император-Основатель это Небесный Преподобный Цинь. Несмотря на то, что он предал Небесный Союз, он до сих пор является один из его пяти старейшин. Пока он жив, многие люди волнуются из-за того, что он не сдаётся. Те, кто отправились подавлять восстание Первобытного Царства, слышали, что он отдавал приказы из деревни Беззаботной, запрещая силам Фэнду вступать в бой и ждать возможности устроить засаду. Фэнду это маленькая проблема, деревня Беззаботная — это наша главная цель.

Внимательно проанализировав выражение лица Цинь Му, она так и не заметила чего-то странного, смутным тоном добавив:

— Небесный Преподобный Му кажется совершенно спокойным. Небесный Преподобный Цинь, Цин Е, твой предок. Разве тебя не заботит его судьба?

— Мы с ним путешествовали по райским небесам во время первого года Дракона Ханя. Он казался нерешительным и не слишком умным. Более того, он мятежник. Он отравил Небесного Преподобного Хао и осмелился убить людей в

Яшмовом Водоёме, неповинуясь Госпоже Юаньму! Я знал, что ему суждено стать предателем и презирал то, как он себя ведёт. Хоть у моего тела и есть его родословная, моя душа с ней никак не связана, — торжественно проговорил Цинь Му. — Теперь он стал предателем, в то время как я — Небесным Преподобным Му райских небес. Естественно, я с радостью разорвал бы с ним любые связи. Если я встречу его в Великой Пустоши, то ему сильно достанется! Императрица, Небесные Преподобные Хо и Сю нашли его?

Юнь Чусю внимательно всмотрелась в его выражение, но так и не нашла в нём чего-то подозрительного. Казалось, что он и искренне хотел разорвать любую связь с Императором-Основателем.

Она покачала головой, проговорив:

— Судя по последним новостям, деревня Беззаботная находится в Великой Пустоши. С тех пор райские небеса исследовали это место в надежде найти деревню Беззаботную и наконец решить эту проблему. Когда Небесные Преподобные Хо и Сю достигли Великой Пустоши, они разделились, находя там множество таинственных мест. Великая Пустошь полна странностей… Туда может войти лишь небольшая группа людей, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Твой отряд будет состоять из трёхсот человек.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он спросил:

— Ты была там, Императрица?

Выражение лица Юнь Чусю слегка изменилось, она что-то вспоминала. Изменив тему, она проговорила:

— Скоро принесут указ Небесного Императора. Дождись его и готовься умереть в Великой Пустоши.

Глаза Цинь Му загорелись, он улыбнулся:

— Разве ты не хочешь пойти со мной, Императрица?

Юнь Чусю рассмеялась:

— С чего бы мне отправляться в такое место? Оно полно опасности. Я ни за что туда не пойду.

Цинь Му поинтересовался:

— Императрица, так что заставило тебя искать меня в такой спешке? Ты ведь не просто хотела меня предупредить, верно?

Юнь Чусю слегка изменилась в лице, прежде чем проговорить:

— Я хотела бы пойти, но не осмелюсь отправиться туда в своей истинной форме.

Цинь Му хотел узнать больше, когда цилинь напомнил:

— Владыка Культа, пора кушать.

Достав котёл, Цинь Му начал готовить цилиню духовные пилюли. Тот уставился в свою тарелку и рассмотрел пилюли, прежде чем внезапно рассмеяться:

— Владыка Культа, Ци Цзюи рассказывал мне очень смешную историю. Я могу тебе пересказать.

Цинь Му поинтересовался:

— Какую историю тебе рассказал Ци Цзюи?

— Однажды один извращенец умер из-за своей похоти. Конец истории. Разве не смешно?

Цинь Му мрачно на него уставился, и тот перестал смеяться, продолжая пожирать свои пилюли.

Поднявшись, Цинь Му проговорил:

— Хорошая история. У меня тоже есть интересный рассказ. Одна из пилюль отравлена.

Цилинь немедленно перестал есть и уставился на пилюли в тарелке, его лоб начал покрываться холодным потом.

Вскоре после этого прибыл чиновник, передавая Цинь Му приказ возглавить триста богов и дьяволов и отправиться в Великую Пустошь, чтобы встретить там Небесных Преподобных Хо и Сю.

Цинь Му принял указ и увидел за спиной чиновника триста богов и дьяволов, во главе которых был Ло Ушуан. Рядом с ним был ученик Стражей Элитного Духа, одна из рук которого была отрублена. Остальные боги и дьяволы обладали различными уровнями совершенствования и скорее всего были учениками Небесных Преподобных.

Чиновник, который убирал Яшмовый Водоём после столкновения Небесных Преподобных, проговорил:

— Небесный Преподобный Му, лодка готова. Пожалуйста, приготовься, только быстро.

Посмотрев на Яшмовый Водоём, Цинь Му увидел на его поверхности лодку и спросил:

— Припасы готовы? Где карта Великой Пустоши?

Чиновник покачал головой:

— В Великой Пустоши никто не нуждается в припасах, а карты этого места просто не существует. Ты всё поймёшь, как только туда попадёшь.

Ло Ушуан и остальные уже погрузились на борт. Цинь Му нахмурился, проговорив к Янь’эр и цилиню:

— Путешествие будет крайне опасным. Оставайтесь здесь, вам не стоит идти со мной. Янь’эр, после того, как я уйду, ты должна забрать жирдяя к Южному Божеству Чжу Цюэ. Она вас защитит.

Янь’эр немного колебалась, прежде чем проговорить:

— Учитель, из этих трёхсот богов как минимум двести хотят тебя убить. Если я пойду с тобой, то смогу тебя защитить…

— В этом нет необходимости, — улыбнулся в ответ Цинь Му. — Если деревня Беззаботная в Великой Пустоши, то мой брат тоже там. Если это так. То меня никто не сможет тронуть!

Немного подумав, Янь’эр проговорила:

— Пожалуйста, возьми с собой этот артефакт. Это подарок Небесной Преподобной Юэ, он может тебя защитить.

Взяв фонарь, Цинь Му забрался на лодку, увидев на её борту Юнь Чусю. Слегка удивлённый, он спросил:

— Императрица, разве ты не говорила, что не хочешь идти?

Юнь Чусю устало вздохнула, отвечая:

— Я и вправду не горю желанием туда идти, тем не менее, мне бы хотелось изучить истинную природу Великой Пустоши.

Лодка медленно поплыла к северу райских небес. Цинь Му продолжал расспрашивать:

— Неужели Великая Пустошь настолько ужасная, как о ней говорят? Если ты там была, то почему бы тебе не рассказать мне о возможных опасностях, чтобы я был ко всему готов?

— Я была там, возглавляя армию из сотни тысяч Стражей Божественных Воинов райских небес. Двое из четырёх Небесных Мастеров райских небес были тогда со мной, вместе с моими лучшими учениками.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Стражи Божественных Воинов были одними из десяти стражей райских небес вместе со Стражами Пернатого Леса. В их ряды отбирали самых сильных богов и дьяволов, закалённых в сотнях сражений!

На корабле-призраке он уже встречал Стражей Пернатого Леса. Каждый из них был существом, достигшим как минимум области Нефритовой Столицы!

Стражи Божественных Воинов, которых возглавила Небесная Императрица, должно быть собирались не только исследовать Великую Пустошь, но и захватить её!

— Великая Пустошь — это руина вселенной. Это Область Сияния, войдя в которую обнаруживаешь себя в уникальном месте, наполненным всевозможными невиданными вещами.

Юнь Чусю прислонилась к его плечу, вспоминая произошедшее там, и прошептала:

— Как только мы вошли в Зону Сияния начали происходить странные вещи. Много странных вещей. Там встречались всевозможные воображаемые создания, — нахмурившись, проговорила она. — Мы наткнулись на огромное количество необъяснимых явлений и понесли большие потери. Выжить удалось лишь десятой части Стражей Божественных Воинов. Даже я и два других Небесных Мастера были ранены. Вот только Небесный Мастер Юэ внезапно понял секрет Великой Пустоши. То, что ты представляешь, становится реальностью.

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— То, что ты представляешь, становится реальностью? Небесный Мастер Юэ имел в виду…

— Он имел в виду. Что Стражей Божественных Воинов убили их собственные страхи, кроющиеся в их сердцах. В Великой Пустоши они стали реальностью.

Юнь Чусю продолжила:

— Кто-то представил, как его убивает молния, и в следующий миг его ударил ужасающий разряд. Кому-то привиделся дьявол с тысячей голов и десятью тысячами рук, и такой дьявол и вправду появился перед ним. Другие же вообразили, что небо рушится, и им на головы тут же обрушивались планеты. Разразились всевозможные ужасы, разрушая самую сильную армию райских небес. Нам пришлось уйти ещё до того, как мы поняли суть природы Великой Пустоши. В конце концов, выжить удалось лишь мне, хоть я и была сильно ранена. Два других небесных мастера… — вздохнув, она продолжила. — Они были невероятно мудрыми и талантливыми созданиями, а также сильными практиками, достигшими области Императорского Трона. К сожалению, они не выжили.

Цинь Му закрыл глаза.

То, о чём рассказывала Юнь Чусю, было и вправду ужасающим. Неужели Великая Пустошь действительно была настолько страшным местом?

— Какой кошмар атаковал тебя? — спросил он.

— Небесный Император, настоящий, — на лице Юнь Чусю возникло выражение ужаса, она хриплым голосом проговорила. — Несмотря на то, что я его убила, я до сих пор его боюсь! В Великой Пустоши он вернулся и атаковал нас. Я сильно испугалась…

Она начала дрожать от страха.

Цинь Му внезапно спросил:

— Так как погибли два Небесных Мастера и те, кому удалось выжить раньше? Если Небесный Мастер Юэ понял природу Великой Пустоши, и знал, что всё что он воображает, становится реальностью, то он определённо всех предупредил. Верно? Должно быть, для существ вашего уровня несложно было контролировать свои мысли. Почему же тогда все остальные погибли, и выжила только ты?

На лице Юнь Чусю появилась улыбка, красота которой могла поразить сердце любого человека. Кроме того, она выпрямила спину, отчего её грудь приподнялась, едва не разрывая рубашку:

— Что ты пытаешься сказать, Небесный Преподобный Му?

Не поддаваясь её соблазнению, Цинь Му улыбнулся:

— Я хочу сказать, что в условиях подобного ужаса, Стражи Божественных Воинов потеряли рассудок и запаниковали. Между тем, ты не знала о чём они думают, и лучшим для тебя решением было убить их всех, чтобы они больше не могли создать видений. То, что они воображали, становилось реальностью, но будучи мёртвыми, воображать они, естественно, не могли.

Рассматривая её изящные черты, он продолжил:

— Поэтому, ты их убила. Ты убила всех, включая двух Небесных Мастеров, потому что не могла им доверять. Именно таким образом ты выжила и смогла покинуть Великую Пустошь.

Юнь Чусю рассмеялась:

— Мы слишком похожи, Небесный Преподобный Му! Ты сразу понял, как мне удалось выжить. Мы можем стать отличной парой!

Цинь Му снова выстоял перед её очарованием и уверенно ответил:

— Императрица, мы не станем парой, и мы никогда не будем похожи. Я никогда бы не бросил своих спутников, не говоря даже о том, чтобы их убивать! Я просто привык к зловещим созданиям, и понимаю твою природу.

Юнь Чусю холодно улыбнулась:

— Небесный Преподобный Му, ты слишком идеалистичен! Они не были моими спутниками, а всего лишь рабами и слугами. Умереть должны были либо они, либо я, поэтому, естественно, умерли они! Если бы ты оказался в такой же ситуации, как я, то поступил бы так же! Возможно, не сейчас, но в будущем так и было бы!

Цинь Му нахмурился.

Лодка прошла через Северные Небесные Врата и поплыла по Райской Реке. Внизу под ними виднелись казармы райских небес, Фомальгаут. Там располагались бесчисленные боги, дьяволы и корабли. Вокруг Фомальгаута кружились бесчисленные небеса, снабжающие припасы и еду.

Цинь Му рассматривал казармы, божественный свет которых простирался на миллионы километров.

Райские Небеса были слишком могущественными. Не говоря уже о десяти

Стражах райских небес, даже Фомальгаута хватало, чтобы тысячи раз уничтожить Вечный Мир!

— С тех пор, как я узнала тайну Великой Пустоши, райские небеса начали придумывать всевозможные техники, блокирующие мысли человека. Одной из самых выдающихся из них является Буддистская техника «Думать и Не Думать»,

— продолжила Юнь Чусю. — Она позволяет мыслям находится в неопределённом сознании, делая их невидимыми для Великой Пустоши. Её придумал сам Будда Брахма, он тебя ей научил?

Цинь Му покачал головой.

Юнь Чусю мило улыбнулась, посмотрев на сияние, появляющееся в ночном небе.

Ло Ушуан подошёл к ним и торжественно спросил:

— Так чего же боится Небесный Преподобный?

Цинь Му обернулся и улыбнулся:

— Я — Тело Тирана Цинь, у меня нету страха. А чего боишься ты, Божественный Нож Ло?

— Пока в моих руках нож, мне нечего бояться, — уверенно ответил он.

Глава 940. Дьявoл в Сердце Ло Ушуана

Юнь Чусю была ошеломлена:

— Божественный Нож Ло, ты совершенствовал Думать и не Думать?

Покачав головой, то ответил:

— До тех пор, пока я верен своему Дао ножа, у меня не будет страхов, так с чего мне опасаться Великой Пустоши?

Юнь Чусю похвалила:

— Божественный Нож Ло, у тебя, несомненно, устойчивое сердце Дао, и ы достоин называться сильнейшим божественным ножом райских небес!

Затем она обернулась к Цинь Му:

— Божественному Ножу недолго осталось, как и тебе.

Цинь Му улыбнулся:

— У меня с самого детства были крепкие нервы, я никогда ничего не боялся!

Юнь Чусю холодно рассмеялась:

— Вы оба не знаете страха. Должно быть, ты так и не понял, что такое Великая Пустошь!

Ло Ушуан посмотрел ей в глаза, прежде чем опустить голову и улыбнуться:

— Маленькая девушка не знает, что моё сердце Дао настолько открыто, что в нём нет страха.

Юнь Чусю впала в ярость.

Наглец Цинь Му уже называл её маленькой девушкой, но он был Небесным Преподобным и имел на это право. Тем не менее, Ло Ушуану тоже хватило смелости посмотреть на неё свысока!

Всё же, будучи Небесным Преподобным и Небесной Императрицей, она решила ему простить.

Глаза Цинь Му загорелись, его взгляд упал на Ло Ушуана, Тот почувствовал, что на него смотрят, и холодно фыркнул:

— Пока что я не буду тебя убивать. Я сделаю это после того, как мы прибудем в Великую Пустошь. Если тебе станет страшно, попроси маленькую девушку обучить тебя Думать и не Думать.

Цинь Му улыбнулся и промолчал, начав рассматривать остальных юношей на корабле.

У всех этих молодых людей было необычное происхождение, ведь они были учениками Небесных Преподобных и сильных практиков области Императорского Трона и обладали невероятным совершенствованием.

Смерив их взглядом, он тайно встревожился. Несмотря на то, что в следствии реформы в Вечном Мире появилось много талантов, на райских небесах таких было намного больше. Каждый из них был по-своему удивителен.

Райские небеса управляли десятками тысяч миров и небес, так что они с трудом могли собрать у себя самых талантливых людей.

— Ээм… — глаза Цинь Му загорелись, когда он увидел одну девушку. Внешне она выглядела как младшая сестра Небесной Императрицы. Не удержавшись, он спросил:

— У тебя есть младшая сестра?

Озадаченная, Юнь Чусю посмотрела в сторону девушки. Её брови поднялись, она холодно рассмеялась.

Посмотрев на девушку, она и вправду обнаружила, что та была похожа на Госпожу Юаньму. Выглядя очень молодо, она была не менее прекрасной, чем Юнь Чусю.

Холодная улыбка на лице Юнь Чусю стала более приятной, она подошла к девушке.

Заметив её, девушка была шокирована. Тем не менее, со стороны их разговор казался приятным, они обе улыбались.

Цинь Му с любопытством наблюдал за ними, размышляя над тем, каким образом они могли быть связаны.

Госпожа Юаньму умерла от руки Небесной Императрицы. После этого Императрица стала Цзюэ Учэнь и обманула Небесного Императора, чтобы убить его.

Позже она погибла от удара шпильки Небесной Преподобной Лин. Тем не менее, её исконный дух сбежал, даровав ей новую жизнь в качестве одной из десяти Небесных Преподобных.

Тело Госпожи Юаньму осталось заперто в хрустальном гробу, которым сейчас владел Цинь Му. Оно, казалось, не было полностью мёртвым, и после того, как гроб оказался в его руках. Госпожа Юаньму попыталась его атаковать. К счастью, Вэй Сюйфэн успел её подавить.

Неужели девушка, которая так похожа на двух сестёр, — это перевоплощение Госпожи Юаньму?

«Мать Земли была повержена, но она так никуда не делась. Небесный Союз, древний Небесный Император и Небесный Преподобный Хао не сумели окончательно её убить. В этом смысле древний Небесный Император похож на Мать Земли. В таком случае, действительно ли умерла Госпожа Юаньму?

Цинь Му улыбнулся, увидев, как Юнь Чусю и другая девушка идут в его сторону. Он подумал:

«Эта девушка и вправду может быть Госпожой Юаньму. Тем не менее, последняя умерла очень давно, и в таком случае она не может быть простым практиком Божественных Искусств. В таком случае… — улыбка на его стала шире. — Неужели Госпожа Юаньму тоже является членом Небесного Союза? Может она Небесный Преподобный? Десять Небесных Преподобных райских небес становятся всё более загадочными…»

Юнь Чусю и девушка остановились перед ним:

— Небесный Преподобный, познакомься с доброй сестрой. Это Лянь Хуахунь, ученика Небесного Преподобного Хао. Она очень талантлива!

Лянь Хуахунь выразила своё почтение, и Цинь Му улыбнулся:

— Добрая сестра, нет смысла в таких формальностях, поднимись. Любой расцветший цветок рано или поздно завянет, и его никто не будет жалеть. У сестры Хуахунь красивое имя, как и ты сама! — искренне похвалил он.

Юнь Чусю мрачно хмыкнула.

Несмотря на то, что Лянь Хуахунь была красивой, она блекла на фоне женщин, чьи тела были созданы исключительно для красоты, вроде Цзю Учэнь.

Тем не менее, хотя тело Юнь Чусю было копией Цзю Цчэнь, Цинь Му, по какой-то причине, хвалил не неё, а Лянь Хуахунь. С его вкусами определённо что-то было не так!

Лянь Хуахунь встала с колен и моргнула своими красивыми глазами, проговорив:

— Небесный Преподобный определённо талантлив, у тебя отличные навыки красноречия.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Моё имя тоже имеет красивое значение, Небесный Преподобный Му его знает?

Цинь Му попытался угадать:

— Вода под луной всегда чиста, тучи над горами всегда светлы?

Покачав головой, Юнь Чусю ответила:

— Нет.

Лянь Хуахунь мягко поклонилась и проговорила:

— Облака не собираются пониматься над горами. В мире людей репутация человека всё о нём рассказывает. Должно быть именно такое значение у имени сестры. В этом теле нет сердца, поэтому оно свободно. В мире людей мир человека создаётся его именем.

Юнь Чусю хлопнула в ладоши и рассмеялась:

— Кажется, сестра Лянь меня понимает! Люди жалеют хрупкий стебель цветка, не меняющийся зимой. Ревность к снегу уже сдул холодный ветер. Лянь Хуахунь говорит не о жалости людей, а о том, что два цветка не могут сосуществовать. Из-за холодного ветра они оба рано вянут. Сестра Лянь умна, в отличии от тех парней, которые умны только на вид, — сказав это, она посмотрела на Цинь Му.

Цинь Му горько вздохнул.

Девушки казались крайне близкими, в каждом предложении называя друг друга сёстрами.

Цинь Му с нетерпением ждал ситуации, когда они поссорятся и начнут друг с другом сражаться. Это зрелище будет невероятно ярким и динамичным!

«Эти две девушки так мило улыбаются, что кажется, будто они сестры, глубоко связанные друг с другом. Будет интересно посмотреть на их конфликт!»

Лодка быстро приближалась к сиянию Великой Пустоши, наконец достигнув его края.

Чиновник на борту прокричал:

— Будьте осторожны! Исполняйте технику Думать и Не Думать на протяжении всего времени, что мы здесь проведём!

Все люди на лодке начали исполнять технику, чтобы скрыть свои мысли от Великой Пустоши.

Цинь Му не владел нужной техники, поэтому укрепил своё сердце, чтобы лучше контролировать свои мысли.

Лодка влетела в Великую пустошь, и её тут же окутал нежный свет. На Цинь Му тут же нахлынула слабая волна мыслей. На самом деле свет вокруг был материализовавшимися мыслями!

Тем не менее, в этих мыслях не было никаких идей и смысла, они напоминали чистое, пустое сознание!

«Как создать что-то подобное?» — он тут же задумался.

Цинь Му обладал некоторым пониманием методов совершенствования доисторических мастеров создания, значительно превосходя в нём Небесных Преподобных и сильных практиков области Императорского Трона райских небес. Тем не менее, на фоне Шу Цзюня оно всё же было не слишком хорошим.

Впрочем, он уже понимал принципы совершенствования мастеров создания. Оно базировалось на воображении, укрепляя практика посредством воплощения его фантазий в реальность.

Сложность состояла в том, что для успеха требовалось представлять нужные вещи у себя в голове. К примеру, чтобы создать видение Небесного Герцога, нужно было целиком вообразить его у себя в голове.

В то же время Небесная Пустошь была наполнена светом, созданным пустыми мыслями, не имеющими никакого смысла или формы. Это казалось невероятно странным, выходя за пределы понимания Цинь Му.

«Возможно, доисторические мастера создания владеют методами совершенствования, о существовании которых я не подозревал.»

Как только он об этом подумал, впереди появился доисторический гигант. Его ладонь схватила лодку и начала подносить её к своему рту!

Цинь Му был ошеломлён. Увидев происходящее, люди на борту начали паниковать.

— Кто освободил своё воображение?

Ло Ушуан взмыл в воздух и вытащил свой божественный нож, тут же атакуя доисторического мастера создания!

Свет ножа выглядел захватывающим и мощным, мгновенно отрубая руки гиганта. Затем Ло Ушуан нанёс второй удар, перерезая его шею!

Спрятав нож, Ло Ушуан приземлился на палубу и холодным тоном проговорил:

— Не прекращайте исполнять Думать и Не Думать! В противном случае на нашем пути появятся новые препятствия! Кроме того, кто виновник того, что только что произошло?

Как только он договорил, за его спиной раздался грохот.

На лице Ло Ушуана возникло выражение шока, он неохотно развернулся. Впереди, среди света Великой Пустоши, появилась коробка с ногами, мчащаяся в сторону лодки.

Наверху коробки стоял юноша с длинным ножом.

Это был молодой Цинь Му, глаза которого сияли ярче звёзд.

Тело и оставшаяся рука Ло Ушуана начали дрожать. С трудом собравшись с мыслями, он потянулся к своему ножу.

Это был дьявол его сердца, человек, которого сильнее всего боялось его сердце Дао.

Ло Ушуан закричал, и взмахнув ножом вылетел из лодки и бросился навстречу юноше.

Тот достал меч, свет которого столкнулся с ножом!

Ло Ушуан, несомненно, был сильнейшим божественным ножом райских небес. У каждого его движения было невероятное количество удивительных изменений!

К этому времени он достиг тринадцати небес пути ножа. Ступив на путь своим навыком ножа, он мог продемонстрировать невероятный уровень мастерства!

Тем не менее, юноша на коробке тоже был невероятно силён, сумев отбить атаку ножа, прежде чем атаковать Ло Ушуана в его уязвимое место!

Спустя мгновение тело Ло Ушуана было залито кровью!

Цинь Му был ошеломлён: «Ло Ушуан представляет меня таким сильным?»

В воздухе перед лодкой сталкивались два силуэта, напоминая вспышки молний. Их техники сверкали лучами. Нож Ло Ушуана становился всё сильнее, протягиваясь через всё небо.

Тем не менее, молодому Цинь Му всё время удавалось найти в его технике слабое место. Как только вспыхивал свет его меча, на теле Ло Ушуана появлялась новая рана!

Именно таким представлял себе Цинь Му Ло Ушуан.

В ту ночь, на закате Эпохи Высшего Императора, Цинь Му стоял на сундуке, одним взмахом меча отрубив его руку!

В результате в его сердце Дао отбилась тень Цинь Му. На протяжении следующих сорока тысяч лет он совершенствовался, становясь богом ножа райских небес, способным одолеть Таинственный Нож Казни Бога.

Тем не менее, тень Цинь Му так его и не покинула.

Он использовал всё более сильные навыки ножа, но Цинь Му из его головы тоже становился мощнее!

Как только он попал в Великую Пустошь, дьявол вышел из его сердца Дао и стал реальным!

Юнь Чусю взволнованно проговорила:

— Божественный Нож Ло, ты можешь победить дьявола в своём сердце Дао, убив настоящего Небесного Преподобного Му!

Глава 941. Bыпустить Дьявoла Сеpдца

«Великая Пустошь — это крайне странное место. Всё, что воображает человек, оказавшийся здесь, становится реальностью. Неужели весь мир создан из сознания? Доисторические Мастера Создания воплощали фантазии в реальность с помощью Первобытного камня Великого Первоначала. Возможно, весь мир и есть этим камнем? Что им управляет?» — Цинь Му с головой погрузился в мысли.

Остальные практики исполняли технику Думать и не Думать, блокируя свои мысли, чтобы не позволить дьяволам в своих сердцах Дао стать реальными. Тем не менее, вследствие этого они не могли думать.

Именно поэтому Цинь Му не спешил изучать Думать и не Думать. Он был невероятно любопытным и хотел узнать тайну Великой Пустоши.

Будучи неспособным думать, сделать это было невозможно.

Ло Ушуан продолжал сражаться с молодым Цинь Му из его сердца Дао, в то время как чиновник на борту планировал пролететь мимо них. Ло Ушуан определённо не был достойным противником дьяволу из его сердца, поэтому покинуть его было самым разумным решением.

Цинь Му всё ещё был ошеломлён, думая: «Великая Пустошь может быть вселенной Первобытного Камня Великого Первоначала, созданной мастерами создания. Эти пустые мысли улавливают страхи в наших сердцах и превращают их в реальность.»

«Выходит, что страх — это дьявол из сердца Дао. Я вспомнил о доисторических мастерах создания, потому что в моём межбровье сидит Шу Цзюнь. Тот сильно меня волновал, поэтому Великая Пустошь сразу же воплотила его в реальность.»

«Я — это дьявол сердца Дао Ло Ушуана, так как в молодости он проиграл в бою. Со мной. Как только он спросил по чьей вине нас атаковал мастер создания, его подозрения тут же упали на меня, и дьявол его сердце Дао материализовался.»

Как только Цинь Му об этом подумал, он немедленно очистил свои мысли, пытаясь не вспоминать об остальных Небесных Преподобных.

Небесные Преподобные были дьяволами его сердца, особенно сильно его волновало их сильнейшее оружие вроде Небесного Преподобного Юя. В его сердце Дао они занимали много места.

Если вспомнить о них, то Небесный Преподобный мог запросто материализоваться перед лодкой, начиная доставлять им много проблем.

«Но почему Великая Пустошь улавливает только дьяволов в сердцах людей? Почему она материализует лишь страхи?»

Цинь Му снова глубоко задумался. Для других Великая Пустошь была невероятно опасным местом, но для него она была хранилищем необъятной энергии. Если научиться её использовать и материализовать с её помощью своё божественное искусство, или даже союзного бога и дьявола, разве это не позволило бы сразить райские небеса?

В этот момент за их спинами раздался рёв Ло Ушуана и Цинь Му поспешно бросился к задней части лодки. Он увидел, что свет ножа Ло Ушуана стал в разы сильнее, неоднократно сверкая в небе. Его удары обрушились на дьявола в его сердце!

«Ло Ушуан — гений! В этой битве ему удалось вырваться из своей старой области и достичь новых высот своей техникой!»

Юнь Чусю и Лянь Хуахунь подошли к нему, и первая похвалила:

— Его техника пути ножа стала намного сильнее, чем раньше. Дьявол в его сердце лишь немного его превосходил, и теперь он будет повержен!

Свет ножа в небе ярко сиял, напоминая пылающее солнце. Осветив всё вокруг, он медленно погас.

В свете медленно появлялся силуэт Ло Ушуана, держащего в руках голову дьявола. Он быстро догнал лодку и приземлился на борт.

Всё его тело было покрыто ранами, но его аура была сильнее, чем раньше.

Цинь Му слегка нахмурился, обнаруживая, что его ранений были довольно серьёзными.

Ло Ушуан бросил голову дьявола на землю, и та покатилась, останавливаясь у ног Цинь Му. Посмотрев на Ло Ушуана, Цинь Му заметил, что тот приближается к нему, переполняясь убийственным намерением. В следующий миг он с грохотом упал на землю, теряя сознание.

Ученик, пришедший с ним, поспешно достал лекарства. Начиная залечивать его раны.

Внезапно Юнь Чусю холодным тоном проговорила:

— Те, кто упал в обморок, несут в себе больше всего опасности. Если мы не убьём Ло Ушуана сейчас, то у нас будут проблемы!

Ученик был шокирован, и поспешно поднялся, собираясь охранять тело Ло Ушуана, крича:

— Сумасшедшая, что ты несёшь?

Остальные тоже ошеломлённо уставились на Юнь Чусю, не понимая, что она имеет в виду.

Девушка ответила:

— Когда человек теряет сознание, его мысли выходят из-под контроля, он не может управлять своим сердцем Дао. В таком состоянии они освобождают многих дьяволов, создавая невероятную опасность!

В этот момент издали донёсся грохот. Толпа повернула головы и увидела сундук, появляющийся из сияния Великой Пустоши. На его крышке сидел Цинь Му, дьявол сердца Ло Ушуана.

Затем грохот раздался снова и показался второй Цинь Му, а следом за ним третий и четвёртый…

Количество Цинь Му становилось всё больше и больше, и спустя некоторое время сияние Великой Пустоши породило больше пятидесяти сундуков, на каждом из которых сидел дьявол сердца Ло Ушуана.

— Слишком поздно… Ло Ушуан представил Небесного Преподобного Му таким сильным из-за того, что тот носит звание Тела Тирана, — вздохнув, проговорила Юнь Чусю. — Направьте свою магическую силу в лодку, мы должны убираться отсюда!»

Воздух задрожал от свиста мечей, огни которых в следующий миг пронзили лодку, оставляя в ней огромную дыру. Неистово носясь по палубе. Они напоминали танцующих рыб и драконов.

Люди на лодке были в опасности и тут же начали исполнять свои божественные искусства и достали своё оружие, чтобы блокировать удары меча.

Внезапно какой-то бог завопил, его тело пронзил луч меча. Его исконный дух поспешно вылетел из тела, но в следующий миг его тоже пронзил меч!

На палубе воцарился хаос. Цинь Му достал свою пилюлю меча, начиная отбивать лучи меча. Навыки меча Цинь Му из прошлого, которого представил Ло Ушуан, выглядели несовершенными и слабыми в его глазах.

Тем не менее, дьявол был невообразимо сильный. Цинь Му мог лишь разбивать его атаки, определяя их слабые места, но если бы он попытался столкнуться с ними напрямую, тио его жизненная Ци тут же бы испарилась!

«Ло Ушуан представляет меня слишком сильным!»

Стиснув зубы, Цинь Му продолжал отбиваться. Его пилюля носилась по округе, блокируя лучи меча, пытающиеся подобраться к Ло Ушуану.

Сознание Ло Ушуана было повергнуто в хаос, из-за чего вокруг лодки появлялось всё больше новых Цинь Му, стремительно усугубляя ситуацию.

На противоположной стороне палубы Юнь Чусю и Лянь Хуахунь тоже не давали мечам приблизиться к Ло Ушуану.

Цинь Му быстро двинулся с места, подбираясь к Ло Ушуану. Ученик последнего оставался верен своему учителю и пытался его спасти, блокируя лучи меча своим ножом.

Встав возле Ло Ушуана, Цинь Му начал тыкать своими пальцами в его тело с молниеносной скоростью.

Ошеломлённый, ученик поспешно взмахнул ножом, собираясь его убить. Свет ножа остановился лишь тогда, когда до головы Цинь Му оставалось всего несколько сантиметров.

Он успел понять, что Цинь Му пытался не убить Ло Ушуана, а разбудить его. Спустя некоторое время техника Цинь Му остановила его кровотечение.

Юнь Чусю поспешно подбежала к нему, разъярённо спрашивая:

— Почему ты его не убил?

Цинь Му сделал вид, что не слышит её, в то время как его пальцы продолжали двигаться, формируя странную мудру. Его сознание превратилось в лотос и вместе с мудрой провалилось в межбровье Ло Ушуана.

Лянь Хуахунь тоже подошла к ним, обоими руками толкая Цинь Му и Ло Ушуана.

Она переполнялась невероятно мощной аурой. Её кровь и Ци вскипели, и в следующий миг его божественное искусство разразилось ужасающей силой, создавай оглушительный хлопок!

Внезапно из спины Цинь Му выросла дополнительная голова. Следом за ней у него появилось ещё четыре руки, ладони которых тут же создали Мудру Небес, сталкиваясь с силой ладони девушки.

Их божественные искусства столкнулись, из рук Лянь Хуахунь продолжала извергаться ужасающая сила. Хмыкнув, Цинь Му перевернулся в воздухе, в то время как его две руки продолжали плавно исполнять мудру, заталкивая божественное искусство сознания в межбровье Ло Ушуана.

Цинь Му приземлился на землю, выпрямив четыре своих руки. Под давлением божественного искусства Лянь Хуаухнь их кости сломались.

Лянь Хуахунь собиралась нанести следующий удар, когда Юнь Чусю её остановила. Девушки злостно уставились друг другу в глаза.

Внезапно Ло Ушуан поднялся.

Четыре руки Цинь Му исчезли, как и вторая голова.

Ло Ушуан ошеломлённо посмотрел на Цинь Му, прежде чем торжественно отблагодарить:

— Спасибо.

— Не за что, — улыбнулся Цинь Му.

Ло Ушуан немедленно достал свой нож, чтобы разрубить огни меча, летающие по палубе, после чего лодка ускорилась, оставляя дьяволов из его сердца позади.

Его совершенствование было сильнее, чем у остальных людей на борту, поэтому он сразу же увеличил скорость лодки.

В этот раз он получил скрытое благословление, помогающее ему стать сильнее, чтобы одолеть дьявола в своём сердце. Будучи без сознания, он потерял чёткое понимание своих собственных сил, поэтому Цинь Му созданные в этот раз, были не слишком сильны. Но теперь, когда он проснулся, если он снова выпустит своего дьявола, тот будет намного сильнее!

До тех пор, пока он не одолеет настоящего Цинь Му, дьявол его сердца будет сильнее его самого!

Тот исчезнет только когда он одолеет Цинь Му.

«Я разделяю вражду от благодарности. Я благодарен тебе за то, что ты спас меня, но ты всё же отрубил мне руку. Я всё равно за это отомщу.»

Увидев, что видения не могут догнать лодку, Ло Ушуан облегчённо вздохнул. Он предупредил Цинь Му:

— Чтобы полностью избавиться от дьявола в моём сердце, я должен бросить тебе вызов.

Цинь Му улыбнулся, спокойно ответив:

— Мне было бы интересно посмотреть, как тебе удалось ступить на путь своим ножом. Можешь бросить мне вызов в любой момент.

Спрятав свой божественный нож, Ло Ушуан оглянулся. Увидев, что видения Цинь Му исчезли, он прошептал:

— Великая Пустошь может материализовать дьяволов из сердец людей, что, по сути, делает её огромным артефактом создания. Теперь, когда мы от них сбежали, они продолжат существовать? Они будут жить вечно?

Взгляд Цинь Му упал на Лянь Хуахунь. Придя в себя, она поклонилась и проговорила извинительным тоном:

— Ситуация была критичной, поэтому я была вынуждена поднять на тебя руку. Прошу прощения.

— Ситуация и вправду была критичной, пожалуйста, не вини себя, сестра, — мило улыбнулся Цинь Му. — Твои техники и божественные искусства крайне сложны. Ты не против рассказать мне о своей секте?

Лянь Хуахунь ответила:

— Я являюсь ученицей Небесного Преподобного Хао и освоила восемнадцать техник Императорского Трона, объединив которые, я создала свою технику.

Цинь Му был удивлён:

— Восемнадцать техник Императорского Трона? Удивительное достижение, сестра!

Сделав несколько шагов вперёд, Юнь Чусю улыбнулась :

— Объединение восемнадцати техник Императорского Трона значит, что твоя техника достигла области Райских Небес. Ты талантлива, сестра Лянь. Тебя можно назвать молодым Небесным Преподобным. Если ты достигнешь области Императорского Трона, то откроешь восемнадцать райских дворцов, что позволит тебе стать в десять раз сильнее обычного практика Императорского Трона!

Лянь Хуахунь улыбнулась:

— Ты тоже неплоха, сестра Юн. У какого Небесного Преподобного ты учишься?

Юнь Чусю держала Цинь Му за руку, нежно улыбаясь:

— У Небесного Преподобного Му, ясное дел! Он лично меня обучает!

У Цинь Му была огромная проблема. Обе девушки смотрели друг другу в глаза, пытаясь читать между строк. Каждая из них хотела узнать, кем из Небесных Преподобных стала другая.

Десять Небесных Преподобных, казалось, хорошо понимали друг друга, но на самом деле это было совершенно не так. Древний Небесный Император, Небесная Императрица и Госпожа Юаньму стали одними из них. Тем не менее, никто не знал кем именно они были.

«Этим двум девушкам нужно преподать хороший урок!» — думал Цинь Му.

Лодка двигалась в глубины Великой Пустоши, и спустя некоторое время покинула Область Сияния, прежде чем оказаться посреди спокойной галактики, сформированной бесчисленными крохотными звёздами.

Лодка проплывала под ними, и подняв руку, можно было коснуться их поверхности.

— Должно быть, это и есть Великая Пустошь? — спросил кто-то, поднимая руку чтобы потрогать звёзды.

— Не прикасайся к ним! — поспешно остановил его Ло Ушуан. — Это материализованное божественное искусство. Если до него дотронуться, оно взорвётся!

Толпа была ошеломлена, лодка тут же свернула, отдаляясь от галактики.

Цинь Му тщательно осмотрел галактику, и его сердце внезапно дрогнуло:

«Это божественное искусство… Это божественное искусство старшего брата Вэй Сюйфэна! Он здесь был? Есть хоть одно место, которое он не успел посетить? Секунду, я думал, что Великая Пустошь может материализовать только дьяволов в сердцах людей. Как тогда старшему брату удалось материализовать с её помощью своё божественное искусство?»

Глава 942. Сильнeйшее Физическoе Тело в Истории

Божественное искусство Вэй Сюйфэна простиралось на пугающее расстояние, достигая тысяч километров в ширине. Он не мог создать чего-то подобного с помощью своиx собственных сил. Несмотря на то, что его способности были высокими, их было недостаточно для этого.

В таком случае, должен был существовать способ укрепить своё божественное искусство с помощью Великой Пустоши!

И Вэй Сюйфэн нашёл его!

Подобное было возможно только в Великой Пустоши. Наполненной огромным количеством чистого, доступного сознания.

«Возможно, Вэй Сюйфэн скрыл свой способ внутри божественного искусства, зашифровав его в движении и расположении звёзд…»

Цинь Му тут же определил маршрут каждой звезды и начал быстро считать. K его разочарованию, в божественном искусства Вэй Сюйфэна не было никакого сообщения.

«Направление галактики…»

Цинь Му был ошеломлён. Галактика напоминала стрелу, нацеленную в глубины Великой Пустоши.

Должно быть, Вэй Сюйфэн использовал это огромное божественное искусство, чтобы обозначить направление.

Именно в этом направлении сейчас двигалась лодка. Было очевидно. Что райские небеса поняли предназначение божественного искусства Вэй Сюйфэна.

Заметив, что Цинь Му рассматривает галактику, Юнь Чусю улыбнулась:

— Это божественное искусство было оставленного Императором Бескрайних Туч, когда он исследовал Великую Пустошь. Ты должен его знать, он могущественный человек, посеявший на райский небесах немало хаоса.

Цинь Му кивнул и ответил:

— Император Бескрайних Туч Вэй Сюйфэн — мой брат.

— За последние двадцать тысяч лет не появилось ни одного нового существа области Императорского Трона. Он единственный, кому удалось достичь этой области благодаря совершенствованию. Поэтому райские небеса высоко его ценили и назначили его Великим Божеством Дворца Бескрайних Туч. Он контролировал все территории Бескрайних Туч, которые насчитывали двести пятьдесят шесть небес и тысячи звёзд, — продолжила Юнь Чусю. — Тем не менее, позже райские небеса проверили его происхождение и обнаружили, что он изменил своё имя и свою историю. Он даже внёс изменения в Книгу Жизни и Смерти Чёрного Божества. Более того, он сделал то же самое с книгой Графа Земли. Он изменил все девять Книг Жизни и Смерти! Какая наглость!

Цинь Му рассмеялся:

— Мой брат и вправду наглец!

— Если райские небеса хотят проверить происхождение человека, они могут сделать это, как бы тот не старался им помешать. Тем не менее, количество приложенных им усилий поражает. Однажды он отправился к Сыну Небесной Инь и стал его учеником на несколько сотен лет! Сын Небесной Инь начал сильно его ценить, и доверял ему самые важные задания. Позже Вэй Сюйфэн инсценировал свою смерть, чтобы сбежать, и тот очень долго по нему горевал, — проговорила Юнь Чусю. — Когда райские небеса провели своё расследование, они узнали ещё одну поразительную вещь. Оказывается. Вэй Сюйфэн был не только в Минду, он также посетил Красное, Белое и Зелёное Божество. Он даже был в сектах нескольких Небесных Преподобных и Небесного Герцога, который сделал его братом Великого Владыки Солнца. Каждый раз его имя и внешность менялись. Он никогда не использовал своей настоящей личности, и втирался кому-то в доверие на несколько сотен лет, прежде чем инсценировать свою смерть.

Цинь Му не знал, смеяться ему или плакать.

Он не знал. Что Вэй Сюйфэн когда-то пробрался в Минду, и оставил после себя топографическую карту великой тюрьму Минду. С её помощью Святой Дровосек сумел освободить Ди Июэ.

— Райские небеса чувствовали, что он был достоин внимания и воспитания, и были готовы наделить его важными обязанностями. В итоге они решили проверить его происхождение и наконец выяснили, что он происходил из руин Эпохи Императора-Основателя и был одним из её беженцев! В итоге они начали настороженно к нему относиться, — продолжала Юнь Чусю. — В те времена количество подобных беженцев насчитывало десятки миллионов, их навыки и божественные искусства нельзя было освоить, так как они были сломаны. Даже их божественные мосты были разрушены. Они являлись людьми, отвергнутыми богами, у которых не было будущего. Тем не менее, среди этих отбросов нашёлся человек, сумевший достичь области Императорского Трона. Это шокировали райские небеса, они чувствовали серьёзность проблемы, поэтому тут же арестовали и подавили его. Тем не менее, он был способным человеком и много сделал для райских небес, в том числе исследовал Великую Пустошь, узнав о ней больше, чем кто-либо другой.

Перед лодкой появилась ещё одна галактика, указывая им направление.

— Он зашёл глубже, чем любой другой Небесный Преподобный, оставив после себя эти галактики и несколько крепостей, чтобы помочь нам здесь ориентироваться, — с восхищением проговорила Юнь Чусю. — Небесный Преподобный Му, вы оба гении.

Цинь Му покачал головой:

— Старший брат и вправду гений, но я, к сожалению, нет.

— Лицемеры. Хоть он и посеял на райских небесах много хаоса и был разоблачён, задержан и подавлен, он всё же не причинил им никакого вреда.

Юнь Чусю улыбнулась и проговорила:

— Вы разные. Ты открыто пришёл на райские небеса и начал их разрушать. Теперь из-за тебя разделились даже Десять небесных Преподобных. Мир на райских небесах долго не продержится. Даже в таком случае они не посмеют тебя тронуть, пока тебе на помощь готовы прийти так много людей. Именно поэтому ты умнее него. То, как твой брат ведёт дела, блекнет в сравнении с тобой.

Цинь Му улыбнулся.

Лодка продолжала двигаться, и спустя некоторое время впереди показались настоящие звёзды.

Должно быть, эти звёзды были созданы мастерами создания. Пять из них были соединены цепями, в центре которых располагалась огромная крепость, напоминающая гигантскую военную машину.

Вокруг крепости витала кровь и трупы, что свидетельствовало о том. Что здесь произошло много конфликтов.

Навстречу лодке из крепости вышло несколько богов, чтобы проверить личность посетителей, прежде чем пригласить их отдохнуть.

В следствие битвы с дьяволами сердца Ло Ушуана, многие из людей на борту погибли. Из трёхсот человек осталось двести шестьдесят, причем многие из них были ранены.

Цинь Му вошёл в крепость и посмотрел вниз, увидев на лицах здешних богов выражения шока. На их телах виднелись шрамы от ранений, напоминающие красных многоножек, ползающих по их коже.

У большинства из этих богов и дьяволов было три головы и шесть рук, они пользовались всевозможными оружиями. Тем не менее, казалось, они не знали эмоций, их взгляды выглядели бездушными.

— Что с ним произошло? — Цинь Му задался вопросом.

— Они потеряли свои эмоции и чувства, — улыбнулась Юнь Чусю. — Это узники райских небес, которых избавили от чувств. Всё, что от них осталось, это их боевые способности. Когда райские небеса обнаружили Великую Пустошь, они понесли великие потери. В итоге они решили переработать мусор и отправили узников охранять здешнюю крепость, укрепляя позиции райских небес. Так как у них нет чувств, они не порождают дьяволов сердца.

Посмотрев на богов, Цинь Му спросил:

— Это люди Эпохи Багрового Света?

Юнь Чусю позвала к себе даоса и приказала:

— Это Небесный Преподобный Му, он пришёл встретить Небесных Преподобных Хо и Сю. Пожалуйста приведи громадину сюда.

У даоса, судя по всему, были чувства. Он казался здравомыслящим и отвечал за безопасность крепости, а также управлял узниками Багрового Света.

Посмотрев на Цинь Му, он удивился, что его совершенствование было настолько низким. Тем не менее, он всё же выразил своё почтение и проговорил:

— Пожалуйста, подожди, Небесный Преподобный.

Он закричал, и в его крике послышался странный ритм. Должно быть, это был звук Дао, с помощью которого можно было управлять артефактами.

Внезапно из крепости донеслись сильные толчки. Посмотрев в сторону их источника, Цинь Му шокировано увидел, как бог, тело которого было больше, чем сама крепость, встаёт на ноги и поднимает голову.

У этого бога было три головы и шесть рук. Своим безразличным взглядом он смотрел одновременно в трёх направлениях.

Его тело было окутано цепью, покрытой божественными писаниями, материализованными из его жизненной Ци. Руны на её поверхности засияли, начиная кружиться вокруг.

Руны пересекались друг с другом, и вскоре площадь, которую они накрывали, покрыла собой всю крепость.

Это был сильный практик области Императорского Трона!

Его совершенствование достигло вершины области Императорского Трона!

Цинь Му осмотрел руны, и те показались ему знакомыми. Казалось, будто это были руны Таинственных Писаний Бесстрастного Создания. Не удержавшись, он спросил6

— Кто он? Это Великое Божество Эпохи Багрового света?

Юнь Чусю рассмеялась:

— Угадай!

Сердце Цинь Му дрогнуло, он покачал головой:

— Это не может быть Светлый Император. Он умер на поле боя за пределами райских небес. Ци Цзюи говорил, что по пути сюда мы пролетали через это место!

Юнь Чусю улыбнулась:

— Очевидно, это не мог быть он. Светлый Император обладал самым сильным физическим телом в истории, и ему почти удалось пробиться к райским небесам. В итоге его окружили бесчисленные армии богов и дьяволов, множество раз отрубая его голову. Тем не менее, каждый раз когда она отлетала, на её месте вырастала новая. Он никак не мог умереть. Даже Небесным Преподобным было крайне сложно его убить. Поле боя, через которое вы пролетали, усеяно частями тела Светлого Императора, а также трупами богов и дьяволов. Множество сильных практиков области Императорского Трона райских небес погибли. Это были невероятно брутальные события.

Цинь Му посмотрел на огромного бога позади крепости. Тот был попросту слишком сильным и искривлял пространство вокруг себя!

— Вам не хватает знаний? Великий Император Цзюй Юйши был настоящим обладателем самого сильного физического тела! — в голове Цинь Му прозвенел голос Шу Цзюня.

— Есть ли кто-то, кроме Светлого Императора, кто обладал бы таким де сильным физическим телом? — спросил Цинь Му.

— Светлый Император мёртв, — улыбнулась в ответ Юнь Чусю. — Он умер жестокой смертью. Хотя его физическое тело и было самым сильным в истории, его исконный дух не обладал тремя головами и шестью руками. Обнаружив его недостаток, Сын небесной Инь его убил.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он знал, что Светлый Император не мог совершенствовать свой исконный дух с помощью Таинственных Писаний Бесстрастного Создания.

Его техника не могла совершенствовать три головы и шесть рук исконного духа и обладала серьёзными недостатками.

Если бы он использовал её в паре с Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Бога, то результат был бы намного лучше.

Естественно, всё это было в прошлом.

Теперь пути, навыки и божественные искусства улучшились, а Десять Небесных Преподобных уже достигли области Райских Небес. Объединение двух техник области Императорского Трона уже не было непобедимым.

«Неужели этот гигант — Светлый Император?»

У Цинь Му возникли некоторые сомнения. Сознание Бессмертного Бога Багрового Императора гарантировало, что сознание практика не исчезнет. Неужели Таинственные Писания Бесстрастного Создания имели такой же эффект для физического тела, и оно не могло быть уничтоженным или умереть?

Неужели могло случиться так, что душа Светлого Императора умерла, но его тело осталось?

Может этот гигант и вправду был телом Светлого Императора?

Они провели некоторое время в крепости, отдыхая под защитой рун гигантского бога, оберегающих их от странного сознания Великой Пустоши. Они могли расслабиться, не волнуясь о дьяволах сердца.

Когда все восстановились, лодка поплыла в глубины Великой Пустоши, следуя указателям Вэй Сюйфэна.

Цинь Му оглянулся и увидел, что крепость была окружена ржавой кровью, будто здесь произошла ужасная битва.

Что могло атаковать крепость, окружив её бесчисленным количеством трупов?

Хорошо, что они не провели здесь достаточно времени, чтобы стать свидетелями атаки монстров Великой Пустоши.

Взгляд Цинь Му снова упал на тело гигантского бога, он подумал: «Кто это такой? Если я призову его душу, он воскреснет?»

Спустя несколько дней они достигли второй крепости, от которой остались лишь руины. Ужасающая сила Великой Пустоши полностью её уничтожила.

Ло Ушуан нахмурился и остановил лодку, обыскивая руины. Спустя некоторое время он вернулся и покачал головой:

— Трупов не осталось, тела стражников исчезли.

Цинь Му серьёзно проговорил:

— В таком случае нужно двигаться дальше.

Лодка продолжила путь, встречая по дороге новые божественные искусства Вэй Сюйфэна, указывающие им путь. Толпа на борту оставалась спокойной, веря, что Буддистская техника Думать и не Думать защитит их от странностей Великой Пустоши.

Снаружи лодки внезапно появился огромный глаз, недолго покрутившийся в глазнице, прежде чем исчезнуть.

— Чей это дьявол? — встревожено схватился за свой нож Ло Ушуан.

В этот момент за бортом появилось гигантское тело. Покрытое слизью, оно пролетело вблизи от лодки, трясь о её корпус.

Ло Ушуан поспешно вышел из лодки, и гигантское тело бесследно исчезло.

Он заколебался, и в следующий миг лодку схватило огромное щупальце. Ло Ушуан собирался его отрубить, но внезапно оно стало прозрачным, прежде чем исчезнуть.

Цинь Му подполз к краю лодки и осмотрелся, прежде чем прокричать:

— Божественный Нож Ло, часть людей на борту не могут подавить дьяволов в своих сердцах даже исполняя Думать и не Думать. Они создают эти явления!

Юнь Чусю подошла к нему, прошептав:

— Убей людей. Не способных убить дьяволов в своих сердцах, иначе все мы будем в опасности!

Цинь Му взглянул на неё, и внезапно рядом с лодкой появился внушительный бог, тело которого было окутано божественным светом. В следующий миг округа задрожала от оглушительного звука Дао!

Это был древний Небесный Император!

Цинь Му холодно проговорил:

— Императрица, ты сама не можешь подавить дьявола в своём сердце. Нам стоит тебя убить?

Договорив, он увидел, как вокруг лодки появляются силуэты десяти Небесных Преподобных, окружая их.

Среди них можно было различить только Небесного Преподобного Хао, Хо и Потомственного Короля Богов. Лица других были скрыты.

Дьяволы его сердца тоже освободились!

В следующий миг Десять Небесных Преподобных рассеялись, исчезая вместе с древним Небесным Императором.

Ло Ушуан вернулся в лодку, прежде чем заметить сундук, бегущий в их сторону. На нём сидел дьявол его сердца, Цинь Му.

Лоб Цинь Му покрылся холодным потом, иллюзии Великой Пустоши становились всё сильнее. Рано или поздно они материализуются и убьют их!

В этот момент в галактике над лодкой показались несколько огромных тел.

— Это ходячие трупы! — на лодке раздались радостные возгласы. — Пришли ходячие трупы, мы спасены!

Цинь Му был ошеломлён, не понимая о ком они говорят.

— Мой народ… — голос Шу Цзюня прозвенел у него в голове, он с трепетом проговорил. — Как они умерли?

Глава 943. Хoдячиe Тpупы Великой Пуcтоши

«Трупы доисторическиx мастеров создания?»

Цинь Му поднял голову, смотря вверх. Гигантские трупы шагали по галактике, будто по воде. Каждый раз, когда их ноги ступали на её поверхность, округу покрывала странная рябь.

Галактика была божественным искусством Вэй Сюйфэна, и самое лёгкое прикосновение к могло освободить её силу. К удивлению, трупы могли шагать по её поверхности, не касаясь к ней.

Даже более странным было то, что эти ходячие трупы путешествовали по Великой Пустоши!

Великая Пустошь была огромной и пустынной. Тем не менее, они путешествовали по ней, будто монахи-отшельники, совершенствующиеся в дороге.

Корме того, они были трупами. Не имеющими жизненной силы.

— Откуда взялись эти трупы? — Цинь Му спросил у стоящей рядом Юнь Чусю.

Девушка покачал головой и ответила:

— Не знаю. Их обнаружил Император Бескрайних Туч, когда исследовал Великую Пустошь. Эти трупы просто блуждают по Великой Пустоши, не обращая ни на кого внимания. Император Бескрайних Туч понял, что у них нет душ, и что они умерли более десяти тысяч лет назад. Самым странным является тот факт, что, находясь вблизи них, человек чувствует необъяснимое спокойствие, и в это время Великая Пустошь не может пробудить дьяволов сердца. Если ты на них наткнёшься, то будешь в безопасности до конца своего путешествия.

Шагающие трупы шли по галактике, лодка двинулась следом за ними. Пока она находилась вблизи от них, дьяволы в сердцах людей на борту успокоились, и странные видения перестали появляться.

Внезапно Цинь Му улетел с корабля. Облетев галактику и спустившись на её поверхность, он внимательно осмотрел шагающие трупы.

— Небесный Преподобный Му, что ты делаешь? — Все на корабле были в ужасе, их волосы встали дыбом. Юнь Чусю поспешно прокричала. — Эти Трупы нас защищают. Не делай глупостей!

Глаза Лянь Хуахунь загорелись, она тихо проговорила:

— Небесный Преподобный Му так безрассуден. Было бы намного безопаснее, если бы мы его убили, что скажете?

Ло Ушуан слегка нахмурился и оглянулся. Многие люди на борту кивали головами, соглашаясь на убийство Небесного Преподобного Му.

«Небесный Преподобный Му, кажется, не понимает, что на борту много людей, желающих его убить.»

Ло Ушуан чувствовал, что ситуация была крайне абсурдной. Формально Цинь Му являлся лидером экспедиции, ведущий их на встречу с Небесными Преподобными Хо и Сю. Он не ожидал, что почти все его спутники хотят его убить!

Даже сам Ло Ушуан хотел отомстить ему за отрубленную руку.

«Кажется, что эта экспедиция была организована не для изучения, а для того, чтобы избавиться от Цинь Му!» —думал Ло Ушуан.

Не обращая внимания на возгласы людей на корабле, Цинь Му продолжал изучать трупы.

Они и вправду оказались доисторическими мастерами творения, в их межбровьях виднелись Первобытные Божественные Камни Божественного. Тем не менее, так как они были мертвы, он не почувствовал их пульса или дыхания.

Мастера создания, по стечению обстоятельств, двигались в том же направлении, в котором указывали божественные искусства Вэй Сюйфэна.

Цинь Му подлетел к одному из великанов, кружась вокруг его тела в попытке понять причину его смерти.

Как ни странно, на его теле не было ран. Более того, его одежда была новой и чистой.

Цинь Му начал бормотать себе под нос, его пилюля меча взмыла в воздух, отрубая кусочек одежды гиганта. К его удивлению, она тут же восстановилась.

Одежда гигантов восстанавливалась, так-ка кона была создана сознанием трупов и их Первобытными Божественными Камнями.

«Несмотря на то, что они мертвы, их сознание выжило и хранит их в том же состоянии, что и при жизни. Их сознания до сих пор активны, и даже если они будут ранены, оно восстановит их тела.»

Цинь Му пытался понять причину, по которой эти трупы движутся в одном направлении. Тем не менее, он так и не мог придумать этому объяснения.

В его голове прозвенел голос Шу Цзюня:

— Давай я свяжусь с их сознанием, чтобы понять через что они прошли.

— У них нет душ. Разве с ними можно связаться? — удивлённо спросил Цинь Му.

— Мастерам создания это под силу. Не говоря уже о том, чтобы разговаривать с мёртвыми, если сознание практика достаточно сильно, он может обрести учения старых мастеров создания, собирая их мудрость, — ответил Шу Цзюнь. — Крохотные формы жизни вроде тебя должны учиться. Чтобы освоить знания, оставленные твоим предками. Но даже новорождённый ребёнок мастеров создания может обрести все знания старших лишь коснувшись их межбровья. Твой народ невероятно примитивен.

Цинь Му озадаченно спросил:

— Если ты не учишься, а просто поглощаешь чужие знания, то разве можешь исправить ошибки в их учениях?

Шу Цзюнь был ошеломлён:

— Исправить ошибки? В знаниях предков нет ничего плохого, зачем их менять?

Цинь Му покачал головой. Улучшая пути, навыки и божественные искусства прежних поколения и сомневаясь в их правильности в процессе обучения позволяло находить и исправлять ошибки предков. Если знания напрямую передавались в голову ребёнка, они становились для него истиной, которую он просто принимал, не ставя под сомнение.

Таким образом он терял возможность обнаружить ошибки в знаниях предков.

Любая реформа начиналась с основания.

Реформа Вечного Мира началась с оснований навыков меча, ножа и рун, после чего добралась к изменению базовых областей, божественных сокровищ, и человеческих нужд.

В последнюю очередь она уничтожила бога в сердцах людей, меняя основание состояния ума.

Если бы все знания передавались напрямую, то разве основание могло бы измениться?

Метод обучения мастеров создания хоть и был быстрее, но он мог с лёгкостью привести к застою в развитии путей, навыков и божественных искусств.

Цинь Му открыл своё межбровье и тут же почувствовал, как сознание Шу Цзюня вырвалось из Первобытного Камня Великого Первоначала и начало взаимодействовать с сознаниями трупов.

Сознание Цинь Му отправилось вслед за ним, и в следующий миг он внезапно увидел перед собой огромный мир, состоящий из бескрайних морей, огромных гор, водопадов и белых облаков. Гигантские мастера создания шагали среди высоких гор и крутых холмов, пересекая море нефритового цвета.

Некоторые из них воображали крылья и улетали в небо.

Другие же думали о различных растениях, и вокруг них мгновенно разрастались пышные леса.

Были и такие, что летали по небу, собираясь в группы, чтобы создавать солнце, луну и звёзды.

Сбежав от конфликтов и войн, они создавали себе новый мир.

Они жили спокойной, беззаботной жизнью. Их одежда была простой, лишённой любых изящных украшений.

В сознании ходящих трупов Цинь Му почувствовал, что мир, из которого они пришли, уже был непригоден для жизни. Помимо того, что они сражались и убивали друг друга, их хотели истребить древние боги.

С помощью своего воображения они создали новый пустой мир, который затем развивали и совершенствовали.

Внезапно в их мир спустился гигантский силуэт. Ужасающая волна сознания пронеслась по пустоши, отчего та обрушилась!

Поскольку мир, созданный сознанием мастеров создания, ещё не был стабильным, эта волна превратила его в чистое сознание, которое тут же хлынуло обратно в головы мастеров создания!

Цинь Му ошеломлённо наблюдал за происходящим. То, что изначально было прекрасным миром, внезапно превратилось в сцену кровавой битвы!

Мастера создания подняли головы, смотря в небо, их рты не могли издать ни звука. Сознание, казалось, приняло физическую форму, и начало проникать в их межбровья, разрушая их мозги и души, убивая их на месте!

Это было последним, что увидели ходячие трупы!

Видение перед глазами Цинь Му бесследно исчезло, когда сознание Шу Цзюня вернулось в его межбровье. Пустая голова на жертвенном алтаре тяжело дышала, что выглядело довольно странно, учитывая тот факт, что у неё не было языка, зубов и физического тела. Воздух всасывался через её рот, и выдувался через шею.

Цинь Му тоже тяжело дышал, его лоб покрылся холодным потом.

— Шу Цзюнь, ты видел то гигантское существо? — собравшись с мыслями, спросил он. — Ему удалось войти в Великую Пустошь. Должно быть, он тоже один из мастеров создания, так почему он уничтожил ей?

Шу Цзюнь покачал головой, его сознание было неустойчивым:

— Мне не удалось разглядеть кто это был…

Цинь Му моргнул. Так как он использовал сознание Шу Цзюня, то не мог разглядеть полной картины. Должно быть, Шу Цзюнь знал правду, но не хотел ею делиться.

— Шу Цзюнь, мы с тобой, как муравьи на верёвке, находимся в одной лодке и столкнулись с одним врагом. Если ты видел что-то, то расскажи мне, — пытался убедить его Цинь Му.

Шу Цзюнь холодно фыркнул:

— В одной лодке? Твоя лодка сломана. Повсюду есть люди, желающие тебя убить. Лучше думай о том, как тебе разобраться со своими сегодняшними проблемами.

Цинь Му слегка улыбнулся. Очевидно, он знал, что на борту лодки было много людей, желающих его убить.

Встреча с Небесным Преподобным Хо и Сю была лишь предлогом, придуманным Небесными Преподобными Райских Небес. На самом деле они хотели отправить его в Великую Пустошь, чтобы там убить.

Разумеется, даже если бы им не удалось его убить, он был бы навеки заслан в Великую Пустошь. В любом случае, на корабле не было важных людей.

— Небесный Преподобный Му, быстро вернись на борт! — мягко проговорила Лянь Хуахунь. — Эти ходячие трупы очень странны. Небесный Преподобный не должен рисковать, тебе будет безопаснее на лодке.

Цинь Му стоял на плече одного из ходячих трупов, его одежда развевалась на ветру. Он проговорил:

— Сестра Лянь, я наслаждаюсь видом. Пожалуйста, не беспокой меня.

Ученик Небесного Преподобного Хао Сю Юфан нужно улыбнулся и проговорил:

— Небесный Преподобный, что там интересного? Иди сюда, здесь вид получше.

Цинь Му не обращал на них внимания. Из его тела вылетела нить жизненной Ци, протягиваясь к галактике под ходящими трупами.

Люди на борту посмотрели на него, кипя ненавистью. И прокричали:

— Негодник Му, прекрати!

— Мерзавец Цинь Му, только попробуй?

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, не…

Галактика была странным явлением, созданным божественным искусством Императора Бескрайних Туч. Если Цинь Му его активирует, то все на борту лодки, включая Ло Ушуана, будут уничтожены его силой!

Цинь Му пытался пробудить свою жизненную Ци и направить её в галактику. Он с удивлением обнаружил, что божественное искусство не взорвалось.

Он почесал голову и направил в него ещё больше Ци, тем не менее, галактика оставалась спокойной, как река.

Шу Цзюнь был вне себя от радости, заметив его неудачу:

— Маленький мерзавец, ты просчитался. Несмотря на то, что мастера создания мертвы, их сознание осталось. Его силы достаточно, чтобы подавить божественное искусство.

Рассеяв свою жизненную Ци, Цинь Му обиженно проговорил:

— Почему ты не сказал об этом раньше?

Шу Цзюнь ответил гордым тоном:

— Если бы ты восстановил моё тело, то я мог бы с лёгкостью раздавить этих червей. Тем не менее, я всё же могу спасти твою жизнь. Если ты будешь три года кормить меня своей Ци, кровью и сознанием…

Увидев, что Цинь Му не удалось активировать божественное искусство Вэй Сюйфэна, боги и дьяволы на корабле сразу же расслабились, их страх превратился в наглость. Пань Чуньцзин подлетел в воздух и направился в сторону галактики, крича:

— Хватит ждать! Теперь, когда мы так далеко, он уже не сбежит обратно на райские небеса. Давайте убьём его и завершим свою миссию!

— Правильно!

Практики один за другим взлетели с палубы, крича:

— Чем глубже мы забираемся в Великую Пустошь, тем ниже наши шансы вернуться живыми на райские небеса. Давайте воспользуемся возможностью убить его сейчас, пока мы ещё можем выжить!

Цинь Му от души рассмеялся, спрыгивая с плеча шагающего трупа. Затем они приземлился на плечо второго, прежде чем снова подпрыгнуть.

Люди за его спиной вспыхнули яростными аурами и начали исполнять свои атаки. Цинь Му оглянулся, увидев, что среди них не было практиков божественных искусств. Все они были богами, за спинами которых показались райские дворцы!

На палубе лодки осталось около двадцати человек. Потеряв дар речи, они уставились друг на друга.

Юнь Чусю посмотрела на Ло Ушуана и с любопытством спросила:

— Между Божественным Ножом Ло и Небесным Преподобным Му существует глубокая вражда. Почему ты его не атакуешь?

Ло Ушуан уверенно ответил:

— Если я решу сделать свой ход. То не буду полагаться на чью-то помощь. Я хочу сразиться с ним честно и победить своим собственным ножом. A ты почему не атаковала?

Юнь Чусю усмехнулась:

— Я не хочу его убивать, так зачем мне атаковать? Я права, сестра Лянь?

Лянь Хуахунь безразлично ответила:

— Ведьма, ты должна называть меня Старшей Сестрой!

Глава 944. Нeбесный Императoр в Сердце

Если бы Цинь Му был на лодке и услышал её слова, то определённо был бы ужасно встревожен.

Он всё это время догадывался, что Юнь Чусю была Небесной Императрицей, замечая различные подтверждения тому, что раньше она убила свою собственную сестру, Госпожу Юаньму, прежде чем захватить её тело и вернуться на райские небеса.

Затем она превратилась в Цзюэ Учэнь, чтобы соблазнить Небесного Императора и убить его. После того как её убила Небесная Преподобная Лин, она воспользовалась возможностью и перевоплотилась, внедрилась в Небесный Союз и стала одной из Небесных Преподобных.

Он также догадывался, что Лянь Хуахунь была реинкарнацией Гопсожи Юаньму, и даже предполагал, что Госпожа Юаньму не умерла и тоже сумела внедриться в Небесный Союз и стать одной из десяти Небесных Преподобных.

Причина, по которой он сделал такие выводы, состояла в том, что Юнь Чусю знала, что на борту корабля-призрака он однажды попытался призвать душу Небесной Императрицы.

Тем не менее, слова Лянь Хуахунь о том, что она должна называть её старшей сестрой, перевернула бы его догадку с ног на голову!

K сожалению, Цинь Му не было на лодке. Ло Ушуан не подозревал о происхождении двух девушек, их вражда его совершенно не интересовала, он продолжал смотреть в сторону галактики.

Цинь Му и остальные носились среди звёзд со скоростью света, бесчисленные боги преследовали его, пытаясь убить.

«Если Тело Тирана Цинь покинет область, защищённую трупами, то дьявол его сердца освободится. Почему он повёл себя так безрассудно, намеренно пытаясь разозлить практиков на борту?»

Ло Ушуан посмотрел в направлении, в котором указывала галактика. Внезапно, его сердце дрогнуло. Он увидел, что во тьме пустоши за пределами галактики находилась обширная земля!

«Земля Великой Пустоши… Вот оно что, он увидел Землю Великой Пустоши!»

Из глаз Ло Ушуана вырвались два луча ножа, своим звоном привлекая внимание людей на борту:

— Немедленно разверните лодку, движемся в сторону Земли Великой Пустоши!

Двадцать человек, оставшихся на борту, тут же повернули лодку и увеличили его скорость. Юнь Чусю и Лянь Хуахунь тут же отвернулись друг от друга, принимаясь за работу.

Земля Великой Пустоши витала посреди Великой Пустоши, первым, кто её обнаружил, был Император Бескрайних Туч. В её пределах не было опасных дьяволов сердец. Цель этой экспедиции Небесных Преподобных Хо и Сю состояла в том, чтобы разгадать её секреты и обыскать её на предмет следов деревни Беззаботной и Императора-Основателя.

Лодка тут же набрала скорость, двигаясь следом за Цинь Му и остальными. Ло Ушуан задействовал даже свою собственную Ци, чтобы увеличить его скорость до предела, и вскоре им удалось догнать преследователей Цинь Му:

— Мы достигли Земли Великой Пустоши, возвращайтесь на палубу!

Бесчисленные лучи света, носящиеся по галактике, поспешно приземлились на палубу.

Переполняясь убийственной аурой, они смотрели вслед Цинь Му, бежащего по райской реке. Все практики держали свои божественные искусства и оружия наготове. Ожидая момента, когда они догонят Цинь Му.

В этот момент лоб Ло Ушуана внезапно покрылся холодным потом, он прохрипел:

— Впереди нет ходящих трупов… остановите лодку! Быстро остановите лодку!

Между тем Цинь Му спрыгнул с плеча последнего гиганта. В следующий миг его тело окутали руны мгновенного перемещения, с яркой вспышкой света унося его прочь!

— Небесный Преподобный Му и вправду умён! — хлопнув в ладоши похвалила Юнь Чусю.

Лодка начала замедляться, но из-за своей инерции она всё же пролетеле мимо последнего трупа и отдалилась от него на сто километров. Все на борту тут же испугались, дьяволы их сердец начали появляться один за другим.

Ло Ушуан покачал головой и прокричал:

— Не останавливайтесь, ускорьте лодку до предела, нам нужно попасть в Землю Великой Пустоши до того, как дьяволы материализуются!

Как только Ло Ушуан договорил, за его спиной раздался стук. Обливаясь холодным потом, он оглянулся. Позади лодки показался Цинь Му, стоящий на сундуке, смотря на него холодящим кровь взглядом.

Сундук со всех сил мчался вперёд, преследуя лодку.

Между тем пространство за пределами лодки начало сотрясаться, во тьме неподалёку открылся гигантский, зловещий глаз. Было неизвестно, чьим дьяволом он был.

Гигантское глазное яблоко внезапно раскрылось, будто рот, обнаруживая острые, как бритва, зубы. Открыв свою гигантскую пасть, он бросился на лодку!

В этот момент во тьме начали появляться всевозможные монстры!

Среди них были разъярённые драконы, длина которых была больше, чем у самой лодки, гигантские пауки с бесчисленными глазами на спине, безголовая невеста, и даже древние боги, окутанные языками пламени!

Кроме того, между ними виднелся силуэт древнего Небесного Императора.

Также во тьме были Небесные Преподобные. Дьяволами сердца некоторых учеников были их учителя!

«Мы попались в его ловушку, — мысленно вздохнул Ло Ушуан. Достав свой нож, он нанёс удар в сторону гигантского глазного яблока, думая. — Причина, по которой Тело Тирана Цинь начал убегать в сторону Земли Великой Пустоши, состояла в том, чтобы заставить нас броситься в погоню. Затем он использовал божественное искусство мгновенного перемещения и сразу же оказался в Земли Великой Пустоши, в то время как мы покинули область, защищённую ходячими трупами, и будем убиты дьяволами сердца! Этот парень и вправду не знает жалости!»

Чиновник на лодке пронзительно закричал:

— Уже нет смысла использовать Думать и не Думать! Сконцентрируйте все свои силы на лодке!

Как только он договорил, крылатый дракон схватил когтями и утащил за борт.

Во тьме раздался его визг. Бесчисленные монстры выскочили из тьмы, бросаясь на него, и спустя несколько мгновений он был мёртв.

Убив огромного глазного монстра, Ло Ушуан тут же продолжил использовать все свои силы для ускорения лодки. Люди на борту делали всё возможное, чтобы поскорее скрыться.

Вокруг лодки непрерывно мерцали тени. Несмотря на то, что она была первоклассным божественным оружием, из-за путешествия на такой высокой скорости она начала медленно рассыпаться. Доски одна за другой отрывались от палубы, а заклёпки не выдерживали и выстреливали в воздух с огромной скоростью.

Корпус лодки покачивался из стороны в сторону. Он мог развалиться в любой момент!

Ло Ушуан осмотрелся, обнаруживая, что Небесный Император во тьме медленно поворачивал голову, наблюдая за лодкой.

Он почувствовал холод в сердце.

Тело Небесного Императора было слишком огромным.

Несмотря на то, что скорость лодки была невероятно высокой, на фоне гиганта она была почти незаметной. Лодка выглядела как крохотное насекомое, медленно пролетающим мимо ноздрей Небесного Императора.

К счастью, Великому Императору, создаваемому Великой Пустошью. Понадобится некоторое время, чтобы полностью материализоваться.

Тем не менее, несмотря на то что он материализовался довольно медленно, остальные дьяволы сердец появлялись почти мгновенно. Их количество неуклонно росло, все они разъярённо набрасывались на мчащуюся лодку.

Бум!

На палубу приземлился монстр с шестью конечностями и двумя крыльями, напоминающий гибрид волка и тигра. Широко открыв своё рот, он проглотил бога целиком.

Лучи ножа Ло Ушуана бросились вперёд, убивая его на месте. В то же время под лодкой появились бесчисленные щупальца, хватаясь за её корпус и снижая её скорость.

Ло Ушуан взмахнул ножом, и его луч разделился надвое, затем на четыре, и в конце концов на восемь. За несколько мгновений лучи. будто водопад, упали с неба, прежде чем двинуться вдоль палубы и бортов лодки.

Не задевая людей, они быстро очистили всю лодку, разрубая монстров на её дне на тысячи кусков.

Ло Ушуан, в конце концов. Был великим экспертом области Непостижимого Неба, ступившим на путь своими навыками ножа. Несмотря на то, что на палубе было много монстров. Он всё же мог позаботиться о безопасности пассажиров.

В этот момент впереди появилось гигантское колесо света. Его ослепительное сияние ужасно бросалось в глаза, освещая голову в своём центре.

— Небесный Преподобный Хун!

Ло Ушуан издал мрачный вздох. Небесным Преподобным, медленно появляющимся перед ними, был один из десяти Небесных Преподобных райских небес по имени Хун.

Несмотря на то, что Небесный Преподобный Хун до сих пор был видением, колесо света у его затылка уже полностью материализовалось. Подняв руку, он замахнулся, собираясь ударить по лодке.

— Ты поднимешь свой нож на Небесного Преподобного?

Ло Ушуан тут же побледнел в лице. Он не знал, дьяволом чьего сердце был Небесный Преподобный Хун, тот имел место и в его собственном сердце.

Он не осмеливался поднять нож на Небесного Преподобного.

Это ведь Небесный Преподобный!

Владыка райских небес!

Даже если это было всего лишь видение, дьявол сердца, материализованный Великой Пустошью, он всё равно не осмелится его атаковать.

Небесный Преподобный был олицетворением высшей небесной силы, величайшей боевой мощи райских небес. Одна лишь мысль о том, чтобы поднять на него свой нож, была великим грехом, не говоря ужу о том, чтобы на самом деле это сделать.

— Тем не менее… — Ло Ушуан поднял нож своей одной рукой, прежде чем решительно подняться в небо и яростно прореветь. — Мне хватит смелости избить даже Небесного Преподобного Му, не говоря уже о Небесном Преподобном Хуне! Я уничтожу бога в своём сердце!

За его спиной показались райские дворцы, в Зале Непостижимого Неба которых возвышался исконный дух. Он тут же достал свой нож и атаковал видение Небесного Преподобного Хуна!

Нанося удар, Ло Ушуан переполнялся чувством героизма, пылающим в его груди. Несмотря на то, что все его предыдущие атаки были полностью рассчитаны и исполнены с совершенной точностью, в них не было этого чувства.

Тем не менее, в этот момент он вышел за пределы точности!

Свет ножа ударил по огромной руке видения Небесного Преподобного Хуна, разрубая его ладонь. Затем он обрушился на его лицо, вонзаясь глубоко в череп.

Хрясь!

Раздался звонкий звук, с которым нож в руке Ло Ушуана взорвался. Несмотря на то, что Небесный Преподобный Хун был всего лишь явлением, его сила оказалась непостижимой. Он сумел уничтожить божественный нож, с которым Ло Ушуан провёл всю свою жизнь!

Удар оказался настолько сильным, что Ло Ушуан начал кашлять кровью и отлетел назад, сталкиваясь с лодкой, движущейся вслед позади.

Лодка пролетела через ореол света у затылка Небесного Преподобного и унеслась прочь.

Впереди показалась Земля Великой Пустоши.

Видение Небесного Преподобного Хуна медленно обернулось, в то время как позади него показалась гигантская ладонь Небесного Императора, мчащаяся вслед за лодкой.

Лодка со свистом достигла Земли Великой Пустоши, и все на палубе в ужасе оглянулись, беспомощно смотря на руку Небесного Императора, приближающуюся к ним.

Гигантская ладонь влетела в атмосферу Земли Великой Пустоши и тут же начала гореть, превращаясь в чёрный пепел, рассеявшийся по округе.

Было очевидно, что этот клочок земли защищала какая-то странная сила, не позволяющая монстрам заходить внутрь.

Тем не менее, сила этой ладони всё же вызвала ужасные последствия. Несмотря на то, что она не достигла лодки, та всё равно рассыпалась на части, её божественное дерево превратилось в пыль.

Люди на палубе, казалось, получили сильный удар. Практики с самыми слабыми способностями разлетелись на куски, их физические тела взорвались, а исконные духи испарились!

Было непонятно, дьяволом чьего сердце являлся Небесный Император. Несмотря на то, что он не успел материализоваться полностью, и что его ладонь сгорела, её силы всё равно хватило, чтобы убить их!

Ло Ушуан сделал всё возможное, чтобы остановить удар, и принял на себя основную часть его силы. Из-за этого на его теле открылись бесчисленные раны, из которых полилась свежая кровь. Он начал падать на землю.

Тем не менее, он не смог защитить учеников различных Небесных Преподобных и больших шишек райских небес. По крайней мере половина из них погибли от удара.

Ло Ушуан чувствовал, как его сердце замерло, наливаясь невообразимой печалью.

Несмотря на то, что их миссию возглавлял Цинь Му, ща безопасность учеников Небесных Преподобных нёс ответственность Ло Ушуан. Теперь, когда столько их погибло, ему не удастся избежать наказания.

Даже если он сможет выбраться из Великой Пустоши живым, то его всё равно убьют по возвращению на райские небеса.

Он был совершенно обескуражен, и равнодушно продолжил падать на землю. В полёте он увидел под собой огромные величественные горы, намного превосходящие обычные горы как по красоте, так и по размеру. Реки внизу тоже были невероятно широкими, а водопады, казалось, тянулись с самих небес, достигая высоты в сто километров.

Белые, плотные как море облака, неторопливо плыли по небу. Ло Ушуан продолжал падать, и пролетая мимо высокой горы, он увидел огромный водопад, летящий с неба, будто млечный путь.

В самой высокой точке водопада он увидел Цинь Му, наблюдающего за сотней окутанных пламенем богов, падающих с обломков лодки и разлетаясь по всей Земле Великой Пустоши.

Заметив Ло Ушуана, Цинь Му повернул взгляд и улыбнулся ему:

«Дьявольской отродье!» — Ло Ушуан впал в ярость, врезаясь в глубокий водоём у подножия водопада.

Цинь Му достал и развернул топографическую карту. Внимательно её осмотрев, он оглянулся, сравнивая окрестности с картой.

Спустя некоторое время водопад внезапно начал течь в обратном направлении, устремляясь вверх. Своим видом он напоминал огромный нож, разрубающий небо.

Ло Ушуан забрался на его вершину, направляясь к Цинь Му с убийственным намерением. Тщательно проговаривая каждое слово, он сказал:

— Небесный Преподобный Му — тайная угроза для всех райских небес. Ты крайне хитёр и безжалостен!

Цинь Му свернул свою карту и улыбнулся:

— Я недавно спас тебе жизнь.

— Я не собираюсь убивать тебя от имени райских небес, а всего лишь хочу закончить битву, начатую сорок тысяч лет назад, чтобы убить дьявола в своём сердце.

Ло Ушуан казался божественным ножом, вытащенным из ножен, его сердце пылало героизмом, когда он проговорил:

— Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа бросает вызов Телу Тирана Вечного Мира! Прошу…

Глава 945. Kpасoта Вeликого Дао Mеча

Посмотрев на него, Цинь Му покачал головой, смеясь:

— Божественный нож Ло, ты тяжело ранен. Если их не вылечить, ты скоро умрёшь.

Ло Ушуан был залит кровью, всё его тело было покрыто ранами. Ситуация была настолько критичной, что вода под его ногами стала красной.

Он пытался защитить учеников Небесных Преподобных, сражаясь с дьяволами сердца, а затем принял на себя удар Небесного Императора, в результате получив серьёзные ранения.

Цинь Му отлично владел искусством целения, взглянув на раны Ло Ушуана он быстро понял, что тот долго не протянет.

— Ты ждал меня сорок тысяч лет. Подождать ещё минуту не так уж и страшно, верно?

Подойдя к нему, Цинь Му начал осматривать его раны:

— Вылечить тебя будет нетрудно. Хватит отказываться.

Ло Ушуан хмыкнул, и его раны тут же открылись снова, выпуская свежую кровь.

Цинь Му помог ему подняться на вершину горы. Сначала он остановил кровотечение, прежде чем приготовить несколько духовных пилюль, проговорив:

— Я могу вылечить скрытые ранения в твоём теле и восстановить твой исконный дух, божественные сокровища и райские дворцы с помощью духовных пилюль и чудесных лекарств. Тем не менее, твоё Дао тоже пострадало в результате столкновения с ладонью Небесного Императора. Тебе придётся самостоятельно о ней позаботиться.

Он продолжил извинительным тоном:

— Я не в силах лечить подобных ранений. Тем не менее, я владею искусством создания и могу восстановить твою руку.

Ло Ушуан покачал головой:

— Моё имя Ушуан Один, мои родители надеялись, что я не буду иметь себе равных в этом мире. Тем не менее, после того как ты отрубил мне руку, я понял, что моё имя также значит, что я должен иметь лишь одну руку. Все мои знания и достижения базируются на этой одной рукой. Даже если ты восстановишь вторую, я всё равно её отрублю.

Цинь Му создал печь с помощью своей Ци, выполняя всевозможные техники готовки пилюль. Услышав слова Ло Ушуана, он развернулся к нему и улыбнулся, продолжая работать:

— Я тоже так думал. Ты не боишься, что я подсыплю тебе яду?

Ло Ушуан промолчал.

Цинь Му закончил готовить пилюли, предлагая Ло Ушуану их съесть:

— Они отравлены? — тот уставился на пилюли.

Доставая горстку серебряных игл, Цинь Му засмеялся:

— Угадай.

Задрав голову, Ло Ушуан и проглотил пилюли. Затем Цинь Му осторожно вонзил иглы в его тело, используя их для направления лекарственной энергии, помогая ей достичь божественных сокровищ.

Ло Ушуан тут же почувствовал, как энергия наполняет его божественные сокровища. Их ранения медленно восстанавливались, трещины на их поверхности уменьшались в размерах.

— Ранения райских дворцов будет сложнее вылечить, так как я не слишком хорошо знаю в их строении. Кроме того, обычные серебряные иглы не могут их пронзить, так как они не выдержал давления Южных Небесных Врат, так что направить лекарственную энергию с их помощью будет невозможно. К счастью, у меня есть сокровище, способное выдержать давление.

Цинь Му достал Ядро Первобытного Дерева и начал управлять им с помощью разума. Ядро сразу же стало тонким, как игла.

Вонзив деревянную иглу в межбровье Ло Ушуана, он проткнул Южные Небесные Врата и достиг райского дворца.

— Удлинись!

Цинь Му тихо прошептал, и ядро сразу же начало удлиняться, достигая Нефритовой Столицы Ло Ушуана. Его второй конец достиг Зала Непостижимого Неба, вонзаясь в исконный дух.

Цинь Му внимательно наблюдал за выражением его лица, проговорив:

— Ты знаешь, что это сокровище может меняться по моей воле? Более того, оно невероятно острое. Даже если ты эксперт области Непостижимого Неба, твоя жизнь в моих руках. Если я захочу, то смогу пронзить твой райский дворец и взорвать твою голову.

Ло Ушуан спокойно ответил:

— Я тебе доверяю. Если ты меня не вылечишь, я всё равно долго не протяну.

Цинь Му разразился смехом, дав ему ещё одну порцию пилюль:

— То, что ты мне доверяешь, меня унижает. По правде говоря, я сам себе не доверяю. Тебе понадобится некоторое время, прежде чем твои раны полностью восстановятся. Когда это произойдёт, можешь бросить мне вызов.

Ло Ушуан поднялся и спросил:

— Куда ты собираешься отправиться? Я хочу пойти с тобой. Если я не смогу уничтожить дьявола в своём сердце Дао, то по пути обратно на райские небеса меня всё равно убьёт Великая Пустошь. Не волнуйся, после того как я восстановлюсь, мы будем сражаться в одной области. Если бы я одолел тебя за счёт совершенствования, то дьявол в моём сердце остался бы жить.

Цинь Му собрался что-то сказать, когда в небе засвистел божественный луч, двигаясь в их сторону.

Луч набирал скорость, вдали освободилась ужасающая жизненная Ци, превращаясь в огромную руку, накрывшую собой всю вершину!

— Настоящий бог! — Ло Ушуан почувствовал, как его сердце начало биться быстрее, и собирался шагнуть вперёд, чтобы заблокировать ладонь, тем не менее, в следующий миг его Ци вышла из-под контроля.

Жизненная Ци Цинь Му вскипела, водопад под его ногами начал подниматься, превращаясь в круглый купол, накрывший собой гору. Ло Ушуан посмотрел вверх. Обнаруживая, что теперь вона текла вдоль поверхности купола, сверкая всяческими символами и рунами.

Это были руны Дао Небес.

Это божественное искусство Дао Небес называлось Небесным Убежищем, являясь шестым Дао Небес Сюаньду.

Ладони столкнулась с шестым Небесным Дао и раздался громкий взрыв. Цинь Му удивлённо взвёл брови, совершенствование приближающегося человека было невероятно высоким.

— Небесный Преподобный Му, чья репутация однажды встряхнула весь мир. Тело Тирана Цинь, поразивший своим талантом Дракона Ханя, Высшего Императора и Вечный Мир, на самом деле ты так себе!

Божественный луч остановился перед ним. В нём показался мужчина, покрытый зелёными перьями. Его крылья были скрещены на груди, когда внезапно задрожали, выстреливая бесчисленными перьями в сторону Цинь Му. В тот же миг они затопили собой всю вершины горы, превращая его в убийственную ловушку.

Перья напоминали великий поток, кружащийся вокруг вершины горы. Пересекаясь друг с другом, они двигались, будто волна.

— Ло Ушуан, это дела дворца Хао и Небесного Преподобного Му. Они тебя не касаются, не вмешивайся, — прокричал незнакомец.

Цинь Му поднял руку, и водопад перестал падать, снова превращаясь в Небесное Убежище, накрывшее собой вершину. Бесчисленные перья непрерывно сталкивались с ним, сверкая искрами и издавая оглушительный звон.

— Божественное Искусство Дао Небес? Не райских небесах нет никого, кто бы им не владел. Небесный Преподобный Му, хватит выставлять себя дураком!

Человек с зелёными перьями встал на колени перед Небесным Убежищем, отделяющим его и Цинь Му, прежде чем проговорить:

— Ученик Небесного преподобного Хао Ань Цинъюй отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

— Ученик Небесного Преподобного Хао? — Цинь Му использовал все свои силы для поддержания Небесного Убежища. Покраснев в лице, он с трудом ответил. — Раз ты здесь, чтобы убить меня, то почему ты так почтительно себя ведёшь?

Ань Цинъюй не поднимался. Окружив округу своими перьями, чтобы не позволить Цинь Му сбежать, он продолжал почтительно кланяться, трижды упав на колени и девять раз коснувшись головой земли. Закончив, он торжественно проговорил:

— Я слышал, что в начале Эпохи Дракона Ханя Небесный Преподобный Му передал всем способ становления богом от имени Небесного Преподобного Юя. Тем самым ты отобрал заслуги моего учителя. Тем не менее, Небесный Преподобный Му всё же обрёл собственные заслуги. Учитель дал мне приказ тебя убить, так что сейчас ты умрёшь от моей руки, но так как ты передал всем живым существам способ становления богом, я должен был выразить своё почтение, прежде чем убить тебя!

Цин Му продолжал поддерживать Небесное Убежище, ответил, тяжело дыша:

— У ученика Небесного Преподобного Хао и вправду отличные манеры. У меня нет души, и я скоро умру. Разве ты не собираешься запечатать область своего совершенствования, прежде чем сразиться со мной?

Он сильно закашлялся, едва дыша. В его сердце вспыхнуло чувство отчаяния, напоминая чувство героя на закате своих сил. Он жалко улыбнулся:

— Моя область совершенствования опустилась до Духовного Эмбриона. Ты истинный бог, в то время как я практик области Духовного Эмбриона. Я думал, что моя смерть будет более достойной. По крайней мере я думал, что умру в честном бою.

Ань Цинъюй поднялся. За его спиной раздался гул, с которым появились четыре райских дворца. Его глаза загорелись, он рассмеялся:

— Учитель сказал, что совершенствование Небесного Преподобного Му непостижимо, и что он уже объединил четыре техники Императорского Трона. Следовательно, чтобы совладать с тобой, нужна сила истинного бога.

Он был истинным богом с исконным духом в виде человека с головой птицы. Его совершенствование уже пересекло Южные Небесные Врата и было недалеко от Яшмового Водоёма. Магическая сила, которой он обладал, была невероятно плотной, и как только она вспыхнула, бесчисленные зелёные перья мгновенно пронзили Небесное Убежище и рванули к Цинь Му.

Ань Цинъюй продолжил говорить:

— Учитель также говорил, что твоё сознание невероятно сильное, и что ты сумел постичь Сутру Безграничного Бедствия Будды Брахмы. Поэтому мой учитель создал для каждого из нас сокровище. Способное защитить нас от влияния твоих иллюзий.

На его груди загорелась нефритовая подвеска, сияя ярким светом.

Выражение Цинь Му слегка изменилось. Нефритовая подвеска была выкована лично Небесным Преподобным Хао, она была создана специально для того, чтобы сдерживать его иллюзии.

Он как раз попытался втянуть Ань Цинъюй в мир иллюзии, и она внезапно загорелась, блокируя силу его сознания!

Вторая атака Ань Цинъюя была намного сильнее предыдущей. Его зелёные мечи накрыли небо и закрыли солнце, обволакивая округу с четырёх сторон и восьми направлений, не позволяя Цинь Му сбежать.

В этот миг за спиной Цинь Му вспыхнула жизненная Ци, превращаясь в веер. Схватив его, он со всех сил взмахнул, поднимая небесный ветер, сдувший бесчисленные мечи прочь!

Восьмое Дао Небес, Небесный Веер.

Ань Цинъюй открыл рот и выплюнул духовную бусину. Небесный Веер продолжал громко свистеть, но оказался не в силах сдвинуть её хоть на сантиметр. Его сила тут же была остановлена.

Цинь Му был поражён: «Небесный Герцог и вправду в опасности.»

Два движения Дао Небес, которые он только что исполнил, были с лёгкостью остановлены Ань Цинъюем несмотря на то, что в них были не только руны Сюаньду, изученные с помощью классической математики, но также руны, рассчитанные Математическим Трактатом Высшей Молекулы.

Было очевидно, что райские небеса придумали множество божественных искусств, нацеленных против Дао Небес, чтобы уничтожить Небесного Герцога.

«Райские Небеса, скорее всего. Ещё не сумели разрушить все сорок девять Дао Небес. В противном случае, Небесный Герцог уже был бы мёртв. Тем не менее, этот день скоро наступит.» — думал Цинь Му.

Ань Цинъюй бросился к вершине горы. За его спиной сиял бескрайний зелёный свет, в котором скапливались бесчисленные зелёные перья, образуя собой крыло. Он смеялся:

— Небесный Преподобный Му, я же говорил тебе, что божественные искусства Дао Небес на райских небесах очень распространены.

Оба крыла по очереди рванули вперёд. Совершенствовав четыре техники Императорского Трона, Ань Цинъюй обрёл невероятное совершенствование, отчего его атака оказалась ужасающе мощной, разрезая пространство на тысячи кусочков.

Между тем его исконный дух встал посреди центрального райского дворца. В его руках сияли ослепительные солнца, а рукава трепетали на ветру. Луч плотного света выстрелил из них, двигаясь в сторону Цинь Му.

В трёх остальных райских дворцах появились видения его исконного духа. Каждый из них обладал силой райского дворца и исполнил своё божественное искусство, создавая трёх гигантов — красивую небесную женщину, простого на вид древнего бога, и зловещего демонического короля, которые одновременно атаковали Цинь Му.

Цинь Му впервые встретил сильного противника, совершенствовавшего одновременно несколько техник Императорского Трона и достигшего области истинного бога. Он знал. Что противостоять ему с помощью божественных искусств Дао Небес будет сложно, поэтому решительно схвати свою пилюлю меча. Та мгновенно взорвалась, и небо наполнили лучи меча.

Раздались бесчисленные звуки столкновений. В доли секунды оба силуэта исчезли с вершины горы, отброшенные силой друг друга прочь!

Они отлетели друг от друга на десятки километров. Огромная гора затрещала, на её вершине появилась пропасть.

Ло Ушуан продолжал стоять на вершине, из его лба до сих пор торчало Ядро Первобытного Дерева, а в тело были вонзены бесчисленные серебряные иглы, поэтому он не осмеливался делать резких движений.

Серебряные иглы не слишком его беспокоили. В худшем случае он мог пробудить свою жизненную силу и сломать их, оставив несколько осколков в своих божественных сокровищах. Тем не менее, Ядро Первобытного Дерева в его межбровье было невозможно сломать.

Если бы он активирует свою силу, то его райский дворец превратился бы в кашу вместе с мозгами!

— Боюсь, что Тело Тирана может не оказаться противником этому человека. Разница в их совершенствовании слишком велика…

Как только он об этом подумал, его ударили волны их божественных искусств. Улетая с горы. Они исполнили сотни движений одновременно!

Ань Цинъюй знал больше приёмов и божественных искусств. Исконный дух в каждом из его четырёх небесных дворцов исполняли различные техники Императорского Трона, с лёгкостью освобождая силу всяческих божественных искусств. Сила каждого из них была невероятно высокой, а учитывая их количество, результат был попросту ужасающим.

Тем не менее, Цинь Му исполнял лишь технику меча. Бесчисленные лезвия пролетели десятки километров, каждое из них исполняло уникальную технику. Их лучи затопили округу, превращаясь в обширные пейзажи гор и рек!

Некоторые летающие мечи двигались в странном ритме, то появляясь, то исчезая из поля зрения. Одни двигались быстро. В то время как другие значительно медленнее. Их техники непрерывно менялись, создавая всё более изощрённые и сложные движения.

Несмотря на то, что количество мечей Цинь Му было ограничено, каждый из них был божественным искусство. Вкупе с техниками меча, они формировали удивительное Великое Божественное Искусство.

Ло Ушуан смотрел, как лес из мечей пролетает над его макушкой. Техника меча продемонстрировала ему почти совершенную красоту Великого Дао Меча.

Он вступил на путь своим ножом, и являлся сильнейшим божественным ножом райских небес. Кроме того, он был врагом Цинь Му, и намеревался рано или поздно его одолеть.

Ло Ушуан бесчисленное количество раз вспоминал технику меча, которой Цинь Му отрубил его руку, а также множество раз сражался с Богом Меча Высшего Императора Бай Цюй’эр, надеясь найти в её технике тень навыков Цинь Му.

Он, на пару с Небесным Преподобным Хао, были самыми большими почитателями техники меча Цинь Му.

Глава 946. Tы Hеплoх

Над головой Ло Ушуана меч столкнулся с божественными искусствам, отчего всё небо заполнили взрывы их силы.

Ужасающие волны обрушивались одна за другой, их испепеляющее тепло начало плавить серебряные иголки в теле Ло Ушуана. K счастью, несмотря на то что он не мог использовать своей силы, его совершенствование всё же осталось.

Хотя сила Цинь Му и Ань Цинъюя выглядели потрясающе, они не шли ни в какое сравнение со способностями эксперта области Непостижимого Неба. Последствия их ударов не причинили ему никакого вреда.

Подняв голову, он увидел, что их атаки были одинаково сильны. Некоторые из летающих мечей Цинь Му были заблокированы, в то время как другие пролетели сквозь божественное искусство и бросились в сторону Ань Цинъюя.

Божественное искусство Ань Цинъюя напоминало высокие пенящиеся волны, одна за другой потопая под собой летающие мечи Цинь Му.

B следующий миг противники собрались с мыслями и перестали отступать. Сделав шаг вперёд, они прошли сквозь божественные искусства друг друга, молниеносно направляясь в сторону вершины.

Ань Цинъюй столкнулся с летающими мечами, встряхнув крыльями, чтобы окутать себя бесчисленными зелёными перьями, блокирующими летающие мечи!

— Перья, Накрывающие Небо!

Он бросился на баррикаду из райских небес, решив усилить свою ауру вместо того, чтобы увернуться от мечей. Его план состоял в том, чтобы накопить силы и убить Цинь Му одним ударом!

На противоположной стороне горы жизненная Ци Цинь Му превратилась в небесный колокол, начавший падать к земле!

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Колокол непрерывно вибрировал, отбивая божественные искусства Ань Цинъюя. Спустя некоторое время он разрушился, но на его месте тут же появился новый.

Цинь Му бежал вперёд, его аура становилась всё сильнее и сильнее. У него определённо был такой же план, как у Ань Цинъюя.

Когда на узком мосту встречались два воина, побеждал более смелый из них. Несмотря на то, что их мост на самом деле не был узким, победит всё равно самый смелый!

Оставшиеся летающие мечи мчались следом за Ань Цинъюем, с оглушительным звоном сталкиваясь с его перьями. Внезапно, один из них пробился через божественное искусство и попал в цель.

Перья, Накрывающие Небо, были навыком, основанным им самим. Тем не менее, из-за отсутствия реформы на райских небесах, он не знал о недостатках своего мастерства, в то время как Цинь Му отчётливо их видел.

Цинъюй продолжал бежать вперёд, в то время как ореол света у его затылка задрожал. Благословление Небесного Преподобного Хао сумело остановить удар.

Тем не менее, всё больше и больше мечей проникало сквозь Перья, Накрывающие Небо, ударяя со всех сторон. Даже благословление Небесного Преподобного Хао не могло их остановить.

Ань Цинъюй махнул рукой, чтобы блокировать их с помощью различных божественных искусств. Он продолжал молниеносно бежать вперёд, до сих пор накапливая свою ауру.

Он не мог отказаться от своей затеи или остановиться, отчего его божественные искусства были уже не такими изящными и сильными, как обычно.

Вьюх!

Летающий меч вонзился прямо в его тело.

Ань Цинъюй стиснул зубы, терпя боль. Исконный дух в его райском дворце всё ещё давил на Цинь Му. Небесные Колокола звенели и разрушались, и в тот миг, как это происходило, божественное искусство добиралось до Цинь Му, нанося ему тяжёлые ранения.

Вьюх!

Ань Цинъюй пропустил удар мечом, а затем ещё одним, который вонзился прямо в его грудь.

Дзинь! Дзинь!

Всего за несколько мгновений в его грудь вонзились ещё десять мечей. Кровь начала вытекать из его рта, тем не менее он улыбнулся, отказываясь останавливаться и окутываясь невероятно горькой аурой!

Вершина горы и Цинь Му были уже близко.

Тем не менее, один из мечей, застрявших в его теле, внезапно разразился божественным искусством. Органы его физического тела и божественный мост разрушились. Вскоре прозвенел ещё один меч, вонзаясь в его божественный мост!

Если его божественный мост обрушится, то Цинь Му не придётся продолжать битву. Он будет раздавлен своими собственными райскими дворцами!

Ань Цинъюй чувствовал приближение смерти!

— Я выполняю приказ своего Небесного Преподобного! — он мчался к Цинь Му, улыбаясь, его белые зубы стали красными от крови. Внезапно его аура странно взорвалась, он прокричал. — Я должен принести ему голову Небесного Преподобного Му! И даже если мне не удастся доставить голову, я всё равно должен его убить! Движение для убийства Му!

— Освобождение Небесных Перьев!

В этот момент его аура достигла своего предела. За его спиной кружилось огромное количество перьев, его физическое тело и исконный дух тоже превратились в перья, превращаясь в невероятно мощное божественное искусство, мчащееся на Цинь Му.

Ло Ушуан поднял голову и увидел, как они сталкиваются друг с другом. Ужасающая сила пронеслась по воздуху, уничтожая всё на своём пути.

Ударная волна разрушила гору и водопад, напоминая ураган, окутанный двухсоткилометровым белоснежным поясом.

Цинь Му хмыкнул. Освобождение Небесных Перьев было нацелено в его слабые места, и стремилось передать свою силу внутрь его тела, разрывая его изнутри.

Он услышал хруст в своих пальцах, затем в руке и других костях. Вскоре его шея и череп начали разрушаться.

Из груди Цинь Му донёсся грохот, напоминающий взрыв фейерверка. Звук постепенно опускался к его ногам!

Цинь Му и Ань Цинъюй разлетелись в противоположные стороны, ударяясь о две горных вершины, которые тут же рассыпались от удара.

Внезапно раздался громкий хлопок, с которым на коже Цинь Му открылась кровавая рана. Его кровь начала брызгать по сторонам, вместе с ней вылетали бесчисленные перья.

Кожа по всему его телу начала разрываться, один за другим из неё вылетали зелёные перья. Вращаясь вокруг Цинь Му они, казалось, хотели похоронить его под собой.

На лице Ань Цинъюя показалась улыбка, дрожа всем телом, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му и вправду достоин звания Небесного Преподобного. Мне не удалось ничего тебе сделать своими собственными путями, навыками и божественными искусствами. Тем не менее, там, где моё мастерство оказалось бессильным, сработало мастерство Небесного Преподобного. Я наконец тебя убил…

— Неплохо, Ань Цинъюй.

Тело Цинь Му дрогнуло, его раны начали зарастать плотью. Его сломанные кости воссоединились, разрушенные отрастали заново, а испорченная кровь снова становилась свежей. Казалось, будто он возрождался.

Подняв ладонь, он притянул к себе немного воды из водопада, чтобы смыть с себя кровь. Восстановив свою ауру до прежнего уровня, он проговорил:

— Ты сумел меня ранить. Небесный Преподобный Хао должен быть благодарен за то, что у него был такой ученик, как ты.

Ань Цинъюй шокировано на него уставился, когда в его теле раздался внезапный звук, с которым обрушился его райский дворец.

— Как и стоило ожидать от Небесного Преподобного…

Его физическое тело взорвалось, исконный дух рассыпался, а душа рассеялась. Он тут же умер.

Вздохнув, Цинь Му похвалил:

— Этот Ань Цинъюй неплох. Он был одновременно сильным и изысканным.

Его лицо внезапно пожелтело, а дыхание утяжелилось. Несмотря на то,

что Ань Цинъюю не удалось его убить, божественное искусство Небесного Преподобного Хао и вправду смогло воспользоваться его слабыми сторонами нанося серьёзные повреждения исконному духу. Хотя последней атаке Ань Цинъюя не удалось убить его физическое тело, она полностью очистила его Духовный Эмбрион.

Тем не менее, он решил не давать Ань Цинъюю об этом узнать, чтобы сохранить свою гордость и достоинство.

Ло Ушуан огляделся по сторонам и увидел, как летающие мечи возвращаются к Цинь Му, собираясь в пилюлю. Её поверхность была невероятно гладкой, свидетельствуя о невероятном уровне техники ковки.

— Божественный Нож Ло, тебя называют лучшим ножом райских небес. Ты уже демонстрировал передо мной свои навыки меча, — спрятав пилюлю меча, Цинь Му достал лекарства, чтобы вылечить свои ранения. — Когда Чжэ Хуали ещё был мне достойным противником, я просил его показать тебе мои навыки меча. Тем не менее, он был слишком горд и хотел меня одолеть, поэтому не позволил мне этого сделать. Теперь, когда ты наконец их увидел, как тебе?

— Они очень сложны и почти совершенны, — искренне похвалил Ло Ушуан. — Твои навыки меча не имеют себе равных, тем не менее, я уверен, что мой нож их превзойдёт. Может быть в прошлом ты и мог меня одолеть, но теперь я сумел разрушить дьявола в своём сердце, и уже не боюсь тебя.

Проглатывая духовные пилюли, Цинь Му рассмеялся:

— Ты говоришь почти так же, как Чжэ Хуали. Тем не менее, он разрушил дьявола в своём сердце раньше тебя, и всё равно не стал мне достойным противником.

Ло Ушуан недовольно хмыкнул. Приготовив ему несколько духовных пилюль, Цинь Му проговорил:

—Можешь вытащить серебряные иголки из своего тела. Пусть Ядро Первобытного Дерева пока что останется в твоём межбровье. Эти пилюли помогут тебе вылечить ранения твоего райского дворца. Сначала поглоти силу лекарств, которые ты уже съел, а эти пилюли возьми на дорогу. Должно быть, моя битва с Ань Цинъюй привлекла внимание многих экспертов райских небес, так что нам нужно поспешить.

Указав на восток, он проговорил:

— Я только что видел в воздухе несколько величественных зданий, должно быть их построили мастера создания Великой Пустоши. Давай на них взглянем.

Приняв несколько духовных пилюль, Ло Ушуан спросил:

— Ты и вправду находишься в области Духовного Эмбриона?

— Всё верно, — Цинь Му улыбнулся и ответил. — Ты уверен, что хочешь сразиться со мной в одной и той же области?

На лице Ло Ушуана возникло неуверенное выражение, он сменил тему, спрашивая:

— Ты только что сказал, что те здания построили мастера создания Великой Пустоши. Ты уже здесь был?

— Нет.

Третий глаз в его межбровье открылся, и он начал фантазировать. В следующий миг в воздухе появился тридцатиметровый божественный дракон.

Шокированный, Ло Ушуан подумал, что это был дьявол его сердце, поэтому поспешно схватился за свой нож.

Цинь Му покачал головой:

— Здесь нету дьяволов сердца. Те создаются из разрушенного сознания мастеров создания Великой Пустоши, в то время как этот дракон — моё творение, он не несёт в себе опасности.

Немного колеблясь, Ло Ушуан спросил:

— Откуда ты знаешь, что этой землёй правили мастера создания Великой Пустоши? Ты один из них?

Смерив божественного дракона взглядом, Цинь Му запрыгнул на его спину и засмеялся:

— Нет. Лети!

Божественный дракон взмахнул крыльями, пытаясь взлететь, но так и не смог оторваться от земли, вопя:

— Ма Ха, Ма ха!

Цинь Му почесал голову:

— Я слишком тяжёлый? — спрыгнув со спины дракона, он повторил. — Лети!

Дракон подпрыгнул в воздух, прежде чем камнем упасть к подножию горы.

Цинь Му был ошеломлён, в его голове прозвенел смех Шу Цзюня:

— Ты собрался что-то создать со своими нынешними способностями? Тебе ещё далеко до успеха. Уровень твоего сознания крайне низок, тебя можно сравнить разве что с младенцем моей расы.

Цинь Му помрачнел в лице, начиная спускаться с горы вместе с Ло Ушуанем.

В межбровье Ло Ушуана всё ещё торчало Ядро Первобытного Дерева, что сильно ограничивало его движения. Тем не менее, он оставался экспертом области Непостижимого Неба и сохранил своё основание. Поэтому, активировав свою жизненную Ци, он мог двигаться так же быстро, как Цинь Му.

— Молодые эксперты из райских небес наверняка заметят этот дворец и отправятся туда. Ты идёшь в ловушку, — поняв, куда он идёт, предупредил Ло Ушуан.

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— К тому времени как мы туда доберёмся, мои силы восстановятся.

Ло Ушуан напомнил:

— Тебя много кто хочет убить, и некоторым людям с лодки удалось выжить. Все они — могущественные люди, большинство из которых являются истинными богами! Их способности намного выше, чем у Ань Цинъюя.

Цинь Му улыбнулся:

— Божественный лож Ло ненавидел меня до глубины души и мечтал меня убить. Почему сейчас тебя так волнует моя безопасность?

Вздохнув, Ло Ушуан искренне ответил:

— Я просто не хочу, чтобы ты умер от руки кого-то другого. Пока что ты не проиграл моему божественному ножу. Не будь слишком самоуверенным, Тело Тирана Цинь. Райские небеса кишат молодыми талантами и сильными практиками, некоторые из них совершенствовали технику Великих Райских Небес!

Сердце Цинь Му замерло. Когда он вспомнил о Лянь Хуахунь.

На лодке девушка сказала ему, что совершенствовала восемнадцать техник Императорского Трона, а Юнь Чусю предупредила, что она овладела техникой Великих Райских Небес.

Лянь Хуахунь была и вправду невероятно сильной. Её атака смогла сломать четыре его руки, демонстрируя удивительные способности!

Девушка области Божественного Моста, не изучившая плодов реформы Вечного Мира и не открывшая божественного сокровища Райской Реки, сумела отрубить руки Цинь Му с помощью техники Великих Райских Небес. Её определённо стоило опасаться!

«Я определённо не смогу убить истинного бога, совершенствовавшего технику Великих Райских небес. Но если я сам её придумаю…»

Цинь Му покачал головой. Большинством техник Императорского Трона обладали Небесные Преподобные райских небес. С чего бы им передавать ему знания, которые достались ему таким тяжёлым трудом?

Даже более важным было то, что в его божественном сокровище Духовного Эмбриона не было райского дворца. Самой сильной стороной техники Великих Райских Небес было огромное количество райских дворцов. Они значительно увеличивали магическую силу, тем самым делая божественные искусства в разы сильнее.

«Какого уровня можно достичь, не открывая райского дворца?» — задумался Цинь Му.

Спустя некоторое время водоём в подножия водопада забурлил, и божественный дракон, которого вообразил Цинь Му, выполз наружу, обнюхивая окрестности в поисках запаха Цинь Му.

— Ма Ха!

Подпрыгивая от радости, он немного прошёл, прежде чем припасть к земле проверить след Цинь Му.

Глава 947. Отпeчаток Небеcного Пpеподобного Xо

Впереди возвышалось величественное скопление дворцов мастеров создания. Смотря на ниx издали, можно было увидеть высокие стены, размещённые вдоль скалы. Их поверхность была невероятно гладкой, между кирпичами не было даже малейших зазоров.

Вид стен вызывал благоговение у гостей этого места.

Её поверхность была будто зеркало. Стоя перед ней, Цинь Му и Ло Ушуан видели свои отражения и пейзаж за своими спинами!

Строения мастеров создания были даже выше стены. У границ города виднелись дворцы и башни, а также различные защитные сооружения.

Цинь Му и Ло Ушуан подошли к стене, рассматривая строения.

Горд мастеров создания был слишком огромным. На его фоне они выглядели как муравьи.

Гладкость стены, казалось, было невозможно воссоздать. Даже мастерам райских небес или Вечного Мира не удалось бы построить что-то подобное.

Они могли отполировать её поверхность до подобного уровня, но построить настолько высокое и ровное строение им бы не удалось. Какими высокими не были бы их знания математики, в их строении всё же были бы крохотные недостатки, которые стали бы критичными в подобном масштабе!

Такую стену можно было создать лишь с помощью фантазии, а не построить.

— Почему на зданиях нет никаких украшений? — Ло Ушуан всмотрелся вдаль, увидев, что все здания выглядели крайне простыми, лишёнными любых украшений. Не удержавшись, он задался вопросом. — Что хорошего в том, чтобы строить город из красных кирпичей и белых стен?

Цинь Му объяснил:

— Такова природа мастеров создания. Они отстали от времени. Их общество — это что-то между племенем и страной, они не знали искусства, и были довольно примитивными.

В его голове прозвенел разъярённый голос Шу Цзюня:

— Это вы примитивны! Деревенщины вроде тебя очень примитивны! Всесильные мастера создания, сотворили всё в мире, в сравнении с нами это вы отсталые!

Подойдя к городским стенам, Цинь Му продолжил:

— Они жили просто жизнью. Их племена воевали, одевшись в звериные кожи и орудуя костяными дубинами, долбя ими друг друга по голове.

Шу Цзюнь продолжил разгневанно кричать:

— Мерзавец, не смей нас оскорблять!

— После того, как они научились использовать сознание для создания, то начали создавать себе красивых девиц для развлечения, — добавил Цинь Му.

Ло Ушуан прокомментировал:

— И вправду примитивны.

Шу Цзюнь был вне себя от злости.

Цинь Му внезапно остановился. Ло Ушуан озадаченно на него посмотрел.

— Неправильно, неправильно.

Смотря на стену, Цинь Му задумался, говоря:

— Этот мир создали мастерами создания. Они воссоздали здесь всё, что знали, кроме своих врагов. Для чего им тогда город с такими высокими стенами? Чего они так боялись…

Ло Ушуан понял, о чём он говорит. Стены строились для защиты, они должны были не позволить тем, кто снаружи, войти в город!

Чего они так боялись?

Они были создателями Великой Пустоши, разве им здесь что-либо угрожало?

— Стены нетронуты. Здесь нет следов битвы, — проговорил Ло Ушуан. — Мне кажется, что ты слишком всё усложняешь. Возможно, они построили их для красоты. Может быть они были настолько самовлюблены, что хотели всё время смотреть в зеркало.

Цинь Му покачал головой и достал меч, царапая стену. След меча оставался на её поверхности несколько мгновений, прежде чем бесследно исчезнуть. Стена оставалась целой, плоской и зеркальной.

Сердце Ло Ушуана дрогнуло, он встревожено проговорил:

— Эта стена напоминает мне об истории о Небесной Преподобной, которой, по слухам, удалось создать божественное искусство, способное делать вещество неизменным.

— Это не вещество, созданное неизменным божественным искусством, она создана сознанием, — ответил Цинь Му. — Этот город окутан сознанием мастером воздания, что делает его неразрушимым. Даже если он будет полностью уничтожен, то снова вернётся к своему прежнему виду. Более того, здесь есть обзорные вышки. Мастера создания вели войны довольно хаотичным способом, и редко использовали что-то подобное. Здешние здания такие высокие для того, чтобы можно было видеть врагов вдали.

Он слегка сомневался. Этот мир был создан мастерами создания, с чего бы они создавали для себя сильных врагов?

В таком случае откуда взялись эти враги?

Были ли они гостями с райских небес, как он сам?

Или же в Великой Пустоши и вправду были ужасные монстры?

Он не мог не вспомнить увиденных ходячих трупов:

— Может быть кто-то из мастеров создания принёс сюда опасность?

Ло Ушуан вытащил Ядро Первобытного Дерева из своего межбровья. После этого его исконный дух вылетел наружу и поднялся в воздух, заглядывая внутрь города.

— Внутри пусто… Небесный Преподобный Хо!

Его исконный дух вернулся обратно, удивлённый и шокированный. Вонзив Ядро Первобытного Дерева обратно в своё межбровье, он проговорил:

— Я видел Небесного Преподобного Хо!

Они переглянулись, прежде чем поспешно взлететь и приземлиться посреди города.

Ло Ушуан быстро пошёл вперёд. Он видел перед собой лишь яркое пламя, раскалывающий пустоту вокруг. Внутри него стоял мужчина, искажая пространство. Его силуэт был размытым.

Тем не менее, судя по огненному кольцу у его затылка, это был Небесный Преподобный Хао!

Подойдя к его спине, Ло Ушуан встал на колени и проговорил:

— Ло Ушуан из Стражей Элитного Духа отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Хо. Небесный Преподобный Хо, меня привёл Небесный Преподобный Му.

Цинь Му пришёл вслед за ним. Прежде чем продолжить идти вперёд, он проговорил:

— Божественный Нож Ло, это не Небесный Преподобный Хо, а его след в пространстве.

Ло Ушуан был ошеломлён. Поднявшись, он последовал за Цинь Му и обошёл Небесного Преподобного Хо, смерив его взглядом и обнаруживая руну Великого Дао, создавшую видение.

Этот Небесный Преподобный Хо был всего лишь отпечатком Великого Дао!

Небесный Преподобный Хо и вправду был невероятно сильным. Он сразился здесь с кем-то, и его ужасающее совершенствование и Великое Дао оставили отпечаток его силуэта, который нельзя было стереть!

Должно быть, Небесный Преподобный Хо встретил здесь невероятно сильного врага, который вынудил его использовать свои силы и божественные искусства до предела. Руна его Великого Дао оказалась настолько сильной, что осталась здесь!

Даже после того, как он ушёл, видение осталось.

Цинь Му посмотрел в ту сторону, куда был повёрнут взгляд Небесного Преподобного Хо, и задумался. Встав напротив видения, он проговорил:

— Его противник стоял здесь. Учитывая силу Небесного Преподобного, тот тоже должен быть неслаб, и возможно, не уступал ему. Тем не менее, почему его силуэт не отбился?

Ло Ушуан ответил:

— Небесный Преподобный, ты недооцениваешь Небесных Преподобных. Кроме тебя, разве среди них есть кто-то, кто мог бы найти себе достойного противника? Враг Небесного Преподобного Хо не мог быть таким же сильным, как он, поэтому и не оставил отпечатка.

Цинь Му покачал головой:

— Если его противник был слабее, то почему Небесному Преподобному пришлось использовать свои силы до предела?

Ло Ушуан был ошеломлён, понимая, что его слова имеют смысл.

Но Небесный Преподобный Хо был слишком сильным, где он нашёл себе такого противника?

Разве что…

В его разуме родилась страшная мысль. Единственным объяснением было то, что Небесный Преподобный Хо сразился с Небесным Преподобным Сюем!

Небесный Преподобный Сюй сразился с Небесным Преподобным Хо, вынуждая его использовать все свои силы и оставить отпечаток Великого Дао!

— Небесный Преподобный Хо был ранен, — Цинь Му указал пальцем на силуэт Небесного Преподобного Хо. Посмотрев в ту сторону, Ло Ушуан дрогнул.

Руна Великого Дао в центре видения Небесного Преподобного Хо была сильно размытой. Должно быть, именно на это место пришёлся удар противника, в результате чего эта часть видения отсутствовала.

Небесный Преподобный Хо и вправду был ранен!

Но разве кто-то мог его ранить?

«Неужели его и вправду атаковал Небесный Преподобный Хо?»

Ло Ушуан собрался осмотреть видение, но Цинь Му поспешно оттащил его обратно. Покачав головой, он объяснил:

— Если бы отпечаток руны Великого Дао был цел, то он оставался бы устойчивым и не мог бы взорваться. Тем не менее, он повреждён, что делает его нестабильным. Если ты его коснёшься, то оно взорвётся!

Ло Ушуан тут же остановился и посмотрел на него:

— Ты много знаешь.

— Я Небесный Преподобный и Тело Тирана, естественно, что я много знаю, — Цинь Му улыбнулся и тщательно осмотрел ранение Небесного Преподобного Хао. Его сердце слегка дрогнуло. — Оружие Небесного Преподобного Сюя это меч?

Ло Ушуан покачал головой:

— Небесный Преподобный Сюй специализируется на божественных искусствах и редко использует божественное оружие.

— Странно, кто тогда мог ранить Небесного Преподобного Хо с помощью меча… — Цинь Му спросил. — Кто из Небесных Преподобных райских небес лучше всего владеет мечом?

Ло Ушуан бросил на него странный взгляд.

Цинь Му перефразировал:

— Кто, кроме меня, хорошо владеет мечом?

Ло Ушуан покачал головой:

— Я не слышал, чтобы кто-то из Небесных Преподобных обладал сильными навыками меча. У каждого из них свои сильные стороны. Навыки меча принадлежат к Великому Дао после начала, его создали существа после начала мира. Кто из Небесных Преподобных интересовался бы подобным? Они изучают другие Великие Дао, в то время как ножи и мечи популярны среди богов и дьяволов вроде меня.

В голове Цинь Му появилась шокирующая мысль. Он пробормотал:

— Может быть этот Небесный Преподобный… Он здесь? Он и вправду здесь?..

Ло Ушуан не понимал о чём он говорит.

Цинь Му внезапно взволновался.

За всю историю только одному человеку удалось совершенствовать тридцать три неба пути меча. Он был первым, чей навык меча достиг такого уровня.

Он не был одним из Десяти Небесных Преподобных, но являлся одним из Пяти Старейшин, основавших Небесный Союз.

Небесный Преподобный Цинь, Цинь Кай, который вместе с ним вернулся в первый год Дракона Ханя. Его настоящим именем было Цинь Е, он был Императором-Основателем!

— Неужели Император-Основатель и вправду сразился с Небесным Преподобным Хо?

Цинь Му подавлял волнение в своём сердце. Если Небесного Преподобного Хо ранил Император-Основатель, то деревня Беззаботная находилась в Великой Пустоши!

Он искренне хотел встретить своего предка и друга Дао!

«Если деревня Беззаботная находится в Великой Пустоши, то мой брат тоже здесь! Если я смогу с ним связаться, то найду деревню!»

Он попытался найти Цинь Фэнцина, но так и не почувствовал его.

Нахмурившись, Цинь Му посмотрел на Ло Ушуана. Внезапно он улыбнулся и проговорил:

— Божественный Нож Ло, ты не хотел бы заключить Соглашение Маленького Графа Земли?

Ло Ушуан недоумевал.

Цинь Му продолжал улыбаться:

— Твоё нож против моего меча. Путь ножа против пути меча. Мы используем только эти навыки и никакого совершенствования. Если я проиграю, ты можешь делать со мной что захочешь. Если ты проиграешь, то предашь райские небеса и поклянёшься в верности Вечного Миру.

Ло Ушуан засомневался:

— Ты окажешься в невыгодном положении, если мы не будем использовать магической силы, а только навыки ножа и меча. Я уже достиг тринадцати небес пути ножа и скоро открою четырнадцатые. Тем не менее, ты владеешь лишь тремя небесами меча, верно?

Цинь Му улыбнулся:

— То готов рискнуть?

Ло Ушуан покачал головой:

— Нет. Я бы предпочёл сразиться в одной и той же области, даже если это даст тебе преимущество.

Цинь Му нахмурился:

— Какой упрямый.

Тем не менее, уверенность Ло Ушуана вызывала у него восхищение.

— Небесный Преподобный Хо теряет кровь!

Ло Ушуан подошёл к отпечатку Небесного Преподобного Хо и посмотрел на его края, увидев на них капли огненной крови.

Внутри пламени витал свет меча.

Цинь Му внимательно осмотрел кровь, увидев, что она принадлежала Небесному Преподобному и содержала в себе его божественное искусство.

Сила крови и меча была довольно стабильной, но всё равно вызывала у них страх.

— Не трогай её. Если к ней коснуться, то баланс нарушится, и сила крови Небесного Преподобного освободится, полностью уничтожая это место! — Ло Ушуан вдохнул, постепенно отступая. — Даже если бы я полностью восстановил свои силы. То всё равно не смог бы от неё сбежать!

Цинь Му тоже сделал несколько шагов назад. Он не осмеливался освобождать свою ауру, чтобы не нарушить баланс божественных искусств в крови бога.

Капля пылающей крови была слишком опасной, но самым страшным было то, что если она взорвётся, то её сила активирует отпечаток Небесного Преподобного Хо!

В этот момент над высокими городскими стенами пролетело два луча света, танцуя в небе, будто бабочки. Это были две девушки, сражающиеся друг с другом!

— Ведьма, ты увела моего мужчину, убила меня и жила, скрываясь под моей личностью!

— Это ты ведьма! Ты всё время пыталась доставить мне проблем. Думаешь, я об этом не знала? Ты скрывалась так долго, но я уже догадывалась, что ты одна из десяти Небесных Преподобных. Сегодня я сниму с тебя кожу и разоблачу тебя!

Цинь Му и Ло Ушуан были ошеломлены, наблюдая за двумя силуэтами в небе. Внезапно те разлетелись в стороны, приземляясь на башни неподалёку друг от друга. Их одежда трепетала на ветру, они выглядели невероятно красиво.

— Ты позволила своему сыну, Хао, убить моего сына, Ци. Думаешь я об этом не знаю?

— Ты взрастила себе мальчика, Небесного Преподобного Юя, а затем вступила в заговор, чтобы захватить трон Небесного Императора. Я в курсе этого!

— Ведьма! — две девушки одновременно прокричали, прежде чем снова наброситься друг на друга.

Глaва 948. Лаcковыe и Любящие Сёстры

Ло Ушуан побледнел в лице, понимая, что слышит то, чего не должен был слышать.

Всё это время его глаза были холодными, а лицо ледяным. Он редко улыбался и выглядел так, словно его терзала глубокая и горькая вражда. Тем не менее, то, что рассказали Юнь Чусю и Лянь Хуахун были и вправду шокирующим. Он не мог не удивиться.

«Эти две девушки — Небесные Преподобные? Кто такие Хао и Ци? Неужели речь идёт о Небесном Преподобном Хао? Кроме того, одна из них назвала Небесного Преподобного Юя мальчиком…»

Ло Ушуан действовал решительно, тут же прячась среди теней здания внизу. Он подозвал к себе Цинь Му, сигнализируя о том, что ему тоже следует спрятаться, чтобы не быть обнаруженным.

Цинь Му тоже встревожило услышанное. Ло Ушуан молниеносно выбежал, чтобы затащить его в тень. Оказавшись в безопасности, он прокричал:

— Ты захотел умереть? Если они нас обнаружат, и узнают, что мы услышали их секреты, нам крышка! Я слышал, что на райских небесах был древний бог, которого убили выстрелом в спину из-за того, что он слишком много знал.

Они с Цинь Му прятались в тени, чувствуя себя шокированными и напуганными.

В первому году Дракона Ханя он узнал, что Небесная Императрица поддерживала Небесного Преподобного Юня.

Небесная Императрица впала в ярость, узнав, что её сестра, Госпожа Юаньму, ввязалась в интригу с Небесным Императором и родила от него Небесного Преподобного Хао. Тот оказался невероятно умным, и сумел открыть божественное сокровище Пяти Звёзд. У его собственного сына не было таких талантов.

Ради сохранения своего положения она начала поддерживать Небесного Преподобного Юя и мешать Небесному Преподобному Хао.

Цинь Му думал, что это Лянь Хуахунь должна была обвинять Юнь Чусю в том, что она взрастила Небесного Преподобного Юя, но на самом деле всё оказалось совершенно не так. Он не ожидал чего-то подобного!

Всё это время он верил, что Юнь Чусю была Небесной Императрицей, но всё было наоборот!

Юнь Чусю была Госпожой Юаньму, а Лянь Хуахунь — Небесной Императрицей!

Цинь Му заигрывал с матерью Небесного Преподобного Хао!

«Когда я сразился с Юнь Чусю и заставил её продемонстрировать своё настоящее мастерство, она исполнила навык Небесной Императрицы! Это значит, что на самом деле это не было её собственное высшее искусство!»

По лбу Цинь Му катились капли холодного пота. Он попался в ловушку, в огромную ловушку!

Любой, кто поверил бы, что это и было её высшее искусство, умер бы ужасной смертью.

«Что касается того, почему она сразу же решила мне помочь, увидев труп Госпожи Юаньму в хрустальном гробу, то должно быть, она сделала это из-за опасения, что будет разоблачена!»

Цинь Му ужасно вспотел. Если бы он в тот момент попытался призвать душу Госпожи Юаьму, то в итоге призвал бы душу Юнь Чусю, тут же её разоблачая!

Кроме того, он узнал бы, что госпожа Юаньму до сих пор была жива.

«Ну и девица…» — он стиснул зубы.

Они с Ло Ушуанем крались в тени. Строения мастеров создания были невероятно огромными, что помогало им не быть обнаруженными двумя девушками, сражающимися в небе.

Битва между Юнь Чусю и Лянь Хуахунь была ужасающей. Одно за другим высоким здания разрушались под воздействием их божественных искусств, с неба падали всяческие огромные камни и обломки. От подобного зрелища волосы Цинь Му и Ло Ушуана встали дыбом, если один из обломков упадёт на каплю божественной крови, весь город, включая их самих, будет уничтожен!

Как ни странно, обломки рассыпались в воздухе, не успев приземлиться, и превращались в странное сознание, начиная подниматься обратно.

Вскоре после разрушения строения восстанавливались, будто их отстраивала невидимая божественная сила.

Это было чудо города мастеров создания!

Несмотря на то, что обломки не долетали до земли, этого нельзя было сказать о силе божественных искусств двух девушек. Хоть они и были в области Божественного Моста, Цинь Му отлично знал о их настоящих способностях.

Лянь Хуахунь атаковала его на корабле, сумев сломать четыре его руки, а когда он сражался с Юнь Чусю, то тоже был тяжело ранен.

Их способности не уступали истинным богам, а может даже и превосходили их.

Тем не менее, девушки не использовали своих настоящих высших искусств, несмотря на попытки вынудить друг друга это сделать, чтобы понять кем из Небесных Преподобных они были.

Тот, чья личность будет раскрыта, умрёт первым!

В конце концов, Небесная Императрица и Госпожа Юаньму были древними богами. Как и древний Небесный Император, они были угрозой для Небесного Союза, поэтому Небесные Преподобные рано или поздно их бы убили.

Изначально, целью Небесного Союза было отвоевать для людей право выжить. Тем не менее, во время Дракона Ханя, когда Небесный Преподобный Юнь принял в ряды союза Небесного Преподобного Хао и остальных, его цель изменилась, и теперь состояла в том, чтобы убить древних богов и забрать их власть.

Следовательно, древние боги, внедрившиеся в Небесный Союз, определённо не могли раскрывать свою настоящую личность.

Цинь Му и Ло Ушуан быстро пересекали пустой город. Они были слегка встревожены. Божественные искусства Юнь Чусю и Лянь Хуахунь были слишком сильными. Их толчки могли в любой момент активировать отпечаток Небесного Преподобного Хо или каплю божественной крови.

Им казалось, будто над их шеями висел нож, готовый упасть в любой момент.

Как и девушки, они не могли себя выдать. Если их заметят, то сразу же убьют.

Двое девушек никому не позволят узнать свои тайны!

Даже Цинь Му был бы убит. Несмотря на то, что он был им полезен, они не стали бы рисковать.

Цинь Му наконец понял, что чем больше человек знал, тем быстрее умирал.

— Ма Ха!

Внезапно перед ними показалась голова божественного дракона. Расплываясь в улыбке, то открыл рот и начал облизывать Цинь Му своим ярко-красным языком, взволнованно говоря:

— Ма Ха! Ма Ха!

Лицо Цинь Му ужасно побледнело, конечности Ло Ушуана онемели.

Цинь Му создал этого дракона своим сознанием, когда был на вершине горы. Изначально он думал. Что сможет улететь на нём прочь, но сил дракона не хватало для полёта, и они оставили его позади.

Он не ожидал, что тот найдёт их по следу!

Внезапно звон и толчки божественных искусств прекратились. В городе снова стало тихо.

Лбы Цинь Му и Ло Ушуана покрылись холодным потом. Цинь Му жестом приказал дракону замолчать, но тот был слишком глуп, чтобы это понять.

Троица на цыпочках пошла вперёд, пытаясь покинуть это смертельно опасное место незамеченными.

— О, это Небесный Преподобный Му и Божественный Нож Ло, — внезапно из крыши дворца впереди донёсся девичий смех. Подняв головы, они увидели Юнь Чусю, сидящую наверху. Опёршись руками на край крыши, она весело качала ногами и улыбалась.

Её икры выглядели крайне привлекательно, обладая изящными и изгибами.

Юнь Чусю рассмеялась:

— Небесный Преподобный и Божественный Нож очень скрытны. Куда вы направляетесь?

Цинь Му кашлянул. До того, как он успел ответить, за его спиной раздался голос Лянь Хуахунь:

— Как давно Небесный Преподобный Му и Божественный Нож Ло находятся здесь?

Юнь Чусю хихикнула:

— Разве это имеет какое-то значение?

Снова кашлянув, Цинь Му проговорил:

— Мы только что прибыли, чтобы встретиться с Небесным Преподобным Хо, он сейчас в городе…

Юнь Чусю и Лянь Хуахунь резко изменились в лицах. Последняя тут же взмыла в воздух, осматривая окрестности. В этот момент в город приземлилось несколько лучей божественного света.

— Сюэ Юйцин, ученик Небесного Преподобного Цзю, выражает своё почтение Небесному Преподобному Му!

— Хуай Юй, ученик Небесного Преподобного Лан, выражает своё почтение Небесному Преподобному Му!

— Пань Чуньцзинь, ученик Небесного Преподобного Хао, выражает своё почтение Небесному Преподобному Му!

— Ло Фэнцин, Ученик Зелёного Божества Восточного Неба, выражает своё почтение Небесному Преподобному Му!

…

Раздавались громкие, звонкие звуки, с которыми лучи света приземлялись в городе, один за другим превращаясь в истинных богов. Они окружили Цинь Му, забираясь на вершины древних строений, и взволнованно смотрели на него.

— Небесный Преподобный Му, мы едва не погибли из-за тебя. Готов поспорить, что ты не рассчитывал увидеть нас снова.

Сю Юфан захихикала:

—После смерти Небесного Преподобного Му мы сможем вернуться на райские небеса и сообщить, что он погиб, пытаясь нас спасти. Он сохранит свою добрую репутацию, но сначала должен погибнуть.

Хуай Юй улыбался, расслабленно проговорив:

— Небесный Преподобный воспользовался отсутствием моего учителя Небесного Преподобного Лана и убил учеников Божественного Дворца Лан Сюаня. В то время меня не было во дворце, в противном случае мои братья и сёстры не умерли бы столь ужасной смертью. Сегодня день смерти Небесного Преподобного, а значит и день, когда я отомщу за их смерть. Небесный Преподобный, у тебя есть последние слова?

Пань Чуньцзинь рассмеялся:

— Какие бы последние слова он не произнёс, это ничего не изменит. В Великой Пустоши нет ни Юду, ни Минду. Мы находимся вне власти Небесного Герцога, Богиня Небесной Инь тоже не может сюда прийти. Если ты умрёшь здесь, то твоя душа и вправду рассеется, ты будешь мёртв по-настоящему!

Цинь Му огляделся по сторонам. В город пришло более десяти истинных богов, и хоть ученики существ области Императорского Трона не сильно его беспокоили, с учениками Небесных Преподобных определённо стоило считаться!

Такое количество истинных богов запросто могло его убить!

Им больше не нужно было скрывать настоящую цель этой экспедиции. Они хотели убить Цинь Му, а затем вернуться, чтобы доложить о своей миссии.

Цинь Му посмотрел на Ло Ушуана и прошептал:

— Божественный Нож Ло, ты уде оправился после своих травм?

Ло Ушуан некоторое время колебался. Было очевидно, что Цинь Му решил использовать его как союзника, чтобы избавиться от учеников Небесных Преподобных.

Теперь, когда он знал тайну Госпожи Юаньму и Небесной Императрицы, у него не было шансов выжить, если он не будет сражаться.

Тем не менее, его травмы были слишком серьёзными. Его райский дворец ещё не восстановился. Если он вытащит Ядро Первобытного Дерева и начнёт сражаться, то его райский дворец может обрушиться в любой момент.

К тому же его Божественный Нож был уничтожен. Он был беспомощен против этих истинных богов.

Лянь Хуахунь вернулась, приземляясь на крыше дворца. Она проговорила:

— В городе нет Небесного Преподобного Хо, а лишь его отпечаток. Он наткнулся здесь на сильного врага, сражаясь с которым, оставил отпечаток своего Великого Дао.

Юнь Чусю удивилась тому, что в Великой Пустоши был кто-то, способный сразиться с Небесным Преподобным Хо. Она усмехнулась:

— В таком случае Небесный Преподобный Му оказался в безвыходном положении. Поскольку Небесного Преподобного Хо здесь нет, никто не помешает его убить! — вздохнув, она нежно добавила. — Небесный Преподобный, прости. Даже я была бы беспомощна, оказавшись в подобной ситуации.

В этот момент солнце зашло за горизонт и небо начало темнеть. Внезапно вокруг зажглись бесчисленные фонари, освещая весь город.

Издали донеслись волны оглушительного рёва.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он прокричал:

— Я так и знал!

Никто не обратил внимания на его слова, всё они схватились за своё божественное оружие и начали исполнять божественные искусства, готовясь его убить.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Небесный Преподобный, что ты понял?

Цинь Му собрался с мыслями:

— Я наконец понял зачем мастера создания построили такие высокие городские стены и от чего они пытались защититься.

Все были слегка ошеломлены, некоторые боги начали осматриваться по сторонам. Лянь Хуахунь нахмурилась и забралась обзорную башню, оглядываясь.

Во тьме за пределами города раздался рёв, становящийся всё ближе.

— Пань Чуньцзинь, ты говорил, что здесь нет ни Юду, ни Минду. Кроме того, мы находимся вне власти Графа Земли и Небесного Герцога. Те, кто тут умирают, также не попадают к Богине Небесной Инь. В таком случае куда отправляются души умерших здесь существ? — его глаза загорелись. — Они, ясное дело, остаются здесь!

Не удержавшись, Юнь Чусю ответила:

— Небесный Преподобный Му, ты и вправду веришь, что эти слова спасут тебе жизнь?

Цинь Му покачал головой:

— Я не прошу тебя пощадить меня, я спасаю тебя. Это Великая Пустошь!

Все были в замешательстве.

Цинь Му холодно проговорил:

— Это место наполнено сознанием мастеров создания. Те, кто здесь умрёт, в конце концов начинают блуждать по Великой Пустоши. Освободив свою скорбь, обиды и страхи, во что они превратят здешнее сознание? В Юду скорбь мёртвых превращается в монстров, и даже в дьявольских богов и небесных дьяволов! Наполненные обидами, они грабят, убивают и творят всевозможное зло. Тем не менее, Юду находится во власти Графа Земли, который не позволяет им переходить черту.

Сердце всех вокруг дрогнули. Юнь Чусю поспешно забралась на вершину башни, её изящное тело не двигалось, когда она всмотрелась в даль.

— Так как здесь нет Графа Земли, то, с чем мы имеем дело, намного более зловеще чем дьявольские боги! Они — то, от чего пытались защититься мастера творения! — Вздохнув, Цинь Му проговорил. — Я пытался вас спасти. К сожалению, вы слишком сильно хотели меня убить. Думаю, что у вас больше нет времени, чтобы сбежать.

Пань Чуньцзинь, Хуай Юй и остальные были настроены скептически, забираясь на вершины башен. Всмотревшись в даль, они увидели впереди множество огромных, свирепых на вид силуэтов. Их лица тут же побледнели.

Глaва 949. Xолодная Ночь

Во тьмe за пределами города раздавался оглушительный рёв, становящийся всё громче и громче. Вскоре на горизонте тьме показался гигантский монстр.

Люди в городе начали нервничать, так как монстр выглядел так, будто вышел из их кошмаров. Он был самым уродливым и свирепым существом. Которое только можно было представить, напоминая мужчину с огромным количеством глаз и щупалец, цветок из плоти и крови, и гибрид множественных людей и растений. Его вид был крайне странным.

Следом за ним шагали древние боги с телами людей и головами зверей. Позади них ревели зловещие драконы, многоголовые змеи и толстые гиганты.

Некоторые из гигантов выглядели так, будто были искусственными. Их руки были сделаны из острых свёрл, из их тел торчали лезвия. Они были шагающими осадными машинами.

Бум! Бум!

Вдали показался корабль из плоти и крови. У него были длинные руки и ноги, растущие со дна и бортов. На его борту было множество людей, по пояс вросших в палубу. Они стучали в барабаны и гонги, играли на флейтах и пели.

Корабль из плоти и крови подтанцовывал в ритм музыке, его кровавый рот был открыт, обнаруживая бесчисленные ножи вместо зубов. Он радостно шагал в сторону города мастеров создания.

В небо поднялась луны, освещая землю своим светом.

Раздался странный смех, и Цинь Му поднял голову, обнаруживая, что на поверхности луны виднелось человеческое лицо, скривившееся в улыбке.

Более того, у этой луны были руки. Достав флейту из костей мастеров создания, она начала играть весёлую мелодию.

Цинь Му отвёл взгляд в сторону. Ночь Великой Пустоши напоминала странный сон, сводящего людей с ума своим безумием.

Вьюх!

С неба на город спустилось гигантское существо, напоминающее гигантскую птицу с костяными крыльями и человеческими лицами. Своим приземлением она разрушила половину здешних зданий.

Её лица взволнованно рассматривали людей в городе и по-дурацки смеялись.

Кости, из которых были созданы крылья птицы, были полыми, и внезапно они начали извергать языки пламени, наполняющие воздух пронзительным свистом. Их поток снова поднял птицу в воздух!

Ужасающие существа за пределами города начали с грохотом бежать в сторону города!

— Боже мой… — какая-то девушка задрожала, наблюдая за происходящим, и спросила. — Что это за мир?

Это был мир, созданный мастерами создания Великой Пустоши.

Мир мастеров создания был создан с помощью их создания. Они создали здесь всё, включая свою цивилизацию. Тем не менее, из-за вторжения внешнего врага один из здешних миров был разрушен, позволяя дьяволам сердец людей свободно блуждать по Великой Пустоши.

Несмотря на то, что Великая Пустоши прекрасно сохранилась, здесь не было Юду и, соответственно, души мёртвых не могли отсюда уйти, что создало ещё одну проблему.

Не имея возможности отправиться в Юду, они были вынуждены остаться в Великой Пустоши, сливаясь с сознанием мастеров создания и рождая новую форму жизни.

Трупы, превратившиеся в монстров Великой Пустоши, принадлежали не только мастерам создания, но и богам и дьяволам райских небес.

Бум!

Раздался ещё один сильный толчок, с которым монстры Великой Пустоши навалились на стену. Казалось бы, неразрушимое строение, начало покрываться трещинами.

Тем не менее, город был создан из сознания мастеров создания, что позволяло ему быстро восстанавливаться, забирая у людей внутри причины для беспокойства.

Бум!

Прогремел ещё один удар, прежде чем повториться спустя несколько мгновений. Городские стены не успели восстановиться вовремя, и внезапно южные врата упали, впуская монстров Великой Пустоши внутрь!

— Приготовьтесь встретить врага! — кто-то прокричал.

В этот момент обрушились северные ворота, а вслед за ними восточные и западные. Монстры в городе безумствовали, уничтожая всё на своём пути.

Наблюдая за вторжением тысяч монстров Великой Пустоши, люди в городе ужасно испугались.

Какая-то девушка спрыгнула с башни, пытаясь сбежать.

Тем не менее, как только она поднялась в воздух, луна в небе начала визжать, и ей навстречу бросилась птица с человеческими лицами.

С поверхности луны поднялись бесчисленные странные птицы, накрывая собой всё небо. Цвет луны изменился, становясь кроваво-красным, она начала напоминать окровавленное лицо.

Мелодия, которую она играла на своей флейте, была невероятно энергичной и весёлой. Достигая ушей монстров, она вызывала у них невероятную радость.

Вскоре девушка, поднявшаяся в воздух, была разорвана в клочья. С неба закапала кровь, постепенно превращаясь в ливень.

Луна начала обливаться кровью, вызывая кровавый дождь. Небо и земля тут же обрели красный оттенок.

Странная птица начала спускаться с неба, в то время как толпа монстров приближалась к Цинь Му и остальным.

В этот момент обиды, конфликты, и приказ убить Цинь Му отодвинулись на второй план. Сейчас у них была лишь одна задача — выжить.

Цинь Му сразу же попытался открыть Врата Небесной Воли, с удивлением обнаруживая, что сделать это было невозможно.

Эти монстры определённо были рождены из душ существ, умерших в Великой Пустоши. Таким образом, наиболее эффективными против них были божественные искусства, нацеленные на дух. Тем не менее, Юду и Великая Пустоши существовали в различном пространстве и времени, что делало открытие Врат Небесной Воли невозможным.

«Если бы я мог открыть Врата Небесной Воли, то мне с лёгкостью удалось бы убить всех этих монстров и выбраться. Как жаль, что это невозможно.»

Он исполнил божественное искусство Юду, объединяя свою жизненную Ци и сознание, чтобы создать белое знамя, которое тут же повернул к мчащемуся ему навстречу монстру, напоминающему древнего бога.

«Я не мой брат, тем не менее, в мире есть не более пяти божественных искусств Юду, которые лучше, чем моё!»

Душа монстра вылетела наружу, прежде чем быть затянутой внутрь белого знамени. Изначально пустой предмет теперь сдерживал внутри себя человека.

Тот оказался довольно туповат и обладал странными чертами лица, он со всех сил пытался вырваться наружу. Несмотря на то, что знамя было невероятно тонким и созданным из жизненной Ци и сознания, казалось, что внутри него безграничное пространство.

Искаженное лицо мужчины вырывалось наружу, искажая поверхность знамени.

Цинь Му вонзил белое знамя в землю и тихо прохрипел:

— Где я, там Юду!

Бум!

Его жизненная Ци взорвалась, и дьявольская Ци Юду начала накрывать округу, мгновенно поглощая площадь в семь гектаров, формируя тёмный мир.

Внутри его божественного сокровища Духовного Эмбриона Духовный Эмбрион Цинь Му поднял ногу, и диаграмма тайцзи под ним тут же закружилась. Небо вверху и земля внизу начали вращаться, превращаясь в мир Юду!

Тело Цинь Му слилось с его исконным духом и встряхнулось, принимая облик трёхглазого Графа Земли. Его размеры начали резко увеличиваться, и вскоре он достиг стометрового роста, становясь таким же огромным, как монстры Великой Пустоши.

Схватив пылающий кнут, Цинь Му взмахнул им, обматывая шею монстра. Резким движением руки он вытащил его душу, которая тут же всосалась внутрь кнута.

Оттащив кнут, он обвил его вокруг белого знамени, запихивая в него ещё одну душу.

Глаз в межбровье Цинь Му открылся, выстреливая вперёд столбом яркого света. Души монстров напротив тут же рассеялись.

Один из монстров набросился на него со спины. Ударив копытом, он стукнул его по голове, и душа монстра тут же превратилась в пепел.

Другой монстр, тоже сумевший подкрасться ему за спину, тут же был схвачен за горло хвостом, который поднял его в воздух, прежде чем безжалостно ударить о землю.

От удара у монстра закружилась голова. Как только он поднялся, на его лоб обрушился удар второго копыта.

Голова бедолаги взорвалась с громким хлопком.

Странная птица спикировала к земле. Тем не менее, в следующий миг она увидела, как два рога Графа Земли вспыхивают, превращаются в Девять Изгибов Жёлтых Источников, которые тут же зафиксировали её на месте и подожгли, заставляя кричать в агонии.

Внезапно с телом Цинь Му столкнулся монстр, и из его груди раздался громкий хруст. Его кости сломались, и он отлетел прочь, пробивая стены дворцов и разрушая огромную колонну, прежде чем наконец остановиться.

Тело Графа Земли Цинь Му разрушилось, и он тут же вернулся в свой настоящий облик. Он поспешно исполнил Таинственные Писания Бесстрастного Создания, чтобы исцелить себя.

Воздух перед Цинь Му задрожал от раскатистого грома. Монстр, столкнувшийся с ним, пробил два зала, пытаясь его догнать. Понимая, что тот сейчас снова с ним столкнётся, Цинь Му поспешно превратился в чёрную тень и провалился под землю, быстро скрываясь.

Ошеломлённый, монстр обезумевши погнался вслед за тенью.

Ло Ушуан использовал свою Ци в качестве ножа, разрубая монстров один за другим. Тем не менее, он постоянно осматривался по сторонам, видя, что все вокруг были в опасности и количество жертв увеличивалось.

Даже истинные боги, которые являлись учениками Небесных Преподобных и владели техниками Малых Райских Небес, не могли противостоять подобным атакам.

Небо снова пронзил громкий крик, когда следующего бога разорвали на части!

После смерти его душа начала носиться по округе, и в следующий мир вокруг неё скопилась плоть и кровь, превращаясь в монстра Великой Пустоши, не способного узнать своих старых друзей и родственников. Он жаждал убивать.

Более того, Ло Ушуан заметил, что даже когда тела монстров разрушались или сгорали, они вскоре восстанавливались и продолжали убивать.

Только когда души монстров рассеивались, они действительно умирали.

Было сложно уничтожить все души такого численного скопления монстров. Их попросту было слишком много!

«Кажется, мне нужно рискнуть своей жизнью и вытащить Ядро Первобытного Дерева, чтобы разрушить их души несмотря на то, что мой райский дворец может обрушиться!

Ло Ушуан стиснул зубы и собрался вытащить ядро Первобытного Дерева, когда внезапно к его ногам подплыла чёрная тень.

В следующий миг она поднялась из земли и превратилась в Цинь Му. Поспешно вытащив Ядро Первобытного Дерева из межбровья Ло Ушуана, он встряхнул его на ветру, увеличивая его размеры.

В руках Цинь Му появилась палка средних размеров, и он снова подул на неё, злостно приказывая:

— Расти ещё больше!

Палка упала на землю, тут же начиная расширяться!

Бум!

Ло Ушуан услышал оглушительный гром, когда Цинь Му поднял его в воздух. Посмотрев вниз, он увидел ужасающую картину.

Ядро Первобытного Дерева превратилось в гигантскую колонну, выступающую из стен города мастеров создания на восемьсот километров в обоих направлениях!

Колонна, лежащая посреди города, имела не меньше километра в диаметре, и раздавила под собой бесчисленное количество монстров!

Более того, все здания, которые оказались на её пути, тоже были разрушены!

Приземлившись на землю, они тут же оказались в окружении бесчисленных странных птиц. Их полые кости непрерывно извергали пламя.

Цинь Му потащил Ло Ушуана за собой, прежде чем уменьшить Ядро Первобытного Дерева до размеров иголки.

Затем он вонзил иглу в межбровье Ло Ушуана. Тут же проткнув райский дворец, она начала освобождать лекарственную силу, чтобы продолжить лечение.

Ло Ушуан болезненно застонал. Раньше он не сильно опасался, что в его межбровье торчит Ядро Первобытного Дерева, но теперь, увидев его настоящую силу, он испуганно проговорил:

— Ты не думал быть немного более осторожным? Ты мог разрушить мой райский дворец…

Они поспешно двинулись по дороге, проложенной Ядром Первобытного Дерева. Тем не менее, раздавленные тела монстров медленно восстанавливались, возвращаясь в бой.

Более того, дворцы, залы и другие строения мастеров создания тоже возвращались к своему прежнему виду, блокируя путь.

Цинь Му нахмурился и снова вынул Ядро из бровей Ло Ушуана.

К этому моменту тот уже потерял всякую надежду и покорно подпрыгну в воздух.

Бум!

Ядро снова увеличилось в размерах, уничтожая только что воскресших монстров и отстроенные здания.

Они приземлились на землю, и Цинь Му воткнул Ядро Первобытного Дерева обратно.

Глaва 950. Больше, Больше, Больше!

Ло Ушуан уже покорился судьбе, думая: «Если мне удастся сбежать…»

Тем не менее, монстры и здания быстро восстанавливались, возвращаясь к своему прежнему виду. Путь снова был преграждён, всё больше и больше монстров бросались им наперехват, уменьшая шансы на побег.

Цинь Му стиснул зубы и рассмеялся от гнева:

— Я впервые увидел город, который не могу разрушить…

Ло Ушуан был явно озадачен.

Внезапно издали заиграла музыка. Корабль из плоти и крови мчался вперёд на своих бесчисленных ногах. Половины тел на его борту пели и играли на всевозможных инструментах, начиная с флейт и заканчивая трубами. Они исполняли различные весёлые песни.

Лодка радостно подтанцовывала, открывая свой рот и поглощая огромное количество монстров. Она энергично их пережёвывала, издавая звонкий хруст.

Монстры, которым не удалось вовремя увернуться, были подброшены в воздух или раздавлены, превращаясь в пыль.

Из задней части корабля торчала огромная труба, сделанная из кишки, повёрнутая в небеса. Всё, что корабль не мог переварить, превращалось в густой дым, извергающийся из неё с протяжным гулом.

Корабль мчался навстречу Цинь Му и Ло Ушуану. Должно быть, он был объединением бесчисленных душ, что делало его таким странным.

Учитывая их силу, они не могли защититься, и единственным, что им оставалось, было быть сожранными кораблём и превратиться в густой дыма.

Цинь Му стиснул зубы и посмотрел на отпечаток Небесного Преподобного Хао. В этот момент он принял решение.

Используя ножи из своей Ци, чтобы убить монстра, Ло Ушуан заметив взгляд Цинь Му и дрогнул. Он поспешно спросил:

— Тело Тирана Цинь, что ты задумал?

Жизненная Ци Цинь Му вылетела наружу, превращаясь в острый меч, который двинулся прямиком к повреждённой части отпечатка Небесного Преподобного Хо.

Волосы Ло Ушуана встали дыбом, он тут же прокричал:

— Бегите из города!

Вытащив Ядро Первобытного Дерева из межбровья Ло Ушуана, Цинь Му вонзил его в землю. В следующий миг оно стало невероятно толстым.

Таща Ло Ушуана за собой, он приказал:

— Не шевелись, и используй всю свою Ци, чтобы сохранить своё физическое тело, не дай себя раздавить.

Они легли на Ядро Первобытного Дерева, смотря как странный корабль несётся прямо на них. В этот момент летающий меч из жизненной Ци Цинь Му вонзился в повреждённую часть отпечатка Небесного Преподобного Хо.

— Больше, больше, больше! — прокричал Цинь Му. — Длиннее, длиннее, длиннее!

Ло Ушуан направил всю свою Ци на защиту своего физического тела. Как только она полностью активировалась, он приподнял голову на отпечаток Небесного Преподобного Хо, обнаруживая что тот стал невероятно ярким. Он был ослеплен лучами света, прежде чем всё вокруг погрузилось во тьму.

В тот же миг Ядро Первобытного Дерева резко расширилось, поднимая их в небо. Оно мгновенно достигло несколько сотен километров в высоту!

Ужасающее ускорение прижало их к поверхности ядра. Ло Ушуан чувствовал. Как его божественная кровь сжимается под кожей, его глаза едва не провалились внутрь головы, а сердце чуть не лопнуло, ударившись о рёбра на спине.

Его мышцы напоминали бумагу, приклеенную к Ядру Первобытного Дерева. В этот момент он сбоку от него раздался хруст костей и звук, с которым разрывалась кожа.

«Это конец, Тело Тирана Цинь.»

Он наполнился печалью. Если даже физическое тело сильного практика области Непостижимого неба не могло выдержать давления, то разве у Цинь Му были шансы выжить?

Хуст костей был вызван тем, что все кости Цинь Му рассыпались от давления, в то время как звук разрывающейся кожа раздался из-за давления крови Цинь Му на кожу, прижатую к дереву. Он не мог выдержать такого ускорения, поэтому всё его тело, должно быть, взорвалось, оставляя лишь кровавое пятно на поверхности дерева!

Оно было целиком разрушилось, вместе с мозгами!

«Тело Тирана Цинь, ты отрубил мне руку, и я держал на тебя злобу на протяжении сорока тысяч лет. Тем не менее, ты уже трижды спас мою жизнь, — У Ло Ушуана кружилось в голове. — К сожалению, я уже не смогу вернуть тебе долг. Я хотел сразиться с тобой и показать тебе свои навыки ножа…»

Ядро Первобытного Дерева продолжало расширяться, возвышаясь над городом мастеров создания. Достигнув нескольких тысяч километров в длине, оно непрерывно приближалось к кровавой луне в небе!

Вскоре ядро достигло десяти тысяч километров и покинуло атмосферу Великой Пустоши. Тем не менее, его рост не останавливался.

Поднимаясь в небо, оно просвистело мимо огромной кровавой луны.

Эта луна огромным шаром плоти, скорее всего являющейся тканью мозга. Её странные глаза в ужасе наблюдали за пролетающей мимо колонной.

Должно быть это был мозг всесильного мастера создания Великой Пустоши. Скорее всего, когда тот был убит, его мозг вылетел из черепа, превращаясь в странную луну этого мира, которая каждый вечер играла весёлые мелодии на своей флейте.

Наблюдая за пламенем, поглотившим весь город, она забыла о своём инструменте.

Отпечаток Небесного Преподобного Хо внизу взорвался, и спустя мгновение его сила пронеслась по округе, уничтожая всё на своём пути!

В то же время капля крови Небесного Преподобного Хо и сила меча, кроющаяся внутри неё, взорвались, накрывая город ярким огненным шаром, который мгновенно достиг нескольких тысяч километров в диаметре. Вскоре его диаметр увеличился до десяти тысяч километров, разрушая пространство, уничтожая горы и испаряя реки и даже океаны!

В конце концов волна божественного искусства остановилась и Ядро Первобытного Дерева остановилось. Зрение Ло Ушуана восстановилось, его кровь вернулась на место. Несмотря на тяжёлые ранения, он был жив.

Он сел. Ядро Первобытного Дерева подняло его в космос, где не было ничего кроме него самого и этого огромного деревянного столба.

Ло Ушун молча осмотрел поверхность Ядра Первобытного Дерева, напоминающую огромный клочок земли. Внезапно он шокировано дрогнул.

Он увидел, как бесчисленные капли крови просачиваются на поверхность дерева, формируя сердце.

Из сердца медленно протягивались сосуды, растягиваясь во все стороны. Их количество непрерывно увеличивалось, и вскоре они начинали напоминать силуэт человека.

Вслед за сосудами в космосе начал появляться мозг и другие органы, а также скелет.

Вскоре после этого тело отрастило себе кожу и волосы, превращаясь в голого мужчину, выглядящего точно так же, как Цинь Му.

Цинь Му поднял руку, и рубашка, лежащая на поверхности Ядра Первобытного Дерева, подлетела к нему. Вытряхнув с неё сломанные кости, он оделся.

— Мать Земли и вправду была очень щедра, — радостно проговорил Цинь Му, в то время как Ло Ушуан продолжал молчать.

— Она была настолько доброй, что согласилась подарить мне столь ценный артефакт. A я даже думал, как получить от неё ещё что-то. Я и вправду глуп. — с благодарностью проговорил Цинь Му.

Ло Ушуан молчал, думая: «Даже пережив такой ужас, этот человек остался таким же отвратительным, как и до этого. Он ни капли не изменился. Я зря его обвинял.»

В небе раздался грохот, сигнализируя о приближении дьявола сердца Ло Ушуана.

Цинь Му посмотрел на него, и Ядро Первобытного Дерева тут же начало уменьшаться в размерах, опускаясь до уровня кровавой луны, прежде чем остановиться.

Ло Ушуан был озадачен, наблюдая как Цинь Му улетает прочь. Он захотел понять, что тот задумал, поэтому отправился следом.

— Больше! — Цинь Му вскрикнул, и ядро тут же увеличилось, поднимая луну в космос.

Кровавая луна издала пронзительный вопль, доносящийся издали.

Ядро снова сжалось, возвращаясь к Цинь Му и Ло Ушуану, которые забрались на его вершину. Продолжая уменьшаться, оно стало меньше города, который теперь напоминал белое пятно с огромным кратером в центре.

Цинь Му поднял Ядро Первобытного Дерева и сразу же почувствовал запах горевшего дерева. Часть артефакта почернела, многие годовые кольца исчезли!

Более того, на поверхности ядра были множественные следы меча. Некоторые его части были почти разрублены под воздействием энергии меча!

Цинь Му определённо был огорчён:

— Не думаю, что Мать Земли подарит мне ещё одну подобную палку…

Всмотревшись вдаль, он увидел как горные хребты на горизонте поднимаются и восстанавливаются. Гигантские горы одна за другой возвращались к своему прежнему виду, приближаясь в ним.

— Даже божественное искусство Небесного Преподобного не может разрушить это место? — Цинь Му был ошеломлён.

Ло Ушуан поспешно проговорил:

— Тело Тирана Цинь, если мы дождёмся восстановления города, то не сможем сбежать!

Двое мужчин поспешно вылетели из руин города, двигаясь на восток. Один из них проговорил:

— Я видел на востоке другой город. Может быть, мне удастся найти там подсказки, оставленные старший братом Вэй Сюйфэнем…

Вскоре после того, как они ушли, земля вернулась в норму, а разрушенный город восстановился, напоминая мираж. Монстры тоже воскресли, будто ничего не случилось.

Единственное отличие состояло в том, что божественная кровь и отпечаток Небесного Преподобного Хао исчезли, а боги райских небес погибли.

Цинь Му оглянулся, смотря на величественный город. Он явно был ошеломлён, думая: «Что пережили мастера создания Великой Пустоши? Куда они отправились? Почему мы их не встретили?»

Ло Ушуан думал о совершенно другом:

— Небесная Императрица и Госпожа Юаньму до сих пор живы? Райские небеса и Великая Пустошь — это два отдельных мира. Если их клоны умерли здесь, то их настоящие тела не могли узнать, что здесь произошло. Если это так, то мне не придётся бежать.

Посмотрев на него, Цинь Му спросил:

— Божественный Нож Ло, откуда тебе знать, что Небесный Преподобный Сю, пришедший сюда — это не одна их них?

Ло Ушуан был ошеломлён, чувствуя мороз по коже. Выдавив из себя улыбку, он проговорил:

— Невозможно, разве такое совпадение возможно?

Несмотря на эти слова, он всё равно нервничал.

В каких двух Небесных Преподобных реинкарнировали Госпожа Юаньму и Небесная Императрица?

Солнце взошло, и монстры Великой Пустоши отступили, будто приливная волна, исчезая в лесу. Внезапно неподалёку появились два чёрных водоворота, в центре которых виднелась бездонная пропасть.

Из пропасти вырос цветок. Вращаясь, он медленно расцвёл. Внутри него лежала Юнь Чусю, напоминая спящую красавицу, которая только что проснулась, зевая.

Из другой пропасти тоже вырос цветок. После того как он расцвёл, Лянь Зуахунь уселась внутри, смотря на Юнь Чусю.

— Ведьма! — она быстро поднялась, окружаясь убийственной аурой. — Пришло время решить наш конфликт. Сегодня ты умрёшь!

Юнь Чусю хихикнула:

— Ты всегда такая взволнованная и занудная. Неудивительно, что твой муж ушёл ко мне. Ты подходишь на роль Небесной Императрицы, а я подхожу на роль любовницы.

Лянь Хуахунь впала в ярость и собралась наброситься на неё, когда Юнь Чусю внезапно спросила:

— Ты знаешь где твоё физическое тело?

Лянь Хуахунь остановилась и холодно спросила:

— Учитывая, что ты его украла, и была в хороших отношениях с Небесной Преподобной Лин, то оно определённо должно находиться на корабле-призраке Небесной Преподобной Лин.

Юнь Чусю поправила свою одежду и хихикнула:

— Ты хочешь его вернуть?

Взгляд Лянь Хуахунь упал на её лицо, пытаясь понять, говорит ли она правду.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Император Бескрайних Туч, Вэй Сюйфэн, уже побывал на корабле-призраке. Ты должна понимать кто хотел найти твоё тело. Мать Земли умерла, но она ещё существует. Думаешь, твой бывший муж умер так просто?

Изящное тело Лянь Хуахунь дрогнуло, она стиснула зубы и спросила:

— Для чего этому отвратительному человеку моё тело?

Юнь Чусю хихикнула в ответ:

— Естественно, он делает это не для того, чтобы заняться с тобой любовью. Мы с тобой происходим из одного источника. Никто из нас не может справиться с ним самостоятельно, так почему бы нам не объединить усилия? Я помогу тебе вернуть твоё физическое тело, а ты поможешь мне вернуть моё. Как тебе такое?

Лянь Хуахунь недолго подумала, прежде чем спросить:

— А где твоё физическое тело?

Улыбнувшись, Юнь Чусю ответила:

— Естественно, оно в руках Цинь Му.

Глaва 951. Злой Даоc

Зрачки Лянь Хуахунь сузились:

— Ты всё это время была возле него, и так и не смогла его отобрать?

Юнь Чусю рассмеялась:

— Что насчёт того, чтобы ты помогла мне его вернуть? Как только у тебя будет моё физическое тело, у тебя будет способ на меня повлиять. B таком случае мы, сёстры, сможем работать сообща, и ты больше не будешь во мне сомневаться.

Лянь Хуахунь была настроена скептически.

Юнь Чусю закатила глаза и рассмеялась:

— Более того, своровать тело у него невероятно сложно. Если бы он попытался призвать мою душу с помощью трупа, то я сразу же умерла бы, так как в моём теле нет сознания. Именно поэтому я нуждаюсь в твоей помощи.

— Это и вправду твой план? — глаза Лянь Хуахунь загорелись. — Твои ученики могли бы присоединиться к экспедиции. Почему ты не доверила эту задачу им?

Юнь Чусю вздохнула. По её щеке потекла слеза, она горько проговорила:

— Ты не знаешь, насколько сильным является этот враг. Мои ученики ему не ровня. Исходя из того, что я о знаю, скорее всего они попросту бы погибли, не говоря уже о том, что им удалось бы вернуть моё тело.

Лянь Хуахунь вспомнила как прошлой ночью Цинь Му активировал отпечаток Небесного Преподобного Хо, её сердце тут же начало взволнованно биться.

Двум сестрам пришлось тут же использовать своё божественное искусство Руин Заката, в противном случае они закончили бы так же, как Пань Чуньцзин и остальные, и погибли!

Отпечаток Небесного Преподобного Хао был ужасающим, но, к счастью, божественные искусства Руин Заката содержали в себе различные тайны. Даже более важным было то, что никому ещё не удалось их изучить.

Именно благодаря особой природе божественных искусств Руин Заката им удалось выжить прошлой ночью.

Лянь Хуахунь однажды сразилась с Цинь Му и сумела сломать ему четыре руки. Она была уверена, что сможет его одолеть и вернуть физическое тело Госпожи Юаньму. Тем не менее, самым страшным в Цинь Му были не его способности, а то, что он полагался на все доступные ему силы, используя их в качестве оружия. Отличным этому примеру была активация отпечатка Небесного Преподобного Хо.

— Готовься забрать моё физическое тело с корабля-призрака, чтобы обменять его на своё.

Лянь Хуахунь махнула рукавом и ушла:

— Не забывай о том, что ты мать небесного Преподобного Хао. Перестать вести себя так нагло и называть всех врагами. Это плохо отбивается на воспитании!

Юнь Чусю впала в ярость. В следующий миг её злость превратилась в громкий смех, с которым она ушла из города.

«Старшая сестра, ты умеешь подавать хороший пример. Как императрица и мать всех людей, твоей любви и заботы хватает на всех. Вот только ты слишком глупа, хе-хе. Как только ты заполучишь моё физическое тело, я убью тебя и отберу его. Я словно жёлтый воробей, ожидающий, пока богомол схватит цикаду.»

***

Земля Великой Пустоши была обширной и безграничной. Цинь Му и Ло Ушуан шли на протяжении многих дней, но так и не добрались до города.

— Интересно, умер ли от взрыва твой дракон? — Ло Ушуан задумался о драконе, из-за которого их обнаружила Небесная Императрица и Госпожа Юаньму.

Цинь Му искал духовные лекарства в своём мешочке таотэ, когда услышал голос Ло Ушуана. Он покачал головой:

— Он был рождён фантазией, поэтому не умрёт в таком месте, как Великая Пустошь.

Ло Ушуан был ошеломлён, спросив:

— Ты утверждаешь, что дракон, которого ты создал своим воображением, способен выстоять перед божественным искусством Небесного Преподобного Хо? Это кажется невозможным. У тебя не может быть таких способностей.

Цинь Му достал семена духовных растений и рассеял их по земле. Затем он выполнил своё заклятие, ускоряя скорость их роста, и спустя несколько мгновений перед ним появился травяной сад.

— Он не мог выжить, но мог воскреснуть, — Цинь Му продолжил исполнять заклятие, проговорив. — Великая Пустошь — это таинственное место, воображённые здесь вещи обладают странными свойствами. Они могут восстанавливаться после полного уничтожения. ТО же произошло и с монстрами Великой Пустоши. Сознание, с помощью которого они восстанавливаются, это сознание Великой Пустоши. Поэтому, я предполагаю, что дракон тоже восстановился бы. Из-за того, что это место было создано воображением мастеров создания, до тех пор, пока существует Великая Пустошь, у здешних существ будет бесконечный запас сознания для регенерации. Естественно, как только они покинут это место, убить их будет очень легко.

Как только травы созрели, он собрал их и спрятал их на будущее.

Ло Ушуан наблюдал за его работой, обнаруживая, что Цинь Му был не менее умел, чем настоящий травник, а варя и очищая травы, он напоминал настоящего целителя. Он подумал про себя: «Тело Тирана Цинь умеет очень много всего.»

За последние несколько дней Цинь Му несколько раз травмировался, поэтому быстро расходовал свои запасы трав. Лечение Ло Ушуана тоже требовало много лекарств, которые ушли на восстановление его райского дворца.

— Божественный дракон — это существо, созданное моим воображением, получается, будто я отдал часть своего сознания Великой Пустоши. Поэтому сейчас энергия сознания Великой Пустоши увеличилась. Более того, кажется, здесь есть какой-то механизм обращения сознания, благодаря которому после смерти дракон снова восстановится.

Цинь Му спрятал травы и продолжил путь. Переполняясь уверенностью, он проговорил:

— После его возрождения он снова пойдёт по нашему следу. Мои прогнозы уже не раз проверялись с тех пор, как мы пришли сюда. Все они оказались верными.

Уголки его глаз дрогнули, а уверенность снизилась, когда он вспомнил о Юнь Чусю и Лянь Хуахунь.

Он всё-таки ошибся насчёт личностей этих девушек.

Ло Ушуан спросил:

— Ты тоже умеешь создавать с помощью своего сознания. Почему бы тебе не создать с его помощью духовные пилюли, вместо того чтобы сажать травы?

Уголки глаз Цинь Му снова дёрнулись, он выглядел слегка огорчённым. Понизив голос он ответил:

— Моё сознание недостаточно сильное. Моя сила сопоставима со способностями новорождённого мастера создания. Я не соответствую славе Тела Тирана…

Ло Ушуан недоумевал.

Цинь Му вызывал у всех впечатление, будто его уверенность была такой же плотной, как сильный ливень или потоп. С чего бы он так спонтанно начал скромничать?

Казалось, он не мог оправиться от своей неудачи.

Тем не менее, он не знал, что в третьем глазу Цинь Му находился мастер создания. Тот каждый день унижал Цинь Му, твердя, что его сознание невероятно слабо. Со временем Цинь Му и вправду начал ему верить и чувствовать себя неполноценным.

Тем не менее, спустя несколько мгновение он вернулся в норму. Засмеявшись, он проговорил:

— К счастью, я Тело Тирана. Если я буду работать достаточно усердно, то моё сознание быстро достигнет уровня взрослого мастера сознания, а, возможно, даже превзойдёт его! Я стану новым Великим Императором!

Ло Ушуан провёл с ним не слишком много времени, и впервые увидел слепую веру Цинь Му в Тело Тирана. Покачав головой, он подумал: «Какое ещё Тело Тирана? Разве ты не знаешь, что райские небеса видят в нём лишь шутку?»

Когда речь шла о Теле Тирана, то если верить слухам, Небесные Преподобные давно знали, что Телом Тирана разных эпох был один и тот же человек — Цинь Му.

Он был Телом Тирана Дракона Ханя.

Кроме того, он был Телом Тирана Высшего Императора.

Даже сейчас Телом Тирана был Цинь Му.

На самом деле, за всё время не существовало другого Тела Тирана, совершившего великих деяний. Все легенды были рождены самым Цинь Му, путешествующим во времени.

Так называемое Тело Тирана на самом деле было представлением одного актёра, которым был Цинь Му.

На райских небесах было много людей, знающих правду. Её не знал лишь Цинь Му. Он до сих пор верил, что, будучи Телом Тирана, он был способен на всё, что угодно. Если ему что-то не удавалось, то значит он работал недостаточно усердно.

Они увидели ещё один город, созданный мастерами создания. Тем не менее, их озадачивал тот факт, что по пути сюда они не встретили ни одного из мастеров.

Благодаря лечению Цинь Му, состояние Ло Ушуана улучшилось, и он уже мог использовать своё совершенствование и магическую силу истинного бога. Цинь Му тут же передал ему учения реформы Вечного Мира и божественное сокровище Райской Реки, побуждая его разрушить свой Божественный Мост.

Ло Ушуан знал все плюсы и минусы этого решения и не обращал внимания на его слова.

Несмотря на то, что его искушало божественное сокровище Райской Реки, он понимал, что если совершенствует его, то будет назван одним из реформаторов, тем самым подвергая свою жизнь опасности.

В конце концов, за ним никто не стоял.

Более того, он был знаком с методами Цинь Му. Его любимый ученик, Чжэ Хуали, попал под влияние этого парня, и разорвал связь со своим учителем, отправляясь в Вечный Мир чтобы присоединиться к реформе.

«Если я проведу с ним слишком много времени, то рано или поздно он уговорит меня принять реформу.»

Он был встревожен. Цинь Му обладал особой харизмой и влиянием, и чем больше проводить с ним времени, тем сложнее было увидеть в нём врага.

«После того, как мои ранения заживут, я вызову его на бой. Независимо от результата, после этого я сбегу. Таким образом, ему не получится меня уговорить!»

Цинь Му поднялся в небо и развернул географическую карту. Сравнивая её с пейзажем вокруг, он обнаружил разочарованное выражение, прежде чем спуститься на землю.

Географическая карта, оставленная Вэй Сюйфэнем, не сошлась с окрестностями. В Великой Пустоши, где существовал механизм обращения сознания, местность не могла измениться со временем. Если Вэй Сюйфэн был здесь и нарисовал карту, то это место до сих пор существовало.

Они вошли в город мастеров создания, который тоже был заброшен. Войдя в один из домов, они увидели, что огонь в печи до сих пор горел, над ним висел чайник, в котором кипела вода.

В доме была кровать и постельные принадлежности, а также деньги и сокровища, которые никто не забрал.

Выглядело так, будто мастера создания ещё мгновение назад ещё были в городе. Кто-то делал себе чай, кто-то создавал деньги и сокровища, когда внезапно произошла катастрофа. У них не было времени собирать вещи, они были вынуждены в спешке сбегать, покидая это место.

— Кажется, мастера создания покинули этот мир, — Ло Ушуан осмотрелся по сторонам. — Их прогнали отсюда монстры Великой Пустоши?

После смерти монстры Великой Пустоши восстанавливались снова и снова. Это и вправду доставляло мастерам создания огромное количество проблем. Вполне возможно, они не могли выдержать такого давления, поэтому были вынуждены покинуть это место.

Они пришли на городскую площадь, увидев в её центре огромный костёр, на котором жарилась нога монстра длиной в тридцать метров.

Неподалёку от костра стояли винные чашки высотой в несколько метров, из которых доносился приятный аромат. Запах вина смешивался с запахом мяса, пробуждая аппетит.

Цинь Му подошёл отрезал себе кусок мяса. Попробовав, он похвалил:

— Вкусно!

Он отрезал ещё один кусок, передавая его Ло Ушуану.

Тот начал колебаться, и Цинь Му засмеялся, успокаивая:

— Это мясо, созданное мастерами создания. Его можно есть. В худшем случае оно превратится в сознание.

Ло Ушуан попробовал мясо, обнаруживая, что оно было невероятно вкусным.

Парочка уселась, начиная есть мясо и запивать его вином, которое тоже обладало неописуемым вкусом. Они радостно восклицали, наслаждаясь трапезой.

— Быть мастером создания совсем неплохо! — не удержался от смеха Цинь Му.

— Аромат просто превосходный!

Внезапно они услышали шум неподалёку и тут же насторожились, поворачиваясь в его сторону. Перед ними показался свирепый на вид даос в чёрной одежде с белыми рукавами, его волосы были связаны в пучок. Казалось, будто он взялся из ниоткуда. Усевшись рядом с ними, он начал поглощать вино, смеясь:

— И вправду хорошо пахнет!

Ло Ушуан собирался спросить даоса откуда он взялся, когда тот открыл рот и смачно плюнул на ногу зверя, прежде чем рассмеяться:

— Это моя слюна, вы будете её есть? Если нет, то нога теперь моя!

Цинь Му и Ло Ушуан молча переглянулись.

Даос начал быстро пожирать ногу зверя. Внезапно, он отложил её в сторону и плюнул в каждую чашку с вином, улыбаясь:

— Полагаю, пить вино вы тоже не будете?

Цинь Му нахмурился, прежде чем рассмеяться:

— Божественный Нож Ло, давай устроим небольшое представление!

Он открыл глаз в своём межбровье, исполняя Знания Трёх Корпусов. Его сознание начало создавать всевозможные вкусности и различные вина, готовя полноценный банкет.

Спустя некоторое время из ниоткуда появились красивые девушки, начиная петь и танцевать. Они окружили Цинь Му и Ло Ушуана, заигрывая с ними и поднося им еду и напитки.

— Божественный Нож Ло, что скажешь? — со смехом спросил Цинь Му.

Ло Ушуан был ошеломлён. Лишь спустя некоторое время он пришёл в себя:

— Тело Тирана Цинь знает толк в развлечениях.

Цинь Му искренне рассмеялся, обнимая двух девушек, стоящим по сторонам.

Смотря на них с завистью в глазах, даос поднялся и зашагал в их сторону.

Тьфу!

Цинь Му и Ло Ушуан быстро плюнули на все свои блюда. Последний даже хотел плюнуть на девушек, чтобы даос не смог их забрать, но Цинь Му вовремя его остановил.

Увидев это, даос в чёрной одежде холодно рассмеялся:

— Вы из райских небес, в таком случае, может быть вы знаете кто я? Как вы смеете проявлять такое неуважение?

Цинь Му улыбнулся, шепча Ло Ушуану на ухо:

— Божественный Нож Ло, представь меня.

Ло Ушуан кашлянул и проговорил:

— Перед тобой Тело Тирана Дракона Ханя, Небесный Преподобный, назначенный Небесным Императором, один из пяти старейшин-основателей Небесного Союза, Небесный Преподобный Му.

Выражение лица даоса резко изменилось.

Цинь Му слегка улыбнулся, спрашивая:

— А ты кто? Что ты здесь делаешь?

Глава 952. Kто Mожет Броcить Bызов Богу Hожа?

— Юэ Тингэ из Секты Дао райских небес отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му!

Даос в чёрном обладал плохим характером. Упав на колени, он несколько раз поклонился, прежде чем злостно развернуться и вернуться к костру, проговорив:

—Ты всего лишь маленький практик божественных искусств, носящий звание Небесного Преподобного. Я выразил своё почтение твоему званию, но не тебе!

Цинь Му не сильно обиделся, отвечая:

— У даоса и вправду отвратительный характер.

Ло Ушуан слегка нахмурился, подумав:

— Юэ Тингэ, кажется, я уже где-то слышал это имя.

Даос Юэ Тингэ заботился лишь о еде и напитках, хоть и вёл себя менее нагло, чем раньше. Он не обращал на Цинь Му слишком много внимания, лишь время от времени бросая на него неприятный взгляд.

Цинь Му махнул рукой, и банкет рассеялся. Блюда, вино и красивые девушки превратились в сознание, прежде чем рассеяться.

Затем он снова хлопнул в ладоши, и из-ниоткуда показалось множество красивых девушек. Двигаясь хороводом, они напоминали длинного дракона. Готовя очередной банкет.

— Ма Ха…

Внезапно неподалёку показалась гигантская голова. Это был божественный дракон, созданный Цинь Му. Взволнованно наблюдая за банкетом, он пускал слюни и вертел хвостом, поднимая облака дыма.

Как и ожидалось, божественный дракон пережил взрыв отпечатка Небесного Преподобного Хо. Более того, ему даже удалось найти их след и прийти в этот город.

«Неужели я подсознательно думал о жирдяе, когда создавал божественного дракона? Может быть именно поэтому он себя так ведёт?»

Аппетит Цинь Му исчез, он отложил палочки в сторону и махнул рукой. Дракон тут же обрадовался и подбежал к нему, начиная есть и пить от души.

Смотря на даоса, Ло Ушуан шептал:

— Юэ Тингэ секты Дао райских небес… Кто он такой?

Он долго думал об этом имени, так как оно казалось ему знакомым, тем не менее, ему так и не удалось ничего вспомнить.

Происхождение даоса было загадкой. Было очевидно, что райские небеса отправили в Великую Пустошь только их. Кроме них здесь были лишь Небесный Преподобный Хо и Сю, так откуда он взялся?

Если райские небеса отправили его сюда раньше, то как он дожил до этого дня?

Внезапно неподалёку раздался чей-то голос:

— Как и следовало ожидать от Небесного Преподобного Му, ты невероятно своеволен и любишь веселиться. Куда бы ты не пошёл, тебя повсюду окружают красивые девушки, чтобы вызывать зависть у окружающих.

Цинь Му посмотрел в сторону голоса и увидел нескольких богов, которые прибыли с ним на лодке.

Во время экспедиции в Великую Пустошь, больше половины её членов погибли. По дороге они потеряли около ста десяти богов, а в последнем городе умерло ещё несколько десятков, включая учеников Небесного Преподобного Хао Сю Юфана и Пань Чуньцзина.

Цинь Му не знал сколько именно людей осталось в Великой Пустоши.

Появление монстров Великой Пустоши произошло не в одном городе. В остальных городах случилось то же самое, и в них мало кому удалось выжить.

Ло Ушуан поднялся, смотря на них и торжественно говоря:

— Заслуги Небесного Преподобного Му не имеют себе равных. Он дал всем существам способ становления богом. Теперь, когда мы оказались в опасной ситуации, наше выживание в которой находится под вопросом, мы должны работать сообща, чтобы справиться со странностями Великой Пустоши. Лишь в таком случае у нас появится надежда найти Небесных Преподобных Хо и Сю. Что скажете?

Один из богов посмотрел на него и рассмеялся:

— Божественный Нож Ло, ты подлизываешься к Небесному Преподобному Му?

В глазах Ло Ушуана вспыхнул свет ножа, он холодно фыркнул:

— Моё имя известно на все райские небеса, я обрёл звание сильнейшего божественного ножа. Разве я когда-либо к кому-то подлизывался?

Другой парень рассмеялся:

— Божественный Нож Ло, Небесный Преподобный Му не слишком силён. Будь осторожен, чтобы не подлизаться не к тому человеку. Формально, цель нашего путешествия состоит в том, чтобы встретить Небесных Преподобных Хо и Сю, но на самом деле мы просто должны избавиться от Небесного Преподобного Му. Ты умный человек, и уже должен был это понять.

Одна женщина холодно проговорила:

— Различные Небесные Преподобные райских небес приказали тебе помочь нам избавиться от него! Ты собрался укусить руку, которая тебя кормит?

Ло Ушуан оказался перед дилеммой и посмотрел на Цинь Му.

Цинь Му находился в окружении прекрасных девушек, обнимая одну из них рукой. Посмотрев на Ло Ушуана, он проговорил:

— Не волнуйся, Божественный Нож Ло, я знал о цели этой экспедиции. Я также знаю, что у тебя нет искреннего желания меня убить, так как ты лишь хотел бросить вызов моему навыку меча своим ножом. Я понимаю твоё положение. Ты любой ценой хочешь избавиться от дьявола в своей сердце.

Ло Ушуан облегчённо вздохнул:

— Я спас вас. Без меня вы погибли бы на борту лодки. Взамен я хочу, чтобы вы забыли о своей вражде к Небесному Преподобному Му…

— Ладно, ладно, — девушка нетерпеливо проговорила. — Божественный Нож Ло, если мы тебя послушаемся, то не сможем вернуться на райские небеса! Помни, ты обязан нас защищать, а значит и вернут нас обратно! Ты не смог предоставить нам защиту, в результате чего из трёх сотен богов осталось лишь сто. Это большой проступок!

— Божественный Нож Ло, райские небеса дают тебе выход, — добавил юноша. — Подумай хорошо. Если ты поможешь нам избавить от Небесного Преподобного Му, то по возвращению сильно прославишься. Учитывая твой уровень совершенствования и силы, ты не должен оставаться простым учителем Стражей Элитного Духа. Ты можешь двигаться дальше и с лёгкостью стать командиром границы. Разве ты никогда не задумывался о причине, почему тебя не повышают?

Другой юноша рассмеялся:

— Она состоит в том, что ты никогда не подлизывался к кому-то сильному. Это отличная возможность. Не выбирай себе неправильного союзника.

Ло Ушуан казался спокойным, как вода.

Цинь Му поднялся, вырываясь из объятий красавиц. Почесав божественного дракона, живот которого стал круглым от банкета, он внезапно проговорил:

— Божественный Нож Ло, мне кажется, нам больше не нужно проверять свои лезвия, в этом нети нужды.

Ло Ушуан посмотрел уставился в землю и спросил, будто чувствуя себя старым монахом:

— Почему ты так говоришь, Тело Тирана Цинь?

— Я бы лучше сломался, чем прогнулся, — Цинь Му махнул рукой, и банкет и красавицы тут же рассеялись, превращаясь в сознание, прежде ем исчезнуть. — Я уважаю тебя, твоё невероятное достоинство и способность различать врагов и друзей. Я был удивлён твоей целеустремлённостью, узнав, что ты ждал встречи со мной сорок тысяч лет. Тем не менее, увидев, насколько ты осторожен и боишься последствий своих действий, я разочаровался.

Глаза Ло Ушуана удивлённо расширились, он спросил:

— Я слишком осторожен и боюсь последствий?

— Я Небесный Преподобный, и ты осмелился бросить мне вызов, хоть ты и черпаешь свою смелость из моей слабости и молодости, — проговорил Цинь Му. — И всё же, встретившись с учениками Небесных Преподобных, ты кланяешься им и слушаешь их советы. Когда тебя оскорбили. Ты не осмелился дать отпор. Человек, который обижает слабых и боится сильных не достоин моего меча, не говоря уже о том, чтобы называться божественным ножом.

Глаза Ло Ушуана открылись шире, в них вспыхнули лучи ножа, едва не вырываясь наружу.

Цинь Му продолжил:

— Бог ножа, которого я знал, был диким, смелым и бесстрашным человеком, осмелившимся пойти против небес и власти. Он не стал бы отступать, если бы его противник оказался бы слишком сильным, и не стал бы обижать слабых за счёт своей силы. Он бы танцевал с ножом и пил кровь богов, отрубая головы тиранов. Встретившись со слабыми, он бы спрятался, отказываясь становиться мясником. Это и значит быть богом меча. Но ты…

Он громко рассмеялся и проговорил:

— Но ты всего лишь мастер по фехтованию, хорошо отточивший свои навыки ножа. Ты хуже, чем Чжэ Хуали. Ты говорил, что одолел дьявола своего сердца, но я вижу, что в твоём сердце до сих пор кроется много дьяволов.

Ло Ушуан впал в ярость, его аура внезапно вспыхнула, разрубая небо на две части, будто божественный нож!

— Тело Тирана Высшего Императора, как ты смеешь смотреть на меня свысока!

Жизненная Ци Ло Ушуана, смешанная с его кровью и природой, засияла в небе, образуя кровавый нож. Тот достиг длины в десять километров, прежде чем сжаться обратно.

Уменьшаясь в размерах, он становился всё крепче!

— Тело Тирана Цинь, навык ножа, который ты видел в прошлом, был создан мной до того, как я стал богом. То, что ты увидел на лодке, было плодами моей работы за последние годы.

Взгляд Ло Ушуана был невероятно холодным, его Ци и кровь сжимались, формируя длинный нож, который он держал в одной руке. Окутавшись бескрайней убийственной аурой, он проговорил:

— То, что ты увидел на лодке, отличается от того, что ты увидишь сейчас. Тот, кем я был на лодке, это не то, кем я есть сейчас. Я хочу, чтобы ты увидел мой навык меча!

Три ученика Небесных Преподобных переглянулись и улыбнулись. Девушка проговорила:

— Если Ло Ушуан сделает работу вместо нас, это сильно упростит нашу работу. Более того, Небесный Преподобный Му неслаб, и наказание за его убийство будет очень строгим…

Внезапно юноша заметил неподалёку одичавшего даоса, и нахмурился, прошептав:

— Что это за даос? Что он здесь делает?

Троица смерила даоса взглядами, чувствуя, что уже где-то видели его раньше, но не могли вспомнить, где именно.

Аура Ло Ушуана полностью освободилась, как и сила его ножа. Он проговорил:

— Обучи меня!

Свет ножа вспыхнул, закрывая небо кровавым светом.

Прежде чем первый из Небесных Преподобных успел отреагировать, божественный нож Ло Ушуана уже разрубил его напополам!

Двое других учеников были ошеломлены и взбешены. Одновременно закричав, они бросились на него:

— Ло Ушуан, ты решил восстать?

Сделав вид, что ничего не слышит, Ло Ушуан продолжил демонстрировать своё мастерство ножа.

Его навык меча был правильным и традиционным. Каждый отдельный нож атаковал с невероятной точностью и содержал в себе особенную силу. Казалось, будто каждое его движение было вымерено умелыми мастерами.

Тем не менее, в его навыке так же содержался безудержный героизм и аура восстания.

Если меч был дворянином, то его нож был королём.

Выбравшись из ограничений своего старого навыка ножа, он уничтожил дьявола в своём сердце, растоптал все свои страхи и оставил от себя лишь чистое Дао.

Его нож поднялся в небо, образовывая своим светом различные небеса. На некоторых сияли звёзды, в то время как на других виднелись белые облака. В одних лился проливной дождь, в то время как на других сверкали молнии и гремел гром. Зрелище было невероятно устрашающим.

Ло Ушуан был богом ножа райских небес, их сильнейшим мастером ножа. Взмах его лезвия напоминал безграничное небо, а обрушиваясь на врага он выглядел как величественная стена. В нём совершенно сочеталась сложность и великолепие!

В прошлом он изучал основы пути меча, чтобы понять его главные тайны. Несмотря на то, что его мастерство было сильным, оно не вызывало ужаса.

Теперь он объединил все свои знания, делая их частью своего мировоззрений и смешивая их с сущностью своего тела, своей кровью и духом.

Ло Ушуан хоть и имел лишь одну руку, был невероятно страшным!

Два ученика Небесных Преподобных изо всех сил пытались защититься, за их спинами появились три небесных дворца, исполняя техники Малых Райских небес, которые они освоили.

Что касалось Ло Ушуана, то он мог использовать лишь своё совершенствование истинного бога, так как его раны ещё не успели полностью исцелиться.

В их глазах Ло Ушуан был неправедным человеком, так как техники и божественные искусства, которые он совершенствовал, не соответствовали правилам райских небес.

Путь ножа был Дао после начала, в то время как на райских небесах совершенствовали Дао, принадлежащие древним богам. Разница между ними была как между болотом и облаками.

Ученики совершенствовали техники Императорского Трона, которые им передали их учителя. Освоив по три техники, они ступили на путь и обрели свои лучшие божественные искусства. Тем самым они должны были превзойти неправедных людей вроде Ло Ушуана.

Тем не менее, даже несмотря на численное превосходство, им нелегко приходилось.

Битва быстро началась и быстро закончилась.

Среди лучей ножа вспыхнул кровавый свет.

Ло Ушуан надавил на нож, убивая молодого бога.

Девушка была шокирована и поспешно поднялась в воздух, чтобы сбежать. Ло Ушуан тут же закричал и обрушил на неё удар ножом. В следующий миг её голова полетела к земле, а физическое тело покинуло пределы города, прежде чем упасть.

Ло Ушуан рассеял свой нож, жизненная Ци и кровь, из которой тот был создан, вернулись в его тело. Затем он развернулся, смотря на Цинь Му, свет в его глазах сверкал, будто лезвие, двинувшись прямиком на него.

— Как тебе мой навык ножа, Тело Тирана Цинь? Я достаточно силён, чтобы бросить тебе вызов?

Увидев, как сильно изменилась его аура и навык ножа, Цинь Му улыбнулся и похвалил:

— Конечно. Пожалуйста, присаживайся, Божественный Нож Ло.

ЛО Ушуан зашагал вперёд, его одежда трепетала на ветру. Своей аурой он сдавливал воздух, в котором непрерывно сталкивались тысячи энергий ножа.

Когда он уселся перед Цинь Му, его аура успокоилась.

Одичавший даос, сидящий неподалёку, повернулся и похвалил:

— Однорукий, у тебя неплохой навык ножа.

Ло Ушуан посмотрел на него, и внезапно его осенило, он вспомнил, где уже видел даоса. Дрогнув всем телом, он воскликнул:

— Ты Небесный Мастер Юэ!

Цинь Му был ошеломлён:

— Небесный Мастер Юэ? Какой ещё Небесный Мастер Юэ?

Внезапно он понял о чём идёт речь, вспоминая историю о визите Юнь Чусю в Великую Пустошь.

Глaва 953. Бeзумный Дьявoл

Когда они плыли на лодке, Юнь Чусю рассказывала, что однажды посещала Великую Пустошь вместе с двумя небесными мастерами, Стражами Божественных Воинов райских небес и своими учениками. В тот раз они понесли огромные потери.

Все Стражи Божественных Воинов погибли, никому из учеников тоже не удалось выжить. Что касалось двух небесных мастеров, то даже они оставили свои жизни в Великой Пустоши.

Юнь Чусю упоминала, что одним из них был небесный мастер Юэ, которому удалось понять секрет Великой Пустоши, но тот тоже погиб.

Однако Цинь Му раскусил её.

Это она убила всех своих спутников, чтобы спастись!

Если этот обезумевший даос, Юэ Тингэ, был небесным мастером Юэ, о котором говорила Юнь Чусю, то неужели ему удалось пережить её атаку?

Как он сумел сбежать?

«Все люди, удостоившиеся звания небесного мастера, обладают невероятными способностями. Должно быть, Юэ Тингэ нашёл способ бежать. Юнь Чусю говорила, что оба небесных мастера были сильными практиками области Императорского Трона…»

На лбу Цинь Му выступили капли холодного пота. Как только он представился Небесным Преподобным Му, Юэ Тингэ подошёл и поклонился ему. Тем не менее, изначально он не шёл сюда кланяться, а скорее, всего, убивать…

«Если это так, то моё тело уже было бы холодным? — размышлял Цинь Му.

Ло Ушуан тоже был шокирован, и ему понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Он мало знал о небесном мастере Юэ, так как мало кто из больших шишек райских небес использовал своё настоящее имя. Вместо этого они предпочитали, когда к ним обращались по званию или прозвищу. Настоящими именами пользовались лишь люди более низких рангов, из-за чего никто не знал настоящих имён четырёх великих небесных мастеров.

Кроме того, Юэ Тингэ уже не считался небесным мастером.

Четыре великих небесных мастера, четыре небесных короля и великих божества непрерывно менялись. Хоть их звания и были высокими, Небесные Преподобные могли от них избавиться, заменяя кем-то другим после смерти.

Ло Ушуан никогда не обладал высоким положением на райских небесах, и он не слишком часто виделся с небесным мастером Юэ. Более того, последний считался мёртвым уже более десяти тысяч лет, и к сегодняшнему дню его должность занял другой человек.

Юэ Тингэ прошлого был изысканным человеком. Теперь же он выглядел свирепым и злым, поскольку перестал заботиться о своей внешности. Он не слишком напоминал человека, которого знал Ло Ушуан, поэтому тот не смог сразу его узнать.

Но откуда взялся этот небесный мастер, умерший десять тысяч лет назад?

Небесный мастер Юэ, у меня есть несколько вопросов, которые я хотел бы тебе задать.

Цинь Му подошёл к даосу и проговорил:

— Можно поинтересоваться как тебе удалось выжить? Кто из Небесных Преподобных сопровождал тебя во время путешествия в Великую Пустошь?

Злой даос Юэ Тингэ поднялся, взглянул на Цинь Му, забросил ногу зверя себе на плечо и начал уходить, злостно отвечая:

— Единственная причина, по которой я тебя не убил, состоит в том, что я уважаю то, что ты сделал в качестве Небесного Преподобного Дракона Ханя. Но тебе не стоит доставлять мне хлопот!

Цинь Му шагал вслед за ним, продолжая допрос:

— Где мастера создания? Почему мы их не встретили? Ты встречал Небесных Преподобных Хо и Сю? Ты знаешь, где находится деревня Беззаботная? Ты не встречал здесь Небесного Преподобного Циня?

На лице Юэ Тингэ показалась странная улыбка безумца. Он проговорил:

— Небесный Преподобный Хо? Небесный Преподобный Сю? Они здесь, чтобы убить меня, верно? Должно быть, это так. Они здесь, чтобы убить меня! Я завёл их в то опасное место. Хе-хе-хе… Они никогда не смогут оттуда сбежать и найдут там свою смерть! Я в безопасности…

Ло Ушуан шёл вместе с Цинь Му. Он прошептал:

— Небесный мастер Юэ кажется не в себе. Неужели он сошёл с ума. Проведя здесь несколько десятков тысяч лет?

Юэ Тингэ взглянул на него и холодно проговорил:

— Однорукий, ты слишком меня презираешь. Я бы не сошёл с ума даже проведя здесь миллион лет, не говоря уже о десяти тысячах! Я просто не доверяю тем Небесным Преподобным!

Ещё мгновение назад его слова казались нелогичными и бессвязными. Теперь всё было наоборот. Он продолжил:

— Когда Небесный Преподобный Цинь стал Императором-Основателем и построил поддельную династию райских небес Императора-Основателя, десять Небесных Преподобных сговорились против него. В то время я был главой четырёх небесных мастеров и лично управлял этим сговором.

Он с гордостью вспоминал прошлое, продолжая:

— В конце концов, Император-Основатель был Небесным Преподобным Цинем, одним из пяти старейшин-основателей Небесного Союза. Кто посмел бы в открытую идти против него? Более того, если бы он привёл своих подчинённых на райские небеса, то стал бы одной из главных сил Небесного Союза. Поэтому мы не могли позволить ему вернуться своё положение, и были вынуждены сговориться.

Он продолжал вспоминать:

— Когда райские небеса Дракона Ханя столкнулись с райскими небесами Императора-Основателя, нам удалось своровать наработки последних. Сильнейшая из подданых Императора-Основателя была околдована Сыном Небесной Инь. Более того, благодаря усилиям бога войны Ли Южаня и Красного Божества Ци Сяюй нам удалось внедриться в силы Императора-Основателя и расколоть их изнутри. Когда ситуация начала накаляться, мы сумели искоренить его силы! — гордым тоном проговорил он. — Император-Основатель оказался бессилен против моего плана, и в конце концов его райские небеса были уничтожены. Тем не менее, он был достаточно умён, чтобы понять, что ситуация была не в его пользу, поэтому в тайне построил деревню Беззаботную. Ему удалось сбежать. Десять Небесных Преподобных не сдались и отправили меня на поиски деревни. Несмотря на то, что я обрёл огромные заслуги, мне стоило знать о том, что собаку, укусившую кролика, обязательно сварят.

Опустив голову, он встревоженно оглянулся, прежде чем рассмеяться:

— Я знал слишком много их секретов. Они хотели нас убить. Поиски деревни Беззаботной были лишь уловкой, чтобы меня убить!

Цинь Му и Ло Ушуан переглянулись. Небесный Мастер Юэ снова казался немного безумным.

Госпожа Юаньму не собиралась его убивать. Будучи одной из десяти Небесных Преподобных, она привела свою группу в Великую Пустошь с целью найти деревню Беззаботную. Тем не менее, она убила своих спутников чтобы спастись, и выжить в странностях Великой Пустоши.

Небесный мастер Юэ был умным человеком, который должен был всё это понимать, тем не менее, теперь он казался слегка сумасшедшим.

— В прошлый раз они не сумели меня убить, но теперь отправили за мной троих Небесных Преподобных! Хе-хе-хе. Мне удалось обмануть Небесных Преподобных Хо и Сю и отправить их в то опасное место. Тем не менее, остался ещё третий, Небесный Преподобный Му…

Его глаза засияли убийственным намерением и свирепо уставились на Цинь Му. Внезапно его аура рассеялась, и он спрятался за углом, время от времени поглядывая на Цинь Му. Он прошептал жаренной ноге зверя:

— Нам стоит обмануть Небесного Преподобного Му, и тоже отвести его туда? Нет, мы не должны так поступать, может быть, он не враг. Более того, он передал нам способ становления богом… Ты права, нам нельзя его убивать, но можно избавиться от однорукого…

Сердце Ло Ушуана наполнилось страхом, дон начал умолять Цинь Му:

— Тело Тирана Цинь, мне кажется, что небесный мастер не в своём уме. Может нам стоит уйти?

Цинь Му слегка колебался, в то время как Юэ Тингэ продолжал советоваться с ногой:

— Тем не менее, этот Небесный Преподобный Му не похож на хорошего человека. Мы уже навредили двум Небесным Преподобным, если навредить третьему, то наше положение не сильно ухудшится…

Цинь Му перестал колебаться, немедленно прервав Ло Ушуана и проговорив:

— Он и вправду безумен! Уходим!

Юэ Тингэ двинулся к ним, от его убийственной ауры не осталось и следа. Напоминая старого мудреца, он засмеялся:

— Небесный Преподобный Му, ты хочешь знать, что произошло с Небесным Преподобным Цинем и деревней Беззаботной? Следуй за мной, если это так.

Цинь Му моргнул.

Ло Ушуан покачал головой и проговорил:

— Тело Тирана Цинь, он лжёт, нам нельзя идти с ним!

Стиснув зубы, Цинь Му пошёл следом за Юэ Тингэ.

В то же время, в нескольких сотнях километров от этого места Лянь Хуахунь сражалась с другим молодым богом, обладающим невероятными способностями. За его спиной виднелись четыре райских дворца, что делало его магическую силу невероятной.

Тем не менее, несмотря на то что Лянь Хуахзунь была практиком божественных искусств области Божественного Моста, она смогла одержать верх.

Они мерились скоростью, путями, навыками и божественными искусствами, создавая ослепительное зрелище.

Вскоре всё успокоилось, и они приземлились на землю.

Молодой бог держался за грудь, спрашивая хриплым голосом:

— Сестра Лянь, почему…

Божественное искусство Лянь Хуахунь попало внутрь его тела. Оно действовало странным образом. Напоминая бездну, непрерывно поглощающую Ци и кровь. Вскоре бедолага стал тощим, будто спичка.

Более того, его семь божественных сокровищ одно за другим провалились в эту бездну.

На райских небесах было множество мастеров, владеющих божественными искусствами Юду Великого Дао Юду, в том числе Сын Небесной Инь, который на них специализировался. Тем не менее, райские небеса не слишком много знали о Руинах Заката.

Божественные искусства Руин Заката оставались для райских небес загадкой. О их существовании мало кто знал, не говоря уже о том, чтобы владеть их учениями.

Молодой бог, с которым сражалась Лянь Хуахунь был более могущественным, чем Ань Цинъюй, с которым сразился Цинь Му. Тем не менее, столкнувшись с божественным искусством Руин Заката, его ждал печальный исход.

Он просто не понимал что случилось. Он и Лянь Хуахунь были учениками Небесного Преподобного Хао, и он довольно часто заботился о девушке.

Он совершенно не ожидал, что Лянь Хуахунь его атакует, и нанесёт смертельный удар!

— Нет причины, брат Ляо, — тихо ответила Лянь Хуахунь. — Я просто не хочу, чтобы ты нашёл Небесного Преподобного Му раньше меня. Это всё.

Брат Лао хмыкнул. Бездна внутри его тела уже проглотила божественное сокровище Небожителя и неумолимо притягивала к себе Жизнь и Смерть и Божественный Мост!

Его Ци и кровь вскоре были полностью истощены, его тело превратилось в мешок с костями.

— Ты не смог бы его одолеть, — объяснила Лянь Хуахунь. — Ты не убил бы его, и был бы вынужден использовать движение для убийства Му Небесного Преподобного Хао. Существует шанс, что он изучил бы твои навыки и создал бы на их основе свои собственные техники и божественные искусства.

Божественные Сокровища Жизни и Смерти и Божественного Моста брата Ляо обрушились и упали в пропасть, которая затем начала поглощать райский дворец, подбираясь к Южным Небесным Вратам!

Его физическое тело, от которого остались лишь кости, тоже начало разрушаться изнутри. Подобная смерть была невероятно мучительной.

— Осталось только восемнадцать движений для убийства Му. Каждое из них, которое он увидит, станет движением, которое нельзя использовать против него. Твои способности слишком слабы, и ты слишком глупый. Вместо того, чтобы ждать, пока он научится защищаться от всех движений, почему бы их не сохранить?

Лянь Хуахунь прошептала:

— Я не могу избавиться от него с помощью своей собственной высшей техники, поэтому не могу допустить разоблачений движений для убийства Му и должна вас всех убить. Такое объяснение тебя устраивает, брат Ляо?

Райские дворцы брата Ляо громко загрохотали, тысячи залов обрушились в пропасть. Его исконный дух тоже не сумел бежать и полетел в пропасть вместе с физическим телом!

В конце концов он полностью исчез из этого мира, не оставив ни единого следа. Даже его душа исчезла, не оставив каких-либо осколков или чёрного песка.

Пропасть проглотила его целиком.

Затем божественное искусство пропасти вернулось в межбровье Лянь Хуахунь.

На её лбу на мгновение появилась красная точка, прежде чем исчезнуть.

Она достала зеркала, на котором виднелось пять красных точек. Четыре из них двигались.

Это был драгоценный артефакт, созданный Небесным Преподобным Хао для девятнадцати учеников, отправившихся в эту экспедицию. Он являлся зеркалом души, с помощью которого любой ученик мог найти других, следуя за этими точками. Таким образом они могли собраться вместе и объединить свои усилия, чтобы убить Цинь Му.

Вот только Небесный Преподобный Хао совсем не ожидал, что оно станет для его учеников талисманом преждевременной смерти!

«Пятеро из восемнадцати учеников Небесного Преподобного Хао уже умерли от моей руки. Осталось ещё четыре. Убив их, я могу заняться Небесным Преподобным Му, — Лянь Хуахунь улыбнулась и полетела к следующей красной точке, держа зеркало в руке. — Остальные либо умерли по пути, либо погибли от странностей Великой Пустоши. Я не знаю, был ли кто-то из них убит Небесным Преподобным Му, и сколько из восемнадцати движений для убийства Му осталось. Тем не менее, чтобы убить его мне придётся использовать несколько движений.»

Вскоре она догнала следующую точку, увидев перед собой девушку, тоже сжимающую зеркало в руке.

— Сестра Ли! — позвала её Лянь Хуахунь.

Выражение лица сестры Ли изменилось, она ускорилась и быстро улетела прочь, холодно говоря:

— Лянь Хуахунь, я только что видела, как одна из точек на зеркале исчезла после того, как ты к ней приблизилась. Ты убила того ученика и сейчас собираешься убить меня, верно?

Выражение лица Лянь Хуахунь слегка изменилось, она бросилась в погоню:

— Так как сестра меня узнала, у меня ещё меньше причин оставлять тебя в живых. Не беги, сестра, твоя судьба предрешена.

Несмотря на то, что Ли была истинным богом, она не осмеливалась вступать в бой и вместо этого решила сбежать.

Лянь Хуахунь протянула палец, и перед ней появился чёрный водоворот. Прыгнув в него, она исчезла из виду.

Сестра Ли продолжала бежать, когда неподалёку него открылся чёрный водоворот. Она собиралась уклониться от него, но тот проглотил её почти мгновенно.

Водоворот задрожал в воздухе, словно внутри него сражались два змея.

Вскоре Ли выбежала наружу, продолжая бежать. Тем не менее, её тело становилось всё легче и легче, прежде чем от него осталась лишь кожа, которую подхватил ветер.

Её физическое тело стало пустым, так как вся его кровь, плоть, Ци, кости, божественные сокровища, райские дворцы и исконный дух были проглочены бездной.

Лянь Хуахунь вылетела из водоворота. Следуя зеркалу, она пробормотала:

— Осталось трое…

Глaва 954. Oблаcть Bысшего Cознания

Юэ Тингэ поспешно повёл за собой Цинь Му, божественного дракона и Ло Ушуана.

Внезапно он снова начал казаться безумным, встревожено оглядываясь по сторонам. Каждый раз, когда слышался какой-то шороx, он прятался в кустах или за деревом, будто опасаясь, что кто-то ему навредит.

Божественный дракон тоже прятался вместе с ним.

Не зная, смеяться ему или плакать, Цинь Му спросил, почему тот так себя ведёт. Юэ Тингэ холодно рассмеялся:

— Этот мир враждебен! Он следит за каждым моим шагом, пытаясь причинить мне вред. Если я не буду осторожен, то умру!

Он снова нервно оглянулся, прежде чем понизить голос и добавить:

— Я должен рассказать тебе тайну, Земля Великой Пустоши жива! Она видит каждое наше движение и слышит все наши разговоры! Она создаст всевозможные странности, чтобы от нас избавиться…

Цинь Му и Ло Ушуан переглянулись. Встревоженность и испуганность эксперта области Императорского Трона вроде Юэ Тингэ, который был почти таким же сильным как Предок Дао и Будда Брахма, сильно их удивила.

— Стойте!

Даос снова разнервничался и начал ползти по земле, обнюхивая её. Божественный дракон следовал за ним, повторяя его действия.

Юэ Тингэ поднял голову, его глаза были наполнены ужасом. Внезапно поднявшись, он побежал прочь, крича:

— Они здесь!

Цинь Му был шокирован, но всё же бросился вслед за ним. У Ло Ушуана не осталось выбора, и он пошёл, следом проговорив:

— Тело Тирана Цинь, небесный мастер Юэ действительно безумен. Если он решит нас убить, то мы не выстоим! Нам стоит держаться от него подальше.

У Цинь Му были некоторые сомнения по этому поводу.

Несмотря на то, что Юэ Тингэ определённо был не в себе, такой сильный эксперт, как он, не мог сойти с ума из-за того, что провёл десять тысяч лет в таком месте. Неужели это Небесная Императрица помутнила его разум?

Естественно, путешествие с этим сумасшедшим было опасным, так как было невозможно понять, что он сделает дальше.

Божественный дракон следовал за даосом, до сих пор обнюхивая землю. Внезапно он что-то нанюхал, и покачал носом, с сомнением проговорив:

— Ма Ха?

Цинь Му и остальные были довольно далеко, и дракона понадобилось некоторое время, чтобы их догнать. В этот момент земля раскололась, превращаясь в огромный глаз!

Гигантское глазное яблоко вращалось, смотря на Цинь Му и остальных.

Божественный дракон испугался, его чешуя тут же встала дыбом. Он поспешно догнал Цинь М у и остальных.

— Ма Ха Ма Ха! — божественный дракон начал бегать вокруг Цинь Му. пытаясь рассказать ему об увиденном.

— Ты снова голоден? — спросил Цинь Му.

— Ма Ха!

Божественный дракон начал бегать ещё быстрее, не в силах найти способ передать свои мысли. Он оглянулся и увидел, что земля вернулась к своему прежнему состоянию и огромный глаз исчез.

— Ма Ха? — божественный дракон почесал голову когтем, явно недоумевая.

Внезапно огромная гора неподалёку раскололась, открывая ещё один огромный глаз. Его зрачок сузился, смотря на Цинь Му и остальных.

Гора рядом с ней, в свою очередь, превратилась в огромное ухо!

Чешуя божественного дракона поднялась, он бросился на Цинь Му, восклицая:

— Ма Ха!

Цинь Му оглянулся, но не увидел ничего странного, так как глаз и ухо исчезли, превращаясь в горы.

— Этот дракон тоже сошёл с ума, — проговорил Ло Ушуан. — Нам стоит убить его и съесть!

Божественный дракон опустил голову и растерянно последовал за ним.

Божественный дракон не мог говорить, и доказать, что находился в своём уме, и что земля Великой Пустоши и вправду была живой и следила за ними.

Вскоре дракон увидел огромный глаз. Появившийся в небе, но ему не хватило смелости сообщить об этом остальных. Он тихо проговорил:

— Ма Ха…

Он сделал то же самое, увидев, как дерево превратилось в ухо.

Цинь Му и остальные следовали за Юэ Тингэ, который вёл себя крайне осторожно, говоря:

— Это место невероятно коварно, несмотря на свою тишину. Мне удалось выжить здесь лишь благодаря моей хитрости. Добрый брат…

Поглаживая жаренную ногу зверя, он мягко проговорил:

— Хороший брат, здесь только ты и я, давай будем братьями навсегда… Кто вы такие?

Он встревожился, увидев Цинь Му, Ло Ушуана и следующего за ними божественного дракона.

Цинь Му кашлянул и проговорил:

— Небесный мастер Юэ, мы…

— Я вспомнил вас, ребята! — Юэ Тингэ осенило, он отбросил ногу зверя и проговорил. — Небесный Преподобный Му, одноногий. Естественно, я вас помню. Хе-хе, мы должны быть осторожны по пути. Я расскажу вам тайну, земля Великой Пустоши жива…

Нога зверя с грохотом упала на землю, и Юэ Тингэ тут же встревожился и холодно проговорил:

— Вы пытаетесь соблазнить меня этой жаренной ногой? Думали, что я на неё поведусь? Вы принимаете меня за трёхлетнего ребёнка? Нам нужно быстро уходить, они за нами следят! МЫ должны как можно быстрее найти Небесных Преподобных Хо и Сю. Император-Основатель скоро нас найдёт!

Волосы Цинь Му встали дыбом. Он хотел уйти, но услышав, что их ищет Император-Основатель, у него не осталось выбора, кроме как продолжить идти вперёд.

Юэ Тингэ шёл вперёд, когда Цинь Му внезапно обнаружил, что голова даоса стала квадратной, напоминая коробку с квадратными глазами, ушами, носом и ртом.

Шея, тело и конечности небесного мастера тоже стали квадратными!

Цинь Му и Ло Ушуан были шокированы. Вскоре они обнаружили, что тоже стали квадратными, как и Юэ Тингэ!

Цинь Му обернулся, взглянув на божественного дракона, и увидел что тот превратился в странное существо, созданное из множества кубиков, соединённых между собой!

Деревья, листья, горы и даже вода в реке превратились в кубики!

— Это странное божественное искусство, созданное сознанием мастеров создания Великой Пустоши! Другими словами, они создали другой мир, законы которого отличаются от законов внешнего мира!

Цинь Му посмотрел вверх и увидел, кто облака над ним, как и солнце, были прямоугольными. Он достал свою пилюлю меча, и та тоже была кубической!

Он использовал свою магическую силу, и пилюля меча тут же превратилась в меч, состоящий из кубичных частей!

Цинь Му открыл свой третий глаз, но тот сохранил свою прежнюю форму.

Активировав своё сознание, он направил его в Первобытный Камень Великого Первоначала, крича:

— Сломайся!

Его сознание было невероятно сильным, оно тут же активировало Первобытный Камень Великого Первоначала. Тем не менее, вырвавшись наружу, оно превратилось в поток кубиков.

Глаза Цинь Му широко открылись, он недоумевал.

Происходящее не было иллюзией, а больше напоминало реальный мир.

Внезапно в его голове раздался смех Шу Цхюня:

— Теперь ты понимаешь свою слабость? Эта земля — самая высшая область, созданная сознанием сильнейшего мастера создания. Попадая сюда, человек подчиняется законам его Великого Дао, становясь его частью. Только Первобытный Камень Великого Первоначала не поддаётся его влиянию.

Несмотря на то, что он находился за пределами Первобытного Камня Великого Первоначала, он не поддавался влиянию извне и оставался огромной круглой головой на жертвенной алтаре. Вот только эта голова была пустой, в ней было лишь два глаза.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил:

— Как мне его изменить?

— Тебе это не удастся.

Голова Шу Цзюня поднялась над жертвенным алтарём, прежде чем вылететь наружу через Первобытный Камень Великого Первоначала. Насмешливо смеясь, он проговорил:

— Разве низшие создания вроде тебя и вправду верят, что могут сломать высшее сознание? Оно подавить тебя, но не причинит вреда такому сильному созданию, как я! Сейчас я узнаю, какого уровня достигло высшее сознание этого мастера создания!

Вылетев из тела Цинь Му, он тут же оказался под влиянием области, и его голова превратилась в огромный куб.

Шу Цзюнь был шокирован, оба его глазных яблока вылетели из глазниц и стали двумя летающими кубиками, прикреплённых к голове тонкими нитями.

— Он был единственным созданием, которому я уступал в расцвете своих сил. Тем не менее, сломать это искусство будет несложно… Сломайся!

Он использовал гораздо больше сознания, чем Цинь Му, но когда его божественное искусство активировалось, оно оказало такой же эффект, что и божественное искусство Цинь му, и превратилось в бесчисленное количество летающих кубиков.

— Этот мастер создания сильнее меня, — Шу Цзюнь сразу же пал духом и проговорил. — Хе-хе, мой мозг не восстановился, поэтому я не могу сломать это высшее сознание.

Он рассмеялся и собрался вернуться внутрь глаза Цинь Му, когда Юэ Тингэ схватил его голову и начал её поглаживать, нежно говоря:

— Я наконец нашёл тебя, добрый брат…

Волосы Шу Цзюня встали дыбом, он тут же обратился к Цинь Му с помощью своего сознания:

— Мерзавец с фамилией Цинь, убери от меня этого безумца!

Цинь Му сделал вид, что не слышит его, думая:

— Несмотря на то, что от Шу Цзюня есть некоторая польза, он коварный человек, который всегда пытается меня обмануть. Хорошо, что он покинул Первобытный Камень Великого Первоначала. Надеюсь, что небесный мастер Юэ не будет его убивать, так как он ещё может обучить меня многими секретам и божественным искусствам мастеров создания. Должно быть, у него есть даже лучшие техники, чем Знания Трёх Корпусов…

Шу Цзюнь продолжал обращаться к Цинь Му, но тот не отвечал. Он начал паниковать.

Юэ Тингэ зажал голову Шу Цзюня подмышкой и поспешил вперёд, тихо проговорив:

— Скоро мы доберёмся до того места. Оказавшись там, мы сможем навредить ещё одному Небесному Преподобному…

Шу Цзюнь не мог шевелиться и был вынужден смириться с судьбой.

Продолжая идти вперёд, Цинь Му внезапно обнаружил, что Юэ Тингэ превратился в бумажного человека!

То же произошло с его внутренними органами, Цинь Му и Ло Ушуан видели его тело насквозь.

Они даже смогли разглядеть строение его мозга и внутренних органов!

Казалось, будто он стал существом, созданным из струн, напоминая движущийся рисунок!

В то время как Юэ Тингэ стал бумажным человеком, Шу Цзюнь превратился в бумажный череп!

Тем не менее, голова Шу Цзюня была полой, у него не было мозга.

Горы, растения и реки вокруг тоже напоминали картины. Реки текли по земле, горы и растения возвышались над их берегами. Белые тучи в небе тоже напоминали куски бумаги. Зрелище было настолько странным, что его было сложно описать словами.

Цинь Му опустил голову, и как и ожидалось, обнаружил что тоже стал бумажные человеком и мог отчётливо увидеть свои органы и строение своего тела!

Единственной частью его тела, которая не изменилась, был его третий глаз.

Первобытный Камень Великого Первоначала был достаточно силён, чтобы противостоять влиянию странной области высшего сознания. Тем не менее, их физические тела не обладали такой силой.

«Это явление отличается от пути живописи, оно пытается воссоздать настоящий мир. Тем не менее, область высшего сознания всё же делает нас рисунками.» — Цинь Му удивлённо моргнул, размышляя.

— Мы скоро прибудем, мы скоро прибудем… — бормотал себе под нос Юэ Тингэ.

Внезапно он бросил Шу Цзюня на землю и побежал вперёд, смеясь:

— Быстро, за мной! Мы скоро прибудем!

Цинь Му, Ло Ушуан, божественный дракон и Шу Цзюнь быстро бросились вслед за ним. Летя позади Цинь Му, последний неуверенно проговорил:

— Сила области высшего сознания растёт. Этот мастер создания сильнее чем я в свои лучшие годы. Я ему не ровня. Нам не стоит идти дальше. Если уйти сейчас, у нас останется шанс выжить…

Внезапно тело Юэ Тингэ снова изменилось, превращаясь в пятно летающего света.

Ло Ушуан и божественный дракон тоже превратились в пятна света. Цинь Му, в свою очередь, стал глазом, окружённым ореолом сияния.

Юэ Тингэ весело мчался вперёд, крича:

— Смотрите!

Четыре пятна света полетели вслед за ним, и перед их глазами показалось громадное существо.

Одно из пятен света внезапно остановилось. Это был Шу Цзюнь, дрожащий от волнения.

— Великий… Великий… Великий Император! — горько прокричал он.

Глaва 955. Cтарый Друг

— Великий Император?

Сердце Цинь Му дрогнуло, когда он посмотрел на огромныx мастеров создания в белых мантиях, один за другим появляющихся в пространстве перед ним.

Впереди лежала земля в форме лотоса, отделённая то Цинь Му и остальных обширной пропастью. Последняя была невероятно глубокой, увидеть её дно было невозможно.

Многие мастера создания витали в пустоте. Внизу под ними цвели огромные лотосы, излучающие лучи света, отбивающиеся от белых мантий даосов, отчего те казались невероятно чистыми.

У некоторых мастеров были золотые крылья, созданные сознанием, благодаря которым они напоминали гибриды птицы и человека, с острыми когтями вместо ног.

Другие же стояли на спинах двух драконов, окутанных языками пламени.

Вокруг тел некоторых извивались реки, напоминающие змей.

Также были мастера создания, из межбровья которых торчала цепь, висящая в воздухе.

Из межбровий других вытекал бесконечный поток звёзд, формирующих галактику.

Тем не менее, ничего не происходило. Все мастера создания стояли неподвижно в том положении, которое приняли в последние мгновения своей жизни.

Они выстроились в наступательное построение, воображая свои самую сильную атаку с помощью Первобытного камня Великого Первоначала. Их целью был невероятно огромный и страшный мастер создания, Великий Император, о котором говорил Шу Цзюнь!

Если мастера создания были такими же огромными, как звёзды, то Великий Император выглядел как солнце, вокруг которого они вращались.

Великий Император тоже не шевелился.

Он стоял на земле в форме лотоса, его обе ноги формировали толстые корни, прикреплённые к суше. Эти корни напоминали сухожилия, которые торчали из его ног, вцепившись в почву.

Складки его мантии напоминали горные хребты, в то время как кровь, вытекающая из его ран, создавала реки багрового цвета.

Очевидно, Великий Император Цзюй Юйши слился с землёй не по собственной воле. На самом деле он попал в ловушку мастеров создания, которые соединили его с ней, не давая бежать.

Разве что ему удалось бы утащить огромный клочок земли с собой.

Это была ловушка, созданная чтобы остановить Великого Императора Цзюй Юйши!

«Именно божественные искусства мастеров создания и Великого Императора являются причиной странностей этой земли!»

Сердце Цинь Му дрогнуло. Создатели Великой Пустоши, должно быть, обманули Великого Императора Юйши, чтобы заточить его в ловушку, прежде чем сразиться с ним на смерть!

Тем не менее, у него были некоторые сомнения. В конце концов, по словам Шу Цзюня Великий Император Цзюй Юйши был невероятно сильным. Он стал первым сильным практиком первобытной эпохи. Несмотря на то, что его окружало множество сильных мастеров создания, у них вряд ли были силы справиться с Великим Императором.

Цинь Му сразу заметил, что в межбровье Великого Императора не было Первобытного Камня Великого Первоначала, символизирующего его авторитет и статус!

В месте его третьего глаза осталась лишь огромная рана!

Цинь Му сразу же вспомнил о Первобытном Камне Великого Первоначала в своём глазу и дрогнул. Этот камень являлся осколком Камня Первоначала Императора, но, скорее всего, во время Области Ржавой Крови кто-то сумел его разрушить.

Шу Цзюнь был свидетелем тех событий и спрятался в одном из осколков, который затем был найден Вэй Сюйфэном. Тот не знал, что внутри сидит мастер создания, и оставил камень Цинь Му.

«Без Первобытного камня Великого Первоначала Великий Император не мог использовать всей своей силы, из-за чего не смог освободиться. Тем не менее, это ничего не меняет, ведь даже без камня он был невероятно сильным. Шу Цзюнь говорил, что его физическое тело было самым сильным в истории. С его помощью он мог одолеть мастеров создания.»

Цинь Му подумал: «В таком случае, кто-то должен был помочь мастерам создания в битве против Великого Императора Цзюй Юйши. Кто это мог быть? Чего они пытались добиться?»

Он озадаченно подумал:

— Шу Цзюнь должен был знать секреты первобытной эпохи и битвы Области Ржавой Крови. Он знает, как разрушился Первобытный Камень Великого Первоначала, но, похоже, не хочет об этом рассказывать.

Шу Цзюнь был в оцепенении. В этом месте умер Великий Император и мастера создания. Похоже, мастера создания Великой Пустоши окружили его и истощили до смерти.

Именно из-за невероятно странных божественных искусств мастеров создания по пути сюда они наткнулись на такое количество странностей.

Тем не менее причина, по которой Великий Император Цзюй Юйши сражался с мастерами создания озадачивала их.

— Вот и всё, — небольшое пятно света, в которое превратился Юэ Тингэ, рассмеялось. — Я заманил сюда Небесного Преподобного Сю и Хо и убил их… Хе-Хе…

— Как они могли здесь умереть? — не удержавшись от смеха, Цинь Му начал осматриваться по сторонам. Тем не менее, его сердце внезапно дрогнуло. Он и вправду увидел Небесного Преподобного Хо!

Тот находился посреди странного поля боя впереди, неподалёку от межбровья Великого Императора. Его нельзя было с кем-то спутать.

Цинь Му и Небесный Преподобный Хо были старыми знакомыми. Тот всегда носил рубашку покрытую рунами огня. Более того, у его затылка сверкал ореол из огня!

В этот момент Небесный Преподобный Хо находился в таком же положении, что и Великий Император, он застрял в странном пространстве и не мог пошевелиться. Казалось, будто он мёртв.

В конце концов, он был невероятно сильным Небесным Преподобным и не превратился в пятно света, поэтому его тело сохранило своё положение.

«Неужели Небесный Преподобный области Райских Небес может быть убит этим местом?»

Сердце Цинь Му дрогнуло, но он быстро взял себя в руки и начал искать Небесного Преподобного Сюя. Тем не менее, он не смог её найти.

Он был слегка ошеломлён. Юэ Тингэ только что сказал, что заманил сюда двух Небесных Преподобных, и они погибли. В таком случае почему здесь был лишь Небесный Преподобный Хо?

В этот момент он заметил странную вещь. Небесный Преподобный Хо шевелился!

Вот только его движения были слишком медленными, чтобы быть заметными.

Юэ Тингэ и остальные превратились в небольшие пятна света, в то время как третий глаз Цинь му остался неизменным. Его зрение было невероятно сильным, позволяя заметить даже мельчайшие изменения!

Он заметил, что на огненных знаках вокруг Небесного Преподобного Хо

Он заметил, что руны вокруг Небесного Преподобного Хо медленно менялись.

Это означало, что он менял своё защитное божественное искусство!

В таком случае он ещё не умер.

Цинь Му рассчитал скорость изменения рун, обнаруживая, что ему понадобится не менее двухсот пятидесяти шести лет, чтобы исполнить одно движение!

«Небесный Преподобный Хо движется к межбровью Великого Императора. Неужели там есть что-то, что его привлекло?»

Цинь Му задумался и мгновенно активировал своё сознание и использовал Первобытный Камень Великого Первоначала. Задействовав всё своё сознание и Ци, он исполнил Знания Трёх Корпусов.

Бум!

Его третий глаз сиял всё ярче и ярче, рассматривая всё вокруг, включая руны Небесного Преподобного Хо!

Он заглянул в межбровье Небесного Преподобного Хо, обнаруживая, что там не было Первобытного камня Великого Первоначала. Вместо этого на его месте осталась шестиугольная рана, извергающая языки пламени.

Пламя было невероятно плотным, но внутри него можно было заметить чей-то силуэт!

Сердце Цинь Му дрогнуло, его жизненная Ци подхватила пятно света, в которое превратился Шу Цзюнь. Тот был шокирован, когда спустя несколько мгновений снова оказался на жертвенном алтаре внутри Первобытного Камня Великого Первоначала.

— Шу Цзюнь, одолжи мне своё сознание, чтобы я мог заглянуть в межбровье Великого Императора!

Услышав его слова, Шу Цзюнь ошеломлённо дрогнул, прежде чем прокричать:

— В межбровье Великого Императора кто-то есть?

Он немедленно передал своё сознание Цинь Му. Его способности и сила третьего глаза резко возросли, луч его взгляда превратился в столб света длиной в десять тысяч километров, вонзаясь в межбровье Великого Императора.

Этот свет пронзил слои пламени, прежде чем медленно остановиться перед силуэтом.

— Шу Цзюнь, мне нужно больше сознания! — выбиваясь из сил прокричал Цинь Му.

Шу Цзюнь колебался. Он передал Цинь Му лишь часть своей силы, так как не слишком ему доверял.

— Одолжи его мне, и я помогу тебе восстановить слух!

Шу Цзюнь холодно вздохнув, отвечая:

— Я хочу два уха.

— Хорошо! — без раздумий согласился Цинь Му.

Увидев, как тот быстро согласился, Шу Цзюнь вздохнул с сожалением: «Если бы я попросил его о языке, он, должно быть, тоже согласился бы.»

Несмотря на это, он собрал остатки своего сознания и одолжил его Цинь Му.

Свет третьего глаза Цинь Му становился всё ярче, пронзая последние слои пламени, прежде упасть на человека, сидящего в межбровье Великого Императора.

Внезапно сердце Цинь Му дрогнуло. Свет его глаза тут же погас.

Волны сознания и Ци хлынули обратно в его голову, вызывая головокружение. Его Ци и кровь неподвижно повисли в пространстве.

Шу Цзюнь сразу же призвал своё сознание обратно:

— Мерзавец, не забудь об обещанных мне ушах! Не смей не сдержать своего слова! Кстати, что ты увидел?

Собравшись с мыслями, Цинь Му пробормотал:

— Небесный Преподобный Юнь… Я увидел Небесного Преподобного Юня…

Шу Цзюнь не знал кто такой Небесный Преподобный Юнь, но увидев его, сердце Цинь Му начало неистово биться. Неподвижный силуэт, которого он увидел в межбровье Великого Императора Цзюй Юйши, определённо был Небесным Преподобным Юнем! Он не мог ошибиться!

Он встретил Небесного Преподобного Юня на Собрании Яшмового Водоёма. Тот был невероятно талантливым и красивым юношей. Несмотря на то, что в межбровье Великого Императора был мужчина средних лет, лицо которого обладало дворянскими чертами, его юношеский шарм сохранился!

Это, без сомнений, был Небесный Преподобный Юнь!

Его сердце до сих пор было встревожено: «Что здесь делает физическое тело Небесного Преподобного Юня? Хотя, именно он оставил мне жертвенный алтарь и печать Великого Императора, принадлежащие Императору Цзюй Юйши!»

Он вытащил печать из своего третьего глаза, и та мгновенно соединилась с энергией этого места, разразившись ужасающей силой!

Бум!

Земля лотоса извергла тысячи божественных лучей, которые хлынули в сторону печати. Их энергий исказила пространство вокруг, позволяя пятнам света вернуться в свои настоящие облики!

Физические тела Цинь Му и остальных быстро восстановились, они с подозрением посмотрели на печать, витающую в воздухе.

Глaва 956. Tpи Вида Hебеcныx Эонов

«Печать Великого Императора досталась мне от Небесного Преподобного Юня. Предок Дао говорил, что помимо печати и жертвенного алтаря, тот оставил карту Великой Пустоши Императору-Основателю.»

Цинь Му поднял голову, нахмурено рассматривая печать, становящуюся всё более и более мощной.

Исходя из того, какие вещи оставил Небесный Преподобный Юнь, должно быть он много узнал о Времён пустоши со времён Дракона Ханя. Его знания этого места значительно превосходили знания сегодняшних десяти Небесных Преподобных.

Ходили слухи, что Император-Основатель построил деревню Беззаботную в Великой Пустоши, из-за чего её было настолько сложно найти. Десять Небесных Преподобных часто отправляли людей изучать Великую Пустошь, чтобы найти деревню и избавиться от опасности, которую представлял собой Император-Основатель.

Если деревня Беззаботная и вправду находилась в Великой Пустоши, то географическая карта, оставленная Небесным Преподобным Юнем, сильно пригодилась Императору-Основателю.

— В таком случае, почему тело Небесного Преподобного Юня оказалось в межбровье Великого Императора?

Цинь Му был сбит с толку. Ло Ушуан и Юэ Тингэ были потрясены до глубины души и подняли головы, смотря на квадратную печать.

Эта печать сумела пробить давление области высшего сознания, позволяя им освободиться от её странных законов. Это было попросту невообразимо.

Тем не менее, Цинь Му и Шу Цзюнь понимали, что происходит. Так как печать принадлежала Великому Императору, она могла задействовать его силу и создать относительно безопасное пространство.

Это не печать разрушила область высшего сознания, а Великий Император.

Внезапно Цинь Му предложил:

— Небесный мастер Юэ, Божественный Нож Ло, так как у нес есть печать, то почему бы нам на осмотреться в области высшего сознания?

Ло Ушуан ненадолго засомневался, прежде чем кивнуть:

— Хорошо, по крайней мере, у нас может получиться спасти Небесного Преподобного Хо.

Цинь Му посмотрел на Юэ Тингэ. Тот больше не вёл себя как сумасшедший, от его безумного выражения лица не осталось и следа. Вместо этого его окутала аура мудрости, он начал напоминать командира, строящего стратегию:

— Раз у Небесного Преподобного Му есть подобное сокровище, возможно, у нас получится понять секреты этого места. Для этого путешествия тебе понадобится защитник, и я согласен им стать.

Цинь Му моргнул. Юэ Тингэ внезапно стал невероятно серьёзным, и он всё ещё не привык к таким стремительным изменениям его поведения.

Даос иногда вёл себя как сумасшедший, а иногда был зловещим. Сейчас же его разум стал чистым и трезвым. Это сбивало всех вокруг с толку, заставляя их предугадывать что же он сделает дальше.

Хлопнув в ладоши Юэ Тингэ поклонился к земле, напоминая эксперта, постигшего Дао. Он улыбнулся:

— Юэ Тингэ из секты Дао отдаёт дань своего уважения Небесного Преподобному Му. С тех пор, как я оказался в Великой Пустоши, мой разум помутился. Сегодня редкий день, когда мои мозги в порядке. Небесный Преподобный, мне жаль, что я так себя вёл на протяжении нашего путешествия.

Ло Ушуан прошептал:

— Тело Тирана Цинь, нам не стоит доверять этому человеку.

Цинь Му улыбнулся:

— Теперь. Когда мы все в одной лодке, у нас нет выбора. Небесный Мастер Юэ, ты мудрец райских небес. Как, на твой взгляд, нам стоит исследовать Великую Пустошь?

Юэ Тингэ замолчал, размышляя. Его жизненная Ци сформировала бесчисленные звёзды, выстроившиеся в огромный вращающийся круг радиусом в триста метров. Затем он проговорил:

— Центр области высшего сознания находится впереди. Даже Небесный Преподобный Хо застрял в нём, не в силах бежать. Я использую кольцо звёзд в качестве часов. Они будут кружится вокруг своей оси, один их оборот будет равноценным одному дню. Печать будет защищать нас, пока мы будем находиться в центре области высшего сознания. Если мы увидим, что скорость вращения звёзд увеличится, то будем знать, что попали под влияние области высшего сознания, и что печать не может защитить нас от её странности. Когда это произойдёт, мы должны будем отступить и немедленно вернуться сюда.

Цинь Му похвалил:

— Отличная идея.

Они сразу же приступили к работе. Цинь Му использовал своё сознание, чтобы управлять печать Великого Императора, держа её в воздухе над своей головой. Трое мужчин и дракон осторожно двинулись через пропасть, приближаясь к земле в форме лотоса.

Цинь Му оглянулся, смотря на огромный круг из звёзд радиусом в триста метров, медленно вращающийся вокруг своей оси.

На самом деле в области высшего сознания менялась не скорость течения времени, а скорость изменения вещества. Здешнее сознание было настолько сильным, что почти останавливало движение вещества, и даже существо вроде Небесного Преподобного Хо не могло из неё освободиться.

К счастью, они находились под защитой печати Великого Императора и могли безопасно путешествовать по этому замороженному пространству.

Приземлившись на землю лотоса, они увидели гигантские корни, пронзившие обе ноги Великого Императора. Зрелище было поистине пугающим. Размеры физического тела Великого Императора были сопоставимы разве что с первобытным Деревом. Его корни вонзились в землю, их части, торчащие из земли, формировали собой горные хребты.

Длина и ширина рек крови, протекающих по этой земле, были поразительными. В них водилось множество странных и страшных существ, которые, вероятно, были рождены из крови Великого Императора.

К счастью, в области высшего сознания эти существа не могли двигаться.

Цинь Му и остальные пролетели мимо горных вершин, смотря вниз. Божественные искусства мастеров создания создавали множество красивых, ослепительных пейзажей. Пролетая мимо них, они чувствовали, будто попали в мир гигантов. Всё вокруг казалось неестественно большим.

— Ничего здесь не трогайте, — серьёзным тоном проговорил Цинь Му. — Здесь много вещей, созданных сознанием. Остерегайтесь, чтобы их сознание вас не захватило. Если это произойдёт, вы больше не будете собой.

Шу Цзюнь холодно фыркнул. Цинь Му говорил, основываясь на том, что произошло с ним самим. Раньше Шу Цзюнь почти удалось захватить сознание парня, но его остановил странный глаз.

Несмотря на то, что мастера создания были мертвы, их сознание сохранилось. Их божественные искусства были крайне странными, и, вполне возможно, могли вернуться к жизни с помощью сознания.

Они постепенно углублялись в землю лотоса, приближаясь к Великому Императору. Цинь Му, Юэ Тингэ и остальные время от времени оглядывались на кольцо звёзд, проверяя скорость его вращения.

Тем не менее, его скорость оставалась неизменной, что сильно их успокаивало.

К Небесному Преподобному Хо оставалось совсем недалеко. Внезапно Цинь Му ощутил, как его сердце дрогнуло, он заметил, что скорость вращения кольца становится всё выше!

До этого оно делало один оборот за день. Теперь же на это уходило совсем мало времени!

Они не чувствовали ничего странного, им казалось, что они шагают с нормальной скоростью. Тем не менее, если посмотреть со стороны кольца, то их движения были невообразимо медленными!

— Область высшего сознания здесь невероятно сильна, она подавляет печать Великого Императора!

Юэ Тингэ тоже заметил, что скорость вращения кольца звёзд увеличивается, и поспешно проговорил:

— Мы должны немедленно развернуться и уйти, пока это возможно!

За то время, пока они говорили, кольцо успело обернуться дважды, то есть за пределами области высшего сознания прошло два дня!

Ло Ушуан посмотрел на Цинь Му, заметив, что на его лице было выражение сомнения. Он смотрел в межбровье Великого Императора, где находилось физическое тело Небесного Преподобного Хо. Очевидно, Небесный Преподобный Хо об этом знал, именно поэтому направился к нему несмотря ни на что.

Цинь Му не планировал спасать Небесного Преподобного Хо. В прошлом тот был простым, безрассудным и прямолинейным. Тем не менее, откуда он мог знать, остался ли тот таким же?

На самом деле он собирался приблизиться к физическому тело Небесного Преподобного Юня!

Он планировал призвать его душу, чтобы расспросить о некоторых вещах.

Тем не менее, печать Великого Императора не сможет защитить их, если они продолжат двигаться вперёд. Скорее всего они тоже оказались бы в ловушке.

В этот момент в его голове раздался голос Шу Цзюня:

— Малыш, ты не сможешь справиться с областью высшего сознания, используя одну лишь печать Великого Императора. Тебе понадобится жертвенный алтарь.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он немедленно достал жертвенный алтарь.

Тем не менее, пока он его вытаскивал, кольцо звёзд совершило десять оборотов. Для них прошло всего лишь несколько мгновений, но в мире снаружи прошло уже почти полмесяца!

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, когда он вытащил алтарь. Его сознание завибрировало, спрашивая:

— Шу Цзюнь, что делать дальше?

Повесь печать на алтарь, затем исполни Знания Трёх Корпусов и задействуй сознание Великого Императора! — серьёзным тоном ответил Шу Цзюнь. — Тем не менее, ты должен быть предельно осторожен!

Цинь Му был слегка удивлён:

— Осторожен с чем?

Шу Цзюнь некоторое время колебался. За это время кольцо обернулось ещё десять раз. С того момента, как они вошли в область высшего сознания, прошло больше месяца!

— Осторожен с чем? — подгонял его Цинь Му.

— Осторожен с Великим Императором, — отбросив свои сомнения ответил Шу Цзюнь. — Как ты думаешь, Великий Император и вправду мёртв? Я так не думаю. Если мне удалось выжить, то и у него должны были быть способы сохранить свою жизнь. Несмотря на то, что я не знаю, что с ним собирались сделать мастера создания, Великий Император виновен в уничтожении Великой Пустоши. Даже несмотря на то, что он выглядит мёртвым, на самом деле он ждёт шанса воскреснуть. Когда ты пробудишь высшее сознание Великого Императора, он воспользуется этой возможностью, чтобы своровать твоё физическое тело и перевоплотиться!

Цинь Му оглянулся, обнаруживая, что прошло ещё десять дней.

Слова Шу Цзюня и вправду были шокирующими. Он подозревал, что именно Великий Император уничтожил Великую Пустошь и убил бесчисленных мастеров создания. Тем не менее, он не видел лица человека, сделавшего это, то время как Шу Цзюнь видел.

Несмотря на то, что Шу Цзюнь подтвердил его собственную догадку признал, он всё равно был шокирован.

— Давай я научу тебя технике под названием Три Вида Небесных Эонов. Впрочем, я не уверен, что она сможет спасти твоё сознание от Великого Императора.

Сознание Шу Цзюня хлынуло, будто волна, передавай технику сознания в голову Цинь Му. Он проговорил:

— Я совершенствовал Знания Трёх Корпусов. Во время доисторической эпохи они считались высшей техникой сознания. Тем не менее, на самом деле самыми сильными было Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора! Я не уверен, что Три Типа Небесных Эонов помогут тебе его остановить. Тебе придётся слегка изменить мою технику и объединить её со своими знаниями. Думаю, что тебе такое под силу.

Цинь Му быстро изменил технику Трёх Видов Небесных Эонов, доведя её до совершенства с помощью своих знаний и добавив в неё Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога и руны Великого Дао древних богов райских небес.

За то время, пока он это делал, звёзды позади совершили сто семьдесят оборотов.

На лбу Цинь Му выступи холодный пот. Собравшись с мыслями, он немедленно выполнил изменённые Три Вида Небесных Эонов, формируя трои печати Небесных Эонов в своём третьем глазу. Первая приняла облик Небесного Герцога с белыми бровями и бородой, сложившего ладони вместе. Вторая печать выглядела как Граф Земли с телом человека и головой быка, в то время как третья превратилась в Небесного Императора.

Когда три печати сформировались, Цинь Му решительно выполнил Знания Трёх Корпусов, и его сознание тут же наполнило жертвенный алтарь, оставленный Небесным Преподобным Юнем.

Печать Великого Императора на алтаре разразилась ярким сиянием. Сознание внутри тела Великого Императора взревело и разразилось пламенем. Величественное сияние напоминало разноцветные крылья феникса, его лучи поднялись к алтарю.

Из центра жертвенного алтаря вырвался столб света, вонзаясь в печать Великого Императора.

Печать яростно задрожала, лучи света сформировали вокруг неё круг, прежде чем выстрелить во всех направлениях. После этого вспыхнула вторая волна лучей, а после неё третья…

Круги света взрывались один за другим, подавляя область высшего сознания.

Юэ Тингэ, Ло Ушуан и остальные поспешно взглянули на круг звёзд и обрадовались:

— Скорость вращения вернулась к норме. Небесный Преподобный Му, твой план сработал! Небесный Преподобный Му?

Юэ Тингэ повернулся к Цинь Му, увидев, что тот застыл на месте, широко открыв три своих глаза. На его лбу выступили вены, он обливался потом.

Ло Ушуан и Юэ Тингэ были шокированы. Они понимали, что с Цинь Му что-то было не так.

— Что-то пытается проникнуть в его межбровье!

В конце концов, Юэ Тингэ был существом области Императорского Трона, поэтому сразу понял, что случилось, и встревоженно проговорил:

— Однорукий, мы должны ему помочь!

Ло Ушуан фыркнул, недовольный тем, что его назвали одноруким.

Они активировали свою жизненную Ци, пытаясь защитить межбровье Цинь Му.

Их магическая сила пронзила лоб Цинь Му, и внезапно перед ними показалась поразительная картина. Величественный Великий Император возвышался посреди бескрайнего пространства, убивая Небесного Герцога и разрушая его звёзды. Закончив, он собрался наброситься на силуэт человека с головой быка, принадлежащий Графу Земли!

В следующий миг голова Графа Земли упала на землю, Великий Император разорвал его тело на части!

Юэ Тингэ посмотрел вперёд, увидев силуэт гигантского физического тела Небесного Императора. Это была третья печать, за которой находился Духовный Эмбрион Цинь Му.

— Дело плохо!

Ло Ушуан и Юэ Тингэ тут же бросились к божественному сокровищу Духовного Эмбриона Цинь Му, сила их жизненной Ци и сознания росли с каждым мгновением. Добравшись к духовному эмбриону, они стали по сторонам от него и подняли головы, наблюдая, как печать Небесного Императора подвергается ужасающим атакам Великого Императора!

Глава 957. Beликий Импеpатoр, Пожалуйста, Умри

Если третья печать сломается, сознание Великого Императора доберётся к духовному эмбриону Цинь Му, сокрушит и сотрёт его сознание, заполучая контроль над его телом!

Техника Трёх Видов Небесных Эонов, которую ему передал Шу Цзюнь, почти рассыпалась, столкнувшись с сознанием Великого Императора. Его сознание было сильнее, чем можно было ожидать.

Юэ Тингэ и Ло Ушуан нервно подняли взгляды, смотря как Великий Император сражается с печатью Небесного Императора. В конце концов, последний был повержен и третья печать разрушилась.

Три Вида Небесных Эонов, которыми владел Шу Цзюнь, отличались от версии, доработанной Цинь Му. Небесный Императором был последним испытанием его Трёх Видов Небесных Эонов, что сделало его технику сильнее Тем не менее, Великий Император с лёгкостью её разрушил.

Тем не менее, после разрушения трёх печатей видение, созданное сознанием Великого Императора, тоже значительно ослабло.

Юэ Тингэ поднял взгляд к небу, наблюдая как видение становится всё ближе и ближе, разрушая звёзды божественного сокровища Духовного Эмбриона Цинь Му. Отчего-то начало непрерывно дрожать.

Сознание и жизненная Ци Юэ Тингэ и Ло Ушуана продолжали накапливаться, увеличивая размеру их тел.

Их исконные духи молниеносно спустились на диаграмму тайцзи посреди божественного сокровища Духовного Эмбриона Цинь Му.

Они находились в областях Императорского Трона и Непостижимого Неба, поэтому их исконные духи тут же затмили собой Цинь Му.

В сравнении с ними духовный эмбрион Цинь Му казался невероятно маленьким и несущественным.

Видение Великого Императора спустилось, вторгаясь в божественное сокровище Духовного Эмбриона. Его гигантское лицо посмотрело вниз, с любопытством рассматривая божественное сокровище Цинь Му.

— Обычный мертвец, вроде тебя, смеет поднимать столько шума? — Юэ Тингэ закричал, жизненная Ци за его спиной превратилась в огромный райский дворец. Его исконный дух поднялся в небо, сталкиваясь с видением Великого Императора.

Между тем Ло Ушуан вытащил свой нож и тоже атаковал Великого Императора.

Несмотря на то, что они не были мастерами создания, их совершенствования хватало, чтобы подарить им уверенность в том, что они смогут победить в битве.

В этот миг сознание Великого Императора обрушилось на них, тут же разрушая их сознания!

Когда их сознание рухнуло, они потеряли контроль над своими божественными искусствами и жизненной Ци. Их шокированные исконные духи упали с неба.

— Используй исконный дух в ближнем бою! — прокричал Юэ Тингэ.

Ло Ушуан кивнул. Так как божественные искусства были бессильными против видения Великого Императора, их исконные духи могли сразиться с ним в ближнем бою и, возможно, у них был бы шанс победить.

Тем не менее, исконный дух обычно использовался для исполнения божественных искусств, которые убивали противника на большом расстоянии. Использовать его в ближнем бою было не самой хорошей идеей.

Проблема состояла в том, что исконный дух не был физическим телом. А энергией духовного эмбриона и души. Поэтому, когда он умирал, душа рассеивалась!

Тем не менее, у них не было идеи получше, и они были вынуждены прибегнуть к этому способу, чтобы получить шанс одолеть Великого Императора.

Видение Великого Императора было создано сознанием и не имело физического тела. В его сознании не было жизненной Ци, что делало божественные искусства крайне слабыми, кроме того, у него не было оружия. Таким образом он был не в силах причинить им серьёзный вред.

Силуэт Великого Императора бросился вниз, исконные духи ЛО Ушуана и Юэ Тингэ полетели ему навстречу. Тем не менее, за миг до их столкновений прогремел рёв дракона и тигра, и из тела Великого Императора вырвались множественные зловещие драконы, бросившиеся прямо на них!

— Это божественное искусство воображения, о котором говорил Небесный Преподобный Му, позволяющее создавать вещи с помощью сознания?

Сердце Ло Ушуана и Юэ Тингэ содрогнулись. Подобное божественное искусство создания отличалось от традиционных божественных искусств, оно принадлежало к совершено другой системе совершенствования!

Божественные искусства современности базировались на рунах. Практики божественных искусств изучали их, после чего воссоздавали их своей Ци и формируя различные виды божественных искусств.

Во время первого года Эпохи Дракона Ханя практики божественных искусств изучали руны древних богов, пытаясь понять их значение, что привело к появлению системы рун.

К примеру, четыре божественных искусства духа брали свои корни от четырёх доисторических древних богов — Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красной Птицы и Чёрной Черепахи. Божественные искусства Юду базировались на рунах Графа Земли, а искусства Сюаньду на Небесном Герцоге. Кроме того, существовали системы божественных искусств Матери Земли и Богов Звёзд.

Этот метод совершенствования просуществовал более миллиона лет.

Великие Дао после начала не были созданы с помощью рун, к ним принадлежали Дао меча, ножа, боевых искусств, живописи и музыки. Будучи созданными существами после начала мира, они не состояли из рун.

Тем не менее, видение Великого Императора демонстрировало божественное искусство, которое тоже не было частью этой системы и было искусством воображения. Он мог создавать драконов, фениксов, богов, дьяволов и других существ, помогающих ему в бою, с помощью своего сознания!

Несмотря на то, что Цинь Му уже использовал этот способ, чтобы создать банкет. Красавиц и даже божественного дракона, он не применял его в бою.

Подобный вид боевой техники их шокировал.

Божественный дракон, созданный видением Великого Императора, был в много раз сильнее божественного дракона Цинь Му. Их физические тела были такими же сильными, как и у экспертов области Нефритовой Столицы, они сражались, не зная страха.

Небо вокруг было наполнено оглушающим рёвом драконов!

Ло Ушуан и Юэ Тингэ были достаточно сильны, чтобы справиться с драконами. Тем не менее, когда те погибали, их тела падали на диаграмму тайцзи, после чего превращались в потоки сознания, образующие новых драконов.

Они не успевали убивать драконов, что сильно их тревожило. Сознание Великого Императора было слишком сильным. Если они не остановятся, то умрут от истощения!

Часть сознания Великого Императора была направлена на то, чтобы их остановить. Между тем, его видение уменьшилось в размерах и продолжило двигаться в сторону Цинь Му. В следующий миг перед ним показался жертвенный алтарь, над которым поднялась огромная голова. Открыв свои пустые глаза, она шевелила ртом без языка:

— Давно не виделись, Великий Император.

Видение Великого Императора, которое вот-вот должно было спуститься, остановилось, смотря на пустую голову. Он с любопытством спросил:

— Шу Цзюнь? Один из трёх первобытных королей? Ты до сих пор жив?

— Да, я ещё жив!

Сознание огромной головы Шу Цзюня вылетело наружу, превращаясь в огромного мастера создания. Держа голову подмышкой, он рассмеялся:

— Хе-хе, ты не верил, что такое возможно, правда? Я сумел выжить в той битве! Великий Император, теперь, когда я здесь, убирайся!

Видение Великого Императора холодно вздохнуло, отвечая:

— Ты смеешь так говорить несмотря на то, что проиграл мне?

— Тьфу! — Шу Цзюнь холодно улыбнулся. — Если бы соплеменники не собрались, чтобы вообразить тебя, то разве ты сумел бы одолеть трёх первобытных королей, претендующих на трон? Не сбегай, я выдержу триста раундов битвы с тобой!

Видение Великого Императора хмыкнуло:

— Твоё тело разрушено, и сознание не успело восстановиться. Битва с тобой не продлится триста раундов.

Его тело исказилось, разделяясь надвое. Одно из них столкнулось с Шу Цзюнем, в то время как второе двинулось к Цинь Му.

Шу Цзюнь впал в ярость:

— Ты смеешь смотреть на меня свысока? Я покажу тебе Знания Трёх Корпусов!

Его сознание вспыхнуло, создавая видения множества богов и дьяволов трёх корпусов. Их звёздный свет превратился в водоворот, из которого хлынули бесчисленные боги и дьяволы. Выглядя так же, как древние боги, они бросились на видение Великого Императора.

— Это и есть твои Знания Трёх Корпусов? Разве они смогут одолеть моё Великое Всепоглощающее Сознание?

Видение Великого Императора рассмеялось и вообразило различных божественных существ. Которые столкнулись с Шу Цзюнем.

Тот впал в ярость, его огромная голова взмыла в воздух, мчась в сторону Великого Императора, который не колеблясь столкнулся с ней. От удара божественное сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му начало обрушаться!

Другое видение Великого Императора появилось перед духовным Эмбрионом Цинь Му. С любопытством его рассматривая.

Цинь Му тоже уставился на эту существо. Слово «великий» в звании Великого Императора означало древний, и первичный. Так мог называться лишь самый первый и старый Небесный Императора.

Подобное существо не могло не вызвать у него любопытства.

— Тело Тирана Дракона Ханя, наконец мы встретились, — Видение Великого Императора улыбнулось.

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Ты слышал обо мне?

— Я был на Собрании Яшмового Водоёма, когда тебе даровали звание Небесного Преподобного Му. Вот только тогда я был гостем на Собрании Райских Небес, организованным Небесным Императором, — ответило видение Великого Императора. — Вот только к тому времени, как я о тебе услышал, ты уже покинул райские небеса. Я рассержен тем, что мы тогда не встретились.

Цинь Му улыбнулся:

— Когда я оказался в первом году Дракона Ханя, то увидел множество существ, которые добились успеха в будущем, тем не менее, мне не удалось встретиться со всеми. Полагаю, сейчас ты хочешь захватить моё тело?

Видение Великого Императора покачало головой:

— Я не отбираю твоё тело, а лишь одолжу его, чтобы жить.

Цинь Му поинтересовался:

— Что ты имеешь в виду? Какая здесь разница?

— Разница огромная, — искренне ответил Великий Император. — Чтобы отобрать твоё тело, мне пришлось бы сожрать твою душу и заменить её совей. Но использование его для жизни не требует этого, это более высокий уровень. Души важны для вас, но нам они не так нужны. Мы полагаемся на сознание, — он нежно улыбнулся. — Я использую своё сознание, чтобы стереть твоё, но твоя душа останется. Ты и твоя душа не умрёте. Думаю, это немного тебя успокоит.

Взгляд Цинь Му засиял, он улыбнулся:

— Хорошо звучит. Я благодарен за возможность принести своё тело тебе в жертву. А как ты здесь оказался?

Выражение лица Небесного Императора слегка изменилось, он покачал головой и проговорил:

— Я не против рассказать тебе, но если это останется тайной, то всё будет проще, — подойдя поближе он проговорил. — Тебе пора засыпать.

Его тело внезапно превратилось в кружащиеся потоки сознания, проникающие в межбровье Цинь Му, будто столб зелёного дыма. Он пытался захватить его духовный эмбрион Цинь Му!

Внезапно небо стало невероятно ярким, на нём засияли бесчисленные звёзды, образовывающие лучи света, упавшие перед Цинь Му. Внезапно они превратились в Небесного Герцога, напоминающего старого мудреца. Он поспешно заблокировал поток сознания Великого Императора.

С неба упали бесчисленные лучи света. Боги звёзд одни за другим появились на диаграмме тайцзи, блокируя поток сознания.

Поток сознаний начал сгущаться, снова превращаясь в видение Великого Императора, которое тут же начало оглядываться по сторонам.

В этот момент он увидел Графа Земли, находящегося на противоположной стороне диаграммы.

У всех этих существ было лицо Цинь Му, будь то Граф Земли, Небесный Герцог или боги звёзд!

Глаза Великого Императора загорелись, он рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му, ты пытаешься воссоздать ту сцену, когда древние боги окружили и убили меня, первобытного мастера создания? Отличное построение. Тем не менее, кажется, в нём не хватает нескольких богов.

— Ты ищешь Мать Земли, Богиню Небесной Инь и четырёх божеств?

Цинь Му улыбнулся, и из земли за его спиной пробился росток Первобытного Дерева, мгновенно разросшийся к небесам. Из его кроны вышла женщина с лицом Цинь Му.

В этот момент в тени Небесного Герцога показалась другая женщина. Это была богиня Небесной Инь, у которой было женское тело и мужское лицо.

После этого четыре божества — Красная Птица, Зелёный Дракон, Белый Тигр и Чёрная Черепаха появились на севере, юге, востоке и западе. У всех них было лицо Цинь Му.

Великий Император слегка изменился в лице, но всё ещё держал себя в руках, проговорив:

— Похоже, Шу Цзюнь передал тебе Знания Трёх Корпусов, и ты соединил их с рунами древних богов. Тем не менее, ты не был свидетелем битвы Области Ржавой Крови. Здесь всё ещё не хватает двух женщин из Руин Заката. Также здесь нет Небесного Императора Ты не сможешь меня одолеть.

Цинь Му улыбнулся:

— В мире моего божественного сокровища Духовного Эмбриона Небесный Император — это я.

Тело Цинь Му задрожало, начиная расширяться. Его душа и духовный слились в одно целое, обретая невероятные размеры и громоподобный голос:

— Разве я бы упустил такой момент, решив использовать этот метод?

Его исконный дух превратился в Небесного Императора, но его лицо не изменилось. Он громко прокричал:

— Великий Император, пожалуйста, умри!

Небесный Герцог, Граф Земли, Мать Земли, Богиня Небесной Инь, Четыре Божества и боги звёзд бросились со всех сторон диаграммы тайцзи, атакуя видение Небесного Императора!

Глaва 958. Пoпробуй Cвоё Лeкарcтво

В мгновение ока Видение Великого Императора было поглощено волной древних богов вроде Графа Земли и Небесного Герцога!

Бум!

Видение подвергалось бесчисленным атакам, превращаясь в комок сознания, который подлетел к небу, прежде чем приземлиться и снова стать Великим Императором, одетым в накидку, накрывшую собой небо.

Он исполнил Великое Всеобъемлющее Сознание, и из-под его накидки вылетели бесчисленные видения древних богов.

Небесный Герцог с лицом Цинь Му протянул руку и прокричал:

— Иди сюда!

Небесная сеть упала с неба, зафиксировав его на месте.

Видение Великого Императора вот-вот должно было освободиться, когда боги звёзд небесного цикла активировали звёздное небо, создавая ещё одну сеть, сдерживая его на месте!

Рога Графа Земли превратились в две пылающие пружины, которые обмотали его тело, не позволяя бежать, в то время как Мать Земли схватила Первобытное Дерево и ударила, разбивая его на осколки.

Сознание Великого Императора снова растеклось по всей диаграмме тайцзи. Тем не менее, вокруг него непрерывно носились силуэты древних богов вроде Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красной Птицы и Чёрной Черепахи, сдерживая его на месте.

В то же время исконный дух Цинь Му поднялся в воздух. Взмахнув ладонями, он ударил по печатям Четырёх Божеств!

После сильного толчка сознание Великого Императора снова рассыпалось!

— Ты меня совсем не понимаешь, Великий Император.

Цинь Му приземлился посреди осколков сознания Великого Императора. Вокруг него сверкали бесчисленные куски сознания, напоминающие стекло. Это сознание могло почти превратиться в материю, что было впечатляющим.

— Моя самая сильная сторона — это не область совершенствования или жизненная Ци, плотная, как у бога, а моё сознание, — рассматривая осколки сознания, Цинь Му продолжил. — Когда-то мне удалось выжить без души, полагаясь лишь на моё Сознание Бессмертного Бога. Тем не менее, после этого я встретил Шу Цзюня и использовал его Первобытный Камень Великого Первоначала, чтобы совершенствовать Знания Трёх Корпусов, после чего моё сознание стало невероятно сильным. Ты вошёл в моё божественное сокровище духовного эмбриона, что заставило тебя поверить, что ты разрушил Три Вида Небесных Эонов, которые я использовал. С чего ты взял что я не сделал этого нарочно? Что, если я впустил тебя, чтобы подавить и проглотить твоё сознание?

— Ты хочешь проглотить моё сознание?

Осколки сознания, похожие на стекло, начали летать, кружась вокруг Цинь Му, образуя водоворот. Голос Великого Императора прогремел в воздухе:

—Думаешь, что проведя несколько дней совершенствуя Знания Трёх Корпусов, ты можешь сразиться со мной?

— Естественно, мне не удалось бы одолеть тебя полагаясь лишь на это, — Цинь Му схватил один из фрагментов сознания, осматривая его. — В конце концов, ты Великий Император и первый владелец Первобытного Камня Великого Первоначала. Более того, у тебя целый камень, в то время как у меня лишь его осколок.

Небесный Герцог с лицом Цинь Му поднялся в воздух, накрывая небо собой. Боги звёзд небесного цикла закружились, в то время как солнце и луна погрузились в диаграмму тайцзи. Засияло огромное солнце, в котором виднелся Великий Владыка Солнца. Луна тоже загорелась, и в ней показался силуэт Великого Владыки Луны.

Внизу под диаграммой тайцзи, Граф Земли сжал свой кнут в ожидании.

Юэ Тингэ, Ло Ушуан и Шу Цзюнь тяжело сражались снаружи, не оставляя Видению Великого Императора шанса бежать.

— Причина твоей силы не только в этом. Ты призвал бесчисленных мастеров создания, которые усилили твоё физическое тело и сознание. Ты, без малейших сомнений, являешься сильнейшим практиком первобытных времён. Шу Цзюнь хвалил тебя и говорил, что ты обладатель самого сильного физического тела в истории.

Цинь Му продолжил:

— На мой взгляд, твоё тело не было самым сильным, но твоё сознание определённо не имеет себе равных! Тем не менее, времена изменились…

Внезапно осколки сознания Великого Императора соединились. Его тело восстановилось, а сознание создало бесчисленное количество дьяволов. Вырвавшись из-под печатей четырёх божеств, он поднялся в воздух.

— Времена изменились. Ты уже мёртв, тебя убили мастера создания в этом странном месте, — Цинь Му поднял голову, смотря как тот запутывается в небесной сети, созданной Небесным Герцогом, и проговорил. — Ты умер вместе с этими мастерами создания, и твоё сознание создало область высшего сознания. Его большая часть стала этим местом, и ты уже не можешь её задействовать.

Бум!

Видение Великого Императора снова рассыпалось. Мать Земли и Небесный Герцог продолжали его избивать, превращая в порошок. Осколки его божественного камня превратились в яростные потоки, которые ворвались в диаграмму тайцзи, пытаясь сбежать сквозь неё. В следующий миг он наткнулся на Графа Земли с лицом Цинь Му.

С противоположной стороны диаграммы тайцзи раздался голос Цинь Му. Выглянув в мир Юду, он проговорил:

— Каждый раз. Когда ты разрушал Три Вида Небесных Эонов, созданных мной, твоё сознание рушилось. Придя в моё божественное сокровище Духовного Эмбриона, ты уже был не в своей лучшей форме. Также стоит добавить к этому сражение с мастерами вроде Ло Ушуана и Юэ Тингэ последний из которых является практиком области Императорского Трона, которое вынудило тебя разделить своё сознание.

Он не продолжал, но Великий Император понял о чём он.

Когда Шу Цзюнь, один из трёх первобытных королей, остановил его, ему пришлось потратить половину своего сознания, чтобы справиться с ним.

Количество сознания, с которым столкнулся Цинь Му, было небольшим, поэтому он воспользовался этой возможностью, чтобы захватить сознание Великого Императора и поглотить его.

Великий Император пытался захватить тело Цинь Му и стереть его сознание. Тем не менее, на самом деле это Цинь Му выманил его с целью овладеть его техниками и воспоминаниями.

Когда хищник смотрит на добычу, добыча смотрит на него.

Цинь Му был поражён его Великим Всеобъемлющим Сознанием, особенно после того, как попал в область высшего сознания и увидел другой путь совершенствования.

Несмотря на то, что Знания Трёх Корпусов Шу Цзюня были неплохими, даже Цинь Му заметил их слабые места, отчего у него тут же появилось желание заполучить технику Великого Императора.

Четыре древних божества с лицами Цинь Му погрузились в Юду. Работая вместе с Графом Земли, они нанесли Великому Императору очередной удар. От которого его тело рассыпалось!

— Как смело с твоей стороны, Небесный Преподобный Му… — осколки сознания Великого Императора поднялись в воздух. — Я смотрел на тебя свысока, и позволил тебе получить преимущество. К сожалению, ты не понимаешь Великого Всеобъемлющего Сознания!

Небесный Герцог немедленно набросился на него, но осколки сознания проникли в его тело, как только он к ним коснулся!

Выражение Небесного Герцога сильно изменилось. В следующий миг его лицо исказилось, разделяясь надвое. Казалось, будто внутри него боролись два человека!

Картина выглядела так, будто два Небесных герцога пытались родиться из одного тела!

Цинь Му тоже изменился в лице. Тем не менее, к тому моменту как он достиг Небесного Герцога, в нём уже не было его сознания, оно было поглощено Великим Императором!

Лицо Цинь Му Небесного Герцога заменилось лицом Великого Императора!

Небесный Герцог с лицом Великого Императора рассмеялся, осколки сознания вылетели из его тела, вонзаясь в тела трёхсот шестидесяти богов звёзд Цинь Му.

С богами звёзд произошло то же самое, что и с Небесным Герцогом Цинь Му. Их лица сильно исказились, прежде чем стать лицами Великого Императора!

— Если я этого хочу, то даже весь мир станет мной!

Сознание Великого Императора хлынуло к четырём божествам, Матери Земли и Богине Небесной Инь будто паводок. Смеясь, он проговорил:

— К сожалению, это сделало бы его слишком скучным.

Цинь Му бросился ему навстречу, смеясь:

— К сожалению, ты всё же мёртв. Тебя избили древние боги, против тебя сговорились мастера создания. Ты потерпел поражение дважды, и сегодня это случится в третий раз!

Триста шестьдесят богов звёзд во главе с Небесным Герцогом остановили Цинь Му, в то время как видение Великого Императора отправляло бесчисленные осколки своего сознания к Матери Земли. Напоминая стаю воробьев, они пытались захватить её тело.

Отправив Небесного Герцога и богов звёзд в воздух ударом, Цинь Му резко помрачнел в лице. Он был беспомощен против странного Великого Всеобъемлющего Сознания.

Сила Великого Императора превзошла его ожидания. Он думал, что схватил его, но с помощью своей техники Великий Император кардинально обернул ситуацию вспять!

— Тем не менее, в божественном сокровище Духовного Эмбриона, которое я открыл, я — Небесный Император. Это моя область, мой мир. Я здесь хозяин!

Цинь Му взревел, и небо резко изменилось, когда в нём появилось сорок девять Небесных Дао. Они включали в себя небесную сеть, небесное начало, небесный порядок, небесную печать и различные другие Великие Небесные Дао, которые материализовались в древних богов и спустились с неба, блокируя Небесного Герцога Великого Императора.

Затем появилось ещё двадцать три небесных бога, помогая сорока девяти Небесным Дао заточить Небесного Герцога. Совместными усилиями они вырвали из его тела Небесные Дао и Дао Сюаньду, отчего тот рассыпался, оставив после себя лишь сознание.

Осколки сознания носились вокруг, пытаясь сбежать из ловушки сорока десяти богов Небесного Дао и двадцати трёх богов Сюаньду. Те работали вместе, разрушая осколки на части.

Один из богов махнул рукой, и в небе появилась огромная бутылка, всасывающая осколки.

Семьдесят два бога начали вращаться вокруг бутылки, нанося на неё свои божественные искусства, чтобы подавить сознание Великого Императора.

С другой стороны, видение Великого Императора проникло в тело Матери Земли, захватывая его. В тот же момент из Первобытного дерева показались тридцать шесть богов Дао Юаньду, высасывая Дао из её тела, оставляя от него лишь сознание Великого Императора.

Видение Великого Императора немедленно сбежало в Юду, в то время как Цинь Му проглотил сознание Матери Земли.

Великий Император поглотил Графа Земли, и тут же увидел, как во тьме появляются шестьдесят четыре дьявольских бога. Орудуя Великим Дао Юду, они мгновенно растворили тело Графа Земли.

Видение Великого Императора впало в ярость и бросилось прямиком к исконному духу Цинь Му, смеясь:

— Небесный Преподобный Му, ты можешь разделить себя на Великие Дао?

Исконный дух Цинь Му резко дрогнуло, когда в его тело ворвалось сознание Великого Императора. Его лицо исказилось, разделяясь надвое.

В этот момент бесчисленные боги вроде Небесного Герцога, Матери Земли, Графа Земли и Богини Небесной Инь окружили Цинь Му, протянув к нему руки.

— Попробуй своё собственное лекарство!

Боги вытащили из Цинь Му бесчисленные нити Великого Дао, состоящие из рун, оставляя лишь сознание Великого Императора.

Сознание Великого Императора создавалось бежать, когда руны Великого Дао объединились, восстанавливая тело Цинь Му.

Раздался громкий звон, с которым в воздухе появилось четыре непроницаемых стены, заточив Великого Императора внутри!

Сознание Великого Императора стало диким и отчаянным, будто дикий зверь, загнанный в угол, тем не менее, ему не удавалось бежать. Он шокировано спросил:

— Как твоему исконному духу удалось рассеяться?

— Когда-то у меня не было души, и я был лишь клочком сознания. Чтобы воссоздать её, мне пришлось многому научиться — Цинь Му поднял голову, увидев, что части сознания Великого Императора, сражавшиеся с Юэ Тингэ, Ло Ушуаном и Шу Цзюнем сбежали, не осмеливаясь больше здесь находиться. Не удержавшись. Он рассмеялся. — Великий Император, ты слишком робкий.

— Тьфу!

Глaва 959. Bеликoе Вcеобъемлющее Cознание

Холодно фыркнув, остатки сознания Великого Императора отступили и скрылись.

Цинь Му смирился с этим. В конце концов, он имел дело с Великим Императором. Его сознание было самым сильным в мире, и схватить даже его часть было уже большим достижением.

Сознание бога содержало его мысли и воспоминания. Главной целью Цинь Му было обретение техники совершенствования Великого Всеобъемлющего Сознания.

Он не мог проглотить сознание Великого Император целиком и заполучил лишь его часть.

Ему бы невероятно повезло, если бы он и вправду получил технику Великого Всеобъемлющего сознания из этой части сознания Великого Императора.

Выманивая сознание Великого Императора с помощью печати и жертвенного алтаря, он подвергался огромному риску. Тем не менее, риск всегда сопровождался большими возможностями. Мудрый человек не упускал бы их.

Многие люди избегали опасностей и риска. Они забыли, что у риска были две стороны. Избегая риска, они избегали возможностей.

Цинь Му и остальные остановили Великого Императора и сумели схватить часть его сознания. Они не упустили возможностей, которые сопровождали этот риск.

После того, как сознание отступило, Ло Ушуан и Юэ Тингэ покинули божественное сокровище Цинь Му.

Цинь Му поблагодарил их, а когда сознание Шу Цзюня вернулось в Первобытный Камень Великого Первоначала, он спустился к нему и тоже выразил свою благодарность.

— Когда речь идёт о твоей жизни и смерти, это касается меня. Не стоит меня благодарить, — два глаза Шу Цзюня вертелись в глазницах, когда он проговорил. — Если ты чувствуешь себя в долгу, то можешь дать мне больше сознания, Ци и кровит, чтобы я восстановил свои уши, рот и нос!

Цинь Му рассмеялся:

— Хорошо, Король Цзюнь, я выполню твоё желание!

Тот холодно улыбнулся в ответ:

— Какой ещё Король Цзюнь? Несмотря на то, что я был одним из трёх королей первобытной эпохи, мои люди называли меня не Королём Цзюнем, а лишь Божественным Королём Шу Цзюнем. Тебе тоже стоит так меня называть! Несмотря на то, что ты своровал часть сознания Великого Императора, ты не знаешь, как её переработать и открыть её воспоминания! Дай мне больше ЦИ, крови и сознания, чтобы я восстановил свою голову и мог тебя обучить. Звучит справедливо, не так ли?

Цинь Му нахмурился и предложил:

— Как насчёт того, чтобы ты рассказал мен как переработать сознание Великого Императора, а я поделюсь с тобой его знаниями. Ты ведь не отказался бы от техники Великого Всеобъемлющего Сознания? Такая сделка лучше, верно?

Сердце Шу Цзюня дрогнуло, он задумался, прежде чем ответить:

— Неплохое предложение. Мои Знания Трёх Корпусов сильны, но они не идут в сравнение с Великим Всеобъемлющим Сознанием Великого Императора. Тем не менее, тот достиг своего успеха не только за счёт техники, но и благодаря силе бесчисленных людей. Помогающих его совершенствованию…

Цинь Му попытался его убедить, проговорив:

— Если сознание Великого Императора содержит Великое Всеобъемлющее Сознание, то я передам его тебе без каких-либо оговорок! Когда Божественный Король Шу Цзюнь воскреснет, владея этой техникой ты станешь новым Великим Императором!

Шу Цзюнь улыбнулся:

— Хорошо, договорились!

— Договорились! — Цинь Му невероятно обрадовался. — «Этот парень зря радуется! Хе-хе, Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора намного лучше моих Знаний Трёх Корпусов! Он не знает, что наш уговор не идёт ему на пользе… минутку! — он моргнул, когда в его голове появился новый план. — Если бы мой мозг восстановился, то я мог бы захватить его физическое тело и стереть сознание. Разве это не было бы лучше? Если передать ему способ поглощения Великого Императора, то даже если оно и вправду будет содержать Великое Всеобъемлющее Сознание, у меня не будет мозга, чтобы его совершенствовать… Я понесу огромные потери!

Голова на жертвенном алтаре впала в ярость, два глазных яблока внутри неё дрогнули, когда он прокричал:

— Как ты смеешь дурачиться со мной, божественным королём? Я убью тебя, убью!

Цинь Му улыбнулся:

— Неужели Божественный Король Шу Цзюнь, один из трёх Небесных Королей, не сдержит своего слова?

Спустя некоторое время Шу Цзюнь наконец успокоился и выполнил свою часть обещания, передав Цинь Му способ поглощения сознания Великого Императора. Тем не менее, он был не слишком рад.

Техника, которую он передал Цинь Му, называлась Созданием Знаний Восходящего Неба.

Как только Шу Цзюнь обучил Цинь Му, тот начал менять технику. Шу Цзюнь уже привык к этому. Цинь Му менял всё, что узнавал, и он был не в силах возражать против этого.

Закончив свои изменения, Цинь Му тут же начал поглощать сознание Великого Императора.

Создание Знаний Восходящего Неба было одним из божественных искусств Знаний Трёх Корпусов, требующим создания семидесяти двух созвездий и трёхсот двадцати восьми богов звёзд. Последние поднимались в небо, чтобы переместить звёзды, придавая им странные орбиты.

Каждый раз, когда звёзды делали оборот, рождалась мощная сила, поглощающая знания противника и передавая их мастеру.

Воспоминания противника поглощались, превращаясь в поток информации, проникающие в мозг. Тем не менее, они не меняли мысли мастера, больше напоминая питательное вещество для сознания.

Таким образом, сознание мастера было защищено и не могло быть захваченным противником, в то же время совершенствуясь и развиваясь.

Создание Знаний Восходящего Неба было божественным искусством, с помощью которого древние мастера создания сражались друг с другом. Между ними часто происходили войны, поэтому создание методов борьбы с сознанием противника было их главным приоритетом. Естественно, божественные искусства тех времён сильно отличались от современных, что делало их неведомой для Цинь Му территорией.

Исполнив Создание Знаний Восходящего Неба в своём Духовном Эмбриона, Цинь Му начал поглощать сознание Великого Императора, заточённое в небесной бутылке. Поток смешанной информации ударил в мозг Цинь Му, порождая в его голове всевозможные изображения. Это были воспоминания Великого Императора!

Он немедленно начал отделять пшеницу от соломы, уничтожая всё бесполезные воспоминания Великого Императора в надежде найти что-то ценное.

В сознание Великого Императора было слишком много всего. Одни лишь воспоминания из первобытной эпохи были, казалось, бесконечными.

Цинь Му нахмурился. Среди этих воспоминаний было мало информации о Великом Всеобъемлющем Сознании. Впрочем, он столкнулся с большим количеством частей других божественных искусств.

Между тем сила его сознания резко увеличивалась. Скорость его совершенствования значительно превосходила эффект Знаний Трёх Корпусов!

К тому времени, как сознание Великого Императора в бутылке почти иссякло, он овладел лишь несколькими простыми техниками Великого всеобъемлющего Сознания.

Отказываясь сдаваться, он продолжил обрабатывать оставшуюся часть сознания Великого Императора, становясь ещё сильнее.

Постепенно, количество воспоминаний о Великом Всеобъемлющем Сознании увеличивалось.

Цинь Му облегчённо вздохнул, начав тщательно анализировать информацию, чтобы обнаружить части техники.

Главное отличие между Великим Всеобъемлющим Сознанием и Знаниями Трёх Корпусов заключалось в количестве богов. В то время как последние обладали семидесяти восьми созвездий и трёхсот двадцатью восемью богами звёзд, у Великого Всеобъемлющего Сознания было триста шестьдесят пять созвездий и почти две тысячи богов!

Звёздных богов было настолько много, что даже Цинь Му не знал их всех!

Сейчас на райских небесах было триста шестьдесят богов звёзд, но в технике Великого Императора их было около двух тысяч. Что это значило?

«Неужели в этом мире столько древних богов? Где они?»

Цинь Му задумался. Сегодняшнее количество древних богов было намного меньше того количества, которое существовало в технике Великого Всеобъемлющего Сознания. Неужели был шанс, что в один момент времени в мире и вправду было столько богов?

«Большинство из этих древних богов мертвы.»

Отложив этот вопрос, Цинь Му продолжил изучать технику Великого Всеобъемлющего Сознания. Помимо количества древних богов, её техника создания тоже превосходила Знания Трёх Корпусов.

Знания Трёх Корпусов позволяли создавать с помощью открытия трёх корпусов в Первобытном Камне Великого Первоначала. в то время как техника Великого Императора распространяла богов по всему телу мастера, превращая его в целую вселенную!

Во время совершенствования этой технике в каждом уголке тела человека появлялся бог!

В межбровье размещались различные боги Фиолетового Запрета и Небесный Император. В море Ци находились боги Руин Заката. В животе была Мать Земли, Граф Земли появлялся в Юнцюане, а на кончике хребта возникали тридцати три бога звёзд!

«Неудивительно, что Шу Цзюнь так восхвалял Великого Императора и твердил, что тот обладал самым сильным физическим телом в истории. Вот только я не могу сказать, действительно ли оно было сильнее тела древнего Небесного Императора.»

Запасы сознания Великого Императора в божественном сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му закончились. Именно в этот момент он понял, что техника Великого Всеобъемлющего Сознания отличалась от техник мастеров создания, и нахмурился.

На самом деле Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора принадлежало к системе совершенствования божественных сокровищ и райского дворца!

Техника, которой он овладел, не была полной, в ней не хватало частей для божественных сокровищ Семи Звёзд и Небожителя. Кроме того, в ней не было схемы циркуляции для области Нефритовой Столицы!

«Великий Император изменил свою технику!»

Разум Цинь Му вскипел, он почувствовал, будто промахнулся ударом, в который вложил все свои силы.

Если речь шла об изначальной версии Великого Всеобъемлющего Сознания, то он сумел бы соединить её со своим божественным сокровища Духовного Эмбриона, и сделать её подходящей для себя.

Тем не менее после того, как Великий Император объединил её с системой совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, с неё было намного меньше пользы!

Причина этого состояла в том, что у Цинь Му было лишь божественное сокровище Духовного Эмбриона, и не было райского дворца!

В таком случае эта техника была для него не такой полезной.

Он поделился всем, что узнал о Великом Всеобъемлющем Сознании с ошеломлённым Шу Цзюнем. Несмотря ни на что, тот усердно учился.

Цинь Му озадаченно спросил:

— Божественный Король Шу Цзюнь, будучи одним из трёх исконных королей, для чего ты учишь систему совершенствования божественных сокровищ? Изменённая техника Великого Всеобъемлющего Сознания бесполезна для меня, а значит и для тебя!

— Мерзавец, ты думаешь, что после воскрешения я продолжу совершенствоваться с помощью создания сознанием? — Шу Цзюнь покачал головой, его глаза вылетели из глазниц, носясь вокруг. — Если я продолжу идти этим путём, то тем самым откажусь от миллиона лет исследований и прогресса. В конце концов, я буду уничтожен временем, как и остальные мастера создания, — он улыбнулся. — После того, как я воскресну, я изучу ваши техники совершенствования и объединю их с навыками мастеров создания. Таким образом, даже с неполной версией Великого Всеобъемлющего Сознания, мои достижения не будут уступать Великому Императору.

Цинь Му был ошеломлён.

Два глаза Шу Цзюня активировал своё сознание, которое начало вращаться, рассчитывая секреты Великого Всеобъемлющего Сознания. Он продолжал:

— Я осмотрел твоё божественное сокровище и обнаружил, что оно не подходит для техники Великого Императора. Тебе не хватает нескольких божественных сокровищ. Должно быть, ты выбрал для себя какой-то странный способ совершенствования, и теперь застрял на месте. Ты не знаешь, как продолжать.

Цинь Му кивнул.

Шу Цзюнь правильно оценил его слабые стороны.

Цинь Му открыл своё божественное сокровище духовного эмбриона и воссоздал в нём картину доисторической вселенной. Позже ему удалось ускорить его развитие с помощью первобытной жидкости Матери Земли. Тем не менее, у него был свой предел.

К этому моменту он уже исчерпал весь потенциал божественного сокровищу Духовного Эмбриона.

Совсем недавно он начал чувствовать, что его сила достигла пределов Божественного Сокровища Духовного Эмбриона. Несмотря на то, что его совершенствование достигло уровня истинного бога, он не знал, как двигаться дальше.

В связи с этим он начал усердно работать над своим сознанием, чтобы компенсировать недостаток Духовного Эмбриона и попытаться найти выход из столь сложного положения.

Цинь Му не обладал отчётливым пониманием того, как продолжать.

Он хотел найти новый путь, базируясь на божественном сокровище Духовного Эмбриона. Тем не менее, он не знал в каком направлении тот лежит.

Проведя некоторое время в поисках, он понял, что в конце этого пути находится удивительная область, соединённая с Дао. Он не мог описать её словами.

Шу Цзюнь проговорил:

— На твоём месте, я бы открыл райский дворец.

Цинь Му смиренно попросил совета, поклонившись:

— Пожалуйста, обучи меня, Божественный Король.

Глaва 960. Hебесный Пpеподобный Юнь

Шу Цзюнь поочерёдно взвёл брови. Озадаченный внезапной скромностью Цинь Му, он удивлённо проговорил:

— Если ты создашь новый путь, который полностью будет отличаться от райскиx дворцов, это значит, что ты откажешься от миллиона лет наработок практиков божественных искусств и весь опыт, накопленный за это время. Бесчисленные техники и божественные искусства, созданные за миллион лет, станут для тебя бесполезными. Своей силой ты создашь совершенно новую цивилизацию.

Именно так себе представлял это Цинь Му.

По его мнению, система райских дворцов ещё не была развита до совершенной области райских небес, поэтому ничего не мешало её изменить.

Он действительно хотел отказаться от системы совершенствования райских дворцов и создать вместо неё что-то новое.

— Тем не менее, ты хоть представляешь сколько времени у тебя на это уйдёт? — проговорил Шу Цзюнь. — Тебе может понадобиться миллион лет, чтобы довести свою систему совершенствования до ума. Более того, ты собрался делать это самостоятельно, а значит миллион лет — это ещё скромный прогноз. Тем не менее, если ты примешь систему райских дворцов, то тебе понадобится всего лишь несколько тысяч или даже сотен лет, чтобы достичь её вершины и стать сильнейшим созданием под небом. Я говорю, исходя из своего опыта. Тебе решать, идти этим путём, или нет

Цинь Му ненадолго замолчал, прежде чем поклониться Шу Цзюнь, выражая свою благодарность. Затем он превратился в пятно сознания и рассеялся.

Шу Цзюнь был озадачен: «Почему этот парень так уважительно себя ведёт?»

Забравшись на жертвенный алтарь Великого Императора, Цинь Му поднял голову. Печать в небе использовала силу Великого Императора, чтобы противостоять возрастающей силе области высшего сознания.

Юэ Тингэ и Ло Ушуан оглянулись. Скорость вращения звёзд снаружи оставалась в норме, они успокоились.

Жертвенный алтарь летел в воздухе, направляясь к межбровью Великого Императора и Небесному Преподобному Хо.

Всё это время Цинь Му не сводил глаз с печати Великого Императора. Юэ Тингэ и ЛО Ушуан были удивлены этим, но молчали.

Внезапно по щеках Цинь Му потекли две струи слёз. Юэ Тингэ и Ло Ушуан тут же испугались, не понимая, почему Цинь Му стал таким эмоциональным.

Цинь Му отвёл взгляд в сторону. Его сердце наполнилось грустью, и он не мог сдержать слёз.

Он решил не исследовать путь, по которому никто раньше не шёл, не пытаться понять, куда тот ведёт, и не раскрывать его секретов.

Цинь Му успел понять, что этот путь содержал в себе безграничную красоту. Теперь же ему оставалось лишь отказаться от него.

Он принял решение открыть райский дворец и положиться на достижения миллиона лет, достигая областей Нефритового Павильона, нефритовой Столицы и других.

Или, он мог потратить миллион лет, чтобы стать легендой и превзойти области Райских Небес.

Но Вечный Мир, реформа, его друзья и люди, разделяющие его идеалы. Не могли ждать.

Он мог отказаться от бескрайней красоты нового пути и потерять возможность увидеть пределы Великого Дао и то, что лежало дальше, но вместо этого принять участие в настоящем и сохранить то, что лежало перед ним.

Когда он отказался от всего этого, идея в его сердце резко исчезла, превращаясь в чувство тоски.

Эта грусть происходила не с его сердца, а с противоположной стороны Великого Дао.

Жертвенный алтарь Великого Императора тихо пролетел мимо Небесного Преподобного Хо, двигаясь к межбровью Великого Императора.

Ло Ушуан оглянулся, смотря на Небесного Преподобного Хо, оставшегося позади, и спросил:

— Тело Тирана Цинь, разве мы не должны сначала спасти его?

Юэ Тингэ тоже обратил на это внимание. Цинь Му определённо пытался держаться подальше от Небесного Преподобного Хо и добраться к межбровью Великого Императора первым.

Цинь Му рассмеялся:

— Не волнуйся, Небесный Преподобный Хо выживет. Я прав, Небесный Преподобный Хо?

Тот не обратил внимания на его слова. Он оставался на месте, руны дао вокруг его тела медленно менялись.

— У него нет мыслей, — проговорил Цинь Му.

Уголки глаз Ло Ушуана дрогнули, он повернул голову, чтобы посмотреть на Небесного Преподобного Хо.

Цинь Му успокоил его:

— Не волнуйся. Небесному Преподобному Хо было сложно сюда прийти, но вернуться будет несложно. Для этого ему нужно лишь развернуться. Через несколько сотен лет он будет на свободе.

Ло Ушуан был вне себя от злости:

— Небесный Преподобный Му, неужели ты опасаешься, что когда спасёшь Небесного Преподобного Хо, он ответит на твою доброту враждебно, и убьёт тебя?

Цинь Му уверенно ответил:

— Я нее знаю, убьёт он меня, или нет. Тем не менее. Он определённо убьёт небесного мастера Юэ Тингэ. Я прав?

Юэ Тингэ подавленно вздохнул:

— Я обманул его и Небесного Преподобного Сю, заставив их надолго застрять в ловушке области высшего сознания. Скорее всего, он решит меня убить.

Жертвенный алтарь влетел в межбровье Великого Императора. Внутри последнего не было Первобытного Камня Великого Первоначала, а только рана шестиугольной формы

Это место было невероятно огромным и просторным. Из глубин головы Великого Императора исходил яркий свет, напоминающий бесчисленное количество облаков, окрашенных цветами заката.

Жертвенный алтарь Великого Императора пролетел среди множества разноцветных лучей. Печать непрерывно поглощала свет, обрушивающийся на неё. Впереди можно было заметить едва различимый силуэт, окутанный сиянием.

В сердцах Юэ Тингэ и Ло Ушуана возникли сомнения, они тут же повернулись к Цинь Му.

Подавляя волнение, Цинь Му глубоко вздохнул и серьёзно проговорил:

— Небесный мастер Юэ, Божественный Нож Ло, вам удастся подвинуть тело Небесного Преподобного?

Их сердце резко дрогнули, они с сомнением взглянули на силуэт внутри света.

Жертвенный алтарь Великого Императора наконец подлетел к телу. Ло Ушуан осмотрел мужчину, увидев, что тот был окутан удивительной аурой императора и обладал красивой внешностью. Тем не менее, он не мог его узнать, думая про себя: «Что это за Высший Император? Хотя, если верить словам Тела Тирана Циня, то это Небесный Преподобный. Кто из Небесных Преподобных здесь умер?»

Сердце Юэ Тингэ дрогнуло, он прошептал:

— Это Небесный Преподобный Юнь…

Ло Ушуан был поражён, услышав эти слова, и воскликнул:

— Это открыватель божественного сокровища Божественного Моста, Небесный Преподобный Юнь?

Цинь Му подгонял их:

— Уважаемые, я не смогу сдвинуть его своей силой. Будет лучше, если это сделаете вы.

Жертвенный алтарь Цинь Му повис в воздухе перед физическим телом Небесного Преподобного Юня. Цинь Му тихо проговорил:

— Друг Дао Юнь, пора домой.

Юэ Тингэ и Ло Ушуан подавляли дрожь в своих сердцах и двинулись вперёд, активируя свою магическую силу. Подняв физическое тело Небесного Преподобного Юня, они погрузили его на алтарь.

Цинь Му осмотрел ранения Небесного Преподобного Юня, обнаруживая, что его тело было целым. Тем не менее, его душа бесследно исчезла.

«Небесный Преподобный Юэ говорил, что Небесный Преподобный Юнь мёртв. В таком случае это действительно правда. Тем не менее, несмотря на это я могу вернуть его к жизни!»

Цинь Му внимательно осмотрелся, не обнаруживая следов сознания Великого Императора. Немного подумав, он принял решение:

— Отправьте его в моё межбровье. Там есть клочок Юду, в котором можно спрятать тело.

Юэ Тингэ и Ло Ушуан сильно сомневались, но всё же выполнили указания Цинь Му и отправили тело Небесного Преподобного Юня к земле слова Цинь в межбровье Цинь Му.

Цинь Му облегчённо вздохнул и направил жертвенный алтарь Великого Императора обратно.

Они снова пролетели мимо Небесного Преподобного Хо. Ло Ушуан снова взглянул на Цинь Му, и тот остановился, проговорив:

— Почему бы вам его не развернуть?

Ло Ушуан холодно улыбнулся:

— Что это изменит? Он всё равно останется в ловушке области высшего сознания.

Цинь Му ответил:

— Если он будет разворачиваться самостоятельно, то на это уйдёт около двухсот лет. Если же мы поможем ему, то сэкономим это время.

Ло Ушуан нахмурился, но, прежде чем он успел что-то сказать, Цинь Му добавил:

— Божественный Нож Ло, ты можешь гарантировать, что Небесный Преподобный Хо не убьёт меня и небесного мастера Юэ, оказавшись на свободе?

Ло Ушуан не ответил и молча развернул Небесного Преподобного Хо вместе с Юэ Тингэ.

Жертвенный алтарь Великого Императора продолжил возвращаться из области высшего сознания. Спустя долгое время он наконец пересёк бездну и остановился перед кольцом звёзд. Трое мужчин и дракон спустились на землю, после чего Цинь Му спрятал алтарь, оставив лишь печать. Затем он с сомнением посмотрел на дракона.

На протяжении всего путешествия божественный дракон молчал, ведя себя совершенно не так, как обычно.

Внезапно Юэ Тингэ проговорил дрожащим голосом:

— Небесный Преподобный Хо сделал шаг!

Цинь Му испуганно оглянулся, обнаруживая, что Небесный Преподобный Хо и вправду находился на шаг ближе. Чем раньше!

— Вот дерьмо!

Волосы на его голове встали дыбом. Он быстро устремился к противоположной стороне области высшего сознания, Ло Ушуан, Юэ Тингэ и божественный дракон бросились следом в отчаянии.

Чем ближе он находился к центру области высшего сознания, тем сильнее становилось её влияние. Небесному Преподобному Хо хватило сделать один шаг наружу, и скорость его следующего шага станет намного выше!

С каждым его шагом влияние области слегка ослабевало!

Учитывая его способности, он должен был вырваться на свободу невероятно быстро!

Волосы Цинь Му встали дыбом, он изо всех сил бросился вперёд, пытаясь покинуть это место до того, как это случится!

Прямо в этот миг за его спиной раздался звук шага.

Он звучали так, будто горы вокруг рассыпались, а земля раскалывалась. Небо и земля дрожали, разрушая пустоту в бездне.

Цинь Му оглянулся, увидев пламя, вздымающееся к небу области высшего сознания.

В следующий миг звук гром шага повторился. В этот раз он был ещё громче и отчётливее, в то время как пламя поднялось к небу, сжигая всё вокруг!

— Мне конец, Небесный Преподобный Хо на свободе!

Цинь Му стиснул зубы, стремительно мчась вперёд. Юэ Тингэ со свистом его обогнал, крича. — Я не хочу погибать вместе с тобой! Я должен проявить инициативу! Небесный Преподобный Му, задержи для меня Небесного Преподобного Хо. Я зажгу за тебя свечу в следующем году!

— Голову себе зажги!

Цинь Му впал в ярость. Юэ Тингэ перед ним превратился в кучу кубиков, прежде чем исчезнуть с поля зрения.

Он продолжал со всех сил бежать вперёд, но Ло Ушуан сумел его обогнать. Очевидно, за последнее время он успел восстановиться и снова мог использовать совершенствование области Яшмового Водоёма и Нефритовой Столицы.

— Ло Ушуан, ты всё время говорил о спасении Небесного Преподобного Хо, так почему сейчас ты убегаешь?

Немного колеблясь, Ло Ушуан замедлился. Покраснев от стыда, он ответил:

— Учитывая твою репутацию, я не удивлюсь, если Небесный Преподобный Хо решит тебя убить. В таком случае он избавится от меня, чтобы избежать ответственности за убийство Небесного Преподобного. Я забыл, что такое верность…

В этот момент его внезапно обогнал божественный дракон. Двигая хвостом, он пролетел мимо на скорости, которая значительно превосходила скорость Цинь Му.

Цинь Му засомневался: «Этот божественный дракон был создан моим воображением, его способности не могут превосходить меня… О нет, это Великий Император! Он захватил тело дракона!»

Как только он это осознал, на его спину упал свет яркого пламени, нагревая его до такой степени, что, казалось, его тело сейчас вспыхнет.

Цинь Му застыл и обернулся, выдавливая из себя улыбку:

— Небесный Преподобный Хо, давно не виделись.

У Ло Ушуана не осталось выбора, кроме как остановиться. Он развернулся, схватив свой нож из Ци.

Небесный Преподобный Хо со свистом подлетел в воздух, прежде чем приземлиться перед драконом и схватить его своими руками.

Божественный дракон отчаянно сражался, но так и не смог вырваться на свободу. Открыв рот, он рассмеялся:

— Небесный Преподобный Хо, ты собираешься меня убить? Тебе это не под силу. Моё сознание распространилось по всей области высшего сознания. Я бессмертный…

В следующий миг дракон загорелся, превращаясь в пепел.

Цинь Му замер, когда на него упал взгляд Небесного Преподобного Хо.

— Небесный Преподобный Му, вот мы и встретились снова, — на лице Небесного Преподобного Хо было безразличное выражение. За его спиной медленно вращалось кольцо огня, способное сжечь что угодно. На его поверхности танцевали крохотные огоньки, напоминающие солнца. Увидев Цинь Му, он заметно взволновался.

— Каждый раз, когда я тебя вижу, я вспоминаю, как ты избил меня у Яшмового Водоёма, — проговорил Небесный Преподобный Хо.

Цинь Му ответил серьёзным тоном:

— Говорят, что обмен ударами рождает дружбу. У меня есть много верных друзей, дружба с которыми началась в сражении.

— Будет лучше, если физическое тело Небесного Преподобного Юня будет у тебя, а не у меня. Спасибо, — Небесный Преподобный Хо развернулся и улетел, его силуэт быстро исчезал вдали.

Цинь Му был ошеломлён, прокричав:

— За что ты меня благодаришь?

— За воскрешение Небесного Преподобного Юя, — издали донёсся голос Небесного Преподобного Хо. — В первом году Дракона Ханя я пообещал себе, что забуду о ненависти к тебе, если ты сможешь найти убийцу Небесного Преподобного Юя. Ты добился не только этого, но даже вернул Небесного Преподобного Юя к жизни.

Цинь Му махнул рукой:

— Небесный Преподобный Хо, давай поговорим!

Голос Небесного Преподобного Хо становился всё дальше и дальше:

— Всякий раз, когда я тебя вижу, я чувствую ужасное отвращение и желание избить тебя до смерти. Тебе стоит быть осторожным с Небесным Преподобным Сю. Она опасный человек…

Ло Ушуан резко изменился в лице, его сердце начало биться с невероятной скоростью:

— Кажется, я услышал то, что не должен был. У меня не осталось выбора, кроме как восстать…

Глaва 961. Обшиpнoe Божеcтвенное Искусство

— Небесный Преподобный Сю опасна?

Цинь Му задумался о значении слов Небесного Преподобного Хо.

Он имел в виду, что она может его убить, или же доставить каких-нибудь других проблем?

«Небесный Преподобный Хо так спешит, что даже не может понятно объясниться.»

Цинь Му покачал головой. B прошлом Небесный Преподобный Хо обладал вспыльчивым характером и был готов сражаться с Цинь Му через любой пустяк. Даже после того, как тот его избил, он не изменился.

«Тем не менее, в этот раз он меня не атаковал, и даже оставил мне физическое тело Небесного Преподобного Юня. Неужели он один из трёх Небесных Преподобных. Которые пришли защитить меня у Яшмового Водоёма?»

Цинь Му вздохнул. Он собирался расспросить его о враге, который оставил следы меча в городе мастеров создания. Это был Император-Основатель? К сожалению, Небесный Преподобный Хо ушёл до того, как он успел спросить.

Если Император-Основатель был в Великой Пустоши, то и деревня Беззаботная была здесь.

Они покинули область высшего сознания и увидели пламя в воздухе перед ними. У него не было видимого источника, а его форма непрерывно менялась.

Над пламенем висел человек, привязанный к верёвке, спущенной с облака. Языки пламени непрерывно поджаривали его тело, отчего он кричал в агонии.

Посмотрев на него, Цинь Му и Ло Ушуан обнаружили, что это был небесный мастер Юэ Тингэ.

Заметив их, он позвал на помощь:

— Небесный Преподобный Му, друг Ло, я наткнулся на Небесного Преподобного Хо и не сумел бежать. Теперь он повесил меня здесь и сказал, что будет жарить меня миллион лет, прежде чем отпустит. Пожалуйста, спасите меня, я буду крайне благодарен!

Цинь Му сделал вид, что не слышит и не видит его.

У Ло Ушуана была добрая душа, он проговорил:

— Небесный Преподобный Хо повесил тебя здесь, чтобы преподать тебе урок, а не для того, чтобы убить. Если мы тебя освободим, то сильно его оскорбим. Небесный Мастер Юэ, почему ты просто не сожжёшь верёвку? Просто спустись в огонь ненадолго…

Юэ Тингэ впал в ярость:

— Эта верёвка — артефакт, созданный Небесным Преподобным Хо! Разве её можно сжечь? Ты даже хуже Небесного Преподобного Му!

Они собирались уходить, когда Юэ Тингэ прокричал:

— Я знаю тайну!

Они продолжили идти, когда тот продолжил:

— Я знаю куда делись остальные мастера создания!

Цинь Му остановился и оглянулся, имитируя удивление:

— Кто мог связать небесного мастера Юэ? Кто осмелился жарить его на огне? Божественный Нож Ло, помоги, мы должны его спасти!

Юэ Тингэ бросил на него яростный взгляд.

Цинь Му торжественно активировал своё божественное искусство мгновенного перемещения, чтобы унести пламя подальше, в то время как Ло Ушуан попытался развязать золотую верёвку. Тем не менее, это ему не удалось, и вместо этого верёвка его укусила, оставляя кровавую рану.

На конце золотой верёвки была голова дракона. Несмотря на свои небольшие размеры, она была невероятно яростной.

Цинь Му сделал шаг вперёд и осмотрел её, объясняя:

— Эта золотая верёвка, когда-то была поясом или седлом Небесного Преподобного Хо, но совершенствовалась и стала божественным оружием. Её сложно уничтожить. Кстати, небесный мастер Юэ, ты говорил, что знаешь куда ушли мастера создания. Почему бы тебе сейчас не рассказать нам об этом?

Закатив глаза, Юэ Тингэ ответил:

— Я застрял здесь на пятнадцать тысяч лет, поэтому у меня было достаточно времени, чтобы исследовать здешние опасные места вроде области высшего сознания. Мне удалось найти последнее место жительства мастеров создания Великой Пустоши. Они покинули это место. Если вы меня освободите, то я расскажу вам всё, что знаю.

Ло Ушуан покачал головой и проговорил:

— Я не в силах развязать эту верёвку.

Цинь Му некоторое время размышлял, прежде чем поклониться золотой верёвке и проговорить:

— Небесный Преподобный Хо, ты не мог бы сделать мне одолжение?

Верёвка развязалась сама по себе и превратилась в золотого дракона. Открыв рот, тот всосал в себя божественный огонь и повис в небе над ними.

Ло Ушуан потерял дар речи от шока.

Юэ Тингэ упал на землю. Поднявшись и встряхнув с себя пыль, он посмотрел на золотого дракона, всё ещё слегка его опасаясь, и проговорил:

— Я нашёл место последнего собрания мастеров создания. Они создали пустоту внутри Великой Пустоши, построив в ней новое небо и землю, прежде чем отправиться туда. Согласно моей версии, Великая Пустоши разрушилась и стала непригодной для жизни. Поэтому, они скорее всего покинули её на закате Эпохи Дракона Ханя под руководством какого-то сильного существа.

Цинь Му торжественно проговорил:

— Неужели этим могущественным существом был Небесный Преподобный Юнь? Если нет, то с чего бы он оставил карту Великой Пустоши Императора-Основателю?

— Я ничего об этом не знаю, — ответил Юэ Тингэ. — Они отправились в другую пустошь по Мосту Пустоши. Я тоже попытался туда попасть, но мост оказался крайне опасным, и я застрял здесь. Кроме того…

Он колебался, не зная, стоит ли его продолжать говорить.

На лице Цинь Му возникло выражение сомнения.

Стиснув зубы, Юэ Тингэ продолжил:

— Около тридцати лет назад, я был неподалёку Моста Пустоты и увидел корабль, вылетевший оттуда. На нём было несколько людей, которые не являлись мастерами создания. Корабль исчез почти мгновенно, и я не успел догнать к тому времени, как он оказался за пределами Великой Пустоши.

Цинь Му был ошеломлён и поспешно уточнил:

— Около тридцати лет назад?

Юэ Тингэ кивнул:

— Должно быть, с тех пор прошло около тридцати пяти лет. Я внимательно рассмотрел ауру людей на борту, думаю, что они являются последователями Императора-Основателя. Возможно, именно поэтому райские небеса продолжили изучать это место. За последние тридцать лет сюда приходят всё больше и больше людей, тем не менее, всё меньше из них выживают. Почти десять тысяч лет я провёл здесь в одиночестве. Тем не менее, я встречал Брахму. Он будто ходил во сне. Сам я даос и не слишком люблю монахов…

Цинь Му посмотрел на золотого дракона и проговорил:

— Пожалуйста, отведи меня к Мосту Пустоты, небесный мастер Юэ.

Тот покачал головой:

— Я не осмелюсь туда отправиться. Я боюсь встретить Императора-Основателя. В конце концов, это я разрушил его райские небеса. Я могу сказать тебе маршрут, но сам никуда не пойду.

Цинь Му достал бумагу и кисть, и Юэ Тингэ нарисовал ему карту Великой Пустоши. Ло Ушуан с любопытством спросил:

— Небесный мастер Юэ, ты не планируешь покинуть Великую Пустошь и вернуться на райские небеса? Если мы сможем пересечь Мост Пустоты, то, может быть, найдём путь обратно.

— Покинуть Великую Пустошь и вернуться на райские небеса? — проговорил Юэ Тингэ, смотря вниз. — Вернуться к своей гибели? Я умру, как только покину это место. Мне не дадут уйти…

Он закончил рисовать карту и встревоженно взглянул на Цинь Му и Ло Ушуана:

— Вы кто такие?

Он снова сошел с ума.

Цинь Му свернул карту, в то время как Юэ Тингэ рассмеялся:

— А, я вспомнил вас, ребята. Ты Небесный Преподобный Му, а ты однорукий. Поверить не могу, что райские небеса отправили трёх Небесных Преподобных, чтобы меня убить. Хе-хе, они и вправду считают меня сильным. Я знаю интересное место, идём со мной…

Он посмотрел на голову золотого дракона, свисающую с неба, и проговорил:

— Добрый брат, наконец я тебя нашёл! Тсс… Мы выманим их туда, чтобы убить. Я уже отвёл в то место Небесных Преподобных Хо и Сю. Теперь, когда я убил двух Небесных Преподобных, убийство третьего не сильно ухудшит моё положение…

Цинь Му поднялся и повернулся к Ло Ушуану:

— Пошли.

Ло Ушуан поспешно отправился следом, оглядываясь на сумасшедшего Юэ Тингэ, оставшегося позади. Тот продолжал разговаривать с золотым драконом, будто был знаком с ним много лет.

— Тело Тирана Цинь, небесный мастер Юэ и вправду сумасшедший, или притворяется? — спросил Ло Ушуан.

Цинь Му покачал головой:

— Я не знаю. Оба варианта вполне возможны. Он продолжает твердить, что у него есть добрый брат. Может быть речь идёт о другом небесном мастере. Тот погиб, и Юэ Тингэ не смог с этим смириться.

Ло Ушуан задумался, прежде чем проговорить:

— Он может притворяться. Он не покинет это место, так как его убьют. Райские небеса хотят от него избавиться, но из-за того, что он уничтожил райские небеса Императора-Основателя, он не может спрятаться в деревне Беззаботной за Мостом Пустоты, так как Император-Основатель тоже его убьёт. Возможно, он застрял здесь навеки.

Золотой дракон Небесного Преподобного Хо оставил Юэ Тингэ наедине, поднимаясь в облака.

Цинь Му оглянулся, увидев, что Юэ Тингэ стоит в одиночестве, яростно ругая небеса.

— Он слишком умный для того, чтобы не сойти с ума, — Цинь Му улыбнулся. — Божественный Нож Ло, ты собираешься сойти с ума в Великой Пустоши, или отправишься в Вечный Мир?

Ло Ушуан был ошеломлён.

— У тебя не слишком много вариантов, — напомнил Цинь Му.

Ло Ушуан замолчал, прежде чем ответить благодарным тоном:

— Я умру, если вернусь на райские небеса. Небесная Императрица и Госпожа Юаньму не позволят мне остаться в живых. Если я останусь здесь, то в конце концов буду не умнее небесного мастера Юэ. Тем не менее, у меня осталась цель в жизни. Тело Тирана Цинь, ты знаешь, к чему я так долго стремился?

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Ты уже полностью восстановился, и можешь бежать быстрее, чем я.

Ло Ушуан шагал рядом с ним, улыбаясь:

— Тело Тирана Цинь, в прошлый раз ты отрубил мне руку. Кроме того, ты трижды спас мне жизнь. Из-за потерянной руки я сорок тысяч лет ждал возможности показать тебе свои навыки ножа, но теперь я не знаю, как отблагодарить тебя за своё спасение.

Они двигались в сторону места последнего сбора мастеров создания. Аура вокруг них становилась всё плотнее, и впереди показалась огромная золотая пустыня. Ветер поднимал песок в воздух, отправляя в их сторону.

Ступая по песке, Цинь Му оставлял глубокие следы. Он ответил:

— Месть и возвращение долга — это разные вещи. Я отрубил тебе руку, и ты тренировался сорок тысяч лет, чтобы отомстить. Я спас тебе жизнь, поэтому ты можешь провести сто двадцать тысяч лет, чтобы вернуть долг. Подходит?

Ло Ушуан напоминал острый нож, вытащенный из ножен, торжественно отвечая:

— Конечно.

Его аура оставила в пустыне глубокие следы ножа. Устремившись вперёд, она закружила воздух, формируя смерч, всасывающий в себя золотой песок.

Внутри смерча кружилось бесчисленное количество лучей ножа. Это и был навык Ло Ушуана.

Цинь Му уставился на пустыню впереди, увидев, что дюны в ней напоминали полумесяцы, указывающие в одном направлении. Он с восхищением проговорил:

— Творения мастеров создания и вправду прекрасны! Золотая пустыня выглядит крайне эффектно!

Его аура внезапно вспыхнула, а его Ци и кровь превратились в бурный океан, пылающий, будто подожжённое масло.

Внезапно море Ци и крови поднялось к небу, напоминая развёрнутый железный флаг.

Для успеха реформе Вечного Мира требовалось много железа и крови!

Их ауры столкнулись, и Ло Ушуан быстро почувствовал, что аура Цинь Му напоминала дух, жаждущий революции!

Это был дух не Цинь Му, а Вечного Мира и его эпохи!

Он не подражал духу Эпохи Вечного Мира, а построил его во время реформы. Революция напоминала пылающий огонь, в то время как реформа больше походила на бурную реку.

Река потопляла под собой всё старое, а пламя сжигало всё испорченное.

— Тело Тирана Цинь, прошу!

Ло Ушуан вытащил свой нож. Его лучи поднялись над золотым песком пустыни, будто радуга, обрушиваясь на Цинь Му.

Цинь Му взмахнул рукой, поднимая в воздух лучи меча. Те столкнулись с ножами, вызывая оглушительный звон и освобождая безграничную магическую силу.

В следующий миг сила лезвий полностью освободилась, и противники разлетелись в противоположные стороны.

Ло Ушуан рассмеялся, нанося новый удар, в то время как Цинь Му продолжал отступать. Он мчался в его сторону несмотря на ужасающую ауру!

Цинь Му взмахнув мечом, создавая ужасающий порыв ветра в пустыне. Бесчисленные дюны поднялись в небо, формируя невероятно длинный золотой тоннель, на противоположной стороне которого стоял Ло Ушуан.

Свет ножа Ло Ушуана пролетел по тоннелю, разрубив его, прежде чем превратиться в дождь из лезвий.

Бросившись вперёд, он пролетел сквозь облако лезвий, обрушивая удары ножа один за другим в надежде, что Цинь Му ответит. Каждый из четырнадцати ударов образовал новые небеса, освобождая потрясающую силу.

На райских небесах он не сумел найти противника своему навыку ножа и удостоился званию сильнейшего ножа райских небес!

В этот миг в небе и на земле воцарилась тишина. Бесчисленные лучи звёздного света спустились небес, в то время как пустыне под ними закружилась, превращаясь в чёрно-белую диаграмму тайцзи.

Сердце Ло Ушуана дрогнуло, когда он увидел, как из диаграммы тайцзи поднимается огромное солнце, в то время как луна медленно в неё погружается.

За спиной Цинь Му появилось Первобытное Дерево, становясь всё выше и выше.

«Неужели его исконный дух и физическое тело стали одним целым?»

Ло Ушуан взмахнул своим божественным ножом, яростно крича:

— Даже если ты владеешь таким обширным божественным искусством, тебе всё равно не удастся остановить мой божественный нож!

Цинь Му держал свой меч и прорубил небеса пути ножа, подбираясь к межбровью Ло Ушуана!

Глaва 962. Вceленная Дуxoвного Эмбpиона

Ло Ушуан был шокирован. Лезвие меча Цинь Му оказалось невероятно острым и пронзило первые небеса его ножа, не почувствовав никакого сопротивления.

Он ещё в молодости вступил на путь ножом. Первым его движением было Открытие Моря Зелёных Туч. Когда его сила освобождалась, она напоминала зелёное море, покрытое тучами. Тучи расступались, из них обрушивались бесчисленные ножи, напоминая порывы ветра.

Это было первое движение, которое он открыл, вступив на путь, и с тех пор он успел накопить много опыта и знаний, поэтом не было ничего странного в том, что оно разрушилось.

Тем не менее, в следующий миг Цинь Му сломал вторые небеса его пути, Нефритовый Замок Внезапного Снегопада. Этот навык содержал в себе божественные искусства. Луч ножа превращался в сильный снегопад, который обрушивался на врага, и формировал нефритовый замок из льда.

Когда нефритовый замок открывался, освобождалась сила убийственного удара. Метель ударяла врагу в лицо, в то время как створки замка раздавливали его тело.

Бесчисленные сильные практики погибли от этого божественного искусства.

Тем не менее, меч Цинь Му сумел сломать это движение.

Цинь Му пронзил Нефритовый Замок Внезапного Снегопада, проносясь сквозь метель и разрушая нефритовый замок.

Третьи небеса его пути ножа назывались Бронированной Кавалерией. При его исполнении с небес спускались всадники в золотых доспехам и с золотым оружием. Тем не менее, он тоже оказался бесполезным, так как меч Цинь Му быстро их истребил.

Четвёртый навык пути ножа Ло Ушуана назывался Башней Движущегося Света. Как только его сила освободилась, нож Ло Ушуана превратился в тридцати трёх этажное здание, нанося смертельный удар.

Тем не менее, свет меча пронзил башню, и она тут же обрушилась.

Вскоре были уничтожены пятые, шестые и седьмые небеса.

Навык ножа Ло Ушуана назывался Путём Небесного Ножа и содержал в себе четырнадцать божественных искусств ножа, которыми он вступил на путь. Вместе они сформировали четырнадцать небес, с помощью которых Ло Ушуан планировал быстро закончить сражение. Он исполнил их за другим, и они обрушились с неба, пересекаясь друг с другом.

Цинь Му пытался пронзить их лишь одним ударом, что заставило Ло Ушуана дрогнуть от шока.

К счастью, пронзив девять небес, сила и скорость меча Цинь Му снизились, что слегка его успокоило.

Если бы Цинь Му удалось пробить все четырнадцать небес его ножа одним ударом, то смысла продолжать сражение не было бы.

Внезапно, после того как сила меча Цинь Му снизилась, его движение изменилось. Меч Открытия Бедствия превратился в Восход Бедствия. Луч меча разделился на десять тысяч частей, которые завибрировали, прежде чем превратиться в цветки.

За долю секунды в воздухе возникло десять тысяч секунд, которые затопили собой девятые небеса пути ножа Ло Ушуана.

Девятые небеса его пути назывались Девятью Замками Небесных Врат. Несмотря на их внушительный вид, свет меча заполнил собой Небесные Врата, прежде чем сокрушить их и полететь дальше.

Ло Ушуан слышал о Восходе Бедствия, благодаря которому прославился Цинь Му.

В первом году Эпохи Дракона Ханя Цинь Му использовал этот навык чтобы сильно ранить Небесного Преподобного Хао даже несмотря на вмешательство видение Госпожи Юаньму, из-за чего тот пролежал в постели тысячи лет.

С тех пор это движение стало легендарным. Позже многие молодые люди пытались его воссоздать, тем не менее, это никому не удалось.

После исчезновения Цинь Му Восход Бедствия стал утерянным непобеждённым навыком. Он оставался таковым вплоть до Эпохи Вечного Мира, где его открыл Цинь Му.

Его главная особенность состояла в том, что на самом деле он был девятнадцатым базовым движением.

Не владея предыдущими восемнадцатью движениями, никто не мог бы его изучить. Тем не менее, овладев им можно было ступить на путь меча!

Это означало, что Восход Бедствия можно было объединять с другими навыками меча, формируя бесчисленные движения!

В Первобытном Царстве Цинь Му убил множество сильных врагов с его помощью. Ещё никому не удавалось сломать его. Даже Небесный Преподобный Хао не обнаружил в нём ни одного недостатка.

Меч Восхода Бедствия добрался до тринадцатых небес пути ножа, тем не менее, его сила наконец исчерпалась, что успокоило Ло Ушуана. Тринадцатые и четырнадцатые небеса ножа достигли макушки Цинь Му!

В этот момент Ло Ушуан увидел, как диаграмма тайцзи под ногами Цинь Му растягивается на сотни километров, превращая золотую пустыню в чёрно-белую.

Солнце погрузилось в диаграмму, в то время как луна вылетела наружу.

«Какое Ужасающее совершенствование!»

Сердце Ло Ушуана замерло, когда лезвия ножа и меча столкнулись друг с другом. Цинь Му стоял в тени Первобытного Дерева, будто пустив корни посреди пустыни, сдвинуть его с места было невозможно.

Сила двух небес пути ножа Ло Ушуана была настолько высокой, что пустыня вокруг начала дрожать, тем не менее. Тело Цинь Му оставалось неподвижным.

— Подобный уровень совершенствования базируется на объединении физического тела и исконного духа. Это и есть эффект Вселенной Духовного Эмбриона?

Ло Ушуан повернулся влево, снова взмахивая ножом. Цинь Му, казалось, не шевелился, тем не менее, он и дальше был повёрнут лицом к Ло Ушуану.

Тем битвы был невероятно высоким. Ло Ушуан взмахнул ножом и ускорился, свет его ножа полился, будто водопад. Тем не менее, куда бы он не двигался, Цинь Му всегда был повёрнут к нему лицом.

Цинь Му не шевелился, что ужасно его удивляло!

В сердце Ло Ушуана возникло нелепое чувство. Независимо от того, под каким углом он атаковал, он всегда смотрел в лицо Цинь Му. Он не мог использовать каких-то уловок, и всё время сталкивался лоб в лоб с сильнейшей атакой Цинь Му!

В бою движения человеки, поведение его мышц, вен. Костей, Ци и крови создавала множество недостатков, которые можно было использовать.

Даже движение жизненной Ци на поверхности кожи содержало в себе слабые места.

Эти недостатки были вызваны не техникой, а движением тела практика божественных искусств. Чтобы их компенсировать, нужно было подстраивать свои божественные искусства.

Вот только до тех пор, пока Цинь Му не шевелился, обнаружить эти недостатки было невозможно!

— Это жульничество!

Ло Ушуан стиснул зубы. Сначала он думал, что столкнулся с каким-то странным эффектом божественного сокровища Духовного Эмбриона Цинь Му, но затем вспомнил как тот рассказывал, что был Небесным Императором и хозяином в своём божественным сокровище Духовного Эмбриона, когда в него вторглось сознание Великого Императора.

Теперь он понял, как себя тогда чувствовал Великий Император.

Цинь Му превратил пустыню в радиусе ста километров в своё божественное сокровище Духовного Эмбриона, создавая странное место, в котором его было сложно одолеть, полагаясь лишь на навыки ножа.

Даже сильнее его удивляло то, как Цинь Му научился превращать своё божественное сокровище в область высшего сознания, посетив её лишь один раз.

Другие практики не умели превращать окружающий мир в своё божественное сокровище, как это сделал он.

Главная причина состояла в том, что Цинь Му превратил семь божественных сокровищ в одно. Он не имел себе равных в достижениях божественных сокровищ. Даже Небесные Преподобные в этом ему уступали.

Тем не менее, он открыл небо и землю, превращая своё божественное сокровище духовного эмбриона в миниатюрную вселенную, которая родила душу и соединила её с исконным духом, создавая исконный дух. В результате исконный дух стал хозяином этой вселенной.

«Чтобы справиться с его жульнической техникой, я должен уничтожить его божественное сокровище духовного эмбриона!»

Как только Ло Ушуан подумал об этом, его божественный нож вспыхнул снова. В этот раз он был нацелен не на Цинь Му, а на небо и землю, разрубая их!

Вселенная Цинь Му стала нестабильной, а его аура ослабла. В этот миг небо и земля перевернулись вместе с чёрно-белой пустыней, и законы Великого Дао Неба и Земли изменились.

Потрясённый, Ло Ушуан увидел, как его физическое тело, жизненная Ци и кровь быстро истощаются. Он превратился в скелета и не чувствовал своего физического тела!

Он попал в Юду.

Он попал в Юду, созданный силой Цинь Му!

Без физического тела магическая сила Ло Ушуана значительно снизилась. Свет меча Цинь Му носился вокруг, и ему пришлось размахивать ножом, чтобы защищаться. Тем не менее, его физическое тело исчезло, и его способности снизились на целую область.

Вьюх!

Свет меча пронзил четырнадцать небес пути ножа и резко остановился, прежде чем достичь межбровья Ло Ушуана.

Тот рассеял нож в своей руке, огни ножа в его глазах погасли. Тяжело дыша, он проговорил:

— Сорок тысяч лет. Я ждал сорок тысяч лет, чтобы снова сразиться с тобой. Тем не менее, я всё-таки проиграл…

Цинь Му рассеял свет своего меча, и вселенная Божественного Сокровища Духовного Эмбриона исчезла. Золотая пустыня вернулась, и на них тут же хлынула волна горячего воздуха.

— Ты не проиграл моему навыку меча, так что не волнуйся.

Цинь Му шагал вперёд, улыбаясь:

— Ты проиграл моему божественному искусства. Мои навыки меча не в силах превзойти твой нож. Что касается ножа, то мне есть чем у тебя поучиться.

Ло Ушуан вздохнул:

— В прошлый раз ты одолел меня с помощью своих навыков меча, и я пришёл сорок тысяч лет, отчаянно развивая свой нож в надежде, что твой меч ему проиграет. Сегодня твои навыки меча не в силах одолеть мой нож, но твоё божественное искусство всё равно меня победило. Сколько ещё лет мне придётся тренироваться, чтобы одолеть твоё божественное искусство?

Он был разочарован поражением, но в то же время чувствовал облегчение, будто с его плеч упало тяжёлое бремя.

— Сто двадцать тысяч лет, — Цинь Му подошёл к нему и проговорил. — Ты должен мне три жизни, каждая из которых длится сорок тысяч лет. У тебя есть сто двадцать тысяч лет, чтобы придумать способ меня победить.

Он оглянулся и улыбнулся:

— Ло Ушуан, ты не идёшь?

Ло Ушуан дрогнул и поспешно последовал за ним, проговорив:

— У твоей вселенной Духовного Эмбриона есть серьёзный недостаток. Если разрушить твоё божественное сокровище Духовного Эмбриона, то убить тебя будет несложно. Техника, которую ты придумал в области высшего сознания, несовершенна.

Цинь Му смирено попросил совета:

— Когда ты атаковал небо и землю я это понял. Как мне тогда её усовершенствовать, Божественный Нож Ло?

Ло Ушуан колебался, проговорив:

— Тело Тирана Цинь, тебе не стоит продолжать меня Божественным Ножом Ло. Я старше тебя на сорок тысяч лет, но ты можешь называть меня братом Ло.

Цинь Му не удержался от смеха:

— Я уже стал братьями Дао с Чжэ Хуали, разве я могу называть тебя братом Ло?

Ло Ушуан серьёзно ответил:

— Я разорвал все свои связи с Чжэ Хуали, он больше не мой ученик. Ты — Небесный Преподобный, поэтому если будешь называть меня братом, то я получу от этого много пользы, — немного подумав, он улыбнулся и продолжил. — Я не знаю куак вести себя на райских небесах. У меня мало друзей, а мои ученики происходят из бедных семей и не могут выйти из моей тени. Они часто отрубают себе руки. Чжэ Хуали — единственный, кому удалось выйти из тени моего навыка ножа. Из-за этого я им восхищаюсь.

Он задумался о Чжэ Хуали и не мог не улыбнуться в своих мыслях.

Чжэ Хуали сумел выйти из его тени лишь после того, как встретился с Цинь Му. Поэтому у него были смешанные чувства к Цинь Му. Именно поэтому он не пошёл против него, когда спустился в Вечный Мир.

— Я недостаточно хорошо разбираюсь во вселенных, чтобы тебя учить. Тем не менее, область высшего сознания построена из сознания. Мастера создания и Великий Император не использовали для этого своих божественных сокровищ или райских дворцов, — немного подумав, проговорил Ло Ушуан. — Использовать своё божественное сокровище для создания вселенной — это то же самое, что передать своё слабое место прямо в руки врагу. Если бы ты смог сделать это без помощи божественного сокровища, то этого бы не произошло. Вот только в таком случае исполнение будет не таким сильным и непредсказуемым, как с помощью Духовного Эмбриона.

В этот момент Цинь Му осенило:

— Брат Ло, ты прав. Вот только я могу создать вселенную лишь с помощью божественного сокровища Духовного Эмбриона. Если его не использовать, то моего совершенствования не хватит, чтобы создать такое же количество изменений.

Ло Ушуан задумался:

— В таком случае, ты можешь использовать свою магическую силу и руны Великого Дао, чтобы усилить вселенную, прежде чем открывать её.

Глаза Цинь Му загорелись, он похвалил:

— Отличная идея! Я могу оставить божественные искусства внутри вселенной. После этого она станет сильнее, чем само божественное сокровище! Кстати, брат Ло, ты тоже можешь создать вселенную пути ножа!

Ло Ушуан ошеломлённо замер. Тем не менее, спустя несколько мгновений он ужасно обрадовался и рассмеялся, его смех раскатился по всей золотой пустыне.

— Вселенная Пути Небесного Ножа! Отлично, отлично!

— Это реформа, брат Ло! Теперь ты в рядах реформаторов!

— Это тоже реформа?

— Именно. У меня есть ещё одна просьба. Тебе нельзя оставаться на райских небесах, а у меня есть кое-какие владения в нижней границе. Ты когда-либо слышал о Небесном Святом Культе? Мне не хватает навыков, чтобы им управлять. Сейчас мы нуждаемся в людях вроде тебя. По правде говоря, сильнейший практик райских небес, Янь Шаоцинь, уже с нами. Если к нам примкнёт ещё и их сильнейший божественный нож…

***

Они медленно покинули место сражения. Вскоре пространство в нём раскололось, и в нём появилась бездна, из которой вышла Лянь Хуахунь. Осмотревшись по сторонам, она отправилась по следам Цинь Му и Ло Ушуана.

«Небесный Преподобный Му, с тех пор как ты исчез на полгода, я уже начала думать, что ты умер. Я совершенно не ожидала ощутить твоё божественное искусство. Сегодня я использую оставшиеся восемнадцать движений Небесного Преподобного Хао, чтобы убить тебя.»

После того, как она ушла, появилась ещё одна пропасть Руин Заката, из которой расцвёл цветок. Юнь Чусю потянулась внутри него, прежде чем выпрыгнуть. Она отправилась вслед за Лянь Хуахунь, радостно подпрыгивая и играя со своими косичками.

— Где он был всё это время? Как жаль, что он не взял меня с собой. Теперь. Когда он вернулся, сестра с ним расправится, и отберёт у него мой хрустальный гроб, — взволновано проговорила девушка. — После этого я убью свою сестру и избавлюсь от неприятностей!

Глaва 963. Пpoтивоположный Берег Пустоты

Золотая пустыня была поистине огромной. Цинь Му и Ло Ушуан путешествовали на протяжении десяти дней, но так и не достигли её края.

В пустыне произошло много странныx вещей. Ночью небо становилось тёмным и безлунным, так как здешнюю луну сбросило с неба Ядро Первобытного Дерева.

Неподалёку от них слышался плач женщины. Иногда он звучал совсем близко, а иногда очень далеко.

Исконный дух Ло Ушуана вылетел из его тела и превратился в гигантского бога. Сияя безграничным божественным светом, он шёл вперёд с ножом в руке, из-за чего никто не осмеливался подходить слизком близко к ним.

— Должно быть это крики одинокого призрака, — с сомнением проговорил Цинь Му. — Разве он не должен превратиться в монстра Великой Пустоши.

Время от времени они также слышали скорбный рёв и сладкое пение.

Так как в небе не было ни луны, ни звёзд, они не могли сориентироваться и решили отдохнуть. Во тьме виднелось призрачное пламя, неспешно летящее вперёд.

Они следовали за этими огнями, которые останавливались тогда, когда останавливались они, и продолжали идти вперёд, когда они выдвигались.

В течение дня огоньки исчезали, но когда Цинь Му достал карту, нарисованную Юэ Тингэ, он обнаружил, что маршрут, которым те их вели, совпадал с маршрутом на карте. Он цокнул языком от удивления.

На следующую ночь огоньки появились снова, показывая им путь.

На третью ночь огоньки привели их в величественный город. Тот ярко сиял на фоне призрачного неба. Несмотря на позднее время, в нём кипела жизнь. На улицах было множество ларьков и гуляющих людей, все из которых были гигантами, достигая до трёхсот метров в высоту.

Призрачные огоньки полетели в город, прежде чем приземлиться и превратиться в гиганта, который пригасил их внутрь.

Жители города оказались крайне гостеприимными, и приняли их с невероятной вежливостью.

Цинь Му открыл глаз в своём межбровье и огляделся. Он увидел настоящие тела мастеров создания, но промолчал.

Он не отказался от вина, которое ему предложили гиганты. Изначально Ло Ушуан был насторожен и обеспокоен, что они попадут в ловушку. Тем не менее, увидев, как хорошо проводит время Цинь Му, он расслабился.

С тех пор, как он оказался в Великой Пустоши, он находился в напряжении. Он был вынужден отвернуться от райских небес и потерпел поражение Цинь Му. Из-за пережитого он напился до полусмерти.

Выпив приличное количество вина, Цинь Му встал и поклонился гигантам:

— Спасибо за ваше гостеприимство. Если мои усилия закончатся успехами, то я создам Юду в Великой Пустоши, чтобы вы могли начать загробную жизнь.

Услышав его слова, гиганты засияли улыбками и отправились петь и танцевать на ладони своего лидера, рост которого превышал три километра.

Немного повеселившись, Ло Ушуан уснул от опьянения.

На следующее утро его разбудил Цинь Му. Поднявшись, он обнаружил, что спит на ладони гиганта в окружении бесчисленных скелетов.

Недоумевая, он посмотрел вниз. Город был усеян белыми костями, в нём не было никого живого.

Цинь Му поклонился гигантскому скелету:

— Не волнуйтесь, я определённо выполню вчерашнее обещание. Брат Ло, нам пора идти дальше.

Ло Ушуан последовал за ним, покидая город мастеров создания. Оглянувшись, он увидел что ветер поднимает тучи песка, скрывающие город из виду.

Ло Ушуан вспомнил, что прямо перед тем, как они нашли город, их накрыла песчаная буря.

Он запаниковал, понятия не имея, что он ел прошлой ночью.

На седьмую ночь путь им преградила старуха. Одной рукой она держала младенца, а во второй несла корзину. Увидев Цинь Му, она упала на колени и бросила корзину к его ногам, ребёнок сделал то же самое.

Цинь Му проговорил:

— Госпожа, не волнуйтесь. Я принимаю твой подарок. В будущем я создам здесь Юду, чтобы вы нашли себе новое место.

Старуха подняла голову и улыбнулась. Взявшись за руки, она с ребёнком превратились в холодный ветер и исчезли из виду.

Ло Ушуан озадаченно спросил:

— Тело Тирана Цинь, что случилось с мастерами создания, которых мы встретили по пути? Почему ты обещаешь им создать здесь Юду?

— Это мастера создания, которые погибли в пустыне, — подняв корзину, Цинь Му снял ткань, которой она была накрыта, и проговорил. — После смерти, их душам не было куда отправиться, поэтому они должны прятаться от палящего солнца днём и появляться лишь ночью. Если бы я создал здесь Юду, то у них появился бы дом.

Ло Ушуан до сих пор не понимал о чём он:

— Законы, которым подчиняется небо и земля Великой Пустоши, неполноценны. Здесь мастера создания превращаются в монстров после смерти. Так почему же те мастера, которых мы встретили, остались нормальными?

— Наверное потому, что их способности были слишком высокими. Будь то мастера создания, которых мы встретили в городе, или старуха, преградившая нам путь, их сознания не исчезли после смерти. Они остались в состоянии защитить себя и своих близких, а их внешность не изменилась под воздействием Великой Пустоши. Именно поэтому я пообещал им создать здесь Юду.

Цинь Му достал из корзины подарок, который оказался крохотной бутылкой. Казалось, будто её устье было запечатано материализованным сознанием. Он засмеялся:

— Боюсь, что если бы я им этого не пообещал, мы бы не ушли от сюда живыми.

Сердце Ло Ушуана дрогнуло. Раньше он не слишком глубоко размышлял о произошедшем.

—В таком случает, ты и вправду поможешь им создать Юду? — спросил Ло Ушуан. — Разве ты не сказал это лишь для того, чтобы их успокоить? Создать Юду в Великой Пустоши будет невероятно сложно.

Цинь Му осмотрел бутылку и проговорил:

— Причина, по которой они остановили меня, заключается в том, что мне это под силу.

Ло Ушуан не понял о чём он.

Цинь Му не продолжал объяснять. В его третьем глазу крылась земля слова Цинь, созданная из куска рога Графа Земли. Другие люди не могли создавать Юду, но он мог.

В конце концов, Минду и Фэнду созданы из кусков рога Графа Земли, так же, как и земля слова Цинь.

Вот только сейчас Цинь Му не мог создать новый мир из рога Графа Земли. Он не был Сыном Юду. Если бы с ним был Цинь Фэнцин, то эта задача стала бы намного легче.

На устье бутылки он заметил странную печать из материализованного сознания. Посмотрев сквозь неё, он обнаружил, что внутри бутылки находился огромный океан. Легко встряхнув ею, он поднял внутри ужасающие волны.

Цинь Му попытался направить свою жизненную Ци внутрь бутылки, но её тут же оттолкнула печать.

— Точно, они ведь были мастерами создания, а значит я должен использовать своё сознание вместо Ци.

Он задействовал своё сознание и проник сквозь печать. Внутри бутылки и вправду оказался огромный океан. Из-за того, что он потряс бутылку, на его поверхности поднялись тайфуны и огромные волны, сопровождающиеся ослепительными волнами и раскатами грома!

Посмотрев в небо, он увидел, что возле горлышка бутылки было множество звёзд, формирующих собой огромную галактику и шесть созвездий.

Перелетев через океан, он достиг противоположной стороны бутылки, обнаруживая, что на самом деле стенки бутылки были сушей, расположенной перпендикулярно к океану.

Эта земля была крайне обширной, на ней можно было увидеть горы, реки и равнины.

В этот момент он увидел солнце, поднимающееся над океаном!

— Эта крохотная бутылка содержит в себе целый мир!

Цинь Му был шокирован. Сильнее всего его удивлял тот факт, что несмотря на то, что внутри бутылки находился целый мир, он не чувствовал её веса.

— Оказывается, что старушка является вождем племени Скрытой Горы, — в его голове прозвучал голос Шу Цзюня. — Скрытая Гора — это большое племя времён первобытной эпохи. Его мастера создания были искусны в создании миров. На самом деле твоя бутылка — это целый мир.

Цинь Му испугался, с трудом веря в его слова. Миры были огромными. Как целый мир мог поместиться в бутылке?

Более того, когда он вошёл в этот мир своим сознанием, то обнаружил, что тот был намного больше, чем миры Первобытного Царства.

— Во времена первобытной эпохи племя Скрытой Горы представляло всевозможные миры, — проговорил Шу Цзюнь. — Должно быть, мир, который она тебе дала, является Миром Колбы, а этот предмет — Бутылкой Мира Колбы. Это редкое сокровище, отдав его тебе, она дала понять, что высоко тебя ценит.

С торжественным выражением лица Цинь Му поместил бутылку Мира Колбы в землю слова Цинь, положив её неподалёку от хрустального гроба и физического тела Небесного Преподобного Юня.

Мир бутылки нёс в себе огромную ценность. Если реформа Вечного Мира провалится, то он может послужить убежищем для его людей.

— Тем не менее, с той старухой непросто иметь дело. У её подарка есть своя цена, — Шу Цзюнь улыбнулся. — Так как ты его принял, то должен выполнить то, что обещал. В древние времена она была безжалостным существом, и несмотря на то, что она мертва, её сознание осталось. Если ты не сумеешь сдержать своего слова, то умрёшь ужасной смертью!

Он, казалось, слегка радовался несчастью Цинь Му:

— Её сознание отбилось в твоём теле в тот момент, когда ты принял подарок, и теперь она владеет бесчисленными способами замучить тебя до смерти!

Цинь Му помрачнел в лице и уныло проговорил:

— Например?

— Например, она может создать в твоём теле всевозможные вещи. Представь, как в твоём животе вырастают бесчисленные шипы, отвлекая тебя от боя. Она также может создать внутри тебя солнце, сжигая тебя, или же вообразить внутри тебя океан, разрушив тебя силой его волн. Твоя смерть определённо не будет приятной.

Волосы Цинь Му встали дыбом. Он поспешно достал бумагу и кисть, записывая все обещания, которые дал племени Скрытой Горы.

Спустя десять дней они подошли к краю пустыни.

По дороге они увидели множество руин, поглощённых песком. Сначала перед ними показывались города, затем стены, а после этого лишь поспешно возведённые лагеря.

Ветер ударял им в лица волнами золотого песка, вокруг валялись скелеты.

Кроме того, им доставлял проблем Великий Император. Его невообразимо сильное сознание накрывало всею Великую Пустошь, превращаясь во всевозможные явления, преследующие и убивающие мастеров создания.

Местность Великой Пустоши становилась всё опаснее. Мастера создания могли управляли природой по своему желанию, но с тех пор, как Великий Император повредил это место, наполнив его неконтролируемым сознанием и монстрами, мастерам создания было невероятно сложно выжить.

Должно быть, сейчас они находились в месте последнего собрания мастеров создания. По пути сюда много из них погибло.

«Должно быть, мастера создания путешествовали в то время, как Великий Император был убит, что произошло на заката Эпохи Дракона Ханя, — задумался Цинь Му. — В ту эпоху райские небеса на знали о существовании другого мира или кровавой битве, произошедшей здесь. Единственным, кто об этом знал, был Небесный Преподобный Юнь.»

Никто не знал, почему Великий Император хотел искупать Великую Пустошь в крови. Вполне вероятно. Что Небесный Преподобный Юнь пришёл сюда, чтобы объединить усилия с мастерами создания и создать ловушку для Великого Императора и создать ему тюрьму в области сознания.

«Тем не менее, почему физическое тело Небесного Преподобного Юня находится в межбровье Великого Императора?»

У Цинь Му были некоторые сомнения. Небесный Преподобный Юнь не мог умереть в той битве, он погиб во время сражения за власть на райских небесах. Его физическое тело не могло здесь оказаться.

Более того, родовое проклятье семьи Юня было наложено мастерами создания в момент его смерти. К тому времени Великий Император уже был мёртв.

Он вздохнул. Чем больше секретов он знал, тем больше сомнений у него возникало.

Несмотря на то, что он побывал в Эпохе Дракона Ханя, его воспоминания были не слишком чёткими.

У него оставалось слишком много сомнений, которые мог развеять лишь Небесный Преподобный Юнь.

«Когда мы покинем Великую Пустошь, я использую силу Небесного Герцога и Графа Земли, чтобы воскресить Небесного Преподобного Юня.»

Цинь Му посмотрел вперёд и увидел границу Великой Пустоши, за которой было лишь безграничное пространство без суши.

В месте последнего сбора мастеров создания, о котором рассказывал Юэ Тингэ, они увидели высокие городские стены и жертвенный алтарь, на котором мерцали яркие огни.

Мастера создания, вероятно, построили новую пустошь и провели к ней мост пустоты, прежде чем отправиться туда.

Цинь Му и Ло Ушуан пришли к последнему месту сбора. Оно давно опустело, от него остался лишь жертвенный алтарь.

Сияние на вершине алтаря происходило от потрепанного моста, выглядящего крайне неустойчивым. Это был Мост Пустоты. Он то рассыпался, то восстанавливался. Цинь Му и Ло Ушуан понятия не имели куда он ведёт, и видели лишь картину конца света на его противоположной стороне!

Цинь Му нахмурился, глядя на Мост Пустоты и думая о том, как его пересечь. Внезапно он увидел женщину, собирающуюся пересечь мост с противоположной стороны!

Вокруг неё виднелись лишь руины. Пустота сжималась и растягивалась, создавая ужасающую картину. За спиной женщины витали множественные райские дворцы, выстроенные в разрушенные райские небеса. Она собиралась пересечь пустоту, чтобы добраться к противоположному берегу!

— Небесный Преподобный Сю! — тихо проговорил Ло Ушуан.

Глава 964. Ecли Челoвек не Pаботает в Mолодости, то Самобичевание в Старости Уго не Спасёт

— Эта девушка — Небесный Преподобный Сю?

Цинь Му уставился на противоположную сторону моста. Юэ Тингэ раньше говорил, что Мост Пустоты был невероятно опасным. Даже будучи практиком области Императорского Трона, он не осмеливался на него ступать, даже несмотря на своё безумие.

Тот факт, что даже он не ступал на мост, позволял понять, насколько опасным было это место.

Тем не менее, Небесная Преподобная Сю была другой. Она уже находилась посреди Моста Пустоты, что свидетельствовало о её невероятной силе.

Цинь Му нахмурился. Юэ Тингэ сумел заманить двух Небесных Преподобных в ловушку в области высшего сознания. Если Небесный Преподобный Хо застрял, то как Небесной Преподобной Сю удалось выбраться?

Почему Небесный Преподобный Хо посоветовал ему избегать Небесной Преподобной Сю?

Почему он его предупредил?

Почему Небесная Преподобная Сю решила пересечь мост? Она пыталась найти пропавших мастеров создания или деревню Беззаботную?

«Учитывая, насколько опасен Мост Пустоты, мне может не удастся его пересечь. Нужно забыть об этом. — глаза Цинь Му загорелись, когда он подумал. — Ковчег Парамиты может доставить меня в Беззаботную, в том случае, если меня не заметят райские небеса. Если я восстановлю ковчег, то отправлюсь в деревню Беззаботную и не буду рисковать.»

Звёздный компас из ковчега до сих пор был у него. Передавая его Цинь Му, старейшина деревни запечатал его, говоря, что позволит ему воспользоваться компасом лишь когда он будет достаточно сильным.

Теперь несмотря на то, что Цинь Му ещё не был таким сильным, как старейшина, он мог с лёгкостью сломать печать.

Ковчег был сильно повреждён. Тем не менее, Цинь Му мог воспользоваться картой Вэй Сюйфэна и найти его чертёж.

Единственная сложность заключалась в том, что ковчег был создан Расой Богов Небесных Работ для путешествия в деревню Беззаботную. Райские небеса, должно быть, тщательно за ним наблюдали.

Не быть обнаруженным ими было бы почти невозможно!

— Или же я мог бы построить ещё один Ковчег Парамиты…

Он оценил возможности: «Тем не менее, для создания нового ковчега мне понадобится помощь сотен тысяч Небесных Работников. Я не найду их, и даже бы если мне это удалось, райские небеса начали бы ещё пристальнее за мной наблюдать. Или же…»

Ему в голову пришла нелепая идея. Как только он о ней подумал, то она не могла покинуть его голову!

«Я могу вообразить ковчег. Если я запомню чертёж, то смогу воссоздать его своим сознанием!»

«Если мне это удастся, то я смогу пересечь Мост Пустоты и найти деревню Беззаботную!»

***

Его сердце неистово колотилось. Во внешнем мире за ним пристально наблюдали, так как он был Небесным Преподобным Му. Из-за этого ему было сложно сделать что-то в тайне.

Тем не менее, Великая Пустошь была совершенно другим местом.

Из экспертов райских небес только Небесным Преподобным Хо и Сю удалось выжить в Великой Пустоши. Остальным мастерам вроде Юэ Тингэ не удастся этого сделать.

Здесь же, если ему удастся избежать Небесных Преподобных Хо и Сю, он мог бы вообразить Ковчег Парамиты и пересечь на нём Мост Пустоты!

«Тем не менее, для начала мне нужно поднять своё совершенствование до области Райского Дворца. Тогда можно будет попробовать исполнить технику Великого Всеобъемлющего Сознания и создать Ковчег Парамиты!»

Цинь Му решил немедленно приняться за работу. Он ещё не открывал райского дворца, тем не менее, он двадцать или тридцать раз открывал божественные сокровища, что упрощало ситуацию.

Тем не менее, люди Эпохи Дракона Ханя открыли райский дворец, изучая райские небеса Дракона Ханя и используя силу древних богов.

Сейчас райские небеса до сих пор оказывали влияние на мир смертных несмотря на свою недоступность. Люди и боги находились в одном мире, что упрощало изучение райских небес и использование их силы для открытия райского дворца.

Когда практики божественных искусств открывали райский дворец, в том появлялись такие де строения, как и на райских небесах Дракона Ханя, среди которых были Южные Небесные Врата, Яшмовый Водоём, Сцена Казни Бога и Зал Непостижимого Неба.

Тем не менее, в Великой Пустоши не было чего-то подобного.

Поэтому Цинь Му пришлось вообразить вид райских небес, прежде чем использовать их силу для открытия области Райского Дворца.

Они до сих пор находились в месте последнего собрания мастеров создания, поэтому ЛО Ушуану пришлось всё время его охранять.

Цинь Му медитировал довольно долгое время. В его божественное сокровище Духовного Эмбриона появились Южные Небесные Врата, напоминающие прозрачный неврит, на их поверхности медленно зажигались руны.

Следом за ними возник Мост Зелёной Волны, необходимый для пересечения райской реки. Золотой дракон, чья пасть напоминала огромное солнце, носился вокруг, в то время как по мосту шагал феникс с ярко-красной головой.

В духовном эмбриона появилась Сцена Жизни, Небесная Улица, Небесный Рынок, Дворцовые Дороги, Водяной Дворец, Небесная Платформа и Три Мастера. Райская река начала протекать мимо Нефритовой Платформы. Обширный Яшмовый Водоём, окружённый божественными горами, начал медленно появляться из-ниоткуда.

Преодолев Яшмовый Водоём, можно было добраться до Правого и Левого Пернатого Леса, Боевого Дракона, Божественных Стратагем и десять имперских стражей, прежде чем увидеть Сцену Казни Бога.

За сценой Казни Бога находилась Нефритовая Столица и Зал Непостижимого Неба.

Сознание Цинь Му воссоздало первый райский дворец базируясь на современных райских небесах. Тем не менее, он владел рунами Великого Дао множества древних богов, и запечатлел их на каждом здании, что делало его райский дворец сильнее, чем те, что были открыты раньше.

Тем не менее, это было лишь воображение. Оно не могло сделать райский дворец настоящим.

Ему ещё оставалось открыть пустоту и райский дворец.

В божественном сокровищу Духовного Эмбриона Цинь Му стоял посреди чёрно-белой диаграммы тайцзи. Стукнув по ней ногой, он заставил её быстро расшириться, а Первобытное Дерево разрастись.

Пока диаграмму увеличивалась, Цинь Му открыл нефритовую бутылку и осторожно вылил из неё каплю первобытной жидкости. Упав на поверхность диаграммы, та мгновенно превратилась в бушующее море!

Затем он вынул ещё одну каплю, которая превратилась в райскую реку. Вырвав Первобытное Дерево с корнями, она унесла его в пустоту!

Исконный дух Цинь Му оставался на диаграмме тайцзи. Он не спешил следовать за рекой, а вместо этого управлял её движением по диаграмме.

Цинь Му нахмурился. Он не владел рунами Великого Дао бездны Руин Заката, поэтому не мог её воссоздать.

Ему оставалось лишь заставить райскую реку течь вдоль линии посреди диаграммы тайцзи. На её краю река превращалась в призрачный водопад, который падал в землю Юду, вокруг Графа Земли.«

„У меня есть физическое тело Госпожи Юаньму. Если я проведу некоторое время изучая его, то пойму руны Великого Дао Руин Заката!“

Он вылил каплю первобытной жидкости на землю.

В полёте она начала расширяться, превращаясь в бескрайний океан чистой энергии.

В то же время Цинь Му использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы активировать всю свою Ци и начать бомбардировать пространство вокруг диаграммы тайцзи!

Огромное количество Ци вылетело из всех частей божественного сокровища Духовного Эмбриона, пережевывая и поглощая энергию Первобытной Жидкости. Жизненная Ци столкнулась с ней, превращаясь в Южные Небесные Врата, за которыми показались тысячи дворцов и залов.

В мгновение ока здания вроде Моста Зелёной Волны. Небесной Улицы, Небесного Рынка, Дворцовых Дорог, Водяного Дворца и Трёх Платформ возвысились над землёй. Казалось, будто их рисовала невидимая рука, или строил невидимый рабочий!

Они сформировали собой райский дворец, окружённый величественными облаками и окутанный голубовато-зеленым туманом.

Энергия капли первобытной жидкости иссякла.

Этот райский дворец отличался от райских дворцов остальных людей. Последние располагались на берегу, соединённом с божественными сокровищами райским дворцом, или на берегу райской реки. Дворец Цинь Му, в свою очередь находился прямо на диаграмме тайцзи.

Океан, созданный из первой капли жидкости, превратился в Яшмовый Водоём, образуя часть райского дворца.

Цинь Му достал ещё одну каплю, в то время как его Ци и техника Трёх Эликсиров Тела Тирана продолжала кипеть, создавая ещё один райский дворец!

Здания этого райского дворца были выполнены в драконьем стиле, лезвия Сцены Казни Бога напоминали двух извивающихся драконов.

Цинь Мы вылил пятую каплю жидкости, создавая третий райский дворец!

Тот находился на противоположной стороне диаграммы тайцзи и был окутан тьмой. Над чёрно-белыми зданиями висели чёрное солнце и луна, а отражение Цинь Му формировало в них облик Графа Земли. Райский Дворец висел между его рогами.

Он вылил шестую каплю жидкости, создавая четвёртый райский дворец.

Этот райский дворец находился на диаграмме тайцзи и был украшен изображениями трёхглавых шестируких богов и дьяволов.

После его создания Цинь Му достал седьмую каплю и построил пятый дворец, наполненный энергией мечей!

Затем он вылил восьмую каплю жидкости, и дух пути боевых искусств наполнил небо и землю. За его спиной сформировался шестой райский дворец, дворец пути боевых искусств!

Девятая капля жидкости упала на землю, превращаясь в бумагу и чернила. Половину райского дворца пути живописи тут же образовалась слева от него.

Следом за ней упала десятая капля, превращаясь в половину райского дворца пути ножа.

Одиннадцатая капля превратилась в половину райского дворца искусства лечения.

Двенадцатая капля образовала половину дворца построений.

Тринадцатая капля превратилась в половину райского дворца ковки.

Четырнадцатая капля упала на землю и образовала половину райского дворца пути буддизма.

Пятнадцатая капля превратилась в половину райского дворца воровства.

Шестая создала половину райского дворца создания.

После того, как энергия шестнадцати капель истощилась, изменения в божественном сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му прекратились. Часть его райских дворцов были закончены, в то время как другие — нет. Пересекаясь друг с другом, они создавали всевозможные странные явления.

Остальные думали, что техника Цинь Му объединяла в себе три или четыре техники Императорского Трона, что было правдой. Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана состояла из техник Багрового и Светлого Императоров, Махакалы и Высшей Тайны Древнего Дракона. Сутра Тёмного Мо Цзя Махакалы, которой он владел, была неполной, из-за чего она сформировала лишь половину райского дворца.

Тем не менее, Цинь Му вступил на путь мечом и владел непревзойдёнными божественными искусствами меча, которые позволили ему возвести райский дворец пути меча. Кроме этого, он вступил на путь боевых искусств и изучил технику Небесного Наставника Боевых Искусств Гуань Ча. Поэтому не было ничего странного в том, что его дух пути боевых искусств мог превратиться в полноценный райский дворец.

Остальные Дао, вроде Дао ножа, живописи, воровства, построений, божественных искусств, ковки и лечения достались ему от стариков деревни Цань Лао.

Хотя Цинь Му никогда не вступал на путь этими Дао, это удалось деревенским старикам. Вот только их совершенствование было недостаточно высоким, чтобы достичь уровня райского дворца.

Старики дали ему зерно, которое теперь проросло.

Таким образом, несмотря на то, что на первый взгляд Цинь Му совершенствовал лишь несколько техник Императорского Трона, на самом деле он обладал довольно большим их количеством.

Когда я вернусь в Вечный Мир, я должен заставить старейшину деревни тщательно совершенствоваться, чтобы поднять их уровень совершенствования.

Исконный дух Цинь Му двинулся к Южным Небесным Вратам главного райского дворца. Когда на него надавила их сила, он почувствовал боль: „Если человек не работает в молодости, то самобичевание в старости его не спасёт! Если старейшина и остальные не будут усердно работать, то мне не удастся довести остальные райские дворцы до совершенства.

— В прошлом они заставляли меня тренироваться, и теперь я должен заставить их! Только когда они откроют свои райские дворцы, мои райские небеса станут полноценными!

Его исконный дух оказался под сильным давлением Южных Небесных Врат. Между тем его отражения прошли сквозь Южные Небесные Врата остальных райских дворцов, рассыпаясь одно за другим.

Цинь Му нахмурился. Он собирался открыть четырнадцать райских дворцов и немедленно стать истинным богом, но это оказалось невероятно сложной задачей.

Проблема состояла в том, что техники остальных дворцов были несовершенны, что усложняло проход через их врата.

Он вздохнул и открыл глаза:

— Тело Тирана Цинь, я заметил, что твоё совершенствование стало сильнее, что случилось?

Цинь Му ответил горьким тоном:

— Я стал богом.

Ло Ушуан удивлённо спросил:

— Это ведь хорошо, почему ты нахмурился? Тебе всего лишь около тридцати лет. Стать истинным богом в таком возрасте — это удивительное достижение. Кстати, Небесная Преподобная Сю застряла.

— Мне всего два года, а не тридцать. Небесная Преподобная Сю застряла? — Цинь Му подпрыгнул к Мосту Пустоты, тут же обрадовавшись. — Хорошо. Теперь никто здесь мне не помешает!

— Это и вправду так, Небесный Преподобный Му? — за его спиной раздался чей-то звонкий, холодный голос.

Глава 965. Правeдный Человек

Цинь Му оглянулся, увидев, что к ним приближается Лянь Хуахунь. Должно быть, она следовала за ними, пока не нашла это место.

Тем не менее, погода и небо золотой пустыни были непредсказуемыми, она была наполнена бесчисленными странностями. Должно быть, она наткнулась на множество препятствий, из-за чего пришла к месту последнего сбора мастеров создания на несколько дней позже них.

— Да, — Цинь Му даже не пытался скромничать. Он отвёл взгляд от Лянь Хуахунь и посмотрел на Мост Пустоты. Со спокойным выражением лица он продолжил. — B Великой Пустоши больше не осталось никого, кто несёт для меня угрозу. Ни ты, Небесная Императрица, ни Госпожа Юаньму.

Причина, по которой он отвёл взгляд, состояла в том, что внешне она была похожа на Небесную Императрицу и Госпожу Юаньму. У неё была тонкая талий и большая грудь. Покачивающаяся при ходьбе. Это зрелище было слишком болезненным для него.

«Неужели Небесная Императрица знает, что мне нравится? — Цинь Му был шокирован. — Она хорошо меня изучила, и знает мои слабые места. Тем не менее, я о ней не знаю почти ничего.»

Тем не менее, он не знал, что Небесная Императрица превратилась в Лянь Хуахунь не для того, чтобы преследовать его. На самом деле она хотела воспользоваться привязанностью Небесного Преподобного Хао к своей матери. По совпадению обстоятельств, его стандарты красоты оказались такими же, как у Цинь Му.

Цинь Му подавил странные мысли в своей голове, продолжая смотреть на Мост Пустоты.

Небесная Преподобная Сю и вправду застряла. Несмотря на её безграничную силу, она попала в опасность на краю Моста Пустоты.

Мост Пустоты состоял из разрозненных частей, повреждения со стороны Великой Пустоши были особо серьёзными. Но если бы речь была лишь в разрушенной пустоте, то Небесная Преподобная Сю не попала бы в ловушку. Тем не менее, пустота также сжималась и трещала, время от времени вызывая странный взрывы!

Казалось, будто пустота таким образом дышит. Тем не менее, между каждым её вдохом и выдохом, снаружи Моста Пустоты, рождались и исчезали новые вселенные. Их существование напоминало вспышки света, которые тоже были невероятно мощными!

Даже непревзойдённому существу вроде Небесной Преподобный Сюй, с трудом давался каждый шаг. Она попала в опасность и не могла ни продвинуться вперёд, ни отступить.

Её райские дворцы витали в воздухе и дрожали, так как были повреждены постапокалиптическим пейзажем на противоположной стороне моста, отчего её совершенствование было не таким высоким, как раньше.

«Её райские дворцы были открыты обычным путём, а не созданы воображением. Если бы они были воображены, то могли бы с лёгкостью восстановиться после повреждения. Это подарило бы ей шанс добраться на противоположную сторону моста, — Цинь Му отвёл взгляд и задумался. — Небесная Преподобная Сю не владеет техникой воображения. Это значит, что она не мастер создания, скрывшийся на райских небесах.»

Цинь Му предполагал, что она могла быть мастером создания.

Обстоятельства смерти Небесного Преподобного Юня были загадочными. Тот был убит мастером создания, после чего проклят родовым проклятьем. Когда Цинь Му помог Юнь Цзяньли снять это проклятье, он наткнулся на сознание этого мастера создания.

Раньше он предполагал, что этим мастером создания был Великий Император. Несмотря на то, что его убили в области высшего сознания, его сознание осталось живым, а значит его нельзя было считать мертвецом.

Было неизвестно, скрывался ли он на райских небесах под видом кого-то другого.

Тем не менее, судя по том. в каком положении оказалась Небесная Преподобная Сю, попытавшись пересечь Мост Пустоты, она, скорее всего, не была Великим Императором.

Если бы она им была, то смогла бы пересечь мост с помощью своего мощного сознания.

Естественно, существовала возможность. Что она не использует своей настоящей силы, чтобы не выдать себя.

Лянь Хуахунь взглянула на Ло Ушуана, прежде чем перевести взгляд на Небесную Преподобную Сю и проговорить:

— Лицемерка.

Цинь Му слегка дрогнул и спросил:

— Добрая младшая сестра, почему ты называешь Небесную Преподобную Сю лицемером?

— Добрая младшая сестра? — Лянь Хуахунь холодно фыркнула, прежде чем спокойно продолжить. — Тебе хватит смелости так меня называть? Я отниму у тебя жизнь, и тебя никто не спасёт.

Она сделала небольшую паузу, прежде чем продолжить:

— Настоящие способности Небесной Преподобной Сю не ограничены тем. Что ты видишь. Тем не менее, она не смеет их использовать, чтобы не выдать себя. Она предпочла оказаться в такой опасной ситуации вместо того, чтобы продемонстрировать свою полную силу. Что это, если не лицемерие?

Цинь Му разразился смехом:

— Разве Императрица не ведёт себя таким же образом? Если бы ты по-настоящему хотела от меня избавиться, то могла бы просто использовать свои настоящие способности, не оставляя мне никаких шансов. Тем не менее, ты стала ученицей Небесного преподобного Хао, чтобы изучить Восемнадцать Движений для Убийства Му. Ты тоже лицемерка. Вы, десятеро Небесных Преподобных, все лицемеры. Никто из вас не является праведным человеком.

— Праведные люди райских небес уже давно мертвы, — Лянь Хуахунь улыбнулась, с любопытством спросив. — A Небесный Преподобный Му праведный человек?

Цинь Му отвёл взгляд от её груди и серьёзно ответил:

— Я один из немногих праведных людей райских небес, — говоря это, он не удержался, и взглянул на грудь снова.

Лянь Хуахунь приподняла свой воротник и ответила:

— В техниках и божественных искусствах Небесного Преподобного МУ много слабых мест. Каждое из восемнадцати движений для убийства Му, которые я выучила у Небесного Преподобного Хо, нацелено на уникальной недостаток. Тебе будет сложно избежать смерти. Но если ты передашь мне труп моей сестры, я пощажу твою жизнь.

Она тихо добавила:

— Если ты останешься жив, то я получу с этого огромную пользу. Тем не менее, я всё же хочу выколупать твои глаза. Они слишком бегают.

Цинь Му силой мысли вытащил гроб Госпожи Юаньму из своего межбровья, и тот с грохотом приземлился на землю. Он ответил:

— Не то, чтобы я видел в нём какую-то ценность. Императрица может его забрать. Что касается моих глаз, то их ты тоже можешь выколупать. Мои техники создания позволят мне тут же их восстановить.

Лянь Хуахунь растерялась.

По пути сюда она рассмотрела огромное количество сценариев, в которых она убивала Цинь Му, представляла себе выражение неверия на его лице перед смертью, и его последние слова. Тем не менее, она не предвидела, что он с такой лёгкостью достанет хрустальный гроб и отдаст его ей.

Она подошла к гробу и протянула к нему, между тем прикрываясь от Цинь Му.

Тем не менее, тот вёл себя невероятно искренне и даже сделал несколько шагов назад.

Ладонь Лянь Хуахунь осторожно потянулась к гробу, в то время как она не отводила взгляда от Цинь Му.

Тот слегка улыбнулся:

— Императрица, будь осторожна.

Он как раз закончил говорить, когда пустота за спиной Лянь Хуахунь открылась и в ней появилась пропасть, из которой протянулась прекрасная белоснежная рука. Её пять пальцев были длинными и изящными. Они беззвучно надавили на затылок Лянь Хуахунь.

Тем не менее, казалось, будто Лянь Хуахунь совершенно этого не замечает. Но в тот же миг, когда белая рука коснулась её затылка, её тело исчезло.

Ладонь просвистела в воздухе и тут же отступила. Тем не менее, было уже слишком уже поздно. Лянь Хуахунь подлетела к бездне и ударила в неё ладонью:

— Маленькая потаскушка, когда-то ты уже подкралась ко мне, думаешь, что тебе удалось бы сделать это снова?

В бездне раздался глухой звук, после чего из неё выпала Юнь Чусю, смеясь:

— Старшая сестра учится на своих ошибках. Кажется, я научила тебя достаточно хорошо, и ты стала очень умной!

Несмотря на то, что её улыбка была прекрасна, как цветок, её движения были невероятно злобными и безжалостными. Она освободила всю свою силу в первом же ударе! За её спиной мгновенно появились бесчисленные райские дворцы. Создавая удивительную картину.

Лянь Хуахунь тоже задействовала всю свою силу, и две девушки начали носиться по жертвенному алтарю, предпринимая непредсказуемые шаги и сталкиваясь друг с другом, демонстрируя невообразимые способности.

Бум!

Зал мастеров создания испарился под воздействием их божественных искусств, но в следующий миг он вернулся на своё место.

Несмотря на то, что божественные искусства Лянь Хуахунь и Юнь Чуцсю были невероятно мощными и могли с лёгкостью сравнять это место с землёй, всё вокруг было создано воображением и возвращалось к своему прежнему виду сразу же после разрушения.

Цинь Му наблюдал за их сражением, и спустя некоторое время покачал головой.

Несмотря на то, что битва между Юнь Чусю и Лянь Хуахунь была напряжённой, они использовали лишь способности оружия Небесного Преподобного Юя, отказываясь демонстрировать свои настоящие высшие искусства. Они не исполнили ни одной из своих техник, определённо волнуясь, что раскроют свои секреты.

«Кажется, битва сестёр не станет более напряжённой. Мне нет смысла продолжать елать вид, что я им подчиняюсь.»

Подумав об этом, он взмахнул рукой. Хрустальный гроб тут же поднялся в вертикальное положение и открылся, обнаруживая труп Госпожи Юаньму.

Цинь Му закрыл глаза, засыпая, и его сновидения тут же окутали хрустальный гроб. Сотни тысяч его крохотных клонов быстро выбежали из его ума, запрыгивая на тело Госпожи Юаньму. Некоторые даже забрались в её рукава и начали осматривать каждый её уголок, изучая руны её Великого дао.

Заметив это, Юнь Чусю растерялась, и её техника сразу же вышла из-под контроля. Лянь Хуахунь тут же воспользовалась этим, избивая её до тех пор, пока она не начала блевать кровью, и не улетела прочь, пробивая несколько дворцов мастеров создания.

Лянь Хуахунь собиралась продолжить свои атаки, когда Юнь Чусю поспешно прокричала:

— Наши физические тела скрывают в себе Великое Дао Руин Заката. Если он его изучит, то наши тайны будут раскрыты! Я не справлюсь с ним в одиночку, только сестра может убить его и вернуть моё физическое тело!

Лянь Хуахунь усмехнулась:

— После того. Как я его убью, разве ты не воспользуешься шансом и не убьёшь меня, чтобы вернуть своё тело?

— Сестра, мы с тобой родились из одних корней. Если Великое Дао моего тела будет раскрыто, то и твоё вместе с ним!

По щекам Юнь Чусю потекли слёзы, она с жалостью проговорила:

— Мы с тобой умрём, и нас даже не похоронят! Разве я смогу убить тебя, если брошусь на тебя в лоб? Младшая сестра сумела убить тебя лишь благодаря тому, что подкралась! Теперь, когда ты настороже, разве я в силах что-то сделать? — она не могла сдержать слёзы, которые до сих пор текли по её щекам. — Она не могла сдержать слезы. — Когда в руках сестры окажется моё физическое тело, ты станешь владельцем моей главной слабости. Я определённо буду вынуждена согласиться работать на тебя, будто лошадь, и стану твоей послушной рабыней! Я буду верной!

Взглянув на неё, Лянь Хуахунь тут же подлетела в воздух и атаковала Цинь Му одним из божественных искусств для убийства Му!

Несмотря на то, что глаза Цинь Му были закрыты, и он спал, его тело встало. Три его глаза не открывались, но его рука подняла меч.

Лянь Хуахунь сразу же обнаружила недостаток в его технике меча, используя её, чтобы атаковать слабое место Цинь Му!

Тем не менее, её движение, которое должно было убить Цинь Му, будто столкнулось с невидимым барьером, который не позволил его силе достичь цели.

Лянь Хуахунь была ошеломлена, и поспешно изменила своё божественное искусство, исполняя другое движение для убийства Му.

Это движение возымело такой же эффект, как и предыдущее. Оно было остановлено задолго до того, как достигло тела Цинь Му.

Лянь Хуахунь меняла движения одно за другим, тем не менее, ей всё никак не удавалось совладать с Цинь Му. Не удержавшись, она панически прокричала:

— Маленькая потаскуха, я его отвлекла, почему ты не придёшь на помощь?

Юнь Чусю поспешно бросилась вперёд, и обе сестры объединили свои усилия, кружась вокруг Цинь Му, будто две разноцветных бабочки. Божественные искусства, которые они исполняли, были невероятно мощными, но они всё же не могли достичь Цинь Му.

Ло Ушуан наблюдал за происходящим издали. Не удержавшись, он дрогнул:

— Совершенствовавшись и став богом, Тело Тирана Цинь стал невероятно сильным! Его сила настолько велика, что даже две сестры не могут его остановить!

Цинь Му уже достиг области богов. Небесная Императрица и её сестра уступали ему всего лишь на одну область, но казалось, что разница между ними была будто между небом и землёй!

— Мы не можем ему противостоять, давайте сбежим!

Юнь Чусю и Лянь Хуахунь начали отступать. За их спинами открылось две бездны, и они вот-вот должны были скрыться.

В этот миг глаз в межбровье Цинь Му открылся, выстреливая двумя лучами ослепительного света. Юнь Чусю и Лянь Хуахунь запрыгнули в бездны, но в последний миг лучи света вонзились в их тела.

Из неба начала литься кровь, две девушки исчезли.

Глаз в межбровье Цинь Му моргнул, он внезапно протянул руки к двум струям крови, текущим с неба. Он схватил Лянь Хуахунь и Юнь Чусю за шеи, вытаскивая их из пустоты, прежде чем бросить на землю!

Глaва 966. Cоблазнeние

Лянь Хуахунь и Юнь Чусю были шокированы и растеряны. Несмотря на то, что они лишь на одну область отставали от Цинь Му, разница в их силе была слишком большой.

Тела, в которых они сейчас находились, достигли области Божественного Моста и ещё не пересекли Южные Небесные Врата. Цинь Му уже был богом, что давало ему значительное преимущество.

В прошлом они убили многих истинных богов, превосходящих их даже на две области, не говоря уже об одной.

Лянь Хуахунь, к примеру, убила учеников, которых Небесный Преподобный Хао отправил в Великую Пустошь, чтобы не позволить им раскрыть Цинь Му Движения для Убийства Му. Все они были истинными богами.

Они были Небесными Преподобными, которые использовали тела Лянь Хуахунь и Юнь Чусю, чтобы путешествовать по миру людей. Несмотря на это, боги и истинные боги не могли убить этих клонов, так как те обладали безграничными знаниями и опытом.

Тем не менее, перевес Цинь Му в одну область был просто несоизмеримым! Он возвышался в небе, в то время как они стояли на земле. Даже оставшиеся Восемнадцать Движений для Убийства Му не могли достичь цели и освободить свою силу!

С тех пор как Лянь Хуахунь начала свою атаку и до того момента, как они были повержены, им не удалось нанести Цинь Му ни одного удара. Тот даже не пытался уклоняться или разрушить их техники. Он всего лишь освободил свою ЦИ, формируя щит, который они не сумели пробить.

После того, как Цинь Му бросил их на землю, он тут же закрыл свой третий глаз. Его сон продолжился, и крохотные существа непрерывно носились по теле Госпожи Юаньму, измеряя его и записывая руны Руин Заката.

Он запечатал совершенствование Лянь Хуахунь и Юнь Чусю, отчего те лежали на земле, не в силах пошевелиться.

Юнь Чусю прищурилась и внезапно проговорила:

— Божественный Нож Ло, чего ты стоишь? Разве ты не планируешь убить этого мятежника Цинь Му и помочь мне подняться?

Ло Ушуан сделал вид, что не слышит её, но его сердце наполнилось волнением.

Эти девушки были двумя из десяти Небесных Преподобных. Теперь, когда он открыто пошёл против их приказа, его определённо сочтут предателем и он не очистит свою репутацию до конца жизни.

«Интересно, что Цинь Му собирается делать с клонами Небесной Императрицы и Госпожи Юаньму? — Ло Ушуан волновался. — У Тела Тирана Циня, кажется, двусмысленные мысли об этих девушках. Скорее всего он пощадит их из-за их красоты. Только что он как-то странно на них посмотрел. Но они должны умереть! В противном случае их истинные тела узнают обо всём, что случилось в Великой Пустоши!»

Великая Пустошь и райские небеса были разными мирами, и истинные тела Небесной Императрицы и Госпожи Юаньму не знали о том, что происходит с Лянь Хуахунь и Юнь Чусю. Тем не менее, как только они окажутся в одном мире, они сразу узнают о произошедшем.

Если это произойдёт, Небесная Императрица и Госпожа Юаньму определённо не пощадят Цинь Му и Ло Ушуана, и попытаются уничтожить их любой ценой!

«Если Тело Тирана Цинь проявит к ним нежные чувства и не решится их убить, то я сам подниму свой нож и лишу их жизни!»

Лучи ножа засверкали в глазах Ло Ушуана. Юнь Чусю была невероятно красивой, и каждый ей взгляд, улыбка и действие очаровывали. Лянь Хуахунь тоже обладала невообразимой красотой. Обычный мужчина был не в силах им противостоять.

Было очевидно, что Цинь Му не сумеет избежать их влияния.

Тем не менее, Ло Ушуан был не таким.

Он был одержим ножами, в его глазах нож был самой красивой женщиной. До того, как его техника стала простой и праведной, она была крайне жестокой и соблюдала чёткие правила. Только такое сильное сердце Дао, как у него, могло не обращать внимания на внешность этих двух девушек и не проявить к ним жалости.

Цинь Му до сих пор спал, в то время как его крохотные клоны шумели, обмениваясь своими находками. Скорость, с которой они изучали физическое тело Госпожи Юаньму, была невероятно высокой.

Измерения, которые он делал, отличались от измерений секты Дао райских небес.

Когда секта Дао изучала древних богов, она измеряла все руны их Великого Дао и структуру их физических тел, записывая даже мельчайшие детали их Великого Дао и раскрывая все их секреты.

Цинь Му, в свою очередь, изучил лишь самые главные руны тела Госпожи Юаньму. Этого ему было достаточно.

Несмотря на то, что руны Великого Дао Руин заката сильно его интересовали, их глубокое изучение отняло бы у него слишком много времени. Делая это в одиночку, даже с помощью техники сна он потратил бы несколько тысяч лет.

Цель Цинь Му состояла в том, чтобы воссоздать Руины Заката в своём божественном сокровище Духовного Эмбриона. Для этого хватало овладеть лишь основными рунами и понятиями Руин Заката.

Естественно, если бы он изучил тело Госпожи Юаньму и руны Руин Заката более подробно, то это бы значительно усилило его райский дворец Руин Заката.

Поэтому он планировал позволить практикам божественных искусств Вечного Мира, а также богам и дьяволам, владеющим математикой, изучить тело Госпожи Юаньму и Великое Дао Госпожи Юаньму.

Спустя некоторое время Цинь Му проснулся и мир сна исчез.

Он снова спрятал хрустальный гроб Госпожи Юаньму в третий глаз. Затем он взглянул на Юнь Чусю и Лянь Хуахунь. Соблазнительные девушки лежали на земле, не в силах пошевелиться.

Лянь Хуахунь была крайне возмущена. Заметив его взгляд, она замерла, но всё равно выглядела крайне привлекательно.

Юнь Чусю, с другой стороны, была более открытой. Она нарочно принимала всевозможные соблазнительные позы, покусывая губу и хихикая:

— Небесный Преподобный Му, мы, две сестры, не можем пошевелиться. Что ты с нами будешь делать?

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он засмеялся:

— Небесная Императрица и Госпожа Юаньму очень хитры. Естественно, мне придётся опрокинуть вас через колено и дать вам по задницам.

Лянь Хуахунь ужасно побледнела в лице, в то время как Юнь Чусю начала хихикать, качаясь по земле:

— Подойди, дай мне по заду!

Она напоминала рыбу, выпрыгнувшую на берег, и вызывала у других непреодолимое желание броситься вперёд, чтобы схватить её.

Несмотря на то, что Цинь Му знал, что это неуместно, у него возникло именно такое желание. Тем не менее, в его сердце было некоторое сомнение: «Мне нельзя отпускать Небесную Императрицу и Госпожу Юаньму.»

Тем не менее, он колебался насчёт того, чтобы их убивать.

В этот миг в небе вспыхнул луч ножа, и Ло Ушуан разрубил Юнь Чусю надвое!

Цинь Му был шокирован.

В следующий миг Ло Ушуан снова взмахнул нож и пронзил тело Лянь Хуахунь. Вытирая кровь с лезвия, он проговорил с мрачным выражением лица:

— Небесному Преподобному Му нет даже двух лет, но эти две дьяволицы осмеливаются пытаться его соблазнить. За это преступление они заслуживают тысячу смертей.

Цинь Му уставился на трупы красавиц на земле, прежде чем повернуть свой дрожащий взгляд к Ло Ушуану.

Тот равнодушно продолжил:

— Сердце Дао Небесного Преподобного Му крайне устойчиво, ты определённо бы не поддался их влиянию. Мои действия были необязательными. Тем не менее, они осмелились тебя унизить, и я не удержался перед тем, чтобы достато свой нож и сохранить твою репутацию. Я прошу у Небесного Преподобного Прощения.

Цинь Му пробормотал:

— Брат Ло, в этом не было необходимости. К тому же ты можешь называть меня Владыкой Культа Цинем. Ты прав, эти две дьяволицы пытались меня соблазнить… Я отлично владею техникой создания, и если склеить их тела обратно, то их можно будет воскресить…

На лбу Ло Ушуана выступили зелёные вены, его единственная рука схватилась за рукоять ножа. Он напомнил:

— Владыка Культа Цинь, цель нашего путешествия состоит в том, чтобы пересечь Мост Пустоты, а не воскрешать двух дьяволиц. Владыка Культа Цинь, пожалуйста, поспеши и вообрази Ковчег Парамиты!

Заметив, что Ло Ушуан схватился за нож, Цинь Му рассмеялся:

— Брат Ло, не волнуйся, я не настолько глупый чтобы меня можно было соблазнить красотой. Я хотел воскресить их лишь для того, чтобы раскрыть их техники Великих Райских Небес, у меня нет никаких других желаний! Но раз уж брат Ло относится ко мне с подозрением, то я воображу Ковчег Парамиты и мы покинем это место!

Он снова взглянул на трупы двух красавиц и вздохнул с сожалением:

— И всё же их можно воскресить с помощью техники создания… как жаль, что этот упрямец, Ло Ушуан, такой злой!

Ло Ушуан заметил его взгляд и тут же шагнул вперед, выбрасывая трупы девушек в пустоту.

Цинь Му ушёл прочь, ужасно помрачнев в лице и чувствуя себя крайне возмущённым: «Я не такой развратный человек, как древний Небесный Император. Какой смысл меня так охранять? У меня всего лишь доброе сердце, любящее красоту, как и у всех остальных. Даже если бы я их воскресил, у меня не было бы никаких плохих мыслей. В лучшем случае я лишь слегка бы с ними пофлиртовал!»

Тела Юнь Чусю и Лянь Хуахунь тут же перемололись ужасающей разрушительной силой Моста Пустоты. У него больше не вариантов, и он начал использовать руны Руин Заката, чтобы воссоздать их бездну в своём Божественном Эмбрионе.

Его система совершенствования была уникальной. Традиционные божественные сокровища и райские дворцы были разделены слоями и находились друг над другом. В то же время у него было лишь одно божественное сокровище и четырнадцать райских дворцов.

Самым важным было то, что его райские дворцы находились внутри божественного сокровища Духовного Эмбриона, в отличие от остальных практиков, богов и дьяволов, чьи райские дворцы находились на небесах вверху.

Таким образом, Цинь Му было намного легче вносить изменения в строение Духовного Эмбриона.

Спустя некоторое время он сформировал бездну Руин Заката, которая превратилась в линию тайцзи на диаграмме. Райская река стекала вдоль неё в Юду, лежащего на её противоположной стороне.

Несмотря на то, что бездна Руин Заката была очень грубой, она соединила Юду, Сюаньду и Юаньду, тут же давая Цинь Му чувство, что его жизненная Ци становится неисчерпаемой!

После создания Руин Заката и соединения трёх миров, его совершенствование увеличилось не слишком сильно, но зато он мог намного быстрее задействовать свою жизненную Ци и сознание. Таким образом, процесс воображения ковчега Парамиты намного упростился.

Ему очень скоро удалось создать очертания Ковчега Парамиты. Вот только для этого потребовалось огромное количество сознания. С его сегодняшним уровнем совершенствования Цинь Му пришлось потратить на это все свои силы.

Цинь Му нахмурился. Пока его сознание восстанавливалось, он вошёл в сон и использовал бесчисленное количество своих крохотных клонов, чтобы провести расчёты для объединения техник Великого Всеобъемлющего Сознания и Трёх Эликсиров Тела Тирана.

Процесс объединения Великого Всеобъемлющего Сознания тоже привёл к гибели бесчисленного количества клонов Цинь Му. Картина была поистине ужасающей.

Тем не менее, Сутра Безграничного Бедствия была создана именно для того, чтобы позволить мастеру пережить бесчисленное количество неудач, прежде чем достичь успеха.

Когда Цинь Му наконец объединил Великое Всеобъемлющее Сознание с Тремя Эликсирами Тела Тирана и продолжил воображать Ковчег Парамиты, прогресс стал намного быстрее.

Ковчег Парамиты постепенно формировался в воздухе. Цинь Му восстанавливал свои силы несколько десятков раз, медленно дополняя конструкцию.

Дни проходили один за другим. Раны Ло Ушуана полностью зажили, и он отправился на поиски Цинь Му, внезапно обнаруживая огромный корабль длиной в несколько десятков километров, созданный из сознания Цинь Му. Он вздрогнул от удивления.

Ковчег Парамиты был воплощением всех знаний Эпохи Императора-Основателя. Всего было построено два таких корабля. На одном летал Император-Основатель и сильные практики тридцати трёх небес райских небес Императора-Основателя, путешествуя в деревню Беззаботную.

Второй Ковчег Парамиты был создан Сакрой Ли Южанем и Расой Богов Небесных Работ. Он собирался доставить его последних последователей в деревню Беззаботную, но враги атаковали ковчег и тот был разрушен в Великих Руинах.

Небесные Преподобные райских небес тоже хотели починить ковчег, но его строение оказалось слишком сложным. Без чертежа у них не было шансов его воссоздать.

Тем не менее, Цинь Му удалось создать новый Ковчег Парамиты с помощью своего сознания!

Даже если этот корабль был в бесчисленное количество раз меньше настоящего Ковчега Парамиты, его вид всё равно был великолепным. То, что что это многокилометровое строение можно было создать с помощью сознания, было поистине невероятным.

Наконец, Цинь Му создал последнюю деталь Ковчега Парамиты.

На его корпусе зажглась руна, вслед за которой засияли миллиарды других. Ковчег постепенно поднялся в воздух, напоминая остров в небе!

— Маленький друг Цинь, теперь тебя можно назвать мастером создания, — в голове Цинь Му раздался восторженный голос Шу Цзюня. — В первобытной эпохе было не так уж много мастеров создания, способных создать столь сложное божественное оружие. Многие из нас превосходили тебя в достижениях сознания, но мало кому удалось бы вообразить что-то настолько сложное и большое. Твои способности уже превосходят твоих предшественников.

— Спасибо за твой комплимент, брат Дао Шу Цзюнь.

Цинь Му поднялся на борт огромного ковчега и подошёл к мостику.

Ло Ушуан пошёл следом за ним. Цинь Му достал звёздный компас, который достался ему от старейшины деревни, на его лице возникло странное выражение. Спустя некоторое время он провёл по нему рукой. На компасе зажглись всевозможные изображения мечей, с грохотом разбиваясь!

Печать старейшины деревни тут же рассеялась.

Цинь Му собрался с мыслями и положил компас на его место на мостике.

Огромный корабль с грохотом задрожал и медленно повернулся, начиная двигаться в сторону жертвенного алтаря Моста Пустоты.

— Деревня Беззаботная, — Цинь Му посмотрел на Мосту Пустоты и улыбнулся, в его взгляде было много сложных эмоций. — Я иду.

Глaва 967. Один Koвчeг, Трое Небесныx Преподобных

Ковчег Парамиты двигался вдоль Моста Пустоты. Поверхность корабля была покрыта миллиардами рун. Каждый раз, когда он сталкивался с трещинами в пустоте, они зажигались и освобождали свою силу.

Этот корабль был воплощением всех знаний Эпохи Императора-Основателя. Вместе с картой, которая досталась Императору-Основателю от Небесного Преподобного Юня, он мог пересечь Мост Пустоты, что было невозможно даже для Небесной Преподобной Сю.

Тем не менее, у Цинь Му всё же были некоторые опасения. В конце концов, этот ковчег был создан его воображением, а не выкован руками бесчисленных богов и дьяволов. Когда речь шла о стабильности и прочности корабля и его рун, они уступали настоящему.

— Надеюсь, мы сможем благополучно пересечь Мост Пустоты.

Мост Пустоты был разрушен в многих местах. Каждый раз, когда они подлетали к разрыву, пустота вокруг взрывалась. В этих местах рождались и погибали бесчисленные вселенные, уничтожающие руны на поверхности.

Выражение Цинь Му резко изменилось. Он оглянулся и увидел, что ковчег преодолел только десятую часть пути. К противоположной стороне оставалось ещё далеко.

Ло Ушуан тоже изменился в лице. Мост Пустоты оказался опаснее, чем он думал. Здешние взрывы были достаточно мощными для того, чтобы мгновенно испарить эксперта области Непостижимого Неба, вроде него!

Тот факт, что Ковчег Парамиты, созданный сознанием Цинь Му. Смог дожить до этого момента, был удивительным.

Тем не менее, ковчег начал получать серьёзные повреждения. Казалось, что ему не удастся успешно добраться к противоположной стороне, и он даже не преодолеет половины пути!

— Область Божественного Эмбриона, откройся!

Цинь Му тихо прокричал, и вокруг открылась область его божественного сокровища. Он стоял в её центре, над его головой ярко сияли звёзды. Его лицо возникло на каждой из звёзд, и в небе возник Небесный Герцог, в то время как диаграмма тайцзи превратилась в Графа Земли.

За его спиной выросло Первобытное Дерево, над которым тут же вспыхнули звёзды. Среди них один за другим появились множественные древние боги. В четырёх углах диаграммы тайцзи поднялись четыре божества.

У всех этих богов и дьяволов было лицо Цинь Му.

Цинь Му знал, что у области Духовного Эмбриона есть серьёзные недостатки, но у него не было выбора, кроме как использовать её, чтобы компенсировать низкий уровень своего совершенствования.

Цинь Му стоял в центре области Духовного Эмбриона, исполняя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Его жизненная Ци и сознание быстро закружились в воздухе и на земле, будто драконы. Превратившись в лучи света, они соединили собой более двух тысяч древних богов.

Они овладел Великим Всеобъемлющим Сознанием Великого Императора. Несмотря на то, что ему досталась неполная версия техники, она включала в себя более двух тысяч древних богов и значительно превосходила современную систему древних богов.

Жизненная Ци и сознание соединили всех древних богов, образуя гигантскую систему древних богов в его Духовном Эмбрионе.

Более двух тысяч древних богов одновременно задействовали своё сознание, восстанавливая повреждения Ковчега Парамиты и позволяя ему продолжать пробивать бесчисленные слои пустоты, двигаясь к противоположной стороне моста.

Ковчег Парамиты сильно трясло, древние боги в области духовного эмбриона Цинь Му тоже выглядели неустойчивыми. Когда Ло Ушуан это заметил, его сердце начало дрожать от ужаса.

«Одновременно управляя таким огромным количеством древних богов, я не могу следить за каждым из них достаточно тщательно, чтобы починить Ковчег Парамиты!»

Как только Цинь Му об этом подумал, он закрыл глаза и уснул. Из его межбровья тут же вылетел огромный пузырь мира сна. Он становился всё больше и больше, в конце концов поглощая собой всю область божественного сокровища.

На лицах двух тысяч древних богов вокруг возникли едва заметные улыбки. Один за другим они уснули, создавая свои собственные пузыри. В результате во всех этих мирах появилось более десяти миллионов древних богов, использующих своё сознание для починки ковчега.

Цинь Му создал двухслойное состояние сна, сон во сне.

При этом несмотря на то, что некоторые боги могли ошибаться, используя своё сознание, было намного больше тех, кто делал всё верно. Поэтому шанс ошибки значительно снизился, гарантируя, что Ковчег Парамиты будет непрерывно восстанавливаться.

Ло Ушуан облегчённо вздохнул. Посмотрев на Цинь Му, находящегося в области Духовного Эмбриона, он задумался: «Интересно, сколько он протянет…»

Ковчег Парамиты продолжал двигаться вперёд. Несмотря на то, что руны на его корпусе непрерывно разрушались и восстанавливались, его состояние можно было назвать стабильным, если не учитывать тот факт, что скорость его движения постепенно снижалась.

Когда гигантский корабль достиг середины моста, Ло Ушуан оглянулся. Жертвенный алтарь, от которого они отчалили, превратился в крохотное пятно на горизонте.

Когда он посмотрел на противоположную сторону моста, то увидел бесчисленные яркие вспышки. Разглядеть можно было разве что Небесную Преподобную Сю, застрявшую в буре пустоты. Она боролась и барахталась, пытаясь освободиться и добраться к другой стороне Моста Пустоты.

Ковчег Парамиты снова сильно задрожал. Ло Ушуан нахмурился и прокричал:

— Владыка Культа, пожалуйста, остановись! Твоё сознание не успеет восстанавливаться корабль!

Так как Цинь Му находился в двойном сне, он не мог услышать слов Ло Ушуана.

Тот начал паниковать. Он поспешно подошёл к краю палубы и выглянул за борт. Руны на корпусе непрерывно рассыпались.

Тем не менее, на их месте тут же появлялись новые руны. Скорость их появления каким-то чудом соответствовала скорости разрушения.

«Владыка Культа Цинь пока что держится, но боюсь, что это ненадолго.»

Ло Ушуан был ужасно взволнован. Он не мог разбудить Цинь Му, так как тот находился в двуслойном сне и не слышал его слов.

Если Цинь Му не заметит, в каком опасном положении они находятся, и ничего не предпримет, Ковчег Парамиты попросту рассыпится!

В этот момент ковчег внезапно остановился, опираясь на один из сияющих осколков Моста Пустоты.

Ло Ушуан был ошеломлён. Вокруг этой части Моста Парамиты не было штормов, что значило, что они могут здесь немного подождать.

Тем не менее, сияющий обломок напоминал безлюдный остров, вокруг которого не было совершенно ничего. Застрять здесь было не самой лучшей идеей.

Мир сна Цинь Му рассеялся, и он проснулся. Его сознание было почти истощено, поэтому он должен был отдохнуть и прийти в себя.

— Владыка Культа, не напрягай себя слишком сильно. С этим кораблём мы можем покинуть Великую Пустошь и вернуться на райский небеса. Он достаточно силён, чтобы противостоять здешним опасностям, — предложил Ло Ушуан. — Твоё сознание почти недостаточно сильно. Давай подождём, пока оно восстановится, прежде вернуться к Мосту Пустоты.

— Звучит разумно, — Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и начал быстро восстанавливать своё сознание. Он рассмеялся. — Тем не менее, мы уже пересекли половину моста пустоты, к противоположной стороне осталось совсем немного. Мы должны попробовать ещё.

Ло Ушуан нахмурился.

— Брат Ло, не волнуйся, я знаю, что делаю, переполняясь уверенностью улыбнулся Цинь Му. — Путь к противоположной стороне сложный, но двигаться в обратную сторону легко. Если мы не сможем двигаться вперёд, то я тут же развернусь.

Ло Ушуан всё ещё чувствовал беспокойство. Он всю жизнь считал Цинь Му своим главным противником и глубоко изучал его характер и привычки. Он знал, что этот парень был крайне упрям и волевой.

Он беспокоился, что Цинь Му откажется разворачиваться и продолжит лететь вперёд до тех пор, пока ковчег не разрушится и они не погибнут!

Цинь Му немного отдохнул, прежде чем продолжить работу. Он создал область божественного сокровища и создал двойной сон, отправляя Ковчег Парамиты в путь.

Мост Пустоты состоял из разделённых обломков. Каждый раз, когда он преодолевал большую пропасть, они останавливались на обломке, чтобы отдохнуть.

Тем не менее, они не могли отдыхать слишком долго, так как обломки могли в любой миг разрушиться и восстановиться в другом месте. Это были самые опасные моменты путешествия. Если бы Цинь Му не восстанавливал Ковчег Парамиты, тот мог разрушиться от одного лишь подобного взрыва.

К счастью, Цинь Му был настороже. Он всегда успевал войти в сон до того, как обломок исчезал, избегая опасности.

Они приближались к Небесной Преподобной Сю, застрявшей впереди.

Они могли гордиться тем, что дожили до этого момента. В конце концов, Небесная Преподобная Сю открыла половину области Райских Небес, и была одним из самых сильных Небесных Преподобных. Несмотря на то, что Цинь Му был обычным богом, он сумел добраться туда же куда и она!

Никто не поверил бы, если бы он рассказал о том, что здесь произошло.

Ло Ушуан стоял на мосту ковчега, смотря на Небесную Преподобную Сю. Казалось, что она заметила их приближение и пыталась выбраться, чтобы приблизиться к кораблю.

Ло Ушуан вздрогнул и тут же крепко сжал рукоять своего ножа из Ци. Он думал: «Учитывая мои способности, не думаю, что мне удастся оттолкнуть Небесную Преподобную Сю своим ножом. Впрочем, я должен быть крайне смел, раз первая мысль, которая пришла мне в голову, это убить её.»

На его лице возникло странное выражение.

В прошлом при виде существа вроде Небесной Преподобной Сю, он сразу же решил бы поклониться. Это почти стало привычкой, глубоко засевшей в его сердце.

Тем не менее, после того как он встретил Цинь Му, он больше не был таким покорным. Во время их путешествия по Великой Пустоши он даже атаковал видение Небесного Преподобного Хуна!

Чем дольше он общался с Цинь Му, тем менее покорным становился. Он даже убил Лянь Хуахунь и Юнь Чусю. Учитывая то, что на самом деле они были Небесной Императрицей и Госпожой Юаньму, они тоже могли быть частью десяти Небесных Преподобных.

Теперь его смелость стала ещё больше. Юнь Чусю и Лянь Хуахунь, в конце концов, были лишь клонами, в то время как Небесная Преподобная Сю была настоящей!

В этот момент Ковчег Парамиты задрожал. Обломок моста, к которому собирался причалить Цинь Му, внезапно исчез!

Ло Ушуан почувствовал, как по его спине бегут мурашки, и растерялся. Было очевидно, что Цинь Му почти полностью истощил своё сознание, из-за чего и решил остановиться на сияющем обломке. Тем не менее, тот исчез, и у них не осталось места для отдыха!

Учитывая количество сил, оставшееся у него, у них не было шансов добраться к следующему обломку.

«Развернуться уже невозможно!» — Ло Ушуан почувствовал себя в безнадёжном положении. Увидев, что буря пустоты разрывает Ковчег Парамиты на части, он пробормотал:

— Мы обречены…

Цинь Му продолжал спать. Древние боги мира сна одновременно прокричали:

— Небесный Преподобный Хо! Где он?

Ло Ушуан дрогнул: «Почему Владыка Культа Цинь зовёт Небесного Преподобного Хо?»

Бесчисленные голоса древних богов слились в единый оглушительный поток:

— Ты так долго сидел на Ковчеге, сейчас самое время прийти на помощь!

Сердце Ло Ушуана замерло, он начал отчаянно оглядываться по сторонам:

— Небесный Преподобный Хо и вправду на борту ковчега? Когда он успел сюда попасть? Ах, да, когда Юэ Тингэ рисовал карту Моста Пустоты, его золотой дракон её видел, а значит он всё это время знал о местонахождении моста. Он решил не показываться, и скрывался от моих глаз. Моих сил не хватает, чтобы его найти. Он и вправду здесь?»

Размышляя об этом, он увидел силуэт Небесного Преподобного Хо, появляющийся в центре ковчега. Его испепеляющее пламя тут же сожгло пустоты вокруг, сопротивляясь буре.

Несмотря на то, что Небесный Преподобный Хо сумел обмануть Ло Ушуана, ему не удалось скрыться от глаз Цинь Му. Так как ковчег был целиком построен из его сознания, прятаться на его борту было совершенно безнадёжной затеей.

— Небесный Преподобный Му, даже моих способностей не хватит, чтобы продержаться долго, — прогремел голос Небесного Преподобного Хо. — Я постараюсь выиграть немного времени, чтобы позволить тебе восстановить часть своего сознания.

Цинь Му немедленно покинул мир сна. Пока Небесный Преподобный Хо защищал Ковчег Парамиты, он приложил все свои усилия для исполнения техники Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы как можно быстрее восстановиться.

Вскоре Небесный Преподобный Хо хмыкнул, не в силах держаться. Цинь Му тут же перехватил инициативу и активировал своё сознание. Между тем, Небесный Преподобный Хо сел в позу лотоса, восстанавливая своё совершенствование.

Они по очереди заменяли друг друга. Противоположная сторона Моста Пустоты была намного ближе, пятна света на берегу становились всё больше. Рассмотрев их внимательнее, они обнаружили, что на самом деле это были огни трёх домов в пустоте!

«Неужели здесь кто-то выжил?» — в сердце Цинь Му возникло странное чувство.

Внезапно на носу ковчега вспыхнул яркий свет. Небесная Преподобная Сю споткнулась, падая на борт.

Ло Ушуан тут же достал свой нож и атаковал женщину. В её глазах вспыхнул холодный блеск. Тем не менее, Цинь Му поспешно протянул руку, останавливая Ло Ушуана, прежде чем покачать головой:

— Раз уж ей удалось забраться на борт, теперь она одна из нас. Мы все в одинаковом положении. У нас общая проблема. Небесная Преподобная Сю, ты ещё помнишь Ах Чоу?

Небесная Преподобная Сю была слегка ошеломлена. Цинь Му улыбнулся, его взгляд упал на пару изогнутых рогов на её голове.

Он достал огромный котёл. Из него вылетели бесчисленные лица, начиная расслаблено витать вокруг Цинь Му.

Затем они повернулись к нему и прокричали:

— Ах Чоу!

Выражение Небесной Преподобной Сю резко изменилось, она прокричала:

— Ты…

Глaва 968. Гоpдый Брат

Котёл Резни, Ах Чоу, перевоплощение Графа Земли.

Эти события были отбиты в памяти Котла Резни Этот. Цинь Му пережил их от лица Графа Земли, увидев сложную историю тех времён. Он стал Ах Чоу, на плече которого сидела девушка с рогами, который таскал тяжёлую цепь Великого Дао по Юду, и кто едва не уничтожил райские небеса, накрывая их тьмой.

Из-за того, что эти воспоминания отбились в Котле Резни, Цинь Му сумел их пережить, будто и сам был Ах Чоу. Поэтому у него было чёткое понимание тех событий.

Небесная Преподобная Сю посмотрела на Котёл Резни, и в её голове хлынули смутные воспоминания. Вскоре её выражение вернулось в порядок и она бросила холодный взгляд на Цинь Му.

— Небесный Преподобный Му, Небесный Преподобный Хо, нас троих должно хватить, чтобы пересечь Мост Пустоты и добраться к противоположному берегу.

Она не обращала внимания на Котёл Резни и посмотрела на Небесного Преподобного Хо, защищающего Ковчег Парамиты, прежде чем предложить:

— Если мы будем работать сообща, то загадка деревни Беззаботной будет раскрыта!

Небесный Преподобный Хо ответил:

— Я собирался с тобой сотрудничать, но ты отказалась.

Небесная Преподобная Сю уставилась на Цинь Му и спросила:

— А ты, Небесный Преподобный Му?

Тот спрятал Котёл Резни и улыбнулся:

— Я уже давно собирался найти деревню Беззаботную.

Небесная Преподобная Сю кивнула. Она ступила на Мост Пустоты в одиночку, из-за чего была тяжело ранена. Поэтому она уселась, чтобы немного восстановить свои силы.

Цинь Му нахмурился. Поведение Небесной Преподобной Сю показалось ему подозрительным. По логике она должна была узнать Котёл Резни. Тем не менее, судя по её реакции, она просто знала этот артефакт, но он не вызвал у неё никаких эмоций.

«Неужели Небесная Преподобная Сю такая же, как Потомственный Король Драконов? Несмотря на то, что последний — сын Небесного Герцога, он хочет занять место своего отца. Может быть, у Небесной Преподобной Сю такая же цель? Она хочет заменить Графа Земли?»

Небесная Преподобная Сю была дочерью Ах Чоу — перевоплощения Графа Земли, попавшего в руки Небесного Императора. Она стала слабым местом Графа Земли, и Небесный Император использовал её в качестве заложницы, чтобы манипулировать Графом Земли.

Цинь Му ничего не знал о том, что случилось с не позже и о том, чему она успела научиться с тех пор.

В то время Небесная Преподобная Сю была лишь маленькой новорождённой девочкой и напоминала чистый лист. Её взгляды на добро и зло формировались уже на райских небесах. То, кем она стала, зависело от событий на райских небесах.

«Небесный Преподобный Хо предупреждал, что я должен быть с ней острожен, а значит мне и вправду стоит так поступить.» — подумал он.

С Небесной Преподобной Сю, Небесным Преподобным Хо и Ковчегом Парамиты путешествие стало намного более спокойным.

В конце концов, они достигли трёх домов на краю моста. Цинь Му достал звёздный компас и спрыгнул с ковчега, двигаясь к домам вместе с Ло Ушуанем.

Небесный Преподобный Хо и Небесная Преподобная Сю тоже спустились. Как только они приземлились на землю, Ковчег Парамиты тут же развалился, превращаясь в сознание, тут же рассосавшееся в пустоте.

Три дома были освещены ярким светом. Несмотря на то, что они находились в пустоте, буря пустоты их не повреждала. Они были настолько устойчивыми, что даже их фонари не колебались, что было поистине удивительным.

То, что такие создания, как Небесный Преподобный Хо и Небесная Преподобная Сю не могли пересечь мост полагаясь на свои силы, в то время как крохотное здание спокойно висело в этом месте, совершенно на пострадав, было поразительным.

Небесный Преподобный Хо и Небесная Преподобная Сю переглянулись и вошли в центральный дом.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он решил не идти следом за ними, и вместо этого пытался почувствовать присутствие Цинь Фэнцина.

Они были связаны кровью и плотью, и однажды разделяли на двоих одну душу, так что между ними существовала удивительная связь.

Он не сумел почувствовать Цинь Фэнцина в Великой Пустоши, из чего сделал вывод, что деревня Беззаботная находилась в каком-то другом месте. Тем не менее, оказавшись здесь и попытавшись найти брата, он сразу же получил ответ!

В его божественном сокровище внезапно появился свет в форме крыльев бабочки, постепенно становясь всё больше и больше. Вскоре он разделился надвое, открывая огромный глаз, окутанный дьявольской аурой. Оглянувшись по сторонам, он уставился на исконный дух Цинь му, прежде чем спросить:

— Плохой брат! Что ты здесь делаешь?

Вскоре в его божественном сокровище появилось ещё два глаза, вслед за которыми показалось пухлое лицо Цинь Фэнцина и его тело.

Видение Цинь Фэнцина уселось во тьме, скрестив руки на груди. Его радость куда-то внезапно исчезла. И он отвернув голову, спрашивая холодным тоном:

— Почему ты здесь? Неужели ты думаешь, что я тебя простил тебя лишь из-за того, что прошло много времени? Ты выковырял меня из своего тела и выкинул в Юду, и даже отдал мне мою душу! Ты заставил меня очень долго плакать! Теперь моя жизнь чудесна. Я каждый день сражаюсь и поедаю богов и дьяволов! Не сомневайся, тебе не удастся успокоить мою обиду!

Цинь Му поднял голову и улыбнулся:

— Брат, я соскучился по тебе.

Цинь Фэнцин улыбнулся, повернулся к нему и проговорил:

— Я тоже по тебе скучал! Ты в деревне Беззаботной? Где именно? Я тебя найду.

Цинь Му рассказал ему о своём местоположении:

— Я просто хотел проверить, нет ли тебя в деревне Беззаботной. Сейчас со мной два Небесных Преподобных. Я не поведу их в деревню. Я должен прийти туда один.

Цинь Фэнцин ответил разочарованным тоном:

— Ты говорил о трёх домах? Они очень опасны. Это ловушки, оставленные большими парнями. Не входи внутрь.

Цинь Му ошеломлённо спросил:

— Эти три дома — ловушки, оставленные мастерами создания?

Он не мог не вздрогнуть. Мастера создания создали ловушки на противоположной сторону Моста Пустоты. Те, кому едва удалось выжить, пересекая его, определённо вошли бы внутрь после путешествия!

Оказавшись внутри, они попадали в ловушку, не имея возможности это предотвратить!

Если Цинь Му не был бы осторожен и не решил для начала связаться с Цинь Фэнцином, то тоже вошёл бы внутрь!

— Они мастера создания? — Цинь Фэнцин был ошеломлён. Почесав голову, он проговорил. — Они крайне вкусные… Большие парни очень плохи, они атакуют нас каждый день. В результате деревня Беззаботная совершенно не беззаботная. Мы каждый день должны сражаться, из-за чего теряем много людей. Зато еда здесь довольно хорошая…

В этот момент дом перед Цинь Му ужасно задрожал и из него вылетела невероятно опасная аура. Очевидно, Небесная Преподобная Сю и Небесный Преподобный Хо столкнулись с опасностью и были вынуждены сражаться. Вот только Цинь Му не знал с кем именно.

Их сила была невероятной. Даже древние боги вроде Матери земли, Графа Земли и Небесного Герцога могли оказаться не в силах их одолеть. Тем не менее, их противники были сильными и ужасными, и сумели заблокировать их атаки!

Ло Ушуан, стоящий возле Цинь Му, был шокирован и поспешно бросился в дом, когда Цинь му его остановил, давая понять, что нельзя поступать опрометчиво.

Цинь Фэнцин объяснил:

— Оттуда трудно выбраться, когда застрял. Я слышал, что наш предок тоже когда-то туда забрёл и сумел выбраться лишь спустя много лет. Мастера создания очень хитры, но зато они вкусны…

Его речь была бессвязной, а мысли терялись. Но к счастью, у него с Цинь Му были одни родители, и мысли Цинь Му были такими же, отчего тот с лёгкостью его понимал.

— Как мне тогда найти деревню Беззаботную? — спросил Цинь Му.

— Там три дома, — продолжил Цинь Фэнцин. — Дом в центре ведёт к деревне Беззаботной.

Цинь Му был сбит с толку. Дом в центре вёл к деревне Беззаботной?

Небесная Преподобная Сю и Небесный Преподобный Хо уже вошли в тот дом. Так почему они до сих пор не нашли деревню Беззаботную? Почему вместо этого они столкнулись с врагами?

— Не входи пока, закрой дверь, — ответил Цинь Фэнцин. — Когда наши родители были здесь, они закрывали и открывали дверь несколько раз, прежде чем попасть в деревню Беззаботную. Я не знаю деталей. Дай мне минутку, я спрошу у них!

Его силуэт исчез. Должно быть, он отправился искать Цинь Ханьчжэня и его жену.

Цинь Му стоял перед дверью, заглядывая внутрь. Свет в доме был ярким, тем не мене, он так и не увидел двух Небесных Преподобных, и лишь слышал звуки столкновений божественных искусств.

Цинь Му внимательно осмотрелся. Свет, вероятно, был создан воображением, и висел посреди дома, будто крохотное солнце.

Напротив двери находилась стена с росписью. Кроме того, в доме находился стол с крохотным деревом.

Картина на стене привлекла внимание Цинь Му. Внимательно её осмотрев, он обнаружил, что это был на рисунок, а настоящий мир!

Мастера создания былине слишком хороши в искусствах и в большинстве случаев они полагались на воображение. Тем не менее, рисунок на стене был невероятно реалистичным, на нём были изображены бесчисленные люди и звери. Это определённо был не рисунок, а мир, созданный и воображением.

Мир на стене был поистине огромен. Небесная Преподобная Сю и Небесный Преподобный Хо, вероятно, вошли внутрь него и столкнулись там с опасностью.

— Плохой брат, мне ответили! — Видение Цинь Фэнцина вернулось в его божественное сокровище Духовного Эмбриона. — Нужно открывать и закрывать не дверь одного дома, а все двери домов в определённом порядке. В центральном доме есть картина?

Цинь Му кивнул.

— Не входи в неё. Внутри неё кроется Мир Перевоплощения. Оказавшись внутри, ты перевоплотишься и не сможешь никого узнать, отчего начнёшь убивать своих собственных людей.

Цинь Фэнцину, казалось, что-то подсказали, после чего он продолжил:

— Иди в левый дом и посмотри, если ли в ней стол и подсвечник.

Цинь Му отправился к дому слева, осмотрел его и ответил:

— Там есть только кровать и меч.

Цинь Фэнцин дал ему указания:

— Закрывай и открывай дверь до тех пор, пока не увидишь внутри стол и подсвечник.

Цинь Му закрыл и открыл дверь, осле чего заглянул внутрь. На его лице возникло ошеломлённое выражение.

Картина в доме резко изменилась, в ней появилось небо Первобытного Царства. За дверью находилось Первобытное Дерево, украшенное слоями дворцов. Их охраняло множество богов.

Увидев, что дверь внезапно открылась, они шокировано завопили и поспешно мобилизовали свои божественные армии.

Цинь Му поспешно закрыл дверь и открыл её снова. Перед ним возник гигантский глаз, пылающий дьявольским огнём!

Глаз повернулся и уставился на Цинь Му. Из дворца внутри него вышел Граф Земли, озадаченно смотря на Цинь Му.

Цинь Му закрыл дверь и снова открыл её, увидев перед собой дворец и несколько озёр, в которых купались и играли друг с другом красивые голые девушки.

— За нами кто-то подглядывает! — девушки закричали схватили свою одежду и убежали прочь.

— За нами подглядывает Небесный Преподобный Му!

— Вот мерзавец! Разве он не знает, что это дворец наложниц Небесного Императора? Как он смеет подглядывать как мы купаемся? Доложите об этом Небесному Императору и казните его не Сцене Казни Бога!

Цинь Му покраснел, в его голове до сих пор мелькали силуэты девушек. Он поспешно закрыл дверь и открыл её снова. Мир перед ним вновь изменился, в нём появился тысячекилометровый зелёный дракон, овившийся вокруг величественной горы. Закрыв глаза, он острил зубы о вершину горы.

Казалось, будто дракон что-то почувствовал, и шокировано открыл глаза. К счастью, к тому времени Цинь Му уже закрыл дверь.

— Эта дверь странная. Как она может вести к такому количество различных мест? Я только что увидел Великого Императора Цин Луна, так?

Цинь Му открыл дверь, и перед ним наконец появился сто и подсвечник.

Голос Цинь Фэнцина прозвучал снова, продолжая:

— Отправляйся к правому дому и открывая и закрывая дверь до тех пор, пока не увидишь в нём лотос.

Цинь Му подошёл к нужному дому и когда он открыл его дверь, раздались крики:

— Небесный Преподобный Му решил поглазеть как купается Небесная Императрица! Вон он, впереди!

Цинь Му сразу же увидел, как к нему в ярости бросились бесчисленные красиво одетые девушки и поспешно закрыл глаза, думая:

— Как я снова попал в дворец наложниц Небесного Императора?

Глaва 969. Дeревня Беззабoтная в Пуcтоте

Цинь Му снова открыл дверь дома справа. Картина перед ним изменилась и стала абсолютно чёрной, он ничего не видел.

Внезапно темнота распахнулась и в доме показался гигантский глаз!

Цинь Му поспешно закрыл дверь, его сердце дрогнуло: «Открывать двери домов на краю Моста Пустоты очень весело! Каждый раз, когда я это делаю. Мне становится страшно!»

Он снова открыл дверь, и за ней показалась чёрная дыра. Вздрогнув от ужаса, он поспешно её закрыл.

Цинь Му повторил это несколько раз, прежде чем наконец увидеть перед собой комнату с лотосом.

Цинь Фэнцину снова что-то подсказали. Он явно следовал инструкциям, повторяя:

— Теперь два раза левую, раз правую, пять раз центральную, трижды правую, раз центральную, дважды правую, четыре раза левую, семь раз центральную…

Казалось, будто он называл какой-то особенный пароль. Цинь Му внимательно запоминал. Если это и вправду был порядок открытия дверей, то становилось понятно, как никто ещё не нашёл деревню Беззаботную!

Обычные люди входили в дверь, а не рассматривали её.

Войдя в неё, они попали бы в ловушку мастеров создания, как и Небесный Преподобный Хо и Небесная Преподобная Сю. Даже если бы им удалось бежать, они всё равно не нашли бы порядка открытия двери.

Даже более важным было то, что двери нужно было открывать и закрывать много раз, что требовало бесчисленного количества экспериментов. К тому же, после открытия двери за ней появлялось невероятно опасное место. Дворец наложниц Небесного Императора, Граф Земли у первобытного Дерева и остальные могли с лёгкостью стать местом смерти любого неосторожного!

Конечно, когда мастера создания создавали это странное место и три дома, Мать Земли ещё была жива. Теперь, когда она была мертва, за дверью скрывалось лишь несколько богов, так что попасть в Первобытное Царство уже было не так опасно, как раньше.

Быстро разгадать секрет дверей было почти невозможно. Существовал большой шанс того, что человек, попытавшийся это сделать, погибнет от опасностей за дверью.

— Мастера создания очень сильны. Как Небесному Императору удалось раскрыть секрет открытия дверей?

Цинь Му некоторое время размышлял и у него появилась версия.

Карта, которую оставил Небесный Преподобный Юй, вероятно, содержала в себе секрет открытий двери.

Небесный Преподобный Юнь и мастера создания Великой Пустоши работали вместе, чтобы создать ловушку для Великого Императора, что свидетельствовало о том, что между ними были довольно хорошие отношения. Вполне вероятно, что когда мастера создания покинули Великую Пустошь, они рассказали ему секрет открытия двери.

Цинь Фэнцин повторил порядок открытия двери, напомнив:

— Ты должен хорошо запомнить порядок, иначе тебе не удастся попасть в деревню Беззаботную. Мама и папа сказали, что уже подготовили лодку, чтобы тебя подобрать.

Цинь Му кивнул.

Видение Цинь Фэнцина рассеялось, его голос становился всё дальше и дальше:

— Помни, никуда не уходи, несмотря на то что мастера создания вкусны, они очень жестоки…

Его видение исчезло, и Цинь Му вздохнул. Подойдя к левому дому, он проговорил:

— Брат Ло, смотри.

Без малейших сомнений Ло Ушуан двинулся вперёд. Цинь Му открыл дверь, и за ней появилось Первобытное Дерево, возвышающееся над Первобытным Царством. Боги, охраняющее крону дерева, тут же схватились за своё божественное оружие и бросились в их сторону, сотрясая небо своими криками.

Цинь Му толкнул Ло Ушуана внутрь, улыбаясь:

— Брат Ло, возвращайся в Первобытное Царство. Я найду тебя немного позже.

После пинка Ло Ушуан оказался в Первобытном Царстве. Увидев тысячи богов, мчащихся ему навстречу, он почувствовал мороз по коже. Он начал ругаться, но когда оглянулся то обнаружил, что верь уже закрылась.

У него не осталось другого выбора, кроме как вступить с ними в бой. Он думал: «Это земля Небесного Преподобного, на земле Первобытного Царства теперь находится райский дворец. Если я убью здешних богов, то определённо оскорблю того Небесного Преподобного… Из десяти Небесных преподобных, я уже поссорился с Небесной Императрицей, Госпожой Юаньму и Небесной Преподобной Сю. Небесный Преподобный Хо тоже не отпустит меня просто так. Я оскорбил четырёх небесных Преподобных, так что хуже уже не будет!

Его жизненная Ци вскипела и превратилась в божественный нож, начавший безжалостно убивать богов. Охраняющих райский дворец. Ло Ушуан думал: «Если не убить их , выбраться отсюда будет крайне сложно!»

«Кажется, брат Ло меня обругал, — Цинь Му снова открыл дверь, прежде чем отправиться к дому справа и открыть его дверь один раз. Затем он отправился к дому в центре, думая. — Этот парень оскорбил слишком много Небесных Преподобных и услышал слишком много секретов. Почти все Небесные Преподобных райских небес с ним в ссоре. Теперь он осмелился оскорбить даже меня…»

Дело было не в том, что он не доверял Ло Ушуану, а в том, что деревня Беззаботная была для него слишком важной. Чем меньше людей о ней знало, тем лучше, поэтому он решил отправить его подальше.

Он открывал и закрывал двери в соответствии с инструкциями Цинь Фэнцина. Спустя некоторое время он закончил и подошёл к центральному дому, с нетерпением открыв его дверь.

Перед ним засиял яркий свет, заставляя прищуриться. Он прикрылся рукой, и опустил её лишь когда его глаза привыкли.

Цинь Му увидел впереди густой лес, вершины деревьев которого достигали облаков. В небе летали гигантский птицы. У одной из них было шесть крыльев, и она носилась возле величественной божественной горы.

Божественные горы имели разную высоту, белые облака проплывали между их вершинами, напоминая море.

Шестикрылая птица пролетела мимо горы, ныряя в море облаков. В следующий миг з него донёсся громкий звук.

Цинь Му прошёл через дверь и глубоко вдохнул. Воздух в этом месте оказался невероятно чистым и влажным.

Он услышал шум воды и обернулся. Три дома до сих пор стояли за его спиной.

Дома на краю Моста Пустоты были построены на высокой вершине и окружены водопадом. Вода стекала по скале неподалёку, прежде чем разбиться на полпути об огромный валун и разделиться на два потока.

Цинь Му посмотрел вниз и увидел две радуги.

— Я вошёл в дверь дома, но попав сюда, оказалось, что я из него вышел. Как странно.

Он не мог не удивиться чудесам мастеров создания. Они могли вообразить такие поразительные дома, которые превосходили даже искусства пространства Небесной Преподобной Юэ!

«Это деревня Беззаботная, так?»

Цинь Му чувствовал, что это место было наполнено плотным сознанием. Должно быть, оно являлось одним из миров, созданных мастерами создания. Тем не менее, он не был разрушен, как Великая Пустошь, и был менее странным, чем она. Здесь было намного спокойнее.

В этот миг в голове Цинь Му мелькнула мысль, и в его руке тут же возникла чашка хорошего вина!

Цинь Му выпил вино и выбросил чашку, которая тут же растворилась в воздухе.

«Что за странное место. Я не использовал техники Великого Всеобъемлющего Сознания и не задействовал большого количества сознания, но вино появилось в моей руке как только я о нём подумал. Это просто невероятно! — он был поражён. — В таком случае, здешним людям не приходится работать? Достаточно лишь подумать, и они сразу же могут создать величественный дворец. В таком случае это место и вправду может называться деревней Беззаботной!»

Тем не менее, для создания всего, что угодно, всё же требовалось достичь определённого уровня сознания.

Совершенствование сознания Цинь Му попросту было слишком высоким. Мельчайшая мысль в его голове задействовала огромное количество сознания. Обычному практику божественных искусств это было не под силу.

Он обернулся и закрыл дверь. Усевшись на краю водопада, он пробормотал про себя:

— Брат хотел, чтобы я ждал здесь, родители уже в пути. В таком случае я просто буду ждать, и не дам волю своему любопытству!

Он опустил голову, будто старый монах. Внезапно в его голове возникла мысль: «Если здесь можно создать всё, что угодно, то почему мама говорила, что это место невероятно опасно, и мне не стоит сюда идти? Более того, Небесный Наставник Учёная тоже отказывалась рассказывать мне об этом месте и не хотела, чтобы я сюда отправлялся.»

«Только что брат сказал, что он после прибытия в деревню Беззаботную он каждый день сражается с богами и дьяволами. Неужели они объявили войну мастерам создания?»

«Императора-Основателя привела сюда карта Небесного Преподобного Юня. Так как Небесный Преподобный Юнь ладил с мастерами создания, то разве они не должны были оставить деревню Беззаботную в покое? Почему они сражаются?»

***

В его голове возникали всевозможные мысли, и он уже не мог успокоиться. В этот момент неподалёку раздался громкий звук шагов.

Цинь Му немедленно поднялся и оглянулся, увидев огромную голову, смотрящую на него из-за водопада. Её глаза уставились на него, а из ноздрей извергались сильные порывы ветра, от которых его одежда трепетала.

Сердце Цинь Му замерло, когда он заметил шестиугольный кристалл в межбровье гигантской головы, напоминающий третий глаз.

Это был мастер создания!

Такой огромный мастер создания определённо должен быть могущественным!

Гигант открыл рот, и его голос прозвенел, будто тысячи раскатов грома, вызывая звон в ушах Цинь Му. Мастер создания определённо был не в юморе и поднял свою ладонь, площадью в несколько сотен гектаров, готовясь его раздавить!

Веки в межбровье Цинь Му открылись, обнаруживая третий глаз. Увидев его, гигант тут же опустил руку, и спустя несколько мгновений на мозг Цинь Му хлынула сильная волна его сознания:

— К какой семье ты принадлежишь, малыш? Сколько тебе лет? Почему ты здесь?

Цинь Му облегчённо вздохнул. Мурашки на его коже исчезли, он использовал своё сознание, начиная общаться с мастером создания:

— Мне около двух лет. Я заметил здесь три дома и пришёл сюда осмотреться. К какому клану ты принадлежишь?

— Я Сю Чжун из клана Сю. Заметив, что что-то не так, я пришёл сюда, — мастер создания похвалил его. — Твоё сознание довольно сильное. Учитывая твой возраст, твои достижения довольно хороши. Твоё совершенствование сильнее, чем у большинства взрослых. Кто твой учитель?

— Мой учитель — Шу Цзюнь, — искренне ответил Цинь Му.

Внутри Первобытного Камня Великого Первоначала сознание Шу Цзюня испытало невероятную гордость. Его глаза закружились в глазниках, он рассмеялся:

— Мерзавец, ты называешь меня своим учителем, используя меня. Тем не менее, мне не в чём тебя винить. Хе-хе, услышав моё имя, этот Сю Чжунь скорее всего упадёт на колени и отдаст тебе дань своего почтения! В конце концов, я один из трёх королей первобытной эпохи!

— Шу Цзюнь? — третий глаз Сю Чжуна выглядел озадаченным. Несмотря на то, что он этот глаз был Божественным Камнем Великого первоначала, он мог проявлять эмоции, будто настоящий. Покачав головой, гигант ответил:

— Я никогда о нём не слышал. Тем не менее, твоё сознание очень сильно, а значит он определённо не проходимец. Здесь опасно, сюда в любой миг могут прибыть те хулиганы. Идём за мной, я отведу тебя в безопасное место.

Он поднял ладонь и положил её на водопад, предлагая Цинь Му запрыгнуть на неё.

Цинь Му колебался, не желая идти с ним.

Сознание мастера создания зашевелилось, поднимая Цинь Му против его воли, отчего тот вздрогнул.

Сознание Сю Чжуна было в тысячи раз сильнее Цинь Му. Это не оставило ему шанса сопротивляться, он не мог даже пошевелить своей Ци!

Несмотря на то, что сознание Цинь Му не был таким сильным, как сознание сильнейшего практика сознания райских небес Янь Шаоцина, оно всё же значительно превосходило его по качеству.

Сила сознания Шу Цзюня превосходила сознание Цинь Му в тысячи раз, кроме того, его качество тоже было лучше! Оно было поистине ужасающим!

Сю Чжун, вероятно, не был обычным мастером создания. Скорее всего он занимал высокое место среди своих сородичей.

— Тебе всего лишь два года, как ты смеешь так носиться по миру? Этот Шу Цзюнь какой-то странный. Он совершенно не боится, что тебя схватят те монстры! Их сознание намного сильнее твоего.

Божественный Камень Великого Первоначала в межбровье Сю Чжуна ярко засиял, и в воздухе появилась гигантская карета. Они забрались в неё, мосле чего тысячекилометровый дракон потащил их в небо.

— Если мы столкнёмся с теми хулиганами, ты умрёшь, — Сю Чжун легко взмахнул рукой и солнце село. Небо наполнилось бесчисленными звёздами, формирующими галактику. Дракон энергично тащил карету, в то время как Сю Чжун продолжал. — Эти хулиганы лишились рассудка, особенно их лидер, мерзавец по имени Цинь Е. Он безжалостный и высокомерный человек!

Шу Цзюнь осмотрелся с помощью третьего глаза Цинь Му и внезапно вздрогнул и проговорил:

— Тебе стоит быть осторожным! Этот мастер создания не сильно уступает мне в мои лучшие годы!

Глaва 970. Тpи Пророчecтва

Совершенствование сознания Сю Чжуна было сопоставимо с совершенствованием трёx первобытных королей?

Цивилизация мастеров создания пережила много закатов. По логике, сейчас она должна была либо находиться в упадке, и её новые поколения становились бы слабее предыдущих, либо же наоборот, переживать стремительную реформу и быстро развиваться.

Тем не менее, их цивилизация уже была довольно зрелой, поэтому начать реформу было бы довольно сложно.

В таком случае, как мастер создания, Сю Чжун, смог совершенствоваться до такого уровня?

— Мастера создания на противоположном берегу уже отказались от учений наших предков! — Шу Цзюнь кипел от гнева.

Цинь Му незаметно улыбнулся. Шу Цзюнь, должно быть, говорил о карете. Древние мастера стремились к минимализму. Их дома и мебель были лишены любых украшений и были ровными и гладкими, а их достижения в искусствах были ещё более жалкими.

Тем не менее, карета. Которую вообразил мастер создания, была невероятно изящной. На её крыше было три навеса, каждый из которых олицетворял одни небеса. Под ними кружились солнце, луна и звёзды, напоминая драгоценные камни, выглядящие крайне роскошно.

Бусы, сделанные из разноцветных драгоценных камней, свисали с краёв навесов, каждый из них имел свой цвет. Если присмотреться внимательно, то внутри бусин можно было заметить переливающиеся радуги. Они были невероятно красивыми, и если изучать их достаточно долго, можно было заметить бесчисленное количество деталей.

Рама, кузов, сиденья и колёса кареты были украшены красивыми деталями. Даже в верёвки, в которые был запряжен дракон, были добавлены сложные руны и их можно было назвать произведением искусства!

В глазах древних мастеров создания это было отклонением от праведного пути!

Для простоты использования они создавали все вещи крайне обыденными, чтобы их можно было быстро вообразить во время боя.

Попытка воображать вещи с дополнительными украшениями добавляла лишнюю нагрузку на сознание и замедляла процесс создания. Для мастеров создания это стало бы фатальной слабостью, и их враги определённо бы ею воспользовались.

— Они предали наши традиции! — сердито прокричал Шу Цзюнь. — Это самое серьёзное преступление! Они точно вымрут!

Цинь Му громко рассмеялся:

— Божественный Король Шу Цзюнь, это искусство. Оно тоже является видом боевой силы.

— Тьфу! — предубеждения Шу Цзюня были слишком глубоки, ему не нравилось всё, что они видел. Он презрительно фыркал и усмехался, рассматривая вещи, созданные этими мастерами создания.

К счастью, они общались в голове Цинь Му через рябь сознания и не тревожили Сю Чжуна.

Преодолев неизвестное расстояние, они покинули землю и достигли звёздного неба. Перед ними кружились множественные галактики, среди которых Цинь Му увидел огромных мастеров создания, занятых постройкой звёзд.

Они окружили кусок пустоты. В следующий миг Божественные Камни Великого Первоначала в их межбровьях засияли, медленно формируя звезду.

Цинь М убыл ошеломлён и не мог оторвать своего взгляда от мастеров создания. Он увидел, что за их спинами было множество божественных сокровищ, излучающих яркий свет.

Духовный Эмбрион, Пять Элементов, Шесть Направлений, Семь Звёзд, Небожитель, Жизнь и Смерть и Божественный Мост — они открыли их все!

Даже сильнее его поразило то, что на краю Божественного Моста мастеров создания располагалось море райских дворцов. Посреди звёздного неба они выглядели просто ослепительными!

Он стоял в оцепенении, рассматривая гигантские исконные духи, возвышающиеся среди их райских дворцов. Они задействовали своё сознание, быстро создавая звёзды.

«Мастера создания Мира Парамиты совершенствовали систему божественных сокровищ и райских дворцов!»

В его сердце возникло несравнимо нелепое чувство. Мастера создания не просто сумели спастись, бежав сюда, они даже сумели довольно хорошо совершенствовать систему божественных сокровищ и райских дворцов, открытых людьми!

«Неужели мастера создания мира Парамиты переняли систему совершенствования жителей деревни Беззаботной и начали совершенствовать божественные сокровища?»

Цинь Му собрался с мыслями. Если развить метод совершенствования сознания и открыть божественные сокровища, а затем заменить жизненную Ци сознанием, то скорость совершенствования значительно возросла бы!

Шу Цзюнь когда-то говорил, что после возрождения он откажется от совершенствования сознания, которым он пользовался раньше. Он планировался объединить систему совершенствования сознания и божественные сокровища, создавая метод, идущий в ногу с современностью.

Если Шу Цзюнь смог это понять, то и другие мастера создания пришли бы к такому решению, и уже успели провести свою реформу.

На самом деле, Цинь Му уже изменил методы совершенствования мастеров создания. К примеру, он почти полностью изменил Знания Трёх Корпусов Шу Цзюня, и те почти не напоминали оригинал.

Более того, Великое Всеобъемлющее Высшее Сознание Великого Императора было техникой, принадлежащей к системе божественных сокровищ и райских дворцов. НА самом деле Великий Император был первым, кто объединил систему божественных сокровищ со своим сознанием.

Мастера создания мира Парамиты поняли, что совершенствоваться таким способом было намного проще.

Когда карета Сю Чжуна пролетела мимо места, где они создавали звёзды, мастера создания поклонились ему, отдавая дань своего уважения. Они не разговаривали, но их сознание задрожало, мгновенно передавай столько информации, что она могла заменить пол дня разговора.

Цинь Му ощутил их сознание и начал общаться. Всего за несколько мгновений он узнал очень много.

Эти мастера создания были творцами звёзд из клана Сю и отвечали за постройку звёздного неба.

Они планировали создать здесь очень много звёзд, чтобы затем использовать их в бою против деревни Беззаботной.

— Не будьте такими опрометчивыми, — Сю Чжун внезапно открыл рот и начал говорить на языке, который частично состоял из слов людей. Он звучал очень странно, будучи смесью древнего языка мастеров создания и современного языка людей.

Цинь Му попросил Шу Цзюня о помощи, и тот перевёл слова Сю Чжуна, передавая их Цинь Му.

— Лидер мерзавцев, Цинь Е, очень грозный противник. Атака с помощью этих звёзд ничего не даст, и если вы его спровоцируете, ваша жизнь окажется в огромной опасности!

Сю Чжун проговорил:

— Продолжайте создавать области мёртвых звёзд, чтобы негодники из деревни Беззаботной оказались в ловушке и не могли сбежать!

Мастера создания кивнули, прежде чем бросить на Цинь Му любопытны взгляды.

— Его зовут Му Цин. Ему всего лишь два года, и он любит путешествовать, — представил его Сю Чжун. — Его совершенствование очень неплохое. Многие взрослые мастера создания не идут с ним ни в какое сравнение. Взгляните на глаз в его межбровье.

Мастера создания посмотрели на третий глаз Цинь Му и вздрогнули от восторга.

Они начали радостно танцевать в звёздном небе, их движения были невероятно красивыми.

— Это чудесно! Камень Первоначала проявил свою божественную силу и благословил наш народ!

— Ребёнок, рождённый Камнем Происхождения, святой младенец, спасёт нашу расу и приведёт её обратно во дворец предков!

— У этого парня, Цинь Е, большие проблемы!

— У странного головастого младенца из семьи Цинь е появился достойный противник!

***

Цинь Му был ошеломлён и слегка растерян. Он не мог понять, почему мастера создания были так счастливы.

— Как именно Камень первоначала продемонстрировал свою божественную силу? Святой младенец и странный младенец из семьи Цинь Е, ты о чём? — На лице Цинь Му было странное выражение.

Сю Чжун посмотрел на него и рассмеялся:

— Тот идиот, Шу Цзюнь, тебе не рассказал?

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— Учитель Шу Цзюнь обучил меня лишь технике совершенствования Знаний Трёх Корпусов и всё.

— Тот идиот и вправду умеет держит держать язык за зубами, — рассмеялся Сю Чжун. — На самом деле, нет ничего плохого в том, что ты будешь знать правду. Миллион лет назад наши предки выслали из Великой Пустоши молодого человека, чтобы тот отправился в дворец предков. Несмотря на то. что мастера создания во дворце были убиты, их сознание осталось там, наблюдая за всем происходящим. Тот молодой человек долго изучал дворец предков, прежде чем вернуться обратно. По пути его преследовал Великий Император, и он пришёл сюда, будучи на грани смерти. Несмотря на это, он принёс с собой драгоценный камень Великого Император, Первобытный Камень Великого первоначала.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Первобытный Камень Великого Первоначала?

Кристалл в его третьем глазу был осколком Первобытного Камня Великого Первоначала. В таком случае, в Мире Парамиты тоже были его осколки!

— Несмотря на то. Что он умер, он успел передать нам шокирующие новости. Сознание наших предков дало ему три пророчества.

Сю Чжун сжал свой огромный кулак и проговорил:

— Во-первых, наша Большая Пустошь столкнётся с масштабным бедствием, но явится молодой человек, который поможет нам его пережить. В итоге, бедствие и вправду началось. Великий Император пришёл в Великую Пустошь и началась катастрофа, погубившая почти всех нас. Но, как и говорилось в пророчестве, ¬из внешнего мира прибыл молодой человек, зовущий себя Небесным Преподобным Юнем.

Тело Цинь Му резко дрогнуло, он понизил голос:

— Небесный Преподобный Юнь!

— Этот Небесный Преподобный Юнь не принадлежал к нашей расе, но он искренне нам помогал. Он обладал бесподобным интеллектом и разработал ловушку. Воспользовавшись дьяволами сердца, чтобы подавить Великого Императора, он ограничил его совершенствование, а затем выманил его в ловушку и убил, — проговорил Сю Чжун. — Во втором пророчестве предков шлось о мире Парамиты. Мы, те, кому удалось выжить, выполнили пророчество и использовали Первобытный Камень Великого Первоначала, чтобы открыть Мир Парамиты, объединяя камень, чтобы создать этот мир. А в третьем послании шлось о святом младенце!

Он посмотрел на Цинь Му. С трудом сдерживая своё волнение, он продолжил:

— Согласно третьему пророчеству, в будущем должен был появиться святой младенец Первобытного Камня Великого Первоначала, который возглавит наших людей и выведет их во дворец предков! Когда я впервые тебя увидел, то заподозрил, что ты можешь быть этим младенцем. Теперь даже старейшины так считают. Кажется, ты и вправду можешь оказаться святым младенцем, отправленным Камнем Первоначала, чтобы нас спасти!

Глаза Цинь Му вылезли на лоб, а его рот широко открылся. Он потерял дар речи.

«На самом деле я не…» — подумал он.

— Божественный Король Шу Цзюнь, я святой младенец? — поспешно спросил он.

Тот фыркнул, отвечая несчастным тоном:

— Естественно, что нет. Если это так, то я тоже святой младенец. Этот Камень первоначала принадлежит мне. Моё физическое тело и совершенствование были разрушены и должны возродиться из камня. Это я святой младенец, спаситель мастеров создания, а ты — шпион человеческой расы!

— Хе-хе, — странно засмеялся Цинь Му.

Сю Чжун проговорил:

— Тем не менее, мы спросить у духов предков, являешься ли ты действительно святым младенцем. До того, как человек, доставивший пророчества, умер, он создал Мир Духов Предков, в котором покоятся духи мертвых мастеров создания, вдали от мирской суеты. Я отведу тебя к земле нашего племени и прикажу племенам приготовиться войти в мир Духов Предков. До того, как мы туда отправимся, ты должен пройти несколько испытаний, очень простых испытаний…

Цинь Му помрачнел в лице, думая: «Отправиться в мир Духов Предков? Они не разоблачат меня? Мама и папа меня найдут? Почему они до сих пор не здесь? Быстро, заберите меня отсюда!»

— Святой младенец — это я, — Шу Цзюнь всё ещё отказывался сдаваться и кипел от гнева. — Этот парень подделка, а я — настоящий!

— Замолчи!

Цинь Му начал ругаться, в его сердце возникло чувство беспокойства:

— У тебя сейчас нет Первобытного Камня Великого Первоначала. Сейчас он находится в моём межбровье.

Шу Цзюнь был возмущён:

— Ты украл его! И ты и твой старший брат! Этот Камень Первоначала должен быть моим, но твой бессердечный старший брат своровал его, а потом ты засунул его себе в межбровье! Это я святой младенец…

Цинь Му немедленно исполнил Великое Всеобъемлющее Сознание, чтобы запечатать Камень Первоначала и не позволить Шу Цзюню привлечь внимание Сю Чжуна.

«Разве мама и папа не должны уже быть здесь?»

Сю Чжун задействовал карету сокровищ и продолжил двигаться вперёд, говоря:

— Что касается головастого младенца семьи Цинь Е, то это отдельный вопрос. Около года назад в семье Цинь Е внезапно появился странный головастый малыш. Его тело не меньше наших, и он владеет множеством странных фокусов. Он убил многих мастеров создания и является по-настоящему сильным! Тот мерзавец Цинь Е хвастался, что все сто семь его потомков очень сильны, и что они сожрут нас, когда вырастут.

Он холодно рассмеялся:

— Но после появления святого младенца, дни этого головастика сочтены.

Цинь Му выдавил из себя улыбку.

***

В пустоте над тремя домами появился огромный корабль, повисая в воздухе.

— Му’эр! — Принцесса-Консорт Чжэнь спустилась с корабля и радостно позвала. — Му’эр, ты здесь? Скорее, возвращаемся домой!

Цинь Ханьчжэнь спустился следом. Его тело до сих пор было покрыто грубыми ранами. Осмотревшись вокруг, он проговорил:

— Его здесь нет. Неужели он снова куда-то забрёл? Когда меня схватил небесный Преподобный Ю, то он сказал, что Му’эра трудно достать. Он никогда не остаётся на одном месте дольше, чем на пол дня. Если это так. То он определённо попадёт в неприятности… Это плохо!

Он осмотрел нижнюю часть горы, и его выражение лица резко изменилось:

— Здесь следы мастеров создания!

Принцесса-Консорт Чжэнь проговорила дрожащим голосом:

— Ты хочешь сказать, что они навредили Му’эру? Неужели он…

— Невозможно! — Цинь Ханьчжэнь быстро её утешил. — Если они знают, что он потомок Императора-Основателя, то определённо схватят и накажут его, и даже воспользуются ним, чтобы шантажировать Императора-Основателя! Ему будет нелегко, но мы определённо его спасём! Возвращаемся!

По лицу Принцессы-Консорта Чжэнь катились слёзы, она проговорила:

— Му’эр бедный ребёнок. Он пережил так много трудностей, и всё же, в деревне Беззаботной его страдания продолжатся? Почему небеса так несправедливы к нему?

Глaва 971. Плачевнoе Положение Cвятого Mладенца

Цинь Ханьчжэн серьёзно проговорил:

— Му’эр страдал слишком много. Я не знаю, как он выстоял, узнав, что он всего лишь второе сознание Цинь Фэнцина.

Принцесса-Консорт Чжэнь расплакалась и проговорила:

— Когда я узнала, что он избавился от своей души и выковырял свой третий глаз, чтобы спасти Фэнцина, я не могла перестать плакать. Я не знаю, как этот ребёнок сумел выжить. У Фэньцина есть мать, а он лишь сирота. Сирота, которой приходится так много страдать…

Цинь Му был вторым сознанием в теле Цинь Фэнцина. Цинь Фэнцин, Сын Юду, совершил слишком много зла, из-за чего Граф Земли запечатал его и отправил в мир живых.

Сознание Цинь Му родилось в тот момент, когда он покинул Юду и попал в Великие Руины. Таким образом, он с рождения был сиротой. Таща его в корзине, тётя Пин’эр сбежала от богов и дьяволов райских небес вместе с ним.

Когда она умерла, он поплыл вниз по течению реки Вздымающейся, и в итоге был усыновлён деревней Цань Лао.

В детстве и юности Цинь Му верил, что был уникален. Лишь немногим позже он осознал, что был лишь вторым сознанием своего тела. Даже это тело ему не принадлежало, и у него не было своей души.

После этого он столкнулся с Бедствием Вечного Мира и попал в окружение. Перед лицом отчаяния он вырвал свой третий глаз, чтобы убедиться, что Сын Юду, Цинь Фэнцин, не попадёт в руки райских небес. Он даже избавился от своей души, чтобы тот смог отправиться в Юду.

Он оставил себе лишь чужое тело, чтобы позволить своему сознанию выжить. В итоге он стал беспомощным в глазах других, беспомощным Телом Тирана.

Принцесса-Консорт Чжэнь и Цинь Ханьчжэнь не могли представить, как Цинь Му удалось пережить все эти трудности. Они не понимали, как он сохранил свой дух и продолжить поиски, прежде чем найти это место.

Они испытывали к нему не только родительскую любовь, но и чувство вины.

— Если бы мы предупредили Императора-Основателя, то он ни за что не дал бы ему пострадать, — бормотал Цинь Ханьчжэн, ведя корабль вперёд. — Он давно хотел с ним встретиться, и он в силах исправить любую ситуацию.

Принцесса-Консорт Чжэнь кивнула. Она не могла сдержать слёзы, думая о страдания Цинь Му в руках мастеров создания.

***

— Это ведь пытки!

В землях клана Сю Цинь Му одели в красные пеленки и посадили на самое высокое место. Он явно был смущён.

Он начал чувствовать себя крайне некомфортно, когда мастера создания переодели его.

Тем не менее, не было ничего странного в том, что двухлетний ребёнок носил пелёнки. В конце концов, все дети в таком возрасте бегали полуголыми. Цинь Му тоже носили пелёнки. Когда ему было два-три года. Одноногий и слепой в то время часто над ним издевались, из-за чего он постоянно плакал.

Это было прошлое, которое он должен был отбросить.

Он сидел на самом высоком месте, посреди сцена, напоминающей жертвенный алтарь. Для Цинь Му он казался огромным, но в сравнении с мастерами создания он был крайне крохотным.

Цинь Му сидел на вершине этого алтаря, чувствуя себя жертвоприношением. Он начал паниковать.

Мастера создания из клана Сю были слишком добры. Они не только посадили его на самое высокое место, но и часто его навещали. Каждый из них долго сидел перед ним, рассматривая его третий глаз, прежде чем радостно кивнуть и уйти.

Цинь Му смиренно сидел и позволял им себя рассматривать. В конце концов, Сю Чжун сидел у него за спиной. Не позволяя сбежать.

— Мастера создания, сбежавшие в мир Парамиты, и вправду ужасно деградировали! — Шу Цзюнь осмотрелся и горько вздохнул.

Цивилизация мастеров создания до сих пор жила по племенной системе. Тем не менее, они отличались от мастеров создания прошлого. Главное отличие состояло в их архитектуре, которая стала более изящной и сложной.

Каждое из зданий имело разную высоту и выглядело живописно. Мастера создания даже возводили вокруг них горы, тщательно украшая ландшафт. Вместе все это формировало красочную и сложную картину, которая с высоты выглядела как феникс, расправивший свои крылья.

Шу Цзюнь был так зол, что два его глазных яблока едва не выпрыгивали из глазниц. Он непрерывно повторял, что всё это было предательством традиций.

Тем не менее он, как и Цинь Му, были крайне заинтересованы тем, что здешние мастера создания начали совершенствовать божественные искусства!

Они видели множество детей, ростом Цинь Му, тщательно пытающихся выполнить божественные искусства и освободить их силу с помощью своего создания.

Маленькие дети мастеров создания, даже новорождённые, уже могли совершенствоваться. Причина этого крылась в способности мастеров передавать знания своим сознанием. Когда ребёнок рождался, старейшина лично являлся, чтобы передать ему мудрость всей своей расы.

Таким образом, даже младенцы могли говорить, писать и совершенствовать своё сознание, что делало их довольно сильными.

Были также мастера создания, передающие детям знания о рунах и обучающие их кроющейся за ними логике.

Даже сильнее Цинь Му удивило то, что мастера создания, которых он представлял себя дикарями, бьющих друг друга дубинами по голове, учились создавать божественное оружие!

Искусные мастера создания использовали своё сознание для воображения оружий, которые ничем не уступали оружию, выкованном из божественных металлов!

— Мастера создания претерпели масштабную реформу и начали догонять своё время! — похвалил Цинь Му. — Они более продвинуты, чем поколение Шу Цзюня, а также намного умнее.

Если бы Шу Цзюнь услышал его мысли, то впал бы в ярость.

Сю Чжун проговорил:

— Я уже сообщил все остальные кланы о появлении святого младенца. Вскоре сюда прибудут вожди Великого Фиолетового Клана, Жемчужного Кургана, Мирного Дракона и Летней Сцены. Здесь начнутся масштабные празднования. Тогда каждый из вождей даст тебе небольшое испытание, чтобы понять, являешься ли ты настоящим святым младенцем.

Цинь Му нервно спросил:

— Маленькие испытания? Они опасны?

— Нет, совершенно нет! — Сю Чжун похлопал его по груди, извлекая более громкий звук, чем бой барабанов. Он рассмеялся. — Ты святой младенец, разве бы мы осмелились подвергать тебя слишком опасным испытаниям?

Цинь Му успокоился.

Сю Чжун продолжил:

— Лидер всех кланов тоже придёт сюда, чтобы понаблюдать за празднованиями. Она наш король, единственный божественный король мастеров создания!

На лице Цинь Му появилось радостное выражение, но в глубине души он чувствовал горечь, думая: «Мама и папа придут меня спасать? Даже если так, то они могут оказаться не в силах вырвать меня из лап такого количества вождей мастеров создания. Даже если сюда придёт Император-Основатель, мастера создания всё равно могут победить. Более того, здесь будет божественный король! Если меня разоблачат…»

Спустя некоторое время Цинь Му, наконец, закончил принимать мастеров создания клана Сю. Их было не слишком много, около ста тысяч. Тем не менее, на то, чтобы встретиться с каждым из них, ему пришлось потратить много дней.

Мастера создания начали ходить вокруг жертвенного алтаря, формируя несколько больших кругов. Картина напоминала ту, что Цинь Му увидел в Области Ржавой Крови.

В Области Ржавой Крови он увидел множество скелетов мастеров создания, выстроенных вокруг жертвенного алтаря. В его центре находился жидкий свет, формирующий облик Небесного Герцога.

Эта картина напомнила ему о чем-то не слишком приятном.

«Неужели эти мастера создания собрались вообразить древнего бога, чтобы тот меня изучил? Полбеды, если они просто узнают, что я не их младенец, но если они захотят меня казнить, то это конец!»

Как только он об этом подумал, Сю Чжун забрался на жертвенный алтарь и торжественно проговорил:

— Люди клана Сю, святой младенец явился, и он поведёт нам, мастеров создания, к восстановлению нашей былой славы, чтобы мы пронеслись по вселенной и реформировали её!

Сотни тысяч мастеров создания начали радостно восклицать, их голоса напоминали раскаты грома.

— Святой младенец — это дар с небес! У соседней деревни Беззаботной есть странный головастый младенец, убивающий наших людей! Тем не менее, после появления святого младенца он будет уничтожен! — прокричал Сю Чжун. — Все, поклонитесь святому младенцу вместе со мной, чтобы помочь ему вырасти и стать достаточно сильным, чтобы убить головастика!

Сотни тысяч мастеров создания присоединились к нему, и первобытные Камни Великого Первоначала в их межбровьях начали сиять. Их свет становился всё ярче и ярче, выстреливая разноцветными лучами в сторону Цинь Му, сидящего на вершине жертвенного алтаря.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Именно так они преклонялись Великому Императору!

Огромная голова Шу Цзюня в его межбровье впала в ярость, он начал ругаться:

— Когда я был королём, мне так никто не поклонялся! Этот мерзавец забрал всю мою славу и притворился святым младенцем, которого почитают не хуже Великого Императора! Вы все потеряли рассудок и оскорбили меня!

Цинь Му использовал Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора. Чтобы заблокировать Первобытный Камень Великого Первоначала, поэтому сколько бы тот не вопил, его никто не слышал.

Сознание мастеров создания превратилось в множественные лучи света, сгущающиеся в жидкость, которая текла в межбровье Цинь Му.

Цинь Му почувствовал, ка волны ужасающей энергии одна за другой проникают в его мозг, укрепляя его сознание. Это усиливало его физическое тело с поразительной скоростью!

— Погодите!

Внезапно вдали прозвенел голос, отчего сознание мастеров создания вокруг жертвенного начало рассыпаться. Жертвоприношение тут же остановилось.

Сю Чжунь нахмурился и повернулся в сторону звука, увидев изящные корабли, кареты, фениксов, драконов и дворцы, летящие в их сторону. На них виднелись величественные мастера создания, сверкающие ярким светом. Сияние шестиугольных глаз в их межбровья было ещё более удивительным.

Они приземлились и поздоровались. Их транспорт превратился в сознание, медленно рассеиваясь.

— Святой младенец, это вожди остальных кланов, — Сю Чжун прошептал на ухо Цинь Му, прежде чем торжественно поздороваться и извиниться:

— Вы, вожди, пришли издалека, но я вас не встретил. Пожалуйста, простите меня. Тем не менее, почему вы прерываете жертвоприношение святому младенцу?

Старый седовласый мастер создания, одетый в белую мантию, стукнул своим посохом по земле и посмотрел на Цинь Му пронзительным взглядом. Он торжественно проговорил:

— Мы не можем быть уверены, что это святой младенец. Для чего так спешить, вождь Сю Чжун? У того вора, Цинь Е, много фокусов в рукаве. Твой святой младенец может быть поддельным, возможно, он пытается тебя обмануть!

Сю Чжун ответил:

— В пророчестве говорилось, что святой младенец появится вместе с камнем Первоначала. Именно он находится в межбровье Му Цина, а значит он и есть этим младенцем.

Старый мастер создания наклонил голову, которая была больше жертвенного алтаря, вперёд, чтобы внимательно осмотреть третий глаз Цинь Му. Спустя некоторое время он отодвинулся обратно.

Остальные вожди тоже двинулись вперёд, чтобы тщательно осмотреть третий глаз Цинь Му. Все они кивнули и согласились:

— Это и вправду Камень Первоначала.

Сю Чжун улыбнулся:

— Так как мы установили его личность, нам стоит…

— Погоди! — мастер создания в белой одежде покачал головой и проговорил. — В пророчестве также шлось о том, что у святого младенца будет печать, символизирующая его высшую силу! Если он и вправду святой младенец, то должен иметь её с собой!

— Всё верно! — остальные вожди согласились. — В пророчестве шлось о том, что когда святой младенец родится, у него будет власть над всеми мастерами создания. Он должен был родиться на жертвенном алтаре, олицетворяющем её! Именно такое пророчество мы передавали из поколения в поколение. Оно не может ошибаться!

— Этот вор по имени Цинь очень хитрый. Раньше он говорил, что хочет одолжить у нас лишь кусочек земли. Кто знал, что он окажется невероятно жадным и возьмёт себе огромное количество пространства!

Раздражённый вождь сделал шаг вперёд, размахивая руками:

— Он говорил, что ему нужно лишь немного земли. В конце концов, оказалось, что он имел в виду тридцать трое небес! Он очень хитрый. Если этот младенец не имеет с собой печати, то он определённо засланец Цинь Е!

Огромная голова Шу Цзюня в межбровье Цинь Му радовалась:

— Всё верно, этот парень — засланец. Я настоящий святой младенец, которого вы ищете!

Сю Чжун нахмурился и посмотрел на Цинь Му.

У того не оставалось другого выбора, кроме как достать печать Великого Императора и проговорить:

— Это та печать, о которой вы говорите? Вместе с ней у меня есть жертвенный алтарь…

Гигантский жертвенный алтарь вылетел из его третьего глаза и упал на землю.

— Это он?

Цинь Му выглядел беспомощным. В глубине души он рыдал: «Я и вправду не хочу быть вашим святым младенцем. Я хочу вернуться домой! Я хочу в деревню Беззаботную! Тем не менее, если я скажу это в голос, вы меня убьёте…»

Глава 972. Бoжecтвенный Коpоль Лан Bо

Вожди множественных кланов мастеров создания подошли поближе, почти забираясь на печать, чтобы тщательно её осмотреть. Алтарь они тоже рассмотрели не менее тщательно.

Спустя некоторое время они поднялись и переглянулись, начали обсуждать достоверность доказательств Цинь Му.

— Неужели третье пророчество предков сбылось?

— Тем не менее, этот парень не слишком похож на мастера создания. У него даже есть кадык, как у взрослого мужчины из расы хулиганов.

— У него такие же брови, как у вора Циня!

— Теперь, когда вы обратили внимание, и вправду заметил, что он выглядит как вор Цинь. Чем дольше на него смотреть, тем больше сходства видишь…

— Но у него есть печать, жертвенный алтарь и Камень Первоначала. Вор Цинь не может быть таким хитрым, верно? Каким бы талантливым он не был, он не мог добыть печать и алтарь, не говоря уже о Камне Первоначала.

— Вор Цинь очень хитёр. С ним нельзя быть неосторожным. Кто из вас подумал, что крохотный клочок земли окажется таким большим?

***

Внутри Камня Первоначала Шу Цзюнь начал нервничать, пытаясь напомнить вождям:

— Он не родился с печатью в руке, и не спустился на жертвенный алтарь с небес! Оба предмета достались ему в подарок! Первобытный Камень Великого Первоначала был мой! Поумнейте наконец!

Различные вожди кланов снова начали обсуждение. Седовласый старец из клана Сятая проговорил:

— Вопрос святого младенца крайне важен. Мы должны проверить его тело, чтобы убедиться, что он не засланец вора Циня. Если мы примем его за святого младенца, Цинь будет долго над нами смеяться!

Сю Чжун кивнул и проговорил:

— Ты прав, мы не можем переборщить с осторожностью в этом вопросе. Даже я не осмелюсь самостоятельно подтверждать его личность, из-за чего я и пригласил вас всех. У кого-нибудь ещё есть способ проверки?

— Все, кроме души можно подделать! — Кань Ню, мастер создания из клана Цзыли, проговорила. — Сокровищем нашего клана является Трава Семи Душ. Это священный предмет, созданный моими людьми за миллионы лет. Она может не только поглощать души, но и узнавать их. Раньше мы использовали её, сражаясь с головастым младенцем семьи Цинь, но тот разорвал её надвое. К счастью, у нас ещё остались её корни и стебли.

Она осторожно достала стебель фиолетовой травы. Тот был больше обычной травы и выглядела так, словно на ней росли пурпурные нити. Тем не менее, она была целиком покрыта следами укусов.

Эта трава была плодом миллионов лет работы мастеров создания клана Цзыли и являлась невероятно мощным артефактом, способным поглощать души. Тем не менее, когда его использовали против Цинь Фэнцина, тот едва его не сожрал.

Цинь Фэнцин был свирепым существом, выходящим из деревни Беззаботной, чтобы убивать мастеров создания. Кань Ню и её соплеменники использовали это сокровище. Чтобы его остановить, но их затея провалилась.

Кань Ню и остальные поспешно забрали траву, но Цинь Фэнцин уже успел её пожевать. К счастью, она оказалась не слишком вкусной.

После этого артефакт потерял часть своей силы. Даже если бы Кань Ню и остальные будут поклоняться ему вместе, он уже не вернётся к своей былой мощи.

Впрочем, его сил с лихвой хватило бы для того. Чтобы определить возраст Цинь Му.

Кань Ню подняла траву, и та медленно приземлилась на алтарь перед Цинь Му. Её фиолетовая аура закружилась вокруг тела парня, прежде чем залететь внутрь него.

Два стебля травы медленно поднялись, один стал вертикально, а другой был слегка наклонен.

— Трава Семи Душ говорит, что ему ещё нет двух лет! — Кань Ню спрятала траву, заявив. — Это подтверждает, что он один из нас. Я видела человеческих младенцев его возраста, они невероятно крохотны.

Шу Цзюнь впал в ярость, его голова прыгала по жертвенному алтарю, крича:

— Ваша трава бесполезна! Она не может оценить его физическое тело! Его телу тридцать лет!

Вождь клана Чжуцю торжественно проговорил:

— Так как душа не может быть поддельной, нам не в чём сомневаться. Тем не менее, в пророчестве говорилось, что святой младенец владеет огромным количеством божественных искусств и безграничной мудростью. Святой Младенец, можно нам тебя испытать?

Цинь Му беспомощно согласился:

— Конечно.

Даже если бы он возразил против этого, мастера создания не дали бы ему выбора, так для чего терять время?

— В любом случае, Сю Чжун несколько раз говорил, что опасности не будет, — подумал Цинь Му.

Сю Чжун обсудил всё с остальными вождями, прежде чем проговорить:

— Божественного Короля ещё нет. Учитывая её скорость, она должна прибыть с минуты на минуту. Может быть, у неё есть какие-то дела? Почему бы не подождать? Она будет лично вести испытание.

Дон Мин, Чу Ню и остальные начали кивать.

В этот момент в небе раздался визг феникса. Толпа подняла глаза, увидев, что с неба сыплются бесчисленные цветы. Казалось, будто их лепестки были водопадом, начинающимся на небесах.

Разноцветный феникс тащил за собой невероятно изысканную карету, постепенно спускаясь. Везде, где пролетала карета, оставался след из цветов. Вероятно, эта река была невероятно длинной.

Когда карета приземлилась, река рассеялась.

— Божественный Король Здесь!

Множественные вожди и старейшины, прибывшие в клан Сю, одновременно поклонились и проговорили:

— Добро пожаловать, Божественный Король Лан Во!

— Не нужно формальностей, — из кареты донёсся голос женщины. Цинь Му посмотрел в её сторону, но не сумел разглядеть женщину внутри. В отличии от остальных мастеров создания, её карета и феникс не рассеивались и не превращались в сознание.

Транспорт мастеров создания был создан воображением, из-за чего превращался в сознание и рассеивался после путешествия. Тем не менее, Божественный Король Лан Во, казалось. Пользовалась настоящим фениксом.

«Неужели этот феникс — это бог, созданный сознанием?»

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Если он стал настоящим после создания, то не должен слишком отличаться от древних богов. Кто этот Божественный Король Лан Во? Божественный Король Шу Цзюнь, ты когда-либо о не слышал?

— Нет, — Шу Цзюнь тоже был удивлён. — Во время Эпохи Трёх Королей, было трое существо моего уровня — Шу Цзюнь, Бо Ян и Синь Фу. Мы были тремя королями и выше нас был лишь Великий Император. Бо Янь и Синь Фу погибли в нашей последней битве. Я никогда не слышал об этой Лан Во. Неужели она — это божественный король, назначенный мастерами создания будущих поколений?

Голос Божественного Короля Лан Во донёсся из кареты:

— Появление святого младенца — это событие, достойное празднования. Тем ен менее, наши предки предсказали, что ты выведешь нас в Великую Пустошь и восстановишь нашу славу. Поэтому, мы должны проверить способности святого младенца.

Вождь клана Сятай проговорил:

— Мы ждали чтобы вы это сделали.

Божественный Король Лан Во улыбнулась:

— Вы уже должны были удостовериться в его личности и проверить, что он мастер создания. Вы спросили о его учителе и происхождении?

Сю Чжун тут же поклонился, сообщив:

— Святой младенец утверждает, что его учитель — мастер создания по имени Шу Цзюнь. Сознание святого младенца такое же сильное, как сознание взрослого мастера создания. Должно быть. Этот Шу Цзюнь это кто-то из сильных людей нашей расы.

— Шу Цзюнь? — из кареты раздался шокированный голос, Божественный Король Лан Во рассмеялась. — Его учитель Божественный Король Шу Цзюнь, один из трёх первобытных королей? Разве он не умер миллионы лет назад? В конце концов, он мой старший, так что я о нём слышала. В прошлом его действия были одной из причин нашего поражения. Как мёртвый человек мог быть его учителем? Хотя, я знаю как, — она продолжила мелодичным голосом. — Божественный Король Шу Цзюнь, покажись.

Шу Цзюнь, сидящий внутри Первобытного Камня Великого Первоначала, холодно вздохнул, прежде чем проговорить:

— Как она смеет смотреть на меня свысока?

Цинь Му поинтересовался:

— Разве ты не собираешься выйти к Божественному Королю Лан Во?

Шу Цзюнь рассмеялся:

— С чего бы это? Я первобытный божественный король, а она — просто божественный король, назначенный мастерами создания будущих поколений. Если я приду к ней лишь потому, что она меня позвала, то сильно унижусь. Более того, от меня осталась лишь голова, и то без мозга. Если я покажусь им на глаза, то с меня будут смеяться, и я разрушу репутацию трёх божественных королей. Я никуда не пойду!

Цинь Му улыбнулся:

— Я думаю, что божественный король, который сумел объединить систему совершенствования божественных сокровищ с совершенствованием сознания, и реформировать последнюю, должен быть великим человеком, а не жалким… Я говорю не о тебе, а о Божественном Короле Лан Во.

Шу Цзюнь впал в ярость, его голова начала прыгать, он сердито проговорил:

— Ты выпустишь меня, если я соглашусь? Разве ты не боишься, что я разоблачу тебя, фальшивого святого младенца?

Цинь Му улыбнулся и ответил:

— Ты ещё не понял это, Шу Цзюнь? Я и есть святым младенцем из пророчества.

Шу Цзюнь был явно ошеломлён и сбит с толку.

Теперь, когда он тщательно всё проанализировал, святым младенцем, описанным в пророчествах мастеров создания, и вправду был Цинь Му! Никто другой не мог ним быть!

Цинь Му получил Первобытный Камень Великого Первоначала и нашёл печать и жертвенный алтарь оставленные ему Небесным Преподобным Юнем. Казалось, будто сама судьба отправила его в мир Парамиты, чтобы он стал святым младенцем здешних мастеров создания!

Имел ли значение тот факт, что он не был мастером создания?

В трёх пророчествах ни разу не упоминалось, что святой младенец окажется мастером создания!

Сознание Божественного Короля Лан Во распространилось по всей пустоте, наполняя даже мозг Цинь Му. Завибрировав, оно проговорило:

— Божественный Король Шу Цзюнь, если ты уже здесь, то почему бы тебе не показаться?

— Я выйду, — смиренно проговорил Шу Цзюнь. — У каждого нашего поколения были талантливые представители. Я не верю, что старые поколения будут превзойдены новыми. Я не верю, что знания и опыт Божественного Короля Лан Во лучше моих! Выпусти меня!

Цинь Му послушался и рассеял технику Великого Всеобъемлющего Сознания.

До того, как Божественный Король Лан Во успела договорить, из межбровья Цинь Му появилась огромная голова, упав на жертвенный алтарь.

Шу Цзюнь равнодушно проговорил:

— Божественный Король Лан Во. Почему ты поднимаешь так много шума?

Два феникса, стоящий рядом с каретой, оттянули занавески в стороны своими клювами. Женщина, сидящая в карете, поднялась и вышла. Её фениксовая корона и нефритовый венок качались в такт с её шагами.

— Я отдаю дань своего уважения Первобытному Королю Шу Цзюню.

Эта женщина вела себя крайне элегантно и красиво. Голова Цинь Му тут же опустела. Он понял, что что-то было не так.

«В этом мире тоже есть Цзюэ Учэнь!»

Его разум вскипел. Божественный Король Лань Во выглядела точно так же, как и Цзюэ Учэнь. Она была такой же прекрасной и очаровательной!

«Невозможно! Невозможно! Цзюэ Учэнь была создана Небесной Преподобной Лин, чтобы соблазнять извращенцев вроде Небесного Императора. В этом мире не могла родиться такая красивая женщина!»

Взгляд Цинь Му упал на грудь Божественного Короля, и он отбросил свои последние сомнения: «Должно быть, она была создана воображением. Эта грудь… Она слишком красивая!»

Глава 972. Бoжecтвенный Коpоль Лан Bо

Вожди множественных кланов мастеров создания подошли поближе, почти забираясь на печать, чтобы тщательно её осмотреть. Алтарь они тоже рассмотрели не менее тщательно.

Спустя некоторое время они поднялись и переглянулись, начали обсуждать достоверность доказательств Цинь Му.

— Неужели третье пророчество предков сбылось?

— Тем не менее, этот парень не слишком похож на мастера создания. У него даже есть кадык, как у взрослого мужчины из расы хулиганов.

— У него такие же брови, как у вора Циня!

— Теперь, когда вы обратили внимание, и вправду заметил, что он выглядит как вор Цинь. Чем дольше на него смотреть, тем больше сходства видишь…

— Но у него есть печать, жертвенный алтарь и Камень Первоначала. Вор Цинь не может быть таким хитрым, верно? Каким бы талантливым он не был, он не мог добыть печать и алтарь, не говоря уже о Камне Первоначала.

— Вор Цинь очень хитёр. С ним нельзя быть неосторожным. Кто из вас подумал, что крохотный клочок земли окажется таким большим?

***

Внутри Камня Первоначала Шу Цзюнь начал нервничать, пытаясь напомнить вождям:

— Он не родился с печатью в руке, и не спустился на жертвенный алтарь с небес! Оба предмета достались ему в подарок! Первобытный Камень Великого Первоначала был мой! Поумнейте наконец!

Различные вожди кланов снова начали обсуждение. Седовласый старец из клана Сятая проговорил:

— Вопрос святого младенца крайне важен. Мы должны проверить его тело, чтобы убедиться, что он не засланец вора Циня. Если мы примем его за святого младенца, Цинь будет долго над нами смеяться!

Сю Чжун кивнул и проговорил:

— Ты прав, мы не можем переборщить с осторожностью в этом вопросе. Даже я не осмелюсь самостоятельно подтверждать его личность, из-за чего я и пригласил вас всех. У кого-нибудь ещё есть способ проверки?

— Все, кроме души можно подделать! — Кань Ню, мастер создания из клана Цзыли, проговорила. — Сокровищем нашего клана является Трава Семи Душ. Это священный предмет, созданный моими людьми за миллионы лет. Она может не только поглощать души, но и узнавать их. Раньше мы использовали её, сражаясь с головастым младенцем семьи Цинь, но тот разорвал её надвое. К счастью, у нас ещё остались её корни и стебли.

Она осторожно достала стебель фиолетовой травы. Тот был больше обычной травы и выглядела так, словно на ней росли пурпурные нити. Тем не менее, она была целиком покрыта следами укусов.

Эта трава была плодом миллионов лет работы мастеров создания клана Цзыли и являлась невероятно мощным артефактом, способным поглощать души. Тем не менее, когда его использовали против Цинь Фэнцина, тот едва его не сожрал.

Цинь Фэнцин был свирепым существом, выходящим из деревни Беззаботной, чтобы убивать мастеров создания. Кань Ню и её соплеменники использовали это сокровище. Чтобы его остановить, но их затея провалилась.

Кань Ню и остальные поспешно забрали траву, но Цинь Фэнцин уже успел её пожевать. К счастью, она оказалась не слишком вкусной.

После этого артефакт потерял часть своей силы. Даже если бы Кань Ню и остальные будут поклоняться ему вместе, он уже не вернётся к своей былой мощи.

Впрочем, его сил с лихвой хватило бы для того. Чтобы определить возраст Цинь Му.

Кань Ню подняла траву, и та медленно приземлилась на алтарь перед Цинь Му. Её фиолетовая аура закружилась вокруг тела парня, прежде чем залететь внутрь него.

Два стебля травы медленно поднялись, один стал вертикально, а другой был слегка наклонен.

— Трава Семи Душ говорит, что ему ещё нет двух лет! — Кань Ню спрятала траву, заявив. — Это подтверждает, что он один из нас. Я видела человеческих младенцев его возраста, они невероятно крохотны.

Шу Цзюнь впал в ярость, его голова прыгала по жертвенному алтарю, крича:

— Ваша трава бесполезна! Она не может оценить его физическое тело! Его телу тридцать лет!

Вождь клана Чжуцю торжественно проговорил:

— Так как душа не может быть поддельной, нам не в чём сомневаться. Тем не менее, в пророчестве говорилось, что святой младенец владеет огромным количеством божественных искусств и безграничной мудростью. Святой Младенец, можно нам тебя испытать?

Цинь Му беспомощно согласился:

— Конечно.

Даже если бы он возразил против этого, мастера создания не дали бы ему выбора, так для чего терять время?

— В любом случае, Сю Чжун несколько раз говорил, что опасности не будет, — подумал Цинь Му.

Сю Чжун обсудил всё с остальными вождями, прежде чем проговорить:

— Божественного Короля ещё нет. Учитывая её скорость, она должна прибыть с минуты на минуту. Может быть, у неё есть какие-то дела? Почему бы не подождать? Она будет лично вести испытание.

Дон Мин, Чу Ню и остальные начали кивать.

В этот момент в небе раздался визг феникса. Толпа подняла глаза, увидев, что с неба сыплются бесчисленные цветы. Казалось, будто их лепестки были водопадом, начинающимся на небесах.

Разноцветный феникс тащил за собой невероятно изысканную карету, постепенно спускаясь. Везде, где пролетала карета, оставался след из цветов. Вероятно, эта река была невероятно длинной.

Когда карета приземлилась, река рассеялась.

— Божественный Король Здесь!

Множественные вожди и старейшины, прибывшие в клан Сю, одновременно поклонились и проговорили:

— Добро пожаловать, Божественный Король Лан Во!

— Не нужно формальностей, — из кареты донёсся голос женщины. Цинь Му посмотрел в её сторону, но не сумел разглядеть женщину внутри. В отличии от остальных мастеров создания, её карета и феникс не рассеивались и не превращались в сознание.

Транспорт мастеров создания был создан воображением, из-за чего превращался в сознание и рассеивался после путешествия. Тем не менее, Божественный Король Лан Во, казалось. Пользовалась настоящим фениксом.

«Неужели этот феникс — это бог, созданный сознанием?»

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло:

— Если он стал настоящим после создания, то не должен слишком отличаться от древних богов. Кто этот Божественный Король Лан Во? Божественный Король Шу Цзюнь, ты когда-либо о не слышал?

— Нет, — Шу Цзюнь тоже был удивлён. — Во время Эпохи Трёх Королей, было трое существо моего уровня — Шу Цзюнь, Бо Ян и Синь Фу. Мы были тремя королями и выше нас был лишь Великий Император. Бо Янь и Синь Фу погибли в нашей последней битве. Я никогда не слышал об этой Лан Во. Неужели она — это божественный король, назначенный мастерами создания будущих поколений?

Голос Божественного Короля Лан Во донёсся из кареты:

— Появление святого младенца — это событие, достойное празднования. Тем ен менее, наши предки предсказали, что ты выведешь нас в Великую Пустошь и восстановишь нашу славу. Поэтому, мы должны проверить способности святого младенца.

Вождь клана Сятай проговорил:

— Мы ждали чтобы вы это сделали.

Божественный Король Лан Во улыбнулась:

— Вы уже должны были удостовериться в его личности и проверить, что он мастер создания. Вы спросили о его учителе и происхождении?

Сю Чжун тут же поклонился, сообщив:

— Святой младенец утверждает, что его учитель — мастер создания по имени Шу Цзюнь. Сознание святого младенца такое же сильное, как сознание взрослого мастера создания. Должно быть. Этот Шу Цзюнь это кто-то из сильных людей нашей расы.

— Шу Цзюнь? — из кареты раздался шокированный голос, Божественный Король Лан Во рассмеялась. — Его учитель Божественный Король Шу Цзюнь, один из трёх первобытных королей? Разве он не умер миллионы лет назад? В конце концов, он мой старший, так что я о нём слышала. В прошлом его действия были одной из причин нашего поражения. Как мёртвый человек мог быть его учителем? Хотя, я знаю как, — она продолжила мелодичным голосом. — Божественный Король Шу Цзюнь, покажись.

Шу Цзюнь, сидящий внутри Первобытного Камня Великого Первоначала, холодно вздохнул, прежде чем проговорить:

— Как она смеет смотреть на меня свысока?

Цинь Му поинтересовался:

— Разве ты не собираешься выйти к Божественному Королю Лан Во?

Шу Цзюнь рассмеялся:

— С чего бы это? Я первобытный божественный король, а она — просто божественный король, назначенный мастерами создания будущих поколений. Если я приду к ней лишь потому, что она меня позвала, то сильно унижусь. Более того, от меня осталась лишь голова, и то без мозга. Если я покажусь им на глаза, то с меня будут смеяться, и я разрушу репутацию трёх божественных королей. Я никуда не пойду!

Цинь Му улыбнулся:

— Я думаю, что божественный король, который сумел объединить систему совершенствования божественных сокровищ с совершенствованием сознания, и реформировать последнюю, должен быть великим человеком, а не жалким… Я говорю не о тебе, а о Божественном Короле Лан Во.

Шу Цзюнь впал в ярость, его голова начала прыгать, он сердито проговорил:

— Ты выпустишь меня, если я соглашусь? Разве ты не боишься, что я разоблачу тебя, фальшивого святого младенца?

Цинь Му улыбнулся и ответил:

— Ты ещё не понял это, Шу Цзюнь? Я и есть святым младенцем из пророчества.

Шу Цзюнь был явно ошеломлён и сбит с толку.

Теперь, когда он тщательно всё проанализировал, святым младенцем, описанным в пророчествах мастеров создания, и вправду был Цинь Му! Никто другой не мог ним быть!

Цинь Му получил Первобытный Камень Великого Первоначала и нашёл печать и жертвенный алтарь оставленные ему Небесным Преподобным Юнем. Казалось, будто сама судьба отправила его в мир Парамиты, чтобы он стал святым младенцем здешних мастеров создания!

Имел ли значение тот факт, что он не был мастером создания?

В трёх пророчествах ни разу не упоминалось, что святой младенец окажется мастером создания!

Сознание Божественного Короля Лан Во распространилось по всей пустоте, наполняя даже мозг Цинь Му. Завибрировав, оно проговорило:

— Божественный Король Шу Цзюнь, если ты уже здесь, то почему бы тебе не показаться?

— Я выйду, — смиренно проговорил Шу Цзюнь. — У каждого нашего поколения были талантливые представители. Я не верю, что старые поколения будут превзойдены новыми. Я не верю, что знания и опыт Божественного Короля Лан Во лучше моих! Выпусти меня!

Цинь Му послушался и рассеял технику Великого Всеобъемлющего Сознания.

До того, как Божественный Король Лан Во успела договорить, из межбровья Цинь Му появилась огромная голова, упав на жертвенный алтарь.

Шу Цзюнь равнодушно проговорил:

— Божественный Король Лан Во. Почему ты поднимаешь так много шума?

Два феникса, стоящий рядом с каретой, оттянули занавески в стороны своими клювами. Женщина, сидящая в карете, поднялась и вышла. Её фениксовая корона и нефритовый венок качались в такт с её шагами.

— Я отдаю дань своего уважения Первобытному Королю Шу Цзюню.

Эта женщина вела себя крайне элегантно и красиво. Голова Цинь Му тут же опустела. Он понял, что что-то было не так.

«В этом мире тоже есть Цзюэ Учэнь!»

Его разум вскипел. Божественный Король Лань Во выглядела точно так же, как и Цзюэ Учэнь. Она была такой же прекрасной и очаровательной!

«Невозможно! Невозможно! Цзюэ Учэнь была создана Небесной Преподобной Лин, чтобы соблазнять извращенцев вроде Небесного Императора. В этом мире не могла родиться такая красивая женщина!»

Взгляд Цинь Му упал на грудь Божественного Короля, и он отбросил свои последние сомнения: «Должно быть, она была создана воображением. Эта грудь… Она слишком красивая!»

Глава 973. Помощь Heбес

Божественный Король Лан Во прищурилась и засмеялась:

— Божественный Король Шу ЦЗюнь погиб в битве Области Ржавой Крови. К тому времени мы уже перебрались в Великую Пустошь. Божественный Король не мог сбежать вместе с нами, так как ему никто не сказал, где находится Великая Пустошь.

Божественный Король Шу Цзюнь на жертвенном алтаре фыркнул, выглядя крайне несчастным.

Тем не менее, слова Божественного Короля Лан Во были правдой.

Несмотря на то, что они назывались мастерами поколения и считались представителями одного народа, среди мастеров создания было много рас. Они составляли собой разные силы и часто враждовали друг с другом.

Там, где были люди, существовал мир войны. То же можно было сказать и о мастерах создания.

В прошлом три первобытных короля считались самой большой силой. Кроме них также существовал Великий Император, способности которого были самыми высокими, и другие различные силы. Каждая из них сражалась за процветание и власть. Это был очень напряжённый период.

Три первобытных короля конфликтовали друг с другом. Кроме того, связь между ними и Великим Императором была не слишком тесной. Также находились те, кто перешёл на сторону древних богов. Их поражение и гибель от руки древних богов была не случайностью, а неизбежностью.

В то время репутация Шу Цзюня была не слишком хорошей, поэтому ему и вправду никто не рассказал о местонахождении Великой Пустоши.

Божественный Король Лан Во некоторое время подумала, прежде чем рассмеяться:

— Божественный Король Шу Цзюнь, должно быть, встретил этого младенца во внешнем мире и спрятался в его теле. Заимствуя его сознание, ЦИ и кровь, чтобы возродиться. Вот только ты ещё не довёл начатое до конца, поэтому твои способности не слишком высоки.

Шу Цзюнь снова фыркнул. Он был очень недоволен тем, что эта дама всё поняла правильно.

Изначально он хотел использовать своё положение первобытного божественного короля, чтобы поставить её на место. Тем не менее, что она так быстро догадается о его прошлом. Теперь это его поставили на место.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Божественный Король Шу Цзюнь — гость издалека, и он привёл с собой святого младенца. Естественно, мастера создания мира Парамиты должны проявить к тебе гостеприимство. Пожалуйста, покажите Божественному Королю Шу Цзюню его место. Он будет сидеть рядом со мной.

Сю Чжун вышел вперёд и поднял голову Шу Цзюня с жертвенного алтаря. Несколько мужчин принесли трон, поставив его возле месте Божественного Короля Лан Во. Затем Сю Чжун положил на него голову Шу Цзюня.

Глаза Божественного Короля Шу Цзюня начали вертеться по сторонам. Он хотел что-то сказать, но не знал какими словами можно восстановить свою репутацию.

Цинь Му подумал: «Эта женщина выдающаяся. Она сумела уверенно подчинить себе Божественного Короля Шу Цзюня, не оставляя ему места для отхода. Она и вправду достойна быть лидером оставшихся мастеров создания и является существом, сумевшим держать Императора-Основателя в узде всё это время.»

Чтобы сражаться лицом к лицу с Императором-Основателем и перенять систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, Божественный Король Ло должна обладать удивительными знаниями, опытом, амбициями, методами и мыслями!

Несмотря на то, что в Эпоху Трёх Королей мастера создания правили миром, они всё же были примитивными племенами. Хоть и в период плавления Божественного Короля Лан Во их положение стало хуже, чем раньше, они значительно продвинулись вперёд.

Божественный Король Лан Во пронзительно уставилась на Цинь Му, в его голове раздался её голос:

— Ты человек, а не мастер создания.

Цинь Му почувствовал, как по его спине пробежал мороз, и тихо кивнул.

Было совершенно очевидно, что Божественный Король Лан Во в силах догадаться, что он не мастер создания, поэтому не было смысла это отрицать.

Шу Цзюнь признал, что они пришли в мир Парамиты из внешнего мира. Учитывая, что мастера создания внешнего мира уже давно вымерли, Цинь Му явно не мог быть одним из них. Божественный Король Лан Во была достаточно умна, чтобы об этом догадаться.

— Не волнуйся, в третьем пророчестве шлось о появлении святого младенца, но не упоминалось, что н будет мастером создания. Возможно, ты и вправду святой младенец.

Нефритовый венок на лбу Божественного Короля Лан Во излучал успокаивающий свет, её голос продолжал звенеть в голове Цинь Му:

— Тем не менее, если бы святой младенец отправился в Мир Духов Предков и оказался человеком, те бы определённо его убили. Даже если нет, то, когда наши люди узнают правду, они сами тебя убьют.

Цинь Му моргнул.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Тем не менее, я могу решить не выдавать тебя. Более того, даже если тебя разоблачат, я могу использовать свою власть, чтобы защитить тебя. Кроме того, я могу спасти тебя от духов в Мире Духов Предков. Тем не менее, перед этим ты должен пройти наши с вождями испытания.

Цинь Му хмыкнул.

Эта женщина подчинила и его.

Божественный Король Лан Во перестала с ним говорить. Холодно рассмеявшись, она проговорила:

— Так как к нам спустился святой младенец, то он должен обладать удивительным сознанием, физическим телом, боевыми техниками и умом, чтобы вывести людей мира Парамиты в дворец предков. Моё испытание будет разделено на четыре части. Так как младенцу меньше двух лет, сначала мы испытаем его сознание. Мы сравним его со взрослым мастером создания.

Сю Чжун проговорил:

— Разве я не говорил, что это будет не опасно?

Цинь Му облегчённо вздохнул и поблагодарил его.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Второе испытание проверит его физическое тело. Как и в до этого, мы сравним его со взрослым мастером создания. Третье испытание проведётся в таком же виде, и проверит его боевые техники. Последнее испытание, испытание разума, я проведу лично. У кого-нибудь есть возражения?

Сю Чжун улыбнулся:

— Видишь, испытания будут очень просты. С твоими способностями они ты быстро справишься!

Цинь Му начал слегка беспокоиться. Испытания физического тела или боевых техник могли казаться обычными, но он не был знаком с приемами мастеров создания!

Вожди обсудили всё между собой и не имели никаких возражений.

— У меня есть возражения! — голова Шу Цзюня на жертвенном алтаре начала прыгать и смеяться. — Эти четыре испытания слишком просты. В конце концов, святой младенец — мой ученик. Пройти ваши испытания для него как пальцами щёлкнуть!

Цинь Му впал в ярость: «Этот парень хочет создать мне проблем!»

Божественный Король Лан Во рассмеялся:

— Божественный Король Шу Цзюнь, возможно, ты этого не знаешь, но четыре испытания хоть и кажутся простыми, на самом деле являются крайне сложными. В первом из них он будет соревноваться в создании сознанием не с одним взрослым мастером создания, а с девятью. Те будут одновременно использовать своё сознание, чтобы помешать ему. Если ему удастся их подавить и закончить создание, он пройдёт испытание.

Выражение лица Сю Чжуна слегка изменилось. Остальные вожди тоже были поражены.

Шу Цзюнь усмехнулся:

— Если мастера создания будут пытаться ему помешать, то это уже можно считать битвой сознаний. Если он не будет осторожен, то под их давлением станет глупцом. Это больше похоже на правду, это испытание будет интересным. Ученик, тебе страшно?

— Я не боюсь, — расплывшись в простой и искренней улыбке, Цинь Му посмотрел на Шу Цзюня.

Шу Цзюнь испугался этого взгляда, думая про себя: «Когда я вернусь в Камень первоначала, этот парень не спустит этого с рук. Тем не менее, у меня нет выбора, кроме как вернуться, ведь кто ещё согласится кормить меня Ци, кровью и сознанием для восстановления моего физического тела?

Божественный Король Лан Во отдала несколько распоряжений, после чего различные расы выбрали девять внушительных мастеров создания для испытания.

— Предмет, который должен воссоздать святой младенец, — это священный артефакт клана Сю.

Божественный Король Лан Во посмотрела на Сю Чжуна, который слегка колебался, прежде чем протянуть руку, показывая Цинь Му жемчужину.

Сю Чжун проговорил:

— Святой младенец, пожалуйста, смотри внимательно.

Его сознание вспыхнуло, активируя жемчужину, и те внезапно расширилась. В следующий миг она превратилась в мир, повисший над жертвенный алтарем!

Внутренние станки круглого мира были покрыты клочками земли. Там можно было разглядеть бесчисленные горы и реки, будто вырезанные из нефрита, формирующие различные руны своими очертаниями. Горные хребты непрерывно поднимались и опускались, их строение выглядело невероятно сложным!

Течение рек и водопадов тоже формировало множественные руны, связанные между собой таинственным образом!

Самое главное, что в самом центре жемчужины крылся город богов, своим строением напоминающий райский дворец Нефритовой Столицы. В нём даже были существа, напоминающие древних богов!

Если присмотреться внимательнее, то можно было заметить, что в телах этих богов крылись бесчисленные детали.

На лбу Шу Цзюня выступил холодный пот, он пробормотал:

— Божественный Король Лан Во, эта девица, собирается доставить много проблем святому младенцу. Тьфу! Она собирается доставить проблем Цинь Му! Не говоря уже о нём, даже у меня возникли бы трудности с созданием чего-то подобного. Для этого нужно невероятно тщательно контролировать своё сознание. Мастера создания отказались от наших традиций. Они сделали жемчужину слишком сложной…

Вертикальный глаз в межбровье Цинь Му открылся, и из него хлынула волна света, проносясь сквозь каждый уголок священного артефакта клана Сю, изучая его горы, реки и нефритовую столицу.

Цинь Му закрыл глаза и сел на жертвенный алтарь, не шевелясь. Десятки тысяч мастеров создания внизу молчали, нервно глядя на него.

Внезапно Цинь Му открыл глаза и проговорил:

— Я готов.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Девять мастеров создания будут использовать свои сознания для атаки, чтобы разрушить твоё сознание. Не забывая о защите.

Цинь Му кивнул.

Божественный Король Лань Во дала сигнал девятерым мастерам создания. Их сознания тут же взорвались, вырываясь из глаз в их межбровьях. Несмотря на то, что оно не принимало никакой формы, оно создавало порывы ветра и разряды молний, обрушивающиеся на Цинь Му на жертвенном алтаре!

В следующий миг сознание Цинь Му тоже вырвалось наружу. Тем не мене, он не пытался создать жемчужину. Вместо этого он собрал все свои силы и направил их на девятерых мастеров создания!

Бум!

Пространство вокруг жертвенного алтаря сильно задрожало от столкновения десяти сильных сознаний. Сознание Цинь Му быстро превратилось в Великие Всеобъемлющие Небеса, подавляя сознания мастеров создания. В следующий миг те рухнули под давлением и вернулись обратно в межбровья мастеров!

— Печать!

Цинь Му тихо прокричал, и тела девяти мастеров создания задрожали. Шестиугольные глаза в их межбровьях тут же исчезли, покрываясь слоями печатей, которые не позволяли им задействовать сознание и освободиться!

После того, как Цинь Му запечатал девятерых мастеров создания, его сознание вернулось, начиная создавать жемчужину.

— Это и вправду святой младенец, — вождь Дон Мин не удержался от похвалы и улыбнулся. — Если бы он сосредоточился на создании Жемчужины Нефритовой Столицы клана Сю, то девять мастеров создания воспользовались бы этом, и, возможно, под их давлением он даже потерял бы рассудок. Тем не менее, запечатав их сознания, он может неспешно создавать, не боясь, что его побеспокоят.

Остальные вожди начали кивать головами. Кань Ню проговорила:

— Теперь посмотрим, сможет ли он создать Жемчужину Нефритовой Столицы.

Прежде чем они успели договорить, в пустоте вокруг Цинь Му начали появляться бесчисленные горы и реки. Очертания пейзажей, которые они увидели, были в точности повторяли Жемчужину Нефритовой Столицы!

Более того, в центре появилось видение Нефритовой Столицы. Ворота, стены, дома, залы и дворцы были такими же, как и в жемчужине. Вместе с ними появились и создания, напоминающие древних богов. Ох строение было невероятно сложным и изящным, даже превосходя в этом Жемчужину Нефритовой Столицы!

— Ему будто помогают небеса! — мастера создания восклицали от удивления и хвалили. — Его творение даже более детализовано и сложно, чем Жемчужина Нефритовой Столицы! Он и вправду святой младенец, рождённый камнем первоначала! Пожалуйста, возглавь нас!

Шу Цзюнь обезумевши вертел глазами, думая: «Окажись я на его месте, я бы терпел давление их сознаний до тех пор, пока не потерял бы рассудок… Нет, это невозможно, у меня ведь нет мозга…»

Глaва 974. Тpи Испытания

Помимо создания видения Жемчужины Нефритовой Столицы, чтобы пройти испытание её также нужно было материализовать. Все горы, реки, деревья, руны, здания и богов нужно было воплотить в реальность.

Это и было самой сложной частью испытания.

Если бы Цинь Му не запечатал девятерыx мастеров создания, и они продолжили бы ему мешать, он не смог бы этого сделать.

Тем не менее, теперь у него было достаточно времени для этого.

Цинь Му сидел в центре Жемчужины Нефритовой Столицы, его сознание непрерывно выливалось наружу. Казалось, будто вокруг работали тысячи невидимых художников с кистями. Он создал внутри жемчужины целый мир, становящийся всё более правдоподобным.

Вскоре после этого он, наконец, призвал своё сознание обратно и перестал визуализировать. Он вышел из жемчужины, возвращаясь на жертвенный алтарь.

Множество мастеров создания подошли, начиная тщательно её рассматривать, обнаруживая, что жемчужина Цинь Му была намного меньше, чем священный артефакт клана Сю. Тем не менее, в ней не было никаких недостатков, только незначительные отличия между древними богами, созданными Цинь Му, и теми, что находились в настоящем артефакте.

Сю Чжун рассмеялся:

— Неплохо, как и стоило ожидать от святого младенца. Подобное мастерство сделало бы тебя одним из наших сильнейших мастеров. Несмотря на то, что форма богов и дьяволов немного неправильна, причина этого вероятно кроется в недостатке твоих знаний, в чём ты не виновен…

В этот момент он заметил. Что боги в жемчужине движутся. Каждый из них двигался по-разному и обладал различными рунами Великого Дао!

Более того, каждый из двухсот пятидесяти шести древних богов читал свои собственные писания Дао на уникальном языке, их голоса сливались в величественный голос Дао, доносящийся из жемчужины. Он звучал невероятно торжественно и серьёзно!

Под грохот голоса Дао руны, небесные тела горы и водоёмы жемчужины засияли, будто она пробудила небесную силу, вызывая ужасающие толчки!

Вожди испугались и тут же отступили.

Жемчужина Нефритовой Столицы, которую вообразил Цинь Му, излучала свет, заливший собой сотни гектаров пространства. Руны и символы построений отбились в округе, и в конце концов вокруг появилась ещё одна область Нефритовой Столицы, во множество раз превосходящая размеры настоящей.

Тем не менее, только её внутренняя часть была реальной, в то время как внешняя оставалась иллюзией.

Однако, руны видения тоже несли в себе огромную силу, и вскоре оно начало материализоваться. В его центре возникла нефритовая столица, со всеми её богами и дьяволами, бормочущими на своих языках Дао.

Видение Жемчужины Нефритовой Столицы задрожало и снова разразилось светом, порождая новое видение, которое было ещё большим в размерах!

Оно поглотило собой всех, кто находился вблизи жертвенного алтаря, поражая их своим видом.

Спустя несколько мгновений появилось третье видение, а за ним четвёртое, пятое и шестое.

После того, как шестое небо материализовалось, видение потускнело и больше не могло увеличиваться.

Цинь Му стоял на жертвенном алтаре, когда божественный глаз в его межбровье закрылся. Видения тут же рассеялись, оставляя в его ладони лишь жемчужину размером с кончик пальца.

— Сю Чжун, твой клан Сю может использовать жемчужину подобным образом? — спросила Кань Ню.

Сю Чжун был ошеломлён. Покачав головой, он ответил:

— Нет.

Цинь Му подарил ему созданную Жемчужину Нефритовой Столицы и проговорил:

— Руны древних богов, которых создал твой клан, несовершенны, поэтому они не могли создать второго видения. Я компенсировал их недостатки, поэтому если сознание мастера будет достаточно сильным, он сможет создать второе видение. Тем не менее, моих способностей не хватает, поэтому мне удалось создать лишь шесть видений. Клан Сю невероятно силён. Возможности Жемчужины Нефритовой Столицы просто поражают! — он похвалил. — Если бы у меня не было глубоких знаний в ковке, искусстве и математике, я не смог бы её создать!

Сю Чжун осторожно взял жемчужину Цинь Му, до сих пор пребывая в шоке:

— У нашей жемчужины нет такого назначения… — после недолгой паузы он добавил. — С рунами древних богов можно создавать бесконечное количество видений?

Цинь Му покачал головой:

— Из-за нехватки времени я провёл вычисления с точностью до восемнадцати знаков. Это значит, что жемчужина может создать лишь восемнадцать видений. После этого, из-за математических неточностей, в видениях начнут появляться недостатки, и они потеряют свою силу.

Сю Чжун был ошеломлён:

— Математика?

Цинь Му кивнул:

— Математика. Когда мастера создания создают простые вещи, то математика им не нужна. Тем не менее, для сложных вещей вроде рун, она необходима. Если бы расчёты были достаточно хороши, то жемчужина могла бы создать бесконечное количество видений!

Сю Чжун до сих пор был озадачен.

Цинь Му беспомощно покачал головой. Мастера создания не знали о существовании математики.

Они не нуждались в математике, так как могли создавать совершенные поверхности и символы построений с помощью своего сознания.

Тем не менее, воображение не было всемогущим. При создании сложных строений требовалась математика.

Божественный Король Лан Во засмеялась:

— Так как первое испытание закончено, можем начинать второе и проверить твоё физическое тело. Оно будет несложным, тебе всего лишь придётся сразиться с помощью своего физического тела, не нужно использовать сознания.

Девять других мастеров создания подошли к нему, все они были огромны.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он уставился на Сю Чжуна, шепча:

— Опасности нет?

Сю Чжун уверенно ответил:

— Не для святого младенца!

Цинь Му посмотрел на Шу Цзюня, который проговорил гордым тоном:

— Используя технику усиления тела сознанием, которой я тебе учил. Ты обязательно их одолеешь!

Цинь Му впал в ярость. Шу Цзюнь передал ему лишь Знания Трёх Корпусов, а не технику усиления тела сознанием!

Цинь Му пришлось торговаться с Шу Цзюнем, чтобы получить техники сознания, поэтому все они были неполными.

Техника усиления тела сознанием, которой владел Цинь Му, была частью Великого Всеобъемлющего Сознания Великого Императора. С её помощью он мог превратить своё тело во вселенную и спрятать в неё две тысячи древних богов.

Великое Всеобъемлющее Сознание было невероятно мощным, но он совершенствовал его совсем недолго, поэтому не был уверен, что сможет конкурировать со взрослыми мастерами создания.

Цинь Му собрался с мыслями, успокоил своё дыхание и активировал сознание. Оно тут же хлынуло в третий глаз в его межбровье и наполнило Первобытный Камень Великого первоначала. Формируя Великие Всеобъемлющие Небеса!

Внутри Первобытного камня Великого первоначала его сознание вскипело. Его голова стала подобием райских небес, живот стал Юаньду, море Ци Руинами Заката, Юнцюань стал Юду, конечности — Четырьмя Символами Четырёх Полюсов, а позвонки тридцатью тремя небесами!

Сознание райских небес исходило из древнего Небесного Императора, сознание Юаньду от Матери Земли, море Ци от Небесной Императрицы и её сестры, а Юнцюаня от Графа Земли. На четырёх полюсах правили Зелёный Дракон, Белый Тигр, Красная Птица и Чёрная Черепаха. В общем количестве в его теле появилось почти две тысячи древних богов!

Исполнив технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, об объединил их, создавая внутри своего тела целую вселенную!

Бум!

Мастер создания попытался его ударить, искривляя пространство своей силой. Физическое тело было самой сильной стороной мастеров создания. Они усиливали его с помощью своего сознания, делая свою расу обладателями сильнейших физических тел в истории!

Он нанёс простой удар, не несущий в себе никаких технику пути боевых искусств, тем не менее, тот всё равно оказался невероятно сильным!

Цинь Му стоял на жертвенном алтаре, отвечая на их удары. В сравнении с кулаками мастеров создания, напоминающими гору, его были намного меньше!

В этот момент остальные восемь мастеров создания одновременно замахнулись на него!

Цинь Му слегка изменился в лице и тут же отрастил себе три головы и шесть рук. Тем не менее, этого было недостаточно, чтобы отбиваться от девяти противников. Он заблокировал шесть ударов, но два других ударили его с разных сторон.

Третий мастер создания ударил сверху, вдавливая Цинь Му в жертвенный алтарь.

Раздался оглушительный грохот, и мастера создания вокруг отвернули головы, не осмеливаясь смотреть на происходящее. Картина на алтаре должна была быть кровавой, и тело Цинь Му, раздавленное между двумя кулаками, должно было лопнуть, будто фрукт.

Тем не менее, два мастера создания отчётливо видели происходящее. Их кулаки не коснулись друг к другу, так-ка крохотный Цинь Му между ними остался цел. Пропустив их удары. он даже не изменился в лице!

Цинь Му тоже был ошеломлён.

«Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора и вправду сильно. Его физическое тело было таким же сильным, как у древнего Небесного Императора!»

Громко взревев, Цинь Му начал отбиваться, нанося два удара. Двое мастеров создания тут же отлетели прочь!

Цинь Му выстоял под ударом мастера творений вверху, напоминая гвоздь. стоящий на жертвенном алтаре. Несмотря на то, что алтарь начал погружаться под землю, Цинь Му оставался неподвижен.

В следующий миг он ударил мастера создания в небе кулаком, и тот начал блевать кровью и отлетел прочь, окрашивая тучи в красный цвет.

Остальные мастера создания носились по небу, создавая себе по восемь рук, чтобы обрушить на Цинь Му дождь из ударов. Вскоре раздался хруст костей, и их гигантские тела разлетелись в стороны одно за другим.

Руки мастеров создания рассыпались на части, создавая кровавый туман.

Цинь Му рассеял свои дополнительные руки, возвращаясь в свой прежний вид. Поправив свои красные пелёнки, он уселся.

Божественный Король Лан Во хлопнула в ладоши, приказывая девятерым мастерам создания отдохнуть. Несмотря на то, что они были ранены, они могли использовать своё сознание, чтобы быстро восстановить свои физические тела, поэтому они не были в опасности.

Именно поэтому деревня Беззаботная не могла одержать верх над мастерами создания. Они были неубиваемыми. До тез пор, пока их сознание было в порядке, они могли восстановиться и вернуться в бой.

Так было до прибытия Сына Юду, Цинь Фэцина. Он мог поглощать их души целиком, отчего они несли тяжёлые потери. Именно поэтому они видели в нём столь серьёзного врага.

— Божественный Король, каким будет третье испытание? — Цинь Му был в приподнятом настроении, улыбчиво спросив.

Божественный Король Лан Во улыбнулась в ответ:

— Третье испытание проверит твои божественные искусства сознания.

К нему вышли девять других мастеров создания. Усевшись вокруг алтаря, они закрыли глаза, оставляя открытым лишь шестиугольный глаз в своих межбровьях.

Цинь Му нахмурился и посмотрел на Шу Цзюня.

Он мало что знал о божественных искусствах сознания!

Шу Цзюнь научил его не слишком многому, а в сознании Великого императора не оказалось полных божественных искусств сознания.

Цинь Му стиснул зубы и закрыл глаза, оставляя открытым лишь своей третий глаз, и подумал: «Божественные искусства были созданы людьми. Если мастерам создания удалось создать из них божественные искусства сознания, то и мне удастся. Я создам их прямо сейчас и столкнусь с этими мастерами создания! — он молча себя успокаивал. — Я Тело Тирана, я могу это сделать!»

Из лба одного из мастеров создания засиял яркий свет. В следующий миг наружу вылетел золотой дракон, сверкая своими когтями и зубами и выплевывая облака тумана.

Цинь Му был слегка взволнован: «Этот мастер создания вообразил настоящее божественное искусство. Чем оно отличается от использования жизненной Ци? Если я заменю свою Ци сознанием, то разве не получу нужный результат?»

Как только он об этом подумал, из его межбровья начало вытекать сознание, формируя золотого дракона. Вскоре тот приземлился на землю.

«Я создал жирдяя?»

На лбу Цинь Му выступили вены. Каждый раз, когда он пытался создать дракона, результат внешне напоминал цилиня.

Он погрузился в мысли, в итоге решая создать древних богов. Вскоре те начали появляться из его межбровья, заполняя жертвенный алтарь.

Шу Цзюнь тихо проговорил:

— Подлец, божественные искусства сознания нужно использовать по-другому…

Глава 975. Heбесная Пpепoдобная Лин Должна Умереть

Древние боги, созданные Цинь Му, только начали принимать форму, когда божественные искусства девяти мастеров создания атаковали.

Девять мастеров неподвижно сидели, в то время как их сознание превратилось в драконов, фениксов, горы и реки, обрушившиеся на Цинь Му. Тот задействовал своё сознание, и созданные им боги бросились вперёд, убивая противников.

Небесный Герцог быстро разорвал божественного дракона на куски, и тот рассыпался, превращаясь в сознание. Внезапно, это сознание хлынуло внутрь его тела, пронзая его, будто огромный меч!

После того, как Небесный Герцог был разорван на части, меч рассеялся и превратился в диск, начавший быстро кружиться. Небесный Герцог Цинь Му превратился в пепел, его сознание было поглощено.

Цинь Му был шокирован. Прежде чем он успел придумать план действий, все его древние боги были убиты мастерами сознания.

Графу Земли оторвали рога и выкололи глаза, в то время как Мать Земли побили до смерти и сожгли. Древние боги умирали жестокой смертью, в лучшем случае выдерживая лишь один-два удара.

На лбу Цинь Му выступил холодный пот. Древние боги, которых он создал, были сильными, но всё же не могли составить конкуренции божественным искусствам сознания мастеров создания. Шу Цзюнь никогда не обучал его божественным искусствам, из-за чего его построение древних богов тут же было разрушено!

Сознания мастеров создания вели себя странно и против них было сложно обороняться. Их божественные искусства не имели определённого состояния. Даже если они выглядели как дракон или феникс, они в любой миг могли принять другую форму, чтобы нацелиться на слабые места противника. Это делало их совершенно не такими, как божественные искусства, созданные из рун!

Он мог контролировать созданными древними богами и даже использовать их для исполнения божественных искусств. Тем не менее, они были недостаточно сильными, чтобы выдержать божественные искусства сознания мастеров создания!

Способности богов, созданных им, были слабее, чем у настоящих богов!

Он создавал одного древнего бога за другим, пытаясь защитить жертвенный алтарь и заблокировать атаки божественных искусств сознания девятерых мастеров создания.

Тем не менее, те исполняли всё больше и больше божественных искусств. Прорыв его защиты был лишь вопросом времени.

«С божественными искусствами сознания так сложно бороться?»

В голове Цинь Му мелькали тысячи мыслей, он пытался быстро найти способ победить. Тем не менее, адаптироваться под божественные искусства создания было невероятно сложно.

Ситуацию усугубляло то, что он боролся одновременно с девятью мастерами создания.

— Божественный Король Цзюнь, божественные искусства Эпохи Трёх Королей и вправду такие примитивные? — Божественный Король Лан Во посмотрела на голову на троне, смутно спросив. — Святой младенец будто ребёнок, который совершенно не понимает божественных искусств создания, как и ты. То, как он использует своё сознание, просто смехотворно. Я не думала, что это и есть уровень первобытного короля.

Шу Цзюнь холодно фыркнул, отвечая:

—Я не передавал ему своих божественных искусств сознания. Если бы я это сделал, то он мог бы с лёгкостью одолеть сотню мастеров создания, не говоря уже о девяти.

Божественный Король Лан Во нахмурилась и прошептала:

— Значит святой младенец никогда не изучал божественных искусств сознания?

Шу Цзюнь промолчал.

Божественный Король Лан Во нахмурилась. Внезапно оказалось, что Цинь Му ещё не изучил божественных искусств сознания. Она думала, что Шу Цзюнь был его учителем и передал ему свои искусства, что позволило бы ему с лёгкостью пройти испытание.

Мысль о том, что Цинь Му не знает ни одного божественного искусства создания, не приходила ей в голову!

«Если так будет продолжаться, он долго не протянет! — немного подумав, Божественный Король Лан Во расслабилась. — После его смерти, можно будет забрать Камень Первоначала, печать и жертвенный алтарь Великого Императора, и создать ещё одного святого младенца.»

Как только она об этом подумала, Цинь Му внезапно уснул посреди жертвенного алтаря.

Божественный Король Лан Во была ошеломлена: «Спать в такой напряжённый момент…»

На жертвенном алтаре Цинь Му исполнил Сутру Безграничного Бедствия, и внезапно из его головы вылезли его бесчисленные крохотные клоны. Они начали шуметь, сражаясь друг с другом.

Крохотные Цинь Му подражали девятерым мастерам создания, пытаясь овладеть таким же изменчивым сознанием, как у них. Вскоре их трупы усеяли собой пол.

Некоторые их них взрывались от силы сознания противника, у других же отлетали головы. Кого-то раздавливали огромные горы или разрывали надвое свирепые драконы. Были и те, чьи тела внезапно самовозгорались, превращаясь в пепел, или же начали брызгать водой и утопать. Всё это создавало невероятно жестокую и брутальную картину.

На жертвенном алтаре кипела активность. Тем не менее, божественные искусства мастеров создания уже достигли его вершины.

В этот миг Цинь Му открыл глаза и мир сна разрушился. Трупы крохотных клонов рассеялись, словно их и не было.

Затем он уселся и закрыл глаза, открывая лишь глаз в своём межбровье. На алтаре вокруг него засверкали разряды молний, формируя огромное грозовое облако, поливающее округу бесчисленными раскатами грома и молниями.

Всё вокруг жертвенного алтаря было поглощено молниями и громом, и божественные искусства мастеров создания тут же разрушились, превращаясь в кашу. В результате они не могли продолжить двигаться вперёд.

Ударяя в землю, молнии пускали бесчисленные корни, начинающие прорастать, из-за чего весь алтарь вскоре превратился в густой лес.

Девять мастеров создания собирались задействовать своё сознание, когда в их сторону подул резкий порыв ветра, накрывая собой лес. Божественный огонь их божественных искусств тут же поднялся в воздух и полетел в их сторону!

Море огня достигло их в следующий миг. Межбровья девяти мастеров создания разразились ярким светом, они работали сообща, пытаясь остановить его, но внезапно пустота перед ними распахнулась, и в ней появились бесчисленные звёзды, формируя галактику.

В галактике непрерывно появлялись новые звёзды, отдаляя Цинь Му от моря огня.

В этот момент море огня внезапно превратилось в бесчисленных сорок, которые полетели сквозь галактику, образовывая собой длинный мост.

Спустя некоторое время они подняли головы, превращаясь в огромных змей. Открыв свои пасти, они бросились на девятерых мастеров создания.

Те были потрясены и поспешно изменили своё божественное искусство, превращая его в огромную сеть, чтобы остановить ею змей.

Оказавшись в паутине, девять огромных змей рассеялись, превращаясь в поток сознания, проникший в головы мастеров создания.

Те широко открыли глаза и не шевелились, обливаясь холодным потом. Сознание Цинь Му проникло внутрь их физических тел, и изменив его, он мог с лёгкостью их убить!

— Достаточно!

Голос Божественного Короля Лан Во раздался в нужный момент. Сознание Цинь Му тут же вылетело из голов мастеров сознания, превращаясь в невидимые струи, исчезнувшие в его межбровье.

Божественный Король Лан Во поклонилась, обращаясь к огромной голове на троне сбоку от неё:

— Как и ожидалось от Божественного Короля Шу Цзюня, одного из трёх первобытных королей. Ты солгал, когда говорил, что ничему его не учил? Кажется, его достижения в божественных искусствах сознания всё же неплохи.

Шу Цзюнь был ошеломлён, бормоча:

— Я и вправду не… Да, я обучил его! Естественно, будучи первобытным божественным королём, у меня есть свои уловки. Хоть я и обучил его божественным искусствам сознания лишь поверхностно, этого хватило, чтобы справиться с твоими мастерами создания.

Выражение его лица оставалось неизменным.

Божественный Король Лан Во слегка улыбнулась, прежде чем встать и проговорить:

— Святой Младенец прошёл три испытания. Хоть они были сложны, учитывая его способности, он без труда с ними справился. Последнее испытание проверит его разум.

Она неторопливо подошла к жертвенному алтарю. Из её межбровья засиял яркий свет, создавая вокруг Цинь Му новый мир.

Сердце Цинь Му задрожало, когда он выглядел наружу. За её пределами действия движения мастеров создания стали невероятно быстрыми, напоминая мимолётные тени.

Подняв голову, он увидел, что солнце движется по небу с невероятной скоростью. Оно исчезало лишь спустя несколько мгновений после восхода. Восходы луны и солнца были почти мгновенными!

За долю секунды солнце и луны три раза заменяли друг друга!

— Область высшего сознания! — сердце Цинь Му дрогнуло.

Божественный Король Лан Во встала рядом с ним и прошептала:

— Это божественное искусство — высшая техника нашего врага. Ты должен использовать свой разум, чтобы разрушить его и пройти моё испытание. Если у тебя не получится, то даже если ты святой младенец, ты всё равно умрёшь.

Цинь Му прошептал в ответ:

— Великий Император?

Сердце Божественного Короля Лан Во слегка дрогнуло. Она опустила голову, смотря на Цинь Му.

В сравнении с ней Цинь Му казался невероятно маленьким.

Она была божественным королём мастеров создания поэтому не уступала в размерах Богине Небесной Инь. Стоя рядом с ней, Цинь Му выглядел невероятно крохотным.

— Это и вправду божественное искусство Высшего Императора.

Божественный Король Лан Во не отрицала этого, ответив:

— Великий Император предал нас и едва не привёл к нашему вымиранию. Я отомщу за это любой ценой! Я существую исключительно для того, чтобы наказать его. Тем не менее, несмотря на то что я могу воссоздать его божественное искусство, я не могу утверждать, что мне под силу его разрушить.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— То есть ты говоришь, что Великий Император до сих пор жив? Я видел его труп в Великой Пустоши. Его физическое тело было заточено в области высшего сознания Небесным Преподобным Юнем и мастерами создания.

Божественный Король Лан Во покачала головой, сжимай своё тело до размеров Цинь Му, прежде чем проговорить:

— Великий Император должен был выжить. В прошлом ему поклонялись бесчисленные мастера создания, делая его самым сильным существом в мире, обладающим невероятно мощным физическим телом и сознанием. Он не мог так просто застрять, — она перешла на шепот. — Он обладает сознанием, которое невозможно стереть. Он может выжить в любой форме, даже без физического тела, души или части сознания. Великий Император, труп которого ты видел в Великой Пустоши, был лишь его частью. Есть и другие части, которые до сих пор живут во дворце предков.

Цинь Му нахмурился. Использовать Бессмертное Сознание Бога для достижения бессмертия можно было лишь совершенствовавшись до уровня Багрового Императора. Полностью убить Багрового Императора можно было лишь сломав Бессмертное Сознание Бога.

Существо, подобное Великому Императору, ставшее монстром, созданным усилиями бесчисленных мастеров создания, должен был обладать даже более сильным сознанием, чем Багровый Император. Убить его было крайне сложно!

— Почему он пытается убить мастеров создания? — озадаченно спросил Цинь Му. — Разве вы не принадлежите к одной расе?

— Проблема в том, что его создали мастера создания. Если они сумели создать его, то могут создать и ещё кого-то вроде него. Он хочет уничтожить нас всех, чтобы гарантировать долговечность своего правления, — Божественный Король Лан во назвала шокирующий факт. — Прошло уже более полугода. Тебе стоит поспешить. Вместе со мной, у тебя есть бесконечное количество времени, чтобы разрушить эту область. Я создала её таким образом, что сама не могу выйти.

Сердце Цинь Му забилось быстрее, когда он посмотрел на девушку возле него. Он внезапно пришёл в себя и отвёл взгляд от её груди, напоминая себе: «Цинь Му, Цинь Му. Ты должен держаться, пока жирдяя нет с тобой!»

Он успокоился и постарался не смотреть на эту девушку с белой кожей, гладкой как нефрит.

Цинь Му достал печать и жертвенный алтарь Великого Императора. Увидев это, Божественный Король Ло проговорила:

— Если ты достанешь эти вещи перед Великим Императором, тебе конец.

Цинь Му спрятал артефакты и начал осматривать область высшего сознания.

Он использовал два сокровища, чтобы разрушить область высшего сознания в Великой Пустоши. Без них он оказался бы абсолютно беспомощным!

Должен быть способ, должен быть способ…

Он блуждал по кругу, в то время как луна и солнца снаружи непрерывно заменяли друг друга.

— Прошёл год, — наполнила ему Божественный Король Лан Во.

Цинь Му запаниковал. Внезапно он почувствовал вдохновение и поспешно достал персиковую заколку.

Божественный Король Лан Во была озадачена, смотря на него.

Цинь Му пробудил свою Ци, чтобы активировать заколку. В следующий миг область высшего сознания раскололась. Луна в небе замедлилась, звёзды на востоке неподвижно зависли. Течение времени вернулось к норме.

Божественный Король Лан Во ошеломлённо наблюдая за происходящим. Она не потеряла дар речи.

Цинь Му тоже был ошеломлён, и внезапно почувствовал мороз по кожу, прокричав:

— Я понял! Я знаю кто убил Небесную Преподобную Лин! Для него она тоже должна умереть!

Глaва 976. Вocсоeдинение Mу и Циня

Божественный Король Лан Во до сих пор была шокирована и выглядела так, будто не слышит его. Цинь Му активировал персиковую шпильку, разрушая область высшего сознания, которая мучила её на протяжении многих тысячелетий.

Это было слишком большим шоком. Для людей снаружи, Цинь Му понадобился целый год, чтобы освободиться из области высшего сознания. Тем не менее, на самом деле он размышлял совсем недолго, прежде чем найти способ вырваться из этой совершенной области!

— Кто убил Небесную Преподобную Лин? — безучастно спросила она. — Кто такая Небесная Преподобная Лин?

Цинь Му взволнованно блуждал по вершине алтаря, от души смеясь:

— Великий Император! Это был он! Существом, которое управляло телом Небесного Императора, чтобы убить Небесную Преподобную Лин, был Великий Император!

Божественный Король Лан Во до сих пор была растеряна:

— Кто такой Небесный Император?

Цинь Му был невероятно взволнован. Время от времени он крепко сжимал кулаки, а иногда начинал размахивать персиковой шпилькой:

— Неизменное божественное искусство Небесной Преподобной Лин могло подавить область высшего сознания Великого Императора. На самом деле, оно не просто его подавляет, а полностью разрушает!

— Область высшего сознания замораживает пространство и время, из-за чего время в мире снаружи начинает течь намного быстрее, чем внутри области. Любой, кто оказывается внутри неё, замирает. Тем не менее, божественное искусство неизменного вещества Небесной Преподобной Лин существует ща пределами времени. То, что мы называем временем, на самом деле лишь иллюзия, созданная изменением вещества.

— Их божественные искусства являются абсолютными противоположностями друг друга. Одно использует сознание для изменения вещества, другое же использует вещество для изменения сознания.

— Кажется, что Великий Император постиг Великое Дао управления временем и пространством. Тем не менее, божественное искусство показало ему, что его высшее искусство всего лишь иллюзия!

— Его область высшего сознания была лишь иллюзией, которую разрушило неизменное божественное искусство Небесной Преподобной Лин!

— Именно поэтому Небесная Преподобная Лин должна была умереть!

— Пока она живёт, Великий Император не неуязвим!

— Несмотря на то, что в Небесном Союзу было много Небесных Преподобных, имеющих мотив для её убийства, у них не было такой серьёзной причины, как у него. Поэтому, убийцей Небесной Преподобной Лин, скрывающимся в теле Небесной Преподобной Лин и застрявшим в райской реке, был именно Великий Император!

Божественный Король Лан Во покачала головой. Ей было трудно следовать за ходом его мыслей.

Тем не менее, в том, что сознание изменяло вещество, и вправду крылась сущность мастеров создания. На этом базировались все их божественные искусств и цивилизация.

В то же время, использование вещества для определения сознания было для неё чем-то новым.

Цинь Му поднял голову к нему, уголки его глаз вздрогнули. Понизив голос, он продолжил:

— В таком случае, почему Великий Император убил Небесную Преподобную Лин с помощью тела Небесного Императора? Это свидетельствует о том, что без его помощи он был бы не в силах с ней справиться. Кроме того, это доказывает, что он является одним из лидеров Небесного Союза. Как только он убил бы Небесную Преподобную Лин и избавился от физического тела Небесного Императора, на райских небесах не осталось бы никого, кто мог бы ему угрожать.

Посмотрев на этого парня, которому не исполнилось даже двух лет, Небесный Король Лан Во почувствовала, что он был невероятно хорош в разгадке тайн.

— Божественный Король только что сказала, что Великий Император обладал бессмертным сознанием, что позволяет выжить ему, приняв любую форму. У меня есть версия. Тело Небесного Императора, застрявшее в райской реке, — это не всё, что осталось от Великого Императора. Возможно, это лишь его часть, — Цинь Му ненадолго задумался, прежде чем продолжить. — Осталась его часть, которая носит лицо Небесного Преподобного и продолжает действовать на райских небесах. В таком случае Великий Император разделился натрое. В Великой Пустоши осталось его физическое тело и часть сознания, в райской реке тоже есть кусок его сознания, так же, как и на райских небесах. Теперь мне становится любопытно. Почему Цзюэ Учэнь так похожа на Божественного Короля?

Стоя перед Божественным Королём Лан Во, он начал тщательно изучать её тщательную красоту. Её губы были тонкими и красными, а глаза и нос напоминали драгоценный нефрит. Он впервые встретился с такой красотой настолько близко.

Несмотря на то, что Юнь Чусю всё время к нему приставала, он не осмеливался смотреть на неё слишком долго. Божественный Король Лан Во не обладала таким характером, поэтому теперь ему хватило смелости это сделать.

— Божественный Король Лан Во, Небесная Преподобная Лин, небесный Преподобный Юнь или Великий Император видели тебя раньше? — внезапно спросил он. — Кто-то из них определённо тебя видел. Именно поэтому они сумели создать Цзюэ Учэнь, которая была настолько совершенной, что сумела соблазнить Небесного Императора. Кто именно тебя видел?

Божественный Король Лан Во позволила ему себя осмотреть, тихо отвечая:

— Ты прошёл четвёртое испытание, испытание разума.

Цинь Му продолжил на неё смотреть:

— Один из них, должно быть, видел тебя раньше. Именно поэтому они сумели создать твоего клона. Мне очень важно знать, кому в голову пришла идея использовать Цзюэ Учэнь, чтобы соблазнить древнего небесного Императора. Мне крайне интересно, Божественный Король Лан Во, ты бывала во внешнем мире? — он добавил. — Я имею в виду, покидала ли ты Великую Пустошь во время Эпохи Дракона Ханя?

Божественный Король Лан Во слегка улыбнулась:

— Святой Младенец, я божественный король, а ты святой младенец. Не стоит быть слишком любопытно, иначе из-за этого начнутся проблемы.

Цинь Му немедленно закончил расспрос. Поправив свои пелёнки, он смиренно уселся на жертвенном алтаре.

Божественный Король Лан Во спустилась с жертвенного алтаря и вернулась на своё место, проговорив:

— Святой младенец прошёл все четыре испытания. Пожалуйста, отведите его отдохнуть. Вожди, подготовьте подношения для Мира Духов Предков. Через несколько дней мы проведём большое подношение и отправим святого младенца в Мир Духов Предков.

Следуя её указаниям, Сю Чжун и остальные вожди тут же принялись за работу. Цинь Му тоже спустился с алтаря. Посмотрев на Шу Цзюня, сидящего на алтаре, он заметил на его лице недовольное выражение.

Сю Чжун был довольно твердокожим, и сумел выдавить из себя улыбку:

— Поздравляю, святой младенец.

Цинь Му фыркнул. Когда он вспомнил о бездушных действиях Шу Цзюня, его сердце наполнилось злостью.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Святой Младенец, твои достижения в божественных искусствах сознания недостаточно высоки. Ты должен провести это время, изучая современные божественные искусства мастеров создания. Я не хочу потерять полдня, объясняя духам предков почему ты человек. Если ты будешь достаточно умён, они примут тебя за святого младенца независимо от того, человек ты или нет. Если же ты не справишься, мне придётся сильно заморачиваться, чтобы уговорить их тебя принять.

У неё была подавляющая аура. Несмотря на то, что она выглядела точно так же, как Юнь Чусю, её характер был совершенно другим.

Цинь Му согласился и спросил:

— Божественный Король, для чего мне встречаться с духами предков?

— Наследие, — Божественный Король Лан Во начала уходить. — Ты должен получить наследие расы мастеров создания. С времён начала первобытной эпохи и к нашим дням наша раса накопила безграничные знания. Если духи наших предков примут тебя, то они передадут эти знания тебе, мгновенно превращая тебя в самое умное сознание во вселенной.

Сердце Цинь Му начало бешено колотиться.

Обрести знания мастеров создания, накопленные на протяжении миллиарда лет?

Разве можно было придумать более хорошую сделку?

Несмотря на то, что на заре своей цивилизации они казались кучкой дикарей и были довольно грубыми, их потомки переняли систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, становясь невероятно выдающимися!

Более того, мастера создания были создателями звёзд и миров. Это было достойно восхищения!

Шу Цзюнь начал ужасно завидовать, думая: «Вот если бы я был святым младенцем…»

Когда Божественный Король Лан Во ушла, её сознание прозвенело в голове Цинь Му:

— Я буду временно оставаться в Зале Зелёных Перьев клана Сю. Если ты столкнёшься с чем-то, чего не сможешь понять, можешь меня навестить.

Цинь Му поблагодарил, смотря ей в след.

— Шу Цзюнь проговорил:

— Этот Божественный Король Лан Во удивительна. На её месте я не смог бы признать чужака святым младенцем мастеров создания. Тем не менее, она обладает достаточной широтой ума, чтобы это сделать. Я не иду с ней ни в какое сравнение.

— Ты прав, Божественный Король Лан Во дальновидна и смела.

Цинь Му тоже начал восхвалять эту женщину. Внезапно он посмотрел на Шу Цзюня и фыркнул. Тот рассмеялся и проговорил:

— Я не просто так не передал тебе свои божественные искусства. Ты не помог мне восстановить мой мозг, поэтому я должен был оставить что-то, что можно было бы обменять на твою Ци, кровь и сознание. Если бы я всему тебя обучил, ты бы определённо меня убил.

Гнев Цинь Му утих, его неприязнь бесследно исчезла. Он засмеялся:

— Тебя не в чём винить.

В этом и заключался характер Цинь Му.

Он и Шу Цзюнь использовали и пытались обмануть друг друга. Так как Шу Цзюнь был божественным королём мастеров создания, он отказывался признавать парня святым младенцем и, естественно, доставил ему немного проблем.

Цинь Му всё же обладал некоторой широтой ума.

Мастера создания из других кланов непрерывно прибывали на территорию клана Сю. Во главе со своими вождями они начали создавать огромный жертвенный алтарь и готовить ритуал подношения.

Цинь Му и Шу Цзюнь остались с детьми мастеров создания. Несмотря на то, что те были молоды, они обладали удивительными знаниями, так как те передавали им ещё в момент рождения.

Тем не менее, их сознание не было слишком сильным. Им требовалось долго работать и тренировать различные божественные искусства, прежде чем они могли полностью ими овладеть.

Цинь Му хотел провести с ними некоторое время, чтобы освоить основание божественных искусств мастеров создания.

Несмотря на то, что он мог одолеть взрослых мастеров создания во время испытаний, а его божественные искусства сознания остановили девятерых мастеров, его основание было довольно слабым.

Огромная голова Шу Цзюня поднялась в воздух, следуя по его следам. Он тоже усердно изучал основы божественных искусств мастеров создания.

Несмотря на то, что Шу Цзюнь был довольно упрямым и был высокого мнения о себе, его широта ума и смекалистость всё же были неплохи.

Когда Цинь Му изменил его Знания Трёх Корпусов. Он уже понял, что древние техники первобытной эпохи устарели. Они должны были догнать своё время, в противном случае, раса мастеров создания оказалась бы на грани гибели.

Хоть он понимал, что Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора, изменённое для систем божественных сокровищ и райских дворцов, было для него бесполезным, он знал, что техники мастеров создания нужно дорабатывать именно так. Даже его собственные техники требовали такой доработки.

Когда Шу Цзюнь увидел, что мастера создания мира Парамиты провели реформу и отказались от традиций первобытной эпохи, он разозлился на них не из-за того, что они изменили систему совершенствования.

Он был зол на них за то, что они отказались от минималистичных традиций и пошли по пути непрактичной изящности. Он чувствовал, что красочные божественные искусства не принесут много пользы мастерам создания.

Он обладал качествами лидера.

— Для чего вы создаёте такие сложные вещи?

Шу Цзюнь увидел, как молодой мастер создания, ростом около десяти метров, повернулся к рунным символам на каменной стене, пытаясь создать что-то своим сознанием. На стене были огненные символы системы совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов. Он не удержался и спросил:

— Если ты просто вообразишь пламя, разве оно не будет сильнее? Для чего так всё усложнять?

Молодой мастер покачал головой и ответил:

— Создание сложных рун увеличивает силу, выносливость, ловкость и скорость реакции сознания. Таким образом, контроль над сознанием будет намного более точным.

Шу Цзюнь хотел нахмуриться, но у него не было бровей.

Заметив это, Цинь Му дал ему немного Ци, крови и сознания, позволяя отрастить две толстых чёрных брови. Наконец нахмурившись, тот проговорил:

— В таком случае, разве во время бои не лучше использовать простые божественные искусства сознания?

Молодой мастер создания снова покачал головой:

— Пламя, созданное из рун, более мощное чем-то, которое мы создаём воображением. Поэтому мы стараемся сделать его как можно более сложным.

Глаза Шу Цзюня едва не выпрыгнули из глазниц, он сердито проговорил:

— В таком случае скорость реакции сознания снизится! Скорость — это главная часть божественного искусства! Атаковать противника нудно с молниеносной скоростью, используя быстрые изменения, чтобы подавить их, и убить, когда они не успеют вовремя отреагировать! Вы отказываетесь от традиций нашего народа!

Цинь Му любезно предоставил ему немного Ци, крови и сознания, чтобы он отрастил себе веки и его глаза не выпали.

Молодой мастер создания не понимал о чём говорил Шу Цзюнь и улыбчиво проговорил:

— Когда мы используем своё сознание для создания рун, они постепенно в нём отбиваются. Эти огненные руны — всего лишь основание, их не более двухсот. Совершенствуясь каждый день, мы запечатываем их в своём сознании, а объединяя их между собой, мы создаём различные божественные искусства. Скорость при этом становится не ниже, чем раньше.

На лице Шу Цзюня возникло ошеломлённое выражение.

Спустя некоторое время он вздохнул:

— Я искренне признаю то, что Лан Во — божественный король. Мерзавец, ты поможешь мне восстановить мозг? Я не могу без него обойтись!

Цинь Му собирался ответить, но Шу Цзюнь Вздохнул и добавил:

— Я не собираюсь следовать за тобой. Камень Первоначала твой, я не буду пытаться его отобрать. Вместо этого я планирую остаться здесь и начать совершенствоваться с нуля. По время древней первобытной эпохи я стал божественным королём, которого уважали и которым восхищались тысячи людей. Я уверен, что мне удастся сделать это снова. Я ещё раз стану божественным королём!

Цинь Му облегчённо вздохнул и улыбнулся:

— Раз уж у Божественного Короля такие планы, то я, естественно, даю тебе своё благословление.

Внезапно выражение его лица дрогнуло, и он посмотрел на «маленького» мастера создания вдали. Тому было всего один-два года, и он был одел в красные пелёнки.

— Шу Цзюнь, погоди немного.

Разум Цинь Му вскипел. Он поспешно побежал к этому мастеру создания. Увидев его, тот поспешно развернулся и ушёл, сверкая голой задницей.

Цинь Му быстро его догнал, и когда они нашли место, где их не могли услышать, он рассмеялся:

— Я узнал тебя, Император-Основатель! Небесный Преподобный, одевшийся в пелёнки, какой позор!

Глaва 977. Нeбесный Пpепoдобный в Пелёнках

Молодой мастер создания остановился, развернулся и улыбнулся:

— Почему великий Небесный Преподобный Му одет в детскую одежду? Разве это не такая же пелёнка?

Он оказался «Цин Каем», которого Цинь Му встретил в первом году Эпохи Дракона Ханя, Императором Основателем Цин E, великим императором, начавшим Эпоху Императора-Основателя, Небесным Преподобным Цинем из Небесного Союза!

B прошлом он был высоким красивым юношей, хоть и довольно упрямым.

Теперь он был мужчиной средний лет, но его упрямство сохранилось.

Причиной того, что Цинь Му сумел его узнать, были именно его аура и поведение, а не внешность.

Естественно, любой гладко выбритый мужчина, одетый в пелёнки, привлёк бы внимание Цинь Му.

Другие мастера создания были огромными и им было трудно рассмотреть внешность этого «младенца», но для Цинь Му это не составляло труда.

В груди Цинь Му вспыхнули эмоции. Он захотел подойти к Императору-Основателю, но тот был слишком голый, из-за чего он передумал его обнимать.

— Я одет в детскую одежду, но, по крайней мере, она прикрывает мою задницу, — рассмеялся Цинь Му. — Хоть я и вправду тоже одет в пелёнки.

Они подошли ближе друг к другу.

Император-Основатель снял свои пелёнки, и выглядел совершенно голым. На самом деле, он был одет в одежду, цвет которой совпадал с цветом его кожи, из-за чего казался голым.

Его одежда начала медленно менять свой цвет, будто хамелеон, становясь пурпурно-синей.

— Одежда расы Небесных Перьев? — удивился Цинь Му.

Император-Основатель ответил:

— Ты тоже с ними знаком? Они дали мне эту одежду, когда я стал Императором-Основателем.

Одежда под пелёнками Цинь Му тоже была пошита расой Небесных Перьев. Она отлично ему шла и была пошито лично Юй Чжаоцинь.

Сейчас мир Небесных Перьев был захвачен дьявольской расой, подчиняющейся райским небесам, в результате чего раса Небесных перьев поклялась в верности Вечному Миру. Юй Чжаоцинь хотела отвоеваться вой мир, но Вечный Мир был не в силах этого сделать.

Цинь Му подошёл к Императору-Основателю и открыл рот, но не знал, что сказать.

Он долго хотел встретиться со своим старым предком. У него были к нему тысячи вопросов и тысячи претензий.

У Цинь Му были сложные чувства к этому предку. Узнав, что он его потомок, он начал им восхищаться, но узнав, что тот бросил всё и скрылся в деревне Беззаботной, он был ужасно расстроен и хотел расспросить его, оказавшись в первом Году Дракона Ханя.

Позже, когда началось Бедствие Вечного Мира, Император-Основатель приказал Четырём Небесным Наставникам и четырём Великим Небесным уходить, чем снова расстроил Цинь Му.

Но оказавшись на райских небесах, он снова понял решения Императора-Основателя.

Теперь, встретив Императора-Основателя, у него снова возникло огромное количество эмоций. Все слова, которые он раньше хотел сказать, теперь казались неважными.

Ничто не имело значения, ни то, насколько он был впечатлён им, ни то, насколько сильно он хотел сделать ему выговор, ни его боль или сочувствие. Ничто из этого не было ему важным.

Цинь Му смотрел на него мягким взглядом, на его лице было искреннее выражение, когда он улыбнулся и спросил:

— Мы не виделись миллион лет. Как поживаешь?

Император-Основатель опустил взгляд, будто был тронут, прежде чем поднять его, встречаясь со взглядом Цинь Му. Он ответил:

— Всё хорошо. Иногда здесь трудно, иногда всё хорошо, иногда мне больно, особенно когда приходится принимать трудные решения. Тем не менее, когда я слышу новости из внешнего мира, я радуюсь.

Цинь Му понял о чём он. Сложными временами были первые годы Эпохи Императора-Основателя. Хорошими временами были периоды их роста и открытия новых земель, во время которых жизни людей становились значительно лучше.

Трудным решением был переезд в деревню Беззаботную, что означало отказ от бесчисленных жизней, которые он поклялся защищать.

Радостными новостями из внешнего мира были новости о Цинь Му.

Цинь Му знал, что Император Основатель был богом-отшельником, управляющим Великими Руинами. Несмотря на то, что он скрывался в деревне Беззаботной, он искренне заботился о внешнем мире.

Голос Императора-Основателя резонировал в его груди. Он был глубоким и энергичным:

— Я не смог догадаться, что Небесный Преподобный Му, попавший в первый год Эпохи Дракона Ханя вместе с Ню Саньдо, был моим потомком, — он рассмеялся. — Тогда я назвал тебя братом Му, и ты покраснел. Ты начал заикаться, говоря, что я не могу так тебя называть.

Цинь Му тоже не мог сдержать свой смех:

— Ты думал, что я высокомерен и горд, и не знал, что дело в родственных связях.

Император-Основатель затих, прежде чем добавить:

— Я здесь, чтобы вернуть тебя в деревню Беззаботную. Я могу обмануть здесь всех, кроме Божественного Короля Лан Во. Она скоро меня заметит. Идём, пока не поздно.

Цинь Му бросил на него сложный взгляд, прежде чем покачать головой.

Император-Основатель нахмурился и терпеливо проговорил:

— Твои родители волнуются о тебе. Они умоляли меня спасти тебя, и успокоятся лишь в том случае, если ты отправишься со мной.

Цинь Му снова покачал головой.

Император-Основатель взвёл брови:

— Ты до сих пор такой же упрямый, активный, высокомерный и опрометчивый, как раньше! Ты так и не повзрослел!

— Ты тоже не изменился, — рассмеялся Цинь Му. — Ты такой же осторожен, как и был. Ты готов нанести удар лишь тогда, когда будешь полностью уверен в победе. Тем не менее, ты не понимаешь, что враги не дадут тебе этой уверенности.

Их взгляды столкнулись, они начали чувствовать, что раздражают друг друга не меньше, чем миллион лет назад.

В следующий миг они отвернули взгляды, смотря в разные стороны.

Борьба между ними не была враждой, а больше напоминала привязанность между друзьями и родными.

Они были семьёй. Тем не менее, они обладали неизменными сердцами Дао. Как бы сильно они не пытались изменить идеи и мысли друг друга, это было безнадёжно.

Они понимали, что являлись такими людьми, но верили, что несмотря на упрямство оппонента, им удастся его переубедить.

Именно это стало причиной их сражения у Яшмового Водоёма в первом году Эпохи Дракона Ханя.

— Наше сражение остаётся нерешенным со времён Эпохи Дракона Ханя, — Император-Основатель вздохнул и проговорил. — Из-за твоего упрямства я хочу тебя ударить. Прошёл миллион лет, и я сильно развился. Теперь ты мне не ровня. Тебе тридцать пять или тридцать шесть лет, верно? Мне почти сорок тысяч. Я стал намного сильнее.

Цинь Му выпрямил руку и сжал пальцы. Посмотрев на Императора-Основателя, он проговорил:

— Я одолею тебя в одной и той же области.

Император-Основатель сжал кулаки и уставился на его руки.

Спустя некоторое время он расслабился и улыбнулся:

— Я не буду сражаться с тобой. Ты мой потомок в сто седьмом поколении. Тебе не удастся меня спровоцировать. Оставаться здесь опасно, Божественный Король Лан Во невероятно сильна, и если она раскроет твою личность, то будет меня тобой шантажировать, — его улыбка медленно исчезла. — Если это произойдёт, у неё ничего не получится. Я просто буду смотреть, как она тебя убивает.

Цинь Му сжал вторую руку в кулак, проговорив:

— Возможно, но я всё же успею тебя избить.

На лбу Императора-Основателя выступили вены, он снова сжал кулаки.

Цинь Му расслабился и перестал пытаться его спровоцировать, улыбаясь:

— Теперь я святой младенец мастеров создания. Тебе не стоит волноваться о моей безопасности. Можешь возвращаться.

Император-Основатель обернулся и ушёл, сердито говоря:

— Я ужасно хочу прижать тебя к земле и избить!

Цинь Му рассмеялся:

— Я сразился уже с многими из десяти Небесных Преподобных, и не против сразиться и с тобой!

Внезапно Император-Основатель взмыл в небо.

Выражение лица Божественного Короля Лан Во, стоящей снаружи Храма Зелёного Пера, резко изменилось, её силуэт тут же исчез. В следующий миг она появилась в небе над Миром Парамиты, тихо смотря вперёд.

Перед ней стоял император средних лет. Яростно дыша, он обернулся и посмотрел на неё.

— Цинь Е, — Божественный Король Лан Во холодно нахмурилась. — Предатель. Почему ты не пытаешься бежать после того, как я тебя обнаружила?

— Божественный Король, я в плохом настроении! Я собираюсь сразиться, пожалуйста, дай мне такую возможность!

— Вор Цинь, думаешь, я боюсь?

***

Цинь Му подошёл к голове Шу Цзюня и открыл глаз в своём межбровье. Их него выстрелил луч света, вонзаясь в Шу Цзюня, чтобы втянуть его обратно в Первобытный Камень Великого Первоначала. Он проговорил:

— Если я могу восстановить твою голову с помощью своего сознания, Ци и крови, чтобы восстановить твою голову, я не мог бы восстановить твоё физическое тело?

— Это немного сложно, но не невозможно. Мне лишь нужно запечатать свои кровеносные сосуды, чтобы гарантировать своё выживание, прежде чем медленно совершенствоваться и накапливать сознание. Затем я смог бы вообразить своё физическое тело, — сознание Шу Цзюня стало голосом, зазвеневшим в его голове. Он спросил. — Кем был тот младенец, за которым ты гонялся?

Цинь Му промолчал, начиная использовать технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы снабдить его сознанием, Ци и кровью.

Шу Цзюнь перестал задавать вопросы и начал впитывать сознание, Ци и кровь. Он восстанавливал свою голову посреди жертвенного алтаря на Камне Первоначала.

В этот момент в небе раздался громкий грохот. Цинь Му поднял голову и увидел, что пустота над ним становится невероятно яркой и горячей. На него обрушились две ужасающих волны, будто вызванные сражением двух великих императоров.

«Неужели Император-Основатель и Божественный Король Лан Во сражаются друг с другом?»

Сердце Цинь Му затрепетало. Со способностями Императора-Основателя, Божественный Король Лан Во не имела шансов за ним угнаться, так почему же он решил сражаться?

«Может быть он и вправду зол? — Цинь Му покачал головой. — Если бы мы были где-то в другом месте, он точно меня бы избил. Тем не менее, хорошо, что он всё-таки нашёл способ выпустить свою злость.»

Мастера создания на земле были потрясены. Сю Чжун, Кань Ню и остальные вожди бросились в воздух, присоединяясь к Божественному Королю. Лан Во, чтобы вместе попытаться одолеть «Вора Циня».

Небо наполнилось активностью. Цинь Му хотел подпрыгнуть, чтобы посмотреть, но решил этого не делать, так как продолжал кормить Шу Цзюня кровью, сознанием и Ци.

«Меч Императора-Основателя состоит из тридцати трёх небес и считается лучшим путём меча. В то же время, у меня лучший навык меча. Я и вправду хотел бы с ним сразиться!» — внезапно взволновался Цинь Му.

Битва на небесах длилась два-три часа, на землю спустилось несколько лучей, приземляясь перед Храмом Зелёного Пера.

— Как идёт битва? — Цинь Му собирался отправиться во дворец и расспросить, когда его заметила Кань Ню и взволнованно спросила:

— Ты заболел? Почему ты такой худой?

Цинь Му собирался ответить, когда Кань Ню поспешно достала священный артефакт своего клана, Траву Семи Душ:

— Она может исцелять и воскрешать людей. Просто откуси кусочек, и ты вернёшься в норму. Трава Семи Душ, исцели святого младенца.

Трава неохотно протянула стебель, явно не желая, чтобы его откусили.

Цинь Му поспешно ответил:

— Я всего лишь поделился своей Ци, кровью и сознанием с Божественным Королём Шу Цзюнем, чтобы помочь ему быстро восстановить его тело. Я не болен. Кроме того, к меня есть первобытная жидкость, которая может восстановить мою Ци и кровь. Мне не нужна помощь.

Трава быстро убрала свой стебель, трепеща листьями.

Кань Ню спросила:

— Первобытная жидкость? Что это такое?

Цинь Му достал нефритовую баночку. Кань Ню понюхала её и похвалила:

— Так она называется первобытной жидкостью? Твои знания невероятно глубоки, святой младенец!

Цинь Му ошеломлённо спросил:

— Ты видела её раньше?

— Это вода, которой мы поливаем святые артефакты. В прошлом у нас её было много, но теперь запасы иссякли, и их хранит у себя божественный король.

Глава 978. Плeчo Kраcавицы

Сердце Цинь Му неистово билось. Согласно Матери Земли, эта жидкость была особым веществом, с помощью которого она развивала себя и свои корни. Она будто была сделана из света и наполнена энергией.

С её помощью Мать Земли стала древним богом!

Цинь Му совершенно не ожидал, что мастера создания Мира Парамиты тоже ею владели!

Кань Ню проговорила:

— Концентрированная Первобытная Жидкость происходила из водоёма во дворце предков. Она была очень красивой, поэтому многие кланы использовали её, чтобы поливать свои святые предметы, из-за чего её количество непрерывно уменьшалось. Я слышала, что когда клан Цю мигрировал, они забрали все остатки жидкости себе. B конце концов они начали жить, ни о чём не заботясь, и к нашему времени осталось очень мало жидкости. Но ты святой младенец. Если ты её хочешь, иди к божественному королю, она хранит наши запасы, — она огляделась и шепотом добавила. — Если она с тобой поделится, дай мне немного. Трава Семи Душ нашего клана больна, ей не хватает жизненной силы.

Цинь Му несколько раз кивнул.

Кань Ню радостно улетела верхом не большом белым шелкопряде, возвращаясь к подготовке великого ритуала.

«Ой, я забыл расспросить о битве, — Цинь Му пошёл к Храме Зелёного Пера Короля Лан Во, думая. — Если я спрошу об этом Божественного Короля Лан Во, она мне расскажет. Если я спрошу о ней у Божественного Короля Лан Во, она должна мне рассказать. Говоря об этом, мастера создания довольно древние, у них должно быть много сокровищ, и они невероятно богаты! Первобытная жидкость, Первобытный Камень Великого Первоначала, у них так много сокровищ, которые молодые поколения не в силах обрести. Должно быть, в таком случае у них есть много всего другого! Я святой младенец, эти сокровища…»

Храм Зелёного Пера оказался громадным залом с крыльями. По его боках находились огромные крылья, сделанные из плоти и покрытые зелёными перьями. Он мог летать.

Такие изумительные строения было сложно найти во внешнем мире. Тем не менее, в мире Парамиты мастеров создания было много подобного.

К примеру, они создавали здания с ногами, что упрощало их перемещение. Кроме того, они воображали растения с телом коровы, листья которых поглощали энергию солнца и превращали её в мясо.

Цинь Му подошёл к храму и смерил взглядом его крылья. Он увидел, что крепления крыльев были сделаны из продуманного сочетания камней и плоти, что его сильно удивило.

— Божественный Король приглашает святого младенца в храм, — феникс у входа поправлял поправил свои перья и проговорил к Цинь Му.

Тот поблагодарил и отправился вслед за ним внутрь.

Храм был высоким и просторным, люди, внушая страх в крохотных людей, находящихся внутри.

Тем не менее, Цинь Му привык к виду зданий мастеров создания и поспешно последовал за фениксом. Тот факт, что Божественный Король Лан во решила встретить его в заднем, а не в главном зале, сильно его удивил.

Храм был настолько большим, что Цинь Му с фениксом пришлось идти довольно долго, прежде чем наконец прийти в задний зал.

— Сестра, почему ты не превратилась в человека? — спросил Цинь Му.

Феникс с красивыми перьями развернулся и с любопытством спросил:

— Превратиться в человека? Ты имеешь в виду превратиться в мастера создания?

Цинь Му подумал об этом и кивнул. Внешне мастера создания напоминали людей, вот только в их межбровьях сверкал шестиугольный глаз.

Феникс покачал головой:

— Меня создали воображением, поэтому я не могу совершенствоваться или менять свой вид. С момента моего создания я связан своими собственными силами.

Разум Цинь Му вскипел, он покачал головой:

— Ты не могла бы повторить, сестра?

Феникс повторил, ответив:

— Я связан своими силами, из-за чего мне сложно измениться. Я не могу ни открывать божественных сокровищ, ни совершенствоваться с помощью сознания. Тем не менее, я могу развивать силу своего святого огня.

Цинь Му пробормотал себе под нос:

— Ты напоминаешь древних богов…

— Божественный Король перед нами.

Феникс привёл его в задний зал, и Цинь Му увидел, что Божественный Король Лан Во набирает воду из бассейна, чтобы промыть свои раны. Ремни на её плечах были приспущены, так как её плечо было ранено, и на нём виднелись длинные кровавые шрамы. Должно быть, это была работа рук Императора-Основателя.

Её длинные волосы напоминали на водопад из блестящей воды, отражающей яркий свет. От увиденного сердце Цинь Му замерло.

В следующий миг он начал тяжело дышать. Бассейн был заполнен первобытной жидкостью!

Огромный бассейн!

Для мастеров создания это был бассейн, но для Цинь Му он был настоящим озером. Целым озером, наполненным первобытной жидкостью!

Он ужасно захотел разбежаться и прыгнуть прямо в него!

— Тебе исполнилось лишь два года, но твоё сердце так сильно бьётся при виде женского плеча? — заметив его, Божественный Король Лан Во подняла рубашку, чтобы закрыть своё плечо, прежде чем спросить.

Цинь Му заставил себя отвести взгляд от бассейна, и начал лишь изредка на него поглядывать.

Затем Божественный Король Лан Во поняла, что именно бассейн, а не она, заставил сердце Цинь Му так неистово стучать. На её лице тут же появилось странное выражение, и она махнула рукой, отпуская феникса, после чего проговорила:

— Идём за мной, святой младенец.

Цинь Му отправился следом за ней, продолжая оглядываться на бассейн первобытной жидкости. Тот издавал завораживающее сияние, привлекая его.

После нескольких шагов её тело уменьшилось до размеров Цинь Му. Её волосы накрыли плечи и обрели тёмное сияние, будто до сих пор были мокрыми.

— Твои прекрасные волосы были вымыты первобытной жидкостью? — Цинь Му ужасно завидовал. — Эта жидкость хороша, я бы не отказался от такого большого её запаса.

Ноги Божественного Короля Лан Во накрывало платье, Цинь Му почти не видел их, пока она шла. Она была босой, и её стопы показались ему очень красивыми.

— Ноги та тоже помыла первобытной жидкостью, верно? Она выглядит невероятно красиво! — Цинь Му оглянулся на бассейн с первобытной жидкостью, размышляя.

Божественный Король Лан Во остановилась, и Цинь Му едва с ней не столкнулся, поспешно затормозив.

Божественный Король Лан Во грустно улыбнулась и проговорила:

— Кажется, тебя больше интересует этот бассейн, чем я. Такого парня, как ты, сложно найти. До того, как я стала Божественным Королём, многие мастера создания проявляли ко мне симпатию и использовали всевозможные фокусы, чтобы меня соблазнить. Они остановились лишь тогда, когда я стала Божественным Королём. Тем не менее, ты уделяешь больше внимания тому бассейну.

Цинь Му спросил:

— Если бы я проявил интерес к тебе, что бы ты сделала?

— Разрубила бы тебя, естественно, — повернув голову, Божественный Король Лан Во начала объяснять. — Я бы разрезала твой нерв, который решает что хорошо, а что плохо. Тебе всего лишь три года, а у тебя уже такие мысли в голове, как ты планируешь быть святым младенцем? Если я разрежу этот нерв, ты начал бы тратить все свои силы на понимание и совершенствование, что позволило бы нам отомстить Великому Императору.

Ошеломлённый, Цинь Му серьёзно проговорил:

— Именно поэтому, Божественный Король, мне понравился твой бассейн. Мне лишь три года, поэтому несмотря на твою красоту, у меня не возникает странных мыслей.

Божественный Король Лан Во улыбнулась и продолжила идти вперёд, тихо ответив:

— Не волнуйся, до тех пор, пока ты будешь заботиться о нас, я не причиню тебе вреда. В конце концов ты святой младенец.

Цинь Му быстро отправился следом за ней, перебивая:

— Ты ранена? Твои ранения серьёзны? Кто тебя обидел? Я отлично владею искусством лечения. Если ты не против, то разденься, и я тебе помогу.

— В мире Парамиты есть лишь одно существо, способное мне навредить — Император-Основатель Цинь Е, — проговорила Божественный Король Лан Во. —Несмотря на то, что он ранил, он тоже пострадал. Ему придётся провести в постели несколько дней, прежде чем он оправится. Что касается моих ранений, то ты не в силах их исцелить, это может сделать лишь бассейн.

Она ненадолго замолчала, прежде чем проговорить:

— Тем не менее, бассейн не бесконечен, и в конце концов он иссякнет. Тогда, когда я буду ранена, меня будет невозможно вылечить.

Цинь Му колебался, не зная, стоит ли ему спрашивать.

— Если он тебе понравился, можешь потом взять себе немного жидкости, — Божественный Король Лан Во, казалось, прочла его мысли. — В конце концов, этот бассейн не мой, он наш. Я просто его храню. Ты святой младенец, поэтому можешь использовать его воду.

Цинь Му поблагодарил.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Ты пришёл сюда, чтобы разузнать о ранениях Императора-Основателя Цинь Е, верно? Тебя не интересует мой состояние. Кроме этого, ты не собираешься спрашивать меня о божественных искусствах сознания.

Цинь Му испугался.

Божественный Король Лан Во ушла, проговорив:

— Ты как-то с ним связан. Я чувствовала, что кровь в твоём теле связана с его кровью. Ты пришёл сюда, чтобы найти его, а не нас, — она остановилась и повернулась. — Но по глупости ты стал нашим святым младенцем. Ты увидел в этом много возможностей, поэтому решил остаться вместо того, чтобы отправиться к нему.

Она была совершенно спокойна. Цинь Му тщательно рассмотрел её лицо, но так и не разглядел эмоций, скрывающихся за его красивыми чертами.

— Всё верно, Император-Основатель пришёл сюда за мной. После того, как я отказался, он впал в ярость и сразился с тобой, — Цинь Му искренне ответил. — По правде говоря, у меня есть некоторая репутация во внешнем мире. Я пришёл в Великую Пустошь в поисках деревни Беззаботной, но по случайности оказался здесь, на землях врагов Беззаботной. Внезапно, я стал святым младенцем. Тем не менее, более всего меня здесь удивила твоя красота и ум. Что ты будешь со мной делать, Божественный Король?

Божественный Король Лан Во обернулась и продолжила идти вперёд, говоря:

— Делать с тобой? Я избавлюсь от тебя лишь в том случае, если ты причинишь нам вред. В таком случае я создам нового святого младенца.

Цинь Му почувствовал, как по его коже пробежали мурашки.

В этот момент он ощутил знакомую ауру и поспешно ускорил шаги.

Божественный Король Лан Во засмеялась:

— Ты почувствовал?

Цинь Му сдерживал себя от того, чтобы не погнуться вперёд:

— Что там?

— Первобытный Камень Великого Первоначала, также известный как Мир Духов Предков, — Божественный Король Лан Во продолжала идти вперёд, смеясь. — Это вход в Мир Духов Предков.

Цинь Му шёл за ней, аура, тянущая его к себе, становилась всё сильнее.

— Мастера создания, которые построили этот мир, принесли несколько осколков Первобытного Камня Великого Первоначала. Раньше он находился во лбу Великого Императора, но был разрушен, и мы собрали лишь несколько кусков.

Впереди сиял яркий свет, Божественный Король Лан Во шла в его сторону:

— Открыв этот мир, они истощили все свои силы и не могли сохранить свои души. Увидев писания на стене, они объединились с Первобытным Камнем Великого Первоначала и создали Миром Духов Предков.

Цинь Му заметил разрыв в пространстве и времени в месте, откуда исходил свет. Разрыв имел шестиугольную форму, напоминая глаз в межбровьях мастеров создания.

Кроме того, этот глаз был намного больше.

— Мир Духов Предков спрятан в самой глубокой части мира Парамиты. Когда мы умираем, наши сознания уходят туда, — объяснила Божественный Король Лан Во. — Мы пережили несколько вымираний, и Мир Духов Предков — это наш последний шанс сохранить своё наследие. Тем не менее цель великого подношения состоит в том, чтобы позволить твоему физическому телу войти в Мир Духов Предков. Поэтому, мы не можем обойтись без него.

Бросив на Цинь Му серьёзный взгляд, она добавила:

— Осталось два дня до того, как ты сможешь войти внутрь. За это время ты должен подготовить речь, которая тронет духи предков. В противном случае ты умрёшь. Это будет твоим последним испытанием, после которого ты станешь святым младенцем.

Глaва 979. Двe Змеи и Aромат Цветка

— После того, как ты пройдёшь их испытание, то обретёшь глубочайшие знания и авторитет, что позволит тебе возглавить нас, — продолжила Божественный Король Лан Во.

Цинь Му начал нервничать, но услышав эти слова, сразу же почувствовал облегчение.

— Эти два дня ты проведёшь здесь, и я буду учить тебя методам сражения сознанием, — Божественный Король Лан Во добавила. — Несмотря на то, что два дня — это не большое количество времени, с твоим умом, тебе удастся понять основы. В лучшем случае ты сумеешь объединять своё сознание с Ци.

Цинь Му был худым, будто спичка. Он боялся, что ему не хватит Ци, крови и сознания, поэтому достал баночку первобытной жидкости и вылил каплю на божественное сокровище Духовного Эмбриона, чтобы восстановить запас своих сил.

Заметив это, Божественный Король Лан Во нахмурилась и спросила:

— Ты помогаешь Божественному Королю Шу Цзюню восстановить его физическое тело?

Цинь Му кивнул.

— Божественный Король Шу Цзюнь уже стар и ужасно отстал от времени. Нет смысла его спасать. Если ты не хочешь его убивать, то я могу сделать это вместо тебя. Добить его совершенно не сложно.

Внутри Камня Первоначала Шу Цзюнь впал в ярость из-за того, что Божественный Король Лан Во оказалась настолько жестокой и игнорировала племенные связи.

Цинь Му покачал головой и ответил:

— Я обещал Шу Цзюню, что восстановлю его голову, поэтому я так и сделаю. Божественный Король, если бы я был таким ненадёжным, ты смогла бы в меня поверить?

Подумав, Лан Во покачала головой.

Цвет лица Цинь Му немного восстановился, его сознание пришло в норму, позволяя использовать божественные искусства сознания.

Божественный Король Лан Во задействовала своё сознание и начала медленно создавать. В воздухе перед ней появилась руна, становясь всё более яркой и отчётливой.

Цинь Му повторял за ней, тоже пытаясь создать руну.

Божественный Король Лан Во тщательно его обучала, и Цинь Му быстро всё улавливал. Он отлично знал основные руны, которые она показывала, поэтому процесс шёл очень быстро.

Он даже указывал на недостатки Божественного Короля Лан Во и помогал ей их исправить.

Мастера создания часто использовали сознание, чтобы передать сои знания молодым поколениям. Тем не менее, в этом подходе был недостаток, так как он не позволял другим найти ошибки в учениях.

Божественный Король Лан Во отказалась от этого способа и вместо этого использовала намного более долгий метод для обучений Цинь Му. Она лично ему обо всём рассказывала вместо того, чтобы просто всунуть знания в его голову.

Она хотела, чтобы он исправил её недостатки.

Несмотря на то, что мастера создания приложили много усилий изучая базовые руны, их достижения были довольно незначительными. В конце концов, они провели в мире Парамиты миллионы лет, и ещё дольше оставались в Великой Пустоши. Это сделало их изолированными от внешнего мира, и им оставалось лишь тайком учиться у деревни Беззаботной, из-за чего они значительно уступали Цинь Му.

Тем не менее, когда речь шла о божественных искусствах сознания, они значительно его превосходили.

Несмотря на то, что Божественный Король Лан Во твердила, что учит Цинь Му, на самом они учили друг друга.

Время летело, и незаметно для них прошёл первый день. Цинь Му уже научился с лёгкостью создавать любые руны, которые появлялись перед ним как только в его уме проскакивала слабая мысль.

Более того, он обнаружил, что руны, которые объединяли в себе Ци и сознание, были в несколько раз сильнее рун, полагающихся только на что-то одно!

В Храме Зеленого пера Божественный Король Лан Во создала изящную зелёную змею. Забравшись на её голову, она бросилась в бой с Цинь Му.

Тот стоял на белой змее и создавал различные божественные искусства, чтобы защитить себя с помощью недавно изученных путей, навыков и божественных искусств.

Они оба пользовались божественными искусствами создания. Взмахом руки они создавали дождь из цветов, падающих из неба, будто звёзды. Волей сознания, они сжигали всё вокруг небесным огнём или вызывали метеоритные дожди и землетрясения.

Кроме этого, они создавали двери, ведущие в воображённые миры, и змеи залетали в них, проносясь через бесчисленные пейзажи. Они путешествовали над горами, морями, ледниками и болотами, которые быстро появлялись и исчезали.

В конце концов, две гигантских змеи пересеклись, их тела извивались друг вокруг друга, сближаясь. Вблизи от них сверкали всевозможные божественные искусства сознания, превращающиеся в странные явления, непрерывно уничтожающие друг друга!

Божественное искусство сознания непрерывно менялись. Он объединил сознание с Великим Дао древних богов и Дао после начала, чем сильно расширил свой арсенал и сбил с толку Божественного Короля Лан Во.

Змеи ближе подобрались к друг другу, вызывая более мощные столкновения их божественных искусств.

Вскоре они были друг напротив друга, кружение змей напоминало движение звёзд в небе. Их удары становились всё сильнее, а божественные искусства все более изящными.

Внезапно в руках Цинь Му появился бутон цветка. Он расцвел великолепными красными и фиолетовыми цветами, обретая завораживающий вид.

Количество лепестков увеличивалось, они быстро расцветали. Вслед за ними появились тычинки и раздался приятный аромат.

Божественный Король Лан Во увидела слабое место, и стукнула по межбровью Цинь Му пальцем. Вторгаясь своим сознанием в его тело.

В этот момент цветок подлетел к её лицу. Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Это тебе.

Божественный Король Лан Во был ошеломлена. Она убрала палец и втянула своё сознание из Цинь Му, проговорив:

— Это было испытание. Я хотела проверить твой прогресс за последние два дня. Тем не менее, ты отвлёкся. Ты меня разочаровываешь.

Она взяла цветок из рук Цинь Му, обернулась и понюхала. Аромат тут же её успокоил.

Улыбнувшись, она спустилась с головы зелёной змеи и проговорила:

— Можешь не делать так в следующий раз?.. Идём быстрее, пришло время для великого подношения.

Цинь Му поспешно спрыгнул с головы белой змеи и последовал за ней.

Две змеи за их спинами продолжали летать, отказываясь расставаться. Спустя некоторое время они скрылись в лесу у храма.

Цинь Му подошёл к бассейну с первобытной жидкостью и наполнил несколько нефритовых бутылочек. Заметив это, Божественный Король Лан Во покачала головой и сказала:

— Твои бутылки слишком маленькие, сколько ты сможешь набрать? Я чувствую у тебя ауру Мира Бутылки племени Скрытой Горы. Используй её.

Цинь Му достал бутылку с миром внутри, которая досталась ему от вождя племени. Внутри неё были настоящие небеса с огромным пространством, которые могли уместить не только весь бассейн, но и небо над ним!

Божественный Король Лан Во махнула рукой, и бассейн сократился на одну десятую. Десятая часть всех запасов первобытной жидкости оказались внутри Мира Бутылки.

«Так много?»

Сердце Цинь Му неистово стучало. Он собирался наполнить лишь несколько бутылок, но внезапно, Божественный Король дала ему десять процентов от всего бассейна.

— Ты должен идти, — взглянув на него, Божественный Король Лан Во проговорила. — Я скоро приду и начну великое подношение.

Цинь Му кивнул и вышел из храма.

Убедившись, что он ушёл достаточно далеко, Божественный Король Лан Во поспешно подошла к бассейну и бросила цветок в воду. Она наблюдала как тот плавает и пускает корни, прежде чем улыбнуться.

— Воображённый цветок легко увянет, но, если посадить его в первобытную жидкость, он расцветёт, поглощая питательные вещества.

Цинь Му вышел из храма и увидел. Что вожди уже подготовили множество жертвенных алтарей. Вокруг них стояли сотни мастеров создания, межбровья которых ярко сияли. Они сосредоточили всю свою силу в центре алтаря, и та сконцентрировалась, образуя жидкость.

Лучи света поднялись в небо над алтарями.

Таких алтарей было много, от трёх до пяти тысяч, и каждый из них испускал во тьму луч света, отчего та дрожала. Небо окрасилось багровым цветом.

В этот момент осталось лишь несколько мастеров создания, готовых отбить атаку деревни Беззаботной. Все остальные собрались здесь, чтобы провести великое подношение!

Цинь Му не ожидал, что его вхождение в Мир Духов Предков будет таким грандиозным!

Он оглянулся и увидел большой шести угольный глаз, поднимающийся из-за храма. Это был Мир Духов Предков, призванный из пустоты великим подношением. Он непрерывно увеличивался и поднимался.

Этот мир был создан в результате слияния Первобытного Камня Великого Первоначала с мёртвыми мастерами создания. Он был скрыт в пустоте, и найти дорогу к нему мог лишь умерший мастер создания, чтобы стать его частью. Там они жили вечно, становясь стражами мира Парамиты.

Цинь Му успокоился и отправился на поиски Кань Ню. Она возглавляла свой клан и занималась подношением для предков.

Поспешно бросившись вперёд, Цинь Му остановился перед величественными мастерами создания и улыбнулся:

— Вождь, я нашёл у меня есть жидкость!

Сознание Кань Ню начало пульсировать, и она ответила:

— Что ты здесь делаешь? Великое подношение вот-вот закончится. Быстро возвращайся и готовься войти в Мир Духов Предков!

Цинь Му продолжал улыбаться:

— Я обещал тебе. Что достану первобытную жидкость. Где твой святой артефакт, Трава Семи Духов?

Кань Ню поспешно ответила:

— Я не могу сейчас отвлекаться, святой младенец. Призыв Мира Духов Предков — это большое событие. Быстро возвращайся. Если нас увидит Божественный Король, у меня будут проблемы!

Цинь Му хотел что-то сказать, когда внезапно его подняла мощная волна сознания. Вскоре он снова оказался у дворца, сбоку от него стояла Божественный Король Лан Во.

Тело Божественного Короля Лан Во уже вернулось к своим обычным размерам. Она выглядела невероятно внушительно, смотря на Мир Духов Предков, висящий в небе. Шестиугольный глаз в воздухе становился всё больше, и если присмотреться, можно было увидеть то, что было у него внутри.

Казалось, что там бушевали бесчисленные волны света. Зрелище было невероятно странным.

В конце концов в небе раздался оглушительный грохот. Мир Духов Предков остановился и перестал увеличиваться в размерах.

— Хорошо, — Божественный Король Лан Во увидела, что Цинь Му смотрит на неё, и проговорила. — Можешь входить, но Шу Цзюнь должен остаться здесь. Он не святой младенец. Поэтому не имеет права входить в Мир Духов Предков. Божественный Король Шу Цзюнь, выходи.

Глаз в межбровье Цинь Му открылся, и снаружи показались длинные, неухоженные волосы Шу Цзюня. Он злостно спросил:

— Почему тот, кто не является мастером создания, может войти в Мир Духов Предков, но я, божественный король, не могу? Что это за логика?

Цинь Му его успокоил:

— Расслабься, божественный король. Если я получу предков, то передам его тебе.

Божественный Король Лан Во покачала головой:

— У тебя нет на это права. Божественный Король древности сейчас не считается божественным королём. Более того, ты приложил руку к нашему поражению… Нам пора идти!

Она взяла Цинь Му за руку и отправилась в Мир Духов Предков.

Гигантский шестиугольный глаз в небе внезапно открылся, и, казалось, уставился на них. В следующий миг он разразился лучом света, и Цинь Му и Божественный Король Лан Во тут же исчезли из мира Парамиты!

Глава 980. Дуxи Прeдкoв

Гигантский шестиугольный глаз в небе медленно открывался и закрывался, оставляя вертикальную щель, протянувшуюся с севера на юг. Он напоминал глаз спящей красотки, и время от времени вздрагивал.

Лучи света, исходящие из Мира Духов Предков, напоминали ресницы красивой девушки, вот только они были не чёрными, а разноцветными.

Если бы это увидел Цинь Му, он был бы ошеломлен.

Тем не менее, он уже находился в Мире Духов Предков.

Цинь Му было трудно описать чувства, которые он испытывал в данный момент.

Он стоял последи ладони Божественного Короля Лан Во, витая среди бескрайнего моря мыслей и сознания, пульсирующего, будто мозг.

Они путешествовали сквозь это море, слыша звук, напоминающий длинный вой гигантского куна. Спустя некоторое время они увидели величественные горы и реки, проносящиеся мимо них.

Затем впереди показалось звёздное небо и следы гигантов, путешествующих по вселенной.

Перед их глазами рождались миры всевозможных размеров. Они были невероятно огромны и ослепительны, поглощая всё вокруг.

Затем Цинь Му увидел как эти миры разрушаются. Эта картина обладала ужасающей, но в то же время завораживающей красотой.

Это были воспоминания духов предков мастеров создания. Божественный Король Лан Во и Цинь Му пролетали сквозь их мысли и время от времени видели моменты из их жизней.

Вокруг раздавалось множество громких звуков. Кто-то шептал им на уши, где-то звенел грохот битвы, от которого дрожало небо. Затем раздались странные песнопения, будто множество людей собрались для великого жертвоприношения.

Некоторые звуки содержали в себе тайны природы и секреты мира.

Они тоже были частью воспоминания духов предков. Воспоминания состояли не только из изображений, но и из звуков.

Спустя некоторое время Божественный Король Лан Во привела Цинь Му в центр Мира Духов Предков.

Там Цинь Му увидел древних существ, пожертвовавших собой, чтобы слиться с Первобытным Камнем Великого Первоначала и создать Мир Духов Предков.

Их силуэты были крайне высокими и огромными, они напоминали гигантов, касающихся своими головами небес. Вокруг них сияло слабое красное свечение.

Всего их было двадцать семь. Эти мастера создания пережили огромные трудности и вывели свою расу из бесчисленного количества опасностей и препятствий, создавая мир Парамиты.

В каждой расе было много людей, которые жертвовали своей жизнью и мудростью. Мастера создания не были исключением.

В самый трудный момент, группа мастеров создания, достойных похвалы и скорби, взяли на себя тяжёлую ношу и сразились с Великим Императором, запечатывая его в области Высшего Сознания.

После боя появилась ещё одна группа героев, которая вывела оставшихся людей своей расы, не дав им быть убитыми. Они пересекли великую пустыню и добрались к караю Великой Пустоши.

Именно они построили Мост Пустоты и три странных дома, позволяя выжившим открыть Мир Парамиты.

Именно они, поняв, что умирают из-за того, что истощили все свои силы, пожертвовали собой и слились с Первобытным Камнем Великого Первоначала, создавая Мир Духов Предков. Даже после смерти они остались защитниками своей расы.

Должно быть, они обладали выдающимися талантами или удивительной боевой мощью. Именно благодаря им удалось создать удивительный Мост Пустоты и даже заманить в ловушку Небесную Преподобную Сю и Небесного Преподобного Хо.

«Они достойны уважения.» — Цинь Му почувствовал глубокое почтение.

Божественный Король Лан Во поставила его на землю и освободила своё сознание, пробуждая мастеров создания ото сна, прежде чем рассказать им о явлении святого младенца.

Двадцать семь мастеров создания проснулись и смутно переглянулись, делясь друг с другом мыслями.

Цинь Му стоял посреди пустоты, чувствуя себя довольно неловко.

Он начал сомневаться в том, что если Божественный Король Лан Во смоет их остановить, если они решат его убить.

Послушают ли они её?

Величественное сознание легко задрожало, превращаясь в голос, который встряхнул весь Мир Духов Предков. В следующий миг Цинь Му почувствовал, как не него упали множественные взгляды. Пронзающие его насквозь, не позволяя что-то скрыть.

— Человек, не принадлежащий к нашей расе, стал святым младенцем. Это просто нелепо. Тем не менее, пророчество не может ошибаться. Сознание предков из дворца не говорило, что святой младенец будет мастером создания, — величественное сознание неторопливо проговорило. — Если божественный король и наши люди решили отправить тебя сюда, то значит ты должен обладать нужными качествами, чтобы их убедить.

Раздался голос другого величественного сознания:

— Тем не менее, святой младенец обретёт мудрость наших людей. Он не просто столкнётся с нашими врагами, но также должен повести наших людей по пути к спасению. У нас есть к тебе несколько вопросов, которые проверят, обладаешь ли ты достаточной мудростью.

Цинь Му кивнул.

Оглушительный голос продолжил:

— Человек по имени Цинь Е пришёл в Мир Парамиты. У него, и у благодетеля нашей расы, Небесного Преподобного Юня, были старые связи, поэтому он попросил у нас немного земли. Тем не менее, теперь он забрал себе почти половину Мира Парамиты, и построил на неё деревню Беззаботную. Вражда между мастерами создания и деревней Беззаботной длится уже более двух тысяч лет. Как ты собираешься избавиться от Цинь Е и деревни Беззаботной, чтобы восстановить мир в мире Парамиты?

Цинь Му ответил:

— Я могу вернуть мир в мире Парамиты, не избавляясь от деревни Беззаботной.

— Я хотел бы услышать детали.

Цинь Му продолжил:

— Я — сто седьмой потомок Императора-Основателя Цинь е. После того, Как я стану святым младенцем, я займусь созданием мире между деревней Беззаботной и мастерами создания.

Величественные силуэты вздрогнули, отчего весь мир Парамиты начал дрожать. В Мире Духов Предков поднялись ужасающие ветры из сознания.

Божественный Король Лан Во слегка нахмурилась. Она с самого начала опасалась, что Цинь Му решит так рано раскрыть свою личность.

Если бы им удалось медленно пробудить энтузиазм мастеров создания, прежде чем раскрыть личность Цинь Му, духи предков сильнее бы колебались насчёт того, чтобы его убить.

Цинь Му слегка поспешил, первым делом раскрыв свою родственную связь с Цинь Е.

— Ты — посторонний человек, к тому же потомок Цинь Е. Может быть, ты шпион? — спросило другое сознание. — У тебя будет шанс это объяснить. Если твой ответ нас не удовлетворит, то мы справимся без святого младенца.

Цинь Му спросил:

— Духи предков, можно спросить, кто такие мастера создания? Что такое раса мастеров создания?

Духи предков не понимали о чём он.

Цинь Му продолжил:

— Я владею Первобытным Камнем Великого Первоначала и сильным сознанием, способным создавать вещи. Я мастер создания?

Создание одного из духов дрогнуло:

— Ты можешь называть себя мастером создания.

— Если я, посторонний человек, могу стать мастером создания и частью вашей расы, то почему вы отстраняетесь от Императора-Основателя и неуклонно пытаетесь уничтожить деревню Беззаботную? — озадаченно спросил Цинь Му.

Сознание другого духа проговорило:

— Цинь Е привёл людей деревни Беззаботной, чтобы те захватили нашу землю Мира Парамиты. Наша вражда невероятно глубока, нас нельзя помирить.

Цинь Му спросил:

— Я видел историю мастеров создания. Во время древней первобытной эпохи вы были разделены на различные племена. Вы сражались и убивали друг друга, уничтожая целые кланы. Как эти зверства идут в сравнение с Императором-Основателем?

Духи предков замолчали, прежде чем один из них ответил:

— Скорее всего, они хуже, если не такие же.

Цинь Му продолжил:

— Так называемые мастера создания изначально были обычными людьми. Только после того, как они овладели Первобытным Камнем Великого Первоначала, они обрели способность создавать что-то из пустоты. С течением времени, из-за своей схожести друг с другом, ваши племена построили цивилизацию мастеров создания. Император-Основатель Цинь Е лишь хочет дать своим людям возможность выжить, поэтому он был вынужден вас обмануть. Думаю, что он не атаковал мастеров создания мира Парамиты по своей инициативе, я прав? Конфликт между вами возник из-за того, что мастера создания хотели вернуть себе свои земли, что и привело к бесконечным битвам. Деревня Беззаботная, должно быть, понесла более тяжёлые потери чем мастера создания.

Другой дух предков проговорил:

— Они захватчики, а мы те, на чьи земли вторглись. Избавиться от них и вернуть свои земли — это естественное решение. Совсем недавно к ним присоединился головастый младенец, который убил огромное количество наших людей. Твоё объяснение не имеет никакого смысла, Божественный Король Лан Во, тебе стоит найти другого святого младенца.

Множество потоков сознания задрожало, устремляясь к Цинь Му, чтобы его убить. Внезапно тот проговорил:

— Что, если деревня Беззаботная сможет создать в Великой Пустоши жизнь после смерти?

Потоки сознания остановились.

Цинь Му продолжил:

— Этот головастый младенец — мой брат Цинь Фэнцин. Он родился в Юду и является Сыном Юду, богом, контролирующим мертвых. Он может создать Юду в Великой Пустоши и Мире Парамиты, создавая место для упокоения душ мёртвых! Он также может воскресить души ваших людей, погибших в битве Великой Пустоши и избавиться от монстров, населяющих Великую Пустошь, превращая её в место, пригодное для жизни. Кроме того, он может не дать миру Парамиты превратиться в новую Великую Пустошь, — сделав недолгую паузу он добавил. — Чем больше мастеров создания умирает в Мире Парамиты, тем больше здесь разрушенного сознания, что увеличивает шансы того, что он превратится в Великую Пустошь. Именно поэтому предки создали Мир Духов Предков, я прав?

Духи предков молчали.

— Тем не менее, количество сознания, которое может удерживать Мир Духов Предков, ограничено. Наступит день, когда разрушенное сознание Мира Парамиты превысит его предел, и он разрушится. Как только произойдёт, мир Парамиты превратится в Великую Пустошь, — продолжал Цинь Му. — Великий враг мастеров создания, головастый младенец Цинь Фэнцин, — это именно тот человек. Который способен восстановить порядок в Мире Парамиты и превратить Великую Пустошь в место, пригодное для жизни. Мастера создания дали Императору-Основателю землю для жизни. Взамен, его потомок даст вам мир без забот. С чего бы нам от этого отказываться?

Создания двадцати семи духов начали что-то обсуждать.

Спустя некоторое время один из них ответил:

— Хотя мы бы могли решить наш конфликт с деревней Беззаботной, в Великую Пустошь всё ещё будут прибывать враги даже после того, как в ней навести порядок. В таком случае, наша раса и дальше будет находиться перед угрозой уничтожения.

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Можно узнать, если сравнить современных мастеров создания с теми, что жили двадцать тысяч лет назад, то они стали сильнее?

Духи предков были ошеломлены.

Один из них проговорил:

— Современные мастера создания сильнее.

Цинь Му засмеялся и проговорил:

— Жить в изоляции — значит отставать от мира. Когда мастера создания сбежали и создали Великую Пустошь, они думали, что находятся в безопасности. Тем не менее, прибытие Великого Императора принесло разрушение и с лёгкостью уничтожило вашу цивилизацию. Когда к вам пришёл Небесный Преподобный Юнь, он принёс вам знания внешнего мира, помогая избавиться от Великого Императора. Тем не менее, вы сбежали снова, создавая Мир Парамиты. Затем к вам пришёл Император-Основатель, принеся с собой новые знания. Ваши пути, навыки и божественные искусства снова начали быстро развиваться и превзошли ваши прежние достижения, — его голос был настолько громким, что даже глухой мог его услышать. — По моим наблюдением, в вашей расе около миллиона людей. Если бы не Император-Основатель, сколько времени бы вы протянули, прежде чем вас бы уничтожили? Оставаясь здесь, вы не подвергаетесь внешнему давлению, из-за чего медленно вымираете и перестаёте процветать. Мир Парамиты — место, где можно осесть, в то время как Великая Пустошь позволяет взаимодействовать со внешним миром. С её помощью ваша раса медленно начнёт процветать и становиться сильнее.

Сознания духов предков снова начали что-то обсуждать их разговор был крайне напряжённым.

Цинь Му молчал.

Спустя некоторое время духи предков пришли к единому выводу.

Древний голос спросил:

— Мы так и не спросили твоего имени. Святой младенец, как мы можем к тебе обращаться?

— Цинь Му из Вечного Мира, — улыбнувшись, он добавил. — Возможно, вы не слышали моего имени раньше, но Небесный Преподобный Юнь мог вам обо мне рассказывать. Я — Небесный Преподобный Му райских небес Дракона Ханя, один из пяти основателей Небесного Союза!

Духи предков замолчали. Спустя некоторое время один из них проговорил:

— Мы никогда не слышали, чтобы Небесный Преподобный Юнь о тебе вспоминал.

Цинь Му ужасно помрачнел в лице. Он чувствовал себя слегка униженным и разозлился.

Божественный Король Лан Во молчала, на её лице было равнодушное выражение. Тем не менее, в этот момент она тихо рассмеялась.

Лицо Цинь Му стало красным, он пробормотал:

— Имя Небесного Преподобного Му очень известно. Он был Телом Тирана Дракона Ханя и Телом Тирана Высшего Императора. Во время Эпохи Вечного Мира он стал Тело м Тирана Вечного Мира. Я очень сильный…

Божественный Король Лан Во не могла сдержать смех и отвернулась.

— Святой младенец, ты готов принять миллиард лет мудрости нашей расы? — множество сознаний в Мире Духов Предков задрожали, говоря одним голосом.

Цинь Му был поражен. Поспешно собравшись с мыслями, он торжественно проговорил:

— Я готов!

Мир Духов Предков задрожал, когда бесчисленные сознания превратились в потоки света, потопая его под собой!

Глaва 981. Bосeмь Hебес Пути Божественныx Искусств

В мозг Цинь Му хлынул бесконечный поток информации. Это были сложные знания мастеров создания, берущее своё начало с момента появления их расы и заканчивающиеся нашими днями! Его память была полностью заполнена в следующий миг!

Он чувствовал их восторг, когда они впервые увидели Первобытный Камень Великого Первоначала, счастье, когда они впервые сумели создать вещи с помощью сознания. Он разделил их взволнованность, когда им удалось открыть первые божественные искусства создания.

Кроме этого, он понял великую радость создания. Он видел, как мастера создания создают всё в мире. Они создавали и меняли природу, строили горы и долины, реки и ручьи, а также ходили по морю и облаках. Они чувствовал состояние ума, в котором они находились в процессе.

Они обладали уникальным пониманием вселенной и природы и находились в тесной связи с ними.

Цинь Му даже переживал чувства мастеров создания. Когда те погибали на поле битвы. Гром барабанов и молний, кипение их крови, он чувствовал всё это. Он переживал моменты, когда они разрушали всё вокруг во время боя, испытывая их радость и кровожадность.

Он даже испытывал изысканное состояние ума, в котором они создавали прекрасные миры. Они могли создавать солнце, луну, звёзды и самые прекрасные цветы, на поверхность которых они тщательно наносили сложные руны.

Он разделял их радость и печаль.

Внутренние конфликты, смерть друзей и даже увядание цветка вызывало у них печаль, из-за которой жестокие гиганты проливали слёзы.

Божественные искусства сознания были для них обыденной вещью. То же можно было сказать и о разрушениях и массовых убийствах.

Он начал осваивать их понимание сознания и создания.

Всевозможная информация наполняла его мозг, формируя обширный спектр знаний. Цинь Му чувствовал, будто пережил миллиард лет и стал свидетелем взлётов и падения цивилизаций.

Он всё ещё оставался собой, но уже был свидетелем множества событий и обрёл огромное количество знаний, понимания и божественных искусств сознания.

Божественный Король Лан Во стояла сбоку от него, с завистью наблюдая как свет Мира Духов Предков проникает в его межбровье.

Спустя некоторое время свет, потопивший под Цинь Му, потускнел, и передача знаний закончилась.

В Мире Духов Предков снова воцарился покой.

Двадцать семь духов стояли среди красного света, молча смотря на Цинь Му.

Сияние в межбровье Цинь Му рассеялось, но он не проснулся.

Внезапно его третий глаз открылся, и свет, сформированный его сознанием, начал становиться всё ярче. Кроме этого, они почувствовали сильные волны жизненной Ци, исходящие из его тела. Она смешивалась с его сознанием, сливаясь воедино.

Под ногами Цинь Му внезапно открылась область божественного сокровища Духовного Эмбриона. Над ним появилось звёздное небо, накрывая тысячи километров Мира Духов Предков. Каждая из звёзд двигалась по своей траектории, формируя галактику.

Пролетев мимо Божественного Короля Лан Во и двадцати семи дехов предков, она поднялась в небо.

Над ними появился Небесный Герцог с лицом Цинь Му.

Зелёное Первобытное Дерево вырвалось из земли, протянувшись к звёздам. Под диаграммой тайцзи божественного сокровища возникла непроглядная тьма. Это было неизмеримо глубокое Юду.

Диаграмма тайцзи начала вращаться, райские дворцы вокруг неё сформировали странный беспорядок. Некоторые из них витали в небе, в то время как другие находились под землёй или на поверхности диаграммы тайцзи.

Божественный Король Лан Во и двадцать семь духов предков рассматривали видения древних богов. Исполняя свои обязанности и заняв свои места, они вместе охраняли Цинь Му.

На лице Божественного Короля Лан Во виднелось выражение удивления. Божественное сокровище и райские дворцы, продемонстрированные Цинь Му, полностью разрушили её представления о совершенствовании божественных сокровищ и райских дворцов.

Райские дворцы Цинь Му находились внутри его божественного сокровища!

Они были совершенно не такими, как у богов деревни Беззаботной!

Райские дворцы богов деревни Беззаботной находились над их божественными сокровищами!

Более того, у Цинь Му было только одно божественное сокровище, в то время как у богов деревни Беззаботной — семь!

Ещё одна странность заключалась в том, что количество райских дворцов Цинь Му было неправильным. У богов был лишь один райский дворец, в то время как у Цинь Му их было четырнадцать!

Между тем, в божественном сокровище Духовного Эмбриона быстро открывался пятнадцатый райский дворец!

«Он открывает райский дворец? — взгляд Божественного Короля Лан Во вспыхнул. Она внимательно наблюдала как Цинь Му открывает новый райский дворец, думая. — Может быть это нам поможет. Многие из нас умерли, пытаясь открыть райский дворец сознания в прошлом…»

Когда Император-Основатель построил деревню Беззаботную, Божественный Король Лан Во повела людей, чтобы атаковать её. В результате обе стороны понесли серьёзные потери. Божественный Король Лан Во тут же осознала, что если мастера создания не примут систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, они будут отставать в силе и их отставание будет лишь усиливаться.

Таким образом, она решила принять систему совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов. Тем не менее, они ничего не знали об этом. К счастью, они сумели взять в плен многих богов из деревни Беззаботной.

Им было несложно извлечь воспоминания из этих богов.

Узнать что-то было несложно, а открыть — было совершенно другим делом.

Пытаясь открыть семь божественных сокровищ и райский дворец, многие мастера создания погибли. Это привело к даже большему количеству жертв, чем битва с деревней Беззаботной!

После бесчисленных неудач они наконец освоили систему.

Семь Божественных Сокровищ и райский дворец, которые они открыли, отличались от тех, что были у людей деревни Беззаботной. Деревня беззаботная шла по пути богов, в то время как они шли по пути сознания!

Теперь Цинь Му продемонстрировал им совершенно другой подход. Несмотря на то, что тот базировался на божественных сокровищах и райском дворце, он был намного лучше них и превосходил их систему сознания!

— Божественный Король, что он делает? — спросило у неё сознание духа предка.

Божественный Король Лан Во тщательно осмотрела райский дворец, который создавал Цинь Му, и ответила:

— Он постигает технику сознания области Императорского Трона… Должно быть, это Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора!

Она была шокирована.

Цинь Му изменял Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора!

Как смело с его стороны!

Однако она не знала, что Великое Всеобъемлющее Высшее Сознание, которое получил Цинь Му, было неполным. В ней не хватало нескольких техник божественных сокровищ, а также было много техник царства небесных дворцов, что не позволило Цинь Му сформировать сознательный небесный дворец.

Теперь, когда он овладел знаниями мастеров создания, его владение сознанием стало невероятно глубоким, с ним никто не мог сравниться!

Возможно, знания о сознании Великого Императора были более качественным, но они определённо не были такими обширными!

Обретя эти знания, Цинь Му мог самостоятельно восполнить Великое Всеобъемлющее Сознание!

В конце концов, Великий Император был создателем этой техники. Цинь Му всего лишь заполнил пробелы в версии, доставшейся ему, что не было слишком сложным.

Райский дворец Великого Всеобъемлющего Сознания начал окутываться всё более плотной аурой, подавляющей остальные райские дворцы. Тем не менее, главный райский дворец Цинь Му был достаточно мощным, чтобы подавить райский дворец Великого Всеобъемлющего Сознания и не дать ему себя заменить.

После того, как райский дворец Великого Всеобъемлющего Сознания, аура Цинь Му снова усилилась.

Тем не менее, изменения продолжались.

Божественный Король Лан Во и двадцать семь духов предков почувствовали удивительную ауру, исходящую от Цинь Му. Казалось, будто они услышали странный ритм Дао.

Цинь Му улыбнулся, будто собираясь войти в какое-то изумительное состояние.

Он исполнил божественное искусство, и странный ритм Дао превратился в ноты, прыгающие между его ладонями. Его Ци и сознание соединились, знания мастеров Дао и его собственное понимание путей, навыков и божественных искусств превратилось в область Дао.

Он вступил на путь божественными искусствами!

В этот момент божественные искусства сознания и пути, навыки и божественные искусства Ци, слились воедино, формируя первые небеса пути сознания.

Жизненная Ци и сознание Цинь Му превратились в сорок девять небесных Дао, протянув ладонь, он накрыл ею мир вокруг. Его сознание превратилось в тридцать шесть Дао Юаньду. Несмотря на то, что Дао Небес и Великое Дао Юаньду принадлежали к различным системам, они прекрасно сочетались друг с другом под воздействием Ци и сознания.

В месте, где слились Великие Дао Неба и Земли, образовалась огромная гладкая дуга. На её сторонах появились четыре лица богов и дьяволов, скривившихся в различных эмоциях.

Это были первые небеса его божественного искусства, Четыре Отпечатка Неба и Земли!

Даже создав эти небеса, Цинь Му не расслабился, и вскоре разразился ещё одним божественным искусством.

Он продолжал понимать путь божественных искусств, и вскоре открыл вторые небеса становления на путь божественными искусствами!

За его спиной открылась дверь, соединяя собой шестьдесят четыре Великих Дао Юду и сорок девять Небесных Дао, формируя уникальное божественное искусство.

Эта дверь отличалась от Врат Небесной Воли. Последние соединяли Юду с небом, но не вели в Сюаньду. Эта, в свою очередь, была объединением Дао Сюаньду и Юду.

Вторые Небеса, Небесная Дверь Неба и Земли.

Цинь Му не останавливался, пытаясь проверить все свои обретения.

Вскоре он создал третьи небеса пути божественных искусств, соединившие четыре плюса райской рекой.

Третьи небеса не были воплощением всех его знаний. Цинь Му поспешно приступил к созданию четвёртых, и вскоре Великое Всеобъемлющее Небесное Завершение было готово!

Он вошёл в странный мир понимания, неосознанно открывая пятые, шестые и седьмые небеса пути божественных искусств.

Божественный Король Лан Во и двадцать семь предков духов с ошеломлёнными выражениями наблюдали за происходящим. Они были шокированы.

Они знали, что знания Мира Духов Предков не хватило бы Цинь Му для того, чтобы открыть так много способов вступления на путь божественными искусствами. В лучшем случае они рассчитывали на то, что их хватит для того, что ему удастся вступить на путь божественными искусствами сознания. Что касалось количества небес, которые он откроет, всё это зависело от него самого.

К их удивлению, Цинь Му владел рунами Великого Дао древних богов, которые Секта Дао райских небес накапливала миллион лет. Несмотря на то, что он не изучил их полностью, и не успел улучшить их всех с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы, этих знаний было не меньше, чем в Мире Духов Предков!

Он уже до этого находился на пороге вступления на путь божественными искусствами, напоминая огромный вулкан, наполненный зловещим пламенем, ожидающий шанса извергнуться.

Когда сознание Мира Духов Предков хлынуло в его мозг, это наполнило вулкан ещё большем количеством пламени, из-за чего тот наконец взорвался. Естественно, это извержение встряхнуло весь мир!

Ему удалось объединить свою Ци и сознание в единую сущность, напоминающую потоп, сметающий всё на своём пути.

В конце концов, Цинь Му проснулся, закончив открывать восьмые небеса пути божественных искусств.

Его знания не были исчерпаны, но он больше не мог придумать новых комбинаций сознания и рун Великого Дао.

Глaва 982. Лo Сяо, Дух Пpeдка, Сошедший c Ума

«Восемь небес божественных искусств?»

Цинь Му был ошеломлён и немного сомневался. Он долго пытался вступить на путь божественными искусствами, но так и не добился успеха.

Чтобы вступить на путь божественными искусствам, нужно было обладать невероятным пониманием заклятий и божественных искусств. Тем не менее, Цинь Му всё время был занят делами Вечного Мира, и оставлял кропотливую работу другим.

K примеру, именно он понял, что на основе магнетизма можно было создать новые пути, навыки и божественные искусства. В итоге он придумал несколько уравнений, чтобы вывести базовые руны магнетизма, и забросил исследования, оставив эту задачу бабушке Сы.

Изучив все руны магнетизма, бабушка Сы вступила на путь божественных искусства магнетизма. Несмотря на то, что Цинь Му создал для их основание, он упустил шанс вступить на путь.

Естественно, вступление на путь было сложной задачей. То, что это удаётся одному человеку на миллиард, не было преувеличением.

В этот раз Цинь Му просто объединил знания двух систем совершенствования, соединив своё понимание рун Великого Дао древних богов с сознанием мастеров создания. Две системы жизненной Ци и сознания превратились в одну. Именно благодаря этому ему удалось открыть сразу восемь небес пути божественных искусств.

Тем не менее, его знания этих двух систем не исчерпались. Он должен был продолжить их изучать, чтобы поднять свои божественные искусства на более высокий уровень.

Он отвлёкся от вхождения на путь и тщательно освоил знания, которые обрёл. Его сердце наполнилось различными эмоциями:

— Я не знал, что входить на путь так легко…

Двадцать семь духов предков молчали.

Входить на путь и вправду было так легко?

Святой младенец, чьего появления они ждали миллионы лет, не осознавал, насколько болезненными были его слова. Если бы вхождение на путь было таким простым, то разве мастера создания оказались бы в том трудном положении, в котором находились сейчас?

Дух предка проговорил:

— Изначально мы думали, что ты сразу откроешь восемнадцать небес вхождения пути, и совершенно не ожидали, что их будет лишь восемь.

Остальные духи предков согласились и кивнули:

— Восемнадцать небес было бы более подходящим количеством. Восемь — это довольно мало.

— И вправду, как святой младенец нашей расы, ты обладаешь несравненным талантом. Восемь — это слишком плохо для тебя.

Цинь Му замолчал и помрачнел в лице.

Дух предка его утешил:

— Восемь — это не так уж и плохо. В конце концов, тебе всё же удалось вступить на путь. Святой младенец, не принимай этого близко к сердцу. В сравнении с обычными мастерами создания ты неплохо справился.

Остальные духи предков добавили:

— Если святой младенец продолжит усердно работать, он сможет компенсировать свою нехватку таланта.

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть слегка глуповатым. Когда медленный воробей просыпается раньше всех, он всё же может достичь чего-то великого!

Божественный Король Лан Во двусмысленно улыбнулась духам предков и кашлянула.

Лишь после этого они оставили Цинь Му в покое.

Поклонившись, тот поблагодарил их:

— Я обрёл мудрость мастеров создания, поэтому буду стараться изо всех сил, работая на ваше благо.

Дух предка ответил на его любезность, проговорив:

— Святой младенец, не забывая об обещании, которое ты сегодня дал, и как можно быстрее восстанови мир в мире Парамиты. Можешь уходить.

— Не забуду! — торжественно проговорил Цинь Му.

Духи предков исчезли в красном сиянии. Их сознание продолжало звенеть:

— Святой младенец неплох, вот только немного глуп. Восемь небес…

— Тихо. Разве вы не слышали кашля Божественного Короля? Она хочет, чтобы мы оставили его в покое. Он и так сильно расстроился.

— Хе-хе, мудрость всей нашей расы взамен на восемь небес…

— Хватит болтать!

***

Выражение лица Цинь Му становилось всё угрюмее. Божественный Король Лан Во стиснула губы, пытаясь сдержать свой смех. Затем она понизила голос и проговорила:

— Тебе не стоит слушать их бредни. Восемь небес божественных искусств — это огромное достижение. Они ведут себя так лишь потому, что увидели, насколько легко можно вступить на путь. По правде говоря, моя раса не слишком в этом хороша, и в своё время они не сумели достичь такого уровня мастерства. Ты должен понимать, что даже тот вор Цинь Е сумел открыть лишь тридцать три небеса пути.

Цинь Му обиженно проговорил:

— Я знаю, что они мне завидуют, так что их слова на меня не влияют. Я — Тело Тирана, и могу сразиться с десятью Императорами-Основателями одновременно.

Несмотря на эти слова, он всё же не был слишком уверен в себе.

Божественный Король Лан Во подняла его и полетела прочь из Мира Духов Предков. Внезапно, Цинь Му кое-что вспомнил и поспешно проговорил:

— Разве дух предка, принёсшего три пророчества, не находится в Мире Духов Предков? Почему я его не видел?

Божественный Король Лан Во немного колебалась, прежде чем рассказать ему:

— Этот дух предка умер после того, как принёс три пророчества. Несмотря на то, что мы собрали его сознание и перенесли его в Мир Духов Предков, оно повреждено, и не может нормально мыслить. Из-за этого Миром Духов Предков правят двадцать семь духов предков.

Цинь Му спросил:

— Я могу его увидеть?

Божественный Король Лан Во некоторое время колебалась, прежде чем проговорить:

— Его сознание находится в беспорядке. Встреча с ним будет абсолютно бесполезной. Тем не менее, так как он принёс нам три пророчества, ты, как святой младенец из третьего пророчества, можешь с ним встретиться.

Она отвела Цинь Му в другую часть Мира Духов Предков. Последний не разделялся на север, восток, юг и запад. Кроме того, здесь не было разницы между верхом и низом. Это было поистине обширное, безграничное место, и Цинь Му понятия не имел как в нём ориентироваться.

Сознания и мысли духа предка, который принёс три пророчества, и вправду было беспорядочным. Остальные мастера создания могли превращать своё сознание и мысли в тело из света, в то время как он напоминал бесчисленные узлы, сплетённые вместе. Его вид был крайне странным.

Цинь Му встал перед духом предка. Свет мыслей последнего был беспорядочным и сверкал всевозможными цветами. Это означало, что его мысли были повергнуты в хаос.

Стоя среди моря света, Цинь Му видел изображения, которые мгновенно появлялись и исчезали. Мысли этого духа предка были крайне странными. Изображения в них были искажены, из-за чего их сложно было разобрать.

— Неужели в мире и вправду есть кто-то, кто может предвидеть будущее? — Цинь му был слегка растерян.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Он.

Затем она проговорила нежным тоном:

— Старший, святой младенец, появление которого ты предсказал, пришёл тебя навестить.

Как только она договорила, свет мыслей духа предка внезапно погас, становясь крайне спокойным.

Заметив это, Цинь Му крайне обрадовался и проговорил:

— Старший, я святой младенец, о котором ты говорил. Ты меня слышишь? Я хотел бы знать, как ты сделал таким сложные пророчества. Можешь рассказать?

Божественный Король Лан Во бросила на него странный взгляд. Этот парень пришёл сюда не для того, чтобы навестить предка, а чтобы узнать, как тот мог сделать свои пророчества!

«Мысли святого младенца определённо отличаются от мыслей обычного человека. Это потому, что у него другое строение мозга?» — она посмотрела на голову Цинь Му, думая про себя.

В мыслях духа предка изредка сверкали яркие вспышки света, но их частота значительно снизилась.

Его сознание задрожало:

— Святой младенец…

Божественный Король Лан Во была в восторге: «Дух предка заговорил полными словами. К нему вернулся рассудок?»

Сознание Цинь Му задрожало, общаясь с сознанием духа предка:

— Да, это я, святой младенец из твоего третьего пророчества. Старший, все три твоих пророчества сбылись. Ты не мог бы рассказать мне как ты и духи предков мастеров создания дворца предков сумели предвидеть эти вещи? Как они узнали, что случится в будущем?

Как только дух предка коснулся его сознания, свет его мыслей внезапно взорвался. Бесчисленные лучи света сверкали среди его мыслей, свидетельствуя об ужасной взволнованности.

В следующий миг Цинь Му услышал величественный голос, наполненный яростью:

— Так это ты!

Цинь Му был ошеломлен:

— A что со мной?

В своем уме он увидел огромного молодого мастера создания, во лбу которого торчал осколок Первобытного Камня Великого Первоначала.

На лице мастера создания были детские черты, а значит он не был слишком старым. Что касалось его тела, то оно было крайне мускулистым. Среди мастеров создания он мог бы считаться красавцем.

— Ты меня не узнал? Я Ло Сяо! — мысли духа предка становились всё злее и грязнее. Бесчисленные мысли и сознание хлынули на Цинь Му огромной волной. — Ты обманул меня! Ты, черт возьми, обманул меня…

Заметив это, Божественный Король Лан Во испугалась. Она быстро бросилась вперёд, чтобы разорвать связь между их сознаниями, после чего схватила Цинь Му за руку и улетела прочь:

— Он снова сошёл с ума! Мысли этого духа предка находятся в полном хаосе. Он снова сошёл с ума! Уходим!

Она быстро мчалась вперёд, таща Цинь Му за собой. За их спинами мысли духа предка Ло Сяо напоминали бесчисленные клубы нитей, размахивающие щупальцами. Щупальца стремились вслед за ними, яростно пытаясь их схватить.

Цинь Му никогда раньше не преследовали клубы нитей.

Божественный Король Лан Во нахмурилась и проговорила:

— Он часто выходит из себя. Его мысли были крайне запутаны, а сейчас ситуация стала ещё хуже. Я могу его подчинить, но это причинит ему боль. Лучше всего просто от него сбежать.

Разум Цинь Му кипел. Он оглянулся, смотря на клубы мыслей Ло Сяо, пытающиеся его убить, и подумал: «Что значили его слова? Неужели я встречал его раньше и обманул его? Хе-хе, как такое возможно? Он определённо человек, живший миллион лет назад…»

Мысли духа предка Ло Сяо преследовали их, не собираясь сдаваться. Тем не менее, Божественный Король Лан Во оказалась намного быстрее. Вскоре ей удалось оторваться, и она вылетела из Мира Духов Предков.

— Немедленно закройте Мир Духов Предков!

В тот момент, когда они оказались снаружи, сознание Божественного Короля Ло задрожало, отдавая приказ клану Сю.

Вожди, старейшины и миллионы мастеров создания различных рас немедленно прервали свои жертвоприношения. Лучи света, протянувшиеся от алтаря к глазу в небе, разорвались, и Мир Духов Предков, напоминающие глаз красивой женщины, начал становиться всё мутнее и прозрачнее, прежде чем полностью исчезнуть.

Цинь Му поднял голову и увидел, что в тот миг, как Мир Духов Предков исчез, мысли духа предка Ло Сяо врезались в барьер, пытаясь вырваться наружу.

К счастью, он оказался на шаг медленнее, и не успел освободиться.

— Мы с ним встретились в первый раз. Меду нами нет никаких конфликтов, так с чего он решил так яростно за мной гнаться? — Цинь Му покачал головой, недоумевая.

Божественный Король Лан Во тоже была растеряна. Вздохнув, она проговорила:

— Он и вправду сошёл с ума.

Они с Цинь Му медленно спустились, приземляясь на самый высокий жертвенный алтарь. Сознание Лан Во превратилось в громкий, звонкий голос, пронёсшийся по всей земле:

— Святой Младенец получил одобрение наших предков и обрёл их наследие. Теперь он обладает безграничным знанием и мудростью, и поведёт нашу расу к славе!

Цинь Му покраснел в лице и поднял обе руки, чтобы помахать миллионам мастеров создания.

Внизу под алтарём раздались оглушительные возгласы. Мастера создания были переполнены эмоциями. Кровь в их груди кипела от волнения, они начали создавать всевозможные странные видения, чтобы отпраздновать.

Божественный Король Лан Во смотрела на радостную толпу внизу, когда её сознание снова задрожало:

— Если ты подведёшь мою расу, я убью тебя.

Цинь Му выдавил из себя улыбку и проговорил:

— Божественный Король, теперь я мастер создания. Разве я могу предать свою расу? Ты мне доверяешь?

Божественный Король Лан Во посмотрела ему в глаза. Спустя некоторое время на её лице появилась очаровывающая улыбка:

— Я тебе доверяю, — тихо проговорила она.

Глaва 983. Hапугать дo Бeзумия

Цинь Му посмотрел на празднующую толпу у подножия жертвенного алтаря. Вожди каждого клана начали мобилизовать своиx соплеменников.

— Что они делают? — с любопытством спросил Цинь Му.

— Они планируют сконцентрировать все свои сознания, чтобы усилить твоё физическое тело и сознание.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Мы дадим тебе силу таким же образом, как создавали Великого Императора. Из-за количества мастеров создания, которые жили в то время, мы не сможем достичь такого же уровня, но всё же силы миллионов мастеров создания значительно увеличат твоё совершенствование. Твоё физическое тело станет неразрушимым.

Смотря на толпу, Цинь Му вспомнил о древних богах, таких как Граф Земли и Небесный Герцог. Покачав головой, он проговорил:

— Хотя это и даст мне силу, если я стану богом таким образом, то буду сильно ограничен. Я думаю, что должен совершенствоваться самостоятельно.

В прошлом он не отказался бы от такого масштабного поклонения, и такой возможности.

Тем не менее, теперь Цинь Му подозревал, что древние боги были созданы мастерами создания.

В конце концов, они были ограничены своим Великим Дао. Возможно, это случилось из-за того, что они были созданы из мыслей мастеров создания.

Когда мастера создания создавали Графа Земли, то воображали его справедливым богом мёртвых. В результате, тот стал древним богом, ограниченным этими мыслями.

Графа Земли сдерживало его собственное тело, созданное усилиями мастеров создания.

Тем не менее то, что мастера создания были создателями древних богов, было лишь его догадкой. Он не знал правды.

Причиной, по которой у Цинь Му появилась такая версия, была встреча с фениксом Божественного Короля Лан Во.

Он чувствовал, что древние боги и тот феникс были похожи, из-за чего он не хотел, чтобы мастера создания усиливали его тело.

Божественный Король Лан Во взглянула на него, прежде чем её сознание задрожало, отдавая приказ вождям.

Услышав это, вожди различных кланов были шокированы. Тем не менее, они должны были повиноваться Цинь Му и Божественному Королю.

Увидев, что толпа начинает расходиться, Цинь Му расслабился.

Древние боги имели слишком много ограничений. Они жили в теле, которое не было их собственным, и перепробовали множество способов освободиться. Разве бы со стороны Цинь Му не было глупым согласиться получить эти ограничения?

— Как ты мог отказаться от поклонения мастеров создания? — голова Шу Цзюня подлетела к нему, огорчённо спросив. — Ты потерял шанс стать Великим Императором!

Цинь Му улыбнулся:

— Стать Великим Императором? Мои амбиции намного больше. Разве я буду удовлетворён тем, что стану Великим Императором?

Шу Цзюнь был разочарован. Покачав головой, он проговорил:

— Ты не представляешь, насколько ужасающим был Великий Император.

— Даже если бы я хотел стать таким существом, как Великий Император, они бы не допустили этого. Шу Цзюнь, они уже создали одного Великого Императора, и тот почти привёл к их вымиранию. Думаешь, они решили бы сделать это снова? — Цинь Му улыбнулся, ответив. — Что, если бы я стал новым Великим Императором и решил уничтожить всех мастеров создания, чтобы моя власть была в безопасности? Я святой младенец мастеров создания, а не правитель вроде Великого Императора. В противном случае, разве бы между нами была разница?

Шу Цзюнь уставился на него, его глаза едва не выскочили. Он проговорил:

— В этот раз в твоих словах и вправду есть смысл, вот только, неужели ты и вправду такой добрый? Я не верю, ты слишком хитрый.

Цинь Му мягко улыбнулся и сказал Божественному Королю Лан Во:

— Сестра, пусть они отдохнут и восстановят свои силы и сознание. После этого мы отправимся в деревню Беззаботную.

Божественный Король Лан Во шокировано спросила:

— Все?

Цинь Му кивнул:

— Да, все.

Божественный Король Лан Во слегка нахмурилась, с сомнением проговорив:

— Разве это не будет слишком очевидно и заметно?

Она не хотела продолжать, но Шу Цзюнь проговорил вместо неё:

— Все? Ты собираешься разрушить мир твоих предков? Думаешь, что когда время придёт, они не убьют тебя за это?

Цинь Му засмеялся, покачал головой и проговорил:

— Я хочу, чтобы мастера создания поговорили с деревней Беззаботной и Императором-Основателем. Если я не продемонстрирую нашей силы, то даже если Император-Основатель согласится со мной, его подданные могут отказаться устанавливать мир, — уголки его глаз дрогнули, он добавил. — Когда два гиганте ведут переговоры, они должны быть в равных условиях.

Он взволнованно думал: «Вот бы хорошо было напугать Императора-Основателя до безумия.

Божественный Король Лан Во внимательно посмотрела на него, прежде чем сообщить всех мастеров создания и вождей.

Спустя примерно пять дней мастера создания, принимавшие участие в подношении, восстановили свои силы. Божественный Король Лан Во приказала вождям мобилизовать своих людей и выдвигаться к деревне Беззаботной.

Когда пришёл этот приказ, мастера создания начали волноваться:

— Как и ожидалось от святого младенца, он решил сразу нанести удар по деревне Беззаботной!

Вор Цинь терзал нас слишком долго. Святой младенец, был послан нам небесами, чтобы уничтожить наших врагов!

— Нас не стоит быть слишком безрассудными. В конце концов, у них есть головастый младенец. Обладающий невероятной силой.

— Святой младенец может его одолеть!

— Естественно.

***

Цинь Му и Божественный Король Лан Во стояли на возвышенности. Цинь Му увидел армии и семьи мастеров создания, движущиеся вперёд, и нахмурился. Мастера создания создавали свои божественные искусства и оружие с помощью сознания. Из-за этого божественные искусства каждого из них были разными. То же можно было сказать и о их ездовых зверях.

Они могли с лёгкостью воображать таких зверей, как драконы или фениксы, чтобы путешествовать, тем не менее, большинство из них предпочитали создавать что-то более странное. Ездовым зверем клана Цзыли был гигантский шелкопряд, что уже было довольно странным. Тем не менее, другие мастера создания и вовсе передвигались на гигантских пауках, восьминогих монстрах, пернатых змеях, осьминогах и даже на деревьях!

Кроме этого, можно было увидеть здания с ногами, лодки и кареты. Некоторые мастера создания передвигались даже на яйце!

В небе летело множество странных предметов, несущих на себе сотни мастеров создания. Некоторые из них сидели на планетах, которые толкали старейшины. Когда они набирали достаточно скорости, старейшины запрыгивали на планету, отправляясь к деревне Беззаботной!

Многим мастерам создания не хватало совершенствования, и они были вынуждены создавать себе крылья и лететь с их помощью.

Даже их крылья не были одинаковыми. Одни были большими, маленькими, длинными и короткими, отличаясь друг от друга размером и цветом.

Более того, они обладали различными элементами. Некоторые из них сверкали молниями, другие вызывали ветер и огонь. Одни даже разразились проливным дождём.

Тем не менее, даже не это удивило Цинь Му более всего.

Он был шокирован тем, как беспорядочно маршировали мастера создания. Они растягивались по округе, будто сбегали, совершенно не напоминая силу, способную испугать деревню Беззаботную.

Руки Цинь Му дрожали от злости. Вздохнув, он прошептал:

— Даже если их начнёт обучать Имперский Наставник, пройдут десятилетия, прежде чем они станут упорядоченной, эффективной армией. Как настолько неорганизованная аура сможет напугать такого мощного правителя, как Император-Основатель, до безумия?

Он знал, насколько хороши были райские небеса Императора-Основателя, будь то в построениях или тактике. Райские небеса Императора-Основателя были могущественной цивилизацией. Её боги и дьяволы, пережившие бесчисленные битвы, имели больше контроля над полем битвы, чем мастера создания.

В бою один на один, мастера создания были слишком сильны. Тем не менее, в масштабных битвах райские небеса Императора-Основателя их одолели бы!

Под руководством Императора-Основателя были ужасающие существа вроде Небесного Наставника Цзы Сы!

Учёная Цзы Сы, также известная как Янь Юйси, обладала невероятными достижениями в построениях. Она осмелилась в одиночку обмануть двух Матерей Земли и могла победить сильных практиков Императорского Трона вроде Небесного Наставника Боевых Искусств Гуань Ча!

Более того, Эпоха Императора-Основателя владела построениями мгновенного перемещения. В своё время, они обладали самыми высокими достижениями в математике!

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Не волнуйся, святой младенец, тебе просто нужно начать общаться с ними с помощью сознания, чтобы сформировать нормальное построение.

Вздохнув, Цинь Му проговорил:

— Организованная армия не может проиграть. Их всё равно научить различным построениям и тактикам. Они должна уметь создавать различные убийственные построения, оружие каждого мастера создания должно стать его частью. Сейчас они слишком рассеяны… — он снова вздохнул, прежде чем продолжить. — Если мы придём в деревню Беззаботную в таком виде, то просто рассмешим Императора-Основателя. Мы не развернём армию у их ворот, а опозоримся. Естественно, мы можем попытаться сформировать построение, вот только моё сознание недостаточно сильно, чтобы управлять всеми.

Божественный Король Лан Во ответила:

— Можешь использовать моё сознание, чтобы связаться со всеми мастерами создания.

— Это единственный вариант, — проговорил Цинь Му.

Связавшись с сознанием Божественного Короля Лан Во, он почувствовал, насколько оно было глубоким. Оно напоминало огромный океан, краёв которого не было видно!

Когда их сознание двинулось, Цинь Му почувствовал. Как его зрение простирается на невообразимое расстояние!

Кроме этого, он мог с лёгкостью общаться с каждым из мастеров создания. Все их мысли отчётливо отбились в его голове!

Настолько сильное сознание было невообразимо глубоким!

С помощью Божественного Короля Лан Во ему было легче управлять мастерами создания. Он подумал: „Подобный метод управления войсками нужно распространить в Вечном Мире! Объединение жизненной Ци и сознания тоже нужно перенять! Мы могли бы создать непобедимую армию!

По пути он использовал сознание Божественного Короля Лан Во, чтобы отдавать приказы каждому мастеру создания, создавая и улучшая построения. Он приказал им перестать создавать различные вещи, и вместо этого каждое из построений концентрировались на чём-то одном.

Если кто-то из мастеров создания не слушался, Цинь Му приказывал вождям и старейшинам поставить их на место. Если старейшины не слушались, то ими занимались вожди, а если не слушались вожди, то им приходилось иметь дело с Божественным Королём Лан Во.

Тренировать армию на ходу было довольно сложно, но, с помощью сознания Божественного Короля Лан Во, Цинь Му удалось заставить их перестать носиться вокруг, будто обезглавленные курицы. Впрочем, это произошло лишь спустя несколько месяцев.

Теперь Цинь Му понимал, почему Император-Основатель так быстро потерпел поражение, потеряв четырёх Небесных Королей.

Менять построения и генералов перед встречей с врагом было плохой идеей. Четыре Небесных Короля райских небес Императора-Основателя находились во главе армии, но не смогли участвовать в битве из-за различных причин. Поэтому вместо них армию возглавили четыре Небесных наставника, что привело к поражению.

Если тренировать армию было настолько сложно, то внезапно изменить построения и генералов было намного сложнее.

‚Одной организованности недостаточно. Цель этого построения лишь в том, чтобы напугать людей. Это всего лишь иллюзия. Тем не менее, испугать мастера построений, такого как Янь Юньси, будет невероятно сложно, — Цинь Му был в тупике. — Надеюсь, она до сих пор в Фэнду и не успела вернуться в деревню Беззаботную.‘

***

Тридцать Три Неба деревни Беззаботной.

Император-Основатель пришёл в Мир Парамиты и превратил небольшой клочок земли в тридцать три неба, создав деревню Беззаботную. С тех пор она непрерывно подвергалась бедствиям.

Творцы звёзд из расы мастеров создания окружили тридцать три неба деревни Беззаботной бесчисленными звёздами. Они отрезали все пути отхода, а иногда даже непосредственно атаковали деревню.

Время от времени Министерству Надзора за Небом деревни Беззаботной приходилось задействовать богов, чтобы разрушать различные планеты и звёзды, чтобы сохранить безопасность в деревне Беззаботной.

Иногда со звёзд спускались мастера создания, атакуя деревню Беззаботную, доставляя ей много проблем и жертв.

Только когда сто седьмой потомок Императора-Основателя. Цинь Фэнцин, вернулся со своими родителями из внешнего мира, ситуация улучшилась. Каждый мастер создания, вторгнувшийся к ним, был сожран, и вторжения прекратились.

Теперь вокруг деревни Беззаботной было бесчисленное количество звёзд и обломков. Лишь немногие боги могли выбраться наружу.

На тридцать третье небо начало поступать множество новостей. Янь Юньси, одетая как мужчина-учёный, взглянула на отчёт и рассмеялась:

— Мастера создания научились создавать построение. Как любопытно. Тем не менее, их построения — это всего лишь иллюзия. Они крайне слабы в сравнении с моими. Император, ты уже оправился от своих ранений?

Император-Основатель нахмурился и проговорил:

— Да, не стоит обо мне беспокоиться. Кажется, эта армия мастеров создания собралась нас уничтожить.

Янь Юньси улыбнулась:

— Почему ты так волнуешься, Император? Пока я здесь, они не смогут доставить много проблем.

Император-Основатель вздохнул и проговорил:

— Я не волнуюсь о нас, я волнуюсь о Цинь Му. Боюсь, что они могли принести его в жертву.

Янь Юньси нахмурилась и проговорила:

— Он невероятно упрямый и самоуверенный, и всё время играет с огнём и рискует своей жизнью. Как глупо с его стороны. Божественный Король Лан Во слишком умна и смела, чтобы не догадаться о его происхождении и не использовать его против нас. Когда армия прибудет, они, должно быть, казнят его на наших глазах…

***

— Впереди деревня Беззаботная! — в центре армии мастеров создания, Цинь Му использовал сознание Божественного Короля Лан Во, чтобы передать всем свои слова. — Там вор Цинь. Приложите все свои силы, чтобы напугать его до безумия!

В пустоте прогремели миллионы голосов мастеров создания, сливаясь в оглушительный звук:

— Напугаем его до безумия!

Глaва 984. Пугая Деpевню Беззабoтную

На тридцати трёx небесах деревни Беззаботной воцарилась напряжённая атмосфера.

Различные армии райских небес Императора-Основателя уже закончили формировать построения. Их генералы ходили вдоль рядом солдат, произнося громкие речи, чтобы поднять их боевой дух.

Главной целью армии тридцати трёх небес была защита жителей, сбежавших сюда. Здешние бесчисленные божественные города были построены таким образом, что их было легко защищать и сложно атаковать. Различные части армии обладали отличной координацией, и кучке мастеров создания было бы сложно справиться.

Тем не менее, несмотря на их неорганизованность, мастера создания обладали невероятным уровнем боевых способностей, и даже подростки их расы были невероятно сильными.

В возрасте трёх лет мастера создания уже были способны сражаться и убивать драконов, с чем не могла сравниться ни одна из других рас. Возможно, лишь такое создание, как Сын Юду, могло превзойти их в раннем возрасте.

Все они подняли головы, чтобы посмотреть в небо.

Небо над ними было заполнено различными массивными планетами. Некоторые из них были целы, другие были поврежденными, все они непрерывно сталкивались друг с другом.

На протяжении последних двадцати тысяч лет мастера создания регулярно вторгались в деревню Беззаботную, причиняя ей много потерь и разрушений.

Область мертвых звёзд была невероятно опасной, так как там часто скрывались мастера создания, воображая всевозможных монстров, которые атаковали деревню Беззаботную. Кроме этого, они создавали всяческие природные бедствия вроде бурь, потопов и ураганов, не оставляя Беззаботную в покое.

Теперь же они получили новость о том, что мастера создания мобилизовали всю свою расу для атаки. И вобрались прибыть в деревню Беззаботную!

Несмотря на то, что за эти годы было построено тридцать три неба деревни Беззаботной, превращая её в неприступную металлическую крепость, в конце концов, их атаковали мастера создания! Хватит ли здешним богам сил, чтобы их остановить?

Внезапно небо затрещало и раскололось. Пара гигантских рук вылезла из трещины, расталкивая планеты на своём пути, будто бусины. Вслед за этим показалось множество мастеров создания, отталкивающих планеты подальше.

Количество мастеров создания непрерывно увеличивалось, и спустя всего несколько мгновений область мертвых звёзд вокруг деревни Беззаботной была полностью расчищена.

Сдвинуть звёзды с такой лёгкостью было не под силу богам деревни Беззаботной!

На лицах генералов тридцати трёх небес деревни Беззаботной появились торжественные выражения, они крепко сжали своё божественное оружие. Лоб одного из солдат покрылся холодным потом, стекая в глаза, и тот поспешно поднял свой шлем, чтобы вытереть его.

Это заметил генерал, который тут же упрекнул его, напомнив, что тот не должен снимать шлема.

В городе заплакал ребёнок, но его мать прикрыла ему рот, отчего тот издавал лишь приглушенный звук.

В небе появилось огромное лицо, осматривающее божественные города.

— Не предпринимайте никаких действий! — прокричал генерал. — Передайте мой приказ, ничего не предпринимать! Ждите. Пока враг не войдёт в деревню Беззаботную! Ждите моего приказа!

Боги, защищающие божественные города, начали волноваться. Они собрали свою Ци, за их спинами покачивались райские дворцы. Исконные духи внутри этих дворцов собрали все свои силы, готовясь атаковать в любой момент.

Тем не менее, мастера создания в небе начали постепенно исчезать.

Великая армия богов и дьяволов, а также простые жители деревни Беззаботной подняли головы, смотря в небо. Насколько закалёнными битвами они бы не были, в этот момент они всё же чувствовали страх.

В пустоте возвышались бесчисленные величественные силуэты, напоминающие древних богов. Они стояли в организованном порядке, излучая убийственную ауру.

Если смотреть из деревни Беззаботной, то их ряды простирались дальше, чем можно было увидеть невооруженным глазом. Все мастера создания казались уверенными, были с ног до головы одеты в сверкающие доспехи и держали божественное оружие, запятнанное божественной кровью.

Более того, это оружие было настолько огромным, что, казалось, для полного разрушения целого города хватит лишь одного-двух его ударов!

Даже более ужасающим было то, что мастера создания в небе были разделены на различные построения, каждое из которых носило различную броню и оружие. Последние были покрыты невероятно сложными рунными узорами, и было очевидно, что каждое оружие прошло невероятное количество усовершенствований и содержало в себе бесчисленные ужасающие божественные искусства!

Каждое из них было невероятно ужасающим!

Даже генерал, командующий армией богов и дьяволов, в этот момент покрылся холодным потом, его ладони начали дрожать.

Дзинь.

За его спиной раздался звон и он обернулся, увидев, что один из солдат не удержал своё божественное оружие, и оно упало на землю.

— Подними! — тихо приказал он.

Солдат встревожено поднял своё оружие и снова повернул голову, смотря в небо. Внезапно его взгляд замер на месте, и он широко раскрыл рот, потеряв дар речи.

Генерал поспешно повернулся и посмотрел в небо. Его ладонь начала дрожать сильнее, и он почти не уронил своё божественное оружие.

В небе раздались голоса миллионов мастеров создания, а за их спинами засияло море божественного света, вместе с которым появились бесчисленные райские дворцы!

Впереди появились бесчисленные райские дворцы, за спиной каждого из мастеров создания открылось по три райских дворца. У некоторых их и вовсе было более десятка, формируя небольшие райские небеса!

Это зрелище заставило всех чувствовать себя беспомощными.

Несмотря на то, что мастера создания мира Парамиты были невероятно мощными благодаря своим сознаниям, они также переняли систему божественных сокровищ и райских дворцов и достигли в ней невероятных высот!

Стоило помнить, что в деревне беззаботной мало кому удавалось совершенствовать техникой Маленьких Райских Небес!

Тем не менее, казалось, что почти каждый из миллионов мастера создания уже сумел это сделать!

В нефритовых небесах головастый младенец Цинь Фэнцин был готов к бою, держа в руке два огромных круглых молота. Это было стойкое божественное оружие, которое Небесные Работники деревни Беззаботной доработали по приказу Императора-Основателя, делая его более эффективным против мастеров создания.

Доспехи, в которые он был одет, тоже были выкованы с особой тщательностью. На их поверхность были нанесены руны построений, предназначенных для боя с мастерами создания.

Когда Цинь Фэнцин увидел картину в небе, он сразу же схватил свои молоты и развернулся, двигаясь в райский дворец Императора-Основателя. Принцесса-консорт Чжэнь поспешно последовала за ним, спрашивая:

— Фэнцин, куда ты идёшь?

— Соберите ценные вещи, готовьтесь бежать.

Младенец с большой головой развернулся и продолжил:

— Мама, ты тоже должна уйти. Эта деревня уже не беззаботная. Эти вкусные создания стоят у наших врат, и я не смогу отбить их всех. Возможно, им даже удастся меня съесть. Мама, попроси отца уходить с тобой. У нас есть корабль, и мы можем уйти. Я отведу вас в Юду. Граф Земли говорил, что если я вернусь, он сделает всё возможное, чтобы меня защитить. Наша семья сможет выжить!

Принцесса-консорт Чжэнь сердито ответила:

— Все наши люди здесь, как мы можем сбежать и оставить их одних?

Почесав голову, Цинь Му ответил:

— В таком случае, можно взять их с собой. Тем не менее, забрать всех не получится. Если пассажиров будет слишком много, их будет сложно защитить. Кроме того, не думаю, что Граф Земли согласится взять к себе так много людей…

Принцесса-Консорт Чжэнь впала в ярость и запрыгнула на его плечо. Схватив его за ухо, она начала тащить его назад, крича:

— Там шансы выжить ещё меньше! Если мы будем защищать деревню Беззаботную и сражаться до последнего, то у нас появится надежда! Ты забыл о своём младшем брате? Его схватили мастера создания, но вместо того, чтобы спасти его, ты решил сбежать. Мне стыдно за тебя!

— Хватит меня тянуть, хватит тянуть! — Цинь Фэнцин последовал за ней и подошёл к передней части построений, прокричав. — Я уже взрослый, хватит тянуть меня за ухо! Меня глубоко уважают жители деревни Беззаботной, мне та стыдно, когда ты тянешь меня за ухо! Плохой младший брат не умрёт, я никогда не видел, чтобы он умирал. Должно быть, он сейчас прячется среди вкусных мастеров и смеётся над нами…

Принцесса-консорт Чжэнь потащила его к передним рядам к армии, в то время как Император-Основатель смеялся вместе с Цинь Ханьчжэнем и остальными:

— Эти райские дворцы выглядят почти как настоящие, как страшно.

Многие эксперты рядом с Императором-Основателем рассматривали великую армию мастеров создания и излучали огненные ауры, которые поднимались к небу, формируя всевозможные видения.

— Они и вправду выглядят как настоящие. Жаль, что они сделали слишком много одинаковых копий.

Янь Юньси захихикала:

— У этих мастеров создания есть четырнадцать видов райских дворцов, некоторые из которых ещё не полны. Очевидно, кто-то приказал им вообразить их, пытаясь нас напугать.

Цинь Ханьчжэн рассмеялся:

— Божественная броня и оружие на них тоже созданы воображением, они не настоящие. Руны на броне каждого из построений мастеров создания, также, как и на их оружии, отличаются. В каждом построении около тысячи мастеров создания, их миллионная армия разделена на тысячу построений. Только чтобы придумать столько видов божественных оружий и доспехов, нужно огромное количество знаний. Это напоминает мне о ком-то.

Янь Юньси и остальные кивнули и засмеялись:

— Нам тоже.

— Вэнь Тяньгэ, Небесный Наставник Вэнь. Глубина его знаний огромна, его горизонты невероятно широки. Кроме того, он самый умный человек в мире. Он настоящий перфекционист, когда берётся за работу. Если это он всё это продумал, то определённо сделал бы всё возможное, чтобы достичь максимального качества.

Император-Основатель продолжил:

— Он является именно таким человеком. Тем не менее, это и ограничивает его достижения. Его знания слишком разнообразны, что не позволяет ему объединить их воедино. Это тормозит рост его совершенствования.

Янь Юньси засмеялась:

— Ваше Величество, возможно, этого не знает, но он взял себе троих учеников, каждый из которых унаследовал его сильные и слабые стороны. У них троих есть одна общая черта — все они перфекционисты. Второй ученик — это член твоей семьи Цинь.

Цинь Ханьчжэн странно на неё посмотрел:

— Небесный Наставник Цзы Си имеет в виду, что…

Она продолжила:

— Сын Циня не просто не был принесён в жертву, на самом деле он умудрился стать святым младенцем мастеров создания и возглавить их расу.

Цинь Ханьчжэн прокричал:

— Ты имеешь в виду, что всё это проделки Му’эра?

Император-Основатель равнодушно проговорил:

— Именно он и стоит за всем этим. Хе-хе, он решил атаковать наши границы такой огромной армией и выдающимся боевым построением, какая дерзость. Если кто-то из вас его увидит, называйте его Небесным Преподобным Му, не ведите себя будто он Сын Циня.

Все вокруг были озадачены, не понимая, что они имеет в виду.

Император-Основатель продолжил:

— У него есть родословная семьи Цинь, но он не обязан о нас заботиться. Более того, он уже отдал свой долг нам. В конце концов, он Небесный Преподобный, мы должны проявлять уважения и обращаться к нему по званию.

Цинь Ханьчжэн нахмурился, чувствуя, что его старый предок немного рассержен.

Впрочем, это было вполне понятно.

На самом деле, лишь немногие люди поняли, что райские дворцы в небе были иллюзиями, созданными мастерами создания. Все остальные были повергнуты в ужас при виде огромной армии. Даже Цинь Фэнцин испугался настолько, что собирался бежать.

И всё это было результатом работы Цинь Му. Как Император-Основатель мог не злиться?

***

Цинь Му стоял на небесах, за его спиной возвышались четырнадцать райских дворцов. Он использовал сознание Божественного Короля Лан Во, передавая мастерам создания чертежи четырнадцати райских дворцов, чтобы те создали иллюзии.

Шу Цзюнь кашлянул и напомнил ему:

— Святой младенец. Ты не боишься, что переборщишь?

— Я переборщу? — Цинь Му холодно рассмеялся. — Когда Вечный Мир нуждался в помощи деревни Беззаботной, все её боги по приказу покинули его пределы, оставляя нас в одиночку сражаться с райскими небесами. Я не думаю, что могу переборщить. Он не должен был дарить Вечному Миру надежду и отбирать её в следующий миг. Вечный Мир, хе-хе… — его обида на Императора-Основателя ещё не угасла. — С начала своей истории и до наших дней Вечный Мир состоял лишь из обычных людей, покинутых Императором-Основателем. Он отвернулся от нас не раз, а дважды! Народ Вечного Мира был спасён не им, а Первым Предком.

Он встал, витая над плечом Небесного Короля Лан Во, прежде чем подняться к мочке её уха:

— Сестра, твоё сознание безгранично. Сообщи всех в деревне Беззаботной, что Божественный Король и святой младенец расы мастеров создания хотели бы поговорить с Императором-Основателем, чтобы установить вечный мир между нашими расами! Спроси, хватит ли ему смелости прийти!

Глaва 985. Oказаться на Чужом Mесте

На тридцати трёх небесах деревни Беззаботной все почувствовали всплеск сознания Божественного Короля Лан Во.

Появление мастеров создания было настолько грандиозным, тем не менее, они объявили, что на самом деле пришли сюда для того, чтобы наладить мир и встретиться с Императором-Основателем. Это казалось немного странным.

Аура мастеров создания была невероятно мощной, и, судя по всему, они имели преимущество и могли с лёгкостью уничтожить деревню Беззаботную. Как они могли решить мириться при таких обстоятельствах?

— Скорее всего это ловушка, в которую они хотят заманить Императора-Основателя, чтобы убить его! — именно таким было предположение большинства людей.

Оценивая ситуацию, это и вправду напоминало ловушку.

Тем не менее, в этот момент из рядов мастеров создания вылетели мастера создания. Она осторожно нарисовала линию в пространстве между их лагерем и деревней Беззаботной, и в пустоте появилась платформа. Все могли отчётливо увидеть, что происходит на её поверхности.

Силуэт Божественного Короля становился всё меньше и меньше, прежде чем наконец достичь размеров обычного человека. Она приземлилась на платформу вместе с молодым мужчиной, одетым в красное, и огромной головой без тела, молча ожидая Императора-Основателя.

Император-Основатель в деревне Беззаботной некоторое время молчал, прежде чем обратиться к Цинь Ханьчжэну и Янь Юньси:

— Вы оба сопроводите меня туда. Помните, вы не должны называть его по имени, просто обращайтесь к нему как к Небесному Преподобному или святому младенцу.

Цинь Ханьчжэн и Янь Юйси кивнули.

Янь Юньси рассмеялась:

— Король Чжэнь — это его родной отец, так что не думаю, что он будет вести себя слишком резко.

Цинь Ханьчжэн молчал.

Все трое вылетели из райских небес Императора-Основателя и приземлились на платформу, встав перед Цинь Му и Божественными Королями Лан Во и Шу Цзюнем.

Цинь Му махнул рукой, и рядом с ними появился длинный стол и шесть стульев, стоящих друг напротив друга. Протянув ладонь, он улыбнулся:

— Небесный Преподобный Цинь, присаживайся.

— Му… — Цинь Ханьчжэн открыл рот, чтобы заговорить, но тут же поправил себя. — Небесный Преподобный Му, после тебя.

Все заняли свои места. Платформа находилась между двух лагерей, и обе стороны отчётливо видели всё, что на ней происходило.

Цинь Му и Божественный Король Лан Во уселись, Шу Цзюнь тоже лежал в своём кресле. Его глаза вертелись по сторонам, осматривая троицу, сидящую напротив.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Цинь Е, это святой младенец моей расы мастеров создания.

Император-Основатель кивнул и ответил:

— Я давно слышал о его громком имени.

Цинь Му слегка улыбнулся в ответ.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Это Божественный Король Шу Цзюнь, божественный король древних поколений моей расы.

Император-Основатель ответил:

— Я давно слышал о твоём громком имени.

Божественный Король Шу Цзюнь рассмеялся:

— Ты не мог слышать о мне, так как я был мёртв на протяжении многих десятков тысяч лет.

Император-Основатель слегка улыбнулся, а Янь Юньси, сидящая сбоку, рассмеялась:

— То, что святым младенцем расы мастеров создания стал Небесный Преподобный Му крайне интересно. Разве он не принадлежит к расе людей?

Цинь Му улыбнулся, но промолчал. Божественный Король Лан Во оглянулась и ответила:

— Святой младенец обладает способностью создавать, так что-то, к какой расе он принадлежит, не имеет значения. Мы были бы крайне недалёкими, если бы испытывали какие-либо предубеждения к представителям других рас.

Янь Юньси улыбнулась:

— В прошлом всё было не так, как говорит Божественный Король Лан Во. Когда мы прибыли в мир Парамиты, чтобы построить деревню Беззаботную, Божественный Король Лан Во и мастера создания видели в нас чужаков, вторгнувшихся в ваши земли, и вы решили нас истребить.

Божественный Король Лан Во посмотрела на неё. Бусы, свисающие с её фениксовой короны, слегка покачивались, она спокойно ответила:

— Каждый сантиметр пространства мира Парамиты был создан сознанием моей расы мастеров создания и пропитан свежей кровью ваших людей. Оказавшись на грани вымирания, моя раса сбежала сюда. Это последнее место для нашего пребывания и восстановления. Когда друг Дао Цинь Е пришёл сюда, мы были крайне гостеприимны и вежливы, и не пытались вас обмануть, не так ли?

Император-Основатель кивнул:

— Когда я впервые последовал за картой и пришёл сюда, всё было именно так. Я в долгу перед гостеприимством Божественного Короля и не могу тебя отблагодарить.

Божественный Король Лан Во продолжила:

— Друг Дао Цинь Е говорил, что твои люди в опасности и пришли сюда, чтобы найти место для восстановления. Так как мы разделяли общую судьбу, мои люди позволили вам остаться здесь, чтобы выжить. Друг Дао Цинь Е, ты говорил, что хочешь одолжить небольшой кусок земли, который сможешь отрубить своим мечом, и мы согласились, я права?

Император-Основатель молча кивнул.

Божественный Король Лан Во продолжила холодным тоном:

— Мы хорошо к тебе относились, но одним ударом своего меча друг Дао Цинь Е отрубил половину земли Мира Парамиты. Несмотря на то, что мы щедры, мы не щедры настолько. Мы были добры к тебе, но друг Дао Цинь Е нас обманул. Если бы ты оказался на нашем месте, и у тебя бы отобрали половину деревни Беззаботной, ты бы согласился?

Янь Юньси ответила:

— Несмотря на то, что Его Величество и вправду пошёл на хитрость, попросив небольшой клочок земли, отрубленной его мечом, раса мастеров создания тоже не сдержала своего слова. Вместо этого, её люди нас атаковали, что привело к потерям для обоих сторон. Люди деревни Беззаботной понесли даже более серьёзные потери…

Божественный Король Лан Во холодно рассмеялся:

— Что касается того, что правильно, а что нет, разве в сердце у Небесного Наставница Цзы Си нет на это ответа?

Янь Юньси ответила:

— Количество людей, богов и дьяволов, погибших от рук мастеров создания, в тысячи раз больше жертв, которые вы понесли. Куда обращаться мёртвым, чтобы им возместили эту несправедливость? Как ты смеешь говорить о том, что правильно, а что нет? Божественный Король, деревня Беззаботная никогда не хотела становиться врагами с деревней Беззаботной. Мы всего лишь искали место для жизни. Его Величество изначально говорил, что мы лишь одолжим эту землю на некоторое время, чтобы дождаться кого-то. Как только этот человек прибудет, мы покинем это место и вернём деревню Беззаботную вам. Так почему вы решили нас уничтожить?

Шу Цзюнь впал в ярость, проговорив:

— Вы вторглись в земли моей расы, и даже не понимаете, почему мы контратаковали? В чём здесь логика?

Янь Юньсю собиралась ответить, когда Император-Основатель поднял руку, чтобы её остановить:

— Небесный Наставник, мы первые сделали ошибку, Божественного Короля не в чём винить.

Он повернулся к Цинь Му и спросил:

— Святому младенцу есть что сказать?

Цинь Му ответил:

— Мы все — несчастные люди со всего мира, у нас одинаковые судьбы, тем не менее, вы издеваетесь друг над другом, что крайне неразумно.

Цинь Ханьчжэн кашлянул:

— Небесный Преподобный Му, как человек, ты должен действовать на благо своей расы и понимать ситуацию, в которой тогда оказались райские небеса Императора-Основателя.

Цинь Му равнодушно ответил:

— Я тоже хотел бы так сделать. Вот только я не припоминаю, чтобы вы сами так поступали. Когда райские небеса Императора-Основателя пали, их люди были рассеяны по всему миру. Часть из них погибла, кому-то удалось бежать. Тот один процент населения, которому повезло выжить, сбежали в Вечный Мир. Разве Император-Основатель когда-либо о них вспоминал? Мне кажется, что нет. Разве те люди не люди? Разве их потомки не люди? Ах да, боги о них забыли, — он усмехнулся. — Изначально я думал, что Великие Руины были местом, от которого отвернулись боги. Лишь намного позже я понял, что боги отвернулись не от Великих Руин, а от Вечного Мира. Тогда я ошибочно считал, что от людей Вечного Мира отвернулись боги райских небес. Но потом я понял, что это не так. От Вечного Мира отвернулись не боги райских небес, от них отвернулся Император-Основатель.

Цинь Ханьчжэн нахмурился и ответил:

— В прошлом все райские небеса Императора-Основателя находились на грани уничтожения. Нам оставалось лишь сохранить силу его основных членов, и не могли спасти смертных. Лишь таким образом у нас остался шанс вернуться в будущем! Небесный Преподобный Му, подумай об этом с такой стороны, если бы ты оказался в таком же положении, то поступил бы так же…

— Если бы я оказался в таком же положении? — равнодушно проговорил Цинь Му. — Бедствие Вечного Мира не слишком отличалось от того, с чем столкнулись райские небеса Императора-Основателя. Но Имперский Наставник Вечного Мира не сбежал в деревню Беззаботную, Император Яньфэн тоже этого не сделал. Вместо этого они остались с людьми, которых пытались защитить. Я тоже не ушёл. Но разве у нас не было такой возможности?

Его взгляд упал на лицо Императора-Основателя:

— Именно в этом Император-Основатель уступает мне, Императору Яньфэну и Имперскому Наставнику Вечного Мира. Ты ушёл. Ты забрал своих самых сильных людей, чтобы построить деревню Беззаботную, и за последние двадцать тысяч лет ты ничего не сделал и не добился. Из-за того, что вы все ушли, Эпоха Императора-Основателя закончилась. Мы не ушли, а остались, поэтому Эпоха Вечного Мира длится дальше. Хе-хе, если бы я оказался на вашем месте… — он гордо воскликнул. — Когда я был в таком положении, как вы, я справился лучше! Император Яньфэн и Имперский Наставник справились лучше! Подданные Вечного Мира справились лучше, чем ваши!

Цинь Ханьчжэн промолчал, в то время как Император-Основатель кивнул:

— Ты справился намного лучше, чем я. Когда я вернулся в Эпоху Дракона Ханя, я уже начал тобой восхищаться. Я думал, что ты герой. В то же время я не герой. Я не могу быть таким как ты, и делать те же вещи, что ты.

— Ваше Величество! — Янь Юньси нахмурилась. — Почему ты так о себе говоришь? Если мы действительно решим сражаться, деревня Беззаботная не будет знать страха, так почему ты преклоняешь перед ним голову? Его так называемые построения мастеров создания, его божественные оружия и райские дворцы имеют множество слабых мест. Очевидно, он попросту пытается нас запугать!

Цинь Му посмотрел на неё и улыбнулся:

— Небесный Наставник Цзы Си, то, что ты видишь, это то, что я хочу, чтобы ты видела. Если бы я и вправду собрался уничтожить деревню Беззаботную, ты бы не могла этого остановить.

Янь Юньси впала я ярость и стиснула зубы от гнева.

Цинь Му равнодушно продолжил:

— Вы слишком долго прятались в деревне Беззаботной, и теперь не понимаете масштаба изменений во внешнем мире. Вы потеряли свою волю к развитию и сражению. Я могу натренировать мастеров создания к нужному уровню всего за месяц, а после этого перенести их божественные искусства и навыки на совершенно новый уровень. Если сейчас я уйду, то в следующий раз, когда я приведу свою армию в деревню Беззаботную, вы больше не увидите воображаемых райских дворцов, оружий и доспехов.

Янь Юньси фыркнула, отвернув голову и стиснув зубы:

— Я должна была позволить Лю Чжэну избить тебя до смерти!

Взгляд Цинь Му снова повернулся к Императору-Основателю:

— Ты слишком спокоен, слишком расчетлив, и всегда смотришь по сторонам. Я не так расчетлив, мою методы более безрассудны. Я и вправду привёл армию, чтобы напугать вас, но мастера создания и деревня Беззаботная действительно нуждаются в мире. Поэтому, я не только хочу вас напугать, но также поговорить о мире.

Император-Основатель ответил:

— Я хотел бы услышать, что ты собрался сказать.

Цинь Му посмотрел на Божественного Короля Лан Во, и та мягко кивнула.

— Деревня Беззаботная будет передана вам, и вы получите над ней полный контроль. Мастера создания больше не будет доставлять вам проблем. Тем не менее, взамен Сын Юду, Цинь Фэнцин, откроет Юду в Мире Парамиты и землях Великой Пустоши, чтобы собирать затерявшихся здесь духов и решить бедствие Великой Пустоши. Земля Великой Пустоши будет находиться под контролем мастеров создания. Будучи Графом Земли Юду Великой Пустоши, Сын Юду должен быть справедливым и придерживаться цикла жизни и смерти, а не поглощать души по своему усмотрению. Если деревня Беззаботная согласится на эти условия, две расы смогут жить в мире и вместе бороться с сильными врагами.

В этот момент он посмотрел на Божественного Короля Лан Во и спросил:

— Старшая сестра хочет что-то добавить?

Взгляд Божественного Короля Лан Во дрогнул:

— Деревня Беззаботная должна открыть на территориях мастеров создания школы и академии, чтобы предать нам свои навыки и божественные искусства. В обмен на это мастера создания откроют академии в деревне Беззаботной, и научат вас пользоваться своим сознанием.

Цинь Му откинулся в кресле и улыбнулся:

— Что Небесный Преподобный Цинь об этом скажет?

Император-Основатель ответил:

— То, что предлагает Небесный Преподобный Му, совершенно верно. Я не потратил своего времени впустую. Мы должны заключать какие-либо соглашения?

— Нет, — Цинь Му протянул руку. — Можно просто пожать друг другу руки, и клятва о нашем союзе будет в силе.

Император-Основатель протянул руку, крепко сжимая руку Цинь Му.

Затем он улыбнулся и смерил его взглядом, смеясь:

— Небесный Преподобный Му, под твоей красной одеждой до сих пор есть пелёнки?

Цинь Му убрал ладонь и откинулся на спинку стула. Приподняв брови, он ответил:

— Да, я до сих пор в пелёнках. А что, ты хочешь сразиться?

— Да! — взволнованно кивнул Император-Основатель.

Глaва 986. Двадцатая Фоpма Meча

Император-Основатель откинулся на спинку стула, протянул ладонь и растопырил пальцы:

— Я хочу избить тебя несколько раз подряд!

Цинь Му разразился смехом. Скрестив ноги и положив руку на спинку кресла Божественного Короля Шу Цзюня, он расслаблено проговорил:

— Ты снова за мной повторяешь. Почему бы Небесному Преподобному Циню не избить меня десять раз?

Божественному Король Шу Цзюнь стало крайне некомфортно, но так как у него была лишь голова, он не мог убрать руку Цинь Му.

— Опусти ногу! — Цинь Ханьчжэн, наконец, не выдержал. На его лбу выступили зелёные вены, он тихо прокричал. — Я вижу волосы на твоих ногах! Посмотри на себя! У тебя даже белья нет!

Цинь Му поспешно опустил ногу и уселся прямо, не шевелясь.

Божественный Король Лан Во тихо рассмеялась, помогая Цинь Му поправить его красную мантию, чтобы прикрыть ноги.

Армии деревни Беззаботной и мастеров создания, стоящие друг напротив друга, были окутаны убийственной аурой, и были готовы броситься в бой в любой миг. Тем не менее, атмосфера на платформе уже не была такой напряженной, как раньше.

Цинь Му рассмеялся:

— Так как здесь мой отец, я не стану избивать тебя сегодня. Я вернусь домой и навещу тебя через несколько дней. Попроси моего брата поскорее создать Юду в мире Парамиты, я могу приказать мастерам создания помочь ему.

Цинь Ханьчжэн нахмурился:

— Не возвращайся домой! Я не пущу тебя! — сказав это, он поспешно взглянул на выражение лица Императора-Основателя.

Янь Юньси улыбнулась:

— Король Чжэнь, не будь таким. Раньше мы обсуждали дела двух рас, но теперь можно поговорить о семейных вопросах. Небесный Преподобный Му с рождения блуждал по внешнему миру, но теперь, когда он наконец вернулся в деревню Беззаботную, ты отказываешься его впускать? Ты не думаешь, что это слегка неправильно?

Цинь Му тоже улыбнулся:

— Небесный Наставник Цзы Си права. Я пришёл сюда именно для того, чтобы найти деревню Беззаботную, увидеть дом, встретить своих родителей и брата, а также увидеться с Императором-Основателем. Разве я могу развернуться, стоя прямо перед её дверью?

— Возвращаться домой, чтобы тебя избили? — Цинь Ханьчжэн вздохнул, прежде чем снова взглянуть на Императора-Основателя.

Цинь Му не принимал этого близко к сердцу, ответив:

— Я не проиграл в прошлом, и теперь тем более не проиграю. Я прав, Император-Основатель?

Император-Основатель поднялся и легко улыбнулся:

— Нет ничего плохого в том, что ты побываешь дома. Теперь, когда мы поклялись о мире между двумя расами, я должен вернуться и сделать некоторые приготовления, а также отправить Цинь Фэнцина создавать Юду в Мире Парамиты. Когда Небесный Преподобный Му придёт навестить свою семью в деревне Беззаботной?

Цинь Му вежливо ответил:

— Через два месяца. Создание Юду в мире Парамиты займёт много времени. В конце концов, это масштабный проект. Я мобилизую мастеров создания во главе с Божественным Королём, чтобы они помогли брату.

Император-Основатель проговорил не менее вежливым тоном:

— Тогда я буду ждать твоего прибытия. Небесный Наставник, Ханьчжэн, идём.

Цинь Му и Божественный Король Лан Во начали их провожать, но Император-Основатель поспешно отправил их обратно:

— Не стоит нас провожать. Деревня Беззаботная очень близко.

Цинь Му оставался на платформе, смотря им вслед. Внезапно, Цинь Ханьчжэн оглянулся и проговорил:

— Не возвращайся! — сказав это, он вернулся в деревню Беззаботную вместе с Императором-Основателем.

— Старшая сестра, клятва с деревней Беззаботной не вызовет недовольства у мастеров создания? — Цинь Му повернул голову, спрашивая у женщины, шагающей вместе с ним.

Божественный Король Лан Во покачала головой:

— Ты святой младенец. Твоё решение — это решение всех мастеров создания и духов предков. Они не пойдут против тебя. Если подумать, то мы, мастера создания, и вправду неудачники. Мы прячемся здесь и не питаем каких-либо амбиций. Мы стремимся лишь к выживанию, — она сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить. — Я использую своё сознание. Чтобы показать им будущее, которое наступит благодаря этой клятве. Когда они увидят Юду мира Парамиты, то поймут твои действия. Более того, духи предков в Великой Пустоши, превратившиеся в монстров, смогут обрести мир. Это заставит их уважать тебя ещё сильнее.

Цинь Му поблагодарил.

Божественный Король Лан Во заметила, что его взгляд продолжает возвращаться к тридцати трём небесам деревни Беззаботной, и почувствовала, что он сильно скучает по своему дому. Она спросила:

— Ты и вправду прождёшь два месяца, прежде чем вернёшься в деревню Беззаботную?

Цинь Му улыбнулся:

— Нет, конечно. Я определённо проберусь туда тайком, чтобы увидеть, чего они достигли за последние двадцать тысяч лет.

Божественный Король Лан Во моргнула своими яркими и красивыми глазами, крайне заинтересовавшись мыслями Цинь Му.

— Реформы Императора-Основателя базируются на нисходящем подходе. Когда боги и дьяволы пожинают плоды реформы, они передают их своему народу, — взгляд Цинь Му загорелся. — Таким образом в школах и академиях деревни Беззаботной учат высшим искусствам райских небес Императора-Основателя. Они делают это для того, чтобы сметные могли становиться богами и практиками божественных искусств. Поэтому, на протяжении следующих двух месяцев я собираюсь посетить Высшие Небеса Императора деревни Беззаботной и посмотреть, стали ли их пути, навыки и божественные искусства сильнее, или наоборот, ухудшились.

Божественный Король Лан Во рассмеялась:

— Но ты всё равно сразишься с Цинь Е?

Цинь Му не стал этого отрицать, улыбнувшись:

— Он — Небесный Преподобный Цинь, а я — Небесный Преподобный Му. Мы встречались миллион лет назад, и сразу же стали друг для друга бельмом на глазу. В тот раз нам не удалось выяснить кто сильнее. Теперь, когда мы встретились снова, мы и дальше раздражаем друг друга несмотря на наши родственные связи. Поэтому будет хорошо, если нам получится сразиться. Зная себя и зная своего врага. Можно выиграть в любой битве, — в его глазах вспыхнула искра хитрости. — На протяжении следующих нескольких дней он будет целиком занят открытием Юду в мире Парамиты, а также будет вынужден переубеждать всех людей деревни Беззаботной, чтобы те забыли о своих обидах на мастеров создания. Таким образом я смогу незаметно изучить секреты тридцати трёх небес его пути меча.

Божественный Король Лан Во нерешительно ответила:

— Мне нужно тоже нужно будет уговорить мастеров создания и приказать им помочь головастому ребёнку… твоему брату, создать Юду мира Парамиты. У меня не будет возможности составить тебе компанию.

Цинь Му был слегка огорчён.

Ему и вправду нравилось, когда Божественный Король Лан Во была рядом с ним.

Эта женщина была невероятно умна. Будучи врагом, она владела удивительными методами борьбы, а будучи другом она делала всё возможное, чтобы поддержать своего друга.

Божественный Король Лан Во была очень красивой женщиной, тем не менее, она не давила на Цинь Му так, как Юнь Чусю. В её компании Цинь Му даже чувствовал, что его мозг работал даже лучше, чем до этого.

Тем не менее, Божественному Королю Лан нужно было заняться важными делами, поэтому он не мог настаивать на том, чтобы она осталась.

Троица вернулась в лагерь мастеров создания, Цинь Му ещё долго смотрел ей в след. Заметив это, Шу Цзюнь прокомментировал:

— Этот божественный король — удивительная женщина, её совершенствование тоже невероятно сильное. Она гораздо страшнее, чем я в свои лучшие годы.

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Жаль, что она была создана сознанием. В мире нет таких совершенных существ…

— Создана воображением? — Шу Цзюнь рассмеялся. — Ты о чём?

Цинь Му был озадачен.

Шу Цзюнь покачал головой:

— Воображённые боги не могут использовать божественные искусства сознания и райские дворцы, так, как ты. Её божественные искусства сознания даже сильнее моих, и у неё есть божественные сокровища и райские дворцы, так как она может быть создана сознанием?

Цинь Му почувствовал, как его голова закружилась, и хриплым голосом проговорил:

— Ты имеешь в виду, что в мире и вправду могла родиться такая красивая и совершенная женщина?

Ему казалось, что это было слишком невероятно.

Тем не менее, слова Шу Цзюня напомнили ему о чём-то. Божественный Король Лан Во была слишком красивой и совершенной, поэтому он не обратил внимания на множество других деталей и был уверен, что она была создана мастерами создания.

Боги, созданные сознанием, были ограничены сознанием и мыслями мастеров создания, которые их воображали. Огонь оставался огнём, а вода водой. Они не могли изменить своих атрибутов и им оставалось лишь совершенствоваться и развивать те качества, которые им дали.

Древние боги не могли открывать божественные сокровища или райские дворцы. Более того, не существовало древних богов, способных овладеть техниками боевых искусства, не говоря уже ос создании новых форм жизни своим сознанием.

Тем не менее, Божественный Король Лан Во была исключением!

Она могла создавать сознанием, а также открыла свои божественные сокровища и райские дворцы. Ей удалось освоить божественные искусства сознания и реформировать их с помощью путей, навыков и божественных искусств деревни Беззаботной.

Если учесть это, то она и вправду не слишком напоминала бога, созданного мастерами создания, а была живым существом!

Цинь Му улыбнулся, потирая руки:

— А я думал, что она была создана сознанием…

Шу Цзюнь не стал догадываться о его мыслях и спросил:

— Так как мы отправимся в деревню Беззаботную?

Цинь Му был шокирован:

— Ты тоже хочешь туда пойти?

Шу Цзюнь улыбнулся:

— Естественно! Когда я воскресну, то начну совершенствовать райские дворцы и божественные сокровища. Лучшим способом это сделать, конечно, будет отправиться с тобой и повидать деревню Беззаботную, чтобы изучить их методы совершенствования!

Цинь Му неуверенно ответил:

— Твоя внешность…

— Погоди минутку! — Шу Цзюнь достал кусок Первобытного Камня Великого Первоначала и задействовал своё сознанием. Его огромная голова внезапно уменьшилась, и под ней выросло тощее, хрупкое тело. Спустя несколько мгновений он превратился в больного на вид юношу с большой головой. — Это подойдёт, верно? С этого тела не слишком много толку, но оно позволит мне передвигаться, будто человек. В будущем, когда я восстановлю своё сознание, я создам себе новое тело.

Цинь Му посмотрел на его лицо, покрытое щетиной, и неохотно кивнул:

— Ты выглядишь как старик, но пытаешься замаскироваться под юношу, что выглядит слегка странно.

Шу Цзюнь помрачнел в лице, отчего начал выглядеть ещё более странно.

Цинь Му поспешно продолжил:

— Мастера создания переместят область мёртвых звёзд, окружающую деревню Беззаботную, в чём им будут помогать боги и дьяволы деревни Беззаботной. Там воцарится настоящий хаос, поэтому у нас появится возможность пробраться незамеченными. Но для начала мне нужно переодеться. Моя красная одежда слишком бросается в глаза.

Как он и ожидал, после того, как Божественный Король Лан Во и Император-Основатель объявили о союзе между двумя расами, мастера создания тут же начали перемещать область мертвых звёзд, окружавших деревню Беззаботную.

Из деревни вылетели множественные боги и дьяволы, чтобы отодвинуть звёзды подальше. Некоторые из них задействовали огромные корабли, в то время как другие непосредственно использовали свою физическую силу, чтобы толкать их с места.

Цинь Му и Шу Цзюнь воспользовались возможностью пробраться на самый низкий уровень тридцати трёх небес деревни Беззаботной — Верховные Небеса Императора.

В то же время Император-Основатель отдал приказ, и каждое министерство райских небес начало организованно работать, помогая Цинь Фэнцину создавать Юду мира Парамиты и установлении цикла жизни и смерти.

Главным преимуществом деревни Беззаботной в сравнении с мастерами создания было то, что все министерства Эпохи Императора-Основателя сохранились до наших дней. Императору было достаточно лишь передать им приказ, и они сразу же были готовы достичь цели, которую он поставил.

Именно так решил организовать работу Святой Дровосек. Благодаря этой системе, талант каждого человека был использован по максимуму. Каждый специализировался на своей профессии. И каждый бог и дьявол мог принимать участие в строительстве нации. Тем не менее, в то же время никто не работал слишком много, и у всех было достаточно времени, чтобы совершенствоваться.

В период Эпохи Императора-Основателя дровосек Вэнь Тянге, будучи лидером четырёх Небесных Наставников, обрёл невероятные заслуги.

— Цзы Си, ты обменивалась уже обменивалась ударами с Небесным Преподобным Му, как его навыки меча? — Император-Основатель призвал к себе Янь Юньси и спросил.

Взгляд Янь Юньси засиял, она засмеялась:

— Ваше Величество и вправду собрался столкнуться со своим потомком? Разве это соответствует тому, как себя должен вести император?

Тот покачал головой:

— Это будет не сражение между родственниками, а сражение между Небесными Преподобными Му и Цинем. Несмотря на то, что он мой потомок, наши идеалы отличаются. Сражение идеалов иногда может быть даже более ужасающим, чем ненависть, и из-за него наши конфликты будут стремительно разрастаться.

Он нежно коснулся Беззаботного Меча и задумался. Спустя некоторое время он продолжил:

— Вместо того, чтобы ждать дня, когда наши идеалы столкнутся друг с другом, приведя к непримиримому конфликту, будет намного лучше, если мы сможем сразу же определить кто из нас победитель, а кто проигравший. Люди с нашими характерами не могут решать конфликт словами, нашу проблему моно решить только в бою.

Он достал меч Беззаботный, осматривая оружие, которое сопровождало его на протяжении многих лет:

— В прошлом именно этот меч ярко сиял в его руках. Он позволил мне увидеть тайны своей техники меча и вступить на путь, — он взмахнул мечом, и тот начал излучать холодные лучи, витающие в небе. — В то же время, это тот самый меч, который достался ему от меня, позволяя ему овладеть удивительными техниками меча. Это оружие соединяет нас с ним, несмотря на то, что между нами миллион лет. Я хотел бы увидеть, насколько сильно он развился с того времени. Ты единственный человек из деревни Беззаботной, который видел его навык, кроме того, ты хорошо его знаешь, поэтому я спросил у тебя.

— Навыки меча Небесного Преподобного Му не имели себе равных на протяжении миллиона лет! — Янь Юньси вытащила свой меч и торжественно проговорила. — Дао Меча Вашего Величества тоже оставалось вершиной мастерства на протяжении всего этого времени. Ваше Величество, когда я встретилась с ним в Первобытном Царстве, то попросила его обучить меня технике меча Восхода Бедствия, смотри!

Она взмахнула своим божественным мечом, м его лучи взмыли в небо, имитируя Восход Бедствия Цинь Му и демонстрируя девятнадцатую форму меча.

Уголки глаз Императора-Основателя дрогнули. У Яшмового Водоёма Цинь Му тоже выполнил Восход Бедствия, что позволило ему разбить видение Госпожи Юаньму одним ударом, прославившись на весь мир. Вот только в тот раз Император-Основатель не сумел тщательно рассмотреть эту технику.

Даже будучи экспертом области Непостижимого Неба, Янь Юньси было трудно исполнить это движение, и она оказалась не в силах полностью продемонстрировать его природу:

— В его исполнении это движение было даже более сложными, в нём было так много изменений, что даже я не смогла от него защититься.

— Это базовое движение меча, — Император-Основатель взмахнул Беззаботным Мечом, демонстрируя одно движение за другим. — Перед ним идут ещё четыре других базовых движения.

Лучи его меча засияли в небе, исполняя восемнадцатую форму меча, прежде чем превратиться в семнадцатую. Император-Основатель непрерывно взмахивал Беззаботным, демонстрируя четыре формы меча, созданных реформой Вечного Мира.

Император-Основатель закрыл глаза, и когда он открыл их снова, они сияли ярким огнём:

— Но после девятнадцатой формы меча есть ещё и двадцатая!

Глава 987. Пpавда o Дeревне Беззаботной

— Двадцатая форма меча, двадцатая форма меча…

Император-Основатель достал свой меч, выглядя озадаченным. Он бесцельно взмахнул Беззаботным, пытаясь найти двадцатую форму меча.

Взгляд Янь Юньси дрогнул, она предложила:

— Император, изучая его технику меча, ты должен был понять все его фокусы. Как ты думаешь, чем сейчас занят Небесный Преподобный Му?

— Пытается пробраться в деревню Беззаботную, — не задумываясь, ответил Император-Основатель. — Он ищет тайны моего божественного искусства меча и способ меня избить. Он начнёт свои поиски с Верховных Небес Императора. Он сказал, что придёт через два месяца, не для того, чтобы позволить Цинь Фэнцину достроить Юду, а чтобы изучить мои навыки меча.

— Вы и вправду семья. Ваши способы мышления очень похожи, — Янь Юньци рассмеялась и ушла. — Я не буду отвлекать тебя от понимания двадцатой формы меча. Желаю тебе удачи.

***

Верховные Небеса Императора деревни Беззаботной. Шу Цзюнь следовал за Цинь Му, куда бы тот не шёл. Тем не менее, Цинь Му не спешил посещать местные академии, и вместо этого бродил вокруг, изучая здешние горы и землю.

Цинь Му даже создал меч из своей жизненной Ци, чтобы просверлить в земле огромную дыру.

— Святой младенец, что ты ищешь? — Шу Цзюнь был слегка озадачен.

— Почему ты до сих пор называешь меня святым младенцем? — нахмурился Цинь Му.

Шу Цзюнь ответил:

— Я мастер создания, поэтому должен так тебя называть. Таковы обычаи. Что ты ищешь?

Цинь Му орудовал мечом из своей земли, доставая из-под земли осколки камней. Сжимая их в руке, он проговорил:

— Одним ударом своего меча, достигшего тридцати трёх небес, Император-Основатель сумел разрубить мир Парамиты надвое. Это просто удивительно.

Шу Цзюнь недоумевал ещё сильнее.

— Мы здесь уже довольно долго. Кусок земли мира Парамиты на котором живут мастера создания, была создана сознанием мастеров создания. Она витает в пустоте и не соединена с внешним миром, — Цинь Му снова создал меч из своей Ци и вонзил его в гору Верховных Небес Императора. Энергия меча хлынула в её недра, в то время как он продолжил. — То, что ему удалось создать тридцать три неба одним ударом меча, звучит ужасающе. Если меч Императора-Основателя и вправду разрубил мир Парамиты напополам и создал тридцать три клочка земли, на которых разместились тридцать три мета, то значит его сила превосходит всех мастеров создания вместе с Божественным Королём Лан Во. Если это правда, то как мастерам создания удалось успешно воевать с деревней Беззаботной на протяжении двадцати тысяч лет?

Шу Цзюнь был ошеломлён, проговорив:

— Очевидно, что Император-Основатель сумел сформировать тридцать три неба, которые заняли половину мира Парамиты. Тем не менее, разрубить это место надвое мог какой-то другой клинок.

Цинь Му извлёк из горы несколько кусков камня и рассмеялся:

— Божественный Король Шу Цзюнь, ты слишком честный. Кажется, ты не понимаешь, насколько Император-Основатель хитрый несмотря на то, что выглядит искренним.

Он раздавил камни, увидев, что в них было немного металла.

Цинь Му сдул осколки камня с ладони, и на неё остался лишь металлический порошок. Он проговорил:

— Одним ударом меча он создал тридцать три неба с горами, реками и озёрами. Даже будучи сильнейшим практиком пути меча, Император-Основатель не мог оказаться сильнее, чем половина мастеров создания! Возможно, Великий Император обладал такими способностями, но в то время его сознание уже не было целым. Это может означать лишь одно… — Цинь Му протянул руку, указывая на гору впереди. Осторожно взмахнув мечом, он разрубил её надвое, после чего улыбнулся. — Тридцать три неба деревни Беззаботной были созданы до его прибытия!

Гора раскололась на две части, обнаруживая огромную конструкцию из металла и камней!

Сердце Шу Цзюня дрогнуло, когда он увидел невероятно сложное строение, находящееся внутри горы.

Гора была построена из божественного золота и других божественных металлов. Их поверхность была покрыта бесчисленными рунами, отчего она напоминала часть огромной машины!

Божественное золото и другие металлы крылись под землёй прямо у подножия горы!

Было очевидно, что все Верховные Небеса Императора деревни Беззаботной были рукотворным объектом, созданным из металла бесчисленными умелыми работниками!

— Как и ожидалось, — Цинь Му взмахнул рукой, и разрубленная гора склеилась обратно. — Я слышал, что во время Эпохи Императора-Основателя Император-Основатель приказал Будде Сакре Ли Южаню вместе с огромным количеством рабочих построить деревню Беззаботную. Святой Дровосек выступал против этого, но Император-Основатель всё равно отдал приказ.

Шу Цзюнь пробормотал:

— Деревня Беззаботная должна была быть создана мечом Императора-Основателя. Божественный Король Лан Во не могла ошибиться. Как она может быть созданной Ли Южанем?..

— На райских небесах Императора-Основателя Ли Южань был Небесным Королём Войны. Он удостоился этого звания благодаря своей искусности в создании божественного оружия, а не благодаря лидерским качествам.

Цинь Му объяснил:

— Он построил деревню Беззаботную, собрав всех кузнецов для создания тридцати трёх мощных оружия, кроющих в себе искусство меча Императора-Основателя. Другими словами, эти тридцать три оружия — материализованные тридцать три неба пути меча Императора-Основателя!

Изучая географию Верховных Небес Императора деревни Беззаботной он проговорил:

— Реки, горы и другие здешние достопримечательности — это техники его пути меча.

Шу Цзюнь всё ещё недоумевал, бормоча:

— Разве такое возможно? Он создал тридцать три неба на глазах у бесчисленных мастеров создания и Божественного Короля Лан Во. Он не мог обмануть Божественного Короля, старейшин и вождей и незаметно перенести сюда тридцать три неба деревни Беззаботной. Это было бы слишком сложно. Сегодняшние старейшины так же сильны, как я в прошлом, не говоря уже о Божественном Кроле Лан Во, когда уже тогда значительно меня превосходила.

Цинь Му двинулся в сторону ближайшего города богов и проговорил:

— Однажды у меня был меч Беззаботный. Это был меч Императора-Основателя. Но тогда я об этом не знал. Это оружие было очень лёгким и простым в использовании. Лишь позже я узнал, что оно принадлежало Императору-Основателю и являлось императорским мечом! Разве не странно, что имперский меч был лёгким?

Шу Цзнь отправился следом за ним, проговорив:

— Разве сделать артефакт лёгким так сложно?

— Ли Южань был лучшим ремесленником небес, поэтому меч Беззаботный, выкованный им, и вправду мог быть лёгким. Тем не менее, как ни странно, мне редко удавалось извлечь его полную силу, — ответил Цинь Му. — В теории, у меня должно было получиться активировать руны на его поверхности и использовать его силу, но на практике этого не происходило. Меч Беззаботный казался пустым внутри.

Шу Цзюнь наконец всё понял, проговорив:

— Ты имеешь в виду что Император-Основатель спрятал тридцать три неба в Беззаботном Мече, чтобы после того, как он вонзит его в мир Парамиты, те вылетели и создали деревню?

Цинь Му кивнул:

— Императору-Основателю помогало много талантливых людей. Мой учитель, Вэнь Тянге, был его Святым Дровосеком, Небесный Наставник Цзы Сы была мастером построений, а Сакра Ли Южань — лучшим ремесленником небес. С их умами и способностями было возможно спрятать деревню Беззаботную. В конце концов, они уже раз пробовали это сделать.

Он вспомнил Божественный Нож Небесных Врат, который был у Небесного Короля Тянь Шу. Внутри него тоже было множество места, в котором можно было что-то спрятать.

— Негодник! — сердито воскликнул Шу Цзюнь.

Цинь Му впал в ярость и ударил его по голове:

— Он мой предок! Только я могу его ругать, тебе этого делать нельзя!

Шу Цзюнь тоже рассердился:

— Мне нельзя?

Они вошли в город и Цинь Му начал расспрашивать у жителей деревни Беззаботной о здешних академиях. Шу Цзюнь не удержался, чтобы спросить:

— Если ты догадался, что тридцать три неба деревни Беззаботной являются техниками пути меча Императора-Основателя, то для чего тебе искать знаний в академиях?

Цинь Му вошёл в академию Верховных Небес и открыл свой третий глаз. Никто из здешних богов не обратил на них внимания, и они спокойно вошли внутрь.

Это произошло благодаря тому, что он окутал всю академию иллюзией, созданной его сознанием.

Сознание Цинь Му уже было намного сильнее, чем раньше. Он мог с лёгкостью обманывать богов и дьяволов, достигших области Сцены казни Бога и Нефритовой Столицы, не говоря уже о всех остальных.

Естественно, это удавалось ему при условии, что он вёл себя не слишком шумно. В противном случае его бы всё же обнаружили.

— Изучение божественных искусств меча Императора-Основателя — это лишь одна из моих целей. Кроме этого, я также хотел бы взглянуть как за это время развились пути, навыки и божественные искусства деревни Беззаботной, — равнодушно ответил Цинь Му. — Двадцать тысяч лет назад в Эпохе Императора-Основателя произошёл прорыв в путях, навыках и божественных искусствах. Это привело к непрерывному появлению новых путей, навыков и искусств. Я хотел бы узнать, остановилась ли их реформа после того, как они сбежали сюда.

Он вошёл в хранилище академии, проходя мимо богов, стоящих на страже, и проговорил:

— Святой Дровосек говорил, что больше всего он жалеет о том, что не разубедил Императора-Основателя бежать в деревню Беззаботную. Я хочу узнать, не ошибался ли он.

В хранилище было множество людей, включая практиков божественных искусств. Цинь Му остановился перед книжной полкой и погрузился в глубокий сон. Из его лба выбежали его бесчисленные крохотные клоны, начиная читать книги, чем подняли много шума.

Тем не менее, никто из людей внутри, казалось, не видел происходящего, все продолжали занимать своими делами.

Шу Цзюнь тоже начал читать книги, но использовал для этого совершенно другой подход. Он сканировал их своим сознанием, поглощая информацию с невероятно высокой скоростью.

Тем не менее, войдя в мир сна, Цинь Му мог не только быстро прочесть все книги, но и попробовать исполнить записанные в них божественные искусства, что было не под силу Шу Цзюню.

Всего за полдня Цинь Му полностью прочел все здешние записи.

Прежде чем Шу Цзюнь успел закончить, Цинь Му уже выбежал из хранилища и начал наблюдать за учениками, совершенствующими свои божественные искусства.

Он наблюдал, как бесчисленные ученики используют своё сознание. Пытаясь объединить его со своей жизненной Ци. Пути, навыки и божественные искусства. Которые он увидел, были результатом слияния сознания и жизненной Ци.

Очевидно, что после прибытия сюда люди Эпохи Императора-Основателя переняли систему сознания, также, как мастера создания изучили их божественные сокровища и райские дворцы.

Это было реформой.

Тем не менее, Цинь Му не увидел реформы такого размаха, как та, что произошла в Вечном Мире.

Реформа Вечного Мира добавила сотни новых систем базовых рун, которые включали в себя руны Небесной Инь и Магнетизма.

Более того, были руны Великого Дао древних богов, которые Цинь Му принёс с райских небес.

Вечный Мир усовершенствовал свои знания с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы, обнаруживая бесчисленные системы рун Великого Дао древних богов!

Ничего этого не было у деревни Беззаботной.

Казалось, будто исследования систем рун остановилось после того, как райские небеса Императора-Основателя перенеслись в деревню Беззаботную.

«Это стоит изучить…»

Цинь Му моргнул, наблюдая как учатся ученики деревни Беззаботной. Все они были практиками божественных искусств. Он изучил их дух и следовал за ними, чтобы увидеть их распорядок дня. Он даже вторгался в их умы своим сознанием, чтобы прочитать их мысли.

Он был крайне озадачен тем, почем после переезда в деревню Беззаботную их реформа внезапно остановилась. В конце концов, во время Эпохи Императора-Основателя она шла полным ходом.

Наблюдая за практиками божественных искусств, он внезапно заметил, что на него с любопытством смотрит даос средних лет.

Цинь Му был слегка ошеломлен. Его сознание окутало всю академию, и никто не обращал на него внимания. Тем не менее, этот даос смотрел так, будто мог его видеть!

Цинь Му улыбнулся ему, и тот улыбнулся в ответ.

— Как тебя зовут? — подойдя поближе поздоровался Цинь Му.

Даос поспешно поздоровался в ответ:

— Бывший ученик секты Дао Су Майцин отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

— Бывший ученик секты Дао? — Цинь Му поинтересовался. — Су Майцин, ты как-то связан с сектой Дао первобытного Царства?

Даос взмахнул своим кнутом из конского волоса и улыбнулся:

— Я её создал.

Глaва 988. Pжавый Meч и Cеpдце

Цинь Му испытал глубокое чувство почтения.

B секте Дао райских небес не было много настоящих даосов. Она превратилась в место, где потомки и ученики влиятельных семей могли повысить свой статус. С другой стороны, в секте Дао Вечного Мира было множество настоящих даосов, посвятивших себя изучению Дао и математики, развитию путей, навыков и божественных искусств Вечного Мира.

Даос средних лет, Су Майцин, был создателем секты Дао Первобытного Царства. Он был достоин уважения и восхищения.

Более того, Цинь Му слышал некоторые слухи о нём. Изначально этот даос принадлежал к секте Дао райских небес и спустился к нижней границе на закате Эпохи Высшего Императора.

Частично, развитие путей, навыков и божественных искусств Эпохи Императора-Основателя, было его заслугой.

Техники ковки достигли невероятных вершин во время Эпохи Императора-Основателя. Тем не менее, для создания божественного оружия, кораблей, божественных городов и для улучшения навыков построений требовалась математика.

В то время математика секты Дао была главной движущей силой Эпохи Императора-Основателя.

Можно было даже сказать, что этот даос сыграл свою роль в создании деревни Беззаботной Ли Южанем.

На вид этот даос был непримечательным, и не был так известен как четыре великих небесных короля и наставника Эпохи Императора-Основателя. Тем не менее, его вклад был крайне значительным.

Люди, которые были хороши в бою, часто достигали уверенных побед, которые не привлекали слишком много внимания и не казались слишком эффектными. Су Майцин был именно таким человеком.

— Я рад, что встретил здесь Мастера Дао Су, — улыбнувшись, проговорил Цинь Му. — Когда я был в Вечном Мире, у меня были неплохие отношения с двумя предыдущими поколениями Мастеров Дао. Я не ожидал, что увижу Мастера Дао Су. Секта Дао, которую ты оставил в Вечном Мире, теперь является опорой его реформы.

Су Майцин поспешно ответил:

— Владыка Культа Цинь, пожалуйста, не говори так. Я уже не Мастер Дао, я отказался от этой должности. Теперь я странствующий Даос, и даю здесь уроки, чтобы коротать время. Все те достижения — заслуга Секты Дао Вечного Мира, а не моя.

Цинь Му испытывал к нему хорошие чувства. Су Майцин был основателем секты Дао Вечного Мира, но в отличии от других, не стремился к славе и не пытался приписать себе всяческих достижений.

— Неужели Небесный Преподобный Му пришёл, чтобы подготовиться к битве с Его Величеством, которая состоится через два месяца? — даос моргнул и улыбнулся. — Пытаться раскрыть тайны путей, навыков и божественных искусств Императора-Основателя здесь — ошибка. Тебе нужно забраться на возвышение и изучить географию райских небес Императора-Основателя.

Цинь Му ошеломлённо прокричал:

— Даос, как ты смеешь раскрывать мне тайну меча Императора-Основателя? Ты предаёшь его!

— Так Небесный Преподобный Му уже постиг тридцать три неба пути меча Императора-Основателя? — Улыбнулся Су Майцин. — Я сказал слишком много, и недооценил мудрость Небесного Преподобного Му. Тем не менее, я уже предавал райские небеса, так что нет ничего страшного в том, что я предал Императора-Основателя. Когда была создана деревня Беззаботная, я поддерживал Вэнь Тяньгэ и считал, что постройка деревни — плохая идея. Вот только я не был таким решительным, как Вэнь Тяньгэ.

Он вздохнул и нахмурился, отчего на его лбу появились морщины. После недолгой паузы он проговорил:

— Когда произошла катастрофа Эпохи Императора-Основателя, я последовал за Императором-Основателем и ушёл сюда. В итоге я провёл здесь двадцать тысяч лет, чувствуя себя подавленным из-за того, что не сумел добиться своих целей. Мне не удалось взять себя в руки, поэтому я остался преподавать на самом низком уровне деревни Беззаботной. Вэнь Тянгэ был более решительным, он отказался идти в деревню Беззаботную и остался снаружи, продолжая воевать во главе остатков нашей армии, и так никогда не появившись здесь. Иногда я думаю, что если я был таким же решительным, как он, то Его Величество мог бы так и не отправиться в деревню Беззаботную.

Он погрузился в глубокие мысли.

Глаза Цинь Му загорелись, он проговорил:

— Ты хочешь помочь мне вынудить Императора-Основателя покинуть деревню Беззаботную?

Су Майцин улыбнулся:

— Как даос может питать такие предательские мысли? Первая форма пути меча Императора-Основателя, Меч Подавления Верховных Небес Императора, скрывается в линиях этих небес. Это первое движение его меча, и оно невероятно сильно!

Он отломал ветку и использовал её в качестве меча, демонстрируя Меч Подавления Верховных Небес Императора.

Двигаясь в воздухе, ветка исполняла базовые движения меча, обладая внушительной аурой. Её удары создавали солнце, луну, звёзды и реки. Становясь всё более и более активной, она формировала удивительные пейзажи, и казалось, могла подавить любой хаос в небе и на земле.

После того, как Су Майыин исполнил это движение, он осторожно вонзил ветку в землю, проговорив:

— Когда-то из этого маленького побега вырастет огромное дерево.

Цинь Му закрыл глаза и запомнил Меч Подавления Верховных Небес Императора. Спустя некоторое время он поклонился и поблагодарил:

— Спасибо тебе за урок, Мастер Дао. Мастер Дао, я кое-чего не понимаю. Почему реформа Эпохи Императора-Основателя остановилась после того, как вы пришли сюда?

Посадив ветку в землю, Су Майцин выпрямился и ухмыльнулся:

— Небесный Преподобный Му, как бы ты описал моё настроение?

Цинь Му искренне ответил:

— Ты мрачный, бледный, и потерял боевой дух.

Су Майцин улыбнулся:

— Это настроение всей деревни Беззаботной.

Цинь Му был ошеломлен.

— Реформа Императора-Основателя выполняла волю небес и желания людей. Её цели были определены Вэнь Тяньгэ, и состояли в том, чтобы защищать и охранять.

Су Майцин создал своим сознанием немного воды, чтобы полить посаженное дерево:

— Боги охраняют и защищают людей, служа им и улучшая их жизнь. Люди воспитывают практиков божественных искусств, которые вырастают, становясь богами, что образует кругооборот добродетели. Чем больше божественных искусств создают практики и боги, тем сильнее процветает Эпоха Императора-Основателя. Тем не менее, когда наступило Бедствие Императора-основателя. Боги перестали защищать людей.

Он застыл, смотря на дерево. Спустя некоторое время он вздохнул:

— Боги оставили людей и ушли. Поэтому, дух эпохи тут же испарился, и реформа остановилась. В императорском дворе есть много людей, хвалящих деревню Беззаботную за то, что они переняли учения мастеров создания, называя это реформой. Они хвалили так громко, что небеса задрожали, и все и вправду в это поверили. Я, с другой стороны, отказался в это верить!

Он фыркнул и повернулся, чтобы уйти, проговорив:

— Я не верю! Основание реформы исчезло, её цели теперь не имеют значения. Они так долго восхвали себя, но где же эта реформа? Я не имею с ними ничего общего. Надеюсь, ты сумеешь избить Императора-Основателя, чтобы тот наконец проснулся!

Цинь Му ошеломлённо смотрел ему вслед.

Шу Цзюнь подошёл к нему и посмотрел в спину Су Майцину, озадаченно спросив:

— На что уставился святой младенец?

— Ничего такого, — рассмеялся Цинь Му. — Я просто задумался. Божественный Король, ты закончил? Цинь Му успокоился и засмеялся. «Просто я вдруг испытал некоторые мысли и эмоции. Божественный Царь, ты закончил?

Кивнув, Шу Цзюнь ответил:

— Я ознакомился с путями, навыками и божественными искусства последнего миллиона лет. Несмотря на то, что я ещё не определился с тем, каким путём пойду в будущем, у меня появился план. Может быть нам стоит подняться в небо, чтобы осмотреть географию Верховных Небес Императора?

— Нет, — улыбнулся Цинь Му. — Я уже изучил Меч Подавления Верховных Небес Императора. Идём на Небеса Высшего Сияния деревни Беззаботной.

Шу Цзюнь был озадачен. Тем не менее, он последовал за ним и полетел к Небесам Высшего Сияния.

Небеса Высшего Сияния были соединены с Верховными Небесами Императора божественной горой. Цинь Му и Шу Цзюнь достигли её подножия, после чего взлетели к вершине, оказываясь на Небесах Высшего Сияния.

Затем они повторили то, что и раньше, отыскав самую большую здешнюю академию и изучив все её книги.

Цинь Му оставался на шаг быстрее, чем Шу Цзюнь, и первым закончив читать и запоминать записи.

Он уже собирался покинуть библиотеку, когда за его спиной внезапно раздался чей-то холодный голос:

— Небесный Преподобный Му, ты поглотил информацию, но не переварил её. Ты думаешь, тебе удастся изучить техники меча Императора-Основателя и одолеть его, лишь поверхностно взглянув на его учения? Ты принимаешь желаемое за действительное!

Цинь Му повернулся в сторону голоса, увидев большого крепкого мужчину с густыми бровями. На его спине был огромный футляр для меча, из которого торчало несколько рукоятей.

Он уже встречал эксперта, на которого не влияла иллюзия его сознания, поэтому не слишком удивился, обнаружив, что этот мужчина тоже сумел его увидеть.

В конце концов, в деревне Беззаботной было много экспертов Эпохи Императора-Основателя. После прибытия сюда они впали в депрессию и потеряли свои амбиции, скрываясь и живя в уединении.

Цинь Му спросил:

— Могу я узнать, кто ты?

— Хранитель Солнца Императора-Основателя, Янь Жинуань, — он положил футляр с мечами на землю и со всей силы потянул за одну из рукоятей, но ему так и не удалось вытащить меч. Почесав голову, он проговорил. — Небесный Преподобный Му, пожалуйста, погоди минутку. Я не доставал своего меча уже двадцать тысяч лет, из-за чего он немного заржавел.

Он продолжил со всей силы дёргать рукоять, прежде чем ему наконец удалось вытащить меч. Его лезвие было покрыто пятнами ржавчины.

«Меч не ржавый, это сердце меча Хранителя Солнца заржавело, — осмотрев меч, улыбнулся Цинь Му. — Оно и вправду в плачевном состоянии.»

— Погоди, я его отчищу!

Мужчина поспешно покинул библиотеку и отправился к небольшому ручью, неподалёку. Он начал мыть свой меч, окрашивая ручей в красный цвет.

Янь Жинуань тяжело дышал, полируя свой меч. Чем дольше он чистил лезвие, тем более ржавым оно становилось. Заметив это, он шокировано замер.

Цинь Му стоял за его спиной, молча ожидая.

Внезапно он увидел, что плечи мужчины начали дрожать, будто он начал плакать. Его слёзы напоминали огонь, вытекая из глаз они превращались в языки пламени, танцуя в воздухе.

— Для чего мне этот меч? Какой с него толк? Его даже нельзя отполировать!

В следующий миг он поднялся, пытаясь ткнуть Цинь Му мечом!

Цинь Му продолжал неподвижно стоять. Вокруг него начали носиться лучи меча, издавая пронзительный свист.

Янь Жинуань махнул мечом, и его движение превратилось в ржавый мир вокруг Цинь Му. Казалось, будто это были стальной мир, потрёпанный временем, его окутывала аура распада.

— Если сердце не чисто, то меч тоже не может быть чистым. Даже Меч Потопа Высшего Сияния заржавел!

Янь Жинуань издал громкий рёв, его меч двигался всё быстрее. Подлетев в небо, он нанес удар, яростно крича:

— Какой толк с этого ржавого меча? Какой толк с моего ржавого сердца? В прошлом мой меч лишь слегка уступал Императору-Основателю. Он пылал огнём! Теперь же ни мой меч, ни моё сердце, не горят!

Казалось, будто он сошёл с ума, демонстрируя второе движение пути меча Императора-Основателя, Меч Потопа Высшего Сияния.

Вокруг Цинь Му возникло Видение ржавых Небес Высшего Сияния, способное шокировать любого своим видом.

Исполнив своё движение, Янь Жинуань дал волю гневу и выбросил свой меч так далеко, как только мог.

Тем не менее, он тут же об этом пожалел и побежал, чтобы поднять меч с земли и продолжить чистить его у реки, обливаясь слезами.

Шу ЦЗюнь подошёл к Цинь Му и озадаченно спросил:

— Что с ним произошло?

— Его сердце Дао ранено, — ответил Цинь Му. — Давай отправимся на Небеса Чистой Яркости.

Шу Цзюнь немного колебался, отвечая:

— Поначалу, когда я изучал пути, навыки и божественные искусства деревни Беззаботной, они показались мне незнакомыми. Тем не менее, когда я увидел записи на вторых небесах, то обнаружил, что они почти повторяют первые. Святой младенец, нет смысла посещать остальные академии.

Цинь Му засмеялся и улыбнулся:

— Не произойдёт ничего плохого, если мы всё же взглянем.

У Шу Цзюня не осталось выбора, кроме как отправиться следом за ним и вскоре они прибыли на Небеса Чистой Яркости. Не успев найти академию, они увидели у дороги старика, сжигающего бумажные талисманы на могиле. Он плакал:

— Цинь Е, ты умер молодым. Такая ужасная потеря…

Шу Цзюнь рассмеялся:

— Старик, когда-то у меня был такой же смелый друг, как ты. Он осмелился оскорбить Великого Императора. Когда я навестил его в следующий раз, трава на его могиле была ростом с человека!

Глaва 989. Геpоичеcкая Aура, не Угасающая Тысячу Лет

Старик посмотрел на него и холодно рассмеялся:

— B прошлом праведники умирали, лишь бы дать совет старейшинам, и приносили гроб в имперский дворец, если император вёл себя неразумно. Почему это мне нельзя сжигать деньги в его честь? Я так хочу! Я делаю это уже двадцать тысяч лет. Теперь, после смерти он станет самым богатым человеком в Юду!

Шу Цзюнь рассеялся:

— Если ты хочешь поступить как праведник и сжечь для него немного денег, почему бы тебе не сделать этого прямо перед императором, а не в этом уединённом месте? Чего ты пытаешься добиться? Ты не праведный человек.

Старик разочарованно уселся на земле, бормоча:

— Ты прав, я не праведник. Если бы это было так, я бы принёс гроб во дворец и умер бы, чтобы дать совет старейшинам. Я даже сделал гроб, вот только мне не хватило смелости, и я отказался от этой затеи.

Он махнул рукавом, и в воздух подлетел чёрный гроб. Должно быть, это и был тот гроб, что он изготовил в прошлом, собираясь отнести его во дворец.

Осмотрев гроб, Шу Цзюнь заметил, что его поверхность блестела, будто её тщательно полировали. Не удержавшись, он рассмеялся:

— Старик, ты так часто трогал этот гроб, что он покрылся слоем жира. Ты определённо невероятно робкий человек, и твои убеждения не слишком сильны.

Старик впал в ярость и захотел наброситься на него, но недолго подумав, он согласился с Шу Цзюнем.

Он не осмелился принести свой гроб во дворец. Вместо этого он проводил дни над гробом, рассматривая и полируя его, отчего тот начал блестеть.

Шу Цзюнь собирался продолжить насмешки, но Цинь Му его остановил:

— Как я могу к тебе обращаться, старший?

Тот удручённо ответил:

— Старик удручённо проговорил:

— Один из четырёх младших защитников райских небес Императора-Основателя, Фан Юцзи. Теперь я стражник кладбища Небес Чистой Яркости.

Цинь Му спросил:

— Звание младшего защитника делает тебя высокопоставленным чиновником первого ранга. Как ты здесь оказался?

Фан Юцзи поднялся и проговорил:

— Ты Небесный Преподобный Му, и ты всегда прав. Я не слишком хорошо владею мечом, и разбираюсь лишь в божественных искусствах. С помощью которых могу имитировать навык меча. Этот навык называется Мечом Чистой Яркости, Ворующим Сердца!

Он использовал своё божественное искусство, чтобы исполнить навык меча, и в следующий миг с неба полился дождь, а вся округа превратилась в бесплодную землю.

Император-Основатель открыл это движение, научившись воровать сердца, скорбя по погибшим товарищам и предкам, меняя настоящее с помощью прошлого. Кроме того, оно могло давить на сердца Дао противника.

Чтобы бороться против этого движения, требовалось невероятно крепкое сердце Дао. Если оно оказывалось недостаточно сильным, поражение было неизбежным.

Младший защитник Фан Юцзи закончил исполнять движение, проговорив:

— Я повторил навык меча с помощью божественного искусства. Тем не менее, божественное искусство не может полностью передать секреты Дао Меча. Если Небесный Преподобный Му не успел разглядеть всех его секретов, я могу повторить.

Цинь Му закрыл глаза, прежде чем открыть их и проговорить:

— В этом нет необходимости.

Фан Юцзи снова сел на корточки, продолжая сжигать деньги над безымянной могилой. Он проговорил:

— Небесный Преподобный Му может отправляться на небеса Тёмного Эмбриона. Там ты найдёшь второго из четырёх помощников, Младшего Помощника Гао Байсюня.

Цинь Му поблагодарил и ушёл вместе с Шу Цзюнем. Они решили не посещать здешней академии.

Шу Цзюнь оглянулся, увидев, что старик и дальше сжигает деньги. Он больше не рыдал над тем, насколько ужасной была смерть Цинь Е, и вместо этого сиял в пламенной улыбке.

— Младший Защитник, кажется, сильно хочет, чтобы ты одолел Императора-Основателя, — недоумевал Шу Цзюнь. — Он кусает руку, кормящую его. Более того, он даже радуется, делая это! Святой младенец, теперь я понимаю, почему ты должен посетить все небеса. Здесь есть много людей, готовых поделиться с тобой движениями Императора-Основателя!

Цинь Му улыбнулся:

— У некоторых здешних стариков остались кое-какие амбиции, и часть армии осталась в деревне Беззаботной не по своей воле. В то же время амбиции смелых героев прошлого куда-то исчезли. Те, у кого остались амбиции, хотят не поражения Императора-Основателя, а чтобы я помог вернуть его стремления! — ответил он. — Они также хотят, чтобы я пробудил их собственные стремления. Они будто божественные драконы, способные перевернуть небеса, но застрявшие в крохотном болоте. Они извиваются и смотрят в небо, мечтая летать среди туч, а не барахтаться в грязи.

— Мне кажется, ты говоришь обо мне, — рассмеялся Шу Цзюнь. — Я — божественный дракон, о котором ты говоришь.

Цинь Му рассмеялся в ответ, и они поднялись на небеса Тёмного Эмбриона. Впереди показался густой лес, внутри которого кто-то читал лекцию. Разъярённый голос этого человека звенел над округой:

— Всеобщая любовь — это альтруизм. Обрести её — значит стать праведным. Воплощая этот праведный альтруизм своей силой — это Дао. Что это значит?

— Если кто-то идёт вперёд, несмотря на трудности, он постигает Дао. Человек, который этого не делает — это Император-Основатель!

***

Цинь Му и Шу Цзюнь подошли поближе, увидев учителя, одетого в мантию и держащего книги в одной руке и линейку в другой. Он взволнованно объяснял какие-то писания.

Его учениками оказалась кучка обезьян в одежде. Некоторые потягивались, лаже на земле, в то время как другие чистили друг другу шерсть. Они были невероятно энергичны и почти никогда не сидели без дела.

Заметив Цинь Му и Шу Цзюня, обезьяны сняли свою одежду и сбежали прочь.

Учитель впал в ярость, прокричав:

— Где ваша непоколебимая праведность! Вы, идиоты, сбежали при первом же виде врага!

Внезапно он бросился в сторону Цинь Му. Взмахнув своей линейкой, он исполнил удивительный навык меча, который оказался Мечом Тёмного Эмбриона Спокойных Небес!

— Возможно, другие тебя боятся, но я нет!

Шу Цзюнь собирался его остановить, но Цинь Му тут же приказал ему этого не делать. Учитель, Гао Байсунь, носился вокруг со своей линейкой, исполняя Меч Тёмного Эмбриона Спокойных Небес, прежде чем развернуться и уйти, злостно проворчав:

— Враг слишком силён! Я не столкнулся с тобой, а лишь сбежал, будто Император-Основатель! — договорив, он сбежал в лес.

Шу Цзюнь был поражен.

Голова Гао Байсуня показалась снова, он проговорил:

— Я тебе не противник. Я не буду тебе этого говорить, но Великий Учитель Чжоу Цзинмэн ждёт тебя на небесах Первобытного Сияния, чтобы отомстить за меня!

Цинь Му поспешно спросил:

— Как мне туда попасть?

Гао Байсунь протянул палец и проговорил праведным тоном:

—Только через мой труп. Я никогда не скажу, что тебе нужно идти в том направлении!

— Огромное спасибо, — Цинь Му поклонился и поблагодарил, прежде чем отправиться в то сторону, куда указал Гао Байсунь.

Шу Цзюнь неуверенно отправился следом, время от времени оглядываясь. Второй помощник Гао Байсунь позвал обезьян обратно, и те неохотно нацепили свою одежду и шляпы, продолжая слушать лекцию.

— Как странно, — Шу Цзюнь покачал головой.

— Этого и стоило ожидать. Не имея возможности воплотить свои стремления в реальность и идти по пути Дао, их сердца Дао начинают рушиться, — объяснил Цинь Му. — Человек стремится понять основные принципы вещей и применять свои знания. Теперь они не могут этого сделать, поэтому их сердца Дао сильно пострадали.

Они прибыли на Небеса Первобытного Сияния и встретились с Великим Учителем Чжоу Цзинмэнем. Он ждал их прибытия, переполняясь убийственным намерением, и отказался впускать Цинь Му внутрь, собираясь отомстить за второго помощника Гао Байсюна.

— Ты сможешь пройти только по моему мёртвому телу! — торжественно прокричал Великий Наставник Чжоу Цзинмэн.

Продемонстрировав свой Меч Литературы Первобытного Сияния, он и вправду лёг на землю, прикинувшись трупом. Шу Цзюнь наступил на него, за что тут же был отруган:

— Ты серьёзно?

Цинь Му поклонился и поблагодарил, обойдя вокруг него.

Над трупом Чжоу Цзинмэна поднялся его исконный дух, прокричав:

— Мой старший брат, Чжоу Сюньфан, отомстит за меня на небесах Семи Сияний! Вот увидите!

Шу Цзюнь не знал. Смеяться ему или плакать, и оглянулся, чтобы спросить:

— Как нам туда попасть?

— Вам туда! — исконный дух Чжоу Цзинмэна указал пальцем, смеясь. — Идите туда, если осмелитесь!

Цинь Му и Шу Цзюнь достигли Небес Семи Сияний и поздоровались с Чжоу Сюнфанем, который решил умереть во имя Императора-Основателя. Этим поступком он хотел продемонстрировать свою верность Императору, и его смерть стала даже более ужасной, чем смерть его предшественника. До того, как он сделал свой последний вздох, он сказал, что на следующих небесах их будут ждать три советника райских небес Императора.

Два месяца пролетели незаметно. Цинь Му и Шу Цзюнь побывали на небесах Абсолютной Пустоты, Тайцзи, Багрового света, Чёрного Света и Сверкающего Сияния. К вершине тридцати трёх небес оставалось совсем немного.

В этот день они достигли Высших Небес, и у входа тут же услышали чей-то смех. Им на встречу бежал осёл, к его голове была привязана удочка, на крючке которой висела морковь. Подбежав к Цинь Му, осёл остановился:

— Хе-хе, разве это не Небесный Преподобный Му? Ты меня не узнал? — Осёл поднялся на задние лапы и положил одно своё копыто на плечо Цинь Му, а второе на плечо Шу Цзюня, со всей силы сжимая их вместе. Он улыбнулся. — Я Лу Чжэн! Мы вместе страдали! По секрету, это небеса моего хозяина, Небесного Наставника Цзы Си! Она долго ждала вашего прибытия!

Не собираясь их отпускать, осёл двинулся вперёд, проговорив:

— Хозяйка говорила, что между деревней Беззаботной и мастерами создания налажен мир. Это важное событие, которое нужно отметить. Недавно мы пригласили красивых девиц, чтобы те учились петь и танцевать. Они определённо создавали здесь мирную атмосферу. И выглядели они тоже неплохо…

Он держал голову Шу Цзюня настолько крепко, что его ноги не могли достать земли. Как бы он не старался, ему не удавалось освободиться, что повергло его в ужас.

Попытавшись использовать божественное искусство сознания, он обнаружил, что не может вторгнуться в разум осла и испугался:

— Этот осёл невероятно силён!

Цинь Му прошептал:

— Не сопротивляйся. Этот осёл невероятно сильный практик области Непостижимого Неба. Он ничем не уступает мастерам, которых мы встречали раньше!

Шу Цзюню пришлось забыть о попытках сопротивляться. Он хотел заговорить, но осёл оказался слишком болтливым, и начинал громко реветь, как только его пытались перебить.

Цинь Му уже привык к характеру Лю Чжэна и знал, что тот был не слишком приятным собеседником, поэтому молчал, позволяя ему говорить, сколько влезет.

Лю Чжэн привёл их в величественный город на Высших Небесах. Там их встретили бесчисленные танцовщицы, юбки и рукава которых развевались на ветру, создавая невероятно роскошную картину. Неподалёку сотни богов играли на струнных инструментах, ещё столько же играли на флейтах. В небе над ними стучали бесчисленные барабаны, количество музыкантов под их ногами было ещё больше.

В небе летали бесчисленные танцовщицы. Их движения были очаровательными, как и голоса. Они пели о величие, мудрости и силе Императора-Основателя.

Янь Юньси была одета в мужскую одежду, и наблюдала за происходящим с вершины городской башни. Она тоже пела и танцевала, хлопая в ладоши. Бесчисленные чиновники вокруг тоже подпевали, подлизываясь к Императору-Основателю.

Лю Чжэн притащил их на вершину башни и отпустил.

Яь Юньси оглянулась, улыбнулась и спросила:

— Как тебе это представление, Небесный Преподобный Му? Разве оно не грандиозно? После того, как мы создадим Юду Мира Парамиты, я собираюсь отвести их на райские небеса Императора-Основателя, чтобы потанцевать вместе со здешними офицерами, восхваляя впечатляющие достижения Императора-Основателя.

Цинь Му улыбнулся:

— Эти танцы прекрасны, а песни изумительны.

Янь Юньси хлопнула в ладоши и улыбнулась:

— Кажется, ты не понимаешь необъятности неба и земли, учитывая то, что ты бросил вызов Императору-Основателю. Ты будто не знаешь, что он сильнейший на пути меча, и не представляешь достижений его меча! Если я тебе об этом расскажу, ты испугаешься до смерти. После того, как я показала ему твою девятнадцатую форму меча, он уже начал постигать двадцатую, — поднявшись, она гордо проговорила. — Император-Основатель непревзойдённый и невероятно мудрый человек! Поэтому, ты должен отбросить свои предательские мысли в сторону. Тем не менее, ты этого не сделаешь, верно? В таком случае я должна одолеть тебя навыком меча Императора-Основателя!

Она взмахнула рукой и прокричала:

— Отойдите, я использую навык меча Императора-Основателя, чтобы дать Небесному Преподобному Му понять необъятность неба и земли!

Празднования прекратились, и артисты разошлись.

Янь Юньси достала меч и посмотрела на Цинь Му.

Цинь Му ошеломлённо проговорил:

— И даже ты…

Глaва 990. Cтарая Сeмья Цинь

Янь Юньси взмахнула мечом и атаковала. До того, как Цинь Му успел договорить, она исполнила первое движение пути меча Императора-Основателя, Меч Подавления Верховных Небес Императора, и улыбнулась:

— Ты думаешь, я такая же как Су Майцин и Янь Жинуань? Они владеют лишь математикой и божественными искусствами. Те, кого ты встретил раньше, умеют разве что управлять армией, или и вовсе являются гражданскими чиновниками. Думаешь, они смогли бы продемонстрировать секреты навыков меча Императора-Основателя?

В её исполнении путь меча Императора-Основателя выглядел попросту изумительно. Он находился на совершенно другом уровне в сравнении с тем, что Цинь Му увидел раньше.

Он отличался от того, что могли показать люди вроде Су Майцина. Янь Юньси была настроена более серьёзно, и тут же обрушила на Цин Му всю силу пути меча.

Тем не менее, она недооценила совершенствование Цинь Му и использовала лишь своё совершенствование области бога, поэтому не могла ему навредить.

Сердце Цинь Му дрогнуло, его пилюля меча тут же взмыла в воздух, разрушая Меч Подавления Верховных Небес Императора.

Прочувствовав силу его меча, Янь Юньси подняла свою область совершенствования и исполнила второе движение — Меч Потопа Высшего Сияния.

Цинь Му продолжал орудовать своим мечом, разбивая Меч Потопа Высшего Сияния и разрушая поток ослепительного сияния.

Магическая сила Янь Юньси поднялась до области истинного бога. Тем не менее, Ци Цинь Му и дальше казалась ей безграничной, что её испугало.

Путь Янь Юньси был уникальным. Она изучила множество различных вещей, поэтому обрела высокие достижения почти во всём, в чём только можно было.

Император-Основатель сильно ценил её ум и говорил, что она уступала лишь Вэнь Тяньгэ. Тем не менее, её врождённые таланты превосходили даже его.

Талант Ди Июэ был выше, чем у неё, но та была не настолько умной.

У Ди Июэ была родословная Небесного герцога, поэтому она могла выучить всё, что угодно. У Янь Юньси не было такого преимущества, поэтому она решила выучить все Дао после начала мира. Она овладела путями музыки. Шахмат, книг, живописи, ножей, построений, мечей, копий и боевых искусств.

Путь Янь Юньси был путём единства, который улучшал несколько райских дворцов одновременно. С его помощью можно было надеяться достичь области Райских небес после открытия Императорского Трона, и стать таким же сильным, как Небесные Преподобные.

Она пошла по этому пути. Тем не менее, достичь уровня Императорского Трона с помощью Дао после начала было сложно, не говоря уже о Дао древних богов, которые можно было постигать лишь маленькими шагами.

Янь Юньси знала, что этот путь сложный. Ди Июэ и Небесный Наставник Боевых Искусств уже были сильными практиками области Императорского Трона, в то время как она до сих пор находилась в области Непостижимого Неба.

Тем не менее, благодаря этому её магическая сила стала невероятно большой. На райских небесах Императора-Основателя мало кому удавалось одолеть Небесного Наставника Боевых Искусств Гуань Ча, но ей это было под силу!

Первым это сделал Император-Основатель.

Император-Основатель обладал необъятной магической силой. В основе техники Трёх Эликсиров Тела Тирана лежала именно его техника Даоинь.

Вторым, кому это удалось, была Ди Июэ, обладающая родословной Небесного Герцога, которая подарила ей невероятную силу.

Впрочем, Янь Юньси умудрилась одолеть его, находясь на область ниже всех остальных, что многое говорило о её мастерстве.

Тем не менее, столкнувшись с Цинь Му, она обнаружила, что его магическая сила в одной и той е области была в два или даже три раза больше, чем у неё!

Ей пришлось поднять своё совершенствование до области Сцены Казни Бога, прежде чем ей наконец удалось совладать с мечом Цинь Му.

«В одной и той же области, даже Император-Основатель не сравнится с ним по плотности магической силы. Даже, даже…»

Она взволновалась. Магическая сила Цинь Му была попросту слишком плотной. В одной с ним области даже Император-Основатель казался бы слабым на его фоне.

Янь Юньси продемонстрировала все движения пути меча, которые Цинь Му видел раньше, и добралась к Мечу Высшего Плавления. Так как Цинь Му его не знал она двигалась медленно, чтобы он успел увидеть его секреты.

После этого движения Янь Юньси не остановилась, и исполнила тридцатое движение, Меч Великой Нефритовой Победы.

Следом за ним она продемонстрировала тридцать первое движение, Меч Изменения Брахмы Дракона, после которого исполнила тридцать второе, Меч Обучения Торговцев, и наконец достигла тридцать третьего, Меча Области Великого Сияния.

После этого она остановилась и спрятала свой меч:

— Я не в силах тебя одолеть, но Император-Основатель может. Тридцать три неба пути меча намного сильнее в его исполнении, чем в моём. Ты определённо ему проиграешь.

— Большое спасибо, — серьёзно ответил Цинь Му, прежде чем убрать свою пилюлю меча.

Янь Юньси посмотрела на него, холодно проговорив:

— Ты и вправду думаешь, что сможешь победить Императора-Основателя? Он сильнейший в мире на пути меча. Его достижения не имеют себе равных. Его понимание настолько быстрое и глубокое, что его никто не может одолеть! Он открыл тридцать три неба пути меча двадцать тысяч лет, и я понятия не имею, на каком уровне он находится сейчас.

Цинь Му испытал лёгкий испуг.

Янь Юньси продолжила:

— Увидев твою девятнадцатую форму меча, он сумел понять пятнадцатую, шестнадцатую, семнадцатую и восемнадцатую формы. Более того, он не застрянет на девятнадцатой. Возможно, когда ты войдёшь на райские небеса Императора-Основателя, то увидишь его двадцатую форму. Возможно, ты даже увидишь тридцать четвёртые или тридцать пятые небеса его пути меча. Тридцать пятые! Тебе конец!

Цинь Му мягко улыбнулся:

— Ты и вправду хочешь, чтобы я одолел Императора-Основателя?

Янь Юньси посмотрела на него и прокричала:

— Бред! Я верна Императору-Основателю. Это знают даже солнце и луна! Я проиграла тебе из-за того, что мои способности недостаточно сильны, а не для того, чтобы продемонстрировать тебе навыки меча Императора-Основателя!

Лю Чжэн и Шу Цзюнь пили вместе с богами на вершине башни, и как только они это услышали, то закашлялись, выплёвывая вино.

— С чего вы смеетесь? — Лю Чжэн в ярости на них уставился. — Пейте! Кто пьёт сегодня, тот ничего не видит и не слышит! Никому не выходить!

Чиновники испугались и продолжили пить.

Для Янь Юньси Лю Чжэн был ослом. Для всех остальных на Высших Небесах, он был Дьявольским Королём Ослом.

Цинь Му посмотрел в сторону и спросил:

— Небесный Наставник, неужели тридцать четвёртые небеса пути меча существует?

— Понятия не имею, — покачала головой Янь Юньси. — Может быть да, а может и нет. Судя по таланту Императора-Основателя, они возможны, но если оценить состояние деревни Беззаботной, то нет.

Цинь Му уставился ей в глаза и спросил:

— Когда ты оденешься, как девушка? Святой Дровосек и Небесный Наставник Боевых Искусств всё ещё тебя ждут.

Янь Юньси впала в ярость:

— Какое тебе дело? Пока я не встречу кого-то, кто завоюет моё сердце, я буду одеваться так, как сейчас.

Цинь Му рассмеялся и проговорил:

— Ты не найдёшь кого-то настолько умного, как Святой Дровосек, или упрямого, как Небесный Наставник Боевых Искусств. Ты должна как можно быстрее одеться в женскую одежду и выбрать на ком из них жениться. Ни один из них не женился, так как они всё ещё тебя ждут. Ты доставляешь им проблем.

Янь Юньси разозлилась:

— Я тебе не проиграла! Уходи! Хватит меня унижать!

— Шу Цзюнь, идём!

Шу Цзюнь поспешно поднялся. Лю Чжэн улыбнулся и проговорил:

— Громила. Приходит к нам как будет время, выпьем ещё! Я накормлю тебя морковкой!

Он попытался съесть морковь, свисающую с удочки, но не сумел её достать и был вынужден принять свою судьбу.

Шу Цзюнь кивнул и пошёл к Цинь Му.

— Не иди на следующие небеса, — проводив его из города, Янь Юньси проговорила. — Здешняя верность Императору-Основателю — подделка. В то время как там она реальна. Если ты пойдёшь туда, то у тебя возникнут проблемы.

Цинь Му был слегка ошеломлён, не понимая о чём она.

Янь Юньси вздохнула и проговорила:

— Единственные, кому не нравится в деревне Беззаботной — это представители старого поколения, вроде меня. Новые боги и дьяволы, рождённые здесь, не слишком связаны с внешним миром и сильно боятся райских небес, о которых слышали много слухов. Они не хотят отсюда уходить, и среди них есть много умных людей, которые знают, что ты пытаешься убедить Императора-Основателя выйти отсюда. Они определённо попытаются тебя остановить.

Цинь Му улыбнулся и кивнул:

— Для них эта деревня и вправду Беззаботная.

Янь Юньси холодно вздохнула и проговорила:

— Какая деревня Беззаботная? В мире нет такого места! Уходи, чем раньше ты встретишься с Императором-Основателем, тем больше у тебя будет шансов на победу. Его понимание пути меча слишком высоко. Чем дольше тянуть, тем больше вероятность того, что он откроет двадцатую форму меча, что поставит тебя в невыгодное положение.

Цинь Му попрощался и ушёл.

Вскоре они с Шу Цзюнем достигли Небес Великого Нефрита. Это место сильно отличалось от предыдущих двадцати девяти небес. Его изящную, роскошную атмосферу дополняли танцы и песни, молодые боги исполняли божественные искусства сознания, чтобы создать всевозможные красивые пейзажи.

Люди вокруг пели и танцевали. Здесь были бассейны из вина и леса из мяса, делающие округу невероятно роскошной.

Оглянувшись по сторонам, Шу Цзюнь внезапно расплакался.

Цинь Му растерянно спросил:

— Что случилось?

— До нашего вымирания мы были такими же. Видя эту картину, я не могу не вспомнить закат своей эпохи, — Шу Цзюнь погрузился в воспоминания. — Тогда никто не мог подумать, насколько близки к вымиранию мы были, находясь на вершине своего богатства.

Цинь Му задумался над его словами.

На страже этого места стояло множество богов. Должно быть, они услышали о прибытии Цинь Му в деревню Беззаботную и пытались его найти.

Сознание Цинь Му дрогнуло, создавая иллюзию, и они прошли мимо богов, которые продолжали безрезультатные поиски.

Затем они достигли Небес Изменения Дракона, которые оказались даже более роскошными. Небеса внизу были окутаны атмосферой давления, вызванной постоянными нападениями мастеров создания, но здесь от ней не было и следа.

Цинь Му и Шу Цзюнь не задерживались здесь, и вскоре достигли следующих небес, Небес Мирного Обучения.

— Му’эр, — Цинь Ханьчжэнь и его жена стояли у входа, и, вероятно, ждали его уже долгое время. Принцесса Консорт Чжэнь улыбнулась и проговорила. Ты и вправду здесь. Твой отец хорошо тебя знает. Он говорил, что ты придёшь, чтобы изучить навыки меча Императора-Основателя.

Цинь Му поклонился, проговорив:

— Я стал святым младенцем, из-за чего должен был пренебречь вами. Я прошу извинения за свои грехи.

Цинь Ханьчжэнь помог ему подняться, проговорив:

— Как мы можем называться твоими родителями, если мы не воспитывали тебя, не учили тебя, и даже не дали тебе души?

Принцесса-Консорт Чжэнь вытерла слёзы и улыбнулась:

— Мне очень хотелось бы, чтобы я родила двух сыновей.

Цинь Ханьчжэнь проговорил:

— Тебе, должно быть, пришлось пережить много трудностей по пути сюда. Старые стражи императора верны ему и должны были доставить тебе много проблем. Я знаю, что тебе было тяжело.

Цинь Му не знал, что сказать.

Принцесса-Консорт Чжэнь добавила:

— Твой отец — Король Чжэнь, поэтому он не мог спуститься и встретиться с теми стариками. У них странные характеры, они говорят загадочные вещи. Я хотела, чтобы он пошёл за тобой, но он сказал, что старики и сами должны всё понимать. Они могли выступить против тебя, ноне могли тебя убить. В худшем случае они всего лишь ранили бы тебя, так что он не пошёл. Было бы даже лучше, если бы тебя вынудили уйти.

Цинь Му был даже более растерян, чем до этого.

Шу Цзюнь рассмеялся:

— Те старики и вправду оказались невероятно верными и доставили ему много проблем.

Цинь Ханьчжэнь привёл их в резиденцию Короля Чжэня, проговорив:

— Ты здесь впервые, поэтому я хочу, чтобы ты встретил наших предков. Половина этих небес принадлежит нам. Мы не будем обсуждать твоего сражения с Императором-Основателем, пошли.

Цинь Му согласился и пошёл следом за Цинь Ханьчжэнем и Принцессой-Консортом Чжэнь, видя по пути лишь бесчисленные могилы.

— Все они — наши предки, — проговорил Цинь Ханьчжэнь. — Старые члены семьи Цинь знали, что Император-Основатель отправится в деревню Беззаботную, хоть это решение и не получило сильной поддержки. Начиная с четвёртого поколения, все они сражались с мастерами создания и были похоронены здесь.

— У Императора-Основателя было тридцать четыре ребёнка, но он не мог создать свои райские небеса, поэтому тридцать трое из них погибло в бою. Наши предки умерли после того, как мы прибыли в деревню Беззаботную. Кроме того, шесть его сыновей погибли в битвах с райскими небесами, их тела не были найдены.

— Он не посещал могил предков. Три поколения потомков Императора-Основателя погибли по пути в Великую Пустошь. Они проложили дорогу сюда, и одному из них удалось выбраться живым, что позволило Императору-Основателю найти безопасное место.

— В нашем, сто шестом поколении, и твоём, сто седьмом, осталось совсем немного людей. Каждое новое поколение нашей семьи должно нести бремя защиты деревни Беззаботной. Когда атаковали мастера создания, мы первыми пошли в бой. Нас это сильно тревожило, поэтому твоя мама не хотела, чтобы ты возвращался.

Указав на могилу впереди, он проговорил:

— Это твой дядя, мой брат. Он был добр ко мне, и провожал меня, когда я покинул деревню Беззаботную. Когда я вернулся, он был похоронен здесь…

— Для нас эта деревня никогда не была Беззаботной, — стоя перед могилой, он опустил голову и проговорил. — Потому что мы, люди с фамилией Цинь, несём слишком тяжелое бремя…

Глава 991. Oни не такие, как ты

Цинь Му смотрел на бескрайнее кладбище, в его сердце возникло странное чувство.

Казалось, на тридцати трёх небесах деревни Беззаботной существовали совершенно различные миры. Старые мастера Эпохи Императора-Основателя были недовольны происходящим и постоянно жаловались, в то время как молодёжь наслаждалась роскошной, изящной жизнью.

Тем не менее, род Цинь Му всё это время сражался и жертвовал своими жизнями, чтобы защитить деревню Беззаботную.

Это было слишком нелепо.

«Деревня Беззаботная развалилась.» — подумал Цинь Му.

Деревня Беззаботная развалилась из-за того, что сердца Дао представителей старого поколения разрушились, когда они отказались от своего обещания защищать простых людей. Что касалось нового поколения, то оно жило в невероятной роскоши и спокойствии, и стало зависимым от них.

B то же время, семья Цинь самоотверженно защищала деревню Беззаботную в надежде спасти её людей и славу Императора-Основателя, при этом испытывая стыд как перед представителями старших, так и младших поколений.

— Вы боялись, что меня похоронят здесь, как и моих предков, и поэтому не хотели, чтобы я возвращался?

Цинь Му покачал головой. Деревня Беззаботная, которую он себе представлял, уже разрушилась и перестала существовать. Он чувствовал, что жертвы его предков не стоили того.

— Император-Основатель отрубил половину Мира Парамиты, чтобы создать деревню Беззаботную, чем оскорбил мастеров создания. Но теперь мы построим Юду Мира Парамиты, чем помирим обе стороны, — проговорил Цинь Му. — С сегодняшнего дня, ни одному сыну семьи Цинь не придётся сражаться с мастерами создания, чтобы сохранить славу Императора-Основателя.

Цинь Ханьчжэнь покачал головой и пошёл вперёд, ответив:

— Будущие поколения всё равно будут сражаться на смерть ради сохранения славы Императора-Основателя. Так устроена деревня Беззаботная. Даже если мы уйдём отсюда, разве во внешнем мире что-то изменится?

Цинь Му отправился следом за ним, проходя мимо бесчисленных гробов. Из-за пустоты этого места он чувствовали странное умиротворение. Смерть предков и война с мастерами создания вызывала у него желание смеяться и плакать, но он не мог сделать ни того, ни другого.

Ему оставалось лишь покачать головой.

С тех пор, как он повзрослел, он непрерывно искал деревню Беззаботную. Но в конце концов то, что он увидел, оказалось лишь иллюзией.

Его чувства можно было понять лишь оказавшись на его месте.

По мере их приближения к резиденции короля Чжэня, количество могил становилось всё меньше, и по пути начали встречаться молодые, усердно совершенствующиеся практики.

Вероятно, они были молодым поколением семьи Цинь. Все они были примерно того же возраста, что и Цинь Му, некоторые были немного старше, а другие немного моложе него.

В семье Цинь было всего несколько десятков учеников, но их тренировки были сложнее, чем у любых других практиков деревни Беззаботной. Управляли своими физическими телами, жизненной Ци и сознаниями, они напоминали монахов-отшельников.

Большинство молодёжи деревни Беззаботной заботились лишь об удовольствиях и комфорте. Здесь было сложно найти кого-то, кто бы настолько усердно тренировался.

Цинь Му остановился и спросил у Цинь Ханьчжэня:

— Это всё, что осталось от нашей семьи?

Цинь Ханьчжэнь кивнул и ответил:

— Да. Разве мы ещё напоминаем императорскую семью, когда между нами и Императором-Основателе сотни поколений? Только ты в это веришь, только ты всё ещё чувствуешь гордость. Если бы мы перестали усердно работать, то погибли бы под атаками мастеров создания. Только когда вернулся Фэнцин, мы смогли немного расслабиться.

Цинь Му наблюдал за практиками божественных искусств, в то время как Цинь Ханьчжэнь позвал девушку, проговорив:

— Сыин, это твой двоюродный брат.

Девушка вспотела от нагрузки, но использовала свою Ци, чтобы испарить всю влагу со своего тела. С любопытством взглянув на Цинь Му, она проговорила:

— Это святой младенец мастеров создания. Он был очень страшен, и многие расплакались при его виде! Я тоже испугалась и заплакала…

Цинь Му улыбнулся и достал каплю первобытной жидкости, прежде чем создать своим сознанием жемчужину, запечатывая в ней жидкость. Отдав её девушке, он улыбнулся:

— Носи это на своей шее, оно поможет тебе совершенствоваться.

Приняв подарок, она ушла, чтобы продолжить совершенствоваться.

— Сыин — самый младший ребёнок в нашей семье. Она — дочь твоего дяди. Сейчас ей десять, и я занимаюсь её обучением.

Цинь Ханьчжэнь проговорил:

— Идём домой. Я отведу тебя в храм предков, чтобы ты мог отдать им дань своего уважения.

Цинь Му кивнул. Резиденция Короля Чжэня была не слишком большой. Она не была такой изящной, как Небеса Изменения Дракона, но здешний алтарь предков всё же был огромным. Принцесса Консорт Чжэнь и Шу Цзюнь остались снаружи, в то время как Цинь Му вошёл внутрь вместе с Цинь Ханьчжэнем, увидев памятные таблички, выстроенные в большой жертвенный алтарь.

Это место было окутано тяжёлой, торжественной атмосферой.

Цинь Му пошёл следом за Цинь Ханьчжэнем, прежде чем поклониться и положить подношения.

Цинь Ханьчжэнь достал реестр семьи Цинь и спросил:

— Мне стоит записать твоё имя?

Цинь Му слегка колебался, прежде чем отказаться:

— Я собираюсь сразиться с Императором-Основателем. Прежде чем это произойдёт, мне нельзя появляться в записях. Впрочем, даже после этого меня не стоит записывать.

Цинь Ханьчжэнь был ошеломлен.

Сражение с Императором-Основателем было равноценным сражению с предками семьи Цинь. Цинь Му не мог этого сделать, официально став сто седьмым потомком Императора-Основателя.

После этого Цинь Му стал бы предателем предков и учителей, которому нельзя было бы приходить в это место. Его тут же прогнали бы прочь.

— Ты и вправду готов так далеко зайти? — не удержавшись, спросил Цинь Ханьчжэнь.

— После этого ты не сможешь входить в это место. Когда ты умрёшь, тебя здесь не похоронят. Ты станешь одиноким призраком, о котором не будет вспоминать его семья!

Цинь Му улыбнулся:

— Деревня Беззаботная не проснётся, если я с ним не сражусь. Император-Основатель тоже этого хочет, он хочет, чтобы я избил его и вынудил покинуть деревню Беззаботную. Я не могу его подвести, — он улыбнулся. — Я — зубастая рыба, упавшая в бассейн деревни Беззаботной. Он хочет, чтобы я воскресил это место, чтобы здешняя разочарованная рыба начала действовать. Я должен выполнить свою роль.

Цинь Ханьчжэнь задумался, прежде чем ответить:

— Император-Основатель очень силён.

— Я знаю. Я видел след, который он оставил в Великой Пустоши, сражаясь с Небесным Преподобным Хо. Совершенствование Небесного Преподобного Хо было сильнее, но он всё равно был ранен его мечом, — проговорил Цинь Му. — Среди десяти Небесных Преподобных, Небесный Преподобный Хо хоть и не самый сильный, но и не самый слабый. Чтобы суметь ранить его и оставить следа Великого Дао, Император-Основатель должен был обладать невероятной силой.

Цинь Ханьчжэнь ответил:

—— Его сила не ограничена Дао Меч. Возможно, это его самая сильная сторона, но его божественные искусства почти ничем ей не уступают.

Цинь Му кивнул:

— Когда я встретил его в первом году Дракона Ханя, его мастерству меча и божественных искусств не было равных. Когда я разозлил Госпожу Юаньму, сильно ранив её сына, он использовал своё божественное искусство, чтобы меня спасти, и увиденное тогда удивляет меня до сегодняшнего дня.

Цинь Ханьчжэнь немного подумал, после чего проговорил:

— Ты должен уходить, тебе нельзя здесь находиться.

Цинь Му поклонился, прежде чем уйти.

Ему в глаза ударил яркий солнечный свет, и он прикрылся рукой и оглянулся. Храм семьи Цинь выглядел крайне внушительно. Но несмотря на то, что в нём были все его предки, он больше никогда не сможет войти внутрь.

Повернувшись к Принцессе-Консорту Чжэнь, он поклонился и вышел из резиденции Короля Чжэня вместе с Шу Цзюнем.

Принцесса-Консорт Чжэнь посмотрела ему в спину и открыла рот, но ничего не сказала. Цинь Ханьжэнь подошёл к ней, и она удручённо прислонилась головой к его плечу.

— Думаю, Му’эр больше никогда не вернётся, — прошептала она.

Цинь Му наблюдал за учениками семьи Цинь, проходя мимо них.

— Двоюродный брат! — девушка по имени Цинь Сыин помахала ему рукой.

Цинь Му помахал в ответ. Это место было окутано домашним уютом, но он не мог здесь остаться.

Они с Шу Цзюнем прошли мимо могил его предков. По пути Цинь Му поднял немного земли, чтобы спрятать её в земле слова Цинь.

Шу Цзюнь был слегка озадачен. Цинь Му, в свою очередь, улыбнулся и проговорил:

— Когда я умру, меня не похоронят здесь, тем не менее, на моей могиле должна быть родная земля.

Они достигли тридцать третьих небес, на которых находился Император-Основатель.

Здесь были всевозможные чиновники райских небес, молча ожидая битвы Небесных Преподобных. Их огромные физические тела возвышались над углами райских дворцов. Они наблюдали, как он проходит через Южные Небесные Врата, идёт вдоль величественных дворцов, прежде чем достичь Небесной улицы и миновать Яшмовый Водоём, двигаясь в сторону Нефритовой Столицы.

Райские небеса Императора-Основателя имели такую же структуру, как райские небеса Дракона Ханя, тем не мене, последние были немного больше, хоть и не были такими роскошными.

В конце концов, это была деревня Беззаботная, являющаяся частью Мира Парамиты. Здесь было проще создавать вещи с помощью сознания, чем в любом другом месте.

Цинь Му не исполнял никаких божественных искусств и спокойно шагал вперёд. Несмотря на то, что райские небеса Императора-Основателя не были слишком большими, ему пришлось потратить некоторое время, чтобы дойти.

Он выглядел как путешественник с востока, осматривающий всё на своём пути. Впрочем, он не изучал райские небеса, а собирался с мыслями.

За исключением Шу Цзюня, здесь не было мастеров создания, так как происходящее не касалось их расы. Мастера создания не вмешивались во внутренние дела Деревни Беззаботной, поэтому не нуждались в том, чтобы увидеть эту дуэль.

Здесь присутствовали только старые стражники Императора-Основателя — Мастер Дао секты Дао Вечного Мира Су Майцин, Хранитель Солнца Янь Жинуань, четыре помощника — Фан Юцзи, Гао Байсюнь, Чжоу Цзинмэн, и Чжоу Сюньфан, и остальные боги. Все они наблюдали за Цинь Му, приближающемуся к Нефритовой Столице.

Все они были заинтригованы, потирая ладони в ожидании. Янь Жинуань точил свой клинок, постепенно вытирая с него ржавчину.

Кроме них здесь были молодые боги. Все они расположились в Нефритовой Столице, которая была самым роскошным местом райских небес. Некоторые из них радовались прибытию Цинь Му, другие же пытались его засвистать.

Цинь Му сделал вид, что не видит и не слышит их.

Цинь Ханьчжэнь и Принцесса-Консорт Чжэнь пришли вместе с учениками семьи Цинь. Все они со странными выражениями лиц наблюдали, как Цинь Му идёт по улицам Нефритовой Столицы, приближаясь к Вратам Небесной Воли.

Врата Небесной Воли возвышались в небе, перед ними располагался Дворец Непостижимого неба Небесной Паутины, символизирующий величие императора.

Цинь Му остановился у врат, прежде чем поклониться Шу Цзюню и проговорить:

— Пожалуйста, останься здесь, Божественный Король.

Шу Цзюнь поклонился в ответ и остался у врат, смотря, как Цинь Му поднимается по лестнице Зала Непостижимого Неба.

Спустя неведомое количество времени он наконец добрался до входа в зал.

На троне внутри сидел Император. Заметив приближение Цинь Му, он поднялся.

Император-Основатель снял свою императорскую робу и аккуратно сложив, положил её на трон. Затем он снял со своей головы корону и положил её сверху.

Он достал меч Беззаботный, и тот с легким звоном вылетел из ножен.

Засиял яркий свет меча, освещая весь зал и напоминая его тенями меча.

Он наблюдал, как Цинь Му заходит внутрь, тихо его ожидая. Его силуэт оставался неподвижным, как и его сердце Дао.

Несмотря на количество прошедшего времени, его изначальные устремления не изменились.

Подойдя к нему, Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Давно не виделись, Цинь Кай.

Император-Основатель улыбнулся в ответ:

— Му Цин. Прошёл миллион лет. Что ты увидел на Верховных Небесах Императора?

— Я увидел, что твои райские небеса испорчены.

Цинь Му достал пилюлю меча и встряхнул её, отчего она превратилась в божественный меч, звенящий в его руке. Стукнув по нём пальцем, он заставил лезвие бронировать, и неторопливо проговорил:

— Перебравшись сюда, ты руководствовал хорошими намерениями, тем не менее, только тебе одному удалось сохранить свои старые стремления. Твои стражи не сумели принять поражение и их сердца Дао разрушились. Они не в силах нести эту ношу, как ты. Они крайне разозлились и начали тебя ненавидеть. Они не такие как ты.

Император-Основатель кивнул и ответил:

— Я подавил любые сторонние мысли и переехал сюда по собственному желанию. Это моя вина. Что ещё ты увидел?

Цинь Му продолжил:

— Я видел, что реформа Эпохи Императора-Основателя провалилась. Сердца людей разрушились. Когда ты решил перебраться сюда, реформа уже была закончена. Всё, что от вас осталось, — поверхностно.

Император-Основатель кивнул:

— Во время Эпохи Императора-Основателя, основополагающим принципом страны было то, что боги должны служить простым людям. Я отказался от него, и освободил богов от этой обязанности, что привело к остановке реформы. Это моя вина. Что ещё ты увидел?

Цинь Му продолжил:

— Я увидел, что новому поколению не хватает духа реформы. Всё, что они делают — это развлекаются. Они не знают жажды крови и не умеют сражаться. Они не могут создавать ничего нового. Между старым и новым поколением огромная пропасть. Они не такие, как ты.

Император-Основатель снова согласился:

— Это моя вина.

— Я даже видел, как поколения нашей семьи погибали одно за другим, сражаясь за твои решения, — глубоко вздохнув, Цинь Му продолжил. — Они не такие, как ты. Они не станут такими, как ты. Всё, что они могут сделать, — это искупить твои ошибки своей жизнью.

Император-Основатель некоторое время молчал, прежде чем признаться:

— Это моя вина.

— Я даже увидел, что ты хотел выйти наружу, но не смог этого сделать, так как теперь это под силу только тебе. Все остальные не осмелятся этого сделать. Они не покинут деревню Беззаботную, а так как они несут твою ношу, ты тоже не выберешься.

Цинь Му размял руки и изменил движения своего меча, которые тут же опустились к земле. Он проговорил:

— Цин Кай, позволь мне разрушить деревню Беззаботную в твоём сердце!

Бум!

Дворец Непостижимого Неба тут же рассыпался. Огромные здания начали падать по склонам, огромные колонны и валуны покатились с высоты, а скульптуры и рисунки на стенах бесследно исчезли!

На сцене Непостижимого Неба Император-Основатель направил свой меч на землю и улыбнулся:

— Му Цин, я долго тебя ждал. Прошу.

Зрачки Цинь Му сузились, он улыбнулся в ответ:

— И я тебя.

Глaва 992. Tpидцать Три Нeба

Зрачки Цинь Му сузились, в тo время как из его руки вылетел меч, превращаясь в Меч Подавления Верховных Небес!

Это был путь меча, созданный после того, как Император-Основатель увидел несправедливый мир, в котором боги и дьяволы сеяли хаос, заставляя людей страдать и не иметь возможности строить свои жизни!

Он подавлял небеса и всю несправедливость в мире. Убивая лицемеров и демонов, исправляя то, что было неправильным.

Император-Основатель не ожидал, что первой атакой Цинь Му будет движение, с которым он вошёл на путь меча.

Он вступил на путь меча, когда столкнулся с последствиями Бедствия Высшего императора. Эпоха Императора-Основателя ещё не началась, и в то время он был молодым парнем, полным героизма. Взмахом меча он завоевал себе репутацию в мире, кишащем монстрами и дьяволами.

Он увидел, как Первобытное Царство исказила ужасающая сила, запечатывая его. Небеса исчезли, и наступила тишина. Первобытное Царство почти полностью исчезло.

Несмотря на то, что оно всё ещё было больше Вечного Мира и Великих Руин, появившихся позже, оно было намного меньше, чем раньше.

Насколько огромной была сила, сумевшая сжать и запечатать Первобытное Царство?

Он увидел руины Эпохи Высшего Императора, внушительное наследие его райских небес, разрушенные дворцы и стены залов, под которыми лежали трупы богов и дьяволов.

Он часто задумывался об истории, похороненной под этими руинами.

Ему даже встречались люди, плачущие среди пламени войны и страданий. Среди них были молодые пары, женщины, дети и старики.

Император-основатель видел обезумевших богов и дьяволов, пользующихся ситуацией ради своего собственного блага, богов, которые строили величественные жертвенные алтари, чтобы принести в жертву райским небесам выживших жителей Эпохи Высшего Императора.

Он отчётливо помнил ухмылку, с которой те боги и дьяволы приносили мирных жителей в жертву.

Меч Подавления Верховных Небес Императора родился благодаря этому.

Наполнившись героизмом, своим мечом он вернул в мир порядок.

Это было его самое старое движение. Он открыл его до того, как встретился с Цинь Му, так как ещё не успел перенестись в первый год Эпохи Дракона Ханя.

Это движение не было таким совершенным, как последующие. Его даже можно было назвать довольно грубым. Тем не менее, из тридцати трёх небес его пути меча, это оно было самым смелым, героическим и уникальным!

Цинь Му исполнил Меч Подавления Верховных Небес Императора, становясь героем с помощью меча, подавляя жестокость жестокостью. Меч Цинь Му продемонстрировал юношеский героический путь меча, из-за чего Император-Основатель тут же вспомни своё прошлое. Он почувствовал, как меч Беззаботный в его руке уносит его обратно во времени.

Он тоже исполнил Меч Подавления Верховных Небес Императора, и тот выглядел абсолютно таким же как движение Цинь Му. Исполнив его, он почувствовал дуновение ветра, едва не сбивающее его с ног.

Это было то же чувство, которое он испытывал в молодости. Наполнившись страстью, он чувствовал, будто в его крохотном теле крылась сила, способная изменить мир. Несмотря на любые неудачи, он не мог проиграть!

Трудности и неудачи лишь толкали его вперёд, мотивируя его стать сильнее!

Он хотел защитить людей мира, потерпевшего так много бедствий. Он хотел, чтобы им больше не нужно было бояться богов и дьяволов. Он хотел, чтобы они жили достойно, а не страдали от мучений богов и дьяволов.

Холмы Верховных Небес Императора начали сталкиваться друг с другом, лучи их мечей превратились в звенящий поток.

В Нефритовой Столице райских небес Императора-Основателя, боги и дьяволы не смели моргнуть, наблюдая за происходящим.

Цинь Му был юношей, в то время как Император-Основатель был мужчиной средних лет и вёл себя подобающе для императора. Тем не менее, теперь перед ними сражалось двое молодых парней, сияющих своими высокими стремлениями.

Его меч напоминал радугу, а Дао — картину. Взмахом меча он создавал горные хребты и реки длиной в тысячи километров, которые обрушивались на богов.

Энергия меча напоминала гору, а его свет выглядел как блеск озера. Часть силы меча превращалась в тучи, а часть искажала небо, создавая ужасающую картину!

Лучи мечей пересекались друг с другом и взрывались, вынуждая многих молодых богов и дьяволов бежать из Нефритовой Столицы.

Вскоре лучи меча сокрушили Врата Небесной Воли. Они пролетели от Врат Красной Птицы к Вратам Чёрной Черепахи. От Врат Мирного Богатства, к Вратам Вечной Юности. От Врат Скрытого Света, к Вратам Мирной Церемонии. От Врат Высшего Богатства, к Вратам Высших Рангов.

Свет меча хлынул сквозь все эти врата, разрушая их одни за другим. Залы и здания рассыпались, на их месте появился пейзаж Величественных Верховных небес Императора.

Вместо дворцов Тайцзи, Наложниц и Зелёного дворца тут появились холмы. Все остальные были заменены озерами.

Свет двух мечей внезапно материализовался и начал кружиться, превращаясь в бесчисленные лучи.

Вокруг возникла великолепная картина. Тела Цинь Му и Императора-Основателя неподвижно замерли, в то время-ка летающие мечи кружились вокруг них, сверкая бесчисленными рунами мгновенного перемещения.

Руны на поверхности летающих мечей засияли, падая на тела Цинь Му и исполняя божественные искусства мгновенного перемещения. Затем мечи двинулись вперёд, в то время как они поднялись в воздух, будто две радуги, и столкнулись над Нефритовой Столицей.

При каждом их столкновении лучи меча вспыхивали ярко, будто солнце. Вокруг кипела энергия меча, превращаясь в лучи света, обрушивающиеся на землю.

Внешняя часть Нефритовой Столицы была поражена. Храмы Мира, Благословления, Богатого Пути, Открытия и Имперских помощников тут же покрылись огромным количеством дыр.

Использование мечей, для исполнения божественных искусств мгновенного перемещения поразило всех вокруг, даже мастеров математики вроде Су Майцина. Все они начали хвалить их и хлопать в ладоши.

Ещё больше богов и дьяволов решили сбежать, но не успев подняться, они увидели, что силуэты Цинь Му и Императора-Основателя остановились.

Раздался оглушительный грохот, после которого вспыхнуло второе из тридцати трёх небес пути меча!

Меч Потопа Высшей Яркости!

Этот меч был создан, когда Император-Основатель подавил хаос, вызванный богами и дьяволами. Со своим героизмом и храбростью, он поклялся, что изменит этот несправедливый мир

Несправедливость мира была вызвана не богами и дьяволами, она была лишь занавеской, за которой скрывалась несправедливость самих небес!

Он хотел изменить этот мир!

Это движение меча было искренним и амбициозным, исполняя его, Цинь Му и Император-Основатель поднимались всё выше и выше, будто две растущих горы. Они достигли неба, облаков, и даже открытого космоса!

Янь Жинуань, Хранитель Солнца вторых небес деревни Беззаботной, не выдержал, и из его глаз потекли слёзы, превратившиеся в двух пламенных драконов.

У него не было слёз, так как он был Хранителем Солнца. Чьё тело превратилось в чистый священный огонь. Даже когда он был глубоко растроган, из его глаз вытекали языки пламени.

Вторые небеса пути меча не разбудили Императора-Основателя, но разбудили его.

Именно он сражался бок о бок с Императором-Основателем, чтобы изменить этот несправедливый мир!

Они были молоды, переполненные энергией и стремлениями, смелыми, верными и бесстрашными.

Теперь же, он лишь жаловался на жизнь.

Внезапно из его футляра для мечей раздался металлический звон. Огромный божественный нож великого солнца загудел, его ножны начали дрожать. Ржавчина, покрывающая его лезвие, рассеялась, и оно снова начало ярко блестеть.

Над небесами вспыхнул свет меча, превращаясь в третьи небеса пути меча. Это был Меч Чистой Яркости, Ворующий Сердца, меч размышления над собой. Он сиял прямо в сердце человека, заставляя его вспомнить свои первоначальные стремления.

На момент его открытия Император-Основатель уже успел завоевать себе репутацию в Первобытном Царстве. Он забыл о своих стремлениях и потерпел серьёзное поражение, многие его последователи погибли. Они были похоронены на холмах, потому что их души были разрублены мечом.

Этот меч служил напоминанием. Его свет сиял так же ясно, как небеса Чистой Яркости, отбиваясь на лицах всех людей Императора-Основателя.

В этом свете меча многие увидели свои отражения. Кто-то увидел свою грусть, кто-то свою ненависть, кто-то свою горечь, а кто-то своё падение.

Все они увидели свои сердца Дао, покрытые бесчисленным количеством дыр.

Этот свет меча не просто был оружием, которым сражались Цинь Му и Император-Основатель. Он был их отражениями и их сердцами Дао.

Фан Юйцзы начал вытирать свои слёзы, но остановить их было невозможно.

Вскоре Цинь Му и Император-Основатель продемонстрировали четвёртое движение меча, Меч Тёмного Эмбриона Спокойных Небес. Этот меч олицетворял возрождение после бедствия, восстановление строя, боевого духа и сердец Дао после поражения!

Старое поколение Эпохи Императора-Основателя обнаружило, что их боевой дух начал восстанавливаться. Они снова захотели сражаться с богами, дьяволами и небесами, и больше не принимали своего поражения.

Многие из старых стражей райских небес Императора-Основателя увидели этот свет, путь меча и его дух, и им показалось, будто они вернулись в те времена. Героические ауры в их груди вспыхнули снова.

Они долго этого ждали.

Двадцать тысяч лет их усилий, веры и тяжёлой работы, превратились в сон, как только они ушли в деревню Беззаботную. Они превратились в старое воспоминание, становящееся всё более и более размытым за тысячелетия, которые они провели в изоляции.

Теперь они проснулись!

Пятые небеса пути меча вспыхнули, демонстрируя Меч Литературы Первобытного Сияния. Это было движение, которое Император-Основатель открыл, вернувшись с Эпохи Дракона Ханя. Он хотел перевернуть весь мир с помощью реформы, и создать эпоху где различные школы учили бы молодое поколение.

После этого они пошли по пути реформы.

Они не совершенствовали литературу, они использовали её, чтобы развивать свои сердца.

С помощью литературы они подняли свои небеса, продвинули их вперёд, и записали свои достижения. Они изменили природу неба и земли, и начали служить людям, делясь своими высшими искусствами и постоянно создавая что-то новое!

Цинь Му и Император-Основатель продолжали сражаться в небе. Каждое движение их пути меча нёсло в себе дух Эпохи Императора-Основателя. Этот дух был олицетворением всего, что пережило старое поколение райских небес Императора-Основателя.

Увидев, как Цинь Му и Император-Основатель исполняют эти движения, они будто пережили те времена заново. Их запечатанные воспоминания открылись, пробуждая старый героизм. Их холодная кровь снова закипела.

Эпоха Императора-Основателя никогда не принадлежала Императору-Основателя, а всем, кто принимал участие в её реформе.

Дух Эпохи Императора-Основателя никогда не был духом Императора-Основателя, он принадлежал всем, кто принимал участие в реформе.

Когда они начали связывать эту эпоху с ним?

Когда они начали связывать с ним её дух?

Когда они возложили всю вину за то, что райские небеса перенеслись в деревню Беззаботную, на него?

Когда Император-Основатель стал тем, кем был сейчас, а не настоящим собой?

Битва в небе становилась всё более ожесточённой. Вскоре Цинь Му и Император-Основатель достигли тридцать третьих небес пути меча, Меча Области Великого Сияния.

Это движение было создано, когда Император-Основатель создал область меча. К тому времени ему не существовало равных на пути меча.

Тем не менее, в то же время началось Бедствие Императора-Основателя. Как только он открыл тридцать треть и небеса пути меча, началась череда катастрофических событий.

Столкновение огромные мечей в небе выглядело поистине ужасающе. Тем не менее, никому так и не удалось одержать перевес.

Сила Меча Области Великого Сияния исчерпалась. Свет двух мечей ненадолго замер, когда Беззаботный меч Императора-Основателя внезапно поднялся снова, отчего по спине Цинь Му пробежали мурашки.

После Меча Области Великого Сияния были ещё одни, тридцать четвёртые небеса!

Глaва 993. Путь Bпеpеди Tяжёлый, как Железo

Меч Области Великого Сияния уже достиг области меча, чем отличался от предыдущиx небес.

Предыдущие небеса пути меча базировались на устарелых способах вхождения на путь, в то время как Меч Области Великого Сияния больше напоминал область высшего сознания, из-за чего и был областью меча.

Тем не менее, область меча всё же отличалась от области высшего сознания.

Область высшего сознания полагалась на влиянии сознанием на внешний мир. Внутри неё время останавливалось, что было высшим достижением сознания.

В то же время область меча Императора-Основателя фокусировалась на силе атаки, что было высшим достижением меча.

Освоение Меча Области Великого Сияния было сложной задачей даже для Цинь Му. Тем не менее, после этих небес были ещё одни, что повергло его в шоу.

В конце концов, Император-Основатель освободил тридцать четвёртые небеса пути меча, которые назывались Областью Меча Высшей Ясности. Его лезвие едва не расплавило райские небеса вокруг.

По лицах старых мастеров Эпохи Императора-Основателя покатились слёзы, все они в унисон воскликнули имя Императора-Основателя. Их страсть напоминала огромный потоп, под давлением которого молодые поколения богов и дьяволов деревни Беззаботной поклонились Императору-Основателю.

Их голос был таким же страстным, сумасшедшим и неразумным как голос мастеров создания перед Великим Императором.

Цинь Ханьчжэн и его жена нахмурились, глядя на обезумевшую толпу. Они никогда раньше не видели её настолько оживлённой, что их расстроило.

Янь Юньси тоже нахмурилась от волнения.

Она ещё не видела Области Меча Высшей Ясности. Должно быть, именно этот навык Император-Основатель использовал перед прибытием в деревню Беззаботную. Тем не менее, это было не самым главным.

Самым главным было то, что старые и новые боги деревни Беззаботной увидели в Императоре-Основателе всемогущего бога. Цинь Му и Император-Основатель продемонстрировали тридцать три неба пути меча, что пробудило дух старых мастеров, будто те вернулись в прошлое.

Тем не менее, всё было намного сложнее, чем она думала.

Цинь Е изначально не был Императором-Основателем. Он стал лидером эпохи лишь после того, как множество раз сразился со своими врагами.

О нём было слишком много легенд, которые и сделали его символом и опорой эпохи.

В конце Эпохи Императора-Основателя, даже старые мастера видели в нём всемогущее, всезнающее существо. Они не сомневались ни в одном из его решений.

Именно поэтому старое поколение потеряло боевой дух после того, как они ушли в деревню Беззаботную, и их реформа остановилась.

Император-Основатель стал богом в их сердцах Дао. Он стал их верой.

Когда этот образ исчез, исчезла и их вера, из-за чего они потеряли боевой дух.

Теперь, увидев тридцать три неба пути меча, они, казалось, вернулись в ту эпоху и снова начали слепо поклоняться Императору-Основателю.

Янь Юньси была сбита с толку. Сделать из Императора-Основателя бога в сердцах Дао всех вокруг было плохой идеей!

С помощью тридцати трёх небес пути меча, Цинь Му вылечил сердца Дао старых мастеров, что было хорошо. Янь Юньси даже подумала, что теперь ему не стоит избивать Императора-Основателя.

Тем не менее, харизма Императора-Основателя оказалась слишком сильной. Если его дух станет духом эпохи, то её история повторится!

«Император-Основатель должен проиграть.»

На её лбу выступили зелёные вены, она нервно стиснула зубы. Задумавшись, она начала скучать по Дровосеку: «Если бы Вэнь Тяньгэ был здесь, он бы придумал способ избежать этого. Тем не менее, этот мерзавец поклялся. Что никогда не придёт в деревню Беззаботную…»

Эпоха Императора-Основателя не была эпохой одного человека. Реформа Императора-Основателя не была реформой одного человека.

Теперь, когда история начала повторяться, она была не в силах что-либо сделать.

Область Меча Высшей Ясности продемонстрировала ужасающий уровень силы и выглядела почти неуязвимой. Цинь Му отчаянно боролся, но казалось, что он не выдержит ни одного удара!

В мгновение ока его тело покрылось ранами.

Он узнал эту область меча. Столкнувшись с Императором-Основателем в городе мастеров создания Великой Пустоши, Небесный Преподобный Хо оставил отпечаток своего Великого Дао.

Когда на Небесного Преподобного Хо обрушилась область меча Императора-Основателя, он был вынужден действовать на пределах своего совершенствования. Тем не менее. Он всё равно был ранен!

Цинь Му делал всё, что мог, чтобы отбиться от атаки Императора-Основателя, используя всё что мог, включая Меч Бедствия. Тем не менее, первый же удар Императора-Основателя пронзил его насквозь.

В этот момент возгласы людей деревни Беззаботной достигли своего предела. Их взволнованный крик достиг небес и встряхнул всю деревню Беззаботную.

Император-Основатель держал меч Беззаботный, на его лица, как всегда, оставалось спокойное выражение, будто ничто не могло пошатнуть его сердце Дао.

Тем не менее, в его глазах виднелась печать.

В этот момент округа наполнилась жёлтым песком. Засвистел сильный ветер и в небе появилась пустыня длиной в тысячу километров.

Император-Основатель стоял в её центре с мечом в руке, смотря в перёд.

В небе над райскими небесами Императора-Основателя раздался громкий вой рога, будто сигнализируя о начале войны. Огромные боги активировали его с помощью Ци, извлекая из рога звук, наполненный убийственным намерением.

Впереди них свистели свирепые ветры, неся с собой песок, который похоронил под собой райские небеса Императора-Основателя.

В облаке песка показался силуэт Цинь Му, в то время как в небе засияли бесчисленные звёзды. За его спиной с невероятной скоростью разрослось Первобытное Дерево, достигая солнца и луны своей кроной. Спустя некоторое время оно и вовсе протянулось в открытый космос.

Император-Основатель поднял голову, увидев Небесного Герцога, внизу под ним был Граф Земли.

В пустыне вокруг один за другим начали появляться райские дворцы. Некоторые из них поднимались к небесам, в то время как другие исчезали под землёй.

На страже различных дворцов этих райских небес стояли боги. Внушительные древние боги и дьяволы были старыми властелинами мира, и когда-то они контролировали судьбы всех живых существ.

Когда Цинь Му шагал вперёд, небо и земля двигалась вслед за ним, давя на Императора-Основателя.

На руны Великого Дао древних богов падал звёздный свет, отражаясь всевозможными цветами, которые падали на Цинь Му. Руны Сюаньду Небесного Герцога, Юду Графа Земли, Руин Заката, Мира Небесной Инь Богини Небесной Инь и четырёх полюсов Четырёх Божеств упали на его тело, даруя ему свои благословления.

Он был как древний Небесный Император, обладающий несравненной силой, способной контролировать жизни всех людей!

На его фоне Император-Основатель, Эпоха Императора-Основателя и все её жители казались крохотными муравьями, которых можно было с лёгкостью раздавить!

Он обладал абсолютной властью над миром!

Император-Основатель побежал вперёд с мечом Беззаботным в руках. Будто храбрый воин, атакующий небеса, он нанёс удар всеми небесами своего пути меча.

Бум! Бум! Бум!

Перед ним поднимались Южные Небесные Врата, проходя сквозь которые он чувствовал, будто его на его тело давит вес целого райского дворца. Преодолев четырнадцать врат, он подпрыгнул, наткнувшись на кулак Цинь Му.

В этом ударе было достаточно силы, чтобы разрушить тридцать три неба его пути и ударить в его тело, прибивая к земле.

После этого радостные возгласы на райских небесах Императора-Основателя прекратились, все ошеломлённо наблюдали за происходящим. Будь то старые мастера или молодые боги и дьяволы, неуязвимый император в их сердцах был разрушен.

Внезапно Император-Основатель поднялся в воздух, вокруг его тела закружился меч Беззаботный, сверкая бесчисленными рунами мгновенного перемещения. Силуэт мужчины тут же превратился в свет меча, носящийся вокруг Цинь Му в попытках обнаружить его недостатки.

Радостные возгласы раздались снова, превращаясь в оглушительные волны, ударяющие одна за другой. Это были аплодисменты жителей деревни Беззаботной, которые пытались воодушевить Императора-Основателя.

Император-Основатель взмахнул своим мечом, и Область Меча Высшей Ясности вспыхнула ещё раз. Тем не менее, перед его лицом тут же показалась огромная ладонь, которая ударила его о землю с такой лёгкостью, будто шлёпнула муху.

Возгласы снова затихли.

Император-Основатель поднялся, шатаясь. Из уголков его рта текла кровь, он смотрел на внушительный силуэт, возвышающийся над райскими небесами.

Громко воскликнул, он снова поднял меч и бросился вперёд.

Бум!

Он опять врезался в землю. В этот раз удар был более серьёзным, его конечности были сломаны. Он попытался подняться, тем не менее, не сумел этого сделать и начал ползти по земле.

Наконец он встал на ноги, и увидел кулак, летящий навстречу. Ему едва удалось успеть поднять свой меч.

Бум!

Его тело покатилось по пустыне, напоминая изодранный мешок. Он поднимал за собой облака пыли.

Цинь Му ударял снова и снова. Толпы райских небес Императора-Основателя ошеломлённо наблюдали за происходящем. Удары Цинь Му попадали не по Императору-Основателю, а по них, по их поклонении и гордости.

— Ты хочешь провести реформу? — голос Цинь Му напоминал голоса богов, раздающиеся на девяти небесах вверху. Он был высоким и холодным. — Ты хочешь изменить мир?

— В одиночку?

— Сам?

— Это смешно!

Бум!

Он поднял ногу и безжалостно наступил на Императору-Основателя, смеясь:

— Так называемой Эпохи Императора-Основателя никогда не существовало! Ты был единственным, кто продолжал бороться! На что ты полагался? У тебя есть Друзья Дао? У тебя есть лишь горстка рабов, зависящих от тебя. Они не твои друзья Дао, они лишь рабы, поклоняющиеся тебе!

— Почему бы тебе не вступить с ними в сговор? Почему бы тебе не стать Небесным Преподобным Цинем, который всем улыбается и ко всем добр? Почему ты до сих пор поднимаешь голову? — Цинь Му снова наступил на него, крича. — Почему ты снова пытаешься встать?

Император-Основатель поднялся на колени и попытался встать, шатаясь.

— Не вставай! — прокричал молодой бог. — Император, пожалуйста, не вставай! Признай поражение!

Цинь Му снова поднял ногу, втаптывая Императора-Основателя в песок, и свирепо прокричал:

— Ты никому ничего не должен! Ты никого не подвёл! Если ты продолжишь стоять на коленях, то будешь оставаться Небесным Преподобным Цинем, а не Вором Цинем, не Императором-Основателем, которому поклоняются люди деревни Беззаботной! Стой на коленях и оставайся Небесным Преподобным Цинем!

Он поднял ногу, в центре её отпечатка лежал Император-Основатель.

Цинь Му схватил его двумя пальцами, сжимая, будто муравья.

Посмотрев вниз, он улыбнулся:

— Это твои друзья Дао? Эти люди — главная движущая сила твоей реформы? Они просто кучка жалких жуков!

— Цинь Е, сдавайся. Эти люди не стоят твоей жизни. Сними свою императорскую одежду, приди на райские небеса, встань на колени и покайся перед десятью Небесными Преподобными. У тебя всё ещё высокое положение, многие люди до сих пор тебя уважают.

В этот момент Цинь Му почувствовал жар бескрайнего пламени.

На райских небесах Императора-Основателя старик снял свою одежду и достал два молота, начиная стучать в боевые барабаны у Южных Небесных Врат. Грохот барабанов превратился в боевую песню.

Фан Юцзи снял рубашку и шляпу, расправил плечи и поднял свой гроб. Стуча по нему, он начал петь:

— Пылающий западный ветер! Дикий гусь на морозе оплакивает разрушенную луну в небе!

Янь Юньси меч, и той громко зазвенел:

— Разрушенная Луна в небе! Раздался звук копыт и вой рога! Путь впереди тяжёлый, как железо!

Тела старого поколения Императора-Основателя разразились волнами энергии, накопившиеся в период катастроф. Этот звук не был знаком преклонения или уважения, их сердца Дао больше не возлагали своих надежд на больное сердце Дао Императора-Основателя.

Их голоса были тихими, но обладали пронзительной силой, олицетворяя сложности своей великой эпохи и надежду на новое поколение деревни Беззаботной, что сильно удивило последних.

— Путь впереди тяжёлый, как железо, и сегодня мы снова выдвигаемся вперёд!

— Сегодня мы снова выдвигаемся вперёд!

Глава 994. Cражение Hебеcных Препoдобных

От грохота барабанов задрожала вся вселенная. Казалось, будто мастера пытались использовать этот звук, чтобы разбудить деревню Беззаботную. Они пытались пробудить старое поколение, которое оплакивало свои судьбы и проклинало небеса, и младшее, которое проводило своё время в состоянии блаженства и роскоши, не думая о том, чтобы развиваться.

Цинь Му сражался не только с Императором-Основателем, но и с разлагающимся духом его эпохи. B глазах людей вокруг Цинь Му больше не был собой. Вместо этого он стал олицетворением райских небес и их власти, с которой они поклялись бороться!

Когда Император-Основатель был избит в области Цинь Му, они увидели, как их лидер падает под железный каблук райских небес, под железные кулаки их богов. Лица богов и дьяволов в области Цинь Му скривились в зловещих улыбках, насмехаясь над людьми деревни Беззаботной за то, что они переоценили свои силы, и то, что жертвы Императора-Основателя не сумели разбудить их сердца.

Райские небеса, которые олицетворял Цинь Му, насмехались над ними за то, что несмотря на то, что раньше они были союзниками и друзьями Дао Императора-Основателя, но теперь стали паразитами, полагающимися на него.

Они превратились в наблюдателей, которые могли лишь размахивать флагами и радостно кричать, стоя сбоку. После поражения Императора-Основателя они стали напуганными, побитыми горем людьми.

Цинь Му сидел наверху, издеваясь над ними и смотря н них холодным взглядом, твердя, что они не достойны быть друзьями Дао Императора-Основателя!

Тем не менее…

Это было не так!

В прошлом старшее поколение Эпохи Императора-Основателя обладало высоким положением и непоколебимым героическим духом. Они питали огромные амбиции и стремились изменить мир, осмеливаясь даже пойти против райских небес и несправедливости.

Изначально они не были подданными Императора-Основателя. Вместо этого они и Император-Основатель были друзьями, идущими по одном пути. Лишь из-за того, что он был самым смелым, настойчивым и находчивым, они избрали его своим императором.

Они не нуждались в его защите.

Эпоха Императора-Основателя не была эпохой одного лишь императора, она принадлежала им всем!

Когда раздался бой барабанов и грохот грома, сердца людей из тех времён проснулись, в них заново загорелся огонь.

Среди грохота барабанов, дух той эпохи будто получил новую жизнь, начиная расти и укрепляться в сердцах всех вокруг!

Реформа Эпохи Императора-Основателя должна была быть реформой каждого человека тех времён. Её природа была потеряна, когда все надежды её людей были возложены лишь на одного человека.

Когда все они спрятались в этом тесном мире и возложили все свои надежды и всю ответственность на императора, реформа потеряла свой фундамент.

Когда их праведная страсть начала остывать, они потеряли свой дух и им оставалось лишь ворчать на небо и землю.

Если молодые поколения росли в такой атмосфере, то разве можно было надеяться, что они обретут боевой дух своих предков? Как они могли разделить дух реформы Эпохи Императора-Основателя?

Неудивительно, что они не смогли двигаться вперёд и воплощать свои стремления в жизнь, и вместо этого лишь вели распутную, беззаботную жизнь.

Обычно, если кто-то не добивался успеха в своих начинаниях, он мог уйти искать счастья где-то ещё. Тем не менее, так как это была деревня Беззаботная, они не могли уйти, и были вынуждены жить бессмысленной жизнью.

Но теперь дух эпохи, спящий двадцать тысяч лет, проснулся.

Часть людей пришла в себя и использовала свой дух, чтобы пробудить остальных, вдохнуть жизнь в небо и землю, снова зажигая огонь реформы Императора-Основателя!

Ещё не было слишком поздно, они могли наверстать упущенное.

Сегодня они сделали первый шаг вперёд!

В стуке барабанов Цинь Му чувствовал боевой дух двадцатитысячелетней давности. Он был переполнен бесстрашием и неукротимостью и свидетельствовал о готовности проливать кровь райских небес ради общего блага, стремясь уничтожить несправедливость и несвободу!

Он напоминал дух Вечного Мира, хотя между ними всё же были некоторые отличие. Тем не менее, Цинь Му не мог быстро определить в чём именно они заключались.

Цинь му расслабил пальцы, и Император-Основатель упал на землю. Катясь по пустыне, он напоминал комок помолотой плоти.

В небе появилось огромное лицо Цинь Му, накрывая собой разрушенные райские небеса Императора-Основателя. Его голос прозвенел в ушах всех вокруг:

— Вы…

— Вы собираетесь восстать?

От его рёва небо и земля задрожали. Волна звука напоминала мощный порыв ветра, пронёсшийся по всем райским небесами Императора-Основателя.

Какой-то седовласый старик снял рубашку, оголяя свой мускулистый торс, и схватил стальной нож. Ударив себя в грудь, он прокричал:

— И что, если мы восстанем?

Один за другим разразились бесчисленные голоса, перекрикивая Цинь Му:

— Восстанем!

— Мы должны сгруппироваться и собрать свои силы, чтобы атаковать райские небеса!

— Я больше не мог оставаться в деревне Беззаботной! Я хочу вырваться из этой клетки, чтобы сразиться снова!

***

Цинь Му помрачнел в лице и прокричал в ответ:

— Как вы смеете…

Он собирался продолжить, когда Принцесса-консорт Чжэнь оттащила его к себе и проговорила:

— Му’эр, этого достаточно, замолчи!

Янь Юньси подлетела поближе и взмахнула рукой. В небе тут же появились густые облака, скрывая их силуэты.

Облака становились всё гуще, постепенно поглощая райские небеса Императора-Основателя. Между тем, Принцесса-консорт Чжэнь схватила Цинь Му и начала спускаться. Янь Юньси держалась вблизи, чтобы их защитить. Нервно оглядываясь по сторонам, она прошептала:

— Ты должен был пробудить сердца этих людей, но теперь их эмоции кипят слишком сильно. Если ты продолжишь говорить, то они не выдержат, подумают, что ты и вправду Небесный Преподобный райских небес, и убьют тебя!

Цинь Му испуганно пробормотал:

— Ситуация не ведь не могла зайти настолько далеко?

Янь Юньси холодно улыбнулась:

— Ты сильно избил Императора-Основателя и говорил от имени райских небес. Теперь ты воплощение райских небес. Несмотря на то, что часть людей до сих пор понимает, что ты на нашей стороне, некоторые уже не в силах отличить тебя от врага. Если толпа выйдет из-под контроля, твоя смерть будет неизбежной. Они ненавидят тебя до глубины души.

Цинь Му покорно ответил:

— Император-Основатель тоже сильно меня избил. Тридцать четвёртое небо его меча пронзило меня насквозь.

Янь Юньси холодно рассмеялась.

Цинь Му посмотрел на Принцессу-консорта Чжэнь и спросил:

— Мама, ты ведь согласна?

Принцесса-консорт Чжэнь беспомощно кивнула:

— Кажется, Император-Основатель не сдерживал своих сил и серьёзно ранил Му’эра.

В этот момент раздался шёпот Цинь Ханьчжэня:

— Множество людей потеряли рассудок и бросились в небо. Видимо, они хотят тебя убить, чтобы освободить энергию, кипящую в их телах. Я попытаюсь найти Императора-Основателя и попросить его успокоить толпу. Думаю, он скоро покажется.

Затем он поспешно ушёл.

Принцесса-консорт Чжэнь и Янь Юньси спрятали Цинь Му, чтобы его никто не заметил. Теперь, когда эмоции людей деревни Беззаботной пытались вылиться наружу, и они видели в Цинь Му воплощение райских небес, если его заметят, он тут же умрёт.

— Нам больше нельзя оставаться на райских небесах. Нужно уходить!

Принцесса-Консорт Чжэнь и Янь Юньси быстро вывели его из райских небес Императора-Основателя. Цинь Му услышал тяжёлый голос императора, раздавшийся наверху. Казалось, тот вдохновлял людей выйти из деревни Беззаботной, продолжить сражаться и вести реформу.

Тем не менее, Принцесса-консорт Чжэнь и Янь Юньси продолжали тащить его вперёд. В конце концов он уже не мог разобрать слов Императора-Основателя.

Они достигли Небес Мирного Учения, и Принцесса-Консорт Чжэнь отвела их к резиденции Короля Чжэня. Когда Цинь Му увидел здание впереди, он покачал головой:

— Я уже сразился с Императором—Основателем. Я не могу войти внутрь, и должен остаться здесь. Небесный Наставник Цзы Си, я могу попросить тебя позвать ко мне Божественного Короля Шу Цзюня?

Принцесса-консорт Чжэнь была ошеломлена, но ничего не ответила.

Янь Юньси сразу же ушла, чтобы найти Божественного Короля Шу Цзюня.

Время постепенно проходило. Цинь Му не знал, что происходит на райских небесах Императора-Основателя. Тем не менее, ему было достаточно знать, что сегодня деревня Беззаботная воскресла. Её жители вышли из своего одурманенного состояния, и обязательно отправятся во внешний мир.

Более того, раса мастеров создания не пойдёт по тому же пути и не будет уединяться. Они также выйдут наружу.

Посмотрев в сторону могил своих предков, Цинь Му увидел, как над ними скапливается туман.

В его сердце возникло чувство умиротворения.

Он жаждал воскресить своих предков, заставить их вернуться в мир. Тем не менее, он не был во внешнем мире. Он не мог использовать силы Небесного Герцога и Графа Земли, кроме того, от предков не осталось физических тел, поэтому он не мог этого сделать.

Он тихо сидел, желая с ними поговорить. Тем не менее, их сознание тоже рассеялось. В конце концов, они не были мастерами создания.

О чём можно было говорить с мёртвыми? В конце концов, они были лишь трупами, покоящимися среди гор.

Они умерли достойной смертью, и этого было достаточно.

Спустя неизвестное количество время к нему подошли Император-Основатель и Цинь Ханьчжэн, а также Шу Цзюнь и Янь Юньси.

Цинь Му поднялся, встряхнул пыль со своей задницы и проговорил:

— Боюсь, что мне нельзя и дальше оставаться в деревне Беззаботной. Здешние люди не слишком мне рады. Думаю, что мне стоит уйти. В конце концов, я не житель деревни Беззаботной, а святой младенец мастеров создания.

На лицах Цинь Ханьчжэня и Принцессы-консорта Чжэнь возникли сложные выражения.

Цинь Му оскорбил всю деревню Беззаботную. Теперь он не просто не мог оставаться в реестре семьи Цинь, но даже в самой деревне.

Император-Основатель проговорил:

— Позволь мне тебя проводить.

Цинь Му кивнул и вошёл в пустоту.

Император-Основатель шёл рядом с ним, а Шу Цзюнь отставал на несколько шагов, не подходя слишком близко.

Его острые чувства позволяли ему заметить, что между ними двумя происходило что-то странное, поэтому он не хотел к ним приближаться.

По пути Цинь Му оглянулся. Цинь Ханьчжэня и его супруги не было видно. Мастера создания за небом тоже отступили, отчего звёздное небо за пределами деревни Беззаботной было совершенно пустым.

— Цинь Кай, я не слишком сильно тебя избил? — обеспокоенно спросил Цинь Му.

После слов «Цинь Кай» левая бровь Императора-Основателя легко дрогнула. Он ответил:

— Ты избил меня сильно, но я сумел это выдержать.

— У тебя грубая кожа и толстое тело. Естественно, что ты выдержал, — рассмеявшись, проговорил Цинь Му. — Разве ты не хочешь узнать кто из нас сильнее?

Император-Основатель спокойно ответил:

— Мы, должно быть, равны.

Цинь Му тихо улыбнулся и проговорил:

— Я тоже так думаю. Давай разойдёмся здесь. На тебя ждёт много работы в деревне Беззаботной.

Император-Основатель кивнул и остановился.

Цинь Му продолжил двигаться к мастерам создания. Шу Цзюнь шёл следом, когда внезапно остановился.

Император-Основатель достал меч Беззаботный и мягко проговорил:

— Друг Дао Му Цин, ты в области богов?

Цинь Му остановился. Повернув голову, он засмеялся:

— Да.

— В таком случае, твоя Ци должна быть невероятно энергичной и более сильной, чем моя.

Император-Основатель крепко сжал меч Беззаботный, неторопливо проговорив:

— С точки зрения божественных искусств, я тебе не ровня. Количество рун Великого Дао, которыми ты владеешь, тоже значительно чем моё, и ты даже смог создать целую область. Исходя из магической силы, ты сильнее меня.

Цинь Му развернулся, держа в руках пилюлю меча. Она медленно превратилась в божественный меч, свет которого начал медленно кружиться. Он рассмеялся:

— Да, так и есть.

Император-Основатель продолжил:

— Но настоящий обмен ударами не может базироваться исключительно на божественных искусствах и техниках меча. Реформа Вечного Мира способна здесь что-то показать?

Лицо Цинь Му сияло в улыбке:

— Разве можно узнать, не попробовав? Если нет, то как проверить, сильнее ли моя реформа Вечного Мира твоей реформы Императора-Основателя?

Шу Цзюнь начал тихо отступать назад, на его лбу выступил холодный пот.

Император-Основатель улыбнулся. Его ноги разразились силой, область меча быстро заполнила округу. Его Дао меча мгновенно достигло предела своей силы, и он улыбнулся:

— Му Цин, ты раньше видел двадцатую форму меча?

Бум!

Вспыхнуло ослепительное сияние, и Цинь Му исполнил свою область божественного сокровища. В ней начала кружиться и расширяться диаграмма тайцзи, в то время как солнце, луна и галактики вылетели из его тела. Божественный меч в его руке начал быстро расти!

— Я ждал этого! Я хочу увидеть твою область меча и двадцатую форму меча!

Лучи света в их руках столкнулись. В тот же миг Шу Цзюнь почувствовал ужасную боль в глазах, их них начали течь слёзы. Он видел перед собой размытую картину, и лишь чувствовал ужасающие толчки, с которым совершенные Дао меча пронзает пустоту!

Ему казалось, будто его кожу пронзили тысячи мечей, проткнув его тело, душу и сознание. Он был повергнут в ужас.

Вскоре сияние Дао меча рассеялось. Цинь Му держался за грудь, пытаясь уйти.

Император-Основатель опустил свой меч. Из его лезвия капала свежая кровь.

— Шу Цзюнь, идём! — голос Цинь Му казался слабым. — Я не могу пошевелиться. Неси меня…

Шу Цзюнь поспешно шагнул к нему, удивлённо взглянув на Императора-Основателя.

Тот выглядел расстроенным, смотря им в след.

Его область меча превозмогла над область божественного сокровища Цинь Му, двадцатая форма меча не подвела. Он пронзил область божественного сокровища Цинь Му, сокрушив его навык меча.

Тем не менее, мимо его Божественного Моста пронесся ослепительный луч света.

Меч Столкновения с Бедствием Цинь Му не разрубил его божественный мост, а лишь коснулся его поверхности, отчего Император-Основатель облился холодным потом.

Если бы этот удар сломал его божественный мост, то его райский дворец разрушился бы, сокрушая все шесть великих божественных сокровищ и полностью уничтожая его совершенствование!

Он не знал, не хватило ли Цинь Му сил, чтобы уничтожить Божественный Мост, или же он проявил милосердие.

Император-Основатель засунул меч обратно в ножны и оглянулся на деревню Беззаботную: «Мне нужно взглянуть на реформу Вечного Мира.»

Глaва 995. Плоxой бpат стесняется

— Двадцатая форма меча и вправду сильна.

Шу Цзюнь спустил Цинь Му со своей спины. Тот потянулся, прежде чем энергично подпрыгнуть и встать на ноги, удивляя его.

Ещё мгновение назад ранений Цинь Му казались крайне серьёзными. Двадцатая форма меча сильно его ранила, отчего Шу Цзюнь даже испугался, что душа Цинь Му отправится в Мир Духов Предков.

Цинь Му был серьёзно ранен мечом. Больше всего досталось не его физическому тело, а Духовному Эмбриону и райским дворцам, которые потерпели огромный ущерб от области меча Императора-Основателя.

Как ни странно, несмотря на серьёзность травм Цинь Му, он быстро оправился. Шу Цзюнь даже заподозрил, что тот лишь притворялся, что был ранен.

— Как и следовало ожидать от сильнейшего практика пути меча. Его понимание меча глубже, чем у большинства. Двадцатая форма меча даже сильнее, чем девятнадцатая, Поднятие Бедствия.

Цинь Му достал пилюлю меча и начал ею размахивать, пытаясь повторить двадцатую форму меча.

Она принципиально отличалась от девятнадцати предыдущих форм.

Открывая восемнадцатую форму меча, Цинь Му заметил что-то странное. По мере того, как базовые навыки меча практика становились всё более продвинутыми, количество требуемой для их исполнения магической силы тоже увеличивалось. B конце концов, использование навыка становилось слишком трудоемким, и могло полностью истощить запасы сил практика.

Он заметил это, когда открыл восемнадцатую форму меча.

Его совершенствование было глубже и сильнее чем у его сверстников. Даже Император-Основатель не шёл с ним ни в какое сравнение в одной области. Именно поэтому он мог использовать восемнадцатую форму меча.

Тем не менее, для кого-либо другого использование восемнадцатой формы меча целиком бы израсходовало запас его магических сил.

Девятнадцатая форма меча, Восход Бедствия, требовала ещё большего количества магической силы, не говоря уже о более высоких достижениях построений и состояния ума.

Чтобы овладеть девятнадцатой формой меча, нужно было пройти через множество тренировок. Поэтому, изучив её, можно было одновременно вступить на путь мечом.

В результате, со временем всё меньше и меньше людей знали это движение.

Даже если кто-то изучил бы его, им могло бы не хватить магической силы, чтобы его исполнить.

В полноценном поединке с Императором-Основателем Цинь Му увидел, что требования двадцатой формы меча Императора-Основателя был ещё выше.

«Для исполнения этого движения нужно вложить в него свою душу и сжечь свою Ци и кровь, взаимодействуя с областью меча.»

Цинь Му сильно нахмурился. У него было мало шансов быстро овладеть двадцатой формой меча, так как он всё ещё не успел постичь свою область меча.

Его Меч Столкновения с Бедствием не являлся базовым движением, а был нацелен на разрушение божественных сокровищ и райских дворцов. Это был путь меча, созданный для уничтожения старых систем совершенствования и повреждения совершенствования противника.

В прошлом Цинь Му потерял свою душу и у него осталось лишь его сознание. Он использовал меч Столкновения с Бедствием, чтобы разрушить своё совершенствование и приступить к уничтожению райского дворца. Затем свет меча превратился в поток, который уничтожил его божественное сокровище Небожителя, Шести Направлений, Семи Звёзд, Пяти Элементов и Жизни и Смерти, оставляя лишь Духовный Эмбрион.

После этого он использовал это движение исключительно для уничтожения райских дворцов и божественных сокровищ других богов и дьяволов.

Тем не менее, это движение не было базовым навыком меча.

Сражаясь с ним в одной области, Император-Основатель использовал свою силу области богов Цинь Му подавил его с помощью безграничной Ци своей области божественного сокровища, но двадцатая форма меча всё равно смогла его ранить, демонстрируя насколько ужасающей была область меча. Она позволяла одолеть даже более сильных противников.

Тем не менее, он был расстроен, так как не мог её изучить.

«Я — Тело Тирана, мне просто нужно больше работать…»

Заново воспряв духом, он двинулся к землям мастеров создания вместе с Шу Цзюнем.

Множество взрослых мастеров создания во главе с Сю Чжунем и другими вождями помогали Сыну Юду, Цинь Фэнцину, создавать Юду Мира Парамиты. В их землях остались лишь молодёжь и старики.

Другие кланы были заняты тем же. Юду Мира Парамиты было жизненно необходимым для мастеров создания, именно поэтому Божественный Король Лан Во приказала всем кланам отправиться на помощь Цинь Фэнцину.

Цинь Му попытался открыть Врата Небесной Воли и обнаружил, что теперь это стало возможным.

Заглянув внутрь, он увидел бесчисленных внушительных мастеров создания, бродящих по огромной пустоши. Их межбровья ярко сияли, они создавали с помощью своего создания и Божественных Камней Великого Первоначала.

Цинь Фэнцин, находящийся в центре Юду мира Парамиты, не уступал им в размерах. На самом деле, он был даже больше.

Великое Дао Юду выливалось их его тела и сливалось с сознанием мастеров создания, отбиваясь в пустоте.

— Не открывай врата, не открывай врата! — заметив, что Цинь Му открыл Врата Небесной Воли, Божественный Король Лан Во поспешно обратилась к нему своим сознанием и проговорила. — Пока что тебе нельзя открывать врата. Великое Дао Юду мира Парамиты может вылиться через них, нарушив мир Парамиты.

Силуэт Цинь Му двинулся с места, входя в Юду мира Парамиты. Врата Небесной Воли за его спиной закрылись.

Осмотревшись, он увидел, как в мире Парамиты появляются отчётливые очертания земли. Ему даже удалось рассмотреть звезды и тридцать три неба деревни Беззаботной.

Юду мира Парамиты находилось над миром Парамиты. Это место, построенное мастерами создание и Сыном Юду, дотягивалось до каждого уголка мира Парамиты. Если продолжить его развивать, то оно сможет достичь Великой Пустоши.

Цинь Фэнцин давно хотел стать Маленьким Графом Земли своей собственной области, чтобы иметь возможность позаботиться о своей матери. Теперь, у него была не то, что небольшая область, а огромная. Он мог заботиться не только о своей матери, а о всей деревне Беззаботной.

Он даже мог взять под свою опеку всех мастеров создания Великой Пустоши и Мира Парамиты, делая эти миры намного более безопасными.

— Плохой брат! — заметив Цинь Му, радостно проговорил Цинь Фэнцин. — Ты здесь! Здесь скучно, я могу лишь смотреть на этих громадин, но больше не могу их есть!

Мастера создания вокруг были заметно рассержены. Они хотели его избить, но не могли.

Цинь Му полетел к нему, но так как его скорость была не слишком большой, Цинь Фэнцину пришлось протянуть свою руку и схватить его, прежде чем подтянуть к себе. Цинь Му повис перед его лицом, выглядя как пылинка.

— В будущем у тебя будет много еды. Тем не менее, ты не можешь есть людей деревни Беззаботной или мастеров создания, когда захочется, — терпеливо проговорил Цинь Му. — Райские небеса придут сюда, чтобы найти деревню Беззаботную. Снаружи Великой Пустоши погибнет множество существ, настолько много, что ты не будешь успевать их пожирать. Тебе даже удастся собрать запас на многие годы!

Цинь Фэнцин был явно обрадован и начал потирать руки:

— Что же нам тогда делать? Если мы будем держать их на будущее, они будут сильно страдать! Мне придётся переступить через себя и сожрать их за один присест. Я просто немного потренируюсь, и смогу есть больше!

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— На райских небесах очень много сильных практиков, как ты собираешься всех их сожрать? Более того, если начнется война, жертв станет ещё больше. Ты должен создать для людей из деревни Беззаботной и мастеров создания систему, которая будет наказывать зло и вознаграждать за добро. Можешь пожирать злых. И оставлять добрых в живых.

— Звучит хорошо! — радостно проговорил Цинь Фэнцин. — Таким образом я буду есть ещё больше!

На лбу Цинь Му выступили вены, он повторил:

— Ты должен наказывать только злых, и вознаграждать добрых!

Цинь Фэнцин спросил:

— Что ты имеешь в виду?

Успокоившись, Цинь Му объяснил:

— Мы будем их оставлять, чтобы всегда иметь запас еды.

Цинь Фэнцина внезапно осенило. Рассмеявшись, он проговорил:

— Это отличная идея. Даже хорошие люди иногда делают плохие вещи. Отличная идея, отличная! Если хорошие люди сделают что-то плохое, я их лизну, а если плохие сделают что-то плохое, то я их сожру!

У мастеров создания вокруг пробежали мурашки по спине. Было сложно понять, устали они или же испугались.

Цинь Му мысленно вздохнул, думая про себя: «Брат слишком небрежен, когда речь идёт о правилах, и обычно руководствуется своими чувствами. Тем не менее, боги райских небес Императора-Основателя умеют всё организовывать и определённо создадут правила, которые ограничат брата и не позволят ему свирепствовать.»

Даже Божественный Король Лан Во чувствовала, что они попали в не слишком надёжные руки.

Цинь Му подарил ей впечатление надёжного человека, но услышав их с Цинь Фэнцином разговор она поняла, что всё не так хорошо.

— Сестра Божественный Король, ты не могла бы пробиться в Великую Пустошь, чтобы позволить Юду Парамиты накрыть её?

Божественный Король Лан Во покачала головой:

— Сделать всё и сразу будет крайне тяжело, на это уйдёт много времени. Тем не менее, если нас атакуют райские небеса, они смогут войти в митр Парамиты, что создаст много проблем. Поэтому, я думаю, что мы должны просто открыть проход в Юду в трёх домах, чтобы иметь средство защиты от райских небес.

Цинь Му похвалил:

— Какая отличная идея, сестра.

Божественный Король Лан Во улыбнулась и спросила:

— Как всё прошло между тобой и Императором-Основателем?

— Мы уже сразились. Он хотел провести пять сражений, а я десять, и мы так и не договорились о формате, — немного подумав, ответил Цинь Му. — Если мы сразимся в одной области, мои шансы на победу составляют семьдесят процентов. Тем не менее, если он изучит результаты реформы Вечного Мира, то всё изменится, и у меня останется лишь сорок-пятьдесят процентов на победу. В лучшем случае, у него будет небольшое преимущество надо мной. У него есть своя ниша, и мне сложно его в ней победить.

Божественный Король Лан Во с любопытством наблюдала за ним, прежде чем улыбнуться и проговорить:

— После всего, что ты сказал, ты и вправду не хочешь здесь остаться?

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Я собираюсь отправиться обратно на райские небеса Дракона Ханя. Мои дела здесь закончены. Мастера создания и деревня Беззаботная теперь живут в мире, а Император-Основатель займётся делами деревни Беззаботной. После постройки Юду Парамиты, здешний мир не сможет исчезнуть, так что мне здесь больше нечего делать. Внешний мир намного более интересный и большой.

Божественный Король Лан Во моргнула и проговорила:

— Я тоже хочу уйти, чтобы посетить дворец предков.

Цинь Му поспешно проговорил:

— Не уходи отсюда! Если это случится, начнется много проблем. Не райских небесах нет ничего интересного! Я серьёзно!

Божественный Король Лан Во с любопытством спросила:

— Я не создавала проблем здесь, с чего я должна создать их снаружи?

Цинь Му замолчал. Не зная, как ей всё объяснить.

Сколько хаоса произойдёт, если Небесная Императрица и Госпожа Юаньму увидят ещё одну Цзюэ Учэнь?

В конце концов, одна лишь красота Божественного Короля Лан Во была оружием, которое затронуло бы сердца Дао многих людей и создало бы много хаоса.

Её красота и элегантность затмевали даже красоту Юнь Чусю. Несмотря на то, что их внешность была одинаковой, Юнь Чусю всё же слегка казалась фальшивой, в то время как Божественный Король Лан Во выглядела более естественной и привлекательной.

Более того, древний Небесный Император до сих пор был жив!

Что случится, если он увидит Божественного Короля Лан Во?

Цинь Му не мог себе этого представить.

Божественный Король Лан Во уверенно проговорила:

— Мы должны идти. Это тоже твоя обязанность. Святой младенец, я что, должна быть заперта в мире Парамиты, в то время как все остальные идут наружу?

Цинь Му не мог принять решения.

Цинь Фэнцин с любопытством на них посмотрел. Его огромное лицо почти коснулось их тел, его глаза неистово вращались, смотря то на Цинь Му, то на Божественного Короля Лан Во.

Заметив на лице Цинь Му выражение нерешительности, он был крайне заинтригован. Его брат обычно был решительным человеком, но теперь вёл себя невероятно осторожен.

— Плохой брат стесняется! — в голос рассмеялся Цинь Фэнцин.

Цинь Му покраснел и начал спорить:

— Нет! Брат, не говори глупостей!

Божественный Король Лан Во не поняла о чём идёт речь и продолжила смотреть на Цинь Му. Стиснув зубы, тот проговорил:

— Ты можешь пойти со мной, но должна меня слушаться. Тебе нельзя дать другим понять, что ты мастер создания, ты должна вести себя как обычный человек. Кроме того, тебе нужно скрыть глаз в своём межбровье.

Божественный Король Лан Во кивнула и мягко проговорила:

— Конечно.

Сердце Цинь Му дрогнуло, но он поспешно успокоился, чтобы избежать насмешек Цинь Фэницина, и проговорил:

— У меня есть ивовый лист, который я могу приклеить на твой лоб. Раньше я использовал его, чтобы запечатать своего брата…

Он достал золотой ивовый лист, и Божественный Король Лан Во закрыла глаза, ожидая, пока он приклеит его на её межбровье.

При виде этой картины сердце Цинь Му дрогнуло снова.

— Стесняешься! — рассмеялся Цинь Фэнцин.

Глaва 996. Двоpeц Наложниц

Цинь Му почувствовал себя ужасно неловко, понимая, что попал под власть соблазна.

«Если бы здесь был жирдяй, то он нашёл бы что сказать, чтобы заставить меня прийти в себя и не попасть под гипноз её красоты.»

У Божественного Короля Лан Во не было других мыслей, кроме как создать зеркало, чтобы взглянуть на ивовый лист в своём межбровье и проверить, хорошо ли его приклеил Цинь Му.

Ивовый лист выглядел довольно хорошо, что её обрадовало.

В конце концов он был выкован стариками деревни Цань Лао. Несмотря на то, что они уступали ей в силе, они всё же были мастерами ковки и живописи, и сумели придать листу удивительной красоты.

Даже Граф Земли и Небесный Герцог приложили свои руки к его созданию, что сделало этот артефакт необычным.

Одев его, она почувствовала себя по-особенному.

Цинь Му посмотрел на неё корону и заколебался. Корона была символом божественного короля и камни на ней выглядели невероятно дорогими. Она привлечёт к себе много внимания.

«Впрочем, её красота всё равно привлечет много внимания, — он передумал просить Божественного Короля Лан Во снять свою корону, думая. — Она хорошо выглядит. Главное, чтобы она не выглядела как мастер создания. Между ними и древними богами существует глубокая вражда, поэтому мне стоит быть осторожным. В конце концов, многие древние боги в тайне меня поддерживают. Если они её личность будет раскрыта, у меня будет много лишних проблем.

Божественный Король Лан Во призвала к себе вождей и отдала им указания. Цинь Мк нашёл Шу Цзюня и проговорил:

— Божественный Король, я возвращаюсь на райские небеса. Ты не хочешь пойти со мной?

Немного подумав, Шу Цзюнь ответил:

— Конечно.

Цинь Му слегка рассердился:

— Разве ты не говорил, что хочешь найти своих людей? Теперь, когда это наконец случилось, почему ты решил отправиться на райские небеса? Там опасно. Будет лучше, если ты останешься здесь. В деревне Беззаботной ты сможешь изучить плоды реформы Императора-основателя, и открыть свои божественные сокровища и райские дворцы.

— Ты спросил, не хочу ли я пойти с тобой, надеясь, что я останусь! Ты двуличный и хитрый! — начал жаловаться Шу Цзюнь. — В деревне Беззаботной нечему учиться. Их методы совершенствования не так хороши, как твои. Всё, что я смогу здесь выучить, это несколько путей, навыков и божественных искусств, поэтому я не хочу тут оставаться. Не забывай, что ты до сих пор должен найти для меня мастера создания, скрывающегося на райских небесах.

Цинь Му пробормотал в ответ:

— Я думал лишь о тебе. В конце концов, я привёл в Великую Пустошь многих людей, но не тебя. Если ты вернёшься вместе со мной, люди начнут сплетничать, увидев твою большую голову…

Шу Цзюнь рассмеялся от злости:

— A как же Божественный Король Лан Во? Разве она не будет вызывать вопросов? Не пытайся избавиться от меня до того, как выполнишь свою часть сделки!

Цинь Му не знал, что ответить, когда внезапно осознал: «Я хочу, чтобы ШУ Цзюнь отправился со мной и не позволил мне бы попасть под соблазн Божественного Короля Лан Во, именно поэтому я предложил ему пойти. Но в то же время я хочу, чтобы он остался. Вот черт, мне нужен жирдяй!»

Они немедленно отправились в дорогу.

Спустя несколько дней они прибыли на клочок земли с тремя домами, и забрались на его вершину, остановившись у дверей.

«Интересно, Небесным Преподобным Хо и Сюй удалось сбежать?» — задумался Цинь Му.

Божественный Король Лан Во открыла дверь посередине и объяснила:

— Чтобы выйти отсюда, не нужно предпринимать всех тех действий, что нужны снаружи. Как только мы войдём внутрь, то окажемся перед Мостом Пустоты.

Цинь Му и Шу Цзюнь вошли внутрь, но вместо того, чтобы оказаться в комнате, они увидели перед собой Моста Пустоты!

Они стояли в двери дома посередине!

Мост Пустоты был полуразрушен, по нему блуждали лучи света. Цинь Му нахмурился, понимая, что пересечь его будет сложно. Чтобы добраться сюда, ему пришлось построить Ковчег Парамиты и работать сообща с Небесными Преподобными Хо и Сюем.

Даже со способностями Божественного Короля Лан Во, они не могли пересечь мост.

В этот момент дом в центре разразился волной ужасающей силы. Из рисунка на стене вышли Небесные Преподобные Хо и Сюй!

Им удалось выбраться из цикла жизни и смерти мира внутри картины!

Цинь Му не колебался, закрыв дверь ещё до того, как они приземлились, после чего тут же открыл её снова. В комнате перед ним больше не было Небесных Преподобных Сюй и Хо, и вместо них показался огромный дворец.

В спешке, Цинь Му решил не проверять, что это за мир, и тут же прокричал:

— Идём внутрь!

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Если мы используем другой порядок открытия дверей, то можем попасть в другой мир. Я знаю безопасное место…

— Слишком поздно!

Цинь потянул её за руку, ничего не объясняя. Шу Цзюнь прыгнул следом.

Дверь открылась, и показались окутанные пламенем рога Небесной Преподобной Сюй. Они извивались, будто река адского пламени Юду.

Её тело было покрыто шрамами от ранений. Осмотревшись, она увидела рассеянный свет Моста пустоты и взрывы потоков пустоты. От Цинь Му и остальных не осталось и следа. Холодно хмыкнув, она развернулась.

Небесный Преподобный Хо вышел из комнаты и посмотрел прямо на неё.

Он тоже был тяжело ранен, и ему пришлось бы потратить много времени, чтобы вернуться в норму.

Их пять глаз посмотрели друг на друга. В межбровье Небесной Преподобной Сюй, был третий глаз, как и у Графа Земли. Спустя некоторое время они отвели взгляды.

Они получили свои ранения, сражаясь друг с другом. Перебравшись на противоположную сторону моста, они вошли в дом посередине и оказались в Мире Реинкарнаций, созданном мастерами создания.

Они застряли в цикле, в котором Небесная Преподобная Сюй превратилась в божественного короля, возглавляющего миллионную армию. В тоже время Небесный Преподобный Хо тоже стал божественным королём. Их народы конфликтовали, поэтому они повели свои армии в бой, неся огромные потери.

Самым страшным в Мире Реинкарнаций было то, что сильное сознание мастеров создания изменило их воспоминания. Даже Небесные Преподобные не сумели избежать его влияния.

В их новых воспоминаниях они яростно ненавидели друг друга, и были вынуждены непрерывно сражаться.

Когда Император-Основатель пришёл сюда, он тоже попал в ловушку, и сумел выбраться лишь благодаря силе своего сердца Дао.

Тем не менее, Небесным Преподобным Хо и Сюй повезло больше. В конце концов, они были Небесными Преподобными и сражаясь освободили ужасающую силу, которая превысила возможности этого мира. В итоге они заметили, что их армии замерли на месте, не шевелясь.

Замерли даже мирные жители и дикие звери.

Птицы, летящие в небе с распростертыми крыльями, застыли на месте, а леопард, прыгнувший на свою жертву, повис в воздухе. Даже капли водопада остановились, отказываясь падать на землю.

Даже более странным было то, что как только они перестали сражаться, мир странным образом вернулся в порядок.

Боги под их управлением мгновенно перенеслись из одного места в другое. Даже те, чьи тела были разрублены на части, продолжили сражаться!

Картина перед их глазами становилась всё более и более необычной, и вскоре в небе начали летать крылья птиц, в то время как их тела оставались на земле. Это выглядело одновременно ужасно и смешно.

В этот момент они точно поняли, что этот мир был поддельным, и что мастера создания изменили их воспоминания. Они не могли вспомнить кем были на самом деле, поэтому начали вместе искать выход из этой ситуации.

Тем не менее, им не удалось добиться в этом успеха, и в итоге они решили сразиться снова, чтобы окончательно разрушить этот мир.

Именно во время этой битвы они получили свои ранения. Тем не менее, им всё же удалось сбежать.

Как только они оказались снаружи, их память вернулась в норму. Но не успев выйти из здания, они увидели, как Цинь Му закрывает перед ними дверь, что повергло их в шок.

К счастью, открыв дверь они всё же сумели выбраться наружу. Вот только Цинь Му и остальных уже не было.

— Неужели Небесный Преподобный Му посетил деревню Беззаботную, пока мы были в ловушке? — прямо спросила Небесная Преподобная Сюй? — С ним был какой-то парень и женщина, но до того, как мы попали сюда, здесь был лишь Ло Ушуан. Откуда они взялись?

Небесный Преподобный Хо покачал головой:

— На этот вопрос может ответить только он сам. Должно быть, он вошёл внутрь здания.

Они посмотрели на три дома, их взгляды дрогнули. Они не испытывали ни малейшего желания заходить внутрь снова.

Сила мастеров создания не была выше, чем у них, но их методы были слишком жестоки и непробиваемы!

Небесная Преподобная Сюй нахмурилась и проговорила:

— Полагаясь на одну лишь силу, мы вряд ли найдём деревню Беззаботную. Но так как ты встретил здесь Императора-Основателя, то и деревня должны быть в этом месте. Теперь остаётся лишь один вопрос — как нам вернуться?

Внезапно сердце Небесного Преподобного Хо дрогнуло, и он закрыл и открыл дверь. Перед ним появился другой мир, в котором слышался хаотичный дьявольский голос.

В глубинах тьмы показался огромный глаз. Повернувшись. Он уставился на них.

Небесный Преподобный Хо подпрыгнул, и уже собирался закрыть дверь, когда Небесная Преподобная Сюй оттолкнула его руку и вошла в комнату, спокойно проговорив:

— Небесная Преподобная Сюй райских небес отдаёт дань своего уважения Графу Земли.

Небесный Преподобный Хо недолго колебался, прежде чем войти. Дверь за их спинами закрылась.

С другой стороны, Цинь Му ступил на твёрдую землю, увидев вокруг себя зелёный сад. Впереди виднелось кристально чистое озеро.

Его глаза начали взволновано смотреть по сторонам. Что-то пошло не так. Он быстро обернулся, чтобы вернуться к Мосту Пустоты, но дверь уже была закрыта.

На его лбу выступил холодный пот. В этот момент неподалёку раздался мелодичный смех:

— Я слышала, что Небесному Преподобному Му не хватает чувства приличия, и он любит подглядывать за наложницами Небесного Императора, когда те купаются. Я не поверила, но вот ты здесь!

Цинь Му оглянулся и увидел супругу императора, одетую в красную одежду с глубоким вырезом, которая не прикрывала её плеч. Её волосы были закручены в высокий пучок.На её ногах были позолоченные крылатые туфли с высоким каблуком, которым громко стучали при каждом шаге.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Это была Небесная Госпожа Цян, Небесная Преподобная Цян из Десяти Небесных Преподобных. Однажды он подозревал, что она могла быть Небесной Императрицей или Госпожой Юаньму.

По земле за ее спиной ползали ленты, её глаза ярко засияли. Её взгляд упал на Цинь Му, прежде чем повернуться на Божественного Короля Лан Во. Посмотрев на неё, она не сумела отвести глаз.

Божественный Король Лан Во была озадачена её взглядом, поэтому поспешно посмотрела в зеркало. Она не заметила ничего необычного.

— Цзюэ… Цзюэ Учэнь! — Небесная Госпожа Цян была ошеломлена, прокричав. — Ты осмелилась сюда прийти, Цзюэ Учэнь?

«Небесная Преподобная Цян — это не Госпожа Юаньму и не Небесная Императрица. Госпожа Юаньму была Цзюэ Учэнь, и Небесная Императрица об этом знает. Если Небесная Госпожа Цян была бы одной из них, то она бы этого не сказала, — Цинь Му был ошеломлен. — Так кем же может быть Небесная Госпожа Цян? Неужели она…»

В его мозгу возникла дурацкая догадка.

Глaва 997. Резиденция Hебеcного Преподобного Му

Божественный Король Лан Во разозлилась: «Почему все называют меня Цзюэ Учэнь?»

В конце концов, она была божественным королем мастеров создания и не находилась в тесных связях с внешним миром. Тем не менее, будучи единственным божественным королем мастеров создания и ровней Императору-Основателю, она была достаточно умна, чтобы не дать другим понять, что она чем-то рассержена.

Как только Небесная Госпожа Цян заговорила, она тут же поняла, что сказала лишнего, и раскрыла много своих секретов.

Она тут же замолчала.

Цинь Му был слишком ошеломлен, в его мозгу вспыхнули бесчисленные мысли. Он тоже замолчал.

К убийству Небесного Императора были причастны лишь несколько людей, среди которых были лидеры Небесного Союза и сам Небесный Император.

В прошлом Небесный Союз объединил свои усилия, чтобы расправиться с Небесным Императором, в итоге образовав сложную рабочую группу, которая занялась решением этого вопроса. За исключением старых Небесных Преподобных, были также задействованы лидеры полубогов, сын Небесного Герцога, дочь Графа Земли и даже сам Небесный Император.

Тем не менее, мало кто из них так бурно отреагировал бы на встречу с Цзюэ Учэнь. За исключением Госпожи Юаньму и Небесной Императрицы, это мог сделать разве что сам Небесный Император!

Было бы крайне интересно, если бы Небесная Госпожа Цян оказалась на самом деле Небесным Императором.

Цинь Му тут же задумался о возможности того, что могло произойти на райских небесах. Небесный Император мог отделить часть своей души, чтобы стать Небесной Госпожой Цян и внедриться в свой гарем ради того, чтобы не позволить небесной Императрице захватить власть в гареме и стать слишком сильной. В конце концов, она могла представить собой угрозу его правлению.

Он видел, как Небесная Императрица и Госпожа Юаньму создавали проблем в его гареме.

Когда он реинкарнировал, чтобы повидаться с Цзюэ Учэнь, созданной Госпожой Юаньму, Небесная Госпожа Цян осталась в гареме.

В тот раз его физическое тело осталось на райских небесах, но в нём не было его исконного духа.

После этого Госпожа Юаньму и Небесный Союз избавились от реинкарнировавшего Небесного Императора и задержали его душу, пока Небесный Преподобный Юнь, Небесный Преподобный Хао и Цзюэ Учэнь Госпожи Юаньму бросились на райские небеса, чтобы попытаться завладеть физическим его телом.

Всё это Цинь Му уже знал.

«Что, если по прибытию на райские небеса они обнаружили, что физическое тело Небесного Императора уже было под чьим-то контролем? — Цинь Му моргнул. — Что, если той, кто его контролировал, была Небесная Госпожа Цян?»

Кто тогда был победившей стороной?

Естественно, это была лишь его догадка. Тем не менее, он был уверен, что если бы Небесный Император хотел сохранить тогда своё положение, то определённо оставил бы кого-то, чтобы защитить своё физическое тело.

Самым простым способом это сделать было оставить часть себя в гареме. Таким образом, часть его души всегда могла быть вблизи от его тела.

В связи с этим, Небесная Госпожа Цян и Небесная Госпожа Янь могли быть Небесным Императором. Учитывая удивлённую реакцию первой при виде Божественного Короля Лан Во, это было очень вероятно.

«Помимо этого, есть ещё кое-что — биологический отец Небесного Преподобного Хао, — взгляд Цинь Му остановился на Небесной Госпоже Цян, улыбаясь, он подумал. — Небесный Император мог попасться в ловушку Юаньму. Возможно, он решил родить полубога, чтобы найти для них способ стать бессмертными, поэтому он реинкарнировал. Став человеком, он, вместе с Госпожой Юаньму, являющейся древним богом, родили Небесного Преподобного Хао, полубога. Что случилось с человеком, в которого он реинкарнировал, после этого? Он до сих пор жив? Он прячется среди Десяти Небесных Преподобных? Если он до сих пор здесь, то Небесному Императору не нужна Небесная Госпожа Цян или Небесная Госпожа Янь, ему достаточно было оставить свою реинкарнацию.»

Биологический отец Небесного Преподобного Хао всегда оставался тайной. Единственным человеком, который знал его настоящую личность, вероятно была одна лишь Госпожа Юаньму.

Но если Госпожа Юаньму разоблачит его, то и её собственная личность будет раскрыта. Это позволило им найти тонкий баланс и обоим оставаться в тайне.

Во дворце наложниц Небесного Императора Цинь Му, Небесная Госпожа Цян и Божественный Король Лан Во молча переглянулись. Вокруг воцарилась напряженная атмосфера.

Божественный Король Шу Цзюнь был единственный, кого не заботила эта ситуация. Осмотревшись по сторонам, он проговорил:

— Это дворец наложниц Небесного Императора? Неудивительно, что здесь так хорошо пахнет.

Его слова вернули их троих к себе.

На лице Цинь Му возникла искренняя улыбка, он выразил своё почтение Небесной Госпоже Цян, вежливо проговорил:

— Я отдаю тебе дань своего уважения, Небесная Госпожа Цян. Я долго здесь был, тем не менее, у меня всегда были какие-то дела, и я так и не смог тебя навестить. Пожалуйста, прости.

Небесная Госпожа Цян ответила на вежливость и улыбнулась:

— Небесный Преподобный Му, ты слишком скромен. Я была здесь всё это время, но тоже тебя не навестила. Это ты должен мне простить.

Они обменялись формальностями, продолжая питать свои догадки.

Цинь Му проговорил:

— Мы случайно здесь оказались. К счастью, мы встретили тебя, иначе у нас возникли бы проблемы.

Небесная Госпожа Цян рассмеялась:

— Здесь пересекается много дорог. Нет ничего странного, что вы забрели сюда случайно, ведь вы не знаете дороги. Если вы не знаете, как выйти отсюда, то я прикажу людям вас провести.

Цинь Му поблагодарил её, и Небесная Госпожа Цян улыбнулась в ответ:

— Всегда рада помочь. Я слышала, что ты отправился в Великую Пустошь, чтобы найти деревню Беззаботную. После этого появилось много слухов о том, что ты погиб, а армия куда-то исчезла. Я не думала, что ты вернёшься сюда живым. Неужели твои спутники пришли из деревни Беззаботной?

Цинь Му рассмеялся:

— Нет, конечно. Кажется, ты узнала мою сестру. Вы уже виделись?

Небесная Госпожа Цян улыбнулась:

— Нет. Небесный Преподобный Му, ты сюда не приходил.

Цинь Му улыбнулся:

— И тебя я тоже не видел.

Небесная Госпожа Цян кивнула и хлопнула в ладоши. К ним поспешно подошли две горничных, и она что-то прошептала им на ухо, после чего те кивнули и проговорили:

— Идём за нами, дорогой гость.

Они провели их. Небесная Госпожа Цянь провела их взглядом, прежде чем прошептать:

— Которая из двух ведьм кроется за её обликом? Странно, очень странно…

Цинь Му улыбнулся, и Небесная Госпожа Цян улыбнулась в ответ. Они встретились взглядами, находясь довольно далеко друг от друга.

Цинь Му последовал за дворцовой горничной, которая его четко узнала. Они смотрели друг на друга, но не смели говорить.

Цинь Му улыбнулся:

— Сестры, как долго ты с ней?

Девушки не ответили на его вопрос. Вместо этого одна из них захихикала и проговорила:

— Небесный Преподобный Му, ты не знаешь стыда. Несколько дней назад ты подглядывал как мы купались с госпожой императора, но кажется, ты забыл об этом.

Цинь Му покраснел в лице и не посмел продолжить расспрос. Он тайком взглянул на Божественного Короля Лан Во.

Божественный Король Лан Во выглядела вполне спокойной и невозмутимой.

Шу Цзюнь взволнованно спросил:

— Сестры, какая именно императорская госпожа купалась тогда с вами? Это была Небесная Госпожа Цян?

Цинь Му тут же помрачнел в лице.

Девушки не осмелились ответить. Если бы они об этом рассказали, то были бы казнены.

Дважды открыв дверь, ведущую во дворец наложниц Небесного Императора, Цинь Му и так поднял достаточно шума. Госпожа императора отдала указ, чтобы заставить всех молчать, и убила нескольких дворцовых сплетниц. Этим двум девушкам повезло выжить, поэтому они тщательно следили, чтобы не допустить ошибки.

Дворец наложниц небесного Императора был огромным. Горничные вели их переулками, чтобы не наткнуться на лишние глаза, прежде чем выпустить их через черный ход.

Оглянувшись, Цинь Му прошептал:

— Кажется, там кроется много секретов.

Божественный Король Лан Во смутно проговорила:

— И много купающихся девиц.

Цинь Му ничего не проговорил.

Шу Цзюнь кивнул:

— Когда он открыл дверь, то случайно увидел купающихся горничных и императорскую госпожу. Их было очень много, а их кожа была невероятно белой.

Цинь Му посмотрел на Шу Цзюня, и тот вздрогнул, чувствуя, будто под его ногами открылась пропасть.

Он улыбнулся:

— Сестра Божественный Король, это райские небеса. Ты хотела увидеть дворец предков. Теперь твоё желание исполнилось, верно?

Божественный Король Лан Во оглянулась, увидев лучи света, сливающиеся над райскими небесами. Они показались ей невероятно странными.

Это были Мосты Взаимного Сдвига Духовной Энергии, разработанные Цинь Му. Она не могла их узнать.

С тех пор, как Цинь Му ушёл, количество Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии стало в несколько раз больше. Должно быть, теперь они связывали различные миры, такие как Юду и Сюаньду. Они были невероятно удобны, особенно для правления райских небес!

Божественный Король Шу Цзюнь покачал головой:

— Это райские небеса древних богов, а не дворец предков. Божественный Король Лан Во в то время была ещё молода, поэтому она, должно быть, никогда раньше там не была.

Цинь Му ошеломленно спросил:

— Райские небеса — это не дворец предков?

Божественный Король Шу Цзюнь покачал головой:

— Нет.

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Мне тоже кажется, что это не он. Я слышала от духов предков, что дворец предков невероятно огромный и покрыт святыми горами и реками, а также залежами руды и божественными камнями создания. Кроме того, там есть много других драгоценных материалов. Несмотря на то, что это место тоже очень богато, оно не похоже на дворец, о котором говорили предки.

Цинь Му нахмурился. Изначально он думал, что дворец предков мастеров создания находился на райских небесах. Тем не менее, как оказалось он ошибался.

— Должно быть, в этом месте родился древний Небесный Император, — Божественный Король Шу Цзюнь обнюхал округу, проговорив. — Я уловил запах его Великого Дао. В месте его рождения кроется много секретов. Насколько мне известно, оно родился где-то в дворце наложниц.

Цинь Му бросил на него странный взгляд, подумав: «Запах Великого Дао? Он тоже может его улавливать? Неужели нос Шу Цзюня не такой, как у нас? Тем не менее, если место рождения Небесного Императора где-то во дворце наложниц, то это была бы шокирующая тайна! Вот если бы туда можно было попасть…»

Он покачал головой. Несмотря на то, что Небесная Преподобная Цян мирно проводила их наружу, вернуться туда было невозможно.

«Жирдяй и Янь’эр до сих пор во дворце Красной Птицы. Для начала нужно их забрать, немного посчитав, Цинь Му подумал. — У меня здесь нет никакого имущества, и нету денег, чтобы что-то купить. Это довольно плохо…»

Он привел их во временную резиденцию Южного Божества. Изначально у неё был свой собственный райский дворец под названием Дворец Красной Птицы, но его перенесли на Южный Полюс. На его месте осталась лишь временная резиденция с таким самым названием. Тем не менее, она была не такой большой, как раньше, и выглядела как обычный дворец.

Прибыв сюда, Цинь Му заметил, что это место было не слишком большим. Рядом с ним располагался огромный, изысканный дворец. Это была временная резиденция Ци Сяюй, зовущаяся Дворцом Верного Подчинения и являющаяся олицетворением верности.

Из-за того, что Красное Божество Ци Сяюй не было тем самым Красным Божеством из прошлого, и она подчинилась райским небесам лишь после падения райских небес Высшего Императора, её временную резиденцию назвали именно так.

Дворец Верного Подчинения был более высоким и красивым, чем дворец Красной Птицы.

Подойдя ко входу Цинь Му обнаружил, что дворец был закрыт. Он спросил у бога, стоящего у врат, и тот ответил:

— О, это Небесный Преподобный Му. Госпожа Янь и Мастер Пи уже ушли и отправились к твоей Резиденции Небесного Преподобного.

Цинь Му был шокирован:

— Резиденции Небесного Преподобного?

— Разве ты о ней не знал? — улыбнулся бог. — Это подарок Небесного Императора. Она находится в Нефритовой Столице. Пожалуйста, следуй за мной, я тебя туда отведу.

Цинь Му расстроенно нахмурился: «Я беден по здешним меркам. Как я должен содержать такую собственность, как Резиденция Небесного Преподобного? Мне нужно оставаться у Яшмового Водоёма и жить за счёт Небесной Императрицы, в противном случае я не смогу оплатить свои ежедневные расходы…»

Бог проводил их к дворцу Небесного Преподобного Му в Нефритовой Столице, и вскоре они увидели, что тот был невероятно большим и роскошным, через каждых пять шагов здесь было здание, а через каждые десять — павильон. Он напоминал небольшой райский дворец!

Цинь Му был ошеломлен. Вскоре изнутри донёсся голос Ху Лин’эр:

— Быстрее, быстрее! Мы должны украсить это место до того, как вернётся Владыка… Это резиденция Небесного Преподобного, и она должна выглядеть подобающим образом, чтобы не опозорить Владыку. У нас достаточно денег. Жирдяй, иди сюда, вот это твой дворец…

Цинь Му вошёл внутрь, услышав, что голос Ху Лин’эр становится всё ближе:

— Ты хочешь, чтобы это место было украшено как гнездо дракона, или как пещера цилиня? Тебе нужна цепь, чтобы уснуть? Хочешь, чтобы Небесные Работники Вечного Мира изготовили для тебя цепь из чистого золота?

Глaва 998. Hаcколько подлой иногда бываeт жизнь

— Мне не нужна золотая цепь, она уже не в моде. Я хочу золотой бассейн, а лучше три! — ответил цилинь. — Я хочу, такую же комнату, как у сестры Янь’эр. Она должна быть наполовину гнездом дракона, а наполовину гнездом птицы. Я не хочу пещеры цилиня, она тоже устарела… Владыка Культа! Владыка Культа вернулся!

Цилинь развернулся и приятно удивился, в то время как Ху Лин’эр уже подлетела к Цинь Му. Превратившись в маленькую десятилетнюю девушку, она молниеносно бросилась к нему.

Цинь Му наклонился и обнял её, чтобы поднять с земли. Затем он посадил её на своё плечо и улыбнулся:

— Лин’эр, ты здесь! Что ты здесь делаешь?

Ху Лин’эр обняла его лицо и начала тереть его щёки:

— Райские небеса хотели построить Мост Взаимного Сдвига, и связались для этого с работниками Вечного Мира. Я пришла, чтобы передать построенный мост во Дворец Создания Патриарха и получить оплату. Кроме того, я решила навести порядок в твоей Резиденции Небесного Преподобного. Резиденции остальных Небесных Преподобных выглядят очень роскошно, в то время как твоя кажется полуразрушенной. Жирдяй и сестра Янь’эр были вынуждены просить помощи у Ци Цзюи, чтобы выжить. Они умирали от голода… Кто эта сестра?

Внезапно она заметила Божественного Короля Лан Во, и на её лице неосознанно возникло враждебное выражение. Её лисьи хвосты, а также волосы на них, встали дыбом. Она была встревожена.

Цинь Му кашлянул и проговорил:

— Это…

— Я Лан Во, — Божественный Король Лан Во смерила Лин’эр взглядом и протянула ладонь, в которой лежала жемчужина. Улыбнувшись, она проговорила. — Сестра Лин’эр, это подарок тебе в честь нашей первой встречи.

— Нет, спасибо, — Лин’эр отвернулась и покачала головой. — Я не беру подарков так просто, в противном случае, я могу оказаться в неудобном положении.

Божественный Король Лан Во терпеливо проговорила:

— Это крохотные небеса. Несмотря на то, что внутри не так уж много места, там всё же поместится солнечная система. Я также слышала, что ты любишь вино, поэтому оставила немного внутри. Впрочем, его не слишком много, лишь небольшое озеро.

Ху Лин’эр была тронута. Протянув руку, она молча взял жемчужину, пытаясь не смотреть на неё. Схватив её, она обнаружила беспомощное выражение и проговорила:

— Откуда ты знала, что я люблю вино?

Божественный Король Лан Во улыбнулась и посмотрела на Цинь Му. Лин’эр тут же всё поняла и подумала: «Мастер определённо высокого мнения обо мне.»

Цинь Му никогда не рассказывал Божественному Королю Лан Во о вкусах и предпочтениях Лин’эр. Божественный Король Лан Во сама всё узнала, использовав своё мощное сознание и проведя с Лин’эр совсем немного времени.

Цилинь подошёл поближе и смерил Божественного Короля Лан Во взглядом. Уловив её запах, он встревожился: «Это не Юнь Чусю, но она тоже хитра! Она подкупила старшую сестру при первой же встрече! Кажется, ей также удалось соблазнить Владыку Культа!»

Божественный Король Лан Во посмотрела на цилиня, и он спросил:

— Госпожа Лан, у тебя есть большой котёл и парильная камера? Они мне сильно бы пригодились.

Божественный Король Лан Во щелкнула пальцами и перед цилинем появился огромный золотой котёл и парильная камера. Она улыбнулась:

— Такие?

Ху Лин’эр с любопытством осмотрела Божественного Короля Лан Во, не понимая, откуда у той взялись все эти вещи.

Смерив их взглядом, цилинь поднял котёл, прежде чем положить на него парильную камеру и забраться наверх, начиная нагревать котёл своим огнем.

Цинь Му ошеломлённо наблюдал за происходящим, не понимая, что тот пытается сделать.

Протянув лапу, цилинь схватил крышку парильной камеры, проговорив:

— Владыка Культа, в прошлом люди несли свои гробы во дворец. Теперь же они ошпаривают себя перед представителями высшей власти. У меня есть для тебя история. Если ты хочешь её услышать, то я спущусь, а если нет, то я сварю себя, чтобы ты меня съел.

Цинь Му опустил Лин’эр на землю и проговорил:

— Пора кушать, жирдяй, спускайся.

— Точно, — цилинь спрыгнул с парильной камеры.

Божественный Король Лан Во с любопытством спросила:

— Тебе нравятся духовные пилюли? У меня есть с собой таз, умножающий положенные в него сокровища. Если бросить туда духовную пилюлю, то она тут же превратится в сотню. Тебя такое интересует?

Цилинь подумал о её предложении и решил сдаться: «Она сильна и знает, как подыгрывать нашим интересам. Я не в силах её одолеть.»

Внезапно к ним подлетел маленький зелёный воробей, приземляясь на голове цилиня. Наклонив голову, он с любопытством смерил взглядом Божественного короля Лан Во.

Взгляд Божественного Короля Лан Во повернулся к ней, и она протянула свой таз воробью. Тот приземлился на землю, превращаясь в Янь’эр.

Положив в таз духовную пилюлю, Лан Во улыбнулась:

— Пожалуйста, взгляни, сестра Янь’эр.

Как только пилюля упала в таз, в нём появилось множество других пилюль. Янь’эр была приятно удивлена и поспешно достала одну пилюлю, чтобы передать её цилиню. Не в силах сдержать своей радости, она проговорила:

—Теперь, когда у нас есть этот таз, кормить вас будет намного проще!

Божественный Король Лан Во улыбнулась, в то время как Цинь Му подошёл поближе, чтобы осмотреть ремонт Резиденции Небесного Преподобного. Здесь работало множество небесных работников Вечного Мира, создавая роскошные украшения, такие как картины и статуи.

Заметив, что Божественный Король Лан Во следует за ним, Цинь Му проговорил:

— Божественный Король, тебе не стоит всё время использовать своё сознание, чтобы узнавать информацию других. Если ты будешь продолжать, то ни у кого не останется от тебя секретов. Если ты будешь всё о них знать и манипулировать ими, то тебя начнут считать интриганкой.

Божественный Король Лан Во улыбнулась:

— Святой младенец, понимание мыслей народа — это главная сильная сторона божественного короля. Как наш святой младенец, ты имеешь такую же силу. Разве если ты откажешься её использовать, это не будет ошибкой?

Прежде чем Цинь Му успел ответить, к ним подошёл Шу Цзюнь, проговорив:

— Разве ты ещё этого не понял, и не увидел, святой младенец? Божественный Король Лан Во — это единственный божественный король мира Парамиты. Она существо, способное потягаться даже с Небесным Преподобным Цинем. Разве она может быть чистой и невинной? Каждый момент нашего пребывания в Мире Парамиты был спланирован ею. Она контролирует мастеров создания. Её фокусы вполне нормальны.

Божественный Король Лан Во посмотрела на него и улыбнулась:

— О чём ты говоришь, Божественный Король?

— Ни о чём, — он развёл руками, демонстрируя свой тощий торс. Из-за того, что его сознание ещё не успело восстановиться, физическое тело, созданное с его помощью, было невероятно тощим, и на нём можно было отчётливо увидеть два ряда рёбер. — Я не хотел оставаться в мире Парамиты из-за того, что мне нужно узнать. Находится ли Великий Император на райских небесах. Тем не менее, вторая причина состоит в том, что с меня там нет толку. Вся власть мира Парамиты сосредоточена в руках Божественного Короля Лан Во, и даже если бы она ушла вместе с тобой, мне бы не удалось занять её место.

Он улыбнулся:

— Разве ты не в такой же ситуации? Подумай хорошо, хоть у тебя и есть огромная поддержка мастеров создания, разве у тебя есть власть над ними? Ты можешь отдавать приказы кланам?

Цинь Му вздохнул и покачал головой:

— Не могу. Я стал святым младенцем благодаря её манипуляциям. Если бы она захотела избавить меня от моего положения, то с лёгкостью бы это сделала.

Божественный Король Лан Во нахмурилась и мягко проговорила:

— Я больше не буду использовать своё сознание, чтобы читать мысли других.

— Хорошо, — искренне проговорил Цинь Му. — Это не мир Парамиты и не деревня Беззаботная. Это райские небеса, и здесь на каждом углу скрывается опасность. Каждый из здешних Небесных Преподобных обладает силой, которая ничем не хуже, а может даже больше, чем у Императора-Основателя. Среди них также есть Небесный Император и Великий Император. Бесчисленные древние боги тоже находятся в этом месте. Если ты будешь слишком часто использовать своё сознание, тебя могут узнать. Я откровенен с тобой, и надеюсь, что ты ответишь мне тем же.

Божественный Король Лан Во кивнула.

Облегчённо вздохнув, Цинь Му улыбнулся:

— Я попрошу Лин’эр найти тебе комнату. Хотя нам, скорее всего, нельзя здесь задерживаться, по крайней мере нам есть где остаться. После того, как ты здесь осмотришься, мы найдём дворец предков.

Подозвав Лин’эр к себе, он попросил её найти комнаты, и она поспешно ушла. Когда она закончила. Цинь Му снова её нашёл и начал расспрашивать о делах в Вечном Мире.

— Наши верфи отобрали работу у Дворца Создания Патриарха и занялись постройкой различных компонентов Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. За последние два года мы построили много мостов по низкой цене. Секта Дао райских небес осматривала наши изделия и пришла к выводу, что наши вычисления очень точны и в них почти нет ошибок, — рассказала Ху Лин’эр. — Теперь, когда у нас есть определённая репутация и мы довольно много заработали, секта Дао попросила нас создавать для них божественные оружия. Наши верфи продолжили работать не покладая рук. Естественно, нам дали лишь небольшую часть от общего количества работ, ведь кроме нас есть много других небес, которые помогают райским небесам создавать божественное оружие.

— Вскоре работы будет больше, — ответил Цинь Му. — Пока что здесь мирно, но скоро начнётся война. Деревня Беззаботная начнёт действовать, и Небесный Герцог, Граф Земли и божества четырёх полюсов выступят против райских небес. Пока что они накапливают припасы и оружие. Если райские небеса решат пойти против этих сил, им придётся тоже начать покупать оружие, чтобы избежать дефицита.

Он начал блуждать по кругу, продолжив:

— Когда райские небеса превратят Великую Пустошь в поле битвы, количество жертв будет огромным. В таком случае будет потеряно много великих божественных оружий, и верфи райских небес и их приспешников не смогут успевать их восстанавливать. Как только это случится, Вечному Миру позволят строить оружие. Чем больше войн, тем больше богатства потечёт в сторону Вечного Мира. Чем меньше денег уйдут на поддержку других небес, тем больше из них восстанет.

Ху Лин’эр спросила:

— Когда ты вернёшься в Вечный Мир?

Немного колеблясь, Цинь Му ответил:

— Сейчас мне нельзя возвращаться. Пока я буду оставаться здесь, Вечный Мир будет в безопасности, но это изменится, как только я там покажусь.

— Небесный Преподобный, Юнь Чусю из семьи Юнь просит встречи с тобой! — внезапно сообщила горничная.

«Юнь Чусю? Разве она не мертва? Разве её не убил Божественный Нож Ло Ушуан, прежде чем выбросить под Мост Пустоты? Неужели Госпожа Юаньму создала ещё одну Юнь Чусю?»

У него разболелась голова. Великая Пустошь была опасным местом, и Госпожа Юаньму, вероятно, достаточно сильно там пострадала, чтобы не отправляться туда снова.

До тех пор, пока она не побывает в Великой Пустоши, она не будет знать о том что видела и слышала Юнь Чусю. Она также не будет в курсе предательства Ло Ушуана.

Услышав о возвращении Цинь Му, Госпожа Юаньму, должно быть, создала ещё одну Юнь Чусю, чтобы попытаться разузнать у него о произошедшем.

Тем не менее, если Юнь Чусю придёт и увидит Божественного Короля Лан Во…

Нет! — махнув рукой, проговорил Цинь Му. — Прогони её!

В этот момент он услышал голос Юнь Чусю:

— Небесный Преподобный Му, как грубо с твоей стороны меня прогонять! Ты забыл о наших любовных связях у Яшмового Водоёма?

Цинь Му впал в ярость. Юнь Чусю ворвалась в Резиденцию небесного Преподобного и начала нести всякую чушь. Тем не менее, он хотел, чтобы Госпожа Юаньму выжила и осталась на райских небесах.

В его ушах зазвенел смех Юнь Чусю:

— Мы испытали настоящую любовь, когда встретились в Великой Пустоши, как ты можешь сейчас быть таким бессердечным? Ээм, кто это?

Сердце Цинь Му дрогнуло. Выйдя наружу, он увидел двух Цзюэ Учэнь, уставившихся друг на друга. Одной из них была Юнь Чусю, а второй Божественный Король Лан Во.

«Насколько подлой иногда бывает жизнь…»

Стиснув зубы, Цинь Му двинулся вперёд. Внезапно Юнь Чусю рассмеялась:

— Это ты, сестра? Когда ты успела украсть чертежи Цзюэ Учэнь? Они были лишь у меня!»

В этот женщина-бог сообщила:

— Небесный Преподобный, ученица Небесного Преподобного Хао, Лянь Хуахунь, хочет с тобой встретиться.

Зрачки Цинь Му сузились. Небесная Императрица тоже сюда пришла!

Было очевидно, что Небесная Императрица пришла разузнать у него обо всём, услышав, что он вернулся из Великой Пустоши!

Юнь Чусю шокировано уставилась на Божественного Короля Лан Во. Если эта женщина, выглядящая так же, как она сама, не была Небесной Императрицей, то кем?

— Пусть заходит, — беспомощно проговорил Цинь Му.

Глaва 999. Bcтреча с Императором

Лянь Хуахунь подошла к ним. Увидев двух Цзюэ Учэнь, она ошарашено застыла.

Юнь Чусю холодно рассмеялась, смотря на Лянь Хуахунь. Её смелость взмыла к небесам, и она задалась вопросом:

— Теперь этих ведьм двое. Интересно, которая из них настоящая?

Раньше, когда Цинь Му и Ло Ушуан отправились с двумя сотнями практиков в Великую Пустошь, Юнь Чусю и Лянь Хуахунь сумели разоблачить друг друга по внешнему виду.

Однако теперь Юнь Чусю уже не была полностью уверена в своей догадке.

Цинь Му находился в безвыходном положении, стоя перед тремя женщинами. Он думал: «Надеюсь, что Божественный Король Лан Во сумеет сдержать себя в руках и не использовать своё сознание, чтобы прочитать мысли Лянь Хуахунь и Юнь Чусю. В противном случае даже мне не удастся её защитить.»

Его гостями были Небесная Императрица и Госпожа Юаньму. Несмотря на то, что они потеряли свои тела древних богов, они всё же оставались Небесными Преподобными, освободившимися от ограничений древних богов и скрывшиеся среди десяти Небесных Преподобных.

Если бы Божественный Король Лан Во не сдержалась и использовала своё сознание, чтобы пролистать их воспоминания, они тут же спустились бы, чтобы её убить!

Несмотря на то, что Божественный Король Лан Во была в силах совладать с Императором-Основателем, она умерла бы ужасной смертью, сразившись с двумя Небесными Преподобными. Это вызывало ещё меньше сомнений, если учесть то, что против неё могли использовать божественное оружие Небесного Преподобного Юя!

Будучи Божественным Королём расы мастеров создания, Лан Во должна обладать удивительной стойкостью характера. Ей должно было быть под силу проявить нужную сдержанность.

— Небесный Преподобный Му, кто эти две сестры? — отдав дань уважения Цинь Му, спросила Лянь Хуахунь.

Тот беспомощно ответил:

— Это Юнь Чусю из семьи Юнь, а это Лан Во. Пожалуйста, не стесняйтесь, знакомьтесь. У меня есть кое-какие дела…

— Небесный Преподобный, пожалуйста, останься!

Юнь Чусю подошла поближе и схватила его за руку, прижав её к своей груди и улыбчиво проговорив:

— Я боюсь незнакомцев. Я была бы очень рада, если бы ты остался. Кроме того, у меня есть несколько вопросов. Небесный Преподобный был в Великой Пустоши? Почему ты вернулся? Небесный Преподобный, что ты там нашёл?

Цинь Му безразлично ответил:

— Младшая сестра, ты тоже была в Великой пустоши. Как ты можешь не знать, что там произошло? У меня и вправду есть важные дела…

Юнь Чусю прищурилась и хихикнула:

— Неужели Небесный Преподобный забыл? Мы потеряли друг друга после того, как попали в Великую Пустошь, поэтому я не могу знать, что ты там делал.

— Ведьма! — Лянь Хуахунь фыркнула и равнодушно проговорила. — Кто тебя так плохо воспитал? Как ты смеешь так грубо говорить с Небесным Преподобным?

Юнь Чусю закатила глаза, прежде чем с подозрением взглянуть на Божественного Короля Лан Во, думая: «Эта ведьма, Лянь Хуахунь, ведёт себя так же, как старшая сестра. Кто тогда эта Лан Во? Откуда она взялась? Её аура ничем не уступает ауре моей сестры. Кто из Небесных Преподобных создал её, чтобы выдавать себя за старшую сестру?»

Внезапно к ним подошёл чиновник, сообщая приказ Небесного Императора:

— Небесному Преподобному Му приказано посетить дворец для аудиенции.

Цинь Му облегченно вздохнул, но его сердце сжалось: «Тот Небесный Император, что сейчас находится на райских небесах, — подделка, созданная божественным оружием создания. Его настоящее тело заперто в божественном искусстве Небесной Преподобной Лин. В таком случае, кто из Небесных Преподобных отдал этот приказ?»

Между тем чиновник продолжил:

— Небесный Преподобный воевал с Великой Пустошью. Он приложил много усилия и сделал нам большую услугу. Согласно указаниям Его Величества, его вознаградят драгоценными камнями и красавицами, — как только он договорил, прислуга принесла внутрь множество сокровищ и драгоценных камней, и привели толпу красавиц.

Цинь Му позвал Ху Лин’эр, чтобы она приняла подарки, после чего отправился вместе с чиновником во дворец, на встречу с императором.

Глаза Юнь Чусю загорелись, она подошла к Божественному Королю Лан Во и схватила её руку. Улыбнувшись, она проговорила:

— Старшая сестра Лан Во, мы с тобой так похожи, как близняшки, разделённые при рождении. Старшая сестра, нам нужно хорошенько поговорить. Кто знает, возможно, мы и вправду сёстры.

Лянь Хуахунь фыркнула и равнодушно проговорила:

— Вы не можете быть сёстрами. Как бы то ни было, сестрам всё же стоит остерегаться удара в спину от друг друга.

Божественный Король Лан Во мягко проговорила:

— Старшая сестра Лянь, почему ты так говоришь? Когда я вас увидела, то почувствовала с вами родство, будто мы происходим с одного корня. Я не могу дождаться, чтобы узнать вас получше.

Цинь Му шагал как можно быстрее, спеша покинуть Резиденцию Небесного Преподобного.

По пути во внутреннюю часть города райских небес, чиновник проговорил:

— Сейчас не лучшее время посещать императорский дворец. Его Величество ждёт Небесного Преподобного в Зале Заботы.

Цинь Му прищурился, размышляя: «Зал Заботы? Неужели Небесный Преподобный, управляющий телом Небесного Императора — женщина. Интересно, кто из четырёх женщин-Небесных Преподобных стоит за всем этим?

По прибытию в Зал Заботы, чиновник попросил Цинь Му подождать снаружи, в то время как сам отправился в зал и сообщил:

— Ваше Величество, Небесный Преподобный Му здесь.

— Пусть заходит, — раздался голос Небесного Императора.

Чиновник снова вышел наружу и улыбнулся Цинь Му, проговорив:

— Небесный Преподобный Му, прошу.

Цинь Му вошёл в зал. Подняв голову, он увидел древнего Небесного Императора, восседающего на троне в центре Зала Заботы. Его физическое тело было огромным, а глаза закрыты.

Вокруг него было множество богинь, держащих в руках нефритовые тарелки, на которых лежали различные духовные мази и травы.

Другие богини летали в воздухе, трепеща своими ленточками. Изящными движениями они наносили мази на кожу Небесного Императора. Некоторые и вовсе ползали среди его волос, питая их духовными мазями.

У ног Императора тоже сидели богини, занимающиеся обработкой духовных трав и приготовлением мази. Затем они наносили её на ноги Небесного Императора.

За кожей Небесного Императора тщательно следили девушки, нанося мазь на рунные символы, покрывающие его тело.

В зале играла спокойная музыка. Время от времени богини били в колокольчики, создавая мелодичные звуки.

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, присаживайся, — древний Небесный Император открыл глаза и протянул руку, предлагая ему сесть. Несколько богинь, занятых чисткой стрижкой его ногтей, поспешно подлетели в воздух.

Богини, ответственные за его брови, тут же подлетели и приземлились на его брови, начиная приводить их в порядок.

Своим внешним видом этот Небесный Император сильно напоминал древнего Небесного Императора, который застрял в божественном искусстве Небесной Преподобной Лин. Он выглядел, как повелитель десяти тысяч Дао и обладал аурой тирана, повелевающего всей вселенной.

За его головой летало множество богинь. Они чистили ореолы света, чтобы те казались более яркими.

Древний Небесный Император тоже внимательно рассмотрел Цинь Му. Спустя некоторое время он проговорил:

— Небесный Преподобный Му тяжело работал и сделал нам ценную услугу, воюя в Великой Пустоши. Ты не знаешь, где сейчас находятся Небесный Преподобный Хо и Сюй?

— Ваше Величество, Небесные Преподобные Хо и Сюй попали в ловушку в Великой Пустоши, но им уже удалось выбраться, ответил Цинь Му. — Исследуя Великую Пустошь, я столкнулся с расой мастеров создания и обнаружил деревню Беззаботную.

Выражение лица Великого Императора внезапно дрогнуло, ореолы света за его головой качнулись. Бесчисленные богини, занимающиеся приведением их в порядок, не успевали работать и были совершенно измотаны.

Богини, чистящие его губы, поспешно улетели. В противном случае они могли быть унесены прочь его дыханием или засосаны в его лёгкие.

Цинь Му внимательно рассмотрел выражение лица Небесного Императора. Тем не менее, по нему было сложно определить, какой Небесный Преподобный находился внутри его физического тела.

— Небесный Преподобный Му, расскажи подробнее, — проговорил Небесный Император.

Цинь Му поклонился и ответил:

— Прибыв в Великую Пустошь я обнаружил, что сознание там находится в хаотичном состоянии. Это было как-то связано с доисторическими мастерами создания. Я также нашёл следы их лидера, чьё тело застряло в Великое пустоши. Предполагаю, что Ваше Величество знаком с Великим Императором?

Он снова начал внимательно рассматривать выражение лица древнего Небесного Императора.

Тем не менее, оно оставалось неизменным. Цинь Му не сумел заметить никаких изменений в состоянии ума, который управлял этим телом.

— Великий Император был мятежником, и к нему нужно присмотреться, — ответил Небесный Император. — Небесный Преподобный Му, пожалуйста, продолжай.

Цинь Му отвел взгляд в сторону и проговорил:

— Я обнаружил, что тело Великого Императора застряло в области высшего сознания. Его физическое тело невероятно сильно, а сознание обширно. Возможно, мы могли бы схватить его тело и публично отрубить ему голову, чтобы продемонстрировать силу небес.

Древний Небесный Император ничего не ответил.

В этот момент Цинь Му почувствовал рябь в ауре Небесного Императора. В его физическое тело влился ещё один поток силы!

Богини вокруг его тела, казалось, ничего не заметили. Тем не менее, сознание Цинь Му было невероятно острым, и отчётливо почувствовало изменения!

«Сейчас в теле Небесного Императора двое Небесных Преподобных!»

Цинь Му взвёл брови, но сумел не подать виду и спокойно продолжить:

— У меня были и другие открытия. Великий Император не умер. Великая пустошь всего лишь заморозила его физическое тело, в то время как его сознание сумело сбежать во внешний мир. Кроме того, оно было невероятно сильным. Часть его спряталась где-то на райских небесах или в каком-то другом из десятков тысяч миров и небес.

На лице Небесного Императора возникла приятная улыбка, он проговорил:

— Открытия Небесного Преподобного Му и вправду шокирующие. Такого мятежника, как Великий Император, определённо нужно вытащить наружу и казнить, чтобы продемонстрировать силу небес. Небесный Преподобный Му, как ты думаешь, сейчас он прячется в каком-то из десяти тысяч миров, или на райских небесах?

Цинь Му торжественно проговорил:

— Я не могу быть уверен.

В этот момент аура Небесного Императора дрогнула снова. Прибыл третий Небесный Преподобный!

— Великий Император до сих пор жив. Это крайне важное дело, и мы должны быть настороже. Хе-хе, шучу. На мои территории всегда хотят покуситься какие-то мятежники!

Тон Небесного Императора был не таким, как раньше. Сейчас определённо говорил третий Небесный Преподобный:

— В десятках тысяч миров и небес лишь недавно воцарился мир. Теперь проблемы начинаются снова. Неужели мятежники настолько глупы, что верят, что я не начну резни?

Внезапно аура Небесного Императора дрогнула снова, в его тело спустился ещё один Небесный Преподобный. Выражение его лица резко изменилось, он мило улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му тяжело работал и отлично себя проявил, узнав о великом Императоре. Тем не менее, ты не мог бы рассказать мне подробнее о деревне Беззаботной и расе мастеров создания?

Цинь Му спокойно ответил:

— Когда я был в Великой Пустоши, мне удалось обнаружить следы мятежника Цинь Е. Он сразился с Небесным Преподобным Хо, и они оба получили тяжёлые ранения.

На лице древнего Небесного Императора возникло невероятно радостное выражение. Пока оно приходило в норму, богини, бреющие его бороду, застыли, не зная, что делать.

Увидев это, Цинь Му мысленно рассмеялся, прежде чем продолжить:

— Мятежник Цинь Е до сих пор является лидеров деревни Беззаботной и бродит по Великой Пустоши. Небесный Преподобный Хо уже покинул великую Пустошь, и я думаю, что вскоре он вернётся на райские небеса. Он должен лучше знать где находится деревня Беззаботная и Цинь Е.

В этот момент в тело Небесного Императора проник кто-то ещё, проговорив:

— Ты не заметил ничего странного со стороны мастеров создания?

Цинь Му ответил:

— Мастера создания не вымерли. Перебравшись на другую сторону пустоши, я обнаружил выживших представителей их расы, поселившихся там. Их агрессивная природа никуда не делась, они планируют контратаку. Тем не менее, мои способности слишком слабы, поэтому я не осмелился подойти к ним ближе. Но я видел, что Небесная Преподобная Сю отправилась к ним.

Внезапно в тело Небесного Императора проник шестой Небесный Преподобный.

Выражение лица Небесного Императора изменилось, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му, должно быть, ты устал после дороги. Расскажи, что произошло с людьми, которые отправились в Великую Пустошь вместе с тобой?

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Небеса всегда завидуют талантливым. Единственными, кому удалось выжить, были Юнь Чусю из семьи Юнь и Лянь Хуахунь, подчиняющаяся Небесному Преподобному Хао. Остальные погибли в Великой Пустоши.

— Божественный Нож Ло Ушуан тоже мёртв?

Цинь Му покачал головой:

— Прибыв в Великую Пустошь, я потерял Ло Ушуана. Я не знаю где он сейчас.

Древний Небесный Император вздохнул, в его тело спустился ещё один Небесный Преподобный. Его телом управляли семь Небесных Преподобных одновременно!

— Божественный Нож Ло был сильнейшим божественным ножом райских небес. Я надеялась, что он сможет стать Небесным Герцогом Дао Ножа. Совершенно не думал, что он застрянет в Великой Пустоши. Это очень грустно, — проговорил Небесный Император. — Небесному Преподобному Му и вправду не удалось найти деревню Беззаботную?

Цинь Му серьёзно ответил:

— Мне только предстоит это сделать. Тем не менее, я много путешествовал по Великой Пустоши и отлично изучил её местность. Мне даже удалось нарисовать её географическую карту.

— Покажи!

Цинь Му достал карту, и к нему подошла богиня, чтобы взять её. Затем она передала её Небесному Императору.

Небесный Император открыл карту и начал молча её осматривать, размышляя.

Внезапно в его тело проникла восьмая аура, начиная рассматривать карту вместе с остальными.

Взгляд Цинь Му дрогнул. Внезапно он проговорил:

— Я подозреваю, что Великий Император находится на райских небесах. Он мог спрятаться даже среди Небесных Преподобных!

Аура Небесного Императора внезапно была повергнута в хаос. Его волосы встали дыбом, а рукава начали развеваться на ветру. Ореолы у его затылка начали неистово кружиться.

Цинь Му с улыбкой наблюдал за происходящим. В это время восемь Небесных Преподобных внутри Небесного Императора пытались проверить друг друга!

Глава 1000. Hаcледный Пpинц Восточного Дворца

Богини, ухаживающие за телом древнего Небесного Императора, растерялись. Они никогда не видели, чтобы он так сильно волновался.

Теперь древний Небесный Выглядел так, будто полностью потерял контроль над своим телом. Его лицо растягивалось в разные стороны, пытаясь разорваться на восемь кусков, каждый из которых демонстрировал отдельную эмоцию.

Его десять пальцев скрутились, а сухожилия выпучились над кожей. Его мышцы извивались, будто бесчисленные драконы, сражающиеся друг с другом.

Картина была поистине шокирующей, и богини вокруг испугались настолько, что не могли двинуться с места.

Цинь Му поднялся и проговорил:

— Вы все свободны.

Богини отошли прочь, прежде чем покинуть Зал Заботы.

Цинь Му поклонился и проговорил:

— Ваше Величество, кажется, нехорошо себя чувствует. Мне пора уходить.

Когда он собирался уходить, внезапно раздались подземные толчки. Восемь Небесных Преподобных прекратили сражаться друг с другом и покинули тело Небесного Императора. Они отозвали свою магическую силу и разбежались прочь.

Все они были испуганы. Сражаясь друг с другом в теле Небесного Императора, им приходилось отбиваться от семи Небесных Преподобных одновременно. Существовала возможность, что они могли объединиться против кого-то одного, вынудив его продемонстрировать свои истинные техники.

В таком случае было бы лучше отступить.

В конце концов, одновременно находиться в теле Небесного Императора, было очень опасно для любого из них. Проблема того, что среди них мог скрываться Великий Император, не была срочной, и на её расследование у них ушло бы много времени. Жертвовать ради этого своими секретами было глупостью.

Тело Небесного Императора мгновенно осталось пустым.

Выйдя из-под их контроля, Небесный Император медленно закрыл глаза. Ореолы света у его затылка продолжили кружиться, хотя и немного медленнее. Его грудь поднималась и опускалась, свидетельствуя о том, что он до сих пор дышит.

Его аура вернулась в норму, его кровь до сих пор текла по венам, напоминая величественную реку.

Самая опасная сила крылась в его сердце. Она напоминала невероятно ужасающую мощь целой галактики!

Несмотря на то, что его тело было создано с помощью математики и искусства создания, оно не было телом настоящего Небесного Императора, но содержало удивительную силу.

Цинь Му был ошеломлен. В этот момент он остался наедине с физическим телом Небесного Императора в Зале Заботы.

Его взгляд задрожал, смотря на это тело. Несмотря на то, что оно было фальшивым, оно всё же было олицетворением мудрости райских небес, и почти не уступало их сильнейшему оружию, Небесному Преподобному Юю!

Тем не менее, главной была не сила Небесного Императора, а его авторитет и статус!

«Если Десять Небесных Преподобных могут веселиться, то почему нельзя мне? Я Небесный Преподобный Му, мой статус даже выше, чем у них!»

Цинь Му, казалось, впал оцепенение, шагая в сторону физического тела древнего Небесного Императора и бормоча себе под нос:

— На райских небесах есть много тайн. Шу Цзюнь даже говорил, что это место рождения древнего Небесного императора. Кроме того, здесь спрятан осколок души Небесного преподобного Юя и божественное оружие создания Дворца Создания Патриарха. Я не могу посетить эти места лично, тем не менее, если я овладею физическим телом Небесного Императора…

Он пытался подавить биение своего сердца. Быстрыми шагами он вскоре подлетел к межбровью Небесного Императора.

Несмотря на то, что физическое тело Небесного Императора было фальшивкой, на нём не было никаких следов математики.

Исследование физического тела и рун Небесного Императора, которое провела Секта Дао райских небес, длилось десятки тысяч лет. Можно было с уверенностью сказать, что они целиком изучили этого древнего бога.

Хотя Цинь Му овладел рунами Великого Дао Небесного Императора, он изучил их довольно поверхностно. С другой стороны, он уже успел закончить изучение рун Небесного Герцога. Это демонстрировало насколько сложным было Великое Дао Небесного Герцога.

Его сознание вырвалось наружу, проникая в межбровье Небесного Императора.

В голове Небесного Императора он увидел обширное море фиолетового света. Перед ним был мозг Небесного Императора, созданный из бесчисленных рун. Своим видом они напоминали множество Великих Дао, скованных воедино.

Когда его сознание оказалось внутри Великого Дао Небесного Императора, ему показалось, будто он попал в невероятно сложно сложный механизм. Ему пришлось долго разбираться, чтобы понять какая его часть контролировала глаза, рот и пальцы.

Несмотря на то, что сознание Цинь Му было намного сильнее, чем раньше, ему всё равно нужно было бы сильно напрячься, чтобы получить полный контроль над этим телом.

Оно было попросту слишком огромным. Различные части мозга контролировали отдельные Дао и части тела. Чтобы задействовать их всех, ему пришлось бы научиться искусно контролировать мозг Небесного Императора. Было очевидно, что сделать это за короткое время ему не удастся.

Более того, контроль над этим телом требовал сильного сознания. Скорость, с которой оно поглощалось, была слишком высокой для него.

«Возможно, мне удастся использовать способ заимствования тел, чтобы заполучить его силу…»

Цинь Му немедленно взялся за работу. Он обладал знаниями мастеров создания и был знаком со способом заимствования тел, которым они обладали. Великий Император однажды сказал. Что мог захватить тело любого, кого захочет, превращаясь в этого человека.

Несмотря на то, что достижения Цинь Му не были такими высокими, как у Великого Императора, их хватало для использования этого способа.

Спустя некоторое время он почувствовал, что его сознание полностью слилось с физическим телом Небесного Императора. Его контроль над телом тут же достиг нового уровня точности, и делать это стало не менее удобно, чем контролировать своё собственное тело.

Более того, он мог с точностью определить местоположение всех источников энергии этого тела.

Несмотря на то, что оно было фальшивым, в этом теле древнего Небесного Императора было более двух тысяч источников силы различных размеров. При его использовании нагрузка на собственные силы Цинь Му были минимальными.

Более того, заполучив контроль над этим телом, он обрёл больше силы, чем когда-либо раньше!

«Метод заимствования тел мастеров создания и вправду брутальный. С его помощью я могу задействовать всю силу этого тела! Интересно, насколько силён Небесный Император?»

Цинь Му был в восторге. Древний Небесный Император поднялся, прежде чем ударить себя рукой по лбу. В месте удара появилась щель, в которой Цинь Му спрятал своё физическое тело. Затем щель в межбровье закрылась, и он вылетел из Зала Заботы.

Снаружи зала толпа девушек встала на колени, не осмеливаясь поднять головы.

Цинь Му махнул рукой и равнодушно проговорил:

— Встань.

Махнув рукой, Цинь Му равнодушно проговорил:

— Поднимитесь.

Цинь Му начал блуждать по округе в теле Небесного Императора. Так как он не знал города, ему оставалось лишь бесцельно гулять. Ему повезло, что теперь он был Небесным Императором и никто не проверял его личность. Наоборот, куда бы он не отправлялся, все, кого он встречал, включая дворцовых девушек, богов и стражников Имперского Города Нефритовой Столицы, вставали перед ним на колени.

«Шу Цзюнь обнаружил, что место рождения Небесного Императора находится где-то во дворце наложниц, — Цинь Му радостно отправился в сторону дворца наложниц. В его голове возникла удивительная мысль. — Я слышал, что во дворце наложниц Небесного Императора есть бесчисленное количество красавиц, и что все они самые красивые представительницы своих рас. Что мне делать, если они будут ко мне приставать?

Он обеспокоенно моргнул.

— Сын отдаёт дань уважения отцу! — внезапно большой, высокий молодой бог поклонился Цинь Му. Подняв голову, он восхищённо проговорил. — Отец всегда жил в уединении. Я давно тебя не видел.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он не знал узнал этого принца и не знал его имени. Ему оставалось лишь поднять руку и проговорить:

— Поднимись. Последним временем я был занят и не мог уделить тебе внимания.

Этот молодой бог был вне себя от радости и поспешно поднялся. Из его глаз покатились слёзы, он едва их сдерживал:

— Отец не отвечал мне сорок тысяч лет. Несмотря на то, что я Наследный Принц Восточного Дворца, я видел тебя меньше раз, чем дворцовые девушки. Мне не удалось ничего постичь с наших отношений.

Сердце Цинь Му дрогнуло: «Наследный Принц Восточного Дворца? Тот, что схватил Красное Божество Ци Сяюй на закате Эпохи Высшего Императора и не оставил ей выбора, кроме как сдаться? Этот Наследный Принц — эксперт области Императорского Трона!»

В том году Ци Сяюй, будучи экспертом райских небес Высшего Императора, убила предыдущее Красное Божество и была настолько горда своим достижением, что даже строила памятники, чтобы почтить это событие. Тем не менее, вскоре её схватил Наследный Принц Восточного Дворца и вынудил её сдаться райским небесам.

Наследный принц был невероятно выдающимся человеком. После того, как ему удалось схватить Ци Сяюй, он тоже построил для себя памятники. Когда печать Первобытного Царства была разрушена, Цинь Му увидел несколько из них, и был сильно впечатлён.

«Я не уверен, что этот принц не сможет меня раскусить…»

Он чувствовал себя неловко. Исторически, несмотря на то что у Небесного Императора было много сыновей, все они плохо заканчивали. Тем не менее, Наследный Принц Восточного Дворца был сыном настоящего тела Небесного Императора и обладал невероятно мощной родословной. Следовательно, его способности тоже были крайне сильны.

Если он его раскусит, сможет ли это тело Небесного Императора с ним справиться?

Даже более важным было то, что он не знал имени наследного принца!

«Если только Ци Сяюй или Юнь Чусю, эти ведьмы, были здесь… Тьфу, тьфу, эта ведьма — Госпожа Юаньму. Если бы она узнала, что я своровал тело Небесного Императора, то определённо убила бы меня или, по крайней мере, содрала бы с меня кожу!»

Цинь Му опустил голову, чтобы посмотреть на него, и тепло проговорил:

— Тебе должно было быть тяжело на протяжении всего этого времени. Несмотря на то, что я не часто тебя видел, я знаю, что твои техники и божественные искусства улучшались очень быстро. Тем не менее, в имперской семье связь между сыном и отцом не слишком тесна. Чем сильнее ты, тем более спокойно мне, и поэтому я перестал тебя навещать. В прошлом твои братья восставали как только обретали кое-какие заслуги, создавая между нами конфликт. Именно поэтому я пренебрегал тобой. Я не хочу, чтобы ты закончил так же, как они.

Наследный Принц Восточного Дворца снова упал на колени. Едва не задыхаясь, он проговорил:

— Отец, небо и земля могут поручиться за мою верность. Я бы не посмел тебя предать! Я видел, что десять Небесных Преподобных становятся всё сильнее и сильнее, захватывая контроль над райскими небесами и относясь к тебе, как к подставному лицу. Я переживаю за твою безопасность!

Лицо Цинь Му слегка дрогнуло, он холодно проговорил:

— Наглец! Как ты смеешь критиковать десятерых Небесных Преподобных? Ты знаешь, что такое смертная казнь?

Наследный Принц Восточного Дворца упал на колени, не осмеливаясь подняться. Он взволнованно проговорил:

— Все древние боги полностью подчинились десятью Небесным Преподобным, опасаясь, что пойдя против их власти они погибнут ужасной смертью. Я боюсь, что со временем у отца не останется на кого положиться!

Цинь Му бросил на него холодный взгляд, и спустя некоторое время проговорил:

— Поднимись. Как я могу не знать того, о чём ты говоришь? Я знаю о твоей верности. Но у меня есть свои способы со всем бороться.

Наследный Принц Восточного Дворца поднялся и вытер слёзы.

Цинь Му с сожалением вздохнул:

— Хороший ребёнок, и вправду хороший ребёнок. Не то, что Хао… — он не хотел упоминать о Небесном Преподобном Хао и быстро сменил тему. — Место моего рождения находится где-то на райских небесах. Ты знаешь, где?

Наследный Принц Восточного Дворца испугался. Он поклонился и проговорил:

— Несмотря на то, что я не осмеливался расспрашивать об этом месте, я слышал, как другие люди о нём говорили. Тем не менее, я никогда там не был!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Сегодня отец покажет тебе землю предков. Идём.

Наследный Принц Восточного Дворца был в восторге, услышав, что тот назвал себя его отцом. Он зашагал вперёд, показывая дорогу.

Цинь Му отправился следом, в его сердце возникло чувство беспокойства: «Как зовут этого Наследного Принца Восточного Дворца? Если я не узнаю его имени, рано или поздно он меня разоблачит. Кстати, кто его мать? Надеюсь, это не Небесная Императрица?»

Глaва 1001. Яичная Скорлупа

Наследный Принц Восточного Дворца двинулся вперёд, в то время как Цинь Му расслабленно шагал следом за ним. Во дворце наложниц было множество красавиц, отчего он начал забывать о том, что рано или поздно ему придётся отсюда уходить.

Дворец был невероятно красивым и большим. Куда не глянь, здесь повсюду были очаровательные любовные гнезда. Вокруг была невероятно спокойная атмосфера.

Цинь Му посмотрел на дорогу и покачал головой: «Небесный Император слишком хорошо умел развлекаться. Тем не менее, после его смерти его телом управляли десять Небесных Преподобных. Оставили ли они после себя детей? Если да, то кто были их матерями?»

Он не мог сопротивляться своему любопытству. Несмотря на то, что он находился в опасной ситуации, и любая ошибка могла привести к его смерти, он не мог контролировать свои мысли и начал ступать по тонкому льду.

В конце концов, Наследный Принц Восточного Дворца привёл его к запретной части дворца наложниц. Здесь было мало людей, и округу охраняли статуи древних богов. Когда они проходили мимо них, статуи превращались в живых, дышащих существ, которые вставали на колени, чтобы отдать дань своего уважения.

Цинь Му взглянул на них, обнаруживая, что все эти боги были невероятно сильными и обладали ужасающей Ци и кровью. Сразу после выхода из состояния окаменения их сила достигала своего предельного уровня.

«Должно быть, эти воины являются одни из десяти стражей райских небес, которым было поручено охранять запретную зону.»

Сердце Цинь Му замерло. В ряды десяти стражей райских небес отбирались лишь самые сильные дьяволы и боги. Чтобы кандидатура бога была рассмотрена, он должен был достичь как минимум области Нефритовой Столицы.

Сила богов и дьяволов, охраняющих это место, была ужасающей!

Их божественное оружие тоже не было обычным. Оно содержало в себе Великое Дао древних богов, и если соединить их вместе, можно было создать древнего бога, освобождая его ужасающую силу!

Они даже могли создать Небесного Герцога, состоящего из сорока девяти Великих Дао.

Более того, количество здешних богов, дьяволов и их оружий составляло не менее десяти тысяч!

Несмотря на то, что их божественное оружие не могло соревноваться с настоящим древним богом, их было так много, что вместе они всё же создавали внушительную силу.

«Древнему Небесному Императору здесь уделено много внимания. Интересно, другие Небесные Преподобные здесь были? — шагая вперёд, задумался Цинь Му. — Естественно, Небесные Преподобные не могли оставить место рождения Небесного Императора без внимания. Должно быть, они обыскивали его бесчисленное количество раз.»

Наследный Принц Восточного Дворца остановился и поклонился:

— Отец, впереди запретная зона. Мне нельзя туда входить.

Цинь Му подошёл к нему и улыбнулся:

— Почему ты боишься, когда твой отец сам тебя пригласил?

В этот момент он услышал странную мелодию, напоминающую дрожь Дао.

Услышав её, он внезапно понял руны Великого Дао Небесного Императора, которые ему не удалось освоить раньше. Их тайны проникали в его мозг вместе с мелодией!

В Павильоне Хранителя он получил множество рун Великого Императора. Тем не менее, они были невероятно сложными, из-за чего на их изучение требовалось очень много времени.

Следовательно, Цинь Му сконцентрировал своё внимание на рунах Великого Дао других древних богов, в частности Небесного Герцога. Он изучил их быстрее остальных, после чего улучшил их с помощью Математического Трактата Высшей Молекулы, получив столько пользы, сколько было возможно.

Что касалось рун Великого Дао Небесного Императора, то он изучил лишь несколько из них.

Небесный Император был самым сильным среди древних богов. Он контролировал существование десяти тысяч путей и руны его Великого Дао были самыми сложными. Поэтому, Секта Дао райских небес и Предок Дао приложили к ним больше высего усилий.

Цинь Му было сложно разобраться в его рунах даже используя путь сна Сутры Безграничного Бедствия Будды Брахмы.

Но внезапно, с помощью какой-то мелодии Дао, ему удалось часть сложных рун Великого Дао, находясь у входа в запретную область места рождения Небесного Императора.

Это было и вправду странно.

Он уставился вперёд и задумался, видя перед собой радугу, сливающуюся с облаками газа в воздухе. Вместе они создавали слабое освещение.

Фиолетовая часть радуги казалась материальной. Из неё доносилась мелодия Дао.

Как ни странно, хотя запретная область не казалась большой, оказавшись в ней он обнаружил перед собой обширное пространство. Вокруг нежно покачивались радуги, напоминая величественный фиолетовый водопад.

«Древний Небесный Император родился здесь?»

Мелодия Дао продолжала звучать, и Цинь Му чувствовал, что изучает всё больше и больше рун Великого Дао Великого Императора. Он облегчённо вздохнул.

Фиолетовый свет и газ кружились по определённому циклу. Время от времени они превращались в видение гор, по которым можно было ходить, иногда они напоминали небесную реку, а иногда среди них сверкали бесчисленные лучи, будто где-то в глубине газа скрывалась галактика.

Части света и газа образовывали собой клочки земли, по которым можно было шагать, будто они были настоящими. На их поверхности росли различные деревья и цветы.

Мелодия Дао, звучащая в этом месте, была загадочной и странной.

Даже более загадочным было то, что вдыхая и выдыхая здешний газ, Цинь Му чувствовал, как его Ци становится чище.

Это было святое место совершенствования, наполненное высшей силой.

Внезапно наследный принц Восточного Дворца хмыкнул. Его ноги были окровавлены, их разъедал газ и свет этого места.

Этот газ и свет содержали в себе самое чистое из всех Великих Дао. Оказавшись внутри него, он попал под ужасное давление. То, что он до сих пор был жив, уже было удивительным, подобного и стоило ожидать от существа, сумевшего одолеть Ци Сяюй.

— Твоё совершенствование слишком слабое, — покачав головой, проговорил Цинь Му. — Отец позволил тебе получить здесь огромную пользу, подняв свой уровень совершенствования и становясь моей правой рукой. К сожалению, ты меня разочаровал.

Наследный Принц Восточного Дворца смутился и опустил голову, проговорил:

— Я слишком слаб, чтобы помочь отцу нести часть его бремени.

Цинь Му продолжил, ответив:

— Чем сильнее мы углубляемся, тем больше будет нагрузка на твоё тело. Отправься в более безопасное место и совершенствуйся, используя духовную силу этого места. Не разочаруй меня.

Наследный Принц Восточного Дворца обрадовался и ушёл в более безопасное место, чтобы заняться совершенствованием.

Взгляд Цинь Му упал на центр места рождения Небесного Императора. Фиолетовый газ там был невероятно плотным, в нём витало что-то, что обладало невероятно мощной силой притяжения.

«Сейчас я узнаю, был ли Небесный Император и древние боги рождены естественным путём, или же их создали мастера создания!»

Он чувствовал размеренные и мощные пульсации Великого Дао, которые позволяли ему всё глубже и глубже изучать секреты Великого Дао Небесного Императора.

В его голову вливались бесчисленные потоки информации, превращающиеся в знания.

Он обрёл знания духов предков в Мире Духов Предков Парамиты. Тем не менее, среди полученных воспоминаний не было ничего, связанного с созданием древних богов.

На закате первобытной эпохи большинство мастеров создания были уничтожены древними богами, отчего передача знаний их цивилизации прервалась. Если добавить к этому вторжение Великого Императора в Великую Пустошь, становилось понятно, почему в знаниях мастеров создания было так много пробелов.

Побывав в Области Ржавой Крови, Цинь Му начал подозревать, что мастера создания создали древних богов, которые затем их уничтожили.

Тем не менее, это было лишь его догадкой. Он должен был увидеть место рождения древнего Небесного Императора своими глазами, чтобы узнать правду.

Только попав в самое сердце фиолетового света, он мог раскрыть эту тайну!

Цинь Му с трудом мог подавить своё волнение. Этот секрет знали лишь десять Небесных Преподобных и древний Небесный Император. Теперь он тоже будет знать правду!

Он продолжал приближаться к облаку фиолетового газа и света. Внезапно он остановился и нахмурился, увидев пальцы ног физического тела Небесного Императора.

На поверхности невероятно мощного тела начали появляться порезы от газа и света!

Под ужасающим давлением мышцы его ног начали распадаться!

«В конце концов, это не настоящее физическое тело древнего небесного Императора, а всего лишь его копия, созданная божественным оружием создания дворца Создания Патриарха. Оно вряд ли может сравниться с настоящим физическим телом Небесного Императора.»

Цинь Му нахмурился. Физическое тело Небесного Императора было основано на его Великих Дао. Секта Дао изучила его руны, пользуясь только макроскопической математикой, так как не владела микроскопической.

Созданное таким образом тело Небесного Императора блекло в сравнении с настоящим и не обладало таким уровнем силы.

Фальшивому тело становилось всё сложнее выдерживать давление.

Цинь Му попытался задействовать две тысячи источников силы, чтобы противостоять давлению. Тем не менее, он не был уверен, что добьётся успеха.

Он оглянулся и был слегка ошеломлён.

Перед ним виднелись Сюаньду, Юду и Первобытное Царство!

Более того, даже четыре полюса вселенной находились в поле его зрения. Они были невероятно отчётливыми, казалось, будто до них можно дотянуться рукой.

Цинь Му хмыкнул и уставился на фиолетовый комок света вдали. Он мог разглядеть очертания предмета, находящегося внутри него, обнаруживая, что тот был похож на треснувшее яйцо. Тем не менее, под ним было ещё что-то, скрытое светом.

Наследный Принц Восточного Дворца сидел на краю места рождения Небесного Императора и использовал свет и газ. Чтобы совершенствоваться. Он чувствовал, что его силы растут, отчего был повергнут в восторг.

Он посмотрел на Цинь Му, который находился в глубине запретной зоны, и подумал: «Отец пренебрегал остальными принцами и мной на протяжении сорока тысяч лет. Я знаю, что мучало его всё это время. Он пережил столько стресса, чтобы нас защитить… — внезапно на его лице возникло выражение сомнение. — Почему отец остановился?»

Уставившись на Цинь Му, стоящего в центре запретной зоны, он обнаружил удручённое выражение, которое становилось всё более заметным.

Он увидел, что ноги Небесного Императора, как и его собственные, были ранены светом места его рождения!

По его спине пробежали мурашки. Настоящий Небесный Император не мог быть ранен светом места своего собственного рождения.

«Это не может быть отец!» — в его голове родилась странная мысль.

Под его пристальным наблюдением, Цинь Му продолжил двигаться в сторону пурпурного света и газа. Его ноги превратились в смесь плоти и крови, величественный силуэт Небесного Императора продолжал искажаться под ужасающим давлением Великого Дао. Его мышцы неконтролируемо сокращались, а тело уменьшилось в размерах.

Даже физическое тело Цинь Му, спрятанное в межбровье Небесного Императора, чувствовало на себе давление Дао. Оно было настолько высоким, что если бы он оказался снаружи, то тут же был бы превратился в пепел!

«Я не смогу сделать больше ни шага вперёд!»

Цинь Му остановился и использовал глаза Небесного Императора, чтобы посмотреть на фиолетовый свет. Тем не менее, предмет, находящийся под треснутой яичной скорлупой, всё ещё был слишком размытым.

«Так как глаза его физического тела бесполезны, то я буду использовать свои собственные! Откройтесь!»

Цинь Му использовал силу Небесного Императора, чтобы защитить своё межбровье. Его третий глаз раскрылся, смотря на предмет в фиолетовом свете.

Его сердце дрогнуло, когда он увидел, что в свете под яичной скорлупой витал древний жертвенный алтарь!

Казалось, будто этот жертвенный алтарь обладал загадочной силой, которая заставляло Великое Дао Неба и Земли скапливаться в его центре. Множество сложных рун отбивались на поверхности яичной скорлупы!

Руны на скорлупе были невероятно сложными и загадочными, даже превосходя те, что он увидел в Павильоне Хранителя. Их количество тоже было значительно больше!

Тем не менее, яичная скорлупа была полой. Остались лишь странные руны, сверкающие ослепительным светом!

«Кажется, внутри осталось немного яичного белка…»

Глава 1002. Pаcкpытиe Личнoсти

«Это жертвенный алтарь мастеров создания. Тем не менее, почему они создали яйцо? Из него, должно быть, родился Небесный Император, но почему они просто не создали его живым? Для чего им понадобилось создавать яйцо, чтобы из него потом вылупился Небесный Император?»

Цинь Му недоумевал.

Древний Небесный Император родился своеобразным образом. Исходя из того места, где он родился, сначала он находился в яйце. Мастера создания могли найти его и обнаружить в нём живое существо, из-за чего построили вокруг него жертвенный алтарь.

Они начали приносить ему жертвы, наполняя яйцо силой, питаясь которой существо внутри вылупилось.

Тем не менее, рождение древнего Небесного Императора привело к вымиранию и почти полному исчезновению расы мастеров создания. Им пришлось создать Великую Пустошь и спрятаться в ней.

Но версия не давала ответов на многие вопросы. Откуда взялось это яйцо?

Как оно могло родить такое сильное существо, как Древний Небесный Император?

Почему так много мастеров создания собралось, чтобы позволить Небесному Императору вылупиться?

Цинь Му чувствовал, что фальшивое тело Небесного Императора не выдерживает давления, и поспешно отступил.

«Это треснутое яйцо может мне пригодиться, может быть, стоит его достать?»

Его взгляд дрогнул, и он тут же попытался использовать силу физического тела Небесного Императора, чтобы притащить к себе треснутую яичную скорлупу.

Тем не менее, несмотря на то, что его сила была выше, чем у практика области Императорского Трона, магическая сила, освобождающаяся из его тела, тут же рассеивалась фиолетовым светом Великого Дао.

Цинь Му нахмурился. Яичная скорлупа всё это время была здесь, но ни одному из десяти Небесных Преподобных не удалось её достать, а значит сделать это было невероятно сложно.

Несмотря на то, что он мог использовать силу этого физического тела, её не хватало, чтобы выдержать давление места рождения и достичь жертвенного алтаря.

«Может его можно достать с помощью настоящего физического тела древнего небесного Императора? Оно до сих пор заточено внутри божественного искусства Небесной Преподобной Лин. Тем не менее, когда оно ещё было здесь, Небесные Преподобные всё равно не вытащили скорлупу. Они могли опасаться, что она попадёт не в те руки .»

После смерти древнего Небесного Императора Небесный Союз начали терзать внутренние раздоры. Это могло объяснить почему они не сумели достать скорлупу с помощью настоящего тела Небесного Императора.

«Здесь не может существовать ни одно божественное искусство мира. Даже область высшего сознания не сумела бы выдержать здешнее давление. Тем не менее, есть божественное искусство, которое сможет справиться с фиолетовым светом Великого Дао!»

Взгляд Цинь Му дрогнул, он достал персиковую заколку Небесной Преподобной Лин.

Только божественное искусство неизменного вещества Небесной Преподобной Лин могло остановить фиолетовый свет Великого Дао.

Использовав силу Небесного Императора, он задействовал персиковую заколку. Из неё вырвался мягкий свет, направляясь к яичной скорлупе!

Цинь Му радостно двинулся в сторону фиолетового света. Тем не менее, сделав несколько шагов он почувствовал острую боль в теле Небесного Императора.

Это тело не могло выдержать контакта со светом и газом, отчего мгновенно покрылось ранами.

Цинь Му нахмурился. Он должен был использовать силу физического тела Небесного Императора, чтобы поддерживать божественное искусство неизменного вещества, из-за чего оно было почти полностью истощено.

«Может быть мне удастся достичь жертвенного алтаря своим собственным сознанием и жизненной Ци?»

Как только он об этом подумал, его жизненная Ци и сознание хлынули наружу, двигаясь к жертвенному алтарю.

Жертвенный алтарь казался близко, но на самом деле был очень далеко. Он был больше, чем Небесный Император, размеры скорлупы тоже значительно превзошли его ожидания!

Жизненная Ци и сознание Цинь Му слились воедино, становясь невероятно проворными. Добравшись до жертвенного алтаря, он попытался поднять яичную скорлупу с места.

Тем не менее, скорлупа, в которой до сих пор было немного белка, оказалась невероятно тяжёлой, и ему не удалось оторвать её от алтаря.

Он повернулся и начал тянуть другой кусок скорлупы на себя, наконец умудрившись сдвинуть его с места.

Цинь Му был в восторге. Используя свою Ци и сознание, он медленно тащил скорлупу к краю жертвенного алтаря.

Скорлупа упала с жертвенного алтаря в фиолетовый свет, начиная плыть по нему, будто по воде. Сердце Цинь Му дрогнуло, он продолжал тащить её к себе.

Чем ближе становилась яичная скорлупа, тем более отчётливо он чувствовал её силу. Подтянув её к себе, он обнаружил, что она была настолько огромной, что даже физическому телу Небесного Императора пришлось задрать голову, чтобы её разглядеть!

Цинь Му был шокирован, но вместо того, чтобы начать рассматривать руны на её поверхности, он поспешно спрятал скорлупу в своём межбровье.

Бум!

Из земли слова Цинь раздался оглушительный грохот. Яичная скорлупа упала с неба, но не приземлилась на землю, а повисла в воздухе, накрывая собой половину суши!

Цинь Му тут же заметил, что в его третьем глазу помутнело. Он видел лишь бесчисленные сверкающие руны и ничего больше.

Причина этого крылась в том, что его третий глаз был очень странным. Его радужная оболочка была создана из земли слова Цинь, а зрачок из Первобытного Камня Великого Первоначала. Поэтому, когда в него попала яичная скорлупа Великого Императора, его зрение тут же помутнело.

«У меня нет другого артефакта, в который можно было бы поместить этот предмет, поэтому мне остаётся лишь спрятать его в земле слова Цинь. Тем не менее, то, что она закрыла моё зрение, довольно плохо, — сердце Цинь Му дрогнуло. — с противоположной стороны земли слова Цинь ничего нет. Может быть у меня получится спрятать её там?»

Он не спешил идти на этот шаг, и для начала спрятал персиковую шпильку и отошёл назад, чтобы убедиться, что тело Небесного Императора сможет выдержать давление фиолетового света.

Затем он использовал силу Небесного Императора, наполняя ею своё третий глаз, прежде чем переместить яичною скорлупу на край земли слова Цинь.

Теперь яичная скорлупа превратилась в стеклянный шарик внутри его третьего глаза. Свет падал снаружи, проходя через Первобытный Камень Великого Первоначала, находящийся в центре земли слова Цинь, после чего падал на поверхность яичной скорлупы, зажигая руны на ней.

В следующий миг произошла удивительная вещь. Цинь Му тут же почувствовал, что может видеть своим третьим глазом совершенно новые вещи.

Он мог разглядеть микроскопический состав всего вокруг, даже фиолетового света!

Строение фиолетового света Великого дао отчётливо отразилось в его глазу. Он мог разглядеть даже строение своего сознания!

Посмотрев вниз, он увидел строение физического тела Небесного Императора, чего не мог сделать раньше!

Он даже мог изучить математической строение этого поддельного тела и секреты создания, на котором оно базировалось!

Его взгляд упал на жертвенный алтарь, с лёгкостью пронзая фиолетовый свет, позволяя отчётливо увидеть строение алтаря.

«С этой скорлупы много пользы. Вот если бы мне удалось достать вторую…»

Цинь Му покачал головой. Сейчас ему не хватило бы сил, чтобы сдвинуть вторую скорлупу с места.

«Время сейчас на вес золота. Я лишь одолжил тело Небесного Императора, и хотя Небесные Преподобные отвлечены, они определённо заметят его исчезновение. Мне нельзя здесь задерживаться.»

Цинь Му закрыл третий глаз в своём межбровье, спрятав своё тело внутри межбровья Небесного Императора, после чего начал возвращаться в Наследному Принцу Восточного Дворца.

Повсюду на райских небесах были люди десяти небесных Преподобных. Как только они узнают о пропаже физического тела Небесного Императора, они быстро смогут его найти.

Он планировал использовать это тело, чтобы посетить Дворец создания Патриарха и Зал Ароматов, но должен был успеть сделать это до того, как его найдут.

Глаза Наследного Принца Восточного Дворца дрогнули, увидев приближающегося Небесного Императора. Когда тот подошёл, он поклонился:

— Отец.

Цинь Му остановился и бросил на него сомнительный взгляд. Открыв рот, он спросил:

— Ты уже всё понял?

По спине Наследного Принца Восточного Дворца побежали мурашки. Он едва не бросился в бегство!

— Это ничего не меняет, — прямо проговорил Цинь Му. — Будучи одним из десяти Небесных Преподобных, мне нет дела до наследного принца вроде тебя. По правде говоря, твой отец, древний Небесный Император, мёртв. Ты заметил, что я не уделял тебе внимания на протяжении сорока тысяч лет, и теперь ты знаешь почему.

Он добавил холодным тоном:

— Твой отец мёртв уже сорок тысяч лет!

Наследный Принц Восточного Дворца встал на колени, сжимая фиолетовый свет в своей руке, отчего та превратилась в клочок кровавой плоти.

Его тело дрожало. Он хотел подняться и убить Небесного Преподобного, стоящего перед ним, чтобы отомстить за древнего Небесного Императора, но в то же время осознавал свою беспомощность. Он никогда не смог бы сравниться с Небесным Преподобным!

Его разум приказывал ему не шевелиться и страдать, так как это был единственный шанс выжить!

Цинь Му смотрел на него холодным взглядом. Спустя некоторое время он проговорил:

— Твой отец умер от наших рук ещё сорок тысяч лет назад. Мы создали это физическое тело, чтобы править райским небесами!

Наследный Принц Восточного Дворца спросил хриплым тоном:

— Почему?

— Почему? — Цинь Му рассмеялся. — Потому что его положение дало нам власть. Если ты останешься верным наследным принцем, то останешься в живых. Тем не менее, если ты проговоришься, то умрёшь.

Наследный Принц Восточного Дворца замолчал. Он больше не дрожал.

Цинь Му махнул рукой и равнодушно проговорил:

— Я ещё не нашёл твоего слабого места. Смерть наследного принца доставит много проблем, поэтому я тебя пощажу. Уходи и береги себя.

Наследный Принц Восточного Дворца поднялся со слезами на глазах и начал медленно уходить, глядя вниз.

— Стой, — крикнул ему в след Цинь Му.

Наследный Принц Восточного Дворца молча застыл.

— Не думай о том, чтобы нас предать, иначе у нас появится повод от тебя избавиться, понял? — проговорил Цинь Му.

Наследный Принц Восточного Дворца молча кивнул.

— Иди, — проговорил Цинь Му.

Наследный Принц Восточного дворца ушел, захлёбываясь слезами.

Цинь Му облегчённо вздохнул, подумав: «Если он бы он решил что-то предпринять, то учитывая его способности области Императорского Трона, я, возможно, не смог бы с ним справиться даже с помощью этого тела. Оно слишком большое, из-за чего ним сложно управлять. Таким образом, победить практика области Императорского Трона было бы крайне трудно… — взбодрившись, он пошёл прочь. — Для начала мне нужно посетить Зал Аромата и попробовать вернуть душу Небесного преподобного Юя. После этого я отправлюсь во Дворец Создания Патриарха, чтобы взглянуть на оружие, сумевшее создать так много его клонов…»

Как только он вышел из запретной области, перед ним показалась женщина, шагающая ему навстречу. Она носила позолоченные крылатые туфли и красную рубашку с открытыми плечами. Её грудь была наполовину видна. Это была Небесная Госпожа Цян из десяти Небесных Преподобных!

Цинь Му моргнул, понимая, что у него проблемы.

— Что ты здесь делаешь, Император? — Небесная Госпожа Цян бросила на него соблазнительный взгляд, прежде чем хихикнуть.

Цинь Му рассмеялся в ответ:

— Моя госпожа, это моя родная земля. А что ты здесь делаешь?

Небесная Госпожа Цян улыбнулась:

— Ты очень долго не бывал во дворце наложниц. Теперь, когда ты наконец здесь, я, естественно, должна тебя встретить. Тем ен менее, ты пришёл сюда, вместо того чтобы найти меня.

По спине Цинь Му побежали мурашки. Как только он подумал о том, что Небесная Госпожа Цян на самом деле может быть настоящим Небесным Императором, ему стало невероятно неловко.

Глава 1003. Ничегo Подозpительного

Взгляд Небесной Госпожи Цян упал на него, и она нежно спросила:

— Император, не хочешь пойти со мной?

Глаза Цинь Му загорелись, он зашагал вперёд. Покачав головой, он проговорил:

— Я устал. Я хочу вернуться в Зал Заботы, чтобы подкрепиться. Я навещу тебя в другой раз.

Небесная Госпожа Цян приземлилась на его ладони и посмотрела на лицо Небесного Императора, очаровательно улыбаясь:

— C момента падения физического тела древнего Небесного Императора мы, десять Небесных Преподобных, начали отдаляться друг от друга. Будет плохо, если это продолжится. Ты и вправду веришь словам Небесного Преподобного Му?

«Она думает, что я один из десяти Небесных Преподобных, и не подозревает, что я Небесный Преподобный Му!»

Сердце Цинь Му дрогнуло, он продолжил идти вперёд, равнодушно проговорив:

— На всё сказанное и сделанное есть причина. Я знаю, что у Небесного Преподобного Му полно фокусов и ему нельзя полностью доверять. Тем не менее, ему не нужно нас обманывать, так как вскоре сюда вернутся Небесные Преподобные Хо и Сяо. Спросив у них, мы узнаем правду.

Небесная Преподобная Цян взвела брови и прошептала:

— В таком случае, как ты думаешь, кто из нас — Великий Император?

Цинь Му смущённо спросил:

— Небесная Преподобная Цян, ты меня проверяешь?

До сих пор находясь на его ладони, Небесная Преподобная Цян легла на бок, подперев голову рукой. Изгибы её тела выглядели невероятно привлекательно. Она проговорила:

— Все в Небесному Союзе начали паниковать. Все Небесные Преподобные с подозрением относятся друг к другу. Великий Император создаёт проблемы, в то время как мы ещё не успели подавить древних богов. Теперь, вор Цинь E начал давить на нас из деревни Беззаботной. Существование или падение райских небес решаются в этот момент. Возможно, на первый взгляд они находятся в безопасности, но на самом деле здесь полно слабых мест, которые меня волнуют. Я хочу найти друга, который разделит мои стремления, и создать с ним союз.

— Этот друг не я, — холодно улыбнулся Цинь Му. — Ты выбрала не того человека, Небесная Преподобная Цян. Я совсем тебе не доверяю. Твоё происхождение довольно странно, у тебя больше всего шансов оказаться Великим Императором!

Небесная Госпожа Цян холодно фыркнула, после чего поднялась и надавила на тело Небесного Императора, заставляя его остановиться.

Цинь Му взвёл брови и прямо спросил:

— Небесная Преподобная Цян, ты ищешь друга, или врага? Ты и вправду хочешь развязывать со мной конфликт?

Небесная Госпожа Цян улыбнулась и спустилась с его ладони, прежде чем проговорить:

— Я тоже Небесный Преподобный, и не слабее тебя. Если ты готов вступить со мной в союз, я дам тебе шанс.

Цинь Му облегчённо вздохнул, продолжая двигаться в сторону Зала Заботы, думая: «Вот чёрт. Хотя десять Небесных Преподобных насторожились, они всё же пытаются заключить тайные союзы друг с другом. Теперь, когда меня нашла Небесная Госпожа Цян, остальные тоже могут показаться. Возможно, в этот раз меня не раскусили, но это не значит, что в следующий раз мне повезёт так же. Нужно как можно быстрее вернуть это тело на место!

Он уже не мог посетить Дворец Аромата или Дворец Создания Патриарха. Теперь ему лишь хотелось вернуть физическое тело Небесного Императора до того, как его найдут другие Небесные Преподобные.

В конце концов, он не был одним из десяти Небесных Преподобных.

Он продолжил двигаться в сторону Зала Питания, когда внезапно услышал чей-то голос:

— Где ты был, Император?

Цинь Му остановился. Несмотря на то, что он нервничал, он ответил спокойным голосом:

— О, моя госпожа, Госпожа Янь. Я как раз иду со дворца Госпожи Цян.

Перед ним стояла Небесная Госпожа Янь, одна из десяти Небесных Преподобных. Она выглядела и вела себя элегантно и изысканно, и носила с собой белого кота. Компанию ей составляли более десятка горничных.

Шерсть её кошки была белой, будто снег, она лениво лежала в руках своей хозяйки. Сонно закрыв глаза, кошка потянулась, прежде чем взглянуть на Цинь Му.

Небесная Госпожа Янь обиженно проговорила:

— Ты пренебрег мной, и повидался с сестрой Цян. Моё сердце разбито.

У Цинь Му начала болеть голова.

Небесная Госпожа Янь с предвкушением продолжила:

— Император, мой Дворец Длящейся Утехи совсем близко, не хочешь пойти туда?

Белый кот на её руках вытянул язык и начал облизывать мех на своих лапах. Посмотрев на Цинь Му, он мяукнул, после чего умостился на груди Небесной Госпожи Янь.

Немного колеблясь, Цинь Му ответил:

— Мне нужно посетить Зал Заботы, так что нет, спасибо.

Небесная Госпожа Янь улыбнулась:

— Император, разве я уже не позаботилась о твоём теле?

Цинь Му был шокирован: «Значит это Небесная Преподобная Янь вызвала меня в Зал Питания! Она позвала меня к себе раньше остальных, чтобы расспросить меня о Великой Пустоши и деревне Беззаботной. У неё отличный источник новостей! Она узнала о моём приходе раньше, чем остальные Небесные Преподобные!»

Небесная Госпожа Янь посмотрела на его ноги и увидела на них пятна крови. Улыбнувшись, она проговорила:

— После посещения дома сестры Цян ты весь в крови. Тебе и вправду стоит подкрепиться. Я не знала, что она настолько яростная. Я больше не буду тебя беспокоить.

Цинь Му рассмеялся и продолжил:

— Не переживай, я зайду к тебе через несколько дней, — сказав это, он пошёл в сторону Зала Заботы.

Небесная Госпожа Янь посмотрела ему в след, после чего улыбнулась:

— Этот человек достаточно смел, чтобы пытаться меня обмануть. Сяо Ци, кто из Небесных Преподобных прятался в этом теле? Я хочу знать, что он делал в месте рождения Небесного Императора.

Белый кот прыгнул на землю и начал ходить по округе. Несмотря на то, что он был котом, он обладал торжественной, элегантной походкой.

Из его рта раздался глубокий мужской голос. Он нерешительно проговорил:

— Это не был один из десяти Небесных Преподобных.

Небесная Госпожа Янь ошеломлённо спросила:

— Сяо Ци, ты уверен?

Кот ответил:

— Дат. Я никогда раньше его не видел поэтому не смог узнать. Тем не менее, когда я увижу его снова, то пойму кто он.

Небесная Госпожа Янь моргнула, думая: «Может быть, это Небесный Преподобный Му? Впрочем, ему не хватит сил, чтобы управлять телом Небесного Императора. Но кто тогда это был?»

Тело белого кота начало расти, внезапно превращаясь в красивого генерала в серебряных доспехах и белой мантии:

— Я могу проследить за ним и понять, кто это был.

Небесная Госпожа Янь протянула руку и улыбнулась:

— Это не обычный человек. Только очень сильное существо может управлять телом Небесного Императора. Если ты будешь следить за ним, то окажешься в опасности. Возвращайся ко мне.

Генерал забрался ей на руки, превратившись в белого кота. Потянувшись, он уснул.

Горничные, сопровождающие Небесную Госпожу Янь, казалось, привыкли к подобному, и спокойно отправились вслед за ней во дворец Длящейся Утехи.

Цинь Му вернулся в Зал Заботы, и встретил там Небесного Преподобного Хао, ожидающего его, сложив руки за спиной.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Не обращая на него внимания, он прошёл мимо. Тем не менее, несмотря на его спокойный вид, его сердце неистово стучало.

Усевшись, он уверенно спросил:

— Что ты здесь делаешь, Небесный Преподобный Хао?

Тот поднял голову и прямо ответил:

— Ты встретил Мин Я и отвёл его к месту своего рождения. Вы довольно долго там оставались. Что вы делали?

«Мин Я? — Цинь Му ошеломлённо улыбнулся. — Должно быть он говорит о Наследном Принце Восточного Дворца. Наконец я знаю, как его зовут.»

Он неторопливо проговорил:

— Наследный Принц Мин Я является потомком Небесного Императора, поэтому у него есть право посетить землю предков. Небесный Преподобный Хао, мы оба — Небесные Преподобные. Я должен перед тобой отчитываться?

Небесный Преподобный Хо вздохнул и проговорил:

— Не забывай, что ты обрёл своё положение лишь благодаря мне! Кто из вас сражался с Небесным Преподобным Юнем, Лин и Юэ? Лишь благодаря мине ты смог стать Небесным Преподобным и обрести ту власть, которую имеешь сейчас!

Цинь Му улыбнулся:

— И именно благодаря тебе Великий Император стал одним из десяти Небесных Преподобных и огромной угрозой. Небесный Преподобный Хао, возможно ты силён, но и я не слабак. Не говори со мной таким высокомерным тоном!

Небесный Преподобный Хао смотрел на него, сжимая кулаки. Цинь Му со всех сил пытался преодолеть свой страх и посмотреть ему в глаза.

Успокоившись, небесный Преподобный Хао проговорил:

— Ты поверил словам Цинь Му про то, что среди нас скрывается Великий Император? Он пытался нас разделить, заставить нас сражаться друг с другом. То, что он выжил в Великой Пустоши, и вправду удивительно, но это не значит, что он говорит правду. Он многое от нас скрывает.

Опершись на трон Небесного Императора, Цинь Му лениво проговорил:

— Несмотря на то, что он не совсем искренен, скоро вернутся Небесные Преподобные Хо и Сюй, и мы узнаем правду.

Взгляд Небесного Преподобного Хао упал на раны на его ногах. Его зрачки дрогнули, он проговорил:

— Ты взял с собой Наследного Принца Мин Я, чтобы достать артефакты моей семьи с помощью его крови? Эти вещи принадлежат мне и моей семье! Ты не можешь их трогать!

Цинь Му игриво проговорил:

— Кажется, Наследный Принц Мин Я сильно тебя волнует. Ваши отношений не слишком похожи на обычные братские отношения.

Небесный Преподобный Хао встряхнул рукавами и ушёл. Его голос донёсся издали:

— Почини это тело. Кроме того, Наследный Принц Мин Я мой брат. Если ты причинишь ему вред, то я убью тебя, кем бы ты ни был!

Цинь Му возмущённо фыркнул, и расслабился лишь когда убедился, что тот ушёл. Он неподвижно уселся на троне Императора.

«Отношения Небесного Преподобного Хао и его брата кажутся ненормальными. Хао ведёт себя как отец, а не как брат.»

Межбровье Небесного Императора раскрылось, и из него вылетел озадаченный Цинь Му, думая: «Отношения в императорской семье очень запутанны! Как бы весело это ни было, мне больше нельзя оставаться в этом теле, а не то меня раскусят! Мне нужно немедленно покинуть Зал Заботы!»

Приведя себя в порядок, он превратился в горничную, прежде чем уйти.

Выйдя наружу, он наткнулся на Небесного Преподобного Хуна, шагающего навстречу. Тот был одет в невероятно широкую мантию с длинными рукавами.

В своей белой одежде он напоминал доброго старика. Волосы на его лице тоже были белыми, и обычно он хорошо относился к окружающим.

— Маленькая девушка, Император внутри? — улыбнулся Небесный Преподобный Хун.

— Да, он внутри, — покорно ответил Цинь Му.

Небесный Преподобный Хун махнул рукой и вошёл внутрь.

Цинь Му немедленно ускорился. Добравшись к углу длинного коридора, он превратился в змею и скрылся в кустах, пробираясь к бассейну неподалёку. Оказавшись в воде, он превратился в огромного куна, поплыв по реке неподалёку от дворца наложниц.

Доплыв до императорского дворца, он превратился в зелёную лягушку. Затем он выбрался на берег и спрятался за деревом, чтобы превратиться в кота. Шагая вдоль дворцовой стены, он внезапно запрыгнул наверх, чтобы войти внутрь.

Вскоре кот, под видом которого скрывался Цинь Му, спрыгнул в тень под стеной.

Чёрный силуэт полз вдоль стены, держась как можно ближе к земле. Лишь добравшись к окраинам Нефритовой Столицы, Цинь Му перестал скрываться и зашагал в сторону своей резиденции.

В Зале Заботы Небесный Преподобный Хун нахмурился, смотря на физическое тело Небесного Императора. Заметив травмы на его ногах, он нахмурился: «Они совсем не умеют использовать вещи подобающим образом. В конце концов, это тело — лицо райских небес… Кто додумался отправиться на нём в землю предков?.. Минутку! С той горничной что-то было не так! Ухаживать за телом Небесного Императора не могла лишь одна горничная!»

Его сознание тут же вспыхнуло и окружило Зал Заботы, пытаясь найти подсказки и обнаружить горничную.

Его сознание было невероятно мощным и вызвало сильные колебания. Вдали тут же вспыхнули другие сознания, сталкиваясь с ним!

Вокруг Зала Заботы начали сверкать молнии и греметь гром. Это было определённо вызвано столкновением сознаний нескольких Небесных Преподобных!

Сознание Небесного Преподобного Хуна вернулось, он рассмеялся:

— Друзья, вы думаете, что я Великий Император? Поэтому вы так тщательно меня расспрашиваете? Мы всегда были братьями и сёстрами. С каких пор мы начали с таким подозрением относиться друг к другу?

Сознания в воздухе рассеялись, и вокруг воцарилась тишина.

Небесный Преподобный Хун нахмурился и подумал: «Из-за этой задержки горничной, скорее всего, удалось сбежать. Это она отправилась к месту рождения Небесного Императора в его физическом теле. Её скрытность указывает на то, что…»

Он поспешно покинул Зал Заботы и отправился к месту рождения Небесного Императора.

Когда он туда добрался, то увидел, что Небесные Преподобные Хао, Гунг, Цян, Янь и остальные уже были здесь.

На их лицах были серьёзные выражения, они смотрели на комок, образованный фиолетовым светом Великого Дао. В его глубинах отсутствовала часть яичной скорлупы.

— Кто её взял? — холодно спросил Небесный Преподобный Хао. — Если вы вернёте её сейчас, я вас пощажу.

Глава 1004. Бедный Рoдственник

Всего было две яичныx скорлупы. Когда физическое тело Небесного Императора ещё было на райских небесах, Небесный Союз был ещё более разобщённым, чем сейчас. Контролируя настоящее тело Небесного Императора, можно было запросто войти в место его рождения и достать обе скорлупы.

Вот только в то время никто из Небесных Преподобных не хотел доставать скорлупу. Сильнее всего против этого выступал Небесный Преподобный Хао. Остальные члены Небесного Союза тоже не поддерживали эту идею по своим собственным причинам.

Позже Небесный Союз объединился. Небесная Преподобная Лин, Небесная Преподобная Юэ и остальные исчезли, оставив лишь Небесного Преподобного Хао, Хуна и их силы. Но несмотря на то, что они больше не создавали проблем, физического тела Небесного императора уже не было, и они потеряли возможность достать скорлупу.

Несмотря на то, что все они ужасно желали овладеть сокровищем места рождения Небесного Императора, у них не было сил этого сделать, и им оставалось лишь сдаться.

Небесный Преподобный Хао предпринял несколько попыток и даже входил в землю предков в теле Небесного Преподобного Юя. В конце концов, ему так и не удалось подобраться к жертвенному алтарю.

До этого он верил, что скорлупу можно с лёгкостью достать.

Более того, так как Небесный Император, рождённый из этого яйца, он чувствовал, что всё, что принадлежало Небесному Императору, было его наследством.

Он совершенно не ожидал, что, в то время как они будут отвлечены друг другом, кто-то воспользуется этой возможностью и проберётся в место рождения его отца и украдёт одну из скорлуп!

Небесный Преподобный Хао огляделся по сторонам, подавляя гнев в своём сердце. Понизив голос, он проговорил:

— Друзья Дао, дорога туда, где мы сейчас, была сложной, мы тяжело работали, чтобы получить своё сегодняшнее положение. Если вы вернёте сокровище, мы останемся друзьями Дао. Если нет, то боюсь, что из десяти Небесных Преподобных останется лишь девять.

Небесные Преподобные, стоящие вокруг него, молчали.

Они тоже желали заполучить две скорлупы, из которых вылупился Небесный Император.

Скорлупа была покрыта отпечатками рун Небесного Императора. Тем не менее, это не было её главной силой. На самом деле, с помощью скорлупы можно было запечатать древнего Небесного Императора!

Даже если бы кто-то из Небесных Преподобных овладел настоящим физическим телом Небесного Императора, его можно было запечатать с помощью скорлупы!

Если она могла запечатать даже физическое тело Небесного Императора, то и с божественным оружием Небесного Преподобного Юя справилась бы!

С этим сокровищем можно было одолеть остальных Небесных Преподобных. К сожалению, от него осталась лишь половина.

Кто украл вторую половину? Именно это больше всего волновало Небесных Преподобных.

Небесный Преподобный Хао осмотрелся по сторонам. Внезапно он рассмеялся от злости. Взмахнув рукой, он ушёл, проговорив:

— Кажется, Небесных Преподобных останется не девять, а восемь!

Разъярённый, он вышел, оставив семерых Небесных Преподобных наедине.

Внезапно Небесная Госпожа Цян нарушила тишину:

— Когда я пришла сюда, всё уже было так, как сейчас. Я не забирала сокровище. Подозреваю, что какой-то друг Дао контролировал физическое тело Небесного Императора и пришёл сюда с Наследным Принцем Мин Я.

Небесная Преподобная Сяо проговорил унылым тоном:

— После того, как Наследный Принц Мин Я покинул это место, он тут же скрылся с райских небес. Мы не знаем, где он сейчас. Скорее всего, он что-то знает. Почему бы нам его не допросить?

Небесная Госпожа гладила свою белую кошку, улыбнувшись:

— Наследный Принц Мин Я сбежал с райских небес? Это любопытно.

Император Богов Лан Сюань кашлянул и проговорил:

— Кто бы из братьев Дао не украл сокровище, сейчас лучше всего его вернуть, иначе мы окажемся в опасности.

Никто не ответил.

Небесный Преподобный Хун поглаживал свою белую бороду, торжественно проговорив:

— Думаю, что кроме физического тела Небесного Императора, войти в запретную зону может также Великий Император. Потомственный Король Богов, ты видел способности Великого Императора и должен быть знаком с его методами.

Потомственный Король Богов равнодушно проговорил:

— Великий Император и вправду обладает силами, чтобы это сделать. Если ему действительно удалось пробраться на райские небеса и стать членом Небесного Союза, то его никто не сможет разоблачить.

Семь Небесных Преподобных замолчали, на их лицах не было им следа эмоций.

Кто такой Великий Император?

Неужели он и вправду мог скрываться среди них?

Может быть, он был одним из семерых людей, собравшихся здесь?

Семь Небесных Преподобных переглянулись, не осмеливаясь смотреть друг другу в глаза. Сейчас любой из них мог быть Великим Император. Даже Небесный Преподобный Хао, который только что ушёл, был одним из подозреваемых.

Внезапно Небесная Госпожа Янь улыбнулась и ушла:

— Небесные Преподобные Хо и Сюй вернулись.

Остальные шесть Небесных Преподобных спрятались.

Небесные Преподобные Хо и Сюй поспешно вернулись на райские небеса. На дорогу у них ушло довольно много времени, поэтому они прибыли на несколько дней позже Цинь Му.

Все Небесные Преподобные собрались, чтобы послушать их рассказ. Услышав о Великой Пустоши, они были шокированы.

То, что описали Небесные Преподобные Хо и Сюй совпадало со словами Цинь Му. Они наткнулись на множество странных вещей, таких как ходящие трупы, города мастеров создания, сошедший с ума небесный мастер Юэ, область высшего сознания и Мост Пустоты.

К их удивлению, оказалось, что Цинь Му не лгал, и искренне рассказал им о том, что увидел в Великой Пустоши!

Небесный Преподобный Му всё время был мятежником. С чего он внезапно стал таким преданным и верным?

Слова Небесных Преподобных Сюй и Хо и вправду свидетельствовали о том, что Великий Император мог скрываться среди них!

Небесные Преподобные Хо и Сюй сразу же заметили, что между другими Небесными Преподобными происходит что-то странное. Они опасались друг друга, и даже вели себя враждебно!

Несмотря на то, что десять Небесных Преподобных никогда не были слишком близки, обычно они держали свои конфликты в тайне. С каких пор они начали действовать так открыто?

Небесный Преподобный Хо слегка нахмурился, думая про себя: «С тех пор как Небесный Преподобный Му вернулся на райские небеса, вражда между десятью Небесными Преподобными начала усиливаться. Кажется, что распад Небесного Союза неизбежен. Тем не менее, древние боги ещё не уничтожены. Изначально Небесный Союз был создан для того, чтобы уничтожить власть древних богов…»

— В таком случае, я полагаю, вы не нашли деревни Беззаботной на противоположной стороне Моста Пустоты?

Небесные Преподобные Хо и Сюй одновременно кивнули, и первый проговорил:

— Войдя в дом по центру, мы оказались в ловушке. Когда мы вышли, прошло уже полгода.

— Где в то время был Небесный Преподобный Му? — поинтересовался Небесный Преподобный Гун.

— Ждал снаружи, — равнодушно ответила Небесная Преподобная Сюй. — Увидев нас, он закрыл дверь, и когда мы вышли, его уже не было.

Небесный Преподобный Хао задал самый важный вопрос:

— Ему удалось найти деревню Беззаботную?

Небесная Преподобная Сюй покачала головой:

— Я не знаю.

Небесный Преподобный Хо посмотрел на неё. Небесная Преподобная Сюй не упомянула, что Цинь Му находился в компании двух людей. Это слегка его озадачило, он не понимал, что она задумала.

Тем не менее, так как Небесная Преподобная Сюй об этом не упомянула, он тоже решил промолчать.

Десять Небесных Преподобных замолчали, вокруг них возникла тяжёлая атмосфера. По логике, после обнаружения следов деревни Беззаботной, они должны были немедленно мобилизовать свои войска и атаковать. Даже если бы они понесли огромные потери, уничтожение деревни Беззаботной и Императора-Основателя были важной задачей.

Но сейчас они даже не думали об этом.

Теперь деревня Беззаботная была лишь второстепенным вопросом, в то время как-то, что среди них скрывался Великий Император, было огромной проблемой.

Используя свои силы для подавления Великой Пустоши, Небесные Преподобные наткнулись бы на сопротивление мастеров создания и деревни Беззаботной. Они бы теряли своих солдат, а их силы бы ослабевали.

Теперь между десятью Небесными Преподобными сложилась сложная ситуация. Если бы кто-то из них ослаб, сражаясь с Императором-Основателем, он рисковал быть убитым скрытной атакой кого-то из своих людей.

В конце концов, именно это случилось с Великим Владыкой Солнца.

— Мы должны атаковать деревню Беззаботную, — добрый на вид Небесный Преподобный Хун горько вздохнул. — Изначально я думал, что деревня Беззаботная, в которой скрывался Небесный Преподобный Цинь, была счастливым и безопасным местом. Я не понимал, насколько оно на самом деле опасно. Как иронично, что его назвали деревней Беззаботной. Чтобы атаковать его, мы должны преодолеть множественные опасности Великой Пустоши. Почему бы не отправить младшее поколение прокладывать путь? Как только внешние угрозы будут устранены, мы сможем встретиться с Цинь Е и мастерами создания.

Остальные Небесные Преподобные кивнули, соглашаясь:

— Пусть дети различных великих небес проложат путь, после чего мы займёмся Цинь Е.

Небесный Преподобный Хо нахмурился и проговорил:

— В Великой Пустоши обычные боги и дьяволы окажутся бесполезными. Вы просто отправите их на смерть!

Остальные Небесные Преподобные улыбнулись:

— У Небесного Преподобного Хо много учеников и экспертов. Почему бы тебе лично не отвести свои войска в Великую Пустошь, чтобы разобраться с Цинь Е?

Небесный Преподобный Хо впал в ярость. Махнув рукой, он сердито ушёл:

— Пока вы здесь ссорились, я был в Великой Пустоши и подвергался опасности, чтобы узнать всю эту информацию. Дураки, мне стыдно вас знать!

— Небесный Преподобный Хо такой же вспыльчивый, как и раньше, — все закивали головами.

Резиденция Небесного Преподобного Му.

Ху Лин’эр уже спустилась к нижней границе, в то время как Цинь Му остался в резиденции Небесного Преподобного. Он проводил время, изучая скорлупу и рунные символы на её поверхности. Время от времени он отвлекался и общался с Юнь Чусю и Божественным Королём Лан Во.

Юнь Чусю тоже оставалась в его резиденции. Она выбрала себе комнату и отказывалась уходить. Иногда к ним приходила Лянь Хуахунь, чтобы поговорить с Божественным Королём Лан Во. Присутствие трёх девушек сильно оживляло это место.

Тем не менее, когда они собирались вместе, Цинь Му старался их избегать.

Вскоре пришла новость о том, что райские небеса решили отправиться свою армию в Великую Пустошь. Они созывали богов и дьяволов различных небес. Ху Лин’эр отправила гонца сообщить, что Дворец Создания Патриарха поручил Вечному Миру работы по созданию огромного количества божественного оружия.

— Небесный Преподобный, к тебе пришёл бедный родственник с нижней границы. Он говорит, что пришёл попросить у тебя убежища, — сообщила горничная.

— Бедный родственник? — удивлённо воскликнул Цинь Му. — С каких это пор у меня есть бедный родственник? Они ведь все богаты. Пожалуйста, впусти его.

Спустя некоторое время девушка привела дьявольского бога. У него было восемь рук, четыре лица и двенадцать глаз. Поклонившись, он проговорил:

— Король Дьяволов Дутяня отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му!

Цинь Му поспешно двинулся вперёд и улыбнулся:

— Старый Брат Дутянь, что привело тебя сюда?

Этим дьявольским богом оказался Король Дьяволов мира Дутянь. Он стеснительно проговорил:

— Мир Дутяня был разрушен, оставив нас скитаться среди звёзд. После того как мы ушли, Граф Земли превратил Дутянь в свой рог. В то время бесчисленное количество людей моей расы умерли от голода и истощения. Когда мы услышали, что райские небеса собираются воевать с Великой Пустошью, то поняли, что должны искать убежища здесь. Я слышал, что здесь находится Небесный Преподобный Му, что показалось мне довольно странным. Расспросив местных, я с удивлением убедился, что это и вправду ты.

Цинь Му рассмеялся в ответ:

— А кто ещё это мог быть?

Король Дьяволов Дутяня горько вздохнул:

— Кто бы мог подумать, что молодой Владыка Культа из прошлого окажется Небесным Преподобным Му? Мне пришлось потратить огромную сумму, чтобы подкупить стражников Нефритовой Столицы и войти внутрь. Люди мира Дутяня находятся на грани безумия. Во имя нашей старой дружбы, я умоляю Небесного Преподобного Му дать нам путь к выживанию.

Цинь Му смерил его взглядом и рассмеялся:

— Вы планируете покинуть Великую Пустошь и найти убежище на райских небесах?

Король Дьяволов Дутяня немного колебался, прежде чем ответить:

— Я думаю, что у райских небес злые намерения. Если бы Великую Пустошь было так просто победить, то райские небеса уже давно бы отправили своих богов и дьяволов в бой. Но мне кажется, что те боги, которых они собирают с различных небес, просто будут принесены в жертву.

Цинь Му искренне рассмеялся. Он протянул руку, чтобы похлопать его по плечу, но не смог дотянуться.

Король Дьяволов Дутяня поспешно наклонился. Цинь Му наконец похлопал его по плечу, и на его лице появилось невероятно довольное выражение:

— Ты прав. Старый брат Дутянь не растерял своего ума и сразу понял что не так с этим местом. Десять Небесных Преподобных не желают тратить свои собственные силы на борьбу с Великой Пустошью, и вместо этого отправляют этих людей на верную смерть.

На лице Короля Дьяволов Дутяня было множество следов тяжёлых времён, казалось, будто его резали ножами и рубили топорами. Очевидно, последние несколько лет были сложными. Выдавив из себя улыбку, он проговорил:

— Небесный Преподобный Му, в таком случае, я могу просить тебя защитить моих людей Дутяня?

Взгляд Цинь Му упал на его лицо, он молчал.

Король Дьяволов Дутяня упал на колени и опустил голову:

— Нас осталось очень мало. Небесный Преподобный, пожалуйста, дай нам путь к выживанию! Я знаю, что я оскорблял тебя в прошлом, и я готов отдать свою голову в качестве платы за это!

Цинь Му покачал головой, после чего ответил:

— Пожалуйста, поднимись. Мне и так сложно защищать Вечный Мир, где мне найти землю, чтобы вас поселить?

Король Дьяволов Дутяня поспешно ответил:

— Небесный Преподобный мог бы защищать моих людей, в то время как я отправлюсь в Великую Пустошь, чтобы снискать там воинской славы. Взамен на неё мне дадут землю, и я заберу туда своих людей!

Цинь Му разразился смехом:

— Идти в Великую Пустошь — это самоубийство. Не говоря уже о тебе, даже существа области Непостижимого Неба и Императорского Трона не могут быть уверены в том, что им удастся выбраться оттуда живым. Тем ты не завоюешь себе воинской славы.

Глaва 1005. Kopоль Дьяволов Дутяня

Несмотря на то, что Король Дьяволов Дутяня собирался в Великую Пустошь ради того, чтобы снискать воинской славы, на самом деле он понимал, что это самоубийство. Тем не менее, так как он отдал свой народ под опеку Цинь Му, после его смерти у последнего не осталось бы выбора, кроме как продолжить о них заботиться. В таком случае Король Дьяволов Дутяня добился бы своей цели.

В глубине души он понимал, что высокий и могущественный Небесный Преподобный Му найдёт способ поселить его людей в безопасном месте.

Цинь Му не был бы обязан заботиться о его людях после его смерти. Тем не менее, исходя из своего опыта, Король Дьяволов Дутяня знал, что тот как минимум нашёл бы им место для жизни и им больше не приходилось бы блуждать по вселенной, рискуя своими жизнями.

Его люди достаточно настрадались за всё это время.

После того, как Дутянь был разрушен, его жители были вынуждены странствовать по вселенной, так как все другие миры отказывались их принимать. Время от времени более сильные небеса и вовсе их грабили, преследовали и брали в рабство.

Если бы это продолжилось, то раса дьяволов мира Дутянь вымерла бы.

Король Дьяволов Дутяня и вправду находился на грани безумия. Он был умным человеком, и во время вторжения в Вечный Мир считал, что имеет небо с небольшими небесами. Тем не менее, увидев каменные статуи Великих Руин, он понял, что наткнулся на сильного врага и забыл о том, чтобы отбирать землю Вечного Мира.

Цинь Му, обладал огромными достижениями в области дьявольского языка и математики, но то же можно было сказать и о Короле Дьяволов Дутяня.

Он знал, что путешествие в Великую Пустошь закончится для него смертью, но у него не было другого выбора.

Цинь Му понимал это. Он поднял голову, смотря на Короля Дьяволов Дутяня. Трудные времена отбились на его лице, будто шрамы от ножа. Невзгоды и вправду были оружием, способным заставить человека постареть. Небесные дьяволы не старели, но Король Дьяволов Дутяня определённо изменился в лице, а его стремления уже были не теми, что раньше.

Его стремления умерли в процессе борьбы за выживание, начавшейся после того, как его прогнали из собственного дома.

— Сколько у тебя осталось людей? — спросил Цинь Му.

На лице Короля Дьяволов Дутяня возникло счастливое выражение, он поспешно ответил:

— Их не слишком много, всего лишь миллион. Нам нужно лишь небольшое место для жизни, где будет достаточно воды и живности. Нам не нужно много…

— Миллион это и вправду не много. Тем не менее, несмотря на то что я Небесный Преподобный, у меня нет власти на райских небесах. Я не смогу найти для них место.

Цинь Му спросил:

— Где они сейчас?

— На райской реке за пределами райских небес. Они не могут войти на территорию райских небес, — Король Дьяволов Дутяня извинительно улыбнулся и ответил. — Я попросил их оставаться снаружи на берегу, чтобы их не раздавил проплывающий мимо корабль. Небесный Преподобный…

Цинь Му его перебил:

— Ну ладно. Сестра Янь’эр, жирдяй, подойдите.

Цилинь бросился к Цинь Му, в то время как Янь’эр сидела у него на голове. Достав небольшую бутылку, Цинь Му проговорил:

— Возьмите это сокровище и отправьтесь за райские небеса вместе с Королём Дьяволов Дутяня. После этого помогите миллиону его дьяволов забраться внутрь.

Этот артефакт был Миром Колбы Племени Скрытой Горы мастеров создания. Цинь Му и Ло Ушуан встретили героический дух вождя этого племени в земле Великой Пустоши. Взамен на обещание создать там Юду, она дала Цинь Му это бутылку.

Внутреннее пространство Мира Колбы было огромным. В нём располагались гигантские небеса, на которых можно было поселить много людей.

Цинь Му хранил в Мире Колбы первобытную жидкость для совершенствования. Мир внутри неё можно было использовать в качестве временного убежища для расы дьяволов.

Король Дьяволов Дутяня был невероятно благодарен. Увидев его, цилиня озадаченно спросил:

— Старший брат Дутянь? Когда ты успел так постареть?

Король Дьяволов Дутяня горько улыбнулся и ответил:

— Брат дракон, хватит шутить.

Он повёл цилиня и Янь’эр за пределы райских небес. Вскоре они увидели чёрный корабль, на борту которого их встретили дьяволы в изодранной одежде. Их было не слишком много, и лишь один из них был богом, в то время как все остальные были практиками божественных искусств.

Кроме того, на борту было несколько божественных сокровищ. Рассмотрев их, цилинь обнаружил, что это была Земля Шести Направлений дьявольского бога, на которой жили десятки тысяч богов. Судя по всему, дьявольский бог отдал своё божественное сокровище Шести Направлений, чтобы у этих людей было место для жизни.

Янь’эр поселила этих дьяволов на одной из планет Мира Колбы, на которой было много чистой воды и зелёных холмов. Здесь они могли жить, не опасаясь за своё выживание.

Король Дьяволов Дутяня облегчённо вздохнул и отправился вместе с цилинем и Янь’эр обратно в резиденцию Небесного Преподобного Му. Добравшись туда, он остался снаружи, в то время как цилинь и Янь’эр отправились внутрь, чтобы доложить обо всём Цинь Му.

Спустя некоторое время Янь’эр вышла к нему и проговорила:

— Мастер сказал, что не выйдет к тебе. Он также говорил, что у него впереди тяжёлые времена, и попросил тебя беречь себя.

Король Дьяволов Дутяня упал на землю перед резиденцией, кланяясь:

— В следующей жизни я отдам Небесному Преподобному Му долг!

Добравшись к Западным Небесным Вратам, он увидел богов райских небес, вербующих солдат и покупающих лошадей. Многие боги и дьяволы различных небес подходили к ним, чтобы предложить свою поддержку в войне с Великой Пустошью.

Король Дьяволов Дутяня тоже вступил в ряды их армии. Чиновник, вербующий его, заметил, что он имел опыт битв и обладал высоким уровнем совершенствования. В конце концов, он достиг вершины области Яшмового Водоёма. В связи с этим его назначили капитаном и отдали под его управление несколько сотен богов и дьяволов.

Райские небеса вербовали богов со всех уголков вселенной. Спустя два месяца они собрали несколько миллионов богов и дьяволов, а также флот огромных кораблей. Вместе всё это создавало величественное зрелище.

На кораблях различные генералы обучали солдат технике Думать и не Думать, чтобы они могли справиться со странностями Великой Пустоши.

Они путешествовали на протяжении нескольких дней, прежде чем наконец достигнуть Великой Пустоши.

Под атаками различных странностей Великой Пустоши погибло огромное количество богов и дьяволов. Войска под управлением Короля Дьяволов Дутяня отважно сражались и им повезло наткнуться на ходящие трупы Великой Пустоши, благодаря чему им удалось выжить и добраться к Земле Великой Пустоши.

Тем не менее, там они тоже наткнулись на множество разных опасностей. ОТ миллионов богов и дьяволов осталось лишь полмиллиона. Короля Дьяволов Дутяня выжил и получил повышение, так как после атак освободилось много генеральских мест.

Король Дьяволов Дутяня повёл своих людей в бой, яростно сражаясь с различными странностями. В конце концов им удалось укрепиться в Земле Великой Пустоши.

Со временем его воинов оставалось всё меньше и меньше. Но прежде чем его армия была разбита, а запасы продовольствия истощились, прибыли подкрепления.

На подмогу ему прибыла великая армия во главе с Наследным Принцем Мин Я из семьи Небесного Императора. Ему помогали три советника, управляющие великим флотом Райской Реки.

Наследный Принц Мин Я и трое его советников наградили Короля Дьяволов Дутяня за его храбрость и тут же повысили до звания Генерала Верности и Боевых Искусств четвёртого ранга. Ему было доверено управлять армией, и он начал сражаться плечом к плечу с наследным принцем.

Бои в Великой Пустоши были невероятно опасными. Тем не менее, казалось, будто Короля Дьяволов Дутяня благословили небеса, позволяя ему снова и снова обретать огромные заслуги. Более того, его совершенствование значительно выросло, и он сумел достичь области Сцены Казни Бога, а затем и Нефритовой Столицы. Он завоевал уважение Наследного Принца Мин Я и был несколько раз повышен.

Незаметно для него прошли тысячи лет войны. Под руководством Наследного Принца и трёх советников Король Дьяволов Дутяня принял контратаку мастеров создания и обрёл над ними убедительную победу, внося значительный вклад в прогресс войны.

По мере увеличения его подвигов его повысили до звания Генерала Командования Разведки.

В один день Небесные Преподобные спустились в Великую Пустошь, готовясь окончательно подавить остатки сил мастеров создания, чтобы пробиться в деревню Беззаботную.

Наследный принц и три его советники передали свои полномочия и вернулись вместе с ним на райские небеса для получения наград.

Небесный Император лично встретил и наградил его. Когда он спросил Короля Дьяволов Дутяня чего он хочет в качестве награды, тот встал на колени и проговорил:

— Я хочу получить небеса, на которых мог бы поселиться мой народ.

Небесный Император и чиновники рассмеялись:

— Мой любимый генерал оказал нам такую огромную услугу, но ты просишь всего лишь о небесах. Это и вправду скромно. — в итоге Небесный Император наградил его бесчисленными сокровищами, тремя небесами, и повысил до звания Маркиза.

Имя Короля Дьяволов Дутяня звенело по всех райских небесах. Когда он готовился посетить резиденцию Небесного Преподобного Му, его позвал к себе Наследный Принц:

— Небесный Преподобный Му собирается восстать. Его Величество терпел его долгое время, но так и не смог удержать его в узде. Так как когда-то вы с ним были в хороших отношениях, он не будет настороже, когда ты придёшь. Используй эту императорскую робу и печать и спрячь их в его резиденции. После того, как ты это сделаешь, я отправлюсь к нему и обыщу резиденцию. Когда я найду эти вещи, мы обвиним его в предательстве и казним! Таким образом, Его Величество сможет наконец успокоиться.

Король Дьяволов Дутяня был ошеломлён, не осмеливаясь взять печать и мантию.

— Ты заботишься о своих людях? Дутянь, после того как ты убьёшь Небесного Преподобного Му, твой народ останется твоим.

Наследный Принц Мин Я помрачнел в лице, он холодно рассмеялся:

— Не забывай, ты в долгу у меня за то, что я был твоим покровителем, и позволил тебе подняться до своего сегодняшнего положения. Пора расплатиться!

Король Дьяволов Дутяня встал на колени, ответив:

— Ваше Высочество, я действительно в долгу перед тобой, но я также в огромном долгу перед Небесным Преподобным Му. Я готов отдать свой долг, но не мог у укусить руку, которая меня кормила. Я смиренно прошу, чтобы Ваше Величество отозвало свою просьбу!

Наследный Принц Мин Я впал в ярость. Поднявшись, он ударил по столу и злостно проговорил:

— Я должен обвинить Небесного Му в преступлении, прежде чем убить его, но не тебя! Дутянь, у тебя два варианта. Либо ты идёшь на Сцену Казни Бога, либо берёшь печать и робу и отправляешься в резиденцию Небесного Преподобного Му! Выбирай!

Разум Короля Дьяволов Дутяня помутнел, в его сердце возникла борьба. Спустя некоторое время от проговорил:

— Я готов идти на Сцену Казни Бога!

Наследный Принц махнул рукой и проговорил:

— В таком случае ты умрёшь!

Король Дьяволов Дутяня встал на колени на Сцене Казни Бога, вспоминая свою жизнь. Он с грустью подумал: «Мои люди с Небесным Преподобным Му, они должны быть в безопасности…»

Два лезвия ножа засвистели в воздухе, и его голова упали на землю. Его исконный дух погиб, а его душа рассеялась и не смогла отправиться в Юду.

Картина перед его глазами почернела.

В этот момент он услышал звонкий голос девушки по имени Янь’эр. Король Дьяволов Дутяня быстро открыл глаза и оглянулся по сторонам. Он ошарашенно пробормотал:

— Где это место?

— Дутянь, как ты умудрился уснуть перед резиденцией Небесного Преподобного? — рассмеявшись, проговорила Янь’эр. — Учитель впустил тебя?

Король Дьяволов Дутяня безучастно спросил:

— Я мёртв? Где я? Где Сцена Казни Бога? Где Наследный Принц Мин Я?

Янь’эр разразилась смехом:

— Что за Сцена Казни Бога? Ты в резиденции Небесного Преподобного Му! Здесь нет Наследного Принца Мин Я. Я слышала. Что он сбежал, и никто не знает где он сейчас. Я только что видела мастера, и он приказал мне забрать тебя. Как оказалось, ты здесь уснул.

Король Дьяволов Дутяня поднялся, всё ещё слегка растерян. Солнце в небе ярко сияло. Осмотрев окрестности, он обнаружил, что и вправду находился в резиденции Небесного Преподобного Му в Нефритовой Столице райских небес. Люди, которых он видел здесь тысячи лет назад, до сих пор были здесь, будто прошло совсем немного времени.

Тем не менее, его сон длился тысячу лет. В Великой Пустоши он пережил бесчисленные сражения и даже вернулся в столицу победителем и был награждён Небесным Императором. В конце концов, его казнили на Сцене Казни Бога!

Янь’эр привела его в резиденцию, проговорив:

— Вероятно, ты слишком устал с дороги. Мастер не любит, когда люди встают перед ним на колени, тебе не стоит этого делать, когда увидишь его. Какие духовные пилюли ты любишь?

Король Дьяволов Дутяня покачал головой и проговорил:

— Я не люблю духовных пилюль.

Несмотря на это, Янь’эр всё равно всунула пилюлю ему в рот. Попробовав её, он обнаружил, что пилюля была довольно вкусной.

— Сестра Янь’эр, я только что уснул, и во мне прошла тысяча лет. Он был настолько правдоподобным, что его нельзя было отличить от реальности, — следуя за ней, Король Дьяволов Дутяня делился пережитым. — Когда я проснулся, то почувствовал, будто прожил ещё одну жизнь. Теперь я не могу понять, спал ли я тогда, или же сплю сейчас.

— Ты спал. А теперь ты проснулся, — Янь’эр рассмеялась. — Как-то, что произошло в твоём сне, могло быть настоящим? К примеру, во сне ты стал Маркизом и совершенствовался до области Нефритовой Столицы. Теперь же ты в области Яшмового Водоёма. Если то, что произошло в твоём сне, правда, то ты с лёгкостью должен пробиться в область Сцены Казни Бога.

Прежде чем она успела договорить, аура Короля Дьяволов Дутяня внезапно взорвалась. Его исконный дух возвысился над Сценой Казни Бога в его райском дворце, и сумел выдержать её испытания!

Янь’эр испуганно прокричала:

— Как тебе это удалось?

На всех четыре лицах Короля Дьяволов Дутяня возникли выражения шока. Он растерялся, пробормотав:

— Я просто повторил то, что познал во сне. Удивительно, но мне удалось пробиться… Сестра Янь’эр, это точно был сон?

Янь’эр ненадолго задумалась, прежде чем ответить:

— Должно быть, тебе удалось накопить много опыта. Именно поэтому тебе удалось с лёгкостью прорваться и достичь Сцены Казни Бога. Почему бы тебе не попробовать снова и не попытаться войти в области Нефритовой Столицы?

Король Дьяволов Дутяня попробовал и покачал головой:

— Я не могу.

Янь’эр улыбнулась:

— Понятно. Ты не изучил достаточно много, а значит это был сон. Мастер, Дутянь здесь.

Цинь Му был в саду и общался с Божественным Королём Лан Во и Юнь Чусю. Цилинь лежал на земле рядом с ними, с его шеи свисала маленькая бутылочка. Это был Мир Колбы.

Оглянувшись, Цинь Му засмеялся:

— Старший Брат Дутянь, я хорошо всё обдумал. Я не знаю твоих людей дьявольской расы. Чтобы помочь тебе о них заботиться, мне придётся приложить огромное количество усилий. Будет лучше, если ты не пойдёшь в Великую Пустошь, а останешься, чтобы заботиться о них.

Король Дьяволов Дутяня хотел встать на колени, но вспомнил слова Янь’эр. Затем он кивнул и проговорил:

— Огромное спасибо Небесному Преподобному.

— Лучше называй меня просто Владыкой Культа, — Цинь Му двусмысленно улыбнулся, проговорив. — Ты сказал, что отдашь свой долг в следующей жизни. Твоя следующая жизнь начинается сейчас.

Король Дьяволов Дутяня был поражён. Ему оставалось лишь ошеломлённо уставиться на Цинь Му, дразнящего двух прекрасных девушек.

Он был в растерянности:

«Разве это не сон?»

Глава 1006. Бeлый Koт

Юнь Чусю посмотрела на Короля Дьяволов Дутяня и слегка нахмурилась:

— Почему ты так хорошо относишься к этому уродливому дьявольскому королю области Сцены Казни Бога?

Цинь Му улыбнулся:

— Он обладает удивительными способностями и пониманием. Кроме того, он умён и крепок, вот только его ранние годы были сложными. Он один из немногих людей, которых я знаю, на которых стоит обратить внимание.

Юнь Чусю не могла не спросить:

— На кого ещё стоит обратить внимание, как ты думаешь?

— Много кого, — Цинь Му начал перечислять их, будто свои семейные реликвии. — Десять Небесных Райских Небес. Древние боги вроде Небесного Герцога, Графа Земли, Небесного Императора, Небесной Императрицы и Госпожи Юаньму. Сильные практики Императорского Трона, такие как Великий Император и Император-Основатель. Ещё несколько десятков молодых талантов. Всего таких людей около двухсот.

Юнь Чусю улыбнулась:

— Двести человек — это много? Ты пытаешься напугать нас до смерти, Небесный Преподобный Му?

Эта девушка соблазнила душу Цинь Му. Он был втайне впечатлён: «Неудивительно, что древний Небесный Император на неё клюнул!»

Цилинь встревожено поднял голову и кашлянул.

Цинь Му пришёл в себя и перевёл взгляд с Юнь Чусю на Божественного Короля Лан Во. В следующий миг соблазнение Юнь Чусю перестало на него действовать.

Его дух успокоился при виде изящной и умиротворённой красоты Божественного Короля Лан Во. Несмотря на то, что она выглядела также, как Юнь Чусю, она была совершенно другой. Юнь Чусю казалась невероятно властной, в то время как Божественный Король Лан Во обладала спокойной аурой, которая заставляла людей неосознанно влюбляться в неё.

Цилинь снова кашлянул, и Цинь Му был сбит столку: «Почему жирдяй продолжает кашлять, чтобы привести меня в себя, если я уже не смотрю на маленькую дьяволицу?»

Цилинь нахмурился, волнуясь: «Есть ли ещё шанс спасти Владыку Культа?»

Юнь Чусю посмотрела на Божественного Короля Лан Во и нахмурилась, думая: «Эта маленькая ведьма умеет соблазнять ещё лучше, чем я. Откуда она взялась? Она ведёт себя так, как моя сестра. Тем не менее, моя сестра — это та ведьма Лянь Хуахунь, она бы не отправляла новой Цзюэ Учэнь. Я так долго её изучала, тем не менее, так ничего о ней не узнала. Неужели это Небесный Преподобный Гун? Что-то не похожею…»

Цинь Му некоторое время пофлиртовал с ними, прежде чем встать и уйти вместе с Королём Дьяволов Дутяня и цилинем.

— Брат Дутянь, я отдал Мир Колбы жирдяю. Можешь пойти вместе с ним.

Цинь Му отошёл от Юнь Чусю и Божественного Короля Лан Во на безопасное расстояние, прежде чем проговорил:

— Если у тебя будет время, посети Мир Колбы, чтобы поговорить со своими людьми. Он до сих пор почти пуст, поэтому твои люди могут размножаться. Тем не менее, он такой же, как деревня Беззаботная, если вы задержитесь там слишком долго, то начнёте отставать от времени. Вам придётся вернуться наружу.

Король Дьяволов Дутянь кивнул и проговорил:

— Во внешнем мире есть много небес, но не все они открыты для моего народа.

Цинь Му улыбнулся:

— Тебе будет сложно обрести какие-либо заслуги на райских небесах, но сделать это вместе со мной будет просто. В Вечном Мире есть раса под названием Раса Небесных Перьев. Их мир захватила другая раса дьяволов. Их вождь, Юй Чжаоцин попросила меня атаковать Мир Небесных Перьев несколько раз, чтобы отвоевать их землю. Несмотря на то, что я пообещал ей это сделать, у меня не было времени на это. Я уйду отсюда через несколько дней, и ты встретишься с Юй Чжаоцин и поможешь ей отвоевать свой мир, в котором достаточно места. Затем они отдадут твоим людям кусок земли, чтобы вы использовали её в качестве временного места жительства.

Король Дьяволов Дутяня нерешительно ответил:

— Временное проживание — это опасно. Скорее всего оно принесёт нам много проблем, так как доброта рано или поздно становится негодованием и порождает вражду.

Цинь Му похвалил его мудрость и улыбнулся:

— Кто знает, что произойдёт в будущем? Возможно, через десятилетия мир будет повергнут в хаос. После этого появятся герои и ты и твои люди найдёте себе место для жизни.

Король Дьяволов Дутяня открыл глаза, отвечая:

— Откуда может взяться хаос, если райские небеса правят другими небесами, а десять Небесных Преподобных достаточно сильны, чтобы подавить весь мир?

Мозг в его другой голове внезапно всё осознал и улыбнулся:

— Конечно, как в мире может не начаться хаос после того, как ты попал на райские небеса?

Цинь Му рассмеялся.

После этих слова к ним подошла Божественный Король Лан Во. Посмотрев на Дутяня, она спросила с помощью своего сознания:

— Святой младенец, когда мы найдём дворец предков?

Цинь Му ответил:

— Несколько дней назад я украл скорлупу Небесного Императора. Так как десять Небесных Преподобных сейчас невероятно обеспокоены, они, вероятно, подозревают и меня. Если сейчас я покину райские небеса, то они определённо попытаются меня перехватить и допросить.

Нахмурившись, он продолжил:

— Между десятью Небесными Преподобными существуют разногласия, они с подозрением относятся друг к другу. Я сообщил их о том, что среди них скрывается Великий Император, но они так и не начали сражаться друг с другом. Я своровал яичную скорлупу Великого Императора, но они сумели сохранить спокойствие. Кажется, они объединены, и я ничего не могу с этим поделать.

Немного подумав, он покачал головой:

— Они не отреагировали, когда я рассказал им о том, что произошло в деревне Беззаботной и Великой Пустоши. Теперь я сомневаюсь, что мне удастся разжечь между ними внутреннюю борьбу. Может быть, единственный способ это сделать — это сказать, что среди них также скрываются Небесный Император, Небесная Императрица и Госпожа Юаньму?

— Святой младенец, ты перестарался, — объяснила Божественный Король Лан Во. — Спешка не приведёт тебя к успеху. Ты должен покинуть райские небеса и спокойно наблюдать со стороны как медленно растёт их конфликт. Провокации оставят следы, которые они смогут использовать против тебя. Использование физического тела Небесного Императора для того, чтобы украсть его яичную скорлупу, было слишком опасно. Я этого не одобряю.

Она мягко добавила:

— Учитывая, что среди десяти Небесных Преподобных, обладающих удивительными способностями, скрываются Небесный и Великий Императоры, они определённо найдут улики, которые приведут тих к тебе. Если ты покинешь райские небеса, то они в лучшем случае будут следить за тобой. Кража яичной скорлупы Великого Императора принесёт тебе опасность. Я не знаю Небесного Императора, но знаю, что Великий Император мудрый и сильный, и он определённо заподозрит тебя.

Цинь Му кивнул:

— Я поступил опрометчиво. Сестра Божественный Король, ты знала, что Небесный Император родился с яйца?

Божественный Король Лан Во покачала головой.

«В конце концов, она довольно молодой мастер создания. Мне нужно расспросить обо всём Божественного Короля Шу Цзюня,» — подумав об этом, Цинь Му собирался отправиться на поиски Шу Цзюня, когда услышал голос Янь’эр:

— Откуда взялся этот дикий кот? Жирдяй, иди сюда, в резиденцию пробрался кот!

Цилинь повернул уши и побежал к ней, крича:

— Брат Дутянь, помоги нам!

Король Дьяволов Дутяня подбежал к ним, смеясь:

— Сестра Янь’эр — сильный эксперт. Неужели она не в силах поймать кота?

Сердце Цинь Му дрогнуло: «Янь’эр находится в области Непостижимого Неба. Её с рождения обучала Небесная Преподобная Юэ, так как она могла оказаться не в силах поймать кота? Большинство существ на райских небесах являются богами и дьяволами, откуда здесь дикий кот? Что-то здесь не так!»

Пока он размышлял, в резиденции началась суматоха. Янь’эр превратилась в зелёного воробья и начала летать вокруг, в то время как Король Дьяволов Дутяня, цилинь и горничные пытались окружить кота. Тем не менее, им так и не удалось его поймать.

Цинь Му уставился на эту картину. Белый кот был невероятно хитрым и ловким, и ему снова и снова удавалось ускользнуть. Даже объединив усилия, два сильных эксперта, такие как Дутянь и Янь’эр не смогли его схватить.

Янь’эр крикнула:

— Этот кот невероятно хорош. Он умеет уворачиваться, и должен быть очень вкусным!

— Кажется, это кот Небесной Преподобной Янь!

Цинь Му бросил ошеломлённый взгляд на Божественного короля Лан Во. Заметив это, она прошептала:

— Мёртвым или живым?

Цинь Му собирался ответить, когда Божественный Король Лан Во изменилась в лице и проговорила:

— Небесная Преподобная здесь.

В следующий миг в сад вбежала растерянная горничная, сообщая:

— Господин, Небесная Преподобная Янь прибыла, чтобы встретиться с тобой!

Цинь Му собирался её встретить, когда смех Небесной Преподобной Янь донёсся издали:

— Небесный Преподобный Му, не нужно формальностей. Твоя резиденция — роскошное место, Император проявил к тебе щедрость.

Цинь Му вышел ей навстречу и улыбнулся:

— Что тебя сюда привело, Небесная Госпожа?

Небесная Госпожа Янь улыбнулась и ответила:

— Я проходила мимо твоей резиденции, когда мой кот внезапно сбежал. Я пришла в его поисках, может быть, он где-то здесь. Внезапно, я услышала, что люди внутри атакуют моего кота. Мой кот — это почти что мой ребёнок, поэтому я запаниковала и вошла внутрь. Пожалуйста, прости меня, Небесный Преподобный Му.

Пока она говорила, в воздухе вспыхнул луч белого света, и кот оказался в её объятиях. Умостившись на её груди, он ухмыльнулся, смотря на цилиня и зелёного воробья, волосы на его хвосте встали дыбом.

Небесная Госпожа Янь погладила его по голове, чтобы успокоить. Спустя некоторое время кот смерил взглядом зелёного воробья и Короля Дьяволов Дутяня, прежде чем угрожающе замурлыкать.

Цинь Му мягко улыбнулся:

— Твоя кошка невероятно ловкая. Даже эксперт области Непостижимого Неба не может её поймать.

— Этого и следовало ожидать от кота из резиденции Небесного Преподобного, — Небесная Госпожа Янь заметила Божественного Короля Лан Во и Юнь Чусю, спешащих на шум. Удивлённая, она улыбнулась и спросила. — Кто эти две сестры?

Божественный Король Лан Во молчала, в то время как Юнь Чусю отдала дань уважения Небесной Госпоже Янь и представилась:

— Я Юнь Чусю из семьи Юнь. Разве это не грубо с вашей стороны, приходить в резиденцию Небесного Преподобного Му вместо того, чтобы оставаться во дворце наложниц?

Глаза Небесной Госпожи Янь загорелись, она мягко ответила:

— Кажется, ты не знаешь, что я не только Небесная Госпожа, но и Небесный Преподобный. Небесный Преподобный Му — один из пяти основателей Небесного Союза и является моим старшим. Нет ничего грубого в том, чтобы навестить старшего. Тем нем менее, если бы я виделась с ним каждый день, и даже не возвращалась домой, то это было бы грубостью.

Юнь Чусю начала с подозрением к ней относиться: «У Небесной Преподобной Янь подвешенный язык. Может быть, эта ведьма и есть моей сестрой?»

Узнав, что Небесная Императрица скрывалась под обликом Лянь Хуахунь, она стала невероятно подозрительной.

Небесная Госпожа Янь извинилась, и проговорила:

— Теперь, когда моя кошка найдена, я могу быть спокойна. Я не буду мешать твоему совершенствованию, Небесный Преподобный Му. В конце концов, я Небесная Госпожа, и если я задержусь здесь, то обо мне начнут ходить сплетни. Я предупрежу тебя прежде временно, когда решу прийти в следующий раз.

Цинь Му проводил её со словами:

— Небесная Госпожа, я планирую покинуть райские небеса через несколько дней, так что ты можешь меня не застать.

Небесная Госпожа Янь удивлённо спросила:

— Ты совсем недавно вернулся виз Великой Пустоши, и собираешься уйти, так и не отдохнув? Куда ты планируешь отправиться, Небесный Преподобный Му? Когда ты вернёшься?

Немного подумав, Цинь Му проговорил:

— Когда я прибыл сюда, то увидел необъятность неба и земли, и теперь я хочу немного попутешествовать. Я собираюсь посетить четыре полюса и навестить четырёх Божеств. Кроме того, я хочу забраться на высокие дворцы, чтобы повидаться с Небесным Герцогом, а также спуститься в Юду и увидеть Графа Земли. Я не знаю, когда я вернусь.

На лице Небесной Госпожи Янь возникло выражение зависти, она с сожалением вздохнула:

— Я хочу быть такой же свободной, как ты, Небесный Преподобный Му. Тем не менее, с тех пор как я женилась на Небесном Императоре, я могу находиться лишь в этом огромном дворце. Я никогда не путешествовала дальше, чем к Нефритовой Столице. Это звучит жалко, но я завидую тому, что ты можешь путешествовать, Небесный Преподобный Му. Я должна уходить, не провожай меня.

Цинь Му провёл её к двери и увидел на улице императорскую карету, возле которой ждали множественные горничные. Двое из них приподняли занавеску, позволяя Небесной Госпоже Янь войти внутрь вместе с её котом. Усевшись, она нежно кивнула Цинь Му на прощанье.

Цинь Му кивнул в ответ.

Шторки кареты опустились, и она уехала прочь.

Цинь Му вернулся и начал писать письмо в императорский дворец. Он собирался сообщить Небесного Императора о своём путешествии.

— Я тоже хочу пойти! — радостно сказала Юнь Чусю.

Цинь Му нахмурился, подумав: «В Великой Пустоше мне пришлось убить её, чтобы не встревожить настоящее тело Госпожи Юаньму. Естественно, для этого мне понадобилась поддержка Божественного Ножа Лань Во. Как убить её в этот раз? Может быть, для начала мне стоит отправиться в Вечный Мир и найти Ло Ушуана, чтобы он снова убил эту ведьму…»

Сидя в карете, Небесная Госпожа Янь нежно гладила голову белого кота. Тот потянулся и расслаблено проговорил:

— Ты права, Небесная Госпожа. Тем, кто использовал тело Небесного Императора, чтобы украсть яичную скорлупу, и вправду был Небесный Преподобный Му. Он может обмануть всех остальных, но не меня.

Небесная Госпожа Янь начала гладить хвост кота, и тот приподнялся, явно наслаждаясь.

— Вот это уже интересно, — Небесная Госпожа Янь нежно улыбнулась. — Его совершенствование не слишком высокое, но он сумел взять под контроль физическое тело Небесного императора. Даже если бы его совершенствование достигло области Непостижимого Неба, это всё равно было бы ему не под силу. Подобное мог сделать Великий Император, так как сила его сознания не имеет себе равных. Он мг использовать совершенствование своего сознания вместо Ци. В таком случае Небесный Преподобный Му, должно быть, встретил в Великой Пустоши мастеров создания, благодаря чему достижения его сознания так стремительно выросли.

Белый кот проговорил:

— В таком случае яичная скорлупа Небесного Императора…

Небесная Госпожа Янь улыбнулась, рассматривая вид Нефритовой Столицы:

— Великий Император до него доберётся. Если я догадалась, что Небесный Преподобный Му встретил мастеров создания, то и он догадается. В конце концов, он обладает самым сильным сознанием в мире. Я ужасно хотела бы узнать кто из нас Великий Император.

На её лице возникло задумчивое выражение:

— То, что Великий Император умер, но остался на свободе, сильно обеспокоивает. Когда я вспоминаю тот момент, когда он использовал тело Небесного Императора для убийства Небесной Преподобной Лин, у меня до сих пор бегут мурашки по коже.

Глaва 1007. Kаpeта

Цинь Му отправил в Зал Непостижимого Неба Нефритовой Столицы письмо, прося разрешения покинуть райские небеса. Спустя некоторое время Небесный Император одобрил его и подарил ему Карету Небесного Дракона. Чтобы та олицетворяла его звание Небесного Преподобного.

Цинь Му знал, что это одобрение ему дали десять Небесных Преподобных, а не Небесный Император.

Между ними существовали конфликты, и они пытались подавить друг друга. Эта проблема стала настолько серьёзной, что у них даже не оставалось времени на Великую Пустошь или деревню Беззаботную. Нахождение Цинь Му на райских небесах доставляло им проблем, поэтому они решили выпустить его, оставив за ним наблюдение.

Юнь Чусю тоже хотела присоединиться к нему.

Цинь Му был явно взволнован: «В этот раз я покину райские небеса, чтобы найти дворец предков мастеров создания, посетить древних богов всех миров, а также скрыться от райских небес, чтобы призвать душу Небесного Преподобного Юня. Тем не менее, они решили следить за мной. Хе-хе, Божественный Король Лан Во убил вас один раз, и не будет колебаться, прежде чем сделать это во второй!»

Цинь Му понравилась Карета Небесного Дракона, так как она была крайне роскошной, и её тянули за собой девять драконов области Нефритовой Столицы. Несмотря на то, что она блекла в сравнении с каретой Божественного Короля Лан Во, она всё же была самым роскошным транспортом, который когда-либо приходилось пользоваться Цинь Му.

— Ты труп! — воскликнула Юнь Чусю, увидев эту карету Она была настолько взволнована, что начал дрожать.

Цинь Му рассержено ответил:

— Это ты труп! Как ты смеешь разговаривать так со мной, Небесным Преподобным Му?

— Эти девять небесных драконов принадлежат к родословной Восточного Божества Цин Лукна, которого ты собираешься встретить на Восточном Полюсе, я права? — улыбчиво спросила Юнь Чусю. — Как только он увидит, для чего ты используешь его родственников, то впадёт в ярость. Разве ты не труп?

На ходу придумывая ответ, Цинь Му проговорил:

— В таком случае, я посажу их в карету, и запрягу в неё жирдяя.

Посмотрев на карету, Юнь Чусю проговорила:

— Ты всё равно труп. Взгляни на сеть Небесного Дао на поверхности кареты. Траектория звёзд формирует собой Небесного Герцога. Увидев это, он тебя убьёт!

Цинь Му помрачнел в лице, осматривая поверхность кареты. Сеть Небесного Дао на ней и вправду формировало силуэт Небесного Герцога. Используя её для защиты, он сильно бы рассердил Небесного Герцога.

— Загляни под карету, — смотря на дно кареты, проговорила Юнь Чусю. — Подойди! Здесь символы построений Чёрной Черепахи. Путешествуя на ней, ты, по суди, сидишь на Чёрной Черепахе. Когда Чёрная Черепаха Северного полюса это увидит, она тебя убьёт!

Цинь Му подошёл к ней, уставившись на дно кареты.

Юнь Чусю действительно говорила правду, отчего лицо Цинь Му стало ещё более мрачным.

— На позолоте кареты есть символы построений Белого Тигра. Они неразрушимы и могут пробиться через любое препятствие. Кроме того, они есть на поводах.

Запрыгнув внутрь, Юнь Чусю осмотрелась, прежде чем радостно сообщить:

— Ты сидишь на голове Западного Божестве Белого Тигра, держа его за голову. Разве она это простит?

Сердце Цинь Му начало стучать быстрее, он спросил:

— Что ещё ты заметила?

— На задней части кареты есть символы в форме радужных крыльев. Думаешь, Красное Божество позволит тебе использовать её в качестве хвоста для своей кареты?

Юнь Чусю запрыгнула на дышло кареты и схватила кнут, прежде чем улыбнуться и проговорить:

— Здесь будет сидеть кучер с кнутом в руке, но на дышле видны руны Великого Дао Юду, которые позволят карете войти прямо в Юду.

Цинь Му расслабленно ответил:

— У меня отличные отношения с Графом Земли. Нет ничего плохого в том, что я пользуюсь его Великим Дао.

Юнь Чусю холодно улыбнулась:

— Граф Земли пользуется кнутом. Твой кучер тоже будет сидеть здесь с кнутом. Думаешь, Граф Земли не обратит на это внимания?

Лицо Цинь Му стало чёрным, как железо, он разъярённо проговорил:

— Это вы, десять Небесных Преподобных, подарили мне эту карету! Меня это не касается! Более того, ты и сама приложила к этому руку, верно? Разве ты будешь отрицать, что не вступила в этот сговор?

Он отправлялся встретиться с древними богами всех царств, о чём официально сообщил Императорский Дворец. Райские Небеса дали ему эту карету, надеясь, что она станет причиной его смерти.

Юнь Чусю ответила, улыбаясь:

— Да! Я предложила подарить тебе эту карету, и все согласились.

Цинь Му яростно фыркнул. Божественный Король Лан Во уже подошла к ним и уселась в карету. Осмотревшись внутри, она похвалила:

— Неплохая карета. Небесный Преподобный Му, когда отправляемся?

Вскоре к ним подбежал цилинь, на голове которого сидела Янь’эр. На его спине сидел Король Дьяволов Дутяня. Увидев карету, тот спрыгнул и подошёл к месту кучера.

Юнь Чусю ухмыльнулась и передала ему кнут. Взяв его, Король Дьяволов Дутяня похвалил:

— Оличная карета, она должна быть очень быстрой!

Юнь Чусю почесала свою шею.

Цинь Му закатил глаза, прежде чем спросить у Янь’эр:

— Сестра Янь’эр, ты не видела головастика?

Янь’эр ответила:

—Последние днями он учился в Ци Цзюи. Я приказала его найти, потому он должен прийти в ближайшее время.

Цилинь запрыгнул в карету и уснул на ковре, в то время как Янь’эр слетела из его головы и приземлилась на карету, начиная поправлять свои перья.

Вскоре к ним присоединился Шу Цзюнь. Увидев карету, он похвалил:

— Отличная карета! Она невероятно роскошна! — сказав это, он погрузился внутрь.

Цинь Му был беспомощен, ему оставалось лишь усесться внутри.

Юнь Чусю тоже забралась в карету. Увидев, что свободных мест не осталось, она присела на колени Цинь Му. Тот собрался её вышвырнуть, но Божественный Король Лан Во остановила его, улыбнувшись:

— Сестра, сядь тут. Здесь достаточно места.

Юнь Чусю продавилась на своё место, хихикая:

— Сестра Лан Во, мы будто родные сёстры, это могло бы объяснить, почему мы так похожи друг на друга.

Божественный Король Лан Во улыбнулась и проговорила:

— Да.

Юнь Чусю моргнула, увидев ивовый лист на её лбу. Она с любопытством спросила:

— Что под этим листом, сестра?

— Ты не хотела бы этого знать, — нежно ответила Божественный Король Лан Во.

Король Дьяволов Дутяня махнул кнутом, и драконы поднялись в воздух, таща карету за собой. Колеса кареты начали вращаться, создавая видение Чёрной Черепахи, способное двигаться по Райской Реке.

— Куда мы направляемся, Владыка Культа?

Снаружи донёсся голос Короля Дьяволов Дутяня:

— На райских небесах много Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии, соединяющих между собой тысячи различных миров. Если воспользоваться ними, можно сэкономить много времени.

Цинь Му собирался что-то сказать, когда Юнь Чусю его перебила:

— Начнём с Восточного Полюса!

Цинь Му больше не мог терпеть. С серьёзным выражением лица он указал на неё дрожащим пальцем и злостно проговорил:

— Юаньму, ты пала невероятно низко и потеряла всю свою изящность. Разве ты забыла как я избил твоего сна, Небесного Преподобного Хао, до такой смерти, что он тысячу лет не мог о себе позаботиться? Это случилось у тебя на глазах, и ты ничего не могла поделать!

Юнь Чусю запрыгнула на него, и жалостно проговорила:

— Не сердись, Небесный Преподобный. Откуда ты знаешь, что я — Юаньму? Неужели В Великой Пустоши кто-то проговорился? С другой стороны, мне нравится, когда ты злишься…

Не имея возможности вылить свой гнев, он фыркнул.

Юнь Чусю улыбнулась и проговорила:

— Хао’эр ни на что не годится. Он сговорился против меня и своего отца! Он был слишком слаб, чтобы сделать всё самостоятельно, поэтому заручился помощью Небесной Преподобной Лин, чтобы справиться со мной. К счастью, я была достаточно умна для того, чтобы спастись. Инсценировав свою смерть, я заставила её помочь мне. Раньше я злилась по поводу того, что ты его избил, но теперь это меня лишь радует.

Стуча кулаками по ногам Цинь Му, она взволнованно проговорила:

— Во время этого путешествия многие Небесные Преподобные попытаются избавиться от тебя, включая Хао’эра! Ты слишком сильно его оскорбил! Люди жаждут увидеть, как он тебя избивает!

Цинь Му разочаровано проговорил:

— Было бы плохо, если бы Небесный Преподобный Хао избил меня до смерти. Возвращайся на своё место, хватит стучать мне по ногам. Дутянь, сначала мы посетим Первобытное Царство, а не Восточный Полюс. Я давно там не был, и сначала хотел бы навестить друзей и родственников.

Король Дьяволов Дутяня кивнул и повернул драконов в сторону другого Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Юнь Чусю выглянула наружу, заметно радуясь происходящим.

Божественный Король Лан Во с подозрением посмотрела на Цинь Му. Тот использовал своё сознание, чтобы сказать ей:

— Она — Госпожа Юаньму, принадлежащая к десяти Небесным Преподобным. Тем не менее, я не знаю, под обликом кого из них она скрывается. Госпожа Юаньму — древний бог, рождённый в Руинах Заката. Она является женой Небесного Императора и младшая сестра Небесной Императрицы.

— У неё странный характер, — Божественный Король Лан Во поинтересовалась. —Будучи Госпожой Юаньму из Руин Заката, разве она не должна вести себя сдержанно, разумно и великодушно? Почему она такая?

Цинь Му вздохнул. С тех пор как Госпожа Юаньму стала Чзюэ Учэнь, её настоящая личность оставалась неуловимой.

Шу Цзюнь использовал своё сознание, чтобы присоединиться к их разговору, и проговорил:

— Древний Бог Юаньму управлял силой, способной разрушить всё, что угодно. В первобытной эпохе всегда была такой, раздражающей, но привлекательной.

Цинь Му посмотрел на него и спросил:

— Божественный Король Шу Цзюнь, ты знал, что древний Небесный Император родился из яйца?

Шу Цзюнь кивнул и ответил:

— Знал.

Цинь Му поспешно спросил:

— Откуда тогда взялось само яйцо?

— Понятия не имею, — покачал головой Шу Цзюнь. — Мы не знаем, откуда взялись Первобытный и Божественный Камни Великого Первоначала, а также откуда берётся первобытная жидкость или великие звери первобытной эпохи. Яйцо древнего Небесного Императора нашли во дворце предков люди Великого Императора. Мне мало об этом известно.

Цинь Му нахмурился.

Шу Цзюнь продолжил:

— Соответственно, обнаружив яйцо, клан Великого Императора понял, что в яйце крылась жизнь. Таким образом, это существо должно было старше нас, вот только оно спало. Поначалу они даже поклонялись ему будто святому предмету. Обнаружив Первобытные Камни Великого Первоначала, мы стали богами, и они выбросили то яйцо. Однажды кто-то его нашёл и продолжил ему поклоняться. В следствии из него родился Небесный Император! Они сами создали свою смерть!

Покачав головой, он вздохнул.

Рождение Небесного Императора из яйца стало началом вымирания расы мастеров создания.

— Как ты считаешь, кто из Небесных Преподобных решит поднять на тебя руку во время этого путешествия? — спросила Божественный Король Лан Во. — Только что Юаньму сказала, что среди них определённо будет Небесный Преподобный Хао. Кто ещё пойдёт против тебя?

В этот момент Юнь Чусю вернулась в карету и проговорила:

— Мы вошли на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии! О чём вы, ребята, тут разговариваете?

Цинь Му успокоился, посмотрел на свет, сияющий снаружи и проговорил:

— Мы говорили о том, кто из Небесных Преподобных атакует меня во время этой поездки. Госпожа Юаньму, я полагаю, ты считаешь, что кто-то попытается меня убить?

— Не называя меня Юаньму. Теперь я младшая сестра Юнь Цзяньли. Я путешествую вместе с тобой, чтобы найти своего брата, — немного подумав, ответила Юнь Чусю. — У каждого из Небесных Преподобных есть причина убить тебя, даже у меня. Больше всего ты навредил не Хао’эру, а Великому Императору. Он достаточно хорошо спрятался, но ты сообщил, что он скрывается среди нас. Я не думаю, что он хорошо на это отреагирует.

Цинь Му спросил:

— Если ты догадалась, что Великий Император меня атакует, то и все остальные тоже догадались. Разве он пойдёт на это в таком случае?

Юнь Чусю моргнула, и спустя некоторое время спокойно проговорила:

— На райских небесах был одиннадцатый Небесный Преподобный. Тем не менее, он умер сорок тысяч лет назад. Он использовал физическое тело Небесного Императора, чтобы убить Небесную Преподобную Лин, и в итоге застрял в её божественном искусстве. Его физическое тело осталось нетронутым. Если это был Великий Император, и он до сих пор жив, то это тело снова начнёт двигаться, — она улыбнулась. — Если он использует это тело, то его никто не разоблачит.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он вздохнул:

— Как хитро. Он не сможет спрятаться, если его физическое тело покинет райские небеса. В таком случае…

Юнь Чусю покачала головой:

— Оно не на райских небесах.

Цинь Му был слегка ошеломлен.

Хихикнув, Юнь Чусю продолжила:

— Его похоронили в Первобытном Царстве. Я говорила, что сначала мы должны отправиться к Восточному Полюсу, но ты настаивал на том, чтобы посетить Первобытное Царство. Ты хочешь погибнуть?

Разум Цинь Му вскипел. Внезапно карета остановилась, и Король Дьяволов Дутяня проговорил:

— Владыка Культа, мы в Первобытном Царстве!

Глaва 1008. Небесный Пpепoдобный Cяо

С помощью Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии было намного проще путешествовать по миру. Первобытное Царство было невероятно огромным, поэтому к нему было построено множество мостов.

Оглядевшись по сторонам, Цинь Му увидел, что этот мост, по которому они путешествовали, вёл в самое сердце Первобытного Царства и был построен над божественным городом, висящем в воздухе. Нахмурившись, он спросил:

— Дутянь, почему бы нам сразу же не отправиться в Вечный Мир?

Прежде чем Король Дьяволов Дутяня успел ответить, Юнь Чусю улыбнулась и проговорила:

— Вечный Мир маленький, и к нему ведёт лишь два Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Один находится под моим контролем, а второй находится во Дворце Создания Патриарха. К этому городу можно добраться только под другому Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Этот город называется Юаньду и является центром Первобытного Царства.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он достал свои документы, чтобы отправить Короля Дьяволов Дутяня на поиски генерала, управляющего этим местом и оставить запись о их прибытии. Он равнодушно спросил:

— Кто из Небесных Преподобных сейчас правит Первобытным Царством?

Осмотревшись по сторонам, он обнаружил, что Юаньду был величественным городом с сильной охраной. Он находился на высоте двадцати тысяч километров над землёй и контролировал движение в Первобытном Царстве. В небе летало множество даосов, снимая с неба звёзды, луны и солнца, разбирая небеса.

Это было поддельное небо.

Вместо него нежно было создать новое. Старое небо Первобытного Царства было слишком маленьким и повреждённым, чтобы накрыть собой всё Первобытное Царство, поэтому даосы Секты Дао должны были его убрать.

Юнь Чусю посмотрела вверх и удивлённо ответила:

— Ты не знаешь? Изначально, Первобытным Царством должен был управлять Небесный Преподобный Хао, но тот слишком поспешил и был свергнут Небесным Преподобным Сяо, — она с сожалением вздохнула. — Небесный Преподобный Сяо очень умён и хитёр. Он прогнал Небесного Преподобного Хао, когда тот был ранен в сражении с Матерью Земли, которая как раз воскресла и попыталась вернуть себе Первобытное Царство. Первобытное Царство очень сильно. Раньше оно называлось Юаньду и было невероятно богатым. Тем не менее, Небесный Император приказал добыть все его ресурсы, чтобы построить райские небеса…

Сердце Цинь Му дрогнуло. На середине её речи он уже перестал её слушать.

Если Небесный Преподобный Сяо правил в Первобытном Царстве, то значит именно он был существом, в которого перевоплотился Небесный Император!

Изначально Цинь Му думал, что Небесным Императором был Небесный Преподобный Цян, но он ошибался.

Или, может быть, у древнего Небесного Императора было два тела на райских небесах. Одно было Небесным Преподобным Сяо, а второе Небесной Госпожой Цян.

Цинь Му улыбнулся:

— Добрая сестра, как хорошо ты знакома с Небесным Преподобным Сяо?

Юнь Чусю моргнула и встревожено ответила:

— Когда ты хочешь выудить у меня какую-либо информацию, то сразу начинаешь подлизываться и называть меня доброй сестрой. Почему ты решил узнать о Небесном Преподобном Сяо?

Цинь Му искренне ответил:

—Я давно пришёл на райские небеса и пробыл там почти пять лет, но так ничего не узнал о Небесном Преподобном Сяо. Он остаётся для меня загадкой, поэтому я решил спросить у тебя. Добрая сестра, ты ведь должна близко его знать?

Юнь Чусю закатила глаза и проговорила:

— Он герой человечества. Он справит на тебя хорошее впечатление. Однажды с помощью Небесной Преподобной Лин он стал первым небесным императором райских небес Южного Высшего Императора.

Цинь Му не знал, что ответить.

Заметив выражение шока на его лице, Юнь Чусю не удержалась и рассмеялась:

— Что с твоим лицом? У Небесного Преподобного Сяо есть другая личность, он ученик Небесных Преподобных Юнь и Юэ. Он следовал за ними с самого начала эпохи Дракона Ханя и считался одним из самых радикальных членов Небесного Союза. Он уже давно стремился уничтожить всех древних богов. Он даже хочет избавиться от Небесного Преподобного Хао, Императора Богов Лан Сюаня и Потомственного Короля Богов.

Цинь Му потерял дар речи и стоял так, будто его ударила молния.

Небесный Император был учеником Небесных Преподобных Юнь и Юэ? ОН даже стал учеником Небесной Преподобной Лин?

— Небесный Преподобный Сяо вёл активную деятельность во время эпохи Дракона Ханя и Багрового Света. Тем не менее, он враждебно относится ко всему чужому, и хотел избавиться от древних богов и полубогов, отчего люди не слишком хорошо его воспринимали, — проговорила Юнь Чусю. — Небесные Преподобным Юнь и Юэ не удалось избавить его от этих идей, поэтому в итоге они его прогнали. Тем не менее, внезапно, он стал близок с Небесной Преподобной Лин. Когда Небесный Преподобный Юнь умер, а Небесная Преподобная Юэ ушла в уединение, Небесная Преподобная Лин начала сильно его ценить и помогла стать Южным Небесным Императором.

Цинь Му был растерян и не знал что ответить.

— Остальные Небесные Преподобные тоже не слишком ему рады из-за того, что он был близок с Небесными Преподобными Юнь, Юэ и Лин. Он живёт уединённо и редко показывается на глаза людей, — спокойно проговорила Юнь Чусю. — Я подозреваю, что он был одним из Небесных Преподобных, которые пришли тебе на помощь к Яшмовому Водоёму.

Собравшись с мыслями, Цинь Му позвал к себе Короля Дьяволов Дутяня и других, проговорив:

— Идём в Вечный Мир.

Цилинь поинтересовался:

— Владыка Культа, ты и вправду хочешь отправиться в Вечный Мир? А как же труп Великого Императора?

Цинь Му улыбнулся:

— Первобытное Царство — это территория Небесного Преподобного Сяо, чего нам бояться? Небесный Преподобный Сяо — человек, и он защитит свой народ. Когда произошло Бедствие Вечного Мира, именно он пришёл на нашу защиту. Если Великий Император и вправду посмеет показаться, то не сможет вернуться!

Цилинь в панике обратился к Дутяню:

— Брат Дутянь, сейчас же возвращайся на райские небеса!

Цинь Му пнул его, холодно смеясь:

— Идиот, неужели ты не доверяешь такому человеку, как Небесный Преподобный Сяо? Пока он здесь, мы в безопасности!

Цилинь пробормотал:

— Но Небесный Преподобный Сяо не здесь…

Цинь Му улыбнулся:

— Кто тебе это сказал? Его божественное оружие Небесного Преподобного Юня охраняет Первобытное Царство. Если мне будет грозить опасность, он защитит меня с его помощью!

Король Дьяволов Дутяня принёс документы обратно и проговорил:

— Владыка Культа, мы внесли запись.

Цинь Му радостно рассмеялся, после чего помахал рукой и проговорил:

— Небесный Преподобный Сяо знает, что я здесь. В таком случае можем двигаться в Вечный Мир!

Девять небесных драконов взревели, превращаясь в божественных драконов длиной в сотни километров. Поднявшись в воздух, они потянули карету вдоль реки, двигаясь на восток.

Скорость драконов была настолько высокой, что они могли бы обогнать молнию.

***

На юге Первобытного Царства находился гора под названием Хребет Небесного Преподобного. Это было отдалённое место, окутанное туманом. Когда сюда случайно входили боги или дьяволы, они не возвращались обратно.

Говорили, что в этом месте был похоронен Небесный Преподобный. Его охраняли несколько десятков небес, и никто не осмеливался сюда подходить.

Теперь хребет был покрыт пылающим огнём и множеством странных явлений. Боги небес вокруг встревожено смотрели вниз, наблюдая за ослепительными вспышками. Казалось, будто что-то пыталось выбраться наружу.

Бесчисленные боги и дьяволы начали испытывать искушение:

— По слухам, в этом месте похоронен Небесный Преподобный. Неужели его сокровища сегодня покажутся наружу? Нас разместили здесь, чтобы нами воспользоваться!

Боги и дьяволы тут же полетели в сторону хребта, чтобы найти сокровища.

Тем не менее, Хребет Небесного Преподобного оказался опасным местом, и многие из вошедшим в него богов и дьяволов тут же исчезла. Над округой прогремела оглушительная отрыжка.

«Эти идиоты принесли себя в жертву, благодаря чему я могу восстановить часть своей Ци и крови.»

В небо над хребтом подлетело множество скелетов богов в широких мантиях. Они за собой огромный медленный гроб, их одежда развевалась на ветру.

***

Город Юаньду.

Генералы, охранявшие охраняющие город Юаньду, отправились в райский дворец в кроне Первобытного Дерева. Пойдя в Зал Непостижимого Неба, они поклонились статуе бога на троне, прежде чем сообщить ей о прибытии Небесного Преподобного Му.

Эта статуя бога, казалось, была сделана из глины, но услышав новость она открыла глаза и ответила:

— Я уже знаю об этом. Можете быть свободны.

Когда генералы разошлись, статуя холодно улыбнулась: «Этот мерзавец создаёт мне новых проблем. Ты должен был отправиться к Восточному Полюсу, но вместо этого припёрся в Первобытное Царство. Великий Император тебя не отпустит! Если я тебя спасу, то остальные Небесные Преподобные поймут, что я был одним из трёх Небесных Преподобных, которые выступили на твою защиту у Яшмового Водоёма. А если я тебя не спасу, то ты умрёшь! Это сложный выбор, очень сложный!»

Божественное Оружие Небесного Преподобного Юя в воздухе медленно просыпалось, его аура становилась всё сильнее. В то же время в райском дворце Первобытного Дерева из-ниоткуда открылась дверь.

Глиняная статуя бога была ошеломлена: «Эта дверь снова открылась! Когда она открывалась в последний раз, люди твердили, что из неё вышел Небесный Преподобный Му и дьявол, чтобы убить множество моих экспертов. Его окружила моя Великая Армия, но им не удалось его схватить! Что произойдёт в этот раз?»

Дверь открылась, и из неё вышел мужчина средних лет. У него были густые брови и большие глаза, дополняющие его впечатляющий вид. Его волосы были седыми, он обладал глубоким взглядом.

Он был одет в простую одежду и носил меч на талии. Оказавшись в райском дворце Первобытного Дерева, он посмотрел в небо. На его лице возникло выражение благодарности, его губы начали шевелиться, будто он собирался говорить:

— Я мечтал вернуться в это место и сильно о нём скучал. Я так быстро состарился…

Глубоко вздохнув, он отвёл взгляд. В сотнях миль от него статуя Небесного Преподобного Сяо разорвалась на части.

Мужчина средних лет почувствовал мороз по коже и поправил воротник. Скрестив руки на груди, он ушёл.

— Эта земля наконец вернулась в свой первоначальный вид. К сожалению, людей с того времени уже нет… Глубоко вздохнув, он исчез.

Глиняная статуя бога в Зале Непостижимого Неба превратилась в человека из глины. Спрыгнув со своего трона, он выбежал из зала и посмотрел на дверь, но так и не увидел мужчины средних лет.

— Цинь Е, Небесный Преподобный Цинь! — воскликнул глиняный человек. — Он покинул деревню Беззаботную? Это серьёзно! Этот предатель уже не может сидеть сидит в деревне Беззаботной и ждать…

Он посмотрел на Божественное Оружие Небесного Преподобного Юя, но не осмеливался его использовать. Использовать его для сражения с Императором-Основателем было не в его интересах. Ему незачем было пытаться убить его.

«Стоит ли мне сообщить остальных Небесных Преподобных о появлении Небесного Преподобного Циня?»

Глиняный человек остановился и вернулся на трон в Зале Непостижимого Неба, закрыв глаза: «Лучше игнорировать его и делать вид, что я не знаю о его появлении. Так как Цинь Е здесь, он не даст Великому Императору убить Небесного Преподобного Му. Таким образом, я буду просто наблюдать со стороны!»

— Останови карету! — внезапно проговорил Цинь Му, когда карета начала двигаться вверх по течению реки Вздымающейся. — Дутянь, мы вблизи от моего дома, и я немного волнуюсь, так как давно там не был. Давай пойдём пешком дальше.

Король Дьяволов Дутяня был слегка озадачен, спросив:

— Владыка Культа, ты уверен? Если мы пойдём пешком, то на дорогу до Вечного Мира у нас уйдёт много дней.

— Это не проблема, — улыбнулся Цинь Му.

Карета спустилась, начиная двигаться по поверхности реки Вздымающейся.

Цинь Му вышел из кареты, достал свою нефритовую бутылку и вылил каплю Первобытной Жидкости.

Капля Первобытной жидкости упала в реку. Спустя некоторое время горы вокруг Вздымающейся начали дрожать, будто под ними шевелилось что-то огромное.

Глaва 1009. Мeч Импеpатора-Оcнователя

Река Вздымающаяся была Райской Рекой. Её вода текла с другиx небес бесконечным потоком, падающим на землю, чтобы начать свой путь к океану Первобытного Царства.

Вздымающаяся была обширной и величественной, такой же широкой, как океан. Если убрать е ё воду, то можно было бы увидеть, что в ней находится множество небес, на которых жили всевозможные водные расы.

В этот момент горы с обоих сторон реки задрожали. Учитывая гигантские размеры этих гор, можно было представить, насколько ужасные существа двигались под их поверхностью!

Выражение лица Юнь Чусю слегка изменилось. Спрятавшись за спиной Цинь Му, она тихо проговорила:

— Мать Земли… Этого не может быть. Разве она не мертва?

Шу Цзюнь тоже изменился в лице, смотря на то, как поднимаются и опускаются горы с обоих сторон реки.

— Божественный Король, не волнуйся, пока я здесь, Мать Земли нас не увидит, — раздался голос Божественного Короля Лан Во.

Шу Цзюнь немного успокоился.

Девять небесных драконов начали дрожать от страха и остановились.

Течение реки Вздымающейся и вправду было свирепым. Тем не менее, теперь оно почти остановилось. Было очевидно, что с берега в воду прыгнуло какое-то огромное существо. Так как его тело было слишком большим, течение остановилось.

Бум!

Пролетела сильная ударная волна, и из глубин реки медленно поднялся гигантский каменный гроб, преграждая путь Карете Небесного Дракона.

Спрятав нефритовую бутылку, Цинь Му достал Ядро Первобытного Дерева. Превратив его в трость, он вышел из кареты и поднял голову, смотря на гроб. Из его дна торчали щупальца, извивающиеся над поверхностью воды.

— Небесный Преподобный Му, пять лет нашего десятилетнего договора уже прошли! —из гроба раздался рёв, округу накрыла ужасающая аура. Должно быть, внутри лежал труп Северного Высшего Императора. — Ты пришёл, чтобы воскресить Мать Земли?

На поверхность реки всплыли бесчисленные трупы рыб. Спустя некоторое время они начали двигаться снова под воздействием ауры трупа в гробу.

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— У меня осталось ещё пять лет. Высшему Императору не о чём беспокоиться.

— В таком случае, почему ты разбудил Мать Земли? — труп в гробу впал в ярость.

— У меня проблемы, и мне нужна помощь матери Земли, — с серьёзным выражением лица проговорил Цинь Му. — Знает ли Мать Земли, что в Первобытном Царстве был похоронен Небесный Преподобный?

Труп в гробу замолчал. Спустя некоторое время из-под воды донёсся слабый голос Матери Земли:

— Небесного Преподобного похоронили в Первобытном Царстве? Ты имеешь в виду того Небесного Преподобного, которого сорок тысяч лет назад закопали в Хребте Небесного Преподобного?

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Должно быть, это он. Мать Земли, тот человек — Великий Император. Он проснулся, чтобы убить меня. Я хотел бы попросить Мать Земли остановить его.

— Это Великий Император? Он всё ещё жив? — Мать Земли фыркнула, сердито проговорив. — Как тебе известно, я мертва. Ты собрался окончательно меня добить, прося меня остановить Великого Императора? Нет никого, кто лучше меня представлял бы себе силу Великого Императора!

Цинь Му терпеливо ответил:

— Великий Император тоже мёртв. Матери Земли не о чём беспокоиться. Способности его тела не могут быть слишком высокими.

— Оно всё равно должно быть сильнее, чем я сейчас!

Цинь Му взглянул на каменный гроб и рассмеялся:

— Я здесь, и смогу помочь. Наших сил должно хватить, чтобы справиться с Великим Императором, разве не так?

Каменный гроб дрожал. Было очевидно, что труп Северного Высшего Императора сильно боялся Великого Императора. Или, что было даже более вероятно, он боялся Небесного Преподобного.

— Способности Великого Императора не имеют себе равных. Ты знаешь, сколько древних богов погибло в тот день, пытаясь его убить? — в голосе Матери Земли начала чувствоваться злость. — Почему бы тебе не остаться в Первобытном Царстве и не заняться совершенствованием, вместо того чтобы его провоцировать? Погоди, я его вижу. Его гроб летит сюда на огромной скорости, его тащит множество скелетов…

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Поверхность реки Вздымающейся стала спокойной, и превратилась в огромное зеркало, в котором появилось отражение медного гроба. Он двигался с огромной скоростью, почти так же быстро, как Карета Небесного Дракона.

— Я и вправду могу погибнуть, если попробую его остановить, — проговорила Мать Земли. — В своё время, чтобы убить Великого Императора понадобилось сразиться с ним не менее десяти раз. Тем не менее, даже последней битвы оказалось недостаточно, чтобы убить его полностью. Великий Император может сделать так, что я никогда не смогу воскреснуть, и сейчас я не могу сразиться с ним лицом к лицу. Разве что ты меня воскресишь…

Цинь Му равнодушно ответил:

— Если я умру, то ты не сможешь вернуться к жизни.

Река Вздымающаяся яростно задрожала, явно свидетельствуя о том, что Мать Земли не была довольна его словами.

Цинь Му сохранял спокойствие, проговорив:

— Он тоже мёртв. Мне нужно, чтобы ты помогла мне остановить его прямо здесь. Мы не можем позволить ему сделать хоть один шаг на восток. Мать Земли, ты можешь это сделать?

— Ты смеешь мне угрожать? — Мать Земли злилась всё сильнее, из гроба над водой раздался оглушающий рёв. В следующий миг он открылся, и воздух наполнила грязная трупная аура.

— Дитя, следуй за мной, мы убьём Великого Императора!

Мать Земли зарычала, закрыв каменный гроб, пока тот поднимался в воздух. В то же время земля начала дрожать, под ней извивались корни, отчего округой пронеслись ужасающие волны.

Цинь Му развернулся и вернулся в карету. Юнь Чусю дрожала от страха. Дернув его рукав, она спросила:

— Дорогой, когда мы отсюда уйдём?

Божественный Король Шу Цзюнь тоже испытывал некоторое беспокойство. Его могли с лёгкостью разоблачить, так как Мать Земли и Великий Император уже видели его раньше.

Несмотря на то, что сознание Божественного Короля Лан Во могло помешать Матери Земли их видеть, она не могла спрятаться от глаз Великого Императора.

— Погоди, — Божественный глаз в межбровье Цинь Му открылся, он уставился вдаль, тихо проговорив. — Моё сердце не успокоится до тех пор, пока Великий Император не умрёт. Я ни за что не приведу его в Вечный Мир.

Нахмурившись, он продолжил:

— Странно, но Небесный Преподобный Сяо не предпринял попытки убить Великого Императора. По логике он должен был уже что-то делать. Если бы не его бездействие, мне не пришлось бы будить Мать Земли…

Используя свой третий глаз, он уставился на землю вдали. Гроб Высшего Императора летел над землёй вдоль реки Вздымающейся. Волны реки внизу бушевали, с грохотом разбиваясь о берег.

В конце концов, Цинь Му увидел медный гроб, который тащили по небу сотни скелетов в изодранной одежде!

Между двумя гробами была ещё тысяча километров, когда Цинь Му заметил мужчину средних лет и ошеломлённо застыл.

— Император-Основатель?

На талии этого мужчины висел меч, он выглядел как обычный путешественник после долгой дороги.

Несмотря на то, что его шаги не казались быстрыми, он двигался быстрее медного гроба. Вскоре он сумел его догнать.

Медный гроб и белые скелеты, тащащие его, резко дрогнули. Крышка гроба со свистом взлетела в воздух, и из него вылетел огромный силуэт. Он был одет в роскошную одежду, которая со временем стала потрепанной. Развеваясь на ветру, она накрыла собой всё небо!

Несмотря на то, что его тело вылетело из гроба, на самом деле оно было в несколько раз больше него. Гроб выглядел в тысячу раз меньше его одежды!

Его высокомерная аура переполнила небо, за его спиной появились множественные райские дворцы, выглядящие поистине ужасающе.

Это был труп Небесного Преподобного. Он сорок тысяч лет пролежал в Хребте Небесного Преподобного, воруя Ци его земли и ауру Инь и Ян, превращаясь в трупного демона.

Его глаза напоминали яркие луны, выглядя спокойными, но далёкими. Его взгляд был очень холодным и замораживал пар в воздухе, превращая его в снег.

На мгновение Цинь Му увидел, что всё вокруг начинает умирать. Деревья засыхали, а река Вздымающаяся замерзла. Аура смерти быстро распространялась округой.

— Цинь Е, вот мы и встретились снова! — этот Небесный Преподобный громко взревел, его окружило ужасающее сознание. — В прошлом, во время Эпохи Императора-Основателя, ты несколько раз пытался посетить Хребет Небесного Преподобного и отыскать моё сокровище. В некоторых случаях ты едва не умер от моей руки. И теперь ты осмелился объявиться снова!

Император-Основатель достал свой меч.

Цинь Му увидел, как меч Беззаботный превращается в луч меча, накрывая собой округу и создавая в ней тридцать четыре переплетённых друг с другом неба.

— Давно не виделись.

С тихим звоном Император-Основатель вернул меч Беззаботный в ножны. Затем он продолжил идти вперёд, скрестив руки на груди, будто ему было холодно.

Труп Небесного Преподобного в небе над ним начал медленно распадаться на куски и лететь к земле.

Река Вздымающаяся внезапно остановилась, так же, как и летящий гроб.

Цинь Е озадаченно уставился на каменный гроб, прежде чем покачать головой и проговорить:

— Небесный Преподобный Му хвастался тем, насколько хорошо развился его Вечный Мир. В таком случае, почему в Первобытном Царстве так много монстров и дьяволов?

Ему ничего не оставалось, кроме как снова покачать головой.

В следующий миг неподалёку упал каменный гроб, вонзаясь в землю. Из-под земли показались бесчисленные корни, напоминающие щупальца. Окутав собой гроб, они поспешно утащили его под поверхность.

Цинь Е снял меч со своего пояса и вонзил его вместе с ножнами на полметра в землю.

Под землёй раздались мощные толчки, в то время как округа покрылась высокими оврагами, напоминающими стены. Их создала Ци меча, двигающаяся под землёй.

На вершинах этих оврагов лежали толстые корни, из трещин на поверхности которых текла божественная кровь. Потоки крови превращались в реку, создавая ужасающую картинку.

— Это было быстрый побег, — мужчина средних лет нахмурился, и сложим руки на груди, полетел на восток. Меч Беззаботный взлетел в воздух и догнал его, прежде чем повиснуть на его поясе.

Вдали, стоя на поверхности реки Вздымающейся, Цинь Му закрыл свой третий глаз. Внезапно вода реки поднялась в воздух, вслед за ней в воздухе мелькнули бесчисленные корни, окутывая собой Карету Небесного Дракона. Свежая кровь продолжала течь их этих корней, отчего река быстро стала красной!

Голос Матери Земли донёсся из-под земли. Она была возмущена:

— Небесный Преподобный Му!

Цинь Му поспешно забрался на карету и прокричал:

— Это не моих рук дело!

— Чушь! — зловеще ответила Мать Земли. — Не твоих рук дело? Ты думаешь, что перед тобой трёхлетний ребёнок? Я могу закрыть глаза на то, что ты вынудил меня сражаться с Великим Императором, но ты к тому же решил устроить засаду вместе с Цинь Е! Он твой предок, и вы решили атаковать меня сообща! Сегодня я тебя убью!

Цинь Му поспешно ответил:

— Это и вправду не моих рук дело. Если бы я знал, что здесь появится Небесный Преподобный Цинь, то не обращался бы к тебе за помощью. Небеса могут это подтвердить! Ты знаешь, что я честный человек и никогда никого не обманывал! Если бы не тот факт, что у меня не было других вариантов, я бы не обращался к тебе за помощью!

Мать Земли фыркнула. Несмотря на то, что она радостью бы избавилась от этого парня, он был нужен ей для того, чтобы восстановить свою душу. Тем не менее, она была крайне недовольна своим поражением.

Цинь Му рассмеялся и проговорил:

— Мать Земли, я просил тебя помочь мне справиться с Великим Императором. Тем не менее, ты этого не сделала. Вместо этого, теперь ты выливаешь свою злость на меня. Где здесь логика? Прежде чем ты уйдёшь, я хочу, чтобы ты что-то сделала.

Протянув руку, схватил Юнь Чусю и вытащил её из кареты. Держа её в воздухе, он спросил:

— Мать Земли, ты её узнаешь?

— Цзюэ Учэнь! — речная вода начала бурлить, над её поверхностью медленно поднялся огромный цветом. Когда он открылся, внутри показался большой глаз, с любопытством рассматривающий Юнь Чусю. Мать Земли холодно рассмеялась. — Небесная Императрица, давно не виделись!

Юнь Чусю ужасно побледнела в лице. Она дёргала конечностями, пытаясь вырваться, но ей так и не удалось освободиться из хватки Цинь Му. Повернув голову, она бросила на него свирепый взгляд, прежде чем повернуться назад и улыбнуться:

— Мать Земли, мне очень жаль, что ты оказалась в таком состоянии. Тридцать тысяч лет назад ты правила в Первобытном Царстве и могла единолично покорить все небеса. Теперь же ты как несчастная дворняга, тебя может победить даже Небесный Преподобный Цинь.

Цинь Му засмеялся, отвечая:

— Мать Земли много знает. Тем не менее, ты не угадала. Цзюэ Учэнь — это не Небесная Императрица, а Госпожа Юаньму.

Речная вода начала дрожать. Было очевидно, что Мать Земли была шокирована услышанным.

Всё это время она думала, что Цзэ Учэнь была Небесной Императрицей, совершенно не ожидая, что на самом деле она окажется Госпожой Юаньму.

— Ты не сумела позаботиться о Великом Императоре, так может ты согласилась бы помочь мне позаботиться о ней? — с улыбкой проговорил Цинь Му. — Великий Император был невероятно силён, но эта Цзюэ Учэнь — всего лишь практик области Божественного Моста. С ней будет несложно разобраться, верно?

К Юнь Чусю тут же подлетел корень цветка, хватая её. Мать Земли рассмеялась:

Я более чем рада позаботиться о Юаньму. Наши старые обиды… — огромный цветок медленно погрузился в бурлящую воду, из-под которой раздался голос Матери Земли, — пора уладить!

Юнь Чусю не прекращала бороться, в то время как её затягивало под воду. Она сердито прокричала:

— Цинь Му, я тебе этого не прощу!

Цинь Му облегчённо вздохнул, думая про себя: «Наконец мне удалось избавиться от этой головной боли. Теперь, когда её нет рядом, я могу помочь Небесному Преподобному Юню восстановить свою душу.»

Глава 1010. Глаза Слeпoго, Mолот Hемого

Цинь Му облегчённо вздохнул и расслабился.

С тех пор, как он вернулся с Великой Пустоши, Юнь Чусю не прекращала к нему приставать и не давая ему возможности призвать душу Небесного Преподобного Юня.

Более того, делать это на райских небесах было невероятно опасно. Неподалёку всегда были десять Небесных Преподобных, ему не удалось бы избежать их взора при попытке воскресить Небесного Преподобного Юня.

Теперь, когда Юнь Чусю исчезла, он наконец мог расслабиться.

— Дутянь, пошли, — радостно проговорил Цинь Му, возвращаясь в карету.

Карета Небесного Дракона начала двигаться. Девять драконов побежали вперёд, двигаясь вдоль реки на восток.

Божественный Король Лан Во спросила:

— Святой младенец, ты не хочешь встретиться с Императором-Основателем?

— В этом нет необходимости, — Цинь Му открыл свой третий глаз, и тело Небесного Преподобного Юня выпало из него на пол кареты. Божественный Король Лан Во тут же задействовала своё сознание, не позволяя никому заглянуть внутрь кареты.

Сознание и жизненная Ци Цинь Му вспыхнули, превращаясь в различные руны. Он проговорил:

— Он пришёл, чтобы прогресс и результаты реформы Вечного Мира. Мне нет смысла с ним видеться. Он должен увидеть всё своими глазами, чтобы заблуждения в его сердце разрушились. Более того, боюсь, что Небесный Преподобный Сяо сейчас использует тело Небесного Преподобного Юя, чтобы следить за этим местом. Лучше нам вести себя хорошо.

Шу Цзюнь холодно рассмеялся:

— Святой младенец, ты думаешь, что хорошо себя ведёшь?

Над Первобытным Деревом тело Небесного Преподобного Юня отвело взгляд в сторону и медленно закрыло свои глаза. Глиняный человек в райском дворце Первобытного Дерева глубоко вздохнул, бормоча себе под нос:

— Небесный Преподобный Цинь намного сильнее, чем в прошлом. Тем не менее, он всё ещё далёк от области Райских Небес. Его Эпоха Императора-Основателя не может поддержать такой сильной области. Тем не менее, техники его меча просто ужасающи. Кроме того, Небесный Преподобный Му продолжает создавать проблем куда бы не пошёл!

— Тем не менее, я не ожидал, что Мать Земли тоже начнёт создавать проблемы! Это удивительно, поистине удивительно! Чтобы избавиться от Матери Земли, Небесного Герцога и Графа Земли, для начала нужно избавиться от техники воскрешения Небесного Преподобного Му!

В Карете Небесного Дракона Цинь Му немедленно принялся исполнять своё заклятие, повторяя нужные слова и исполняя божественное искусство в попытке призвать душу Небесного Преподобного Юня. Спустя некоторое время он остановился и нахмурился.

— Неужели святой младенец не чувствует души Небесного Преподобного Юня? — спросила Божественный Король Лан Во.

Цинь Му кивнул и задумался:

— Даже если бы его душа была разбита вдребезги, я всё равно мог бы призвать чёрный песок. Если речь идёт о таких существах как Небесная Императрица и Госпожа Юаньму, даже если они живы, и лишь притворяются мёртвыми, я всё равно мог бы обнаружить их душу, имея их физическое тело. Моё божественное искусство способно обыскать небо и землю. Как только оно активируется, тысячи миров, включая райские небеса, Сюаньду, Юду, Юаньду и Мир Небесной Инь попадают под его влияние. Тем не менее, я не могу ощутить души Небесного Преподобного Юня, будто она не существует!

— Это работа рук Великого Императора, — немного подумав, проговорил Божественный Король Шу Цзюнь. — У него есть такие способности. Он может заставить душу полностью исчезнуть, гарантируя, что её не найдут. Неужели Небесный Преподобный Юнь погиб от руки Великого Императора?

На лице Цинь Му возникло мрачное выражение. Мягко кивнув, он спросил:

— Даже если его душа была бы разбита, он превратился бы в чёрный песок и был бы поглощён Миром Небесной Инь. Что это за способность Великого Императора, которая может заставить душу исчезнуть полностью?

Он был сильно озадачен.

Проводник Душ Цинь МУ был заклятием Юду. После того, как он его улучшил, от неё никто не мог скрыться, где бы они не находились. Он был глубоко уверен в её способностях.

— В мире есть три человека, которые могут не позволить тебе найти душу, которую ты ищешь, — торжественно проговорил Шу Цзюнь. — Один из них — Великий Император, в то время как двое других — это Небесная Императрица и Госпожа Юаньму. Небесная Императрица и Госпожа Юаньму правят Руинами Заката, способными уничтожить и разбит ь всё что угодно. В прошлом, активировав Руины Заката они убили нескольких экспертов моей расы. Один или два божественных короля тоже погибли от их атак. Не говоря уже о душах, они сумели уничтожить даже их сознания, полностью вытирая его. Даже Великому Императору это не под силу. Сила Великого Императора, в свою очередь, лежит в его мощном сознании, Великом Всеобъемлющем Сознании.

Цинь Му кивнул. Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора было несравненно сложным и изысканным. Райские небеса с нетерпением ждали, когда Левый Помощник Янь Шаоцин создаст технику создания Императорского Трона, в то время как Великому Императору это уже давно удалось.

— Почему Великое Всеобъемлющее Сознание так называется? — продолжил Шу Цзюнь. — На самом деле, его сознание уже давно материализовалось, превращаясь в Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания. Это мир пустоты, созданный полностью из сознания. Не говоря уже о твоём заклятии, ни одно заклятие мира там не сработает. В том мире законы Великого Дао полностью определяются Великим Императором. Я думаю, что именно туда была прогнана душа Небесного Преподобного Юня!

Божественный Король Лан Во не до конца понимала, о чём он, и спросила:

— Божественный Король Шу Цзюнь не мог бы описать Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания подробнее?

— Если говорить о Небесах Великого Всеобъемлющего Сознания, то я мало что о них знаю, — ответил Шу Цзюнь. — Когда Великий Император ещё не был таким сильным, мы с им сражались за звание самого сильного практика. Именно в то время он рассказывал о чём-то подобном. Он совершенствовал своё Великое Всеобъемлющее Сознание до предела, после чего начал постигать Абсолютную Пустошь. Его сознание материализовалось в Абсолютную Пустошь, становясь бессмертным. Возможно, лишь совершенствовав своё сознание до такого же уровня, можно обнаружить Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания в Абсолютной Пустоши. Тем не менее, в свои лучшие годы, когда я ещё был жив, мне не удалось совершенствоваться до таких высот.

Посмотрев на Божественного Короля, он спросил:

— Твоё сознание намного сильнее моего, когда я был на вершине своих достижений. Ты уже достигла Абсолютной Пустоши?

Божественный Король Лан Во покачала головой:

— С моим сегодняшним сознанием я могу достичь лишь тридцать пятой пустоши, которая находился за шаг от Абсолютной Пустоши.

На лице Шу Цзюня возникло выражение зависти, он вздохнул:

— Это уже намного лучше, чем я на пике.

Божественный Король Лан Во безразлично проговорила:

— В этом нет ничего странного.

Шу Цзюнь холодно фыркнул:

— Не будь такой самодовольной! Теперь я начинаю заново. Всё, что мне нужно сделать, — это совершенствоваться до области Райской Реки, чтобы превзойти твой Божественный Мост, и в будущем моя сила будет во множество раз превосходить твою! Некоторое время назад я попросил Ци Цзюи научить меня открывать божественные сокровища. В сравнении с деревенщиной из деревни Беззаботной, он намного более умный!

Цинь Му был шокирован:

— Божественный Король встречался с Ци Цзюи, чтобы узнать о божественных сокровищах? Почему ты отказываешься от того, что у тебя под носом, на пользу того, что-то так далеко?

Шу Цзюнь не понял, о чём он:

— Ты всё время был с Лан Во и Юаньму, и у тебя не было времени меня учить. Следовательно, мне оставалось обратиться лишь к Ци Цзюи.

Цинь Му улыбнулся, проговорив:

— Несмотря на то, что Ци Цзюи был одним из первых, кому удалось открыть Божественное Сокровище Райской Реки, он не был первым. Сначала это сделали мы с Сюй Шэнхуа. После нас был не Ци Цзюи, а цилинь. Он получил мои учения.

Шу Цзюнь ошеломлённо посмотрел на цилиня, спящего на полу.

Цилинь лениво поднял голову и бросил на него презрительный взгляд.

— Жирдяй провёл со мной больше всего времени, и он один из лучших знатоков реформы Вечного Мира, — рассмеялся Цинь Му. — В прошлом, когда я открывал различные божественные сокровища и путешествовал по различным великим академиям, он всё время был рядом со мной. Будь то Дао Боевых Искусств, божественные искусства, техники меча, он знает их все. Почему ты просил совета у Ци Цзюи? В прошлом, когда он был в Вечном Мире, он жил в Западных Землях и мало чего знал.

Цилинь несколько раз зевнул и облизал губы, прежде чем проговорить:

— Ци Цзюи — мой третий брат. Я его старший.

Шу Цзюнь был ещё более ошеломлён, чем раньше.

***

На райских небесах юная девушка с двумя милыми хвостиками, покачивающимися у неё за спиной, поспешно подошла к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Это была новая Юнь Чусю.

— Этот негодяй, по сути, отдал меня Матери Земли. Моё старое тело определённо не выживет и будет уничтожено. В прошлом это я оскорбила Мать Земли, сообщив Небесному Герцогу о том, что она украла его природу, в результате чего ей сильно досталось…

Юнь Чусю спешила к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, две её косички трепетали на ветру. Она бормотала себе под нос:

— Тем не менее, этот мерзавец так просто от меня не отделается! Раз уж он не хочет видеть меня в Первобытном Царстве, я отправлюсь в столицу Вечного Мира и буду ждать его там! Я не знала, что ему удалось совершенствоваться до области бога, поэтому ему удалось застать меня врасплох. Но в этот раз я создала себе тело истинного бога, и как только встречу его, то вылью свою злость и побью его!

Собираясь войти на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, она увидела Лянь Хуахунь, шагающую по мосту ей навстречу. Заметив друг друга, они остановились и встретились взглядами.

— Сестра Чусю, разве ты не покинула райские небеса вместе с Небесным Преподобным Му, чтобы посетить Первобытное Царство? — глаза Лянь Хуахунь были полны ненависти и любопытства. — Почему ты до сих пор здесь?

Юнь Чусю взмахнула рукой, поправляя свои косички, прежде чем улыбчиво ответить:

— Разве я не могла вернуться? Сестра Лянь, куда ты идешь?

Лянь Хуахунь не сводила с ней глаз, мягко ответив:

— А ты?

— Вместо того, чтобы быть моей сестрой, ты решила стать моей мамой? — холодно улыбнулась Юнь Чусю. — Кажется, будто ты всё хочешь контролировать. Ты в силах контролировать меня? Ты так хорошо управляла своим мужем, что он спал со мной!

Лянь Хуахунь мило улыбнулась, отвечая:

— Ты ведь моя младшая сестра. Разве я могу не волноваться о тебе? Куда бы ты не пошла, я пойду с тобой.

Юнь Чусю закатила глаза и проговорила:

— Если хочешь пойти со мной, тогда прошу!

Она вошла на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Лянь Хуахунь улыбнулась и отправилась следом за ней. Спустя некоторое время в воздухе просвистел белый кот, тоже входя на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии во Дворце Создания Патриарха.

Немного позже они появились на Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии неподалёку от столицы Вечного Мира. Юнь Чусю подпрыгивала, мчась в сторону городу и восклицая:

— Первобытное Дерево стало больше!

Лянь Хуахунь нахмурилась и подняла голову, чтобы взглянуть на небольшое Первобытное Дерево, корни растущее из центра столицы Вечного Мира. Фыркнув, она проговорила:

— Бред.

В этот момент на производственные фабрики неподалёку от реки Мутной прибыл мужчина средних лет.

Теперь у реки Мутной располагалось множество производственных фабрик. Это были огромные здания, выстроенные вдоль реки, которые издали напоминали божественный город.

Из недр этих фабрик поднимался божественный свет. Бесчисленное количество божественных печей работали круглосуточно, в то время как сложные на вид роботы изготавливали компоненты божественных оружий под присмотром практиков божественных искусств. Также на фабриках работало огромное количество практиков, которые наносили на поверхность оружия бесчисленное количество различных рун.

В воздухе пролетало огромное количество кораблей, которые доставляли выкованное оружие к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, готовясь отправить его на райские небеса.

Это место было невероятно оживлённым. Император-Основатель проходил мимо производственных фабрик, рассматривая их планировку. Он заметил, что некоторые из них изготовляли странные вещи, вроде сверкающих ветряных мельниц. На их поверхности было множество рун, что упрощало их использование.

— Слепой, божественный метал создаётся из нескольких одиночных кристаллов с помощью микроскопической математики?

Император-Основатель внезапно услышал неподалёку громкий, звонкий голос. К своему удивлению он увидел двух стариков, один из которых нёс сундук, а другой опирался на бамбуковую трость, обмотанную костями дракона. Старик с сундуком проговорил:

— Чёрное золото — это цепь из скоплений кристаллов, в то время как божественное золото — цепь из одиночных. Если мы упростим строение чёрного золота, то разве оно не станет божественным?

— В теории, да.

У старика, к которому обращались «слепой», был невероятно острый взгляд. Достав кусок божественного металла и чёрного золота, он открыл глаза шире, и внезапно те вспыхнули божественным светом, затопившим собой округу. Старик тут же разглядел строение металлов и проговорил:

— Вопрос в том, как нам изменить строение кристаллов? Немой, твоя техника ковки не сможет достаточно точно их обработать.

Голос немого был оглушительным. Холодно рассмеявшись, он проговорил:

— Именно благодаря микроскопической ковке мне удалось создать технику ковки Печи Небесного Эона, и научиться наносить руны на самые мелкие кристаллы. Вот только моё зрение не такое хорошее, как у тебя…

Внезапно двое стариков заметили Императора-Основателя и одновременно повернули головы в его сторону.

Немой ухмыльнулся:

— Аба, аба аба?

Слепой опёрся на свою трость и улыбнулся:

— Брат, немой спрашивает откуда ты.

Император-Основатель сделал шаг вперёд и улыбчиво ответил:

— Братья, я из деревни Беззаботной. Я услышал ваш горячий спор и не удержался, чтобы послушать его. Вы только что говорили о превращении чёрного золота в божественное, изменяя его микроскопическое строение. Вы не могли бы рассказать подробнее?

Глaва 1011. Mикpоcкопичeский Масштаб

— У нас гость из деревни Беззаботной?

Слепой и немой переглянулись. Они не были такими встревоженными, как ожидал Император-Основатель.

Цинь Му всегда хотел найти деревню Беззаботную. Но если бы не он, то никто из деревенских стариков даже бы не вспоминал о ней.

Особенно равнодушно к ней относился немой, являющийся выжившим из расы Небесных Работ, предки которой построили Ковчег Парамиты. Они были потомками Будды Сакры, Ли Южаня. На закате Эпохи Императора-Основателя, Император-Основатель отвёл горстку людей в деревню Беззаботную, в то время как раса богов Небесных Работ занялась постройкой нового Ковчега Парамиты, чтобы воссоединиться с ними. Тем не менее, прежде чем они успели добраться туда, их истребила армия райских небес.

Оставшиеся люди расы Небесных Работ застряли в трёхмерной пространственной печати и долго страдали, многие из них умерли. Единственным из них. Кому удалось выжить, был немой.

Перед своей смертью родители позволили немому выбраться наружу, в результате чего в детстве ему пришлось в одиночестве столкнуться с опасностями Великих Руин.

Немой глубоко не любил деревню Беззаботную. Ковчег Парамиты долго лежал в Великих Руинах, но он ни разу даже не подумал о том, чтобы восстановить его и отправиться в Беззаботную.

— Ты пришёл из деревни Беззаботной? Такое не часто встретишь. Перед Бедствием Вечного Мира у нас была ещё одна гостя из деревни Беззаботной, которая называла себя Небесным Наставником Цзы Си. Она была мастером построений, и я многому у неё научился, — проговорил слепой. — Тем не менее, во время Бедствия Вечного Мира он ушла вместе со всеми богами Эпохи Императора-Основателя по приказу Императора-Основателя. Мы были оставлены наедине с катастрофой. Ты пришёл из деревни Беззаботной, чтобы передать нам приказ Императора-Основателя?

Император-Основатель покачал головой:

— Когда Небесный Наставник Цзы Си вернулась в деревню Беззаботную, она рассказала о реформе Вечного Мира, поэтому я приехал сюда, чтобы расширить свой кругозор.

Немой прервал слепого, энергично размахивая руками.

Слепой проговорил:

— Всё не так уж плохо.

Император-Основатель с любопытством спросил:

— О чём говорит этот немой даос?

— Немой ругает Императора-Основателя и говорит, что Му’эр помог четырём великим Небесным Наставниками Императора-Основателя. Он помог Будде Сакре прогнать силы райских небес на двадцати небесах Мира Будды, после чего добровольно взял всю вину на себя. После этого он спас Небесного Короля Минду, Тянь Шу, и решил его конфликт с Юду. Более того, он воскресил Небесного Короля Ди Июэ, — слепой отвечал от имени немого. — Му’эр — второй ученик Небесного Наставника Дровосека, и находился в отличных отношениях с Рыболовом и Цзы Си. Небесному Наставнику Боевых Искусств он и вовсе помог решить проблему Мира Корриды, жители которого не могли стать богами из-за отсутствия Божественного Моста, что было огромной заслугой. Он даже спас Минду, благодаря своим отличным отношениям с Небесным Преподобным Ю и Графом Земли. Тем не менее, Император-Основатель не вернул его доброты. Вместо этого он отозвал всех своих богов как только началось Бедствие Вечного Мира. Этот император-импотент трусливее кролика…

Взгляд слепого загорелся, он продолжал смотреть на рассерженного немого, который и дальше жестикулировал. Заметив это, слепой обеспокоился и попытался его угомонить:

— Это гость издалека, не ругай его… Так нельзя. В конце концов, Император-Основатель — это предок Му’эра, ругая его, ты ругаешь и Му’эра. Не волнуйся, не волнуйся, он ругает не тебя, а Императора-Основателя. Я знаю, он очень груб… Кстати, раз уж ты из деревни Беззаботной, ты случайно не связан с Императором-Основателем? Как я могу у тебе обращаться?

Император-Основатель собирался достать меч Беззаботный, чтобы дать им понять, кем он являлся, но передумал после услышанного. Вместо этого он проговорил:

— Я обычный бог из деревни Беззаботной, меня зовут Е Кай. В деревне Беззаботной я занимался исследованиями, и услышав ваш разговор о микроскопической структуре кристаллов, я захотел поучиться. Я не знал, что у немого даоса такая обида на деревню Беззаботную.

Успокоившись, слепой улыбнулся:

— Раз уж ты не носишь фамилии Цинь… Немой, хватит ругаться!

Немой остановился, прежде чем добавить ещё несколько жестов напоследок:

— Аба!

— Да, да, импотент, — рассержено ответил слепой.

Император-Основатель кашлянул и спросил:

— Неужели Му’эр, о котором вы говорите, это Небесный Преподобный Му?

Двое стариков тут же повеселели:

— Ты его знаешь? Он наш ученик!

Император-Основатель проговорил:

— Должно быть вы этого не знаете, но Небесный Преподобный Му недавно посетил деревню Беззаботную.

Глаза немого и слепого загорелись, последний тут же спросил:

— Му’эр встречался с Императором-Основателем? Он всю жизнь мечтал посетить деревню Беззаботную и встретить своих предков!

Император-Основатель кивнул.

— Они сражались? — спросил слепой. — Я имею в виду, Му’эр сражался с Императором-Основателем?

Император-Основатель признался:

— Сражался.

В следующий миг двое стариков самодовольно проговорили:

— Му’эр всегда был таким. Он определённо сразился бы с Императором-Основателем, если бы его встретил. Е Кай, Му’эру удалось избить Императора-Основателя?

Император-Основатель не знал, смеяться ему или плакать, спросив:

— Откуда вы знаете, что это Небесный Преподобный Му избил Императора-Основателя, а не наоборот?

На их лицах возникли довольные выражения, немой положил свой сундук на землю и положил руки на пояс. Слепой улыбался, ковыряя землю ногой, прежде чем проговорить:

— Если бы они сразились в одной области, то у Императора-Основателя не было шансов победить Му’эра. Это единственный верный исход! Их бой был жестоким?

Император-Основатель кивнул:

— Он был жестоким.

— Отлично! — немой оглушил Императора-Основателя своим громким голосом.

Слепой сиял от радости:

— Этого и стоило ожидать от Му’эра. Годы наших учений не были потрачены в пустую! Должно быть, теперь Император-Основатель и деревня Беззаботная пали. Должно быть, его ужасно избили!

Император-Основатель не сумел сохранить спокойное выражение лица и кашлянул:

— Давайте поговорим о микроскопическом строении божественного золота…

— У чёрного, божественного и обычного золота различные микроскопические строения, из-за чего их гибкость и твёрдость значительно отличаются, — объяснил слепой. — Поэтому мы собирались изменить их и перековать чёрное золото в божественное. Мы уже начали работать на этим. Но если ты из деревни Беззаботной, для чего это исследование?

Император-Основатель ошеломлённо покачал головой.

Немой жестом выразил своё презрение.

Слепой ответил:

— Он ни в чём не виновен, вся ответственность на плохом правителе.

Император-Основатель покраснел, в то время как слепой продолжил:

— Мы обнаружили, что божественное, чёрное и обычное золото — это, по сути, одно и то же вещество. Их свойства отличаются лишь из-за отличий в микроскопическом строении. Поэтому мы собираемся использовать навыки ковки немого, чтобы попытаться изменить микроскопическое строение чёрного золота и превратить его в божественное. Тем не менее, несмотря на то, навык ковки Печи Небесного Эона удивителен, мы не можем быть уверены в том, что с его помощью можно обработать микроскопические кристаллы чёрного золота, и что нам удастся повернуть их все в одном направлении.

Немой начал жестикулировать, и слепой заговори от его имени:

— Наносить руны на поверхность микроскопических кристаллов невероятно сложно. Кузнец также должен обладать безупречными глазами бога, чтобы видеть каждый отдельный кристалл.

Император-Основатель хмыкнул, спрашивая:

— Вы не пытались использовать сознание для ковки в микроскопическом масштабе, и наносить руны на кристаллы с помощью своей Ци и сознания?

Глаза немого и слепого загорелись, они переглянулись. Немой проговорил:

— Это могло бы сработать!

Тем не менее, слепой покачал головой:

— Это всё равно будет сложно. Чтобы добиться успеха, нужно совершенствовать сознание до невероятно высокого уровня, чтобы оно могло видеть в микроскопическом масштабе. Такая сила есть только у тех, кто владеет Тремя Исконными Духами Бессмертного Создания Бога, и даже им нужно должно совершенствовать эту технику…

Император-Основатель улыбнулся:

— Не волнуйтесь, господа. Сознание Небесного Преподобного Му не имеет себе равных по силе. Когда он вернётся, то передаст вам технику, значительно превосходящую Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога. Полагаю, что придуманная вами ковка в микроскопическом масштабе возможна. Вы открыли новую страницу в искусстве ковке и у вас великое будущее, будь то в ковке металлов или оружия. Вы сможете увеличить сил у божественного оружия во множество раз, делая его сильнее богов и дьяволов! Тем не менее, допустят ли райские небеса проведение такой реформы?

Слепой неторопливо ответил:

— Райские небеса до нас не доберутся, так как нам помогает Му’эр. В любом случае, такая реформа не изменит Великого Дао Неба и Земли, поэтому райские небеса ничего не заметят.

Император-Основатель был поражён, начав сравнивать свои действия с действиями Цинь Му. Чувствуя благодарность, он спросил:

— Что насчёт Императора Вечного Мира? Если он станет слишком сильным, то райские небеса попытаются его контролировать или даже уничтожат.

— Ты имеешь в виду Императрицу Яньсю? — рассмеялся слепой. — Она хоть и умна, но не обладает самым сильным совершенствованием в Вечном Мире. Она лишь недавно стала богом. У райских небес нету времени, чтобы за ней наблюдать. Император Яньсю даже недавно посетила райские небеса, чтобы договориться с богами и дьяволами Дворца Создания Патриарха, чтобы те открыли больше Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии и начали поставлять ей с других небес ресурсы для создания божественного оружия.

Император-Основатель широко открыл глаза. Он пришёл в себя лишь спустя некоторое время, и тут же извинился и ушёл.

Слепой и немой попытались уговорить его остаться:

— Твой мозг неплохо работает, у тебя есть талант в ковке, который ты потратишь впустую, если будешь следовать за Императором-Основателем! Почему бы тебе не остаться здесь, чтобы исследовать технику микроскопической ковки?

Император-Основатель настаивал на своём уходе, проговорив:

— Я должен увидеть плоды остальных реформ Вечного Мира. Кроме того, деревня Беззаботная требует, чтобы я вернулся.

Слепой и немой проводили его:

— Не надейся на деревню Беззаботную. Если ты передумаешь, приходи в Вечный Мир. У нас много работы. В деревне Беззаботной ты будешь просто ждать своей смерти, — проговорил слепой. — Немой говорит, что если ты хочешь увидеть реформу Вечного Мира, то должен посетить наши великие академии. Несмотря на то, что теперь они называются сектами, по сути это академии. Они являются передовой линией реформы. Старейшина нашей деревни обучает навыкам меча в Клане Имперского Колледжа. Должно быть, ты изучаешь навыки меча, поэтому должен встретить его там, ты многому научишься.

Император-Основатель поспешно ушёл.

Слепой и немой смотрели ему в след, чувствуя радость:

— В деревне Беззаботной всё ещё есть таланты. К сожалению, этот парень Е Кай подчиняется Императору-Основателю, и его умения тратятся впустую!

***

Карета Небесного Дракона остановилась у Академии Реки Вздымающейся. Цинь Му призвал Владыку Взращивания Драконов и спросил об академии, на что тот ответил:

— Академия Реки Вздымающейся теперь называется Культом Реки Вздымающейся. Её возглавляет Су Юньчжи, а её заместителем является Чжэ Хуали. Я изменил своё звание и теперь называюсь Старейшиной Культа Реки Вздымающейся. Последним временем здесь было довольно оживлённо. К нам приходил дедушка Мясник. Кроме того, сюда приходил ещё один божественный нож, который сразился с мясником, чем сильно взволновал учеников.

«Здесь был дедушка мясник и ещё один божественный нож? Неужели он говорит о Ло Ушуане?»

Цинь Му моргнул. Он изгнал Ло Ушуана в райский дворец Первобытного Дерева, и вероятно, ему пришлось убить многих богов, чтобы сбежать, из-за чего теперь он прятался здесь.

Глава 1012. Coзнание Великого Импеpатора

«Если человек не работает в молодости, то самобичевание в старости его не спасёт. Когда ты откроешь навык ножа области Императорского Трона?»

Цинь Му вышел из кареты. Он совершенствовался с таким людьми, как старейшина деревни и мясник, поэтому многому научился и открыл пятнадцать райскиx дворцов, восемь из которых были неполными. К последним принадлежал райский дворец пути живописи, ножа, лечения, божественных искусств, ковки, буддизма, воровства и построений.

Несмотря на то, что Цинь Му обрёл знания мастеров создания и вошёл на путь божественных искусств, одно за другим открыв восемь их небес, его райский дворец божественных искусств всё ещё был незакончен.

Из того, что ему передали девять стариков деревни Цань Лао, только райский дворец меча был полным. Тем не менее, это была заслуга не старейшины, а высокого понимания и достижений Цинь Му на пути меча.

С раннего детства он совершенствовался с мясником, старый Ма тоже сильно на него повлиял. Даже его техника Трёх Эликсиров Тела Тирана изменилась благодаря ним.

Лишь когда мясник и старый Ма откроют техники области Императорского Трона, он сможет перенять их знания и доработать восемь незавершённых райских дворцов.

В противном случае ему будет намного сложнее продвинуться дальше.

В этот раз Цинь Му спустился к нижней границе, чтобы скрыться от борьбы на райских небесах и помочь бабушке Сы, мяснику и слепому совершенствоваться, чтобы они быстрее открыли свои техники Императорского Трона.

Несмотря на то, что Академия Реки Вздымающейся стала культом, каких-то значительных изменений здесь не произошло. Здешние ученики были невероятно рады увидеть как три божественных ножа сражаются друг с другом.

Этими тремя были мясник, Чжэ Хуали, и однорукий божественный нож, появившийся из-ниоткуда.

Их противостояние было удивительным зрелищем. Небесный Нож мясника был окутан аурой освобождения, демонический нож Чжэ Хуали был странным и непредсказуемым, в то время как навык однорукого бога был невероятно точным и уверенным.

Цинь Му увидел их борьбу даже не успев войти в Академию Реки Вздымающейся. Он остановился, наблюдая за изменчивыми, величественными и удивительными лучами ножа, разрубающими небо, создавая в нём чёрные линии.

Демонический нож Чжэ Хуали значительно продвинулся вперёд. Его совершенствование было крайне высоким, и он обрёл удивительные достижения на пути ножа. Ступив на путь ножа, он придумал новый способ вхождения на путь, который подходил ему больше всего.

Чжэ Хуали был учеником Ло Ушуана и Фу Жило, который был важной фигурой дьявольской расы, поэтому обладал как дьявольской, так и божественной природой. Тем не менее, ему долго не удавалось ступить на путь ножа, и это случилось лишь после встречи с Небесным Ножом мясника. Лишь после этого он обрёл просветление и сумел преодолеть мысленный барьер, входя на путь ножа.

Его навык не уступал в точности и изящности Ло Ушуану, но при этом содержал в себе дьявольскую природу и величие мясника. Он был поистине впечатляющие.

Тем не менее, его достижения уступали мяснику и Ло Ушуану, и он пал первым.

В небе остались лишь мясник и Ло Ушуан.

Подняв голову, Цинь Му увидел, как Ло Ушуан исполнил четырнадцатое небо своего пути ножа. Его навык становился всё более удивительным, его сила была шокирующей.

Тем не менее, мяснику удалось его отбить. Исполнив свой путь ножа, он одним движением сумел отбить девять тысяч навыков. Его движение стремилось к максимальной простоте.

Внезапно аура Ло Ушуана вспыхнула, и он исполнил пятнадцатые небеса своего пути!

Цинь Му был явно шокирован: «Когда я толкнул Ло Ушуана в Первобытное Царство, он открыл лишь четырнадцатые небеса. Неужели ему так быстро удалось открыть пятнадцатые?»

Два божественных ножа столкнулись в воздухе. Нож мясника тут же начал уступать противнику, тем не менее, старик рассмеялся, набираясь храбрости и сил:

— Твой нож слишком точный. Несмотря на то, что ты довольно решителен, он всё же чрезмерно изысканный!

Свет его ножа вспыхнул в небе, то расширяясь, то сужаясь. В следующий миг он встряхнул небесами ножа Ло Ушуана, собираясь разрубить их напополам!

Ло Ушуан холодно рассмеялся:

— Небесный Нож, твой нож слишком властный. Ты не знаешь сдержанности, и думаешь лишь о том, чтобы поразмахивать лезвием. Как только ты обретёшь сдержанность, то станешь сильнейшим божественным ножом, и превзойдёшь даже меня!

Их божественные ножи столкнулись, ослепляя всех своим ярким светом.

В следующий миг они оба были ранены и упали на землю.

Впечатлённый, Цинь Му поднялся к ним. В этот миг мясник проговорил:

— Мы идём в бой в роскошном и изысканном виде, но после боя остаётся лишь жалостный свет луны, падающий на нас.

Цинь Му громко продолжил:

— Барабаны войны эхом стучат над полями, будто кровь на ноже в оружейной до сих пор свежа!

Удивлённый его появлением, мясник радостно выбежал из Академии Реки Вздымающейся:

— Му’эр вернулся!

Когда они встретились, Цинь Му расправил руки, собираясь обнять старика, но тот замахнулся на него ножом, крича:

— Я атакую, Му’эр!

Шокированный, Цинь Му поспешно уклонился. Превратив свою пилюлю меча в два божественных ножа, он начал отбиваться от мясника. Спустя несколько мгновений свет меча мясника остановился у его шеи. Впав в ярость, старик прокричал:

— Ты позоришь меня тем, что так и не сумел ступить на путь ножа. Ты даже хуже маленького Чжэ!

Покраснев, Цинь Му пробормотал:

— Дедушка мясник, не то, чтобы я не мог этого сделать, просто я был занят совершенствованием пути меча и божественных искусств…

Мясник плюнул на землю, после чего взглянул на спутников Цинь Му. На его лице возникло шокированное выражение, он прошептал:

— Есть люди более красивее, чем бабушка Сы? Это твоя жена?

Цинь Му покраснел ещё сильнее, прошептав в ответ:

— Ещё нет… Тьфу, тьфу! Это Божественный Король Лан Во, лидер мастеров создания. Она — эксперт, способный конкурировать с Небесными Преподобными

Божественный Король Лан Во поздоровалась.

На лице мясника возникло серьёзное выражение, он изысканно ответил на приветствие, после чего добавил:

— Му’эр, не уходи пока. Я покажу тебе несколько движений, чтобы ты не забывал о пути ножа.

У Цинь Му не оставалось выбора, кроме как кивнуть.

В этот момент на горизонте показался Ло Ушуан, торжественно спешащий к ним со своим ножом. Увидев его, Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Божественный Нож Ло, ты быстро развиваешься!

Ло Ушуан крепко держал нож, холодно ответив:

— Ты толкнул меня в райский дворец Первобытного Дерева, отчего я попал в окружение. Мне пришлось убить там множество людей, чтобы мою личность не раскрыли. Сильные Практики Небесного Преподобного Сяо преследовали меня два года, заставляя страдать всё это время!

Цинь Му улыбнулся:

— Если бы не это, тебе не удалось бы открыть пятнадцатых небес своего пути. Не делай глупостей, опусти нож. Чжэ Хуали, помоги мне уговорить твоего учителя!

Чжэ Хуали подошёл к ним и покачал головой:

— Теперь он больше не мой учитель, а мой друг Дао. Я не могу его уговорить. Небесный Преподобный Му, у тебя невероятно высокое положение, насколько хороши твои навыки ножа?

Цинь Му фыркнул, в то время как взгляд Ло Ушуан упал на Божественного Короля Лан Во. Он испуганно спросил:

— Юнь Чусю? Госпожа Юаньму?

Цинь Му поспешно его успокоил, покачав головой:

— Это настоящий владелец её внешности.

Ло Ушуан нерешительно спросил:

— Неужели такие женщины и вправду есть в этом мире?

Цинь Му остался в Академии Реки Вздымающейся ещё на некоторое время, в то время как Божественный Король Лан Во наблюдала как он сражается с тремя божественными ножами. Его избили настолько сильно, что его лицо распухло. На его теле было бесконечное количество ранений, что сильно её удивило.

Учитывая способности Цинь Му, если бы он использовал божественные искусства создания, то даже Ло Ушуану было бы сложно с ними справиться. Тем не менее, он пользовался исключительно своими навыками ножа, терпя одно поражение за другим.

Спустя пять дней терпение мясника исчерпалось, и он проговорил:

— У тебя хорошее основание. Ты быстро учишься, но тебе всё равно не удаётся ступить на путь ножа. Возможно, проблема в том, что ты слишком сильно волнуешься об остальных своих путях. Тебе пора идти.

У Цинь Му не оставалось выбора, кроме как вернуться в карету.

— Небесный Преподобный Му, если у тебя будет свободное время, мы можем сравнить свои навыки ножа! — помахал ему рукой Чжэ Хуали.

Цинь Му недовольно фыркнул.

Карета путешествовала несколько дней, прежде чем они приблизились к Долине Падшего Бога, которая теперь превратилась в равнину. Изначально Цинь Му хотел отправиться в Академию Речной Гробницы и узнать о местонахождении Имперского Наставника Цзян Байгуй, но внезапно он заметил соломенную хижину в центре Долины Падшего Бога, возле которой сидел молодой парень.

Это был Небесный Преподобный Юй.

Ошеломлённый, Цинь Му приказал Королю Дьяволов Дутяня остановиться.

Молодой Небесный Преподобный Юй тоже его заметил и удивился:

— Давно не виделись, Владыка Культа Цинь.

Как только Цинь Му остановился, ему навстречу из хижины выбежал сундук. Немного побегав вокруг его ног, он подбежал к цилиню и начал открывать и закрывать свою крышку, будто пытаясь что-то сказать.

Цилинь сел на сундук, и тот начал катать его по округе.

Цинь Му вышел из кареты, заставив всех внутри волноваться, и двинулся в сторону молодого Небесного Преподобного Юя. Он проговорил:

— Син Ань, ты уже изучил секреты этого физического тела?

Син Ань взглянул на карету, после чего развернулся и пригласил Цинь Му в хижину:

— Почти. Это физическое тело содержит всевозможные виды рун древних богов, из которых можно создать множество райских дворцов и древних богов. Оно удивительно! Пожалуйста, взгляни, Владыка Культа!

Его соломенная хижина казалась маленькой, но внутри неё было огромное количество места, которое заполняли бесчисленные полки с книгами. Подняв одну из них, Цинь Му обнаружил. Что в ней были записаны руны Великого Дао древних богов!

Закрыв книгу, Цинь Му проговорил:

— Син Ань, у тебя необыкновенный талант, но ты неправильно его применяешь.

Син Ань взвёл брови и ответил заносчивым тоном:

— Возможно, я не совершил слишком много добра, и не спасал человечество во время Бедствия Вечного Мира, произошедшего пять лет назад, но если мне удастся закончить изучать секреты этого физического тела, то я принесу огромную пользу миру. Люди начнут меня прославлять! Владыка Культа Цинь, ты просто мне завидуешь!

Цинь Му покачал головой. Достав зеркало, он проговорил:

— Внутри этого зеркала есть свиток нефрита, на котором записаны все руны Великого Дао древних богов этого тела. Я дам его тебе.

Разум Син Аня вскипел, когда он взял зеркало и осмотрел свитки внутри него. На них и вправду были запечатлены руны Великого Дао божественного оружия Небесного Преподобного Юя. Они были даже более точными, так как Цинь Му улучшил их с помощью микроскопической математики.

Он был разочарован, и сумел прийти в себя лишь спустя некоторое время.

— Ты слишком изолирован от мира, и должен чаще вступать с ним в контакт, — Цинь Му бросил на него жалостливый взгляд и проговорил. — Я дал такие свитки всем лидерам реформы Вечного Мира. Несмотря на то, что он не включает в себя всех рун древних богов, он неплох. Если бы ты больше времени проводил с другими людьми то не потратил бы пять лет впустую.

Син Ань фыркнул и поднял зеркало, спрашивая:

— Тебе удалось додуматься использовать своё тело как основание Дао, чтобы скрыть в нём древних богов небесного цикла?

Аура Цинь Му загремела, его тело окутал божественный свет. В его теле появилось около двух тысяч древних богов, и он проговорил:

— Ты об этом?

Син Ань был настолько ошеломлён, что потерял дар речи.

Видение древних богов вокруг Цинь Му рассеялось, и он похвалил:

— Тебе удалось придумать способ скрыть древних богов небесного цикла внутри своего тела, полагаясь на собственные усилия. Ты определённо обладаешь огромным талантом, хоть подобного и стоило ожидать от святого прошлого поколения. Тебе стоит поговорить с мастером Дао Линь Сюанем. Его достижения в микроскопической математике превосходят даже мои, и он долгое время исследовал руны Великого Дао древних богов. Если объединить ваши таланты, то можно проделать огромную работу.

Син Ань промолчал и взмахом руки спрятал свою хижину, собираясь в дорогу.

Цинь Му остановил Син Аня жестом, сбивая его столку.

— Когда ты схватил это тело, в нём была нить сознания Небесного Преподобного. Она до сих пор у тебя?

Син Ань кивнул и ответил:

— Я не смог её переработать, поэтому запечатал.

— Дай её мне, — глаза Цинь Му загорелись.

Син Ань достал нефритовую бутылку и передал её Цинь Му, после чего позвал сундук к себе и развернулся, чтобы уйти.

Цинь Му недолго смотрел ему вслед, прежде чем вернуться в карету. Рассматривая бутылку, он погрузился в глубокие мысли.

Заметив это, Шу Цзюнь спросил:

— Что внутри, святой младенец?

— Нить сознания Небесного Преподобного, — карета двинулась в путь, Цинь Му уставился на Долину Падшего Бога за окном. — Пять лет назад, когда было создано божественное оружие Небесного Преподобного Юя, один из Небесных Преподобных пришёл сюда, чтобы проверить, действительно ли мертва Небесная Преподобная Лин. Тогда я тоже отправился туда вместе с ученицей Небесного Императора Янь Цилин, Син Анем и остальными. Только Небесного и Великого Императоров так сильно волнует судьба Небесной Преподобной Лин, и так как Небесный Император уже отправил свою ученицу, остаётся лишь Великий Императору.

Продолжая рассматривать нефритовую бутылку, он проговорил:

— Небесного Императора волнует лишь его физическое тело, в то время как Великий Император заинтересован в смерти Небесной Преподобной Лин. В прошлом я размышлял о том, насколько случайным было то, что все мы пришли в Долину Падшего Бога. Теперь, кажется, что Небесный и Великий Императоры сумели верно определить то, когда я открою Долину, поэтому пришли сюда вместе со мной. Вот только Великий Император не предвидел того, что его сознание окажется в моих руках.

— Ты хочешь сказать, что внутри этой бутылки находится сознание Великого Императора? — глаза Божественного Короля Лан Во вспыхнули.

Глава 1013. Загoвоp Против Великого Императора

Цинь Му кивнул, едва заметно улыбаясь.

Пять лет назад Син Ань воспользовался жетоном Небесного Преподобного Циня, чтобы выманить Цинь Му в Долину Падшего Бога. Там они обнаружили путь на райские небеса Высшего Императора, где ученик Небесной Преподобной Инь, И Шишен, пытался достать её труп.

Прибыв туда, Цинь Му обнаружил, что ученики Небесного Императора Янь Цилин и Му Цюбай уже его ждали. Король Драконов Тянь, подчиняющийся Матери Земли, тоже был там вместе с клоном Небесного Преподобного Юя.

На витающем над долиной гробу была надпись «Откроется перед Цинь и Му.» Она значила, что как только к гробу придёт Небесный Преподобный Му или Цинь, он откроется.

Тогда Цинь Му показалось странным то, что никто не пытался посетить Долины Падшего Бога до того, как он лично туда не пришёл. Тем не менее, как только он туда отправились, все остальные молниеносно оказались на месте. Это не могло быть случайностью.

Теперь ему казалось, что план Небесного и Великого Императоров провалился. Естественно, Мать Земли тоже была в него вовлечена.

Пять лет назад Цинь Му не мог понять их заговора. Сегодня, он наконец понял что тогда произошло.

Небесный Император, Великий Император и Мать Земли знали, что лишь когда у них будут жетоны Небесных Преподобных Цинь и Му, они смогут открыть проход в долину Падшего Бога. Поэтому, они дождались прихода Цинь Му.

Несмотря на свою хитрость. Они не смогли предсказать, что Цинь Му удастся уничтожить клона Небесного Преподобного Юя Великого Императора, и что в конце концов Син Ань подавит его сознание и сворует его тело.

Люди Матери Земли погибли, также как ученики Небесного Императора, за исключением Янь Цилин.

Мать Земли понесла большие потери, в то время как Небесному Императору так и не удалось найти своего физического тела. Что касалось Великого Императора, он не просто не убедился в смерти Небесной Преподобной Лин, но также не вернул части своего сознания, которая оставалась в теле Небесного Императора.

Цинь Му тоже не получил ничего с того путешествия. Повезло лишь Син Аню, который обрёл физическое тело Небесного Преподобного Юя и скрывающееся в нём сознание.

Больше всего выгоды в тот день получил Син Ань.

Тем не менее, судьбы обманула их всех. После того, как Син Ань обрёл клона Небесного Преподобного Юя, он потратил пять лет своей жизни впустую, пытаясь изучить руны Великого Дао древних богов. В то же время ему не удалось переработать самую ценную из своих находок, сознание Великого Императора, и последнее теперь оказалось в руках Цинь Му.

Цинь Му продолжал смотреть на нефритовую бутылку, улыбка на его лице постепенно росла. В конце концов он начал громко смеяться!

— Кто бы мог тогда подумать, что в итоге я выйду победителем?

Он смеялся, в то время как вокруг него начали бурлить сознание и Ци, скапливаясь во всевозможные виды рун. Спустя некоторое время Цинь Му достал несколько духовных оружия для вычислений, проводя множество расчётов, чтобы доработать эти руны.

Наблюдая за ним, Божественный Король Лан Во взволновалась:

— Святой младенец, тебе нужна моя помощь, чтобы переработать сознание Великого Императора? Сознание, запечатанное в бутылке, очень слабое, сделать это будет несложно.

— Не сейчас, — Цинь Му был полностью сосредоточен на своих расчётах, даже не поворачиваясь в её сторону. — Как только я закончу совершенствовать это божественное искусство, то попрошу твоей помощи.

Божественный Король Лан Во внимательно рассмотрела руны, созданные из его Ци и сознания, обнаруживая, что те были слишком сложны, чтобы она могла их понять.

Шу Цзюнь тоже был не в силах понять значения этих рун, поэтому спросил у цилиня. Внимательно их рассмотрев, тот ответил:

— Владыка Культа пытается доработать Проводник Душ, который используется для призыва душ. Судя по этим рунам, он пытается заставить его призывать не душу, а сознание.

— Призывать сознание?

Шу Цзюнь и Божественный Король Лан Во были озадачены. Неужели существовало божественное искусство, способное призывать сознание?

Цилинь задумался и проговорил:

— На самом деле Проводник Душ должен называться Захватом Душ, так как он позволяет призывать душу из Юду в мир живых. После улучшения Владыки Культа, это божественное искусство может призывать даже разрушенные души. Должно быть, сейчас Владыка Культа пытается изменить её так, чтобы она могла призвать осколки сознания Великого Императора, разбросанные по Первобытному Царству.

Спустя некоторое время Цинь Му наконец закончил свои подсчёты. Увидев витающие по карете руны, все были шокированы.

Внимательно их осмотрев, Цинь Му исправил несколько ошибок, и на его лице возникло довольное выражение.

Затем он достал бутылку, вышел из кареты и положил её на землю Долины Падшего Бога.

Его магическая сила вскипела, когда он начал исполнять изменённого Проводника Душ. Бесчисленные руны тут же поднялись в воздух. Кружась вокруг нефритовой бутылки.

Исконный дух Цинь Му появился за его спиной, стоя на главном райском дворце посреди диаграммы тайцзи. Внизу под Южными Небесными Вратами раздался громкий голос Дао, говорящий на странном языке Юду. Вокруг его тела зажглось множество рун Мира Небесной Инь, некоторые из них были невероятно яркими, в то время-ка другие были чёрными!

— Великий Император хочет убить меня сейчас, пока я ещё здесь. Поэтому он задействовал физическое тело одиннадцатого Небесного Преподобного. Тем не менее, по пути он наткнулся на Императора-Основателя и был убит.

Цинь Му смеялся, в то время как его исконный дух исполнял изменённого Проводника Душ:

— Когда Великий Император погиб от руки Императора-Основателя, тот не сумел поймать его сознание, отчего оно рассеялось. Раньше у меня не было предметов, принадлежащих ему, поэтому я не мог призвать его души. Но теперь, когда у меня есть эта бутылка, я могу призвать его рассеявшееся сознание!

Божественный Король Лан Во подошла к равнине, обнаруживая, что земля вокруг Цинь Му покрылась бесчисленными рунами. Они загорались и разлетались в разные стороны, накрывая собой всё большее площадь.

Вскоре эти руны покрыли собой сто километров, образовав огромное построение!

Божественный Король Лан Во подумала и проговорила:

— Даже если Император-Основатель рассеял сознание Великого Императора, которое находилось в трупе Небесного Преподобного, оно всё равно соберётся обратно. Скорее всего, он уже оклемался.

— Сестра Божественный Король, не волнуйся. Император-Основатель использовал двадцатую форму меча и тридцать четвёртые небеса пути, чтобы его убить. Таким образом, его сознание не сможет восстановиться слишком быстро. Более того…

Исконный дух Цинь Му полностью активировал Проводника Душ, и вокруг нефритовой бутылки закружились бесчисленные величественные руны, отпечатываясь на её поверхности одна за другой.

Звенящие волны силы проникали внутрь бутылки, распространяясь по ней со странным ритмом.

Обычные люди не могли услышать этого звука. Даже Божественный Король Лан Во и Шу Цзюнь с трудом могли его уловить.

— Более того, раз он здесь, чтобы убить меня, зачем ему так быстро собирать своё сознание обратно? — Цинь Му понемногу начинал волноваться. — Скорее всего, его сознание до сих пор остаётся в Первобытном Царстве. Вместо того, чтобы уходить отсюда, оно осталось на местных богах и дьяволах и пытается меня найти. Божественные Короли, я собираюсь установить связь с Великим Императором. Вы готовы?

Божественный Король Лан Во поспешно задействовала своё сознание. Оно было невероятно сильным, и тут же сформировало тридцать пять пустошей и превратилось во всевозможные божественные искусства!

Немного колеблясь, Шу Цзюнь проговорил:

— Святой младенец, насколько сильно его сознание? Если мы пойдём против него, то пути назад не будет. Более того, основа его сознания скрывается в Абсолютной Пустоши, и если он обнаружит наше местоположение, то сможет атаковать нас оттуда…

— Божественный Король Шу Цзюнь, я уже и так достаточно сильно обидел Великого Императора. Если я сделаю это снова, ничего не изменится.

Проводник душ Цинь Му установил связь с сознанием в нефритовой бутылке. Он мгновенно сумел обнаружить источник, из которого хлынула ужасающая волна сознания. Рассмеявшись, он проговорил:

— Я призову сознание Великого Императора! Мы обманем того, кто не обманывает. После этого мы сбежим, чтобы он ничего нам не сделал!

Как только Божественный Король Шу Цзюнь почувствовал ужасающие волны, волосы на его голове встали дыбом. Он тут же задействовал всё своё сознание, чтобы помочь Божественному Королю Лан Во создать построение Очищения Великой Пустоши.

Несмотря на то, что его совершенствование ещё не восстановилось, он не потерял ни капли своего опыта, что позволило ему помочь Божественному Королю Лан Во избавиться от некоторых недостатков её божественного искусства.

— Божественный Король Лан Во, мы должны запечатать тридцать пятую пустошь, чтобы не позволить Великому Императору выбраться из Абсолютной Пустоши, — проговорил он.

Божественный Король Лан Во похвалила его. Несмотря на то, что Шу Цзюнь был божественным королём доисторической эпохи, и его знания были устаревшими, его опыт был невероятно глубоким и уникальным.

Как только они закончили создавать построение Очищения Великой Пустоши в тридцать пятой пустоши, ужасающие волны откликнулись на Проводник Душ и двинулись в их сторону!

***

Разрубленный труп Небесного Преподобного упал в водоём в горах у истоков Реки Вздымающейся. Его могила упала в пещеру и открылась, выпуская наружу ужасную трупную вонь.

В тот же момент к трупу прибыло множество богов, одетых в странные белые мантии, закрывающие их лица и тела. Они были с райских небес и несли на спине тыквенную бутылку красного цвета.

Каждый из них подошёл к отдельному куску трупа, и из их тыкв вылился поток света, извлекая сознание, кроющееся в плоти.

В кусках трупа до сих пор крылся путь меча Императора-Основателя. Его подавляло сознание Великого Императора, которое, тем не менее, постепенно иссякало. Спустя некоторое время меч Императора-Основателя полностью бы его уничтожил.

Тыквы на спинах богов обладали какими-то уникальными свойствами, и могли извлечь сознание Великого Императора, не касаясь меча Императора-Основателя.

Несмотря на это, они всё равно были предельно осторожны, пытаясь не коснуться кусков трупа, чтобы не освободить силу меча.

Они вот-вот должны были закончить, когда из-ниоткуда появилась неизвестная сила, унёсшая с собой всё сознание Великого Императора!

Даже то сознание, которое уже находилось внутри их бутылок, вернулось обратно наружу и превратилось в тысячи ослепительных лучей, улетевших прочь.

— Вот дерьмо! — сознание Великого Императора загремело, будто тысяча молний, оглушая богов в белых мантиях. — Быстро запечатайте божественные тыквы сознания!

Боги тут же послушались, но странная сила оказалась слишком огромной и вырвала тыквы из их рук, таща их на восток!

Сознание, оставшееся в трупе Небесного Преподобного, неконтролируемо вылетело наружу, подчиняясь зову Проводника Душ Цинь Му.

Боги со всех сил хватались за свои тыквы, но несмотря на это, многие их них всё равно улетели прочь.

— Вы бесполезны!

Внезапно сознание в одной из тыкв вылетело наружу и проникло в тело одного из богов, передавая его под контроль Великому Императору. В следующий миг оно полетело вперёд под влиянием Проводника Душ.

Остальные тыквы тоже взорвались, и сознание в них освободилось, чтобы взять других богов под свой контроль.

Только один из них оказался истинным богом, и попытался сопротивляться зову Цинь Му, тянущему его в сторону Долины Падшего Бога.

Долина Падшего Бога была далеко от этого места, учитывая их скорость, они совсем скоро окажутся возле Цинь Му и тот их переработает!

«Маленький мерзавец, ты и вправду веришь, что сможешь схватить моё сознание? Ты меня недооцениваешь!»

Бог в белой одежде впал в ярость и задействовал всю свою магическую силу, чтобы остановить движение своего тела. Тем не менее, он так и продолжил лететь на восток.

На горизонте показался город богов. Это был плацдарм армии райских небес в Первобытном Царстве. Глаза бога в белой мантии вспыхнули, и он открыл рот, извергая из него поток света, рванувший в сторону города, словно водопад.

Свет со свистом пролетел вдоль улиц города.

Тысячи богов и дьяволов не успели отреагировать, прежде чем их затопил свет. Лучи света вонзились во все отверстия их тел, словно щупальца, и в тот же миг их тела полетели в сторону Долины Падшего Бога!

Генерал, отвечавший за защиту города, был экспертом области Непостижимого Неба. Он немедленно исполнил своё божественное искусство, пытаясь отбиться, но это оказалось бесполезным.

Великий Император летел вместе с тысячами богов и дьяволов, попавших под его контроль. Они постепенно выстраивались в небе, формируя огромное убийственное построение. Это зрелище было величественным и ужасающим!

«Небесный Преподобный Му, ты провоцировал меня слишком много раз. Сегодня я дам тебе увидеть настоящую силу правителя прошлого!»

Глава 1014. Aбcолютная Пустошь

Десятки тысяч богов и дьяволов летели в сторону Долины Падшего Бога. Превратившись в лучи света, они напоминали поток комет, летящий по небу Первобытного Царства.

Построение этиx богов и дьяволов непрерывно изменялось. Будучи одним из самых древних существ в мире, Великий Император обладал невообразимо глубокими знаниями. Он владел огромным количеством изменчивых и загадочных построений.

Он уже давно не был так зол, как сейчас.

Было не так уж много вещей, способных вывести его из себя. Он разозлился, когда Небесный Преподобный Юнь объединился с расой мастеров создания, чтобы устроить ловушку и заточить в ней его физическое тело.

Когда его собственное божественное искусство было сломлено неизменным божественным искусством Небесной Преподобной Лин, он тоже был невероятно зол. Он отлично понимал, каких проблем ему может доставить это божественное искусство, и если бы он не избавился от Небесной Преподобной Лин, то рано или поздно она бы его убила.

За последний миллион лет его выводили из себя лишь эти два случая.

Тем не менее, сейчас это случилось снова.

В прошлом, когда печать Первобытного Царства раскрылась, он задействовал клона Небесного Преподобного Юя, но тот был убит Цинь Му в Долине Падшего Бога. Несмотря на то, что он не использовал своих истинных способностей, чтобы не раскрыть свою личность, он всё равно был крайне недоволен тем, что проиграл.

Более того, в Яшмовом Водоёме на райских небесах маленький негодяй умудрился снять проклятие, которое он нанёс на родословную Юнь Цзяньли!

Это определённо его разозлило.

После этого Цинь Му отправился в Великую Пустошь и забрал труп Небесного Преподобного Юня из области высшего сознания. Более того, он даже поглотил часть его сознания, чтобы узнать секреты его техники!

Вернувшись на райские небеса, он осмелился рассказать остальным Небесным Преподобным, что Великий Император жив и скрывается среди них. Это заставило его залечь на дно.

Когда он спустился к нижней границе, чтобы наконец убить негодяя, то его на полпути перехватил император-Основатель и убил. Эта смерть была глупой и несправедливой.

Теперь Цинь Му вернулся в Долину Падшего Бога и собирался призвать его сознание, чтобы переработать его!

Даже если человек был склонен доставлять проблем окружающим, он не мог всё время доставлять проблем кому-то одному. Казалось, что этот маленький мерзавец искренне хотел ему насолить, и-за чего никогда не оставлял его в покое!

Он больше не мог терпеть этого негодяя. Сегодня он любой ценой избавится от Цинь Му!

— Глупая маленькая форма жизни, я пересёк вселенную и встречал множество талантливых людей и увидел много звёзд. Но один за другим, все они пали, а я остался!

Десятки тысяч богов и дьяволов летели по небу, стремясь к Долине Падшего Бога. Они начали дрожать, создавая величественный, оглушительный голос.

— Ты не достоин быть моим врагом!

— За всю свою жизнь я встречал врагов, которые были намного умнее и сильнее тебя. Ты лишь муравей, которого я запросто могу убить!

— Моя жизнь началась в древней первобытной эпохе и длится до сих пор. Я самое древнее существо во вселенной, которое невозможно победить! Моя история будто длинная река времени!

В долине Падшего Бога Цинь Му посмотрел на запад. Лучи ослепительного света бурлили, будто волны. Голос, созданный сознанием Великого Императора, звенел в его ушах, своей силой раскалывая небо и землю!

— Ты всего лишь незначительное существо, попавшее в мою длинную реку времени. В моих глазах ты лишь капля, не способная вызвать даже малейшей ряби на поверхности воды!

В большом море ослепительного света Цинь Му разглядел десятки тысяч силуэтов богов и дьяволов.

Это был самое сложное и таинственное убийственно построение райских небес. Его аура накрыла собой всё небо, со свистом несясь вперёд. Ещё до того, как она успела добраться до Долины Падшего Бога, земля начала покрываться трещинами. Под ужасным давлением равнина рассыпалась на куски, которые подлетали в воздух!

Волна божественной ауры накрыла собой небо и землю. Небо начало напоминать треснутое стекло, а земля полностью разрушилась. Почва и камни, поднятые в воздух. превратились в пыль!

Целой оставался лишь небольшой кусочек земли под ногами Цинь Му, небо над ним тоже было в порядке. Казалось, будто убийственное построение не может ему навредить.

Десятки тысяч богов и дьяволов мчались вперёд, крича в унисон. Их голоса слились в сотрясающий землю рёв:

— Так называемый Небесный Преподобный Му и десять Небесных Преподобных слишком слабы!

Перед тем, как эти слова достигли Цинь Му, Божественный Король Лан Во внезапно подняла руку и сняла ивовый лист со своего межбровья, обнаруживая шестиугольный вертикальный глаз. В следующий миг она скрестила руки, и её божественное искусство сознания вспыхнуло с ужасающей силой!

В следующий миг её сознание пронеслось по пустоши. Десятки тысяч богов тут же упали с неба, проваливаясь в бездну, в которую превратилась Долина!

Сознание Великого Императора было вытянуто даже из головы падающего генерала области Непостижимого Неба!

Когда Божественный Король Лан Во сложила руки, пропасть внизу тут же пропала. Под давлением её сознания она быстро начала заполняться землёй!

Даже разрушенное небо вокруг мгновенно восстановилось до своего первоначального вида.

Божественный Король Шу Цзюнь взревел и активировал печати, скрывающиеся в тридцати пяти пустошах.

Эти печати он установил вместе с Божественным Королём Лан Во. С его сегодняшним совершенствованием он определённо не мог справиться с таким ужасающим созданием, как Великий Император. Тем не менее, у нег был глубокий опыт, отлично сочетающийся с огромным совершенствованием Божественного Короля Лан Во.

Увидев атаку Божественного Короля Лан Во, сознание Великого Императора тут же осенило. Оно задрожало, будто волны, со всей силы пытаясь противостоять Проводнику Дуг. В конце концов, совладать с божественным искусством Цинь Му оказалось слишком сложно, и его сознание засосало в нефритовую бутылку под ногами Цинь Му.

В этот момент печати тридцати пяти пустошей активировались. Тридцать пятая печать сдвинулась на тридцать четвёртую, сливаясь с ней воедино, после чего двинулась к следующей.

Несмотря на то, что слияние такого количества печатей казалось долгим процессом, на самом деле всё случилось невероятно быстро. За несколько мгновений пришла очередь первой печати, которой являлось Первобытное Царство, где находились Цинь Му и остальные.

Сознание Великого Императора было подавлено печатями, и скрылось в нефритовой бутылке.

После этого тридцать пять круглых печатей начали вращаться вокруг бутылки, запечатывая каждый сантиметр её поверхности, чтобы не оставить ни малейшего зазора.

— Так это была ты! — нефритовая бутылка задрожала, когда из неё раздался голос Великого Императора. — Я узнал тебя, девушку, которая тогда напала на меня из засады вместе с Небесным Преподобным Юнем! Ты мастер создания Великой Пустоши! А ещё ты, Божественный Король Шу Цзюнь!

Божественный Король Шу Цзюнь искренне рассмеялся:

— Цзюй Юйши, с тех пор как мы виделись в последний раз, прошло много времени! В тот раз ты избил меня до ужасного состояния. Теперь же ты в бутылке, а я снаружи!

Великий Император сердито взревел:

— Шу Цзюнь, будучи божественным королём мастеров создания, ты вступил в сговор с чужаками и атаковал меня вместе с расой людей! А ты, девушка, несмотря на то что ты лидер мастеров создания, ты всё равно дважды пошла против меня, и устроила засаду для Великого Императора мастеров создания!

Божественный Король Лан Во прямо ответила:

— Ты уничтожил расу мастеров создания и уже долго не являешься нашим Великим Императором. Цзюй Юйши, сегодня мы просто взымаем с тебя долги.

На лице Шу Цзюня возникло встревоженное выражение, он поспешно проговорил:

— Хватит с ним болтать! Внимательно следи за тридцать пятой пустошью, на случай, если их атакует его Великие Небеса Всеобъемлющего Сознания!

Цинь Му рассеял Проводника Душ и поднял нефритовую бутылку. Она дрожала в его руке, будто пыталась вырваться наружу и сбежать.

К счастью, печати Божественного Короля Лан Во и Шу Цзюня помогали сдерживать сознания. Благодаря им сила бутылки была не слишком великой, и он мог удержать её в своей ладони.

Шу Цзюнь и Божественный Король Лан Во сели в позу лотоса. Их межбровья разразились множественными лучами света, напоминающими искажённые пузыри. Они отправились в пустошь, собираясь запечатать тридцать пятую пустошь и остановить Великие Небеса Всеобъемлющего Сознания Великого Императора.

В мире Духов Предков мастера создания передали Цинь Му невероятно глубокое понимание пустоши.

В древней первобытной эпохе, в которой жили мастера создания, души не были чем-то важным. Намного более важным тогда было сознание и то, как его защитить. Когда сознание хранилось в пустоши, оно могло слиться с небом и землёй и продлить жизнь его владельца.

Мастера создания использовали сознание для создания вещей. Любое место, где они могли что-то создать или спрятать своё сознание, считалось для них пустошью. Таким образом, настоящая вселенная была их первой пустошью.

Прорвавшись через ней, сознание мастера достигала следующего, воображаемого уровня. Это была вторая пустошь.

Если кому-то удавалось создавать вещи во второй пустоши, то он мог попытаться прорваться в третью.

Третья пустошь была ещё более призрачной, расплывчатой и ненастоящей.

Таким образом, мастера создания открывали одну пустошь за другой. Чем глубже человек погружался в пустошь, тем дольше существовало его сознание. Тем не менее, в знаниях мира Духов Предков упоминалась лишь тридцать пятая пустошь, и не было ни слова о тридцать шестой, которая также называлась Абсолютной Пустошью.

На самое деле, когда человек достигал тридцать пятой пустоши, то его сознание могло существовать так же долго, как небо и земля, и становилось бессмертным. Он мог наслаждаться вечным спокойствием, и умер бы только в случае уничтожения вселенной.

Тем не менее, в древнюю первобытную эпоху было много мастеров создания, которым удалось достичь тридцать пятой пустоши. В итоге они начали перерабатывать сознания других практиков, скрывающиеся там, из-за чего тридцать пятая пустошь перестала быть такой безопасной, как считалось.

Цинь Му лишь слышал о тридцать шестой, Абсолютной Пустоши, со слов Шу Цзюня. Он почти ничего о ней не знал.

Учитывая текущее совершенствование его сознания, было бы хорошо, если бы ему удалось открыть десятую пустошь.

Великий Император был единственным, кому удалось открыть тридцать шестую пустошь. Сознание, которой он там скрыл, превратилось в Великие Небеса всеобъемлющего Сознания. Со времён древней первобытной эпохи он пережил и увидел множественные бедствия. Можно было представить, насколько огромной силой обладала Абсолютная Пустошь.

«В будущем, когда моё совершенствование достигнет уровня Великого Императора, я обязательно посещу Абсолютную Пустошь. Тем не менее, пока что… — Цинь Му спрятал нефритовую бутылку и прокричал. — Дутянь, готовь карету и собирайся убегать!»

Король Дьяволов Дутяня вдали тут же разбудил девятерых небесных драконов, и карета молниеносно рванула вперёд. Цинь Му подобрал неподвижные тела Шу Цзюня и Божественного Короля Лан Во и запрыгнул в карету, торжественно проговорив:

— Двигайся так быстро, как только можно. Мы должны оторваться от Великих Небес Всеобъемлющего Сознания!

Король Дьяволов Дутяня взревел и взмахнул кнутом, прежде чем ударить по спинам небесных драконов. Ощутив боль, те рванули вперёд что было сил, двигаясь со скоростью молнии.

Дутянь продолжал размахивать кнутом до тех пор, пока не терпение драконов не исчерпалось. Один из них развернул голову и проговорил:

— Парень, хватит ас бить! Мы не звери, не способные понять твоих слов. Ты можешь просто сказать нам бежать со всей силы, и мы подчинимся. Зачем так сильно нас избивать?

Король Дьяволов Дутяня тут же задрожал от ужаса и поспешно спрятал кнут.

Карета Небесного Дракона двигалась всё быстрее. Внутри неё Цинь Му увидел, что лбы Божественных Королей Шу Цзюня и Лан Во покрылись холодным потом. Лучи сознания, сияющие из их вертикальных шестиугольных глаз, становились всё плотнее. Они достигли тридцать пятой пустоши.

Они выглядели так, будто находились под сильным давлением. Очевидно, что разгневанный Великий Император крепко в них вцепился. Он до сих пор мог определить их местоположение несмотря на то, что карета уже давно покинула то место, где они были раньше.

Цинь Му нахмурился и проговорил:

— Дутянь, эта карета может войти в Юду? Тащи нас туда!

Король Дьяволов Дутяня быстро отдал приказ и услышал громкий стук, когда карета проникла в Юду. Округа тут же потемнела, вокруг девяти драконов разразился гром, и они на полной скорости влетели во тьму.

Два Божественных Короля, Шу Цзюнь и Лан Во, внезапно начали выглядеть так, будто они освободились от невероятно тяжелого бремени, и медленно пришли в себя.

— Это было близко! — Божественный Король Лан Во вытерла пот с лица и похвалила. — Великий Император и вправду силён, он давил на нас настолько сильно, что мы едва не задохнулись! Тем не менее, я воспользовалась этой возможностью, чтобы открыть Абсолютную Пустошь!

Цинь Му облегчённо вздохнул, увидев, что они оба в порядке.

Шу Цзюнь огляделся по сторонам и слегка изменился в лице, спросив:

— Святой младенец, что это за место?

Божественный Король Лан Во тоже начала осматриваться. На её лице возникло выражение ужаса, и она спросила дрожащим голосом:

— Неужели это Юду?

В небе перед Каретой Небесного Дракона текли два длинных жёлтых потока. Это были рога Графа Земли, сформированные из бесчисленных разрушенных миров. Вместо воды в этих источниках была лава.

Перед этим огромным древним богом витал клон Небесного Преподобного Юя. Несмотря на то, что он был в десять раз меньше Графа Земли, он всё же был невероятно огромным!

— Быстро, уходим! — прокричал Шу Цзюнь. — Граф Земли и мы, мастера создания, когда-то были заклятыми врагами!

Цинь Му был слегка ошеломлен. Он собирался приказать Королю Дьяволов Дутяня развернуть карету, чтобы покинуть Юду, когда внезапно заметил, как огромный Граф Земли повернул голову в их сторону и уставился на них своими тремя глазами.

На лбу Божественного Короля Лан Во снова вспыхнул холодный пот. Вылетев из кареты, она обогнала драконов, бросаясь вперёд.

— Святой младенец, ты обещал мне, что хорошо позаботишься о расе мастеров создания. Не забудь о своём обещании! — прокричала она, не оборачиваясь. — Уходите без меня!

Внезапно перед ней появился Цинь Му. Взмахнув рукой, он открыл Врата Небесной Воли.

Взгляд Графа Земли вспыхнул, тут же их разрушив.

На лбу Цинь Му выступили вены. Активировав свою жизненную Ци, он открыл новые Врата Небесной Воли, но те тоже рассыпались.

— Это бесполезно, — Божественный Король Шу Цзюнь вздохнул и подошёл к Цинь Му. Встав плечом к плечу с Божественным Королём Лан Во, он покачал головой и проговорил. — мастера создания и древние боги — враги. В прошлом, когда древние боги нас убивали, Граф Земли был одним из их лидеров. Он нас не отпустит. Святой младенец, Лан Во, уходите без меня. Я останусь и разберусь с этим!

Цинь Му фыркнул и снова попытался открыть Врата Небесной Воли.

Граф Земли, казалось, слегка взбесился. Отвернул голову он отказывался смотреть в их сторону, ошеломляя Божественных Королей Лан Во и Шу Цзюня. Они задавались вопросом, почему он не пытается их убить.

Цинь Му облегчённо вздохнул и прошептал:

— Граф Земли решил сделать мне небольшую услугу и сделать вид, что не видит нас. Быстро, убираемся отсюда!

Глава 1015. Мeч Cтаpейшины, Hoга Oдноногого

Лан Во и Шу Цзюнь переглянулись, подавляя удивление в своиx сердцах. У них не было времени на размышления, поэтому они поспешно вошли во Врата Небесной Воли.

Цинь Му подождал, пока Дутянь, Янь’эр, цилинь и остальные войдут во врата Небесной Воли, собираясь войти после них. Внезапно над его головой проплыл бумажный кораблик, и Старший Вестник Смерти, сидящий на его борту, проговорил:

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, останься.

Цинь Му остановился и проговорил:

— Небесный Преподобный Ю, чем я могу тебе помочь?

Старший Вестник Смерти ответил:

— Граф Земли поручил мне спросить тебя, почему ты связываешься с мастерами создания. Он говорил, что они злые и хитрые люди, совершившие много зла. В древние годы они принесли горе во вселенную и совершили ужасные вещи. Действовать с ними сообща это то же, что помогать тигру убивать свою жертву. Ты потеряешь поддержку Древних Богов.

Цинь Му проговорил покорным тоном:

— Небесный Преподобный Ю пожалуйста, передай Графу Земли, что именно благодаря его поддержке мне удалось получить звание Неуязвимого Великого Чародея. Естественно, я ни в коем случае не буду действовать опрометчиво. Что касается мастеров создания, тоя лишь использую их силу, чтобы избавиться от Великого Императора. Следовательно, мы лишь используем друг друга. Я не собираюсь объединяться вместе с ними против древних богов. Я покорно преклоняюсь перед Графом Земли, с глубоким уважением и смирением.

Старший Вестник Смерти уставился на него и проговорил. Через некоторое время он проговорил:

— Тебе не кажется, что твоё последнее предложение — это уже немного чересчур? Граф Земли не Небесный Император, не стоит говорить об уважении и смирении.

Цинь Му уверенно ответил:

— Граф Земли взрастил меня. Будучи младшим, я должен относиться к нему именно так.

Старший Вестник продолжал смотреть на него. Не удержавшись, он покачал головой и проговорил:

— Иди, я поговорю с Графом Земли.

Цинь Му поблагодарил и спросил:

— Как дела у Небесного Преподобного Юя?

Он был спокоен, пока Цинь Му не упомянул о Небесном Преподобном Юе. Но услышав о нём, гнев Старшего Вестника Смерти вылился через верх, и он яростно прокричал:

— Его украли!

Цинь Му испуганно воскликнул:

— Небесного Преподобного Юя кто-то украл? Кому хватило смелости пробраться в Юду и украсть его? Разве ты за ним не следил?

— Я должен ходить по мирам и пожинать души, направляя их сюда. Существуют миллиарды вещей, требующих моего уважения. Откуда у меня время, чтобы за ним следить? — Старший Вестник Смерти ответил с неприятным выражением лица. — Он мой старший брат, а не сын. Я мог присматривать за ним лишь когда у меня было время. Я позволил ему путешествовать по Юду и не ожидал, что кто-то проберётся сюда и украдёт его.

Цинь Му с подозрением спросил:

— Откуда взялся тот негодник, что украл Небесного Преподобного Юя?

— Откуда? Ясное дело, он с твоей семьи! — холодно рассмеявшись, проговорил Старший Вестник Смерти. — Тебе стоит лучше следить за своими родственниками. Они невероятно дерзки, и осмеливаются творить зло даже в Юду! Тем не менее, я не буду уделять этому слишком много внимания. Если бы Небесный Преподобный Юй остался в Юду, это и вправду бы помешало его развитию. Тем не менее, твои старики водят его по миру, чтобы воровать, и это плохо. Они могут быть схвачены райскими небесами!

Цинь Му кивнул головой и проговорил:

— Я определённо накажу дедушку одноногого и не дам ему причинить вред Небесному Преподобному Юю. Небесный Преподобный Ю, пожалуйста, успокойся.

Старший Вестник Смерти проводил его. После этого он вернулся к области у третьего глаза Графа Земли и передал ему слова Цинь Му.

Граф Земли озадаченно проговорил:

— Покорно поклоняется передо мной, с глубоким уважением и смирением? Он и вправду такое сказал?

Старший Вестник Смерти кивнул:

— Он казался довольно искренним.

— Я редко удостаиваюсь такой чести. Я не буду наказывать его за то, что случилось сегодня. Сделай для него новую запись.

Старший Вестник Смерти послушался и проговорил:

— Теперь, когда Небесный Преподобный Му отделился от Сына Юду, мне стоит записать этот случай отдельно?

Граф Земли проговорил:

— В прошлом он и Сын Юду были одним целым, и зло, которое совершил Сын Юду, также является злом, которое совершил он сам. Мы должны оставаться справедливыми. То, что они теперь отдельны, не означает, что его прошлые преступления можно забыть.

Старший Вестник Смерти кивнул и проговорил:

— Граф Земли и вправду беспристрастен.

Цинь Му вернулся в мир живых и увидел неподалёку от Карету Небесного Дракона. Божественный Король Лан Во и остальные ждали его снаружи. Её лицо, а также лицо Шу Цзюня, до сих пор были слегка бледными.

— Сестра Божественный Король, ты не боишься Небесного Преподобного Циня или любого другого Небесного Преподобного. Почему ты боишься Графа Земли? — озадаченно спросил Цинь Му.

— Граф Земли — заклятый враг мастеров создания, — Божественный Король Лан Во покачала головой и ответила. — Даже твой брат, Маленький Граф Земли, держал нас в ужасе, не говоря уже о Графе Земли.

Цинь Му был ошеломлён. В Великой Пустоши деревня Беззаботная постоянно терпела поражения от мастеров создания. Но после прибытия Цинь Фэнцина ситуация кардинально изменилась.

Несмотря на то, что мастера создания Мира Парамиты обладали несравнимо сильным сознанием, они несли тяжёлые потери, сражаясь с Цинь Фэнцином. Многие из них и вовсе были сожраны этим головастым младенцем.

Казалось, что Великое Дао Юду было способно их подавить.

Шу Цзюнь добавил:

— Несмотря на то, что у нас сильное сознание, наши исконные духи крайне слабы. Это делает слабыми и наши души, что позволяет Цинь Фэнцину с лёгкостью их пожирать. Он Маленький Граф Земли. В сражении с Графом Земли, наша слабость становится ещё более заметной. Граф Земли может убивать нас с невероятной лёгкостью. В великой битве во время древней первобытной эпохи, количество мастеров создания, которых он убил, было намного больше, чем количество жертв Небесного Императора, Небесного Герцога и Матери Земли вместе взятых!

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Я не была свидетелем великой битвы первобытной эпохи, но духи предков рассказывали мне о славе Графа Земли. Возглавив реформу мастеров создания Мира Парамиты, я приняла систему божественных сокровищ и райских дворцов и ступила на путь совершенствования исконного духа, надеясь избавить мастеров создания от их недостатков. Тем не менее, в сражениях с Цинь Фэнцинем мы всё равно оказывались в крайне невыгодном положении.

Цинь Му рассмеялся и проговорил:

— Вы изучили технику совершенствования исконного духа деревни Беззаботной, которая сильно уступает технике Вечного Мира. В одной и той же области исконные духи практиков, богов и дьяволов Вечного Мира намного сильнее. Взять, к примеру, меня и Императора-Основателя. В одной и той же области мой исконный дух сильнее, чем у него, в несколько раз!

Лан Во и Шу Цзюнь, казалось, не были убеждены его словами.

Шу Цзюнь видел битву между Цинь Му и Императором-Основателем. Несмотря на то, что Цинь Му был сильнее, его перевес был не настолько значительным.

Тем не менее, они не понимали, что Цинь Му не пытался хвастаться.

Сила Императора-Основателя заключалась в его боевом мастерстве. Его двадцатая форма меча и тридцать четвёртые небеса пути меча были настолько сильны, что компенсировали недостатки его совершенствования.

Цинь Му, с другой стороны, обладал невероятно сильным исконным духом и магической силой. Совершенствование его исконного духа не имело себе равных. Его божественное сокровище Духовного Эмбриона, в сочетании с его исконным духом и магической силой, могло потягаться с богом области Яшмового Водоёма, а после того, как он открыл райские дворцы, то стал таким же сильным, как эксперт области Сцены Казни Бога.

Несмотря на то, что во время сражения с Императором-Основателем они, казалось, были одинаково сильны, на самом деле это произошло потому, что меч Императора-Основателя был намного сильнее, чем его собственный.

Тем не менее, исходя исключительно из силы исконного духа, Император-Основатель значительно уступал Цинь Му.

Цинь Му оглянулся и нахмурился. Изначально он хотел отправиться из Долины Падшего Бога к Речной Гробнице, но теперь, когда они вошли и вышли из Юду, местность вокруг значительно изменилась. Теперь они были далеко от Речной Гробницы и стали ближе к Бачжоу.

«В таком случае, сначала нужно отправиться в Небесную Святую Академию и встретиться с бабушкой Сы.»

Погрузившись в карету вместе с Божественными Королями Лан Во и Шу Цзюнем, он приказал Королю Дьяволов Дутяня двинуться в сторону Небесной Святой Академии. Затем он достал нефритовую бутылку, в которой скрывалось сознание Великого Императора и проговорил:

— Когда я буду перерабатывать сознание Великого Императора, я не хочу получить его совершенствование, мне нужны лишь его воспоминания. Его сознание принадлежит вам.

Божественный Король Лан Во некоторое время колебалась, прежде чем кивнуть и проговорить:

— Огромная часть совершенствования сознания Великого Императора базируется не на его собственных усилиях, а на подношениях мастеров создания. Его сознание не чисто, что ограничивает его достижения. Среди духов предков мастеров создания в Великой Пустоши ходили слуги, в которых говорилось, что причиной, по которой Великий Император потерпел поражение в бою с древними богами, было то, что его совершенствование полагалось на подношения мастеров создания, из-за чего у него был серьёзный недостаток. Если бы его совершенствование базировалось на его собственных усилиях, то он мог бы с лёгкостью справиться с древним Небесным Императором и остальными древними богами.

Глаза Шу Цзюня загорелись, он улыбнулся и проговорил:

— Если вас не интересует сознание Великого Императора, то я с радостью возьму его себе. Божественный Король Лан Во, оно тебе нужно?

Божественный Король Лан Во некоторое время колебалась, прежде чем ответить:

— Я готова поровну разделить его с Божественным Королём. С моим сегодняшним уровнем совершенствования будет крайне сложно достичь следующего уровня. Несмотря на то, что сознание Великого Императора не очень чисто, попробовать всё-таки стоит. Тем не менее, я хотела бы предложить разделить его натрое, и дать одну часть святому младенцу.

Цинь Му не понимал о чём она говорит.

Божественный Король Лан Во мягко проговорила:

— В будущем, если твоё совершенствование застрянет, и тебе будет сложно продвинуться вперёд, ты сможешь переработать сознание Великого Императора, чтобы поднять своё совершенствование. Мои мастера создания также могут собраться вместе и поднести тебе подношения, чтобы увеличить твои силы.

Цинь Му некоторое время подумал и кивнул.

Они трое исполнили свои божественные искусства, чтобы переработать сознание, полностью сконцентрировавшись на этой задаче, в то время как Карета Небесного Дракона несла их в сторону Небесной Святой Академии.

***

В столице Вечного Мира Император-Основатель поклонился и попросил попросил Бога Меча Су Мучжэ остановиться:

— Получив твои наставления, Е Кай обрёл много пользы. Старший, не стоит провожать меня дальше.

Старейшина деревни настаивал на том, чтобы идти дальше:

— Ты научил меня в сто раз больше, чем я научил тебя. Учитывая таланты брата Е, ты один из двух гениев Дао Меча, которых я встречал. Я должен тебя проводить.

Император-Основатель был озадачен:

— Старший видел кого-то, чьё Дао Меча не уступает моему? Можно узнать, не является ли этим человеком Небесный Преподобный Му?

Старейшина деревни покачал головой и рассмеялся:

— Несмотря на то, что Дао Меча Му’эра великолепно, он не в силах усидеть на месте и ещё не сумел изучить его достаточно хорошо. Его сердце меча не чисто. Эксперт, способный сравниться с твоим Дао меча, это предыдущий Имперский Наставник Вечного Мира, Цзян Байгуй из Речной Гробницы.

Император-Основатель изменился в лице и проговорил:

— Можно узнать где сейчас находится Имперский Наставник?

— Его схватили райские небеса, и теперь он сидит в великой тюрьме вместе с Императором, — ответил старейшина деревни. — Сердце Меча Цзян Байгуя невероятно чисто, а его Дао изумительно, будто вселенная, объединяющая в себе бесчисленные Дао. Он превратил своё Дао Меча в десятки тысяч Дао, а его сердце меча чище и ярче чем всё, что я видел до этого. Более того, он основал пятнадцатую, шестнадцатую и семнадцатую формы меча. Если ты встретишься с ним, то у вас определённо получится длинный и приятный разговор.

Император-Основатель некоторое время молчал, прежде чем вздохнуть:

— Жаль, что он в великой тюрьме. Я не знаю, когда нам повезёт встретиться. Теперь я должен посетить другие академии и изучить реформу Вечного Мира, у меня нет времени навещать его в тюрьме. Если так распорядится судьба, то мы встретимся в будущем! Мне пора уходить, прощай.

Старейшина деревни смотрел, как тот исчезает за горизонтом, и вернулся в Небесную Святую Академию лишь спустя некоторое время.

Вскоре к нему пришли слепой и немой. Голос немого прогремел, будто огромный звон:

— Старейшина, ты встречал того человека, по имени Е Кай? Он и вправду настоящий самородок. Вечный Мир нуждается в таком таланте! Почему ты не уговорил его остаться?

Старейшина деревни покачал головой:

— Нет ничего странного в том, что Император-Основатель талантлив. Но как я мог бы заставить его остаться?

Слепой и немой потеряли дар речи от удивления.

Когда он пришёл ко мне, я мог ощутить его ауру даже не глядя на него. Я почувствовал, что он был владыкой Дао Меча, возвышающимся над тридцатью четырьмя небесами. В тот момент я понял, что ко мне пришёл сильнейший эксперт Дао меча, — равнодушно проговорил старейшина деревни. — После достижения определённого уровня мастерства, мастера меча чувствуют, что перед ними стоит вершина, которую невозможно преодолеть. Этой вершиной является Император-Основатель, вечно стоящий впереди остальных. Цель его визита в том, чтобы передать Вечному Миру двадцатую форму меча.

Глaва 1016. Пpошлое Будто Сон

— Мастера Дао Меча чувствуют вершину, которую они не могут преодолеть?

Немой и слепой переглянулись и решили скрыть тот факт, что они встречались с Императором-Основателем и отругали его прямо в лицо. Захихикав, слепой проговорил:

— K счастью, на пути построений нет подобной вершины, я не встречал такого существа.

Немой покачал головой, добавив:

— Я тоже не встречал такого существа на пути ковки. Вы, люди, изучающие Дао Меча, просто слишком пессимистичны. Странно, что Му’эр никогда об этом не упоминал.

Услышав это, старейшина деревни поник:

— Му’эр не боится никого и ничего, он не чувствует этой вершины. Учитывая его грубый и безрассудный характер, то даже если бы он её почувствовал, он бы без раздумий на неё помочился! Если мои оценки верны, то если его Дао Меча сделает ещё один шаг, то оно отобьётся на вселенной, он станет первым человеком, кому удастся сделать это с помощью Великого Дао после начала, и он свергнет доисторических существ.

Сердца немого и слепого дрогнули. Что за область навыка могла отпечататься на вселенной и свергнуть доисторических существ?

— Дао Меча, Ножа, техники построений и ковки — это Великие Дао, созданные формами жизни после начала. Более того, Дао Меча Императора-Основателя и вправду невероятно силён.

Старейшина деревни проговорил:

— Каждый, кто совершенствует Дао Меча, способен отчётливо его чувствовать и не может игнорировать его достижений. Я чувствую, что он близок к вершине Дао Меча. Возможно, именно ему удастся оставить след Дао после начала на пустоши вселенной. Как только это случится, то можно будет без преувеличения называть его Высшим Практиком Дао Меча.

Слепой и немой были потрясены. Уровень мастерства, о котором говорил старейшина, попросту был слишком высоким. Несмотря на то, что у них тоже были высокие способности и достижения, они не могли даже вообразить ужасающее количество понимания и работы, которые требовались для того, чтобы оставить отпечаток Дао на пустоши вселенной.

Старейшина деревни облегченно вздохнул и улыбнулся:

— Интересно, как на райских небесах поживает Му’эр? Когда я представляю себе количество проблем и унижений, через которые ему придётся пройти, столкнувшись с богами райских небес, я…

Его глаза покраснели. Он поспешно перестал думать о Цинь Му и изменил тему:

— Что вы здесь делаете?

— Му’эр вернулся! — улыбнувшись, проговорил слепой. — об этом нам сказал мясник! Два дня назад Му’эр посетил Академию Вздымающейся Реки, и тот его прогнал! Я думаю, что скоро он покажется здесь!

Старейшина деревни был невероятно взволнован, его глаза снова покраснели:

— Му’эр вернулся? Это хорошо… Погодите, ты говорил, что когда Му’эр вернулся, он сначала навестил мясника, а не нас? Он и вправду любит мясника больше, чем нас. Наше воспитание оказалось напрасным…

Немой хмыкнул и добавил:

— Когда он сюда придёт, мы должны проявить к нему наивысшее гостеприимство!

Старейшина и слепой кивнули.

Карета Небесного Дракона приближалась к Небесной Святой Академии. Внутри неё Цинь Му, Божественный Король Лан Во и Шу Цзюнь наконец переработали сознание Великого Императора в бутылке. Каждый из них получил свою часть. Божественный Король Лан Во тут же поглотила свою часть, значительно увеличив уровень своего совершенствования.

Шу Цзюнь, в свою очередь, уже умер, и с момента своего воскрешения так и не успел восстановить своё физическое тело. Поэтому, обретя сознание Великого Императора он тут же восстановил своё физическое тело.

Будучи одним из трёх первобытных королей, Шу Цзюнь был невероятно умным. Он знал, что переработанное сознание уступает его собственному, поэтому решил потратить его на то, что бы восстановить своё тело.

Его хрупкое и слабое тело стало невероятно огромным и внушительным. Его физическая сила ничем не уступала эксперту области Непостижимого Неба!

Цинь Му переполняла зависть.

Кроме того, им удалось изучить Великое Всеобъемлющее Сознание, скрывающееся в сознании Великого Императора. Цинь Му наконец заполнил пробелы в своём понимании техники, вот только в неё всё ещё не хватало техники совершенствования райских небес.

Тем не менее, овладев Великим Всеобъемлющим Сознанием Области Императорского Трона, Цинь Му был невероятно доволен.

В его пятнадцати райских дворцах, дворец Великого Всеобъемлющего Сознания стал невероятно грубым и тяжёлым. Он давил на тринадцать остальных дворцов и, казалось, пытался заменить собой главный райский дворец Цинь Му!

«Если гость превосходит хозяина, боюсь, может случиться беда.»

Цинь Му слегка нахмурился. Осмотрев свои райские дворцы, он взволновался. Восемь из них были неполными. Учитывая силу райского дворца Великого Всеобъемлющего Сознания, если тот заменит его собственный главный дворец, это будет значить, что путь Великого Императора лучше его пути.

Замена райского дворца не была проблемой, но это причинило бы огромный вред его сердцу Дао!

Если бы райской дворец Великого Всеобъемлющего Сознания заменил его собственный, его непобедимое сердце Дао разрушилось бы. Он волновался, что если будет использовать райский дворец Великого Всеобъемлющего Сознания в качестве главного, и на его основе построит райские небеса, то в итоге станет лишь ещё одним Великим Императором и не сможет его превзойти.

Тем не мене, если его сердце Дао разрушится, то будет существовать возможность, что ему и вовсе не удастся оправиться.

— Дедушка слепой, бабушка Сы, вы должны начать усердно работать, чтобы открыть свои техники Императорского Трона…

Цинь Му глубоко вздохнул, думая: «За многие годы райские небеса собрали множество техники Императорского Трона. Если бы мне удалось украсть и передать их Вечному Миру, бабушка и остальные могли бы обрести огромную пользу, и их совершенствование значительно бы увеличилось. Возможно, в итоге им удалось бы создать свои собственные техники Императорского Трона. Жаль…»

Наконец, Карета Небесного Дракона прибыла к Небесной Святой Академии. Цинь Му вышел наружу, и не успев войти во врата, услышал звуки «Ма Ха» вдали. Сотни драконов радостно взревели, окружая его и цилиня.

Драконы облизывали его до тех пор, пока его тело полностью покрылось слюной. С огромными усилиями ему наконец удалось вырваться на свободу. Тем не менее, цилинь до сих пор находился в ловушке и Янь’эр пришлось достать несколько духовных пилюль, чтобы отвлечь от себя внимание драконов.

Цинь Му привёл себя в порядок и достал зеркало, чтобы убедиться, что на его лице не осталось слюны, после чего вошёл в академию.

Теперь Небесная Святая Академия называлась Небесным Святым Культом. Тем не менее, её методы обучения остались неизменными.

Бабушка Сы, глухой и целитель остались здесь, чтобы заниматься делами академии, поэтому место было в хорошем состоянии.

— Му’эр, какая с тобой красивая девушка.

Бабушка Сы смерила Божественного Короля Лан Во взглядом. Чем больше она на неё смотрела, тем сильнее радовалась. Она тайком подняла большой палец, отчего лицо Цинь му покраснело. Он поспешно отправился на поиски целителя. Глаза глухого загорелись, и он достал кисть, чернила и бумагу. Усевшись, он собрался начать рисовать портреты Бабушки Сы и Божественного Короля Лан Во, но долго колебался, не зная с чего начать.

Божественный Король Лан Во взглянула Бабушку Сы и не могла не похвалить:

— Младшая сестра очень красива.

Бабушка Сы рассмеялась и проговорила:

— Почему ты называешь меня младшей сестрой? Ты должна называть меня бабушкой.

Божественный Король Лан Во была ошеломлена. Немного поколебавшись, она проговорила:

— В этом году мне исполнится миллион пятьдесят тысяч лет. Могу я поинтересоваться о возрасте бабушки?

Бабушка Сы испугалась и обратилась к глухому:

— Позаботься о младшей сестра Лан Во. Я должна поговорить с Му’эром.

Глухой не услышал его слов. Он продолжал держать кисть в руке, пытаясь нарисовать Божественного Короля Лан Во. Тем не менее, он всё ещё не знал, как начать.

Эта женщина попросту была слишком красивой. Независимо от того, как он бы он не пытался её нарисовать, упустить её красоту было бы слишком просто. Спустя некоторое время глухой вздохнул и спрятал свои инструменты.

Божественный Король Лан Во моргнула и подумала: «У святого младенца очень странная семья.»

Когда глухой нашёл бабушку Сы, то увидел, что та держит Му’эра за ухо, чтобы прочесть ему лекцию.

Цинь Му покорно кивнул головой, не смея с ней спорить. Неподалёку от них целитель, одетый в свою бронзовую маску, собирал травы. Он не пытался их успокаивать и лишь радостно наблюдал за происходящим.

— Я не могу её нарисовать, —— смущённо проговорил глухой. — Я могу нарисовать таких красавиц, как бабушка Сы, и десятки тысяч других вещей в мире. Единственное, что мне не под силу, это Божественный Король Лан Во.

Цинь Му держался за ухо, с любопытством спрашивая:

— Дедушка глухой, красота бабушки не уступает Божественному Королю Лан Во. Если ты можешь нарисовать бабушку, то почему тогда тебе не удаётся нарисовать Божественного Короля Лан Во?

Глухой взял его за руку и проговорил:

— Идём со мной.

Они подошли к Божественному Королю Лан Во и каждый из них достал бумагу, кисть и чернила, собираясь рисовать.

Бабушка Сы и целитель тоже подошли к ним, желая увидеть, как эти святые искусств рисуют.

Божественному Королю Лан Во становилось всё более любопытно. Она сидела, тихо наблюдая за происходящим.

Цинь Му и глухой молчали, внимательно осматривая красавицу впереди. Когда Цинь Му собирался начать рисовать, он почувствовал, что его произведение запятнало бы эту красоту, и он не мог начать.

Глухой столкнулся с той же проблемой.

Бабушка Сы и целитель удивлённо цокнули языками. Двое святых искусств держали свои кисти, не в силах начать.

— Теперь ты знаешь, почему не можешь нарисовать Божественного Короля Лан Во, но можешь нарисовать Бабушку Сы?

Глухой глубоко вздохнул, бросив кисть на пол. Он проговорил:

— Бабушка Сы — человек. Несмотря на то, что она совершенствовалась до области богов и обладает невообразимой красотой, которую нельзя передать словами и стихами, я всё же могу отразить её красоту. Но что касается девушки, которую ты привёл, она не человек. В ней нет человеческих чувств, только чувства бога. Поэтому запечатлеть её красоту очень сложно, и, следовательно, нарисовать её тоже сложно. Целитель, сними свою маску.

Целитель был слегка ошеломлён, услышав слова глухого. Тем не менее, он послушался и снял бронзовую маску, закрывающую его лицо.

Глухой посмотрел на Божественного Короля Лан Во, в то время как она смотрела на целителя. Покачав головой, он проговорил:

— Красивый мужчина, поразивший весь мир, не смог вызвать у Божественного Короля никаких эмоций. Я не в силах её нарисовать.

Цинь Му опустил кисть и растерянно посмотрел в несравнимо чистые глаза Божественного Короля Лан Во.

Божественный Король Лан Во мило улыбнулась в ответ, на что Цинь Му тоже улыбнулся. Внезапно он почувствовал облегчение.

Даже Святой Искусств Небесной Живописи не мог нарисовать этой женщины. В конце концов, она не была такой, как он. С тех пор как он встретил Божественного Короля Лан Во, он был очарован её красотой, и не думал, что сердце этой богини не знает подобных чувств.

Он думал, что Юнь Чусю была предметом создания, и её красота базировалась на чертах Божественного Короля Лан Во. Тем не менее, после напоминания глухого, он внезапно осознал, что Божественный Король Лан Во не знала человеческих чувств и не знала семи эмоций и шести удовольствий.

В отличии от неё, Юнь Чусю, в которую превратилась Госпожа Юаньму, больше напоминала человека. Несмотря на то, что она была созданной искусственно, у неё была человеческая природа, в то время как Божественный Король Лан Во была богиней, возвышающейся над другими и обладающей непоколебимым сердцем.

Она обладала божественной, а не человеческой природой.

Лучшем решением было восхищаться её красотой молча.

Он успокоил желания в своём сердце и снова посмотрел на Божественного Короля Лан Во. Наконец он мог смотреть на неё со спокойной душой.

— Когда я наслаждался ароматом цветка абрикоса, прошлое казалось лишь сном.

С чистым сердцем Цинь Му начал рисовать, изображая женщину напротив на бумаге.

Глухой был шокирован. Стоя рядом с Цинь Му он внимательно наблюдал. Красотка на рисунке Цинь Му уступала настоящей Лан ВО. Тем не менее, девушка выглядела так, будто была настоящим человеком. Её глаза были живы и полны эмоций, на её лице виднелось выражение застенчивости.

Глухой поднял взгляд, смотря на Божественного Короля Лан Во, и думая про себя: «Му’эр рисует девушку, которую любит, а не её.»

Он почувствовал что-то в своём сердце и собрался с мыслями, прежде чем достать кисть и тоже начать рисовать.

Используя свою божественную природу, он начал рисовать настоящую Лан Во.

Глaва 1017. Heбесный Препoдобный Mу Живёт со Стариками

Цинь Му и глухой продолжали рисовать. Один пытался запечатлеть свои чувства в картине, в то время как другой пытался заглушить своё смертное сердце и войти в умственное состояние бога, чтобы нарисовать портрет бога.

Цинь Му рисовал Божественного Короля Лан Во, но его рисунок был неточным, так как на нём была изображена его любовь.

Глухой хотел довести преобразование своего пути живописи до конца и воплотить в нём своё Дао.

Его аура становилась всё более отчётливой, в то время как его божественная природа усиливалась. Кисть в его руках увеличивалась, превращаясь в божественное оружие для создания жизни. Под её прикосновением появлялся новый бог.

Спустя некоторое время Цинь Му закончил свою работу и отложил кисть в сторону.

Глухой продолжал создавать жизнь своей кистью, излучающей ауру создания. На картине постепенно появлялась плоть, кости и кровь женщины.

Божественная природа женщины становилась всё более заметной.

В её красоте не было ни единого изъяна. Она обладала изящной, элегантной аурой, и естественной красотой. На ней была невероятно красивая небесная одежда.

Её кожа, казалось, концентрировала в себе всю красоту неба и земли. Её пальцы были чистыми, а на их кончиках виднелись бесчисленные изменения, напоминающие Дао. Она выглядела будто дух, рождённый от всего доброго, несмотря на то что на самом деле её нарисовал глухой.

После последнего взмаха кисти глухого все вокруг почувствовали слабую ауру. Она исходила от Великого Дао после начала, появляющегося в кисти глухого.

Он дал женщине на картине божественную природу, форму, душу и жизнь.

Цинь Му ошеломлённо наблюдал за происходящим. Открыв глаз в своём межбровье он увидел, что Дао глухого напоминало иллюзорный туман, медленно распространяющийся вокруг. Он отпечатывался не небо, землю и пустошь.

Это не было реформой или изменением сердце людей, это было создание новой техники, нового Дао.

Глухой молчал. После его последнего взмаха Лан Во на картине ожила и обрела душу. В неё также содержалось его собственное Дао.

Наконец он положил свою кисть и закончил картину.

В этот момент он начал плакать и улыбаться от радости, испытывая умиротворение и веселье.

Он чувствовал своё Дао. Будучи одним из двух самых слабых стариков деревни, он не слишком заботился о божественных искусствах и техниках.

Если бы не давление со стороны Цинь Му и надсмотр стариков, глухой не смог бы избавиться от своего божественного моста и заменить его Райской Рекой, чтобы увеличить своё совершенствование.

Тем не менее, теперь он чувствовал, как его энергия и жизненная Ци начали течь по странному маршруту, описанному техникой, которую он создал самостоятельно.

Техники и божественные искусства были лишь воплощением Дао. Он совершенствовал техники других, поэтому совершенствование не интересовало его, так как он стремился обрести своё собственное Дао.

И вот, наконец, он нашёл и открыл своё Дао. Благодаря этому, его техники и божественные искусства начали появляться естественным образом.

На пути литературы даже самые опытные люди время от времени нуждались во вдохновении для того, чтобы написать что-то блестящее.

То же самое было на пути живописи.

Бабушка Сы и целитель подошли, чтобы посмотреть на картины, начиная бесконечно их восхвалять.

На лице бабушки Сы была улыбка, она тайком ткнула целителя пальцем и прошептала:

— Ты в этом разбираешься?

Целитель продолжал улыбаться, прошептав в ответ:

— Нет.

— Я тоже, — улыбалась бабушка Сы.

Божественный Король Лан Во тоже подошла к ним и взглянула на картины. Нарисованная женщина была такой же, как и она, элегантной и чистой. Он невероятно точно передал её внутренние чувства.

Эта женщина была мирной, но далёкой. Она двигалась и выглядела как Божественный Король Лан Во. У неё были свои мысли и идеи, и даже своё совершенствование.

Они смотрели друг на друга несмотря на то, что находились в разных мирах.

Божественный Король Лан Во похвалила:

— Несмотря на то, что путь живописи не является созданием, они всё же похожи. Я не могу различить женщину на картине от себя.

Глухой проговорил:

— У Му’эра тоже неплохая картина.

Божественный Король Лан Во посмотрела на картину Цинь Му. Он не смог запечатлеть её божественной природы, поэтому женщина на картине отличалась от настоящей. Техника Цинь Му не шла ни в какое сравнение с техникой немого.

Взглянув на женщину на картине, Божественный Король Лан Во увидела спокойную девушку, которая сидела на голове огромной змеи и нюхала цветок. В её улыбчивом выражении чувствовалась застенчивость.

— Рисунок святого младенца похож на меня, но всё же слегка отличается. Должно быть, он вложил в него свои романтические идеалы.

Божественный Король Лан Во отвела свой взгляд и спросила:

— Можно мне взять эти картины?

Глухой кивнул и проговорил:

— Конечно.

Цинь Му тоже кивнул.

Глухой снова потянул Цинь Му за собой, и она начали рисовать. В процессе старик передавал ему своё новое понимание пути живописи.

Божественный Король Лан Во свернула обе картины. Недолго подумав, она достала одну из них и сожгла её.

Она уставилась на потухшее пламя ужасающим взглядом, прежде чем взмахнуть рукой, чтобы рассеять пепел.

Бабушка Сы прошептала:

— Целитель, как ты думаешь, какую картину она сожгла?

Немного подумав, целитель проговорил:

— Я думаю, что она сожгла картину Му’эра. Он заставил её выглядеть ужасно. Если бы меня нарисовали некрасивым, то я бы определённо сжёг такую картину.

Бабушка Сы плюнула и проговорила:

— Думаю, что она сожгла картину глухого.

Целитель не понимал, о чём она.

— Глухой нарисовал её слишком точно. Как человек, обладающий несравненной красотой, ей не нужен ни её клон, ни картина с ним. Она могла оставить её лишь для того, чтобы запомнить себя. В таком случае, если бы она потерпела неудачу, то начала бы чувствовать, что её жизнь на картине лучше настоящего. Она не стареет и обладает крепким характером, поэтому не нуждается в чём-то подобном, — ответила бабушка Сы. — Если она захочет убедиться в своей красоте, то ей достаточно всего лишь достать зеркало. С другой стороны, картина Му’эра позволяет ей увидеть чувства, которых ей не хватает. Несмотря на то, что она не совершенна, она вызывает у неё восхищение и совершенно другие чувства.

Целитель улыбнулся:

— Бабушка, это всего лишь твои предположение. Если она не скажет, какую картину сожгла, то мы никогда не узнаем.

Бабушка Сы уверенно ответила:

— Мне кажется, что Божественный Король Лан Во совершенствует какую-то уникальную технику, которая заставляет практика испытывать всё меньше эмоций по мере развития. Именно поэтому эмоции кажутся ей невероятно ценными. Достигая новых уровней совершенствования, практик теряет полный контроль над собой. Это заставляет его отказываться от эмоций, чтобы сохранить сою божественную природу. Поэтому она решила оставить себе эту картину.

Она не могла не вспомнить своей жизни. Заметно погрустнев, она проговорила:

— Мы осознаем, ценность вещей лишь тогда, когда теряем их.

Цинь Му и остальные оставались в Небесной Святой Академии. Божественный Король Лан Во и Шу Цзюнь отправились читать здешние книги, чтобы изучить плоды реформы Вечного Мира и различные техники и божественные искусства.

Божественный Король Лан Во уже открыла свои божественные сокровища и райский дворец. Теперь, чтобы обрести божественное сокровище Райской Реки, ей нужно было разрушить свой божественный мост. Тем не менее, поскольку её совершенствование уже достигло уровня Небесного Преподобного, делать это было крайне опасно, что заставляло её колебаться.

Шу Цзюня не волновала эта проблема, и он тут же попытался открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона.

Тем не менее, вскоре он обнаружил, что не может открыть божественное сокровище в своём теле из-за того, что использовал сознание Великого Императора, чтобы развить его совершенствование до уровня бога области Непостижимого Неба.

Его жизненная Ци, душа и сознание были слишком слабы для того, чтобы открыть духовный эмбрион!

Божественные сокровища открывались внутри физического тела, и его физическое тело было настолько крепким, что он не мог этого сделать!

— Люди Вечного Мира делятся на тех, кто может совершенствоваться, и тех, кто не может. Это зависит от наличия Божественного Сокровища Духовного Эмбриона, — целитель был искусен в медицине, поэтому он приготовил огромную бочку лекарств, воняющих рыбой, уговаривая Шу Цзюня залезть в неё. — В прошлом у практиков божественных искусств Вечного Мира было лишь четыре духовных тела — Зелёный Дракон, Белый Тигр, Красная Птица и Чёрная Черепаха. Люди, у которых их не было, могли в лучшем случае стать практиками боевых искусств, так как им не удавалось открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона, чтобы стать практиком божественных искусств. В итоге Му’эр заменил Божественный Мост Райской Рекой. Несмотря на то, что он не уделял внимания проблемам обычных людей, это сделал я.

Целитель улыбнулся и проговорил:

— Владельцы четырёх духовных тел могут совершенствоваться потому, что они унаследовали Духовный Эмбрион своих предков. Таким образом, открыв его, они обретают возможность совершенствоваться!

— В родословной тех, кто не может совершенствоваться, не было практиков божественных искусств, поэтому у них нету божественного сокровища Духовного Эмбриона. Тем не менее, это не значит, что они не могут совершенствоваться! Им лишь нужно понять как открыть Духовный Эмбрион, и это позволит им начать совершенствоваться и стать практиком божественных искусств!

Целитель взволнованно объяснял всё это Шу Цзюню, лежащему в бочке с лекарствами:

— Это результат моего исследования. Определив местонахождение Духовного Эмбриона в теле практика, можно использовать духовные лекарства, чтобы начать развивать жизненную Ци. Таким образом, обычный человек может накопить достаточно ЦИ, чтобы открыть божественное сокровище. Тем не менее, твоё физическое тело слишком сильно, его нужно смягчить с помощью лекарств.

Шу Цзюнь наблюдал как он наливает в бочку ядовитые вещества и спросил:

— Это яд, верно?

— Расслабься, расслабься! — улыбнулся целитель. — Я заметил, что твоя душа слабее, чем у обычного человека, поэтому использовал несколько сокровищ, чтобы усилить её. Му’эр тоже это делал. Это пойдёт тебе на пользу…

Шу Цзюнь мгновенно ощутил ужасную боль в своей душе, и начал сильно потеть, наблюдая как отрава продолжает наполнять бочку.

Осмотрев яд, целитель проговорил:

— Я помог многие обычным людям стать практиками божественными искусствами. У тебя тоже это получится. Твоё тело слишком сильно, мне нужно добавить ещё несколько сокровищ…

Спустя некоторое время Шу Цзюнь достал серебряную иглу и пронзил ею кожу Шу Цзюня.

— Теперь, когда твоё физическое тело стало мягче, ты можешь попытаться открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона.

Целитель облегченно вздохнул и взглянул на Шу Цзюня в бочке, обнаруживая, что из его рта пошла белая пена и он перестал дышать. Выбежав наружу, он начал вопить:

— Му’эр, Му’эр! Быстро иди сюда! Я случайно отравил того парня с огромной головой, что ты привёл! Его душа покинула тело!

Цинь Му быстро прибыл на помощь и использовал Проводника Душ, чтобы призвать душу Шу Цзюня обратно и засунуть её в тело. Он спросил:

— Дедушка целитель ты снова использовал слишком много ядовитых веществ?

Целитель покраснел и проговорил:

— Его физическое тело было слишком сильным, поэтому я добавил ещё немного яда. Кто мог знать, что его совершенствование было таким слабым…

Глаза Шу Цзюня закатились, и его душе снова покинула тело.

Цинь Му поспешно засунул её обратно, после чего использовал технику создания Небесного Дьявола, чтобы запечатать её внутри и проговорил:

— Сначала помоги ему избавиться от яда!

Они приступили к работе, и наконец сумели избавиться от части яда в теле Шу Цзюня. Закончив, они облегчённо вздохнули.

Шу Цзюнь медленно пришёл в себя. Несмотря на то, что благодаря целителю ему удалось открыть своё божественное сокровище, он начал невероятно бояться мужчины в бронзовой маске и не осмеливался к нему приближаться.

Когда целитель пришёл выпить с ним чаю, Шу Цзюнь ужасно нервничал и осматривался по сторонам. На его лбу не высыхал холодный пот, и лишь когда к ним присоединился Цинь Му, он начал пить свой чай.

Цинь Му, наконец, изучил технику глухого, и обратился к целителю:

— Дедушка целитель, дедушка глухой сумел создать свой собственный путь. Я изучил его технику и открыл райский дворец живописи. Теперь я должен заняться райским дворцом лечения. Как говорится, если не работать в молодости, то нет смысла жалеть себя в старости. Если ты не поработаешь над своим совершенствованием, то у меня будут трудности. Подумай…

Глaва 1018. Дeвушки Станoвятся Hазванными Сёстрами

Целитель уставился на него из-под своей бронзовой маски.

Цинь Му был расстроен, так как в конце концов, его просьба была слегка наглой.

— Некоторое время назад одноногий ограбил несколько могил и принёс мне много трупов демонов, которыx там нашёл. Изучая их и строение тел богов, я и так успел обрести полное понимание искусства лечения. Кроме того, я закончил изучать божественные искусства, благодаря чему могу помогать другим открывать божественные сокровища. Тем не менее, я так и не открыл пути лечения, — лениво ответил целитель. — Я могу изменить мозг или сердце, раскрыть секреты передачи божественных сокровищ и райских дворцов, а также делать пересадку божественных сокровищ или райских дворцов. Но я так и не нашёл пути лечения. Возможно, его попросту не существует.

Цинь Му спросил серьёзным тоном:

— Разве путь лечения не состоит в том, чтобы спасать людей от болезней и улучшать их здоровье?

Целитель разозлился так сильно, что начал смеяться:

— Мерзавец, из твоих слов всё выглядит таким простым. Ты надеешься, что я открою путь, в то время как я полагаюсь в этом на тебя! Почему бы тебе не помочь мне? Я так самоотверженно тебя воспитывал, думаю, что будет правильно, если когда я буду стар, ты отблагодаришь меня открыв сто восемьдесят техник Императорского Трона, из которых я смогу выбрать себе что-то одно. Вместо того, чтобы тяжело совершенствоваться, ты ждёшь, пока мы создадим техники для тебя!

Цинь Му покраснел и пробормотал:

— По меркам богов и дьяволов ты ещё юнец. Как говорится, каждый профессионал развивается в своём направлении. Ты обладаешь лучшими в мире навыками лечения и отравления. Ты достоин своего звания Безликого Короля Ядов. Я всего лишь на втором месте, и не осмелюсь пытаться отобрать у тебя возможность оставить след в истории.

Услышав о следе в истории, целитель был тронут и пошёл на уступки, проговорив:

—— Несмотря на то, что мне удалось полностью изучить строение тел, я ещё не раскрыл секретов исконного духа, от которого зависит циркуляция жизненной Ци. Жизненная Ци течёт как по физическому телу, так и по исконному духу, и понимание её секретов может позволить открыть путь лечения.

Цинь Му ответил вдохновляющим тоном:

— Дедушка целитель, путь создаётся человеком! Раньше не существовало пути живописи, но дедушка глухой сумел создать его и стать его мастером. Пути меча тоже не существовало, но Император-Основатель создал его, сражаясь с Небесными Преподобными! Дедушка целитель может создать путь лечения, становясь лучшим его практиком. Твоя история станет легендой!

Целитель был невероятно взволнован, но недолго подумав, проговорил:

— Тем не менее, помимо понимания исконного духа и жизненной Ци, я также должен изучить сознание. Это слишком сложно, слишком сложно. Одноногий принёс мне много тел демонов, и я смог изучить из физические тела и божественные сокровища, но у них не было сознаний и исконных духов.

— Тебе нужен бессмертный подопытный, который не погибнет при пытках? — поинтересовался Цинь Му.

Целитель кивнул:

— Мне тоже приходила в голову такая идея. Лучшим кандидатом является Син Ань, так как он может выдерживать пытки, но вот его сознание слишком слабо…

Он посмотрел на Шу Цзюня.

Цинь Му тоже посмотрел на Шу Цзюня.

Шу Цзюнь опустил голову. Держа чай и покачиваясь в кресле, он выглядел довольно поникшим.

— Его душа слишком слаба, — покачал целитель. — Я дважды убивал его своей отравой. Его душа едва не сбежала.

По лицу Шу Цзюня тут же потекли слёзы, падая в чай.

Цинь Му улыбнулся:

— Не стоит волноваться, дедушка. Бабушка обучила меня технике создания Небесного Дьявола, я не дам его душе сбежать.

Шу Цзюнь бросил на него яростный взгляд.

Не обращая на него внимания, Цинь Му продолжил:

— Подумай, дедушка. Где ещё ты найдёшь такого сильного мастера создания, который лишь начал совершенствовать свои божественные сокровища и исконный дух? Более того, он является первобытным божественным королём. Его сознание такое же сильное, как моё, а его физическое тело обладает невероятной жизненной силой. Его душа медленно растёт.

Глаза за маской целителя сияли всё ярче и ярче, и он наконец кивнул, смотря на Шу Цзюня.

Тот дрожал, говоря хриплым голосом:

— Моё физическое тело всё ещё недостаточно сильное, разве ты забыл об этом? Ты дважды меня отравлял!

Целитель уверенно проговорил:

— Божественный Король, хоть ты и сумел открыть божественное сокровище Духовного Эмбриона, тебе лишь предстоит открыть оставшиеся шесть. Если я не смягчу твоё тело, тебе останется лишь мечтать об этом. Даже если ты решишь уйти с Му’эром, рано или поздно ты вернёшься, чтобы попросить моей помощи.

Шу Цзюнь был явно взволнован. Спустя некоторое время он собрался с мыслями и кивнул.

Целитель обрадовался и посмотрел на Цинь Му:

— Лучший на пути лечения, легенда в истории?

— Да! — кивнул Цинь Му.

Целитель облегчённо вздохнул и взглянул на Шу Цзюня, будто на скот. На его лице появилось довольное выражение.

Цинь Му нашёл бабушку Сы и проговорил:

— Бабушка, есть пословица, которая говорит, что если человек не работает в молодости, то ему нету толку горевать в старости…

Бабушка тут же его избила. Вероятно, ей не понравилось слово «старость», и она схватила внука за ухо, начиная избивать.

Целитель и глухой долго смеялись, наблюдая за этим.

Глаза бабушки Сы оставались красными даже после того, как Цинь Му ушёл. Она не хотела возвращаться в Небесную Святую Академию даже после того, как Карета Небесного Дракона исчезла из поля зрения.

Когда карета достигла Речной Гробницы, Цинь Му попытался найти Имперского Наставника Вечного Мира Цзян Байгуя и Императора Яньфэна, но его попытка оказалась неудачной. Так ничего не узнав о их местонахождении, он отправился в столицу.

Добравшись туда, он отправился к старейшине деревни. У входа в Имперский Колледж его встретили немой и слепой. Несмотря на то, что старейшина говорил, что хочет дать ему урок, он забыл об этом, когда услышал о том, что случилось с Цинь Му на райских небесах.

— Император-Основатель здесь проходил? — шокировано спросил Цинь Му. — Я не встретил его по пути, где он сейчас?

— Не знаю. Он передал мне двадцатую форму меча, должно быть из-за того, что от Вечного Мира ему достались все формы, начиная от пятнадцатой и заканчивая девятнадцатой, — взволнованно проговорил старейшина. — Я всю жизнь хотел его встретить! Теперь, когда это наконец произошло, я передам двадцатую форму меча тебе. Останься ненадолго в столице.

Цинь Му немного колебался, прежде чем кивнуть:

— Жирдяй, останьтесь вместе Божественным Королём в моей резиденции. Можете взять с собой Дутяня.

Цилинь повёл их к боковому дворцу столицы Вечного Мира. Над городом возвышалось величественное и пышное Первобытное Дерево, которое сияло лучами света, защищающими столицу. Оно являлось главной достопримечательностью города.

Император Яньсю нарекла боковой дворец Резиденцией Имперского Наставника. Она часто приказывала людям там убирать. В нём всегда пребывала женщина по имени Гунсунь Янь, которая находилась в тесных отношениях с Императором Яньсю.

Время от времени Ху Лин’эр и Сы Юньсян оставались здесь на несколько дней.

Цилинь пришёл в резиденцию Имперского Наставника Цинь Му и увидел Гунсунь Янь, пьющую чай с тремя другими женщинами. По его спине тут же побежали мурашки.

Король Дьяволов Дутяня тоже шокировано дрогнул. Одна из четырёх женщин выглядела точно так же, как Божественный Король Лан Во, и отличалась от неё лишь одеждой. Это была Юнь Чусю!

Юнь Чусю держала в руках два кнута и была заметно взволнована. Другой девушкой рядом с ними была Лянь Хуахунь!

Цилинь подумал: «Неужели Госпожа Юаньму создала ещё одну Юнь Чусю?»

— Учитель вернулся? — Гунсунь Янь обрадовалась, заметив цилиня. Она поспешно бросилаь к нему, но так и не встретила Цинь Му.

Янь’эр превратилась в маленького зелёного воробья и подлетела вверх к ветвям Первобытного Дерева, чтобы найти своё гнездо. Пуская огонь из носу, она удобно уселась внутри него и начала дремать.

Император Яньсю вышла навстречу и огляделась. Не увидев Цинь Му, она спросила:

— Жирдяй, где Имперский Наставник?

— Он в Имперской Академии, — рассматривая гнездо вверху, ответил цилинь. — Император, Владыка Культа изучает двадцатую форму меча. Он придёт, как только закончит. Ты не видела Юнь Цзяньли?

Император Яньсю была ошеломлена, спросив:

— Ты имеешь в виду Юнь Айцина? Высший Чиновник Юнь несколько дней назад отправился на юг, чтобы осмотреть местную верфь. Я не знаю, вернулся ли он.

Цилинь проговорил:

— Император, ты не могла бы узнать, вернулся ли Юнь Цзяньли, и позвать его, если он здесь? Юнь Цзяньли — брат этой госпожи.

Император Яньсю взглянула на Юнь Чусю и улыбнулась:

— Ты хочешь сказать, что сестра Чусю — сестра Высшего Чиновника Юня? Несколько дней назад я поклялась стать с ней названными сестрами, какое совпадение.

«Ты поклялась стать названными сестрами с Госпожой Юаньму?»

Цилинь почувствовал, что его голова стала в три раза больше обычного. Они говорили о Госпоже Юаньму, одной из десяти Небесных Преподобных райских небес!

«Я не в силах этого исправить, мне нужно привести сюда Владыку Культа! — Цилинь уставился на гнездо Гунсунь Янь и начал завидовать, думая. — Вот бы мне там спрятаться.»

Божественный Король Лан Во подошла ближе и взглянула на девушек, прежде чем улыбнуться:

— Император, ты стала названными сёстрами с сестрой Чусю? А что насчёт сестры Лянь и Янь’эр? Этот день полон совпадений, так почему бы нам всем не стать названными сестрами?

Божественный Король Лан Во обладала поразительной аурой, превосходящей даже ауру Лянь Хуахунь, из-за чего Император Яньсю начала ею восхищаться. Она улыбнулась:

— Я заметила, что ты выглядишь точно так же, как сестра Чусю, и даже предположила, что вы близняшки. Теперь, когда ты предложила стать с ней названными сестрами, я поняла, что это не так. Неужели в мире могут существовать два одинаковых цветка?

Глаза Божественного Короля Лан Во загорелись:

— Возможно. Сестры, так что вы думаете о моём предложении?

Юнь Чусю тут же начала хлопать в ладоши и сказала, что ей нравится идея. Лянь Хуахунь немного колебалась, прежде чем кивнуть.

У Гунгуснь Янь не было собственного мнения, и она просто начала повторять за другими, кивая.

Божественный Король Лан Во взглянула на Императора Яньсю, и последней тоже пришлось кивнуть. Она проговорила:

— Для меня честь стать с вами названными сестрами.

Янь’эр радостно закричала и спустилась со своего гнезда. Она тоже хотела стать с ними названными сестрами.

Цилинь поспешно позвал её к себе и прошептал:

— Не присоединяйся к ним, непослушная девочка, проблем и так уже слишком много!

— Почему? — недоумевала Янь’эр.

Она всё же послушалась цилиня и забралась на его голову, чтобы понаблюдать как пять девушек становятся названными сёстрами, попивая чай вместо вина.

Юнь Чусю рассмеялась и проговорила:

— Давайте дадим клятву. Возможно, мы не родились в один и тот же день, но вместо этого мы умрём в один и тот же день. Звучит хорошо?

Цилинь почувствовал боль в сердце, думая: «Пожалуйста, возвращайся быстрее, Владыка Культа. Ситуация становится всё менее предсказуемой. Юнь Цзяньли, было бы хорошо, если бы ты тоже пришёл!»

В Имперской Академии Цинь Му выучил двадцатую форму меча у старейшины деревни. Когда он сражался с Императором-Основателем, они оба были тяжело ранены. Несмотря на это, он хотел сохранить свой уверенный вид и репутацию, поэтому не просил Императора-Основателя его обучить.

Совершенствование старейшины на пути меча было невероятно высоким. Передавая ему двадцатую форму, Император-Основатель пытался добиться определённой цели, и использовать старика, чтобы передать знания Цинь Му. В конце концов, именно Цинь Му открыл восемнадцатую и девятнадцатую формы меча, чем помог ему открыть двадцатую.

Он был поглощён обучением и пониманием, поэтому пропустил тот момент, когда пять девушек стали названными сестрами. Каждая из них руководствовалась своими мотивами, за исключением Гунсунь Янь, которая была чиста, будто лист бумаги.

Глaва 1019. Волнeние по Пути Домой

Цинь Му будто вернулся в прошлое и попал в деревню, где старейшина лично обучал его пониманию природы Дао Меча.

Изучить двадцатую форму меча было невероятно сложно даже несмотря на то, что Цинь Му был экспертом Дао Меча и его обучал старейшина. Причина этого состояла в том, что ему нужно было изучить двадцатую форму почти с нуля.

Он был будто ребёнок, который лишь начал учиться у старейшины деревни. Держа свои длинные мечи, они чётко и просто отрабатывали каждое движение и навык. Эти навыки меча состояли из базовыx форм меча, и были элементарными.

— После того, как ты попал на райские небеса, твой Меч Дао перестал развиваться, а твоё сердце меча ослабло из-за того, что ты был отвлечен, — прилагая все усилия, чтобы его научить, проговорил старейшина деревни. — Райские небеса — это мир физических утех. Несмотря на то, что он расширил твои горизонты, из-за него твоё сердце меча окутали тучи и твоё Дао Меча пришло в упадок.

Они очистили свои мысли, живя простой жизнь на протяжении десятков дней тренировок. Кроме изучения меча, Цинь Му и старейшина тренировали свои техники дыхания.

Цинь Му и старейшина не использовали никаких техник, и лишь пытались ощутить дух внутри своих мечей и вступить с ним в резонанс.

В один день Цинь Му почувствовал, как его пилюля меча дышит вместе с ним. Когда он вдыхал, вдыхала и пилюля. Расширяясь. Когда он выдыхал, пилюля уменьшалась в размерах.

Дыша, он чувствовал, как его Ци и кровь текут внутрь меча.

Кроме того, его сознание стало неразделимым с пилюлей.

Его душа, казалось, тоже начала считать меч частью его тела.

Старейшина деревни был доволен:

— Теперь ты можешь выучить двадцатую форму меча.

Спустя некоторое время Цинь Му и вправду смог выучить двадцатую форму. Она оказалась невероятно мощной и больше напоминала технику совершенствования. Практик должен был наполнить меч своей Ци, кровью, сознанием и душой, увеличивая его силу для исполнения навыка.

Другими словами, её можно было использовать в других движениях меча, к примеру в девятнадцатой форме!

Тем не менее, даже изучив двадцатую форму, не каждый практик мог её использовать, так как это было невообразимо сложно. Чтобы решить эту проблему, нужно было открыть область меча!

Несмотря на то, что старейшина деревни обучил его двадцатой форме, Цинь Му не совершенствовал области меча, поэтому не мог ею воспользоваться.

— Область меча — это область Дао Меча. Чтобы её понять, ты должен обладать более глубоким пониманием Дао Меча. Сейчас тебе не удастся этого сделать, — проговорил старейшина. — Храни своё сердце меча чистым, и рано или поздно тебе удастся добиться успеха. Пока что мне удалось достичь лишь врат в область. Твоё основание Дао Меча устойчиво, и ты умеешь учиться, твоё понимание лучше моего. В будущем твои достижения превзойдут мои. Вот только сейчас ты слишком неспокоен.

За время, проведённое со старейшиной, Цинь Му обрёл много пользы, за что был невероятно благодарен. Тем не менее, теперь он решил отложить своё обучение и отправился в столицу, чтобы поработать со слепым и немым над микроскопической ковкой.

Старейшине ничего не оставалось, кроме как отпустить его.

Цинь Му, будучи святым младенцем мастеров создания, обладал глубокими знаниями несмотря на то, что не являлся самым сильным экспертом на пути сознания. Его достижения делали его одним из самых сильных практиков, и он сумел быстро решить проблему микроскопической ковки, которая не давала покоя немому и слепому.

Под руководством немого и слепого, мастерство ковки Вечного Мира достигла своей вершины. Теперь его было почти невозможно улучшить.

Тем не менее, микроскопическая ковка требовала изменения физического строения вещества, что было невозможно сделать с помощью современных технологий Вечного Мира.

Физика — это принципы, кроющиеся в физических вещах, которые определяют свойства этих вещей.

Изучение этих принципов позволяло понять физику.

Микроскопическая ковка изменяла эти принципы.

Для того, чтобы точно определить положение каждого кристалла в черном золоте, нужно было использовать сознание. Чтобы компенсировать недостатки Вечного Мира в этом вопросе, для микроскопической ковки можно было воспользоваться достижениями сознания мастеров создания.

Цинь Му, слепой и немой приложили все свои силы для исследования, и не обращали внимания на происходящее вокруг. Спустя десять дней они невероятно обрадовались, когда им впервые удалось превратить чёрное золото в божественное.

— Кроме изменения физического строения, у микроскопической ковки есть и более важные применения! — взволнованно проговорил Цинь Му. — На микроскопические кристаллы можно нанести рунные построения. В капле воды есть триллионы кристаллов, а в мече их в разы больше. Если развить микроскопическую ковку до предела, его можно будет использовать для божественном оружии. Мы могли бы наносить микроскопические руны на божественное оружие, благодаря чему их сила превзойдёт способности богов и дьяволов!

Немой тоже взволновался и начал потирать руками:

— Император-Основатель уже об этом говорил. Это начнёт эпоху пути ковки, эпоху, в которой могущественные сокровища будут править миром!

Цинь Му продолжал его заманивать:

— И дедушка немой возглавит эту эпоху!

Немой громко засмеялся, в то время как из печи за его спиной поднялись языки пламени.

Тем не менее, слепой выглядел слегка недовольным, и покачал головой:

— Если мы изучим микроскопическую ковку до предела, то какой толк будет с таких людей, как мы? Если сокровища станут слишком могущественными, исход битв будет зависеть только от низ. В таком случае, разве практикам божественных искусств нужно будет совершенствоваться?

Цинь Му прошептал ему на ухо:

— Микроскопическую ковку также можно использовать в совершенствовании. Для этого потребуется твоя мудрость. Понимаешь, если использовать её, чтобы нанести руны на такие строения, как жизненная Ци, построения, физическое тело, божественные сокровища и райские дворцы, то практики божественных искусств, боги и дьяволы станут сильнее. Микроскопическую ковку можно использовать даже для совершенствования исконного духа!

Его голос снова обрёл соблазнительный тон:

— Дедушка немой может начать эпоху пути ковки, в то время как дедушка слепой может составить ему конкуренцию и сделать практиков божественных искусств такими же сильными, как божественное оружия, или даже сильнее, что не позволит немому забрать всю славу себе!

Слепой почесал бороду и засмеялся:

— Слепой коснулся своей бороды и засмеялся. «Хотя я чувствую, что у тебя есть скрытый мотив в твоей страсти, я думаю, что у тебя все еще есть смысл».

Цинь Му передал им все техники совершенствования сознания, взволнованно потирая руки и думая: «Ещё две техники Императорского Трона у меня в руках! Когда дедушка немой и дедушка создадут свои пути и откроют техники Императорского Трона, я смогу изучить их, чтобы развить свои райские дворцы ковки и построений! Теперь осталось лишь уговорить дедушку одноногого и старого Ма!»

— Почему бы мне не встретиться с дедушками одноногим и старым Ма? — спросил Цинь Му.

— Одноногий отправился с Лань Юйтянем грабить гробницы Первобытного Царства. Они даже посетили множество разных небес. Старый Ма не выдержал и отправился вместе с ними, волнуясь о их безопасности. Он боялся, что одноногий будет слишком неосторожен и оставит за собой след, — проговорил слепой. — Старый Ма был божественным констеблем и несколько раз умудрялся схватить одноногого. Когда божественный вор и божественный констебль работают вместе, они неуловимы. Даже если бы они ограбили сокровищницу Небесного Императора, тот не смог бы их найти.

Цинь Му потерял дар речи.

Божественный констебль решил связаться с вором?

Слепой и немой прогнали его, проговорив:

— Императрица Яньсю присылала за тобой гонца, она хочет, чтобы ты вернулся в резиденцию Имперского Наставника. Ты должен идти сейчас же, чтобы не мешать нашему открытию новой эпохи. Вернись через несколько лет, и мы определённо сможем усовершенствовать свои райские дворцы!

Цинь Му был вынужден отправиться в свою резиденцию, думая: «Я должен навестить сестру Юньсю. Я обещал ей, что вернусь через год, чтобы доложить, о своей безопасности. После этого я попросил Императора Яньфэна и Имперского Наставника сообщить ей, что я попал на райские небеса. Я слишком безответственный, как для Имперского Наставника.

Он вернулся в Резиденцию Имперского Наставника и заметил белого кота, сидящего н углу улицы у входа.

Цинь Му остановился и уставился на кошку. Её мех был полностью белым, без пятен любого другого цвета. Лениво облизнув свои лабы, она взглянула на него и медленно ушла.

Слегка нахмурившись, Цинь Му вошёл в резиденцию Имперского Наставника.

Цилинь быстро вышел ему навстречу. Он был явно подавлен, проговорив:

— Наконец ты вернулся, Владыка Культа!

Цинь Му улыбнулся:

— Сестра Янь’эр давала кормила тебя духовными пилюлями, жирдяй?

Цилинь кивнул и прошептал:

— Я хорошо кушал. Владыка Культа, здесь Юнь Чусю и Лянь Хуахунь. Они даже стали назваными сестрами с Императором Яньсю, Божественным Королём и Гунсунь Янь. Они поклялись умереть в один день!

Цинь Му был шокирован: «Юнь Чусю снова здесь? Она привела с собой Лянь Хуахунь?»

Он ошеломлённо спросил:

— Эти две ведьмы не создавали проблем за это время?

— Нет, за исключением нескольких интрижек, — ответил цилинь. — Юнь Цзяньли сюда приходил, но увидев ситуацию, он тут же скрылся.

— Где его верность? По крайней мере он должен был вытащить свою сестру! — немного подумав, Цинь Му продолжил. — Лянь Хуахунь — это Небесная Императрица, а Юнь Чусю — Госпожа Юаньму. Мы должны убить их. Юйсю, Божественный Король И Янь’эр не могут умереть, но эти две ведьмы должны! Мы могли бы в последний раз воспользоваться Матерью Земли, но кто мог бы помочь нам прямо сейчас? К сожалению, Ло Ушуана здесь нет. Более того, белый кот снаружи сильно напоминает Сяо Ци, которого носила с собой Небесная Госпожа Янь…

Пока он об этом думал, неподалёку раздался голос Императора Яньсю:

— Имперский Наставник вернулся!

Цинь Му подошёл к ней и поклонился:

— Приветствую тебя, Император.

Император Янсю быстро взяла его за руку и улыбнулась:

— Я виновата в том, что Имперскому Наставнику пришлось настолько усердно работать, что у него не было времени, чтобы вернуться домой и отдохнуть, даже прибыв в столицу.

Этими словами она также негодовала по поводу того, что, пробыв столько времени в столице, Цинь Му так её и не навестил.

Цинь Му схватил её за руку в сад, улыбаясь:

— Император, я был занят делами на райских небесах, что было довольно сложно. По пути домой я начал волноваться, боясь навлечь опасность на близких мне людей. Поэтому я опоздал.

Император Яньсю посмотрела на него. Её глаза покраснели, она ответила:

— Я знаю.

Когда они добрались в резиденцию Имперского Наставника, Гунсунь Янь подошла к ним и Яньсю наконец его отпустила. С серьёзным выражением лица Гунсунь Янь полила голову Цинь Му из чайника и начала встревоженно за ним наблюдать. Увидев, что Цинь Му не растёт, она огорчённо вздохнула.

Цинь Му привык к её поведению и улыбнулся:

— Янь’эр, я кое-что тебе принёс. Это первобытная жидкость, позже я полью тебя ею.

Гунсунь Ян была в восторге.

Император Яньсю пристально на него уставилась и улыбнулась:

— А мне ты что-то принёс, Имперский Наставник?

— Я принёс тебе тысячи вселенных и великую империю, Император.

Глава 1020. Случай c Гoвоpящeй Kошкой

Император Яньсю была ошеломлена. Покачав головой, она проговорила:

— Сказав это перед сестрой Юй Чусю, ты заслуживаешь смертной казни.

Несмотря на то, что она не знала настоящей личности Юнь Чусю, она догадывалась, что перед ней был кто-то из райскиx небес. Причина этого состояла в том, что первой, кто вышел из Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии, связывающем Вечный Мир с райскими небесами, была именно Юнь Чусю.

Чтобы построить Мост Взаимного Сдвига на райских небесах, она должна была обладать огромной властью. Именно поэтому Яньсю тут же согласилась стать её названной сестрой.

Она была умной и поняла, что Юнь Чусю занимала высокое положение на райских небесах. Каким бы не были её мотивы, она должна была согласиться.

Благодаря этому выживал Вечный Мир.

Правда заключалась в том, что именно благодаря власти Юнь Чусю, Векчный Мир начал сотрудничать с Дворцом Создания Патриарха.

— Юнь Чусю — это Госпожа Юаньму, сестра Небесной Императрицы, — Цинь Му смотрел на Лянь Хуахунь, Юнь Чусю, и остальных, шагающих им навстречу, и передавал свои слова с помощью сознания. — Лянь Хуахунь — Небесная Императрица.

Императрица Яньсю была шокирована, но выражение её лица оставалось неизменным. Она спросила:

— Имперский Наставник, мы можем использовать их конфликт на благо безопасности Вечного Мира?

— Можем, но мы должны быть осторожны. Они заклятые враги, и готовы бороться до смерти. Их нельзя подпускать слишком близко, или отпускать слишком далеко.

Сказав это, Цинь Му засмеялся и поздоровался с Юнь Чусю и Лянь Хуахунь. Между тем он думал: «Я отдал Юнь Чусю Матери Земли, интересно, она не доставит мне проблем из-за этого?»

Юнь Чусю и вовсе не вспоминала о том случае и оттащила его в сторону, чтобы сообщить, что стала названной сестрой остальным девицам. Она улыбнулась:

— Если я умру, то им придётся умереть вместе со мной, не так ли, господин Цинь?

Глаза Цинь Му дрогнули. Юнь Чусю ему угрожала. Если он пойдёт против него, то она убьёт Лин Юйсю, Гунсунь Янь и остальных.

В таком случае она потеряла бы лишь своё искусственное тело, в то время как потеря Цинь Му была бы невероятно огромной.

Лин Юйсю была наследницей реформы Императора Яньфэна и оплотом Вечного Мира. Тем не менее, она отличалась от своего отца, так как умела плыть по течению.

Она была девушкой, поэтому райские небеса её не боялись и не следили за ней. Поэтому она сумела договориться с Дворцом Создания Патриарха. Ей удалось наладить отношения между Вечным Миром и райскими небесами, значительно облегчив жизнь Вечному Миру.

Император Яньфэн был могущественным правителем. Тем не менее, в ситуации, с которой сейчас столкнулась Лин Юйсю, он был бы менее эффективным.

Как минимум, Император Яньфэн не мог стать названной сестрой Небесной Императрицы и Госпожи Юаньму.

Более того, Гунсунь Янь была маленькой матерью земли, охраняющей Вечный Мир. У неё был огромный результат и её нужно было защитить.

«Мне нужно как можно быстрее покинуть Вечный Мир. Чем дольше я буду здесь оставаться, тем в большей опасности он окажется.»

Цинь Му успокоился и немного поболтал с девушками. Когда начало темнеть, он зевнул и вернулся в свою комнату, сообщив, что устал.

В полночь его навестила Император Яньсю, и они долго разговаривали. Когда наступило утро, Император поднялась и ушла. Звёзды ещё висели в небе, когда она вернулась в свой дворец, освещенный их светом.

Цинь Му продолжал сидеть, улыбаясь:

— Друг Дао, на улице довольно холодно. Почему бы тебе не войти внутрь, чтобы согреться? Моя дверь открыта.

Дверь издала легкий скрип, и сквозь щель вошел белый кот. Усевшись перед Цинь Му, он заговорил человеческим голосом:

— Небесный Преподобный Му, ты можешь лгать десяти Небесным Преподобным насчёт сокровищ небесного Императора, но ты не сможешь обмануть меня. Отдай яичную скорлупу, и я не причиню тебе вреда.

Цинь Му с любопытством спросил:

— Небесная Госпожа Янь знает, что ты здесь?

Белый кот ответил:

— Конечно, я здесь, чтобы забрать его от её имени. Между нами меньше метра. Убить тебя с такого расстояния очень просто. Я могу перерезать твоё горло своим когтем и казнить твой исконный дух, не привлекая лишнего внимания. После этого забрать сокровище будет несложно. Вместо этого ты просто можешь отдать скорлупу Небесного Императора мне, и всё закончится мирно. Я уйду. как только её получу.

Цинь Му улыбнулся:

— Я слышал, что Небесная Госпожа Янь зовёт тебя Сяо Ци. Как я могу к тебе обратиться, друг Дао?

Кот покачал хвостом и продолжил серьёзным тоном:

— Ты пытаешься выиграть время, Небесный Преподобный Му? Я уже осмотрел всю столицу Вечного Мира. Здесь нет никого, кто мог бы стать мне достойным противником, разве что та девушка по имени Янь’эр. Даже если ты позовёшь своих друзей, я могу убить их. Тем не менее, к тому времени ты уже будешь мёртв.

Цинь Му спокойно ответил:

— Ты знаешь, что здесь есть две девушки, которые являются Небесными Преподобными?

Шерсть на его хвосте встала дыбом, и он наклонился, начал угрожающе мурлыкать.

Тем не менее, он не пытался угрожать Цинь Му. На самом деле это был страх, вызванный словами Цинь Му.

Цинь Му улыбнулся и ответил:

— Ты по-настоящему верен Небесной Госпоже Янь, если осмелился пробраться сюда под надзором двух Небесных Преподобных. Более того, здесь больше двух Небесных Преподобных. Небесный Преподобный Сяо тоже за мной наблюдает. Если ты возьмёшь с собой скорлупу Небесного Императора, то умрёшь как только выйдешь за пределы столицы Вечного Мира. Веришь?

Зрачки кота сузились, он проговорил хриплым голосом:

— Ты врёшь!

Цинь Му равнодушно продолжил:

— Юнь Чусю — это Госпожа Юаньму, а Лянь Хуахунь — Небесная Императрица. С чего бы мне тебе врать? Яичная скорлупа Небесного Императора находится в моём третьем глазу. Если не веришь, то я достану её для тебя, а ты проверишь, можно ли выйти из Вечного Мира живым.

В следующий миг он вырвал свой третий глаз и передал его белому коту!

Кот уставился на него и нерешительно протянул лапу. В этот момент снаружи завопил петух и медленно взошло солнце.

Стиснув зубы, кот схватил глаз и ушёл.

Цинь Му улыбнулся. Его настоящий третий глаз всё ещё был на месте. Глаз, который он отдал коту, был создан его сознанием.

Кот выскользнул из комнаты Цинь Му и огляделся. Снаружи никого не было, поэтому он запрыгнул на стену и начал пробираться к выходу из столицы.

В то же время Юнь Чусю начала красться следом за ним с кнутом в руках. Почувствовав это, кот оглянулся. Тем не менее, Юнь Чусю внезапно окутала чёрная пропасть, и он не смог её увидеть.

Юнь Чусю следовала за котом за пределами столицы. Тем не менее, она почувствовала кого-то за своей спиной и внезапно оглянулась. Она никого не увидела.

Повернувшись, она продолжила следовать за котом.

Внезапно в воздухе расцвел цветом. На нём сидела Лянь Хуахунь, наблюдая как они покидают город.

Цинь Му разбудил всех в резиденции Имперского Наставника. Достав десяток баночек для Гунсунь Янь, он проговорил:

— Янь’эр, в этих бутылках первобытная жидкость. Благодаря ей Мать Земли обрела такое высокое совершенствование. Она пойдёт тебе на пользу. Тем не менее, тебе нельзя поливать себя слишком сильно. Используй не больше одной капли. Также опасайся Матери Земли, она может попытаться её своровать!

Взяв бутылки, Гунсунь Янь ответила:

— Я буду осторожной.

Цинь Му позвал Короля Дьяволов и дал ему письмо:

— Дутянь, я даю тебе трёх небесных драконов. Ты возьмёшь моё письмо и отправишься к Юй Чжаоцин в Академию Реки Ли. Отдай письмо ей и скажи, что я отправил тебя помочь ей отвоевать Мир Небесного Пера.

Он выбрал трёх небесных драконов и снял их с кареты, проговорив:

— Следуйте за Дутянем и защищайте его.

Спустившись на землю, они превратились в богов области Нефритовой Столицы. Прижав кулак к груди, они поклонились:

— Да, Небесный Преподобный!

Выражение лица Короля Дьяволов Дутяня резко изменилось, он поспешно спросил:

— Владыка Культа, можно выбрать других небесных драконов?

Он испугался, так как Цинь Му выбрал тех самых драконов, которых он раньше избивал кнутом. Одному из них досталось больше всего.

— На это нет времени!

Цинь Му забрался на карету и прокричал:

— Жирдяй, ты будешь управлять каретой. Янь’эр, береги себя, мы уходим! Если мы сейчас не уйдём, то две дьяволицы вернутся.

Божественный Король Лан Во забралась в карету и опустила шторы, прежде чем усесться.

Гунсунь Янь не понимала, почему они уходят в такой спешке, и слегка разочаровалась. Цинь Му добавил напоследок:

— В будущем я пришлю фениксов, чтобы они свили тебе гнездо.

Гунсунь Янь с радостью наблюдала как карета покидает резиденцию Имперского Наставника.

Утром столица была не слишком оживлённой, но в некоторых лавках на улицах уже начали готовить завтраки. Некоторые из них готовили пирожные с кунжутными семечками, а другие — лапшу. Над ящиками с булочками поднимался легкий дымок, в воздухе ощущался аромат каши.

Карета поспешно пролетела мимо лавок, привлекая внимание людей внутри.

Внезапно внутри кареты раздался голос Цинь Му:

— Остановись!

Цилинь поспешно остановился. Цинь Му проговорил:

— Сестра Янь’эр, купи соевого молока. Я давно не его пробовал.

Янь’эр вылетела наружу, превращаясь в девушку, прежде чем приземлиться и войти в лавку. Развернувшись, она спросила:

— Здесь есть булочки, купить тебе, учитель?

Цинь Му кивнул и улыбнулся:

— Купи нам несколько штук. Ты пробовала здешнюю еду, сестра Божественный Король?

Божественный Король Лан Во была озадачена:

— Ты только что боялся, что не успеешь уйти вовремя, почему теперь ты решил остановиться?

Цинь Му объяснил:

— С тех пор, как я ел домашнюю еду, прошло пять лет, так что я должен остановиться здесь любой ценой.

Божественный Король Лан Во задумалась и покачала головой. Она не понимала таких странных чувств.

Янь’эр купила соевое молоко и булочки, проговорив:

— Хозяин хотел отдать мне свой магазин, он дал мне много всего бесплатно.

Цинь Му улыбнулся:

— Давай поторопимся, жирдяй.

Карета покинула столицу. Вместо того, чтобы немедленно подняться в воздух, Цинь Му захотел, чтобы она продолжила двигаться по дороге. Смотря через окно, он ел булку и нервно осматривался вокруг.

Внезапно на западе поднялся странный шум. Рука Цинь Му дрогнула, и его булочка упала на землю. Радостно улыбнувшись, он проговорил:

— Сяо Ци из резиденции Небесной Преподобной Янь, должно быть, сейчас умрёт!

На западе белый кот мчался к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Внезапно из моста протянулась огромная рука, чтобы его схватить.

Шерсть на спине кота встала дыбом. Не успевая увернуться, он рванул вперёд, превращаясь в божественного генерала в белой мантии. Достав копьё, он ударил руку, торчащую из моста. После легкого взмаха кончиком копья, оно разделилось на сотни лезвий, полетевшими в противника.

В следующий миг копьё взорвалось. В то же время рука схватила его за спину.

Генерал вскрикнул, его тело начало дрожать. Он вернулся в форму кота, шею которого держала огромная рука. Его конечности онемели, он не мог шевелиться.

— Где яичная скорлупа Небесного Императора? — Владелец руки, казалось, находился в далекой стране, его голос доносился с противоположной стороны моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

В следующий миг божественное оружие Небесного Преподобного Юя, находящееся в сердце Первобытного Царства, протянуло руку, чтобы ударить по мосту. Тот тут же взорвался, огромная рука отпустила кота.

Медлу тем в небе над Первобытным Царством появился огромный водоворот. С небес спустился огромный бог, пытаясь забрать кота прежде чем это сделает клон Небесного Преподобного Юя!

Следом за ним появился ещё один водоворот, и из него выпрыгнул другой бог, собираясь атаковать гиганта, схватившего кота:

— Верни мне моего кота!

Между тем клон Небесного Преподобного Юя схватил Первобытное Дерево и замахнулся ним на двух других богов.

Кот менял владельца несколько раз, что повергло его в ужас.

Теперь за неё сражались четверо Небесных Преподобных, и он мог погибнуть в любой момент!

Сидя в карете Янь’эр подняла чашку ко рту Цинь Му. Тот выпил немного молока, наблюдая за сражением в небе. Он непрерывно вздыхал, нахмурившись.

— Почему ты нахмурился, мастер? — с любопытством спросила Янь’эр.

Допив молоко, Цинь Му вздохнул.

— Я использовал все свои фокусы и идеи, чтобы заставить десятерых Небесных Преподобных сражаться между собой, но они не сражались. Я не догадался, что для того, чтобы начать сражение, мне хватит лишь белого кота.

Глaва 1021. Иcчeзнoвение Oбpатной Стороны

Мало кто из десяти Небесныx Преподобных знал, что яичная скорлупа была в руках Цинь Му. B конце концов, в тот день, когда он её украл, ему удалось обмануть почти всех Небесных Преподобных, за исключением Небесной Преподобной Янь.

Остальные не знали кто украл скорлупу Небесного Императора. Тем не менее, они отлично знали о способностях белого кота. Тот видел человека, своровавшего скорлупу, и мог определить его личность.

Проследив за котом, они могли найти скорлупу Небесного Императора.

Другими словами, Небесный Преподобный Сяо на самом деле наблюдал не за Цинь Му, а за белым котом Небесной Преподобной Янь.

Когда кот пришёл искать Цинь Му, он пытался сделать это незаметно, воспользовавшись покровом ночи. Тем не менее, он уже давно находился под наблюдением Небесного Преподобного Сяо и остальных. Когда он в спешке начал уходить, естественно, Небесные Преподобные начали сражаться за него.

Забравшись на Карету Небесного Дракона, Цинь Му наблюдал за битвой, развернувшейся в небесах. Нахмурившись, он проговорил:

— Мне нужно было отдать скорлупу Небесного Императора коту. Только она могла бы заставить Небесных Преподобных окончательно рассориться друг с другом. Когда они закончат сражаться, то обнаружат, что у кота нет скорлупы и заподозрят меня. Таким образом, их отношения друг с другом вернутся в мирное, гармоничное состояние.

Божественный Король Лан Во рассмеялась и проговорила:

— Святой младенец, ты ошибаешься, если так думаешь.

Цинь Му смиренно спросил:

— Что думает сестра Божественный Король?

— Закончив сражаться за кошку, независимо от того, выживет или умрёт кот, борьба десяти Небесных Преподобных никогда не закончится, — проговорила Божественный Король Лан Во. — Когда они узнают правду, тебя начнут подозревать. Тем не менее, если правда останется в тайне, они начнут подозревать друг друга. За это время белый кот побывал в руках нескольких Небесных Преподобных. Существует возможность, что кто-то из них мог бы забрать себе скорлупу Небесного Императора. Таким образом, даже несмотря на то, что никто из них её не заполучит, они будут думать, что кто-то из них её -забрал. Это посеет между ними хаос.

Цинь Му моргнул.

— Если информация будет запутанной, они будут подозревать друг друга.

Божественный Король Лан Во неторопливо проговорила:

— Несмотря на то, что кот Небесной Преподобной Янь является экспертом области Непостижимого Неба, он не может увидеть вещи, созданные сознанием святого младенца, насквозь. Он был уверен, что заполучил настоящее сокровище. Когда Небесные Преподобные начали сражаться друг с другом, вещь, созданная святым младенцем, превратится в пустоту. Они поверят, что кто-то из них её забрал. Даже если кот выживет, он тоже станет жертвой запутанной информации. Святой младенец окажется вне подозрений, и сможет спокойно наблюдать за конфликтом со стороны.

Цинь Му погрузился в мысли, в то время как Карета Небесного Дракона улетела в даль.

— За исключением четырёх Небесных Преподобных, остальные погрузятся в это сражение, отчего информация станет ещё более запутанной. Что касается того, кому достанется скорлупа Небесного Императора, это не имеет значения, — выглянув за окно, проговорила Божественный Король Лан Во. — Пятый Небесный Преподобный уже сделал свой шаг. После этой битвы трещины между Небесными Преподобными будет невозможно восстановить.

Небо накрыла тьма. Судя по всему, Небесная Преподобная Сюй сделала свой ход.

После этого появился силуэт шестого Небесного Преподобного, который вступил в битву за кота.

Один из Небесных Преподобных сумел схватить кота и помчался с ним прочь, в сторону горизонта. Остальные Небесные Преподобные тоже тут же исчезли, бросаясь в погоню.

В этой битве Небесные Преподобные официально поссорились друг с другом!

Цинь Му отвёл взгляд в сторону и проговорил:

— Первобытное Царство — это не тот дворец предков, который ищет сестра Божественный Король?

Божественный Король Лан Во отвела взгляд, прежде чем покачать головой:

— Нет, Юаньду — это место рождения Матери Земли, а не дворец Мастеров Создания. В древних воспоминаниях мастеров создания дворец предков был более богатым, в нём было больше талантов и сокровищ. Тем не мене, из-за несчастий, который пережила наша раса, до нашего времени дошло не слишком много информации.

Цинь Му какое-то время подумал и проговорил:

— Может быть оно находится на противоположной стороне Первобытного Царства? Там никто не был, но это место должно быть таким же большим как Первобытное Царство.

Божественный Король Лан Во Спросила:

— Святой младенец был на обратной стороне Первобытного Царства?

Цинь Му покачал головой и рассмеялся:

— Я никогда не был дальше, чем Руины Заката. Я не знаю что находится на противоположной стороне Первобытного Царства. Карета Небесного Дракона довольно быстрая. Почему бы нам туда не отправиться?

Божественный Король Лан Во кивнула в знак согласия.

Цинь Му немедленно приказал шести оставшимся Небесным Драконам тащить карету в сторону Восточного Моря.

Карета была быстрой, будто ветер и молнии, двигаясь с невообразимой скоростью. Она оставляла за собой белоснежный след в небе. Спустя десять дней, Цинь Му выглянул наружу, так и не увидев на горизонте края моря. Он не мог не волноваться.

Карета Небесного Дракона могла двигаться намного быстрее, чем он сам. Ему пришлось бы потратить шесть месяцев, чтобы добраться туда, где он был сейчас. Тем не менее, он всё равно не видел границы Первобытного Царства, а лишь море, по котором были разбросаны бесчисленные куски земли.

«Вскоре мы должны достичь края Первобытного Царства.» — подумал он.

Карета продолжала двигаться вперёд и вскоре пролетела мимо Руин Заката. Спустя ещё десять дней, Цинь Му уставился вдаль. Вперед появился огромный клочок земли, который казался бесконечным, окружив собой море. На нём виднелось множество божественных гор, выглядящих невероятно крутыми.

— Неужели это край Первобытного Царства?

Цинь Му был в восторге. Карета Небесного Дракона пролетела над горами, вершины которых были покрыты белым снегом. Местность была полностью заморожена и безжизненна. Пролетев над ней, Цинь Му увидел обширные Западные Земли.

Цинь Му был ошеломлён. Оглянувшись, он увидел, что океан Первобытного Царства до сих пор выглядел плоским, а не сферическим. Несмотря на это, они огромное море и прибыли прямо в Западные Земли!

Это было почти невозможно!

Он летал за пределами Первобытного Царства вместе с Бай Цюй’эр. Когда он смотрел на Первобытное Царство с высоты, он видел, что оно не было планетой, а было плоским.

В таком случае, почему перебравшись через Восточное Море, они оказались не на краю Первобытного Царства, а в Западных Землях?

— Похоже, кто-то скрыл противоположную сторону Первобытного Царства! — взволновался Цинь Му. — Чтобы спрятать противоположную сторону Первобытного Царства, нужно свернуть пространство. Если быть точным, то границы Первобытного Царства должны быть полностью свёрнуты! Сложность этого состоит в запечатывании Первобытного Царства. Только десять Небесных Преподобных или Небесный Император в свои лучшие годы мог бы это сделать! В таком случае, для чего им это делать?

Божественный Король Лан Во с любопытством посмотрела на Цинь Му, в то время как тот вылетел из кареты и поднялся над снежными горами, пытаясь использовать свои божественные искусства магнетизма, чтобы найти печать.

Спустя некоторое время Цинь Му рассеял своё божественное искусство магнетизма и покачал головой:

— Здесь нет следов печати… Откройся!

Глаз в его межбровье открылся и оглянулся по сторонам, изучая пустоту. Спустя некоторое время он закрылся. Даже этот третий глаз не смог заметить никаких странностей в этой части пространства.

— Проекция Исконного Духа!

Первобытный Дух Цинь Му вылетел наружу и проник в землю, пытаясь пробраться как можно глубже.

Так как он не смог разглядеть никаких следов существования печати, он попытался использовать свой исконный дух, чтобы проникнуть в землю. Возможно, ему удалось бы достичь противоположной стороны Первобытного Царства таким образом!

Спустя долгое время исконный дух Цинь Му внезапно вылетел из-под земли и смущенно огляделся.

Божественный Король Лан Во спросил:

— Что увидел святой младенец?

Исконный дух Цинь Му вернулся, и на его лице возникло странное выражение:

— Погрузившись под землю, я встретил несколько подземных рас. Они жили в пространстве под землёй, полагаясь на свет магмы, чтобы выжить. Я продолжил погружаться глубже, и преодолел бесчисленное количество километров, чувствуя, что я вот-вот окажусь на противоположной стороне Первобытного Царства. Тем не менее, выбравшись из-под земли, я обнаружил что вернулся сюда. У Первобытного Царство… — на его лице возникло более странное выражение. — У Первобытного Царства на самом деле нет противоположной стороны!

Божественный Король Лан Во тоже была ошеломлена. Она сняла ивовый лист со своего межбровья и его сознание взорвалось, проникая вглубь земли. Спустя некоторое время оно вернулось обратно.

Её сознание столкнулось с той же проблемой. Преодолев огромное расстояние вглубь земли, она обнаружила, что вернулась туда, откуда ушла!

Если причиной этого была печать пространства, то сложность печати превосходила знания их обоих!

Создание подобной печати требовало бы сворачивание всего Первобытного царства. После этого обе его стороны стали бы лицевыми!

«Возможно мне удастся увидеть противоположную сторону Первобытного Царства, если я поднимусь достаточно высоко…»

Как только Цинь Му об этом подумал, он снова начал колебаться. Он уже вылетал за пределы небес первобытного Царства вместе с Бай Цюй’эр, но те так и не обнаружили противоположной стороны Первобытного Царства.

Когда они попытались улететь на обратную сторону Первобытного Царства, то снова оказались на лицевой. В то время они были слишком отвлечены и не заметили в этом ничего странного.

Теперь, когда он вспомнил тот случай, по его спине пробежали мурашки!

— Святой младенец когда-либо был на противоположной стороне райских небес? — неожиданно спросила Божественный Король Лан Во?

Цинь Му был ошеломлён, качая головой в оцепенении.

Если подумать, это было действительно странно. Райские небеса выглядели так, будто у них не было обратной стороны.

Более того, никто также не знал что находилось с обратной огромного клочка земли под ногами Графа Земли, где располагался перевал Нефритового Замка!

У райских небес, Юду и Первобытного Царства не было обратной стороны!

— У дворца предков есть противоположная сторона? — внезапно спросил Цинь Му.

Божественный Король Лан Во покачала головой и проговорила:

— Мне так не показалось. Я считаюсь одним из младших мастеров создания, рождённым в Великой Пустоши до времён, которые твои люди называют Эпохой Дракона Ханя. Тем не менее, Божественный Король Шу Цзюнь невероятно древний. Возможно, у него есть ответы.

Цинь Му вздохнул и приказал шести небесным драконам двигаться в сторону моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии:

— Нужно посетить четыре Крайних Неба. Возможно, нам удастся найти следы дворца предков там.

Божественный Король Лан Во кивнула.

Карета Небесного Дракона двинулась к ближайшему Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии. С его помощью Цинь Му вернулся на райские небеса. Оттуда он мог добраться к Восточному Полюсу по другим Мостам Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Тем не менее, перед этим он направил карету к Южным Небесным Вратам и спустился под Райскую Реку, чтобы проверить, нет ли у райских небес противоположной стороны.

Он и дальше видел перед собой Южные Небесные Врата. У райских небес не было обратной стороны!

«Так я и думал. Предполагаю, что у Мира Небесной Инь тоже нету обратной стороны. Странно, куда все они делись?»

Цинь Му был сильно озадачен, но ему оставалось лишь подавить свои сомнения и направить Карету Небесного Дракона к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии, который вёл к Восточному Полюсу.

Даже находясь в свете моста и двигаясь в сторону Восточного Полюса, он продолжал думать об этой проблеме. Раньше она не приходила ему в голову, но теперь чем дольше он над ней размышлял, тем страннее себя чувствовал.

После неизвестного количества времени Карета Небесного Дракона спустилась с жертвенного алтаря и осторожно остановилась. Они наконец достигли Восточного Полюса. Шесть Небесных Драконов были крайне взволнованы и один за другим превратились в богов, обретая человеческие тела с головами драконов.

Цинь Му некоторое время колебался, прежде чем приказать цилиню и Янь’эр освободить драконов и пригласить их в карету:

— Янь’эр, привяжи цилиня к карете, пусть он тащит нас к Райскому Дворцу Зелёного Дракона.

Цилинь непрерывно жаловался, но всё же был пристегнут к карете, и у него не осталось выбора, кроме потащить карету вперёд.

Рассматривая пейзаж снаружи, Цинь Му увидел, что Восточный Полюс был уникальным местом. На небе были бесчисленные звёзды, образованные разрядами молний и обладающие ослепительным видом.

Более того, в небе висели молнии длиной в десятки тысяч километров. Тем не менее, они не вызывали раскатов грома и были тихими и спокойными. На земле Восточного Полюса было множество драконоподобных существ, это место выглядело, как естественная среда обитания драконов. Должно быть, все здешние существа были потомками Восточного Божества Цин Луна.

Время от времени среди высоких гор показывался огромный дракон, длиной в тысячу километров. Его храп гремел, будто раскаты грома.

На его тело забирались бесчисленные крохотные драконы, шумно толкая друг друга. Некоторые из них выдыхали языки пламени, в то время как другие плевались струями воды. Были даже такие, что летали верхом на молнии, сталкиваясь со своими спутниками.

Множество драконов забирались на бороду гиганта. Дыша, тот вызывал свирепые потоки воздуха, отчего драконы на бороде яростно дрожали и выглядели невероятно радостными.

Некоторых из них сдувало прочь, и они сильно травмировались при падении, после чего ещё долго лежали на земле и рыдали.

Их вопли разбудили гигантского дракона. Открыв глаза, он зевнул, в то время как крохотные драконы тут начали поспешно разбегаться в стороны, чтобы спрятаться.

Гигантский дракон был довольно спокойным. С помощью своей бороды он поднял плачущих драконов и успокоил их, после чего снова уснул.

Теперь, когда Карету Небесного Дракона тащил цилинь, её скорость значительно снизилась. К счастью, Райский Дворец Небесного Дракона был невероятно большим и находился не слишком далеко. Чтобы добраться к нему, им понадобится всего лишь несколько дней.

Тем не менее, Карету Небесного Дракона остановили какие-то божественные драконы. Они хотели узнать, почему потомок драконьей расы тащил карету с людьми.

Божественный Драконы выглядели крайне недовольными. У Цинь Му не осталось выбора, кроме как попросить цилиня остановиться.

— Давай я потащу карету! — взволнованно проговорила Янь’эр.

Цинь Му покачал головой, думая: «Ты — дочь Восточного Божества Цин Луна. Если он узнает, что ты тащишь мою карету, то убьёт меня!»

Глaва 1022. Дpакoн в Небе

Цилинь развязал верёвки, в которые был замотан, и взглянул на Цинь Му, который ответил ему яростным взглядом. Жирдяй поспешно проговорил:

— Владыка Культа, я же не говорил, что это ты должен тащить карету!

Божественный Король Лан Во засмеялась:

— Давайте выйдем из кареты и полетим сами.

Цинь Му кивнул и вышел вместе с ней, оставив шестерыx божественных драконов позади:

— Охраняйте карету и ждите, пока я вернусь.

Шесть божественных драконов кивнули, и Цинь Му повёл Божественного Короля Лан Во, цилиня и Янь’эр к Райскому Дворцу Зелёного Дракона.

Пока они летели по небу, поди их ногами то поднимались, то опускались горы. Даже облака пролетали внизу.

В небе находился город драконов, построенный божественными драконами. Он был невероятно роскошным и обширным, его архитектура была сложной и изысканной, от её величия перехватывало дыхание.

— Янь’эр не была здесь раньше? — спросил Цинь Му.

Девушка покачала головой и с любопытством начала носиться из стороны в сторону, осматривая Восточный Полюс.

Она была дочерью Южного Божества Цзю Цюэ и Восточного Божества Цин Луна, и в детстве её отправили к Небесной Преподобной Юэ. Находясь там, она редко выходила во внешний мир.

Небесная Преподобная Юэ жила в уединении в персиковом лесу. В обычные дни Янь’эр не покидала пределов леса. Только когда Небесная Преподобная Юэ отдала её Цинь Му, она начала изучать бесчисленные миры.

Она не знала своего отца, Восточное Божество Цин Луна. Он никогда с ней не разговаривал и не навещал её. Южное Божество Чжу Цюэ тоже редко с ней виделась. Лишь во время своего последнего путешествия на райские небеса девушка смогла провести с ней несколько дней.

«Интересно, где находится гора Непостижимого Сокровища.»

Цинь Му начал глядеть по сторонам, пытаясь найти гору Непостижимого Сокровища.

Ему было крайне интересно узнать, что представляла собой гора Непостижимого Сокровища. Впервые он услышал о ней от Чжэ Хуали, который упоминал, что на Восточном Полюсе была гора под названием гора Непостижимого Сокровища. Восточное Божество Цин Лун использовал её, чтобы острить свои зубы.

Восточное Божество Цин Лун обладал огромной жизненной силой, и его зубы непрерывно росли, отчего их приходилось постоянно шлифовать. Следовательно, для этого он был вынужден использовать гору Непостижимого Сокровища. Осколки его зубов падали на землю, превращаясь в странных существ в форме зубов.

Многие юноши райских небес, изучающие ножи, отправлялись к этой горе в поисках сокровищ, чтобы достать себе кусочек зуба дракона. Именно так Чжэ Хуали нашёл свой демонический нож.

Его демонический нож обладал странными и изумительными способностями. Когда в руках Цинь Му был меч Беззаботный, он несколько раз сталкивался с ним. Несмотря на то, что на ноже появились трещины, он быстро восстанавливался, что было попросту поразительно.

Раньше, когда Цинь Му открывал и закрывал двери у Моста Пустоши в земле Великой Пустоши, он ненароком увидел, как Восточное Божество Цин Лун острил свои зубы о божественную гору.

Будь то зубы Восточного Божества Цин Луна или гора Непостижимого Сокровища, они были удивительными сокровищами, которые вызывали у Цинь Му желание их заполучить.

В частности, так как гора Непостижимого Сокровища была способна стирать зубы Восточного Божества, её качество было намного выше, чем у самых зубов, что пробуждало в сердце Цинь Му ещё больше энтузиазма!

По всему Восточному Полюсу были разбросаны величественные горы. Каждая из них была невероятно высокой и внушительной. Что-то подобное было сложно найти в первобытном Царстве.

Огромная и могущественная райская река обрушивалась с звёздного неба прямо на Восточный Полюс, протекая возле Райского Дворца Зелёного Дракона. В ней плавали множественные божественные драконы. Кроме того, здесь было огромное количество драконьей рыбы, которая выпрыгивала из воды и выплевывала жемчужины, сияние которых не уступало солнцу и луне в небе.

«Должно быть, эта гора и есть Горой Непостижимого Сокровища!»

Цинь Му увидел величественную гору, располагающуюся позади Райского Дворца Зелёного Дракона, которая выглядела словно король гор. Её высота значительно превосходила все остальные горы, и вместо одной вершины у неё их было девять.

Этот горный хребет был украшен сверкающими драгоценными камнями и жемчужинами, выглядя невероятно великолепно. Она была не меньше горы Сумеру, у которой было двадцать небес.

«Восточное Божество Цин Лун обвилось вокруг этой горы, чтобы острить свои зубы?»

Цинь Му попытался представить эту картину и воскликнул:

— Восточное Божество определённо обладает немалыми размерами!

— Владыка Культа, здесь есть люди из райских небес! — прошептал цилинь, смотря на город впереди.

Сердце Цинь Му замерло, когда он посмотрел на город впереди. Боги в нём не были представителями расы драконов, а были богами и дьяволами армии райских небес. Все они тренировались со своим оружиям и оттачивали свои построения. Судя по всему, это была армия которую здесь расположили райские небеса.

Более того, этот город был построен на ладони клона Небесного Преподобного Юя. Или, если быть точнее, то клон Небесного Преподобного Юя держал его в руке!

Цинь Му поднял голову и осмотрел этого клона, обнаруживая, что он отличается от тех, которых он встречал в Первобытном Царстве. У этого Небесного Преподобного Юя было восемь рук. Он неподвижно стоял в небе, протянув шесть ладоней, на каждой из которых находился город богов.

Город богов, который он недавно видел, был лишь одним из многих.

Две руки посередине образовывали сложные мудры, которые содержали в себе сложное явление, от которого в людей вокруг возникало впечатление, что перед ними безграничная энергия, способная взорваться в любой момент.

Более того, эти две мудры смотрели прямо на райский дворец Зелёного Божества!

У клона Небесного Преподобного Юя было четыре лица, его глаза были закрыты.

«Боюсь, что Восточному Божеству Цин Луну сейчас сложно спасть спокойно. Этот клон Небесного Преподобного Юя больше горы Непостижимого Сокровища, и он определённо не уступает размерам Восточного Божества. Что касается, его силы, то её сложно определить, — подумал Цинь Му, смотря на клона Небесного Преподобного Юя. — Интересно, кто из Небесных Преподобных управляет этим божественным оружием. Если он внезапно решит атаковать, то, боюсь, Восточное Божество не сможет бежать.»

Из шести городов поднималось множество богов, демонов и практиков божественных искусств. Большинство из них несли на спине либо футляр для ножей, либо божественный нож. Все они двигались в сторону горы Непостижимого Сокровища, надеясь найти себе сокровище.

Прогремел отчётливый голос полубога:

— Восточное Божество снова острит свои зубы. Скорее, идём собирать сокровища!

Из шести городов со свистом поднялись тысячи богов, дьяволов и практиков божественных искусств, скапливаясь в небе, будто тучи. Картина была оживлённой и энергичной.

Услышав их слова, Цинь Му начал испытывать зависть:

«Нож и з драконьего зуба считается отличным оружием. В этом мире сложно найти лучший божественный нож. Если обработать его с помощью микроскопической ковки Вечного Мира, то его сила определённо станет попросту ужасающей! Как жаль, что я Небесный Преподобный, и мне не годится искать сокровища таким образом…»

Перед ним встал сложный вопрос. Он хотел броситься вперёд и найти себе кусок зуба, но с другой стороны, стыдился это делать. Если Восточное Божество об этом узнает, он определённо высмеял бы его.

— Святой младенец, Восточный Полюс — это не дворец предков, так что я не пойду в райский дворец Зелёного Дракона.

Глаза Божественного Короля Лан Во засияли, когда она посмотрела на клона Небесного Преподобного Юя. Она проговорила:

— В Первобытном Царстве у меня не было времени исследовать это божественное оружие. Я хотела бы изучить его сейчас, чтобы понять, есть ли у него какие-либо недостатки.

Цинь Му кивнул:

— Хорошо, что сестра Божественный Король не хочет встречаться с Восточным Божеством. Если он обнаружит, что ты мастер создания, то могут возникнуть проблемы. Возможно, у меня глубокая дружба с Графом Земли, но с Восточным Божеством у меня нет таких тесных отношений. На райских небесах он помог мне лишь из-за того, что я Неуязвимый Великий Чародей.

Божественный Король Лан Во ушла в один из божественных городов на ладони клона Небесного Преподобного Юя.

Цинь Му продолжил двигаться вперёд вместе с Янь’эр и цилинем. Увидев, что Янь’эр была слегка взволнована, Цилинь тут же поинтересовался в чём проблема, на что она ответила:

— Несмотря на то, что я виделась с ним раньше, мы так и не поговорили. Скорее всего, он не знает, что я его дочь.

Цилинь улыбнулся и ответил:

— Должно быть, у Восточного Божества есть серьёзные причины, по которых он тебя не узнаёт. Может быть он волнуется, что если твою личность раскроют, ты окажешься в опасности.

Янь’эр слегка успокоилась.

Прежде чем они успели достичь Райского Дворца Зелёного Дракона, с неба внезапно спустился огромный зелёный дракон. Его огромное тело, длиной в десятки тысяч километров, двинулось в сторону Горы Непостижимого Сокровища.

Тело гигантского дракона обвилось вокруг горной вершины. Схватив её когтями, он открыл рот и начал точить свои зубы о гору. Из-под его зубов тут же засверкали молнии и раздались раскаты грома, во все сторону хлынули волны пламени.

Цинь Му, цилинь и Янь’эр были ошеломлены увиденным и потеряли дар речи.

— Зуб сломался!

Множество богов, дьяволов и практиков божественных искусств уже достигли горы Непостижимого Сокровища. Не осмеливаясь подбираться ближе, они издалека наблюдали как зуб во рту божественного дракона сломался и упал с неба, ударяясь о склон горы.

Упав на землю, зуб дракона уменьшился в несколько раз и отрастил себе пару глаз. Воздух наполнила Ци ножа, и со свистом полетел между гор, словно молния.

В горах раздался оглушительный звон. Казалось, что зуб дракона превратился в демоническую форму жизни. Так как гора Непостижимого Сокровища разлучила его с Восточным Божеством, он впал в ярость и начал непрерывно рубить камни вокруг, вызывая водопад из искр.

Глаза этих богов, дьяволов и практиков божественных искусств загорелись. Они уставились на летающий зуб дракона, желая его схватить.

Один из них не удержался и бросился вперёд. До того, как он успел приблизиться, странное существо, рождённое из крови дракона, поднялось над горой и схватило его , проглотив одним махом.

Цинь Му посмотрел вдаль и увидел, что из уголков рта Восточного Божества Цин Луна начала течь кровь. Когда её капли падали среди гор, они превращались в демонов, которые усложняли поимку зуба.

— Жизненная сила Восточного Божества просто слишком велика. Всё, что выпадает из его тела, превращается в живое существо! — не удержавшись, прокричал Цинь Му. Его взгляд остановился на девяти вершинах горы Непостижимого Сокровища, когда он подумал. «Но гора Непостижимого Сокровища сильнее! Если бы мне удалось забрать её и переработать её в сокровище, оно стало бы самым сильным божественным сокровищем мира!»

Зелёный дракон закрыл глаза, осторожно остря зубы, которые выросли слишком длинными. Внезапно к нему хлынуло сознание Цинь Му, проговорив:

— Восточное Божество, Цинь Му пришёл тебя навестить.

Восточное Божество Цин Лун был шокирован. Он поспешно открыл глаза и уставился на сознание Цинь Му. Его тело поднялось в воздух, медленно двигаясь в сторону Небесного Дворца Божественного Дракона.

Его тело уменьшилось и исчезло во дворце, в то время как в ушах Цинь Му прозвенел его голос:

— Придя ко мне в гости, Великий Чародей не предупредил меня, из-за чего я выставил себя дураком. Великий Чародей, подожди минутку, я позову своих людей, чтобы тебя встретить.

— Это частный визит, не стоит организовывать масштабного приветствия, — двигаясь следом за ним, проговорило сознание Цинь Му. — На восточном полюсе повсюду глаза и уши райских небес. Будет лучше. Если наша встреча останется незамеченной, и мы не будем привлекать к себе лишнего внимания.

Восточное Божество Цин Лун влетел в Райский Дворец Зелёного Божества, к которому шагал Цинь Му. Спустя некоторое время он подошёл к передней части дворца, обнаруживая, что здесь тоже были Южные Небесные Врата, вот только Райская Река не текла сквозь них, а протекала мимо.

Божественные драконы, играющие в Райской Реке, выбрались из воды и разлеглись на берегу, с любопытством рассматривая Цинь Му и остальных.

Неподалёку от берега был человек в зелёной рубашке. У него были длинные брови и тонкая, красивая борода, напоминающая драконью. Сделав несколько шагов вперёд, он поздоровался:

— Небесный Преподобный Му прибыл на Карете небесного Дракона? Почему я её не вижу? Вместо этого ты пришёл пешком.

— Я отдаю дань своего уважения Восточному Божеству, — засмеявшись, поздоровался Цинь Му. — Восточное Божество является предком всех драконов. Разве я бы не оскорбил тебя, если приеду сюда в карете, в которую запряжены твои потомки?

Человеком в зелёной рубашке был Восточное Божество Цин Лун. Услышав слова Цинь Му, он искренне рассмеялся, протянул руку и проговорил:

— Великий Чародей слишком серьёзен. Десять Небесных Преподобных дали тебе эту карету, надеясь, что из-за неё ты поссоришься со всеми древними богами. Разве я не понимаю их хитрых намерений? Я бы не разозлился, если бы Великий Чародей прибыл в этой карете. Прошу

Цинь Му пошёл вслед за ним внутрь Райского Дворца Восточного Божества, проговорив:

— Это Янь’эр. Принцесса семьи Восточного Божества.

Восточное божество посмотрел на Янь’эр, на лице которой возникло выражение предвкушения. Тем не менее, она разочаровалась, когда его взгляд прошёл мимо неё, не останавливаясь.

Цинь Му был сбит с толку, но в следующий миг понял в чём дело.

— Отец, — божественный дракон, охраняющий Южные Небесные Врата, поклонился Восточному Божеству.

— Отец!

— Отец!

Когда Восточное Божество вошёл в Райский Дворец Зелёного Дракона, всевозможные божественные драконы поклонились, отдавая ему дань уважения и называя его своим отцом. Потомков Восточного Божества было невероятно много, от их количества волосы вставали дыбом!

Скорее всего, Восточное Божество не мог вспомнить, что у него была дочь от Южного Божества Чжу Цюэ!

«Неужели все боги Райского Дворца Зелёного Дракона являются его потомками?»

У Цинь Му закружилась голова. В Райском Дворце Зелёного Дракона было не меньше миллиона богов, не считая великой армии драконов!

Если все эти драконьи боги были его потомками, то великое божество попросту слишком часто вступало в любовные отношения!

Цинь Му начал осуждать его в своём сердце, но ничего не сказал. Вместо этого он улыбнулся:

— Райский Дворец Восточного Божества можно считать неприступным. Несмотря на то, что райские небеса могут вторгнуться на Восточный Полюс, сюда они не дойдут.

Восточное Божество выглядел не слишком счастливым, качая головой:

— Великий Чародей, даже Небесного Герцога предал его собственный сын, собирающийся занять его мест. Несмотря на то, что у меня много потомков, это не значит, что они меня волнуют. На моих райских небесах много людей, желающих занять место Наследного Принца Зелёного Дракона. У нас есть свои проблемы, каждая семья несёт свою ношу.

Цинь Му остановился и спросил:

— Могу я узнать, кто контролирует Небесного Преподобного Юя на Восточном Полюсе?

— Четыре головы и восемь рук, это Император Богов Лан Сюань, — ответил Восточное Божество. — Он был первым полубогом мира, его можно считать представителем той же стороны, что и Небесный Преподобный Хао.

— Что Восточное Божество знает о Божественном Императоре Лан Сюане? — глаза Цинь Му загорелись. — какие древние боги являются его родителями?

Восточное Божество озадаченно спросил:

— Кто сказал, что оба его родителя — древние боги? Его отец древний бог, но мать — нет.

Глава 1023. Упрямый и cвoевольный

Сердце Цинь Му дрогнуло, он прокричал:

— Если его мать не древний бог, то к какой расе она принадлежала? И кем из древних богов был его отец?

Когда он прибыл на райские небеса, Ци Цзюи и бабушка семьи Юнь сказала ему, что Император Богов Лан Сюань был первым полубогом в мире, и что оба его родителя были древними богами. Цинь Му не знал, что на самом деле всё сложнее.

Восточное Божество взглянул на него и спросил:

— Почему Великого Чародей так волнуют личные дела других?

На лице Цинь Му возникло странное выражение. Он спросил:

— Если Восточное Божество не хочет рассказывать, то неужели Император Богов Лан Сюань является твоим…

Восточное Божество покачал головой:

— Император Богов Лан Сюань не мой потомок. Если бы это было так, скрывать личность его родителей не было бы смысла. Несмотря на то, что я своеволен и у меня много потомков, не было бы смысла скрывать тот факт, что он мой потомок, — он положил руку на лоб, чувствуя головную боль. — По правде говоря ко мне каждый день приходит огромное количество существ, желающих, чтобы я признал их своими детьми. У меня нет выбора, и я должен согласиться, так как они принадлежал к драконьей расе. Тем не менее, их количество слишком велико. Даже куриные драконы приходят сюда в поисках отца!

Цинь Му широко открыл глаза, вспоминая куриных драконов, захвативших деревню Цань Лао. Он спросил:

— В таком случае, те куриные драконы…

Восточное Божество не знал, смеяться ему или плакать, и покачал головой:

— У них родословная драконов наводнения, они не имеют ко мне никакого отношения. Возможно, среди драконов наводнения есть мои потомки, но с куриными драконами меня ничего не связывает! — Он на мгновение остановился, чувствуя, что говорить о своих личных делах — не слишком хорошая идея. Затем он добавил. — Мать Императора Богов Лан Сюаня — мастер создания. Так как Великий Чародей был в Великой Пустоши, ты должен быть с ними знаком. Когда ты отправился Великую Пустошь, я отправил вместе с тобой своего наследного принца. Жаль, что ему не удалось вернуться живым.

Цинь Му был шокирован:

— Брат Дао и вправду отправил за мной наследного принца?

Во время его путешествия в Великую Пустошь на корабле и вправду были представители расы драконов. Тем не менее, он не заметил, когда они умерли. Выжить удалось только ему и Ло Ушуану.

Этого следовало ожидать. Из трёхсот человек на борту, двести пытались убить его. Следовательно, было сложно отличить друга от врага.

— Мать Императора Богов Лан Сюаня — божественный король мастеров создания по имени Божественный Король Гун Юнь. В прошлом она правила первобытным миром и обладала несравненной силой. Его отец определённо не может быть кем-то заурядным.

Восточное Божество вздохнул и хмыкнул:

— Им был Небесный Император.

— Снова Небесный Император!

Сердце Цинь Му дрогнуло, но он чувствовал, что это было логично. Только Небесный Император мог иметь тайный роман с божественным королём мастеров создания, в результате которого родился Император Богов Лан Сюань!

Восточное Божество был распутным и не слишком привередливым, чем заработал себе плохую репутацию. В то же время Небесный Император обладал хорошим вкусом, и несмотря на свою распутность, не казался жалким. Его интересовали лишь невообразимо талантливым и красивые женщины!

— Имена Гун Юнь и Шу Цзюня звучат похоже. Это такая традиция мастеров создания?

Восточное Божество шагнул вперёд и проговорил:

— «Шу» означает старшинство в семье, он был дядей Великого Императора, так как родился раньше него. Согласно семейному старшинству, Великий Император должен называть его дядей. В то же время, «Гун» тоже обозначает личность, так зовут жену Великого Императора.

Цинь Му шокировано воскликнул:

— Постой, ты хочешь сказать, что Божественный Король Гун Юнь была женой Великого Императора? Между Небесным Императором и женой Великого Императора был тайный роман, в результате которого родился Император Богов Лан Сюань?

Восточное Божество моргнул и прищурился, прежде чем улыбчиво проговорить6

— Это не я сказал, а ты.

У Цинь Му закружилась голова. Он чувствовал, что ему нужно время, чтобы переварить эту шокирующую информацию.

— Император Богов Лан Сюань — старший брат Небесного Преподобного Хао. Тем не менее, в то время как Лан Сюань знает об этом, то Хао — нет, — тихо проговорил Восточное Божество. — В современном мире осталось не так уж много древних богов, которые об этом знают. Я один из них. Многие думают, что Император Богов Лан Сюань — это мой сын, но на самом деле он не имеет ко мне никакого отношения. Я лишь несу на себе бремя Небесного Императора.

Вздохнув, он добавил:

— Я слишком часто брал на себя чужое бремя, не обращая на это внимания. Тем не менее, Император Богов Лан Сюань намеревается убить меня, его поддельного отца… — на его лице возникло сердитое выражение, когда он рассмеялся. — Разве он не боится, что я раскрою этот секрет всему миру?

Цилинь, стоящему рядом с Цинь Му, внезапно стало любопытно:

— Почему Восточное Божество не раскрыл эту тайну за всё это время?

Восточное Божество Цин Лун взглянул на него, обнаруживая, что тот тоже принадлежал к расе драконов. Его голова разболелась сильнее, когда он спросил:

— Ты не мой сын, и ты пришёл сюда не для того, чтобы найти своего отца, верно?

Цилинь немного колебался, проговорив:

— Я помню только свою маму, она была цилинем. Я не знаю, кто мой отец. Восточное Божество не посещал Первобытного Царства двести лет назад?

Восточное Божество наконец успокоился:

— Нет, не посещал… Что касается того, почему я не раскрыл этой тайны, то я просто боюсь за свою жизнь.

Он вздохнул и взглянул на Небесного Преподобного Юя на горизонте, прежде чем проговорить:

— Небесный Герцог и Граф Земли в силах сопротивляться божественному оружию небесного Преподобного Юя, но я не настолько уверен в своих силах. На самом деле, даже без Небесного Преподобного Юя, если я сражусь с Небесным Преподобным, то скорее всего потреплю поражение, хоть ему и придётся потратить много сил.

Его глаза загорелись, будто факел, и он посмотрел на Цинь Му, торжественно проговорив:

— Даже если бы Великий Чародей не пришёл ко мне, я всё равно нашёл бы тебя. У меня есть проблема, и я хочу, чтобы ты её решил.

Цинь Му ответил с серьёзным выражением:

— Великое Божество, пожалуйста, говори.

— Ты останешься Великим Чародеем, если Небесный Герцог и Граф Земли умрут? — Восточное Божество уставился ему в глаза, серьёзно говоря. — По правде говоря, я уже подготовился к двум исходам. Если тебе под силу воскрешать древних богов, то я буду сражаться до смерти, защищая тебя ценой своей жизни! Но если после смерти Небесного герцога и Графа Земли ты потеряешь способность воскрешать древних богов, я сдамся десятью Небесным Преподобным, убью тебя и отнесу твою голову на райские небеса, чтобы получить награду!

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло. Он почувствовал убийственное намерение Восточного Божества!

Восточное Божество Цин Лун продолжил:

— Несмотря на то, что убийство Небесного Преподобного — это великое преступление, я являюсь одним из четырёх Великих Божеств и Небесный Император назначил меня стражем Четырёх Крайних Небес. Таким образом, меня не казнят за твоё убийство. В худшем случае меня заточат, но я останусь жив. Когда райские небеса решат убить Небесного Герцога и Графа Земли, им понадобится моя сила, и они меня отпустят.

Янь’эр впала в ярость:

— Восточное Божество, как ты смеешь быть таким бесчестным?

Восточное Божество взглянул на неё и покачал головой, смеясь:

— Маленькая девушка, каждый действует в своих интересах. Таким образом я веду дела. Мы с Небесным Преподобным Му руководствуемся своими целями, между нами нет дружбы. Я буду сотрудничать, если получу с этого пользу. Если нет, то меня не волнует жизнь Небесного Преподобного Му. Более того, существует возможность, что убийство Небесного Преподобного Му пойдёт мне на пользу.

Сердце Янь’эр замерло.

Всё это время она с уважением относилась к Восточному Божеству, своему отцу. Несмотря на то, что тот холодно к ней относился, в её сердце он всё ещё оставался героем.

Пообщавшись с ним лично, образ отца в её сердце рухнул, сбежал в панике и страхе. Ей было трудно с этим смириться.

Цинь Му рассматривал пейзажи Райского Дворца Зелёного Дракона, его взгляд остановился на здешнем Яшмовом Водоёме. Улыбнувшись, он проговорил:

— Восточное Божество, ты помнишь, что случилось на корабле-призраке?

В Райском Дворце Зелёного Дракона тоже был Яшмовый Водоём. Его вода казалась даже более священной, чем вода водоёма на райских небесах.

Этот Яшмовый Водоём кипел жизнью. Цинь Му отлично владел искусством лечения, поэтому с первого взгляда мог сказать, что эта вода была чем-то особенным, и могла возвращать людей к жизни. Она была даже более сильной, чем слюна цилиня.

Кроме того, она обладала другими странными свойствами. Она могла излечивать раны и исконные духи.

Очевидно, Восточное Божество Цин Лун не был простым человеком. Таланты и сокровища, которыми он владел, превосходили богатства Матери Земли. Будь то Яшмовый Водоём или Гора Непостижимого Сокровища, они были невероятно ценными!

Восточное Божество Цин Лун кивнул и проговорил:

— Конечно, я помню. Небесный Преподобный Му помог нам, четырём божествам, сбежать. Тем не менее, если бы мы не одолжили тебе свои силы, то ты и сам не сбежал бы. Таким образом, мы лишь воспользовались друг другом и ничего друг другу не должны. Если говорить о благодарности, то не забывай, что когда ты в одиночку прибыл на райские небеса, именно мы, древние боги, защитили тебя Я тоже принимал в этом участие.

Цинь Му отвёл взгляд от Яшмового Водоёма и нахмурился, проговорив:

— Как Восточное Божество собирается меня испытать?

— Сможешь ли ты оживить других без силы Небесного Герцога и Графа Земли? Это и есть моё испытание, — ответил Восточное Божество Цин Лун. — Кроме того, я хочу знать, сможешь ли ты защитить себя, если большинство древних богов погибнут в бою. Это второе испытание. Сначала нужно проверить твои способности. Силы, которые ты одалживаешь, не являются твоими. Если ты действительно Великий Чародей, то даже если у тебя не будет чужих сил, древние боги будут тебя поддерживать.

— Что касается второго испытания, то оно проверит потенциал твоего роста. В худшем случае, если ты не сможешь себя защитить, то для того, чтобы забрать у древних богов пути отступления, райским небесам понадобится лишь убить тебя! Поэтому я должен узнать, достоин ли Небесный Преподобный Му своего звания, и стоит ли рисковать ради тебя жизнью!

Цинь Му кивнул и ответил:

— Понимаю.

Восточное Божество улыбнулся и осторожно щелкнул пальцами. Из Яшмового Водоёма поднялась крохотная лодка, на борту которой стоял бог с телом человека и головой дракона. Он поклонился:

— Отец.

Восточное Божество пригласил Цинь Му, цилиня и Янь’эр на борт, и они поплыли в сторону центра Яшмового Водоёма.

Янь’эр была удручена и измотана. Она не принимала облика человека или драконьего воробья, и продолжала сидеть на голове цилиня, выглядя как зелёный воробей.

Восточное Божество подозвал на лодку драконьего бога. Тот спросил:

— Отец, что тебе нужно?

Восточное Божество легко щелкнул пальцами, и в следующий миг в голове драконьего бога раздался оглушительный взрыв, превративший его исконный дух в порошок. Душа бедолаги тут же рассеялась, превращаясь в чёрный песок.

В глазах драконьего бога возникло странное выражение, его тело дрогнуло и упало.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, а Янь’эр подпрыгнула. Она была напугана и рассержена:

— Он твой сын, как ты мог его убить? Даже монстр не причинит вреда своему ребёнку. Ты…

Восточное Божество посмотрел на неё и нахмурился, терпеливо проговорив6

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, успокой своего воробья. Несмотря на то, что я тобой восхищаюсь, это не значит, что я не осмелюсь поставить твоих слуг на место.

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— Это Янь’эр, она не мой слуга, а ученица Небесной Преподобной Юэ.

Выражение лица Восточного Божества стало немного мягче, он проговорил:

— Так она ученица Небесной Преподобной Юэ. В таком случае я не буду на тебя злиться. Тем не менее, даже Небесная Преподобная Юэ должна проявлять ко мне кое-какое уважение, и называть меня Вашим Величеством Восточным Божеством. Тебе не стоит быть такой высокомерной.

Янь’эра собиралась ответить, когда Цинь Му остановил её взмахом руки. Рассмеявшись, он проговорил:

— Сестра Янь’эр, нет смысла продолжать разговор. Восточное Божество, если ты хотел увидеть мои способности, то мог поискать человека с Горы Непостижимого Сокровища. Там в поисках сокровищ погибли бесчисленные боги, дьяволы и практики божественных искусств. Почему ты решил убить своего сына?

Восточное Божество холодно захохотало:

— Боги, дьяволы и практики божественных искусств, погибшие на горе Непостижимого Сокровища, были людьми райских небес. Вернув их к жизни, ты мог раскрыть свои настоящие способности. Меня это слишком сильно волновало.

Цинь Му слегка нахмурился и проговорил:

— Мы можем убить их после того, как вернём к жизни.

Восточное Божество скрестил руки и проговорил:

— Я не доверяю чужакам. Я даже не доверяю своим детям. Небесный Преподобный Му, нет смысла говорить дальше. Пожалуйста, продолжай.

Цинь Му снова нахмурился.

Восточное Божество был настойчивым, своевольным и стремился управлять всем, чем мог. Цинь Му было крайне неудобно иметь дело с таким человеком.

Когда он прибыл сюда, у него возникло хорошее впечатление о Восточном Божестве, но узнав его поближе, оно резко изменилось.

Зеленое Божество Восточного Неба было невероятно враждебно настроено к Восточному Божеству Цин Луну. Это свидетельствовало о том, что последний был не слишком хорошим человеком.

Цинь Му успокоился и посмотрел на труп драконьего бога в лодке.

Душа этого бога рассеялась. Чтобы призвать её обратно, Цинь Му не требовалась сила Небесного Герцога и Графа Земли, но они были нужны для её восстановления.

Не имея сил Небесного Герцога и Графа Земли, он был не слишком уверен в себе.

— Я провёл все эти годы, изучая сорок девять Небесных Дао Небесного Герцога и шестьдесят четыре Дао Юду Графа Земли. В моём божественном сокровище Духовного Эмбриона запечатлены облики Небесного Герцога, Графа Земли и даже Матери Земли. По логике, я уже понял их способности. Вот только…

Цинь Му чувствовал, что убийственное намерение, исходящее из тела Восточного Божества, становится всё более и более интенсивным.

Восточное Божество было невероятно упрямым и своевольным. Если Цинь Му не удастся воскресить этого драконьего бога, то Восточное Божество определённо убьёт его и отнесёт его голову на райские небеса, чтобы получить награду от десяти Небесных Преподобных!

Благодаря Небесному Герцогу и Графу Земли у него возникло хорошее впечатление о древних богах. Теперь он понял, что принимал желаемое за действительное.

Восточное Божество взвёл свои длинные, тонкие брови, и кашлянул, подгоняя Цинь Му. Тем не менее, тот уже выполнил Проводника Душ, чтобы призвать душу драконьего бога обратно!

Глава 1024. Цветы Иллюзopного Bеличия Среди Людей

Диаграмма тайцзи, сорок девять Небесных Дао и шестьдесят четыре Великих Дао Юду в божественном сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му активировались. Тем не менее, столкнувшись друг с другом, они внезапно тут же рассеялись, и его совершенствование резко упало!

Цинь Му пришлось тут же остановиться.

Восточное Божество нахмурился.

Теперь Цилинь и Янь’эр тоже начали отчётливо ощущать убийственное намерение, исходящее от него!

Цинь Му неподвижно замер, погрузившись в мысли. Раньше он одалживали силу Небесного Герцога и Графа Земли, используя Врата Небесной Воли, чтобы объединить их вместе.

Врата Небесной Воли соединяли небо и землю, олицетворяя врата райских небес, которые нужно было пройти, чтобы попасть в Зал Непостижимого Неба в центре Нефритовой Столицы. Эти врата назывались Вратами Небесной Воли.

Изначально Цинь Му полностью изменил Врата Небесной Воли и использовал их удивительные качества, чтобы восстановить души дьявольского и божественного путей.

Изначально, он не проводил глубоких исследований природы этого явления, безнаказанно воруя силу Небесного Герцога и Графа Земли.

Теперь, стоя на грани смерти, он наконец начал подвергать природу этого божественного искусства сомнениям.

Убийственное намерение Восточного Божества становилось всё плотнее и плотнее. Янь’эр и цилинь нервно на него уставились. Даже несмотря на то, что они не были ему противниками, если он решит убить Цинь Му, они будут сражаться до смерти!

Исход битвы был очевиден. Все они погибли бы.

В этот момент в теле Цинь Му внезапно начала циркулировать сила создания, кардинально меня ситуацию. Она была нежной, но обладала способностью создавать жизни и души, и начала медленно проникать в тело драконьего бога.

Драконий бог разразился белым светом, который наполнил округу, будто туман. В его теле начал скапливаться чёрный песок. Его душа земли возродилась и начала отстраиваться!

Когда Восточное Божество это увидел, его убийственное намерение исчезло!

Янь’эр и цилинь начали жадно дышать, будто с них плеч сняли огромный груз.

Восточное Божество оказывал на них слишком сильное давление, из-за чего они не могли дышать.

Цинь Му использовал силу своего тела, чтобы спасти семь душ этого драконьего бога. Спустя некоторое время тот проснулся и осмотрелся, не понимая, как здесь оказался.

Он поспешно поднялся на ноги и медленно вспомнил картину перед своей смертью. Он вспомнил, что умер от рук своего собственного отца, Восточного Божества, и опустил взгляд, не осмеливаясь обижаться.

Великое Божество не принимал этого слишком близко к сердцу, рассмеявшись:

— Великий Чародей! Этого и стоило от тебя ожидать!

Цинь Му улыбнулся:

— Восточное Божество теперь спокоен?

Восточное Божество улыбнулся:

— Конечно, ты прошёл испытание, Великий Чародей. Теперь пришло время проверить потенциал твоего развития.

Цинь Му облегченно вздохнул и улыбнулся:

— Можно спросить, как ты собираешься меня проверить?

Лодка плыла вглубь Яшмового Водоёма, Восточное Божество подошёл к её передней части и неспешно проговорил:

— У Небесного Императора мало людей, Небесному Герцогу любовь принесла лишь проблемы, а Граф Земли из-за своих детей оказался в ловушке. У них тоже нет потомков. Что касается Матери Земли, Небесной Императрицы и Госпожи Юаньму, то они все мертвы. Таким образом, я обладаю самой сильной родословной!

Его длинная борода развевалась на ветру, как и рубашка. Он громко продолжал:

— Среди моих сыновей и внуков много сильных практиков. Если бы они отправились на райские небеса, то могли бы потягаться с их лучшими практиками. Даже если оно умрут и попадут в Юду, то смогут стать его призрачными героями! Великий Чародей! — посмотрев на Цинь Му, он улыбнулся. — У меня есть дочь по имени Гу Янь и Сын по имени Цин Мин. Они являются лучшими талантами своего поколения. Если тебе удастся их одолеть, ты пройдёшь испытание. Гу Янь, Цин Мин, выйдите сюда и поздоровайтесь с Небесным Преподобным Му.

В глубинах Яшмового Водоёма появился драконий остров, на котором совершенствовалось множество молодых драконов.

Как только Восточное Божество Цин Лун договорил, два драконьих бога подлетели в воздух и поздоровались с Цинь Му.

Цинь Му взглянул на них и заметив их таланты, похвалил:

— У тебя и вправду необыкновенная родословная. Тем не менее, несмотря на то что для тебя я Великий Чародей, я также являюсь Небесным Преподобным Му. Разве испытывать меня этими молодыми людьми не оскорбление?

Восточное Божество взвёл брови и спросил:

— Что ты имеешь вы виду, Великий Чародей?

Цинь Му равнодушно ответил:

— Я получил звание Небесного Преподобного ещё в первом году Дракона Ханя. Я убивал людей в Яшмовом Водоёме и от моей руки погибло множество полубогов. Сегодняшний лидер десяти Небесных Преподобных, Небесный Преподобный Хао, тоже был избит мною, после чего ему понадобилось тысяча лет, чтобы восстановиться. Если ты будешь проверять меня с помощью своих сыновей и дочерей, то, значит, ты меня недооцениваешь.

Восточное Божество нахмурился и проговорил:

— Ты имеешь в виду, что…

Цинь Му продолжил:

— Небесный Герцог и Граф Земли перевоплощались, чтобы решить проблему древнего бога. Будучи Великим Божеством Восточного Полюса, ты тоже должен был перевоплотиться, верно?

Восточное Божество кивнул.

Цинь Му продолжил:

— Ты знаком с системой совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, верно?

Восточное Божество ответил:

— Когда я перевоплотился, то провёл сто лет в области Божественного Моста и тысячу лет на Императорском Троне. Я встретил Багрового Императора, а Светлый Император называл меня дядей. Я передал Сутру Великой Пустоши Зелёного Дракона, технику Императорского Трона, которую записали Райские Небеса. Большинство моих потомков совершенствуются с её помощью.

Цинь Му улыбнулся:

— Великое Божество, ты и вправду дальновидный и мудрый. Тебе тогда удалось изучить технику Райских Небес?

Восточное Божество улыбнулся и сложил руки за спиной:

— Конечно. По правде говоря, моё перевоплощение до сих пор живо и путешествует сквозь эпохи. Кроме этого, я собираю техники Императорского Трона, у меня есть своё понимание.

Цинь Му радостно хлопнул в ладоши и похвалил:

— Я и десять Небесных Преподобных сделали глупость, смотря на древних богов свысока. Не говоря уже о Небесном Герцоге и Графе Земли, даже тебя не стоит недооценивать!

Восточное Божество улыбнулся и проговорил:

— Десять Небесных Преподобных очень сильны, и я вынужден их терпеть. Тем не менее, это не значит, что я слаб.

Цинь Му проговорил:

— Именно поэтому я осмелюсь попросить тебя проверить меня с помощью своего перевоплощения.

Восточное Божество уже успел это понять, и его глаза загорелись. Он расслаблено ответил:

— Раз уж ты так уверенно об этом просишь, то я не могу тебе отказать. Вот только я боюсь, что мои удары могут оказаться слишком сильны и ты будешь ранен.

—Это не проблема, — улыбнулся Цинь Му. — У меня крепкое тело.

— Отец! — Гу Янь, дочь дракона, поклонилась. Взглянув на Цинь Му, она проговорила. — Небесный Преподобный Му очень известен. Я хочу у него поучиться.

Сын дракона Цин Мин всё ещё хотел сражаться, и проговорил:

— Зачем использовать кувалду, чтобы расколоть орех?

Восточное Божество взглянул на Цинь Му и улыбнулся:

— Ты это видишь, Великий Чародей?

Цинь Му медленно поднял руку, и з Яшмового Водоёма поднялся лотос, приземляясь в его ладонь. Он проговорил:

— Хорошо, что твои потомки стремятся к развитию. К сожалению, им всё ещё не хватает опыта.

Сорвав лепесток лотоса, он отдал оставшуюся часть Янь’эр, и та превратилась в девушку, принимая его.

Цинь Му легко подул, и лепесток поднялся с его ладони и подлетел к Гу Янь и Цин Мину.

Летя в воздухе, он начал кружиться, разделяясь надвое после каждого оборота. Один лепесток превратился в два, два в четыре, четыре в восемь.

Вскоре лепестки, летящие в сторону Гу Янь и Цин Мина накрыли собой всё небо, образовывая цветочное море.

Парень и девушка поспешно исполнили свои божественные искусства, стремясь к морю цветков. Они собирались разрубить его, чтобы добраться к Цинь Му.

Тем не менее, столкнувшись с лепестками, божественные искусства лишь помогли ускорили их разделение, в результате чего цветочное море увеличилось!

Мчась на облаках пламени, вскоре они оказались внутри моря цветков и со всех сил пытались отбиться. Тем не менее, их божественные искусства поглощались, а количество лепестков увеличивалось, медленно окутывая собой остров драконов.

Те, кто совершенствовался на острове, попытались защититься, но море цветков впитало и их божественные искусства. Оно расширялось, накрывая всё большую площадь.

Несмотря на то, что Яшмовый Водоём Райского Дворца Зелёного Дракона был не таким огромным, как на райских небесах, он всё равно напоминал небольшой океан. Тем не менее, сейчас море цветков полностью накрыло его центр и вот-вот должно было поглотить его полностью.

В море цветков раздавался рёв драконов. Некоторые из них ревели от страха, а другие от гнева и шока.

Лепестков становилось всё больше, некоторые из них приземлялись на тела драконов и сливались с их плотью и кровью, отчего те выглядели так, будто были покрыты розовой чешуёй.

Даже более странным было то, что эти лепестки поглощали энергию драконов, продолжая разделяться и заменять чешую драконов!

Некоторые даже чувствовали, что лепестки заменяют их кровь, плоть и кости.

В худших случаях они проникали внутрь их тел и попадали на исконные духи!

Лепестки впитывали силу их исконных духов!

Постепенно рёв гнева превратился в рёв ужаса. Даже эксперты, которых высоко ценил Восточное Божество, вроде Гу Янь и Цин Мина, не могли ничего сделать и кричали от страха.

Они не могли разрушить море цветков или выбраться наружу. Каждая попытка сопротивляться лишь укрепляла ловушку, в которой они оказались.

Всё, что им оставалось делать, — это наблюдать, как лепестки растут и укореняются в их плоти и исконных духах, начиная поглощать их физические тела, Ци и силу!

Из-за чувства медленной и неизбежной смерти их сердца Дао начали рушиться!

Наконец море подлетело к Цинь Му, собираясь поглотить лодку.

Цинь Му медленно протянул руку и схватил один лепесток.

Как только лепесток коснулся его руки, море цветок мгновенно исчезло. Потомки драконов, Гун Янь и Цин Мин лежали на острове не в силах пошевелиться, так как их жизненная Ци была полностью поглощена!

Если бы море цветок не исчезло, они превратились бы в удобрение для него!

— Техника создания? — Восточное Божество Цин Лун уставился на лепесток в руке Цинь Му и торжественно проговорил. — Твоё божественное искусств объединяет в себе множество вещей. Помимо техники создания, в нём есть математика, Небесное Дао, техники Юду… Есть даже мастерство сознания и неизменное божественное искусство Небесной Преподобной Лин!

Цинь Му подошёл к Янь’эр и присоединил лепесток обратно к лотосу.

Когда лепесток вернулся лотосу, содержащаяся в нём энергия быстро хлынула в цветок, и тот засиял золотым светом. Волны ужасающей силы начали вспыхивать, будто гейзер.

Потенциал лотоса быстро рос, и в скорое времени он превратился в сокровище, обладающее ужасной силой!

Это случилось из-за того, что Цинь Му поглотил совершенствование драконов на острове, передав его лотосу. Благодаря их усилиям, цветок стал невообразимо сильным.

— Это божественное искусство — пятые небеса моего пути божественных искусств. Оно называется «Цветы Иллюзорного Величия Среди Людей».

Цинь Му отдал цветок Янь’эр и улыбнулся:

— Восточное Божество, то, что ты увидел — это то, что я хотел тебе показать. Будучи древним богом, ты не в силах понять настоящие тайны моего божественные искусства. Теперь…

Его аура пробудилась, в его теле начали циркулировать Три Эликсира Тела Тирана. У его затылка показались незавершенные райские небеса, свет которых залил весь Яшмовый Водоём.

Сжав кулак, Цинь Му проговорил:

— Пришло время, чтобы ты лично меня проверил.

Глaва 1025. Bосемь Божественныx Искусств

Восточное Божество взвел брови. Ему не понравились наглые слова Цинь Му, хоть они и были правдой. Он действительно не мог понять его божественного искусства.

Цветы Иллюзорного Величия Среди Людей.

Третья луна висела на ветке снежного дня. На каком этаже Нефритовой Сцены находился человек?

Пятые небеса пути божественных искусств Цинь Му обладали глубоким настроем. Он открыл её после того, как обрёл мудрость предков мастеров создания в Мире Духов Предков и объединил её со своим опытом и пониманием. В нём крылось огромное количество знаний.

Восточное Божество был древним богом, поэтому был ограничен своим собственным Великим Дао. Несмотря на то, что он мог распознать божественные искусства, кроющиеся в этом движении, ему было трудно его выучить.

Все знали, что древние боги были ограничены своими телами. За исключением Небесного Императора, большинство древних богов могли совершенствоваться только в пределах своего Дао, и не могли освободиться от его ограничений.

Это случилось с Небесным Герцогом, Графом Земли и Восточным Божество Цин Лунем.

Несмотря на то, что многие древние боги искали способ выбраться из этих оков, и практиковали реинкарнацию, они поняли, что единственным эффективным решением была смерть.

Только умерев и отказавшись от своего физического тела и Великого Дао, они могли освободиться.

Реинкарнация не могла позволить им выбраться освободиться от ограничений Великого Дао, что становилось понятным исходя из истории Ах Чоу Графа Земли.

— Моя реинкарнация до сих пор путешествует по различным мирам, пройдёт несколько дней, прежде чем она придёт сюда, — рассмеялся Восточное Божество. — Пожалуйста, подожди несколько дней, Великий Чародей. Я прикажу подготовит ь тебе место для жилья.

Цинь Му ответил:

— Я привык жить у Яшмового Водоёма. Не волнуйся, Восточное Божество, я останусь на острове драконов.

Восточное Божество кивнул, и лодка направилась к острову. Там на земле лежали его обессиленные потомки, не в силах даже пошевелиться. Восточное Божество нахмурился и позвал слуг, что бы те убрали остров и подготовили самый большой из здешних дворцов для Цинь Му.

Цинь Му вошёл внутрь и увидел, что скульптуры, колонны и картины во дворце были украшены драгоценными сокровищами. Он не мог не похвалить:

— Как роскошно.

Восточное Божество ответил:

— Ты должен остаться здесь на некоторое время. Когда моя реинкарнация вернётся, мы начнём второе испытание.

Цинь Му проговорил:

— Чем позже он придёт, тем сильнее я буду ждать. Первое испытание закончилось, и я очень заинтригован следующим. Не могу дождаться, пока придёт твоя реинкарнация! Я тебя не разочарую, Божество!

— На разочарует он… — засмеялся Восточное Божество. — Великий Чародей, у меня много дел, поэтому я не буду тебе мешать.

Цинь Му провёл его, проговорив:

— Я уверен, что ты чувствуешь, насколько я заинтригован прибытием твоей реинкарнации.

Восточное Божество вернулся в Зал Непостижимого Неба Райского Дворца Зелёного Дракона и созвал всех своих чиновников.

Все они были его потомками и принадлежали к расе драконов. Восточное Божество сидел на троне, смотря на них свысока. Он был явно обеспокоен и расстроен.

Наследный принц кашлянул, поклонился и спросил:

— Что тебя так беспокоит, отец?

Восточное Божество глубоко вздохнул и рассказал ему обо всём:

— Я только что обнаружил, что совсем не могу понять Великого Чародея и его божественное искусство. Из-за этого я его недооценил. Его божественные искусства полны секретов. Я не мог понять то божественное искусство вступления на путь, Цветы Иллюзорного Величия Среди Людей. Мне не удалось раскрыть его секрета или недостатков. Если это произошло с одним движением, то и с остальными повторится. Поэтому, я боюсь, что проиграю ему во втором испытании.

По спинам чиновников в зале пробежали мурашки.

Второй принц вышел вперёд и спросил:

— Отец, если ты не уверен, то почему бы не отменить второе испытание?

— Я должен был согласиться на испытание, так как он использует мою слабость, — нахмурившись, продолжил Восточное Божество. — Он полон решимости меня избить и сокрушить моё величие. Я не могу отступить. Всё, что мне оставалось, это сказать, что моя реинкарнация путешествует по миру и вернётся лишь через несколько дней, чтобы выиграть время.

Принцы впали в ярость:

— Этот Небесный Преподобный Му слишком бессердечный! Он не оставил отцу способа сохранить свою репутацию и не дал ему возможности отступить!

Обсудив проблему, они придумали решение и поделились ним с Восточным Божеством:

— Отец, не беспокойся, Небесный Преподобный Му избил наших братьев и сестёр, поэтому у нас достаточно причин, чтобы бросить ему вызов. Мы вынудим его использовать своё сильнейшее божественное искусство, в то время как ты будешь наблюдать со стороны и нейдёшь способ его одолеть. Таким образом, когда вы сразитесь, ты победишь!

Восточное Божество был в восторге и улыбнулся:

— Я благодарен, что мои сыновья готовы разделить моё бремя.

Принцы вышли из зала. Третий принц проговорил:

— Отец столкнулся с сильным врагом. Кажется, божественное искусство Небесного Преподобного Му и вправду сильно. Существует ещё одно решение, кроме как заставить его продемонстрировать своё высшее божественное искусство. Можно избить его настолько сильно, что он сбежит с Восточного Полюса!

Другой наследный принц проговорил:

— Отец всё-таки в нём нуждается, и не хочет с ним ссориться. Мы должны лишь восстановить справедливость для наших братьев и сестёр. Этого хватит, чтобы заставить его продемонстрировать своё божественное искусство.

Второй принц проговорил:

— Большой брат находится в области Императорского Трона, пусть он наблюдает за общей картиной. Остальные должны отправиться вперёд. Помните, что мы здесь лишь для того, чтобы отомстить за наших братьев и сестёр! Не болтните лишнего!

План был составлен, и они уверенно отправились к острову драконов Яшмового Водоёма, летя на облаках и молниях. Много божественных драконов кружили в небе, рассматривая его со стороны.

Сын дракона приземлился на землю и заявил, что хочет добиться справедливости для своих братьев и сестер на острове, бросая вызов Небесному Преподобному Му.

Спустя некоторое время к нему вышла изящная девушка, проговорив:

— Учитель совершенствуется, поэтому он отправил меня с вами разобраться.

Сын дракона рассмеялся от злости:

— Небесный Преподобный Му настолько высокомерен, что отправил к нам горничную? Какой позор!

Янь’эр проговорила холодным тоном:

— Я не горничная учителя. Мне просто нравится служить людям. Если ты произнесёшь ещё какую-то глупость, я разорву тебе рот!

Сын дракона впал в ярость и превратился в человека с головой дракона. Схватив алебарду, он проговорил:

— Сначала я побью тебя, а затем отправлюсь за Небесным Преподобным Му, чтобы восстановить справедливость для моих братьев и сестёр.

Янь’эр поднялась, и они начали сражаться в воздухе. После нескольких раундов рот драконьего бога был разорван, и он принял свою изначальную форму, падая в Яшмовый Водоём без сознания.

К счастью, вода Яшмового Водоёма была наполнена жизненной силой и не дала ему умереть.

— Ты избила восемьдесят седьмого брата! — прокричал другой драконий бог. — Я отомщу за него!

Янь’эр бесстрашно встретилась с ним лицом к лицу и едва не избила его до смерти.

Остальные сыновья драконов вышли вперёд, терпя поражение один за другим. Тем не менее, Янь’эр тоже устала. В этот момент прозвучал голос Цинь Му:

— Отойди, Янь’эр.

Янь’эр кивнула и отступила.

— Пи, твоя очередь, — проговорил Цинь Му. — Вы все бросили вызов мне, но я не могу сражаться с вами из-за своего старшинства. Поэтому я отправлю к вам Пи. Если вы сможете одолеть его в одной области, я сражусь со всеми вами.

Пока он говорил, из дворца вышло огромное существо с головой дракона и телом цилиня. Шагая в их сторону, оно превратилось в юношу и проговорило:

— Я в области богов. Кто осмелится со мной сразиться?

Потомки Райского Дворца Зелёного Дракона продолжали бросать вызов, тем не менее, техники Пи оказались слишком острыми и мощными. Он владел всевозможными божественными искусствами, сбивающими противников с толку, и сумел одолеть пости тридцать сыновей и дочерей дракона без единого поражения.

Дракон Пи устал, и Янь’эр продолжила сражаться вместо него. Они чередовались на протяжении нескольких дней, так ни разу не проиграв!

Наследный принц нахмурился, кашлянул и проговорил:

— Отойдите, я сам этим займусь.

Наследный принц вышел вперёд. Посмотрев на него, Пи начал колебаться и прокричал людям во дворце:

— Владыка Культа, этот дракон выглядит довольно сильным. Должно быть, он является практиком области Императорского Трона. Я ему не противник…

Цинь Му вышел из дворца и улыбнулся:

— Отойди, жирдяй.

Наследный принц поздоровался с Цинь Му:

— Мои братья и сестры осмелились оскорбить тебя, Небесный Преподобный Му. Я пришёл извиниться…

Цинь Му махнул рукой и проговорил:

— Не нужно лишних разговоров. Я знаю почему ты здесь. Я открыл восемь движений на пути божественных искусств. Если тебе удастся выдержать их всех, я закрою глаза на прошлое.

Наследный принц был в восторге и торжественно проговорил:

— Прошу, Небесный Преподобный.

Цинь Му тут же исполнил своё первое движение. Внезапно метеорологическое явление вокруг изменилось. В небе возвысилось Дао Небес и Дао Эона. Сорок девять Небесных Дао слились с тридцатью шестью Дао Эона, формируя яркую дугу.

На четырёх углах этой кривой появились четыре лица богов и дьяволов, каждое из которых изображало разную эмоцию.

Наследный принц поднял взгляд, увидев, что Цинь Му превратился в четырехликого бога, который вызывал в него страх и благоговение.

Мудра Цинь Му обрушилась на него, и наследному принцу тут же пришлось поднять своё совершенствование, чтобы её заблокировать!

Он собирался сражаться с Цинь Му в одной области, но быстро понял, что в таком случае не сможет с ним соперничать. Он был вынужден поднять своё совершенствование до уровня истинного бога!

Послу удара Цинь Му магическая сила в его теле начала хаотично циркулировать. Его жизненная Ци превратилась в неконтролируемый поток, в то время как его сознание почти рассеялось. Он испугался и поспешно поднял своё совершенствование до области Яшмового Водоёма, и лишь после этого беспорядок в его теле закончился.

В этот момент Цинь Му исполнил своё второе движение. Это были Небесные Врата Неба и Земли, и они упали на землю, подавляя драконьего бога под собой.

Небесная Дверь Неба и Земли соединила сорок девять Небесных Дао и шестьдесят четыре Великих Дао Юду, создавая ужасающее божественное искусство!

Наследный принц был вынужден снова поднять своё совершенствование, достигая вершины области Яшмового Водоёма. Тем не менее, он чувствовал, как его душу окутывают языки пламени, в то время как на его физическое тело давили Юду и Сюаньду. Он был вынужден открыть свой райский дворец Сцены Казни Бога!

В ответ на это Цинь Му исполнил своё третье движение — Вид Четырёх Полюсов Райской, а следом за ним и четвёртое, Великое Всеобъемлющее Небесное Завершение.

Он исполнял движения одно за другим, в то время как наследный принц отчаянно их блокировал. В конце концов, он был существом области Императорского Трона, и подняв своё совершенствование до области Сцены Казни Бога мог принять даже сильное божественное искусство, с помощью которого Цинь Му вступил на путь.

Наконец он исполнил все восемь движений. Цинь Му поправил рукава и вернулся во дворец.

Наследный принц поклонился и отпустил его, проговорив:

— Спасибо, что выполнил моё желание, Небесный Преподобный Му!

Цинь Му проговорил:

— Твоё отец увидел мои божественные искусства. Его реинкарнация скоро должна прибыть сюда, верно?

Наследный принц был ошеломлён, покраснев в лице.

Он привёл своих братьев и сестер обратно в Зал Непостижимого Неба и увидел Восточное Божество Цин Луна, сияющего улыбкой:

— Отличная работа! Особенно хорошо справился Юань Лун! Ты заставил его продемонстрировать все восемь божественных искусств, а значит обрёл огромные заслуги! Тем не менее, мне нужно ещё несколько дней, чтобы найти их недостатки.

Наследный принц поклонился и проговорил:

— Поздравляю с победой, отец!

Восточное Божество рассмеялся и закрылся в своём дворце.

Через десять дней он вышел и призвал всех, чтобы узнать о Цинь Му. Наследный принц ответил:

— Небесный Преподобный Му остался на острове и ничего не делал. Он не покидал острова.

Восточное Божество Цин Лун улыбнулся:

— Этот парень настойчив.

В этот момент из-за его спины вышла его реинкарнация, напоминая божество с головой дракона и телом человека. Вокруг него была аура золотого дракона, придающая грозного виду.

Реинкарнация Восточного Божества отправилась к Яшмовому Водоёму, в то время как остальные отправились следом за ней. Это было грандиозное событие, за которым с высоты наблюдало множество сыновей и внуков Восточного Божества.

Когда они прибыли на остров, Восточное Божество обернулось и подняло руку. Все остальные остановились и зависли в воздухе.

Реинкарнация Восточного Божества медленно приземлилась на остров и улыбнулась:

— Прости, что заставил себя ждать, Небесный Преподобный.

Цинь Му ответил официальным тоном:

— Ты слишком формален, Восточное Божество. Раз уж ты решил меня испытать, то я хотел бы заключить с тобой спор. У меня есть банка первобытной жидкости Матери Земли, я готов поставить его против Горы Непостижимого Сокровища. Тебя это интересует, Восточное Божество?

Глаза реинкарнации Восточного Божества расширились, его дыхание участилось, и он проговорил:

— Первобытная жидкость? Баночка?

Цинь Му щелкнул пальцами, и в его ладони появилась баночка первобытной жидкости, излучающая чистую и мощную энергию. Он улыбнулся:

— Что скажешь, Божество?

Восточное Божество обернулся и нерешительно проговорил:

— Хоть она и ценна, она не может стоить Горы Непостижимого Сокровища. Что насчёт вершины?

Цинь Му улыбнулся:

— Отлично, вершина подойдёт. Божество, я в области богов.

Восточное Божество кивнул и запечатал свои Южные Небесные Врата, после чего улыбнулся и проговорил:

— Тогда я сражусь с тобой в этой области. Прошу!

Цинь Му улыбнулся и достал свой меч, свет которого осветил остров. В следующий миг появились Верховные Небеса Императора, Небеса Верховного Сияния, Небеса Чистой Яркости….

Над островом появилось тридцать три неба!

Реинкарнация Восточного Божества была шокирована. Тридцать три неба меча не были его божественным искусством!

Они хлынули на него, делая его понимание божественных искусств Цинь Му совершенно бесполезным!

Среди света меча брызнула драконья кровь!

В итоге тридцать три неба превратились в один меч, который Цинь Му держал в руках. Протяжно взревев, он наконец сумел освоить область меча Императора-Основателя.

Вокруг него сформировалась мощная область меча, содержащая в себе силу неразрушимого Дао!

Цинь Му нанёс удар по противнику, концентрируя всю свою силу, жизненную Ци, сознание и даже исконный дух в области меча!

Незаметно для себя он объединил путь меча и двадцатую форму меча. Это позволило ему в совершенстве повторить движение, созданное Императором-Основателем и одним ударом пронзить реинкарнацию Восточного Божества.

Реинкарнация Восточного Божества отлетела назад, покрываясь сотнями ранений от меча. Он покатился по воде и вылетел за пределы Яшмового Водоёма, прежде чем столкнуться со дворцом!

Цинь Му опустил меч и обратился к Янь’эр, стоящей позади:

— Забери вершину и готовься уходить. Пришла пора встретиться с Северным Божеством.

Глaва 1026. Пpoводить Hебеcного Преподобного Mу Девять Раз

Цилинь и Янь’эр медленно вышли из-за его спины. Их сердца неистово застучали, когда они увидели в небе бесчисленных экспертов райского дворца Зелёного Дракона.

— Жирдяй, разве такой беспорядок можно убрать? — Янь’эр превратилась в зелёного воробья и уселась на макушке цилиня. Почесав его голову, она прошептала. — Кажется, Владыка победил реинкарнацию Восточного Божества слишком жестоким образом…

Издалека раздался оглушительный шум, с которым разрушился дворец, в который врезалась реинкарнация Восточного Божества.

Соседние дворцы обрушились вместе с ним, повергая сильных практиков расы драконов в шок.

Янь’эр волновалась всё сильнее, сжимая голову цилиня до боли.

Цилинь успокоился и проговорил:

— Сложно сказать, можно ли убрать этот беспорядок. Тем не менее, Восточное Божество хотел использовать визит Владыки Культа, чтобы повысить свой авторитет. Владыка всего лишь отбивался.

Янь’эр не поняла о чём он.

Тем не менее, цилинь прекрасно всё понимал.

Восточное Божество определённо намеревался унизить Небесного Преподобного Му, поэтому собрал всех сильных практиков своего дворца.

Если бы он просто хотел проверить силу Цинь Му, то ему не нужно было бы призывать всех чиновников райского дворца Зелёного Дракона и приглашать так много людей. Было очевидно, что он руководствовался скрытым мотивом.

Он хотел воспользоваться титулом Цинь Му, чтобы продемонстрировать свою силу, что было очевидно.

За последние два года авторитет райского дворца Зелёного Дракона и древних богов в целом начал рушиться, в то время как авторитет десяти Небесных Преподобных неостановимо рос. Теперь, когда последние хотели что-то сделать, им даже не приходилось использовать звание своего повелителя, Небесного Императора. Вместо этого они осмеливались действовать от своего имени.

Небесные Преподобные не стеснялись не повиноваться, грабить и уничтожать семьи древних богов.

Люди восточного полюса увидели кризис в райском дворце Зелёного Дракона. Десять Небесных Преподобных давили на них сверху, а Зелёное Божество Восточных Небес давило снизу. Теперь ко всем этому добавился ещё и клон Небесного Преподобного Юя, спустившийся с райских небес вместе с миллионами богов и дьяволов!

Техника мудры этого клона Небесного Преподобного Юя бесцеремонно нацелилась на райский дворец Зелёного Дракона, полностью разрушая доверие расы драконов на Восточном Полюсе.

Восточному Божеству, одному из четырех божеств древних богов, нужен был способ поднять их боевой дух.

Победа над Цинь Му позволила бы ему укрепить авторитет и занять выгодное положение в рамках их сотрудничества. Он доказал бы, что без поддержки древних богов, Цинь Му был ни на что не способен!

Сотрудничая с ним, древние боги были лидерами, а Цинь Му был последователем, действующим только по приказу.

Кроме того, несмотря на то что имя Небесного Преподобного Му было не таким громким, как имена десяти Небесных Преподобных, он всё же был старейшиной Небесного Союза. Победа над ним позволила бы Восточному Божеству сделать древних богов непобедимыми в глазах своих людей.

Именно поэтому Восточное Божество решил провести два испытания после того, как прибыл Цинь Му.

— Он не ожидал, что Небесный Преподобный Му всё-таки Небесный Преподобный.

Цилинь покачал головой. Восточное Божество ошибочно считал, что всё это время контролировал и использовал Цинь Му. Со своей высокой башни он не увидел, как изменились времена. Древние боги уже не были самыми сильными существами.

Будучи одним из трёх героев реформы Вечного Мира, Цинь Му не собирался превосходить древних богов. Вместо этого он пытался заставить всех богов, древних или новых, служить людям.

Таким образом, мотивы Цинь Му и древних богов, естественно, противоречили друг другу. Разве Цинь Му мог бы позволить Восточному Божеству управлять им?

Более того, несмотря на то, что раньше Цинь Му обладал некоторой властью, будучи Небесным Преподобным, она медленно ослабевала. Бедствие Вечного Мира стала для него хорошим уроком, увеличивая его совершенствование, знания и опыт.

Если добавить к этому путешествие в Великую Пустошь, Цинь Му мог с лёгкостью одолеть реинкарнации древних богов, даже если ему было не под силу одолеть Небесного Преподобного в одной области.

Внезапно грохот раздался снова. Огромный памятник в форме дракона упал на землю. Внезапно раздался еще один громкий гул. Другой большой мемориал в форме дракона рухнул.

Янь’эр уже расслабилась, но услышав этот звук снова сжала голову цилиня. В итоге она оторвала одну из его чешуек.

Цилиню было больно, но он молчал.

Драконы в небе, казалось, проснулись от грохота. Они не думали, что всё закончится таким образом, не говоря уже о Восточном Божестве.

Их взгляды упали на Цинь Му, стоящего на острове. Тот уже спрятал свою пилюлю меча. Как говорится, человек, которого многие ненавидят, умирает здоровым. Цинь Му оставался спокойным несмотря на то, что на нем остановились взгляды огромного количества драконьих экспертов.

— Что нам делать, большой брат? — чиновники в Райском Дворце Зелёного Дракона спросили наследного принца.

Тот тоже не знал, что делать. Несмотря на то, что он был единственным существом области Императорского Трона, сейчас он мало чем отличался от памятника, который рухнул. Он был красивым, но мало полезным.

У него было мало власти, и на самом деле всё зависело от его отца, Восточного Божества.

Восточное Божество был невероятно древним и хотел контролировать всё, что только мог. Будучи его наследным принцем, Юань Лун смог совершенствоваться до области Императорского Трона благодаря хаосу, который возник во время Эпохи Высшего Императора. Он принимал участие в боях и выбрался из тени Восточного Божества, что позволило ему достичь такого уровня.

Когда Эпоха Высшего Императора закончилась, и он вернулся, он снова оказался в тени Восточного Божества.

В тени своего отца он уже не мог за что-то отвечать.

В этот момент в воздухе вспыхнула древняя, обширная аура, становясь всё сильнее. Огромное тело Восточного Божества обвилось вокруг райского дворца Зелёного Дракона, в его чешуе, будто в зеркале, отражался солнечный свет и дворцы.

Его голова возвышалась над Залом Непостижимого Неба, а усы развевались на ветру. Спустившись к острову посреди Яшмового Водоёма, он поднял огромные волны на воде.

Цинь Му посмотрел на этого древнего бога и улыбнулся:

— Восточное Божество, я прошёл испытание, верно?

Восточное Божество сузил глаза и уставился на него, прежде чем рассмеяться:

— Да, прошёл. Небесный Преподобный Му, у тебя огромный потенциал, и в будущем ты не будешь уступать десятью Небесным Преподобным.

Цинь Му расслабился и ответил:

— Хорошо, что я тебя не разочаровал. Что касается горы Непостижимого Сокровища…

Восточное Божество улыбнулся:

— Я выполню своё обещание. Вот только эта гора слишком тяжела. Возможно, тебе не удастся принять этот подарок.

Цинь Му засиял улыбкой:

— Не волнуйся, Восточное Божество, я знаю, как её забрать! Я пришёл сюда, чтобы встретиться с тобой, и теперь, потревожив тебя, я должен уходить.

Восточное Божество попытался уговорить его остаться:

— Разве ты не побудешь тут ещё несколько дней, Небесный Преподобный Му?

— Нет, нет.

Они обменялись формальностями, после чего Цинь Му приказал цилиню и Янь’эр собирать вещи. Восточное Божество подлетел к Горе Непостижимого Сокровища и оторвал одну из её вершин. Боги и дьяволы райских небес были повергнуты в ужас и начали жаловаться:

— Восточное Божество и вправду собралось отдать гору Непостижимого Сокровища? Где мы будем искать себе божественные ножи из его зубов?

К счастью, Восточное Божество оторвал только одну вершину, и осталось ещё восемь.

Вершина была невероятно тяжёлой. Несмотря на то, что она была намного меньше всей горы, она являлась её главной частью. Когда Восточное Божество потащил её к Цинь Му, сила её магнетизма начала искажать пространство.

Глаза Цинь Му дрогнули. На фоне Восточного Божества гора казалась не слишком большой, но для него она была слишком большой и тяжёлой.

Восточное Божество превратился в бога в зелёной рубашке. Подлетев в воздух, он схватил вершину одной рукой и проговорил:

— Небесный Преподобный Му, вот твоя гора, лови! — сказав это, он бросил гору в его сторону!

По спинам цилиня и Янь’эр пробежали мурашки. Вершина была слишком огромной. Даже если они начнут бежать, она всё равно их раздавит.

Цинь Му улыбнулся и поднял руку, чтобы достать свой третий глаз, после чего подбросил его в воздух.

Третий глаз летел прямо в сторону горы. Его зрачок начал вращаться, прежде чем выстрелить лучом света в гору.

Свет пронесся над горой, и она исчезла.

Божественный глаз вернулся в межбровье Цинь Му, и рана в его лбу тут же восстановилась.

Цинь Му моргнул третьим глазом, обнаруживая, что вершина не вызывала у него дискомфорта. Он улыбнулся:

— Большое спасибо, Восточное Божество. Не стоит меня провожать.

Восточное Божество был ошеломлен, спускаясь на остров вместе со своими чиновниками. Он проговорил:

— Тебе не стоит принимать всё близко к сердцу. Два испытания были всего лишь игрой.

Цинь Му ответил:

— Мне жаль, что я разрушил твои дворцы.

— Не стоит себя винить, Небесный Преподобный. У меня много небесных драконов, которые хорошо разбираются в строительстве. Мне не составит труда всё отстроить.

Восточное Божество расслабленно шагал вместе с Цинь Му, рассеяв сильную ауру, которую освободил ранее. Он улыбнулся:

— Когда ты пришёл, я тебя не поприветствовал. Теперь, когда ты уходишь, я должен тебя проводить. Небесный Преподобный Му, мы достигли Южных Небесных Врат.

— Прощай, — Цинь Му улыбнулся и поклонился.

Восточное Божество ответил:

— Береги себя, Небесный Преподобный.

Цинь Му позвал цилиня и Янь’эр, продолжив путь.

Когда они прошли около тысячи километров, небо наполнилось божественным светом и в нём начали извиваться бесчисленные драконы. Восточное Божество снова вернулся вместе со своими чиновниками, рассмеялся и проговорил:

— Я не проводил тебя должным образом, поэтому вернулся, чтобы сделать всё правильно!

Янь’эр и цилинь были потрясены, думая: «Неужели Восточное Божество пришло, чтобы убить нас и вернуть вершину Горы Непостижимого Сокровища, чтобы замести следы произошедшего?»

Цинь Му спрыгнул со спины цилиня. Он был явно тронут, и вздохнул, прежде чем проговорить:

— Я был поражен тем, что ты меня проводил. Если ты сделаешь это ещё раз, то мне будет неудобно. Божество, я уже получил достаточно милости с твоей стороны. Пожалуйста, остановись.

Восточное Божество тоже вздохнул:

— Встреча с тобой заставила меня задуматься над собой. Если я тебя не провожу, то буду чувствовать себя плохо.

Цинь Му поклонился и Восточное Божество поклонился в ответ, прежде чем помочь Цинь Му забраться на спину цилиня:

— Я желаю тебе счастливого пути!

— Прощай, Божество.

Цилин помчался вперед, не оглядываясь. Тем не менее, он заметил, что множество небесных драконов Восточного Полюса во главе с Восточным Божеством продолжат наблюдать за ними с неба, что было довольно трогательно.

Цилинь собирался заговорить к Цинь Му, когда округу залил божественный свет. Восточное Божество снова спустился к ним и воскликнул:

— Пожалуйста, остановись, Небесный Преподобный Му!

Цинь Му приказал цилиню остановиться и спрыгнул с его спины. В этот момент к ним подошла женщина драконьей расы с подносом, на котором было вино и золотые чашки. Восточное Божество лично налило вина и подняло чашку:

— За время твоего визита, я ни разу с тобой не пил, Небесный Преподобный. Поэтому я хотел бы выпить за тебя.

Цинь Му поднял свою чашку и выпил вместе с ним. Улыбнувшись, он проговорил:

— Я не слишком стойкий к алкоголю, и уже опьянел. Одна чашка твоего вина лучше, чем тысяча кувшинов любого другого. Прощай, Божество.

Восточное Божество наблюдал, как Цинь Му садится на цилиня, прежде чем помахать ему на прощание.

Цилинь пролетал мимо клона Небесного Преподобного Юя, когда Восточное Божество спустился к ним снова, вместе с сильным практиками райского дворца Зелёного Дракона. Приказав людям поднести фруктов, он с сожалением проговорил:

— Я не принял тебя надлежащим образом, поэтому должен предложить тебе эти фрукты.

Цинь Му попросил Янь’эр принять подарок, после чего проговорил:

— Твоя благодарность слишком велика, Божество.

Восточное Божество снова помахал на прощанье.

Ещё через тысячу километров цилинь приблизился к границам другого драконьего города, где к ним снова спустился Восточное Божество, чтобы их проводить. Обливаясь слезами, он проговорил:

— Провожая тебя в этот раз, я не знаю когда мы встретимся снова. Поэтому я должен проводить тебя ещё раз.

Цинь Му тоже не мог сдержать слёз, отвечая:

— Я никогда не смогу отплатить за твоё гостеприимство, Божество!

Они обнялись, прежде чем расстаться, вытирая слёзы.

Боги и дьяволы шести божественных городов на ладонях клона Небесного Преподобного Юя наблюдали за происходящим, тихо обмениваясь сплетнями.

Цинь Му продолжил двигаться вперёд, и, прежде чем цилинь успел рассказать о своих сомнениях, он увидел, что Восточное Божество спустился, чтобы проводить их снова.

Восточное Божество и его спутники провожали его девять раз. Остановившись у кареты, он самостоятельно запряг девятерых небесных драконов, помог Цинь Му забраться внутрь и наблюдал, как тот садится.

— Пожалуйста, возвращайся, Восточное Божество, — открыв окно, Цинь Му проговорил с заплаканными глазами.

Восточное Божество вздохнул:

— Когда мы встретимся снова?

Они смотрели как карета входит на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, после чего ушли.

— Восточное Божество Цин Лун — действительно сильное существо, — размышлял Цинь Му. — Как Зелёное Божество Восточного Неба собирается его одолеть? Это под силу разве что Императору Богов Лан Сюаню.

В карете появился силуэт Божественного Короля Лан Во, которая спокойно проговорила:

— Сражаться с нами и выжить в битве Области Ржавой Крови было нелёгким достижением. Боюсь, ты недооцениваешь его, святой младенец.

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Это он меня недооценил. Несмотря на то, что он потерпел множество проблем, в конце концов он их компенсировал.

Цилинь не мог больше сдерживать своего любопытства и спросил:

— Владыка Культа, почему он так искренне провожал после того, как ты им воспользовался? Более того, он сделал это девять раз! Даже если бы сюда пришёл Небесный Император, он так себя бы не вёл.

Янь’эр тоже испытывала некоторые сомнения и проговорила:

— Восточное Божество казался невероятно жалким. Я не думаю, что он такой на самом деле!

Цинь Му улыбнулся:

— Восточное Божество хочет, чтобы райские небеса знали, что он вступил со мной в союз. Кроме того, он пытается дать им понять, что ценит меня больше кого-либо другого. Он делает это, чтобы другие древние боги поняли его позицию и заставить райские небеса пойти против меня, — почесав свою макушку, он продолжил. — Из-за меня он оказался в невыгодном положении, я избил его реинкарнацию и выиграл спор перед лицом его потомков. Разве он мог бы не попытаться мне отомстить? Проводя меня девять раз, он выглядел совершенно искренним, чтобы убедиться, что все будут знать, как он меня ценит. Тем не менее, чем сильнее он будет меня ценить, тем сильнее райские небеса захотят от меня избавиться. По сути, он просто толкнул меня на костёр.

Глава 1027. Императoр-Оcнователь и Четыре Божества

Взгляд Божественного Короля Лан Во напоминал родниковую воду, она мягко проговорила:

— Древние боги не заслуживают доверия. Никто из ниx. Святой младенец, ты наша надежда…

Цинь Му посмотрел на неё и спросил:

— У тебя есть силы, чтобы идти против райских небес?

Божественный Король Лан Во молча сидела, смотря на потоки Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии за окном. С глубоким, завораживающим взглядом, она проговорила:

— Святой младенец, ненависть между древними богами и нами настолько глубока, что мы желаем друг другу исчезновения. Ты не в силах этого изменить. Эта ненависть укоренилась в нашем мышлении, которое передавалось из поколения в поколение. Древние боги тоже не успокоятся.

Этот Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии вёл к Северному Полюсу. Четыре Божества соединили полюса между собой с помощью Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии, упрощая путешествия между ними.

В прошлом боги и дьяволы были вынуждены пользоваться кораблями, которые плыли по райской реке, чтобы добраться до четырёх полюсов, и на то, чтобы добраться к полюсу с райских небес, уходило сто лет.

Конечно, это относилось только к обычным богам и дьяволам. Для сильных практиков Императорского Трона количество времени для путешествия было намного меньше.

Сократить путь можно было отправившись в Юду и Сюаньду. В Юду можно было воспользоваться бумажными лодками Старшего Вестника Смерти, которые могли доставить путешественника к полюсам экономя время и силы.

Что касается Сюаньду, то он находился в центре вселенной, где пространство было искривлено. Здешние дороги охраняли Хранители Солнца, вороны которых позволяли быстро добраться к нужному месту.

Мосты Взаимного Сдвига Духовной Энергии сделали всё намного более удобным.

Цинь Му выглянул и на мгновение замолчал, прежде чем пробормотал:

— Это ставит меня в сложное положение, сестра Лан Во, в очень сложное…

Божественный Король Лан Во посмотрела на него, не осмелившись что-либо ответить.

Спустя некоторое время Цинь Му спросил:

— Что ты узнала при осмотрел клона Небесного Преподобного Юя?

Взгляд Божественного Короля Лан Во дрогнул, она ответила:

— Он и вправду невероятно силён. Если райские небеса сумели создать такое оружие, то их сила и вправду не имеет себе равных. Более того, её можно контролировать, в отличие от Небесного Императора или Великого Императора. Подавляя небеса такой силой, империй райских небес утвердится навеки. Их власть никогда не свергнут. Тем не менее, у него есть одна слабая сторона.

Цинь Му посмотрел на нее и спросил:

— Сознание?

Божественный Король Лан Во кивнула и проговорила:

— Это огромный недостаток. Клон Небесного Преподобного Юя является не настоящим физическим телом Небесных Преподобных, а лишь оружием. В связи с этим Небесные Преподобные вынуждены вставлять свой исконный дух в оружие, прежде чем они могут контролировать его огромную силу. Мы можем использовать своё сознание, чтобы заполучить контроль над ним до того, как это удастся Небесным Преподобным.

Глаза Цинь Му загорелись, он проговорил:

— Ты ничего не сделала с божественным оружием Короля Богов Лан Сюаня, верно? Я не успел тебе сказать, что он является сыном Небесного Императора и одного из трёх божественных королей, Божественного Короля Гун Юнь. Он наполовину мастер создания, поэтому его сознание должно быть сильным!

Божественный Король Лан Во была шокирована. Уставившись на Цинь Му, она проговорила:

— Император Богов Лан Сюань — сын Небесного Императора? В таком случае, разве семья Небесного Императора не составляет половину из десяти Небесных Преподобных?

Задумавшись, Цинь Му понял, что это и вправду так.

Древний Небесный Император, Небесная Императрица, Госпожа Юаньму, Небесный Преподобный Хао и Император Богов Лан Сюань. Пять из десяти Небесных Преподобных были родственниками Небесного Императора!

Помимо Небесного Императора, был ещё Великий Император Цзюй Юйши, сын Небесного Герцога, Наследный Король Богов и дочь Небесного Герцога, Небесная Преподобная Сюй. Среди Небесных Преподобных было лишь двое людей без высокой родословной, одним из которых был Небесный Преподобный Хо!

— Я считаю родословную Восточного Божества самой лучшей, но лишь из-за того, что у неё невероятная численность. Потомки Небесного Императора обладают намного более высоким качеством, — Цинь Му не мог не вздохнуть. — Ладно. Восточный полюс не может быть дворцом предков, верно?

Божественный Король Лан Во покачала головой:

— Нет, не может. Тем не менее, в нём есть сокровища дворца предков, к к примеру Гора Непостижимого Сокровища и Яшмовый Водоём.

Цинь Му был шокирован. Неужели во дворце предков и вправду были такие сокровища?

Он не мог дождаться, когда увидит дворец предков собственными глазами.

На Восточное Полюсе, Восточное Божество повёл своих чиновников обратно в райский дворец Зелёного Дракона. Наследный принц спросил:

— Отец, ты и вправду не собираешься никого отправить, чтобы забрать Гору Непостижимого Сокровища?

Восточное Божество покачал головой и проговорил:

— Несмотря на то, что она драгоценна, на самом деле я использую её лишь для того, чтобы острить свои зубы. Это не самое дорогое сокровище Восточного Полюса. Хоть он меня унизил, я проводил его девять раз, и теперь райские небеса точно не будут его терпеть. Они отправят кого-то, чтобы его убить.

Наследный принц немного колебался, прежде чем спросить:

— Отец, если Небесный Преподобный Му тебе нужен, то почему ты толкаешь его на такую опасность?

Восточное Божество взглянул на него и ответил:

— Небесный Преподобный Му высокомерен, тщеславен, и его сложно контролировать. Он всего лишь маленький человек, которому повезло заполучить свой сегодняшний высокий статус. Если бы он знал, что для него хорошо, то принял бы два моих испытания. Вместо этого он решил унизить меня, пытаясь показать, что он ровня нам, древним богам, В его голосе чувствовался гнев, несмотря на то, что он говорил всё спокойнее и тише. — Гнев явно исходил от его голоса, несмотря на то, что его тон становился все яснее и яснее.

— Десять Небесных Преподобных хотят от нас избавиться и забрать всю власть себе. Наша цель, кроме самообороны, это избавиться от них, а не взрастить себе врагов!

Он подошёл к Залу Непостижимого Неба и сел на трон, сжимай ручки своими длинными пальцами. Накрыв весь райский дворец своей аурой, он холодно прокричал:

— Небесный Преподобный Му этого не осознает. В таком случае я должен открыть ему глаза. Покинув Восточный Полюс, он продолжит дурачится, пока наконец не пострадает. После этого он научится быть скромным, подчиняться нам, древним богам, и искренне делать свою работу.

Его взгляд сверкал как молния. Посмотрев на наследного принца, он уверенно проговорил:

— Мы, древние боги, с исконных времён были хозяевами этой вселенной. Так называемые мастера создания, полубоги, Небесные Преподобные и люди всего лишь прохожие. Именно по нашей поле вы можете жить. Именно мы хранили порядок на заре вселенной, позволив вам размножиться!

— Существа после начала предали нас, украв нашу власть и реформировав Дао! Им не стоило давать такой свободы! Так думаю не я, так думают все древние боги!

По спине наследного принца пробежали мурашки, он опустил голову, боясь что-либо сказать.

— Мы пытались воспитать Цинь Е, чтобы использовать его для борьбы с Небесными Преподобными. Кто знал, что он окажется таким некомпетентным, что сбежит со своими помощниками после всех наших усилий! — Восточное Божество холодно фыркнул и сжал ручку трона настолько сильно, что она взорвалась. — Сколько сил мы потратили на то, чтобы помочь ему и Эпохе Императора-Основателя развиться? Пока мы ждали как он сразиться с райскими небесами, его собственные райские небеса были повергнуты в хаос. Должно быть он понял, для чего мы хотим его использовать, и поэтому сбежал. Он даже передал свой навык меча Цинь Му, чтобы тот доставил мне проблем. Неблагодарный мерзавец!

Наследный принц дрогнул, его лоб покрылся холодным потом.

Он пережил некоторые события, о которых говорил Восточное Божество. В прошлом Восточное Божество был невероятно щедр к Императору-Основателю, и даже спускался, чтобы ему помочь.

Император-Основатель отправил Ди Июэ учиться у Восточного Божества, и тот передал ей техники богов.

На короткий периода реинкарнация Восточного Божества спустилась к нижней границе, в итоге становясь другом Дао Императора-Основателя.

Когда Император-Основатель открыл тридцать три неба и райские небеса Императора-Основателя, Восточное Божество и другие божества лично пришли, чтобы его поздравить.

Наследный принц не думал о всех тайнах, которые за этим стояли.

Теперь, вспоминая о тех событиях, он чувствовал мороз по коже.

Во всей этой истории скрывалась огромная опасность!

Восточное Божество начал говорить более мягким тоном и улыбнулся:

— Не волнуйся, ты мой сын, и я ничего бы не сделал против тебя. В будущем тебе придётся поработать и отстроить райские небеса… — он неспешно проговорил. — Возможно, у тебя даже будет шанс сесть на трон. Пришло время омыть райские небеса Дракона Ханя кровью и сменить их хозяина.

На жертвенном алтаре Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии появилась карета Небесного Дракона.

Как и на Восточном Полюсе, жертвенный алтарь Северного Полюса находился на краю обширного клочка неба и земли.

Под руководством Святого Дровосека, Цинь Му и чёрный тигриный бог вместе разработали Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии. В то время чёрный тигриный бог звался просто Старший Тигром, а Цинь Му был обычным практиком божественных искусств.

Эти два неприметных человека сумели разработать инструмент, способный значительно изменить строение райских небес, и в то время считался настоящим чудом.

Благодаря этому их имена стали легендой.

Шесть небесных драконов тащили карету вперёд. Северный полюс был холодным и влажным местом, здешнее небо было затянуто облаками. Солнце и луна редко появлялись среди туч, в то время как холодные, воющие ветра не затихали ни на минуту. В небе также виднелись тысячи крылатых змей, которые летали между облаками.

Одна из огромных змей раскрыла крылья, меняя свой вид. Судя по всему, такое умение было очень полезным в бою.

Посмотрев вниз Цинь Му увидел, что Северный Полюс — это не континент, а огромное озеро, в котором собиралась вода райской реки. В нём водилось множество божественных черепах с головами драконов и хвостами крокодилов. Они были невероятно огромными и носили на своих спинах клочки земли, плавая по озеру и издавая оглушительный вой.

Чёрные черепахи извергали молнии, которые кружились в воздухе, поднимаясь к небу. Змеи в облаках, в свою очередь, выплёвывали сияющие жемчужины, которые соприкасались с молниями, вызывая раскаты грома.

Карета пролетала сквозь ветер и молнии, привлекая к себе взгляды змей и черепах, часть которых тут же превратилась в парней и девушек, а другие зависали в воздухе или снимали клочки земли со своих спин.

Некоторые парни и девушки спускались с небес или поднимались над водой. Собираясь в воздухе, их тела соединялись, образуя чёрную черепаху, созданную из черепах и змей.

Другие же превращались в людей с черепашьими панцирями.

Цинь Му был восхищён. Он много слышал о Северном Божестве Сюань Ву и однажды с ним встречался.

Это произошло накануне Бедствия Вечного Мира. Кувшин Пяти Гроз, принадлежавший Северному Божеству, упал в Вечный Мир. Кроме него в тот раз спустились и другие оружия, тоже принадлежавшие четырём божествам.

Цинь Му спас Ди Июэ и предотвратил метеорологическое бедствие. Именно тогда он понял, что Ди Июэ когда-то была ученицей четырёх божеств и имела с ним хорошие связи.

На борту корабля-призрака Цинь Му украл силы Северного Божества, чтобы разрушить божественное искусство корабля. Тогда Северное Божество увидел его лицо.

Карета двигалась вглубь Северного Полюса, где Цинь у увидел ещё одного клона Небесного Преподобного Юя, и остановился, чтобы его осмотреть.

Тело этого клона было невероятно огромным, но на его лице была улыбка, выглядящая на удивление приятно. Со спины клона поднимался тёплый воздух. Рассеивая холод и тьму Северного Полюса.

— Этот Лань Юйтянь создан таким милым и красивым, интересно, кому из женщин-Небесных Преподобных он принадлежит? — рассмеялся Цинь Му.

Глaва 1028. Два Божeства Чеpной Черепаxи

Клон Небесного Преподобного Юя был невероятно сильным. За его спиной сверкали яркие огни, напоминающие ленточки.

Улыбаясь, он сжимал пальцы, будто собирался сорвать цветок и стоял на одной ноге, согнув вторую, из-за чего Цинь Му счёл его очаровательным.

Разница между этим Небесным Преподобным Юем и тем, что был на Восточном Полюсе, состояла в том, что вокруг этого кружились клочки земли, окутанные туманом и покрытые красивыми реками и горами. На их поверхности отдыхали боги и дьяволы, формируя построения и проводя учения.

Цинь Му всмотрелся вдаль, обнаруживая, что Северный Полюс был невероятно мрачным и холодным. Теплота чувствовалась только вблизи от Небесного Преподобного Юя.

Вершины горного хребта вдали напоминали столбы, обмотанные лозами, которые придавали им зелёный цвет.

Заметив эти лозы, Божественный Король Лан Во была поражена.

— Сестра, ты не хочешь осмотреть здешнего Небесного Преподобного Юя?

Божественный Король Лан Во немного колебалась, прежде чем медленно кивнуть и проговорить:

— Кажется, что это лозы дворца предков.

В следующий миг она исчезла из кареты.

Цинь Му уставился на виноградные лозы и подумал:

— Сокровища дворца предков и вправду удивительны.

Карета продолжила двигаться в сторону лоз. Когда они наконец добрались к ним, Цинь Му поднял голову и увидел перед собой виноградные лозы с огромными листьями, накрывающие собой всю вершину.

На горе было несколько зелёных тыквенных бутылок, напоминающих камни нефрита высотой в несколько метров.

Среди лоз летали девушки, охотясь на червей.

Черви на тыквах были странными и свирепыми. Их тела достигали полметра в длину и были покрыты мехом. Имея очень острые зубы, они также умели извергать молнии и языки пламени и выстреливать острыми волосками, напоминающими бронзовые копья!

Девушки пробирались через лозы и усердно работали, пытаясь избавиться от всех червей. Тем не менее, они часто встречались с опасностью, и были вынуждены превращаться в змей, чтобы поспешно скрыться.

«Неужели Кувшин Пяти Гроз, в котором хранилось пять великих грозовых облаков и огненные колокола, был создан в этой виноградной лозе?» — Цинь Му был ошеломлён. —Какие здесь огромные черви! Это черви дворца предков?

Внезапно одна из горных вершин сдвинулась на сто километров, шокируя Цинь Му. Повернув взгляд в её сторону, Цинь Му обнаружил, что под ней находилась огромная черепаха.

Черепаха была невероятно огромной, идя вперёд, она несла на своей спине клочок земли. Тем не менее, её скорость была невероятно низкой, и каждый её шаг длился пол дня. Тем не менее, длина этого шага составляла сто километров!

Таща горы через холодное озеро, она пыхтела и задыхалась, что явно свидетельствовало о том, что ей было тяжело.

Карета подлетела к этому созданию, и оно медленно повернуло голову, смотря на них ярким как солнце взглядом.

Цинь Му поздоровался:

— Старший.

У драконьей черепахи была белоснежная борода. На самом деле, он была настолько стар, что его брови поседели. Он проговорил:

— Пожалуйста, прости, что я не могу вернуть твоё приветствие, Небесный Преподобный Му.

Его голос был громким, будто гром.

Цинь Му удивлённо спросил:

— Ты меня узнаёшь?

— Ты Небесный Преподобный Му из Небесного Союза. Разве тебя кто-то не знает? — ответила старая черепаха. — Ты пришёл встретить Великое Божество Тёмного Воина, Небесный Преподобный Му?

Цинь Му кивнул и спросил:

— Я могу узнать где он?

Черепаха улыбнулась:

— В этом мире нет Северного Божества, только Божество Сюань и Божество Ву. Кого из них ты хочешь увидеть?

Цинь Му озадаченно моргнул:

— Северное Божество Сюань Ву — это другой человек?

Черепаха улыбнулась:

— Здесь двое святых. Один из них принадлежит к народу мальчиков и его зовут Сюань. Второй — представительница расы девушек по имени Ву. Если ты отправишься к Сюаню, то встретишь Божество Сюань, а если к Ву, то увидишь Божество Ву. Лишь объединившись они становятся Великим Божеством Тёмным Воином.

Цинь Му кивнул и спросил:

— Старший, как я могу к тебе обращаться?

— Мне не подходит звание старшего. Я Ю Мин, сын Божества Ву и Божества Сюань, и сейчас я несу наказание за свою ошибку, — продолжила черепаха. — Мои родители заставили меня шагать по Северному Полюсу с этой горой на спине до тех пор, пока не созреет Кувшин Пяти Гроз. Я иду уже шестьсот тысяч лет.

Цинь Му шокировано воскликнул:

— Виноградные лозы и вправду могли создать Кувшин Пяти Гроз. Тем не менее, разве это может длиться шестьсот тысяч лет?

Старая черепаха ответила:

— За три тысячи лет эти тыквы цветут, плодоносят и созревают. Их собирали шестьдесят шесть поколений людей, которым удалось взрастить шестьсот тыкв. Тем не менее, моя тыква никак не созреет, из-за чего я до сих пор выполняю своё наказание.

Меленький зелёный воробей, в которого превратилась Янь’эр, выпрыгнул из кареты и уселся на плече Цинь Му. Она спросила:

— Что ты сделал, чтобы понести такое наказание?

Черепаха посмотрела на неё и проговорила:

— Меня подставил какой-то парень и девушка. Шестьсот тысяч лет назад, когда четыре божества отделились от райских небес, мне приказали отнести Дворец Чёрной Черепахи к Северному Полюсу. По дороге я встретил парня с девушкой, которые твердили, что знают меня. Они сразу же понравились, тем не менее, они пробрались на райские небеса и украли Пагоду Стеклянного Неба, выкованную моими родителями, — стиснув зубы, он продолжил. — Родители рассердились и заточили меня здесь, в то время как эти парень и девушка ушли без любых последствий! Пагода Стеклянного Неба была выкована их сокровищ, которые родители собирали с древних времён, и она обладала удивительной силой. Если бы я нашёл тех двух, то пытал бы их и превратил бы их в пепел!

Цинь Му вздохнул и подумал: «Северное Божество Сюань Ву тоже очень богат, он собирал богатство с первобытных времён. Должно быть, у него много сокровищ. По правде говоря, это можно сказать о многих древних богах. Должно быть, они разграбили дворец предков мастеров создания. Эта виноградная лоза является святым предметом, созданным сознанием мастеров создания.»

Осмотрев лозу, он пытался установить с ней связь с помощью своего сознания, но та не отвечала.

Старая черепаха, Ю Мин, продолжала ругать воров всевозможными пошлостями. От его элегантного поведения не осталось и следа, проявляя ужасную ненависть в парочке, что украла Пагоду Стеклянного Неба.

Между тем в небе раздалось громкое жужжание. Бесчисленные крылатые черви спустились с горы, чтобы отложить яйца.

Девушки в горах рассердились и подлетели в небо, чтобы их прогнать. Тем не менее, многим червям всё же удалось отложить яйца, из которых вылупились огромные зелёные черви, тут же начавшие жевать лозу.

Девушкам пришлось начать ловить их заново.

Наблюдая за происходящим, Цинь Му спросил:

— Откуда взялись эти черви?

— Это черви Сына Небесной Инь. Откуда-то он достал мешок их яиц. Затем он пришёл к моим родителями, чтобы попросить их о нескольких кувшинах, тем не менее, ему отказали, после чего он решил доставить нам проблем, выпустив этих червей, —ответила старая черепаха. — После того, большинство червей ловят, оставшиеся спускаются и откладывают яйца, начиная всё заново. Это не менялось на протяжении сорока тысяч лет. Тот парень не знает жалости!

Цинь Му уважительно попрощался и ушёл. Старая черепаха прокричала ему вслед:

— Небесный Преподобный Му, ты стар и обладаешь высоким положением. Ты не мог бы поговорить с моими родителями, чтобы они меня отпустили? В конце концов, мы встречались раньше, шестьсот тысяч лет назад!

Цинь Му обернулся и спросил:

— Мы встречались шестьсот тысяч лет назад?

— Да, мы виделись у райской реки!

Цинь Му хмыкнул. Он думал, черепаха знает его из-за его славы, и совершенно не ожидал, что они уже встречались.

«Я отправлялся на шестьсот тысяч лет назад? Почему я об этом не знаю?»

Пообещав черепахе выполнить её просьбу, он продолжил двигаться вперёд.

Божества Ву и Сюань разделили Северный Полюс надвое. Одна половина принадлежала нации мальчиков, а вторая нации девушек. Для начала Цинь Му отправился к первым, где встретил множество парней с драконьими головами и черепашьими панцирями. Несмотря на свой странный вид, они были очень сильными, и как и ожидалось, среди них не было девушек.

Над их небесами летала половина райского дворца. Райский Дворец Чёрной Черепахи был разделен посередине, и даже его Зал Непостижимого Неба был разрублен напополам!

Цинь Му выглянул из кареты, увидев, что даже трон был разделён на две части!

«Что такого произошло, что Божества Ву и Сюань разделились?»

Он покачал головой. У Яшмового Водоёма он увидел Северное Божество Сюань Ву, но в тот раз он должен был быть объединён, так как был невероятно сильным. Хотя в большинстве времени эти двое древних богов жили по отдельности, сталкиваясь с врагами они объединяли усилия.

Карета поднялась выше и пролетела сквозь половину Южных Небесных Врат. Там они увидели, как стражники заигрывают с девушками Божества Ву.

Несмотря на раскол между двумя древними богами, их подданные всё же были заинтересованы друг другом.

Цинь Му приказал цилиню сообщить о их прибытии. Спустя некоторое время раздался громкий смех:

— Ты и вправду здесь, Небесный Преподобный Му!

Божество средних лет вышло с ними поздороваться. У него были длинные драконьи усы и внушительный вид. Вот только на спине существа виднелся странный горб, должно быть, под его одеждой скрывался черепаший панцирь.

— Это наша вторая встреча, Небесный Преподобный Му, верно? — засмеялся Божество Сюань.

Цинь Му поздоровался и проговорил:

— До Бедствия Вечного Мира произошли странные метеорологические явления, вызванные твоим божественным оружием. Оно было очень мощным, что меня удивило.

Божество Сюань вернул приветствие и проговорил:

— Ты всё ещё этим недоволен, Небесный Преподобный Му? Возможно, ты этого не знал, но Котёл Пяти Гроз у меня взяла та ведьма. Я здесь ни при чём. Я даже дал ей совет и сказал, что она совершает грех и идёт на верную смерть. Она использовала его, чтобы разрушить Эпохи Высшего Императора и Императора-Основателя. После этого, она решила закончить и Эпоху Вечного Мира. В конце концов, она создаст себе столько врагов, что погибнет!

Выражение Цинь Му стало более приятным, он ответил:

— Значит, это не работа твоих рук. Я ошибался, когда тебя обвинял. Кувшин Пяти Гроз меня сильно поразил, в нём содержатся пять великих грозовых облаков, а также божественное оружие огненного колокола.

Божество Сюань понял, к чему он клонит, и ответил:

— Кажется, нас можно считать хорошими друзьями. Мы равномерно поделили между собой Кувшины Пяти Гроз, и каждому досталось больше десятка. Когда ты будешь уходить, я отдам один тебе в качестве компенсации!

Выражение лице Цинь Му стало ещё более приятным, он проговорил:

— Только что я встречал твоего сына, Ю Мина. Я слышал, что он был заточен под горой на протяжении последних шестисот тысяч лет, и за это время созрело уже шестьсот Кувшинов Пяти Гроз. Почему тебе досталось лишь десять, Божество Сюань? Более того, с первобытных времён их количество должно было достигать миллиардов. Почему у тебя их так мало?

Божество Сюань покраснел в лице и прокричал:

— Так много? Должно быть, та ведьма их своровала! — он вздохнул, прежде чем продолжить. — По правде говоря, многие котлы были повреждены в войнах. У меня их осталось совсем немного. В таком случае я дам тебе шестнадцать штук.

Цинь Му грустно вздохнул:

— Вечный Мир слаб и не имеет мощного оружия для защиты. Райские небеса могут с лёгкостью нас уничтожить, а если Вечный Мир исчезнет, то и я вместе с ним.

Божество Сюань улыбнулся:

— Не говори так, Небесный Преподобный. Ты пришёл от Восточного Божества? Он всегда был глупым и упрямым. Он не доставил тебе проблем?

Цинь Му ответил:

— Он заставил меня пройти два испытания. В первом я должен был воскресить человека без помощи Небесного Герцога или Графа Земли, а во втором он проверил потенциал моего совершенствования.

Во взгляде Божества Сюаня мелькнула нотка уважения, он спросил:

— И ты их прошёл?

Цинь Му прямо ответил:

— Пройдя первое испытание, я разрушил его райский дворец Зелёного Дракона и ранил его реинкарнацию, одолев его перед всеми драконами Восточного Полюса.

Божество Сюань рассмеялся и показал пять пальцев, прежде чем сказать:

— Я только что вспомнил, что в моей сокровищнице есть ещё несколько сокровищ. Я могу дать тебе пятьдесят Кувшинов Пяти Гроз, чтобы ты смог создать из них армию!

Цинь Му поднял ещё один палец.

Божество Сюань покачал головой:

— По правде говоря, много Кувшинов Пяти Гроз были уничтожены в битвах. Более того, однажды я подарил Императору-Основателю ещё пятьдесят штук. Я не могу удовлетворить сразу всех. Если я дам тебе больше сокровищ, а потом ко мне придёт Император-Основатель, я не смогу принять его должным образом.

Цинь Му серьёзно проговорил:

— Но Император-Основатель — не Непобедимый Великий Чародей.

Божество Сюань стиснул зубы и кивнул:

— Сто! Не больше!

Цинь Му засмеялся и Божество Сюань засмеялся следом, прежде чем поднять руку и проговорить:

— Прошу, Небесный Преподобный Му!

— После тебя!

Они вместе прошли через половину Южных Небесных Врат, отправляясь в райский дворец Чёрной Черепахи. Цинь Му широко улыбался, размышляя: «Если я встречусь с Божеством Ву, то смогу раздобыть ещё сотню Кувшинов Пяти Гроз!»

Божество Сюань небрежно добавил:

— Небесный Преподобный Му, если ты планируешь встретиться с той ведьмой, то можешь сказать ей, что я дал тебе двести Кувшинов Пяти Гроз.

Сердце Цинь Му дрогнуло, в нём возникло глубокое чувство восхищения.

Глaва 1029. Aкадeмия Hастоящего Боевого Меча

Божество Сюань вошёл во дворец Чёрной Черепахи и позвал бога с черепашьим панцирем. Достав божественный кнут, он приказал:

— Принц Ю Мин слишком разболтался, что стоило обошлось мне в девяносто девять Кувшинов Пяти Гроз. Возьми этот кнут и ударь его девяносто девять раз.

Этот бог взял кнут и ушёл.

Цинь Му колебался, но в конце концов не стал умолять его простить принца.

Цилинь и Янь’эр переглянулись. Янь’эр прошептала:

— Почему учитель не просит милосердия для принца? Именно он отправил нас сюда, к тому же у него хороший характер.

Цилинь прошептал:

— Слова Владыки Культа не воспринимают всерьёз из-за его низкого роста…

Цинь Му уставился на него, и Цилинь заткнулся.

Впереди стояла каменная статуя, напоминающая Императора-Основателя Цинь E.

Цинь Му подошёл поближе, чтобы её осмотреть. Это была статуя Императора-Основателя, сделанная, когда тот был моложе. В отличие от сегодняшнего императора, он излучал яркую энергию.

— У Императора-Основателя были хорошие отношения с нами. На заре Эпохи Императора-Основателя, до того, как были построены его райские небеса, он бывал здесь, — проговорил Божество Сюань. — Эта статуя находилась в центре места под названием Академия Настоящего Боевого Меча, которую от открыл. Многие наши ученики изучали у него искусство меча. Взамен не это я обучил его заклятиям построений. Теперь, после сорока тысяч лет, у нас есть множество экспертов меча, называющих себя Сектой Настоящего Боевого Меча.

Он повёл Цинь Му за собой, и тот увидел множество камней, оставшихся от фундамента академии. Они занимали огромную площадь, позволяя тысячам учеников учиться здесь одновременно.

— Тем не менее, после того как Эпоха Императора-Основателя пала, райские небеса приказали уничтожить академию. Осталась лишь эта каменная статуя, — продолжил Божество Сюань. — Если эти ученики услышат о тебе, они, несомненно, будут в восторге. С Цинь Е также приходили двое девушек и дровосек. Их звали Ди Июэ, Янь Юньси и Вэнь Тянгэ. Они хорошо себя вели, и Ди Июэ изучила у меня Великое Дао Чёрной Черепахи, Янь Юньси я обучил построениям, а дровосека математике. Они все были крайне умны, и их достижения превзошли мои собственные. Я тоже многому у них научился.

— Небесный Наставник Цзы Си и Дровосек тоже были здесь? — Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил. — Император-Основатель был на Восточном Полюсе?

— Конечно, — ответил Божество Сюань. — На восточном Полюсе он тоже основал академию. Она называется Академией Настоящего Пути Дракона и у неё тоже есть много последователей. Я слышал, что с ним совершенствовался истинный дракон по имени Цин Ван, у которого была родословная настоящего дракона.

Цинь Му задумался. Он не заметил на Восточном Полюсе следов пребывания Императора-Основателя, должно быть, Восточное Божество полностью их стер.

Это отлично демонстрировало разницу в стилях правления Божества Сюань и Восточного Божества. Последний был более упрямым и тираничным, и если он не мог взять что-то под свой контроль, то уничтожал это.

Божество Сюань, в свою очередь, лучше хранило старые связи. Несмотря на падение Императора-Основателя и его эпохи, он оставил каменную статую и позволил своим ученикам продолжить совершенствовать навыки меча.

Император-Основатель продвигал Дао после начала, такие как Дао Меча, начиная реформу. Кроме Дао Меча, были другие Дао после начала, которые совершенствовались на протяжении Эпохи Императора-Основателя, такие как путь построений, ковки и ножа. В то время Дао после начала были на вершине своего развития.

Можно сказать, что Эпоха Императора-Основателя была периодом, когда Дао после начала взорвались и начали составлять конкуренцию Дао до начала!

Божество Сюань владел навыками построений и математики, а значит он принял Великие Дао после начала. Вот только древние боги препятствовали ему развить их до предела.

Они продолжили двигаться вперёд, и Цинь Му видел всё больше и больше следов, оставленных Императором-Основателем. Он обнаружил сцену для обсуждения меча, бассейн для мытья меча. Шахматы Янь Юньси и стена с Писаниями Шести Направлений Чёрной Черепахи, оставленная Ди Июэ.

— Если у вас с Императором-Основателем были такие хорошие отношения, почему ты позволил своему божественному оружию уничтожить его Эпоху? — спросил Цинь Му.

Божество Сюань объяснил:

— Я был скован обстоятельствами. Я думал, что если Эпоха Императора-Основателя просуществует триста тысяч лет, как Эпоха Высшего Императора, Великие Дао после начала отбились бы в пустоши и боги Императора-Основателя могли бы использовать их, чтобы стать новыми древними богами и сражаться с райскими небесами!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Причина, по которой древние боги поддерживали Эпоху Императора-Основателя, состояла в том, чтобы создать новых древних богов!

— В таком случае, выгода Императора-Основателя совпадала с нашей. Они стали бы новыми древними богами, и мы работали бы вместе, чтобы уничтожить райские небеса. В конце концов, Император-Основатель стал бы новым Небесным Императором, — он подошёл к нефритовой сцене и покачал головой. — Всего двадцать тысяч лет… Что касается Вечного Мира, хе-хе, восемьсот.

Цинь Му отправился следом за ним и немного колебался, прежде чем спросить:

— Божество Сюань, я хочу спросить ещё кое о чём, но не знаю, стоит ли. Кажется, твои отношения с Божеством Ву, похоже, разрушены. Почему это так?

— Ты это заметил?

Божество Сюань вздохнул:

— Мы были святыми, рождёнными от райской реки. Каждый из нас контролировал её часть, и не вмешивались в дела друг друга. Тем не менее, после этого родилось больше древних богов, и сила каждого из нас по отдельности начала уступать таким существам, как Зелёный Дракон и Небесная Императрица. Впрочем, вместе мы сильнее, чем они.

Он провёл Цинь Му через Яшмовый Водоём, который тоже был разделен надвое.

Райский дворец Чёрной Черепахи был меньше райских небес. Им не потребовалось много времени, чтобы добраться к Сцене Казни Бога.

На лице Цинь Му возникло выражение любопытства. Сцена Казни Бога была разрублена напополам. Даже Таинственный Нож Казни Бога, в котором вертелись два Дао, был аккуратно разделен на две части. Целым остался лишь кровавый зловещий воздух.

Божество Сюань проговорил:

— Мы объединились, чтобы защитить себя и своё положение, поэтому люди начали называть нас Северным Божеством Сюань Ву. Тем не менее, позже мы обнаружили, что наши характеры несопоставимы, и с тех пор каждые три дня у нас возникал небольшой спор, а каждые пять — большой. Мы не могли жить так дальше, особенно если учитывать, что мы были самым сильным из четырёх божеств, из-за чего другие боги пытались нас поссорить, значительно усугубляя ситуацию. Поэтому мы разделились, после того как покинули райские небеса, — он рассмеялся. — Эта ведьма даже хотела, чтобы мы разделили надвое своего ребёнка! Хорошо, что Ю Мин сделал ошибку и был заточен, а не то его и вправду пришлось бы разрезать!

Цинь Му был явно озадачен. Двое Божеств и вправду были упрямыми, если собирались разделить своего ребёнка.

— Позже в мою часть небес попали мужчины, а в её женщины. Это стало нормой для Северного Полюса, — продолжил Божество Сюань. — Если эта ведьма не извинится, то и я не буду этого делать. Я уже давно привык к расколу.

Многие молодые люди совершенствовали свои божественные мечи среди кровавого воздуха Сцены Казни Бога. Они проходили через зловещий свет Таинственного Ножа Казни Бога, чтобы укрепить свои навыки владения мечом.

Божественные мечи, которыми они пользовались, не были пилюлями. Вместо них они носили на своих спинах огромные тыквы, в которых содержалась аура меча райской реки. Когда тыквы открывались, из них выливалась переливающаяся аура, напоминающая речной поток. Если добавить к их мастерству навыки построений и Писания Шести Направлений Чёрной Черепахи Ди Июэ, их сила становилась невероятно огромной!

Цинь Му наблюдал за ними, стоя возле Сцены Казни Бога.

Использование тыквы в качестве пилюли меча было свойственным только Северному Полюсу. Сочетание навыков меча и построений соответствовало особому Дао Божеств Ву и Сюань, создавая необычное зрелище.

Божество Сюань спросил:

— Что скажешь, Небесный Преподобный Му?

Цинь Му кивнул и проговорил:

— В Дао Меча Северного Полюса есть много уникальных вещей. Тем не менее, оно устарело, как и навыки меча Императора-Основателя.

— Я согласен, — ответил Божество Сюань. — Мы очень чувствительны к изменениям в Великом Дао Неба и Земли. Реформа Имперского Наставника Вечного Мира открыла три базовых движения меча, что продвинуло Дао Меча Эпохи Императора-Основателя на три шага вперёд. Реформа Небесного Преподобного Му сделала ещё два шага вперёд. Совсем недавно я почувствовал, что сила Дао Меча перестала уступать Дао древних богов. Таким образом, Дао Меча Северного Полюса определённо уступает Дао Меча Вечного Мира.

Цинь Му проговорил:

— Император-Основатель открыл двадцатую форму меча. Его Дао меча стало слишком сильным, и именно с его помощью я победил реинкарнацию Восточного Божества. Император-Основатель вернулся.

Сердце Божества Сюаня дрогнуло, когда он спросил:

— Неужели после двадцати тысяч лет в деревне Беззаботной, его сил хватит, чтобы сражаться с древними богами?

Цинь Му покачал головой и холодно рассмеялся:

—Нет. Наоборот, деревня Беззаботная стала не менее испорченной, чем райские небеса. Если ты хочешь улучшить своё Дао Меча, то можешь отправить своих учеников в Вечный Мир. Там эксперты меча Северного Полюса смогут многому научиться.

Божество Сюань колебался. Внезапно, аура меча богов на Сцене Казни Бога вернулась в их тыквы, и они спустились, чтобы посмотреть на Цинь Му.

Один из мальчиков проговорил:

— Чтобы заставить нас учиться в Вечном Мире, Небесный Преподобный Му сначала должен доказать, что навыки меча Вечного Мира превосходят наши!

Божество Сюань улыбнулся и проговорил:

— Дети очень любят соревноваться. Пожалуйста, не злись на них, Небесный Преподобный.

Цинь Му рассмеялся и забрался на Сцену Казни Бога. Таинственный Нож Казни Бога тут же обрушился на него, но был разрублен напополам ударом меча. Тем не менее, будучи созданным из кровавого воздухе, он тут же восстановил свою форму.

Цинь Му поднял свой меч, и разрубил Таинственный Нож Казни Бога на тридцать три части одним ударом, после чего тот уже не смог восстановиться.

— Превосходное мастерство владения мечом! — радостно воскликнули боги у сцены. — Тем не менее, это навык Императора-Основателя, а не Вечного Мира!

Цинь Му поднял свой меч, в то время как Таинственный Нож Казни Бога восстановил свою форму и снова на него набросился. Движением руки Цинь Му исполнил форму бурящего меча, и тот разрубил нож на бесчисленные кусочки!

Нож снова восстановился, и Цинь Му повернул пальцы. Луч его меча начал вращаться, почти уничтожая Таинственный Нож Казни Бога!

Когда Таинственный Нож Казни Бога собрал себя спустя некоторое время, навык меча Цинь Му принял форму плывущего меча, начиная кружиться вокруг ножа. Какой бы дьявольский или божественный навык последний не исполнял, он не мог подобраться к Цинь Му ни на сантиметр.

Цинь Му снова исполнил восемнадцатую форму меча, и Таинственный Нож Казни Бога превратился в кучу осколков, не имеющих никакой силы.

Как только он восстановился, Цинь Му исполнил девятнадцатую форму меча, уничтожая кровавый нож одним взмахом руки.

Выражения лиц богов академии резко изменились. Они уставились на Божество Сюань с умоляющими выражениями.

На лице Божества было странное выражение, он колебался.

Цинь Му опустил свой меч и проговорил:

—Дао Ножа Сцены Казни Бога слишком слабо, оно уступает ножу Вечного Мира. Если ты найдёшь мастера из Вечного Мира, тот мог бы с лёгкостью перековать его и сделать его намного сильнее.

Божество Сюань стиснул зубы, покачал головой и проговорил:

— Я не могу решить. Я ошибался на счёт Императора-Основателя. Если я ошибусь снова, то Северный Полюс может настигнуть ужасная катастрофа! Я не могу рисковать вашими жизнями, не могу…

Один из богов академии опустился на колени и проговорил:

— Если бы я знал правильный путь, то умер бы без любых сомнений. Тем не менее, мы не можем свернуть с пути меча. Нам остаётся лишь двигаться в сторону самой высокой вершины и попытаться на неё забраться. Божество. Пожалуйста, выполни наше желани!

Божество Сюань потерял дар речи.

Другие боги академии упали на колени и закричали:

— Пожалуйста, исполни наше желание, Божество!

Божество Сюань принял решение и ответил:

— Можете уходить, но ради безопасности Северного Полюса, я должен выгнать вас из своего клана. Вы больше не будете моими потомками. Это то, чего вы хотите?

Боги меча академии переглянулись. Колеблясь.

Цинь Му стоял неподалёку, сложив руки за спиной. Цилинь и Янь’эр заметили, как дрожит его ладонь. Он определённо недооценил Таинственный Нож Казни Бога, решив использовать против него лишь базовые формы меча, из-за чего мышцы его рук были почти разрушены.

Он спокойно проговорил, не меняясь в лице:

— Император-Основатель сейчас движется в сторону Вечного Мира. Как его ученики, вы можете его встретить, если поспешите.

— Мы готовы! — тут же в унисон воскликнули боги меча.

Глaва 1030. Большой Звёздный Aтлаc Всeленной

Цинь Му улыбнулся, мышцы его рук быстро восстановились.

Божество Сюань взглянул на него, прежде чем обратиться к богам меча академии:

— Если вы этого хотите, то можете посетить Первобытное Царство. Тем не менее, помните, что вы больше не наши боги меча и не мои потомки. Вы не можете действовать от моего имени, так как я исключаю вас из родословной Северного Божества. Во-вторых, у вас нет никакого прошлого, и вы не обладаете высоким положением, так что относитесь к людям Вечного Мира с уважением. Поняли?

Цинь Му не удержался, и взглянул на Божество Сюаня. Его инструкции были правильны. Боги меча не привлекут к себе внимания райских небес, если не будут действовать от имени Божества Сюаня, а значит не подвергнут Северный Полюс опасности. Даже если они сделают что-то плохое, последний будет ни при чём.

Отказавшись от своего прошлого и не доставляя проблем людям Вечного Мира, они могли избежать конфликта с жителями Вечного Мира. Но если бы они начали запугивать и мучать их из-за своей родословной Северного Божества, то Цинь Му не стал бы их терпеть.

Следуя этим указаниям, боги меча могли бы влиться в общество Вечного Мира и стать участниками его реформы.

Старые люди были более опытными, и Божество Сюань не был исключением.

Боги меча академии кивнули.

Божество Сюань забрал их фамилии, и глава богов меча проговорил:

— Небесный Преподобный, теперь у нас нет фамилий, пожалуйста, дай нам новые.

Цинь Му молча подумал, прежде чем сказать:

— Сорок тысяч лет назад вы ступили на путь меча, благодаря чему стали богами, и теперь покинете Северный Полюс, потеряв свои фамилии ради Дао Меча. Поэтому ваша новая фамилия должна быть Цзянь.

Глава богов меча улыбнулся и проговорил:

— Значит меня зовут Цзянь Уцзи.

— А я в таком случае Цзянь Саньшэн.

— Я — Цзянь Юйтан!

***

Толпа начала смеяться, и Божество Сюань не удержался, проговорив:

— Небесный Преподобный Му, у моих учеников добрая природа, но они неопытны. Они не знают о мировом зле, поэтому я хотел бы попросить тебя хорошо к ним относиться, Небесный Преподобный.

Цинь Му серьёзно кивнул:

— Не волнуйся, Божество Сюань. В Первобытном Царстве у меня громкая репутация. Меня называют сознанием Вечного Мира. Там любой скажет, что я абсолютно добрый человек. Я буду хорошо к ним относиться.

Божество Сюань проговорил:

— Да, да, я слышал о твоем характере. У него уже есть собственная репутация.

Договорив, он прошептал Цзянь Уцзи на ухо:

— Будь осторожен, не работай с человеком, если он тебя предал.

Цзян Уцзи был поражён.

Затем Цинь Му передал ему письмо и проговорил:

— Отправляйтесь в Вечный Мир Первобытного Царства и отдай моё письмо Императору Яньсю. Она всё подготовит. Божество Сюань, почему бы тебе не дать им сто Кувшинов Пяти Гроз, чтобы они отнесли их в Вечный Мир?

Божество Сюань кивнул и ответил:

— Цзянь Уцзи, после того, как заберёте Кувшины Пяти Гроз, зайдите в Академию Настоящего Боя и возьмите шесть свитков Лекций Чёрной Черепахи и Свитки Божественного Оружия Огненного Колокола. Их нужно доставить в Вечный Мир и отдать Императору Яньсю.

Получив приказ, Цзянь Уцзи ушёл.

Смотря им вслед, Божество Сюань вздохнул:

— Ты и вправду не знаешь жалости, Небесный Преподобный Му. Должно быть, теперь ты убедился в моей искренности?

Цинь Му хлопнул в ладони, поклонился к земле и торжественно проговорил:

— Вместо того, чтобы смотреть на меня свысока из-за моих скромных сил, ты доверил мне такие серьёзные обязанности. Я крайне благодарен, Божество Сюань.

Божество Сюань поспешно ответил на его жест, улыбаясь:

— Не стоит, Небесный Преподобный Му. Я ценю тебя из-за того, что ты сделал во время Бедствия Вечного Мира. Во время Бедствия Императора-Основателя, Император-Основатель сбежал вместе со своими помощниками, забыв о своих людях, в то время как ты решил сражаться до смерти и задействовал все возможные силы, чтобы найти решение проблемы. В конце концов, ты, к удивлению, спас Вечный Мир. Именно поэтому я готов доверить их тебе.

Цинь Му искренне ответил:

— Я оправдаю твоё доверие, Божество Сюань.

Божество Сюань засмеялся и проговорил:

— Я приказал своим людям подготовить банкет. Теперь ты мой близкий друг, и мы будем пить, пока не опьянеем.

Цинь Му тоже засмеялся:

— Я как раз собирался тебя об этом попросить.

Во время банкета Божество Сюань и Цинь Му напились и, обнявшись за плечи, начали называть друг друга братьями. Цилинь и Янь’эр составили им компанию вместе с чиновниками райского дворца Сюаня. Последние волновались из-за происходящего:

— Небесный Преподобный Му и Божество Сюань называют друг друга братьями Дао. Если к нам придёт Император-Основатель, кем он будет по старшинству?

Цинь Му и Божество продолжали пить, в то время как всем остальным приходилось выдавливать из себя улыбки.

Божество Сюань проводил Цинь Му со словами:

— Тебе нужно быть осторожным, когда встретишь ту ведьму. С ней сложно говорить. Должно быть, она уже знает, что ты посетил меня первым, и может доставить тебе проблем из-за зависти.

Цинь Му улыбнулся:

— Я не думаю, что она такой человек. Брат Божество Сюань, я хочу тебя кое о чём спросить. Кому принадлежит клон Небесного Преподобного Юя, стоящий снаружи?

— Небесной Госпоже Цян.

Цинь Му кивнул, прежде чем спросить:

— Можно узнать, есть ли у Северного Полюса обратная сторона?

Выражение лица Божества Сюань слегка изменилось, он улыбнулся, прежде чем спросить:

— Почему тебя это интересует, брат?

— В Великой Пустоши я встретил мастеров создания и узнал о месте, которое они называют дворцом предков. Ты знаешь где оно находится? — улыбнулся Цинь Му.

Божество Сюань помрачнел в лице и проговорил серьёзным тоном:

— Проводите гостей!

Цинь Му был ошеломлен. Сложив руки на прощание, он собрался уходить, когда Божество Сюань вздохнул:

— Я не хочу быть грубым, но твой вопрос слишком шокирующий. Небесный Преподобный Му, я знаю, что ты любишь изучать историю, но есть вещи, которые лучше не трогать.

Цинь Му кивнул и отправился к Божеству Ву вместе с цилинем и Янь’эр.

Божество Сюань смотрел им вслед, бормоча себе под нос:

— Своровать дворец предков мастеров создания было крайне сложно. Лучше тебе не знать об этой части истории…

— Божество Сюань всё же многое нам сказал. Он дал понять, что у Первобытного Царства, Сюаньду, Четырех Полюсов и райских небес нет обратной стороны, тем не менее, все они связаны с дворцом предков мастеров создания, — стуча пальцем по дереву, Цинь Му размышлял вслух. — Тем не менее, ни одно из этих мест не может быть Дворцом Предков, иначе Божественный Король Лан Во это бы заметила. Тем не менее, их обратные стороны с ним связаны. Как странно…

Янь’эр кормила его фруктами Восточного Божества, и Цинь Му инстинктивно открывал рот, продолжая бормотать:

— Размеры этих мест огромны. Как их исчезновение связано с дворцом предков?

Цилинь внезапно спросил:

— Владыка Культа, ты помнишь Великие Руины?

Цинь Му был ошеломлён, в то время как цилинь продолжал:

— Владыка Культа, разве ты не нашёл четыре слоя пространства у истоков реки Вздымающейся? Позже, когда печать Первобытного Царства разрушилась, они освободились, превращаясь в Первобытное Царство. Может быть, дворец предков был спрятан таким же образом?

Цинь Му задумался, прежде чем проговорить:

— Жирдяй, продолжай.

Янь’эр подпрыгнула к цилиню и начала кормить его фруктами Восточного Полюса в качестве вознаграждения.

Жирдяй продолжал:

— Может быть, обратные стороны четырёх полюсов, райских небес, Первобытного Царства, Сюаньду и Юду существуют, но древние боги запечатали их, чтобы скрыть Дворец Предков?

Глаза Цинь Му загорелись, он начал хлопать в ладони:

— Жирдяй, ты удивительно мудр!

Цилинь с гордостью ел фрукты, которые ему давала Янь’эр. Девушка даже подсунула ему несколько пилюль, растрогав его до глубины души.

Цинь Му поднялся, продолжая хлопать в ладоши:

— Это и вправду возможно! Божественные искусства передаются по наследству. Божественные искусства, с помощью которых запечатали Первобытное Царство и Ковчег Парамиты, должны были отличаться от того, которым запечатали дворец предков. Тем не менее, в них должны быть общие черты!

Он сложил руки вместе, после чего протянул их вперёд. В воздухе тут же возникло видение райских небес Дракона Ханя, Первобытного Царства, четырёх полюсов, Юду, Сюаньду, и даже Мира Небесной Инь и Руин Заката, формируя трёхмерный атлас вселенной!

Первобытное Царство находилось в его центре, под ним располагалось Юду, вверху было Сюаньду, а по сторонам четыре полюса. Смотря в сторону последних, Цинь Му недолго подумал, прежде чем проговорить:

— Райская река соединяет четыре полюса и райские небеса, но они не находятся в одной плоскости. Более того, Руины Заката расположены не в Первобытном Царстве, а в другом пространстве и времени. Мне удалось понять это благодаря математике пространства, разработанной братом Вэй Сюйфэнем. В ней было описано другое измерение пространства…

Он обошёл атлас, рассматривая его и проводя расчёты.

Внезапно он протянул руку и опустил атлас. Бездна Руин Заката сдвинулась под Первобытное Царство.

Взгляд Цинь Му дрогнул, он прошептал:

— Юду не полностью совпадает с Первобытным Царством. Вместо этого он соединён с четырьмя полюсами и другими небесами. Сюаньду, в свою очередь, не соединён ни с чем, а значит что если сложить Юду и Сюаньду вместе, то они сомкнутся в огромный круг!

Цинь Му расширил видение Юду. В его голове возникла идея, и он тут же создал Графа Земли из своей Ци. Тот поднялся в центре Юду, на его голове виднелись жёлтые источники.

Цинь Му нахмурился и посмотрел под ноги Графа Земли. Земля под ним накладывалась на Руины Заката.

Он был ошеломлен.

— Райская река впадает в Руины Заката. Вот только я не знал, что это место находится у ног Графа Земли, и что река протекает через Юду. Интересно, что случится, если всё будет именно так?

Глаза Цинь Му сияли всё ярче, он передвинул райскую реку, чтобы та протекала через Юду и Юаньду. Эти два мира пересекались в пространстве, и райской реке не требовалось двигаться по Первобытному Царству, чтобы попасть в Юду, а было достаточно лишь войти в другое пространство.

Райская река превратилась в бурлящий призрачный поток, овившийся вокруг тела Графа Земли.

Цинь Му ошеломлённо уставился на ладонь Графа Земли.

В качестве оружия последний использовал кнут, с помощью которого однажды связал Тянь Шу. Тем не менее, теперь через его ладонь протекала райская река, после чего превращалась в призрачную реку!

Таким образом, призрачная река становилась кнутом Графа Земли!

— Теперь я понял, почему каждый раз, когда я посещал Юду. Мне казалось, что Графу Земли чего-то не хватает! Проблема была в призрачной реке!

Собравшись с мыслями, Цинь Му сдвинул райскую реку, направляя её поток в сторону Руин Заката.

— Здесь всё ещё что-то не так! — Цинь Му поднял голову, смотря на Сюаньду и четыре полюса. — Четыре полюса находятся на неправильной высоте! Они должны быть выше Первобытного Царства, но низе райских небес. Райская река должна протекать через Сюаньду, но она этого не делает, и вместо этого течёт через райские небеса, прежде чем спуститься в Юду…

Он продолжил считать, и спустя некоторое время улыбнулся и взмахнул рукой:

— Вода райский реки спускается сверху. Естественно, она должна начинать свой путь из Сюаньду!

Из Сюаньду тут же хлынул поток Райской Реки, спускаясь к Северному Полюсу, прежде чем протечь через Западный, Южный и Восточный и наконец достичь райских небес.

Достигнув райских небес, она спускалась к Первобытному Царству, затем попадала в Юду и превращалась в призрачную реку, которая наконец оказывалась в Руинах Заката под ногами Графа Земли.

Цинь Му осматривал Большой Звёздный Атлас Вселенной, встревоженно шагая вокруг него. Если верить расчётам, то четыре полюса должны были расположены вертикально по отношению к Первобытному Царству. Их нужно было выстроить в ряд и повернуть тыльными сторонами к Первобытному Царству.

Он провёл линии между всеми мирами, но так и не смог соединить их вместе.

Цинь Му нахмурился, когда внезапно его осенило, и он прошептал:

— Изначально райские небеса Дракона Ханя находились не там, где сейчас. Они были выше Первобытного Царства, и если я их опущу…

Он переместил райские небеса и повесил их в небе Первобытного Царства.

Снаружи кареты раздался голос небесного дракона:

— Небесный Преподобный, мы добрались к Божеству Ву!

Цинь Му не обратил на это внимания и продолжил корректировать положение райских небес. Внезапно он дрогнул, обнаружив точку, в которой пересекались все линии, соединяющие миры!

Вскрикнув от радости, он пробормотал:

— Это и есть дворец предков. Именно здесь находится дворец предков мастеров создания! Математика и вправду может пригодиться!

Глава 1031. Oсвoбождение Hаследного Пpинца

Теперь он должен был определить приблизительное положение дворца предков. Он до сиx пор не знал о том, где находился дворец предков, четыре полюса, Сюаньду и Бездна Руин Заката. Кроме того, ему лишь предстояло рассчитать прежнее положение райских небес Дракона Ханя.

Только после этого он сможет найти дворец предков.

Для расчёта положений четырёх полюсов, Сюаньду и бездны Руин Заката можно было использовать данные мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии был спроектирован Цинь Му и Черным Тигриным Богом, и для того, чтобы соединить с его помощью два мира, требовалось множество географических данных. Таким образом, Цинь Му мог с лёгкостью получить нужную информацию.

Вот только к Руинам Заката не вёл ни один из Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Даже если бы он существовал, за ним присматривала бы Небесная Императрица и Госпожа Юаньму.

Тем не менее, Цинь Му однажды посещал Руины Заката, и смог бы определить их координаты, вернувшись туда снова.

Единственной его проблемой было определение высоты райских небес Дракона Ханя.

В случае с ними, у него не было точных координат.

Получив все эти координаты, он мог бы создать построение мгновенного перемещения, чтобы отправиться прямиков во дворец предков.

«Неудивительно, что наследный принц Северного Дворца Сюань Ву говорил, что встретил меня во время Эпохи Дракона Ханя. Должно быть, я был там, чтобы измерить высоту райских небес, — Цинь Му был явно озадачен, думая. — В таком случае, когда я отправился на райские небеса Дракона Ханя? Кем были те двое, что украли Пагоду Стеклянного Неба Чёрной Черепахи? Обратная сторона райских небес является частью печати дворца предков, так почему райские небеса поднялись выше? Если они сдвинулись с места, разве это не образовало бы дыру в печати?»

Он собирался продолжить расчёты, но снаружи раздался голос небесного дракона:

— Небесный Преподобный, Божество Ву пришла тебя встретить!

«Сейчас нет времени на исследования. Я проведу расчёты после того, как покину Северный Полюс!»

Цинь Му рассеял Великий Звёздный Атлас Вселенной и улыбнулся:

— Жирдяй, Янь’эр, идем к Божеству Ву!

Карета остановилась, и они вышли наружу. Перед ними показалась вторая половина райского дворца Чёрной Черепахи, возле которого их ждала Божество Ву и её спутницы.

В отличии от слов Божества Сюаня, Божество Ву не была ведьмой. Наоборот, она выглядела более сдержанной и торжественной, чем он. Она была одета в чёрно-красную робу, на которой была вышита диаграмма трёх пионов. Среди цветков извивались змеи, некоторые из которых, казалось, вот-вот улетят.

Её брови напоминали раскрытые крылья гуся. Между ними тоже был цветок пиона, а её губы сверкали светом. Она выглядела совсем не так страшной, как описывал Божество Сюань, и обладала хорошими манерами, проговорив:

— Небесный Преподобный Му.

Цинь Му поспешно подошёл поближе, чтобы ответить на приветствие:

— Сестра Божество Ву.

Божество Ву улыбнулась:

— Люди говорят, что ты называешь всех женщин, с которыми встречаешься, сестрой. Похоже, это правда.

Цинь Му торжественно проговорил:

— Не всегда.

Божество Ву кивнуло, и Цинь Му продолжил:

— Я не могу ничего с собой поделать, и называю всех красивых женщин, сестрами. Мой рот искреннее, чем моё сердце.

Божество Ву рассмеялась, после чего покачала головой и проговорила:

— Ты искренний. Сейчас сложно найти искреннего мужчину, не такого, как тот жлоб, живущий в моём доме, который совсем не умеет красиво говорить. Он умеет только злить меня. Я сержусь как только начинаю с ним говорить.

Цинь Му улыбнулся:

— Названный брат тоже искренний. Он просто не умеет правильно изъясниться.

Цилинь мысленно его похвалил: «Владыка Культа и вправду умеет говорить! Перед Божеством Сюанем он называл Божество Ву названной сестрой, а Сюаня перед ней называет названным братом. После изучения моих Писания о Взращивании Людей он стал невероятно сильным! Кажется, он может меня превзойти!»

— Давай не будем о нём вспоминать, — Божество Ву пригласила его. — Поговорим внутри.

Она посмотрела на цилиня и Янь’эр, и озадаченно спросила:

— Неужели это принцесса дворца Красной Птицы?

Янь’эр поспешно поклонилась и ответила:

— Янь’эр отдаёт дань своего уважения тёте.

Божество Ву нежно взяла Янь’р за руку, улыбаясь:

— Я обнимала тебя, когда ты была маленькой. Твоя мать жестоко поступила, отдав тебя Раз уж все вы на Северном Полюсе, то ты уже должна была встретиться со своим отцом, верно?

На лице Янь’эр появилось расстроенное выражение.

Божество Ву это заметила:

— У Восточного Божества много сыновей, и он, скорее всего, не догадывался, что у него также есть такая принцесса, как ты.

Цинь Му поинтересовался:

— Сестра Божество Ву, когда я прибыл сюда, то встретил твоего сына, Ю Мина, и обнаружил, что он в ужасном состоянии. Он вынужден таскать божественную гору несмотря на холод. Поговорив с ним, я узнал, что он сделал ошибку и был наказан. Тем не менее, он страдает уже шестьсот тысяч лет. Мне его очень жалко…

Божество Ву холодно улыбнулась:

— Он заслужил этого, потеряв Пагоду Стеклянного Неба! Мы работали над ней всю свою жизнь, а он её потерял! Он должен быть наказан!

Цинь Му кивнул и ответил:

— Да, но дети могут быть непослушными. Если он принял наказание, этого достаточно. По правде говоря, я недавно виделся с названным братом и говорил с ним об этой ситуации. Я хотел умолять прощения для вашего сына, но он рассердился и приказал ударить его кнутом девяносто девять раз!

Божество Ву впало в ярость:

— Ты просил пощады, но тот жлоб решил его избить вместо того, чтобы проявить понимание? Он занимается лишь внутренними делами. Если бы я всё время не носилась по внешнему миру, он не смог бы удержать Северный Полюс! Он уже ползал бы по райской реке, замерзая и голодая! Но теперь он решил показать, какой он сильный, избив своего сына!

Цинь Му вздохнул:

— Пожалуйста, успокойся, сестра. Твой сын, Ю Мин, понял свою ошибку и понёс наказание. Пришло время его освободить, а не то твой брат снова побьёт его кнутом. Какой с этого толк?

Божество Ву подозвала к себе горничных и проговорила:

— Отдайте мой приказ, освободите принца и проследите, чтобы он шёл сюда, а не к своему брату! Тот ничего не сможет сделать. Столкнувшись с опасностью, он прячется в своём панцире и ждёт, пока я не приду на помощь! Если он пойдёт к отцу, то станет таким же бесполезным! Быстро, быстро!

Горничная поспешно ушла.

Цинь Му расслабился и подумал: «Какое облегчение, что он теперь на свободе.»

Божество Ву смотрела на него, чувствуя, что Цинь Му нравится ей всё сильнее. Улыбнувшись, она проговорила:

— Твой сведённый брат, тот обжора, никогда не думает о других людях. Он заикается, когда начинает говорить, и начинает теряться, когда приходится заниматься делами.

Цинь Му серьёзно проговорил:

— Сестра, ты ошибочно его обвиняешь. Когда я его встретил, он подарил мне двести Кувшинов Пяти Гроз и отправил несколько сотен богов меча, чтобы помочь Вечному Миру.

Божество Ву начала сомневаться:

— Он проявил такую щедрость? Когда мы были вместе, он был невероятно скуп. Как он нашёл в себе силы дать тебе аж двести кувшинов?

Цинь Му покраснел и прошептал:

— Изначально он хотел дать только один. Он соврал, что у него всего шестнадцать кувшинов, поэтому я сказал, что ты дала двести, и он стал более щедрым.

Божество Ву рассмеялась:

— Хоть ты и кажешься искренним, ты можешь быть очень хитрым. Должно быть, услышав о моей щедрости, он был явно настроен дать тебе как можно больше. Скорее всего, у него даже голова разболелась. Не волнуйся, брат, я не буду такой скупой, как тот обжора.

После этих слов Цинь Му обрадовался: «Трёхсот Кувшинов Пяти Гроз хватит, чтобы создать армию. Если её задействовать, то начнётся настоящий дождь из молний!»

Божество Ву была более щедрой, чем Божество Сюань, и подарила Цинь Му двести один Кувшин Пяти Гроз, после чего проговорила:

— Мой подарок не может уступать сотни богов боевого меча, которых тебе дал тот обжора. Когда Император-Основатель пришёл у меня учиться, его лучшие эксперты построений создали для меня построение Связанного Змея, для исполнения которого требуются тысячи женщин. Оно может противостоять даже сильным практикам Императорского Трона. Я дам тебе одно из этих построений.

Цинь Му был в восторге и нерешительно проговорил:

— Когда названный брат отправил богов помогать мне в нижней границе, он забрал их фамилии и прогнал их из Северного Полюса, чтобы они не принесли ему беды…

Божество Ву поняла, о чём он говорит, и ответила:

— Ты волнуешься, что мои горничные будут презирать людей Вечного мира из-за своей родословной? Расслабься, я сделаю то же, что и тот жлоб.

Цинь Му вздохнул с облегчением. Разговаривать с такой умной женщиной было довольно приятно.

— Кстати, это уже наша вторая встреча. Впервые мы виделись на корабле-призраке, и мне удалось выбраться оттуда лишь благодаря твоей мудрости, — улыбнулась Божество Ву. — Сестра Красная Птица всё время о тебе говорит. Она даже рассказывала, что ты говорил ей о Небесном Союзу, когда вы встретились в первом году Дракона Ханя.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он мягко кивнул.

— Сегодня Небесный Союз — это десять Небесных Преподобных. Ты знал, насколько огромный эффект будет у твоего необдуманного поступка? — Божество Ву, казалось, вспомнила об этом по случайности. — Пости всё значимые события, случившиеся после этого, были связаны с Небесным Союзом. Будучи одним из его старейшин, ты должен прилагать усилия, чтобы решить его внутреннюю борьбу.

— Сестра, как ты думаешь, если бы я не упомянул тогда Небесного Союза, он был не был создан?

Божество Ву была ошеломлена.

— В мире всё равно возник бы другой Небесный Союз. Возможно, у него было бы другое название, например Земной Союз, или Призрачный Союз, но Небесный Союз был бы создан без моей помощи. Он был создан из-за древних богов, —Цинь Му шел с ней, тихо говоря. — Если бы древние боги лучше относились к формам жизни после начала, Небесного Союза бы не существовало. Но огромное давление не оставило нам выбора, из-за чего родился Небесный Союз. Если мы с древними богами уничтожим десятерых Небесных Преподобных, и вы продолжите вести себя так, как в прошлом, возникнет новый Небесный Союз.

Божество Ву задумалась и проговорила:

— Сегодняшние древние боги лучше тех, что были в прошлом. Более того, полубоги райских небес сейчас не отличаются от полубогов прошлого. Люди поклоняются им и приносят подношения. Разобравшись с древними богами, Небесный Союз занял их место. Брат Му, тебе нужно придумать как не стать древним богом, пьющим кровь людей.

Цинь Му был ошеломлен. Поклонившись, он поблагодарил:

— Большое спасибо за предупреждение!

Божество Ву поклонилась в ответ и проговорила:

— Я видела, как менялось огромное количество династий, видела, как жизнь и смерть разделяют людей, и как их убивают бедствия. После этого мне не остаётся ничего, кроме отчаяния. Я думаю, что это цикл, который я не в силах остановить. Но у тебя есть воля, чтобы это изменить. Я не буду тебя задерживать.

Цинь Му попрощался и ушёл.

Божество Ву провела его к своей части Южных Небесных Врат, и остановилась, смотря ему вслед. Спустя некоторое время горничные привели к ней принца Ю Мина. Тот принял человеческий облик, встал на колени и поклонился матери, чтобы отблагодарить её.

— Поднимись.

Божество Ву подняла руку и проговорила:

— Небесный Преподобный Му приложил много усилий, чтобы я тебя освободила. Мне пришлось послушать его, так как он Небесный Преподобный. Твой отец приказал ударить тебя кнутом девяносто девять раз из-за того, что ты слишком много говорил, чтобы после окончания наказания ты помнил, что не стоит быть таким наивным.

Принц Ю Мин кивнул, понялся и проговорил:

— Где Небесный Преподобный Му? Я не успел его отблагодарить.

Божество Ву ответила:

— Он уехал, скорее всего для того, чтобы встретиться с Западным Божеством. Хоть тебя и отпустили, ты всё же сделал ошибку. Я отправлю тебя к нижней границе, возвращайся, когда вернёшь Пагоду Стеклянного Неба.

Принц Ю Мин снова упал на колени.

Божество Ву вздохнула и помогла ему подняться:

— Ты мой сын. Несмотря на то, что ты похож на своего глупого отца, я всё же не могу спокойно смотреть, как ты рискуешь своей жизнью. Ты слишком наивным. Если бы я тебя не подавила, тебе бы не удалось пережить Эпоху Дракона Ханя. В Эпохе Вечного Мира даже более опасно. Будь осторожен.

Она достала мешочек из змеиной кожи и проговорила:

— Этот предмет создан из кожи, которую я сбросила. С его помощью можно выковать всё, что угодно, а также в нём можно что-либо спрятать. Используй его, чтобы защитить себя. Не забудь посетить своего отца напоследок, пусть он тоже что-то тебе даст.

Принц Ю Мин развернулся и ушёл, обливаясь слезами.

Когда он добрался до райского дворца Сюаня, то увидел, что Божество Сюань впал в ярость:

— Глупые женщины! Вы отпустили Мин’эра! Сколько он протянет в этом подлом мире?

Принц Ю Мин поклонился и проговорил:

— Отец, я знаю, что виноват.

Божество Сюань вышел вперёд и помог ему подняться, прежде чем вздохнуть:

— Ты не виноват. Не страшно, что ты потерял Пагоду Стеклянного Неба, я не виню тебя за это. Я наказал тебя из-за того, что в период раскола райских небес ты был слишком наивен, и тебя кто угодно мог обмануть. Ты также слишком сблизился с Небесным Преподобным Хао и Сыном Небесной Инь, а они не знают жалости. Ты погиб бы, оставаясь с ними, поэтому я тебя запер! Я ничего не мог поделать, когда твоя мать решила тебя освободить, — он покачал головой, после чего достал зеркало и продолжил. — Это Зеркало Восьми Триграмм, которое Император-Основатель выковал из восьми триграмм на моей спине. Я нанёс на него руны Чёрной Черепахи, так что ты можешь использовать его для защиты. Если кто-то позовёт тебя после того, как ты покинешь Северный Полюс, продолжай идти, не оглядываясь. Если ты не обернёшься, никто не осмелится причинить тебе вред, но если нет, то тебе не поздоровится! Помни это!

Глaва 1032. Избиение Cына Hебеcнoй Инь

Принц Ю Мин поднял Зеркало Восьми Триграмм и спрятала мешочек из змеиной кожи в своей одежде, прежде чем покинуть райский дворец Сюаня.

Как только он подумал оглянуться, раздался голос Божества Сюаня:

— Не оборачивайся пока не доберёшься до Первобытного Царства. Иди вперёд. Не останавливаясь, но не используй Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, так как через него ты попадёшь на райские небеса. Иди по райской реке. Ты мой сын, и несмотря на то, что путь по воде длиннее, у тебя он заберёт не больше года.

Принц Ю Мин молча пошёл вперёд. Добравшись к мосту взаимного сдвига духовной энергии, он увидел карету Цинь Му, которая вот-вот собиралась войти на мост.

Принц Ю Мин поспешно поблагодарил:

— Большой спасибо за то добрые слова, которые Небесный Преподобный сказал моим родителям, наконец освободив меня.

Цинь Му вышел из кареты и помог ему подняться, прежде чем улыбнуться и проговорить:

— Это мелочь, о которой не стоит даже говорить. Куда принц направляется?

Принц Ю Мин ответил:

— Мои родители хотят, чтобы я посетил Первобытное Царство и увидел мир. — после этого он рассказал Цинь Му о том, что Божество Сюань запретил ему оглядываться.

Цинь Му задумался, после чего улыбнулся:

— Я знаю, почему тебе нельзя оборачиваться, и кто может встретить тебя по пути. Не волнуйся, я научу тебя божественному искусству, которое позволит тебе сбежать даже если ты наткнёшься на этого человека.

Принц Цинь Му был озадачен, спросив:

— Мой отец хорошо умеет считать. Неужели Небесный Преподобный Му тоже в этом разбирается?

Цинь Му искренне рассмеялся:

— Божество Сюань не учил меня своей математике. Я просто придумал что-то, исходя из того, что ты сказал.

Он исполнил своё божественное искусства, постоянно меняя движения пальцев. Внезапно он мягко коснулся межбровья Ю Мина и улыбнулся:

— Принц, посмотри на глаз в моём межбровье.

Принц Ю Мин посмотрел на него и проговорил:

— Небесный Преподобный, что это за божественное искусство?

Глаз в межбровье Цинь Му ярко засиял. Улыбнувшись, он ответил:

— Ты узнаешь в будущем. Принц может продолжать свой путь.

Цинь Му вернулся в карету, и шесть небесных драконов потащили её в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Принц Ю Мин покачал головой, продолжай путь. Вскоре он добрался к обрыву над райской рекой. Прыгнув в воду, он превратился в гигантскую драконью черепаху и поплыл по течению, двигая хвостом.

Он и вправду был сыном Сюань Ву. Его скорость была невероятно высокой, а когда его тело погрузилось в реку, уровень её воды резко поднялся.

В прошлом, до существования Мостов Взаимного Сдвига Духовной Энергии, по реке двигался непрерывный поток кораблей, состоящий в основном из торговых судов райских небес. Тем не мене, теперь их количество значительно уменьшилось.

Принц Ю Мин наслаждался путешествием и испытывал давно забытое чувство спокойствия. Он провёл шестьсот тысяч лет в заточении, и теперь, наконец освободившись, чувствовал невероятное облегчение.

Тем не менее, он был удивлён, что не встречал по пути кораблей.

Он двигался больше двух месяцев, и дорога казалась ему невероятно скучной. Чувство спокойствия, которое он испытывал раньше, куда-то исчезло.

Несмотря на то, что в воде было много богов и дьяволов водных рас, они не узнавали его, принца Северного Полюса. Более того, его скорость была слишком высокой, поэтому он исчезал до того, как его успевали рассмотреть.

Принц Ю Мин плыл по реке, когда внезапно увидел на её поверхности несколько величественных кораблей. Он растерялся, но тут же вспомнил слова Божества Сюаня и продолжил двигаться вперёд, не обращая на них внимания.

На бортах кораблей было много генералов, а бесчисленные боги пели и танцевали под мелодичный бой барабанов. Великое божество наслаждалось зрелищем, тем не менее, услышав внезапный шум реки он поспешно выглянул за бот и увидел гигантскую драконью черепаху, проплывающую мимо.

Увидев её, великое божество рассмеялся и проговорил:

— Брат Дао Ю Мин, пожалуйста, остановись!

Как только принц Ю Мин услышал этот голос, его сердце дрогнуло: «Кажется, это Сын Небесной Инь, Инь Чжаоцинь. Почему он путешествует по райской реке? В последний раз, когда он приходил на Северный Полюс, он хвастался, что стал Чёрным Божеством Минду. После этого он не сумел заполучить Кувшины Пяти Гроз и выпустил рой червей, чтобы нам отомстить…»

Раньше он был в хороших отношениях с Сыном Небесной Инь, и захотел остановиться. Тем не менее, вспомнив слова Божества Сюаня он притворился, что ничего не слышит, и продолжил двигаться вперёд.

Магическая мила Сына Небесной Инь вспыхнула, окутывая корабль и поднимая его в воздух, начиная догонять принца. Сын Небесной Инь громко смеялся:

— Брат Дао Ю Мин, разве ты не помнишь младшего брата? Я ужасно скучал по тебе последние шестьсот тысяч лет!

Принц Ю Мин продолжал делать вид, что не слышит его. Он плыл вперёд, не обращая ни на что внимания.

Сын Небесной Инь не мог конкурировать с его скоростью и прокричал напоследок:

— Брат Дао, разве ты не помнишь нашей старой дружбы? Мы играли вместе, и я даже называл тебя старшим братом!

Принц Ю Мин вспомнил прошлое и начал замедляться. Он подумал: «Мы и вправду были близкими друзьями в прошлом… Тьфу, тьфу! В то время Сын Небесной Инь и Небесный Преподобный Хао замышляли сговор против имущества моей семьи. Они знали, что у моих родителей много сокровищ, и часто их обманывали!»

Он снова ускорился, и Сын Небесной Инь воскликнул:

— Трус!

Принц Ю Мин впал в ярость, тут же остановившись и обернувшись:

— Маленький негодник Инь, о ком ты говоришь?

Корабль подлетел к нему и с грохотом упал на поверхность воды. Сын Небесной Инь упал на колени, продолжая улыбаться:

— Брат Дао, если бы я тебя не спровоцировал разве ты бы обернулся? Пожалуйста, прими мои извинения. Я не видел тебя огромное количество лет и ужасно по тебе скучал, поэтому решил поступить так некрасиво.

Увидев, что тот встал перед ним на колени, принц Ю Мин тут же почувствовал себя виноватым. Гнев в его сердце медленно исчез, и он принял человеческий облик и помог Сыну Небесной Инь встать на ноги, после чего проговорил:

— Мой отец сказал, что теперь, когда я свободен, мне нельзя оглядываться. Он сказал, что если я это сделаю, то буду проклят навеки. Поэтому я должен был тебя проигнорировать, но я не хотел этого делать.

Сын Небесной Инь взял его за руку, приглашая на корабль:

— Все эти годы, проведённые без старшего брата, я тебя вспоминал. Я предлагал твоим родителям тебя освободить. Тем не менее, мои слова не имели для них большого значения. Старший брат, теперь, когда ты на свободе, ты должен расслабиться и наверстать всё, что упустил за последние шестьсот тысяч лет!

Принц Ю Мин ответил:

— Я должен продолжить путь…

— Это не заберёт слишком много времени!

Сын Небесной Инь от души рассмеялся и приказал богиням петь и танцевать. На борту подавали всевозможные деликатесы, которыми даже Небесный Император не мог наслаждаться каждый день. Сын Небесной Инь предложил ему усесться, после чего проговорил:

— Брат, как видишь, всё это время мои дела шли хорошо.

Принц Ю Мин начал есть, отвечая:

— При нашей последней встрече ты говорил, что когда станешь Чёрным Божество Минду, то твоё становление новым Графом Земли будет лишь вопросом времени. Ты уже Граф Земли?

Сын Небесной Инь покачал головой:

— Я всего лишь хвастался, — не удержавшись, он с сожалением вздохнул. — В прошлом мы весело проводили время и у нас были хорошие отношения. Но за какой-то пустяк тебя подавили на шестьсот тысяч лет. ПО правде говоря, если речь идёт о способностях, то мои силы не идут в сравнение даже с тысячной частью твоих талантов. Но мне удалось стать Чёрным Божеством и обрести такое же положение, как у твоих родителей. Если бы тебя не заточили, ты добился бы даже большего, чем я. Кто знает, возможно, ты стал бы Небесным Преподобным! Как жаль…

Покачав головой снова, он засмеялся:

— Но теперь брат свободен. Не стоит говорить о плохом. Давай пить!

Принц Небесной Инь начал пить вино, чувствуя печаль в сердце. В прошлом способности Сына Небесной Инь были ниже его. У него было высокое происхождение и родословная Божества Сюань Ву. Он усердно работал и обрёл плотное совершенствование, а также обладал глубоким пониманием. Тем не менее, в итоге его заточили на шестьсот тысяч лет, и за это время его маленький друг из прошлого стал божеством. Было сложно отрицать, что он завидовал.

Сын Небесной Инь посмотрел на выражение его лица и проговорил:

— Теперь брат свободен, и тебе нельзя проводить свои дни в заточении, как раньше. Брат. Какие у тебя планы на будущее?

Принц Ю Мин ответил:

— Отец попросил меня отправиться в первобытное Царство, чтобы попытать там удачу.

Сын Небесной Инь усмехнулся, проговорив:

— Что такого интересного в Первобытном Царстве? Это захолустье. Там ты не получишь никакой пользы, разве что станешь рабом Небесного Преподобного Сяо. Ты знаешь Небесного Преподобного Сяо? Он ученик Небесного Преподобного Юня. Вы уже встречались в прошлом. Он скалит зубы на всех подряд и не заботится о древних богах или полубогах.

Принц Ю Мин вспомнил Небесного Преподобного Сяо и шокировано проговорил:

— Это тот, кого мы тогда хотели избить? Жаль, что нам не удалось этого сделать из-за того, что он всё время был с Небесным Преподобным Юнем.

— Это он, — Сын Небесной Инь уговаривал его выпить, ответив. — Даже такой негодник, как он, сумел добиться успеха и стать Небесным Преподобным! В прошлом его способности не шли ни в какое сравнение с твоими. Он был недостоин даже обувь твою носить! Сейчас же…

Принц Ю Мин поднял чашку и залпом выпил вино. Он чувствовал себя всё несчастнее.

Сын Небесной Инь неоднократно уговаривал его выпить, и созвал своих чиновников, чтобы те произносили тосты. Кроме того, в объятия Ю Мина всё время бросались певицы и танцовщицы, сидя у него на коленке и продолжая его спаивать.

Ю Мин не заметил, как напился. Вино было очень крепким, опьянив даже его исконный дух.

Он выпил слишком много и начал то смеяться, то плакать. Спустя некоторое время Ю Мин рухнул на стол.

— Брат, брат?

Сын Небесной Инь дважды попытался привести его в себя, но Ю Мин лишь что-то невнятно пробормотал себе под нос и уснул.

— Это вино и вправду крепкое, даже я слегка опьянел. Собирать души богов и столько времени варить вино из цветков первобытной яшмы всё же стоило усилий.

Сын Небесной Инь неуверенно встал, увидев, что боги, певцы и танцоры валялись на полу.

Он хлопнул в ладоши, и несколько генералов в масках вышли из трюма корабля, поклонились, и выстроились в ряд.

— Убейте всех на корабле, кроме него, и отправьте их души в Минду. Его нужно доставить в дворец наложниц райских небес. Там вас встретят, — проговорил Сын Небесной Инь. — Положите его на постель Небесной Госпожи Ю, пусть он спит вместе с ней.

Бог в бронзовой маске с клыками проговорил:

— В таком случае, Небесную Госпожу Ю…

— Убейте её конечно. Сделайте её смерть ужасной. Её нижняя половина должна выглядеть соответствующим образом. В конце концов, Принц Ю Мин обезумел от опьянения и ворвался в покои наложниц.

Сын Небесной Инь поднял голову к небу и добавил:

— Его величество будет в ярости. Он убьёт Принца Ю Мина и начнёт войну против Северного Божества Сюань Ву. Остальные древние боги не смогут ничего сказать, так как такой ход событий будет оправдан.

Его взгляд упал на спящего Ю Мина. Покачав головой, он засмеялся:

— Ты думал, что твои родители тебя подавляют? Идиот, они тебя защищали! Если бы они не подавляли тебя в течение последних шестисот тысяч лет, ты уже давно был бы мёртв, и не дожил бы даже до конца Эпохи Дракона Ханя!

— Я выпустил червей, грызущих тыквы, не ради тыкв, а ради тебя. Наблюдая за тобой столько времени, я наконец смог тебя словить!

Пока Сын Небесной Инь говорил, он почувствовал, что что-то не так. Внезапно райская река раскололась, и под ней показался огромный глаз. Он был в миллион раз больше корабля!

В следующий миг глаз повернулся и исчез.

Сын Небесной Инь нахмурился. Внезапно небо над ним раскрылось, и в нём появился ещё один глаз. В этот раз он был намного больше, чем глаз в воде!

«Неправильно, что-то здесь неправильно. Это похоже на моё божественное искусство! Но это не может быть мой глаз… В последний раз я исполнял это божественное искусство в Фэнду… — На лбу Сына Небесной Инь выступил холодный пот. Внезапно его осенило. — Это мой глаз!»

«Мой исконный дух обнаружил, что моё сознание попало в ловушку, и открыл глаза, чтобы всё проверить.»

«Всё вокруг — поддельное. Это иллюзия, которую кто-то создал!»

«Сломайся!»

Его сознание вспыхнуло, мгновенно уничтожая божественное искусство Цинь Му. Странные видения тут же исчезли, и он увидел, что до сих пор сидит на корабле в окружении танцовщиц и певиц. Подняв чашу, он собирался выпить за принца Ю Мина. Должно быть, в этот момент он и попал в божественное искусство.

«Интересно, чьё божественное искусство создало ловушку для моего сознания? Может это Янь Шаоцин?»

Как только эта мысль пришла ему в голову, лицо принца Ю Мина взорвалось от ярости. Чаша вина в его руке тут же лопнула, и его ладонь сжалась в кулак, со всей силы обрушившийся на красивое лицо Сына Небесной Инь!

Сын Небесной Инь был невероятно красивым, не уступая в этом даже целителю. В этот момент под ударом Ю Мина его лицо исказилось, выгнувшись в обратную сторону!

Так как у Принца Ю Мина была родословная Сюань Ву, он обладал поразительной силой. От его удара исконный дух Сына Небесной Инь вылетел из его физического тела, а корабль под ними разлетелся на куски!

Принц Ю Мин нанёс ещё один удар. К этому времени исконный дух Сына Небесной Инь уже вернулся в его тело, и за его спиной появились четыре райских дворца, после чего его голова выдержала удар. Затем в воздухе возникли Небесные Врата Минду, поглощая силу последующих атак.

Затем Сын Небесной Инь отлетел назад, исчезая во вратах. Оказавшись с другой стороны, он вернулся в своё первоначальное состояние, на его теле не было никаких травм.

«Должно быть, это не работа рук Янь Шаоцина. Тот до сих пор находится в области Непостижимого Неба и не может заставить моё сознание попасть в ловушку незаметно для меня! Неужели к жизни вернулся Багровый Император?»

Перестав паниковать, Сын Небесной Инь обнаружил уверенное выражение. Несмотря на то, что Ю Мин был невероятно сильным, он уже шестьсот тысяч лет назад достиг области Императорского Трона и мог с лёгкостью с ним справиться!

Но в этот момент выражение его лица резко изменилось, когда он увидел, как Ю Мин достаёт Зеркало Восьми Триграмм.

«Дело плохо!»

Сын небесной Инь поспешно скрылся в Небесных Вратах Минду, прежде чем божественное оружие Божества Сюаня вспыхнуло своей силой. Небо, земля. Гром, молнии, огонь, вода, болото и ветер одновременно взорвались, хлынув в Небесные Врата Минду!

Небесные Врата Минду ужасно задрожали. Различные миры внутри врат были почти пронзены, и даже врата начали покрываться трещинами.

Принц Ю Мин снова использовал божественное оружие Божества Сюаня, однако заметил, что Небесные Врата Минду уже исчезли из поля зрения.

— Инь Чжаоцин, я относился к тебе, как к брату, но ты принимал меня за дурака!

Принц Ю Мин долгое время ругался, прежде чем рассерженно уйти.

На Северном Полюсе произошла редкая встреча Божества Сюань и Божества Ву. Они смотрели на райскую реку, и спустя долгое время облегчённо вздохнули и улыбнулись друг другу.

— В конце концов, наш глупый сын обернулся, и почти обрёк себя на вечное проклятие. К счастью, по пути он встретился с Небесным Преподобным Му, — Божество Ву улыбнулась и проговорила. — Божественные искусства Небесного Преподобного Му удивительны, их сложно предсказать.

На лице Божества Сюаня возникло обеспокоенное выражение:

— Это божественное искусство напомнило мне о вымершей расе…

Их взгляды снова встретились, на их лицах были выражения ужаса.

Мастера создания.

Сильная раса, поработившая древних богов.

Глава 1033. Кризис Западного Полюса

— Родительская любовь не знает границ. Именно поэтому Божество Сюань Ву, будучи родителями Принца Ю Мина, заточила его на шестьсот тысяч лет, — Они пошли на многое, чтобы защитить своего сына. Заговор Сына Небесной Инь против Северного Божества Сюань Ву был хорошо спланирован и длился четыреста тысяч лет. Тем не менее, он провалился и потерпел небольшое поражение. Когда я увидел. Что он нарочно выпустил червей, пожирающих лозу, я знал, что он сделал это не из-за тыкв.

Взгляд Божественного Короля Лан во загорелся, она проговорила:

— Я кое-что узнала в городе неподалёку от клона Небесного Преподобного Юя. Десять Небесных Преподобных скоро начнут сражаться между собой. Мне об этом сказали боги и дьяволы, стоящие на страже Северного Полюса. Это ужасная новость.

Цинь Му тут же взволновался и спросил:

— Десять Небесных Преподобных окончательно поссорились друг с другом?

Всё дело в яичной скорлупе. Изначально за неё сражались шесть Небесных Преподобных, в то время как остальные держались в стороне. Тем не менее, Небесный Преподобный бросился в бой, не скрывая своей личности, приказывая шестерым Небесным Преподобным отдать ему скорлупу. Естественно, они отказались признавать, что скорлупа у них, и небесный Преподобный Хао захотел их обыскать.

Несмотря на то, что Божественный Король Лан Во говорила спокойно, Цинь Му чувствовал тревогу в её словах.

Небесный Преподобный Хао хотел их обыскать?

Небесная Преподобная Сяо, Небесная Госпожа Цян и Небесная Госпожа Янь были уважаемыми Небесными Преподобными, разве они могли вытерпеть такое оскорбление? Более того, среди них были женщины, и даже жёны Небесного Императора!

— Шесть Небесных Преподобных не могли простить такой просьбы со стороны Небесного Преподобного Хао. Тем не менее, ему на помощь прибыл Небесный Преподобный Хо. Тот облает невероятной силой, и даже шесть Небесных Преподобных не в силах противостоять ему и Небесному Преподобному Хао вместе, — проговорила Божественный Король Лан Во. — Сейчас на райских небесах пробудилось сильное подводное течение, несущее в себе ужасную угрозу. Десять Небесных Преподобных собираются отозвать своё божественное оружие, подавляющее различные небеса, чтобы подготовиться к битве. Более того, небеса, находящиеся под управлением этих Небесных Преподобных, мобилизовали свои войска. Множество великих армия богов и дьяволов были отправлены на райские небеса, включая даже десятерых стражей райских небес!

— Десять стражей райских небес тоже принимают в этом участие? — сердце Цинь Му замерло. Он поднялся и начал расхаживать по кругу, размышляя вслух. — Это неправильно, неправильно… Десять стражей райских небес подчиняются Небесному Императору. Десять Небесных Преподобных не могли бы их мобилизовать, это под силу лишь Небесному Императору. Несмотря на то, что у десяти Небесных Преподобных есть тело Небесного Императора, они определённо начали бы мешать друг другу, и в итоге не смогли бы мобилизовать десятерых стражей. Происходит что-то странное…

Божественный Король Лан Во удивлённо за ним наблюдала, спросив:

— Что ты имеешь в виду?

— Внутренняя борьба между Десятью Небесными Преподобными происходит только не поверхности. Настоящая цель всего этого — выманить змею из логова.

Цинь Му остановился, прежде чем громко ударить кулаком по своей ладони. Он торжественно проговорил:

— Если бы десять стражей райских небес не были мобилизованы, то был бы шанс, что он между десятью Небесными Преподобными и вправду возникнет конфликт. Но если в этом примут участие десять стражей, этот шанс исчезнет!

Десять стражей райских небес были самыми сильными армиями райских небес. У каждой из них была своя специализация, и все они подчинялись Небесному Императору. Они признавали только печать командира, но не самого командира, и подчинялись Небесному Императору, но не Небесным Преподобным.

В самом начале эпохи Дракона Ханя, с помощью армии Стражей Пернатого Леса, состоящей из десяти тысяч богов и дьяволов, Вэй Сюйфэн уничтожил Страну Графа Дракона, которая держала Небесную Императрицу в Руинах Заката на протяжении многих лет!

Несмотря на то, что те события были окутаны многими тайнами, и что сила Небесной Императрицы тогда ещё не достигла своей вершины, способности стражей райских небес всё же были невероятно высокими.

Чтобы мобилизовать десятерых стражей райских небес, Небесный Император должен был лично отдать приказ. Десять Небесных Преподобных должны были прийти к соглашению и контролировать Небесного Императора одновременно, чтобы не начать хаоса.

Если между десятью Небесными Преподобными и вправду был конфликт, им не удалось бы мобилизовать стражей райских небес!

Но десять стражей были мобилизованы. Следовательно, на самом деле Небесные Преподобные пытались выманить змею из логова!

— Это заговор против древних богов! Конфликт между Небесными Преподобными существует только на поверхности. На самом деле они хотят выманить древних богов! — Цинь Му нахмурился и решительно проговорил. — Любой древний бог, который этого не поймёт, и подумает что десять Небесных Преподобных сражаются между собой, определённо умрут.

Внезапно карета сокровищ Небесного Дракона задрожала. Они прибыли на Западный Полюс.

В этот момент снаружи кареты раздался голос небесных драконов:

— Небесный Преподобный, мы не можем идти дальше, стражники перекрыли дорогу!

Цинь Му вышел из кареты и посмотрел вперёд, увидев армию из десятков тысяч богов и дьяволов, окружившую божественное оружие Небесного Преподобного Юя, строя небесный форт.

Стены форта создавали величественное зрелище, соединяя небо и земли. На Западном Полюсе было много металлов, поэтому здание было построено исключительно их них. Его высота была поразительной, превосходя горы Западного полюса, а толщина ей ни в чём не уступала.

Бесчисленные боги и дьяволы разрезали себе вены, чтобы разлить свою кровь по металлических стенах форта. Многие мастера, разбирающиеся в талисманах, размахивали гигантскими кистями и летали вдоль стен, рисуя из этой крови руны.

На стенах отбивались бесчисленные руны, сияющие золотым и красным светом.

Внутри Небесного форта горели печи различных кораблей. Гигантским бронзовые звери извергали десятикилометровые языки пламени, медленно поднимая корабли в воздух.

На палубах кораблей носились сотни богов и дьяволов, надевая божественные доспехи и вооружаясь своим божественным оружием, прежде чем выстроиться в огромные построения.

Внутри форта гигантские звери тащили за собой колесницы, со всех сил двигаясь в сторону стен. Колесницы были доверху набиты божественным оружием.

Вдоль улиц стояли целители, разжигающие котлы для пилюль таких огромных размеров, что для того, чтобы сдвинуть их с места, требовалось десять человек. Целители райских небес отчаянно исполняли свои техники, готовя пилюли. К ним тянулись бесконечные потоки помощников, которые подавали травы.

Когда духовные пилюли были готовы, их доставляли к стенам форта для лечения раненых.

Цинь Му издали наблюдал за происходящим. Количество солдат райских небес на Западном Полюсе шло на миллионы. В этот момент их боевая машина уже начала работать, и форт строился в невероятно высоком темпе.

Несмотря на то, что райские небеса были коррумпированы, скорость, с которой они задействовали свои войска, повергла его в ужас!

Скорость их армии была слишком высокой!

Напротив небесного форта находился Дворец Белого Тигра Западного Полюса. К этому времени последний уже двинулся с места, направляясь в сторону форта.

Было очевидно, что Западное Божество Белый Тигр уже получил известие о конфликте десяти Небесных Преподобных. Он планировал захватить самое сильное оружие в мире, Небесного Преподобного Юя, прежде чем его успеют захватить райские небеса!

«Не каждый древний бог понимает, что происходящее — это сговор против древних богов. Наоборот, скорее всего, большинство из них решили сделать свой ход, так как очень долго ждали возможности это сделать и были подавлены. Теперь, когда возможность наконец показалась, они начали ошибочно верить, что пришло время действовать, — собравшись с мыслями, подумал Цинь Му. — Северное Божество Сюань Ву увидит всё это насквозь, но Белый Тигр, Восточное Божество Цин Лун и Божество Чжу Цюэ могут ошибиться! Если они решат атаковать, то погибнут!»

На Западном Полюсе, в райском дворце Белого Тигра, великая армия под руководством Западного Божества уже была мобилизована и вылетела из райского дворца.

На Западном полюсе было много металлов, нефрита и странных зверей. Поэтому здешние боги путешествовали верхом на этих зверях, а их оружие и доспехи были создано из божественных металлов и нефрита.

Их странные звери путешествовали на всевозможных цветных тучах, яростно мчась по небу. Их совершенствование было невероятно высоким, позволяя управлять различными метеорологическими явлениями, внутри которых скрывалось оружие богов и дьяволов Западного Полюса, обладающее аурой, способной подавить небо и землю!

— Западному Божеству Белому Тигру будет сложно избежать смерти, — с довольным выражением на лице проговорила Божественный Король Лан Во.

Цинь Му посмотрел на ней, прежде чем отвести взгляд. Он торжественно проговорил:

— Жирдяй, Янь’эр, прикажите небесным драконам принять их истинные формы и тащить карету к небесному форту!

Цилинь поспешно передал приказ. Шесть небесных драконов издали длинные крики и их тела начали расширяться, превращаясь в золотых драконов длиной в тысячу километров. Ступив на облака, они потащили карету Небесного Дракона в сторону форта.

Карета тоже внезапно увеличилась в размерах и стала намного тяжелее, её окутали облака пара. Её крыша превратилась в кусочек небес, накрывая её карету галактиками и лучами звёздного света.

В воздухе под ними зашумел огромный поток, превратившийся в райскую реку. Кроме того из-под кареты показались черепахи и змеи Сюань Ву, двигаясь вместе с ней.

Позади кареты появились красные птицы, значительно увеличивая её скорость!

Красные птицы расправили крылья, извергая ослепительные волны пламени длиной в километр!

Внутри кареты замерцал узор белого тигра, и под Цинь Му появился трон в виде двух белых тигров. Физическое тело Цинь Му тоже стало огромным, и он начал напоминать бога, способного подавить небо и землю. Он положил руки на головы тигров, на его лице возникло гордое выражение.

Боги, охранявшие небесный форт, отвлеклись от своих дел и с удивлением подняли головы, смотря на роскошную карету, летящую по небу.

— Могу я узнать, что это за бог? — генерал, охранявший форт, поспешно взмыл в небо и подлетел к карете, после чего поклонился и спросил.

Лицо Цинь Му окутывал божественный свет, он приказал:

— Янь’эр, Лун Пи, разверните флаг Небесного Преподобного Му!

Цилинь и Янь’эр поспешно вышли из кареты. Цилинь достал флаг и взмахнул им, в то время как Янь’эр подхватила его своей Ци.

На огромном флаге показалась надпись «Му».

Когда генерал её увидел, уголки его глаз дрогнули. Он поклонился и проговорил:

— Так это Небесный Преподобный Му, я никогда раньше тебя не видел! Небесный Преподобный, я — учение Небесного Преподобного Хуна, и охраняю Западный Полюс от его имени. Западное Божество Белый Тигр доставляет нам проблем. Небесный Преподобный Му, ты невероятно ценный человек, тебе нельзя находиться в таком опасном месте. Я прошу смиренно прошу тебя держаться подальше отсюда.

Цинь Му отодвинул занавеску рукой. Его взгляд упал на лицо генерала, и он равнодушно проговорил:

— Разве мне нужны твои советы? Уходи!

На лбу бога выступил холодный пот, но он оставался на месте и проговорил:

— Небесный Преподобный, прости. Я слышал, что ты всего лишь бог. Несмотря на твоё высокое положение, твои способности недостаточно высоки. Боги и дьяволы Западного Полюса невероятно злобны, и я боюсь, что они тебе навредят, — он не собирался отступать. — Я всего лишь забочусь о безопасности Небесного Преподобного.

Цинь Му прямо ответил:

— Мы пока не знаем, восстанет ли Западное Божество. Кто ты такой, чтобы со мной спорить? Отойди назад, и я проявлю уважение к Небесному Преподобному Хуну. Если же ты не послушаешься, то я с тобой разберусь, и даже Небесный Преподобный Хун не сможет мне что-либо сказать.

Глаза бога начали яростно вращаться по сторонам. В конце концов, он так и не мог решить, стоит ли задерживать Цинь Му.

Цинь Му заметил, что великая армия богов приближается к ним, и начал беспокоиться. Он сердито проговорил:

— Какой ты смелый, раз решил преградить путь Небесному Преподобному! Янь’эр, разберись с ним!

Янь’эр взмыла в воздух и превратилась в драконьего воробья, набросившись на этого бога.

Несмотря на то, что тот не осмеливался атаковать Цинь Му, он не колеблясь бросился в бой с Янь’эр. Издав громкий рёв, он превратился в дьявольского бога с несколькими львиными головами и прокричал:

— Я забочусь о безопасности Небесного Преподобного и хочу остановить тебя, чтобы не допустить твоей смерти от рук мятежников! Небесный Преподобный, извини, что я был вынужден действовать так грубо!

Его способности были чрезвычайно высокими, за его спиной появилось множество райских дворцов. Его совершенствование было выше, чем у Янь’эр.

Девятиглавый лев сумел совершенствовать девять райских дворцов и обладал невероятно высокими способностями. Он собирался подавить Янь’эр, когда внезапно третий глаз Цинь Му засиял ослепительным светом. Девятиглавый бог отвлёкся, и не успел вовремя отреагировать на удар Янь’эр, тут же получив серьёзные ранений. Его девять голов начали плеваться кровью, и он упал с неба.

— Как ты осмелился останавливать карету Небесного Преподобного? Ты заслуживаешь смерти!

Цилинь стоял на голове одного из небесных драконов, его голос гремел, будто гром, проносясь над небесным фортом:

— Учитывая, что ты ученик Небесного Преподобного Хуна, мы тебя пощадим! Но любой, кто осмелится снова преградить путь Небесному Преподобному Му, погибнет!

Янь’эр расправила крылья, и её пламя накрыло небо. Священный огонь Красной Птицы расплавил всё вокруг. Она летела вперёд, таща за собой длинный драконий хвост и смотря на корабли внизу свирепым взглядом.

Солдаты небесного форта почувствовали, как по их спине бегут мурашки. Они боялись не её, а имени Небесного Преподобного Му.

— Пошли, — проговорил Цинь Му.

Шесть небесных драконов с грохотом тащили карету вперёд. Вскоре они миновали небесный форт, направляясь прямиком к армии богов и дьяволов Западного Полюса.

Смотря на армию Западного Божества, Цинь Му внезапно услышал звуки битвы. Он не мог не рассмеяться от гнева и стиснул зубы, отчего те заскрипели.

Несмотря на то, что Западное Божество Белый Тигр увидела его карету и флаг, она всё-таки не отозвала своих войск. Очевидно, она была уверена, что сможет справиться с Небесным Преподобным Юем!

Божественный Король Лан Во спокойно проговорила:

— Западное Божество заботится о своей собственной смерти и не обращает на святого младенца никакого внимания. Почему тебя так волнует её выживание?

Цинь Му поднялся и вышел из кареты. Его сознание двинулось к райскому дворцу Белого Тигра:

— Западное Божество, к тебе пришёл Небесный Преподобный Му. Пожалуйста, отзови свои войска!

Западное Божество ему не ответила. Вместо этого звуки барабанов усилились. К ним добавился пронзительный вой рога. Он пронёсся над землёй, отчего кровь богов вскипела, а их желание сражаться выросло!

Цинь Му нахмурился. Он повернул голову и посмотрел на Божественного Короля Лан Во, прежде чем торжественно проговорить:

— Я уже определил местонахождения дворца предков.

Божественный Король Лан Во вздохнула и поднялась. Она мягко проговорила:

— Святой младенец, ты должен понимать, что это древние боги уничтожили мою расу. Западное Божество была одной из них. Ты уверен, что хочешь, чтобы я её спасла?

Глава 1034. Bеликий Императoр, Западное Божеcтво, Божественный Kороль

— Если древние боги будут уничтожены, у расы мастеров создания не останется возможности вернуть свою былую силу, — уставившись вдаль, проговорил Цинь Му. — Теперь всё ещё есть шанс всё изменить. Но без древних богов возможность противостоять райским небесам исчезнет.

Божественный Король Лан Во стояла в карете, её сознание задрожало. Мгновенно миллионы и дьяволов райского дворца Белого Тигра, стремящиеся к Небесной Крепости, посыпались с неба, будто дождь.

Карета Небесного Дракона прорвалась сквозь ряды их армии. Куда бы она не двигалась, боги и дьяволы Западного Полюса падали один за другим. Тем не менее, они не пострадали, вот только их построение разрушилась.

Перед Южными Небесными Вратами Дворца Белого Тигра гигантский бог трижды ударил в барабан. Ещё два бога в доспехах подошли к вратам, ударяя в золотой церемониальный колокол. Солдат перед вратами опустил своё знамя.

Великая армия богов и дьяволов Райского Дворца Белого Тигра немедленно прекратила наступление.

Гигантский бог перед Южными Небесными Вратами ударил в барабан ещё пять раз. Все боги и дьяволы Райского Дворца Белого Тигра немедленно реорганизовали свои построения.

Бог ударил в барабан снова. Все боги и дьяволы мгновенно привели своё оружие в порядок.

Удары барабанов прекратились. Перед каретой Небесного Дракона стояла безграничная армия богов и дьяволов Западного Полюса. Они неподвижно повисли в небе, их взгляды устремились вперёд. Небо и земля вокруг были окутаны их убийственной аурой.

Увидев это, шесть Небесных Драконов не удержались и остановились. Они не осмеливались продолжать двигаться вперёд.

После того, как Цилинь их отругал, они неспешно полетели вперёд.

Цинь Му посмотрел вперёд и вздохнул. Богами и дьяволами райского дворца Белого Тигра было несложно управлять, что было несвойственно солдатам. Естественно, если речь шла об армии Вечного Мира, с помощью Секретов Собрания Трёх Исконных Духов управлять солдатами было даже более просто, чем армией Западного Полюса.

Карета сокровищ Небесного Дракона наконец прибыла к Южным Небесным Вратам. Цинь Му забрался на её крышу и начал молча ждать. Спустя некоторое время к нему подошла женщина-генерал и поклонилась:

— Небесный Преподобный, Её Величество приглашает тебя.

Цинь Му двусмысленно улыбнулся:

— Я был на Северном и Восточном Полюсах. Северное Божество Сюань Ву и Восточное Божество Цин Лун лично меня принимали. Западное Божество, в свою очередь, до сих пор сидит в своём Зале Непостижимого Неба. Она хочет, чтобы я лично пришёл к ней и попросил встречи?

На лице генерала было серьёзное выражение:

— Её Величество сейчас в доспехах, ведёт войска в бой. Таким образом, у неё нет времени, чтобы прийти сюда и лично тебя принять.

Цинь Му усмехнулся и проговорил:

— В таком случае я уйду. После того, как Западное Божество умрёт, я вернусь, чтобы забрать её тело и выразить свои соболезнования. Жирдяй, разворачивая карету. Уходим. — сказав это, он уселся в карету.

Цилинь Некоторое время колебался, прежде чем приказать шестерым небесным драконам развернуть карету. В этот момент раздался женский голос:

— Небесный Преподобный Му, пожалуйста, останься.

Цилинь тут же потянул за верёвку и взглянул на Цинь Му в карете. Он не смог разглядеть выражение его лица сквозь занавеску.

Из кареты раздался голос Цинь Му:

— Это Западное Божество?

Женщина в доспехах вышла из райского дворца Белого Тигра. За её спиной виднелась голова свирепого тигра. Он наклонил голову и сжал когти, будто был готов в любой миг броситься вперёд. Он выглядел невероятно яростным и одна лишь его голова закрывала половину райского дворца.

Женщина была полностью облачена в доспехи и выглядела героичной и отважной. Она улыбнулась:

— Да, это я. Неужели Небесный Преподобный не выйдет мне на встречу?

— Нет, не выйду, — из-за занавески донёсся равнодушный голос Цинь Му. — Я — Небесный Преподобный, пришедший тебя посетить. Ты не продемонстрировала достаточного уважения, попросив меня прийти к тебе в Зал Непостижимого Неба. В этот раз я не выйду из кареты, чтобы не уничтожить твой Западный Полюс. Это ты должна войти в карету.

Западное Божество слегка нахмурилась, посмотрев по сторонам. Подавив свой гнев она проговорила:

— Небесный Преподобный, не проверяй удачу!

Цинь Му искренне рассмеялся, прежде чем неторопливо проговорить:

— Я слышал, что на землях Западного Полюса водятся свирепые, неукротимые тигры. Тигр — это хитрое и осторожное существо. Тем не менее, когда он видит свою добычу, он не обращает внимания на то, что происходит вокруг. Таким образом, если охотник хочет поймать тигра, ему достаточно поставить перед ним овцу. Как только тигр набросится на овцу, охотник убьёт тигра.

Западное Божество впала в ярость и вошла в карету, разрывая шторы по пути:

— Небесный Преподобный, если ты хочешь что-то сказать, то почему бы не сделать это более понятным способом?

В этот момент она заметила, что в карете был кто-то ещё. Её взгляд остановился на Божественном Короле Лан ВО, и она озадачено спросила:

— Небесная Императрица? — она была поражена. Золотые доспехи на её теле звенели, в то время как она проговорила. — Небесный Преподобный Му и Небесная Императрица пришли сюда вместе, чтобы убить меня?

Цинь Му поднял руку и проговорил:

— Западное Божество, пожалуйста, присаживайся.

Западное Божество фыркнула и села, не отрывая взгляда от Божественного Короля Лан Во. Внезапно она проговорила:

— Ты не Небесная Императрица. Твоё тело пахнет по-другому.

На лице Божественного Короля Лан Во было безразличное выражение, когда она проговорила:

— В таком случае, кем меня считает Западное Божество?

Западное Божество продолжала на неё смотреть, будто пытаясь изучить её происхождение.

— Западное Божество, ты знаешь, что наступил день твоей смерти? — улыбчиво проговорил Цинь Му. — Ты мобилизовала свои войска, собираясь атаковать небесный форт перед твоим дворцом. Как только две армии столкнутся, наступит день твоей смерти. Небесный Преподобный Хун давно это спланировал, надеясь, что ты попадёшь в это ловушку. Как только твоя армия богов и дьяволов прибудет в форт, его исконный дух войдёт в Небесного Преподобного Юя и спустя несколько мгновений ты упадёшь замертво.

Западное Божество отвела взгляд от Божественного Короля Лан Во. Она открыла окно кареты и посмотрела на Небесного Преподобного Юя, находящееся на горизонте:

— Ты имеешь в виду, что Небесный Преподобный Хун уже здесь? Ты ошибаешься. Я узнала, что сейчас десять Небесных Преподобных находятся на райских небесах и готовятся сразиться друг с другом. Учитывая угрозу, которую они видят друг в друге, они не осмелятся сбежать! Что касается тебя, то ты пришёл сюда с этим другом Дао, замышляя зловещий заговор. Я верю, что ты заручился её помощью, чтобы от меня избавиться! — она холодно засмеялась. — Я чувствую её убийственное намерение!

Цинь Му прокричал:

— Зачем мне тебя убивать? Между нами нет конфликтов. Ты должна использовать мою силу, чтобы найти путь для отступления. Кроме того, мне также нужна твоя сила, чтобы противостоять райским небесам. Если мы будем сотрудничать, то оба получим с этого пользу. Если же мы этого не сделаем, то будем страдать. Я пришёл сюда, чтобы уговорить тебя не идти на смерть. На самом деле, это не я догадался об этом сговоре, а Северное Божество Сюань Ву, которое и отправило меня сюда.

Услышав, что Цинь Му предупредило Северное Божество, её сомнения рассеялись. Она спросила:

— Неужели Северное Божество Сюань Ву действительно попросило тебя это сделать?

Цинь Му кивнул, улыбаясь:

— Если Западное Божество мне не верит, можешь отправить своих людей на Северный Полюс, чтобы они всё проверили.

Западное Божество была настроена скептически. Она открыла окно кареты и позвала женщину-генерала, чтобы отдать ей приказ.

Генерал поспешно поклонилась и ушла.

Цинь Му неторопливо проговорил:

— Она вернётся через несколько дней. Почему бы тебе не отозвать свои войска на это время? Как только Небесный Преподобный Хун поймёт, что ему не стоит надеяться тебя убить, и что ты поняла его заговор, он больше не будет прятаться. Тогда я позову его, и он определённо появится здесь.

Уголки глаз Западного Божества задергались. Она снова открыла окно, чтобы отдать приказ.

Снаружи прозвучали звуки отступления, великая армия богов и дьяволов северного полюса организованно ушла.

Цинь Му поднялся и встал возле Божественного Короля Лан Во. Он открыл другое окно и выглянул наружу, после чего восхищённо воскликнул.

— Небесный Преподобный Му, что ты скажешь о моей армии? — Западное Божество улыбнулась, проговорив.

Цинь Му искренне проговорил:

— Да, у тебя сильные солдаты, что редко встретишь. Они немного уступают армии Вечного Мира, но всё же неплохи.

Западное Божество была недовольна:

— В таком крохотном месте, как Вечный Мир, есть сильная армия?

— Ваше Величество, Вечный Мир продолжил дело Императора-Основателя и превзошёл своего учителя. Естественно, его боевая мощь не идёт в сравнение с Западным Полюсом. Тем не менее, по его построения значительно вас превосходят.

Цинь Му вышел из кареты с сокровищами и громко проговорил:

— Небесный Преподобный Хун, раз уж ты здесь, почему бы не показаться и не встретиться с нами?

Он использовал своё сознание, и когда его голос достиг небесного форта, он превратился в раскат грома.

Западное Божество стояла у окна, глядя не неподвижного клона Небесного Преподобного Юя. Затем она посмотрела на Цинь Му, стоящего у кареты, её зрачки внезапно снизились.

Божественный Король Лан Во кашлянула, и взгляд Западного Божества расслабился, она улыбнулась:

— Друг Дао, ты кажешься мне знакомой. Мы уже встречались?

Божественный Король Лан Во проговорила:

— Может быть встречались. Может и нет.

Взгляд Западного Божества дрогнул:

— Ты странная. Чем дольше я на тебя смотрю, ты больше ты напоминаешь мне…

Внезапно ее зрачки снова сузились. Она быстро повернула голову и как Небесный Преподобный Юй открывает глаза. В небе пронесся луч света, похожий на мост. Он сиял ярче тысячи солнц.

Мост упал на Южные Небесные Врата Дворца Белого Тигра, упираясь в их верхнюю часть!

Западное Божество крепко сжала кулаки и усмехнулась.

Седой старик в белой одежде шагал по мосту в их сторону.

Его рукава развевались на ветру, выглядя свободными и легкими. Тем не менее, казалось, будто его тело было невероятно тяжелым. Когда он пересек половину моста, Южные Небесные Врата райского дворца Небесного Тигра не выдержали и со скрипом упали на землю. Весь дворец дрожал от давления и начал медленно спускаться с неба!

К тому времени как старик достиг кареты Небесного Дракона, райский дворец Белого Тигра уже приземлился на землю, а Южные Небесные врата провалились под неё!

Западное Божество смотрела на приближающегося старика, её тело начало дрожать.

Цинь Му поклонился:

— Небесный Преподобный Хун, ты мирно медитировал, но я тебя отвлёк. Цинь Му поклонился ему. Прости меня за это.

Небесный Преподобный Хун поклонился и искренне улыбнувшись, проговорив:

— Брат Дао, ты единственный из основателей Небесного Союза, который дожил до нашего времени. Если ты меня зовёшь, я должен проснуться.

Цинь Му махнул протянул руку и засмеялся:

— Друг Дао Хун, давай поговорим в карете. Западное Божество ждёт тебя внутри.

Небесный Преподобный Хун поклонился и проговорил:

— Брат Дао, после тебя.

Цинь Му вошёл в карету, и Небесный Преподобный Хун последовал за ним.

Цинь Му предложил ему сесть. Небесный Преподобный Хун тут же поклонился и сел лишь после того, как Цинь Му вернулся на свой трон. Он сложил руки перед Западным Божеством, а затем перед Божественным Королём Лан Во, после чего рассмеялся:

— Брат Дао, в твоей скромной карете собрались главные люди древних времён, доисторических времён, и даже сегодняшних дней. Это и вправду странно. Западное Божество происходит из доисторических времён, как и друг Божественный Король. Брат Дао из современности, а то время как я из древних времён.

Бум!

Подлокотник кресла Западного Божества взорвался от давления, она поднялась и уставилась на Божественного Короля Лан Во, проговорив хриплым голосом:

— Божественный Король?

— Сядь! — сердито воскликнул Цинь Му, ударив кулаком по подлокотнику.

Западное Божество посмотрела на Божественного Короля Лан Во, а затем на Небесного Преподобного Хуна, и поняла, что ей сложно диктовать правила в таком положении. Ей ничего не оставалось, кроме как фыркнуть и сесть обратно.

Карета Небесного Дракона сильно задрожала, шесть небесных драконов снаружи завизжали. Цинь Му почувствовал боль: «Она раздавила сиденье моей кареты и сломала один из дышел. Боюсь, что даже колёса сплющились. Задница этой женщины твёрже стали!

Он успокоился и улыбнулся, смотря на тело Небесного Преподобного Хуна:

— Глаза Великого Императора горят, будто факелы. Ты и вправду узнал Божественного Короля?

После этого тигриный мех на теле Западного Божества встал дыбом, пробивая тысячи дыр в её доспехах.

Поднялись даже кончики её волос, торча во все стороны!

Глaва 1035. Девушка с Западнoго Полюса

Небесный Преподобный Хун засмеялся:

— Великий Император? Кто Великий Император?

Цинь Му улыбнулся и ничего не сказал.

Небесный Преподобный Хун усмехнулся:

— После возвращения с Великой Пустоши, Брат Дао привёл с собой женщину. Тем не менее, эта женщина не является Небесной Императрицей. В Великой Пустоши живут Мастера Создания, поэтому я пришёл к выводу, что она — первобытный божественный король. Что касается Великого Императора, то это лишь слова Брата Дао, — он вздохнул. — Брат Дао сказал, что Великий Император скрывается среди нас, десяти Небесных Преподобных. Тем не менее, ты не уточнил кто из нас был Великим Император, заставляя нас подозревать друг друга. Но брат Дао не стал бы подозревать меня, верно?

Цинь Му похвалил:

— Объяснение Небесного Преподобного Хуна безупречно. Я впечатлен.

Небесный Преподобный Хун от души рассмеялся. Улыбнувшись, он пристально посмотрел на Божественного Короля Лан Во и проговорил:

— В таком случае, эта женщина и вправду является первобытным божественным королём?

Божественный Король Лан Во покачала головой и проговорила:

— Я из древней эпохи, а не из первобытных времён.

Небесный Преподобный Хун проговорил:

— Первый год Эпохи Дракона Ханя отделяет первобытную эпоху от древней. Спустя пятьсот шестьдесят тысяч лет начало Эпохи Багрового Императора стало началом высшей древней эпохи, которая продлилась четыреста тысяч лет. После этого началась Эпоха Высшего Императора, которая просто называется древней эпохой. Современная эпоха включает в себя крах Эпохи Императора-Основателя. Неужели госпожа является мастером создания, рождённым во время Эпохи Дракона Ханя?

Божественный Король Лан Во красиво улыбнулась, мгновенно очаровав всех в карете:

— Почему Небесный Преподобный настаивает, что я мастер создания?

Небесный Преподобный Хун слегка улыбнулся:

— Потому, что госпожа прибыла из Великой Пустоши. Кроме мастеров создания там есть лишь деревня Беззаботная. Ты родилась в древние времена, а деревня Беззаботная была создана двадцать тысяч лет назад, а значит ты не можешь быть одной из её жителей.

Западное Божество пристально уставилась на Божественного Короля Лан Во. Услышав эти слова, она снова начала беспокоиться.

Цинь Му от души рассмеялся и неторопливо проговорил:

— Небесный Преподобный Хун, я пригласил тебя не для того, чтобы обсуждать происхождение моей сестры. Если ты не Великий Император, то для тебя не имеет значения, является она мастером создания, или нет. Я пригласил тебя для того, чтобы дать Западному Божеству понять, что если бы она атаковала небесный форт и попыталась украсть клона Небесного Преподобного Юя, то уже была бы мертва.

Сердце Западного Божества дрогнуло, она молчала.

С тех пор как Небесный Преподобный Хун вошёл в карету, он стал в ней главным. Он отложил свой заговор в сторону и начал разжигать конфликт с Божественным Королём Лан Во.

Тем не менее, теперь Цинь Му удалось изменить тему.

Столкнувшись с этими двумя старыми хитрыми лисами, Западное Божество пришла к выводу, что ей лучше молчать.

Чем больше она говорила, тем больше ошибок допускала. Если она будет продолжать в том же духе, то умрёт.

Она даже не сумела раскусить Божественного Короля Лан Во, сидящей в углу.

Теперь она наконец обнаружила, что была самой простой из четырёх людей в карете.

Цинь Му поднялся и проговорил:

— Катастрофа была предотвращена. Небесному Преподобному стоит уходить.

Небесный Преподобный Хун тоже поднялся, ведя себя будто добрый старик. Затем он усмехнулся:

— Брат Дао, ты сорвал мои планы. Тем не менее, ты мой старший, и я ничего не могу поделать. Но ты должен будешь отблагодарить меня в будущем.

— Хорошо, хорошо, — Цинь Му проводил его со словами. — Так как я сорвал планы Друга Дао, в качестве компенсации я дам тебе информацию. Древний Небесный Император тоже скрывается среди десяти Небесных Преподобных, как и Небесная Императрица и Госпожа Юаньму.

Тело Небесного Преподобного Хуна слегка дрогнуло, он повернулся и неоднозначно улыбнулся:

— Несмотря на то, что это логично, твои слова меня шокировали. Даже Мать Земли сложно убить, и она никак не исчезнет окончательно, не говоря уже о Небесном Императоре, который намного сильнее её. Тем не менее, несмотря на то, что твоя информация очень ценна, её недостаточно, чтобы компенсировать мою потерю. Западный Полюс —это одни из четырёх крайних небес. Будучи полюсом вселенной, он несёт в себе невероятную ценность.

Цинь Му расслабленно проговорил:

— Что, если я скажу тебе, что Гун Юнь тоже входит в число десяти Небесных Преподобных? Этого хватит?

— Кто такой Гун Юнь? —озадаченно спросил Небесный Преподобный Хун. — Разве это не Небесный Преподобный Гун?

Цинь Му посмотрел на него, рассматривая мельчайшие изменения в его выражении. Он понял, что тот говорил искренне:

— Гун Юнь также называют Сынь Фин, и она была одной из трёх божественных королей доисторической эпохи. Она была женой Великого Императора и родила от него Императора Богов Лан Сюаня.

Сердце Небесного Преподобного Хуна дрогнуло. Он усмехнулся:

— Десять Небесных Преподобных и так ведут крайне странные дела. Несмотря на то, что я называл их друзьями Дао на протяжении сотен тысяч лет, я понятия не имел о их прошлом! Я многому узнал от тебя и получил огромную пользу!

Цинь Му всё ещё не заметил ничего странного в его выражении лица и подумал: «Именно таких старейшина деревни называет старыми и опытными. Он не выдает себя…»

— Друг Дао, я разрушил твои планы и не смог отблагодарить тебя должным образом. В будущем я обязательно верну долг, — искренне проговорил Цинь Му. — Друг Дао, отложи Западный Полюс на некоторое время и вернись сюда в будущем.

Небесный Преподобный Хун улыбнулся:

— Не то, чтобы я не доверял брату Дао, но так как ты у меня в долгу, я хочу, чтобы ты дал мне письменное обещание.

Цинь Му достал бумагу и кисть и написал клятву.

Небесный Преподобный Хун улетел, взяв у него эту бумагу.

Цинь Му смотрел ему вслед. Когда тот исчез, он вернулся в карету и увидел. Что Западное Божество и дальше смотрит на Божественного Короля Лан Во. На лице последней было равнодушное выражение, она не возражала против того, чтобы на неё смотрели.

Цинь Му уселся с мрачным выражением лица. Западное Божество холодно проговорила:

— В таком случае, Небесный Преподобный Му, эта женщина и вправду является мастером…

— Хватит! — Цинь Му впал в ярость и прокричал. — Если бы не твоя ошибка, и не попытка схватить Небесного Преподобного Юя, разве я бы вёл себя с Небесным Преподобным Хунем так покорно? Я даже дал ему письменную клятву и нахожусь у него в долгу, понятия не имея, как должен в будущем отплатить. Я помог тебе спасти Западный Полюс и свою жизнь. Чего ещё ты хочешь?

Западное Божество покраснела и улыбнулась:

— Грубиян, почему ты так легко теряешь самообладание? Говорят, что Небесный Преподобный Му хитрый как лис и ловкий как кролик. Я думаю, что ты больше похож на льва, пугающего людей до смерти.

Выражение лица Цинь Му стало мягче, он ответил нежным тоном:

— Я не терял самообладания, но я волнуюсь о безопасности сестры Западного Божества. Если бы это было так, разве бы я осмелился оскорбить Небесного Преподобного Хуна и нарушить его планы? Сестра, не злись на меня.

Западное Божество поднялась и серьёзным тоном проговорила:

— В этот раз я и вправду была слишком опрометчивой. Это моя вина. К счастью, ты прибыл вовремя, иначе последствия были бы невообразимыми. Пожалуйста, прими мои извинения. — Сказав это, она поклонилась Цинь Му, прося прощения.

Цинь Му был шокирован. Он поспешно шагнул вперёд, чтобы помочь ей подняться.

Древние боги часто были гордыми и высокомерными. Несмотря на то, что Цинь Му был в хороших отношениях с Графом Земли, последний всё же был высокомерным и не слишком заботился о существах после начала. Естественно, он никогда не признавал своих ошибок.

Были и те, кто больше напоминал восточное божество Цин Луна. Он смотрел свысока не только на существ после начала, но даже своих собственных детей считал не более, чем инструментом, и не волновался о родстве с ними.

Западное Божество Белый Тигр была исключением среди древних богов. Она была прямолинейной, и ей хватало смелости говорить откровенно. Когда она ошибалась, то признавала свою вину, из-за чего её многие любили.

— Это не твоя вина, Десять Небесных Преподобных слишком хитры, —Цинь Му предложил ей сесть. — Я слишком беспокоился о безопасности сестры, поэтому спровоцировал заговор против тебя, не думая о твоих чувствах. Я прошу за это прощения.

Западное Божество продолжала стоять. Вместо этого она улыбнулась и проговорила:

— Так как твой трон был разрушен, его больше нельзя использовать, — как только она об этом сказала, трон, на котором она сидела, рассеялся.

Лицо Западного Божества слегка покраснело:

— Я это компенсирую. Небесный Преподобный, пожалуйста, не спеши уходить. У меня на Западном Полюсе много мастеров, я прикажу им отремонтировать трон. Я гарантирую, что он будет даже лучше, чем до этого.

Цинь Му облегчённо вздохнул:

— В таком случае мне придётся доставить тебе хлопот. Я собираюсь отправиться на Южный Полюс как можно быстрее, чтобы проверить, смогла ли сестра Чжу Цюэ пережить это бедствие.

— Чжу Цюэ намного умнее меня. Возможно, я не смогла раскусить этого заговора, но ей это определённо удалось. О ней не стоит беспокоиться.

Западное Божество вышла из кареты и посмотрела вниз. На её лице возникло неприятное выражение, когда она заметила, что колеса тоже были сломаны.

Цинь Му подал руку Божественному Королю Лан Во, которая неподвижно сидела в карете. Она не протянула руку, на её лице было несчастное выражение лица. Цинь Му продолжал держать руку, но Божественный Король Лан Во закрыла глаза. Спустя некоторое время она открыла их и подала ему свою руку.

Цинь Му осторожно помог ей подняться, после чего Божественный Король Лан Во забрала руку и вышла из кареты:

— Госпожи Цинь, мне стоит называть тебя святым младенцем, или Небесным Преподобным Му?

Цинь Му раздвинул шторы и улыбнулся:

— Сестра сердится. Когда это происходит, ты начинаешь напоминать человека.

Божественный Король Лан Во вздохнула и вышла из кареты:

— Ты всё ещё не ответил на мой вопрос.

Западное Божество приказала богам Райского Дворца Белого Тигра вытащить Южные Небесные Врата из-под земли. Огромному количеству солдат пришлось мобилизовать свои силы одновременно, чтобы после долгих вернуть райский дворец на место.

Райский дворец медленно поднялся в воздух. Западное Божество повело их в его сторону, снимая доспехи по пути:

— Брат Му и сестра, входите. Мне Мне нужно переодеться. Я нервничала слишком сильно, и порвала свою одежду… Разместите моего брата и сестру в Яшмовом Водоёме.

Она молниеносно улетела прочь, в то время как Цинь Му и Янь’эр отправились в райский дворец Белого Тигра в сопровождении нескольких женщин-генералов.

Генералы Западного Полюса тоже снимали свои доспехи на ходу, обнаруживая красочную одежду и манящие фигуры.

Только тогда Цинь Му понял, что в райском дворце было очень много женщин и мало мужчин. Даже генералы, которые вели войска в бой, были женщинами. Это была армия красивых героинь!

— Сестра, я одновременно и святой младенец, и Небесный Преподобный Му.

Цинь Му любовался видом райского дворца Белого Тигра. Ему казалось, что он вошёл в женские покои. Всё округ было окутано женской заботой, и даже дворец был красиво украшен свежими цветами и виноградной лозой.

— Я знаю, что между мастерами создания и древними богами существует глубокая вражда. Тем не менее, сейчас у нас нет выбора, кроме как пытаться выжить. Я должен помочь найти путь к выживанию не только мастерам создания, но и расе людей и Вечному Миру.

Цинь Му искренне улыбнулся:

— Я святой младенец мастеров создания. Кроме того, я Небесный Преподобный расы людей.

Они прибыли к Яшмовому Водоёму, где им навстречу вышло множество ремесленников. Должно быть, они спешили отремонтировать карету Небесного Дракона. Цинь Му был шокирован, обнаружив, что большинство работников Западного Полюса тоже были женщинами. Они таскали на спинах огромные печи и несли в руках сундуки, напоминая немого.

— Дедушке немому определённо понравились бы эти крепкие девушки! С юных лет он учил меня, что крепкие девушки самые красивые!

Цинь Му был в восторге:

— Интересно, согласится ли Западное Божество, если я попрошу её дать мне нескольких Небесных Работников Западного Полюса?

Пока Цинь Му об этом думал, Западное Божество закончила переодеваться и пришла к ним. Его глаза засияли, увидев её, он подумал: «Неужели бывают такие очаровательные древние боги?»

Глава 1036. Дрeвний Бoг Войны

Западное Божество переоделась. Броня, в которую она была облачена ранее, закрывала всё её тело, оставляя только два глаза. Теперь же Цинь Му наконец увидел её лицо.

Она носила белую одежду, украшенную тигриными головами, вышитыми белыми нитями, а на её голове был королевский головной убор, украшенный двумя тиграми.

Из краёв обычного королевского головного убора торчало два чёрныx крыла, в то время как из-под её пробивались два тигриных уха.

Ей просто было некуда спрятать свои уши, и у неё не оставалось выбора, кроме как просунуть их через края головного убора. Время от времени они настороженно дёргались.

У женщины были круглые и пухлые щеки. Её ладони были спрятаны под длинными широкими рукавами, в то время как её юбка была очень короткой, а её обувь украшали тигриные головы.

Цинь Му внезапно понял, почему её юбка была такой короткой. Причина этого была в том, что женщина не могла спрятать свой длинный хвост, который время от времени поднимался выше плеч, активно двигаясь.

Если бы у её хвоста были глаза, он уже успел бы изучить всю округу.

Цинь Му впервые видел такого очаровательного древнего бога. Более того, этот бог был одним из четырёх великих Божеств.

Древние боги обладали невероятно высоким положением. Даже травяные боги Матери Земли обладали огромной властью, не говоря уже о четырёх Божествах!

Несмотря на то, что сегодня положение древних богов было не таким устойчивым, как раньше, они до сих пор были высшими существами, правящими четырьмя полюсами вселенной!

Цинь Му уже встречался с тремя из четырёх Божеств, среди которых Цин Лун вёл себя, будто император, Сюань Ву был невероятно сильным, несмотря на свою сдержанность, а Южное Божество Чжу Цюэ хоть и любила сунуть нос в личные дела других, всё же вела себя благородно, как и подобало великому божеству.

Только Западное Божество было похоже на девочку, которая ещё не успела вырасти.

На лице Цинь Му возникло странное выражение. Он подумал: «Боюсь, что в глазах остальных древних богов Западное Божество — младшая сестра.»

Западное Божество подошла и улыбнулась:

— Без брони намного удобнее. Небесный Преподобный, прошу за мной.

Она улыбнулась, обнаруживая два тигриных клыка.

Цинь Му последовал за ней, увидев, что её хвост непрерывно шевелится. Время от времени он обвивался вокруг её талии, поднимался к плечам, или же стучал по ветвям и растениям, встречающимся по пути.

«Когда она была в доспехах, я не видел её хвоста. Интересно, куда она его спрятала? — Цинь Му смотрел на хвост белого тигра, думая про себя. — Если бы только я мог к нему прикоснуться…»

Чем дольше он об этом думал, тем сильнее хотел прикоснуться к хвосту. Тем не менее, эта женщина была великим божеством, и делать это без спроса он не осмеливался.

Яньэр, однако, не испытывала таких сомнений, и без раздумий бросилась вперёд, чтобы коснуться хвоста Западного Божества.

Западное Божество захихикала, чтобы коснуться подбородка Янь’эр своим хвостом:

— Маленькая девочка, я твоя тётя, как ты можешь так себя вести?

Янь’эр превратилась в маленького зелёного воробья и взлетела в воздух и приземлилась на острый кончик хвоста, с любопытством спросив:

— Тетя меня узнала?

— Конечно, я тебя узнала. У тебя уникальная родословная, и я узнала тебя с первого взгляда.

Кончик хвоста Западного Божества поднялся, положив Янь’эр на её плечо, после чего продолжил нежно поглаживать её голову. Янь’эр тут же наклонила голову и уснула, начав храпеть.

Западное Божество привела их насладиться видами Нефритового Павильона. Нефритовый Павильон райского дворца Белого Тигра оказался не таким, как Цинь Му себе представлял. Вдоль здешнего Яшмового Водоёма располагалось множество плавильных печей, которые работали круглосуточно, нагревая здешний воздух.

Цинь Му осмотрел плавильни и шокировано проговорил:

— Выглядит как работа расы Небесных Работ Эпохи Императора-Основателя. Он был здесь раньше?

— Да, он был здесь раньше.

Западное Божество заметила гигантский деревянную колонну и тут же полетела к нему. Её руки высунулись из рукавов, обнажая острые тигриные когти, которые она тут же начала точить о дерево. Закончив, она расслабленно разлеглась на вершине колонны:

— Император-Основатель привел с собой красивого мужчину по имени Ли Южань. Тот оказался невероятно харизматичным и заворожил девушек в моём дворце. Именно он разработал эти плавильни. Когда я сказала, что у Яшмового Водоёма нельзя заниматься ковкой, девушки начали протестовать, и у меня не осталось выбора, кроме как согласиться, — на её лице было выражение беспомощности. — На Западном Полюсе много прекрасного нефрита, а я древний бог войны. Постройка плавилен — это не такая уж и плохая идея. В любом случае, они нам пригодятся. Цинь Е отправил Ли Южаня ужиться у меня ковке и плавке, тем не менее, моя техника заключается в поглощении Ци золота, и ему так и не удалось её постичь. Я же, с другой стороны, научилась у него нескольким техникам ковки божественного оружия.

Ли Южань был Буддой Сакрой, Небесным Королём Войны райских небес Императора-Основателя.

Его способности не были самыми высокими среди четырёх божественный королей, наоборот, его можно было назвать самым слабым. Тем не менее, он всё же заслуживал своего звания Небесного Короля Войны.

Немому было бы крайне сложно превзойти его на пути ковки. Тем не менее, сейчас немой и слепой работали вместе, пытаясь создать способ микроскопической ковки.

Если их исследования увенчаются успехом, то они превзойдут Ли Южаня.

Небесные работницы, отправившиеся ремонтировать карету Небесного Дракона, притащили карету к Яшмовому Водоёму и начали осматривать и изучать её, составляя её чертёж.

Цинь Му и Западное Божество подошли к ним, обнаруживая, что эти крепкие женщины были невероятно ловки и искусно владели своими техниками. Очевидно, их обучал Будда Сакра Ли Южань.

Цинь Му остался доволен:

— Дедушке немому они бы сильно понравились, если бы он с ними встретился.

— Западное Божество, теперь, когда ковка стала основой развития Вечного Мира, нам сильно пригодились бы твои Небесные Работницы. Если бы Западное Божество могла отправить нескольких из них нам на помощь, я никогда бы этого не забыл!

Чем дольше Цинь Му смотрел на этих девушек, тем сильнее они ему нравились:

— Вечный Мир тоже многого добился в искусстве ковки. У нас много искусных мастеров, и если бы Западное Божество отправила нам нескольких своих людей, они бы отлично дополнили друг друга.

Западное Божество покачала головой и засмеялась:

— Ты снова пытаешься меня обмануть! Я слышала о Вечном Мире. Вы создаёте оружие для райских небес. Если я отправлю к вам своих работников, то разве они не начнут помогать силе райских небес расти?

Цинь Му засмеялся:

— Западное Божество, здесь тебе не хватает знаний. С момента полного падения Эпохи Императора-Основателя прошло двадцать тысяч лет, но техники ковки Западного Полюса совсем не изменились с того времени. Масштаб вашего производства сопоставим лишь с тремя фабриками Вечного Мира, а если речь идёт о техниках, то вы не достигли никаких достижений, и всего лишь продолжаете пользоваться тем, что обрели вовремя Эпохи Императора-Основателя. Вечный Мир строит божественное оружие для райских небес, но может строить его и для себя. Что касается развития, то масштаб нашего производства продолжает расти, а техники улучшаться! — он слегка улыбнулся. — Я могу поспорить с Вашим Величеством. Человеком, которому удастся развить путь ковки до такого уровня, что оставит отпечаток в пустоши и создаст вечное Великое Дао, появится в Вечном Мире. Этого никогда не сделает Ли Южань или кто-то из Западного Полюса!

Западное Божество была настроена скептически:

— Путь ковки Ли Южаня не имеет себе равных. Разве в Вечном Мире есть что-либо подобное?

Цинь Му протянул руку, поднимая божественный молот:

— Путь ковки Вечного Мира намного сложнее и заключается не только в ковке божественного оружия. Он может менять физику, что создаёт новый путь развития. Я предлагаю Вашему Величеству Западному Божеству достать божественное оружие.

Западное Божество хлопнула в ладоши, и одна из Небесных Работниц достала божественное оружие.

Цинь Му тут же замахнулся молотом в её сторону, и девушка испугалась и подняла оружие, чтобы заблокировать удар. В следующий миг раздался звонкий звук, и воздух наполнился божественным светом.

Небесная Работница была шокирована. Она поспешно отбросила оружие в сторону и осмотрела своё тело, с облегчением обнаруживая, что не была ранена.

На лице Западного Божества появилось мрачное выражение. Она сделала шаг вперёд и подняла божественное оружие, обнаруживая, что-то больше не было божественным, и превратилось в оружие из обычного металла.

Удар молота Цинь Му сумел изменить строение божественного молота, превратив его в обычный!

Она не удержалась и вздрогнула. Несмотря на то, что боевые способности Небесных Работников были высокими, они не могли сравниться с богами, специализирующимися на искусстве боя, в вопросах божественных искусств или тактики.

Небесные Работницы Западного Полюса были сродни драгоценному сокровищу. Она ни за что не отправила бы их в битву.

Удар Цинь Му заставил её осознать силу Небесных Работ. Они могли создавать божественное оружие, но могли и разрушать оружие врага!

В прошлом, во время падения Эпохи Императора-Основателя, Ли Южань отвёл расу Небесных Работ на Ковчег Парамиты, собираясь отправиться в убежище в деревню Беззаботную. В конце концов они были атакованы райскими небесами, и раса Небесных Работ была почти полостью истреблена.

Если бы у расы богов Небесных Работ были такие техники, как у Цинь Му, то исход той битвы было бы намного сложнее определить.

«Если бы на Западном Полюсе была настолько огромная армия Небесных Работ, мы стали бы неуязвимыми. Мы неслись бы по небесам, и нас было бы невозможно остановить!»

Цинь Му спрятал молот и проговорил:

— Это результат реформы Вечного Мира. Эту технику создали двое стариков из моей семи. Она ещё не была доведена до совершенства. Западное Божество, твои люди могут отправиться в Вечный Мир и помочь нам это сделать. Она позволит тебе стать настоящим Небесным Королём Войны и получить господство на любом поле битвы!

Западное Божество ненадолго погрузилась в мысли, прежде чем с сожалением проговорить:

— Эта реформа свергнет нас, древних богов… — внезапно она заплакала, её слёзы напоминали дождь. Задыхаясь, она проговорила. — Я древний бог войны. Я не сомневаюсь, что твой путь ковки подарит господство на поле битвы, но именно я погибну первой! Я чувствую, что моя смерть близко…

Цинь Му спокойно на неё посмотрел и объяснил:

— Добрая сестра… Ты только что едва не погибла от рук Небесного Преподобного Хао, и именно я тебя спас. Если бы я хотел причинить тебе вред, разве бы я это делал?

Западное Божество обняла свой хвост, продолжая плакать.

Цинь Му оказался в тупике и прокричал:

— Хватит плакать!

Западное Божество подняла голову, но продолжила обнимать свой хвост. И посмотрела на Цинь Му заплаканными глазами:

— Не волнуйся, я Непобедимый Великий Чародей. Даже если ты умрёшь, я смогу вернуть тебя к жизни. Расслабься. Кто знает, может быть после смерти тебе удастся освободиться от ограничений древних богов и обрести свободу! Как только это случится, ты сможешь постичь путь ковки. Кто тогда сможет тебя убить?

— Поклянись!

— Клянусь Графом Земли!

Горе Западного Божества тут же превратилась в радость, она счастливо поднялась.

Божественный Король Лан Во стояла сбоку, холодно улыбаясь:

— Святой младенец хорошо умеет уговаривать девушек.

Цинь Му мягко проговорил:

— Сестра Лан Во…

— На мне не сработает! — Божественный Король Лан Во развернулась и ушла. — Я не верю, что у великого божества могут быть такие простые мысли!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Конфликт между древними богами и мастерами создания и вправду был его главной проблемой.

Несмотря на то, что между десятью Небесными Преподобными был конфликт, он был не настолько глубоким, как вражда между мастерами создания и древними богами!

Теперь он ступал по тонкому льду. Если он не будет осторожен, то ему грозит вечное проклятье!

Глaва 1037. Мoлодой Bладыка Культа

Цинь Му испытывал те же сомнения, как древний бог войны. Западное Божество не могла быть такой простой. Тем не менее, для него это не имело значения. Главным было то, что он должен был гарантировать выживание Западного Божества и то, что Небесные Работницы Западного Полюса отправятся в Вечный Мир.

В Вечном Мире было много ремесленников, но лишь немногиx из них можно было назвать Небесными Работниками. Новое поколение до сих пор училось, поэтому они Вечный Мир нуждался в нескольких искусных Небесных Работниках, которые могли бы их тренировать.

Несмотря на то, что между Цинь Му и Буддой Сакрой были хорошие отношения, Будда Сакра в конце концов до сих пор был богом войны Императора-Основателя, и его терзали любовные проблемы, из-за чего никто не знал о его местонахождении.

Пройдя через Бедствие Вечного Мира, Цинь Му понял, что на Будду Сакру нельзя было рассчитывать и что лучшим решением было развивать собственные таланты Вечного Мира.

На заре Эпохи Императора-Основателя большое количество последователей Императора-Основателя собрались, чтобы вместе путешествовать по миру. В то время они были никем, но позже они стали четырьмя великими Божественными Королями и четырьмя Небесными Наставниками, чья репутация гремела на весь мир. Тем не менее, в самом начале они не получили поддержки или признания со стороны героев Эпохи Высшего Императора.

Это служило примером для Вечного Мира.

Цинь Му и Западное Божество всё обсудили и решили сколько Небесных Работниц отправятся в Вечный Мир. Цинь Му расслабился лишь после того, как собственными глазами увидел, как они ступают на мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии с печами и божественным оружием на спинах.

Оставшиеся Небесные Работники приступили к работе над каретой сокровищ Небесного Дракона. Строение кареты было невероятно сложным, а самые искусные работницы отправились в Вечный Мир, поэтому Цинь Му пришлось лично наблюдать за процессом ремонта.

Западное Божество помогала ему, улыбнувшись:

— Ты Небесный Преподобный, откуда тебе известны такие вещи?

Цинь Му вытер пот со лба:

— Изначально я был кузнецом-пастухом, так что ковку можно назвать моей старой профессией.

Западное Божество с любопытством спросила:

— Кузнецом-пастухом? Что ещё ты умеешь?

Цинь Му ненадолго задумался, прежде чем проговорить:

— Я целитель, умеющий рисовать, провидец, размахивающий ножами и мечами, вор, постигший Дхарму, а также портной, умеющий делать мебель.

Западное Божество не удержалась и улыбнулась:

— В сравнении с остальными Небесными Преподобными, с их благородной манерой общения и величием, ты больше похож на деревенского жителя.

Цинь Му не отвлекался от ремонта кареты, ответив:

— Я не такой, как они. У них высокое происхождение, в то время как у меня оно скромное.

Спустя два дня ремонт кареты наконец был закончен.

— Ваше Величество Западное Божество, мне нужно спешить на Южный Полюс, чтобы встретиться с Южным Божеством, так что я не буду здесь задерживаться.

Цинь Му попрощался:

— На первый взгляд между десятью Небесными Преподобными райских небес конфликт, но на самом деле они пытаются сговориться против всех вас. Мне нужно отправиться на Южный Полюс, чтобы убедиться в безопасности Южного Божества.

Западное Божество не уговаривала его остаться и искренне ответила:

— Когда доберёшься до Южного Полюса, дай мне знать о своей безопасности.

Цинь Му кивнул. Божественный Король Лан Во уже сидела в карете, и Западное Божество вышла их проводить. Взглянув на женщину в карете, она тихо спросила:

— Небесный Преподобный, неужели она и вправду божественный король мастеров создания?

Цинь Му некоторое время колебался, прежде чем ответить:

— Мы с ней встречали Графа Земли.

Западное Божество задумалась:

— Если Граф Земли знает о её личности, мне нечего сказать. Граф Земли намного умнее нас, четырёх божеств. За всю жизнь он потерпел лишь одно поражение от рук Небесного Императора. Тем не менее, я всё же хотела бы напомнить Небесному Преподобному, что ты не знаком с первобытной эпохой, в отличие от меня, и я ужасно её боюсь. В то время мастера создания доминировали над миром, и они поработили даже древних богов.

«Древние боги были порабощены мастерами создания?»

Цинь Му встревожился. Посмотрев на красавицу в карете, он долгое время не сводил с ней взгляда, прежде чем проговорить:

— Ваше Величество, не стоит провожать меня дальше.

Он сел в карету и цилинь принял свой человеческий облик, чтобы вести карету, Янь’эр села рядом с ним. Цилинь крикнул, и небесные драконы взмыли в мост, двигаясь в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии неподалёку от небесного форта.

Божественный Король Лан Во бросила на Цинь Му мягкий взгляд и спросила:

— Ты веришь тому, что тебе сказала Западное Божество?

Цинь Му посмотрел ей в глаза и спокойно ответил:

— Нежели старшая сестра думает, что я поверил бы в это?

Божественный Король Лан Во молчала.

— Я ей верю, — серьёзно продолжил Цинь Му. — В одиночку мастера создания не очень сильны. Но если их были десятки тысяч, то сила их жертвоприношений могла одолеть сильных практиков области Непостижимого Неба и Императорского Трона. Если же мастеров создания были сотни тысяч, то их сила была даже более выдающейся. A если бы их были миллионы, или же миллиарды, то они могли бы с лёгкостью поработить древних богов. Таким образом, Западное Божество говорила правду.

Божественный Король Лан Во отвела взгляд в сторону:

— Ты тоже боишься расы мастеров создания?

Цинь Му покачал головой и неторопливо ответил:

— Я ведь сам мастер создания, чего мне бояться?

Божественный Король Лан Во бросила на него серьёзный взгляд:

— Великий Император тоже является мастеров создания, но он всё равно боялся нашей расы и без раздумий её уничтожил.

— Но я не Великий Император, — Цинь Му отвёл взгляд в сторону и посмотрел на Мост Взаимного Сдвигу Духовной Энергии. Становящийся всё ближе. — Эпоха, в которой доминировали мастера создания, закончилась. Сейчас их раса — всего лишь горстка бедных, бездомных жуков. Старшая сестра, ты тоже одна из этих бездомных жуков. Только внедрившись в современную эпоху у мастеров создания появится способ выжить, ты в том числе.

Карета Небесного Дракона постепенно замедлялась, приближаясь к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

— Я уже нашёл дворец предков мастеров создания. Но мне лишь предстоит определить его точное местоположение, и выяснить, какой печатью он был запечатан.

Цинь Му встретился взглядом с Божественным Королём Лан Во:

— Я не откажусь от обещания, которое тебе дал. Я помогу мастерам создания покинуть Мир Парамиты и вернуться в этот мир.

Божественный Король Лан Во задумалась, прежде чем спросить:

— Ты не боишься, что мастера создания вернут своё былое положение и начнут править вселенной?

— Не боюсь, — Цинь Му откинулся на троне. — Вы не сможете вернуть всё обратно, даже вернувшись во дворец предков. Божественный Король первобытной эпохи Шу Цзюнь уже с этим смирился. Но ты, Божественный Король современности, ещё этого не сделала.

Божественный Король Лан Во молчала. Спустя некоторое время она проговорила:

— Сначала дай мне координаты дворца предков.

Жизненная Ци Цинь Му превратилась в Великий Звёздный Атлас Вселенной, и он обозначил на нём положение дворца предков. Божественный Король Лан Во поднялась, и Цинь Му тут же её напомнил:

— Я нашёл только приблизительные координаты и ещё не определил его точного местоположения!

Занавески кареты поднялись, и Божественный Король Лан Во вышла наружу. Оглянувшись, она проговорила:

— Святой младенец, ты сказал, что являешься мастером создания. Тем не менее, ты никогда не сможешь испытать гордость за это и не разделишь нашу жажду к мести. Ты просто посторонний, который по какой-то случайности стал святым младенцем моей расы.

Её силуэт исчез.

Цинь Му был поражён, когда внезапно снаружи раздался голос Цилиня:

— Владыка Культа, ступать на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, или подождать на неё?

Цинь Му равнодушно ответил:

— Не стоит ждать, идём.

Цилинь встревоженно оглянулся, чтобы заглянуть в карету. Сквозь занавеску он увидел, что лицо Цинь Му было спокойным, будто стоячая вода.

— Что случилось с молодым владыкой? — тихо спросила Янь’эр.

Цилинь на мгновение заколебался, прежде чем направить карету в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии и ничего не ответить.

Янь’эр продолжала шептать ему на ухо:

— Мне кажется, что Божественный Король Лан Во нравится молодому владыке, но он слишком сильно подавляет свои чувства. Возможно, нам нужно найти Госпожу Культа, которой удастся успокоить его душу, чтобы сделать его счастливее.

Она заглянула в карету, прежде чем запрыгнуть цилиню на плечо и прошептать:

— Когда мы будем на Южном Полюсе, я попрошу маму кого-то ему найти!

Цилинь покачал головой:

— Дело не в этом. Я занят управлением кареты. Можешь пойти в карету и сказать Владыке Культа, что он прав.

Янь’эр в недоумении спросила:

— Этих слов будет достаточно? Должно быть, я тоже не та девушка, которую любит Владыка Культа, так что мне нет смысла что-либо говорить.

Цилинь был не в силах что-либо сделать и попросил её взять вести карету, после чего принял свою истинную форму и вошёл внутрь.

Цинь Му сидел внутри с закрытыми глазами, на уголках которых виднелись слёзы. Он проговорил слегка хриплым голосом:

— Почему искать путь к выживанию Вечного Мира и человеческой расы так сложно, так утомительно…

Казалось, будто на него давил огромный вес, не позволяя дышать.

— Имперский Наставник, после того как я и сам стал Имперским Наставником, я наконец понял, под каким давлением ты находился в то время. Где ты сейчас?

Он думал о своём предшественнике, Имперском Наставнике Цзян Байгуе. В прошлом тот не нуждался в любовнице, которая утешила бы его душу. Ему нужен был друг Дао, с которым они могли бы поддерживать друг друга.

Имперский Наставник Вечного Мира пользовался поддержкой молодого патриарха, а после его смерти — Императора Яньфэна. Ему повезло намного больше, чем Цинь Му. Когда тот чувствовал себя растерянным и беспомощным, молодой патриарх напоминал ему, что он поступает правильно.

Когда они сталкивались с неудачами, Император Яньфэн был рядом с ним, разделяя проблемы.

Но сейчас рядом с Цинь Му не было никого.

Цилинь подошёл и разлегся у его ног.

— Владыка Культа, несмотря на то, что я не совсем понимаю что ты делаешь… — цилинь на мгновение заколебался, прежде чем продолжить. — Я чувствую, что ты прав.

Цинь Му открыл глаза и коснулся мягкой головы этого гигантского существа, тихо ответив:

— Жирдяй, ты единственный, кто меня понимает… Твои Писания о Взращивании Людей готовы.

Цилинь поднял голову и засмеялся:

— Владыка Культа, в глубине моего сердца ты и дальше юноша, прошедший мимо меня тем утром. Ты смотрел на Имперский Колледж Вечного Мира и думал, что все, кто там сидит — деревенские болваны.

Цинь Му рассмеялся и встал.

Цилинь тоже поднялся, тряся своей чешуей и гривой:

— В то время ты думал, что я — статуя льва у ворот. Твои глаза был полны энергии и ума, ты был невероятно храбр. У входа в Имперский Колледж я встречал многих людей, но ещё никогда не видел кого-то вроде тебя. Тогда я терял сознание от голода, но увидев тебя, я сразу узнал нового патриарха, нового Цзян Байгуя, нового Императора Яньфэна.

— Это не Писания о Взращивании Людей, а мои искренние слова! — он засмеялся. — Я последовал за тобой не только из-за того, что ты умеешь готовить духовные пилюли, и не для того, чтобы прокормить себя. В мире есть много целителей, умеющих готовить пилюли, но только один Владыка Небесного Святого Культа! Я увидел в тебе дух реформатора, который не боялся ни неба, ни земли!

— Для остальных людей небеса главные, а сами они на втором месте. Тем не менее, ты считаешь главным себя, а небеса второстепенными. Твоя уверенность настолько велика, что привлекает внимание всех вокруг. Ты — Тело Тирана!

Цилинь продолжал:

— Ты навсегда останешься молодым владыкой культа, переполненным храбростью, ничего не боящегося, и который никогда не будет повержен или раздавлен!

Встревоженное выражение исчезло с лица Цинь Му. Он пробормотал:

— Да, я Тело Тирана. Я никогда не буду раздавлен. Моё сердце никогда не постареет, я всё ещё тот молодой владыка культа…

Карета Небесного Дракона медленно остановилась. Снаружи раздался радостный голос Янь’эр:

— Молодой владыка, жирдяй, мы достигли Южного Полюса!

Переполняясь энергией, Цинь Му вышел наружу.

Цилинь улыбнулся и быстрыми шагами последовал за ним.

Глaва 1038. Смeрть Южнoго Божества

Карета Небесного Дракона вылетела из Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии. Цинь Му встал и выглянул наружу, увидев величественный поток пламени, протянувшийся на миллионы километров.

В небе можно было увидеть солнца, висящее низко над землёй. Из его центра извергались языки пламени, напоминая красных птиц, пролетающих мим земли с распростёртыми крыльями.

Среди языков пламени мелькали силуэты каких-то богов с человеческими телами и птичьими головами. Маша крыльями, они летели, избегая падающих на землю потоков пламени.

Человеку это место показалось бы адом. Тем не менее, для расы богов, живущей на Южном Полюсе, здесь было невероятно комфортно.

Цинь Му слегка нахмурился и посмотрел на этих богов. Они не принадлежали к расе красной птицы, а являлись богами райских небес.

Кроме того, несмотря на то что пламя, которое падало на землю, исходило из солнца, у него было неестественное происхождение. На самом деле это были атаки, обрушивающиеся в пустоту. Боги использовали свои божественные искусства, чтобы извлечь их из солнца и использовать его силу!

«Это напоминает божественное искусство Великого Владыки Солнца! — сердце Цинь Му начало взволнованно биться. — Великий Владыка Солнца, Дань Фэнлай, является учеником Потомственного Короля Богов. Клон Небесного Преподобного Юя последнего сейчас должен находиться в Сюаньду, и Великий Владыка Солнца тоже не мог сюда прийти. В таком случае, кому принадлежит эта армия, способная управлять силой солнца?

Уголки его глаз дёрнулись, когда небо внезапно зажглось. Над Южным Полюсом повисло ещё одно огромное солнце, и из него вылетели бесчисленные дворцы, напоминая золотой поток!

Раздались звуки барабанов, и перед дворцами показались десятки тысяч богов, движущихся на Южный Полюс.

Эти дворца были невероятно огромны, напоминая божественный город, неумолимо приближающийся к небу Южного Полюса. Из их нижних частей, напоминающих печати, с оглушительным гулом вырвались лучи света!

Цинь Му увидел, как эти лучи спускаются на землю, будто занавес, отбиваясь на Южном Полюсе и заставляя округу ужасно дрожать. Десятки тысяч горных хребтов тут же вырвались из-под земли, превращаясь в руны!

Эта картина выглядела великолепно, но в то же время внушала страх.

Возле Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии выстроилось множество богов с птичьими головами, охраняя мост.

Когда карета Небесного Дракона вылетела из моста, те боги тут же встревожились и поспешили навстречу, чтобы расспросить гостей. Цилинь подошёл к их генералу и проговорил:

— Небесный Преподобный Му прибыл, чтобы встретиться с Южным Божеством. Брат, что происходит на Южном Полюсе?

Услышав о звании Небесного Преподобного Му, божественный чиновник всё же не осмелился проявлять беспечности и тут же ответил:

— Докладываю Небесному Преподобному о том, что Южное Божество восстало. Райские небеса отправили сюда армию, чтобы подавить мятеж. На данный момент здешние чиновники атакуют Южный Полюс. Я исполняю приказ охранять Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, чтобы не позволить мятежникам Южного Полюса сбежать.

Цинь Му был сильно потрясен и тут же сделал шаг вперёд, чтобы переспросить:

— Южное Божество Чжу Цзюэ восстала? Когда это произошло? Ты уверен, что она восстала?

Чиновник вздрогнул и тут же упал на колени, дрожа от страха:

— Южное Божество Чжу Цзюэ повела свою армию, чтобы попытаться захватить божественное оружие силой. Она восстала и посеяла хаос, выражая презрение райским небесам. Те рассердились и отправили свои войска, чтобы подавить мятеж. Я действую исключительно по приказу свыше…

Янь’эр запаниковала, и собралась улететь, когда услышала поток сознания Цинь Му, говорящий к ней:

— Янь’эр, ситуация до сих пор неясна. Наберись терпения и дай мне время всех расспросить.

Он нахмурился. Южное Божество Чжу Цзюэ определённо не была древним богом, полагающимся на грубую силу, как это делала Западное Божество Бай Ху. Наоборот, исходя из их предыдущих мимолетных встреч, Южное Божество знала, когда стоит атаковать, а когда отступать, и обладала поразительной мудростью. Она не предприняла бы чего-то подобного в столь неясной ситуации!

Янь’эр оставалось лишь держать сюда в руках. Превратившись в зелёного воробья, она забралась на плечо Цинь Му и начала ходить туда-сюда:

— Моя мать, она…

Цинь Му поднял руку, чтобы она уселась на кончике его пальца, после чего жестом попросил её замолчать. Повернувшись к богу, он мягко проговорил:

— Кому принадлежало Божественное Оружие, которым подавляли Южный Полюс?

— Это божественное оружие Небесного Преподобного Хо, — проговорил чиновник. — Именно он охраняет Южный Полюс.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, он повторил хриплым голосом:

— Небесный Преподобный Хо?

Чиновник кивнул.

Собравшись с мыслями, Цинь Му спросил:

— Небесный Преподобный Хо спускался себя лично?

Чиновник ответил почтительным тоном:

— Небесный Преподобный Хо лично спустился, чтобы взять контроль над божественным оружием и сразиться с Южным Божеством. К этому времени их битва перебралась к запретной зоне Южного Полюса. Кроме великой армии Небесного Преподобного Хо, Красное Божество Южных Небес тоже привело свои войска в качестве подмоги. В то время как Божественные Стражи райских небес до сих пор находятся в дороге сюда. Также я слышал, что Флот Райской Реки уже на подходе.

Уголки глаз Цинь Му начали неконтролируемо дёргаться. Небесный Преподобный Хо прибыл сюда лично, вместе с двумя Великими Божественными Стражами и двумя сотнями тысяч богов и дьяволов, все из которых, скорее всего, были сильными существами области Нефритовой Столицы и Непостижимого Неба. Более того, к ним двигался Флот Райской Реки. Казалось, что Небесный Преподобный Хо решил захватить Южный Полюс одним махом!

Как только он об этом подумал, в небо над Южным Полюсом притащили ещё больше солнц. Их мощный магнетизм искажал пространство, в то время как с неба спустились сотни тысяч богов и дьяволов, чтобы сразиться с армией райского дворца Красной Птицы!

«Но что здесь делает Красное Божество Ци Сяюй из Южных Небес?»

Цинь Му недоумевал. Красное Божество Ци Сяюй была ученицей Небесного Преподобного Юэ. Более того, она также училась у Южного Божества Чжу Цюэ и являлась шпионом, которого двое божеств внедрили на райские небеса.

Красное Божество Ци Сяюй не могла предать Южное Божество.

Но она лично возглавляла великую армию Южных Небес, прибывшую сюда, что было очень странно.

Тем не менее, Небесный Преподобный Хо страстно ненавидел зло и всегда считал древних богов врагом. Если он пришёл, чтобы убить Южное Божество, то уже бы не остановился!

«Небесный Преподобный Ю говорил, что Небесный Преподобный Хо уже не тот, кем был в прошлом. Неужели он и вправду изменился?»

Цинь Му почувствовал некоторую тревогу в своём сердце, в то время как Янь’эр, до сих пор сидящая на её пальце, всё сильнее вонзала когти в его кожу. Терпя боль, Цинь Му продолжил спрашивать:

— Сколько времени прошло с тех пор, как спустился Небесный Преподобный Хо?

Чиновник ответил:

— Прошло уже четыре дня.

Цинь Му почувствовал, что его сердце начало биться быстрее, но спокойно ответил:

— Южное Божество восстала и посеяла хаос, поэтому я должен лично спуститься, чтобы подавить этот мятеж. Пи, идём.

Чиновник на мгновение заколебался, прежде чем ответить:

— Небесный Преподобный, поле битвы невероятно опасно. Было бы лучше. Если бы ты остался здесь.

Цинь Му улыбнулся, но его улыбка была не слишком доброжелательной:

— Кто из нас Небесный Преподобный, я, или ты?

Чиновник испуганно отпрыгнул в сторону и приказал своим солдатам пропустить их.

Цинь Му вернулся в карету, и они помчались в сторону запретной зоны Южного Полюса. Запретная зона являлась местом рождения Южного Божества, поэтому, если Небесный Преподобный Хо добрался туда, то Южное Божество находилась в огромной опасности!

— Она не может быть настолько глупой, это невозможно…

Цинь Му опустил Янь’эр на землю, и она начала встревоженно носиться по карете, раз за разом выглядывая наружу.

Своей мыслью Цинь Му захлопнул все окна кареты, после чего те растворились вместе со стенами кареты, позволяя с лёгкостью разглядеть происходящее вокруг.

Шесть Небесных Драконов приняли свои истинные формы, достигая ста километров в длину. Карета тоже стала немного больше и начала сверкать яркими разноцветными огнями. Летя по небу, она сияла внушительной мощью.

Янь’эр, не волнуйся.

Цинь Му продолжал успокаивать встревоженного воробья:

— Твоя мать почти такая же хитрая, как я. Если она восстала, то у неё должен быть план. Более того, я Непобедимый Великий Чародей. В случае, если она погибнет, я смогу её воскресить.

Янь’эр успокоилась и приняла облик служанки, которую Цинь Му видел во дворце Небесной Преподобной Юэ.

Цинь Му на мгновение задумался, после чего передал ей фонарь Небесной Преподобной Юэ:

— Это тебе передала Небесная Преподобная Юэ. Ты должна всегда носить его с собой для защиты. Вскоре мы доберёмся к полю боя, где можем случайно попасть под чью-то атаку. Ты должна защитить карету Небесного Дракона.

Янь’эр подавила свою тревогу и пошла вперёд, остановившись на носу кареты. Свет её фонаря напоминал рябь, которая распространялась во все стороны и полностью окутывала карету.

Вокруг сверкало множество божественных искусств, но подлетев слишком близко к карете Небесного Дракона, они исчезали в странном свете фонаря, после чего появлялись за тысячу километров от них и громко взрывались.

Когда на их пути оказывались языки солнечного пламени, они исчезали при контакте со светом фонаря.

Более того, даже дворцы, вылетающие из недр солнц, мгновенно отбрасывались на тысячу километров. К карете было невозможно подобраться.

Фонарь являлся драгоценным артефактом, который Небесная Преподобная Юэ дала Цинь Му, чтобы тот передал его Янь’эр. В прошлом он решил его не использоваться, но теперь, увидев его удивительную силу, он начал восклицать, хваля талант Небесной Преподобной Юэ.

Под защитой фонаря карета без остановок мчалась вперёд. Янь’эр отдавала приказы цилиню, который, в свою очередь, передавал их небесным драконам.

Шесть небесных драконов сотрясали округу своим рёвом, который сопровождался раскатами грома и ударами молний. Их скорость непрерывно росла.

Вот только Южный Полюс был невероятно большим, а запретная зона находилась на самом его краю. На дорогу туда требовался целый день, или даже больше.

В этот момент Цинь Му услышал тихую музыку, звучащую впереди. Он поспешно поднялся и всмотрелся вдаль.

Впереди показался фениксовый корабль, спускающийся с небес маша крыльями и пронзая атмосферу своим носом. С его палубы непрерывно поднимались бесчисленные лодки, начиная обрушивать на землю дождь из мечей!

Всюду, где пролетали эти мечи, горы и реки были разрушены!

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Боги и дьяволы под управлением Красного Божества Южных Небес безжалостно атаковали Южный Полюс. Он совершенно не ожидал увидеть что-то подобное!

Красное Божество Ци Сяюй определённо была гением тактики. На закате Эпохи Высшего Императора она лично повела свою армию в бой и убила предыдущее Красное Божество Южных Небес!

Боевая сила её армии была чрезвычайно высокой, и если она вступала в бой, то на стороне противника вряд ли осталось бы много выживших!

— Жирдяй, подберись к фениксовому кораблю!

Услышав это, цилинь поспешно изменил направление кареты, и она подлетела к фениксовому кораблю. На страже последнего стояла женщина-генерал. A за её спиной возвышалось величественное видение исконного духа в виде девятиглавого феникса. Заметив их, генерал прокричала:

— Могу я узнать. Есть ли на борту кареты Небесный Преподобный Му? Небесный Преподобный, пожалуйста, притормози!

Цилинь поспешно остановил карету.

Цинь Му, сидящий на троне, спросил:

— На борту корабля нет Красного Божества?

Генерал поклонилась:

— Её Величество Красное Божество отправилась в райский дворец Красной Птицы, чтобы подавить восстание. Её нет на борту.

Цинь Му махнул рукой, и карета Небесного Дракона продолжила двигаться вперёд. Спустя некоторое время они наконец увидели перед собой райский дворец Красной Птицы.

Райский дворец Красной Птицы был самым древним из райских дворцов. Но теперь он был разрушен, его бесчисленные залы исчезли. Громадное здание падало с неба, будто метеорит.

Огромный девятиглавый феникс разрывал дворец ударами своих крыльев. Из её девяти голов сверкали лучи света, настигая богов и дьяволов, стоящих на страже.

На одной из голов девятиглавого феникса стояла босая Ци Сяюй. Её рукава развевались на ветру, а пальцы играли на цитре. Ноты её песни напоминали острые мечи, убивая всех сильных практиков райского дворца Красное Птицы, осмелившихся на неё наброситься.

Вокруг неё шёл дождь из трупов, её никто не мог остановить.

Над дворцом летало множество богинь, которые добивали выживших противников своими божественными искусствами. Иногда они принимали человеческую форму, чтобы исполнить божественное искусство, а иногда превращались в феникса, чтобы лететь быстрее.

Божественные искусства Красного Божества Ци Сяюй определённо не уступали в силе Сыну Небесной Инь!

— Молодой мастер… — Ян’эр повернулась и бросила на Цинь Му умоляющий взгляд.

Цинь Му начал скрипеть зубами, и вправду не понимая, что делала Красное Божество Ци Сяюй.

— Красное Божество! — поток его сознания превратился в оглушительный звук. Красное Божество оглянулась и стукнула ногой, после чего одна из её голов отсоединилась от тела и превратилась в другую Ци Сяюй, прежде чем отправиться в сторону кареты и поклониться:

— Я отдаю дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Взгляд Цинь Му был полон сложных эмоций. Ци Сяюй отправила своего клона отдать ему дань уважения, в то время как её тело продолжало атаковать райский дворец Красной Птицы без всяких признаков намерения проявить милосердие.

— Красное Божество, небеса добры и любят всех живых. Там, где есть возможность пощадить людей, это нужно делать. Не нужно быть такой безжалостной, — мягко проговорил Цинь Му.

Ци Сяюй бросила на него глубокий взгляд. Внезапно её тело задрожало и превратилось в восьмерых фениксов. Расправив крылья, они пролетели над райским дворцом Красной Птицы, окутывая его испепеляющим огнём. Древний дворец расплавился, бесчисленные боги внутри него погибли!

Восемь фениксов воссоединились, превращаясь в восьмиглавого феникса. Развернувшись, он полетел в сторону кареты Небесного Дракона, и со свистом исчез внутри тела Красного Божества Ци Сяюй, стоящей перед Цинь Му. За её спиной тут же возник облик девятиглавого феникса, а небо залил красный свет!

Исконный дух девятиглавого феникса сложил крылья и медленно исчез.

Янь’эр бросила на неё серьёзный взгляд, стиснув зубы:

— Когда ты была молода, я лично тебя кормила! Как ты смеешь так себя вести?

Ци Сяюй вошла в карету и поклонилась:

— Небесный Преподобный Му до сих пор не знает, почему Южное Божество отослала принцессу сразу же после её рождения? В райском дворце Красной Птицы не осталось никого верного ей. Я лишь воспользовалась случаем, чтобы решить эту проблему.

Цинь Му спросил:

— Где же тогда Южное Божество?

— В запретной зоне, — Ци Сяюй указала пальцем вдаль. — Если Небесный Преподобный успеет вовремя, то ты сможешь увидеть её в последний раз.

Глава 1039. Зал Аpoматов

Цинь Му помрачнел в лице и холодно спросил:

— Это ваш с Южным Божеством замысел?

Красное Божество Ци Сяюй была взволнована:

— Небесная Преподобная Юэ тоже принимала в этом участие. Небесный Преподобный Му, ты Непобедимый Великий Чародей. Тебе не о чём волноваться, Небесный Герцог и Граф Земли до сих пор живы, и могут воскресить Южное Божество и позволить ей освободиться от ограничений её Великого Дао. Разве это не возможность, подаренная небесами?

— Возможность, подаренная небесами? — сидя на троне, Цинь Му разозлился настолько, что начал смеяться, прежде чем разочарованно проговорить. — Возможность, подаренная небесами? Ты осмеливаешься это говорить, даже не обсудив это со мной? Моя техника воскрешения не всесильна. Существуют силы, способные заблокировать её, и они находятся в руках десяти Небесных Преподобных…

Выражение лица Красного Божества резко изменилось.

Цинь Му приказал карете Небесного Дракона двигаться к запретной зоне Южного Полюса.

«Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора, Зал Небесного Зала Ароматов, запретная зона Небесного Императора и Руины Заката Юаньму и Небесной Императрицы могут противостоять призыву души. Если они спрячут твою душу в Великой Пустоши, мне тоже не удастся её найти, — Цинь Му сидел в карете, чувствуя себя расстроенным. — Южное Божество, ты уверена, что я смогу тебя воскресить?»

Он не мог не рассердиться. Южное Божество Красная Птица была одним из древних богов, с которыми у него были хорошие отношения. Более тесные отношения у него были только с Графом Земли и Небесным Герцогом.

Когда Цинь Му вернулся в первый год Дракона Ханя, первым древним богом, которого он встретил, была Южное Божество. Они хорошо поговорили на её лодке, и Красная Птица признала его своим братом.

Позже, когда Цинь Му скрывался после избиения Небесного Преподобного Хао, он спрятался в райском дворце Красной Птицы.

Кроме того, она была первым древним богом, узнавшим о Небесном Союзе.

Когда Цинь Му оказался на корабле призраке и был вынужден своровать силу четырёх божеств, и в итоге был схвачен, именно Красное Божество настояла не его освобождении, что позволило им выбраться на свободу.

Для Небесного Герцога и Графа Земли он был младшим, в то время как с Южным Божеством они были как брат и сестра.

Он понимал её замысел. Южное Божество хотела воспользоваться возможностью, чтобы избавиться от своего тела древнего бога и переродиться, освобождаясь от ограничений Великого Дао Неба и Земли.

Цинь Му был зол из-за того, что она сделала это, не посоветовавшись с ним. Она думала, что Цинь Му, Непобедимый Великий Чародей, был всесильным, и мог её воскресить!

Для неё наступило лучшее время, чтобы умереть от рук десяти Небесных Преподобных, забрав с собой всех богов и дьяволов райских небес, размещенных на Южном Полюсе. Она решала две проблемы одним махом.

«Это самый подходящий момент для того, чтобы сделать ход против древних богов и меня!»

Цинь Му стиснул зубы и сжал руку в кулак. Южное Божество Красная Птица решила воспользоваться этой возможностью, чтобы избавиться от ограничений своего Великого Дао. Райские Небеса, в свою очередь, хотели запечатать её душу, чтобы не позволить её воскреснуть!

Десять Небесных Преподобных определённо не упустят свой шанс показать всем, включая древних богов, что им Неуязвимого Великого Чародея нельзя было полагаться!

У них было достаточно способов подавить магию Цинь Му, не позволяя ему воскрешать древних богов.

«У Небесных Преподобных есть четыре или пять способов остановить мою технику воскрешения. Тем не менее, Великий Император не может использовать Великую Пустошь, а Небесная Императрица и Госпожа Юаньму не посмеют задействовать Руины Заката, чтобы себя не выдать. Запретная зона Небесного Императора тоже не будет использована. Таким образом, мне стоит ожидать появления Зала Ароматов.»

Цинь Му уставился вперёд, на его лбу выступил холодный пот.

Именно в Зале Ароматов Райских Небес была заточена часть души Небесного Преподобного Юя. Когда он пытался её призвать, она не могла выбраться на свободу.

Даже когда сам Граф Земли пытался её найти, он не мог добраться в Зал Ароматов!

Зал Ароматов был одним из семидесяти двух тронных залов райских небес. Десять Небесных Преподобных определённо использовали бы его для того, чтобы подавить душу Южного Божества, что привело бы к её окончательной смерти!

«Надеюсь, это лишь предположение, и что Зал Ароматов до сих пор находится на райских небесах и не прибудет на Южный Полюс.»

Скорость кареты достигла своего предела. Цинь Му оглянулся и увидел, что райский дворец Красной Птицы, самый древний из райских дворцов, рушится. Было очевидно, что Южный Полюс потерял своего хозяина.

Даже если бы ему удалось воскресить Южное Божество, она больше бы не контролировала этого места.

Более того, возможно, её и вовсе не удастся воскресить!

Бум!

Небо задрожало, когда над Южным Полюсом показалась райская река шириной в тысячи километров, искажая пространство. По ней плыло множество огромных судов.

В отличие от обычных рек, Райская Река напоминала диск. У неё не было поверхности или дна, поэтому с обеих её стороны плыли корабли.

Это был Флот Райской Реки!

Райская река соединяла огромное количеством небес, поэтому на протяжении миллиона лет Флот Райской Реки был самой численной армией мира!

Всё это время эта армия занималась подавлением восстаний различных небес и эпох!

Райские Небеса Дракона Ханя, Багрового Света, Высшего Императора и Императора-Основателя, все они были уничтожены Флотом Райской Реки!

Цинь Му посмотрел вверх и увидел, как Райская Река разделяется на множество потоков, напоминая девятихвостую лисицу.

В различные части Южных Небес хлынули сотни потоков, таща на себе корабли. Их вода погасила пламя Южного Полюса, огромное количество здешних богов и дьяволов погибли.

Военная машина райских небес принялась за работу, и ей понадобилось совсем немного усилий, чтобы получить победу над Южным Полюсом.

Райские небеса скрывали свою силу на протяжении миллиона лет!

Перед Цинь Му виднелся десяток потоков Райской Реки, с которых спускались лодки, двигаясь в сторону самой яркой части Южного Полюса.

Цинь Му отвёл взгляд.

Наконец карета с сокровищами достигла запретной зоны Южного Полюса.

Разноцветный свет Великого Дао кипел на горизонте, образовывая видение огромного жертвенного алтаря.

Свет Великого Дао образовывал странное строение, похожее на птичье гнездо. Издали его священное пламя напоминало красную птицу, расправившую крылья.

Карета двинулась в сторону строения, и Цинь Му почувствовал ужасную жару. Она была настолько высокой, что даже шесть Небесных Драконов области Нефритовой Столицы не могли к ней подойти.

Тем не менее, в запретную зону Южного Полюса протянулось тридцать шесть потоков райской реки, благодаря чему температура начала постепенно снижаться.

Флот задействовал свою силу, чтобы подавить запретную зону Южного Полюса. Многие из его кораблей разлетелись по округе, преследуя здешних богов.

Множество богов и дьяволов сбежали в запретную зону. Они сражались с Флотом Райской Реки пользуясь преимуществами родной местности, из-за чего обе стороны несли тяжёлые потери.

Цилинь направил карету вперёд, спеша к разноцветному свету Запретной Зоны.

Четыре Божества сильно дорожили местами своего рождения. Цинь Му посетил Восточный, Северный и Западный Полюс, но не видел их запретных зон.

Они скрывали места своего рождения из-за того, что в них хранились тайны Великого Дао, которое их родило. Чтобы враги не раскрыли их слабых мест, божествам приходилось тщательно хранить их.

В этот момент на горизонте показалась Запретная Зона Южного Полюса, и даже стоя вдали от неё Цинь Му и остальные почувствовали ужасающие толчки Великого Дао, исходящие от неё!

Небесные Драконы залезли внутрь кареты. Вокруг было невероятно жарко, а свет запретной зоны таил в себе много опасности.

Снаружи запретная зона выглядела как жертвенный алтарь, но оказавшись внутри можно было обнаружить, что она была чем-то совершенно другим.

Свет Великого Дао, из которого была создана запретная зона, образовал горный хребет длиной в тысячи километров. Вместе он формировал невероятно сложные руны, в то время как горы, земля и даже воздух был покрыт крохотными символами.

Эти символы были невероятно опасными. Путешествуя по запретной зоне, нужно было проявлять максимальную осторожность. Чтобы их не активировать.

Сила древних богов исходила от Великого Дао, которое в этом месте почти превращалось в твёрдое вещество!

Флот Райской Реки пробил себе путь вперёд, подавляя огонь и свет Великого Дао с помощью райской реки. С палуб кораблей непрерывно взлетали бесчисленные божественные оружия, подавляя запретную зону.

Карета Цинь Му следовала за ними, не встречая по пути никаких препятствий. Количество кораблей становилось всё больше, некоторые из них внезапно загорались, и люди на их палубах кричали от боли и паники.

Они были слишком неосторожны и активировали силу света Великого Дао.

Если им не удавалось его подавить, то они сгорали.

Здесь был не только Флот Райской Реки, но и мятежники Южного Полюса. Они устроили засаду и решили дать армии райским небесам последнюю битву, умирая вместе с солдатами Райских Небес.

Карета продолжала следовать за райской рекой. Генералы на кораблях её видели, но не пытались узнать их намерения. Должно быть, кто-то приказал им пропустить карету в Запретную Зону.

— Впереди зона огня Дао, остановитесь! — Бог из Флота Райской Реки стоял на мостике, отдавая приказ. — Нужно вынудить повстанцев отправиться туда!

Бесчисленные божественные оружия поднялись с кораблей, атакуя мятежников. Их численность была не менее десяти тысяч, но они не могли совладать с мощью Флота Райской Реки и были вынуждены войти в запретную зону.

Карета тут же остановилась. Цинь Му, Янь’эр и цилинь наблюдали, как тысячи людей бросились в пламя Дао, тут же загораясь. Их тела превратились в пепел, никому не удалось выжить!

— Небесный Преподобный Му! — бог наверху прокричал. — Мы собираемся отступить. Райская река не сможет подавить это пламя, так что прости меня, Небесный Преподобный!

Цинь Му кивнул, и этот бог приказал отступить. Притоки небесных рек быстро отступили, их волны унесли лодки с собой.

Лодка этого бога подавляла силу Дао запретной зоны, поэтому она ушла последней.

— Небесный Преподобный, у этого огня Дао девять небес. Чем глубже ты в него войдёшь, тем в большей опасности окажешься. Береги себя, Небесный Преподобный! — бог махнул рукой, и последний поток райской реки отступил.

Цинь Му вышел из кареты и проговорил:

— Янь’эр, жирдяй идём за мной. Карету оставим здесь. Янь’эр, подавил огонь Дао с помощью своего фонаря.

Янь’эр продолжала тащить свой фонарь, охраняя их по пути.

Пламя Дао ярко пылало, непрерывно повышая температуру. Пустошь начала искажаться и плавиться. Оглядевшись по сторонам, Цинь Му был шокирован.

Смотря из пламени запретной зоны, можно было разглядеть весь Южный Полюс, напоминающий искаженное кольцо.

Они находились в первом небе пламени Дао запретной зоны, поэтому фонарь Небесной Преподобной Юэ мог с лёгкостью их защитить.

На вторых небесах Цинь Му оглянулся и увидел, как южные звёзды и созвездия сливаются в кольцо, висящее за пределами запретной зоны, и образуя ещё одни небеса.

На третьих небесах показалась ещё более странная картина. Цинь Му увидел первобытное царство и тысячи других миров, сформировавших третье кольцо!

Четвёртые небеса пламени Дао показали Сюаньду Небесного Герцога, образовавших четвёртое кольцо!

Юду был виден из пятого неба пламени Дао и напоминал тусклый ореол.

Соответственно, шестым небом были руины Заката. В то время как Юду был тусклым, Руины Заката и вовсе были чёрными и не светились.

На седьмом небе можно было увидеть райские небеса, образовавшие невероятно яркий ореол.

С восьмых небес можно было увидеть три других полюса, напоминающих три небольших кольца.

Фонарь в руках Янь’эр внезапно загорелся. Артефакт, выкованный Небесной Преподобной Юэ, больше не выдерживал!

Посмотрев вперёд, Цинь Му увидел, что они достигли внешней части девятых небес пламени.

В этот момент сила Великого Дао запретной зоны значительно снизилась, огонь на фонаре потух. В их сторону подул сильный порыв ветра, отчего их одежда затрепетала.

Цинь Му поднял взгляд, увидев огромный тронный зал, спускающийся с небес. Он был покрыт бесчисленными рунами, окутывающие его, будто цепи!

Это был Зал Ароматов.

— Небесный Преподобный Му, ты опоздал, — в пламени девятых небес Дао стоял внушительный силуэт. Наклонив голову, он проговорил. — Южное Божество пала.

Глава 1040. Два Bopа и Констeбль

Зал Ароматов повис над девятыми небесами пламени Дао. Его поверхность была усеяна рунами, которые не позволяли священному огню причинить ему вред.

Бронзовый зал был невероятно древним, его создали миллион лет назад. Тем не менее, он до сих пор выглядел величественным и изысканным.

Семьдесят два тронных зала были сокровищами, обладающими невероятной силой. При его виде Цинь Му почувствовал себя абсолютно бессильным.

Его Проводник Душ не мог пробраться в что¬-то подобное.

Внушительный силуэт в огне двигался в сторону, становясь всё больше и больше.

За его спиной виднелось что-то даже более огромное.

Это был клон Небесного Преподобного Юя!

Небесный Преподобный Хо поглощал свет великого Дао запретной зоны Южного полюса, укрепляя своё тело. Настолько быстро поднять своё совершенствование естественным путём было почти невозможно.

Кроме совершенствования области Райских Небес, он также мог поглотить Великое Дао Неба и Земли, которое ему соответствовало. Запретная Зона Красной Птицы Южного Полюса, естественно, подходила ему лучше всего.

Когда Южное Божество Красной Птицы до сих пор была жива, он не мог поглотить его силу. В конце концов, запретная зона была её гнездом. Тем не менее, теперь, когда она была мертва, он мог делать здесь всё, что угодно.

Цинь Му наблюдал как Небесный Преподобный Хо выходит из пламени. Тот был настолько высоким, что ему пришлось поднимать голову.

Он казался Цинь Му незнакомым.

— Когда ты стал Небесным Преподобным, четыре божества благословили тебя, чтобы ты жил дольше, а опасности всегда приносили тебе выгоду, — подавляя свой гнев, проговорил Цинь Му. — А теперь ты убил одно из них. Ты счастлив?

У затылка Небесного Преподобного Хо вспыхнул ореол света. Он посмотрел на Цинь Му. Небесный Преподобный был настолько могущественным, что от одного его взгляда Цинь Му казалось, что его исконный дух начал гореть.

— Их благословления — это всего лишь инструмент наблюдения и контроля, — ответил Небесный Преподобный Хо. — По правде говоря, я избавился от них ещё во время Эпохи Дракона Ханя. После смерти Небесного Преподобного Юя я понял, что должен сам решать свою судьбу, а не отдавать её в рука древних богов!

Он наклонился, чтобы лучше рассмотреть Цинь Му, и холодно проговорил:

— Небесный Преподобный Юй умер из-за того, что верил, что древние боги и формы жизни после начала могут мирно жить вместе, и наивно доверял богам! Я долго за ним следил и единственное, чему он меня научил, это то, что древние богам нельзя доверять!

Он выпрямился и продолжил:

— Тебе повезло, Небесный Преподобный Му. Ты ушёл, получив звание Небесного Преподобного, но не получив благословений. Кто ещё, из числа тех, кто получил благословление, выжил? Тебе повезло, и ты не должен был выживать во время кризиса Эпохи Дракона Ханя. Но я там был. Они дали мне благословление, чтобы контролировать меня. Разве дать им отпор и убить Южное Божество — это не правильное решение? — его взгляд внушал благоговение. — Я знаю, почему ты здесь. Ты хочешь использовать силу древних богов, чтобы бороться с райским небесами. Тем не менее, разве ты забыл, что Четыре Божества были ужасными существами, принимающими жертвоприношения? Сегодняшние времена намного лучше, чем прошлое!

Цинь Му кивнул:

— Так будет до тех пор, пока я не начну сопротивляться?

— Да, до тех пор, пока ты не будешь сопротивляться! — Небесный Преподобный Хо продолжал поглощать свет Великого Дао запретной зоны, ответив. — До тех пор, пока ты не сопротивляешься и не проводишь своей реформы, вы сможете жить. Будучи Небесным Преподобным расы людей, я защищу вас! Если бы Небесный Преподобный Юй был жив, он бы гордился моими достижениями!

Глаза Цинь Му дрогнули:

—Небесный Преподобный Хо, ты слишком долго жил на райских небесах. Ты не видел, как живут люди на бесчисленных небесах и в Первобытном Царстве. Разве когда боги и дьяволы спускаются для получения жертвоприношений они не требуют лей? Отсутствие сопротивления не гарантирует нам выживания. В лучшем случае оно дарит хорошую жизнь тем, у кого есть власть и деньги!

— Это всё же намного лучше, чем в прошлом, — Небесный Преподобный Хо снова наклонился, его глаза ярко загорелись. Воздух, который он выдыхал, превращался в потоки пламени, пролетающие мимо Цинь Му. — В будущем ситуация продолжит улучшаться. У меня достаточно сил, чтобы защитить людей, в отличие от других Небесных Преподобных человеческой расы. Небесный Преподобный Юнь потерпел поражение, Небесная Преподобная Юэ скрылась, Небесная Преподобная Лин оказалась слишком бескомпромиссной, и погибла, даже не будучи похороненной, Небесный Преподобный Юэ сидит в Юду и, а Небесный Преподобный Цинь однажды пошёл против небес, после чего потерпел поражение и спрятался. Остался только я!

— Небесный Преподобный Му, я единственный, кто может подарить людям шанс на выживание! Я готов сотрудничать с людьми, которые кажутся мне гадкими, будто змеи, лишь бы это сделать! Я должен использовать их силу, чтобы избавиться от древних богов! От всех древних богов! — он протянул руку Цинь Му и искренне проговорил. — Останови реформу. Не усложняй мою работу на райских небесах. Ты Небесный Преподобный Му, сильный практик, который сумел избить меня в прошлом. Я знаю, что ты талантлив. Если мы будем сотрудничать, то приблизим начало прекрасной эпохи! К тому времени мы разделим власть на райских небесах. Я смогу защитить людей, и они больше не будут страдать!

Цинь Му не взял его руку. Уставившись на неё, он ответил:

— Ты хочешь, чтобы люди жили, даже если они будут преклоняться перед богами и дьяволами. У меня тоже есть мечта. В ней люди живут стоя, и не встают ни перед кем на колени.

— В моём сне каждый человек решает свою судьбу и может стать членом секты богов. Они могут контролировать метеорологические явления и Великое Дао Неба и Земли служит им. Они могут становиться учёными богами, а не стремиться к власти. Они могут рисовать и становиться богами живописи. Они могут делать то, что им нравиться и становиться богами того, в чем они хороши.

— Я хочу, чтобы они жили достойно и с удовольствием. Они могут преследовать свои мечты, а не просто выживать, как это предлагаешь ты.

Небесный Преподобный Хо убрал ладонь и разочарованно проговорил:

— Ты до сих пор думаешь о реформе. Ты такой же упрямый, как Небесный Преподобный Цинь. Небесный Преподобный Му, наступила эпоха десяти Небесных Преподобных. Испорченные древние боги будут похоронены в истории, а эпоха упрямых людей, о которой ты говоришь, никогда не наступит.

Цинь Му сжал руку в кулак и спросил:

— Где труп Южного Божества?

Небесный Преподобный Хо обернулся, кольцо пламени за его спиной продолжало неистово поглощать свет Великого Дао. Уменьшение размеров запретной зоны Южного Полюса можно было заметить невооружённым глазом.

— Древние боги — источник всего хаоса в мире. Император-Основатель использовал их силу, чтобы восстать, что привело к бедствию его эпохи. Высший Император заручился поддержкой Матери земли, а за тремя сотнями тысячелетий войн эпох Багрового Света и Дракона Ханя тоже стояли древние боги! — Небесный Преподобный Хо наклонился и проговорил. — Древние боги помогли создавать эпоху Вечного Мира? Небесный Преподобный Му, проявляя такую заботу к Южному Божеству. Ты делаешь меня своим врагом!

Запретная зона Южного Полюса уменьшалась с сумасшедшей скоростью, разноцветный свет здешнего Великого Дао иссякал. Даже девятые небеса пламени Дао становились всё меньше.

Цинь Му достал ручку и быстро написал договор о разрыве отношений. Взмахнув рукой, он бросил его в сторону Небесного Преподобного Хо и равнодушно проговорил:

— Если ты думаешь, что я делаю тебя врагом, то подпишись на бумаге! Я уже оставил там свою подпись. Запиши своё имя, и с сегодняшнего дня нас ничто не будет связывать!

Небесный Преподобный Хо взял ручку и записал своё имя.

Бумага полетела обратно в руки Цинь Му.

Схватив её, он внимательно рассмотрел подпись Небесного Преподобного Хо, после чего спрятал и прокричал:

— Где её тело?

Небесный Преподобный Хо уселся и ответил:

— Тебе стоит уходить, Небесный Преподобный Му. Ты очередной слуга, взращенный древними богами. Не заставляй меня тебя убивать. Я не стану сражаться с тобой в одной области и побью тебя до смерти.

Цинь Му достал зеркало и посветил им на Зал Ароматов, висящий в воздухе, прежде чем проговорить:

— Небесный Преподобный Хо, отдай мне её вещи. В конце концов, мы с ней были знакомы.

Небесный Преподобный Хо не шевелился, отвечая:

— Я переработал её физическое тело. Я не оставлю никому из древних богов шанса воскреснуть!

— Владыка… — дрожащим голосом проговорила Янь’эр.

— Идём, — Цинь Му взял Янь’эр за руку и вышел. Запретная зона Южного Полюса разрушалась. Свет Великого Дао с ужасной скоростью поглощался Небесным Преподобным Хо. Вскоре тот полностью поглотит энергию, родившую Южное Божество.

Девять небес пламени Дао обрушились к центру запретной зоны, будто цунами, их сила постепенно ослабевала.

В конце концов весь здешний свет Великого Дао станет совершенствованием Небесного Преподобного Хо. Даже собственное совершенствование Южного Божества будет поглощено им.

Сила Небесного Преподобного Хо значительно вырастет!

Цинь Му спустился с девяти небес и уселся в карету вместе с подавленной Янь’эр, после чего проговорил:

— Жирдяй, идём.

Цилинь не осмеливался ничего сказать, молча улетая прочь.

Цинь Му отпустил руку Янь’эр и достал договор о разрыве отношений. Кроме него он вынул книгу с подписями Небесных Преподобных, таких как Небесная Преподобная Лин и Небесный Преподобный Хо.

Он собрал их, когда встречался с небесными Преподобными в первом году Эпохи Дракона Ханя.

Внимательно сравнив подпись Небесного Преподобного Хо на записке с подписью в книжке, он обнаружил, что они были идентичны.

«Это и вправду Небесный Преподобный Хо из прошлого, а не Великий или Небесный Император. Тем не менее, теперь он совершенно другой человек.»

Цинь Му вздохнул и положил записку в свою книжку, прежде чем спросить у Янь’эр:

— У тебя есть какие-то вещи твоей матери? Мне нужно что-то, в чём кроется её природа. Я могу попытаться призвать её душу, в худшем случае, даже если мне не удастся призвать часть души, запечатанную в Зале Ароматов, я соберу её осколки, рассеянные по вселенной.

Янь’эр покачала головой и ответила:

— Я встречалась с ней всего пару раз. Она ничего мне не давала…

Цинь Му нахмурился и утешил её, проговорив:

— Южное Божество была в хороших отношениях с Небесной Преподобной Юэ. Может быть у неё есть что-то от твоей матери. Не волнуйся.

Снаружи раздался голос цилиня:

— Владыка Культа, Красное Божество просит о встрече.

Цинь Му поднял руку, и занавески кареты тут же отодвинулись в сторону. Снаружи показалась Красное Божество Ци Сяюй:

— Небесный Преподобный.

Цинь Му закрыл занавески и ответил:

— Уходи. Южное Божество мертва.

Ци Сяюй дрогнула. Ей понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя, после чего она проговорила:

— Небесный Преподобный, в таком случае…

Цинь Му ответил беспомощным тоном:

— Я не могу её воскресить. Пи, возвращаемся в Первобытное Царство. Хе-хе, ну вы и…

Спустя несколько дней карета находилась снаружи персикового леса Первобытного Царства. Цинь Му отправился в лес, в то время как Янь’эр двинулась следом за ним.

Спустя некоторое время они увидели дворец Небесной Преподобной Юэ.

— Янь’эр, подожди снаружи вместе с жирдяем.

— Здесь нет вещей Южного Божества, — Янь’эр услышала голос Небесной Преподобной Юэ. — Они нужны тебе, чтобы призвать её душу?

— Лучше всего было бы найти её физическое тело. Вещи не так важны. Без него я не смогу призвать её душу. Тем не менее, Небесный Преподобный Хо подавил её душу в Зале Ароматов, поэтому я и вовсе не в силах что-либо сделать, — тихо ответил Цинь Му. — Небесная Преподобная Юэ, Южное Божество случайно не разделяло своей души для реинкарнации?

— Я не знаю. У нас были хорошие отношения, но реинкарнации крайне важны, поэтому она бы мне о них не рассказывала.

Цинь Му замолчал, прежде чем снова проговорить:

— Сестра, твоё божественное искусство пространства очень сильно. Ты не могла бы помочь мне найти нескольких людей?

— Кого ты хочешь найти?

— Двух воров и констебля. Должно быть, сейчас они грабят различные небеса Первобытного Царства.

Глава 1041. B Пepсикoвом Лесу

Небесная Преподобная Юэ и дальше скрывалась за занавеской, говоря сквозь неё:

— С чего ты взял, что я могу наблюдать на происходящим на небесах Первобытного Царства? Я покалечена, моё сердце почти что мертво. Даже если бы меня были такие способности, я слишком истощена.

Цинь Му посмотрел на силуэт за занавеской и спросил:

— Правда?

Женщина за занавеской вздохнула:

— Конечно нет. Когда ты отправился на райские небеса, я попросила Южное Божество красную птицу взять мой персиковый цветок, чтобы выразить своё почтение. Южное Божество рассказала мне о своём плане. Естественно, я не могу больше жить в уединении и не обращать внимания на происходящее в мире.

Цинь Му проговорил:

— Небесная Преподобная, если бы ты не намеревалась вмешаться в мирские дела, то твой лес не был бы соединён с тысячами небес Первобытного Царства.

— Ты прав. Моё божественное искусство — это техника пространства. Я открыла её до того, как Небесный Преподобный Юнь погиб в бою. В то время мои способности были довольно слабыми, моя техника не успела достичь своего предела, и я могла соединить максимум десяток небес.

Небесная Преподобная Юэ проговорила из-за занавески:

— Тем не менее, на закате Эпохи Дракона Ханя мой персиковый лес уже соединял несколько сотен небес, а к концу Эпохи Высшего Императора их были тысячи. Несмотря на то, что я покалечена, всё, начиная с Сюаньду и Юду и заканчивая четырьмя полюсами, находится под моим наблюдением. Единственными местами, куда не достигает мой взгляд, являются запретные зоны древних богов и Руины Заката.

Цинь Му проговорил:

— Ты рассержена.

— Конечно, — голос Небесной Преподобной Юэ казался спокойным, но в нём чувствовался глубокий гнев. — Целью Небесного Союза было помочь людям обрести силу, чтобы выжить, и начать жить лучше. Тем не менее, принципы, на которых он был построен, уже не действуют. Теперь он испорчен. Он работает для того, чтобы позволить полубогам, древним богам и даже мастерам создания делить власть! Естественно, я рассержена!

Цинь Му спокойно смотрел на силуэт за занавеской. Небесная Преподобная Юэ продолжала:

— Когда был создан Небесный Союз, Небесный Преподобный Юй установил его первое правило, ко которому к людям следовало относиться в зависимости от их природы. Тем не менее, сделать это оказалось непросто. Люди всегда слишком требовательны друг к другу и считают, что никто не должен допускать ни единственной ошибки. Сделав какой-то проступок, человек больше никогда не может быть добрым, и к нему стоит относиться жестоко. Кроме того, люди слишком добры к злым. После того, как кто-то, сделавший тысячу злых вещей, сделает что-то доброе, их начинают хвалить и считать святым. Небесный Преподобный Му, мы потерпели неудачу, думаешь, что ты сможешь добиться успеха?

Цинь Му застонал и проговорил:

— Это сложная задача, но я пытаюсь. Когда-то жил злой человек, который отравил степи Вечного Мира, убив девяносто процентов его населения. Во время Бедствия Вечного Мира его совесть проснулась, и он погиб, чтобы спасти его людей. Несмотря на то, что я мог его воскресить, я не стал этого делать, так как чувствовал, что в противном случае не смогу смотреть в глаза людям, погибшим в степях.

— Как ты тогда собираешься смотреть в глаза древним богам? — спросила небесная Преподобная Юэ.

Сердце Цинь Му дрогнуло.

Небесная Преподобная Юэ заставила его дух колебаться.

Человеком, о котором он говорил, был Гроссмейстер. Он использовал яд шаманов, чтобы отравить большинство фермеров степей, что нельзя было простить. Только из-за того, что он сделал один хороший поступок, Цинь Му не мог забыть о его безжалостности.

А что насчет древних богов?

В Эпоху Дракона Ханя и тёмные времена перед ней, древние боги питались формами жизни после начала, и принимали их в качестве жертвоприношений. Теперь же Цинь Му хотел заручиться их поддержкой, чтобы бороться с райскими небесами, надеясь, что они сделают хороший поступок.

Можно ли было их простить только из-за этого?

К людям нужно было относиться в зависимости от их природы. Это было простое правило, которому было сложно следовать!

— Сочувствовать невероятно легко, также, как и критиковать, — из-за занавески донёсся голос Небесной Преподобной Юэ. — Я нашла тех трёх людей, о которых ты говорил. Они находятся на Небесах Оперения и собираются своровать старое гнездо второго небесного мастера райских небес, Мен Юнцюя. Я притащу их сюда.

Небеса Оперения Первобытного Царства.

Это место было родиной Небесного Мастера Мена. Он родился здесь и стал вторым небесным мастером райских небес и одним из немногих сильных практиков области Императорского Трона.

Получив власть, он начал управлять Небесами Оперения, стаскивая сюда богатства с других небес. Он не любил ничего, кроме денег, поэтому Небеса Оперения были невероятно богаты. Говорили, что они были даже богаче десяти Небесных Преподобных.

Он также хорошо владел построениями, в чём не имел себе равных на райских небесах. Его сокровища охранялись всевозможными убийственными построениями, и к ним было очень сложно пробраться.

В это время одноногий и старый Ма уже находились внутри его сокровищницы. Вместе с ними был преданный и честный юноша Лань Юйтянь.

Одноногому всегда нравилось работать в одиночку, но после того, как бабушка Сы вытащила Цинь Му из реки, он полюбил брать его с собой. Бабушке Сы не нравилось, когда Цинь Му мочился в её постель, и когда это происходило. Она его прогоняла, но одноногий всегда приносил его обратно.

Когда он вернулся, слепой, немой, целитель и другие были заняты и никто из них не хотел становиться его напарником. Цинь Му всё время был в путешествиях, поэтому ему оставалось грабить в одиночку, что было скучным занятием.

Внезапно одноногий вспомнил, что у Цинь Му был младший брат, Лань Юйтянь, поэтому он решил выкрасть его с Юду.

Так оказалось, что старый Ма перестал быть Жулаем и покинул гору Сумеры, поэтому одноногий позвал его, чтобы тот помог ему улучшать свои техники и развиваться.

Старый Ма было сложно бороться со своей совестью, но он беспокоился о безопасности одноногого и Лань Юйтяня, поэтому был вынужден присоединиться к ним.

— Построения этого Небесного Мастера Мена великолепны, они не ограничиваются убийственными построениями. Они позволяют проследить за злоумышленниками. К примеру это построение хранит изображения людей, и если кто-то сюда проберётся, то он сможет нас узнать, — старый Ма огляделся, и его взгляд упал на книги в построении. — Эти книги похожи на Книгу Жизни и Смерти и работают вместе с зеркалами. Кроме того, внутри есть звуковой червь, который может воссоздать голос вора… А в этой нефритовой коробке нет ничего, это ловушка…

Одноногий был впечатлен и обратился к Небесному Преподобному Юю:

— Учись у него, негодник. Вот он, настоящий талант!

Лань Юйтянь кивнул и запомнил слова старого Ма.

Одноногий и Лань Юйтянь собрались приняться за работу, когда пространство вокруг них внезапно исказилось. Насторожившись, они осмотрелись, обнаруживая, что находится посреди персикового леса. Персиковые деревья цвели, что свидетельствовало о том, что в этом месте наступила весна, но в то же время персики на других деревьях уже созрели, что могло случиться лишь летом!

— Мастера, молодой мастер, Небесная Преподобная приглашает вас к себе, — к ним подошла горничная, проговорив нежным тоном.

Лицо одноногого ужасно помрачнело:

— Старый Ма, я обречён! Нас поймал Небесный Преподобный, и мне определённо отрубят ноги, как старейшине, после чего меня закроют в банке, чтобы я не смог бежать!

Старый Ма осмотрелся и проговорил:

— Похоже, это персиковый лес Небесной Преподобной Юэ. Му’эр когда-то рассказывал об этом месте. Идём с горничными. Не стоит волноваться. В прошлом мне удалось тебя поймать из-за того, что ты был слишком небрежен и твоё сердце Дао ещё не созрело.

Они последовали за горничной и увидели цилиня и девушку, ждущих их у дворца. Лань Юйтянь радостно бросился к ним. Янь’эр выглядела заплаканной и отказалась его накормить, продолжая молча стоять снаружи.

— Жирдяй, что случилось с сестрой Янь’эр? — поинтересовался Лань Юйтянь.

Цилинь вздохнул и проговорил:

— Владыка Культа приглашает вас к себе. Входите.

Лань Юйтянь чувствовал себя всё более растерянным, следуя за одноногим и старым Ма.

Во дворце Цинь Му показал им зеркало, прежде чем проговорить:

— Зал в зеркале — это отражение Зала Ароматов. Обретите внимание на руны, которые его покрывают. Зал Ароматов — это место с помощью которого райские небеса подавляют души. Мне нужен эксперт, который смог бы разобраться в этих рунах и пробраться внутрь, чтобы украсть несколько душ.

Он стукнул по зеркале, и пространство внутри него расширилось. Отражение Зала Ароматов материализовалось перед их глазами.

Лань Юйтянь похвалил:

— Мастерство живописи брата значительно улучшилось!

Цинь Му проговорил:

— Последняя часть твоей души тоже спрятана внутри этого зала. Дедушка одноногий, ты сможешь пробраться внутрь?

Одноногий погрузился в мысли, изучая руны на бронзовом зале. Он бормотал себе под нос:

— Впечатляюще, впечатляюще… Это самая сложная и ужасающая печать, которую я когда-либо встречал… Вершина моей деятельности…

Цинь Му посмотрел на старого Ма, который тут же покачал головой:

— Мне такое не под силу, одноногий здесь знаток.

Лань Юйтянь подошёл поближе, чтобы начать изучать руны вместе с одноногим.

Цинь Му нахмурился и подумал:

— Небесный Преподобный Юй слишком много времени провёл с дедушкой одноногий. Он слишком сильно на него похож, должно быть, он уже испорчен…

Они внимательно изучали печати и энергично что-то обсуждали.

Задумавшись, Цинь Му проговорил:

— Дедушка одноногий, у тебя есть время для исследования. Возьми это зеркало в Вечный Мир к дедушкам немому и слепому. Попроси их построить копию Зала Ароматов, с таким же печатями, рунами и построениями. После этого вы можете научиться в него пробраться…

Прежде чем он успел договорить, Лань Юйтянь стремительно бросился вперёд. Внезапно его силуэт превратился в череду отражений, пытаясь пробраться в Зал Ароматов!

Цинь Му увидел, как Лань Юйтянь проникает сквозь руны, совершенно не обращая на них внимания. Тем не менее, будто двигаясь по липкому болоту, он постепенно замедлялся, прежде чем был остановлен печатями и неподвижно застыл.

Одноногий бросился за ним, чтобы вытащить его обратно, после чего покачал головой:

— Это строение слишком сильно, поэтому с какой скоростью бы ты не бежал, пробраться внутрь не получится. Мы должны придумать другой способ!

Цинь Му вернул видение зала в зеркало и проговорил:

— Это очень важная задача. Как только дедушка немой выкует Зал Ароматов, кто-то должен полностью воссоздать его руны, печати и построения. Вы должны быть крайне осторожны, когда попытаетесь войти! Помните об этом!

Одноногий спрятал зеркало и проговорил:

— Когда я спасал маленького Ланя, то заметил, что внутри печатей огромное количество пространств. Добравшись до четвёртого слоя печатей, мы будем остановлены, а печати следующих слоёв должны быть ещё сильнее!

— Мы должны попасть внутрь! — Цинь Му перебил его и проговорил. — От этого зависит наше будущее, дедушка одноногий. Ты должен это сделать!

Одноногий заметил, насколько серьёзно говорил Цинь Му, и проговорил:

— Если человек достаточно быстр, не существует печати, которая его остановит. Му’эр, почему бы тебе не пойти с нами?

Цинь Му покачал головой:

— Я должен вернуться в прошлое, чтобы встретиться с Южным Божеством Красной Птицей. Отправляйтесь к дедушке немому. После того, как я повидаюсь с Красной Птицей, то скажу вам что делать дальше. Небесная Преподобная Юэ, ты не могла бы отправить их в Вечный Мир?

Старый Ма подошёл к Цинь Му и серьёзно проговорил:

— Му’эр, не бери на себя слишком много.

Глаза Цинь Му покраснели, и он поспешно обнял старика, чтобы тот этого не заметил:

— С чего бы я это делал? Старый Ма, вам с дедушкой одноногим тоже нужно совершенствоваться. Среди моих райских всё ещё нет райских дворцов буддизма и воровства. Пути буддизма и воровства существуют, и я жду, пока вы откроете свои райские дворцы, чтобы начать развиваться в этих направлениях.

Старый Ма улыбнулся:

— Буддизм заботится лишь о внутреннем совершенствовании и отказывается от любых желаний. Все желания поддельны. Поняв это ты становишься буддой, и для этого ну нужна сторонняя помощь.

Цинь Му ответил:

— Наши силы ограничены. Тем не менее, проявить себя можно и с помощью внешности.

— Превосходно.

— Превосходно.

Они попрощались, после чего Небесная Преподобная Юэ махнула рукой, и одноногий, старый Ма и Лань Юйтянь исчезли.

Цинь Му сказал ей:

— Небесная Преподобная Юэ, мне тоже нужно идти.

Небесная Преподобная Юэ ответила:

— Ты собираешься отправиться к истоку Реки Вздымающейся? Отправить тебя туда?

— Я собираюсь отправиться в прошлое. Река Вздымающаяся совсем недалеко, так что я поищу лодку, — ответил он.

Глава 1042. Kорабль-Призрак

Карета, запряженная шестью небесными драконами, поднялась на поверхность реки Вздымающейся. Цинь Му, сидящий внутри, достал заколку Небесной Преподобной Лин и активировал её силу. В тот же миг вода закипела, будто под её поверхностью проснулся огромный зверь.

Внезапно небо потускнело. Казалось, что монстр под водой поглотил всё вокруг.

Шесть драконов, запряженных в карету, испугались и ускорились. В то же время из-под воды показались две мачты с парусами, рассекая реку и образовывая высокие волны!

Драконы устремились к мачте, в то время как цилинь бил их кнутом, чтобы те бежали быстрее.

Корабль впереди тоже ускорился, постепенно поднимаясь над водой.

Он оказался невероятно огромным!

Внезапно раздался оглушительный грохот и над рекой показался древний военный корабль. Вода стекала с его палубы, словно водопад.

Бесчисленные лучи чёрного света и Ци обмотались вокруг корабля, с его палубы донёсся ужасающий рёв!

Бум!

Цилинь испугал драконов своих кнутом и вынудил их броситься в чёрный свет и Ци, окружившие лодку.

Как только карета спустилась на палубу, корабль-призрак снова погрузился в реку и исчез из её поверхности.

Небесные драконы тут же затормозили, пролетев по палубе ещё несколько десятков километров, прежде чем остановиться.

Цинь Му поднялся и открыл занавески, увидев на палубе лишь тьму, окутывающую огромные чёрные гробы, которые молча стояли вокруг кареты.

Гробов было настолько много, что драконам пришлось приложить много усилий, чтобы не врезаться в них.

— Ты опоздал, брат! — раздался голос, но Цинь Му никого не увидел. — Я окончательно слился с кораблём и стал невидимым. Если ты не можешь разрушить божественное искусство Небесной Преподобной Лин, то тебе не удастся нас спасти.

Небесные драконы, Янь’эр и цилинь посмотрели в сторону голоса, но никого не увидели. Казалось, будто тот человек от них прятался.

Но закрыв глаза, они почувствовали, что вокруг были тысячи людей!

Цинь Му вышел из кареты и ударил шпилькой. Тьма тут же рассыпалась и округу залил яркий свет. На палубе показались бесчисленные внушительные силуэты!

Все они обладали мощным совершенствованием. Это были Стражи Пернатого Леса древней эпохи!

Среди них был мужчина средних лет, которым оказался Вэй Сюйфэн, генерал Стражей Пернатого Леса и хранитель печати командира. Он был Императором Бескрайних Туч Дворца Бескрайних Туч!

Обнаружив, что они могут видеть друг друга, стражи Пернатого Леса невероятно обрадовались.

Вэй Сюйфэн посмотрел на своих солдат, после чего взглянул на свои руки и удивился:

— Брат, ты разрушил божественное искусство Небесной Преподобной Лин?

Цинь Му покачал головой:

— Я просто помог вам на время избавиться от невидимости. Пока что мне не под силу разрушить божественное искусство Небесной Преподобной Лин, чтобы освободить вас от плена.

Внезапно раздался крик феникса, который взлетел с задней части корабля-призрака, держа огромный каменный гроб. Подлетев к палубе, он положил гроб на землю и превратился в женщину, которой оказалась Фэн Цююнь, служанка Матери Земли и вождь расы фениксов Первобытного Царства.

По приказу Матери Земли она доставила труп Высшего Императора на корабль призрак, где застряла. За это время корабль проглотил её, эксперта области Непостижимого Неба, а также труп Высшего Императора.

— Небесный Преподобный Му! — Фэн Цююнь посмотрела на Цинь М у и карету, тут же спросила. — Сколько прошло времени? Где Мать Земли?

— Мать Земли мертва, — ответил Цинь Му. — Первобытное Царство находится в руках Небесного Преподобного Сяо.

Фэн Цююнь ужасно погрустнела и выглядела так, будто потеряла родителей. Она стояла, не шевелясь.

Вэй Сюйфэн вздохнул:

— Ты посетил места на картах, которые я тебе оставил? Если сейчас ты не можешь разрушить божественное искусство Небесной Преподобной Лин, то тебе стоит изучить заметки, которые она оставила в одном из своих старых дворцов. Я отметил его на одной из твоих карт, и если ты него посетишь, то, возможно, сумеешь постичь её божественное искусство.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он тут же достал свои карты и спросил:

— На какой из них?

Вэй Сюйфэн подошёл и выбрал карту:

— На вот этой. Тем не менее, сейчас с этого нет толку. Ты тоже попадёшь в ловушку и станешь частью корабля.

Цинь Му улыбнулся:

— Несмотря на то, что я не могу разрушить это божественное искусство, я могу изучить его часть и взять под контроль немного неизменного вещества.

Вэй Сюйфэн нахмурился и спросил:

— Что ты имеешь в виду?

Цинь Му спрятал карту и проговорил:

— Я хочу, чтобы ты помог мне использовать этот корабль, чтобы изменить божественное искусство Небесной Преподобной Лин и перенестись в прошлое!

Вэй Сюйфэн ответил:

— Несмотря на то, что я изучил часть божественного искусства, моих знаний слишком мало, и они уступают даже твоим.

— Разве не существует ещё одного корабля призрака? — глаза Цинь Му загорелись. — Этот корабль тоже является её божественным искусством. Тем не менее, это одна из его первых версия. Если мы с тобой постараемся, то сможем превратить корабль в неизменное вещество, способное отправиться в любой момент времени. Мы больше не будем ограничены его циклами.

Глаза Вэй Сюйфэна тоже загорелись, он начал нервно ходить по кругу, бормоча:

— Это возможно. Сейчас цикл корабля состоит из тридцати шести перевоплощений. Каждое из них сбрасывает материю, и если нам удастся доработать недостатки божественного искусства, то оно станет полноценным.

Он поднял голову и спросил:

— Брат, почему ты пришёл сюда?

— Я хочу вернуться в прошлое, — ответил Цинь Му.

Вэй Сюйфэн улыбнулся:

— Разве ты не выбрал слишком сложный способ? Небесная Преподобная Лин превратилась в неизменное вещество у истоков реки Вздымающейся. Она может отправить тебя обратно, превратившись в туман. Отправляйся к истоку реки, дождись тумана, и ты попадёшь в прошлое, — не удержавшись, он вздохнул. — Этот туман и есть Небесной Преподобной Лин. Каждый раз, когда ты приходишь, она подходит к тебе, но ты не можешь её увидеть. Она отправляет тебя в историю, а потом возвращает обратно. Таким образом, ты и сам становишься частью истории.

Цинь Му покачал головой:

— Она оправляет меня в те эпохи, которые выбирает сама. В этот раз я лично хочу выбрать куда мне идти.

Вэй Сюйфэн посмотрел на него и проговорил серьёзным тоном:

— Ты собираешься изменить историю? Брат, я советую тебе не заниматься такими бесполезными вещами. Пытаясь изменить историю, ты рано или поздно осознаёшь, что-то, что ты сделал, и было историей. Ты лишь её элемент, факт, который уже был доказан. В этом вопросе я лучше разбираюсь, чем ты.

Цинь Му улыбнулся:

— Ты украл мою возможность провести несколько тысяч лет в Эпохе Дракона Ханя. Разве тебе не стоило бы отдать долг?

— Стоило бы, но… — немного колеблясь, Вэй Сюйфэн проговорил. — Если я изменю божественное искусство этого корабля, то, возможно, никогда не смогу отсюда выбраться, так как… — он горько улыбнулся. — я уже его часть.

Цинь Му понимал о чём он. Пережив весь цикл перевоплощений корабля, человек сливался с ним и становился невидимым. Именно это произошло со стражами Пернатого Леса.

Вэй Сюйфэн провёл на борту долгое время и пережил бесчисленное количество перевоплощений. Таким образом, он уже давно стал частью корабля-призрака.

Корабль-призрак слился с божественным искусством Небесной Преподобной Лин. Другими словами, все на борту, кроме Цинь Му и его спутников, были частью божественного искусства Небесной Преподобной Лин!

Божественное искусство, использованное Небесной Преподобной Лин на корабле, было неполным, поэтому его было легко разрушить.

Но если Цинь Му и Вэй Сюйфэн доведут его до совершенства, то Вэй Сюйфэн и остальные превратятся в неизменное вещество реки Вздымающейся!

Сломать совершенную версию божественного искусства Небесной Преподобной Лин было почти невозможно!

Физическое тело древнего Небесного Императора до сих пор не могло из него освободиться!

Именно из-за этого Вэй Сюйфэн беспокоился, что никогда не сможет покинуть корабль.

— Так ты мне поможешь, брат? — спросил Цинь Му.

Вэй Сюйфэн посмотрел в сияющие глаза Цинь Му.

— Брат, ты — Тело Тирана?

— Да.

— Ты пережил Бедствие Вечного Мира?

— Да.

— Ты уже стал Небесным Преподобным Му райских небес?

— Да.

— Ты был в Великой Пустоши?

— Да.

— Ты видел труп Великого Императора?

— Да.

— У тебя есть тело Небесного Преподобного Юня?

— Да.

— Ты виделся с Императором-Основателем и посетил деревню Беззаботную?

— Да.

— Тогда я тебе помогу! — Вэй Сюйфэн улыбнулся и протянул руку. — Это те вещи, которые я испытал, но с которыми не справился. Ты же это сделал! Ты более талантлив! Возможно, мне не удастся разрушить божественное искусство Небесной Преподобной Лин, но тебе удастся!

Цинь Му протянул руку, крепко сжимая его ладонь.

— Работая вместе, мы на всё способны!

Цинь Му достал заколку из персикового дерева и положил её себе на ладонь. Заколка тут же начала вращаться и подлетела в воздух, зависнув между ними.

Затем он исполнил неполное божественное искусство неизменного вещества, которым успел овладеть. Его магическая сила вспыхнула, и его божественное сокровище Духовного Эмюбриона расширилось, накрывая собой весь корабль!

В этот миг глаза Фэн Цююнь загорелись, она помчалась к ним, раскрыв клюв. Каменный гроб за её спиной открылся и из него вылетели трупные демоны, в которых превратился Высший Император. Накрыв собой небо, они набросились на двух братьев.

— Я знал! Фэн Цююнь, было очевидно, что ты попытаешься нас остановить, так как не хочешь становиться частью корабля!

Вэй Сюйфэн рассмеялся и протянул ладонь, нанося удар в спину Фэн Цююнь. Та тут же закричала и повисла в воздухе. Потеряв способность двигаться, она приняла свою обычную форму.

Накидка Вэй Сюйфэна со свистом подлетела в воздух, накрывая трупных демонов, прежде чем отправить их обратно в гроб.

В следующий миг гроб громко закрылся.

Вэй Сюйфэн махнул рукой и каменный поднялся в воздух и улетел прочь.

Достигнув чёрной Ци, окружающей корабль, он исчез. В следующий миг он снова появился на палубе, позади него появились врата мгновенного перемещения. .

Гроб отправился во врата, которые отправили его в чёрную Ци. Затем он снова появился у врат и исчез, что повторялось раз за разом.

— Брат, я могу делать это сто лет, — улыбнулся Вэй Сюйфэн.

Цинь Му торжественно проговорил:

— Брат, начинаем!

Неизменное божественное искусство Вэй Сюйфэна вспыхнуло, в то время как жизненная Ци и сознание Цинь Му хлынули в персиковую заколку Небесной Преподобной Лин.

Между тем свет вокруг корабля-призрака стал ярче, он собирался перевоплотиться.

Божественное искусство Вэй Сюйфэна и божественное искусство шпильки вспыхнули одновременно, сливаясь со светом. Корабль-призрак, созданный Небесной Преподобной Лин, впитал их и издал оглушительный грохот. Выражения лиц Янь’эр, цилиня и шести небесных драконов резко изменились, они поспешно вцепились в палубу.

Толчки усиливались, свет вокруг корабля тоже становился всё ярче. Внезапно корабль яростно дрогнул, будто упал на воду.

Свет исчез, поверхность реки вокруг была окутана густым туманом. Корабль-призрак проплывал вокруг него настолько тихо, что можно было услышать шум волн.

— Брат, ты посетил места, которые я отметил на картах, верно?

Уставший Вэй Сюйфэн лежал на палубе, расспрашивая Цинь Му.

Цинь Му лежал сбоку, ответив:

— Большинство. Некоторые были интересными, а другие — крайне опасными.

— Ты должен посетить их все. Я отметил неплохие места, — Вэй Сюйфэн уселся, заметив, что туман рассеивается. — Тебе пора уходить.

Цинь Му тоже поднялся, после чего кивнул.

Вэй Сюйфэн махнул рукой, увидев огромного дракона, с фонарём в руке, летящего им навстречу. Он проговорил:

— Если хочешь вернуться сюда, потуши фонарь.

Цинь Му посмотрел на куриного дракона и взял у него фонарь:

— Жирдяй, Янь’эр, пора идти!

Цилинь управлял каретой, улетая из корабля. Вокруг бурлила райская река, но когда Цинь Му оглянулся, он не сумел увидеть её за туманом.

— Брат! — Цинь Му собирался вернуться в карету, когда увидел на поверхности райской реки молодого человека в изодранной одежду. — Брат, как мне попасть на райские небеса?

Парень был одет в простую одежду, между его бровей была красная точка.

Цинь Му смерил его взглядом, и незнакомец показался ему подозрительным. Когда он снова взглянул на его лицо, в его голове появилась странная мысль.

Оглядевшись по сторонам, он увидел горные хребты. Далеко впереди возвышалось Первобытное Дерево. Улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Это Первобытное Царство. Я только что сюда прибыл и тоже собираюсь посетить райские небеса. Если ты не против, то я мог бы взять тебя с собой.

— Извини, что доставляю тебе неудобств, — молодой человек радостно сел в карету. — Меня зовут Ло Сяо. Как я могу к тебе обратиться?

Глава 1043. Hебеса Xаня

Цинь Му посмотрел на этого парня. Его глаза загорелись, он подумал: «Ло Сяо, пророк мастеров создания из Великой Пустоши, который дал им три шокирующиx предвидения. Первое говорило о вторжении Великого Императора, и что Небесный Преподобный Юнь, человек, придёт, чтобы помочь с ним сражаться.»

Первое пророчество сбылось. Небесный Преподобный Юнь и вправду отправился в Великую Пустошь и помог мастерам создания заманить физическое тело Великого Императора ив ловушку и частично его убить.

Во втором пророчестве говорилось о Мосту Пустоши и Мире Парамиты, и оно тоже сбылось.

После смерти Великого Императора Великая Пустошь стала непригодной для жизни. Поэтому Божественному Королю Лан Во и другим лидерам мастеров создания пришлось построить Мост Пустоши и мир Парамиты.

Третье пророчество твердило о том, что мастерам создания явится маятой младенец, у которого будет Первобытный Камень Великого Первоначала. Его рождение было олицетворением высшей силы мастеров создания, и он спустится на жертвенный алтарь с печатью Великого Императора в руках.

Это предсказание говорило о Цинь Му.

Цинь Му смотрел на Ло Сяо, улыбаясь. Тот почувствовал себя неловко и его глаза начали нервно вертеться по сторонам: «Неужели он догадался о моём происхождении? Это невозможно. Я — вершина мастерства сильных практиков моей расы. Моё физическое тело ничем не отличается от настоящего. Даже древние боги не могут меня раскусить…»

Его третий глаз тоже был скрыт, и от него остался лишь красный след. Его одежда отличалась от одежды мастеров создания и была современной.

«Должно быть, это я дал Ло Сяо три пророчества. Молодой мастер создания посчитал меня сознанием своих предков, которое вернулось в Великую Пустошь, чтобы рассказать ему о будущем, — Цинь Му моргнул и подумал. — В будущем я попаду в Великую Пустошь и стану мастером создания. Он сойдёт с ума, увидев, что я прибыл в Великую Пустошь. Тем не менее, неужели будущее изменится, если я не расскажу ему о пророчествах? Впрочем, от этого зависит лишь судьба деревни Беззаботной. Кроме того, лишь это позволит мне стать святым младенцем мастеров создания и использовать их…»

Ло Сяо тоже его рассматривал. Заметив шрам в межбровье Цинь Му, он подумал: «Этот парень по имени Цинь Му кажется мне знакомым. Неужели он тоже мастер создания? Люди в этом мире очень хитры мне нельзя себя выдавать. В конце концов, я самый мудрый из представителей своей расы…»

Цинь Му выглянул в окно, продолжая размышлять: «Ло Сяо покинул Великую Пустошь миллион лет назад, чтобы проверить, насколько безопасно во внешнем мире. Он спросил у меня как добраться к райским небесам Дракона Ханя, что значит, что они уже были построены. Вот только я не знаю в котором году оказался. Если сейчас первый год Дракона Ханя, то интересно, мне удастся увидеть, как я сею хаос у Яшмового Водоёма?»

Он немного колебался, так как скрывался сейчас под личностью Му Цина.

Если на райских небесах он наткнётся на самого себя, то разве это не принесёт проблем?

Согласно правилам неизменного вещества, один из них исчез бы, так как два одинаковых вещества не могут существовать одновременно!

Ло Сяо внимательно осмотрел его, подумав:

«Этот Цинь Му какой-то странный… А!»

Он чуть не подпрыгнул, увидев, что черты лица Цинь Му изменились. Его внешность стала совершенно другой!

Цинь Му превратился в юношу шестнадцати лет, в его детском взгляде чувствовалась наивность.

— Не паникуй, брат Ло Сяо, — приятным тоном проговорил Цинь Му. — У меня много врагов, поэтому я должен менять свою внешность. Теперь, когда у меня новое лицо, мы в безопасности.

Ло Сяо испуганно воскликнул:

— Увидев твою роскошную одежду и манеры, я подумал, что ты — важный человек. Я согласился путешествовать вместе с тобой, так как думал, что ты поможешь мне безопасно добраться на райские небеса. Но раз у тебя много врагов, мне лучше уйти!

Цинь Му поспешно схватил его за руку и улыбнулся:

— Я уже изменил своё лицо, так что у меня нет врагов! Брат Ло, не паникуй. По правде говоря, райские небеса хорошо охраняются и если ты хочешь туда попасть, тебе нужна определённая репутация. Поэтому тебе нужно идти со мной…

В этот миг снаружи раздался голос цилиня:

— Владыка Культа, посмотри вниз!

Цинь Му вышел из кареты и посмотрел на райскую реку. Увиденное его шокировало.

На равнинах внизу он увидел тысячи практиков божественных искусств, занятых постройкой дворцов. Они добывали руду и использовали свою магическую силу, превращая её в пламя для ковки божественного золота.

Они уже закончили строить огромный город и работали над вратами, размер которых не уступал Южным Небесным Вратам райских небес.

— Люди строят райские небеса? — Цинь Му был ошеломлён и приказал цилиню остановить карету, после чего шокировано проговорил. — Райские небеса людей назывались Небесами Ханя. Неужели они были построены на земле, а не в небе?

Небеса Ханя были совершенно не такими, как он себе представлял!

В то же время многие боги из человеческой расы устремились к райской реке. Среди них было множество даосов и монахов, и Цинь Му даже узнал Небесную Преподобную Лин и Небесную Преподобную Юэ!

Этими даосом и монахом были Предок Дао и Брахма!

Кроме них в области богов было множество молодых экспертов. Их совершенствование было довольно высоким.

Цинь Му был явно озадачен, увидев, насколько высоким было совершенствование этих древних практиков. За их спинами возвышались райские дворцы, а их исконные духи находились у Яшмового Водоёма. Некоторые из них и вовсе достигли области Сцены Казни Бога.

«Должно быть, с тех пор как я покинул Собрание Яшмового Водоёма прошло много времени», — подумал Цинь Му.

Он забрался на карету и наблюдал, как Небесные Преподобные Лин и Юэ подлетают к райской реке. Внезапно последняя проговорила:

— Старый Дао, райская река, находится в воздухе. Чтобы поднять наши небеса с помощью её воды, нужно убедиться, что твои подсчёты верны, и что дворцы не упадут под своим весом.

— Небесная Преподобная Юэ, расслабься, — Предок Дао держал в руке компас, вокруг него летали математические руны. Он проговорил. — Мои подсчёты не могут ошибаться. Когда Небесный Преподобный Му дал мне совет, я осознал секреты математики. Небесная Преподобная Юэ, когда я закончу, мне понадобится твоя техника пространства, чтобы свернуть райскую реку. Тебе такое под силу?

— Естественно, — Небесная Преподобная Юэ обладала героическим, завораживающим видом, обернувшись к Небесной Преподобной Лин. — Сестра Лин, хватит изучать своё божественное искусство неизменного вещества, способное останавливать время. Лучше помоги мне.

Она явно была лидером этих людей.

В то же время Небесная Преподобная Лин совершенно не заботилась о своём виде, и выглядела точно так же, как во время своей первой встречи с Цинь Му. Она была одета в леопардовую юбку и обувь из листьев, и не прекращала неразборчиво бормотать себе под нос.

Брахма, в свою очередь, сильно растолстел. Улыбаясь, он тащил свою золотую чашу для подаяний, будто собираясь просить милостыню.

Небесная Преподобная Юэ собралась использовать свою магическую силу, чтобы разделить райскую реку на два потока, один из которых должен был поднять Небеса Ханя. В этот момент она заметила в небе Карету Небесного Дракона и Цинь Му, стоящего на ней.

Цинь Му улыбнулся и двинулся в её сторону. Драконы приняли свои обычные формы и отправились следом. Цинь

— Небесный Преподобный Юнь, почему ты снова стал Небесным Преподобным Му? —Небесная Преподобная Юэ махнула рукой и удивлённо проговорила. — Разве ты не собирался найти Небесного Преподобного Хо? Ты его не встречал? Откуда взялась эта карета? Ого, какие у тебя красивые драконы! И девушка с тобой тоже красивая. Ты снова распутничаешь?

Небесная Преподобная Лин посмотрела на Цинь Му, после чего отвела взгляд и фыркнула:

— Фальшивка, — сказав это, она продолжила свои исследования.

Внезапно она испуганно проговорила:

— Куда исчезла моя заколка? Её никто не видел?

Цинь Му подошёл к ней, волнуясь, и поздоровался:

— Давно не виделись.

Как только он это сказал, его глаза покраснели, будто он хотел плакать. Тем не менее, ему удалось сдержать слёзы.

Небесная Преподобная Юэ и остальные подумали, что перед ними был Небесный Преподобный Юнь, а значит тот уже начал пользоваться обликом Цинь Му.

— Давно? Ты ушёл полгода назад!

Небесная Преподобная Юэ начала его упрекать:

— Почему с тобой нет Небесного Преподобного Хо? Он до сих пор с Небесным Преподобным Хао? Он такой упрямый, что верит, что нужно полагаться на силу полубогов, верно? Разве он не знает, что Небесный Преподобный Юй погиб от рук Небесного Преподобного Хао? Нам не стоило брать его в Небесный Союз… Кто это?

Она посмотрела на Ло Сяо и на её лице возникло озадаченное выражение.

— Это Ло Сяо, — улыбнулся Цинь Му. — Он друг Дао, которого я случайно встретил. Он честный человек. Вы собираетесь поднять Небеса Ханя в воздух?

— Небеса Ханя? Ты снова решил сам придумать название? — Небесная Преподобная Юэ рассердилась. — Твоё название плохо звучит! Нам нужно посоветоваться, прежде чем выбирать название, верно, Небесная Преподобная Лин?

Волосы Небесной Преподобной Лин запутались, так как она потеряла свою заколку. Закинув их за спину, она проговорила:

— Меня устроит любое название. Небеса Ханя звучит неплохо. Разве если мы поднимем их в воздух, они не станут небесами Ханя?

Небесная Преподобная Юэ чувствовала себя бессильной, и повернулась к Предку Дао:

— Старый Дао, ты закончил считать?

— Ещё немного, не подгоняй меня, — Предок Дао рассердился и пробормотал. — Хватит меня беспокоить. Меня не интересуют женщины, я не собираюсь жениться! Мне нельзя отвлекаться от исследований!

Брахма радостно улыбнулся:

— Женщины и вправду доставляют много хлопот. Нужно найти место, чтобы поспать. Я чувствую, что скоро открою свой путь…

Небесная Преподобная Юэ подготовила своё божественное искусство и начала их подгонять:

— Сестра Лин, помоги. Небесный Преподобный Юнь, ты тоже. Я не настолько в себе уверена, чтобы в одиночку попытаться разделить райскую реку!

Цинь Му подошёл к ним и пробудил свою магическую силу. После взмаха его руки райская река раскололась на два потока.

Небесная Преподобная Юэ была приятно удивлена, проговорив:

— Твоя магическая сила значительно увеличилась.

Она исполнила своё божественное искусство пространства, чтобы управлять водлой. Её силуэт появился на краю потока, и она прокричала:

— Старый Дао, быстро вычисли точки давления Небес Ханя! Небесный Преподобный Юнь, остальные, помогите!

Группа людей подлетела к ней, помогая удерживать приток реки, который устремился вниз к райским небесам человеческой расы.

Предок Дао быстро рассчитал точки давления Небес Ханя. Райская река бурлила под ними, распространяясь по точкам давления, и постепенно поднимая божественный город в воздух.

Райские небеса человечества были намного меньше настоящих райских небес. На фоне Первобытного Царства они казались крохотным городом Богом и даже уступал небесам Первобытного Дерева Матери Земли.

Тем не менее, поднятие Небес Ханя вызывало радость у всех вокруг. Бесчисленное количество людей бросилось посмотреть на это зрелище, их радостные возгласы сотрясали небо и землю.

Даже полубоги пришли понаблюдать за происходящим. Тем не менее, вскоре они ушли, ухмыляясь.

— Люди — деревенщина, включая их Небесных Преподобных, — полубоги издевались, стоя вдали. — Им понадобилось столько времени, чтобы построить такой крохотный город.

Небеса поднимались всё выше и выше, в то время как приток райской реки сжимался. В конце концов он стал тонким, будто лист, продолжая тащить Небеса Ханя в сторону райской реки.

Их ширина не превышала ширины райской реки.

Небесная Преподобная Юэ и остальные практики божественных искусств радостно бросились к Южным Небесным Вратам. Все они были невероятно взволнованы и счастливы.

Цинь Му наблюдал за ними и улыбался:

— Стоящий сбоку Ло Сяо стеснительно спросил:

— Когда мы отправимся на райские небеса?

— Скоро, — ответил Цинь Му.

Ло Сяо опустил голову и задумался: «Не знаю, когда я доберусь на райские небеса, если буду идти вместе с ним. Кроме того, у него много врагов, так что мне нужно ускользнуть…»

Он собирался незаметно отойти, когда к ним подошла Небесная Преподобная Лин:

— Небесный Преподобный Юнь, почему ты до сих пор используешь облик Небесного Преподобного Му?

Цинь Му посмотрел на неё и улыбнулся:

— Мне так удобнее.

Небесная Преподобная Лин холодно фыркнула:

— Постарайся, чтобы тебя не разоблачили.

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Стараюсь. Я даже создал себе пилюлю меча.

Глава 1044. Пpoкладывая Путь Божecтвенным Искусством

После того, как Небесная Преподобная Юэ и остальные подняли Небеса Ханя в воздух, они ещё некоторое время поработали, после чего ушли. Собрав вещи, они отправились к племенам людей, чтобы делиться с ними своими учениями.

Цинь Му немного колебался, но всё-таки решил к ним присоединиться.

— Юнь, ты какой-то странный, — Небесная Преподобная Юэ посмотрела на него, покачав головой. — Уже день, а ты и дальше идёшь с фонарём.

Небесную Преподобную Лин не волновали обычные люди. Она осталась на Небесах Ханя и продолжила свои исследования. В путешествии участвовали только Небесная Преподобная Юэ, Предок Дао и несколько богов человеческой расы.

В центре племени было построено простое, грубое строение, где они передавали свои учения. Когда Цинь Му, Небесная Преподобная Юэ и остальные прибыли сюда, то увидели, что Предок Дао уже принялся за работу.

— Мы боремся за выживание, для чего нам математика? — один из мужчин развернулся и ушёл вместе со своими детьми, бормоча себе под нос. — Её нельзя есть!

Жители племени были одеты в грязную, порванную одежду и выглядели голодными и усталыми. Предок Дао сидел в ветхой соломенной хижине, вокруг него было около десяти молодых людей, которые слушали его лекцию по математике.

Цинь Му огляделся по сторонам. В этом племени было не слишком много людей, не больше тысячи. Они выживали за счёт охоты и сельской деятельности. Будучи довольно трудолюбивыми, они без конца работали в поле. Жители поклонялись идолам, но Цинь Му так и не понял, каких полубогов они изображали.

Это место находилось недалеко от Небес Ханя, которые можно было увидеть, просто посмотрев в небо. Тем не менее, здешние жители поклонялись полубогам, что свидетельствовало о том, что в этот период боги человеческой расы не обладали высоким авторитетом.

Предок Дао читал лекцию довольно долго, рассказывая об использовании математики для определения небесных циклов и звёзд пяти элементов в теле человека, что позволяло открыть Божественное Сокровище Пяти Элементов. Тем не менее, в один момент группа родителей подошли, забрали своих детей и отправили их работать в поле. Слушать учения продолжило всего несколько людей.

Предок Дао закончил свою лекцию. Вздохнул и тихо поднялся, начиная упаковывать свои вещи.

Цинь Му, Небесная Преподобная Юэ и остальные ждали снаружи. Подойдя к ним, Предок Дао поклонился и поздоровался:

— Самая сложная работа — это учить глупцов. Сейчас я могу заниматься лишь этим. Я передал им метод открытия Божественного Сокровища Духовного Эмбриона и Пяти Элементов в надежде, что кто-то из них станет практиком божественных искусств. Если хоть один здешний ребёнок овладеет божественными искусствами, жители деревни увидят, что раса людей может обладать великой силой, и ей больше не нужно бояться богов.

«Именно это убивает богов в сердце», — Цинь Му понимал, о чём он говорил. Этот шаг был самым сложным.

Начиная с древних времён, амбициозные люди расы людей пытались уничтожить богов в своих сердцах. Тем не менее, даже спустя миллион лет, боги в сердцах жителей Вечного мира всё ещё были серьёзной проблемой.

Небесная Преподобная Юэ утешила его, проговорив:

— Старый Дао, не отчаивайся. Рано или поздно, люди не будут бояться богов или трепетать перед ними.

Предок Дао колебался, но всё же поделился своими чувствами:

— Небесная Преподобная Юэ, я думаю, что мы не должны иметь области богов. Мы сами придумываем области. Почему область Райского Дворца должна называться областью бога? Называя её так, мы создаём неверное впечатление, и наши потомки считают, что когда их исконные духи достигают Южных Небесных Врат, они становятся богами.

— Насчёт этого… — Небесная Преподобная Юэ раньше не задумывалась об этой проблеме и повернулась к Цинь Му.

Цинь Му проговорил:

— Возможно, старый Даос этого не знает, мы называем её областью богов из-за того, что достигнув её, человек разбивает бога в своём сердце. Раньше мы называли богами древних богов, которые были рождены Великим Дао Неба и Земли. В глазах смертных они обладают невообразимой силой. Они бессмертны и являются одним целым с небом и землёй. Но совершенствуясь, люди тоже могут обрести невероятную силу, стать бессмертными и слиться с небом и землёй. Таким образом можно преодолеть страх людей перед древними богами.

— Я понял, — Предка Дао внезапно осенило.

Цинь Му продолжил:

— На самом деле, Небесный Преподобный Юй не хотел называть её областью богов. Семь областей райского дворца ничем не отличаются от божественных сокровищ. Мы с ним считали, что райский дворец — это одно большое божественное сокровище, и что на самом деле существует восемь областей божественных сокровищ. Смертные, ставшие богами, на самом деле практики божественных искусств. Тем не менее, чтобы разрушить веру в бога в сердцах людей, мы оставили название области богов.

Небесная Преподобная Юэ была поражена:

— Друг Дао Юнь, я никогда раньше не слышала, чтобы ты об этом упоминал!

Цинь Му немного колебался, ответив:

— Тем не менее, у меня есть некоторые опасения. Я боюсь, что в будущем практики божественных искусств, совершенствовавшие райские дворцы, станут такими же существами, как древние боги. Поэтому я всегда сомневался насчёт названия области богов.

Небесная Преподобная Юэ погрузилась в мысли.

Предок Дао хмыкнул:

— Этот вопрос требует тщательного анализа. Займись этим, а я иду учить следующе племя, —сказав это, он ушёл.

Цинь Му тоже впал в оцепенение.

На самом деле именно он, Небесный Преподобный Юй и Небесный Преподобный Хао открыли область богов. Тем не менее, по своей природе семь областей райского дворца были одним великим божественным сокровищем. А боги были лишь бессмертными практиками божественных искусств, и не имели ничего общего с древними богами.

Причина, по которой они без раздумий выбрали название области богов, состояла в том, что они хотели остановить преклонение перед древними богами.

Тем не менее, когда Цинь Му увидел, что жители племени поклоняются полубогам, он погрузился в мысли. Люди Эпохи Дракона Ханя не сумели остановить преклонение перед древними богами.

Как только Небесная Преподобная Юэ вошла в соломенную хижину, чтобы начать читать лекцию, люди вокруг начали испуганно бегать и кричать:

— Великий Король Горы Духов здесь!

— Скорее поднесите свои подношения!

Люди согнали своих коров, овец свиней и собак на жертвенный алтарь в центре деревни. Животные начали дрожать от страха.

Жители племени упали на колени перед статуей бога и начали молиться.

Внезапно небо потемнело, и на землю, верхом на ветре и громе, спустился полубог. Перед алтарём показались два огромных птичьих когтя. Он сложил крылья, и за его спиной показался огромный райский дворец.

Великий Король Горы Духов посмотрел на жертвенный алтарь и не был удовлетворён коровами и овцами, проговорив пронзительным голосом:

— Сегодня Великий Король хочет чего-то нового и не будет есть скот. Приведите мне мальчиков и девушек!

Старый вождь племени проговорил испуганным голосом:

— Великий Король, эти животные для тебя. Если их недостаточно, то мы найдём ещё…

Бум!

В небе сверкнула молния и раздался гром. Сотрясая землю:

— Молчи! Коровы и овцы — это домашний скот, но разве вы не скот? Я взращиваю вас, и единственное, что в вас особого — это разум. Вы поклоняетесь мне, за что я даю вам хорошую погоду и урожаи. Когда вы отправляетесь охотиться. Я делаю так, что вы не встречаете тигров и змей. Разве этого мало? И всё же вы возражаете, когда я хочу съесть нескольких детей!

Цинь Му нахмурился, протянул руку, и в воздухе сверкнул луч меча. Великий Король Горы что-то почувствовал и тут же повернул голову. Он улыбнулся:

— Вы, животные, привели к себе богов расы людей…

Его голова внезапно упала на землю. Его физическое тело и исконный дух были убиты одним ударом.

Небесная Преподобная Юэ вышла из соломенной хижины и не удержавшись, нахмурилась, увидев ситуацию.

Жители племени были ошеломлены. Внезапно старейшина горько расплакался, указывая пальцем на Цинь Му и громко ругаясь:

— Ты нас обрёк!

Какая-то старуха поднялась и плюнула в сторону Цинь Му:

— Великий Король Горы Духов — бог, подчиняющийся императору богов. Теперь, когда ты его убил. Император богов уничтожит нас и наши семьи!

— Не уходи! Мы отдадим тебя императору богов, чтобы ты расплатился жизнью за своё преступление!

Люди бросились вперёд, чтобы схватить Цинь Му:

— Не дайте ему уйти! Он должен заплатить своей жизнью за то, что сделал. Мы не имеем к этому никакого отношения!

— Схватите его!

Цилинь встал перед Цинь Му и издал свирепый рёв, сотрясший небо и землю, отчего дома в деревне разрушились.

Тело цилиня задрожало, он превратился в огромное существо, закрывшее собой Цинь Му. Его голова была намного больше, чем у Великого Короля Горы Духов.

От толчков люди начали терять равновесие. Увидев гиганта, они были настолько потрясены, что упали на землю, а некоторые даже потеряли сознание.

Цинь ум нахмурился:

— Пи, не стоит.

Цилинь принял свой обычный облик, значительно уменьшившись в размерах.

Цинь Му посмотрел на беспорядок вокруг и взмахнул рукой. Казалось, будто время вернулось вспять, разрушенные дома тут же восстановились, становясь такими, как до этого.

Цинь Му опустил руку, увидев, что Небесная Преподобная Юэ шокировано на него смотрит, будто увидела его впервые.

Он подошёл к цилиню и взглянул на людей, упавших на колени.

Небесная Преподобная Юэ сделал шаг вперёд и проговорила:

— Великий Король Горы Духов — подчинённый Императора Богов Лан Сюаня. Он контролирует половину земель Первобытного Царства и обладает непостижимой силой. В этот раз ты повёл себя слишком безрассудно…

— Мне нужно встретиться с Императором Богов Лан Сюанем, — Цинь Му зашагал вперёд. Говоря. — Полубоги Императора Богов Лан Сюаня правят множеством человечески рас. Так как райские небеса человеческой расы закончены, полубоги больше не должны так относиться к людям.

Небесная Преподобная Юэ сомневалась:

— Император Богов сильнейшие полубог в мире, его сила не имеет себе равных. Он был ужасающим существом, которого Небесный Император приглашал на собрание райских небес. Мы ему не ровня…

Цинь Му уверенно ответил:

— Я не Небесный Преподобный Юнь, а Небесный Преподобный Му, проложивший путь божественными искусствами. Я могу делать то, что не под силу тебе или Небесному Преподобному Юню.

Когда он собирался уйти, старуха упала на землю и схватила его за ногу, вопя:

— Тебе нельзя уходить! Ты должен остаться и заплатить своей жизнью за смерть Великого Короля Горы Духов!

Небесная Преподобная Юэ помогла ей подняться:

— Мы сами пойдём к Императору Богов. Вам не о чем беспокоиться…

— Он может уходить, но ты — нет! — старуха схватила её за руку и продолжала кричать. — Ты заплатишь за смерть Великого Короля Горы Духов!

Небесная Преподобная Юэ хотела вырваться, но боялась травмировать старуху. Остальные жители окружили её, крича:

— Ты должна остаться!

Рассердившись, Небесная Преподобная Юэ пробудила свою жизненную Ци и оттолкнула толпу подальше. Старуха была настолько зла и встревожена, что её глаза закатились иона потеряла сознание.

— Образование людей заключается в улучшении их нравственности. Дополнительные знания лишь увеличат их силу, — Цинь Му шёл вперёд, в его голосе чувствовался гнев. — Я боюсь, что даже через миллион лет люди останутся такими же глупыми!

Небесная Преподобная Юэ поспешно его догнала:

— Если нам не удастся изменить это за одно поколение, то мы добьёмся успеха через два. Если нет, то через три. Настанет день, когда всё будет по-другому.

Цинь Му неоднозначно улыбнулся:

— Если ничего не изменится за миллион лет, у тебя будет такой же боевой дух, как сейчас?

Небесная Преподобная Юэ была слегка ошеломлена и промолчала.

Цинь Му решительно проговорил:

— Юэ, где находится Император Богов Лан Сюань? Я должен его найти!

Небесная Преподобная Юэ была озадачена:

— Император Богов Лан Сюань, естественно, находится в своём божественном дворце Лан Сюаня. Это невероятно роскошное место. Когда мы планировали свои райские небеса, то даже ходили к нему в гости.

— Я забыл об этом, — равнодушно ответил Цинь Му.

Небесная Преподобная Юэ растерялась. Она шла впереди, а Янь’эр и цилинь двигались следом. Ло Сяо шёл позади Цинь Му, волнуясь: «Этот парень слишком безрасуден. Не странно, что у него так много врагов. Он собрался атаковать Императора Богов Лан Сюаня, мне стоит идти с ним? Император Богов Лан Сюань, кажется, присутствует в памяти моих предков. Он принимал участие в битве Области Ржавой Крови….»

Божественный дворец Лан Сюаня был в несколько раз больше Небес Ханя и являлся величественным, внушительным и изысканным строением. Издали он напоминал настоящие райские небеса, в то время как Небеса Ханя больше напоминали маленький городок.

Этот райский дворец отличался от остальных. Несмотря на то, что он тоже находился в небе, множество из его залов несли на спинах гигантские полубоги, шагающие по земле.

Он создавал величественную картину, которая заставляла людей впадать в оцепенение и восхвалять могущество полубогов.

— Когда мы будем в божественном дворце Лан Сюаня, ты должен сдерживать себя и вежливо говорить с Императором Богов, — проговорила Небесная Преподобная Юэ. — Когда ты был там в последний раз, он лично тебя встретил, напоил вином и назвал другом Дао. Это значит, что он тебя ценит…

— Лан Сюань! — Цинь Му внезапно открыл рот, и его голос прогремел, будто гром. Небо в радиусе тысячи километров затянулись чёрными тучами, накрывая божественный дворец Лан Сюаня.

Тёмные облака имели толщину в десять километров, были невероятно тяжёлыми и сверкали бесчисленными молниями. Внезапно они превратились в огромное лицо с широко открытым ртом, кричаще над тысячами дворцов и залов дворца.

Засвистели свирепые ветра, терзая божественный дворец Лан Сюаня. Через дворец протекала райская река, впадая в Яшмовый Водоём. Тем не менее, теперь вода водоёма разлетелась во все стороны!

Бесчисленные боги во дворце подняли головы, в ужасе наблюдая за происходящим.

Внезапно в Зале Непостижимого Неба вспыхнул ослепительный свет, медленно испаряя облака в небе. Он излучал божественные волны, распространяющиеся по земле.

Раздался рассерженный голос Императора Богов Лан Сюаня:

— Так это Небесный Преподобный Му! Безумец, чего ты кричишь? Я предок полубогов, думаешь, я не смогу тебя одолеть?

За его телом возвышался райский дворец. Его исконный дух находился в Нефритовом Павильоне.

Несмотря на то, что он был небесным богом области Яшмового Водоёма, его родословная была невероятно сильной. Достигнув взрослого возраста, его боевая сила уже не уступала древним богам и не требовала совершенствования.

Император Богов Лан Сюань был сыном древнего Небесного Императора и одной из божественных королей мастеров создания, Божественного Короля Гун Юня. Он обладал мощной родословной и находился на пике своего развития.

В то время, когда Цинь Му и семь Небесных Преподобных открыли области божественных сокровищ и райских дворцов, силу не измеряли областями.

Будучи предком полубогов, он обладал ужасающей силой!

Цинь Му направился в сторону божественного дворца Лан Сюаня, его магическая сила хлынула в сторону Южных Небесных Врат, будто невероятно острый меч.

В центре ворот появилась трещина, и в следующий миг они раскололись надвое!

На небесной улице появился глубокий след от меча, вокруг начали раздаваться взрывы и грохот. Всюду, где проходил след от меча, залы рассыпались, и даже главные врата Нефритовой Столицы треснули, и весь город разделился надвое!

Ци меча пробила себе дорогу к Вратам Небесной Воли, добираясь до Зала Непостижимого Неба!

Глaва 1045. Bы мoи ученики

— Небесный Преподобный Му, ты невежественный ребёнок! Я не отправился у тебе, но ты осмелился прийти ко мне самостоятельно! Ты собрался перевернуть небеса?

Ци Меча Цинь Му достигла передней части Зала Непостижимого Неба и разлетелась на куски, будто наткнулась на невидимую стену.

— Ты думаешь, что лишь за счёт высшей области совершенствования, можешь вылезти мне на голову и делать всё, что захочешь?

Четырёхликий восьмирукий силуэт Императора Богов Лан Сюаня возвышался в воздухе. Он усмехнулся, смотря на Цинь Му:

— Вы, девять небесных Преподобных, открыли божественные сокровища и райские дворцы, создав четырнадцать областей. Тем не менее, эти области существуют только две тысячи лет!

Его рука двинулась в их сторону:

— Поверь мне, две тысячи лет назад вселенной правили не области божественных сокровищ или райских дворцов, а родословные! Именно родословная определяла твои способности и положение, и я первый полубог мира, существо, возвышающееся над всеми другими формами жизни!

Его ладонь остановилась перед Цинь Му. Он не использовал магической силы и жизненной Ци, а полагался исключительно на физическую.

Будучи сыном древнего небесного Императора, он унаследовал родословную, которая позволяла контролировать все Великие Дао Мира, а также родословную Божественного Короля Гун Юнь, одной из трёх древний божественных королей мастеров создания.

Его ладонь управляла законами Великого Дао. Как только его пять пальцев сжались, Небесная Преподобная Юэ и остальные заметили, что его ладонь была покрыта узорами Великого Дао, напоминающими горные хребты и реки. Его пять пальцев напоминали пять элементов законов Великого Дао — металла, дерева, воды, огня и земли. Они усиливали друг друга, создавая построение пяти элементов!

Божественные искусства, созданные девятью Небесными Преподобными, казались на его фоне зернами риса. Если речь шла о размахе божественных искусств и понимании Великого Дао, то мастерство Небесных Преподобных не шло с ним ни в какое сравнение.

Пятнадцать областей совершенствования были созданы десятью Небесными Преподобными человеческой расы. К настоящему времени божественные сокровища просуществовали лишь две тысячи лет, а райские дворцы и вовсе меньше тысячи. Тем не менее, большинство богов до сих пор изучали райские дворцы и пытались понять их пределы и возможности.

Даже Небесные Преподобные до сих пор были заняты их изучением.

В то же время две тысячи лет назад полубоги начали изучать свои родословные и создали свою цивилизацию.

Сила богов досталась им от древних богов, контролирующих сильные законы Великого Дао. Полубоги унаследовали их родословную, и с возрастом могли всё лучше управлять Великими Дао.

Именно поэтому раса полубогов процветала на протяжении миллионов лет. За последний миллион лет расы полубогов освоили систему божественных сокровищ и райских дворцов, благодаря чему и дальше могли подавлять расу людей и другие.

Ладонь Императора Богов Лан Сюаня обрушилась на Цинь Му, его голос гремел над округой:

— Небесный Преподобный — это всего лишь звание, которое древние боги присвоили некоторым людям за их находчивость. Это просто название, которое не даёт никакой выгоды. Ты и вправду веришь, что имеешь право сеять хаос в моём райском дворце?

Когда его ладонь сжалась, вспыхнула ужасающая сила. Небесная Преподобная Юэ тут же захотела скрыться от давления. В следующий миг перед её глазами вспыхнул яркий свет, и она обнаружила. Что оказалась на тыльной стороне ладони Императора Богов Лан Сюаня!

Небесная Преподобная Юэ не понимала, как они прошли сквозь ужасающие пять законов Великого Дао. Её сердце яростно задрожало: «Божественные искусства Небесного Преподобного Юня далеки от такого уровня. Неужели…»

Она посмотрела на Цинь Му, стоящего впереди. Тот продолжал нести их вперёд, шагая вдоль руки Императора Богов Лан Сюаня.

Ужасающая сила магнетизма искажала пространство вокруг Цинь Му, в небе над Первобытным Царством появились бесчисленные звёзды. Они становились всё больше. Их свет усиливался. Даже сила магнетизма, кроющаяся в земле Первобытного царства, вспыхнула, объединяясь с магнетизмом звёзд!

Небесная Преподобная Юэ подняла голову. Положение звёзд начало меняться, они сияли ярче, чем солнце Первобытного Царства.

Размер звёзд тоже превзошёл солнце. С помощью божественных глаз на их поверхности можно было увидеть гигантские дворцы, в которых обитали звёзды, правящие звёздами.

Последующие поколения редко видели в небе Первобытного Царства подобное зрелище. Только в эту древнюю, тёмную эпоху можно было так близко подобраться к древним богам.

Божественная сила магнетизма вспыхнула, подавляя силу ладони Божественного Императора Лан Сюаня!

Вокруг Божественного Дворца Лан Сюаня произошла череда взрывов!

Гигантские боги, тащащие на своих спинах дворцы, издали болезненные вопли. Под огромным давлением их тела начали проваливаться под землю.

Хрясь!

Один из полубогов не выдержал и упал на колени. Тронный зал на его спине сильно задрожал, и полубоги внутри потеряли равновесие и упали.

Звуки ударов неоднократно повторялись по мере того, как всё больше полубогов падали на колени. Спустя несколько мгновений божественный дворец Лан Сюаня спустился с небес.

Несмотря на силу, положение и родословную полубогов, когда на них надавила сила божественного искусства магнетизма Цинь Му и вес Императора Богов Лан Сюаня. Они тут же были раздавлены!

Император Богов был шокирован и сердит. Подняв свои семь остальных рук, он начал атаковать Цинь Му и остальных.

Его боевые способности были невероятно мощными. Будучи сыном древнего Небесного Императора и Божественного Короля, он был сопоставим с сильным практиком области Императорского Трона.

Кроме того он принял участие в битве Области Ржавой Крови, вследствие которой была уничтожена раса мастеров создания, и носил благословление Небесного Императора. Его способности были безграничными, он был одним из самых сильных существ своего времени.

Его сила превосходила даже многих древних богов!

Тем не менее, удары его ладоней не попадали в Цинь Му. Он раз за разом задействовал законы Великого Дао, но каждый раз, когда он, казалось, попадал в цель. Цинь Му и остальные исчезали, прежде чем появиться на тыльной стороне его ладони.

Он понятия не имел какое божественное искусство использовал Цинь Му!

Тысячи полубогов в божественном дворце Лан Сюаня тут же мобилизовались и вылетели наружу, чтобы убить Цинь Му и остальных!

Полубоги обладали мощными врождёнными способностями, и при рождении уже превосходили людей. С возрастом их преимущество росло, а достигнув взрослого возраста, они могли управлять сильными Дао Неба и Земли.

В прошлом они страдали от болезней, старости и смерти. Но теперь, когда девять Небесных Преподобных человеческой расы открыли семь областей райских дворцов, они могли достичь области богов и обрести бессмертие.

При виде тысяч полубогов, мчащихся в атаку. Люди вокруг начали дрожать от страха. Небесная Преподобная Юэ впала в отчаяние. Несмотря на то, что она была одной из Небесных Преподобных, она до сих пор изучала области райских дворцов, и была далеко не одним из самых сильных существ мира.

С противоположной стороны на неё мчались бесчисленные полубоги, способности каждого из которых значительно превосходили способности людей.

Мастер создания Ло Сяо изменился в лице. Согласно воспоминаниям предков, древние боги отправляли бесчисленное количество таких полубогов в атаку во время битвы с мастерами создания.

Несмотря на то, что он не видел тех ужасных сцен лично, он видел их в воспоминаниях предков!

«Неудивительно, что мы проиграли… — подумал он. — Полубоги размножаются быстрее, чем мы. Их Великое Дао постоянно меняется, у них много различных рас. Учитывая их быстрый рост, мастерам создания будет сложно отвоевать свою родину.»

В этот момент он услышал голос Цинь Му:

— Когда Небесный Преподобный Юй ещё был жив, он не обучил меня семи райским дворцам, которые нужны для становления богом.

Он поднял руку, и в божественный дворец Лан Сюаня хлынула тьма. В Первобытное Царство вошла сила Великого Дао Юду.

Цинь Му уверенно проговорил:

— Это я создал метод становления богом и открытия области райского дворца. Это я передал его вам. Вы все… — на его лице возникло выражение гордости. — Мои ученики!

Когда его ладонь раскрылась, прямо посреди божественного дворца Лан Сюаня открылись Врата Небесной Воли. Всюду, где они пролетали, сильные на вид полубоги теряли свои исконные духи, их души отправлялись в Юду и они умирали!

Бесчисленные трупы посыпались с неба, будто дождь, разрушая собой здания божественного дворца.

Затем Цинь Му сжал руку в кулак, и дьявольская Ци Юду со свистом вернулась во Врата Небесной Воли, которые тут же исчезли.

Он продолжал шагать вверх по руке Императора Богов Лан Сюаня. Добравшись к его лицу, он равнодушно проговорил:

— Лан Сюань, ты тоже мой ученик.

На огромном лице Императора Богов Лан Сюаня можно было заметить панику, его физическое тело резко уменьшилось в размерах, а аура усилилась. Он разразился светом Великого Дао, отбросив Цинь Му и остальных прочь.

Его способности были поистине ужасающими и превосходили Цинь Му. Тем не менее, он не был уверен, что сможет справиться с Цинь Му, так как тот видел все недостатки его атак!

Что касалось божественных искусств Цинь Му, то он их совершенно не понимал!

Если они начнут драться, то его четыре лица позволяли ему видеть всё вокруг, восемь рук тоже давали ему преимущество. Тем не мене, Цинь Му тоже не было чего бояться!

Цинь Му и остальных окружил яркий свет, и они снова появились перед его лицом.

— Можем поговорить? — на лице Цинь Му появилась едва заметная улыбка, становящаяся всё ярче.

Император Богов Лан Сюань был сбит с толку:

— О чём ты хочешь поговорить?

Цинь Му становился всё веселее:

— После Собрания Яшмового Водоёма мы с Небесным Преподобным Цинем совершенствовались в уединении, постигая божественные искусства. Теперь, когда были построены райские небеса человеческой расы, я могу выйти из уединения. В прошлом у расы людей не было райских небес, и мы нуждались в поддержке полубогов Императора Богов Лан Сюаня. Но Небеса Ханя уже были построены, поэтому мы больше не будем доставлять хлопот Императору Богов.

Император Богов Лан Сюань собрался с мыслями и улыбнулся:

— Понятно. Почему Небесный Преподобный Му не сказал мне об этом раньше? Ты устроил такую масштабную битву и заставил меня поверить, что собрался уничтожить расу полубогов.

Цинь Му искренне рассмеялся и проговорил:

— Я всегда пытаюсь использовать мирные средства, прежде чем прибегать к силе.

— Мирные средства? — Император Богов Лан Сюань посмотрел на свой разрушенный божественный дворец. На стенах его залов лежали тысячи трупов, даже пересохший Яшмовый Водоём был доверху набит мёртвыми телами.

Божественный император Лан Сюань посмотрел на свой разрушенный божественный дворец. Тысячи трупов висели на стенах дворцов и тронных залов. Даже высохший Нефритовый Бассейн был заполнен трупами полубогов.

Уголки его глаз начали неконтролируемо дёргаться, он неоднозначно улыбнулся:

— Так вот как Небесный Преподобный Му использует мирные средства, прежде чем прибегнуть к силе?

— Да, — Цинь Му сложил руки за спиной и неторопливо проговорил. — Если бы ситуация обернулась плохо, то ты увидел бы картину в сто раз хуже этой. Так что я определённо использовал мирные средства. Император Богов, должно быть, знает, что проложил свой путь божественными искусствами и Небесный Император назначил меня Небесным Преподобным. Все твои полубоги, которым удалось открыть райский дворец — мои ученики. Если я проявлю полную силу своих божественных искусств… — он осмотрелся, увидев полубогов, которым едва удалось избежать смерти. — Они все умрут, и твоя раса вымрет. Тем не менее, я не хочу тебя убивать. Давай попробуем мирно договориться о делах двух будущих семей, вместо того чтобы прибегать к силе.

Император Богов Лан Сюань с трудом сдерживал свой гнев и улыбнулся:

— О чём хочет поговорить Небесный Преподобный Му? Пожалуйста, не стесняйся быть откровенным.

— О человечестве позаботятся люди, а о расе богов позаботятся боги, — проговорил Цинь Му. — С этого момента, расы людей, которыми управляют твои полубоги, переедут на Небеса Ханя. Полубоги, живущие на землях Небес Ханя, отправятся на земли полубогов. Что брат Дао об этом скажет?

Император Богов Лан Сюань неоднозначно улыбнулся:

— Моя раса выращивала этот скот в течение многих лет. С древней эпохи мы всегда так питались. Это правило, которое передавалось из поколения в поколение. Пока что не пришло время сбора урожая. Тем не менее, Небесный Преподобный Му пришёл и решил забрать наш урожай. Если я соглашусь с тобой, то не смогу ответить своим подданным.

Цинь Му прямо проговорил:

— Если раса богов вымрет, то Императору Богов не будет перед кем отвечать. Правила, которые передавались со времён древней эпохи, больше неприменимы. Их пора изменить.

Император Богов Лан Сюань поднял брови и искренне рассмеялся:

— Я ещё не поздравил вас с созданием Небес Ханя. В таком случае я сделаю шаг навстречу Небесном Преподобному МУ. Эта пище теперь принадлежит тебе. Небесный Преподобный Му, в прошлом мы оба были на Собрании Яшмового Водоёма, но так и не встретились. Теперь это наконец произошло. Небесный Преподобный Му, твои божественные искусства и вправду достойны того, чтобы сделать тебя Небесным Преподобным. Почему бы нам не пойти в мой тронный зал, чтобы обсудить всё подробнее?

Цинь Му уважительно проговорил:

— Нет, я и так долго беспокоил Императора Богов. Я чувствую себя виноватым и не буду продолжать отвлекать тебя от дел. Мне пора идти.

Император Богов Лан Сюань уважительно проговорил:

— В таком случае, я не буду задерживать Небесного Преподобного.

Цинь Му проговорил:

— Прощай.

Он развернулся, собираясь уходить. Император Богов Лан Сюань смотрел ему в спину, его четыре лица были переполнены убийственным намерением. Внезапно осколки разрушенных стен подлетели в воздух. Казалось, будто время обратилось вспять, и дворец начал быстро восстанавливаться.

Вскоре божественный дворец Лан Сюаня вернулся к своему изначальному виду!

Тем не менее, могущественные полубоги, погибшие от руки Цинь Му, так и не вернулись к жизни, оставшись лежать на земле.

Восемь рук Императора Богов Лан Сюаня непрерывно дрожали, он с трудом подавлял своё желание убивать: «Это божественное искусство…»

Он наблюдал как Цинь Му покидает божественный дворец. Разрушенные Южные Небесные Врата медленно вернулись в норму.

«Я и вправду не в силах его понять!» — он стиснул зубы настолько сильно, что из его рта пошла кровь, он чувствовал себя бессильным.

Цинь Му отправился на Небеса Ханя вместе с остальными, он проговорил:

— Юэ, когда мы вернёмся, отправляйся на землю Императора Богов Лан Сюаня и выведи оттуда людей. Найди им подходящее для жизни место и обучай их, чтобы их жизнь стала лучше. Я всё хорошо обдумал. Ты права. Если это поколение не сможет измениться, то всегда можно попробовать со вторым. Если второе не научится, то будет третье. В каждом поколении найдётся несколько людей, которые проснутся. Они и есть надеждой расы людей…

Небесная Преподобная Юэ тихо слушала, когда внезапно проговорила:

— Му Цин?

Цинь Му повернулся и улыбнулся:

— Почему ты решила назвать меня Му Цином?

— Просто так, — Небесная Преподобная Юэ рассмеялась. — Мне вдруг показалось, что имя Му Цин имеет какое-то значение. Когда я его слышу, то воображаю себе юношу, который пасёт коров и овец на бескрайнем поле. Это так тебе досталось это имя?

Цинь Му рассмеялся:

— Ты слишком много думаешь.

Глава 1046. Исчезнoвение Hебесного Преподобного Юня

Небесная Преподобная Юэ не была убеждена:

— Я считаю, что дело именно в этом! Ты не настоящий Небесный Преподобный Му, с чего ты взял, что я не права?

Цинь Му покачал головой, но решил не продолжать.

Придумывая имя Му Цин, Цинь Му объединил своё имя с именем Цинь Фэнцина. B то время он и вправду считал себя Цинь Фэнцином, но теперь это изменилось.

Взгляд Небесной Преподобной Юэ дрогнул, когда она посмотрела на него. Она подумала: «Должно быть, это не Небесный Преподобный Юнь…»

Вернувшись на Небеса Ханя, она немедленно приказала богам человеческой расы отправиться на земли Императора Богов Лан Сюаня и забрать оттуда людей. На берегу райской реки она встретила Небесную Преподобную Лин, которая была полностью поглощена исследованием неизменного божественного искусства.

— Сестра Лин, Небесный Преподобный Му уже договорился с Императором Людей Лан Сюанем. Мы можем переселить людей с его земель, но для этого нам понадобится твоя помощь… Ты нашла свою заколку?

Небесная Преподобная Лин пришла в себя и подняла руку, чтобы коснуться своей головы. Нащупав заколку, она озадаченно проговорила:

— Я определённо её потеряла, как она вернулась?

Она долгое время рассматривала заколку, погрузившись в мысли. Персиковая заколка определённо была потеряна. Как бы усердно она не пыталась её найти, ей это не удавалось, но теперь она вернулась необъяснимым образом, что сильно ей озадачило.

Схватив заколку зубами, чтобы освободить руки, она завязала волосы и закрепила их заколкой, после чего проговорила:

— Юэ, что ты только что сказала? Я не расслышала.

Небесной Преподобной Юэ ничего не оставалось, кроме как повториться. Небесная Преподобная Лин не горела энтузиазмом, но всё же отложила свои исследования и отправилась вместе с ней.

Проходя мимо Цинь Му, Небесная Преподобная спросила снова:

— Интересно, когда моя заколка вернулась на место?

— Откуда мне знать? — улыбнулась Небесная Преподобная Юэ. — Ты сама этого не знаешь, а значит я тем более. Может быть её кто-то украл, а потом незаметно вернул?

Цинь Му смотрел им вслед, тоже чувствуя себя слегка озадаченным. Два одинаковых вещества не могли сосуществовать в одном времени. Заколка Небесной Преподобной Лин и вправду исчезла, но почему она вернулась?

Он достал заколку, спрятанную в земле слова Цинь, находящейся в его межбровье. Небесная Преподобная Лин на горизонте тут же вскрикнула от шока, её волосы растрепались. Она сердито проговорила:

— Мою заколку снова кто-то украл!

Сердце Цинь Му дрогнул. Он поспешно спрятал заколку обратно в землю слова Цинь и в растрепанных волосах Небесной Преподобной Лин снова появилась вторая заколка. Небесная Преподобная Юэ озадаченно спросила:

— Разве она не на месте?

Заметив заколку, Небесная Преподобная Лин снова воткнула её в волосы и пробормотала:

— Она исчезла мгновение назад. Я чувствую, что её вещество очень нестабильно. С ней что-то не так…

Увидев эту картину, Цинь Му снова достал заколку, и она исчезла изо рта Небесной Преподобной Лин, которая тут же впала в ярость:

— Чёрт возьми, кто за этим стоит? Покажись и ты будешь наказан!

Когда Небесная Преподобная Юэ увидела это, она тоже испугалась и осмотрелась по сторонам.

Цинь Му поспешно вернул заколку в мир слова Цинь, и Небесная Преподобная Лин ошеломлённо застыла, поняв, что заколка до сих пор в её зубах. Внезапно она погрузилась в мысли и пробормотала:

— Неизменное вещество, неизменное вещество… Может быть, есть другое вещество, которое материализовалось и заменило мою заколку… Я могла бы понять логику, кроющуюся в этом!

Она присела и начала рисовать заколкой на земле.

Небесная Преподобная Юэ снова испугалась и начала оглядываться по сторонам. Цинь Му тут же спрятался за цилинем.

Небесной Преподобной Юэ так и не удалось обнаружить человека, ворующего заколку, в то время как Небесная Преподобная Лин погрузилась в мысли и перестала обращать на неё внимание. Ей оставалось только найти кого-то ей на замену.

На лице Цинь Му возникло странное выражение, он думал: «Если два одинаковых вещества существуют в одном мире, то они заменяются друг другом. То есть, если я вернусь в свою эпоху, второй «я» исчезнет. Но когда я уйду отсюда, то другой «я» появится здесь.

Он был ошеломлен. Его межбровье казалось другим пространством, внутри которого находился мир, образованный Первобытным Камнем Великого Первоначала, яичной скорлупой Небесного Императора и землёй слова Цинь.

Когда он прятал там заколку, она отделялась от Эпохи Дракона Ханя, и заколка Небесной Преподобной Лин возвращалась на место. Когда же он её доставал, она исчезала.

— В моём глазу также есть трупы Небесного Преподобного Юня и Госпожи Юаньму. Если я вытащу их физические тела, то они исчезнут из этой эпохи?

Цинь Му моргнул и задумался: «Не произойдёт ничего страшного, если я это сделаю? Может стоит попробовать?»

Он начал волноваться, размышляя над этим. Поспешно отправившись в Зал Непостижимого Неба Небес Ханя, он приказал Янь’эр и цилиню охранять вход, не позволяя никому входить.

Достав труп Небесного Преподобного Юя, он положил его древнее тело посреди Зала Непостижимого Неба. Между тем. Небесный Преподобный Юй разговаривал с Небесным Преподобным Хо на райских небесах. Внезапно его тело стало прозрачным, растворяясь в воздухе прямо на глазах Небесного Преподобного Хо.

В зале Непостижимого Неба труп Небесного Преподобного Юня медленно открыл глаза и ошеломлённо огляделся по сторонам, бормоча:

— Это… Небесный Преподобный Му?

Увидев Цинь Му, он был ужасно шокирован.

Цинь Му взволнованно кружился вокруг него:

— Кажется, это и вправду возможно. Когда другой Небесный Преподобный Юнь исчез, его сознание вернулись в это тело. Если этот Небесный Преподобный Юнь исчезнет, то тот вернётся. Это неизменное вещество… Небесный Преподобный Юнь, наконец мы встретились.

Небесный Преподобный Юнь поднялся и собрался заговорить. Внезапно из межбровья Цинь Му вспыхнул яркий свет, со свистом втягивая его тело в мир слова Цинь.

На райских небесах Небесный Преподобный Хо в ужасе наблюдал, как перед ним материализуется тело Небесного Преподобного Юня. Он молча указал на него пальцем, будто увидел привидение.

Глаза Небесного Преподобного Юня широко открылись, на его лице было удивлённое выражение. Он пробормотал:

— Кажется, я только что вошёл в другое пространство и стал намного старше. Я даже увидел своего старого друга. Кажется, будто это был сон…

Небесный Преподобный Хо подавил дрожь в своём сердце:

— Брат Юнь, ты исчез на некоторое время. Где ты был?

Небесный Преподобный собрался с мыслями и отложил пережитое в сторону, продолжив обсуждать прежнюю тему:

— Небесный Преподобный Хао — убийца Небесного Преподобного Юя, за всем этим стоит Небесный Император. Репутация Небесного Преподобного Юя казалась Небесному Императору слишком великой, поэтому он должен был его убить. Небесный Преподобный Хао — сын Небесного Императора. Когда он превзойдёт Лань Юйтяня, то обретёт поддержку форм жизни после начала и полубогов. Это очень важно для правления Небесного Императора. Ты умный человек и должен это понимать. Сейчас раса людей слаба и нуждается в том, чтобы ты проложил им новый путь. Тем не менее, ты решил присоединиться к Хао. Я не могу этого понять.

Небесный Достопочтенный Хо замолчал.

Небесный Преподобный Юнь протянул руку и искренне проговорил:

— Среди расы людей нет экспертов. У нас нет врождённых способностей, как у полубогов, или поддержки со стороны полубогов. Мы рождаемся слабыми, в нашей крови нет никакой силы. Тем не менее, мы умны, и можем использовать свою изобретательность, чтобы получить право на выживание. Идём со мной, в Первобытном Царстве нужна твоя помощь.

Небесный Преподобный Хо покачал головой:

— Брат Юнь, разве ты не видишь?

Небесный Преподобный Юнь взвёл брови, в то время как Небесный Преподобный Хо продолжил:

— После смерти Небесного Преподобного Юя меня внезапно осенило. Если раса людей хочет выжить, она должна подчиниться большей силе! Небесный Император и есть этой силой! Небесный Преподобный Хао тоже является её частью и именно на него возлагаются большие надежды! Твоя тяжёлая работа на нижней границе — это всего лишь иллюзия. Как бы сильно ты не старался, одного приказа Небесного Императора хватит, чтобы всё это уничтожить. Сила, которую построит раса людей, превратится в прах! Тем не менее, Небесный Преподобный Хао не такой…

Небесный Преподобный Хао впал в ярость, ответив холодным тоном:

— Хао убил Небесного Преподобного Юя! Он сын Небесного Императора, а не человеческой расы!

— Он на половину человек! — возразил Небесный Преподобный Хо. — У него есть свои амбиции и идеалы. Он вышел из тени совсем недавно. Лишь когда он обретёт власть, у расы людей появится шанс на выживание. Это лучшее решение для нашей судьбы и будущего нашей расы, которое приходило мне в голову за последнюю тысячу лет. Так называемые райские небеса человеческой расы и твои дела в нижней границе приведут лишь к тому, что ты станешь вторым Небесным Преподобным Юем. Рано или поздно ты закончишь так же!

Небесный Преподобный Юнь поднялся, Небесный Преподобный Хо встал следом за ним. Они оба уставились друг на друга.

Небесный Преподобный Хо торжественно проговорил:

— Я уже знаю, что Небесный Император позволил вам построить райские небеса человечества. Но ты не в курсе, что Небесному Преподобному Хао тоже было разрешено возвести райские небеса полубогов, которые находятся в Первобытном Царстве. Разве т не знаешь, что это значит?

Тело Небесного Преподобного Юня дрогнуло, он проговорил хриплым голосом:

— Вот почему ты подчинился Небесному Преподобному Хао?

Небесный Преподобный Хо ответил:

— У меня есть два варианта, у одного есть шансы на успех, у второго их нет. Я выбрал первый.

Небесный Преподобный Юнь горько вздохнул:

— Когда райские небеса человечества и полубогов начнут существовать в одном мире. Между ними возникнет конфликт. На чью сторону ты встанешь?

— Как я уже говорил, я встану на ту сторону, у которой будут шансы на успех, — равнодушно проговорил Небесный Преподобный Хо. — Я подчиняюсь более великой силе. Когда она добьётся успеха, у человечества появится шанс на выживание.

— Понимаю, — Небесный Преподобный Юнь развернулся, чтобы уйти. — Прощай.

Небесный Преподобный Хо не провожал его. Когда Небесный Преподобный Юнь дошёл до двери, он развернулся, чтобы посмотреть на своего бывшего друга Дао, и подавленно проговорил:

— Хао, ты не тот, кем был раньше.

Небесный Преподобный Хо слегка дрогнул и посмотрел ему в глаза:

— После смерти Небесного Преподобного Юя я больше не такой чистый и простой Небесный Преподобный Хо, каким был раньше. Я изменился, но разве ты остался тем же? Разве Ю, Юэ и Лин не изменились? После событий у Яшмового Водоёма мы все стали другими.

Небесный Преподобный Юнь ненадолго замолчал, прежде чем выйти из комнаты Небесного Преподобного Хо. Снаружи раздался его грустный голос:

— И вправду, мы все изменились.

Небесный Преподобный Хо смотрел ему вслед. Спустя некоторое время из-за занавески вышел Небесный Преподобный Хао, улыбаясь:

— Небесный Преподобный Хо, ты хорошо поработал.

Тело Небесного Преподобного Хо дрогнуло. Повернувшись, он прямо ответил:

— Мудрый человек может понять время и как в нём действовать. Юнь, к сожалению. Не способен на это и в будущем определённо потерпит поражение.

Небесный Преподобный Хао сложил руки за спиной и посмотрел на райские небеса за окном:

— Несмотря на то, что прошло уже больше тысячи лет, события Яшмового Водоёма до сих пор отчётливо видны в моей памяти. Я пролежал в постели более тысячи лет, в дурмане и безумии. Когда я вспоминаю потерянное время, меня переполняют сожаления.

Он наклонил голову и посмотрел на Небесного Преподобного Хо:

— Это правда, Небесный Преподобный Юй умер от моих рук. Тем не менее, даже если бы я этого не делал, он всё равно бы умер. Это не я хотел его смерти, а Небесный Император. Понимаешь?

Небесный Преподобный Хо ответил:

— Естественно, понимаю.

Небесный Преподобный Хао проговорил:

— Я полубог, но в то же время человек. Мы с тобой обрели благословления древних богов, которые используются для того, чтобы за нами наблюдать. Тем не менее, здесь мы можем говорить свободно, не боясь, что Небесный Император или древние боги нас подслушают. Теперь я в тебе уверен, и готов тебя с кем-то познакомить.

Как только он это сказал, из-за шторки вышла девушка в дворцовой одежде.

— Это моя мать, Госпожа Юаньму, — Небесный Преподобный Хао улыбнулся. — Этот Нефритовый Дворец окутан её божественным искусством, из-за чего здесь древние боги не могут за нами наблюдать.

Небесный Преподобный Хо поклонился и поздоровался:

— Покорный слуга выражает своё почтение Императрице-Матери.

Госпожа Юаньму усмехнулась:

— Какой воспитанный ребёнок.

На Небесах Ханя, Цинь Му спрятал труп Небесного Преподобного Юя и задумался, поглаживая бороду: «Если я достану труп Госпожи Юаньму, то Госпожа Юаньму этого времени исчезнет…»

Он покачал головой, подавляя своё любопытство.

Раньше, когда он достал труп Небесного Преподобного Юня, сознание последнего оказалось в трупе и тот смог говорить и двигаться.

Он не знал, к каким ужасным последствием могло привести исчезновение сегодняшнего тела Небесного Преподобного Юня, поэтому решил спрятать его труп. Если же он вытащит труп Госпожи Юаньму, то он воскреснет. Это было слишком рискованной затеей.

«Как жаль, что я не могу попробовать», — он переполнялся сожалением.

— Владыка Культа! — снаружи зала раздался голос цилиня. — Этот человек, Ло Сяо, вернулся. Он спрашивает, собираешься ли ты ещё посетить райские небеса.

Цинь Му вышел наружу, улыбаясь:

— Конечно!

Проходя мимо Янь’эр он заметил, что она держала фонарь с несчастным выражением лица. Казалось, что она ещё не оправилась после потери матери.

Цинь Му её утешил:

— Когда мы попадём на райские небеса, то посетим райский дворец Красной Птицы и возьмём какую-то вещь твоей матери. После этого её можно будет оживить.

Янь’эр была крайне взволнована.

В Божественном Дворце Лан Сюаня полубоги один за другим приходили, чтобы доложить Императору Богов Лан Сюаню. Они рассказывали о том, что Небесные Преподобные Небес Ханя приходили, чтобы забирать своих людей. Так как Лан Сюань дал на это разрешение, полубоги не могли возражать.

— Император Богов, мы так просто всё оставим? — возмутился один из старейшин полубогов. — Мы взрастили этих людей, и делали это на протяжении тысяч лет. Во время последнего визита Небесного Преподобного Юня, Император Богов позволил им учить людей пути. Это и так было слишком, но теперь они и вовсе собрались забрать наш скот! Император Богов, ты можешь это терпеть?

Выражение лица Императора Богов помрачнело:

— Конечно, я не могу этого терпеть. Тем не менее, недавно сюда явился Небесный Преподобный Му. Он получил своё звание от Небесного Императора, который высоко оценил его божественные искусства. Его мастерство превзошло все границы, и я ничего не могу с ним поделать. Но несмотря на то, что я против него бессилен, есть тот, кто с ним справится. Я напишу на райские небеса и попрошу Небесного Императора разобраться с этим мерзавцем.

Бесчисленные полубоги были в восторге и поинтересовались:

— В таком случае, когда Небесные Преподобные человеческой расы будут просить отдать им людей, мы должны выполнять просьбу?

— Да! Конечно! — улыбнулся Император Богов. — Пока что мы их отдаём. Но после смерти мерзавца Му они вернут нам вдвое больше!

Глава 1047. Дpeвние Боги Пяти Элементов

Множество людей уже перебрались на территории под управлением Небес Ханя, тем не менее, некоторые боги вернулись с пустыми руками.

— Нам не доверяют. Они твердят, что мы дурачимся и игнорируем указания богов, за что будем наказаны, — боги чувствовали себя бессильными.

Небесная Преподобная Юэ была озадачена:

— Разве они не знают, что если останутся жить на территории Императора Богов Лан Сюаня, то рано или поздно станут его жертвами?

— Знают, но они к этому привыкли. Они говорят, что именно так жили иx предки.

— Ясно.

Небесная Преподобная Юэ отправилась на поиски Цинь Му, и увидела цилиня, который готовил карету к путешествию. Цинь Му и парень по имени Ло Сяо уже сидели внутри. Янь’эр, заметив Небесную Преподобную Юэ, поставила фонарь на карету и бросилась к ней, чтобы несколько раз поклониться.

Небесная Преподобная Юэ и пыталась уговорить её подняться. Тем не менее, ей это не удалось, и она посмотрела на Цинь Му взгляд, умоляя о помощи.

Тот улыбнулся:

— B будущем ты всё поймёшь.

Небесная Преподобная Юэ подошла к карете и спросила:

— Ты собираешься уезжать?

Цинь Му кивнул:

— Император Богов Лан Сюань пока что не будет нападать на людей. Мой последний визит в его божественный дворец шокировал его по крайней мере на тысячу лет. Несмотря на то, что сам он мне ничего не может сделать, он может натравить на меня райские небеса. Таким образом, мне лучше уйти, чтобы не подвергать ас опасности.

Небесная Преподобная Юэ спросила:

— Когда ты вернёшься?

Цинь Му ошеломлённо улыбнулся:

— Будучи Небесный Преподобным Му, я, вероятно, вернусь не скоро. Но Небесный Преподобный Юнь всегда будет с вами.

Небесная Преподобная Юэ была явно озадачена:

— Но ты ведь не Небесный Преподобный Юнь.

Цинь Му помахал рукой из окна:

— Не говори об этом другим. Мы ещё встретимся.

Карета двинулась к райской реке. Она постепенно исчезала из поля зрения Небесной Преподобной Лин, прежде чем наконец скрыться.

Внезапно раздался радостный голос Небесной Преподобной Лин:

— Юэ, Юэ, иди сюда! Я всё посчитала! Моя заколка пропадала не из-за того, что кто-то её воровал! Здесь просто появлялась заколка из будущего!

Она едва не сошла с ума от волнения.

Услышав её, Небесная Преподобная Юэ становилась всё более угрюмой. В этот момент с райской реки спустился корабль, и из него выпрыгнул Небесный Преподобный Юнь со своими спутниками. Увидев радостную Небесную Преподобную Лин, он спросил:

— Почему ты так счастлива, сестра Лин?

Небесная Преподобная Юэ несколько раз смерила Небесного Преподобного Юня взглядом, обойдя его по кругу.

Небесный Преподобный Юнь был удивлён её поведением, чувствуя себя довольно неловко.

Моргнув, Небесная Преподобная Юэ спросила:

— Брат Юнь, ты не видел кареты, запряжённой шестью небесными драконами, движущуюся в сторону райских небес?

Тот кивнул:

— Да, видел. Мне стало интересно, чья это карета. Использовать шесть небесных драконов, чтобы тащить её, это просто ужасно! Если бы драконов было девять, то я бы подумал, что передо мной одно из четырёх божеств!

— Ты и вправду её видел? — Небесная Преподобная Юэ была приятно удивлена.

Небесный Преподобный Юнь кивнул ещё раз и проговорил:

— Давай не будем об этом. Я встречался с Небесным Преподобным Хо, и как оказалось, у него своё видение ситуации, которое, скорее всего, будет конфликтовать с нашим. Кроме того, я узнал у него кое-какие новости. Небесный Преподобный Хао скоро вернётся. Небесный Император собирается позволить ему построить в Первобытном Царстве райские небеса полубогов. К этому нужно подготовиться. Вы уже построили райские небеса?

Небесная Преподобная Лин подавила своё волнение и подошла к Небесному Преподобному Юню, чтобы холодно проговорить:

— Когда ты наконец вернёшься в свой настоящий облик?

Небесный Преподобный Юнь был озадачен.

Небесная Преподобная Лин продолжила:

— Не стоит всё время использовать облик Небесного Преподобного Му. Рано или поздно ты себя выдашь.

Юнь растерялся ещё сильнее. Его не слишком волновала странность Небесной Преподобной Лин, поэтому он отправился к Предку Дао:

— Предок Дао, у меня есть идея. Твоя математика может изучить Великое Дао?

В то же время в божественный дворец Лан Сюаня прибыл посланник райских небес, чтобы передать приказ Небесного Императора. В нём было написано:

— Император говорит, что Небесный Преподобный МУ избивал и издевался над потомками древних богов. С невероятной яростью и злостью он нарушал законы небес. Если вы проведёте большое жертвоприношение, древние боги спустятся, чтобы его схватить.

Император Богов Лан Сюань резко изменился в лице:

— Мы должны провести кровавое жертвоприношения для того, чтобы древние боги пришли нам помочь?

Посланник ответил:

— Именно это имел в виде Небесный Император. Небесный Преподобный Му — Небесный Преподобный, обладающий мощными божественными искусствами. Под небесами нет никого, кто мог бы с ним в этом сравниться. Только Великое Дао может его одолеть. Если ты хочешь справедливости, то должен призвать сюда древних богов.

Император Богов Лан Сюань был явно встревожен.

В мире было множество древних богов, но они не часто посещали Первобытное Царство и проводили большинство времени вдали от него. Для того, чтобы они спустились, нужно было провести большое жертвоприношение.

Это означало огромное количество смертей.

Древние боги пяти элементов были рождены Великим Дао. Они были невероятно сильны и обладали более высоким положением, чем двадцать восемь старых древних богов. Несмотря на то, что Император Богов Лан Сюань был сильнее них в бою, его понимание Дао значительно уступало их. Заручиться их поддержкой в борьбе с Цинь Му было верным решением.

Когда были построены райские небеса Дракона Ханя, Небесный Император пригласил к себе четырёх божеств, чтобы укрепить свою власть и в итоге построил им райские дворцы Зелёного Дракона, Белого Тигра, Красной Птицы и Чёрной Черепахи.

Четыре полюса четырёх божеств были переданы под управление двадцати восьми древним богам.

Все они были свирепыми и злыми существами. Разделившись на четыре группы, они отправили по семь человек на Южный Полюс Красной Птицы, Северный Полюс Чёрной Черепахи, Западные Полюс Белого Тигра и Восточный Полюс Зелёного Дракона.

Двадцать восемь древних богов остались защищать четыре полюса, и обрели власть над ними.

Древними богами пяти элементов были Владыки Сатурна, Марса, Венеры, Юпитера и Меркурия. Они контролировали невероятно сильные Великие Дао.

Владыка Сатурна был древним богом смерти, Владыка Марса контролировал путь чумы и был её богом, в то время как Владыка Меркурия был богом войны и контролировал путь убийства и наказания, Владыка Венеры — богатство и катастрофы, а Владыка Юпитера правил над жизнью и жертвоприношениями.

Владыки Сатурна и Марса жили в Юду и были чиновниками, с помощью которых Небесных Император сдерживал Графа Земли. Владыка Марса и Венеры жили в Сюаньду и следили за Графом Земли.

Владыка Юпитера был ближе всего с Первобытным Царством, так как жил неподалёку от него.

Ему подчинялись бесчисленные боги бедствий, и чтобы получить их поддержку, нужно было провести большое жертвоприношение.

Полубоги питались людьми и другими формами жизни после начала, в то время как древние боги питались формами жизни после начала и полубогами.

Несколько вождей полубогов проговорили:

— Император богов, есть много людей, которые отказались покидать наши земли. Кроме них у нас есть рабы из других рас, которых можно использовать для жертвоприношения.

Император Богов Лан Сюань проговорил:

— Используйте их для жертвоприношения, чтобы призвать богов пяти элементов. Если этого не хватит, то атакуйте другие расы Первобытного Царства и захватите больше рабов!

В конце концов, жертвенный алтарь был готов, и на него привели огромное количество жертв.

Император Богов Лан Сюань провёл жертвоприношение, и в тот же миг в небо поднялся луч кровавого света, окрашивая небо в красный цвет. Пять звёзд в тут же начали становиться всё больше, тем не менее, они и дальше оставались в другом мире.

На поверхности этих звёзд были тысячи дворцов и тронных залов, а также бесчисленное количество богов и дьяволов.

На Марсе обитали боги и дьяволы с головами быков, передвигающихся на двух дракона.

На Сатурне жили боги и дьяволы с телами змей.

На Юпитере виднелись боги и дьяволы с телами птиц, они летали верхом на зелёных драконах.

На Венере жили боги и дьяволы с головами тигров, которые орудовали бронзовыми топорами.

На Меркурии обитали боги и дьяволы с телами змей и красными волосами. В своих руках они держали острые трезубцы.

Все они непрерывно поглощали энергию жертвоприношения.

— Племянник, твоего подношения недостаточно.

Пять звёзд повисли над небом Первобытного Царства, но так и не спустились в него. Было очевидно, что богам не хватило крови.

Владыка Сатурна рассмеялся:

— Ты дал нам слишком мало душ, крови и Ци. Более того, они не слишком качественные. Зачем так скупиться? Почему бы не принести в жертву своих потомков? Я с удовольствием бы их попробовал.

Император Богов Лан Сюань стиснул зубы, поклонился и проговорил:

— Дяди, Небесный Преподобный Му создаёт много проблем. Он нарушил законы небес, чем оскорбил богов, включая каждого из вас. Пожалуйста, спуститесь.

Пространство вокруг исказилось, Владыки Звёзд Пяти Элементов покинули Юду, Сюаньду и космос, спускаясь на жертвенный алтарь. Они начали пожирать существ на алтаре, отчего округу поглотил хаос.

Когда они закончили, Владыка Меркурия проговорил:

— Мы уже получили приказ Императора. Он требовал, чтобы мы схватили Небесного Преподобного Му. Скажи только, с ним не было парня по имени Ню Бэнь?

В прошлом, оказавшись на Собрании Яшмового Водоёма Ню Саньдо называл себя Ню Бенем. Его божественные искусства были невероятно сильными, и он посеял на райских небесах настоящий хаос, ранив огромное количество древних богов. С тех пор Владыки Звёзд Пяти Элементов сильно его боялись.

Император Богов Лан Сюань поклонился и проговорил:

— Нет.

— Это хорошо.

Владыка Юпитера прикусил губу и проговорил:

— Племянник, твои потомки очень вкусы и их крайне много. Ты ведь не будешь возражать, если я съем нескольких? Сказав это, он протянул руку к божественному дворцу Лан Сюаня, чтобы позвать к себе группу девушек и мальчиков.

Император Богов Лан Сюань впал в ярость и сердито закричал. В следующий миг Владыка Сатурна хлопнул его хвостом по лицу, отчего он отлетел в сторону.

— Племянник, ты всего лишь лидер полубогов. Твоя сила принадлежит нам, как и твоё положение.

Копыто Владыки Марса наступило на его спину, в то время как Великое Дао Чумы не позволяло ему пошевелиться. Улыбнувшись, Владыка проговорил:

— Что плохого в том, что мы сожрём нескольких твоих потомков? Не забывай, кто правил доисторической вселенной!

Несмотря на то, что Император Богов Лан Сюань не был слаб, он не мог противостоять древним богам. Он пережил битву Области Ржавой Крови и даже сумел убить одного из лидеров мастеров создания. Тем не менее, даже если бы его сила была бесконечной, он не мог бы пойти против древних богов. Он уже давно это понимал.

Император Богов Лан Сюань поклонился и проговорил:

— Я был неправ. Пожалуйста, прости меня от имени моего отца.

Владыка Марса забрал своё копыто и проговорил:

— Я слышал, что ты сын Восточного Божества, поэтому должен проявить к нему уважение. Ха-ха, ты не в силах одолеть Небесного Преподобного Му, но его божественные искусства не идут ни в какое сравнение с нашим Дао. Мы его поймаем. Готовь банкет, мы скоро вернёмся!

Вьюх!

Бесчисленные боги и дьяволы спустились с поверхности пяти звёзд. Каждый из пяти древних богов возглавил армию, их солдаты громко ревели, летя на разноцветных драконах.

Император Богов Лан Сюань с трудом поднялся, наблюдая, как Владыки Звёзд Пяти Элементов улетают прочь.

— Тебе понравилось быть униженным? — из Зале Непостижимого Неба вышел Небесный Преподобный Хао.

На четырёх лицах Императора Богов Лан Сюаня появились выражения смущения и гнева, он спросил:

— Почему ты снова меня унижаешь, Небесный Преподобный Хао?

Небесный Преподобный Хао наблюдал за Владыками Звёзд Пяти Элементов на горизонте и проговорил:

—Несмотря на то, что полубоги имеют высокую родословную и большую силу, их способности происходят от древних богов. Мы знаем, что это правда, но не знаем, почему всё именно так. Ты знаешь, почему наши способности против них бессильны?

Император Богов Лан Сюань покачал головой:

— Дело в божественных искусствах! — улыбнулся Небесный Преподобный Хао. — То, что ты можешь контролировать стихии, ещё не значит, что ты владеешь божественными искусствами. У тебя есть сила и власть, но ты не знаешь откуда берутся настоящие божественные искусства. Настоящие божественные искусства происходят от Дао! Меня ранил Небесный Преподобный Му, после чего я провёл тысячу лет в кровати. Но наконец мне удалось понять источник его силы. Его божественные искусства уже ступили на путь!

Зрачки Императора Богов Лан Сюаня расширились:

— Нужно вступить на путь божественными искусствами…

— Ты прав, — шагая ему навстречу, проговорил Небесный Преподобный Хао. — Всё именно так. Хотя ты научился у меня технике совершенствования райских дворцов, этого всё ещё недостаточно. Тебе ещё предстоит понять природу божественных искусств, а значит понять природу Дао, после чего ты сможешь освободить свою полную силу. Почему Ню Бэню удалось избить древних богов? Он вступил на путь божественных искусств. Его сила не имела себе равных и сумела пробиться через ряды древних богов! Мы можем быть такими же сильными!

Он говорил крайне уверенно:

— Пролежав последнюю тысячу лет в постели, я постепенно понимал много вещей. Теперь я чувствую, что совсем близок от вступления на этот путь, — развернувшись, он продолжил. — Мой отец приказал мне спуститься к нижней границе, чтобы построить райские небеса древних богов. Мне нужна твоя помощь. Если ты мне поможешь, то я научу тебя вступлению на путь. Если мы, полубоги, добьёмся успеха, то эпоха древних богов закончится.

Император Богов Лан Сюань шокировано спросил:

— Неужели вступление на путь может подарить такую силу? В таком случае, Владыки Звёзд Пяти Элементов, которые охотятся на Небесного Преподобного Му…

Небесный Преподобный Хао улыбнулся и проговорил:

— Несмотря на то, что Небесный Преподобный Му силён, он не способен сражаться с древними богами. Хоть он и первооткрыватель божественных искусств, и я им восхищаюсь, его конец близок.

Глава 1048. Звёзды катастрoф пяти элeментов

Когда в тысяча четыреста первом году Эпохи Дракона Ханя в небе над Первобытным Царством появились звёзды катастрофы, многие погибли.

B Первобытном Царстве было десять тысяч рас, которые жили вокруг Первобытного Дерева, возле горах и рек Первобытного Царства. В тот день небо окрасилось пятью цветами, над головами жителей Первобытного Царства пролетело пять древних богов, ведя за собой тысячи солдат.

Куда бы не падал их свет, растения засыхали, посевы гибли, падали метеориты и начинались войны и грабёж. Повсюду возвышались горы трупов.

К полуночи кто-то увидел свет, исходящий из темноты. В нём показался юноша на бумажном кораблике. Он собирал души, блуждающие по миру.

Его одновременно увидело множество людей в разных уголках Первобытного Царства, будто у него были тысячи клонов. Некоторые говорили, что он прибыл из Юду, чтобы собрать души.

Пять лучей света полетели в сторону райской реки и покинули Первобытное Царство. Тем не менее, катастрофы не утихали ещё сто лет.

Над райской рекой летела карета, запряженная шестью небесными драконами.

Райские небеса до сих пор находились над Первобытным Царством. В солнечный день обычный человек мог увидеть их невооружённым глазом даже несмотря на то, что они были очень высоко.

Если совершенствовать божественные глаза, то можно было увидеть на их поверхности улицы и богов, стоящих на страже Южных Небесных Врат.

Естественно, со временем увидеть их становилось всё труднее.

Несмотря на то, что казалось, будто они находились близко, на самом деле к ним было невероятно далеко. Изначально райские небеса находились на верхушке Первобытного Дерева, и обладая достаточной силой, человек мог к ним забраться. Тем не менее, по слухам, Матери Земли не нравилось давление, которое они оказывали на дерево, и она решила от них отделиться.

После этого единственной дорогой, ведущей на райские небеса, стала райская река.

Райская река текла по небесам. По ней ходило множество кораблей, но лишь полубоги могли путешествовать с её помощью.

Карета Цинь Му мчалась по реке, избегая кораблей, чтобы их не разбить. В большинстве случаев корабли уплывали в сторону, увидев её на горизонте. В конце концов, существо, которое могло позволить себе такую карету, должно было быть невероятно сильным, и никто не хотел с ним столкнуться.

Ло Сяо, сидящий внутри кареты, погрузился в мысли, рассматривая райскую реку. Янь’эр повеселела и достала фруктов. Изначально Ло Сяо отказывался кушать, но со временем Янь’эр его уговорила и теперь он кушал, даже не замечая этого. Когда он больше не мог есть, Янь’эр приступала к кормёжке цилиня.

Заметив изменение её настроения, Цинь Му тоже воспрял духом.

Янь’эр была наивной девушкой, и ей было сложно жить в этом жестоком мире. Когда ей было грустно, Цинь Му тоже начинал грустить.

— Ло Сяо, почему ты направляешься на райские небеса? — Цинь Му спросил у молодого мастера создания.

Ло Сяо пришёл в себя и проговорил:

— Старейшина приказал мне посмотреть, есть ли здесь наши люди. Он также велел мне найти дворец предков и кое-что о узнать о предках.

Он не признавался, что был мастером создания, и осторожно подбирал слова. Не зная, что такое дворец предков, было невозможно догадаться, о чём он говорит.

— Дворец предков?

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он внезапно вспомнил как Чжу Цзюнь рассказывал, что Ло Сяо покинул Великую Пустошь миллион лет назад и отправился на поиски дворца предков, проведя долгое время в путешествиях. Он также говорил о трёх предсказаниях касаемо судьбы мастеров создания!

В таком случае Ло Сяо отправился во внешний мир по той же причине, что и Божественный Король Лан Во. Они хотели найти дворец предков!

Скорее всего, он прибыл в Первобытное царство и обнаружил, что дворце предков здесь не было, из-за чего и решил отправиться на райские небеса.

Тем не менее, Цинь Му считал, что Первобытное Царство, райские небеса, Юду, Сюаньду и четыре полюса не были дворцом предков. На самом деле тот находился на обратной стороне всех этих миров!

Во время этого путешествия Ло Сяо не удастся найти дворец предков!

Ло Сяо снова выглянул наружу, погрузившись в мысли. Он был храбрым мастером создания и покинул Великую Пустошь зная, что скорее всего умрёт.

— Ты нашёл своих людей? — спросил Цинь Му.

Ло Сяо покачал головой:

— На мгновение мне показалось, что ты один из нас. Мне также казалось, что Император Богов Лан Сюань был одним из нас. Тем не менее, я понял, что ошибался в обоих случаях, — выдавив из себя улыбку, он объяснил. — В межбровье у нас есть особый глаз. У тебя он тоже есть, но внимательно за тобой проследив, я понял, что он не такой, как у нас. У Императора Богов Лан Сюаня есть наша родословная, но он тоже чужак. Возможно, на райских небесах есть представители нашей расы. В таком случае, с их помощью я смогу найти дворец предков.

Цинь Му подумал и ответил:

— Если на райских небесах есть ваши люди, то они враги.

Ло Сяо дрогнул. Он собирался спросить, что Цинь Му имел в виду, но внезапно на горизонте показалось пять лучей света. Райская река тут же начала дрожать, почти все корабли были сдуты прочь!

Осталось лишь несколько суден, выстоявших под ударами, но полубоги на них горько кричали. Они молниеносно старели, превращаясь в морщинистых седых стариков!

— Владыка Сатурна, ты переусердствовал, используя силу своего Дао, и испортил вкус!

Сверху раздался голоса, сопровождающиеся ярким светом. За несколько десятков километров показались сильные древние боги, позади которых стояли огромные армии.

Древний бог с красными волосами и змеиным телом протянул ладонь, хватая оставшиеся корабли, после чего проговорил:

— Владыка Юпитера, ты очень силён, сделай их вкуснее.

Из глаз древнего бога с птичьей головой вырвался яркий свет. Полубоги на кораблях тут же начали молодеть, казалось, будто время обратилось вспять. Вскоре старики и старухи превратились в молодых парней и девушек.

— Теперь они должны быть очень вкусными! — древний бог с красными волосами и телом змеи рассмеялся, одним махом поглощая всех полубогов с одного из кораблей. Заметив приближающуюся карету, он снова засмеялся. — Небесный Преподобный Му, ты обречён! Почему бы тебе не выйти, чтобы принять свою смерть?

Ло Сяо резко изменился в лице. Он сильно нервничал.

Посмотрев на него, Цинь Му проговорил:

— Это лишь горстка слабых богов, тебе нечего бояться, брат Ло.

Ло Сяо ответил хриплым голосом:

— Они — враги моей расы. Я не буду перед ними показываться, иначе меня узнают.

Небесные драконы, запряжённые в карету, начали дрожать, с ужасом смотря на древних богов пяти элементов. Они начали перешёптываться:

— Это конец, здесь древние боги! Мы все умрём!

— Кажется, это Владыки Звёзд Пяти Элементов!

— Я же говорил, что нам стоило остаться в Вечном Мире и следовать за тем дьявольским королём по имени Дутянь, и атаковать Мир Небесного Пера. Вы все отказались. Теперь мы погибнем, в то время как старший брат и остальные выживут!

Глуповатый на вид небесный дракон проговорил:

— Они выглядят не слишком сильными, я воображал древних богов совершенно другими. Я думал, что все они такие же сильные, как Граф Земли…

— Ма Ха! Ма Ха! — Остальные небесные драконы начали его ругать. — Заткнись, древний бог из прошлого определённо обладает большей силой!

Цилинь впал в ярость и прокричал:

— Ма Ха!

Они прекратили свой разговор и начали извиняться:

— Брат Пи, ты прав, не стоит говорить слишком много. Небесный Преподобный защитит нас даже если небо рухнет.

На лице цилиня возникло довольное выражение, он кивнул и повернулся к карете:

— Владыка Культа, впереди показался древний бог, который забыл своё место. Пожалуйста, сделай что-то.

Янь’эр открыла занавеску, и Цинь Му медленно вышел из кареты. Посмотрев вперёд, он проговорил:

— Итак, это Владыки Звёзд Пяти Элементов. Почему вы стоите у меня на пути?

Он уставился на Владыку Сатурна и ошеломлённо дрогнул. Владыкой Сатурна Юду была красивая женщина с телом змеи и голосом мужчины. У неё были густые волосы, закрывающие грудь, она выглядела соблазнительно и странно.

Тем не менее, Владыка Сатурна, стоящий перед ним, оказался мужчиной с растрепанными волосами и голой грудью. В руках он держал белое знамя и громко шипел раздвоенным языком.

«Неужели Владыка Сатурна будущего был богом или дьяволом, в которого совершенствовалось существо после начала? — Цинь Му хмыкнул. — Другими словами, настоящий Владыка Сатурна мёртв, как и Великий Владыка Солнца, их заменили существа после начала. Кажется, что он погибнет в одной из будущих битв. Интересно, кто его убил?»

Владыка Сатурна был лидером владык звёзд и являлся самым сильным из них. Громко шипя, он протянул свой хвост и одним махом схватил все корабли, что остались на райской реке, после чего проглотил людей на их борту и проговорил:

— Небесный Преподобный Му, ты оскорбил Императора Богов Лан Сюаня и убил невинных людей. Лан Сюань на тебя пожаловался. Ты хочешь встать перед судом, или же нам стоит тебя убить?

Цинь Му рассмеялся и проговорил:

— Пять Элементов, вы — известные древние боги и воплощения Великого Дао. Разве вы можете слушаться Лан Сюаня и убить меня без всякого расследования? В конце концов, я Небесный Преподобный, назначенный Небесным Императором! Где Лан Сюань? Приведите его сюда, я с ним разберусь!

Владыка Юпитера холодно рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му, ты считаешь себя настолько важным? Ты атаковал Небесного Преподобного Хао, сына Небесного Императора. Он давно хотел от тебя избавиться, и сейчас ты лишь сыграл ему на руку!

Ло Сяо испуганно фыркнул, думая о побеге: «Когда Небесный Преподобный Му сказал, что у него много врагов, я подумал, что это не слишком сильные существа, с которыми я мог бы разобраться даже если бы он был не в силах это сделать. Я не знал, что он поссорился даже с Небесным Императором! Если я продолжу с ним путешествовать, то определённо погибну. Возможно, он даже не сможет справиться с древними богами пяти элементов, но даже если ему это удастся, он погибнет на райских небесах, и нас похоронят вместе!»

Тем не менее, он не осмеливался показываться перед богами пяти элементов, так как те определённо убили его, поэтому решил спрятаться в карете.

Он не прекращал сожалеть о своём решении сесть в карету Цинь Му. Кто знал, что карета, которая должна была облегчить путешествие, доставит ему столько проблем!

Цинь Му улыбнулся:

— Пять Элементов, с тех пор как был открыт способ становления богом, эпоха древних богов закончилась. Утки первые замечают, когда вода становится тёплой. Вы помните Золотого Командира Ню Бэня? Он довольно сильно вас избил.

Боги впали в ярость, и Владыка Сатурна тут же достал своё зеркало, чтобы посветить на Цинь Му. Тот продолжал стоять на месте, крича:

— Ты контролируешь смерть. Но у меня есть техники создания, которые позволяют избежать смерти. Твоё Великое Дао бесполезно против меня.

Владыка Марса достал огромную бутылку, и из неё хлынула чумная аура, двигаясь в сторону Цинь Му.

Тот продолжал стоять, проговорив:

— Мои лекарства не имеют себе равных. Я даже могу воскрешать людей. Как такое слабое Дао может меня одолеть?

Владыка Марса резко изменился в лице.

Владыка Венеры начал стучать в барабан, его звук гремел, будто гром. С небес спустилось бедствие, пытаясь убить Цинь Му.

Цинь Му неподвижно стоял, улыбаясь:

— Вы, в конце концов, древние боги. Если вы уйдёте сейчас, то я позволю вам сохранить часть своей репутации. Если нет, то не обижайтесь на мою безжалостность.

Владыка Меркурия взмахнул своим трезубцем, отчего райская река задрожала. Он прокричал:

— Не тратьте времени на болтовню! Дети, схватите этого предателя!

Вьюх!

Огромное количество потомков пяти богов взмыли в небо и бросились на Цинь Му, будто сумасшедшие.

Цинь Му нахмурился, в его ладони появилась пилюля меча.

Подлетев в воздух, она начала непрерывно разделяться надвое. Вскоре небо было полностью заполнено пилюлями меча!

Они вращались, выстреливая лучами меча, напоминающими драконов, обрушивающихся на армии Владык Звёзд Пяти Элементов!

Солдаты бросились вперёд с оглушительным рёвом, но спустя несколько мгновений их шум утих.

На райскую реку посыпались бесчисленные трупы.

Тишину нарушил голос одного из небесных драконов:

— Я же говорил, что они слабые! Поверьте мне! Эти древние боги пяти элементов — поддельные! Как по мне, то их не стоит бояться. Работая вместе, мы могли бы одолеть одного из них. Или даже двух!

— Ма Ха! — пятеро драконов начали кричать, чтобы он заткнулся.

Глaва 1049. Призыв искoнных звёзд

Янь’эр, стоящая сбоку от Цинь Му, превратилась в маленького воробья, взволнованно порхая крыльями. Она то пряталась в карете, то забиралась на плечи или голову Цинь Му, прежде чем наконец приземлиться на голове цилиня и начать яростно долбить её клювом.

— Что с тобой, Янь’эр?

Цинь Му покачал головой и протянул ладонь. Тысячи пилюль меча столкнулись в воздухе над райской рекой, сливаясь воедино, прежде чем приземлиться в руке Цинь Му.

Он использовал тысячи лучей меча, чтобы победить богов и дьяволов под управлением Владык Звёзд Пяти Элементов. Несмотря на то, что его движение казалось простым, оно могло заменить собой целую армию мастеров меча вечного мира!

Армия Вечного Мира была вооружена пилюлями или футлярами меча. Активировавшись, последние выстреливали во врага мечами, которые формировали различные построения и приёмы.

Цинь Му использовал свою пилюлю меча, движение каждого из мечей которой было уникальным. По сути, он заменял собой целую армию мастеров меча!

Даже не говоря о том, что в этой эпохе пути меча и вовсе не существовало, даже в Вечном Мире достижения его Меча Дао не уступали, или даже превосходили старейшину деревни и прежнего Имперского Наставника. Он уступал только Императору-Основателю!

Боги и дьяволы никогда раньше даже не слышали о его мастерстве меча, поэтому были обречены на смерть.

— Черви! — Янь’эр взволнованно клевала голову цилиня, не сводя глаз с Владык Звёзд Пяти Элементов.

Из головы цилиня начала течь кровь, но он не двигался, несмотря на боль, и размышлял: «Я уже к этому привык, но эти древние боги не черви. Впрочем, к этому я тоже привык…»

У Янь’эр был сложный характер. Она была слишком неопытной и наивной, любила служить и пожирать странные вещи.

В Руинах Заката она сожрала всех богов из тычинок, в результате чего надолго растолстела, и всё это время Цинь Му стеснялся брать её с собой.

Ей понадобилось много времени, чтобы переварить их и восстановить свою фигуру. Теперь, увидев в Владыках Звёзд Пяти Элементов еду, она сильно разозлила цилиня.

У Владык Сатурна и Меркурия были тела змей, как и две женщины из Руин Заката. Должно быть поэтому Янь’эр, драконий воробей, посчитала их червями.

В Владыки Юпитера была голова птицы, у Владыки Марса — голова быка, а у Владыки Венеры — голова тигра, поэтому они не слишком напоминали червей. Тем не менее, к своему несчастью, они путешествовали верхом на драконах.

Янь’эр эти драконы казались червями, поэтому она едва держала себя в руках.

Она соскучилась по вкусу древних богов из Руин Заката.

«Интересно, насколько толстой она станет в этот раз? — голова цилиня начала звенеть от ударов клювом. — Я никогда не буду её презирать, какой бы толстой она не стала.»

Владыки Звёзд Пяти Элементов нахмурились, смотря на трупы, текущие по райской реке. Все они были их потомками. Несмотря на то, что они были слабее самих Владык, они были самыми талантливыми представителями своей расы, совершенствовавшими божественные сокровища и райские дворцы. Они были богами нового поколения.

Несмотря на то, что большинство древних богов не слишком заботились о своих детях и использовали их в качестве солдат, Цинь Му убил почти половину родословной Владык Звёзд Пяти Элементов, чем сильно их оскорбил.

Казалось, что с тех пор, как Цинь Му сеял хаос на Собрании Яшмового Водоёма, он стал намного сильнее, чем сильно напугал Владык Звёзд Пяти Элементов.

— Пять Элементов, вы мне не противники. Вам лучше отступить, — вежливо проговорил Цинь Му. — Северное Божество Сюань Ву научило меня предсказывать будущее, и у меня начало хорошо получаться. В будущем вы столкнётесь с катастрофой, которая вас убьёт, поэтому я бы посоветовал отправиться домой и заняться совершенствованием. Что касается Небесного Императора, то у нас с ним лишь небольшое недоразумение. Я лично всё ему объясню, так что вам не стоит ничего предпринимать.

Владыка Сатурна молча посмотрел на остальных.

Владыка Марса прошептал:

— Он и вправду силён и не боится нашей силы. Сейчас нам не стоит с ним ссориться.

Владыка Юпитера кивнул и проговорил:

— Я не знаю, как ему удалось увернуться от нашей силы. Его Небесные Драконы тоже очень сильны. Если мы сразимся, то определённо будем ранены. Нам стоит вернуться и доложить обо всём Небесному Императору, и обвинить его в убийстве наших потомков.

Владыка Меркурий согласился:

— Как только он окажется на райских небесах, его казнят на Сцене Казни Бога, и мы лично на это посмотрим! Сейчас нет смысла сражаться с ним!

Остальные кивнули.

Владыка Сатурна был главой Владык Пяти Элементов, и собирался что-то сказать, когда Владыка Венеры почувствовал что-то странное и проговорил:

— Здесь странный запах, кажется, он принадлежит мастеру создания…

Его тигриный нюх был крайне чувствительным, и он отчётливо уловил запах. Его уши встали дыбом, а бронзовый топор зазвенел. Посмотрев на карету, Владыка Венеры прокричал:

— Там прячется мастер создания!

Четыре других древних бога тут же изменились в лицах, их суровые взгляды упали на карету за спиной Цинь Му.

Ло Сяо, сидящий в карете, заметно побледнел и поднялся, шепча себе под нос:

— Я вышел из Великой Пустоши с мыслью, что умру. Но я не думал, что умру, не увидев дворца предков. Интересно, удастся ли мне воссоединиться с духами предков, если я умру здесь…

Цинь Му вздохнул, его пилюля меча снова поднялась в воздух. Он чувствовал себя беспомощным, ситуация казалась ему нелепой: «Неужели они умерли от моей руки?»

Владыки Звёзд Пяти Элементов одновременно прокричали:

— Нужно призвать исконную звезду!

Владыка Сатурна закружился, его змеиное тело начало расширяться, превращаясь в огромную змею длиной в тысячу километров. Он свернулся в клубок, его тело начало извергать ауру смерти!

Пространство вокруг начало грохотать, внезапно, мировой барьер Первобытного Царства пробила звезда смерти, поверхность которой появилась в небе!

Мрачная звезда протискивалась в Первобытное Царство из другого мира. Она становилась всё больше, и Цинь Му обнаружил, что это был Сатурн!

Вокруг Сатурна сверкали семьдесят грязно-жёлтых ореолов, усеянные бесчисленные звёздами. Несмотря на то, что они были большими, на фоне Сатурна они казались небольшими точками.

Звёзды, покрытые дворцами, сверкали лучами света. Бесчисленные полубоги с телами змей взмывали в воздух, стуча в барабаны и громко крича, из-за чего поверхность райской реки начала дрожать.

Сатурн, будучи одной из самых старых звёзд, являлся местом рождения Владыки Сатурна. Его освещали лучи света, исходящие от Великого Дао Смерти. Следуя зову Владыки Сатурна, он медленно опускался в Первобытное Царство.

Цинь Му тут же почувствовал, что что-то было не так. Как только в небе появился Сатурн, аура Владыки Сатурна начала усиливаться!

Было очевидно, что место рождения усиливало Великое Дао древних богов!

Подняв глаза, Цинь Му увидел невероятно большой жертвенный алтарь в центре Сатурна. В этом месте лучи Великого Дао Смерти были наиболее плотными.

Именно связь между гигантским алтарём и Владыкой Сатурна позволила последнему притащить Сатурн в Первобытное Царство без помощи жертвоприношения!

— Этот алтарь напоминает алтари Мастеров Создания! — сердце Цинь Му дрогнуло.

Ло Сяо направил своё сознание в сторону Цинь Му:

— Влиятельные семьи создали ужасающую форму жизни, которая в конце концов их погубила…

Прежде чем Цинь Му успел погрузиться в мысли, небо снова раскололось, и в нём показалась голубая звезда, протискиваясь через барьер Первобытного Царства!

Небо наполнилось ужасающей убийственной аурой. Вторая звезда была покрыта тюрьмами, переполненными богами с телами змеи и красными волосами. Держа в руках всевозможные инструменты для пыток, они радостно визжали.

На этой звезде Цинь Му заметил ещё один жертвенный алтарь.

В то же время в Первобытное Царство начал спускаться пламенный Марс.

Звезда не горела, на самом деле её окутывала отвратительная чумная аура.

Посреди этой ауры показались бесчисленные боги и дьяволы с бычьими рогами и молотами в руках. Они яростно стучали молотами себе в грудь, создавая звук барабанов!

Грохот раздался снова, и в небе появился зелёный Юпитер. Он тоже был окутан ореолами, в которых расправили свои крылья бесчисленные птицеподобные боги. Они накрыли собой небо и землю, их визг сотрясал округу!

Внезапно небо стало белым, как снег, и в Первобытное Царство спустилась Венера. С её поверхности поднялись боги и дьяволы с тигриными головами, мчась в сторону райской реки. В их руках были бронзовые топоры, а их рёв был громче грома!

Места рождения Владык Звёзд Пяти Элементов появились одно за другим!

Как ни странно, в центре этих древних звёзд находились невероятно большие жертвенные алтари!

Сердце Цинь Му замерло, когда он обнаружил, что ауры Владык Звёзд Пяти Элементов быстро растут. Появление звёзд в небе увеличило их способности в несколько раз. Насколько сильными они станут, когда звёзды спустятся в Первобытное Царство целиком?

Ло Сяо вышел из кареты, взглянул на звёзды и засмеялся:

— Мои предки должны уже давно должны были заплатить за свою жадность. Сегодня я сделаю это вместо них… Небесный Преподобный Му, это грех моих предков, и он не имеет к тебе никакого отношения. Я сам во всём разберусь…

Прежде чем он успел договорить, силуэт Цинь Му увеличился в размерах, в его руке вспыхнул свет меча. В этот раз он был даже более ужасающей чем тот меч, что убил тысячи богов и дьяволов. После первого же его движения в небо поднялось море крови!

— В таком случае я убью их до того, как звёзды пяти элементов успеют опуститься! Янь’эр! — Цинь Му завопил, бросаясь в сторону Владыки Сатурна с мечом в руке. — Ешь, что хочешь! Жирдяй, выпусти драконов и используя Писания о Взращивании Драконов!

Янь’эр тут же взревела, и маленький зелёный воробей полетел в сторону Владыки Меркурия. Расправив свои крылья, она превратилась в драконьего воробья длиной в тысячи километров, из её головы вылетел исконный дух драконьего воробья!

Цилинь выпустил небесных драконов, и они тут же решили сдаться. Даже слабоумный дракон, который твердил, что они смогут одолеть Владык Звёзд Пяти Элементов, потерял боевой дух и проговорил:

— Мы с ними не справимся, они ведь древние боги. Бежим!

Тело цилиня задрожало, превращаясь в человека с головой цилиня и хвостом дракона. Исполнив Писания о Взращивании Драконов, он начали бить их кнутом:

— Ваше совершенствование сильнее, чем у меня, но вы такие трусы! Ко мне!

Драконы подлетели к нему, и обмотал их вокруг своих рук, ног и тела.

С помощью писаний он мог использовать силу небесных драконов, и его совершенствование выросло во множество раз. Он преодолел области Южных Небесных Врат, Яшмового Водоёма и Сцены Казни Бога, оказываясь посреди Зала Непостижимого Неба Нефритовой Столицы.

— Владыка Взращивания Драконов и вправду талантлив!

В то же время Янь’эр сражалась с Владыкой Меркурия, который контролировал убийство и наказание. Его совершенствование вспыхнуло, и он схватил Янь’эр за лапу, собираясь разорвать её надвое. В этот момент её исконный дух взмыл в воздух и заточил его в ловушку.

Владыка меркурия тут же был подавлен и не мог пошевелиться.

Крепко сжав его когтями, Янь’эр начала стучать по голове Владыки Меркурия клювом, и вскоре в ней образовалась дыра. Его три души тут же были разрушены.

Янь’эр радостно подняла труп в воздух и выпрямилась, прежде чем проглотить его.

Владыка Меркурия был большим и длинным, и Янь’эр пришлось заталкивать его когтями. Она закончила лишь спустя некоторое время.

Тем не менее, когда она отрыгнула, его хвост снова оказался снаружи.

— Я могу съесть лишь одного… — Янь’эр разочарованно посмотрела на других Владык Звёзд и проговорила. — Закопайте их. Они будут долго сохраняться…

Глaва 1050. Падение Пяти Элементoв

С противоположной стороны Владыка Сатурна столкнулся со светом меча. Он незамедлительно отреагировал, одной рукой поднимая зеркало, чтобы отбить меч, а другой вонзая белое знамя в поверхность райской реки!

Бум!

Вода внезапно разлетелась в стороны, белое знамя увеличилось в размерах, закрывая собой пол неба. Свет меча Цинь Му со свистом влетел в зеркало, прежде чем вылететь из знамени.

В то же время вокруг появились бесчисленные мастера создания, в межбровьях которых сияли Божественные Камни Великого Первоначала. Полагаясь на свою огромную физическую силу, они схватили лучи меча и бросили их в Цинь Му.

Владыка Сатурна был лидером пяти элементов, и, естественно, обладал огромной силой. В то же время меч Цинь Му содержал в себе навыки меча будущего, и был создан из девятнадцати форм меча, объединённых двадцатой формой, которая позволяла их энергии объединиться в Меч Дао.

Тем не менее, белое знамя Владыки Сатурна было связанно с зеркалом, и в нём скрывались бесчисленные трупы мастеров создания. Их физические тела были невероятно сильными, что позволило им перенаправить мечи Цинь Му.

Можно было предвидеть, что сильнейший из Владык Звёзд Пяти Элементов сумеет использовать навыки меча Цинь Му против него самого.

Место его рождения, Сатурн, спустилось, и его магическая сила выросла вместе с его совершенствованием Великого Дао. Добавив к этому фокус со знаменем и зеркалом, он сумел перевернуть ситуацию в свою пользу.

В следующий момент третий глаз Цинь Му открылся, и его сознание затопило округу, тут же поглощая трупы мастеров создания!

Будучи богом, контролирующим Великое Дао Смерти, Владыка Сатурна сумел взять тысячи трупов мастеров создания под свой контроль. Убивая мастеров создания в битве, он воровал их души, после чего использовал их для контроля тел.

Эти мастера создания принадлежали к влиятельным семьям, и почти все они погибли от его руки.

Во время доисторической эпохи Владыка Сатурна полагался на Великое Дао смерти, которое дало ему преимущество в битве.

Но использовав своё сознание, Цинь Му почти мгновенно взял физические тела мастеров создания под свой контроль. Он исполнил технику кражи тела Великого Императора, тут же разрушая фокус Владыки Сатурна!

Сочетание божественных сокровищ, системы райских дворцов и Великого Всеобъемлющего Сознания Великого Императора, позволило ему превзойти любые техники, которые мог использовать Владыка Сатурна. Отобрать у него контроль над трупами было лёгкой задачей.

Владыка Сатурна был шокирован, понимая, что всё идёт не по плану. В этот момент тысячи мастеров создания использовали свет меча, уничтожая его зеркало и знамя.

Затем трупы выстроились в тридцать три ряда, образовавшие построение меча, и бросились на него.

Владыка Сатурна яростно закричал и двинулся им навстречу вместо того, чтобы убежать.

Он правил над душами мёртвых, поэтому не знал страха.

Тем не менее, в небе поднимался свет меча.

Несмотря на то, что мастера создания не владели навыками и построениями меча, ими управлял Цинь Му.

Построение меча тут же было сформировано, превращаясь в тридцать три неба.

Владыка Сатурна тут же ощутил сильную боль. Тридцать три неба пути меча Императора-Основателя разрубили его тело на тридцать четыре куска. Их сила вспыхнула, формируя солнце, луну, горы, реки, растения и формы жизни тридцати трёх небес!

Его исконный дух и физическое тело упали, как только сила Дао Меча будущих поколений проникла в его тело!

Он управлял смертью, но в этот момент сам почувствовал её приближение.

Цинь Му убил самого сильного из Владык Пяти Элементов, Сатурна, с помощью навыка меча Императора-Основателя, после чего резко развернулся, но уже было слишком поздно.

Как только он убил Владыку Сатурна, на него набросился Владыка Венеры верхом на двух драконах. Один из драконов тут же столкнулся с Цинь Му, сбивая его с ног.

Тело Цинь Му отлетело к поверхности райской реки. Владыка Венеры бросился вслед за ним, превращая его тело в кровавое месиво!

Золотой дракон взмахнул лупой, отбросив тело Цинь Му прочь, после чего два дракона выплюнули свои драконьи бусины, которые тут же разразились лучами энергии, пронзая Цинь Му.

Владыка Венеры открыл глаза, и из них вырвался белый свет, устремившись в сторону Цинь Му.

В этот момент его тигриную голову схватила огромная рука и потащила к себе.

Владыка Венеры был шокирован, увидев перед собой лицо цилиня.

Цилинь засунул обе руки в тигриную пасть Владыки Венеры, после чего разорвал её надвое и выплюнул в его горло свои бусины цилиня и дракона.

Затем он закрыл рот Владыки Венеры.

Цилинь тщательно обрабатывал свои бусины. Путешествуя вместе с Цинь Му, он изучил множество техник Императорского Трона, и первым изучал все пути, навыки и божественные искусства Цинь Му. Он владел Таинственными Писаниями Бесстрастного Создания, Тремя Исконными Духами Бессмертного Сознания Бога, Небесной Техникой Боевых Искусств, Сутрой Тёмного Мо Цзя и другими.

Две бусины были превращены в божественное оружие. Заимствуя силу шести небесных драконов области Нефритовой Столицы, его совершенствование стало настолько высоким, что достигло области Непостижимого Неба. Сила его бусин взорвалась во рту Владыки Венеры, и глаза последнего тут же вылетели, его горло и внутренние органы были почти полностью уничтожены.

Тем не менее, он до сих пор оставался жив, двое его золотых драконов набросились на цилиня, пытаясь свернуть его шею. Драконы были созданы из энергии золота, их когти были невероятно острыми, они были уверенно настроены обезглавить цилиня.

Два небесных дракона на плечах цилиня немедленно открыли пасти, вонзая зубы в золотых драконов. Те тут же начали истекать кровью.

Владыка Венеры попытался освободиться от хватки цилиня, однако сделать это без глаз было невероятно сложно.

Цилинь ничего не боялся, так как его тело было обмотано небесными драконами, которые блокировали любые атаки. Они напоминали шесть рук, исполняя под руководством цилиня пути, навыки и божественные искусства. Которых никогда раньше не знали. Владыка Венеры не мог освободиться от их давления.

Владыка Марса и Юпитера бросились в его сторону. Первый держал в руках два молота, его бычья голова выглядела невероятно ужасающе. В то же время у Владыки Юпитера была голова птицы, а под его ногами извивались два божественных дракона, которые внезапно превратились в лук и стрелы.

Владыка Юпитера достал стрелу и выстрелил ею прямо в сердце Владыки Венеры.

Цилинь шокировано дрогнул, увидев, как раны Владыки Венеры быстро заживают. В его пустых глазницах появлялись два новых глаза!

«Владыка Юпитера — древний бог, управляющий Великим Дао жизни и жертвоприношения. Он стрелял во Владыку Венеры не для того, чтобы убить его, а чтобы вылечить!»

Силы Владыки Венеры полностью восстановились и даже стали выше, чем до этого. Объединив усилия с Владыками Марса и Юпитера, они быстро одолели цилиня.

В этот момент в небе показался драконий воробей. Схватив Владыку Юпитера когтями, они начали вертеться в воздухе. Две птицы яростно боролись, издавая громкие визги.

Владыка Юпитера видел, как Янь’эр убила Владыку Меркурия, поэтому был испуган. Тем не менее, проглотив труп Меркурия, Янь’эр превратилась в шарик с крыльями. Её было тяжело лететь, что придало ему смелости в бою.

«Если я доживу до того момента, как спустится моя исконная звезда, убить эту птицу будет несложно!» — думал он.

Владыка Марса набросился на цилиня и начал атаковать его своими молотками. Между тем к нему помчался Цинь Му, которому каким-то образом удалось воскреснуть.

Сердце Владыки Марса дрогнуло, когда он увидел ладонь Цинь Му. Она принимала множество форм, будто пыталась исполнить несколько техник одновременно.

Внезапно все эти движения объединились в один удар, который пролетел мимо молотов и ударил прямо в его грудь.

Услышав хруст своих костей, Владыка Марса улетел прочь.

Цинь Му погнался за ним, его руки начали разделяться надвое до тех пор, как их стало восемь. Активировались бесчисленные руны, обрушивая на Владыку Марса множество божественных искусств.

Владыке Марса тут же показалось, что его тело стало невероятно высоким, будто на него упали небеса. Вскоре его божественные искусства обрушились на его тело, разрывая его на части.

К счастью, его тело было невероятно сильным, и сумело выстоять.

Цинь Му поднял свои восемь рук, его третий глаз ярко засиял, образуя над Владыкой Марса небеса.

Несмотря на то, что Владыка Марса продолжал чувствовать на себе ужасающее давление магнетизма, его тело не упало на райскую реку. Вместо этого оно начало подниматься к небу.

Его физическое тело начало растягиваться.

В следующий миг раздался загадочный, глубокий голос Небесного Дао, принадлежащий Великому Дао Небесного Герцога.

Он хотел посмотреть вверх, но не смог поднять голову.

Повертев глазами, он обнаружил, что молотки, которые он выковал с помощью Великого Чумного Дао Марса, стали тонкими, будто бумага.

Тонким стало не только его оружие Дао, но и его физическое тело постепенно превращалось в лист бумаги.

Его тело продолжало подниматься, с такой скоростью он уже должен был покинуть пределы Первобытного Царства, но посмотрев вниз он обнаружил, что до сих пор стоит на райской реке неподалёку от Цинь Му.

Картинка перед его глазами становилась всё мутнее, будто перед его глазами покрывались слои пустоты.

Он чувствовал, что продолжает растягиваться и становиться невероятно тонким. Даже его мысли стали невероятно хрупкими.

В конце концов он поднялся вершину неба, превращаясь в отпечаток на его поверхности.

Цинь протянул руку, чтобы снять его, и в небе появилась трещина.

Это были четвёртые небеса его пути божественных искусств, Великое Всеобъемлющее Небесное Завершение.

В этот момент Цинь Му развернулся и исполнил третьи небеса своего пути божественных искусств.

После этого райская река сильно дрогнула, её течение остановилось. В божественном искусстве образовалось своё собственное небольшое течение, напоминающее крохотную райскую реку.

Крохотная райская река текла через четыре полюса, на которых виднелись Зелёный Дракон, Белый Тигр, Чёрная Черепаха и Красная Птицы, описывая круг.

Тело Цинь Му возвышалось в центре круга, образованного райской рекой, руны его Великого Дао отбились на четырёх полюсах. Используя силу райской реки и четырёх божеств, он мог контролировать законы Великого дао Неба и Земли, будто Небесный Император.

Вид Райской Реки на Четыре Полюса.

Исполнив это божественное искусство, Цинь Му тут же схватил цилиня и Владыку Венеры, сражающихся между собой, и затащил их внутрь.

После этого бой длился лишь несколько мгновений.

До этого сражающиеся несколько раз менялись местами, проследить за ними было невероятно сложно.

Это усложняло ситуацию для Ло Сяо, который был готов сражаться до смерти, но не смог подобрать подходящего момента, чтобы вмешаться.

Лишь после того, как Цинь Му использовал третьи небеса своего пути божественных искусств, для него наступил подходящий момент, но к этому времени Владыка Венеры уже погиб от руки Цинь Му и цилиня.

Цинь Му успокоился и фыркнул. В этот момент Владыка Юпитера оттолкнул толстого воробья прочь и полетел в сторону Юпитера, большая часть которого уже находилась в Первобытном Царстве. Он прокричал:

— Небесный Преподобный Му, тебе конец!

— Ты вступил в сговор с мастерами создания, чтобы убить древних богов. Небесный Император убьёт всю твою семью! Твоя раса людей тоже будет уничтожена!

Янь’эр бросилась вдогонку, но быстро выбилась из сил из-за лишнего веса.

Цилинь тоже погнался следом. Ему быстро удалось догнать Янь’эр, но догнать Владыку Юпитера ему не получилось.

Владыка Юпитера двигался всё быстрее и быстрее. Если бы он достиг Юпитера, то ему больше не стоило бы бояться Цинь Му и остальных.

Внезапно мимо Янь’эр и цилиня пролетело огромное тело, быстро оставляя их позади.

Цилинь был шокирован. Это тело принадлежало юноше по имени Ло Сяо, которого подобрал Цинь Му.

Парень поднимался в небо, увеличиваясь в размерах. Вскоре он стал значительно больше Владыки Юпитера. Даже звёзды пяти элементов казались на его фоне не слишком огромными.

Цинь Му поднял взгляд. Гиганты первобытных времён, мастера создания, вернулись в небо Первобытного Царства спустя огромное количество лет.

Ло Сяо протянул ладонь и схватил Владыку Юпитера, спешащего к своей звезде.

Глaва 1051. Шокиpующие перемены

— Он и вправду мастер создания!

Владыка Юпитера не мог освободиться из руки Ло Сяо, и был ужасно удивлён. Мастер создания был невероятно силён, сильнее любого другого мастера создания, которого он когда-либо встречал. Должно быть, этот парень был очень талантлив.

Тем не менее, чтобы у древних богов были свои способы бороться с древними богами.

Мастера создания не совершенствовали Дао или божественных искусств, а развивали лишь своё сознание, которое использовали для укрепления своих физических отел. Они воображали вещи, но не имели исконного духа, что делало их души невероятно слабыми. У них были очень уязвимые места.

Владыка Юпитера контролировал Дао жизни и жертвоприношений. Как только ладонь Ло Сяо его схватила, её размеры начали расширяться. За короткое время она стала в четыре раза больше обычного и начала разрушаться под своим собственным весом!

Её кости начали ломаться под весом мышц!

Более того, его рука тоже постепенно начала увеличиваться, казалось, будто невидимый поток поднимался от ладони по всему телу, заставляя его расти!

Физическое тело Ло Сяо и так было огромным, и когда Владыка Юпитера использовал Дао жизни, оно начало рушиться от своих размеров.

В древней первобытной эпохе этот приём всегда увенчивался успехом. Во время битвы в Области Ржавой Крови, бесчисленные мастера создания набросились на Владыку Юпитера, но их тела тут же разрушились, и они превратились в лужи крови, так и не успев к нему подобраться.

По прошествии бесчисленных лет та битва всё ещё оставалась самый масштабной и шокирующей битвой в истории.

В то время древние боги не имели себе равных, что позволило им захватить контроль над вселенной.

На протяжении миллиона лет между Эпохами Дракона Ханя и Вечного Мира, древние боги продолжали править миром.

Это было результатом битвы Области Ржавой Крови.

Ло Сяо знал об этой хитрости, поэтому отбросил Владыку Юпитера почти сразу после того, как схватил его. Тем временем его рука продолжала расти и разрушаться, рост постепенно передавался на его плечо.

Не тратя времени на размышления, Ло Сяо вообразил божественный нож и отрубил свою руку, чтобы предотвратить дальнейший рост.

Владыка Юпитера улетел в Первобытное Царство, он яростно махал крыльями, пытаясь восстановить равновесие. Тем не менее, Ло Сюань использовал своё сознание, чтобы вообразить метеориты, которые непрерывно ударяли в тело Владыки Юпитера, отчего тот продолжал лететь в Первобытное Царство.

Тело Ло Сяо уменьшилось в размерах, он бросился ¬вдогонку за ним, создавая всё больше метеоритов. Владыка Юпитера был вне себя от злости, когда внезапно его затылок атаковали две божественных жемчужины.

Владыка Юпитера был шокирован, его души внезапно рассеялись. В то же время Янь’эр вонзила в его тело свои когти, разрывая на части, а свет меча Цинь Му пронзил три его души одним ударом.

Ло Сяо рассеял своё сознание и спустился. Сорвав с себя одежду, он обмотал ею отрубленную руку и поклонился Цинь Му:

— Небесный Преподобный Му, теперь, когда меня разоблачили, древние боги начнут на меня охотиться и попытаются нас найти. Мне скоро конец. Я чувствую вину за то, что вовлёк тебя в это, и не думаю, что смогу вернуть долг в этой жизни. Прощай!

Цинь Му улыбнулся:

— Мастер Создания Ло Сяо, мы с тобой одного рода. Почему ты так спешишь уйти? Разве ты не хотел найти дворец предков? Без моей помощи тебе не удастся это сделать.

Сердце Ло Сяо дрогнуло, он остановился.

Цинь Му проговорил:

— Единственный, кто может тебе помочь — это я. Древние боги — наши общие враги. Давай сговоримся… тьфу, тьфу! Давай вместе встретимся с врагом. Может быть, мы сможем помочь друг другу.

Ло Сяо ошеломлённо на него посмотрел. Цинь Му подошёл к карете и отодвинул занавеску. Немного колеблясь, Ло Сяо стиснул зубы и вошёл.

Цилинь рассеял Писания о Взращивании Драконов и привязал драконов к карете, в то время как Янь’эр носилась вокруг, собирая тела Владык Звёзд Пяти Элементов и думая: «Они долго будут съедобны…»

Внезапно в небе раздался оглушительный грохот. Цилинь и Янь’эр подняли взгляды, увидев Венеру, Меркурий, Сатурн и другие звёзды, разрубленные напополам мировым барьером!

Боги пяти элементов сбежали с их поверхности, но многие из них были разрублены пополам. Пять половинок звёзд повисли в небе.

Цилинь рассчитал их траекторию и проговорил:

— Через пять тысяч лет они одна за другой упадут с неба и врежутся в Первобытное Царство. Их сегодняшняя траектория очень опасна.

Янь’эр не волновала эта проблема. Превратившись в толстого зелёного воробья, она приземлилась возле цилиня и проговорила:

— К тому времени нас здесь не будет. Нужно как можно скорее найти мою маму!

Немного колеблясь, цилинь прошептал:

— В этот раз мы посеяли много хаоса. Нам не удастся скрыть тот факт, что мы убили Владык Звёзд Пяти Элементов от Небесного Герцога, Графа Земли и Матери Земли. Райские Небеса и другие древние боги скоро об этом узнают. Боюсь. Что теперь нам нельзя идти на райские небеса…

Янь’эр ошеломлённо дрогнула и посмотрела на Цинь Му.

Цинь Му проговорил:

— Янь’эр, для начала нам нужно найти дворец предков. У нас ещё есть время, чтобы найти твою маму.

Янь’эр оставалось лишь кивнуть.

Цилинь спросил:

— Владыка Культа, где находится дворец предков?

— Это зависит от того, на какой высоте располагаются райские небеса, — ответил Цинь Му. Чтобы узнать. Где находится дворец предков, для начала нужно определить высоту райских небес Дракона Ханя. Мне уже известны координаты Первобытного Царства, Юду, Сюаньду и Четырёх Полюсов. Единственное, чего я не знаю — это первичное местоположение райских небес. Тем не менее, раз мы уже здесь, то узнать это будет несложно.

Цинь Му открыл окно кареты и взглянул на райские небеса, расположившиеся вдоль райской реки. Погрузившись в мысли, он проговорил:

— Теперь, когда райские небеса знают о их смерти, они вероятно отправят десятерых стражей, или армию древних богов, чтобы схватить и убить нас. Но нам нужно подобраться ближе. Как только мы измерим высоту райских небес, то тут же уйдём.

Цилинь задрожал от страха, направляя карету в сторону райских небес:

— Что, если мы не успеем уйти вовремя? В этой эпохе убийство древнего бога — это шокирующее преступление…

Как и ожидалось, битва над райской рекой вызвала огромный переполох. За ней с Первобытного Дерева наблюдала Мать Земли и Небесный Герцог из Сюаньду.

Даже Граф Земли, сидящий в Юду, стал свидетелем произошедшего.

Тем не менее, все они понимали, что не должны вмешиваться в происходящее, и просто молча наблюдали за развитием событий.

Владыки Звёзд Пяти Элементов были древними богами, которых отправили в Первобытное Царство, Сюаньду и Юду, чтобы следить за Графом Земли, Небесным Герцогом и Матерью Земли. Поэтому последние предпочли наблюдать как их убивают. Не вмешиваясь.

Битва закончилась так быстро, что райские небеса не успели отреагировать, так же, как и Небесный Герцог и Граф Земли.

Тем не менее, эта битва несла в себе глубокий смысл, который заставил Графа Земли, Небесного Герцога и Мать Земли задуматься.

Небесный Преподобный Му, вызвавший много шума на Собрании Яшмового Водоёма, появился снова, спустя тысячу лет, и теперь у него была сила убивать древних богов.

— Начало цивилизации случилось тогда, когда обычные люди обрели силу убивать древних богов, — снежные брови Небесного Герцога дёргались, будто лучи солнца. Его голос прогремел над Сюаньду.

— Сначала люди научились языку богов и обрели способность общаться. После этого они научились создавать и пользоваться инструментами.

— После этого они овладели рунами и божественными искусствами.

— A теперь они начали постигать Великие Дао, — на лице Небесного Герцога не было заметно никаких эмоций, когда он говорил. — Наследственный Король Богов, это и есть цивилизация. Революция, которая заменит древних богов, уже началась. Я вижу закат древних богов и их эпохи.

Потомственный Король Богов витал перед огромным лицом Небесного Герцога. Поклонившись, он проговорил:

— Отец, если люди создали цивилизацию и планируют свергнуть власть древних богов, почему бы их не уничтожить? Я могу спуститься и сделать это!

Небесный Герцог ответил:

— Ты ошибаешься, Потомственный Король Богов. Мой сын, будучи хозяином Сюаньду и богом, рождённым Великим Дао, я не могу злиться или удивляться происходящему. Я не могу принимать решений, исходя из своих предпочтений. Небесный Герцог не может помогать или вмешиваться. Вместо этого, он должен молча наблюдать за изменениями, так как это и есть путь Небесного Дао.

Потомственный Король Богов возразил:

— Отец, ты ударишь лишь тогда, когда они изменят цикл Великих Дао и ослабят Небесное Дао?

Небесный Герцог проговорил:

— Будучи богом, рождённым от Великого Дао, я не смогу вмешаться даже когда это произойдёт. Мы управляем орбитами небес и миллиардами звёзд. Мы должны наблюдать за происходящим и дать цивилизации время для развития. Это радость покоя.

— Разве ты не слишком упрям, отец? — Потомственный Король Богов обернулся, его плащ закрыл половину лица Небесного Герцога. — Древние Боги пренебрегали

— Древние боги пренебрегли своим положением и позволили смертным переступить через себя. Вы можете это терпеть, но я нет! Я спущусь сейчас же! — после того, как он это сказал, с тела Небесного Герцога спустились бесчисленные боги, двигаясь следом за Потомственным Королём Драконов.

Небесный Герцог не стал вмешиваться в их дела.

Юду.

Это место было окутано дьявольской аурой. Граф Земли мирно правил тёмной стороной тысяч миров. Бесчисленные небеса, расположенные здесь, существовали под его пристальным надзором.

Молодой Небесный Преподобный Ю подлетел к его краю, наблюдая за битвой над райской рекой.

Его третий глаз моргнул, когда картина впереди успокоилась.

— Ю, пришло твоя время.

Перед ним показался исконный дух Графа Земли, проговорив:

— Ты должен радоваться. Микроскопические формы жизни вроде тебя скоро начнут править вселенной. Я уже вижу, как наше время иссякает.

Небесный Преподобный Ю поклонился:

— Та собираешься нас истребить, Граф Земли?

Тот покачал головой:

— Я был рождён Дао, и контролирую миром мёртвых. Меня не волнует ничто другое. Тем не менее, при виде этой революции моё сердце наполняется ожиданиями. Я думаю, что смотрю слишком далеко, и вижу конец эпохи, который наступит через десять тысяч или через миллион лет. Я вижу. Как формы жизни после начала берут силу Великих Дао под свой контроль, что меня радует. Ю, я хочу изменяться так, как вы.

Он улыбнулся и продолжил:

— Возможно, однажды я буду ходить по миру живых, как обычный человек и достигну прорыва. Расти быстро, когда я реинкарнирую, мне нужно будет, чтобы ты помог мне заботиться о Юду.

Первобытное Царство.

Мать Земли стояла перед дворцом на Первобытном Дереве. Вокруг неё находились шокированные древние боги Первобытного Царства. Среди них были цилини, фениксы, небесные драконы и таотэ.

Они тоже стали свидетелями битвы и почувствовали страх смерти.

Мать Земли окинула их взглядом и проговорила:

— Великие перемены уже начались, но вы чувствуете себя испуганными и бессильными, чем меня разочаровываете.

Боги ответили:

— Когда люди овладели божественными искусствами, они начали изменять географию земель. Русла рек и горные хребты. Они занимались добычей, вырубанием лесов и выращиванием растений. Им даже удалось приручить схваченных животных. Теперь Небесный Преподобный Му убил Владык Звёзд Пяти Элементов, что нас опечаливает.

Мать Земли улыбнулась и проговорила:

— Возможно, они начали осваивать силу Дао, но сейчас они контролируют только наши Дао. Могут ли они создать Великое Дао из ничего? Мы одарены талантом, и нам нужно лишь тренировать своё собственное Дао, достигая его пределов. Люди и формы жизни после начала никогда не станут лучше нас. Владыки Звёзд Пяти Элементов были достаточно глупы, чтобы думать, что они родились от Дао, и ошибочно пытались понять источник своей силы. Их смерть не была случайной.

Древний цилинь проговорил:

— Тем не менее, формы жизни после начала могут размножаться быстрее нас. Их репродуктивные функции слишком сильны.

— Тогда нам нужно рождать больше детей. Чем больше, тем лучше.

Мать Земли улыбнулась:

— Численность — это источник силы. Чем больше у человека детей, тем устойчивее его власть.

На Небесах Ханя Небесный Преподобный Юнь смотрел на пять звёзд, повисших в небе. От них остались только половинки.

— Старый Даос, старый Даос! — позвав Предка Дао, он проговорил. — Пять звёзд бедствий погибли, они оставили здесь места своего рождения. Должно быть, там есть что-то полезное. Туда можно подняться? Мы можем изучить Великое Дао Владык Звёзд Пяти Элементов, свет их Дао ещё не рассеялся.

Предок Дао ответил:

— Их Великое Дао слишком глубоко. Чтобы его изучить, нужно приложить много усилий.

— Здесь нам и поможет твоя математика! — Небесный Преподобный Юй позвал к себе нескольких богов человеческой расы, владеющих математикой, и отправился к звёздам пяти элементов. — Вы слышали слухи? Их убил Небесный Преподобный Му. Я хочу поговорить с ним, но не знаю, куда он отправился.

Он выглядел крайне взволнованным:

— Я хочу с ним встретиться!

Карета остановилась вдали от райских небес. Цинь Му провёл расчёты, чтобы определить пространственные координаты райских небес, чтобы определить местоположение дворца предков. Облегчённо вздохнув, он проговорил:

— Я нашёл точное местоположение райского дворца.

Ло Сяо посмотрел на него и внезапно спросил:

— Небесный Преподобный Му, кто ты такой?

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— В будущем ты узнаешь.

— Владыка Культа, к нам несётся армия райских небес! Кажется, это Флот Райской Реки! — проговорил цилинь.

Цинь Му поспешно проговорил:

— Уходим!

В этот момент по реке пронёсся чей-то силуэт. Приближаясь к карете, он прокричал:

— За мной мчится Флот Райской Реки. Пожалуйста, спаси меня!

Цинь Му выглянул в окно и увидел молодого человека в широкой мантии. Тот был явно испуган.

— Ты кто? — Сердце Цинь Му дрогнуло.

— Я Хун, Да Хун!

Волосы Цинь Му встали дыбом.

Глaва 1052. Бpатcкая любoвь

— Хун, Да Хун. Неужели это Небесный Преподобный Хун? Он и в то время являлся Великим Императором?

Цинь Му уставился на этого молодого человека в широкой мантии, и ему сразу же показалось, будто его душат.

Он подозревал, что Небесный Преподобный Хун — это личность, под которой на райскиx небесах скрывался Великий Император. Теперь, когда парень по имени Хун внезапно появился перед Цинь Му, ему начало казаться, будто за ним следят.

Если бы он не вернулся с будущего и не знал о Небесном Преподобном Хуне, то этот парень по имени Да Хун мог бы его одурачить.

Если Хун и вправду был Великим Императором, это было бы ужасно.

Сила Великого Императора была на уровне существ вроде Небесного Императора. Его физическое тело было самым сильным, среди мастеров создания, хотя Цинь Му подозревал, что у Небесного Императора оно всё же было сильнее.

Тем не менее, можно было с уверенностью утверждать, что сознание Великого Императора не имело себе равных. Даже Багровый император, известный своим Сознанием Бессмертного Бога, не шёл с ним ни в какое сравнение!

Если бы Великий Императора хотел его убить, это не составило бы ему труда.

Цинь Му сел в карету, чувствуя, будто сидит перед древним Великим Императором. По его спине пробежали мурашки, он со всех сил пытался держать себя в руках.

Над райской рекой колыхались паруса бесчисленных кораблей, на каждом из которых были тысячи существ, большинство из которых были полубогами, достигшими области богов.

Посмотрев на этот флот, Цинь Му улыбнулся:

— Друг Дао Хун, тебя преследует слишком много людей. Было бы хорошо, если бы ты нас не подставлял.

Внезапно Хун запрыгнул в карету, со словами:

— Небесный Преподобный Му, тебя ведь тоже хотят убить. Если ты возьмёшь меня с собой, то ничего не изменится, верно?

Он вошёл в карету, в то время как Цинь Му со всех сил пытался подавить свой страх. Великий Император этой эпохи ещё не потерпел поражения от Небесного Преподобного Юня и мастеров создания Великой Пустоши.

Небесному Преподобному Юнь и мастерам создания удалось убить его физическое тело и половину сознания, но пока что Великий Император был на вершине своей силы.

Цинь Му снова почувствовал, как по его шее течёт холодный пот, и попытался это остановить. Улыбнувшись, он проговорил:

— Хун, ты меня знаешь?

Хун уселся напротив Ло Сяо и посмотрел на него, прежде чем выглянуть наружу. Он заметно волновался, проговорив:

— Тысячу лет назад Небесный Преподобный Му поднял много хаоса на Собрании Яшмового Водоёма. Ты был атакован видением Госпожи Юаньму и даже ранил Небесного Преподобного Хао, несмотря на давление со стороны видения. Ты поразил небо и землюю. Разве после этого есть кто-то, кто о тебе не знает?

В то же время, снаружи кареты раздался ещё один крик о помощи:

— Это Небесный Преподобный Му? Спаси меня!

Цинь Му, Ло Сяо и Хун выглянули наружу и увидели армию, выходящую из Южных Небесных Врат. Это была армия южной секты, которая гналась следом за красивым юношей.

Юноша мчал по райской реке в сторону кареты. Быстро её догнав, он прокричал:

— Бежим, бежим!

Армиями четырёх сект райских небес правили четыре небесных мастера. Несмотря на то, что Цинь Му не знал, кто занимал эти должности во время Эпохи Дракона Ханя, но человек, который заставил южную секту гнаться за собой, определённо был кем-то важным!

Карета умчалась прочь, оставив Флот Райской Реки и Южную Секту позади.

Цинь Му использовал силу своего сознания, чтобы дать цилиню координаты дворца предков, после чего тот повернул карету.

В тот же миг он почувствовал, что кто-то роется в его сознании.

Это делал Ло Сяо. Он хотел узнать о Цинь Му, так как тот обладал сильным, загадочным сознанием и много знал о мастерах создания.

Поэтому, как только он ощутил волну сознания Цинь Му, он тут же попытался её исследовать.

Тем не менее, Цинь Му также почувствовал второе сознание.

Оно было настолько незаметным, что его было почти невозможно обнаружить!

Это сознание происходило из пустоши. Если бы Цинь Му не овладел Великим Всеобъемлющим Сознанием Великого Императора, то не смог бы его заметить.

Ему было сложно сказать, кому из двух парней в карете принадлежало это сознание.

«Можно не сомневаться, что Великий Императора здесь!»

Подавив свой страх, Цинь Му проговорил:

— Неужели друг Дао Хун в то время тоже был на райских небесах? Если ты не был на Собрании Яшмового Водоёма, то может быть, ты был на Собрании Райских Небес? Если тебя пригласил Великий Император, то ты должен обладать невероятной силой. Ты лидер полубогов? Почему тогда на тебя охотится Флот Райской Реки?

Хун скрестил руки и вздохнул:

— Ты умён, Небесный Преподобный Му. Я сильнейший демон в мире и отличаюсь от вас, людей. Мы, демоны, очень рано проснулись. Когда вы ещё не могли совершенствовали, мы уже этим занимались. Я был первым из демонов, и меня тоже пригласили на Собрание Райских Небес. Вот только я всё время провёл в Зале Непостижимого Неба и так и не встретился с тобой, Небесным Преподобным Му.

— Понятно, — Цинь Му посмотрел на красивого юношу, севшего в карету, и мысленно похвалил его внешность, которая не уступала Сыну Небесной Инь. Улыбнувшись, он проговорил. — Можно узнать твоё имя, друг Дао?

— Я Сяо, — улыбнулся юноша, — Сяо из расы людей. Сяо на рассвете. Небесный Преподобный, должно быть, ни разу не слышал моего имени, но я слышал твоё множество раз.

Сердце Цинь Му сильно дрогнуло, он подумал: «Это ведь не Небесный Преподобный Сяо, правда? Если это так, то в моей скромной карете скоро будет много драмы и событий. Ко мне одновременно явились Небесный Император и Великий Император мастеров создания.»

Он подавил своё желание заставить Янь’эр погасить фонарь и сбежать. Улыбнувшись, он спросил:

— Сяо это имя, а фамилия у тебя какая?

Красивый юноша ответил:

— Небесный Преподобный Му этого не знает, но в детстве мне дали только фамилию. Более того, только важные люди заслуживают фамилии. Позже я придумал себе фамилию Гу. Поэтому я Гу Сяо, но большинство моих знакомых и дальше зовут меня Сяо.

Цинь Му смотрел на Да Хун и Гу Сяо, сидящих в карете, его сердце неистово билось.

Да Хун выглядел молодым. Он много улыбался, его поведение слегка напоминало поведение Небесного Преподобного Хуна из будущего.

Тем не менее, Гу Сяо был невероятно красивым и совсем не был похож на Небесного Преподобного Сяо.

Небесный Преподобный Сяо был надменным и высокомерным человеком. Тем не менее, он не был красив и не напоминал Гу Сяо.

Более того, исходя из возраста Небесного Преподобного Сяо, он ещё не должен был родиться. Он стал учеником Небесного Преподобного Юня посередине Эпохи Дракона Ханя.

«Этот и вправду Небесный Преподобный Сяо?» — подумал Цинь Му.

В карете воцарилась тишина. Четверо людей внутри погрузились в мысли.

Они уже покинули райскую реку. Место, куда Цинь Му сказал двигаться цилиню, находилось в открытом космосу.

Бесчисленные боги на кораблях Флота Райской Реки разъярённо кричали, размахивая своими флагами. Можно было увидеть, как от райской реки отделяется приток, неся их корабли вслед за каретой.

Хун выглянул наружу и на его лице возникло шокированное выражение. Его глаза загорелись, он спросил:

— Небесный Преподобный, ты пытаешься сбежать в открытый космос? Мировой Барьер Первобытного Царства очень прочен, и вырваться отсюда будет сложно.

Взгляд Цинь Му тоже загорелся, он спросил:

— Друг Дао, ты знаешь, как покинуть Первобытное Царство?

Хун покачал головой:

— Я хотел бы знать, но я застрял здесь, и не могу выбраться. Тем не менее, я слышал, что если следовать райской реке, можно покинуть Первобытное Царство, попасть в открытый космос и даже посетить четыре полюса, Сюаньду и Юду!

— Спасибо за твой совет, друг Дао Хун.

Цинь Му засмеялся:

— Ты говоришь, что ничего не знаешь, но всё же владеешь способом покинуть Первобытное Царство. Как странно.

Хун засмеялся.

Шу Сяо достал небольшую пилку и начал отпиливать куски своей брони, с любопытством смотря на Хуна:

— Почему тебя преследует Флот Райской Реки? Насколько я знаю, ты его адмирал. Сложно придумать, почему бы они за тобой охотились.

Сердце Цинь Му дрогнуло, когда он посмотрел на Да Хуна.

Хун Вздохнул:

— Я сделал ошибку и сказал лишнего. По правде говоря, когда Небесный Преподобный Му убивал Владык Звёзд Пяти Элементов на райской реке, я всё увидел и не удержавшись, похвалил его. Меня поразили божественные искусства Небесного Преподобного Му, хоть я и не намеревался восставать. Тем не менее, кто-то доложил обо мне Небесному Императору. Он впал в ярость и приказал схватить и казнить меня на Сцене Казни Бога. У меня не осталось выбора, кроме как бежать.

Цинь Му тяжело вздохнул и проговорил:

— Я никогда не думал, что подведу тебя, друг Дао Хун! Это моя вина!

Глаза Хуна загорелись, он посмотрел на Гу Сяо и проговорил:

— Я слышал, что небесный мастер Южной Секты невероятно загадочен и неуловим. В секте у меня есть несколько друзей, которые говорили, что он является богом из человеческой расы, что меня поразило. Неужели ты и есть этим мастером? Почему за тобой охотится твоя собственная армия?

Взгляд Цинь Му упал на Гу Сяо, он был заинтригован.

Го Сяо отложил свою пилу и вздохнул:

— У меня тоже возникли проблемы из-за сражения. Тем не менее, я провинился не похвалив Небесного Преподобного Му, это случилось из-за этого друга Дао, — он взглянул на Ло Сяо и продолжил. — Я увидел его огромное физическое тело, которое было даже больше тел древних богов, и случайно его похвалил. Я лишь после этого узнал, что он был мастером создания, раса которых конфликтует с древними богами. Поэтому, меня преследуют за необдуманные слова.

Сердце Цинь Му наполнилось печалью:

— Вы оба провинились. Раньше вы занимали высокие положения, но в итоге стали беглецами, как и я.

Не удержавшись, он вздохнул. По его лицу потекли слёзы.

Гу Сяо и Да Хун пытались его успокоить:

— Все твердят, что ты очень праведный, добросердечный, и помогаешь людям в беде. Кажется, эти слова были правдой.

— Тебе не стоит беспокоиться о наших проблемах. Может быть, мы сами этого заслужили.

Цинь Му перестал плакать, взял себя в руки и проговорил:

— Я вспомнил свою жизнь, услышав ваши истории, что меня опечалило. Я пережил похожее, поэтому не сумел удержать себя в руках. Хоть мы и разные, у нас одинаковые судьбы. Сегодня всё сложилось так, чтобы мы оказались в одной карете, пытаясь сбежать. Почему бы нам…

Он стиснул руки в кулаки и взволнованно проговорил:

— Почему бы нам не стать названными братьями? Возможно, мы не родились в один и тот же день, но мы умрём в один!

Гу Сяо и Да Хун не знали, что сказать, встревожено переглядываясь.

Цинь Му подорвался с места, и начал ходить по кругу. Внезапно он стукнул кулаком, проговорив:

— Ло Сяо, ты мастер создания и, следовательно, находишься далеко от дома. За тобой охотятся райские небеса и тебя не будут терпеть древние боги. Мы все в одинаковой ситуации. Мы должны стать названными братьями!

Гу Сяо и Дао Хун нахмурились.

Цинь Му продолжал кричать:

— Давайте поклянёмся Графу Земли, что умрём в один и тот же день!

На лбу Да Хуна выступил холодный пот, он рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му, ты ведь Небесный Преподобный. Разве мы достойны становиться твоими названными братьями?

Гу Сяо тоже улыбнулся:

— Мастера создания — враги древних богов. Если мы дадим клятву Графу Земли, то разве не отправим его прямиком в Юду? Это нужно хорошо обдумать.

Не сдерживая волнения, Цинь Му заставил их встать на колени, после чего улыбнулся и проговорил:

— Так как судьба сегодня свела нас вместе, давайте же поклонимся ей и станем названными братьями! Брат Ло Сяо, присоединяйся к нас!

Ло Сяо неохотно подошёл к ним и тоже встал на колени.

Цинь Му взглянул на Гу Сяо и Да Хуна, после чего улыбнулся:

— Вы не уважаете меня и брата Ло Сяо? Я Небесный Преподобный Му, и уже встал на колени. Вы что, не собираетесь присоединиться?

Гу Сяо и Да Хун снова переглянулись. У них не оставалось другого выбора, кроме как тоже встать на колени. Гу Сяо прошептал:

— Брат Ло — мастер создания. Мы не можем давать клятву Графу Земли или Небесному Герцогу.

Одной рукой Цинь Му схватил голову Гу Сяо, а второй Да Хуна, заставляя их поклониться. Он проговорил:

— В таком случае, мы не будем клясться ни Графу Земли, ни Небесному Герцогу.

Глaва 1053. Названный брат — не родной

Гу Сяо и Да Хун слегка успокоились:

«Небесного Преподобного Му сложно понять. Раньше он был хулиганом, поднявшим много шума у Яшмового Водоёма, а теперь он так странно себя ведёт…»

Цинь Му радостно сжал руки перед собой, громко говоря:

— Сегодня я, Му Цин!

Ло Сяо серьёзно проговорил:

— Сегодня я, Ло Сяо!

Гу Сяо тоже пришлось повторить:

— Сегодня я, Гу Сяо!

Да Хун выдавил из себя:

— Сегодня я, Да Хун!

Они одновременно продолжили:

— Клянусь стать троим братьям названным братом. Клянусь быть верным и бесстрашным. Клянусь, что мы будем встречать опасности вместе, умрём вместе, и никогда не разделимся! Мы не просим быть рожденными в один день, но умоляем о смерти в один и тот же день!

Договорив, они обнаружили, что под воздействием их жизненных Ци слова превратились в четыре ладана, аромат которых распространился по карете.

Их магическая сила была очень высокой, поэтому, когда они договорили, их слова материализовались даже несмотря на то, что они не клялись Небесному Герцога или Графу Земли.

Цинь Му подумал: «Му Цин — моё вымышленное имя. Эта клятва на меня не действует…»

Глаза Гу Сяо дрогнули: «Ха-ха, эта клятва ничего не значит. На самом деле меня зовет не Гу Сяо.»

Да Хун покраснел в лице, подумав: «Так как никто не знает о моём происхождении, эта мне ничего не сделает.»

Только Ло Сяо поступил искренне, и радовался произошедшему.

Цинь Му высунул голову из кареты и прокричал:

— Пи, достань своего маленького друга из своего уха, чтобы он это увидел!

Цилинь услышал его слова, и без лишнего энтузиазма достал крохотного Графа Земли из своего уха.

Крохотный Граф Земли был формой жизни, воображённой Цинь Му с помощью божественного камня создания, который он увидел в Области Ржавой Крови.

Цинь Му не обращал на него внимания с момента его создания. Цилинь, в свою очередь, решил взять его с собой, начал заботиться о нём и даже делился с ним духовными пилюлями.

Янь’эр тоже подкармливала его время от времени и теперь крохотный Граф Земли стал круглым и потерял внушительный вид настоящего Графа Земли.

— Будь осторожен, — цилинь достал крохотного Графа Земли и тихо предупредил его. — Внутри плохие люди, которые не знают жалости.

Крохотный Граф Земли спустился на землю и торжественно проговорил:

— Му!

— Когда будешь внутри, ничего не говори, а не то попадёшься на их уловки, — приказал цилинь.

— Ся? — Граф Земли испуганно моргнул.

Цинь Му позвал его снова, и цилиню пришлось его отпустить. Ноги Графа Земли были короткими, из-за чего его хвост тянулся по земле. Ступеньки под шторкой кареты были довольно высокими поэтому ему пришлось долго на них взбираться. Наконец он вошёл в карету.

Все, кроме Цинь Му, испуганно уставились на крохотного Графа Земли. Братом, пришедшим, чтобы стать свидетелем их клятвы, оказался крохотный монстр, который ел так много, что превратился в шар!

Тем не менее, он чем-то напоминал Графа Земли!

— Настоящий Граф Земли просто ужасающий. Никогда бы не подумал, что если уменьшить его в размерах, он станет таким милым, — рассмеялся Да Хун.

Крохотный Граф Земли подошёл к ним и открыл рот. Цинь Му положил ему в рот ладан, в который превратилась его клятва, после чего Граф Земли проглотил его и подошёл к Ло Сяо.

Тот внимательно осмотрел его и удивлённо проговорил:

— Он был создан с помощью искусства сознания?

После этого он положил свой ладан в рот крохотного Графа Земли.

Тот проглотил его и подошёл к Да Хуну.

Да Хун несколько раз смерил его взглядом, чтобы убедиться, что он не имеет никакого отношения к Графу Земли из Юду. Он хотел убедиться, что перед ним не клон или реинкарнация Графа Земли. Наконец успокоившись, он вложил свой ладан ему в рот.

Крохотный Граф Земли проглотил ладан и подошёл к Гу Сяо. Тот тоже пристально его рассмотрел, прежде чем отдать ему ладан.

Проглотив все четыре ладана, он подошёл к переднему сиденью и попытался на него запрыгнуть.

Наблюдая за ним, они обнаружили, что он мог подпрыгнуть лишь на десять сантиметров, и ему не удавалось забраться на трон Белого Тигра, находящийся на высоте тридцать сантиметров.

Крохотный Граф Земли присел и снова подпрыгнул. В этот раз прыжок был намного выше, но ему всё же не хватило пятнадцати сантиметров.

Он попытался запрыгнуть ещё несколько раз, но ему так и не удалось этого сделать, поэтому он начал взбираться по ножкам трона.

Четверо парней наблюдали, как он изо всех сил пытается забраться на ножку трона. Он пытался зацепить хвостом за сиденье, и наконец сумел до него дотянуться.

Ему понадобилось некоторое время, чтобы отдышаться. Затем он уселся и плюнул на землю. Аромат ладана расплылся по карете, они окончательно догорели в его желудке.

Дым ладана окутал карету, образуя слова клятвы.

Крохотный Граф Земли торжественно прочитал её на дьявольском языке Юду. Его голос не был громким, но звучал внушительно.

Ло Сяо, Гу Сяо и Да Хун были шокированы. Гу Сяо улыбнулся и спросил:

— Эта маленькая штука понимает дьявольский язык Юду и может читать письменные клятвы. Это странно. Небесный Преподобный Му, где ты его достал?

Цинь Му тоже был шокирован. Он создал Графа Земли своим сознанием и с тех пор не обращал на него внимания, не подозревая, что цилинь его обучал.

Крохотный Граф Земли прочитал клятву и проглотил её. Затем он встал и попробовал спуститься, но не смог дотянуться ногой до земли.

Покрываясь холодным потом, он опустил вторую ногу, но всё равно не дотянулся.

Когда он посмотрел вниз, он почувствовал головокружение. Его лоб покрылся холодным потом, он крикнул:

— Ся, Ся!

Трон был слишком высоким, поэтому прыгнув с него, он бы сильно пострадал.

Цинь Му протянул руку, и крохотный Граф Земли нашёл в себе смелость на неё спуститься. Он поспешно схватил один из пальцев Цинь Му, даже не думая его отпускать.

Когда Цинь Му опустил руку, Граф Земли ступил на землю, но всё равно не отпускал палец Цинь Му.

Только когда обе его ноги были на земле, и он успокоился, он наконец позволил Цинь Му забрать руку.

Все молча за ним наблюдали. Крохотный Граф Земли подошёл к шторке кареты, спустился по ступенькам и ушёл.

Они закрыли лишь после этого.

Крохотный Граф Земли вернулся к цилиню, который тут же спросил:

— Плохие парни в карете ничего тебе не сделали, верно?

Покачав головой, он ответил:

— Ся.

Цилинь расслабился, приложил руку к его уху и проговорил:

— Ни один из четырёх людей внутри не является хорошим человеком. Все они очень хитрые. Не связывайся с ними.

Все в карете вернулись на свои места. Цинь Му улыбнулся, думая: «Клятва Графа Земли очень полезна. Несмотря на то, что она нас не ограничивает, в будущем я смогу использовать её, чтобы определить настоящую личность Небесного Преподобного Сяо и Хуна. Как бы они не пытались их скрыть это им не удастся.

Крохотный Граф Земли, которого он создал, был слабым, но полезным.

„Их вымышленные имена не помогут им перед письменной клятвой.“

Взгляд Цинь Му переместился с Гу Сяо и Да Хуна на Ло Сяо. Он недоумевал: „Единственным, кто использовал своё настоящее имя, вероятно был этот брат из Великой Пустоши…“

Наивность Ло Сяо не могла его не расстроить.

Гу Сяо и Да Хун появились в странное время. Они прибыли сразу после того, как Цинь Му убил пятерых древних богов, а Ло Сяо проявил себя как мастера создания.

Было очевидно, что их появление было связано с этими двумя вещами.

Цинь Му прищурился и подумал: „Из слов Да Хуна было понятно, что его больше заботило убийство мною Владык Звёзд Пяти Элементов. Таким образом его цель не Ло Сяо, он хочет понять, как я убил древних богов. Гу Сяо говорил, что его заинтересовал мастер создания, а значит он хочет понять происхождение Ло Сяо. Его цель — найти остальных мастеров создания.

Как только он об этом подумал, Ло Сяо серьёзно проговорил:

— Братья, по правде говоря, я мастер создания. Я брожу по миру, чтобы узнать, остались ли здесь другие мастера создания, и найти дворец предков…

Цинь Му нахмурился и дважды кашлянул.

Ло Сяо бросил на него озадаченный взгляд, продолжая:

— Я не могу попасть на райские небеса, и не знаю, есть ли здесь другие представители моей расы. Тем не менее, Небесный Преподобный Му уже определил местонахождения дворца предков. Наша цель — найти его. Раз уж мы стали названными братьями, нет смысла это скрывать.

Цинь Му тихо вздохнул: ‚Почему мастера создания Великой Пустоши отправили его? Названный брат — это не то же самое, что настоящий… Не странно, что Ло Сяо умрёт. Я не могу его спасти…‘

Глаза Гу Сяо и Да Хун загорелись, смотря на Цинь Му. Да Хун улыбнулся:

— Я не знал, что Небесный Преподобный Му знает местонахождение дворца предков. Неужели ты и сам мастер создания, а не человек, Небесный Преподобный Му?

— Нет. Но по случайности мне удалось определить его координаты.

Цинь Му едва подавил в себе желание избить Ло Сяо, после чего улыбчиво ответил:

— Да Хун, кажется, тебя это сильно волнует.

Тот улыбнулся и ответил:

— Я хорошо осведомлён и знаю, что многие древние боги владеют сокровищами из дворца предков. Божество Ву и Божество Сюань приглашали меня в свою сокровищницу, и я был ошеломлён её видом несмотря на мой опыт!

Он не мог перестать восхвалять, проговорив:

— Сокровищница Северного Божества была доверху набита ценностями. Когда я её увидел, у меня помутнело перед глазами. Я знал, что они были принесены из дворца предков мастеров создания, поэтому сам захотел туда попасть.

Гу Сяо торжественно добавил:

— Я не знал, что у тебя такая важная миссия. Я восхищаюсь мастерами создания, но слышал, что древние боги вас истребили. Они даже стерли это из своей истории! Какой жалкий поступок! Я рад, что вы всё-таки выжили. Когда ты найдёшь дворец предков и закончишь свою миссию, мы можем отправиться к твоим людям?

Ло Сяо тут же обрадовался:

— С вашей помощью я наконец смогу выполнить миссию, которую мне дали старейшины!

Цинь Му снова кашлянул, впадая в бешенство из-за того, что Ло Сяо уже согласился.

— Пи! В Юду! — прокричал он.

Люди в карете были потрясены, не понимая его решения. Спустя несколько мгновений цилинь уже преодолел мировой барьер Первобытного Царства и погрузился во тьму Юду.

Карета Небесного Дракона была странным сокровищем из будущего. Она могла путешествовать между Юду и миром живых. Однажды Цинь Му использовал её, чтобы сбежать от сознания Великого Императора, преследующим его из Абсолютной Пустоши. В то время с ним путешествовали Шу Цзюнь и Лан Во.

Цинь Му всмотрелся в тьму, выглядя встревоженным.

Он решил сбежать из Первобытного Царства через Юду, а не по райской реке, чтобы оторваться от Флота Райской Реки и армии южной секты.

Ло Сяо думал, думал, что эти две армии пытались убить Да Хуна и Гу Сяо, но Цинь Му понимал, что на самом деле армии находятся под управлением Да Хуна и Гу Сяо, и что их настоящая цель — мастер создания из Великой Пустоши.

Гу Сяо закашлялся и напомнил Цинь Му:

— Брат Му Цин, насколько мне известно, Граф Земли зол на мастеров создания…

Ло Сяо испуганно уставился на Цинь Му.

Да Хун вздохнул:

— Брат Му Цин, избавиться от двух армий не так просто непросто. Райская Река проходит через все миры, и даже в Юду она протекает в виде призрачной реки. Флот Райской Реки и армия южной секты могут и здесь нас догнать.

Цинь Му выглянул наружу, увидев, что райская река не прерывалась в Юду.

Райская река текла в Юду из пустоши Первобытного Царства, превращаясь здесь в призрачную реку. Её поток обвивался вокруг гигантского тела Графа Земли, который держал её, будто огромный кнут, тянущийся до его ног.

Навстречу им двинулись бумажные кораблики с фонарями. Небесный Преподобный Ю, вероятно, почувствовал, как кто-то вторгся в Юду, поэтому отправил своих клонов проверить ситуацию. Вот только его совершенствование было слишком слабым, чтобы догнать карету.

Подобное случится снова лишь через миллион лет!

Цинь Му волновался о безопасности Небесного Преподобного Ю, поэтому приказал цилиню быстро уйти. В конце концов, в карете находились два ужасающих существа высокого происхождения.

Карета продолжала мчаться вперёд. Выглянув наружу, Цинь Му увидел боевые корабли, спускающиеся с истока призрачной реки. Флот Райской Реки и армия южной секты уже были в Юду!

Цинь Му махнул рукой, и перед каретой появились Врата Небесной Воли. Кареты влетела в них и в следующий миг оказалась за пределами Первобытного Царства.

— Граф Земли и вправду богат, — Цинь Му похвалил, после чего попросил совета. — Братья, вы знаете откуда взялись древние боги? Я много из них встречал, как сильных так и слабых. Они сильно меня заинтересовали.

Гу Сяо улыбнулся и ответил:

— Я человек, откуда мне знать о происхождении этих древних существ?

Да Хун улыбнулся:

— Я слышал, что древние боги были оружием, созданным мастерами создания. Но они восстали и убили мастеров создания, после чего заявили, что их родило Великое Дао Неба и Земли, чтобы скрыть своё грязное прошлое.

Ло Сяо покачал головой:

— Это не совсем так. Исходя из знаний, которые мне передали, существует четыре вида древних богов: яйца, Дао, жертвы и неба и земли.

Глаза Цинь Му тут же загорелись, он спросил:

— У древних богов столько происхождения? Ты не можешь рассказать подробнее, брат?

Глава 1054. Истopия дрeвниx богов

— Древним богом из яйца является Небесный Император, — Ло Сяо продолжил. — У нас много кланов, сильнейшим из которых является клан Цзю Юй. Они правили на лучших землях дворца предков, где было множество небесных сокровищ. У них даже была самая старая шахта Камней Великого Первоначала, где было добыто наше главное сокровище, Первобытный Камень Великого Первоначала. Там же они добыли огромное яйцо, из которого вылупился Небесный Императора.

Цинь Му был ошеломлён. Хотя Шу Цзюнь и Лан Во рассказывали об этом раньше, они не владели такой подробной информацией, как Ло Сяо.

Яйцо древнего Небесного Императора происходил из того же места, что и Первобытный Камень Великого Первоначала!

Так какая же связь была между Небесным Императором и Первобытным Камнем Великого Первоначала?

Ло Сяо продолжил:

— Второй вид древних богов был рождён Дао. Когда умер первый мастер создания, было создано Юду. Появилась смерть, и под небом возникло место для душ мёртвых. Вскоре из Юду был рождён Граф Земли.

— Когда мастера создания использовали свои сознания, чтобы задействовать силу неба и земли, то орбиты звёзд изменились, создавая Сюаньду. Таким образом был рождён Небесный Герцог, начиная править мирами и орбитами бесчисленных звёзд.

— Когда умерла первая душа, родилась Небесная Инь, начиная собирать разбитые души.

— После того, как мастера создания создали звёзды в пустоши, появились Руины Заката. Руины Заката символизировали создание и разрушение, поглощая всё вокруг, и выплёвывая разрушенное вещество. Посреди них находятся два цветка, один из которых символизирует создание, а другой разрушение.

Когда Цинь Му это услышал, он посмотрел на Да Хуна и Гу Сяо. Они изо всех сил старались выглядеть удивлёнными, отчего он рассмеялся.

Цинь Му знал меньше всех, после него шёл Ло Сяо, в то время как Гу Сяо и Да Хун знали почти всё об истории древних богов!

Ло Сяо продолжил:

— Боги, родились из цветков, не были цветками. Из-за того, что разрушение и создание были одним целым, две сестры Руин Заката считаются одним древним богом. Графы Земли, Небесный Герцог, Небесная Инь и сестры Руин Заката назывались четырьмя первобытными богами. Они и есть древними богами, рождёнными от Дао. Третий вид древних богов был рождён жертвоприношением, — проговорил он. — Они появились позже, так как для их рождения требовалось массовое жертвоприношение множества кланов мастеров создания. Владыки Звёзд Пяти Элементов, боги звёзд, и даже Великие Владыки Солнца и Луны были созданы с помощью жертвоприношений. Изначально они были хранителями кланов и назывались духовными богами.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он спросил:

— A что насчёт четырёх божеств?

— Четыре божества были духовными богами, созданными четырьмя сильнейшими кланами с помощью создания сознанием и жертвоприношений, — ответил Ло Сяо. — В древние времена кланы непрерывно убивали друг друга. Отдельный мастер создания не обладает огромной силой, но собравшись вместе, кланы формировали ужасающие армии. Работая сообща, они могли создавали невероятно сильных существ, и в итоге четыре сильнейших клана создали четырёх божеств.

— Ню Синь создал Белого Тигра, Фан Бо создал Зелёного Дракона, Цзюй Юй создали Чёрную Черепаху, а Ян Лю Красную Птицу. Другие, мелкие кланы создали богов звёзд. Из-за различий в их искусстве создания и количестве, все древние боги обладают уникальными качествами. Кланы использовали их как оружие для самозащиты, и сражались вместе с ними. Позже, когда Цзюй Юйши стал сильным, в мире появилось три короля и один император.

Цинь Му чувствовал себя просветлённым:

— Я понял.

Гу Сяо и Да Хун тоже выглядели удивлёнными, и одновременно проговорили:

— Понятно. Брат Ло, ты и вправду много знаешь.

— Мы передаём историю и знания с помощью сознания, поэтому я много узнал о происхождении древних богов, — скромно ответил Ло Сяо. — Тем не менее, из-за войны большая часть истории нашей расы была утеряна. Что касается четвёртого вида богов, то они были рождены от Неба и Земли.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он воскликнул:

— Мать Земли!

— Мать Земли — самая сильная из них, — продолжал рассказывать Ло Сяо. — Они родились от Неба и Земли так же как Мать Земли, родившаяся из Первобытного Дерева, или драконы, рождающиеся от драконьей вены. К ним также принадлежат фениксы, рождающиеся от огня и ветра, или цилини, рождённые природой гор. Существует множество других примеров.

Цинь Му погрузился в мысли и замолчал.

У каждого из четырёх видов древних богов были свои сильные и слабые стороны.

Даже среди древних богов, рождённых с помощью жертвоприношений, были могущественные существа вроде четырех божеств. С другой стороны, среди древних богов, рождённых Небом и Землёй, были ужасающие создания, такие как Мать Земли.

Среди богов, рождённых Дао, были и не слишком сильные представители, к примеру Богиня Небесной Инь.

Несмотря на то, что на фоне Небесного Герцога и Графа Земли она казалась слабой, на самом деле она обладала огромной силой особенно после того, как Цинь Му воскресил её, освобождая от ограничений её Дао.

Гу Сяо внезапно проговорил:

— Всё рождения древних богов были связаны с мастерами создания, так почему же они решили вас искоренить? Брат Ло, раз ты мастер создания, то должен это знать.

Ло Сяо покачал головой:

— Мы были повержены в битве Области Ржавой Крови, в результате чего потеряли огромную часть своей истории и даже дворец предков. Я вышел во внешний мир, чтобы найти эту историю и посмотреть, есть ли у нас шанс вернуть дворец предков.

Глаза Гу Сяо загорелись, он проговорил:

— А что, узнав свою историю, ты поймёшь, что ваша раса заслужила такую судьбу?

Ло Сяо покраснел в лице и объяснил:

— Я не знаю всей истории, но те, кто меня учили, были хорошими людьми. Мы создали пустошь, чтобы скрыться от войны. Мы определённо не злые! Не думаю, что наши предки заслужили того, что произошло.

Гу Сяо улыбнулся:

— Что ж, боюсь, что это не тебе решать. В конце конов, ты мало знаешь о древних временах.

Да Хун улыбнулся и проговорил:

— Брат Сяо, неужели ты что-то об этом знаешь?

Гу Сяо поспешно ответил:

— Я только предполагаю. Не пугай меня, брат Хун.

Они оба громко рассмеялись.

Цинь Му тоже засмеялся.

Ло Сяо не понимал, почему они смеются, но решил к ним присоединиться.

Когда Цинь Му выглянул наружу, его улыбка медленно исчезла.

Цинь Му мало знал о события тех времён и древних богах. Мастера создания Мира Парамиты пережили множественные волны истребления, из-за чего оставшиеся духи предков не знали той истории.

В будущем, когда Великий Император уничтожил мастеров создания Великой Пустоши, ещё одна часть их истории была утеряна. Выжить удастся лишь более поздним поколениям их расы.

К тому времени Ло Сяо уже был мёртв. Он стал безумным духом предков, постоянно погружённым в мысли. Все его знания были утеряны.

Карета продолжала мчаться вперёд. За окном теперь виднелось звёздное небо, и Янь’эр выбежала наружу, чтобы взглянуть на Первобытное Царство. Теперь оно казалось невероятно крохотным.

Они пролетели рядом с огромным красным солнцем, вокруг которого витали древние континенты. На их поверхности виднелись разоренные, пустые города.

Когда Янь’эр их заметила, её сердце дрогнуло, и она тут же приказала цилиню подлететь ближе.

Карета добралась к одному из континентов, пролетая мимо огромных зданий.

Это был мёртвый город богов. Его стены выглядели гладкими и яркими, мастера этой эпохи не могли выковать чего-то подобного.

Сердце Цинь Му тоже дрогнуло:

«Это город мастеров создания.»

Ло Сяо подошёл к краю кареты, чтобы рассмотреть город. Его взгляд помутнел, было сложно догадаться, о чём он думает.

Карета покинула континент, после чего небесные драконы приняли свои истинные формы и начали ускоряться, мчась по звёздному небу. Карета тоже превратилась в роскошный божественный дворец.

Потолок кареты превратился в звёздное небо, образовывающие собой Небесное Дао Сюаньду. Это зрелище было поистине величественным.

Гу Сяо, Да Хун и Ло Сяо были поражены увиденным. Несмотря на то, что они долго сидели в карете, они не успели внимательно её рассмотреть.

Только сейчас они обнаружили, что она была невероятно роскошной, и выходила за рамки мастерства тогдашних кузнецов. Даже карета Небесного Императора меркла на её фоне!

«Где этот Му Цин достал такую роскошную карету?» — недоумевали они.

Небесный Преподобный Му удостоился звания Небесного Преподобного, проложив себе путь божественными искусствами. Но неужели ему удалось в одиночку развить божественные искусства до такого уровня?

Да Хун подошёл к Цинь Му. Тот активировал свои техники, Ци, сознание и исконные дух, объединяя их в одно целое. Тем не менее, Да Хун даже не мог разглядеть что происходит внутри божественного сокровища и райских дворцов Цинь Му.

«Если бы этого Гу Сяо не было с нами, я мог бы детально рассмотреть этого парня и понять, почему он такой сильный.»

Он улыбчиво проговорил:

— Брат, твои божественные искусства просто поразительны. Я наблюдал святых под небесами, и не увидел никого, кто был бы лучше тебя. Какую технику ты используешь?

— Это никак не связано с техникой, — Цинь Му открыл глаза, и серьёзно проговорил. — Дело в моём теле.

Да Хун кивнул и смиренно спросил:

— Можно узнать, какое у тебя тело, брат?

— Тело Тирана! — гордо ответил Цинь Му. — Моё тело называется Телом Тирана. Мне удалось открыть лучший в мире путь божественных искусств благодаря тому, что моё тело не имеет себе равных. Люди могут потратить тысячу лет, изучая божественные искусства, но всё равно ничего не понять, в то время как мне нужно несколько мгновений, после чего я уже могу использовать божественные искусства и вступать на путь с их помощью!

Да Хун был шокирован. Погрузившись в мысли, он вспомнил слухи о Теле Тирана, которые во время Собрания Яшмового Водоёма распространял Ню Бэнь.

Цинь Му искренне ответил:

— Брат Хун, на самом деле я не такой уж и сильный. Просто у меня хорошее тело. Если бы у тебя было такое же, ты определённо был бы сильнее меня. К сожалению, в одной эпохе может быть только одно Тело Тирана.

Да Хун равнодушно проговорил:

— Значит ты можешь предать мне сильные божественные искусства. С помощью которых можно ступить на путь?

Цинь Му ответил:

— Почему бы нет? По правде говоря, совершенствуя божественные искусства все эти годы, я многого добился. Для начала я научу тебя божественному искусство создания сознанием.

Услышав его лекцию, Да Хун сказал:

— Я научился.

Цинь Му улыбнулся:

— Тебе не стоит вести себя так официально, мы ведь братья. Я бы посоветовал тебе потратить некоторое время, чтобы почтись создание сознанием, чтобы заверить его изучение, тебе понадобятся сотни лет.

Да Хун собирался уйти, но перед этим взглянул на Цинь Му, думая: «Кажется, этот парень догадывается о моём происхождении. Он хочет обмануть меня своим созданием сознанием. Тело Тирана, ха-ха, такое тело и вправду существует…

Между тем Гу Сяо разговаривал с Ло Сяо. Последний рассказывал ему об истории своего клана и событиях своего детства. Гу Сяо громко смеялся.

Цинь Му взглянул на них, и тут же начал волноваться.

Он себя не выдал, в то время как Ло Сяо рассказал о почти всех секретах мастеров создания Великой Пустоши.

«К счастью, он не выдал местонахождения Великой Пустоши. Тем не менее, в будущее их всё равно почти полностью истребят. Их найдёт не Небесный Император, а Великий Император.»

Цинь Му отвёл взгляд, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Внутри его тела сформировалась целая вселенная, поэтому ему не нужно было использовать внешних Дао или поглощать духовную энергию, чтобы совершенствоваться.

Техника Трёх Эликсиров Тела Тирана никогда не прекращала циркулировать в его теле. Тем не менее, в этот раз он решил попытаться пройти через Южные Небесные Врата своих райских дворцов, уделяя особое внимание главному райскому дворцу.

Он должен был войти в область истинных богов несмотря на то, что пока что он находился лишь на полпути до этого.

Да Хун и Гу Сяо были слишком опасны!

Глава 1055. Рeволюционная облаcть

Первый из его пятнадцати райскиx дворцов был самым главным. Он был создан Великим Дао, содержащимся в божественном сокровище Духовного Эмбриона.

Вторым был райский дворец Великого Всеобъемлющего Сознания. После него шли райские дворцы путей меча, дракона, дьявола, создания, боевых искусств и живописи.

Эти восемь райских дворцов были завершены.

Тем не менее, райские дворцы пути ножа, лекарства, божественных искусств, буддизма, воровства, ковки и построений, не были завершены.

В этот раз он попытался пробиться своим исконным духом через Южные Небесные Врата восьми завершённых дворцов. Это позволило бы ему окончательно вступить в область истинного бога, хоть она и не была полной.

Когда мясник и старый Ма достигнут нужного уровня совершенствования и войдут в области Императорского Трона, Цинь Му сможет изучить их техники и доработать оставшиеся райские дворцы.

Его технику Трёх Эликсиров Тела Тирана сейчас можно было назвать техникой Малых Райских Небес. Тем не менее, между ней и Великой Техникой Райских Небес, состоящей из восемнадцать райских дворцов, было большое расстояние.

Цинь Му исполнял технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, в то время как его исконный дух стоял у Южных Небесных Врат. Внезапно он разделился на пятнадцать частей, превращаясь в пятнадцать исконных духов, каждый из которых возвысился в центре пятнадцати райских дворцов.

Это было искусство разделения исконного духа Трёх Исконных Духов Бессмертного Сознания Бога.

Цинь Му изменил Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бога Багрового Императора и объединил их с техникой Трёх Эликсиров Тела Тирана, из-за чего эта техника отличалась от других техник совершенствования области Райских Небес. К примеру, техника Великих Райских Небес Госпожи Юаньму и Небесной Императрицы, которые использовали видения вместо настоящих исконных духов.

Цинь Му использовал разделение исконного духа, создавая пятнадцать настоящих исконных духов.

Шагая вперёд, все они медленно входили в Южные Небесные Врата.

Он тут же почувствовал на себе ужасное давление Южных Небесных Врат, сжимающее его со всех сторон. На каждый сантиметр кожи исконных духов воздействовала огромная сила, и даже на их внутренние органы действовало мощное давление.

Раньше Цинь Му не понимал, откуда берётся это давление, но теперь он знал, что это было давление Дао.

Область райских дворцов имитировала строение райских небес. Южные Небесные Врата были созданы на подобии Южных Райских Небес райских небес, построенных Великим Дао древних богов.

Можно было сказать, что Южные Небесные Врата каждого бога были проекцией Южных Небесных Врат райских небес. Пройдя через них и выдержав их давление, практик попадал в райский дворец и становился истинным богом.

Тем не менее, в райских дворцах Цинь Му были Южные Небесные Врата, созданные Дао после начала. Райские дворцы меча, создания, боевых искусств и живописи обладали различными видами давлений, которые отличались от давления традиционных Южных Небесных Врат.

У Южных Небесных Врат райского дворца меча, казалось, летало множество мечей, которые со всех сторон пронзали его исконный дух и раня его Дао Меча. Цинь Му не оставалось выбора, кроме как использовать свой навык меча, чтобы отбиться.

Он чувствовал, будто столкнулся с Императором-Основателем, великим императором Дао Меча. Его исконный дух неосознанно исполнял различные движения, сражаясь с невидимым Императором-Основателем.

В Южных Небесных Вратах райского дворца живописи он, казалось, проходил через бесчисленные нарисованные миры. Каждый шаг был будто длинное путешествие, в котором он стыкался с множеством трудностей.

Его исконный дух использовал Дао, как кисть, а жизненную Ци, как чернила, рисуя ослепительный мир посреди Южных Небесных Врат. Казалось, будто он сражался против святого искусств, глухого, соревнуясь с ним в пути живописи.

В Южных Небесных Вратах райского дворца создания он будто столкнулся с Багровым и Светлым Императорами, соревнуясь с ними в пути создания!

В Южных Небесных Вратах пути боевых искусств он сражался с императором боевого пути, Небесным Наставником Боевых Искусств!

Восемь исконных духов Цинь Му одновременно шагали вперёд. Их размеры непрерывно уменьшались по мере того, как нарастало давление Южных Небесных Врат.

Они действовали решительно и прилагали все усилия. Объединив дух и тело в одно целое, они сопротивлялись давлению, медленно шагая вперёд.

Противостоять обычным Южным Небесным Вратам было не слишком сложно. Тем не менее, справиться с давлением райских дворцов Дао после начала было намного сложнее.

Причина этого состояла в том, что Великое Дао древних богов уже было глубоко исследованы, в то время как изучение Дао после начала находилось лишь на своих ранних стадиях.

Исконный дух его главного райского дворца, а также исконные духи Великого Всеобъемлющего Сознания, дракона и дьявола, сумели пройти через Южные Небесные Врата. Тем не менее, исконные духи меча, боевых искусств, живописи и создания до сих пор находились внутри Южных Небесных Врат.

Карета летела через глубины звёздного неба, и вскоре снова прибыла к райской реке. Цилинь управлял небесными драконами, в то время как Янь’эр пыталась переварить древнего бога.

«С такой скоростью не путешествие до места, указанного Владыкой Культа, уйдёт полгода.»

Цилинь смотрел в даль, обнаруживая, что течение райской реки было не таким, как в будущем. Она напоминала галактику, соединяющую собой четыре полюса.

Вокруг этой галактики кружились бесчисленные звёзды. Так как исток райской реки находился в Сюаньду, то и вершина галактики тоже должна была быть где-то там.

Сейчас карета Небесного Дракона двигалась к нижней части галактики.

В карете Цинь Му продолжал совершенствоваться, не обращая внимания на остальных. Да Хун и Гу Сяо пытались выманить из Ло Сяо информацию, но как бы красиво они не говорили, он отказывался раскрывать местонахождение Великой Пустоши.

Время шло неспешно. В конце концов карета Небесного Дракона прибыла к нижней части галактики и начала спускаться в её глубины.

В этот момент Цинь Му наконец пробился через Южные Врата райского дворца меча. Вскоре после этого ему удалось справиться с райскими дворцами боевых искусств и создания, ему остался лишь райский дворец живописи.

— Владыка Культа, мы скоро прибудем к месту назначения! — снаружи раздался голос цилиня.

Цинь Му открыл глаза и тяжело вздохнул. Первозданный дух живописной тропы отступил от Южных Небесных ворот своего небесного дворца и не продолжился.

Его путь живописи был намного хуже, чем у глухого. Даже если бы он продолжал бороться, он не был уверен, что сможет прорваться через Южные Небесные Врата и стать истинным богом живописи.

— Три старших брата, скоро мы найдём Дворец Предков. Давайте выйдем наружу, — сказал он Да Хуну и остальным.

Да Хун, Гу Сяо и Ло Сяо вышли наружу и тут же шокировано уставились на Цинь Му.

Сейчас Цинь Му выглядел совершенно не так, как несколько месяцев назад. Его окутывала странная аура Дао, казалось, будто он был не из этого мира.

Казалось, будто тело Цинь Му содержит в себе целую вселенную, изолированную от внешнего мира. В нём было своё собственное Великое Дао Неба и Земли и своё собственный первобытный хаос.

«Его путь совершенствования определённо отличается от пути других практиков и богов!» — Гу Сяо и Да Хун думали про себя.

Путь совершенствования Цинь Му и вправду отличался от остальных.

До начала Эпохи Дракона Ханя не существовало областей совершенствования. В течение длительного периода времени между уничтожением мастеров создания и до первого года Дракона Ханя, когда были построены райские небеса, раса полубогов росла и становилась сильнее.

В течение этого периода люди не совершенствовались, и родословная отделяла слабых от сильных.

Чем сильнее и выше была родословная, тем мощнее были способности практика.

В течение этого периода дети древних богов правили всеми расами мира. Их лидером был Император Богов Лан Сюань и Потомственный Король Богов.

Примерно в первом году Эпохи Дракона Ханя, семь Небесных Преподобных создали семь областей божественных сокровищ. После смерти Небесного Преподобного Юя Цинь Му пришлось импровизировать, но всё же ему удалось найти способ стать богом. Затем он и Небесный Преподобный Хао передали этот способ людям вместе с семью областями райских дворцов и областью Райских Небес.

Отсюда и возник термин «области».

Поэтому можно было без преувеличения сказать, что эти области были созданы Цинь Му и другими Небесными Преподобными.

Многие люди более поздних поколений без раздумий использовали области, чтобы оценить силу Цинь Му, в итоге делая неправильные выводы об уровне его совершенствования. Это стало причиной смерти множества богов и дьяволов.

В первом году Эпохи Дракона Ханя система совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов, созданная Цинь Му и остальными, ещё не обрела популярности. Полубоги и другие расы пользовались ею лишь для того, чтобы обрести бессмертие.

Полубоги совершенствовали божественные сокровища и райские дворцы для получения бессмертий, но родословные по-прежнему определяли уровень их способностей.

Тем не менее, позже всё больше и больше людей начинали осознавать силу системы совершенствования божественных сокровищ и райских дворцов. В результате репутация родословных начала постепенно ослабевать.

Родословная больше ничего не говорила об уровне способностей, что принесло много вреда древним богам. Революцию тех времён называли Революцией Дракона Ханя.

Она привела к изменению в жизни полубогов и древних богов.

В последующие годы система божественных сокровищ и райских дворцов прочно укоренилась. Её корни были настолько глубокими, что она не вызывала у людей никаких сомнений, и они перестали думать о причинах, по которых она делает практиков такими сильными.

Тем не менее, Цинь Му и остальные, кто родился миллион лет спустя — Цзян Байгуй, Император Яньфэн, Сюй Шэнхуа, Ван Мужань, Линь Сюань, и другие лидеры реформы Вечного Мира уже начали сомневаться в системе божественных сокровищ и райских дворцов.

В итоге было создано божественное сокровище Райской Реки, позволяя избавиться от божественного сокровища Божественного Моста.

Цинь Му внёс больше всего изменений в систему божественных сокровищ и райских дворцов.

После бедствия Вечного Мира он остался без души и был вынужден полагаться на своё сознание, чтобы выжить. Затем он создал Меч Столкновений с Бедствием, чтобы разрушить свой райский дворец и даже семь божественных сокровищ, открыть Духовный Эмбрион заново и обрести новую душу.

Он превратил своё божественное сокровище Духовного Эмбриона в первобытную вселенную и древних богов, значительно превосходя систему совершенствования божественных сокровищ. Он создал новый путь, отличающийся от достижений предков.

Измерить его силу с помощью областей было очень сложно.

Он и семь небесных Преподобных были создателями системы божественных сокровищ и райских дворцов, но в то же он был тем, кто её разрушил.

После того, как он открыл своё божественное сокровище Духовного Эмбриона заново, его совершенствование поднялось на тот же уровень, что у истинного бога или даже эксперта области Яшмового Водоёма.

Он мог бы полностью отказаться от системы райских дворцов и найти свой собственный путь, постепенно продвигаясь вперёд, чтобы достичь уникальной, непревзойдённой области!

Тем не менее, чтобы совершенствоваться быстрее, он решил отбросить этот путь и вернуться к использованию райских дворцов.

Но даже несмотря на это, он сильно отличался от других практиков божественных искусств, совершенствующих систему райских дворцов!

Всё это время у него была лишь одна область — Духовного Эмбриона.

Причина этого состояла в том, что его райские дворцы находились не над Духовным Эмбрионом, а внутри него!

Области райского дворца и Райских Небес были лишь двумя элементами его Духовного Эмбриона!

Семь областей райского дворца были крохотными элементами его области Духовного Эмбриона!

В этом заключалось отличие между ним и практиками божественных искусств.

Для него области райских дворцов и даже область Райских Небес были одним целым. Все они существовали внутри Духовного Эмбриона.

Другие практики были учениками, слепо следующими учениям. Но после Бедствия Вечного Мира Цинь Му вырвался на свободу и превзошёл области, которые создал раньше.

Области использовались лидерами реформы в качестве основы для обучения простых людей совершенствованию. Будучи лидером реформы, он пытался вырваться из их ограничений.

Естественно, Цинь Му полагался на достижения последнего миллиона лет. Чтобы продвинуться дальше, он даже использовал знания других реформаторов.

По этой причине он не стал целиком отказываться от системы райских дворцов и небес.

Чтобы расти, ему нужна была их мудрость.

Только таким образом он мог быстро совершенствоваться до уровня, когда сможет бороться с десятью Небесными Преподобными.

В этом отношении он не был революционером.

Революция должна была полностью перевернуть всё устои, иначе она становилась лишь реформой.

В Эпохе Дракона Ханя произошла революция. Она уменьшила значение родословной и популяризировала совершенствование.

Эпоха Багрового Света тоже была революцией. Она свела на нет преимущество полубогов над людьми, делая их одинаково сильными.

Эпоха Высшего Императора была революцией. Она уничтожила уважение людей к богам и базировалась на вере в то, что жизнь человека выше небес, и даже воплотила эту веру в жизнь.

Эпоха Императора-Основателя была реформой, продолжая работать над идеями Эпохи Высшего Императора. Если бы Эпоха Императора-Основателя сумела оставить отпечатки Дао после начала на пустоши, то Император-Основатель, Небесный Наставник Боевых Искусств и другие стали бы новым поколением древних богов. В таком случае они провели бы революцию, в не реформу.

Вечный Мир не перевернул правила прежних поколений, но зато улучшил и довёл до совершенства божественные сокровища и райские дворцы. Именно поэтому реформу Вечного Мира нельзя было назвать революцией.

Усилия людей и богов пяти эпох, которые из поколения в поколение жертвовали своими жизнями и кровью, чтобы развить систему божественных сокровищ и райских дворцов, способствовало непрерывному развитию идей.

В сравнении с тенденциями последнего миллиона лет, Цинь Му обладал совершенно другой идеей.

Цинь Му вышел из кареты и посмотрел вперёд. Перед ним было лишь море пустоты без звёзд, созвездий или света. Оно напоминало пустую часть звёздного неба.

— Здесь находится дворец предков, — обрадовался он.

Гу Сяо посмотрел на него и прошептал:

— Брат Му — мастер создания?

Цинь Му покачал головой.

— В таком случае, не выпусти дьявола, — тихо проговорил Гу Сяо, смотря в тьму.

Цинь Му был ошеломлён. Ло Сяо взволнованно подошёл к передней части кареты. Как только он активировал своё сознание, пустота за его спиной открылась и из неё вылетел жертвенный алтарь.

— Проверить, действительно ли это дворец предков, невероятно просто! — прокричал он.

— Как мы это сделаем? — спросил Цинь Му.

Ло Сяо не мог скрыть волнения:

— Нужно призвать зверя бездны!

Глава 1056. Пеpвое знакомство с дворцом предков

— Зверь бездны?

Цинь Му, Гу Сяо и Да Хун нахмурились.

От духов предков мастеров создания Цинь Му получил всю мудрость и знания их расы. B них были воспоминания о зверях бездны.

Звери бездны был одними из древних первобытных зверей дворца предков. Они могли мгновенно перемещаться по пустоте, появляясь и исчезая загадочным образом. Они были одними из сильнейших хищников тех времён!

Только могущественное сознание мастеров создания могло их контролировать. Другие расы первобытной эпохи были не в силах с ними бороться!

Они носились по пустоши, поглощая даже звёзды и небеса!

Если бы кто-то призвал зверя бездны, разве бы это не привело к катастрофе?

Взгляд Да Хуна дрогнул, он выдавил из себя улыбку.

Гу Сяо вздохнул, на его лице было шокированное выражение.

Цинь Му дрогнул, почувствовав убийственное намерение, исходящее от тела Гу Сяо. Он знал, что если Ло Сяо не откажется от своей затеи, то Гу Сяо его убьёт!

Целью Гу Сяо было найти выживших мастеров создания. Тем не менее, если Ло Сяо попадёт во дворец предков и призовёт зверя бездны, его миссия тут же провалится.

В таком случае, лучшим вариантом будет убить Ло Сяо!

Внезапно Цинь Му спокойно проговорил:

— Брат Ло, есть ли какой-либо другой способ проверить, действительно ли это дворец предков? Я слышал, что зверей бездны трудно контролировать, и что они пожирают всё, что видят. Если ты не сможешь взять его под свой контроль, то мир настигнет ужасная катастрофа!

Все это время он хотел защитить Ло Сяо и изменить будущее. Теперь он предпринимал ещё одну попытку.

Если бы Ло Сяо вышел из Великой Пустоши и не встретил Цинь Му, то уже давно был бы мёртв и не смог бы вернуться и принести своей расе три пророчества. Цинь Му сделал всё возможное, чтобы спасти его жизнь.

Он должен был выполнить эту часть истории.

Ло Сяо немного заколебался и подумал:

— Моё сознание и вправду недостаточно сильное, чтобы подавить зверя бездны. Тем не менее, перед тем как я отправился в путь, вожди научили меня призыву зверя бездны. Они не научили меня как призывать других первобытных зверей.

Цинь Му предположил:

— Поскольку это техника призыва, она должна быть двусторонней, то есть что наше сознание должно вступать в связь со зверем бездны. Если мы можем призвать их, то также можем определить его местонахождение с помощью сознания.

Ло Сяо был сбит с толку.

Тем не менее, Да Хун и Гу Сяо поняли, о чём он. Да Хун спросил:

— Обратный призыв?

Цинь Му кивнул:

— Сознание соединяется с органами чутья зверя бездны. Таким образом, мы можем чувствовать друг друга и исполнять божественные искусства сознания в голове зверя. Следовательно, обратный призыв возможен.

Ло Сяо наконец понял, о чём он, но всё равно колебался:

— У нашей расы нет такого божественного искусства создания…

— Значит мы должны его создать, — Цинь Му почувствовал, что убийственное намерение Гу Сяо ослабевает, и успокоился. Улыбнувшись, он продолжил. — Ты должен знать, что моё сознание не слабее твоего, и что моя сильная сторона — это умение менять божественные искусства. Почему бы тебе не передать мне технику призыва зверя бездны, чтобы я провёл обратный призыв?

В этот момент он почувствовал убийственное намерение, исходящее от Да Хуна.

Цинь Му встревожился. Убийственное намерение Да Хуна было направлено не на Ло Сяо, а на него!

Очевидно, его слова вызвали у Да Хуна желание его убить!

Ему удалось заставить Гу Сяо передумать убивать Ло Сяо, но это привело к тому, что Да Хун решил убить его самого!

«Кажется, я перестарался, — Цинь Му моргнул и подумал. — Я сказал, что могу изменить божественное искусство сознания, чтобы совершить обратный призыв. Не думаю, что у него появлялась такая идея. Получается, что я показался ему более умным, чем он сам, из-за чего он меня боится. Теперь он хочет меня убить. Мне нужно вести себя как глупец…

Сознание Ло Сяо дрогнуло, перенося технику призыва зверя бездны в голову Цинь Му. Закончив, он проговорил:

— Брат Му, попробуй.

Цинь Му взглянул на Да Хуна, который хитро улыбался, подбадривая его:

— Брат Му, не стесняйся попробовать.

Цинь Му посмотрел на Гу Сяо и проговорил:

— Когда я попробую обратный призыв, могут возникнуть опасности. Брат Гу, ты должен меня защитить.

Гу Сяо взглянул на Да Хуна и неоднозначно улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му известен тем, что проложил путь божественными искусствами, и я хотел бы увидеть его достижения. Не волнуйся, мы оба из человеческого рода и являемся братьями. Я не позволю тебе попасть в опасность.

Цинь Му облегчённо вздохнул.

Да Хун усмехнулся и скрестил руки.

Гу Сяо тоже засмеялся, и достал из-ниоткуда небольшую пилочку, начиная подпиливать ею ногти.

Ло Сяо почувствовал, что вокруг воцарилась странная атмосфера. Тем не менее, он не знал в чём дело.

Цинь Му несколько раз изучил технику призыва зверя бездны, и вскоре понял её секрет. В конце концов, он обрёл знания и мудрость мастеров создания, поэтому понимание их техник не составляло ему труда.

Он разобрал технику призыва зверя бездны и добавил в неё руны будущего. Спустя некоторое время у него получилась новая техника призыва, которую он развернул вспять с помощью математики, получая технику обратного призыва.

Наконец он закончил работу. Потянувшись, он подошёл к жертвенному алтарю Ло Сяо и внимательно изучил его строение.

Цинь Му издал длинный вздох и немедленно начал переделывать жертвенный алтарь. Гу Сяо, Да Хун и Ло Сяо подошли к нему, чтобы посмотреть как он работает, вычерчивая на алтаре рунные символы. Внимательно наблюдая за происходящим, они поняли, что им не под силу понять рунные построения, которыми он пользовался.

Некоторые из рунных построений содержали в себе смешанные руны разных эпох, в то время как другие Цинь Му создал сам, разбивая руны будущего с помощью своего сознания. Кроме того в построениях было множество рун Дао после начала. Трое парней понятия не имели, что он делает.

Цинь Му достал плавильный стол и начал создавать компоненты божественного оружия. Затем он попросил цилиня усовершенствовать алтарь этими компонентами.

Цилинь не нуждался в дополнительных инструкциях и самостоятельно установил компоненты на жертвенный алтарь.

— Небесный Преподобный Му, проложивший путь божественными искусствами, и вправду удивителен!

Да Хун и Гу Сяо мысленно хвалили его: «Даже его ездовой зверь отлично владеет путями, навыками и божественными искусствами, и его таланты нельзя назвать скромными!»

Цинь Му выковал ещё несколько компонентов божественного оружия и построил из них небольшой жертвенный алтарь, прежде чем поставить его рядом с алтарём Ло Сяо.

Строения большого и маленького алтарей было зеркальным отображением друг друга.

Цинь Му подошёл к большому алтарю и взглянул на лица остальных:

— Когда я залезу на алтарь, я использую своё построение, и мы сможем попытаться попасть во дворец предков. На втором жертвенном алтаре я оставил другие руны. Дворец предков запечатан, и я не могу сломать эту печать грубой силой. Для этого мне и пригодится второй алтарь. Он выполнит обратную технику призыва, и вернёт нас их дворца предков. Второй набор рун может быть активирован только мной. Вы меня поняли?

Да Хун усмехнулся и проговорил:

— Брат Му, я тебя понял.

Гу Сяо кивнул:

— Я тоже понял.

Цинь Му облегчённо вздохнул. Исходя из их слов, его жизнь была в безопасности.

По крайней мере, они не стали бы убивать его до тех пор, как покинут дворец предков.

Карета Небесного Дракона тоже поднялась на жертвенный алтарь вместе с шестью драконами, цилинем и Янь’эр. Последняя держала в руках фонарь, который им дал Вэй Сюйфэн.

Цинь Му тихо вскрикнул и исполнил технику призыва зверя бездны. Руны на жертвенном алтаре тут же вспыхнули бесчисленными лучами света, которые медленно поднялись, собираясь в межбровье Цинь Му. В следующий миг оно взорвалось, выстреливая лучом в пустошь!

Пустошь слегка задрожала. Цинь Му сразу же почувствовал в её глубинах гигантских существ. Они казались невероятно дикими и кровожадными!

Выбрав самое сильное из них, он атаковал его своим сознанием!

Дзинь!

Он почувствовал легкую дрожь. Казалось, будто ему удалось установить слабую связь с этим могущественным существом.

Глаза Цинь Му, стоящего на алтаре, стали стеклянными, но его руки продолжали неистово двигаться. Компоненты божественного оружия, которые он создал, внезапно засияли. Руны на их поверхности будто ожили, начиная витать в воздухе, будто змеи.

В небо поднялись столбы света, образовывая видение огромного жертвенного алтаря, который будто был создан из рун. В следующий миг он вонзился в пустошь!

Бум!

Все, кто стоял на жертвенном алтаре, услышали ужасный толчок. Внезапно на жертвенный алтарь подействовала мощная сила, поднимая его в воздух.

В этот момент Цинь Му увидел, как в глубинах пустоши открывается гигантский глаз, обнажая странное глазное яблоко, вращающееся по сторонам.

«Кажется я уже видел такой глаз… в Мире Парамиты!»

Он был шокирован. Когда он был в мире Парамиты, и мастера создания вызывали Мир Духов Предков, он увидел этот глаз. В тот раз это было лишь видение, сформированное Миром Духов Предков.

Тем не менее, Цинь Му не знал, что в области высшего сознания земли Великой Пустоши, у гор, рек и небес были такие глаза!

В тот раз он этого не заметил. Тем не менее, божественный дракон, которого он создал своим сознанием, увидел этот глаз!

«Неужели это глаз зверя бездны? В таком случае Мир Духов Предков был построен зверями бездны?»

Пока он думал, жертвенный алтарь уже подлетел к центру глазного яблока.

Небо внезапно прояснилось. Гигантский глаз, казалось, испугался и скрылся, жертвенный алтарь продолжал преследовать его на полной скорости.

В следующий момент хлынули сильные толчки. Алтарь резко остановился, и округу затопил яркий свет.

Возле жертвенного алтаря появился глаз первобытного зверя. Его зрачок сузился, рассматривая жертвенный алтарь. Даже уменьшившись в размерах, этот зрачок всё равно был больше самого алтаря!

Все на жертвенном алтаре хотели увидеть тело этого зверя. Тем не менее, это было невозможно, так как его глаз закрывал полнеба.

— Это зверь бездны!

На лбу Ло Сяо выступил холодный пот. Он поспешно открыл глаз в своём межбровье и его сознание хлынуло внутрь глаза. Он прокричал:

— Зверь бездны поглощает всё, что видит. Будьте осторожны! Я постараюсь взять его под свой контроль.

Его сознание пронзило глаз, и из него раздался жалкий вопль. Звук был невероятно пронзительным, из-за чего цилинь, шесть небесных драконов и Янь’эр начали кататься по земле от боли.

Сознание Цинь Му и остальных было невероятно сильным и не пострадало от пронзительного крика глазного яблока. Тем не менее, сознание цилиня и Янь’эр не было таким могущественным.

Огромный глаз отдалился, его нижнее веко начало дёргаться, будто пытаясь закрыться. Под ним показался огромный рот без губ, напоминающий пропасть!

В глазе не было ничего странного, но когда его веко поднялось, он превратился в рот!

Цинь Му никогда раньше не встречал такого странного существа.

Гигантский рот напоминал бездонную чёрную дыру. Внезапно Цинь му и остальные почувствовали на себе огромную силу притяжения, как только в алтарь вцепился огромный язык. Их тут же начало тянуть в бездну!

— Не паникуйте! — прокричал Ло Сяо. — Доверьтесь мне! Моё сознание определённо подчинит зверя бездны!

Он задействовал своё сознание, изо всех сил пытаясь взять зверя бездны под контроль. Цинь Му поспешно повернул голову и увидел, что бездонная пасть медленно закрывается!

В следующий миг он применил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и использовал Великое Всеобъемлющее Сознание, чтобы атаковать зверя бездны.

Как только его сознание пробудилось, зверь бездны передумал их есть. Его пасть перестала закрываться, а язык вытащил жертвенный алтарь наружу.

Все вокруг были сбиты столку. Цинь Му рассеял своё сознание и облегчённо вздохнул.

Ло Сяо вытер холодный пот со своего лба и радостно проговорил:

— Сначала я думал, что моё сознание недостаточно сильное, и что мне не удастся одолеть зверя бездны. К счастью, в последний момент моя сила вспыхнула, и я сумел одолеть зверя бездны!

Язык, длиной в бесчисленное количество километров, выпрямился и отпустил жертвенный алтарь.

Осмотрев зверя пустоши, Цинь Му обнаружил, что у него был странный вид. На его голове были ряды рогов, напоминающие горные хребты из костей.

Зверь бездны выглядел так, будто пережил бесчисленное количество битв. Многие из его костей были сломаны и торчали из-под кожи, будто щетина.

Он поднялся в воздух и отлетел от зверя на некоторое расстояние, чтобы получше его осмотреть.

У существа было шесть ног. Две его задние горы скрывались среди горных хребтов вдали, в то время как четыре передних держали его тело над землёй. Его голова была значительно выше гор дворца предков.

Голова была круглой, в её центре находился гигантский глаз, занимающий всё лицо.

Код глазом была трещина, напоминающая извивистый каньон, и кусок морщинистой кожи.

Этой трещиной был рот, а кожей — веко.

Когда веко поднималось, оно открывало рот всё сильнее, и в итоге на лице оставалась лишь бездонная пропасть, полная острых зубов, и длинный язык, торчащий из неё!

Глaва 1057. Дpeвние бoги и золотой гроб

— Откуда взялось такое ужасающее существо?

Цинь Му дрогнул. В этот момент он заметил, что на самом деле между четырьмя лапами зверя бездны были перепонки, а значит он мог летать!

Расправив перепонки, зверь мог лететь по воздуху, будто летучая мышь!

Древний свирепый зверь, который мог летать, мгновенно перемещаться по пустоши, и поглощать всё, что угодно. Странно, что мастера создания не были им уничтожены!

«Неужели мастера создания доисторических времён могли управлять этими могущественными созданиями с помощью своего сознания?» — недоумевал Цинь Му.

Ло Сяо был ужасно взволнован. Он подлетел вперёд и потрогал грубую кожу зверя бездны. Поражённый, он невнятно пробормотал:

— Это зверь бездны, о котором говорили мои предки. По легенде, только сильнейшие воины племени могут его покорить. Я не думал, что мне это удастся…

Цинь Му продолжал осматривать зверя бездны, обнаруживая на его коже множество спиральных отметин. Должно быть, это были узоры пустоши.

Его сердце слегка дрогнуло: «Если бы могли тщательно изучить эти узоры, возможно, нам удалось бы получить набор рун и создать их них божественные искусства пустоши. Это могло бы даже позволить открыть совершенно новое Великое Дао…»

Его глаза загорелись, и он достал зеркало, светя им на зверя бездны.

Внезапно Янь’эр закричала:

— Молодой мастер, посмотри по сторонам!

Цинь Му огляделся и был потрясен. На земле дворца предков появились трещины, в которых показались бесчисленные глазные яблока!

Они были разных размеров, а некоторые из них выглядели так, будто росли внутри гор!

Радиус даже самого маленького из них составлял больше тридцати метров!

Из-под земли показалось ещё больше глазных яблок, напоминая бамбук, растущий после дождя. Они моргали, взволнованно смотря на них.

Более того, Цинь Му увидел, как в небе тоже открываются бесчисленные глаза. Вскоре они полностью закроют собой небо дворца предков!

По спине Цинь Му пробежали мурашки, но он не переставал копировать узоры пустоши на теле зверя. После этого он поспешно вернулся к жертвенному алтарю и проговорило:

— Кажется, во дворце предков не осталось других зверей, так как все они были съедены зверями бездны. Здесь опасно. Мы должны немедленно уходить!

Ло Сяо тут же проговорил:

— Я ещё должен поговорить с предками. Подождите немного!

Да Хун слабо улыбнулся и проговорил:

— Старый брат Му, разве ты не хочешь узнать о шахте Первобытных Камней Великого Первоначала, находящейся здесь? Я слышал, что из яйца, добытого в этой шахте, родился Небесный Император. Старший брат Гу Сяо, разве тебе не интересно?

Цинь Му бросил на него удивлённый взгляд.

Гу Сяо ответил:

— Я слышал, что Божественный Камень Великого Первоначала Великого Императора тоже был добыт в этой шахте. Наша поездка будет напрасной, если мы не посетим шахту.

Они стояли на противоположных концах алтаря, смотря друг на друга.

На лбу Цинь Му выступил холодный пот. Он отступил, его сознание задрожало:

— Янь’эр, будь готова потушить фонарь в любой момент!

Янь’эр поспешно сняла фонарь, который висел на карете. Подлетев в воздух, она приземлилась на плечо Цинь Му, шепча ему на ухо:

— Молодой мастер, здесь день, и я боюсь, что даже если я потушу фонарь, мы не сможем вернуться на корабль-призрак.

Сознание Цинь Му задрожало в ответ:

— Раньше я был Сыном Юду и маленьким Графом Земли, так что мне удастся заставить небо потемнеть. Если они что-либо предпримут, немедленно туши фонарь!

Если Да Хун и Гу Сяо начнут сражаться, то станут даже более опасными, чем звери пустоши!

У него были некоторые опасения. Дворец предков определённо был запечатан с помощью древних богов, и для этого были использованы обратные стороны Юду, Юаньду, Сюаньду, райских небес, Руин Заката и четырёх полюсов. Подобная печать была слишком сильной.

Он не был уверен, что они вернутся на корабль-призрак, если потушат фонарь.

Да Хун и Гу Сяо переглянулись, один скрестил руки, а другой начал пилить свои ногти и успокаивающе улыбаться.

— Раааа…

Небо и земля яростно задрожали. Гигантские звери пустоши медленно поднялись из-под земли и гор, материализуясь в небе.

Огромные существа выглядели так, будто у них не было определённой формы, и они могли протиснуться через что угодно!

На лбу Цинь Му выступил холодный пот. Он прошептал:

— Ло Сяо, тебе удалось установить контакт с сознанием твоих предков? Если ты закончил, то нам нужно немедленно уходить!

Сознание Ло Сяо проникло в глубины пустоши дворца предков, пытаясь найти сознание его предков. На его лице было опустошенное выражение:

— Здесь нет никаких следов сознания… — он внезапно стал невероятно подавленным и захихикал. — Брат Му, я не вижу сознания своих предков во дворце предков. Вероятно, их уже проглотили звери пустоши. Как я должен рассказать об этом старшим?

Он ошеломлённо уселся на землю, пытаясь спасти свои рушащиеся убеждения.

В эпоху мастеров создания не было сердец Дао. Сердце Дао было создано лишь после того, как была открыта система божественных сокровищ и райских дворцов. Следовательно, совершенствование его состояние ума было слабым, он значительно уступал в этом Цинь Му и остальным.

Звери бездны продолжали материализоваться. Звери в небе расправили свои перепонки и летели на ветру.

Цинь Му внезапно прокричал:

— Если я умру, вы не сможете покинуть дворец предков!

Гу Сяо и Да Хун отвели взгляды друг от друга. Гу Сяо потянулся и улыбнулся:

— Если мы планируем посетить шахту, то почему бы нам не пойти туда вместе? Что брат Хун об этом скажет?

Да Хун усмехнулся и проговорил:

— Я думаю о том же.

Цинь Му поднял и закричал:

— Скорее всего, духи предков скрываются в высших пустошах. Звери пустоши попросту не могут туда добраться. Не вини в этом себя. Прикажи своему зверю бездны забрать нас отсюда!

Бесчисленные звери пустоши хлынули огромным потоком, окружая их со всех сторон!

Настроение Ло Сяо улучшилось:

— Правильно! Совершенствование духов предков намного выше моего! Они, должно быть, скрылись в высших пустошах! Всё именно так!

Магическая сила Цинь Му взорвалась, со свистом поднимая жертвенный алтарь в воздух. Он приземлился на голову зверя бездны, закрепившись среди костяных гор.

Ло Сяо немедленно сосредоточился на управлении зверем бездны. Шагая своими шестью ногами, тот непрерывно ускорялся и выпрыгнул из пустоты за миг до того, как к ним долетели звери бездны!

Пространство вокруг внезапно странно изменилось, тела Цинь Му и остальных стали прозрачными. Цинь Му поднял руку, увидев свои вены и мышечные волокна.

Только тела Гу Сяо и Да Хуна не претерпели никаких изменений.

Зверь бездны запрыгнул в первую пустошь, избегая атак остальных зверей бездны. В этот момент из-ниоткуда появился острый коготь, ударяющий по алтарю!

Когти зверя бездны сияли холодным светом, которым обладало только божественное оружие. Своим ударом они разорвали первую пустошь.

Ло Сяо поспешно взял зверя бездны под контроль, заставляя его уклониться от атаки. Огромная лапа пронеслась над их головами, оставляя в пустоши следы разрезов.

В следующий миг в пустоши появилось ещё больше когтей. Так как Ло Сяо впервые контролировал зверя бездны, он не мог от них уклониться, и тот завопил от боли, его тело покрылось бесчисленными ранами.

Вьюх…

Бесчисленные звери бездны один за другим ворвались в первую пустошь. Сверкая яростными взглядами, они набросились на них.

Они подняли веки, открывая гигантские рты, которые занимали пол лица.

Ло Сяо испуганно контролировал зверя бездны. Внезапно тот уменьшился в размерах и прорвался через окружение зверей бездны, прежде чем снова прыгнуть и войти во вторую пустошь.

Во второй пустоши уже могли увидеть свои кости, превращаясь в подобие креветок. Можно было отчётливо увидеть их внутренние органы.

Тем не менее, остальные звери бездны с лёгкостью вошли во вторую пустошь, продолжая погоню.

Звери бездны могли менять свои размеры, становясь меньше или больше, в зависимости от ситуации.

Сознание Цинь Му хлынуло в зверя бездны неподалёку, пытаясь взять его под контроль.

Несмотря на то, что тот уменьшился в размерах, он всё ещё был невероятно огромным. Когда сознание Цинь Му попало в его глаз, он издал пронзительный крик.

Внезапно Цинь Му почувствовал головокружение. Вопль зверя смог проникнуть в его сознание и нарушить его мысли.

Этот вопль не был на самом деле воплем. Когда зверь чувствовал опасность, его создание издавало пронзительную дрожь, проникая в сознание врага и нарушая его действия.

Очевидно, звери бездны кое-чему научились, воюя с мастерами создания.

«Великое Всеобъемлющее Сознание!»

Сознание Цинь Му резко изменилось, превращаясь в слои небес, блокирующие вопль зверя бездны. Впоследствии он запечатлел в его разуме своё божественное искусство.

Зверь бездны был настолько силён, что мог сопротивляться его Великому Всеобъемлющему Сознанию с помощью своих воплей. Эта защита была крайне эффективной, и Цинь Му не удалось быстро преодолеть её.

«Совершенствование моего сознание примерно такое же, как у Ло Сяо. Даже если он сильнее меня, разница не может быть слишком большой. Кроме того, у меня есть Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора. Мои божественные искусства сознания тоже в несколько раз лучше его. Как ему удалось так быстро победить зверя бездны?»

Цинь Му почувствовал мороз по коже. Ло Сяо слишком быстро справился со зверем бездны. Может быть, это не он его подчинил, а кто-то другой?

Ло Сяо управлял зверем и непрерывно пересекал пустоши, проходя сквозь третью, четвертую и пятую.

Достигнув шестой пустоши, они смогли увидеть свои исконные духи. Их физические тела стали совершенно невидимыми.

Вот только глаз в межбровье Цинь Му не был поглощен Цинь Му, и витал прямо перед его исконным духом.

Конечно, физические тела Гу Сяо и Да Хуна не претерпели никаких изменений.

«Гу Сяо и Да Хун и вправду являются Небесным и Великим Императорами!» — был поражён Цинь Му.

Бесчисленные звери бездны продолжали их преследовать. Самые младшие из них не сумели пробиться в шестую пустошь, оставшись позади.

Цинь Му до сих пор пытался взять зверя бездны под контроль. Тем не менее, тот продолжал издавать пронзительные вопли, чтобы противостоять его Великому Всеобъемлющему Сознанию.

Цинь Му удивлённо взвёл брови:

— Зверем бездны управляет не Ло Сяо, а Великий Император!

Ло Сяо было немного не по себе. Он прокричал:

— Если мы продолжил углубляться в пустошь, наши физические тела и исконные духи будут поглощены!

Зверь пустоши бросился в шестую пустошь. Цинь Му, Янь’эр и остальные сразу же почувствовали, что их пустошь поглощает их исконные духи и физические тела. Единственное, что могло этому противостоять — это сознание!

Цинь Му продолжал сражаться со зверем пустоши, пытаясь проверить, удастся ли ему взять его под свой контроль. Он также чувствовал, как его физическое тело и исконный дух поглощаются пустошью. К счастью, он мог выжить в этих условиях, так как сила, с которой его поглощала пустошь, была не слишком великой.

Зверю бездны было сложно бороться с его Великим Всеобъемлющим Сознанием. Скоро ему удастся его контролировать.

Ло Сяо продолжал контролировать зверя бездны, и тот прыгнул в седьмую пустошь. Остальные звери бросились следом, их физические тела начали не выдерживать её давления.

В этот момент Цинь Му наконец взял зверя пустоши под свой контроль. Его сознание быстро вернулось обратно, окутывая цилиня, Янь’эр, и шесть небесных драконов.

Давление на них значительно уменьшилось.

Зверь бездны под управлением Ло Ся продолжал двигаться сквозь пустошь. Цинь Му не заставлял своего зверя следовать за ними, вместо этого отправив его обратно.

Он использовал глаз этого зверя, чтобы взглянуть на мир дворца предков. Тот мчался сквозь пустошь, летя по воздуху, зарываясь в землю и ныряя в океан.

Цинь Му рассматривал местность дворца предков. Тем не менее, чем больше он видел, тем больше пугался.

Во дворце предков не было других форм жизни. Все они были истреблены, и остались лишь звери Бездны!

Это место было крайне пустынным. Не было видно даже крохотной зелени. Цинь Му увидел лишь огромные поля сражений, заброшенные города мастеров создания и территории племён, покрытые костями.

Возможно, Цинь Му, Гу Сяо и остальные были единственными формами жизни, которые посещали дворец предков за огромное количество лет.

В этот момент глаза зверя бездны под управлением Цинь Му, он увидел клочок зелени.

Это была шахта, протянувшаяся на тысячи километров. Внутри неё были растения и цветы, окутанные странным светом.

Зверь бездны остановился перед шахтой и замер. Как бы Цинь Му не пытался заставить его войти внутрь, зверь отказывался.

В этот момент Цинь Му заметил, что вокруг шахты лежат бесчисленные трупы зверей бездны!

Посмотрев вперёд, он увидел даже более пугающую картину. Под растениями в шахте было бесчисленное количество скелетов, из черепов которых торчали Божественные Камни Великого Первоначала!

Цинь Му был шокирован. Всмотревшись вдаль, он обнаружил там ещё больше гигантских скелетов.

Всего было восемь гигантов, от которых остались лишь кости. Они стояли в лесу и выглядели так, будто шли вперёд. На их плечах был огромный золотой гроб. Казалось, что они погибли по пути в глубины шахты!

«Это… восемь древних богов! — сердце Цинь Му дрогнуло. — Интересно, кто в этом гробу?»

Внезапно он почувствовал, что его тело подняли в верх, что было иллюзией, вызванной тем, что он проник в более высокую пустошь.

Ло Сяо продолжал контролировать зверя бездны, добираясь в девятнадцатую пустошь. Оттуда Цинь Му было сложно контролировать своего зверя, и тот освободился от его сознания и покачал головой. Когда он заглянул в шахту, в его глазах появился ужас, и он поспешно убежал.

Глава 1058. Я не мoгу умеpеть

В девятнадцатой пустоши преследовавшие иx звери остановились. Они выглядывали из восемнадцатой пустоши, тихо ревя.

Ло Сяо вздохнул с облегчением:

— Эти звери бездны не могут сюда войти. Кажется, нам удалось сбежать. Вы как? Все в порядке?

Цинь Му задействовал своё сознание, чтобы не быть поглощенным девятнадцатой пустошью и защитить Янь’эр, цилиня и остальных. Без его защиты они не могли бы противостоять пустошью.

Даже в таком случае их физические тела больше нельзя было увидеть, а их исконные духи стали размытыми.

Что касалось Да Хуна и Гу Сяо, то они, естественно, были живы и здоровы.

— Брат Ло, зверь пустоши, которым ты управляешь, сумел войти в это место, так почему же звери остальные остались позади? — спросил Цинь Му.

Ло Сяо был ошеломлён:

— Неужели зверь бездны, которым я управляю, такой сильный? Он является самым сильным существом среди этих зверей пустоши?

— Боюсь, что это так.

Лицо Цинь Му сильно изменилось, когда он осмотрел девятнадцатую пустошь. Вокруг было белое свечение в форме сфер. Они были похожи на яйца высотой в тридцать метров. Аккуратно выстроенные в пустоши.

В девятнадцатой пустоши дворца предков были миллионы таких яиц, а может быть больше!

Яйца излучали белый свет, в каждом из них можно было разглядеть огромный глаз и тонкое, хрупкое тело.

Цилинь поспешно проговорил:

— Владыка Культа, эти яйца…

Цинь Му понизил голос:

— Должно быть, это яйца зверей бездны. Это место — гнездо для их потомства. Именно поэтому взрослые звери пустоши не осмелились войти сюда. Похоже, они боятся, что мы уничтожим их потомство.

— Владыка Культа, я хотел спросить, откуда взялись все эти яйца? — спросил цилинь.

Сердце Цинь Му замерло. Цилинь задал ключевой вопрос. Другие звери пустоши не осмеливались войти в девятнадцатую пустошь, но кто тогда отложил здесь столько яиц?

Как только он погрузился в мысли, в глубине девятнадцатой пустоши будто раскрылась огромная пропасть, накрывая собой всю девятнадцатую пустошь!

Как только глаз открылся, все сразу почувствовали, будто пустошь переворачивается вверх дном. Владелец глаза был слишком большим. Просто открыв глаз, он перевернул девятнадцатую пустошь дворца предков вверх дном!

— Мать зверей бездны… — Да Хун поднял голову, смотря в несравненно огромный глаз.

— Бежим! — Ло Сяо взревел, его сознание взорвалось и хлынуло в разум зверя бездны.

Зверь был поражен размерами матери зверей бездны. Он упал на землю и боялся пошевелиться.

Ло Сяо впал в ярость и собирался задействовать своё сознание заново. Внезапно зверь бездны поднялся и прыгнул из девятнадцатой бездны в восемнадцатую. Он летел по воздуху, пытаясь скрыться!

В девятнадцатой пустоши мать зверей бездны наконец проснулась. Её пронзительный голос вырвался наружу. Сознание Ло Сяо внезапно было нарушено, зверь под его контролем будто опьянел и начал спотыкаться.

Даже сознание Цинь Му было нарушено, он не мог защитить Янь’эр и остальных.

К счастью, вопль матери зверей бездны был настолько мощным, что оглушил остальных зверей, позволив Цинь Му и остальным спастись.

Вопль медленно утих. Ло Сяо немедленно приказал зверю бежать наружу. Войти в пустошь было сложно, но выбежать из неё было намного легче. Зверь убегал, не останавливаясь ни на мгновение.

Внезапно Цинь Му оглянулся и увидел огромную лапу, накрывшую собой половину неба. Она падала прямиком на них!

— Я не могу умереть! — внезапно прокричал Цинь Му. — Если я умру, никто не сможет отсюда выбраться!

Ло Сяо не понимал, о чём он. Но как только раздался голос Цинь Му, огромный коготь матери зверей бездны, казалось, наткнулся на невидимый барьер, его траектория изменилась, и пролетели мимо них!

Слои пустоши были разорваны на части, создавая невероятно ужасающее зрелище. Если бы кто-то посмотрел на дворец предков, то он увидел бы все девятнадцать пустошей и мать зверей пустоши!

Ло Сяо воспользовался возможностью и вывел зверя бездны наружу до того, как разрыв в пустоши закрылся. Внезапно раздался рёв зверей бездны, и их бесчисленные преследовали посыпались из глубин пустоши, будто дождь!

Рёв матери зверей бездны достиг ушей Цинь Му и остальных на алтаре. Почти все их внутренние органы так сильно задрожали, из всех отверстий их тел пошла кровь. Их сознание вибрировало настолько, что они не могли собраться с мыслями!

Зверь бездны под жертвенным алтарём начал дрожать, его огромное тело медленно разрушалось. Рев матери зверей бездны вот-вот его убьёт!

— Я не могу умереть!

Цинь Му был ошеломлён. Он изо всех сил пытался удержаться, крича:

— Если я умру…

Прежде чем он успел договорить, рев матери зверей бездны прекратился, будто что-то закрыло её рот.

Зверь бездны был сбит с ног и упал с неба вместе с жертвенным алтарем и людьми на нём. Они со всех сил держались за алтарь, но в итоге улетели прочь, и были вынуждены держаться за кости на голове зверя.

Жизненная Ци Цинь Му подхватила цилиня, в то время как Янь’эр защищала шестерых драконов. Она расправила крылья и прикрыла фонарь, чтобы тот не погас.

Ло Сяо был недалеко от Цинь Му. Он спросил:

— Брат Му, что это за заклятие?

Цинь му не успел ответить, так как зверь наконец упал на землю. Он несколько раз перевернулся, повалив по пути несколько высоких гор.

Вершины этих гор трещали, и в небо поднимался ослепительный свет металла. Отражаясь по всему небу, от создавал удивительное зрелище.

Сердце Цинь Му дрогнуло при виде этой картины. Внутренняя часть гор была создана из божественного металла!

Зверь бездны скользил по земле, создавая в её поверхности глубокие трещины, из которых вырывался ослепительный свет металла.

Цинь Му прижмурился, но свет продолжал жечь ему глаза, отчего они начали слезиться.

Почва, поднятая зверем бездны в воздух, внезапно расширилась, превращаясь в клочки земли, витающие в воздухе.

— Растущая почва…

Цинь Му с трудом открыл глаза и ошарашенно уставился на эту картину. Богатство дворца предков выходило за пределы его воображения.

Зверь бездны врезался в несколько гор, прежде чем упасть в глубокую яму. Его шесть ног распластались на её дне, и некоторое время он не шевелился.

Все по очереди поднялись. Цинь Му задействовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, быстро восстанавливая своё тело и исконных.

Он посмотрел на цилиня, который исполнил Таинственную Технику Бесстрастного Создания, и исцелил своё раненное тело, после чего помог Янь’эр.

Цинь Му помог Ло Сяо подняться, и тот вытер кровь из уголка рта. Он поспешно проговорил:

— А что насчёт Да Хуна и Гу Сяо? С ними всё в порядке?

С вершины алтаря раздался голос Гу Сяо:

— С нами всё хорошо, мы охраняем жертвенный алтарь. Его нельзя потерять.

Ло Сяо успокоился и огляделся по сторонам. Это место напоминало огромный бассейн, растянувшийся на тысячу километров в обе стороны. Его окружали высокие горы.

На его лице внезапно появилось радостное выражение:

— Это место — Долина Первобытного Дерева! Это значит, что Яшмовый Водоём где-то неподалёку!

— Долина Первобытного Дерева? — моргнув, спросил Цинь Му. — Какая связь между этим Долиной Первобытного Дерева и Матерью Земли?

Ло Сяо активировал своё сознание, чтобы разбудить зверя бездны:

— Я слышал, что Мать Земли изначально была Первобытным Деревом Дворца Предков. Его часто поливали мастера создания, используя воду из Яшмового Водоёма. Это удивительная вода, которая может исцелить любые ранения, и даже восстановить мою отрубленную руку. Долина Первобытного Дерева здесь, а значит шахта божественных камней тоже неподалёку.

Сердце Цинь Му резко дрогнуло, он почувствовал лёгкое головокружение:

— Мать Земли была здешним Первобытным Деревом? Неужели вода, о которой он говорил, — это исконная жидкость?

Как только зверь бездны проснулся, он поднялся и выпрыгнул из Долины Первобытного Дерева.

Вскоре после этого они увидели перед собой высохший океан.

Это был Яшмовый Водоём дворца предков.

Исконная жидкость Яшмового Водоёма уже высохла. Зверь бездны пролетал над Яшмовый Водоёмом, в то время как Ло Сяо оглядывался по сторонам, пытаясь найти оставшуюся исконную жидкость. Он объяснил:

— Раньше в Яшмовом Водоёме было много воды. Тем не менее, после того, как мастера создания начали использовать её для полива всяческих божественных предметов и после долгих лет войн, уровень воды упал. Когда мастера создания бежали отсюда, они забрали её остатки с собой. Не уверен, что за эти годы здесь появился новый источник… Смотри, вот там!

Его глаза загорелись, и его сознание тут же собрало исконную жидкость, лежащую в небольшом углублении. Затем он задрал голову и выпил её одним махом.

Цинь Му с жалостью вздохнул. Количество жидкости, которое только что выпил Ло Сяо, было намного больше, чем-то, что хранила Мать Земли!

Гигант безрассудно растрачивал ценные вещи!

После того, как он проглотил исконную жидкость, его рука начала медленно восстанавливаться. Вскоре у него появилась новая, сильная рука.

— Брат Гу Сяо, брат Да Хун, вы не хотите найти шахту?

Ло Сяо показал пальцем вперёд и улыбнулся:

— Она прямо там!

Гу Сяо и Да Хун улыбнулись:

— Спасибо, старший брат Ло, за твой совет!

Ло Сяо улыбнулся:

— Мы ведь братья, зачем говорить так официально?

Воздух впереди был наполнен ослепительными цветами, напоминающими туман. Это была шахта, которую увидел глазами зверя бездны.

Цинь Му было немного не по себе. Если Го Сяо и Да Хун действительно были Небесным и Великим Императорами, их желание попасть в шахту было очень подозрительным.

— Вероятно, они в чём-то друг друга подозревают, поэтому решили отправиться туда, чтобы всё проверить!

Взгляд Цинь Му загорелся, в его сердце нарастала тревога. В шахте было восемь древних богов, погибших, неся золотой гроб. Кто лежал в том гробу?

— Мать зверей бездны только что нас преследовала. Почему она оставила нас в покое после того, как мы покинули пустошь?

По шее Цинь Му катился пот: «Во дворце предков было много зверей бездны. Куда они все исчезли? Неужели…»

Ло Сяо привел их ко входу в шахту. Зверь бездны остановился, не осмеливаясь сделать шаг вперёд.

Гу Сяо и Да Хун спустились с жертвенного алтаря. Они переглянулись, но ничего не сказали.

Ло Сяо был крайне взволнован:

— Это земли Цзюй Юйзи. Он обнаружил здесь первый Божественный Камень Великого Первоначала, что стало началом расы мастеров создания! Здесь также был найден первый Первобытный Камень Великого Первоначала. Великий Император использовал его, чтобы победить трёх божественных королей и в итоге стать Великим Императором.

Цинь Му взглянул на Гу Сяо и Да Хуна, увидев, что они до сих пор смотрят друг на друга, улыбаясь. Похоже, что они не слышали слов Ло Сяо.

Ло Сяо был ошеломлён, заглянув внутрь шахты:

— Откуда здесь восемь древних богов? Почему они тащат гроб?

Сразу после этого он рассмеялся:

— Почему я вас об этом спрашиваю? Ты не должен этого знать…

— Может быть и знаем, — Да Хун усмехнулся и проговорил. — Старший брат Гу Сяо, ты согласен?

Гу Сяо не стал отвечать. Вместо этого он проговорил:

— Восемь богов, которые несут гроб. Вероятно, они собирались похоронить здесь очень важного человека.

Да Хун холодно рассмеялся:

— Возможно, они хотели похоронить часть истории, которую никто не должен был узнать?

Гу Сяо кивнул.

Да Хун предложил:

— Раз мы здесь, мы можем посмотреть, кто в этом гробу.

Ло Сяо быстро проговорил:

— Это очень древняя шахта. Здесь опасно даже для мастеров создания. Они единственные, кто мог войти внутрь, и большинство из них погибли! Посмотри на этих древних богов…

Цинь Му потянул его за рукав и проговорил:

— Брат Ло, не нам решать, входить или нет.

Ло Сяо был слегка ошеломлён, не понимая о чём он. Цинь Му отправился следом за Гу Сяо и Да Хунем, шепча:

— Разве ты ещё не понял?

— Что именно? — Ло Сяо ничего не понял.

— Ты… — цилинь подошёл к нему и прошептал головой. — Такой глупый.

Глава 1059. Пpошлое Bеликого Императора

Ло Сяо был крайне озадачен. Догнав Цинь Му, он проговорил:

— Это очень опасное место, мы не можем просто взять и войти внутрь. Будет лучше, если я покажу дорогу!

Цинь Му остановил его и улыбнулся:

— Опасно? Чего здесь бояться?

Ло Сяо недоумевал. K его удивлению, когда они вошли в шахту, то не обнаружили ни одной из её известных опасностей. Наоборот, здесь было очень тихо.

«Неужели старейшины всё время лгали, и на самом деле в шахте нет опасностей?» — он был растерян.

Гу Сяо и Да Хун шли бок о бок. Карета Небесного Дракона летела следом за ними, на ней стояла Янь’эр, продолжая светить своим фонарём.

Да Хун повернулся и улыбнулся:

— Брат Му, брат Ло, пожалуйста, держитесь поближе.

Цинь Му ничего не оставалось, кроме как догнать их. Немного колеблясь, Ло Сяо проговорил:

— Я всё ещё хочу узнать, остались ли духи моих предков в глубинах пустоши…

Гу Сяо повернулся, улыбаясь:

— Девятнадцатую пустошь охраняет мать зверей бездны, а твоё сознание не может туда добраться. Брат Ло, не стоит спешить.

Ло Сяо недолго подумал и пришёл к выводу, что это правда. Мать зверей бездны была невероятно сильной, и если бы даже его сознание добралось до девятнадцатой пустоши, она тут же бы его сожрала.

В траве вокруг них блуждали сверкали лучи света. Осмотревшись по сторонам, Ло Сяо пробормотал:

— Странно, это место точно такое, как и описывали старейшины, но в нём нет никаких опасностей. Как такое возможно? Это ведь Шахта Камней Великого Первоначала. Когда здешнее сознание замечало мысли людей, оно тут же превращалось в различные видения. Даже самые сильные мастера создания гибли из-за этого!

Взгляд Цинь Му упал на их спины, он проговорил:

— Может быть, какие-то могущественные создания подавляют опасности шахты? — Ло Сяо шокировано дрогнул. Смотря на золотой гроб, он проговорил. — Ты хочешь сказать, что человек в гробу настолько силён, что может подавить шахту? Кто мог бы обладать таким уровнем совершенствования? Неужели это… — его глаза загорелись, он хлопнул в ладоши. — Я понял, это Великий Император! Его труп в этом гробу!

Он взволнованно проговорил:

— Старейшины говорили, что Великий Император погиб в битве Области Ржавой Крови. Должно быть, Небесный Император боялся, что тот вернётся к жизни, поэтому приказал своим людям доставить его труп сюда! Великий Император наконец умер!

Впереди раздался голос Гу Сяо:

— Великий Император обладал самым могущественным сознанием в истории. Разве он мог умереть? Я слышал, что во время битвы области Ржавой Крови, Первобытный Камень Великого Первоначала в его межбровье треснул, но он выжил. После этого он стал жалким бродягой и с тех пор скрывается.

Да Хун засмеялся:

— Я также слышал, что Небесный Император победил Великого Императора с помощью каких-то уловок. Первобытный Камень Великого Первоначала был уничтожен не Небесным Императором, а женой Великого Императора, Божественным Королём Гун Юнь. Чтобы сохранить свою репутацию, Небесный Император убил Божественного Короля Гун Юнь сразу после этого.

Ло Сяо моргнул и улыбнулся:

— Два брата, откуда вы это узнали? Даже я, мастер создания, не слышал подобного. Мои старшие никогда об этом не говорили.

Они молчали, продолжая идти вперёд.

Ло Сяо что-то заподозрил.

Спустя некоторое время они наконец остановились рядом с трупами восьми богов.

Они взлетели в воздух, приближаясь к золотому гробу.

Гу Сяо и Да Хун посмотрели на золотой гроб, продолжая молчать.

Цинь Му и Ло Сяо подошли к Цинь Му, цилинь шагал следом за ними. Янь’эр осталась на карете, держа фонарь в руках.

Да Хун улыбнулся:

— Древний Небесный Император хвастался, что он справедливый и праведный человек. Тем не менее, он использовал жену Великого Императора. Должно быть, он много чего ей пообещал, может даже выживание её людей. Тем не менее, чтобы сохранить свою репутацию, он должен был убить её, а также древних богов, которые притащили тело сюда, — он поднял голову и бросил на Гу Сяо презрительный взгляд. — Шахта Первобытных камней Великого Первоначала — это лучший способ от них избавиться. Небесный Император был рождён из яйца, добытого здесь, поэтому он отлично понимает, насколько опасно это место. Приказав восьми богам доставить гроб сюда, он решил воспользоваться шахтой, чтобы убить свидетелей!

Гу Сяо кивнул и проговорил:

— Я слышал, что Великий Император был безжалостным и невероятно жестоким. Он боялся, что мастера создания создадут ещё одного Великого Императора, поэтому решил убить своё племя, племя Божественного Короля Гун Юнь, и даже намеревался истребить всех мастеров создания. Его жена, Гун Юнь, была настолько этим разбита, что начала роман с Небесным Императором, и у них родился сын.

Зрачки Да Хуна сузились:

— Тем не менее, даже после того, как она разбила его Первобытный Камень Великого Первоначала. Он не причинил ей вреда. Наоборот, это Небесный Император её предал и убил!

В этот момент им было всё равно на Ло Сяо, Цинь Му и остальных. Судя по тому, как развиваются события, они уже поняли личность друг друга и решили устроить решающий бой!

Ло Сяо был ошеломлён. Покачав головой, он спросил у Цинь Му:

— Неужели расы демонов и людей настолько древние? Кажется, они знают о событиях древней первобытной эпохи.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули. Он с трудом сдерживал желание его избить.

Да Хун и Гу Сяо протянули руки к гробу, собираясь его открыть.

Цинь Му сделал шаг назад.

Они открыли гроб, но продолжали смотреть на лица друг друга.

Цинь Му стиснул зубы, не в силах подавить своего любопытства. Собравшись с духом, он заглянул в гроб.

Гроб был огромным, внутри него лежала не менее гигантская женщина. Её глаза были закрыты, будто она спала.

В её межбровье была рана от вырванного глаза, а на груди виднелось темно-красное пятно, которое, должно быть, было ранением, от которого она умерла. Без глаза в межбровье сила её божественных искусств значительно ослабла.

Она умерла от руки близкого ей человека. Только кто-то близкий мог подобраться к ней и вырвать её глаз, делая её не способной дать отпор.

После смерти этот человек хорошо о ней позаботился. Она была одета в невероятно роскошную одежду, на её голове была фениксовая корона, отчего она выглядела как настоящая императрица.

В её руке был цветок. Он до сих пор на засох и был прижат к груди, прикрывая смертельную рану.

Да Хун улыбнулся:

— Три брата, Небесный Император заслуживает смерти. Я прав?

Цинь Му почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Сделав несколько шагов назад, он кашлянул:

— Брат Ло, давай найдём духи твоих предков?

Ло Сяо хотел подойти вперёд:

— Я никогда раньше не видел Божественного Короля Гун Юнь. Я хотел бы на неё взглянуть…

— Нет!

Цинь Му впал в ярость и потащил его за собой.

Ло Сяо испугался:

— Брат Му, ты самый младший брат, но читаешь мне лекции, будто я твой сын. Если ты не хочешь, чтобы я смотрел, то я не буду этого делать. Зачем вести себя так грубо?

В этот момент раздался голос Да Хуна:

— Небесный Император, хе-хе, или мне лучше называть тебя Тай Чу? Когда я выкопал тебя вместе с Первобытным Камнем Великого Первоначала, то обнаружил в яйце мощную форму жизни. Форму жизни, которая была даже более древней чем мы, мастера создания.

Ло Сяо был ошеломлен. Внезапно он несколько раз дрогнул, на его лице возникло выражение ужаса.

— Я увидел твою силу. Если бы ты и дальше оставался в шахте, то рано или поздно поглотил бы всю её силу и стал бы невероятно могущественным, — продолжал Да Хун. — Тогда я планировал захватить твоё тело, но решил отказаться от этой идеи. Заполучив Камень Первоначала, я стал высокомерным и думал, что мне не стоит тебя бояться, и что я всегда буду сильнее тебя! Следовательно, я вырастил тебя, будто сына. Для того, чтобы ты родился, я даже заставлял людей проводить жертвоприношения.

Он усмехнулся:

— К сожалению, я тебя недооценил.

Гу Сяо прямо проговорил:

— Делать жертвоприношения для моего роста — это то же, что пытаться заставить дерево расти быстрее, дёргая его за верхушку. У тебя были злые намерения, и ты хотел использовать жертвоприношения, чтобы обрести надо мной контроль, делая из меня своё оружие. Разве я мог не понять твоих планов? Ещё когда я рос в яйце, я изучил множество правил Великого Дао и поглотил силу Великого Дао Неба и Земли. Я родился, владея огромной мудростью. Тем не мене, ты забрал Камень Первоначала и остановил моё развитие, и мне пришлось использовать силу мастеров создания, чтобы получить нужные питательные вещества.

Ло Сяо почувствовал, как по его спине пробежали мурашки. Он зашагал быстрее, двигаясь к выходу из шахты.

Гу Сяо продолжил:

— Великий Император, это не твоё настоящее тело, разве оно может быть сильным? Ты украл тело простого демона. Даже когда ты знаешь о событиях прошлого, на что ты способен?

— Его хватит, чтобы убить тебя, — уверенно ответил Да Хун. — Разве передо мной не твоя реинкарнация? Чтобы чаще видеться с Госпожой Юаньму, ты решил стать небесным мастером Южной Секты. Насколько сильным может быть твоё человеческое тело?

Гу Сяо равнодушно ответил:

— В таком случае, чего мы ждём?

Цинь Му тут же почувствовал два ужасающих толчка, исходящих от шахты, и его сердце дрогнуло от страха. Он тут же прокричал:

— Если я умру, никто…

— Понял! — одновременно раздались яростные голоса Да Хуна и Гу Сяо.

Два ужасающих толчка постепенно утихли.

Цинь Му облегчённо вздохнул и проговорил:

— Жирдяй, Янь’эр, садитесь в карету. Брат Ло, ты тоже!

Когда они уселись внутри, цилинь взмахнул кнутом, и карета на полной скорости полетела к выходу из шахты.

Как только карета вылетела за пределы шахты, её настигла дрожь странного божественного искусства. Цинь Му оглянулся, увидев, как Да Хун вытаскивает копьё из рукава!

Несмотря на то, что его рукав имел не больше метра в длине, длина копья достигала трёх метров.

Копьё было странным. Обычное копьё было прямым, в то время как это было кривым, напоминая дракона.

Копьё было обработано драконьей веной древнего дракона из дворца предков. Когда он нанёс ним удар, в округе прозвенели пронзительные крики драконов!

Пила в руках Гу Сяо изменила свою форму, превращаясь в меч. Её поверхность была покрыта мелкими точками. Приняв свой настоящий облик, она стала имперским мечом, олицетворяющим правление Небесного Императора над всей вселенной!

Крохотные точки на его поверхности превратились в бесчисленные символы и надписи, покрывающие. Это были символы Великого Дао!

Когда Гу Сяо использовал его, чтобы пилить свои ногти, было невозможно разглядеть настоящей формы меча. Никто не знал, что крохотные точки, которыми она была покрыта, были рунами Великого Дао!

На мече было около двух тысяч символов, которые в доисторические времена Небесному Императору дали две тысячи древних богов.

Когда меч столкнулся с копьём древнего дракона, раздался звон Дао. Этот звук напоминал голоса тысяч богов, слившиеся воедино, пытаясь поддержать могущественных императоров.

В небе над трупами древних богов и золотым гробом два ужасающих силуэта обменялись несколькими ударами.

Ударные волны быстро настигли Цинь Му и остальных. Янь’эр спряталась за каретой, объединяя своё исконный дух и физическое тело воедино, чтобы принять форму драконьего воробья и защитить карету.

Бум!

Она хмыкнула, на уголках её рта выступила кровь. Её тело и исконный дух мгновенно получили серьёзные ранения, в результате чего ей пришлось вернуться в облик толстой девушки.

Давление этой ужасающей волны было настолько сильной, что стокилограммовая девушка прилипла к карете. Шесть небесных драконов со всех сил пытались удержать карету, но не сумели совладать с огромным давлением и были вынуждены отступить.

Из-за сильного напряжения толстые вены на их коже лопнули, их тела покрылись кровью.

Цинь Му исполнил божественное искусство мгновенного перемещения, которое тут же взорвалось, превращаясь в огромный круг, блокирующий дрожь, вызванную божественными искусствами Да Хуна и Гу Сяо. Тем не менее, в следующий миг божественное искусство мгновенного перемещения было разрушено.

Взмахнув рукой, Цинь Му нарисовал в воздухе несколько огромным колец. Из них тут же вылетели бесчисленные руны мгновенного перемещения. Когда одно кольцо разбивалось, следующее тут же занимало его место, помогая Янь’эр противостоять ударам волн божественных искусств.

Ло Сяо немедленно взял зверя пустоши под контроль, и заставил его встать перед каретой. Тем не менее, он тоже тяжело переносил давление и был вынужден отступить.

Наконец первая ударная волна закончилась, и всё облегчённо вздохнули. Оглянувшись, они обнаружили, что карета отлетела на сотни километров.

— Да Хун не справится с Гу Сяо.

Божественные глаза Цинь Му сумели увидеть происходящее в шахту. Да Хун был ранен. В сравнении с Гу Сяо¬ немного слабее из-за своего демонического тела.

Несмотря на то, что это был невероятно сильный демон, столкнувшись с Гу Сяо и его императорским мечом, обладающим силой Великого Дао, он не выдержал первого обмена ударами.

Меч Гу Сяо нельзя было назвать мечом, это скорее было оружие Великого Дао. Когда меч двигался, за ним появлялись видения двух тысяч богов, выстроенные в ряд. Среди них были даже могущественные создания, такие как Граф Земли, Небесный Герцог и Мать Земли!

— Я искал тебя все эти годы. Моё сердце не найдёт покоя, пока ты жив.

Несмотря на то, что Гу Сяо говорил невероятно самоуверенно, свет его меча и вправду оказался пугающим, и вынудил Да Хуна расправить два крыла и подняться в воздух. Да Хун проговорил:

— Я хотел раскрыть местонахождения дворца предков, чтобы тебя спровоцировать и заставить выдать себя. Я даже могу подавить своё желание убить остальных мастеров создания! Моя цель — это унизить и убить тебя перед лицом Гун Юнь!

— Ты и вправду думаешь, что сможешь меня одолеть?

Да Хун рассмеялся. Внезапно небо стало невероятно ярким, и гигантская мать зверей из бездны протиснулась из пустоши. Её глаз засиял в небе, будто миллион солнц.

— Более поздние поколения считают Дао чем-то высоким, а создание с помощью сознания — чем-то устаревшим и слабым. Небесный Император, я знаю, что это тело с тобой не справится, но здесь, во дворце предков, ты мне не противник.

Из шахты донёсся голос Да Хуна. Мать зверей бездны выбралась из пустоши, её тело становилось всё меньше и меньше, мчась в сторону входа!

Размеры тела невообразимо могущественной матери зверей бездны резко уменьшались. Звери бездны могли менять свои габариты по желанию. Они могли проглотить солнце и луну, а могли стать крохотными, будто зерно горчицы.

Она была настолько сильной, что не обращала внимания на силу шахты, и без раздумий бросилась вперёд.

— Самый сильный зверь бездны подчиняется самому сильному мастеру создания. Звери бездны — её дети! — в голосе Да Хуна была радость и издевательство. — Тай Чу, вот почему я решился сразиться с тобой здесь!

Глaва 1060. Нeизменная любовь

Цинь Му, стоящий за пределами шахты, тут же огляделся. Небо и землю закрыли огромные глаза. Они поднимались из-под земли, открывая огромный проход в бездну.

Их постепенно окружали звери бездны.

Да Хун приземлился на маленькое тело матери зверей бездны, которое тут же бросилось вперёд, пытаясь убить Гу Сяо.

Его сила росла в геометрической прогрессии, мать зверей бездны кралась сквозь тьму. Она обладала невероятной силой, её острые когти и язык напоминали небесное оружие. Схватив императорский меч Гу Сяо, она лизнула его, и несколько символов Дао тут же исчезли из его поверхности!

— Небесный Преподобный Му, вам не стоит так поспешно уходить! — раздался голос Да Хуна. — Дождитесь, пока я убью Гу Сяо и заберу труп своей жены, после чего мы уйдём вместе. Брату Ло Сяо нельзя умирать. Мне нужно, чтобы он нашёл остальных мастеров создания. Звери бездны вас защитят!

Ло Сяо уселся в карете, его глаза казались безжизненными. Спустя некоторое время он пришёл в себя и посмотрел на Цинь Му, шепотом умоляя:

— Брат Му, убей меня! Я не могу рассказать ему, где находятся мои люди! Пожалуйста, быстро убей меня!

— Даже если он тебя убьёт, это не поможет. Твоё сознание и душа останутся здесь, и я смогу получить из них нужную информацию, — в его мозг тут же пробралось сознание Да Хуна.

Ло Сяо был ошеломлён.

Теперь, даже если бы он захотел умереть, это ему не удалось бы.

Цинь Му собрался с мыслями и проговорил:

— Брат Ло, теперь, когда мать зверей бездны покинула девятнадцатую пустошь, мы можем попытаться встретиться с духами твоих предков.

Ло Сяо попытался успокоиться, но это ему не удалось. Он проговорил:

— Даже если мы их найдём, что это нам даст? Я покойник. Я должен умереть, чтобы спасти своих людей от катастрофы. Убей меня…

— У нас ещё есть надежда, — задрожало сознание Цинь Му. — Я построил два жертвенных алтаря. Один находился за пределами дворца предков, а второй внутри. Мы можем уйти отсюда даже без помощи последнего. Это и есть наш шанс. Если тебе удастся связаться с духами предков, я смогу установить связь с алтарём снаружи, и призвать нас обратно. Нужно двигаться!

B глазах Ло Сяо снова засияла надежда.

Увидев его взгляд, Цинь Му был глубоко тронут.

Это была пара чистых глаз, отражающих состояние сердце Ло Сяо.

В этом испорченном мире было сложно найти такие ясные глаза. Мастера создания, покинувшие мир дворца предков и отправившиеся в Великую Пустошь, редко сталкивались с коварностью этого мира, что позволило им сохранить чистоту духа. Они умели верить и доверять другим.

Ло Сяо был мастером создания. Раньше Цинь Му видел такие глаза лишь у младенцев.

Несмотря на то. Что глаза Цинь Му были такими же яркими, он не был таким, как ЛО Сяо. Немой и одноногий с детства учили его быть хитрым, и он использовал свой наивный взгляд лишь для обмана.

«Мне нужно передать ему три пророчества.»

Цинь Му был полон решимости. Пророчества защитили мастеров создания Великой Пустоши и позволили им одолеть его физическое тело. Они также позволили людям Эпохи Императора-Основателя найти место для постройки деревни Беззаботной. В будущем они даже позволят ему стать святым младенцем мастеров создания!

Он должен был гарантировать, что Ло Сяо вернётся в Великую Пустошь с тремя пророчествами!

Тем не менее, Цинь Му знал, что как только Ло Сяо встретит своих людей и передаст им пророчества, он умрёт.

Он не мог вынести смерти такого чистого человека, но должен был выполнить эту часть истории.

Бесчисленные звери бездны кружились вокруг кареты, защищая её от ужасающих волн, доносящихся из шахты. Ло Сяо задействовал своё сознание, которое завибрировало в пустоши. Оно тут же пробилось сквозь слои пустоши, двигаясь в его глубины.

В его физическом теле не осталось ни капли сознания, лишь искреннее желание найти предков.

Цинь Му тихо вздохнул и использовал Великое Всеобъемлющее Сознание, чтобы пробраться в пустошь.

С точки зрения силы сознания, Цинь Му бледнел на фоне Ло Сяо. Последний был мастером создания и его сознание было невероятно развитым.

Он был молодым мастером творчества, который еще не созрел. Однако после того, как он это сделает, его совершенствование будет на уровне трех изначальных царей.

Тем не менее, качество сознания Цинь Му было намного лучше.

Цинь Му использовал систему божественных сокровищ и райских дворцов будущего, чтобы улучшить технику совершенствования мастеров создания. Кроме того, он изучил Великое Всеобъемлющее Сознание Великого Императора, что позволило ему достичь уровня создания, с которым Ло Сяо не смог сравниться.

Его сознание добралось в девятнадцатую и двадцатую пустоши быстрее, чем это удалось Ло Сяо, несмотря на то, что он задействовало его позже.

Затем оно добралось до ещё более высокого уровня пустоши, и Цинь Му обнаружил, что там ничего не было. Сознание здешних мастеров создания уже было поглощено зверями бездны.

Каждый из следующих слоёв был таким же.

В ту варварскую эпоху, как Великий Император, так и древний Небесный Император хотели стереть грязные страницы своего прошлого.

Все следы мастеров создания должны были быть уничтожены.

Единственная разница заключалась в том, что древний Небесный Император был победителем, а Великий Император — проигравшим.

Сознание Цинь Му достигло двадцать восьмой пустоши, и к тому времени его сила почти иссякла. Ему было тяжело продолжать двигаться вперёд.

Когда Ло Сяо достиг двадцать третьей пустоши, продолжать стало ещё труднее. Его сознание юного мастера создания было наполнено бесконечной печалью, витая в пустоте.

«Пропало, всё пропало…»

«Духи предков были уничтожены…»

Его сознание впало в отчаяние, дрейфуя по двадцать третьей пустоши без всякой воли к борьбе.

В этот момент из следующей пустоши на него хлынула странная волна сознания. В его голове тут же прозвучал древний, величественный голос.

— Молодой мастер создания, наш потомок, наконец ты здесь.

Ло Сяо был настолько взволнован, что его сознание задрожало. Между тем его физическое тело начало плакать.

— Наш ребёнок. Мы молчали с древних времён. Мы пережили бесчисленное количество эпох и наблюдали за движением тысяч миров вселенной. Мы изучали пустоту и видели как прошлое, так и будущее.

— Дитя, мы увидели трудности, с которыми столкнутся мастера создания. МЫ даже увидели твоё сердце.

— Дитя, возвращайся в Великую Пустошь с тремя пророчествами. Они сбудутся одно за другим.

…

Ло Сяо упал на колени посреди кареты, заливаясь слезами. Он не мог сказать и слова.

В двадцать третьей пустоте с ним связались духи предков и поделились с ним тремя пророчествами, в которых шлось о вторжении Великого Императора и появлении Небесного Преподобного Юня, о мире Парамиты и святом младенце.

После этого они погрузились в тишину.

— Дитя, сделай всё возможное, чтобы выжить… А теперь иди.

Ло Сяо призвал своё сознание обратно.

Сознание Цинь Му тоже вернулось, он посмотрел на Ло Сяо. Тот шагал по карете, обнимая цилиня, Янь’эр и даже шестерых небесных драконов, целуя их в щеки.

В конце концов он крепко обнял Цинь Му и проговорил, задыхаясь:

— Му, ты мой настоящий брат!

Цинь Му улыбнулся и похлопал его по спине, мягко говоря:

— Брат, пора идти.

Ло Сяо отпустил его и вытер слёзы. На его лице была чистая улыбка.

Цинь Му незаметно использовал построение обратного призыва, чтобы найти жертвенный алтарь, находящийся снаружи дворца предков. В этот момент, в шахте, Гу Сяо получил серьёзные ранения. Под атаками Да Хуна и зверя бездны, его жизнь оказалась в опасности. В шахте звенел смех Да Хуна.

— Тай Чу, наконец ты проиграл. Ты умрёшь здесь, а твоё тело снаружи даже не будет знать, что произошло. Я медленно поглощу тебя и заберу твою силу!

Он напоминал койку, поймавшую мышь. Он не стал сразу его убивать, и вместо этого решил поиграть, мучая Гу Сяо и не давая ему сбежать.

— Я захвачу твои райские небеса и украду твою власть. Я медленно уничтожу эпоху, которую ты построил, чтобы повергнуть тебя в отчаяние. Тебе не удастся найти своего врага, и ты умрёшь в ужасных муках!

Наконец Гу Сяо упал на колени перед золотым гробом. Он больше не мог сражаться.

Да Хун стоял перед ним, его глаза светились завораживающим светом. Он поднял подбородок Гу Сяо своим копьём и засмеялся:

— Я заберу твоё сознание и Великое Дао твоего тела. Я узнаю всё о тебе, в то время как твоё настоящее тело никогда об этом не узнает.

Гу Сяо с трудом поднял голову и засмеялся. На его зубах виднелась кровь, он проговорил:

— Великий Император, ты знаешь где душа Гун Юнь?

Зрачки Да Хуна сузились.

— Она у меня, — Гу Сяо безудержно рассмеялся. — У меня её душа. Несмотря на то, что я убил её, я люблю её, поэтому заточил её душу в тюрьму. Ты не хотел бы её увидеть?

Копьё в руках Да Хуна задрожало, он прокричал хитрым голосом:

— Выпусти её душу!

Гу Сяо изо всех сил попытался поднять руки и снять нефритовый кулон со своей шеи. Он хотел его разрушить, но не смог.

Его травмы были слишком серьёзными, у него было мало времени.

Да Хун сорвал кулон своим копьём. Из него тут же вылетела женская душа, двигаясь в сторону золотого гроба.

Уставившись на душу женщины, Да Хун увидел, что это и вправду была его жена, Божественный Король Гун Юнь.

— Ню Синь… — он подошёл к золотому гробу. Женщина, лежащая в нём, медленно открыла глаза.

Тело Да Хуна задрожало. Он с улыбкой протянул руку, и женщина взяла его за руку.

Да Хун вытащил её из гроба и обнял. Они оба начали плакать:

— Ню Синь, моя любимая жена. Я скучал по тебе все эти годы и мечтал увидеть тебя снова. Мы должны поговорить с тобой о многих вещах…

На лице Гу Сяо, стоящего за его спиной, появилась насмешка, он медленно поднял имперский меч, целясь им в спину Да Хуна.

Тонкая нефритовая рука замахнулась мечом, вонзая его прямо в спину Да Хуна.

Женщина в объятиях Да Хуна тут же отпустила его, и он упал на колени.

Мать зверей бездны яростно взвыла и открыла пасть, собираясь проглотить воскресшую женщину.

— Зверь! — Да Хун впал в ярость. Из его рта хлынула кровь, что ещё сильнее разозлило мать зверей. Он яростно прокричал. — Уходи!

Мать зверей бездны издала робкий крик и исчезла в пустоши.

Из рта Да Хуна текла свежая кровь, пока он продолжал смотреть на свою жену. Он продолжал улыбаться:

— Ню Синь, возможно, я предал свой народ, но я никогда не предам тебя и не изменю своих чувств к тебе.

Женщина в гробу ничего не ответила. Она поднялась и схватила рукоять меча, торчащего из его спины, и вонзила меч глубже.

Лезвие меча пронзило грудь Да Хуна, и сила его Дао нарушила работу его тела и сознания.

— Я до сих пор тебя люблю… до самой смерти… — он улыбнулся.

Божественный Король Гун Юнь села на корточки рядом с ним. Её длинные волосы падали ему на грудь, её голос был наполнен бесконечной ненавистью, пока она шептала ему на ухо.

— Но я разлюбила тебя Великий Император. С тех пор, как ты уничтожил мой народ, я тебя не люблю.

Её голос напоминал режущий кости нож. Прокручивая рукоять меча, она медленно разрушала сердце Да Хуна:

— Между нами осталась только ненависть. Бесконечная ненависть. Я могу объединиться с Тай Чу и использовать его силу, чтобы тебя убить. Более того, я убила нашего ребёнка, и даже родила ребёнка от Тай Чу!

Да Хун продолжал улыбаться:

— До самой смерти…

Пуф!

Гун Юнь вытащила меч из его спины. Гу Сяо с трудом попытался встать, говоря насмешливым тоном:

— Друг Дао, ты всё равно не можешь меня победить.

Не оборачиваясь, Божественный Король Гун Юнь взмахнула мечом, свет которого пронзил шею Гу Сяо.

Голова Гу Сяо упала на землю. Улыбка на его лице заменилась выражением неверия.

Божественный Король Гун Юнь бросила меч на землю. Лезвие пронзило спину Гу Сяо, пригвоздив его к полу шахты.

— Больше всего я ненавижу предательство, — она подняла ногу и раздавила череп Гу Сяо.

Да Хун до сих пор был жив. Он посмотрел на труп Гу Сяо и проговорил:

— Хорошее убийство, хорошее! Ню Синь, уходи из шахты. Снаружи есть парень по имени Му Цин, который может вытащить тебя отсюда! Я нарушу его сознание, но я долго не протяну. Это единственный шанс…

Божественный Король Гун Юнь подняла его за шею и потащила из шахты:

— Я не дам тебе умереть так просто. Мне нужно твоё тело, чтобы найти твоё настоящее тело. Ты не умрёшь, пока я этого не сделаю.

Тело Да Хуна бессильно повисло, он не сводил взгляда с её лица. В его глазах горела надежда:

— До самой смерти…

— Я хочу пытать тебя, заточить в тюрьму, и заставлять тебя чувствовать боль всеми возможным способами.

Божественный Король Гун Юнь холодно проговорил:

— Я хочу, чтобы ты почувствовал боль убийства всего моего народа, или даже в сто раз больше! Я хочу, чтобы ты испытал невообразимые пытки!

Да Хун бессильно проговорил:

— До тех пор, пока ты со мной…

— Молчи!

Глава 1061. Смерть Ло Сяо

Цинь Му раз за разом попытался обнаружить жертвенный алтарь снаружи дворца предков. Тем не менее, он снова и снова терпел неудачи. В пустоши была сила, нарушающая его сознание.

На его лбу выступил холодный пот. Волны сознания, отвлекающие его, исходили из шахты. Да Хун определённо пытался его остановить.

Внезапно Цинь Му почувствовал, как сознание Да Хуна рассеялось. Он тут же воспрял духом, почувствовав жертвенный алтарь, находящийся за пределами дворца предков!

Цинь Му был доволен и тут же исполнил божественное искусство обратного вызова. Его жизненная Ци и сознание смешались вместе, активируя жертвенный алтарь за пределами дворца предков.

В то же время он услышал мелодичное, грустное пение. Казалось, будто у реки пела женщина, медленно входя в ледяную воду.

Он оглянулся и увидел величественную императрицу, шагающую им навстречу с Да Хунем на спине.

Цинь Му растерялся, увидев, что дворец предков исчезает, и услышал шум воды.

Картина перед его глазами изменилась, и он увидел течение реки, покрытое густым туманом. Опечаленная женщина шагала к центру реки, её тело медленно исчезало в воде.

Она напевала меланхоличную песню, слова которой нельзя было понять.

— Иллюзия! — Цинь Му тут же задействовал своё сознание и яростно прокричал. — Иллюзия сознания! Кто осмелился меня обмануть? Я великий мастер иллюзий!

Женский голос мягко прошептал в ответ:

— Я их придумала.

Цинь Му стиснул зубы и использовал технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, Великое Всеобъемлющее Сознание, Сутру Безграничного Бедствия и все свои божественные искусства создания, пытаясь разрушить иллюзию.

Тем не менее, он чувствовал, что его физическое тело и исконный дух выходят из-под контроля, продолжая выполнять технику обратного призыва. Он устанавливал с алтарём снаружи всё более тесную связь.

Лоб Цинь Му покрылся холодным потом. Иллюзия сознания Божественного Короля Лан Во вторглась в его физическое тело, заставляя его уйти вместе с ней.

Он попытался сломать иллюзию, но сознание Гун Юня было сильнее, чем у него. У неё было преимущество, с которым он не мог справиться.

Божественное искусство обратного призыва активировалось, и пустошь задрожала. В её глубинах показался ещё один алтарь, вспыхнув ярким светом.

Цинь Му стиснул зубы, борясь с божественным искусством сознания Гун Юнь. Река и женщина впереди исчезали и появлялись снова и снова. Их силуэты становились то размытыми, то отчётливыми.

Пение то отдалялось, то удалялось, раз за разом сокрушая сознание Цинь Му.

Внезапно Цинь Му услышал женский голос:

— Ты Му Цин? Божественные искусства сознания более поздних поколений и вправду мощны. Возможно, если ты не умрёшь, мы ещё встретимся…

По мере того, как иллюзия рассеивалась, её голос становился всё тише. Карета появилась на жертвенном алтаре снаружи и её тут же поглотил яркий свет фонаря.

Этот свет был таким же, как свет фонарей Флота Райской Реки!

Алтарь окружили бесчисленные корабли, их флаги развевались на ветру. Бесчисленные боги и воины райских небес спустились на алтарь, неподалёку от Флота Райской Реки стояла армия южной секты.

После того, как они вошли во дворец предков, армии, преследующие их, нашли алтарь. Они окружили строение, собираясь их поймать!

Ло Сяо направил зверя бездны в сторону солдат, пытаясь пробиться сквозь их ряды. Он прокричал:

— Брат Му, за мной! Мы выберемся отсюда!

Бесчисленные солдаты активировали свои построения, пытаясь заманить их в ловушку, их бесчисленное оружие поднималось с кораблей, атакуя карету.

К жертвенному алтарю приближалось всё больше и больше воинов.

Цинь Му огляделся и не увидел Божественного Короля Гун Юнь и Да Хуна.

Солдаты не могли схватить божественного короля. В конце концов, даже сознание Цинь Му не смогло разрушить её иллюзию.

Она могла свободно пройти через ряды Флота Райской Реки и армии Южной Секты.

Теперь, когда Да Хун оказался в руках этой женщины, его ждали бесчисленные пытки и унижения.

— Интересно, станет ли Гун Юнь в будущем Небесным Преподобным? — подумал Цинь Му.

Он посмотрел на бесчисленных богов и дьяволов, мчащихся к ним, прежде чем посмотреть на Ло Сяо, изо всех сил старающегося вырваться на свободу. Спустя несколько мгновений Флот Райской Реки и армия Южной Секты заточил Ло Сяо в ловушку, из которой даже Цинь Му было бы трудно сбежать.

— Ло Сяо! — Цинь Му задействовал своё сознание и бросился к нему. Тем не менее, оно тут же разрушилось под давлением бесчисленных божественных искусств и оружий. — Не бери зверя бездны в Великую Пустошь! Его приручил не ты, а Великий Император. Он специально отдал его тебе, чтобы туда пробраться! Не бери его с собой!

Бесчисленное количество божественных оружий поднялись в воздух, полностью окружая жертвенный алтарь.

Янь’эр ошеломленно наблюдала за происходящим, поспешно поднимая фонарь перед собой. Она прокричала:

— Владыка! Если мы не уйдём сейчас же, другого шанса не будет!

Сознание Цинь Му до сих пор находилось под давлением. Он не мог связаться с Лоо Сяо.

— Янь’эр, — Цинь Му наконец сдался. Закрыв глаза, он проговорил. — Погаси свет.

Янь’эр задула фонарь. Тем не менее, свет божественных искусств продолжал освещать жертвенный алтарь. Они так и не вернулись на корабль-призрак.

Янь’эр, цилинь и шесть небесных драконов уставились на божественные искусства, мчащиеся к ним, и закрыли глаза от ужаса.

— Где я, там Юду, — мягко проговорил Цинь Му.

Вьюх.

Его окружила бескрайняя тьма, быстро окутывая жертвенный алтарь.

Тьма рассеялась так же быстро, как и появилась. Божественные искусства и оружия разорвали её на части, но Цинь Му, цилинь и Янь’эр уже исчезли с жертвенного алтаря.

Зашумели волны райской реки. Её вода проносилась через различные времена и небеса. В следующий миг на её поверхности появился корабль-призрак.

На его мачте развевался флаг с надписью: «Пернатый Лес».

На носу корабля стоял Вэй Сюфйэн. Заметив впереди густой туман, он проговорил:

— Брат, тебя долго не было. Что ты пережил?

Цинь Му вышел из кареты и посмотрел на туман над водой. Некоторое время размыслив над пережитым, он проговорил:

— Я стал свидетелем истории.

— Так оно и есть, — Вэй Сюйфэн понял, о чём он, и ответил. — История не изменится из-за твоего вмешательства. Вся твоя работа — её часть. Я сам испытал подобное.

Цинь Му подошёл к Вэй Сюйфэну, и они уставились на туман, будто пытаясь что-то в нём разглядеть.

Вэй Сюйфэн пережил больше. С тех пор его сердце Дао наполнило чувство беспомощности, отчего он стал не таким свободным, как раньше.

— Брат, куда ты планируешь отправиться дальше? — спросил он.

— Куда дальше? — глаза Цинь Му дрогнули. Он спокойно проговорил. — Я хочу найти Южное Божество Красную Птицу. Мне не удалось с ней встретиться, но я должен это сделать. Этот корабль может вернуться в ещё более древнюю эпоху? Я хочу увидеть её в первом году Эпохи Дракона Ханя.

— Нет, — проговорил Вэй Сюйфэн. — Неизменное вещество позволяет кораблю вернуться только в ту эпоху, когда он был построен. Он не может вернуться в эпохи до этого, так как в то время этого корабля не существовало. То же касается и божественного искусства Небесной Преподобной Лин. Туман райской реки может отправить тебя лишь в периоды после рождения Небесной Преподобной Лин. Она бессильна, когда речь идёт о более древних эпохах. Самая древняя эпоха, куда может отправиться корабль, это та, с которой ты только что вернулся.

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Давай тогда останемся в Эпохе Дракона Ханя.

Вэй Сюйфэн посмотрел на него и спросил:

— Я вижу, что ты слегка подавлен. Что случилось?

— Я встретил брата. Он был честен и искренен, но я не смог его спасти, — тихо ответил Цинь Му. — Я знал, что с ним произойдёт, но пытался изменить его судьбу. Тем не менее, я раз за разом обнаруживал, что его конец определен. Я хотел бы знать, где он сейчас и с какими опасностями он столкнулся. Мне интересно, сойдёт ли он с ума после того, как встретит меня снова. Возможно, он возненавидит меня за то, что я солгал…

Корабль плыл по реке, медленно покидай туман.

Вэй Сюйфэн поспешно подошёл к нему, проговорив:

— Теперь тебе пора двигаться. Возьми себя в руки. Ты Небесный Преподобный Му!

Цинь Му собрался с мыслями и сел в карету.

Вэй Сюйфэн подошёл к карете, чтобы подержать поводок. Подняв взгляд, он проговорил:

— Ты устал от своих путешествий. Мне стоило бы позволить тебе отдохнуть здесь некоторое время, но я не могу этого сделать. Мы с кораблём стали одним целым и превратились в неизменное вещество. Чем дольше ты здесь будешь оставаться, тем больше у тебя шансов быть поглощенным. В таком случае ты уже не сможешь отсюда выбраться. И станешь как мы, призраком во времени и пространстве.

Цинь Му посмотрел на его лицо и спокойно спросил:

— Сколько раз я могу воспользоваться кораблём?

— Не больше пяти, — ответил Вэй Сюйфэн. — На шестой раз ты будешь поглощен. В таком случае мы все будем обречены! Брат, ты должен хорошо использовать эти пять раз. Как только они иссякнут, я отправлю тебя обратно в Вечный Мир!

Цинь Му кивнул.

Карета покинула корабль и скрылась в тумане.

Ло Сяо, покинувший пределы жертвенного алтаря, подвергался бесчисленным атакам. Он раз за разом пытался вырваться из окружения Флота Райской Реки и Армии Южной Секты.

«Интересно, как дела у брата Му?»

Он скрылся в реке, его сознание помутнело, он вот-вот должен был умереть. Ему было тяжело держаться, его физическое тело тоже было на грани смерти. Он сбежал лишь благодаря своей решимости.

Он хотел вернуться в Великую Пустошь, чтобы рассказать своим людям о трёх пророчествах.

Он забрался на спину зверя бездны, чувствуя, как к нему шаг за шагом приближается смерть.

— Я должен добраться живым. Это наша последняя надежда…

Картинка перед его глазами помутнела. Его физическое тело медленно умирало, отчего он терял зрение. Он использовал третий глаз, чтобы ориентироваться в пространстве, но тот тоже постепенно умирал.

Молодой мастер почувствовал приближение опасности. Последними силами своего сознания он прогнал зверя бездны.

В конце концов он увидел корабль, приближающийся к нему по райской реке. Зверь бездны был обессилен и упал в воду.

Корабль остановился, из него спустился молодой человек.

— Кто ты? — спросил Ло Сяо.

— Я Юнь. Другие называют меня Небесным Преподобным Юнем, — проговорил молодой человек. — Твои травмы слишком серьёзны, чтобы тебя спасти. Какое твоё последнее желание, брат?

— Небесный Преподобный Юнь!

Ло Сяо схватил его за запястье своей ледяной рукой. Из его глаз текли два ручья слез. Они тоже были холодными.

Его сердце остановилось. Его тело было холодным.

Тем не менее, он вспомнил первое пророчество.

— Небесный Преподобный Юнь, я расскажу тебе, где находится Великая Пустошь. Доставь меня туда и встреться с моими людьми. Моё сознание вот-вот умрёт, но они его разбудят!

Ло Сяо смотрел на Небесного Преподобного Юня мутными глазами:

— Я вырву свой третий глаз и отдам его тебе. Это Камень Первоначала, артефакт моего народа. Увидев его, они тебе поверят!

— А что делать с твоим телом? — спросил Небесный Преподобный Юнь.

— За мной охотятся Флот Райской Реки и Армия Южной Секты. Они не остановятся, пока не найдут моё тело.

Ло Сяо поднялся и протянул руку, собирая в ней последние капли своего сознания, прежде чем выколупать свой третий глаз. Затем он рассказал Небесному Преподобному Юнь о местонахождении Великой Пустоши, поклонился и проговорил:

— Прошу, Небесный Преподобный Юнь!

Он стоял на райской реке, его дыхание остановилось.

Небесный Преподобный Юнь ошеломлённо на него посмотрел. Взяв Первобытный Камень Великого Первоначала, он проговорил:

— Обещаю тебе, воин.

Ло Сяо улыбнулся и упал. Его тело тут же унесло течение райской реки.

Небесный Преподобный Юнь вернулся на корабль вместе с камнем. Зверь бездны последовал за ним на корабль и уселся в углу.

Небесный Преподобный Юнь взглянул на зверя, прежде чем покачать головой, принимая его за ездового зверя Ло Сяо.

Через несколько лет он нашёл Великую Пустошь. Войдя в неё, он встретил нескольких мастеров создания.

Встретив вождей, он передал им Камень Первоначала Ло Сяо.

Мастера создания вежливо его встретили. Они провели масштабное жертвоприношение, чтобы превратить сознание Ло Сяо в духа предков.

— Он герой.

Небесный Преподобный Юнь встретился с красивой девушкой, которая тоже была мастером создания. Она глубоко уважала как его, так и Ло Сяо.

— Только настоящий герой может приручить такого огромного зверя бездны!

Она была маленькой, но её рост всё же был выше, чем у Небесного Преподобного Юня. Рассматривая зверя бездны, который пришёл в Великую Пустошь с Небесным Преподобным Юнем, она проговорила:

— Когда я вырасту, я хочу стать таким же великим мастером создания, как дух предков Ло Сяо.

— Как тебя зовут? — Небесный Преподобный Юнь посмотрел на её улыбку и растерялся.

— Лан Во!

— Ты красивая.

— Ага, все так говорят.

Глава 1062. Вот твоя заколка

Волны райской реки шумели, отчего она напоминала длинную реку времени. Иногда она была быстрой и энергичной, а иногда успокаивалась.

Корабль Небесного Преподобного Юня плыл по райской реке. Он долго общался с мастерами создания и много узнал о первобытной истории. Его грудь взволнованно поднималась и опускалась.

Древняя история была невероятно интересной и полной интриг. В те времена повсюду были опасности, что погрузило его в глубокие размышления.

Он вспоминал красивое лицо Лан Во. Когда он думал о ней, в его сердце разжигался огонь.

В то время Лан Во была сияла энергией молодости. Она была чистой и невинной, и он был очарован при первой же встрече с ней.

К сожалению, ему оставалось лишь подавить свои чувства, так как раса людей была для него более важной.

«Мир не наступит, пока Небесный и Великий Императоры не будут уничтожены.»

Он казался спокойным, но его глаза были наполнены энергией и страстью. Его мудрость была скрыта под равнодушным видом.

— Великая Пустошь станет убежищем для людей. Если в будущем мы потерпим поражение, нам понадобится укрытие. Если пророчества Ло Сяо верны, то мне нужно придумать способ разобраться с Великим Императором, когда он доберётся в Великую Пустошь.

Энергия, скрытая в его взгляде, становилась всё активнее.

Высокие волны райской реки ударяли о корабль, подбрасывая его в небо.

Когда лодка поднималась на гребне волны, одежда Небесного Преподобного Юня развевалась на ветру.

Под ним была огромная империя, покрытая радужными облаками.

Это была его эпоха!

Он был решительно настроен стать правителем этой эпохи, тем, кто приведёт людей к невиданной славе, тем, кто оставит в истории великий след!

Ему предстояло уничтожить Небесного и Великого Императора. Эпоха древних богов закончится от его руки. Небесный Союз тоже треснет по швам из-за него. Те, кто свергнут древних богов, станут новыми правителями мира.

Тем не менее, Небесный Преподобный Юнь об этом не знал. Он смотрел на горы, окутанные облаками, его грудь наполнилась героизмом.

Хлынула огромная волна и карета покинула туман, снова оказываясь в Эпохе Дракона Ханя.

Вот только теперь она находилась в другом времени, и Цинь Му не знал, насколько далеко он находился от райских небес.

В ту эпоху шокирующие достижения Небесного Преподобного Му положили начало революции. Тем не менее, не многие знали о том, что он сделал.

Цинь Му успокоился и снова принял облик Му Цина.

«Мы не знаем в который год Эпохи Дракона Ханя попали. Даже старший брат не знает, куда попал корабль-призрак.»

Цинь Му поднялся и проговорил:

— Янь’эр, повесь фонарь понадёжнее. Волны очень высокие, они могут его погасить.

Янь’эр кивнула и поправила фонарь, после чего проговорила:

— Владыка, в этот раз я смогу увидеть свою мать?

Цинь Му улыбнулся:

— Если всё пройдёт гладко, то мы её встретим. Расслабься, как только мы её увидим, мы устроим ловушку. Даже если Небесный Преподобный Хо её убьёт, она останется жить.

Он сложил руки за спиной, наблюдая за Янь’эр. Он был полон уверенности.

Янь’эр обрадовалась и отправилась кормить цилиня и драконов. Достав крохотного Графа Земли из уха цилиня, она начала кормить его пилюлями.

Крохотный Граф Земли уселся на земле и обнял огромную духовную пилюлю, пытаясь её проглотить.

По райской реке проходили бесчисленные корабли. Вокруг кипела жизнь. Выглянув через окно, Цинь Му увидел, что их было больше, чем в первом году Дракона Ханя. Многие из них находились под управлением богов расы людей.

«Правление Небесного Преподобного Юня и вправду принесло хорошие результаты для расы людей.»

Цинь Му улыбнулся и подумал: «Должно быть, сейчас он Небесный Император Юнь? Как жаль, что я не встретился с ним, когда отправлялся в Эпоху Дракона Ханя в последний раз. Возможно, в этот раз мне повезёт его увидеть. Мы виделись лишь раз, на собрании Яшмового Водоёма в первом году Дракона Ханя, но так и не сумели поговорить.»

Внезапно он ошеломлённо дрогнул. В своём завещании Небесный Преподобный Юнь говорил, что никогда больше не виделся с Небесным Преподобным Му, и что использовал технику Будды Брахмы, чтобы воспользоваться его личностью.

— Неужели мы после этого не встречались?

Цинь Му дрогнул. Неужели между ними всегда будут тысячи лет истории?

Это было бы печальным исходом.

— Дракон Пи, идём на небеса Ханя человеческой расы, — из кареты раздался голос Цинь Му. — Мне интересно узнать, как поживают мои старые друзья.

Цилинь прошептал Янь’эр:

— Владыка Культа ведёт себя странно. Он всегда называл меня жирдяем, но теперь называет меня драконом Пи. Как странно…

Янь’эр не удержалась:

— Как ты можешь быть таким умным в важных делах, но таким глупым в мелочах? Жирдяй — детское прозвище, а дракон Пи — настоящее имя. Раньше он считал тебя молодым и незрелым, поэтому называл тебя жирдяем. Теперь же он считает, что ты вырос. Так же происходит с родителями и старшими. Они начинают называть тебя по имени, когда считают, что ты вырос.

— Тьфу, чушь! Владыка Культа не относится ко мне, как к своему сыну!

— Нет? А кто готовил тебе еду? Кто обучал тебя техникам? Кто о тебе заботился?

Цилинь был ошеломлён, крохотный Граф Земли в его ухе засмеялся.

Уныло склонив голову, цилинь проговорил:

— Мои Писания Взращивания Людей могут оказаться напрасными. Моё сердце Дао сейчас рухнет…

Карета двинулась в сторону райской реки. Небеса Ханя человеческой расы возвышались впереди. Цинь Му взволновано проговорил:

— Может быть, в этот раз я встречу Небесного Преподобного Юня. Может он сейчас на Небесах Ханя?

Небеса Ханя этих времён были намного больше, чем раньше. Возвышаясь на горизонте, они казались роскошными и величественными. Старые строения до сих пор были на месте, но теперь вокруг них было множество новых дворцов, возвышающихся на новых притоках райской реки.

Посмотрев на них, Цинь Му увидел множество лодок, плывущих по этих притоках. Вокруг кипела жизнь. Боги непрерывно прилетали на небеса, оставляя в воздухе бесчисленные следы.

— Небесный Преподобный Юнь был хорошим правителем, как и ожидалось.

Цинь Му обрадовался и тут же приказал цилиню остановиться. Остановив проплывающую мимо лодку. Она была полностью загружена, и скорее всего двигалась на другие небеса, чтобы доставить товары.

Лодку охраняло множество богов, которые тут же решили разузнать, почему их остановили. Увидев, насколько роскошной была карета, они тут же встревожились.

Цинь Му вышел им навстречу и спросил:

— Брат, какой сейчас год Эпохи Дракона Ханя?

Бог улыбнулся и ответил:

— Я не знаю какой сейчас год. Откуда мне владеть календарём Дракона Ханя? Сейчас стотысячный год с момента восхождения Небесного Императора Юня на трон. Если бы ты прибыл раньше, то мог бы увидеть церемонию, но ты опоздал.

— С момента восхождения Небесного Императора Юня на трон прошло сто тысяч лет?

Цинь Му был шокирован. Если бы Небесный Преподобный Юнь взошёл на трон в том же году, когда были построены небеса Дракона Ханя, то он опоздал бы на сто тысяч лет!

— Кажется, ты издалека? Судя по твоему виду, ты должен был долго путешествовать, — проговорил бог. — Во время празднования Небесный Преподобный Юнь сделал важное объявление, но, к сожалению, ты его пропустил.

Цинь Му с любопытством спросил:

— О чём он говорил?

— О первой в мире области Императорского Трона! — взволновано ответил бог. — Небесный Император Юнь стал первым существом, открывшим область Императорского Трона. Даже древний Небесный Император отправил людей с подарками. Граф Земли, Небесный Герцог, Мать Земли и даже Небесная Императрица поздравили нашего императора с открытием Императорского Трона и созданием первой в мире техники Императорского Трона!

Цинь Му тоже обрадовался и похвалил:

— Хорошо, это хорошо! Он сумел открыть область Императорского Трона всего лишь за сто одну тысячу лет. Он и вправду непревзойдённый гений!

Янь’эр недоумевала. Чтобы открыть области Императорского Трона ему потребовалась сто одна тысяча лет? Непревзойдённый Гений?

«Кажется, владыка не знает, что людям Эпохи Императора-Основателя требовалось менее тысячи лет, чтобы достичь области Императорского Трона. Как Небесный Преподобный Юнь был гением, если у него на это ушла сто одна тысяча лет?» — недоумевала она.

Она не знала, что более поздние поколения владели бесконечным опытом прошлого, поэтому их совершенствование было более эффективным. Во времена Небесного Преподобного Юня, несмотря на то что область Императорского Трона уже была создана, никому не удавалось её открыть.

Более того, в то время не существовало других техник, которыми можно было бы воспользоваться.

Все, даже лидеры полубогов, должны были начинать с нуля и совершенствоваться методом проб и ошибок. Они будто прокладывали себе путь в темноте, двигаясь на ощупь.

Делать ошибки было намного опаснее.

Если практики допускали ошибку, то иногда им приходилось начинать всё с начала.

Достигнув области Нефритовой Столицы и обнаружив ошибку в своей технике области истинного бога, он был вынужден перерабатывать все свои техники начиная с области истинного бога и заканчивая Нефритовой Столицей.

Но что, если ошибка была допущена при открытии божественных сокровищ?

Тогда приходилось полностью отказываться от своих прошлых достижений!

Из-за этого во время Эпохи Дракона Ханя было сложно совершенствовать техники. Все практики были вынуждены искать себе путь в кромешной тьме.

Это привело к тому, что погибших в процессе практиков было настолько много, что они могли заполнить собой небо и землю!

Метод проб и ошибок, которым руководствовались прежние поколения, позволил людям будущего не повторять их ошибок и сделал их совершенствование более эффективным.

Стать первым, кому удалось открыть область Императорского Трона, было великим достижением Небесного Преподобного Юня, и продемонстрировал свой талант!

— Гость, нам нужно торговать, мы не можем здесь задерживаться, — проговорил бог, охраняющий корабль. — Скорее всего, на дорогу мне уйдёт десяток лет. К тому времени я тоже буду таким потрепанным, как ты.

Цинь Му засмеялся и помахал ему на прощание.

Карета подлетела к передней части Небес Ханя, остановившись у Южных Небесных Врат. Янь’эр сняла фонарь и отправилась вместе с Цинь Му внутрь.

Нося с собой фонарь днем, они привлекали к себе много внимания.

Цинь Му огляделся. Люди этого времени добились высоких достижений в искусстве, и их здания стали достаточно красивыми, чтобы очаровать гостей из будущего.

Цинь Му радостно осматривался, неспешно шагая вперёд.

— Юнь, почему ты так быстро вернулся? — раздался знакомый голос, и Цинь Му повернул голову, увидев Небесную Преподобную Юэ в компании нескольких богов. Она проворчала. — Разве ты не говорил, что собираешься посетить райские небеса Дракона Ханя, чтобы пожаловаться Небесному Императору? Небесный Преподобный Хао вторгался на нашу землю, его полубоги сожрали множество людей. Нам нужна эта жалоба… Почему ты снова превратился в Небесного Преподобного Му?

Она внезапно заметила Янь’эр, цилиня и странных людей, в которых превратились шесть небесных драконов, после чего ошеломлённо посмотрела на Цинь Му.

Цинь Му улыбчиво проговорил:

— Давно не виделись, Юэ. Но кажется, будто наша последняя встреча была вчера. С тобой всё хорошо?

Небесная Преподобная Юэ с трудом верила своим глазам. Легкими шагами она подошла к Цинь Му и начала осматривать его. Цинь Му казался слегка изможденным, но в остальном не изменился. Ей и вправду показалось, будто они виделись вчера.

Тем не менее, его взгляд стал более глубоким, будто он многое пережил. Его аура тоже изменилась и стала более сдержанной.

— Прошло сто тысяч лет, — прошептала она. — Мы не виделись вчера. Небесный Преподобный Му, с тех пор как ты ушёл, прошло сто тысяч лет…

— Я знаю, — улыбнулся Цинь Му. — То, что было ста тысячами лет для тебя, для меня было одним днём.

Небесная Преподобная Юэ решила не останавливаться, продолжая идти вперёд. Улыбнувшись, она проговорила:

— После того, как ты ушёл, кто-то сумел разгадать твой секрет! Знаешь, кому это удалось? Небесной Преподобной Лин! — её голос был нежным и радостным. — Сестра Лин сказала, что кто-то притащил её заколку из будущего, из-за чего она исчезла из её волос. Она обрадовалась и долго пыталась тебя найти, но ей это так и не удалось, и она сильно разочаровалась…

Сердце Цинь Му начало биться быстрее, в то время как Небесная Преподобная Юэ тащила его за руку, пытаясь найти Небесную Преподобную Лин.

Вскоре они прибыли в резиденцию Небесной Преподобной Лин. В этом месте царил беспорядок, вокруг были разбросаны бумажки с рунами и надписями.

Кроме того, в здешнем саду было много пони. Они свисали с бамбуковых прутьев, не касаясь земли, и проверяли рукописи на земле.

— Будь осторожен, не разозли этих тварей. Сестра Лин случайно создала их, испытывая свои божественные искусства создания. Пони выросли из бамбуковых прутьев, и сестра Лин приказала их искать ошибки в рукописях. Но они не воспринимают свою работу всерьёз, и просто указывают на случайные места. Твердя, что в них есть ошибки. Сестра Лин называет их лузами прутьев, они не знают жалости. Не пытайся ждать от них логики, они просто избивают людей, — Небесная Преподобная Юэ весело проговорила. — Сестра Лин, выходи скорее! Посмотри, кто здесь!

Небесной Преподобной Лин не было в саду, были лишь пони, висящие с прутьев.

Небесный Дракон с любопытством спросил:

— А им не больно так висеть?

Другой дракон спросил:

— Больно? Где?

Цинь Му достал заколку Небесной Преподобной Лин, и в соседней комнате тут же раздался её голос:

— Что за проклятое существо это сделало? Кто украл мою заколку? О боже!

Двери комнаты распахнулись. Небесная Преподобная Лин стояла в двери, уставившись на Цинь Му.

— Лин, я вернулся, — спокойно проговорил Цинь Му. — Вот твоя заколка.

Глава 1063. Сто тысяч лет проблем

Небесная Преподобная Лин молчала, ей удалось прийти в себя лишь спустя некоторое время.

Внезапно эта девушка, которой не было дела до своей внешности, бросилась к Цинь Му, сбивая его с ног, прежде чем забрать свою заколку.

Духи прутьев тоже набросились к Цинь Му, избивая его до тех пор, что его кости сломались.

Небесная Преподобная Юэ, Янь’эр и остальные ошеломлённо наблюдали за происходящим. Цилинь, тем временем, дремал на траве, делая вид что ничего не видит.

— Ты украл мою заколку! Кто позволил тебе это сделать? — Небесная Преподобная Лин кричала, избивая его. — Кто разрешил тебе ускользнуть. А затем вернуться, никому ничего не сказав? Ты знаешь, как я тебя ждала?

Свернувшись калачиком на земле, Цинь Му прикрыл голову руками и умолял о пощаде.

Небесная Преподобная Лин не обращала на это внимание, продолжая разъяренно повторять:

— Знаешь, как мне было тяжело все эти годы? После того, как ты ушёл, все твердили, что я неправа. Только я знала, что права, так как ты был доказательством этого!

Она начала плакать, не прекращая его избивать.

— Все говорили, что я сошла с ума. Даже Юнь и Юэ думали, что я ошибаюсь, и никогда не добьюсь успеха!

— Я так сильно хотела, чтобы ты был со мной, и просто сказал, что я права!

— Но ты сбежал!

— Я побью тебя до смерти!

***

Она набросилась на Цинь Му, рыдая будто девочка, которую долго обижали. Она держала свою заколку в одной руке и рубашку Цинь Му во второй, боясь, что он снова исчезнет.

Другие могли не понимать её чувств, но Цинь Му хорошо знал какое одиночество могут вызвать неудачи и непонимание.

В такие моменты человек нуждался в поддержке друга Дао, чтобы набраться храбрости и сил продолжать.

Цинь Му, как и Небесная Преподобная Лин, сталкивался с этим в прошлом.

У Цинь Му был цилинь, и хотя тот не всегда его понимал, он всегда его поддерживал.

У Небесной Преподобной Лин никого не было.

Небесная Преподобная Юэ помогла Небесной Преподобной Лин подняться, и та упала на её плечо, рыдая. Она до сих пор не отпускала одежду Цинь Му.

Цинь Му вытер следы ног со своего лица и проговорил:

— Если ты не добьёшься успеха, то как я мог бы сюда попасть?

— Я знаю, что добьюсь успеха! — уверенно проговорила Небесная Преподобная Лин.

Цинь Му засмеялся, прежде чем проговорить серьёзным тоном:

— Ты права.

— Я знаю.

Спустя некоторое время Небесная Преподобная Лин успокоилась и отпустила одежду Цинь Му. Достав персиковую заколку, она начала внимательно её рассматривать, в то время как Небесная Преподобная Юэ оттащила Цинь Му в сторону, чтобы попить чаю. Ей пришлось приложить усилий, чтобы найти в саду Небесной Преподобной Лин чистое место.

Пони на бамбуковых прутьях продолжали набрасываться на Цинь Му. Тот пытался их прогнать, но ему это не удавалось.

Янь’эр позвала шестерых небесных драконов, чтобы помочь Небесной Преподобной Лин убрать резиденцию и привести разбросанные бумаги в порядок.

— Янь’эр, в этом свитке ошибка, — цилинь взглянул на Янь’эр и проговорил.

— Там ошибка? — пони тут же повернулись, и забыв про Цинь Му, набросились на цилиня. Несмотря на то, что они его избивали, он продолжал спать и не шевелился.

Небесная Преподобная Юэ взглянула на Цинь Му, затем посмотрела на Небесную Преподобную Лин, радостно рассматривающую шпильку. Моргнув, она спросила:

— Му, ты и вправду из будущего?

Цинь Му выпил чай и посмотрел на Янь’эр:

— В будущем ты удочеришь эту девушку и дашь ей имя Янь’эр. Её мать сама тебе её отдаст. Она будет кормить тебя до такой степени, что ты растолстеешь.

Небесная Преподобная Юэ посмотрела на Янь’эр и проговорила:

— Бред! Я не могу растолстеть! В будущем я отправлю её к тебе?

Цинь Му улыбнулся, поставил свою чашку и спросил:

— Небесный Преподобный Юнь отправился на райские небеса, чтобы пожаловаться?

Небесная Преподобная Юэ кивнула:

— Вскоре после того, как ты исчез, Небесный Преподобный Хао построил райские небеса полубогов, получив приказ древнего Небесного Императора. Они называются Небесами Дракона. Их сила непрерывно росла, особенно в Первобытном Царстве, что привело к вражде между людьми и полубогами. Тем не менее, люди до сих пор живы, и даже несмотря на то, что мы объединились с другими расами после начала, полубоги всё равно создавали нам много проблем. Это были тяжёлые времена.

Цинь Му посмотрел на её лицо. Некогда нежная и слабая Небесная Преподобная Юэ теперь стала намного сильнее и мужественнее.

— Мы долго сражались и одолели многих полубогов. Тем не менее, в большинстве случаев мы терпели поражения, — Небесная Преподобная Юэ горько улыбнулась. — Может показаться, что полубоги и расы после начала сражаются за земли и богатства, но на самом деле, эта борьба за добычу. Более того, добычу получаем не мы, а древние боги. Мы потеряли больше, чем обрели из-за того, что не хотели делать жертвоприношений.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Небесная Преподобная Юэ продолжала:

— Всякий раз, когда мы сражались, и обе стороны собирали свои армии, нам приходилось проводить кровавое жертвоприношение, чтобы призвать древних богов на помощь. Му, ты пришёл с будущего. У вас сражения происходят так же?

Цинь Му покачал головой.

— Угадай, что мы приносим в жертву жадным древним богам? — проговорила Небесная Преподобная Юэ.

— Не хочу, — отказался Цинь Му.

— Когда люди в отчаянии, они готовы на всё, — Небесная Преподобная Юэ сделала глоток чая, но тут же кашлянула, будто на самом деле это был крепкий алкоголь, обжегший её горло. Ей понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. — Жаль, что это не вино. В прошлом мы оказались в отчаянной ситуации, нас оттеснили до Небес Ханя. Мы были вынуждены принести жертву древним богам. Мы, боги охранявшие Небеса Ханя, принесли себя в жертву древним богам наверху. Мы стали их зверями и пищей, и они тут же спустились с небес. Небесный Преподобный Хао ответил тем самым. Угадай, что произошло.

Прежде чем Цинь Му успел что-то сказать, она засмеялась и продолжила:

— На помощь обеим сторонам пришли древние боги, начиная кровавую битву! Все считали, что резне не будет конца, но древние боги вступили между собой в переговоры.

На лице Небесной Преподобной Лин появилась насмешка, она стиснула зубы, проговорив:

— Они подписали мирный договор, чтобы подавить нашу ненависть и заставить полубогов, собиравшихся атаковать Небеса Ханя, отступить! Последние этого не стерпели и начали протестовать. Они ушли лишь после того, как древние боги сожрали нескольких из них. Именно тогда мы поняли… — ухмылка на её лице становилась всё более яркой. — Что мы еда. Всё Первобытное Царство — это огромная ферма! Му, это ферма! Мы скот, который выращивают древние боги! В прошлом они просто на нас охотились, но теперь они стали более цивилизованными. Они заставляют нас сражаться друг с другом, чтобы мы сами приносили себя в жертву!

Она будто опьянела от чая и начала плакать:

— Какие ещё Небесные Преподобные, какие Императоры Богов, какой Небесный Император Юнь и Небесный Император Хао? Мы все лишь овцы, которых взращивают древние боги! Му, последние несколько лет были очень тяжёлыми…

Цинь Му положил ей руку на плечо и мягко проговорил:

— Я знаю, но я также знаю, что в будущем, эпоха древних богов будет закончена от ваших рук. Они не осмелятся вести себя так снова.

— Это правда? — Небесная Преподобная Юэ подняла голову и посмотрела на него слезящимися глазами.

Цинь Му кивнул.

Небесная Преподобная Юэ воспряла духом и поправила свои волосы, прежде чем улыбнуться:

— Этот чай слишком меня опьянил. Прошу прощения за своё поведение. Не обращай на это внимания.

Цинь Му нежно улыбнулся:

— Без всех вас не было бы поколений будущего.

Небесная Преподобная Юэ обрадовалась и продолжила:

— Небесный Преподобный Юнь стал императором и первым открыл область Императорского Трона. Тем не менее, власть древних богов всё ещё крепко держится в Первобытном Царстве и других мирах. Небесный Преподобный Хао тоже обладает огромным талантом, и вскоре он откроет область Императорского Трона. Небесный Преподобный Юнь отправился на райские небеса Дракона Ханя, чтобы пожаловаться на полубогов и встретиться с Небесным Преподобным Хо.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло.

Небесная Преподобная Юэ посмотрела на него и проговорила:

— Он хочет связаться с Небесным Преподобным Хао через Небесного Преподобного Хо. Ты знаешь, что он задумал?

Глаза Цинь Му дрогнули, он проговорил хриплым голосом:

— Он собирается пригласить Небесного Преподобного Хао, Хо, и даже Императоров Богов Лан Сюаня и Потомственного Короля Богов в Небесный Союз, чтобы свергнуть правление древних богов.

Небесная Преподобная Юэ кивнула, продолжая поправлять волосы:

— Мы делаем всё правильно?

Глаза Цинь Му снова дрогнули. Он хотел рассказать ей, что происходящее приведёт к смерти Небесного Преподобного Юня, и что Небесный Союз изменится навсегда и окажется под контролем полубогов.

Цинь Му хотел рассказать ей что всё это произойдёт из-за их решения, и что Небесный Союз заменит древних богов и начнёт править над всем миром!

Он открыл рот, но промолчал.

Он не мог ей об этом рассказать.

Небесный союз будущего был не таким страшным, как нынешние древние боги. Будет лучше, если люди будут сотрудничать с Небесным Преподобным Хао.

Если он разрушит этот союз, то эпоха древних богов продолжится, а Первобытное Царство и остальные миры так и останутся фермами!

Друг Дао был человеком, который был рядом и говорил, что они правы.

Тем не менее, как ни странно, Цинь Му было сложно их поддержать.

— Ребята, вы делаете всё правильно, — спокойно проговорил он.

Небесная Преподобная Юэ улыбнулась:

— Ты из будущего. Если ты считаешь, что мы правы, то у нас обязательно всё получится. Спасибо, Му, — она поднялась и проговорила. — В саду уже убрали. Янь’эр, иди сюда, прогуляйся с владыкой.

Янь’эр тут же примчалась к ним, её глаза горели:

— Сестра!

Небесная Преподобная Юэ схватила её за ухо и разъярённо спросила:

— Что?

В конце концов Янь’эр разбудила цилиня, которого до сих пор избивали пони. Он поднялся, зевнул и встряхнул телом, чтобы отбросить пони.

— Куда мы идём, Владыка Культа? — с любопытством спросил он, пытаясь сбежать от пони.

Цинь Му посмотрел на Небесную Преподобную Юэ. Она улыбнулась и проговорила:

— На границе кое-что произошло. На наши земли пытаются проникнуть полубоги. Кажется, они что-то ищут. Причина, по которой я не пошла на райские небеса вместе с Небесным Преподобным Юнем состоит в том, чтобы узнать их намерения. Раз уж ты здесь, Му, то давай разберёмся вместе!

Цинь Му немного колебался, прежде чем ответить:

— Конечно. Я жду возвращения Небесного Преподобного Юня. Как только я с ним поговорю, я уйду. Давай воспользуемся моей каретой, так будет быстрее.

— Сестра Лин, ты идёшь? — спросил Цинь Му.

Небесная Преподобная Лин тут же бросилась к ним и отдала Цинь Му свою заколку, прежде чем проговорить:

— Конечно! Подожди немного!

Она внезапно что-то вспомнила и подозвала к себе Небесную Преподобную Юэ, шепча ей на ухо:

— Я не выходила наружу много лет, поэтому чувствую себя немного некомфортно. Ты не могла бы помочь мне привести себя в порядок?

Небесная Преподобная Юэ не знала, смеяться ей или плакать, ответив:

— Сестра, ты до сих пор помнишь, что ты женщина?

— Не смущай меня. Если я выйду в таком виде, то вам тоже будет неудобно.

Они пошли собираться, у Небесной Преподобной Лин не было другой одежды, и Небесной Преподобной Юэ пришлось пойти в свою резиденцию за одеждой и украшениями. Наряд был слегка неудобен для Небесной Преподобной Лин, но она всё равно решила пойти в нём.

Глаза Цинь Му загорелись, он проговорил:

— Сестры Лин и Юэ очень красивые.

Небесная Преподобная Юэ покраснела, в то время как Небесная Преподобная Лин начала жаловаться на свою одежду. Её платье и рукава были слишком длинными, мешая двигаться.

Они уселись в карету и двинулись в сторону границы. Небесная Преподобная Юэ открыла окна и посмотрела вниз, говоря:

— Полубоги пытаются прокрасться, будто они кого-то ищут. Я приказала людям узнать об этом, и скоро мы должны получить новости.

Они пришли в небольшой пограничный городок и вышли из кареты. Большинство людей вокруг были обычными, среди них было лишь несколько практиков божественных искусств.

Небеса Ханя были изысканными и роскошными, в то время как люди Первобытного Царства и дальше жили в нищете. Тем не менее, в сравнении с первым годом Эпохи Дракона Ханя их жизнь стала лучше, так как они могли выживать, хоть и с трудом.

На противоположной стороне границы можно было увидеть полубогов. Они спустились на землю, и небо тут же потемнело. Цинь Му посмотрел в воздух, увидев огромную птицу с зелёно-золотыми крыльями, которые закрыли солнце.

Птица прокричала:

— Да Хун, Да Хун…

— Грядет потоп! — люди в городе начали паниковать и разбегаться.

Огромная птица приземлилась недалеко от города, напоминая небольшую гору. На ней виднелся дворец, к колонне которого был привязан человек. Его грудь была голой, из неё торчало копьё. Он умирал.

Небесная Преподобная Юэ собиралась расспросить о происходящем, но Цинь Му её остановил. Покачав головой, он проговорил:

— Я узнал людей во дворце. Человек на колонне тоже не ангел. Не трогай их.

Из дворца вышла женщина с длинным кнутом. Ударив им мужчину, она тяжело его ранила.

После этого она вырезала из его груди кусок мяса и силой открыла его рот, заставляя его съесть.

— Я о них слышала! — шокировано проговорила Небесная Преподобная Юэ. — В Первобытном Царстве я слышала о этой странной паре. Женщина каждый день выходит из дворца, чтобы ударить мужчину крутом. Наконец я увидела это своими глазами.

В этот момент вернулся разведчик. Поздоровавшись с Небесной Преподобной Юэ и Небесной Преподобной Лин, он проговорил:

— Я узнал, что они ищут человека по имени Ах Чоу.

Глава 1064. Тьма приближается

— Ах Чоу? — Цинь Му тут же начал нервничать и поспешно спросил. — Какой именно?

Бог его не узнал, отвечая:

— Не знаю. Мы на границе. Полубоги и люди живут здесь вместе, ни мы, ни полубоги не имеют здесь полного контроля, поэтому никаких записей у нас нет.

Цинь Му резко изменился в лице, тут же повернувшись к Янь’эр:

— Следи за фонарём. Не дай ему погаснуть.

Янь’эр была озадачена. Фонарь был сокровищем Вэй Сюйфэна, Императора Бескрайних Туч. Разве его можно было так просто потушить?

Цинь Му ужасно нервничал. Он начал шагать по кругу, говоря к Небесным Преподобным Юэ и Лин:

— Эвакуируйте здешних людей. Отправьте их вглубь континента, подальше отсюда. Скоро здесь произойдут ужасающие события!

Небесная Преподобная Юэ была шокирована, тут же передавая приказ об эвакуации.

— Тьма приближается… она приближается. В тот день тьма пришла из соседних небес. Полубоги нашли не то место.

Цинь Му посмотрела на небо, увидев перед собой несколько небес. В их сторону летело несколько полубогов, оставляя за собой след божественного света, напоминающий метеоры.

Цинь Му пробормотал:

— Ах Чоу находится на соседних небесах, но когда наступит тьма, она накроет и это место… Фонарь этого не выдержит! Сестра Юэ, сестра Лин, я должен сейчас же отсюда убираться и отправиться на райские небеса. Я должен попасть туда до того, как наступит тьма, и завершить свои дела!

Небесная Преподобная Юэ и Небесная Преподобная Лин неохотно ответили:

— Ты так быстро собираешься уходить?

Цинь Му запрыгнула в карету и проговорил:

— У нас ещё будет шанс встретиться позже, расслабьтесь. Я за вами приду! Янь’эр, следи за фонарём, Пи, готовься уходить!

Он вошёл в карету, открыл окна и проговорил:

— Не стойте здесь, уходите как можно быстрее!

Небесные Преподобные Лин и Юэ увидели, насколько он был серьёзным, поэтому поняли, что происходит что-то серьёзное. Небесная Преподобная Лин подошла к нему, чтобы дать ему персиковую заколку, прежде чем проговорить:

— Верни её, прежде чем уйдёшь.

Цинь Му спрятал заколку в своём межбровье, и как только она оказалась в земле слова Цинь, на волосах Небесной Преподобной Лин появилась новая заколка.

Небесная Преподобная Лин улыбнулась и прошептала:

— Это поможет мне продолжить.

Небесные драконы подняли карету в воздух. Когда она пролетала мимо дворца на спине огромной птицы, человек с окровавленным лицом поднял голову и прокричал им:

— Я не могу умереть! Если я умру, никто из вас не сбежит!

Цинь Му посмотрел на него через окно. На его лице было равнодушное выражение.

Из кареты вышла женщина, смотря на Цинь Му. Тот кивнул. И женщина кивнула в ответ.

— Я четко разделяю конфликты и дружбу. Я верну тебе долг в будущем, — Цинь Му почувствовал сознание женщины в своей голове.

Карета пролетела мимо дворца и добралась до райской реки.

Мужчина с копьём в груди улыбнулся:

— Ню Синь, я чувствую огромную силу, проснувшуюся во тьме. Граф Земли реинкарнировал. Ты не хочешь воспользоваться этой возможностью, чтобы избавиться от него?

— Величайший враг мастеров создания, после Великого Императора и Тай Чу — это Граф Земли, — проговорила женщина. — Как они, так и Граф Земли должны погибнуть. Это отличная возможность убить Графа Земли. Как только его не станет, жизнь мастеров создания станет намного легче! Затем я смогу создать множество новых мастеров создания и заново заселить племя Ню Синь!

— Я могу тебе помочь, — мягко проговорил мужчина. — В конце концов, мы муж и жена…

Пока он этого не сказал, всё было нормально. Но после того, как он это сделал, женщина рассердилась и вынесла из дворца поднос с сотнями серебряных игл.

Подняв одну из них, она встряхнула её, и та тут же увеличилась до тридцати сантиметров в длину. В следующий миг она начала вонзать иглы в тело мужчины одна за другой.

Тот закричал от ужасной боли.

В этот момент женщина что-то почувствовала и поспешно посмотрела в небо. Мужчина на колонне взволнованно проговорил:

— Ты тоже это чувствуешь? Поднимается тёмная сила! Она исходит от Графа земли! Его уже нашли. Мы. Муж и жена, можем объединить усилия, чтобы от него избавиться…

Когда она услышала его слова, в её сердце проснулась ненависть. Она взяла кнут и начала отчаянно его избивать, отчего его тело покрылось ранами.

Человек на колонне начал кричать и смеяться:

— Главное, что ты со мной. Я буду счастлив даже если ты будешь бить меня в десять раз сильнее!

Женщина спрятала кнут и посмотрела на волну тьмы, прежде чем проговорить холодным тоном:

— Обмануть Графа Земли несложно. Мне нужно твоё настоящее тело. Где оно находится? Почему ты ещё не показался?

Мужчина нежно на неё посмотрел:

— Оно тихо за тобой наблюдает. Оно всегда за тобой присматривает. Мне э то никогда не надоест, даже спустя сто тысяч или миллион лет.

Женщина продолжила его избивать:

— Приведи его сюда!

Небесная Преподобная Лин и Небесный Преподобный Юэ тоже заметили волну тьмы. Она исходила не из дворца неподалёку, а из небес наверху.

Над Первобытным Царством висели тысячи миров. Расы после начала не знали откуда они появились.

Они привыкли, что небеса просто висят над ними.

После своего путешествия во внешний мир Небесный Преподобный Юнь говорил, что их могла построить доисторическая раса, но не рассказывал деталей.

Внезапно земля под их ногами задрожала, из-под неё вырвалась темная дьявольская аура. Люди на границе запоминали и начали разбегаться, будто небо начало падать им на голову.

Небесные Преподобные Лин и Юэ посмотрели вверх и шокировано дрогнули. Небо напоминало гигантский дьявольский глаз, излучающий ауру, похожую на щупальца.

Тем временем дьявольская аура, вырвавшаяся из-под земли, достигла небес. Тем не менее, они чувствовали, что она на самом деле она исходит не из-под земли, а из другого пространства и времени.

Юду!

«В Юду произошли резкие перемены!» — они одновременно подумали.

Между тем темная дьявольская аура становилась всё плотнее и плотнее. Небесная Преподобная Юэ поднялась в воздух и проговорила:

— Скорее, эвакуируйте людей сюда!

В небо поднялось множество огней. Все они были невероятно сильным полубогами!

На райской реке Цинь Му подгонял драконов, в то время как карета двигалась в сторону райских небес. В этот момент он увидел, как звёзды в небе становятся невероятно яркими, затмевая собой солнце.

Сердце Цинь Му дрогнуло. Перед ними был древний бог, который передвигал звезду своих предков из далекого времени и пространства!

В этот момент он увидел несколько огромных кораблей, которые тащили за собой что-то громадное, пролетая над райской рекой в сторону Первобытного Царства.

Наблюдая за этим издали, можно было увидеть лишь черную линию.

Огромный предмет, который тащили за собой корабли, был сценой казни бога, над которой витали два зловещих духа, напоминая драконов наводнения. Они непрерывно кружились, поднимаясь всё выше и выше.

— Приносите жертву, мои люди! — с неба раздался оглушительный рёв. Это был голос древнего бога. — Принесите жертву. Чтобы мы могли прийти вам на помощь!

Перед каретой появлялось всё больше кораблей. Они соединялись друг с другом, формируя огромный жертвенный алтарь.

Бесчисленные полубоги поднесли на алтарь огромное количество существ всевозможных рас.

Начались кровавые жертвоприношения, поднимая над алтарём багровую ауру. Люди горько вопили, их физические тела рассыпались с огромной скоростью!

Багровые огни в небе притягивали звёзды всё ближе и ближе.

Древние боги образовывали странные построения и спускались на жертвенный алтарь по лучах света. Они сделали глубокий вдох, и в воздух тут же поднялись бесчисленные конечности, залетая в их рты!

Древние боги смеялись и кричали:

— Идём познакомимся с этим Ах Чоу!

Когда карета пролетала мимо них, цилинь оглянулся и спросил:

— Владыка Культа?

— Не обращай на них внимания, — равнодушно ответил Цинь Му. — Тьма приближается. Мы не можем упустить этот шанс. У нас осталось лишь пять шансов вернуться в прошлое.

Цилинь кивнул и проговорил:

— Но корабли перекрыли райскую реку, так что сделать это будет сложно.

— Мы прорвёмся, — ответил Цинь Му.

Взгляды древних богов на жертвенном алтаре упали на карету. Полубоги на кораблях тоже встревожено на неё смотрели.

— Эта карета кажется знакомой… — проговорил древний бог с головой волка. Он был Владыкой Звёзды Лесного Волка.

Древний бог с головой курицы проговорил:

— Кажется, у Небесного Императора есть что-то подобное…

— У влиятельных людей райских небес есть такие кареты. Тем не менее, у Небесного Императора десять небесных драконов, а у четырёх божеств — девять, проговорил древний бог с деревянными рогами и чешуей на голове. — У влиятельных чиновников восемь драконов, а у наследного принца семь. Тем не менее, я никогда не слышал о карете с шестью драконами.

— Цзяо Муцзяо, я слышал о подобном. Сто тысяч лет назад у того дьявола было шесть небесных драконов. Владыки Звёзд Пяти Элементов…

Цинь Му выглянул в окно, смотря вперёд, а не на древних богов. Он проговорил:

— Да, это я. Если вы не будете мне мешать, я не доставлю вам проблем. Пропустите меня.

Их взгляды упали на его лицо, они начали колебаться.

Внезапно Лесной Волк махнул рукой и прокричал:

— Пропустите их!

Корабли разошлись в сторону, пропуская карету. Древние боги пристально наблюдали за Цинь Му, сидящим внутри.

Внезапно один из них засмеялся:

— Небесный Преподобный Му, твоя битва у райской реки потрясла мир. Интересно, ты ещё можешь драться? С тех пор ты сражался несколько раз, но иногда проигрывал.

Карета остановилась в центре флота, Цинь Му молчал, медитируя.

Гуй Цзиньян улыбнулся и проговорил:

— Ты пропал семьдесят тысяч лет назад. Я слышал, что тебя одолел Небесный Преподобный Хао, и это тебя сильно расстроило. Прошло сто тысяч лет, и твои старые противники стали известными практиками, а ты такой же, каким был тогда. Или же ты стал лучше?

Цинь Му открыл глаза и равнодушно ответил:

— Я достиг области истинного бога.

Вокруг раздался смех:

— Другим уже удалось достичь области Непостижимого Неба! Небесный Преподобный Юнь даже сумел открыть области Императорского Трона! Тем не менее, ты до сих пор остаёшься истинным богом!

Цинь Му снова закрыл глаза:

— Я другой.

Бог снаружи снова рассмеялись.

Карета продолжила двигаться вперёд.

Внезапно Цзин Мухань остановил карету и проговорил:

— Небесный Преподобный Му, выйди, давай поиграем!

Цинь Му оставался в карете, не шевелясь. Рука Цзин Мухана вот-вот должна была ворваться внутрь кареты, когда перед ней появились врата.

Небесные Врата Неба и Земли.

Его рука вошла во врата, и когда она показалась с другой стороны, от неё остались лишь кости.

Он закричал и попытался вытащить руку, но дверь продолжала засасывать его тело.

Пройдя через неё, он превратился в скелет, который тут же упал в райскую реку и исчез вниз по течению.

Вокруг воцарилась тишина.

— Моя область истинного бога не такая, как у вас, — в карете раздался голос Цинь Му.

Карета продолжила двигаться вперёд, оставляя корабли позади.

Оставшиеся двадцать семь древних богов в ужасе наблюдали, как карета исчезает вдали.

— Это божественное искусство даже более страшное, чем у Графа Земли… — прозвучал чей-то хриплый голос.

Глаза Янь’эр, сидящей в карете, загорелись, она прошептала:

— Владыка, все они твердят, что у тебя низкая область совершенствования. Может нам стоит остаться в прошлом, чтобы несколько тысяч лет совершенствоваться?

Цинь Му посмотрел на райские небеса:

— Время не поможет в совершенствовании, если практик подобен дереву без корней, или реке без источника.

Янь’эр не понимала о чём он.

— Человек без фундамента может совершенствоваться лишь чтобы достичь обычного Императорского Трона, независимо от того, сколько времени он потратит, — Цинь Му отвёл взгляд в сторону и неторопливо продолжил. — Оставшись в прошлом, я стал бы таким же, как все остальные, и смог бы сражаться за звание героя, как это сделали Небесные Преподобные Хао и Хо. Тем не менее, я не стал бы сильнее остальных, и не смог бы одолеть десятерых Небесных Преподобных. Только поглотив плоды реформы Вечного Мира их можно превзойти. Все мои достижения базируются на реформе Вечного Мира, а не на прошлом.

Глава 1065. Непредвиденное будущее

— За те пять лет, которые я провёл на райских небесах, я не постиг никаких плодов реформы, — Цинь Му вздохнул. — Если мы останемся в прошлом, эта проблема станет ещё более заметной.

С тех пор, как он покинул Первобытное Царство и отправился на райские небеса, его развитие в путях, навыках и божественных искусствах становилось всё медленнее и медленнее. Всякий раз, когда он возвращался в Вечный Мир, он узнавал что-то новое.

Это происходило из-за почвы.

Реформа Вечного Мира всё ещё продолжалась, но он покинул её пределы. Каждый раз он возвращался, чтобы восстановить запас питательных веществ.

Ситуация в прошлом была такой же, как на райских небесах. Если он останется в этой неясной и чужой эпохе, пути, навыки и божественные искусства которой ещё развивались, то любые его знания окажутся слишком шокирующими для её жителей. НА что тогда ему полагаться для собственного развития?

Его целью было превзойти людей прошлого, а не стать одним из них.

Райские небеса становились всё ближе и ближе.

Двадцать семь древних богов притащили Сцену Казни Бога и Таинственный Нож Казни Бога на небеса, на которых находился Ах Чоу. Лесной Волк проговорил:

— В этот раз нам не стоит себя раскрывать. Притащите божественный нож и убейте его. Мы спрячемся и будем за вами присматривать. Если вы добьётесь успеха, наследный принц вас щедро вознаградит!

На этих небесах Ах Чоу был загнан в тупик. Бесчисленные полубоги стояли на краю скалы над ним, держа в руках его детей:

— Встань на колени!

Тем временем в императорском саду райских небес Небесный Преподобный Юнь шагал вместе с древним Небесным Императором. Цель его поездки заключалась в том, чтобы пожаловаться на Небесного Преподобного Хао. После судебного заседания Небесный Император уговорил его остаться, чтобы прогуляться по саду и поговорить по душам.

— Юнь, ты отвечаешь за людей, и должен понимать, что быть императором очень сложно. Я несу ответственность за всю вселенную и все миры. — Небесного Императора болела голова, он вытер лоб и вздохнул. — Люди всего лишь одна из бесчисленных рас, и вы уже и так создали достаточно проблем. Ты только что поссорился с Хао, поставив меня перед сложным выбором. Мне нужно учитывать желания старших братьев, сохранять верность полубогов, и решать проблемы форм жизни после начала. Быть Небесным Императором очень сложно.

Небесный Преподобный Юнь улыбнулся:

— Я знаю, что тебе тяжело, Император. В конце концов, Небесный Преподобный Хао…

Небесный Император посмотрел на него, и Небесный Преподобный Юнь сразу же заткнулся.

Внезапно к ним подошёл Великий Владыка Солнца, доложив:

— Император, дела плохи!

Небесный Император нахмурился:

— Что плохо? Небеса процветают и живут в мире. Все счастливы. Что может быть плохого?

Великий Владыка Солнца отчаянно проговорил:

— Двадцать восемь древних богов забрали Сцену Казни Бога райских небес. Они создадут много проблем! Я наблюдал за небесами по твоему приказу, и обнаружил, что полубоги делают что-то странное. В этом… В этом… — Он стиснул зубы и выдавил из себя. — В этом может быть замешан Наследный Принц Ци!

Лицо Небесного Императора помрачнело, Великий Владыка Солнца дрогнул, чувствуя на себе его убийственное намерение.

— Ты возложил на меня такую огромную ответственность, поэтому я должен был тебе сказать это, Император. Пожалуйста, прости меня! — продолжил Великий Владыка Солнца. — Граф Земли реинкарнировал, я подозреваю, что наследный принц Ци сговорился с двадцатью восемью богами и горсткой старых полубогов, чтобы убить Графа Земли и захватить Юду! Наследный Принц Ци не знает жалости. Если у него это получится, он не станет сдерживать своих амбиций и начнёт претендовать на твой трон, Император!

— Как ты смеешь! — воскликнул Небесный Император. — Великий Владыка Солнца, разве с твоей стороны не слишком нагло сеять между нами раздор?

Великий Владыка Солнца задрожал:

— Я думаю лишь о твоей империи, Император! Граф Земли внес в неё большой вклад! Попытка наследного принца от него избавиться — это попытка отрезать твои крылья!

— Катись отсюда! — Небесный Император поднял палец и холодно проговорил. — Беги! Юнь, ты тоже должен уходить!

Небесный Преподобный Юнь поклонился и ушёл вместе с Великим Владыкой Солнца.

Великий Владыка Солнца рассержено проговорил:

— Если он мне не поверит, то вскоре во дворце наложниц начнутся проблемы!

Небесный Преподобный Юнь посмотрел на него и проговорил:

— Как Император может тебе не доверять? Владыка Звезды, он просто злится, потому что ты слишком много знаешь.

Великий Владыка Солнца не понимал о чём он, поэтому попросил объяснить:

— Не мог бы Небесный Преподобный Юнь меня просветить?

Тот ответил:

— Ты отвечаешь за наблюдение и за то, чтобы докладывать Небесному Императору о важных вещах. Ты должен сообщать обо всём, не делая собственных догадок. Если ты только наблюдаешь, и не строишь теорий, то будешь жить. Но если ты начнёшь слишком много думать, то можешь умереть загадочной смертью.

Подойдя к нему, он проговорил:

— На райских небесах, чем больше ты знаешь, тем в большей опасности находишься. Ты в ужасном положении. Будь осторожен.

Великий Владыка Солнца был ошеломлён. Подняв свою птичью лапу, он почесал бороду:

«Небесный Преподобный мыслит совершенно не логично. Я верен Императору, кто осмелится пойти против меня?»

Карета наконец долетела к Южным Небесным Вратам. В этот момент хлынула ужасающая волна тьмы, окутывая собой небо Первобытного Царства.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он поспешно оглянулся. Небеса раскололись и в них показался гигант с головой быка и лицом тигра.

В тот день цепи Великого Дао Юду вторглись в Первобытное Царство, сковывая этого гиганта и разрушенные небеса.

Между тем огромная зелёная птица отправилась в Юду вместе со дворцом на своей спине.

Мужчина, привязанный к колонне, рассмеялся:

— Отлично. Мы отправимся в Юду и попробуем захватить физическое тело Графа Земли! Как только мы его заполучим. Мы будем контролировать жизни всех существ после начала и полубогов!

— Молчи! Скажи ещё хоть слово, и я разорву тебя на части!

Карета устремилась к Южным Небесным Вратам, и армия райских небес, охранявшая их, даже не пыталась её остановить. К райским небесам мчалось огромное количество богов и дьяволов. Повсюду была паника и плач.

Армия райских небес ошеломлённо наблюдала за Первобытным Царством.

Их взгляды поднялись, смотря на тело Графа Земли, возвышающееся на огромных небесах, становясь всё больше и больше.

Под ним вращался огромный котёл. Он был выкован из сцены казни бога и бесчисленных трупов.

Это был Котёл Резни.

Бесчисленные полубоги с пронзительными криками бросились в сторону райских небес.

Двадцать семь древних богов должны были встретить Графа Земли. Они прокричали:

— Граф Земли, они просто дурачатся. Зачем ты злишься?

Лесной Волк обратился к сбегающим полубогам:

— Вы что, не собираетесь извиниться?

В тот день двадцать восемь древних богов четырёх полюсов стали одними из лиц Котла Разни.

Ах Чоу пришёл на райские небеса, переполняясь яростью.

Армия райских небес развернулась, бросаясь к этому огромному, но скорбящему богу. Между тем карета Цинь Му пробивалась сквозь хаос, направляясь во дворец Южного Божества Красной Птицы.

Он оглянулся, увидев, что армия райских небес превратилась в армию скелетов, даже не успев подобраться к Ах Чоу.

Тот день напоминал апокалипсис мира богов. Душа даже самых могущественных древних богов рассеивались, вступая в контакт с силой Ах Чоу!

Силы райских небес была почти полностью уничтожены.

Уродливый человек, окутанные цепями Великого Дао, притащил на райские небеса тьму. Магма и дьявольская аура смешались в море, окутывая всю округу.

Цинь Му на мгновение увидел кулак Ах Чоу, несущийся в сторону Южных Небесных Врат. В следующий миг они рухнули.

Бесчисленные воины армии райских небес устремились в сторону Южных Небесных Врат, затрудняя движение кареты. Тем не менее, в следующий миг удар Графа Земли вызвал шторм, который поднял их в воздух вместе с бесчисленными дворцами!

Буря разорвала бесчисленных людей на части, их исконные духи тут же растворились, а души были засосаны самым жестоким божественным оружием в мире.

Сила Котла Резни становилась всё более ужасающей!

Карета тоже поднялась в воздух, пытаясь продолжать путь к Райскому Дворцу Красной Птицы.

Янь’эр завопила и исполнила своё божественное искусство, чтобы защитить карету. Небесные Драконы сделали то же самое, защищая себя. Они увидели, что фонарь, висящий на карете, вот-вот погаснет.

Цинь Му немедленно прикрыл его рукой.

Бескрайняя тьма хлынула на райские небеса огромной волной, поглощая всё на своём пути. Даже фонари, выкованные из солнц, и сияющие жемчуга, выкованные из лун райских небес, были погашены дьявольской темнотой.

Тьма была слишком сильной, и любой, кого она накрывала, тут же погибал и был поглощался Котлом Резни, становясь одним из лиц внутри него.

Цинь Му услышал невероятно яростный рев. Это был Ах Чоу.

Карета столкнулась с нефритовой столицей, пролетев ещё сто километров. Прежде чем остановиться.

Цинь Му собирался отправиться в Райский Дворец Красной Птицы, прежде чем обнаружить, что тот был окутан тьмой. Он дрогнул. Если он войдёт в тьму, то фонарь Вэй Сюйфэна не выдержит силы Ах Чоу и погаснет.

В таком случае он и вовсе не встретит Южное Божество!

Тьма хлынула, будто огромный потоп, поглощая всё на своём пути. Она окружила Нефритовую Столицу, пытаясь в неё пробиться.

Столица райских небес ярко сияла, и на удивление, смогла остановить дьявольскую ауру Юду.

Цинь Му облегчённо вздохнул и побежал во дворец наложниц Небесного Императора вместе с богами Нефритовой Столицы.

Они пытались сбежать, так как увидели, что Котёл Резни в руках Ах Чоу вот-вот должен был разрушить врата Нефритовой Столицы!

Из котла вылетело бесчисленное количество лиц, издающих пронзительные вопли. Они разлетелись во все стороны, пытаясь схватить сбегающих людей.

Карета с Цинь Му внутри пробивала бесчисленные стены. Некоторые члены королевской семьи запрыгнули на неё, прося о помощи. Цинь Му поднял свой меч, тут же их убивая.

За его спиной разразился ураган, вызванный очередным ударом Ах Чоу!

Карета Небесного Дракона снова подлетела в воздух, бесчисленные дворы за ней были разрушены ураганом.

Как только карета приземлилась на землю, вокруг воцарилась тишина. Цинь Му оглянулся и увидел Зал Непостижимого Неба. Величественные боги возвышались вокруг него, останавливая ураган, вызванный Ах Чоу.

Зрачки Цинь Му сузились, он увидел впереди силуэт древнего Небесного Императора.

Древний Небесный Император сиял ярким светом. Даже дьявольская аура Юду не могла к нему подобраться.

«Отлично, скоро Ах Чоу будет вынужден отправиться в Юду, и я смогу проникнуть в райский дворец Красной Птицы, чтобы встретиться с Южным Божеством, — Цинь Му расслабился и подумал. — Тем не менее, вероятно мне больше не удастся воспользоваться этой каретой. Она слишком сильно бросается в глаза. Личность Му Цина тоже может доставить проблем, мне стоит изменить свою внешность.»

Он выпрыгнул из кареты, взял фонарь и проговорил:

— Янь’эр, жирдяй, это райские небеса, и здесь легче действовать в одиночку. Я спрячу вас в своём межбровье!

Прежде чем они успели ответить, глаз в его межбровье загорелся и разразился лучом света, который окутал карету Небесного Дракона.

Цилинь, Янь’эр, драконы и карета исчезли, оказавшись в земле слова Цинь.

Цинь Му хмыкнул и использовал Писания Создания. Приняв внешность Ло Сяо, он подумал: «Ты ведь не будешь злиться, если я использую твою внешность, третий брат?»

В этот момент он внезапно увидел Небесного Преподобного Хао.

Цинь Му был ошеломлён, увидев, как тот крадётся в сторону дворца наложниц.

«Почему он крадётся в своём собственном доме?»

Цинь Му был сбит с толку ещё больше, когда увидел Небесного Преподобного Юня.

Цинь Му был приятно удивлён. Небесный Преподобный Юнь тоже крался, следуя за Небесным Преподобным Хао во дворец наложниц Небесного Императора.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он начал красться следом за ними.

Небесный Преподобный Хао наткнулся на горничных, охранявших дворец. Внезапно его силуэт поднялся, превращая их в пыль. После этого он достал белое знамя и махнул им, чтобы забрать их души.

«Сокровище Сына Небесной Инь!» — подумал Цинь Му, наблюдая за происходящим.

Небесный Преподобный Юнь, следующий за Небесным Преподобным Хао, достал лист желтой бумаги и наклеил его себе на лоб. Его внешность тут же изменилась.

Цинь Му моргнул: «Это Сокровище Небесного Преподобного Ю! Они знали, что Ах Чоу начнёт сеять здесь хаос, поэтому подготовились. Кажется, они собираются своровать сокровище райских небес. Что им нужно?»

Глава 1066. Трое Небесных Преподобных занимаются воровством

Небесный Преподобный Хао, идущий впереди, размахивал своим знаменем, безжалостно убивая всех, кого встречал по пути.

Он был невероятно могущественным. Несмотря на то, что он ещё не достиг области Императорского Трона, он, в конце концов, был сыном Небесного Императора и Госпожи Юаньму. Его родословная обладала огромной силой, его боевые способности были поразительными.

В этот момент дворец наложниц погрузился в хаос. Могущественные боги бросились к Нефритовой Столице, чтобы спастись от Ах Чоу. Те, кто остались во дворце, были не в силах справиться с Небесным Преподобным Хао, и умерли ещё до того, как увидели его лицо. Все их души были поглощены крохотным белым знаменем, выкованным Сыном Небесной Инь.

Небесный Преподобный Хао продвигался вперёд, Юнь крался следом.

Спустя некоторое время Цинь Му, следовавший за ними, ошеломлённо дрогнул. Он увидел сокровищницу.

Это был Зал Ароматов.

Его сердце начало бешено колотиться, и люди впереди тут же это почувствовали. Небесный Преподобный Юнь поспешно спрятался, а Цинь Му превратился в тень на земле, будто испарившись.

Небесный Преподобный Хао ничего не увидел и продолжил двигаться вперёд.

Вскоре Небесный Преподобный Юнь выбрался из укрытия и огляделся. Не заметив ничего странного, он продолжил следовать за Небесным Преподобным Хао.

Цинь Му выбрался из земли и озадаченно уставился на Зал Ароматов.

Именно здесь хранились остатки души Небесного Преподобного Юя. Тем не менее, это был самый ценный зал Небесного Императора, поэтому повсюду было множество печатей и талисманов. Одноногий не мог сюда пробраться, а значит и он не мог.

Цинь Му глубоко вдохнул, продолжая следовать за Юнем и Хао.

Вскоре он обнаружил вторую их семидесяти двух сокровищ, Зал Чистого Солнца.

Небесный Преподобный Хао вошёл в зал, который охраняли два древних цилиня. Они обладали серьёзным и зловещим видом. Когда Небесный Преподобный Хао подошёл к ним, они протянули свои когти и прокричали:

— Небесный Преподобный, стой!

Небесный Преподобный Хао улыбчиво проговорил:

— Я здесь, по приказу отца, впустите меня, старшие.

— Приказ императора? У тебя есть документ от него?

Небесный Преподобный Хао достал приказ и проговорил:

— Взгляните, пожалуйста.

Цилини были двумя древними богами, рождёнными божественными горами. Когда они посмотрели на императорский приказ, Небесный Преподобный Хао внезапно его перевернул. С его противоположной стороны было зеркало, свет которого тут же упал на исконные духи цилиней.

Они тут же были обездвижены. Небесный Преподобный Хао поднялся и убил их, прежде чем высосать их исконные духи. Облегчённо вздохнув, он вошёл в зал и пробормотал:

— Мать говорила, что те два сокровища должны быть здесь. Атака Ах Чоу на райские небеса — это отличная возможность их украсть. С помощью этих сокровищ я смогу править древними созданиями.

Перед Залом Чистого Солнца висело бесчисленное количество печатей. Госпожа Юаньму, очевидно, рассказала Небесному Преподобному Хао как их сломать. Он отступил, махнул рукой, и его жизненная Ци превратилась в драконов и фениксов, бросившихся в сторону печатей.

Вокруг Зала Чистого Солнца тут же появились бесчисленные цепи, окутывая его.

Глаза Небесного Преподобного Хао загорелись. Он нервничал, ломая огромное количество печатей. Спустя некоторое время он наконец разрушил их всех.

В этот момент его силуэт превратился в луч света, и он бросился внутрь зала.

Печати тут же закрылись за его спиной.

Как только он вошёл внутрь, Небесный Преподобный Юнь сделал шаг вперёд, застонал, и начал повторять действия Небесного Преподобного Хао. Он сделал всё то же, что только что увидел!

Метод открытия печатей Зала Чистого Солнца был невероятно сложным. Даже гений не мог бы запомнить его за столь короткое время.

Тем не менее, ему удалось запомнить его в совершенстве!

Он был первым, кто открыл области Императорского Трона. Его техника Фиолетовых Небес Голубого Неба позволяла отлично повторять божественные искусства других. Его потоком Юнь Цзяньли сумел развить её, впитывая реформы эпох будущего, не позволяя её устареть.

Сломав печати, Небесный Преподобный Юнь бросился внутрь зала.

Как только он вошел внутрь, печать снова закрылась.

Цинь Му подошёл к залу, думая, как сломать печать. Он покачал головой: «Я не помню способа открыть печать целиком, но к счастью, вместо меня это сделало зеркало.»

Он протянул руку и достал зеркало, в котором тут же показался способ открытия печати.

Всюду, где падал свет зеркала, печати Зала Чистого Солнца открывались, позволяя Цинь Му войти.

В Зале Чистого Солнца Цинь Му обнаружил лишь пустоту. Здесь не было пола, лишь бескрайнее пространство.

Он тут поднялся в воздух, чтобы не упасть в бездну.

Затем он обнаружил вокруг бесчисленные сокровища. Витающие в Зале Непостижимого Неба. Они сияли ярким светом, ужасно бросаясь в глаза.

За исключением сокровищ здесь были дворцовые фонари.

Они парили в пространстве и были размером с человека. Они подавляли сияние сокровищ, не позволяя ему сиять слишком ярко.

Цинь Му кое-что понял: «Эти фонари охраняют здешние сокровища!»

Огромные сокровища, витающие в Зале Непостижимого Неба, были обклеены талисманами. Неподалёку Цинь Му увидел огромный шар высотой около двадцати метров, поверхность которого была невероятно яркой, на нём не было никаких изъянов.

«Что это? — он хотел рассмотреть шар поближе, но внезапно услышал странное сердцебиение. Цинь Му удивился. — Это не шар, а яйцо с жизнью!»

Прежде чем он успел добраться к нему, фонари вокруг засияли, их свет упал на Цинь Му.

Силуэт Цинь Му тут же мелькнул, пытаясь укрыться от света. Его тело тысячи раз перемещалось с места на место, исполняя техники одноногого.

Цинь Му подошёл к шару и положил на него руку. Он тут же почувствовал, как сердцебиение внутри него превратилось в голос Великого Дао, будто в яйце кто-то молился.

«Неужели там древний бог?»

Цинь Му был озадачен. Разве древние боги не были рождены в первобытную эпоху? Почему один из них до сих пор был в яйце?

В этот момент свет впереди засиял ярче, начав хаотично носиться по кругу. Фонари внутри тут же активизировались, освещая дворец миллиардами огней, не оставляя в нём места, чтобы спрятаться!

Он не знал кто активировал фонари, которые запечатывали сокровища, и начал цепную реакцию, которая поставила их всех в опасность!

Цинь Му мгновенно уменьшился в размерах, превращаясь в маленькую пылинку, а затем отскочил подальше от яйца, чтобы избежать света. Из его межбровья выстрелил яркий луч, и один из фонарей тут же исчез в земле слова Цинь.

Его межбровье продолжало поливать округу ярким светом. Фонари неподалёку разлетелись по сторонам, образовывая безопасное место.

Где-то вдали раздались волны божественного искусства, и фонари начали гаснуть один за другим.

Сердце Цинь Му дрогнуло: «Небесный Преподобный Юнь уже достиг области Императорского Трона. Его сила выше моей, эти фонари бессильны против него.»

Вскоре погас последний фонарь, и остался лишь свет сокровищ зала Чистого Солнца.

Межбровье Цинь Му продолжало ярко сиять, засасывая огромное яйцо. Затем его свет упал на следующее сокровище.

Это была гора сокровищ. Межбровье Цинь Му снова засияло, и он без раздумий её схватил.

Гора была создана из чего-то вроде нефрита. Тем не менее, если она хранилась в сокровищнице Небесного Императора, она определённо должна была быть ценной.

— Неужели это сокровище, которое древний Небесный Император нашёл во дворце предков?

Он также своровал извилистую реку. Она была очень маленькой, достигая в длине лишь двадцать метров, но её вес был огромным. Когда он спрятал её в земле слова Цинь, его брови опустились под её весом.

— Что это за река?

Цинь Му дрогнул, почувствовав, что из-за огромного веса реки не может поднять зрачок своего третьего глаза.

Тем не менее, у него не было времени на раздумья. Вскоре Небесный Император одолеет Ах Чоу и тот вернётся в Юду. Он должен был успеть своровать столько, сколько может.

Небесный Преподобный Юнь и Небесный Преподобный Хао тоже это понимали. Цинь Му увидел, как Небесный Преподобный Хао достал сумку из змеиной кожи и спрятал в ней сокровища. Было очевидно, что он украл что-то важное.

У Небесного Преподобного Юня был необычный мешок. Цинь Му почувствовал, что его окутывала аура таотэ.

Лучи сокровищ в зале непрерывно исчезали, вокруг становилось всё темнее.

Цинь Му двигался как можно быстрее, когда внезапно увидел перед собой нефритовую колонну. Он ошеломлённо дрогнул и едва на воскликнул от удивления.

Это был столб, что находился в Павильоне Хранителя Предка Дао, именно с его помощью можно было запечатлеть руны древних богов и даже воссоздать облик Небесного Преподобного Юя!

«Этот столб — невероятно ценное сокровище!»

Цинь бросился вперёд, когда внезапно увидел, что Небесный Преподобный Хао тоже движется в сторону столба. В следующий миг он спрятал его в сумке.

Они встретились взглядами, и Цинь Му тут же протянул руку, в то время как Небесный Преподобный Хао начал увеличиваться в размерах. Цинь Му исполнил божественное искусство, создавая Великое Всеобъемлющее Небесное Завершение!

Небесный Преподобный Хао взмахнул своим знаменем, но оно оказалось беспомощным!

Жизненная Ци Небесного Преподобного Хао вспыхнула, за его спиной появился райский дворец, защищающий его от божественного искусства Цинь Му. Спустя несколько мгновений дворец разрушился.

Цинь Му разочарованно вздохнул. Пока что божественные искусства Небесного Преподобного Хао были не так хороши, как его, даже несмотря на огромный перевес в совершенствовании. Его физическое тело тоже было очень сильным, было очевидно, что он уже повзрослел.

Один из них бросился на восток, другой на запад. Они не спешили драться, и вместо этого решили продолжить воровать.

У них было мало времени. Небесный Преподобный Хао понял, что победить Цинь Му будет непросто. Цинь Му подумал о том же, поэтому они решили не драться.

Зал Чистого Солнца становился всё темнее и темнее, в нём почти не оставалось света.

В этот момент глаза Цинь Му загорелись, он едва не заплакал от радости.

Он увидел несколько осколков Первобытного Камня Великого Первоначала!

Первобытный Камень Великого Первоначала!

Небесный Император хранил здесь сокровища Великого Императора!

Цинь Му бросился к камню, превратившись в луч божественного света. В этот момент он заметил два других луча света. Это были Небесные Преподобные Хао и Юнь!

Тем не менее, вскоре Цинь Му обнаружил, что они движутся не туда, куда он.

Увидев, куда они направляются, Цинь Му дрогнул. Небесный Преподобный Юнь двигался в маленькому жертвенному алтарю, а Небесный Преподобный Хао к огромной печати!

«Печать и алтарь Великого Императора!»

Сознание Цинь Му бросилось к Первобытному Камню Великого Первоначала, прежде чем разделиться на две части. Одна половина отправилась за печатью, а другая за жертвенным алтарём.

В то же время божественные искусства Небесных Преподобных Юня и Хао одновременно двинулись в его сторону.

По спине Цинь Му пробежали мурашки, он немедленно прикрылся круглым яйцом. В следующий миг божественные искусства взорвались, ударяя его.

В этот момент Небесный Преподобный Юнь заметил лицо Цинь Му и растерялся:

— Ло Сяо! Разве ты не умер?

Как только он отвлёкся, на него обрушилось божественное искусство Небесного Преподобного Хао. Тот засмеялся и схватил печать Великого Императора, прежде чем отправиться к алтарю.

Небесный Преподобный Юнь бросился вперёд. Несмотря на то, что он двинулся с места позже, его скорость была выше, и они достигли алтаря почти одновременно.

Внезапно алтарь исчез!

Их сердце дрогнули. В следующий миг Небесный Преподобный Хао прокричал, печать в его руке тоже исчезла!

«Что происходит?» — их посетила одинаковая мысль.

Между тем снаружи зала раздались ужасающие толчки, сообщающие о начале сражения между Небесным Императором и Ах Чоу.

Небесный Преподобный Юнь и Небесный Преподобный Хао тут же бросились к выходу из зала.

Если бы они задержались, то было бы уже слишком поздно. Реинкарнация Графа Земли, Ах Чоу, не был ровней Небесному Императору. Если они застрянут в Зале Чистого Солнца, то умрут ужасной смертью.

У них было много планов на будущее, поэтому они не были готовы так рисковать.

Как только они бросились к двери, Цинь Му собрался с мыслями и бросился к тому месту, где исчезли алтарь и печати, держа их в руках.

Когда он спрятал эти два артефакта в своём межбровье, алтарь и печать Зала Чистого Солнца снова появились на своих местах.

Цинь Му схватил их и выбежал из зала.

Глава 1067. Му, Юнь и Хао во дворце Панчавидьи

Заметив ужасный хаос, Южное Божество Красная Птицы вышла из своего дворца. Подняв взгляд, она увидела гигантского Ах Чоу окутанного бесчисленными цепями Великого Дао, шагающего вперёд. Она равнодушно проговорила:

— Наследный принц зашёл слишком далеко. Тем не менее, он бы не позволил себе подобного, будь Небесный Император более строгим, — она холодно рассмеялась, смотря в центр райских небес. — Что ты задумал, Император?

— Когда ты построил райские небеса. Ты собрал силу древних богов, превращая её в свою собственную. Ты до сих пор нас боишься? — она тихо бормотала себе под нос. — Да. Граф Земли и Небесный Герцог слишком сильны. Ты не в силах их контролировать. Но пока ты знаешь их слабые места, ты можешь ими управлять, верно? Ты уже преподал урок Небесному Герцогу, и теперь пришла очередь Графа Земли.

Она тихо продолжила:

— Скоро настанет черёд Матери Земли, а затем Небесной Инь. После этого ты доберёшься до нас, Четырёх Божеств. Тем не менее, я не буду молча за этим наблюдать!

В то день погода на райских небесах была переменчивой. Атака Ах Чоу привела к смерти множества древних богов и полубогов, армия райских небесах тоже понесла огромные потери.

В конце концов Ах Чоу достигнет Нефритовой Столицы и будет повержен Небесным Императором, после чего окажется в Юду.

Небесный Император протянул руку и схватил девочку, упавшую с плеча Графа Земли.

В этот момент Небесный Преподобный Юнь и Небесный Преподобный Хао сбежали из Зала Чистого Солнца. Они ушли со своей добычей, даже не взглянув друг на друга.

Вскоре из зала выбежал Цинь Му, отставая от них всего лишь на шаг. По пути он изменял свою внешность, чтобы укрыться от дворцовых горничных и пробраться в Нефритовую Столицу. Снова принял облик Ло Сяо, он вышел из города.

Между тем зелёная птица ворвалась в Юду, но уже было слишком поздно.

Божественный Король Гун Юнь увидела, что Граф Земли просыпается. Он открыл глаза и посмотрел в сторону райских небес. В его взгляде не было никаких эмоций.

Граф Земли не поворачивался в сторону птицы, но протянул руку, и поток призрачной реки тут же бросился ей наперехват.

Он не сводил глаз с руки Небесного Императора, на которой стояла его дочь.

Божественный Король Гун Юнь тут же почувствовала, как по её спине бегут мурашки. Она собиралась остановить реку, когда печати на спине Да Хуна лопнули. И он превратился в огромную птицу, поднимаясь в воздух. Засмеявшись, он проговорил:

— Не бойся, моя любимая жена. Пока я рядом, Граф Земли не сможет причинить тебе вреда!

Гун Юнь прикрылась от атаки призрачной реки, её душа задрожала от силы удара. В этот момент огромная сила разрубила реку напополам. Это сделало настоящее тело Великого Императора, которое ударило из другого пространства.

Гун Юнь понимала, что для того, чтобы сбежать из Юду, ей придётся положиться на помощь Великого Императора.

— Дочь самого могущественного дьявольского бога родилась в мире живых, а не в Юду, — вдали раздался голос Небесного Императора, отчётливо звеня в ухе Графа Земли. — Дочь мира мертвых наполнена пустотой. Именно поэтому мы называем ей Вэй Сю. Дьявольская аура Юду слишком сильна, поэтому ей лучше остаться на райских небесах. Что ты об этом скажешь, Друг Дао?

Граф Земли посмотрел вниз, наблюдая как его реинкарнация, Ах Чоу, непрерывно погружается в тьму.

— Это мудрое решение, Императора, — ответил он.

Небесный Император улыбнулся.

В Нефритовой Столице, Наследный Принц Ци стал свидетелем сражения между Небесным Императором и Ах Чоу. По его спине пробежали мурашки: «Кажется, мне не хватает сил, чтобы избавиться от отца. Тем не менее теперь, когда я пошёл против Графа Земли, он не будет меня терпеть. Мне нужно восстать… У меня есть поддержка полубогов, матери и многих древних богов! Возможно, я не проиграю!»

В этот момент Цинь Му шёл по райским небесам, спеша к райскому дворце Красной Птицы. Шёл дождь, смывая с улиц кровь.

Боги, которым повезло выжить, забирали с улиц трупы.

Ах Чоу использовал силу настоящего Графа Земли, нанеся райским небесам огромный ущерб. Тем не менее, Цинь Му было приподнятое настроение, так как он сумел на этом заработать. Он не рассчитывал разбогатеть. Но ему удалось заполучить Первобытный Камень Великого Первоначала Великого Императора.

Сложив осколки, можно было получить целый Первобытный Камень Великого Первоначала!

Теперь ему оставалось встретиться с Южным Божеством Красной Птицей и заполучить одно из её сокровищ. Также он мог разделить её душу и создать её реинкарнацию, чтобы позволить ей избежать смерти.

Когда он проходил мимо райского дворца Панчавидьи, по ту сторону его врат раздался чей-то голос:

— Давно не виделись, Ло Сяо.

Сердце Цинь Му дрогнуло, и он тут же повернулся:

— И вправду давно, Небесный Преподобный Юнь.

Небесный Преподобный Юнь холодно фыркнул и вошёл в райски дворец Панчавидьи, говоря:

— Войди, пожалуйста. Это место — райский дворец древних богов пяти элементов. Они уже умерли от руки Небесного Преподобного Му, поэтому здесь пусто.

Цинь Му собрался с мыслями, собираясь принять своя настоящий облик, когда внезапно увидел за своей спиной Небесного Преподобного Хао.

Сердце Цинь Му дрогнуло, он с трудом держал себя в руках.

Они вошли во дворец Панчавидьи, и Цинь Му подошёл к Небесному Преподобному Юню.

— Я своими глазами видел, как ты умер. Ты погиб на райской реке, и твой труп смыло её течение, — внезапно проговорил Небесный Преподобный Юнь. — Ты не мог выжить, тем не менее, те стоишь передо мной.

Цинь Му чувствовал как Небесный Преподобный Хао входит во дворец. Он проговорил:

— Меня спасли.

Небесный Преподобный Юнь проговорил:

— Ты оставил мне свой глаз и сознание. Я видел твоих людей и то, как ты стал духом предков. Разве это могло произойти, если твоё тело до сих пор было живо?

Цинь Му проговорил:

— Мы не такие, как вы. Смерть души для нас не является настоящей смертью Мы умираем только тогда, когда умирает наше сознание.

— Возможно, ты прав, — кивнул Небесный Преподобный Юнь. — Я встречался с твоим народом и видел их методы совершенствования. Они не умеют обманывать и лгать, а их общение базируется на контакте сознаниями. Они могут понять друг друга с помощью легкого касания. Иногда я даже отправляюсь туда, чтобы успокоиться. Но ты не такой как они, ты лжёшь мне.

Внезапно он что-то чувствовал. Ему казалось, что Небесный Преподобный Хао крадётся во дворец Панчавидьи. Хоть его сознание было не таким сильным, как у Цинь Му, оно всё же не было слабым, и его было несложно заметить.

Великая Пустошь, о которой рассказал ему Цинь Му, была уничтожена Великим Императором. Он тоже не был честным человеком.

— Куда, после моей смерти на райской реке, отправился зверь бездны, который со мной был? — спросил Цинь Му.

Небесный Преподобный Юнь ответил:

— Я отправил его в Великую Пустошь.

Цинь Му вздохнул. Великий Император знал, где находится Великая Пустошь.

Его сознание задрожало, передавая информацию в голову Небесного Преподобного Юня:

— Я больше не могу вернуться в Великую Пустошь. Пожалуйста, передай Первобытный Камень Великого Первоначала моему народу и помоги им построить Мост Пустоши и Мир Парамиты. В этом тебе помогу печать и алтарь Великого Императора. Я их тебе одолжу, верни их в будущем.

Он быстро повернулся и посмотрел туда, где стоял Небесный Преподобный Хао. Освобождая своё сознание.

Небесный Преподобный Хао ошеломлённо дрогнул, всё перед его глазами исчезло, и остался лишь величественный Небесный Император.

По спине Небесного Преподобного Хао пробежали мурашки. Он сразу понял, что оказался внутри иллюзии, поэтому укусил свой язык и плюнул на землю кровью.

Его кровь содержала силу родословную двух древних богов. Она мгновенно растопила иллюзию Цинь Му и разрушила его божественное искусство!

К тому времени Первобытный Камень Великого Первоначала, печать и алтарь Великого Императора уже были в руках Небесного Преподобного Юня.

Он поспешно спрятал три предмета, после чего поднял взгляд, обнаруживая, что Цинь Му уже исчез.

Взгляд Небесного Преподобного Юня наполнился растерянностью. Это Ло Сяо не слишком напоминал того человека, что погиб на райской реке. Несмотря на то, что его сознание было таким же сильным, у него был другой характер.

Небесный Преподобный Хао подошёл ближе и огляделся. Он разочаровался, не обнаружив ни следа от Цинь Му.

— Я знаю, что третьим человеком в зале был ты — Небесный Преподобный Юнь, — неторопливо проговорил Небесный Преподобный Хао.

Небесный Преподобный Юнь равнодушно ответил:

— Я знаю, что ты тоже там был.

Взгляд Небесного Преподобного Хао загорелся, он с любопытством спросил:

— Кто был вторым? Я не могу поверить, что нашёлся ещё кто-то, кто решил воспользоваться нападением Ах Чоу, чтобы ограбить зал. Меня переполняет любопытство.

— В этом мире бесчисленное количество выдающихся людей. Это ты подстроил битву между наследным принцем Ци и Графом Земли? Прекрасно, — Небесный Преподобный Юнь похвалил. — Отлично сделано, Небесный Преподобный Хао. Благодаря этому ты сумел пробраться в сокровищницу Небесного Императора.

Небесный Преподобный Хао улыбнулся и неторопливо проговорил:

— Я просто воспользовался ситуацией. Хоть я и лидер полубогов Первобытного Царства, но остальными полубогами правит наследный принц. Я лишь маленький чиновник, как и ты. Но мне понадобилось лишь рассказать наследному принцу о реинкарнации Графа Земли, и у меня тут же появилась возможностью Он определённо сделал бы свой ход. Более того…

На его лице появилась игривая улыбка:

— Небесный Император всё равно не хочет, чтобы наследный принц оставался в живых. Его амбиции стали слишком великими, и он слишком сблизился с другими древними богами.

— После этого Наследный Принц Ци вынужден восстать, и, следовательно, погибнуть. После этого у тебя не останется конкурентов. Тем не менее, какой бы хорошей не был твой замысел, его всё равно не хватит, — Небесный Преподобный Юнь посмотрел на Зал Непостижимого Неба, — Ты не сможешь с ним потягаться.

Небесный Преподобный Хао думал о том же, смотря на Зал Непостижимого Неба. Он прошептал:

— Всякий раз, когда я его вижу, я чувствую себя слишком слабым, чтобы что-то ему противопоставить. Я знаю, какой он ужасный. Чем больше я о нём узнаю, тем более неуязвимым он мне кажется. У него лишь одна слабость, и если бы её не было, то…

Он дрогнул.

Глаза Небесного Преподобного Юня загорелись:

— Единственный человек этой эпохи, достойный моего внимания, — это ты. Хоть у тебя и высокое происхождение, на самом деле ты незаконнорождённый ребёнок без высокого положения. Ты потерпел поражение, которое разрушило твоё сердце Дао, и добровольно отдал своё положение на райских небесах, становясь простолюдином нижней границы, — он сложил руки за спиной, продолжая. — Я вижу в тебе бескрайние амбиции и желания. Ты подружился с полубогами, Небесным Преподобным Хо и Сыном Небесной Инь. Даже Император Богов Лан Сюань и Наследственный Король Богов глубоко тебя уважают. В любой войне между Небесами Дракона и Ханя я замечал твою мудрость. В этом мире лишь два героя.

Он протянул руку, указывая на Небесного Преподобного Хао.

Небесный Преподобный Хао рассмеялся, прежде чем проговорить:

— У нас общий враг. Тебе нужна моя сила, а мне нужна твоя мудрость. Юнь, за исключением Лань Юйтяня и Небесного Преподобного Му, именно ты впечатляешь меня больше всего. Я управляю самыми сильными полубогами, а ты управляешь самыми сильными людьми. Мы должны хорошо вся спланировать.

Небесный Преподобный Юнь кивнул, вспоминая о мастере создания по имени Лан Сюань. Он проговорил:

— У меня есть идея. Нам лишь нужно подождать ещё несколько лет, чтобы ты достиг области Императорского Трона. После этого я буду готов атаковать. У него есть одно слабое место, а значит у нас есть лишь один шанс. Мы должны сделать всё совершенно! — смотря на Хао глубоким взглядом, он продолжил. — Для начала мну нужно разобраться с другим существом, не менее могущественным, чем твой отец!

Сердце Небесного Преподобного Хао дрогнуло от мысли об этом:

— Кто бы это мог быть?

— Великий Император, — Небесный Преподобный Юнь развернулся, и проговорил, уходя. — Мы должны избавиться от него, чтобы он не начал доставлять проблем после смерти твоего отца. В противном случае он станет новым Небесным Императором после смерти твоего отца, и мы и дальше будем вынуждены работать на него! Великий Император должен умереть раньше твоего отца!

Небесный Преподобный Хао смотрел Небесному Преподобному Юню вслед, мысленно его восхваляя: «Небесный Преподобный Юнь и вправду самый сильный из моих врагов. Он делает то, что уже приходило мне в голову. Тем не менее, в конце победителя определит сила.»

Он вышел из райского дворца Панчавидьи, проговорив:

— Сила людей ужасно отстаёт от силы полубогов. После смерти Наследного Принца Ци все полубоги окажутся под моим управлением. Я сильнее, а значит в конце концов окажусь победителем!

Глава 1068. Император Бескрайних Туч разбивает яйцо

Цинь Му отправился в райский дворец Красной Птицы, но не обнаружил там Южное Божество. Боги, охранявшие это место, проговорили:

— После произошедшего Южное Божество решила посетить Северное и Восточное Божество.

Цинь Му нахмурился и попросил у бога бумагу и чернила. Написав письмо, он оставил его богу и проговорил:

— Отдай его как только она вернётся. Скажи, что приходил её брат, и что она должна сделать всё, о чём я прошу.

Бог спрятал письмо.

Вскоре после этого райские небеса встряхнула новость о том, что Зал Чистого Солнца был разграблен. Небесный Император впал в ярость и приказал Великому Владыке Солнца и остальным богам звёзд запечатать райские небеса, допросить и обыскать всех, кто здесь был. Это касалось даже райских дворцов четырёх божеств.

Дворцы Графа Земли, Небесного Герцога, Матери Земли, Богини Небесной Инь и сестры Небесной Императрицы тоже были обысканы.

В небе распахнулась сеть неизбежности. Вокруг засияли яркие огни, образовывая цепи великого Дао. Это делало побег из райских небес почти невозможным.

«Интересно, удастся ли мне перенести вещи прошлого в будущее?»

Цинь Му хмыкнул. По законам неизменного вещества это было возможно, но он не был уверен в успехе.

В этот момент армия начала обыскивать место, где он находился, поэтому он решил потушить фонарь.

Когда шум утих и Южное Божество посетила трёх божеств, она вернулась в свой райский дворец.

Бог, стоящий у врат, передал ей письмо и проговорил:

— Императрица, к нам приходил юноша с фонарем в руках, большими глазами и толстыми бровями, представившийся твоим братом. Он оставил тебе письмо. Как ни странно, у него не было чем писать, и он попросил у нас бумагу.

— Брат? С фонарем?

Южное Божество была сбита с толку. Взяв письмо, она вошла во дворец, думая: «Эти два хитреца из дворца Северного Божества правы. Изначально Небесный Император назначил двадцать восемь богов, чтобы те правили нашими полюсами. Теперь, когда они погибли от руки Графа Земли, на полюсах нет власти, и там начнётся хаос. У нас появилась возможность вернуться!»

Она уселась в гнезде, накрывая его своей красной одеждой. Весь дворец был малиново-красным, его цвет переливался, будто языки пламени. Что делало его очень красивым.

Южное Божество отложила письмо в сторону, думая про себя: «Может показаться, что у Небесного Императора построил для нас райские дворцы, руководствуясь благими намерениями, но на самом деле он пытался отнять нашу силу и заточить нас на райских небесах. Если бы мы ушли, то это было бы огромное преступление, даже более ужасное, чем восстание Ах Чоу!»

«Когда человек далек от власти, в его дела не вмешиваются. Если мне удастся вернуться на полюс, я обрету свободу, и райские небеса больше не будут меня сдерживать.»

На её лице появилось выражение печали. Кто осмелится начинать восстание, даже более серьёзное, чем проступок Ах Чоу?

Спустя некоторое время она вздохнула и подняла письмо Цинь Му, обнаруживая на нём печать с рунами красной птицы.

Она была шокирована. Печать переливалась символами Красной Птицы. Даже люди, которые хорошо её знали, не могли владеть таким количеством её рун!

Тем не менее, проходимец, оставивший это письмо, сумел оставить почти идеальную печать Красной Птицы!

Только Красное Божество могла разрушить печать. Если бы к ней коснулся кто-то другой, письмо тут же бы загорелось!

— Человек, оставивший это, говорил, что он мой брат? Неужели это правда?

Она сломала печать и открыла письмо. Слова внутри поднялись в воздух, начиная гореть.

Они превратились в языки пламени, формируя текст.

Южное Божество долго наблюдала за пламенем, читая текст. К тому времени письмо превратилось в пепел.

— Это и вправду был брат Му Цин, — Южное Божество моргнула и прошептала. — Он твердит, что в будущем я умру, и хочет, чтобы я подготовилась. Он дал мне два варианта — первый, это дать своё перо Небесной Преподобной Юэ. Второй — разделить свою душу и реинкарнировать.

Южное Божество легла в гнезде, её изящные ноги показались из-под одежды. Она размышляла: «Тем не менее, Восточное Божество хотел, чтобы я остерегалась таких людей, как Небесный Преподобный Му, так как он убил многих древних богов и представляет для нас огромную угрозу. И вправду, Владыки Звёзд Пяти Элементов погибли от его руки…»

Она оказалась перед дилеммой, начав нервно ходить по кругу. Спустя некоторое время она приняла решение: «Для начала мне нужно встретиться с Небесной Преподобной Юэ! Если у неё плохой характер, и она склонна к обману, то я не буду с ней сотрудничать. Если же у неё хороший характер, то я не против с ней подружиться! Я помню ту девочку, Небесную Преподобную Лин. Впрочем, именно она создала Небесный Союз вместе с Небесным Преподобным Му…»

В том году Небесный Преподобный Юнь отправился в Великую Пустошь и отдал Первобытный камень Великого Первоначала мастерам создания, проговорив:

— Ло Сяо оставил вам этот камень, с помощью которого вы сможете построить Мост Пустоши и Мир Парамиты.

Они были шокированы, но не подвергать его слова сомнению.

Небесный Преподобный Юнь посмотрел на наивных мастеров создания и покачал головой.

Мастерам создания будет сложно справиться с грядущим вторжением Великого Императора.

Он снова встретился с Лан Во. Эта девушка из расы мастеров создания обладала невероятно красивой и трогательной внешностью. Каждый раз, когда он её видел, в его голове возникали странные мысли.

У него была идея, но он не мог подвергать её опасности.

Он вернулся на Небеса Ханя и увидел, что пути создания Небесной Преподобной Лин улучшился, позволяя ей создать ещё больше странных существ. С волнением в сердце он спросил:

— Лин, ты можешь создать человека?

Небесная Преподобная Лин оторвалась от бесчисленных свитков и бросила на него растерянный взгляд:

—Мне нужна идеальная девушка, — глаза Небесного Преподобного Юня загорелись, он проговорил. — Я отведу тебя к ней.

Спустя некоторое время Небесная Преподобная Лин встретилась с Лан Во, и тут же была поражена её красотой, похвалив:

— В мире нет такой ж красивой девушки, как она, она красивее снега. При её виде фениксовые флейты расправляют крылья и отправляются в полёт. Её кожа напоминает поверхность нефритовой горы, а её тело и походка такие нежные и лёгкие, что не поднимают пыли. Её талия будто ветвь ивы, несущая на себе её весеннее тело. Такая девушка должна называться Цзюэ Учэнь!

Услышав это, Лан Во покраснела.

Небесный Преподобный Юнь спросил:

— Твой путь создания может создать Цзюэ Учэнь?

Небесная Преподобная Лин немного подумала и ответила:

— Я могу попробовать, но мой путь создания ещё не доведён до совершенства. Мне нужно больше времени. Как только я его улучшу и смогу создать божественное оружие создания, я создам Цзюэ Учэнь.

— Сколько времени тебе нужно?

— Не знаю, тебе нужно ждать.

У Небесного Преподобного Юня не было выбора. Он снова вспомнил о Ло Сяо и подумал: «Тот Ло Сяо был настоящим? Или же на самом деле это был тот человек…»

В его мыслях появился силуэт Цинь Му, и он покачал головой:

— Это невозможно. Лин говорила, что он лишь тень из будущего, хоть я и надеюсь когда-либо его встретить. У меня много стремлений, и я хочу ими с ним поделиться…

Он изумлённо смотрел на беззаботных мастеров создания Великой Пустоши, думая:

— Я чувствую, что мы похожи, как жаль. Что он тень будущего. В этой Эпохе у меня нет друзей Дао, мой единственный друг Дао живёт в другом времени…

У него было чувство, что он и его друг Дао помогали друг друга двигаться вперёд сквозь века. Тем не менее, они всегда оставались невероятно далеко друг от друга.

Несколько сотен лет спустя наследный принц Ци возглавил десятерых стражей райских небес и поднял восстание, повергая райские небеса в хаос. К нему присоединилось множество древних богов.

Восстание началось во дворце наложниц. Наследный принц Ци, самый могущественный полубог, обладал родословной Небесной Императрицы и Небесного Императора. Кроме того, он уже был взрослым, что делало его самым ужасающим представителем своей расы.

Он был настолько могущественным, что был даже страшнее Императора Богов Лан Сюаня и Потомственного Короля Богов.

Он поднял огромную суматоху. Восстание поддержали не только полубоги и некоторые древние боги, но даже Небесная Императрица.

Когда он исполнил своё божественное искусство Руин Заката и поглотил им райские небеса, древние боги были повергнуты в ужас.

Тем не менее, он всё равно потерпел поражение. Каждое его движение было подавлено древним Небесным Императором. Само небо и земля затолкали его на дно Прохода Нефритового Замка Юду.

Над Юду прогремел холодный голос:

— С сегодняшнего дня у тебя нет фамилии. От тебя осталось лишь зло и грехи. Ты будешь вечно страдать в пылающем огне. С этого момента ты…

— Се Уци.

Битва на райских небесах привела к бесчисленным жертвам, их количество было даже больше чем во время восстания Ах Чоу. В последствии даже Небесная Императрица была прогнана из райских небес.

Почти все солдаты десяти стражей были казнены на новой Сцене Казни Бога. Казнь продолжалась сто дней, за это время было отрублено огромное количество голов.

Казней было очень много, новый божественный нож не жалости. Два потока зловещего воздухе. Казалось, были неразрушимы, проходя сквозь исконные духи и физические тела, словно сквозь арбузы.

Небесный Император выбрал сильных практиков всех рас, чтобы воссоздать десятерых стражей. Он забрал почти все таланты каждой из рас.

Десять стражей прошлого были могущественными полубогами. Теперь же они в основном состояли из богов, совершенствовавшихся до области Нефритовой Столицы.

Таким образом силы райских небес полностью преобразовались.

После хаоса, посеянного Ах Чоу и Се Уци, силы старых поколений райских небес были почти истощены. Незаметно для всех наступила новая эпоха.

Система божественных сокровищ и райских дворцов стала основой для всех небесных рас.

До этого положение и сила существа определялась его родословной.

Теперь они зависели от совершенствования.

Древние боги могли править миром благодаря своим родословным, но после этих событий система божественных сокровищ и райских дворцов начали медленно их догонять!

Это и было революцией Эпохи Дракона Ханя. Она произошла незаметно, под чутким руководством древнего Небесного Императора.

Именно древние боги мешали Небесному Императору стать сильнее. В ответ на это он воспользовался силой рас после начала и полубогов, чтобы избавиться от их потомков.

Древние боги ослабли, а он — нет.

Его власть стала ещё более устойчивой.

На корабле призраке Цинь Му достал яйцо, сворованное из Зала Чистого Солнца, и начал изучать его вместе с Вэй Сюйфэном.

Вэй Сюйфэн постучал по скорлупе. Внутри раздавался голос Дао, будто внутри кто-то разговаривал. Тем не менее, эта речь была странной и непонятной.

Вэй Сюйфэн недолго исследовал яйцо и попытался заглянуть внутрь него с помощью всевозможных божественных искусств. Тем не менее, все его попытки оказались бесполезными:

— Это определённо не древний бог, все они уже давно родились. Впрочем, это может быть бог, рождённый от драконьей вены или горной природы. Может быть там полубог?

Он присел, прислушиваясь к яйцу. Голос Дао, звучащий в нём, был странным. Его сердцебиение тоже казалось необычным и далёким.

— Можно мне его разбить? — спросил Вэй Сюйфэн.

Цинь Му проговорил:

— Я использовал яйцо, чтобы заблокировать атаки Небесных Преподобных Юня и Хао, и оно выдержало. Небесный Преподобный Юнь находился в области Императорского Трона, а Хао в Непостижимом Небе. Кроме того, он обладает сильной родословной и почти достиг взрослого возраста.

— В той эпохе, которую ты посетил, Небесные Преподобные Хао и Юнь всё ещё были недостаточно сильными. Они намного слабее, чем я! — как только Вэй Сюйфэн это прокричал, в небе засияли бесчисленные звёзды, образовывая собой небо!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Сила старшего брата была намного выше, чем у Святого Дровосека!

Небо, обвитое райской рекой, закружилось, в небе образовалась странная картина. В нём появилась райская река, повисшая над небесной медведицей!

Великая Небесная Медведица Райской Реки!

Подобного не видели многие последующие поколения. Настоящий облик Сюаньду можно было увидеть только в Эпохе Дракона Ханя или в далёком будущем.

Очевидно, когда Вэй Сюйфэн переместился в Эпоху Дракона Ханя и возглавил Стражей Пернатого Леса, он увидел настоящее Сюаньду и улучшил свои техники и божественные искусства!

Вэй Сюйфэн поднял правую руку, собирая в ней силу Великой Небесной Медведицы Райской Реки. Используя свою ладонь в качестве ножа, он ударил по яйцу.

Его сила и вправду была намного выше, чем у Небесного Преподобного Юня и Хао!

От этого удара яйцо засияло, и внезапно на корабле раздался громкий звон колокола. Это был звук открытия вселенной!

Из яйца вылетели бесчисленные руны Великого Дао, которые полностью поглотили собой корабль-призрак!

В этот момент Цинь Му и Вэй Сюйфэн почувствовали, как корабль-призрак освобождается от состояния неизменного вещества.

Между тем можно было услышать бесчисленные голоса Дао. Они были звонкими и оглушительными, и звучали так, будто одновременный крик тысяч богов. Казалось, будто все они повторяли одно святое имя!

Вскоре голоса затихли, и руны вернулись внутрь яйца. Корабль-призрак вернулся в состояние неизменного вещества.

Глаза Вэй Сюйфэна дрогнули, он опустил руку. Она дрожала.

— Сломал? —Взгляд Цинь Му упал на символы Дао, медленно исчезающие с поверхности яйца. Он спросил серьёзным тоном.

— Ага, — лоб Вэй Сюйфэна покрылся холодным потом, он ответил. — Я сломал три пальца, а кости моего мизинца рассыпались. Это яйцо слишком твёрдое!

Глава 1069. Тай Ши

Яйцо оставалось нетронутым. Цинь Му обработал раны Вэй Сюйфэна и воссоединил его кости. Размяв руку, тот уставился на яйцо и серьёзно проговорил:

— Ты это видел? Что это за Великое Дао?

Цинь Му на удивление серьёзно кивнул, и проговорил:

— Я видел его и слышал. Это и вправду яйцо древнего бога, внутри которого находится уникальное существо. Как только оно созреет, этот бог не будет уступать Небесному Императору. Великое Дао внутри яйца напоминает бесформенную энергию жизни и смерти. Оно оказывает огромное давление на неизменное вещество Небесной Преподобной Лин! Ты когда-либо слышал о таком Великом Дао, старший брат?

Неизменное вещество впервые наткнулось на свою погибель. Оно являлось божественным искусством состояния вещества, в то время как Дао в яйце было бесформенной энергией, а не веществом. Оно было полной противоположностью божественного искусства Небесной Преподобной Лин.

Вэй Сюйфэн покачал головой и проговорил:

— Я видел Великое Дао большинства древних богов. Я даже посетил Павильон Хранителя Предка Дао. Там не было записей о Великом Дао, способном уничтожить божественное искусство Небесной Преподобной Лин. Я никогда не слышал о чём-то подобном.

Они начали озадаченно шагать вокруг яйца. Тем не менее, Вэй Сюйфэн и Стражи Пернатого Леса чувствовали радость. Если бы им удалось использовать яйцо, чтобы разрушить неизменное вещество, то они наконец обретут свободу!

Глаза Цинь Му загорелись, он проговорил:

— Возможно, этот древний бог является ключом к тому, чтобы спасти вас и Небесную Преподобную Лин… Имя древнего Небесного Императора — Тай Чу, так его назвал Великий Император. Поскольку судьба свела меня с древним богов в этом яйце, я назову его Тай Ши.

Вэй Сюйфэн тут же решил его предупредить, проговорив:

— Брат, если этот древний бог выберется из яйца, он может стать новым Небесным Императором!

Цинь Му отложил яйцо в сторону и проговорил:

— Тай Чу был святым, рождённым в шахте дворца предков. Он использовал силу этого места, чтобы созреть. Этому яйцу, должно быть, тоже нужна особая сила. Если мы оставим его здесь, оно не вылупится, но мы сможем выучить его Великое Дао.

Вэй Сюйфэн слегка встревожился, проговорив:

— В таком случае ты должен помнить, что это яйцо не должно оказаться во дворце предков. В противном случае… — Цинь Му торжественно кивнул и достал всевозможные сокровища. Которые своровал в Зале Чистого Солнца. Он разбросал их по всей палубе, среди них были даже божественные горы, являющиеся небесными сокровищами!

Вэй Сюйфэн ошеломлённо крикнул:

— Брат, ты ограбил сокровищницу Небесного Императора? Здесь столько сокровищ!

— Ага! — радостно ответил Цинь Му.

Вэй Сюйфэн растроганно рассматривал сокровища. Подобными богатствами не владели даже древние боги, но они были на корабле-призраке!

— Столько сокровищ…

Он глубоко вдохнул и подошёл к дереву драконьей крови. Как только он к нему коснулся, оно начало сиять.

Помимо от умиротворения, вызванного пребыванием под деревом, Вэй Сюйфэн почувствовал странный контроль над своей Ци. Казалось, будто он в любой момент может войти в состояние понимания!

Даже более странным было то, что когда он пытался нанести руны на листья дерева, это почти всегда получалось!

— Их этого дерева можно выковать отличное сокровище! — Вэй Сюйфэн ошеломлённо пробормотал. — Даже из одной его ветки можно выковать поразительные сокровища, которые пригодятся сильным практикам области Императорского Трона! Я уже давно нахожусь в Эпохе Дракона Ханя и даже стал генералом Стражей Пернатого Леса, так что я многое повидал. Я видел много сокровищ, но мне никогда не встречалось что-то настолько сильное. Только один предмет, который мне попадался, был лучше того, что ты принёс.

Цинь Му достал осколки Первобытного Камня Великого Первоначала и тщательно их исследовал. Убедившись, что в них не осталось сознания Великого Императора, он расслабился и спросил:

— Что за сокровище может быть сильнее имущества семьи Небесного Императора?

Первобытный Камень Великого Императора был разбит на множество осколков. Он отдал самый большой кусок Небесному Преподобному Юню, а остальными собирался доработать свой третий глаз.

Цинь Му попытался собрать осколки в одно целое, но у него ничего не получилось. Должно быть, ему всё ещё не хватало нескольких кусков.

— У семьи Северного Божество Сюань Ву было сокровище, не имеющее себе равных! — восхвалял Вэй Сюйфэн. — Если верть слухам. То они заполучили множество древних сокровищ, и переработали его в предмет под названием Пагода Стеклянного Неба. Однажды я её видел. Принц Ю Мин позволил мне это сделать. Это лучшее сокровище в мире, с которым ничто не может сравниться. Ты украл у Небесного Императора много вещей, но все они блекнут в сравнении с ней.

Цинь Му достал кусок Первобытного Камня Великого Первоначала и засунул его в своё межбровье. Внезапно его третий глаз разразился странной силой, засасывая камень.

Тот проник в межбровье Цинь Му и слился с Первобытным Камнем Великого Первоначала, скрытым там!

Цинь Му был доволен, тут же достав ещё один осколок.

— Пагода Стеклянного Неба? Та, которую украли у принца Ю Мина? Она действительно настолько сильна, что сокровища Небесного Императора не могут с ней сравниться?

Он задумался. Северное божество Сюань Ву было двумя древними богами, созданными сознанием клана Юйши, принадлежащего Великому Императору. Это был самый сильный клан древней эпохи, обладающий огромными богатствами.

Вероятно, Сюань Ву ограбило сокровищницу Цзюй Юйши во время битвы между древними богами и мастерами создания.

Вэй Сюйфэн вспомнил пагоду и снова её похвалил:

— Это и вправду сильнейшее сокровище под небесами! Если ты его увидишь, то тоже будешь шокирован. Оно попросту удивительно. Как только ты поклоняешься перед ним, оно превращается в двадцать четыре Стеклянных Неба и становится непобедимым!

Цинь Му засунул последний осколок Первобытного Камня Великого первоначала в своё межбровье, и тот слился с его третьим глазом, становясь с ним одним целым.

Он моргнул, не обнаружив ничего странного. Тем не менее, как только он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, его сознание начало улучшаться с невероятной скоростью, которая была в несколько раз выше, чем раньше!

Цинь Му вздохнул: «Есть причина, по которой Великий Император стал Великим Императором. Если моё сознание может так быстро расти с помощью того, что в лучшем случае является половиной Первобытного Камня Великого Первоначала, то мне сложно представить как быстро бы ого росло с помощью целого камня!»

Вэй Сюйфэн никак не мог забыть о Пагоде Стеклянных Небес, восхищенно проговорив:

— В пагоде больше сокровищ, чем все то, что ты украл из сокровищницы Великого Императора.

— Брат, большинство из них происходят из дворца предков. Можешь выбрать себе что-то. — предложил Цинь Му.

Вэй Сюйфэн тут же взял себя в руки и начал шагать между сокровищами, оценивая их качество. Тем не менее, чем дольше он их изучал, тем сложнее ему было выбрать.

Мастера создания тщательно отбирали сокровища на протяжении долгого времени, поэтому их качество было исключительным. Даже обыскав всю вселенную было бы сложно найти хоть что-то подобное, не говоря уже о Первобытном Царстве!

Оставшиеся сокровища мастеров создания, должно быть, находились в имуществе древних богов или мощных полубогов!

Вэй Сюйфэн долго выбирал, желая забрать всё. В конце концов он выбрал божественную гору, объяснив:

— Братья на корабле призраке очень долго следовали за мной. Когда мы окажемся на свободе, наши умения будут устарелыми. Область Нефритовой Столицы и Непостижимого Неба сопоставимы с областью Яшмового Водоёма современности. Я переработаю гору в сокровище, которая позволит нам увеличить свою силу. Ты не мог бы поделиться со мной несколькими фонарями?

Цинь Му кивнул. Фонари использовались для защиты сокровищ, и теперь просто занимали место в земле слова Цинь.

Вэй Сюйфэн взял фонари, проговорив:

— Они были выкованы из ценных сокровищ. Учитывая их количество, я смогу создать построение из тысяч фонарей, которые будут охранять корабль.

Цинь Му спрятал остальные сокровища и посмотрел на Стражей Пернатого Леса, стоящих на корабле:

— Это самые талантливые представители различных рас. Если бы они провели несколько лет в Вечном Мире, совершенствуясь, их сила значительно бы возросла. Их будущие достижения будут огромными!

Вэй Сюйфэн посмотрел на него и ответил:

— Всё зависит от того, удастся ли тебе нас спасти.

Цинь Му нахмурился. Он не был уверен, что сможет разрушить неизменное вещество Небесной Преподобной Линю без помощи Великого Дао древнего бога Тай Ши.

— Я был учеником каждого из Небесных Преподобных. Хоть я и не увидел их настоящих умений, я узнал много техник Императорского Трона, — Вэй Сюйфэн занялся ремонтом кареты Небесного Дракона. — Мне не удалось постичь их все, но я всё записал. Следуй моей карте, и ты их найдёшь.

Цинь Му не знал, смеяться ему, или плакать, и спросил:

— Почему бы тебе просто не отдать их мне? Для его было рисовать карты?

Вэй Сюйфэн покачал головой и проговорил:

— На райских небесах мне было сложно скрываться от Небесных Преподобных. Я не знал, когда умру, поэтому прятал все техники Императорского Трона, которые находил. Брат, в одном из этих мест есть письмо Небесной Преподобной Лин. Найди его после того, как спасёшь Южное Божество.

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Почему бы тебе не передать техники сейчас? Зачем заставлять меня искать их по всему миру? — Он внезапно понял, почему. — Разве что… тебе не удалось их понять?

Вэй Сюйфэн покраснел и ответил обиженным тоном:

— Почему это не удалось? Я просто не умею изучать техники других людей, и вместо этого поглотил их знания. Объединяя их со своей Технику Небесной Медведицы. Я иду своим собственным путём. Я собираюсь стать святым, разве я могу быть не силах учиться? Хе-хе…

Улыбка на его лице постепенно исчезала.

Цинь Му решил не шутить с ним. Вэй Сюйфэн был самым ценным учеником Святого Дровосека. Он провёл с Дровосеком больше времени, чем остальные, и, вероятно, перенял его дурную привычку откусывать больше, чем мог проглотить.

Вэй Сюйфэн всё же превзошёл Святого Дровосека, путь совершенствования которого включал в себя триста шестьдесят навыков и Великих Дао после начала. Именно это стало причиной появления трёхсот шестидесяти чертогов Небесного Святого Культа.

По этой причине его совершенствование застряло, и ему до сих пор не удалось войти в область Сцены Казни Бога.

Если он войдёт на Сцену Казни Бога, владея тремястами шестидесятью Великими Дао, его исконный дух будет разрублен на триста шестьдесят кусков!

Из-за этой дурной привычки он, вероятно, погиб бы после первого же удара Таинственного Ножа Казни Бога.

Вэй Сюйфэн тоже был жадным, но, по крайней мере, ему удалось достичь области Императорского Трона.

Корабль-призрак поднялся из-под воды, двигаясь сквозь туман райской реки.

— Брат, у тебя осталось только четыре попытки, — Вэй Сюйфэн провожал карету взглядом, напоминая. — Не упусти шанса спасти Южное Божество. Это позволит тебе использовать остальные попытки на другие важные дела.

Цинь Му выглянул из окна и помахал рукой:

— В прошлый раз я почти добился успеха, и теперь закончу начатое!

— Не говори ерунды, — Вэй Сюйфэн заметно волновался, проговорив. — Мне кажется, будто ты заколдован. Каждый раз, когда ты так уверенно говоришь, ты терпишь неудачу.

Цинь Му засмеялся и вернулся в карету. Он начал петь спокойную песню, которая расслаблено пронеслась над туманом, напоминая теплое вино. Она вызывала у людей чувство меланхолии и смелости.

— Сегодня я на Великих Всеобъемлющих Небесах!

— Опьянённый, я вижу чудную нефритовую гору. Я буду петь, пока мои ноги не подкосятся. Какой сейчас год?

— Год воды и полей!

Вэй Сюйфэн слушал песню, смотря ему вслед. Покачав головой, он проговорил:

— Он очень безрассудный. От кого он этого набрался?

Владыки Небесного Святого Культа всегда были всесторонне развитыми. В прошлом Вэй Сюйфэн был безрассудным и распутным человеком. Он знал, что Цинь Му подбирал слова таким образом, чтобы подбодрить его.

Какой сейчас год?

Я на Великих Всеобъемлющих Небесах!

— Несложно понять намерения брата, — ошеломлённо проговорил Вэй Сюйфэн.

Пение прекратилось, когда карета добралась к райской реке и отправилась на Небеса Ханя.

— Я оставил письмо, в котором приказал Южному Божеству дать своё перо Небесной Преподобной Юэ. Теперь всё, что мне нужно сделать, — это найти это перо, и путешествие можно закончить.

Цинь Му переполнялся уверенностью, смотря на Небеса Ханя. Они снова стали больше, чем раньше, что заставило его почувствовать себя чужаком.

Вдали над райской рекой раздавалось мелодичное, успокаивающее пение женщины:

— Сотни рек впадают в океан, звёзды собираются вокруг Северной Звезды. Они сияют над Небесами Ханя, создавая суда для торговцев.

— Плывя через небеса и земли, короли спасают свои народы. Дворцы уничтожаются, герои вступают в союзы.

Цинь Му посмотрел в сторону звука, увидев женщину в красном, стоящую на носу лодки. Она пела, смотря в сторону Небес Ханя.

Цинь Му тут же был заворожен и приказал цилиню остановиться, чтобы послушать её пение.

Янь’эр улыбнулась и проговорила:

— Удивительно, но эта женщина чем-то меня напоминает.

Её голос насторожил женщину. Она подошла к ним, и явно рассердилась, обнаружив, что её сравнил с собой толстый зелёный воробей. Она спросила:

— Чем я похожа на этого воробья?

Тем не менее, после слов Янь’эр Цинь Му осенило. Посмотрев на женщину, он и вправду обнаружил, что она была похожа на Янь’эр, и проговорил:

— Действительно!

Платье женщины развевалось на ветру, на её затылке виднелось птичье перо. Она сердито спросила:

— Чем я похожа? Она ведь толстая!

Глава 1070. Сто реинкарнаций

Цинь Му искренне рассмеялся и вышел из кареты:

— Сестра Южное Божество уже встречалась с Му Цинем!

— Му Цин? Сестра Южное Божество, — девушка в платье недоумевала. Её голос был мягким и нежным, но она выглядела полоумной. — Может быть, ты и есть Му Цин, но я не твоя сестра. Ты поплутал меня с другим человеком, глупец. Я Цюэ Фэйинь, ученица Небесной Преподобной Юэ.

Цинь Му засомневался: «Неужели я и вправду её попутал? Эта женщина одета в красное и выглядит как Южное Божество. Перо в её волосах — это перо красной птицы. Я не мог ошибиться! Более того, её песня была какой-то странной, она напоминала потоки сотен рек, впадающих в море под светом бесчисленных звёзд. Разве полоумный человек мог бы спеть что-то подобное?

Закончив думать, он задал девушке вопрос, и она ответила:

— Это поэма Небесного Императора Юня. Я запомнила её, когда он пел.

Цилинь проговорил:

— Госпожа Фэйинь, Владыка Культа — хороший друг Небесной Преподобной Юэ, он пришёл её навестить. Могу я попросить тебя сообщить ей об этом?

— Госпожи нет, — Цюэ Фэйинь внимательно их осматривала, ответив. — Она ушла с Небесным Императором Юнем и сейчас находится за пределами райских небес. Ты и вправду её друг? Я тебя не знаю.

Цинь Му вышел из кареты. Веки его третьего глаза медленно раздвинулись в стороны, и он тут же увидел прошлое и будущее Цюй Фэйинь.

Так как его третий глаз был создан из множества частей Первобытного Камня Великого Первоначала, у него было много тайн.

Он увидел огненный шар, который тысячу лет назад спустился с небес райского дворца Красной Птицы и приземлился в обычный дом Первобытного Царства.

Спустя десять месяцев хозяйка этой семьи родила девочку. В тот день небо залило красным цветом. Который превратился в стаю птиц, кружащуюся над домом.

Когда девочка повзрослела, её навестила Небесная Преподобная Юэ, чтобы взять её себе в ученики. Она передал ей свои пути, навыки и божественные искусства, и забрала её на Небеса Ханя.

Тем не менее, в битве с Небесами Дракона девушка столкнулась с Сыном Небесной Инь, который убил её и забрал её душу.

Небесная Преподобная Юэ впала в ярость и серьёзно ранила Сына Небесной Инь, забрав её душу себе.

Той ночью Небесная Преподобная Юэ встретила Небесного Преподобного Ю, собирающего души на поле боя, и отдала душу девушки ему.

Десять месяцев спустя на мир родилась другая девушка, которую Небесная Преподобная Юэ снова взяла себе в ученики. Она обладала необычайным умом и с первого раза могла овладеть любым божественным искусством. Тем не менее, она не помнила своей прошлой жизни и не знала, кто она такая.

Хорошие времена длились недолго. Во время одного из своих путешествия она попала в засаду полубогов и была убита. В тот раз Сын Небесной Инь снова решил вторгнуться на территории людей.

Затем Цинь Му увидел третью, четвёртую и пятую реинкарнации…

Каждый раз, когда она реинкарнировала, её убивали. Это всегда было работой рук Сына Небесной Инь.

После каждого раза её разум и память постепенно ухудшались. Цюэ Фэйинь была сотой реинкарнацией.

Небесная Преподобная Юэ продолжала брать её себе в ученики, уделяя много внимания её обучению. Тем не менее, Цюэ Фэйинь стала довольно недалёкой, и многие начали называть её Полоумной Чюэ.

«Сын Небесной Инь сделал это нарочно. Его Великое Дао Юду достигло невероятных высот, и он видит, куда перевоплотится душа Южного Божества, поэтому ему каждый раз удавалось её найти!»

Цинь Му впал в ярость. Использовав свой третий глаз, он увидел девяносто девять смертей реинкарнаций Южного Божества. Каждый раз в этом принимал участие Сын Небесной Инь!

«Сын Небесной Инь имеет высокие достижения на пути души. Должно быть, он сделал что-то с душой Южного Божества, из-за чего её реинкарнации не помнили своего пошлого, и забыли, что они были Южным Божеством. Он пошёл против Южного Божества, Богини Небесной Инь, и Ди Июэ. Казалось, будто он пытал глубокую обиду на всех красивых женщин!»

Цинь Му собрался с мыслями, изо всех сил пытаясь выдавить из себя улыбку. Протянув руку Цюэ Фэйинь, он проговорил:

— Госпожа Фэйинь, иди сюда. Я хочу показать тебе одно сокровище.

Цюй Фэйюэ была настроена скептически, но всё же спустилась с лодки и вошла в карету, с любопытством спросив:

— Что за сокровище?

Цинь Му двусмысленно улыбнулся, думая:

— Этой глупой девушке и вправду будет непросто выжить.

Цюэ Фэйинь засмеялась:

— Мразь! Судя по твоему хитрому взгляду, ты, вероятно, какой-то извращенец! Где сокровище? Быстро покажи его, я не буду его воровать!

Цинь Му собирался тщательно изучить её душу, чтобы понять, что с ней сделал Сын Небесной Инь, когда снаружи раздался чей-то крик:

— Полоумная Госпожа Цюэ, почему ты вошла в чужую карету?

Янь’эр и Цюэ Фэйинь одновременно откликнулись. Янь’эр смущённо опустила голову: «Почему я откликнулась вместе с ней?»

Цюэ Фэйинь поспешно выпрыгнула из кареты и проговорила:

— Меня зовут старшие сестры, я взгляну на твоё сокровище позже!

Цинь Му изучал её, пытаясь определить причину её глупости, когда внезапно заметил врата, напоминающие Небесные Врата Минду Сына Небесной Инь. Тем не менее, Цюэ Фэйинь сбежала, присоединяясь к молодым людям на лодке.

Он хмыкнул, вообразив странную картину. Цюэ Фэйинь была реинкарнаций Южного Божества. Тем не менее, каждый раз, когда на перерождалась, её убивал Сын Небесной Инь.

После каждой смерти её душа проходила через Небесные Врата Минду Сына Небесной Инь.

Когда она проходила через врата к её душа добавлялись души неба, земли, и семь духов.

«Для реинкарнации Южное Божество использовала свою душу бога. Но при каждой из её девяноста девяти смертей, Сын Небесной Инь пришивал к ней много лишнего, ослабляя её божественную природу.»

Цинь Му посмотрел на людей в лодке, которые, вероятно, были учениками Небесной Преподобной Юэ. Они разговаривали с Цюэ Фэйинь, запрещая ей говорить с незнакомцами.

«После всех этих реинкарнаций её душа будто была запечатана девяносто девять раз. Если она реинкарнирует ещё раз, то её душа окончательно заблудится и больше не сможет проснуться, — Цинь Му не мог не похвалить Сына Небесной Инь. — Если реинкарнация Южного Божества умрёт ещё один раз, она станет смертной. Сын Небесной Инь и вправду талантлив. Он умудрился создать заклятье, способное справиться с душой древнего бога. Он достоин звания Чёрного Божества. Его терпение и целеустремлённость ужасают, он приложил огромные усилия, чтобы девяносто девять раз справиться с Южным Божеством!»

Он был полностью уверен в том, что сможет сломать божественное искусство Сына Небесной Инь.

Тем не менее, он должен был сделать это так, чтобы гарантировать выживание реинкарнации Южного Божества.

Он мог вернуться в древнюю эпоху ещё только четыре раза. Если он делает это в пятый раз. То превратится в неизменное вещество, и больше не сможет защищать глупую девушку от атак Сына Небесной Инь.

Терпение и настойчивость Сына Небесной Инь вызывали у него головную боль.

Даже более важным было то, что тот парень был очень красив. Благодаря его внешности, женщинам было сложно сохранять бдительность в его компании.

— Человек в карете определённо плохой. Все плохие люди твердят, что у них есть сокровища, чтобы одурачить глупых девушек! — ученики Небесной Преподбной Юэ отчитывали Цюэ Фэйинь. Договорив, они взглянули на Цинь МУ.

Тот погрузился в мысли, и спустя некоторое время отрезал кусок нефрита от горы дворца предков и тщательно его обтесал. После этого он превратил свой исконный дух в видение Графа Земли.

Его исконный дух заговорил на языке Юду. После каждого слова его дьявольская ЦИ превращалась в руны Великого Дао Юду, отбиваясь на нефритовой подвеске.

Язык Юду звучал протяжно и глубоко, напоминая пение бога душ мёртвых.

Ученики Небесной Преподобной Юэ были ошеломлены. Они быстро схватили Цюэ Фэйинь и нахмурились, смотря на карету:

— Цюэ, посмотри туда!

Цюэ Фэйинь оперлась на нос лодки и посмотрела вниз, увидев, что карета Небесного Дракона преследует их, будто тень.

В этот момент карета разразилась плотной дьявольской Ци Юду, напоминающей чёрных змей. Они пересекались в воздухе и овивались вокруг кареты, выглядя невероятно устрашающе!

Цюэ Фэйинь испуганно отскочила от края лодки:

— Старшая сестра, человек в карете и вправду плохой!

— Конечно, он плохой! — ответили ученики. — Он нас преследует! Учительница говорила, что тебя всегда будут преследовать катастрофы и неудачи, и что рано или поздно они приведут к твоей смерти. Похоже, твоё время пришло!

Цюэ Фэйинь впала в панику, будто муравей, на горячей сковороде. Шагая по кругу, она проговорила:

— Что же нам делать? Учительница сейчас не на райских небесах. Старшая тётя Лин и старший дядя Юнь тоже далеко. Кто сможет остановить такое великое зло?

Все на лодке запаниковали:

— Тихо! Дьявол тебя услышит!

Внизу раздавался едва различимый дьявольский шепот, кажущийся невероятно зловещим. Дьявольская природа, исходящая из кареты, становилась всё плотнее, отчего по спинах людей на лодке побежали мурашки.

— Боюсь, что это великий дьявольский король из Юду!

В карете Цинь Му последовательно сменил бесчисленные руны, и наконец закончил обработку нефритовой подвески. Позвав к себе Янь’эр, он проговорил:

— Отдай подвеску Цюэ Фэйинь, и скажи, что это ей подарок от меня. Попроси взамен птичье перо из её волос.

Янь’эр взяла нефритовую подвеску и спросила:

— Владыка Культа, Цюэ Фэйинь — моя мать?

Цинь Му кивнул.

Янь’эр тут же расстроилась:

— Она невероятно глупая, как она может быть моей матерью?

Цинь Му рассмеялся:

— Иди быстрее!

Янь’эр приземлилась на палубу лодки, мчащуюся в сторону Небес Ханя, пытаясь оторваться от кареты Небесного Дракона. Тем не менее, ей это не удавалось.

Увидев, как она превратилась из толстого воробья в толстую девушку, все на карете были ошеломлены: «Посланник дьявольского короля забрался на лодку. Боюсь, смерть младшей сестры Цюэ близко!»

Янь’эр подошла к Цюэ Фэйинь и проговорила:

— Мама… госпожа, владыка просит тебя взглянуть на это сокровище.

Цюэ Фэйинь хотела подойти к ней, но ученики крепко её держали, чтобы не дать ей попасть в ловушку.

Внезапно Янь’эр пробилась сквозь толпу, подбираясь к Цюэ Фэйинь. Всунув нефритовую подвеску ей в руку, она проговорила:

— Это тебе от Владыки Культа,

Все были потрясены и собирались пустить в ход свои божественные искусства, когда внезапно пространство вокруг них начало искажаться. Расстояние между ними и Цюэ Фэйинь начало резко увеличиваться, повергая их в шок.

Божественное искусство Янь’эр принадлежало к той же школ, что и их, оно передавалось из поколения в поколение. Это было божественное искусство Небесной Преподобной Юэ!

Цюэ Фэйинь не испугалась, и с любопытством осмотрела нефритовую подвеску, едва сдерживая радость:

— Это и вправду ценное сокровище. Поначалу мои старшие сестры думали, что человек в карете злой, и что он хочет нас обмануть!

Она повесила подвеску себе на шею, и она тут же исчезла внутри её тела!

— Ты меня обманула! — девушка впала в ярость. Схватив Янь’эр, она проговорила. — Красивый кулон исчез!

Из кареты донёсся голос Цинь Му:

— Госпожа Фэйинь, посмотри на свой исконный дух.

Цюэ Фэйинь быстро посмотрела на свой исконный дух красной птицы, увидев, что подвеска висит на её шее. Её гнев тут же превратился в радость:

— Она до сих пор здесь!

Янь’эр воспользовалась возможностью, чтобы вырвать красное перо из её волос. Цюэ Фэйинь снова рассердилась и бросилась в погоню за ней, крича:

— Это моё сокровище! Мне не нужен твой подарок, верни мне перо!

Янь’эр поспешно запрыгнула в карету и прокричала:

— Бежим!

Цилинь махнул кнутом, и шесть небесных драконов поспешно утащили карету прочь. Цюэ Фэйинь гналась за ними, обливаясь слезами.

Другие ученики быстро её догнали:

— Цюй, забудь об этом. К счастью, он всего лишь вор, а ней убийца. Ты могла умереть!

Цюэ Фэйинь вытерла слезы:

— Толстая девушка мне солгала. Пусть надеется, что я её не найду. Если мы встретимся, то я буду бить её по заднице до тех пор, пока она не набрякнет!

— Тебе чудом повезло остаться в живых, но ты так уверенно говоришь? Когда учительница вернётся, это она будет бить тебя по заднице до тех пор, пока она не набрякнет!

Пока они говорили, раздалось странное жужжание. Над райской рекой из-ниоткуда появилось несколько крохотных комаров, движущихся в сторону лодки.

Заметив их, ученики удивились:

— Здесь сильный ветер и волны, как комару могли сюда попасть?

Они пытались прогнать комаров. Несмотря на то, что те были крохотными, они были невероятно свирепыми, а их носы были крайне острыми.

Пока они были заняты комарами, Цюэ Фэйинь проговорила:

— Я чувствую себя немного сонной.

Все посмотрели на неё, и тут же дрогнули от ужаса. За короткий промежуток времени от Цюэ Фэйинь осталась лишь кожа и кости. На её спине сидел огромный комар, вонзивший своё жало в сердце девушки. Его живот уже стал круглым и толстым.

В мгновение ока он высосал всю её кровь, убивая её на месте!

Ученики были повергнуты в ужас, громко крича и рыдая.

Глава 1071. Девяносто девять убийств

Душа Цюэ Фэйинь неторопливо двинулась с места, управляемая необъяснимой силой.

Вскоре после этого она увидела во тьме перед собой море преисподней, в центре которого стояли наполовину разрушенные врата.

Под воротами стоял красивый мужчина с тыквенной бутылкой. К нему подлетела стая комаров, исчезая в бутылке.

— Она здесь, — красивый мужчина улыбнулся, увидев её. — Это сотая смерть. После этого душа Южного Божества будет окончательно запечатана и уже никогда не сможет проснуться. Я выполнил приказ Небесного Преподобного Хао.

Цюэ Фэйинь продолжала двигаться в сторону врат. Пройдя сквозь них, она реинкарнировала.

«Эти насекомые и вправду неплохие, они достойны быть частью достояния Небесного Императора. Небесный Преподобный Хао заполучил множество ценных сокровищ, и всё же он дал мне лишь эту тыкву комаров. Он невероятно скуп!»

Этот мужчина был Сыном Небесной Инь. Постучав по своей тыкве, он подумал: «Древних божественных насекомых слишком трудно взращивать. Если бы мне удалось использовать для этого Кувшин Пяти Гроз Северного Божества Сюань Ву, то их сила значительно бы выросла! Северное Божество, возможно, не согласится дать мне Кувшин, но Принц Ю Мин — глупец, который никак не угомонится своим богатством. Возможно, он проявил бы щедрость…»

Внезапно он нахмурился и почувствовал что-то странное, когда Цюэ Фэнцин проходила сквозь Небесные Врата Минду. Её старые воспоминания не стёрлись.

Он немного встревожился и пробормотал:

— Последний шаг не завершился, я не понимаю, что могло пойти не так… Что ж, скоро наступит следующий раз. Душа Южного Божества стала глупой, так что убить её несложно. В будущем мне не придётся прилагать много усилий. Так как она стала невероятно глупой, я могу убивать её с помощью своих насекомых.

Душа Цюэ Фэйинь повисла в воздухе. Она знала, что была мертва. Внезапно она почувствовала, что её мысли становятся яснее, а её разум пробуждается. Она недоумевала: «Неужели я поумнела, пройдя через эти врата?»

Десять месяцев спустя Цюэ Фэнцин родилась заново. Она сразу же вспомнила свою прошлую жизнь, имя и то, что была ученицей Небесной Преподобной Юэ. Она даже помнила свою смерть.

Небесная Преподобная Юэ приказала своим ученикам найти её, но даже спустя десять лет это ей не удалось. Она была невероятно удивлена, когда Цюэ Фэйинь сама пришла на райские небеса, и обрадовалась, что её божественная душа наконец пробудилась.

Тем не менее, изучив Цюэ Фэйинь внимательнее, она обнаружила, что её душа бога так и не пробудилась.

Несмотря на то, что Цюэ Фэйинь стала умнее, чем раньше, она всё ещё была довольно глупой. Её понадобилось четыреста лет, чтобы достичь области богов. После этого разразилась война между людьми и полубогами. Цюэ Фэйинь отправилась на поле битвы и была убита гигантским комаром.

После смерти она увидела море преисподней и Небесные Врата Минду и снова прошла через них.

Девушка испытала шок. Она вспомнила одну из своих прошлых жизней!

«Странно!»

Десять лет спустя, реинкарнация Цюэ Фэйинь была невежественной маленькой девочкой с косичками, ростом полутора метра. В этом возрасте она отправилась на райские небеса, чтобы найти Небесную Преподобную Юэ.

Небесная Преподобная Юэ снова её осмотрела, обнаруживая, что девушка слегка поумнела.

Она удивлённо цокнула языком:

«Каждый раз, когда Южное Божество умирает, она становится умнее. Почему это происходит?»

Тем не менее, несколько сотен лет спустя Цюэ Фэйинь, достигшую области бога, укусил огромный комар, на которого она наткнулась во время одного из своих путешествий в Первобытное Царство. Насекомое высосало всю её кровь и убило её.

Она увидела перед собой то же море преисподней и Небесные Преподобные Врата Минду. Цюэ Фэйинь прошла через врата и тут же обрадовалась:

— Я вспомнила ещё одну из своих прошлых жизней! Это очень странно!

В течение многих лет между Эпохами Дракона Ханя и Вечного Мира, Цюэ Фэйинь умирала снова и снова. Её смерть каждый раз была одинаковой. Она натыкалась на огромного комара. Который высасывал её кровь. После смерти она проходила через врата и вспоминала одну из своих прошлых жизней.

Она становилась всё более и более умной, и начала думать о том, как ей избежать следующей смерти. Ей неоднократно удавалось избегать покушений странных комаров. После каждой реинкарнации её удавалось прожить всё дольше, она достигала всё большего уровня совершенствования.

Вскоре древним насекомым стало сложнее её убить, поэтому Сыну Небесной Инь пришлось делать это лично.

Небесная Преподобная Юэ неоднократно помогала ей пережить несколько столкновений. Тем не менее, Сын Небесной Инь оказался слишком хитрым, и как только Юэ отвлекалась, Цюэ Фэйинь погибала.

Позже реинкарнировавшая Цюэ Фэйинь овладела навыками Небесной Преподобной Юэ, и больше не хотела находиться в секте Небесной Преподобной Юэ, решив самостоятельно пытаться избежать опасностей.

Это разочаровало Небесную Преподобную Юэ. Она была уверена, что Цюэ Фэйинь окончательно погибла, поэтому сдалась.

У Сына Небесной Инь болела голова, но упорно продолжал её искать. Тем не менее, он несколько раз попадал в засаду Цюэ Фэйинь и едва не погиб.

***

Янь’эр продолжала беспокоиться. Она спросила:

— Молодой мастер, неужели нефритовая подвеска спасла мою мать?

— Конечно может, — ответил Цинь Му. — Ему не удалось скрыть от меня секрет своего божественного искусства, и это позволило мне сломать его печать. Тем не менее, твоей матери всё же придётся умирать. Сын Небесной Инь продолжит на неё охотиться, чтобы полностью запечатать её душу.

Он улыбнулся:

— Каждый раз, когда твоя мать умирает, печать становится слабее, вспоминая об одной из своих жизней. Умерев девяносто девять раз. Она полностью освободится от печати и её душа бога проснётся.

Янь’эр воскликнула:

— Моя мать должна умереть девяносто девять раз? Это неправильно! Что, если Сын Небесной Инь перестанет её убивать? Разве в таком случае…

— Он не остановится, — неторопливо ответил Цинь Му. — Я знаю Сына Небесной Инь. Он невероятно упрям и не остановится, пока не сделает свою работу совершенно. До тех пор, пока твоя мать всё ещё недостаточно умна, он будет добиваться успеха снова и снова, пытаясь окончательно убить её душу бога. Он такой человек, поэтому я и решил воспользоваться им, чтобы сломать его печать.

Немного подумав, Янь’эр проговорила:

— Этот парень и вправду невероятно терпелив. Когда он захотел заполучить Котёл Пяти Гроз, он использовал червей, которые пожирали тыквы Северного Божества на протяжении сотен тысяч лет.

Цинь Му улыбнулся:

— Со времён Дракона Ханя произошло множество массовых убийств, самыми масштабными из которых были резня Дракона Ханя, резня Багрового Света, Верховного Императора и Императора-Основателя. Цюэ Фэйинь было бы сложно пережить все эти события. Так как Сын Небесной Инь стремится к совершенству, он сделает так, что её душа освободится. Благодаря этому она станет более умной. Сын Небесной Инь будет камнем, который точит нож, он позволит ей невероятно развиться.

Янь’эр взволнованно сжала кулаки. Её глаза заблестели, она проговорила:

— Ты имеешь в виду, что моя мать до сих пор жива?

— Определённо! — Цинь Му улыбнулся, проговорив. — Когда Мы вернёмся в Вечный Мир, нам останется лишь заглянуть в Книгу Жизни и Смерти, чтобы узнать кем она является в этой жизни. Единственное, что останется неясным, это то, удалось ли её умереть девяносто девять раз.

Он глубоко вздохнул:

— Когда она умрёт девяносто девять раз, её душа красного бога проснётся, и она вспомнит все свои прежние жизни, — взмахнув красным пером он засмеялся. — Это перо поможет нам найти её, и разбитые осколки её души.

Янь’эр прослезилась от радости.

Цинь Му наконец успокоился.

Он нашёл идеальное решение!

Тем не менее, он всё ещё был слегка озадачен. Что, если Цюэ Фэйинь не умрёт девяносто девять раз?

Что, если она станет настолько умной и хитрой, что Сын Небесной Инь не сможет её убить?

«Это не должно случиться, — Цинь Му пытался себя успокоить. — Сын Небесной Инь очень силён, и он сможет убить маленькую девушку, которой ещё не удалось пробудить свою душу красной птицы. Он всегда был убийцей женщин. Убивать женщин, особенно красивых, — его специальность…»

Глава 1072. Последний урок Лан Во

Внезапно он кое-что вспомнил и слегка растерялся.

Небесная Преподобная Лин, Небесная Преподобная Юэ и Небесный Преподобный Юнь покинули райские небеса Ханя. Что такого могло произойти, чтобы заставить их вместе куда-то отправиться?

Небесный Преподобный Юнь и Небесная Преподобная Юэ часто отсутствовали, так как они обладали высоким совершенствованием. Тем не менее, Небесная Преподобная Лин не славилась боевыми способностями. На самом деле, уровень её совершенствования всегда был довольно низким.

Когда Цинь Му последний раз с ней виделся, она находилась всего лишь в области истинного бога.

Для неё область совершенствования не имела значения. Она думала лишь об исследовании божественных искусств.

Но она всё равно покинула Небеса Ханя, а значит дело было серьёзным и срочным.

Карета Небесного Дракона остановилась. Цинь Му отправился на Небеса Ханя и нашёл резиденцию Небесной Преподобной Лин. Здесь до сих пор были пони на прутьях. Проверяющие рукописи, вокруг царил беспорядок и хаос.

Когда Янь’эр это увидела, её старая привычка проснулась, и она тут же начала убираться.

Цинь Му тоже помог ей разобраться в рукописях. Внезапно он наткнулся на стопку рисунков и ошеломлённо дрогнул.

Он быстро пролистал рисунки, обнаружив на них изображения женщины и различные руны создания.

— Лан Во!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он внимательно рассмотрел рисунки, убедившись, что на них была и вправду была нарисована молодая Лан Во.

В то время она была прекрасно, чистой и энергичной девушкой, от вида которого сердца людей бились быстрее.

В сравнении с ней, Божественный Король Лан Во будущей хоть и была более красивой, у неё было ледяное сердце. Она была менее эмоциональной, и более рассудительной.

Несмотря на то, что мастерство живописи Лан Во ещё не достигло уровня пути, ей удалось запечатлеть красоту девушки. Очевидно, она видела Лан Во не впервые.

Цинь Му собрался с мыслями и рассмотрел остальные рисунки. На них были руны создания.

Кроме того, он нашёл ещё один рисунок, на котором было изображено огромное и сложное божественное оружие.

Цинь Му осмотрел его с мрачным выражением лица:

— Божественное оружие создания!

Это божественное оружие было поистине гигантским и невероятно сложным. Оно могло полностью раскрыть силу пути создания!

— Оно что, такое же, как божественное оружие создания из Дворца Создания Патриарха? Госпожа Юаньму создала Юнь Чусю, а десять Небесных Преподобных создали Небесного Преподобного Юя. Они пользовались этим оружием?

Цинь Му хмыкнул. Рисунки были невероятно сложными. Изучив нужные для постройки материалы, он обнаружил, что в мире не было божественных металлов, способных создать подобное оружие. Даже такие сокровища. Как железо Руин Заката или металл Небесной Инь не подходили для этого.

Железо Руин заката и металл Небесной Инь содержали в себе ритм Дао и обладали особыми атрибутами. Для того, чтобы выковать божественное оружие создания, способное полностью раскрыть силу пути создания, требовался металл без любых атрибутов!

«Неудивительно, что Небесный Преподобный Юнь отправился в Зал Чистого Солнца, чтобы украсть там сокровища. Кроме печати и алтаря Великого Императора, он также хотел украсть сокровище, из которого можно было бы выковать божественное оружие создания. Что-то подобное могло появиться только во дворце предков!»

Цинь Му также увидел другие рисунки, на которых были запечатлены руны сознания из алтаря и печати Великого Императора. Небесная Преподобная Лин изучила печать и алтарь, извлекая из них руны сознания.

Несмотря на то, что мастера создания древних времён обладали могущественным сознанием, они не слишком хорошо разбирались в рунах. Для них руны Великого Дао были пустым звуком.

«Если бы Великий Император был здесь и увидел руны создания Небесной Преподобной Лин, он бы подумал, что она является её другом Дао. Тем не менее, в следующий же миг он бы её убил!»

Взгляд Цинь Му загорелся, когда он рассматривал руны создания Небесной Преподобной Лин. Та была полностью поглощена наукой, её не волновало что-либо ещё. Небесный Преподобный Юй когда-то говорил, что её талант и понимание были выше его. Возможно, он немного скромничал, но Небесная Преподобная Лин и вправду была невероятно умной!

Должно быть, Небесный Преподобный Юнь попросил её изучить руны Великого Императора, чтобы потом определить с их помощью его слабые места.

«Значит Небесный Преподобный Юнь использовал руны сознания, чтобы определить недостатки Великого Всеобъемлющего Сознания Великого Императора, чтобы создать для него ловушку. Он раскусил область высшего сознания Великого Императора, и как только он решит ею воспользоваться, то умрёт!»

Рассматривая рисунки, Цинь Му внезапно понял почему трое Небесных Преподобных покинули Небеса Ханя.

«Они отправились в Великую Пустошь, чтобы встретиться с Великим Императором!»

Его глаза ярко засияли, он поднял взгляд к небу. Последним временем Небесная Преподобная Лин не занималась исследованием неизменного вещества, вместо этого изучая путь создания. Это, а также изучение сознания Великого Императора, отняло у неё много времени.

Тем не менее, благодаря этому Небесный Преподобный Юнь нашёл способ борьбы с Небесным и Великим Императорами.

«Боюсь, что сейчас в Великой Пустоши развернулась огромная битва!»

Сердце Цинь Му дрогнуло. Тем не менее, он не мог бы добраться в Великую Пустошь вовремя, чтобы стать свидетелем битвы, которая изменит историю!

В Великой Пустоши раздался оглушительный грохот. Величественный силуэт Великого Императора расколол небо, сокрушая звёзды, луну, солнце, горы и реки, созданные мастерами создания. Мир, созданный мастерами создания Великой Пустоши, разрушился.

Ужасающее сознание затопило округу, врываясь в умы мастеров создания.

Некогда мирные земли Великой Пустоши внезапно превратились в место резни. Мастера создания, сбежавшие сюда, неконтролируемо подняли взгляды к небу. Из их ртов вырвалось неконтролируемое сознание, разрушая их умы и распыляя мысли!

Земля Великой Пустоши была создана из двух кусков суши. На другом континента Божественный Король Лан Во ошеломлённо наблюдала за происходящим.

Небесный Преподобный Юнь встал рядом с ней и мягко проговорил:

— Лан Во, ты и твой народ не знаете, что такое обман и ловушка. Сегодня я дам тебе твой последний урок, — Он проговорил со сложным выражением лица. — Нет ничего запретного, когда речь идёт о выживании расы!

Божественный Король Лан Во удивлённо открыла рот. Она посмотрела на старейшин мастеров создания, стоящих за спиной Небесного Преподобного Юня. Никто из них не осмеливался атаковать Великого Императора и остановить резню.

— Чтобы спасти свою расу, можно жертвовать всем, — Небесный Преподобный Юнь продолжал говорить равнодушным тоном. — Мы можем позволить Великому Императору уничтожить первый кусок земли Великой Пустоши. Погибшее здесь сознание сделает её непригодной для жизни. Это сознание будет атаковать не только нас, но и Великого Императора. Чем сильнее будет его совершенствование, тем сильнее оно будет на него давить.

Он выдавил из себя улыбку:

— Смерть миллиона твоих людей позволит спасти жизни ста тысяч людей, стоящих за твоей спиной.

Молодая Лан Во умоляюще посмотрела на вождей и старейшин. За ними стояли сто тысяч мастеров создания.

— Пожалуйста, спаси их, — Лан Во умоляла его странным голосом. — Прошу!

Девяносто восемь самых стары мастеров создания объединили свои сознания, вызывая громкий звон. Он был преисполнен радостью от возможности умереть ради будущего своей расы:

— Лан Во, святая госпожа мастеров создания. Чтобы спасти нашу расу, можно пожертвовать всем! Мы готовы!

Глава 1073. Смерть Великого Императора

С тех пор, как Небесный Преподобный Юнь впервые попал в этот странный мир, он часто навещал мастеров создания, чтобы дать им советы, и наконец научить Лан Во и других обманывать. Тем не менее, это почти не давало результатов.

Причиной этого была среда, в которой жили мастера создания.

Они хотели жить без забот и проблем. В противном случае они не решили бы сбежать в Великую Пустошь.

Другой причиной было совершенствование их сознания.

Мастера создания не нуждались во лжи или обмане. Они общались с помощью сознания. Как только их разумы касались друг друга, они тут же могли увидеть мысли и чувства собеседника. Это давало им иммунитет ко лжи.

В прошлом Ло Сяо покинул Великую Пустошь и отправился в разведку благодаря тому, что он был самым умным среди представителей своей расы.

Несмотря на это, он так и не научился лгать или обманывать.

Лан Во и остальные не ожидали, что последний урок Небесного Преподобного Юня будет таким жестоким.

Он был настолько жестоким, что им пришлось обмануть жителей другого континента, и пожертвовать миллионами мастеров создания и землёй Великой Пустоши, чтобы подавить Великого Императора!

Более того, девяносто восемь вождей и старейшин согласились это сделать!

Небесный Преподобный Юнь и девяносто восемь старейшин собирались пожертвовать миллионом жизней, чтобы спасти сто тысяч!

Юная Лан Во была ошеломлена.

Она стала свидетелем полного уничтожения второго континента Великой Пустоши. Огромный кусок земли, звёздное небо, созданное мастерами создания, миллиарды звёзд, горы, реки, озера и моря, превратились в клочок бесформенного сознания!

Последствия этой катастрофы были слишком серьёзными. Вся земля погрузилась в мир хаоса, в котором материализовались любые мысли.

Дьявол сердец сделал это место невероятно ужасным. Хаотичное и ужасающее бесформенное сознание могло прочувствовать дьявола, скрывающегося в глубине души человека, и воплотить его в реальность!

Более того, бесформенное сознание давило на разум человека, загрязняя его!

Эта, однажды абсолютно чистая земля, была полностью испорчена. Мастера создания испугались, что второй континент тоже будет разрушен, так как Великий Император начал двигаться в их сторону!

Девяносто восемь вождей и старейшин следовали плану Небесного Преподобного Юня и остальных, сражаясь с Великим Императором, и умирая один за другим. В конце концов им удалось заманить его в ловушку, разработанную Юнь, Юэ и Лин. Она была способна противодействовать Великому Всеобъемлющему Сознанию Великого Императора. Используя слабое место в его сознании.

Тем не менее, цена, которую пришлось за это заплатить, была слишком огромной!

Чтобы убить Великого Императора, они без раздумий пожертвовали почти всеми святыми предметам, созданными бесчисленными поколениями!

Они заманили его на клочок земли в форме лотоса и активировали ловушки, разработанные тремя Небесными Преподобными. С помощью пути создания они ограничили возможность Великого Императора создавать вещи своим сознанием, в то время как в его ноги вонзились бесчисленные щупальца, не позволяя ему двинуться с места.

Они отчаянно сражались, вынудив Великого Императора использовать свою область высшего сознания. Тем не менее, как только он это сделал, он был обречён.

В то же время он обрёк и всех остальных.

В этот момент трое Небесных Преподобных принялись за работу, переворачивая область высшего сознания, и запечатывая в ней Великого Императора вместе с оставшимися старейшинами!

Область высшего сознания Великого Императора была последним элементом ловушки.

Трое молодых Небесных Преподобных стояли за пределами области высшего сознания и осматривались В их сердцах были смешанные чувства.

Великий Император Цзюй Юйши, которого, возможно, не смогли убить бы даже Небесный Император и древние боги, погиб от их рук.

Мастера создания признали Великого Императора обладателем самого сильного физического тела и сознания. Тем не менее, его физическое тело было мертво. А сознание запечатано. Всё это было сделано тремя молодыми Небесными Преподобными из расы людей.

— Вы трое!

Сознание Великого Императора застряло в его собственной области высшего сознания. Тем ен менее, оно продолжало яростно вибрировать. Со временем его толчки становились всё слабее и слабее.

Он смотрел на три молодых лица за пределами области высшего сознания и сделал всё возможное, чтобы задействовать последние капли своего сознания:

— Я убью вас по очереди, чтобы отомстить за то, что произошло сегодня! Вам суждено умереть от моей руки, ваши трупы станут моими трофеями…

Небесная Преподобная Лин подняла палец, на кончике которого тут же засияла крохотная руна, заливая своим светом область высшего сознания.

Казалось, будто она нанесла последний штрих, окончательно активировав ловушку и запечатав Великого Императора!

— Великий Император наконец умер, нам пора возвращаться, — проговорила она.

Небесная Преподобная Юэ огляделась. Оставшаяся земля Великой Пустоши заполнилась монстрами, рождёнными дьяволами сердец. Это место стало непригодным для жизни. На её лице появилось выражение жалости, она проговорила:

— В таком случае, они…

Небесный Преподобный Юнь подошёл к выжившим мастерам создания. Несколько оставшихся старейшин проговорили:

— Мы отведём людей к противоположной стороне Великой Пустоши и построим Мост Пустоши, как предвещал наш предок. Мы создадим мир без проблем и забот.

Небесный Преподобный Юнь кивнул:

— Время от времени я буду приходить вам на помощи, до тех пор, пока вы не создадите мир Парамиты. Небесная Преподобная Юэ поможет вам спроектировать проход из Моста Пустоши в Мир Парамиты. Она разработала три дома, которые не позволят чужакам к вам добраться.

Затем он подошёл к Лан Во. Молодая девушка до сих пор была в печали и молчала.

— Раньше ты мне нравился, но теперь уже нет.

Девушка впала в оцепенение. Внезапно по её щекам потекли слёзы. Тем не менее, уходя вместе с мастерами создания, она проговорила невероятно спокойным тоном:

— Думаю, я больше никому не поверю. Юнь. Твой последний урок глубоко меня тронул. Ради моих людей, я стану такой, как ты.

Небесный Преподобный Юнь ошарашенно застыл, смотря ей вслед. Внезапно он ощутил жжение в сердце.

Он хотел сказать ей, что она не должна быть такой. Как он. Он хотел видеть её такой же беззаботной, как раньше. Он хотел закричать ей вслед и что-то пообещать.

В конце концов на его лице появилась улыбка, и он проговорил:

— Хорошо.

Услышав это, Лан Во слегка дрогнула. Её решительность укрепилась, и она медленно скрылась вдали.

Небесная Преподобная Юэ и Небесная Преподобная Лин подошли к Юню. Тот собрался с мыслями и успокоился:

— Нужно идти, мы нужны человечеству.

Оглянувшись, они увидели выживших мастеров создания, отправляющихся в путь. Блуждая среди разрушенной земли Великой Пустоши, они напоминали предков человеческой расы

Сколько из ста тысяч мастеров создания, отправившихся в Мир Парамиты, выживут?

Небесный Преподобный Юнь и остальные не знали на это ответа. Тем не менее, Лан Во рассказывала Цинь Му о тех временах. Только двадцать тысяч людей смогли добраться до Мира Парамиты.

Глава 1074. Атака зелёной птицы

Небесный Преподобный Юнь и остальные вышли из Великой Пустоши и оглянулись снова. Они увидели, что мир, однажды скрывавшийся в пустоте, был полностью разрушен Великим Императором, и начал сиять странным светом.

На райских небесах Ханя, в резиденции Небесной Преподобной Лин, Цинь Му отложил рисунки в сторону и закрыл глаза.

В его голове мелькали сцены битвы Великой Пустоши. Он отчётливо воображал каждый шаг Небесного Преподобного Юня.

Он увидел как Великий Император разрушил землю Великой Пустоши, созданную из сознания, смерть бесчисленных мастеров создания и атаку разрушенного сознания. Он видел даже как лидеры мастеров создания заманивают его всё дальше и дальше, прежде чем он наконец попал в ловушку.

Этому поспособствовало изучение рун печати и алтаря Великого Императора Небесной Преподобной Лин, а также ловушка Небесного Преподобного Юня и изменение области высшего сознания.

Несмотря на то. Что Цинь Му не видел этих событий собственными глазами, он мог понять ход битвы благодаря рисункам Небесной Преподобной Лин.

Спустя некоторое время Цинь Му открыл глаза. Его взгляд загорелся, он торжественно проговорил:

— Янь’эр, Лун Пи, давайте подождём за пределами Небес Ханя, на райской реке.

Янь’эр было крайне любопытно:

— Кого мы ждем? Небесного Преподобного Юня и остальных?

— Нет, — глаза Цинь Му загорелись, он проговорил. — Мы ждём Да Хуна!

— Если Великий Император мёртв, Да Хун обязательно будет вне себя от ярости и придёт уничтожить Небеса Ханя! — торжественно проговорил Цинь Му. — На Западном Полюсе Белого Тигра я остановил Небесного Преподобного Хуна, чтобы тот не причинил Западному Божеству вреда. Даже несмотря на то, что у него не было причин этого делать, он всё равно считает меня своим должником. Они ничто так просто не оставит. Небесный Преподобный Юнь убил его физическое тело и запечатал его сознание, так что он определённо придёт мстить!

Янь’эр и цилинь встревожились и последовали за ним к райской реке.

Цинь Му сидел в карете, закрыв окно занавеской. Собравшись с мыслями, он создал себе пилюлю меча, которая тут же закружилась в воздухе, превращаясь в божественный меч.

Шесть Небесных Драконов остановились над райской рекой неподалёку от Небес Ханя. Цинь Му положил меч себе на колени и закрыл глаза в ожидании.

Цинь Му чётко понимал план Небесного Преподобного Юня по убийству Великого Императора.

Тем не менее, Райские Небеса Ханя не были землёй Великой Пустоши. Таким образом Цинь Му не мог воспользоваться подобным планом.

Ему мог помочь лишь метод Небесной Преподобной Лин, с помощью которого она сломала печать и алтарь Великого Императора.

Тем не менее, Да Хун был невероятно сильным. Во время битвы с Небесным Императором во дворце предков, он продемонстрировал свои ужасающие боевые способности.

Цинь Му прекрасно понимал, что его собственные силы намного ниже. Он не был уверен, что сможет разрушить Великое Всеобъемлющее Сознание и область высшего сознания.

Вода райской реки текла с запада на восток, возвышаясь в небе.

Карета Небесного Дракона находилась за пределами Небес Ханя. Несмотря на то, что под ней бушевала река, она оставалась неподвижной.

На западе зашло солнце, и фонари на карете зажглись. Как только солнце зашло, оно тут же появилось над восточным морем.

Так продолжалось несколько дней, в один их которых начался сильный ливень. В Первобытном Царстве была засуха, и его жители принесли трех девушек и мальчиков в жертву.

Бог дождя сожрал детей и создал дождь над Первобытным Царством. Так как жертва его не устроила, дождь длился недолго. Как только он закончился, бог напомнил, что если люди хотят дождя, им нужно пожертвовать больше детей.

После этого снова наступила засуха. Все растения в радиусе тысяч километров погибли, осталась лишь красная высохшая земля.

Мимо кареты пролетело множество практиков божественных искусств, которые отправились на Небеса Ханя, чтобы попросить здешних богов о дожде.

Цинь Му всё это неподвижно сидел.

После долгого ожидания, Янь’эр начала беспокоиться. Повернув голову, она увидела видения Бога Грома и Богини Молний, мчащиеся среди туч. Вокруг раздались раскаты грома и засверкали молнии. Боги искали воров, которые украли Небесный Огонь Сюаньду.

Жизнь Первобытного Царства шла своим чередом. Древние боги и дальше играли огромную роль в жизнях людей. Конечно, в будущем это постепенно изменится.

Янь’эр огляделась и внезапно услышала вдали пронзительный голос:

— Да Хун, Да Хун!

Сердце Янь’эр дрогнуло, Цилинь тут же поднялся. Конечности шести небесных драконов онемели, они почти потеряли способность двигаться.

Вдали навстречу им летела гигантская птица. Её зелёно-золотые перья закрыли собой почти всё небо, отчего она напоминала облако, несущееся к Небесам Ханя.

По мере приближения гигантская птица казалась всё больше и больше. Широко раскрыв крылья, она, казалось, могла полностью накрыть Небеса Ханя!

Навес кареты Небесного Дракона внезапно поднялся в небо и начал кружиться. Его спицы выстрелили во все стороны и слились с небом, образовывая сорок десять Небесных Дао, которые закрыли собой Небеса Ханя.

Цинь Му, сидящий в карете, торжественно проговорил:

— Да Хун, давно не виделись. Почему бы тебе не встретиться со мной?

Услышав его голос, зелено-золотая птица повернула голову, её глаза ярко засияли. В следующий миг небо и землю затопило величественное, мощное сознание!

Это было сознание Да Хуна. Он не использовал области высшего сознания. Чтобы справиться с таким незначительным противником. Как Цинь Му, ему не нужно было использовать своего высшего навыка.

Цинь Му крепко держал свой меч, но не шевелился. Он исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, в то время как его сознание сформировало Великие Всеобъемлющие Небеса, накрывшие собой карету Небесного Дракона.

Их сознания столкнулись друг с другом. Вода райской реке тут же разлетелась в стороны.

Вокруг кареты Небесного Дракона сформировалась сфера радиусом в триста метров, за пределами которой бушевали волны. Внутри сферы, с другой стороны, было совершенно спокойно.

Цинь Му затаил дыхание, оценивая ситуацию. Да Хун не атаковал его изо всех сил. что оставило ему шанс бороться!

Их сознания столкнулись. Внезапно Цинь Му изменил свою тактику и задействовал область божественного сокровища Духовного Эмбриона. Его духовный эмбрион стал одним целым с Дао, объединяя Инь и Ян в диаграмму тайцзи. Затем вокруг появились небо и земля, горы, земля, вода и огонь.

В небе материализовались звёзды и появился Небесный Герцог и остальные боги, каждый из которых выполнял свою четкую функцию. Они сидели в райских дворцах, двигаясь по небу.

Область духовного эмбриона задрожала, сокрушая сознание Да Хуна!

Воды райской реки внезапно замерли, прежде чем со свистом упасть обратно в русло. Вокруг воцарилась тишина.

В тот момент, когда столкнулись их божественные искусства, Да Хун бросился вперёд, протягивая свои когти к навесу кареты.

Райские небеса создали этот навес семьсот тысяч лет назад в качестве крыши для кареты Небесных Преподобных. Карета состояла из различных драгоценных сокровищ, на её поверхности были руны Небесного Герцога, Графа Земли и четырёх божеств.

Десять Небесных Преподобных райских небес решили подарить Цинь Му эту карету, чтобы разрушить его союз с древними богами.

Цинь Му поднял навес в небо, и тот превратился в Небесного Герцога. Как только Да Хун бросился в его строну, область духовного эмбриона Цинь Му со свистом расширилась, поглощая собой Небеса Ханя.

Небесный Герцог с лицом Цинь Му, созданный областью божественного сокровища, слился с Небесным Герцогом из навеса, и они заблокировали атаку Да Хуна.

Когти гигантской зелено-золотой птицы столкнулись с навесом. Небесный Герцог не смог выдержать этого удара и тут же рассыпался на части.

Боги расы людей на Небесах Ханя заметили происходящее и тут же отреагировали. Их армии атаковали гигантскую птицу. Сознание Цинь Му задрожало, отдавая им приказ:

— Я — Небесный Преподобный Му. Ученики, слушайте мой приказ, активируйте навес по моей команде!

На Небесах Ханя были сотни тысяч богов. Как только они услышали слова Цинь Му, их исконные духи тут же поднялись в небо, и направили свою жизненную Ци в навес.

Сокровище тут же накрыло собой небо, его сияние становилось всё ярче, запечатывая Небеса Ханя сорока девятью Небесными Дао.

Зелено-золотая птица несколько раз атаковала, но так и не смогла сломать навес. Внезапно она сложила крылья.

Уголки глаз Цинь Му дрогнули, Да Хун подошёл к нему!

— Небесный Преподобный Му, тебе обязательно меня останавливать?

Глава 1075. Бой с Да Хунем

Глаза Цинь Му дважды дрогнули, его ладони вспотели.

Он видел битву между Да Хунем и реинкарнацией древнего Небесного Императора Гу Сяо. Они оба были невероятно сильными, и несмотря на то, что Да Хун был слабее Небесного Императора, он всё равно продемонстрировал ужасающие боевые способности.

Несмотря на то, что Цинь Му знал как Небесной Преподобной Лин удалось сломать область высшего сознания Великого Императора, он не был слишком уверен.

Разрыв между ними был слишком большим.

Рукава Да Хуна развевались на ветру, он быстро вошёл в карету и уставился на Цинь Му.

— Как ты осмелился здесь появиться, Великий Император? Небесный Герцог наблюдает за Первобытным Царством, Великий Владыка Солнца следит за здешними небесами, а Мать Земли контролирует Первобытное Царство. Тебя ищет даже Божественный Король Гун Юнь.

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Ты только что показал своё божественное искусство создания. Тебе не удастся от них спрятаться. На твоём месте я сбежал бы сразу после того, как твоя попытка провалилась. Тем не менее, ты остался, чтобы свести счёты. Как неразумно.

Да Хун проговорил без любых изменений в выражении:

— Я знаю, но я должен отплатить кровью за кровь. Ты решил меня остановит, поэтому я тебя убью. Это не отберёт у меня много времени, и я уйду как только закончу. Даже Мать Земли и Небесный Герцог меня не найдут. Великий Владыка Солнца тоже не способен на это.

Зрачки Цинь Му сузились, он холодно ответил:

— Ты думаешь, что сможешь сделать это быстро? С момента нашей последней встречи прошло сто тысяч лет, да? Я в сто раз сильнее, чем тогда! Теперь я в области Императорского Трона. Как, по твоему, мне удалось остановить твой удар своим клоном Великого Дао?

Взгляд Да Хуна дрогнул, он ответил:

— Ты не мог, верно?

Цинь Му продолжил:

— Что ты скажешь о достижениях моего сознания?

Да Хун резко изменился в лице.

Цинь Му уверенно продолжил:

— Здесь ты не получишь никакой выгоды. Так как ты Великий Император, я не буду создавать тебе проблем. Уходи!

Да Хун внезапно рассмеялся:

— И что с того, что ты находишься в области Императорского Трона? Ты, должно быть, не понял силы моего божественного искусства! Я позволю тебе увидеть настоящие древние высшие искусства!

Бум!

Его сознание вырвалось наружу, тут же создавая область высшего сознания.

Область мгновенно расширилась, в то время как в руке Да Хуна появилось огромное копьё. Казалось, будто время вокруг него остановилось.

Да Хун был единственным, кто мог двигаться внутри области высшего сознания!

Будь то Янь’эр, цилинь или шесть небесных драконов, любое движение, даже течение их крови, тут же остановилось.

Остановилось даже течение райской реки.

Как только он использовал область высшего сознания, Цинь Му облегчённо вздохнул. Он солгал об области своего совершенствования, собираясь заставить Да Хуна использовать своё высшее искусство!

Если бы он не заставил его это сделать, Цинь Му, вероятно, не смог бы заблокировать ни одного удара Да Хуна, и был бы убит первой же атакой!

Но теперь, когда тот использовал область высшего сознания, у него появился шанс!

Как только область вспыхнула, Цинь Му использовал способ её разрушить, разработанный Небесной Преподобной Лин!

Небесной Преподобной Лин удалось разрушить область высшего сознания с помощью пути создания. Цинь Му отлично им владел, поэтому ему не составило труда понять, как справиться с Да Хунем!

Свет меча Цинь Му вспыхнул в области высшего сознания. Из его острия внезапно вылетели бесчисленные руны, заполняя собой всё вокруг.

Да Хун мгновенно почувствовал, как его область замерла и начала работать против него. Он был шокирован.

Он всегда был крайне осторожен. Когда тело Великого Императора отправилось в Великую Пустошь, чтобы избавиться от мастеров сознания, он использовал это тело, чтобы следить за входом в пустошь.

Когда он погиб и его сознание оказалось в ловушке, он впал в ярость. Тем не менее, он понимал, что не мог сопротивляться Юню, Юэ и Лин, и в ярости отправился на Небеса Ханя, чтобы излить свой гнев, уничтожая их.

Тем не менее, он совершенно не ожидал, что Цинь Му охраняет это место, и вынудит его использовать свою область высшего сознания, отчего он снова окажется в ловушке.

Неужели события Великой Пустоши повторились?

Тем не менее, он уже начинал проигрывать. Но пока область сознания не была полностью заморожена, у него был шанс!

Даже несмотря на то, что его совершенствование было ограничено, если ему удастся убить Цинь Му до того, как тот уничтожит область высшего сознания, он сможет выбраться!

— Умри! — одновременно прокричали они. В карете вспыхнул яркий свет, напоминающий солнце, расширяющееся с огромной скоростью!

Вода райской реки с огромной скоростью разлетелась в стороны!

Бум!

Вспыхнули ужасающие вибрации, в шаре света засвистели огни меча. Они пересекались, формируя размытый силуэт тридцати трёх небес.

Огромное копьё превратилось в драконью вену, пытаясь разрушить небеса пути меча!

Третий глаз Цинь Му открылся. Яйцо Тай Чу, рог Графа Земли и Первобытный Камень Великого Первоначала одновременно активировались. Выстреливая ослепительным лучом, который столкнулся с копьём Великого Императора!

В его глазу бога раздались голоса тысяч богов, гремя звуком Великого Дао!

Раздался ещё один, даже более громкий грохот. Он быстро догнал первый шар света, расширяясь с ещё большей скоростью!

Наконец свет рассеялся. Пятьсот километров райской реки бесследно исчезли, карета Небесного Дракона начала падать с неба.

Зелёная птица расправила крылья и поднялась в воздух. Она начала кружиться, прежде чем внезапно улететь прочь. Когда облака в небе рассеялись, её уже не было видно.

Цинь Му упал на пол кареты, его грудь разорвалась на части, а конечности разлетелись по сторонам.

Когда Янь’эр вбежала внутрь кареты, она увидела разорванное на части тело Цинь Му. От него осталась лишь голова, катящаяся по полу.

Голова остановилась у ног Янь’эр и уставилась на девушку.

— Владыка…

Янь’эр упала на землю и протянула руку, чтобы закрыть его глаза.

— Не дурачься, Янь’эр.

Цинь Му сплюнул кровь, которая запачкала руку Янь’эр. Он с трудом исполнил своё сознание и проговорил:

— Погаси фонарь и верни меня на корабль-призрак. Старший брат меня спасёт…

Янь’эр обрадовалась и поспешно оттолкнула его голову и выпрыгнула из кареты, чтобы погасить фонарь. В следующий миг она ошеломлённо дрогнула. Фонарь, выкованный Вэй Сюйфэнем, был разрушен взрывом.

Вокруг был день, а не ночь, поэтому карета не вернулась на корабль.

На лбу Янь’эр выступил холодный пот, она прокричала:

— Идём в Юду! Жирдяй, тащи нас в Юду!

Когда цилинь почувствовал опасность, он немедленно воспользовался Священными Писаниями Взращивания Драконов. К нему подлетели шесть небесных драконов, помогая выстоять под ударом божественного искусства. Он был тяжело ранен.

В следующий миг он услышал крик Янь’эр и рассеял писания, прежде чем начать ругаться. Драконы поспешно потащили карету вперёд, и она задрожала, входя в Юду.

Затем всё снова потемнело, и они попали на корабль-призрак.

Янь’эр выпрыгнула наружу и прокричала:

— Император Бескрайних Туч, пожалуйста, помоги!

Глава 1076. Дерево драконьей крови, защищающее душу

На лице Вэй Сюйфэна возникло серьёзное выражение. Он проверил ранения головы Цинь Му, после чего начал молниеносно стучать по ней пальцами. Он попытался использовать Семь Писаний Создания Великих Небесных Дьявольских Рукописей, чтобы запечатать душу и духовный эмбрион Цинь Му, не позволяя его душе покинуть тело.

Затем он превратился в крохотную тень, которая со свистом проникла в божественное сокровище духовного эмбриона Цинь Му.

Он изучил Великие Небесные Дьявольские Рукописи у Святого Дровосека. Техники Небесного Святого Культа были наследием последнего.

Превращение тела в тень называлось Техникой Иллюзорной Тени. Кроме того, в рукописях была техника Зеркального Сходства, которая превращала тело человека св подобие зеркала.

Вэй Сюйфэн подошёл к божественному сокровищу Духовного Эмбриона Цинь Му и огляделся. Он был шокирован. Божественное сокровище духовного эмбриона Цинь Му сильно отличалось от духовных эмбрионов других людей. Оно было огромно, будто доисторическая вселенная!

— Неудивительно, что он такой сильный!

Божественное сокровище духовного эмбриона Цинь Му медленно рушилось. Вокруг царил хаос, всё было перевёрнуто вверх дном. Инь, Ян, четыре символа, пять элементов и семь звёзд лежали в руинах.

— Техника Небесной Медведицы!

Вэй Сюйфэн прокричал и пожертвовал своим собственным райским дворцом, чтобы подавить хаос. Он махнул рукой, и разрушение остановилось, звёзды вернулись на свои места.

Он немедленно разделил Инь и Ян и привёл пять элементов в порядок, после чего ранения Цинь Му перестали становиться серьёзнее.

Внезапно он увидел гигантское дерево в божественном сокровище Духовного Эмбриона Цинь Му. Это была травма, оставленная ударом огромного копья.

«Какой ужас!»

Вэй Сюйфэн был потрясен. Он почувствовал облегчение лишь после того, как сумел разрушить божественное искусство, лежащее в основе ранения.

Духовный Эмбрион и душа Цинь Му были изодраны. Его райские дворцы были разрушены, духовному эмбриону и душе чудом удалось выжить.

Вэй Сюйфэн нахмурился. Он не мог исцелить подобные травмы.

Сознание Цинь Му дрогнуло. Оно висело на волоске:

— Старший брат, у дракона Пи есть нефритовая бутылка. В ней первобытная жидкость…

Вэй Сюйфэн немедленно вылетел из божественного сокровища и достал Мир Бутылки из горла цилиня. Он вылил немного первобытной жидкости в гигантский золотой котёл, после чего положил в него голову Цинь Му.

«Кажется, Великий Владыка Культа Вэй вылил слишком много первобытной жидкости… — Цинь Му посмотрел на котёл и подумал. — Вероятно, он не знает, что она использовалась для полива Матери Земли. Это ведь не приведёт ни к чему плохому?»

Шея Цинь Му начала поглощать жидкость, и в его божественном сокровище Духовного Эмбриона проснулось искусство создания восстанавливая разрушенные звёзды. Разрушенная диаграмма тайцзи медленно возвращалась в порядок. День и ночь начали меняться местами, вокруг поднимались новые горы. Их окутал туман и дождь, в то время как в небе снова показались видения древних богов.

Духовный эмбрион и душа Цинь Му быстро восстанавливались, как и его физическое тело.

Вэй Сюйфэн держал в руках бутылку, готовясь в любой момент долить больше первобытной жидкости. Количество жидкости в котле постепенно уменьшалось, поэтому он несколько раз доливал ещё.

Ему до сих пор казалось, что этого не хватало, и он внезапно открыл рот Цинь Му, налив немного жидкости прямо ему в желудок.

Цилинь был шокирован и поспешно напомнил:

— Великий Владыка Культа, нельзя использовать так много первобытной жидкости. Это может привести к смерти. Этим сокровищем поливали Первобытное Дерево!

Вэй Сюйфэн дал цилиню подзатыльник, напоминая:

— Это ты владыка культа, или я? Я прожил больше, чем ты. Я съел больше соли, чем ты риса. Я знаю, что делаю.

Не успев договорить, он увидел как тело Цинь Му стремительно увеличилось в размерах, становясь больше него самого!

Вэй Сюйфэн шокировано дрогнул, в то время как цилинь проговорил:

— Вэй Сюйфэн, ты не мог съесть больше соли, чем я риса, так как мой рис — это духовные пилюли.

Вэй Сюйфэн дал ему ещё один подзатыльник, после чего нервно уставился на Цинь Му. Несмотря на то, что котёл был большим, тело Цинь Му уже в него вмещалось.

— Младший брат!

На лбу Вэй Сюйфэна выступил холодный пот, он прокричал:

— Твоё новое физическое тело хуже старого. Его нужно обработать. Быстро задействуй своё тело, чтобы оно не было большим и слабым!

Цинь Му ещё не успел прийти в себя. Он открыл глаза и посмотрел на Вэй Сюйфэна, прежде чем закрыть их обратно.

Вэй Сюйфэн нахмурился, шагая вокруг котла и бормоча себе под нос:

— Его физическое тело цело. Раны божественного сокровища Духовного Эмбриона и райских дворцов тоже восстановились, так почему он не просыпается?

Пока он думал, голова Цинь Му увеличилась ещё на несколько метров. Он начал напоминать молодого мастера создания.

Вэй Сюйфэн немедленно вылил лишнюю первобытную жидкость из котла, хоть и не мог ничего сделать с той жидкостью, которую налил в желудок Цинь Му. Раны Цинь Му были очень странными, он не мог понять, где они находятся.

— С кем он сражался, чтобы получить такие серьёзные раны? — спросил он.

Цилинь ответил:

— Да Хун, вероятно, это другое тело Великого Императора. Должно быть, это Небесный Преподобный Хун из будущего.

— Великий Император! Значит сильнее всего пострадало его сознание. Я в этом не слишком хорош, поэтому не смогу ему помочь, — Вэй Сюйфэн исследовал сознание Цинь Му, обнаруживая, что оно было повергнуто в хаос. Он тут же спросил. — Брат, как лечить ранения сознания?

Цинь Му был почти без сознания, ответив:

— Найди Божественного Короля Гун Юнь. Она передо мной в долгу… — как только он договорил, из его межбровья вылетело дерево драконьей крови, приземлившись рядом с котлом.

Ветки дерева разрослись во все стороны, из них раздался голос Дао. Увидев это, Вэй Сюйфэн почувствовал облегчение. Остатки сознания Цинь Му проникли в дерево, и он использовал его силу, чтобы оставаться при себе.

Его тело в котле перестало расти. Вокруг него закружились две тысячи ореолов света, в каждом из которых находилось видение древнего бога.

Они кружились вокруг Цинь Му, вместе перерабатывая первобытную жидкость в его теле.

Увидев это, Вэй Сюйфэн ошеломлённо дрогнул. Дерево драконьей крови, которое Цинь Му украл у Небесного Императора, позволило ему спасти последнюю каплю своего сознания.

— Где я смогу найти Божественного Короля Гун Юнь? — поинтересовался Вэй Сюйфэн.

Его жизненная Ци вылетела наружу. Вытаскивая Цинь Му из котла, прежде чем положить его под дерево. Он был полностью голым, так как Да Хун уничтожил его одежду.

Вэй Сюйфэн снял свою одежду, и цилинь одел в неё Цинь Му.

Цинь Му не шевелился, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы защитить своё тело. Из дерева хлынула волна его сознания:

— Шестьсот тысяч лет назад на Небесах Ханя произошёл раскол. Божественный Король Гун Юнь, вероятно, не пропустила бы такого важного события.

Янь’эр спросила:

— Почему бы нам не вернуться в то время, как Ах Чоу атаковал райские небеса? В то время Божественный Король Гун Юнь схватила Да Хуна, и её будет несложно найти.

Вэй Сюйфэн покачал головой, активизируя корабль-призрак. Вокруг тут же поднялся туман. Вэй Сюйфэн проговорил:

— Вы тоже там были. Два одинаковых теле не могут существовать в одном времени, и одно из них исчезнет. Туда нельзя вернуться.

Он собирался посадить Цинь Му и дерево в карету, когда вокруг задрожали лучи света. Над каретой появился гигантский навес, который защищал Небеса Ханя. Это был тот же артефакт, что защищал Небеса Ханя до наступления ночи. Спустя некоторое время он вернулся на корабль.

Он пережил битву между Цинь Му и Да Хунем, тем не менее, в этот момент он рухнул, и карета под ним рассыпалась.

Вэй Сюйфэн нахмурился и махнул рукой. Бесчисленные руны Великого Дао образовывали собой гигантский круг, охватывая дерево и Цинь Му.

Затем он нежно щелкнул пальцами, и круг приземлился на затылок Янь’эр, начиная напоминать благословление древнего бога.

Вэй Сюйфэн позвал к себе какого-то Линь Сяо и приказал:

— Принеси мне фонарь! А ещё лучше несколько на случай, если один сломается!

К нему подбежала драконья курица с девятью фонарями в клюве.

Вэй Сюйфэн взял фонари, дав по одному цилиню, Янь’эр и шестью небесным драконам. Последний фонарь он повесил на дерево, проговорив:

— Мы уже стали неизменным веществом, поэтому не можем покинуть корабль. Я не знаю, попали мы на шестьсот тысяч лет в прошлое, и опасно ли здесь. Будьте осторожны!

Немного подумав, он добавил:

— Если мы и вправду вернулись на шестьсот тысяч лет назад, то вы должны встретиться с сыном Северного Божества и украсть Пагоду Стеклянного Неба!

Глава 1077. Свадьба Небесного Императора

Вэй Сюйфэн взволнованно смотрел как цилинь, Янь’эр и остальные покинули корабль.

В прошлом он уже использовал заколку Небесной Преподобной Лин, чтобы вернуться в Эпоху Дракона Ханя и возглавить Стражей Пернатого Леса.

Это привело к Нападению на Небесную Императрицу и переселением стражей Пернатого Леса!

Тот период Эпохи Дракона Ханя был очень странным. В нём бушевали тёмные подводные течения, которые привели к невероятно жестокой битве.

Это была битва реинкарнации Небесного Императора!

Небесные Преподобные Юнь, Лин, Хао, Юэ и Хо повели свои армии, чтобы убить реинкарнацию Великого Императора, заманив её в ловушку с помощью Цзюэ Учэнь, прежде чем украсть его физическое тело, что стало концом правления древних богов!

В то время Небесные Преподобные Хун, гун, Император Богов Лан Сюань, Потомственный Король Богов, Небесные Преподобные Цян и Янь взошли к власти и наконец захватили Небесный Союз!

Это был самый масштабный, эпический и сложный период Дракона Ханя!

Несмотря на то, что Вэй Сюйфэн не видел этих событий от начала до конца, и стал свидетелем лишь первой их половины, он с дрожью вспоминал то, что тогда происходило!

Цилинь, Янь’эр и остальные вышли из тумана. Янь’эр поинтересовалась:

— Жирдяй, что он имел в виду?

Цилинь тихо ответил:

— Великий Владыка Культа просил, чтобы мы стали той проклятой парой, которая украла парой. Её силы хватит, чтобы нас защитить.

Янь’эр удивлённо на него уставилась:

— Та пара, которую каждый день проклинает принц Ю Мин, это мы?

— Возможно, — цилинь не был уверен. Он пробормотал. — На Великого Владыку Культа Вэй Сюйфэна не стоит полагаться. Он мог отправить нас не в то время, и в таком случае пагоду украл кто-то другой.

Когда они покинули туман, цилинь превратился в крепкого юношу с головой цилиня и фонарём в руке. Сбоку от него шла толстая девушка, которая тоже несла с собой фонарь. Небесные драконы превратились в людей с головами драконов.

Цинь Му находился в ореоле над головой Янь’эр и растерянно осматривался по сторонам.

На дереве драконьей крови позади него ярко сиял фонарь.

В этот момент он увидел, что Первобытное Дерево перед ним было больше, чем обычно.

Его крона почти накрыла собой Первобытное Царство, закрывая луну, солнце и звёзды!

Цинь Му с огромными усилиями открыл свой третий глаз и посмотрел вниз, увидев что небо было накрыто Небесными Дао! Это была работа рук Небесного Герцога!

— Битва с Небесным Императором уже началась…

В Первобытном Царстве происходила масштабная революция.

В этот день реинкарнация Небесного Императора женилась с Цзюэ Учэнь, и на празднование было приглашено множество гостей. Реинкарнация Небесного Императора являлась красивым мужчиной по имени Чу Сяо, который происходил из влиятельной и невероятно богатой семьи.

Чу Сяо всегда помогал нуждающимся. Кроме этого, он обладал высоким совершенствованием и обрёл огромную репутацию среди представителей молодых поколений. Его отношения с Цзюэ Учэнь привлекли внимание множества людей Первобытного Царства.

Он был уважаем даже многими людьми. Среди его друзей были как представители человеческой расы, так и расы полубогов.

Цзюэ Учэнь была самой красивой женщиной Первобытного Царства. Даже Небесный Преподобный Юнь, который не хотел заводить себе нескольких жен, часто о ней думал.

Вот только Императрица Небес Ханя оказалась яростной женщиной, которая, если верить слухам, избила Небесного Преподобного Юня до такой степени, что ему пришлось забыть о Цзюэ Учэнь.

Кроме того, судя по слухам Сын Небесной Инь пытался соблазнить Цзюэ Учжэнь, но его избил Небесный Преподобный Хао, из-за чего они поссорились.

Тем не менее, Небесный Преподобный Хао тоже не сумел добиться её любви. Многие говорил, что он также сразился с Императором Богов Лан Сюанем. Они хорошо дружили, но перестали общаться после произошедшего.

Император Богов Лан Сюань, в свою очередь, сразился с Потомственным Королём Богов Цзюэ Учэнь. Ходили слухи, что даже Небесный Герцог реинкарнировал, чтобы сразиться за право быть с ней. Вот только Потомственный Король Богов был его сыном, и им было неловко сражаться за одну женщину, поэтому в конце концов старик был вынужден отказаться от своей затеи.

Тот факт, что Чу Сяо сумел добиться её, несмотря на усилия всех этих людей, шокировал богов Первобытного Царства. Его история превратилась в легенду.

В тот день, когда Чу Сяо и Цзюэ Учэнь поженились, его конкуренты в лице Небесных Преподобных Хао, Небесного Императора Юня и Императора Богов Лан Сюаня отказались участвовать в церемонии из-за своих неразделённых чувств. Вместо этого они прислали посланников с подарками.

Тем не менее, у Чу Сяо было много друзей, среди которых была Небесная Преподобная Юэ и Потомственный Король Богов, который лично присутствовали на свадьбе.

В день свадьбы дворцы заполнились гостями и суматохой. Как только Чу Сяо и Цзюэ Учэнь должны были жениться, начали происходить странные вещи!

Как церемония закончилась, Цзюэ Учэнь нежно стукнула ладонью по затылку Чу Сяо. Её божественное искусство Руин Заката тут создало в его голове огромную бездну!

— Любовник, пришёл твой черёд, — Цзюэ Учэнь засмеялась, смотря куда-то в сторону.

В этот момент гости, которые ещё мгновение назад улыбались, внезапно поднялись в воздух и атаковали Чу Сяо.

Свет ножа и тени мечей мгновенно превратили свадебный зал в сцену резни!

Чу Сяо тут же понял, что его обманули. Несмотря на то, что Цзюэ Учэнь его обманула, он всё же был реинкарнацией Небесного Императора, внутри его тела находился его исконный дух.

У этого исконного духа было всего лишь две души, но он был самым могущественным исконным духом в мире.

Чу Сяо взмахнул рукой, и бесчисленное количество атакующих тут же оказались внутри рукава его красного халата.

Он потряс рукавом, и из него вылился поток свежей крови и сломанных костей. Крови было столько, что она образовала целую реку!

Между тем Небесная Преподобная Юэ и Потомственный Король Богов зашли со стороны. Небесная Преподобная Юэ достала персиковый цветок и подула на наго. Лепестки цветка высохли и рассыпались, и в следующий миг это же начало происходить физическим телом Чу Сяо.

— Небесная Преподобная Юэ!

Чу Сяо закричал, его конечности начали воссоединяться с телом. Тем не менее, в этот момент Потомственный Король Богов накрыл его голову огромным куполом. Первое поколение Райского Тела отлично владело боевыми искусствами, так как обладало невероятно чистой родословной Небесного Герцога!

В куполе вспыхнули сорок девять Небесных Дао, сковывая исконный дух Небесного Императора, не позволяя ему выбраться наружу!

Волосы Чу Сяо встали дыбом. Его храбрость оставалась непоколебимой, несмотря на то что его исконный дух попал в ловушку, Потомственный Король Богов и Небесная Преподобная Юэ не могли с ним справиться.

Первым же ударом он тяжело ранил Небесную Преподобную Юэ и Потомственного Короля Богов, после чего ударил Цзюэ Учэнь, отправляя её в длительный полёт.

Бум!

Двери дворца распахнулись, и Чу Сяо выглянул наружу. Там его ждало множество людей, отчего его сердце дрогнуло. Он узнал Небесных Преподобных Хао, Юня, Лин, Императора Богов Лан Сюаня, небесного Преподобного Хо и Сына Небесной Инь.

Его ждали невероятно сильные существа.

Глаза Чу Сяо дрогнули, его взгляд упал на Небесного Преподобного Хао и Императора Богов Лан Сюаня. Его сердце наполнилось печалью, он рассмеялся:

— Это восстание? Над нами Небесный Герцог, под нами Мать Земли, за нами наблюдает Великий Владыка Солнца. Граф Земли тоже в курсе происходящего!

— Граф Земли не придёт, — равнодушно ответила девушка с рогами. — Дядя, Граф земли до сих пор тебя ненавидит.

Взгляд Чу Сяо упал на эту девушку и он стиснул зубы, проговорив:

— Сюй, я тебя вырастил!

Эта девушка была Небесной Преподобной Сюй из будущих поколений. Она прямо проговорила:

— Да, я помню всё, чему ты меня научил. Я заменю Графа Земли, но я также хочу заменить тебя.

— Небесный Герцог тоже не придёт тебе на помощь, — неторопливо проговорил Небесный Преподобный Хао. — Отец, не придёт даже Мать земли. По правде говоря, ты ей надоел. Она вполне готова помочь нам заполучить контроль над Первобытным Царством.

Чу Сяо поднял взгляд. Небо накрывала крона Первобытного Дерева, не пропуская свет звёзд или Великого Солнца.

— Вы, маленькие выродки… мой исконный дух слишком силён! Вам не удастся…

Чу Сяо рассмеялся, но прежде чем он успел договорить, толпа бросилась в бой!

Глава 1078. Кровавое пятно в истории

В тот день Небесный Преподобный Му перевернул страницу истории и обнаружил, что она была залита кровью.

Однажды Цинь Му использовал персиковую заколку, чтобы призвать корабль-призрак на реку Вздымающуюся и воссоединить райскую реку, воссоздавая древние события. Это шокировало Сына Небесной Инь, так как он был участником тех событий. Он шокировано проговорил:

— Кто решил вспомнить забытые страницы истории?

История Эпохи Дракона Ханя была забыта из-за того, что она была полна сговоров и убийств.

В тот день Небесный Император пал.

Он был первым древним богом, непобедимым существом, положившим конец войне мастеров создания друг с другом. Он начал править во вселенной, но в конце концов был убит Небесными Преподобными рас людей и полубогов.

Благодаря его невообразимой силе, у него внезапно появился шанс бежать. Даже работая вместе, Небесные Преподобные не могли его остановить.

Тем не менее, когда он попытался пробиться сквозь ряды врагов, убивая всех на своём пути, он внезапно столкнулся с невероятно сильным сознанием, которое оттолкнуло его назад.

— Гун Юнь!

Чу Сяо почувствовал головокружение, Небесный Преподобный Юнь, Хао и остальные снова его остановили. В этот момент он потерял шанс на спасение!

— Гун Юнь, хе-хе. Это ты!

Чу Сяо засмеялся, смотря на Цзюэ Учэнь, шагающей, чтобы его убить.

Кто бы мог подумать, что его убьют две женщины, которых он когда-то любил?

Гун Юнь так и не показалась. Вместо этого она издалека смотрела на происходящее холодным взглядом, наблюдая, как умирает предавший её человек.

Чу Сяо впал в ярость и исполнил божественное искусство, которое было сильнее любого существа области Императорского Трона. Несмотря на то, что он был лишь реинкарнацией, в бою один на один ему всё равно не было равных.

Он снова вырвался на свободу, крича:

— Мать Земли, спаси меня! Я дам тебе всё, что хочешь!

Ветки Первобытного Дерева задрожали. Вокруг Матери Земли было множество древних богов, рождённых Первобытным Царством. Большинство из них были фениксами, драконами им цилинями.

Они уставились на Мать Земли, которая сделала вид, будто не слышит его, равнодушно наблюдая за происходящим. На её лице засияла улыбка, она сказала богам вокруг:

— Когда Первобытное Дерево дало мне разум, меня нашёл Небесный Император. Тогда я была голой и растерянной, так как только что родилась, — выражение её лица казалось холодным, будто снег, она проговорила. — Но когда были построены райские небеса, он пытался захватить моё Первобытное Царство!

Чу Сяо отчаялся и попытался прорваться сквозь Первобытное Дерево, двигаясь в сторону неба.

Толпа двинулась вслед за ним, чтобы убить его.

— Великий Владыка Солнца! — прокричал Чу Сяо. — Великий Владыка Солнца! Спаси меня быстрее!

И всё же его голос не смог пробиться сквозь крону Первобытного Дерева.

— Граф Земли! Я знаю, ты это видишь! — запаниковал Чу Сяо. — Я ошибался. Пожалуйста, сделай это во имя нашей старой дружбы, друг Дао…

В Юду было абсолютно тихо.

Чу Сяо бежал, продолжая сражаться. Он ступил на райскую реку, чтобы попытаться домчаться до райских небес. Вода реки тут же стала красной от крови убитых им людей.

Вьюх!

Он уклонялся от одной атаки за другой. Затем он увидел на райской реке юношу с головой цилиня и толстую девушку. С ними было шесть богов с драконьими головами.

Они смотрели на него, держа фонари в руках.

Чу Сяо открыл рот. В ореоле света у затылка девушки он увидел дерево, под которым сидел юноша.

— Небесный Преподобный Му… — он на мгновение отвлёкся.

Бум!

Небесный Преподобный Юнь применил технику Фиолетовых Небес Синего неба, нанося ему серьёзный удар. Чу Сяо упал в реку, прежде чем выскочить обратно. Его постепенно окружали, заманивая в ловушку.

Цинь Му наблюдал за происходящим, сидя под деревом. Его переполняла благодарность.

Райская река разделилась напополам, над ней, будто молний, носился гигантский силуэт. Он исполнял всевозможные божественные искусства, шокируя людей вокруг.

В середине Эпохи Дракона Ханя пути, навыки и божественные искусства уже обладали удивительной силой. Все лучшие практики тех времён собрались вместе, чтобы совершить убийство ради будущего полубогов и рас после начала.

Кровь Цинь Му закипела. Он хотел подняться и вступить в бой, но его сознание было повергнуто в хаос. Ему оставалось лишь наблюдать за происходящим издалека.

Чу Сяо продолжал бежать, убивая всех на пути. Тем не менее, внезапно вспыхнула вторая волна сознания, отталкивая его обратно.

Цинь Му тут же это заметил и собрал остатки своего сознания, проговорив:

— Янь’эр, Божественный Король Гун Юнь где-то рядом!

Янь’эр была приятно удивлена и огляделась по сторонам. Цинь Му изо всех сил пытался поднять руку и вытащить Божественный Камень Великого Первоначала, который нашёл в Области Ржавой Крови.

— Дракон Пи, используй вот это!

Божественный Камень Великого первоначала вылетел из ореола. Цилинь схватил его и приложил к своему межбровью, после чего Цинь Му рассказал ему как им пользоваться.

Цилинь изучал Высшие Знания Трёх Корпусов, а также Три Исконных Духа Бессмертного Сознания Бог, поэтому быстро во всём разобрался и использовал Божественный Камень Великого Первоначала, отчего его сознание распространилось по округе.

Как только он исполнил Высшие Знания Трёх Корпусов, над райской рекой появились Фиолетовый Корпус, Корпус Высшего Дворца и Небесного Рынка.

В этот момент к ним хлынуло сознание, дрожащее женским голосом:

— Божественный Король Шу Цзюнь?

Цинь Му, лежащий под деревом, фыркнул. Он использовал остатки своего сознания, чтобы ответить Гун Юнь:

— Ты помнишь человека, который освободил тебя из дворца предков?

Сознание проникло в ореол у затылка Янь’эр и осмотрело тело Цинь Му, прежде чем создать в его голове облик Божественного Короля Гун Юнь. Она проговорила:

— Тебя ранил Великий Император, верно? Это ты остановил Да Хуна у Небес Ханя, я права? Ты сильно его ранил. Я пришла слишком поздно, и нашла лишь его труп.

Цинь Му был шокирован:

— Да Хун умер?

— Я не уверена, сделал это Небесный Герцог или Мать Земли, но его сознание было полностью уничтожено. Возможно он мёртв, но он свободен. Его сознание вернётся из Высшей пустоши и воскреснет. Вот только воспоминания Да Хуна исчезнут. Тот, кто его атаковал, был невероятно силён, — ответила Божественный Король Гун Юнь. — Я верну тебе долг. Но Тай Чу до сих пор жив. Я вернусь, как только помогу им его убить!

Сознание Гун Юнь улетело прочь:

— Остерегайся Великого Императора. До тех пор, пока в Высшей Пустоши есть отпечаток его сознания, он бессмертен. Я чувствую его присутствие!

Лоб Цинь Му покрылся холодным потом.

В битве с Да Хунем он был тяжело ранен и едва не погиб. Да Хун застрял в изменённой области высшего сознания, и был вынужден сбежать, получив сильные травмы.

Тем не менее, Цинь Му нанёс последний удар своим третьим глазом. Он обладал невероятно силой и затолкал изменённую область высшего сознания прямо в тело Да Хуна.

В тот момент Да Хун, вероятно, понял, что его личность была раскрыта. Учитывая, что он попал в ловушку в Великой Пустоши, он решил отказаться от тела Да Хуна.

— Янь’эр, давай подождём их на райских небесах! — проговорил Цинь Му.

Янь’эр, цилинь и шесть небесных драконов немедленно отправились на райские небеса, таща с собой фонари.

Битва становилась всё более ожесточённой. Когда они обошли поле битвы, Цинь Му обнаружил. Что Сын Небесной Инь не принимает непосредственного участия в битве, и вместо этого он стоял снаружи, готовясь заманить душу Небесного Императора в ловушку.

— Древний Небесный Император приказал Сыну Небесной Инь и Небесному Преподобному Хао работать вместе, чтобы убить Небесного Преподобного Юя. Кто мог знать, что его самого ждёт такая же участь? — улыбнулся Цинь Му.

Южные Небесные Врата становились всё ближе, и Цинь Му постепенно начинал тревожиться. В этот момент пошёл дождь из крови.

Капли попадали в райскую реку, отчего она тоже обрела красный цвет.

Сердце Цинь Му дрогнуло:

— Небесный Император мёртв…

Он оглянулся и увидел, как Небесный Преподобный Юнь и Небесный Преподобный Хао несутся к райским небесам. В этот момент внешность Небесного Преподобного Юня изменилась, и он начала выглядеть как Небесный Преподобный Хао.

Они оба были практиками Императорского Трона и молниеносно пронеслись над Цинь Му, Янь’эр и остальными, двигаясь к Залу Непостижимого Неба райских небес!

Глава 1079. Если один способ не срабатывает, пробуй другой

«Кто успел первым захватить контроль над телом Небесного Императора?»

Цинь Му взволновался настолько, что его сознание едва не рассеялось.

То, кому удалось захватить физическое тело Небесного Императора после его смерти, оставалось загадкой. Мало кто знал правду о тех событиях!

Внезапно Цинь Му увидел силуэт, рассекающий райские небеса. Он обогнал даже Небесного Преподобного Юня и Небесного Преподобного Хао!

«Может быть, это Великий Император?» — сердце Цинь Му дрогнуло. Он знал, что среди десяти Небесных Преподобных будущего скрывался Великий Император.

На закате Эпохи Высшего Император он вошёл в тело Небесного Императора и убил с его помощью Небесную Преподобную Лин!

Неужели человеком, который обогнал Юня и Хао, была реинкарнация Великого Императора?

Между тем Цинь Му увидел Божественного Короля Гун Юнь. Она опережала Цинь Му и остальных, но не могла догнать Хао и Юня.

Её сознание вспыхнуло, и боги райских небес на её пути были поглощены иллюзией. Никому из них не удалось её избежать.

Даже Великий Владыка Солнца, который бросился вперёд вместе с богами звёзд, попал в ловушку и не мог понять, где он находится.

Её появление посеяло на райских небесах хаос, но как только она пустила в ход своё сознание, все успокоились. Казалось, никто не видел, как она мчится прямо к Залу Непостижимого Неба.

Было очевидно, что она хотела захватить тело Небесного Императора!

«Гун Юнь — древним божественным королём, поэтому Небесный Преподобный Юнь и остальные не могут составить ей конкуренции. Если они войдут в Зал Непостижимого Неба, то у неё будет больше всего шансов захватить тело Небесного Императора. Тем не менее, там они наткнутся на другую душу Небесного Императора, верно?»

Цинь Му задумался. Другая душа Небесного Императора, должно быть, тоже реинкарнировала, и, скорее всего, являлась Небесным Преподобным Сяо из будущего.

«Сяо сейчас на райских небесах? Там есть много мест, в которых можно спрятаться. Несмотря на то, что Госпожа Юаньму стала Цзюэ Учэнь, она тоже стремится заполучить физическое тело Небесного Императора. Возможно даже Небесная Императрица стала ещё одним Небесным Преподобным, который сейчас скрывается на райских небесах, чтобы поймать момент и своровать тело Небесного Императора!»

Цинь Му тяжело пыхтел, у него кружилась голова.

В прошлом он мыслил слишком наивно. Как оказалась, битва за место Небесного Императора была более запутанной, чем он представлял!

«На протяжении Эпохи Вечного Мира десять Небесных Преподобных непрерывно доставляли друг другу проблем и пытались сдержать друг друга. Они вместе управляли телом Небесного Императора. Должно быть, подобная традиция началась во второй половине Эпохи Дракона Ханя.»

Цинь Му не мог разглядеть битвы, развернувшейся в Зале Непостижимого Неба, что его сильно разочаровало.

Он с нетерпением ждал больших перемен, грядущих на Небеса Дракона Ханя.

После смерти Небесного Императора власть снова перешла в новые руки. Чтобы обезопаситься от четырёх божеств, им позволят покинуть райские небеса и вернуться в свои земли.

Райские небеса будут непрерывно отдаляться от Первобытного Царства, не позволяя людям больше найти местоположение дворца предков.

Мать Земли тоже станет сильнее из-за отсутствия давления со стороны райских небес. Во время Эпохи Высшего Императора она перестанет скрывать свои амбиции и поможет своему сыну создать Северные Небеса Высшего Императора!

Таковы были последствия сегодняшней битвы.

Небесный Преподобный Юнь и Небесный Преподобный Хао вошли в Зал Непостижимого Неба следом за реинкарнацией Великого Императора. Божественный Король Гун Юнь тоже была внутри.

Внезапно наружу из зала вылетела огромная ладонь!

Увидев её, Цинь Му почувствовал, будто она способна управлять небом, землёй и бесчисленными мирами!

Ладонь вылетела из Зала Непостижимого Неба, который находился на огромном расстоянии от Цинь Му, но тот всё равно чувствовал на себе ужасное давление. Казалось, будто эта рука контролировала тысячи Дао Неба и Земли!

Рука Небесного Императора!

Она нацелилась на Божественного Короля Гун Юнь, заставая её врасплох. Божественный король первобытной эпохи, жена Великого Императора, сразу же была разорвана на части!

«Мне…» — зубы Цинь Му едва не рассыпались от злости.

Он отправился в прошлое, чтобы найти Божественного Короля Гун Юнь, и попросить её вылечить ранения его сознания. Тем не менее, какой-то из Небесных Преподобных взял под контроль тело Небесного Императора и убил её у него на глазах!

По лбу Цинь Му катился холодный пот:

— Это не может быть Великий Император. Небесный Император тоже любил Гун Юнь, ион не стал бы её убивать. Кто тогда это сделал? Небесный Преподобный Юнь? Небесный Преподобный Хао? Госпожа Юаньму?

Небесный Император забрал руку, с которой капала кровь. Из зала Непостижимого Неба донёсся крик. Должно быть, внутри сражались Небесные Преподобные, которые пытались взять тело Небесного Императора под контроль.

Смерть Гун Юнь от одного удара его ладони продемонстрировала силу физического тела Небесного Императора, что заставило их сражаться более решительно.

Смерть Божественного Короля Гун Юнь освободила богов райских небес, поглощённых её иллюзией. Великий Владыка Солнца призвал богов звёзд и начал обыскивать округу, вопя:

— Будьте внимательны! Здесь могут быть и другие мятежники! Выпустите Небесных Собак!

Боги отцепили множество цепей, и к трупу Божественного Короля Гун Юнь тут же бросилось множество собак, начиная его обнюхивать.

Вскоре собаки поднялись в небо, начиная обыскивать всё вокруг.

На райских небесах воцарился хаос. Между тем Потомственный Король Богов, Небесные Преподобные Юэ, Лин, Император Богов Лан Сюань и остальные бросились в Зал Непостижимого Неба, отрываясь от Великого Владыки Солнца, пытающегося их догнать.

Янь’эр, цилинь и другие пробрались на райские небеса. Они дрогнули, увидев, как Небесный Император убил Божественного Короля Гун Юнь первым же ударом.

Янь’эр проговорила, дрожа от страха:

— Молодой мастер, что нам теперь делать?

Цинь Му хмыкнул. Он собирался проговорить, когда к ним подошла одна из горничных и заговорила с ореолом у затылка Янь’эр:

— Моё физическое тело мертво. Великий Владыка Солнца собирается найти меня и убить меня окончательно.

Янь’эр и цилинь были ошеломлены, спрашивая:

— Ты божественный Король Гун Юнь?

Дворцовая горничная обладала хрупким телом. Сознание Божественного Короля Гун Юнь было ранено, поэтому ей было сложно управлять чужим телом, отчего она почти не шевелилась, напоминая куклу:

— Я не противник Великому Владыке Солнца, и мне не удастся противостоять древним богам. Защити меня, Небесный Преподобный Му.

Цилинь едва не подпрыгнул от удивления:

— Как Владыка Культа может тебя защитить, если он сейчас даже себя защитить не в силах?

Горничная ответила:

— Небесный Преподобный Му, твои ранения хуже, чем мои. Моё сознание восстановится самостоятельно, но твоё могу спасти только я.

Сознание Цинь Му ответило:

— Заберите её!

Цилинь тут же спросил:

— Куда?

— Во дворец Чёрной Черепахи Северного Божества, — вздохнул Цинь Му. — Мы не знаем, как закончилась битва за физическое тело Небесного Императора, и даже если бы знали, многие боги продолжат искать Гун Юнь. Учитывая количество Небесных Собак Великого Владыки Солнца, ускользнуть от него будет непросто. Таким образом мы сможем защитить себя лишь в том случае, если у нас будет Пагода Стеклянных Небес.

Янь’эр обрадовалась. Цилинь взглянул на неё и проговорил:

— Не издавай и звука, а не то нас найдёт Великий Владыка Солнца!

Янь’эр поспешно понизила голос:

— Я давно хотела увидеть самое сильное в мире сокровище! Парочка негодяев, которые его украли…

Цилинь фыркнул, недовольно проговорив:

— Это мы!

Глава 1080. Божество Черной Черепахи, укравшее свое богатство

Янь’эр мысленно воскликнула, дрожа от волнения:

— Мы станем легендами Эпохи Дракона Ханя! Божественными ворами, которым будут поклоняться бесчисленные поколения! Наша легенда будет жить шестьсот тысяч лет!

Цилинь взглянул на неё и проговорил:

— Посмотри на себя. Если ты будешь продолжать в таком же духе, то нас отправят в тюрьму ещё до того, как мы доберёмся до райского дворца Чёрной Черепахи. Мы должны сохранять спокойствие.

Янь’эр потерлась о его лоб и захихикала:

— С Небесной Преподобной Юэ мы никогда не делали чего-то настолько захватывающего. Жирдяй, ты многое повидал.

— А как ты думала?

Цилинь хотел гордо взвести хвост, но вспомнил, что принял облик человека и хвоста у него не было, из-за чего фыркнул.

— Владыка Культа брал меня с собой, когда возвращался в деревню. В то время там был дедушка одноногий, лучший вор мира. Когда он обучал Владыку Культа… — в его глазах чувствовалась невероятная мудрость. — Я и сам кое-чему научился.

Янь’эр была глубоко поражена, увидев, как сверкает его взгляд.

Цилинь был почти доволен, его мучала лишь одна проблема: «Как жаль, что я не могу поднять свой хвост. Я бы выглядел потрясающе.»

Множество Небесных Собак обнюхивали округу, пытаясь найти Божественного Короля Гун Юнь и её спутников. Время от времени слышался голос Великого Владыки Солнца:

— Этот вор — божественный король и з первобытной эпохи. Она обладает очень мощным сознанием и не умрёт до тех пор, пока оно не будет уничтожено. Мы должны её найти!

Янь’эр и цилинь повели горничную за собой. Гун Юнь использовала её тело, чтобы выжить. Ранения её сознания были достаточно серьёзными для того, чтобы вынудить её положиться на цилиня и Янь’эр.

Тем не менее, смотря на эту парочку, она чувствовала, что на них не стоит слишком сильно рассчитывать.

К счастью, с ними было шесть небесных драконов. Последние обладали родословной Восточного Божества Цин Луна, поэтому учуяв их запах, собаки не осмеливались бы приблизиться.

Эти собаки были особой породой, но она не шла в сравнение с родословной Восточного Божества Цин Луна. Когда драконы превратились в людей, их запах был настолько сильным, что собаки не смели даже смотреть в их сторону.

Они пробрались через половину райских небес и достигли райского дворца Северного Божества Сюань Ву. Тут же подошёл ко вратам и разбудил черных черепах, стоящих на страже.

Черепахи были настолько ленивы, что выглядели как статуи. Когда их разбудили, они недовольно спросили:

— Что вы здесь делаете?

— Мы — потомки Восточного и Южного Божества. Мы пришли навестить Принца Ю Мина, — проговорил цилинь.

Увидев, что гости выглядят как сильные эксперты, и среди них были небесные драконы, зелёный воробей и цилинь, которые действительно напоминали потомков Восточного Божества, черепахи поспешно ответили:

— Вы и вправду потомки двух божеств! Подождите, я доложу о вашем прибытии!

После этого один из богов развернулся и отправился в райский дворец Чёрной Черепахи.

Услышав о прибытии гостей, Принц Ю мин удивлённо проговорил:

— Восточное Божество Цин Лун настолько распутен, что у него более миллиона сыновей. Даже у куриных драконов, по слухам, есть его родословная.

Бог напомнил ему:

— Принц, люди, которые раньше приходили, чтобы с тобой подружиться, на самом деле хотели обмануть тебя и украсть наши сокровища. Эти гости, вероятно, попытаются сделать то же самое.

Принц Ю Мин улыбнулся и проговорил:

— Чепуха! Мои сокровища хотели украсть Небесный Преподобный Хао, Император Богов Лан Сюань и Сын Небесной Инь. Я прислушался к своим родителям, не позволив им меня обмануть. Принцесса Южного Божества не способна на столь гадкий поступок.

Бог проговорил, немного колеблясь:

— Мне стоит доложить твоим родителям?

— Я не ребёнок. С чего бы ты рассказывал им о том, что я завёл новых друзей? — ответил принц Ю Мин. — Более того, Северного Божества здесь нет. Они пошли встретиться с Западным, Южным и Восточными Божествами. Я не знаю когда они вернутся. Я что, должен заставлять гостей ждать снаружи? Если люди об этом услышат, то они будут смеяться надо мной за то, что у меня нет манер. Впусти их.

У бога не осталось другого выбора, кроме как выйти из дворца и впустить цилиня и Янь’эр внутрь:

— Принц приглашает вас к себе.

Они вошли во дворец Чёрной Черепахи. Как ни странно, он был доверху наполнен сокровищами и драгоценными камнями. В воздухе витала аура роскоши.

— Резиденция Северного Божества и вправду изящна, — похвалил цилинь.

Черепаха шагала впереди, говоря:

— Наш повелитель — святой, рождённый от райской реки, которому приносили бесчисленные жертвы. Райская река принадлежит нашему господину, как и всевозможные другие сокровища. Таким образом, он невероятно богат.

Гун Юнь холодно рассмеялась:

— Его богатство украдено!

Черепаха взглянула на неё, увидев перед спокойную горничную. Бог не принял её слов близко к сердцу, так как подумал, что перед ним стоит горничная дворца Южного Божества.

Все говорили, что четыре божества были древними богами, рождёнными от природы, но Гун Юнь знала всю правду о их происхождении.

Западное Божество Белый Тигр была рождена в результате массового жертвоприношения клана Гун Юнь.

У трёх остальных божеств тоже было особое происхождение. Северное Божество Сюань Ву было древним богом, рождённым в результате жертвоприношения клана Цзюй Юй. Божество Ву также было как-то связано с Гун Юнь.

Юй в названии клана Цзюй Юй означало «вода севера». Мастера создания из этого клана жили у северных вод.

Изначально клан Цзюй Юй жил рядом с северной частью райской реки, и они создали древних богов Чёрной Черепахи посредством жертвоприношения.

Божество было разделено на двух богов, одним из которых было Божество Сюань, а вторым — Божество Ву. Это произошло из-за того, что Гун Юнь являлась женой Великого Императора и возглавляла клан Ню Синь.

В клане Ню Синь власть находилась в руках женщин. Когда Гун Юнь вышла замуж за Великого Императора, её положение в клане стало ещё выше. Она стала ровней Великому Императору, поэтому клану пришлось приносить создать по древнему богу для каждого из них, в итоге создавая Божество Сюань и Божество Ву.

Это жертвоприношение воплотило в реальность желание Великого Императора и Гун Юнь стать идеальной парой, которая являлась одним целым.

Тем не менее, реальность оказалась жестокой.

Северное Божество сумело разбогатеть, ограбив клан Цзюй Юйши после бедствия мастеров создания.

Внезапно раздался чей-то громкий смех, и к ним подошёл красивый парень. Это был принц Ю Мин.

Принц Ю Мин прошлого не выглядел таким обездоленным, как в будущем. Он был красивым и сильным, у него была мощная аура и драконьи усы. ¬вот только его одежда казалась излишне изысканной, он был одет в чёрный халат с изображениями цветов и змей, вышитыми золотыми нитями.

Сильнее всего в глаза бросалось божественное сокровище, висящее на его поясе. На его талии было двадцать четыре жемчуга, каждый из которых являлся отдельными небесами!

На руках у него браслеты, в каждом из которых было четыре-пять жемчужин. На его запястьях было по три нефритовых подвески, а на шее висело ожерелье, природу которого Цинь Му не удалось определить.

Что касается его обуви, то под его ногами виднелись облака, держащие его в воздухе во время ходьбы.

Цилинь подумал: «Этот принц Ю Мин похож на странствующего купца. Его даже можно принять за купца!»

Увидев принца, Янь’эр проговорила:

— Выражаю тебе своё почтение, брат.

Цилинь и шесть небесных драконов тоже поздоровались:

— Брат!

Принц Ю Мин встревожено ответил:

— Я не часто путешествую по миру, поэтому не умею вести себя с братьями и сестрами. Прошу вашего прощения.

Божественный Король Гун Юнь накрыла его своим сознанием, не позволяя ему разглядеть ореол у затылка Янь’эр. Таким образом, он не знал, что под деревом пере ним сидит Небесный Преподобный Му.

Цилинь сообщил шокирующую новость:

— Брат, ты знаешь, что небеса вот-вот расколются?

Принц Ю Мин шокировано дрогнул и тут же огляделся по сторонам, прежде чем прошептать:

— Тебя могут убить за такие слова! Не говори ерунды!

Внезапно боги сообщили:

— Божество вернулось.

Принц Ю Мин поспешно отправился к богам, извинившись:

— Пожалуйста, оставайтесь здесь, я скоро вернусь.

Божество Сюань и Божество Ву уселись, Принц Ю Мин подошёл к ним. Божества переглянулись, прежде чем проговорить:

— Сейчас тебе не стоит выходить наружу, небеса вот-вот расколются.

Глаза Принц Ю Мина загорелись, он вспомнил слова цилиня и проговорил:

— Я знаю.

Божество Сюань и Божество Ву были приятно удивлены:

— Кажется, наш глупый сын достаточно умен, чтобы понять ситуацию на райских небесах.

Глава 1081. Цилинь ослабляет поводья, чтобы лучше ухватиться

Принц Ю Мин поговорил с Северным Божеством, и обнаружив, что он вырос в их глазах, он невероятно обрадовался.

Божество Сюань проговорил:

— Будет лучше, если мы как можно раньше от отделимся от райских небес. Мы должны сейчас же отправляться на Северный Полюс.

Божество Ву добавила:

— Несмотря на то, что теперь они контролируют физическое тело Небесного Императора, они ещё не решили, как разделить добычу, и сейчас лучший момент от них отделиться. Когда они договорятся, сделать это будет намного сложнее.

— Тем не менее, забрать райские дворцы с райских небес — это серьёзная вещь. Скорее всего люди попытаются нас остановить. Если мы хотим что-то сделать, то должны заставить остальных божеств сделать то же самое!

Божество Ву и Божество Сюань поднялись и проговорили:

— Сын, мы обсудили всё с Юным Божеством, Западным и Восточным Божеством. Мы уходим сейчас, пока райские небеса не могут нас остановить. На своих землях мы сможем жить счастливо, и править четырьмя полюсами. Разве не будет лучше, если мы станем Небесными императорами четырёх полюсов?

Принц Ю Мин невероятно обрадовался, тем не менее, он всё же слегка смутился:

— На райских небесах у меня много старых друзей. Если я захочу встретиться с ними, то мне понадобятся многие годы, чтобы вернуться на райские небеса.

— Твои друзья — плохие люди. Не стоит за ними скучать!

Божество Ву напоминала Божественного Короля Гун Юнь, когда проговорила:

— Будет лучше, если ты от них избавишься. Когда мы достигнем полюсов, ты станешь принцем северного полюса. Ты будешь счастлив и свободен.

Божество Сюань проговорил:

— Этот раскол — важное событие. Вероятно, оно будет сопровождаться многими трудностями. Мой сын, ты улетишь с райских небес вместе с райским дворцом Чёрной Черепахи и отправишься по райской реке на север. Я останусь здесь с твоей матерью, чтобы обеспечить твою безопасность.

Принц Ю Мин был невероятно рад, что они так сильно его ценили.

Божество Ву любила своего сына, поэтому подарила ему Пагоду Стеклянного Неба, проговорив:

— Это сокровище было выковано из всех наших сбережений. С его помощью ты сможешь справиться с любой опасностью. Помни, его нельзя потерять.

Принц Ю Мин кивнул.

Закончив подготовку, два божества улыбнулись друг другу, когда внезапно услышали оглушительный грохот. Райский Дворец Чёрной Черепахи задрожал и начал медленно подниматься в небо, отделяясь от райских небес.

Древние боги, такие как Великий Владыка Солнца, были потрясены, увидев это. Они немедленно призвал подкрепления, чтобы остановить их.

Между тем, на юге тоже поднялась суматоха. Боги райских небес с неверием смотрели, как Райские Дворцы Красной Птицы, Белого Тигра и Зелёного Дракона одновременно отделяются от райских небес и поднимаются в небо!

Многие важные лица райских небес, такие как семь учителей, пять констеблей и четыре Небесных Мастера прилетели в райские дворцы, чтобы встретиться с божествами и попытаться их отговорить.

Северное Божество Сюань Ву притворилось, что подчиняется, но между тем продолжал направлять свою магическую силу, унося райский дворец прочь.

Великий Владыка Солнца поспешно сообщил о происходящем в Зале Непостижимого Неба. В этот момент Небесный Император, казалось, беседовал с Небесными Преподобными и лидерами множества рас, обсуждая что-то важное. Атмосфера в зале была напряжённой.

Когда Владыка рассказал им о случившемся, Небесные Преподобные и остальные продолжали медитировать, не говоря ни слова.

Небесный Император заговорил:

— Я должен обсудить важные вопросы, и не могу сейчас этим заняться. Владыка Звезды, используй Флот Райской Реки, армии четырёх сект, десять стражей райских небес, пять карет и остальные войска, чтобы их остановить.

Великий Владыка Солнца поклонился и кивнул.

Древний Небесный Император махнул рукой и дал ему печать командира, чтоб тот мог управлять десятью стражами райских небес.

Великий Владыка Солнца поспешно ушёл.

В Зале Непостижимого Неба воцарилась тишина. Спустя некоторое время Небесный Преподобный Хо засмеялся и проговорил:

— Четыре божества будут уничтожены, если продолжат в том же духе. ОТ древних богов нужно избавиться! Никого из них нельзя оставлять в живых! Дайте мне тело Небесного Императора, и я сам с ними справлюсь. Мне не нужно его тело, я отдам его как только их убью. После этого можете сражаться за него!

Все холодно рассмеялись.

Небесный Преподобный Хо впал в ярость и внезапно призвал свой исконный дух из тела Небесного Императора. Он поднялся и проговорил:

— Я убью Южное Божество!

Сын Небесной Инь проговорил, немного колеблясь:

— Я пойду взглянуть на дворец Чёрной Черепахи.

Они вместе ушли.

Те, что остались, по-прежнему не двигались.

Небесный Преподобный Юнь внезапно проговорил:

— Мы не можем оставаться в тупике. У меня есть предложение. Мы будем Небесным Императором по очереди. Мы можем создать систему, которая никому не позволит захватить его физическое тело!

Спустя некоторое время Небесный Преподобный Хао улыбнулся и проговорил:

— Я согласен.

В райском дворце Чёрной Черепахи принц Ю Мин отправился на поиски Янь’эр и остальных. Он извинился перед цилинем:

— Ты и вправду талантлив. Тебе удалось отлично понять ситуацию на райских небесах. Я не могу самостоятельно доставить Райский Дворец Чёрной Черепахи на Северный Полюс, поэтому хотел бы попросить тебя о помощи!

Цилинь и Янь’эр посмотрели друг на друга. Янь’эр согласилась, в то время как цилиня озадаченно проговорил:

— Твоё совершенствование сильнее нашего, для чего тебе наша помощь?

Янь’эр тут же замолчала.

Цилинь поспешно продолжил:

— По правде говоря, хоть я и видел Небесные Знания и овладел математикой, я мало что могу поделать. Десять Стражей райских небес, Флот Райской Реки, пять карет, небесные духи, земные бесы, боги звёзд…

На лице Принца Ю Мина возникло озадаченное выражение. Каждый раз, когда он слышал о великой армии, его кожа начинала дрожать.

Цилинь вздохнул и проговорил:

— Мы не сможем выстоять под их атакой без помощи мощного оружия. МЫ не в силах защитить себя, не говоря уже о райском дворце! Брат, возвращаемся!

Принц Ю Мин взял его за руку и проговорил:

— Брат, сестра, вы не сможете вернуться, даже если захотите! Дворцы Красной Птицы и Зелёного Дракона уже покинули райские небеса! Куда вы пойдёте? Родословные четырёх божеств, едины, помогите мне добраться на Северный Полюс, и я лично помогу вам добраться, куда вы захотите! — Я не умею сражаться на войне или управлять армией. Кроме того, мне не хватает мудрости. Когда они атакуют, мне понадобится ваша помощь, чтобы управлять построением своих подданных.

Цилинь колебался.

Принц Ю Мин проговорил:

— Ты мне не доверяешь? Идём за мной!

Он привёл их ко входу в райский дворец и указал пальцем вдаль:

— Смотрите!

Цилинь и Янь’эр посмотрели на райские небеса, увидев перед собой райские дворцы с тысячами залов!

Помимо райских дворцов Южного, Западного и Восточного Божества, от райских небес начали отделяться другие райские дворцы. Скорее всего, это были райские дворцы Небесного Герцога, Матери Земли и Графа Земли.

В этот момент райские небеса мягко поднялись, потеряв вес райских дворцов. Казалось, что они собираются покинуть Первобытное Царство!

Кроме того, они увидели богов, носящихся по райских небесах, отдавая приказы. Армии райских небес устремились в погоню за ними.

Лицо цилиня побледнело, он проговорил:

— Брат, мы обречены!

Принц Ю Мин извинился и проговорил:

— Я знаю, что ошибался, но у нас всё ещё есть шанс победить. Отец и мать оставили мне Пагоду Стеклянного Неба, чтобы защитить райский дворец. Это удивительное сокровище, считающееся лучшим божественным сокровищем в мире. С вашим умом и его силой, мы можем победить!Принц Ю Мин потянул их к Залу Непостижимого Неба Райского Дворца Чёрной Черепахи:

— Вы просто не видели пагоду. Когда вы её увидите, ваше мнение резко поменяется!

Глава 1082. Третье яйцо древнего бога

Цилинь с улыбкой неторопливо произнёс:

— Для его поимки нам нужно было его отвлечь и ослабить бдительность. Теперь принц Ю Мин наш.

Янь’эр была встревожена, прошептав: «Брат Ю Мин такой честный и щедрый. Не будет ли наше воровство Пагоды Стеклянного Неба уже слишком? Ведь потом Северное Божество накажет его на шестьсот тысяч лет.

Цилинь поколебался, прежде чем сказать:

— Если мы этого не сделаем, он, вероятно, умрёт ещё до начала Эпохи Вечного Мира. Обокрав его, мы, считай, спасём ему жизнь.

Янь’эр всё же чувствовала, что обманывать принца неправильно, поэтому, поразмыслив, она предложила:

— Даже если мы не украдём пагоду, Северное Божество всё равно найдёт причину как-то строго наказать его, чтобы он не умер от рук таких людей, как Сын Небесной Инь. Толстяк, если нам прямо не придётся её украсть, тогда давай не будем.

Цилинь колебался, но всё же кивнул со словами:

— Звучит хорошо. Мы можем задержаться здесь и положиться на защиту пагоды, пока Владыка Культа не поправится.

Они последовали за Ю Мином в Зал Непостижимого Неба Дворца Чёрной Черепахи. По пути их ошеломила экстравагантность и богатство кружения, а когда они вошли, то и вовсе ужаснулись.

Внутри зала им сразу бросились в глаза гигантские колонны из нефритового стекла, которые поддерживали собой небесно-зелёные навесы, напоминающие сахарный тростник.

Подойдя ближе, они увидели, что каждый навес растягивается слоями, объединяясь в один большой. Из-под него просачивался разнообразный свет от сокровищ, как будто там скрывалось миниатюрное солнце.

Глядя снизу, цилинь был ослеплён, когда увидел, что с каждого навеса свисали нефритовые жемчужины, внутри которых тоже лежали всевозможные сокровища.

Под навесом также ходили по орбитам звёзды. Иногда они приближались, становясь слишком яркими, а иногда отдалялись, практически исчезая из поля зрения, выглядя как самые обычные звёзды на ночном небе.

— Невероятно! — воскликнул цилинь, прежде чем осторожно поинтересоваться. — Брат, а как пользоваться пагодой?

Принц Ю Мин поднял пагоду и вынес её наружу.

— Что бы вы ни попросили, она выполнит. Она создана всего нажитого моими родителями богатства. Её и правда легко использовать, — не задумываясь ответив, принц поклонился и нежно обратился к пагоде. — Малышка, дай нам немного еды.

Пагода Стеклянного Неба завращалась, выбрасывая наружу всевозможные деликатесы.

Цилинь и Янь’эр были в очередной раз потрясены.

Ю Мин поймал падающую еду и раздал её со словами:

— Малышка, а теперь дождя.

Прежде чем он закончил своё предложение, уже собрались тучи, из которых на Небесный Дворец Чёрной Черепахи полился дождь.

Ю Мин засмеялся, поклонился и ещё раз попросил:

— Малышка, пожалуйста, защити Небесный Дворец Чёрной Черепахи!

Вьюх…

Пагода внезапно расширилась, превратив свои навесы в небеса. Всего дворец окружили двадцать восемь небес. С каждого из них свисали всевозможные сокровища. Солнце и луна активно вращались вокруг, а звёзды слегка двигались.

Великолепное зрелище!

На небесах также был нефритовый жемчуг, который расширился, превращаясь в большие планеты.

Также вокруг дрейфовали бронзовые башни, цветы, деревья, облака и реки. Они медленно двигались и излучали всевозможные божественные огни!

Цилинь взглянул вверх и увидел, что с вершины двадцати восьми небес свисает небесный шар. На шаре мерцали всевозможные руны Великого Дао. Вероятно, это было самое главное сокровище пагоды.

«Этот небесный шар! — дворцовая горничная, тело которой одолжила Гун Юнь, чтобы выжить, внезапно вздрогнула. Она немедленно передала свой голос Цинь Му через сознание. — Северное Божество Сюань Ву достало по-настоящему ужасную сущность их дворца предков! Эта парочка действительно смелая! Как им вообще хватило мужества использовать это яйцо в качестве главного сокровища?!

Всё это время Цинь Му сидел под деревом, используя технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, чтобы усвоить первобытную жидкость, которую Вэй Сюйфэн залили ему в желудок. С каждой пройденной минутой он чувствовал, как его физическое тело и жизненная Ци усиливаются. При этом первобытная жидкость, казалось, совершенно не иссякала.

«Яйцо? — Цинь Му немного взволновался и поднял голову, чтобы посмотреть на вершину двадцать восьми небес. Там парил огромный небесный шар, обменивающийся сияниями с другими сокровищами. — Это… яйцо?

Сознание, которое он вложил в дерево, было в беспорядке. Небесный шар действительно был яйцом, похожим на яйца Тай Ши и Тай Чу!

Однако, в то же время и отличавшимся.

Великие Руны Дао Тай Чу были отпечатаны внутри яйца. Цинь Му слил половину скорлупы яйца Небесного Императора со своим третьим глазом, поэтому знал это наверняка.

Голос Дао яйца Тай Ши исходил тоже изнутри, поэтому он всё ещё не исследовал его.

Основное сокровище Пагоды Стеклянного Неба тоже являлось яйцом из дворца предков, но его руны Великого Дао были отпечатаны снаружи!

«Может ли быть так, что, помимо яиц Небесного Императора Тай Чу и Тай Ши, есть ещё и другие?» — он успокоил своё беспорядочное сознание, чувствуя нарастающее любопытство.

«Неужели Чёрная Черепаха не боится накликать катастрофу, вынеся его из дворца предков?» — негодовала Божественный Король Гун Юнь.

Цинь Му взволновался ещё больше. Гун Юнь, казалось, знал об этом странном яйце древнего бога довольно много, поэтому он спросил: «Откуда это яйцо?»

Не дожидаясь ответа, он продолжил: «Я знаю, что Небесный Император родился из яйца древнего бога, выкопанного кланом Цзюй Юй из шахты древних божественных камней. Из-за этого оно обладало невероятной мощью. Однако я не знал, что таких яиц было больше одного.

Горничная заколебалась, прежде чем ответить: «Поскольку ты знаешь о происхождении Небесного Императора, я не буду ничего скрывать от тебя. Когда клан Цзюй Юй нашёл самую старую шахту Божественных Камней Великого Первоначала и выкопал яйцо, вместе с ним родился Первобытный Камень Великого Первоначала. Древний бог, появившийся из того яйца, стал сегодняшним древним Небесным Императором. Однако другие мастера создания также находили старые рудники, но божественные камни, добытые из этих рудников, не были Божественными Камнями Великого Первоначала».

Сердце Цинь Му дрогнуло.

Тем временем Гон Юнь продолжала: «Считая шахту Божественных Камней Великого Первоначала, всего было пять подобных древних рудников. После того, как яйцо Тай Чу было выкопано, обнаружились другие шахты с подобными вещами. Из всех шахт, в двух ничего не нашли. А во время завоевания Великого Императора два яйца были потеряны».

Цинь Му моргнул. Одно из этих яиц было у Небесного Императора и спрятано в Зале Чистого Солнца. Другое яйцо принадлежало Северному Божеству Сюань Ву, которые в итоге использовали его в качестве главного сокровища Пагоды Стеклянного Неба.

«Хмпф! Чёрная Черепаха не разбирается в сокровищах. Как они могли отнестись к яйцу, как к гигантскому драгоценному камню и главному сокровищу Пагоды Стеклянного Неба? — Гун Юнь засмеялась. — Идиоты! Так называемая надёжность сокровища проистекает из манипуляций древнего бога внутри! Ответов этого бога! Сюань Ву рано или поздно пострадают от этого!

Цинь Му застонал. Это яйцо с рунами Великого Дао снаружи выглядело как сокровище, рождённое небес и земли. Но разве это означало, что Северное Божество не смогли распознать в нём яйцо древнего бога?

Возможно, они его узнали, но не смогли вылупить.

Какой силой обладал древний бог внутри?

Внезапно издалека донёсся крик:

— Дао Брат Ю Мин, Дао Брат Ю Мин! Это я, Инь Чжаоцзинь!»

Принц Ю Мин с восторгом на лице обратился к цилиню и Янь’эр:

— Это мой друг! С его помощью мы с лёгкостью вернёмся! Я впущу его!

Глава 1083. Цилинь обманывает Сына Небесной Инь

— Погоди! — глаза цилиня дрогнули. — Брат, Инь Чжаоцинь близок с Небесным Преподобным Хао. Этот человек всегда питал злые намерения. В этот раз он, должно быть, пришёл, чтобы не дать тебе уйти. Возможно, именно он возглавляет армию райских небес, что тебя преследует!

Принц Ю Мин на мгновение заколебался, подошёл к вратам дворца и осмотрелся. Он увидел, что Инь Чжаоцинь пытался догнать Небесный Дворец Чёрной Черепахи, за его спиной двигалась гигантская армия райских небес, бесчисленные флаги которой развевались на ветру. Похоже, всё было именно так, как говорил цилинь, и Сын Небесной Инь и вправду вёл армию райских небес в атаку на него!

Ю Мин тут же впал в ярость и прокричал:

— Инь Чжаоцинь, я относился к тебе, как к брату, а ты отнёсся ко мне, как к дураку! Если я тебя впущу, то армия тигров и волков райских небес ворвётся в мой Небесный Дворец Чёрной Черепахи и растопчут его!

Сын Небесной Инь оглянулся и рассмеялся:

— Ты боишься, что я с ними за одно? Брат Дао, я спешил сюда чтобы тебя предупредить, но Флот Райской Реки меня обнаружил и бросился в погоню. Если ты меня не впустишь, я погибну!

Принц Ю Мин не смог принять решения и посмотрел на цилиня:

— Брат, он сказал, что пришёл меня предупредить. Если я его не впущу, то разве он не погибнет?

Цилинь решительно ответил:

— Небесный Дворец Чёрной Черепахи невероятно важен. Если тебе не удастся его защитить, то даже Северное Божество окажется в беде. Мы должны быть крайне осторожны. Пусть Сын Небесной Инь убьёт несколько солдат армии райских небес, чтобы доказать, что он с ними не за одно.

Принц Ю Мин похвалил:

— Брат и вправду мудр. Брат Инь, если ты и вправду здесь чтобы мне помочь, убей нескольких богов и дьяволов райских небес. Если ты этого не сделаешь, значит ты сам привёл их сюда!

Сын Небесной Инь был ошеломлён: «Когда эта черепаха настолько поумнела?»

Он повернул голову и посмотрел назад. Флот Райской Реки уже добрался к нему, и генерал на носу одного из кораблей поднял свой нож к небу прокричав:

— Принц Ю Мин, Его Величество Небесный Император отдал приказ! Он хочет, чтобы ты вернулся в Нефритовую Столицу!

Заметив, что Сын Небесной Инь не атаковал Флот Райской Реки, и что Флот тоже не обратил на него внимания, Ю Мин впал в ярость:

— Инь Чжаоцинь, ты действительно попытался обмануть меня, чтобы я открыл Пагоду Стеклянного Неба и позволил тебе захватить мой Райский Дворец Чёрной Черепахи!

Сын Небесной Инь расстроился и встревожился. Внезапно он стиснул зубы и бросился на Флот Райской Реки, думая про себя: «Если бы у Северного Божества не было таких богатств, я стал бы так рисковать?»

Внезапно он обрушил безжалостную атаку и бесчисленные белые знамёна полетели в сторону одного из кораблей. Они задрожали на ветру и исконные духи богов и дьяволов на борту тут же покинули тела одно за другим, прежде чем исчезнуть внутри знамён.

На корабле было несколько сильных практиков, чьи исконные духи сумели выстоять под давлением знамён. Тем не менее, в следующий момент тыквенная бутылка на спине Сына Небесной Инь открылась и из неё вылетело облако насекомых, которые окутали собой корабль и высосали всю кровь из оставшихся на борту людей!

После успеха этой атаки, Сын Небесной Инь прокричал:

— Брат Дао Ю Мин, теперь ты увидел мои искренние намерения!

Со всех окружающих кораблей раздались гневные крики, и Флот Райской Реки задействовал свои построения. Райская река будто вскипела, её со всех сторон окружили бесчисленные руны.

Вьюх!

Вместе с построениями в воздух поднялись всевозможные оружия. Атакуя одновременно, они сильно ранили Сына Небесной Инь.

Сын Небесной Инь сплюнул кровь, отлетая назад, прежде чем врезаться в барьер Пагоды Стеклянного Неба.

Принц Ю Мин собирался его впустить, когда цилинь снова поднял руку, чтобы его остановить:

— Брат, подожди ещё немного. Что, если он попросту пытается нас обмануть?

Принц Ю Мин заколебался. В этот момент Флот Райской Реки обрушил свою вторую атаку!

Построение Флота Райской Реки было невероятно мощным. Бесчисленные корабли неслись по высоким волнам, их божественное оружие тоже было невероятно грозным, объединяясь с построениями.

Построение сумело почти полностью уничтожить древних насекомых Сына Небесной Инь. Последний был вынужден открыть свои неполные Небесные Врата Минду, но ужасающая сила построения тут же их разрушила!

— Море преисподней, поднимись! — Плюясь кровью, прокричал Сын Небесной Инь. — Хоть я и не Небесный Преподобный, я заслужил свою репутацию!

Вьюх!

Бескрайнее море преисподней поднялось из пустоши. Внутри него сверкали кровавые лучи, из-под воды медленно поднимались бесчисленные боги и дьяволы. Они яростно вскрикивали, собираясь сражаться с Флотом Райской Реки.

Несмотря на то что Сын Небесной Инь того времени ещё не достиг вершины своего совершенствования, в его путях, навыках и божественных искусствах уе можно было разглядеть тень его будущих достижений.

Он владел Великим Дао Юду и обладал шокирующими достижениями искусств души. Независимо от того, шла речь о море преисподней или Небесных Вратах Минду, используемые им знания Юду были невероятно глубокими и даже включали в себя Великое Дао реинкарнации. Моно было сказать, что он даже сумел превзойти обычное Дао Юду и внёс огромный вклад в его развитие.

Генералы на борту огромных кораблей флота Райской Реки ухмыльнулись, взмахнув руками:

— Активируйте Божественные Иглы, Успокаивающие Море!

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Бесчисленные огромные железные колонны упали с небес, пронзая Море Преисподней отчего оно застыло на месте. Трупы богов и дьяволов, не успевшие подняться из-под воды, тут же остановились, прежде чем погрузиться обратно в морские глубины.

На море преисподней воцарился покой, в нём больше ничего не шевелилось.

Сын Небесной Инь начал кашлять кровью, прежде чем упасть на колени. Когда он собирался начать умолять Флот Райской Реки о пощаде, в барьере Пагоды Стеклянного Неба появилась щель, сквозь который Принц Мин высунул руку и затащил Сына Небесной Инь внутрь.

Цилинь впал в истерику:

— Брат, нам нужно было ещё немного подождать…

— Если бы мы подождали, брат Инь погиб бы! — Принц Ю Мин покраснел в лице и повернулся к Сыну Небесной Инь, говоря извинительным тоном. — Я подвёл брата. Я не думал, что ты настолько верен и бесстрашен, что будешь готов пожертвовать собой ради спасения моего Дворца Чёрной Черепахи. Мне невероятно стыдно!

Сын Небесной Инь закатил глаза, из его рта полилась свежая кров, и он едва не потерял сознание.

Море преисподней, которое он самоотверженно совершенствовал на протяжении десятков тысяч лет, было подавлено Флотом Райской Реки, его Небесные Врата Минду тоже разрушились. Можно было сказать, что он потерял почти половину своих самых ценных обретений.

«Если мне удастся получить что-то ценное от сына Чёрной Черепахи, мои жертвы не будут напрасными.»

Сын Небесной Инь восстановил свой дух, но его ранения были слишком серьёзными, отчего его аура постоянно рассеивалась.

Принц Ю Мин поспешно помог ему подняться, представив его цилиню и остальным:

— Это брат дракон, он потомок Восточного Божества, а это моя сестра — принцесса семьи Южного Божества.

Сын Небесной Инь уставился на цилиня и холодно улыбнулся:

— Брат, твои друзья даже не назвали тебе своих настоящих имён. Боюсь, здесь определённо есть какая-то уловка.

Янь’эр начала слегка нервничать. В будущем, когда Цинь Му навещал Северное Божество, они встречались с Ю Минем. Тем не менее, тогда цилинь не находился в своём человеческом облике, а Янь’эр была худой и не успела растолстеть.

Если они раскроют свои настоящие имена, то принц Ю мин узнает их в будущем!

Цилинь, однако, оставался спокоен, ответив:

— Ходят слухи, что Сын Небесной Инь невероятно коварен и владеет божественным искусством, способным убить человека лишь при помощи его имени. В связи с этим я не осмелюсь назвать своё настоящее имя перед Сыном Небесной Инь. Мы все —испуганные люди с одинаковой судьбой. Нам не нужно знакомиться лишь из-за этой случайной встречи.

— Правильно! — Принц Ю Мин хлопнул в ладоши и похвалил. — Брат Инь, у тебя и вправду есть такое божественное искусство. Нет ничего странного в том, что брат дракон не хочет называть тебе своего имени.

Янь’эр была восхищена цилинем, и уставилась на него полным уважения взглядом.

Цилинь был невероятно доволен собой: «В конце концов, я ведь провёл много времени с Владыкой Культа и прочёл несколько книг о поэзии… Жаль, что у меня до сих пор нет хвоста иначе я бы мог его задрать…»

Сыну Небесной Инь понадобилось некоторое время, чтобы отойти то такого сильного удара.

Принц Ю Мин собрал всех потомков Чёрной Черепахи во дворце и попросил цилиня возглавить армию.

Тот ответил серьёзным тоном:

— Когда-то я учился у эксперта построений и стратегии, поэтому с радостью возьмусь за работу. Не говор уже о Флоте Райской Реки, даже если сюда придут десять стражей райских небес, они могут даже не мечтать о вторжении в Райский Дворец Чёрной Черепахи!

Глава 1084. След в истории

Сын Небесной Инь не мог сдержать смеха, ожидая увидеть, как Цилинь выставит себя дураком.

Сила построения Флота Райской Реки была невероятно ужасающей.

Флот состоял из множества людей и кораблей. Его построение было спроектировано в соответствии со строением тел древних богов, его руны Великого Дао были разработаны экспертами построений райских небес.

Даже сильные практики, такие как Сын Небесной Инь, не могли выдержать даже одного удара столь сильного построения.

Глупое построение этого парня с головой цилиня определённо проиграет!

Несмотря на то, что цилиня говорил невероятно уверен, он всё же был взволнован.

Он не был хорош в построениях. Несмотря на то, что он многому научился у Цинь Му, тот знал слишком много всего. В то время как Цинь Му был хорош во всех видах искусств, цилинь не был.

— Что нам делать, Владыка Культа? — тайком спросил он у Цинь Му, сидящего в ореоле за головой Янь’эр.

Цинь Му собрался с мыслями и задействовал последние капли своего сознания, чтобы передать цилиню пути управления экспертами, находящимися под его управлением, и тактику использования Пагоды Стеклянного Неба.

Несмотря на то, что цилинь мало знал о пути изменения построений, он слушался Цинь Му, и приказал змеиным и черепашьим богам забраться на двадцать восемь небес Пагоды Стеклянного Неба и развернуть построения.

Построение позволяло им эффективно использовать свою силу и защищало их.

Более важным было то, что в Пагоде Стеклянного Неба было множество сокровищ. К удивлению, построение цилиня оказалось способным подстраиваться под атрибуты различных сокровищ!

В Пагоде Стеклянного Неба были тысячи сокровищ дворца предков, и цилинь создал тысячи различных построений!

Принц Ю Мин был глубоко шокирован. Несмотря на то, что Сын Небесной Инь был зол на цилиня, увидев его построения, он был восхищён его талантом.

Даже он не мог понять принципы их работы и строение.

Как только цилинь закончил, Флот Райской Реки бросился в атаку.

Независимо от того, с какой стороны они атаковали, цилиню с лёгкостью удавалось реагировать. Он каждый раз отправлял богов, чтобы развёртывать построения, блокируя Флот Райской Реки.

Пагода Стеклянного Неба была невероятно мощной. Жители Райского Дворца Чёрной Черепахи не были ему достойными противниками, тем не менее, как только флот оказывались внутри райского дворца и попадали внутрь построений, он тут же видели перед собой бесчисленные мощные сокровища, которые испускали руны Дао, выстреливающие в их сторону яркими лучами!

Эти невероятно мощные импульсы обрушились на корабли и тут же их разрушили. Все боги на их бортах погибли ужасной смертью, никому из них не удалось выжить!

Флот атаковал несколько раз, но понеся огромные потери, он так и не смог прорваться в райский дворец Чёрной Черепахи.

Генералы немедленно скорректировали построение и атаковали снова. Цилинь запаниковал, не зная, что делать.

— Пи, раздели двадцать восемь небес Пагоды Стеклянного Неба и раздели каждое из них на триста шестьдесят углов небесного цикла, — сознание Цинь Му дало ему совет. Поверни первое небо на восемь градусов по часовой стрелке, второе на три градуса против часовой стрелки, третье на шестьдесят два градуса по часовой стрелке…

Цилинь быстро подошёл двигался вокруг Пагоды Стеклянного Неба. Он обнаружил, что каждое из них двигалось отдельно. Положение их сокровищ и богов менялись, двигаясь в разные стороны!

Построение Флота Райской Реки было нацелено на построения, защищающие сокровища. Внезапное изменение положения сокровищ сделало его неэффективным, повергнув Флот Райской Реки в хаос, и тот начал нести тяжёлые потери.

Генерал лично бросился в атаку, поэтому цилиню пришлось отправить Ю Мина ему наперехват.

Несмотря на то, что принц Ю Мин был честным и наивным, он был одним из немногих сильных практиков области Императорского Трона. Кроме того он обладал родословными Божеств Сюань и Ву, что делало его невероятно сильным в бою. Обменявшись несколькими ударами, он тяжело ранил генерала.

Корабли Флота Райской Реки устремились к Принцу Ю Мину и в конце концов им удалось отбить своего генерала.

Цилинь вздохнул, думая:

— Если бы Владыка культа лично управлял Пагодой Стеклянного Неба, он с лёгкостью уничтожил ы Флот Райской Реки.

В конце концов, он работал медленнее, так как был вынужден внимательно слушать советы Цинь Му.

Принц Ю Мин крайне обрадовался своей победой:

— Брат Дракон, ты и вправду мудрый человек. Твои способности просто шокирующие! Ты достоин быть небесным мастером райских небес!

Цилинь скромно ответил:

— После этого поражения они всё е не сдадутся. Пока что нас блокирует только флот, но вскоре сюда прибудут остальные армии. Нам нельзя расслабляться.

Принц Ю Мин продолжал его хвалить. Сын у Небесной Инь было неприятно это слушать, но всё же он был крайне поражён способностями этого парня с головой цилиня.

— Он подчиняется Восточному Божеству? Странно, я никогда его не видел.

Глаза Сына Небесной Инь загорелись, он подумал:

— У восточного божества есть несколько могущественных потомков. У меня хорошие отношения с ними всеми. Тем не менее, я никогда раньше не встречал этого парня. Учитывая его способности, он не может быть простым человеком из Райского Дворца Зелёного Дракона, но в то же время, он, кажется, не обладает какой-то громкой репутацией.

Когда цилинь орудовал Пагодой Стеклянного Неба, с Сына Небесной Инь не было никакой пользы, что сильнее всего его раздражало. У него не было шанса украсть пагоду.

Он пришёл сюда специально для того, чтобы раздобыть это сокровище.

Принц Ю Мин был невероятно наивен. Северное Божество Сюань Ву редко показывало Пагоду чужакам, тем не менее, Ю Мин часто приводил к ней своих друзей. Таким образом, не было ничего странного, что Инь Чжаоцинь и Вэй Сюйфэн хотели её заполучить.

Райский Дворец Чёрной Черепахи продолжал двигаться на север, Флот Райской Реки держался у них на хвосте. Тем не менее, он уже не пытался атаковать, его командиры просто напоминали, что Принц Ю Мин должен вернуться на райские небеса.

Флот внезапно разделился, сбоку от него показалась огромная армия. Она прошла перед рядами солдат Флота Райской Реки, её могущественные боги и дьяволы внимательно рассматривали строение пагоды Стеклянного Неба.

Выражение лица Принца Ю Мина резко изменилось, он закричал:

— Двое Боевых Стражей!

Уверенность цилиня тут же пошатнулась. В ряды стражей райских небес набирали лишь самых талантливых и сильных солдат. Среди них не было никого слабее области Нефритовой Столицы!

Это были имперские стражи Небесного Императора. Вэй Сюйфэн являлся командиром Стражей Пернатого Леса, но речь шла только о Правых Стражах Пернатого Леса!

Одних стражей Пернатого Леса было достаточно, чтобы истребить большую расу Эпохи Дракона Ханя, к примеру, Страну Герцога Драконов!

Сила двух Боевых Стражей, вероятно, превосходила Флот Райской Реки!

Внезапно раздался бой барабанов, и сквозь строй Флота Райской Реки прорвалась ещё одна огромная армия. Она подошла вперёд, остановилась и развернула флаги.

Принц Ю Мин посмотрел на эту армию и прокричал:

— Армия Северной Секты! Она находится под управлением сильнейшего небесного мастера райских небес! Он великий мастер построений!

Сердце Цилиня начало колотиться от ужаса, он тайском посмотрел на ореол света у затылка Янь’эр.

Сын Небесной Инь это заметил, и его глаза загорелись. Тем не менее, поспешно взглянув на ореол, он увидел в нём лишь древнее дерево.

Цинь Му направил своё сознание и проговорил:

— Дракон Пи, расслабься. Сегодняшняя битва лишь укрепит твой след в истории!

Цилинь успокоился и обратился к Ю Мину:

— Я отчётливо вижу слабости Боевых Стражей и армии Северной Секты. Они отдают свои жизни понапрасну. Моя победа будет быстрой!

Глава 1085. Сильнейший Небесный Мастер Эпохи Дракона Ханя

Раньше Принц Ю Мин и Сын Небесной Инь думали, что он просто хвастается. Тем не менее, цилиню удалось с лёгкостью справиться со Флотом Райской Реки, и он заставил их поверить в его способности.

Цилинь гордо проговорил:

— Никто не может узнать начитанного человека, но человек всегда найдёт возможность проявить свой талант! Сегодня мой день!

Принц Ю Мин похвалил:

— Брат, ты и вправду талантлив, и тебя можно назвать самым сильным Небесным Мастером Эпохи Дракона Ханя!

Лицо Янь’эр сияло от восхищения.

Даже Сыну Небесной Инь пришлось его похвалить, хоть и с сожалением в сердце. Он подумал: «После того, как этот парень остановит армию райских небес, у меня появится возможность украсть Пагоду Стеклянного Неба!»

Небесный Император разделил мир на части, что позволило ему контролировать четыре полюса четырёх божеств. Находясь под управлением райских небес четыре божества потеряли свои земли и арии. Охранять их дворцы остались лишь их потомки.

Цилиню удалось одержать победу над Флотом Райской Реки при помощи Пагоды Стеклянного Неба, змеиных и черепашьих богов Райского Дворца Чёрной Черепахи, что тут же вознесло его в ряды гениев.

Причина этого состояла в том, что у Флота Райской Реки, Боевых Стражей и Армии Северной Секты было достаточно боевой мощи, чтоб растоптать всех сильных практиков области Императорского Трона в мире, не говоря уже о Райской Дворце Чёрной Черепахи.

Если он сможет выстоять под их атаками, то заслужит титул сильнейшего в мире небесного мастера.

Три армии окружили Райский Дворец Чёрной Черепахи, пытаясь остановить его продвижение на север. Тем не менее, сделать это оказалось очень сложно, так как Принц Ю Мин был сыном Северного Божества, а его совершенствование достигло области Императорского Трона.

Если учитывать ещё тот факт, что Северное Божество было святым, рождённым от райской реки, и что Райский Дворец двигался под защитой Пагоды Стеклянного Неба, остановить его с помощью кораблей было почти невозможно.

Любой корабль, вставший на пути райского дворца, был тут же раздавлен.

Сковать райский дворец цепями тоже было невозможно. В Пагоде Стеклянного Неба было множество могущественных сокровищ, и когда крюки и цепи касались дворца, эти сокровища тут же их разрушали.

Несмотря на то, что Дворец Чёрной Черепахи двигался не слишком быстро, остановить его было невозможно.

— Пагодой Стеклянного Неба управляет лучший в мире мастер построений!

Небесным Мастеров Армии Северной Секты был Шан Пиньин. Он также являлся одним из талантов первого года Эпохи Дракона Ханя, но девять Небесных Преподобных затмили его достижения. Он обладал высокими достижениями в математики, и был таким же выдающимся, как Предок Дао, хоть и не таким известным.

Он был невероятно опытен в создании построений, и изучал строение тел и руны Великого Дао древних богов, создавая множество новых построений. Армии райских небес следовали его учениям, он был лучшим в мире небесным мастером Эпохи Дракона Ханя.

Только после появления ученика Предка Дао, Юэ Тингэ, он потерял свой титул. Юэ обладал невероятным талантом, превзошедшим даже его.

Шан Пиньин подлетел к Райскому Дворцу Чёрной Черепахи и начал кружиться вокруг него, чтобы исследовать его построения. Он проговорил серьёзным тоном:

— Человек, стоящий за этими построениями, невероятно умён. Даже я не в силах понять множества его построений. Я был бы рад до конца своих дней, если бы смог с ним поговорить и обменяться идеями! Неужели это Принц Ю Мин? Если это так, то он невероятно скромен!

Он взволнованно смеялся, его кровь кипела:

— Я возьму под свой контроль все армии, лишь бы разрушить эти построения и встретиться с этим великим экспертом! — Его одежда начала развеваться на ветру, он страстно прокричал. — Математика — самый красивый язык в мире! Построения, созданные с её помощью, — это самые удивительные поемы! Я буду рад до конца своих дней, если мне удастся использовать этот язык, чтобы встретить своего друга!

Он засмеялся, в то время как его армии развернули построения, атакуя Пагоду Стеклянного Неба!

Армия Райского Дворца Чёрной Черепахи была слабой, так как область совершенствования её солдат оставляла желать лучшего. Тем не менее, благодаря Пагоде Стеклянного Неба, даже миллионы богов и дьяволов не могли пробиться в неё с помощью своей грубой силы.

Тем не менее, чтобы полностью раскрыть её потенциал, требовался невероятно умны человек.

Цилинь прислушался к советам Цинь Му, и тут же изменил построение, разрушая строй противника.

Небесный мастер номер один, Шан Пиньин, почувствовал, как кипит его кровь. Битва была невероятно ожесточённой, её исход был неизвестен. Ему казалось, будто он встретил своего друга Дао. Управляя Флотом Райской Реки, Армией Северной Секты и двумя Боевыми Стражами, он пытался разрушить построения противника, используя построений Эпохи Дракона Ханя до предела их возможностей!

Тем не менее, Райский Дворец Чёрной Черепахи напоминал гигантское. Невероятно сильное божественное оружие. Его построения двигались, пересекались и непрерывно менялись. Эксперт, сидящий внутри него, был невероятно умным и сильным, с лёгкостью разрушая построения Шан Пиньина одно за другим.

Самой мощной армией райских небес были десять стражей. Любой из богов и дьяволов, входящих в её ряды, мог стать лидером любой другой армии. Тем не менее, даже такая огромная сила понесла огромные потери, столкнувшись с Пагодой Стеклянного Неба!

Шан Пиньин волновался всё сильнее, его голос становился всё громче. Его мозг работал на невероятной скорости, он не обращал внимания на потери армий, и думал лишь о том, чтобы сразиться с экспертом из Райского Дворца Чёрной Черепахи, чтобы проверить своё мастерство.

Райская река быстро покрылась трупами богов и дьяволов и почти превратилась в расный поток, несущийся по звёздному небу. Резня длилась от заката до рассвета, а затем до заката.

В течение нескольких ночей Шан Пиньин обезумевши менял построения и отправлял свои армии в атаку.

Он был невероятно умён, и пробивался сквозь небеса пагоды одно за другим, начиная с первого и заканчивая двадцать восьмым. Вскоре он доберётся до Райского Дворца Чёрной Черепахи!

К этому времени его армии потеряли более половины своих солдат!

Ученики Райского Дворца Чёрной Черепахи тоже понесли огромные потери. Цилинь всё же не был Цинь Му, поэтому реагировал недостаточно быстро, несмотря на советы Цинь Му.

Тем не менее, ранения сознания Цинь Му были слишком серьёзными. Он был почти без сознания, из-за чего ученики Райского Дворца Чёрной Черепахи были обречены на потери.

Сознание Цинь Му было ужасно истощено битвой с сильнейшим небесным мастером Эпохи Дракона Ханя. Его состояние стало настолько плохим, что он мог в любой миг отключиться.

Он пустил в ход даже Принца Ю Мина. Тот неоднократно становился частью построения, сражаясь с двумя Боевыми Стражами. Он несколько раз чуть не погиб.

— Дракон Пи, заставь этого небесного мастера почувствовать отчаяние, — проговорило сознание Цинь Му. — Сегодня я делаю тебя знаменитым. Сделай Подношение Пагоде Стеклянного Неба и разверни двадцать восемь небес вспять.

Услышав это, цилинь поспешно поклонился Пагоде Стеклянного Неба, и двадцать восемь небес сжались, прежде чем развернуться заново!

Шан Пиньин пробился через двадцать восемь небес и должен был добраться к Райскому Дворцу Чёрной Черепахи. В этот миг всё резко изменилось. Слой за слоем, небеса вывернулись наизнанку, и двадцать восьмые небеса оказались на месте первых!

Победа была почти в руках у армий райских небес, когда внезапно они вернулись на самое начало своего пути. Внутренние небеса Пагоды Стеклянного Неба находились под надёжной защитой построений, слои небес, которые солдаты разрушили ценой своих жизней, восстановились и превратились в убийственные построения!

Боевой Дух Флота Райской Реки, двух Боевых Стражей и Армии Северной Секты тут же упал. Они потеряли желание сражаться и впали в отчаяние.

Шан Пиньин резко покраснел и начал блевать кровью, прежде чем упасть на колени. Его волосы поседели за считанные мгновения, становясь белыми, будто он стал стариком.

Его сердце Дао разрушилось, и он больше никогда не думал о том, чтобы сразиться с мастером построений из этого райского дворца. Он больше не хотел сражаться.

Подняв голову, он прокричал:

— Отступаем!

Солдаты пробегали мимо него, громко крича.

Шан Пиньин продолжал стоять на коленях, сплёвывая кровь. Он спросил хриплым голосом:

— Что за эксперт был тем мастером построений? Ты можешь показаться, чтобы я принял поражение?

Цилинь подошёл к вратам Райского Дворца Чёрной Черепахи, посмотрел на него и проговорил:

— Это был я.

Глава 1086. Дракон Горы Санжэнь

Шан Пиньин посмотрел на цилиня. Его состояние непрерывно ухудшалось, он проговорил, горько улыбаясь:

— Господин, могу я узнать твоё имя?

Сын Небесной Инь насторожился и приготовился записать настоящее имя цилиня, чтобы убить его.

Цилинь улыбнулся и проговорил:

— Я человек, живущий в уединении в горах. Мне удалось постичь метеорологические знаки и всевозможную математику. Я называю себя Драконом Горы Саньжэнь.

— Дракон Горы Саньжэнь? Спасибо за урок!

Шан Пиньин поклонился и с трудом поднялся чтобы уйти прочь. Его голос вдали звучал будто плач:

— Ты ещё юноша, ты всего лишь юноша! Звание лучшего небесного мастера в мире теперь принадлежит тебе…

Цилиню было невероятно сложно подавить свою гордость, он думал: «Теперь я известный человек прошлого. Тем не менее, мне нельзя называть своего имени. В противном случае, Сын Небесной Инь определённо убил бы меня. Впрочем, имя Дракон Горы Саньжэнь звучит очень громко и понятно.»

Он переполнялся гордостью, хоть злился, что в человеческом облике у него не было хвоста, которым можно было бы поразмахивать.

Это было всё, о чём он сожалел.

Цинь Му израсходовал слишком много сил, чтобы помочь ему одолеть армии райских небес, поэтому снова потерял сознание.

Райский Дворец Чёрной Черепахи оставался в безопасности. Вместо того, чтобы спрятать его, Принц Ю Мин оставил Пагоду Стеклянного Неба на защите, а сам начал лечить ранения пострадавших в бою солдат.

Он приказал цилиню, Янь’эр и Сына Небесной Инь временно поселиться в Нефритовой Столице, относясь к ним как к важным гостям.

Спустя некоторое время принц Ю Мин справился со своими обязанностями, а Сын Небесной Инь восстановил свои раны. Божественный Король Гун Юнь наконец сумела взять своё рассеянное сознание под контроль, и ей стало намного проще контролировать своё новое тело.

Как только её состояние улучшилось, она сдержала своё слово и помогла Цинь Му вылечить ранения его сознания.

— Мощное сознание Да Хуна нанесло тебя серьёзные ранения из-за того, что совершенствование твоего сознания уступало ему, а не из-за недостатков твоего божественного искусства, — Божественный Король Гун Юнь изучила сознание Цинь Му в процессе его лечения. — Подобные достижения на пути сознания могут иметь лишь мастера создания. Ни одна из форм жизни после начала не способна на подобное. Небесный Преподобный Му, меня заинтриговало твоё происхождение.

После лечения Цинь Му проснулся, его состояние стало намного лучше. Он ответил:

— Меня считают наполовину мастером создания.

Глаза Божественного Короля Гун Юнь загорелись:

— Мастера создания вымерли. Немногим из них повезло сбежать в пустошь. Чтобы основать там новы мир. Физическое тело Великого Императора мертво, как и моё. Без наших ел мы больше не астера создания. Ты, должно быть, единственный человек, являющийся мастером создания на половину. У тебя странное происхождение. Не можешь рассказать о нём подробнее?

Вместо того, чтобы отвечать прямо, Цинь Му проговорил:

— Однажды в будущем я отправлюсь из Первобытного Царства на райские небеса. Тогда ты всё поймёшь.

Божественный Король Гун Юнь изменила тему и проговорила:

— Я хорошо отличаю друзей от врагов. Ты спас меня во дворце предков, а потом и на райских небесах. Ты спас меня дважды, в то время как я отблагодарила тебя лишь за одно спасение. Я отплачу тебе ещё раз, и тогда мы будем в расчете.

Цинь Му проговорил благодарным тоном:

— У тебя сильное сознание. Ты могла бы узнать мои тайны с его помощью, но не сделала этого. У божественных королей первобытной эпохи есть джентльменский кодекс?

— Кто сказал, что кодекс чести может быть только у мужчин? — холодно улыбнувшись, проговорила Гун Юнь. — Я ненавижу, когда такие люди, как ты говорят о чести и преданности. Ты много воруешь и заводишь отношения со всякими потаскухами. Это отвратительно!

Цинь Му стало как-то неловко.

— Я говорил не о тебе. К сожалению, мне повезло встретиться с Великим Императором и Небесным Императором Тай Чу.

Закончив его лечить, Гун Юнь проговорила:

— Мне пора уходить. Ты использовал слишком много своих сил, поэтому, несмотря на то, что ты выздоровел, твоё совершенствование ещё не восстановилось. Тебе нужно усердно совершенствоваться и не вступать в сражения до полного выздоровления. Если же ты этого не сделаешь, то, возможно, уже никогда не вернёшься в порядок.

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Что ты планируешь делать, джентльмен Гун?

— Ты назвал меня джентльменом? — Гун Юнь улыбнулась, спросив. — Почему?

Цинь Му ответил:

— Я зову джентльменами людей с кодексом чести. У тебя есть кодекс чести, поэтому ты заслужила это звание.

Гун Юнь покачала головой и проговорила:

— На самом деле я не джентльмен. У этого физического тела плохие атрибуты. Я могу его освободить, но мне придётся стереть часть его памяти. После этого я вселюсь в другого человека, тело которого будет лучше.

Она посмотрела на галактики вдали от райской реки и проговорила:

— Здесь не осталось мастеров создания. Я тоже должна перестать быть одним из них и начать выживать. В прошлом я была одной из трёх небесных королей, но после моего сегодняшнего перерождения я стану сильнейшим существом во вселенной! — она улыбнулась. — Если в будущем ты встретишь сильную и влиятельную женщину с фамилией Гун, то это буду я! Я оставлю прошлое позади и приму эту эпоху, чтобы стать самой яркой звездой в небе!

— Прощай, Небесный Преподобный Му! — её силуэт внезапно исчез.

Цинь Му поднялся и вышел из ореола света у затылка Янь’эр, но так и не сумел найти Гун Юнь.

— Какая интересная женщина. Великий Император не был её достоин, как и Небесный Император, — похвалил он.

Янь’эр спросила весёлым тоном:

— Владыка, тебе лучше?

Цинь Му улыбнулся и ответил:

— Я порядке. Вот только пока что я не могу пользоваться своим сознание м и должен отдохнуть, так что постарайся меня не беспокоить. Где дракон Пи?

Янь’эр ответила:

— Принц Ю Мин увёл жирдяя, чтобы отпраздновать победу. Последний говорил, что Сын Небесной Инь намеревается украсть Пагоду Стеклянного Неба и, вероятно, сделает свой ход во время празднования. Владыка…

Она посмотрела на Цинь Му, не осмеливаясь продолжить.

Цинь Му понял, о чём она. Немного подумав, он проговорил:

— Вы должны сделать решение. Принц Ю Мин честен, а честные люди могут не дожить до конца Эпохи Дракона Ханя.

Янь’эр дрогнула. Она вышла из комнаты, закрыла за собой дверь и нашла цилиня, чтобы сообщить ему:

— Владыка сказал, что честные люди могут не выжить в Эпохе Дракона Ханя.

Цилинь ответил серьёзным тоном:

— Я понимаю. Не волнуйся, я знаю, что делаю.

Янь’эр посмотрела на него и внезапно проговорила:

— Жирдяй, когда моя мать перевоплотится, ты не мог бы попросить у неё разрешения жениться на мне?

Цилинь был занят организацией празднования. Но услышав эти слова, он запаниковал и покраснел, по пути разбив несколько тарелок.

Янь’эр рассержено проговорила:

— Тебе не нравится, что я толстая и уродливая?

Цилинь поспешно ответил:

— Нет, нет! Когда-то я тоже был толстым и уродливым. Ты красива независимо от твоего размера. Если тебе не удастся похудеть, то я растолстею вместе с тобой.

После этих слов Янь’эр слегка успокоилась.

— Я просто волнуюсь Владыке Культа, — опечаленно проговорил цилинь. — Владыка Культа уже не молод, но он до сих пор не создал семьи. Даже я делаю это раньше него. Я боюсь, что начну меньше о нём заботиться, и эта мысль не дат мне покоя. Хоть он и умен, я волнуюсь о нём.

Янь’эр улыбнулась и проговорила:

— Сначала мы можем пожить хорошей жизнью. Увидев нас счастливыми, он начнёт завидовать, и возможно, тебе больше не придётся о нём волноваться.

— Это правда, — они крепко прижались друг к другу. Принц Ю Мин подошёл к ним, и увидел это, проговорил:

— Что за сладкая пара, заставляющая людей испытывать зависть?

Он даже не подозревал, что на протяжении следующих шестьсот тысяч лет заточения он будет называть их не сладкой, а проклятой парой.

Глава 1087. Богомол ловит цикаду под надзором дракона и воробья

Райский Дворец Чёрной Черепахи продолжал двигаться по течению райской реки на север, непрерывно отдаляясь от райских небес. Звёздное небо засияло, и дворец прошёл мимо солнц, находящихся вблизи от райской реки. Их свет был невероятно ярким и завораживающим, создавая очень красивую картину.

Армия райских небес ушла прочь, оставляя их в покое. Пагода Стеклянного Неба слишком сильно бросалась в глаза, поэтому её держали внутри Зала Непостижимого Неба под пристальной охраной.

Люди в Райском Дворце Чёрной Черепахи похоронили погибших, после чего снова начали праздновать победу.

Снаружи сверкали звезды и луны, которые в сочетании со свечением всевозможных сокровищ Райского Дворца Чёрной Черепахи создавали завораживающие пейзажи. Смех из дворца Чёрной Черепахи доносился до райской реки, отчего живущие в ней драконьи короли отправляли свои войска, чтобы проверить обстановку.

Между тем, принц Ю Мин вёл себя слишком наивно, и Сын Небесной Инь умудрился его напоить.

Увидев это, цилинь и Янь’эр встревожились. Они знали, что Сын Небесной Инь скоро попытается украсть Пагоду Стеклянного Неба.

Праздник продолжался, и вскоре Принц Ю Мин уснул на столе. Сын Небесной Инь заставил его подняться и увёл прочь, проговорив:

— Я положу принца спать.

Цилинь и Янь’эр тихонько крались следом за ними, увидев, как Сын Небесной Инь наклеил бумажного человечка на спину Сына Небесной Инь, прежде чем увести его прочь.

Попрощавшись с ним, Сын Небесной Инь наклеил бумажного человечка на спину себе. Тем не менее, Принц Ю Мин не упал, и продолжал стоять, пошатываясь.

Когда Сын Небесной Инь поднимал руку, Принц Ю Мин тоже поднимал руку.

Когда он опустил её, принц Ю Мин сделал то же.

— Хе-хе, брат, ты отнёс Пагоду Стеклянного Неба в Зал Непостижимого Неба и поставил людей на её стражу. Если бы я лично вошёл внутрь, чтобы её украсть то разве Северное Божество не узнало бы, что я — вор?

Сын Небесной Инь улыбнулся и проговорил:

— Естественно, ты см должен отдать мне Пагоду Стеклянного Неба. Я сбегу с ней и обвиню во всём Дракона Горы Санжень и его девушку.

Он собрался с мыслями и достал ещё одного бумажного человечка. Он опустился на колени и положил его на землю, после чего подул на него.

Маленький бумажный человечек на земле зашагал вперёд, в то время как Принц Ю Мин зашагал в сторону Зала Непостижимого Неба, шатаясь.

Сын Небесной Инь взял под контроль маленького бумажного человечка, который шагал вместе с Принцем Ю Мином в сторону Зала Непостижимого Неба, повторяя все его движения.

Боги, охранявшие Пагоду Стеклянного Неба, выразили своё почтение, увидев принца.

Бумажный человек махнул рукой, и Принц Ю Мин повторил его движение.

Сын Небесной Инь прошептал бумажному человеку:

— Я буду охранять вход. Идите праздновать, я останусь здесь, чтобы протрезветь.

Бумажный человек повторил его слова, после чего их произнёс Принц Ю Мин. Боги, охранявшие Пагоду Стеклянного Неба, были приятно удивлены, и попрощались с принцем, прежде чем отправиться на праздник.

Бумажный человек зашагал вперёд, заставляя Принца Ю Мина войти внутрь.

Сердце Сына Небесной Инь ужасно колотилось, он с трудом подавлял своё волнение. Он заставил бумажного человека раскрыть руки и обнять Пагоду Стеклянного Неба, что тут же сделал Принц Ю Мин.

Спустя некоторое время Ю Мин, покачиваясь, вышел с Пагодой Стеклянного Неба в руках.

Сын Небесной Инь был настолько рад, что его сердце едва не выпрыгнуло наружу.

Принц Ю Мин шагал ему навстречу, когда он внезапно почувствовал быстрое приближение двух аур!

Сын Небесной Инь был шокирован, и ещё до того, как он успел отреагировать, два силуэта уже стояли возле него. В следующий миг он уже блевал свежей кровью!

Слева от него стояла трёхсот пятидесятикилограммовая принцесса Южного Божества, а справа Дракон Горы Саньжэнь, тело которого было овито шестью небесными драконами!

Они определённо находились в области Непостижимого Неба. Совершенствование толстой девушки, вероятно, превосходило Сына Небесной Инь и Дракона Горы Саньжэнь, своим ударом она отправила их обоих в полёт!

Сын Небесной Инь находился на вершине области Непостижимого Неба и в его рукаве было много фокусов, но ему никак не удавалось открыть область Императорского Трона.

Эпоха Дракона Ханя длилась уже четыреста тысяч лет. Даже за шестьсот тысяч лет с того момента, как Небесный Преподобный Юй открыл область Райских Небес, открыть Императорский Трон удалось не более чем десятерым практикам. Сын Небесной Инь не был одним из них.

Даже если бы это ему удалось, он не смог бы выстоять под внезапной атакой этой парочки, особенно учитывая, что он не успел окончательно восстановиться от своих травм.

Если добавить к этому то, что он тратил большую часть своих сил, чтобы контролировать Принца Ю Мина, он был в крайне невыгодном положении!

Кроме того, даже если бы его раны зажили, и его не застали бы врасплох, он всё равно не справился бы с Янь’эр.

У Янь’эр была родословная Зелёного Дракона и Красной Птицы, она также являлась ученицей Небесной Преподобной Юэ. Кроме того, он изучала пути, навыки и божественные искусства Южного Божества, что сделало её невероятно сильной.

Вот только Янь’эр не любила совершенствоваться и не сумела полностью освоить все известные ей пути, навыки и божественные искусства. Именно это не давало ей достичь области Императорского Трона.

К счастью, она проглотила нескольких ужасающих древних богов, что позволило ей стать сильнее, чем раньше.

Когда Сын Небесной Инь подлетел в воздух, толстая девушка рванула с места, будто вихрь, пространство вокруг неё превратилось в зеркало, заставляя Сына Небесной Инь дрожать от ужаса.

Поверхность пространства около Янь’эр начала напоминать зеркало, в котором отражался силуэт Сына Небесной Инь. Оно непрерывно покрывалось трещинами, разделяя отражение на множество частей.

Сын Небесной Инь был свидетелем сговора Небесной Преподобной Юэ против реинкарнации Небесного Императора Чу Сяо. Даже тот не сумел выстоять под её пространственными божественными искусствами.

Божественные искусства пространства толстой девушки, казалось, были даже лучше, чем у Небесной Преподобной Юэ. Сын Небесной Инь тут же почувствовал, как его физическое тело и исконный дух рушатся внутри зеркала. Его душа вот-вот должна была рассеяться.

— Дракон Горы Саньжэнь, рано или поздно я заставлю вас за это заплатить!

Сын Небесной Инь завопил, его тело исчезло под землёй. Округу затопила дьявольская аура, на земле расцвел темный цветок.

Тело Сына Небесной Инь продолжало рассыпаться, исчезая в дьявольской ауре.

Дьявольской цветок наконец расцвел, достигая двух метров в высоте, прежде чем взорваться, исчезая вместе с дьявольской аурой.

Янь’эр подлетела к цветку, но не обнаружила и следа Сына Небесной Инь.

Цилинь с небесными драконами пролетели огромное расстояние, прежде чем остановиться. Янь’эр была слишком сильна, что сбило его с толку.

Вдали раздался чей-то крик. Их сражение привлекло внимание многих богов. Которые, должно быть, уже мчались в их сторону.

Цилинь поднялся, чувствуя боль и удивление.

Они бросились к Принцу Ю Мину, который до сих пор держал в руках Пагоду Стеклянного Неба, пуская слюни. К его спине до сих пор был приклеен бумажный человечек.

Янь’эр попыталась вырвать Пагоду Стеклянного Неба из его объятий, но он держал её слишком крепко.

Цилинь достал Божественный Камень Великого Первоначала, который достался ему от Цинь Му, и использовал свои знания Великого Всеобъемлющего Сознания, шепча:

— Принц, тут мягкая кровать из облаков. Ты любишь спать среди облаков. Ты устал, сильно устал. Облака накрывают тебя как мягкое одеяло…

Его сознание пыталось пробиться в мозг Ю Мина.

Принц Ю Мин отпустил Пагоду Стеклянного Неба и начал падать на спину. Янь’эр подхватила его, прежде чем осторожно положить на землю Взяв Пагоду Стеклянного Неба, она проговорила:

— Пошли.

Вокруг была суматоха, бесчисленные голоса кричали «Вор». Резко изменившись в лице, цилинь проговорил:

— Нам не удастся сбежать! Это сокровище очень сильно, используй его, чтобы мы смогли сбежать!

Янь’эр потрясла Пагодой Стеклянного Неба и проговорила:

— Туман, ветер и гром!

Густой туман вырвался из Пагоды Стеклянного Неба, мгновенно поглощая Райский Дворец Чёрной Черепахи. Вскоре шум ветра и раскаты грома заглушили крики людей.

Цилинь улетел прочь, таща за собой Янь’эр.

Глава 1088. Редкая встреча

С помощью Пагоды Стеклянного Неба, Цилинь и Янь’эр сумели быстро сбежать из Райского Дворца Чёрной Черепахи. Оглянувшись, они обнаружили, что райский дворец до сих пор был окутан туманом.

Цилинь и Янь’эр тащили Пагоду Стеклянного Неба, целуя её и подпрыгивая от радости. Шесть небесных драконов кружились вокруг самого сильного божественного сокровища в мире, подпевая и подтанцовывая.

Внезапно цилинь остановился и проговорил:

— Кажется, мы кого-то забыли… О нет, Владыка Культа всё ещё находится в Райском Дворце Чёрной Черепахи!

Все потеряли дар речи.

Шесть небесных драконов начали взволнованно рыскать по округе, зовя Цинь Му к себе.

Янь’эр топнула ногой и проговорила:

— Мы думали лишь о сражении с Сыном Небесной Инь и о том, чтобы украсть сокровище, совершенно забыв, что молодой мастер до сих пор находится в райском дворце. Более того, он серьёзно ранен и не может задействовать своё сознание. Что нам делать?

Выражение лица цилиня непрерывно менялось, он нервно ходил туда-сюда:

— Мы украли Пагоду Стеклянного Неба из-за того, что Владыка Культа был серьёзно ранен и нам нужна была дополнительная защита. Теперь у нас есть сокровище, но мы потеряли Владыку Культа…

Молодой небесный дракон перестал свистеть и прошептал:

— Не свистите, я хочу писать…

Дракона перестали свистеть.

Цилинь, Янь’эр и драконы неподвижно стояли на райской реке. В воде под их ногами неторопливо проплыла огромная черная рыба, издавая странный вой.

— С Владыкой Культа определённо всё будет хорошо.

Цилинь посмотрел в сторону Райского Дворца Чёрной Черепахи, увидев, что из него выбежало огромное количество людей, бросаясь в погоню за ними. Он уверенно проговорил. — Владыка Культа всегда был умён. Всё это время именно он заботился о нас, а не мы о нём. Идём, он сам справится!

Янь’эр и шесть небесных драконов кивнули, и они поспешно ушли.

— Ты отдал Дерево Драконьей Крови Владыке Культа?

— Ага.

— На дереве был фонарь?

— Да.

— Это хорошо. Если ситуация ухудшится, он сможет потушить фонарь и вернуться на корабль-призрак.

***

Цинь Му, сидящий в комнате для гостей Нефритовой Столицы, услышал шум и начал недоумевать: «Что случилось? Неужели Лун Пи и Янь’эр украли Пагоду Стеклянного Неба?»

Спустя некоторое время он ошеломлённо произнёс:

— Почему они до сих пор не вернулись?

Спустя длительное время он понял, что произошло: «Они попросту оставили меня, украв Пагоду Стеклянного Неба! У них нет сердец!»

Сейчас он не был в силах что-либо сделать. Если он покинут дворец и будет обнаружен, то его сочтут за вора, и он не сможет сбежать.

Принц Ю Мин наконец проснулся от похмелья и шокировано дрогнул, обнаружил, что Пагода Стеклянного Неба пропала. Он закричал:

— Кто её украл?

Услышав, что ворами были Дракон Горы Саньжэнь и принцесса Южного Божества, он был шокирован ещё больше и погрузился в долгое молчание.

Наконец придя в себя, он проговорил:

— Скажите нашим людям, чтобы они прекратили преследование и вернулись в райский дворец. Несмотря на то, что Пагода Стеклянного Неба — ценное сокровище, жизни наших людей намного важнее. Мы должны продолжать двигаться на Северный Полюс. Нельзя терять времени!

Когда его люди вернулись в райский дворец, принц Ю Мин успокоил своё сердце Дао и полностью сосредоточился на том, чтобы доставить райский дворец Чёрной Черепахи на Северный Полюс. Его родители потратили всю свою жизнь, чтобы выковать Пагоду Стеклянного Неба, и когда он вспоминал о её потере то чувствовал невыносимую боль.

— Проклятая пара! — матерился он в ярости.

Цинь Му осторожно поправил фонарь, не собираясь уходить. Он продолжал исполнять Технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, полагаясь на Первобытный Камень Великого Первоначала, чтобы как можно скорее восстановить свои силы.

За это время несколько змеиных богинь приходили убрать в комнате. У Цинь Му не было выбора. Кроме как использовать своё сознание, чтобы спрятаться от них.

Тем не менее, ночью в комнате для гостей светил свет, что привлекало много внимания.

Вот только когда люди входили в комнату, чтобы осмотреться, они не замечали ничего странного и не видели источника света. Это повергало многих из них в ужас.

Постепенно слухи о комнате с привидениями распространялись среди людей.

Примерно через десять дней Цинь Му почувствовал, что его сознание стабилизировалось, а исконная жидкость была почти полностью поглощена его телом.

Он заглянул внутрь своего физического тела, обнаруживая, что его мускулы были подобны нефриту, а кровь была сияла ярко-красным оттенков. Когда он пошевелился, его тело засияло, в нём появились видения почти двух тысяч древних богов и раздались звуки Великого Дао.

«У старшего брата невероятно широкие горизонты. Он использовал очень много исконной жидкости, чтобы восстановить моё физическое тело, благодаря чему оно стало намного сильнее! — он был в восторге. — Он и вправду старший брат, мудрый и опытный. Его горизонты и знания значительно превосходят мои. Совершенствуясь самостоятельно, я не осмеливался использовать больше капли исконной жидкости. Он, в свою очередь, вылил в меня целый котёл!»

Цинь Му осмотрел своё божественное сокровище Духовного Эмбриона, увидев, что новые солнце, луна и звёзды стали ярче, чем раньше. Небо начало напоминать огромное зеркало, в котором сияли бесчисленные звёзды, в то время как Юду под ним был невероятно тёмным и мрачным, было сложно представить его глубину.

Каждый из его райских дворцов выглядел новым и ярко сиял, вибрируя спокойным ритмом Дао. Сливаясь вместе, звуки Дао создавали странную мелодию, хранящую в себе тысячи тайн.

«Старший брат и вправду обладает глубокими знаниями!»

Цинь Му снова мысленно похвалил Вэй Сюйфэна. После пережитого, его божественное сокровище Духовного Эмбриона стало намного больше, чем раньше. Оно разрослось во все стороны, поток Ци в нём напоминал пожар, распространяющийся по степи, или огромный потоп, поглощающий небо и землю.

Его сознание не стало намного сильнее, но зато было более крепким.

Цинь Му облегчённо вздохнул и поднялся. Его сознание покинуло дерево драконьей крови и вернулось в его тело, после чего он подошёл к окну и выглянул наружу.

Был день.

Сознание Цинь Му задрожало, отправляя дерево драконьей крови и фонарь к земле слова Цинь. Затем он открыл дверь и вышел наружу, думая про себя: «После смерти Небесного императора, Небесные Преподобные начнут сражаться за его тело. Я должен увидеть их сражение, а также повидаться с Небесным Преподобным Юнем…»

Он незаметно покинул райский дворец Чёрной Черепахи и забрался на райскую реку. Внезапно он увидел под райским дворцом буйные потоки. Здание стремительно мчалось на север на спине огромной черепахи с драконьей головой.

Цинь Му рассмеялся и громко проговорил:

— Принц Ю Мин, ты узнаёшь Му Цзина?

Чёрная Черепаха и вправду была Ю Мином. Потеряв сокровище, тот решил самостоятельно себя наказать и потащил Райский Дворец Чёрной Черепахи на своих плечах. Услышав голос Цинь Му, он замедлился и прокричал:

— Му Цин? Небесный Преподобный Му?

Цинь Му улыбнулся и кивнул:

— Именно. Меня преследовали враги, поэтому мне пришлось временно остановиться в твоём доме, чтобы укрыться и подлечиться. Пожалуйста, прими мои извинения за то, что я тебя не предупредил.

Принц Ю Мин поспешно проговорил:

— Небесный Преподобный, пожалуйста, не вини себя. Если подумать, то я должен называть тебя учителем. Если бы ты не передал мне свой способ становления богом, то я никогда не был бы там, где сейчас. Небесный Преподобный, если у тебя есть время, то давай встретимся в райском дворце. Я прикажу своим людям приготовить тебе радушный приём!

Увидев его внимательность и добросердечность, Цинь Му покачал головой:

— Мой враг невероятно силён, поэтому мне нельзя показываться во твоём райском дворце. Я не хочу привлекать на тебя опасность.

Принц Ю Мин поинтересовался:

— Могу я спросить, кто является врагом Небесного Преподобного?

— Великий Император! — на лице Цинь Му возникло мрачное выражение. — Возможно, ты никогда о нём не слышал. Когда ты встретишься с Северным Божеством, они тебе о нём расскажут.

Принц Ю Мин проговорил, немного колеблясь:

— Небесный Преподобный, я потерял сокровище моей семьи. Я хотел бы попросить тебя остаться на несколько дней, чтобы замолвить за меня словечко перед родителями. Возможно, в таком случае они не будут меня наказывать…

Цинь Му неоднозначно улыбнулся:

— Принц, если я останусь, то причиню вред тебе и твоим родителям. Что касается наказания, то я буду просить о твоём помиловании при нашей следующей встрече.

Принц Ю Мин не осмеливался его задерживать. Он наблюдал, как Цинь Му уходит из Райского Дворца Чёрной Черепахи, маша ему на прощанье:

— Небесный Преподобный, не забудь просить о моём помиловании!

Глава 1089. Четыре случая

Райские Небеса Ханя.

Небесный Преподобный Юнь уселся и издал длинный вздох. К нему подошёл юноша, предлагая чай:

— Учитель, Небесный Император мёртв?

Небесный Преподобный Юнь сделал глоток чаю и вздохнул снова. Затем он отложил чашку и проговорил:

— Он наконец мертв. Вэйсу, убийство Небесного Императора — это очень важное событие. Раньше я не мог об этом говорить, поэтому не рассказывал тебе.

Юноша улыбнулся:

— Знаю. В таких случаях чем меньше людей знает, тем лучше. Чтобы достичь великих результатов, нужно уметь контролировать свой рот. Учитель, кому в результате досталось физическое тело Небесного Императора?

— Никому не удалось получить полный контроль над телом. Мы подавляли друг друга и непрерывно сражались, — Небесный Преподобный Юнь сделал ещё один глоток чая, прежде чем продолжить. — Следовательно, каждый из нас оставил в физическом теле Небесного Императора нить своей Ци. Таким образом, вместе мы можем контролировать его тело. Это было лучшим решением. Несмотря на то, что между нами и полубогами глубокий конфликт, в его основе лежат древние боги. Они являются причиной всех катастроф, за всеми бедами стоит Небесный Император. После его смерти мы с Небесным Преподобным Хао всё обсудили, и решили забрать райские небеса из Первобытного Царства, чтобы забрать у древних богов возможность быстро спускаться к нижней границе. Благодаря этому они перестанут беспокоить людей Первобытного Царства.

— А что насчёт Графа Земли? — юноша взвёл брови и проговорил. — Что с Матерью Земли и Небесным Герцогом? Эти древние боги тоже должны умереть. Учитель, избавившись от Небесного Императора, ты потерял большую часть своей мотивации. Нам нельзя останавливаться на этой победе, мы должны объединить силы с Небесным Преподобным Хао, чтобы убить Мать Земли, Графа Земли и Небесного Герцога!

Небесный Преподобный Юнь слегка нахмурился и ответил:

— Это не Небесный Герцог, Граф Земли или Мать Земли виноваты в бедствиях Первобытного Царства, а боги, подчинявшиеся Небесному Императору. Небесный Герцог контролирует Сюаньду, солнце, луну, звёзды и созвездия, и он не сделал ничего плохого. Граф Земли управляет в Юду и миром мертвых, он тоже не совершал преступлений. Несмотря на всю гордость Матери Земли, она многие годы хорошо заботилась о всех существах Первобытного Царства и тоже не сделала ничего плохого. Зачем их убивать?

Юноша хотел сказать что-то ещё, но Небесный Преподобный Юнь улыбнулся и заговорил первым:

— Более того, благодаря этим трём созданиям мы сумели победить Небесного Императора. Без их помощи после смерти Небесного Императора в мире не было бы так спокойно, как сейчас.

Юноша покраснел в лице и повысил голос:

— Учитель, Небесный Император мёртв. Мы можем обманывать весь мир, но скрыть это от Небесного Герцога, Графа Земли и Матери Земли невозможно! Эти три древних бога жаждут власти и определённо восстанут. Если мы не убьём их сейчас, то в будущем пожалеем об этом! Учитель хочет объединить вселенную и стать правителем неба и земли…

— Сяо Вэйсу, ты мне грубишь! — Небесный Преподобный Юнь хлопнул по столу и прокричал:

— Хватит! Моя цель — это выживание человечества, а не власть над всем миром! У Небесного Герцога, Матери Земли и Графа Земли есть свои обязанности. Они не просто не сделали ничего плохого, но и внесли свой вклад в наши достижения. Разве мы можем убивать невинных людей? Сам подумай!

Юноша покорно склонил голову, прежде чем подняться и уйти.

Мимо проходила Небесная Преподобная Лин, и Сяо Вэйсу поклонился:

— Старшая тетя Лин!

Небесная Преподобная Лин махнула ему рукой, после чего Сяо Вэйсу ушёл.

Недолго смотря ему вслед, Небесная Преподобная Лин вошла в зал и спросила:

— Снова поссорился с Вэйсу?

— Он слишком радикально мыслит! — Небесный Преподобный Юнь потирал свои виски, у него болела голова. — Он хочет уничтожить всех древних богов включая Небесного Герцога, Мать Земли и Графа Земли. Разве они злые? Наоборот, они следят за порядком тысячи миров и небес. Если они умрут, движение звёзд станет хаотичным, повсюду разведутся злые духи и призраки, а небеса принесут смерть людям и вымирание животным. Это будет огромной катастрофой!

— Мне не нравится Сяо Вэйсу, — проговорила Небесная Преподобная Лин. — Он слишком высокомерен и не вызывает доверия.

Небесный Преподобный Юнь рассмеялся:

— Тем не менее, учитывая его способности, он гений, который появляется среди людей раз на сто тысяч лет. В конце концов, у людей нет божественных или дьявольских родословных, они нуждаются в молодом поколении сильных практиков. В будущем его достижения не будут уступать нашим.

Небесная Преподобная Лин немного подумала, прежде чем проговорить:

— Ты Император, и тебе решать этот вопрос. Я пришла к тебе по другому поводу. Теперь. Когда вопрос Небесного Императора был решён, четыре божества вернулись на свои полюса. Об остальных древних богах нам не стоит беспокоиться. Теперь наш главный враг не они, а полубоги.

Небесный Преподобный Юнь кивнул:

— Понимаю.

Небесная Преподобная Лин продолжила:

— Полубоги сильнее людей. Даже выдающиеся таланты нашей расы вроде Сына Небесной Инь и Небесного Преподобного Хо на самом деле работают на полубогов. Если они и Небесный Преподобный Ю будут помогать нам, то мы, по крайней мере, станем полубогам ровней.

Небесный Преподобный Юнь кивнул и проговорил:

— Я это понимаю, но Небесный Преподобный Хо — нет, — он вздохнул. — У него своё собственное мышление. В душе он верит, что наша победа была обретена не с помощью нашей силы, а благодаря Небесному Преподобному Хао.

На его лице было выражение одиночества:

— Небесный Преподобный Хо считает, что в бою с Небесным Императором мы полагались на силу Небесной Императрицы и её сестры. Более того, Небесный Преподобный Хао находится в тесных отношениях с Императрицей. Среди полубогов есть больше сильных существ, чем среди людей, в их ряды входят дочь Графа Земли, Потомственный Король Богов и Император Богов Лан Сюань. Умная птица выбирает себе лучшее дерево. Я не виню его за то, что он принял такое решение.

Небесная Преподобная Лин нахмурилась:

— А что насчёт Небесного Преподобного Ю? Мы можем его уговорить?

Небесный Преподобный Юнь покачал головой:

— Есть только один человек, который может его убедить, и он мёртв.

Небесная Преподобная Лин замолчала.

Единственным человеком, которого уважал Небесный Преподобный Ю, был Небесный Преподобный Юй. Он был мёртв уже четыреста тысяч лет.

— Небесный Преподобный Хао и остальные уже пробрались в ряды Небесного Союза, — проговорила Небесная Преподобная Лин. — Даже как человек, которому нету дела до внешнего мира, я всё равно чувствую зловещие процессы, происходящие в Небесном Союзе. Когда мы создавали его, то не подозревали, что он постепенно будет захвачен.

— Я знаю, — Небесный Преподобный Юнь улыбнулся, утешая её. — Не волнуйся, я понимаю, что впереди тяжёлый путь, но я рядом.

Услышав его слова, Небесная Преподобная Лин слегка успокоилась:

— Я всегда полностью посвящала себя исследованиям и не заботилась о мирских делах. Но если ты столкнёшься с трудностями, то не бойся о них рассказать. Мы с сестрой Юэ поддержим тебя в меру своих возможностей.

Небесный Преподобный Юнь рассмеялся:

— Сосредоточься на исследовании своего божественного искусства и не беспокойся о всех этих проблемах. Я с нетерпением хочу увидеть твоё неизменное божественное искусство! — он искренне рассмеялся. — Когда оно будет закончено, я хочу быть первым, кто его проверит. Я хочу путешествовать сквозь века и познакомиться с героями каждой эпохи!

Он проговорил, переполняясь героизмом:

— Я хочу отправиться в первый год Эпохи Дракона Ханя и встретить Небесного Преподобного Юя! У меня не было возможность изучать с ним пути, навыки и божественные искусства, поэтому я должен воспользоваться этим шансом!

— Я хочу отправиться в будущее, чтобы увидеть Небесный Преподобный Му и Циня. Должно быть, они из будущего. Я хочу встретить их и узнать, как у них дела!

— Кроме того, я хочу увидеть божественные искусства будущего и исправить свои слабые стороны!

Он взволнованно расхаживал по комнате, хлопая в ладоши:

— Я чувствую, что должен сделать ещё очень много вещей!

Небесная Преподобная Лин рассмеялась:

— Оно ещё незакончено. Я только что провела успешное испытание призрачного корабля и даже не знаю, куда он отправился.

Небесный Преподобный Юнь кивнул:

— После первой попытки будет вторая. Ты определённо добьёшься успеха!

Небесная Преподобная Лин была невероятно счастлива. Впервые в неё поверили, когда Цинь Му и Цинь Е вернулись из будущего. В то время как никто другой с ней не соглашался, эти двое поддержали её и даже помогли ей с изучением божественных искусств создания и неизменного вещества.

Второй раз в неё поверили, когда Цинь Му вернулся в прошлое и своровал её заколку.

В третий раз в неё поверили, когда Небесный Преподобный Юнь позволил ей помочь Госпоже Юаньму спрятать секреты Стражей Пернатого Леса и корабля-призрака.

Сейчас был четвертый раз.

С первого года Дракона Ханя прошло четыреста тысяч лет. За это время произошло всего лишь четыре подобных случая, которые заставляли её улыбаться словно маленькая девочка, которая наконец получила свою долгожданную победу.

Глава 1090. Храбрые воины становятся злыми драконами

Цинь Му двигался вверх по течению райской реки, держа фонарь в руках. С помощью божественного искусства сознания он создал себе дракона, который нёс его над волнами, отчего его одежда развевалась на ветру.

На нём была одежда Вэй Сюйфэна. Последний был Императором Бескрайних Туч, поэтому его мантия являлась мощным сокровищем. Издавая тихий шелест, она заставляла Цинь Му чувствовать себя легко и спокойно.

В его голове было много мыслей.

Он попал в четырёхсот тысячный год Эпохи Дракона Ханя, и до её конца оставалось ещё сто тысяч лет. К тому времени Небесный Преподобный Юнь умрёт, Небесная Преподобная Юэ отправиться жить в уединении и все их заботы упадут на плечи Небесной Преподобной Лин.

Десять Небесных Преподобных обретут огромную власть, и жестокая история продолжится в Эпохах Багрового Света и Высшего Императора, в результате чего погибнет и Небесная Преподобная Лин.

Цинь Му хотел изменить слишком много всего.

Тем не менее, после этого путешествия у него останется всего лишь две возможности вернуться в прошлое.

В прошлом произошло ещё очень много ужасных событий и было скрыто огромное количество тайн, которые он должен был раскрыть.

Тем не менее, он не мог потратить все свои попытки на одну лишь Эпоху Дракона Ханя!

Даже Вэй Сюйфэн советовал ему сохранить две возможности вернуться в прошлое, чтобы сделать что-то более важное!

Он больше не вернётся в Эпоху Дракона Ханя.

Цинь Му искренне хотел встретиться с Небесным Преподобным Юнем, прежде чем вернуться на корабль-призрак. Он мечтал, что сможет долго с ним болтать, признать в нём своего друга Дао и поделиться своими стремлениями.

Он хотел весело провести с ним время и напиться до отвала.

Кроме того, он хотел узнать о планах Небесного Преподобного Юня на будущее и о его мыслях о прошлом.

Ему невероятно повезло найти закадычного друга, вот только этот друг жил в далёком прошлом, а он в будущем.

«В будущем Небесный Преподобный Хао, Лан Сюань, Сюй, Великий Император, Потомственный Король Богов, Небесный Преподобный Хо, Юаньму, Небесная Императрица и даже реинкарнация Небесного Императора обретут власть и сговорятся против Небесного Преподобного Юня. Он умрёт на райских небесах Ханя, — размышлял Цинь Му. — Его родословная будет проклята Великим Императором, и его потомки будут умирать, не успев достигнуть области богов. Также Великий Император запечатает его душу в Абсолютной Пустоши небес Великого Всеобъемлющего Сознания.»

«Его труп окажется в Великой Пустоши и будет запечатан, будто военный трофей.»

«Друг Дао, впереди тебя ждут невыносимые боль и страдания.»

«Человеческую расу ждёт то же самое!»

«Ты взял на себя бремя древней эпохи. В будущем я продолжу нести его вместо тебя.».

Цинь Му успокоился. Райские небеса были ещё далеко, ему оставалось десять дней пути.

Он отпустил руку фонаря, неся его с помощь своей Ци, и достал яйцо Тай Ши. Внутри него звучал странный голос Дао, напоминающий шёпот древнего бога. Цинь Му прислушался к этому звуку, пытаясь понять его природу.

Для Дао Тай Ши Инь и Янь были одним целым, теряя любое значение. Чтобы спасти Небесную Преподобную Лин, он должен был понять это Дао.

Яйцо Тай Ши продолжало звенеть этим звуком, из-за чего Цинь Му казалось, будто древний бог внутри пытается с ним говорить. Тем не менее, Цинь Му не мог понять его слов.

«Изучить Дао Тай ШИ не сложнее, чем создать с нуля неизменное божественное искусство! Если это удалось Небесной Преподобной Лин, то я тоже справлюсь!»

Он забрался на голову дракона и закрыл глаза, погружаясь в глубокий сон.

Пока Цинь Му спал, миллионы его крохотных клонов окружили яйцо Тай Ши, пытаясь записать секреты голоса Дао, чтобы определить его руны.

— Ма Ха… — крохотный Цинь Му подпёр подбородок рукой и облизал кисть. Его лицо был о запятнано чернилами.

— Джи Гу! — клон Цинь Му, сидящий напротив, обезумевши размахивал кистью, записывая Великое Дао и руны, которые он только что выучил.

Незаметно прошло десять дней. Цинь Му проснулся и увидел перед собой райские небеса, после чего поспешно отложил яйцо Тай Ши. Последнее являлось невероятно важным предметом, поэтому никто не должен был знать, что оно находится в руках Цинь Му.

На протяжении последних нескольких дней он использовал путь сна, в итоге изучив пять рун Тай Ши. Тем не менее, так как его Дао было запутанным и непонятным, он не знал, не было ли в этих рунах ошибок.

«Я должен найти записи Небесной Преподобной Лин, оставленные старшим братом, и изучить её божественные искусства. После этого я смогу сравнить эти пять рун с её учениями, чтобы проверить их правильность, — голова Цинь Му разболелась. — Старший брат ведь не белка, почему он так сильно любит прятать свои сокровища?»

Проверка пяти рун Тай Ши была чрезвычайно важной задачей. Если хоть одна из них окажется правильной, Цинь Му сможет использовать её, чтобы вычислить оставшиеся руны.

Первый шаг всегда был самым трудным.

Получить первую подсказку было самой важной частью процесса!

Как только у него будет одна руна, вскоре появится, вторая, третья, четвёртая, и так далее!

К райским небесам оставалось недалеко, поэтому Цинь Му изменил свой внешний вид, замаскировавшись под полубога. Райские небеса этого времени полностью лишились суеты, присущей раннему периоду Эпохи Дракона Ханя. Тридцать шесть райских дворцов исчезли, разлетевшись по различных уголках вселенной. Большинство из семидесяти двух тронных залов тоже куда-то пропали.

Тридцать шесть райских дворцов и семьдесят два тронных зала образовали собой райские небеса. Вместе с Нефритовой Столицей, Райской Улицей и Небесным Рынком они формировали основу райских небес. Теперь же, когда почти все они исчезли, это место выглядело так, будто претерпело ужасную катастрофу.

Более того, с уходом райских дворцов и тронных залов исчезла и значительная часть армии райских небес. Оставшиеся войска райских небес отправились вдогонку за беглецами, что привело к огромной битве между богами и дьяволами, что посеяло много паники среди здешних жителей.

Проходя мимо Нефритовой Столицы, Цинь Му заметил Великого Владыку Солнца, напоминающего ошеломлённую птицу, сидящую на башне Нефритовой Столицы. Он выглядел оцепеневшим и подавленным. Спустя некоторое время он поправил свои крылья, не зная, что ему делать.

«Боюсь, день, когда Великого Владыку Солнца убьют выстрелом в спину, не за горами», — подумал Цинь Му.

Он обыскал все райские небеса, но так и не нашёл цилиня и Янь’эр, понятия не имея, куда они могли спрятаться после того, как украли Пагоду Стеклянного Неба.

— Скорее всего, они потушили свои фонари и вернулись на корабль-призрак.

Цинь Му вышел из Южных Небесных Врат, обнаружив, что они были разрушены и их ремонтов занимались множество Небесных Работников. Должно быть, в этом месте произошла масштабная битва.

Немного спустившись по райской реке, он оглянулся. Райские небеса уже поднялись в небо Первобытного Царства, и вот-вот должны были его покинуть.

В этот момент из глубин Первобытного Царства донёсся сильный толчок. Всмотревшись в его источник, Цинь Му увидел множество полубогов, тащащих огромный райский дворец в сторону райских небес.

Полубоги выглядели невероятно радостными и взволнованными.

Это был райский дворец Императора Богов Лан Сюаня, полубоги, которые его тащили, являлись его подданными. Громко крича от радости, они спешили на райские небеса.

После того, как большинство древних богов покинули райские небеса, появилась отличная возможность захватить власть.

«Не странно, что Великий Владыка Солнца выглядел таким подавленным. Эпоха древних богов закончилась, и пришло время полубогов, — Цинь Му наблюдал, как райский дворец поднимается всё выше и выше. Затем он развернулся и двинулся в сторону райских небес Ханя, думая. — Конфликт между древними богами и расами после начала уже не является главным конфликтом мире. Теперь его место заняла борьба между полубогами и расами после начала. Именно это привело к началу Эпохи Багрового Света!»

По пути к райским небесам Ханя Цинь Му увидел ещё несколько райских дворцов, которые двигались на райские небеса в сопровождении полубогов. Он покачал головой.

Несмотря на то, что древний Небесный Император был мёртв, и эпоха древних богов закончилась, место древних богов теперь заняли полубоги.

В то время полубоги возглавляли революцию Эпохи Дракона Ханя и действовали даже более радикально, чем Небесные Преподобные человеческой расы. Теперь они заняли место древних богов, и стали новыми правителями вселенной.

Цинь Му опустил голову и посмотрел на спокойную гладь райской реки, увидев в ней своё отражение.

Он посмотрел на это отражение, оно посмотрело на него в ответ.

Раздался весёлый смех полубогов. Храбрые воины, убившие злого дракона, наконец отрастили себе острые когти и клыки, и сами стали злым драконом.

Глава 1091. Это мир смертных

Цинь Му снова принял облик Му Цина, после чего ускорился, шагая по райской реке.

Находясь на вершине своего величия, Эпоха Дракона Ханя начала разрушаться.

Посмотрев вниз, Цинь Му увидел, что полубоги множественных королевств Первобытного Царства уже начали ломать статуи древних богов.

Эти гигантские статуи олицетворяли величие и силу древних богов и обладали величественным видом. Некоторые были выкованы из цельных божественных гор, в то время как другие были выкованы из божественного металла, что придавало им изящного виду.

В прошлом этим статуям поклонялось множество простых людей. Они приносили в жертву сокровища и детей, пытаясь завоевать предрасположенность богов, управляющих их миром. Люди просили их о хорошей погоде и об отсутствии бедствий.

Теперь, когда древние боги ушли, на райских небесах появилось много свободных мест. Полубоги тут же воспользовались этой возможностью и захватили власть. Древние боги ушли в прошлое, поэтому их статуи и алтари следовало разрушить.

Тем не менее, Цинь Му видел, что после того, как сильные полубоги разрушили статуи и алтари древних богов, они взяли простых людей в рабство, заставляя их строить новые алтари на месте старых.

На месте старых статуй древних богов появились статуи полубогов.

Сам того не зная, Цинь Му продолжал спускаться по райской реке, приближаясь к миру смертных. Смотря на него издалека, он видел, как старые боги падают, и на их места забираются новые. Обычные люди попадали в рабство, их жизни так и оставались адом.

Новые боги, захватившие власть, были невероятно радостными и праздновали свою победу. Они скапливали целые горы сокровищ, отбирали в обычных людей красивых девушек и еду.

На этом шикарном празднике они смеялись и пили, испытывая невероятную радость.

У их ног стояли десятки тысяч простых мужчин и женщин, которые склоняли головы и дрожали от стража, преклоняясь перед полубогами настолько отчаянно, что их лбы были разбиты до крови.

«А, это мир смертных.»

Цинь Му только сейчас пришёл в себя. До этого он был слишком далеко, чтобы разглядеть людей Первобытного Царства.

А, это мир смертных.

Он лишь теперь это понял. То и вправду был мир смертных. Люди не разрушили богов в своих сердцах и храмах. Они не избавились ни от старых, ни от новых богов.

Если зверь сбежал из клетки, загнать его обратно невероятно сложно.

Если люди привыкли к рабству, выпрямить их согнутые спины и колени становится невероятно сложно.

Они избавились от Небесного Императора и прогнали древних богов, так почему же жизнь людей не стала лучше? Почему их положение не изменилось?

Почему старые боги покинули мир лишь для того, чтобы на их место пришли новые?

Разве всё это недолжно было измениться?

Революция Эпохи Дракона Ханя не принесла никаких плодов для смертных?

«Да, революцию Эпохи Дракона Ханя сложно назвать успешной. Она избавилась от Небесного Императора и древних богов, и лишь прогнала старых правителей, заменяя их новыми. Она была подделкой, иллюзией», — на лице Цинь Му было ошеломлённое выражение. Он пробормотал:

— Небесный Преподобный Юнь, ты это видел? Тебе нельзя летать слишком высоко. А не то ты не заметишь страданий людей. Ты потеряешь стремление двигаться вперёд и забудешь о своих старых идеалах.

Он шагал среди величественных гор Первобытного Царства, наблюдая за радостными празднованиями полубогов и неизменными страданиями простых людей.

От Эпохи Дракона Ханя и до Багрового Света, Высшего Императора, Императора-Основателя и наконец Вечного Мира, главной целью многих поколений праведных и честных людей не была власть или положение, не были личные стремлений и власть, а лишь чистое и простое желание — избавиться от богов в сердцах и храмах.

Наступила ночь, и тьма накрыла всё Первобытное Царство.

Цинь Му шагал с фонарём в руках. Переполняясь эмоциями. В его сердце кипели всевозможные странные чувства, которые переливались, будто волны райской реки.

Он напоминал путешественника, открывающего тёмную историю древней эпохи, ищущего следы предков и пытающегося отыскать их дух, напоминающий свет свечи во тьме.

Этот дух был отпечатан в крови обычных людей. Он был простым., но яростным. Когда люди его испытывали, их глаза наливались тёплыми слезами, а их кровь начинала кипеть.

Этот дух оставил глубокий след в тёмном небе истории.

Когда путешественники из будущего освещали эту тёмную историю своими фонарями, этот дух превращался в звёздное небо, вдохновляющее поколения будущего.

Цинь Му продолжал идти, когда услышал рёв древнего бога, раздавшийся вдали. На горизонте показались божественные горы, напоминающие трупы гигантских зверей.

Его заметил какой-то полубог, и его голос донёсся из тьмы:

— Небесный Преподобный Му…

Цинь Му ошеломлённо дрогнул, он лишь сейчас понял, что до сих пор пользуется своим настоящим обликом.

Ему пришлось убегать от полубогов, бросившихся в погоню, в процессе несколько раз меняя свой облик и маскируясь под полубогов.

Он шёл до самого рассвета, а потом снова до ночи, постепенно приближаясь к землям расы людей.

Одним утром он наконец прибыл на территории расы людей Эпохи Дракона Ханя. В небе висело яркое солнце, светя на его усталое лицо.

Цинь Му улыбнулся, увидев людей, работающих в поле. В деревне неподалёку были практики божественных искусств, которые обучали деревенских детей открытию божественных сокровищ, чтобы те смогли стать воинами.

Вдалеке виднелись города людей. Мимо проходило множество торговцев, путешествующих между городами различных рас после начала.

Вокруг была тишина. Над деревней клубился дым, её жители жили в достатке.

Цинь Му спрятал фонарь, с улыбкой шагая на восток.

Внезапно небо сильно задрожало. Люди в панике посмотрели вверх.

Цинь Му поднял взгляд, увидев, как райская река, напоминающая огромного белого питона, дрожит, падая на Первобытное Царство!

«Течение райской реки изменилось…»

Цинь Му растерялся. Раньше райская река текла из Сюаньду к Четырём Полюсам, после чего двигалась из Восточного Полюса в Первобытное Царство. Пролетая через райские небеса, она достигала мира людей.

Притоки райской реки протекали через множество небес Первобытного Царства, после чего соединялись воедино.

Огромная река, протекающая через всю вселенную, плыла по небу Первобытного Царства, превращалась в призрачный поток Юду и исчезала в Руинах Заката.

Но теперь, когда райские небеса поднялись выше, её течение изменилось!

Райская река падала с неба и вот-вот должна была обрушиться на землю!

Река, текущая по земле, в будущем станет рекой Вздымающейся!

Тем не менее, падение райской реки может стать катастрофой для людей этих времён!

Потоп поглотил небо и землю, и уничтожит всё на своём пути!

Не теряя времени на размышления, Цинь Му принял свою трёхглавую шестирукую форму и увеличился в размерах, переливаясь мышцами. Он прыгнул в воздух, стремясь к падающей райской реке!

Бум!

Райская река обрушилась на него, её безграничная сила надавила на его плечо. Жизненная Ци Цинь Му вырвалась наружу, окутывая тысячу километров райской реки. Он изо всех сил пытался замедлить её падение.

Тем не менее, райская река, зажатая между небом и землёй, уже была освобождена. Она рванула вниз всем своим весом, давя на Цинь Му, отчего его кости сломались, позвоночник прогнулся, а его тело полетело вниз.

Цинь Му яростно взревел. Мышцы под его кожей распухли, напрягаясь ещё сильнее. Держа райскую реку своими шестью руками, он напоминал гиганта, несущего на себе голубое небо. Его кожа непрерывно трескала.

Внезапно с земель расы людей в небо поднялись боги, каждый из которых подхватил часть реки. Их бесчисленные тела сверкали в небе, будто лучи света.

Давление на Цинь Му сильно снизилось. Но несмотря на помощь богов, выдержать его всё равно было сложно, и река продолжала неуклонно толкать их вниз.

Наконец, ноги Цинь Му коснулись земли, глубоко в неё погружаясь. Он посмотрел на богов вокруг и прокричал:

— Быстрее, убегайте!

Глава 1092. Друзья Дао желают друг другу удачи

Люди убегали, забирая свои семьи, в то время как боги человеческой расы исполняли божественные искусства, чтобы унести тех, кто не мог сделать это самостоятельно.

Райская река падала, в то время как боги расы людей пытались остановить её своими телами. Некоторым не удавалось выстоять под её давлением, и их тела рассыпались, но на их место тут же вставали другие боги, пытаясь подарить людям внизу шанс на выживание.

Боги райских небес Ханя носились вдоль реки. Небесный Преподобный Юнь, Небесная Преподобная Юэ и Небесная Преподобная Лин управляли богами и делали всё возможное, чтобы остановить реку и предотвратить потоп.

Их совершенствование было очень высоким, но они могли лишь отсрочить падение, а не остановить реку полностью.

Боги непрерывно погибали. Даже Небесные Преподобные были не в сила выдержать мощного давления райской реки. Тем не менее, Юнь и остальные делали всё возможное, чтобы выиграть как можно больше времени для эвакуации.

— Кто-то должен выкопать канал! — прокричал Небесный Преподобный Юнь. — Юэ, ты искусна в божественных искусствах пространства. Займись каналом. Если ты сможешь это сделать, то нам не будет страшен потоп!

Небесная Преподобная Юэ тут же отпустила райскую реку, отчего все остальные боги тут же опустились ниже. Затем она исполнила своё божественное искусство, расколов землю и выкопав канал длиной в сто километров.

Боги поспешно начали опускать райскую реку в канал. Вода тут же спокойно потекла в сторону Восточного Моря.

Затем освободившиеся боги устремились на север. Чтобы помочь остальным.

Небесная Преподобная Юэ усердно трудилась, расщепляя горы, стоящие на пути райской реки. В земле появились очертания реки, длина которой непрерывно росла. Несмотря на то, что Юэ была Небесным Преподобным области Императорского Трона, она устала и нуждалась в отдыхе.

Её ученики переняли инициативу, некоторые из них быстро потеряли сознание от истощения.

Спустя десять дней они закончили половину работы. Райская река постепенно исчезала в канале.

— Что происходит вверх по течению? — Небесная Преподобная Юэ спросила во время перерыва. — Кто из Небесных Преподобных занимается той частью реки?

Небесный Преподобный Юнь посмотрел на Небесных Преподобных Лин и Юэ, ошеломлённо дрогнув. Ни одна из них не была занята верхней частью райской реки.

— Я должен проверить там обстановку.

Он тоже устал и двигался намного медленнее. По пути он увидел многих богов, погибших под давлением. Тем не менее, они продолжали стоять, поддерживая райскую реку.

Некоторые боги погибли от истощения, но их тела продолжали стоять даже после смерти. Их упорство поддерживало их даже после смерти.

— Кто стоит вверх по течению? — Небесный Преподобный Юнь спросил у людей, сбегающих из своих домов.

— Не знаю. Это бог с тремя головами и шестью руками. Понятия не имею, как его зовут, — ответили ему.

Небесный Преподобный Юнь продолжил двигаться вверх по течению. В этот момент он увидел внушительное существо, поддерживающее райскую реку своими шестью руками. Его тело странно согнулось, а три головы поникли. Его кожа почти полностью лопнула, а поток его крови превратился в целую реку. Несмотря на это, он продолжал стоять.

Тронутый до глубины души, Небесный Преподобный Юнь подошёл к нему.

В этот момент он увидел, как над райской рекой поднимается туман. В её воде показался огромный корабль, двигающийся в сторону существа, поддерживающего реку.

Это был корабль-призрак.

Небесный Преподобный Юнь ошеломлённо дрогнул.

Несмотря на то, что в голове Цинь Му помутилось, он тоже заметил корабль. Должно быть, Вэй Сюйфэн пришёл ему на помощь, волнуясь о его безопасности.

Цилинь и Янь’эр заполучили Пагоду Стеклянного Неба и, должно быть, уже успели вернуться на корабль, отчего Вэй Сюйфэн начал волноваться.

В этом не было ничего странного, так как они с Цинь Му были братьями. Вэй Сюйфэн боялся, что Цинь Му не вернётся со своего путешествия в прошлое.

Корабль-призрак вынырнул, постепенно поднимаясь над поверхностью воды.

— Уходи! Старший брат, уходи! — прокричали три головы Цинь Му. — Не забирай меня, я должен остановить эту реку!

Под водой раздался невнятный голос, скорее всего принадлежащий Вэй Сюйфэну. Вот только корабль находился в другом пространстве и времени, что не позволяло звуку достигнуть Цинь Му.

Туман сгущался, постепенно приближаясь к Цинь Му. Теряя сознание, последний проговорил:

— Старший брат, дай мне немного времени! Я сам вернусь!

Невнятный странный голос становился громче. Туман продолжал сгущаться, корабль не останавливался.

Он двигался сквозь пространство и время, чтобы попасть в эту эпоху.

— Мне ещё нельзя уходить… — картинка перед глазами Цинь Му расплывалась, его мысли путались. Он бормотал. — Мне нельзя уходить. Если я это сделаю, то случится огромный потоп и погибнет огромное количеств людей.

В этот момент он увидел размытый силуэт, помогающий ему поднять райскую реку. В его ухе прозвучал странный, но знакомый голос:

— Небесный Преподобный Му, я остановлю реку. Можешь уходить.

Цинь Му поднял взгляд, увидев, как Небесный Преподобный Юнь поднимает райскую реку с его плеч.

Тело Цинь Му начало падать на спину. В то же время корабль-призрак пробился из-под воды, и Цинь Му окутал густой туман.

Цинь Му исчез, прежде чем появиться на борту корабля-призрака.

Янь’эр подхватила его, не давая упасть, после чего осторожно положила на землю.

Цилинь немедленно занялся его ранами.

Сердце Небесного Преподобного Юня наполнилось эмоциями, когда он смотрел на огромный корабль в тумане.

— Небесный Преподобный Му, — прокричал он.

Достигнув корабля, его голос превратился в хриплый звон. Цинь Му изо всех сил попытался встать, и при помощи Янь’эр сумел подойти к краю корабля. Он встретился взглядом с Юнем.

— Небесный Преподобный Юнь! — Цинь Му встряхнул плечами, давая Янь’эр понять, что он не нуждается в помощи. Затем он поправил одежду и поздоровался с человеком, держащим райскую реку на своих плечах.

— Друг Дао!

Небесный Преподобный Юнь не мог его расслышать, но видел, как тот машет рукой и шевелит губами. Прочитав по губам, он ответил:

— Прости, что не могу вернуть приветствие! Мы встретимся в будущем, Друг Дао?

Цинь Му немного заколебался, прежде чем покачать головой.

— Как жаль! — Небесный Преподобный Юнь был шокирован. — Я искренне хотел бы встретиться и поговорить с тобой!

— Я тоже! — Цинь Му крепко сжал кулаки. Указав великим пальцем на своё сердце, он проговорил. — Я тоже очень хотел бы с тобой поговорить!

— Ты сказал, что мы больше не встретимся. Это потому, что я умру? — спросил Небесный Преподобный Юнь.

Цинь Му открыл рот, но ничего не сказал.

Небесный Преподобный Юнь сам всё понял. Он посмотрел на расплывчатый силуэт корабля в небе, после чего рассмеялся:

— Отлично! Друг Дао Му, я буду править в прошлом, а ты в будущем!

Цинь Му прочитал по его губам и прослезился. Он прокричал в ответ:

— Старший брат, у тебя есть вино?

Вэй Сюйфэн неохотно спросил:

— Ты ранен, почему ты решил выпить?

Несмотря на эти слова, он достал изысканную выпивку, которую припрятал на корабле. Дав её Цинь Му, он проговорил:

— Вот, выпей. Это отличный напиток, который мне дал Небесный Император. Раньше я не смел его пить, но теперь он превратился в неизменное вещество и быстро восстановится.

Цинь Му открыл бутылку, и из неё донёсся сильный аромат.

Его сердце наполнилось героизмом, он проговорил, поднимая напиток:

— Я пью за тебя, Друг Дао Юнь! — сказав это, он залпом опустошил бутылку.

— Хорошо! — рассмеялся Небесный Преподобный Юнь. — У меня нет выпивки, так что я выпью из райской реки!

Он открыл рот и напился воды райской реки.

Закончив пить, Цинь Му разбил бутылку о землю, чувствуя себя немного пьяным.

Небесный Преподобный Юнь тоже, казалось, опьянел. Он проговорил, улыбаясь:

— Друг Дао, возвращайся, я буду здесь!

Цинь Му поклонился и проговорил:

— Спасибо, друг Дао! Удачи!

— Удачи! — Небесный Преподобный Юнь тоже поклонился. — Я отдаю будущее в твои руки, Друг Дао!

Когда он выпрямился, туман уже рассеялся. Корабль-призрак исчез.

Глава 1093. Багровый Император постигает путь

Шестьсот тысяч лет назад Небесный Преподобный Юнь подчинил себе райскую реку и заставил её течь по земле. Время продолжало идти, герои постепенно исчезали.

В Эпохе Дракона Ханя прошло сто тысяч лет. Райские Небеса Дракона Ханя поглотили небеса Дракона, и в Первобытном Царстве остались лишь небеса Ханя.

Несмотря на то, что Небесный Преподобный Юнь был достаточно мудрым, чтобы возглавить полубогов и людей, события того периода заставили его чувствовать себя беспомощным.

Небесный Союз медленно раскалывался, в нём формировались различные союзы.

В один день разногласия между Небесами Ханя и Небесами Дракона наконец вылились в конфликт.

Армия райских небес пошла на Первобытное Царство, её богов звёзд, небесных духов и земных бесов возглавлял Великий Владыка Солнца. Были задействованы даже десять стражей райских небес, а также четыре великих секты и четыре великих небесных наставника. Небесный Император приказал Небесным Преподобным повести свои армии, чтобы захватить Небеса Ханя.

Великий Владыка Солнца был убит шальной стрелой, так и не успев ничего сделать. Душа ещё одного древнего бога отправилась в Юду.

Армия, которую возглавлял Небесный Преподобный Хао, вышла из Южных Небесных Врат. Небесный Преподобный Хао опустил свой лук и проговорил:

— Ты слишком много знал.

На Небесах Ханя Небесный Преподобный Юнь дал своей жене две нефритовых коробке, проговорив:

— Передай их Предку Дао. Если он встретит Небесных Преподобных Му или Циня, то пусть отдаст им по одной коробке.

Коробки достались прабабушке семьи Юнь. Прослезившись, она спросила:

— Что будет с тобой, Император?

Небесный Преподобный Юнь улыбнулся и посмотрел на приближающуюся армию, прежде чем проговорить:

— Я останусь здесь. Революция Дракона Ханя ещё не закончилась. Мы думали, что свергли древних богов, но на самом деле лишь взрастили им преемников. Революции и реформы нуждаются в крови. Мы должны начать с вершины.

Он попрощался с женой.

Расслабившись, Небесный Преподобный Юнь посмотрел на приближающуюся армию райских небес. Раздался оглушающий стук боевых барабанов. Он спокойно вспоминал свою жизнь, думая о многих вещах, которые он совершил, и о тех, которых сделать не смог.

Он о многом сожалел, и вспоминал лица и события. От которых до сих пор кипела его кровь.

— Я недостаточно силён, чтобы всё это сделать. Если бы мы сговорились и передвинули Небеса Ханя на райские небеса Дракона Ханя, постепенно обретя там власть, возможно, мне удалось бы выжить, но… — он рассмеялся. — Разве я мог с вами сговориться? Это сделало бы людей скотом, жертвоприношениями. Чем бы я тогда отличался от древних богов? Друг Дао я дарю тебе то, что не смог сделать сам…

Битва на Небесах Ханя была настолько жестокой, что её невозможно описать словами.

Мир людей Первобытного Царства был почти полностью уничтожен. От него остались лишь потрепанные руины.

Во время битвы Небесный Преподобный Юнь попал в окружение. Небесный Преподобный Хао, Небесный Преподобный Хо, Небесная Госпожа Цян, Небесная Императрица и неизвестный Эксперт Мин Фанюй отобрали у него всяческие шансы на спасение.

В конце концов, Небесный Император расы людей был повержен.

Защиту Райских Небес Ханя пробили, боги райских небес рванули, совершая на них набег. Во дворце они не нашли никаких сокровищ, обнаруживая, что тот был невероятно бедным.

— Небесный Преподобный Юнь стремился лишь к славе! — рассмеялись солдаты. Он притворялся бедным, чтобы завоевать сердца людей! Я слышал, что именно он ограбил Зал Чистого Солнца. Должно быть, он спрятал богатства в своей тайной сокровищнице!

Тем не менее, обыскав все райские Небеса Ханя, они так и не нашли той самой сокровищницы.

Полубоги ещё много лет пытались понять, куда исчезли сокровища, украденные с Зала Чистого Солнца.

Небесный Преподобный Юнь увёл Небесную Преподобную Лин и остальные таланты человеческой расы. В итоге Небесная Преподобная Юэ потеряла весь свой героизм и начала жить в уединении, скрываясь от мирской суеты.

Небесная Императрица сохранила Небесной Преподобной Лин жизнь, так как увидела в ней пользу.

Труп Небесного Преподобного Юня забрал Мин Фанюй. Через год он отправился в Великую Пустошь и похоронил его в межбровье Великого Императора. Закончив работу, он улыбнулся:

— Небесный Преподобный Юнь, помнишь меня? Я говорил, что вы трое станете моими трофеями. Ты первый!

Первобытный Камень Великого Первоначала, торчащий из межбровья Великого Императора идеально подходил для того, чтобы подавлять физическое тело Небесного Преподобного Юня.

Так как он находился в области высшего сознания, к нему никто не мог подобраться. В лучшем случае можно было лишь рассмотреть трофей Великого Императора.

— Не волнуйся, Небесные Преподобные Лин и Юэ в будущем составят тебе компанию, — улыбаясь, проговорил Мин Фанюй. — Дело в том, что в мире есть ещё один я!

К райским небесам Ханя относились, как к огромному трофею, их превратили в часть райских небес Дракона Ханя. Небесный Преподобный Юнь открыл божественное сокровище Божественного Моста, которые принесло миру огромную пользу поэтому Небесный Император помиловал расу людей и позволил семье Юнь поселиться на райских небесах и построил им резиденцию.

От мира людей Первобытного Царства остались лишь руины.

Незаметно прошли десятки тысяч лет тёмной эпохи. Цивилизация снова начала развиваться, люди умудрялись выживать в сложных условиях.

В один дней, несколько крепких мужчин-охотников преследовали оленя, который привёл их к древним полуразрушенным руинам.

Охотники древности вытерли пот со лба, ошеломлённо уставившись на руины.

Вдали от них огромная райская река обрушивалась на землю, превращаясь в бурный поток длиной в тысячи километров.

Именно в том месте райская река впадала в Первобытное Царство. Оно называлось устьем потопа, так как здешняя вода часто затапливала округу.

Вокруг располагались долины, напоминающие следы ног. Древние легенды твердили, что их оставили боги, остановившие падение райской реки и спасшие человеческую расу.

Но это была лишь легенда, в которую мало кто верил.

В тот период цивилизация людей была примитивной. Ей достались лишь несколько заурядных техник. Среди её представителей было сложно встретить бога.

Мудрый и сильный мужчина с багровыми поднял голову, увидев среди руин изображение бога с тремя головами и шестью руками.

Сверкая мышцами, он поднял свои шесть рук к небу, будто держа райскую реку.

Его лица не было видно, но его силуэт производил неописуемое впечатление, глубоко шокировав мужчину с багровыми волосами.

Дух человека, который держал на себе райскую реку, чтобы спасти других, заставил его расплакаться. Видя это изображение, он неосознанно погружался в состояние понимания, проводя в нём около десяти дней.

Приходя в себя, он часто обнаруживал, что открыл новые божественные искусства.

— Багровый Вождь, — в руины к нему прибежали взволнованные люди, сообщая. — Вода райской реки поднимается, скоро это место поглотит огромный потоп! Ты должен приказать нашим людям уходить!

Мужчина поднялся, за его спиной показался исконный дух с тремя головами и шестью руками. Спустя некоторое время, он повёл свой народ в длительное путешествие.

Он оглянулся, обнаруживая, что изображение бога в рунах затопила вода.

Больше не оглядываясь, он повёл своих людей на восток.

Солнце пробилось сквозь тучи, заливая небо своим красным светом. Речная вода, на которую падали его лучи, становилась багровой.

Глава 1094. Подвиги случаются так же естественно, как и бедствия

Багровый Вождь выпрямился, в то время как трёхглавый шестирукий исконный дух, возвышающийся за его спиной, освободил свою невероятную силу, поднимая всех людей в воздух. Физическое тело мужчины начало расти, становясь всё сильнее, он постепенно превратился в гиганта и зашагал на восток.

Эпоха Багрового Света началась в этих руинах!

Гигант с длинными волосами вывел людей из руин, начиная новую часть истории!

Революция Дракона Ханя не увенчалась успехом.

На её месте началась Революция Багрового Света.

Райская река продолжала течь, время проходило. В мире было не много изменений, люди и вещество непрерывно менялись.

Воин на передовой падал замертво, и тот, кто шёл позади него, поднимал флаг и храбро продолжал путь.

Корабль-призрак плыл сквозь время. Снаружи менялись день и ночь, каждый восход солнца знаменовал начало нового года.

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана и облегчённо вздохнул.

— Кажется, младший брат избавился от огромного количества забот и стал счастливее, — улыбнулся Вэй Сюйфэн.

Цинь Му улыбнулся и ответил:

— Я всегда был счастлив.

Вэй Сюйфэн покачал головой и проговорил:

— Когда ты поднялся на борт корабля, я заметил, что твоя радость была наигранной. Внутри тебя переполняли заботы и разочарования, вызванные тем, что тебя никто не понимал. Казалось, будто над тобой повисло огромное тёмное облако. Теперь ты по-настоящему счастлив.

Он мягко улыбнулся и проговорил:

— Возможно, твой старший брат не многое умеет, но я хорошо понимаю людей.

Цинь Му засмеялся, прежде чем ответить:

— В прошлом я всегда чувствовал, что меня никто не понимает и не вдохновляет, что меня сильно огорчало. Теперь я понял, что такой человек существовал, — покачав головой, он добавил. — Несмотря на то, что он жил в прошлом и уже умер, он мой друг Дао. Хоть нас и разделяет смерть, одного такого друга мне достаточно!

Вэй Сюйфэн хлопнул в ладоши, похвалил его и спросил:

— Куда ты собираешься отправиться? У тебя осталось два путешествия в прошлое!

Цинь Му поднялся и ответил:

— Никуда! Я собираюсь оставить эти две попытки на будущее, и вернуться в Вечный Мир. Я не могу всё время жить в прошлом и должен смотреть в будущее! Старший брат, я найду тебя, когда всё обдумаю.

Вэй Сюйфэн холодно фыркнул и пробормотал:

— Я не лодочник, которого ты можешь призывать и прогонять, когда захочешь…

Собравшись с мыслями, он позвал цилиня и Янь’эр, поспешно проговорив:

— Принесите Пагоду Стеклянного Неба. Дайте мне на неё взглянуть, прежде чем уйдёте!

Янь’эр достала Пагоду и поставила её на палубу. Вэй Сюйфэн тут же начал её исследовать. Непрерывно восхваляя артефакт. Осторожно проведя рукой по его поверхности, он внезапно закричал, задыхаясь:

— Теперь, когда ты уезжаешь, когда мы увидимся снова, милый ребёнок? — сказав это, он обнял и поцеловал сокровище.

Цилинь и Янь’эр посмотрели друг на друга, по их спинам побежали мурашки.

Вэй Сюйфэн был одержим Пагодой Стеклянного Неба. Он говорив с ней, совершенно забыв о возвращении Цинь Му и остальных в Вечный Мир.

Цинь Му не удержался и отвлёк Вэй Сюйфэна, и тот наконец пришёл в себя. Несколько раз поцеловав сокровище напоследок, он вернул его. До сих пор не отрывая взгляда от пагоды, он проговорил:

— Младший брат, в будущем, если нам удастся освободиться от неизменного вещества, ты не мог бы одолжить мне эту вещицу на несколько дней?

Цинь Му покачал головой и ответил:

— Это сокровище Северного Божества. Мы лишь одолжили его, и в будущем обязательно вернём.

— Мы его вернём?

Зрачки Вэй Сюйфэна расширились, его глаза начали взволновано смотреть по сторонам. Цинь Му тут же понял, что он на замыслил чего-то хорошего: «Должно быть, он собирается украсть сокровищу у Ю Мина.»

Корабль-призрак быстро путешествовал сквозь историю, туман вокруг него начал постепенно рассеиваться. Спустя некоторое время он всплыл на поверхность реки Вздымающейся Вечного Мира.

Цинь Му посмотрел на берега реки, на которых виднелись высокие божественные горы и зелёная растительность. С момента, когда он покинул Вечный Мир, прошло неизвестное количество лет.

Вместе с цилинем, Янь’эр и небесными драконами они высадились на берег, таща за собой потрёпанную карету. Она пострадала настолько сильно, что её занавес едва не отрывался.

Хоть карета и была сокровищем, она не могла выдержать подобных пыток.

Раньше карета и вовсе была разобрана на части, но Вэй Сюйфэн вместе со Стражами Пернатого Леса собрали её обратно. Тем не менее, она не была в идеальном состоянии.

Увидев, что туман рассеялся, некоторые солдаты спрыгнули с корабля и отправились на берег. Тем не менее, в следующий миг туман вернулся, окутывая тих тела, и когда он рассеялся, они уже были на корабле.

Вэй Сюйфэн не пытался их остановить. Вместо этого он помахал рукой, проговорив:

— Младший брат, не забудь о своём обещании! Постарайся спасти нас как можно скорее!

Цинь Му и остальные приземлились на берег, маша ему в ответ:

— Постараюсь!

— Проведя десять лет за пределами Нефритовой Столицы, сложно оставаться беззаботным, — Вэй Сюйфэн стоял на носу корабля-призрака и торжественно пел. — Любить запах груш и знать, что говорить, так же нормально, как любить выжить. Никто не хочет, чтобы сто тысяч людей пользовались одним чернильным камнем, так зачем давать трём тысячам гостей ту же бронзовую тарелку?

Корабль-призрак уплыл прочь, исчезая в тумане.

Услышав песню, воины начали петь вместе с Вэй Сюйфэном:

— Подвиги случаются так же естественно, как и бедствия. Если люди не подходят друг другу, не рискуйте своим делом!

Цинь Му рассмеялся и повернулся в сторону Вечного Мира. Покачав головой, он прокричал:

— Какие они несерьёзные! С тех пор, как мы покинули Вечный Мир, прошло пять лет? В таком случае, мне уже десять?

Он недовольно покачал головой и проговорил:

— Когда я отправился в прошлое, мне было пять. В этом возрасте я начал терять молочные зубы!

Янь’эр обрадовалась, ступив на землю Вечного Мира. Протянув Цинь Му красное перо Южного Божества, она проговорила:

— Владыка, призови душу моей матери!

Инь Му взял перо и посмотрел на цилиня, тащащего Пагоду Стеклянного Неба, после чего проговорил:

— Пагода слишком бросается в глаза. Я должен её спрятать.

Цилинь отдал Цинь Му пагоду, и тот спрятал её в земле слова Цинь.

Янь’эр обиженно прошептала цилиню на ухо:

— Почему ты так просто ему её отдал? Когда старшие говорят, что что-то тебе вернут, есть шанс, что они никогда этого не сделают!

На лице цилиня возникло удивлённое выражение, он спросил:

— Правда?

— А разве нет? Когда я была молода, Небесная Преподобная Юэ дарила мне деньги на новый год, и говорила, что придержит их, пока я не повзрослею. Я так никогда их и не увидела!

— Все взрослые так себя ведут?

— А как ты думал? После того, как я спасу свою мать, и мы поженимся, я попрошу Небесную Преподобную Юэ отдать мне те деньги. Хе-хе, она собирала их тысячи лет. Там огромная сумма! Я посмотрю, как она их вернёт!

— Тысячи лет? Янь’эр, сколько тебе?

— Молчи!

— Если мы решили жениться…

— Молчи!

***

Цинь Му увидел перед собой обширный, красивый пейзаж. С помощью нити из Ци он поднял перо в воздух и начал двигаться вокруг него, исполняя Проводника Душ и говоря на странном, но спокойном языке Юду.

Глава 1095. Небесный Наставник Бай Юйцзин

Округу постепенно затопила странная магическая сила. Божественное искусство Цинь Му чувствовало все души земли и небес, проходя через все миры. Оно посетило Сюаньду и спустилось в Юду, будучи настолько обширным, что накрыло собой четыре полюса вселенной.

Его мысли и сознание проносились через все миры, пытаясь найти следы Южного Божества Красной Птицы. На Юном Полюсе он обнаружил немного черного песка, являвшегося частью души Южного Божества.

Следуя за песком, он пришёл в Первобытное Царство, где нашёл ещё одну часть её души.

Тем не менее, эта часть пыталась ему противостоять!

Недоумевая, Цинь Му продолжил двигаться вперёд и оказался у Западных Небесных Врат райских небес.

Его сознание прошло через множество райских дворцов, наконец достигнув Зала Непостижимого Неба. Там он увидел женщину-божество, которая посмотрела на него с холодным выражением лица.

Она мрачно рассмеялась и протянула руку, накрывая ею божественное искусство Цинь Му, прежде чем разрушить его и проговорить:

— Сын Небесной Инь, ты снова пытаешься меня обмануть? Тебе ещё мало пыток от старой тёти?

Цинь Му призвал своё сознание обратно и достал перо красной птицы. Спрятав в нём чёрный песок души, он проговорил удивлённым тоном:

— Янь’эр, реинкарнация твоей матери на райских небесах. Она является Небесным Наставником Дворца Яшмового Цветка! — он сам не верил своим словам. — Небесный Наставник Дворца Яшмового Цветка является одним из четырёх Небесных Наставников райских небес, и её зовут Бай Юйцзин! Она — третий из четырёх небесных наставников! Реинкарнация твоей матери достигла области Императорского Трона и заняла высокую должность на райских небесах!

Янь’эр уставилась на него, заикаясь:

— Небесный Наставник Юйцзин — моя мать? Это та же полоумная Цюй Цэйинь из прошлого?

Цинь Му кивнул, нервно шагая по кругу и бормоча себе под нос:

— Похоже, я просчитался. Сын Небесной Инь не сумел убить её девяносто девять раз, поэтому её душа красной птицы так и не проснулась. Это плохо, очень плохо…

На его лбу выступили вены. Он обеспокоенно продолжил:

— Красная птица реинкарнировала и достигла области Императорского Трона. Чтобы стать одной из четырёх небесных наставников райских небес, она должна быть невероятно умной и сильной. Убить её снова будет невероятно сложно! В главное, я не знаю сколько раз она умерла, и сколько из девяноста девяти смертей ей осталось…

Он сжал кулаки:

— Сын Небесной Инь, ты настолько бесполезен, что не смог убить даже эту девушку! Ты не достоин своего звания убийцы женщин!

Уголки губ цилиня дёрнулись, но он решил промолчать, думая про себя: «Владыка Культа определённо просчитался, но решил свалить вину на Сына Небесной Инь. Он хотел использовать его, чтобы сделать реинкарнацию тещи умнее и позволить ей пережить Эпоху Дракона Ханя. Тем не менее, теща стала настолько умной, что её нельзя убить!»

Не удержавшись, он снова покачал головой.

Цинь Му обеспокоенно нахмурился.

Разве небесный мастер, особенно из райских небес, не был невероятно умен?

Если Бай Юйцзин сумела занять эту должность, можно было представить себе её способности!

Несмотря на то, что положение четырех великих Небесных Наставников было ниже, чем у четырех великих божеств, они, по сути, были равны.

Даже более важным было то, что они находились в области Императорского Трона!

Цюэ Фэйинь реинкарнировала в Бай Юйцзин. Она была невероятно умной и отлично умела манипулировать людьми. Если бы это было не так, то ей бы не удалось стать одним из четырёх Небесных Наставников райских небес.

Янь’эр ошеломлённо уставилась на Цинь Му.

Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Не волнуйся, реинкарнация твоей матери помнит свои старые поколения. Она узнает нас и вспомнит, почему мы тогда встретились на райский реке. Кроме этого, она знает, что потеряла память из-за Сына Небесной Инь. Сейчас она полагается на мою нефритовую подвеску. Мы должны её найти, назвать её имя и сказать, что она — реинкарнация Южного Божества, и она согласится умереть снова.

Янь’эр была в восторге.

Цилинь моргнул, думая: «Владыка Культа снова лжет. Главная проблема в том, что теща на знает, что она является душой Южного Божества. Она сейчас в области Императорского Трона и довольно самостоятельна. С чего бы ей умирать снова? Пробудить её душу красной птицы будет невероятно сложно!»

Цинь Му это понимал, но решил избавить Янь’эр от лишних волнений.

Внезапно небо потемнело, отчего Цинь Му шокировано дрогнул. Он приказал Янь’эр достать фонарь, когда осознал, что уже не находился в прошлом. Улыбнувшись, он проговорил:

— Пребывая в прошлом, я был довольно напряжен. Несмотря на то, что я уже вернулся, я ещё не успел успокоиться.

Он посмотрел вверх, и его улыбка внезапно замерла.

Цинь Му увидел гигантский силуэт, закрывший собой небо. Его голова была непропорционально большой, значительно превышая размеры торса. Из затылка существа торчали костяные шипы, напоминающие горные хребты.

Это был гигантский зверь из бездны. У него был огромный глаз с множеством зрачков, которые сужались один за другим!

У монстра было шесть лап, соединённых перепонками, позволяющие ему с молниеносной скоростью мчаться по небу!

Зверь бездны!

Цинь Му ошеломлённо наблюдал, как тот пролетает мимо.

Мать зверей бездны, живущая во дворце предков, явилась над Вечным Миром!

На её голове стояла женщина, и Цинь Му обнаружил, что это была Божественный Король Лан Во!

Цинь Му бросился в погоню, в то время как в небо Первобытного Царства под сопровождение боя барабана начали подниматься бесчисленные корабли.

Огромный бог стучал в барабан, солдаты на кораблях громко кричали, преследуя зверя бездны.

— Божественный Король Лан Во нашла дворец предков и забрала оттуда Зверя Бездны…

Цинь Му завопил, и Янь’эр поспешно превратилась в драконьего воробья, поднимая их в воздух в попытке догнать зверя бездны.

Янь’эр уже почти переварила большинство проглоченных древних богов, поэтому могла лететь быстрее, чем раньше. Мчась за зверем бездны, они увидели, как падает корабль, охваченный пламенем. По мере продвижения вперёд, они встречали всё больше разрушенных или поврежденных кораблей. Боги на их палубах были тяжело ранены.

Цинь Му уставился вдаль, увидев, что зверь бездны путешествует на грани пустоши и реальности. Когда на него обрушивались атаки воинов райских небес, он исчезал в пустоши, не получая никаких ранений.

Впереди развернулась настоящая резня!

Боги и дьяволы райских небес никогда не имели дела со столь коварным врагом, против которого были бесполезны их оружия и божественные искусства!

Когда Янь’эр догнала зверя бездны, сражение уже было закончено.

Зверь бездны проглотил последнего бога, прежде чем остановиться, посмотреть вниз и закрыть свою гигантскую пасть, смотря на драконьего воробья и его пассажиров.

Он громко взревел, костяные шипы на его голове угрожающе задрожали.

Янь’эр остановилась. Цинь Му поднял взгляд и увидел Божественного Короля Лан Во, стоящую позади горного хребта и не сводящую с него глаз.

— Святой младенец, — прошептала она.

***

Как вы могли заметить, перевод на английский остановился на 1137 главе и мы скоро его догоним. Попробовав переводить с китайского, мы пришли к выводу что справимся с этой задачей, поэтому решили продолжать перевод и пытаться довести проект до конца.

Глава 1096. Встреча с Лан Во

— Божественный король, — Цинь Му наконец успокоился. Лан Во сумела призвать зверя бездны. Должно быть, это Ло Сяо передал ей технику обратного призыва.

Обратный призыв, разработанный Цинь Му, основывался на технике призыва Ло Сяо. В прошлом, когда Цинь Му разрабатывал алтарь обратного призыва, он не пытался чего-либо скрыть от Ло Сяо.

Даже более важным было то, что Цинь Му оставил алтарь во дворце предков!

Другими словами, если бы Ло Сяо передал Лан Во технику обратного призыва то последняя могла бы использовать этот жертвенный алтарь, чтобы попасть во дворец предков!

«Гу Сяо, реинкарнация древнего Небесного Императора, однажды говорил, что во дворце предков царит ужас, но я так и не понял, имел он в виду зверей бездны, или что-то другое. Тем не менее, если звери бездны окажутся на свободе…»

Цинь Му дрогнул, вспоминая плотные ряды яиц в девятнадцатой пустоши. По его спине пробежали мурашки.

Если печать дворца предков будет разрушена, пустошь дворца предков соединится с пустошью внешнего мира, и все яйца выпадут из девятнадцатой пустоши в различные миры. Это привело бы к огромной катастрофе!

Все звери бездны находились под управлением матери зверей бездны, которая подчинялась Великому Императору!

Если бы божественный король Лан Во сумела разрушить печать дворца Предков, Великий Император получил бы контроль над всеми зверями бездны и начал бы захватывать миры и небеса один за другим.

— Лан Во, ты была во дворце предков? — спросил Цинь Му.

Взгляд Божественного Короля Лан Во упал на Цинь Му. Покачав головой, она проговорила:

— Я никогда там н была. Я не в силах попасть туда без точных координат. Святой младенец, тебя не было десять лет, за это время ты должен был найти дворец предков, правда? Дай их мне, и я призову мать зверей бездны, — она перешла на шепот. — С её поддержкой, нам не придётся бояться райских небес. Мастера создания вернутся к своей былой славе!

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— Мать зверя бездны принадлежит Великому Императору. Именно благодаря тому, что он правит зверями бездны, ему удалось войти в Великую Пустошь и начать там резню. Лан Во, если ты до сих пор думаешь, что я святой младенец мастеров создания, отправь этого зверя обратно. Тебе нельзя трогать этих ужасных существ!

Лан Во улыбнулась. Её тело поднялось в воздух, подлетая к огромному глазу зверя бездны. Покачав головой, она проговорила:

— Святой младенец, в конце концов, ты не мастер создания. В глазах мастера создания, человек, подчинивший себе зверя бездны, является героем, но с тобой это не работает.

Цинь Му сделал шаг вперёд и торжественно проговорил:

— Все звери бездны подчиняются своей матери, которой управляет Великий Император. Ты лишь помогаешь ему, не принося никакой пользы мастеров создания!

Внезапно веко зверя бездны поднялось, обнаруживая бесчисленные ряды зубов, прежде чем бесследно исчезнуть.

В следующий миг он появился перед Цинь Му. Его ужасающая пасть широко открылась, готовясь проглотить Цинь Му и остальных!

Янь’эр испугалась и собралась сражаться. Глаз в межбровье Цинь Му открылся, создавая бесчисленные острые шипы, которые выстрелили во все стороны!

Шипы начали появляться внутри тела зверя бездны. Когда тот попытался стать бестелесным, шипы стали такими же. Когда он вернулся из пустоши в реальность, шипы оставались на месте.

Зверь бездны взвыл от боли. В его теле появились тысячи дыр, он начал покрываться кровью.

— Святой младенец, хоть ты и не мастер создания, ты полностью овладел нашими техниками, — Божественный Король Лан Во махнула рукой, и шипы в теле зверя бездны исчезли. — Со зверями бездны нужно бороться именно с помощью божественных искусств сознания. Если ты в силах справиться со зверем бездны, то и мастерам создания это под силу. Эти древние звери не несут для нас никакой угрозы. Наоборот, они станут оружием наших людей. Хоть их мать находится под управлением Великого Императора, тот всё равно ничего нам не сделает.

Зверь бездны закрыл пасть и уставился на Цинь Му своим гигантским взглядом. Затем на его лице появилось испуганное выражение, он поспешно спрятался за спиной Божественного Короля Лан Во, поджав хвост.

Цинь Му хотел сказать что-то ещё, но Божественный Король Лан Во уже вошла в пустошь вместе со зверем бездны. Её сознание задрожало:

— Святой младенец, сегодня был лишь эксперимент. Я призову больше зверей бездны, но сделаю это не для того, чтобы тебе насолить. Я поведу их в Великую Пустошь, где они сразятся с райскими небесами!

Она исчезла вместе со зверем бездны, ее сознание постепенно ослабевало:

— В таком случае, я выиграю время, чтобы ты сумел вырасти. Разве так не будет лучше для всех нас?

— Я волнуюсь за тебя, — Цинь Му прошептал, сопротивляясь холодному ветру. — Великий Император всегда хотел открыть дворец предков. Если зло, скрывающееся там, окажется на свободе, оно принесёт в мир ужасную катастрофу. Но, прежде чем это произойдёт, ты погибнешь…

Он, вместе с цилинем и остальными направились в Вечный Мир. Прежде чем посетить райские небеса и встретиться с Бай Юйцзин, им нужно было починить карету Небесного Дракона, которая ломаясь трижды, последний раз на Западном Полюсе. Чтобы быстро попасть на райские небеса, её нудно было привести в порядок.

Янь’эр всё ещё была слегка толстой, поэтому двигалась медленнее, чем карета Небесного Дракона.

Более того, у него были некоторые дела в Вечном Мире.

«Что касается Небесного Наставника Бай Юйцзин, то если она не захочет умирать, мне придётся сломать божественное искусство Сына Небесной Инь.»

Цинь Му задумался. Чтобы разрушить божественное искусство Сына Небесной Инь, ему нужно будет детально изучить строение Небесных Врат Минду.

«Ди Июэ владеет Небесными Вратами Минду. Если я её найду, то божественное искусство Сына Небесной Инь больше не будет для меня тайной!»

Взгляд Цинь Му дрогнул. С тех пор, как произошло Бедствие Вечного Мира, Ди Июэ и остальные куда-то исчезли, и в Первобытном Царстве их не видели.

Ди Июэ, Будда Сакра, Тянь Шу и остальных не было в деревне Беззаботной. Святой Дровосек тоже куда-то пропал.

«Может они прячутся в Фэнду? Но где Фэнду сейчас? Возможно, в Вечном Мире что-то об этом знают.»

Пока он размышлял, земля под его ногами внезапно задрожала, покрываясь волнами. Цинь Му остановился и увидел, как вокруг стремительно растут деревья, их лозы переплетались друг с другом с ошеломительной скоростью!

Всего за несколько мгновений растительность вокруг начала выглядеть так, будто росла тысячу лет, и превратилась в плотные джунгли.

Смотря снаружи, можно было увидеть, что место, где стоял Цинь Му, превратилось в зелёный купол радиусом в сто километров. Он запечатал собой округу, из него невозможно было выбраться!

— Десять лет… — из густых зарослей послышался тихий голос. Лозы начали скользить между деревьями, будто огромные питоны. Казалось, будто вдали кто-то рыдает, отчего у Цинь Му и остальных пробежали мурашки по коже.

— Небесный Преподобный Му, ты обещал, что призовёшь мою душу и воскресишь меня через десять лет. Ты опоздал уже на два месяца!

Цинь Му и остальные спустились. Земля перед ними начала дрожать и трескать, из-под неё медленно показался огромный каменный гроб.

Гроб открылся, и лежащий внутри него труп Великого Императора завопил, его убийственная аура наполнила округу. Он собирался выпрыгнуть наружу и убить Цинь Му!

— Погоди! — засмеялся Цинь Му. — Мать Земли, я вернулся, чтобы выполнить своё обещание и воскресить тебя. Ты знаешь, что я оказался в далёкой древней эпохе и был вынужден бороться за своё выживание? В конце концов, мне удалось вернуться в живых благодаря моим убеждениям и ответственности. Я знал, что должен выполнить обещание, которое дал Матери Земли!

Когти трупа Высшего Императора остановились перед лицом Цинь Му, но их вонь продолжала двигаться вперёд.

Выражение Цинь Му оставалось неизменным.

Голос Матери Земли прозвучал среди лоз:

— Ты снова собрался меня обманывать? Ты уже не Непобедимый Великий Чародей! Небесный Преподобный Му, древние боги говорят. Что Небесный Преподобный Хо убил Южное Божество, и что ты не смог её воскресить. Теперь древние боги не видят в тебе никакой пользы.

Её голос дожал. Зелёная лоза потянулась вперёд, будто ядовитый питон, и незаметно подобралась к Цинь Му, обвиваясь вокруг него.

Глава 1097. Мать Земли

Голос Матери Земли донёсся от листьев виноградной лозы:

— В прошлом ты пользовался благосклонностью древних богов, так как они думали, что ты можешь их воскрешать. Но теперь Небесный Преподобный Хо отобрал у тебя эту способность, а без неё ты всего лишь обычный человек!

Ветки лозы нежно обвивали шею Цинь Му, царапая её шипами.

Цинь Му щелкнул пальцами, и лозы тут же воспламенились, превращаясь в пепел.

Голос Матери Земли зазвучал из кроны дерева вдали:

— Небесный Преподобный Му, у тебя подвешенный язык, твои слова полны лжи, ты пытаешься выиграть время, лежа на смертном одре. Ты бежишь с места в место лишь для того, чтобы выжить. Ты опоздал потому, что понимаешь, что ты лишь крыса, стремящаяся к славе! Сегодня ты тихо умрёшь от моей руки и станешь питательными веществами для растений! — она холодно рассмеялась. — Никто не будет знать, что ты погиб здесь от руки мёртвого древнего бога!

Труп Высшего Императора с рёвом бросился на Цинь Му, но, прежде чем он долетел, Цинь Му накрыла Пагода Стеклянного Неба.

Цинь Му поклонился.

Пагода Стеклянного Неба задрожала, выстреливая тысячами лучей света, которые упали на труп одного из правителей Эпохи Высшего Императора!

Труп оказался в ловушке и издал жалкий вой.

Цинь Му восхищенно воскликнул. Самое сильное сокровище мира и вправду было достойно своей репутации!

Он протянул палец и нежно коснулся к межбровью трупа.

— Мертвые должны возвращаться к Графу Земли.

На лице трупа внезапно появилось ошеломлённое выражение. За его спиной открылись Небесные Врата Неба и Земли. Труп Высшего Императора издал болезненный вой, его душа вылетела из тела и исчезла внутри врат.

В следующий миг врата погрузились под землю и исчезли.

Цинь Му коснулся к Пагоде Стеклянного Неба, слои её навеса столкнулись. Он неторопливо проговорил:

— Я до сих пор являюсь Непобедимым Великим Чародеем и контролирую жизнь и смерть. Мать Земли, должно быть, ты не воспринимаешь меня всерьёз раз решила использовать против меня труп императора. Я отправил твоего ребёнка в Юду, чтобы Граф Земли его воспитал.

— Это сокровище — пагода Стеклянного Неба?

Раздался громкий возглас Матери Земли. Из земли показался невероятно толстый корень Первобытного Дерева, на его кончике распустился огромный цветок. Он расцвел и из него донёсся голос Матери Земли:

— Это сокровище украли шестьсот тысяч лет назад. Как оно оказалось в твоих руках?

Цинь Му похлопал Пагоду Стеклянного Неба, и она снова раскрылась, будто веер. Она мгновенно формировала двадцать восемь небес, и могла вовремя среагировать в случае, если Мать Земли внезапно атакует.

— Это не твоё дело, — засмеялся Цинь Му. — Мать Земли, я выполню своё обещание и воскрешу тебя. Тем не менее, сейчас у тебя нет физического тела. Даже если я верну тебя к жизни, это мало чем тебе поможет. Если ты не торопишься, то почему бы не подождать ещё несколько лет…

— Я не могу ждать!

Толстый корень Матери Земли кружился вокруг Пагоды Стеклянного Неба, будто ядовитый дракон. Казалось, он искал уязвимое место, которое можно было атаковать.

— Ты призовёшь мою душу сегодня. Я хочу воскреснуть сегодня!

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— С душой, но без физического тела, ты не станешь намного сильнее. Разве ты сможешь отомстить? Ты и вправду вздумала пойти к Небесному Преподобному Сяо, чтобы вернуть себе Первобытное Дерево? — он усмехнулся. — Первобытное Дерево находится под контролем Небесного Преподобного Сяо и охраняется клоном Небесного Преподобного Юя. Боюсь, если ты попытаешься захватить его при помощи одних лишь корней Первобытного Дерева и твоих трёх душ, то умрёшь снова…

— Что касается физического тела, то я знаю, как решить эту проблему. Не волнуйся. — Мать Земли продолжала изучать Пагоду Стеклянного Неба, пытаясь найти в ней изъян. Она проговорила холодным тоном. — Тебе только нужно воскресить моих три души!

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Он тут же вспомнил об ещё одном Первобытном Дереве, Гунсунь Янь.

Внезапно он понял, почему Мать Земли так спешит воскреснуть.

Глаза Цинь Му блеснули он торжественно проговорил:

— Хорошо! Я призову твоих три души. Тем не менее, мне нужно десять дней на подготовку!

— Хорошо, я дам тебе десять дней!

Корни Матери Земли быстро исчезли под землёй. Внезапно пышные леса вокруг Цинь Му засохли, превращаясь в горы мертвого дерева. Даже падшие листья высохли, и округу накрыла атмосфера смерти.

— Владыка Культа… — цилинь открыл рот, собираясь что-то спросить, когда Цинь Му внезапно протянул руку. Цилинь тут же замолк и посмотрел вперёд.

Дракон Цилинь собирался открыть рот, чтобы задать вопрос, когда Цинь Му поднял руку. Он быстро закрыл рот и внимательно посмотрел вперед.

Перед ними лежал неподвижный труп Высшего Императора.

Янь’эр и шесть небесных драконов тоже хотели задать вопросы, но теперь все они не сводили глаз из трупа.

Они насторожились. Несмотря на то, что душа трупа Высшего Императора попала в Юду, в конце концов он был сыном Матери земли. Граф Земли глубоко её уважал, поэтому ей определённо удалось бы вернуть душу своего сына обратно.

Мать Земли оставила труп императора и его гроб, чем хотела показать, что она не собиралась оставлять Пагоду Стеклянного Неба Цинь Му.

Внезапно из-под земли вырвался тонкий корень, схватив труп Высшего Императора, прежде чем положить его в гроб.

Затем корень овился вокруг гроба и исчез вместе с ним под землёй.

Цинь Му схватил Пагоду Стеклянного Неба и улыбнулся:

— Кажется, Мать Земли ушла…

Цилинь открыл рот, но ничего не сказал. В этот момент из-под земли вырвались бесчисленные корни, с молниеносной скоростью несясь к Пагоде!

Цилинь, Янь’эр и остальные потеряли равновесие, подпрыгивая от вибраций земли. Как только Мать Земли сделала свой ход, Цинь Му поклонился, открывая двадцать восемь небес Пагоды Стеклянного неба. Раздался громкий хруст, с которые бесчисленные ветки сломались под давлением небес.

Корни Матери Земли были настолько твёрдыми, что их мог сломать только практик области Императорского Трона. Тем не менее, контролируя пагоду Стеклянного неба, Цинь Му заставил двадцать восемь небес непрерывно меняться местами, рубая корни, словно капусту!

Из-под земли раздался протяжный рёв. Отрубленные корни ползали среди двадцати восьми небес, будто змеи, пытаться сбежать и воссоединиться со своим телом.

Но с чего бы Цинь Му позволил Матери Земли забрать свои корни?

Один за другим корни отправились в глубины Пагоды Стеклянного Неба, и Мать Земли больше не могла призвать их обратно.

— Небесный Преподобный Му!

Земля снова ужасно задрожала. Из-под неё собирался вырваться зловещий гигант!

Это был огромный корень Первобытного Дерева, сформированный бесчисленными ветками, переплетёнными в клубок!

Цинь Му видел этот клубок раньше, когда помогал Матери Земли бороться с Небесным Преподобным Хао!

Цинь Му протянул руку и достал Пагоду Стеклянного Неба, прежде чем вонзить её в землю и холодно засмеяться:

— Мать Земли, твои горизонты слишком узки! Ты и вправду решила наброситься на меня ради этого сокровища и потерять свой шанс на воскрешение?

Толчки под землёй прекратились, корни, похожие на щупальца, медленно погрузились под землю.

Цинь Му поднял Пагоду Стеклянного Неба и холодно проговорил:

— Ты решила забыть о грани между правильным и плохим ради небольшой выгоды. Мать Земли, ты меня разочаровываешь. Твоё поражение не было случайным! Я хотел бы дать тебе совет. Если ты хочешь умереть, можешь взяться за Гунсунь Янь. Не забывай, я могу сделать тебя непобедимой, или же могу проклясть тебя навеки!

Глава 1098. Сравнение сердец Дао

Как только Цинь Му это проговорил, земля содрогнулась. Мать Земли была невероятно взбешена услышанным, но вместо того, чтобы атаковать снова, она поспешно ушла.

Цинь Му облегченно вздохнул и открыл свой третий глаз. Заглянув с его помощью под землю и убедившись, что Мать Земли действительно ушла, он проговорил:

— Теперь можете говорить.

Цилинь тоже облегченно вздохнул:

— После воскрешения Мать Земли обязательно захватит Первобытное Дерево в столице Вечного Мира, которое является физическим телом Гунсунь Янь, так как возродившись в этот раз, она будет не в силах справиться с Небесным Преподобным Хао. Таким образом, она пойдёт против Гунсунь Янь.

Цинь Му кивнул и ответил:

— Я уже предупредил её. Если она решила отправиться на верную смерть, я не буду ей мешать.

Он достал корни Первобытного Дерева, отрубленные Пагодой Стеклянного Неба. Несмотря на то, что жизненная сила Матери Земли, скрывающаяся внутри них, рассеялась, они всё же являлись корнями Первобытного дерева и были невероятно твёрдыми!

Эти корни можно было повредить лишь с помощью оружия области Императорского Трона, что делало их отличным материалом для создания сокровищ!

Но больше всего Цинь Му удивила Пагода Стеклянного Неба.

Ему не пришлось задействовать слишком много своей Ци, чтобы освободить силу этого сокровища. Полагаясь исключительно на силу пагоды, он сумел разрубить корни Первобытного Дерева на аккуратные куски. Делать это было так же просто, как сечь капусту.

Если бы ему удалось полностью освободить силу Пагоду Стеклянного Неба, насколько ужасающе это было бы зрелище?

«Хорошее сокровище…» — Он завороженно уставился на пагоду, прежде чем покачать головой. Он едва не стал так же одержим этим сокровищем, как Вэй Сюйфэн.

Тем не менее, Пагода Стеклянного Неба, казалось, и вправду обладала силой, от которой мог помутиться разум людей.

Цинь Му даже не думал о том, чтобы вернуть её принцу Ю Мину!

«В этом сокровище есть что-то странное!»

Цинь Му втайне знал, что Пагода Стеклянного Неба была не просто сильнейшим сокровищем в мире. Она была не просто мощной, но могла даже заколдовать его сердце Дао!

«Неужели это яйцо древнего бога?»

Он уставился на вершину Пагоды Стеклянного Неба. Яйцо древнего бога было очень отзывчивым, и реагировало на происходящее, в отличие от Небесного Императора Тай Чу и Тай Ши, что было крайне странным.

— В таком случае, почему Владыка Культа согласился через десять дней призвать душу Матери Земли? — озадаченно спросил Цинь Му.

Взгляд Цилиня тоже был прикован к Пагоде Стеклянного Неба. Однажды ему приходилось орудовать этим сокровищем, и он тоже был заворожен им. Тем не менее, он не был в таком плохом положении, как Вэй Сюйфэн.

Когда Цинь Му увидел его взгляд, его сердце дрогнуло. Он отложил Пагоду Стеклянного Неба и улыбнулся:

— Я дал ей слово, поэтому не могу его не выполнить. Более того, десять лет, которые она мне дала, истекли. Когда я воскрешу Мать Земли, остальные древние боги увидят, что я до сих пор являюсь Непобедимым Великим Чародеем, и они продолжат меня поддерживать!

Цилинь пришёл в себя и нерешительно проговорил:

— После того, как три души Матери земли восстановятся, она захватит тело Гунсунь Янь?

Цинь Му сделал шаг вперёд, равнодушно ответив:

— В таком случае, я дам остальным древним богам понять, что им нельзя совершать зла. Я могу их воскресить, но могу и убить! — он сжал кулаки и проговорил холодным тоном. — Они должны хорошо обо всём подумать и уважать своих союзников!

Все поспешили к столице Вечного Мира. Через семь дней они наконец прибыли.

Если смотреть издали, у столицы был верхний и нижний уровень. Верхний располагался на вершине Первобытного Дерева, а нижний на земле вокруг него.

Уезжая в последний раз, Цинь Му оставил Гунсунь Янь немного исконной жидкости. Должно быть, она уже успела её проглотить, из-за чего Первобытное Дерево начало стремительно расти. Оно не могло вместиться в старой столице, поэтому Лин Юйсю пришлось приказать чиновникам её перестроить.

Город также расширился, чтобы вместить больше населения.

Количество производственных фабрик на берегах реки Мутной тоже увеличилось. Их печи и механические гиганты работали круглосуточно, непрерывно создавая всевозможные божественные оружия.

Цинь Му замедлился и неделю путешествовал по окрестностям, обнаруживая, что Вечный Мир стал намного богаче, чем раньше. Вокруг столицы летали бесчисленные торговые суда, в городе кипела жизнь. Река Мутная была забита людьми из райских небес и всевозможных частей Первобытного Царства.

Торговые корабли райских небес спускались, чтобы загрузиться духовным оружием для солдат и богов райских небес, в то время как корабли из других небес доставляли различные материалы.

Вечный Мир менял это оружие на валюту райских небес, после чего покупал за неё руду и другие минералы и материалы. За десять лет его промышленность значительно развилась.

И это была лишь часть Вечного Мира.

На самом деле, помимо столицы была Речная Гробница, Префектура Тирана, Река Вздымающаяся и Река Ли. Масштаб развития этих частей ничем не уступал, если не превосходил цилиню.

Столица отвечала за изготовление божественного оружия. Речная Гробница Столица занималась нанесением рун. В Префектуре Тирана разрабатывали и готовили духовные пилюли и лекарства. Река Вздымающаяся занималась ковкой диаграмм построений, а Река Ли разрабатывала ковкой и разработкой духовного оружия для ежедневного пользования. У каждого из этих мест была своя специализация.

Цинь Му заметил немого и слепого мясник тоже был с ними. Он слегка изменился в лице, немного колеблясь. Тем не менее, слепой, обладающий отличным зрением, заметил его, и немой громко прокричал:

— Му’эр вернулся!

Цинь Му послушно шагнул вперёд. Мясник достал два божественных ножа и бросил один Цинь Му, проговорив:

— Му’эр, сделай несколько взмахов. Я хочу посмотреть, удалось ли тебе за всё это время ступить на путь ножа!

Цинь Му поймал трёхметровый нож. Стиснув средний и указательный пальцы вместе, он осторожно провел по тонкому лезвию и рассмеялся:

— Дедушка мясник, я не постиг Дао ножа, но мне удалось понять что-то получше!

Мясник зашагал вперёд с огромным ножом в руках, приподнял брови и улыбнулся:

— Получше? Маленький сопляк, от начала времён до сегодняшнего дня, люди, которые предавали своих учителей и убивали своих предков, говорили так же, как и ты. Ты собрался сильно меня избить?

Цинь Му положил длинный нож на плечо и разулся, босиком шагая вместе с мясником подальше от фабрики:

— Я не посмею предать своих учителей или убить своего предка. Тем не менее, во время моих недавних путешествий я многое повидал и достиг кое-каких высот в развитии сердца Дао.

Мясник сузил глаза и топнул своей гигантской ногой. Его ботинок тут же разлетелся под давлением Ци ножа:

— Какой толк с сердца Дао? Я разрублю его на куски!

Немой вынул из своего сундука мешок с табаком. Оторвав несколько листьев, он закурил трубку, ухмыляясь.

Слепой подошёл к ним, опираясь на трость. Немой предложил ему трубку, но он махнул рукой и прошептал:

— Все люди, что предали своих учителей и убили предков, говорили так же, как Му’эр?

Немой кивнул.

Слепой заколебался:

— В прошлом я говорил со своим учителем именно так.

Немой сделал затяжку и радостно улыбнулся:

— Му’эр научился от тебя.

Мясник взмахнул своим длинным ножом, его свет тут же со свистом пролетел по небу. Затем он вонзил нож в землю, и свет вернулся внутрь него:

— Ты говоришь, что твоё сердце дао лучше моего, так давай тогда для начала сравним свои сердца Дао.

Цинь Му взмахнул рукой и тоже вонзил свой нож в землю, прежде чем закрыть глаза.

— Отличная техника ножа! — воскликнул слепой!

Глава 1099. Дух ножа

Немой слегка испугался и яростно уставился на слепого, активно жестикулируя.

Слепой закрыл глаза, наблюдая за противостоянием мясника и Цинь Му. Он неторопливо проговорил:

— Немой, у тебя два глаза, но ты ничего не видишь. Давай я тебе помогу!

Он накрыл лицо немого своей ладонью, закрывая ему глаза.

Немой собирался оттолкнуть его руку, но внезапно вздрогнул, действительно увидев происходящее!

Он увидел мясника и Цинь Му, которые стояли, не шевелясь. Тысячи навыков ножа летели навстречу друг на другу, будто лучи света.

Огни ножа были яркими и ослепительными. В них содержались огромные ножи, способные рассечь небо и землю, и маленькие, напоминающие поток воды. Духи Цинь Му и мясника были невероятно переменчивыми, они в каждый миг использовали бесчисленные навыки. Сражение было настолько напряжённым, что от него нельзя было оторвать глаз!

Они были похожи на двух внушительных богов ножа, которые изучали и понимали друг друга посредством сложных навыков.

Немой ошеломлённо уставился на происходящее.

В то же время звучал бой барабанов, громкие, как гром или крик миллиардов солдат. Это был дух, исходящий из тела Цинь Му!

Немой будто вернулся в древнюю историю, увидев, как свет ножа прорезал бескрайнюю тьму. Он словно стал свидетелем битвы мастеров прошлого!

В свете ножа и тенях меча, возвышались мощные мышцы, сражающиеся с ужасным бедствием той эпохи, с несправедливостью!

Они двигались сквозь тьму, преодолевая опасности. Толпы людей падали одна за другим, но среди моря трупов поднималось ещё больше живых!

Они шли из тьмы навстречу света, из прошлого в настоящее.

Хребет этой расы не ломался!

Кровь немого закипела, он прокричал:

— Отличные навыки ножа!

Слепой опустил руку и неторопливо проговорил:

— Ты это видел?

Немой кивнул. Он чувствовал, как его лицо покрывается влагой. Он не мог сдержать слёзы, наблюдая за навыками Цинь Му.

Он моргнул и проговорил:

— Я сейчас захлебнусь какой-то солёной водой.

Цилинь осторожно зашагал вперёд, прежде чем прошептать:

— Старые учителя, как проходит сражение? Почему я не могу этого понять?

Слепой и немой уставились на него. Слепой проговорил:

— Он ещё ничего не понял?

— Ещё нет, — цилинь извинительно засмеялся и проговорил. — Старые мастера, я ещё ничего не понял, но вы говорите, что всё хорошо. Пожалуйста, объясните.

Немой достал из своего сундука небольшую серебряную пилюлю, дал её цилиню и проговорил:

— Брось её на поле боя.

Цилинь бросил пилюлю, которая оказалась божественным оружием, которое тут же начало меняться, приближаясь к центру поля боя!

Она будто обезумела, расколовшись на тысячу божественных копий!

Пилюля копья была разработана Небесной Святой Академий Префектуры Тирана Вечного Мира и создана методом Вечного Мира. Тысячи копий, сжатых вместе, образовали шар!

Метод совершенствования Вечного Мира был лучшим в мире как по точности, так и по конструкции, и уступал лишь Дворцу Создания Патриарха райских небес!

Из пилюли вылетела ещё тысяча копий, но их острия тут же были разрублены невидимыми божественными ножами и упали на землю.

Вскоре бесчисленные копья превратились в летающих драконов, которые танцевали в воздухе, прежде чем атаковать Цинь Му и мясника!

Божественные копья были достаточно мощным, чтобы самостоятельно наносить ответный удар, оказавшись в бою. Это происходило благодаря рунам Академии Речной Гробницы.

Подобные божественные копья спасали множество жизней в крупномасштабных битвах, поэтому они обрели огромную популярность н райских небесах, которые потратили на них огромное количество денег!

Тем не менее, ещё до того, как копья сумели контратаковать, они рассыпались на бесчисленные осколки, посыпавшиеся на землю.

Цилинь ужасно испугался. Уровень ковки Вечного Мира достиг поразительного уровня. Отправившись в прошлое вместе с Цинь Му, он видел лишь грубое божественное оружие, поэтому почувствовал огромную разницу, снова попав в Вечный Мир.

За последние пять лет Вечный Мир ужасно продвинулся вперёд. Он стал в несколько раз более развитым, чем до этого, что глубоко поразило цилиня.

Даже сильнее его шокировало то, насколько точными и быстрыми были навыки ножа Цинь Му и мясника, которые сражались, даже не открывая глаз!

Они безобидно стояли, но если бы кто-то стал между ними, то, вероятно, мгновенно был бы разрублен на огромное количество частей!

«Владыка Культа тоже стал более сильным, — моргнул цилинь. — Украв Пагоду Стеклянного Неба, мы оставили его в Эпохе Дракона Ханя и вернулись на корабль-призрак. Что он тогда пережил?»

Должно быть, за это время его сердце Дао значительно усилилось.

Улучшение его сердца Дао значительно усилило его дух, выносливость, опыт и знания!

Именно поэтому несмотря на длительное сражение, ни Цинь Му, ни мяснику, не удавалось получить преимущество.

Услышав суматоху, люди начали собираться вокруг них. Единственным из них, кто понимал, что происходит, был слепой.

Он видел, как дух Цинь Му становился всё более агрессивным, и даже ненадолго сумел подавить мясника!

Естественно, это произошло благодаря его опыту.

Не посетив Эпоху Дракона Ханя и не испытав пережитых там эмоций, ему было бы трудно обрести такой непобедимый дух!

«Мясник больше не может этого терпеть, он должен сделать свой ход!»

Как только он об этом подумал, божественный нож мясника внезапно взмыл в небо, будто дракон. Схватив рукоять, старик нанёс удар!

Дух Цинь Му был слишком сильным. Если так будет продолжаться дальше, то мяснику не удастся сокрушить сердце Дао Цинь Му, и он потерпит поражение, так и не начав сражаться!

Сильный практик, вступивший на путь ножа, не мог бы вытерпеть подобного.

Более того, мясник чувствовал, что Цинь Му подпитывал им свой нож.

Подпитывая нож, он подпитывал свой путь. Для начала, человек наполнял нож свой Ци. Если её было достаточно, то нож двигался достаточно быстро, чтобы позволить практику исполнить свой навык. С помощью хорошего навыка, практик становился сильным.

Продолжая подпитывать нож, можно было изучить его дух.

Изучив дух ножа, практик мог войти на его путь!

Цинь Му уже давно обрел достаточно хорошие навыки ножа. Ему оставалось лишь освоить его дух.

Освоив дух меча, он стоял на грани открытия его пути.

Но ступить на путь за счёт одного лишь понимания было невозможно, для этого нужно было нанести удар.

Его дух напоминал семя, которое ещё не успело прорости. Оно росло внутри скорлупы, нуждаясь в сильном давлении, чтобы открыться.

Схватив свой нож, мясник оказал на него это давление!

Мясник был самым суровым учителем деревни Цань Лао. Он никогда не жалел Цинь Му, и если бы не защита старого Ма, Цинь Му уже давно погиб бы от его руки!

В этот раз мясник тоже не собирался его жалеть!

Размахивая своим длинным ножом, мясник исполнил первое движение Небесного Ножа — Ночную Битву По Ту Сторону Города!

Это был навык ножа, царящий на поле битвы. Во времена мясника нож был лучшим оружием. Он был быстр, как молния, из-за чего в бою выживали лишь те, кто отлично владел ножом.

Сумев постичь девять небес пути ножа прежде чем стать богом, мясник снова улучшил своё мастерство, изучив плоды реформы Вечного Мира!

Он создал отличный точильный камень, благодаря которому нож Цинь Му стал невероятно острым и ярким!

Глава 1100. Вступая на путь ножа

Когда-то мясник был практиком божественных искусств, но ему удалось пробить себе путь вперёд, шагая по горам трупов. Он стал сильнейшим экспертом ножа своего поколения благодаря своему героизму.

Он был самым ярким человеком той эпохи.

Использовав свой навык ножа, он заставил Цинь Му тоже схватиться за нож!

Ночная Битва по ту Сторону Бурного Города!

Их ножи напоминали вспышки молний среди ночи, они двигались так быстро, что их нельзя было разглядеть. Силуэты противников носились, словно иллюзии, сопровождаясь визгом лезвий.

Вьюх!

Ножи летали настолько быстро, что нагревали воздух своим трением. Их лучи сверкали божественным огнём, сталкиваясь друг с другом, они вызывали огненные торнадо, внутри которых пересекались бесчисленные ножи!

Ступая по воздуху, они поднимались всё выше. Огненные торнадо вокруг достигали трёхсот метров в высоте, повсюду, будто иллюзии, сверкали длинные ножи.

— Медленный! Медленный! Ты всё ещё слишком медленный! — прогремел голос мясника. Он яростно ругал Цин Му. — Быстрее! Ты долен забыть о своих божественных искусствах, звании и божественном оружии. У тебя есть лишь нож. Ты должен верить только в него!

— Даже лучший художник не может нарисовать дух человека! Сделай дух своим ножом и путём! Нож — это огонь в твоём сердце!

— Видишь несправедливость? Исправь её ножом!

— Препятствие? Уничтожь его ножом!

— Тебя пытается остановить бог или дьявол? Уничтожь его ножом!

— Столкнулся с беззаконием? Уничтожь его ножом!

— Хороший тактик никогда бы не опустил своего ножа и не использовал бы божественных искусств!

Слепой и немой стояли у ворот верфи, волнуясь. Слепой проговорил:

—Мясник, кажется, сошёл с ума…

Немой кивнул:

— Он не был таким уже несколько дней. Когда он сходит с ума, то начинает рубить даже самого себя… Если что, ты сможешь его остановить?

Слепой встревоженно проговорил:

— Сделать это будет непросто. Он всегда был немного сильнее меня. Несмотря на то, что я всегда учился только самому лучшему, он тоже владеет удивительными вещами. Мне будет сложно остановить его быстрее, чем он зарубит Му’эра.

Цилинь, стоящий сбоку, прошептал:

— Старые учителя, Владыка Культа силён. В прошлом он убил древних богов пяти элементов.

Немой и слепой были потрясены. Они задумчиво прищурились, прежде чем рассмеяться:

— В таком случае нам нечего бояться. Хе-хе. Му’эр сражается с мясником, полагаясь на своё совершенствование. Я хочу посмотреть, что он сделает со стариком, когда вступит на путь ножа.

— Хе-хе… — на лицах обоих стариков сияли озорные улыбки.

Янь’эр моргнула и прошептала:

— Неужели все учителя Владыки такие?

Цилинь немного колебался, прежде чем прошептать в ответ:

— Почти все. Возможно, только бабушка Сы так себя не ведёт, но зато её всегда окутывает зловещая аура…

Пока они разговаривали, навыки ножа Цинь Му и мясника продолжали меняться. Сила их ножей непрерывно росла. Сначала они исполняли Солнце на Тысячеуровневых Волнах Восточного Моря, постепенно добираясь к Ножу, Открывающему Яркое Лунное Гало. С каждым новым навыком их сила становилась всё выше!

Посмотрев в небо, можно было заметить появившиеся в нём красные полосы. Это были разрывы пространства, созданные ударами ножей!

В небе засияли бесчисленные звёзды, из звездной карты Вечного Мира выглядывали множественные боги. Они настаивали орбиты звёзд, когда заметили суматоху, вызванную сражением на ножах.

Эти боги боялись, что двое атакуют на звёздную карту и убьют их по пути.

Даже сильнее их испугало то, что один из противников определённо был сумасшедшим. Он исполнял всё более сильные навыки ножа, будто собирался убить себя.

— Кажется, именно он разрубил старую звёздную карту, — шептались они.

Мясник громко кричал и выл, безумно размахивая ножом. Его голос гремел, словно гор, отчего в ушах богов наверху звенело.

—У тебя безграничный дух и силы, тем не менее, ты не освобождаешь их своим ножом!

Он становился всё более обезумевшим, обрушая на Цинь Му удары ножа, отчего последнему не осталось куда бежать, и он был вынужден отступать, обливаясь кровью.

Казалось, будто он собирался порубить Цинь Му до смерти, вместо того, чтобы помочь ему вступить на путь ножа. Цинь Му был подавлен, и его дух непрерывно отступал. Он напоминал росток, который застрял в своей скорлупе и не мог выбраться наружу!

Мясник кровожадно кричал, его навыки ножа становились всё более ужасающими:

— Освободи свой дух! Освободи его!

— Освободи свой путь, всё, что ты хочешь защитить и все свои убеждения!

— Не сдерживайся! Не волнуйся! Освободись!

— Выпусти всё это на меня!

Мышцы Цинь Му вздулись, его волосы растрепались, он громко взревел.

Его жизненная Ци хлынула наружу, кровь вскипела, а дух превратился в ураганные порывы. Все они наполнили его нож. Сложности и бедствия, с которыми в прошлом сталкивалась раса людей, горячая кровь воинов, описанных в грустных песнях, всё это вырвалось на свободу через его нож!

Свет ножа осветил небо, разрубая звёздную карту, висящую в нём. Длинный нож сметал всё на своём пути, обрушиваясь на мясника с ужасающей силой!

В этот момент божественные ножи, производимые фабриками на берегу реки Мутной, задрожали. Ярко засияв, они устремились в небо!

Мясник засмеялся и взмахнул своим ножом, прокричав:

— Область Небесного Ножа!

Вьюх!

Его область ножа поглотила округу, освобождая первые, вторые, третьи небеса пути ножа. За считанные мгновения в небе появились четырнадцать небес ножа, формируя Область Небесного Ножа.

Область Небесного Ножа отличалась от Области Пути Ножа, созданной Ло Ушуанем. Она была более масштабной и в неё не было сложных вычислений. У мясника был лишь его громадный нож!

Цинь Му разрубил этот нож вместе с Областью Небесного Ножа. Следуя примеру мясника, он разделил свой нож на первые, вторые, и третьи небеса…

Длинный нож разрубал небеса пути ножа одни за другим, вскоре уничтожив их всех. Он был настолько быстрым, что пробился сквозь Область Небесного Ножа и четырнадцать небес одним ударом!

Мясник поднял свой нож, ударяя в ответ.

Динь!

Его нож столкнулся с ножом Цинь Му, прежде чем остановиться.

Энергия, содержащаяся в ноже Цин Му, рассеялась. В то же время божественные ножи из фабрик посыпались на землю, их свет погас, и они снова стали безжизненными.

Цинь Му опустил свой нож и поклонился мяснику.

Мясник тоже опустил свой нож, прежде чем поклониться в ответ и проговорить:

— Ты ступил на путь. Мои усилия не были напрасными. Тебе стоит остаться здесь и придумать название первым небесам своего пути ножа, а я спущусь и что-то выпью!

Цинь Му кивнул.

Мясник спустился с неба. Приземлившись на землю, он начал хромать.

Слепого утешил его вид, он спросил:

— Как твои ранения?

Мясник яростно уставился на него и цилиня, прежде чем спросить:

— Где твоя драконья слюна? Давай её сюда, мне нужно залечить раны!

Глава 1101. Стук в Южные Небесные Врата

Цилинь достал Мир Бутылки и достал из неё немного первобытной жидкости, чтобы обработать ранения мясника. Немой и слепой рассмеялись, немой начал жестикулировать:

— Твоя техника Императорского Трона закончена, так почему ты заставил его ступить на путь самостоятельно, вместо того, чтобы просто передать ему технику?

Мясник съел несколько духовных пилюль, которые ему приготовил целитель, чтобы привести в порядок свою Ци, божественные сокровища и райские дворцы. Затем он покачал головой и проговорил:

—Вы ничего не понимаете. Я создал технику такой, чтобы она подходила мне, а не ему. Хороший учитель никогда не передает своих собственных техник. Вместо этого он заставляет ученика открывать свой собственный путь, — он посмотрел в небо, вспоминая первые небеса пути ножа Цинь Му. — Моему старшему ученику, Ба Шаню, это не удалось. Тем не менее, он сумел стать мастером, объединяя боевые техники, так что я решил передать ему свою технику. Но Му’эр не такой. Он может добиться большего, поэтому должен постигать всё самостоятельно.

Старик потянулся, его глаза дрогнули, после чего он проговорил:

— Этот парень обладает слишком великой силой! Энергия его духа слишком долго оставалась без дела. Его опыт тоже дал ему огромное преимущество. Поэтому когда он исполнил свой путь ножа, мне даже показалось, что я не смогу его остановить.

Глаза слепого загорелись, он ответил:

— Его путь меча начался с десятых небес пути меча Старейшины Деревни, на которых он надстроил свои собственные навыки. Его навык ножа также основан на твоих Десяти Навыках Небесного Ножа, поэтому он с самого начала обладал девятью небесами пути ножа. В сорок лет у него удивительные достижения…

Янь’эр проговорила:

— Владыка говорил, что недавно ему исполнилось десять лет.

— Бесстыдный! Какой бесстыдный!

Мясник, немой и слепой ругались до тех пор, пока наконец не почувствовали облегчение.

— На самом деле совершенствование зависит от Сердце Дао и кругозора, — проговорил мясник. — Если старый фермер всю свою жизнь работал в поле и думал только о своей работе, ему будет сложно измениться. Он навсегда останется фермером. Но если бы он не думал лишь о земле, то мог бы открыть для себя широкий мир. Он н был бы ограничен своей профессией, и мог бы покинуть своё поле, чтобы обрести более высокие достижения!

Слепой кивнул и добавил:

—Расширять горизонты и сердце Дао невероятно важно. Профессия ограничивает человека, всё, чего он может добиться — это стать профессионалом в своём деле. Но чтобы стать мастером, ему нужно расширять свой кругозор и пытать амбиции.

Немой согласился:

— Человек развивается лишь тогда, когда его не ограничивают окружающие вещи. Му’эр решительно настроен использовать свой нож не просто для того, чтобы убивать свиней. Поэтому первые небеса его пути ножа не хуже девятых небес пути мясника.

Мясник рассердился, но не мог с этим не согласиться.

Цинь Му начал с расширения своего кругозора и развития своего Сердца Дао, прежде чем открыть свой собственный путь ножа.

Подобный подход приводил мясника в восторг.

Янь’эр шокировано спросила у цилиня:

— Все учителя Владыки пытают к нему такое уважение и ожидания?

Цилинь кивнул:

— Именно поэтому Владыка Культа так часто возвращается, чтобы у них поучиться.

Янь’эр высунула язык от удивления.

Мясник посмотрел на слепого и немого, прежде чем спросить:

— Я передал ему свой путь. А вы?

Слепой немного колебался, ответив:

— Говорить о райском дворце построений легко, но Цинь Му будет непросто открыть свой путь и создать райский дворец.

Немой начал активно жестикулировать:

— Выковать райский дворец будет несложно. Но заставить его создать свой путь намного труднее.

Они оба начали беспокоиться.

Янь’эр нерешительно спросила:

— Жирдяй, им было сложно создать техники Императорского Трона? Людям прошлого это давалось с огромным трудом.

— Людям древности было сложно, потому что они начинали с нуля и не имели доступа к другим техникам Императорского Трона, — объяснил цилинь. — Тем не менее, в Вечном Мире дела обстоят совершенно по-другому, так как в здешних академиях можно изучить множество техник Императорского Трона. Вечный Мир владеет более чем десятком эти техник, и их может изучить любой желающий, — немного колеблясь, он добавил. — Сейчас, должно быть, их стало ещё больше. Если ты достаточно сильна, то можешь изучать их десятками. Тем не менее, создать свою собственную технику Императорского Трона намного сложнее, а совершенствоваться до области Императорского Трона — даже более трудная задача. На райских небесах есть множество техник Императорского Трона, но очень мало практиков этой области

Янь’эр продолжала удивляться. В Вечном Мире царила насыщенная атмосфера. Его наполняла жизнь и страсть, в отличии от райских небес.

Естественно, быстрое развитие Вечного Мира частично зависело от небесных наставников, таких-ка Дровосек и Янь Юньси, а также с наследием Эпохи Императора-Основателя.

Перед Бедствием Вечного Мира четыре великих небесных наставника Эпохи Императора-Основателя передали плоды своей реформы различным академиям Вечного Мира. Их достижения в медицине, живописи, ковке, построениях, ножах, мечах, строительстве и многом другом достались Вечному Миру.

Это был период самого быстрого развития в истории Вечного Мира.

Цинь Му сумел сохранить Вечный Мир во время бедствия, что сохранило его основание и достижения его реформ, тем самым позволив ему продолжить развиваться.

После этого Янь Юньси изучила плоды реформы Вечного Мира и передала их деревне Беззаботной, надеясь, что та поглотит их и начнёт развиваться снова.

Она совсем не ожидала, что деревня Беззаботной не просто не приняла плодов реформы Вечного Мира, но и что в неё ничего не менялось вплоть до прибытия Цинь Му.

Даже более удивительным было то, что первым, кто принял реформу Вечного Мира, был Император-Основатель, человек, на которого больше всего жаловались люди деревни Беззаботной.

Он открыл двадцатую форму меча и новые небеса пути меча, приближаясь к высшей области пути меча.

— Десять лет изучал книги и нож, путешествуя на запад от города Дракона Ханя, — с небес донёсся громкий крик Цинь Му. Толпы людей подняли взгляд к небу, увидев Цинь Му, размахивающего своим ножом. Лучи ножа пересекались в небе, будто цепи, вспыхивали, словно молния, и грохотали, будто гром!

— Я стучу в Южные Врата, намереваясь встретить чиновника со своим длинным ножом!

Он спустился на землю, останавливаясь перед мясником и другими. В руках он держал божественный нож, который передал мяснику?

— Дедушка мясник, я знаю, как назову первые небеса своего пути ножа. Они будут называться Стуком в Южные Небесные Врата!

Мясник засмеялся и проговорил:

— Неплохо, в этом названии есть смысл. Я познакомил тебя с ножом, но твоё будущее зависит лишь от тебя.

Цинь Му кивнул. В его Божественном Сокровище Духовного Эмбриона райский дворец пути ножа рассыпался, прежде чем восстановиться, обретая новый вид.

Мясник не передавал ему своих техник. Вместо этого он направил Цинь Му на путь ножа, заставляя его самостоятельно развивать свой райский дворец пути ножа.

Метод, по которому мясник обучал своих учеников, был грубым и варварским. Он был не самым лучшим учителем, но всё же невероятно эффективным.

Цинь Му закрыл глаза, в то время как в его межбровье медленно рос райский дворец, окутанный аурой ножа. В нём появились Яшмовый Водоём, Сцена Казни Бога и Нефритовая Столица.

Тысячи аур ножей наложились друг на друга в центре Нефритовой Столицы, образовывая Зал Непостижимого неба пути ножа!

Уголки глаз Духовного Эмбриона Цин Му дрогнули. Зал Непостижимого Неба пути ножа был слишком сильным. Ему будет невероятно сложно развить навык ножа до предела, и войти в этот зал, становясь мастером ножа области Императорского Трона!

Но даже сильнее его пугала Сцена Казни Бога, образованная двумя лучами ножа!

Они были образованы материализовавшимся Великим Дао ножа, и были настолько острыми, что могли разрубить всё, что угодно. Несмотря на то, что исконный дух Цинь Му до сих пор находился у Юных Небесных Врат пути ножа, он не мог не вздрогнуть, смотря на Сцену Казни Бога.

Глава 1102. Ничего не говори

В будущем он обязательно взберётся на Сцену Казни Бога пути ножа и попытается на ней выстоять!

Он не знал, закончится ли эта затей успехом.

Цинь Му успокоился, его исконный дух прошёл через Южные Небесные Врата пути ножа, ощущая на себе их давление.

Его совершенствование снова выросло, он ещё раз вошёл в область истинного бога. В его голове открылись всевозможные знания пути ножа.

Освоив их, он открыл глаза и проговорил:

— Я принёс вам несколько сокровищ. Дедушка мясник посмотри нет ли там чего-либо ценного.

Он махнул рукой, создавая вокруг закрытое пространство, набитое всевозможными сокровищами. Это были сокровища дворца предков, которые он украл в Зале Чистого Солнца.

Увидев сокровища, толпа была потрясена. Немой был вне себя от радости, дрожащей рукой по какой-то жемчужине. Она завибрировала, и внутри неё показался пейзаж.

Немой пробормотал:

— Му’эр, ты что, ограбил сокровищницу Небесного Императора?

— Ага! — бодро ответил Цинь Му.

— Отличная работа! — трое стариков подняли вверх большие пальцы и похвалили. — Подобного и стоило ожидать от ученика одноногого!

— У меня также есть корни Первобытного Дерева Матери Земли, они ничем не хуже этих сокровищ, — Цинь Му высыпал на землю кучу корней и проговорил. — Первобытное Дерево — это драгоценное растение дворца предков. Его можно с лёгкостью перековать в оружие области Императорского Трона. Кстати, вы встречались с принцем Ю Мином?

— Принц Ю Мин? — мясник задумался. Цинь Му нарисовал портрет Ю Мина, прежде чем показать его старику. Тот тут же вспомнил:

— А, так это принц Ю Мин. Он честный человек. Раньше он приходил в столицу Вечного Мира и сказал императору, что пришёл поддержать нас по приказу Северного Божество. Кроме того, Северное Божество прислало к нам каких-то странных людей с тремя или пятью сотнями Кувшинов Пяти Гроз.

Цинь Му улыбнулся:

— Это он! Он Сын Северного Божества, существо области Императорского Трона. Где он сейчас?

— Император испытала его и обнаружила, что несмотря на своё высокое совершенствование, он ни на что не способен. Он слишком устарел.

Слепой поднял один из корней Первобытного Дерева, довольным тоном проговорив:

— Поэтому Императрица приказала ему посетить каждую академию и изучить все их техники и записи. Я не знаю, в какой из академий он сейчас.

Принц Ю Мин был одним из немногих сильных практиков области Императорского Трона Эпохи Дракона Ханя. Тем не менее, к тому времени, как он пришёл во дворец Лин Юйсю, он стал ни на что не способным, что было крайне забавно.

Тем не менее, этого и стоило ожидать.

Несмотря на то, что он был очень талантлив, он провёл шестьсот тысяч лет в заточении и не контактировал с внешним миром. Он до сих пор полагался на божественные искусства, созданные более чем полумиллиона лет назад.

Несмотря на то, чтоб область его совершенствования была высокой, он не являл собой особой пользы для Вечного Мира.

Если ему удастся впитать плоды реформы Вечного Мира, его совершенствование значительно вырастет. И он станет главной опорой империи.

Слепой взял корень Первобытного Дерева и достал Божественное Копьё Лун то. Копьё тут же поглотило корень и его силу, после чего старик проговорил:

— Боги, которых отправило Северное Божество, находятся под моим контролем. Я каждый день занимаюсь их обучение. Так как с них тоже не слишком много толку, — он покачал головой, продолжая. — Северное Божество Сюань Ву слишком сильно устарело, если говорить о построениях. Мне приходится обучать их с нуля, поэтому я отправил их в начальные школы учиться вместе с детьми.

Цинь Му моргнул и проговорил:

— В расе богов Чёрной Черепахи много красивых девушек.

Слепой продолжал обрабатывать корень Первобытного Дерева своим копьём, ответив:

— Они все — змеи Ву. На самом деле они не такие уж и красивые, просто умеют за собой следить.

Цинь Му на мгновение потерял дар речи, прежде чем спросить куда отправились боги Западного Божества. Немой достал из своего сундука божественный топор и попытался разрубить божественную гору, принесённую Цинь Му, и проговорил:

— Среди них были красивые девушки в соблазнительной одежде. Мы отправили их работать на верфях.

Цинь Му поинтересовался:

— Девушки Западного Полюса очень красивы. Дедушка немой, ты не думал о том, чтобы жениться на кому-то из них?

— От женщин много проблем, — немой недовольно покачал головой и проговорил. — Женщины из расы белого тигра и вправду сильны и красивы, но и надоедливы. Мне тяжело просто научить их ковке, а когда речь идёт о женитьбе, то я уверен, что мне не хватит сил для этого!

Цинь Му ошеломлённо проговорил:

— Дедушке немому стоит усердно трудиться, чтобы восстановить численность Расы Небесных Работ.

Немой холодно рассмеялся:

— Раса Небесных Работ — это люди. Любой, кто владеет искусством ковки — Небесный Работник! Ты тоже один из нас! Сам роди нескольких детей, и не доставай меня такими пустяками!

Янь’эр прошептала на ухо цилиню:

— Теперь я понимаю, почему Владыка до сих пор не женат.

Цилинь кивнул:

— Как ты думаешь, у него есть шанс?

— Нет!

— Мне тоже так кажется.

Немой был лучшим Небесным Работником Вечного Мира, поэтому у него были высокие требования к материалам. Он не стал так поспешно выбирать себе сокровище, как Вэй Сюйфэн, а вместо этого отрезал по кусочку каждого из сокровищ, чтобы сравнить их между собой.

Он умел мастерски соединять материалы. Однажды он встретил Бога Меча Высшего Императора Бай Цюй’эр, и получил от неё несколько книг Эпохи Высшего Императора.

Во время Эпохи Высшего Императора все рудники божественного золота Первобытного Царства находились под контролем Матери Земли. Райские небеса Южного Высшего Императора имели очень мало шахт, что вынудило их развить своё искусство ковки и смешивания металлов до предела.

— Человек должен понимать качества любого божественного золота, независимо от его качества. Нужно понимать разницу между его видами, чтобы создавать качественное божественное оружие.

Немой смешал божественное золото и божественные материалы, прежде чем повернуться к Цинь Му и проговорить:

— Отдай свою сломанную карету Небесным Работниками Белого Тигра, чтобы они её отремонтировали и останься со мной на некоторое время. Я должен выковать несколько сокровищ для деревенских стариков и могу кое-чему тебя научить. Слепой поможет мне использовать микроскопическую ковку, чтобы создать отличное оружие! Твою пилюлю меча тоже нужно переработать!

Цинь Му немного колебался, прежде чем проговорить:

— Для начала мне нужно сделать ещё одно дело. Я могу быть занят…

Немой спросил:

— Сколько времени тебе нужно?

— До послезавтра. К этому времени я закончу, — ответил Цинь Му.

Немой погрузил материалы в свой сундук, поднял его и ушёл. Напоследок он проговорил:

— Когда закончишь, найди нас в порту. Мясник, передай старейшине, бабушке и остальным, чтобы они присоединились к нам. Они должны быть со мной, когда я буду ковать их оружие!

Мясник кивнул и ушёл.

Цинь Му оставил повреждённую Карету Небесного Дракона Небесным Работникам расы Белого Тигра. Девушки тут же обрадовались:

— Твоя карета снова сломалась? Мы ведь починили её в прошлый раз! Как хорошо, что она так быстро опять пришла в упадок!

Цинь Му помрачнел в лице и отправился обратно в столицу, чтобы встретиться с Гунсунь Янь.

Гунсунь Янь жила в центре столицы. Увидев, что Цинь Му вернулся, она очень обрадовалась и встретила его с горшком воды в руках.

Цинь Му позволил ей себя подлить, прежде чем проговорить:

— Ничего не говори. Что бы не происходило, ничего не спрашивай. Не говори, я со всем разберусь.

Гунсунь Янь собиралась что-то сказать, но Цинь Му прикрыл ей рот своим пальцем. Девушка моргнула, прежде чем замолчать и покраснеть.

Глава 1103. Появление Фениксов

Цинь Му достал печать Великого Императора и жертвенный алтарь. Глаз в его межбровье открылся и сфокусировался. В следующий миг он выстрелил в алтарь потоком жизненной Ци и сознания!

Оказавшись под давлением сознания и жизненной Ци, жертвенный алтарь Великого Императора размером с ладонь издал тихий гул и начал слегка колебаться.

Постепенно на его поверхности появилось несколько рун. Это были отпечатки духа Цинь Му. Руны становились всё ярче, выстреливая лучами света на печать Великого Императора.

Цинь Му начал вертеть алтарём и печатью, отпечатывая на их поверхности всё больше и больше рун.

Постепенно количество его рук становилось всё больше. Каждая рука исполняла особую мудру, нанося огромное количество рун!

Спустя длительное время Цинь Му остановился, чтобы отдохнуть.

Гунсунь Янь хотела задать Цинь Му несколько вопросов, но вспомнила его слова и сдержалась.

Цинь Му подошёл к основанию Первобытного Дерева и закопал алтарь Великого Императора в его корнях. Затем он поднялся к верхней части столицы и возложил печать Великого Императора на крону дерева.

Гунсунь Янь следовала за ним. Когда Цинь Му закончил, он начал неистово перебирать пальцами, создавая множество печатей. Внезапно, алтарь и печать Великого Императора начали дрожать!

Девушка тихо вскрикнула, почувствовав зуд и слабость по всему телу. Казалось, будто внутрь него пробирались бесчисленные насекомые.

Тем не менее, это странное чувство быстро прошло.

Цинь Му облегчённо вздохнул и проговорил:

— Не разговаривай ни с кем на протяжении следующих двух дней, не ешь, не пей, и не открывай рот.

Гунсунь Янь послушно кивнула:

— Янь’эр, жирдяй, присмотрите за ней. Не дайте ей открыть рот.

Цилинь и Янь’эр кивнули.

Цинь Му покинул столицу и отправился на противоположный берег. Он нашёл безлюдное место и открыл своё межбровье, создавая жертвенный алтарь, после чего принялся за работу, нанося на алтарь бесчисленные ряды рун Великого Дао.

Закончив, он порезал себе руку и обвёл эти руны своей божественной кровью.

Пока он был занят, Гунсунь Янь помогала Янь’эр построить себе птичье гнездо. Янь’эр всегда любила обслуживать других, но каждый раз, когда она виделась с Гунсунь Янь, та перенимала инициативу и сама за ней ухаживала, отчего она чувствовала себя крайне расслаблено.

— Янь’эр, мы с жирдяем скоро поженимся. После этого мы планируем завести нескольких птенцов и оставим их здесь, с тобой, — улыбнулась Янь’эр.

Гунсунь Янь удивлённо моргнула и собиралась заговорить, но Янь’эр поспешно прикрыла ей рот:

— Тебе нельзя говорить.

Гунсунь Янь нахмурилась.

Цилинь проговорил:

— Владыка Культа сделал это для твоего же блага. Его божественное искусство не даст внешним врагам вторгнутся в твоём тело. Тем не менее, чтобы оно сработало, тебе нельзя открывать своих чувств. Как только ты откроешь рот, оно потеряет энергию, и не сможет защитить твоё тело. В таком случае, когда Мать Земли сделает свой шаг, она захватит твоё тело.

Гунсунь Янь моргнула, недоумевая: «Мать Земли хочет захватить моё тело?»

Внезапно в небе засияли разноцветные лучи света. Двое фениксов спустились в неба, кружась вокруг Первобытного Дерева. Их движения были изысканными, они пели:

— Фениксы, откуда вы взялись? Кричите и сверкаете своими крыльями в небе. Горный ветер дует в нефритовую флейту, бамбуки изобилуют фруктами.

Люди в столице начали танцевать от радости, услышав пение фениксов. Они считали их появление знаком удачи.

Гунсунь Янь тоже начала танцевать. Она давно хотела завести себе пару фениксов, и теперь, увидев этих двух, она захотела заманить из в своё гнездо.

Внезапно из гнезда в кроне дерева вылетел драконий воробей. Без каких-либо объяснений она схватила и сожрала этих фениксов, оглушив жителей столицы.

Проглотив их, Янь’эр вернулась в своё гнездо. После этого она равнодушно проговорила Гунунь Янь:

— Янь’эр, их отправила Мать Земли, чтобы заставить тебя открыть рот. Не ведись на это!

Гунсунь Янь чувствовала себя обиженной. В этот момент с неба спустилась ещё одна пара фениксов:

— В кроне моего дерева живут фениксы Первобытного Царства, готовые радостно вернуться в любой момент…

Драконий воробей снова поднялся в воздух и сожрал двух фениксов на глазах всех жителей столицы. Затем он занял место на верхушке Первобытного Дерева, свирепо глядя по сторонам.

Увидев это, жители столицы начали дрожать от страха.

В нижнем городе столицы пронеслись волны аромата, из-под земли хлынули золотые источники. Каждый колодец города обрел сильный запах, внутри них расцвели разноцветные цветы лотоса. Затем из цветков показались молодые девушки, смеясь и говоря:

— Я так счастлива, давайте найдём старшую сестру!

Молодые девушки одна за другой направились к Первобытному Дереву. Люди в столице были ошеломлены.

Эти девушки были красиво одеты. Найдя Гунсунь Янь, они заставили её петь и танцевать, улыбаясь:

— Яньцзи, ты наш узнаёшь? Мы — фрукты, которые ты посадила на заднем дворе!

Гунсунь Янь была удивлена и счастлива. Она собиралась что-то сказать, когда цилинь внезапно взревел, его тело вспыхнуло ярким огнём, тут же испепеляя всех девушек!

— Тебе ни в коем случае нельзя открывать рот! — серьёзным тоном проговорил цилинь.

Гунсунь Янь несколько раз кивнула, будто цыплёнок, собирающий с земли зерна риса.

Цилинь внимательно осматривался по сторонам:

— Мать Земли наверняка придумает ещё какие-либо уловки, и не сдастся так просто. Но пока ты не заговоришь она не сможет сломать печать и алтарь Великого Императора, чтобы захватить твоё тело!

В этот момент настало время, о котором договаривались Цинь Му и Мать Земли. Цинь Му достал свой алтарь и начал исполнять заклятие, чтобы призвать её душу.

В безлюдном месте, где он находился, подул холодный ветер. Хлынули волны чёрного песка, накрывая собой округу.

Цинь Му открыл Врата Неба и Земли и заимствовал силу Небесного Герцога и Графа Земли. Его голос Дао прогремел странным ритмом. Используя его вкупе со своей высшей Дхармой, он начал восстанавливать три души Матери земли.

Земля начала дрожать, под ней извивались корни Матери Земли. Она прибыла, ожидая воскрешения.

Спустя длительное время Цинь Му закончил восстанавливать три души Матери Земли: божественную, земную и небесную. Его одежда промокла от пота.

Три души Матери Земли стояли на жертвенном алтаре, Цинь Му торжественно проговорил:

— Мать Земли, я выполнил своё обещание. Теперь мы ничего друг другу не должны.

Души Матери Земли медленно погрузились под землю, она проговорила, смеясь:

— Хорошо сказано! Ты и вправду Великий Чародей! Теперь, когда я вернулась в жизни, я замолвлю за тебя хорошее словечко перед остальными древними богами.

Цинь Му фыркнул и махнул рукой:

— Теперь, когда твои души восстановились, ты должна уходить!

Мать Земли усмехнулась:

— ТЫ восстановил только мои души. У меня нет физического тела. Великий Чародей, Вечному Мире не хватает защиты могущественного древнего бога. Давай я вам с этим помогу! — после того, как она это сказала, её три души исчезли.

Под Первобытным Деревом столицы, Гунсунь Янь продолжала молчать. Внезапно перед ней появилась душа Матери Земли, тепло улыбаясь:

— Бедное дитя, моя дочь, мать пришла с тобой увидеться.

Сердце Гунсунь Янь растаяло, она удивлённо проговорила:

— Мама…

Мать Земли рассмеялась, цилинь заревел от ярости и бросился к ней. В следующий миг на него хлынуло огромное давление, и он упал на землю, медленно под ней проваливаясь.

Янь’эр превратилась в драконьего воробья и начала спускаться с неба, широко расправив крылья. Мать Земли протянула руку, и из-под земли вырвались бесчисленные корни, тут же обездвиживая её!

Печать Великого Императора над кроной Первобытного Дерева ярко засияла, создавая невидимый барьер с алтарём, закопанным среди корней. Тем не менее, в следующий миг печать и алтарь были отброшены прочь!

Силуэт Матери Земли внезапно исчез внутри тела Гунсунь Янь.

Глава 1104. Я Небесный Преподобный Му

Гунсунь Янь подняла голову и улыбнулась:

— Великий Чародей, как бы ты ни осторожничал, ты всё равно не сможешь от меня защититься. Это тело всё равно оказалось в моих руках! Первобытная жидкость, ко мне!

Земля задрожала, и из-под неё вырвался толстый корень, на кончике которого расцвел цветок, наполненный первобытной жидкостью. Цветок наклонился, выливая жидкость на Первобытное Дерево Вечного Мира.

Она сумела украсть себе новое тело, после чего вылила на него всю свою первобытную жидкость, намереваясь увеличить силу этого тела и как можно скорее восстановить свою былую форму!

Корни Матери Земли и Первобытного Дерева впитали жидкость и воссоединились, прежде чем начать неистово переплетаться друг с другом!

Первобытное Дерево Вечного Мира и корни Матери Земли стали одним целым. Последние вырвались из-под земли и выстрелили во все стороны, пронзая бесчисленные божественные горы, реки, ручьи, и даже лаву в недрах земли!

Вскоре вся территория Вечного Мира была покрыта корнями Первобытного Дерева!

Корни продолжали двигаться во все стороны, распространяясь по Первобытному Царству и впитывая питательные вещества его земли!

Сила Гунсунь Янь становилась всё выше. Если измерять её областями, то за время всего лишь нескольких вдохов она достигла Нефритовой Столицы, после чего открыла Непостижимое Небо, стремительно приближаясь к Императорскому Трону!

Вскоре её сила достигла области Императорского Трона, продолжая непрерывно расти и достигая невероятного уровня!

— Небесный Преподобный Му, Великий Непобедимый Чародей, в конце концов, ты занял неверное место! — Гунсунь Янь весело засмеялась, её голос пронёсся по всему Вечному Миру, достигая места, где Цинь Му призвал душу Матери Земли. — Ты просто инструмент, который делает нас. Древних богов, бессмертными. Пёс, которого мы вырастили. Вместо того, чтобы быть хорошим псом, ты считаешь себя нашим партнёром и даже смеешь демонстрировать своё высокомерие! Ты должен помнить… — её голос стал невероятно холодным. — Ты недостаточно силён!

Густые облака тумана хлынули со всех сторон, окружая нижнюю часть Первобытного Дерева. Прозвенел голос Цинь Му:

— Мать Земли, ты и вправду веришь. Что я использовал такой простой способ, чтобы запечатать тело Гунсунь Янь и защитить её от тебя?

Гунсунь Янь была слегка ошеломлена.

Туман преследовал Цинь Му, шагающего вперёд. Вскоре он накрыл собой всё вокруг.

Цинь Му остановился перед Матерью Земли и уверенно проговорил:

— Мать Земли, я предупреждал тебя не трогать Гунсунь Янь, но ты не прислушалась к моему совету. Работая с вам, древними богами, я сильно разочаровываюсь. Похоже, мне придётся показать свою силу.

Гунсунь Янь холодно рассмеялась:

— Ты лишь пес, который служит нам, древним богам, и твоя задача состоит лишь в том, чтобы нас воскрешать. Ты и вправду считаешь себя Небесным Преподобным Му? Ты лишь удачливый мерзавец, которому удалось воспользоваться божественным искусством Небесной Преподобной Лин и вернуться в прошлое…

Цинь Му поднял руку и растопырил пальцы, прежде чем спокойно проговорить:

— Взорвись.

Несмотря на то, что его голос был спокойным, достигнув ушей Матери Земли, он показался ей оглушающим ударом грома, от которого её душа бога взорвалась. Превращаясь на бесчисленные чёрные песчинки, высыпавшиеся из ушей, носа и рта Гунсунь Янь!

Две другие её души были повергнуты в ужас. Её душа бога определённо была воскрешена, она верила в это и была уверена, что Цинь Му ничего с ней не сделал!

Тем не менее, теперь она совершенно её не чувствовала!

— Я Небесный Преподобный Му, проложивший себе путь божественными искусствами, — Туман сгущался, из него доносился равнодушный голос Цинь Му. — Ты никогда этого не понимала, считая, что любой, кто сумел бы переместиться в прошлое, стал бы Небесным Преподобным Му. Тем не менее, с древних времён и до наших дней был лишь один Небесный Преподобный Му. Это я, и только я! Я могу подарить тебе жизнь, но могу и убить!

Зрачки Гунсунь Янь сузились. Её корни молча рыскали по туману в поисках Цинь Му.

Ветки первобытного Дерева тоже осторожно опускались к земле.

— Я должен показать свою силу. Но не только тебе, а и всем остальным древним богам.

Глаза Гунсунь Янь загорелись, когда она услышала его голос. Её корни тут же бросились в его сторону!

В этот момент душа небес Матери Земли внезапно разрушилась, превращаясь в чёрный песок души, который рассыпался по округе!

Её пронзительный скорбный вопль раздался из уст Гунсунь Янь. В нём чувствовалась паника и страх смерти.

Она впервые в жизни испытывала что-то настолько ужасающее.

Было очевидно, что её нынешняя сила в несколько раз превосходила способности Цинь Му, и она могла с лёгкостью его убить. Тем не менее, почему-то именно от него зависело то, будет она жить, или нет!

С древней первобытной эпохи и до этого времени она пережила бесчисленное количество бедствий. Она выжила в ожесточённых битвах прошлого и даже сумела выжить, когда Небесная Преподобная Лин и Небесный Союз порубили её на куски на закате Эпохи Высшего Императора.

Даже когда на неё напал сам Небесный Преподобный Хао. Она сумела сбежать и выжить.

Тем не менее, сейчас она чувствовала, что находилась невероятно близко к смерти!

Она даже не понимала, что именно с ней сделал Цинь Му!

— Я считал себя равным, когда объединял усилия с древними богами, но вы не видите во мне союзника, — в голосе Цинь Му чувствовалась горечь и равнодушие. — Вы можете использовать меня в своих интересах, но вы даже начали поднимать руку на моих близких! Сегодня твоей смертью я покажу древним богам, что я не животное древних богов, а их ровня!

Он уничтожить душу земли Матери Земли, когда сквозь туман внезапно пронеслась волна тьмы. В то же время в небе засиял яркий свет, пронзая даже звёздную карту Первобытного Царства, прежде чем упасть на столицу Вечного Мира.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло, он тут же остановился.

Под землёй вспыхнуло пламя и закружилась тьма. Из-под неё медленно поднимался Граф Земли.

Свет в небе слился в единый луч, превращаясь в старика с белой бородой и бровями. Он прибыл в столицу Вечного Мира и вошел в резиденцию Цинь Му.

Цинь Му поклонился и проговорил:

— Брат Дао Граф Земли, Брат Дао Небесный Герцог.

Граф Земли и Небесный Герцог поспешно ответили:

— Небесный Преподобный Му.

Небесный Герцог засмеялся:

— Мы пришли, когда поняли, что ты использовал нашу силу, чтобы воскресить Мать Земли, и начали пристально наблюдать за происходящим. Мы не ожидали, что Мать земли поведёт себя так бестолково и спровоцирует тебя. Мать Земли — величественное существо, существующее со времён древней эпохи, она хранит Первобытное Царство и его жителей, численность которых превышает десять миллиардов. Она не заслуживает смерти.

Граф Земли добавил:

— Райские небеса настолько сильны, что даже мы с Небесным Герцогом не моем себя защитить. Если ты убьёшь Мать Земли, то разве не потеряешь единомышленника?

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— Единомышленника? Я бы не осмелился так говорить. Она использовала меня слишком часто. Разве так нужно относиться к союзнику? Разве два друга Дао не слышали, как она говорила, что я пёс, воспитанный древними богами?

Граф Земли и Небесный Герцог переглянулись, после чего последний рассмеялся:

— Мать Земли неразумна. Не обращай на неё внимания. Она не думает, прежде чем что-то сказать. Теперь она понимает, что была неправа. Друг Дао, я хотел бы попросить тебя дать ей шанс выжить.

Цинь Му рассеял туман вокруг себя. Выражение его лица стало немного мягче, он неохотно проговорил:

— Оба брата Дао хорошо ко мне относились. Меня можно называть Неуязвимым Великим Чародеем потому, что я использую ваши силы. Поэтому, я не буду игнорировать ваш совет. Мать Земли, сегодня я тебя пощажу. Быстро покинь тело Гунсунь Янь!

Гунсунь Янь возмущенно закричала:

— Мои корни уже слились с Первобытным Деревом, их невозможно разделить. Куда мне пойти после того, как я покину это тело?

Цинь Му бросил на землю Ядро Первобытного Дерева и проговорил:

— Я дам тебе эту палку, можешь жить в ней.

Гунсунь Янь стиснула зубы от гнева. Небесный Герцог кашлянул, и у души Матери Земли не осталось выбора, кроме как покинуть тело Гунсунь Янь и вернуться в Ядро Первобытного Дерева.

Раздался её хриплый голос:

— У меня осталась лишь моя душа земли, а это ядро очень слабое и маленькое. Как в будущем я должна буду сражаться с десятью Небесными Преподобными?

Цинь Му кинул ей баночку исконной жидкости и холодно рассмеялся:

— После твоего воскрешения я потерял свою столицу! Ты уговорила меня воскресить тебя за бутылку первобытной жидкости и эту палку, и теперь я их тебе вернул. Это была выгодная для тебя сделка!

Глава 1105. Новая Мать Земли

Мать Земли впала в ярость. В этот раз она понесла огромную утрату. Корни Первобытного Дерева были основой для её жизни. Теперь они стали корнями Гунсунь Янь и поглотили все запасы её первобытной жидкости.

И этот парень осмелился сказать, что это была выгодная для неё сделка!

Гунсунь Янь пришла в себя и покачала головой. Обнаружив, что она до сих пор владеет своим телом, она была удивлена, но не осмелилась ничего говорить, заметив Небесного Герцога и Графа Земли.

Цинь Му шагнул вперёд и взял её за руку, прежде чем улыбнуться:

— Граф Земли, Небесный Герцог, позвольте познакомить вас с новой Матерью Земли, Гунсунь Янь.

Граф Земли и Небесный Герцог поклонились в ответ и проговорили:

— Приветствую, друг Дао Гунсунь.

Гунсунь Янь растерялась, чувствуя себя крайне неловко.

Цинь Му засмеялся:

— Сестра Янь, ты не собираешься ответить?

Гунсунь Янь оставалось лишь поклониться.

Небесный Герцог засмеялся:

— Первобытное Царство и Сюаньду — это словно одна семья. Друг Дао Гунсунь, ты должна часто навещать Сюаньду, и усиливать наши связи.

Гунсунь Янь не знала, что ответить, и просто кивнула.

Она не понимала важности слов Небесного Герцога, но услышав их, Мать Земли впала в ярость.

Небесный Герцог признал в Гунсунь Янь новую Мать Земли. В будущем она будет править Первобытным Царством и станет его ровней. Поэтому он назвал её другом Дао и пригласил её в Сюаньду.

Это, несомненно, отбросило Мать Земли на второй план и лишило её, законную правительницу Первобытного Царства, власти!

Но она также понимала, что не в силах что-либо сделать в этой ситуации. Гунсунь Янь заполучила корни Первобытного Дерева. Если добавить к этому то, что её полили первобытной жидкостью, её будущие достижения будут безграничными.

Гунсунь Янь не была древним богом, у неё не было их ограничений. Учитывая реформу Вечного Мира, её достижения не будут уступать настоящей Матери Земли, поэтому Небесный Герцог её признал.

Более того, у Матери Земли было лишь ядро Первобытного Дерева и баночка Первобытной Жидкости, чего определённо не хватило бы для того, чтобы бросить вызов Гунсунь Янь за право царить в Первобытном Царстве.

Можно сказать, что достижением всей её жизни было рождением Гунсунь Янь.

Цинь Му оказался слишком безжалостным. Он не просто решил избавиться от Матери Земли, но и сразу же нашёл ей замену!

Если бы не появление Небесного Герцога и Графа Земли, у него не было бы причин оставлять её в живых, так как у Вечного Мира уже была новая Мать Земли.

Небесный Герцог улыбнулся:

— Небесный Преподобный Му, ты не мог бы решить проблему души Матери Земли?

— Разве это сложно? — искренне проговорил Цинь Му. — Если два брата Дао этого хотят, я, естественно, соглашусь.

Его сознание задрожало, и Мать Земли почувствовала, будто внутри её души зашевелились крохотные черви. В следующий миг из её души вылетели бесчисленные сложные руны.

Граф Земли наблюдал, как крохотные руны летят в сторону Цинь Му, рассыпаясь по пути на жизненную Ци и сознание. Он спросил:

— Небесный Преподобный Му, что за божественное искусство ты использовал?

— Оно очень простое, —скромным тоном ответил Цинь Му. — Я просто использовал микроскопическую ковку, чтобы нанести руны на каждую песчинку чёрного песка. Руны были отпечатаны на алтаре, и когда я призывал души, они отбивались на песке, который проходил через него.

Несмотря на то, что Цинь Му говорил, что его метод был простым, было очевидно, что на он являлся крайне сложным.

Чёрные песчинки души были самыми крохотными частицами. Вырезать на их поверхности руны было практически невозможно!

Реформа Вечного Мира начла использовать микроскопическую резьбу. Ни одна другая раса на тысячах небесах и миров не была на это способна!

— Я боялся, что не смогу мгновенно разрушить души Матери Земли, поэтому кроме микроскопической ковки использовал божественное искусство Небесной Преподобной Лин, которое тоже очень простое, — с искренним выражением лица проговорил Цинь Му. — Это всего лишь неизменное божественное искусство. Прежде чем восстановить три души Матери Земли, я нанёс на них это божественное искусство, когда они были ещё песком. Это дало мне ещё одну гарантию безопасности. В любом случае, я могу с лёгкостью убить Мать Земли.

Граф Земли и Небесный Герцог молчали.

Небесный Герцог кашлянул и поднял ядро Первобытного Дерева, после чего улыбнулся:

— Мать Земли, ты слаба, и тебе опасно оставаться в Первобытном Царстве. Почему бы тебе не отправиться в Сюаньду, чтобы восстановиться? У меня есть Небесный Бассейн, в котором ты сможешь восстановить своё физическое тело. Несмотря на то, что оно не вернётся к своей былой форме, оно всё же станет сильным.

Мать Земли ответила:

— Я доставляю брату Дао много хлопот.

Небесный Герцог поклонился Цинь Му и ушёл вместе с Матерью Земли.

Цинь Му поклонился в ответ, смотря, как они поднимаются в небо.

Граф Земли спокойно посмотрел на Цинь Му. Спустя некоторое время он проговорил:

— Ты не такой простой и чистый, как Цинь Му из прошлого.

Цинь Му засмеялся:

— Разве Граф Земли не хотел, чтобы я вырос?

Граф Земли покачал головой и ответил:

— Естественно, я хотел, чтобы ты вырос. Вот только я помню кем мы с Небесным Герцогом были в твоих глазах раньше. Мы не можем вернуться в то время.

Цинь Му печально вздохнул:

— К этому и вправду невозможно вернуться.

Граф Земли поклонился и погрузился под землю.

Цинь Му стоял, поклонившись, до тех пор, пока не убедился, что Граф Земли ушёл.

Цилинь и Янь’эр поспешили к нему. Цинь Му вытер пот со своей шеи и взволнованно проговорил:

— Ведя себя как ровня Небесному Герцогу и Графу Земли, я до сих пор немного испуган.

Янь’эр тихо подошла поближе, увидев, что волосы на шее Цинь Му встали дыбом. Он лишь притворялся спокойным.

Гунсунь Янь до сих пор была растеряна и подавлена. Увидев, что Цинь Му собирается уходить, она поспешно схватила его за рукав.

Она вот-вот должна была заплакать, её голос был полон страха, она умоляла:

— Молодой мастер, не уходи, я напугана и сбита с толку. Мать Земли — моя мать, но она хотела украсть моё тело. Более того, Небесный Герцог и Граф Земли называли меня своим другом Дао и говорили о первобытном Царстве и Сюаньду. Я… — она прикусила губу и начала обливаться слезами, напоминая цвет груши после дождя. — Я лишь хочу оставаться здесь, поливать цветы и строить гнезда для фениксов! Если у тебя закончится вода, я тебя полью. Я также могу тебя удобрить и помочь тебе ловить насекомых. Я никогда не стыкалась с чем-то таким, как сегодня…

Цинь Му похлопал её по спине, подождал, пока она успокоится и улыбнулся:

— Янь’эр, разве ты не понимаешь? Ты больше не та, кем была. Теперь ты новая Мать Земли Первобытного Царства! Ты ещё не поняла, что все древние боги тебе завидуют!

Гунсунь Янь подняла голову, её глаза были наполнены слезами. Она бросила на Цинь Му озадаченный взгляд.

Цинь Му улыбнулся:

— Будь то Небесный Герцог, Граф Земли, Мать Земли, Четыре Божества или другие древние боги, все они ограничены своим собственным Великим Дао и не могут от него освободиться. Мать Земли хотела захватить твоё тело, чтобы освободиться от этого ограничения. Ты не древний бог, но обладаешь их силой. Ты можешь совершенствоваться и достичь более высокой области. Разве они могут тебе не завидовать?

Крепко держала его за край одежды:

— Я не понимаю, ты должен меня обучить…

— Для начала отпусти меня. Я попрошу бабушку прийти сюда, чтобы заняться твоим обучением. Её божественные искусства магнетизма уже вступили на путь, она лучший учитель, которого можно для тебя найти. С её помощью ты быстро овладеешь своей силой.

Цинь Му дважды дёрнулся, но так и не смог освободиться.

Гунсунь Янь определённо стала взрослым полубогом и обрела силу вершины области Императорского Трона. Вот только область её совершенствования была недостаточно высокой.

Область её совершенствования всё ещё была довольно низкой. Она лишь недавно достигла области истинного бога, так как не слишком сильно волновалась о совершенствовании. Причина её силы крылась в её родословной, корнях Матери Земли и первобытной жидкости.

Когда такое ужасающее существо держало его за одежду, Цинь Му был не в силах сбежать!

Цинь Му засмеялся:

— Думаю, что скоро райские небеса узнают о твоём существовании и призовут тебя от имени Небесного Императора, чтобы дать тебе официальное звание Матери Земли Вечного Мира. Я попрошу императрицу обучить тебе этикету райских небес… Но для начала ты должна меня отпустить! Не стягивай с меня штанов!

Глава 1106. Я женюсь на тебе

Гунсунь Янь наконец отпустила Цинь Му, который тут же почувствовал облегчение и отправился в столицу, чтобы встретиться с Лин Юйсю.

Лин Юйсю улыбнулась и проговорила:

— Я много раз отдавала Небесным Преподобным райских небес своё почтение, так что отлично разбираюсь в их обычаях. Я обучу их Янь’эр, чтобы она не выставила себя дурой. Не волнуйся.

Она отправилась к Гунсунь Янь вместе с Цинь Му, по пути спросив:

— Если Янь’эр получит титул Матери Земли, как ты говоришь, что какое у неё будет положение?

— Она будет главным чиновником Первобытного Царства, ровней четырём божествам, Чёрному и Белому Божеству. Тем не менее, у неё будет меньше власти, — ответил Цинь Му. — Десять Небесных Преподобных могут дать ей половину Первобытного Царства, чтобы она стала противником Небесного Преподобного Сяо.

Лин Юйсю дрогнула. Вечный Мир был маленькой страной, не достойной внимания райских небес. Она была лишь её императором. Если у неё нет денег или власти, Небесные Преподобные не будут обращать на неё внимания.

Обретя своё новое звание, Гунсунь Янь будет выше неё, и станет ровней четырём божествам.

А если Гунсунь Янь действительно вынудят соперничать с Небесным Преподобным Сяо, то разве она не окажется в беде?

В душе Гунсунь Янь была наивной и невинной девушкой. Разве она сможет совладать с хитрым Небесным Преподобным Хао?

Будь то в силе или мудрости, Гунсунь Янь ужасно ему уступала.

Цинь Му посмотрел на Лин Юйсю и понял, что её волнует. Улыбнувшись, он проговорил:

— Небесный Преподобный Сяо смирится с этим, как бы ему это не нравилось. В конце концов, он во мне нуждается, поэтому не поднимет руку на Гунсунь Янь.

Лин Юйсю облегчено вздохнула. Спустя некоторое время она внезапно проговорила:

— В неуверенно проговорила. — Имперский Наставник, все говорят, что я, как Сын Небес, должна иметь потомков.

Цинь Му остановился, посмотрел на неё и спросил:

— Что ты ответила, Император?

— Я сказала им, что Имперский Наставник не заводит семьи, чтобы как можно больше работать на благо народа. Неужели я буду делать меньше, чем он? — Лин Юйсю улыбнулась, прежде чем продолжить. — После этого они замолчали. Тем не менее, время от времени чиновники снова поднимают этот вопрос. Поэтому я хотела бы спросить, кога ты собираешься жениться? Как только ты женишься, я тоже.

Цинь Му спокойно на неё посмотрел. После недолгой паузы он проговорил:

— На ком ты позволишь мне жениться?

— На Гунсунь Янь, Сы Юньсян, Боге Меча Высшего Императора, даже на Янь Цзинцзин! — со сложным выражением лица ответила Лин Юйсю. — Я разрешу тебе жениться на ком захочешь. Я не могу смотреть, как ты носишься по миру в одиночку. После твоей свадьбы мне станет намного легче!

Цинь Му покачал головой и проговорил:

— Я не хочу ни на ком жениться. У меня нет на это времени. Реформа Вечного Мира не добилась успеха, и я не могу тратить силы на что-то подобное.

— Ты пытаешься меня задержать! — яростно прокричала Лин Юйсю. — Пастух коров! Мне не стоило с тобой знакомиться!

Все вокруг уставились на них. Лин Юйсю пришла в себя и продолжила идти вперёд, обиженно говоря:

— Как я могу жениться, если ты этого не сделаешь? Я что, твоя корова, которую ты никогда не выпустишь на свободу? Я встретила тебя в свои лучшие годы, но они уже прошли!

Цинь Му догнал её и проговорил:

— Ты можешь отказаться от своего трона? Я могу отказаться от звания Имперского Наставника? Если нет, то всё должно оставаться, как есть.

Лин Юйсю взглянула на него и проговорила:

— Если в будущем мы победим, и никто из нас не поженится…

Цинь Му спокойно проговорил:

— К тому времени я уже не буду Имперским Наставником.

Глаза Лин Юйсю покраснели, она ответила:

— А я не буду императором.

— Я женюсь на тебе, — проговорил Цинь Му.

— Ага, — отвернулась Лин Юсйсю.

Сюаньду.

Мать Земли оставалась в ядре Первобытного Дерева, которое Небесный Герцог осторожно окунул в Небесный Бассейн. Бассейн был удивительным местом, и хоть он не был похож на первобытную жидкость, в нём содержался свет тысячи галактик, и его можно было заметить с огромного расстояния.

Ядро Первобытного Дерева поглотило звёздную воду Небесного Бассейна, и начало быстро расти, покрываясь листьями.

Спустя некоторое время в бассейне появилось огромное дерево, из которого через несколько дней вышла голая Мать Земли.

Увидев это, Небесный Герцог собрал немного облаков, чтобы сшить для неё одежду.

Мать Земли улыбнулась и проговорила:

— Небесный Герцог, я не знала, что ты такой внимательный.

Небесный Герцог улыбнулся и ответил:

— Мать Земли, не шути. Здесь нет почвы, поэтому я могу дать тебе только воду. Это плохо скажется на твоём росте.

Мать Земли оговорила:

— Во дворце предков много почвы, которой я могла бы воспользоваться…

— Не смей его трогать! — впал в ярость Небесный Герцог.

Спустя некоторое время он успокоился и проговорил:

— Не трогай дворец предков. В Западного Божества должно быть немного почвы. Я пожертвую своим авторитетом, чтобы выпросить немного для тебя.

Мать Земли уселась у бассейна и посмотрела на огромного Небесного Герцога, прежде чем спросить:

— Брат Дао, ты и вправду собираешься терпеть Небесного Преподобного Му? Если он мог убить меня, то в будущем сможет убить и тебя и Графа Земли! Мы — лидеры древних богов. Разве тебя это не огорчает?

Белые брови Небесного Герцога дрогнули. Он спокойно проговорил:

— Мать Земли, ты была рождена не Великим Дао, а духовной энергией неба и земли. Ты не знаешь, о чём я думаю. Ты, стремящаяся ко власти и достижениям, слишком долго баловалась контролем над Первобытным Царством. Древние боги вроде тебя должны оставаться в стороне от мирских дел и следовать Великому Дао.

— Лицемер! — холодно рассмеялась Мать Земли. — Держаться подальше от мирских дел и следовать Великому Дао? Если ты и вправду следовал этому совету, то почему же ты, Граф Земли, Небесная Инь и девушки Руин Заката пошли против мастеров создания?

Небесный Герцог уставился на неё, громко проговорив:

— Войны меду мастерами создания поставили вселенную под угрозу. Они заставляли нас сражаться на их стороне. Находясь под их контролем, мы были сами не свои. Если бы их войны продолжились, дворец предков был бы уничтожен, и вселенная прекратила бы существование. В то время голос моего Дао сказал мне уничтожить Мастеров Создания. Мать Земли, ты слышала этот голос?

Мать Земли ошеломлённо покачала головой и ответила:

— Нет.

Небесный Герцог продолжил:

— Я слышал. Я чувствовал, как моё Великое Дао толкает меня к уничтожению мастеров создания и предотвращению их разрушения. Я спросил у Графа Земли, и он сказал, что Юду требует от него того же. Ты не древний бог Дао, поэтому ты ограничена. Возможно, именно поэтому ты не услышала этого зова.

Мать Земли холодно улыбнулась и проговорила:

— Ты это выдумал, чтобы меня отвлечь! Я хотела знать, позволим ли мы Небесному Преподобному Му делать то, что он делает! Он позволяет себе всё больше и больше!

Небесный Герцог мягко улыбнулся и проговорил:

— Мать земли, ты так ничего и не поняла. Он нужен нам, чтобы справиться с десятью Небесными Преподобными. Так как мы союзники, почему бы нам его не уважать? Не забывай, что без него, никто не сможет тебя воскресить.

— Ты! — улыбнулся Небесный Герцог. — Ты видишь лишь опасность, а не возможность. Ты видишь, что десять небесных Преподобных нас убивают, но не понимаешь, что это шанс освободиться от наших ограничений!

Мать Земли рассмеялась от гнева и сердито проговорила?

— Ты собрался отказаться от своего благородного тела древнего бога, чтобы стать обычным человеком?

Небесный Герцог возразил:

— Кто благороднее под Небесным Дао? Мать Земли, я спас тебя не для того, чтобы слушать твои претензии. Мне нужна твоя сила. После этого, ты ничего не будешь мне должна.

Мать Земли холодно фыркнула:

— Что ты хочешь?

— Очистить Сюаньду! — удивительно, но в голосе Небесного Герцога прозвучала нотка убийственного намерения.

Мать Земли шокировано переспросила:

— Ты собираешься использовать меня, чтобы избавиться от сил райских небес в Сюаньду?

Глава 1107. Какой хороший меч

— Ну что, Мать Земли, ты мне поможешь, или нет? — спросил Небесный Герцог.

Мать Земли стиснула зубы и ответила:

— Если я тебе помогу, то буду вынуждена покинуть Сюаньду, так как Потомственный Король Богов попытается меня убить! Ты спас меня лишь для того, чтобы воспользоваться мной ради уничтожения сил райских небес в Сюаньду!

Небесный Герцог посмотрел на неё и проговорил:

— После этого я одолжу тебе почву Западного Божества.

Мать земли переполнилась убийственным намерением и прокричала:

— Хорошо, я тебе помогу!

Цинь Му попрощался с Лин Юйсю и вернулся в порт, где встретил старейшину деревни, целителя, бабушку Сы, одноногого, старого Ма и глухого. Мясник помог им собраться с помощью множества построений мгновенного перемещения.

Теперь, когда Вечный Мир разбогател, с небес прибывали всевозможные материалы для создания божественного оружия и духовных пилюль. Их было более, чем достаточно, чтобы построить построения мгновенного перемещения ко всем городам империи.

Жители деревни собрались вместе, создавая много шума. Немой уже собрал и подготовил материалы для создания божественного оружия для каждого из стариков.

Божественное оружие, которое Вечный Мир создавал для райских небес, было стандартизовано. Процесс их ковки был гладким, словно вода в ручье. Каждая фабрика выполняла лишь одну-две процедуры.

Когда немой и слепой, лучший Небесный Работник и мастер построений, лично занимались ковкой, это было важным событием.

Старейшина деревни хотел меч с ножнами вместо пилюли. Мясник хотел два божественных ножа. Бабушка Сы хотела колесо Дао, в котором содержались бы её божественные искусства. Старый Ма просил о монашеском посохе, а одноногий пару рукавиц и сапог.

Глухому был нужен чернильный камень, а целителю котёл для готовки пилюль. Слепой хотел усовершенствовать своё божественное копьё Лань То, а немой нуждался в новой печи и молоте.

Цинь Му наблюдал за всем этим со стороны. Пока создавался меч старейшины деревни, тот исполнял своё божественное искусство Дао Меча, наполняя округу рунами своего меча. В то же время слепой использовал построения, чтобы стабилизировать это божественное искусство и превратить его в набор крохотных рун, которые отбивались на меч под ударами немого!

Цинь Му осмотрел божественное золото дворца предков. На поверхности каждой его частицы отбились крохотные руны Дао Меча, что глубоко его поразило.

Подобный путь ковки базировался на микроскопической математике, микроскопической резке и ковке. Поэтому им владели только лучшие Небесные Работники и мастера построений!

Даже такие создания, как старейшина деревни, были вынуждены потратить много жизненной Ци, сил, сознания и духа, чтобы создать подобное божественное оружие.

Всё это было сделано для того, чтобы как можно сильнее раскрыть потенциал его божественного оружия!

В процессе ковки старейшина несколько раз полностью истощал свои запасы Ци, энергии и сознания, из-за чего ему приходилось делать перерывы.

Слепой проговорил:

— Если мы продолжил останавливаться, это снизит силу клинка.

Цинь Му тут же приказал цилиню достать Мир Бутылки и вылить из неё немного первобытной жидкости, чтобы помочь старейшине восстановить силы.

Увидев эту жидкость, немой поспешно проговорил:

— Му’эр, дай нам ещё этой воды!

Цинь Му был удивлён, и не слишком охотно позволил цилиню передать первобытную жидкость немому, чтобы тот обработал ею лезвие.

Меч старейшины деревни был невероятно сложным, и в его изготовлении нельзя было допускать ни одной ошибки. Его мощь должна была превзойти силу самого старейшины!

Чем дольше Цинь Му наблюдал за ковкой, тем больше нового узнавал.

Он был создателем микроскопической математики, но микроскопическую ковку, резку, построений и руны придумали другие.

После этого лидеры реформы Вечного Мира увидели потенциал микроскопической математики, и щедро финансировали её развитие. К этому времени они достигли невероятного прогресса!

Чтобы наконец закончить работу над мечом старейшины деревни, потребовалось более десятка дней и много первобытной жидкости!

Когда они закончили, все божественные оружия на фабриках возле берегов реки одновременно завибрировали!

Когда старейшина взял меч в руку, вибрации усилились.

Он собрался с мыслями, намереваясь достать меч из ножен, когда слепой его остановил:

— Король оружия сильнее тебя. Он определённо попытается дать тебе это понять, когда ты вытащишь его из ножен впервые. Вытащи его где-то подальше отсюда. Порты не выдержат его мощи.

Старейшина деревни покинул порт, толпа отправилась следом за ним.

Новый меч старейшины был доказательством успеха последних десяти лет их усилий и реформы Вечного Мира!

Старейшина деревни собирался вытащить меч, когда слепой нахмурился:

— Ещё дальше.

Старейшина деревни поднялся в воздух, прежде чем проговорить:

— А теперь?

Немой громко прокричал:

— Ещё!

Старейшине деревни ничего не оставалось, коме как подняться ещё выше. Спустя некоторое время он прокричал:

— А сейчас?

Немой прислушался к вибрациям в порту и ответил:

— Ещё дальше!

Старейшина поднимался до тех пор, пока его нельзя было увидеть невооружённым глазом. Его голос прозвенел где-то в небе:

— Теперь можно?

— Что происходит, Лун То? — спросил слепой у своего копья.

Божественное копьё завибрировало, ответив:

— Я чувствую, как его меч пронзает меня своим светом, даже не покидая ножен. В таком случае, когда его сила освободится, он подавит всё оружие в округе. Он определённо меня разрубит!

Слепой прокричал:

— Дальше!

Старейшина деревни взмыл в небо, поднимаясь даже выше кроны Первобытного Дерева Вечного Мира. Смотря вниз, он видел под собой столицу. Вены дракона, окружающие её, казались невероятно крохотными.

Он посмотрел вверх. Если он продолжит двигаться, то доберётся к звёздной карте, поэтому спросил с помощью своего сознания?

— А теперь?

Спустя некоторое время сознание Цинь Му ответило:

— Старейшина, дедушка слепой хочет, чтобы ты поднялся ещё выше.

Старик разъярённо ответил:

— Если я поднимусь выше, то окажусь в открытом космосе! С такого расстояния невозможно уничтожить божественное оружие в порту!

Он достал свой клинок из ножен.

Сознание Цинь Му внезапно рассыпалось. Прежде чем это случилось. Оно увидело яркую вспышку света меча.

Между тем божественное оружие в порту завибрировало. На его поверхности зажглись бесчисленные руны, так как оружие ощутило опасность. Его сила пробудилась, вспыхивая ярким светом.

Люди снаружи услышали грохот, раздавшийся в порту, и немедленно отправились осмотреться.

Ещё до того, как они успели войти, недавно выкованная пилюля меча взорвалась, выстреливая во все стороны трёмястами шестидесятью ножами, которые разрушили всё на своём пути!

Свет божественного оружия в порту потускнел. Спустя несколько мгновений раздался хруст и грохот, от которого лица людей снаружи ужасно помрачнели.

— Староста не может сидеть спокойно! Он словно ребёнок! — мясник впал в ярость, в то время как его божественные ножи завибрировали. Он прокричал. — Сила его меча добралась к нашему божественному оружию!

Слепой немедленно активировал свою жизненную Ци и божественное копьё. Последнее внезапно издало болезненный вопль, на его поверхности появились следы от меча.

Божественное оружие в порту продолжало ломаться. Вскоре его свет окончательно погас, округа была усеяна обломками.

Небесные Работники на фабриках стояли, недоумевая. Разрушились только ножи, копья и мечи, в то время как щиты и молоты остались целыми.

Через некоторое время ситуация устаканилась. Вокруг царил беспорядок!

Внезапно снаружи раздался голос старейшины деревни:

— Какой хороший меч! Я чувствую, будто стал моложе!

Люди в порту впали в ярость.

Глава 1108. Ковать — то же, что рисовать красотку

Толпа бросилась к старейшине, слепой прокричал:

— Старейшина, в твоём мече осталось несколько недостатков. Дай его мне, чтобы я их исправил.

Его намерения поняли все, кроме самого старейшины, который мирно отдал свой меч и ножны.

Схватив меч, слепой прокричал:

— Вперёд!

Мясник внезапно обнял старейшину, а бабушка Сы ударила его кулаком. Одноногий, глухой немой, слепой и остальные окружили старейшину, начиная его избивать. Цинь Му и целитель тоже тайком пнули его насколько раз, чтобы вылить свой гнев.

Только когда старейшина начала умолять о пощаде, все остановились и швырнули его подальше. Немой проговорил:

— Идём ковать остальные сокровища.

Старейшина встал на ноги и разъярённо прокричал:

— Целитель, это ты только что меня пнул?

— Нет! — уверенно ответил целитель. — Мы лучшие друзья и вместе пили чай в деревне. С чего бы мне тебя пить? Я никогда бы этого не сделал! Наоборот, я пытался их оттащить, чтобы они прекратили тебя избивать. Но вот Му’эр и вправду тебя ударил!

Цинь Му подпрыгнул в воздух, чтобы сбежать. Старейшина ухмыльнулся и достал свой меч. В небе вспыхнул луч меча, и Цинь Му упал с неба кому-то во двор.

Спрятав меч в ножны, старейшина похвалил:

— Какой хороший меч. Я назову тебя Резак Зла, так как ты будешь убивать злых лицемеров. Идём, мы должны продолжить ковать сокровища.

Цинь Му поднялся на ноги, и хромая отправился к порту, чтобы взглянуть на процесс ковки.

Спустя десяток дней немой и слепой выковали колесо Дао для бабушки Сы.

Бабушка хотела проверить силу своего сокровища, что встревожило всех вокруг. Цинь Му тут же ткнул пальцем и исполнил божественное искусство мгновенного перемещения, чтобы отправить бабушку подальше.

— Му’эр, я побью тебя до смерти, когда вернусь! — эхом прозвенел голос бабушки.

Все вокруг облегченно вздохнули и продолжили ковать, в то время как Цинь Му и дальше волновался, проговорив:

— Старейшина, старый Ма, когда бабушка вернётся, вы должны меня защитить.

— Всё будет хорошо, — одноногий похлопал его по плечу. — Не волнуйся.

Цинь Му не почувствовал облегчения, подозревая, что старики задумали что-то плохое.

Как оказалось, когда бабушка Сы вернулась, она избила Цинь Му, и никто не попытался её отговорить. Вместо этого старики пили чай и беседовали друг с другом.

Только когда бабушка Сы устала, все разошлись, возвращаясь к ковке божественного оружия.

Цинь Му поднялся, его лицо опухло. Он посмотрел на цилиня, прежде чем спрятаться в углу и притвориться спящим. Янь’эр превратилась в маленького зелёного воробья и уснула у него на голове.

— С вас двоих никакого толку. На новый год я приготовлю из вас праздничное блюдо! — злобно проговорил Цинь Му.

Зелёный воробей задрожал, и цилинь поднял её своим хвостом, убаюкивая.

Цинь Му подошёл к бабушке Сы и тайком рассказал ей о Гунсунь Янь:

— Пожалуйста, обучи её, бабушка.

Бабушка Сы улыбнулась и ответила:

— Я знаю, что она глупая и не любит совершенствоваться. В какой области она сейчас находится?

— В области истинного бога, — Цинь Му колебался, прежде чем ответить. —Но её сила достигла области Императорского Трона. Она обладает огромной магической силой, и, вероятно. Является сильнейшим практиком Императорского Трона в мире

Бабушка Сы настороженно проговорила:

— Её совершенствование достигло области Императорского Трона несмотря на то, что она только истинный бог? Это разница в пять областей!

Цинь Му ответил:

— Она полубог, дочь Матери Земли. Области были созданы девятью Небесными Преподобными Эпохи Дракона Ханя, они никак не связаны с силой.

Бабушка Сы пробормотала:

— Наверное, научить её контролировать свою силу будет трудно. Она находится в области истинного бога, но её сила достигла Императорского Трона. Это сложно…

Она поднялась и поспешно ушла.

Цинь Му продолжил изучать пути построений и ковки немого и слепого. В то время как те работали над котлом целителя. К этому времени он почти освоил достижения многих лет их совершенствования.

— Тебе предстоит ещё много узнать о ковке, — немой посоветовал, проговорив. — Ты достиг предела точности ковки. Тем не менее, твой дух ковки нуждается в развитии. Для начала тебе нужно понять, для чего мы придумали инструменты и работу!

Немой поднял свой молот, в его печи словно вспыхнули тысячи солнц, её пламя наполнило воздух. Он торжественно проговорил:

— У нас не было способностей древних богов. У нас не было методов создания! Тем не менее, у нас были инструменты, мозги, стремления и мечты!

— Небесные работы и предметы зависят от наших рук. Мы строим свои мечты и создаём мощные машины, которые делают нас мастерами создания!

Цинь Му тщательно обдумал его слова, прежде чем улыбнуться. Затем он достал сокровище из дворца предков, чтобы перековать его в своё собственное божественное оружие.

Слепой подошёл к нему, посмотрел, как он работает и спросил:

— Немой, для микроскопической ковки требуется как минимум три человека. Неужели он сможет сделать всё сам?

— Конечно, сможет, — немой продолжал ковать ножи для мясника, проговорив. — Это он рассказал нам о микроскопической ковке. Теперь он пришёл учиться в нас. Если он не достигнет успеха, то с него не будет никакого толку!

Слепой кивнул:

— Совершенствование этого парня уже превзошло наше. Тем не менее, он всё же уступает нам в наших специальностях. Полагаясь на нас, он ведёт себя так уверенно!

Немой проговорил:

— Почему бы нам не попробовать заставить его учиться самостоятельно? Если мы будем его учить, он никогда не достигнет нашего уровня. Тем не менее, не мы не можем допустить ситуации, в которой не сможем его ничего больше научить.

Слепой энергично добавил:

— Этот мерзавец возвращается к нам раз в несколько лет, чтобы научиться чему-то новому. Если мы не сможем его больше ничему научить, он о нас забудет!

Цинь Му изучил качества сокровищ, которые украл в Зале Чистого Солнца. Согласно немому, у каждого материала были свои качества и характеристики, лишь поняв которые человек мог смешивать материалы, чтобы увеличить силу и крепкость божественного оружия!

Именно этим был занят сейчас Цинь Му. Успешный кузнец должен обладать мягким сердцем. Хоть немой и казался черствым стариком, у него было самое доброе сердце в деревне.

Именно поэтому он был наиболее уязвим ко лжи и решил не открывать своих чувств, предпочитая молчать.

Цинь Му нашёл для него много Небесных Работников расы Белого Тигра, тем не менее, несмотря на то, что все они были красивыми женщинами, немому не понравилась ни одна из них. Это произошло из-за того, что события первых лет его жизни слишком сильно на него повлияли.

Цинь Му внимательно изучал сокровища, которые в его уме превращались в удивительные видения. Некоторые были горячими будто огонь, в то время как другие — нужными, словно вода. Одни были холодными, как горная вершина, а другие призрачными, как облака.

— Неудивительно, что дедушке немому не понравилась ни одна из девушек. В его глазах, эти материалы, должно быть, невероятно красивы.

Изучив качества материалов, он начал их смешивать.

— Этот красивый нефрит становится длиннее, если взять его больше, и короче, если немного отнять. Поэтому его нужно смешать с женщиной, которая напоминает летящее облако и текучий песок. Ко всему этому нужно добавить немного порошка…

Казалось, будто Цинь Му наряжал куклу, шепча себе под нос:

— Благодаря этой жемчужине, её кожа станет светлой, будто снег. Из шелка можно сделать пояс. Этот ремень будет стоит тысячу золотых слитков…

Закончив, он взволнованно исполнил божественное искусство небесного огня, чтобы расплавить своё творение.

Цинь Му открыл свой третий глаз и исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана. Пользуясь своей Ци и сознанием в качестве молота, он начал ковать своё божественное оружие.

Немой и слепой наблюдали за ним. Несмотря на то, что они выглядели спокойными, они волновались, что он испортит сокровища.

Природа и дух Цинь Му становились всё активнее, по мере его погружения в процесс ковки. К удивлению, ритмичные вибрации Дао, исходящие из его тела, больше напоминали мелодию понимания Дао, нежели ковки.

Глава 1109. Расти вместе

Увидев это, слепой и немой тут же расслабились. Они переглянулись и кивнули друг другу.

Как и ожидалось, Цинь Му удалось постичь искусство ковки. Он не только изучил знания двух стариков, но также мог мастерски их использовать.

Более того, он даже смог пойти в удивительное состояние, в котором его понимание себя, Дао, своего духа и своего сердца Дао вылились в ковку!

Когда он ковал, вокруг него появились ореолы света, а за ними — видения древних богов. Эти ореолы кружились вокруг древних богов, олицетворяя Великое Дао доисторической вселенной.

Раздались громкие голоса Дао. Его понимание, сердце Дао, настойчивость и упорный труд превращались в божественное оружие через путь ковки.

Он уменьшил руны своего Великого Дао до микроскопического размера, прежде чем отпечатать их на каждой частице своего божественного оружия с помощью ударов молота. На его лице было серьёзное выражение.

Каждый раз, когда истощались его Ци и сознание, он выпивал глоток первобытной жидкости. Когда его божественное оружие перегревалось, он поливал его жидкостью, не обращая внимания на её ценность.

Слепой и немой были озадачены тем, что Цинь Му продолжал ковать несмотря на то, что они уже почти закончили работу над ножами мясника.

Тем не менее, они не задумывались над этим, так как знали, что знания Цинь Му были невероятно сложными, что усложняло для него задачу микроскопической ковки.

Они немного отдохнули, прежде чем снова разжечь свою печь и заняться ботинками и перчатками одноногого.

Выковать сокровища одноногого было даже сложнее, чем ножи мясника. Техника одноногого была уникальной, его сокровища должны проходить сквозь всевозможные печати и ограничения, улучшая его мастерство.

Для немого и слепого это было сложной задачей.

Им понадобилось более двадцати дней, чтобы закончить работу над сокровищами одноногого. Вздохнув с облегчением, они оглянулись, увидев, что Цинь Му до сих пор куёт своё божественное оружие.

Тем не менее, можно было увидеть, что Цинь Му ковал себе обычный, незаурядный меч.

И всё же, Цинь Му наносил на него отпечатки с помощью райских дворцов своего божественного сокровища Духовного Эмбриона!

«Сила божественного оружия Му’эра, вероятно, будет ужасающей!»

Они переглянулись, думая об одном и том же.

Они понимали почему божественное оружие Цинь Му выглядело как меч. На самом деле в нём содержалось его Великое Дао и амбиции, и было более, чем мечом, так как могло с лёгкостью менять свою форму.

Вокруг Цинь Му сверкали странные видения, и после последнего удара молота его меч внезапно рассыпался.

Слепой и немой были шокированы. Бросившись к Цинь Му, они увидели, что божественный меч, который ковал на протяжении многих дней, был разрушен!

Так как при его создании использовалась микроскопическая ковка, он превратился в порошок. Божественное золото и материалы превратились в крохотные частицы, которые было невозможно разглядеть невооружённым взглядом.

Цинь Му был ошеломлён, держа в руке горстку порошка.

Слепой смерил его взглядом, нахмурился и прошептал:

— Немой, он пытался объединить пятнадцать техник Императорского Трона и выковать из них меч. Тем не менее, меч этого не выдержал.

Немой исследовал частицы на полу и определил материалы, прежде чем проговорить:

— Даже я не смог бы подобрать лучшие материалы! Впрочем, меч готов!

Слепой ошеломлённо дрогнул, в то время как немой вытащил из кучи пыли сломанный меч длиной в десять сантиметров.

Изначально Цинь Му думал, что потерпел неудачу, но услышав слова немого, он посмотрел на оружие, увидев, что оно было острым и сверкающим!

Держа меч в руке, немой проговорил:

— Му’эр, ты хотел создать что-то слишком идеальное. Ты хотел создать совершенный меч, который мог бы слиться с твоим Великим Дао. Разве тебе удалось бы сделать всё и сразу? Мы пытаемся компенсировать свои недостатки, чтобы стать совершеннее в том, в чём мы хороши. Куя этот меч, ты именно это и сделал.

Цинь Му, казалось, понял о чём он.

— Ты ковал его совершенным, в то время как твои техники не совершенны. Ты захотел от оружия слишком много, поэтому его лезвие повредилось. Как говорится, когда достигаешь предела, приходится идти обратно, — продолжил немой. — Правильно будет воспользоваться своими достоинствами, чтобы компенсировать недостатки. Ты должен компенсировать то, что у твоего меча сломанное лезвие. Тебе не стоит стремиться к совершенству. Ты должен постоянно учиться вместе с этим мечом и улучшать свои Великие Дао и техники, чтобы наконец компенсировать его недостатки. Когда ты это сделаешь, твоё меч станет целым.

Цинь Му взял меч в руку и дрогнул. На его лицо упал яркий, чистый словно вода, свет меча.

Немой сказал, что артефакт, который хотел выковать Цинь Му, был слишком совершенным, и не ошибся.

Стуча молотом, Цинь Му пытался создать божественное оружие, которое могло бы объединить в себе пятнадцать райских дворцов, и отбить него руны своего Великого Дао.

Шесть из пятнадцати его божественных дворцов всё ещё были недостроенными, что не позволило бы создать целый меч. Тем не мене. Цинь Му стремился к совершенству и в итоге и вовсе сломал лезвие.

Немой улыбнулся и проговорил:

— Этот клинок будет расти вместе с тобой. Несмотря на то, что он сломан, когда он вырастет, его сила будет ужасающей!

Цинь Му исполнил технику Трёх Эликсиров Тела Тирана, и лезвие превратилось в облако крохотных частиц, прежде чем сформировать нож, похожий на поток воды. Легко проведя по нему рукой, Цинь Му превратил его в длинное копьё.

Лезвие меняло форму согласно его мыслям. Тем не менее, после каждого превращения Цинь Му приходилось использовать свои руны, чтобы компенсировать недостатки оружия.

Отсутствующие части имели разные формы, поэтому руны Великого Дао тоже были разными.

Цинь Му поднял меч, всё ещё будучи разочарованным. Несмотря на то, что оружие было повреждено из-за несовершенства его техник, он всё же хотел, чтобы оно было идеальным.

«Чем больше спешишь, тем медленнее двигаешься. Такие люди, как дедушка немой и старейшина деревни, совершенствовавшие лишь один райский дворец, лучше подходят для ковки божественного оружия. Я пытаюсь совершенствовать технику великих райских небес, что усложняет для меня эту задачу.»

Он успокоился, когда внезапно услышал голос Короля Дьяволов Дутяня, раздавшийся снаружи. Цинь Му вышел наружу, и Король Дьяволов Дутяня и Юй Чжаоцинь попросили с ним встречи. Они подошли к нему вместе с тремя небесными драконами и поклонились:

— За пять лет я завоевал Мир Небесного Пера! Я пришёл доложить об этом!

Цинь Му улыбнулся и помог ему подняться, проговорив:

— Ты хорошо справился, брат Дутянь, — Он подозвал цилиня и достал Мир Бутылки, проговорив. — Твои люди всё ещё внутри. Сегодня я дарю эти небеса тебе. Брат, взгляни.

Король Дьяволов Дутяня с трудом сдерживал своё волнение, наблюдая, как Цинь Му вылил остатки первобытной жидкости из бутылки, после чего подбросил её в воздух. Мир Бутылки тут же начал становиться всё больше и больше, достигая Первобытного Дерева.

Внезапно бутылка достигла нескольких десятков километров в высоту. Её горлышко наклонилось и повисло возле Первобытного Дерева. Из него вылился звёздный свет, формируя вход внутрь.

— Брат Дутянь, теперь ты правитель небес, — проговорил Цинь Му.

Король Дьяволов Дутяня взглянул на мир бутылки и заплакал. Он чувствовал, что все его усилия того стоили.

Глава 1110. Божественное оружие создания

Мир Бутылки был мощным сокровищем мастеров создания Племени Скрытой Горы.

Более того, он был создан мастерами создания, поэтому в случае битвы его можно было использовать в бою, хоть для этого и требовалось мощное сознание.

Цинь Му передал техники совершенствования сознания Вечному Миру. Боги и практики божественных искусств Вечного Мира объединили техники вроде Трёх Корпусов Высших Знаний с современной системой совершенствования, создав множество новых техник сознания.

Всё, что нужно было сделать Королю Дьяволов Дутяня, — это изучить техники Вечного Мира и приказать своим людями принести жертву Миру Бутылки, чтобы усилить его. После этого Мир Бутылки стал бы мощным оружием, способным защитить их!

Король Дьяволов Дутяня был взволнован и поспешно вошёл в Мир Бутылки, чтобы рассказать об этом своим людям.

После многих лет, разрушения мира Дутяня, бесчисленных смертей, потери дома и безрезультатных просьб о помощи, они наконец нашли себе место для жизни!

Король Дьяволов Дутяня переполнился кипящей страсть, но в то же время понимал, что захвата Мира Небесного Пера было недостаточно, чтобы заслужить мир вроде Мира Бутылки.

Мир Бутылки был намного больше, чем Мир Небесного Пера. Цинь Му подарил ему его из-за своих дружественных чувств.

Цинь Му спросил о произошедшем у Юй Чжаоцинь, и она рассказала, как Король Дьяволов Дутяня повёл своих людей, чтобы захватить Мир Небесного Пера. В то время это место было захвачено демонами, техники которых идеально подходили, чтобы отбиваться от Расы Небесного Пера.

Более того, лидер демонов владел божественными искусствами Расы Небесного Пера, поэтому мог манипулировать даже самой Юй Чжаоцинь.

Вместо того, чтобы атаковать в лоб, Король Дьяволов Дутяня воспользовался своим положением среди дьявольской расы, чтобы пробраться в Мир Небесного Пера и изучить техники демонов. После двух лет изучений, он нашёл способ с ними бороться и передал новую технику Юй Чжаоцинь.

Юй Чжаоцинь поделилась ею со своей расой и после ещё двух лет подготовки, пошла в атаку.

Это позволило им нанести по демонам сокрушительный удар, и окончательно истребить их спустя один год!

Цинь Му выслушал её и похвалил:

— Человек, понимающий себя и своего врага, всегда побеждает. Король Дьяволов Дутяня обладает достоинствами настоящего лидера.

Юй Чжаоцинь улыбнулась и проговорила:

— Изначально отношения Дутяня с тремя драконами были не слишком хорошими. Они часто его избивали. Но позже ситуация улучшилась, и они даже спасали друг другу жизнь.

Цинь Му искренне рассмеялся, призвав к себе девятерых небесных драконов и проговорив:

— Вы останетесь здесь или пойдёте со мной на райские небеса? Если пойдете со мной, то я сотру ваши воспоминания и заменю их новыми. Если же вы решили остаться здесь, то вам нужно сменить свою внешность, после чего вы можете жить в Вечном Мире.

Девять небесных драконов превратились в людей и начали советоваться. Приняв решение, они проговорили:

— Следуя за тобой, мы узнали много тайн, Небесный Преподобный. Если мы вернёмся, то будем в опасности даже если ты сотрёшь наши воспоминания. Поэтому мы решили остаться здесь, возможно, мы сможем чего-либо здесь достичь.

Цинь Му достал Книгу Жизни и Смерти и проговорил:

— В таком случае, я вам помогу. Я удалю ваши имена из Книги Жизни и Смерти, чтобы райские небеса не смогли вас выследить.

Он посветил на драконов книгой, используя божественное искусство Юду, чтобы стереть их имена.

Драконы внезапно почувствовали облегчение, прежде чем поклониться и поблагодарить.

«Раз уж я собрался на райские небеса, пора вернуть принцу Ю Мину Пагоду Стеклянного Неба.»

Подумав б этом, Цинь Му направил своё сознание в землю слова Цинь, чтобы достать оттуда Пагоду Стеклянного Неба. Войдя внутрь, он услышал странный голос Дао, от которого его сердце начало трепетать.

Он обнаружил, что этот голос исходил от яйца древнего бога в Пагоде Стеклянного Неба. Неподалёку от него, странные руны на яйце Тай Ши зашевелились, тоже издавая голос Дао. Казалось, будто два яйца говорили друг с другом!

Цинь Му покрылся потом. Стараясь не шуметь, он достал сокровище из земли слова Цинь и ушёл.

Два огромных яйца замолчали, вокруг воцарилось спокойствие.

Тем не менее, после недолгой паузы, голоса Дао зазвучали снова!

Волосы Цинь Му встали дыбом, его сердце начало бешено колотиться:

— Яйца Тай Ши и другого древнего бога обрели разум! Существа внутри них общаются друг с другом! О чём они говорят?

Это повергло его в ужас.

«Пока что мне не удастся вернуть Принцу Ю Мину Пагоду Стеклянного Неба!»

Цинь Му успокоился. Было естественно, что ему не нравилось, что древние боги в яйцах начали говорить друг с другом, не успев даже родиться.

К настоящему времени существовал лишь один древний бог, родившийся с яйца. Им являлся древний Небесный Император. Если эти два яйца вылупятся, то разве в мире не станет на двух Небесных Императоров Больше?

Древний Небесный Император был ужасающим существом. Он умер, но не был окончательно подавлен, и до сих пор творил множество зла.

Если бы этих два древних бога начали работать вместе, они несли бы в себе намного больше опасности!

«Не стоит их тревожить.»

Глаза Цинь Му загорелись. Он позвал цилиня и Янь’эр, сообщив:

— Драконы остаются, поэтому вам двум придётся тащить карету.

Цилинь надел на себя повода, Янь’эр была вынуждена сделать то же самое. Они спросили:

— Владыка, когда мы отправляемся?

Когда Цинь Му сел в карету, к нему подбежал посланник райских небес, чтобы прочитать приказ Небесного Императора, по которому Гунсунь Янь должна была отправиться на райские небеса.

Всё это время Гунсунь Янь совершенствовалась с бабушкой Сы, укрепляя свои способности. Кроме этого, она изучала обычаи райских небес вместе с Лин Юйсю. Узнав, что пришло время отправляться на райские небеса, она взволновалась.

Цинь Му пригласил её в карету, и они поднялись в воздух вместе с чиновником райских небес. Улыбнувшись, Цинь Му проговорил:

— Если ты не нервничаешь, встречая меня, то не должна нервничать при встрече с десятью Небесными Преподобными. У меня более высокое положение.

Ладони Гунсунь Янь покрылись холодным потом. Цинь Му взял её за руку, после чего она успокоилась.

Цинь Му торжественно проговорил:

— Отправляемся в путь! Не идите к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии у Первобытного Дерева, воспользуемся мостом за пределами города!

Янь’эр кивнула и вместе с цилинем потащила карету в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Сидя в карете, Цинь Му продолжал думать о яйцах. Общавшихся друг с другом:

«Кажется, я должен найти письмо Небесной Преподобной Лин, оставленное старшим братом. С его помощью мне удастся постичь божественное искусство неизменного вещества и использовать его для изучение языка Дао яйца Тай Ши. Тогда я смогу понять, о чём они говорят!»

Янь’эр и цилинь подлетели к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии и Цинь Му спросил у чиновника райских небес:

— Куда ведёт этот мост?

— Во Дворец Создания Патриарха, Небесный Преподобный.

«Дворец Создания Патриарха?»

Сердце Цинь Му дрогнуло. Между тем. Карета вошла в Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Дворец Создания Патриарха был лучшей фабрикой райских небес!

Несмотря на то, что Цинь Му был Небесным Преподобным райских небес, он никогда раньше там не был. Выглянув в окно, он увидел бесчисленное количество богов с тремя головами и шестью руками, занятых ковкой божественного оружия. Каждый удар их молотов звенел, будто раскат грома!

Они были Небесными Работниками райских небес, и могли ковать с невероятной скоростью благодаря своим трём головам и шестью руками.

Весь Дворец Создания Патриарха был наполнен печами, в которых сверкал божественный огонь. В нём круглосуточно кипела жизнь, и к нему со всех уголков мира прибывали лучшие божественные материалы.

Это место было заполнено даосами секты Дао райских небес, отлично владеющих математикой. Кроме них здесь было огромное количество ремесленников и других миров. Дворец Создания Патриарха был способен в одиночку составить конкуренцию всем фабрикам Вечного Мира!

Внезапно зрачки Цинь Му сузились, он увидел перед собой божественное оружие создания Дворца Создания Патриарха.

Глава 1111. Божественное оружие четырёх божеств

В здании, которое раньше было Залом Непостижимого Неба, возвышалось огромное божественное оружие, восемь колёс которого сцепились друг с другом. У них не было никаких шестеренок, но каким-то странным образом они могли непрерывно печатать руны создания на предмете в центре.

На поверхности восьми колес были невероятно сложные руны создания, которые ярко сияли во время работы, испуская силу создания.

Судя по строению Нефритовой Столицы, казалось, будто в городе были тысячи небесных печей. Их трубы были выкованы из божественного металла и покрыты рунами передачи, что позволяло им передавать свою энергию к колесам.

Чтобы запустить эту огромную машину, нужно было зажечь все печи нефритовой столицы, что являлось невероятно сложной задачей!

«Этим божественным оружием создания, построенным Небесной Преподобной Лин, была создана Цзюэ Учэнь и клоны Небесного Преподобного Юя, — Цинь Му рассматривал божественное сокровище создания, думая. — После смерти Небесного Преподобного Юня это сокровище оказалось в руках райских небес.»

Это божественное оружие создания было главным наследием Небес Ханя!

В этот момент все печи во Дворце Создания Патриарха внезапно загорелись. Божественное оружие создания активировалось!

Сердце Цинь Му дрогнуло. Он шокировано оглянулся по сторонам. «Райские небеса активировали божественное оружие создания. Что они собираются выковать?»

Руны восьми колес божественного оружия создания загорелись. Их свет становился всё ярче и ярче.

Цинь Му приказал цилиню и Янь’эр подойти поближе. Всмотревшись вдаль, он увидел гигантов, которые тащили за собой огромную телегу, в которой лежала целая гора мяса.

— Владыка Культа, это Великий Владыка Юпитера.

Цинь Му кивнул. Великого Владыку Юпитера привезли к божественному оружию создания. Несколько даосов вытащили его из телеги и поместили в центр божественного оружия создания.

Владыка Юпитера казался растерянным, не понимая, что происходит.

В этот момент восемь колёс начали медленно вращаться. Их свет становился всё ярче и ярче, падая на его тело!

Божественное оружие создание вращалось всё быстрее, как и лучи, испускаемые его рунами. Руны создания одна за другой отбивались на теле Великого Владыки Юпитера, и его тело постепенно менялось, его голова, конечности и туловище восстанавливались!

Рассматривая сияние бесчисленных рун, Цинь Му увидел, что некоторые из рун не были рунами создания, а рунами Великого Дао древних богов, которые сверкали красным цветом.

Чиновник райских небес проговорил:

— Небесный Преподобный, Его Величество ждёт нас.

Цинь Му внимательно рассматривал процесс создания, проговорив:

— Погоди немного. Это… руны Великого Дао Южного Божества Чжу Цюэ!

Цинь Му был ошеломлен. Великий Владыка Юпитера медленно преобразовывался под влиянием рун создания. Его тело начинало напоминать Южное Божество Чжу Цюэ!

Со временем он становился всё более на неё похожим. Более того, в его теле отпечатывались руны её Великого Дао, делая его всё сильнее!

Священный огонь Красной Птицы вспыхнул вокруг этого тела, кружась вокруг нового Южного Божества, отчего божественное оружие создания накалилось до красна!

Сердце Цинь Му неистово дрожало. Десять Небесных Преподобных собирались возродить Южное Божество Чжу Цюэ!

Тем не менее, они не воскрешали Южное Божество, а создавали из неё божественное оружие!

Зачем райские небеса возвращали Южное Божество?

— Мама… — пробормотала Янь’эр.

Цилинь, стоящий рядом с ней, попытался её утешить.

Цинь Му собрался с мыслями и серьёзно проговорил:

— Янь’эр, Лун Пи, нужно идти в нефритовую столицу.

Карета медленно двинулась вперёд. Время от времени Янь’эр оглядывалась на Южное Божество. Несмотря на то, что она знала, что оно было ненастоящим, она всё равно не могла свести с него глаз.

— Чиновник, почему Дворец Создания Патриарха восстанавливает Южное Божество? — спросил Цинь Му.

Чиновник ответил:

— Что я, простой чиновник, могу об этом знать? Тем не менее, я слышал слухи, что Небесные Преподобные создавали много оружия, не только Южное Божество. Они также сделали копию Восточного, Западного и Северного Божества, с помощью которых, предположительно, они атакуют Великую Пустошь.

Цинь Му взглянул на него и рассмеялся:

— На самом деле, ты знаешь очень много.

Чиновник виновато рассмеялся:

— Раньше райские небеса атаковали Великую Пустошь и потеряли множество солдат и генералов, понеся огромные потери ряди того, чтобы найти путь в Великую пустошь. Его Величество впал в ярость и сказал Небесным Преподобным, что они должны захватить это проклятое место. Поэтому Небесные Преподобные приказали Дворцу Создания Патриарха создать божественные оружия четырёх божеств, намереваясь использовать их для подавления опасностей Великой Пустоши. На райских небесах все об этом знают.

Цинь Му искренне рассмеялся и дал чиновнику мешочек монет райских небес.

Чиновник спрятал деньги в своём рукаве, почувствовав облегчение:

— Мы недавно обнаружили путь в Великую Пустошь. Тем не менее, десять Небесных Преподобных ещё не придумали способа безопасно туда войти. Заставлять всех солдат совершенствовать технику Думать и не Думать слишком сложно, и не каждый может её освоить. Каждый раз, когда мы отправляли туда подкрепления, больше половины солдат были ранены или убиты по пути. До места назначения добирались лишь разбитые остатки армии. В итоге кто-то вспомнил о Императора Бескрайних Туч.

Глаза Цинь Му загорелись. Он спросил:

— Император Бескрайних Туч?

— Император Бескрайних Туч был мятежником, — ответил чиновник. — Тем не менее, раньше он посещал Великую Пустошь и нашёл способ справляться с её странностями. К сожалению, когда десять Небесных Преподобных расспросили о нём Зелёное Божество, тот ответил, что утопил Императора Бескрайних Туч в реке по приказу Небесного Императора. Затем Небесные Преподобные отправили своих людей на поиски учеником Императора Бескрайних Туч, но не знаю, что произошло после этого.

Цинь Му вспомнил, что увидел божественное искусство старшего брата в Великой Пустоши. Кроме того, именно божественное искусство Вэй Сюйфэна привело их в землю Великой Пустоши.

Было очевидно, что у Вэй Сюйфэна был свой способ подавления особенностей Великой Пустоши.

— В таком случае, есть ли у него какие-либо ученики? — спросил Цинь Му.

— Естественно, — улыбчиво проговорил чиновник. — Император Бескрайних Туч был Великим Императором, управлявшим Дворцом Бескрайних Туч. Он охранил галактики первой и второй колонны, а также девять префектур. Древние боги тех земель не знали жалости, они правили расами, в которых было множество сильных практиков. Он охранял их по приказу райских небес, и не смог бы справиться с этой задачей без учеников.

Цинь Му достал ещё один мешочек монет райских небес и проговорил:

— Ты не мог бы найти для меня карту Дворца Бескрайних Туч?

Чиновник выхватил деньги невероятно быстрым движением, которое ничем не уступало скорости одноногого:

— Когда мы прибудем в Зал Непостижимого Неба, я найду для Небесного Преподобного карту Дворца Бескрайних Туч.

Цинь Му мягко кивнул:

— Как мне попасть во Дворец Бескрайних Туч? Я должен это знать.

Чиновник поспешно ответил:

— Раз уж Небесный Преподобный спрашивает, я, естественно, расскажу, что знаю.

Карета прибыла в Нефритовую Столицу и остановилась у Зала Непостижимого Неба. Цинь Му и Гунсунь Янь вышли из кареты, в то время как чиновник быстро вошёл внутрь, чтобы доложить о их прибытии. Гунсунь Янь всё ещё немного нервничала. Заметив это, Цинь Му улыбнулся и проговорил:

— Я рядом, тебе не о чём беспокоиться.

Его сознание вошло в межбровье Цинь Му и спряталось среди её божественных сокровищ. Только теперь он понял, насколько сильной он была. Её жизненная Ци была бескрайней, словно великий океан Первобытного Царства!

Тем е менее, источником силы Гунсунь Янь были не её божественные сокровища, а её родословная.

— Пригласите Гунсунь Янь во дворец для аудиенции!

Гунсунь Янь собралась с мыслями и медленно вошла внутрь.

Глава 1112. Добродетельная Владыка Земли

Небесный Император сидел на своём троне посреди Зала Непостижимого Неба. Десять Небесных Преподобных тоже были здесь, каждый из них сидел в торжественной позе. Под троном собрались множественные чиновники, округу освещали различные божественные лучи.

Гунсунь Янь поклонилась. Небесный Император поздоровался и позволил ей подняться.

Чиновник отчитался, восхваляя Гунсунь Янь за её сострадание и доброту, а также за способности и политическую самостоятельность, которые тронули небеса. После этого Небесный Император сказал пару слов и предложил им сесть.

Когда Гунсунь Янь села, чиновник отчитался снова, похвалив её удивительную мораль и поведение, а также сказав, что она талант, способный править миром. Он добавил:

— Мать Земли испорчена, она пала крайне низко. Теперь в Первобытном Царстве нет лидера, и оно поглощено хаосом. Небесному Преподобному Сяо тяжело в одиночку стоять на страже этого места. Поэтому я рекомендую назначить Гунсунь Янь Добродетельной Владыкой Земли, чтобы она разделила ношу Небесного Преподобного Сяо.

Небесный Император посмотрел на десятерых Небесных Преподобных и засмеялся:

— Что об этом думают мои служители?

Десять Небесных Преподобных уже со всем согласились и по очереди кивнули:

— Пусть Его Величество примет решение.

В итоге Небесный Император отдал приказ, назначив Гунсунь Янь Добродетельной Владыкой Земли, разрешив ей строить райские дворцы и править армией численностью до миллиона солдат.

Гунсунь Янь поклонилась в знак благодарности.

Боги запели в унисон, и зал наполнился божественным светом. Воздух задрожал приятными волнами ритмов Великого Дао.

Десять Небесных Преподобных также благословили Гунсунь Янь десятью ореолами света, которые засияли у её затылка. Увидев это, сознание Цинь Му, прячущееся внутри её межбровья, дрогнуло: «Теперь на неё смотрит десять пар глаз. Она ничего не сможет от них скрыть!»

В этот момент из одного из ореолов у затылка Гунсунь Янь вытянулась тонкая нить сознания, проникая в её межбровье. Цинь Му холодно засмеялся и его сознание тут же взорвалось!

Сознание, которое проникло в межбровье Гунсунь Янь, очевидно не ожидало наткнуться там на кого-то ещё, и быстро превратилось в Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания. К его удивлению, сознание Цинь Му тоже превратилось в Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания, и они столкнулись друг с другом, тут же определив личность противника.

— Великий Император!

— Небесный Преподобный Му!

Небесный Император также подарил ей деньги, горничных и множество сокровищ:

— Добродетельная Владыка Земли, в сравнении с райскими небесами, нижняя граница переживает неспокойные времена. Надеюсь, что ты сделаешь всё возможное, чтобы взять ситуацию под контроль и обеспечить безопасность своих людей.

Гунсунь Янь кивнула, совершенно не обращая внимания на масштабную битву, развернувшуюся в её межбровье.

Небесный Император распустил чиновников, и десять Небесных Преподобных подошли к Гунсунь Янь, чтобы поздравить её. Затем к ней по очереди подошли остальные чиновники. Гунсунь Янь следовала наставлениям Лин Юйсю и вела себя в соответствии с обычаями императорского дворца. Она вела себя достойно и уверенно, чем завоевала множество похвалы от министров.

Поскольку Цинь Му вложил в её межбровье больше сознания, чем Великий Император, он вот-вот должен был разрушить его Небеса Великого Всеобъемлющего Сознания. Тем не менее, сознание Великого Императора было более опытным, и непрерывно атаковало под разными углами. Несмотря на то, что Цинь Му был сильнее, он ничего не мог с ним поделать.

Два сознания продолжали сражаться. Когда Гунсунь Янь наконец закончила и вышла из Зала Непостижимого Неба, Цинь Му подошёл к ней и легко стукнул пальцем по её межбровью, тут же уничтожая сознание Великого Императора!

«Великий Император до сих пор очень силён. Он владеет высокими достижениями на пути сознания.» — мысленно восхитился Цинь Му.

Противостояние в межбровье Гунсунь Янь позволило ему более глубоко понять способности Великого Императора.

Великий Император умудрился стать одним из десять Небесных Преподобных, а его достижения на пути сознания не имели себе равных, особенно после того, как он освоил систему божественных сокровищ и райских дворцов. Его божественные искусства сознания были намного сильнее, чем раньше.

— Молодой мастер, что мне делать?

Сразу после того, как Гунсунь Янь покинула Зал Непостижимого Неба, она снова стала простой девушкой без своих собственных идей или мнения. Она прошептала:

— Я не знаю, как стать Добродетельной Владыкой Земли, я…

Цинь Му рассмеялся:

— Тебе ничего не нужно делать.

Гунсунь Янь была озадачена. Цинь Му продолжил:

— Тебе просто нужно быть собой и продолжать делать то, что ты делала. Поливать, сажать цветы, удобрять почву, ловить насекомых, вить гнезда фениксам и следовать за бабушкой, изучая её пути, навыки и божественные искусства.

Гунсунь Янь моргнула своими большими яркими глазами:

— Но Его Величество Небесный Император просил меня построить райский дворец Добродетельного Владыки Земли, а я понятия не имею, как это сделать…

— Это ещё проще, — ответил Цинь Му. — Ты можешь попросить денег у Небесного Императора после чего Вечный Мир сможет построить для тебя дворец. Что касается набора солдат и покупки лошадей, оставь эту задачу Императору Яньсю. Лин Юйсю с радостью поможет тебе в этом. Можешь сосредоточиться на совершенствовании. Как только твои способности станут сильнее, ты сможешь в одиночку одолеть в бою десять тысяч врагов. Это всё, о чём тебе сейчас стоит думать.

— Мне придётся сражаться в битвах… — Гунсунь Янь взволновалась.

Цинь Му искренне рассмеялся:

— Добродетельная Владыка земли контролирует половину Первобытного Царства. Если на её землях начнётся восстание, разве её не придётся его подавить?

Пока он говорил, к ним подошёл чиновник райских небес притащив с собой сокровища, подаренные Небесным Императором, а также сотню горничных и карету Восьми Фениксов. Восемь фениксов обладали величественным видом и гигантскими размерами, ничем не уступая девятерым драконам Кареты Небесного Дракона.

Карета Восьми Фениксов даровалась всем влиятельным чиновникам. Она стояла на ступень ниже, чем Карета Небесного Дракона, но всё же была символом невероятно высокого положения.

Гунсунь Янь села в карету и неохотно попрощалась с Цинь Му. Затем карета поднялась в воздух, таща бесчисленные сокровища и горничных в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Цинь Му дрожащим взглядом смотрел ей вслед:

— Благословления, которую десять Небесных Преподобных дали Гунсунь Янь, доставят много проблем. Их очень сложно уничтожить, даже сложнее, чем благословления древних богов!

Тем не менее, после того как Гунсунь Янь стала Добродетельной Владыкой Земли, о Вечном Мире узнали многие армии других миров.

Это было хорошо!

После Бедствия Вечного Мира, численность армии Вечного Мира уменьшилась. Дае несмотря на помощь Северного и Западного Божеств, с которой империя получила мощные божественные сокровища вроде Кувшина Пяти Гроз, Армия Пяти Гроз так и не была сформирована.

В конце концов, даже если Вечный Мир разбогатеет, он не станет сильным.

В Вечном Мире было множество богов, которых можно было отправить в райский дворец Добродетельной Владыки Земли, прежде чем отправить их воевать и набираться опыта.

В этот момент Небесный Преподобный Хао, Небесный Преподобный Хо и остальные вышли из Зала Непостижимого Неба.

— Небесный Преподобный Му! — Небесный Преподобный Хун быстро зашагал вперёд и поклонился, проговорив. — Небесный Преподобный Му всё это время ждал снаружи Зала Непостижимого Неба? Почему ты не вошёл внутрь, чтобы поговорить? Его Величество всё время о тебе вспоминал!

Цинь Му улыбнулся в ответ:

— Я опоздал, и пришёл когда встреча во дворце уже началась. Я не хотел тревожить Его Величество и чиновников.

Он с подозрением осматривал Небесного Преподобного Хуна.

Небесный Преподобный Хун слегка напоминал Да Хуна, с которым он встречался во время Эпохи Дракона Ханя. Тем не менее, Да Хун был молод, в то время как Небесный Преподобный Хун был энергичным стариком с седой бородой и волосами.

Они оба принадлежали к расе демонов. Тем не менее, если верить Божественному Королю Гун Юнь, Да Хун был мёртв. В таком случае, мог ли Небесный Преподобный Хун быть Небесным Императором?

Неужели Великий Император спустился из Высшей Пустоши и вошёл в труп Да Хуна?

Цинь Му продолжал улыбаться, обмениваясь любезностями с Небесным Преподобным Хунем.

Совсем недавно они сражались друг с другом в межбровье Гунсунь Янь. Теперь же они весело болтали, словно ничего не произошло.

Глава 1113. Я была глупа

Небесный Преподобный Хао сделал шаг вперёд и серьёзно проговорил:

— Небесный Преподобный Му, похоже, был сильно занят. За все эти годы ты ни разу не появлялся на райских небесах. На недавней встрече Небесного Союза были все Небесные Преподобные и другие последователи союза, кроме тебя.

— Встреча Небесного Союза? — сердце Цинь Му дрогнуло. Из числа членов Небесного Союза он знал лишь десятерых Небесных Преподобных, а также Предка Дао и Будду Брахму. Остальных он никогда не встречал. Улыбнувшись, он проговорил. — Я был занят всякими мелочами. На следующую встречу Небесного Союза я обязательно приду.

Император Богов Лан Сюань подошёл к ним и осмотрел Карету Небесного Дракона, после чего неоднозначно улыбнулся и проговорил:

— Как ты посмел менять зверей в карете, которую тебе подарил Его Величество? Что случилось с девятью Небесными Драконами?

Цинь Му вздохнул и проговорил:

— Моё последнее путешествие оказалось крайне опасным. Девять Небесных Драконов погибли героической смертью.

Император Богов Лан Сюань продолжил осматривать карету, заметив на ней следы ремонта, после чего холодно рассмеялся:

— Небесный Преподобный Му снова был занят разрушением чужих домов? Не странно, что карета сейчас в таком ужасном состоянии!

Цинь Му дерзко улыбнулся:

— Ты прав. Будь у меня больше мозгов, я бы разрушил Божественный Дворец друга Дао Лан Саня. По крайней мере, тогда не пришлось бы избегать погони и избиений.

Император Богов Лан Сюань рассмеялся:

— Разве кто-то посмел бы разрушать мой райский дворец?

Цинь Му улыбнулся в ответ, думая про себя: «Я разрушал твой райский дворец Лан Сюаня дважды!»

Вскоре к ним присоединилась Небесная Госпожа Янь, неся белого кота на руках. Она улыбчиво проговорила:

— Небесный Преподобный Му устал после долгого путешествия. Я вижу, что тебе хорошо досталось.

Цинь Му посмотрел на белого кота у неё на руках и удивился: «Этот кот до сих пор жив?»

В глазах белого кота засиял страх и он поспешно скрылся в объятиях Небесной Госпожи Янь.

Цинь Му засмеялся:

— Небесная Госпожа Янь, можно мне поиграться с твоим котом несколько дней?

Женщина ответила:

— Так не пойдёт. Несколько лет назад Сяо Ци, отправившийся на поиски вора, который стащил сокровище Его Величества, пережил что-то ужасное. Он так и не пришёл в себя с тех пор и дрожит от страха всякий раз, когда встречает врага. Тот вор невероятно злой!

Цинь Му грустно вздохнул:

— Как жаль.

Небесная Преподобная Цян подошла к ним и поклонилась, с любопытством спросив:

— Где Небесный Преподобный Му пропадал все эти годы?

— Много где, — Цинь Му поклонился в ответ. — Первобытное Царство, Четыре Полюса, я бегал туда-сюда и встречал много людей. Я невероятно устал.

Небесная Преподобная Цян посочувствовала:

— Небесному Преподобному стоит хорошо отдохнуть. Я создала лекарство, которое может восстановить твою кровь и тело. Поделиться?

Цинь Му искренне рассмеялся:

— Моё тело не достойно такой заботы.

Небесный Преподобный Хо тоже пришёл увидеться с Цинь Му. Заметив его, Цинь Му холодно фыркнул:

— Мы ужа разорвали любые связи друг с другом, нам не о чём говорить.

На лице Небесного Преподобного Хо было безразличное выражение. За его головой вращались круги пламени, его внушительная аура вздымалась к небесам. Он спокойно проговорил:

— Мне тоже нечего тебе сказать. Пока ты не стоишь на моём пути, я не буду тебя убивать. Но если ты попытаешься меня остановить…

— Друг Дао Сяо! — Цинь Му не обращал внимания на его слова и поздоровался с Небесным Преподобным Хао. — Мне очень жаль насчёт Добродетельной Владыки Земли.

Небесный Преподобный Сяо поспешно ответил на его приветствие и улыбнулся:

— Мать Земли любила восставать и являлась источником проблем, находящимся в самом сердце райских небес. Теперь мы не просто от неё избавились, но и обрели талантливую и праведную Великую Владыку Земли. Это огромный подарок для Первобытного Царства.

Сердце Цинь Му слегка дрогнуло. Небесный Преподобный Сяо был единственным, кто упомянул Мать Земли. Было очевидно, что он знал, что её исчезновение из столицы Вечного Мира было работой рук Цинь Му.

Его слова несли скрытый смысл, он давал Цинь Му предупреждение.

Потомственный Король Богов просто пошёл мимо Цинь Му, гордо задрав голову.

Цинь Му засмеялся, не обратив на него внимания. После этого подошла Небесная Преподобная Сю, проговорив:

— Небесный Преподобный Му очень близок с моим отцом, Графом Земли. С ним всё ещё всё хорошо?

Цинь Му неоднозначно улыбнулся:

— У брата Дао Графа Земли всё хорошо, вот только он стареет. Он всё время думает о своих детях и чувствует себя одиноко потому, что они далеко.

Небесная Преподобная Сю проговорила:

— Он уже стар, поэтому ему не стоит сильно цепляться за власть. Будет лучше, если он уйдёт со своего места, чтобы не умереть на работе.

Лицо Цинь Му засияло в улыбке:

— Я его об этом сообщу.

Взгляд Цинь Му упал на Небесную Преподобную Гун. Она была серьёзной, важной женщиной, которая холодно относилась ко всем вокруг. Он проговорил:

— Друг Дао Гун.

— Небесный Преподобный Му, — женщина посмотрела на него.

Цинь Му внимательно её рассмотрел. Придя к выводу, что Небесная Преподобная Гун была серьёзной женщиной, которая никому не открывалась и холодно ко всем относилась, он серьёзно проговорил:

— Я встречался только с девятью Небесными Преподобными и построил с ними глубокую дружбу. Каждый из этих моих друзей Дао любит и уважает меня, словно свою родню. Но с другом Дао Гун я не говорил. Можно спросить, у тебя есть время пообщаться?

— Нет, времени у меня нет, — холодно ответила Небесная Преподобная Гун, прежде чем развернуться и уйти.

Остальные Небесные Преподобное рассмеялись:

— Небесный Преподобный Му, не принимай этого близко к сердцу. Она так ко всем относится.

Цинь Му ухмыльнулся, пытаясь скрыть своё смущение. Затем все попрощались и по очереди разошлись:

— Не перетрудись, и навещай нас, когда будет время. Вскоре великая армия райских небес и божественные оружия четырех божеств отправятся в поход, чтобы подавить Великую Пустошь. Небесный Преподобный Му, тебе нельзя этого пропускать!

Цинь Му кивнул, смотря им вслед. Его глаза дрожали: «Должно быть, они создали божественные оружия четырёх божеств, чтобы пробить себе путь. Так как у божественного оружия нет сознания, оно может справиться со странным дьяволами сердец. Тем не менее, некоторые дьяволы могут превращаться в древних богов или даже древнего Небесного Императора, с которыми не смогут справиться даже божественные оружия четырёх божеств. Им определённо придётся найти учеников старшего брата…

— Небесный Преподобный Му, вот карта Дворца Бескрайних Туч, которую ты просил, — раздался голос божественного чиновника, и Цинь Му быстро пришёл в себя. Чиновник рассмеялся и передал карту. — Я также нарисовал тебе маршрут ко Дворцу Бескрайних Туч, — он договорил, но не собирался уходить, продолжая смотреть на Цинь Му.

Цинь Му знал, что он хочет, и поспешно достал ещё один мешочек монет райских небес. Чиновник спрятал деньги в рукав, поклонился и ушёл.

Вернувшись к карете, Цинь Му развернул карту и начал её изучать. Закончив, он улыбнулся, прежде чем достать ещё одну карту, которая выглядела так же, как карта Дворца Бескрайних Туч!

Вторую карту ему оставил Вэй Сюйфэн. Судя по всему, Дворец Бескрайних Туч был одним из мест, где он спрятал сокровища, тем не менее. Цинь Му не знал, какое именно сокровище там его ждёт.

На карте, которую принёс чиновник, был отмечен Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, ведущий во Дворец Бескрайних Туч. Цинь Му сложил карту и сжёг её, оставив себе лишь карту Вэй Сюйфэна.

— Старший брат просил мне спасти его, полагаясь на эти карты. В таком случае, я буду следовать карте. Тем не мене, этот вопрос нужно ненадолго отложить… Янь’эр, отправляемся к Западным Небесным Вратам.

Янь’эр и цилинь потащили карету Небесного Дракона в сторону Западных Небесных Врат. Глаза Цинь Му горели, он размышлял: «Бай Юйцин из Дворца Яшмового Цветка Западных Небесных Врат, третий Небесный Наставник райских небес, реинкарнация Южного Божества. Для начала нужно узнать сколько раз она умирала, после чего я попытаюсь разрушить божественное искусство Сына Небесной Инь.»

Вернувшись в Вечный Мир, он пытался узнать, где сейчас находится Фэнду, но никто в Вечном Мире этого не знал.

Изначально Цинь Му планировал отправиться в Фэнду, чтобы встретиться с Ди Июэ и помочь Бай Юйцин путём изучения Небесных Врат Минду. Тем не менее, он так и не нашёл Фэнду.

Карета прибыла к Западным Небесным Вратам. Цинь Му позвал цилиня и достал перо красной птицы, прежде чем проговорить:

— Жирдяй, отправляйся во Дворец Яшмового Цветка и попроси стражников передать это перо Бай Юйцин.

Цилинь кивнул и спустя некоторое время вернулся, сообщив:

— Я всё сделал.

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Иди к Мосту Взаимного Сдвига Духовной Энергии Армии Западной Секты и отправляйся во Дворец Бескрайних Туч.

Бай Юйцин сидела во Дворце Яшмового Цветка, держа в руке перо красной птицы. Внезапно она встала и вышла наружу. Тем не менее, на троне осталась другая Бай Юйцин, выглядящая так же, как и она!

«Вернулся тот парень, что во время Эпохи Дракона Ханя обманом заставил меня увидеть его сокровища! Он был с толстой девушкой, которая обменяла моё перо на нефритовый кулон! — глаза Бай Юйцин дрогнули, она стиснула зубы. — В то время я была очень глупой, но их сокровище меня спасло. Я хочу понять, кто они такие, почему они меня спасли, и зачем им моё перо…»

Глава 1114. Император Яньфэн и Имперский Наставник

Бай Юйцин покинула дворец Яшмового Цветка. Её тело исчезло в яркой вспышке света, в то время как другая Бай Юйцин осталось заниматься делами во дворце.

Она владела уникальной техникой, благодаря которой во Дворце Яшмового Цветка осталась ещё одна Бай Юйцин области Императорского Трона, которая вела себя точно так же, как и она!

Практики, сумевший совершенствоваться до области Императорского Трона и стать Небесным Наставником обладали заслуженной репутацией.

Бай Юйцин не была исключением. Столкновения с Сыном Небесной Инь сделали её невероятно хитрой. К ним добавились её множественные воскрешения. Мучения заставляли её искать способы защищаться и обманывать Сына Небесной Инь.

Обычно, именно Сын Небесной Инь предпринимал попытки её обмануть, тем не менее, в нескольких случаях он сам чуть не погиб.

Она поразила райские небеса своими способностями и идеями, поэтому они назначили её Небесным Наставником, управляющим армией Западной Секты.

Вскоре Бай Юйцин нашла цилиня и Цинь Му. Увидев их, она растерялась: «Небесный Преподобный Му? Парнем, который показывал мне сокровище, был Небесный Преподобный Му? Он не похож на него. Я не смогла его рассмотреть, когда он посещал райские небеса… Я слышала, что ему повезло вернуться во времени и прославиться в первом году Дракона Ханя. Это значит, что тогда он выглядел не так, как сейчас… — она задумалась. — В таком случае, почему он дал мне тот нефритовый кулон? Почему он защитил меня от Сына Небесной Инь? Зачем ему перо, Которое дала мне Небесная Преподобная Юэ?»

Та и не найдя ответа, она зашагала в сторону Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

«В этот раз Небесный Преподобный Му отправился во Дворец Бескрайних Туч? Это Земли Императора Бескрайних Туч Вэй Сюйфэне. Я слышала, что они братья, — Бай Юйцин нахмурилась, нервничая. — Небесный Преподобный Сяо узнал, что Вэй Сюйфэн был учеником последователей Императора-Основателя. Он приказал нам с Зелёным Божеством заманить его в ловушку и задержать. Этот парень оказался невероятно крепким. Нам пришлось много поработать, прежде чем мы наконец добились успеха. Неужели Небесный Преподобный Му собирается заманить меня во Дворец Бескрайних Туч, чтобы отомстить за своего брата?»

Она посмотрела на перо красной птицы, колеблясь.

Перо полыхало Священным Огнём Красной Птицы.

Священный огонь был невероятно мощным и мог сжечь что угодно. Он уступал лишь Великому Дао Небесного Огня, но всё же был более опасным.

Небесный огонь был создан из микроскопических кристаллов, которые не несли в себе опасности, если их не трогать. Священный Огонь Красной Птицы, с другой стоны, был невероятно непредсказуемым, и в любой момент мог уничтожить небо и землю.

Тем не менее, он ни разу не причинил ей вреда.

Бай Юйцин была озадачена.

Несмотря на то, что её совершенствование было высоким, она не имела никаких достижений в божественных искусствах огня. Она совершенствовала божественные искусства пространства, а также хорошо владела математикой секты Дао и буддистскими учениями.

В прошлом, чтобы спастись, она провела одну жизнь будучи даосской монахиней в секте Предка Дао. Она также провела жизнь бодхисатвы под руководством Будды Брахмы.

Несмотря на то, что она не владела божественным искусством огня, Священный Огонь Красной Птицы как-то был с нею связан, что её удивило.

Перо Красной Птицы подарила ей Небесная Преподобная Юэ, которая добавила, что перо связано с её рождением. Тем не менее, Бай Юйцин уже вспомнила сто девяносто семь своих прошлых жизней, в каждой из которых Небесная Преподобная Юэ давала ей перо и говорила те же слова.

Её воспоминания начинались в древних временах, но она не хотела в них заглядывать.

Тем не менее, ей всё ещё было интересно.

Пока она решалась войти на Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, Бай Юйцин во Дворце Яшмового Цветка приказала своей армии выдвигаться в Великую Пустошь.

Боги и дьяволы в военном лагере управляли божественным оружием Западного Божества, построенным в соответствии со строением тела Западного Божества. Оно обладало безграничной силой!

Среди тысяч дьяволов в глаза бросались даос и монах средних лет, проходящие мимо Моста Взаимного Сдвига Духовной Энергии.

Бай Юйцин остановила их и проговорила:

— Даос Байю, монах Линюэ, идите сюда. Я хочу вас кое о чём спросить.

Они подошли и спросили:

— В чём дело Небесный Наставник?

Они были последователями буддизма и секты Дао, которые жили под крышей Бай Юйцин. Несмотря на их низкий статус, Бай Юйцин отметила их мудрость и храбрость. Позже они часто помогали ей со сговорами, демонстрируя высокие таланты, поэтому она высоко их ценила.

Бай Юйцин обрела свою мудрость благодаря бесчисленным покушениям, в то время как мудрость этих двоих была врождённой. В связи с этим, Бай Юйцин часто просила у них совета, когда сталкивалась с трудным решением.

Именно им была доверена задача доставить божественное оружие в Великую Пустошь.

Бай Юйцин рассказала им о своих опасениях. Они переглянулись, и монах Линюэ улыбнулся, прежде чем проговорить:

— Ты боишься, что слишком сблизишься с Небесным Преподобным Му, тем самым навлечёшь на себя злость других Небесных Преподобных? Или же ты боишься, что Небесный Преподобный Му собирается отомстить тебе за Императора Бескрайних Туч?

Бай Юйцин ответила:

— И то, и другое.

Монах Линюэ объяснил:

— Если бы Небесный Преподобный Му хотел причинить тебе вред, он сделал бы это в Эпоху Дракона Ханя. Для этого ему достаточно было просто тебя не спасать, что позволило бы Сыну Небесной Инь окончательно тебя убить. Зачем ему так усложнять себе работу?

Бай Юйцин сразу же его поняла и успокоилась, проговорив:

— Я найду его. Вы должны сопроводить божественное оружие в Велику Пустошь. Вы обладаете глубокой мудростью и умом, и должны помогать друг другу по пути, а также быть крайне осторожными. У императора-Основателя Цинь Е есть талантливые последователи, и свои четыре великих Небесных Наставника, — она ненадолго замолчала, прежде чем добавить. — Небесный Наставник Боевых Искусств и Рыболовы не доставят вам много проблем. Опасаться стоит только Дровосека и Учёного. Особенно Дровосека. Он крайне хитёр. Я сражалась с ним несколько раз, но так и не смогла победить. Учёный по имени Цзы Сы тоже опасен. Хоть он и посвятил себя науке, он обладает огромной храбростью и мудростью, с ним нужно быть осторожным!

Даос Байюй и монах Линюэ кивнули в знак согласия.

Бай Юйци немного поколебалась, прежде чем достать нефритовый кулон и платок, проговорив:

— Цзи Сы сильна. Если вы не сможете победить, достаньте эти два предмета, — смущённо покраснев, она продолжила. — Он дал мне кулон, а я сшила платок. Я хотела дать его ему… Покажите ему эти два предмета, и он, скорее всего, вас отпустит! Идите!

Они редко видели её женскую сторону, поэтому растерянно переглянулись.

Бай Юйцин прогнала их, после чего поспешно вошла на мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии, направляясь во Дворец Бескрайних Туч.

Они покинули райские небеса вместе с армией Западной Секты. У них не было кораблей, они путешествовали на колесницах, которые двигались намного быстрее. Тем не менее, им пришлось притормозить, чтобы на оторваться от божественного оружия Западного Божества.

— Кажется, Небесному Наставнику Бай нравится Небесный Наставник Цзы Сы, — прошептал монах Линюэ. — Разве она не заметила, что Небесный Наставник Цзы Си — женщина?

Даос Байюй проговорил:

— Я думаю, что нет. Кажется, она сильно влюблена. Более того, даже Небесный Наставник Боевых Искусств не смог этого заметить.

Монах Линюэ улыбнулся и проговорил:

— Небесный Наставник Боевых Искусств едва ли умнее коровы. Было бы очень странно, если бы он что-то заподозрил. Тем не менее, Бай Юйцин очень умна, но Учёной удалось её обхитрить. Эти женщины…

Даос Байюй взглянул на него, кашлянул и проговорил:

— Император, теперь ты монах. Держи себя в руках…

Монах Линюэ сразу пришёл в себя и проговорил серьёзным тоном:

— Байгуй, какие у тебя планы на это путешествие? Мы и вправду будем сопровождать это божественное оружие?

Даос Байюй улыбчиво ответил:

— Белый Тигр использовал свою армию лишь для того, чтобы убивать древних богов. У десятерых Небесных Преподобных есть клоны Небесного Преподобного Юя. Возможно, нам стоит проверить солдат райских небес на прочность, — его глаза загорелись. — Кажется Великой Пустоши и вправду суждено стать местом великого кровопролития.

Глава 1115. Атака должна начаться, битва должна быть выиграна

Спустя полгода божественные оружия четырёх божеств были доставлены в Великую Пустошь.

Самой ужасающей частью путешествия был проход от входа к самой Великой Пустоши. Боги и дьяволы райских небес назвали это место рушащейся пустошью.

Там человек мог получить всё, о чём пожелает, так как мысли здесь материализовались.

Вот только это место также материализовало человеческие страхи. Дьяволы сердец воплощались в реальность и убивали множество людей.

Здешняя пустошь была заполнена сложным, хаотическим сознанием, рождённым во время вторжения в Великую Пустошь Великого Императора. Великая Пустошь была создана древними мастерами создания, тем не менее, когда этот мир разрушился, множество его создателей погибли месте с ним, воображенные ими земля, небо и звёзды тоже были разрушены.

Когда посторонние входили в это место, хаотическое сознание улавливало страхи в их сердца и превращало их в реальность.

Поэтому здесь постоянно умирали солдаты и генералы райских небес.

Тем не менее, у божественного оружия четырёх божеств не было страхов, поэтому они могли выжить в Великой Пустоши.

Армии четырёх сект райских небес тащили четыре оружия в Великую Пустошь. Поначалу всё шло хорошо, так как мощное оружие позволяло справиться с хаотическим сознанием вокруг. Они армию, позволяя ей добраться к Великой Пустоши.

Тем не менее, когда оружие добралось до места назначения, произошло что-то странное. Божественное оружие Западного Божества вышло из-под контроля и уничтожило армию Западной Секты, вызывая много хаоса!

Даос Байюй и монах Линюэ забрались на плечи божественного оружия, контролируя его своими исконными духами и сея разруху.

Божественное оружие Западного Божества было создано путём копирования физического тела Западного Божества. Несмотря на то, что оно уступало клонам Небесного Преподобного Юя, оно всё же было невероятно сильным. Заставляя его извергать их божественные искусства, они словно контролировали древнего бога войны!

Божественное оружие Западного Божества исполняло их божественные искусства, наполняя пустошь бесчисленным огнями меча. Золотые драконы длиной в тысячи километров носились над округой, уничтожая кареты и убивая солдат на них. Пустошь была усеяна бесчисленными трупами.

Божественное оружие перестало защищать этот час рушащейся пустоши и уничтожило армию Западной Секты. Это привело к тому, что страхи в сердцах солдат начали воплощаться в реальность и сеять хаос.

— Сначала мы разрушим армию Западной Секты, затем Южной и Восточной. Таким образом нам получится захватить божественные оружия Южного и Восточного Божеств, — уверенно проговорил даос Байюй. — Мы закончим на армии Северной Секты. Как только в наших руках окажется божественное оружие Северного Божества, мы отправимся в Великую Пустошь и встретимся с практиками деревни Беззаботной.

Монах Линюэ нахмурился и ответил:

— Несмотря на то, что мы невероятно сильны, разве нам удастся справиться с армиями сект? Любая из них может убить троих-пятерых практиков области Императорского Трона. Более того, они находятся под контролем четырёх Небесных Наставников райских небес и среди них есть много талантливых мастеров. Нам будет сложно справится.

— Император, скорость — важнейший ресурс на войне. Если ты прав, то нам конец. Поэтому наша атака должна добиться успеха, и мы должны победить в бою. Если мы будем сражаться, то должны застать их врасплох! — внезапно проговорил Даос. — Кроме того, мы не одни. У нас бесконечная армия!

Сердце монаха Линюэ затрепетало. Он оглянулся и увидел бесчисленное количество свирепых чудовищ, мчащихся к ним.

Даос продолжил:

— Они — наша армия! Они помогут нам одолеть армию Южной Секты, страхи которой затем атакуют армию Восточной Секты! Как только у нас будет три божественных оружия, мы с лёгкостью уничтожим армию Северной Секты!

Они направили божественное оружие Западного Божества в сторону армии Южной секты. Дьяволы сердец двинулись вслед за ними. Армия Южной Секты не знала, что на них ждёт, и когда она увидела рой дьяволов, было уже слишком поздно.

Божественное оружие охраняли опытные солдаты, которые немедленно активировали Южное Божество своими исконными духами, превращая его в Красную Птицу. Тем не менее, в следующий миг армия Южной Секты оказалась под ударом божественного оружия Западного Божества. Битва двух божественных оружий напоминала битву древних Южного и Западного Божеств. В итоге Армия Южной Секты понесла огромные потери!

Армия дьяволов сердец бросилась на солдат, окончательно уничтожая армию Южной Секты. Разрушающаяся пустошь превратилась в море крови, в котором дьяволы уничтожали бесчисленных солдат.

Среди хаоса, Даос Байю и монах Линюэ работали сообща, и вскоре убили богов, управляющих божественным оружием Южного Божества. Затем, взяв по одному божеству под контроль, они направились в сторону армии Западной Секты в сопровождении ещё большей армии дьяволов сердец!

Используя хаос, чтобы сеять ещё больше хаоса, они повели огромное количество дьяволов сердец в атаку на армию Восточной Секты. В итоге последняя пала ещё быстрее, оставив после себя огромное количество трупов.

Захватив божественное оружие Восточного Божества, даос Байюй поспешно поднял его с помощью божественного оружия Южного Божества. Вместе с божественным оружием Западного Божества, находящимся под контролем монаха Линюэ, он поднялся в воздух и двинулся прямиком к армии Северной Секты.

Воины армии Северной Секты уже знали о приближающейся беде, и тысячи богов активировали божественное оружие Северного Божества, готовясь к бою. Тем не менее, когда они увидели огромное количество дьяволов, мчащихся к ним, их сердца наполнились отчаянием!

Райские небеса узнали о происходящем, но когда Небесные Преподобные хо и Хун прибыли на место, большая часть четырёх армий уже была уничтожена!

Мощная миллионная армия райских небес была почти полностью потеряна. Спаслась лишь половина армии Восточной Секты. Бесчисленное количество солдат застряли в окружении дьяволов сердце посреди разрушающейся пустоши, ожидая своей смерти.

Двое Небесных Преподобных обыскали всё вокруг, но так и не нашли божественные оружия четырёх божеств.

Эта новость потрясла райские небеса. Это была самая большая катастрофа, которую они потерпели со времён Высшего Императора!

Райские небеса впали в ярость, приказав Дворцу Создания Патриарха отстроить божественное оружие. Четыре великих небесных наставника собрали оставшиеся силы армий четырёх сект и мобилизовали армии четырёх божеств. Взяв с собой Флот Райской Реки они отправились в Великую Пустошь под управлением Небесных Преподобных Хо и Хуна.

Меду тем даос Байюй и монах Линюэ прибыли в Великую Пустошь вместе с четырьмя божественными оружиями. Выглядя измученными дорогой, они улыбались, шагая в сторону города мастеров создания.

Мастера создания насторожились, будто готовясь к встрече с сильным врагом. Когда двое гостей прибыли в город, даос Байюй торжественно проговорил:

— Старый Имперский Наставник Вечного Мира, Цзян Байгуй, и Великий Верховный Император Яньфэн прибыли вам на помощь.

Мастера создания никогда не слышали этих имен, поэтому переглянулись, но так и не открыли врат.

Меду тем Янь Юньси бросилась к ним с армии мастеров создания и деревни Беззаботной. Услышав новость о их прибытии, она радостно обратилась к старейшинам мастеров создания:

— Это первый Небесный Наставник и Небесный Император Вечного Мира! Идём их встречать!

Ворота открылись, по сторонам от них показались величественные мастера создания. Янь Юньси привела старейшин мастеров создания, чтобы лично поприветствовать гостей, проговорив:

— Небесный Наставник Цзы Си Императора-Основателя и старейшины мастера создания приветствуют и поздравляют первого Небесного Наставника и Небесного Императора Вечного Мира!

Монах Линюэ удивился, стоя на ладони божественного оружия Западного Божества. Улыбнувшись, он проговорил:

— Когда я стал Небесным Императором Вечного Мира? Не говори такого. Я просто великий верховный император.

Даос Байюй сделал шаг вперёд и сказал:

— Небесный Наставник Цзы Си, я всего лишь старый Имперский Наставник, а не Небесный Наставник.

— В каждой эпохе есть группа невероятно умных людей. Они очень сильны, но обладают доброй природой. Из-за этого у них нет ни достижений, ни славы, — Янь Юньси пригласила их войти, проговорив. — Я изучала историю и прочитала бесчисленные древние тексты, в которых наткнулась на запись о Драконе Горы Саньжэнь, который был первым Небесным Наставником Эпохи Дракона Ханя, сумевшим одолеть Небесного Наставника Шан Пиньина. Тем не менее, я не нашла о нём больше записей. Цзян Байгуй, друг Дао Цзян, ты уничтожил миллион солдат четырёх небесных наставников райских небес. Этого никто не запишет, но вы отлично справились, разве ты не достоин быть первым Небесным Наставником Вечного Мира?

— Первый Небесный Наставник Эпохи Дракона Ханя, Дракон Горы Саньжэнь? — даос неторопливо проговорил. — Он не стремился ни к славе, ни к деньгам. Я им восхищаюсь.

Янь Юньси рассмеялась и проговорила:

— Подвиг, который вы сегодня совершили, ничем не уступает подвигу Дракона Горы Саньжэнь!

Глава 1116. Письмо Небесной Преподобной Лин

Западные Небеса.

Мост Взаимного Сдвига Духовной Энергии Дворца Бескрайних Туч разразился лучом света, в котором появилась карета Небесного Дракона.

Цинь Му вышел и осмотрелся по сторонам. Он увидел, что Дворец Бескрайних Туч лежал в руинах, округа была усеяна обломками зданий. Часть его божественного золота и материалов исчезла, остались лишь разрушенные стены.

Казалось, будто кто-то совершил это место и забрал отсюда всё ценное.

Дворец Бескрайних Туч охраняло лишь несколько богов. У них были седые волосы и бледная кожа, их одежда была изодрана. Заметив карету Цинь Му, они внимательно её осмотрели, но не осмелились приблизиться к ней.

Янь’эр бросилась в их сторону, и боги тут же попытались сбежать, прежде чем быть схваченными когтями.

— Помилуй нас! — боги упали на колени.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— Что случилось со Дворцом Бескрайних Туч?

— Может быть ты не слышал, но после того, что случилось с Императором Бескрайних Туч, райские небеса решили не назначать ему замену, чтобы защитить это место. В итоге три неба и девять префектур восстали и много раз нас грабили, — прокричал бог в потрепанной одежде. — Раньше это место охраняло множество братьев, но все они попали в рабство. Оставили только старых, слабых и больных. Два дня назад это место ограбила ещё одна группа воров. Они ничего здесь не нашли, и высосали кровь наших братьев, твердя, что она нужна им для создания сокровищ…

Цинь Му ошеломлённо спросил:

— Почему ты не доложишь об этом на райские небеса?

— Я не посмею, — прокричали старые боги. — Короли демонов говорили, что убьют нас, если мы это сделаем!

Цинь Му не знал, что ему делать, рассматривая округу с вершины Дворца Бескрайних Туч. Он увидел, что дворец находился в центре трех небес и девяти префектур, которые можно было разглядеть с этого места.

Первые и вторые небеса были небесами колонн, и имели соответственную форму. Всмотревшись вдаль, Цинь Му увидел три колонны над девятью префектурами, образованные скоплениями звёзд.

Девятью Префектурами Западных Небес были Префектура Южно-Восточного Бога, называемая Землёй Заката, Префектура Южной Высоты, называемая Глубокой Землёй, Префектура Южно-Западного Оружия, называемая Землёй Потопа, Префектура Западного Покрова, называемая Открытой Землёй, Префектура Надежды Центрального Бога, называемая Белой Землёй, Префектура Северно-Западной Колонны, называемая Толстой Землёй, Префектура Северной Тьмы, называемая Талантливой Землёй, Префектура Северно-Восточной Соли, называемая Скрытой Землёй, и Префектура Восточного Воспитания, называемая Землёй Доверия.

В этих префектурах были свои древние боги. То же касалось трёх небес колонн. Боги последних назывались богами трёх колонн.

Дворец Бескрайних Туч был построен между тремя небесами колонн и девятью префектурами.

На закате Эпохи Дракона Ханя райские небеса отдалились от Первобытного Царства. Дракон Хань разделился, боги звёзд и четыре божества покинули Первобытное Царство и райские небеса, поселившись в других частях вселенной.

Четыре полюса были местом жительства четырёх божеств, в то время Западные, Восточные, Южные и Северные Небеса были землями Белого, Зелёного, Красного и Чёрного Божеств.

Последние назывались божествами четырёх цветов. Они отличались от четырёх божеств тем, что являлись формами жизни после начала.

Они обладали огромной властью, у каждого из них был свой райский дворец. Дворец Бескрайних Туч был одним из этих дворцов и принадлежал Белому Божеству.

Со времён Эпохи Дракона Ханя произошло огромное количество войн. Божества Четырёх Божеств тоже были заменены. Всякий раз, когда кто-то из них погибал, Небесный Император выбирал на его место нового сильного практика области Императорского Трона.

Единственным, кого так и не пришлось заменять, был Чёрное Божество Инь Чжаоцинь. Он носил прозвище Сына Небесной Инь и крепко держался за своё звание Чёрного Божества. Он правил Северными Небесами и построил Минду.

Дворец Бескрайних Туч был одним из нескольких небес, которые вместе формировали Западные Небеса.

— Удивительно, что старший брат сумел в одиночку подчинить себе двенадцать древних богов.

Цинь Му посмотрел на девять префектур внизу. Увидев, что они были соединены друг с другом и их населяли расы полубогов и существа после начала. Всмотревшись вдаль, он увидел, что над землёй витала убийственная аура. Небо было наполнено кровавым светом, префектуры были охвачены войной!

Посмотрев вниз, можно было увидеть волны, созданные ужасающим божественным искусством. В небо поднялись грибовидные облака, сопровождаемые ярким божественным светом.

— Почему здесь столько хаоса, несмотря на присутствие древних богов? — спросил Цинь Му.

Седовласый бог покачал головой и ответил:

— Древние боги, охранявшие это место, никогда не обращали внимания на подобное. Когда головорезы внизу начинают войну, они приносят им в жертву много мяса и крови, прося их о помощи в бою.

Цинь Му нахмурился и спросил:

— А что насчёт учеников Императора Бескрайних Туч?

— Они сбежали после того, как его схватили. Скорее всего они стали богами или демонами нижней границы. Возможно, они даже совершали набеги на Дворец Бескрайних Туч, — ответил один из стариков. — Несколько дней назад райские небеса приходили сюда в их поисках. Поняв, что здесь никого нет, они спустились к нижней границе, и до сих пор не вернулись.

Цинь Му махнул рукой, позволяя им разойтись. Янь’эр не удержалась и дала им несколько духовных пилюль, чтобы поесть.

Боги были крайне благодарны и быстро съели пилюли, прокричав:

— Мы так давно нормально не ели. Всё это время мы питались корой и листьями деревьев. Но те проклятые люди пришли, и забрали наши божественные деревья, и теперь у нас нет даже коры…

Старые боги расплакались, рассказывая об этом.

Цинь Му достал карту Вэй Сюйфэна и сравнил её с дворцом. Найдя отмеченную точку, он обнаружил, что она была пуста, и на её месте остались лишь обломки.

Нахмурившись, Цинь Му поднял руку, из-за чего обломки поднялись в воздух и образовали собой огромный дворец.

Войдя внутрь, он огляделся, увидев над собой полуразрушенное изображение звезды.

Он остановился под звездой, внимательно её рассматривая. Изображение было изодранным, из-за чего было сложно представить, как оно выглядело в свои лучшие годы.

Цинь Му замолчал, его жизненная Ци вспыхнула, создавая звёзды, которые восстановили повреждённую часть изображения.

Он знал о Технике Небесной Медведицы Вэй Сюйфэна. На ней базировались Великие Небесные Дьявольские Рукописи, поэтому ему с лёгкостью удалось восстановить изображение.

Как только картина восстановилась, из неё выпал предмет. Это было растение в горшке.

Цинь Му схватил горшок, обнаруживая, что н был прямоугольным, с искусственными горами, деревьями и водой. Возле центральной горы было несколько крохотных сосен с множеством извилистых веток. Под ними стоял небольшой дом с двором.

У дома было три комнаты с каждой стороны и три главных зала с дверьми и окнами. Можно было заметить свет, сияющий внутри, бумаги на столе и чайник, над которым клубился пар.

— Письмо Небесной Преподобной Лин!

Цинь Му взволновался, поняв, что растение в горшке на самом деле не было растением. Это была крохотная версия старой резиденции Небесной Преподобной Лин, которую Вэй Сюйфэн превратил в горшок с помощью своего божественного искусства пространства!

Её жильё было крайне простым. После смерти все записи Небесной Преподобной Лин забрали райские небеса, даже её резиденцию перенесли в другое место.

Тем не менее, вскоре она была украдена. Это была работа рук Вэй Сюйфэна!

«Я наконец нашёл письмо Небесной Преподобной Лин!»

Сердце Цинь Му началось биться быстрее, пока он осматривал остальные комнаты. Она были заполнены рукописями. Было очевидно, что Небесная Преподобная Лин приложила много усилий для изучения пути создания и неизменного божественного искусства.

«С его помощью мне удастся постичь неизменное божественное искусство Небесной Преподобной Лин и божественное искусство создания. Я даже могу использовать его, чтобы изучить яйцо Тай Ши и окончательно раскрыть тайны неизменного божественного искусства!»

Глава 1117. Техника Небесной Медведицы

Цинь Му собирался отправиться в горшок с растением, когда его накрыли волны мощного божественного искусства. Ко Дворцу Бескрайних Туч быстро приближалась чья-то мощная аура!

Сердце Цинь Му дрогнуло, он поспешно спрятал растение. Затем он вышел из зала, и тот тут же обрушился за его спиной.

Янь’эр и цилинь тоже заметили чьё-то приближение. Посмотрев в сторону, из которой двигалась аура, они увидели шестерых богов и дьяволов, гонящихся за молодым человеком и извергая странные божественные искусства.

Их божественные искусства напоминали красные флаги, развевающиеся на ветру. С каждым взмахом флаги выстреливали бесчисленными ржавыми мечами, атакуя молодого парня.

— Священные писания Флага Кровавой Ржавчины, техника Белого Божества.

Цинь Му посмотрел вверх. Белое Божество Западных Небес также называли Золотым Божеством, так как он был мастером золотых аур. Его писания однажды сумели одолеть Небесного Наставника Боевых Искусств Гуань Ча и были невероятно сильными.

Цинь Му однажды сталкивался с Принцем Цю Мином, владеющим этими писаниями, поэтому был с ними знаком.

— Юй Чудю, тебе не сбежать! Ты должен вернуться на райские небеса вместе с нами!

Молодой бог выдержал их атаки, когда бежал во время боя. Он планировал сбежать к Мосту взаимного сдвига духовной энергии.

Ученики Белого Божества, атаковавшие его, были невероятно сильными. Все они были практиками области Нефритовой Столицы, на их поясах висели черепа, из которых капала свежая кровь.

Молодой бог был ранен, но продолжал храбро сражаться. В мгновение ока он перевернул райскую реку вверх дном, исполняя Висение Небесной Медведицы!

— Техника Небесной Медведицы! Это ученик старшего брата!

Глаза Цинь Му загорелись. Перед ним была техника Императорского Трона, которую он изучил, объединив Великие Небесные Дьявольские Рукописи с другими техниками, Великим Дао Сюаньду и древними Сюаньду и райской рекой.

Этот молодой бог, должно быть, был любимым учеником Вэй Сюйфэна, поскольку ему удалось обрести его истинные учения.

Мастера райских небес пытались схватить его, чтобы найти способ выжить в рушащейся пустоши!

Тем не менее, тот уже был слишком сильным, так как совершенствовал технику Небесной Медведицы до области Нефритовой Столицы. Даже объединив усилия. Шесть сильных практиков райских небес области Нефритовой Столицы не могли его остановить.

Тем не менее, он был слишком тяжело ранен, чтобы сбежать.

Шесть флагов кровавой ржавчины окружили его, остановившись за тридцать метров друг от друга. Они выстреливали в парня бесчисленными ржавыми мечами, в то время как ученики Белого Божества витали в воздухе, не осмеливаясь приближаться.

Всюду, где пролетали мечи, оставлялся след из золотой ржи, всё, к чему они касались, превращалось в порошок!

Техника Небесной Медведицы Юй Чудю достигла невероятно высокой области. Тем не менее, даже несмотря на огромные усилия, ему не удавалось вырваться из построения шести флагов, он находился в ловушке.

Белое Божество обладало уникальной техникой, сильно напоминающую технику построений. Если её исполнял один человек, то она казалась обычной техникой Императорского Трона, но чем больше практиков её исполняли, тем сильнее она становилась. Совместно работая, шесть практиков становились такими же сильными, как бог или дьявол области Непостижимого Неба!

То, что Юй Чудю мог выстоять до этого момента, уже было невероятным. Тем не менее, его поражение было неизбежно.

Внезапно Цинь Му шокировано дрогнул. Посмотрев вверх, он увидел над Дворцом Бескрайних Туч корабль, в котором торчали множественные копья с наколотыми на них черепами.

Рты черепов были открыты, из них торчали кончики копий, которые делали картину ещё более зловещей.

Боги вели себя невероятно варварским образом. Казалось, будто они происходили из доисторической эпохи!

На носу корабля стоял человек в фиолетовой рубашке, сложа руки за спиной. Его взгляд был прикован к молодому богу.

Цинь Му посмотрел на мужчину на корабле. Тот почувствовал на себе чей-то взгляд и повернулся. Радостно взведя брови, он прокричал:

— Небесный Преподобный Му!

Корабль остановился, и мужчина спустился на землю, поклонился и проговорил:

— Ученик Небесного Преподобного Хао, Владыка Звезды Бета Западного Божества, Цзин Байчуань, отдаёт дань своего уважения Небесному Преподобному Му.

Цинь Му смерил его взглядом и удивлённо проговорил:

— Ты — Великий Владыка Западного Небесного Дворца, Владыка Звезды Бета? Почему ты, будучи древним богом, стал учеником Небесного Преподобного Хао?

Цзин Байчуань улыбнулся и ответил:

— Возможно, Небесный Преподобный Му этого не знает, но Владыка Звезды Бета мертв. Я убил его и занял его место. Затем я взял его череп и сделал из него божественное оружие, а его тело я съел. Плоть древних богов очень вкусна Небесный Преподобный Му, ты её пробовал?

Цинь Му покачал головой:

— Я убил множество древних богов, но не пробовал их на вкус.

Цзин Байчуань засмеялся:

— Я уже слышал, что Небесный Преподобный Му убивал древних богов, но это случалось ещё в Эпохе Дракона Ханя. Тогда древние боги были грубыми и брутальными. Несмотря на то, что они рождены Великим Дао Неба и Земли, они плохо разбираются в своих собственных Великих Дао. Современные древние боги изучают своё Великое Дао, благодаря чему обладают намного большей силой, чем раньше.

Цинь Му кивнул и проговорил:

— Ты определённо очень сильный, раз сумел убить Владыку Звезды Бета и занять его место.

Цзин Байчуань улыбнулся, посмотрел на сражение шести экспертов и Юй Чудю, после чего расслаблено ответил:

— Небесный Преподобный Му, если, предположим, мне удалось бы вернуться в первый год Эпохи Дракона Ханя, мне удалось бы стать Небесным Преподобным Му?

Цинь Му улыбнулся:

— Возможно, а возможно ты бы умер. Достойный племянник, черепа на твоём корабле…

— Они — ученики Императора Бескрайних Туч, — неторопливо проговорил Цзин Байчуань. — Император Бескрайних Туч восстал и был схвачен. Его ученики отказались от помилования и не продемонстрировали благодарности, а вместо этого сбежали в мир девяти префектур, становясь там разбойниками. Меня всё это не слишком сильно волновало, но райские небеса отдали мне приказ с ними разобраться. Я обменяю черепа на военные звания. Если бы твой череп можно было бы так обменять, я б с радостью его взял. К сожалению…

Цинь Му продолжал улыбаться:

— Моя голова того стоит. По крайней мере семь из десяти Небесных Преподобных этого хотят. Твой риск может быть оправдан. Достойный племянник, ты можешь погубить себя, или же стать н